Лада Лузина

Хочу замуж, или Я не брошу курить ради тебя

«Не у кожного є подруга, яка знає відповідь на будь-яке питання. Мені пощастило — я маю таку. Мудра, зібрана, завжди дивиться в корінь і вперто йде до мети. І хоч я не завжди була нею згодна, і за роки нашої дружби ми не раз сперечалися, але у важкі хвилини завжди була поряд, підтримувала і вселяла віру в себе… Стань продюсером власного життя з Л. Лузіною!»

Наталя Могилевська

Женщина — это ложь

Однажды мой бывший поклонник, пытаясь высечь из меня хоть искру прошлых чувств, напомнил с пафосом в голосе: «А когда-то ты говорила, что тебе хорошо со мной, как ни с кем другим!» «Понимаешь, — нехотя ответила я, — в семнадцать лет я купила книжку «Как стать сексуальной женщиной?». Там было написано, что это нужно говорить всем мужчинам».

Парень медленно посерел у меня на глазах… Впервые в жизни я сказала ему правду!

Увы, данное исключение лишь подтверждает правило, незыблемое, как письмена на скрижалях. Женщина и ложь — слова-синонимы. Близнецы-братья. Говорим «ложь» — подразумеваем «женщина». И наоборот. И это ни хорошо и ни плохо. Это — так.

Мы учимся врать уже в три года, пока нам завязывают на голове белоснежные бантики и просят не слишком трясти головой. («Девочка должна быть не сорванцом, а ангелочком», — трогательно наставляют нас.) В десять апробируем ложь вместе с помадой старшей сестры, которой первый раз пытаемся намалевать себе губы. («Рот должен быть пухлым и ярким, — смеется она. — Не таким, как у тебя… Таким, как у той актрисы!») И превращаемся из девочек в женщин в момент, когда вместо требования быть честной крошкой и всегда говорить правду заботливые мамы советуют нам: «Не стоит говорить этого мужчине!»

Мы делаем шаг за порог. И получаем в свое распоряжение весь арсенал обманок. Индустрия лжи всех стран мира, от парфюмеров до модельеров, работает на женщину, зарабатывая на ней миллионы. Не меньше, чем на производстве оружия. Ибо они и разрабатывают оружие — психологическое и неотразимое. Способное сразить наповал.

«Весь мир — театр, а люди в нем — актеры», — сказал Шекспир. Он погорячился. На сцене жизни — вечный бенефис женщины, где каждая играет себя в идеале. И наше «Быть или не быть?» означает, как быть истинной женщиной, а значит, не быть самой собой.

Мы начинаем лгать с самого утра, прежде чем успеваем сказать хоть слово. Подходя к зеркалу, мы совершаем привычный ритуал вранья. Словно артист, готовящийся в своей гримерной к выходу на подмостки, мы вживаемся в образ женщины с большой буквы. И, как говаривал еще великий Станиславский, работа над ролью начинается с поиска зрительных средств. Мы решаем, быть нам блондинками или брюнетками. Пасторальными простушками или роковыми вамп. Привлекать внимание провоцирующим мини или загадочным макси. И выбираем себе грим и костюмы в зависимости от предполагаемого сценария и заданного амплуа.

Мы скрупулезно выравниваем цвет кожи, удлиняем ресницы, укорачиваем нос. Подбираем платье, зрительно увеличивающее грудь и уменьшающее талию. Изменяем свой рост, осанку, походку благодаря каблукам. Меняем цвет глаз и волос. Заменяем естественный запах духами. Изменяем себе, чтобы мужчины не изменяли нам, — чтобы они любили нас вечно. И облегченно вздыхаем лишь тогда, когда из трюмо на нас глянет Она. Великая Леди Совершенство — королева глянцевых журналов, рекламных роликов и фильмов про красивую жизнь. Безупречная, незапятнанная, прекрасная, как и положено произведению искусства. Более прекрасная и чистая, чем может быть в реальности.

Теперь с ответственностью актеров, готовящихся к исполнению главной роли своей жизни, мы разучиваем слова и паузы. Тысячи женских журналов работают нашими суфлерами, подсказывая, что и когда нужно сказать, после какой репризы. Как поставить ноги, выходя из машины, как невзначай положить руку ему на плечо, польстить, подбодрить, упрекнуть…

Мы самоотверженно репетируем, каждый день приобретая все большее мастерство. Собираясь в дамский кружок, мысленно разыгрываем новые и новые этюды: ваше действие в предлагаемых обстоятельствах? И решаем, как себя вести, словно задачки в школе, подгоняя их под заданный ответ.

«Завтра иду на свидание к N. Что мне делать? — деловито интересуюсь я. — Восторженно хлопать глазами и слушать его, открыв рот? Ой, боюсь, не сдержусь и ляпну что-нибудь умное!» «А мой, — встревает моя подруга Инга, — явно на меня глаз положил. Но решиться никак не может. Может, надеть завтра короткую юбку и пойти с ним поиграть в бильярд? Ненавижу носить юбки, но что поделаешь…» «Я получила вчера в подарок чудную кофточку, — подхватывает ее приятельница. — Позвонила ему: «Я там в магазине одну вещицу отложила, пойди забери. Рассчитаемся…» А когда он ее принес, говорю: «Тебе же, наверное, неудобно брать у меня деньги?» И ему было неудобно сказать, что ему удобно…» — «Как-как? — дружно реагируем мы хором. — Надо заучить эту фразу!»

Мало-помалу театр жизни превращается в театр военных действий. Мы отрабатываем удары и маневры. Мужские типажи и способы их поражения. Мы разучиваем роли кокоток, сироток и деловых женщин, чтобы применить их при случае. Мы умеем играть всё: оргазм, благодарность, восхищение. И, принимая от своих кавалеров цветы, под звенящие для нас одних аплодисменты говорим себе: «Да, сегодня я играла как никогда!»

А потом мы встречаем главного зрителя своей сценической карьеры. И в финале наконец играет марш Мендельсона. И ты ждешь: вот сейчас упадет занавес с надписью «Счастливый конец». Но вдруг оказывается, что в жизни не бывает хеппи-эндов и окончательных побед. А есть — вечный бой. Игра двадцать четыре часа в сутки. Потому что счастливое супружество — все тот же спектакль, только уже без антрактов. И хорошо еще, если после первой брачной ночи, вглядевшись утром в ваше лицо, на котором не будет ни капли косметики, он стойко выдержит этот удар. Считайте, это уже любовь — большая и всепобеждающая. И не требуйте от него большего.

«Знаешь, — призналась недавно мне моя подруга Аня, — я недавно поняла: по сути, мой муж вообще ничего обо мне не знает. Как я жила до него… Что думаю о жизни с ним… Зачем я вообще с ним живу… Иногда так хочется сказать ему всю правду! Но я понимаю: нельзя!» Ибо ложь для женщины — не выбор, а единственно возможный образ жизни. Во всяком случае, если она хочет прожить ее рядом с мужчиной.

И когда я сказала своему поклоннику: «Дорогой, ты у меня седьмой, и далеко не самый лучший, просто в какой-то момент показался мне не самым плохим вариантом. Но чаще всего мне было с тобой откровенно скучно: ты ужасно рассказываешь анекдоты и безумно раздражаешь меня своим хвастовством. А кроме того, не любишь Булгакова и экономишь каждую гривню…» — я сделала это лишь потому, что точно знала: после моих слов он отстанет от меня раз и навсегда!

Но данное исключение лишь подтверждало правило.

Женщины-«кошки» и женщины-«собаки»

Издавна человечество делилось на две половины: тех, кто любит кошек, и тех, кто любит собак. Конечно, существуют личности, равно благоволящие к обоим видам или поведенные исключительно на рыбках и канарейках, так же, впрочем, как и равнодушные ко всякой живности. Но речь пойдет не об исключениях… А о правиле: из миллиарда милых тварей люди почему-то облюбовали себе в друзья только двух хвостатых фаворитов. Не по принципу ли: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты»?

Собака думает: «Хозяин заботится обо мне, кормит, поит… Значит, он — мой бог». Кошка думает: «Хозяин заботится обо мне, кормит, поит… Значит, его бог — я!» Эту лишь наполовину шутливую истину с тем же успехом можно применить к женщине-«кошке» и женщине-«собаке».

«Собака» — хрестоматийная жена и мать, «соль земли», хранительница очага, добропорядочная и надежная. «Кошка» — любовница, женщина-вамп, femme fatale, загадочная и соблазнительная. Сие, естественно, не означает, что «кошек» редко берут в жены. Просто на персональных «мужей и господ» они смотрят под диаметрально разным углом.

Женщина-«собака» способна боготворить своего супруга, раствориться в нем настолько, что его мысли, надежды, мечты станут ее мыслями и мечтами. Его счастье — ее счастьем. Ей нет нужды смиряться с зависимостью — быть за мужем наиболее органичная для нее форма существования. «Кошка» же, будь она даже домохозяйкой на содержании благоверного, никогда не смирится с мыслью, будто она чем-то ему обязана и хоть сколько-нибудь зависима. Уточняю: с мыслью. На деле киски умеют ластиться к хозяевам, как никто другой. И только кошки обладают врожденным талантом, неприкрыто подлизываясь и подхалимничая, сохранять при этом отстраненный вид и чувство собственного достоинства. Даже будучи размером с ладошку, котенок интуитивно чувствует, о чьи ноги потереться, чтобы получить блюдце молока. Но еще никому не удалось заставить кису исполнить приказ: «к ноге!».

Культ собаки строится на ее верности и абсолютной вере в хозяина. Культ кошки — в самодостаточности и независимости, благодаря которым, даже проживая в вашей квартире, она умудряется разгуливать по ней сама по себе. Собака олицетворяет константу. Кошка — вечное непостоянство. Собака способна простить господину любое прегрешение. Кошка — существо гордое и обидчивое, и тот, кто обидел ее хоть раз, вынужден всю оставшуюся жизнь хранить свои домашние тапочки на полке для шляп, иначе…

Возможно, поэтому во всех кошачье-собачьих эпосах, от мультика «Пес в сапогах» до фильма «Война кошек и собак», псы традиционно представляют добро, а кошки — зло. И именно киски красуются на руках у киношных злодеев, начиная со славноизвестного кардинала Ришелье. Что, кстати, полностью соответствует исторической правде, поскольку этот мастер дворцовых козней и впрямь завещал все многомиллионное состояние не кому-нибудь, а своим обожаемым кошечкам! А при жизни охотно пользовался услугами роковых дамочек, воплотившихся впоследствии в стопроцентно кошачьем образе Миледи.

Тут от истины исторической можно плавно перейти к психологической — мужчины, предпочитающие женщин-«кошек», имеют авантюрно-творческий склад ума. (Недаром Андрей Макаревич написал целый гимн в честь усато-полосатой бестии!) Они горды и самоуверенны. Любят, чтобы в жизни присутствовала интрига, а где-то на горизонте маячили приключения. Поэтому их так привлекают «Леди-Кэт», чьей благосклонности можно добиваться без конца, и азартный роман-лотерея. Они достаточно любят себя сами, чтобы не испытывать необходимости в устойчивых «костылях» чужой любви. Сомнительность чувств эгоцентричных красавиц не вызывает у них комплексов неполноценности, напротив — успокаивает их совесть. Домашних кошек нередко заводят люди, осознающие, что они не способны нести глобальную ответственность. Кошка не испытывает насущной потребности в ежедневной заботе и внимании. И если партнер женщины-«кошки» умчится завтра неведомо куда и зачем, она, в отличие от «собаки», не умрет от тоски по хозяину.

Мужи, канонизирующие женщин-«собак», тяготеют к стабильности и постоянству. Они более консервативные и земные и любят получать гарантии от жизни. Впрочем, о такой идеальной спутнице грезят многие: и парни с колеблющейся самооценкой, и могущественные Соломоны, уставшие от разочарований несовершенного мира. Но и те и другие равно пытаются компенсировать неуверенность в себе или в смысле бытия — незыблемостью домашнего очага и любовью женщины, которая не предаст тебя, даже если небо рухнет на землю.

Понятно, жизнь не придерживается схемы. Тот же д’Артаньян разрывался между влечением к непостоянной Миледи и любовью к Констанции (одно имя которой говорит само за себя). Царь Соломон, прежде чем уяснил, что познания преумножают скорбь, и влюбился в щенячье трогательную Суламифь, познал целый караван соблазнительниц. А «колеблющийся» князь Мышкин, вместо того чтобы обрести психическое равновесие в паре с «собакой» Аглаей, сошел с ума, пав жертвой магнетического обаяния Настасьи Филипповны.

А еще женщин, подобных Миледи, Настасье и легендарной Мурке, принято убивать в конце произведения. В целях самозащиты! «Любит и кошка мышку», «Поиграет и съест» — тема жертвы и хищницы неотделима от женщины-вамп. И кошку, и роковую красавицу всегда отождествляли с дьявольской силой, ведьмацтвом, грехом. Собака же воплощает две извечные мечты человечества — единственное, что испокон веков люди противопоставляли всем страхам, кошмарам, катастрофам мироздания, — любовь и дружбу. То, что не продается ни за какие деньги и можно за бесценок купить на любом «птичьем рынке». А кошки…

Способны ли они любить вообще?

За тысячи лет сожительства с ними человек не раз задавал себе этот вопрос. И так и не смог определиться с ответом, наблюдая за загадочными красотками, четырехлапыми и двуногими, которые вечно себе на уме, всегда сами по себе и в любую минуту могут сбежать от тебя, задрав хвост, на поиски приключений.

«Да ей нужно только одно: чтобы я вовремя кормила ее, и желательно печенкой!» — обиженно говорила себе я, глядя на равнодушную мордочку сфинкса своей домашней любимицы, лишь изредка и исключительно по собственному желанию удостаивающую меня права подержать ее на коленях. А потом в гости ко мне приехал друг, ставший невольным свидетелем скрытого: как только за мной захлопывалась входная дверь, кошка бросалась в коридор, заливаясь горестным плачем. И сидела у порога часами, ожидая возвращения блудной хозяйки…

Да, порой холодный взгляд, невозмутимый вид и нарочитая самостоятельность женщины-«кошки» могут вывести ее поклонника из себя. Она настолько непредсказуема, что кажется вероломной, настолько независима, что мнится самовлюбленной, столь непроницаема, что представляется неуязвимой. Так притягательна и недостижима, что руки чешутся придушить… Как иначе обрести власть над ней? Сиамская, сибирская, блондинка или брюнетка — эта гордячка никогда не покажет вам своих истинных чувств, не будет вилять хвостом, не кинется на шею.

И возможно, вы так никогда и не узнаете, что испытывает она, когда за вами закрывается дверь…

Кто был охотник, кто добыча?

Лет эдак в восемнадцать, отбиваясь от стада разнокалиберных поклонников в возрасте от шестнадцати до шестидесяти одного, я честно пыталась понять причину их патологической недалекости. Все, словно сговорившись, приглашали меня на прогулку, на пляж, на дискотеку, в кино, в ресторан, домой… И нарывались на твердое «нет». В результате среди бесчисленной когорты ухажеров лидировал тот единственный, кто предложил мне… покататься на качелях. Он и стал моим первым мужчиной. Хотя, между нами, девочками, никаких иных достоинств у него не наблюдалось.

Мораль сей басни проста, как яблоко, с помощью которого умный Змий сбил с истинного пути порядочную Еву. Соблазнение женщины — игра на интерес. И самый виртуозный игрок тот, кто может с точностью определить, на какую именно наживку клюнет та или иная рыбка.

У каждой дамы — своя ахиллесова пята. Свой невинный «маразм». Правда, они постоянно множатся и мигрируют, так что зачастую мы и сами не знаем, чего нам «закортить» завтра. Но это не беда: ведь завихрений у женщины много, а для успешного завершения мероприятия мужчине достаточно вычленить хотя бы одно. И то, что в девяти случаях из десяти они упрямо мажут мимо цели, объясняется исключительно неисправимой узостью их мышления.

Увы, в девяносто девяти случаях из ста все ухищрения наших роковых искусителей колеблются (точнее, топчутся на месте!) в диапазоне от «пошли со мной, красотка» до архаической схемы, успешно эксплуатируемой последние пятьдесят лет: а) ресторан; б) кровать.

Если же с данной скоростью добраться из пункта «А» в пункт «Б» не удается, они обзывают тебя «динамщицей», злятся и ставят на ухаживаниях за тобой жирный крест. Поскольку иных вариантов решения этой арифметической задачи в школе не проходили.

Некоторые, правда, идут на крайние меры и, вспоминая уроки литературы, с ходу объясняются тебе в любви. При этом все, от серьезных ухажеров до уличных приставал средней руки, произносят один и тот же избитый текст. Так что где-то на двадцать пятом мужском откровении у любой востребованной барышни складывается тягостное ощущение: декламировать джентльменский набор признаний с лицом растроганной коровы всех кавалеров скопом обучали в гимназии одновременно с отрывками из стихотворений Тараса Шевченко.

Осознав, что образ растроганной коровы не работает, соблазнитель, как правило, выбрасывает последний козырь: «Зря вы отказываетесь… А вдруг это судьба?» В таких случаях надо прикидываться закоренелой фаталисткой и отвечать: «Тогда мое «да» или «нет» ничего не изменит, ведь от нее все равно не уйдешь». Опробовано на многих — действует безотказно. Мужчины пребывают в непрошибаемой уверенности: после такого веского аргумента ты незамедлительно шлепнешься к ним в постель, словно перезрелая груша. И когда падения не происходит, чувствуют себя исполнителем роли Ромео, которого Джульетта послала куда подальше, наплевав на канонический шекспировский текст.

Мысль «беспроигрышная система не сработала!» — вызывает у отечественных донжуанов такой же праведный ужас, как официальное сообщение о конце света в программе «Новости». И единственное, на что они способны в подобном случае, — повторять алгоритм до бесконечности, прошибая эту стену головой. Альтернативный вариант — немного ею подумать — почему-то отпадает.

Хотя самая вожделенная мечта каждой женщины в возрасте от шестнадцати до шестидесяти одного — чтобы Он с головой закопался в ее душу, запутанную и набитую разнообразным дамским «барахлом», как коробка с катушками и тесьмой. И если, сунув туда руку, ему удастся вытащить всего один «бзик» — считай, ухватился за хвост жар-птицы. Это и есть самая эрогенная из всех ее зон!

Каждая из нас знает: как бы мало ни было возлюбленных, способных носить тебя на руках и любить до гроба, их все равно неизмеримо меньше, чем тех, кто будет уважать твою любовь к сериалу «Все женщины — ведьмы». Как бы редко ни встречались мужья, готовые усыпать жену бриллиантами, — способные запомнить название песни, звучавшей в день вашей первой встречи, попадаются еще реже. И если миллионеров в нашей стране насчитывается пара сотен, мужчин, способных тебя понять, едва ли сыщется один на миллион. Остальные же девятьсот девяносто девять тысяч скорее потратят бешеные деньги на ухаживания, соответствующие их стандарту, чем раз в жизни сделают так, как хочешь ты. А если ты выскажешь свое пожелание вслух, незамедлительно начнут терзать свое серое вещество вопросом: каким образом нормальная на вид барышня может купиться на такую ерунду?

С чего вдруг вместо роскошного кабака нужно везти ее на стрельбище, где ей приспичило разрядить пистолет в портреты предыдущего возлюбленного и любимого начальника? Отчего вместо корзины положенных красных роз надо объезжать все магазины и покупать какой-то дурацкий цветок с неприличным названием и противным запахом? И не глупо ли ехать с ней в село «по местам ее детства», если он готов оплатить вам праздничный уик-энд в Рио-де-Жанейро?

Дальнейший ход событий предсказывается крайне просто. Мужчина с облегчением вспоминает, что дама и создание глупое, и само не знает, какого рожна хочет. Клянчит чего-то, сердешная, по недомыслию. Но он-то знает, как лучше…

Боже вас сохрани самому решать за женщину, чего ей не хватает для счастья! Каким бы логичным и аргументированным ни было ваше мнение на этот счет, у нее всегда будет свое, в корне отличающееся от вашего.

Впрочем, многие доморощенные донжуаны незамедлительно возразят, что неоднократно получали намеченный экземпляр женского пола, не утруждая себя его «маразмами». И он (экземпляр) был им за это только признателен.

Но этот мнимый парадокс прост, как яблоко, которым хитрюга Ева довела до греха бедного Адама. Ведь в девяноста девяти случаях из ста мужчина соблазняет женщину только потому, что… она сама решила его соблазнить! И он-то, родимый, и есть ее главный «бзик», в сравнении с которым меркнут все остальные. А коли так, дама мужественно отправится со своим «маразмом» в любой ресторан (даже если прекрасно знает: здесь отвратно готовят даже тривиальную картошку фри), благодарно примет от него любые подарки (даже набор отверток и портрет Че Гевары!), благосклонно выслушает отчет о любви и терпеливо дождется «десерта».

Зная, «кто был охотник, кто добыча?», мужчина все равно никогда не догадается…

Слишком доступна?

«Если она согласилась пойти с тобой в ночной клуб, считай, согласна…» — услышала я обрывок мужского разговора. Речь шла о вполне пристойной девице. Да и в интонациях собеседников не проскальзывало ноток пренебрежения. Они просто обсуждали радостный для одного из них факт… А я задумалась: неужели механизм нашего соблазнения столь примитивно прост? И кто в этом виноват? Мы? Они? Общество? Время?

А ведь еще каких-то сто лет назад мораль диктовала дамам и господам предельно четкие правила по использованию друг друга. Ему: «Взял за руку — женись!» Ей: «Не женился — топись! Или ступай в монастырь…» Конечно, можно лишь посочувствовать соблазненным барышням, вынужденным хоронить себя живьем. Но ведь они были скорее досадными исключениями из общего правила. А правило это, что бы там ни говорили, работало на нас, дам. Кавалер не смел даже близко подойти к порядочной девушке, не имея на ее счет серьезных намерений. Три раза протанцевал с тобой на балу — обязан сделать предложение. Не выполнил обязательств, значит, он — бесчестный человек, и все демонстративно морщатся в его сторону.

Иными словами, мужчина твердо знал: он может получить любимую женщину, только предварительно надев ей на палец кольцо. Другого пути нет! Поскольку нравственный закон общества с пеной у рта отстаивал нашу честь. Правда, мы были лишены избирательного права и носили удушливые корсеты. Но скажите честно, положа руку на сердце: так ли уж велика была эта плата?

Однако удавки мы сняли, права отвоевали — все, включая право портить себе жизнь по собственному желанию. Честь стала понятием сомнительным и растяжимым. Я бы даже сказала: трудноопределимым. Никто нынче не может с точностью сказать, что позволительно для порядочной женщины, а что — не очень. Мы имеем лишь ошметки законов прошлых эпох и обрывки правил, почерпнутых из западных фильмов, где герои сначала ложатся в постель, а уже потом решают: знакомиться им поближе или не стоит? Результат: проведя с тобой вечер в баре, мужчина бескомплексно предлагает отправиться с ним в койку. Ты можешь ответить «да» или «нет», по желанию. Но обижаться на его предложение глупо и несовременно. Скорее уж (и я сталкивалась с этим не раз) он обидится за отказ.

И дело не в том, что воздыхатель оценивает тебя в стоимость выпитого пива. Просто, хотим мы этого или нет, наша любовь стала слишком доступной ценностью. И, как было сказано в предыдущей статье, путь из пункта «А» («Ах, как она мне нравится!») до «Б» («Будет моей!») измеряется ныне в сантиметрах.

Но даже если в один прекрасный день ты вдруг скажешь себе: «Дудки! Я хочу быть столь же прельстительной и труднодостижимой, как крепость, окруженная рвом, как «Незнакомка» Блока, как жена американского президента!», то столкнешься с новой проблемой. В мастерской современной женщины практически не осталось материала, из которого можно было бы скроить семь покрывал Саломеи, чтобы отбрасывать их постепенно в процессе любовного танца.

Какие козыри мы имеем на руках? Девственность? Это аргумент одноразового использования. (Хотя, признаться, знавала я пару барышень, сумевших сыграть с этим тузом несколько партий и таки выигравших в финале законный брак.)

Замужество? Но, словно в игре в «переводного дурака», данная карта легко оборачивается против тебя. И кавалер вовсе не горит желанием брать штурмом крепость твоего брака. Напротив, считает, что эта стена надежно защищает его от тебя. «Я не хочу разрушать твою семью», — скажет он, если ты подберешься к нему слишком близко. И что ты ему возразишь?

Естественно, существует немало женщин, которые «сами себе крепость». К ним никто не осмелится подступиться со скользким предложением. Дорогие, безупречные, сдержанные — они одним своим видом демонстрируют: этот номер не пройдет. Но это «за» так же легко превращается в «против». Поскольку серьезных кавалеров очень мало, а несерьезных — большинство. И вот оно-то никогда к тебе не подойдет. Так и будешь сидеть распрекрасной принцессой в гордом одиночестве, дожидаясь своего образцового принца.

«Тут ты и попалась, — засмеялась моя подруга Наташа, выслушав цепь моих аргументов. — Ты просто-напросто трусишь! А мужчины, как собаки, — всегда чувствуют, когда женщина боится их потерять, боится не понравиться, боится остаться одна… Такая барышня, сама того не осознавая, каждым жестом, поступком, словом демонстрирует свою доступность, опасаясь: иначе на нее не обратят внимание. А хитрость в том, чтобы не бояться!

Не бойся, что он обидится, если ты откажешься незамедлительно лечь с ним в постель. Таким образом ты отсеешь все «разовые» варианты и вытекающие из них разочарования. Не звони ему сама, испугавшись: он не перезванивает слишком долго. И не беги по первому звонку — он должен тебя добиваться. Не подходи первая при встрече в обществе. Он должен подойти к тебе! Не одевайся чересчур сексуально, отправляясь на свидание, — так ты сигнализируешь о желании его соблазнить. А это он должен тебя соблазнять!

Интригуй, понтуйся, блефуй, даже если на руках у тебя нет никаких козырей, кроме одного — самоуважения. И поверь мне, это бабушкино средство по-прежнему срабатывает безотказно. Все мои парни до встречи со мной были испорчены легкими победами над девушками. И пытались навязать мне расхожую схему. Но достаточно трех верных ходов, чтобы они поняли: будет либо по-моему, либо никак!»

Странно, но ее тривиальные максимы произвели на меня эффект, приравниваемый к вылитому на голову ушату холодной воды. Я с легкостью могла бы продолжить список этих женских советов… Парадокс состоял в том, что я давным-давно перестала давать их самой себе! Со школьных лет не слышала ничего подобного от приятельниц. Со времен журнала «Работница» не читала ничего похожего в прессе.

Увы, общественная мораль нас больше не защищает — по причине отсутствия таковой. А сами мы, вольно или невольно, подстраиваемся под аморальность окружающих. И первопричина вовсе не в нашей заниженной самооценке. Мы ценим себя так низко лишь потому, что по нынешним временам это стандартная цена! Забывая, какие бы сомнительные правила игры ни навязывали нам среда, приятели и поклонники, отсчет нужно вести исключительно от собственного «Я». От трех основополагающих понятий, на которых базируется наша личность — самоуверенность, самоценность, самоуважение, — охраняющих твою честь почище любых мамок, нянек и дуэний.

Да, сегодня нам, женщинам, позволено все, и за это нас не упекут в монастырь, не упрекнут и не лишат звания «порядочных». А вот на вопрос: «Позволено ли все с нами?» — каждая из нас должна ответить себе сама.

В конце концов, мужчины просто подчинятся твоему решению!

«Я тебя хочу!» Твоя инициатива

Сколько литров презрения выливают мужчины на наши дамские романы! Женская литература — определение, приравниваемое к оскорблению. А мы обижаемся, дуемся, стыдимся, но все равно упрямо «рожаем» своих инкубаторских Героинь. Умниц, красавиц, девственниц, развратниц, в которых влюбляются все без исключения встречные мужчины. Потому что, создавая и перечитывая их, эти не больно-то жизненные story, реализуем свою самую насущную из потребностей — быть желанными, обожаемыми, окруженными коленопреклоненной толпой.

«Да-да, — презрительно скажут великоразумные мужи. — Ни о чем другом вы и думать не можете!»

Вот только так ли кардинально они отличаются от нас? Недавно, штудируя роман одного весьма уважаемого автора, я приметила забавную закономерность. Все женщины, с коими сталкивался герой произведения, домогались его с прямолинейностью настырных рыцарей. Заявлялись домой, сторожили в подъезде, названивали, зазывали в гости, соблазняли… Родной «женский» принцип, вывернутый наизнанку!

Вычислив его, я начала безнаказанно заключать пари с друзьями во время просмотра того или иного фильма.

«Смотрите, супергерою вешается на шею уже третья красавица! Давайте посмотрим титры. Спорю, сценарий написал мужчина!» И всегда выигрывала. «Дамский ход» оказался вековой традицией, не зависящей от величия произведения. В «Ностальгии» Тарковского и современных мелодрамах-пустышках, у Пушкина и Ремарка, Жадана и Куркова, Незнанского и Бушковая находила тот же неизменный сюжет. Озабоченный делами или рефлексирующий в поисках смысла жизни персонаж ходит по миру а за углами его караулят озабоченные дамочки с намерением выяснить отношения, как Жоан Маду, объясниться в любви, как Татьяна Ларина, или попросту затащить в постель. А он то отмахивается от них (не до того, знаете ли!), то устало уступает…

Вывод, сделанный мною из этой литературоведческой работы, был крайне земным — не имеющим ни малейшего отношения к нашему и «ихнему» искусству. Оказывается, в глубине души мужчины мечтают о том же, о чем и мы, — чтобы инициативу в отношениях проявлял противоположный пол!

«Это правда, — призналась моя коллега Ляля. — У меня затянулись отношения с одним из поклонников. Он все никак не мог сделать решающий шаг. И я спросила совета у приятеля: что мне делать? Он ответил: прояви инициативу. А затем вдруг пустился в долгие, вдохновенные рассуждения. Мол, одно из самых распространенных мужских желаний, чтобы девушка сама сказала: «Я тебя хочу!» Подошла, прижалась, поцеловала… Пригласила к себе домой и совратила… Он меня так удивил. Даже не знаю, как теперь поступить?»

М-да… — подумала я, — именно так поступают женщины в мужских романах. Улыбка чувственных губ. Зазывный взгляд из окна машины. «Садись, красавчик, подвезу…» И приятель, похлопывающий героя по плечу: «Не упусти шанс! Видишь, она на тебя глаз положила…» Но чем на самом деле продиктовано это мечтание? Желанием перепрыгнуть через условности и сразу получить вожделенный приз? Откровенной ленью: возможностью избавиться от утомительных ухаживаний, трех «Нет», подразумевающих «Да. Но вначале побегай за мной»? Стремлением самоутвердиться и, выслушав тебя, щелкнуть по носу, одновременно задрав свой до небес? А может, срабатывают все три причины?

Вопрос лишь в том, стоит ли признавать их уважительными!

Признаться, во времена моей бурной юности я была до неприличия инициативна. В то время, когда одни кавалеры карабкались в окно ко мне, я, гордая собой, лезла по водосточной трубе к своему избраннику. Носила ему цветы. Писала будоражащие письма, содержание которых и не снилось пушкинской Тане. Они производили на него неизгладимое впечатление. Один-два раза. Потом отношение стало восприниматься как данность. Девушка, поступающая по-мужски, сама провоцирует возлюбленного на женские поступки. Любимый превратился в капризную примадонну. Начал говорить «нет», подразумевая «да», ожидая, что я буду ухаживать, уговаривать… Еще немного, и стал бы ссылаться на головную боль и усталость. Но тут мое терпение лопнуло.

Пример исключительный (я всегда умудрялась впасть в крайность). Но недавно моя подруга Инга, девица на редкость экзотичная и обеспеченная, соблазнила собственного… слесаря. Точно по схеме. Пригласила, подошла, прижалась… «Наверное, он ничего подобного не ожидал!» — сказала она. «Напротив, — опровергла я, — он ждал этого всю свою жизнь. И наверняка чувствовал себя в этот момент героем кино». Однако классический сюжет имел столь же классическую развязку. Сначала новоявленный «любовник леди Чаттерли» восторженно названивал своей «госпоже» на мобильный по десять раз в день. Затем в поведении начало прорываться накапливаемое раздражение. Он почувствовал себя использованным. Ему претила его не мужская роль…

Возможен и третий вариант — самый банальный. Когда довольный кавалер бескомплексно принимает твой подарок, а получив, тут же начинает считать его бесценком. Потому как нет ничего более дешевого, чем полученное даром. Именно об этом свидетельствуют все романы и фильмы, где сюжеты, начинающиеся с «женской инициативы», становятся либо яркими эпизодами, либо грустными побочными (!) историями.

Казалось бы, принцип герой — героиня и свита влюбленных, «делающая короля», — абсолютно идентичен. Мы, женщины, грезя о сотне воздыхателей, тоже не собираемся выходить замуж за каждого из них. Девяносто девять нам нужны лишь для того, чтобы красиво отказать. Но есть важный нюанс. Героиня отдает свою руку одному — самому настырному. Герой выбирает самую недоступную. И школьный пример Татьяны Лариной, которая стала Онегину нужна, лишь когда была «другому отдана», да еще собиралась быть «век ему верна», — должен служить для нас вечным уроком.

Пусть они мечтают о легкодоступных инициативных красавицах и реализовывают мечты на бумаге — наша задача ни в коем случае не допустить их воплощения в жизнь!

Очередь поклонников — святая привилегия женского пола. Так уж устроил Бог: именно павлины распускают хвост, олени дерутся на дуэли ради оленихи, а тетерева танцуют брачный танец вокруг тетерки. И эти законы природы не опровергнет ни одна сексуальная революция.

Не мы рабыни условностей! (Честное слово, иногда так хочется положить руки ему на плечи и сказать: «Я люблю тебя. Зачем тянуть и притворяться?») Просто эти условности нужны им куда больше, чем нам. Как бы ни раздражали мужчину бесконечные «нет», чем чаще он их слышит, тем больше ценит «да». Как бы ни льстили самолюбию слова «приходи ко мне домой», по-настоящему рыцарь самоутверждается, лишь взяв приступом недоступный замок, предварительно отбившись мечом от других желающих туда попасть…

И так будет всегда!

Впрочем… Вышесказанное отнюдь не означает, будто инициатива — табу для прекрасных дам. Во-первых, иногда просто необходимо скрасить биографию каким-нибудь экзотичным эпизодом. Во-вторых, подобно любому властелину, женщина должна иметь это убийственное оружие в своем арсенале, но использовать его лишь в самых экстренных случаях.

Ведь, как говаривал хитрый кардинал Мазарини, мудрость политика заключается всего в двух правилах: «Умей выждать» и «Умей действовать»… И побеждает тот, кто знает, какое из них применить в нужный момент!

Женщина, которая платит

Официант приносит счет, и ты берешь его раньше своего кавалера. Прикуриваешь сигарету прежде, чем мужчина успевает услужливо щелкнуть зажигалкой. Открываешь дверь быстрее, чем он вспоминает о своем долге джентльмена — распахнуть ее перед тобой. Сначала выходишь из машины, а уже затем удивленно замечаешь протянутую тебе руку.

Ты поступаешь так автоматически. Это не принцип — просто привычка к самостоятельности. Но она, уже въевшаяся в подкорку мозга, сильнее любого принципа.

Речь идет не о феминистках, не об амазонках, содержащих альфонсов, — о проблеме куда более незаметной, но гораздо более актуальной. Не об исключении — о правиле: о целом поколении женщин, привыкших сами расплачиваться по счетам в прямом и переносном смысле слова. Собственноручно решать свои проблемы и отвечать за свои поступки. Они не обязательно зарабатывают миллионы, однако вполне способны обеспечить себе прожиточный минимум: оплатить модную одежду, косметичку, теннис, мобильный телефон, квартиру и отпуск.

Это женщины, которые вроде бы не нуждаются в помощи мужчин.

Прочитав один из моих опусов в «Женском журнале», завершающийся радостным пассажем «Главный плюс быть женщиной в том, что она может заставить мужчину заплатить за все!», моя сотрудница задумчиво произнесла: «Так-то оно так, но… как по мне, легче платить самой. Дешевле будет. Не нужно ни хитрить, ни просить, ни отчитываться. Ты сама себе хозяйка».

С подобной аксиомой трудно спорить. Финансовая суверенность превращается в нравственную, психологическую. Ты можешь потратиться на любую, ненужную и такую желанную финтифлюшку, и никто не упрекнет тебя за транжирство. Никто никогда не крикнет в сердцах: «Я потратил на тебя целое состояние, а ты!..» Нет обязательств, не существует ограничений. Свобода! Независимость! Они дают ощущение полета. И мы забываем, что пессимистические философы давно уже доказали: любая независимость рано или поздно оборачивается зависимостью от собственной независимости. И это, увы, тоже аксиома.

«Представляешь, мне ни разу в жизни не удалось съездить в отпуск вместе с любимым, — призналась как-то подруга Наташа, известная певица. — Любимые менялись, ситуация — нет. Никто из них не был в состоянии оплатить вояж не то что за нас, даже за себя самого. Я могла бы, конечно, заплатить за двоих, но это же унизительно…»

Нормальная женщина, поднявшаяся на несколько ступенек благосостояния, уже не может быть с мужчиной, зарабатывающим меньше ее. Но в то же время ей, вкусившей свободы, тяжело также оказаться с человеком, выше ее по положению и богатству, поскольку рядом с ним она автоматически теряет столь привычное чувство независимости и собственного превосходства. Она уже отвыкла играть вторую роль, растеряла багаж невинных дамских хитростей и ухищрений — у нее нет опыта уступать…

Получается замкнутый круг.

И проблема не в окружении, а в ней самой!

Способность самостоятельно решать все жизненные проблемы, женские и мужские, рождает вполне справедливую гордость. Но со временем справедливая гордость перевоплощается в потребность ежечасно доказывать свою доминанту. Пусть в мелочах. Я, например, люблю прикуривать мужчинам сигареты. Моя подруга Инга лихо оплачивает обеды с богатыми поклонниками. Мы умеем поражать их, оглушать, переламывать — безупречной логикой, образованностью, осведомленностью, блеском юмора, циничностью суждений. Забывая азбучную деревенскую поговорку: «Мужа не ищут с вилами в руках!».

На лицах ошеломленных кавалеров появляется выражение озадаченности. Ты испытываешь секундный перевес. Демонстрируешь: «Вот я какая! Совсем не похожая на других!» Подобные секунды складываются в часы, часы — в образ жизни. И вдруг — кризис, ангина, депрессия, усталость! Тебе снова хочется ощутить себя не всемогущим богатырем, а маленькой девочкой, которую успокаивают, утешают, подставляют ей свое плечо. «Почему мне никто не помогает?!» — обиженно возмущаешься ты.

Ответ прост и безыскусен. За много лет ты приучила окружающих к мысли, что не нуждаешься в их помощи.

«Недавно я задумалась, — смущенно поведала мне моя коллега Ляля, — почему мужчины так редко дарят мне подарки. Отчего все мои романы гаснут и постепенно перерастают в дружбу. Начала анализировать. Искать подвох. И неожиданно поняла: на первом же свидании с новым парнем я сразу же называю ему цифру своей зарплаты, марку машины, сообщаю: у меня все есть — я ни в чем не нуждаюсь.

Я так часто слышала, как они осуждают девушек, провоцирующих их на траты, что боюсь хоть на минуту показаться одной из них. Даже если сейчас переживаю финансовый спад, все равно не признаюсь. Никогда не стану просить о чем-то — это уязвляет мою гордость и самолюбие. Мне казалось, моя позиция вызывает у мужчин уважение. Но выходит, меня они лишь уважают, а влюбляются в тех, других. Возят их к морю, покупают одежду, расстаются, подсчитывают расходы, снова осуждают, затем опять увлекаются точно такими же. Почему?»

Все истины стары и просты. Природный инстинкт мужчины — быть охранником и добытчиком, заботиться и защищать. Он никогда не признается в своей архаичности, покивает, похвалит тебя за самостоятельность, удивленно признает твою эксклюзивность и… сбежит к другой. Потому что рядом с женщиной, не нуждающейся в помощи, перестает чувствовать себя мужчиной. Ему не удается ни покрасоваться, ни пустить алмазную пыль в глаза — вы все можете сами. Какая радость дарить вам что-то — у вас все есть. Как вызвать ваше восхищение, когда вы «сами с усами»?

Рядом с тобой ему нечем гордиться!

И услышав от любимого покаянное признание: «Ты лучше, умнее меня, самостоятельней, успешней…», не задавайся — в эту минуту он подписывает смертный приговор вашим отношениям.

Как ни заблуждался классик социалистического материализма со своей теорией переустройства мира, он был прав в одном — самом главном: в женщинах ценят прежде всего слабость. Возможность быть сильным, смелым, незаменимым на ее фоне.

И поэтому, даже если ты способна сама все решить и оплатить, — не признавайся в том никому. Ни за что. Пусть это будет твоей маленькой женской тайной.

Мужчина, деньги, женщина, или как выйти замуж за миллионера?

Мужчина, деньги, женщина… Тема не менее вечная, чем мужчина, женщина и любовь между ними.

Многие даже считают, что формула эта идентична, и деньги если не приравниваются к любви, то, как минимум, с успехом ее замещают.

Для иных любовь — деньги не равнозначные понятия, а причина и следствие. Наличие у мужчины средств провоцирует их на любовь. Уточняю: искреннюю. Потому как деньги свидетельствуют: он состоявшийся, сильный человек, добытчик, «каменная стена» — на такого можно опереться, за таким не страшно, он привык решать все проблемы сам. Как его не полюбить? Он же практически мечта!

Сама «мечта» часто считает по-другому и никаких причинно-следственных связей не понимает. Многие денежные мужчины страдают распространенным в их среде мучительным комплексом: «женщинам нужны только мои деньги, а сам я — лишь придаток к кошельку». Так, одна моя знакомая встречалась с миллионером. Никаких барышей, кроме глубокого морального удовлетворения от красивой репризы «мой любовник — миллионер», это ей не принесло. Кавалер постоянно был начеку, боясь, что она лишь прикидывается бескорыстно влюбленной, а на самом деле ей от него что-то нужно. Его страх доходил до абсурда. Однажды возлюбленная попросила подарить ей… игрушечного мишку. У бедняги чуть не случился инфаркт! Он надеялся, что она порядочная женщина! «Понимаешь, — грустно резюмировала мне его барышня, — он просто не хочет платить мне мишками, как проститутке».

Добавлю: старательно обходя эту «ахиллесову пятку», идя с ним в ресторан, она частенько расплачивалась за себя сама, а приглашая его куда-то, сама покупала билеты. И в итоге родила еще одну эпохальную фразу: «Хорошо, что у меня всего один знакомый миллионер. Если бы их было два, я бы точно разорилась».

К слову, после долгих выяснений и заверений в «чистой и искренней», игрушку он ей все-таки подарил. А где-то года через два успокоился настолько, что даже по собственной инициативе купил любимой часы. И кто знает, может, лет через десять дозрел бы до квартир, машин и бриллиантов… Но столько девушка не выдержала и связала свою жизнь с мужчиной победней. «Хотя, — признавалась она впоследствии, — может, в чем-то он был и прав. Потеряй он вдруг все свои деньги, я и впрямь не нашла бы, за что еще его уважать».

В виде постскриптума присовокуплю историю еще одной барышни, влюбившейся в другого супербогатого «принца», страдавшего той же самой проблемой. Она пошла тем же путем, но прямо на абордаж его комплекса. САМА постоянно дарила ему баснословно дорогие подарки (часы, золотые булавки, бриллиантовые запонки), САМА оплачивала дорогие круизы, залезла в долги, заняла денег у кого могла… Зато год спустя малость «подлеченный» миллионер таки сделал ей предложение руки и сердца. Вот вам сказка про современную Золушку с точностью до наоборот.

Тут я сделаю поворот на 180 градусов и расскажу совсем другую историю. Моя приятельница, счастливая обладательница собственного доходного бизнеса, вышла замуж по любви — в смысле, ее муж не имел и десятой доли таких средств. Через год она с ним развелась, сочтя, что тот слишком бездумно пользуется ее деньгами. В воздухе даже прозвучало слово «альфонс».

Но вот в чем подвох… Парень-то женился на ней не из-за денег и альфонсом не был — просто был представителем иной социальной среды. Он реально не мог оплачивать рестораны, где привыкла обедать она, отдыхать в тех странах, куда привыкла ездить она, одеваться в дорогих бутиках и купить достойную ее квартиру. И, дабы сохранить привычный ей образ жизни, у его жены был один-единственный выход — платить за все самой.

А теперь вопрос на засыпку: что случается с мужчиной, за которого ровно год платит женщина? Он либо бросает ее, чтобы сохранить чувство собственного достоинства, либо приобретает зависимость от чужой красивой жизни, «ломается», смиряется с ролью альфонса и начинает «бездумно пользоваться ее деньгами».

Ситуация для супруги обидная. Но, с другой стороны, дама сама свершила свой выбор между личным комфортом и личным счастьем. Поскольку единственным способом сохранить своего мужчину в роли мужчины было спустится на несколько социальных ступенек вниз и, отказавшись от всех прошлых пристрастий, жить на его зарплату, так, как может позволить себе он. Иными словами, пожертвовать деньгами (всем тем, что давали ей ее деньги) ради любви.

Могла она так поступить? Теоретически — да. Практически — вряд ли. На моей памяти подобный выбор не делал никто. А вот страдали от невозможности его совершить достаточно многие…

Две мои подруги в юные годы вышли замуж за «каменные стены» и ближе к концу первой пятилетки брака пережили жестокое крушение «берлинской стены». Муж первой попросту потерял работу. Муж второй остался далеко позади, в то время как его супруга вдруг стала зарабатывать втрое, вчетверо, впятеро больше. Одно время я на полном серьезе советовала ей скрывать от ее благоверного доходы. Но ей слишком хотелось купить себе самые дорогие обои и самый крутой автомобиль… Где-то на стадии самой дорогой квартиры их отношения испортились уже окончательно, и он наотрез отказался переезжать в купленное ею семейное гнездышко.

Итог неутешителен: когда слово «деньги» стоит в опасной близости от слова «женщина», нормальный мужчина из этой формулы автоматически вычеркивается. Даже если он богаче ее. Ибо женщина с деньгами принимает ролевую функцию мужчины, а два «мужа» на одной кухне уживаются еще хуже, чем жена, исполняющая роль супруга, и муж, исполняющий роль супружницы.

Конечно, попадаются и миллионеры без комплексов. Есть среди них и те, кто органично принимает в любовной сфере схему товарно-денежных отношений. Выбирает себе самый лучший «товар», платит за него и получает удовольствие от обладания. Жаль только, что быть «товаром» нам столь же неприятно, как им — «придатком к кошельку»…

Да и вообще, зачем нам миллионеры? Нас вполне устроит вариант попроще. Не так давно моя коллега вышла замуж за очень обеспеченного человека, теперь на ее лице не написано ничего, кроме лучезарного женского счастья. Он — тот самый, на которого можно опереться, за которым не страшно, который решает все свои и ее проблемы сам. «И я, — улыбаясь, сказала мне она, — никогда с ним не спорю. С ним спорить нельзя — убьет».

Признаюсь, одно время я ей даже завидовала. Но вдруг поняла: окажись я на ее месте, меня бы прибили давным-давно. Ну, не прибили бы, так побили. Или, что скорее всего, просто бы на мне не женились. И были бы совершенно правы!

В сериале «Бальзаковский возраст, или Все мужики сво…» богатый мужчина произносит весьма поучительный монолог: «Понимаете, я люблю, чтобы все было по правилам. Если ты независимая, ради бога, будь ею. Но тогда уж иди до конца. Если ты прилагательное к мужчине, тоже замечательно. Но раз уж назвалась груздем, полезай в кузов и сиди тихо. Роль мужчины зарабатывать деньги, а роль женщины их тратить…»

Логично, что и говорить!

В конце концов, домохозяйку от содержанки отличает лишь то, что содержащий ее мужчина является законным мужем и относится к ней с уважением — как к матери своих детей и хранительнице домашнего очага. Но о какой независимости может идти речь, если ты целиком от него зависишь? А если ты финансово независима, пардон, о каком мы говорим мужике? Исключительно об альфонсе, готовом идти на содержание.

Да, можно пойти по третьему пути и стать содержанкой самой. Принять известный тезис «Деньги надо брать из мужчин», брать их у сильных и состоявшихся и отпускать добытчиков с миром, оставаясь свободной и одинокой….

Новый век подарил женщине свободу стать самостоятельной личностью, но отобрал взамен способность подчиняться. Деньги, «золотой идол» нашего времени, осмеяли истину «С милым рай и в шалаше». И песня на стихи Роберта Бернса: «На свете счастлив тот бедняк с его простой любовью, кто не завидует никак богатому сословью» актуальна, как никогда.

Мы знаем, что счастья за деньги не купишь, но упрямо пытаемся расплатиться за него купюрами. Мы не верим, что можно заполучить его на шару. Пожалуй, нам даже проще заплатить. Заплатить за миллионера в ресторане, заплатить за неимущего мужа, заплатить за содержание любовью…

Но если замыслиться: «Почему в формуле «мужчина, деньги, женщина» — между мужчиной и женщиной в принципе стоят деньги? Ведь между нами не должно стоять ничего!»

И просто спрятать свой кошелек.

Идеализм: достоинство или грех?

Недавно моя знакомая осталась без работы. Она совершила ошибку. Впервые за восемь лет. Ошибку — не преступление! Она не подделала подпись, не растратила деньги шефа, не принесла ущерб фирме. Но финал был плачевен. И обговаривая с ней сей прискорбный инцидент, я смогла отыскать лишь одно объяснение: «Похоже, твой начальник — идеалист».

Как-то мы с подругой посвятили вечер обсуждению ее сложной личной жизни. Уточню: моя приятельница относится к счастливой категории дам, которые нравятся 80 мужчинам из 100. Но, несмотря на то что желающих завоевать ее сердце всегда предостаточно, удержать его на сколько-нибудь долгий срок не способен никто. Все вычеркиваются с безапелляционным приговором: «Недостаточно порядочен», «Мало зарабатывает», «Не интеллигентен», «Не понимает меня» и т. д, и т. п. В итоге, взяв в руки бумагу и ручку, мы составили словесный портрет ее идеального мужа. Воспроизводить его не буду. Скажу только: ему позволялось иметь всего один «минус» — «не быть красавцем». Что касается всего остального, зачитав вслух список обязательных достоинств избранника, я весело покачала головой: «Проблем нет. Я знаю мужчину, которого ты ищешь… Это Господь Бог. Ступай в монастырь!»

В тот вечер я впервые задумалась о том, насколько опасен идеализм.

На первый взгляд, его вроде трудно причислить к недостаткам, скорее он носит ранг достоинства. Идеалисты стремятся к максимуму, не щадя ни себя, ни других. Они принципиальны, честны и не станут халтурить ни в любви, ни в работе, не попытаются увернуться от ответственности… И, слушая их требования к миру и лично к тебе, с ними невозможно поспорить.

Разве не прав начальник, желающий, чтобы сотрудники приходили и уходили вовремя, не допускали недочетов и выдавали ему стопроцентный результат? Разве не права подруга, убежденная: муж должен быть умным, образованным, интеллигентным, начитанным, сильным, обеспеченным, честным, порядочным, чутким, способным понять и решить все ее проблемы? Конечно, права!

А вот кто совершенно не прав — так это упомянутый выше Творец, не удосужившийся создать нас идеальными. Мы просыпаем на работу и отпрашиваемся с нее, оттого что у нас разболелись не идеальные зубы. Совершаем ошибки, принимаем неверные решения. Даже самые умные иногда ведут себя как глупцы, даже самые сильные чувствуют себя слабыми в лихую минуту… Но проблема идеалистов в том, что они не признают за людьми права на недостатки — «минусы» и «плюсы», сильные и слабые стороны. Они всегда и везде требуют от вас совершенства, причем в категорической форме!

В двадцать два года я познакомилась с парнем, интеллигентным, серьезным, симпатичным — почти идеальным.

Я сбежала от него через месяц. К несчастью, в то время я была недостаточно умна, чтобы сделать это в первый же день, когда, познакомив меня с женой друга, кавалер отпустил комментарий: «Хорошая девочка. Но, знаешь, она считает, если я пришел к ним в гости в час ночи, можно открыть мне дверь в халате и бигудях».

Сейчас я бы с ходу вынесла ему вердикт: «Идеалист»! Но тогда испила свою чашу до дна. Мой парень не понимал, с чего вдруг бессонная ночь может послужить оправданием трем чашкам кофе, выпитым подряд: «Это же вредно! Ешь творог — он полезный. Ты должна уметь сама взять себя в руки» (кто спорит, в идеале — должна, на практике — не могу по сей день). Он редактировал все мои статьи, ставя под сомнение каждую букву. Он едва не получил инсульт, увидав в моей ванной мыло вместо геля для душа. Он приговорил к изгнанию весь мой гардероб, посчитав его безвкусным. И, самое интересное, был абсолютно прав! И столь же абсолютно невыносим.

Я шла на встречу с ним, как на суд, боясь надеть что-то не то, сказать не то, сделать неловкий жест. Поставив чашку мимо блюдца, я немедленно получала выговор. И мне не было оправданий! Ни «Ой, я задумалась», ни «Могу я расслабиться хоть у себя дома на кухне?», ни даже «Прости, я больше не буду» — не принимались.

И до сих пор, вспоминая о нем, я испытываю спорные чувства. С одной стороны, муштруя меня, как жестокая немецкая бонна, он в кратчайшие сроки успел искоренить десяток моих несовершенств. С другой… это был ад! Рядом с ним я чувствовала себя ничтожной, невоспитанной, необразованной, непрофессиональной дурой.

Мне повезло. Моя одноклассница чувствовала себя такой ровно одиннадцать лет. Она вышла за идеалиста замуж, и ситуация осложнилась тем, что деньги в дом приносила как раз «непрофессиональная и глупая» жена, поскольку ее законный идеалист не мог ужиться ни с одним «непрофессиональным и глупым» начальником.

В заключение мой вам совет: увидите идеалиста — спасайтесь бегством! Он способен уничтожить любого, оказавшегося в сфере его влияния. Он раскрутит ваше «Я» по винтикам, разберет вас по косточкам, отнесет каждую из них на анализ и положит перед вами кучу справок с суровым диагнозом «Несовершенна во всем!». И вы ничего не сможете ему возразить. Он будет прав! И, опираясь на свою правоту, превратит вашу жизнь в перманентную работу над ошибками.

Впрочем, надо отдать идеалистам должное — в первую очередь, они портят жизнь себе. Вначале личную… Поскольку по складу характера способны ужиться лишь с мазохистом. Но и это отнюдь не гарантирует им семейного счастья. Если партнер не сбежит (как это сделала, в конце концов, моя одноклассница), идеалист откажется от него сам (как это регулярно проделывает моя подруга). Аргумент у нее железный: мазохиста нельзя уважать. Коль он терпит твои тычки и упреки — значит, недостаточно силен. Коли прошло два месяца, а он до сих пор не исправил все недостатки — значит, слабоволен и безнадежен. И радости от ваших отношений никакой — вечно упрекаемый партнер становится угрюмым, нервным, хмурым. Это вместо того, чтобы лучиться благодарностью к тебе, тратящей столько сил, дабы сделать его лучше!

В профессиональной деятельности дело обстоит того хуже. Попробуйте отыскать организацию, где шеф действительно всегда прав, нет и намека на подковерные игры, а все сотрудники — сплошь супер-асы, предварительно окончившие пажеский корпус и институт благородных девиц. На меньшее идеалист не согласен! Он не потерпит «дурака» замдиректора и коллегу-«селянку», пользующуюся плохими духами. Он скажет первому правду, прочтет второй лекцию о хороших манерах и искренне обидится, что те не сказали ему «спасибо».

Идеалист-подчиненный редко засиживается на одном месте и нередко заканчивает одиночеством и безработицей (по принципу: раз мир не соответствует моим идеалам, я буду гордо сидеть у себя дома на кухне). Идеалист-начальник постоянно меняет сотрудников. Он не прощает им ни черных дней, ни семейных обстоятельств. Не сделает скидки даже тем, кто проработал в его конторе восемь лет, удвоил ее доходы и ни разу не совершал оплошности раньше. Он будет требовать от вас максимума ежесекундно и по всем фронтам.

«До меня, — рассказала знакомая, — наш шеф уволил N. N любил загулять. Но он никогда не делал этого в рабочее время, — это вообще не сказывалось на работе. Он был важный для фирмы сотрудник. Я до сих пор не понимаю логики. N не выгодно было увольнять!»

Идеалисты не думают о выгоде — сие ниже их достоинства. Готовность простить и принять чужие несовершенства, дабы сохранить семью или коллектив, кажется им уделом слабых — не идеальных. Они с чистой совестью уволят профессионала за то, что у него грязные ногти. И пусть на одной чаше весов стоит их Великая Любовь, а на другой безобидная рассеянность партнера — первое не перевесит второе. Идеалист и не пригласит на свой суд Фемиду, с ее кособокими весами… Он меряет все ровнейшей линейкой.

Но оглядитесь вокруг и вы заметите… В природе нет прямых линий!

«Господь не стремился сделать нас совершенными. Тому, кто совершенен, место в музее», — написал Эрих Мария Ремарк в книге о Второй мировой войне. И тот, кто начал ее, тоже был идеалистом, возжелавшим вывести нацию идеальных людей, уничтожив всех остальных.

И одиннадцатилетний брак одноклассницы завершился тем, что безработный муж начал распускать руки, обозленный на мир, не оценивший его идеалов. Возмущенный (нелогичным, с точки зрения его идеалов!) успехом «непрофессиональной» жены.

Так плохо ли ставить себе и другим высокую планку? На первый взгляд, нет… На второй — это трагедия! Если абстрактная планка мешает вам опустить взгляд чуть пониже и увидеть там человека — с его семейными проблемами и больными зубами, «плюсами» и «минусами». Мешает понять: восемь лет отличной работы перевешивают случайную ошибку! Ошибка — не преступление! И куда бы ни поставил чашку ваш любимый, важно не это! Важно, будет ли он рядом с вами в тот черный день, когда вы почувствуете себя слабым и глупым, не идеальным, несовершенным…

И поймете: вас можно любить даже таким.

Обратная сторона недостатков

Считается, что недостатки надо исправлять: выкорчевывать с корнем, выравнивать или, на худой конец, прятать. В детстве их прополкой усердно занимаются наши родители, позже эстафету перехватывают партнеры по личной и семейной жизни.

У меня, например, целая клумба сорняков. Я — упряма, как осел-трудоголик. Удивительным образом сочетаю в себе ужасающее занудство и вопиющую беспринципность. Инфантильный романтизм с расчетливостью и корыстностью. И ко всему этому — совершенно не умею готовить.

А поскольку ни родители, ни мужчины моим воспитанием не занимаются, весь этот черный список мне периодически оглашает моя любимая подруга, барышня порывистая и склонная к максимализму-идеализму (да-да, предыдущая статья посвящена именной ей!). Не менее длинный караван претензий у нее и к собственному возлюбленному. Так что во время наших встреч мне приходится защищаться за двоих — «за себя и за того парня».

Другие известные мне дамы более гуманны и ограничиваются жалобами на собственных сожителей. Как, например, знакомая журналистка, регулярно заламывающая руки: «Мой муж невероятно скучный. Его всегда все устраивает. У него нет никаких жизненных целей. В наших отношениях нет романтики и интриги…»

Надо сказать: до брака ей долго не везло в личной жизни. Прежде всего потому, что влюблялась она исключительно в звезд первой, второй или десятой величины. Впрочем, роман даже с самой крохотной знаменитостью всегда оборачивался для нее очень большой проблемой. Они постоянно ей изменяли, или не хотели разводиться, или разводились и женились, но на других, продолжая встречаться с ней, — короче, вели себя кое-как. Пока ей это порядком не надоело, и она не вышла замуж за нормального парня.

«А тебе не приходило в голову, — не выдержала в конце концов я, — что если бы твой муж был таким, как хочется тебе — то есть таким, как все твои предыдущие пассии: ярким, неудовлетворенным, непредсказуемым, с неистребимой манией величия, он бы… никогда на тебе не женился!»

«А тебе не приходило в голову, — заявила я в сердцах подружке, — что ты постоянно выбираешь мужчин слабее и социально ниже себя оттого, что ими намного легче управлять? Ты требуешь, чтобы они подстраивались под твою жизнь, не делая ни шагу навстречу. Так какого же черта ты упрекаешь своих парней в том, что они недостаточно сильные, стабильные и не похожи на каменную стену? Камни, моя дорогая, никогда не станут обтекать тебя, как вода!»

Сей парадокс мне неоднократно пришлось прочувствовать и на собственной шкуре. Качество, которое поначалу притягивает к тебе партнера, спустя какое-то время вдруг провозглашается твоим самым ужасным недостатком. Ухаживая, он радостно ходит с тобой по показам, премьерам и презентациям, нахваливая тебя за коммуникабельность, светскость, гордясь твоей известностью, — а став законным сожителем, принимается ругать: ты, мол, редко бываешь дома и у тебя куча бесполезных друзей. Твоя столь удобная для мужского кошелька финансовая независимость внезапно начинает казаться ему твоей неуправляемостью и его никчемностью. Ведь как тобой, спрашивается, управлять, если тебе ничего от него не надо? И если тебе ничего от него не надо, как ему оказаться в «позе сверху»? Я уж молчу про социальные успехи, кажущиеся прельстительными лишь в «позе» издалека. А при ближайшем рассмотрении оборачивающиеся целым спектром проблем: работой за полночь («Так ты идешь в постель, дорогая?»), заброшенным домашним хозяйством («У нас что, опять нечего есть?»), усталостью, нервозностью, раздражительностью…

Нет-нет, это не моя, не наша, а общечеловеческая проблема! Мы, человеки, упрямо не хотим понять: людей, состоящих из сплошных достоинств, не существует в природе. Просто потому, что все наши достоинства — только обратная сторона наших же недостатков. Все наши «плюсы» являются и нашими «минусами». И веселый легкий нрав а-ля «разлюли малина» неотделим от своего близнеца — легкомыслия. Храбрость — от беспечности и неосторожности. Бережливость и трезвость — от скупости и расчетливости. Карьеризм — от эгоизма. Простодушие — от глупости. Бескорыстие и доброта…

О доброте я, пожалуй, расскажу чуть подробнее. Есть у меня один знакомый. Женившись, он разменял большую квартиру в престижном районе, где жил с матерью и сестрой. А разведясь, оставил полученную площадь жене и дочери. Снова вступил в брак, купил дом и, разойдясь, вновь оставил его супруге с ребенком. Гуманно, не правда ли? Настоящий мужской поступок! И обе его бывших жены могли с полным на то основанием назвать его достойным, честным, добрым, порядочным человеком. И я была бы с ними вполне солидарна, кабы не одно важное «но»!

Оставшись на улице, парень бескомплексно заявился в двухкомнатную «хрущевку», где проживали его мать и сестра с мужем и сыном, и объявил, что будет у них жить. Однако сестра (бывшая моей близкой подружкой) его «доброты» не оценила. Она и без того задыхалась от тесноты, страдала, что ее одиннадцатилетний сын делит комнату с бабушкой и не имеет даже угла, где можно спокойно сделать уроки. И задала своему братцу резонный вопрос: «А почему за твое бескорыстие по отношению к собственным детям должен расплачиваться мой ребенок? Ты не хочешь размениваться, не хочешь, чтобы твои дочь и жена ютились вдвоем в однокомнатной квартире? Но почему-то тебя ничуть не смущает, что здесь вам придется жить втроем в одной комнате!» После чего указала родному брату на дверь… Что, безусловно, было крайне жестоко! Хотя нельзя отрицать: эта жестокость была лишь обратной стороной ее здравого смысла! Парню пришлось таки делить дом с последней семьей, и бывшая благоверная обругала его «бесхребетной тряпкой», что и было обратной стороной его «доброты».

Как не вспомнить расхожую истину — ни одно явление не бывает плохим или хорошим само по себе. Его делает таковым исключительно наше восприятие.

И сидя до трех ночи за компьютером, желая сдать материал в срок, — я являюсь очень хорошей работницей для своего начальника и очень плохой любовницей для своего парня. Проводя свободный вечерок с любимым, свершаю на его взгляд совершенно правильный выбор — и крайне неправильный для своей подруги, жаждущей поделится со мной наболевшей проблемой и обзывающей меня «домашней квочкой». Отправляясь на встречу с подружкой, искренне радую ее, чем крайне огорчаю бабушку, надеявшуюся, что сегодня я забегу в гости к ней.

Но самое смешное, когда во время подготовки горящего проекта мне звонит мой кровный начальник и требует: «Немедленно бросай все и иди на пресс-конференцию». «Но ведь тогда я не успею сдать работу вовремя и вас подведу!» — говорю я. «Почему? — искренне удивляется он. — Разве нельзя сделать и то и другое?»

Нам вечно хочется и того и другого! Сильного, волевого, богатого… но на все согласного мужа. Красивую, умную, суперуспешную… домохозяйку. Вечно улыбающегося ангельского младенца, который никогда не плачет по ночам.

Всем до единого моим друзьям, родственникам и, понятно, любимому приятно знать, что я автор шести книг. И все они начинают дружно скулить, возмущаться, величать меня занудой и трудоголичкой, как только я сажусь их писать. Поскольку им хотелось бы, чтобы я проводила это время с ними. А книги появлялись… но как-нибудь сами собой!

Но именно потому, что, в отличие от них, я понимаю эту причинно-следственную связь, я фанатично сражаюсь с миром за каждый свой недостаток, не поступаясь ни одним.

Зная: именно мой трудоголизм плавно перетекает в профессионализм. Неисправимый романтизм — лучший друг веры: «Все возможно, достаточно захотеть и упрямо идти к намеченной цели». И я бы никогда не дошла ни до одной из них, кабы не мое ослиное упрямство и ужасающее занудство — скрупулезно, шаг за шагом, осуществлять принятое решение.

А главное, не будь я так ужасающе беспринципна (читай: не зациклена на категоричном «плохо» и «хорошо») и корыстна (способна просчитать: ущерб от первого меньше, чем выгода от второго) — я не смогла бы простить окружающим тысячи вещей.

Подруге — порывистости, с которой она бросается меня упрекать. (Но ведь так же порывисто она бросается и на помощь мне в трудную минуту!)

Маме — равнодушия к моему творчеству и того, что она никогда не читает мои статьи. (Но ведь начиная с детства она столь же спокойно принимала любое мое решение. И сроду не ругала меня за умопомрачительные зигзаги судьбы, считая: «Пусть делает что хочет, лишь бы была счастлива».)

Любимому… Впрочем, его (тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить!) мне пока совершенно не за что прощать. Зато именно он сказал недавно эпохальную фразу. Будучи прекрасным кулинаром, знающим двадцать пять способов приготовления жареной картошки, он, выслушав мои очередные восторги по этому поводу, удовлетворенно кивнул: «Знаешь, это такое счастье, что ты не умеешь готовить. Я всегда буду знать, чем тебя покорить».

О пользе недостатков

«За какой из недостатков ты меня полюбила?» — спрашивает Бенедикт. «За все сразу!» — отвечает Беатриче.

Думаете, шутка гениального Шекспира? Нет — гениальный совет всем влюбленным, который давно пора включить в учебники по психологии семейной жизни.

Мечтая о Нем — своем идеальном мужчине, мы представляем его как комплекс сплошных достоинств: красивый, умный, богатый, веселый и, желательно, чтобы еще животных любил. Но Он реальный — всегда не идеальный. И ты, его женщина, тоже соткана не из музыки и цветов. Поэтому крайне важно подобрать человека с подходящими тебе… недостатками. У каждого найдется десяток «ахиллесовых пяток». Главное, чтобы, вышагивая с тобой по дороге жизни, его «пята» не наступала на твою «любимую мозоль»!

Был у меня один воздыхатель. Любил безумно. Готов был сделать для меня все что угодно! Кроме одного — позволить мне курить в квартире. Только я доставала сигарету, любимый незамедлительно выталкивал меня взашей на балкон или лестничную клетку. Поскольку на балконе лежал снег, а на лестнице — соседи-алкоголики, я отчаянно сопротивлялась, настаивая на своем праве дымить на кухне. Тогда он делал мученическое выражение лица, хватался одной рукой за грудь, другой — за голову и при появлении первого колечка дыма начинал демонстративно умирать от мигрени и бронхиальной астмы. Через месяц мужчина пошел ва-банк и попытался запретить мне употребление «яда». «Или я, или сигареты!» — поставил он вопрос ребром. «Скорее я брошу тебя, чем курить», — заявила я в ответ. И сдержала свое слово.

Меня осудят. Ведь отсутствие вредной привычки к никотину — бесспорное достоинство, а курение — вопиющий недостаток. Но это был МОЙ НЕДОСТАТОК! Давнишний и укоренившийся. От подобных пристрастий люди не избавляются только потому, что кто-то другой ударил кулаком по столу. И попытка с ходу переломить меня методом ультиматума свидетельствовала: в дальнейшем он также не станет церемониться, выравнивая неподходящие ему черты моего характера… Зато теперь, глядя на нынешнего возлюбленного, я не могу сдержать радостного восклицания: «Какое счастье, что ты ТОЖЕ куришь!»

Но курение — «минус» наносной и, по большому счету, преодолимый. (Будь мой друг более дипломатичным, нежным и терпеливым, я не променяла бы его на пачку «Мальборо».) Существуют и природные недостатки — практически неотделимые от твоего «Я». Признаюсь, я всегда восхищалась людьми, способными просыпаться свежими и веселыми ни свет ни заря и приступать к свершению славных дел. Однако сожительствовать под одной крышей с таким образчиком правильного образа жизни — сущий ад для «совы». «Жаворонок» никогда не поймет, почему ты «просто не можешь проснуться», поскольку сам сроду не испытывал подобных проблем. Он неспособен осознать, что от его громкой бодрящей музыки в семь утра у тебя весь оставшийся день болит голова. Ни за что не поверит, что встать и приготовить ему завтрак приравнивается к китайской пытке. И будет объяснять это исключительно твоей ленью и капризами. Зато вечером, когда тебе захочется поехать в гости, в кино, заняться с ним любовью или просто поговорить по душам, он, словно мальчик-паинька, отключится ровно в 21.00, оставив тебя в одиночестве, наедине с его храпящим телом.

Из этого дисбаланса есть два выхода — оба ведут в тупик. Или один партнер из лучших побуждений пытается навязать другому свой способ существования. (Второй, сбившись с персонального биологического графика, становится злым, нервным и раздражительным. Первый — тоже, поскольку считает, что его «благородных намерений» не оценили.) Или оба продолжают функционировать в присущем им ритме. (Причем видят друг друга большей частью спящими, и каждый в глубине души считает: его половина «просыпает» лучшую часть их совместной жизни.)

Я предпочитаю третий — самый простой. Выбирать людей, которые понимают вас, как себя самих. Все мои друзья, подруги и любовники — стопроцентные «совы». Возможно, это и не говорит о нас хорошо. Но зато мы никогда не мешаем друг другу спать по утрам и нам всегда есть с кем провести вечер.

Увы, при выборе спутника с «идеальными» недостатками мы зачастую сталкиваемся с труднопреодолимой проблемой. На первом этапе романа влюбленные тщательно прячут друг от друга свои отрицательные качества! Мы, человеки, настолько подвластны иллюзии: лучшее — это то, чего у нас нет, что, пытаясь быть лучше, нередко изображаем полную свою противоположность. Так, моя подруга Наташа, девушка яркая и заводная, влюбившись, ходила на свидание исключительно в классических костюмах и белых блузах. И вела чинные интеллектуальные беседы, пытаясь соответствовать своему (!) представлению об идеальной возлюбленной. Когда она открыла мне имя парня (оказавшегося моим близким знакомым), я хохотала минут пятнадцать. «Быть может, это и плохо, что ты больше похожа на цыганку, чем на леди. Но он обожает веселых, бесшабашных барышень — именно таких, как ты!»

Никогда не скрывайте своих недостатков, а вдруг они — идеальны! Вот правило № 1. Правило № 2 — если ваши недостатки не стыкуются, не надейтесь исправить со временем себя или его. Исправить никого нельзя — можно только испортить нервы друг другу.

Курение несовместимо с бронхиальной астмой, сумасшедшая любовь к животным — с аллергией на шерсть, а пристрастие к дедушке Ленину — с украинским национализмом. Если боготворите детективы, не связывайтесь с заумным интеллектуалом, помешанным на Борхесе и Гессе. Рано или поздно он сочтет вас недостаточно развитой, а вы почувствуете себя ущербной. Если горды и амбициозны, не выходите замуж за бездумного весельчака. В конце концов вы обзовете его «тюфяком», а он вас — «стервой». Если больше всего на свете любите тратить бешеные деньги на свою красоту — не влюбляйтесь в скупого.

Зачем? Ведь на каждый недостаток найдется свой купец. Даже на самый неказистый. Знаю одну на редкость гармоничную парочку. Оба страдают крайней степенью необязательности и непунктуальности. И он и она способны опоздать на свидание на час. И — вот парадокс! — практически всегда приходят в одно и то же время. А один из самых умилительных их разговоров произошел на моих глазах. «Дорогой, — начала извиняться она, — прости, что я вчера не пришла!» — «Не переживай, дорогая, — беспечно улыбнулся он. — Я тоже не пришел».

Можно возразить: подходящие недостатки не всегда идентичны — часто именно похожесть делает их непримиримыми. Например, когда двое страдают крайней формой отвращения к зарабатыванию денег. Или к приготовлению еды… Какая уж тут гармония?

Не исключено, что абсолютная. И из первой пары получатся превосходные Бонни и Клайд. Не говоря уже о второй, которая просто-напросто придет к дружному выводу: им необходима домработница. Если мужчина искренне убежден: стоя у плиты, человек тратит свою жизнь зря, он не станет навязывать это «паскудное» занятие любимой. И совсем иное дело, когда муж лишь прикрывает одним недостатком другой — самодурство и деспотизм.

Так что советую и вам подумать на досуге: так ли уж ненавидишь куховарить? Правило № 3: чтобы точно выбрать партнера с подходящими «минусами», нужно вначале досконально изучить свои. Убедиться: правда ли они такие исконные и незыблемые? Или просто выработаны обстоятельствами? Возможно, ты тратишь столько денег на тряпки лишь потому, что хочешь понравиться ему. Ходишь на дискотеки и ложишься спать за полночь оттого, что боишься засыпать одна. Ненавидишь готовить, поскольку попросту — некому… А выйдя замуж, вдруг придешь к удивительному выводу: стряпать мужу борщ — воплощение рая на земле!

Впрочем, кое в чем я уверена на все сто. Как пишется в брачных объявлениях: некурящих «жаворонков» с аллергией на кошек прошу не беспокоиться.

Ревность: «чудовище с зелеными глазами»

«Чудовище с зелеными глазами» — романтично окрестил ревность Шекспир, осуждая и одновременно любуясь ею. И мы разделяем чувства певца человеческих страстей. Отношение к ревности многозначно, оно меняется, как картинки в калейдоскопе от поворота на один градус. Ревность опасна. Ревность лестна. Ревность раздражает. Ревностью гордятся. И нередко она становится домашним животным, которое влюбленные хозяева заботливо вскармливают собственной рукой.

Пословицу «Ревнует — значит любит» можно перефразировать и по-другому: «От ревности до любви один шаг». Верные партнеры расхолаживают нас своей неизменностью. Муж и жена, вписавшиеся в статичный дизайн квартиры, — скучны, как все, что нерушимо стоит на месте. Но стоит ему или ей проявить признаки жизни и рвануть за порог… Стоит на пороге замаячить сопернику… Стоит осознать: то, что ты считал давно оплаченным и купленным с потрохами, могут увести в любую минуту, заплатив втрое большую цену… И просыпается азарт, начинается борьба, включается конкуренция. И чем жестче она, чем суровее, тем желаннее кажется приз, за который ты сражаешься.

Логично, не правда ли? Но правда, увы, тоже понятие не статичное. Шаг вправо, шаг влево — и она становится ложью.

Памятуя железную истину: плоха та любимая, которую не к кому приревновать, я всегда тщательно подчеркивала факт своей прельстительности в глазах мужчин. Хотя мой возлюбленный и без того не страдал избытком равнодушия. Стоило провести вечер без него, начинались вопросы: «Где ты была? До которого часа? С кем? Он приставал к тебе?» Через несколько дней тема воскресала: «Куда ты идешь? К нему? Он звонил? Чего он хочет? Он лучше меня?»

Гипотетических соперников вокруг было хоть пруд пруди. И я охотно живописала их многочисленные достоинства и галантные ухаживания, закармливая его ревность (а значит, и любовь ко мне!) до отвала и умалчивая о том, сколь невинны и поверхностны упомянутые мною знаки внимания. Мне нравились тревога в его глазах, его страх меня потерять, его уверенность: за таким ценным экземпляром, как я, нужен глаз да глаз!

Укусы нашей милой домашней ревности казались мне невинными играми котенка, и она росла и оттачивала зубы до тех пор, пока я с возмущением не осознала: любимый не верит мне. Причем сомневается он отнюдь не в сомнительной полулжи об осаждающих меня страстных кавалерах. Он больше не верит в мою верность! И убежден: я изменяю ему, лишь только сворачиваю за угол.

Это обвинение, мгновенно ставшее хроническим, настолько обидело меня, что даже несколько лет спустя, уже расставшись с ним, я не могла простить ему такого ужасного оскорбления. Я ж была верна ему, словно Пенелопа! Как он мог сомневаться во мне, чистом, непорочном ангеле? Я хотела лишь дать ему понять, что, несмотря на обилие прекрасных принцев, люблю исключительно его одного. А он!..

И только когда одна из моих подруг детально повторила эту любовную схему, я запоздало уяснила свою ошибку. Взращивать чужую ревность столь же глупо, как воспитывать в ванной крокодила!

Ревность базируется на неуверенности в партнере. Неуверенность в партнере — на неуверенности в себе. Злополучный Отелло задушил несчастную Дездемону потому, что так и не смог поверить до конца: его, старого мавра, может полюбить юная и прекрасная девушка.

Я хотела, чтобы мой партнер гордился мной и собой (раз его предпочла такая востребованная барышня). Но каждой своей историей о богатом и знаменитом воздыхателе лишь культивировала его комплекс: «Я недостоин ее!» Из коего сам собой напрашивался печальный вывод: «Он лучше, следовательно, она изменяет мне с ним».

Удовольствие от осознания собственной ничтожности получают только мазохисты — нормальный человек пытается расправиться с мучениями. Мавр решительно задушил свой комплекс неполноценности вместе с супругой. Мой мужчина уничтожил его в комплекте с нашими отношениями. Год спустя он благополучно женился на серой мышке, в которой был стопроцентно уверен и рядом с которой чувствовал себя королем!

Это не единственный вероятный исход. Существуют партнеры, принимающие подобные правила игры и охотно вступающие в бой. Неуверенность друг в друге стимулирует их обоих, победы поочередны, бой вечен. Вопрос лишь в том, каково жить в состоянии столетней войны? «Я ни в чем не могу рассчитывать на него. Если мне будет плохо, он последний, кто меня утешит. Разве это любовь?» — периодически плачется мне воительница Инга. «Любовь-ненависть», — отвечаю я подруге.

О каком утешении может идти речь, если муки партнера становятся самоцелью? Она, отобедав с ним в ресторане, уезжает оттуда в машине с мужем. Он заявляется на вечеринку, где должна быть она, в компании с другой дамой. Оба ежедневно демонстрируют друг другу: «Я не твоя вещь! Попробуй-ка заполучи!» — и традиционно завершают свое сражение ночью страстной любви. Ведь от ревности до нее один шаг. Но шаг от любви до ненависти еще короче…

«Ревнует — любит». Постоянно ревнует — ненавидит!

Впрочем, не так давно я вывела для себя иную формулу. Если я не ревную его — значит, он действительно любит меня.

Женщины — доказано неоднократно — интуитивно чувствуют опасность. И если ты с легким сердцем благословляешь его на ночной загул с друзьями и, не моргнув глазом, отпускаешь прогуляться вечерком в компании с Шарлиз Терон и Сандрой Балок — значит, это тот самый мужчина, рядом с которым стоит прожить всю оставшуюся жизнь.

Так уж странно устроен человек — его притягивают бури и штормы, страсти, конфликты, катастрофы. А тишина, константность, покой постепенно перевоплощаются в скуку. Но, как бы ни был скучен роман, состоящий из бесконечного повторения одной фразы: «они жили вместе долго и счастливо», кто б отказался, чтобы каждый день был лишь вариацией на тему этих пяти слов?

С детства до старости именно уверенность в наших близких людях дает нам уверенность в себе, именно стабильность — веру в будущее, нерушимый тыл — силы идти вперед. Ну а для того чтобы все это не превратилось в полезный для здоровья безвкусный диетический супчик, существует проверенный рецепт. Простое правило, которое знает каждая хозяйка: острая приправа играет одинаково важную роль как в жизни, так и на кухне. Немного ревности, щепотка интриги, столовая ложка внимания поклонников…

Правило второе еще проще — не пересолить!

Измена: твоя и его

Когда мне было четыре года, моя мама ушла от моего папы, потому что он ей изменил. Не помню, в каком возрасте я узнала об этом, но, сколько себя помню, всегда недоумевала: разве это причина?

За историю человечества люди так и не выработали определенного отношения к измене. Одни считают: «хороший левак укрепляет брак», другие за это убивают. Третьи собирают чемоданы и уходят навсегда, четвертые отмахиваются: «ничего страшного, лишь бы я ничего об этом не знала».

Отношение к мужской и женской измене тоже разное. Аксиома: «Ну, я же мужчина — мне можно, а ты — женщина, тебе нельзя», несмотря на вопиющую половую дискриминацию, по-прежнему является одним из самых расхожих оправданий и непотопляемых истин.

Наше беспринципное антиидеалистическое время внесло в это понятие свои коррективы. Никто еще не благословлял народ: «Изменяйте друг другу, не стесняйтесь!» Но верность стала чем-то вроде официальной формы одежды, которую надевают лишь для протокольных мероприятий. Мужчина, который отправляется в кино в строгом костюме с галстуком, выглядит закомплексованным занудой. Женщина, заявившаяся в ночной клуб в строгой блузке и классической юбке, кажется синим чулком. То же самое и с верностью. Щеголять ею «во внерабочее время» — стыдно, странно и немодно. В крайнем случае, утверждение: «Представляете, мы с мужем не изменяем друг другу!» — следует произносить с легкой самоиронией в голосе и подавать как форму экстравагантности. Иначе не поймут.

Знавала я одного мужчину. Он (представьте себе!) упрямо не хотел изменять своей жене. Несмотря на то, что дам, желающих лечь с ним в постель, было хоть отбавляй. Думаете, данный факт вызывал хоть у кого-то уважение и восхищение? Ничуть не бывало. Обсуждая его добропорядочность, все знакомые лишь презрительно кривили губы. Мужчины попросту ему не верили. Барышни объясняли его нежелание пасть к ним в объятья жуткими внутренними комплексами, детскими психическими травмами и физическими отклонениями.

К женщине общество настроено менее категорично. Ей могут простить верность. Но не зацикливание на ней. Если барышня будет искренне хлопать чистыми глазами, вопрошая подобно Дездемоне: «Неужели в самом деле есть женщины, способные мужей обманывать так низко?», заявлять, что она не пойдет на это никогда, и клясться «небесным светом» — она вряд ли услышит восторженные аплодисменты. В лучшем случае ее назовут «слепой и ограниченной клушей», в худшем — ненормальной. Да, современная дама не обязана изменять. Но стрелять глазками, вдохновенно закатывать их, обсуждая с подругами эту (теоретическую) возможность, с удовольствием выслушивать комплименты от мужчин и иметь пару воздыхателей про запас — всенепременнейше. И если она тихо сбегает «налево» — ее не будут сильно осуждать. Никто. Разве что законный муж, его друзья и… она сама.

Я знаю грустную историю своей подруги Инги, которая много лет хранила верность благоверному и была совершенно счастлива с ним. Но однажды изменила. Это была ничего не значащая связь. Супруг ни о чем не узнал. Но в отношениях появилась трещина. Не в его сознании — в ее. Она впервые ему солгала, впервые отстранилась, впервые в ее жизни появилось что-то, о чем она не может ему рассказать. Ее «Я» отпочковалось от уютного «Мы» и начало жить своей отдельной жизнью. Первая измена, как лишение девственности, — сняла табу. Невозможное постепенно становилось повседневным. Все больше времени она проводила со своими любовниками и подружками (которым можно рассказать о любовниках все), все меньше — с ним. И отдалялась, отдалялась, отдалялась…

Известно: мужчины больше всего боятся нашей физической измены, женщины — психологической. Но на самом деле мы страшимся одного и того же — крушения гармонии. И возмущающая феминистически настроенных дам аксиома «мужьям — «зя», а женам — ни в коем случае» останется истиной даже во времена второго матриархата. Поскольку мужские измены действительно (!) чаще всего не затрагивают их разум. Из-за них не стоит рвать волосы. По сути, нас пугают не столько «побочные девочки», сколько шанс, что по ходу дела ненаглядный влюбится в одну из своих любовниц. Для женщины же любая, даже самая антилюбовная измена может стать психологическим потрясением и перетрясти весь ее кодекс ценностей!

А вот нуждаетесь ли вы в подобном «землетрясении» — решайте сами.

Бывает, встряска просто необходима. Например, после глобальной ссоры с любимым, которую вы никак не можете ему простить. И хотели бы, но не получается. Обида разъедает душу, лежит как камень за пазухой, отравляет все лучшее и прекрасное. В этом случае разовая любовь на стороне может стать прекрасной лечебной терапией. Во-первых, снимет стресс. Во-вторых, породит чувство собственной вины, благодаря которой на его провинность вы посмотрите уже сквозь пальцы.

Сама по себе измена не есть плохо или хорошо. Просто, идя на подобный шаг, нужно задать себе основополагающий вопрос: «А чему, собственно, я изменяю?» Ответ: изменять стоит только худшему. И желательно с лучшим.

Мне известны две «изменнические» истории, окончившиеся лучезарным голливудским хеппи-эндом. Моя дальняя родственница и ее муж придирались друг к другу со дня свадьбы. Список обоюдных претензий мог бы занять несколько страниц. В конце концов она бросила его и ушла к другому. Он, соответственно, начал жить с другой. Их нелегализированный развод длился полгода. Этого времени вполне хватило, чтобы понять: по сравнению с новыми партнерами оба они — ангелы, а их семейная жизнь приравнивалась к эдемской. Конечно, подобный идеализм не продлился долго, но, по крайней мере, эта пара живет вместе уже десять лет и расходиться не собирается.

Вторая lоve storу с аналогичной завязкой произошла когда-то с моей подружкой номер два. Аня демонстративно изменила любимому. По весьма уважительной причине. Много лет он бегал на сторону за каждой юбкой и хотя неизменно возвращался к Ане, мысль сделать своей верной избраннице предложение руки и сердца его почему-то не посещала. Он дозрел до этой оригинальной идеи, лишь когда она закрутила роман на стороне. Исключительно ему в отместку. В результате все окончилось свадьбой… Вот только не с ним, а с новым кавалером, поскольку сравнение оказалось явно в его пользу. «А что бы я делала, если бы до сих пор, как дура, хранила верность Саше?» — победоносно заявила мне тогда новобрачная.

И наконец, последняя истина, к которой мы с ней пришли уже сообща. Она прощала нескрываемые измены слишком долго. Я (видимо, из чувства противоречия поступку своей мамы) всегда громогласно объявляла партнерам, что смотрю на мужские измены пофигистски. Они сначала не верили, потом радовались, потом начинали в подробностях пересказывать мне свои похождения. Затем начинали смотреть пофигистски на меня саму. Финал всегда был одним и тем же: я (так же, как моя мама!) гордо уходила восвояси. Не из-за измен — из-за того, что в отношениях пропадало уважение, бережность, хрупкость. Тайна!

«Дудки!» — резюмировала я разъяренно. Свои чрезмерно прогрессивные взгляды следует скрывать, так же как чересчур консервативные. Истина, как известно, находится строго посредине. На ней отныне и остановимся:

Позволяйте мужчинам изменять, но говорите, что вы им этого не позволяете. (Нелогичное попустительство и всепрощающая покорность — одинаково обесценивает вас в их глазах!) Храните им верность, но не кичитесь своей высокой нравственностью. (Лучше вызвать ревность и зависть, чем скуку!) Не ходите налево, если у вас все о’кей. (От добра добра не ищут!) И бегите туда, когда все — плохо.

Иначе как вы узнаете, что у вас все хорошо?

Или — отыщете, где лучше.

Ведь о чем бы мы ни трепались всуе с подружками, как бы ни стращали своих мужчин, какими бы модными ни были наши убеждения — нам, женщинам, куда комфортнее быть Пенелопами, чем Мессалинами.

Дайте нам только того неповторимого, которому стоит хранить верность до гроба!

Предательство: прощать или не прощать?

Будучи журналисткой, я не раз задавала интервьюируемым вопрос: «Чего бы вы не могли простить ни другу, ни любимой?». И в девяноста семи случаях из ста слышала один и тот же ответ: «Предательства!»

Но не слишком ли громко звучит это слово, если речь идет не о предательстве родины и даже не о продаже секретов фирмы ее конкурентам, а о сугубо личных отношениях?

Недавно я рассталась со своей лучшей подругой Ингой. Мы были близки столько лет и пережили вместе столько взлетов и падений, что общие знакомые до сих пор не верят в наш разрыв. «Как поссорились, так и помиритесь», — беззаботно машут рукой одни. «А из-за чего?» — пораженно вопрошают другие. И услышав: «Она не вернула мне книгу», — удивляются еще больше: «Разве можно бить горшки из-за такой ерунды? Вы же не в первом классе!»

Другая моя подружка Наташа на днях убежденно заявила: «Мы с тобой настолько родные люди, что, мне кажется, я прощу тебе все. И если ты когда-нибудь отобьешь у меня парня, я все равно попытаюсь тебя понять…»

Что ж, когда-то я и сама гордо объявляла своим возлюбленным: «Я люблю тебя так, что прощу абсолютно ВСЁ. Даже то, чего прощать нельзя!» В этот момент воображение рисовало мне яркие картины (большей частью позаимствованные из мирового кинематографа). Он изменяет мне с другой, а потом, одумавшись, просит прощения на коленях. Прощу ли я его? Конечно! Он убивает на дуэли моего родного брата. Прощу ли?! О да! Мы на палубе тонущего «Титаника», и в этой экстремальной ситуации любимый проявляет себя не как бескорыстный Ди Каприо, а как меркантильный Билли Зейн. Прощу ли я ему это? Да, да, да и еще раз да!

Впрочем, и сейчас, благополучно избавившись от детской привычки давать пафосные клятвы, я могу сказать: все вышеперечисленное можно простить. Поскольку, как ни парадоксально это звучит, простить большое предательство намного легче, чем маленькую подлость. И зачастую маленькая подлость — куда более опасный симптом, свидетельствующий о неизлечимой болезни отношений.

Одно дело, если ваш любимый струсил на «Титанике», где речь идет о жизни и смерти, и совсем другое, когда он смертельно трусит представить вас своей матери. Можно оправдать мужчину, который в один ужасный день признается: «Я люблю другую!» И невозможно придумать оправдание партнеру, который, заявившись с вами на вечеринку, бескомплексно бросает вас на глазах у всех и уходит под ручку с новой зазнобой. Да и моя щедрая подружка, заранее извиняющая мне «угон» ухажера, тоже наверняка представляет себе нечто неординарное. Бешеную африканскую страсть к ее гипотетическому любовнику, обезумев от которой, я решусь на этот ужасный поступок. Но вряд ли она признает за мной право неприкрыто заигрывать с каждым из ее кавалеров из банального женского тщеславия…

Как-то мы смотрели с друзьями фильм «Честная куртизанка». Герой картины отказывался жениться на любимой девушке простого происхождения и, повинуясь воле родителей, вступил в брак по расчету с высокопоставленной невестой.

— Он просто трус, — прокомментировал этот поступок мой знакомый Александр.

— А вот и нет! — завелась его подружка Ляля. — Если бы он обвенчался с ней, то потерял бы положение в обществе, огромное наследство и высокий пост. А что теряешь ты, женившись на мне? Только свою свободу! Ты не хочешь идти в загс, потому что боишься ответственности, боишься сменить образ жизни… Так кто из вас двоих трус?

Мирный просмотр домашнего видео был безнадежно испорчен их междоусобным скандалом. Моей коллеге Ляле исполнилось двадцать шесть, она хотела завести семью и детей. Саша же не признавал ни законного, ни даже гражданского брака. Ему нравилось жить с любимой на разных квартирах и встречаться только для удовольствия. Тем не менее этот роман тянулся почти три года… А в итоге они разругались из-за сущей ерунды: он обещал съездить с ней в магазин сантехники помочь выбрать новый кран для ванной и не выполнил своего обещания.

И дело тут было даже не в «последней» капле, переполнившей чашу ее терпения. Просто такая вот «сущая ерунда» нередко вскрывает всю глубину большой и давнишней проблемы ярче, чем громкие ссоры и глобальные конфликты.

«Я для него только развлечение, — сказала мне Ляля. — Он слишком дорожит своей беззаботностью, чтобы заботиться о ком-то. Даже если забота совсем крохотная… И внезапно я подумала: а какой смысл продолжать отношения с человеком, на которого нельзя положиться даже в мелочах?»

Действительно — какой?

…Лучшая подруга Инга взяла у меня книгу «на выходные». Полгода я напоминала ей об этом — полгода она обещала «отдать на днях». Шесть месяцев спустя обстоятельства сложились так, что издание срочно понадобилось мне для работы. Я начала названивать должнице регулярно. Она извинялась и клялась: «Завтра!» «Завтра» длилось около месяца. Каждый день я слышала новые оправдания: «замоталась», «не успела», «забыла», «внезапно заболела»… Потом я просто перестала ей звонить. Пошла в магазин и купила себе новую книгу за пятьдесят гривень. Смешная цена, если учесть, что она стоила мне многолетней дружбы.

Но пока я вызванивала свою наперсницу, разъяренная память услужливо подсовывала мне десятки прошлых обид, которые я ей прощала. Я тяжело болела, а она за два месяца ни разу не приехала меня проведать. Но у нее был тогда кризис в личной жизни — это можно было понять! У меня был кризис в личной жизни, а она, отмахиваясь от моих жалоб, мгновенно переводила разговор на свои успехи. Но у нее был тогда резкий карьерный взлет — у каждого может закружиться голова от успеха!

Будучи здравомыслящей барышней, я никогда не ждала, что близкие будут совершать подвиги в мою честь, отказываясь ради моих нужд от срочной работы, высокооплачиваемой халтуры или романтического свидания. Глупо обижаться на товарища, который отказался одолжить миллион, но как простить человека, который пожалел тебе одну гривню? Ведь это означает, что он не готов помогать тебе вообще!

Именно мизерность нашего конфликта с книгой открыла мне печальную правду: такое понятие, как «моя проблема», в принципе не умещалось у подруги в голове. И неважно, какими были эти проблемы, глупыми или жизненно важными, и чем ей нужно было пожертвовать ради меня: деловым обедом или визитом к педикюрше. Она не хотела нести ответственность за них, точно так же как Александр не хотел взваливать на себя ответственность за совместный быт с Лялей ни по большому счету, ни по малому — в виде покупки крана.

Некогда ученый Эрих Фромм вывел четыре составляющих настоящей «продуктивной» любви: знание, уважение, забота и ответственность. «Ответственность — ответ на обращенную просьбу, которую другой ощущает, как свою заботу», — написал он. И если человек, именуемый «близким», остается глух к вашим стонам день за днем, значит… он просто вас не любит. А безответственной любви и дружбы не существует в природе — подобные отношения называются как-то по-другому: ненавязчивое приятельство, приятное времяпрепровождение, секс ради секса…

Не путайте «нелюбовь» с предательством!

Подобная ошибка может стоить вам долгих лет одиночества вдвоем. И пожалуй, отсутствие любви — это единственное, что нельзя прощать никому. Ибо сам вопрос «прощать или не прощать?» тут неактуален, он автоматически снимается с повестки дня. Я не обижаюсь на свою подругу — я просто вычеркнула ее из списка подруг.

А посторонний человек не может тебя предать, так же как я не могу предать Америку.

Почему он бросил меня?

«Как думаешь, если бы я была стервой, я смогла б удержать Вову?» — задумчиво поинтересовалась вчера моя подруга.

«Как ты думаешь, отчего Саша так и не женился на мне? Оттого, что я была слишком толстая?» — периодически вопрошает вторая.

«Ну, теперь, с высоты собственного опыта, ты можешь сказать: почему Игорь бросил меня?» — требует третья.

Хотя в первом случае речь идет о человеке, давно забытом и вытесненном последующим счастливым браком. Во втором — о первой любви четырнадцатилетней давности. А упомянутый Игорь бросил мою подружку на первом курсе института, и она уже с трудом припоминает его фамилию. Но сам ребус лежит до сих пор на дальней полке ее памяти, и она упрямо извлекает его оттуда с периодичностью раз в два-три года, разглядывает, морщит брови и, вздохнув, кладет обратно, так и не сумев разгадать.

Ну, странно же, ей-богу, отчего парень, вежливо ухаживавший за ней два месяца, резко разорвал отношения после одной ночи любви? Что она сделала в постели не так? Показалась слишком неопытной? Слишком опытной? Слишком влюбленной и навязчивой? Или он не дозрел до близости, и она зря поторопилась? Или хотел только близости и, получив, поторопился уйти?

Подозреваю, этого мы не узнаем никогда. И даже «с высоты собственного опыта» я ничем не могу ей помочь, потому как свечу не держала. И все же во время совместных генеральных уборок воспоминаний о наших прошлых взлетах и приключениях мы вновь и вновь возвращаемся к ее безответному вопросу: «Почему он бросил меня? Чем я была нехороша? Что во мне было не так?»

Даже новые успехи и устоявшееся счастье не всегда излечивают нас до конца от прошлых рубцов. От клейма «брошена» и безответного «почему?» — некой тайной, безымянной и необъяснимой несостоятельности, проживающей в глубине нас. Неизвестного, а потому так и неисправленного недостатка, порождающего чувство ущербности.

Мы пытаемся дать ему имя: «Я толстая», «Я нехороша в постели», «Я не стерва и не умею воевать за свое счастье». Формируем в устойчивый комплекс и мучаемся им много лет. Худеем, уверенные, что иначе нас никто не полюбит. Зажимаемся и комплексуем в кровати. Или перечеркиваем свою «ущербность» убеждением: дело не во мне, просто он — подлец! И мучаем других, отплачивая им за вероломство, трусость и предательство предыдущих партнеров, стервозничая и не давая спуску ни в чем.

«Как ты думаешь, если бы я была стервой, я смогла б удержать Вову? Или он просто меня не любил? Врал и манипулировал мной?» Но если исчезнувший Игорь так и остался для меня вечной загадкой, в данном случае я точно знала ответ: «Очень любил. Не врал. И не предавал!» «Просто, — объяснила я ей, — Вова был из породы мужчин, для коих идеальная половина — это женщина, обеспечивающая тыл, покой и гармонию в доме, куда хозяин и добытчик возвращается после боев и побед. А ты не способна быть придатком к победителю, живущим на его деньги, его проблемами и интересами. Потому как и сама победительница, с ненормированным рабочим днем и кучей проблем, интересов, побед и боев. И дело тут отнюдь не в степени стервозности, как раз наоборот, поскольку единственным способом сохранить его было насмерть убить собственное «Я». А разрыв объясняется классическим «несходством характеров», из-за которого очередная «лодка любви разбилась о быт». И никто тут ни виноват. И оба правы. И счастливы, отыскав себе, в конце концов, подходящую пару…»

Хеппи-энд, господа, и нечего грустить!

Да-да, если сесть и хорошенько разобраться, часто оказывается: и впрямь нечего! Но моя великоразумность объяснялась исключительно тем, что в свое время я пережила совершенно идентичную трагедию несовместимости с любимым образца Вовы. За время жизни со мной несчастный отощал, почернел, запаршивел, заработал бессонницу и проблемы на службе. И, печалясь оттого, что он ушел от меня, я не могла его винить. Он бы умер, если б остался! Не исключено, что в прямом смысле слова, ибо высоковольтное напряжение на работе, помноженное на полную неустроенность в быту и мучительные ссоры с любимой, вполне могут завершиться инфарктом.

Конечно, помимо катастрофической несовместимости, в которой остается винить только Господа Бога, ответов на вопрос «Почему он бросил меня?» может быть множество.

Но не меньше половины из них — не повод для расстройства. Разве терзаться из-за неприкрытого бабника, переметнувшегося к твоей знакомой, не столь же глупо, как обижаться на дождь? Дождь — мокрый, бабники — непостоянные, чего тут попишешь [1] … И то, что за ночью безумной страсти, завершившей столь же безумный праздник, зачастую не следует «продолжения банкета», никак не означает будто «в тебе что-то не так». Просто праздник, как и курортный роман, находится как бы за скобками жизни. А по жизни твой случайный партнер может быть не готовым к серьезным отношениям, встречаться с другой или даже готовиться к переезду в другую страну.

Впрочем, будучи не только брошенной, но и многократно бросавшей, я знаю: иногда проблема именно в партнере.

«Ну почему? Я не понимаю!» — слышала я в трубке десятки раз. И бросала ее. Хотя могла б выдать исчерпывающее резюме: «Потому что ты измеряешь ценность других лишь деньгами и статусом. И мне надоело слушать, что я не такая, как надо, поскольку думаю о работе больше, чем о деньгах!» Или: «Потому что ты — эгоист, способный часами фантазировать о том, как мы счастливо проведем отпуск в палатке. И все мои реплики о том, что я неспособна быть счастливой без душа и зеркала в полный рост, отскакивают от твоих ушей. Так зачем же мне жить с человеком, не замечающим, что у меня тоже есть желанья, мечты и особенности характера?»

Однако, выясняя отношения тысячи раз по тысяче мелких поводов в процессе романа, я, дозрев до окончательного разрыва, всегда уходила молча — по-английски. Какой смысл тратить силы, нервы и красноречие на мужчину, уже вымаранного из жизни? Какое мне теперь дело: изменится он к лучшему или нет? Да и очень ли мне надо, чтоб он жил лучше без меня?

Но периодически меня начинали мучить сомнения. А вдруг, не поленись я объясниться, кто-то из них задумался бы и, худо-бедно скорректировав свои ошибки, не наступил бы на те же грабли опять? Один научился бы слушать, или хотя бы прислушиваться, или хотя бы делать вид, что делает это! Другой осознал бы, что ему стоит искать даму со схожими взглядами и не связываться со «свободными художницами». Возможно, я могла бы помочь им разобраться в себе? А вместо этого оставила на память лишь лишний комплекс: «что-то во мне не так» и убеждение: «все бабы взбалмошные и непредсказуемые стервы!»

И, быть может, кабы в ответ они столь же честно рассказали, что «не так во мне», я поняла бы: проблема не только в них! И не была б, в свою очередь, брошена кем-то другим, по той же самой, так и не названной мне причине. И не страдала бы почем зря, выискивая в себе страшные пороки, в то время как истинная подоплека разрыва вообще находилась вне поля моего зрения.

Четырнадцать лет спустя моя похудевшая подруга задала не женившемуся на ней Саше многолетний вопрос: «Почему?». И с удивлением выяснила: ее обширные пропорции были в его глазах однозначным плюсом. Минусом стала учеба в Киеве. Ему показалось, что, приезжая домой, она слишком задирает нос, демонстрируя, он ей не пара…

Ему показалось! Она демонстрировала только свою «взрослость» и независимость характера. Видимо, неудачно и некорректно. Но ей было шестнадцать лет! И хотя ее юношеское самоутверждение и головокружение от столичной жизни вряд ли было непреодолимым препятствием для их любви — теперь это уже не важно. Она давно замужем. Он женат.

Когда мне было восемнадцать, парень, в которого я была влюблена, наконец обратил на меня внимание. Но после страстных танцев, объятий и поцелуев на вечеринке на следующий день он вдруг сделал вид, будто знать меня не знает. Я перебрала в уме все свои фразы и поступки и пришла к горестному убеждению, что говорила лишь глупости, вела себя, словно полная дура, и не мудрено, что он бросил меня, как только протрезвел! Мы встретились много лет спустя. Случайно. И я рассказала, как ужасно он нравился мне и как не один год я жалела, что ничего у нас не получилось. Он удивился. Он помнил совсем другое — как сильно был влюблен в меня тогда и как расстроился, когда ему сказали наутро: «Она девушка N». «Но я никогда не была его девушкой… — поразилась я. — Они ошиблись! Почему ты просто не спросил меня об этом? Боже, как глупо!»

Как тут не пожалеть, что за историю своего существования человечество не завело благоразумного ритуала, обязывающего человека, бросающего тебя, хотя бы объяснять, почему он это делает?

Брак по расчету

«Как выйти замуж?» — вот вопрос всех Гамлетов женского пола.

«Будет или не будет он моим мужем?» — примеряемся мы к каждому встреченному на пути варианту ответа. Варианты попадаются разные — веселые, нудные, неуправляемые, закомплексованные, безработные, работящие… Но, несмотря на все их многообразие, львиная доля дам выходят замуж всего по трем причинам: по любви, по необходимости и по расчету.

Последний вариант самый распространенный. Продиктованный либо интересным положением, либо, что еще чаще, положение вещей на данный момент. В семнадцать лет моя подруга отправилась со своим парнем в загс только из-за скандалов с родителями, переживавшими: их дочь вот-вот принесет в подоле, а кавалер немедленно сбежит. Другая, уже в студенческие годы, вышла замуж потому, что жила в общежитии. Не то чтобы она не любила своего жениха — просто в тот момент она полюбила бы любого, кто спас бы ее от хаоса, безденежья и кошмарной неустроенности студенческого быта. Третья (ей было двадцать пять) потеряла работу, рассталась с любимым, разочаровалась в друзьях, иначе говоря, почувствовала, как вся ее жизнь горит синим пламенем. И тут появился он — будущий муж, в том же лице надежда на новую жизнь. Я уж молчу про классику жанра. Неспособность быть одной. Страх, что другой не возьмет. И тысяче первый доброжелатель, вопрошающий: «А чего ты до сих пор не замужем?»

На всех свадьбах, где мне довелось погулять, праздновалось решение какой-либо давнишней проблемы — психологической, квартирной, статусной, возрастной. И все невесты, рассказывая мне, отчего они решились на столь важный шаг, ни разу не называли любовь в виде первопричины. Хотя каждая из них в свое время мечтала выйти замуж исключительно по «большой и светлой». И любила… И делала все, дабы женить эту любовь на себе.

Кое-кому такой кульбит удался. На днях я беседовала с женщиной, утверждавшей: она вступила в брак лишь по причине огромного и безумного чувства. Через года развелась и вышла замуж по огромной любви уже за другого. Сейчас вот живет с третьим супругом. И упрямо стоит на своем: единственное, что подвигло ее на новый визит во Дворец бракосочетания, была любовь, любовь и еще раз любовь! Непреодолимое природное желание кормить этого мужчину, рожать ему детей и делать для него все…

Что ж, в семнадцать-двадцать лет я бы радостно с ней согласилась. Тогда мне казалось, если сердце подсказывает, душа просит, а тело кричит: «Это он! Он мне нравится! Я люблю его! Я без него умру!» — нужно срочно вцепиться в этот предмет обеими руками и тащить его в загс, как бы он ни упирался. Но оказалось, никому из моих личных советчиков доверять нельзя. Тело врало и не без одного «него» впоследствии не умирало. Сердце и душа подсказывали сплошные глупости. Я уж молчу про вкус (это ему принадлежала реплика: «Он мне нравится!»). Ему в то время нравилось в буквальном смысле черт знает что: черная губная помада, проститутошные сапоги выше колен и даже (господи прости!) сервиз «Мадонна»…

Вы спросите, а при чем тут мужчины?

А как можно выбрать себе хорошего мужа, если у тебя ужасный вкус?!

Вкус у меня с тех пор сильно вырос и вылюднел — многие даже считают его хорошим и с удовольствием советуются со мной при той или иной покупке. А вот выбирать мужчин я по-прежнему не умею. Уж не знаю почему. Может, оттого, что никогда не подходила к поиску избранника с той же серьезностью, как к поиску… брючного костюма.

Странная штука, когда дело касается вещей, косметики, дизайна квартиры, женщина мгновенно подключает весь свой опыт и ум. В поисках подходящего фриза в ванную, зонтика в горох и зеленых туфель нужного оттенка мы способны пройти десятки магазинов и перевернуть сотни каталогов. Мы выдвинем кучу требований и не поступимся ни в одном: «Модные, удобные, нежно салатовые, каблук не выше семи сантиметров, цена — не выше двухсот». Будем долго примерять и прикладывать, сверяя размеры, соотнося качество со стоимостью, взвешивая в уме «против» и «за». Но как только дело коснется мужчины, мы гордо заорем: «Я люблю его, несмотря ни на что!» — пусть даже он не подходит нам ни по размеру, ни по фасону, ни по цене.

К слову, между семнадцатью и двадцатью я три раза покупала обувь на размер меньше. 36-го не было в продаже, а мне «так ужасно нравилась» обувка! Но первая пара — очаровательно розовые туфельки эльфа — безнадежно разошлась по шву от моих отчаянных попыток их разносить. У второй шов треснул на носу и я регулярно их зашивала, убеждая себя: «Это незаметно». В третьих — ярко-красных ботинках — хромала почти полгода, мужественно выдерживая боль. Точно так же строились мои отношения с парнями. «Ничего, что он голубой. Ведь я его люблю!»; «Ну и что, что он нигде не работает? Я же люблю его!»; «Да, он любит только себя. Но я ж его люблю!»

Искренне верю: большинство из вас не были столь фанатичны даже в молодости. Естественно, я говорю об обуви. Потому как в плане любви — это навсегда. Ни одна барышня, находясь в здравом уме и трезвой памяти, не купит «кожзам» по цене кожи или кровать, превышающую по размеру ширину ее спальни. Но стоит нам влюбиться, мы закричим: «Заверните, будем брать!», не торгуясь, заплатим любую сумму и немедленно примемся крушить и сносить все стены, включая несущие. Поскольку при покупке даже очень-очень-очень понравившихся вещей думать все же считается хорошим тоном и признаком ума. А вот любовь должна быть безумной! Думать и считать в любви — моветон! Считаешь, значит, не любишь! И если уж проводить параллель вещи — любовь до конца, последнюю можно сравнить разве что к такими безусловными лейблами, как «Прада», «Шанель» и «Версаче».

«Как можно так ужасно одеваться?» — спросила я, глядя на платье одной известной дамы, подчеркивающее все выпуклости ее тела, которые, напротив, стоило бы тщательно скрывать. «Ужасно? — иронично переспросила меня знакомая. — Это платье от Дольче!..»

«Как можно жить с таким идиотом?» — «Так ведь она его любит!»

Впрочем, как было сказано выше, женщин, вступающих в брак по любви, равно как одевающихся от Дольче Габбано, намного меньше, чем по необходимости. Большинство покупает кровать или сапоги исключительно потому, что они насущно нужны, выбирая более или менее подходящее по цене и конфигурации. И хотя в наши дни образ элегантной леди и идеально просчитанный брак стали расхожей мечтой, достигнувших ее можно пересчитать по пальцам. Правда, под расчетливым браком лично я подразумеваю не меркантильное желание закольцевать богатого, знаменитого и высокопоставленного.

Замуж-то нужно выходить по расчету… Только считать нужно не деньги! Прежде всего нужно рассчитать, какие из многообразных мужских качеств «к лицу» и «по размеру» тебе любимой. И лучше уж вычислить этот эталон заранее. Ведь куда проще, отправляясь по магазинам, точно знать то, что ты ищешь, а не мерять на себя все подряд…

Итак. Вначале определимся с кругом поиска. Я, например, не схожу с ума от баснословно дорогих бутиков и даже не сильно понимаю, зачем тратить сумасшедшие деньги на какую-то тряпку. Но и на привокзальном рынке вещи, понятно, тоже не покупаю. Значит, муж среднего достатка. Не помешанный на своих деньгах, но и не какой-нибудь вольный художник.

Черная и золотая помада, блестки, ботфорты и кожаные шорты давно изгнаны из моих шкафов и косметички, — мужчины с комплексом любви к проститутке отпадают.

Одежные комбинации в стиле эклектичный хаос меня не привлекают. Да и вообще все остромодное, ультрасовременное, молодежное я не люблю — с ходу вычеркиваем всех продвинутых и нервно-актуальных, вместе с прочей богемой…

Мне нравится классика, ретро, фольклорный стиль — все женственное. Выходит, я готова уступить мужчине первую роль. Но не доминирующую — консервативная одежда мне не идет. Спортивная — тоже, значит, спокойный, уравновешенный, без вечной жажды приключений. Но поскольку походные ботинки и джинсы в количестве одна пара живут в моем гардеробе уже много лет, некоторая любовь к природе у избранника все же приветствуется.

Стоп-стоп! Я ведь могу продолжать еще долго. Знаете, сколько у меня вещей?

А вы лучше ступайте пока к собственному шкафу [2] …

Вопрос удобства

Около года мой друг снимал квартиру рядом с Оперным театром. В то время мы сошлись с ним так коротко, что я почти поселилась в его мастерской. Бегая по своим журналистским делам, я то и дело забегала к нему на часок, на пятнадцать минут, высвободившихся между встречами. А потом он вдруг возжелал переселиться в частный дом на другом конце Киева. «Не надо, не переезжай, — упрашивала я. — Мы потеряем друг друга». «Ты что? — искренне не понимал он моих грустных пророчеств. — Как это может помешать нашей дружбе?»

Его новый дом я посетила от силы три раза, и постепенно отношенья сошли на нет. А мое сбывшееся пророчество было лишь результатом печального опыта…

Еще на заре корреспондентской карьеры я приметила дивный закон. Ответ на вопрос: буду ли я работать в той или иной организации — напрямую зависит от факта, в какой части города расположен их офис — удобно ли мне туда добираться. В журналах, квартирующих где-то на выселках, я ни разу не проработала дольше трех месяцев. Пару раз мое плодотворное сотрудничество с изданием обрывалось в связи с его переездом в новое здание. Не то чтобы я разворачивалась и уходила — скорее как-то исподволь, сами собой, отношения угасали. А случалось напротив. Работа, кажущаяся бесперспективной, незаметно пленяла меня исключительно потому, что дом, где она располагалась, стоял в удобном месте. И следуя из точки «А» в точку «Б», я то и дело заскакивала туда по дороге попить кофе, поговорить и в процессе общения заражалась чужими идеями, планами, новыми творческими проектами…

Как не признать, что маловажный на первый взгляд фактор удобства играл в моей карьере отнюдь не последнюю роль?

Нас учат ориентироваться на некие высшие ценности — любовь, дружба, дело, семья. Мечтая овладеть любимой профессией, мы вовсе не думаем о такой ерунде, как географический адрес нашей «самореализации». Кто из нас, говоря о друге: «Он понимает меня, он всегда придет на помощь…», добавит: «…а кроме того он живет в удобном месте»? Кто, составляя словесный портрет своего избранника: «Он должен быть добрым, умным, щедрым и честным…», — включит в этот список само понятье «удобство»? Даже ставить его на чаши одних и тех же весов с такими святыми вещами не принято и неприятно.

Есть у меня знакомая — красивая, успешная, умная, очень привлекательная. Вокруг нее постоянно толпится целый штат воздыхателей и женихов. Только мужем не смог стать ни один. У нее свой бизнес, свой отлаженный график. Она рано встает, поздно ложится, работает на износ и «крутится» в обществе. И любой представитель мужского пола, оказавшись рядом с ней, ощущает себя так, словно он попал в жернова. Сопротивление бесполезно. Существует два варианта. Либо ты живешь ее жизнью, ходишь с ней на встречи, ездишь в командировки, посещаешь вечерами нужные тусовки. Либо ты с ней не живешь. Естественно, этот пример можно свести к вечному выбору: семья или работа, любовь или карьера, — и написать совсем другую статью. Но можно сказать и иначе: жить с ней неудобно! И ни ее красота, ни верность, ни ум, ни любовь — не способны компенсировать это.

Увы, словосочетанье «удобная транспортная развязка» можно встретить лишь в объявлении о продаже квартир, в брачных этого слова не употребляют. Говоря о чем-то важном и ценном, мы никогда не произносим его. «Удобными» могут быть тапочки, джинсы, диван. «Удобная женщина», «удобный друг» — звучит подловато и пошло. «Удобная правда» — и подавно звучит как упрек. Но правда об удобстве звучит еще хуже… Стоит вглядеться, и окажется, что в мире найдется не так уж много больших вечных ценностей, ради которых мы готовы пожертвовать банальным удобством. И пусть нам говорят, что истинная любовь побеждает все, а настоящая дружба не знает преград, и ради великого дела можно претерпеть многое… только терпения почему-то обычно не хватает.

Я до сих пор грущу о тех славных деньках, когда мы сидели с другом на кухне в квартире рядом с Оперным театром и говорили часами. Он понимал меня, как никто! Но ездить к нему на окраину города мне неудобно. Ему же, безвылазно сидящему у себя в мастерской, совсем неудобно выбираться в центр. По сей день бывшие парни моей знакомой красавицы объясняются ей в любви, утверждая, что она была самой яркой, самой значимой женщиной в их биографии. Но женились они на других — на тех, с кем можно сидеть вечерами в удобных тапочках на удобном диване и смотреть телевизор.

Чем не ответ на еще один извечный вопрос: почему они любят одних и вступают в брак с другими, серыми мышками. Ибо удобство — понятие крайне обширное, мало отделимое от покоя, стабильности, внутренней гармонии. И представители сильной половины, на мой взгляд, склонны ставить комфорт во главу угла больше, чем мы. Мы, дамы, приучены терпеть и природой, и модой (кто скажет, что рожать детей и ходить на каблуках хоть сколько-нибудь удобно, пусть бросит в меня камень!). Ради большой, настоящей любви женщина способна сносить дискомфортные отношения куда дольше мужчины. Их «большой и чистой» хватает ненадолго, если она не подкреплена бытовым удобством. И, надо отдать им должное, в отличье от нас большинство из них этого даже не скрывают…

Тут надо добавить, что с возрастом потребность в удобстве увеличивается у обоих полов. Поэтому-то с годами нам все трудней и трудней менять место работы, подстраиваться под новых партнеров, заводить новых друзей. К слову о последних. Недавно я повстречалась с подружкой своей юности. А через неделю сознательно оборвала контакт. Спустя несколько дней после нашей встречи она позвонила мне с упреком: «Ты что, такая занятая теперь? Отчего не откликаешься?» Переждав пару деньков, заявила: «Если не хочешь поддерживать со мной отношения, так и скажи!». Я так и сказала… Своими вопросами она сходу ставила меня в неудобное положение: вынуждала оправдываться, расписывать в лицах свои дела и проблемы, объясняя, почему у меня не было ни единой свободной минуты набрать ее номер.

Полгода назад к моей соседке приехала свекровь из Канады. Момент для посещения был выбран весьма неудачно. У ее невестки были серьезные неприятности на службе, она задерживалась там допоздна и буквально разрывалась между работой и домом. Проблемы начались задолго до появления гостьи, и знакомая умаляла мужа перенести мамин визит. Тот честно попробовал объясниться с матерью. В ответ женщина громко объявила: «У всех проблемы, все работают. Я — твоя мать! Я не видела тебя два года. Если ты считаешь, что это достаточная причина, чтоб отложить нашу встречу, значит, ты просто не любишь меня». И в принципе ее можно понять… Ибо, как было сказано выше, мы слишком склонны ставить на пьедестал красивые принципы — такие, как любовь «несмотря ни на что».

Однако финал сей истории был прискорбным. Ближе к концу визита невестка разругалась со своею свекровью. И соседку тоже можно было понять. Она была на грани увольнения, а мать ее мужа отказалась признать, что на чашу одних и тех же весов можно ставить сыновью любовь и вроде бы не такой уж важный вопрос «а удобно ли вам?» Теперь свекровь клянется: «Ноги моей в вашем доме не будет. Я больше не приеду к вам никогда!» А ведь стоило ей перенести свой приезд на пару месяцев, и ставшего нынче неразрешимым конфликта попросту не было бы…

И все же неудобные люди ни в чем не виноваты. Их с детства учили ориентироваться на совсем иные высокие истины — любовь, семья, дружба, честность, верность, порядочность. И то, что квартиры рядом с удобным метро ценятся выше, — не аргумент. Покупая удобное жилье, джинсы, халат, мы сразу забываем о них. Мы часто принимаем комфорт отношений бездумно, а чуя дискомфорт, громко ссоримся или незаметно расстаемся, не слишком замысливаясь, что послужило причиной тому. О такой высшей жизненной ценности, как удобство, мы думаем немногим чаще, чем о своих личных тапочках. Но как ни крути наши стоптанные домашние тапочки ближе к нашему настоящему «я». Ведь только придя домой, переобувшись, мы снимаем социальные маски и становимся самими собой…

Когда-то, составляя словесный портрет своего будущего избранника, вместо длинного перечня: «Он должен быть добрым, умным, щедрым и честным», я сказала: «Он должен быть похож на мой плед». Заворачиваясь в свой старый клетчатый плед, я сразу ощущала домашний уют, тепло, заботу — некий несказанный, неизменный, непреходящий покой, который он дарит мне с самого детства.

Когда-то, просматривая на сайте знакомств анкету того, кто и стал моим избранником, я прочла в его перечне требований к партнеру всего одну фразу: «Хочется встретить человека, с которым будет легко». Я назначила ему свидание сразу.

Я сразу поняла: я отыскала того, кто понимает самую главную, самую высшую истину — если вам вместе легко, комфортно, гармонично, удобно, все остальное не имеет никакого значения.

Хочу замуж, или я не брошу курить ради тебя!

«Хочу замуж, или Я не брошу курить ради тебя!» — так должна была называться моя книга. Идея ее написания пришла ко мне вместе с окончательным осознанием: я должна выйти замуж.

«Я хочу выйти замуж», — рассказывала я два года подряд всем встречным и поперечным. И в ответ на логичный вопрос: «А что, есть подходящая кандидатура?» — уточняла: «Нет. Но ведь главное принять решение. Верно?» Вопрошающие смотрели на меня недоуменно. А родная бабушка, подслушав однажды мой разговор, начала рассказывать соседкам: я сошла с ума и говорю уже прямым текстом, что хочу замуж, а меня никто не берет, так как мне скоро тридцать…

Да, мне должно было исполниться тридцать. И это была единственная причина, по которой я должна была хотеть выйти замуж. Поскольку главный подвох состоял в том, что на деле замуж я катастрофически не хотела!

Я уяснила это не сразу. Львиную долю своих тридцати я думала, будто хочу замуж каждый раз, когда была влюблена. Не понимая, что путаю одно желание с другим — чтобы мужчина хотел на мне жениться.

Предложение руки и сердца — наивысший комплимент. Гарант — он и впрямь тебя любит; относится к тебе серьезно; ты потрясающая, единственная и неповторимая женщина. Естественно, как и большинство представителей прекрасного пола, я делала все, дабы услышать вожделенное приглашение в брак. И факт, что на самом деле замуж я не хочу, был выявлен мной исключительно методом дедукции, когда я задумалась: «А почему это никто на мне так и не женился?»

Простейший пример. Парень, влюбленный настолько, что это уже граничит с сумасшествием. Но привыкший к комфортной жизни с женой. (О том, стоит ли крутить любовь с женатым, не здесь — ясно, не стоит. Сейчас рассматриваем совершенно другой аспект.) Он честно переселяется ко мне, и у меня хватает ума понять: его нужно кормить. Готовить я не люблю. Но все же жарю ему котлеты… Один раз. На большее меня не хватает. При этом я прекрасно понимаю: если не кормить его (не холить, не лелеять), он уйдет обратно. Но все равно не кормлю. Он заявляется домой и видит завал оставшейся с вчера грязной посуды, пустой холодильник и меня, сидящую у компьютера в клубах сигаретного дыма и рявкающую: «Не мешай, я работаю!»

Что я, по-вашему, делаю? Глупость?

Нет, я делаю выбор!

Большую часть жизни я совершала его подсознательно. Бросалась в любовь с головой. Но стоило мне услышать комплиментарное «выходи за меня», принималась последовательно разрушать отношения. Перетягивать свою жизнь обратно, как перетягивают одеяло в постели. С пеной у рта отстаивать право как прежде ходить на вечеринки одной, не отчитываясь, куда я иду и когда я приду; флиртовать с другими; работать по ночам; курить, игнорировать плиту… Помню, один из пригласивших меня в загс вежливо предложил разделить со мной работу по дому. Я восприняла это как дерзкую попытку закабалить меня на целую половину! И лишь приближаясь к великомудрому тридцатилетию, поняла: на самом деле я просто боюсь… И вовсе не домашней работы.

Я вспомнила первое несостоявшееся замужество. Он, я и наше лучезарное счастье. Весь мир точно провалился в тартарары. И нахлынувший на меня отчаянный страх потерять этот мир! Мысль, посетившую меня в первый раз и появлявшуюся затем вновь и вновь, как «летучий голландец», неумолимо предсказывающий катастрофу: «Так что же, теперь больше ничего не будет?!»

Один приятель признался мне, что сделав предложение будущей жене, он вдруг пришел в ужас: «Так что же, теперь у меня больше не будет ни одной женщины, кроме нее?!» Позже он решил свою дилемму банально: начал изменять… Проблема не является мужским эксклюзивом. Моя знакомая, прожив в браке два года, запоздало схватилась за голову: «А ведь мой муж — не самый замечательный мужчина в мире. Но, получается, лучше у меня уже никогда не будет? Выбор сделан…»

Однако на вопрос о сексуальной моногамии я всегда могла однозначно ответить: «Да». Я всегда искренне верила: тот, кого я люблю — самый лучший на свете. Лучше, ценнее, интереснее него был для меня только один человек — я сама! И сколько раз я радовалась впоследствии, что не вышла замуж в восемнадцать, двадцать, двадцать шесть лет. Потому как, выйдя замуж за N, не поступила б в тот год в театральный институт. Вступив в брак с Х, не стала бы журналисткой. Связав судьбу с Y, не начала б писать книги…

Безусловно, я могу привести в пример десяток дам, исхитрившихся совместить карьеру с семьей. Но, увы, тех, у кого это не получилось, — сотни и тысячи. И я всегда смертельно боялась оказаться в их числе. Сидеть дома, нянчить ребенка, жарить мужу котлеты и срываться, вымещая на них обоих горечь неудовлетворенных желаний.

«Но признайся, — сказал мне как-то муж моей подруги. — Вот сидишь ты вечером одна… Разве тебе не грустно?» «Ты не поверишь, — призналась я. — Вот сижу я вечером одна, развалившись на диване, смотрю кино и думаю: «А не дай бог у меня бы был муж. Какой ужас! Дал бы он мне сейчас так спокойно посидеть и отдохнуть…» То же самое, практически слово в слово повторил мне мой приятель — закоренелый холостяк. Какой бы любимой, понимающей, хозяйственной ни была женщина, стоит ей поселиться в его доме, она начинает ему мешать: смотреть любимый фильм, спать, работать, жить…

Известно, многие женщины живут с не слишком любимыми мужьями оттого, что попросту привыкли к ним. Привыкли к благополучному статусу «я замужем», к дому, укладу, быту. И сейчас, когда словосочетание «старая дева» стало безнадежным анахронизмом, а определение «старый холостяк» — понятием унисекс, многие дамы не могут выйти замуж единственно потому, что слишком привыкли к своему комфортному одиночеству. Привыкли, что им не мешает спать ничей храп. Привыкли не прикасаться к кастрюлям, ограничиваясь диетическим салатом в ресторане.

Привыкли делать то, что хочется, покупать, что хочется, жить, как хочется, и решать все самим.

Как-то я подошла к зеркалу и спросила себя: «Я хороша собой и хорошо зарабатываю. Я умна, терпелива, способна многое понять и принять. Я даже не расстраиваюсь из-за сломанных ногтей и стрелок на чулках. Я — практически идеальная женщина! Отчего же я до сих пор не замужем?» И, подумав, ответила себе: «Именно потому!».

Самодостаточность — штука столь же удобная, сколь и опасная. Страдай я от безденежья или хотя бы тривиального чувства одиночества по вечерам, я бы давным-давно выскочила замуж за первого встречного, способного решить мои проблемы.

Но проблем нет! Мне и так хорошо! И насколько же хорош должен быть мужчина, чтобы рядом с ним мне было еще лучше, чем с самою собой? Кроме того, два недостатка у меня все-таки есть — я по-прежнему ненавижу готовить и фанатично обожаю свою работу. Что крайне усложняет задачу найти мужчину, которому было бы хорошо со мной…

Однако мне исполнилось тридцать. И я приняла решение. И два года повторяла: «Я хочу выйти замуж» как автотренинг. Добавляя после паузы: «Года через два. Сейчас это помешает работе». Два года прошло. Автотренинг не помог. Вместо того, чтобы найти себе мужа, я благополучно разрешила личный кризис тридцати лет и достигла абсолютной гармонии. Хотелось славы, новых творческих вершин, квартиру в центре… А замуж только теоретически. Точнее, только потому, что теоретически я должна была хотеть выйти замуж.

И тогда я сделала ход конем и попыталась поставить на службу браку все, что ему мешало: трудоголизм, амбиции и пристрастие к сигаретам. «Я напишу книгу — пообещала я себе. — И назову ее «Хочу замуж, или Я не брошу курить ради тебя!». И опишу в ней все свои проблемы и всех мужчин. А в конце таки выйду за кого-то из них замуж… Хотя бы для описания в романе! Зато книга точно станет бестселлером. Поскольку женщин, которые хотят замуж гораздо меньше, чем не бросать карьеру, курение и комфортную жизнь одиночки, на самом деле сотни и сотни».

В общем, это была отличная идея… Но, к сожалению, книгу «Хочу замуж» я уже никогда не напишу. Потому как недавно я вышла замуж. За человека, на свидание с которым я отправилась лишь для того, чтобы описать нашу встречу в первой главе своего романа и пережившего мои пять попыток завершить наш роман, дабы он не мешал мне писать другой. Убежденного: женщина вовсе не обязана готовить. Доказавшего мне умопомрачительную аксиому: с ним даже лучше, чем с самою собой!

Но это еще не самое страшное. Хуже, что теперь я собираюсь бросить курить.

Почему мужчины женятся?

Этот вопрос всегда казался мне чем-то вроде загадки сфинкса, разгадать которую — значит решить проблему половины человечества. Ведь ни для кого не секрет, почему женщины выходят замуж: чтобы создать семью, родить детей, чувствовать себя защищенными, не чувствовать себя ущербными, ради статуса, ради денег наконец! Не секрет, почему мужчины не хотят жениться…

Но почему они женятся? Почему?!

Признаюсь, даже вступив в брак, я так и не сумела понять: почему через три недели после знакомства мой муж сделал мне предложение? Он утверждал: по любви. Так я и поверила! По любви мужчина может совершить подвиг, залезть в окно, потратить деньги, разрушить семью, отправиться на Камчатку… но жениться?

Разве, что в юности. Да и то это лишь официальная версия — подспудная причина иная. В семнадцать — двадцати три, пробуя себя в роли взрослого, ты склонен совершать необдуманные «взрослые» поступки. Например, делать предложение любимой девушке и жениться на ней. Почему? Из желания самоутвердиться — то есть по молодости и по глупости. Только в восемнадцать лет парень верит, что жениться — поступок взрослого мужчины. Взрослый, наоборот, считает высшим пилотажем умение увернуться от брачных силков.

Молодежный союз недаром называют «пробным». Поумнев и возмужав в процессе бурных сор или мирных переговоров, супруги обычно приходят к выводу: оба они понятия не имели, чего хотят от брака и от партнера, оба хотят нечто совершенно иное… Шанс, что, выбирая пару «по глупости», ты случайно отыщешь свой идеал, — приравнивается к шансу вытянуть счастливый билет в лотерее. Избранным просто везет. Большинство разводятся или сосуществуют без намека на счастье. Особенно, если в период самоутверждения успели совершить второй «взрослый» шаг и обзавестись детьми.

К слову, по официальной версии, беременность невесты является нынче едва ли не самым распространенным ответом на вопрос: «Почему мужчины женятся?» Однако и тут есть множество разнообразных «но». Нередко сообщение: «Я жду ребенка» — подвигает мужчину не на предложение сердца и руки, а на желание поскорей сделать ноги. Порой подобная новость разрушает даже продуктивные и перспективные отношения, которые энное время спустя могли бы закончиться «хеппи-эндом».

Бывает хуже. Однажды в поезде я разговорилась с попутчицей, и она рассказала мне горестную историю. У нее было три серьезных романа. За всех своих трех мужчин она страшно хотела замуж. И потому три раза пыталась, как говорят в народе, «взять на живот» — врала им, что она беременна, и ждала ответного «выходи за меня». Не дождалась! Пришлось трижды имитировать выкидыш… «И вот чего я не могу понять до сих пор, — призналась она. — Первый и третий очень меня любили. Действительно любили! Почему ж они на мне не женились?»

Потому что интересное положение, равно как и любовь, редко являются истинной причиной. Скорее, и то и другое можно назвать «отягощающими обстоятельствами». «Ты должен поступить как порядочный человек» — слабоватый аргумент. В наше эгоистичное время порядочность — не повод делать то, чего ты категорически не хочешь. Исходя из окружающих меня примеров, скорое прибавление семейства становится поводом для приглашения в загс в случае, когда мужчина давно уже знает: он хочет быть с этой женщиной, он не собирается расставаться с ней. Ему просто нужен «решающий аргумент», чтобы оформить отношения официально, отбросив сомнения и холостяцкий хвост. Ребенок здесь не причина, он — «последняя капля». Первопричина — инерция. Вы не первый год вместе, возможно, живете гражданским браком, вам хорошо…. Иначе говоря, у него нет оснований не жениться! А основания — вот они, налицо!

Джентльмены, которые, скрипя зубами, таки ведут нежеланную жену под венец, встречаются тоже, но не чаще, чем выигрышные лотерейные билеты. И выигрыш тут сомнительный. Недавно муж рассказал мне, как, будучи свидетелем на свадьбе, он дважды ловил жениха. Тот безуспешно попытался «заблудиться» по дороге в загс, потом сделал попытку напиться, дабы стать физически неспособным произнести роковое «да». Это был классический брак по ее беременности, усугубленной его порядочностью. Они развелись через год. Поступив, как джентльмен, мужчина все же сбежал с третьей попытки, откупившись алиментами…

Его можно понять. Начинать совместную жизнь с роли мамы и папы — не лучший способ сохранить семью. Считается: ребенок сближает. Но в тоже время он многократно усложняет и без того нелегкую задачу — остаться вместе. Когда каждый третий брак оканчивается разводом, брак больше похож на эксперимент, чем на окончательное решение. Жить вдвоем непросто. Жить втроем, не научившись жить вдвоем, — все равно что возводить стены, не удосужившись построить фундамент. Вероятность развода приравнивается к вероятности проигрыша в лотерею…

Впрочем, это никак не освещает первичный вопрос: «Почему мужчины женятся?» Почему клянутся нам в любви, сходят с ума, лезут в окно, стоят на коленях, а потом надевают кольцо на палец другой? Почему делают предложение тем, кто, наплевав на все правила, ложится с ними в постель в первый же вечер, и не делают тем, кто так честно соблюдал все законы любовной стратегии?

Нам говорят — они ценят порядочность. Говорят, им нравится недоступность. Говорят, мы обязаны хорошо выглядеть и одеваться. Тогда почему все это не помогает? И почему, сидя на диване в старых шортах, мы вдруг слышим нежданное: «Выходи за меня»? Где логика? Я ее не нашла. Я старательно анализировала все известные мне предыстории браков. Все предложения, прозвучавшие в мой адрес. И чем больше я думала, тем больше не понимала: почему именно эти слова, именно в этот момент адресовались именно мне? Единственное, что приходило на ум: «Может, они и сами не знают? Просто им вдруг ударяет в голову мысль: «А не жениться ли мне на ней?»

И все же, помимо брака по глупости-молодости, по инерции и по злосчастной порядочности, кое-какие тенденции мне удалось уловить. Или услышать напрямую. Так, один из представителей загадочного сильного пола озвучил мне крайне неожиданную причину: «Желание вернуть свои вложения». «Однажды, — сказал он, — ты понимаешь, что потратил на нее уже столько времени и денег, что дешевле жениться…» Также замечено: мужчины, не оправившиеся после развода, склонны к браку больше, чем холостяки. Во-первых: клин выбивают клином, а жену женой. Во-вторых, он привык к «неволе» семейной жизни и не видит в том ничего ужасного, потому как еще не успел снова вкусить развращающей холостяцкой свободы… Следующая причина именуется «черная полоса». Переживая взлеты, человек чувствует себя всемогущим, переживая падение — незащищенным. Он склонен искать убежище, цепляться за то, что у него уже есть, в частности, за тебя, верную и преданную. Или за любую, оказавшуюся рядом…

Вот и ответ, почему они не женятся на тех, кого любят! Они женятся на тех, кто оказался в нужном месте и в нужное время!

Как и в случае «девочка созрела». Речь идет о мальчике, но это нюансы. Потенциальная готовность — причина унисекс. Так же, как и женщина, в один прекрасный день мужчина ощущает смутное беспокойство: «Пора что-то менять. Пока не поздно!» С одной стороны, он нагулялся, набегался за красотками, навлюблялся, напился с друзьями и набедокурил достаточное количество раз, чтобы ему было что вспомнить… Уже надоело! С другой стороны — он давно не пацан, а дома его ждет телевизор и нестиранное белье. Половина друзей женаты. Родители твердят: «Ну когда? Ну когда?» И в итоге он предлагает свою драгоценную руку первой подвернувшейся под руку более-менее подходящей невесте.

Не правда ли, очень женская история? Выйти замуж потому что тебе уже тридцать, подруги замужем, мама переживает, а он — более-менее подходящий кандидат. А вдруг они, в принципе, куда больше похоже на нас, чем мнится с другой стороны баррикады? Они тоже подвержены давлению возраста и статуса, тоже хотят стабильности и гарантий. А на днях приятель супруга открыл мне глаза: быть неженатым почти так же не престижно, как быть не замужем! Неженатый тридцатилетний мужчина выглядит несолидно…

И наконец последнее «потому» — желание удержать, тоже универсальное. По этой причине женщины нередко рожают мужчинам детей, а мужчины женятся, ибо хотят любой ценой — даже ценой законного брака! — оставить в своей жизни именно эту женщину в старых шортах. Иногда страстное нежелание отдавать тебя никому именуют любовью, но оно сильнее самой безумной любви… И боюсь, ни я, и никто другой не сможет ответить на главный вопрос:

Почему той единственной женщиной становишься вовсе не ты?

Или именно ты.

Штамп в паспорте

Еще в детстве я прочла в какой-то взрослой книге: «Она ханжа, ей нужна только печать в паспорте. Что это изменит в наших отношениях?» — возмущался герой. «Если ты такой раскрепощенный, и печать для тебя действительно ничего не значит, какая тебе разница? Распишись, сделай ей приятное», — отвечала ему подруга его подруги-ханжи.

И хотя сейчас гражданский брак становится все более популярным, и пресловутая печать перестала быть столь мучительной проблемой, вопрос «нужна она или нет?» остается актуальным и спорным.

Не далее как вчера, явившись на работу, я оказалась втянутой в дискуссию на данную тему. «Штамп в паспорте, — решительно заявила сотрудница лет сорока, имея в виду мой недавний поход в загс, — это лишь женская иллюзия. Мы наивно думаем, что он дает нам какие-то гарантии. Но это не более чем наше заблуждение». «Да-да, — с готовностью подтвердила моя молодая коллега, — вот мы с Сашей просто живем вместе, и я не хочу никаких печатей. Я боюсь, что это разрушит наше счастье».

Будучи недавно «проштампованной» барышней, я даже опешила от такой лобовой атаки. Обе они были по-своему правы… Но ни для кого не секрет, что дилемма ханжеского и умозрительного штампа сводится к другой, куда более тривиальной и менее абстрактной. Большинство женщин очень хотят выйти замуж. Большинство мужчин не очень-то хотят жениться.

Почему? И это давно не тайна. Женщины склонны к моногамии, мужчины — к полигамии. Каждая девушка — потенциальная мать и подсознательно стремится создать идеальные условия для рождения ребенка: ей нужен безопасный дом и гарантированный защитник-поилец-кормилец. Каждый парень — потенциальный донжуан, путешественник, искатель приключений, а дом, ребенок, обязательства связывают его по руками и ногам. Прекрасная дама разумно полагает: нужно выскочить замуж, пока она молода и прекрасна. Ведь чем моложе она и красивее, тем больше у нее шансов заполучить идеального мужа! Успешный кавалер, как товар менее скоропортящийся и котирующийся даже в состоянии «третьей свежести», рассуждает иначе: «Зачем торопиться? Жениться можно и после тридцати-сорока». Ведь чем старше он и успешнее, тем моложе и красивее у него обычно жена!

Исходя из вышеизложенного, скажу честно: будь я представителем сильного пола, ни за что бы не женилась еще лет десять! Но так как и в первой половине жизни, которую мужчины наивно надеются посвятить карьере, подвигам и похождениям с друзьями, без женщин они обойтись не могут, а женщины — существа упрямые, хитрые и склонны добиваться своего, — ХХI век подсунул им компромисс, именуемый гражданским браком.

Недавно в одной из стран провели социологическое исследование и долго не могли свести результаты: количество замужних женщин не совпадало с количеством женатых мужчин. Несоответствие объяснилось просто. На вопрос «ваше семейное положение?» все женщины, состоящие в гражданском браке, радостно отвечали: «Я замужем!» А их гражданские мужья не менее радостно изрекали: «Я холост!»

Есть у меня один знакомый гражданский муж — ярый противник визитов во Дворец бракосочетания. Он уже побывал там в юности и больше не хочет ни в какую. Разведенный убежден: машина с «кольцами», белая фата и возгласы «горько-горько!» — глупый и бездарный спектакль. Лишь в неофициальном союзе человек по-настоящему свободен и независим. Нет никакой обязаловки: ты делаешь только то, что хочешь. Не пропадает острота чувств — и если вы вместе, это означает лишь то, что вы по-прежнему любите друг друга. Звучит расчудесно. Но, слушая его, я думаю: «Боже, о чем он, бедный?..» Со второй — гражданской — женой они живут десять лет. У них трое детей! И их семья ничем не отличается от узаконенной: они точно так же ходят вместе в гости, дружно отмечают праздники и собираются вечером за обеденным столом. Вздумай супруга уйти, отсутствие штампа не помешает ей отсудить у него квартиру и деньги. Да он и сам отдаст ей все, поскольку чувствует ответственность за нее и детей…

И после этого кто-то будет говорить мне о женских иллюзиях?

Оставьте! Все мы мазаны одним миром. И если печать дает даме иллюзию защищенности, то отсутствие кольца на безымянном пальце и печати на десятой странице паспорта дарит мужчине иллюзию его свободы и независимости. В конце концов, не все ж они донжуаны, авантюристы и карьеристы. Но все мечтают быть ими, и «холостым» гражданским мужьям приятно осознавать: при случае они могут себе это позволить. Точнее, им приятнее не понимать: ничего подобного они давно уже позволить себе не могут!

Замечу, в отличие от них, их гражданские жены понимают это прекрасно. И отказываются ради брака от атрибутов брака: колец, белых платьев, криков «горько!» и торжественной росписи (в наше время куда важнее записать на себя всю вашу собственность!). Хотя и продолжают мечтать о них. Кто из нас не выдумывал себе самый прекрасный в мире подвенечный наряд? Женщина есть женщина. Она способна выйти замуж лишь для того, чтобы покрасоваться в белом платье с кринолином. И смириться с мыслью, что ты никогда не сможешь его надеть, — воистину великая жертва.

Некоторые упрямо надеются: хотя бы к десятому юбилею совместной жизни сожитель смирится с этой страшной мыслью. Иногда напрасно. Так, моя подруга, прожив в гражданском браке тринадцать лет и давно распрощавшись с мыслями о фате, отважилась купить себе и благоверному кольца. Надо отдать ей должное, она проявила максимальную тактичность и мудрость. Кольца не были классическими обручальными — их украшали крохотные камушки и витиеватые виноградные листья. Подружка привезла их из поездки, и колечки вполне могли сойти за невинный сувенир, который никак не обязывал ее любимого бежать в загс… Но даже предложение надеть на пальцы два одинаковых кольца у себя дома, на кухне, завершилось для нее скандалом, упреками — «ты пытаешься меня закабалить!» — и громогласным «ты мне не жена!»

Да, штамп в паспорте — безусловно, иллюзия. Такая же, как мода, Новый год, любовь и религия. Но их власть над нами вполне реальна. Сама по себе печать меняет мало, закон защищает и официальный, и гражданский брак, да и развестись не составляет проблем. Проблема в другом — печать о браке ставят не на бумаге, а в голове, и наше сознание мгновенно наделяет ее несказанным значением…

Признаюсь, я понимаю мужчин. Я всегда носилась со своей независимостью, точно с писаной торбой. Отправляясь в загс, я тешилась мыслью: я свободна, и подача заявления ничего не меняет — я могу забрать его в любую минут. Весь месяц я колебалась: да или нет, стоит — не стоит, возможно, я все-таки совершаю ошибку… И так и не придя к окончательному решению, успокаивала себя по дороге на роспись: «В крайнем случае, разведусь».

И вдруг на следующий день после свадьбы на меня снизошел удивительный, несказанный покой. «Понимаете, — объяснила я своим сотрудницам, — это было для меня то же самое, что поставить свою подпись под контрактом с издателем. А к работе я всегда относилась очень ответственно. Взял на себя обязательства, значит, должен их исполнить. Даже задумываться об этом не стоит — просто делаешь, и все. При чем тут иллюзии?»

С ними я разобралась задолго до брака. Включая и наиболее легендарную из них по имени «абсолютная свобода».

«Свободы не существует. Свобода — это лишь выбор максимально удобной для тебя несвободы», — вывела определение я и, руководствуясь им, всегда выбирала себе занятие по душе. В итоге тружусь на четырех работах — на всех по совместительству. Я не хожу на службу и сама планирую свой рабочий день. На мне висит десяток обязательств, но я чувствую себя свободной оттого, что приняла их по собственному желанию и пишу что хочу и когда хочу. И потому все мои четыре работы — любимые.

Так о какой несвободе может идти речь, если ты по собственному желанию вступаешь в брак с любимым человеком?

И в любви, и в работе ты сам определяешь необходимую тебе меру свободы и, исходя из нее, выбираешь «удобного» партнера и работодателя.

Почему же, устраиваясь на службу, никто не хватается за голову: «Ах, нас лишают нашей независимости»? И почему на подступах к дворцу брачных штампов иных охватывает паника: «Меня пытаются поработить»?

Быть может, работа, включая любимую, просто не вызывает у нас никаких иллюзий? А читая в детстве книги, герои которых безуспешно решают проблему злополучной печати, слушая страшные рассказы друзей, приятелей и подруг, мы невольно приобретаем штампобоязнь?

И, быть может, самая большая иллюзия состоит в том, что штамп в паспорте представляет какую-либо проблему…

Интернет-истории

Я окончательно признала, что страдаю тяжелой Интернет-зависимостью в тот день, когда в нашей семье появилась традиция. Теперь, уезжая на работу, муж увозит с собой мой модем, и возвращаются они оба не раньше восьми вечера, иначе… Я просижу в Интернете весь день, затем еще день, еще и еще, наплевав на все обязательства, нарушив все обещания. И никакая сила воли тут не работает. Одно слово — зависимость!

И к слову, я могу точно сказать, что именно заставляет меня зависать. Причина проста и именуется «Все, и не вставая со стула!». Начиная от малого… Раньше, чтоб процитировать в статье строфу из Волошина, мне нужно было встать, подойти к шкафу, взять книгу, отыскать нужный текст, переписать, а теперь я просто набираю часть строчки в Инете, нахожу стих, копирую, и вуаля. А оканчивая всем-всем-всем остальным… Ибо в Интернет-пространстве можно отыскать абсолютно все, что угодно, — нужные книги, фильм, сериал, одежду и обувь, еду, антиквариат и план дома, набор кастрюль необходимого цвета, воплощение твоих эротических фантазий, партнера по сексу, мужа, друзей и даже родителей. И все, не вставая со стула! По этой причине, стоит мне получить Интернет, я с него и не встаю. Зачем? Там есть все. И получить это все так реально и просто…

Реальную ценность Интернет-удовольствий можно поставить под сомнение. И тут поспорить со мной можно, но сложно. Еще пять лет назад в десятке журналов появились статьи, живописующие мою персональную лав-стори — знакомство с будущим мужем через Интернет. Признаюсь, больше всего в истории меня саму поразило то, что, вопреки сетованиям подружек («Тебе нужно чаще выходить из дома, знакомиться с кем-то. Мужья — не тараканы и не заводятся в доме сами по себе»), я таки нашла мужа, не выходя из квартиры. Да что там супруг… С помощью Интернета моя знакомая отыскала родного отца, которого, благодаря стараниям матери, не видела ни разу в жизни. Папа давно проживал на противоположном конце света, в Америке, в комплекте с прочей родней, включая бабушку с дедушкой, и все они были чрезвычайно рады обретению дочки и внучки. Добавлю, что с помощью сайта «Одноклассники», я, в свою очередь, отыскала множество родственников, с которыми наша семья утратила контакты, и с их помощью во многом смогла восстановить историю нашего рода. Потому для меня ценность Инета не подлегает сомнению…

В отличие от остальных… После моего Интернет-замужества я несколько раз получала от журналистов вопросы типа: «Неужели вы не стесняетесь признаваться, что отыскали мужа на сайте знакомств?» Не буду развивать свой ответ: «Стесняются своих поступков лишь люди, зависимые от мнения социума, и если однажды я подцеплю такую зависимость, то начну стесняться самой себя». Речь о другом. Мне кажется странной сама постановка вопроса. Почему какой-либо способ знакомства может вызывать стеснение? Откуда вообще взялось витающее в воздухе убеждение, что в Инете знакомятся только неполноценные личности?

Тут следует упомянуть, что, вдохновившись моим хэппи-эндом, сразу две знакомые барышни решили повторить подвиг и отправились искать мужчин в Интернет. У обеих попытки закончились пшиком. Причем одна из них подробно описала мне опыт. Мол, пока они переписывались с неким Сергеем, все было неплохо, а когда познакомились, и он увидел ее дорогую машину, парень вдруг скис, начал мямлить, комплексовать и прощаться. Из чего логически следовал вывод: мне просто случайно повезло, а на деле никого стоящего в Инете ты не найдешь. «Погоди, — остановила ее убеждение я, — а если бы ты познакомилась с кем-то в театре, и после пары встреч пригласила его домой, разве с тобой не могло случиться то же самое?» Да не только могло — случается с ней регулярно. Главная проблема приятельницы в том, что она зарабатывает больше большинства знакомых мужчин и имеет соответствующие заработкам авто и жилплощадь. При чем тут вообще Интернет? Он же не панацея от бед, а… максимально быстрый способ достижения результата. Любого. На то, чтоб разочароваться в других, у нее ушло куда больше времени. А тут три письма, одна встреча — и готово, адью! И если б она помянула марку машины в письме, чтоб разочароваться, ей не пришлось бы даже встречаться. Даже вставать со стула!

Это еще одна причина, по которой мне так нравится там. В Инете, где реальные люди прячутся за абстрактными никами и аватарками, возникает эффект случайного попутчика в поезде — никто не стесняется быть откровенным.

Откровенно злым, мерзким, несдержанным или душевным, беззащитным и искренним. И хамов, истериков, фанатов, маньяков, зацикленных на сексе или какой-то идее, здесь, на мой взгляд, тоже легче вычислить сразу. Сидя с вами в кафе на первом свидании, парень всегда будет корректировать свои ответы под вас. Если у вас второй размер груди, он не признается, что сходит с ума от вдвое большего бюста. Если его раздражают самостоятельные, излишне остроумные женщины, он молча проглотит ваши шпильки. Просто, чтобы не злить и затащить вас в постель (зря он что ли потратил время и деньги на ужин!). Так сложилось, что отношения мужчины и женщины почти всегда начинаются с вранья и умалчивания. Но зайдите на сайт знакомств, и вы прочтете все требования к партнерше сразу. И сразу откажетесь, если они покажутся вам неприемлемыми, неприлично циничными, слишком сермяжными.

Собственно, именно на контрасте с бесчисленными холодными перечислениями в столбик («худая, раскомплексованная, с большой грудью, без денежных проблем»), меня и поразила анкета мужа, где, как вы помните, в пожеланиях значилась всего одна строчка: «Хочется встретить человека, с которым легко». И наверное, общение с помощью текстов — еще одна причина, по которой меня так притягивает Интернет. На мой писательский взгляд, в любом литературном произведении, большом, как роман, или длиною в три строчки, автор всегда раскрывается наиболее полно. Это убеждение, помноженное на естественное жгучее любопытство познать непознанное, и подвигло меня еще до замужества заполнить анкету на сайте знакомств. Фото я честно поместила свое, имя позаимствовала у одной из любимых литературных героинь. Результаты превзошли ожидания… Мне писали десятки мужчин. Даже спустя год, когда я давно была замужем, все еще приходили письма. И хоть ни с одним из отправителей я так и не встретилась, я получила массу удовольствия от такого успеха и текстового флирта.

Поэтому Интернет и считается не лучшим местом знакомства — многие поступают так же, как я. Представляются чужим именем, ставят чужое фото, скрывают свой возраст, рост, вес и относятся к Инет-флирту не слишком серьезно. В данный момент 15-летний сын моей подруги переписывается с барышней, убежденной, что ему 25. Девица пишет, что никто давно не понимал ее так, как он, и просит о встрече. Он же намерен порвать с ней из подросткового страха: «Еще немного, и она меня точно попалит!». «А бедная девушка, — вздохнула я, выслушав подружкин рассказ, — будет думать, что же я сделала не так, не так сказала, не так написала… И измыслит сотню причин, кроме одной и реальной — ей просто писал маленький мальчик».

Само собой, перепутать 25-летнего с 15-летним или 60-летним дедулей, решившим начать эпистолярный роман с юной девушкой, вне Инета намного сложнее. Что же касается несерьезности флирта — тут Интернет-реальность, на мой взгляд, мало чем отличается от повседневной. В жизни флирт так же редко приводит к весомым последствиям и точно так же поднимает настроение, тонус и самомнение. Только в отличие от жизни, в Инете можно флиртовать сразу с сотней мужчин. И не нужно даже краситься, наряжаться, расчесываться и чистить зубы. Нельзя ненароком забеременеть. Не надо бояться идти на контакт с незнакомцем. В любую минуту все можно прервать. Если же порвали с вами, перечитать письма, дабы детально проанализировать свои тактические ошибки и его огрехи, куда легче, чем вспомнить, что ты ему говорила, а он тебе отвечал. Да и вычислить 15-летнего не намного трудней, чем маньяка. К примеру, всегда можно попросить адресата по-приколу заполнить какой-нибудь тест… Ну а если при встрече у вас ничего не сложилось, что из того?

Очень скоро, когда Интернет окончательно перестанет быть экзотикой, он станет всего лишь одним из многих способов знакомства. И упрек: «Раз ищешь партнера на сайте, значит, не смогла познакомиться нормальным способом» — станет столь же абсурдным, как «Если познакомилась в театре, значит, не смогла найти мужчину на стадионе. Если свела знакомство в гостях у друзей, значит, не нашла никого в тренажерном зале».

Не важно где и когда, главное — с кем! Из десятков читателей, оставляющих отзывы о моих книгах, только одна, после двухлетнего обмена репликами стала моей реальной подругой. Из сотен девчонок и мальчишек, размещающих свои стихи и ноты на сайте моей подруги-певицы, только один стал ее другом и песенником. В Инете все также, как в жизни, — шанс на везение один из множества. Только все происходит быстрее. И количество шансов покрывает весь мир. И не нужно даже вставать со стула.

Больше же он не отличается от реалий ничем. В конце концов, от любви тоже бывает зависимость.

В постели с врагом

Некогда психолог Джон Грэй, автор бестселлера «Мужчины с Марса, женщины с Венеры», заработал миллионы, объяснив человечеству, что представители сильного и прекрасного пола произошли с двух разных планет и попросту неспособны понять друг друга.

Не знаю, как вам, — мне эта теория не нравилась никогда.

«Женщину невозможно понять, — сказал мне большой любитель женщин (читай: бабник со стажем), — сколько ни пытайся, она остается загадкой». «Не понимаю, — поразилась я, — ну что такого непонятного в женщине?»

Ответов оказалось множество. Все как один — банальные. Женщина говорит «нет» и подразумевает «да». Женщина говорит «может быть» и подразумевает «нет». И вообще, ты толком никогда не поймешь, чего она хочет и зачем говорит это. И как прикажете понимать существо, в поступках которого совершенно нет логики?

На утверждении «у женщин нет логики» я обычно срываюсь (от него остается всего один шаг до заявления «баба — не человек», и в данном контексте объяснение «Мужчины с Марса, женщины с Венеры» сразу мнится вполне симпатичным). Однако, будучи существом до неприличья логичным, я не сорвалась. Я задумалась…

«А знаешь, — сказала я ему, — когда мне было лет двадцать, я не верила, что мужчины способны страдать от любви. Правда, смешно?»

В период моей до безумия романтической юности я постоянно влюблялась в кого-то по уши, проваливалась в свои чувства, как в прорубь, и страдала ужасно. Естественно, он (тот монстр, из-за которого я не спала и не ела) был просто неспособен терзаться так же, как я!

Именно эта иллюзия — мужчина не может мучаться так же, он только мучает! — и заставляла меня мучить их. Зацикленность на собственных адских страданиях делала меня жестокой. Как я истязала своих кавалеров! Сколько затяжных истерик я им устроила. Скольких прогнала навсегда (дабы они приползали на коленях обратно). Я резала по живому… Я хотела, чтоб они тоже почувствовали мою боль!

И подозреваю, в их памяти я навечно осталась истеричной садисткой с атрофированной логикой. Но логика в моем поведении все же была: выраженная одним емким словом — «война».

Образ мужчины-врага (женщины-врага) нам рисуют с самого детства. «Всем им нужно только одно», «все женщины — стервы», «все мужчины — самцы», «все бабы — дуры»… Ну, почти все — где-то там ходит иллюзорный «прекрасный принц» и малореальная «хорошая девушка». Но они такой же миф, как единорог. А потому с младых лет родители, друзья и подруги собирают нас на войну. Учат нас пользоваться оружием массового поражения, атаковать, отступать, маневрировать. В юности я выслушала десятки кухонных лекций на тему «Разрушительное влияние короткой юбки на мужское сознание», «Как вести себя с мужчиной», «Что говорить ему, а что не говорить и под пытками», «Как раскрутить его на подарок»… Но никто никогда не потратил и пятиминутки на то, чтоб объяснить мне, двадцатилетней: «Когда ты причинишь ему боль, ему будет больно».

На днях, разозлившись на мужа, знакомая позвонила ему и наговорила массу нелицеприятных вещей, самым тактичным их них было: «Ты — полное ничтожество!» Неделю муж был точно шелковый. Недавно коллега, повествуя о своем кавалере, сказала: «Я объяснила ему, я — интересная женщина. У меня и без него мужчин хоть отбавляй. Будет вести себя так же, мне есть к кому уйти».

Как и на войне, мы бьем противника (по самолюбию, по нервам, по ревности) и получаем преимущество. Как и на войне, боль и разрушение, причиняемое нами врагу, — патентованное средство для достижения цели. Как и на войне, мы вынашиваем тайные планы и планируем обходные маневры. Мы думаем, прежде всего, о победе, уже потому, что по неписаному закону войны нельзя допускать мысли «Враг — тоже человек!»

Вот вам логичное объяснение абсурдной в эпоху эмансипации фразы «баба — не человек». С тех пор, как нам позволено сражаться на равных, «мужчина — не человек» звучит не менее часто. Мнимый парадокс: в глубине души кавалеры и дамы упрямо не хотят признавать друг друга людьми — объясняется просто: иначе мы не сможем быть врагами. А расхожая фраза «у женщин нет логики» — естественный вывод мужчины, который так и не понял, что, вступив в любовную связь, он начал войну.

Конечно же мой друг-бабник не в силах постигнуть, чего хотят его женщины. Ведь он, большой их любитель (читай: ему нужно только одно!), проходит у них по номинации «враг особо опасный». С таким нужно все время быть начеку. Конечно же, мы регулярно роняем «нет», подразумевая «да» и наоборот — мы же сознательно делаем все, чтоб неприятель не знал наши тайны и слабые точки. Не понял, что, говоря «пошел к черту», мы ждем, он ответит: «Я никуда не уйду, я сделаю все так, как ты хочешь». Ведь раскусив наш маневр, он скажет совершенно другое…

Нет, мужчина и женщина не с Марса и Венеры. Мы из двух вражеских лагерей. Мы противники, которые день за днем растолковывают перехваченные друг у друга шифровки. «Что он имел в виду?», «Что она имела в виду?», «Почему он это сказал?», «Зачем она так со мной поступает?»

О каком понимании может идти речь? Если быть понятой — равнозначно проигрышу! Кто женится на барышне, на первом свидании объявившей: «Я хочу, чтобы ты женился на мне»? Что вы скажете парню, при первой же встрече объявившему: «Я на тебе никогда не женюсь»?

Вот и выходит, наш единственный выход — строить тайные планы и обходить по левому флангу. Опасаться, обороняться, дуэлировать и брать верх. Все крайне логично! Включая процент разводов.

Мы побеждаем или сдаемся и заключаем мир — брак или союз, и продолжаем жить со вчерашним врагом, имея куда больше навыков воевать с ним, чем уступать. Идти не в атаку — навстречу. Не имея почти никаких навыков искреннего общения с ним. Не понимая: как это — беспокоиться о том, чтобы не причинить ему боль? Так и не уразумев: ударив его со всей силы, мы сами вынуждаем партнера ответить ударом на удар…

Порой мне приходит в голову мысль: во всем виноват шоу-бизнес. В искусстве (я писала об этом не раз) конфликт необходим. Без него — никуда. Между героем и героиней должно быть множество неразрешенных вопросов и куча препятствий, которые они последовательно преодолевают — иначе фильм будет неинтересно смотреть, книгу читать. Все статьи в женских журналах посвящены тысячам тысяч проблем между мужчиной и женщиной…

Откуда у нас в голове, в принципе, может возникнуть схема постройки совместного счастья, если все, что мы знаем об отношениях мужчины и женщины, — многообразные модели конфликтов и тысяча тысяч причин для непонимания?

А счастье… Счастье только стоп-кадр хеппи-энда, перечеркнутый титрами, финал стосерийной войны. Не мудрено, что веришь в него ты с трудом. Стоит создателям «мыла» снять продолжение, окажется — счастье было недолгим. Война между героем и героиней объявлена по-новой еще серий на сто.

Говорят, конфликт необходим нам и в жизни — азарт сражений разогревает страсть. Мужчина — охотник, воитель: разгадав наши «да»-«нет», узрев хеппи-энд, он как зритель теряет к нам интерес. Это так… Но это не только так! Куда чаще мы теряем друг друга от элементарного недопонимания. Оттого, что наши «нет» принимают за «нет». И уходят, когда мы говорим «уходи», оттого, что устают возвращаться. Оттого, что нанесенный нами удар разрушил нечто уже неподдающееся восстановлению…

И еще оттого, что нередко война между нами бессмысленна. И воюем мы лишь потому, что воевать нас научили лучше, чем понимать партнера. Потому что ударить наотмашь и получить сиюминутный результат — намного легче, чем искать общий язык. Да и как его можно найти — ведь «мужчины с Марса, женщины с Венеры», мы с разных планет и всегда будем хотеть противоположного. Тем паче, у женщин нет логики, а мужчина — не человек, он самец.

Вы никогда не задумывались? Высокомерное утверждение «у женщин нет логики» таит опасность не для нас — для мужчин. Оно дарит им оправдание. Принимая как данность «их все равно невозможно понять», они даже не напрягаются, чтоб попытаться сделать это. И в результате мы, загадочные и непостижимые, оставляем их в дураках. В утверждении «мужчина — не человек» есть опасность одиночества вдвоем. Неверия: тот, кто рядом, способен выслушать не хуже подруги, разделить тяжесть, помочь развязать все «гордиевы узлы»…

И если б однажды, тряхнув головой, я не сказала себе: «Что за чушь? Мужчина — такой же человек, как и я» и не вымарала «образ врага», я бы так и осталась победительницей — одинокой, размахивающей шпагой. И не прожила б в браке и года, если бы не сказала себе: «Боже меня упаси причинить ему боль…»

Ибо в любой сиюминутной победе есть опасность начала новой стосерийной войны.

Ответ мужчины-читателя на рецепт «брака по расчету» О выборе женщины, исходя из методических указаний Лады Лузиной (практическое руководство для мужчин)

Понравилось! Ну, честное слово, понравилось! Это же надо додуматься — выбирать мужика, исходя из содержимого одежного шкафа! В этом определенно что-то есть — чем в омут с головой, сначала голову, вот эту самую, в шкаф засунь, проанализируй, взвесь. И что самое главное — методика-то работает. И я не был бы мужиком, если бы у меня не зачесалось ее испробовать. На себе. Друзей жалко. Но, сунув голову в свой одежный шкаф и проанализировав содержимое, с ужасом понял — ТАКОЙ женщины я не хочу! И тут меня осенило — нужно просто сменить сравнительный эталон. К выбору чего мужики подходят с особым пристрастием? Правильно! К выбору автомобиля! Следовательно, чем без толку торчать в шкафу и изучать тряпки, по которым разве что бомжиху привокзальную можно выбирать, разумнее в гараж заглянуть. Итак, приступим к анализу:

Что там у нас на первое? «Феррари», «Ламборджини» и прочие «Мазератти». На таком интересно разок покататься, перед друзьями повыделываться. Но ставить такое в гараж — увольте. Не для наших дорог. Любая ямка или неровность для такой машины — проблема. Да и непрактичные они какие-то — мешок картошки не перевезешь, лыжи не прицепишь, да еще и охраняй постоянно, иначе уведут. Так что блестящие, тонконогие, разодетые поклонницы бутиков, светских вечеринок, дефиле и ночных клубов — не для меня. Нафига мне такие скоростя? Что-нибудь попроще бы.

Что там дальше? Ага, бизнес-леди — «Хаммеры», «Кукурузеры», «Инфинити» и прочие плоды страстной любви автобуса и бронетранспортера с богатым фаршем. Там реально можно жить. Лакомый кусочек, но, увы, не для меня — дорог в обслуживании. Бензина жрет, шо твой мусоровоз, лампочка или резинка любая — от 200 убитых енотов и выше, не говоря уже про диски и шины, а компьютер заглючит — не заведется вообще — неремонтопригодная в условиях гаража. Тут уж, будь любезен, тащи на станцию техобслуживания, и не на какую-нибудь — фирменную. Нет, не потяну. Если и ставить такое в гараж, то только по большой и пылкой любви, а она, как известно, сжигает. Ищем, однако, что-нибудь подешевле.

Дешевый сегмент — «Таврюшки», «Матисы», «Панды». Уже не то. Перерос я «вечных девочек». Приобрести — не проблема, но со временем все равно менять придется. Я имел ввиду машину, а не барышню.

Так какую же женщину, пардон, машину выбирать? Надежную, для наших дорог подходящую, в обслуживании недорогую, в гараже, при необходимости, ремонтируемую. Хозяйственную, с багажником объемным, да с креплениями для лыж, чтоб и на природу, и за покупками, но на хозяйстве не зацикленную — на грузовиках не ездим и элементы тюнинга, элегантности и динамики всячески приветствуем. И чтоб заводилась с пол-оборота (в хорошем смысле), и на колдобинах не скрипела, а если и скрипнет иногда, то можно и простить — не со зла она. И чтоб на пятой передаче, да с ветерком! Пожалуй, подходит!

Вас заинтересует, наверное, что же у него все-таки в гараже?

Новая серебристая «Лада-21150».

Делайте выводы, господа!

Владимир Шевлюк

Ивано-Франковск

Примечания

1

О том, как обращаться с мужским типажом «Бабник», читайте в книге «Мужчины, подруги и прочие стихийные бедствия».

2

Ответ мужчины-читателя на рецепт «Брака по расчету» «О выборе женщины, исходя из методических указаний Лады Лузиной (практическое руководство для мужчин)» читайте на стр. 122.

Content

Лада Лузина
Хочу замуж, или Я не брошу курить ради тебя

Женщина — это ложь

Женщины-«кошки» и женщины-«собаки»

Кто был охотник, кто добыча?

Слишком доступна?

«Я тебя хочу!» Твоя инициатива

Женщина, которая платит

Мужчина, деньги, женщина, или как выйти замуж за миллионера?

Идеализм: достоинство или грех?

Обратная сторона недостатков

О пользе недостатков

Ревность: «чудовище с зелеными глазами»

Измена: твоя и его

Предательство: прощать или не прощать?

Почему он бросил меня?

Брак по расчету

Вопрос удобства

Хочу замуж, или я не брошу курить ради тебя!

Почему мужчины женятся?

Штамп в паспорте

Интернет-истории

В постели с врагом

Ответ мужчины-читателя на рецепт «брака по расчету» О выборе женщины, исходя из методических указаний Лады Лузиной (практическое руководство для мужчин)

Примечания