Олег Касьянов

Самые обыкновенные приключения плюшевых медведей

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Вступление. К читателю

Когда автор был маленьким, в возрасте, примерно, 7-ми лет, он очень любил читать книжки и мечтал, что вырастет и станет писателем. Многие книги производили на него такое сильное впечатление, что он собирался стать писателем немедленно, не дожидаясь своей старости. Он был еще тем фантазером. Правда, поначалу книги получались очень короткими, не больше одной странички, но это не мешало маме хохотать над его рассказами до упаду. Сам автор тогда не смеялся, потому что был уверен, что книги очень серьезные. Можно сказать, этим творчество в раннем возрасте и ограничилось. Но потом прошло много лет, автор вырос, и в какой-то момент сам стал папой. У него родилась дочь, и с ранних лет она любила читать книжки и слушать перед сном разные интересные рассказы. Особенно ей нравились смешные истории, поэтому она заставляла родителей читать их снова и снова, по сто раз подряд. Со временем папе надоело читать одно и то же, и однажды он предложил дочери свой, выдуманный рассказ, вместо заезженной книги. Дочь согласилась, и с той поры начались бесконечные истории, которые папа пыжился сочинять на ходу, во главе с разными персонажами, что привело к созданию своих собственных (до этого в аренду без спросу брались известные герои чужих авторов). Когда дочь подросла, она попросила папу написать несколько тех рассказов, которые он придумал для нее, и напечатать их в типографии, как настоящую книгу. Так папа снова стал автором.

Возможно, в процессе чтения этой книжки, читателя местами постигнет удивление, но не стоит особо волноваться за здоровье автора: все описанное ниже – это лишь результат свободной фантазии и желания рассмешить свою, вечно возящуюся в кроватке, дочь, которая подолгу не хотела засыпать. Приятного вам просмотра!

С уважением, Автор

Посвящается моей дочери Анастасии, которая очень не любит засыпать

Глава 1. Знакомство с главными героями

Прежде, чем я начну рассказывать эти увлекательные истории, предлагаю читателю познакомиться поближе с нашими персонажами. И начнем мы с самого-самого главного участника, которого зовут Миша Пульт. Да, да, тут нечему удивляться. Перед нами настоящий плюшевый медведь, у которого есть имя и фамилия. На свете очень много всяко-разных фамилий и странных, и смешных, но в нашем случае такое, практически, бандитское прозвище, Миша получил совершенно не случайно, а исключительно по делу. Сам Миша предпочитал именовать себя Михаилом, но обычно всем было лень это произносить. Итак, почему же обычный плюшевый медведь получил такое прозвище (ой, простите, фамилию). А все очень просто.

У Миши есть хозяйка, маленькая девочка, которую так и звали – Девочка. Когда Девочка была очень-очень маленькой, где-то около двух лет отроду, она очень-очень любила играть с Мишей, который тогда еще не был никаким Пультом, жил себе без фамилии и горя не знал. Мишка тоже любил с ней играть. Но Девочка любила играть больше! Гораздо больше, чем это любил Миша. Намного больше! Обычно правила игры были просты: Девочка хотела, чтобы Миша полетел в космос. Для этого она брала его за левую лапку и подбрасывала к потолку, что было мочи. Но то ли потому что Миша не особо хотел в космос, то ли потому что Девочка подкидывала его не настолько высоко, кроме как удариться в потолок у Миши дальше не доходило. Но в потолок он бился лихо, тут надо отдать ему должное. Девочка смотрела на летающего медведя с неприкрытым восторгом, моргая каждый раз, когда Мишка чиркал своим пластиковым черным носом о белую штукатурку, порой оставляя там неглубокие следы-вмятинки. Но на орбиту попасть ему так и не удалось. Зато однажды, Девочка, скомандовав «На старт! Внимание! Марш!», запустила Мишку так сильно, что до потолка Михаил долетел частично. В смысле, его левая лапка оторвалась и осталась у Девочки в ладошке. Мишка рухнул на пол как обычно, издав соответствующий звук своим носом и такими же пластиковыми глазками. Девочка стояла и растерянно смотрела на Мишкину оторванную конечность. Не могу сказать, что она расстроилась. Скорее, наоборот, в ее голове стремительно возник новый, великолепный план действий. «Неудачный запуск! Неудачный запуск!» – затараторила Девочка громко и отчетливо и кинулась спасать Мишу, попутно схватив игрушечный медицинский сундучок, изображая, по меньшей мере, медсестру. Чемоданчик был мгновенно открыт, откуда тут же появились щипчики, пинцет, бинты и даже игрушечный стетоскоп. Взглянув на все это, Миша обреченно вздохнул. «Потерпите, Михаил, – пробормотала Девочка. – Сейчас Вам станет полегче!» Но легче Мише не стало. Доктор несколько раз попытался прикладывать лапку на положенное место, откуда торчали разные лохмотья и кусочки ткани, но все безуспешно. Девочка обиженно сдвинула бровки и сложила губки бантиком. Медведь лежал, таращась в потолок и боясь посмотреть на свою ужасную рану. В этот момент взгляд Девочки упал на старую куклу. Она была слишком старой – во всяком случае, именно так подумала Девочка. Кукла, которую звали Надя, популярностью не пользовалась, хотя когда-то давно, еще во времена далекого Советского Союза, она являла собой идеал среди прочей игрушечной продукции. Качественный и безопасный пластик, «живые» моргающие глаза, не сгибающиеся ни грамма руки в локтях и ноги в коленях – что могло быть лучше для игры? Ничего, пожалуй. Но сейчас Надя была лишь старой и ненужной куклой. Кроме того, она давно была одноногой. Вдобавок через секунду после этого Надя стала однорукой. «Потому что так надо», – уверенно ответила ей Девочка и помчалась с кукольной рукой к раненому Михаилу. «Вот, я принесла тебе отличную замену», – с этими словами Девочка вставила пластмассовую руку куклы вместо Мишкиной лапки. «Зачем?» – взмолился медведь, конечно же, не вслух. Обычно он не позволял себе никаких разговоров в присутствии хозяйки. «Ты ничего не понимаешь. С этой рукой ты сможешь брать разные нужные штуки. Ты мне еще спасибо потом скажешь!» – ответила Девочка и побежала спрашивать у мамы нитки. «А что… может она и права», – Михаил задумался.

Через несколько минут, он уже довольный сидел на полке с новоиспеченной пластиковой рукой. Конечно, она была гораздо длиннее, чем надо, ведь Надя была куклой очень большой. Сказать по правде, рука была длиннее не то слово, что даже когда Миша вставал, она едва не касалась пола. Зато там были пальцы, и, как правильно заметила хозяйка, Мишка теперь мог много чего брать.

Так почему его фамилия была Пульт… Ах, да. Потому что этой пластмассовой рукой ему было удобно держать дистанционный пульт от телевизора и, особенно, переключать каналы. Миша любил иногда посмотреть «ящик», чего уж тут.

Также, в книге нам встретится еще один главный герой будущих приключений. Как ни странно, тоже медведь. Был раза в два ниже ростом, чем Мишка Пульт, и был плотно набит маленькими кусочками поролона. Тут стоит сделать небольшое отступление, чтобы рассказать читателю о небольшой, но не очень приятной проблеме, которая постоянно преследовала второго медведя. Кстати, звали его очень просто – Медведь Маленький. На фамилию он особо не претендовал, впрочем, как и на имя, поэтому вышло как-то так. Но вернемся, скорее, к проблеме.

Однажды Девочка решила его постирать. «Ты грязный, как поросенок», – сказала она ему тогда. И постирала, после чего повесила сохнуть на балкон. Дальше произошли не совсем понятные события, но, скорее всего, Медведя сняли с балкона слишком рано, и не каждый кусочек поролона смог как следует просохнуть. «Что-то высохло, а что-то нет», – рассказывал он потом другим игрушкам, явно оправдываясь. И ведь было за что. Так уж сложилось, но непросохший поролончик со временем начал вонять ничем не выводимым запахом. Наступало это обычно резко и внезапно. Терпеть этот запах было практически невозможно, даже самому Медведю Маленькому. Внезапность была вызвана несколькими моментами.

Момент номер один: просто так, просто Медведь резко завонял и все тут.

Момент номер два: если Медведь случайно промокал от воды, ну, например, наступил в лужу или попал под дождь.

Момент номер три: когда Медведь начинал очень волноваться и переживать.

Правда, с этой проблемой иногда можно было справиться на время – Медведя нужно было покормить. Причем настоящей человеческой едой! Да, да, читатель может не удивляться, но это чистая правда, клянусь! Как только Медведь Маленький начинал вонять – его кормили. Главное было хоть немного, но впихнуть ему еды. Беда заключалась только в том, что вонял он достаточно часто, потому и ел тоже часто. И, вообще, есть он любил. Но все равно, он был лучшим другом для Миши Пульта.

Глава 2. Охота за пасхальными куличами

«…Однажды, в одном замке жила толстая и противная корова», – донеслось с экрана телевизора.

– Фу, какая глупость, – сказал Миша Пульт и переключил канал.

Внезапно, в коридоре послышался звон ключей и легкий скрежет замка входной двери. «Хозяева вернулись!» – в ужасе подумал Мишка, держа, как раз, своей пластмассовой рукой пульт от телевизора. Он спрыгнул с кресла, просеменил к журнальному столику, чтобы все сложить на места, и бросился бежать в детскую, да не тут-то было. Дистанционный пульт по-прежнему был у него в руке, потому что застрял между кукольными пальцами. «Нет-нет!» – испугался Миша и побежал обратно к столику. Тряхнув там рукой что есть силы, пытаясь скинуть прицепившегося «друга», он снова кинулся по направлению к своей комнате, но, оказывается, пульт и не думал отцепляться. Но и Мишка был не робкого десятка, и сдаваться не собирался. Он несколько раз тщетно повторял свой ритуал, тряся рукой и отбегая от журнального столика, а потом вновь возвращаясь обратно до тех пор, пока пульт наконец-то не вывалился куда-то совсем не туда, куда надо, но это уже не имело значения. Щелкнул замок, и открылась дверь.

– Почему медведь валяется на полу? – спросил папа с каким-то раздражением, но больше для порядка. – Вечно ты разбрасываешь игрушки по всей квартире, – обратился он к Девочке.

Слово «валяется» Михаилу не понравилось. «Я просто не успел убежать, всего-то», – подумал воспитанный медведь.

К счастью, хозяева пробыли дома совсем недолго. И стоило им снова уйти, как Мише Пульту резко захотелось яичницы. «Хочу яичницу!» – крикнул он и отправился на кухню. У холодильника его уже поджидал Маленький Медведь. Хотя, может, и не его вовсе. Может, Маленький всю ночь там простоял. Просто потому что он любил холодильник. Особенно то, что было внутри. Но для Миши Пульта вдруг открылась абсолютно новая перспектива пропитания. Дело в том, что вся кухня была уставлена куличами. Они были куплены в магазине или подарены кем-то в день праздника. Но Миша Пульт не особо любил магазинно-подаренные куличи. Он любил только бабушкины, в смысле те, которые делала бабушка Девочки. Но вот беда, мама Девочки тоже их любила и почти сразу съедала. Так было всегда, и Мише это не нравилось. Ему постоянно не хватало. Но он знал, где можно еще раздобыть бабушкиных куличей. Он знал это. Он сердцем чуял…

У Девочки была сестра. Нет, не родная, но была. Какая точно, Миша Пульт не мог сказать. Сама Девочка как-то упоминала, что до дома сестры около 30 минут ходьбы, но не для медвежат же… Пришлось звонить Захару. Вы, наверное, пока не знаете, кто такой Захар?

Уверен, что не знаете. Я сейчас расскажу о нем.

Для начала стоит отметить, что Захар был крысой. Это очень полезный персонаж, который в основном занимался транспортными перевозками наших плюшевых медведей. Захар жил в закусочной Бургер-Мургер. Нет, ну не прям около кассы, конечно, но внутри. Точнее, на складе. Это было какое-то помещение подвального типа, где хранилось все то, из чего потом быстро делали гамбургеры, картошку и много другого. Захар жил один, но этот момент его нисколько не смущал, ведь вокруг была… еда. Очень много еды. И Захар ел. Тут, наверное, можно поставить точку в описании жизни крысы Захара, если только не один нюанс – Захар быстро поправлялся. В первые месяцы своей жизни в Бургер-Мургере он был обычной крысой. Но со временем стал похож больше на кошку, чем на крысу, и единственное, что его выдавало – это тонкий крысиный хвост. На этом развитие Захара, конечно, не остановилось, и спустя некоторое время «кошка» по размеру превратилась в «собаку». Предела не было. Зато Захар очень быстро бегал, несмотря ни на что, и именно поэтому Миша Пульт часто пользовался его услугами «такси». Чтобы не пугать людей на улице, Захар надевал себе на голову бумажный пакет. «Пусть думают, что это странная кошка», – примерно так рассуждал про себя крыса Захар.

В общем, Миша решил звонить Захару.

– Алло! Захар? Сможешь нас подвезти? – спросил Миша Пульт.

Конечно же, и у Миши, и у Захара были сотовые телефоны, я думаю, мне не нужно это объяснять. Через несколько минут Захар уже ждал их под окнами квартиры. Медведи одновременно выпрыгнули в окно, как супергерои из суперфильма, но приземлились по-разному. Миша Пульт весьма удачно, прямиком угодив на спину Захара, а Маленький Медведь, как всегда, промахнулся, рухнув рядом в клумбу.

– Пожалуйста, только не воняй, – попросил его Мишка.

Маленький Медведь поднялся, недовольно отряхиваясь от пыли, и, тяжело пыхтя, молча взобрался на Захара. Тот, как и положено, был с бумажным пакетом на голове. Веселая компания помчалась вперед. Чтобы особо не шокировать людей своим внешним видом, Захар ловко пробирался разными закоулками и подворотнями. Смысл в этом был, однозначно, ибо представьте себе такую яркую картину: по улице города несется какое-то странное животное немаленьких размеров с пакетом на голове, а на спине у него сидят два плюшевых медведя разного роста. По меньшей мере, выглядит странно, не так ли. Поэтому Захар старался бежать там, где его никто не видит. И даже когда по пути им встречался кто-нибудь, кто, завидев мохнатое существо с пассажирами, терял дар речи, Захар так быстро пробегал мимо, что через мгновение человек начинал думать, что ему померещилось.

Вскоре они прибыли на место. Это был довольно высокий невзрачный дом, этажей эдак шестнадцать, не меньше.

– Ну, я пока к друзьям загляну. Звоните, как освободитесь, – ненавязчиво произнес Захар и отправился к мусоропроводу, ведь он был крысой, не забывайте. Правда, протиснуться в дверь ему так просто не удалось, за последний месяц он здорово прибавил. «Ничего, справится», – сказал Миша Пульт, глядя ему вслед. И Захар справился.

Тут медведям повезло, и кто-то распахнул дверь в подъезд. С радостным гиканьем они ворвались внутрь и уже через мгновение стояли у лифта.

Миша Пульт с горечью посмотрел на кнопку вызова, которая располагалась ну очень высоко на стене и явно была тугой.

– И что делать? – спросил его Маленький Медведь.

– А ты любишь батут? – вдруг спросил его Миша Пульт, и пока Маленький думал, как поумнее ответить, Пульт схватил его за лапу и запулил в кнопку лифта. Кнопка не сработала, а Маленький рухнул на грязный пол. «Подожди-ка, что же это получается?» – начал, было, Медведь Маленький, но его снова схватили за лапу и метнули в кнопку. Кнопка не поддавалась. Тогда Медведь полетел еще и еще. Потом еще, пока, наконец, не раздался знакомый грохот.

– Во, сейчас лифт приедет, – сказал мокрый от бросков Миша Пульт.

Подъехал лифт, открылись двери. Медведи вошли внутрь. Сестра Девочки жила на 5-м этаже. «А как же мы теперь нажмем на…» – снова попытался что-то спросить Маленький Медведь, но не успел и вновь полетел биться головой о кнопки. Вместо 5-го этажа, угодил в 12-й. Лифт дрогнул и покатил наверх. «Хорошо, что пока никого нет из людей! Стыд-то, какой», – подумал Миша и вновь запустил Маленького по кнопкам. Сработал 9-й этаж, потом 16-й, потом пришлось вернуться на 1-й. Миша тяжело вздохнул и снова бросил товарища в щиток.

– Ура! 5-й!! – радостно крикнули друзья.

Лифт, скрепя тросами, доплелся до нужного этажа. Вышли.

– А здесь-то кто нам откроет дверь? – поинтересовался Маленький Медведь. Пульт почесал голову. Положение затруднительное, признаться. Надо возвращаться обратно к Захару. Может, его товарищи смогли бы помочь, ведь крысы знают все ходы, проходы, лазы. Маленький грустно посмотрел на двери лифта.

– Что опять? – жалобно спросил он.

– Нет! – резко ответил Миша Пульт, и, взявшись за руки, они с разбегу выпрыгнули в подъездное окно.

Приземлились по-разному. Миша удачно упал на чей-то мешок с мусором, а Маленький Медведь промахнулся, как обычно, и рухнул в клумбу.

– Только прошу тебя, не воняй! – взмолился Пульт.

– Поздно, – тихо ответил Маленький. – Слишком поздно.

Пришло время кормить медведя, но чем. Бросились скорее к мусоропроводу и стали звать Захара.

– Что, уже? – удивился Захар. – Мне только-только предложили отобедать.

– Нет, у нас проблема, мы не можем попасть в квартиру. Помоги!

– Какие вопросы, – по-компанейски ответил Захар, – мои друзья проведут вас куда угодно.

И его друзья потащили медведей своими грязными тропами. Не будем мучить читателя и вдаваться во все подробности их путешествия, но скажем, однако, что вскоре они вновь оказались на 5-м этаже, попав каким-то волшебно-крысиным образом в помещение туалета нужной квартиры, если быть точнее – в надстроенный шкафчик, что располагался за унитазом. Там на полке стояли разные бутылки с химией и прочей утварью. Миша Пульт аккуратно приоткрыл дверцу шкафа. В квартире все еще никого не было. Они тихо вышли, едва не споткнувшись в темноте о кошачий туалетный лоток.

– Кошачий? – с ужасом прошептал Маленький Медведь. – Кошачий?!

– А чего ты испугался? – спокойно переспросил его Пульт. – Ты сейчас уже так воняешь, что ни одно животное к тебе не подойдет. Я-то еле стою рядом.

Маленький недовольно фыркнул, всем видом показывая, что он тут ни при чем.

Они осторожно открыли дверь и поспешно покинули туалет.

– Скорее, на кухню! – прошептал Миша Пульт, и медведи мигом прошмыгнули через коридор.

К их удивлению, на кухне не было никаких куличей. Маленький от волнения завонял сильнее.

– Эх, ты! – сказал ему Пульт с упреком и взобрался на обеденный стол.

Там в вазочке была целая гора сушек и немного меда.

– Сушки с медом – пойдет? – крикнул оттуда Пульт.

– Шутишь? – шепотом переспросил его Маленький Медведь. – Да я жизнь за это отдам!

– Отдашь, отдашь… Обжорка, – пробормотал Пульт и, макнув одну сушку в мед, метнул вниз.

Маленький проглотил ее мгновенно, быстрее, чем успел сообразить, что происходит. Пульт макнул еще одну и снова сбросил. Все повторилось. Тогда Пульт поставил вазочку с медом на край стола, перевернул ее набок, и как только мед стал медленно вытекать, попросил Маленького Медведя подойти ровно к этому месту и открыть рот. Маленький так и сделал. И тогда вместе с медом Миша Пульт стал закидывать Маленькому сушки, одну за другой, пока тот не отвалился в сторону от переизбытка чувств. В этот момент в дверях появилось нечто ужасное. Это была кошка.

– Кофка! – прохрипел Маленький Медведь с набитым ртом и покатился под плиту в поиске спасения.

Пульт лихо спрыгнул со стола и кинулся к кошачьим мискам с едой, которые стояли совсем неподалеку. Выхватив из тарелочки один сухарик ее сухого корма, он со всей силы швырнул его в полосатое чудовище. Сухарик слегка стукнул ей по лбу, не причинив никакого вреда, но кошка напряглась.

– Ага! – крикнул Миша Пульт. – Будешь знать! – и бросил вдогонку еще один.

Этот угодил ей по носу, и кошка, зашипев, сделала несколько неуверенных шагов назад. В этот момент, с диким криком из-под плиты выкатился шариком объевшийся Маленький Медведь. От еды он, разумеется, перестал вонять, но от страха завонял снова. Кошка сморщилась от такого резкого зловония и поспешила скрыться в комнате.

– Придется первым делом, как доберемся до куличей, съесть небольшой кусочек на месте, – важно сказал Маленький Медведь, поднимаясь и отряхивая себе бока.

– Конечно, вот только где эти самые куличи? – спросил его Пульт.

– А вон они, – Маленький указал на балкон.

И действительно, за стеклом балконной двери виднелся целый ряд бабушкиных куличей. Но медведям дорогу вновь преграждала дверь. Миша Пульт мрачно посмотрел на стекло, затем молча покинул кухню, долго и нудно шуршал и копался в вещах в коридоре, а затем довольный появился на пороге, крепко сжимая в руке молоток. Подошел к двери и… стукнул. Стекло громко осыпалось.

Медведи спокойно вышли. Весь балкон был уставлен бабушкиными куличами.

– Бери пакеты и складывай! – скомандовал Миша Пульт.

– Но я не хочу пакеты! Я хочу в кастрюлю! – возмутился Маленький Медведь.

– Нам не хватит никаких кастрюль! – возразил Пульт, но Маленький не унимался и, упав на пол, стал в истерике кататься и кричать: А я хочу в кастрюле! Хочу в кастрюле!

Миша Пульт ничего не ответил ему, а лишь, молча, схватив Медведя за шкирку и посадив в единственную стоявшую на балконе эмалированную кадушку вместе с куличами, выкинул его в окно. Маленький еще в полете начал есть кулич. Причем на одном, что поменьше, он сидел, а кусал тот, который был побольше. Кастрюля гулко ударилась оземь, но Медведь даже не прервался. Уж очень вкусные были бабушкины куличики. Тем временем Миша пульт торопился, раскладывая добро по пакетам. Один за другим он наполнял их и выкидывал с балкона. Они белыми парашютистами приземлялись возле кастрюли, в которой ел Маленький Медведь, постепенно заставляя все свободное близлежащее пространство. Наконец, когда куличей совсем не осталось, Пульту пора было покидать этот «хлебный отдел», но его взгляд на мгновение остановился на деревянном коллекционном корабле, который, по-видимому, собирал и клеил папа этой самой сестры. Не знаю почему, но, может, потому что в душе Мишка был тем еще хулиганом, а может, по какой-то другой причине – Пульт поднял молоток с пола, и, хитро глядя в другую сторону, как бы невзначай, стукнул молоточком по кораблику – Бум! Потом подумал и стукнул еще. Кораблик тихо треснул. В следующий миг, Мишка, словно десантник, выпрыгнул в окно, используя последний пакет как парашют, крепко сжимая его над головой. Приземлился удачно, как всегда, и аккуратно возле кастрюли. Оттуда торчали лапы Маленького Медведя, который успел снова объесться и, не в силах двигаться, валялся поверх сдобных куличей. Пульт сходил за Захаром к мусоропроводу. Захар, увидев такое огромное количество пакетов, сказал:

– Вы что, издеваетесь? Как я это унесу? Я вас едва в состоянии тащить, – и он покосился на круглого, как шарик, Маленького Медведя, явно на что-то намекая. Медведь сделал вид, что не понимает о чем речь.

– Тогда мы возьмем тележку для мусора у местного дворника! – воскликнул Миша Пульт.

– Возьмем? – мягко переспросил Захар.

– Ну, да, – Миша замешкался. – Ну, ладно, стырим…

И они стырили тележку из подсобного помещения, а куда деваться. Иначе им было не утащить все эти пакеты.

– И кастрюлю! – ловко подметил Маленький Медведь. – Кастрюля – это самое главное!

Запрягли Захара. Сложили пакеты и кастрюлю в тележку, и сами запрыгнули туда. По дороге к дому Захар так разогнался, особенно учитывая, что на голове его был обязательный бумажный пакет – и проскочил нужную улицу, на которой жили медведи, утащив и себя, и тележку, и самих медведей до самого Бургер-Мургера. Пришлось зайти к Захару на склад. И, несмотря на то, что Маленький Медведь объелся куличей, он не смог отказаться от бургера, который предложил ему гостеприимный хозяин. Потом он не сумел отказаться от другого бургера, который гостеприимный хозяин предложил Мише Пульту.

Потом не смог отказать от коробки бургеров, которая стояла в раскрытом состоянии, но тут Захар его аккуратно остановил.

– Я думаю, вам пора, – сухо произнес он и повез их обратно, громко громыхая тележкой с пакетами.

Когда медведи добрались до дома, было уже совсем темно. Поднявшись по водосточной трубе, Миша Пульт сбросил вниз импровизированный канат, сплетенный из оконных занавесок.

– Цепляйте! – прошептал он громко, и Захар с Маленьким Медведем начали привязывать пакеты. После того, как все богатство было поднято наверх, а Захар умчался домой, медведи перетащили куличи на кухню.

– Но здесь и так полно других куличей! Что же нам делать теперь? – спросил испуганно Маленький.

– Старые спрятать, новые выставить! – крикнул Пульт, и они бросились распихивать старые по шкафам и полкам, заменяя новыми.

Когда работа была закончена, медведи устало попадали кто где. Пульт на столе, а Маленький снова сел, как обычно, в свою любимую кастрюлю. Послышался звон ключей, и открылась входная дверь. Игрушки не успели убежать с кухни. Зажегся свет, и громогласный голос папы Девочки произнес:

– Ну, я же просил тебя не раскидывать своих медведей повсюду! – он остановился, потому что увидел Маленького в кастрюле. – А этот, почему здесь лежит? – он с силой зачем-то распахнул навесной шкафчик.

Раздался звук падающих куличей на пол.

– А это что такое? – почти прокричал папа. – Почему все полки забиты куличами?!

Глава 3. Поход в магазин

Однажды медведи решили сходить в магазин. Хотя, если честно, сходить в магазин их попросила Девочка. Или даже заставила. А может, даже запугала до смерти, схватив Маленького Медведя за ухо и пытаясь опустить в кастрюлю с очень горячим борщом… Ладно, я шучу. Не пугала. Просто попросила сходить в магазин, написав список необходимых продуктов. Медведи раскрыли окно и выпрыгнули на улицу, как обычно. Миша Пульт приземлился, разумеется, удачно. Маленький Медведь снова угодил в клумбу. Пульт грустно вздохнул, помог подняться Маленькому, отряхнул и, взяв за лапу, потащил через дорогу. Маленький Медведь даже не успевал касаться ногами земли, едва только чиркая кончиками по асфальту, так быстро Миша шел. Зачем так быстро? – спросите вы, а я отвечу: Миша Пульт очень боялся проезжей части.

– В наше время, – говаривал он, шумно втягивая воздух носом от быстрой ходьбы, – нельзя надеяться на внимательность автолюбителей! – он резко остановился, чтобы пропустить быстро пролетевший мимо автомобиль.

Маленький Медведь плюхнулся на землю и только-только начал подниматься, как Миша рванул дальше, продолжая рассказывать:

– Они повсюду! Они, как смерч!

Дорогу перешли, и Маленького тотчас поставили на ноги. Магазин, в который их отправила Девочка, был буквально напротив дома и назывался «Продуктовый рай».

Маленькому Медведю особо нравилось это название. Оно навевало спокойствие и некое ощущение сытости в животе.

Забежали внутрь. Пульт достал бумажку из карманчика и развернул. Первым по списку шел апельсиновый сок в бутылках под названием «Рыжий Слон».

– Две бу-тыл-ки! – медленно по слогам прочитал Миша Пульт.

Добрались до нужного отдела. Ай-ай-ай… Сок стоял на самой верхней полке. Тут-то и пригодилась в очередной раз кукольная рука Миши (я надеюсь, Вы еще помните о ней). С помощью своей чудо-руки Пульт стал ловко взбираться наверх, крепко цепляясь за торговый стеллаж. Добравшись до места, Миша задумался о том, что если сейчас он скинет бутылку, то, скорее всего, она с грохотом упадет и привлечет много внимания покупателей и, что еще хуже, работников «Продуктового рая». Миша покосился на Маленького Медведя, который топтался внизу без дела, размышляя о чем-то своем и что-то бормоча под нос. «Скину бутылку на него, – подумал Пульт. – Он мягкий, так что шума не должно быть».

– Эй, Медведь! Лови! – крикнул Миша и столкнул одну бутылку.

Она камнем полетела вниз, где Маленький безуспешно пытался ее поймать. Последовал гулкий удар и сдавленное кряхтение Медведя.

– Поймал? – шепотом спросил его Пульт.

Маленький пробулькал что-то нечленораздельное.

– Хорошо. Еще одна, – продолжил Миша и снова спихнул бутылку.

Вновь послышался приглушенный удар, и что-то покатилось. Пульт посмотрел вниз на плюшевое пятно, больше похожее на блинчик, в который превратился Маленький Медведь. С соком вроде разобрались.

Следующими продуктами по списку были сыр и колбаса. Быстро перебежали в другой отдел, ловко скрываясь под стеллажами и толкая перед собой бутылки. От усталости, нервов, да и вообще прошедшего времени, Маленький Медведь, как и положено, завонял.

– Нужна еда, – пробормотал Миша Пульт. – Что может быть проще, когда ты в «Продуктовом рае»? Здесь кругом еда!

Сменили немного маршрут и отправились в булочный отдел. Там все-таки пришлось столкнуться с человеком. Это была столетняя старушка. «Если ей сто лет, значит, она в любой момент может уснуть», – почему-то именно так рассудил Миша Пульт. Бабка копалась на одной из полок, перебирая хлеб то туда, то сюда. Медведи сели на пол и стали терпеливо ждать, когда старушка уснет. Но она, кажется, не собиралась засыпать.

– Может, ты чего перепутал? – спросил Маленький Медведь Мишу Пульта.

– Может, – ответил Пульт. – Давай тогда ей немного поможем, – и с этими словами он подбежал к бабульке и пихнул ее своей пластмассовой рукой.

Старушка рухнула на пол и, судя по всему, сразу уснула, ударившись о плитку.

– Вот видишь, – обратился Пульт к Маленькому Медведю, – ей надо было только чуть-чуть помочь.

Не теряя времени – ведь бабушка могла проснуться в любой момент – медведи метнулись прямиком к полке и схватили первый попавшийся батон с изюмом.

Батон был в пакете, поэтому Мише пришлось его разворачивать, снова используя кукольную магическую руку. Со стороны это выглядело немного странновато: на полу лежит полумертвая старушенция, а за ней что-то очень громко шуршит, но никого не видно. Перекусив слегка, Маленький заметно перестал распространять зловоние, что позволило медведям вновь отправиться за сыром и колбасой. В колбасном отделе был очень большой выбор, и Миша явно пребывал в сомнении.

– Девочка не сказала, какую именно колбасу надо, – пожаловался он Маленькому Медведю. – Я не могу решить.

Прошел час, но Миша Пульт, по-прежнему, стоял и сомневался. Даже бабулька, и та давно проснулась и, поднявшись на ноги, продолжила как ни в чем не бывало перебирать хлеб туда-сюда. Время шло, а решение все не приходило на ум. Ситуацию спас Маленький Медведь, который от ожидания опять завонял, только на этот раз чересчур.

– Это от изюма, – смущенно пояснил он Мише.

Вонь была сильной, как никогда. Настолько сильной, что спустя пару мгновений медведи начали слышать, как по всему магазину равномерно раздается звук – Бум! Было это так: Бум! Бум! Бум! Бум! Как выяснилось попозже, звук издавали падающие люди, которые теряли сознание от злостного запаха Маленького Медведя. Последней на пол без чувств грохнулась та самая столетняя старушка, расшвыряв по сторонам хлеб, причем один батон она при падении случайно метнула в полку с колбасой, сбив кольцо «Краковской», которое свалилось прям Мише Пульту на шею, как венок победителя соревнования.

– Выбор сделан! – прокричал он. – Уходим отсюда!

Они бросились к кассе, где обнаружили кассиршу так же без сознания. Миша Пульт старался быть в меру честным медведем и решил оставить деньги за продукты, которые ему дала с собой Девочка, хотя вполне можно было уйти и так. До кассы он добраться не смог, поэтому стал кидать деньги снизу, пытаясь примерно попасть в нужное место. Но все пошло не совсем так, как планировал Миша, потому что несколько монет он залепил кассирше в лоб, а одна залетела в открытый рот. Остальные попадали или на пол, или улетели далеко, а из бумажных денег Михаил делал самолетики, чтобы хоть как-то запустить их в нужном направлении. Оставив кружить «самолеты» по всему магазину, медведи покинули «Продуктовый рай», в два счета добравшись до дома. Правда, пакет был тяжелым, и пришлось волочить его по земле, изрядно испачкав, за что Девочка потом пожурила Мишу Пульта, мол, какой Вы, Михаил, грязнуля. Но Миша не обижался. Он очень любил свою хозяйку.

Глава 4. Медведи в парке

Как-то раз, в один прекрасный жаркий летний день, Мише Пульту позвонил друг. Звали друга – Жан-Клод.

Жан-Клод был белкой. И почему-то, несмотря на свои французские корни, Жан-Клод прожил в центральном городском парке всю сознательную жизнь, сколько себя помнил. Жил он, как и положено белкам, в дупле, но совал свой нос во всевозможные дела, совершенно точно не так, как положено белкам; знал всех и каждого, везде был, все видел и держал под контролем. Где и как с ним познакомился Миша Пульт – история умалчивает. Известно только, что виделись они нечасто. И вот он позвонил.

– Друзысе! – прокричал Жан-Клод в трубке, не выговаривая слово «дружище». У него были два больших передних зуба, как у бобра, выпирающих вперед, поэтому не все звуки давались ему одинаково легко. – Рад тебя слысать!

– Привет, Жан-Клод! – обрадовался Мишка. – А я-то как рад! Как жив-здоров?

– Зыв и здоров! Хотел тебя пригласить в гости с Медведем! – ответил Жан-Клод. – Приезайте ко мне в парк! Сегодня здесь санитарный день, посетителей не будет!

– Какая отличная идея! – у Миши аж настроение поднялось. – Конечно, приедем! Жди!

– Зду! – прокричал Жан-Клод и положил трубку.

Медведи стали быстро собираться. Центральный городской парк находился очень далеко от дома Девочки, поэтому пришлось звонить крысе Захару. Он примчался быстро, как ветер. Медведи не стали выдумывать ничего нового и выпрыгнули из окна. Пульт приземлился, конечно же, удачно, Захару на спину, а Маленький Медведь грохнулся в клумбу.

– Надо сюда матрас положить для следующего раза, – пробурчал Маленький.

– Или батут, – предложил Захар, – тогда ты сможешь сразу залететь обратно в квартиру и остаться там, чтобы мы не тратили время на всякую ерунду.

Медведь слегка обиделся, но Миша Пульт, по-дружески похлопав его по плечу, выбивая заодно при этом пыль от клумбы, сказал:

– Не слушай его, он шутит. Хотя, – тут Пульт задумался, – может, стоит купить тебе пропеллер, – Маленький недовольно зыркнул на него, и Мишка, стараясь сгладить ситуацию, пояснил, – ну, чтобы безопаснее было приземляться.

Дорога была долгой. Стоит отметить также, что Захар очередной раз прибавил в весе, что не могло не отразиться на его внешнем виде. К примеру, шея и голова стали в три раза больше, и теперь стандартные бумажные пакеты Бургер-Мургера не совсем подходили ему по размеру. Они постоянно сползали на макушку, выставляя на всеобщее обозрение крысиные глазки и удивленное выражение морды самого Захара. Во избежание разных неприятных ситуаций, Захар начал плотно подвязывать пакет шарфом вокруг шеи. Где он взял шарф – говорить отказался, и, пожалуй, нам лучше не знать всех подробностей, ведь не забывайте, Захар был крысой.

Через два часа прибыли на место. Центральный городской парк отличался тем, что там, помимо всевозможных аттракционов и красивого пруда, где можно было поплавать на лодочках, на отдельной площадке стояла разная военная техника времен войны. Признаться, медведи любили иногда полазить здесь, когда Девочка с родителями изредка приезжали сюда. Но сегодня на площадке вообще никого не было, как и в самом парке. Поэтому первым же делом Маленький Медведь начал карабкаться по гусенице танка, пытаясь добраться до верха, но сразу сорвался, при падении подняв пыль. Обиженно засопев, полез снова, но, измазав лапки в каком-то масле, опять соскользнул на землю.

– Друзисе, тебе помочь? – послышался голос Жан-Клода.

Он сидел на башне танка и, похоже, давно наблюдал за мучениями Медведя.

– Ой, Жан-Клод! – радостно закричали друзья.

– Ну, раз все в сборе, мне пора, – сказал Захар, кинув напоследок свое классическое, – звоните, когда нужно!

Жан-Клод спустился с танка, они обнялись с Мишей Пультом. Потом он осторожно подошел к Маленькому Медведю, чтобы поприветствовать тоже.

– Не бойся, – успокоил его Пульт, – он пока не начал вонять.

– Но скоро начну. Кажется, голод подбирается, – сказал Маленький. – Неплохо бы перекусить чего-нибудь.

– Там, за прудом, стоит аппарат для приготовления сладкой ваты и телезка с вареной кукурузой, – заметил всезнающий Жан-Клод. – Безым скорее.

Они бросились со всех ног к воде, где у берега их ожидал собственноручно сделанный Жан-Клодом плот. Он был небольших размеров, потому что не предназначался для перевозки гостей, а лишь для самого Жан-Клода. Вообще, это была очень удобная штука. Пруд был чем-то вроде канала, который проходил насквозь через весь парк. И требовалось немало усилий, чтобы преодолеть расстояние до нужного места, например, если Вы идете пешком, тогда как на плоту можно было причалить куда угодно буквально за десять минут, не тратя времени на обходы и объезды. Поэтому, конечно, у Жан-Клода был плотик. Сделал он его из пластиковых трубочек для питья газировки или чего другого, которые Жан-Клод бережно откопал в мусорных урнах, а потом тер и отмывал в пруду, как ненормальный. Жан-Клод не любил грязь и резкие запахи, отчего особенно торопился вовремя привезти Маленького Медведя к месту кормления.

Звери сели на плот, который сразу резко покосился, слегка зачерпнув воды.

– Осторожно! – крикнул Миша, но было поздно, и лапки Маленького Медведя немного намокли. Как вы, надеюсь, помните, вода так же была для него злейшим врагом. Запах начал медленно распространяться по воздуху.

– Греби быстрее! – заверещал Миша Пульт, и Жан-Клод заработал самодельным веслом так быстро, что казалось, что у него не весло, а вентилятор.

Вскоре причалили, почти на ходу выпрыгивая на берег. Кинулись к аппарату со сладкой ватой. Этот аппарат был немного странным, может, потому что был он очень старым, а может что-то еще.

Маленький Медведь сразу включил его, а Пульт полез наверх к главной чашке, держа наготове палочки, чтобы наматывать туда вату. Когда аппарат нагрелся, и сахар в виде паутинки стал вылетать и приклеиваться к стенкам чашки, Мишка засунул туда первую палочку, но не смог удержать и выронил почти сразу. Пришлось совать другую, но сахар не слушался и не наматывался. Потом и она тоже выскочила из Мишиной руки. Пульт разозлился, выкинув все палки себе за спину, и засунул в чашку свою кукольную руку.

– Так и надо было сделать сразу! – удовлетворенно заявил он остальным, при этом активно мотая рукой.

Удивительно, но ему удалось, и вскоре вместо руки у Миши был пышный кулек белого цвета.

– Вырубай аппарат! – прокричал он Маленькому Медведю, но тот не слышал его. Аппарат громко гудел, а Маленький думал о чем-то своем, глядя в другую сторону и тихо воняя. Пульт попытался вытащить руку из чашки, но ваты уже намоталось столько, что она не пролазила в отверстие.

– Вырубай, Медведь! – верещал Миша Пульт, как резаный. – Выключи его! Я сейчас сам ватой стану!

Маленький не слышал. Но тут вовремя подоспел Жан-Клод, запустив в Медведя грецким орехом. Маленький пришел в себя и, увидев Мишу с громадной белой катушкой вместо руки, в ужасе выключил все производство. Пульт с облегчением вздохнул и приступил к извлечению кулька наружу. Пришлось немного примять форму, но куда деваться. Вытащил, спрыгнул вниз, ткнул ватой в Маленького.

– Ешь! – тот сразу зачавкал.

Вата очень быстро испарилась, и, едва облизав кукольную руку, Маленький заявил:

– Мало! Еще хочу!

– Давайте посмотрим, нет ли кукурузы, – сказал Жан-Клод и быстро попрыгал к тележке, что стояла неподалеку. – Мозет, они сварили и оставили, – он приоткрыл крышку бака. – Так и есть! Скорее сюда!

Медведи побежали к нему и забрались наверх. Пульт опустил свою руку, достал большой кукурузный початок и протянул Маленькому.

– Я люблю с солью, – сказал Медведь и поморщился.

– Где я тебе ее достану здесь? – разозлился Мишка. – Ешь так!

– Люблю с солью, – как робот повторил Маленький и отвернулся.

– А ты посмотри там, в ясичке, мозет, чего найдесь, – посоветовал ЖанКлод.

Миша Пульт распахнул шкафчик тележки, пошарил рукой и наткнулся на банку с солью.

– Ура, – тихо сказал Маленький Медведь. – Посыпь, пожалуйста.

Пульт сурово посмотрел на него, взял кукурузу в лапу и, не отрывая хмурого взгляда от Медведя, воткнул початок целиком в банку. Затем протянул и сказал:

– Ешь!

Маленький начал аппетитно чавкать и поглощать желтые зернышки.

Пульт устало уселся рядом и свесил ножки, болтая ими в воздухе. ЖанКлод суетился вокруг, не находя себе место. Ему вообще редко удавалось усидеть на одном месте. Скоро Маленький Медведь закончил трапезу, и друзья побежали кататься на аттракционах. Выбор пал на «Лодочки». Жан-Клод усадил медведей, пристегнул и запустил двигатель. Лодочки начали раскачиваться влево и вправо, сначала медленно, потом быстрее, быстрее. Потом кого-то затошнило, потом Маленький немного позеленел.

– Выключай! – опять закричал Миша Пульт, только на этот раз ЖанКлоду. – Выключай, его тошнит!

Жан-Клод с трудом доплелся до кнопки – его тоже немного мутило.

– Все! – крикнул он. – Посли ко мне, чаю попьем, полегче станет.

И они пошли, виляя зигзагами по дорожке. Маленький несколько раз останавливался, потому что был слишком «зеленый», но Миша успевал подбегать к нему и, затыкая рот пластмассовой рукой, приговаривал:

– Не время, брат, не здесь.

Дошли до нужного дерева. Это был, собственно, дом Жан-Клода. В самом низу был вход, который вел к лифту. На нем они поднялись до самой макушки, где располагались апартаменты всезнающей белки.

– Заходите, – пригласил их Жан-Клод.

В дупле было несколько комнат. В спальню дверь была плотно закрыта, а в гостиной стояли маленькие кресла от кукольного набора, найденные белкой, опять же, в мусорном баке; еще стол и платяной шкафчик. Жан-Клод сбегал на кухню, откуда принес на подносе чай и грецкие орехи. Выпили по чашечке, раскололи один орешек. Съели. Орех показался странным на вкус, слегка прогорклым, но гости были воспитаны и виду не показали, пока сам Жан-Клод не воскликнул:

– Что за ерунда? – и выкинул остатки в окно.

Посидели еще немного и снова выпили чаю. Тошнота отошла, медведи повеселели.

– А вот есть у нас одна достопримечательность здесь, – начал Жан-Клод как-то издалека.

– И что же это? – интеллигентно поинтересовался Миша Пульт с неподдельным интересом.

– Дохлая собака! – торжественно заявила белка и уставилась на гостей, ожидая полного восхищения.

– Интересно, коллега, – почему-то именно так ответил Миша. – Очень интересно!

– Не желаете ли пройти, посмотреть сие чудо?

– Это было бы просто прелестно, – ответил Маленький Медведь тоже немного странно.

Вообще, со стороны это выглядело действительно странновато. Звери явно несли чушь. Тем не менее отправились на просмотр дохлого пса. Шли долго, даже стемнело немного. Наконец, Жан-Клод пригласил всех в кусты, копался в каком-то мусоре, откидывая ветки, палочки и бумажные обрывки, а потом сказал:

– Ну, вот он.

Медведи выглянули из-за плеча Жан-Клода. И правда, перед ними лежала довольно большая собака.

– Я назвал его Иннокентий! – гордо заявил Жан-Клод.

Вдруг лапы пса дрогнули, и он неожиданно вскочил на ноги, абсолютно живой.

– Ты же сказал, что он дохлый! – мрачно заметил Миша Пульт.

– Так и было, – пробормотал Жан-Клод. – Я его тут год прятал от дворников, чтобы не убрали. Все-таки, такая достопримечательность, а он… зивой, оказывается, – и белка грустно побрела куда-то в сторону.

– Постойте, а как же пес? – прокричал Маленький Медведь.

Все посмотрели на Иннокентия. Тот, как ни в чем не бывало, лежал на своем месте снова дохлый.

– Э… Кто-нибудь что-нибудь хочет сказать обо всем этом? – спросил Миша Пульт товарищей.

– А разве он не… – тут Маленький осекся и замолчал.

– В этом парке всякое случается, – таинственно проговорил Жан-Клод. – Особенно если наесься испорченных грецких орехов.

К тому моменту на улице стало совсем темно. Пора была возвращаться домой.

Пульт позвонил Захару, но тот был практически невменяем и не мог двигаться. Во всем была виновата еда.

– Что же делать? – задумался Мишка.

– А езайте на троллейбусе, – бодро предложил Жан-Клод. – Тут остановка недалеко. Очень удобно.

Друзья попрощались и, поблагодарив белку за прекрасно проведенный день, поплелись на остановку. Троллейбус подошел быстро. Забежали в салон. Вечером было совсем свободно, и, кроме бабушки-кондуктора и пары человек, никого не было. Медведи уселись на свободные места, но Миша был в меру честным и решил заплатить за проезд. Он подбежал к кондуктору, подергал ее за штаны своей пластмассовой рукой и сказал:

– А возьмите, пожалуйста, за проезд, только у меня всего три рубля, – и с этими словами протянул их бабушке.

Увидев говорящего Мишу с деньгами и кукольной рукой, бабушка лишилась чувств и рухнула в проеме между креслами. Вокруг забегали редкие пассажиры, троллейбус резко остановился, из кабины выбежал водитель, и все начали откачивать и спасать бабушку.

– Эдак мы до утра не доберемся до дома, – заметил Миша и, схватив за лапу Маленького, помчался в водительскую кабину.

Потом захлопнул дверь и закрыл на замок. Водитель, увидев такое дело, бросил бабушку и стал тарабанить по стеклу, требуя немедленно открыть кабину. Миша Пульт отрицательно покачал ему головой и залез на водительское сидение. Вцепился своей кукольной рукой в руль, но до педали явно не доставал.

– Эй, Медведь! – крикнул он Маленькому, который слонялся без дела по полу. – Иди, нажимай на педаль, а я буду рулить.

Маленький побежал выполнять приказ, но педаль была слишком тугой, а медведь был слишком легким, несмотря на всю вату, кукурузу и орехи с чаем. Пришлось подпрыгивать в воздух, чтобы, приземляясь, удалось немного надавить на педальку.

От первого прыжка троллейбус резко дернулся и так же остановился.

– Еще! – скомандовал Пульт.

Маленький прыгнул, и троллейбус снова слегка проехал вперед.

– Еще! – заорал Миша. – Прыгай! Больше! Больше!

Медведь начал прыгать на педали без остановок, словно в него была встроена пружина. Троллейбус резко дергался вперед, останавливался и дергался опять. Так они ехали. Прошло, может, часов шесть или семь, прежде чем добрались до нужной остановки. Открылись передние двери, и оттуда выскочили два радостных медведя. В салоне, казалось, было пусто, но на деле не совсем так. Эта дерганая поездка вывела из строя всех. Почти до самого конца не сдавался только водитель, но в конечном итоге растрясло и его тоже. Медведи бежали домой так быстро, как только могли, потому что, как говорится, на дворе была глубокая ночь. Из-за бега Маленький Медведь очень устал и не смог забраться на свой этаж, потому что был обессилен. Тогда Пульт начал забрасывать его в окно, как баскетбольный мяч в корзину. Вышло, конечно, не сразу удачно. Для порядка, Маленький сначала постучался головой об стену, но потом все же залетел куда надо. Сам Пульт влез по водосточной трубе. Спустя некоторое время они уже крепко спали. Им снились танки, цветущий пруд, вата, кукуруза и дохлый пес Иннокентий. Это был хороший день.

Глава 5. Медведи в аптеке

Как-то раз довелось мишкам сходить в аптеку, ради спасения больного товарища.

Больным товарищем был домашний питомец Девочки – пес по кличке Свистун.

Почему его так прозвали? Да свистел он носом постоянно, вот и все. Было больше похоже на свисток милиционера, но только очень слабого, кому все время как будто не хватало сил как следует подуть. Свистун свистел всегда и везде. Подойдет к игрушкам, бывало, нюхает и свистит, нюхает и свистит. Мишу Пульта это иногда раздражало, но все равно Свистуна очень любили.

И вот он заболел. По крайней мере, это так выглядело, а как уж было на самом деле – непонятно. Свистун разлегся в коридоре, жалобно стонал и скулил, бесконечно присвистывая носом, приговаривая: «Умираю». Медведи не могли остаться равнодушными к столь тяжелым страданиям друга, поэтому сразу поспешили узнать, что случилось.

– Свистун, что с тобой? – прокричал Миша Пульт и на всякий случай пнул пса в бок, чтобы удостовериться, живой ли он.

– Мне плохо, я умираю, – просипел Свистун.

– А зачем? – поинтересовался Маленький Медведь.

– Я объелся. Сейчас лопну! – признался пес. – Меня спасет только одно.

– Что же это? Говори скорее! – воскликнули друзья.

– Активированный уголь, – грустно произнес Свистун какие-то скучные слова.

Медведи замолчали, явно пребывая в легком недоумении.

– Что, никогда не слышали о таком? – Пес был удивлен и даже подавлен такой чудовищной неосведомленностью плюшевых созданий. – Это такие черные таблеточки, помогают пищеварению! – и он отвернулся, всем своим видом изображая некую брезгливость к подобному невежеству.

– Ну, так выпей! – сказал Мишка Пульт, пожимая плечами.

Ему совершенно не хотелось отмывать квартиру, если бы Свистун взорвался от переедания.

– Выпей, – передразнил его пес. – Если бы было, где их взять, я бы выпил, – он тяжело вздохнул и засвистел носом с удвоенной силой.

– Хватит свистеть! – возмутился Пульт. – Где их взять, знаешь?

– В аптеке, – умирающим голосом проурчал Свистун.

– Ладно, жди нас, только не умирай, – медведи начали собираться в дорогу.

Аптека была неблизко. На дворе светило солнце, и вообще был день, людей полно и все такое. Без прикрытия идти было нельзя. Пришлось заскочить в канцтовары по дороге. Посетителей там не было, а продавец был увлечен чем-то своим. Выбор Миши пал на глобус, но надо было что-то сделать с человеком. Тогда Миша стащил зеленый нестираемый маркер и, подбежав к окну, написал: «Продавец – баран», после чего оттуда же запустил этим маркером в сторону того самого продавца. Звук падающего предмета отвлек его от своих дел, и он, подняв глаза, посмотрел в окно.

Увидев зеленую надпись, сразу направился к ней, а прочитав содержимое, достал из кармана платок и начал безуспешно оттирать. В это время медведи подбежали к глобусу и аккуратно сняли сам шарик с подставки.

– Еще скотч прихвати и канцелярский нож, – прошептал Миша Пульт Маленькому Медведю.

Выкатили шарик на улицу. Здесь Миша ножом разделил глобус пополам, усадил Маленького внутрь одной части, залез сам, накрылся другой половиной и склеил все скотчем изнутри.

– А теперь бежим! – скомандовал он, и медведи побежали внутри глобуса, как белки в колесе.

Шарик быстро катился по тротуару, не привлекая особого внимания прохожих, хотя даже если и привлекал, то сами медведи были очень хорошо замаскированы. Единственным местом в глобусе, где можно было посмотреть, куда он катится, была маленькая дырочка, которая осталась от подставки, но, признаться, видно там было немного. Тем не менее Пульт смог добраться до аптеки. Шар припарковали возле входа, содрали скотч и вышли.

В аптеке было прохладно и пахло лекарствами. Кроме медведей в торговом зале стояла древняя старушка, кажется, та самая, которая была в продуктовом магазине. Она стояла около открытой витрины и что-то искала. Аптекаря нигде не было видно, поэтому решено было действовать быстро. По накатанной системе Миша Пульт подбежал к бабушке и пихнул ее своей пластмассовой рукой. Бабка рухнула на пол, что открыло Мише дорогу к лекарствам. Он залез на первую полку и начал искать активированный уголь. На пол посыпались разные пузырьки, градусники, таблетки от поноса и головной боли, лейкопластыри. Наконец Пульт торжественно воскликнул: – Нашел! – и стал скидывать пачки с углем на пол в общую кучу.

В этот момент в зале появилась девушка-аптекарь, которая, увидев старушку в обмороке, кинулась к ней спасать, делать искусственное дыхание, давала понюхать нашатырь. Пришлось мишкам временно спрятаться в подсобке. Здесь был стол с компьютером, стул, на котором висела сумка, видимо, аптекарши, и в углу вешалка с белым халатом и сменной одеждой. Как всегда некстати Маленький Медведь надумал завонять и сделал это очень быстро.

– Есть хочу, – сказал он капризно.

Миша Пульт полез смотреть по всем углам, нет ли чего съестного, и в конце забрался в сумку аптекаря. В ней он впотьмах сумел найти бутерброд с колбасой и маслом, завернутый в бумажку. Достал, развернул, запихнул Маленькому Медведю в рот. Тот начал жевать. В зале слышалось сражение аптекаря за жизнь древней старушки. Кажется, девушка уже прибегла к нетрадиционным методам, потому что слышались резкие вскрики, а за ними следовал какой-то глухой удар, после чего бабка шумно выдыхала весь воздух из легких. Когда с бутербродом было покончено, в Мишу Пульта вселился по-настоящему хулиганский дух, и он сказал Маленькому:

– Слушай, раз уж мы такие разбойники, и даже бутерброд чужой съели, давай сделаем вид, как будто здесь произошло настоящее разбойное нападение.

– Давай, – согласился Маленький Медведь.

Но как выглядит настоящее разбойное нападение, никто из медведей толком не знал, поэтому лучшее, что пришло в голову главному разбойнику – это сходить «по-большому» в мусорную корзину, что стояла под столом. Сказано – сделано. По мнению Миши Пульта, это был настоящий хулиганский поступок. Почувствовав сильный запах из подсобного помещения, которого быть не должно, девушка-аптекарь, бросив старушку, метнулась к своей комнате. Это дало возможность медведям ловко проскочить мимо нее и начать упаковывать активированный уголь.

Прикатили с улицы глобус и стали запихивать пачки с таблетками внутрь, потом запихиваться сами и в конце кое-как склеили скотчем весь этот набухший шарик, который едва не расползался прямо на глазах. Так что, когда аптекарь вышла из подсобки в полнейшем шоке от того, что она обнаружила в мусорной корзине, ее взору предстал глобус, который медленно прокатился по залу без чьей-либо помощи, хотя было слышно, как кто-то кряхтит – и покинул аптеку.

Медведи шпарили домой. Но из-за таблеток полностью завалило единственную наблюдательную дыру в глобусе, отчего они ошиблись улицей и долго плутали по чужим дворам, что даже Маленький Медведь расплакался от страха не попасть больше домой и снова принялся вонять. Запах окончательно растрепал нервы Мише Пульту, и тот побежал внутри шарика с такой скоростью, что проламывал на своем пути дыры в заборах и домах, пока наконец не выкатился на нужную улицу. Глобус пришлось снова разобрать на части, а таблетки пачками закидывать в окно. Когда поднялись в квартиру сами, их встретил довольный Свистун, который стоял у окна, вилял хвостом и смеялся.

– Не понял, – сказал запыхавшийся Миша Пульт. – Ты больше не умираешь?

– Ребята, я пошутил! – пролаял Свистун и свалился на ковер от хохота, катаясь то влево, то вправо.

Пульт тяжело вздохнул, осознавая весь этот собачий юмор, затем молча прошел мимо катающегося Свистуна, погромыхал ящичками на кухне и скоро вернулся. В руке он крепко сжимал молоток, которым мама отбивала мясо. Раздался глухой удар. Хохот сменился поскуливанием.

Потом еще один «бум» и звук от собачьих когтей, скребущих пол:

Свистун удирал и немного «пробуксовывал» на скользком паркете.

Миша спокойно пошел за ним в коридор, и там, в полумраке, послышалась еще парочка глухих ударов. Потом Пульт вернулся в комнату, порылся в шкафу, достал из аптечки бинты, вату, йод и снова ушел в полумрак коридора.

– Вот так-то лучше, – сказал он с умным видом, плотно обмотав бинтами раны у Свистуна. – Где ж ты так умудрился поцарапаться, а? – спросил он у обалдевшего от такого вопроса пса. – Зато теперь ты по-настоящему приболел, и тебе требуется постельный режим. Я буду твоим доктором.

Тут домой вернулась мама Девочки. Увидев на кухне молоток и перебинтованную собаку, у нее от ужаса округлились глаза.

– Свистун! Ты что же, сам себя молотком бил и потом бинтами обмотал?

Маме было из-за чего удивляться. В квартире, кроме Свистуна, никого не было ведь весь день. Конечно, если не считать плюшевых медведей.

Глава 6. История с детским садом

– Ребята, я должна отправить вас в детский сад! – грустно сказала как-то утром Девочка медведям. – Вы вечно что-то вытворяете, и папа уже начал по-настоящему сердиться.

Медведи сидели рядом и слушали, не проронив ни слова. Девочка продолжала:

– Я бы не делала этого, но родители больше не хотят оставлять вас без присмотра одних, – она села напротив Миши Пульта. – Зачем надо было бить Свистуна молотком для мяса, ума не приложу, – Девочка возмущенно цокнула языком.

Медведи продолжали угрюмо молчать. Никто из них не хотел идти в детский сад. Среди игрушек ходили разные неприятные истории об этом месте.

– Хоть ненадолго, только чтобы папа перестал сердиться. Ну, хоть ради меня, – Девочка умоляюще посмотрела на них, затем перевела взгляд на часы, висящие на стене. – Кстати, мы уже опаздываем.

Медведей Девочка решила проводить сама во избежание каких-либо недоразумений в пути. Всю дорогу они плелись в совершенно испорченном настроении, но впереди их ожидала настоящая проверка на прочность. «Проверка» была воспитателем детского сада. Это была толстая, не особо поворотливая женщина с орлиным носом и странными волосами цвета соломы, злая, как собака, и с ничего хорошего не предвещающим именем. Звали ее – Ефима Гадовна.

– Еще одних оболтусов притащили! – прокричала она. – Мало что ли нам этих мелких хулиганов.

Девочка оставила их и ушла, а медведи вжались в стенку от ужаса.

– Ну! – как бы вопросительно обратилась к ним Ефима Гадовна. – Что выбираете: пойти в младшую группу или чистить картошку на кухню? Да что я вас спрашиваю, вы же плюшевые медведи! – она схватила их за лапы и потащила куда-то по коридору.

Сначала было очень темно, и, кроме шаркающих шагов Ефимы Гадовны и ее постоянного покашливания, ничего не было. Потом вдруг резко распахнулась дверь,

и яркий свет осветил все вокруг вместе с нарастающим шумом и гамом. Повсюду носились дети. Это была младшая группа.

– Ловите! – крикнула воспитательница, швырнула медведей на пол в центр комнаты и закрыла за собой дверь.

Они громко плюхнулись, и к ним сразу устремилась масса заинтересованных хулиганов. Миша Пульт подскочил, схватил Маленького Медведя в охапку и бросился наутек.

– Держите их! – кричали дети. – Держите!

Миша добежал до уголка с игрушками и начал метать в детей все, что попалось под руки: кегли, мячи, кубики, машинки. Пыл у детей немного поубавился. Тут Мише под руку попался игрушечный пистолет. Он схватил его в кукольную руку, зверски размахивая им по сторонам, начал кричать:

– Не подходи! Не подходи! Все руки за голову! Свободу плюшевым медведям!

Видимо, говорящая игрушка произвела сильное впечатление на сорванцов. Кто-то заплакал, а Маленький Медведь от волнения завонял.

– Мне кажется, один из медведей сделал «а-а», – понюхав воздух, сказала девочка с красным бантом на голове.

– Вы сейчас все сделаете «а-а», если не оставите нас в покое! – заверещал Миша Пульт.

Тут дверь в комнату снова распахнулась, и в проеме возникла Ефима Гадовна, вероятно, обеспокоенная чьим-то плачем.

– Кто тут ревет? – грозно прокричала она. – И кто тут опять не дошел до туалета? все пальцем указали на медведей.

Воспитательница ринулась к игрушкам и пошмыгала носом.

– Вы что его в унитаз уронили? – обратилась она к детям, намекая на Маленького Медведя.

Тут Миша Пульт не выдержал и, снова схватив Маленького под мышку, побежал к выходу. Он хотел как можно скорее покинуть это ужасное место. Ефима Гадовна, увидев бегущих медведей, сначала едва не лишилась рассудка, но, опомнившись, рванула за ними, шлепая тапками по полу. Медведям удалось спрятаться в темном углу за шваброй, и после того, как Гадовна проскочила мимо, они направились в противоположную сторону, вскоре добравшись до кухни. Здесь никого не было, кроме булькающих огромных кастрюль. На одной из них было написано – «Борщ».

– Странное имя, – пробормотал Миша Пульт. – Наверное, здесь она варит всех, кто ей не нравится, и подписывает кастрюлю, чтобы не забыть. Последнего, например, звали Борщ.

Маленький Медведь завонял еще сильнее.

– Вообще-то, я пошутил! – сказал Пульт. – Полезли наверх, тебе как раз сейчас не помешает зачерпнуть пару половников борщка.

До верха добрались по полотенцу, свисавшему от плиты. Оставалось только как-то умудриться налить горячий борщ из раскаленной кастрюли.

– Я придумал, – сказал Миша, и его глазки блеснули. – Я тебя посажу в банку, дам ложку, а банку брошу в кастрюлю. Ты будешь плыть и ложкой хлебать борщ.

– Но банка, наверное, сразу нагреется, я обожгу себе лапы, – возразил Маленький Медведь.

– А ты не стой на месте, а шагай все время! – ответил Пульт.

Так и сделали. Нашли стеклянную банку, Маленький с ложкой запрыгнул в нее, и Миша закинул это все в кастрюлю. Послышался всплеск, а потом чье-то быстрое топтание на месте, затем чавкающий звук – Медведь вовсю черпал ложкой, ел, топал на одном месте и плавал от одного края кастрюли до другого. За этим занятием их и застала Ефима Гадовна, которая, оказывается, тихо пробралась на кухню, пока медведи возились с банками. Увидев, что в кипящем борще плавает живая плюшевая игрушка, ловко орудующая ложкой и явно довольная жизнью, воспитательница издала воинственный клич и бросилась на Маленького Медведя. Тот испугался и начал быстро грести ложкой к дальнему краю кастрюли. Стоит еще отметить, что эта кастрюля была очень большой, я бы сказал огромной, несколько метров в диаметре. Поэтому, когда Медведь отплыл подальше, Ефима Гадовна не успела его схватить, и пришлось ей обегать плиту с другой стороны, но Маленький тоже не дремал и тут же отплывал к другому краю. Так они носились по кругу долго: топающий Медведь в банке, гребущий ложкой, и разъяренная воспитательница, бегающая по кругу с растрепанными волосами и мокрая от пота. Кто знает, может быть, они бы бегали так весь день и всю ночь, если бы ситуацию не изменил Михаил Пульт. Он, не теряя времени даром, взобрался на высокую полку с посудой, и когда в очередной раз Ефима Гадовна пробегала мимо него, Миша прицелился как следует и дал ей своей фирменной рукой по голове. Больше было похоже на подзатыльник, из-за которого вдруг случилось страшное – у воспитательницы отвалились волосы. Нет, нет, вы не подумайте, что удар был настолько сильным, хотя Миша, конечно, очень старался. Просто Ефима Гадовна носила парик. Вот и вся загадка. Ее настоящие волосы были редкими, росли клочками, поэтому она не испытывала судьбу, а обычно поутру надевала чулок на голову и следом паричок. Но об этом знала только она сама. А пока, на кухне воцарилось гробовое молчание, что даже Маленький перестал топтаться в банке, забыв о боли. Медведи молча смотрели на воспитателя, а та, обхватив голову руками, стояла в полном оцепенении, не двигаясь с места. Потом раздался истошный вопль. На самом деле орали двое: Ефима Гадовна и Маленький Медведь. Гадовна понятно почему, из-за лысой головы, а Медведь – потому что обжег ноги пока стоял. Воспитательница снова получила удар кукольной рукой, чтобы не кричала, а Маленький быстренько подплыл к краю кастрюли и выпрыгнул из банки. Медведи метнулись вниз, кто куда, и бросились бежать со всех ног по темному коридору. Они мечтали только об одном – покинуть это злобное место, хотя при всех обстоятельствах Маленькому Медведю очень понравился борщ. На кухне тем временем раздался новый вопль, и Ефима Гадовна, наспех криво натянув парик задом наперед, мчалась за ними по коридору со шваброй в руках. Медведи кое-как успели забежать в первую попавшуюся комнату и захлопнуть за собой дверь, как грузное тело воспитательницы тотчас с шумом обрушилось на нее и стало неистово трясти ручку. Пульт выдохнул с облегчением и осмотрелся.

– Мне кажется, мы в ее кабинете, – сказал он и принялся активно разбрасывать вещи. Рука снова пришлась очень кстати. Маленький Медведь не отставал, тоже сопел и пинался как мог, хотя немного бессмысленно. Воспитательница на время затихла, видимо, пытаясь придумать какую-нибудь хитрость. А Пульт к тому моменту добрался до стола, на котором стоял телефон. Недолго думая, поднял трубку и позвонил в «Скорую помощь».

– Алё, «Скорая»? – важно спросил он. – Здесь лысая женщина варит борщ и кидается своим париком! Срочно приезжайте! Там, судя по всему, спросили адрес, которого Миша не знал.

– Секундочку подождите, – попросил он вежливо, аккуратно положил трубку и побежал к двери. – Ефима Гадовна! – бойко обратился он к воспитателю через дверь.

За дверью никто не отвечал, хотя Миша отчетливо слышал, как воспитатель тяжело дышит. – Ефима Гадовна! – повторил он снова. – Тут из больницы звонят, хотят к Вам приехать, спрашивают адрес.

– Из какой еще больницы? – не выдержала воспитательница такого поворота событий.

– Из белой! – не задумываясь, ответил Миша Пульт. – Из очень большой белой больницы.

За дверью снова воцарилось молчание. Бедный мозг Ефимы Гадовны судорожно пытался переварить выше сказанное.

– Скажите адрес! Иначе они привезут с собой очень больших белых санитаров, и Вам не поздоровится! – продолжал терроризировать воспитателя Миша Пульт.

– Я убью тебя, проклятый плюшевый медведь! – закричала та, и дверь вновь начала сотрясаться от ее ударов.

Мишка опять побежал к телефону, поднял трубку.

– Алло, это снова я. Вы слышите, что она творит? Приезжайте скорее, спасите нас, – он помолчал, выслушивая какую-то реплику. – Да не знаю я адрес! – возмутился Мишка. – Нас тут убивают! Сами найдете, – и положил трубку.

Что тут началось – словами не описать. В детский сад приехала поднятая на уши полиция, приехала «Скорая», приехали пожарники, и даже Захар приехал, потому что услышал новости по радио. Неизвестно, однако, что потом произошло с Ефимой Гадовной, но медведей доставили домой только к ночи. В полиции они успели с кем-то познакомиться, и Пульт даже выиграл в карты чью-то полицейскую фуражку, чем, конечно, папу не порадовал совсем, но было очевидно, что в детском саду медведям делать больше нечего. Когда Девочка укладывала их спать, она присела рядом с Мишей Пультом и спросила:

– А что случилось с этой злой воспитательницей? – Мишка упорно молчал. – Ты же не имеешь отношения к тому, что случилось, правда?

Не дождавшись ответа, Девочка протопала к своей кроватке и легла спать. Когда она, наконец, сладко засопела, Мишка поправил себе игрушечное одеяло и тихо, совсем еле слышно ответил: – Я ее в дурдом отправил. Но она первая начала, если что…

Глава 7. Экскурсия в Бургер-Мургер

– А не перекусить ли нам немного? – спросил как-то раз Михаил Пульт своего товарища.

Оба медведя лежали на диване в окружении других игрушек и сходили с ума от скуки. То был душный денек и знойно-ленивый. – Мы поели совсем недавно, – ответил Маленький Медведь.

– Да чего мы там поели… Так, перекусили, – нехотя возразил Михаил, помахивая лапкой в воздухе вместо веера.

– Перекусили?! – удивился Маленький, даже приподнявшись слегка с дивана. – Если только слона, – и снова лег на место.

– Вообще-то это была палка колбасы, а не слон, – Миша Пульт всем своим видом показывал, мол, невелика задача. – Кроме того, это было два часа назад.

– И что же? Что ты предлагаешь?

Мишка хитро посмотрел на Маленького.

– Звонок другу – вот что! – и взялся звонить Захару. – Алло, Захарчик! Это я, Миша Пульт! – потом покивал головой, улыбаясь, и продолжил: – Помнишь, ты предлагал провести экскурсию у себя на складе! Мы очень хотим сегодня! Мы страшно нуждаемся в твоих мясных и булочных экспонатах!

Когда речь шла о еде, Захар никогда не имел привычки отказываться, даже если собирались съесть его еду. А поужинать в дружеской и теплой компании Захар любил еще больше, поэтому примчался сразу. Как и положено, медведи выпрыгнули в окно. На этот раз им не пришлось прицеливаться. Захар стал таким огромным, что начал ездить на самокате, издали больше похожий на 6-летнего мальчишку-толстяка.

Поэтому медведи просто встали на платформу возле переднего колеса друг за другом, и Захар покатил. С фирменными пакетами Бургер-Мургера пришлось покончить, они не лезли не то что на голову, а теперь уже и на руку. Вместо них Захар раздобыл где-то красную кепку и спортивный костюм. На ногах появились кеды, на глазах – солнцезащитные очки. Видя вопросительное выражение лица медведей, Захар поспешил пояснить ситуацию:

– Ничего я не крал. И это даже не из мусорки, – важно сказал он.

– Ты теперь в «Секонд-хенде» работаешь, что ли? – поинтересовался Миша Пульт.

– Нет, – довольный возразил крыса Захар. – Нет ничего лучше склада великого Бургер-Мургера! – потом немного помолчал. – Я это… Обменял я гамбургеры на одежду.

– У кого? – не унимался Мишка.

– Не важно, – Захар смутился.

Потом выяснилось все-таки, что костюм он утащил с пляжа, когда человек оставил вещи и ушел купаться, но, правда, взамен Захар положил аж три гамбургера, ведь он не вор. А красную кепку он отнял у мальчика на улице, когда мимо бежал.

– А самокат? – спросил на этот раз Маленький Медведь.

– Вот самокат я купил сам! – гордо ответил Захар.

– Как? На что?

– Продал коробку с замороженными гамбургерами какой-то бабушке, – друзья посмотрели на него с укоризной. – В два раза дешевле отдал, чем в Бургер-Мургере продают! Честное слово! – оправдывался Захар.

За разговорами они не заметили как подъехали. На складе у Захара все было уставлено коробками.

– Только что завезли, – важно прокомментировал Захар. – Новая партия.

Так как смотреть здесь было особо нечего, решили чего-нибудь съесть. Открыли одну из этих самых новых коробок, и оттуда высыпалась замороженная, но уже нарезанная картошка, а в соседнем ящике они обнаружили холодные, как лед, булочки для бургеров. Миша Пульт взял одну булочку и постучал ею об угол коробки.

– Жестковато, – это было резонное замечание. – Предлагаешь погрызть, как леденцы? – спросил он у Захара.

– Ну что ты, их надо приготовить еще, все, как положено, по технологии. Я же вам не варвар какой-то, – Захар даже обиделся.

– И где готовить? – спросил Маленький Медведь, который успел выделить желудочный сок и начинал нервничать из-за своего смутно-вонючего будущего.

– На кухне, где же еще! – Захар от возмущения даже хлопнул себя лапками по большому животу.

– Но там же… м… люди? – с некоторым сомнением сказал Миша Пульт.

– Сегодня только один повар. Вадиком зовут, – ответил Захар. – Разберемся, – и вся компания направилась на кухню, неся под мышками ледяные булки, котлеты и картофель.

На кухне, и правда, был один Вадик, в своем фирменном фартуке и кепке. Медведям нужно было добраться до плиты, которая была очень большая, плоская и одновременно являлась чем-то наподобие сковороды, где жарились котлеты для бургеров.

– Придется Вадика убрать, – прошептал Захар.

– А как? – спросил Миша.

– Я подойду к нему и скажу: «Привет, Вадик!», а ты сзади подбежишь и собьешь его с ног.

– Договорились, – шепотом ответил Миша Пульт.

Повар Вадик готовил очередную порцию очередных булок и котлет, тихонько насвистывая. Поэтому, когда перед ним возник странный толстый мальчишка в красной кепке и спортивном костюме, свистеть Вадик перестал сразу. Может, даже и говорить разучился.

– Привет, Вадик! – сказал странный мальчишка с длинным противным носом. – А ты любишь гамбургеры? – тут Миша Пульт сильно ударил Вадика по ноге своей классной рукой.

Вадик упал на пол, треснулся головой и отключился.

– Поднимайтесь к плите! – скомандовал Захар, и медведи быстро полезли наверх.

– Начнем с котлет, – сказал Пульт и разложил холодные куски «блинчиками» по всей поверхности плиты.

Мясо сразу зачавкало, стало подрумяниваться, и по всей кухне пополз аромат новых котлет со склада. Маленький Медведь пошмыгал носом и резко ощутил приступ голода. Сразу же следом каждый из присутствующих на кухне ощутил запах вони.

– Скорее, накорми ты его! – поторопил Захар Мишу. – И это, котлетки надо бы перевернуть уже, а то подгорят.

Миша Пульт хотел схватить специальную лопаточку, да не тут-то было.

– Где лопатка? – закричал он.

– Обычно Вадик ее из рук не выпускает, – ответил Захар.

Они все посмотрели на лежащего лицом вниз Вадика, который при падении упал на ту самую лопатку и накрыл ее всем телом.

– И что теперь делать? Котлеты горят! – возмутился Пульт.

– Используй свою магическую руку, – тихо посоветовал Маленький вонючий Медведь.

– Точно! – обрадовался Мишка и, подцепив котлетку, ловко перевернул ее и бросил другой стороной.

Но снова вышел казус. Котлета застряла у Миши Пульта между кукольными пальцами, и он стал дубасить рукой о раскаленную плиту с криком «Отцепляйся!», но котлета и не думала вылетать. Кроме того, от жара плиты кукольные пальцы стали плавиться, зажимая котлету еще сильнее прежнего.

– Захар! Захар! – отчаянно заорал Миша Пульт, и в этот момент котлета вылетела из Мишиной руки и шмякнулась на спину повару Вадику.

Из-за того, что она была очень горячей, Вадик мгновенно пришел в себя, вскочил и, увидев все происходящее, остолбенел.

– Живые плюшевые медведи? – удивленно спросил он как бы самого себя.

У Маленького от страха выпал из попы кусочек поролона. Возникло всеобщее легкое замешательство, но обстановку разрядил Захар.

– Привет, Вадик! – сказал он как будто в первый раз. – Ты любишь гамбургеры?

Вадик снова уставился на толстого мальчишку и вдруг заверещал, как ненормальный. Миша Пульт схватил с плиты новую котлетку и метнул ее в рот Вадику. Тот упал на пол и опять отключился, правда, на этот раз упал он на спину, освободив лопатку. Захар молча поднял ее и передал Мише. Пульт начал с бешеной скоростью переворачивать все остальные котлеты. Потом подогрели булочки и пожарили картошку. Упаковав все аккуратно в коробку, быстро покинули кухню. Вадика оставили как есть, на полу. Хотя стоит отметить, что перед уходом написали записку и вложили ему в руку, вместо лопатки. Записка гласила: «Плюшевых медведей не существует. Ты упал сам. Подпись: Плюшевые Медведи». Правда, Миша Пульт немного поспорил с друзьями на эту тему. Он считал, что оставлять такую подпись несколько странно.

А потом друзья дошли до склада, разложили бургеры, налили разной газировки и просто объелись. Им было так плохо, что на самокате отвозить их домой Захар отказался, а вместо этого проводил медведей пешком за ручку. Уже стемнело, и мало кто обращал внимания на какого-то толстого мальчишку, идущего по улице с плюшевыми игрушками. Мальчик был и без того странный.

Глава 8. Битва на огороде

Обычно летом во время школьных каникул Девочка ездила в деревню к бабушке.

Нам неизвестно, нравилось ли это Девочке, но абсолютно точно нравилось ее родителям. «Наконец-то в деревню, на свежий воздух, да ведь?» – обычно весело спрашивал папа. Девочка молчала, потому что в деревне воздух был не всегда свежий.

Вместе с ней обычно в ссылку отправлялись два плюшевых медведя. Вот уж точно я могу сказать, что Миша Пульт деревню не любил. У него там часто бывали конфликты с местными. То гуси нападут, то коровы норовят подцепить рогами, то кони затопчут, и вообще, пчелы, слепни и всякие птицы. Или вот, например, бабушка заставит полоть сорняки под палящим солнцем. Короче, Михаил был не особо в восторге от деревни. Ну, а Маленького Медведя вообще никто не спрашивал. Так было и в этот раз.

– Не хочу, не поеду! – возмутился Миша Пульт, который мечтал, что проведет все лето перед телевизором в тишине и покое.

Возмутился он, конечно, не вслух, а про себя. Девочка взглянула на него искоса и запихала в свой рюкзак. По дороге в деревню в машине было жарко, хотя в пути Девочка от скуки достала медведей из сумки. Пульт сидел с суровым выражением лица и смотрел, как за окном быстро пролетает однотипный и скучный пейзаж. Рядом с ним сидел Маленький Медведь, который вот-вот должен был начать свое грязное дело. Благо вскоре папа свернул на проселочную дорогу, и они запылили вдоль поля, а уже через несколько минут припарковались возле бабушкиного дома. Наверное, стоит добавить, что, кроме бабушки, был еще и дедушка, но тип достаточно необычный. Во всяком случае, Пульт его даже побаивался после одного события, когда дедушка спал в деревянном кресле-качалке, и оно под ним неожиданно сломалось. Дедушка упал, но спросонья ничего не понял, поэтому сразу схватил ружье – у него была двустволка – и, выстрелив в соседскую свинью, закричал кому-то: «Вот я вам покажу, как яблоки мои воровать», – и снова лег спать. Мишка тогда гулял во дворе с Маленьким Медведем, и от выстрела их отбросило в кадушку с водой. Маленький, понятно, промок насквозь мгновенно, и сколько его не сушили на солнце после – ничего не помогло, что для нас совсем не новость. Поэтому с тех пор, Миша Пульт не знал, чего ожидать от дедушки.

– Ну, вот мы и на месте! – радостно сказал папа.

Они вышли из машины, и Мишке на нос сразу приземлился наглый слепень.

– Медведь, помоги! – тихо проговорил Миша, и Маленький развернулся спиной к Пульту, поднатужился и выстрелил поролоном из попы, ловко попав кусочком в противное насекомое.

Слепня откинуло в сторону, и медведи побежали в дом. В первый вечер обычно было весело, особенно Маленькому Медведю. Бабушка готовила вкусные пироги, жарила картошку или пекла настоящий деревенский хлеб. Еще было очень вкусное коровье молоко, хотя один раз Маленький Медведь съел свежий огурец и запил его этим самым молочком. В результате едва не улетел в космос, и Миша Пульт долго искал его в огороде. Кстати, про это место и пойдет наш дальнейший рассказ.

Повадились вороны воровать у бабушки овощи с огорода. Они были такими бесстрашными и наглыми, что даже не боялись пугала. Среди целой стаи ворон одна была самой важной. Именно для нее Михаил Пульт несколько дней усердно готовил рогатку и большой тяжелый камень. И однажды утром, вместе с Маленьким Медведем, они пробрались в самый конец огорода, где Миша выкопал яму, куда они спрятались, держа наготове рогатку. Вскоре от яркого солнца им захотелось спать, и они случайно уснули. Проснулся Миша оттого, что кто-то копошится в кустах малины, что росла вдоль забора. «Вороны», – подумал Мишка, толкнул Маленького, чтобы разбудить, потом достал рогатку, прицелился как следует и – Бац! – здоровенный камень пролетел через посадки и лихо угодил в кусты. Раздался вопль, и оттуда выскочила взбешенная бабушка.

– Ой, ошибка, – тихо сказал Мишка и спрятал голову в яму, чтобы она его не увидела.

Время шло, а вороны все не прилетали. Медведи подумали, что сегодня ничего уже не произойдет, но как раз в этот момент на горизонте возникла черная стая. Долго ждать они не заставили, и скоро радостные пернатые приземлились на бабушкин огород. Среди них, конечно же, была самая главная ворона. Кстати, ее звали Сухарь.

Трудно сейчас сказать, откуда она получила такое прозвище, но по слухам, история была весьма непростой и печальной. Когда-то одна маленькая девочка нашла в саду вороненка. Наверное, он выпал из гнезда. Девочка забрала его домой, выходила, откормила, а он решил остаться и не улетать. Потом выяснилось, что он – это она, ворона. Девочка назвала ее Сухарь, потому что та страшно любила таскать мамины сухари с кухни. А потом что-то стряслось, и ворона решила улететь от девочки. Кто-то говорил, что девочке подарили попугая, и она его любила больше вороны. А кто-то другой говорил, что девочке подарили трех попугаев, и они однажды ночью окружили ворону, стали рассказывать про нее анекдоты, показывать пальцем и грязно смеяться – в общем, ворона улетела. И судя по всему, затаила злобу на людей. После чего собрала целую стаю, призвав всех опустошать сады и огороды. Поэтому ворона по имени Сухарь была очень умной и сообразительной, ведь она столько времени жила вместе с человеком. Обо всем этом Михаил знал, конечно, но он-то с людьми жил дольше. Он вообще работал плюшевым медведем еще тогда, когда папа был маленьким, так что знал Мишка очень много.

Птицы расселись кто где. Важная Сухарь расхаживала взад и вперед, осматривая свою армию.

– Воины! – прокаркала она. – Сегодня мы уничтожим всю морковь, которую найдем на этой вражеской земле.

В толпе послышался одобрительный гул. Ворона продолжила:

– Сегодня также особый день! Мы должны отомстить дедушке за то, что тот палил по нам из ружья! – в толпе снова послышалось согласие, многие кивали головами.

Медведи слушали ее речь, затаив дыхание.

– Нужно предупредить дедушку! – посоветовал уже напуганный Маленький Медведь.

В воздухе сразу потянуло чем-то несвежим.

– Подожди пока с дедушкой, он и сам за себя постоять сможет. Помнишь, какой он дикий? Вместо этого мы пойдем в атаку! – сказал настроенный по-боевому Михаил Пульт.

Маленький завонял сильнее, а Мишка прицелился из рогатки.

– Предлагаю приступить к работе! – тем временем продолжала кричать Ворона Сухарь.

И тут мимо нее пролетел булыжник, которым выстрелил Миша. Камень в Ворону не попал, но зато попал в стоящее рядом огородное пугало. Шест, на котором торчало пугало, надломился, и вся конструкция медленно повалилась в сторону, куда-то в район растущей тыквы. На одной из тыкв сидела самая глупая ворона из всей стаи. Звали ее Зина. Возможно, не стоит мучить читателя рассказами, когда и почему ее так прозвали, потому что пугало сразу придавило Зину к земле, и, в общем-то, никто о ней больше ничего и никогда не слышал.

– Это засада! – закричала Ворона Сухарь.

– Это медведи! – закричали другие вороны, увидев двоих копошащихся в яме.

– Это всего лишь плюшевые медведи! – крикнул старый ворон Федот.

– Взять их! – прокаркала Ворона Сухарь. – И привести ко мне! Немедленно! – от крика у нее выпало перо из левого крыла.

– Бежим! – крикнул Маленький Медведь быстрее, чем смог сообразить Мишка Пульт, и рванул по грядкам, на ходу роняя поролон из попы.

Поймали его быстро, ведь вороны летают по воздуху, а плюшевый медведь сразу забил свои лапы песком и землей, все время спотыкался, короче, его поймали. Мише Пульту тоже пришлось сдаться по собственному желанию – не мог же он оставить своего друга в беде. Медведей потащили к яблоне и привязали к стволу дерева. Ворона Сухарь гордой поступью бродила возле захваченных, а потом сказала, указывая на Пульта:

– Твою руку мы заберем себе! – в стае кто-то издал вопль изумления, даже там иногда удивлялись такой кровожадности их предводительницы. – А тебя, – она указала на Маленького Медведя, – мы засунем в бочку с водой.

Но продолжить она не успела, потому что с дерева упало яблоко, попав ей по голове. Ворона Сухарь рухнула навзничь. Остальные в толпе зашептались: никто не знал, что делать с пленными дальше.

– Отпустите нас, я вам семечек дам, – соврал Миша Пульт.

Вороны молчали.

– А хотите, колбасы? – снова спросил Мишка. – Копченой?

– Я тоже хочу копченую колбасу, – вдруг сказал Маленький Медведь. – Почему ты им предлагаешь, а мне нет?

– Ты же привязан к дереву, тебя вот-вот в бочку засунут, а ты о колбасе думаешь? – возмутился Миша.

– А в бочке будет колбаса? – спросил Маленький, как ни в чем не бывало.

– Нет! Единственная колбаса, которая будет в бочке – это ты! – и Пульт начал от злости елозить туда-сюда, чтобы вытащить руку.

Рукой он хотел дать Маленькому Медведю по башке за такую глупость, но когда ему удалось немного освободиться, он вспомнил, что во внутреннем кармашке его плюшевой шкурки есть пять рублей мелочью, которые он как-то взял у Девочки поиграть, но почему-то не вернул. Он достал их и бросил горстью в ворон. Они взмыли в воздух, напугавшись, а Миша смог вылезти из-под веревки и помог Маленькому. Тут грянул выстрел – в огороде появился дедушка с ружьем.

– Решили мои яблоки воровать?! – дедушка плохо видел и не мог отличить плюшевых медведей от соседских мальчишек.

Опять раздался оружейный залп, и дедушка попал в саму яблоню. В этот момент Ворона Сухарь пришла в себя и вяло спросила: «Что здесь происходит?» – но ответа не получила, потому что с дерева посыпались яблоки, мигом завалив Ворону и выстроив яблочную пирамидку. Медведи рванули прочь оттуда, а дедушка, продолжая стрелять, кричал:

– Сложили все яблоки в кучу и хотели увезти? Убью! – и снова выстрел.

Вдалеке послышался поросячий визг и хрюканье, видимо, дедушка снова попал в соседскую свинью. А медведи бежали со всех ног. Добежав до крыльца дома, скорее юркнули в приоткрытую дверь и спрятались под кроватью. Немного погодя пришел сам дедушка и лег спать.

– Пошли отсюда, – сказал Миша Пульт, – а то он во сне с кровати упадет и перестреляет всех.

Маленький Медведь спорить не стал, но не ел он очень давно, так что запашок был настолько сильным, что разбудил дедушку. Тот вскочил, схватил ружье и прокричал в пустоту комнаты:

– Кто это сделал? – и выстрелил из ружья в потолок несколько раз.

В комнату вбежала бабушка с криками «что ж ты, старый, творишь», и дедушка пояснил ей, мол, запах пороха после выстрелов заглушает эту нестерпимую вонь.

– А крышу дырявую кто чинить будет? – возмутилась бабушка.

Дедушка посмотрел на потолок, где зияли черные дыры от его пальбы.

– Чинить будет дедушка, – тихо ответил дедушка. – А раз он будет чинить сам, то он может делать все, что захочет, а сейчас он хочет избавиться от ужасного запаха, – и, снова схватив ружье, дедушка пальнул в потолок пару раз.

Услышав знакомые звуки, за окном захрюкала соседская свинья. Дедушка метнулся к окну и выстрелил в ее сторону тоже. Свинья издала пронзительный визг.

– Что она, в бронежилете, что ли? – возмутился дедушка как бы про себя и опять лег на кровать.

– Бежим скорее! – прошептал Миша Пульт, и они помчались из комнаты на кухню.

Там бабушка уже приготовила пирог с капустой и поставила остужать. Поэтому Маленький Медведь с разбегу прыгнул на него, упав мордочкой вниз, и начал ползать по поверхности и есть. Потом весь в капусте медленно выбрался из сковородки, доплелся до окна и сел на подоконник.

– Хорошо все-таки в деревне, – мечтательно сказал Маленький.

Тут небо резко нахмурилось, набежали тучи, грянул гром и полился дождь, очень сильный и по-настоящему летний. В соседней комнате прозвучал крик дедушки:

– А, черт!! – вероятно, дождь хлестал через пробитые дыры в потолке прямо ему на голову.

Вновь раздались выстрелы из ружья и его ругань.

– Что с ним? – спросил Маленький Медведь Мишу Пульта.

– Не знаю, – отвечал тот. – Может, дедушка пытается сбить тучу?

Глава 9. В зоопарке

Это было воскресенье. Родители решили сводить Девочку в городской зоопарк. Конечно, она взяла с собой медведей. Девочка не могла расстаться с ними ни на минуту.

В зоопарке медведям удалось незаметно выскочить из рюкзачка и убежать.

– Здесь столько разных животных! – восхищенно сказал Мишка.

– Хочу к слонам, – тихо ответил на это Маленький Медведь, и они пошли, потому что проще было не спорить с этим занудой.

В вольере слонов не было, кроме самой таблички, которая гласила, что «тут живут слоны, не кормите их», поэтому Маленький стал биться в истерике, катаясь по асфальту. Миша Пульт смог отвлечь его только едой, предложив купить попкорна и пирожок с картошкой. Перед ларьком с попкорном толпилось много людей.

– Мы тут часа два стоять будем, – сказал Миша, потом подумал недолго и заорал так громко, как только мог: – Смотрите! На нас бегут крокодилы!

Люди с криками стали разбегаться в разные стороны. Мимо промчалась седая старушка с диким хохотом, размахивая клюкой в воздухе. Убежал и продавец попкорна, что позволило Мише Пульту взять самое большое ведерко и зачерпнуть сладкой кукурузы из лотка. – Ешь, давай, – сказал он Маленькому, протягивая ведро.

Маленький начал жадно поглощать содержимое, громко чавкая. Съел быстро, как обычно, вытер лапкой плюшевый рот и сказал:

– Хочу к обезьянам!

Пульт недовольно посмотрел на него, и они пошли к соседнему вольеру. К счастью, обезьяны были на месте. Каких только там не было: и шимпанзе, и макаки, и гиббоны. В самом большом вольере сидела пожилая горилла.

– Ути-пути, – сказал ей Маленький Медведь, постучав по защитному стеклу.

– А если она сейчас разобьет стекло и выйдет к тебе, что делать будешь? – поинтересовался Миша Пульт.

– Попрошусь в гости, – ответил находчивый Маленький Медведь.

Тут горилла молча подняла бревно и метнула его как раз в стеклянную витрину. Стекло осыпалось, и уже через секунду Маленький Медведь сидел у гориллы на коленях внутри вольера. Конечно же, сидел он там не по своей воле, его никто не спрашивал, потому что огромная рука пожилой гориллы крепко держала медведя, как в тисках.

– Мишка, спаси меня! – закричал Маленький сдавленным голосом.

– А ты к нему в гости попросись! – съязвил Миша Пульт, который спрятался за урной с мусором.

– Я и так уже в гостях, – ответил Маленький Медведь. – Спаси, прошу!

Горилла послушала их разговор и начала смеяться. Упрекнуть ее в этом было нельзя. Тогда Мишка Пульт побежал искать белого медведя, чтобы позвать на помощь. Белый Медведь, который был скорее желтый, лениво лежал на камне и периодически падал в ледяную воду, чтобы потом опять лениво лежать на прежнем месте. Пульт подбежал к вольеру, начал тарабанить и кричать:

– Ты медведь, и я медведь. Мы одна семья! Мне нужна твоя помощь!

– Если мы одна семья, – рассуждал ленивый белый медведь, тогда почему ты коричневый и плюшевый, а я нет?

– Потому что в детстве мама меня в грязь уронила, лентяй ты белобрысый! – возмутился Пульт, плюнул в сердцах и побежал искать подмогу в другом месте.

А тем временем горилла крутила Маленькому Медведю голову, отчего из шеи начали выскакивать кусочки поролона. Маленький от страха резко завонял. Горилла понюхала его и содрогнулась. Мигом перемахнув несколько толстых веток на дереве, стоящем внутри вольера, горилла спустилась к искусственному пруду и начала тщательно тереть Маленького Медведя об камень, затем долго полоскать в воде, потом опять тереть. Запах стал просто невыносимым. Тогда горилла швырнула его высоко на дерево, на самую макушку, где Медведь застрял между двух веток и замер.

А Пульт как раз добрался до вольера с горными козлами. Разговора там тоже не получилось, зато получилось запрыгнуть одному козлу на спину и схватиться за рога.

– Вперед, лошадка! – скомандовал Миша Пульт и хлопнул козла кукольной рукой.

Козел заблеял и поскакал вперед. Разогнавшись как следует, им удалось перепрыгнуть через забор, и скоро они очутились возле поселения обезьян. Горилла сидела спиной к посетителям, грустная, и легонько била своей рукой по поверхности воды.

– Вперед! – прокричал Миша Пульт, пришпорил козла и помчался на гориллу.

Козел со всей силы ударил гориллу по спине, столкнув ее в воду. Та рассвирепела, и едва Миша успел спрыгнуть, схватила козла за рога, раскрутила в воздухе и выкинула куда-то далеко за забор. Миша полез на дерево спасать товарища. А дело было уже к полудню. Солнце ярко светило, было откровенно жарко, поэтому Пульт застал Маленького Медведя в приподнятом настроении – тот почти высох.

– Привет, Миш! – начал, было, Маленький, но тут дерево пошатнулось, и они оба рухнули вниз к ногам гориллы.

Та стояла и усердно трясла дерево. Медведи поднялись и бросились бежать, чудом успев заскочить в соседний отсек с гиббонами, которые сразу схватили их и выкинули обратно к горилле, которая издала победный клич, но ее радость прервал другой рев. Это был белый медведь, который желтый, который все-таки решил поддержать родственников. Они начали сражаться друг с другом, но скоро медведь сумел усесться на гориллу сверху, прижав к земле, задумчиво вздохнул и сказал Мише Пульту:

– Знаешь, когда ты признался, что тебя мама в грязь уронила, я сначала не поверил, а потом вспомнил, что однажды мама меня тоже в грязь роняла. И тут я понял, что мы действительно одна семья. Меня, кстати, Витя зовут.

– Очень приятно, – ответил Мишка.

– Ты когда-нибудь был на Северном Полюсе? – спросил бело-желтый медведь Виктор.

– Да, пять лет в экспедиции, от звонка до звонка, – наврал Миша Пульт, – мы ездили выращивать пингвинов, – но тут их разговор был прерван, потому что в вольер вбежали работники зоопарка и стали стрелять в белого медведя и гориллу специальными усыпляющими дротиками. Конечно, они стреляли и в плюшевых медведей, но те по понятным причинам не засыпали. По понятным для плюшевых медведей, но совершенно не понятным для работников зоопарка. Поэтому, прежде чем медведи скрылись из виду, работники успели настрелять им целую попу усыпляющих игл, из-за которых Маленький Медведь был похож сзади на павлина. При беге дротики перевешивали, и Маленький все время заваливался набок, пока в один момент не укатился с горки, которая вела к пруду с фламинго. Их было много, и все такие розовые. Пульт побежал вытаскивать Маленького Медведя, но это не понадобилось, потому что одна из птиц пнула его, как футбольный мяч, и тот улетел по направлению к вольеру с жирафами. Миша Пульт, не переводя дыхания, отправился по следам плюшевого космонавта. Потом выяснилось, что улетел он не к жирафам, а к тиграм, где и застал его Пульт. Маленький Медведь сидел возле миски и ел мясо. Рядом с ним сидел ничего не понимающий тигр, а Маленький о чем-то бурно рассказывал:

– И представляешь, так вот весь день! Сначала горилла меня в гости позвала, – тут он откусил кусочек мяса и с полным ртом продолжал, – и я отказываться не стал, понимаешь, это неприлично, – тигр молчал, – потом охранники прибежали. Тебе когда-нибудь стреляли иглами в попу?

– Эй, медведь, заканчивай, давай, – шепотом проговорил через прутья клетки Миша Пульт.

Тигр внезапно зарычал и стукнул по миске. Она с грохотом перевернулась, и у Маленького снова выпал поролончик сзади.

– Ну, я пошел, – промямлил он и погнал на выход.

Наконец-то они спокойно шли по аллее. Казалось, на сегодня потрясений достаточно.

– Хочу к крокодилам, – тихо пробубнил Маленький Медведь.

– Хочешь, чтобы я нырял за тобой на самое дно? – спросил его Миша Пульт. – Или ты собираешься поесть вместе с ними крокодиловое мясо?

– А такое бывает? – удивился Маленький.

– Бывает и медвежатина, – угрюмо ответил Мишка. – Особенно когда медведь бежит в гости к крокодилам и плавает в их бассейне – получается классная медвежатина.

Маленький грустно посмотрел себе под ноги.

– Может, тогда купишь мне пирожок с картошкой, как обещал?

– Это можно, – ответил Пульт и повел Маленького к другому ларьку.

Продавца не было. Видимо, потому что весь зоопарк переполошился из-за сбежавшей гориллы и белого медведя Виктора. И еще эти слухи о крокодилах, которые распустил какой-то негодяй. Оба медведя поднялись поближе к чану, где булькало масло, в котором жарились те самые пирожки. Мишка взял большую специальную вилку, достал один пирожок, разломил и дал половину Маленькому, другую съел сам. Ели неторопливо, с удовольствием, смакуя каждый кусочек.

– Вкусно, – сказал довольный Маленький Медведь.

Тут на дорожке появилась ошалевшая полусонная горилла, которой так и не хватило воздействия усыпляющего препарата. В пути ее мотало в разные стороны, но, увидев плюшевых медведей, она выправила свою траекторию и ринулась на них.

– А-а-а! – закричал Маленький Медведь и начал кидать в нее горячие пирожки.

Горилла пыталась отмахиваться от них, но безуспешно. Окончательной развязкой всей истории стал белый медведь Витя, который появился совсем из ниоткуда, выпав из вольера с бобрами, держа одного на руках, сломав им забор, и такой же почти спящий, мало соображающий, поскользнулся на жирных пирожках, которые уже валялись на дорожке, и, упав, сбил гориллу с ног. Оба мгновенно уснули, бобер улетел куда-то в кусты, а плюшевые медведи поняли, что пора сваливать оттуда. Самое интересное, что им удалось разыскать Девочку и родителей, которые, казалось, не замечали происходящего в зоопарке. Наверное, потому что такое у них происходит каждый день. Медведи успели добежать до рюкзачка и запрыгнуть в него незаметно, пока вся семья спокойно обедала в местном ресторанчике. Скажу больше: это была единственная семья, которая сидела в ресторанчике, даже официантов не было и поваров. Всех как ветром сдуло. Мало кому хотелось стать ужином для белого медведя, который был, скорее, желтым, или быть игрушкой в руках пожилой гориллы. Но дома, по возвращению, Девочка достала их из сумки, рассадила по своим местам и сказала:

– Сегодня странные вещи творились в зоопарке. Летающие через забор горные козлы, сонные белые медведи, горилла, лежащая в пирожках – вы, случайно, не знаете, что там случилось?

Медведи сидели молча, как и всегда. А когда Девочка отвернулась, Мишка хитро улыбнулся.

Глава 10, заключительная. Летний лагерь

Лето подходило к концу, на дворе был август. Хотелось запомнить это лето как следует, поэтому решено было поехать в лагерь на месяц. Да, разумеется, был такой специальный лагерь для игрушек и зверей, только люди о нем не знали, конечно. Чтобы было весело, Миша Пульт обзвонил товарищей, очень уж ему хотелось повеселиться на полную катушку. Товарищи согласились: и Жан-Клод, и Захар, и даже Свистуна решили взять.

Лагерь находился недалеко от города, почти в лесу, но добраться туда было непросто, поэтому весь тяжкий груз ответственности по доставке лег на плечи крысы Захара, который тем временем из толстого мальчишки превратился в средних размеров дедушку. Не потому что он постарел, а потому что стал носить темно-серые брюки, светлую рубашку, коричневые сандалии и старомодную бежевую советскую кепку. На носу у него теперь красовались очки с толстыми линзами, из-за которых глаза его выглядели очень большими и удивленными. Из-за еды лицо Захара растянулось, и длинный крысиный нос сплющился в пределах нормального человеческого. В общем, он смотрелся, как настоящий человек, точнее, как дед. Странный, но все-таки дед. Самокат ему стал не по размеру, поэтому Захар перешел на велосипед, сзади которого была установлена корзина. В ней Захар обычно возил еду с собой, если он вдруг окончательно решит из странного деда превратиться в динозавра, но в нашем случае это место использовалось для перевозки пассажиров.

К назначенному часу Захар подъехал к дому, встав под окно, как полагается, и прозвенел велосипедным звонком. Медведи были почти готовы, и только Свистун носился по квартире, свистел носом и волновался.

– Будешь дергаться, оставлю дома, – сурово намекнул ему Миша Пульт. – Подойди ко мне, надо надеть тебе ошейник, а то вдруг еще подумают, что ты бездомный, и тогда тот случай с молотком для мяса покажется тебе сущей ерундой.

– А что если в лесу волки? – волновался Свистун.

– Значит, подружишься с ними, – отвечал Мишка.

– А если они меня загрызут, пока я с ними дружу? – не унимался Свистун, носом насвистывая напряженную мелодию.

– Значит, это плохие друзья, – спокойно отвечал Пульт. – Подойди, я сказал, надо надеть ошейник.

Свистун вертелся, вертелся и, все же, подошел. Мишка накинул на него кожаный ремешок и застегнул. Правда, потом была другая проблема – Свистун не собирался выпрыгивать в окно, это не входило в его привычку, но медведей было двое, и ошейник пришелся кстати. Вытолкнули. Все обошлось, потому что внизу стоял странный дедушка Захар. Он-то и поймал Свистуна на руки. Медведи прыгнули следом. В корзинке велосипеда их ждал довольный Жан-Клод.

– Привет, друзья! – сказал он. – Скорее садитесь, я замучился вас здать, – его зубы по-прежнему заставляли произносить смешные звуки.

– Привет, Зан-Клод! – передразнил его Миша Пульт, кажется, от радости.

– Мозно и не дразниться, – заметил Жан-Клод. – Мозно за это и в глаз получить.

– Это я просто рад тебя видеть, – пояснил Миша и забрался в корзинку тоже.

Залез и Маленький Медведь, и следом прыгнул Свистун, раскидав медведей в стороны и сильно потеснив Жан-Клода. Дедушка Захар с силой оттолкнулся и покатил.

В дороге Жан-Клод предложил всем спеть его любимую песню про пса Иннокентия, но никто этой песни не знал. Поэтому Жан-Клод сам затянул протяжную мелодию, в которой пелось что-то вроде «Ты мой друг, пес Иннокентий, вечно лежишь в кустах, а я слежу каждый день, чтобы тебя не нашел дворник. Мой друг Иннокентий, самый молчаливый пес в мире» – вот как-то так он пел. Конечно, никто не смог поддержать его, потому что многие впервые слышали эту композицию, но Жан-Клод не особенно расстраивался и ловко пел соло. Затем эта песня сменилась другой, не менее известной, где белка повествовала о нелегком деле по сбору грецких орехов. Текст был примерно такой: «Зимой ты орехи нигде не найдешь, в карманах людей их не будет. Там только ключи и бумажки всегда, а белкам нужны лишь орехи». Иногда ему уныло подвывал Свистун, хотя уже где-то через час Миша погрозил ему молотком для мяса, который на всякий случай прихватил с собой. Свистун перестал ныть и засвистел носом. В целом, ехали очень долго, но, в конце концов, из города выехали.

Останавливались на заправочной станции, где важный дед Захар делал вид, что ему необходимо заправить свой велосипед, и вообще, вел себя, как подобает человеку. Маленький Медведь рискнул поинтересоваться, мол, зачем бензин велосипеду, ведь у него даже бензобака нет. Но Захар нахмурил брови, вытаращив свои большие от очков глаза, и с умным видом полил бензином на заднее колесо велосипеда, представляя, что там все-таки есть бак.

– Теперь мы все будем вонять, – пробурчал Маленький Медведь.

– Кто бы говорил, – язвительно ответил ему крыса Захар, сел на велосипед и покатил дальше.

Вскоре съехали с центральной дороги на проселочную, но потом выяснилось, что не туда, потому что эта уперлась в городскую свалку. Захар порадовался и предложил всем отправиться в удивительное приключение, но никто не поддержал его энтузиазм. Пришлось разворачиваться и возвращаться. Второй съезд оказался правильным, и, наконец, они добрались до самого лагеря.

Лагерь назывался «Прожаренный гусь». Говорят, такое название он заслужил благодаря деревенскому гусю, который пошел загорать в лес и сгорел. Кто-то говорил, что тогда было слишком жаркое лето, а кто-то был уверен, что в гуся угодил снаряд с военного полигона. Но ясно было одно – те, кто пришел на это место первым и нашел кости гуся, решил разбить здесь летний лагерь.

Директором лагеря был енот по фамилии Пчелкин. К нему сразу и направились наши герои. Конечно, в Захаре Пчелкин не признал никакой крысы, а решил, что это чей-то дедушка привез внуков, но потом ситуация полностью прояснилась, и друзьям предоставили отдельный домик на пятерых с шикарным видом на деревянный туалет. Весь день в лагерь подъезжали разные игрушки и звери, а вечером состоялось общее собрание, потом был импровизированный концерт, где Жан-Клод, конечно, не мог не поучаствовать, второй раз за день исполнив суперхит про пса Иннокентия. Хлопали мало, но это сейчас не суть дела.

Утром всем лагерем был запланирован общий поход за медом вглубь леса, и поначалу Свистун упирался и не хотел идти, но против двух медведей, одной белки и странного дедушки противостоять не смог, и пришлось подчиниться. Очень кстати снова пришелся ошейник.

В походе весь лагерь поделился на три группы, Пчелкин сказал, что так будет лучше, будто бы так всегда делают в лагере. На вопрос «а в чем логика?» он ответить не смог. Решили не выяснять.

Тропинка долго петляла среди деревьев, потом в один миг уперлась в домик на опушке. Домик был очень маленьким, буквально метр на метр, но когда Пчелкин достал здоровенную кувалду из своего рюкзака и сбил висячий замок (правда, с десятого удара, все даже ждать устали), взору туристов предстала маленькая комнатка, полностью заставленная банками с медом.

– А разве мы не долзны были добывать мед из ульев? – спросил с сомнением в голосе Жан-Клод.

– А чем тебе тут не улей? – ответил вопросом на вопрос енот Пчелкин. – Бери, доставай мед, аккуратно складывай банки в рюкзак. Прям как из улья.

– А пчелы где? – Жан-Клод не очень понимал, что происходит.

– Если будешь медлить – пчел налетит столько, что мало не покажется, – уверенно отвечал Пчелкин.

Все начали складывать банки по рюкзакам. Дело было к полудню, и решили немного отдохнуть, тем более, что в воздухе появился неприятный запах, который только усиливался с каждой минутой. Сначала Пчелкин спрашивал, кто это сделал. Потом он приставал к Захару, намекая, что, мол, старый человек, мы все понимаем и так далее, но Захар напомнил ему, что запах – это вовсе не повод измываться над людьми с избыточным весом. Поэтому решено было просто отойти от этого места к небольшому озеру, чтобы избавиться от запаха, но, понятное дело, запах пошел за ними и к озеру. Потому что это был Маленький Медведь.

– Всего одна баночка спасла бы жизнь скромному и крохотному медведю, – ныл он всю дорогу до озера, и Миша Пульт не выдержал, сбегал обратно, тайком открыл одну банку и влил ее Маленькому Медведю в рот.

Маленький облизался и сказал:

– Не зря все-таки гласит пословица: «Хочешь успокоить медведя – дай ему меда», – на что Миша Пульт пожал плечами, потому что такой пословицы он не знал. Было предчувствие, что ее не знал никто, не только Михаил.

На озере игрушки и звери купались, а кто-то на берегу играл в футбол, кроме тряпочных зайцев – они не могли из-за слабости в ногах. Кукла Катя стояла на воротах, потому что кукольные ноги не сгибались в коленях, и бегать не получалось. Захар изображал тренера одной из команд. Другими словами, он сидел в тени в шезлонге и иногда что-то кричал на своих подопечных. Потом Пчелкин призвал всех возвращаться к сбору меда. Вернувшись к домику на опушке, они обнаружили, что банки снова стоят на своих местах на полках, а возле домика стоит какой-то дед. Звери остановились.

– Ну вот, так и знал, – грустно сказал енот Пчелкин. – Мы опоздали, пришел пасечник Филипп Филиппыч.

– А нам, какое дело? – возмутился Маленький Медведь громко, и сзади у него выпал поролончик от напряжения.

– Это его домик, – с горечью ответил Пчелкин. – И это его мед. Он его собирал.

– Так что же мы хотели обокрасть его? – спросил Миша Пульт.

– Ну что ты, просто одолжить, потом я бы вернул. Да он и вообще мне разрешает брать мед, – сказал енот Пчелкин и густо покраснел.

– А кувалда тебе, зачем тогда? – спросил Жан-Клод.

– От бешеных белок, их тут в лесу полно, – зло ответил Пчелкин и посмотрел на Жан-Клода, прищурив глаз.

– Что же теперь делать? Я хочу мед! – закричал Маленький Медведь и, в слезах упав на колени, поник головой.

– Придется самим добывать мед из ульев. Кто тут медведи: я или вы? – грозно спросил Пчелкин.

– Подождите, я попробую с ним договориться, – сказал вдруг Захар, поправил кепку и медленно пошел к пасечнику. – Филипп Филиппович, здравствуйте! – обратился Захар к нему. – Не правда ли, жаркий сегодня денек?

Пасечник бросил складывать банки и быстро захлопнул дверь в домик, заподозрив неладное.

– Отдай мед, старый шершень! – вдруг не выдержал Захар и набросился на пасечника.

Видимо, договориться не получилось, поэтому звери стояли и издали смотрели на дерущихся дедов, которые кубарем начали кататься по полянке, сметая банки на своем пути.

– Пойдемте, пока сложим мед, – тихо проговорил Пчелкин и повел всех к дому.

Пока дедушки воевали друг с другом, сбивая старомодные кепки с головы и очки с носа, три группы летнего лагеря «Прожаренный гусь» сложили все банки по своим рюкзакам и незаметно отступили к лесу. Оставалось только помочь деду Захару, который, очевидно, проигрывал пасечнику Филиппу Филиппычу, потому что тот его активно душил, а Захар вел себя несколько беспомощно. Тут же была сформирована команда спасателей во главе с Мишей Пультом, которая сбегала в лесную чащу и нашла улей с дикими пчелами. Предполагалось отвлечь пасечника, показав ему этот улей. Но когда они поднесли его сзади, никто почему-то не смог проронить ни слова, и стояли молча, смотрели, как задыхается Захар, и ничего не делали. Потом Мишка пришел в себя и, благодаря своей магической руке, бросил улей на спину Филиппу Филиппычу. Пасечник отвлекся, перестав душить деда Захара, который сразу убежал в лес – и не просто отвлекся, а тоже помчался, но к озеру, где нырнул в одежде на самую глубину.

– Почему он так поступил? – спрашивал Маленький Медведь уже на обратной дороге Мишу Пульта.

– Неизвестно, – философски отвечал Мишка. – Может, потому что из улья вылетели гигантские пчелы размером со слона, а может, просто было жарко, и он хотел искупаться.

Точного ответа не знал никто, это правда. Вечером в лагере был ужин, а после снова смотр самодеятельности. Конечно, в концерте опять участвовал Жан-Клод, который выступил с той самой песней, повествующей о нелегком сборе грецких орехов в зимний период, и так как хлопали на этот раз много, то он вышел на «бис». Исполнял что-то новое, из неизданного. Запомнились такие слова: «Противный мальчишка шатает деревья, родителям все равно, он в парке без них. Сейчас вот спущусь вниз и влезу в штанину, и больше не будет он ветки качать». Зал аплодировал стоя, кукла Катя подарила Жан-Клоду цветы, с задних рядов передали лесные орехи, в общем, белка была счастлива.

И время в лагере пролетело совсем незаметно. Приближался сентябрь, и друзьям нужно было возвращаться домой. Дед Захар зашил свои порванные при битве с пасечником штаны, надел очки, постирал бежевую советскую кепку, все сели в корзину, он сам за руль, и покатили в город. По дороге снова заезжали на бензоколонку, но только Захар бензин на колесо решил не лить, а вместо этого украл пакет с чипсами, и пришлось ждать его возле велосипеда, пока он сначала убежит от продавца бензоколонки, а потом вернется с пустым пакетом, потому что чипсы он съел во время погони.

Продолжили путь, завезли Жан-Клода в парк, передали «привет» псу Иннокентию и наконец добрались до дома. Свистуна поднимали в окно, прицепив веревку к ошейнику, так что он снова был очень кстати. Попрощались с Захаром. Тот позвенел велосипедным звонком и исчез в сумерках. Дома медведи поужинали и уселись перед телевизором, благо никого из родителей еще не было.

– Хорошо все-таки тут, – мечтательно сказал Миша и, взяв в свою кукольную руку дистанционный пульт, включил телевизор.

КОНЕЦ

Content

Олег Касьянов
Самые обыкновенные приключения плюшевых медведей

Вступление. К читателю

Глава 1. Знакомство с главными героями

Глава 2. Охота за пасхальными куличами

Глава 3. Поход в магазин

Глава 4. Медведи в парке

Глава 5. Медведи в аптеке

Глава 6. История с детским садом

Глава 7. Экскурсия в Бургер-Мургер

Глава 8. Битва на огороде

Глава 9. В зоопарке

Глава 10, заключительная. Летний лагерь