Стриковская Анна Артуровна

Богиня Любви-I: Воплощение

Вступление. Теан отправляется в другой мир

В мрачном зале старого замка двое стояли друг напротив друга у горящего камина,. Отблески огня придавали сцене таинственный вид, а другого огня никто зажечь не удосужился. Звуки, раздававшиеся за окном, свидетельствовали о том, что в замке идет бой. Звенели клинки, звучали крики бойцов и хрипы умирающих, гудел огонь, охвативший конюшни.

– У нас есть всего несколько минут, принц. Скоро неприятель будет здесь. Решайтесь, – мужчина в темной хламиде мага протягивал стоящему перед ним высокому юноше круглый медальон на толстой витой цепочке. В центре пылал собственным светом большой адуляр, его окружали три камня разного цвета: сердолик, нефрит и раух топаз.

– Анколь, почему я не могу отправиться сразу к брату? – голос юноши звенел от волнения, но маг сохранял спокойствие. Усталость, звучавшая в его голосе, говорила о том, что он излагает свои аргументы не в первый раз.

– Ваше высочество, если вы сейчас не сделаете как я говорю, через пару минут уже будет поздно. Это единственный способ сбить врага со следа и не выдать место, где скрывается Ваш брат. Не волнуйтесь, все просчитано. Нажмете на сердолик, переместитесь в другой мир, подождете там сутки, потом нажмете на нефрит – и к брату. Его высочество принц Арк будет вас ждать, да и я вас встречу. Заряда в амулете должно хватить, да еще и останется. Его заряжал Миритон, а он самый сильный маг.

– А что там, в этом мире? Вдруг я попаду прямо в лапы дракона или еще что похуже?

– Дорогой мой принц Теан, нет в том мире драконов. Я выбрал безопасное место, никого там быть не должно. Пустое помещение с довольно сильным остаточным магическим полем. Значит, в случае чего можно будет талисман подзарядить. Ну, все уже говорено-переговорено. Решайтесь. Время уходит.

Как бы отвечая на последние слова Анколя раздались крики, шум, топот множества ног… Дверь содрогнулась от удара. Анколь сунул в руку принцу медальон, сильной рукой сжал пальцы нерешительного юноши… Через мгновение в зале уже никого не было, только медленно оседала пыль, поднятая внезапным перемещением.

Немного о себе. Как я рассталась со своим бойфрендом и встретилась с чудом

Я возвращалась домой поздно. Надо сказать, я туда не слишком торопилась. Там меня никто кроме пустого холодильника не ждал. Последние полгода я жила у моего так называемого бойфренда. А сегодня наконец сбежала. На душе было легко и пусто. Если вы представили себе несчастную девицу толкающуюся в метро или в автобусе, забудьте. Я ехала на машине. Она у меня крошка, лошадей под капотом всего ничего, да и не новая, зато моя собственная! А вот квартира не моя. Она принадлежит моему брату. Он, правда, уверяет, что я могу тут жить хоть всю жизнь, но я-то своего братца знаю. Если дадут за эти несчастные квадратные метры хорошую цену, то пойду я оттуда солнцем палима. Про брата я еще расскажу, он никуда не денется, а бойфренд мой уже делся. И слава Богу.

Мы познакомились год назад, когда я только поступила на работу в фирму, где и сейчас тружусь. Он тогда тоже там работал, но примерно через месяц перешел в другую и стал нашим заказчиком. Чем уж я его пленила, не знаю. Только домогаться меня он стал почти сразу, в смысле, ходил, в глаза заглядывал, чай-кофе со мной пил и внушал, что это судьба. Где-то через полгода я и сама поверила, что не иначе судьба, и переехала к нему. Почему я к нему? Да он жил в двух кварталах от моей работы. Если честно, это было его самое большое достоинство. Потому что парень мне попался на редкость нудный. Во-первых, страшный педант. Для того, чтобы записать его в зануды вполне достаточно «во-первых», но у него были и «во-вторых», и «в третьих». Он мог часами объяснять мне что я делаю не так и без конца комментировать мои реальные и воображаемые промахи. Но самой несносной была его привычка выяснять: «А ты меня любишь?» «А как ты меня любишь?» «А за что ты меня любишь?» по сорок раз на дню. Убила бы. Говорят, обычно так ведут себя женщины, а страдают от этого мужчины. Сочувствую им от души. Может у Сергея тип личности женский?

Почему я все это терпела, никак понять не могу. Может потому, что его одобряла моя мама. Так и говорила: «Ты разгильдяйка, а Сережа положительно на тебя влияет». И зачем на меня как-то влиять?

Я, слава Богу, закончила медицинский институт с красным дипломом, нашла хорошую работу, в 24 года руковожу микробиологической лабораторией на фармацевтическом производстве. Если вы себе хоть как-то представляете мою профессию, можете сообразить, что разгильдяй ею заниматься просто не может. Начальником меня сделали, правда, за то, что я в компьютерах неплохо шарюсь. Предыдущая начальница затруднялась даже отчет в Экселе составить и по электронной почте его выслать. Директор терпел, терпел, потом предложил нам рокировочку. Начальницей стала я, а моей Людмиле Матвеевне прибавили зарплату. В результате получает она больше меня, а вся ответственность на мне. Но я не жалуюсь. Работу свою люблю, делаю ее хорошо и все мной довольны. С личной жизнью гораздо хуже. А все потому, что я не разгильдяйка, а чересчур серьезная девушка.

Первый роман у меня был в институте. Вспоминать о нем мне не хочется. Потом долго я ходила одна. Я не урод, многие считают меня симпатичной. Росточком, правда, не вышла. Зато фигура аккуратная, все на месте и ничего лишнего. Лицо приятное, если сделать хороший макияж, за красавицу сойду. Волосами я вообще горжусь, их у меня целая копна. Но молодые люди от меня в основном шарахаются. Один даже сказал: «С тобой, Аська, как на экзамене». Поэтому никто особо не стремился со мной встречаться. Ясное дело, экзамен – не самый приятный момент в жизни. А почему так, понятия не имею.

Да, забыла представиться. Меня зовут Ася. Это такой общеупотребительный заменитель. Если скажу, как меня зовут на самом деле, вы ржать станете. Маман моя учудила. Вышла замуж за Селезнева и дочку назвала Алисой. Алиса, блин, Селезнева. Гостья из будущего. В результате она зовет меня Аля, а все остальные Ася. На работе даже Ася Вениаминовна.

Надо сказать, вырастила меня не мама, а бабушка с дедушкой со стороны папы. Они оба были преподавателями МГУ, дедушка даже профессором физического факультета. Оба веселые, спортивные, походники и творческие люди. Такие классические шестидесятники. Несмотря на занятость, оба вкладывались в меня по полной. Всему учили, таскали в походы, музеи, театры, возили по стране, а еще приучили к чтению и воспитали ответственность прямо патологическую. К сожалению, три года назад умерла бабушка, а дедушка после ее смерти не хотел жить и за полгода угас. Наверное от тоски по близкому человеку рядом я и связалась с Сережей.

Как вышло, что именно сегодня я наконец порвала с Сергеем? День такой выдался. С утра пришла новая партия сырья, лаборантка не вышла на работу, вчерашние анализы показали рост золотистого стафилококка, Людмила Матвеевна плачет, директор орет, СЭС обещает приехать… И в этом бардаке каждый час раздается звонок и начинается: «Ася, ты меня любишь?» Домой к Сергею я прилетела как на помеле, а там меня уже ждала другая песня: «Ты поговорила с братом? Ты ничего не хочешь сделать, чтобы мы жили лучше».

Это надо объяснить. Квартира, в которой я живу, принадлежит Андрею. Он мой старший брат. Отцы у нас разные, а мать одна. Он успешный бизнесмен. Когда-то давным давно сумел по дешевке скупить несколько квартир, потом их удачно продал, обеспечив себе стартовый капитал. Только одна квартира у него «завалялась». Вовремя он ее не продал, а теперь она не стоит вложенных денег. Вот ее-то он мне отдал под жилье. Это двушка, сама по себе неплохая, но расположена в конце географии, сиречь Алтуфьевского шоссе. На работу, в район Щелкова, оттуда добираться не меньше полутора часов. Так все время, пока я жила у Сергея, он меня уговаривал сдать эту квартиру. А как я ее сдам, если она не моя? Это версия для озвучивания. А подспудно я не хотела, чтобы там жили чужие люди, хотела, чтобы в любой момент мне было куда вернуться. Так что я отговаривалась тем, что Андрей сдать квартиру не разрешает, а Сережа все зудел, что я должна брата уговорить. И вот когда Сергей, вместо того, чтобы дать мне спокойно поужинать, снова завел свою шарманку, я сорвалась. Кинула в него тапочками, грохнула об пол тарелку, завизжала так, что у самой до сих пор в ушах звенит, покидала вещи в сумку и вылетела за дверь. Вскочила в машину, проехала два квартала и остановилась. Правильно сделала. В таком состоянии в ДТП влететь как не фиг на фиг. Посидела я, значит, отдышалась, успокоилась и решила, что все к лучшему. Дальше я ехала уже не спеша. Зашла в кафешку, выпила кофе, съела салат и что-то рыбное. Не так мне хотелось есть как нужно было прийти в себя. Оттуда я отправилась в супермаркет, дома-то пусто, корки хлеба нет. Загрузилась едой под завязку. На ступеньках магазина какая-то бабка продавала редиску, самую первую из той, что вырастает у нас в Подмосковье. Она мелкая, сладкая и очень вкусная. Захотелось мне ее до дрожи. Зеленый лучок с огурчиком у меня уже был куплен, так что я настроилась на салат. Взяла у бабки два последних пучка не торгуясь, получила от нее напутствие: «Дай Бог тебе, доченька, счастья, жениха хорошего», фыркнула, и поехала наконец домой, думая попутно о том, что придется сейчас всю квартиру мыть, а то от пыли не продохнуть будет. Во дворе удалось легко найти место и запарковаться. Это я приняла за хороший знак. В смысле вовремя с Сережей порвала, пока он мне весь мозг не вынес окончательно. А вот в подъезде меня ждал дурной знак: лифт не работал. Это значит мои мешки с продуктами пешком переть? Они у меня в руках не умещаются. Хорошо что квартира всего-то на втором этаже. А если бы на двадцать втором? Я еле втащилась с огромными пакетами, открыла дверь, вбросила продукты в темноту (вроде слева от двери у меня ничего не было), ввалилась сама, захлопнула дверь, потянулась к выключателю… И замерла. В квартире явно кто-то был. Как я это поняла, не знаю. Тишина стояла мертвая. Почти. То ли какой-то звук на границе восприятия дошел до сознания, то ли пара молекул незнакомого запаха в нос залетела… Сердце подпрыгнуло и рухнуло куда-то в самый низ живота, во рту стало сухо как в Сахаре и ноги предательски задрожали. Вот сейчас меня ограбят и убьют. С другой стороны, Селезнева, вдумайся, зачем? Грабить меня бессмысленно, убивать еще глупее. Никакого пожитка с этого мои убийцы и грабители не обретут. Изнасилуют? Ну, это мы еще посмотрим.

В кромешной темноте я взялась одной рукой за замок, чтобы иметь возможность мгновенно его открыть, а другую поднесла к выключателю. Приготовившись дико заорать и выбежать, я нажала на клавишу. Вспыхнул свет. А я подавилась собственным криком, издала странный булькающий звук и уселась на пол прямо на мою редисочку.

Потому что представшее моим глазам можно было объяснить только одним: у меня крыша съехала. Вспомнилась почему-то Фаина Раневская, то есть Фрекен Бок из мультфильма про Карлсона: «Я сошла с ума… Какая досада.».

То, что сидело напротив меня между тумбой для обуви и шкафом-купе для верхней одежды, другому объяснению не поддавалось. Вы видели когда-нибудь анимэ? Я имею в виду анимэ для девочек. Сейлормун, блин, Луна с косичками. Вот такая вот красота, только без косичек, но с длиннющими лиловыми волосами и огромными глазищами того же цвета сидела передо мной на полу и пялилась на меня с нескрываемым ужасом. Я тоже пялилась, судорожно соображая, что это может быть только глюк. Но с чего? Я не пью, не курю, не нюхаю и тем более не колюсь.

Так сидели мы, тупо глазея друг на друга, минут пять, если не все десять. Я даже не пыталась провести какой-то анализ ситуации. В голове вертелась одна мысль: сегодня пятница, надо за выходные как-то приспособиться и скрыть от окружающих мою душевную болезнь. Если уже анимэшные куколки мерещатся в собственной квартире, дело плохо. Главное – никому не проговориться.

Анимэшка пришла в себя раньше, чем я. На выразительном личике нарисовалась решимость и существо заговорило. Язык был абсолютно непонятный, но по голосу стало ясно что это мужчина. Странно, я его поначалу в девочки определила. Он лопотал не затыкаясь, пока я не открыла рот и не произнесла нечто просто на автопилоте:

– Так, мальчик, кончай прикалываться и объясни мне, пожалуйста, что ты делаешь в моей квартире?

Если вы думаете, что это чудо смутилось, то жестоко ошибаетесь. Он залопотал быстрее, достал из кармашка медальон и протянул мне, жестом предлагая надеть это на шею. Показал, что и у него на шее висит нечто такое же, может, чуть-чуть побольше. Подарки дружественным туземцам? Если крыша все равно уехала, отчего бы и не взять предложенное?

Я протянула руку и, конечно, не достала. Еще бы, прихожая не такая уж маленькая, а мы сидели в противоположных углах. Только я собралась сказать, чтобы не валял дурака, встал и дал мне что там у него, как положено, в руки, как чучелко заулыбалось и швырнуло мне этот самый медальон. Каким-то чудом я умудрилась его схватить, и хорошо, что умудрилась. Тяжелая металлическая штучка летела прямо мне в лицо. Глаз могла вышибить между прочим. Хотела я сказать лиловой анимэшке все, что я о нем думаю, но не стала. Все равно он по-нашему ни бум-бум. Расправила цепочку и стала рассматривать медальон. Он оказался неожиданно тяжелым. Надо же, похоже на золото. Бижутерия столько не весит. По краям диска шли какие-то завитушки, а в середине светился собственным светом небольшой зеленый камень, вроде как хризопраз. У мамы моей были сережки с хризопразами, очень похоже. Ну не изумруд же он мне вручает, в самом деле. Парень опять стал знаками показывать, что медальон надо надеть. Я его послушалась, просунула голову в отверстие цепочки, потому что замочка там не нашлось, и медальон удобно устроился у меня на груди.

– Спасибо, молодец, хорошая штучка, красивая, – заговорила я тоном, каким обычно разговаривают с собакой, – Дальше что?

Он опять залопотал, я уже хотела махнуть на него рукой и встать, тем более, что сидеть на редиске было уже невмоготу, и вдруг, слове на третьем, зазвучало нечто вполне понятное:

– … благородная госпожа, не надо меня бояться, я не причиню вам зла.

Его губы двигались асинхронно с речью, поэтому до меня дошло, что речь эта звучит у меня в мозгу. Так, держим себя в руках, не сходим с ума окончательно… Если представить себе что я попала в какую-то фантастику, а вернее, в фэнтези, то медальон, который он мне дал, – это переводчик, перевод транслируется прямо в мозг. Ни фига себе история! Такое может быть только во сне. Может, я сплю? Ладно, по ходу дела разберемся. Интересно, я его теперь понимаю, а он меня? Вот сейчас скажу ему, и все станет ясно:

– Да кто тебя боится, парень. Я-то у себя дома, могу сейчас милицию позвать, а ты вот откуда такой взялся?

Паренек вдруг забеспокоился.

– Не надо никого звать. Благородная госпожа, я не знаю, сможете ли вы мне поверить… Меня сюда переместили из другого мира.

Отвечает логически связанно. Значит, все-таки переводчик. Что он там говорил про другой мир? Конечно же другой!

– Ну, в это я как раз могу поверить. К нашему миру ты отношения не имеешь. Такие тут не водятся.

– Я даже не мог предположить что благородная госпожа может быть столь разумной и твердой духом. Вы не кричите, не убегаете и не пытаетесь причинить мне вред.

Куда бы я побежала, чудо ты бестолковое. В психушку сдаваться? Паренек между тем продолжал:

– Невозможно даже предположить, что тебя так примут в совершенно чужом мире. Я так боялся… Я не хотел… Меня сюда переместили ненадолго. Я должен пробыть здесь сутки по вашему времени. Максимум двое. Я вас не обижу, благородная госпожа. Но мне нужна ваша помощь. Вы мне поможете? – анимешка уставился на меня с таким доверием и надеждой, что у меня сжалось сердце.

– Помогу, чудо ты… иномирное, чего уж там. А чем?

– Я прошу у вас приюта на пару дней. За это время я должен найти способ вернуться.

В этот момент я поняла две вещи. Во-первых, мне очень хочется расспросить красавчика поподробнее про его мир и про то, как он сюда попал. А во-вторых, я жрать хочу, просто сил нет. Наверное, на нервной почве. Значит, нужно начать с конца, то есть сначала пожрать, а потом уж и расспрашивать. Тут еще вспомнился порядок действий Бабы Яги в отношении добрых молодцов. Типа: «накорми, напои, в баньке попарь…» Так что я встала наконец с редиски, осмотрела брошенную на пол поклажу и предложила лиловому:

– Вставай, красавчик. Бери сумки и тащи их за мной на кухню. Ужинать будем. А то на голодный желудок я что-то ничего не соображаю.

– Благодарю тебя, благородная госпожа, – обрадованно возопил мой анимэшка и попытался вылезти из своего угла.

Да… Плотненько же он себя там утрамбовал. Вылезти у него получилось с третьего захода, когда он додумался сперва руками расправить собственные ноги, оказавшиеся неожиданно длинными. Наконец красавец распрямился и встал во весь рост. Этого самого роста в нем оказалось метра два, не меньше. И как он умудрился себя в этот угол засунуть? Не иначе у него была книжка «Учитесь складываться». Он и сложился как телескоп, а теперь вот расправился. Я со своими метром шестьюдесятью упиралась носом в то место, где у нормальных мужчин находится третья пуговица рубашки. На этом чуде тоже была рубашка, но без всяких пуговиц, глухая, серо-серебристого цвета с сиреневым отливом, а еще штаны из такой же материи и короткие сапожки из чего-то, напоминающего замшу, тоже серые, но потемнее. Поверх рубашки была надета довольно длинная жилетка без застежки, а между рубашкой и штанами располагался широченный пояс, И жилетка, и пояс были из той же серой замши что и сапоги и, казалось, состояли из сплошных кармашков. Стильненько, однако. В таком виде он, конечно, может выйти на улицу, но лучше бы ему этого не делать. У нас так не ходят. Хотя самым криминальным по моим понятиям у него было лицо. Одеться человек может как ему угодно, даже волосы выкрасить в лиловый не проблема. Но таких лиц у людей на моей планете точно не бывает.

Мне понравилось, что, встав, он сразу приступил к выполнению моих указаний. Поднял с пола все пакеты и поволок за мной на кухню. Даже редиску подобрал. Молодец. На пару дней к хозяйству тебя пристрою. Я включила на кухне свет и моя анимэшечка застыла в восхищении. Чем он там так поразился, я не поняла, так что предложила проходить и выгружать припасы на стол. А я сейчас холодильник включу и буду их разбирать. Так как в квартире никто не жил, я холодильник отключала. Сейчас же воткнула вилку в розетку, открыла дверцу и удостоилась нового восторженного аха. Я велела парню сесть в уголок на табуретку, что он радостно исполнил. Быстро покидала внутрь все, что не собиралась сейчас использовать (завтра разберу) и поставила чайник, рассудив, что чай с бутербродами будет сейчас наилучшим выходом. Да, еще надо салатик настрогать, а то до завтра моя насиженная редисочка дуба даст. Чайник у меня, как у всех, электрический, со стеклянной колбой и дурацкой светодиодной подсветкой. Сослуживцы на Новый год подарили. Так вот. Пока я наливала воду из-под крана, анимэшка следил за мной затаив дыхание, но вот когда я плюхнула чайник на основание, нажала кнопочку, и он засиял, как новогодняя елка, парнишку прорвало:

– Благородная госпожа, вы используете такую необычную магию! Это потрясающе! Как я счастлив что попал именно к вам! Как мудр был Анколь, а я еще ему не доверял! Теперь я точно знаю, вы мне поможете, моя дорогая благородная госпожа!

– Парень, с тобой все в порядке? Какая магия? – это он что, электричество за магию принимает? Наверное, не зря же он балдеет каждый раз, когда я свет включаю, – В нашем мире на каждой кухне такая магия. Я тут совершенно ни при чем.

Вы бы видели, что с чучелком сделалось. Скорчился, съежился, плечи опустил, глазки потухли. Сидит в уголочке грустный такой, несчастный, как побитый пес, просто хочется обнять и плакать. Делать этого я не стала, а просто нарезала бутерброды, настригла в миску овощи, заправила сметаной, достала и сполоснула ложки-вилки-тарелки, поставила все это на стол перед несчастным созданием. Налила ему чаю в кружку, сахару насыпала, по понурой голове потрепала:

– Не сиди, как засватанный. Ешь давай. И пей.

От моей руки он дернулся как от электрического разряда.

– Благородная госпожа, не делайте так больше. Это… это неприлично. У нас с вами не те отношения.

– Ладно, уговорил, не буду. Хотя ничего неприличного я не делала. Ну, может, по-вашему, так нельзя, я не знаю. Ладно, ты ешь. Потом поговорим.

Чучелко начало есть, сначала с опаской, но быстро все распробовало и наворачивало так, что за ушами трещало. Хорошо пошел карбонад и салатик мой пригодился. Чаю с сахаром чудо попросило вторую кружку. Я ему еще варенья в вазочку положила. Хорошо, что в свое время оставила это самое варенье здесь, а не забрала с собой к Сергею. Ели мы молча, заметно было, что каждый думает свою думу и мысли эти не самые веселые.

Лично я думала, что очень хочется с кем-нибудь посоветоваться, но нельзя. Если все мне чудится, в смысле я спятила, нехорошо будет если кто-то раньше времени об этом узнает. Может еще само пройдет. А если все происходит на самом деле…. Тогда тем более надо скрываться и таиться. А сделать это будет очень трудно. Сейчас мне начнут звонить. Сначала мама, которой Сережка будет на меня жаловаться, потом Светка, жена моего братца, с целью морально поддержать. И телефон отключить нельзя. Иначе все сюда живьем прилетят, а это абсолютно исключается. Пока с анимэшкой не разберусь никого в квартиру не пущу. Ладно, пока буду по телефону изображать страшную усталость. Сплю я и не надо мне мешать. Все разговоры завтра.

Очень вовремя я это придумала, тут-то мой мобильник и зазвонил. Первой была не мама, я не угадала. Первым был Сережка.

– Ася, ты где?

– Дома, где же еще.

– Скажи, что происходит. Почему ты от меня ушла? У нас же все было хорошо, Пожалуйста, не молчи…

Зануда, он и есть зануда. В общем, я ему вкратце объяснила, что сегодня разговаривать не намерена. Хочет выяснить отношения – в письменном виде по электронной почте. Только дала отбой, позвонила мама узнать, правда ли то, что я бросила такого замечательного Сережу. Я ей тоже стала объяснять что слишком устала для серьезных разговоров. Мама меня терзала минут пять, но все-таки отстала, пообещав позвонить завтра с утра. Не успела я с мамой закончить, тут и Светка подоспела. Я ее очень люблю, Светку, она по сути моя лучшая подруга. Но сейчас что-то с ней обсуждать, скрывая мои актуальные обстоятельства было невмоготу. Хорошо что она человек понимающий. Начала разговор с предложения приехать для моральной поддержки, а в конце обещала добиться от родных и близких чтобы они ко мне в ближайшие несколько дней не лезли. Вот это я понимаю друг.

Все время, пока я разговаривала, мой иномирец глазел на меня с нескрываемым восхищением, но, слава Богу, молчал. Когда я наконец закончила по телефону трепаться, он тихо произнес:

– Зачем благородная госпожа меня пытается уверить, что не владеет никакой магией? Я не рассмотрел ваш артефакт связи, но это-то уж точно магическая вещь.

Я обалдела. Как ему объяснить про спутниковую связь, мобильные телефоны, электричество и так далее? Для него это магия, и он в чем-то прав. Если не знаешь, как устроено, то конечно это она и есть. Хорошо, пусть я для него буду маг. Главное чтобы он мне рассказал про свой мир, а также про то, как он ко мне в квартиру попал. Два дня я как-нибудь выдержу. И я еще раз порадовалась, что сегодня вечер пятницы. Вместо того чтобы ответить парню, я решила пока перевести разговор в другое русло и не нашла ничего лучше чем, осмотревшись, сказать:

– Грязища-то какая! Завтра с утра надо все здесь перемыть и пропылесосить.

– Благородная госпожа, вы это будете делать руками?

– Что? Мыть и убирать? Конечно руками, не ногами же. А что? Ты можешь помочь? – на всякий случай спросила я. И получила радостный ответ:

– У меня еще осталось довольно много чистящих заклинаний. Давайте я вам помогу.

Он достал из кармашки маленькую, как мне показалось, бумажку, порвал ее на мелкие клочки и подбросил в воздух. Я не успела испугаться, что он намусорит. Клочки бумажки засияли золотистым светом и рассыпались мелкими звездочками. Звездочки эти разлетелись по всей кухне. Я завороженно следила за их полетом, не в силах оторвать глаз. Когда последняя звездочка потухла, я ахнула. Кухня была не просто чистой, а идеально чистой. Такой она не была даже новая. Я открыла рот и закрыла его, не произнеся ни звука. Слов не было. Это же мечта любой женщины!!! Красавчик увидел мою реакцию и обрадовался:

– Вам понравилось, благородная госпожа? У меня таких еще штук сорок осталось. Конечно, простые люди в моем мире убираются сами. Да и во дворце все делают слуги. Но я не люблю, когда кто-то заходит в мои покои или в кабинет, поэтому и заказал мэтру Анколю эти чистящие заклинания. Сам-то я не маг… Ну, почти совсем. Только королевской магией и владею.

– Спасибо тебе, дорогой, ты замечательно убрался у меня на кухне. В высшей степени полезная магия. Знаешь, у меня накопилось к тебе куча вопросов, и я их тебе все непременно задам. Ты же до завтра не исчезнешь?

– Не исчезну, благородная госпожа.

– Что ты меня все благородной госпожой величаешь? Давай-ка нормально познакомимся и будем друг друга по имени звать, особенно если ты тут задержишься. Меня Ася зовут.

– Госпожа Ася? Чудесное имя. Можете называть меня Теан. И… Госпожа Ася, а нет ли у вас какого средства от головной боли?

Неземное чудо между тумбой для обуви и шкафом для верхней одежды

Приехали… Теан ненавидел путешествия через порталы. Быстро, конечно, но ощущения… В самом тоннеле еще ничего, зато потом мутит так, как будто вчера некачественной брагой накачался. А уж это путешествие между мирами его совсем вымотало. А если представить что так же страдать и на обратном пути… В ногах слабость, тошнит и голова болит просто зверски. От этой боли Теан не смог сразу открыть глаза. А когда открыл, стало еще хуже…

Он находился в небольшой комнате, довольно сильно заставленной мебелью и предметами неизвестного назначения. У стены приткнулось то, что он опознал как ложе. Добравшись до этого предмета Теан уселся и принялся шарить по карманам в поисках какого-нибудь полезного заклятия от похмелья. Пусть причина другая, но симптомы те же самые! Должно помочь. Заклятье нашлось, но помогло лишь частично. Слабость и тошнота прошли, а головная боль осталась. Ничего, пройдет, надо немного потерпеть. А пока можно оглядеться. Правду сказал Анколь: в эту комнату никто не заглядывал уже давно. Не годы, конечно, но месяцы. Пылища страшная. Если придется тут задержаться хоть на день, надо убрать, а то одежда испачкается, да и дышать такой пылюкой вредно для здоровья. Хорошо, что он совсем недавно обновил свой запас очищающих заклинаний. Только надо открыть окно. Где оно тут?

Теан встал с ложа и направился к искомому. Каждый шаг отдавался болью в голове, но терпеть было можно. Окно выглядело несколько непривычно, но не вызывало сомнения в своем назначении. Теан взялся за ручку и дернул. Никакого эффекта. Тогда он попытался ее покрутить. Ручка повернулась и окно открылось, но совершенно не так, как представлял себе Теан. Оно почему-то стало заваливаться прямо на него. Теан отпрыгнул, а окно остановилось. Сверху зияла огромная щель. Экспериментировать дальше не хотелось. В конце концов этой щели для его целей хватит, и Теан активировал заклинание. Вся пыль тут же удалилась из комнаты прямо на улицу. Помещение засияло чистотой. Вот теперь можно спокойно посидеть и подумать, что делать дальше. С другой стороны надо осмотреться. Да и окно стоит закрыть, из него холодом тянет. Теан подошел к окну, навалился… Проклятая штука встала на место и Теан повернул ручку. Надо было запоминать, когда крутил в первый раз. Теперь окно открылось уже привычным образом. Не зная, что делать с проклятой ручкой, Теан просто прикрыл створку и припер ее тяжелой вазой, взятой с соседнего столика. Голова болела, очень хотелось пить и писать. Пришлось выбираться из комнаты, которая уже стала казаться родной. Он открыл дверь, которая, хвала Богам, открывалась безо всяких штучек, и вышел в маленькое темное помещение от которого отходили два странных крошечных коридорчика. Кроме этих дурацких отростков здесь были двери. Если не считать дверь из комнаты, в которую он прошел, штук пять. Одна из них была обита чем-то вроде кожи и украшена медными заклепками. Количество замков позволяло предположить, что эта дверь ведет наружу. Она оказалась заперта. Остальные были похожи на деревянные и без замков, так что Теан просто стал их по очереди открывать. Сначала ему попалась вторая комната. Размером она была примерно такая же как та, в которую его перебросило, но эта понравилась Теану гораздо больше. Мебели в ней было немного: большая кровать, при ней тумбочка, письменный стол со стулом у окна, мягкое удобное кресло, на полу ковер, на стене зеркало. Он решил про себя, что вернется сюда вечером, все вычистит и ляжет спать на эту кровать. А сейчас надо поискать удобства. Больше всего Теану мешала темнота. Свет из окна практически не доходил до коридора, а уж сюда и вовсе не попадал. Наверняка эти помещения как-то освещаются, но как? Придется тратить магический светильник, а их осталось у Теана всего ничего. Он поискал и вытащил светильник на два часа работы. Слабый, конечно, но сойдет для поисков. За следующей же дверью он нашел именно то, что хотел. Первым ему попалось самое нужное: отхожее место. Выглядело оно непривычно, но Теан сразу понял куда попал и не преминул воспользоваться. Сообразив, как удалять экскременты, он даже немного загордился. Теперь он умеет пользоваться иномирными удобствами. Еще бы ванну найти… Ванна пряталась за следующей дверью. Можно было сразу догадаться. Немного похоже на ванну в его собственных покоях, только поменьше. А комнатка и вовсе крошечная. Еще бы понять, как тут воду пустить… Рассматривая трубы, Теан случайно рукавом задел странной формы рукоятку. Дернул рукав, рукоятка поднялась и из трубы хлынула вода. Отлично! Он потратил на знакомство с устройством минут двадцать. Поворачивая рукоятку можно было менять температуру воды, поднимая и опуская – напор. Неплохо придумано. Сама вода была не лучшего качества, вкус оставлял желать, но умирающие от жажды не привередливы. Зато перед сном можно будет принять ванну. Самая маленькая дверь вела в кладовочку микроскопических размеров. Теану стало стыдно рассматривать чужое добро, и он пошел дальше. Последняя дверь, находившаяся в коридорчике, скрывала помещение, которое он для себя определил как кухню. Почему – непонятно. Где тут готовят, Теан догадаться не смог. Единственное, что могло навести его на эту мысль, было наличие раковины с трубой и знакомой уже рукояткой. Над длинным столом, располагавшимся вдоль стены, висели шкафчики, напоминающие лабораторные. Он открыл один и удовлетворенно хмыкнул. Посуда. Конечно же, он прав, это кухня. Вот только где тут еда?

Ладно, о еде потом. Надо пойти в ту комнату, с которой все началось, лечь и подождать, когда пройдет голова. А заодно подумать, что теперь делать. За окнами почти совсем стемнело. Теан вернулся и сел на диван. Магический светильник плавал над его головой, освещая небольшое пространство. Надо как-нибудь дотянуть до завтрашней ночи, активировать портал и переместиться. Как тут дотянешь без еды? Может, еда все-таки найдется, надо будет поискать. Или активировать портал прямо сейчас? Конечно, Анколь предупреждал, что надо выждать, да и голова болит нестерпимо. С другой стороны, там, в замке, есть лекари, в случае чего окажут помощь. А здесь никого нет… Безопасность, он сказал что здесь безопасное место. Никто не потревожит! И никто, между прочим, не поможет! Все, наигрались. Надо достать амулет и отправляться домой.

Теан сунул руку за пазуху, вытянул диск за цепочку и замер. Амулет был мертв. Абсолютно. Адуляр не светился. Ни капли магической энергии. Дорога домой была отрезана.

Юноша вскочил и заметался, выбежал в коридор, там сообразил, что это ему ничего не дает, забился в угол, сел на пол и тихонечко заплакал. Время шло, магический светильник потух, слезы кончились, но Теан не вылезал из угла. Охваченный отчаянием он замер и только молился о помощи всем Богам вместе и каждому по отдельности. И помощь пришла. Дверь загремела, что-то стукнуло, хлопнуло, плюхнуло и зажегся свет.

Перед ним стояла девушка. Она уставилась на него и мягко осела на пол.

Только бы в обморок не грохнулась. Хуже только если реветь начнет. Теан терялся, когда девушки падали в обморок и впадал в панику если они рыдали. Эта, хвала Богам, не стала ни реветь, ни терять сознание. Она тупо смотрела на Теана, и, казалось, думала о чем-то своем далеком. Очень странная девушка. Внешность непривлекательная. Естественно, она не аронайка. Другая раса. Больше на лебду похожа. Ну, для лебды она скорее красивая. Волосы шикарные, густые, и цвет необычный, темно-коричневый с оранжевыми отблесками. Одежда у нее больше похожа на мужскую. Благородные дамы такую не носят. Плебейка? А, не важно. Главное чтобы накормила. С другой стороны, если это ее дом, то она не плебейка. Ванна, хоть и маленькая, но по устройству лучше королевской. Скорее всего магичка. Да, точно. Как вошла, сразу магический светильник вспыхнул. Теан поднял глаза и посмотрел на светильник под потолком. Стационарный. И такой яркий, просто удивительно. Даже в тронном зале светильники похуже. Вряд ли плебейка может себе позволить что-то подобное. С другой стороны, покои явно небогатые. Делаем вывод: она сама способна создать такой светильник. Что там говорил Анколь? В доме никто не живет, но там сохраняется достаточно высокий магический фон. Такой фон бывает если в доме долго живет сильный маг или хранится артефакт. То-то он уверял, что здесь я смогу, в случае чего, зарядить амулет. Все ясно. Девушка – сильный маг. Правда, среди лебдов магов нет, только у полукровок бывает Дар, но это в нашем мире. А здесь все может быть иначе. Что-то слишком долго эта магичка молчит. Может, ждет, что я скажу? Надо быть вежливым. Не важно, что она мне не слишком-то нравится. В конце концов я на ней жениться не собираюсь. Я вообще жениться не собираюсь, от женщин одни неприятности. Вот пусть она мне только поможет зарядить амулет. И Теан заговорил, обращаясь к незнакомке. Он произнес изысканнейшую речь в которой молил благороднейшую госпожу о помощи, но дождался только короткой непонятной фразы. Тут до Теана дошло, что он напрасно рассыпает перлы красноречия, девушка его просто не понимает. Дурак, тупица! У него же есть универсальные переводчики. Анколь сунул их ему в карман во время последнего разговора. Теан порыскал по внутренним карманам и нашел сразу четыре штуки. Одну он повесил на шею и сразу активизировал, вторую протянул хозяйке дома. Она вроде поняла, но не встала, а только вытянула руку, давая понять, что готова принять дар. Наверное она все же его опасается. Как только он догадался бросить ей амулет, предварительно активировав? Ловкая девица поймала его в пяди от собственного лица и тут же надела. Сообразительная. Нет сомнений, магичка. Ну, переводчик активирован, сейчас заработает. Она что-то сказала, судя по выражению лица одобрительно-выжидательное. Сейчас, сейчас. Теан снова начал говорить, сократив предыдущую речь до минимума. Девушку, сидящую перед ним, именовал исключительно «благородная госпожа», как будто обращался к герцогине, употреблял обороты речи, которые применяют только по отношению к вышестоящим. Он, принц Теан, надежда короны, так разговаривал разве что с собственным отцом. Но на что не пойдешь ради спасения. Девица реагировала странно. На словах: «Благородная госпожа, не надо меня бояться, я не причиню вам зла», она саркастически хмыкнула и нахально сказала:

– Да кто тебя боится, парень. Я-то у себя дома, могу сейчас милицию позвать, а ты вот откуда такой взялся?

Получается, она с самого начала его не боялась? И, судя по переводу, обращается к нему как к младшему, ну, в крайнем случае как к ровне. Что такое милиция? А, не важно, все равно она ее не позовет, только грозится. Так, она хочет знать откуда я явился. Ох, сейчас скажу, а она как заорет… Или не поверит и станет издеваться.

– Благородная госпожа, я не знаю, сможете ли вы мне поверить… Меня сюда переместили из другого мира.

Реакция ее была более чем странной. Поверила, причем с первого раза.

– Ну, в это я как раз могу поверить. К нашему миру ты отношения не имеешь. Такие тут не водятся.

Ура! Контакт установлен. Теперь надо ее уговорить, чтобы она помогла. Но как? Сразу в лоб лучше не лезть. Начнем с комплимента, потом обрисуем ситуацию. Не до конца… Не стоит сразу просить многого, а то можно и без малого остаться. Попросим сначала приюта. А то так есть хочется… Тем более, что перемещаться сегодня мне нельзя.

– Я даже не мог предположить что благородная госпожа может быть столь разумной и твердой духом. Вы не кричите, не убегаете и не пытаетесь причинить мне вред. Невозможно даже предположить, что тебя так примут в совершенно чужом мире. Я так боялся… Я не хотел… Меня сюда переместили на время. Я должен пробыть здесь сутки по вашему времени. Максимум двое. Я вас не обижу, благородная госпожа. Но мне нужна ваша помощь.

Она согласилась!!!

– Помогу, чудо ты… иномирное, чего уж там. А чем?

Как она меня обозвала? В общем, не важно, главное, согласилась помочь.

– Я прошу у вас приюта на пару дней. За это время я должен найти способ вернуться.

Вот так. Не соврал, но и правды не сказал. Но эта особа совершенно непредсказуемая. Ведет себя так, как будто ничего необыкновенного не происходит. Так может себя вести только очень сильный маг с большим опытом. Выглядит-то она совсем молоденькой, не больше шестидесяти, но у сильных магичек внешность от возраста не зависит, как хотят, так и выглядят. И тут она огорошила Теана, приказав ему, будто слуге:

– Вставай, красавчик. Бери сумки и тащи их за мной на кухню. Ужинать будем. А то на голодный желудок я что-то ничего не соображаю.

Нормально? С принцами так не обращаются! А с другой стороны… Она же сейчас даст еду! Теан выкрикнул какие-то слова благодарности и стал вылезать из угла. С трудом выбрался, тело затекло от длительного пребывания в скрюченном виде, везде кололо, по рукам и ногам бежали табуны мурашек. Но он стоически это проигнорировал, схватил с пола большие бумажные пакеты и поспешил за хозяйкой на кухню. Она больше не стала заставлять его помогать, наоборот, велела сесть, чтобы не мешался, и очень быстро перед ним появилась ЕДА. Если честно, Теан готов был сожрать что угодно, но был приятно удивлен тем, что все предложенное магичкой оказалось вкусным. Незнакомые овощи с очень приятной заправкой, копченое мясо неизвестного животного, свежий мягкий хлеб – ничего лучше он и пожелать не мог. Горячий отвар оказался душистым и сладким. Он с аппетитом ел и наблюдал. То, что он видел, подтверждало первоначальное предположение. Его воображение поразил сияющий магическим светом белый шкаф, куда девушка убрала продукты, но еще большее впечатление произвел волшебный сосуд для кипячения, светящийся синим.

Он попытался выразить свой восторг и заодно показать колдунье, что он понимает, с каким профессионалом имеет дело, но она ляпнула что-то вроде: мол, ерунда, у нас везде так. Везде? Не может быть. Анколь бы так и сказал, что это мир магов. А он, наоборот, утверждал, что магия в этом мире – дело редкое, уникальное. А потом она сделала что-то невообразимое. Протянула через стол руку и потрепала Теана по волосам. Такое он позволял только своей маме в глубоком детстве, а тут совершенно посторонняя женщина, да и он давно уже не ребенок. Теан отшатнулся и объяснил, что такое поведение по меньшей мере неприлично. Девица удивилась, но, видимо, почувствовала себя виноватой, потому что достала откуда-то банку варенья. Теан не знал, что это за ягоды, но варенье оказалось очень вкусным. Он радостно намазал им хлеб и съел два куска. Пока пил травяной отвар, заедая вареньем, небольшой черный предмет, который девушка вынула из кармана и положила рядом с собой в самом начале трапезы, вдруг громко запел. Она схватила артефакт, на что-то нажала и стала разговаривать. Поговорила и снова на что-то нажала. Отключила, значит. За время трапезы артефакт начинал петь еще дважды и каждый раз повторялась та же картина. Теан прекрасно понял что в первый раз она говорила с мужчиной, во второй – с матерью, а в третий – с подругой. И всех уговаривала отложить разговор на потом и не приезжать к ней в ближайшие дни. Из этого следовало два вывода. Во-первых, она необычайно влиятельный маг. Кто еще смог бы обеспечить всех своих родных и близких, и даже не очень близких (Теан понял, что с мужчиной у девицы отношения напряженные) магической связью? В его мире такими штуками пользовались только члены Высшего Совета Магов и правящие короли, которым амулеты связи давали эти самые маги. Правда выглядели они иначе. Во-вторых, она готова заняться его проблемой. Иначе зачем она никому не велела посещать свой дом в ближайшие дни? Вдохновленный, он снова попытался что-то сказать про магическую связь, но эта особа снова его оборвала. Вообще, несмотря на вкусную еду, ужин не задался. Теан всегда был уверен, что особую прелесть еде придает приятная компания и интересный разговор, а тут никакого разговора не получалось. Можно было бы списать на разность языков, но переводчик позволял легко преодолевать этот барьер. Почему же она не хочет с ним поговорить? Ей неинтересно? Не может быть! Не каждый день в ее дом залетают существа из другого мира. Или каждый? Тогда ее поведение понятно. Если тебе регулярно на голову сваливаются голодные иномирцы со своими проблемами, вряд ли ты обрадуешься очередному. Хорошо еще не превратила во что-нибудь. Надо бы ее чем-нибудь задобрить. Не успел Теан это подумать, как магичка воскликнула в сердцах:

– Грязища-то какая! Завтра с утра надо все здесь перемыть и пропылесосить.

Теан обрадовался. Как хорошо, что он не выложил из кармана последний купленный им набор чистящих заклинаний. Второй раз за сегодня он ему пригождается. Сейчас он сможет задобрить девицу. Не жалко ни капельки, лишь бы магичка ему помогла.

Когда кухня засияла чистотой, девушка пришла в восторг. Поблагодарила от души, это было видно. А потом предложила все разговоры перенести на завтра. Наверное, очень устала за день. А еще представилась. Оказывается, ее зовут Ася. Такое короткое простенькое имя, совсем неподходящее для могущественной колдуньи. Наверное это краткая форма. Если бы Теан представлялся первым, он назвал бы свое полное имя и все титулы, но тут решил, что не стоит этого делать. Она Ася, значит, он – Теан.

Девушка отвела его в ту самую комнату, в которую он попал с самого начала. Взялась за узкое ложе и мигом превратила его в широкую кровать. Извлекла откуда-то подушки, одеяла и постельное белье, быстро, сноровисто застелила постель. Хлопнула по ней рукой и сказала:

– Ложись и спи. Если захочешь в ванную, там твое полотенце будет синее, а мое оранжевое. Не перепутай. Руки вытирай маленьким полосатым. И давай все до завтра. А то я умираю спать хочу. Да, у тебя есть еще одно чистящее заклинание?

Теан протянул девице бумажку и сказал, как действовать. Просто порвать на четыре части и подбросить в воздух, щелкнув при этом пальцами. Желательно при этом открыть окно. Она взяла, поблагодарила и и вышла. Теан остался в одиночестве и задумался. Как убедить своенравную ведьму помогать? Что ей рассказать, чтобы потом не пожалеть об этом? Тут он услышал шаги, звук закрывающейся двери и шум воды. Ага, девица пошла купаться. Надо подождать. Когда она выйдет, он тоже примет ванну, как и планировал. Во что переодеться, вот вопрос. Придется, видно, надевать грязное белье на чистое тело. Теан был чистюля, одна мысль о таком кощунстве была неприятна до крайности. Ничего, придется потерпеть, может потом что-то удастся придумать. Долго еще она там будет плескаться?

Минут через десять вода смолкла, дверь щелкнула и тихие шаги возвестили, что ванна свободна. Теан бросился туда. Какое блаженство! Добрая колдунья после ужина дала ему маленькую белую лепешечку от головной боли, от нее действительно стало намного лучше. Но совсем хорошо стало только сейчас. Вода как будто смыла все плохое, что случилось за сегодняшний день. Теан обследовал флаконы, стоявшие на полочке и без труда отыскал душистую пену. Теперь он в ней нежился, чувствуя, как сон подкрадывается на мягких лапах. Нехорошо, можно заснуть в ванне и утонуть. Однажды в детстве с ним был такой казус, чудом спасся. Надо вылезать из теплой воды и идти спать. Теан не стал надевать белье, попросту обмотался полотенцем и пошел в отведенную ему комнату. Лег на ложе, и тут оказалось, что сна у него нет ни в одном глазу. Вот буквально только что засыпал в ванной, а лег в постель – и привет. Что же делать?

Тут ему на ум пришло, что за стеной спит девушка. Да, конечно, это не Арола. Та во сто раз краше. Благородная аронайка из самой родовитой семьи после королевской. Он все еще боготворит ее, несмотря на то, что она сделала. Злодейскую красавицу так и не удается изгнать из собственного сердца. Скорее всего он ее больше никогда не увидит. Теперь они на разных берегах. Она сделала свой выбор. А ему теперь ничего не остается кроме как презирать всех женщин. Если уж Арола, совершенство из совершенств, оказалась подлой предательницей, то что стоят все остальные? Эта магичка, несомненно, ничуть не лучше. Да, накормила, напоила и спать уложила. Но это поначалу. Поначалу и Арола была добра и нежна. Но вот если представить себе, что эта совершенно чужая незнакомая девушка из другого мира лежит сейчас в соседей комнате… Интересно, у нее есть жених? Тот мужчина, с которым она разговаривала, вполне может быть ее женихом. Или нет? Похоже, она к нему не слишком нежно относится. А вообще-то она ничего. Для лебды так очень и очень. У нее изящные руки, и от нее приятно пахнет. Говорят, лебды очень страстные женщины, недаром же самые родовитые аронайцы заводят себе любовниц-лебд.

Теан вертелся как уж на сковородке. Встать и пойти в соседнюю комнату было страшно. А вдруг колдунья что-нибудь с ним сделает? Что-нибудь ужасное? С другой стороны, он же не собирается ее насиловать. Просто войдет и предложит поговорить, если она не спит. А там, глядишь, и обольстит. Как это делается Теан к стыду своему не знал. Если честно, его сексуальный опыт был равен нулю. Стыдно для принца. Любовниц Арка не то что по пальцам, по волосам на голове не пересчитаешь. А у него никогда никого не было. В школе ему нравилась одна девица, лебда, кстати. Ей позволили учиться, чтобы она после уроков убирала в школе. У нее были белые волосы, такая редкость. Подойти к ней на глазах у всех Теан стеснялся. А без свидетелей он ее не встречал. Можно было бы подстроить встречу или записку написать… Но он такой неловкий, все сразу бы выплыло наружу. Только через много лет Теану стало ясно, что смущаться было нечего. Девочка не посмела бы отказать принцу, а все окружающие восприняли бы их связь как абсолютно нормальное явление. Даже отец не стал бы ругаться. Дал бы ее родне денег, и все. Когда он вернулся из школы, за ним стали охотится придворные дамы. Этих хищниц Теан боялся до дрожи. Ляг с такой в постель – и все! Она уже не выпустит. Он восхищался Арком, который умудрялся спать со всеми этими красотками, совершенно не давая им власти над собой. Потом в его жизни появилась Арола. Вторая дочь герцога была представлена ко двору на ежегодном балу, посвященном основанию государства Арроны. Теан танцевал с ней первый танец и влюбился так, что больше ни о ком думать не мог. Он стал ухаживать за красавицей, дарил цветы, сладости, драгоценности, но ни на что большее не претендовал. Да и мог ли он тащить в постель невинную девушку, дочь герцога? На ней надо было жениться, но просить отца посватать для него Аролу Теан боялся. Кроме того, по закону первым должен жениться старший сын, а Арк связывать себя брачными узами не торопился. Так это и тянулось: прогулки, разговоры, предоставленные для поцелуя кончики пальцев… Пару раз Теану удалось сорвать поцелуй с губ прекрасной девушки, он смутно чувствовал, что это не то, но с каждым разом Арола была все нежнее, все податливей. Она давала ему понять, что он ей не безразличен. Душа Теана пела: еще немножко потерпеть и прекрасная дочь герцога станет его женой. А потом разразился скандал. Герцог Кирмис, отец Аролы, явился к королю и потребовал, чтобы наследный принц Аркантейл женился на его дочери, так как он ее обесчестил. Тут все и вскрылось. Оказалось, Арола принимала ухаживания обоих принцев. Если с робким и неопытным Теаном она играла в безопасные игры, то с Арком этот номер не прошел. Выполнить требование отца обесчещенной девушки наследный принц отказался наотрез. Упоминание о ее невинности вызвало у него язвительный смех.

– Моя тетушка, нарожавшая детей, более невинна, чем эта развратная особа, – заявил Арк во всеуслышание.

Выходит, никого она не любила, а завлекала обоих в надежде что кто-нибудь из них на ней женится и сделает принцессой. А у самой был любовник, кто-то третий.

Сердце Теана разрывалось. С одной стороны, он ненавидел братца за то, что тот отнял у него девушку, которую Теан в душе считал своей невестой. За ее позор Арку стоило вырвать сердце из груди. С другой стороны что-то смутное подсказывало, что Арк прав. Арола не та, за кого себя выдавала. А значит, позор, ее постигший, заслужен? Но если так, она могла бы стать его, Теана, любовницей, научить всему, что нужно знать и уметь мужчине, чтобы доставлять удовольствие себе и женщинам. Зря он с ней так стеснялся. Но Арола уехала еще до того, как герцог прибыл со своими претензиями.

После резкого оскорбительного отказа герцог Кирмис ушел, хлопнув дверью. Вскорости поступили сообщения о том, что герцог снюхался с главным врагом Арроны королем Камбены Кафертом, и их объединенная армия вступила на пограничные земли. Страна не была готова к такому повороту событий. Спешно собранные силы, во главе которых встал наследный принц, терпели одно поражение за другим. Теан страдал сразу из-за всего. Арола была безвозвратно утрачена. Началась война, в которой его страна терпела поражение. Король, отец Теана, запретил ему покидать дворец и участвовать в военных действиях. От этого унизительного требования Теана передергивало, хотя в глубине души он понимал, что толку от него мало. Это Арк маг и воин, а Теан скорее ученый и художник. Да к тому же видеть перед собой постоянно брата, отнявшего его любовь, сейчас он бы не смог, а участие в войне предполагало бы их постоянное взаимодействие.

Ладно, вот вернется он домой, тогда решит, как лучше поступить. А сейчас на повестке дня другой вопрос. Стоит ли встать и пойти в комнату к этой Асе? Если да, то что там делать? За ужином она была такая усталая… Предположим, она спит. Будить спящую он не будет. Посмотрит, и все. А если ей тоже не спится? Можно будет поговорить. А может, и не только поговорить. В конце концов, он, Теан, красивый мужчина, ему об этом все говорили, да и сам он, глядя в зеркало, мог убедиться. Он принц, это тоже что-то значит. Девушка поссорилась с женихом, она нуждается в утешении, вот Теан ее и утешит. А если все-таки спит?…

Теан метался так еще минут двадцать. Сон все не шел. Тогда он решительно встал, закрутил потуже полотенце на бедрах и отправился в спальню хозяйки дома. Дверь открылась тихо, ковер под ногами гасил шум шагов… Юноша приблизился к кровати и заглянул в лицо спящей. Она легла не зашторив окна, и теперь лунный свет падал на ее лицо, спокойное, умиротворенное. Спит. Надо было в соответствии с планом повернуться и идти к себе. Но Теан присел на краешек кровати и стал ее рассматривать. Девушка спала в забавной позе: лежа на спине и схватив обеими руками край одеяла, она прижалась к нему щекой, а нижнюю часть одеяла зажимала между ногами, отчего ее правая нога оказывалась не прикрытой.

Теан наклонился, протянул руку, чтобы погладить нежную кожу, и наткнулся на внимательный взгляд Аси. Нога тут же спряталась под одеяло, вспыхнул свет и прозвучал голос, в котором сна не было ни капли:

– И что ты тут делаешь, позволь тебя спросить?

– Госпожа Ася, простите, я напугал Вас…

– Нет, дружочек, не напугал, но сильно разозлил. Так что я еще раз повторяю свой вопрос: что ты тут делаешь?

– Мне не спалось и я пришел поговорить. Надеялся, может, вы тоже не спите. – Чтоб тебя черти драли. Я бы сейчас заснула, если бы ты не приперся. А что это ты поговорить ходишь голый? Или это у вас так принято? По голове потрепать неприлично, а голому к девушке в спальню впираться прилично?

– Ну, я… А я вымылся и мне не во что переодеться, – вдруг нашелся Теан, – и потом, я не совсем голый.

– Ага. В полотенце. Такое у нас может себе позволить только любовник, а на твоем месте я бы на это не рассчитывала, – В голосе девушки звучала сталь, и Теану стало не по себе. Но сдаться сразу он не мог, поэтому сказал:

– Но почему, Ася? Я вам не нравлюсь? У нас считается что я красивый мужчина, а Вы, извините, по нашим меркам далеко не красавица. И кроме того, не думаю, что среди ваших поклонников встречаются принцы.

И сразу пожалел, так как это не на шутку разозлило магичку:

– Ах, так ты еще и принц на мою голову? Ну вот что, принц недоделанный, пораскинь мозгами. Это у себя ты может и принц. В этом мире ты никто и звать тебя никак, так что заткнись и веди себя прилично. И нечего мою внешность обсуждать. Не красавица я! По нашим меркам ты вообще урод, я же этим тебе в нос не тычу! Иди-ка в соседнюю комнату и спи себе, а то выставлю на улицу в чем есть, то есть в чем мать родила. Пусть тогда тебе другие дураки помогают! Так бы и двинула, только вставать лень! Но если ты сейчас же не уберешься, я встану…, – голос ее зазвучал угрожающе.

Теан вскочил и бросился вон, весь красный. Оскорбление было жестоким, но заслуженным, ответить значило унизиться. А девица вслед ему добавила:

– Давай, давай, и чтоб я больше тебя здесь не видела!

Вернувшись, он лег и стал соображать, что сделал не так. Выходило, что ничего глупее придумать было нельзя.

А глаза у этой Аси просто удивительные. Гораздо меньше, чем у знатной аронайки, но какие выразительные! И цвет … Вроде зеленый. Но в моем мире у многих зеленые глаза, а таких я никогда не видел. Как будто пронизанная солнцем вода течет над зелеными водорослями. Правда, когда она разозлилась, стали темно-серыми, как грозовое небо. Зря я ей про красоту… Женщина такого не прощает. А чего она так на меня взъелась, когда я сказал о том, что я принц? Даже не сказал, намекнул. Что ей принцы-то сделали? Или это выглядело как демонстрация превосходства с моей стороны? Все равно, стыдно ужасно. А у нее красивые ноги. С этими мыслями Теан вдруг провалился в сон. Разбудил его луч солнца, пробившийся через щель в занавесках. Он завозился на постели, пытаясь сообразить, где вчера бросил одежду, и вдруг услышал звонкий Асин голос.

– Эй, принц! Если тебе нечего надеть, открой шкаф у двери, найдешь трусы, майки, кажется, даже джинсы на тебя там были. Все ненадеванное, брату покупали, а он разожрался, как хомяк, ничего не налезает. Так и валяется без дела. А ты тощий, тебе должно подойти.

Она не сердится за вчерашнее. Боги, какое счастье! Надо посмотреть, что там за трусы и майки. Если придется задержаться в этом мире, местная одежда будет кстати. Сейчас одеваемся и выходим. Вести себя надо как будто ничего не было. Приняв это верное стратегическое решение, Теан открыл шкаф. Тот был набит какими-то коробками. Одежда располагалась только на двух полках. Так, джинсы – это наверное штаны, такие же, как те, что были на Асе вчера. Вот они. Майки – это рубашки. Специфические, однако, но к телу приятные. Трусы… Понятно. Теан быстро разобрался с местной одеждой. Помогло то, что вчера на Асе, когда она сняла куртку, было нечто похожее. Трусы ему вообще понравились. Удобные, не то, что принятые в его мире панталоны. Штаны коротковаты, но, может, здесь так носят? Хотя, если заправить в сапоги, то в самый раз. Облачившись во все здешнее, он почему-то почувствовал себя увереннее и со спокойной улыбкой вышел на кухню.

Утром чучелко с моей подачи надело джинсы и майку, которые когда-то покупались Андрею. Как ни странно, практически все подошло. Правильно, роста они с анимэшкой практически одного, только мой брат за последние годы заматерел и вширь раздался, а этот тощенький, каким Андрюшка был до того, как в армию забрали. Хорошо, что мать наша такая запасливая, хорошую вещь ни в жизнь выбросить не даст. В нормальной одежде Теан не стал больше походить на человека, хотя ему, видимо, казалось, что стал. Вел он себя, по крайней мере, нормально, особенно если учесть, какой бенефис он мне устроил ночью. Вечером дала я ему таблетку от головной боли и спать отправила. Он после меня в ванную сходил, молодец, чистоту навел. Я легла, но сна не было ни в одном глазу. Сил тоже не было. Это бывает, когда переутомишься. Не просто физически устанешь, но и морально вымотаешься. Тут надо лечь и лежать. Не надо читать, смотреть телевизор, не поможет, только голова разболится. Выключить свет, закрыть глаза и постараться рассказать себе сказочку. Глядишь, и удастся заснуть. Вот я и лежала. Иномирцу, видимо, тоже не спалось. Слышно было, как диван скрипит. Ворочается парень, уснуть не может. Вот сейчас встанет и сюда попрется. Он вроде вежливый и тихий, не решится, для такого наглость требуется. Или придет? Так я гадала, никто не шел… Я уже начала засыпать, как дверь отворилась и в комнату тенью проскользнул этот, как его, Теан. Тихо, почти беззвучно, но я услышала. Да не услышала, просто почувствовала. Сейчас он меня окликнет и придумает дурацкую сказочку, зачем я ему среди ночи понадобилась. Не угадала. Он сел рядом со мной на кровать. Я почувствовала, как матрас прогнулся под его весом, но продолжала делать вид, что сплю. И вдруг это недоразумение надо мной наклоняется и протягивает ко мне руку! Я тут же открыла глаза, включила свет и спросила нахала, что он здесь забыл! Красавец оказался практически голышом, полотенце на бедрах, и все. Телосложение… Скорее теловычитание. Так, наверное, выглядит миллиардер Прохоров без одежды. Или, скорее, выглядел лет в двадцать. Вполне приемлемо, но, если честно, не впечатляет. Мне нравятся более атлетичные.

И это голое создание заверяет, что пришел поговорить! Когда я его попыталась устыдить, предложил себя в любовники, заявил, что он принц, и, типа, не фиг тебе, девушка, принцами разбрасываться, чай, не красавица. Тут я вскипела и выдала этому прынцу по первое число. Сказала что он здесь никто и звать никак, и что я его голым в Африку пущу… Или что-то в этом роде. Поорала я так, он сделался красный, как морковь, и ушел. Тут наконец мне удалось успокоиться, и до самого утра я дрыхла без задних ног. Вот что значит вовремя пар выпустить.

Утром проснулась уже около десяти и подумала: хорошо бы вчерашний гость из другого мира оказался сном. Приснился мне, а теперь я проснулась и никого кроме меня в квартире нет. Да и скорее всего это так, потому что откуда ж ему тут взяться.

Ага, Щазззз… Первое, что я увидела, были его грязные шмотки в ванной. Когда я стала умываться, нащупала на шее цепочку с медальоном-переводчиком. Значит, это был не сон. Но и в свое собственное сумасшествие я с утра поверить не могла. Выходит, у меня и впрямь гость из другого мира. Который по каким-то мне неясным причинам не может сразу вернуться обратно и нуждается в моей помощи. Когнитивный диссонанс получается. Верить – не верю, но вижу – вот оно. Ладно, хватит голову ломать, пусть сам мне все и разъяснит, если сумеет.

Я приняла душ, сняв для этого медальон, а когда стала одеваться, разглядела его получше. Явно золотая блямба. Цепочка тоже золотая, видно, что не стандартной 585 пробы, а самой что ни на есть 99. Хризопраз посередине чуть светится собственным светом. Открыть штучку не удалось, она оказалась цельнолитая. Значит, не медальон, а кулон. Недешевая цацка. Тут одного золота грамм на пятьдесят. А на красавце вчера, когда он ко мне голышом подваливал, я заметила таких штук пять. Еще отметила про себя, что любовь к огромному количеству побрякушек на шее у мужика свидетельствует о проблемах с головой. Зря я на парня грешила. Выходит, это не украшения, а амулеты. Да и на пальцах у него перстней не сосчитать. Я-то по своей медицинской привычке колец не ношу. Работаем в резиновых перчатках, снимать-надевать колечки каждый день по два раза не резон. Еще посеешь дорогую вещь. А у меня лишних денег отродясь не водилось. Правда, я не знаю, какие это – лишние. Думаю, лишних денег и у Билла Гейтса нету, только нужные. А у этого красавчика все пальцы разукрашены, тоже, наверное, талисманы какие-нибудь. Что-то он мне там вчера вещал про то, что он принц? Если так, понятно, откуда у парнишки такие дорогие вещи. Пора будить болезного, пусть рассказывает, что и как. Поменяв халат на майку и мягкие флисовые спортивные штаны, я отправилась на кухню завтрак готовить, стараясь греметь погромче. В комнату я соваться не стало, мало ли что нелюдю спросонок померещится. Правильно сделала. Минут через пятнадцать он сам вылез. Когда стал вставать, я услышала и ему покричала, чтобы взял из шкафа одежку подходящую. Он на удивление хорошо справился с этой задачей, да и на кухню заявился с улыбкой, явно не желая вспоминать ночной инцидент. Неглупый мальчик, молодец. Я указала ему место за столом и выпустила на сковородку еще пару яиц. Добавила сыр и зелень, занялась кофе. Стоило мне открыть баночку с молотым кофе, как глаза у анимэшки, и без того большие, стали просто огромными, а кончик носа смешно зашевелился. Понятно, кофе он будет. Значит, не стоит варить его в джезве, лучше запустить кофеварку, так хоть на всех хватит по две чашки. Я зарядила кофе-машину, выключила огонь под яичницей, поставила тарелки и щедро навалила на них еду. Этот, как его, Теан, не говоря ни слова стал наворачивать за обе щеки, и на лице его читалось райское блаженство. Я налила ему черный кофе, пододвинула чашку. Парень понюхал, лицо его расплылось в улыбке. Потом глотнул и на меня уставились два обиженных фиолетовых глаза. Понятно, черный ему не нравится. Я сыпанула сахара и добавила молока, потом показала «Пей». Теан отхлебнул и снова райское блаженство отразилось на его мордашке. Завтрак удался.

Очень хотелось начать расспрашивать паренька, но как-то я стеснялась, а вернее не могла сформулировать первый вопрос, так что обращенная ко мне реплика Теана оказалась той спасительной веревочкой, за которую я поторопилась ухватиться.

– Благородная госпожа Ася, что это за чудесный напиток мы сейчас пили? У меня такое чувство, что сил вдвое прибавилось.

– Теан, во-первых, хватит уже меня госпожой называть. Просто Ася. Мне так привычнее. Ты – Теан, я – Ася, договорились? А пили мы с тобой кофе. У нас его принято с утра пить, на завтрак. А вчера вечером мы пили чай.

– Хорошо, Ася. Я постараюсь запомнить. Этот кофе пахнет просто изумительно, от одного запаха бодрость просыпается. Как разумно у вас устроено: с утра магический напиток бодрости.

– Опять ты за свое. Никакой магии здесь нет. Просто кофе сам по себе бодрящий. По химическому составу.

Я добавила про состав, не надеясь, что иномирец поймет, но он кажется понял и сделал круглые глаза.

– Ася, вы хотите сказать, что любой может сделать напиток из этого порошка, и эффект будет тот же самый?

– Именно. Кофе – это плоды растения. Их жарят, мелют в специальной мельнице а потом заваривают. В нашем мире его уже без малого две тысячи лет пьют. Кто-то любит черный кофе, но тебе он не понравился. Я тоже больше люблю с молоком и сахаром.

– То есть, Вы хотите сказать, что никакого колдовства здесь нет?

– Ну да, только естественные процессы. В нашем мире магии нет. А в Вашем, выходит, есть?

– Вы же сейчас сами пользуетесь амулетом-переводчиком. И переместил меня сюда маг. Но вы говорите, что в вашем мире магии нет, а наш маг утверждал обратное, и я ему верю, он один из лучших в моем мире, может быть, не самый сильный, но очень знающий. Он меня и послал в ваш дом, потому что засек здесь сильное остаточное магическое поле.

– Здорово. А что значит сильное магическое поле и откуда оно берется?

– Ну, что это такое, я не объясню, повторяю, у меня магия только родовая королевская, меня ей не обучали. А откуда берется… Остаточное поле бывает в тех местах где довольно долго жил маг или хранился сильный артефакт.

– Бред какой-то. Этот дом выстроен всего шесть лет назад, я здесь поселилась три года назад., до меня тут никто не жил, брат мой иногда здесь со своими девицами встречался, но от-то точно не маг. И артефактов у меня никаких нет. То есть не было до твоего появления.

– Как же так? Что же мне делать?!…

Сиреневолосое чудо готово было расплакаться. В голосе звучало неподдельное отчаяние.

Мне его даже жалко стало. Он вообще-то симпатичный, только глаза слишком большие и расцветка странная. Но он же собирался пробыть у меня сутки-двое, а потом уйти обратно. Зачем ему эти сутки, я понятия не имела, но надеялась на объяснения. Хотя бы в благодарность за кормежку. Так что его отчаяние меня просто поразило. Поэтому я пододвинулась, взяла его за руку и, как заправский психотерапевт, спросила тихим ласковым голосом:

– Теан, что случилось? Почему это тебя так взволновало? Ты же собирался через сутки вернуться в свой мир. Там есть магия, и у тебя опять все будет в порядке.

– Да не могу я вернуться! У меня амулет перехода сдох! Как я его теперь заряжу, если здесь нет магии? – заорал в сердцах иномирец.

Выкрикнув эти слова он вдруг замолчал и с ужасом уставился на меня, можно подумать, у меня вдруг рога выросли. И чего это он так испугался? У меня не было причины промолчать и я поинтересовалась:

– А в чем дело? Ну-ка покажи свой амулет.

Парень молча протянул мне очередную золотую блямбу, вдвое побольше первой. В середине располагался здоровый круглый адуляр, вокруг него три разных камня поменьше. Все полудрагоценные, бриллиантов и рубинов не было. Я внимательно рассмотрела кулон и вернула владельцу.

– Если я тебя правильно поняла, эту штуку надо зарядить магией, – анимешка закивал, но выражение отчаяния с его лица не пропало, – А как понять, что она зарядилась?

– Видите камень посередине? Когда амулет заряжен, камень светится как светильники у вас на потолке.

– Здорово. А как это делается, ты знаешь?

Он злобно пробурчал:

– Если бы знал, был бы магом и не болтался в чужом мире, прося приюта у незнакомых девушек.

– Ну-ну. Парень, вот хамить мне не надо. Все-таки сейчас ты у меня в гостях и ешь мой хлеб. У нас хозяев принято уважать.

– Простите благородная госпожа, просто очень расстроился.

– То-то. Следующий вопрос. Твой маг, говоришь, утверждает, что здесь, в моей квартире, сильное остаточное магическое поле? Может, амулет от него зарядится сам, надо только подождать?

– Я в этом сомневаюсь. Обычно маг проводит некий обряд, вливая в артефакт свою магическую силу. А вы не маг, обрядов не знаете… с другой стороны, не может быть чтобы мне так феерически не повезло!!! Должен же быть какой-то выход!

– Вот и я так думаю. Не надо помирать раньше смерти. Смог сюда попасть, сможешь и вернуться.

Это я не столько его, сколько себя утешала. Что я буду делать, если этот принц невозможный у меня застрянет? Но, кажется, мои слова его не подбодрили. Было заметно, что паренек собирается заплакать.

– Вот только реветь не надо. Ты же вроде мужчина. Давай используем научный подход.

Мордашка у чучелка аж засветилась надеждой. Интересно, что я сама имею в виду когда говорю про научный подход? В микроскоп совать его цацки бессмысленно, в аналитической лаборатории нам тоже ничего путного не скажут. Сделать посев? Все же я микробиолог. Вот глупость всякая в голову лезет. Надо какими-нибудь домашними методами, хотя, что я про эту самую магию вообще знаю? Ничего!!! Может этот красавчик хоть чуть-чуть разбирается? Все-таки какая-то магия по его словам у него есть. Королевская, знать бы еще что это такое. Так, Ася, у тебя крыша едет. Магии нет и быть не может. А с другой стороны, откуда тогда у меня в квартире это недоразумение? Ладно, пусть рассказывает про свою магию, что-нибудь придумаем. Или он рассосется, если глюк, или я придумаю, как его домой отправить. Голова у меня, хоть и ненормальная, но работает.

– Ася, что значит научный подход? – между тем вопрошал иномирец, – И как вы собираетесь его использовать?

– Научный, значит систематический, – весомо изрекла я, – а использовать… Сначала надо понять, что мы вообще об этом знаем. Так что рассказывай.

– Что рассказывать? – опешил Теан.

– Что ты вообще знаешь о магии. Да, ты не маг, слышала, не глухая. Но какие-то общие представления у тебя должны быть. Амулетами всякими ты широко пользуешься. И ты, кажется, говорил, что владеешь какой-то «королевской магией». Вот и расскажи обо всем что знаешь по порядку. А я подумаю.

Красавчик пригорюнился, помолчал немного, потом тряхнул головой и начал свое повествование. Судя по выражению лица, надежда его временно оставила, но зато он сумел собрать мысли в кучку.

– Давайте сначала покончим с королевской магией. Это дар членов королевской семьи. Чтобы он проявился, хотя бы один из родителей должен принадлежать к королевской семье по крови. Но этого недостаточно. Когда ребенок рождается, проводят обряд и активизируют пассивную часть Дара. Это защита. Во-первых, принца нельзя убить ядом, во-вторых, его невозможно обмануть. Мы чувствуем ложь. Мы немного владеем иллюзией, можем на короткое время изменить внешность в целях безопасности. Ну, еще нам дано пользоваться артефактами, созданными другими. Понимаете, Ася, есть заклинания, вроде того чистящего, которое я вам дал, им может воспользоваться каждый. А вот амулетом перемещений – только обладающий определенным сродством к магии. После коронации проводится вторая часть обряда, она призвана разбудить главную часть Дара. Король или королева могут благословлять. Не улыбайтесь так, это очень важно. Они благословляют поля, чтобы был урожай, корабли, чтобы те не потерпели крушение, могут благословлять как целые города, так и отдельных людей. Это – источник благосостояния и мощи королевства. Но для нашей цели это совершенно бесполезно. Королевская магия нам никак не поможет.

– Поняла. А маги? Кто они?

– Ну, у некоторых есть выраженные магические способности. Если их вовремя замечают, такого ребенка отдают на обучение и воспитание к магу. Тот его всему учит. Бывает, правда, что врожденные способности ребенка и дар мага-учителя не подходят друг к другу. Тогда маг ищет своему воспитаннику другого учителя. Наш маг Анколь учился аж у трех учителей, пока его не взялся обучать сам Верховный Архимаг. Зато теперь он королевский маг высшей категории, самый молодой член Высшего Совета Магов. Он, кстати, и послал меня сюда.

– Да, похоже, даже королевский маг высшей категории может ошибаться. А на чем он специализируется?

– На двух вещах: на иллюзиях и перемещениях. Магия пространства и времени. Остальное тоже может.

– А предположим, дитя обладает Даром, как ты сказал, но не находится мага, готового взяться его обучать. Что тогда?

– Без обучения дар не развивается, такой ребенок обречен до старости пробавляться мелкой домашней магией. Скорее всего, вырастет знахарь, повар или просто очень удачливый человек. Но, должен вам сказать, Ася, у нас дети с Даром – огромная редкость. Так что чаще можно встретить мага без ученика, чем даровитого ребенка, у которого нет учителя.

– Учебных заведений для магов у вас нет?

– Специальных? А зачем? Школы у нас общие, все дети, даже наделенные даром, в них учатся. Изучают то, что должен знать каждый, вне зависимости от Дара. Писать, читать, считать. Ну, там, историю, географию, мироустройство… Есть, конечно, школы получше, там программа пошире. Я в такой учился. Но магия… Ей учатся отдельно с наставником, больше никак. Эх, попал бы вместо меня сюда мой брат… Вот он – настоящий маг, хотя и наследный принц. Не самый, правда, сильный, но очень талантливый. Он бы живо нашел, чем талисман зарядить.

Вот только магического братца мне тут не хватало. Ясно, все замечательные романы про магические учебные заведения – это сказки для детей младшего школьного возраста. Их бывает очень приятно читать, но смешно думать, что они отражают хоть какую-то реальность. Что там еще мы читали? Светка обожает фэнтези и вечно подсовывает мне новые романчики. Меня в них до сих пор интересовал только юмор. А вот сейчас я задумалась: нет ли там каких-то полезных советов, которые могут помочь? Конечно, все это бред, ну а все-таки? Так, какая бывает магия? Есть же у нее какая-то классификация? Об этом я и спросила:

– Теан, а какая-нибудь классификация у вашей магии есть? Ну там по силе или источнику или еще какому-нибудь признаку? Это требуется для настоящего научного подхода.

– Ася, вы тоже ученый? Я думал, вы шутите, когда говорите про научный подход.

– Слово «тоже» обозначает что вы, Теан, занимаетесь наукой? – иномирец рос в моих глазах семимильными шагами, – А какой, если не секрет?

– Никакого секрета. Я изучаю растительность, животный мир и недра нашего мира. Конечно, скорее как дилетант… Но я уже сделал два важных открытия. Если вам интересно, Ася, я потом расскажу.

– Обязательно расскажешь, – я опять съехала на «ты», чтобы не заморачиваться еще больше. И так уже голова пухнет, – А сейчас про классификацию.

– Можно сначала один вопрос? А вы какой наукой занимаетесь? – торопливо и жалобно заговорил пришелец, – Мне очень интересно.

– Микробиологией. Это наука о разных микроорганизмах – возбудителях болезней, и не только. Долго объяснять. В отличие от тебя, я не дилетант, это моя работа. Правда, открытий я пока не сделала, да и скорее всего не сделаю. Просто этим способом я зарабатываю на жизнь.

– Наукой зарабатываете на жизнь? В вашем мире это возможно?

– Еще как возможно. Давай обсудим это потом. У нас есть более животрепещущий вопрос. Итак, классификация магии.

Я смотрела на анимэшку как злобный экзаменатор на студента-троечника. Он сообразил, что увлекся и отвлекся, застеснялся и произнес:

– Извините, Ася, я задумался. У вас очень необычный мир.

Ага, можно подумать, он по мирам шляется и сравнивает.

– Значит, магия бывает прямая и наведенная, это по способу воздействия. Прямая – значит маг колдует напрямую, а наведенная – заключает заклинание и частицу магической силы в артефакт или зелье. Еще можно классифицировать так: природная магия, магия жизни, магия смерти, и магия крови. Это по источнику.

– Это понятно. Поподробнее про источники.

– Природная – это магия, разлитая вокруг нас. Хотя, наверное, разлитая – не то слово. Есть места силы, есть магические животные и растения, у которых маг может разжиться силой. Это совершенно бесплатные и практически неисчерпаемые источники, но получить эту силу трудно, нужно долго учиться, проводить правильные ритуалы, и много всякого такого. Владеют этим единицы, к ним обращаются, когда надо зарядить мощный артефакт, но стоит это дорого, потому что маг при этом расходует не магическую силу, а свою собственную жизненную энергию. Есть магия жизни, это собственные силы мага. Колдуя он их расходует, но через какое-то время они восполняются естественным путем. Магия смерти у нас запрещена, так же как и магия крови. Все равно находятся мерзавцы, которые их практикуют. Когда человек умирает насильственно, любой, даже не маг, выделяется огромная сила, которую при желании и умении можно собрать. Да, во время военных действий эту магию разрешают, на поле боя все равно без толку гибнут люди. Маги смерти работают прямо в гуще боя, заряжая свои амулеты– накопители. А для магии крови нужна кровь мага или магического существа. Ее у нас тоже запретили, потому что тут очень легко перейти грань… Это сильная магия прямого действия, магию крови невозможно, или очень трудно накопить.

– Ну вот, смотри, кое-что ты знаешь. Так, магия смерти отпадает, никого убивать я не собираюсь и тебе не дам. Собственные силы… Какие там у нас с тобой силы… Есть два варианта: кровь и место силы. Попробуем поискать такое место, может, если там подержать твой кулон, он сам зарядится. Ведь обряд над ним уже проводили.

– Вы так думаете? Интересная мысль. Может сработать. Хотя…, – анимэшка вновь загрустил.

– Кровь, – продолжала я, – кровь магического существа. Тут, наверное, тоже нужен обряд, которого мы не знаем. С другой стороны, ты находишься не в своем мире, здесь все может работать по-другому. Прикинем, кто и что может сойти за магическое существо. Надеюсь, пары капель его крови будет достаточно для эксперимента. Такое количество добыть не проблема, уговорим, если что. Если окажется, что это работает, просто нужно больше крови, будем думать дальше.

По-моему, я не сказал ничего сверхъестественного, но парень воззрился на меня как верующий на чудотворную икону.

– Ася, теперь я понимаю, что вы имели в виду, говоря о научном подходе! Вы так все разложили по полочкам. Ясно, что нужно пробовать. А вдруг?

– Вот именно. У меня вопрос. От амулета к амулету силу передавать можно?

– Конечно. Есть специальные накопители, в них не заключают заклятие специального действия, они просто аккумулируют силу. При необходимости силу из них сливают в специализированные талисманы. Только я не знаю как. Точно не знаю, только приблизительно. Надо оба амулета положить вместе, желательно в металлическую емкость. Еще нужен обряд, только я не знаю какой.

– А почему в металлическую?

– Металл магию не проводит.

– А что проводит?

– Дерево, – в ответе Теана слышалось удивление, – Еще камни некоторые, стекло.

– Ага, ясно. Диэлектрики проводят магию но не проводят электричество, и наоборот.

– Электричество?

– Парень, не думай, что я тебе сейчас буду про электричество лекцию читать. Я сама в этом не сильно разбираюсь. Просто мысли вслух. Значит так. Давай попробуем поверить твоему магу про остаточное поле в моем доме. Если здесь есть артефакт, он может быть только в той комнате, где ты спишь, или в кладовке. Там есть старые вещи и книги, оставшиеся от дедушек и бабушек. Книга может быть артефактом?

– Одним из самых мощных.

– Отлично. Я дам тебе металлическую кастрюлю с крышкой. Будешь подозрительные предметы класть туда вместе со своим медальоном и смотреть, что выйдет. Дело не быстрое, но вариантов все равно нет.

– Ася, вы думаете, у нас получится?

– Парень, у нас есть шанс отличный от нуля. Давай начинай, вот тебе подходящая кастрюля, – я вручила пареньку огромную алюминиевую кастрюлю, в которой всегда варю холодец, – Сюда любой артефакт влезет без проблем, и не артефакт тоже. Иди в комнату, смотри по полкам, ищи, что тебе кажется подходящим и экспериментируй, а там поглядим.

Я сумела занять красавца на какое-то время, а сама помыла посуду и села за компьютер. Надо же почту посмотреть. Первое письмо, как и ожидалось, было от бывшего. Как только я умудрилась связаться с таким занудой? После того, как я не захотела его слушать, он разродился длиннющей эпистолой. Во первых строках клеймил меня позором и разбирал мои недостатки, а в заключении умолял вернуться. «Вернись, я все прощу»! Плавали, знаем. Знаете, что значит «зануда»? Вот именно. Я и дала в надежде что отвяжется, но просчиталась. С таким не стоит вспоминать что вы – порядочная воспитанная девушка, а то хуже будет. Отвечать не буду. Поставлю в игнор, и все.

Второе письмо было от брата. Ему, видно, Светка рассказала, что я наконец-то Сергея бросила. Братец выражал радость и намекал, что теперь я могу ответить на чувства моего непосредственного начальства. Можно подумать, мой директор спит и видит, как бы на мне жениться. Трахнуть – да, он трахает все, что шевелится. Но я-то здесь при чем? Если бы не дружба с моим братцем, мой директор давно бы меня в кровать тащил, но он как-то зависит от Андрюхи, поэтому побаивается, только глазки строит и время от времени за попу щиплет. Конечно, может ему кажется нехилым взять в жены сестру своего основного инвестора, но мне в хозяйстве этот сексуальный террорист нужен как зайчику стоп-сигнал. Тем более что он мне не нравится. Не мой тип.

Папа прислал кучу каких-то фотографий. Это у него манера такая: отовсюду слать снимки без подписи. Судя по всему, он сейчас где-то в Африке. Опять на какую-то научную тусовку поехал. Отец у меня физик. Сейчас он дорос до такого статуса, когда наукой непосредственно уже не занимается, а ездит на всякие конференции и симпозиумы. С ним у меня отличные отношения. Общаемся редко, жизнь друг другу не портим и денег друг у друга не просим. Я всегда рада его видеть, как впрочем и он меня. Ну и что, что он отродясь обо мне не заботился. Зато мозг не выносит.

Я стала рассматривать картинки, среди которых было немало удачных. Ну да, крокодилы-бегемоты, обезьяны-кашалоты и зеленый попугай. Конечно, это Африка. Надо написать и спросить, где это конкретно. Неужели в Серенгети? Мечта всей моей жизни! Тут я услышала за спиной шаги и голос иномирца возвестил:

– Ася, я нашел пять предметов, которые могут быть артефактами. Один положил в вашу кастрюлю на пробу. Может, посмотрите?

Можно подумать, он этот предмет варить собрался. Я хотела встать, чтобы идти смотреть, что это чудо принимает за артефакты, но мне не дали. Воззрившись на бегемота, скалившегося на картинке, Теан восхищенно прошептал:

– Какое потрясающее животное! Никогда такого не видел! Ася, как я счастлив, что попал в такой удивительный мир. Скажите, как называется этот фантастический зверь? И кто нарисовал эту замечательную картину? Какая четкость, яркость, достоверность!

– Теан, это бегемот. А вот, смотри, это слон…

Я открыла предыдущую картинку, потом опять вернулась к бегемоту. Захотела пролистать дальше, глянула на парня… Ой, у него культурный шок.

Теан смотрел на фотографии как на величайшее чудо, не в силах слова вымолвить. Ладно, хуже не будет, посмотрим, что там еще папочка наснимал. Красота. Пара аборигенов под баобабом, жирафы (обожаю жирафов), львица, лев, стадо антилоп… Я называла животных, Теан молчал, словно воды в рот набрал, только сопел мне в ухо.

Налюбовавшись, он спросил чуть слышно:

– Ася, что это было? Только не говорите мне, что это не магия.

– Это фотография. Мне папа прислал фото животных, которых он видел в Африке. Животных таких здесь нет, а вот фотоаппарат я тебе покажу.

Достала свою «мыльницу» и щелкнула Теана не сходя с места.

Не стала показывать результат на дисплейчике фотоаппарата, а сразу вывела на монитор. Как он в обморок не упал, не знаю.

Еще час после этого я демонстрировала иномирцу фотоаппарат и компьютер. Как у нас у обоих мозги из ушей не потекли, не знаю. У меня от невозможности объяснить, у него от неспособности понять. В конце концов я прервала этот умственный садо-мазохизм и велела показать мне то, в чем он заподозрил артефакты.

Это оказались: Библия начала XIX века, друза аметиста, янтарный кулон моей бабушки, который она привезла из Прибалтики задолго до моего рождения, первоиздание Илиады в переводе Гнедича, ночник из оптического волокна, светодиодная лампочка на батарейках (так называемое НЛО) и большущий сердолик который я лично нашла в Сердоликовой бухте, когда меня маленькую дедушка с бабушкой возили в Коктебель. Мне стало смешно, но разочаровывать принца не хотелось. Похоже, он тут у меня надолго застрял. Артефактики-то липовые. С другой стороны, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось. Так что я велела испытывать предметы по очереди, и Теан со мной согласился. Положил в кастрюлю включенную светодиодную лампочку вместе со своей золотой блямбой, закрыл крышку и уставился на меня. А что я? Пусть полежат в кастрюле, хуже не будет. Может, в наших устройствах и впрямь задействована какая-то магия, а мы не в курсе? Подумав, я посоветовала установить время экспозиции равное трем часам. Такой научный подход снова подбодрил иномирца, и мы пошли на кухню. Пришло время готовить обед.

Пока я крутилась, нарезая продукты, Теан не отрываясь смотрел на мои руки. Через некоторое время ему это надоело ( а мне как надоело!) и он стал расспрашивать про жизнь в нашем мире. Его интересовали глобальные вопросы: мироздание и мироустройство. Я прикинула, чем его можно капитально занять на ближайшее время. Парень тянется к знаниям – пусть их получит полной ложкой. Чтобы не ломать собственный мозг, отвечая на совершенно невозможные вопросы принца, я спросила в лоб, сможет ли он читать местные книги. Он обрадовался и сообщил, что его переводчик это позволяет, и пусть я не волнуюсь, у него еще есть специальный амулет.

– Ася, у меня есть талисман скорочтения и памяти. Для научной работы он незаменим. Школьники такими не пользуются, запрещено. Да и, если честно, дороговато будет. Но прочесть за пару часов десять больших томов и запомнить все, что там написано, без такого амулета просто невозможно. Поэтому все взрослые ученые ими пользуются.

– Понятно. В вашем мире наука – развлечение для богатых. Вот что я хочу предложить. У меня есть школьные учебники по всем предметам (еще в прошлом году хотела выкинуть, хорошо, что так и не собралась). Там изложены основополагающие факты о строении и функционировании нашего мира. Пока мы не нашли зарядник для твоего амулета перемещений, читай, просвещайся. У меня еще энциклопедия есть, атлас мира… Если удастся в ближайшее время вернуться домой, сможешь туда принести новое знание, не сможешь – будешь хоть подготовлен к жизни в нашем мире.

– Ася, вы выполняете мое самое горячее желание. Где эти ваши учебники? Я хочу начать немедленно!

Порывшись в кладовке, я вытащила две неподъемные связки книг. Теан сам отволок их в комнату, сложил у дивана и развязал веревки. По моське было видно, что он совершенно счастлив. Я показала ему где что, дала атлас мира и ткнула в стоящую на полке детскую энциклопедию.

– Бери, что хочешь, изучай. Через пару часов проверь свой амулет и иди обедать.

– Ася, я передать не могу, как вам благодарен за все, что вы для меня делаете. Вы приютили меня не надеясь получить выгоду, поите меня и кормите, и вдобавок ко всему делитесь знаниями! Я ваш вечный должник!

– Давай об этом потом поговорим. Успокойся, садись и читай, а у меня дел по горло, я пошла.

Я действительно отрулила на кухню и начала крошить овощи на щи. Хорошо, что иномирец остался в комнате наедине со своими бесценными знаниями. Мне тут же начал названивать народ. Правильно, до полудня я огрызаюсь и бросаю трубку, это уже все выучили, даже моя маменька, а сейчас, в половине первого, я считаюсь в доступе. Разговоры эти стали для меня настоящим мучением. Нестерпимо хотелось с кем нибудь поделиться, обсудить ситуацию, но на дурдом я была несогласна, а показать живого пришельца из другого мира посторонним было просто глупо. Черт знает, как кто может отреагировать. Самым безобидным был бы вариант с помещением нас обоих в изолированный от мира бокс и использование в качестве подопытных кроликов. Меня это категорически не устраивало. Себя жалко до слез, но и это чучелко тоже подставлять не хотелось. Я никак не могла в душе смириться, что это мужчина, для меня Теан все еще был среднего рода. Анимэшка, и все тут. Надо признать, красивое существо. Волосы роскошные, переходы цвета от темно-фиолетового до нежно-сиреневого, хотя общий колер скорее темный. Глаза… Вот уж поистине фиалковые, такого же цвета как моя любимая узамбарская фиалка. Черты лица правильные, изящные, кожа чистая, фарфорово-белая с нежнейшим румянцем. Точно таких японцы рисуют в своих анимэ в качестве героев-мальчиков. Видеть ЭТО в джинсах и майке моего брата было забавно.

Немного домашней магии и много бестолковых разговоров

Теан читал, вернее, проглатывал книги одну за другой. Эта девушка Ася оказалась очень неглупой. Порядок чтения книг она дала ему верный, знания росли как куст, из одного корня, увеличиваясь в объеме, каждый раз поворачиваясь под другим углом, и при этом сохраняя логическую преемственность. До вечера он прочел примерно четверть учебников. Самой интересной оказалась математика. Ее красота и универсальность поразили Теана. Многое он знал и раньше, но такой стройной логичной системы в его мире не было. Химию и биологию он оставил на завтра, вкусненькое надо приберечь. Но одно он понял абсолютно точно: о магии в учебниках не было ни слова.

Артефакт заряжаться отказывался, чему Теан потихоньку радовался. Ничего, домой успеется. Там сейчас война, а на войне от Теана никакого толка. Зато тут можно столько всего узнать! Ася накормила его обедом и ужином, постирала одежду, которую он вчера бросил в ванной, но как таковым им не занималась. За ужином она объяснила, что завтра у нее опять выходной, на работу она не пойдет. А вот послезавтра, если не удастся вернуться в свой мир, придется ему оставаться здесь одному. Поэтому следующий день она посвятит его обучению. Научит пользоваться телевизором и DVD-плеером. Что это такое, Ася не пояснила, обещав, что он все поймет в процессе.

Теан лег спать в то же время, что и хозяйка дома, но сон не шел. Мозг старательно обрабатывал полученную информацию и требовал усилий. В конце концов Теан встал и полночи решал задачи из толстенного задачника. Прорешал примерно сорок и только после этого смог спокойно заснуть. Спасибо Асе, которая снабдила его бумагой и ручками. Ручки, кстати, ему тоже понравились. Такие удобные, никуда макать не надо, пишут долго и пальцы чистые. Хорошо бы такие завести.

На другой день Ася действительно показала ему все, что обещала. Сказать, что достижения местной мысли произвели на Теана ошеломляющее впечатление, значит не сказать ничего. Больше всего поразило то, что по Асиному утверждению такие штуки есть в каждом доме. И ведь не врет, ложь он бы почувствовал.

Дальше Теан разрывался между книгами и вновь открытым благом телевидения. Сначала смотрел все подряд: новости, фильмы, какие-то передачи непонятно про что. Понравился футбольный матч, он даже захотел организовать что-то подобное в своей стране. Повеселее будет чем рыцарский турнир, которые, кстати, давно вышли из моды. Часам к четырем он уже окосел от изобилия информации и жаждал тишины и покоя. Для отдыха Ася сунула ему вместо учебника книжку, про которую сказала: «Забавный романчик, обхохочешься». Оказалось действительно забавно. Про служителя порядка, попавшего в очень странный, но смешной мир. Ничего подобного Теан никогда не читал, и уже через несколько минут ржал в голос, не стесняясь Аси. А та как будто и не против была. Если бы чужой человек, гость, стал так неприлично ржать в замке короля, все равно по какой причине, его бы попросили удалиться и больше не пригласили бы. Это в лучшем случае. Здесь, видно, другие порядки. Смешной роман не хотелось читать ускоренным способом, и Теан потратил на него целых два часа, но не жалел. Мозги как будто проветрились, и поглощать знания стало легче. Потом Ася показала ему еще несколько книжек про того же героя и сказала, что он может их читать для отдыха. А перед сном продемонстрировала ему то, что назвала «фильм на DVD». И Теан пропал. Он понял, что об этом самом зрелище мечтал всю жизнь. Тогда Ася научила его запускать эти самые фильмы и показала коробочки, в которых лежали серебристые прекрасные диски. Часть из них была с познавательными программами, а другая таила сокровища волшебных фильмов. Теан уже не жалел, что ему до сих пор не удалось хоть на капельку зарядить амулет. Здесь было так интересно!

Вся следующая неделя прошла очень насыщенно. Утром, как только Ася уходила на работу, Теан хватался за книги. Он разработал для себя порядок, по которому действовал. Чтение, телевизор, учебные программы чередовались с веселыми книжками и фильмами. По вечерам, когда Ася приходила с работы, он разговаривал с ней, обсуждая прочитанное и изученное, и с каждым днем все более убеждался в том, что ему очень с ней повезло.

Ну и что, что она не похожа на знатных аронаек. Это даже хорошо. Таких умных образованных женщин Теан раньше не видел. Говорят, его собственная матушка, королева, была необычайно умна, но Теан ничего не мог сказать по этому поводу. Он хорошо помнил мать, помнил ее доброту и красоту, но никогда по-настоящему не сталкивался с ее умом. Большинство же тех дам, что считались при дворе за умниц, были скорее хитры, нежели умны. А о систематических знаниях, которые Теан так высоко ценил, и говорить не приходилось. Ася же нравилась ему все больше и больше. Умная, это раз. Храбрая, это два. Не боялась его с первой минуты. Сам он в такой ситуации от страха бы описался, а она ничего. Добрая. Кормит его, поит, помогает, и ничего с этого не имеет. Ася правильно сказала, там он принц, а здесь никто. А она с этим никем возится как с братом родным. Некрасивая? Нет, она очень красивая, просто по-другому.

Вечерние разговоры с Асей Теан полюбил душой. Она не только отвечала на его вопросы, но и задавала свои, о его мире. С ней было так приятно вспоминать о своей прежней жизни. Такого внимательного слушателя у Теана не было никогда. И ей все интересно! В понедельник они обсуждали расы. Оказалось, здесь на Земле три расы, они отличаются цветом кожи и еще какими-то незначительными подробностями. То, что на Арроне тоже три расы, но различия между ними более значительные, Асю удивило, но не слишком. Выслушав про Высших, аронайцев и лебдов, она предложила Теану прочесть книгу под названием «Властелин колец». Он взял, начал читать и не смог остановиться. Что-то настолько знакомое было во всей этой истории. Но главное, он понял, что никаких гномов, эльфов, орков и хоббитов в Арроне нет и никогда не было. Ну, Высшие похожи немного на эльфов. Живут практически вечно, прекрасные и очень закрытые. По пальцам можно пересчитать случаи, когда Высшие соединялись с аронайцами, вернее, с аронайками. С лебдами же они никогда ничего общего не имели. Зато их очень мало, и больше не становится. Женщины высших практически не рожают детей. Сами аронайцы похожи не просто на людей, а на этих самых нуменорцев. Насколько Теан сумел выяснить, продолжительность жизни людей не более ста лет, даже восьмидесяти. Случайно он узнал, что Асе 24 года. Это его поразило. По аронайским меркам это глубокое детство. Он долго сравнивал и считал: получается, чтобы корректно сравнить возраст аронайца и человека, нужно применить коэффициент 2,5. Тогда, получается, что они с Асей ровесники, ему в этом году стукнуло 60. А вот Арк со своими восемьюдесятью четырьмя по человеческим меркам старше ее на 8 лет.

Лебды живут меньше аронайцев, но больше, чем люди. Они одновременно похожи на людей и на гномов из этой сказки. Преимущество их в том, что они активно размножаются, этим они от гномов резко отличаются. В их стране почти у каждого аронайца, если только он что-то из себя представляет, а не ищет, как бы свести концы с концами, есть любовница-лебда и незаконный ребенок от нее, а то и не один. И все чаще даже знатнейшие вступают с этими женщинами в законный брак.

Магии у лебдов нет, если это не полукровки. Вот у полукровок магия как раз очень сильная, но далеко не у всех. Обо всем об этом Теан рассказал Асе на следующий день, и они долго спорили, хорошо это или плохо и к чему может привести. Теан видел все в черном свете, как и было принято в семье, а Ася считала, что это естественный процесс, остановить его нельзя, значит, надо смириться и найти в нем свое место. Идея о том что нет ничего плохого или хорошего безотносительно ситуации оказалась для Теана настолько революционной, что он полночи не спал. Успокоиться помогла, как всегда, математика. В среду и четверг все продолжалось по заведенному. Амулет не заряжался хоть плачь. Книжки попадались все более и более интересные, так что плакать Теану совершенно не хотелось. Теперь, после освоения школьного курса по всем предметам, он напал на политэкономию и книги по государственному устройству. Конечно, биология была куда интереснее, особенно биохимия и генетика. Но ему как принцу и возможному правителю были важны политические науки. Вечером опять состоялся диспут о преимуществах монархии и демократии. Каждый хвалил свое, в итоге согласились, что идеала нет. В пятницу Теан вернулся к своей любимой биологии и стал осваивать Асины медицинские книжки. Многое показалось полезным. Пришедшая вечером с работы Ася заявила с порога:

– Завтра едем искать места силы. Есть же они в этом мире. Попробуем для начала храмы и святые источники. Ты говорил, что можешь иллюзию на себя нацепить в целях безопасности?

Теан согласился, восхищенный, что она запомнила. Он ведь ей это в первый день сказал всего один раз.

– Ну вот и ладушки. Нам только от подъезда до машины и на месте, чтобы людей не пугать. Куртку Андрюхину наденешь, а сапожки можно твои собственные.

– Ася, а какое лицо должно быть?

– В смысле?

– Ну, я не могу так, из головы что-то выдумать, нужен образец.

– Из фильмов возьми кого-нибудь. Хоть Джонни Деппа, только не в роли Джека Воробья, а из «Девятых врат». Или Лайама Нисона из первой серии «Звездных войн». Ты вроде все это смотрел.

Теан очень хорошо понял, что имела в виду Ася. Утром он вышел из подъезда с лицом Лайама Нисона. Волосы, правда, он сделал черные, чтобы чем-то отличаться. Ася велела ему сесть в машину. Теан уже был знаком с этим средством передвижения, но видел его только со стороны. А тут ему стало ясно, что мужчине его роста в этой коробочке делать нечего. Ноги сложились так, что коленки закрывали уши. Но выхода не было, пришлось покориться. На улице была ранняя весна. Травка только начала вылезать, на кустах едва наклевывались первые листочки, а на деревьях почки набухли, но не начали раскрываться. Кое-где еще лежали горки черного, грязного слежавшегося снега. Теану все это было в диковинку, в его стране смена времен года происходила не так резко. Потолкавшись на трассе, они выбрались за город, причем бедного принца больше всего удивило количество людей. Он не мог себе представить, что где-то их может быть так много.

Они проездили с Асей часов до пяти, так ничего и не добившись. Амулет пробовали класть на алтарь (Ася договорилась со священником, якобы медальон нужно освятить), окунали его в святой источник, придумывали еще массу уловок, призванных заменить обряд, но ничего не помогало. Вернулись уставшие, голодные и несколько обескураженные. Горевала в основном Ася, Теан молчал, стараясь не показать девушке, что его все устраивает. По крайней мере пока. В воскресенье Ася вытащила какие-то свои книги и принялась их штудировать, велев Теану не мешать. Телефон привычно звонил, она привычно брала трубку и разговаривала, все шло чинно, мирно и спокойно. Вдруг снова раздался звонок, но теперь уже не телефонный. Звонили в дверь. Ася затолкала Теана в комнату, которую он уже называл своей, и пошла открывать. Надо признаться сразу: Теан не смог удержаться, пристроился подсматривать и подслушивать. На пороге стоял мужчина с огромным букетом красных роз в руках. Теану этот тип не понравился. Ростом не вышел, толстоват, и лицо какое-то унылое. Ася впустила незнакомца, но дальше прихожей не пригласила. Отвечала ему отрывисто «да, нет, не знаю». А мужик разливался. И так он Асю любит и обожает, и пропадет-то она без него, и такая она бедная-несчастная, а он ее единственный спаситель среди моря житейского, и пора ей уже прекратить дуться, покаяться и вернуться. Возникало чувство, что он этими своими липкими противными речами пеленает бедную Асю в паутину, как паук жертву. Ее надо спасать, это совершенно ясно. Но выйти к этому типу в своем натуральном виде… Это и для него, и для несчастной Аси может плохо кончиться. Она объясняла почему, и он это хорошо запомнил. Личина! Но какая? Лайам Нисон не прокатит. Теан машинально обернулся на телевизор, который тихо что-то вещал, в поисках ответа на свой невысказанный вопрос. И ответ был дан. На экране с кем-то разговаривал тип, с обликом которого Теан уже успел познакомиться. Миллиардер Прохоров. Персонаж, подходящий ему по росту. Набросив эту личину, Теан толкнул дверь и вышел в коридор. Увидев Теана в образе знаменитого на весь свет богача, мужик затрясся, положил на тумбочку букет, заизвинялся и боком выполз из квартиры. Что в этот момент творилось в его голове, Теан даже представить бы не взялся. Ася обернулась, посмотрела на Теана, тихо сползла на пол и застонала. Он испугался, не понимая, что случилось с девушкой. Вроде ничего плохого он не сделал, что же она стонет. А она не просто стонала, теперь она уже плакала. Теан бросился к Асе, уселся рядом на коврик, схватил за плечи, желая успокоить и утешить, и тут до него дошло: она не плакала. Она хохотала, ржала до истерики, слезы брызгали от неудержимого смеха. Ужасный стон, так его напугавший, был просто неудачной попыткой этот смех сдержать. В первую минуту Теан содрогнулся, ему показалось, что смеются над ним. Но уже в следующее мгновение он и сам утирал слезы смеха, так заразительно хохотала Ася. Они ржали, валились друг на друга, пытались встать и снова падали от смеха. Воспитанный в строгости принц, для которого смех был чем-то скорее постыдным, в первый раз в жизни хохотал от души, и с этим хохотом уходило из его жизни что-то тяжелое, чему он не знал названия, но уходу чего не мог не радоваться. От смеха он чувствовал себя необъяснимо легким и воздушным, готовым взлететь.

Через полчаса им удалось прекратить ржач и передислоцироваться в кухню. Ася разлила по кружкам чай, достала варенье и стала расспрашивать, как он догадался прикинуться Прохоровым? Услышав, что Прохорова в тот самый момент показывали по телевизору, сказала: «Это судьба». И добавила:

– Что теперь будет, я представить себе не могу. Этот идиот всем растреплет, что у меня миллиардер в любовниках. Если до мамы дойдет, она сюда примчится и вынесет мне мозг. А что при этом будет с тобой, я даже думать не хочу. Хорошо, что через неделю майские. Наш шеф меня до десятого отпустил. Скажу всем, что сейчас я очень занята, а на майские уезжаю.

– А кто будет тебя спрашивать про миллиардера Прохорова, тем объясняй, что твой бывший жених спятил от ревности, спутав знакомого, который за чем-то заехал, с известной в телевизоре фигурой. Потому что общего у него с Прохоровым только рост.

– Молодец, соображаешь. Так и буду народу объявлять.

В общем, вечер воскресенья прошел в атмосфере дружбы. А в понедельник все случилось, и виноват в этом был сам Теан, вернее, его любопытство. Хотя, если бы его спросили, жалеет ли он о совершенном, он ответил бы «ни одной минуты».

Девушка в качестве зарядного устройства

Диски в коробочках стояли на двух полках. На нижней Теан все освоил: справа наука, слева развлечения. А до верхней он добрался в понедельник, когда Ася уже ушла на работу. Поставил, посмотрел минут десять, хотел уже выключить и выбрать что-то другое, как вдруг глаза у него полезли на лоб, дыхание участилось… Еще через пару минут он не знал, куда девать глаза, а потом наоборот, не мог оторвать взгляд от того, что происходило на экране. Двое занимались любовью. Теан знал как это должно происходить теоретически, но то, что творилось на экране, ни в какие ворота не лезло. Подробностей конечно не показывали, но и того, что было видно, хватало. Он не мог и предположить что это, по его понятиям довольно стыдное занятие, можно вот так показать всему миру. И ведь ему не плеваться, не возмущаться хотелось. Ему хотелось быть на месте этого парня, быть этим парнем, и так же страстно любить прекрасную девушку. Что девушка была прекрасна, не вызывало сомнений. Думать о том, к какой расе она принадлежит, не хотелось. Хотелось обладать ею так же неистово, как этот не слишком красивый мужчина. Да, он был влюблен в Аролу, но ничего подобного он к ней не испытывал. Благоговение, восхищение, потом отвращение… А здесь он видел страсть, и разделял ее. В конце концов любовники расстались, да и немудрено. Так гореть постоянно, всю жизнь… Это просто невозможно. Фильм кончился, Теан сидел перед экраном опустошенный и все продолжал переживать виденное. Да, в большинстве фильмов с нижней полки были любовные сцены, но такого…. Интересно, а еще подобное там есть?

Следующий фильм понравился Теану меньше. Все было красиво, может быть более утонченно, но общее чувство было скорее грустным. Зато сам процесс был показан более подробно, правда, без самого завершения. Раздираемый в клочья новым знанием принц не мог ни есть, ни пить. Книги, приготовленные для изучения, так и остались неизученными. Он даже в душ сходил и облил себя холодной водой, чтобы успокоиться. А он еще чувствовал легкое презрение к старшему брату, когда тот шел на очередное свидание. Завидовать надо было!!! Идиот!!! Уже вполне совершеннолетний парень, а все еще девственник. Он вновь и вновь представлял сцены из фильма, даже помимо своей воли. В какой-то момент до Теана дошло, что на месте белокурой героини он видит совсем другую девушку. Темноволосую. Асю. И он хочет ее так, что скулы сводит. Стоило отдать себе отчет в происходящем, и Теану удалось вспомнить, как погнала она его тогда из спальни. А ведь она точно не девственница. Эта мысль еще сильнее распалила воображение принца, но в то же время он видел всю невозможность такой близости. Если он попробует залезть к ней в постель, можно попрощаться с их замечательной дружбой, которую Теан привык ценить. Так он метался по комнате, не зная, на что решиться. Перед Асиным приходом он наконец сумел договориться сам с собой. Надо вести себя как ни в чем не бывало и караулить момент. Кто ее знает, может она не так уж недоступна.

Я пришла в понедельник с работы и поняла, что что-то изменилось. Угадать что именно я была не в состоянии. Вроде все как обычно. Анимешка выскочил из своей комнаты, взял у меня сумки, отнес на кухню и даже чайник сразу поставил, обучился за неделю, выработал ритуал. Полезное в хозяйстве существо удалось воспитать из иномирного принца. А потом мы сели ужинать, и тут я почувствовала, что мне не по себе. Парень глядел на меня как-то по-новому. Я не отдавала себе отчета почему этот взгляд меня напрягает, но факт был налицо. Так, Алиса Селезнева, остановись и подумай: это тебе ничего не напоминает? Ответ пришел сразу же: напоминает, да еще как! Это тяжелый мужской взгляд полный желания, просто в исполнении анимэшки от непривычен. Большую часть выражений лица у Теана я хорошо изучила: неподдельный интерес, восторг, кроткое довольство и беззащитное отчаяние. А тут лицо застыло, все эмоции с него ушли и только смотрит он на меня так, что я это кожей чувствую. Это не обычный раздевающий взгляд записного ловеласа, а что-то гораздо более интимное и опасное. Чувство такое, как будто он не смотрит, а уже ласкает мое тело. И мне, черт возьми, не противно. Стой, Ася, остановись. Ты же не влюблена в этого смешного принца. Да, за прошедшую неделю вы практически сроднились. Тебе он очень нравится. Неглупый, стремящийся к знаниям, доброжелательный и хорошо воспитанный, при этом кроткий и беззащитный… Да, еще красивый. Но никаким боком не мужчина. То явление в спальне в первую ночь было просто разведкой. Паренек устанавливал допустимые границы отношений. Никакой угрозы не ощущалось, поэтому ты так нахально себя вела. Орала на него, но даже с кровати не поднялась. А сейчас творится что-то непонятное. Напротив сидит именно мужчина, который тебя хочет, ошибки быть не может. А ты-то сама хочешь?

У меня нет и не было заскоков насчет девичьей чести, которую надо хранить до свадьбы. Учеба в медицинском институте кому хочешь прививает толику здорового цинизма и вполне разумное отношение к физическому контакту. В смысле, не надо хлопать крыльями, ничего сверхъестественного в этом нет. Все возможно по обоюдному согласию сторон. Надо только не валять дурака, забывая о мерах защиты. Дети должны рождаться в полных семьях от большой любви. Так что тогда меня беспокоит?

Поняла, ключевое понятие – согласие сторон. Он, может, и хочет, но я пока не согласна, не хочу, и все тут. Во-первых, несмотря на взгляд, я все еще не могла в нем увидеть мужчину, сексуального партнера, если хотите. А во-вторых, нет желания портить нашу такую чудесную дружбу, удивительные теплые отношения, к которым я уже успела привыкнуть.

Он заметил, что я не в своей тарелке, и стал задавать вопросы чтобы отвлечь внимание. Что-то из области физики. Электричество и магнетизм. У меня эти темы никогда не входили в число любимых, поэтому я отвечала с пятого на десятое и в конце концов отослала его к учебнику. За весь вечер ничего не произошло, но обстановка создалась тягостная, так что я ушла спать непривычно рано. Теан не решился сунуться за мной, а я сделала то, чего не делала до сих пор. В квартире не было замков на внутренних дверях, но до сей поры я спокойно спала, не боясь, что Теан попробует воспользоваться ситуацией. Мне это и в голову не приходило. А тут испугалась и просунула в отверстие дверной ручки швабру. Дверь открывается наружу, так что это приспособление запирало спальню довольно эффективно.

На следующий день я вернулась с работы и снова встретилась с тем же взглядом. Я его благополучно проигнорировала и попыталась отвлечь мальчика разговорами о магии крови. Может, попробовать напоить амулет кровью? Моей, например. Я в себе магии не вижу, но вдруг у амулета другое мнение?

Парень вроде отвлекся. Мы нашли в шкафу серебряную конфетницу, принадлежавшую еще моей прабабушке, положили в нее амулет и я ткнула острым кончиком ножа в подушечку большого пальца. Кровь потекла на удивление бойко. Когда надо анализ крови сдать, медсестра мои пальцы упорно «доит», а тут сама текла. Я перемазала и себя, и конфетницу, и амулет. Потом мы долго сидели над несчастной золотой блямбой, пытаясь уловить хоть проблеск собственного света в мерцающей толще адуляра, но тщетно. Впрочем, я и не надеялась на результат, просто хотела отвлечь мое чудо от неправильных мыслей. На короткое время это удалось. Но как только стало ясно, что эксперимент провалился, я снова ощутила на себе тот же тяжелый взгляд.

Утром во вторник, сразу после того как Ася ушла на работу, Теан снова полез на верхнюю полку и достал следующий диск. По некоторым ее словам он понял, что содержимое шкафов принадлежит не ей, а ее брату, и уж точно она никогда не видела этих дисков и не представляет себе, что на них. Отлично, Теану попалась информация специально для мужчин, и надо ее использовать. Вот только новый фильм был совсем не такой, как два предыдущих. Во вчерашних было искусство: чувство, страсть, недомолвки и красота. Здесь же он нашел наконец обучающий материал, где было подробно показано что и как. К этому прилагалось минимальное содержание, но Теан его практически не заметил. Зрелище было по большому счету противным, но зато подробным, ответившим сразу на все вопросы, мучившие юношу. Никаких чувств, простые медицинские факты. Почему-то после просмотра ему стало легче на душе. Наверное потому что теперь он очень ясно представлял чего хочет. Зато желание становилось почти нестерпимым, приближаясь к тому рубежу, когда все преграды падают.

Когда Ася наконец вернулась домой, Теан посмотрел на нее и понял, что она, в свою очередь, глядит на него с испугом. Странно, она его не боялась с самого начала. Робость ей несвойственна. Или она чувствует его желание? Боится проснувшегося в нем мужчину?

Он постарался взять себя в руки и с энтузиазмом откликнулся на предложение провести очередной эксперимент с амулетом, будучи заранее уверен, что ничего из этого не выйдет. Он и не хотел, чтобы вышло. По крайней мере сейчас, до того, как эта женщина будет ему принадлежать. Амулет лежал в красивой серебряной коробочке с крышкой, измазанный Асиной кровью, они тупо сидели над ним, пытаясь поймать изменения и не находя их. Не в силах больше терпеть установившееся напряженное молчание, Теан схватил свой медальон, побежал с ним в ванную, отмыл от крови и надел на шею. Ася все так же сидела на стуле, вперив взор в никуда, и молчала, о чем-то глубоко задумавшись.

Теану вдруг стало мучительно ясно, что он не сможет сделать ничего, чтобы затащить Асю в постель без ее согласия. Сила его желания тут ничего не значит, для этого он должен переступить в себе что-то настолько сильное и важное, что потом только смерть, потому что жить с этим он не сможет. Благородный человек не может быть насильником. Тут слезы хлынули у него из глаз от безысходности. Ася поняла это по-своему. Она встрепенулась, бросилась к нему, усадила рядом с собой на диван и стала утешать:

– Ну, миленький, не плачь! Все будет хорошо. Не сегодня, так завтра. Зарядим мы этот амулет. Не может быть, чтобы нам все не удалось. Не плачь, Теан, не надо, ну пожалуйста.

Она гладила его по спине и говорила ласковые слова утешения. Какое-то время принц отворачивался от девушки, давясь слезами, но потом повернулся к ней, обхватил и уткнулся лицом в грудь, тонкая блузка сразу намокла от его слез. Легкий аромат духов смешивался с волнующим запахом ее тела, унося из головы все мысли и оставляя только бесконечную нежность. Он потерся лицом о грудь девушки и начал ее целовать, поднимая голову все выше в поисках желанных губ. В какой-то момент она попыталась отстраниться, но потом замерла в его объятиях, не отвечая, но принимая ласки. Продолжая целовать Асю, Теан стал гладить ее спину и почувствовал, как девушка вздрагивает всем телом под его руками. Еще недавно он решил бы, что она дрожит от страха или отвращения, но сегодня знал точно, что так ей передается его возбуждение. Он услышал ее прерывистое дыхание у своего уха, чуть повернулся и накрыл ее нежный полуоткрытый рот своим.

Все случилось так, как он даже мечтать не смел. Как-то незаметно они переместились в ее спальню, где Теан наконец сумел раздеть свою возлюбленную и уложить на кровать, с которой он поспешно сдернул покрывало. Какое-то время она только принимала его ласки, но потом начала отвечать с неожиданной страстью. Минут через сорок они лежали рядышком опустошенные, изможденные, умиротворенные. Ася тихонько дремала, уткнувшись в подушку, Сейчас ничто не выдавало в ней тот неистовый темперамент, который поразил Теана до глубины души. Эта спокойная, разумная, уравновешенная девушка оказалась невероятно страстной любовницей, не только дарившей наслаждение, но и получавшей его полной мерой. Сам Теан был на седьмом небе от счастья. Он чувствовал себя героем, необыкновенным сильным мужчиной, любовником и защитником этой маленькой нежной женщины, которая еще недавно отдавалась ему с таким пылом, а теперь спит тихонечко у него под боком. Принц с гордостью распрямил спину и при этом от его груди отлепился медальон, вдавленный туда во время неистовых объятий и приклеенный его собственным потом. Теан снял амулет и тупо на него уставился. Камень тускло светился в темноте.

Когда Теан горестно зарыдал, это стало для меня полной неожиданностью. Я забыла свои опасения и бросилась к нему, чтобы успокоить и утешить. Поначалу он отворачивался, желая, видимо, скрыть слезы, которых стыдился. А потом повернулся ко мне, обхватил обеими руками, уткнулся прямо в грудь лбом и зарыдал еще горше. Все его надежды на возвращение в свой мир разбивались прахом.

Я поглаживала густые лиловые волосы, желая успокоить бедняжку, и вдруг почувствовала, что он уже не плачет. Наоборот, он стал нежно целовать то, что попадалось под его губы, а именно мою грудь, к тому моменту уже изрядно промокшую. В первый момент у меня возникло желание вырваться, но оно практически тут же погасло, осталась какая-то размягченность и апатия, смешанная с нежностью. В голове болталась только одна мысль: отказывать ему сейчас я не буду. Это было бы слишком жестоко. А если честно, мне нравится то, что происходит. Я тоже его хочу. Тело само отзывалось на ласку. В какое-то мгновение я выгнала из головы последнюю мысль и отпустила себя полностью. Как мне это удалось, сама не знаю, никогда раньше со мной такого не было. Хотя для моих двадцати четырех я была на редкость неиспорченной девицей. За всю предыдущую жизнь у меня было всего три сексуальных партнера. Первый был груб и неловок, второй от него недалеко ушел, оставалось только удивляться, что я в результате не стала полностью фригидной. Третьим был недоброй памяти Сережа. Он был довольно нежен и умел, но настолько зануден, что полностью выключить мозг и отдаться инстинктам с ним не получалось. А тут вдруг мозг отрубился сам. По-моему, я впервые в жизни испытала оргазм, по крайней мере мне так показалось. Я выгибалась дугой, мяукала как кошка, оплетала его тело руками и ногами и в конце концов практически изнасиловала парня, а он был этому несказанно рад, о чем и шептал мне в ухо, когда все закончилось.

Утомившись после бурного секса я почти сразу задремала. Разбудил меня иномирец очень странным способом. Он не тряс меня, не толкал, ничего не говорил, просто смотрел, но так, что я вскочила, как ошпаренная.

– Что? Что случилось? Скажи, что-то произошло?

Он поднял на меня свои огромные фиалковые глаза и прошептал чуть слышно:

– Посмотри, – и показал мне на лежавший перед ним на кровати амулет перемещений.

Адуляр светился в темноте. Свет был неяркий, больше всего походивший на остаточную светимость энергосберегающих ламп, но он был! Амулет начал заряжаться.

– Ни фига себе. Это мы его зарядили?

– Это ты его зарядила. Не знаю, правда, как, но догадываюсь. Теперь мне кое-что становится понятно.

– Что понятно? О чем ты?

– Помнишь про остаточное магическое поле? Это твое поле, ты его оставила. Но ты не маг, иначе ты умела бы колдовать. Ты – магическое существо. Я не очень понимаю, что это значит, знаю одно: я тебя люблю, – он снова потянулся ко мне, но сначала надел свой знаменитый кулон на мою шею.

Наши ласки не были уже такими страстными, в них было больше нежности, но и больше силы. На этот раз и прелюдия, и сам акт были долгими и томительными. Наконец мы разжали объятия и я сама увидела: камень стал светиться чуть ярче.

Утром Теан разбудил меня поцелуем и снова все повторилось, но уже по-утреннему. Парень просто обалдевал от восторга, но меня изнутри царапал вопрос: он так радуется нашей близости, или тому, что наконец нашел способ зарядить свой треклятый амулет? Я встала, оделась, позавтракала, пока мой принц нежился в постели. Перед уходом на работу зашла в его комнату, благо сам он находился в моей. И тут мне открылся источник его вдохновения. По своей принцевской привычке он не удосужился убрать на место коробки от дисков. Длинный рост позволил Теану залезть на верхнюю полку, куда Андрюха запихал фильмы, которыми возбуждал своих девочек. За диваном лежали «Девять с половиной недель», «Дикая орхидея» и просто откровенная порнуха. Захотелось заорать, швырнуть ему эти несчастные диски прямо в его анимэшную мордочку, плюнуть в эти фиолетовые глаза, но я сдержалась. Оделась, взяла сумку и ушла. Что я делала на работе для меня до сей поры загадка, действовала на автопилоте. Зато мозг просто взрывался, обрабатывая возникавшие в нем мысли и образы.

Порнуху я мальчику простила очень быстро. Судя по тому, что Теан рассказывал о своей жизни, до встречи со мной он был девственником. Так что эротика просто открыла ему глаза на собственные желания, а порнография объяснила что, куда и как. Так что нечего на парня бочку катить, тем более что сама получила удовольствие.

В этом месте меня и переклинило. Да, все было хорошо, просто замечательно, красиво и естественно, если не считать того, что я Теана не любила. Я видела это настолько отчетливо, что страшно становилось. Что бы он ко мне ни испытывал, с моей стороны этот безумный бурный секс был, без сомнения, дружеским. Его ласки мне нравились и я была благодарна мальчику за то, что он «вышиб» с моего чувственного плана воспоминания об унылом трахе с Сергеем. Я собиралась продолжать, особенно теперь, когда он в этом нуждался, но готова была в любой подходящий момент сказать: «Милый мой, давай до свидания»!

Почему так, я и сама не смогла бы объяснить. Но одно можно было сказать твердо: если завтра он получит наконец свой заряженный амулет и отправится домой, я вздохну спокойно. Я сделаю все, чтобы так и произошло и никакие воспоминания меня мучить не будут. Он стал для меня чем-то вроде психотерапевтического средства, а я стану средством его возвращения.

Вернувшись домой, я поинтересовалась у Теана, как сильно должен светиться адуляр для того чтобы можно было считать амулет заряженным. Он подтвердил свою первоначальную версию: камень должен светиться как лампочка. Вернее, как светодиод.

Бурная ночь, за этим последовавшая, добавила камню свечения лишь самую малость. Я задумалась: сколько же времени потребуется для того, чтобы довести талисман до нужной кондиции. Этак я год с этим красавцем буду трахаться. Теан тоже забеспокоился:

– Я никак не могу понять… В первый раз эффект был очень сильным. А теперь заряд прибавляется по чуть-чуть. С чем это связано? Мое чувство к тебе становится только сильнее, да и ты получаешь удовольствие, я же вижу, – он снова начал меня ласкать, сонно шепча:

– Ничего не понимаю, не понимаю, люблю, не понимаю, ничего, мы вместе поймем…

Утром я снова посмотрела на лунный камень, свет которого пока еще нельзя было заметить не в темноте. Если мы будем продвигаться такими темпами, я обречена все праздники проработать зарядным устройством. Ладно, ради благородной цели я согласна на любые жертвы. А то анимэшка останется сидеть на моей шее на веки вечные. Он, конечно, искренне влюблен, но… В общем, это его проблемы. Надо продумать организационные моменты. Чтобы никто не приперся и не помешал. В течение дня я обзвонила родных и подруг. Песня была одна: на праздниках я по горящей путевке уезжаю в Тунис. Почему в Тунис? Потому что никто из моих близких туда не собирался. Андрей со Светкой планировали провести эти дни в Таиланде, подруги тоже разъезжались кто куда. Единственную опасность представляла моя мама. В течение рабочей недели она меня обычно не посещала, довольствуясь выносом мозга по телефону. А вот праздники будут для нее благодатным временем. Она способна приехать в любой день и час без предупреждения. Единственное, что ее могло остановить, это полное отсутствие дочери по указанному адресу. Звонок к маме я откладывала. Новость ей надо сообщить как можно позже, чтобы она не смогла вмешаться, устроив, например, незапланированные проводы в аэропорту. Если бы еще я ехала, а то ведь дома остаюсь.

К концу дня меня всю трясло. Ну ничего, завтра последний рабочий день, а там… И тут нелегкая принесла нашего директора. Сначала он задал мне несколько вопросов по текущей работе. Я удивилась, обычно он в это не лезет, но вежливо ответила по существу. И тут он вкрадчиво произнес:

– Ася Вениаминовна, насколько я в курсе, вы никуда не собираетесь. Я Вас прошу выйти между праздниками. Я хотел бы порешать с Вами некоторые стратегические вопросы. На праздники нам никто не помешает, – Он посмотрел на меня масляными глазками.

Собрался все мои планы поломать, гаденыш? Не выйдет! Я змеей зашипела:

– Анатолий Геннадьевич, кто вам сказал, что я никуда не собираюсь? Я как раз очень даже собираюсь. В Тунис еду по горящей путевке.

– Вы ее уже выкупили? Если нет, прошу вас отложить поездку, Ася, мне действительно надо с вами обсудить очень серьезные вопросы.

– Ничего откладывать не буду! Вы мне отпуск подписали и я его использую. Хорошее дело! Все отдыхают, одна Селезнева за всех отдувается!

На эту тему я разорялась еще пару минут, но директор снова меня перебил:

– Ася Вениаминовна, я всегда к вам со всей душой, а вы так со мной… Подумайте, вполне возможно, что остаться в ваших интересах. Я вас сделал начальником лаборатории, но это можно и назад отыграть… Мне кажется, вам стоит проявить лояльность…

Тут меня понесло:

– Лояльность? Интересно, кому и какую лояльность я должна проявлять? И чем это вы между праздниками со мною заняться собираетесь? Так, чтобы без свидетелей? В койку хотите пригласить? Не имею ни малейшего желания. У вас своих Лорелей достаточно. И нечего мне угрожать. Если ты меня пальцем тронешь, хорек вонючий, завтра эта твоя фирма будет называться по-другому, главой ее буду я, а тебя за дверь вышвырну, чтобы не приставал к порядочным девушкам!!!

Я почему-то так распалилась, что уже не могла остановиться. Какое счастье, что в нашей секции никого, кроме меня и директора уже не было. Придурок явно испугался, вместо того, чтобы выгнать меня с работы, залепетал что-то успокоительное и ретировался задом, а я еще вдогонку кинула стакан с ручками. Стакан грохнулся об дверь, ручки разлетелись по полу, и я вдруг остыла. Опустилась на корточки, стала их собирать. Силы меня покинули, хотелось лечь, заснуть и забыть обо всем. Но надо вставать, ехать домой, ужин готовить… Я через силу заставила себя подняться с пола и отправилась в сторону дома. Хорошо, что у меня машина под задницей. Толкаться в людской толпе я бы сейчас не смогла. Ехала я долго и приехала совсем измочаленная. Теан заохал, захлопотал, усадил за стол и даже сам приготовил горячие бутерброды. Молодец, микроволновку освоил на отлично. Я без энтузиазма их пожевала, выпила чай и стала собираться в ванную. Теан подошел сзади, обнял, стащил с меня свитер и чуть не подавился. Блямба светилась вдвое ярче чем утром.

– Ася, что это?

– Ты меня об этом спрашиваешь? Амулет твой бесценный. А что?

– Ты его опять заряжала. И здорово подзарядила. Но как? Или ты не на работе была?

В голосе чувствовались боль и обида, чуть ли не слезы. Мальчик ревнует?

– Теан, дорогой, я была именно на работе. А почему он стал так сильно светиться, сама не пойму. Давай я помоюсь и поговорим спокойно. Может, удастся что-то сообразить. Одно ясно: как-то он от меня заряжается, еще бы догадаться как.

Я плескалась в ванне, а Теан маялся за дверью. Сначала я просто отмокала, потом колесики в голове начали крутиться… Что было сегодня такого, что могло повлиять на амулет? Кроме скандала с начальством ничего. А тогда, в первый раз с Теаном? Ну никак тот безбашенный секс с морем удовольствия не походил на скандал. Я тогда совсем мозг отключила… Так, что-то нащупывается… Ключевое слово, по-моему, безбашенный. Как я сегодня орала на шефа! Просто как с цепи сорвалась. Неслась на волне, крушила все подряд не разбирая, и мне в процессе становилось легче. А потом меня враз силы оставили. Так, кажется бабушка приехала. Яркие, сильные, ничем не сдерживаемые эмоции выплескиваются, и амулет заряжается. Содержание значение не имеет. Ярость заряжает ничуть не хуже любовной страсти. Это упрощает дело. После того первого раза у меня с Теаном не получается такого сильного выброса энергии. Наверное потому, что я его не люблю. Эмоции есть, я себя не сдерживаю, но общий потенциал низкий. А вот с яростью проблем быть не должно. Кто меня может сильно разозлить? Знаю, моя маман. Ей это раз плюнуть. Нет, сейчас звонить не буду, сил нет. Завтра попробую. Посрусь с ней от души и готово. Можно моего дорогого анимэшечку домой отправлять.

Додумав мысль до конца, я вылезла из ванной. Принц караулил меня в коридоре. Не успела я слова сказать, он меня сгреб и потащил в спальню. Уложил на кровать, укрыл, сам пристроился рядом на одеяле и, как видно, приготовился слушать мою исповедь. Я ему все рассказала, причем с комментариями, так что к концу рассказа у него были глаза не по семь копеек, а как минимум по пятьсот рублей. Потом мы долго лежали молча и он даже не пытался приставать. Наконец соизволил изречь:

– Если я правильно понял, чтобы зарядить амулет ты должна испытывать сильные эмоции, причем ничем их не сдерживать. Ты меня совсем не любишь?

Кто-нибудь понял, как он пришел к такому выводу? Засранец

– Ты все понял правильно. А насчет любви… Прости меня, Теан. Я очень тебя люблю. Как друга, как брата. И всегда буду помнить. Но скоро наши пути разойдутся. Ты поедешь в свой мир, а я останусь здесь.

– Но ты…ты… Тебе же было хорошо со мной! Я видел! Я чувствовал! Я не слепой и не идиот! А сейчас ты говоришь, что любишь меня как брата! С братьями ЭТИМ не занимаются! Почему ты такая жестокая? Или это, наоборот, такой способ сделать меня менее несчастным? Чтобы я меньше страдал, потеряв тебя навсегда?

– Ой, Теан, я не знаю, правда… Я не хочу, чтобы ты страдал, и врать тебе не хочу. Мне было очень хорошо с тобой. Мне и сейчас с тобой хорошо, но это скоро закончится. Давай не будем портить наши последние дни. Я уже знаю, как зарядить амулет. Завтра, послезавтра, ну, может надо еще денек накинуть… И ты отправишься обратно в свой мир. Так что не надо на меня кричать, лучше обними и поцелуй.

– Ася, я не хочу с тобой расставаться. Я готов на все. Хочешь, я останусь в твоем мире?

Вот только этого мне и не хватало.

– Нет, Теан, не хочу. В моем мире ты не будешь счастлив просто потому что здесь нет никого хоть отдаленно похожего на тебя. Думаешь, почему ты выходил из дома под личиной? Я боялась что тебя увидят и захотят разобраться, что ты из себя представляешь. Это может закончиться только неволей и мучениями. Меня у тебя отберут и ничего не дадут взамен.

– Я понял. Тогда я приглашаю тебя в свой мир.

– Давай не будем портить то, что было хорошо. В твоем мире несчастной стану я.

Он еще долго меня уговаривал, но я не слушала. Сегодняшний выброс магической энергии оставил меня без физических сил. Так что красавчик ласкал вполне бесчувственное тело.

На следующий день я получила от своего директора электронное письмо с извинениями. Тон был вполне официальный, но с некими игривыми элементами. Братца моего боится, сволочь. Ладно, здесь проехали. Не выгоняет пока, и хорошо. А там видно будет.

Больше всего волновал меня предстоящий разговор с маменькой. Удастся ли дойти до кондиции и слететь с катушек? Или придется продолжать доить энергию по капельке посредством постели? Мне это уже порядком надоело.

Но волновалась я зря. Позвонив и сообщив, что нахожусь в аэропорту и мой рейс на Тунис вылетает буквально через час, я услышала о себе столько, что крышу снесло на раз. Я завопила как раненый вепрь и понеслась в наступление. Выложила все, что я думаю относительно ее манеры лезть в мою жизнь и решать за меня, в то время как она сама… Что я конкретно орала, вспомнить сейчас не могу, Но чувствовала одно: плотина рухнула и мои, ничем не сдерживаемые чувства, несутся куда-то бешеной лавиной. Если учесть, сколько лет я терпела, не решаясь сказать родной матери все, что о ней думаю, выброс энергии должен быть чудовищным. В конце я швырнула мобильник в стену так, что он разлетелся на мелкие кусочки.

Разговор состоялся в прихожей, и, как только я закончила, из комнаты с опаской вылез Теан. Я сделала шаг и рухнула ему на руки. Дальше было весело. Он пытался одновременно оттащить меня в комнату и рассмотреть свой талисман, который так сиял, что его отлично было видно через свитер. Потом он все-таки сумел установить для себя порядок действий: перенес меня на кровать, раздел, снял с шеи амулет и положил на тумбочку.

Вот это да! Этого я даже представить себе не могла. Такое ощущение, что вместо адуляра в кулон вставлен мощный светодиод голубого цвета. Интересно, после первого раза свет был слегка розоватый, но сейчас ничего розового не наблюдалось. Теан присвистнул. Надо же! Я и не думала, что он так умеет.

– Ася, я не верю своим глазам. Этот талисман заряжал самый сильный наш маг, но тогда он не светил и вполовину так ярко. Цвет, правда, немного другой. Но это неважно. Главное сила! А силы тут… Ася, дорогая, я не знаю, как тебя благодарить, – и он бросился на меня с поцелуями.

Я представляла себе, что, получив наконец свой великий артефакт, принц сразу же отправится в свой мир. Ничего подобного. Он заявил, что отправится утром, а сейчас хочет, во-первых, со мной попрощаться, а во-вторых, собраться. Про прощание я поняла, а что он собирать будет? Сюда-то его практически без вещей занесло. Оказалось, он хочет забрать с собой мои старые учебники. Дай Бог ему здоровья, не будут по квартире пыль собирать. Выкинуть книги у меня рука не поднимается, а с другой стороны, они никому на фиг не нужны. Озвучив эту мысль, я завернулась в одеяло и заснула. Работать зарядником – дело непростое, требует уймы физических сил. Принц ушел в свою комнату (раньше я ее называла Андрюхиной). Что он там делал, не знаю, наверное собирался. Часа через два я проснулась от голода. Теан лежал рядом на одеяле. Узнав, что я голодная, потащил на кухню. В результате я же его кормила ужином. Наевшись, мы вернулись в спальню и провели очень бурную прощальную ночь.

Утро порадовало меня хорошей погодой и мыслями о грядущей свободе. Теана рядом не было. Может, улизнул в свой мир пока я спала? Но нет, судя по звукам, он шебуршится в соседней комнате. Я надела халат, теплые тапочки с помпонами и пошла посмотреть, что он там делает. Он стоял посреди комнаты рядом со стопками книг. Увидев меня, разулыбался, раскрыл объятия. И я как полная дура подошла и обняла это коварное чудовище.

Как меня занесло туда не знаю куда и что я там увидела

Перемещение в пространстве, портал, телепорт: как эту дрянь ни называй, а ощущения гадостные. В последний момент я уцепилась за торшер, стоявший около дивана. Его еще моя бабушка привезла из Питера задолго до моего рождения. Зачем я это сделала, не скажу. Так, в халате и тапочках, с торшером в руках я ввалилась в чужой мир.

Сначала мне было настолько плохо, что я тупо уткнулась в грудь вредного анимэшки и застонала. Через пару минут с трудом удалось открыть глаза. Я и вообразить не могла, где окажусь. Мы с Теаном стояли на невысоком подиуме перед камином. Подиум, в свою очередь, находился в зале, который напомнил мне многочисленные замки Луары. Светло-серый камень, какие-то готические элементы декора, узкие окна, завешенные гобеленами простенки. У дверей стража в до блеска начищенных кирасах и с алебардами. Посредине огромный дубовый стол, за ним сидят пятеро. То есть уже не сидят. Судя по всему, при нашем появлении эти ребята вскочили со своих мест да так и застыли. Между тем мой иномирец (или теперь, когда он местный, а я как раз иномирка (иномирянка?) его так назвать неправильно?) пришел в себя раньше всех. Еще бы, в отличие от других он-то был к этому готов. Очухался и завопил:

– Дорогой мой брат! Как я счастлив видеть тебя в добром здравии! Разреши представить тебе прекрасную госпожу Асю. Она приютила меня в том мире, куда меня отправило искусство твоего уважаемого мага Анколя, и помогла вернуться домой целым и невредимым.

Ага, один из присутствующих – его брат. Принц или король, надо полагать. Я попыталась поклониться или изобразить другой приветственный жест, но Теан держал меня крепко и усилие пропало втуне. Между тем сидевший к нам ближе всех мужчина с гривой темно-синих волос соизволил наконец открыть рот:

– Что это значит, принц Теан? Где вы были столько времени? Почему вы не поступили так, как вам было рекомендовано? И зачем вы притащили сюда эту женщину? – голос его звучал очень сердито.

Похоже, это принц и есть. Ответ анимэшки подтвердил мою гипотезу.

– Дорогой брат, – снова завопил Теан, – не торопите меня, и я вам все объясню подробно. Вкратце могу сказать: наши маги ошиблись. Силы в амулете хватило на дорогу туда, чтобы возвратиться мне пришлось приложить немало усилий. Без этой благородной госпожи я остался бы там навсегда.

После первых нескольких слов он выдохся и стал говорить значительно тише, но я поняла его задумку: ему было нужно, чтобы его не прервали сразу. Не похоже что братец его любит. Не слишком он обрадовался, увидев Теана живым и здоровым. А на меня эти красавцы вообще смотрят как на грязь. Вроде меня тут и нет.

– Хорошо, брат мой, я выслушаю вас. Потом. Сейчас идите и приведите себя в порядок. Эта дама, – он произнес слово «дама» так, что захотелось дать ему в ухо, – понимает наш язык?

– Да, брат мой, я дал ей амулет-переводчик.

– Отлично. Ступайте, брат мой. Примите ванну, переоденьтесь. Я пришлю за вами. Дама останется тут, – добавил он довольно злобно, когда заметил, что Теан пытается увести меня с собой.

И я осталась одна. В халате, тапочках и с торшером.

Теанов брат вышел из-за стола и подошел ко мне. По сравнению со своим младшеньким он был более человекообразен, что ли, и далеко не так неестественно красив. Ростом поменьше, а в плечах значительно пошире. Он фигуры веяло силой. Он подошел ко мне вплотную и заглянул в лицо. Я тоже с интересом на него уставилась. У него не только волосы, у него и глаза оказались темно-синими. Интересно, это у здешних вообще так? В смысле, какие волосы, такие и глаза. А вот заглядывать в эти глазки не стоило. Глубокие как бездна, синие, как январское ночное небо, в них звездами светится ум и что-то еще, чему я не могу подобрать названия. Я утонула в них сразу и бесповоротно. Голова закружилась, колени ослабели. Мне захотелось… А, фигня все это. Неважно, что мне захотелось, но этому парню ничего такого нужно не было. Он обратился ко мне весьма сурово:

– Благородная госпожа, как ваше имя?

– Алиса Вениаминовна Селезнева, – произнесла я гордо.

– Мой брат назвал вас иначе.

– Он зовет меня Ася. Это сокращенное имя.

Хотела я сказать «уменьшительно-ласкательное», но побоялась.

– Скажите, – и сердце у меня дрогнуло. Сейчас он спросит про мои отношения с Теаном, а что я ему отвечу? – Скажите, Ася, а в вашем мире принято так одеваться?

Ой, стыдобушка! Ведь я как с кровати встала, так и явилась перед его светлые (темные!) очи. Если сказать, что этот вопрос меня смутил, значит, не сказать ничего. А смутившись, я разозлилась. Что он ко мне привязался?

– В нашем мире так одеваются, когда утром с постели поднимаются. Ваш братец мне одеться не дал, с ходу в свой мир затащил, даже не предупредил.

– Интересно,– протянул синеволосый, – а что это у вас в руках, благородная госпожа Ася?

– Торшер, – злобно рявкнула я.

– А что такое торшер?

– Осветительный прибор.

Разговор начинал принимать вполне идиотический характер. Я посмотрела на опешившего синеволосого и его совершенно офигевших подельников за столом и начала хихикать. Сначала на лице старшего принца нарисовался гнев, но не прошло и нескольких секунд, как он тоже начал подхихикивать, очевидно, поняв всю комичность ситуации. Через минуту мы с ним уже ржали в голос, а еще через минуту к нам присоединились остальные. Отсмеявшись старший принц снова стал очень серьезным:

– Благородная госпожа Ася, мой брат нарушил все, что можно, притащив вас сюда. Если бы не шла война, я бы немедленно отправил вас обратно. Но сейчас этим некому заняться. Поэтому я приглашаю вас пока пожить во дворце. Сейчас я отдам распоряжения и вас проводят в ваши покои. Позднее я поговорю с вами более подробно.

– Благодарю вас, ваше высочество, – проговорила я, изобразив что-то среднее между книксеном и придворным реверансом.

Получилось не очень, тапки мешали. Принц хмыкнул и красивым жестом указал мне, в какую сторону двигаться. Я поплелась, не выпуская из рук торшера. На пороге меня догнал один из тех, что сидели за столом. Волосы у него были болотного цвета, очевидно, такие же оказались и глаза. На героя анимэ он был похож не меньше, чем Теан. Ясно, анимэшки – это аронайцы и есть. Он заговорил со мною довольно ласково, освободил от торшера и проводил в комнаты, где мне предстояло жить.

Их было целых три. Гостиная, спальня и кабинет. Все очень красивое, опять в том же стиле французских замков на Луаре. А еще там были удобства. Ванна просто поражала воображение. Огромная, из голубоватого мрамора, кранов, правда, нигде не видно. Через пару минут пришла служанка и наполнила ванну теплой водой с душистой пеной. Как она это сделала, осталось за кадром. Дальше от меня уже ничего не зависело. Меня мыли, вытирали, расчесывали, потом одели в какое-то непонятное одеяние типа шикарной ночной рубашки с кружевами и оборочками, и усадили в кресло. Там я просидела недолго: пришла портниха снимать с меня мерки. Фасоны она со мной обсуждать отказалась, заявив, что я получу полный комплект нарядов достойных моего статуса. Какого еще статуса?

Потом мне подали завтрак или обед. Мясо, овощи, какая-то каша, пирог, сок, что-то вроде чая и фрукты. Все вкусное, но незнакомое, особенно последнее. Там было нечто, похожее на виноград дамские пальчики, только еще вкуснее и без косточек. Я не стала стесняться, наелась от души и легла отдохнуть.

Несмотря на сумбур в голове, я моментально заснула, настолько успокаивающе подействовало на меня обещание принца отправить меня домой при первой возможности. А может мне снотворное в питье подмешали?

Проснулась я от того, что кто-то сверлит меня взглядом. Я уже хотела шугануть Теана, чтобы не мешал спать, но вдруг поняла, что это не он. Я открыла глаза и пришла в ужас. На моей кровати лежал, забросив ногу на ногу, синеволосый старший брат моего лилового чучелка. На красавце всего и надето, что черные штаны и белая рубашка, ноги босые: не полез на постель в сапогах. Роскошная грива заплетена в низкую косу. Здорово, конечно, но я как-то не готова была увидеть это чудо рядом со мной в кровати, по крайней мере так скоро.

Хорошо еще, что он находился поверх одеяла. Я обвела глазами комнату и не нашла, во что завернуться. Ладно, тогда просто не буду вылезать. Если он пришел поговорить, пусть говорит так. И я храбро вытаращилась прямо в глаза нахального принца. Так мы пару минут играли в гляделки, потом он отвел взгляд и проговорил:

– А вы храбрая девушка, Ася. На вашем месте я бы побаивался, а вы, похоже, просто не знаете, что такое страх.

– Я не идиотка, Ваше высочество, страх и мне знаком. Но сейчас я просто не знаю, чего мне бояться. А бояться впрок, согласитесь, глупо.

– Потрясающе. Не только храбрая, вдобавок еще и не дура. Но я скажу, чего вам бояться. Вернее, кого. Меня. А вдруг я решу не отправлять вас домой?

– Ничего, Ваше Высочество. Я как-нибудь сама доберусь. Сумела же я доставить сюда вашего брата, сумею и сама себе оказать такую же услугу. К тому же Вы мне обещали, а обещания надо выполнять. В нашем мире сказать и не сделать, обмануть – бесчестье. Думаю, у вас здесь та же система, а Вы все-таки как-никак принц. Так что Вы пока еще не передумали, я надеюсь? К тому же, Вы сказали, что есть какой-то закон…

Я, конечно, преувеличила насчет бесчестья, но на принца подействовало, это бросалось в глаза. Он решил не вступать со мной в полемику на тему «слово мое, могу дать, могу забрать обратно», а ответил только на последний вопрос.

– Есть. Закон запрещает перемещать живые существа из других миров в наш. А вот что делать с существами уже перемещенными, зависит от воли правителя. Сейчас им являюсь я.

– Значит, Вы не Высочество, а Величество?

– Пока нет. Его Величество король в плену, но жив. Так что пока я Высочество. – Но Вы можете называть меня Арк.

– Вряд ли я осмелюсь, Ваше Высочество.

– Ну почему же? Называете же вы моего брата Теаном? Он Теан, я Арк. А вы Ася.

– Хорошо, я подумаю, Ваше высочество. Но не обещаю.

– А я буду звать вас Ася, нравится вам это или нет. Так, еще вопрос. Что это за книги притащил мой братец из вашего мира?

– Мои старые школьные учебники.

– В таком количестве?

– Ну, может он еще что-нибудь случайно прихватил? Я не проверяла.

– И вы будете утверждать, что все их прочитали?

– Изучила, мой дорогой, это же учебники, – я начала закипать.

Блин, чего он тут валяется, встать не дает? Ждет, когда я разозлюсь и по шее съезжу? Высочество несчастное. Я ему брата хрен знает откуда притаранила, а он мне хамит и всячески обижает. Даже хвалит как-то обидно.

– Я между прочим, в школе отлично училась, а институт так вообще с красным дипломом закончила.

– Красный диплом – это знак отличия?

– Вот именно.

– А институт?

Надо так понимать, что институтов в этом мире нет. Не придумали пока.

– Это высшая школа. Там учатся те, кто потом зарабатывает на жизнь не руками, а головой.

– Должно быть, полезное установление. Мы с вами, Ася, об этом обязательно должны поговорить. Но я пришел не за этим. Мой брат требует, чтобы я объявил Вас его невестой.

– С чего бы это вдруг? Меня бы спросил сначала. Я своего согласия не давала.

– О, даже так? Насколько я понял, вы с моим дражайшим братцем соединялись.

В смысле?

– Ну, – синеволосый покраснел, я даже не ожидала, – вы были близки. Физически.

– А, это. Да, все правильно, были. Дальше что?

Красавец посмотрел на меня так, как будто я сказала, что ем червяков на завтрак.

– У нас близость до свадьбы не допускается. Особенно у людей знатных, которые что-то из себя представляют. А если уж так случилось, мужчина должен жениться, чтобы не опозорить девушку. Поэтому мой брат хочет объявить вас своей невестой.

Меня аж в пот бросило от таких дел. Надо же, мне собираются рассказать, что замуж надо идти девственницей. Ну, может у них так, а у нас иначе. Нет у нас на это закона. Да, существует такое мнение среди отсталого населения, но обязательным к исполнению повсеместно я его считать не могу. Еле удержалась, чтобы не назвать принца «парень» и на «ты».

– Извини…те, Ваше Высочество, у нас не так. До свадьбы люди свободны в выборе партнера. А вот после… Взятые на себя обязательства надо исполнять.

– Все интереснее и интереснее… О ваших брачных обычаях мы тоже поговорим после. А сейчас надо определить Ваш статус. Я предлагаю Вам выбрать самой.

– Отлично. Выберу, не сомневайтесь. А из чего выбирать?

У мужика брови лезли все выше и выше, я уж испугалась, что они сейчас в волосы упрутся.

– Благородная госпожа Ася, Вы можете быть невестой принца Теана, возлюбленной означенного принца и гостьей королевской семьи. Ну, есть еще варианты, но их мы пока оглашать не будем.

Очень здорово и совершенно неинформативно. Статусы какие-то. Лучше бы бонусы, и желательно в твердой валюте. Пришлось переспросить:

– А что это означает? Ну, в смысле, какой статус что мне дает?

– Невеста принца живет во дворце в собственных покоях, получает содержание, достойное ее статуса, принимает участие в официальных мероприятиях, с принцем видится при свидетелях вплоть до самой свадьбы. Этот статус надо согласовывать с государственным советом. Вы не аронайка, а существо из другого мира, тут могут быть проблемы, – я кивнула, – Возлюбленная принца живет во дворце в покоях принца, получает содержание от принца, видится с ним в любое время, в официальных мероприятиях не участвует. Остается с принцем до тех пор пока он не женится на своей невесте или не расстанется с ней по другой причине. А гостья королевской семьи живет во дворце в отведенных ей покоях, получает содержание по статусу (хорошее, можете мне поверить), свободна в своем передвижении. Никто не может зайти в ее покои без ее разрешения, кроме короля. В данном конкретном случае, кроме лица, его замещающего, то есть меня. Но этот статус ограничен временными рамками: пока действует королевское приглашение.

Вопрос выбора передо мной не стоял, и ежу ясно, что лучше всего быть гостьей, но я для виду помялась минутку, затем заявила:

– Я, пожалуй, выберу третье. Хочу быть гостьей королевской семьи до того счастливого момента когда вы сможете вернуть меня домой. Надеюсь, Вашего королевского приглашения на это хватит.

Красавец соскочил с кровати и трижды хлопнул в ладоши, явно аплодируя.

– Я очень рад, Ася, что Вы смогли сделать этот в высшей степени разумный выбор. Но братишка… Теан с ума сойдет. Получается, Вы ему отказали. Не думайте, пожалуйста, что я имею что-то против собственного брата. Я его очень люблю, но это не мешает мне смотреть на него открытыми глазами и не обольщаться на его счет. Он в Вас влюблен до безумия. Я смотрю на Вас и пытаюсь понять, чем Вы его так привязали. Красотой? Нет, внешность у Вас, конечно, необычная, но чтобы так с ума сходить… Вы умны, я оценил. Но что-то сомневаюсь что моего брата привлекло именно это. В чем ваш секрет, девушка из другого мира? Или все очень просто? Вы его первая женщина?

Тут уж я не стерпела:

– А не кажется ли тебе, дорогой, что это не твое дело? Зачем лезть в чужую постель, своей, что ли, нету?

Ой, я кажется нахамила королевской особе.

– Храбрая малышка. Ты права, девочка, это не мое дело. Но мне все равно интересно. Ничего, время терпит, я все про тебя узнаю. А своя постель у меня есть, тут ты не права…

Он бросил на меня такой взгляд, что я готова была вскочить с кровати и то ли двинуть его в челюсть, то ли со стоном впиться поцелуем в его ехидно кривящиеся губы. Но сдержалась, только подтянула одеяло под подбородок и фыркнула.

Кошмарный тип, именующий себя королевским высочеством принцем Арком, вымелся за дверь. Не успел он уйти, принесли ужин. Что за мир такой? Я тут или ем, или сплю, или с принцем ругаюсь. Тоска. А в разных там фэнтези девицы на мечах рубятся и на лошадях скачут. С другой стороны, я ни того, ни другого не умею и научиться не стремлюсь. Пока я наворачивала вкусные тушеные овощи в горшочке, пришел мой анимэшка. Я имею в виду принца Теана. Пришел возмущенный и очень несчастный. Мне его даже жалко стало, но я вспомнила, как он меня подставил с перемещением, и вся жалость куда-то испарилась. Не успела я велеть ему проваливать и не мешать гостье королевской семьи вкушать положенную по статусу пищу, как он рухнул на сиденье рядом с моим, схватил меня за плечи, развернул к себе и с болью в голосе возгласил:

– Ася, почему? За что?

Что «за что»? Слушай, успокойся, дай мне прожевать и проглотить, иначе я подавлюсь.

Он тут же меня отпустил, отодвинулся и отвернулся, но не ушел. Видно решил дождаться ответа. Ну, я и ответила. Не сразу, минут через семь, когда прикончила овощное рагу.

– А теперь слушай сюда. Ты меня притащил в этот долбаный мир, не спрашивая моего мнения. Вот и я твоего спрашивать не собираюсь. Невесту себе нашел! Ты сначала девушку спроси, выслушай, что она ответит, а потом уже делай широковещательные заявления.

– Но… Как же так… Я должен на тебе жениться. Должен! Понимаешь? А ты должна выйти за меня.

– Теан, тебе это приснилось. Я ничего не должна. Абсолютно. И ты не должен. Я тебе ничего не обещала, клятв не давала. В твой мир тебя переправила? На этом мою миссию прошу считать завершенной.

Я поднялась, парень тоже вскочил. Не дав мне сделать ни шагу схватил за плечи и начал целовать. Через пару минут почувствовал, что ему не отвечают, остановился, отодвинулся, не отпуская, и яростно зашептал:

– Ты меня спасла, понимаешь? И теперь мы должны быть вместе. Это закон. Я тебя никуда не отпущу, не надейся.

Я продолжала стоически молчать. Ну что скажешь в такой ситуации? Ясен пень, ничего умного. Любые слова обернутся против меня. Еще мне вспомнилась незабвенная Джулия Ламберт: «Не делай пауз. Но если взял паузу, держи сколько сможешь». Вот я и держала паузу, доводя юношу до полного умопомрачения. Он опять сменил тон, уже на умоляющий.

– Милая моя, любимая, бесценная, сокровище мое… Ты такая добрая, чистая, честная, благородная… А сейчас… Я не могу тебя понять. Неужели тебе меня совсем не жалко? Ты меня совсем не любишь?

– Так, как жена должна любить мужа – не люблю. Дружба, братство – пожалуйста, сколько хочешь. Брак – ни за что. Прости меня, Теан, но давай поставим наконец точку. Я хочу домой, это все. Женихи, невесты, принцы, короли – это не для меня. То, что ты меня сюда переместил обманом, стало последней каплей. Между нами все кончено.

– Я понял, – снова заговорил Теан, сменив тон в третий раз, теперь уже на злобный, – Это мой братец тебя уговорил. Обольстил, очаровал, соблазнил? Он тебе понравился, да? Ты в него влюбилась? Не обольщайся, ему ты не нужна. Он просто меня хочет таким способом наказать. А тобой он попользуется и выбросит. Ты не первая и не последняя. Так что, как там у вас говорят? Губы не раскатывай. Не думал я, что ты можешь так… Сегодня с одним, завтра с другим… Как дешевая шлюха…

Хлоп! Я воспользовалась тем, что он ослабил хватку, вывернулась и залепила гаденышу пощечину. Думала, он сникнет. Ничего подобного, пощечина его даже подбодрила. Он потащил меня в спальню, повалил на кровать, прижал и начал обцеловывать теперь уже не лицо, а грудь. И что они тут все такие крователюбивые? Чуть что, валят в койку без разговоров. Что дальше? Ах, рот свободен для высказываний? Получи, фашист, гранату.

– Ах ты, скотина бестолковая! Тупое убожество! Мерзкий недоделок! Чтоб тебя приподняло да шлепнуло! А я, дура, другом тебя считала! Гаденыш! Твой братец тоже сволочь порядочная, но он, к твоему сведению, в койку меня не тащил и так по хамски не оскорблял! Он твердо обещал меня домой отправить. А ты свалился мне на голову, жил в моем доме почем зря, ел-пил за мой счет, в постель мою влез, сыграв на моей доброте дурацкой… А теперь я у тебя еще и виновата! И что-то тебе должна! Да это ты мне по гроб жизни обязан! Должен мне ноги мыть и воду пить! Каждого моего слова слушаться! Придурок!

Тут я извернулась и пнула его коленом в грудь. Как только ночнушку свою при этом не порвала. От неожиданности парень отлетел и остался лежать на полу, даже не пытаясь подняться. В глазах его застыло безграничное удивление. Не дожидаясь, когда он придет в себя, я добавила:

– В общем так. Встал и вышел. Я теперь гость королевской семьи. Без моего позволения ты в мои покои заходить не имеешь права. А я этого позволения тебе не даю!

Он полежал еще минут пять, не отрывая от меня взгляда, но я встала, гордо повернулась, ушла в ванную и заперла за собой дверь. Делать мне там было нечего, но от дискуссий я просто вымоталась. Изучение местной сантехники казалось мне куда более увлекательным делом. Примерно через полчаса удалось разобраться как наполнить ванну, как отрегулировать температуру воды и как пользоваться здешним «унитазом», по виду напоминающим ночную вазу на постаменте, но снабженную системой смыва. Когда я вернулась в спальню, там никого не было. А вот в гостиной слышалось шуршание, и я сунулась туда. Слава Богу, вместо кого-то из несносной королевской семейки меня ждала горничная. Очень милая девушка, она мне сразу понравилась. От нее я получила первое платье (на меня подогнали уже готовое, не знаю только чье) и массу полезной информации. Платье оказалось красивым, напоминающим наряды эпохи Возрождения, но застегивалось на спине, самостоятельно такое не наденешь. Винно-красный цвет, как ни странно, мне пошел. Никогда такого не носила, выходит, зря. С одной стороны, мои щеки казались очень бледными, но зато глаза сияли зеленым, рот выделялся ярким пятном, а волосы вообще светились красноватыми огоньками. И это, заметьте, без грамма косметики.

Горничная, которую, к слову, звали Сейда, одела меня, непрерывно щебеча. Она была готова меня просветить по самому широкому кругу вопросов местной жизни. Оставалось только подбрасывать интересующие меня темы. Так я узнала, что принц Теан пропал из дворца в столице два с половиной месяца тому назад. Его отец король тогда тоже находился в столице, стоял во главе войска, ее защищавшего. Неприятель столицу захватил, король попал в плен, а принц Теан, в то время находившийся там в королевском дворце, бесследно исчез.

Сейчас мы находимся в последнем оплоте законной династии – городе Мирене, в Малом Летнем дворце на юге страны. Под контролем законного наследника принца Аркантейла осталось не больше четверти территорий. Но захватчик тоже измотан. Три дня назад принцу удалось заключить перемирие на три месяца. Если бы у врага было все в порядке, он бы на такое не пошел.

Сейчас здесь идут постоянные совещания. Принц принял на себя обязанности регента и со своими советниками изучает обстановку, думает, что делать дальше.

Что она, Сейда, думает о принце Аркантейле? С одной стороны, он замечательный. Выдающийся воин. Сильный маг. Главное, в нем нет этого проклятого аронайского зазнайства. Мол, лебды – грязь под ногами великих и прекрасных аронайцев. Принц не делает различий, для него важны только личные качества. Похоже, в нем есть толика лебдской крови. Не слишком-то он похож на благородного аронайца, скорее на полукровку. Хотя говорить об этом не стоит, можно и в тюрьму загреметь. Сама Сейда – чистокровная лебда, без примеси. А благородная госпожа кто?

Я сказала, что я человек, и попала пальцем в небо. В здешнем языке это слово означает вообще любое человекообразное разумное существо. Пришлось объяснять, что у нас ни Высших (именно так, с большой буквы), ни лебдов, ни аронайцев нет. Люди, и все. На Сейду это произвело огромное впечатление, но по-моему она мне не поверила.

Она продолжила рассказ про принца Арка, и я узнала, что по сравнению с этим красавцем Дон Жуан – птенец желторотый. Его высочество трахает все что шевелится. Здесь, как я поняла, адюльтер – не диво, так он законных жен всех придворных обработал, не говоря уже о женской прислуге. Но самое ужасное не это. Молодые невинные девушки до свадьбы считаются табу. Тронь такую за руку – к алтарю потянут. А принц на это плевал, он и знатных барышень нескольких оприходовал. Зачем далеко ходить? Взять, к примеру, дочь герцога Аролу. Она красавица каких мало. Из-за нее и война началась. Ну, не совсем из-за нее, но все-таки.

Эту самую Аролу представили ко двору и за ней стал ухаживать принц Теаноферн. Принц Аркантейл был в это время в отъезде. Сначала на маневрах, потом с посольством ездил. Как раз к нашему актуальному захватчику. Его хотели на тамошней принцессе женить. Кто хотел? Король, разумеется. Наш. Тамошний тоже был обеими руками за. А принц от этой чести отказался. Ну, тамошний король обиделся и нашему войну объявил. А принц Аркантейл вернулся ко двору и прямо с ходу обесчестил бедную Аролу. Скомпрометировал, а жениться отказался. Там не такая простая история. Судя по всему, она ко двору прибыла уже не девственницей, но всячески это скрывала, чтобы найти себе мужа среди принцев. Держись она Теаноферна может и прокатило бы. Он то, бедняжка, такой невинный, не понял бы ничего, а принц Арк опытный, его не проведешь. Скандал был страшнейший. В результате герцог королю изменил и примкнул к захватчику.

Да, сексуальные развлечения принца не довели страну до добра.

По ходу выяснилось, что сокращать имена здесь принято. Знатным аронайцам при рождении дают вместо имен такой набор букв, что не сократить было бы просто грех. Например, нынешний пленный король имеет тронное имя Саргол II, а настоящее его прозвание мне показалось похоже на что-то вроде «Сургутнефтегаз». Принца Арка на самом деле зовут Аркантоленинериэнтар, а полное имя Теана – Теаноферрагарнилериэн. Да это запомнить – это какую память надо иметь, я уж не говорю о том, чтобы этот бред произносить. Язык сломаешь и обязательно что-нибудь переврешь.

Сейда пояснила: если, не дайте Боги, король умрет в плену, наследник вступит на престол под именем Аркан IV, а если и его не станет, мой анимэшка получит тронное имя Теан III. У лебдов дело обстоит попроще, они не обзывают своих деточек всякими заковыристыми словечками. Кстати, обычай сокращать оригинальные аронайские имена привился именно потому, что как минимум половину населения составляют лебды, а еще процентов тридцать – полукровки. Им просто такое не выговорить.

Угостив Сейду оставшимися от ужина сластями, я узнала, что дворец, в котором мы находимся, был построен 850 лет назад для любимой жены короля. Он находится за городом в огромном парке. Город рядом – Мирена, старинный оплот различных ремесел. Здесь лучшие в стране ювелиры, оружейники, стеклодувы, литейщики, гончары. Перед самой войной принц Арк и глава государственного совета Морон ухитрились вывезти сюда государственную казну. Враг столицу захватил, но достался ему шиш.

Узнать про историю Арроны госпожа может из книг. Сейда готова принести парочку, но можно сходить в библиотеку, здесь она очень богатая. Амулет-переводчик госпожи настроен на письменную речь, или только на устную? Госпожа не знает? Позвольте взглянуть. Не повезло, письменную речь такой не переводит. Госпоже надо обратиться с просьбой, ей обязательно предоставят другой переводчик. Теперь есть даже с функцией обучения языку, наш маг Анколь разработал. Не совсем сам, в соавторстве. Сколько может стоить такой амулет? Дорогой – это не то слово. Но гостье королевской семьи не откажут. Теперь, когда король практически мертв, принц Теан становится наследником престола. Его спасительнице полагается все, что она только может захотеть. Вообще-то в этой ситуации по закону спасенный должен на спасительнице жениться. Закон неписаный, но его строго соблюдают. Если честно, Сейде непонятно, почему госпожа не хочет выходить за Теана. Он такой лапочка. К тому же наследник престола, а они на дороге не валяются.

Госпожа Ася хочет вернуться в свой мир? С одной стороны понятно, каждому его родина дорога. С другой стороны, кто она там, в своем мире? Неужели принцесса? Нет? Тогда Сейде трудно понять причину отказа. Может, госпожа любит другого? Парня из своего мира?

Нет? Странно. Если госпожа не хочет отдыхать, она может прогуляться по парку. Сейда с удовольствием составит госпоже Асе компанию, но надо соблюдать этикет. Сопровождающая служанка идет на полшага сзади и несет что-нибудь. Шаль, сумку, рабочую коробку, блюдо с фруктами. Вазочку с конфетами? Госпожа отлично придумала.

Мы с Сейдой вышли в парк и еще почти час гуляли, уплетая конфеты. Они тут вкусные, помесь суфле с нугой или что-то вроде мармелада. Она продолжала мне что-то рассказывать, но это были в основном совсем мне не интересные дворцовые сплетни про людей, которых я не знала, а чтобы задать правильный вопрос у меня было слишком мало начальной информации. Одурела, наверное, от обилия впечатлений. Парк был восхитительный, немного заросший, но я такие именно и люблю. Мы бы еще погуляли, но я издалека заметила синеволосого принца Арка в компании с еще двумя типами, которые присутствовали при моем триумфальном появлении в обнимку с торшером. Куда он, кстати, делся? Общаться сейчас с этим сексуальным террористом мирового масштаба мне не хотелось. Я нырнула в боковую аллейку и решительно направилась во дворец. Сейда поняла мой маневр и поддержала отступление. Мое желание обдумать полученную информацию осталось не исполненным. Вернувшись в свою спальню я едва успела перебраться из платья в ночнушку, как уснула без задних ног.

То ли воздух в этом мире такой, то ли еще какой-то фактор действует, но проснулась я рано и почувствовала себя полностью отдохнувшей. Сразу вставать не стала, валялась себе в постели и размышляла.

Не надо мне ни во что влезать, ни с кем и ни с чем связываться. Моя задача – попасть домой. Я уже знаю что зарядить любой амулет мне не сложно. А вот создать такой, который перенесет меня в мою квартиру, может только высококлассный специалист. Например, тот самый Анколь, про которого мне все уши прожужжали. Его надо найти и озадачить. Сделать это самой, не ждать принцевых благодеяний. Следующий вопрос. Если у нас прошло меньше двух недель, а здесь больше двух месяцев, значит, в наших мирах время течет по-разному. Нельзя ли мне вернуться в момент максимально близкий тому, из которого я явилась? Бред, конечно, но всякое может статься. Спросить-то никто не мешает. А в благодарность за труды пусть подарят амулет-переводчик с функцией обучения языкам. Насколько я уяснила, ему все равно с какого и на какой язык переводить, так что он и в нашем мире ой-ой-ой как пригодится. Классная вещица, такой симпатичненький золотой кулон с камушком, а сколько пользы! Интересно, что я пока ни бриллиантов, ни рубинов здесь не видела. Даже на принце украшения из полудрагоценных камней.

Ну, и главное. Надо как-то нейтрализовать активность Теана, а то, пока жду отправки на родину, он меня с ума сведет. Временно придется от него в своей комнате хорониться, но долго я так не высижу.

Только я об этом подумала, пришла Сейда, принесла мне давешнее платье, вычищенное и выглаженное, и то, что она назвала чистым бельем. Увидев, что я уже не сплю, горничная обрадовалась:

– Вставайте, госпожа Ася, Вас его Высочество принц Арк приглашает разделить с ним завтрак.

– Ой, а отказаться можно?

– Ну что вы, госпожа Ася, это же такая честь! Одевайтесь скорее, я вас причешу.

И пришлось мне вставать, умываться, одеваться и причесываться. То есть, конечно не самой, Сейда постаралась. Прическу она мне соорудила классную. Подобрала все волосы наверх, заколола красивыми заколками , а сбоку выпустила несколько прядей. Посмотрела я на себя в зеркало и пришла в восторг. Как просто достигнут совершенно потрясающий эффект. И как быстро! А ведь такую прическу я и сама смогу сделать при случае.

Через двадцать минут я уже стояла у дверей, за которыми меня ждал наследный принц. Мужик в попугайских одеждах, которого я для себя определила как мажордома, распахнул передо мной дверь и провозгласил: «Госпожа королевская гостья к его Высочеству»!

Высочество, надо отдать ему должное, встало из-за стола мне навстречу, отвело на место за ручку и даже стульчик мне подвинуло. Ну ни фига себе!

– Ася, не удивляйтесь. За завтраком я сам обслуживаю себя и своих гостей. Мне здесь лишние уши не нужны.

– Поняла. Благодарю вас, Ваше Высочество.

– Арк, Ася. Просто Арк. Вы не моя подданная, так что не стоит так стесняться. Вы ведь, в сущности, не такая уж скромница. На моего брата орете, хотя он тоже принц.

Интересно, откуда он знает? У него что, в моей комнате подслушивающее устройство стоит?

– Что же прикажете делать, если человек простых слов понимать не хочет?! Я рискнула поднять потупленные глаза и посмотреть принцу прямо в лицо. Хотелось еще кое-что прибавить, но я сдержалась. В конце концов, краткость – сестра таланта.

Арк замолчал надолго. Если бы он при этом ел, я бы поняла. Но он вместо этого рассматривал меня как музейный экспонат. Ему бы еще лупу. Под таким взглядом и захочешь есть, так подавишься. Поэтому я отложила ложку и стала демонстративно рассматривать комнату, в которой мы сидели. Декор был выдержан в легких фисташковых и сливочных тонах. Красивые портьеры из рытого бархата, штоф на стенах… Чем-то убранство напомнило мне мой любимый Павловск. В углу не дурацкий камин, а настоящая изразцовая печь. Изразцы светло-зеленые с белыми разводами, в тон общему убранству. Мне понравилось. По ходу дела я и принца рассмотрела получше. Вчера я так стеснялась и так злилась, что кроме синих глаз и волос ничего практически не заметила.

Одежда его напоминала то, что было на Теане , когда он появился в моем доме, только цвет другой. Штаны, заправленные в невысокие сапожки типа «казаки», рубашка с расшитым воротом, под которой виднелась еще одна, явно батистовая с кружевами, широченный кожаный пояс со множеством декоративных нашлепок и клепок, заменяющий, надо понимать, жилет, а поверх всего этого что-то вроде камзола, лаконично украшенного вышивкой вдоль ворота и по подолу. Вся одежда была выдержана в благородной бежево-шоколадной гамме, что давало очень эффектное сочетание с синими волосами. Синий цвет был темный, насыщенный и холодный: январское ночное небо. Роковой красавец брюнет. Черты лица довольно правильные, нос с легкой горбинкой, ямочка на подбородке… От взгляда на эту ямочку что-то в животе переворачивается. Губы не тонкие, но и не пухлые, восхитительные. Так и хочется поцеловать. Нет, нет, об этом думать не надо…Глаза… Ну, о них я уже говорила. У нас он бы очень и очень котировался, потому что гораздо больше похож на человека, чем его соплеменники. Если бы не цвет волос, практически совсем бы не отличался. И рост приемлемый. Высокий, конечно, где-то 185-187, но не двухметровый. Мне, с моими 160 сантиметрами, не надо табуретку подставлять, чтобы целоваться. О чем я думаю? Неужели и впрямь собралась с этим змеем-искусителем целоваться? Особенно если принять во внимание его репутацию погубителя юных девиц…

Так, Аська, успокойся, выбрось из головы разные глупости. Тебе домой надо. Ох, хоть бы он пялиться прекратил… Надо что-то делать, а то так без завтрака останешься:

– Ваше высочество… Арк, пожалуйста, не надо меня рассматривать. Я не картина и узоров на мне нет. Вы меня, кажется, завтракать пригласили? Так давайте завтракать, ради всего святого!

– Простите, Ася, я задумался. Угощайтесь.

Мне на тарелку переместился пирог, в чашке оказалось молоко а на блюдечке мед. Я вообще-то яичницу люблю на завтрак, но в чужой монастырь… Съедим и мед, не облезем. Хотя понятно что меня не для еды сюда пригласили. Так что, как только я утолила первый голод, Арк начал беседу:

– Ася, я хотел вам сказать, чтобы вы не беспокоились насчет моего брата. Час назад он уехал.

– Куда? – глаза сами вылезли на лоб. Такого быстрого и радикального решения этой неприятной проблемы я не ожидала.

– В тренировочный лагерь. У Теана в военное время есть обязанности, и он должен их исполнять. Не бойтесь, я его не обижал. Просто напомнил о долге перед страной. Он все-таки принц, а это, поверьте мне, много значит.

– Спасибо, Ваше Высочество, вы сняли камень с моей души.

– Если честно, я сделал это не ради вас, а ради собственного спокойствия. Война идет, а мне только истерик не хватало. Тем более что вы все равно не собираетесь здесь оставаться.

– Совершенно верно, не собираюсь.

– Но какое-то время нам уделить сможете?

– Мне кажется, это скорее зависит от вас, вернее, от мага, который отправит меня домой.

– Отлично, люблю разумный подход в людях. Знаете, Ася, как я поступлю? Сегодня же познакомлю вас с нашим придворным магом и моим лучшим другом Анколем. Вы с ним обсудите ваши пожелания. Думаю, ему удастся выполнить все, что вы попросите. И не благодарите, это самое меньшее, что я могу для вас сделать.

– Все равно спасибо, Ваше высочество, вы предвосхищаете мои самые смелые желания.

– Так уж и самые смелые? У такого бесстрашного существа могли бы быть желания поинтереснее…

Он явно со мной заигрывал. Ничего, сейчас я его огорошу.

Ну, если быть совсем наглой… Ваше высочество, принц Теан подарил мне амулет-переводчик. Я тут случайно узнала, что бывают гораздо более продвинутые модели, которые могут переводить письменную речь и обучать языку. Можно мне такой?

Принц был удивлен, но высказываться по этому поводу не стал. Наоборот, проявил крайнюю любезность.

– Можно, конечно, если вы ничего другого не хотите. Да я прямо сейчас вам дам, у меня как раз есть парочка в запасе.

Арк встал со стула, открыл стенной шкафчик там, где я лично видела только гладкую стену, достал оттуда ларец, а из ларца красивый каплевидный кулон с зеленым камнем. Хризолит или хризопраз? Подошел ко мне, нагнулся и застегнул цепочку на шее, проведя по этой самой шее длинными аристократическими пальцами. Меня как током ударило, все внутренности упали в малый таз, а ноги превратились в кисель. Если бы он сейчас захотел, я не смогла бы противиться. Да что там противиться! Я бы сама на него бросилась. К счастью, он этого не заметил и отошел в сторону. Мой растекшийся было лужей мозг нехотя вернулся на место.

– Ну вот, дорогая, теперь вы сможете не только говорить, но и читать, а со временем и писать на нашем языке. Впрочем, не только на нашем. В вашем мире, как я слышал от брата, существует множество языков, так что пользуйтесь. Да, хотел спросить: Вы пьете вино?

– А?

– Ну, молоко вы пьете, это я вижу. А вино? Вообще, в вашем мире вино есть? Теану вы его за все время ни разу не предложили.

Ой, стыдно-то как! Эти принцы привыкли еду вином запивать, а я об этом и не подумала. Теан тоже хорош, не спросил. А получается, я жадная, вина мальчику пожалела.

– Вино я пью, нечасто, правда. В нашей семье его не принято пить просто так среди недели, поэтому я как-то забыла, а ваш брат не спрашивал, пил, что давала, а самой мне и в голову не пришло. Теану кофе понравился. Вообще-то на Земле виноделие развито, вин, сортов вина много.

– Отлично, Ася. Тогда я вас приглашаю. Не пугайтесь, я приглашаю вас на внеочередное заседание того, что осталось от нашего Государственного совета. Вам вчера дали отдохнуть, а мы терзали расспросами Вашего дорогого друга и по совместительству моего брата. Он много рассказывал о вашем мире, и нас кое-что заинтересовало. Не только в общем плане, но и в применении к нашей сегодняшней жизни, а именно к войне, которую мы ведем. Но он только с краю пощипал информацию, у вас должны быть более глубокие знания. К тому же мой брат сейчас, ммм, скажем, не вполне адекватен. Когда эмоции перехлестывают через край…

Поймав мой недоуменный взгляд, Арк осекся и продолжил уже по-другому.

– На самом деле Теан чрезвычайно умен, гораздо умнее меня, если иметь под этим в виду способность воспринимать и глубоко обрабатывать информацию. Но это ему, по большому счету, мешает. Слишком глубокое понимание зачастую оказывает ему дурную услугу

– У нас был мудрец, который сказал: «В многие знания – многие печали».

– Воистину это был великий мудрец. Я хотел сказать, что глубокое всесторонне понимание сути процессов не позволяет Теану уверенно принимать решения. Наверное, он слишком хорошо видит, к чему это может привести. Я значительно более легкомысленный человек, поэтому решения принимаю легко.

– Главное чтобы вы были готовы принять на себя ответственность за их последствия.

– Чувствую, об этом своем решении я не пожалею. Приглашаю вас в наш круг, хотя бы на сегодня. Отвечайте на вопросы так, как сочтете нужным. Вопросов, предупреждаю, будет много. Врать не стоит, ложь я чувствую.

– Это ваша королевская магия.

– Точно. Откуда знаете? Теан рассказал? Впрочем, неважно. Будем беседовать дружески, не волнуйтесь, допрос вам никто устраивать не будет. Среди дня пообедаем все вместе, а вечером торжественный ужин в вашу честь. Да, надо было сказать сразу: в этом наряде вы восхитительны!

Ага, легкомысленный он. Мысль так и летает, но цель свою держит перед глазами постоянно и ведет туда, куда ему нужно. Отказываться от приглашения глупо. Конечно, для меня это выльется в экзамен по всем предметам, но хотя бы оценки выставлять по итогам никто не будет и сладкого не лишат. Я мило улыбнулась, согласилась, и принц повел меня в тот самый зал, куда вчера я так оригинально попала. Теперь меня не выставили на подиум, а посадили за стол, и все присутствующие со мной вежливо поздоровались и представились. Как потом выяснилось, у этих анимэшек возраст по лицу не определишь. По крайней мере я была на это не способна. Все присутствовавшие воспринимались как приблизительные ровесники, молодые люди под тридцать. На самом деле Арк из них был самым младшим. Давешний славный тип с волосами болотного цвета оказался самым старшим, тем самым председателем Государственного совета Мороном, о котором я уже слышала. Мужчина с волосами цвета французской горчицы, а вернее, детской неожиданности, откликался на имя Лирет и был главным финансистом королевства. а господин, чья грива точно совпадала по цвету с моим платьем, оказался главнокомандующим Керленом. Бирюзовые волосы, такие же глаза и необыкновенно живой нрав принадлежали тому самому придворному магу Анколю, с которым я положила себе поскорее познакомиться.

Разговор начал Морон, и подошел он к этому делу как классический бюрократ. Меня заставили изложить мою краткую биографию. Узнав, сколько мне лет, все галдели и кричали, что этого не может быть. История моего обучения, сначала в школе, а потом в институте, вызвала живой интерес. Я пожалела только о том, что не могу предъявить диплом этим Фомам неверующим. Надо сказать, все мужики вели себя по-разному. Лирет явно не доверял. Керлен выражал интерес, задавал много вопросов по ходу дела, Морон взял на себя общее ведение беседы, был доброжелателен, но не более того. Анколь только что из штанов не выскакивал от возбуждения, но его содержательный вклад в общий разговор был минимален. Арк демонстративно молчал.

Когда с общей частью было покончено, инициативу взял на себя главнокомандующий.

– Благородная госпожа Ася, наш друг принц Теан обмолвился, что ваш мир имеет богатую военную историю. Это верно?

– Абсолютно. Практически вся история человечества это история войн.

– Знаете, в нашем мире войны не редкость, но они… скажем так, последние тысячу пятьсот лет не носили масштабного характера, по крайней мере в нашем государстве. У нас мало практического опыта: на моей памяти приходилось только отражать нападения групп диких горцев или степных кочевников. Аррона давно ни с кем не воевала, потому что до недавнего времени считалась сильнейшей державой континента. Но кроме практического опыта нам… Не буду за всех расписываться: мне конкретно не хватает теоретических знаний. Наши воины отлично умеют ходить в атаку и биться до последней капли крови, но когда количество участников сражения считают не на сотни, а на тысячи, тут нужно что-то еще.

– Стратегия и тактика.

– Если ваш переводчик правильно переводит, то да. Да. Именно этого нам и не хватает. У нашего противника огромная армия, по численности превосходящая силы, которые мы можем выставить против нее, в три раза. Я видел, что принц Теан притащил книги из вашего мира. Книги по истории. Мы тут почитали немного… Отсюда вопрос: есть ли в истории Земли примеры эффективного противодействия превосходящим силам противника?

– Есть, конечно. Рассказать?

– Простите, госпожа Ася, вы дама, откуда вы это можете знать? – недоверчиво проговорил Лирет.

– Во-первых, мы это проходим в школе, уважаемый Лирет, а во-вторых, мой дедушка, который меня вырастил, увлекался военной историей и вбил мне в голову все эти битвы, расстановки и движения войск, засадные полки и обходные маневры… Давайте, я попробую изложить то, что прямо сейчас всплыло в памяти на эту тему. Если будет интерес, поговорим более конкретно. Только мне надо на чем-то схемы рисовать.

– Прекрасно, дорогая госпожа. Начинайте. Сейчас сюда принесут специальную доску и мел, – Керлен аж дрожал от нетерпения.

Доску принесли почти сразу же. Я попросила дать мне подумать минут пятнадцать, потом напряглась и выдала лекцию. Повторить это я бы не смогла, но тогда, под внимательными, заинтересованными взглядами, ощущала подлинное вдохновение. С упоением пересказывала историю греко-персидских войн со всеми этими битвами при Платеях, Марафоне, Саламине, и конечно же не забыла Фермопильское ущелье. Воспевала гений Александра Македонского, рисовала схемы битв при Арбиле и Гавгамелах, несла пургу про походы Ганнибала, потом вдруг вспомнила Креси и Азенкур, оттуда как-то лихо перескочила на Мамаево побоище, от него, минуя века быстренько добралась до Суворова, осветила вкратце сражения, выигранные Наполеоном, рассказала о его злосчастном походе в Россию и трагическом конце, после чего плавно перенеслась на поля Второй мировой. Разорялась я часа четыре, если не больше, сама на себя удивляясь. Мужики молчали, пораженные. Я бы и дальше витийствовала, но в дверь постучали и поинтересовались, не хотят ли благородные господа пообедать?

Мы молча перешли в соседний зал, который оказался столовой. Надо сказать, королевские повара дело знали, еда была охренительно вкусная. От вина я, правда, отказалась. Пока мне нужна свежая голова. Сидевшему рядом со мной магу пообещала выпить с ним за ужином, а пока обошлась соком какого-то фрукта, по вкусу напоминающего смесь ананаса с клубникой.

После обеда мы вернулись в зал совещаний и на меня снова уставились пять пар глаз. Я запросила пощады. Конечно, если я напрягусь, еще и не то вспомню, но по-моему, ребятам уже хватит.

– Вы так хорошо анализировали все эти битвы, дорогая Ася, – с нескрываемой нежностью произнес Керлен, – что у меня к вам предложение: давайте теперь мы опишем вам наше положение, а вы подумаете. Мы вместе подумаем. Конечно, у нас не принято допускать к таким делам женщин, но поверьте, находящиеся в этом зале видят в вас в данном случае не женщину, а бесценного консультанта из другого мира. Об одном только прошу вас, не проговоритесь невзначай, кем вы для нас являетесь, находясь в этом зале. Мы здесь все друг другу доверяем, но если информация просочится, я за вашу жизнь гроша ломаного не дам.

– Вы мне не угрожаете, а хотите сказать, что меня попытаются убить. Поняла, не дура… Можете быть спокойны, за стенами этого зала я ни слова не скажу. Я просто дама, находящаяся в гостях. Достопримечательности, флирт, еда и танцы.

Арк захохотал в голос. Все посмотрели на него с недоумением.

– Дорогая Ася, вы опять вынуждаете меня пренебречь приличиями. Знаете, в наших краях смеяться публично не принято. Это могут расценить как оскорбление. Но я так живо себе представил… Вы идете по залам дворца, осматривая, как вы правильно заметили, достопримечательности, одновременно поедая пироги, а потом танцуете и флиртуете со всеми нами одновременно. Если учесть, что из-за войны в замке знатных дам всего пяток, из которых три – древние старухи, то вы находитесь в привилегированном положении.

– Поверьте, Ваше Высочество, я этого положения не добивалась. Мне бы домой поскорее.

– Это мы обсудим потом. Вернее, вы обсудите с господином магом. А теперь вернемся к нашей войне. Угодно ли вам выслушать нашего доблестного Главнокомандующего?

– Я буду счастлива, но для этого понадобится подробная карта государства и карта военных действий. А еще… Я ничего не знаю о вашей армии, и столько же о вашем противнике. Если у нас есть пара дней, я бы хотела подготовиться. Набросать вопросник, по которому вы меня и будете просвещать, изучить карту, прочитать историю государства, если это возможно. Тогда хоть будет от чего отталкиваться.

– Господин маг, у нас есть пара дней? – вдруг обратился Арк к молчавшему до сей поры магу.

– И пара, и тройка, в общем, сколько понадобится. Если не затягивать.

– Хорошо. Госпожа Ася, готовьте ваши вопросы. Только желательно не выходя за пределы этого зала. А вы, господа, позаботьтесь, чтобы все карты, планы и другие материалы, были здесь сегодня же. На ночь зал запечатаем, а с утра начнем. Вас, Госпожа Ася, я поручаю заботам нашего мага. Анколь мой старый друг и наставник, я ему доверяю как себе. Мне почему-то кажется, вам будет полезно пообщаться. Встретимся за ужином, господа.

Принц встал и вышел, остальные тоже поднялись. Один маг остался за столом, но пересел ко мне поближе и доброжелательно улыбнулся.

– Ася, не волнуйтесь, все будет хорошо. Вас никто не обидит, а если вы сумеете помочь, то я сумею придумать для вас такую награду, которая будет представлять значительную ценность и в вашем мире.

– Анколь, я могу вас так называть?

– Можете, моя девочка. Ой, извините, Ася, но вы по моим понятиям действительно еще ребенок.

– Я не обиделась, Анколь, называйте, как нравится. У меня один вопрос: вы сможете меня отправить домой? Если да, то где по времени относительно момента моего исчезновения из нашего мира я окажусь? Или это невозможно предсказать?

– Отвечаю на первый и последний вопросы: да, я смогу отправить вас домой. Предсказать, а вернее установить время вашего возвращения можно с достаточно высокой точностью. Понятно, что вы сомневаетесь, но для меня путешествия между мирами не новость, и время поддается расчету. Расчет довольно сложный, он займет немало времени, но ничего невозможного Вы не попросили. К сожалению, Теан сбил настройки своего амулета, когда взял с собой вас. На двух человек надо было делать новый расчет и значительно менять исходное заклятие. При переходе между мирами время можно назначить, невозможно только вернуться в то, что было. А куда вы хотели бы попасть?

– В тот же день или в любой из следующих трех. Час значения не имеет.

– Приятно иметь дело с человеком, который хорошо знает чего хочет. Из всех, кого я знаю, этим отличается только принц Аркантейл. Наверное поэтому вы с ним нашли общий язык.

Интересно, с чего это он решил, что я нашла общий язык с Арком?

– Не волнуйтесь, Ася, я вас отправлю в любой из этих трех дней. Должен поставить вас в известность, что здесь вы для этого располагаете шестью месяцами.

– Как? Я могу здесь находиться полгода, и в результате попасть обратно в день, когда я только отправилась сюда?

– Не совсем так. Во-первых, не полгода, поменьше. У нас год длится четырнадцать месяцев. Во-вторых, первые два месяца будут примерно соответствовать первому дню со сдвигом по времени суток, вторые – второму, третьи – третьему. После этого я ничего не гарантирую, искривление будет слишком велико, я не смогу точно рассчитать.

Глядя в веселые искрящиеся бирюзовые глаза мага, я ощущала одновременно умиротворение и небывалый душевный подъем.

– Анколь, и это чудо. Передать не могу как я вам благодарна хотя бы за одну надежду. Если все обстоит так, как вы сказали, я с легким сердцем задержусь, чтобы помочь. Даже если меня ничем не наградят, это все равно будет самое захватывающее приключение в моей жизни.

– Подойдите к этому разумно, Ася. Я не хочу, чтобы вы пострадали. Не потому что я такой добрый, просто вы совершенно уникальны для этого мира. Необыкновенно сильное магическое существо, тут Теан определил совершенно правильно, не сознающее своей силы и неспособное ее использовать. В том, что вы попали сюда, девочка, я вижу перст судьбы. Возможно не только вы будете нам полезны, но и мы, в частности я, сможем вам что-нибудь дать. Например, научить пользоваться своей силой. С другой стороны, здесь есть те, кто не обрадуется, узнав о вашем появлении. Или чересчур обрадуется. Я сделаю вам амулет дня через три. До этого будьте очень осторожны. А когда амулет будет готов, носите его не снимая и активизируйте при первых признаках опасности. Я его сделаю двухсторонним, чтобы вы всегда могли вернуться к нам. Правда, время вашего возвращения я задать не смогу. А зарядить амулет магической силой в случае чего вы сумеете, я знаю.

Это я сильнейшее магическое существо? Ну ни фига себе… Хорошо бы узнать об этом побольше, может, удастся как-то использовать нежданный дар?

Тут я заметила, что все давно разошлись и мы остались с Анколем один на один. Я попыталась вызвать его на более подробный разговор обо мне как о магическом существе, но он велел мне думать пока над вопросами, которые я хочу задать воякам. А он, Анколь, пойдет поищет подходящий камень для моего амулета.

Дальше я мучилась, придумывая вопросы для Керлена. Исписала два больших листа, да не по пунктам, как положено, а вкривь и вкось, поперек и наискосок. Пришлось еще битый час сидеть, приводя мои каракули в удобоваримый вид. В результате получился списочек пунктов на пятьдесят. Если бы там еще и ответы были, враг ничего не пожалел бы за такую полную информацию о военном положении страны и состоянии армии. Туда вошло все, начиная от численности частей и структуры управления до оружия. использования магии и питания солдат. Я чесала репу, выдумывая, о чем еще можно спросить, но тут вернулся принц и напомнил, что меня ждут на торжественный ужин, так что пора заканчивать писанину, идти переодеваться и приводить себя в порядок. Отобрал у меня готовый список, просмотрел, хмыкнул, и поторопил:

– Ася, к этому вернетесь завтра, а сейчас быстренько переодеваться! На ужин опаздывать нельзя! Это верх неуважения.

Пришлось поторапливаться.

Девчонка мне сразу понравилась. Восхитительное забавное существо. Один ее «осветительный прибор» чего стоил. В первую минуту смущалась ужасно, а потом я ее чем-то разозлил и робость испарилась. А когда она в конце концов нарушила все мыслимые приличия и расхохоталась мне в лицо без всякого стеснения, я был сражен окончательно. Такого чуда у нас тут еще не видели. Веселая, нахальная, с характером, мой братец знал что тащить с собою через вселенные. У паршивца есть нюх.

Я решил сразу же разделить этих двух путешественников между мирами и допросить поодиночке.

Но на Теана я рассердился не на шутку. При путешествиях в другой мир, естественно, возможны накладки. Тащить за собой беззащитную девочку, подвергать ее такому риску…. Они же могли не на два месяца сдвинуться по времени, а на двадцать лет. И тогда она уже никогда не смогла бы вернуться домой. Да и самому Теану пришлось бы несладко.

Девчонка это интуитивно понимала и явно гневалась на моего брата. Я решил начать допрос с него, а малышке дать возможность отдохнуть, перемещения очень изматывают, особенно в первый раз. И неизвестно, как они могут повлиять на здоровье этого существа. Морон отвел девчонку в бывшие покои нашей сестры. Аллира в ближайшие годы не собирается осчастливить нас своим визитом, у них на островах всегда прекрасная погода и нет войны.

Когда они выходили Анколь толкнул меня в бок:

– Посмотри на нее магическим зрением.

Я глянул и чуть с ума не сошел. Такую красоту я и вообразить не мог: девчонка шла в огромном светящемся золотом облаке и сама вся сверкала и переливалась, как водопад на солнце. Попав в это облако наш суровый и гордый Морон начал ласково улыбаться. Интересно, в их мире много таких, или она одна-единственная?

Дверь закрылась, шаги стихли, но я все еще находился под впечатлением. Поэтому и заявление моего брата о том, что он хочет сочетаться с ней браком и требует немедленно признать за иномирянкой статус его невесты, меня не особо удивило. Но потом я сообразил что он не маг, значит этой фантастической красоты просто не видел. Тогда что?

Я потребовал обоснования и услышал от братца, что, во-первых, она его спасла, зарядив артефакт, а спаситель со спасенным должны пожениться, буде они разного пола. Мало того, он неоднократно соединялся с малышкой, и поэтому просто обязан на ней жениться как честный человек.

Когда я услышал, что мой братец был близок с этим невероятным существом, я заскрежетал зубами от ярости! ЭТО должно быть моим! Теан даже не способен увидеть, как она прекрасна. И когда успел, спрашивается? Я всегда внимательно следил за братишкой. В свои шестьдесят он все еще оставался девственником, хотя я неоднократно нанимал девиц чтобы они помогли ему безболезненно расстаться с этим досадным состоянием. Но он все их авансы отвергал с порога. А тут буквально на минутку выпускаю его из вида, и на тебе! Любовница-иномирянка. Мало того, она еще и волшебное существо. Похоже в магическом зрении выглядят цветочные феи, только они маленькие и сияние их маленькое, а тут целый человек сияет как фея. Хуже всего то, что Теан влюблен. Это видно невооруженным глазом, никакого магического зрения не нужно. Действительно влюблен, до одури. Когда ни есть, ни пить, ни спать… Не помню, когда со мной было такое. Наверное никогда. Интересно, а она тоже в него влюблена? Судя по взгляду, которого он от нее удостоился, не похоже.

Дальнейший допрос я вел вдвоем с Анколем. Мы вытрясли из мальчишки что смогли. Похоже, из-за любви он потерял способность к связному изложению. Зато умудрился притащить с собой две огромные связки книг и пытался одновременно рассказывать о своих похождениях и сообщать сведения, вычитанные в иномирной литературе. Наконец я сделал перерыв, так как уже не мог выносить этот бред, и отправился к девчонке.

Оказалось, ее помыли, покормили, надели на нее ночную рубашку и уложили спать. И теперь она спала как ангел, подложив руки под щечку. Я не удержался, посмотрел на нее магическим зрением, и снова увидел сверкающий, искрящийся водопад ее энергии, и, как туман вокруг настоящего водопада, густой золотой туман ауры. Я лег рядом с нею на одеяло тихонько, чтобы не разбудить, и погрузился в этот туман. Он нес тепло, умиротворение, и совершенно фантастическую силу, которую я ощущал и впитывал всем существом. Наконец я перешел на обычное зрение и в этот миг девица проснулась.

Обычно у только что проснувшейся женщины взгляд томный, но у этой был настороженный и сердитый. Я заговорил с ней сурово и насмешливо. Так просто, посмотреть как она себя поведет, но меня живо поставили на место. Форма при этом была идеально вежливой и корректной. Крошка получила отличное воспитание. Единственное, что ее смущало – это мое присутствие на ее постели. Похоже, ее напрягала не пикантность ситуации, а невозможность вылезти из-под одеяла, вскочить и упереть руки в боки.

Я объявил ей о желании Теана вступить с ней в брак, она восприняла это в штыки. Когда же я в открытую спросил про близость с моим братом, она все подтвердила даже не смутившись. Что это? Она настолько бесстыдна или это просто разница в культуре? В другом мире могут быть другие обычаи, что девица тут же и подтвердила.

– У нас до свадьбы люди свободны в выборе партнера. А вот после… Взятые на себя обязательства надо исполнять.

Боги, сейчас она высказала мое личное убеждение. Оно идет в разрез с принятыми правилами, традициями, писаными и неписаными законами, но я обрадовался. Есть мир, где это норма.

Я перешел к тому, ради чего, собственно, пришел, и предложил иномирянке определить свой статус. Она не стала ничего выдумывать, а спросила меня из чего выбирать. Разумная девица. В результате он сама решила стать «гостьей королевской семьи». Клянусь чем угодно, я ее не уговаривал, решение она приняла сама, предварительно выспросив, что какой статус ей дает. И тут я попытался ее спровоцировать. Гадко, конечно, но уж больно хотелось увидеть ее реакцию. Я намекнул, что она не слишком хороша собой, и съязвил насчет ее отношений с моим братцем. Интересно, на что я рассчитывал? Хотел смутить? Реакция была мгновенной и очень резкой. Девчонка взвилась и злобно сказала, что это не мое собачье дело и ляпнула что-то про мою постель. Смысл был, конечно «за собой следи», но вышло очень пикантно. Она даже забыла с кем разговаривает, и назвала меня на «ты», хотя до этого упорно отказывалась от интимной манеры общения.

Я не удержался и посмотрел на нее магически в этот момент. Водопад все так же искрился, хотя алых и багровых искр стало больше, а вот нежное золото ауры превратилось в холодную угрожающую бронзу. Не хочу ее отпускать!!! Хотя бы для того, чтобы иметь возможность каждый день любоваться этой красотой.

Не в силах больше продолжать разговор, я ушел, на прощание сказав что-то вполне двусмысленное, даже самому стало стыдно.

Оказалось, Анколь уже отпустил моего брата отдыхать и ожидал меня в полном одиночестве. Не успел я войти, как он с порога начал:

– Арк, ситуация трудная и неоднозначная. Теана, по-хорошему, еще опрашивать и опрашивать, но он сейчас не в том состоянии, чтобы разумно отвечать. Я в шоке. Таким я его не то что никогда не видел, а вообразить себе не мог. У девочки очень сильная и необычная магия. Судя по всему в ее мире это встречается нечасто, но она и не единственная. Я сужу по тому, что там я нашел довольно много ярких магических пятен. Я тогда остановился, как оказалось, не на ней, а на ее доме, где она в то время не жила. Магическое поле было остаточным, как я и предполагал. Но предположить, что она вернется именно в тот день, когда я заброшу туда твоего брата, не мог никто. Теперь: что она тебе сказала?

– Анколь, как ты догадался, что я был у нее?

– Чему я тебя столько лет учу? Я сразу посмотрел на тебя магически. Твоя аура сейчас как обсыпана золотой пудрой. Кстати, почему ты сразу на нее не посмотрел как положено магу? Сколько ни вдалбливай в тебя простые правила, ты удивительно легкомыслен и забывчив. Так что она сказала?

– Она отказалась выходить за моего брата и попросила о статусе королевской гостьи. Она мечтает вернуться в свой мир.

– Какое счастье. Я постараюсь сделать это как можно быстрее. Особенно если она сама мне поможет. Теан говорит, она зарядила амулет совсем не так, как это делаем мы.

– Анколь, я не хочу ее отпускать. Она чудо. Это как источник. Родник до краев наполненный магической силой.

– Арк, дорогой друг, я понимаю твои чувства, мне и самому не хочется. Такое поле для изучения! Из этого родника можно черпать энергию, ты прав. Но это может стать смертельно опасным и для нее, и для нас. Вдруг она попадет в руки врагов? Военное счастье изменчиво. Подумай.

– Подумаю. Но все же… Ты же можешь сделать так, что она вернется к себе, погостив у нас какое-то время. Ты бы ее изучал… Вместе со мной.

– Вы искушаете меня, принц. Хорошо, Арк, я даю тебе три, даже четыре месяца. В течение этого времени я смогу вернуть ее таким образом, что в ее мире никто ничего не заметит. Мы же не хотим, чтобы у девочки возникли неразрешимые проблемы. Кстати, а на своего брата ты смотрел магическим зрением?

– Нет, а зачем?

– А затем… Видно, они и правда были близки. У него теперь тоже золотая аура. Не такая, как у девочки, небольшая и бледненькая. Она влила в него свою силу. Думаю, не специально, просто это у нее происходит в момент соединения. Смотри, ты просто рядом сидел и твоя аура восприняла ее силу поверхностно. Это та самая «золотая пудра». Красиво, нет слов, но использовать невозможно. А Теан впитал ее силу внутрь. Сейчас он, по идее, может колдовать и сила девочки будет в нем работать. Он не маг, подпитки больше нет, это скоро пройдет. А вот маг мог бы славно поживиться, – протянул он мечтательно и тут же рявкнул на меня, – Только не вздумай! Я тебя знаю!

А вот это он зря сказал. Я уже вздумал и раздумывать не собираюсь. Четыре месяца? За это время она сама от меня не захочет уходить. Я войду в этот водопад силы и буду купаться в нем.

– Арк, послушай меня, – донесся издалека голос придворного мага и моего лучшего друга, – она не маг, она – магическое существо. Мы ничего о ней не знаем. Не торопись, все может оказаться не так, как ты думаешь.

– Ладно, дорогой друг, спешить я не стану. Поизучай крошку, я же вижу, тебе не терпится. Но руками не трогать!

– Да понял я, собственник. Все женщины твои, и эту ты тоже хочешь для коллекции. Но помни – никакого насилия. Все должно быть строго добровольно с ее стороны. Иначе вы оба можете пострадать, и я не знаю, кому будет хуже. Да, дай ей под видом украшений как можно больше разных талисманов. Хочу поставить эксперимент. Посмотрим, будут ли они на ней заряжаться, а если будут, то когда.

Оставив Анколя, я прошел к Теану и вкратце изложил ему содержание нашего разговора с иномирянкой. Братец вспыхнул, затрясся и куда-то убежал. Ясно, пошел ее уговаривать. Ну, ветер тебе в спину. Девчонка своего решения не переменит, не тот характер. Я велел слуге забрать книги из ее мира, которые Теан притащил к себе, отнести в мой кабинет и вызвать моих советников, а вернее, друзей. Когда все явились, я поделил между ними книги, мы сели в кружок вокруг стола и стали читать. Вскоре и у меня, и у остальных глаза на лоб полезли. Это школьные учебники? Здесь просто кладезь полезных знаний! И кое-что очень даже можно применить прямо сейчас.

Пришел слуга и объявил, что аудиенции требует мой брат. Поговорил-таки со своей девушкой. Теан вошел мрачнее тучи и потребовал отправить его куда угодно, только подальше от дворца. Я предложил ему тренировочный лагерь в предгорье и он немедленно согласился. Удачно. Я и сам хотел его куда-нибудь выпроводить, но был уверен, что паршивец откажется.

Мы решили, что брат выезжает рано утром вместе с капитаном, прибывшим вчера оттуда с секретным донесением. Ну вот, хоть одну проблему спихнули. Временно, конечно, но по моему опыту, главное решить проблему временно, а потом она скорее всего и сама рассосется.

Вечером я гулял по парку с моим главнокомандующим и главой Государственного совета. Ребята жутко заинтересовались знаниями чужого мира и просили разрешения задать иномирянке несколько вопросов. Что хотел узнать Морон я так и не понял, а вот у Керлена горели глаза, когда он стал объяснять, какая у мира этой девушки интересная военная история. Видно, ему попался соответствующий учебник. Жаль только, в тех книгах, которые притащил Теан, мало подробностей. Может, жителю этого удивительного мира известно больше? Конечно, женщина скорее всего мало что об этом знает, но попытаться-то можно? Я пообещал устроить им встречу завтра и дать поиграть в вопросы и ответы. А вечером можно устроить бал. Ну, для бала у нас в связи войной народу маловато. Конечно, в Мирене сейчас полно родовитых дворян с семьями, но что-то не хочется звать их во дворец. Ладно, устроим ужин в тесном кругу.

Утром, чтобы объявить программу на день, я пригласил иномирянку позавтракать со мной. Она пришла в платье. Вчера я видел ее сначала в этих немыслимых бесформенных тряпках из ее мира, потом укрытую по подбородок одеялом. Кроме сверкающих глаз и растрепанных волос необычного цвета я ничего по сути и не мог рассмотреть. В платье она смотрелась отлично. Росточка небольшого, но мне всегда нравились миниатюрные женщины. Фигурка чудесная, изящная… Грудь… Вполне-вполне. Интересно, ноги у нее стройные? По лицу сразу видно, что она не из нашего мира. Больше похожа на лебду, чем на аронайку, но таких прелестных лебд просто не бывает. Она бы мне нравилась даже если бы не была магическим существом.

Я встретил ее у двери и за руку проводил к столу как какую-нибудь королеву. Мне просто захотелось к ней прикоснуться. Она восприняла это как должное. Вела себя мило и скромно, просто идеально, сидела, потупив глазки, любезно улыбалась, отвечала на вопросы и делала благоразумные замечания. Я попытался ее подразнить, но она не повелась, зато под эту марку выпросила у меня усовершенствованный амулет-переводчик. Башковитая девчонка, когда только успела разузнать? Водопад ее энергии сегодня искрился всеми оттенками синего и зеленого, золото ауры было очень светлым. Когда я ей сообщил, что Теан отправился далеко и надолго, сияние усилилось. Похоже, все зависит от эмоционального фона и она действительно рада избавиться от моего брата. Видно он вчера ее здорово достал. Девочка согласилась отвечать на вопросы моих друзей и я отвел ее зал совещаний.

Идея моего главнокомандующего имела поразительный результат! Керлен просто гений! Когда он робко попросил девушку рассказать хоть чуть-чуть о военном опыте ее мира, она закатила нам лекцию часов на пять! Никто не ожидал. Первые минут пять она смущалась и вела себя как ученица на экзамене, но потом разошлась! Глаза горели, она сыпала фактами, рисовала схемы и объясняла причины побед и поражений так, что я сам увлекся и даже забыл посматривать на нее магически. Потом все-таки посмотрел и ахнул: водопад как всегда искрился и переливался, а вот золотая аура разрослась и уже заполнила собой всю залу. Странно, что все наши амулеты тут же не зарядились сами собой . Надо обсудить с Анколем этот феномен.

Наверное, она бы могла еще долго рассказывать, судя по выражению лица материала хватило бы, но тут подоспел обед и мы с удовольствием сделали перерыв. Весь этот поток переварить сразу не в силах никто, но общее впечатление мы получили. Оставалось разобраться что с этим делать.

Керлен сделал очень удачное предложение. Пусть девица сама проанализирует нашу войну и предложит нам тактику и стратегию. Она, как ни странно, сразу согласилась, выдвинув условия не о награде за труды, а о предоставлении исходной информации. Фантастика, магическое существо не умеет пользоваться магией, а работает мозгом, да как здорово!

Мы ей все обещали и она села составлять свой список вопросов. С ней остался маг, а мы разбрелись по своим делам.

Чуть позже ко мне подошел Лирет. Я заметил, что он отнесся к иномирянке гораздо более настороженно, чем остальные. Каково же было мое изумление, когда он спросил:

– Слушай, как ты думаешь, в том мире есть еще такие девушки? Чисто теоретически. Если да, то я бы притащил себе еще одно такое чудо. Плевать на расходы, они окупятся. Не сейчас, конечно. Потом, когда война закончится. Эта, как я понимаю, остается за королевской семьей, – и он тяжело вздохнул.

Чтобы наш финансист плевал на расходы? Это что же должно было произойти? Уж не влюбился ли наш Лирет? До сих пор его ничего кроме цифр в финансовых ведомостях не волновало.

Я отшутился. Сейчас меня беспокоил предстоящий ужин. Надо, чтобы все прошло на высоте. Ласка и вкусная еда помогают приручить любого зверя. Интересно, как на иномирянку подействует вино? Она говорит, что в ее семье вино пьют изредка, значит, к нему не привычна.

На ужин и Морон и Керлен привели своих жен. Понимаю, они хотят придать мероприятию более официальный вид и заставить меня соблюдать приличия. Интересно, а девчонку они предупредили? Может, ей заранее вручили пособие по этикету? Что-то мне сомнительно. Конечно, жены у обоих очень милые, красивые и всякое такое, но при них никакое непосредственное выражение чувств невозможно. Не так поймут. Я возблагодарил Богов, что жена Лирета, несчастная Рагил, уже семь лет как на кладбище и не может притащиться сюда, чтобы испортить вечеринку своим мерзким характером.

Девочка явилась в новом платье и я отметил про себя, что портнихи потрудились на славу. Зеленое шло ей гораздо больше чем давешнее красное, да и отделано было богаче, соответствуя высокому статусу моей гостьи. Надо поощрить рукодельниц. Иномирянка на удивление легко освоилась. Она кланялась, сдержанно, но очень приветливо всем улыбалась, познакомилась с женами моих друзей и ухитрилась каждой сказать вполне уместный комплимент. Можно подумать что в своем мире она вращалась при королевских дворах. Скромность, достоинство, доброжелательность. Именно эту великую триаду нам вдалбливали с детства.

Я посадил ее между собой и Анколем. Магическое существо под присмотром опытных магов, разве не символично? Поговорить с Асей за столом мне не удалось. С другой стороны от меня сидела Лимарис, жена Морона, и засыпала меня вопросами, на половину из которых я не знал ответа, а на другую не хотел отвечать. Зато Анколь полностью завладел вниманием моей гостьи, и они всю дорогу мирно ворковали. Я одним ухом слышал, что осторожный маг затрагивает только серьезные вопросы, чтобы девица не стала вдруг хохотать за столом и не опозорила себя. Дамы бы ей это не простили. Не имея возможности насладиться беседой, я время от времени угощал ее винами. К окончанию ужина я с испугом заметил, что она прилично набралась. Правда, выражалось это лишь в том, что на бледных щеках расцвел яркий румянец, глаза блестели и голос звенел возбуждением. Пока Ася вела себя образцово, но я чувствовал, в любую минуту она может выдать номер.

Мы уже доедали десерт, когда я проявил обычную любезность и спросил гостью, все ли ей понравилось. Может быть ей чего-то не хватало на нашем маленьком празднике? Неожиданно она ответила:

– Не хватало. Мне не хватало музыки.

– Музыки? Госпожа Ася любит музыку? – раздалось с другого конца стола. Лирет вдруг поднялся, махнул рукой слуге и приказал принести лиру.

Он собирается петь? Я не слышал его пения , если не ошибаюсь, лет двадцать пять, а то и тридцать. Тогда я еще обучался в школе, а Лирет не был главным финансистом государства, просто молодым блестящим придворным. Голос у него был восхитительный. Потом он женился на прекрасной госпоже Рагил и она запретила ему петь публично. А после ее смерти, как я понимаю, ему было уже не до песен. А тут он собирается нарушить многолетнее молчание.

Дамы были в шоке, но ни на иномирянку, ни на Лирета это не произвело ни малейшего впечатления. Он выхватил из рук слуги лиру и взял несколько аккордов. Она подперла подбородок кулачком и приготовилась слушать.

Финансист исполнил несколько любовных песен, явно обращая их к моей гостье. Сказать, что дамы были скандализованы, значит не сказать ничего. Лимарис растерянно улыбалась, а по Тамин было заметно, что она в ярости. Да и остальные были потрясены. Все, кроме самой девчонки. Она с удовольствием слушала: улыбалась, кивала головой, даже стала тихонько подпевать припеву. Заметив это, Лирет подошел и вручил лиру иномирянке:

– Может быть Вы, Ася, споете что-то для нас?

Вот так, внаглую, уводить у меня девушку? Что он себе позволяет? А она, черт возьми, не протестует, соглашается. Не чинясь, взяла лиру, вышла из-за стола, поудобнее уселась на маленьком диванчике у стены и стала перебирать струны.

– Я спою вам песни моего мира. Может быть они не очень подходят к случаю. Их не поют во дворцах, скорее в походе у костра. Но почему-то сейчас они пришли мне на ум.

И запела. Голос звучал несильно, но чисто и верно, и почему-то брал за душу. По первым словам я сразу понял: мы тут все идиоты, а она молодец! Она не стала отвечать Лирету и петь любовные песни. Его замысел, каким бы он ни был, провалился. Ее песни действительно хорошо бы прозвучали у ночного костра на военном бивуаке. Она пела о горах, море, ветре и дороге. О дружбе и тепле родного дома. О любви она тоже пела, но не в конкретном, скорее в общечеловеческом смысле. Народ реагировал по-разному. Анколь, как обычно, только что из штанов от радости не выпрыгивал. Более эксцентричного мага в нашем мире нет. Гордый величественный Морон улыбался детской улыбкой, веселая сплетница Лимарис казалась томной и задумчивой, в глазах Керлена стояли слезы. Он сжимал рукой колено своей собственной жены, которая одна из всех хранила каменное спокойствие. На лице нашего финансиста я видел такую сложную гамму чувств, что не брался ее расшифровать. Единственное, что читалось совершенно ясно, это недовольство собой: «И как же я так прокололся?»

Ася увлеклась и спела песен восемь, если не десять. Некоторые мне очень понравились, я хотел попросить ее спеть мне их потом. Отдельно.

Всему хорошему бывает конец. Ася замолчала и опустила инструмент. Сказала:

– Ой, кажется, я вас утомила. Простите, мне так было приятно петь мои любимые песни здесь, далеко от дома.

Мы все окружили Асю и стали громко восхищаться, одна Тамин промолчала. Ну, у Керлена жена просто помешана на приличиях. Она из не очень знатной, но очень богатой семьи, и все время боится, что кто-то усомнится в ее высоком статусе. Девушка стояла, прижимая к груди лиру, хотя та была ей уже не нужна. Заметив это, я сказал:

Если вам так по душе этот музыкальный инструмент, оставьте его себе, – и получил полный благодарности взгляд.

Однако, я двигаюсь в правильном направлении.

Утром, еще до того, как я встал с кровати, прибежал Анколь и сунул мне под нос колье, которое вчера украшало грудь моей девочки. Анколь светился счастьем, камни колье тоже светились.

– Зарядилось?

– Под завязку! Судя по всему, пока она пела. Энергия просто потрясающая. Я имею в виду не только количество, но и качество. Можно я с ней сегодня поэкспериментирую? Ее надо рассмешить, разозлить, и сделать больно.

– Смеши, зли сколько хочешь. Больно делать не смей! Девочка этого не заслужила.

– Ну, немножко напугать ты разрешишь? Ладно, это я так… просто размышлял. К слову, ты знаешь, что тот амулет, посредством которого они с Теаном переместились, не до конца разрядился?

– Нет. И что?

– Она его заражала постепенно, энергия смешанная. Если ты все-таки заставишь малышку в тебя влюбиться и затянешь в постель…

– Я тебя понял, экспериментатор долбаный. Ты хочешь, чтобы я загнал в очередную безделушку силу ее страсти в чистом виде. Не обещаю, но попробую, будь уверен.

Дела королевские и не только

Знаменитый ужин в мою честь прошел очень неожиданно. Собрались все участники утреннего совещания, причем двое пришли с женами. Меня не предупредили, поэтому я страшно смущалась. Подбадривало только то, что новое платье сочного изумрудного цвета, которое мне сшили, было ничуть не хуже нарядов этих дам. К платью мне принесли колье и серьги из хризопраза, а к ним золотые заколки в волосы, изукрашенные зелеными камешками. Моя Сейда сделала мне новую прическу, так что выглядела я отлично.

У Морона оказалась очень милая добродушная жена Лимарис, а Тамин, супруга Керлена, мне не понравилась. Выражение лица у нее было, как будто каждый из присутствующих ей рубль задолжал, а я несчастная – целый червонец. Остальные участники совещания, как я поняла, были холосты. Очень хорошо, только местных баб мне тут не хватало для полного счастья. Я старательно изображала перед ними куртуазный политес, они тоже в долгу не остались. Хорошо, что за стол принц усадил меня между собой и магом, соседку-даму я бы не вынесла.

Вино местное мне понравилось. Больше всего оно напоминало дедушкину любимую «Алазанскую долину». Еда была традиционно вкусная, Анколь завел интереснейшую беседу о связи магии и науки моего мира, принц все подливал мне вина… В конце концов я изрядно закосела. В этом состоянии меня тянет на подвиги, если никто не догадается предложить спеть. Петь я не просто люблю – обожаю. Пою обычно в машине, чтобы народ не пугать. Голоса у меня нет, а слух неплохой, пою я не противно, но далеко не все могу вытянуть и сама это знаю. А в пьяном виде я забываю все ограничения, откуда-то прорезается голос, и я ухитряюсь правильно петь совершенно невозможные для моих голосовых данных вещи. Семь лет я ходила в музыкальную школу под строгим бабушкиным надзором. Ненавидела это дело страшно, но манкировать не решалась. А после ее окончания поняла, что могу играть практически на любом музыкальном инструменте со струнами или клавишами, и освоила гитару. Репертуар у меня отличается невозможной широтой. Пою все вплоть до оперы (как я это делаю, другой вопрос). Но больше всего люблю петь то, что в России называют бардовской песней. Это надо сказать спасибо деду, который таскал меня в походы начиная с пяти лет. Так что если меня ткнуть, я скорее всего заведу: «Люди идут по свету».

И тут черт дернул Арка спросить, чего мне в жизни не хватает. Я и ляпнула: «Музыки». Ну действительно, что за вечеринка без музыки? Услышав мое заявление, тип с волосами цвета детской неожиданности, Лирет, если я правильно запомнила, пообещал мне музыку, велел принести что-то среднее между гитарой, банджо и балалайкой и запел, аккомпанируя себе на этой фигне. Пел он, прямо скажу, здорово. Голос обалденный, Паваротти отдыхает. Песни красивые, похожие чем-то на неаполитанские. Я довольно быстро уловила мотив и стала тихонечко подпевать. Но вел этот Лирет себя при этом отвратительно. Пялился, просто раздевал глазами, и обращал слова песни прямо ко мне, а были они не про ромашки-лютики. Там в каждой фразе предлагалось по меньшей мере предаться страсти. Щаззз, разбежался. Из всей компании этот мужик нравился мне меньше всех. Он попел немного, а потом протянул свою балалайку мне. Мол, теперь ты.

Я обрадовалась ей как родной. Выбралась из-за стола, устроилась в уголочке, попробовала струны… Отлично, даже строй менять не надо. Эту штуковину вполне можно юзать как гитару. Я изобразила перебор, пообещала слушателям песни моего мира и запела. Естественно, «Люди идут по свету». За ними последовали и «Милая моя», и «До свиданья, дорогие», и многое другое. После пиратской «Когда воротимся мы в Портленд», от которой у принца глаза сверкали, я вдруг затянула старую военную «Эх, дороги», и у Керлена по щеке стекла слеза. Тогда я решила поднять народу настроение и запела из «Бременских музыкантов»: «Ничего на свете лучше нету». Все оживились, а меня неудержимо потянуло петь «Перекаты». Тут я сумела наконец наступить на горло собственной песне, потому что слова «люблю тебя я до поворота, а дальше как получится» местные правильно понять не сумеют, и закончила импровизированный концерт.

То, что было дальше, напоминало старинную блатную песню: «Меня все поздравляли, жал руку прокурор». Я от смущения прижимала к груди инструмент. Арк по-своему это понял и подарил мне местную балалайку. Спасибо, хорошая вещь. Надо потренироваться на ней играть. Все были со мной милы, один Лирет смотрел как на врага народа. Сам виноват. Не надо было пытаться меня публично соблазнять, тем более пьяную. Хорошо еще, что мы всего лишь музыкально сцепились. А если бы я ему всю морду расцарапала? Когда меня на подвиги тянет, всякое может случиться.

Странно, но пришедшая перед сном служанка украшения у меня забрала. Я хотела отвоевать хоть серьги, уж очень они мне понравились, но меня просто не поняли. Зеленый гарнитур забрали, вместо него оставили мне другой, аметистовый. Наверное, правильно, к моему красному платью он больше подходит.

Потом я долго лежала в постели и не могла заснуть. В голову лезла всякая ерунда. Например, почему я понимаю не только речь, но и песни? Слышу, что их исполняют на незнакомом мне языке, но все понятно. И, судя по реакции, мои песни тоже не остались для народа загадкой. Содержание явно разобрали, иначе чего бы некоторые слезу пустили? На чем же основан здешний метод перевода?

Наутро я опять нарядилась в красное и потащилась в зал заседаний. Меня уже ждали. На столе красовалась довольно крупномасштабная рельефная (с ума сойти!) карта государства. Дальше битый час я выясняла, где что расположено, потому что подписать объекты никто не удосужился. Им это и в голову не пришло. Я вытребовала себе бумагу для записей и пожалела, что все мои блокноты и ручки остались дома. Канцелярские товары вообще моя слабость, а здесь все было такое допотопное…

Когда мне наконец показали, где проходит линия фронта, я обалдела. У ребят оттяпали три четверти территории. Тот кусок, который остался, по своим качествам очень даже ничего, может быть лучший из всего, что в этой стране было, но долго оборонять его не представлялось возможным. Удивительно, как противник в этой ситуации пошел на перемирие. Я бы давила их не останавливаясь, пока в море не свалятся. Или к горам? Нет, в море надежнее. Так, а что случилось что враги вдруг пошли на невыгодное им прекращение военных действий?

Оказалось, все очень просто. Три четверти армии Камбены – наемники. Враг надеялся захватить столицу Амбирену, а в ней казну. Но Арк с Мороном сумели не только вывезти казну в Мирену, но и сумели уговорить крупнейших банкиров проделать то же с активами своих банков. Молодцы! Правда, в Мирену увезли далеко не все, но в Амбирене ничего не оставили. Теперь врагу нечем расплатиться с наемниками. Но деньги уже везут, в конце следующего месяца они появятся и тогда гибель неизбежна.

Тут я встала в позу и толкнула речь. Общий смысл был такой:

– Ребята, если все дело в деньгах, бейте их деньгами.

На меня смотрели как баран на новые ворота пять пар разноцветных глаз. Я что-то непонятное сказала? Пришлось все разжевать для тупых. Еще Клаузевиц утверждал, что для войны нужны три вещи: деньги, деньги и еще раз деньги. А этот старикан хорошо знал, что говорил. Это я попыталась объяснить Государственному Совету. Если у противника деньги кончились, он проиграл. И вообще, ребята, не давайте противнику навязывать вам игру, навязывайте ему свою. Если он предлагает сыграть в шахматы, играйте с ним в «Чапаева», а если он готов играть в «Чапаева», начинайте играть в футбол. Такова стратегия. Понятно?

– Нет, непонятно, но звучит многообещающе, – выразил общее мнение принц, у которого глаза нехорошо сверкали. Врет, что не понял.

– Что конкретно вы предлагаете, госпожа Ася? – с достоинством спросил Керлен.

Я вывалила им все, что в голову пришло.

– Так, первое. Засылаем диверсантов в тыл врага. Деньги, которые везут на выплату наемникам не должны попасть по назначению.

У народа глаза полезли на лоб.

– А что с ними должно случиться?

– В идеале они должны оказаться в вашей казне. Но, думаю, это нереально. Лучше всего будет если они просто исчезнут.

– Куда может исчезнуть такая гора золота?

– Золота? Об этом я не подумала. У нас деньги бумажные, их легко сжечь. А золото… Его можно утопить в реке или болоте! Главное, чтобы враг не знал точного места.

– Гениально. Потом их всегда можно будет оттуда извлечь, если, в отличие от врага, это место будет нам известно.

Это сказал Лирет. Проклятый финансист не смотрел на меня после вчерашнего, но тут вдруг заинтересовался:

– Госпожа Ася, поясните, пожалуйста, ваши слова насчет бумажных денег? Как такое может быть?

– С удовольствием расскажу, только позже. Сейчас у нас война на повестке дня. Так вот, посылаем диверсантов с заданием уничтожить груз золота, предназначенный наемникам. Если по ходу дела они еще чем-нибудь повредят врагам, будут еще большие молодцы.

– Но у нас сейчас перемирие, – это Морон.

– А я и не предлагаю открыть военные действия. Перемирие перемирием, а диверсия сама по себе. Я так понимаю, воевать вам нельзя, но охотиться-то можно, надеюсь?

Величественный Глава Государственного Совета захлопал глазами как дитя, а красавец принц хищно улыбнулся.

– Я все понял, это мы организуем, – сказал он, – Какой второй пункт плана?

– Пока суд да дело, посылаем тайных агентов в отряды наемников. Пусть расскажут, как вы хорошо платите своим солдатам. Тогда наемники толпами начнут перебегать на вашу сторону. Кстати, заплатите жалованье. Своим солдатам, естественно, чтобы утверждения агентов поддавались проверке.

Керлен хмыкнул и толкнул Лирета в бок:

– Я же говорил тебе, скряга, нельзя экономить на солдатском жалованье.

– Но это же безумные деньги, где мы их возьмем? В казне? А что потом?

На это ответ у меня был готов.

– Не в казне, а у местных банкиров. Сделайте у них заем на военные нужды под залог, нет, не казны, а будущих доходов государства. Тогда они будут кровно заинтересованы в победе.

– Так можно сделать, я подумаю, как это лучше всего оформить, – задумчиво протянул Лирет, а принц добавил:

– Завтра же мы соберем банкиров. Нам надо торопиться.

– И еще. Вряд ли ваши бывшие подданные счастливы присутствием захватчика на своей земле. Надо спровоцировать партизанское движение. Во главе отрядов должны стоять обученные кадровые военные, только без формы. Как будто это их самодеятельность, а вы тут ни при чем.

– И маги, – добавил Анколь.

Не знаю, как переводчик растолковал им слова «партизанское движение», но наш маг явно все понял. Керлен, судя по всему, тоже, потому что сказал:

– У меня найдутся человек десять-двенадцать, чтобы руководить этими самыми вашими партизанами. Сейчас же за ними пошлю. А ты, Анколь, организуй нам пяток магов. Хоть плохоньких, лишь бы могли защиту держать.

Анколь радостно закивал в ответ. Что-то явно начало завариваться. Таинственный глава Государственного совета не стал говорить ничего конкретного, но пообещал туманно:

– У меня появились кое-какие идеи, мы их завтра обсудим. А теперь, дорогая Ася, скажите, какой следующий пункт плана? Я же вижу, он у вас есть.

– Это не пункт, а общее соображение. Территорию, на которой мы сейчас находимся, не защитить.

Ответил Морон, видно было, что он не желает со мной согласиться, но в глубине души не может не видеть мою правоту.

– До сих про маги держали защиту. Правда, по всей длине линии фронта это невозможно, силы их небеспредельны.

– Я о том же. У нас говорят: лучшая защита – это нападение. Ко дню окончания перемирия мы должны деморализовать противника. Как, я уже сказала: диверсии, подкуп, партизанская война.

– Звучит не слишком красиво, – едко заметил Лирет.

Это он меня упрекает в недостатке нравственного чувства? Поставим нахала на место.

– Важно не как звучит, а как работает. Победителей не судят.

Вот так, и нечего было меня пытаться соблазнить на глазах у почтеннейшей публики. У тебя-то, козел, не сработало? Так, о чем еще я хотела спросить?

– Я так поняла, перемирие мы нарушить не можем?

– Перемирие магическое, его нельзя нарушить, – пояснил Анколь.

– А что будет считаться нарушением перемирия?

– Если хоть одна стрела или ядро перелетят линию, по которой на момент перемирия проходила линия фронта…

– Все ясно. Отличное условие. Нарушить нельзя, попытаться обойти можно. А что случится с тем, кто его нарушит?

– Тот, кто заключал это перемирие с нарушившей стороны, умрет в страшных муках, а на войско его падет проклятие. Это гарантированное поражение и гибель большинства. так что перемирие нарушать нельзя. С нашей стороны его заключал в отсутствии короля самый сильный наш маг Миритон, а с другой – Каферт, король Камбены.

– Значит, он и должен его нарушить. После чего мы переходим в наступление. Хорошо бы это организовать… ммммм…. через полтора, максимум два месяца.

Мужики переглянулись, посмотрели дружно на меня, опять переглянулись… Наконец принц решился задать вопрос:

– Ася, где вы изучали стратегию и тактику? Чтобы женщина так, в несколько слов разложила все по полочкам… В вашем мире этому учат?

– Учат. У нас военные академии для этого имеются. Там всему учат, и стратегии, и тактике.

– Но вы там не учились?

– Ну, во-первых женщины – существа коварные, стратегию и тактику в личной жизни отрабатывают. А я просто книжки люблю читать. По книгам в нашем мире можно практически всему научиться, кроме живописи, музыки и медицины.

Почему-то при этих словах принц начал широко улыбаться, а потом заявил:

– Теперь, когда у нас есть план, мы начинаем его прорабатывать, а вы можете отдохнуть. Раз вы, Ася, так любите книги, я приглашаю вас в библиотеку. Надеюсь, вам понравится.

– Ой Ваше Высочество… Спасибо огромное. Библиотека – это то самое, о чем я мечтаю с момента прибытия в ваш мир.

– Но если нам понадобится…

– Всегда готова, – выдала я древний девиз юных пионеров.

Хорошо, что не ляпнула свое любимое «Любой каприз за ваши деньги». Арк лично за ручку отвел меня и сдал на руки библиотекарю, молодому парню с шевелюрой цвета апельсина. Рыжик долго не мог понять, что девушке вообще могло понадобиться в библиотеке. Барышни тут что, не читают? Он все бурчал, что стихов здесь не держат. Ага, барышни все-таки читают стихи. Когда я нашла себе толстенный талмуд по истории этого мира, он пожал плечами, покачал головой и оставил меня в покое.

Сначала я сидела за столом, потом перебралась на диванчик под окном, затем посидела в кресле около вращающейся полки, оттуда опять вернулась на диванчик… Ну привыкла я читать лежа. Так больше входит! А тут даже диван для лежания не приспособлен. В конце концов я стала бродить по библиотеке, доставая с полок то одну книгу, то другую. Ставила на место, а то вдруг рыжий разорется?

Одно уяснила быстро: в первый момент, открывая любую книгу, я вижу очертания незнакомых знаков, не назову их даже буквами, но через мгновение уже читаю вполне русский текст. Вскоре меня порадовало еще одно открытие. Вообще-то я быстро читаю, но поверить, что я прочту толстенную книжищу за час с четвертью и прекрасно усвою ее содержание, я не могла. Однако факт налицо: вот она книга, вот она я. Наверное, это тот самый амулет с функцией обучения действует. Еще бы на диван где-нибудь завалиться со всей этой литературой… Может, мне разрешат забрать книги в мою комнату? Там и почитаем.

Подобрав себе несколько книг: по истории, этнографии и местной экономической географии, захватила еще руководство по дворцовому этикету, я кликнула рыжего.

Парень с недоумением посмотрел на меня и выдал вежливый аналог фразы «Чего надо?» . Я указала на отобранную стопку и сказала, что хочу все это забрать в мои покои. Красавец хмыкнул, пересчитал книжки, лениво записал их в огромную тетрадь, у которой оказались заполненными только три первых страницы, и махнул рукой: можешь забирать. Я обрадовалась, схватила книжки и удалилась к себе.

Больше всего мне понравился географический атлас. На карте, которую показал Керлен, была только Аррона-государство, а тут передо мной предстала Аррона-мир. Три континента, масса островов, множество государств. Конечно, с Землей не сравнить, стран тут не сотни, а от силы три десятка на два континента. Третий континент нарисован как попало: ясно, что его не исследовали толком. Аррона на своем континенте занимает примерно четверть территории, Камбена ее раза в три меньше и выхода к морю у нее нет. Понятно, за что они воюют. Итак, Камбена на севере, даже скорее на северо-востоке, на юге море, в море острова. С востока Аррону окружают высокие горы, про кторые сказано «непроходимые», с Запада – невысокое плато, переходящее далее в степи. Там живут кочевники. А на северо-западе болота, про которые атлас тоже пишет, что они непроходимые. Аррону от Камбены отрезает горный кряж, через который есть три прохода. Через них раньше шла торговля, а теперь идут войска. Люблю географию: рассмотрел карту повнимательнее, и вся ситуация как на ладони!

До вечера меня никто не тревожил, даже обедать не пригласили, а прислали еду в комнаты. С одной стороны, мужики делом заняты, им не до баб. А с другой стороны… Я же им все нарисовала, а они меня от дела отстраняют как дуру несмышленую. Оставили, глядишь, я бы еще чего-нибудь подсказала. Ладно, книжки тоже дело хорошее, хоть больше узнаю об этом мире.

Перед ужином пришел маг, принес блюдо местного винограда и коробочку с колечками и кулонами всех сортов. Я стала отказываться, но он меня уверил, что это не подарки, а просто амулеты, которые я должна носить для безопасности. Показал: это чтобы проверять еду на яд, это от сглаза, этот предупреждает об опасности, это усилитель, это накопитель. Блин, легче было устройство автомобиля выучить. Он взял с меня слово что я без основных защитных и усилителя из своей комнаты выходить не буду. Фиг с ним, пообещала, если ему так спокойнее. Я, правда, не люблю обвешиваться бижутерией как новогодняя елка, но если убедительно просят и дают научные объяснения… Что ж, придется страдать.

Заодно я расспросила мага про амулет-переводчик. Он объяснил, не очень понятно, но хоть как-то. Оказывается, амулет не переводит слова, а в твоей собственной голове находит образы, наиболее близкие по смыслу к тому, что тебе говорят. Поэтому ты можешь понимать песни, которые поют на неизвестном языке, и одновременно слушать их в оригинале. Здорово. Это тебе не машинный перевод, когда все слова переведены правильно, а в сумме получается редкая бредятина.

Анколь мне нравился больше всех в этой компании. Было видно, что я ему не безразлична, но не потому что он надеется затянуть меня в койку. От него исходили сильнейшие флюиды доброжелательного интереса. А экстравагантная бирюзовая расцветка только добавляла шарма. С ним можно было разговаривать обо всем как со страшим братом, не боясь нарваться на предвзятость и неприятие, только на неподдельный интерес. К тому моменту как он пришел, я успела проштудировать курс местного этикета, и у меня возникла куча вопросов. Вопросы возникли не по этикету, тут все было предельно ясно. Правила – они и есть правила. Заинтересовали обычаи, традиции, которые вызвали к жизни некоторые правила.

Так что я решила просветиться не отходя от кассы, благо жертва сама ко мне пришла. Я вывалила на бедного мага все свои вопросы разом. Он сделал умоляющие глаза. (прямо котик из Шрека) и сказал:

– Ася, я понимаю, Вы хотите все и сразу. Вы обживаетесь в новом для Вас мире, у Вас уйма вопросов, но пощадите меня! Давайте постепенно. К тому же… Я лучше вам про магию расскажу. А про этикет, обычаи, традиции – это к Морону, у него колоссальный опыт придворной жизни и дипломатической работы. Правда, он из нас самый занятой. Или наш принц с удовольствием вас просветит, эти знания – часть королевской профессии. А я вас хочу пригласить на прогулку в парк. Поболтаем и я вам кое-что покажу, думаю, будет интересно. А завтра давайте с утра займемся магией. Я свою часть работы сделал, теперь совершенно свободен, и мы сможем провести кое-какие эксперименты. Вы зарядили амулет, который я дал Теану так, как никто в нашем мире зарядить бы не смог. Но вы утверждаете что в вашем мире нет магии. Получается, сила у Вас есть, но вы ею не пользуетесь. Давайте попробуем: вдруг мне удастся вас научить так же, как я учу своих учеников? Думаю, эти навыки с вами останутся и в вашем мире.

Я так обрадовалась, что чуть не запрыгала.

– Ой, Анколь, дорогой, правда? Вы меня научите? Вот здорово!

Хорошо что я , памятуя о правилах этикета, ему на шею не бросилась. А то по местным меркам он должен был бы как минимум на мне жениться. Вот чушь собачья. Если все, что написано в этой дурацкой книге – правда, любое публичное выражение естественных чувств здесь ведет либо к женитьбе, либо к позору. Получается, нормально живется только каменным истуканам вроде этой Тамин.

Поужинав, мы отправились в парк. Гуляли, беседовали, Анколь расспрашивал меня о моей семье и рассказывал о себе. Оказывается, все эти ребята гораздо старше, чем я могла себе представить. Арк самый молодой, ему 84. Лирету 118, Анколю и Керлену по 147 лет. Оба они – учителя принца Арка, один учил его магии, другой – военному делу. Самый старый из них Морон, ему за двести. У аронайцев средняя продолжительность жизни 350-400 лет. У лебдов поменьше, но тоже не собачий хвост: 200-250. Я вспомнила, что Теан говорил мне про коэффициент 2,5. Анколь сказал, что он попробует пересчитать, но ему кажется, что это вздор.

Учиться в школе детки заканчивают годам к пятидесяти, а настоящее совершеннолетие наступает в 60. В смысле они могут найти себе работу, открыть свое дело или вступить в брак без согласования с родителями. Это мальчики. Девочкам значительно хуже. Родители имеют над ними власть до конца жизни, их или родительской. Из-под этой опеки их может спасти только брак, тогда власть переходит к мужу и его семье. Девицам по жизни напрягаться не надо. В школы их берут, пожалуйста, но учится дай бог если одна из десяти. Если есть родители, то замуж выдадут – мявкнуть не успеешь, разбирать женихов и привередничать здесь не принято. Замужним живется неплохо: бить и обижать жену не положено, наоборот, ей следует создать условия не хуже, чем были у нее в отчем доме. Так что девицы и не парятся. Выскочат замуж и сидят на шее у супруга, ножками болтая. Работать и зарабатывать самостоятельно не принято. Обычно жена работает в деле своего мужа.

Положение девиц, не нашедших мужа и не имеющих собственных средств, плачевно. Если это аронайка, она может найти себе любовника, который будет ее содержать, искать такого желательно подальше от родных и знакомых. Но это большая редкость, аронайских женщин и так на всех желающих не хватает. Лебда может поступить в публичный дом, если ее не возьмут в семью родственники, где она до конца жизни будет на положении прислуги за все.

Если же у нее есть свои деньги… Это может случиться в том случае, если она останется круглой сиротой или вдовой, и при этом наследство будет в денежной форме, а не в виде дома или участка земли, потому что майорат еще никто не отменял. Вот такая женщина может быть вполне самостоятельной, решать за себя, а еще работать и зарабатывать. В истории были примеры самостоятельных женщин. Но это такая редкость… Например, знаменитая поэтесса Сапинис не вышла замуж и жила, публикуя свои творения и выступая с пением стихов под аккомпанемент лиры.

Тут я вставила свои пять копеек, сказав, что на Земле тоже есть музыкальный инструмент под названием «лира», но выглядит он совсем иначе. Тут же в ответ получила комплимент по поводу моего вчерашнего пения. В этот момент мы из длинной темной аллеи вышли на широкую площадку, в глубине которой была пергола, увитая чем-то вроде плетистых роз. Под перголой располагалась скамейка, а на ней сидели три красавца. Глава государственного совета отсутствовал, зато принц со своими войсками и финансами был налицо. Маг толкнул меня в бок:

– Попробуй посмотреть на них не глазами, а магией. Включи магическое зрение.

– А как? – заинтересовалась я.

– Посмотри на них, потом закрой глаза и представь, что видишь их энергетическую оболочку. Сделай так несколько раз, у тебя должно получиться. Когда что-то увидишь, скажи.

Я кротко выполнила указание. О чудо! У меня получилось! Не с первого, но со третьего раза я увидела. Абрис тела советников казался заполненным светящейся субстанцией, тускло-желтой у Лирета и нежно-розовой у Керлена. Кроме того, Лирет казался разорванным в нескольких местах, эти разрывы выглядели угольно-черными. Принц смотрелся гораздо интереснее: тело светилось таинственным синим, а вокруг разливалось серебристо-бирюзовое сияние.

– Ты увидела?

Похоже да. Они все светятся по-разному.

– Можешь описать?

Я старательно пересказала Анколю то, что увидела. Он был очень доволен.

– Вот ты и научилась пользоваться магическим зрением. Ты хорошо все запомнила? Если да, то завтра мы разберем с тобой увиденное, я объясню что все это значит. А сейчас пойдем к нашим друзьям.

Не иначе нас тут ждали. Не верю я в рояли в кустах. Мужчины повскакивали, усадили меня и начали посыпать комплиментами, намекая на мое вчерашнее пение. Я хотела услышать, что они сделали для подготовки военного плана, открыла было рот, но тут же его и закрыла. Принц видно понял, что меня интересует и так зыркнул, что я сразу все вспомнила и язык проглотила. Правильно, договаривались же, что за стены зала заседаний наш план не выйдет. Ни целиком, ни по частям. Слово надо держать.

Симпатяга главнокомандующий попросил меня спеть опять ту душевную песню, которая его так тронула. Я пообещала. Он такая милашка! Самый здоровый из всех, а светится розовым, как блондинка. Принц хотел приказать принести мою балалайку, но я отказалась петь прямо тут, сразу же. Ага, мне для этого надо как минимум полбутылки вина принять на грудь, а лучше больше. Вино у них качественное, с утра голова у меня была в полном порядке. Но рассказывать, что без выпивки нет песен, я не стала. Я девушка скромная, это меня компрометирует. В общем, назначила я свое пение на день святого Никогда, а там видно будет.

Лирет после вчерашнего смотрел на меня взглядом больной собаки, что в сочетании с его внешностью было чудовищно. В глаза ему я старалась не заглядывать, иначе возникало желание заорать и убежать. Как-то я неправильно на него действую. Вообще, то, что эти странные существа на меня западают, казалось мне по меньшей мере удивительным. Мы из биологии знаем: животные разного вида не спариваются, не испытывают такого желания. Очевидно что с этими мужиками мы относимся к разным биологическим видам, что же они ко мне липнут? Хотя, если бы Арк ко мне приклеился, я бы возражать не стала. В нем я очень даже чувствую человека и мужчину.

Дальше мы пошли уже всей компанией. Регулярная часть парка кончилась, нас окружал лес, выглядевший в темноте таинственно и угрожающе. Я подняла голову и ахнула: небо над нами было густо усеяно звездами, так, как не бывает на Земле даже в августе. Казалось мы находимся прямо в самом Млечном пути. Картинка не складывалась в знакомые созвездия, и я в который раз убедилась, что мы не на моей планете. Анколь заметил мой интерес, стал показывать местные созвездия, но я ни одного не просто не запомнила, а даже не разглядела, больно густо были натыканы звезды. Пока я развлекалась астрономией, мы наконец пришли туда, куда меня, оказывается, вели с самого начала. Я оторвалась от звезд, опустила глаза и ахнула от восторга. Перед нами расстилалось озеро. Не очень большое, но удивительно красивое. По этому озеру плавали огромные цветы, напоминающие лотосы. Они таинственно сияли в сумерках, а над ними летали довольно крупные светлячки.

– Вот, – с гордостью сказал маг, – это озеро цветочных фей, уникальное явление в нашем мире.

– Оно прекрасно, – шепотом подтвердила я.

Опустившись на колени прямо на прибрежный песок, я дотронулась до воды. Возник странный эффект: от моей руки как будто побежали лунные дорожки к цветам, а ко мне от цветов начали слетаться светлячки, которые действительно оказались крошечными человечками с крылышками, как в «Дюймовочке». И размера подходящего: 2,5 – 3 сантиметра, не больше. Они не светились целиком, но в груди каждого как будто был вмонтирован светодиод, и все лампочки были разных оттенков. Я подняла ладонь и на нее слетелось штук пять этих крошек. Я не могла слышать их речь, но в голове у меня зазвучали слова приветствия. Меня называли сестрой. Приятно найти в чужом мире родственников, пусть таких необычных. Возникло чувство, что мои мысли услышали и радостно им вторят. Здорово. Нет, правда здорово! Я обернулась и посмотрела на мужчин, которые не стали подходить ближе, оставив меня одну с озером и его милыми обитателями.

Они мне улыбались, махали руками, делая одобрительные жесты и призывая обратно. Я подняла руки повыше и предложила крошкам лететь обратно, обещая, что скоро приду опять. Они меня поняли, снялись и улетели к своим цветам, на прощание пощекотав ладонь.

Очаровательно, слов нет. Но что бы это значило?

Арк лично подал мне руку, помогая подняться. Так, платье я заляпала, одна надежда что портнихи сошьют еще что-нибудь. Вечно читала в романах фентези про то, как трудно ходить в длинных платьях. Ерунда, надо немного придерживать юбку одной рукой над коленом, и все. Конечно, если вдруг надо быстро бежать, эти юбки стоит задрать повыше. Единственное, что и впрямь напрягает – белье допотопного образца. Мне нужен нормальный бюстгальтер и трусики, а то эти рубашки и панталоны достали. Хорошо, что мода у них такая, безкорсетная, с талией под грудью. Наличие бюста по принципу «чем больше – тем лучше» здесь приветствуется, хотя вообще народ не просто нетолстый, а довольно худой. Правда, лебды которых я видела, были самой разной комплекции. Еще бы выяснить, можно ли женщинам надевать мужскую одежду. Не все же мы здесь будем сидеть. Если хоть под каким-нибудь предлогом разрешается, пусть сошьют. Во дворце и платье сойдет, а вот на войне лучше в штанах шастать.

До дверей моих комнат меня провожал принц. Один. На пороге взял за ту самую руку, на которой сидели феи, разжал пальцы и поцеловал в ладонь. Мамочки! Я сейчас умру. Ноги подкосились, в голове зашумело, внутренности просто расплавились… Никогда… ни один мужчина… ничего подобного… Я подняла лицо, ожидая поцелуя, и вдруг встретила его внимательный изучающий взгляд. Подействовало как ведро холодной воды на голову. Эта сволочь меня изучает. Эксперимент, блин, проводит! Ну да, меня же предупреждали! Трахает все, что шевелится и любит новые ощущения. Наверное, я бы согласилась быть для него мимолетным увлечением. Плевать, мне в этом мире за свою безупречную репутацию держаться не приходится. Но быть не предметом увлечения, а объектом изучения? Увольте, я в эти игры не играю. Пусть вон меня Анколь изучает, тот хоть честно предупреждает, что ему нужно. А эта игра в любовь… Не хочу! Я слегка оттолкнула принца, сказала: «Спокойной ночи, Ваше Высочество», нырнула в комнату и быстренько заперла за собой дверь. Судя по звуку он постоял с другой стороны еще пару минут, потом ушел.

Я рухнула на кровать и заревела. Наверное, слишком много всего произошло, вот психика и не выдержала. А потом… Согласитесь, не так-то просто взять и обеими руками оттолкнуть то, что безумно хочется схватить, прижать к груди и никому не отдавать.

Я ревела полночи, потом успокоилась и заснула.

После завтрака за мной явился наш маг и отвел в свою лабораторию. Классное место, мне понравилось. Помесь алхимической лаборатории и этакого допотопного кабинета функциональной диагностики, если вы можете представить себе, например, кардиограф в корпусе из ценных пород дерева, отделанный золотом и драгоценными камнями. Все стены представляли собой стеллажи, уставленные книгами, бутылочками, банками и странными предметами непонятного назначения.

Посередине стоял стол совмещенный с очагом под медным колпаком вытяжки. Столешница из камня напоминающего лазурит довершала великолепие этого места. Меня усадили на диванчик. Анколь стал по очереди вручать мне разные предметы, с которыми я должна была проделывать различные манипуляции. Огоньки на его «кардиографах» то светились, то гасли, время от времени что-то начинало жужжать… Я ничего не понимала, и никаких объяснений мне не предлагалось, обыкновенный общий треп. Наконец маг обвешал меня амулетами и попросил сидеть тихо, пока он приготовится. Я и сидела, пока не заметила на полу прямо у ног Анколя мышку. Не компьютерную, а самую настоящую, симпатичную, с глазками-бусинками и подвижным носиком. Я испугалась как бы он ее случайно не задавил и зашипела:

– Анколь, осторожнее, у вас под ногами мышка. Миленькая такая. Не наступите.

– Мышка?

Вскинулся маг и чуть действительно на нее не наступил. Мышь заметалась и юркнула куда-то за стеллажи.

– Вам нравятся мыши, Ася? – с удивлением спросил маг.

– Конечно, они такие симпатяшки. Вот крысы противные, но я их тоже не боюсь.

– А кого вы боитесь? Пауков?

– Пауков боюсь только гигантских, они ядовитые. Еще змей боюсь, но тоже… Ужей не боюсь ни капли, только гадюк. Вообще ядовитых.

– То есть, прежде чем бояться, вы змею попытаетесь рассмотреть? – я гордо кивнула, подтверждая, – А вы можете отличить одних от других? Ядовитых от неядовитых?

– В моем мире да, я всегда любила зоологию. А здесь вряд ли. У нас есть правило, если змея незнакомого вида, считаем по умолчанию что она ядовитая. Но, насколько я знаю, если змею не трогать, она на тебя не набросится.

Анколь похвалил меня за храбрость и благоразумие, потом сказал что все готово. Предложил лечь на кушетку и закрыть глаза. Я кротко улеглась.

Минут через десять мне что-то почудилось. Какой-то странный звук. Я приоткрыла глаза: с потолка на меня спускался огромный, размером с тарелку, черный мохнатый паук!!! Я попыталась вскочить, и в то же мгновение эта гадость плюхнулась мне на грудь! Я подскочила до потолка, сбросила мерзкое создание и так завизжала, что сама чуть не оглохла. Паук исчез. Испугался, наверное, и смылся. И тут я почувствовала, что по моей щеке что-то стекает. Потрогала рукой, глянула – кровь! Откуда? Не могла эта гадость меня покусать. Просто не успела бы.

Маг подбежал, усадил меня обратно на кушетку, залепетал что-то успокаивающее, а потом стал разглядывать мои руки. Я тоже посмотрела и обомлела: ни в одном из тез колец, что он на меня напялил, не осталось целого камня. Все разлетелись вдребезги. Неужели от визга?

Ну, я сильна. Видно, осколком лопнувшего камня мне щеку и поцарапало.

Маг старался меня успокоить, как мог. Принес воды, потом вина и фруктов, лопнувшие кольца заменил на другие и спросил, готова ли я продолжать.

Я потребовала свой бонус: пусть покажет какой-нибудь магический прием и расскажет про то, что я вчера видела магическим зрением. Может это меня успокоит. Анколь вздохнул и принялся рассказывать.

Оказывается, я видела энергетические или истинные тела. По ним можно много сказать о человеке. Керлен светится розовым. Он не маг, его стихия – война. Если бы я посмотрела на него на поле боя, свечение было бы не розовым, оно стало бы алым. Керлен – истинный воин. Цвет ауры Лирета говорит о том, что этот мужчина – существо приземленное и скуповатое. Между прочим я так и подумала. Такой цвет бывает у купцов, финансистов и земледельцев. Впрочем, у земледельцев он больше отдает в оранжевый. Разрывы говорят о душевном неблагополучии. Они появились у Лирета во время болезни его жены, а после ее смерти увеличились. Да, время лечит, и дыры в его истинном теле уменьшаются, но до полного здоровья еще далеко. Вообще от таких разрывов можно умереть. Чтобы скомпенсировать их вред, Лирет постоянно носит специальные амулеты. Влить энергию прямо в него чтобы закрыть разрывы? Я смеюсь, наверное. Раны заживают только собственной энергией человека, чужая сила для не мага может быть смертельной. Если бы он встретил новую любовь, возможно… Любовь способствует накоплению силы в организме. Корреляция между цветом глаз, волос и ауры? Вы заметили? Правильно, все так и есть. Например, тот же самый Лирет в молодости был салатовым. Этот цвет говорит о лиричности, нежном сердце.

– Принц? Ася, вы видели вокруг него свечение? Он маг. Размер ауры прямо пропорционален магической силе. Цвет говорит о направленности дара. Посмотрите магическим зрением на меня, дорогая. Что вы видите? Истинное тело светится бирюзовым и аура того же цвета? Так и есть. Синий – это аналитический ум, зеленый – способность ярко чувствовать. Это изумрудно-зеленый, болотный говорит скорее о мудрости и глубоком понимании вещей. А бирюзовый мы можем рассматривать как смесь изумрудного и синего. Есть таблица цветов, ее стоит выучить, чтобы не ошибаться. Свою ауру увидеть трудно. А ваша аура, Ася, золотая. Это любовь, способность любить. Желтый и золотой… Ну, это совсем разные цвета, их не спутаешь. Интересно, почему в вашем мире цвет ауры не сказывается хотя бы на цвете глаз?

Может, чтобы не было слишком просто? – улыбнулась я.

Потом мне показали полезное заклинание, так называемый «полог незаметного». Тот, кто под ним сидит, по идее не заметен для окружающих. Не с первого раза, но он у меня получился. А есть еще, оказывается, «полог тишины» и «полог невидимого», тоже полезные заклинания.

Во время этого разговора я пила вино и заедала фруктами и конфетами, так что, когда Анколь достал откуда-то лиру, была уже в правильном состоянии и с удовольствием взяла инструмент в руки. Потянуло меня на лирику. Романсы посыпались один за другим. «Не брани меня, родная». «Он говорил мне», «Не уходи, побудь со мною»… Закончила я жалостливой «Парой гнедых». И правильно, нечего мага любовными песнями смущать. Где-то на заднем плане маячило опасение, что меня могут не так понять, потому что здесь исполнение таких песен приравнивается к объяснению в любви, но маг оказался благоразумным и, кажется, не принял моего пения на свой счет.

Потом мы еще разговаривали на разные темы, Анколь меня веселил, я радостно хохотала, чувствуя себя с ним комфортно и совершенно безопасно. Потом он обобрал с меня перстни и кулоны как ягоды с куста, дал новые и отправил отдыхать. Мне казалось, я не устала совсем, но, пообедав в своей комнате, неожиданно захотела спать. Легла и продрыхла часа три.

Проснувшись, никуда не пошла, а читала экономический трактат и книгу по зоологии до самого ужина. Книга попалась интересная, с картинками. У них тут такие занятные звери! Есть похожие на наших, но есть и совершенно невероятные. Лошади, например, почти как у нас. А вот зверь земер похож на саблезубого хомяка. Или взять к примеру шедери: среднее между зайцем и летучей мышью.

Ужинать меня опять никуда не позвали. Мне снова стало скучно. Болтовня Сейды потеряла большую часть своей информативной ценности и скорее раздражала. Поковыряв в принесенных блюдах, я демонстративно все отодвинула, сказала что не голодна и попросила оставить мне на вечер плюшки и молоко. Никуда уходить я не собиралась.

Целый час не собиралась, а потом тихонько выскользнула за дверь. Мне надо было хорошенько подумать, а это у меня всегда лучше всего получалось при ходьбе. Но не мотаться же по комнате. Для этого есть парк.

Вместо красного я опять надела зеленое платье, подумав, что в случае чего так будет легче слиться с местной флорой. Спустившись в сад стала прогуливаться по аллеям, выбирая самые темные. Не хотелось, чтобы кто-то помешал моим раздумьям. Когда я услышала голоса, хотела уже повернуть обратно, но до меня донеслись слова «девочка» и «Ася». Это обо мне? Я стала тихонько продвигаться на звук и остановилась за густым кустом, покрытым белыми душистыми цветами. Разговаривающие находились прямо за ним. По голосам я узнала принца и мага. Маг втирал Арку:

– Ты же не будешь отрицать, что она скорее не маг, а магическое существо. Тому полно доказательств. Цветочные феи признали в ней свою. А ее аура… тут ты не будешь спорить?

– Не буду. Но что это значит для нас?

– Сегодня я ее испытывал разными способами. Действительно, при пении она зарядила амулеты, правда, незначительно. Может быть она не влюблена, а только жаждет любви? Пока не могу понять. Добыть ее основную энергию в чистом виде мне пока не удалось. Сознаюсь, Арк, я попробовал ее напугать.

– Сильно?

– Судя по результату, ужасно. Прости, сначала я подсунул ей фантом мыши, но она мышей не боится. Тогда я сбросил на нее гигантского паука.

– И что?

– Она визжала так, что чуть стекла не повылетали из окон. Но самое главное, амулеты не выдержали. От энергии их просто разнесло. Осколком даже поцарапало ей щеку.

Я дотронулась до щеки. Порез Анколь мне сразу же залечил, но чувствительность в этом месте оставалась.

– У тебя готовы выводы?

– Мне бы еще ее ярость вызвать. Судя по всему, именно яростью она зарядила тогда амулет перемещений. Понимаешь, она не накапливает энергию, разлитую в природе, она ее вырабатывает своими эмоциями, сама выступая в роли практически бездонного колодца. В какие-то моменты шлюзы раскрываются и магическая сила льется через край. В эти моменты она может заряжать амулеты. Может ли маг взять у нее силу напрямую я пока сказать не могу. Возможно, это смертельно опасно. Особенно если он будет действовать против ее воли.

– Что ты имеешь в виду?

– Вспомни, самый большой выброс энергии – это смерть. Закон запрещает ее использовать, но иногда… в военных целях… Ладно, сейчас не об этом. Боль, страх, ненависть тоже дают много энергии, гораздо больше, чем положительные эмоции. Можно использовать такую энергию, полученную от человека, мага или нет, не важно. Но она не человек и не маг, а магическое существо. Ты читал трактат о цветочных феях? Нет? Я тебе дам, почитай. Терфелиур изучал возможность получить их силу. О своих результатах он не написал, потому что трагически погиб. Трактат закончил его ученик Алекинат. Он прямо пишет, что учитель сам виноват в собственной гибели, и хорошо, что он не погубил других. Представляешь, что делал этот гад Терфелиур ? Он колол иголками маленькую фею, заряжая амулеты ее мучениями. А потом просто убил, заперев в золотой шар, в котором крошка задохнулась. И вот когда она умерла, выброс энергии разорвал на части не только этот шар, но и все, что находилось от него в радиусе пяти шагов. В том числе и Терфелиура, конечно.

– Поделом ему.

– Поделом, не спорю. Но это не самое интересное. Остались амулеты, заряженные мучениями крошки-феи. Так вот, использовать их оказалось смертельно опасно.

– Вместо того, чтобы выполнять то, на что они были заряжены, они убивали хозяев?

– Если бы. Они выполняли ровно то, для чего были созданы. Но вот результат всегда шел во вред хозяину. Поясню. Например один из амулетов был переводчик. Переведенные с его помощью слова вызвали конфликт и войну. Знаменитую войну Белых Башен. Использовал его глава тогдашнего Совета Магов, он был убит в первый день войны. Другой давал невидимость. Невидимого Алекината случайно проткнул вертелом собственный слуга, и он умер. К чему я это все. Конечно, можно твою иномирянку избить, изнасиловать, даже убить, чтобы получить ее энергию, но я не завидую тому, кто это сделает. Самое лучшее что с ним в этом случае может произойти – он просто не сумеет поймать ни капли ее магической силы. Но место, где это произойдет, навеки останется зараженным злом, проклятым. Если же попробовать такую силу запереть в закрытый контур… Ты представляешь, во сколько раз ее масса больше массы цветочной феи? Да я не уверен, что наша планета останется цела.

– А ярость? Амулет, заряженный ее яростью? Он не может повредить моему брату? Или уже повредил?

– Ярость, как ни странно, чистое чувство. И, что важно, кратковременное. В ней нет вещественного зла, только нейтральная сила. Тут я за твоего брата спокоен. Плохо, что он вообще в нее так безумно влюбился, но не в магическом плане, скорее в личном. Если ты станешь королем, а твой брат наследным принцем, все в конце концов образуется, а вот если королем станет Теан, или если Его Величество все-таки вернется, я ни в чем не уверен.

– Анколь, давай обсудим это после… Сейчас у нас другие задачи. Девочка нам нужна не только как источник магии. Ты убедился в том, что она очень полезна. Я в восторге от ее идей. Странно, она производит впечатление доброй и бесхитростной, но планы у нее рождаются на редкость коварные. Как ты думаешь, что это? – произнес Арк вставая.

Я стала тихонечко отползать. Ясно, что они меня не заметили только потому, что глаза на затылке не предусмотрены. Конечно, могли ауру засечь. Мне очень не хотелось, чтобы кто-то из них догадался, что я подслушивала. Я отползла еще немножко и спряталась за каменный парапет, который тут очень кстати догадались поставить. Присев за ним, включила, как меня учил Анколь, магическое зрение и глянула. Понятно, почему они меня не засекли. Они были накрыты «пологом незаметного», который Анколь показывал мне сегодня утром, объясняя про местную магию. Их никто не должен был ни слышать, ни замечать, но и они были ограничены в использовании магического зрения. Почему же я их прекрасно слышала? Может, потому что я и впрямь магическое существо? Для меня эти пологи тьфу? Или есть другое объяснение?

Одно ясно: принц Аркантейл хочет меня использовать для получения силы. Судя по всему он интересовался, как ее проще и надежней получить, желательно в максимально возможных количествах.

Спасибо цветочным феям, смерть одной из них сейчас спасла мне жизнь и здоровье. Благодаря ее мучительной гибели они отказались рассматривать варианты с моими пытками, изнасилованием и убийством. Ну что ж, из каждого свинства можно выкроить кусочек ветчины. Теперь я знаю, что меня ждет. Меня не убьют, а постараются трахнуть на добровольной основе. Не дамся!!! Ну и что, что у меня от одного его взгляда кости в кисель превращаются? С ним-то ничего такого не происходит. А мы девушки гордые, цену себе знаем. Директора, вон, отшила, от которого вся дальнейшая карьера зависит, Теану от ворот поворот дала, а с этим принцем вообще не было ничего, а что было, то временное. Пусть я буду страдать, но ему не обломится. Силы он захотел. Жалко не спела я ему «Перекаты»: «Люблю тебя я до поворота, а дальше как получится»… В смысле ничего у тебя не получится. Ничего, не облинял бы, синяя сволочь.

А маг этот… Зрению магическому он меня учит. Милашка такая добренькая… Ути-пуси. А потом вывод: убивать и мучить невыгодно, злить до беспамятства можно. Ярость моя его устраивает. А насиловать так и быть не будут. Чтоб их всех приподняло да шлепнуло!

Тут раздался грохот. Я потихонечку выглянула из-за укрытия: красавцы валялись на земле и таращились друг на друга, как бы вопрошая: «Что это было?»

Их таки приподняло и шлепнуло, точно как я сказала. Может это так моя магия проявляется? Почему-то дома такого эффекта не наблюдалось, хотя я нередко желала какому-нибудь придурку всяческих несчастий, особенно за рулем. Не дожидаясь, пока валяющиеся маги встанут, я продвинулась еще дальше. А там встала во весь рост и припустила, да не к дому, а наоборот, к волшебному озеру. Там меня искать не будут, почему-то это я знала точно.

На озере все было как вчера. Лотосы светились таинственно, феи – ярко. На мой призыв, выраженный в опускании ладоней в воду, малышки слетелись гурьбой. Они летали вокруг меня, танцевали и пели. Я даже запомнила мелодию песенки, хотя слов не разобрала. Но смысл и так был ясен: «Радуйся, сестра, здесь, на священном озере, наша жизнь наполнена радостью». Я и радовалась, хотя на душе кошки скребли. Но через некоторое время я заметила, что кошки унялись, и мне стало гораздо легче. Я была готова встретиться лицом к лицу с кем угодно. Никого я не боюсь, ни от кого не завишу. Я волшебное существо, как цветочная фея, и вы все будете плясать под мою дудку. Интересно, какие еще волшебные существа есть в этом мире? Как ни странно, ответ я получила: драконы. Ни фига себе, с одной стороны цветочные феи, с другой стороны драконы, а посередине вся из себя такая я.

Я еще посидела в гостях у фей, потом откланялась, обещая не забывать, и тихонько потопала до дому.

Настроение поднялось, вместо тоски во мне играла веселая злость.

Этот мерзавец Анколь мне задолжал. Говорить ему ничего не буду, но и за просто так подопытным кроликом быть откажусь. У меня и без того дел по горло. Интересно, мне он про результаты своих экспериментов хоть слово скажет?

Не забыть у него готовый амулет перемещений забрать как можно скорее. Он же обещал через три дня, обещания нужно выполнять. А там прости-прощай.

Эх, сейчас бы встретить кого-нибудь из моих красавцев и устроить разгон. Настроение самое то.

Зря я об этом подумала. Под дверью меня караулил тот, кого я меньше всего ожидала увидеть: отосланный в тренировочный лагерь принц Теаноферн, анимэшка моя приставучая.

Я заметила его издалека, он подпирал дверной косяк. Я постаралась тихонько ретироваться. Он то ли не узнал меня в зеленом платье, то ли просто не ожидал увидеть здесь и сейчас, но смыться удалось на редкость легко. А что теперь делать? Нагулялась я по самое не хочу, пора домой в теплую постельку, а тут этот друг стоит. И не обойдешь его, другого выхода из моих комнат нет. Я по крайней мере не знаю. Как это он слинять умудрился?

Не зная куда приткнуться, я побрела по переходам дворца. Хорошо что он небольшой, а то бы я заплутала и бродила здесь вечно. Мимо несколько раз проскакивали слуги, которые не обращали на меня ни малейшего внимания. Слуги все как на подбор были лебдами. Хотя почему «как»? Эти аронайские пижоны бывают только хозяевами. Шла это я шла, и вдруг…

Внимательнее надо было быть и вовремя прятаться. Потому что наткнулась я на совершенно незнакомого аронайца, удравшего из очередного шедевра анимэ. Высокого, красивого, с волосами цвета баклажан.

Он схватил меня за плечи и покрутил перед собой:

– Ты здесь откуда? Чья любовница?

Вот его я сейчас и разнесу. Не фиг королевскую гостью за части тела хватать! Я не стала скромничать и звать его на «вы», тем более что этот тип от вежливости не треснет.

– Здрасьте! А с чего ты взял, что я чья-то любовница?

Мое нахальство его задело:

– Прекрати хамить и называть меня на «ты»!

– Как ты меня, так и я тебя, – сказала я злобно, – и ты не ответил на мой вопрос: с чего это ты взял, что я чья-то любовница?

– Забавная девка. Твой любовник плохо тебя воспитал. Надо откупить тебя и научить вежливости. А на вопрос твой я отвечу: лебда в красивом дорогом платье не может быть служанкой, она чья-то любовница.

Ого, вот это уже интересно. Получается, я ничем от местных не отличаюсь? От таких как Сейда?

– А я разве лебда?

Он захохотал:

– А кто, красотка? На аронайку ты не похожа, на Высшую тем более. Может, скажешь, дракон?

– Может и дракон. Давайте попрощаемся, уважаемый, я пойду в одну сторону, а вы – в другую.

– Нет, детка, так не пойдет. Дракон ты там или не дракон, а в наказание за наглость ты пойдешь со мной. Доставишь мне удовольствие. С твоим хозяином я сам разберусь.

Он перехватил меня поудобнее и поволок по коридору. Эти анимэшки, сволочи, такие здоровые и сильные, оказывается. Одна я маленькая и слабая.

На мое счастье навстречу попалась Сейда. У нее глаза на лоб полезли: она-то была уверена, что я сижу себе тихонько в своих покоях, а тут меня по коридору чужой мужик куда-то тащит. Я не стала орать, просто посемафорила ей руками, мол, выручай.

Ну и правильно, что не стала горло драть, Сейда сделала это за меня. Побежала с криком по коридорам, вопя: «Королевскую гостью похитили»! В подробности она не вдавалась, но сразу становилось ясно, что произошло что-то ужасное. Мужик все продолжал целенаправленно тащить меня куда-то, не обращая внимания на крики. Зря он так, ох, зря! На следующем перекрестке, в смысле из ближайшего примыкающего коридора выскочили как черти из табакерок оба принца. Теан справа, Арк слева. Настырный баклажан затормозил и попытался изобразить придворный поклон, не выпуская свою добычу, то бишь меня. Принцы бросились на него как волки на парнокопытное. Не успел он и слова сказать, как они наставили ему фингалов под обоими глазами. В результате я отлетела к стене и приземлилась на пятую точку. Ни фига себе защитнички! От них скорее пострадаешь, чем от агрессора.

Мой обидчик тоже к тому времени валялся на полу. Драться с принцами баклажан не стал, приняв побои стоически. Он сходу не понял, за что получил в глаз, поэтому стал крутить головой, соображая, кому из принцев перешел дорогу. С другой стороны, если кому-то одному, что они оба тут делают? Неужели у девчонки два любовника сразу и оба принцы?

Мне стало смешно. Фиг с ним что по здешнему этикету смеяться публично нельзя. Не лопнуть же мне от этого. Я захохотала в очередной раз.

Теан бросился ко мне, попытался поднять с пола, стал спрашивать, не повредил ли недостойный Кандал мне чего-нибудь. Услышав дурацкое имя баклажана, я разразилась новым пароксизмом смеха. Он-то мне не повредил, просто от хохота брюхо болит. Это уже истерика. Арк насмешливо произнес:

– Если так хохочет, то ничего ей не сделалось. Отведи нашу гостью в ее покои, и я тебе жду в моем кабинете.

– Арк, я не обязан тебя слушаться. Я отведу Асю и с ней останусь.

– Ты отведешь нашу гостью к ней в покои и вернешься поговорить со мной. Даю тебе полчаса времени, пока я разбираюсь с господином Рекетом.

Час от часу не легче. Так Кандал или Рекет? Или одно имя, а другое фамилия? Мне, если честно, и то, и другое нравится: надо же так по идиотски называться?! Я уже не смеялась, а тихо хрюкала, истекая слезами. Остановиться была не судьба. Теан попробовал поставить меня на ноги, но от смеха я все сползала на пол. Тогда он подхватил меня на руки и понес. Откуда он тут взялся? Не иначе сбежал из своего лагеря со мной отношения выяснять. Какие в этом мире есть Боги? Миленькие, кто бы вы ни были, пожалуйста, сделайте так, чтобы это чудо от меня отстало. Пусть его страсть дурацкая наконец пройдет! Ему же лучше будет! Я хочу вернуться в свой мир не оставляя здесь несчастных, особенно несчастных влюбленных.

Теан донес меня прямо до спальни, сгрузил на кровать, сел рядом и взял за руку. Я смотрела на него как солдат на вошь. Сейчас опять начнет грузить.

Не начал. Повздыхал, чмокнул пару раз запястье, погладил по щеке, встал и ушел, так ничего и не сказав. Обалдеть! Что это с ними со всеми сегодня происходит? Или это мои молитвы так действуют? Одно хорошо, бедным сироткой он сейчас не выглядит.

После ухода Теана я встала с кровати и перебралась в кресло. Не просто так, а поближе к винограду. Когда я нервничаю, сразу аппетит просыпается просто зверский. Дома я бы полезла в холодильник и что-нибудь заточила, но не будешь же второй раз требовать ужин у прислуги? Я схарчила большую веточку вкусных ягод, прочитала здоровый кусок из трактата по здешней политической экономии (на мои глаза бред полнейший) и уже собиралась лечь спать, как в комнате появился наследный принц Аркантейл собственной персоной. Ходят тут принцы всякие. Откуда? В дверь он не вошел, я бы заметила. По законам жанра мне следовало бы смутиться, но я решила: не стоит. Этого он от меня и ждет. Так, спокойствие, только спокойствие, как говаривал Карлсон. Я пропела бархатным голосом, полным яда:

– Ваше Высочество, а откуда вы здесь взялись?

– Вошел, – на голубом (скорее синем) глазу выдал принц.

– Ну ясно, не в окошко залетели. А все таки? Дверью вы не воспользовались, я бы заметила.

– У вас тут один потайной ход имеется, прямо из моих апартаментов.

– И куда же он ведет? Тьфу, выходит? Побьюсь об заклад, что не в эту гостиную.

Принц вдруг покраснел.

– В вашу ванную, дорогая.

Выходит, мне надо опасаться пользоваться ванной, вдруг там в самый ответственный момент появится посторонний?!

– Вы не забыли, дорогая, это мой дворец, а в ваши покои я могу входить без вашего разрешения.

– Советую в следующий раз вынырнуть из отхожего места как раз тогда, когда я буду им пользоваться. Развлечение незабываемое. На всякий случай разрешение даю заранее.

Меня уже подняла и несла волна вселенской вредности и язвительности. Арк уставился в потолок и сделал вид, что не слышал. Ха, думает, это меня остановит. Не слышит? Сейчас мы ему ушки прочистим. Я встала, тихонько подошла, потупив глазки, и гаркнула что есть силы прямо в ухо красавца:

– Ау, Ваше Высочество? Вы меня слышите?

– Не глухой, – Арк отшатнулся от меня как от прокаженной.

Я изобразила девочку-цветочка, как видно не очень удачно, потому что принц фыркнул и велел мне сесть на место и отвечать на его вопросы. Когда меня просят по-хорошему я всегда готова идти навстречу. Поэтому не стала больше выпендриваться, села, сложила руки на коленях и уставилась на Арка.

– Ася, где Вы были?

– В смысле? Здесь, во дворце.

– Не притворяйся, противная девчонка, ты прекрасно понимаешь о чем я. Почему ты не сидела, как хорошая девочка в своих апартаментах, а где-то шлялась?

Батюшки, красавец назвал меня на «ты»! К чему бы это? В койку все равно не пойду, пусть не надеется.

– Наверное потому, что я не хорошая девочка, а противная девчонка.

– Оно и видно! Как ты умудрилась попасться этому мерзавцу барону Рекету? К сожалению, прогнать его я не могу, он главный церемониймейстер двора. Барон презирает лебдов, считает их низшей расой, как и король, да и все вокруг, надо правду сказать. Нечего глаза таращить. Ты скажешь, что не лебда? Пришелица из другого мира? Для него это ничего не значит, он о таких вещах даже не задумывается. Ты не аронайка, этого достаточно. Сейчас он ничего не предпримет, ты под моей защитой, но, думаешь, так будет всегда? Он приближенный короля, его доверенное лицо, он сумеет настроить Саргола против наглой девки, из-за которой получил по шее. И по морде.

Вот зачем он мне это говорит?

– Вы меня пугаете?

– И пугаю тоже. Зачем ты куда-то пошла без сопровождения?

Отвечу честно. Почти честно.

– Я хотела опять побывать на волшебном озере, пообщаться с феями.

– Пообщалась?

– Конечно. Они такие милые. У нас таких нет. У нас вообще с волшебством напряженка. А в вашем мире есть драконы?

– Драконы? Кто тебе о них сказал? Феи?

– Сначала феи, а потом этот ваш барон Рекет подтвердил информацию. Когда я сказала, что не лебда, он засмеялся и спросил, не дракон ли я в таком случае.

Принц неожиданно рассердился, а потому сделался особенно разговорчив.

– Всегда знал, что Кандал придурок, но не верил, что настолько. Драконы – это легенда нашего мира. Волшебные существа. Говорят, они существовали здесь до всех рас. Высшие пришли, когда драконы уже вымирали. Они были огромны и прекрасны, могли оборачиваться кем хотели, любым зверем или птицей. Встретив в своем мире Высших, они захотели с ними подружиться, а для этого оборачивались такими же, как те, с кем хотели сблизиться. Соединяясь с разумными существами они надеялись прекратить собственное вымирание путем слияния крови. Ничего не вышло, то ли детей от союзов драконов и Высших не было, то ли самих союзов. С аронайцами тоже не получилось. Говорят, только от лебды дракон смог дождаться детей, но эти дети были лишены волшебства и не могли оборачиваться. Делу могли бы помочь полукровки, но когда они развелись здесь в достаточном количестве, было слишком поздно. Драконы вымерли, их больше нет в нашем мире.

– Жалостливая история. Плохо, что драконов больше нет, я бы с удовольствием на них посмотрела. Тем более что в нашем мире легенды о драконах имеются. А вот самих драконов, волшебных существ, как Вы описываете, нет и никогда не было. Были динозавры, внешне похоже, но на самом деле ничего общего.

– Вообще-то я не про это говорил. Барон, называя тебя драконом, хотел оскорбить. Этот, как ты говоришь, придурок, называя тебя драконом имел в виду, что ты – падшая женщина.

Я искренне возмутилась.

– Ни фига себе! Сволочь какая! А почему дракон – это падшая женщина, странно как-то.

– Драконы соединялись с девушками-лебдами, те рожали им детей, но так как дети не были наделены волшебными свойствами драконы никогда не вступали в законный брак, и эти девушки становились отверженными, как и их дети. У девушки, родившей дитя вне брака, одна дорога – на панель. Ее даже в приличный публичный дом не возьмут. Так что те, кто связывался с драконами, плохо закончили.

Я почему-то очень обиделась за драконов и за лебд.

– Что за отношение такое?! Дикие, непросвещенные нравы!

– А у вас в мире не так?

– Не так! – запальчиво ляпнула я и осеклась, – Ну, может, раньше было так. И сейчас в некоторых диких странах к женщине ужасное отношение в обществе. Туда не ходи, сюда не гляди… Все решения за нее принимает отец или муж, а она просто служанка и постельная грелка. Но в цивилизованных странах все иначе. В правах женщина уравнена с мужчиной и может решать, как ей жить, самостоятельно.

– Я помню, ты обещала мне рассказать про ваши брачные обычаи. Очень интересно было бы послушать.

– Сейчас?

– Конечно, зачем откладывать, раз к слову пришлось. Я как раз никуда не тороплюсь.

Ага, он думал, что ловко увел разговор от драконов и от того, что интересует меня. Но я не нанималась удовлетворять его интерес по первому требованию.

– Извините, Ваше Высочество, но я устала и опаздываю спать. Так что давайте в другой раз.

– Отлично, если ты хочешь спать, давай спать, – красавец поднялся и направился прямиком в мою спальню.

Ага, так я с тобой и легла. Прям бегу и падаю. Ишь, губищи раскатал. А губозакаточную машинку тебе не подарить? Сейчас мы его корректненько, принц все-таки:

– Вы собираетесь спать в моей постели, Ваше Высочество? У Вас в покоях что, ремонт? Ничего не поделаешь, придется мне устроиться в кабинете. Или все-таки передумаете?

Он тут же развернулся и подошел ко мне. Схватил, втащил в спальню, бросил на кровать… Сам устроился сверху, но к активным действиям не приступил, а просто внимательно меня разглядывал. Потом произнес с вызовом:

– Что мешает мне сейчас овладеть тобой, ты не в курсе?

Вот в какие игры ты играть собрался, собака страшная! Так, Селезнева, держи себя в руках. Неважно, что ты этого мужчину хочешь так, что аж зубами скрипишь, если сейчас дашь слабину, пропадешь ни за грош копеечку. Если сейчас завизжать, заплакать и начать отбиваться, как раз тебя изнасилуют за милую душу. А после этого ты ни в этом мире остаться, ни в свой уйти спокойно и с достоинством не сможешь. Надо сосредоточиться и дать ответ по существу.

– В общем ничего, но, Ваше Высочество, Вы этого не сделаете.

– Почему?

– Насколько я успела заметить, Вы не насильник, Вы любовник. Ведь для Вас важно чтобы женщина тоже получала удовольствие от процесса?

– Ну, удовольствие я тебе доставлю в любом случае, не сомневайся.

– Исключено. Я по сути своей не жертва, только жертвы получают удовольствие от насилия. А для меня Вы как мужчина к сожалению перестанете существовать. Так что на Вашем месте я бы не стала продолжать.

Он тут же отпустил меня и поднялся.

– Скажи мне, Ася, я тебе не нравлюсь? Как мужчина я тебя не привлекаю?

– Ну почему, – протянула я, – нравитесь… Привлекаете…

Произнесла я это без всякого энтузиазма. Вроде как просто не хочу принца обижать. Никогда не надо врать, если можно сказать правду. Но всю правду выкладывать просто глупо. Красавец между тем продолжал:

– Ты здесь не навсегда, о репутации своей заботиться не обязана, девственность блюсти тоже, я тебе нравлюсь… Что тебя останавливает?

– Все. Если бы я пускала в свою постель всех, кто мне нравится, мне самой спать было бы негде. Простите, Ваше Высочество, тут нужно что-то посерьезнее того, что вы назвали.

– Ты назвал. Давай на «ты», Ася. Наши беседы носят слишком личный характер, чтобы «выкать».

– Мне кажется, это возможно только в очень интимной обстановке. При людях я так просто не смогу.

– Мы сейчас наедине, так что не смущайся. Сейчас я не Высочество, а твой друг.

– Друг? – протянула я недоверчиво.

Ага, друг нашелся. Видали мы таких друзей в гробу в белых тапочках. Будет он мне тут зубы заговаривать. Не люблю я когда меня используют.

– Друг, Ася, друг. Я хочу тебе только хорошего, поверь мне. Ты уже сделала для меня и моей страны много доброго: спасла и вернула моего брата, помогла нам разработать программу борьбы с врагом, и, надеюсь, еще сделаешь, а я умею быть благодарным. Перестань уже ершиться, тебе нечего бояться. Чего ты не захочешь, того и не будет. Я не собираюсь тебя принуждать.

– Ага, только все время проверяешь границу дозволенного. А вдруг вчера было нельзя а сегодня уже можно.

Красавец засмеялся, да так, что у меня внутри все перевернулось.

– Умная девочка. Поверить не могу, вернее привыкнуть, что тебе всего двадцать четыре. В этом возрасте мы только в начальную школу ходим. А в тебе сразу и ребенок, и умудренная жизнью женщина. Да, ты сама заметила, что впервые обратилась ко мне не на «ВЫ»?

Он что, за дурочку меня держит?

– Заметила, естественно. Я сделала это сознательно. Ты попросил называть тебя так, я не нашла причины отказать.

– Отлично, поговорим по-дружески. Я наконец вспомнил, зачем к тебе пришел. Пообщался я тут со своим братом. Хотел его поругать за то, что он вернулся без разрешения. Когда мы встретились в коридоре, откуда он тебя унес, я видел, что он готов на все, чтобы остаться с тобой. Даже против твоей воли.

– Мне тоже так показалось. Не скажу, что это меня обрадовало, но последующие действия удивили, если честно

– Что он сделал?

– Сгрузил на кровать, поцеловал руку и ушел. Молча.

– У тебя есть объяснения? Дело в том, что затем он пришел ко мне, сказал, что понял, как был неправ, и добровольно отбыл в лагерь, откуда перед этим сбежал. Еще он сказал, что если бы ты его любила, он бы от тебя не отказался. А так он предпочтет найти себе другую девушку, у которой более адекватные представления о любви. Если сравнивать с тем, что было три дня назад, это просто другой человек. Ты ему что-нибудь сказала?

– Нет. Я просто подумала, как было бы хорошо, если бы его дурацкая страсть прошла и он оставил меня в покое. Кажется, об этом я взмолилась Богам.

– Похоже, Боги тебя услышали. Хотел бы я сказать то же самое о себе. И все таки я не могу понять, почему ты согласилась соединиться с моим братом, если не любишь его? Ты ведь не знала тогда, что это поможет зарядить амулет?

– Честно? Не знаю. Это же произошло не в первый день, до этого мы с ним прожили в одном доме целую неделю, даже больше. Все искали способ вернуть его домой. Очень подружились. Понимаешь, Арк, я не чувствовала в нем мужчину, и сейчас, несмотря ни на что, не чувствую. Но он мой друг. Ему было так плохо, одиноко, неуютно в моем мире. А в тот день накрылась наша последняя надежда на то, что нам удастся зарядить амулет. Он плакал, как дитя, и я его пожалела. Наверное, он меня не так понял, а мне поздно было отступать.

Про порнуху я решила не рассказывать, хрен знает, как принц это воспримет.

– Ты его все равно не любила? Но вам удалось получить силу от этого соединения, значит, ты испытывала настоящее чувство.

– Ты меня спрашиваешь о том, о чем я сама только раздумываю, но однозначного ответа дать не могу. Попробую все же объяснить, как я себе это представляю. Сначала вопрос: ты веришь в дружбу между мужчиной и женщиной?

Принц кокетливо заулыбался:

– До определенного предела. Пока я твой друг…

– Но при случае рассчитываешь на большее. Мужская точка зрения. Понимаешь, для меня мужчина может быть другом. Это значит, что я потрясающе к нему отношусь, как к родному брату, но не вижу в своей постели. По разным причинам, например, люблю другого или… Пойми, не всякое существо мужского пола женщина воспринимает как мужчину. С другой стороны, могу представить ситуацию, когда моему другу плохо, очень плохо, и все, что я могу для него сделать – это лечь с ним. Не потому что мне так уж этого хочется, просто это единственное, что может как-то облегчить его страдание. И будь уверен, если я на это иду, я дам ему все, что смогу: всю нежность, всю любовь, на какую окажусь способна. Но это мера, так сказать, временная. Ему станет лучше, и мы снова будем только друзьями.

– А если в результате у него возникнет к тебе сильное чувство, которое ты не захочешь разделить?

– Что ж, мне будет жалко потерять друга, но жертвовать собой глобально на всю оставшуюся жизнь я не стану.

Мужчина сначала посмотрел на меня недоверчиво, а потом сверкнул глазами:

– Я никогда не рассматривал этот вопрос под таким углом. Ты здорово все объяснила. Я понял твою точку зрения. Можешь мне не верить, но она во многом является и моей. Особенно что касается глобальной жертвы. Меня удивляет другое. Ты так искренне и подробно мне отвечаешь. Я был уверен, ты скажешь мне что это не мое дело.

Это действительно не его дело. Почему же я так старалась, отвечая? Хотела, чтобы он меня понял?

– Ну, мы же друзья, вроде… С друзьями надо быть честной и искренней. Вот ты честен со мною? Хотя конечно это не мое дело.

– Ты меня дразнишь, а на самом деле отказываешь. Понял, не дурак. Да, дорогая, я пришел, чтобы сказать: через два дня на третий мы выступаем. Перенесем наш штаб подальше от чужих глаз и ушей. Здесь слишком много придворных нашего короля. Я не хочу оставлять тебя во дворце, я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. А без моей защиты может быть всякое. Если ты обратила внимание, те, кто с тобой общаются, все очень хорошо к тебе относятся. Считают тебя полезной, да и просто симпатизируют. Все они мои друзья и единомышленники, но нас мало. Всего пятеро, если причислить сюда и моего брата, шестеро. Для остальных ты нонсенс, выскочка-лебда, пусть и с магическими способностями. Да, ты не знаешь, в нашем мире у лебд магических способностей не бывает. Для окружения короля Саргола лебда – не человек. В лучшем случае вещь. Чужая вещь. Для всех посторонних – моя вещь, а меня здесь не просто не любят, ненавидят. Чужую, вещь своего врага, не грех использовать и сломать, или просто уничтожить, если попользоваться не удается. Придурки вроде барона здесь не редкость, а когда я уеду, так легко ты не отделаешься. Поэтому я приглашаю тебя с собой.

Похоже, он был искренним, говорил по крайней мере разумно. Это согласовывалось с тем что я уже знала. Так что выпендриваться не приходилось.

– С благодарностью принимаю. Я поняла все что ты мне сказал и не рвусь остаться во дворце. Принять непосредственное участие в исторических событиях – вряд ли я смогу от такого отказаться. Но у меня ничего нет кроме торшера. Для похода нужна одежда и снаряжение, я правильно понимаю?

– Поэтому завтра ты под присмотром Анколя съездишь в Мирену и все там купишь. Не экономь. Королевской гостье полагается королевское содержание.

И вдруг тепло улыбнулся:

– Не смотри на меня так. Все будет хорошо, я уверен. Спи спокойно, моя маленькая гостья.

И вот что он такое сказал? Арк ушел, а я рухнула на постель и горько заревела. Вообще-то я не плакса, а тут реву каждый день как по расписанию. Что уж я так оплакивала, до сих пор для меня загадка. Вроде все было хорошо, но мне было плохо. Или это просто слезами выходило напряжение последних дней? В основном я ревела от обиды. На что обижаюсь? Арк проявил уважение и приставать не стал, вежливо попрощался, и все, Теан решил оставить меня в покое. Прямо все как я хотела, а обидно до самых настоящих слез. Никто меня не любит, а-а-а-а-а!

Снаряжение или Куда податься, если у тебя нет обязательных в фэнтези навыков

Заснула я в слезах, а проснулась спокойная и довольная жизнью. Сегодня поедем в город за покупками! Наконец-то я хоть что-нибудь кроме дворца увижу. Анколю фиг! Больше не дам себя изучать, хватит быть кроткой овечкой. Пусть лучше научит чему-нибудь полезному. Каким-нибудь защитным заклинаниям. Мы в поход не на прогулку, на войну идем. Убивать я никого не собираюсь, но и убить себя не позволю. Мне домой надо!

Не успела я допить молоко, как явился маг во всем своем бирюзовом великолепии и велел собираться: мы едем за покупками.

Встал извечный женский вопрос: что надеть? Сейда потащила меня в кабинет и продемонстрировала гору шмоток. Оказалось, еще вчера портнихи притащили мне кучу всего: рубашки, панталончики с кружевами, платья и даже что-то вроде длинного пальто с мехом. Я выбрала серовато-розовое с лиловым оттенком платье. Фасон скромный и ткань, похоже, шерстяная. На улице, как меня предупредила Сейда, не жарко. Да, вчера было тепло, но сейчас весна. Погода меняется по два раза на дню. Я надела платье и укрыла плечи теплой шерстяной шалью такой же расцветки, расшитой красивыми, похожими на кружево узорами молочно-золотистого цвета. Пойдет. Выгляжу я в этом неплохо.

Спустившись ко входу, я увидела ожидавшую меня карету. Прикольно. Выглядит как ящик на огромных колесах, выкрашенный в небесно-голубой цвет и украшенный росписью, изображающей букеты и гирлянды цветов. Внутри все обито серо-голубой тканью, больше всего похожей на гобелен.

Анколь усадил меня рядом с собой в этот ящик и мы поехали. Рессор у этой с позволения сказать кареты предусмотрено не было, так что трясло немилосердно. Хорошо еще скорость была невысокая, а то у меня бы все внутренности вытрясло. Тащились долго, примерно час. Сначала полчаса никак не могли проехать парк, а следующие полчаса стояли в очереди на въезде в Мирену. Анколь порывался порешать вопрос с проездом без очереди, но я его остановила. Самое время пообщаться без свидетелей. Он прикрыл нас каким-то защитным заклинанием, и я приступила к запланированному, потребовав обучить еще чему-нибудь полезному. Анколь учить меня не отказался, но объяснил, что в карете этого делать не стоит, лучше на свежем воздухе и открытом пространстве. Вот вернемся, тогда… Прицепившись к слову, я потребовала тогда рассказать почему я волшебное существо, ловко прикинувшись что это Арк проговорился, а не я сама подслушала их разговор. Маг ругнулся, но стал мне загибать про магические существа. Очень интересно. Теперь я знаю, чем отличаюсь от магов. Они берут энергию извне, а магические существа ее вырабатывают. Узнать их можно по ауре. Но свою собственную ауру увидеть очень трудно. Возможно, но непросто. На Арроне магические существа были, но исчезли. Остались только цветочные феи. Еще были горные духи, морские, водяные, дриады и драконы. Все они жили обособленно и с людьми, будь то Высшие, аронайцы или лебды, в контакт не вступали. Не то, чтобы совсем не общались… Не соединялись.

Под этим эвфемизмом здесь понимают половой акт. А вот драконы пытались. Почему? Просто все магические существа кроме драконов не могли принимать человеческий облик. А драконы могли принять любой. Они пытались соединяться со всеми человеческими расами, но дети рождались только от лебд. В чем проблема? В том, что у лебд нет магии и дети их даже от магических существ были магии лишены. У них отсутствовала способность принять облик дракона. А настоящих дракониц мало, да и высиживают они за всю жизнь не более двух деточек. Так драконы и вымерли. Их уже лет пятьсот никто не видел.

Анколь думает, что в каком-нибудь мире драконы сохранились. На Земле их не было? Не факт, стойкие легенды во всех земных фольклорах что-нибудь да значат. А такое существо как я наводит на мысль, что потомки драконов живут на Земле. Они утратили многое, но кое-что сохранили. Почему именно драконов? Потому что горные и морские духи, водяные, дриады и цветочные феи привязаны к месту и миру, где живут, а драконы могли путешествовать между мирами.

Путешествовать между мирами? Здорово, я так хочу!

Как увидеть свою ауру? Ну, так же, в общем, как и чужую. И вот я пыжусь, пытаясь увидеть себя со стороны магическим зрением. Может с зеркалом попробовать? Эту мою идею Анколь отверг с порога. Зеркало может исказить любую магию, перед ним магических действий не совершают.

Пока я так маялась, мы наконец приехали. Высунувшись из окна кареты разглядываю местных жителей. Блин, ничего похожего на мой наряд ни на ком не замечено. Я укоризненно намекаю на это Анколю, но маг смеется:

– Дорогая Ася, неужели вы думаете, что горожанки в Мирене носят придворные наряды?

– Нет, но хоть что-то общее быть должно? Здесь полно женщин в штанах, да и вообще, одежда горожанок более практична.

– Просто мы рано приехали, богатые женщины еще по домам сидят. Видите, практически ни одной аронайки на улицах.

– Мне все ясно. Я боялась, что придется покупать мне для похода мужскую одежду, и все будут меня осуждать и отговаривать. Оказывается, все не так плохо. Хочу нормальную одежду которую носят местные горожанки. Штаны, куртку и все такое. На войне придворные платья никому на фиг не нужны.

– Но королевская гостья не может…

– Во дворце не может, ладно. Но в поход я хочу одеться удобно.

Маг перестал упираться и мы зашли в несколько лавок. В первой же я купила две пары удобнейших брюк. Длинные, снизу узкие, но с разрезом, застегивающимся на пуговички, удобно надевать и хорошо в сапоги заправлять, но и с туфлями будут неплохо смотреться. Ножки-то у меня стройные. Дальше пошли рубашки и жилеты. Что мне нравится в местной одежде, так это именно жилеты: практичные, теплые, с кучей карманов для всего, что только можно придумать. Половина карманов потайные, это особенно приятно. Рубашек, по настоянию Анколя, я взяла дюжину, жилетов четыре штуки, два теплых и два облегченных. Куртки нашлись в другом магазине. Все кожаные, есть из совсем тонкой кожи типа лайки, есть тяжелые, грубые, из кожи толщиной чуть не в полсантиметра, ножом не пробьешь. Такие заменяют собой легкие доспехи, особенно если их заклинаниями укрепить. Я прикинула: сейчас весна, скоро лето, теплая куртка мне не понадобится. Выбрала на всякий случай две, одну с мягкой подкладкой типа байки, другую вообще без подкладки, зато довольно длинную и с очень удобным капюшоном. Хозяин объяснил, что такая куртка – что-то вроде дождевика. Самое то.

В третьей лавке выбрали мне две пары сапог, туфли и мягкие удобные башмачки, а к ним там же продавали носки, или скорее, гольфы. Сапоги мне понравились: невысокие, до середины икры, чем-то похожие на ковбойские, с широким голенищем сплошь изукрашенным вышивкой и аппликациями.

Из сапожной мы отправились в оружейную лавку. Тут я поняла, что от меня ждут выбора оружия, и притухла. Что делать, если я никогда никаким фехтованием не занималась, ничего более «оружейного», чем кухонный нож в руках не держала, стрелять не умею и учиться не стану: меткость у меня нулевая, с десяти шагов слону в задницу промажу. Так что от мечей, шпаг, арбалетов и прочей воинственной утвари я отказалась наотрез. Согласилась только на кинжал и стилет. Кинжал в ножнах я собиралась повесить на пояс. Нужная вещь, колбаски там порезать, лучку покрошить. Не для убийства же его употреблять, право слово. Стилет меня уговорил взять Анколь, хотя я была уверена, что использовать это колющее оружие не буду: я скорее сама заколюсь, чем сумею им от кого-нибудь оборониться. Оказывается, во всех моих жилетках для стилета есть особый карман, прямо на груди под застежкой. Бог с ним, пусть лежит, только бы не мешался.

А вот последняя лавка меня порадовала. Просто филиал магазина «Экспедиция». Там мы купили ремни, фляжки, котелки и кучу полезной мелочевки. Кроме всего этого я выбрала отличный рюкзак из кожи, твердой на спине и обалденно мягкой во всех остальных местах, с массой карманов и карманчиков. Разумные здесь люди, везде карманы пришивают, есть куда все нужное разложить. Анколь уговаривал меня, что заплечный мешок (так он обозвал рюкзак) мне не понадобится, но я на своем настояла. Когда буду в свой мир переноситься, возьму с собой, у нас таких клевых не делают.

Потом я уговорила Анколя повозить меня по городу. Когда я еще смогу на экскурсию вырваться, а Мирена мне показалась красивой. Она и была красивой, да еще какой! Город расположился на двух берегах реки Миры, соединенных тремя мостами. Удивительно было что мостов так много, потому что река оказалась широкая, а город относительно небольшой. Дома из золотистого и розоватого известняка были выстроены в каком-то оригинальном стиле, более всего напоминающем средиземноморский: портики, патио, веранды, плоские крыши, колоннады, балюстрады… Чем он кроют крыши, я так и не рассмотрела, с земли было не видно, а сверху посмотреть было неоткуда. Но башня с часами была крыта медным листом, позеленевшим от времени. Узкие и довольно извилистые улочки выводили на небольшие площади неправильной формы или упирались в реку. Только одна улица была прямая и широкая – главная торговая, где мы и отоваривались. Она тоже выводила на реку и переходила в самый большой мост. В отличие от улиц мосты показались мне широкими, каждый имел как минимум три пролета, и на них толпился народ. Судя по всему, мосты и набережная были местом гулянья. На набережной практически в каждом доме располагались трактирчики или рестораны, а на мостах торговали разносчики всяких вкусностей вроде пирожков, конфет, мороженого, соков и воды с сиропом. И вот там я увидела аронаек и аронайцев в одеждах, похожих на придворные. Они гуляли, сидели в трактирах, угощались у лотков. Я хотела вылезти из кареты и пройтись в этой пестрой веселой толпе, но Анколь за руки оттянул меня от окошка и велел кучеру гнать обратно во дворец.

– Почему? – завопила я, – Я хочу прогуляться!

– Во дворцовом парке прогуляешься, – злобно буркнул маг себе под нос.

– Я хочу в трактир и мороженое. Почему я не имею права прогуляться по этой вашей чертовой Мирене? По лавкам-то мы ходили?

– Ася, не надо мне усложнять жизнь. Только скандала нам с тобой не хватает для полного счастья.

– ????

– Во дворце по крайней мере знают, что ты королевская гостья и у тебя не много шансов нарваться на оскорбления. Хотя, вспомни вчерашнее. Там ты тоже ни от чего не гарантирована. А в Мирене сейчас почти все знатные люди государства, бежавшие от войны. Лебда в придворном платье на общем гулянье – это вызов. Потому что она может быть только служанкой или скромной горожанкой. Если же она богато одета, значит, чья-то любовница или вообще дорогая куртизанка. Такие женщины не могут появляться на общественных гуляньях, их оттуда изгоняют с позором. На тебе же не написано что ты королевская гостья.

– А ты меня защитить не сможешь? Или не захочешь?

– Ася, я не хочу рассекречивать твое пребывание. Не хочу, чтобы ты привлекала внимание, оно может быть крайне нежелательным. Этому множество причин, и одна из них в том, что далеко не все признают легитимность нашего принца. Ведь его величество жив, а Арк полностью взял на себя заботу о государстве и армии через голову Совета.

– Совет собирается сейчас во дворце, разве это неверно?

Совет, я имею в виду Большой Государственный совет из двадцати четырех высших сановников, самых родовитых людей в государстве, был разогнан принцем Аркантейлом после того, как его отец попал в плен при осаде столицы. Этот самый совет решил сдаться агрессору без боя, чтобы не нарушить ход посевной. Арк тогда защищал Туран, это город и крепость севернее Мирены, у подножия гор. Там, кстати, располагается лагерь, в который отбыл принц Теан. Туран удалось отстоять, он до сих пор наш. Так вот, узнав о решении Совета, принц страшно разозлился. Прибыл в деревню, где заседал Совет, вернее восемнадцать его членов, и арестовал всех. Троих зачинщиков принц велел казнить, еще человек пять заточил в темницу до конца войны. Остальные разбежались. Остались лично преданные принцу члены Совета, которые во время того исторического заседания находились с войсками и в принятии предательского решения не участвовали. С ними, то есть с нами, ты уже знакома. Если ты думаешь, что все эти благородные господа на набережной обожают нашего принца и мечтают видеть его королем, ты жестоко ошибаешься. Статус королевской гостьи ты получила от Арка, поэтому ненависть к нему распространится и на тебя. А если в толпе случайно затешется маг и увидит твое необычное сияние, тут я вообще не берусь предсказывать последствия. Одно могу сказать: для тебя лично они могут быть самыми плачевными.

Я поблагодарила Анколя за заботу и информацию. Если дело так обстоит, лучше вообще сидеть и не высовываться. Мы вернулись во дворец. Я решила разбор покупок отложить на вечер, а сейчас, пока маг не занялся чем-то другим, напрячь его с моим обучением.

– Чему конкретно ты хочешь научиться, Ася? Сформулировать сможешь? – довольно ехидно спросил меня Анколь.

Дурочку нашел. Знаю я этот приемчик. Бестолковая девица не может точно сказать, чего хочет, и в результате получает фигу с маком. Не на ту напал, я на формулировках собаку съела.

– Мне нужно освоить магические приемы самозащиты. Я должна уметь защищать себя самостоятельно. Если при этом я смогу защитить кого-то еще, будет просто замечательно.

– Почему же ты отказалась покупать оружие?

– Я и оружие? Не смеши меня. Оружие в моих руках опасно прежде всего для меня.

– А почему ты думаешь что магия в твоих руках будет безопасна для тебя?

– Хотя бы потому что я не прошу научить меня убивать. Я бы хотела строить щиты, стенки, укрытия, то, за чем можно спрятаться.

– Что ж, если ты этого хочешь, я тебя смогу научить. Тут сложного ничего нет, только сила нужна, а ее у тебя и так в избытке.

И мы пошли учиться. Для этого Анколь выбрал поляну у самой стены, окружающей парк. Он велел мне представлять в деталях защитную ограду: высоту, толщину, материал, а потом запитывать ее моей магической энергией. Еще бы знать, как это делать. Представить-то я могу все что угодно… Сам он встал метрах в двадцати и стал кидаться в меня небольшими мячиками вроде теннисных. Где-то мячике на пятнадцатом у меня получилось! Я представила себе стенку примерно метра полтора в высоту из кирпича, и мячик от нее отлетел. Правда, стоило мне чуть отвлечься, стенка исчезла и следующий мячик влепился мне в лоб. Анколь похвалил за хорошее воображение, но поругал за то, что никак не научусь концентрироваться и вливать энергию через свое сознание. И началось. Он кидался в меня уже не мягкими мячиками, а твердыми предметами: камешками. Я уворачивалась, как могла, но пару раз он все же меня зацепил, после чего я разозлилась. Следующий летящий в меня камень разбился о бетонную стену. Под прикрытием этой стены могли бы спрятаться двадцать человек, она не сдвигалась и камни не наносили ей никакого урона. Анколь попытался швырять в нее файерболами, но толку было чуть. Я ликовала.

Маг перестал швыряться и пошел меня поздравить, но стену преодолеть не смог, пришлось обходить. Он пожал мне руку и сказал, что я теперь умею делать ровно то, что хотела. Защита от любого оружия у меня есть. Защиту от магии он мне покажет завтра. Мы пошли с полянки довольные собой и друг другом, и тут я вдруг обернулась. Стенка так и стояла поперек поляны, метра два в высоту, метров пять в длину, толстая и серая, настоящая бетонная стена. Я толкнула Анколя и указала пальцем на это явление.

– Я ее сейчас не поддерживаю, энергией не питаю, а она стоит себе. Это нормально?

– Это совершенно ненормально, но я ее вижу! – он не поленился, сбегал, потыкал стенку пальцем и вернулся, – Она настоящая! Ася, как ты это сделала?

– Ой, если бы я знала…

Вечером меня снова пригласили на дружеский ужин. Теперь у меня было из чего выбирать, и я отыскала среди новых платьев красивое васильковое отделанное золотой тесьмой, изображавшей все те же васильки. В ларце с драгоценностями отыскался сапфировый убор: серьги, колье и диадема. С помощью Сейды я оделась и причесалась, жалея только о том, что эта цивилизация не знает декоративной косметики. Хотя почему только декоративной? Здесь кроме мыла и духов ничего косметического вообще нет! Духами меня снабдили. Я долго вынюхивала, что тут у них не противно пахнет. Запахи были в основном пряные, тяжелые, я такие не люблю. В конце концов в одном из флаконов удалось набрести на что-то приемлемое, пахнувшее розой и чем-то свежим. Надушившись, я спрятала заветный флакончик в сумку: возьму с собой, мало ли что. Остальные сгребла и отправила на полочку в ванной.

На этот раз мужчины решили обойтись без жен. Правильно, в поход их все равно не возьмут. В узком кругу вечеринка удалась как нельзя лучше. По традиции сначала ели и пили, потом меня попросили спеть. Я к тому времени уже набралась прилично, поэтому отказываться не стала. Ввиду грядущих военных действий вспомнила Окуджаву и спела «В поход на чужую страну собирался король». Песня неожиданно понравилась. Принц даже попросил меня списать ему слова. Дальше меня несло в ту же сторону, так что свое выступление я закончила песенкой про «Железный шлем, деревянный костыль». Хотя в ней король войну проиграл, народ пришел в дикий восторг, сначала стал подпевать «Тирьям-тирьям», а потом меня заставили повторять до тех пор, пока не разучили и не спели хором.

Следующим пел Лирет, а я почивала на лаврах. В этот раз финансист не позволил себе нагло со мной заигрывать, он выбрал подходящий к случаю военный репертуар, и все ему были за это благодарны.

Потом все раздухарились и захотели танцевать. Так как других дам не было, я была избавлена от парных танцев. Просто сидела и смотрела, что мужики выделывают. С их цветными шевелюрами и яркими костюмами зрелище получалось незабываемое. Принц, надевший к своим темно-синим волосам такого же цвета наряд из чего-то напоминающего бархат, но им не являющегося, был великолепен, несмотря на то, что золотой вышивки на его костюме было на порядок меньше, чем у остальных. Наплясавшись вволю, они решили поиграть в карты и научить этому меня. Надо сказать, я неплохо играю в кинга и в преферанс, меня еще дедушка обучал, но в местной колоде оказалось всего три масти, зато в каждой масти чертова прорва картинок. Минут сорок они потратили на объяснения, после чего я сказала, что хочу спать и торжественно удалилась. За дверью меня, к моему удивлению, ждал давешний барон Рекет. Я испугалась, что он попытается на мне отыграться за вчерашнее, тем более фингалы все еще сияли на его анимэшной морде лица, но барон был настроен мирно. Он тащился за мной до самых дверей моих комнат и пытался извиниться за вчерашнее, а на пороге даже упал на одно колено и стал целовать то мои руки, то подол моего платья. Я, хоть и нетрезвая, но соображала четко. Сказала что прощаю его при условии, что он сейчас поднимется, уйдет и больше не будет попадаться мне на глаза, а дверь в комнаты открыла только тогда, когда эта сиятельная сволочь скрылась за поворотом. Кто его, барона этого, знает.

Утром мне удалось поспать подольше, никому не пришло в голову меня будить. Я поднялась чуть не в полдень и стала собираться. Выяснив у Сейды, что завтра будет прохладно, я примерила и отложила костюм на завтра, а все остальное упаковала в рюкзак. Влезло, я даже удивилась. Видно здесь у рюкзаков то же свойство, что в моем мире у дамских сумочек. Правда проверять это я не стала. У сумочки кроме первичной безразмерности есть еще одно свойство: если все из нее вытряхнуть, обратно запихать уже не удается, поэтому я не стала рисковать уложенным рюкзаком.

Единственное, что меня напрягло, это вес, но я подумала, что саму меня вещи тащить не заставят. Пусть лошадь надрывается. Довольная, пошла в парк потренироваться. Моя стенка так и стояла там где я ее воздвигла. Я решила еще попробовать, но вторую стену строить не хотелось. Я представила рядом со стенкой скамейку из мрамора и потребовала, чтобы она немедленно появилась. И что бы вы думали? Она-таки появилась ровно там и такая, как я хотела. Устроившись на этой скамейке я прикинула, что бы еще полезное создать. Стенка была такая некрасивая, хорошо бы обвить ее плющом или чем-то вроде этого. Я вспомнила беседку, увитую диким виноградом на даче у бабушки, постаралась представить поподробнее и обомлела: стены уже практически не было видно под листьями этого растения. Когда я задумалась, что бы еще сотворить, из-за кустов вышли Арк с Анколем и застыли, разинув рты.

Я засмущалась, извинилась, вскочила, предложила им посидеть на лавочке и смылась. Больше меня никуда не приглашали, ни советов, ни ужинов с моим участием не устраивали, только перед сном я получила цидулю, извещавшую меня, что отъезд из дворца в Туран назначен на девять утра. Туран – это, кажется, тот город, который Арку удалось отстоять. Ехать туда можно не нарушая перемирие. Отлично. Попросив Сейду разбудить меня в семь, я легла и сразу же уснула.

То же глазами принца

Раздавшийся в коридоре вопль «Королевскую гостью похитили» заставил Арка вылететь из комнаты и броситься вперед не разбирая дороги. Пробежав немного, он взял себя в руки и остановился. Надо кинуть контрольную сеть и глянуть, где сейчас девчонка. Если ее и впрямь похитили… Ага, вот же она, совсем рядом, но быстро удаляется. И не одна. А с кем?

Догнать!

Арк выскочил из узкого бокового коридорчика и прямо перед собой увидел, что его магическое существо тащит на себе тот, кого он предпочел бы никогда не видеть. Проклятый дружок его названного папаши, барон Рекет. Как он посмел! Рука сама рванулась вперед и заехала в глаз гнусному барону. И тут Арк понял, что напал на мерзавца не он один. А в следующее мгновение увидел наконец своего брата, засветившего злодею во второй глаз. Барон упал на пол и уронил свою ношу. Девушка отлетела к стенке, шлепнулась и, вместо того, чтобы заплакать, захохотала. Теан уже сидел рядом с ней, пытаясь что-то сказать, но малышка, не обращая на него никакого внимания, ржала как лошадь. Арку сначала это показалось странным, но потом он догадался, что у девочки истерика. Так, теперь нужно все расставить по местам. Наказать барона, выяснить, откуда здесь Теан, отправить девочку в ее комнаты. Кстати, а что она делала в коридоре? Как Рекет ее нашел?

Теана он отправил с Асей. Велел отнести девушку в ее покои, после чего явиться для разборки. Теан побухтел, что не собирается подчиняться, но Арк знал, что брат сделает все, как он сказал. Барону же приказал следовать за ним, отвел в свой кабинет, сам сел, оставив засранца стоять. Мерзавец стал мести хвостом, извиняться, мол, не знал, чья она женщина.

– Благородная госпожа Ася оказала трону неоценимую услугу, она спасла принца Теана, и теперь является гостьей королевской семьи. Вы обязаны были проявлять уважение.

– Но я не знал…

– И она вам ничего не сказала?

– Она сказала, но я не мог поверить…

– И напрасно. Надо верить людям. Теперь ваша судьба зависит от нее. Если она попросит вас наказать, я не смогу ей отказать, она в своем праве.

– Лебда?

– Гостья королевской семьи, спасительница принца. Ее статус, как вы понимаете, позволяет просить отрубить вам голову за оскорбление, а если она попросит, я не смогу ей отказать. Так что постарайтесь не попадаться ей больше на глаза.

Арк выгнал барона, но спокойствия это не принесло. Девочку надо увозить и прятать. Рекет ни разу не маг, несмотря на это с ходу попытался похитить Асю. А если ее увидит маг… В Мирене сейчас их несколько и они продолжают стекаться сюда из захваченных провинций. Вероятность того, что ее увидит кто-то, кто догадается о ценности этого поразительного существа, возрастает с каждым днем, проведенном в Мирене. Если отвезти ее в Туран, например, она будет в большей безопасности. Магов там нет, Анколь не в счет. Казну тоже стоит туда переправить. Подвалы замка надежные, а чужого там за сто лан видно. Конечно, там холодновато, но зато безопасно. Надо немедленно отдать распоряжения, пусть все готовятся к переезду. И не будем тянуть. Два дня на сборы вполне достаточно. Лучше всего было бы воспользоваться порталом, но портал на десять человек… Это чересчур. Придется ехать своим ходом. Взять хороший отряд для охраны. Человек сорок… От кареты придется отказаться, она только замедлит передвижение и послужит соблазном для разбойничьих шаек. На конный отряд они вряд ли посмеют напасть.

Размышления прервал Теан. Вошел не постучавшись, сел в кресло и, не дожидаясь, когда старший брат соберется с мыслями и начнет читать очередную рацею, выпалил:

– Я уезжаю обратно. Срочно, сейчас. Амулет переноса у меня есть, не беспокойся.

– Теан, что-то случилось?

– Ничего. Просто я наконец понял: она меня не любит. Я за нее умереть готов, но ей это не нужно. А раз так, пусть живет как знает. Возвращается в свой мир или гостит у нас, решение за ней. Я лучше поищу себе кого-нибудь, кто по-другому на это смотрит. Кто ценит чувства. Если бы она меня полюбила, я бы сейчас требовал от тебя присвоить ей статус моей невесты и добился бы от Государственного совета разрешения на брак. Но она меня не любит… Не любит, и все. Что я с этим могу поделать? Надеюсь, мне удастся ее забыть. Так что, братец, я уезжаю.

Надо его предупредить, а то, встретив нас в Туране, он с ума сойдет.

– Теан, мы тоже едем через два дня.

– Куда, если не секрет?

– Для тебя не секрет. В Туран. Там твоей Асе будет безопаснее. Магов нет, придворных нет, только солдаты.

– Но я тоже туда еду!

– Я знаю. У тебя будет несколько дней, чтобы продумать свою линию поведения. Понимаешь, мне больше некуда ее везти, а в Мирене после произошедшего ей оставаться опасно.

Арк думал, что Теан начнет возражать, но он только кивнул и достал свой амулет. Легкая вспышка – и вот уже младший брат исчез в портале. Теперь надо поговорить с девушкой. Что там у них произошло? И что она сейчас делает? Спать легла? А если нагрянуть прямо в спальню? Потайной ход в ее апартаменты открывается в ванной. А вдруг она моется? Будет очень пикантно.

Ася не спала и не мылась. Сидела в своей гостиной с книжкой как хорошая девочка. На появление принца живо отреагировала:

– Ваше Высочество, а откуда вы здесь взялись?

Заметила, глазастая, что не в дверь вошел. Пришлось сказать ей, что пришел через потайному ходу и признаться, что тот открывается в ванной. Ой, как неудобно получилось. Хотел позабавиться, и на тебе… Но молчать еще хуже. Пришлось надеть маску непрошибаемого превосходства и подначить девчонку. Она отреагировала резко, но с юмором:

– Советую в следующий раз вынырнуть из отхожего места как раз тогда, когда я буду им пользоваться. Развлечение незабываемое. На всякий случай разрешение даю заранее.

Наглая вредная девка. Не сообразив сразу как ответить, Арк промолчал, а красотка завопила ему прямо в ухо, так что Арк чуть не оглох. Пришлось перейти в наступление и начать спрашивать, где она болталась.

Сил сдерживаться и разводить куртуазный политес уже не было. Хотелось схватить ее и… Нет, так нельзя. Мало ли как она может это воспринять. Пугать магическое существо – себе дороже. Попробуем устно уговорить.

– Не притворяйся, противная девчонка, ты прекрасно понимаешь о чем я. Почему ты не сидела, как хорошая девочка в своих апартаментах, а где-то шлялась?

– Наверное потому, что я не хорошая девочка, а противная девчонка.

Тут Арк не вынес и выложил нахалке все свои опасения. Пусть знает, он не обидеть ее хочет, а за нее беспокоится. Как после этого разговор выехал на драконов, он и сам не мог понять. Оказывается, крошку интересуют драконы, кто бы мог подумать. Она так мечтательно произносила это слово, бывшее здесь обидной кличкой незаконнорожденных. Пришлось ей рассказать о том, что в мире Арроны драконов больше нет, и что память по себе они оставили не лучшую, а назвать так девушку значит оскорбить.

Арк уже привык, что реакция девушки на здешние обычаи не совсем адекватная, но тут Ася неожиданно возмутилась совсем как какая-нибудь аронайка.

– Ни фига себе! Сволочь какая! А почему дракон – это падшая женщина, странно как-то.

Пришлось объяснять про драконов и падших женщин. Сначала Ася вниматеьно слушала, а затем снова принялась ругать местные обычаи. Не то, что Арк был с нею не согласен, но решил подразнить.

– А у вас в мире не так?

– Не так! – Она сначала ляпнула, а потом продолжила совсем другим тоном, – Ну, может, раньше было так. И сейчас в некоторых диких странах к женщине ужасное отношение в обществе. Туда не ходи, сюда не гляди… Все решения за нее принимает отец или муж, а она просто служанка и постельная грелка. Но в цивилизованных странах все иначе. В правах женщина уравнена с мужчиной и может решать, как ей жить, самостоятельно.

Интересно, насколько это правда? По крайней мере она верит в то, что говорит. А если предложить ей продолжить эту тему? Интересные перспективы вырисовываются… Но она отказалась наотрез, мотивировав это тем, что ей спать пора. Ах, спать?! Принц тут же направился в спальню, одарив Асю лукавым взглядом. Вместо того, чтобы смутиться, нахалка заявила твердо:

– Вы собираетесь спать в моей постели, Ваше Высочество? У Вас в покоях что, ремонт? Ничего не поделаешь, придется мне устроиться в кабинете. Или все-таки передумаете?

Он все же попытался ее спровоцировать. Слегка пугнул, уронив на кровать и придавив своим весом, но в ответ вместо смятения получил ясный холодный анализ того, почему он не будет ее насиловать. Пришлось встать. Обидно. Очень. Он ведь не хотел ничего плохого. Если бы она проявила хоть какие-то чувства, а тут полный ноль. Девочка контролирует себя не как юное создание, а как натренированный трехсотлетний маг. Вырвалось:

– Скажи мне Ася, я тебе не нравлюсь? Как мужчина я тебя не привлекаю?

Как ни удивительно, она ответила:

– Ну почему, нравитесь… Привлекаете…

Таким тоном, что становилось ясно: он ей нужен как дракону чепчик. Просто не хочет обидеть принца. Нет, надо прояснить все до конца. Арк стал выспрашивать о причинах ее отказа, пытаясь убедить, что она ничего не теряет. Чуть не спросил неужели ей не лестно внимание принца, но вовремя язык прикусил. С этой девушкой такой аргумент не прокатит, тем более что одного принца она уже отшила. Ее ответ просто убил.

– Если бы я пускала в свою постель всех, кто мне нравится, мне самой спать было бы негде.

То есть он для нее один из многих… Но почему? С Теаном-то она спала?! Почему мальчишке можно, а ему нельзя? Принц решил зайти с другой стороны и предложил перейти с ним на «ты». Ася не отказалась, но и не согласилась. Демоны, эта девчонка ведет игру так, как будто всю жизнь провела при дворе. А братишка рассказывал, что в ее мире она далеко не аристократка. Как тогда к ней подъехать? Может быть, дружба? Для начала?

Предложение дружбы она тоже не приняла, но и не отвергла. Оставила за собой полную свободу. А вот на «ты» внезапно перешла. Забавная. Теперь надо расспросить что случилось с Теаном, а то тут такие игры пошли, о деле забыть недолго.

Оказывается, братишка отнес ее в комнату и ушел, ни слова не сказав. Интересно, почему? Услышав ее ответ, принц был поражен. Она просто вознесла об этом молитву богам. С ума сойти! Она же не из этого мира. Откуда ей знать наших богов?! Но подействовало! Арк начал говорить и тут неожиданно для себя задал вопрос, который волновал его с тех пор, как он узнал об отношениях брата и этой иномирянки.

– Почему ты согласилась соединиться с моим братом, если не любишь его?

Она задумалась, потом начала говорить, тщательно подбирая слова. Было видно, что это не для того, чтобы соврать, а чтобы максимально честно ответить. Странно, зачем это ей? Ее речь дышала искренностью и теплым чувством к Теану. Арк посмотрел на нее в эту минуту магическим зрением и понял, что для Аси его брат действительно очень дорог, говоря о нем она переливалась золотым и розовым. Но в то же время это не любовь, краски слишком бледные и аура спокойна.

Она объяснила, почему снизошла до мальчика. Именно снизошла, желая подбодрить и утешить. Здорово, но все равно непонятно.

– Ты его все равно не любила? Но вам удалось получить силу от этого соединения, значит, ты испытывала настоящее чувство.

Девочка ответила вопросом на вопрос:

– Ты веришь в дружбу между мужчиной и женщиной?

Ой, мы это проходили… Дурацкий женский треп. Начинают про дружбу, а потом… Поэтому Арк начал слегка кокетничать:

– До определенного предела. Пока я твой друг…

Она посмотрела на него холодно и насмешливо:

– Но при случае рассчитываешь на большее. Мужская точка зрения.

А потом ясно и четко изложила свой взгляд на этот вопрос. И даже про физическую близость с другом объяснила, не стала строить из себя ни недотрогу, ни невинное дитя. Арк задал возникший у него вопрос:

– А если в результате у мужчины возникнет к тебе сильное чувство, которое ты не захочешь разделить?

Она сказала как отрезала:

– Мне будет жалко потерять друга, но жертвовать собой глобально на всю оставшуюся жизнь я не стану.

Здорово. У девочки потрясающий дар формулировать, четко и понятно выражать мысль. И мысль эта очень и очень здравая. Не надо портить свою жизнь ради того, чтобы кому-то угодить и соблюсти приличия. Он сам всегда так и поступал. Но Ася его удивила. Старается, морщит лоб и действительно хочет ему объяснить свою позицию. А могла бы отправить к демонам, потому что так лезть в чужую душу – это предел наглости. Спросив об этом, он получил ответ:

– Ну, мы же друзья, вроде… С друзьями надо быть честной и искренней. Вот ты честен со мною? Хотя конечно это не мое дело.

Лучше бы не спрашивал. Получил-таки ответ, который ясно давал понять: «Останемся друзьями». Вот что ты с ней будешь делать? Пришлось напрячься и вспомнить, что для ее же безопасности решено покинуть Мирену и ехать в Туран. Объяснил подробно, с чем это связано. Она слушала внимательно, не перебивала, поблагодарила и только спросила про необходимое в дороге снаряжение.

Арк и сам понимал, что в придворных платьях в дороге будет не слишком удобно. Надо послать с ней за покупками Анколя, он прикроет ее от магов. Да и оружие девочке не помешает. Пусть купит, все что захочет, казна от этого не разорится. Ее улыбка., когда он сообщил о своем решении, вознаградила его за все. В ней было тепло и благодарность. Похоже, она вполне искренне хочет быть ему другом. Он улыбнулся в ответ:

– Все будет хорошо, я уверен. Спи спокойно, моя маленькая гостья.

Следующие дни прошли в сборах. Утренние часы Арк проводил, тренируясь с Керленом, после завтрака занимался делами, и практически не видел свою гостью. А вот она сумела его удивить. Сначала Анколь прибежал в совершенно невменяемом состоянии. Иномирянка училась делать щиты и вдруг выстроила поперек сада совершенно материальную стенку. Не веришь, сбегай, полюбуйся. Арк заинтересовался и пошел бы, не прибудь в тот момент гонец с донесением. На следующий день он все же улучил момент, и, взяв с собой мага, отправился удостовериться. Если бы он не знал этого места, то поклялся бы, что тут всегда так было. Садовая, чтоб ее демоны драли, архитектура. Невысокая толстая стена была увита плющом, около нее стояла мраморная скамья, а со скамьи поднималась… Ну конечно же Ася! Получается, это она наколдовала? Не только стену, но и все остальное… Неплохо. Она увидела приближающихся мужчин, изобразила приветствие и слиняла. Анколь бросился к стене, стал обследовать… Вполне нормальные предметы, вот только вместо плюща какое-то незнакомое вьющееся растение. Магией, если и пахнет, то совсем чуть-чуть. Принц повернулся к магу и сказал пораженно:

– Это чудо. Я, конечно, могу выстроить НАСТОЯЩУЮ стенку с помощью магии, но потрачу уйму времени и сил: буду левитацией таскать камни, магией резать камень и замешивать раствор… Проще нанять каменщиков. А растение… Такое мне и вовсе не под силу. Она нам нужна. Если мы ее упустим, я это ни себе ни тебе не прощу.

– Да я что, – начал оправдываться маг, – Я ее не обижаю, Ты, главное, не спугни. По-моему, ты ей нравишься.

Ага, как же. Если бы нравился, не получил бы от ворот поворот. Ну ничего, завтра отправимся в Туран, там у меня будет больше возможностей. Еще бы братец под ногами не мешался. Трон в результате так и так ему достанется, пусть хоть девушка моя будет.

О тяжелой доле путешествующих верхом

Утро выдалось прохладное, поэтому выбранная мной куртка на подкладке оказалась не лишней. Я правильно сделала, что назначила подъем на семь. В восемь ко мне пришел Анколь и очень обрадовался, что я уже собралась и заканчиваю завтракать. Не успела я проглотить последнюю крошку и выпить последнюю каплю, как он подхватил мой рюкзак, который упорно называл заплечным мешком, и поволок на выход. Во дворе нас ждали лошади. Здешние коники не слишком напоминали тех, которых я видела в своем мире. Они были покрупнее и потяжелее, все рыжей масти и лохматые. Мне стало нехорошо. Если честно, до этого дня лошадей я видела только на картинке, ну, и в телевизоре конечно. Там они мне очень нравились. Но когда тебя подводят к этакой огромной скотине и предлагают на нее забраться, начинаешь думать, зачем ты вообще на этот свет родилась. Я тихонько зашептала магу:

– А что делать-то? Я в жизни на лошади не сидела. Вообще их первый раз близко вижу.

– Главное не бойся, – так же шепотом ответил маг, – Сейчас что-нибудь придумаем.

Он отошел к остальным мужчинам, которые, к моему облегчению, еще не сели в седло, дожидаясь бестолковой меня. Принц подошел ко мне вместе с Керленом, взял рюкзак и пристегнул его к седлу. Оказалось, с другой стороны пристегнут еще один похожий, и тоже битком набитый. Потом они вдвоем закинули меня в седло, запихнули ноги в стремена, сунули в руки уздечку и пообещали, что дальше я сама разберусь. Ага, как же, разобралась одна такая.

Подсадив меня, мужчины вскочили в седло, и мы тронулись. Все с места, а я умом. Первые полчаса я думала только о том как бы не сверзиться и старательно копировала посадку едущего передо мной главнокомандующего. Если учесть что он меня гораздо выше и крупнее… В результате практически сразу отшибла себе всю попу и дальше уже просто проклинала все на свете. Болела кстати не только попа, а все тело: спина, живот, ноги, руки и даже голова. Ну не привыкла я. Всю жизнь на машине ездила. И скорость выше, и комфорта больше. Проклиная свое непарнокопытное, я мечтала о привале, который никто делать не торопился. В результате когда часов через пять принц решил, что пора отдохнуть, мне уже было все равно: все тело задеревенело, слезть с лошади самостоятельно я не могла. Сняли меня с большим трудом: ноги не гнулись. Поставленная на землю, я раскорячкой отползла к ближайшему дереву, рухнула на травку и застонала жалобно. Попытки мужчин спросить что со мной успехом не увенчались. Я продолжала постанывать, махала рукой, мол, уходите и оставьте меня в покое, но связных слов не произносила. Мне вручили стакан с вином, который я выхлебала, и бутерброд, который я есть не стала. Мучения несчастной задницы лишили меня аппетита. Через час меня снова водрузили на лошадь, не обращая внимание на стоны и проклятия. Я уже не боялась упасть, мне, если честно, стало все равно. Мысль о том, что я упаду, сломаю себе шею и умру не казалась чем-то трагическим, она выглядела как вполне приемлемый выход из ситуации. Но всему на свете наступает конец. Кончилась и эта пытка. Меня опять сволокли вниз на землю. В этот раз я даже не стала отползать, залегла сразу, не разбирая, трава там или грязная лужа. На мое счастье сгрузили меня все-таки на травку. Из разговора столпившихся надо мной мужчин я поняла, что скакали мы девять часов чистого времени. Все сокрушались что такая нагрузка не по мне, но, как я поняла, завтра нам предстояло проскакать еще как минимум столько же, и скидок никто делать не собирался. Жалеть жалели, но ехать помедленнее никому и в голову не пришло. Пока они там галдели я полежала и отключилась.

Пришла в себя где-то через час: меня за это время успели поднять с травы и перенести в палатку. Руки-ноги болели, поясница отваливалась, а про задницу я вообще молчу. Был только один положительный симптом: хотелось есть неимоверно. Я огляделась: в палатке кроме меня никого не было, но я заметила еще одно ложе и маленький складной столик посередине. С кем, интересно, меня поселили? Не завидую этому типу. От меня сейчас пользы никакой, а вот стонать, хныкать и мешать спать я могу хоть всю ночь. Да что я так лежу, надо кого-нибудь позвать, пусть покормят, раз уж такое дело. Кричать и звать я постеснялась, вместо этого стала громко стонать. Вошел принц.

– Ася, неужели вам до сих пор плохо?

– По вашему, мне уже должно быть хорошо? – невежливо ответила я вопросом на вопрос.

– А в чем дело? Что вас беспокоит? – принц обращался ко мне на вы, хотя мы условились быть на ты наедине. Видно, в палатке наша приватность не гарантируется, будем соблюдать церемонии.

– Ваше Высочество, я сегодня впервые в жизни села на лошадь. Мне даже никакого инструктажа не провели, закинули в седло и езжай как хочешь. Я девять часов провела в седле, к чему не была готова совершенно. Я отбила себе всю задницу так, что сидеть не могу, только лежать, и то с трудом. У меня болят руки, ноги, спина и другие части тела. Очень болят. Больше всего я хочу умереть. Что вы еще от меня хотите?

У него сделались такие глаза…

– Простите, Ася, я даже представить не мог…

– Простить-то я прощаю, но что дальше делать, ума не приложу. Завтра-то вы собираетесь ехать дальше в том же темпе.

– Я, честно говоря, завтра хотел ехать побыстрее.

– Тогда прирежьте меня сейчас, чтоб не мучилась.

– Что вы такое говорите, Ася! Успокойтесь, я попробую облегчить ваши страдания.

– Интересно, как?

– Для начала можно растереть ваши руки и ноги специальным бальзамом. У меня есть. Проще всего было бы полечить вас магией, но я, честно говоря, побаиваюсь. Вы у нас существо магическое, с неисследованными свойствами. Вдруг что-нибудь пойдет не так.

– Давайте тогда ваше растирание, – с горестным вздохом резюмировала я.

Принц живо вытащил откуда-то коробочку, в которой на всю округу пахла арникой неизвестная мне мазь темно-зеленого цвета, и велел снять рубашку. Я злобно ответила:

– Не сниму!

– Почему, Ася? Я всего лишь хочу растереть вам руки!

– У меня ничего нет под рубашкой, – призналась я угрюмо.

– Как, даже белья? – принц, казалось, был в шоке.

– То, что здесь называют бельем, я просто не воспринимаю. Особенно верхнюю часть. Надела рубашку, думала, этого будет достаточно.

Ну хорошо, я выйду, вы снимете рубашку и задрапируете то, что хотите закрыть. Кликнете меня, я вернусь и все-таки разотру ваши руки. И подумайте, как мы будем обрабатывать ноги.

Так мы и сделали. Мазь приятно холодила, боль уменьшилась, но не исчезла. С ногами вышло еще хуже. Больше всего болела попа, а предоставить ее принцу для растирания я была не готова. Да и бедра… Больше всего пострадала внутренняя поверхность. Мало ли, чем это может кончиться. И потом, вопрос с моим завтрашним путешествием это все равно не решало. Поэтому Арк все-таки решил попробовать оказать магическую помощь. Анколя он для этого звать не стал, просто предложил мне остаться в рубашке и панталонах для лучшего воздействия. Может, его магия не будет противоречить моей, он же не вред мне хочет нанести, а помочь. Я согласилась. И вот лежу я на своем ложе, надо мной принц руками водит, что-то приговаривает, и так мне хорошо… Все мышцы расслабились, боль постепенно уходит… Потом мне предложили перевернуться и лечь на живот. Я кротко перевернулась, и было мне при этом почти совсем не больно. Принц продолжал водить надо мной руками, и моя многострадальная задница начала затихать. Когда и ноги, и спина почувствовали себя как только что на свет родившимися, я стала отключаться и засыпать, но вдруг дернулась и вскочила. Этот гад забросил свои магические упражнения и теперь в наглую наглаживал мою попу. В результате такого телодвижения Арк отлетел через всю палатку и едва ее не снес.

– Ася, что случилось? Вам стало плохо? – он выбрался из угла, куда я его зашвырнула и встал надо мной как монумент.

– Нет, это вам стало чересчур хорошо. Что вы себе позволяете, дорогой принц?

– Ладно, ладно, больше не буду, – произнес Арк тоном, призывающим к миру, и добавил лукаво, – Знаете, Ася, у вас очень красивые ноги

Хорошо, что про ноги сказал, а не про что-то еще.

– Спасибо за информацию, – буркнула я, – А ужинать мы не будем?

– Одевайтесь и выходите, ужин ждет.

Я оделась, вылезла наружу и направилась к костру. Оказалось, наша палатка была от него на почтительном расстоянии, что бы мы ни делали, у костра нас слышать не могли. Что он тогда так шифровался? Подальше светились еще два костра. У ближайшего сидели все члены Государственного Совета в полном составе. Меня приветствовали как героиню. Я спросила, кто сидит у двух других костров и узнала, что нас сопровождают два отряда солдат, вот они и сидят, каждый отряд у своего костра. После чего все вдруг засуетились, откуда-то был извлечен чурбачок, покрыт какой-то тряпкой, меня водрузили на эту конструкцию сверху и вручили миску с ароматной похлебкой. Тело не болело, аппетит разыгрался не на шутку, похлебка оказалась на диво вкусной… В общем, вечер начался неплохо. Когда в миске осталось меньше половины, мне дали стакан с вином, как всегда, отличным. Я жестами изобразила, что пью за здоровье всех присутствующих, и они разразились приветственными возгласами. Когда ужин закончился, Керлен достал откуда-то ту самую лиру, которую мне подарили, и, протянув ее, попросил спеть, намекая на мое обещание. Я в ответ попросила еще вина. Ну не вытяну я сложный мотив на трезвую голову. Налили, не пожмотились. Пришлось петь. Я повторила весь репертуар, уже прозвучавший на званых вечерах, а к нему добавила песенки из мультфильмов, какие вспомнились. Песне на третей к нашему костру стали подходить солдаты, и заканчивала концерт я в плотном кольце мужиков, трепетно мне внимавших. Пламя костра выхватывало из темноты то одно, то другое лицо… Я заметила, что солдаты в основном лебды или полукровки. Большинство смотрело на меня с восторгом, и это было очень приятно. Через некоторое время мне стало ясно, что завтра я смогу разговаривать только шепотом. Пришлось извиниться и закончить концерт. Мне хлопали так, как будто я была по меньшей мере примадонной Ла Скала или просто Мадонной. Я поднялась, солдаты расступились и пропустили меня к палатке.

Какой молодец взял для меня это замечательное одеяло? Я сама не догадалась, что оно мне понадобится. Спальных мешков тут нет, а жалко. У изголовья нашелся мой рюкзак, из которого я извлекла чистые панталончики и чистую же рубашку. Переоделась, забралась под одеяло, и тут в палатку вошел Арк. Хорошо, что я поторопилась с переодеванием. Принц увидел мои вытаращенные глаза и прокомментировал:

– Чему тут удивляться? По статусу наедине с тобой в одном помещении может находиться только король или лицо, его замещающее. Значит, ты можешь спать только в моей палатке. А одну я тебя не оставлю, слишком опасно. Укройся и спи себе. Никто тебя не тронет.

– Ваше высочество…

– Арк.

– Арк, ты на меня не обижайся. Тяжело мне тут у вас. Интересно, весело, но непросто.

– Да я понимаю. Давай лучше про завтрашний день поговорим. Выхода нет, придется опять так скакать, побыстрее даже. Тогда к вечеру будем на месте.

– Я опять развалюсь на составляющие и ты будешь меня по кусочкам собирать? Ужас. Еще один день таких пыток я просто не вынесу.

– Ася, во-первых, ты поедешь рядом со мной. Я буду следить, чтобы ты правильно сидела. Если держать спину, будет гораздо легче и зад себе меньше отобьешь. Во-вторых, больше привалов сделаем. А на привалах я смогу тебе помогать. Магически. Знаешь, я лечил своих друзей в сходных ситуациях. Обычно на это тратится много сил. А тут ты мне сама помогала. Не обратила внимание?

– Нет. Я ничего не заметила, кроме того, что боль ушла.

– Так вот. На твое лечение я не потратил ни капли силы, наоборот, ее у меня еще и прибавилось. Так что мы теперь знаем, тебя можно и нужно так лечить. Не делай большие глаза, обещаю, что не буду пользоваться моментом, разве что ты сама захочешь.

– Ладно, уговорил. Пострадаю за идею, но с тебя приведение меня в порядок на каждом привале.

– Договорились. Слушай, хочу сделать тебе комплимент. Ты очень приятно поешь, и песенки у тебя ммммм… хорошие. Не любовные, а такие, которые везде будут уместны. Но я хотел спросить: а любовные песни в вашей культуре имеются?

– Имеются. Когда Анколь меня изучал, я как раз такие ему пела. Романсы называются.

У принца вдруг стали бешеные глаза.

– Ты хочешь сказать, что влюблена в нашего мага? Когда это ты успела?

– С чего ты взял? Просто на ум пришли, безотносительно к нему или кому бы то ни было. После паука меня на чувствительное потянуло. А Анколь, он милашка. В его присутствии я чувствовала себя в безопасности.

– А сейчас не чувствуешь? В его присутствии?

– После того как он на меня сбросил это мохнатое чудовище? Я же догадалась, что это он меня пугал. Правда не сразу. Теперь я ему так по-глупому не доверяю. Мало ли что этому экспериментатору в голову придет.

Ох, не надо бы мне этого говорить… Блин, правду говорят, что у трезвого на уме, у пьяного на языке. Будем молиться, чтобы мои слова не обратились против меня. Хорошо, что я пауком ограничилась, может Арк не понял, что я их подслушивала. Кстати, раз уж об Анколе заговорили…

– Я вспомнила, наш маг мне амулет перемещений обещал, да так и не сделал.

– Почему не сделал? Должен был. Если амулет все еще не у тебя, я завтра напомню. Это не игрушки, это вопрос безопасности. Я обещал отправить тебя домой, значит, ты должна иметь возможность отправиться туда в любой момент. Но я надеюсь, ты ею не воспользуешься сразу? – Арк смотрел на меня умильно, – Ты погостишь немного? Ася, ты так нам всем нужна. С твоей помощью я надеюсь выиграть эту войну и освободить мой народ.

– Я обещала помочь, значит, помогу. Останусь, если только меня не вынудят срочно вернуться обстоятельства. Я обратила внимание, Арк, что твои солдаты – лебды, а офицеры, как мне показалось, сплошь аронайцы.

– Ты права, девочка. В основном это так. Правда, сейчас идет война и офицеров-аронайцев тупо не хватает. Сейчас у меня уже набраны и обучены офицеры из лебдов и полукровок. Там, куда мы едем, ты их встретишь. Видел бы это Его Величество, даже представить не могу, что бы он мне устроил.

– Но они тоже его подданные.

– Я это пытаюсь ему сказать уже много лет! Толку никакого… Ася, почему ты, существо из другого мира, с другой планеты, меня понимаешь, а мой собственный король нет?

Я пожала плечами. Что тут скажешь? Подумала немного и спросила:

– Прости, Арк, что задаю такой вопрос… Мне странно. Ты наследный принц, значит король должен быть твоим отцом. А ты его никогда так не называешь.

– Ты чересчур умна, Ася. С ходу ткнула в самую болезненную точку. У нас сейчас очень странная ситуация. Король официально мой отец, но на самом деле нет. Я, как принято говорить, бастард. Но я же и наследник. Дело в том, что король всего лишь муж моей матери королевы. В нем нет ни капли королевской крови. Из-за этого, например, наша страна уже давно живет без благословения. Наверное, и война от этого. Моя мать была королевой. Она влюбилась в моего отца. Он был на четверть лебд. Если бы ты лучше знала наши расы, ты бы заметила.

Я не стала говорить, что и так обратила внимание.

– Так вот. Они не могли пожениться, Государственный совет никогда бы не одобрил этот брак. Моего отца услали за море, а мать вынудили выйти за герцога Саргола. Я родился как бы в браке, законным ребенком и наследником короны. Но все знают, что я не сын Саргола. Моя мама не была с ним счастлива, хоть и родила ему двоих детей, Теана ты знаешь, а еще у нас есть сестра Аллира. Она замужем за королем Островов. Мама умерла, когда мы все были еще несовершеннолетними. Саргол стал регентом, а потом сумел короноваться. Только вот королевской магии у него так и не появилось. Он меня не любит, я плачу ему тем же.

– А твой настоящий отец?

– Удивительно, что ты спросила. Он умер на чужбине, скорее всего был убит лет через пять после моего рождения. Он не был недостойным человеком или простолюдином. На самом деле он был ничуть не ниже Саргола по рождению. Разреши, я не буду упоминать его имя.

– Так почему же ему не позволили жениться на твоей матери?

– Потому что его бабушка была простолюдинка, лебда. Его дед не просто сделал ее своей любовницей, а женился на ней официально. Все сочли это неприемлемым, решили, что он покрыл себя несмываемым позором. Поэтому его сын смог жениться только на очень бедной аронайке, другие за него не шли.

– Ни фига себе у вас и порядки! Арк, прости меня, но можно еще вопрос? Почему ты мне все это рассказываешь?

– Сам не знаю. Наверное потому что ты можешь понять меня. По крайней мере мне так кажется. Если честно, я ни с кем не решался это обсуждать. А ты не аронайка и не лебда, ты смотришь со стороны, и, мне кажется, можешь быть объективной.

– Хочешь по-честному? Мне отвратительно смотреть, как в вашей стране относятся к лебдам, хотя они составляют большую часть населения и при случае могли бы показать аронайцам, где раки зимуют.

– Эй, поосторожнее, я все-таки не лебд, как бы тебе этого ни хотелось. И друзья мои чистокровные аронайцы. Но по большому счету ты права. Только не рассказывай никому, о чем мы тут с тобой сегодня говорили, хорошо? Этим ты можешь подставить и меня, и себя. Такие взгляды тут не популярны.

– Да ясен пень, тут у вас лучше молчать в тряпочку, здоровее будешь.

Принц засмеялся, подошел поближе и чмокнул меня в нос. Потом вернулся к своему ложу, сел и стал снимать сапоги:

– Знаешь, я думаю, что мне повезло. С тобой действительно можно дружить как с мужчиной. Даже лучше. Ты смотришь непредвзято, и у тебя есть своя система ценностей. Они не совпадают с нашими, но почему-то мне понятны и близки. Многое из того, что ты говоришь, я чувствовал, но не мог, или вернее не решался выразить. Сейчас я радуюсь что не сумел сразу сделать тебя своей любовницей. Это бы все испортило.

– Должна признаться, ты меня удивил. Я и вообразить не могла, что ты сможешь мне такое сказать. Спасибо тебе.

– За что?

– За то, что назвал меня другом. Искренне, по-настоящему, не так, как тогда во дворце. Это мне действительно дорого и очень приятно.

Я не стала ему говорить, что расстроилась. Быть ему только другом теперь, когда он такой, такой… лапочка! Я хочу его до невозможности, а он со своей дружбой… Что-то я нелогичная какая-то. Спать с ним я не собираюсь, было принято такое правильное решение. Значит хорошо, что он дружить решил. Что же меня от этого так колбасит? Арк тем временем развивал свои мысли:

– Ася, а по твоим понятиям дружба и любовь несовместимы?

Вопрос, конечно, интересный. Что бы ему такое сказать, чтобы не отрезать себе возможные пути развития отношений?

– Знаешь, в моем мире есть такое высказывание: влечение тела рождает желание, влечение души – дружбу, влечение ума – уважение. И только вместе они рождают истинную любовь. Как-то так, если я не ошибаюсь. Отсюда следует, что любовь никак не может исключать дружбы, которая является ее составляющей.

Ой, что-то я такое умное залудила, самой страшно. Помнится я это читала, но где, не соображу. Может, я что-то переврала? Хотя звучит нормально, этакая мудрость веков. Интересно, как мой красавчик это скушает?

– Девочка моя, ты меня успокоила. Не волнуйся, спи крепко, завтра у нас нелегкий день.

День и впрямь выдался непростой. Мы встали рано, солнце только поднялось над горизонтом, окрестные кусты тонули в густом как сметана тумане. Меня напоили очередным отваром, скормили полную миску каши с мясом и водрузили на лошадь. Подъехал Арк и началась муштра. Мы ехали рядом и я каждую минуту получала указания: спину прямо, ноги не так, руки по-другому, опять спину забыла, где колени и т. д. Но часа через два я приладилась и перестала так сильно отшибать себе задницу. Когда же еще через полтора часа мы устроили привал, я сама сползла с лошади и смогла пройти шагов десять. Не стану хвастать, что шла я не в раскорячку, но спина болела существенно меньше и ноги не так затекли. После того как принц провел над ними своими руками, стало совсем хорошо. Этим заинтересовался Анколь и тоже подошел меня полечить. Отогнал принца, поводил ладонями над моей спиной и вытаращил глаза:

– Ася, ты в курсе, что тот, кто тебя лечит, заряжается от тебя магией? Как ты себя чувствуешь?

– Отлично, Анколь, спасибо. От вашего лечения я себя чувствую просто потрясающе, как заново родилась.

– Никакого упадка сил, слабости?

– Наоборот, все супер!

– А когда ты заряжала амулеты, как ты себя чувствовала?

– Трудно сказать… Не соображу. Хотя постой, когда я ругалась с маменькой или с директором, заряжая амулет Теана, потом была как выжатый лимон. Физически совсем без сил. А магически не знаю. И твоего паука когда испугалась, потом тоже без сил была. Пошла к себе и спать завалилась.

Маг мило покраснел и задал следующий вопрос:

– Прости, а когда с Теаном… ну, ты понимаешь… Тоже без сил?

– Да нет, нормально, как обычно. Никакого сверхъестественного упадка сил не заметила, даже наоборот, как будто.

– А когда пела?

– А что, я тогда что-то зарядила?

– Колье с зелеными камнями. Зарядила под завязку. Что-нибудь почувствовала?

– Нет, ничего. Пела себе и пела, даже не устала ни капельки. Я вообще петь люблю.

Анколь вытащил откуда-то из кармана на поясе тетрадочку и некое подобие карандаша, извинился и стал быстро что-то писать. Я нагло сунула нос в его писанину и не нашла там ни одной знакомой буквы. В смысле, мой переводчик не нашел. Интересно, если он может переводить с любого языка, даже совершенно ему незнакомого, то почему не хочет переводить мне Анколевы записи? На них что, стоит магическая защита?

– Что, прочесть не можешь? Я свой дневник магически шифрую, переводчик это считать не может.

Ну вот как? У него глаза на затылке или я так громко думаю?

Пока мы развлекались, привал закончился. Я успела только выпить воды и сгрызть кусок вчерашней лепешки. Меня снова закинули на коня и пустили его рысью. Хотелось бы по примеру других героинь фэнтези рассказать о нападении чудовищных монстров, коварных магов или хоть на худой конец простых разбойников, но на большой вооруженный отряд никто напасть так и не решился. Через два с половиной часа мы остановились на обед.

Второй отрезок сегодняшнего пути я перенесла лучше, чем первый. Не знаю, чем это вызвано, то ли я привыкаю понемногу, то ли просто второй этап оказался гораздо короче. Обед состоял из традиционной каши с мясом и молока. Его удалось достать в деревне, которую мы проехали где-то час назад. Правда, молоко было только для Государственного совета, офицеров и меня. Солдаты пили очередной травяной отвар. Пока я подкреплялась, сидевший рядом Керлен сообщил что уже показались горы и ткнул пальцем в нечто на горизонте, что я упорно считала грядой облаков. Я присмотрелась и поняла, что это действительно нечто твердое, неизменное и облаками быть не может. У меня просто не хватило опыта чтобы сразу заметить и опознать эти горы. Я вспомнила, что крепость Туран, к которой мы скачем, находится в предгорьях и стала рассматривать горизонт, задавая вопросы Главнокомандующему, который явно знал эти места. Он достал откуда-то подробную карту, на которой все объекты были подписаны, и стал показывать мне вершины на горизонте, соотнося их с точками на карте. Принц присоединился к нам и в чем-то поправил Керлена, но кое-что, как оказалось, командующий знал лучше. Видя, как я интересуюсь, оба начали мне наперебой объяснять, что отсюда мы будем ехать еще часа три, если поторопимся, и сделаем привал в Горячей Логовине. Там из земли бьют холодные и горячие источники. Они целебные, один из них, с наиболее подходящей по температуре водой, оборудован под купальню еще по приказу прадедушки Арка. Там мы отдохнем часа два, можно будет помыться, а слуги вычистят и сменят лошадей. Откуда возьмут? Их туда уже должны были пригнать из замка. До него оттуда уже недалеко. Часа четыре, и все.

Больше всего меня обрадовала возможность помыться, а то мне уже казалось, что от меня воняет, да и чесаться тело начинало все сильнее. Представить себе что меня обнимает весь из себя мужчина моей мечты, а я грязная и вонючая, было неприятно. Пусть уж пока дружит.

Меня снова загрузили на лошадь и мы помчались. Сейчас я попривыкла, сидела правильно, поэтому могла отвлечься от процесса и обратить внимание на окружающую действительность. Отряд двигался в таком порядке: впереди 20 солдат под командованием офицера, за ними наша группа: советники, принц, я и слуги в количестве шести. Второй отряд солдат из двадцати человек ехал за нами. Оказалось, у меня есть личный слуга, но он, похоже, обслуживал только мою лошадь. Ах, нет, не лошадь, лошадей. Слуги вели по два заводных коня в поводу, я так понимаю, себе и хозяину. Наверное, на привалах лошадь подо мной меняли, но я, бестолочь, этого не заметила. Да и когда мне было? А лошади тут все одинаковые: рыжие, лохматые и здоровые как битюги. Но шустрые, надо сказать, расстояния покрывают с приличной скоростью. Горы приближаются прямо на глазах. Мне хотелось узнать про лошадей, про горы, про дорогу и про Туран, в который мы едем, но скакать и разговаривать я была не в состоянии. Мои спутники также между собой не переговаривались.

Ничего, на привале наверстаем.

Тут я опять задумалась о своей странной судьбе. Нормальная героиня фэнтези обычно или все умеет, или ее приключения начинаются с того, что она обучается с трудом и вредом для здоровья, но потом становится потрясающим бойцом и великолепной наездницей.

Ну, ездить верхом я худо-бедно научилась явочным порядком. Еще бы на коня залезать и слезать с него самостоятельно… А так я неправильная какая-то. Умею готовить, шить, вязать, вышивать, чего героини фэнтези отродясь не умели и гордились этим, а вот оружие ни разу в руках не держала и держать не собираюсь. Сунь мне в руки меч, я стану визжать, как ненормальная. Надеюсь, каждый сообразит его у меня забрать просто чтобы защитить свои уши. А вот рубить дрова топором, ставить палатку (не местную, а нашу, земную) и разжигать костер с одной спички я умею отлично. Этого героини тоже обычно не умеют, нет у городских девушек навыков бывалого походника, которые мне дед прививал с младенчества. Могу грести на лодке и управляться шестом на плоту. Но пока мои таланты абсолютно не востребованы. Меня кормят и таскают с места на место как ценный груз. А зачем мы поехали в крепость, если перемирие еще и не думало заканчиваться, мне не сообщили. Надо думать, на месте узнаю. Ужасно хочется увидеть крепость и сравнить с тем, что было на Земле.

Пока я заметила значительное сходство в архитектуре. А вот в людях выходит большое различие.

Рас здесь у них, как у нас, три основные. Высших я пока не видела ни одного, и, судя по всему, шансы их увидеть у меня мизерные. Аронайцы все как на подбор высоченные, здоровые, но не толстые. Главное их отличительное свойство – яркая расцветка. Малиновые или кислотно-желтые волосы у них не редкость, а самое странное – глаза того же цвета. К бордовым глазам Керлена я пока не могу привыкнуть. Хочется их закапать Визином, чтобы стали нормальными. Лебдов я тоже уже повидала немало. Они действительно похожи на нас, людей Земли. Волосы у них как черно-белое кино. Все градации от черного до белого, а глаза всех оттенков серого, но есть и карие. По моим меркам они красотой не блещут, но и не сказать чтобы уроды. Вон Сейда довольно симпатичная. Ей бы макияж хороший, вообще красотка бы была. Есть еще полукровки, их я теперь тоже сразу отличу. У них при общем виде, свойственном лебдам, волосы цветные, но не такие яркие, как у аронайцев, глаза тоже, но не обязательно под цвет волос. Они, пожалуй, самые из всех симпатичные. Анколь сказал, что по цвету глаз можно определить тех, кто обладает магическими способностями.

Я огляделась. Здорово, вчера я об этом и мечтать не могла. В смысле поворачиваться и глазеть по сторонам. С утра большую часть пути мы проделали по редколесью, сейчас ехали по степи, а впереди маячил лес. До него было далеко, но, как я понимаю, в лесу мы окажемся прежде чем доедем до обещанной Горячей Логовины. Солнце было высоко и припекало изрядно, на открытом месте было даже жарко, но снять куртку я не решалась. Едем быстро, продует еще, а сумеют ли Анколь или принц вылечить простую земную простуду я проверять не хотела. Надо отметить, с утра в лесу было очень даже холодно, потому я куртку и надела, еще жалела что тут свитеров нет. Правильно, весна, большая разница дневных и ночных температур. У нас тоже так: выедешь в мае на природу, утром и вечером в куртке и свитере прохладно, днем в маечке жарко.

До Логовины доехали по земным меркам часов в пять. Радости было! Солдаты и слуги занялись лошадьми, а мне Анколь показал купальню и предложил ею воспользоваться. Велел только не засиживаться, всем помыться хочется. Купальня представляла собой небольшое, но капитальное строение. Все в нем, кроме медной крыши, было мраморное. Особенно меня вдохновила ванна, или, скорее, бассейн три на три метра. С одной стороны вода в нее вливалась, с другой – выливалась, чтобы набрать воду надо было опустить заслонку, тоже мраморную. Для этого из стены торчал толстый медный рычаг. Я на него нажала и через пару минут ванна до краев наполнилась горячей водой, примерно 38 – 39 градусов. Ох, я и помылась! Попутно не переставала благословлять собственную запасливость: в кармашках рюкзака я припрятала баночки из ванной в моих покоях, туда же засунула полотенца, так что смогла и тело помыть, и волосы. Закрутила на голове тюрбан, оделась во все чистое и гордо вышла к людям, вернее, к аронайцам, таща рюкзак за собой. Его у меня тут же отняли: негоже королевской гостье тяжести таскать. Заодно выяснилось, что появиться на публике с мокрыми волосами – предел всему. Практически как если бы я вышла голая. Интересно, в руководстве по этикету об этом ни слова. Наверное это настолько общее место, что его не сочли достойным упоминания. Все и так знают. Мне сделали скидку на иномирное происхождение, но объяснили мою ошибку. Особенно Морон сердился. Сейчас он, вместо того, чтобы отдыхать, должен идти и объяснять солдатам, что я не доступная женщина, просто на моей родине другие обычаи. Я так поняла, его задача – доносить до населения политику партии и правительства, в чем бы она ни заключалась.

Я тоже расстроилась из-за этого глупого промаха. Нет бы мне до крепости потерпеть. Меня беспокоили не солдаты, фиг бы с ними. Я перед моими анимэшками дала слабину. Не важно, пусть они поняли умом, что я ничего плохого в виду не имела. Подсознательное -то гораздо сильнее сознания, а оно им теперь намекает, что неплохо бы ко мне клинья начать подбивать. Вон уже у принца глазки засверкали, Лирет глядит масляно, даже красноглазый воевода вздыхает многозначительно, не говоря уже о крайне возбудившемся маге. Один Морон сохраняет спокойствие, хоть и недоволен. Я отошла за елки, или что у них тут вместо елок растет, тщательно вытерла волосы, расчесалась пятерней и заплела косу. Пусть еще сырые, ничего. Зато народ успокоится.

В этот раз нас кормили не традиционной кашей, а вяленым мясом, лепешками и луком. К этому добавили некий не то овощ, не то фрукт. Пришло время вытащить из ножен мой кинжал. Я разрезала лепешку вдоль, построгала туда помельче мясо и лук, порезала и овощ, который походил по вкусу на помидор, но больше всего напоминал овощной физалис (наша соседка по даче такой выращивала и мариновала). Еще бы посолить, но соли я не увидела, а спрашивать постеснялась. Получился вкусный такой бутерброд. Все просто кусали свои продукты по очереди, один только маг посмотрел на мои действия и повторил их. В результате он тоже грыз бутерброд и всячески мне подмигивал, намекая, что ему нравится.

Когда я доела, то осмотрелась и поняла, что за мной повторил не один Анколь, а все до единого слуги и некоторые солдаты. Теперь они драли зубами свои сандвичи с довольными физиономиями, а те, кто так сделать не догадались или опоздали, смотрели на них с завистью.

Я подпихнула мага в бок, привлекая его внимание, и спросила тихонько: почему благородные господа жуют все по-отдельности, а солдаты последовали моему примеру.

Ха, у благородных господ кинжалы фамильные, ими нельзя еду резать. Нет, ножи нормальные конечно, но это позор. А Анколь из не слишком знатной семьи, у него фамильного кинжала нет, у слуг и солдат тем более. Не волнуйся за ребят, до крепости доберемся, там они получше поедят. Пир будет по случаю приезда. Солдатам тоже быка зажарят и бочку вина выкатят.

Ясно, у нас есть к чему стремиться.

После еды все, кроме меня, занялись лошадьми. Когда меня снова стали сажать в седло, я наконец увидела, что лошадь сменилась. Новая была поменьше ростом и совершенно серая, только хвост и грива белые. У других кони тоже оказались этой породы: серые. Вот гривы были разные: белые, серые и черные. Наверное, такие кони водятся здесь, в предгорьях. Я спросила, оказалось, правильно. Это горная порода, мелкая, но очень выносливая, и аллюр у них быстрый. На новой лошадке мне было удобнее сидеть, да и слушалась она не в пример лучше. Последнюю часть пути я проделала почти с удовольствием. Какое-то время мы ехали через лес, дорога петляла, обходя глубокие овраги. Потом вдруг мы вырвались на равнину, от которой до гор, казалось, рукой подать.

Честно говоря, меня удивляла такая быстрая смена ландшафта, о чем я сообщила скакавшему бок о бок со мной главнокомандующему. Керлен засмеялся и вытащил из-за пазухи плоский черный камень на цепочке.

– Ася, это амулет «быстрой дороги». Такие есть здесь у всех. Без них мы бы так и болтались бы под Миреной. Они позволяют покрывать за день расстояние, которое без них всадник преодолеет за неделю. Одна беда: они годятся только для людей и лошадей, обозы тащатся с обычной скоростью. Посмотри, Анколь должен был и тебе такой же повесить, иначе ты за нами не угналась бы.

Идея мне понравилась, и я с еще большим энтузиазмом стала крутить головой, оглядываясь по сторонам. Когда еще мне удастся вживую разглядеть всю местную географию? Через некоторое время Керлен ткнул меня в бок и показал: у подножия самой высокой горы приткнулась какая-то серая масса. Это и была крепость, куда мы направлялись. Остальные заметили ее еще минут через десять и стали радостно улюлюкать, выражая свой восторг.

Разговоры обо всем и ни о чем конкретно

Доехали мы до крепости уже в темноте.

Ворота открылись, весь отряд построился в шеренгу по два и заехал внутрь. Я была удивлена, что, так сказать, главари, пропустили вперед половину солдат. Анколь, ехавший со мной рядом, усмехнулся моей несообразительности.

– А если крепость захвачена врагом? Солдаты бы дали знак, что там не все в порядке, принц и советники сумели бы спастись вместе с большей частью отряда.

– Как-то я об этом не подумала. А ведь правильно.

– Это правило есть еще в наставлениях по военному делу Изара Безрукого, а он жил почти две тысячи лет назад.

– Безрукого? А почему?

– В одном из боев король Изар II потерял кисть правой руки, но оруженосец перетянул рану, и король продолжил сражаться левой рукой. После того он уже не воевал, зато написал свое знаменитое наставление. Не сам писал, естественно, диктовал.

– А это наставление можно прочесть?

– Можно, в крепости оно есть обязательно. Если интересно, я тебе его принесу, развлечешься. Только зачем?

– Хочу сравнить с нашими книгами по этому вопросу и с уставом нашей армии. Я их в подробностях не знаю, но представление имею, так что мне действительно интересно.

Мы так трепались и не заметили, как оказались во внутреннем дворе. Нас окружали серые стены, на которых на большой высоте были закреплены зажженные факелы. Света особо не давали, зато их неровный огонь создавал впечатление, что во дворе вдвое больше людей, чем там было. Из тьмы в беспорядке возникали лица, оружие, руки и ноги, лошадиные головы и крупы… Возникали, чтобы немедленно исчезнуть в темноте.

Анколь твердо держал повод моей лошади, чтобы контролировать ситуацию. Действительно, в такой неразберихе я могла запаниковать, и чем бы это кончилось, не знаю. Но вот Анколь спешился, и меня тоже сняли с коня. Крепкие руки принца схватили меня за талию, его волосы коснулись моего лица, а его шепот раздался возле самого уха:

– Держись крепче за Анколя, не потеряйся. Он отведет тебя в безопасное место, пока не готова твоя комната. Мы сейчас освободимся и тоже придем к вам. Ничего не бойся.

Спасибо, утешил. Можно подумать, кто-то тут всего боится. Я отцепилась от принца и прицепилась к Анколю, который поволок меня за собой. Конечно, я не боялась, но потеряться в этих мрачных переходах… Бррр… Удовольствие ниже среднего.

Наконец мы достигли места назначения. Им оказалась зала поменьше той, в которой проходили заседания совета. Стол был уставлен тем, что принято называть яствами. В камине горел огонь, над огнем в котелке что-то грелось. Анколь очень обрадовался котелку над огнем, взял со стола пару кубков и налил в них жидкость из котелка. Очень своевременно. Там было питье, напомнившее мне глинтвейн. Ноги сразу согрелись и настроение улучшилось. Я постеснялась садиться за стол не дождавшись моих спутников, а прикорнула на диванчике у стены. Приход принца со товарищи меня разбудил.

– Ася, давайте за стол, мы все голодные как волки.

Я сделала вид что не спала, но мне никто не поверил. Еда была обильная, хотя не такая вкусная, как в Миренском дворце. Видно, местный повар не был таким уж искусником, а миренского повара мы с собой не взяли. Зато вина приятно удивили. Хотя считается, что женщины предпочитают что послаще, я не люблю сладких вин. Здешнее вино было сухое, с богатым букетом, именно такое, как мне нравится. Мужчины были удивлены, когда я выразила восторг по поводу его качества. Им казалось, что я должна сожалеть о более сладких сортах, оставленных в Мирене. Это мне напомнило обычную ситуацию в моих московских компаниях. Девушки пьют дешевые сладкие, а я с мужчинами-ценителями – дорогие сухие вина.

Где-то через час до меня дошло, что есть я больше не могу, а спать хочу неудержимо, сейчас свалюсь под стол и засну. Не знаю, кто это заметил, но я не успела ничего сказать: двое слуг подхватили меня и быстренько доставили в спальню, где уже ждала тетенька необъятных размеров. Она выгнала слуг-мужчин, раздела меня, несмотря на мой писк, что я прекрасно могу сделать все сама, надела на мое бесчувственное тело фланелевую рубашку до пят и засунула под одеяло. Зашторила окна, потушила светильники и пожелала мне спокойной ночи, добавив, что она жена смотрителя и я могу ее звать, если мне что-то понадобится. Я изобразила жестом понимание и закрыла глаза.

До утра мне ничего не понадобится, это точно, а утром я и сама все найду.

Дурочка, похвасталась. Часа через два мне понадобилось на горшок, причем срочно. Не надо было столько есть и пить. В темноте я обошла комнату, пытаясь найди дверь в удобства, ничего не нашла. потом догадалась пошарить под кроватью. Там меня дожидался вожделенный горшок: здоровый, фаянсовый, с крышкой.

Дальше я спала, не просыпаясь, до самого завтрака.

Распорядок дня в крепости принципиально отличался от дворцового. Там меня не трогали лишний раз, еду приносили прямо в комнаты. Здесь надо было встать и идти на завтрак, который подавали в том же зале, где мы вчера ужинали. Я забеспокоилась, что мне не во что одеться, и, как оказалось, зря. Давешняя тетенька разобрала мой рюкзак, вытащила из него всю одежду, грязное забрала стирать, а платье ждало меня на вешалке чистое и глаженое. Рядом на стуле лежало белье. Прямо за вешалкой находилось то, что я напрасно искала ночью: вход в ванну, по здешней традиции совмещенную с туалетом.

Я быстренько привела себя в порядок и прибыла на завтрак вовремя, по крайней мере, не последняя. Последним оказался принц, только не Арк, а Теан. Откуда он тут взялся?

Теан поздоровался со всеми и плюхнулся на свободное кресло рядом со мной. Я решила вести себя вежливо и корректно, а то мало ли что красавцу в голову взбредет. Но он ко мне не приставал, наоборот, молча наворачивал угощение. Только под конец сказал тихонько:

– Ася, ты не будешь против, если мы встретимся сегодня и поговорим? Не беспокойся, домогаться я тебя не буду.

– Ну конечно, Теан, поговорим. Не знаю только когда мы будем свободны.

– Я знаю. Сейчас совещание, потом обед, вот после обеда и поговорим.

Арк, сидевший напротив, сверлил меня и брата взглядом, но молчал. Я сделала вид, что ничего не заметила, все нормально.

После завтрака слуги унесли еду и посуду и тут же, не отходя от кассы, состоялось совещание. Мне предложили остаться. На столе разложили карту, закрыли двери, Анколь навесил защиту от подслушивания.

Первым выступил Морон. Оказывается, еще в предыдущее царствование в стране была создана сеть для противодействия возможному противнику. Ее удалось поднять из небытия и задействовать. Шпионы при дворе короля Каферта тоже не дремлют, с ними налажена бесперебойная связь. Удалось узнать, какой дорогой будет доставлен груз золота для выплаты жалованья войскам противника. Для сохранения секретности и повышения безопасности деньги решено везти не из столицы Камбены, а из другого города, где хранится специальная заначка на случай войны. Повезут груз через перевал Нотомб, это отсюда 650 лан на север. До перевала ничего сделать не удастся, там чужая земля. На перевале представляется первая возможность захватить караван. Для этого Морон привлек местных жителей, горцев, чьи земли захвачены войсками Камбены. Каферт захватил горцев и наложил на них огромную дань, а деньги, которые везут через перевал – это та самая дань, собранная за три года. В случае удачного нападения на перевале горцам дано разрешение забрать золото себе. Морон замялся под гневным взглядом Лирета.

Принц Арк резюмировал:

– Все верно, решение одобряю. Деньги все равно не наши, а это золото сделает горцев лояльными нам и поднимет их на борьбу против камбенских захватчиков.

Довольный Морон продолжал свой рассказ.

– Если не выйдет отнять золото на перевале, горцы спустят там лавину, чтобы обоз не мог вернуться этой дорогой. За перевалом обоз попадает вот сюда, – он ткнул пальцем в карту, – в этот треугольник между горной грядой и двумя полноводными реками. Там две дороги: на столицу и на Олор, – Морон опять показал на карте, – в любом случае им надо преодолеть водные преграды. Мосты здесь и здесь. Диверсии мы обставим как стихийное бедствие. В горах сошла лавина, вскрылись горные озера , вода пошла вниз, размыла дамбы и снесла мосты.

– А так может быть? – с сомнением спросил Керлен.

– Запросто, – ответила я, – В моем мире это бывает сплошь и рядом безо всяких диверсий, почему здесь это нельзя устроить специально?

– Ася права, в этом самом месте сто двадцать восемь лет назад было именно такое стихийное бедствие. Вода пошла с гор, затопила долину и снесла все мосты. Может же оно повториться? Наши люди проследят, чтобы ни один из сопровождающих не выбрался. Золото утопим в реке, там есть несколько мест, откуда потом его можно будет достать.

Ну какой молодец мужик! Стоило только намекнуть, он операцию разработал на «отлично», все организовал как надо, просчитал последствия и придумал правдоподобную легенду, чтобы не канало за нарушение перемирия. Надо будет похвалить, мол, вы и так тут умные и толковые, все знаете и умеете, я вам и не нужна вовсе. Мужчина от такого тает и начинает соображать в два раза быстрее.

За Мороном выступил Лирет, который тоже оказался не промах. Оказывается, банкиры дали ему заем на ведение войны, в частности, на выплату жалованья солдатам. Как правильно советовала госпожа Ася, не под залог казны, а под будущие доходы государства. Деньги уже поступили, выплаты начались. А казна под шумок перевезена сюда, в крепость, под видом провианта. Последняя партия пришла сегодня утром. Деньги и ценности находятся в подземелье, ключи он торжественно передает принцу Арку и просит наложить охранные заклятья.

Умница, все отлично организовал, даю что угодно – враг эти маневры прохлопал. А теперь мы сидим на деньгах, и собственные банкиры противника за нас болеют.

Керлен тоже доложился. Десяток ребят-лебдов, получивших офицерскую подготовку, но не получивших звания, заброшены в тыл противника. Каждый стараниями Анколя имеет пару – мага-полукровку. Перед ними поставлены конкретные задачи: создать диверсионные отряды для действий в тылу противника. Главная задача – разрушать коммуникации и нести информацию для наемников. Убивать, применяя штатное воинское оружие, им запрещено, чтобы не получилось, что перемирие нарушено. Двое отправлены в окрестности столицы, еще двое – в тот самый треугольник, где будет проезжать обоз с золотом. Остальные рассредоточены по стране, упор на работе среди наемников. Двое – это про офицеров. Каждый из них действует вместе с магом. После победы им обещаны награды, звания и права как у офицеров-аронайцев. Жалованье за полгода им выплатили вперед. Если их поймают – они действовали на свой страх и риск.

И этот молодец. Я просто обожаю этих ребят. В кои-то веки я дала разумные советы и им последовали. И это в мире где мужской шовинизм зашкаливает. А в нашем политкорректном меня бы никто слушать не стал.

Послушав доклады, Арк выразил свое одобрение и дал несколько ценных указаний, смысла которых я не уловила. В общем и целом речь шла о том, чтобы не проколоться и не оказаться нарушившими перемирие. В этом они лучше меня разбирались. Мало ли какое там заклинание и как оно на что реагирует. Специалистам виднее.

Потом мы стали обсуждать что делать дальше. Нужно заставить противника самого нарушить перемирие, но как это сделать? Получалось что никак. Этот король Каферт не идиот собственными руками рыть себе могилу.

– А если он будет уверен, что перемирие уже нарушено? – задала я глупый вопрос.

Все внимательно посмотрели на меня. Я захлопала глазами и притворилась блондинкой. Не помогло. Все продолжали на меня таращиться. Тогда я спросила:

– Я что-то не то сказала? Что вы все на меня так смотрите?

– Успокойтесь, Ася, Вы сказали самое то. Просто я, например, думаю, почему никому из нас это не пришло в голову? – веско произнес Морон, – А теперь скажите, как вы это видите?

– Я не вижу… Я подхожу к вопросу с эмоциональной точки зрения, в смысле, пытаюсь представить себе чувства противника. Если его сначала дожать, довести до того, что хлопни в ладоши – он до потолка подскочит, то любая провокация может вызвать спонтанный ответ.

– Здорово, но непонятно, – заметил Керлен, – Можно поподробнее?

– Ну, представьте себе, что у вас в тылу все время что-то происходит. Рушится, взрывается, пропадают отряды, золото, вон, не довезли, наемники разбегаются… Во дворце то люстра упадет, то еще что-нибудь такое же приятное случится. А тут около демаркационной линии… Кстати, где она проходит? Я знаю, что она длинная, я имею в виду ближайший к столице участок, где сосредоточены значительные силы.

– По реке Амбире. Мы с одной стороны, противник с другой.

– Видно друг друга хорошо?

– Отлично видно.

– То, что надо. На нашем берегу собралось огромное войско. Все время проводятся учения. Стреляют пушки. Видно, что армия готовится наступать. У нас все хорошо, у него все плохо. Мне кажется, это тоже деморализует противника. Но! Он не боится, что мы нападем, потому что у нас магическое перемирие. Кто его заключал с нашей стороны?

– Архимаг Миритон, Глава наших магов.

– А что вы можете о нем сказать?

На этот вопрос стал отвечать Анколь. Конечно, ученик Миритона должен это знать лучше других.

– Это очень сильный маг, но уже старый человек, ему четыреста восемьдесят один год. Мы все его безмерно уважаем. Еще отец королевы Амрит дал ему титул Отец Отечества. Это значит, что его заслуги просто неоценимы. Мы не можем подставить такого человека, смерть при нарушении перемирия не только неотвратимая, но очень мучительная.

– Я и не предлагаю его подставлять. С ним нужно договориться. Он вообще вменяемый?

– Более чем. Он мой учитель, я с ним часто общаюсь и могу подтвердить. А почему Вы спрашиваете, Ася?

– С вменяемым всегда можно договориться, если хорошо объяснить. Идея такая. Надо создать у противника впечатление, что либо уважаемым Миритоном не дорожат, либо он сам готов принять смерть ради отечества, которому он отец. Подождите на меня кричать и махать руками. Это же не обязано быть правдой. Лучше всего было бы договориться с самим Миритоном, чтобы слух шел от него. Например, у него есть заклинание легкой смерти, которое ему поможет умереть безболезненно и с пользой для дела. А он уже старый и смерти не боится.

– Но такого заклинания нет!

– А кто об этом знает, уважаемый Анколь? Если правильно сказать, будут думать, что есть.

– Обманывать нехорошо.

Ой как этот тупой маг меня раздражает. Валит все в одну кучу, не разбирая. Он бы еще на любые свои действия у врага разрешения спрашивал.

– Родных и друзей не просто нехорошо, их нельзя обманывать!!! А врагам лгать не только можно, но и нужно! Это не ложь, а военная хитрость!

Я уже кипела, Анколь меня просто достал. Тут неожиданно я получила поддержку от Керлена.

– Госпожа Ася абсолютно права. Если мы можем применить военную хитрость, мы обязаны это сделать. Ее идеи работают, надеюсь, и тут она не ошиблась. Если враг будет уверен, что мы не боимся нарушить перемирие, создать у него впечатление, что оно уже нарушено, будет легко. Я за это берусь.

Я чуть не расцеловала главнокомандующего. До чего мужик толковый, даром что глазки красные.

Все остальные загалдели хором, выражая поддержку Керлену и упрекая Анколя в непонятливости. Принц же поднял наиболее существенный вопрос о сроках. Тут я им напомнила, что наступление уже запланировано, оно должно начаться до окончания перемирия. А до этого должно исчезнуть золото для оплаты наемников, наемники должны массово перейти на нашу сторону, в тылу врага тоже должно стать неспокойно… В общем, полтора месяца на деморализацию противника, потом две недели на демонстрацию силы.

Миритона надо будет подключить параллельно с этой самой демонстрацией. Дальше – провокация, которая вынудит противника прервать перемирие. Логично?

– Принято, – сказал Арк – Так и будем действовать. Через две-две с половиной недели Анколь, Теан и Ася отправятся к Архимагу. Их задача – убедить его поступить соответственно нашему плану. Анколь едет от Совета магов, Теан от королевской семьи. Ася – наше тайное оружие, ее задача – убедить уважаемого Архимага. Миритона. Почему-то мне кажется, что он не устоит. На убеждение даю вам две недели, хотя думаю, что Ася справится быстрее. Поедете, как только будут сведения о денежном обозе. Совещание закончено. Дальнейшую работу предлагаю проводить в индивидуальном порядке. Пока все свободны.

Быстренько мы отстрелялись, всегда бы так. До обеда еще куча времени, а мы уже назаседались по самое «не хочу». Я тихонько вылезла из-за стола и попыталась отползти к себе в комнату, но у двери меня поймал Теан.

– Ася, давай поговорим сейчас. Время до обеда еще есть.

– Хорошо, договорились. А где? Здесь неудобно, а в моей комнате нехорошо как-то.

– Есть отличное место. Галерея на третьем этаже. Нас никто не услышит, но увидят все находящиеся во дворе внизу. Так что приличия будут соблюдены. Годится?

– Годится, – согласилась я. – Сейчас возьму что-нибудь потеплее, и пойдем.

Свою комнату я нашла без проблем, оказалось, путь я запомнила еще вчера. В шкафу меня ждали мои вещи, вычищенные и приведенные в порядок. Я взяла куртку на подкладке и посетовала, что у меня нет ни свитера, ни теплого шарфа. Холодно что-то в этой крепости. Теан проводил меня до комнаты и ждал за дверью. Оттуда мы пошли искать галерею. Вообще-то принц уверял, что дорогу знает, но мы так долго плутали, поднимаясь и спускаясь, заворачивая то направо, то налево, что я начала подозревать: он о ней понятия не имеет. Наконец Теан толкнул тяжелую окованную металлом дверь, и мы вышли на красивейшую галерею. Она шла по верху здания под самой крышей, окаймленная резными колоннами, завершавшимися изящными аркадами. Вдоль стены стояли мраморные скамьи, на которые можно было при желании присесть. Я дотронулась до мрамора и решила не рисковать: он был холоднее льда. Тогда я отошла от стены и оперлась на внешнюю балюстраду. Оттуда открывался потрясающий вид на долину, по которой мы вчера ехали сюда, а также на внутренний дворик крепости. Теан встал рядом со мной и повторил мою позу. Мы постояли некоторое время молча, потом он начал:

– Ася, я вел себя как дурак. Ты на меня больше не сердишься?

– Ой, да чего там… Не сержусь. Толку-то на тебя сердиться.

– Ты меня простила?

– Теан, больше всего на свете я не люблю выяснять отношения. Давай будем считать, что ты мне все сказал, а я тебе ответила.. Я больше на тебя не сержусь, я тебя простила, я понимаю причину, по которой ты так поступил. Так как ничего особо страшного не случилось, мои жизнь и здоровье вне опасности, и у меня даже есть надежда вернуться в мой мир не когда-нибудь, а примерно в тот день, из которого ты меня сюда забрал, то все в порядке.

По-моему, я все правильно сказала. Должен был понять. Надо, кстати, напомнить Анколю, что я все еще жду мой амулет перемещений. Видно, последняя мысль передалась Теану. Он вдруг засуетился и стал хлопать себя по карманам.

– Сейчас, Ася, я только найду… Вот!

Он торжественно протянул мне золотой кулон каплевидной формы. В середине бледно светился адуляр, а по боками и немного снизу располагались три нефрита, два зеленых и один молочный.

– Какая красота? Это что, мой амулет перемещений?

– Да, я сегодня утром взял его у Анколя, хотел сам тебе отдать. В качестве извинений, наверное. Я тебя отсюда забрал, я и даю тебе возможность снова оказаться дома. Смотри, большой камень в центре – накопитель и индикатор заряда. Заряд, строго говоря, невелик, на перемещение не хватит, но ты найдешь случай это исправить. Левый зеленый камешек переместит тебя домой, а если ты захочешь к нам вернуться – жми на белый. Ты окажешься в парке дворца в Мирене, у озера цветочных фей. Третий на всякий случай, его можно зачаровать на любое место. Ася, – Теан засмущался, – можно я на тебя его надену?

– Конечно можно, даже нужно, – я наклонила голову и расстегнула куртку.

Теан надел цепочку мне на шею, неуловимым движением отправил сам кулон за шиворот на грудь.

– Постарайся поскорей зарядить и носи не снимая. Даже когда купаешься. Мало ли что. Я очень за тебя боюсь. При малейшей угрозе жми на камень.

– Спасибо, Теан, ты настоящий друг. Но я не совсем понимаю насчет угрозы. Меня пугаешь ты, твой брат и Анколь не отстают. Что и кто здесь мне может угрожать? Или ты имеешь в виду войну?

– Война ни при чем. Мне очень стыдно, эту опасность навлек на тебя я. Прости меня Ася, но это не слишком добрый мир, особенно для таких как ты. -

Каких? Теан, не надо меня больше пугать, лучше объясни. До сих пор все было нормально, почему что-то должно измениться?

– Ну, далеко не все было нормально, ты просто или не знаешь, или не отдаешь себе отчет. Вспомни хотя бы барона Рекета. Он ведь не один такой. Хорошо, что он тебя просто потащил за собой, не ударил, не сделал ничего особо плохого. Другой мог бы сразу убить. Или стукнуть сильнее по голове, оглушить… Тогда мы просто ничего не успели бы сделать. Внешне ты похожа на лебду, или, скорее на полукровку. А значит, для аронайца ты – легкая добыча. Закон от них тебя не защищает. Извини, защищает в одном случае: если ты являешься собственностью аронайца, достаточно знатного и влиятельного, чтобы тебя защитить. Тогда у тебя на руке должен быть браслет с его именем и гербом.

– Как у рабыни?

– Почему как? Это именно рабский браслет.

– Лебды – рабы аронайцев? У вас здесь рабство?! – в моем голосе звучал неприкрытый ужас. Ни фига себе, а в книгах этого нет.

– Не все. Даже меньшинство. Вообще-то рабство отменено, но для женщин… Да и свободные лебды достаточно бесправны по отношению к аронайцам, особенно знатным. Прости, я вижу, тебе неприятен этот разговор, но когда я понял, что для окружающих ты лебда, я чуть с ума не сошел. Понял, что тебя каждый может обидеть, а ты ведь не спустишь, значит тебя могут и избить, и убить. По закону им ничего не будет. Да, ты сейчас мне скажешь, что тебя должен защитить твой статус. Но на тебе не написано, что ты – королевская гостья. Согласилась бы быть моей невестой, я надел бы на тебя обручальный браслет, хоть какая-то защита. Но самое плохое не это.

– Таких ужасов наговорил, оказывается, это не самое плохое. Что же тогда?

– То, что ты – магическое существо. Магов у нас немного, но они есть. Если тебя увидят и разглядят, начнут охотиться. Ничем хорошим это закончиться не может, поверь.

– Да, я понимаю. Бездонный источник энергии, или что-то в этом роде.

– Вот именно. Источник бездонный, а пользоваться ты им пока не умеешь. Охотники за силой – опытные сильные маги. От таких охотников защиты нет. Поэтому как только почувствуешь угрозу – отправляйся домой. Если маг не знает, что на тебе амулет перемещений, он его не заблокирует. Это твой единственный шанс. Поэтому носи его не снимая. Другой защиты ни я, никто другой тебе не дадут. Именно за этим я тебя позвал, а не для того, чтобы извиняться, объясняться или выяснять отношения.

Этими словами он меня так тронул, что я готова была разреветься. Хороший он все таки, добрый и любящий. Заботится обо мне несмотря ни на что. Кажется, Теан понял мое душевное состояние, потому что сказал:

– Все нормально, Ася, все будет хорошо. Я очень тебя люблю, но сейчас вижу: у нас не слишком много общего. Судьбы у нас разные и мы никогда не будем вместе. Пока мне непросто, но я привыкну к мысли что в мире есть другие женщины. Хотя таких как ты тут нет. Зато я всегда буду знать что где-то далеко в другом мире у меня есть дорогой и любимый друг.

Вот тут я окончательно заревела, бросилась ему на грудь, облила слезами, уверяя в вечной дружбе, и Теану пришлось вытирать мне нос собственным платком.

Дальше он мне напомнил, что не обязательно стоять на ветру, когда можно идти обедать. Нам еще предстоит совместное путешествие к Миритону, во время которого он клянется защищать меня даже ценой собственной жизни, чем вызвал новый поток рыданий. Но вот слезы у меня наконец закончились и мы пошли обедать.

Увидев, как мы входим вместе, Арк нахмурился и посмотрел на брата довольно злобно. Неужели ревнует? Но Теан вел себя так замечательно, что к концу обеда чело старшего принца разгладилось. Теан же всю дорогу казался безмятежным. Надо сказать, вся эта история пошла парню на пользу. Он вдруг в одночасье стал взрослым. Теперь даже я видела в нем не чудушко бестолковое, а достойного человека, пардон, аронайского принца.

Когда мы выходили из зала после обеда, Арк дернул меня за рукав.

– Задержитесь, Ася, я хотел бы обсудить с вами вашу миссию.

– Да, Ваше Высочество, я готова вас выслушать.

Дверь за остальными закрылась и Арк тут же набросил на нас полог незаметного. Симпатичное заклинание, надо его получше освоить.

Естественно, прежде чем мы добрались до пресловутой миссии, надо было вынести мне мозг.

А что это я делала с его братом на верхней галерее? А почему видевшие утверждают, что я плакала? Ах, я действительно плакала? А почему? Может, я передумала, и хочу быть невестой Теана?

Если честно, сначала мне не хотелось обсуждать это с Арком, но он так меня допек, что я постаралась передать мой разговор на галерее дословно. Он выслушал, сообщил, что разделяет тревогу своего брата, думает, как меня обезопасить, поэтому и притащил сюда, где нет придворных и магов. Во всей крепости, кроме его приближенных, всего два человека могут быть опасны: комендант и его сын. Они знатные аронайцы, остальные офицеры по родовитости им значительно уступают. Им меня представят как возлюбленную принца, какого, я могу выбирать. Арк бы предпочел, чтобы я числилась за ним, он все же выше по положению, на его женщину вряд ли кто покусится. Все будут думать, что я его любовница? Ну и что? Пусть думают. Главное, я буду в безопасности. Лучше, если народ видит простое объяснение тому, что принц всюду меня за собой таскает, чем теряется в догадках, зачем он это делает.

Я прикинула так и этак и возразила: если все будут думать, что я любовница принца Аркантейла, как тогда объяснить, что к Миритону меня повезет принц Теаноферн? Может, действительно объявить что я любовница Теана? Будет логично. Он где-то болтался два месяца, потом вернулся с женщиной, которая его, по его словам, спасла. Теперь он эту даму ценит, любит, вон, своей любовницей сделал. Почему не невестой? Рылом не вышла. Девушка недостаточно знатная.

А почему я в походе спала в палатке Арка? Потому что он хороший брат, охраняет девушку в отсутствии Теана.

– Ася, ты меня все время удивляешь. Ты врешь так красиво и естественно, но на самом деле ты вовсе не лгунья. Наоборот, ты очень честное и искреннее создание. Моя королевская магия дает мне возможность видеть это совершенно отчетливо.

– Арк, я не получаю ни малейшего удовольствия от вранья. Если бы было можно, я предпочла говорить ровно то, что есть на самом деле и не участвовать в обмане никаким боком. К сожалению, это вопрос безопасности, а скорее даже жизни и смерти. Моей. Как-то мне не очень улыбается быть изнасилованной и убитой вашими знатными господами или разобранной на запчасти вашими магами. Я хочу попасть домой живая и здоровая., а это очень подстегивает воображение. Тебе я врать не буду, не надейся.

– Почему ты так сказала: не надейся?

– Потому что тебе или Теану я не стану лгать даже для своего спасения. Вы мои друзья, с вами я буду честной во что бы то ни стало. Даже если правда вам не очень понравится.

– Почему?

– Потому что о своих друзьях надо заботиться, как о себе. А для меня лучше знать неприятную истину, чем заблуждаться и действовать на основании ложной информации.

У Арка вдруг сделалось такое выражение лица, что мне стало не по себе: лукавое, насмешливое и, что там говорить, жестокое.

– Мне кажется, Ася, ты не всегда со мной так уж искренна и откровенна. Ты знаешь, о чем я?

– Ну и о чем?

– Ты отказываешь мне в близости, но ведь это не потому, что ты меня не хочешь, как пытаешься изобразить?

Он что, меня провоцирует? Очень глупо с его стороны. Сейчас ведь опущу ниже плинтуса.

– Хорошо, давай и тут расставим все по местам (хотела сказать про точки над «и», но их и в русском языке нет, а уж тут и вовсе могут быть непонятки). Ты мне очень нравишься. Очень-очень. Но на сегодняшний день быть с тобой – не в моих интересах.

– Объяснять, почему моя близость противоречит твоим интересам ты не собираешься. Это я понял. Но вдруг это не так? Может быть ты пересмотришь свое решение?

– Может быть. Но тогда должны измениться обстоятельства, а я не вижу для этого предпосылок.

Арк пересел поближе, обнял меня за плечи, прижал к себе и зашептал в ухо:

– Дурочка, эти решения не головой принимаются. Не надо с собой бороться. Не мучай себя и меня. Нам будет хорошо вдвоем.

Что он со мной делает? У меня сразу все кости стали мягкие, голова закружилась, сердце куда-то провалилось и громыхало теперь где-то гораздо ниже желудка. Боже, я не просто его хочу. Еще пара минут, и я сама… Ну, даже не знаю, что сейчас будет.

Арк сам все испортил. Он все шептал на ухо:

– Моя девочка, мое солнышко, мое сокровище, мое волшебное существо…

Эти два слова были как ведро холодной воды на голову! Как два ведра! СТОП! Волшебное существо, говоришь? Зарядное устройство?! Не хочу, не буду! Я вскочила и оттолкнула принца, который, чувствуя, что я сейчас сдамся, расслабился. Он чуть не упал, но удержался на стуле, а вот глаза стали сначала круглые, а потом сделались как у побитой собаки. Но я не стала поддаваться жалости.

– Ничего не изменилось, Арк. Не надо меня провоцировать. Конечно, ты можешь сейчас воспользоваться моментом, но гарантирую: ты об этом пожалеешь. Если, конечно, я пока нужна тебе здесь.

Выражение побитой собаки сменилось на безграничное удивление:

– Ты хочешь сказать, что активировала бы амулет? Но почему?

– Потому что не готова за мгновение удовольствия платить непомерную цену. Я прекрасно понимаю, что мы с тобой не просто мужчина и женщина. Я магическое существо, а ты маг, который может и хочет использовать мою силу. Так честно? Давай оставим этот разговор. Ты собирался обсудить со мной мою миссию. Вот и обсуждай.

Арк вдруг стал как будто старше и ниже ростом. Плечи ссутулились, глаза погасли. Он тихим голосом, лишенным какой-либо окраски, стал излагать свой план по посещению и уговариванию Архимага Миритона.

Ехать надлежало к морю. Не очень далеко, но дальше, чем отсюда из Мирены. Прямой дороги нет, придется делать крюк, первые два дня ехать вдоль горной гряды, а от Зома повернуть и спуститься к морю. Зом – это большая деревня в которой бывают ярмарки. От нее до моря полдня пути. По побережью еще день-другой и мы достигнем главного морского порта страны Риспы, в ней переночуем и в середине следующего дня доберемся до деревни, где живет Миритон. Все это с учетом использования амулетов «быстрого пути», иначе месяц придется ползти.

Нужная нам деревня расположена в устье Амбиры, главной реки королевства. Архимаг всю жизнь прожил в этой деревне, хотя в обязательном порядке дважды в год посещал столицу на лодке. Из всех видов транспорта он признает только водный и в Мирену никогда бы не приехал, из его деревни туда на лодке не доберешься. А сюда, в крепость, и подавно. Миритон – учитель Анколя, поэтому должен неплохо принять тех, кого ученик к нему привезет. Еще один плюс: Архимаг, в отличие от большинства своих собратьев, хорошо относится к женщинам, не считает их источником зла, не презирает, даже берет в учение. Самое опасное тут, естественно, что он может захотеть использовать меня как источник энергии. Для этого Анколь должен с ним предварительно поговорить, объяснить, что к чему. То, в чем я подозреваю принца, Миритону недоступно по возрасту, он давно уже не мужчина. А другие способы получения моей силы небезопасны. В смысле, смертельно опасны. Старика бояться не стоит, он себе не враг. Архимаг потому и дожил до такого преклонного возраста и продержался столько времени в должности Главы Совета Магов, что очень умен и осторожен.

Больше всего принц боялся за мое появление в Риспе. Там живут маги, двое или трое, мало шансов что мы с ними встретимся, но все может случиться. Богатые аронайцы там тоже есть, но от них меня защитит присутствие Теана. Только не надо куда-то ходить без него, это может плохо кончиться. Если бы можно было объехать этот город, он бы посоветовал объехать, но, к сожалению, другой дороги нет.

На изучение маршрута и его возможные изменения у нас есть как минимум две недели. Если я действительно собираюсь выдавать себя за любовницу Теана, то перед отъездом мне надо будет надеть на руку особый браслет с гербом принца.

– Рабский?

– Тебе уже сообщили? Да, рабский. Но мы его не будем заклепывать, это значит, твое рабство добровольное, вызванное любовью, и ты в любой момент можешь его снять. Сама. Прости, это вынужденная мера. Мало кто в этой стране станет связываться, рискуя получить во враги принца Теаноферна. Он любимый сын короля Саргола и наиболее вероятный следующий владыка Арроны.

– А ты?

– Давай не будем об этом. Сейчас я принял на себя эти обязанности потому что идет война. Если же настанет мир, и дойдет дело до того, на чью голову будет возложена корона, мне придется отказаться в пользу брата. Не думай, меня это не слишком расстраивает. Я люблю братишку, он будет отличным королем, особенно теперь, когда поумнел и повзрослел немного.

– А ты откажешься… из-за своего отца?

– Ася, ты обратила внимание, что рядом со мной только четыре человека? Ну, пять, если считать Теана. А где остальные? Где представители знатнейших домов, где цвет Арроны? Никто из них меня не поддерживает. Я – отщепенец. Меня терпят как хорошего военного вождя, но это ненадолго. Не важно, чем закончится война. Если нас разобьют, знать Арроны поддержит Каферта, он чистокровный аронаец. Если мы победим, король вернет себе престол, и я опять буду не у дел.

– Есть третий вариант. Мы победим, но король сгинет в плену. Это возможно?

– Возможно. Тогда королем станет Теан. Меня не примут в этом качестве ни при каком раскладе. Меня радует то, что ты сказала «мы победим». Ты меня поддерживаешь. Для меня это очень важно, Ася.

Поддерживаю, конечно. Мне кажется несправедливым то, что он, такой умный, замечательный, со всех сторон прекрасный, а не может рассчитывать ни на что, даже если победителем въедет в свою столицу. Ему скажут: «Всем спасибо, все свободны», и все. А он мог бы, по моему разумению, быть отличным правителем, справедливым, мудрым и, как теперь говорят, эффективным.

Изучая книги по истории и политэкономии Арроны, я поняла: основной тормоз ее развития – непримиримые противоречия между лебдами, создающими все богатства страны, и аронайцами, эти богатства потребляющими. Крестьяне, ремесленники, купцы – это все лебды. Среди аронайцев полезны всего две профессии: воины и маги, и то для меня полезность воинов в мирное время под большим вопросом. Но борьба этих двух рас за первенство не принесла бы ничего хорошего. Логичнее и практичнее было бы их сближение путем как законодательным, то есть уравниванием лебдов с аронайцами в гражданских правах, так и простым физическим, то есть межрасовыми браками. Арк, аронаец, в котором течет толика крови лебдов, мог быть идеальной фигурой для инициации таких процессов в обществе, стань он королем. Но, может, я переношу свои земные современные представления на неподходящую почву? И стоит ли мое мнение излагать сейчас принцу?

В общем, я отделалась несколькими ничего не значащими словами и поспешила уйти к себе в комнату. А там меня ждала та самая давешняя толстая тетенька. Бросилась ко мне как к родной и стала причитать, дескать, замучили мужики ребенка, затаскали, заморозили, а у несчастной девочки даже кофточки шерстяной нету. Вытащила откуда-то и напялила на меня шикарную теплую кофту, длинную, почти до колена. Вот тут только я поняла, как мне все время было холодно в этой долбаной крепости. Я попыталась выразить свою благодарность, и как выяснилось, зря. Слушать меня никто не планировал, тетенька хотела поговорить, а для нее это значило произносить монолог. После чего я услышала много нового и интересного, не имея ни малейшей возможности исправить неверные представления моей благодетельницы о моей собственной особе.

Дитятко милое, очень красивое. Лебда, конечно. Нет, скорее полукровка. Такой цвет волос удивительный. Очень редкий. И глаза… Глаза – просто чудо. Как звездочки небесные. Вот и доченька моя была такая же. Красивая, я говорю. Эта сволочь Марис увез ее в столицу, когда туда назначение получил. Обещал что никогда не бросит. А сам погиб, мерзавец. Не потому мерзавец, что погиб, а что девочку без средств и защиты оставил. Не подумал, не позаботился. А наследникам она не нужна оказалась, бедную девочку продали каком-то старцу. Теперь она даже домой вернуться не может. А ведь она не была рабыней, с Марисом пошла по своей воле.

Ну, принцы – они люди порядочные, хоть и аронайцы. Иза видит, что девочка с младшим принцем вместе. А сначала подумала, что со страшим. С младшим лучше. Он не такой бабник, о нем все говорят только хорошее. Хоть и чистокровный аронаец, и сын короля, но не сволочь какая-нибудь. Говорят, он вывез девочку издалека. Из-за моря, надо полагать. Вот поэтому у девочки и волосы такие, и глаза, каких здесь не встретишь. Девочку ведь Ася зовут? Правда? А тетеньку зовут Иза. Правда, похоже? Здесь в крепости Ася должна мерзнуть, тут очень холодно. Странно, что ее не предупредили, Обязательно нужно носить шерсть. Иза принесет, у нее есть свитера, кофты, теплые штанишки, все сама вязала. Здесь отопление центральное, внизу печь топят, а по воздуховодам в комнаты тепло идет. Только недостаточно этого тепла. Ничего, Иза принесла жаровню. Вот мы ее сейчас запалим, будет от нее жар идти, девочке станет тепло и хорошо.

Она действительно разожгла жаровню, пристроила на нее котелок и стала в нем варить что-то вроде давешнего глинтвейна. Мы дружно выпили, и мне стало просто замечательно. Иза между тем продолжала изливать свой поток сознания.

Аронайцы, конечно, разные бывают, но ждать от них добра глупо. Она так своей девочке и говорила всегда. Слушалась бы мать, была бы сейчас дома, живая и здоровая. Нет, против принца Теана у Изы нет никаких возражений, он очень добрый и порядочный, даже не верится, что король Саргол его отец.

Король? Ася не знакома с королем? Ее счастье. Покойная королева была святая женщина. Могда бы еще жить и жить. Он ее в гроб вогнал своей сволочной натурой. И как только умудрился короноваться? Ведь он даже не настоящий король. Благословлять он не может. Он-то требовал от Совета магов, чтобы открыли ему эту королевскую магию, но что они могут сделать, если ни капли королевской крови в нем нет? Принц Арк военачальник замечательный, солдаты его обожают. Слушаются беспрекословно. И маг он сильный. Много чего может. Лечит хорошо, мужу Изиному в позапрошлом году ногу спас, когда его горный тигр подрал. Мало не полноги отъел, а принц Арк с ним двое суток возился и все восстановил. Королевская кровь в нем течет, это точно. Но вот до девок охоч… Просто удивительно, как это Ася его постель миновала. Вообще-то он добрый. Тогда еще увидел, что Изина дочка любит Мариса, и не стал ее трогать. А ведь мог. Хотя счастья ей это все равно не принесло. Наверное Ася любит принца Теана, поэтому Арк ее и не трогает. Или наоборот, Теан любит Асю, а Арк не хочет брату дорогу переходить, потому что человек порядочный. Хорошо, что короля сейчас нет. Король бы не допустил, чтобы Ася так на воле жила в королевской резиденции. Заставил бы ее рабские браслеты надеть. Чьи? Свои. Своей любовницей бы сделал, сыновьям бы не отдал. Потому что хоть и лебда, но красивая, и внешность необычная. Редкость. Только его любовницей быть никому не пожелаю. Он лебд и полукровок ни в грош не ставит. Бьет, унижает, надоедят – отдает приближенным. Долго никто не выдерживает. Тех, кто пытается протестовать, наказывают. Как? Ой. Лучше не спрашивать. Плохо то, что он, пока жив, настоящий король. Никто не сможет короноваться до его смерти. Это магия. Не имея законного права на трон сесть нельзя – сгоришь. Хотя Саргол тоже не настоящий: благословлять силы не имеет. Где король сейчас? Где-где… В плену у Каферта. Знамо, тот его на нашей земле не оставил, отправил в темницу на своей территории, говорят, держит в какой-то крепости. Крепость вроде нашего Турана, в предгорьях. Там воздух здоровый, никакой заразы нет, Саргол там еще сто лет проживет, а то и все двести. А стране столько лет без законного монарха нельзя.

Ну, если Каферт победит, а это возможно, он убьет Саргола и сможет сам короноваться. А вот если он проиграет, будет торговаться за жизнь короля, но никому из принцев короноваться не даст. Если только его не убьют. Но и его наследник будет вести ту же политику. Наш король, конечно, может отречься в пользу сына. Такой для этого есть специальный артефакт. Но надо же эту штуку в темницу доставить, Саргола уговорить, чтобы он отречение подтвердил, а потом артефакт обратно принести, чтобы можно было обряд проводить. Да этот скот еще и не согласится отрекаться-то! Ему страна не важна, лишь бы его амбиции никто не задевал. А уж в пользу принца Арка он ни за что не отречется.

Почему Иза это все говорит? Конечно, если кому передать такие ее слова, можно Изу сразу казнить за государственную измену. Только Изе не верится, что Ася такая гадюка. Она же хорошая девушка, да и сдать Изу не в ее интересах.

Что-то я ото всех этих разговоров охренела. Иза продолжала бубнить, выдавая мне государственные секреты, а я ее уже толком не слушала. Думала от том, что влетела я в эту историю как кур в ощип. Теперь мне деваться некуда – надо помогать, раз взялась. Но вариант с восстановлением на троне короля Саргола мне активно не нравится. Чтоб он сдох, старый пердун! Тогда решение дастся мне гораздо легче.

Я вспомнила, что мои самые горячие желания в этом мире исполняются как по заказу. Может, и тут сработает?

Иза тем временем продолжала критиковать существующий строй и вспоминать, какая хорошая была ее дочка. В потоке ее речей мелькнуло слово «браслет», и я решилась. Вклинилась на полном ходу и спросила, что за браслеты Иза все время поминает. Умница я! Тетка тут же переключилась и вылила на меня поток информации.

Оказывается, браслеты бывают брачные и рабские. Рабский – один, он как бы вместо ошейника. Он не сплошной, его на руке заклепывают. Правда дед королевы отменил рабство. Отменил-то отменил, да не полностью. То есть, пошел навстречу пожеланиям тех трудящихся (рабов), которые не хотели менять своего статуса. В смысле, если хочешь, можешь быть рабом. Ни фига себе постановочка вопроса. Сейчас сохраняется практически один вид рабства – любовное. Это уж точно бред какой-то. Рабы, то есть рабыни, могут быть только у аронайцев. Если такой берет себе любовницу лебду, он надевает ей браслет, но не заклепывает. Это значит, она находится под его защитой. Есть другой вариант. Девушку может отдать такому покровителю ее семья. За долги например. Тогда браслет заклепывают. Девушка может поступить в публичный дом. Там ей тоже наденут браслет и заклепают. Да, можно сказать что рабство сохранилось только в отношении женщин. Причем это рабство сексуальное. Другой путь – брак. Замужней надевают не один, а два браслета. Первый – при помолвке, второй – на свадьбе. Они сплошные, их во время обряда запаивают магией. Как отличить брачные от рабских? Рабские браслеты гладкие, на них имя хозяина и его герб. Брачные – узорчатые, у мужа и жены узор одинаковый. Иза поддернула рукав кофты и показала. На ее руках красовались потемневшие от времени серебряные браслеты с узором из стеблей чертополоха. Красивые.

А как же юные девушки? Лебды, еще не вступившие в брак? Они, получается, совсем беззащитны?

Их защищает семья. Поди встреть на улице девицу лебду без сопровождения. Никто ее просто так на улицу не выпустит. Разве что уродину. Или если семья нищая. Ну, нищей девчонке лучше найти себе покровителя. Вот замужнюю никто не смеет обидеть, впрочем, как и обрученную. Да, до пятидесяти лет девочка считается ребенком, такую тоже трогать нельзя. Ну, за этим папа с мамой смотрят. Девочек и одевают соответственно, чтобы сразу ясно было: малолетка.

Боже, какой заморочный мир. Тут десять раз подумаешь, стоит ли надевать этот пресловутый браслет. Изиной дочке он не слишком помог, когда ее мужчина погиб. А без браслета… Тут и призадумаешься. Почему женщинам везде тяжко?

Наконец меня позвали на ужин. Иза меня расцеловала на прощанье и обещала принести теплые вещи. Я и подумать не могла, когда закупалась в Мирене, что они мне понадобятся, легкомысленно понадеялась на весну и теплые денечки, а в горах холод собачий. Так что я поблагодарила добрую женщину и обещала, что мы с ней еще посидим, поболтаем. Ничего, что болтает она, я получаю бесценные сведения, которых нет в книгах.

За ужином я сидела притихшая и задумчивая. Наверное мое настроение передалось всей компании, потому что никто не заводил общих разговоров. Посидели, подкрепились, и разошлись. Теан догнал меня в коридоре и спросил, правда ли, что я готова для безопасности надеть браслет с его именем и гербом.

Я сказала, что решения пока не приняла, все может статься. Но пусть он знает, в любом случае это ничего не значит, наши отношения остаются прежними.

Дни в крепости потекли довольно уныло. Самым большим развлечением была еда. Мужчины еще ездили на охоту, я от этого наотрез отказалась, хотя стала брать уроки верховой езды у местного офицера из полукровок по имени Мир. Познакомилась я и с комендантом, но он, узнав, что я женщина принца Теана, смотрел на меня как на пустое место. Так как под предлогом заседаний Государственного Совета Арк отлучил коменданта от совместных трапез, он практически не оказывал влияния на мою жизнь.

Изин муж руководил здешними слугами. Так как в крепости женской прислуги, кроме кухонной, не было предусмотрено, Иза занималась мной сама. Она принесла мне теплые вещи, как обещала. Они оказались еще и красивыми. Я отказалась от платьев и ходила по крепости в брюках, сапогах и свитере, обмотав шею шарфом. Может, не женственно, зато тепло

В конце первой недели нашего пребывания стали поступать донесения от агентов в стане врага. Обоз с золотом пока только выехал и еще не достиг перевала, но к его встрече все было готово. На короля Каферта в пиршественном зале столичного дворца упала люстра, чудом его не убив. В окрестностях города Фирза бесследно пропала армия генерала Метера. Наемничьи полки этой армии уже влились в подразделения под командованием Керлена. Самого генерала нам доставили его же подчиненные. Он не платил им жалованье, зато сам как сыр в масле катался. Арк распорядился посадить генерала в подземелье до конца войны.

Донесения стали приходить каждый день. Из столицы по большей части забавные. Во дворце то канализацию прорвет и все дерьмом затопит, то что-то свалится кому-нибудь на голову, то вдруг у всех поголовно понос. Из дворца стало опасно выходить. То лошади понесут, то наоборот, при попытке выехать из дворца навстречу Каферту и его свите мчится стадо разъяренных быков.

Случаи все не то чтобы из ряда вон выходящие, вполне объяснимые, но неприятные, особенно когда случаются сплошь и рядом. Видимо, это сильно расшатало нервную систему Каферта. В последнем донесении говорилось, что во время обеда фрейлина случайно уронила ложку, так король подпрыгнул чуть не до потолка, орал на несчастную как на преступницу и посадил ее под арест на три дня.

Морон поздравил меня с успехом идеи о деморализации противника. Но по всей стране шли менее забавные, зато более важные процессы. После того, как Каферта бросила целая армия наемников, остальные призадумались. Жалованья им пока так и не выплатили. Была надежда, что известие о пропаже золота уменьшит армию противника более чем наполовину.

Все это радовало, но делать мне было нечего. Я читала все что под руку попадалось, даже изучила наставление короля Изара и подивилась, как военная мысль во всех мирах идет одними путями.

Принцы, Морон и Керлен сидели в крепости, почитай, безвылазно, если не считать охоту. Анколь и Лирет оказались довольно мобильными типами. Они вечно куда-то ездили, с кем-то встречались за пределами Турана Свои сведения они на общее обсуждение не выносили, но Арку, судя по всему, докладывали. Он ходил встревоженный, но довольный.

Время я проводила по большей части с Теаном. Нам каким-то образом удалось вернуться к нашим прелестным «досексуальным» отношениям. Мы читали и обсуждали прочитанное, спорили до хрипоты по всем основным вопросам бытия, а иногда, кооптировав Керлена, играли в их невозможные карты. Я быстро научилась и играла неплохо, если не начинала задумываться и зевать. Керлен снова и снова заставлял меня пересказывать ход тех или иных сражений, после чего мы разбирали ошибки полководцев. Через некоторое время главнокомандующий уже и сам стал неплохо разбираться в военном деле. Когда он принес мне схемы трех проигранных им битв и разложил по полочкам собственные ошибки, показав, как нужно было действовать для победы, я просто возгордилась. Парень растет на глазах, скоро сделается великим полководцем. Арк пару раз к нам присоединялся, но и только. У него, как видно, были другие интересы.

Анколь научил меня раскидывать полог незаметного. Моя магическая сущность и тут не преминула влезть. Если заклинание Анколя просто отводило глаза и не позволяло слышать, то мой полог гарантировал полную невидимость и неслышимость. Из-за этого я чуть не пострадала: мой учитель верховой езды пустил лошадь в галоп прямо на место, где я сидела с книжечкой, прикрытая только что созданным заклинанием. В последний момент мне удалось увернуться, но не избежать падения. Так что я прокатилась по мокрой земле, перепачкалась и от души приложилась локтем. Мой вой разорвал полог в клочья, а бедный офицер вытаращил глаза: там же только что никого не было. С заклинанием пришлось повозиться, правильно формулируя желание и вводя туда отводящие чары. Зато теперь меня не было видно и слышно, но никому и в голову не могло прийти переться туда, где я под ним сидела.

Как-то меня занесло в обеденный зал в неурочное время. Там сидели Арк с Лиретом, на столе были навалены золотые монеты, оба их считали, складывали сначала столбиками на столе, а потом скидывали в замшевые кошели. По выражению лица финансиста я поняла, что он хочет меня шугануть, но принц разулыбался, пригласил внутрь и велел закрыть дверь.

– Представляешь, деньги считаем при открытых дверях. Кто из нас так прокололся?

– Не знаю, – проворчал Лирет, – мне кажется, я запирал.

– Вот и мне так кажется. Но дверь была открыта, иначе Ася сюда бы не вошла.

– Что теперь препираться, кто дверь не закрыл, – примирительно сказала я, – Все равно теперь не вспомнить. Лучше давайте я вам помогу. Кстати, первый раз вижу местные деньги.

– Как? – опешил Лирет, – ты же ходила вещи покупать.

– Ходила, но денег на руки мне никто не дал. Анколь с торговцами лично разбирался. Монетки у вас красивые.

Мне тут же были продемонстрированы денежки разного достоинства. Профиля короля на них не было, вместо него изображали цветы и животных. Я рассказала про земной обычай чеканить на монете лицо царствующего монарха, Лирет поначалу заинтересовался, но решил, что дело нестоящее, и напомнил мне обещание рассказать про бумажные деньги.

Я начала, как водится, от Адама. Нудная я, люблю, чтобы все по полочкам. Рассказала про тамплиеров и их систему заемных писем, про векселя, а потом уже перешла к ассигнациям. Как ни странно, оба отлично въехали. Переглянулись и Арк сказал:

– Надо будет вводить.

– Точно. Хватит уже монеты в карманах по всему свету таскать. Банкам, опять же, прямая выгода. Сначала заемные письма, как у этих ваших…

– Тамплиеров, – робко подсказала я.

– Именно. Лет двадцать поработаем так, все привыкнут, а там можно будет на ассигнации переходить. Защиту магическую на бумагу нам Анколь разработает. Такую, чтобы можно было без присутствия мага накладывать.

– Защиту от подделок? – спросила я

– Естественно. Ну, и чтобы бумага меньше трепалась, все-таки деньги должны какое-то время находиться в обороте, – ответил Арк.

После этих слов Лирет саркастически хмыкнул и пробормотал в сторону:

– Ну, если твой братишка станет королем, введем обязательно, и не только это, а еще много чего. А вот если его папашка вернется…

Мы дружно сделали вид, что ничего не слышим, но Арк заметно помрачнел. А я поняла: короля Саргола здесь никто не жаждет видеть. А в других местах?

На следующий день я поймала Арка на той самой верхней галерее, где когда-то разговаривала с Теаном. Нельзя сказать что поймала, просто наткнулась неожиданно. Он сидел там на мраморной скамье глубоко задумавшись. Я хотел уже тихонько улизнуть, чтобы не мешать мыслить, но он меня заметил и хлопнул по скамье рядом с собой, приглашая разделить его уединение. Отказываться я не стала, тем более что на мраморе лежал теплый тюфяк, отморозить попу мне не грозило. Интересно, он сам догадался тюфячок принести или слуги постелили?

Разговор начался не сразу. Сначала мы просто сидели рядом, думая каждый о своем. Я, например, просто смотрела вдаль, любуясь тем, как весна украсила окружающий пейзаж. Окрестные леса теперь представляли переливы всех оттенков зеленого с добавлением розового и желтого. Поля сияли изумрудом молодых всходов, луга пестрели цветами. Ущелье, выходившее на равнину совсем рядом с крепостью, заросло дикой вишней и сейчас просто кипело белой пеной. Красивая здесь земля.

Принц думал о чем-то другом, потому что первые его слова были:

– Мы все здесь раненые.

– Раненые? – я изумилась.

– Я, наверное не правильно выразился, но ты не ослышалась, моя девочка. Раненые не оружием, а жизнью. В самое сердце. Такие истории здесь случаются сплошь и рядом, практически с каждым аронайцем было нечто подобное, но не для каждого оно стало чем-то важным, не каждый принял это близко к сердцу. Я имею в виду лебдов. То есть лебд, женщин. А вот для каждого из нас – это незаживающая рана. Наверное поэтому мы хотим изменить существующее положение, наверное поэтому мы вместе.

– Расскажи, – попросила я, – ну, то, что можно. Я не прошу открывать мне тайны, но все-таки… Расскажи.

– Хорошо. Давай начнем с Морона. Ты видишь, какой он. Спокойный, уверенный в себе, полный достоинства и очень умный. Я его привык уважать с детства. Он учил меня всему кроме магии. Его жену госпожу Лимарис ты знаешь. Милая болтушка, очень знатная, но для нее это не слишком важно. Она младше мужа лет на восемьдесят. У них с Мороном трое детей, две девочки и мальчик, довольно большие, но все еще учатся в школе. Счастливая семья. А его старшего сына ты прекрасно знаешь. Это Мир. Он учит тебя верховой езде.

Я аж захлебнулась. Вытаращилась на Арка, хлопая ртом, как рыба, вытащенная из воды.

– До того, как по настоянию семьи жениться на Лимарис, он жил с лебдой. Я ее никогда не видел, но вот ее сестру ты тоже прекрасно знаешь. Это жена здешнего смотрителя.

– Иза?

– Иза. Я не знал имени женщины Морона, только в лицо, и то потому, что Морон мне показал. Изина старшая сестра была его возлюбленной и жила в его владениях. У них была настоящая семья, если такое возможно между людьми в неравном положении. Она родила ему пятерых. Твой учитель Мир – старший. Когда Морон женился на Лимарис, он дал своей женщине дом и деньги, чтобы они могли жить ни в чем не нуждаясь. С тех пор он ее никогда не видел. Через некоторое время там, где она жила, разразилась эпидемия, все умерли, кроме Мира, который в ту пору уехал учиться. Не скажу, чтобы Морон был несчастлив с госпожой Лимарис, они любят друг друга, но он мне как-то признался, что не может забыть ту свою женщину и чувствует себя виноватым, потому что она умерла, а он даже не приехал на похороны.

Я положила себе обязательно рассказать про дочь Изы Морону, может, он захочет помочь сестре своей любимой женщины? Арку ничего об этом говорить не стала, просто попросила рассказывать дальше.

– Наш маг не женат. Для магов это обычное дело. Мало кто из них решается на брак, потому что не каждая станет терпеть в доме магические штучки. У Анколя была его первая любовь: девушка-полукровка. Она тоже обладала магическими способностями. Они вместе учились у Миритона. Ее я видел, очень хорошенькая. Глаза такого же цвета как у Анколя, а волосы – как вот эта полосочка на твоем свитере.

Ага, цвета лосося, или разбавленного молоком апельсинового сока. Рыжая. Красотка, что и говорить.

– Ну, она надела его браслет и жила с ним несколько лет. Потом они поссорились, она бросила браслет ему в лицо и убежала. Анколь дулся две недели, не искал ее. Думал, остынет и вернется. А потом узнал, что завтра ее казнят.

Я ахнула. Вот ужас.! Дикое Средневековье какое-то! Арк тем временем продолжал:

– Она случайно встретила на улице одного очень знатного господина, тот заметил ничью красивую женщину и велел ей идти за ним. Понятно, думаю, зачем. Она отказалась и попыталась убежать. Господин велел слугам ее схватить и отвести в свой дом. Там она попробовала защититься магией. Ей удалось. Господина разбил паралич. Девушку схватили, но вернуть тому типу здоровье она или не захотела, или не смогла. Ее приговорили к смерти за то, что она использовала магию против того, кто выше ее по статусу. В акции по ее спасению я принял непосредственное участие. Все-таки принц, даже не взрослый, может больше, чем просто маг. Никакого колдовства не понадобилось. Я просто воспользовался своими связями, некоторой суммой денег и знанием тайн наших подземелий. Девочку удалось вывезти на острова. Сейчас она замужем за приближенным моей сестры Аллиры. Вернуться на континент она не может, приговор не отменен.

Грустная история, хорошо хоть девушку удалось спасти. Но Анколь небось и до сих пор чувствует себя виноватым. Изображать гордость перед тем, кто беззащитен, глупо и нехорошо. Я не преминула сообщить свое мнение, но им, похоже, не слишком интересовались. Принц между тем продолжал свой рассказ:

– История Керлена самая забавная. Он у нас ходок почище меня. Ты ведь уже слышала, что у меня любовниц больше, чем волос на голове? – в подтверждение он тряхнул своей синей гривой.

Да в этой стране столько женщин не живет! Так я ему и сказала. Арк засмеялся.

– Ты совершенно права. Я, конечно, не святой отшельник, далеко нет, но молва склонна преувеличивать, и не вдвое, а раз этак в сто. Про себя я тебе тоже кое-что расскажу, но это будет даже не следующим номером нашей программы. Давай пока про Керлена. Он младший сын очень знатной фамилии. В нем даже есть капля королевской крови. Но семейство его обеднело, так что младшенькому вообще ничего, кроме знатности, не досталось. Тогда его женили на госпоже Тамин. Она из не очень знатного семейства, поэтому ее родня и польстилась. Я кажется тебе уже это говорил. Но денег у нее столько, что хватит купить полстраны. До брака у Керлена была одна любовница. По обычаю многих знатных семей, отец молодого человека, чтобы сделать его мужчиной, лет за пять до совершеннолетия дарит ему женщину. Керлену повезло, или не повезло, это как посмотреть. Его любовница была необыкновенно пылкая и страстная особа. Она приучила его получать и дарить удовольствие в постели, и чем больше, тем лучше. Он был очень к ней привязан, но довольно спокойно расстался, когда ему приказали жениться на Тамин. А вот Тамин оказалась сукой. Прости, я грубо выразился. Ты видела, как она изображает из себя даму строгих правил? Так вот, все это ложь. Она низкая, развратная женщина. Легче сказать, кто не был ее любовником, чем перечислить, кто был.

– И ты?

– И я. Надеюсь, Керлен не знает, хотя, если и знает, это ничего не изменит. Она очень горячая там, внизу, и совершенно ледяная в душе. Ей все равно с кем соединяться. Она не отказывает никому, кроме собственного мужа. Ей доставляет удовольствие его терзать. Я не могу этого понять, просто констатирую факт. Ты видела, во время нашего ужина Керлен хватал ее за ноги, собственную жену. Бедняга. Он ее ненавидит, но когда она рядом, хочет до умопомрачения. А в Мирене у него есть лебда, которую он содержит на деньги госпожи Тамин. Они любят друг друга и счастливы. Но эта девочка у него появилась недавно, года два всего. А до этого Керлен метался как заяц. Оприходовал все публичные дома Арроны и кучу добродетельных горожанок. Надо сказать, он никогда не пользуется своей властью, не настаивает на своих правах, а пытается обольстить или купить. Ему нужно обоюдное согласие сторон. Только так он получает удовольствие. Я под этим тоже готов подписаться.

– Обоюдное согласие сторон. Замечательные слова. Только это самое согласие может быть основой отношений. Все остальное – мерзкое насилие.

– Ты права, моя девочка, – Арк попытался меня обнять, – Ладно, не буду, – увидев, как я дернулась, он отстранился, – Не бойся, столь ненавистного тебе насилия я применять не собираюсь. Так вот, теперь история нашего финансиста. Она самая трагическая. У него в молодости тоже была постоянная любовница из полукровок. Я ее никогда не видел, но слышал, что она была красавицей. Черноволосая и черноглазая, да к тому же довольно сильная магичка. Она выучилась на целительницу и не зависела от Лирета материально, они просто очень любили друг друга. Я его помню молодым: совсем другой цвет. Зеленый, нежный как весенняя травка. Пел он чудесно, моя мать регулярно просила Лирета украсить наши балы и рауты своим пением. А потом он встретил госпожу Рагил, которая официально была признана самой красивой женщиной Арроны. Наверное влюбился в нее, она действительно была феноменально хороша собой, вся серебряная. Ну, Лирет ушел от своей магички и женился на Рагил. Он уже тогда был очень богат, поэтому ее семья согласилась. Только счастья с ней Лирет не обрел. Характер у Рагил был тяжелый, а взгляды на жизнь – до крайности суровые. Она запретила Лирету петь, следила, чтобы он ничем не уронил своего высокого рождения и звания мужа самой красивой женщины Арроны. Меньше чем за год она сумела сделать его глубоко несчастным. Тогда-то изменился его цвет. Стал таким, как сейчас. Все утверждают, что это произошло после смерти жены, но на самом деле все произошло при ее жизни, и она была тому виной.

– А потом? Анколь мне сказал, что Лирет вдовец. Она умерла?

– К этому я и веду. Однажды в городе он встретил свою прежнюю любовь и кинулся к ней. Она его сразу не узнала, а когда узнала, не захотела больше видеть. Сказала: не могу видеть тебя таким. А потом совершила страшное. Она прокляла госпожу Рагил за то, что она сделала с ее любимым. Для целительницы это непростительно. Ее должны были бы судить, заставить снять проклятие, после чего казнить. Но она их опередила, взяла и утопилась. А снять проклятие, наложенное умершим, невозможно. Госпожа Рагил долго и тяжело болела, умерла в страшных муках. Что сталось с Лиретом, ты видела, мне Анколь говорил, что вы рассматривали его энергетическое тело.

– Я помню, оно разорвано в нескольких местах. Вид не из приятных.

– Видишь, всем было бы лучше, если бы каждый из моих друзей мог остаться со своей любовью, не нарушая этим законов и обычаев. Про моего брата я тебе рассказывать не буду, думаю, ты сама все знаешь, судя по всему, ты его первая женщина, а я… В общем, никакой особо трагической истории у меня не было. Просто были женщины. Много. Я не пытаюсь выглядеть в твоих глазах лучше, чем я есть. Ты мне веришь?

– Верю. Ты рассказывай давай, а я потом выражу свое мнение, если сумею сформулировать.

– Моей первой женщиной была лебда. Ее мне по традиции прислал король, так сказать, объедки с барского стола. Она была добрая и милая, искренне старалась, чтобы мне было хорошо, а я ее не обижал. Потом она исчезла: королю не понравилось, что мы с ней нашли общий язык. Были другие. Не важно. Главное, я понял, что они не имеют возможности мне отказать. Значит, я для них не важен, они просто покоряются неизбежному. Мне стало скучно и противно. С другой стороны… Ты уж меня прости, но физическая близость это такая вещь… Познав раз ее наслаждения, все время будешь к ним стремиться. Тогда я стал соблазнять всех подряд. Предпочитал тех, кто не станет тащить меня к алтарям. Избегал только жен моих друзей, да и то вот госпожу Тамин случайно оприходовал. Хотя скорее она меня. Невинных девочек старался не трогать, зачем ломать жизнь юному существу. Хотя, если девица сама настырно лезет в постель… Всегда придерживался принципа, который тебе понравился: обоюдное и добровольное согласие. Извини, что я тебе об этом говорю, может быть, не стоит, тебе женщине, это слушать.

– Ничего, раз начал, договаривай. Я не юная невинная дурочка, смутить меня тебе не удастся.

– С одной стороны, я это понимаю, а с другой… Довольно пикантно говорить так откровенно с женщиной, да еще и с той, которая нравится. Но если ты согласна меня слушать… Так вот. По опыту могу сказать, что проблема аронаек в неправильном воспитании. Их учат не испытывать лишних чувств, а действовать строго по правилам. Поэтому они не получают от жизни удовольствия и играют скорее декоративную роль. В постели с ними скучно. Они ее используют для получения благ и власти над мужчиной. Еще рожают своим мужьям законных детей, но довольно редко. Лимарис с ее тремя детьми – скорее исключение. Да, я заметил одну закономерность: те аронайки, что более чувствительны, склонны к эмоциям, легче беременеют и рожают. От холодных бесчувственных сучек вроде Тамин детей не дождешься. Типичная аронайка, равнодушная статуя, рожает одного ребенка, максимум двоих, если первой родилась девочка. Потому что есть такое правило: в семье должен быть наследник. Мальчик. Проблема еще в том, что девочек-аронаек вообще мало, на всех не хватает. Но это я в государственные дебри полез, а обещал про себя рассказать. Я люблю женщин как таковых, но до сих пор у меня не было любви, о которой стоило бы говорить. Ты могла бы стать ею, если бы захотела.

Он взял меня за плечи, повернул к себе и заглянул в глаза. Кости сразу стали мягкими, в голове зашумело, как от стакана вина. В животе что-то стало поворачиваться… Но я взяла себя в руки и вернула ему бестрепетный взгляд. Принц отпустил меня, но продолжил говорить, глядя прямо в глаза:

– Что ты там говорила про влечение ума, души и тела? Со мной происходит именно это. Ты ни на кого не похожа, у тебя острый ум, твои взгляды на жизнь в чем-то совпадают с моими, ты много знаешь, но есть и многое, чему я могу тебя научить. Мне с тобой всегда интересно. С тобой можно общаться так, как ни с кем в этом мире. Ты не связана никакими условностями и предубеждениями, и, что немаловажно, меня к тебе тянет как магнитом.

Его голос околдовывал, завораживал, вызывал желание и лишал воли.

– Вот скажи сейчас, что тебя ко мне не тянет.

– Не буду.

– Что «не буду»?

Он меня дожимает? По его плану отсюда мы пойдем прямо в спальню? Обломись!

– Говорить не буду. Тянет, да. Но это ничего не меняет. Уступи я тебе, все так запутается… Будет только хуже. Тебе хуже, а мне гораздо хуже. Уж поверь, я знаю, что говорю.

– Ты все просчитала?

– Можно сказать и так. Ладно, давай закроем конференцию. Наверное правильно, что ты мне про всех рассказал, я на них поглядела другими глазами. Они хорошие, твои друзья, я им всем желаю удачи и счастья. Буду вам помогать, пока смогу. А ты выговорился, это тоже хорошо. Полезно для здоровья. Давай уже пойдем вниз и узнаем, нет ли новых донесений.

– Пойдем, дорогая. Да, чуть не забыл. Возьми, чтобы было.

Арк вынул откуда-то и сунул мне в руку кошель из тех, что мы вчера наполняли. В таком сто золотых монет. По местным меркам уйма денег. Только зачем они мне? Но отказываться не стала. Поблагодарив принца, зашла в свою комнату, половину денег высыпала в кармашек моего рюкзака, искренне пожелав, чтобы кроме меня их никто найти не смог. Пятьдесят монет я оставила в кошельке. Встретив вечером Изу, пришедшую проводить меня ко сну, я вручила деньги ей. Лишними не будут. Она долго кудахтала и хлопала крыльями, пытаясь убедить меня забрать подарок обратно, но я настояла на своем. Главным аргументом стало: может, она своей дочке сумеет помочь. Тогда тетенька от души поблагодарила и удалилась.

На другой день я постаралась воспользоваться полученным знанием. Отловив Морона во дворе, рассказала горестную историю Изиной дочери. Вроде как вчера ее случайно узнала и хочу понять, нормально это, или нет. Морон стал мрачнее тучи, потом сказал, что так, к сожалению, бывает, и быстренько откланялся. Подействовало. За Изу и ее дочь я теперь была спокойна.

Следующий день принес радостные вести: на перевале горцы напали на обоз и захватили половину. Другой половине удалось ускользнуть, но ей вслед была спущена лавина, так что вернуться невозможно. Теперь остатки обоза выбрались на заветный треугольник. В ближайшие не то что дни, часы, надо ждать известий.

Вид Аси в брюках и сапогах поразил Арка если не в сердце, то в очень уязвимое место. Круглая попка и стройные ножки под короткой курточкой выглядели настолько соблазнительно… Сама же девушка заметно робела. Интересно, а в ее мире лошади есть? Арк, уже сидевший в седле, хотел было спешиться и помочь иномирянке, но тут ее подхватили с двух сторон Керлен с Анколем и забросили на коня. Да-ааа… У кого-то ножки хоть и стройные, но до стремян катастрофически не дотягиваются. Хорошо, один из конюхов заметил это и пришел девушке на помощь, да так ловко, что она и не заметила.

Когда во время первого привала Ася отошла, нет, отползла от лошади шагов на пять, а потом повалилась на траву и даже от еды отказалась, Арк заподозрил неладное. Но когда они наконец-то остановились на ночлег, она просто упала рядом с конем и отключилась… Вот тут он испугался. Не давая никому приблизиться к девушке, он снял свой плащ и постарался ее в него завернуть. Ася не пришла в себя, только глухо застонала. Да что с ней такое? Она не производила впечатление изнеженной особы. Неужели нагрузка оказалась для не слишком велика? Вот дурак проклятый, ругал он себя. Привык с солдатами, а это тебе не мужик здоровый, а нежное, хрупкое создание. Не хватало еще ее уморить.

По его приказу быстро раскинули палатку. Он внес туда Асю на руках и уложил на раскладную походную койку. Ординарец принес вещи и обустроил второе ложе для принца. Ася все еще находилась где-то между сном и забытьем. Если с ней что-то случится, Арк себе никогда этого не простит. Может, ее можно полечить магией? Он бросился к Анколю. Тот задумался.

– Ну, не знаю… Она магическое существо, как будет реагировать на чужое магическое воздействие предугадать трудно. Попробуй применить обычные методы лечения, мазь, там, растирание, массаж… В конце концов она всего-навсего утомилась после конной прогулки.

Ага, прогулки… Девять часов в седле – такое не каждый мужчина выдержит. Как он не подумал об этом? Тут из палатки раздался стон, и Арк опрометью бросился на помощь. Ася уже пришла в себя, открыла глаза, в которых плескалась неприкрытая боль, и уставилась на принца. Если честно, он испугался, но постарался не подать виду и спросил небрежно:

– Ася, неужели вам до сих пор плохо?

Девчонка разозлилась, это было видно невооруженным глазом.

– По вашему, мне уже должно быть хорошо?

Она говорила четко, ясно, очень эмоционально, не давая ему слова вставить в свое оправдание, но ясно было, что она держится из последних сил. Когда же он попытался что-то сказать, то услышал в ответ:

– Тогда прирежьте меня сейчас, чтоб не мучилась.

От этих слов хотелось плакать. Бедная, ей совсем плохо, и завтра с утра сесть на лошадь она не сможет. Взять ее к себе? Но с двойной ношей конь быстро устанет, да и скорость снизится. Он нарочно взял такой темп чтобы за два дня доехать до Турана, только не рассчитал возможностей малышки. Он предложил ей лечение, она согласилась, но, откровенно говоря, Арк очень сомневался в том, что мазь ей так уж сильно поможет. И потом, как он собирается мазать ее бедра и… все остальное? С ними нет женщины, которой можно было поручить столь деликатное дело. Нет, он сам бы полечил ее с превеликим удовольствием, но вряд ли Ася согласится. В результате удалось намазать руки и верхнюю часть спины, но, во-первых, это принесло только небольшое облегчение, а во-вторых и он и близко не подобрался к решению основной проблемы – отбитого зада. Плюнув на предостережение Анколя, Арк решил попытать счастья и предложил магическое лечение. Ася даже сомневаться не стала, согласилась сразу.

И вот лежит она перед ним в одной рубашке и панталонах, и с надеждой смотрит, как он готовится: растирает и разминает ладони. А ведь она ему доверяет…

Пассы, призванные успокоить боль, обычно вытягивали силы, но сейчас все было наоборот. По мере того, как гримаса боли покидала милое личико, силы у Арка прибавлялось. Когда же Ася перевернулась на живот и он приступил к работе с отбитой попой и стертыми в кровь бедрами, сила просто хлынула в него чуть не сбив с ног. Собственный магический резерв за считанные секунды подрос процентов так на десять! Он еще немного поводил руками вдоль тела девушки, пытаясь определить, где еще болит. Видно, боль унялась, потому что она расслабилась и обмякла, подобно спящей. А может и впрямь заснула? Арк провел рукой вдоль позвоночника раз, другой, после чего его рука сама заползла на круглые упругие ягодицы и стала их нежно поглаживать… Ася вскочила так резко, что он не удержался, отлетел к стене и чуть не снес собственную палатку. Демоны, что она вытворяет?! Хотя… Сам виноват.

Ася, как только вылечилась, захотела есть. Арк и то уже удивлялся, как она за целый день не съев и крошки хлеба, еще держится. Он пожалел, что в походе нет нормальных слуг, но не стал об этом оповещать иномирянку. Пришлось вести ее к общему костру.

Она от души подкрепилась, выпила вина, раскраснелась и развеселилась. Тут парни в очередной раз подъехали с просьбой спеть, Ася не стала ломаться. Взяла лиру, тронула струны и запела. Демоны, у нее нет красивого певческого голоса, так почему же ее пение хочется слушать и слушать? Несильный, но приятный и верный голосок уверенно держит мелодию, глаза сияют, тонкие пальцы бегают по струнам, и все это исполнено удивительной силой, которая разливается вокруг и наполняет сердце теплом. Интересно, это тоже магия? В кокой-то момент Арк услышал, а вернее почувствовал, что девушка устала. И верно: она встала, извинилась и пошла к палатке. Провожал ее гром аплодисментов. Арк посидел со всеми еще немного, надо же дать девочке лечь спать, затем встал и пошел за ней, провожаемый понимающими взглядами. Дураки, ничего они не понимают!

Ася уже лежала, натянув одеяло до подбородка, но не спала. Боится? Нет, пожалуй. Просто спать пока не хочет. Он заговорил просто чтобы не молчать, она поддержала, не пытаясь рисоваться и кокетничать. Милый дружеский разговор неплохо друг к другу относящихся людей. Так хорошо и комфортно Арк себя давно не чувствовал. Почему-то сейчас, находясь с девушкой наедине, он смог отрешиться от желания ею овладеть, и просто болтал, как с сестрой. Она внимательно слушала. Задавала вопросы, было видно, что ее интересуют ответы…А потом вдруг спросила про короля Саргола, и Арка понесло. То, о чем он не говорил ни с кем кроме матери и бабушки, вдруг вырвалось на волю помимо его желания. Да, все это знают, но все молчали и молчат. Делают вид, что все нормально, но… А эта девочка сразу заметила, что что-то тут не так. Молчит, но смотрит так, что сразу ясно: она все понимает и сочувствует. Она на моей стороне. То, что она сказала про лебдов, после того как Арк ей вывалил не самые приятные моменты своей биографии, по меньшей мере удивило. Именно это он уже двадцать лет пытается донести до сознания аронайцев. Надо менять отношение и политику. Непредвзятый взгляд существа из другого мира, умного существа, в чем он и его друзья уже успели убедиться, полностью совпал с его собственным. Может, совпадают их взгляды и на другие стороны жизни? В любом случае эта девочка – друг, он правильно тогда ее назвал. Лукавил, играл, но попал в точку.

– Знаешь, я думаю, что мне повезло. С тобой действительно можно дружить, как с мужчиной. Даже лучше. Ты смотришь непредвзято, и у тебя есть своя система ценностей. Они не совпадают с нашими, но почему-то мне понятны и близки. Многое из того, что ты говоришь я чувствовал, но не мог, или вернее не решался выразить. Сейчас я радуюсь, что не сумел сразу сделать тебя своей любовницей. Это бы все испортило.

И она приняла его дружбу. Без ломания, просто и естественно, как дышала.

– Спасибо тебе за то, что назвал меня другом. Искренне, по-настоящему, не так, как тогда во дворце. Это мне действительно дорого и очень приятно.

Да, дружба – это прекрасно. Арк поглядел на девушку: тонкое одеяло не скрывало абриса тела, густые темные волосы прихотливо разбросаны по подушке. Зеленые глаза сияют, чуть приоткрытые яркие губы напоминают экзотический цветок… Дружба – хорошо, но эту женщину он хотел всю. Пусть не сейчас, но она должна ему принадлежать душой и телом.

– Ася, а по твоим понятиям дружба и любовь несовместимы?

Ее ответ поразил и обрадовал:

– Знаешь, в моем мире есть такое высказывание: влечение тела рождает желание, влечение души – дружбу, влечение ума – уважение. И только вместе они рождают истинную любовь. Как-то так, если я не ошибаюсь. Отсюда следует, что любовь никак не может исключать дружбы, которая является ее составляющей.

Здорово. Нет, правда здорово. Красиво сказано, а главное правильно. Арк твердо знал, что несмотря на длинную череду своих любовных связей он еще никого не любил, и, если следовать этому высказыванию, ясно почему. Еще ни разу в его отношениях не присутствовали все три составляющие. Даже две не присутствовали.

Но Ася… Лукавое создание! Если вдуматься в ее слова, не все еще потеряно.

На удивление следующий день оказался легче предыдущего. Арк держал Асю около себя, учил правильно сидеть на коне, внимательно следил за ее состоянием и утраивал привал как только видел, что она начинает уставать. На каждом привале лечил ее измученное тело, и каждый раз ликовал, ощущая, как растет его магический резерв. Анколь тоже сунулся, и, получив немаленькую дозу магии, вытаращил глаза.

Уже в темноте они въехали в Туранскую крепость. Можно было расслабиться. Асю увели неизвестно куда, утром надо будет спросить, где ее поместили. Из темноты возник Теан. Все правильно, мальчишка уже дня четыре здесь болтается. Поздоровался со всеми и сразу утащил куда-то мага. Интересно, зачем тот ему понадобился?

Утром Арк дернул Анколя по этому поводу. Оказалось, принц решил, что амулет перемещений надо отдать девочке как можно скорее. Желание потянуть время стоит засунуть себе куда-нибудь подальше: опасность слишком велика. Теан уже сделал расчет вероятностей, и Анколь не мог не согласиться с его доводами. Демоны, опять они действуют через мою голову. Но не признать правоту братца невозможно. Ладно, пусть Ася держит амулет при себе, пусть даже его зарядит, лишь бы не торопилась исчезать.

Дни в крепости потянулись спокойные, даже скучные. Главным развлечением служили совещания и совместные трапезы. Сюда же стоило причислить тренировки, но они давно уже были для принца привычной рутиной. Ася начала учиться верховой езде. Правильно, ей еще предстоит путешествие к Миритону, пусть учится и привыкает, там некому будет лечить ее очаровательный круглый зад. Анколю эту привилегию доверять не хотелось.

Остаться наедине даже для разговора им не давали. Все время кто-то терся рядом. Арк внимательно наблюдал и уверился, что все его друзья полюбили Асю. Морон опекал ее как отец. Керлен, к которому он ее немного ревновал, относился к иномирянке как к умненькой младшей сестренке: хвалил, баловал, и в открытую восхищался. Анколь… Ну что говорить о маге, для которого она – чудо природы? Его любовь – это страсть ученого к предмету его научного интереса. Все рядом с ней расцветали, улыбались и радовались. Только Лирет становился все мрачнее и мрачнее. Ясно было, что им завладела страсть, и Арк очень даже ревновал бы Асю, если бы не ее полное равнодушие к финансисту. Если ее душевное расположение ко всем остальным членам Государственного Совета было видно невооруженным глазом, то к Лирету она относилась никак. Не избегала, но игнорировала, причем это получалось не специально. Магически… Магически между ними была непроницаемая стенка.

Теан… Братишка вел себя идеально. Не навязывался, держал дистанцию, и в то же время заботился об Асе, как о дорогой гостье. Его стали допускать на совещания, и Арк с удивлением заметил, что парень, если вставляет реплики, то они по делу. Его замечания были уместны, его предложения разумны, а вопросы – в точку. Рассеянный, погруженный в себя юный принц уступил место более зрелому и разумному. Анколь всегда уверял, что принц талантлив, у него сильный аналитический склад ума, и сейчас это вдруг стало очевидно всем. Любовь явно пошла ему на пользу. Когда-нибудь мальчик станет достойным королем.

С Теаном все хорошо, если не считать одного: его идеи, что Асе что-то угрожает и ее можно защитить только одним способом: надеть на нее браслет. Невесты или рабский, безразлично. И, естественно, это должен быть браслет Теана. В общем, идея неплоха, от таких как барон Рекет девочку это защитит, но вот последствия для нее могут быть непредсказуемыми. Она совсем не понимает здешних обычаев и может так вляпаться! Хорошо, что пока она здесь, в Туране, это решение можно отложить. Интересно, а она сама знает про планы братишки? В душе Арка крепло убеждение: если Ася и наденет чей-нибудь браслет, то только его!

Пару раз Арк пытался преодолеть сопротивление девушки и уложить-таки ее в свою постель, но она держалась на удивление твердо, хотя поначалу и казалось, что еще чуть-чуть, и уступит. Что ее удерживало Арку было непонятно, он видел, что Ася тает как воск под его руками и все же не сдается.

Однажды она застала его врасплох. Принц поднялся на верхнюю галерею, чтобы поразмыслить в одиночестве. Слуга принес ему тюфяк, чтобы подстелить на мраморную скамью, и горячего вина. Арк сидел и думал обо всем, что произошло в его жизни за последнее время, да и не только за последнее. Отец, мать, король, война… Ася. Любое его размышление возвращало его к этой женщине. Ее забавные выходки и необычные представления о жизни, ее за душу трогающее пение, внимательный взгляд, загорающийся мыслью, и веселых искренний смех… Она уйдет в свой мир и все это уйдет вместе с ней. Вино было выпито, слуга унес кубок, а Арк все сидел и смотрел на раскинувшийся перед ним пейзаж, ничего не видя. Как странно, он повторяет судьбу своих друзей. Влюбился в женщину, с которой не сможет остаться. Рана в сердце…

Вдруг дверь отворилась и перед ним появилась та, о которой он только что думал. Он сделала приглашающий жест и Ася опустилась на скамью рядом с ним. В глазах внимание и еще что-то. Может быть легкое удивление. И тут помимо себя Арк произнес:

– Мы все здесь раненые…

Легкое удивление в глазах девушки превратилось в изумление. Пришлось как-то объяснять свои слова, и Арк рассказал ей истории всех своих соратников.

Она слушала внимательно, по лицу было видно что запоминает и делает выводы.

Главный орган человека мозг, даже если этот человек женщина.

Действительно, прошло меньше суток прежде чем из треугольника прибыл человек с известиями. Обоз повернул на столицу, но по этой дороге он не доехал даже до моста. Засевший на деревьях отряд диверсантов перестрелял всю охрану до единого человека, а золото спрятали в подводной пещере на реке по соседству. Гонец знал это место, раньше там жил огромный сом. Пустой обоз подогнали к мосту, после чего была дана команда разрушить шлюзы на горных озерах. Гонец сам не видел результата, он уехал раньше, но, как местный житель, уверял, что все должно было получиться. Следующие сутки мы сидели как на иголках. Очередной парень, приехавший с места событий долго извинялся. Все прошло не совсем так, как планировалось, вода пошла шире, поэтому его предшественник не смог добраться, погиб в разбушевавшейся стихии. Вал воды был раза в два выше роста человека. Мосты, обоз, все на свете смыло, как будто ничего и не было. К сожалению, пострадали местные жители. Нет, человеческих жертв среди местных нет, но несколько коз и свиней утонули, сараи унесло, огороды надо снова здорово возделывать. Полей на треугольнике нет, там только скот пасется. Пастухов предупредили, он отогнали стала повыше. В общем, все сошло удачно. Убытки относительно невелики, а золото для Каферта потеряно, и никто не знает, что именно произошло. Все списали на стихию. В храмах жрецы уже прямо говорят, что Каферт не снискал благоволения богов. Сам слышал. Где храм? Да на реке Амбире, там, где границу переходил.

Слушал парня совет с непроницаемыми лицами, но как только он ушел, все повскакали с мест, закричали, запрыгали от радости. Все сошло лучше, чем можно было мечтать!!! Я тоже сидела на этом совете, прикрытая невидимостью, чтобы не отвлекать гонца. Тут я ее сбросила, после чего меня перецеловали все по три раза, даже порывались качать, да я увернулась. Самым серьезным остался Анколь, который напомнил, что теперь ничто не мешает нам с Теаном отправиться к Архимагу Миритону за помощью и поддержкой. Арк рукой махнул:

– Поедете через три дня после того, как мы получим подтверждение. Сегодня всем отдыхать и веселиться. Только пусть гонцы не покидают своих комнат, чтобы солдаты не обрадовались раньше времени. А мы отметим событие под пологом тишины.

Хорошо у принца соображалка работает. Радость радостью, а маскировка маскировкой. Зато вечером у нас был пир горой! Все надрызгались вином, пели песни, плясали и меня заставляли. После пережитого они казались такими родными и дорогими, что я позволила себе расслабиться. Пела под свою многострадальную лиру, подпевала местным песням, танцевала со всеми, а потом меня уже ноги не держали, так я просто висела на очередной шее, а меня таскали волоком по залу. Но никто не обижался, всем это даже нравилось. Как потом выяснилось, я всем по очереди рассказывала, какие они хорошие ребята и как я их всех люблю. Всех вместе и каждого по отдельности. Хорошо еще что я в этом состоянии не вспомнила про то, что мне о каждом рассказывал Арк. Не сдала его и себя не подставила.

Утром я проснулась и почувствовала себя странно. Глаза открываться не хотели, но я их все же продрала, и обомлела. Во-первых, я не в своей комнате. Во-вторых, с обеих сторон ко мне кто-то прижимается. Чует мое сердце, это местная королевская семья в полном составе. Так и есть. Вот они лежат, голубчики, дрыхнут. Ничего себе группенсекс получился. Но ничего же не было, зуб даю. Я вся одетая лежу, в полном обмундировании. И мальчики тоже не голые. Хотя не такие одетые как я, они-то с себя верхнюю одежду поснимали. Блин, ничего не помню: что было, как я здесь очутилась… Ой, срамота. Я такого безобразия себе со студенческих лет не позволяла.

А в туалет хочется, однако. Надо выбираться. Если это принцева хата, тут где-нибудь за стеночкой санузел прячется. Я ужом выползла из ущелья, образованного спящими телами, но не успела встать на ноги, как меня поймали за руку. Арк проснулся.

– Ты куда это, если не секрет?

– Отпусти, я писать хочу! – решив, что честность – лучшая политика, ляпнула я.

Арк, видно, за всю жизнь не слышал от девушек таких слов, поэтому вытаращил глаза и разжал пальцы, да еще и ткнул в угол пальцем, мол, там твой туалет. Направление он мне показал правильное, и через несколько минут я вышла оттуда счастливая и довольная. Еще бы кто рассолу налил…

Принц все понял правильно, потому что встретил меня чашкой горячего бульона:

– На, выпей, от похмелья хорошо.

Я покивала в знак благодарности и села на краешек кровати пить бульон. Арк сел рядом с точно такой же чашкой. Оба мы молодцы. Когда аппетитная жидкость подошла к концу, он слегка толкнул меня в бок и спросил:

– Ты хоть помнишь, что вчера было?

– Не-а, – беззаботно ляпнула я, – А что, было нечто ужасное?

– Да нет, ничего особо ужасного, просто ты вела себя так… Так… Ну, не знаю, как назвать. Может, в вашем мире это нормально, но наши люди не привыкли, когда к ним на шею вешаются, объясняются в любви и при этом даже в щечку не дают поцеловать. Они не представляют себе, что так можно выражать дружеские чувства.

– Понятно. Когнитивный диссонанс случился.

– Что? – принц чуть челюсть не потерял.

– Ну, жизнь резко разошлась с их представлениями о ней.

– Вот-вот. Надеюсь, утром они не вспомнят, что вчера было. Двоих пришлось Анколю магически успокаивать, хотя он тоже с трудом держал себя в руках.

– И кого, если не секрет?

– Угадать сможешь?

– Чего тут гадать, твой финансист с главнокомандующим головы потеряли. Не Морон же. И не Анколь, раз он их успокаивал.

– Ну, с тобой даже неинтересно, ты всегда угадаешь. Просчитаешь.

– Вот чего я не могу просчитать, это как я тут оказалась, и где мы вообще. В твоей комнате?

– А вот и нет! Мы в гостях у Теана. Вставай, братишка! – потеребил Арк спящего. Тот что-то буркнул, повернулся на другой бок и продолжил дрыхнуть.

– Ладно, спит, и дай ему боги здоровья. Мы решили что пора проводить в жизнь легенду о том, что ты – женщина Теана. Он отнес тебя сюда после праздника. Вы вместе спали. Для всех ваши отношения очевидны.

– А ты тут каким боком?

– А ты что-то имеешь против? Я тебя же охраняю, дурочка. Мало ли что может случиться, пока вы тут оба в дым пьяные.

– А ты, можно подумать, трезвый как стеклышко.

– Да уж потрезвее многих. Ты и то больше меня выпила.

– То-то мне так хреново. Не приспособлена я к алкоголю, чувствую себя как отравленная. Спасибо тебе, от бульончика полегче стало, но до «хорошо» еще как до неба.

– Прости, я не знал, что ты так плохо вино переносишь, а то не стал бы подливать, и другим бы не дал. Но тебе весело было?

– Весело, – я тяжело вздохнула, – Ой, весело. Хорошо, что отъезд не на сегодня назначен. За пару дней оклемаюсь.

В этот момент до спящего наконец дошло, что он что-то в этой жизни пропускает, одеяло откинулось, и из-под него показались мутные лиловые глазищи. Увидев нас с чашками в руках, сокровище произнесло капризно:

– А где мой бульон? Я тоже хочу. Ой, голова раскалывается, – и он снова рухнул на подушку.

Арк выудил из камина пристроенный там котелок с бульоном, налил еще одну чашку и сунул брату. Я заинтересованно посмотрела , нет ли в котелке остаточков. Оказалось, есть, и совсем не такие уж остатки. Еще по чашечке всем найдется. Принц сразу все понял и налил мне вторую порцию, заодно и себе. Теан мухой выхлебал свой суп и тоже сунулся за добавкой. Налили и ему. Образовалась идиллия: сидят трое пьянчуг и лечат похмелье горячим бульоном. Между прочим, помогает лучше рассола.

Поправившись, мы стали обсуждать, что делать дальше. Надо как-то объяснить населению, что я им не в любви, а в дружбе объяснялась, успокоить страсти и найти консенсус. Что найти? Консенсус, вам говорят. Ну, чтобы все были не в обиде. В результате Теан вытащил откуда-то браслет и протянул мне: надевай, мол. Я впервые увидела этот знак добровольного рабства. Красивый, ничего не скажу. Золотой, блестящий, гладенький, из узоров только какая-то финтифлюшка по самой середке. Это, судя по всему, Теанов герб. Вокруг буковки мелкие, не разберешь. Это полное Теаново имя и титул. Надевать не хотелось прямо не знаю как, но я все-таки напялила. Надевалось это счастье на левую руку, к сердцу, надо понимать. Дырочку для заклепки я сразу не заметила, увидела потом. Ладно, не заклепали, и хорошо, в любой момент сниму без проблем. Я покрутила рукой с браслетом, и увидела, как расцвел младший принц и потемнел лицом старший.

– Эй, ребята, мы же договаривались. Это декорация, ничего не значит, ни к чему меня не обязывает. Кто-то думает иначе? Тогда я снимаю.

– Не дури, Ася, все все поняли. Должны мы как-то тебя защитить.

Это Арк суровым голосом, а Теан пролепетал жалобно:

– Ася, я все понимаю, но мне так приятно: хотя бы люди думают, что ты моя.

– Ладно, повеселились, и будет Пойду-ка я к себе, отдохну от веселья, – сказала я и, бросив братьев, потащилась в свою комнату.

Там разделась, вымылась, вымыла голову, выпила молока, которое Иза каждое утро оставляла у моей кровати, и завалилась спать. Проснулась после обеда свежая, как ранняя роза, причесалась, нарядилась в красивое платье, сверху накинула шерстяную кофту до колен и пошла выяснять, какие изменения в мировой политике принес день.

Народ по традиции сидел в обеденном зале, он же зал заседаний. Увидев меня все засмущались. Я одарила собравшихся лучезарной улыбкой, села и задала вопрос: нет ли каких известий. Вот что я такое спросила? Все на меня уставились, как будто я по меньшей мере голая. Я ответила недоуменным взглядом, тогда народ вдруг засмущался. Больные какие-то. Ну, я понимаю, культурный шок, но голова-то должна функционировать? Пили ВЧЕРА!!! Сегодня должны уже начать соображать. Меня не волнуют их глупые домыслы, я хочу знать, не произошло ли что-то важное, пока я спала.

Морон, сидевший от меня справа, попытался сгладить ситуацию, сказал, что я хорошо выгляжу, но, наверное, не помню, что было вчера. Здешние вина слишком сильно действуют на мою слабую иномирную голову. Спасибо, конечно, за любезность и желание помочь. Выходит, я на головку слаба, а сами все такие сильные и умные мужчины, это что-то! Ладно, если им это поможет вернуть себе душевное равновесие, я не возражаю.

Тут Теан, сидевший напротив, перегнулся через стол и взял меня за левую руку, открыв отличный вид на браслет всем желающим. Я от стыда чуть не померла, но народ отнесся к новому обстоятельству совершенно иначе. Лица у всех разгладились, появились нормальные дружелюбные улыбки, после чего меня все стали поздравлять. Лучше бы Теана поздравили. И чего все так обрадовались? Просто потому что непонятки разъяснились сами собой?

Да, по крайней мере какая-то определенность, теперь всем ясно, чья я женщина, и можно перестать об этом думать. Все-таки разница культурных традиций – это тебе не баран чихал.

К моему удивлению, наибольшее впечатление мой браслет произвел на нашего мага. У него глаза просто на лоб полезли. Что его так поразило? Сидевший рядом Арк шепнул мне тихонько:

– Зацепила ты нашего Анколя за живое. Он был уверен, что ты моя женщина. Или, по крайней мере, будешь моей. А теперь ты вроде как с Теаном по доброй воле, вот он глаза и таращит. Только не вздумай его разубеждать. В поездке такой расклад тебе же сыграет на руку. Открою тайну, он тоже по тебе сохнет.

Я зашипела ему в самое ухо:

– Ври, да не завирайся! По-твоему, здесь все как один в меня влюбленные. Это совершенно ненормальное положение создалось просто потому, что тут других женщин нет.

Принц мимикой изобразил, что не спорит со мной но остается при своем мнении, а вслух объявил:

– Итак, есть ли подтверждение слуха, что главный жрец Богини-Матери объявил Каферта неугодным во время вчерашней службы в главном храме столицы?

Вот это действительно интересная новость, важная.

– Пока нет, – произнес Морон, – ждем. Думаю, это верно, хотя кто-то мог выдать желаемое за действительное.

Молодцы ребята, ловко свернули с моей личной жизни на животрепещущие проблемы современности.

Не успел он это сказать, как нам принесли горячие напитки, вроде чая и глинтвейна. К ним подали печеньки и маленькие пироженки. Вкуснюшечки мои! От глинтвейна я отказалась, а чаю выпила с удовольствием.

Новости подоспели через сутки. Паренек лебд добрался до нас из столицы, уговорил какого-то мага открыть ему портал. Его привели прямо в наш обеденный зал, где мы к этому времени закончили завтракать и собирались немного посовещаться. Голодный, оборванный, он смотрел совершенно затравленным взглядом, и ничего не мог толком произнести. Благородные господа глядели на него с брезгливым недоумением: зачем такого оборванца к ним пустили. Я встала, подошла к мальчику, взяла за руку, усадила его в уголочке, налила кружку молока и вручила пирог с мясом.

– Так, ешь и рассказывай. Ты сам откуда будешь?

– Я из столицы, госпожа, из Амбирены. Мой отец шорник, наша лавка на Зеленом рынке, что близ храма Богини-Матери.

– Когда ты выбрался из столицы?

– Пять дней назад, благородная госпожа. Тогда как раз нашего главного жреца Богини-Матери схватили и отправили в тюрьму. А мой отец велел тайком пробраться к принцу Аркантейлу, потому что он единственная наша надежда, и все ему рассказать.

– Принц Аркантейл перед тобой.

Я жестом указала на Арка, мальчик закивал головой:

– Я вижу, благородная госпожа, принца мы все знаем в лицо.

– Вот и отлично. Рассказывай, что знаешь.

– Пришло известие, что в предгорьях сошли лавины, разрушило мосты и завалило перевал в горах. Несколько деревень пострадало. Камбенцы ждали какого-то обоза, который должен был прийти через этот перевал. А тут такое бедствие, и обоз пропал. Отец говорит, если вода высоко шла, там все должны были погибнуть, концов не найдешь. А беженцы оттуда утверждают, что вода шла в два человеческих роста. Даже если они рост лебдов имели в виду, все равно, страшная сила. Ну вот. После этого главный жрец Богини Матери Фелис вошел в храм и прямо у алтаря произнес речь, что камбенцы неугодны богине, что ее воля выражена достаточно ясно в стихийном бедствии, и что тех, кто противодействует камбенцам, Богиня благословляет. Я сам там был и все слышал. Набежали стражники и уволокли его в тюрьму, а он их проклинал по дороге. Среди стражников много наших, перешедших на сторону камбенцев, эти сволочи били нашего жреца пока тащили в тюрьму, – паренек заплакал.

Арк опустился на пол рядом с мальчишкой и стал его утешать. Он мне и так нравился, а тут вырос в моих глазах просто до небес. Но кажется никто из присутствующих не разделял мою точку зрения. Они смотрели на нас так, как будто мы обнимаемся с прокаженным. Причем на меня уже все рукой махнули, что взять с ненормальной, а вот принца им искренне жалко.

Не понимаю, что происходит. Мальчик привез нам важные известия, независимое подтверждение ранее полученной информации, причем совершенно добровольно! Даже пострадал при этом! Им бы его на руках носить!

Арк подтолкнул меня, и посмотрел так, что я почла за благо встать и отойти. Теан тут же уволок меня в коридор и стал распекать:

– Ну что ты всегда лезешь, когда тебя не просят! Он бы и так все рассказал, а потом бы его покормили и наградили. Не думай, и без твоего руководства все сделают правильно. А ты зачем-то обнимаешься с этим оборванцем. Ладно, мы все привыкли, но он-то что о тебе подумает.

– Ну ты даешь! Он от вашего высокородного внимания перепугался и язык проглотил, а я его успокоила и разговорила. А теперь ты меня за это ругаешь. Думаешь, это правильно? Да, парень не герцог, и пробирался он сюда долго, усталый, голодный и оборванный. Тем больше его заслуга! А вы на него смотрите как на кусок дерьма! Один брат твой повел себя как приличный человек, даром что принц.

Я оттолкнула Теана и ушла к себе. Завтра выезжаем, надо готовиться, пусть разбираются без меня.

Рюкзак дожидался меня в шкафу. Я в сердцах стала запихивать туда все, что под руку попадется, и упихала-таки практически все мои вещи. И как они там поместились? Зашел Анколь, глянул, и присвистнул:

– Где ты этого набралась, Ася? Я тебя такому не учил. Сам не умею.

– О чем ты, Анколь?

– Ты наложила заклятие пятого измерения на свой мешок. В него теперь ползамка можно засунуть и не заметить.

– Не знаю, ничего я не накладывала. Просто хотела, чтобы все нужное вошло.

– Теперь войдет, не сомневайся. И таскать не тяжело: оно все в пятом измерении так и будет храниться, а у тебя в мешке только канал туда.

Хорошенькое дело! А как добро из пятого измерения доставать? Спросила у мага, он ответил:

– Если что нужно достать, представь это себе хорошенько.

Хорошо, что он мне подсказал, а то я бы стеснялась взять все. А зачем нужные вещи здесь оставлять, вдруг мы сюда больше не вернемся? Надо поблагодарить Анколя.

– Спасибо за совет и консультацию.

– Не за что. Такой мешок был у нашего прошлого Главы Совета Магов. Ну, тот был крут до чрезвычайности, Миритону до него далеко. Правда, характер был дерьмовый, от характера и помер. Сделал ошибку в пентаграмме, не захотел это признать и ошибку исправить. Так демоны его и утащили.

Рассказывая про какого-то древнего мага, Анколь сунул руку в мой рюкзак, пошарил там и снова вытаращил глаза:

– Ты его еще и от воров заколдовала! Теперь если чужой сунет туда руку, ничего там не найдет. Для него твой мешок будет пустым. А со стороны он выглядит туго набитым.

Он взвесил рюкзак на руке.

– Первый раз такое вижу! Как ты это сделала?

– Ну Анколь, я же тебе говорю, что не знаю, как что у меня получается. Просто я прятала туда деньги и подумала: хорошо бы никто посторонний ничего там не нашел.

– И не найдет. А мой мешок можешь так заколдовать?

– Могу попробовать. А ты не боишься, что я как-нибудь неправильно сформулирую, и ты сам там ничего найти не сможешь?

Маг задумался, мои аргументы показались ему вескими. Но переживал он недолго.

– Да ладно, ты к себе мои самые ценные вещи положишь? Тогда не надо ничего зачаровывать, обойдемся твоим мешком. И деньги все к тебе засуну. Целее будут.

На это я согласилась. Если все финансы будут у меня, то спасать из любой передряги меня станут первую. Анколь сбегал и принес мне пару красивых кожаных футляров и несколько мешочков с монетами. Я показала, в какие карманы запихнула ценности, и он отбыл удовлетворенный.

Утром меня подняли ни свет ни заря. Во дворе нас ждали кони. Не те крупные рыжие из Мирены, а местные серенькие лошадки, к которым я уже привыкла. Обо мне позаботились оседлали ту самую коняшку, на которой я обучалась верховой езде. За масть и спокойный нрав я ее прозвала Мышкой. Вполне подходящее прозвище для этой тихушницы, которая душу продаст за кусок лепешки с солью.

Анколь и Теан были одеты в свои дорожные костюмы, но с нами ехали еще трое солдат из гарнизона. Они сняли военную форму и оделись как горожане средней руки. Среди сопровождающих я с радостью узнала Мира, моего учителя верховой езды. Но он не простой солдат, он офицер. Нашей миссии придается большое значение.

Провожать нас вышел только Арк. Он сказал несколько слов солдатам, пошептался с Анколем, велел брату во всем слушаться мага и по любому мало-мальски важному вопросу советоваться со мной. До меня очередь дошла, когда мы все, ведя лошадей в поводу, проходили через туннель въездной башни в полной темноте. Вслух Арк посоветовал мне слушаться моего внутреннего голоса, а под шумок обнял и поцеловал. Змей коварный! Как я на ногах устояла, до сих пор понять не могу. Казалось, весь мир исчез, а поцелуй длится вечность. Я прижалась к Арку и закрыла глаза. Когда я их открыла, мы как раз выходили из башни на свет божий, и я, к моему удивлению, шла совершенно самостоятельно. Все садились на коней, никто не заметил никакой заминки. Мы тронулись в путь.

Все же какой молодец Теан, что притащил с собой эту замечательную девушку! И как ловко она все придумала! Пока все тупо сидели в крепости, ее по борьбе с камбенцами претворялись в жизнь. Ни один воин не скрестил оружие с противником, ни одна стрела не перелетела в стан врага, но диверсия следовала за диверсией. А если ее осуществляют совершенно штатские люди, то формальности соблюдены, перемирие не нарушено. Похоже, что новая идея Аси о том, что надо спровоцировать врага на нарушение перемирия имеет все шансы на успех. Вот еще бы Архимага уговорить помочь, а то он, даром что Отец Отечества, ни за что не рискнет своим драгоценным здоровьем.

Наконец пришло желанное известие о том, что обоз с золотом пропал и врагу не достанется, а в столице жрецы в открытую говорят, что Каферт неугоден Богам, стало ясно, что все сработало как надо. Перелом в войне наступил.

Пришло время отправлять Асю, Теана и Анколя на встречу с Миритоном. Было решено отметить это дело. В процессе Ася так нализалась, что просто чудо. Висла на всех без разбору и признавалась в любви. Братской, естественно, но пойди разбери спьяну. Арк с ума сходил, видя, как его друзья хватают за все доступные части тела женщину, которую он по большому счету уже считал своей. Поганка, почему она им позволяет так с собой обращаться? Совсем ничего не соображает?

Совсем. Выхватив ее из рук очередного партнера (по танцам, а Вы что подумали?), он уже хотел выговорить ей за непристойное поведение, и вдруг она опустила голову ему на грудь и тихонько засопела. Спит стоя, дурочка. Надо же было так упиться! Арк подхватил Асю на руки и понес из зала, но был остановлен Теаном, который тоже претендовал на этот приз. Или братишкой двигают иные мотивы?

– Арк, что ты собрался с ней делать? – голос младшего принца дрожал от волнения.

– Отнести в комнату и уложить спать.

– А тебе не кажется, что пора сделать что-то чтобы защитить Асю, а не опозорить ее? Отнесем ее ко мне, утром я уговорю ее надеть мой браслет. Пусть для вида, но по дороге в Риспу и дальше она должна быть под моей защитой.

– А потом? Потом, братец?

– А оно будет, это «потом»? Если ее не защитить сейчас, то она или погибнет, или, если успеет, уйдет в свой мир и уже не вернется.

Демоны, братишка прав. Когда речь идет о ее безопасности, думать о собственных интересах, по меньшей мере некрасиво, по большей – подло.

– Хорошо, Теан, отнесем ее к тебе. Но я останусь с вами.

– Как гарант безопасности? Не бойся, Арк, я не собираюсь воспользоваться ее состоянием.

– Не в этом дело. (как раз в этом, но…) Когда она проснется, тебе понадобится моя помощь чтобы убедить Асю согласиться. Да и в борьбе с похмельем у меня больше опыта, а тут полумерами не отделаешься, девчонка напилась глобально.

Теан не стал упираться, и принцы уволокли девушку в его спальню. На рассвете Арк принес с кухни котелок с бульоном и пристроил его в камине, в котором еще тлели угли. Верное средство не подвело. Отпоенная с похмелья горячим бульоном Ася была мила и покорна. Согласилась с доводами принцев и надела браслет Теана без разговоров. Вот только что смотреть на это будет больно Арк не предвидел.

За завтраком браслет увидели остальные. Теан сиял, как начищенный медный таз, но поздравлять его никто не торопился. Все сидели за столом мрачные, насупленные, и даже не пытались заговаривать с иномирянкой.

А вот в течение следующих дней каждый зашел к Арку с разговором.

Керлен и Лирет интересовались только одним: почему? Почему Ася выбрала Теана? Им Арк ответил, что это было ее решение. Хоть они и друзья самые близкие, но не маги, и лишнего знать им не надо. Анколь спросил практически то же самое, но смысл вопроса был другой. Почему Арк не надел Асе свой браслет, а допустил, чтобы это сделал брат? А если даже и так, то почему это рабский, а не обручальный браслет?

Хотел бы Арк сам это знать. Ответив то же, что и остальным, он добавил, что Ася надела браслет для вида и вольна его снять когда только пожелает. Анколь задумался, покивал и удовлетворился ответом.

Разговор с Мороном вышел далеко не таким легким. Глава Государственного Совета для начала поинтересовался, думает ли Арк хоть немного, прежде чем делать. Получив утвердительный ответ, он снова задал вопрос:

– А что же ты творишь тогда? Как ты допустил, чтобы Ася надела рабский браслет, да еще и не твой?

– Это ее решение, – холодно ответствовал Арк.

– Ее решение! Как она могла такое решить?! Она же ничего не знает об этих браслетах. А ты даже не попытался ей объяснить.

– Какое это теперь имеет значение? Теан едет с ней к Миритону и он ее защитит.

– А ты, дурак? Ты хочешь сказать, что она тебе безразлична и ты готов выбросить ее из своей жизни, предварительно опозорив?

– Морон, прости, я тебя бесконечно уважаю, даже люблю, как отца, которого я не знал, но не лезь не в свое дело.

– Знаешь, Арк, я люблю тебя как сына, но и Ася мне как дочь. Сыновей у меня достаточно, а вот дочерей больше нет ни одной. Думаешь, у меня глаз нет? Я же вижу, как ты на нее смотришь. Да ты в жизни ни на одну нашу самую знаменитую красавицу так не смотрел. Ясно, что она тебе дорога. Мы все ее полюбили, и твой Государственный совет, и простые солдаты. Нашему миру нужны ее ум и знания, но еще больше нам нужна она сама. Я не знаю, что вы там с Анколем говорите про волшебное существо, но всем нам она дорога не этим.

– Согласен. К ней тянется сердце помимо всех ее полезных качеств.

– Вот видишь, ты это понимаешь. Почему вы с Теаном делаете все, чтобы она ушла из вашей жизни? Чтобы не могла остаться и жить счастливой и уважаемой?

– Потому что она сама этого не хочет, Морон! Она жаждет вернуться в свой дурацкий мир и там остаться! Я ей не нужен, да и никто другой… А раз так, зачем усложнять задачу? Да, девушка, надевшая рабский браслет, не может рассчитывать на почетный брак, тем более с членом королевской семьи. Этот позорный статус – пятно на всю жизнь! Но ей плевать, пойми! Она поможет нам и уйдет, и я буду бесконечно признателен Богам, если она согласиться принять от нас что-то в благодарность.

– А ты не думал о том, чтобы привязать ее к себе? Сделать своей женой? Ты, уж прости, все равно королем не станешь, так что мог бы позволить себе такую роскошь – жениться на любимой женщине и сделать ее счастливой.

– Неужели ты думаешь что я этого не хочу?!

– Знаешь, кто хочет, делает, а кто не хочет, тот объясняет, почему сделать ничего нельзя. Ай, с кем я говорю…

Морон ушел, в сердцах хлопнув дверью. Арк тоже не выдержал, побежал на конюшню, оседлал коня и несколько часов носился по окрестностям, то ли надеясь, что ветер от скачки остудит горячие угли, жгущие его сердце, то ли он просто упадет, сломает себе шею и покончит с этой мукой.

В день отъезда Аси со товарищи он никому не позволил их провожать, пошел сам, чтобы хоть минутку побыть с девушкой до того как они расстанутся. Арк не особо надеялся увидеть ее еще раз: если посольство к Миритону удастся, Асю ничто больше не будет удерживать в этом мире. А значит, хочет он того или нет, о ней надо будет забыть. Забыть, чтобы жить дальше. Но вот просто так взять и отпустить… Нет, он будет мучиться, но пусть и она помнит! В беспросветной тьме под башней, запирающей въезд в цитадель Турана, он прижал Асю к себе и впился поцелуем в ее губы. Она неожиданно пылко ответила на поцелуй, застонала, прижалась грудью и стиснула его обеими руками. Сколько это длилось никто бы не сказал, но вышли они оба из-под арки ворот вместе со всеми. Ася шла спокойно, как будто ничего не было, но глаза ее сияли.

Маленький отряд давно уже скрылся из виду, а Арк все стоял у ворот и смотрел вслед.

Девочка, что же мы наделали? Почему я тебя отпустил?

По долинам и по взгорьям

Мы вышли в экспедицию, считая и меня. Нам солнышко светило, нас ветер обдувал, на шее у каждого болтался амулет «быстрой дороги». Сейчас верховая езда уже не была для меня ужасным испытанием, я даже стала получать удовольствие, по крайней мере у меня хватало сил смотреть по сторонам и любоваться пейзажем. А полюбоваться было чем. Мы ехали по восхитительной местности в самое прекрасное время года. В густой яркой свежей траве пестрели неизвестные мне цветы, кусты по склонам гор были самой невообразимой расцветки. На кустах и придорожных деревьях пели птицы, другие птицы то и дело выпархивали прямо из-под копыт лошадей. Запахи земли, зелени и цветов кружили голову. Теан ехал рядом, показывал мне окрестности, сообщал названия растений и птиц, отвечал на вопросы и вообще был просто лапочка.

Дорога была неширокая, ехать приходилось по два в ряд. Порядок следования установился такой: впереди солдат, за ним мы с Теаном, за нами Анколь с Миром, а второй солдат замыкал наше шествие. Дорога шла вдоль горной гряды, слегка извиваясь, то спускалась в небольшие распадки, то выбиралась на открытые места повыше. Но в общем можно было сказать, что мы ехали под уклон. Если верить карте, горы тут медленно, но верно спускались к морю и мы вместе с ними.

Около полудня сделали привал. Для этого выбрали отличную закрытую со всех сторон полянку, окруженную цветущими кустами, за которыми пробегал шумливый чистый ручеек. Солдаты сноровисто развели костер и пристроили над ним кипятиться чай. В таком маленьком отряде разделение на знатных и незнатных практически исчезало, все посильно участвовали в приготовлении пищи и ели из одного котелка. Маг, например, настрогал палочки, нанизал на них какие-то клубни вроде картошки, и старательно пек на огне. Я нарезала вяленое мясо, сыр, лук и овощи, завернула все в лепешки и приготовила такие бутерброды всей честной компании. Когда же я посоветовала их нагреть на огне, Мир достал откуда-то две сковородки, после чего все ели нечто среднее между шаурмой и горячими бутербродами и нахваливали. Теан, как принц, в готовке участия не принимал, зато заботился обо мне лучше родной матери. Притащил из леса бревнышко, накрыл его плащом , в который завернул что-то мягкое, усадил меня и еще сверху укрыл курткой. На мой взгляд, перестарался, погода была прекрасная, а к полудню стало совсем тепло.

Часть пути до второго привала мы проделали быстро, я и заметить не успела. Порядок следования поменялся: Мир ехал впереди, за ними Теан, за Теаном мы с Анколем, сзади два солдата. Я узнала что их зовут Ланс и Тим. Вполне земные имена. Еще на привале я заметила, что Анколь не слишком рад тому, что я выбрала в спутники Теана, и поняла: он хочет со мной поговорить. Поэтому я уговорила принца дать мне пообщаться с магом на наши магические темы. Теан дал такое разрешение, не стал влезать, ехал один впереди, но заметно было, что он прислушивается.

Анколь хотел навесить полог тишины, но я не позволила. Сказала, не надо обижать принца недоверием, мы тут все одна команда. Правда, от ехавших сзади солдат я сама занавесилась. Нечего им про магические дела слушать.

Анколь начал объяснять мне что он понял про мою собственную магию и чем она отличается от того, к чему он привык. Оказывается, мне не надо махать руками и произносить всякую абракадабру, как он меня учил поначалу. Просто надо хотеть, хорошо себе представляя чего именно хочется. Желательно еще понимать, зачем мне это нужно. Тогда будет как с рюкзаком, который Анколь упорно именовал мешком. А уж если я вложу в это сильную эмоцию, например гнев или страсть, то мое желание примет самую что ни на есть материальную форму, как та стенка в парке.

Я вспомнила, как пожелала, чтобы Анколя и принца приподняло и шлепнуло. У мага в очередной раз глаза на лоб полезли. Нестойкий он у нас какой-то. Что ни скажи – удивляется. Он, оказывается, не предполагал, что я могу их слышать. Понятно, я хотела услышать, и тут никакой полог тишины или незаметного мне не препятствие. Теперь ему очень стыдно. Да, он осознал, что я человек, а не подопытный кролик. Честно было бы мне все заранее объяснить. С другой стороны, нужно же было получить неискаженные данные. Если бы я была подготовлена, это могло повлиять на результат. Кстати, Теан передал мне амулет? Передал? И я его постоянно ношу? А что там с зарядом? Анколь его практически не зарядил, только инициировал для зарядки.

Я полезла за пазуху и вытащила висюльку. На ней был надет маленький чехольчик из темно-серой замши. В нем мне серьги подарили, я их вытряхнула, а на амулет надела. Сделала я это не просто так: вынутый на свет божий камень сиял как стоваттная лампочка. Еще вечера он был гораздо более тусклый. С того дня, как Теан его на меня надел, свечение накапливалось понемногу. Я надела чехол, когда поняла, что кулон просвечивает через одежду. Значит, окончательно он зарядился пока я целовалась с Арком под сводами въездной башни. Самый бурный секс с Теаном не давал такого эффекта. Свет был не голубой, как после ругани с матерью, а нежный золотистый с розовым отливом. Анколь обратил на это внимание.

– Светится тем же цветом, что и твоя аура. Смотри, ты смогла зарядить амулет практически чистой основной энергией. Ты можешь сказать, как и когда?

– Не могу, отстань от меня.

– Не можешь, значит не хочешь, или не знаешь?

– И то, и другое. С одной стороны, я не уверена, а с другой – не хочу это обсуждать. Зарядила, и ладно. Вот если бы не зарядила, тогда было бы о чем говорить. Отстань, а? Давай поговорим о чем-нибудь другом.

Мы поговорили о лечебной магии и военной, о Совете Магов и его взаимодействии с правительством и королем. Еще обсудили права и обязанности магов, посетовали на то, что магические способности не дают никаких преимуществ людям низкого происхождения, причем Анколь практически рассказал мне свою историю, не называя имен. Закончил он рассуждением о том, что камбенский король Каферт по сути много лучше, чем Саргол, но хорош он для Камбены, а здесь он захватчик, и ведет себя как захватчик. Плохо то, что Саргол в собственном королевстве вел себя так же, если не хуже. Может, это потому что он не настоящий король? Все хотят освободить страну от захватчика, но мало кто обрадуется возвращению старого короля. С другой стороны, Арка на престоле знать не потерпит, а Теан еще молод и неопытен. Да и пока Саргол жив, об этом бесполезно говорить.

За такими интересными разговорами мы и не заметили, что пора сделать привал. Хорошо что Мир за этим проследил. На этом привале мы просто выпили чаю с лепешками, а полноценный ужин отложили до вечера. Мир расстелил на земле карту и показал, что до завтра на нашем пути не встретится населенных пунктов, кроме охотничьей хижины, в которой планируется ночевка. Дальше пойдут деревни, там можно будет купить свежего хлеба, мяса и молока.

Я поблагодарила Анколя за беседу, пообещала завтра продолжить, и вернулась к Теану, а то бедный анимэшка весь извертелся, слушая наши разговоры. Дальше мы ехали в первоначальном порядке.

На ночевку действительно остановились в том, что Мир назвал хижиной. На самом деле это был отличный пятистенок с печью, в которой очень удобно было готовить еду. Отряд расположился в большой горнице, нас с Теаном, как признанных любовников, отправили в маленькую комнатку за печкой. Мир пояснил, что в этом домике живут охотники, но сейчас не сезон: животные, на которых тут охотятся, выводят детенышей. Поэтому дом свободен. Переночевать может каждый, только надо восполнить то, что взяли, и убрать за собой. Здорово. Знаю, у нас в тайге такие же правила пользования охотничьими заимками.

За домиком протекала речка, пошире, чем давешний ручей, но такая же чистая. Я ухитрилась помыться в ледяной воде. Замерзла как цуцик, но ложиться спать грязной было бы еще хуже. Меня напрягало только то, что я не смогу нормально раздеться. Присутствие в моей постели Теана диктовало форму одежды: с полной выкладкой. В смысле, штаны, рубашка да еще и кофта теплая сверху. Жалко, в этих краях не знают спальных мешков, а то я бы в мешок застегнулась. Помню, бабушка мне рассказала: по молодости они с дедом пошли в поход. Сплавлялись на плотах по уральским рекам. Остановились на ночевку в деревне, какая-то баба взяла их к себе на постой. А утром бабушка моя услышала, как эта тетка разговаривает с соседкой:

– Слышь, Маремьяновна, у тебя туристы эти?

– У меня.

– А где же ты их положила?

– Да в горнице на полу.

– Так там же и парни и девки, грех какой! Как же они, так вповалку и спят?!

– Да что ты, Петровна, у ихних девок знаешь что есть? Мешки защитительные. Вот в них залезут, и спят, никакие парни не подберутся.

Помню, как мы над этим хохотали. А сейчас я от защитительного мешка не отказалась бы. Но в этом мире таких полезных вещей нет, только одеяла. Завернусь в одеяло, а там видно будет. В случае чего коленкой приложу настырного принца.

Прикладывать не понадобилось. Теан пришел, когда я, уже завернутая в одеяло, изображала глубокий сон. Он повздыхал, повозился, лег рядом и начал меня наглаживать поверх одеяла. Гладил долго и упорно, впору был к нему динамо-машину подрубать, чтобы он электричество вырабатывал. Но я его переупрямила. Делала вид что сплю, и все тут. В какой-то момент и впрямь заснула. Утром пробудилась: рука Теана на моей попе поверх одеяла, а носом он уткнулся мне в затылок и сопит в две дырочки. Видно, так и уснул, умаялся, бедный.

На следующий день мы достигли первой деревни. Действительно, там нам удалось купить и мяса, и хлеба, и молока. Больше всего я обрадовалась молоку. Сразу выхлебала целую крынку парного. Анколь смотрел на меня с ужасом, даже пытался помешать. Но разве мне помешаешь? Я и слушать не стала. Весь день он боялся, что меня понос с того молока прохватит. Щаззз! Сроду мне от парного молока плохо не было, хоть в том мире, хоть в этом. Меня на нем бабушка вырастила.

Между тем разговоры наши, что с магом, что с принцем, становились все интереснее и интереснее. Теан рассказал про свою первую любовь Аролу, которая его променяла на Арка, а Арка – на вражеского короля Каферта. Мало того, судя по всему, у этой Аролы были еще любовники, хоть она и прикидывалась невинной девушкой герцогского происхождения. У мальчика это вызывало бурю эмоций: вот какая коварная бессовестная женщина. Мне, если честно, было смешно. Думаю, эта крошка сумела провести только нашу невинную деточку, остальные на ее счет не сильно заблуждались. Арк ее отправил восвояси, да и Каферт не женился. Тем более он давно женат и даже имеет пятерых детей, двоих от жены и троих от официальных любовниц.

Про детей короля Каферта мне рассказал Анколь. Это была история про принца Арка. Оказывается, Саргол сговорился с Кафертом поженить детей: выдать дочь Каферта за старшего принца. Оба не были чистосердечны: Саргол не сообщил, что Арк не наследует престола, а Каферт скрыл, что его дочь, ну, не совсем разумна.

– Анколь, что ты такое несешь? Как это не совсем разумна? Она что, сумасшедшая?

– Нет, ну что ты. Она… как тебе объяснить. Она такая родилась.

– У нас говорят умственно неполноценная.

– Да, хорошее определение. Ирсиль чистокровная аронайка, очень красивая, я ее саму, правда, не видел, но королю прислали портрет. Арк потом говорил, что портрет похож, даже слишком. Девушка не говорит и почти всегда сидит не шевелясь, как кукла, только глазами в разные стороны зырк-зырк. А еще она пускает слюни и ходит под себя.

– Прекрасная принцесса. И на такой хотели женить Арка?

– Ясное дело, он отказался. Каферт объявил, что это оскорбление, которое можно смыть только кровью. Схватил Арка и посадил в темницу, а королю Сарголу направил письмо, в котором требовал: либо принц женится, либо война. Пока посольство с этим письмом ездило туда-сюда, Арк сумел сбежать. По его словам, из тамошней тюрьмы только слепой, хромой и убогий не сбежит, но я ему не верю. Он очень умный, ловкий, и маг хороший. Берет не так силой, как умением. Как я понял, тамошний придворный маг оценил силы Арка как незначительные и ошибся на тысячу лан. Он вернулся, когда как раз прибыло посольство из Камбены. Крик во дворце стоял! Саргол был очень недоволен. Он-то считал, что сплавил нежелательного претендента, а тут такое!

– Слушай, а о каких претендентах идет речь? Саргол-то коронованный король, чего ему бояться?

– Пойми, он король, но не настоящий! У него нет королевской магии. А она нужна, просто необходима для процветания государства. С того дня как принц Аркантейл стал совершеннолетним, Совет Магов настаивает на том, чтобы Саргол передал власть принцу, обладающему необходимыми качествами. Тот, естественно, ни в какую. Ну, пока действовала та версия, что Арк не совсем законный сын, его не примет народ, читай – знать. С этого года у нас есть совершеннолетний и совершенно законный принц Теаноферн. Правда, совершеннолетним он стал совсем недавно, уже после того, как король попал в плен.

Ха, тут у нашего Теаши день рождения был, а мы его и не поздравили.

– Как у вас тут все запущено. Простому человеку без поллитра не разобраться.

– Ася, что такое поллитра? И зачем простому человеку разбираться в королевских делах?

– Анколь, давай замнем для ясности, а то у меня от культурных несоответствий сейчас мозг лопнет. Ты же тоже можешь переместиться в мой мир при желании? В гости, например?

– Могу. Ты меня в гости приглашаешь?

– Уговорил, приглашаю. Вот там-то я тебе и покажу, что значит поллитра. Здесь я аналогов не подберу.

По-моему, Анколь в очередной раз все не так понял.

– Ой, Ася, какая ты добрая. Я был бы счастлив посетить тебя в твоем мире, только мне, наверное, никто не разрешит.

– А ты их спрашивать будешь? Тогда я снимаю свое предложение.

Я пришпорила лошадь и переместилась поближе к Теану.

Второй день путешествия прошел почти так же гладко, как и первый. Стало видно, что мы покидаем горы, едем на юг и приближаемся к морю. Надо сказать, меня удивляло то, с какой скоростью меняется пейзаж. Я спросила Анколя сколько мы проехали и услышанное ввело меня в ступор. На лошадях за день столько не проедешь.

– А что ты удивляешься. Ася? Это магия.

– Дороги, что ли, заколдованные?

– Нет, конечно. Просто у меня есть амулет «быстрых дорог», он действует на всю нашу компанию. Это маленький и слабый, а в Туран мы ехали используя сильный амулет, его хватало на весь отряд. К сожалению, даже с амулетом эта дорога довольно длинная, я помню как тебе было тяжело. Представь себе, что бы было, если бы пришлось ехать без его помощи?

Действительно, лучше даже не думать. Анколь тем временем продолжал:

– Такие амулеты – большая ценность, они есть только у королей. Маленькие, на одного, встречаются чаще, но тоже фантастически дороги, мало кто может позволить себе такой.

Надо понимать, нам крупно повезло, без этой полезной побрякушки до Миритона тащиться чуть не месяц. Анколь подтвердил, что при использовании его амулета скорость возрастает в шесть раз, а значит можно посчитать, сколько дней мы сэкономили.

Скорость нашего продвижения бросалась в глаза, так быстро менялся климат. Заметно потеплело. Кусты предгорий сменились широколиственными лесами. Воздух стал влажным и густым от запаха цветов. Время от времени мы выезжали на открытые места, и можно было с уверенностью предсказать, что тут нас ждет человеческое жилье: одинокий домик или целая деревня. Наш отряд старался себя не афишировать, поэтому принц и маг замаскировались под горожан-полукровок. Таким образом мужчины могли выдать себя за группу наемников, собирающихся в порту сесть на корабль. Меня же уговорили при проезде через населенный пункт просто становиться невидимой. С женщинами наемники не путешествуют.

Ночь мы снова провели в охотничьем домике. Анколь решил, что это безопасней, чем постоялый двор, и все с ним согласились. Это позволяло отказаться от магии и нормально сидеть в своей компании. Я шарила в рюкзаке, силясь понять, что я туда запихала, и случайно вытащила лиру. Вообще-то я вспомнила о ней, так как пожалела, что не сунула ее в рюкзак, а вот поди ж ты! Оказывается, сунула. Наверное на нервной почве.

Тут все обрадовались и потребовали пения. Тим слышал меня по дороге в крепость, а Мир и Ланс, как выяснилось, об этом мечтали, потому что слышали восторженные отзывы от друзей. Теан был недоволен, но я не обратила на это внимания. Правда, пришлось обойтись без горючего, но я выбирала песенки, которые могу спеть и так. Вечер прошел чудесно, ночью я спала как убитая. Судя по тому, что утром я проснулась в том же положении, что и прошлый раз, Теан опять меня наглаживал как лошадь. Хорошо, что я этого не почувствовала. Мне не мешает, а ему приятно… Если мальчика такое положение вещей устраивает, флаг ему в руки.

До полудня было еще далеко, когда мы добрались до обещанного Зома. Что можно сказать об этом важном стратегическом пункте? Большущая грязная деревня, расплывшаяся пятном по обоим берегам красивой широкой реки Миры. Главной достопримечательностью Зома был мост. В сущности, без этого моста не было бы никакого Зома. Дорога, по которой мы пришли, была не главной, как я уже давно догадалась. Здесь шел путь, по которому изделия горных мастеров Южных Копей везли в порт Риспу. При проезде через мост брали пошлину: медную монету с пешего, две – с конного, и целую серебряную с телеги. Местные имели бирки и переправлялись бесплатно. На мосту Мир поторговался со стражниками как считать заводных лошадей. Договорились, что они пойдут как пешеходы. Невидимая я веселилась: меня не посчитали. Расплатившись, мы постарались покинуть Зом как можно быстрее, даже не решились остановиться в корчме и поесть как следует. Мир с Тимом просто зашли и купили еды с собой. Надо сказать, она могла бы быть и поприличнее.

Отъехав на почтительное расстояние, наш отряд свернул в лесок, там мы и расположились на обед. Я скинула надоевшую невидимость и принялась колдовать над готовой едой, стараясь облагородить ее, сделать повкуснее. Колдовать – это я просто так выразилась. На самом деле я солила, перчила, добавляла лук и чеснок, в общем, кухарила в свое удовольствие. Когда все было готово, я позвала всех к столу, и тут нам глобально не повезло. Из кустов вывалился какой-то незнакомый тип. Хорошо, что Анколь с Теаном долго раскачивались, не сразу вышли, успели заметить чужого и нацепили личины. Ланс с Тимом попытались меня загородить, но было поздно. Незнакомец начал сильно извиняться передо мной, уверяя, что пришел на вкусный запах. Он-де бедный одинокий путник, и просит нашу теплую компанию не гнать его, а дозволить доехать с нами до побережья.

Отказывать ему причин не было, но тип мне не понравился. Он был явным полукровкой, мог оказаться и магом. Да и физия его не внушала доверия. Что-то в нем было неуловимое, что заставляло меня его подозревать. А в чем, собственно? Что он шпион камбенцев? Вряд ли. Так далеко от фронта ему нечего делать. Кто будет шпионить для собственного удовольствия? Что ему, в таком случае, может быть надо? Предположим, он маг. Тогда откуда он узнал обо мне? Все другие ему не должны быть интересны. Случайно увидел? Но где? Мою невидимость разве что Архимаг может прошибить, но тогда Анколь его бы знал в лицо. Скорее всего я напрасно паникую. Блин, но тогда нам нужна новая легенда, включающая меня. И браслет надо замаскировать. Вышедший Анколь как будто прочитал мои мысли. Он подошел ко мне, погладил по волосам и сказал:

– Сестренка, иди к своему жениху, а мы тут с господином потолкуем.

Я, изобразив кротость и покорность, юркнула в кусты к Теану. Он поймал меня, когда я, запнувшись о корень, начала свой полет.

– Тише, не привлекай внимания

– Теан, не бери в голову, я уже полог тишины над нами натянула. Слушай, как теперь действовать будем? От этого типа отвязаться не получится.

– Будем придерживаться старой версии с дополнением. Тебя не спрячешь, поздно, ты теперь будешь моя невеста и сестра Анколя. Для конспирации его будем называть Анк, а меня Тан. Довольно распространенные у лебдов имена. А твое имя не подходит, надо что-то придумать. Как, ты говорила, тебя полностью зовут?

– Алиса.

– Алиса не пройдет, имя скорее для знатной дамы. Лита. Это годится.

– Лита так Лита. Хоть горшком назови, только в печь не сажай.

– О, у нас есть похожая поговорка. Хоть поленом назови, но в костер не кидай. Да, покажи браслет.

Я вытянула руку. Браслет кардинально изменился, на нем явственно вился узор из розовых бутонов на колючих стеблях.

– Анколь молодец. Теперь каждый поверит, что ты – невеста. А я наемник, могу браслет и не носить… Хотя у меня есть… Пусть Анк зачарует, я надену. А ты веди себя скромнее. Девушки твоего положения при мужчинах молчат.

– Ага. Буду молчать как рыба об лед. А ты как жених имеешь какие-то права?

– Меньше, чем любовник. Только охранять и защищать. Пойдем, а то этот тип может что-то заподозрить.

И мы торжественно вышли из зарослей рука об руку. Мужик уже сидел среди наших и вдохновенно наворачивал похлебку. Увидев меня, заулыбался и стал многословно выражать восхищение моими кулинарными талантами.

– Я понимаю, почему ваш уважаемый брат не остановился на обед в корчме. Такого там не подадут. Такое вкусное яство может приготовить только любящая женщина, наделенная к тому же большими талантами. Простой крестьянке так не суметь.

Бред какой несет. Стоп, почему он сказал, что мы не остановились на обед в корчме? Откуда он знает? Или это простая догадка, основанная на том, что мы едим в лесу у костра? Так, Селезнева, у тебя паранойя начинается. Или здесь это нормально?

Поев, мы собрались ехать дальше,. Оказалось, у типа, которого звали Конт, нет никакого средства передвижения, кроме собственных ног. Может, все просто объясняется, он нацелился путешествовать на одной из наших лошадей? Хорошо, если так. Ладно, не надо себя накручивать. Не плодите сущностей без особой нужды. Обычно самое простое объяснение и есть верное.

Мы еще пару раз останавливались на привал, я упорно изображала из себя скромную девушку и отличную хозяйку. Готовила, что до сих пор в этом мире не делала, убирала, даже посуду мыла. Теан, правда, мне помогал. Принц, моющий посуду за солдатами – что может быть трогательнее!

Конт вел себя предупредительно, но ко мне лишний раз не подходил. Признавал старшинство Анколя, которого теперь называли Анк, уважал Мира, но был запанибрата с Лансом и Тимом. К Теану лишний раз не обращался, но это было понятно: тот не отходил от своей нареченной невесты, то бишь от меня. О себе он поведал немного: он-де беженец от камбенцев, из столицы, был слугой в богатом доме, а теперь его хозяин погиб, денег нет, а жизнь как-то налаживать надо. Вот он и хочет добраться до Риспы, а там сесть на корабль и отправиться куда подальше, искать свою судьбу. Поведение Конта ничем не противоречило тому, что он о себе рассказывал, но меня грызли смутные сомнения.

Оказывается, не меня одну. Нашему магу он тоже не нравился. Что он не нравился Теану, и говорить не приходится. Для него весь мир был угрозой его любимой женщине, для жениха такая позиция выглядела вполне естественной. Но Анколя-то что напрягает? Поговорить об этом удалось ближе к ночи. Вечером мы все-таки остановились на постоялом дворе. Меня запихнули в комнату с Анколем, все-таки брат по легенде. Слава богам, там было две кровати. Теан злился, но терпел. Ему пришлось спать с остальными, которые, как это, оказывается, принято у наемников, спали у стены в общем зале. Анколь, умничка, затащил к нам в номер мой рюкзак, так что мы с ним ни в чем недостатка не терпели. Я ушла в комнату раньше всех, как и положено порядочной девице. Когда ко мне поднялся маг, я уже давно лежала и, завернувшись в одеяло по самый нос, дремала. Его приход меня разбудил. Увидев, что я открыла глаза, он тут же спросил:

– Ася, как тебе наш новый попутчик?

– Меня он напрягает. Не пойму почему, но что-то он вызывает у меня сомнения.

– Вот и у меня тоже. А я доверяю своей интуиции, а твоей тем более. Что она тебе говорит?

– Я ему не доверяю, а больше ничего сказать не могу. Слишком быстрый у него взгляд, какой-то скользящий. А иногда острый и неприятный. Такое чувство, что он не просто так с нами едет, а еще и наблюдает. Зачем, спрашивается?

– Ася, он не маг, я его просмотрел. Что ему может быть нужно? Ограбить? Обворовать? Может, он наводчик? Этого я не боюсь. Тут мы достаточно защищены. В случае чего ты им на голову стенку поставишь. Но меня не покидает мысль, что его появление связано с тобой. Я поклялся Арку и не допущу, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое. А кроме того, я к тебе привязался. Сейчас я называюсь твоим братом, но я и чувствую себя как твой брат. У нас сестренку младшую в обиду давать не годится. В общем, чем раньше мы поймем, что не так с этим парнем, тем лучше.

– Это хорошо бы понять, потому что мне ничего разумного в голову не приходит. Скорее уж действительно вор или наводчик.

– Ася, хочу обратить твое внимание, ты никак не приучишься откликаться на новое имя. Каждый раз, как кто-то произносит «Лита», ты сначала вздрагиваешь, только потом откликаешься.

– Вот и называй меня этим именем не только, когда мы на людях, скорее привыкну. Вообще-то ты прав, надо лучше следить за собой. Не гожусь я для этой игры в шпионов, а выхода другого нет.

– Ладно, Лита, спи давай, а заодно подумай, чем тебе этот паренек не нравится. Понаблюдай, может, он себя выдаст.

Утром мы вышли к морю и оказались на прямом пути в Риспу. Дорога шла вдоль берега на приличной высоте. Вид на море был отличный, даже когда дорога, повинуясь прихотям рельефа, изгибалась, уходя глубже в сторону суши, море с глаз не пропадало. Как ни странно, здесь было выше и суше, чем в окрестностях Зома. Деревни на пути встречались зажиточные, время от времени в глубине леса можно было увидеть дворец, эти места облюбовали богатые люди для приморского отдыха. Под вечер мы планировали добраться до Риспы, но не смогли. Заночевали в трактире, в этот раз меня отправили спать одну, комнатка оказалась слишком маленькой. В результате два моих красавца не спали всю ночь. Волновались ужасно, боялись нападения, когда же я спустилась в общий зал выспавшаяся и счастливая, они наконец выдохнули, и весь оставшийся путь до Риспы только что с коней от усталости не падали. Хорошо, ехать осталось совсем немного, еще полудня не наступило, а мы уже добрались до города. Так ничего и не произошло, все наши страхи оказались напрасными. В полдень мы прощались с Контом около трактира в портовом районе. Теан предпочел бы что-то поприличнее, но надо было соответствовать легенде. Уж лучшие номера нам занять никто не помешал. Я наконец вымылась как следует, привела себя в порядок пока ребята распоряжались внизу насчет обеда. Очень хотелось посмотреть город. Столько времени болтаюсь в другом мире, а видела только Мирену, и то мельком. У себя я бы давно все ногами исходила, все достопримечательности облазила, во всех кафешках посидела и перезнакомилась бы с кучей людей. А тут сидишь, как засватанная, ни охнуть, ни вздохнуть. Умом я понимаю, что лучше не рисковать, а вот душой… Ну ладно, если никуда нельзя из трактира отлучаться, надо найти себе занятие. Блин, все-таки Теан гад. Ничего полезного не дал из дома захватить. Ноутбук на столе остался, электронная книга под подушкой. С ними бы я в номере что хочешь пересидела… Стой, дура! Зачем тебе здесь эти навороты? Не говоря о том, что тут Сети нет, куда ты их воткнешь, когда разрядятся? Магией запитаешь из пальца?

Надо сказать, лучших комнат в трактире оказалось две, мы обе и заняли. В одной было три кровати, а в другой одна огромная, на которой спокойно бы разместился целый взвод, и симпатичный диванчик в простенке. Мира, Тима и Ланса отправили туда, где кровати три, а я с принцем и магом должна была занять вторую. Не знаю, как ребята промеж себя решили, только я им определила большую кровать. Все равно они там не встретятся, не судьба, слишком поле велико. А мне и на диванчике будет неплохо. Спокойно.

Когда парни принесли мне мою пайку, я их поставила перед фактом: вы – здесь, я – там. Бороться они не захотели, все-таки ночь не спали, помылись, повалились и уснули. Я на них полюбовалась, а потом тоже завалилась. Думала не засну. Ничего, спала как миленькая до самого утра, даже ужин пропустила.

Утром маг с принцем отправились куда-то по своим важным делам, в которые меня не посвящали. Бог с ними, не очень-то мне интересно. Анколь сказал, что послал Миритону весть о нашем приезде и попросил о встрече. Теперь надо ждать ответа. На мой характер я бы плюнула на ожидание и завалилась к Архимагу без приглашения, мол, нам срочно надо, государственной важности дело, но это же я. Местные не так воспитаны. В результате мне пришлось сидеть в гостинице без всякого развлечения. Сначала я маялась в номере, потом перебралась в общий зал. Там наши солдатики играли в карты. Я посмотрела и попросилась в игру. Хоть меня и учили раньше, но эти замороченные карты с тремя мастями мне не очень давались, да и игра была незнакомая. Очень быстро я продулась и села у окошка одна. Хоть на погоду поглядеть, как наши предки, у которых окно было вместо телевизора. Но долго я так не просидела, заметила двух парней в том же трактирном зале. Они играли в какую-то игру на доске вроде шахматной. Я подобралась поближе и ахнула! Это же шашки! Фигурки другие, но правила знакомые! Надо сказать, в шахматы я играю плохо, знаю только, как фигуры ходят, зато в шашки меня обыграть непросто, а в поддавки – и вовсе нереально.

И тут так захотелось сыграть! Я перебралась к незнакомцам поближе: хоть рассмотрю подробнее, поболею за кого-нибудь. Мужики правильно расценили мой интерес, спросив, не играю ли я в кор. Кор, значит? Играю, как не играть! Только мы играем на деньги, предупредил меня мужичок постарше. На деньги, значит на деньги. Я подъехала к Миру и заставила разменять мне золотой на целую горсть медяшек, потом вернулась к игрокам и показала: я вполне кредитоспособна.

Игра началась. Пару раз я продулась, все-таки давно не играла. Мужики расслабились, и тут пошло. Я раздевала их как хотела. За полтора часа у них от денег остались жалкие крохи. Скоро мне надоели шашки, и я решила научить ребят поддавкам. Обозвала их «кор наоборот», идея понравилась. Им почему-то казалось, что поддаваться легче, чем выигрывать в обычные шашки. Три ха-ха! Если у них что и оставалось, то тут они мухой все спустили.

Игра должна была закончиться за потерей игроками кредитоспособности, а мне хотелось еще поиграть. Тогда я предложила вернуть им половину денег, чтобы можно было продолжить. Объяснила, что играю от скуки, на интерес, так что никакой обиды тут нет и быть не может.

Мужики согласились, и игра возобновилась.

Знала бы я, чем это закончится, сидела бы тихо, как мышь, в номере и не вылезала. А тут, когда я распалилась от игры, подходит ко мне Мир и говорит, что они с Лансом собираются сходить кое-что купить. Тим остается и будет меня охранять, пока Анк и Таном не вернутся. Я махнула рукой, соглашаясь. Подумала и махнула рукой Тиму, мол, присоединяйся. В результате мы все сидели за одним столом и азартно щелкали шашками.

Вот тут к нашей теплой компании и присоединился Конт. В обычном состоянии меня бы это напрягло, но в азарте я отнеслась к нему добродушно. Он сказал, что нашел себе корабль и хочет попрощаться с людьми, которые были к нему так добры. Никого, кроме нас с Тимом нету? Ничего, он подождет. Корабль уходит только послезавтра. А сейчас он хотел бы угостить честную компанию и велел принести всем пива, предварительно спросив Тима, пьет ли дама этот напиток. Тим переглянулся со мной, я кивнула, мол, пью, пусть тащат. В этом мире знатные люди пива не пьют, поэтому мне впервые выпало попробовать местный сорт. А дома я пиво очень даже уважала.

Если бы моя кружка хоть чем-то отличалась от других, я бы задумалась, но все они были совершенно одинаковые. Я взяла, как мне показалось, первую попавшую, и начала тянуть пенный напиток. Неплохо, очень неплохо. Похоже на бельгийские сорта. Я-то больше люблю чешские, но выпендриваться не приходится. Это была моя последняя мысль.

Когда я снова очухалась и нашла в себе силы открыть глаза, то удивилась тому как изменилось помещение. Вместо уютного светлого зала трактира передо мной было явное подземелье. Правда сухое и благоустроенное, но дело это не меняло. Низкие своды из серого камня были зачем-то усилены толстыми деревянными балками, из которых торчали крючья: окорока они тут вялят, что ли?. В глубине наверх вела лесенка, заканчивающаяся капитальной дверью под самым потолком. Странное место, незнакомое и малосимпатичное

Что-то еще было не в порядке, я не сразу поняла что, а когда до меня дошло, чуть не заорала. Мое милое, любимое тело оказалось привязанным к чему-то в очень странной позе. Не помню, кого распяли на косом кресте? Святого Андрея? Его, кажется, распяли еще и головой вниз. Мне больше повезло, у меня голова осталась сверху. Зато у меня крест какой-то неплоский. Верхняя часть тела почти лежит, а нижняя висит почти вертикально. Пояснице неудобно, жуть! Одежда вся на месте. Пока ничего непоправимого не произошло. Осознав свое положение, я на минутку провалилась в беспамятство, а когда вынырнула, заметила на периферии зрения что-то движущееся. Это самое тоже обратило внимание, что я пришла в себя, и вышло из тени. Захотелось орать, плеваться и материться. Передо мной был баклажан из Миренского дворца, барон Рекет.

Я не стала отказывать себе в удовольствии, открыла рот и сообщила красавцу, кто он такой, кто были его родители, чем занимались и с кем. Надо же спустить пар, а то я что-то от ярости плохо соображаю. Получилось. Ярость никуда не делась, зато в мозгу прояснилось.

А вот баклажан разозлился. Подошел и хлестнул меня пальцами по губам. Больно! С другой стороны, зубы целы.

– Заткнись, сучка! – завопил барон, – Не тебе меня оскорблять. Еще нарыдаешься, пока вымолишь мое прощение.

Ну-ну, мечтать не вредно. Но надо все же выяснить, как я здесь оказалась, кто меня подставил. Конт? Похоже. Как он связан с бароном? Нет ли еще кого? Активный мыслительный процесс отвлекал меня от собственных страданий и помогал сосредоточиться. Ситуация была фиговая, никто не знал, где я, никто не мог прибежать мне на выручку. Значит, надо опираться на собственные силы.

Барон продолжал разоряться, обвиняя меня во всех смертных грехах и своих неудачах. Ну милый, чем я виновата, что ты дурак?

Кроме магии у меня ничего не осталось. Как говорил Анколь? Мне надо сильно пожелать, по возможности точно представляя, что я хочу. Я пожелала оказаться в собственном номере, как можно яснее себе его представив. Никакого эффекта. Ладно, не получается сразу, будем действовать по частям. Так, соберись, Селезнева, и представь, как отсюда выбираться. Барон не маг, он тебе ничего противопоставить не сможет.

Кстати, где мой амулет? Вообще, где все мои амулеты?

Видно, мой внутренний вопрос передался барону, потому что проклятый баклажан вдруг открыл железный ящик, стоявший на столике.

– Любуйся, дрянь, вот все твои амулеты. Теперь ты ничего не сможешь против меня, магия твоего дружка тебе не поможет. Без своих амулетов ты никто, простая дешевая сучка.

Один плюс есть. Переводчик он с меня снял, а я и понимаю прекрасно, и говорю отлично. Научилась! Так, что у нас еще положительного? Ага, про мою магию он не знает, поснимал амулеты и думает, что обезвредил. Света от моего амулета перемещений не видно. Он его унес, или не догадался снять чехол? Если унес, плохо, где я буду его искать? Нет, вон он, чехол, лежит в общей кучке. Значит, можно открывать военные действия. Не торопись, Селезнева, сначала все продумай, а потом действуй по обстоятельствам.

Сначала посмотрим, какие на мой счет имеются планы. Убивать меня никто не собирается, судя по тому, как привязали, этот баклажан бешеный хочет просто изнасиловать. По крайней мере для начала.

Он тут же этот тезис и подтвердил, изложив все предельно доступно:

– Ну что, сучка безродная, думаешь, если трахаешься с обоими принцами сразу, то можешь нос задирать? Здесь они тебе не помогут. Они тебя просто не найдут, а когда найдут, поздно будет. Сейчас я тебя просто поимею, и чем больше ты будешь извиваться и вырываться, тем большее удовольствие мне доставишь. Когда тебе уже нечего будет терять, я тебя отвяжу, чтобы научить покорности. Если быстро поймешь, что от тебя требуется, я не буду очень уж сильно тебя мучить. Я не увлекаюсь избиениями любовниц. Будешь выделываться – отдам одному моему приятелю, он живо тебя в разум приведет. А потом я тебя продам в бордель. Не здесь, в Риспе тебя могут найти. Отвезу на свои земли, чтобы иметь возможность посещать тебя в новом доме и приводить друзей полакомиться королевской закуской. Не зря же Арк на тебя запал, он в бабах разбирается. Да и младшенький… Не поверю, что он такой уж невинный младенец. Откуда он тебя притащил ты мне потом расскажешь. Повезло тебе, что король в плену, он бы никогда не позволил дать лебде статус королевской гостьи. Скорее всего, сам бы тобой угостился и друзей угостил, Наш дурачок Теан перед ним и пикнуть бы не посмел. А Арк тебя и не увидел бы вовсе. Но, думаю, все скоро переменится. Война закончится, у нас будет новый король… Думаешь, твой любимый принц? Дура, армия Арка обречена. Они и так слишком долго продержались. А когда Каферт победит, ему понадобятся свои люди повсюду. Я с ним не воевал, мои земли хранили нейтралитет. Так что расслабься. Раньше, чем война кончится, тебя не найдут, а когда она кончится, искать будет некому. Глазками сверкаешь? Ну посверкай. Хорошенькие глазки. А вот мы сейчас тебя разденем и посмотрим, какое у тебя тело.

Я думала, этот гад подойдет, чтобы меня раздеть, но он махнул рукой, подзывая кого-то. Вот и Конт нарисовался. Принес что-то хозяину. Хлыст. Он что, меня бить собрался?

Я не успела сориентироваться, хлыст свистнул, и кофта, рассеченная надвое свалилась с моих плеч. Блин, хорошая вещь была. А этот баклажан умеет с хлыстом обращаться. Больно почти не было, кожу он не задел. Следующим номером с меня срезали штаны, потом рубашку. Когда Баклажан добрался до нижнего белья, больно было жуть, на теле вспухли следы от хлыста. Я выла от боли, но не торопилась, моя ярость росла, а вместе с ней росла и сила. К тому же я помнила, что убить скотину магией незаконно. История девушки Анколя не давала мне покоя. Надо придумать что-то еще.

В результате я осталась совсем голая. Конт попытался что-то сказать барону, но тот жестом выпроводил его вон. Решил насладиться комиссарским телом в гордом одиночестве. Молодец. Я по наивности решила, что сейчас он ко мне подойдет и приготовилась. Но у придурка были странные идеи. Он расположился от меня на расстоянии трех метров и начал раздеваться сам, попутно рассказывая мне, что он сейчас со мной будет делать. Ой, зря он так. Если бы трахнул меня сразу, пока я была без сознания, у него был бы шанс. Он этот шанс проморгал. По его задумке, я с каждой минутой должна проникаться мыслью о его силе и своей беззащитности, в конце концов он полностью подавит мою волю и сделает из меня свою покорную рабу. Размечтался. А у этого говнюка, однако, много шмоток. Все снимает, снимает, и до сих пор не голый. Ах, вот мы уже без штанов.

Я глянула на его мужское достоинство и захихикала. Понятно, почему он не торопится ко мне подходить. Парень совсем не в боевой готовности, ему тут над собой еще работать и работать. Ну, мы ему поможем. Чтобы было над чем работать, козлу.

Все-таки не зря меня дед в свое время дрючил, уча правильно все формулировать. Я и сформулировала свое пожелание таким образом: пусть у тебя, козел рогатый, все, что в землю смотрит, к земле прирастет и прорастет.

Вот и говори после этого, что мысль нематериальна. Еще как материальна. В ту же минуту из головы барона выросли козлиные рога, взметнулись до потолка и намертво пришпилили его к потолочной балке. А, извиняюсь, член начал неудержимый рост вниз, к полу. Секунды не прошло, как он достиг каменных плит и пустил корни, подобно дереву, а вместе с ним приросли и ноги. Баклажан широко раскрыл рот, собираясь заорать, но задохнулся и не издал ни звука, потому что я сказала:

– Ори, ори. Представляешь, как все обрадуются, когда тебя увидят? Картина незабываемая. Не дергайся, а то хрен оборвется. Кровью истечешь, я тебя перевязывать не буду.

– Ведьма, как ты это сделала? – прошипел барон.

– Тебе все расскажи да покажи. Перетопчешься. Стой, где стоишь, и веди себя тихо.

Я потянулась мыслью к связывавшим меня веревкам, которые от этого лопнули, с трудом слезла с неудобной конструкции, осмотрела свои вещи и поняла, что одеться мне не во что, все стараниями барона Рекета превращено в лапшу. Фиг с ним, я что-нибудь из его шмоток подберу.

Ничего, кроме расшитой рубашки, которая на мне превратилась в платьице до колен, я не смогла приспособить. Это тоже не вполне, вид по местным меркам неприличный, но хоть не голая. Ну, разве еще сверху камзол вместо пальто набросить. А сапоги мои целы, вон в углу стоят.

Пока я пыталась одеться, барон тихо ругался и размахивал руками, но родной орган-переросток держал крепко. Да и рога… Я ведь их как неотъемлемую часть баронского черепа вырастила. Тут даже головою особо не покрутишь.

Выудив из металлического ящика все свои амулеты, я снова их надела и прошлась по баронским карманам. В жилетке нашлась связка ключей. Отлично. Надеюсь, это мне поможет выбраться. Так, надо уходить. А вот сволочного баклажана бросать в таком виде не годится. Как только я уйду, он не выдержит и заорет. Зачем мне погоня на хвосте? Что бы придумать?

В конце концов была осуществлена следующая безумная идея: я лишила барона сознания, одновременно отцепив рога и член от опоры. Убирать эти пикантные детали я не стала, пусть еще трое суток развлекается. А без сознания он пробудет часа три, я за это время до канадской границы добежать успею. Пошли отсюда. Если кто в коридоре встретится, сразу лишу сознания. Убивать не буду, я добрая.

Первый, кого я увидела за дверью, был Конт. Правильно, получи, фашист, гранату. Под моим взглядом он сначала открыл рот, потом закатил глаза и свалился, не успев издать ни звука. Кто-то еще бежит? Я уже приготовилась повторить финт, но навстречу мне по коридору бежали не враги, а мои любимые мальчишки всей толпой. Хорошо, я вовремя заметила, а то приводи их потом в чувство.

Теан бросился ко мне и стал ощупывать на предмет повреждений, конечно, задел больное место, и я скривилась, с трудом сдержав рвущиеся из души слова. Анколь мимо меня рванулся в подвал. Через минуту он криком позвал Теана, велев остальным стоять на страже. Я, естественно, потащилась за принцем. Интересно же, что наш маг обо всем этом скажет.

– Ася, у тебя всегда такие извращенные фантазии? – Анколь даже не обернулся, он был уверен, что я попрусь за Теаном.

– Нет, только иногда. В принципе, я могла выдумать что-нибудь покруче, но времени было мало.

– Он жив?

– Жив, что ему сделается. Полежит часа три, и оклемается.

– А эти, с позволения сказать, детали так при нем и останутся?

Я тяжело вздохнула и призналась:

– На трое суток наколдовала. Примерно. Потом пройдут. Правда, что в результате будет с его мозгами, даже предполагать не берусь. Они у него и раньше были не в порядке, а теперь… Да он мне тут такого наговорил, сразу в психушку можно отправлять.

Ответ Анколя был неожиданно суров.

– Ты очень добрая, Ася. Я оцениваю действия барона Рекета по-другому. Надеюсь, принц тоже. Барон не псих, а мерзавец и предатель. Кстати, Теан, ты не забыл, что ты теперь совершеннолетний и можешь изрекать приговоры, они будут законными.

Королевская магия? На что это будет похоже? Не завидую я барону Рекету. По-моему, Теан в таком состоянии, что и убить может. Голос Теана прозвучал твердо и глухо:

– Отлично. За нападение и похищение, а также попытку изнасилования королевской гостьи барон Кандал Рекет заслуживает смерти, к чему я, совершеннолетний принц королевского дома Теаноферн его и приговариваю. Приговор приводится в исполнение немедленно.

Я даже ойкнуть не успела, как голова барона оказалась отдельно от тела, а по полу растеклась лужа крови. На его голой безволосой груди проявился знак, такой же точно, как на моем браслете. При этом никто не пошевелился. Я в ужасе отпрянула. Теан схватил меня и прижал к себе.

– Ася, не бойся. Это тоже проявление королевской магии. Я никогда этим не пользовался, знал, что могу, но надеялся, что мне это не понадобится. Видишь, понадобилось. Прости, ты испугалась, тебе неприятно. В мирное время я бы так не поступил, но сейчас война, Я не мог оставить у нас за спиной врага.

А он стал взрослым, мой анимэшка. Передо мной был не сопливый мальчишка, которому я утирала слезы, а суровый молодой мужчина. Будущий король, который сегодня изрек свой первый смертный приговор. Дайте здешние боги, чтобы ему не пришлось делать это слишком часто. А я ошиблась насчет трех часов. Теперь наколдоыванные мною украшения так и сойдут с бароном в могилку. Маг, как всегда, подвел черту:

– Ладно, смываемся. Забираем этого, как его, Конта, и уходим. Его надо допросить. Как могло случиться, что Асю похитили прямо из-под носа наших людей? Да, Ася, завтра утром нас ждет Архимаг Миритон.

– А сейчас у нас что? – спросила я.

Оказалось, уже прошел полдень дня, следующего после того, как меня похитили. Это я чуть не сутки без сознания провалялась! Мы вышли из подвала и присоединились к нашему отряду. Те и без указания связали Конта, собираясь тащить его с собой. Не успели мы сделать нескольких шагов к выходу, как навстречу нам выдвинулся целый отряд местных вооруженных слуг. Ну все, хана редискам! Я и так на последнем взводе, а тут еще эти придурки! Мужики посыпались, как кегли, сбиваемые шаром. Мы пробежали мимо них, выскочили на улицу, Мир поймал наемную карету и запихнул туда всех, кого смог, то есть меня, мага, Теана и нашего пленника. Карета тронулась, и тогда Анколь решился задать вопрос:

– Ася, ты их всех убила?

– Ты что, с ума сошел? Я что, по-твоему, убийца? Я их усыпила. К утру проспятся, и будут как огурчики. Зелененькие и в пупырышках.

– Что?

– Шучу я так. Все с ними будет нормально. Они же ни в чем не виноваты, это хозяин у них гад. Был.

– А этот? Тоже не виноват? – Анколь пнул ногой валяющегося под ногами связанного и все еще бесчувственного Конта.

– Этот? Он-то как раз виноват. Не знаю, какие у него основания в этом участвовать, но он свое дело делал с удовольствием. Стоило только глянуть, с каким выражением лица он смотрел, пока его хозяин меня хлыстом обрабатывал.

Когда я про хлыст сказала, Теан, подавленный тем, что только что приговорил к смерти человека и стал его палачом, вдруг подскочил на месте. Из глаз ушла грусть-тоска, теперь он весь кипел гневом и негодованием:

– Этот подонок тебя ударил? Он тебя бил?

– Успокойся, мой родной, все уже позади. Он меня не то, чтобы бил, просто хлыстом срезал мою одежду. Каждую вещичку на лоскутки распустил. Куражился. Больно, конечно, было, – предвосхитила я его следующий вопрос.

– Он тебя совсем раздел? И что, дальше ничего не было?

– Дальше у него отросло то, что ты видел. Вряд ли в таком состоянии он мог хоть что-то мне сделать. Да вы еще поздно пришли: пока он был в сознании, я его лишние части тела к полу и потолку прирастила.

Анколь зашелся смехом, у Теана глаза стали размером со сковородку, он даже забыл про хлыст. Видно было, что он хочет что-то сказать, но слов не находит. Тут мы прибыли в наш трактир, и возник вопрос, как туда переместиться, не привлекая всеобщего внимания. Анколь сбегал за моими вещами, я переоделась прямо в карете. Вражеского агента завернули в плащи и пронесли под видом багажа. К последнему действию подоспели наши солдатики и приняли в нем активное участие.

Надо сказать, заходя в трактир, я внимательно смотрела по сторонам. Пиво, от которого я так надолго отключилась, принесла местная служанка, Может, и хозяин был в это замешан? Похоже я не ошиблась. При виде меня стоявший за стойкой трактирщик поперхнулся, глаза его полезли на лоб… Я дернула Анколя за полу и прошипела:

– Молчи и слушай. Наш трактирщик был в сговоре с похитителями. Сейчас ничего не надо делать, в номере пообщаемся, тогда решим.

Все набились в нашу комнату. Бессознательного Конта кинули под ноги, а сами сели в кружок и стали рассказывать. Я изложила свои приключения, правда, с купюрами, чтобы не смущать народ. Тим, по его уверениям, потерял сознание тогда же, когда и я. Очнулся через пару часов под столом в общем зале. Не сам очнулся, пришедшие Мир с Лансом его растолкали.

Интересно, я почти сутки была в отключке, а этот через пару часов в себя пришел. Или на нас местные наркотики по-разному действуют?

Мир с Лансом действительно, пришли через два часа после происшествия. Трактирщик им рассказал, что пришел их знакомый, заказал всем пиво, девушке от пива стало плохо, и знакомый отправился с ней к целителю. Тима они сами нашли, он под столом валялся. С трудом его в себя привели, а тут и принц с магом подоспели. Стали меня искать, но безуспешно. Только утром, уже после завтрака, маг прибежал и закричал, что знает, где я.

Анколь рассказал свою историю. Оказывается, они с Теаном ходили обеспечить мою безопасность от местных магов. Вызвали их всех в городскую магическую ложу и озадачили. Теперь те на улицу два дня не выйдут, плетут специальную сеть. Принца взял с собой, чтобы подтвердить государственную значимость задачи. Пришлось с магами посидеть, изобразить участие, не то они бы догадались. Вернулись – меня нет. Если бы я не была без сознания, Анколь меня сразу бы нашел. У него к моему сознанию поисковая ниточка привязана. Как только я в себя пришла, проблема была решена. Ниточка сразу привела их к дому, который снял в Риспе барон Рекет. Войти особой сложности не составило: его слуги не настолько любят хозяина, чтобы защищать его ценой жизни. Почему они потом на нас напали? Да не напали, только изображали нападение. Чтобы быть в глазах барона чистенькими. Мол, старались, защищая его интересы, но превосходящие силы противника… Они же не знали, что барона уже нет в живых. Как они меня нашли? Проводил один такой. А тут я навстречу, одета во что-то странное, в глазах бешенство.

Все вроде сошлось, у меня один вопрос остался: откуда барон или его приспешник, что на полу валяется, знали, что я еду с ребятами в эту самую Риспу? Барон-то в крепость с нами не поехал, в Мирене оставался. Это я и собиралась прояснить у проклятого Конта.

Ждать пришлось довольно долго. Наверное, я что-то не так сказала или подумала, потому что мужик пришел в себя только к вечеру. Оглядел окружающих и заныл:

– Да что… Да за что… А это не я… А я ничего… Я только хотел…. А все этот гад…

Меня таким макаром не разжалобишь, как выяснилось, Теана с Анколем тоже. Принц резко сказал:

– Закрой рот, слушай и отвечай по существу, если хочешь жить. Про твоего хозяина мы все знаем. Он свое получил. Ты представляешь, кто перед тобой?

– Знаю, принц Теаноферн.

– Ты плохо знаешь. Перед тобой СОВЕРШЕННОЛЕТНИЙ наследный принц Теаноферн, будущий король по крови, которому твой хозяин нанес смертельное оскорбление. Надеюсь, ты понимаешь, что это значит.

Черт возьми, парень выглядит величественно! Мужик прекрасно все понял, съежился и запричитал:

– Все, что угодно, Ваше Высочество, все что угодно… Только не убивайте…Спрашивайте, я все расскажу.

– Вопрос у меня один. Откуда твой хозяин знал, как, куда и в каком составе мы поедем?

– Он следил… Не сам, конечно. Очень обиделся на госпожу… Велел следить, и как будет случай, похитить. Но тут стало известно, что принц Арк вывозит госпожу в крепость, где к ней не подобраться. Наш человек надел следящий амулет на воина из личной гвардии принца Арка. У него была задача узнать, когда госпожа покинет крепость и куда поедет. Я получил известие, что госпожа сопровождает принца Теаноферна в Риспу, и засел в Зоме. Зом-то вам никак нельзя было миновать. У меня был амулет, позволяющий видеть сквозь личины. Госпожу я раньше не видел, а принца Теана сразу узнал. Ну, постарался к вам присоединиться. А в Риспе сумел поселить вас в этом трактире. Здешний хозяин – человек барона, платит ему подати.

– Тут сидели люди, они играли с госпожой в кор. Это твои люди?

– У меня здесь был один человек. И он все время был с вами, – голос Конта вдруг зазвучал дерзко.

Тут я сразу догадалась, и не только я. Это мог быть только Тим. Он приехал с нами из Мирены. Мир и Ланс – воины из крепости Туран. По выражениям лиц Анколя и Теана он понял, что раскрыт, и бросился к двери.

Все рванулись за ним, но столкнулись в дверях, так что предателю удалось улизнуть на первый этаж. Мир и Ланс хотели бежать за ним, но я их удержала.

– Ребята, пусть бежит. Его хозяин мертв, а без него он нам не опасен. У нас сейчас других дел по горло, не хватало еще за этим мерзавцем гоняться.

– Госпожа Ася, – возразил Мир, – он оскорбил нас, унизил наше братство, он должен быть наказан.

– Госпожа Ася права, Мир, – веско сказал Теан, – Он недостоин даже того, чтобы вы тратили свое время на его преследование. Он не уйдет от наказания, оно просто откладывается. Его вина ужасна. Он предал, посеял между нами недоверие, поставил под сомнение вашу преданность. Ты думаешь, что недостоин доверия потому что был вместе с предателем. Но это не так! Я вам доверяю как доверял, даже больше. Я отдаю под вашу защиту самое дорогое для меня существо, – тут он погладил меня по руке, – и уверен, что вы мое доверие оправдаете.

Как он был прекрасен в эту минуту! На троне будет смотреться просто потрясающе. Моя анимэшка превратилась во взрослого сильного и властного мужчину. А как он говорит! Уважаю десять раз. Только бы он не увидел восхищения в моих глазах, а то опять все сначала и мы вернемся к тому, с чего начали.

Тут начались клятвы, крики, слезы, сопли, плавно переходящие во всеобщее братание. Сущая ерунда и благоглупость, но такая трогательная и духоподъемная! Все по очереди клялись защищать меня ценой своей жизни, я, в свою очередь клялась не злоупотреблять их клятвами. Конта Мир свел в местную тюрьму с сопроводительным письмом от его Высочества. Пусть до конца войны в кутузке посидит. Принц еще хотел идти и наказать коварного трактирщика, но в результате мы просто съехали не заплатив.

Перебрались в трактир сортом повыше и отлично там переночевали, тем более, что утром собирались покинуть Риспу.

После вчерашних ужасов я плохо спала, рубцы от хлыста болели и саднили, хорошо еще, что на попе не было ни одного, а то как бы я верхом ехала? Могла бы вчера попросить Анколя меня полечить магией, но не хотелось привлекать внимание принца. Бурю его эмоций мне было выдержать труднее, чем простую физическую боль.

Анколь разбудил меня ни свет, ни заря, водрузил на лошадь совершенно не проснувшуюся, и мы тронулись в путь. Часа через три впереди заблестела широченная река, а на ее берегу я разглядела веселые беленькие домики под черепичными крышами, окруженные зеленью садов. Прелестное местечко, не здесь ли наш Архимаг обитает?

Анколь подтвердил мою правоту, это та самая деревня, только Миритон живет немного выше по течению, отсюда не видно. Мы доехали до деревни, повернули налево и по берегу реки проехали ее насквозь. Метров через семьсот после того, как мы миновали последний домик, перед нами возникли красивые кованые ворота, за которыми шла вдаль широкая аллея, обсаженная деревьями, напомнившими мне эвкалипты. В конце аллеи виднелся не дом, а красивый белокаменный дворец. Неплохо устроился этот Архимаг! Замечательное строение, английские лорды нервно курят в сторонке.

Ворота распахнулись едва мы к ним подъехали. Анколь лукаво смотрел на меня, а я не понимала почему. Но, добравшись по аллее до дворца, мы повернули налево, проехали еще примерно столько же, и только тогда перед нами открылся вид на настоящее жилище Архимага Миритона. Прелестный одноэтажный дом в средиземноморском стиле. По моим понятиям, внутри должно быть патио, то бишь внутренний дворик.

У входа нас встретили слуги, забрали коней, с которых мы сняли свои пожитки. Я со своим рюкзаком добровольно не расстанусь! Мага с принцем пригласили внутрь, а нам с Миром и Лансом подали напитки под навесом и предложили подождать.

Сидеть пришлось не меньше часа. Я выпила стакан воды и стакан сока, погрызла печеньки, и заскучала. Неподалеку толпились слуги, они исподтишка пялились на нас и хихикали. Я решила поинтересоваться, и обратилась к Миру, надеясь получить ответ у кого-то другого:

– Мир, послушай, а что это там был за дворец? Я думала, это и есть дом Архимага Миритона.

Мир, естественно, пожал плечами, но старший их хихикающих сообщил:

– Это резиденция для короля и его свиты, буде он решит посетить господина Архимага. Совет Магов тоже там заседает, когда у нашего хозяина собирается.

– Спасибо за ценное разъяснение, – поклонилась ему я, и в ответ дождалась новой вспышки бессмысленного хихиканья.

Наконец из дверей выскочил Анколь. Наш маг и так склонен к спешке, но тут он ускорился просто до невозможности.

– Так, Мир, берете с Лансом наших лошадей, едете в деревню, находите постоялый двор и селитесь там. Ася, тебя хочет видеть Архимаг. Бери вещи и пошли скорее.

Я еле успела схватить заветный рюкзак, как Анколь схватил меня за руку и поволок в дом. Мы проскочили несколько темных неосвещенный помещений и ворвались в залитый солнцем внутренний дворик (молодец я, правильно определила!) пред светлые очи Архимага Миритона.

Надо сказать, он производил впечатление. Это был первый и пока единственный действительно старый человек, которого я увидела в этом мире. Фантастически красивый. Высокий, ростом с Теана, Потрясающая, несмотря на возраст осанка, идеально прямая спина и гордая посадка головы. Лицо, в отличие от виденных мной анимэшек, у которых щеки как из фарфора, очень загорелое, смуглое, изрезанное морщинами, в каждой из которых читались мудрость, властность, благородство, доброта и величие. Роскошные длинные волосы потеряли свой первоначальный цвет и казались отлитыми из серебра, наверное, так здесь выглядит седина. А вот глаза остались пронзительно синими, удивительно молодыми и смотрели на меня весело и доброжелательно.

Величественный старик направился ко мне, протягивая руки и восклицая:

– Вы только посмотрите, какая красота! Красавица моя, какое счастье, что ты приехала, иди сюда, дай на тебя посмотреть!

Я засмущалась, меня никогда никто публично не называл красавицей, да и я себя таковой не считала. Вдруг до меня дошло, что он не видит моего лица, а смотрит на меня магическим зрением. Таким способом я пока не сумела себя увидеть, может, там и правда красота неописуемая.

Миритон подошел, обнял меня, расцеловал в обе щеки, погладил по голове и спросил заговорщическим тоном:

– Испугалась?

– Нет, с чего бы вдруг? – на автомате ляпнула я.

У стоявшего рядом Анколя в глазах плеснул ужас, а Миритон засмеялся.

– Умница, девочка. Здесь тебе бояться нечего. Вон та мелюзга, – он махнул рукой в сторону, где стояло трое подростков с разноцветными шевелюрами, – для тебя не опасна, потому что еще своих сил маловато, а умений и вовсе нет, даже если бы захотели, ты им больше повредишь, чем они тебе. А мы с моим дорогим Анколем понимаем, что к чему.

– Глубокоуважаемый… – начала я, но Миритон меня перебил.

– Давай здесь без этих глупых реверансов. Мы не на королевском приеме. Я просто очень старый опытный маг, а ты юное и прекрасное магическое существо. Вся моя сила и опыт перед тобой ничего не стоят, хотя бы потому, что я впервые вижу подобное тебе создание в нашем мире.

– А вы видели такое раньше? В другом мире? – заинтересовалась я.

– Видел. Но не смог подойти близко и хотя бы потрогать, так что тебе я бесконечно благодарен за доверие.

– А где вы видели такое существо? – Продолжала вязаться я, – В моем мире, или где-то еще? И кто это был?

– Я не знаю, где твой мир, девочка, но, глядя на тебя, могу сказать, что никогда там не был. Ты спрашиваешь, кто это был? Дракон, конечно. В вашем мире есть драконы?

– Нет, в нашем мире драконов нет, есть только легенды о них. В этих легендах драконы похищают принцесс, а самые смелые рыцари этих принцесс освобождают.

– Все как у нас, за исключением того, что мы точно знаем: драконы жили в здесь не так давно. Пятьсот лет назад их еще видели. Мой учитель собственноручно убил дракона, у меня в коллекции хранятся его чешуйки и коготь.

Я не стала говорить, что такое редкое существо как дракон грех убивать. Ну нет в этом мире Красной книги. Потом, мало ли почему Миритонов учитель это сделал? Может, у него не было другого выхода. Архимаг между тем продолжал:

– Бедный учитель! Он сделал это по молодости, по глупости и со страху. Случайно встретил дракона в горах. Потом всю жизнь сожалел. И никогда уже не был счастлив. А я встретил дракона в другом мире. Он был прекрасен. Но, как ты понимаешь, подружиться с таким существом у меня не было ни единого шанса.

– Ну, со мной вы уже подружились, – произнесла я застенчиво.

Именно! – возликовал Миритон, – И я счастлив этим обстоятельством. Я тебя еще не заговорил? Ты же устала, надо отдохнуть с дороги. Давай я покажу тебе твою комнату. А это что? Твой дорожный мешок? Можно посмотреть?

Я не успела ничего сказать, шустрый Архимаг подхватил мой рюкзак и сунул туда руку. Пошуровал внутри, полазил по карманам и уставился на меня в восхищении:

– Оооо, девочка, как ты это сделала? Совершенно ясно, что Анколь к этому руку не прикладывал, он у нас хоть и занимается пространством и временем, но на такие вещи не способен. Да я и сам бы не сумел. Ну, сумка с пятым измерением и у меня есть, но чтобы еще и защита от воров, да такая оригинальная? А сама ты как там вещи находишь?

– Элементарно. О чем подумаю, то под руку попадается. Смотрите, – я сунула руку в рюкзак и достала свою лиру.

– Ты на этом играешь? А может ты еще и поешь? Тогда сегодня у нас будет отличный вечер. Ладно, пошли, я за тебя спокоен – у тебя все с собой. О наших магических делах поговорим позже.

Миритон взял меня за руку и отвел в комнату, которая понравилась мне больше всех тех, в которых мне довелось проживать в этом мире. Ничего лишнего. Беленые стены, деревянные пол и потолок, низкая широкая удобная кровать, минимум мебели: низкий стол и пара пуфиков, на полу циновки, на окне от пола до потолка легкая занавеска и бамбуковые жалюзи. Несколько дверей скрывали шкафы и удобства. Я выразила восторг громким «Ах»! Миритон обрадовался:

– Тебе действительно нравится? Рад, что ты разделяешь мой вкус, девочка. С тобой действительно можно подружиться даже такому старому зануде как я. Дай-ка я еще на тебя полюбуюсь. Стоп! У тебя на теле следы от хлыста? Тебя били?

Это он сквозь одежду видит? Силен.

– Били. Я надеялась, Анколь рассказал вам наше давешнее приключение.

– Рассказал, конечно, Я смеялся до слез. Надо же было такое удумать! Но он как-то не упомянул, что ты пострадала. Почему ты ее не лечил? – гневно рявкнул Архимаг на протиснувшегося за нами в комнату Анколя.

– Это я виновата, – попыталась отвлечь гнев Миритона от моего друга я, – Я им всем так голову заморочила, что об этом просто забыли все, я в том числе.

– А сейчас тебе больно?

– Больно. Не очень, уже проходит.

– Ладно, я сейчас сам тебя полечу, а потом отдохнешь, – и он начал водить руками вдоль моего тела.

Боль тут же стала уходить, я могла что угодно прозакладывать, на моем теле и следа от хлыста этого Рекета не осталось. Но тут я обратила внимание, что с Миритоном творится что-то странное, да и Анколь разинул рот. Первым сказал свое слово Архимаг:

– Деточка, как ты себя чувствуешь? У тебя нет слабости, может, спать хочется?

– Да нет, – ответила я, – Прекрасно себя чувствую, спать не хочу. Сил просто невпроворот.

– Интересное дело получается. Сейчас ты отдала мне раз в десять больше силы, чем я потратил на твое лечение.

– Учитель, – робко, но с восторженными интонациями подал голос Анколь, – Вы бы видели это со стороны! Потрясающе! Никогда в жизни ничего подобного не видел! В первую минуту было все как обычно, и вдруг ваши ауры слились и стали расти и сиять все ярче! Потом они разделились, но сияние так и осталось! Сила прибавилась и у вас, и у Аси!

Миритон почему-то не обрадовался, а посмурнел.

– Интереснейший феномен! Так, Анколь, идем, оставим нашу гостью отдыхать. Мне надо подумать.

– Одно слово. А где наш принц, где Теан? – спросила я, потому что ни в патио, ни в других помещениях по дороге принца не заметила.

– Он в соседней комнате, – сказал Анколь, – если хочешь, я пришлю его к тебе, но у него плохое настроение.

Я махнула рукой Анколю, что можно было понять как угодно, поклонилась Архимагу, и они меня покинули. Я тут же стащила с себя одежды, в которых уже запарилась, и рванула в ванную. Долго отмокала, а потом стала вертеться голышом перед зеркалом. Действительно, следа от побоев не осталось, кожа гладкая и чистая, как у младенца. Еще вчера тут на попе от жары и пота прыщики собирались высыпать, а сейчас ничего нет. И вообще я так шикарно сроду не выглядела. Спасибо нашему дорогому Архимагу.

Тут передо мной во весь рост встал вопрос: во что одеться? Дома я бы так и продолжала бегать по квартире голая, благо смотреть на меня некому. Здесь же народ имел одну малоприятную привычку: врываться к тебе без стука в самый неподходящий момент, а потом или смущаться, или возмущаться. Ну их к Богу в рай. Но мои шерстяные вещички из крепости, а также Миренские придворные платья в теплом краю не годились совершенно. Я завернулась в полотенце и принялась исследовать шкафы. Кажется, тут было что-то подходящее.

Никакой ошибки: в стенном шкафу висело несколько легких хламид разного цвета но одного покроя. Такие на кого хочешь можно надеть. Я выбрала себе бледно-голубую, расшитую по подолу и вороту ромашечками. Надела и расстроилась: мне бы еще сантиметров тридцать роста, а так подол по полу волочится. Еще наступлю ненароком и грохнусь. Пояс опять же не на месте. Стой, Селезнева, магическое ты существо. Ну-ка желай быстро укоротить и талию на место поставить. Платье тут же село на мне как влитое.

Оделись, теперь можно осмотреться. Я подошла к окну и раздвинула жалюзи. За окном стоял Теан.

Нет, не думайте, что он в очередной раз пришел ко мне изливать чувства. Судя по всему, парень просто сделал то, что собиралась сделать я: вышел через окно в сад, и теперь стоял там спиной ко мне. К слову, выйти через окно было очень удобно: оно шло от пола до потолка, ты попадал прямо на широкую каменную веранду, которая спускалась в сад ступенями. На веранде там и сям стояли плетеные кресла и низкие столики, видно, проводить здесь время было принято.

Но принц не присел, он стоял как монумент и глядел вдаль. Я не решилась его беспокоить, наоборот, сделала шаг назад и попыталась как можно тише закрыть жалюзи. Вот почему когда стараешься не шуметь, обязательно чем-нибудь громыхнешь?

Отступая задом, я поставила ногу на циновку, она поехала на гладком полу, и я плюхнулась на попу. Теан мгновенно обернулся и кинулся ко мне. Поднял с пола, посадил на кровать, сел рядом на по циновку, взял меня за руку и тяжело вздохнул. Ну что еще с тобой стряслось, бедолага? Оказалось, ничего плохого. Просто он включил мозг, глубоко задумался и мысли эти ему не слишком понравились. Он попытался мне что-то сказать, но смешался и замолчал. Надо было его направить на более позитивные идеи, но я не знала, как это сделать. Поэтому предложила:

– Давай просто посидим, помолчим…

– Хорошо. Знаешь, я думаю… Вам с Анколем надо остаться здесь, а я уеду. Мне тут делать нечего. Все-таки я принц и должен принимать участие в судьбе своей страны.

– Подожди. Мы тут с важной миссией. Пока не выполним, никуда ты не уедешь. А потом я сама на этом буду настаивать: надо же сообщить государственному совету о нашем успехе или провале.

– Хорошо. Ты как всегда права. Ася, мне надо еще подумать… А потом ты поговоришь со мною?

– Теан, когда я отказывалась с тобой говорить? Поговорим, и не один раз, надеюсь. А сейчас расслабься и не переживай: все в конце концов будет хорошо.

Теан с сомнением покачал головой, но с места не сдвинулся. Так мы сидели довольно долго, потом он спросил:

– А если я сейчас уеду в деревню, к нашим ребятам? Как ты думаешь, никто не обидится? У вас здесь своя магическая компания, вы развлекаетесь, глядя на все магическим зрением, темы у вас свои, а я как дурак. В деревне я буду недалеко, при необходимости можно за мной послать, но и тебе будет проще, и мне свободнее.

Молодец, правильный ход мыслей. Я и то думала, что ему с нами грустно, как глухому на симфоническом концерте. А в деревне с ребятами они хоть будут на равных, даром что один аронайский принц, а два других – солдаты-полукровки. Но между магом и обычным человеком пропасть, как я вижу, гораздо глубже. Вслух я сказала:

– Конечно, поезжай, если тебе так легче. Маги сами собой заняты, они и не заметят. Правда, лучше отпросись у Миритона, но он, думаю, возражать не будет. Давай только ежедневно подгребай к обеду, чтобы быть всегда в курсе дела. Да и мне будет приятно видеть тебя и знать, что с тобой и с ребятами все в порядке.

– Спасибо, Ася, ты всегда меня понимаешь, – Теан чмокнул меня в близлежащую коленку, встал и ушел тем же путем, как пришел.

Судя по тому, что за ужином он не появился, наверное привел в действие свой план и слинял в деревню к Миру с Лансом.

После его ухода я разобрала свое барахло, разложила, развесила, кое-что отправила в корзину для белья, которую нашла в ванной. Хотела устроить постирушку, а потом подумала: тут для этого слуги есть. Надо сказать, за короткое время я избаловалась. Дома бы мне это и в голову не пришло, я всегда была скромной и трудовой девушкой.

Повалялась на кровати, вышла на веранду и прошлась по ней, разглядывая незнакомые растения, посидела в плетеном кресле и поняла, что если за мной сейчас не придут, то умру со скуки. Плохо, что я не дома, там бы давно себе дело нашла.

Стоило мне об этом подумать, как на веранде появились три разноцветных создания, которых я видела до этого во внутреннем дворике. Кажется, архимаг назвал их своими учениками? Я помахала рукой, и они робко приблизились. Издалека я приняла их за мальчиков, но вблизи один из них оказался девочкой с шикарными волосами и глазами василькового цвета. Один паренек был явным полукровкой, чем-то похожим на Мира, зато другой мальчик, как и девочка были явными аронайцами. Хотя нет! Зуб даю, у них обоих, как у Арка, есть капелька крови лебдов. Красивые дети. Смешно: на их фоне я кажусь себе чуть ли не уродиной, а здесь все поют панегирики моей небесной красоте. Посмотреть бы, что им так нравится.

Ребятки тем временем подошли, остановились метрах в двух и стали мяться. Явно хотят что-то сказать или спросить, но стесняются. Наконец девочка решилась:

– Госпожа, а можно вас спросить? Это правда, что вы возлюбленная принца Теана?

– А тебе зачем? – ответила я вопросом на вопрос. Невежливо, но и девчонка не самый корректный вопрос задала.

– Надо, – потупилась красотка, – очень надо знать, – ее вдруг прорвало, – Вы же не лебда, не полукровка, вы волшебное существо из другого мира. Я не могу поверить, что он вам нужен, пусть он и принц, пусть даже будущий король. У него нет магии, кроме королевской.

– Я знаю. Понимаю, что это серьезный вопрос и попробую ответить. Понимаешь, для любви нет принцев, магов, волшебных существ и простых людей, аронайцев и лебдов. Если бы я любила принца Теана, была бы с ним.

– А вы его не любите?

– Люблю, даже очень люблю. Вот у тебя есть брат?

– Есть, – девочка стрельнула глазами в сторону второго аронайца. Ну точно, цвет волос разный, но сходство потрясающее. Они брат и сестра. Ладно, продолжим.

– Ты очень любишь своего брата?

– Я за него жизнь отдам, – произнесла малышка с убеждением, а следом за этим спросила удивленно, – Постойте, вы хотите сказать, что любите принца как брата?

– Именно. Не больше, но и не меньше. Конечно, родства между нами нет, но мы вместе столько пережили, помогали друг другу, спасали друг друга, и в конце концов сроднились.

Девчонка задумалась, а затем в ее глазах сверкнуло недоверие:

– А его браслет? На вас же его браслет! Как можно надеть браслет того, кого не любишь? Принести такую жертву?

– Ну, по-моему, не такая уж это жертва. Просто военная хитрость. Я надела браслет понарошку, чтобы все думали как ты сейчас и не пытались на меня покушаться. Но на самом деле это ничего не значит. Когда это больше не нужно будет дя дела, я браслет сниму.

Вся троица уставилась на меня, пытаясь переварить новую информацию. Я решила добавить, чтобы избежать дальнейшего допроса:

– Подумай вот о чем. Как тебя зовут?

– Аргиль.

– Аргиль? Красивое имя. Ты вот о чем подумай, Аргиль. Я в этом мире не навсегда. В моем у меня есть дом, семья, друзья, работа. Я хочу туда вернуться, поэтому не могу и не собираюсь связывать себя с человеком этого мира. Если еще что-то личное хочешь спросить, приходи ко мне вечером после ужина. Одна. Поговорим как подружки, без мужчин, – я зыркнула на ее сопровождение.

Мальчишки загалдели, что-то вроде: а нам и не надо, и не очень-то хотелось, это все выдумки Аргиль, а мы вообще просто познакомиться… Аргиль же кивнула мне, подтверждая уговор.

Хорошо, что тут нас позвали ужинать, а то меня этот детский сад что-то стал раздражать.

На ужин молодняк не позвали, так что мы заседали в узком кругу: Миритон, Анколь и я. Еда была вкусная и легкая: овощи, фрукты, зажаренное на решетке мясо под соусом, запеченная на углях рыба. Вино подали тоже легкое, белое типа шабли и красное, похожее на бордо. Я налегла на рыбку, потому что очень по ней соскучилась. Впервые в этом мире ее ем.

Маги разглагольствовали на свои магические темы, которые время от времени вызывали и мой интерес. По большей части Анколь пересказывал наши приключения, а Миритон комментировал. Удалось кое-что узнать.

– Теперь я понимаю, для чего ты заказал магам Риспы «Сеть Тьмы». Хотел их занять, чтобы никто не заметил присутствия в городе нашей гостьи., – со смехом говорил Миритон Анколю, а обращаясь ко мне добавил, – В Риспе магов всего трое, а чтобы сплести настоящую «Сеть Тьмы» нужно, чтобы ее плели три мага в течение трех дней, за это время ни разу не покидая помещение. Тут у них толпу драконов под носом можно провести, никто не заметит. У нашего малыша есть выдумка!

Я улыбалась, выражая поддержку своему другу. Здорово он придумал, никому бы и в голову не пришло. А что такое «Сеть Тьмы»?

– Магическая ловушка, – охотно пояснил Анколь, – тот, кто в нее попадает, теряет сознание, и пока его оттуда не вынешь, так и будет лежать бревно бревном. Большую сеть, такую, как я заказал магам Риспы, можно накинуть сразу на целый отряд. Так что эта штучка нам пригодится.

Потом уже я рассказывала, как зачаровала рюкзак и как справилась с бароном Рекетом. Миритон опять хохотал, а потом стал серьезным:

– Ты понял, что главное в даре Аси? – обратился он к Анколю.

– Ну, ей не нужны заклинания, – ответ прозвучал как у троечника, не выучившего урок.

– Обалдуй, – радостно объявил Архимаг, – учишь тебя, учишь, толку никакого. Совершенно очевидно, что волшебному существу заклинания не нужны. Подумай еще раз.

– Не знаю, – тупо произнес маг, к тому времени осушивший уже целую бутылку вина, – Я не могу понять, к чему вы клоните, Учитель.

– Ты же сам правильно сказал. Какая у Аси основная сила? Любовь!!! Это только по-вашему тупому и убогому представлению любовь – это то, чем люди в постели занимаются. На самом деле любовь – совсем другое. Это доброта! Приятие мира! Мира в целом, а не одного несчастного мужчины! Это нежелание делать зло, даже в ответ на зло! Это ведь вы с принцем казнили барона. А она даже такую мразь пожалела. Именно поэтому у нее такая сияющая золотая аура, рядом с которой и ваши золотой пыльцой покрываются. Ты неправильно сказал, что это поверхностное действие. Наблюдал невнимательно. Эта пыльца впитывается и усиливает твою, между прочим, собственную ауру. А тот феномен, который мы наблюдали, когда я ее совсем немножко полечил! Девочка была мне благодарна, поэтому выработала столько энергии, что ее можно было бы раздавать всем болящим, чтобы поправились. Но в контакте с ней был я, я и получил практически столько, сколько мог забрать.

– Хорошо, учитель, а любовь к конкретному человеку это, по-вашему, уже не любовь? – тон Анколя напоминал сакраментальное: «Ты меня уважаешь?».

Архимаг не обратил внимание, что его ученик уже пьян в стельку. Он продолжал витийствовать, отвечая на вопрос ученика.

– Любовь, бестолочь. Самая мощная, но не единственная, и уж не самая главная, если иметь в виду силу магии, а не бытовую сторону. Когда наша Ася полюбит, то при контакте с любимым, даже если она просто будет держать его за руку, выбросы энергии могут быть совершенно фантастические. Но! Сила любви никогда не разрушает. Ее излишки просто рассеиваются. Заботьтесь о том, чтобы ей было хорошо. Пока наша девочка довольна, мы обеспечены даровой и абсолютно безопасной энергией.

Тут я решила добавить в дискуссию свои пять копеек и спросила:

– А если меня обижать?

– Хороший вопрос! Если честно, никому не посоветую. Хорошо, что этот балбес стал учить тебя магии. Я имею в виду этого пьяного мальчишку, моего бывшего ученика. Хороший парень, вообще-то. Не научил, конечно, ничему, но ты как-то сама научилась держать ее проявления под контролем разума. Ведь ты могла разнести этого клятого барона вместе с его логовом с самого начала. Силы хватило бы. Не представляю как ты сдержалась когда он стал тебя бить. Но хорошо, что ты не дала ему перейти к активным действиям. Боюсь, попытайся он тебя изнасиловать, Риспа была бы стерта с лица земли. Ты бы, к сожалению, тоже погибла.

– Он мог меня изнасиловать пока я была без сознания, но не стал этого делать. Хотел сначала покуражиться.

– Боги тебя хранили, моя деточка, и город тоже. Ну, не будем о грустном. Ты обещала спеть. Сейчас принесут твою лиру.

Архимаг позвонил в колокольчик и что-то тихонько произнес. Через минуту пришла Аргиль, неся в руках мою балалайку. За ней, потупившись, вошли оба мальчугана. Понятно, всем хочется песни послушать. Миритон вопросительно глянул на меня, я кивнула. Молодняку было дано разрешение остаться.

Не мудрствуя лукаво, я стала петь проверенные песни, которые уже не раз звучали под звездами этого мира в моем исполнении. Анколь, счастливый и довольный, подпевал. Когда я закончила, брат Аргиль попросил у меня лиру. Он пел гораздо лучше Лирета, голос был высокий, звонкий, мальчик вкладывал в песни душу, но все, что он пел, было грустным.

Потом лиру, к моему удивлению взял Миритон и спел несколько веселых шуточных песенок.

Я веселилась от души, мелкота хихикала, а Анколь тихо дрых в своем кресле. Вечеринка удалась. Несмотря на то, что я тоже прилично набралась, соображения не потеряла. Пока все пели, я размышляла над словами Архимага и когда все уже собрались расходиться, задала вопрос:

– А как же драконы? Если меня обижать опасно, как тогда ваш учитель смог убить дракона и остаться жив?

– Хороший вопрос, девочка! Если бы все мои ученики так ясно мыслили, насколько легче бы мне жилось. Понимаешь, энергия дракона не связана с эмоциями, поэтому никогда не высвобождается взрывообразно. Но то место, где погиб дракон, на века остается мертвым и смертельно опасным для всего живого. Да и мой учитель… Он потом всю жизнь болел и никогда больше не был счастлив. Хватит болтовни на сегодня, всем спать!

После такой команды никто на месте не остался. Я вернулась к себе, разделась, забралась под одеяло, и тут окно тихонько раскрылось, и в комнату на цыпочках вошла Аргиль. Ну да. Я же ее приглашала поболтать.

– Госпожа Ася, можно? – прошептала девочка.

– Заходи, чего уж, Обещала я тебе разговор, обещания надо выполнять. Так что тебя волнует?

– Мне очень надо с вами поговорить, но я не знаю, как начать. Понимаете, я очень давно, с самого раннего детства знаю и принца Арка, и принца Теана. Теан всегда был такой… Ну, не от мира сего, что ли. Красивый, умных, добрый, но… Отстраненный, что ли. Было видно, что он живет в своем мире.

– Аргиль, я тебя уважаю десять раз. Ты сумела сделать то, что мне никогда не удается. Ты начала с начала. Давай уточним. Откуда ты знаешь принцев?

– Вы знаете, что Арк не сын нашему королю?

– Знаю.

– А кто вам рассказал?

– Он сам.

– Тогда все в порядке. Если Арк вам доверяет, я тоже могу. Хотя это не секрет, все знают, только молчат.

– А почему такое доверие именно мнению Арка?

– Все очень просто. Принц Арк – мой кузен. Моя мама и его отец – родные брат и сестра. Я никогда не видела дядю, он умер до моего рождения. А королева очень хорошо относилась к маме, сделала ее своей придворной. Когда у меня с братом открылись способности, королева договорилась с господином Архимагом, что тот возьмет нас в обучение. Но это случилось не так давно, а до этого я жила при дворе, там и познакомилась с Теаном.

– Прости меня, Аргиль, но я все-таки тебя спрошу: ты в него влюблена? В Теана?

– Я?! Да с чего вы взяли?!

– Знаешь, это бросается в глаза. Ой, не надо мне ничего говорить, он, естественно, и не догадывается. Такое хорошо видно стороннему наблюдателю, а сам предмет никогда в упор не видит.

– Вы правы, госпожа Ася, я в него влюблена… Он мне всегда нравился, с самого детства, а тут он приехал такой… Такой… Прежний и совсем другой. Взрослый, сильный, необыкновенный. У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло. Простите, вам, наверное, это не интересно.

– Просто Ася, Аргиль, никакая не госпожа. Иди сюда, садись поближе, я тебе кое-что скажу. Теан совершенно чудесный, хороший, добрый, благородный, умный и красивый. Так что с твоей стороны влюбиться в него совсем не глупо. Думаю, дальше он будет становиться только лучше, и когда-нибудь станет просто идеальным мужчиной. Теперь посмотри на себя. Ты очень красивая. Ты маг. Ты умница. Он тебя знает всю твою жизнь, и, думаю, прекрасно к тебе относится. Так что предпосылки у тебя хорошие.

– Но любит он вас. Я прекрасно вижу, что изменился он не просто так.

– Согласна. Ты права. А скажи мне, Аргиль, сколько тебе лет?

– Сорок. Ну, пока еще тридцать девять, сорок будет в следующем месяце…

Ой, я с ума сойду от этих деточек, которые по возрасту мне в тетки годятся. Открыть ей страшную тайну? Ой, не надо, еще напугаю малышку до умопомрачения. Лучше наведу на мысль.

– А замуж у вас когда выходят?

– Не раньше чем в пятьдесят. Но в знатных семьях стараются в брак вступать после совершеннолетия.

– Это в шестьдесят. Даю подсказку: через пару месяцев максимум я исчезну из его жизни. У тебя впереди как минимум двадцать лет. Если за это время ты не сумеешь завоевать его сердце, ты не та девушка, какой я тебя считаю.

– Да-ааа? А все равно вы останетесь его первой любовью.

– Хочешь секрет? Первая любовь для мужчины очень важна, она определяет его отношение к женщинам на всю оставшуюся жизнь, но очень редко она бывает той самой, одной и навсегда Думаю, со мной тебе повезло. Для него любимая женщина всегда будет на пьедестале. Женщина будет делать его счастливым, отвечая на его чувства. Я его не любила, просто позволяла себя любить, да и то до известного предела. Если он увидит в тебе не желание завлечь, а искреннее чувство, он не сможет на него не ответить. Поняла? Только должно пройти время. Пока ты для него ребенок, и пройдет еще немало лет прежде чем он сможет увидеть в тебе женщину.

– Вы правда так думаете?

– Правда. Если бы у тебя была королевская магия, ты могла бы меня проверить, но увы! Можешь поверить на слово. И еще. Ты ведь не стопроцентная аронайка?

– Вы знаете, или видите?

– Понимаю твой вопрос. Сначала я увидела. Вы с братом очень похожи на принца Арка, а про него я это точно знаю. Он сразу показался мне непохожим на аронайцев. Я заметила, что он от них отличается как только его в первый раз увидела, еще ничего про него не зная. Так вот. После меня Теан никогда не полюбит чистокровную аронайку, но и лебду не полюбит тоже. Думаю, кровь тут ни при чем, важнее воспитание. Женщины и девушки в этом мире замученные кто чем и подавленные. А ты смелая и свободная, такой и надо быть впредь. Тогда у него просто не останется ни малейшего шанса.

Аргиль чуть не завизжала от восторга и бросилась меня обнимать:

– Ася, ты такая, такая… Спасибо тебе! Ты говоришь, что не любишь Теана, меня бы все так не любили. Но я поняла. Тебе нравится другой? Да?

– Какое это может иметь значение?

– Огромное! Ведь любовь – это самое главное. Ты сама сказала. Нашего Анколя ты точно не любишь…Это бросается в глаза. Я поняла, ты влюблена в моего кузена! В Арка! Но он… Он хороший, но…

– У него слишком много женщин, правильно?

– Правильно. Только об этом стыдно говорить.

– Да ладно тебе, нас здесь никто не слышит. Не волнуйся за меня. Скоро я уйду в свой мир, и там найду свою любовь. Мир у нас большой, людей много, не может быть, чтобы у меня не нашлось там своей половинки.

– С одной стороны правильно, что ты уйдешь, а с другой – жалко. Таких как ты у нас нет. С тобой можно разговаривать о чем угодно. Ты не указываешь мне на то, что мое поведение недопустимо, слушаешь, отвечаешь… И ты такая красивая. Я понимаю, почему Теан в тебя влюбился.

– Знаешь, Аргиль, я никогда себя особо красивой не считала. У нас таких тринадцать на дюжину, я имею в виду внешность. А у вас все аронайки меня гораздо краше.

– Да, ты же не видишь сама себя магическим зрением!

– Может, и впрямь что-то потрясающее. Но не забывай, у Теана магического зрения нет.

– Ему не нужно магическое зрение. Он и так видит суть людей. Арк говорит, у него душа зрячая. А ты правда никогда себя не видела со стороны? Я знаю как это сделать, пойдем!

Она потащила меня в ванную.

– Мужчины тебе никогда не подскажут, им и в голову не придет… Наоборот, они еще и запрещают так делать, говорят, это может быть опасно. Но если я свою ауру вижу в зеркале, ты и подавно увидишь! Ну вот, пришли, давай скорее, смотри!

Идея девчонки сработала так, что лучше и не пожелаешь. Мое отражение сверкало и переливалось как струи воды под солнцем, а все окружающее пространство оказалось заполненным золотистым светом, который разгорался все ярче и ярче. Серебристая аура Аргиль на глазах покрывалась золотой пудрой. Я обалдело произнесла «Спасибо» и вышла из ванной в состоянии глубокого шока. Понятно, почему эти маги от меня все охреневают. Действительно красиво, но мне на их месте было бы страшновато.

– Ну, ты видела, видела?! Правда здорово?! Я сама придумала этот способ, когда училась смотреть магическим зрением. А как так получается? Отражаясь в зеркале, ты стала светиться сильнее.

– Ага, а твоя аура вся пропиталась золотом моей. Надеюсь, это полезно для здоровья. Спасибо, Аргиль. Мы с тобой хорошо помагичили, давай теперь спать. Завтра будет новый день.

Я с трудом отправила малышку спать, легла, но уснуть не получалось. Мозг все прокручивал полученную информацию, подбрасывая все новые и новые вопросы. Так, пора прекращать эту мысленную жвачку. Надо спать. Спать, я сказала!

Прямой приказ подействовал как снотворное, так что проснулась я уже утром. Подведем итоги. Ничего плохого со мной не произошло. Я видела свою ауру в зеркале. Хорошо. У Теана нашлась поклонница которая определенно ему подходит больше меня. Пройдет время, и мальчик перестанет обо мне тосковать, а это снимает камень с моего сердца. У меня возникла куча вопросов без ответов. Ну, еще не вечер, есть шанс задать их и получить ответ. Что осталось? Наша миссия. Уговорим Миритона, и я буду совершенно свободна.

Вот глупость. Если бы Теан меня в этот мир не затащил, я бы ничего не знала и жила бы себе спокойно. Время от времени вспоминала бы сиреневого анимэшку, но чем дальше, тем все больше верила, что это был сон. А попала сюда и сразу почувствовала ответственность за всех этих разноцветных ребят и их дурацкий мир. Давно бы уже свалила, так нет. Нужно везде сунуться и всюду порядок навести. Интересно, как я потом у себя дома жить буду? Там все таким серым покажется. Или наладить бесперебойное сообщение и летать сюда на выходные? Смеюсь. Даже если это технически возможно, все равно не стоит. На два дома жить трудно, а на два мира и вовсе невозможно. Ну и ладно. Зато я буду знать, что в моей жизни было удивительное приключение. Все о таком мечтают, а я пережила. Можно потом об этом книжку написать.

Если чего и жалко будет, то это Арка. Не его лично, а нашего с ним общего несбывшегося. С другой стороны, так лучше. Если бы сбылось, по живому рвать было бы значительно больнее.

Я бы еще так рассуждала и неизвестно до чего бы додумалась, но тут меня позвали завтракать. Пришлось вставать, одеваться и тащиться. Вот честное слово, дворцовая манера, когда завтрак тебе несут в постель, мне нравится значительно больше.

За столом нас опять собралось трое. Миритон был весел, Анколь прятал глаза и дулся. Ясно, надо переходить к нашей миссии, а как это сделать он не может придумать. Придется как обычно брать все на себя. Я не стала заходить издалека, а в лоб спросила, понимает ли Архимаг, что мы к нему не просто так в гости приехали.

– Девочка, я прекрасно понимаю, зачем вы меня посетили в такое время. Мне кажется, я знаю, о чем вы собираетесь меня просить, но боюсь тебя огорчить, мой ответ «Нет». Видишь ли, я слишком люблю жизнь, пока еще прекрасно себя чувствую и не хочу лишиться всего этого ради мифической победы. Ее вы сможете добиться и так.

– Уважаемый Миритон, у вас совершенно превратные представления о нашей миссии. Вы мне слишком симпатичны, чтобы я уговаривала вас пожертвовать жизнью ради чего бы то ни было. Наслаждайтесь ею еще много лет всем на радость. Уверена, когда я озвучу вам наше предложение, вы скажете «Да»!

– Дитя мое, но ты же хочешь меня уговорить дать согласие на нарушение перемирия?

– Нас может кто-нибудь подслушать? – я махнула рукой, раскрывая полог тишины. Если здесь есть еще один, ничего страшного. Береженого Бог бережет.

– Нет, никто, – усмехнулся Миритон, – теперь даже я бы не смог нас подслушать. Ты хочешь предложить что-то другое? Не то, что я сказал?

– То, да не то. Для всех вы будете великий герой, жертвующий собой на благо Родины. Главное чтобы в это поверили Каферт и его люди. И только мы будем знать, что это игра. Вы выйдете спасителем отечества и Отцом нации без всякой опасности и вреда здоровью.

Я изложила мое предложение в подробностях. По ходу архимаг многократно переспрашивал, выдвигал разные возражения, сомневался, но я перла как танк. На вопросы находились ответы, возражения отметались как несущественные, сомнения развеивались дымом. Мы бодались часа два, но в конце концов столковались. Очень скоро Миритон от негатива перешел к энтузиазму, стал предлагать свои варианты, находил свежие решения, которые мне не пришли в голову из-за недостатка информации. До него уже доходили сведения о том, что в армии Каферта разброд и шатания, наемники бегут, во дворце творится черт знает что… Когда выяснилось, что все это не просто так, ветром надуло, а претворенные в жизнь мои идеи, он загорелся.

– Девочка моя, это может получиться. А если выгорит, как мы посмеемся! Такие оригинальные идеи. Ловко ты пользуешься обычными мужскими представлениями и страхами! Ты мне напомнила нашу королеву. Эти скоты заставили ее выйти за Саргола и сделали несчастной. От этого она умерла так рано. Ты знаешь, что она имела не только королевскую магию? Она была неплохим магом, я ее учил. Далеко не всему, где уж королеве серьезно учиться магии. У нее был парадоксальный ум. Этим ты на нее похожа. В Амрит я был влюблен. Старый хрен, скажешь?

Я нахально польстила:

– Почему же? Вы и сейчас очень даже ничего.

– Соображаешь, деточка! Для мага такого уровня держать себя в форме во всех отношениях – дело нехитрое. Пусть сопляки думают, что я не мужчина, оставим их в этом заблуждении. Другое дело, что для меня твой необычный ум и твоя восхитительная магия гораздо интереснее твоего прелестного тела.

Спасибо, утешил. Что-то много развелось претендентов на мое тело. Не к добру это. Хвала местным Богам, этот очаровательный дедушка в постель ко мне не полезет. Он как-то по-другому может моей силой разжиться. Ну и пожалуйста, мне не жалко, главное, чтобы не было вреда здоровью. Вслух я ничего не сказала, а Миритон продолжал:

– Ты так логично мыслишь, и у тебя очень развито воображение. Никогда не думал, что волшебному существу может быть недостаточно собственной магии, и оно начнет развивать свой ум.

– Поймите, уважаемый Миритон, в нашем мире мы не пользуемся магией. Я, пока сюда не попала, понятия не имела, что я магическое существо. Тут я такое вытворяю, самой страшно. Но ничего этого дома я делать не могла. А мозг мне дедушка, который меня растил, развивал и тренировал с детства. Я и в школе хорошо училась, и в институте без всякой магии.

– Не может быть, чтобы твоя сила никак не проявлялась. Да, магическое поле у разных планет разное, возможно, в твоем мире он подавляло твое собственное. Но что-то должно было оставаться. Удачливость? Способность всегда получать желаемое? Привлекательность без всякой рациональной основы? Что-то из этого у тебя наверняка было. Еще твоя магия способна подать помощь в совершенно безвыходной ситуации.

– Да все это, пожалуй, и было, но я никогда не относила свои удачи на счет магии. Мне всегда казалось, что я всего добиваюсь своим трудом и умом. А безвыходных ситуаций в моем мире мне пока не встретилось.

– Слушай, мне стало интересно. Давай спросим Анколя, – он обратился к своему ученику, грустно обгладывающему косточку, – Сколько обитаемых миров ты уже знаешь?

– На сегодня 27. Но я ищу, думаю, их гораздо больше.

– Отличная работа. Тридцать лет назад мы знали всего восемнадцать. Честно, я и не подозревал, что их известно уже так много. Отстал от передового знания, сидя в глуши. А мир Аси среди тех, которые мы знали раньше, или среди новых? Ладно, не важно, сейчас меня интересует другое. Много ли там таких же как она магических существ?

– Много. Очень много. Конкретно в том месте, где живет Ася, их довольно мало. Мне, чтобы локализовать место с сильным магическим фоном и отсутствием живых существ пришлось искать в местах с низкой магической плотностью. То есть людей там очень много, а вот магов совсем мало. А есть местности, где их как собак нерезаных.

– Ничего не понимаю. Зачем ты искал место с такими странными параметрами?

– Чтобы спрятать на время принца Теана. За ним тогда охотились люди Каферта во главе с двумя очень сильными магами. Если бы я переправил его в пределах нашего мира, его бы перехватили, а потом шантажировали нас. Вот я и отправил его в мир, где он встретил Асю.

– Ход твоих мыслей мне ясен. Так ты говоришь, магических существ там полно? Ася, а сколько вообще людей живет в твоем мире?

– Шесть миллиардов или уже семь…

– Сколько? Что же это за мир такой огромный?! И как вы там все уживаетесь? Это же ужас! От людей должно быть плюнуть некуда!

– Да, народу, честно сказать, многовато, но пока терпимо. Анколь, ты сказал, что магических существ на Земле много. Много – это сколько?

Маг достал из воздуха бумагу и карандаш, что-то посчитал, и объявил:

– Учитывая твои данные о населении Земли, вас, магических существ, там должно быть не более полумиллиона. Тысяч четыреста, я так полагаю. В твоем городе, несмотря на то, что он один из самых больших на планете, вас около тысячи всего. Поэтому и удалось найти одну свободную точку, там не было фона от других магов. Если интересно, я тебе потом покажу.

Архимаг задумался, потом сказал:

– Тебе, дураку, невероятно повезло, что ты послал Теана именно к Асе. Кто знает, может быть другие магические существа Земли повели бы себя иначе, и мы вместо живого, здорового принца и помощи получили бы труп и неприятности. Это в лучшем случае. Ну да ладно, дураков Боги любят. Хотелось бы побывать в этом мире, но, боюсь, годы не позволят. Переход съедает слишком много силы, да не магической, а простой физической. Как бы копыта не отбросить. Ася, насчет твоего предложения… Я отвечу тебе завтра. Ты же не торопишься?

– Не тороплюсь. Завтра меня очень даже устроит, – весело сказала я, чувствуя всем существом: дело сделано.

Потом был обед, на который явился Теан, после обеда я легла отдыхать, потому что тут так принято: в самую жару дрыхнуть. Что-то типа сиесты. Поспать мне не дали: сначала пришел Теан узнать как продвигаются переговоры. За ним подтянулись ученики Миритона. Хитрая Аргиль не хотела оставлять своего обожаемого принца наедине с соперницей, и в то же время не могла прийти одна: получилось бы неловко. Вот она и притащила всю команду. Ну, раз уж все равно отдохнуть не дают, развлечемся. Я принялась рассказывать деткам свою историю и попутно подкалывать принца по разным поводам и вовсе без повода. Теан то бледнел, то краснел, то начинал хохотать, то вспоминал, что это неприлично. Девчонка быстро просекла в чем тут прелесть и включилась в игру.

Задавала с виду невинные вопросы, от которых Теан чуть не подпрыгивал, отпускала комментарии на грани фола, изображая: ну что возьмешь с глупенькой девочки, которая даже не понимает, что говорит. Я понимала, откуда что взялось. Ей надо меня перешибить, даже не перед Теаном, а просто для себя лично: вот она какая смелая, остроумная и свободная, ничуть не хуже этой иномирянки. У нее отлично получается. Язычок как бритва, и ловко пользуется моим любимым приемом «А что я такого сказала?». Может быть немного перегибает палку, но кто я такая, чтобы ее критиковать. Вон как наш принц на нее таращится. Влюбиться, конечно, сейчас не влюбится, но запомнит, а это уже половина успеха. Другой такой он в этом мире уж точно не найдет. После этого ей останется время от времени попадаться красавчику на глаза, чтобы обновить картинку. Хорошо им тут, времени отпущено вагон и маленькая тачка. У нас это приходится в ритме вальса проворачивать, и то девчонки не теряются.

После роскошного ужина меня вновь хотели уговорить петь, но я ухватила книгу по магии, пособие для начинающих, и, прижимая этот труд к сердцу, откланялась. Хорошенького понемножку.

На другой день за завтраком Миритон объявил, что хочет говорить со мной отдельно. Анколь надулся, как мышь на крупу, но ничего не сказал, и мы с Архимагом перешли в его кабинет. Там меня усадили в низкое кресло, из тех, в которых отлично сидеть и невозможно встать, и поставили на столик передо мной блюдо с орехами в меду. Ясно, разговор предстоит долгий и непростой.

Маг, как водится у этой братии, начал от Адама. Заставил меня повторить все мои вчерашние рассуждения и привести его собственные мысли. Проверял, что ли, как я его слушала и все ли поняла? Потом долго рассказывал мне историю государства и его магические особенности. Это культпросвет, хорошо. К чему он ведет, понять не могу?! Может, я зря распиналась, и он не согласен?!

– Ася, дорогая, в сущности, у меня только одно возражение: вдруг один из наших солдат окажется недостаточно выдержанным и дисциплинированным? Если хоть муха, в смысле стрела, перелетит с нашей стороны к камбенцам раньше, чем они откроют действия против нас, мы можем считаться агрессорами, и тогда моя клятва разорвет меня на тысячу кусков.

У меня ответ был готов:

– Значит, надо сделать так, чтобы не перелетела. У вас есть идея, как это сделать технически?

– Еще пару дней назад я бы сказал, что такой идеи у меня нет. Но сегодня… Ася, только ты можешь сделать и удержать такой щит. Представь: он должен быть абсолютно непроницаем, но только в одну сторону. В другую, наоборот, он должен быть абсолютно проницаем. Я могу такой сделать, но только маленький, и удерживать смогу минут десять. А тут нужен огромный, вдоль всей линии фронта, которая расположена напротив столицы. Это лан десять, если не пятнадцать.

– Представляю. Нужен щит, чтобы наши солдаты в него могли безнаказанно стрелять, хоть из пушек, а вот один выстрел с вражеской стороны – и готово. Перемирие нарушено. А дальше… Дальше нужно наоборот. Чтобы наши пробивали, а враги – нет. Думаю, десять лан – это перебор. Хватит двух, максимум трех. Как вы думаете, его можно будет перевернуть и перемещать впереди наших наступающих частей?

– Вот теперь я скажу, что согласен! Если ты сумеешь это сделать, девочка, у меня не останется возражений. Но надо потренироваться и продумать подробнее, как ты будешь щит переворачивать и двигать. Разреши, я сегодня кое-что посчитаю, а завтра мы попробуем. Обед и ужин тебе принесут в комнату.

– Я еще хотела сказать. Я смогу это сделать только на месте. Мне надо будет пройти всю линию фронта, желательно пешком, чтобы все хорошо себе представить. У меня не получается действовать дистанционно. Еще надо подумать, как подкреплять силы по ходу дела.

– Про силы мы подумаем, а что тебе нужно ехать на фронт, это даже не обсуждается. Каждому понятно. Принцы тебя будут уговаривать остаться здесь, но ты не сдавайся. Залог победы не в них, а в тебе. Потренируешься разворачивать и переворачивать щит, а дальше размер не будет иметь значения если сил хватит, а их должно хватить.

Мы идем на войну

Наутро меня отвели на большое поле за садом. Оно было обнесено живой изгородью, а при взгляде магическим зрением еще и окружено непроницаемой стеной невидимого. Я про себя назвала это место «полигон». Там мы с Миритоном принялись колдовать. Стенку с заданными свойствами я научилась ставить довольно быстро, сил она брала очень немного.

Выяснилось, что если в это время делать мне легкий массаж спины, чуть сдобренный магией, силы не только не расходуются, но и прибывают. Наверное потому, что мне очень приятен массаж сам по себе. На эти упражнения ушел первый день.

А дальше мы с Миритоном засбоили. Оказалось, если стенку ставить просто так, перевернуть ее не удается. Приходится рушить и ставить другую, а на это уходит драгоценное время. Чтобы переворачивать, нужен механизм. Сделать не проблема, но я просто не могла его себе представить, Миритон тоже. Тут без хорошего инженера не обойтись, а где его взять?! Три дня мучились, пробуя и так, эдак, а на четвертый день я нашла решение. Совершенно случайно вспомнила Светку и ее вибромассажер. Вечно у нее лента перекручивалась. А если стенку делать не как стенку, а как упругую ленту? Может получиться!

Еще два дня ушло на исследование моей идеи. Короткие стенки я так и не научилась переворачивать. Оказалось, чем больше отношение длины к ширине, тем легче осуществить желаемое. Когда я вытянула ленту на весть полигон, она перевернулась легко и непринужденно, и двигать ее вперед труда не составило. Ну, не то чтобы было совсем легко, но вполне возможно. Архимаг поддерживал мои силы, так что я после успешного эксперимента неплохо себя чувствовала.

Меня отправили отдыхать, а Миритон вызвал к себе Анколя. Что уж они там обсуждали, не знаю, но на следующее утро за завтраком мне объявили о полной и окончательной удаче моей миссии. Я обрадовалась и попыталась сказать что-то вроде: «Ой, спасибо, мы поехали», но меня осадили. Слухи о великом самопожертвовании Архимага Миритона запущены, а сюда, чтобы придать им достоверности, едет принц Аркантейл. Вот с ним и под его охраной я и поеду. Долго ждать не придется, принц отправился водным путем, а река Амбира – вот она. Течение быстрое, суда у принца первоклассные.. Самое позднее послезавтра он будет здесь

Опять та же история. Я все придумала, а в результате я – тот кролик, которого даже не спрашивают, делают с ним, что хотят. Теперь на лодке куда-то повезут под охраной, а я должна радоваться, охрана-то почетная.

До послезавтра даже ждать не пришлось. На следующий день к вечеру Арк вошел в мою комнату без стука. Надо ли упоминать, что сделал он это через окно. Я валялась на кровати и читала очередной магический учебник. Толку мне от них всех было ноль, моя магия в корне отличалась от описанной, но зато узнала много нового и интересного. Когда я собиралась узнать, как отличить природную магию от наведенной, Арк вошел. Его я чувствую за километр, и тут ощутила, как только он взошел на веранду, несмотря на то, что жалюзи у меня были приспущены, и видеть его я не могла. Тут же прекратила чтение, но позы не поменяла, пусть думает, что не жду и не вижу.

Зря надеялась, гаденыш не обманулся. Приблизился неслышно и шепнул прямо в ухо:

– Ася, не прикидывайся. Ты давно уже не читаешь. Скажи лучше: ты рада меня видеть?

– Если я скажу «Нет», ты все равно мне не поверишь?

Я даже не попыталась повернуться или сдвинуться, чуть дернись – и как раз окажешься в объятьях этого змея коварного. Он не ожидал такого поведения, поэтому даже отодвинулся, прежде чем ответил:

– Не поверю ни за что! Потому что я безумно по тебе соскучился.

Получив от Анколя сообщение, что Архимаг согласен с планом Аси, Арк собрался и выехал к нему с рекордной скоростью. Ему хотелось как можно скорее прибыть к месту назначения: согласовать свои действия с Миритоном, которого он почитал как Учителя, потому что начинал учиться магии у него, и снова увидеть Асю. После их прощального поцелуя он места себе не находил. Хотел чтобы девушка его помнила и ждала, а на самом деле сам постоянно о ней думал.

Так что у Арка были причины торопиться. Помогла близость реки: Амбира протекала через всю страну, На ее берегу располагалась столица Амбирена, названная так по имени великой реки, деревня, которую Миритон избрал своей резиденцией, тоже стояла на ее берегу, правда, на другом, и на 700 лан ниже по течению. Амбира была не только длинной, но и быстрой рекой, на лодках отряд принца Аркантейла собирался добраться до места за четыре дня. Порталом было бы быстрее, но отряд воинов через него не протащить.

Все время до получения известия от Миритона Арк не мог успокоиться, пытаясь представить себе, как проходит путешествие его посланцев. От Анколя регулярно приходили краткие известия: «Прошли Зом», «Прошли Риспу», «Добрались до резиденции Архимага», но душа жаждала подробностей, а их не было. Известие том, что договоренность достигнута, и его ждут, было встречено с энтузиазмом. Арк оставил Керлена тренировать солдат, а сам во главе отряда в тридцать человек погрузился в лодки и отправился в путь. Быстрая Амбира, подгоняемая веслами гребцов, донесла отряд до места даже немного раньше, чем принц рассчитывал, часа за два до заката. Он оставил солдат в деревне, а сам отправился к Архимагу без сопровождения, памятуя, что Миритон церемоний и лишних людей на своей территории недолюбливает. Встретивший его в деревне брат поначалу предложил свою компанию для похода к магу, но потом передумал. Он там сегодня уже был, а Арку предстоит важный разговор, для которого не нужны свидетели. Вот завтра он будет счастлив сопровождать брата в качестве официального лица.

Арка приняли сразу, видно, ждали, но не проводили к Учителю, а указали комнату, где он может поселиться. Пришлось выбирать: или остаться с солдатами в деревне и жить вместе с Теаном в трактире, или выбрать в качестве временной резиденции дом Архимага. Если бы не то, что здесь остановилась Ася, Арк не сомневался бы ни минуты: его долг быть вместе с солдатами. Но тут он позволил себе поступить не как должно, а как хочется. Да и возможность успеть за ужином предварительно перекинуться парой слов с Миритоном до того как начнутся официальные переговоры не стоило упускать. Ужин должен был состояться через час после заката. У Арка есть время повидать Асю.

Радуясь, что он здесь не впервые и знает расположение помещений, принц вышел на заднюю веранду. Все гостевые комнаты выходили сюда, значит, Ася где-то неподалеку. Арк отрешился от внешнего, включил магию и был вознагражден: вот же она, в соседней комнате! Он приблизился неслышно, раздвинул жалюзи и проник внутрь. Ася лежала на широкой низкой кровати на животе и читала книгу, судя по виду магическую. При появлении Арка она не шевельнулась, но он был уверен: она знает, что он здесь, поэтому он сел рядом и прошептал ей в самое ухо:

– Ася, не прикидывайся. Ты давно уже не читаешь. Скажи лучше: ты рада меня видеть?

Девушка бровью не повела. Даже не пошевелилась, но ответила:

– Если я скажу «Нет», ты все равно мне не поверишь?

Арк ожидал чего угодно, только не этого ответа. Сбитый с толку он, вместо того, чтобы поцеловать это самое ухо, выпрямился и выпалил:

– Не поверю ни за что! Потому что я безумно по тебе соскучился.

Ася тут же вывернулась и соскочила с кровати на пол, бросив книгу. Арк изобразил обиду:

– Ну, Ася, зачем ты так? Я же ничего плохого не хотел. Просто побыть рядом. Ты не представляешь, что это значит для меня.

– Отлично представляю: ты купаешься в моей ауре и собираешь на себя мою золотую пыльцу, – ответила нахальная девица.

– А тебе что, жалко? – на этот раз он не изображал, а чувствовал себя обиженным. За что она так?

– Нет, мне не жалко, купайся, пожалуйста. Только скажи прямо. Нужна моя сила, попроси – я дам. Как выяснилось, есть куча способов, – она потрясла своей книгой, – Я уже большая девочка и играть в эти ваши игры мне надоело.

– Прости, пожалуйста, я не думал, что ты так меня воспринимаешь. Как бездушного охотника за твоей силой. Мне казалось, мы друзья, – Арк встал и отошел к окну, – Но если ты мне не рада, я уйду.

Девушка подошла к нему почти вплотную и произнесла, глядя прямо в глаза, целую речь:

– Да рада я тебе, рада. Дорогой мой, ты напрасно обижаешься. Мои чувства тут роли не играют, кроме, пожалуй, чувства самосохранения. Потеревшись в вашем мире, любая научится никому не доверять. Особенно вам, магам. С виду вы все такие няшные, добрые, хорошие, а дай слабину – на запчасти разберете. Ты мой друг, так давай по-дружески. Я подписалась вам помочь – помогу и уйду. Не потому что ты мне не нравишься, или еще по каким-то дурацким причинам типа «люблю – не люблю», просто потому что так всем будет лучше. Каждый из нас принадлежит своему миру и в своем мире должен жить, никак иначе.

Что происходит? Вот она стоит совсем рядом, глядит спокойно и говорит взвешенно, а ее взгляд ласкает, нежит, проникает в душу. Почему, когда она так близко, ее жесткие речи ничего не значат? Хочется соглашаться с каждым словом, хотя каждое слово – как нож острый? Вот сейчас протянул бы руки, сгреб ее в охапку – и плевать на все, что она тут наговорила. Но продолжаешь стоять и слушать, как ученик нотацию учителя. Надо что-то делать, иначе с ума сойдешь.

– Ася, не надо мне выговаривать, я все прекрасно понимаю. Просто я так волновался, пока вы путешествовали. Думал о тебе все время: как ты там. И так обрадовался, когда увидел живой и здоровой.

– Ну хорошо, я зря на тебя наехала, признаю. Прости. Давай пойдем на веранду, там кресла удобные, сядем и поговорим, благо до ужина времени еще довольно.

– Пойдем и сядем. Ты расскажешь мне о вашей поездке, а то Анколя я еще не видел, а Теан сказал, что лучше ты мне все расскажешь. Были приключения?

– Если только это можно назвать приключением.

Ася рассказала про барона Рекета и его приспешника. Рассказала со смехом, но Арку чуть плохо не сделалось, когда он представил себе эту картину. В отличие от Аси он хорошо себе представлял, чем такое могло кончиться. Хотя то, как она расправилась с обидчиками, впечатляло. Арк отлично понял, что с каждым днем возрастает не сила Аси, сила и так у нее огромная, а владение этой силой. Какое все-таки счастье, что эта сила на его стороне. Тут он спросил:

– Послушай, а ты так и не сумела увидеть свою магию со стороны? Это такая красота!

И услышал неожиданный ответ:

– Почему не сумела? Не зря же я тебе сказала про ауру и золотую пыльцу. Видела, не сомневайся. Действительно впечатляет. Ты знаешь, кто мне ее показал? Думаешь, Учитель ваш? Ничего подобного. Маленькая девочка. В сущности, не такая уж маленькая. Да ты ее должен прекрасно знать – это твоя родственница Аргиль.

– Ари? Ну да, она же здесь, учится у Миритона вместе с братом. Вы познакомились?

– Конечно. Хорошая девчонка, умница и красавица.

– Да? Я ее помню совсем малышкой.

– Она уже далеко не малышка. Ей же скоро будет сорок, почти девушка. И уже влюблена.

– В кого это?

– Зачем тебе знать?

– Я все-таки ее старший родственник, должен заботиться о счастье мелкой. Так в кого же она влюбилась? Выбор-то у нее всегда был невелик. Не в Архимага, понятно, он для нее старик. В Анколя? Тоже нет. В него юные девы не влюбляются, скорее дамы постарше. Надеюсь, не в меня?

– Милый, у тебя мания величия. Можно подумать, во всей Арроне нет никого кроме тебя, в кого юная дева могла бы втрескаться по уши.

– А она тебе сказала в кого?

– Сказала, естественно. Откуда бы я знала, что она влюблена?

– Ты можешь мне сказать?

– Если бы я не надеялась на то, что ты ей поможешь достичь в будущем желаемого, я бы тебе сроду не проговорилась. Это секрет. Так, а теперь клянись, что не выдашь ее тайну никому, не проговоришься даже ей самой и всегда будешь в этом деле держать ее руку.

– Как я могу дать такую клятву, не зная, о ком речь? Может, это противоречит интересам государства.

– Если бы было так, я бы и словом тебе не обмолвилась. Наоборот, это как раз в интересах государства. Ты мне доверяешь?

– Доверяю. Ты всегда знаешь, что говоришь и делаешь.

– Тогда клянись.

Арк на мгновение задумался, и выдал такую клятву, что у Аси глаза на лоб полезли:

– Ну, ты здоров формулировать! Клятва что надо, не подкопаешься. Теперь слушай. Девчонка влюблена в твоего брата Теана.

– Ничего себе! О нем я не подумал. Почему-то никогда не брал братишку в рассмотрение, а ведь он уже большой, да и красотой не обделен. Ты права, она будет ему хорошей парой лет через несколько. А как она тебе призналась? Неужели не поняла, что братишка мой в тебя влюблен?

– Именно потому и призналась, что поняла. Хотела разобраться с соперницей. А я ей попыталась доступно объяснить, что я ей не соперница, а скорее помощница и друг.

– Поверила?

– Наполовину. Главное, она поняла что я не люблю Теана, никогда за него не выйду и вообще скоро уйду в свой мир.

Опять она заговорила о том, что собирается уйти! Арк как-то успел свыкнуться с мыслью, что она останется с ним, тем более что это соответствовало его желанию, а эта вредина опять за свое. Уйдет она в свой мир, как же!

– А ты уйдешь? Скоро, я имею в виду? Ты же обещала побыть пока можно, а можно еще как минимум два месяца.

– Через два месяца я уйду обязательно, даже если все будет хорошо, но если что-то случится, уйду и раньше. Никаких обязательств брать на себя не буду, так и знай.

– Я и не прошу. В конце концов, твои координаты у Анколя имеются, если что – сам к тебе пожалую. Не выгонишь?

– Тебя выгонишь, пожалуй. Каламбур получился, ты не находишь? Конечно не выгоню. Только учти: если в вашем мире я схожу за лебду-полукровку, в моем мире ты за местного не сойдешь никаким боком. У нас такие не водятся.

– Не страшно, я же тоже не навсегда. Но хоть смогу тебя видеть иногда, а то я тут попробовал представить, как теперь без тебя жить… Плохо представляется. Вижу, ты уже сердишься. Хорошо, давай о другом. Ты мне так и не рассказала, как ты сумела на себя посмотреть. Чему такому тебя научила девочка, только вчера начавшая заниматься магией, когда опытные маги ничего путного не смогли посоветовать.

– Вот это действительно интересная тема. Знаешь, где мне удалось себя увидеть? Ты удивишься: в обыкновенном зеркале. Правда, просто? Почему никому из опытных магов не пришло в голову это примитивное средство, которое тут висит в каждой ванной, понять не могу.

Арку чуть плохо не стало. О чем эти девчонки себе думают?

– Зеркало? Но как же? Ты смотрела на себя магическим взглядом в обычное зеркало? В помещении, где есть зеркало, вообще нельзя заниматься магией. Очень опасно, заклинания могут искажаться совершенно непредсказуемым образом. Поэтому зеркала и вешают в ванной, там как-то не принято колдовать. Ты могла превратиться практически во что угодно.

– Но не превратилась. А потом, разве мы с Аргиль колдовали? Просто смотрели. Смотреть-то можно? Или по-твоему магу у зеркала даже причесаться нельзя? Мало ли что.

– У меня от тебя голова кругом. Твой способ мыслить просто ни на что не похож. Ты нарушаешь все мыслимые каноны и правила, и почему-то оказывается, что в твоем случае это срабатывает. Меня с детства предупреждали, чтобы я не смел пользоваться магическим зрением, и вообще чем-то магическим, перед зеркалом. Мне и в голову не приходило ослушаться. Слушай, а можно я посмотрю вместе с тобой? В зеркало, разумеется.

– Валяй, смотри. Пойдем в ванную, там отличное зеркало, большое. Мы с Аргиль именно перед ним экспериментировали.

Она взяла принца за руку и потащила в ванную.

А мы с ней неплохо смотримся, хотя она мне только до ключицы макушкой достает, да и то с трудом. Но это физически. Ее золотая аура больше моей серебристой раз в несколько. Зато сочетаются они великолепно. Моя синева с ее золотом дает очень благородный отлив. Красота получается, я даже не ожидал. Честно, как дурак разинул рот и пялился на эту красоту, оторваться не мог.

Арк медленно начал гладить Асю по спине, и тут оба увидели тот эффект, которым так восхищался Анколь. Золотистое свечение разрослось, заполнило собой всю ванную и слилось с аурой Арка. Он все продолжал гладить, и стало совершенно понятно, что Ася его хочет, сейчас не удержится, обернется и начнет целовать. Сама. Арк даже подался вперед, боясь пропустить сладостный миг.

И вдруг все пропало. Ася дернулась и отскочила от принца, больно долбанувшись о попавшуюся под ноги ванну. Хорошо что не грохнулась и темечком ни обо что не ударилась. Ауры тоже дернулись и разделились. Ее не изменилась, разве что подросла чуточку, а вот у Арка свечение увеличилось вдвое и из серебристо-бирюзового стало золотистым с легким зеленоватым отливом.

Тут уж он выдернул девушку из ванной в комнату, они пулей проскочили створ окна и плюхнулись на плетеные кресла веранды.

– Потрясающе, Ася, я даже не представлял, что так можно. А то, что ты со мной сделала… Это даже никакому описанию не поддается. У меня силы в разы прибыло, и я видел, как это происходит. Боги, это было что-то необыкновенное. Прости меня, Ася, за этот дерзкий эксперимент.

– Ты думаешь, это было опасно? – она изобразила дурочку.

– Возможно, не знаю. Я просил прощения за другое. Теперь я точно знаю, ты отвергаешь меня не потому, что я тебе неприятен. Это твой разум отвергает меня, но не душа. И это не слова, которые могут лгать, это магия. Между нами есть магия, Ася.

Такая магия, что только держись. Ее же всю трясет от желания и страха, что это желание себя обнаружит в самый неподходящий момент. Если помолчать и дать ей время, ситуация может еще сыграть ему на руку. Что она ему сейчас скажет?

– Между мной и вашим Архимагом магия еще покруче. Спроси, если хочешь, своего друга Анколя, он подтвердит.

Чертова кукла! Она еще и издевается. Неужели я ей безразличен? Не поверю никогда.

– То есть, ты хочешь сказать, что к твоим чувствам это не имеет ни малейшего отношения?

– Ну почему? Я другое хочу сказать. Эксперименты Архимага Миритона показали: если мне делать приятное или полезное, моя магическая структура реагирует так, как ты имел случай увидеть. Делать мне что-то плохое они просто не рискнули. Говорят, могут быть жертвы и разрушения. Очень хвалили за то, что я не запустила разрушительный механизм в тот момент, когда барон Рекет решил раздеть меня с помощью хлыста.

Арк представил себе эту картину и заскрежетал зубами. Да, все в прошлом. но… Проклятый барон поднял руку на его девочку. Этого он не мог простить даже покойнику. Но случай поквитаться с подонком безвозвратно утерян. Пришлось напрячься, взять себя в руки и спросить спокойно-занитересованно:

– Слушай, а как это у тебя получилось? В таких случаях контролировать магию сложно.

– Наверное, все дело в том, что я вообще с детства привыкла держать себя в руках. Этот мерзавец тянул удовольствие и дал мне время собраться. А я очень не хотела обрушить потолок себе на голову.

Жестко, кратко и по делу. Ее способность с самоконтролю иногда просто пугает. Ну как прикажете иметь дело с такой девушкой? Она позволит себя поцеловать только если будет считать, что это в ее интересах. Если бы она при этом была меркантильна, было хотя бы понятно. Но она начисто лишена этого свойства. Вот она нам помогает. Почему? Ни золота, ни драгоценностей, ни земель, ни титулов ей не нужно. Помогает просто, как говорится, «за спасибо». Ну, домой ее обещали отправить. А если бы не обещали? Например, не могли этого сделать по объективным причинам? Все равно помогала бы. И я больше чем уверен, попади она к камбенцам, им бы помогать не стала ни за какие коврижки, потому что они агрессоры.

А королю нашему, Его Величеству Сарголу стала бы помогать? Что-то мне подсказывает, что послала бы его далеко и надолго, с нее станется. Даже не стала бы волноваться, что с ней после этого будет. А нам она поверила. Мы ей понравились, мы все, наша команда, а не ты лично, принц Аркантейл. Брата твоего она полюбила как не всякая мать любит свое дитя. Ты ей нравишься, тут спорить не о чем. Но представь себе, что ты по какой-то причине лишился ее доверия и уважения. Тут гладь ее по спине, не гладь, все без толку.

То, что она мне отказывает, это, надо понимать, защита. Смешно, но чувствуется, что она скорее не себя защищает, а меня. Хотя от чего меня надо защищать? От меня же? Разве что.

Хорошо, что нас пришли звать на ужин, а то мало ли до чего мы могли бы договориться и додуматься. Сейчас у нас есть задача и надо ее выполнять. Потом будем думать дальше. В новой ситуации могут открыться новые, иногда совершенно неожиданные возможности.

После ужина Миритон позвал принца к себе, чтобы обсудить разработанный план. Идея с односторонне проницаемой стенкой, которую в самый ответственный момент надо будет перевернуть, сразила Арка наповал.

– А это возможно?

– То, что до сих пор этого никто не делал, не значит, что это невозможно. Твоя бесценная Ася способна и не на такое. Есть только одно «но»: ей может не хватить энергии. Но я прекрасно себе представляю, что нужно, чтобы ее хватило. Это обеспечишь ты.

– Каким образом? Откуда я столько силы возьму?

– Ниоткуда. Она выработает ее сама. Но не торопись.

– Не понял. Учитель, поясните вашу мысль. Что и как я должен делать?

– Надеюсь, ты уже понял, что она не резервуар, а источник?! Даже это не совсем верное сравнение. Она – гейзер, вулкан энергии. Она ее вырабатывает, вырабатывает тем больше, чем ей лучше. Ты знаешь, что она к тебе неравнодушна? Думаю, знаешь.

– Она мне дотронуться до себя не дает.

– Знаю. Считает эту страсть ошибкой, вредной, неправильной. Глупенькая, страсть в принципе не может быть ошибкой. А она вбила себе в голову, что вместе вам ничего хорошего не светит, и отворачивается от возможности испытать с тобой наслаждение, если не истинное счастье. Ей бы пошло только на пользу, о тебе и не говорю. Ты недаром провел с ней время до ужина: приобрел себе новую ауру. Очень красиво, тебе идет. Но вы ведь даже не целовались, насколько я понял

– Не целовались, это верно. Я ее всего-навсего по спинке погладил.

Архимаг почему-то рассердился.

– Слушай мой план и не перебивай. Он полностью построен на том, что девушка в тебя влюблена. И не рассказывай, что это будет подло с твоей стороны. Подло будет не помочь девушке и бросить ее одну в трудную минуту. Итак, вы приезжаете на место, она его изучает и вы решаете, где будет стоять стенка. Это военный вопрос, его ты знаешь лучше других. Дальше подключаешь Анколя. Ему нужны будут в помощь еще три-четыре мага. Им Асю не показывайте ни в коем случае.

– Как? Они ее увидят, такую ауру не увидеть не сможет даже слепой маг.

– Скрытность она обеспечит сама. Ее невидимость даже я не пробью. Слушай дальше. Магов помещаете там, где Ася предполагает поставить опоры для концов своей стенки. Их задача эти опоры держать и охранять. Как – знает Анколь. Что ты так на меня смотришь? Ждешь, когда твой выход? Подожди. Твой выход в самый ответственный момент. Наступает великий день. Все войска собраны на берегу, начинаются маневры. В этот момент Ася ставит свою стенку. Ставит и держит. Возможно ей придется это делать и час, и два, и три. Хватит у нее сил, как думаешь? Стенка-то в несколько лан длиной.

– Не хватит, держать такое часами – это кем же надо быть?

– Вот тут ты должен будешь сделать то, что кроме тебя никому не удастся. Как только ты заметишь, что девушка слабеет, обнимаешь ее целуешь, ласкаешь, говоришь всякие милые слова, в общем, делаешь, что хочешь, лишь бы ей было хорошо. Отбиваться она не будет, просто сил не хватит. Не перегибай палку, не доводи ее до экстаза. Иначе стенка рванет изнутри. Главное, не давай ей оставить стенку без подпитки и внимательно следи: сразу после первого же выстрела со стороны камбенцев, стенку надо перевернуть. Она это умеет. Сигнал о том что провокация удалась будет такой, что вы его не пропустите. Дальше наши маги переносят перевернутую стенку на другой берег и под ее прикрытием переправляется войско. Все. Больше стенка не нужна, ее можно бросить. Главное, чем ты должен быть занят: делать ее счастливой, доставлять наслаждение. И не дайте Боги, ты сделаешь ее несчастной. Сила ее боли, ее страдания может убить все живое. Даже если не убьет, даже если сработает как надо, то победа, полученная таким путем, обернется против вас. Ты все понял?!

– Понял. Одного не понял. Как я ей в глаза буду глядеть после этого?

– С любовью и восторгом. Если думаешь, что после всего этого сможешь смотреть ей в глаза как-то иначе, ты просто идиот. Она божество, богиня любви, по крайней мере в нашем мире. Разуй глаза, и ты это увидишь так же ясно, как вижу я. Разве ты не замечаешь, что все, с кем она сталкивается, к ней неравнодушны. Не всегда это страсть, и не всегда эти чувства прекрасны, но это зависит не от нее, а скорее от тех, кто их испытывает, как барон Рекет, например. А ты сам? После всех красоток, которых ты поимел в нашей стране, и не только в нашей, ты вдруг смотришь с обожанием на ничем не выдающуюся девицу и не решаешься сделать ее своей любовницей, а ждешь, когда она снизойдет к тебе, как королева к подданному. Тебе это ни о чем не говорит? Ее сила – это сила любви. Доставляя ей радость, ты сможешь покорить весь мир, если захочешь. Так что иди и действуй согласно выработанному плану. Завтра вы все отобедаете со мной и можете отправляться. Маги Камбены уже получили донесение, что у меня есть заклинание легкой смерти. После завтрашнего обеда эта информация получит подтверждение. Когда доедете, не торопитесь, времени довольно, и оно играет на вас. Но и тянуть не советую. Все подготовите – и вперед!

Спорить с Архимагом не хотелось, да и без толку. Он ведь не потому Архимаг, что обладает какой-то особой силы магией. Он просто самый умный и опытный, умеет все просчитать и использовать по-максимуму. Если он что говорит, оно так и есть. Иначе Миритон предпочел бы промолчать. Идти сейчас к Асе и пересказывать ей разговор? Глупо, это просто сорвет всю операцию. Признаться можно и нужно, но потом, когда дело будет сделано. Она умная и достаточно практичная, постфактум вопить и злиться не станет. Ну, подуется какое-то время. А потом можно будет продолжить… Точно, ровно с того места, где мы закончим во время битвы.

Вечером Ася не вышла на веранду, зато там болтались ученики Архимага. Аргиль отсутствовала. Брат Аргили Армин бросился к Арку, радуясь, что встретил родного человека. Паренек-полукровка отошел в тень, не желая мешать встрече. Парень знает свое место. А где Аргиль, эта влюбленная девчонка? Оказалось, она помогает Асе собираться. Значит, они действительно подружились, при том, что малышка влюблена в Теана и не может не видеть в Асе соперницу. В это невозможно поверить, но факт налицо. Такое могло получиться только у богини Любви, что бы это ни значило. Значит получится и все остальное.

Ночь тянулась долго, Арк не мог уснуть, каждую минуту хотелось вскочить и идти в соседнюю комнату. Что он стал бы там делать, принц себе не представлял, но тянуло ужасно. В конце концов, изможденный борьбой с собой, он поднялся ни свет ни заря и отправился в деревню. Надо дать отряду команду готовиться к выезду, поговорить с братом, и, возможно, часа два все-таки поспать. Деревня встретила его тишиной и покоем. Лагерь у околицы спал, только двое часовых приветствовали своего предводителя. Они же сообщили, в какой комнате трактира остановился Теан, и какая комната оставлена за самим Арком. Надо было туда идти вчера вечером, не маялся бы всю ночь напролет. Арк дошел до трактира, постучал в дверь. Его впустила заспанная служанка, очень недовольная, что ее разбудили. Принц поднялся на второй этаж, хотел сначала заглянуть к брату, но его комната оказалась дальше по коридору чем та, которую оставили Арку. Он заглянул, прилег и выпал из жизни.

Разбудили его громкие крики во дворе. Офицер пришел получить распоряжения, а трактирщик отказывался будить знатного постояльца. Солнце, высоко поднявшееся над горизонтом, свидетельствовало о том, что утро подходило к концу. Пора было подниматься, собираться, брать братишку под мышку и отправляться к Архимагу с официальным визитом.

Арк помахал из окна своему офицеру, умылся и спустился в зал, где его уже ждали завтрак и Теан. Сообщив младшему принцу, что они сейчас же отправляются в резиденцию Миритона, а сразу после обеда трогаются в обратный путь, Арк набросился на еду как будто год голодал. Между тем сытый Теан стал его расспрашивать. Сначала про дела под столицей, про состояние армии, про успех планов в отношении наемников, про подрывную работу в тылу врага. Парень растет над собой, не витает в облаках, как раньше, а задает правильные вопросы. Потом Теан перешел к делам в доме архимага и тут Арк навострил уши.

– Не представляю себе, как Асе удалось уговорить Миритона, но она это сделала. Я, честно говоря, был уверен что нас отсюда отправят несолоно хлебавши. А наш Архимаг в нее просто влюбился. Все в его доме вокруг нашей Аси пляшут. Даже его ученики. Кстати, ты видел свою кузину Аргиль? Нет? Слушай, такая потрясающая девчонка растет! Красивая, умненькая, веселая, не то что наши нудные дамы. Чем-то на Асю похожа. Такая же язва. Ты в курсе? Они уже подружились.

На месте Теана не стал бы называть Асю язвой. Она с ним как курица с яйцом носится. Но новость, что братишка обратил внимание на сестренку, радует.

– В курсе. Ася сказала. Аргиль я не видел, случая не представилось. Вот с братом ее пообщался. Ее я вообще давно не видел, помню, что она была на редкость шкодливым непоседливым ребенком. Вечно устраивала всякие безобразия, за которые влетало бедному Армину. Но матушка ее обожала и не давала в обиду.

Арк говорил, а сам удивлялся, как хорошо Ася понимает его брата. Ведь Теан уже готов влюбиться в девчонку, просто пока видит в ней ребенка, а не девушку. Ничего, несколько лет пройдет, и все у них сладится.

– Жалко, ты ее не видел, – продолжал Теан, – Такая стала хорошенькая чертовка, уже сейчас видно, что когда вырастет, за ней поклонников выстроится – не протолкаться. Конечно, пока это ребенок, но ты посмотришь, что это будет уже лет через пять. А через десять, когда ее можно будет выдавать замуж… Ты ее старший родственник, так что смотри в оба.

В таких разговорах прошел завтрак, затем Арк вызвал к себе офицеров и отдал приказы на вторую половину дня. Оставалось одеться и отправиться с официальным визитом в резиденцию Архимага., что и было сделано с большой помпой.

В гостях Арк увидел-таки кузину Аргиль и признал, что она действительно выросла прехорошенькой. Раньше он бы обязательно отметил себе еще одну будущую красавицу, теперь же тихо радовался за брата. Ася появилась на торжественном обеде в какой-то легкой золотистой хламиде, расшитой по подолу и вороту листьями и шишками хмеля, листья были нормальные, зеленые, а шишки золотые. Она подняла высоко волосы, заколола и прихватила обручем, что в сочетании с платьем делало ее выше, стройнее и загадочнее. Возможно, загадочность объяснялось молчаливостью. За столом Ася весь обед просидела тихо, была не грустна и не весела, ела немного, пила только сок и воду. Так хотелось схватить ее, обнять, прижать к себе и спросить: «Что случилось, родная?», но сделать это не представлялось возможным.

В конце обеда Миритон объявил о своей готовности служить Отечеству против врага всеми доступными способами. Он так ловко построил свою речь, что и впрямь можно было подумать, что маг собирается пожертвовать жизнью. Это для возможных агентов врага, понял Арк. После обеда Анколь и Ася присоединились к принцам. Все вместе они отправились в деревню, где солдаты уже грузили лодки припасами.

Не прошло и часа, как весла вспенили воду, и первая лодка, на которой среди солдат сидели Арк вместе с Асей, тронулась вверх по течению. Ветра не было, приходилось идти на веслах, но солдаты не роптали. Принца в армии любили, и были уверены, их усилия не останутся втуне.

Принц, естественно, жаждал поговорить, но хитрая иномирянка запаслась в доме архимага доской и фишками для игры в кор и предложила сыграть. Арк тоже любил эту игру и считал себя знатным игроком, но обыграть девушку оказалось непросто. Ася выигрывала больше половины партий, и чем больше она выигрывала, тем больше Арк хотел отыграться. Наконец он сравнял счет, но тут девушка предложила игру по новым правилам. Кто скорее проиграет? Странная постановка вопроса, но Арка всегда влекло все новое. Почему-то ему казалось, что поддаваться легко. Оказалось, ничего подобного. Десять партий подряд он не смог выиграть ни одной. Солдаты на веслах уже начали заключать пари. Сначала большинство стояла за принца Арка, но чем дальше, тем меньше оставалось таких патриотов. В конце концов Арку удалось выиграть одну партию в поддавки, и капитал его единственного оставшегося сторонника заметно возрос: парень побился об заклад, что эту партию принц выиграет, а ставки шли уже один к двадцати.

Когда лодка причалила в красивой укромной заводи, солдаты высыпали на берег, и он тут же покрылся палатками. Через полчаса на полянке горел костер, над ним в котелках булькали: в одном каша, в другом отвар трав с медом. Тут стали приставать остальные лодки. Были поставлены палатки, разгорелись еще два костра. От каждого тянуло вкусным запахом. К костру команды Арка пристроились Теан с Анколем, завязался общий разговор. Ася опять сидела робкая и задумчивая, не похожая на себя, почти ничего не говорила и безо всякого аппетита ковыряла кашу с мясом. Странно, еда сегодня удалась, все вкусное, а девушка, к веселому и живому нраву которой все привыкли, сидит как неродная. Что с ней происходит?

– Я боюсь, – шепнула Арку на ухо Ася, – Боюсь, что ничего не получится. Чем ближе цель, тем страшнее.

– Если ничего не выйдет, ты просто уйдешь в свой мир, там тебя не достанут.

– Я-то уйду, а вы все останетесь. Знаешь, я как-то уже к вам привыкла, сроднилась, и у меня из-за всего этого душа не на месте. Все-таки это было самое большое приключение в моей жизни, другого такого не будет никогда, и очень хочется, чтобы оно закончилось хорошо. Для всех нас, не только для меня.

– Ты удивительное существо, Ася. Из всех возможных страхов ты выбрала страх подвести тех, кто с тобой. Хотя это и не самые близкие тебе люди.

– Не в этом дело. Близкие, далекие. Доверившиеся, вот главное. Вы мне доверились, я не могу вас подвести. И мне страшно, что я это доверие не оправдаю. Для тебя не так?

– Для меня так, но я принц, Ася, меня растили для этого. У меня ответственность перед людьми, подданными моего государства – она в крови. Но ты не принцесса, простая девушка. Ты никому ничего не должна здесь. Это не твой мир. Можешь в любую минуту встать и отправиться домой. Никто не посмеет тебя осудить.

– Мне тогда самой будет стыдно. А с этим очень тяжело жить. Так что давай действовать по плану. Знаешь, у нас говорят: «Делай, что должно, и будь что будет».

Плечи девушки распрямились, глаза заблестели, голосок окреп. Это была прежняя Ася, и совсем новая. Сердце принца сжалось: мы доедем до места, она выполнит свою миссию и уйдет. Ее невозможно будет задержать, уговорить, уломать. Она сделает это потому что решила, что так должна. От близости расставания по спине потянуло холодом. Арк передернулся, встал, чтобы скрыть свое душевное движение, и отправился в палатку, которую для него раскинули.

Наутро поднялся благоприятный ветер, можно было поставить паруса и идти под ними. Солдаты теперь не напрягались, да и скорость значительно выросла. Этот ветер держался все оставшееся путешествие. Может, это Асина магия? На небольшом расстоянии от места, где расположились войска Арк приказал причалить. Там на берегу стояла маленькая рыбацкая хижина, а в ней дожидались своего командира двое солдат. В небольшом загоне за хижиной ржали шесть лошадей.

Принц позволил солдатам устроить привал, разжечь костры и сварить пищу, а сам закрылся в хижине со своим магом, братом и иномирной девушкой. Его план был таков: Асю в лагере никто не должен видеть. В нашем стане есть маги, в стане врага они тоже имеются. Отряд вернется гласно, громко, чтобы все заметили. Ася должна прибыть незаметно и отдельно от основной группы. Никто из принцев сопровождать Асю не может, на его отсутствие тут же обратят внимание. По этой же причине Ася отмела кандидатуру Анколя в качестве своего сопровождающего. Придворный маг должен быть рядом с наследником престола, это он добился помощи от Главы Совета Магов. Но отправить Асю одну через лес?

Девица, как водится, тут же нашла решение. Она всегда берет самый простой и очевидный вариант и попадает в десяточку. Одна проблема: пока она на этот вариант не укажет, он очевиден только для нее одной.

– Ребята, не напрягайте головы. У нас есть прекрасная кандидатура, человек, отлично себя проявивший, честный и верный. Я говорю про Мира. Мы с ним проделали дорогу туда, с ним и надо вернуться. Я его видела на лодке, на которой плыл ты, Теан. Мне не показалось?

Ответил на вопрос Анколь. Арк даже рта раскрыть не успел:

– Не показалось. Слушайте, это, по-моему, единственно верное решение. Незачем посвящать в тайну новых людей. Мир и так все знает. Они с Лансом проводят Асю в подготовленное для нее жилище и останутся ее охранять. Охрана-то все равно нужна. В лагере у Мира нет знакомых, он из гарнизона дальней крепости.

– Согласен, – сказал Теан, – разумно будет так поступить. Ребята, Мир с Лансом, за нашу Асю в огонь и в воду. А ей троих на лошадях невидимостью укрыть – как нечего делать. Все друг друга знают, никаких чужих. Поддерживаю это решение. Внешне для отряда это должно выглядеть так: мы уходим, они остаются стеречь мою девушку.

Парень вырос. Не развозит, говорит толково, здраво, по делу. На первом месте разумность, эмоции на заднем плане. Милый ласковый умненький мальчик на глазах становится мужчиной, способным принимать решения и нести ответственность. А ведь он будет хорошим королем, – впервые с горечью осознал Арк. А ты сам-то кем будешь? Не королем, это точно. Кем же тогда? Вслух он произнес:

– Решение правильное, так и сделаем. Через час мы снимаемся, Ася с Миром и Лансом остаются. Не торопитесь, до заката всего два часа, нехорошо будет, если темнота застигнет вас в лесу. Ночуйте здесь, утром выдвигайтесь. Мы тем временем подготовим жилье для Аси. Ася, скажи, каким оно должно быть?

– Я скажу – ты удивишься. Мобильным. Мне надо иметь возможность двигаться вдоль всей линии фронта не привлекая внимания. У вас при войске имеются какие-нибудь маркитантки?

– Странно, что ты спросила. Имеются конечно. Просто… ну… В нашем мире маркитантки выполняют роль не только снабжения.

– Ты хочешь сказать, что они в основном еще и шлюхи?

– Как ты можешь! Ну, в смысле да.

– Зато это идеальное прикрытие. Кто обратит внимание на то, что один из вас подъехал к ее палатке и взял себе пирожок или бутылку пива? Даже если внутрь полез, ясно зачем. А меня под невидимостью просто никто не заметит.

– А кто же будет маркитанткой?

– На ребят морок накинем. Ланс, он ростом пониже, будет девицей, а Мир – ее хахалем. Мрачным и сердитым. Дело сделаем, и повеселимся.

В самом деле веселье будет то еще. Особенно если солдаты начнут приставать к Лансу под мороком. Опять она отмочила. Такой бред просто никому в голову не придет. Не придет – следовательно, может получиться. Права Ася, ей для того, чтобы стенку раскинуть, надо исследовать местность, а значит двигаться вдоль линии фронта, то есть по берегу Амбиры. Верхом под невидимостью? А если на нее кто-то тупо наедет? Фургон маркитантов не привлечет особого внимания. Ну едут и едут. Пивом торгуют. Теперь главное чтобы Мир с Лансом согласились. С другой стороны, кто их спрашивать будет? Отдать приказ, и все дела. О, есть еще идея, Асе понравится.

– Уговорила. Найдем тебе фургон маркитантки, будете пивом торговать. Анколь, зови сюда наших красавцев, надо дать им указания. Только сразу все не вываливай, пусть сначала нашу девочку до места доставят, а там им уже не сбежать. А то от ее выдумок неподготовленному человеку может плохо сделаться. А на роль маркитантки у меня есть кандидатура получше: твоя служанка Сейда прибыла из Мирены вместе с моим полком. Говорит, ты, Ася, лучшая госпожа на свете, она хочет прислуживать только тебе.

– Ну вот видишь, все так удачно складывается. Зови ребят. Вы уедете, а мы утром за вами следом.

Получаса не прошло, отряд снялся, погрузился в лодки и отвалил. Ася стояла на берегу и махала рукой, пока не скрылась за поворотом.

Причаливали к берегу близ основного лагеря уже ближе к полуночи. Хорошо, что их ждали. Анколь послал сообщение подручному магу, и на берегу уже были разбиты палатки, горели костры и пахло чем-то вкусным. Как-то Ася с ребятами там, в избушке? Еды им оставили с запасом, но все может случиться. В лесу звери водятся, разбойники. Хотя из-за войны разбойники подались от обычных купеческих путей к местам, где теперь больше поживы – к военным лагерям.

Ася под охраной Мира с Лансом появилась на следующий день ближе к полудню. Вернее, появились Мир с Лансом, Аси не было видно, но она тоже была тут. На это указывали веселые беззаботные лица сопровождающих. На них еще была тень смеха, видно, по дороге компания веселилась от души. Почему-то общавшиеся с Асей люди забывали, что смеяться на людях неприлично. Наверное потому, что она сама прыскала то и дело, а то и принималась в голос хохотать. Но сердиться или обижаться на нее не получалось ни у кого. А через некоторое время ты и сам привыкал давать волю смеху, и оказывалось что это хорошо, даже очень здорово!

Невидимость иномирянка сбросила сразу же как вошла в палатку Главнокомандующего, благо чужих там не было. Анколь похлопал ее по плечу, Теан поцеловал в щеку, Морон погладил по голове, а с Керленом она сама сердечно обнялась. Лирета не было, а то бы и с ним она как-нибудь так же тепло поздоровалась. Ну что с такой делать? Целовать в щечку, как Теан, или обниматься, как Керлен? Хочется поцеловать ее как следует, но делать это при всех? Нет, ни за что. И принц только вежливо раскланялся с девушкой. Она же уселась и сказала:

– Ой, как мне надоело быть невидимой!

– Тебя это утомляет? – заволновался Анколь.

– Не столько утомляет, сколько раздражает. Собственную руку не видно, ногу ставишь, а куда – не поймешь. Со стола стакан брала, так дважды промахивалась. Нормально? Вот, вспомнила. Пить очень хочется.

Все засуетились, и перед Асей оказалось аж три стакана, один с водой и два с отваром трав. Она мило засмущалась, выпила сначала воду, потом отвар. Видно, и впрямь очень пить хотела. Напилась и к делу:

– А где мой фургон? Мы же планировали, что я в фургоне буду жить.

– Не готов твой фургон, завтра будет. Пока посидишь в начальственной палатке, сюда никто без спросу не сунется. Защиту Анколь ставил.

– Я заметила. Я ее чуть-чуть укреплю в смысле звукоизоляции? Смешно, еще совсем недавно я бы не то что не заметила, а не поняла, о чем речь. На фургон защиту не ставьте, я сама. А где моя служанка Сейда? Арк, ты говорил, она меня в лагере дожидается.

– Получишь ее завтра вместе с фургоном и всем прочим. Пока иди, в задней части палатки выгорожены комнаты, бери себе любую из свободных и можешь отдохнуть. Твой знаменитый мешок туда тебе принесут, не беспокойся. А в торце сделан проход к мыльне. Если хочешь вымыться с дороги, имеешь такую возможность.

Ася взвизгнула от радости:

– Ой, правда? Тогда я бегу мыться.

До вечера Арку пришлось разъезжать по делам из одного конца военного лагеря до другого, проверять дислокацию частей, сличать с картой и раздумывать, как все это переместить удобнейшим для их планов образом. Когда он вернулся, оказалось, что вся гоп-компания уже собралась в Асиной комнатушке. На столе вино и фрукты, в руках у девчонки лира, но песен она не поет, а с увлечением рассказывает про свое путешествие и попутно задает вопросы. Арк постоял, не входя, прислушался. Рассказывает хорошо, цветисто, умело нагнетает напряжение, а затем снимает его шуткой. Не привирает, и Анколю с Теаном не позволяет. О себе говорит с хорошей долей иронии. Непривычный к такому Керлен нервно хихикает. Мудрый и опытный Морон время от времени говорит: «Ну-ну, девочка, рассказывай дальше». А вопросы Ася задает и по устройству государства, и по экономике, и по политике, и по отношению между аронайцами, лебдами и полукровками, да такие, что не в бровь, а в глаз. На многие никто из присутствующих и ответить не может. Жаль, Лирет застрял в своей Каоре по банкирским делам, он бы хоть экономические вопросы смог прояснить. Хватит так подслушивать, неприлично, сам себе сказал принц и вошел. Все ему обрадовались, усадили напротив Аси и налили вина.

– Решили отметить наш приезд, представляешь? – Ася казалась веселой и смущенной. Смущенной, видимо, потому что выпила вина.

– Раз уж начали отмечать, почему меня не подождали? – изобразил Арк суровость и недовольство, но не выдержал роли и фыркнул.

Налил себе вина, взял с блюда кусок жареного мяса.

– Будь здорова, наше тайное оружие!

Вечеринка продолжалась. Асю попросили спеть, и она спела, некоторые песни Арк уже слышал, но были и новые. Хорошие песни. Арку особенно понравилось про то, что «пряников сладких всегда не хватает на всех». Когда она пропела «Спите себе, братцы, все придет опять, новые родятся командиры, новые солдаты будут получать вечные казенные квартиры», суровый воин Керлен зарыдал в голос, чем Асю неожиданно смутил. Тогда она выпила еще вина, провела рукой по струнам и, внезапно сменив строй, запела странно изменившимся голосом:

– Он говорил мне: Будь ты моею…

Со словами: «Но не любил он, Нет не любил он»… девушка подняла глаза от струн и посмотрела Арку прямо в лицо. Его бросило в жар. Вот она сидит перед ним, нежное, страстное, волшебное существо, самая желанная из всех, и признается в любви. А еще говорит, что ему не верит. Ни на грош не верит в его любовь. Делает это при всех. Ох, может, не заметят? Куда там, так и впились глазами. Теан вон лицом потемнел и кусает губы, Анколь даже рот открыл от возбуждения: этому все игрушки, Морон понимающе качает головой, а Керлен смотрит на Асю с жалостью. Конечно, полюбившую принца Аркантейла можно только жалеть, таково всеобщее мнение, чтоб им всем пусто было!

Ася, увидев, какую реакцию вызвало ее пение, перехватила лиру поудобнее и завела весело и задорно: «Оружьем на солнце сверкая, под звуки лихих трубачей…» Напряжение заметно спало. Не очень приличная песенка, но сейчас она к месту. Спев, девушка отложила лиру и картинно зевнула, намекая, что гостям пора и честь знать. Все поспешно поднялись, каждый сказал любезной хозяйке что-нибудь приятное и отбыл. Ха, в соседнюю комнатушку, отделенную от этой только парусиной. Но вели себя все как будто их во дворце принимает королева. Арк был ближе всех к двери, но уходить не спешил и правильно делал. Все ушли, деликатно оставив их наедине, а Ася махнула рукой и опустила на комнату полог тишины. Арк не удержался, оценил работу: теперь не то чтобы подслушивать или подглядывать, сюда пушкой не пробьешься. Он, не зная с чего начать, нервно крутил в руках десертную ложечку. Ася вывела его из затруднения, заговорив сама:

– Прости, я поставила тебя в неловкое положение. Не надо было этого петь. Но очень хотелось.

– Ася, ты больше всех себя поставила в неудобное положение. Они так поняли твою песню, что ты в меня влюблена, и при этом не веришь мне ни на грош. И все сочувствовали.

– Ты до сих пор еще не понял: мне плевать, что обо мне подумают? Впервые в жизни я имею такую возможность: не думать о мнении других. Это фантастическое чувство, я им наслаждаюсь. Завтра меня здесь не будет, и вы сможете обсуждать меня в подробностях еще хоть триста лет, я об этом даже не узнаю. Сейчас я свободна и могу делать и говорить что хочу. Пусть сочувствуют, пусть завидуют, это их забота.

– А я, Ася? На меня тебе тоже наплевать?

– На тебя не наплевать, поэтому я и извинилась. Тебе здесь жить.

– Я о другом.

– И я о другом. Ты хочешь знать, влюблена ли я в тебя. Да. Да, и еще раз да. Влюбилась сразу, как только увидела, вернее, как только твой взгляд встретился с моим там, в зале заседаний, когда мы с твои братом вывалились из портала.

Девушка говорила с напором, агрессивно, не защищаясь, а наступая, но в глазах ее при этом плескалась боль.

– Но почему тогда?… – Арк не договорил, но Ася подхватила:

– Почему я тебе все это время отказывала? Неужели не ясно? С самого начала потому что ты бы меня быстро оприходовал, попользовался телом и выбросил, как использованную вещь. А я никому никогда такое не позволю.

– А потом, Ася, потом? Ты не могла не видеть, что стала мне дорога сама по себе. Ты для меня ни минуты не была просто телом, но чем дальше, тем ты становилась мне ближе и дороже.

– Ага. Я была для тебя бесценным волшебным существом, чья сила – неплохой козырь в этой войне и в политике в целом. И до сих пор им являюсь. У меня нет иллюзий на этот счет. Я вам помогала. Напрягала свой мозг и выдавала гениальные идеи, все для того, чтобы ты перестал видеть во мне это проклятое волшебство и наконец увидел человека.

– Ася, – в голосе Арка стояли слезы, – Ты несправедлива. Я давно уже вижу в тебе именно человека. Женщину. Умную, добрую, нежную, бесконечно храбрую и самоотверженную. Вот эту женщину я и люблю, а не какое-то там магическое существо.

– Я тебе верю. Но все равно… Арк, давай не пойдем дальше сказанного. Иди к себе. Я пьяна и не вполне себя контролирую. Но если я сейчас дам волю своим желаниям, то не смогу уйти. Просто не смогу. А это необходимо. Если я все-таки останусь… Ты даже не представляешь, как я этим запутаю и осложню твою и без того непростую жизнь, не говоря уже о своей. Может быть потом… Когда вы победите и все устаканится… В конце концов у Анколя есть координаты моего дома в моем мире. Да и у меня остается амулет перемещений, а вторая кнопка в нем – возвращение в ваш мир… Дворец в Мирене… Я тебя умоляю, иди уже к себе!

Она почти прокричала эти слова, в голосе звучало отчаяние.

Арк хотел обнять Асю, успокоить, утешить, но вместо этого повернулся и быстро вышел. Защитный купол на мгновение раскрылся, пропуская его, и тут же опять сомкнулся. Можно было ставить корону против старых штанов: сейчас она там плачет. Рыдает. А утром выйдет свежая как роза и все пойдет так, как будто ничего не было. Сейчас план Миритона вызывал у Арка серьезные возражения. Любовь Аси сомнению не подлежала, но использовать ее чувство… Что-то в этом недостойное. Если она так настроена, его ласки не будут для нее безоговорочным счастьем, оно будет смешано с болью, со страданием. Кто сказал, что моральное страдание не считается? С другой стороны, когда она почувствует, что слабеет и больше не может удерживать стенку… Обрести в такой момент источник силы – это серьезный аргумент в его пользу. О том, что будет дальше, Арк предпочитал не думать.

Наутро все было готово для поездки вдоль линии фронта. Меня отвезли на берег, где уже ждал фургон, на козлах которого сидел мрачный Мир, а из-за его плеча выглядывала довольная Сейда. Забравшись внутрь, я велела медленно ехать вдоль реки, чтобы можно было хорошо рассмотреть ландшафт. У Морона еще накануне удалось выпросить блокнот для заметок и странную палочку, писавшую как карандаш. Полотно, из которого сделаны стенки фургона, я сделала прозрачным изнутри. Для всех снаружи это была обычная ткань.

Тот участок, на котором планировалось провести провокацию и перейти в наступление, оказался не очень длинным, не больше километра. Сколько это лан, я так и не узнала. С обеих сторон он был ограничен скалами, а вот на другом берегу было ровное место без всяких скал и камней. Столица просматривалась великолепно. Не знаю уж по каким соображениям ее расположили на низком берегу, хорошо, что там, куда вода при паводке не доходит. Перед нами располагались заливные луга, с которых только недавно сошла вода. Густая зеленая трава радовала глаз. Над этим изумрудным ковром вздымались бело-золотистые стены Амбирены. Наверное, в городе были и бедные кварталы, и трущобы, но из-за стен выглядывали только верхние этажи и крыши дворцов, роскошных домов и храмов. Выглядело все это красиво и величественно. На заливных лугах ближе к городу раскинулся лагерь противника. Стояли шатры и палатки, дымили костры, на которых готовилась еда, скакали туда и сюда вестовые, маршировали небольшие отряды. Видно было, что противник не спит, войско живет активной насыщенной жизнью.

Не прошло и часа с того момента как Керлен велел некоторым отрядам сменить дислокацию, а на том берегу уже забегали. Значит, мы сумели ткнуть палкой в этот муравейник!

Я прикинула как мне крепить поворотный механизм стенки. Оказалось, с одной стороны, с той, откуда мы отправились, скала предоставляла мне для этого широкие возможности. Можно не заморачиваться, использовать то, что дала природа. С противоположного конца такого удобного места не нашлось. Надо будет что-то соорудить. Зарисовав местность как можно подробнее, я велела возвращаться.

Надо сказать, по ходу дела нас несколько раз останавливали, покупали пиво и еду, пытались клеиться к Сейде, но, натыкаясь на мрачный взгляд Мира, уходили. Анколь набросил на Мира морок, и теперь молодой бравый офицер выглядел пожилым искалеченным ветераном. Такой и впрямь мог сидеть на козлах фургона маркитантки, образ выглядел убедительным. Фургон оказался на удивление удобным и просторным. В передней части на ящиках с припасами сидели Мир и Сейда. В средней части сидела, вернее, полулежала я. Тут не было стульев, только довольно удобное ложе с большим количеством подушек и маленький столик. Если откинуть крышку, там стояли горшки с едой и бутылки с питьем. Задняя часть фургона была набита товарами. Чтобы их достать Сейде приходилось вылезать и идти в обход, тревожить меня ей было строго запрещено. Но на обратном пути Сейда все же заползла ко мне и стала шептать, что она ужасно рада снова мне служить, что ее жизнь стала такой интересной и что Мир без морока красив, хорош и очень ей нравится, только он совсем не обращает на нее внимания. Я посоветовала ей подождать: парень сейчас при исполнении. Ему велено изображать Сейдиного хозяина, он и изображает. И похвалила Мира: очень хороший, ответственный парень, честный и порядочный, к тому же офицер. Что мне стоит, к тому же это правда.

Вечером мне предложили снова перейти в палатку к командованию. Я отказалась. После той сцены, что разыгралась в пресловутой палатке между мной и Арком, возвращаться туда не хотелось. Хотя помыться бы не мешало. Удобная мыльня – единственное, о чем я сожалела.

Нет, больше всего я сожалела о том, что вчера позволила себе набраться и выложить Арку все, что на душе накипело. Раскрылась перед ним как глупая соплячка. С другой стороны, он выглядел таким искренним, когда говорил о своем чувстве. Так, Селезнева, нечего слюни распускать и сопли развозить! Если ты сейчас начнешь думать и раздумывать, менять то, что уже давно решила, лучше привяжи себе камушек на шею, тут их много валяется, и в речку вниз головой. Течение быстрое, мучиться будешь недолго.

Следующий день прошел примерно так же как предыдущий. Мы все время ездили туда-сюда по берегу реки, я старательно запоминала местность, чтобы потом хорошенько ее себе представить. Скалу, к которой надо было крепить второй конец моей стеночки, я усовершенствовала, наколдовала несколько здоровых серых камней. Здорово получилось, как тут и лежали. Выждала момент, когда никто на меня не смотрел, и вперед. Мир потом спросил с недоверием к собственным глазам:

– Госпожа Ася, а тут ничего не изменилось? Вроде, раньше не так было. Скала какая-то другая стала.

Я невинно захлопала глазками, но ничего не сказала, чем вызвала у человека неудержимый приступ глупого хихиканья. Вообще, Мир привык к своему новому образу и стал получать удовольствие от этого балагана. Поняв, что Сейда его не сторонится несмотря на неприглядный облик, наколдованный нашим магом, он повеселел и стал проявлять робкие знаки внимания. Девчонка расцвела. Хорошо, когда все счастливы, они тогда заняты собой и ко мне не лезут.

Последующие дни никаких изменений в мой образ жизни не принесли. Я ездила вдоль линии фронта взад и вперед, чтобы не скучать, изучала войска. Тут была вооруженная копьями и мечами конница, арбалетчики и просто пехотинцы. Они постоянно тренировались то в построении, то во владении приемами боя. Ручного огнестрельного оружия у воинов этого мира я не заметила, зато увидела пушки. Как объяснил Мир, они заряжались снарядами начиненными не порохом, а магией. Поэтому пушек было немного и обслуживать их приходилось людям, хоть чуть-чуть владеющим волшбой. Именно по этой причине сделать ружья или пистолеты и вооружить ими каждого здесь не представлялось возможным

Вечером я ненадолго заходила в палатку к принцам, чтобы помыться и привести себя в порядок, но ни разу там не осталась.

Наши вояки тем временем переставляли войска, чтобы убедить противника, что готовы в любой момент перейти в наступление. Выстраивали полки вдоль реки на самом близком расстоянии, выкатывали пушки к воображаемой линии, за которую выходить было нельзя, чтобы не нарушить перемирие. А наш фургончик катался себе взад и вперед ровно по этой линии, успешно торгуя пивом, пирогами и разной мелочевкой. Для отвлечения внимания были запущены еще четыре фургона, наши конкуренты. Торговля шла бойко, Сейда не успевала вытаскивать бутылки. Я же могла об этом судить по тому как в ящике под моим столиком скапливались денежки. За день приходилось по три раза заезжать на склад, загружаться товаром. Начиналось лето, стояла жара, пиво шло на ура. Я радовалась, что прихватила из дома Архимага легкие платья. Конечно, можно утверждать, что я их сперла, но по-моему, они никому кроме меня не были нужны. В моем миренском и туранском обмундировании я бы уже два раза сдохла.

Мы катались так неделю и все без толку. Противник шебуршился на своем берегу, но коренным образом перестраиваться не торопился. Наконец, когда я уже решила, что мы тут напрасно стараемся, началось движение. Полки построились, развернули знамена и двинулись к реке. Воспользовавшись тем, что рядом с нашим фургоном временно никого не было, я быстренько вылезла и подбежала к самому обрыву.

Обалдеть! Вниз спускались лестницы, которых неделю назад и в помине не было. Вдоль береговой линии стояли на приколе лодки, густо, как на лодочной станции до того, как их разобрали отдыхающие. Когда и откуда пригнали, ума не приложу. Я вернулась в фургон, оказалось, очень вовремя. К нам подъехали Арк с Керленом, окруженные свитой. Принц и Главнокомандующий выехали вперед и подобрались к самому моему убежищу. Керлен махнул рукой Сейде, которая тут же вручила им по бутылочке пива. Отличная конспирация. Тут я услышала голос Арка прямо внутри моей головы:

– Готовься, Ася, завтра великий день. Они спеклись.

Как он это делает? Мне захотелось ответить так же, и я зашептала про себя, мечтая, чтобы Арк меня услышал:

– Я давно готова. Пусть Анколь выставляет на края своих магов, после этого я разверну стенку в любую минуту. Мне будет нужен лишь сигнал.

Видимо связь сработала, потому что я получила ответ:

– Завтра жди меня в той точке, откуда тебе будет удобнее действовать. Выбери сама. Я приду, это и будет сигналом. Керлен поведет войска, об этом не беспокойся.

Парни взяли еще по бутылочке, бросили Миру деньги и отъехали.

Ночью я не спала. Вместо того, чтобы отдыхать, тряслась, раздумывая, почему у меня может ничего не выйти. Выходило, если ничего не получится, то единственно потому что у меня не хватит сил. Если держать стенку полчаса и перевернуть, а потом бросить, то может быть хватит, но я буду как выжатый лимон, а если придется держать дольше? Как меня угораздило на это подписаться? У Миритона выходило так ловко и здорово, а на деле меня посылали на верную гибель, сейчас мне это стало отчетливо видно. Все же эти маги сволочи все до единого. Пусть Арк придет, полюбуется как я умру на руках у него любимого, другого варианта тут не просматривается. Почему-то мне не пришло в голову воспользоваться моим амулетом и примитивно слинять домой от всей этой катавасии.

Утром около фургона кроме Мира я увидела Ланса и еще одного парня, похожего на Ланса как две капли воды. Оказалось, это его родной брат-близнец. Он должен тогда был ехать с нами в Риспу вместо Тима, но случайно упал и сильно расшибся. Теперь можно предположить, что случайностью тут и не пахло. Керлен прислал ребят охранять фургон. Я попыталась объяснить, что охранять нас не надо, но парни ссылались на приказ. Ладно, начальству виднее. Велела им занять места в задней части нашего дома на колесах и укрыла невидимостью. Мир тронул с места и мы поехали занимать позицию. Я теперь прям такая военизированная стала, просто ужас. Рекогносцировки провожу, позиции занимаю. Что дальше будет?

Эти кусты и огромный валун я присмотрела неделю назад. За ними мы и поставили фургон. Когда войска устремятся к лодкам, мы не будем мешать их движению, и в то же время я займу самую выгодную с моей точки зрения центральную позицию. Странно, я отлично понимаю, что ничего сделать не смогу, но в то же время действую, как будто все нормально. На что я надеюсь?

Арк пришел когда я и предполагала, за полтора часа до полудня. Пришел скрытно, ребята его заметили только тогда, когда он уже залез в фургон и стал ругаться, что тут слишком много всего понаставлено. Я вытянула руку и втащила принца в мой закуток. Усадила рядом с собой и стала требовать инструкций.

Он огляделся и сказал:

– А у тебя тут уютно. Тесновато, конечно, но очень мило.

– Блин, Арк, ты не в гости ко мне пришел. Давай уже командуй.

– Сейчас, Анколь с Керленом свяжется, синхронизирует наши действия. Как только ты ставишь стенку, начнем демонстрацию силы. Ну вот. Можешь начинать.

Я встала, вдохнула поглубже, закрыла глаза и раскинула руки. Из них потекла сила, формируя стенку, которую я уже столько раз мысленно себе представляла. Дело шло не быстро, прошло минут пятнадцать прежде чем я закончила и открыла глаза. Совершенно безумный взгляд Арка, устремленный на меня, сказал мне, что все получилось. И тут грянули пушки.

Я опустилась на лежанку. Сейчас от меня к созданной мной стенке шла тонкая подпитывающая нить. Магическую силу она брала умеренно, а вот физическую… Сиди тихо, Селезнева, экономь ресурс.

Арк был очень доволен. План работал. Противник выдвинул пушки и самые отборные войска на передовые позиции. Фитили в руках у пушкарей дымились. Пора было начинать самую сложную часть. Он выехал на передний рубеж, помаячил там, чтобы как можно больше солдат, своих и противника, его увидели, после чего отъехал в сторонку, сошел с лошади и под прикрытием полога незаметного пробрался в фургон, где с утра сидела Ася.

Влез, запнулся о невидимых братьев, которых им в качестве охраны навязал Керлен, выругался. Тут же из глубины высунулась знакомая рука, ухватила его за одежду и потащила. Он кротко последовал туда и не ошибся, через минуту он уже сидел рядышком с Асей на ее убогом ложе. Решил подбодрить ее, похвалил фургон. Девушка рассердилась, она была не расположена к сантиментам. Она сюда пришла дело делать, и нечего ей голову морочить.

Тогда Арк выдал ей точные предписания.

Когда по его команде она вдруг встала, закрыла глаза и раскинула руки, у него внутри все похолодело. Одно дело слышать о ее возможностях, даже представлять в воображении, другое дело видеть воочию. Произошло все не слишком быстро, зато построенная со всем возможным тщанием стена полностью соответствовала тому, что было придумано заранее. Выполнив работу, Ася медленно опустилась на кровать, видимо обессиленная. Под глазами залегли тени, лицо осунулось, руки дрожат. Испуганный Арк уложил ее поудобнее и начал гладить, сначала по волосам, а потом сел рядом на пол и стал растирать похолодевшие руки, стараясь не оборвать связь, которая питала стенку.

Руки теплели, но медленно, очень медленно. Тогда Арк стал покрывать их поцелуями, увлекся, и через минуту целовал уже шею, маленькие аккуратные уши, бледные щеки, а потом впился прямо в холодные синеющие губы. И тут это случилось. Губы стали не то что теплыми – горячими! По телам обоих прокатилась горячая волна, еще минуту назад умиравшая Ася ожила, ее тело выгнулось дугой, она что-то простонала и ответила на поцелуй принца с испепеляющей страстью. Не сознавая, что делает, она пила его силу, пытаясь удержаться в этой жизни.

В первый момент Арк испугался, но поцелуя не прервал, наоборот, обнял девушку, прижал к себе покрепче, и был вознагражден. Он отдавал ей силу меньше минуты, а потом вдруг энергия хлынула в него, как вода, прорвавшая запруду. Тоненькая ниточка, поддерживавшая стенку, которая только что казалась иссякающей, запульсировала и стала видимо толще. Арк держал в объятьях уже не зомби, а живую девушку, нежную и страстную. Вот только утолить эту страсть так, как ему бы хотелось, было опасно. Такая сила, завязанная на конкретное заклинание, способна взорвать его изнутри, и тогда всем, кто находится рядом, не поздоровится. Уничтожить свою собственную армию Арку не хотелось.

Минут через несколько решение было найдено. Теперь Арк уже не сидел на полу у Асиного ложа, они лежали рядом. Девушка обнимала принца, прижималась к нему всем телом и что-то мурлыкала. Похоже, она не сознавала, что делает. Практически всю выработанную энергию она продолжала сбрасывать на поддержание своего колдовства. Арк ни на минуту не прекращал ласкать ее. Стащил с Аси платье, чтобы было удобнее, гладил ее живот, целовал грудь, проклиная войну, магию, злобного короля Каферта, своего ненавистного отчима и коварного мага Миритона, из-за которых он не может просто любить свою женщину. Сам раздеваться не стал, понимая, что для него это последний сдерживающий фактор, а сдержаться надо, иначе конец. Ася время от времени открывала глаза, но взор был мутный. Она явно ничего не сознавала, все силы уходили на сторону, ничего не оставляя разуму.

Арку вдруг стало стыдно оттого, что он сейчас думал о близости. Воспользоваться ее бессознательным состоянием – что может быть гаже. Его долг помогать ей черпать из собственного бездонного источника, не дать потерять последние силы и умереть. Пока он с этим справляется, но сколько еще они так продержатся?

Он перешел от поцелуев к массажу, на который ее истинное тело реагировало едва ли не лучше, чем на поцелуи. Массируя спину, он рассматривал распростертую перед ним фигурку и умилялся. Под платьем на ней были забавные коротенькие штанишки и и какая-то смешная ерунда, едва прикрывающая грудь, которую он даже не потрудился снять, она совершенно не мешала. Ясно, что она сымитировала вещи своего мира из местных подручных материалов. Неужели она еще и шить умеет? Нет, сделано магическим моделированием. А здорово. Наверное, это удобные вещички, особенно в жару.

Тут что-то отвлекло Арка от разглядывания любимой, он поднял глаза и увидел, что творится вокруг. Хорошо Ася придумала сделать парусину фургона прозрачной с внутренней стороны. Обзор великолепный, а заклинание самоподдерживающееся. Как она этого добивается?

Черт, наши стреляют и демонстрируют агрессию уже столько времени, пора бы противнику переходить к активным действиям.

В этот момент Ася вдруг открыла совершенно разумные глаза, села на кровати и, не обращая внимания на собственную наготу, тихо произнесла:

– Поближе…

– Что поближе? – с удивлением спросил Арк, и осекся.

Вся панорама приблизилась, как в сильнейшей подзорной трубе. Стали видны укрепления врага, пушки, лица отдельных солдат… Принц перешел на магическое зрение и чуть не подавился. Сидящая на постели Ася потянулась мыслью к пушкарю, стоявшему рядом со своей пушкой с дымящимся фитилем в руке. Парень медленно, как во сне, поднял руку и сунул горящий фитиль к запалу. Почти минуту ничего не было, зато дальше все происходило одновременно. Раздался выстрел, который не был различим за общим фоном, потому что свои пушки стреляли рядом. Но следующий за этим звук… Дикий вой, разнесшийся над войсками, закладывал уши и пригибал к земле. Правду сказал Миритон: о том, что перемирие нарушено, услышат все.

На этот звук Ася вскочила, как-то странно взмахнула руками, еще немного пошевелила пальцами и упала обратно на кровать без сознания. А снаружи стена, до сих пор надежно закрывавшая лагерь, не позволявшая и мухе перелететь на сторону противника, вдруг перевернулась, выгнулась в сторону столицы как надутый ветром парус, и двинулась потихоньку к Амбирене. Солдаты ссыпались с обрыва к лодкам, грузились и переправлялись в совершенно невозможном темпе. Со стороны противника было сделано еще несколько беспорядочных выстрелов из пушек, но строй развалился еще до того, как войска Арка достигли противоположного берега. В этот момент стена упала и рассыпалась тучей золотистой пыли. Принц наконец смог оторвать взгляд от поля боя, и вовремя. Девушка снова лежала неподвижная, белая, губы посинели, руки и ноги стали холодными как лед, и это в самую жару!

Арк снова схватил Асю в объятья. Новая порция ласк и поцелуев вернула бедную к жизни, хотя состояние ее продолжало внушало опасения. На магическом плане почти ничего не осталось от изумительного волшебного существа: истинное тело перестало переливаться всеми цветами радуги, как водопад на солнце, и только тускло поблескивало. Золотая аура, осыпавшая приблизившихся золотой пыльцой, съежилась до невозможного. Нет, она еще сохранялась. Но слой был так тонок, что увидеть его мог только очень опытный маг, знавший, что он вообще существует. Сейчас Асю можно было принять за обычную женщину.

Ничего. Главное – она жива. Все остальное восстановится, как только ей дадут возможность отдохнуть, отоспаться, поесть и почувствовать себя счастливой, всеми любимой и нужной. Что делать? Сейчас его присутствие необходимо войску, а он не может покинуть Асю, боясь, что без его поддержки она просто умрет.

Арк ласкал девушку еще некоторое время, ему даже показалось, что узенькая бледная аура окрепла и стала чуть ярче. Пытаясь решить, что же делать дальше, он разбирал ее спутанные волосы. Вдруг Ася открыла глаза и посмотрела на него спокойным осмысленным взглядом.

– Как ты? – только и сумел произнести принц.

– Я в порядке. В смысле еще не умерла и наверное уже не умру. Как наши дела?

– Все прошло по плану. Враг бежит. Мы уже у стен столицы.

– Тогда иди. Ты нужен там.

– А ты?

– Не волнуйся, что теперь со мной может статься? Позови ко мне мою служанку, пусть даст мне попить, и отправляйся. Когда все будет кончено, вернешься и заберешь меня. Никуда я с этого места не денусь. Сейчас попью только и буду спать как убитая.

– Давай я хотя бы платье на тебя надену, – предложил растерявшийся Арк.

– А, платье, давай его сюда, – Ася как будто не обратила внимание на то, что была почти голая.

Наверное сейчас ей абсолютно все равно в каком она виде, лишь бы никто не мешал отдохнуть и прийти в себя. Натянув на нее как придется платье, Арк уложил иномирянку поудобнее, укрыл одеялом, разбил полог невидимости и кликнул Сейду.

Служаночка тут же развила бурную деятельность. Охая и причитая, она ловко обтерла Асино лицо мокрым полотенцем, взбила подушку, подоткнула одеяло, напоила девушку водой с медом и уставилась на принца с вызовом. Мол, иди-ка ты отсюда, не мешай госпоже отдыхать. Арк не возмутился, просто взял свое оружие, валявшееся на полу, и выбрался из фургона. Лошадь ждала его, привязанная к дышлу.

Кивнув Миру, он снял невидимость с братьев-охранников и велел им стеречь сон Аси как величайшее сокровище королевства, после чего вскочил на коня и бросился догонять свое войско.

Куда короли пешком ходят и что они там делают

Вроде бы недолго Арк просидел с Асей после того, как его войска высадились на берегу у столицы, довольно быстро удалось переправиться через Амбиру, да и дорога не заняла много времени, двигался одинокий всадник быстрее, чем войска, но, попав в город, он понял, что катастрофически опоздал. Ворота Амбирены были широко распахнуты, везде сновали конные разъезды, маршировали колонны солдат. Не было заметно и следа противника, но, как Арк ни метался, он не смог найти никого из своих сподвижников. Керлен со своими частями как в воду канул. Морон исчез бесследно, Лирета невозможно быо отыскать. А главное, Арк не мог связаться с братом. А за Тенан он особенно беспокоился: Саргол имел значительное влияние на сына. Теан боялся и ненавидел отца, но не мог ему противостоять. Больше всего удивляло отсутствие Анколя: уж маг-то мог сам найти своего лучшего друга, а не заставлять себя искать. В общем, друзья Арка пропали, как не было. Зато всюду он натыкался на тех, кого справедливо относил к свои врагам, кого считал трусами и предателями. Бывшие приближенные короля, перешедшие на сторону Каферта, вдруг откуда ни возьмись вылезли и теперь командовали в городе. Сейчас они явно были на коне. Раскланивались с принцем более чем дерзко и предлагали ему отправиться во дворец, чтобы получить сведения из первых рук.

Арк так и сделал. Первый, кого он там увидел, был бывший министр короля Саргола, про которого было известно точно: он перешел на сторону врага и служил тому со всем усердием. Этот мерзавец направился к Арку, широко раскинув объятья:

– Ах, дорогой принц, какая встреча! Как я рад вас видеть! Вы наш герой! Конечно мы, скромные труженики здесь, в тылу врага, тоже внесли свой вклад в победу, но его не сравнить с вашим. Дайте же мне вас обнять, любезный принц!

Арк шарахнулся от него, как от прокаженного.

– Дорогой мой, – продолжал ничуть не смутившийся мерзавец, – Идите же скорее, Вас ждет ваш венценосный батюшка король Саргол. Как только стало ясно, что вы побеждаете, мы освободили его из темницы и он снова на троне.

– Куда идти? – мрачно поинтересовался Арк.

– В его личные покои. Насколько я знаю, он дожидается вас в кабинете.

Оттолкнув придворного, принц ринулся по коридорам к знакомой двери. Не удосужившись даже спросить, принимает ли король, он пролетел мимо стражников, ворвался в кабинет и замер. Кабинет был пуст. Арка никто не ждал. И тут он услышал знакомый звук. Кто-то запер дверь. Надо сказать, на этой двери издавна стоял магический замок: ее можно было открыть только оттуда, откуда она была закрыта. Арк как безмозглый юнец попался в ловушку. Наружу ему не выйти. Вляпался. Это королевский кабинет, магия тут не действует никакая, кроме королевской. Тебя тут не отравят, но и выбраться просто так не получится.

В отчаянии Арк плюхнулся в кресло, принадлежавшее еще его матери. Он готов был разрыдаться. Больше всего его бесило чувство собственной беспомощности. Ася там без толковой охраны в состоянии магического истощения, войска неизвестно где, друзья как в воду канули, а он сидит тут пень пнем и не может ничем повлиять на ситуацию. Хоть бейся головой об стену, толку никакого.

Так, придурок, успокойся, головой биться – последнее дело. Лучше попробуй ею думать. Соображать. Бери пример с Аси. Если ты не выберешься отсюда, значит ты ее просто недостоин. Садись и включи свое серое вещество.

Он устроился в кресле за столом, в котором за столько лет привык видеть свою мать. После ее смерти кабинет занял Саргол, мотивируя это тем, что кабинет относится к королевским покоям. Сын королевы всегда воспринимал это как надругательство над памятью его матери. Сейчас он сам сидел в кресле королевы Амрит. В дверь не выйти, заперто, а за дверью стража. Конечно можно взломать замок и перебить стражу, но ни с того, ни с сего убивать собственных подданных? Пусть Саргол так поступает. Окно? Нет, отпадает. Высокий третий этаж, внизу гладкая стена и мощеный булыжниками двор. На левитацию сил не хватит, тем более что не умеет он левитировать, никогда не пробовал. Да и двор полон солдатами, и неизвестно, на чьей они стороне. Через спальню? Думай, думай, работай головой. Наверняка из покоев королевы есть тайный ход, а возможно и не один. И что угодно можно дать, Саргол о них ничего не знает.

Следующие два часа Арк провел изучая стены и пол. Ползал вдоль плинтусов, поднимал ковры, заглядывал за картины, пытался двигать мебель. Ничего не найдя, он вернулся в кресло и задумался. Где могут располагаться тайные ходы? Ася сначала бы рассуждала, и только потом суетилась. Можно побиться об заклад, королева Амрит тайными ходами не пользовалась и даже не знала, где они располагаются. Саргол тоже не был знатоком таких вещей, тем более что скорее всего они открылись бы только носителю королевской крови. Итак, что мы знаем про эту комнату? Вряд ли матушка стала бы сама устраивать тайные ходы, ей это было без надобности. Дворец старый, наверняка, если таковые имеются, они существовали тут с незапамятных времен. Значит, если здесь есть выход, устроили его еще до нее. Кому кабинет принадлежал до королевы? Кабинет здесь устроил прадед Эрган, до этого покои короля находились в другом крыле дворца, а здесь были гостевые комнаты. В гостевых покоях тайный ход не устраивают, если только не собираются этих самых гостей отправить на тот свет, но это не в традициях двора. Значит прадед. Про Эргана II известно, что от его чувства юмора плакали все слуги и приближенные. Запустить за пазуху лягушку министру, читающему доклад, или, к примеру, подсунуть важному гостю, вставшему, чтобы сказать тост, корзинку яиц на сиденье… Это все шутки в прадедовском духе. Его затеи всегда отличались оригинальностью и неожиданностью, не всегда приятной окружающим, а прямо сказать, хулиганистый был старичок. Да и в молодости он примерным поведением не отличался. Так, теплее. Если кто и устроил здесь потайной ход, то только блаженной памяти прадедушка. А цели? Зачем он ему мог понадобиться? Ходить тайком к любовнице? Подслушивать своих приближенных? Выходить незаметно в город, чтобы толкаться среди толпы? Все три ответа верные, из истории известно что король был любвеобилен, с легкостью разоблачал придворные заговоры и любил простые развлечения, ради которых нередко покидал дворец не узнанным. Так где же эти ходы? В кабинете приходит в голову только такое решение: где-то спрятан механизм, отодвигающий один из книжных стеллажей. Надо что-то нажать, потянуть или повернуть.

Еще час ушел на то, чтобы ощупать и попытаться покрутить все выступающие предметы по всему кабинету. Результатов ноль. Арк прислушался. За дверью явно что-то происходило. Еще бы узнать что. Задействовав простенькое заклинание «королевские волшебные уши», удалось узнать, что короля нет во дворце, куда он отправился неизвестно, когда вернется тоже никто не знает. Принцу Арку надо принести ужин, но ни в коем случае его не выпускать. Он маг, из любого другого помещения выберется без труда, а кабинет старого короля надежно защищен от чар. Если захочет в туалет? Не смешите, при кабинете есть туалет, дверь рядом с входом в спальню. Только дернуть зеленый шнурок от шторы. Принесли ужин принцу? Молодцы. Сейчас его накормим, и можете быть свободны до утра. Король, если вернется, переночует у госпожи Ларены.

Где находятся покои этой госпожи Арк себе примерно представлял: в противоположном крыле да еще и на другом этаже. Сейчас принесут ужин и впереди вся ночь свободна для поиска.

Ужин не заставил себя ждать. Его принес низенький слуга, которого Арк прекрасно помнил, тот обычно чистил обувь королеве и ее детям. Кланяясь и извиняясь, старичок поставил поднос на стол, а потом будто случайно подошел к двери в спальню за золотисто-зелеными шторами и дернул за единственную зеленую кисть, висевшую среди позолоченных. Приоткрылась дверца, ведущая в туалет.

Арк улыбнулся старому слуге и многозначительно подмигнул, мол, спасибо. Как только за стариком закрылась дверь, он бросился в открывшееся помещение. Сначала воспользовался удобствами, а потом задумался. Если прадед любил всякие шутки на грани, почему бы ему не начать потайной ход прямо из сортира? Это была бы довольно грубая, но забавная шутка.

Прежде чем проверить собственную гипотезу, он сел и отдал должное еде. Предварительно, правда, поискал, нет ли там ядов или снотворного, но их не оказалось. Во дворце не дураки работают, соображают, что его такими дешевыми трюками не возьмешь, королевская магия не позволит. Еда была прекрасная, он наелся, что называется, от пуза. Очень предусмотрительно: если удастся сбежать, то неизвестно, когда удастся снова поесть.

Подкрепившись, Арк снова отправился в туалет и начал изучать его на предмет что-нибудь повертеть или подергать кроме кранов и механизма, спускающего воду. Это был не обычный сортир, а скорее ванная комната, снабженная унитазом. Говорят, прадедушка любил предаваться плотским утехам прямо на столе в кабинете, а затем, видимо, шел освежиться и принять ванну. Всяких штуковин, на которые можно было надавить, и других, чтобы повертеть, там была куча. Чтобы проверить их все ушел не один час. Кроме того, Арк простучал все простенки, обследовал мраморные плитки и плинтусы. Ничего. В отчаянии он огляделся.

Так, попробуем размышлять.

Есть тут что-нибудь странное? Арк осмотрел снова все помещение на предмет несуразностей. Одна нашлась. В туалете зачем-то стояла невысокая мраморная банкетка. Ну да, вон ванна, а на банкетку, стало быть, одежду складывают. И все равно она тут не у места. Он сел на упомянутый предмет, подергал за ручки, потряс спинку… Без толку. Тогда он попробовал отодвинуть проклятую мебель: может, потайной ход находится за ней. При попытке сдвинуть на себя выяснилось, что банкетка приросла к полу. Очень подозрительно. Вправо она тоже двигаться не захотела, а вот отодвигания влево не перенесла, поехала куда-то вбок вместе с куском пола, и на ее месте показались ступени, уходящие в темноту. Не раздумывая, принц ринулся по лестнице вниз. Когда он спустился достаточно глубоко, прямоугольник света над его головой вдруг с глухим звуком исчез. Арк очутился в кромешной темноте. Хода назад не было. А идти куда-то в кромешной тьме… Арк пощелкал пальцами и тихо рассмеялся от радости.

Магия снова работала. Не только королевская, любая. Он засветил маленький магический светильник и огляделся. От небольшой площадки в двух ступеньках под ним уходили три коридора, а еще две лесенки вели обратно в королевский кабинет. Похоже, еще двух проходов он тупо не нашел. Но это было уже неинтересно, а вот коридоры… Какой куда ведет? Догадаться было невозможно. Надо пробовать.

По правому коридору Арк прошел всего шагов пятьдесят, чтобы понять: ему нужен другой. Ход, по которому он двинулся, разветвлялся по всему дворцу. Он слышал о его существовании, но не слишком доверял. На поверку слухи оказались правдой. Первая же отдушина позволила слушать разговоры слуг в комнате королевского камердинера. Там как раз собралось небольшое общество: сам камердинер, два лакея, стражник и три горничные. Разговор шел на повышенных тонах: каждый придерживался своей точки зрения на происходящее. Он постоял, послушал. Из болтовни слуг можно понять только одно: все, кто предали своего короля и перешли на службу Каферту, снова бросились искать благоволения Саргола в тот момент, когда Каферт в страшных мучениях испустил дух. Оказывается, Каферт не отослал пленника в Камбену, а держал тут же, под рукой, в темнице замка. Слугам такая ветреность их хозяев была не по нраву. Они ругали Каферта, прочили на престол кто Арка, кто Теана, но все сходились в лютой ненависти к Сарголу. Очень интересно было бы послушать еще, но в другое время.

Арк вернулся к исходной точке и снова пошел вперед, выбрав средний коридор. На этот раз выбор оказался верен. Коридор уступами спускался все ниже, потом был длинный переход на подземном уровне, а потом дорога плавно пошла вверх и закончилась небольшим сводчатым подвалом, в углу которого обнаружилась окованная железом дубовая дверь, заложенная засовом. К счастью, с нужной стороны.

Как хорошо, не придется идти назад и пытать счастья в третий раз. Арк с трудом отодвинул приржавевший засов и дернул дверь, молясь про себя, чтобы она не оказалась заперта с другой стороны. Дверь сначала не поддавалась, но потом тихонько скрипнула и медленно повернулась на петлях. Видно, просто захрясла от времени. За дверью его ждал полумрак подлестничного закутка. Потайной ход выходил во внутреннее помещение трактира в городе. В приоткрытую дверь, из которой падал свет, был виден зал. Трактирщик стоял около стола с гостями и принимал заказ у нескольких солдат, явно еще не отошедших от недавних событий и потому излишне шумных.

Арк отлично знал этот трактир. Вполне приличное заведение, никаких пьяных драк и скандалов. Да и часть города респектабельная, квартал часовщиков и ювелиров. Так, выходить не торопимся, сначала надо подумать, что делать дальше. Король опасен. Надо спасать себя и тех, кто дорог. В первую очередь Асю. Боги, сделайте так, чтобы она была все еще там, спала себе в фургоне и ничего не знала!

Но просто так из города не выберешься и никого не спасешь. Нужна лошадь. Здесь на конюшне можно будет позаимствовать. Ничего, это не воровство, когда все будет в порядке, он возместит трактирщику потери в тройном, нет, в десятикратном размере. А сейчас не до церемоний и глупых раздумий. Хватать Асю и везти ее к Миритону. Туда Саргол не сунется, там девочка будет в безопасности. Пусть придет в себя. Тем временем надо будет разыскать Керлена, Морона, Лирета и братишку. Анколь небось сам к Миритону доберется, если жив и здоров.

К счастью, солдаты, которые зашли в трактир, оставили у коновязи оседланных лошадей.

Так, сейчас набросить незаметность, выйти во двор, вывести лошадь и прочь из города. У ворот придется воспользоваться невидимостью. Силы хватит? За глаза. Ася по сути не взяла у него силу, а дала ее ему, да еще и в избытке. Сама выложилась полностью. Могла с него тянуть, но не стала. Да, источник у ведра воду не занимает. Все, хватит рассиживать! Надо спасаться самому и спасать Асю. План есть?! Вперед!

Лошадь он бросил, доскакав до реки. С нею можно было переправиться на пароме, но где он, этот паром. Зато самому удалось переправиться через Амбиру на удивление легко: пустые лодки и весла валялись по всему берегу. Пришлось грести изо всех сил: течение сносило лодку, но уже через сорок минут Арк с гордостью вышел на пляж и огляделся. Оставшиеся от спускавшихся к воде войск легкие лестницы никуда не делись, по ним можно было легко забраться на крутой откос. Наверху он быстро сориентировался и уже бегом побежал к темнеющему на фоне светлого неба фургону. Прибежал и увидел…

Прошло всего два часа, а от оптимистического настроя и следа не осталось. Вот кусты, вот валун, вот фургон… В траве валяются Ланс и его брат. Мертвые. Зарублены на месте, судя по позам, даже не сопротивлялись. Фургон пуст. Ни Аси, ни ее служанки, ни Мира. Лошадей тоже нет. Арк в отчаянье упал на землю и только собрался зарыдать, как услышал тихий стон. Он пошел на звук и увидел: почти под самым валуном за кустами лежал израненный Мир. Его, наверное, сочли убитым или умирающим и поленились добить.

Принц вытащил своего офицера на открытое место, подложил под голову подушку, взятую из фургона, напоил водой из фляжки, и начал лечить, мысленно благодаря Асю за оставленную ему силу. Вылечить полностью не получалось, раны были глубокие, но вытащив из них обрывки одежды, промыв и замотав обрывками простыни, Арк добился того, что его офицер перестал терять кровь и пришел в себя. Увидев принца, он застонал от горя:

– Не уберег. Не уберег. Никто не ожидал. Эта сучка… – от боли он скорчился и чуть снова не потерял сознание.

– Какая сучка? Куда делась Ася? Ее убили или похитили?Кто?

– Сейда. Эта сучка подала знак и за Асей приехали. Король и его люди. С ними был принц Теан.

– Теан?!

Боги, что братишка делал в окружении Саргола?

– Он не дал ее убить. Король хотел, но принц закричал, что тогда покончит с собой. Они его связали.

– Ее?

– Его, принца. А ее зачем? Она без сознания была. Или спала? Не знаю. Но глаз не открывала и ничего не говорила. Даже не стонала. Один из них, такой зелененький, перекинул нашу госпожу через седло и увез. Я хотел защитить, не отдавал… Парней жалко. Их сразу убили, они даже не поняли, что происходит, – Мир вдруг забормотал неразборчиво и стал терять сознание.

Что теперь делать? Если Асю не убили сразу, ее отвезли во дворец. Вернуться туда и попытаться ее спасти? Он один и почти без сил. Ничего не выйдет, он и ее не спасет, и себя загубит. Если она опять потеряла сознание… Объяснение одно: она сейчас в очень тяжелом состоянии, в книгах это называют «магическая кома». Простой маг уже умер бы. А она отлежится и оживет. Только не сразу, ей не меньше недели понадобится чтобы прийти в себя. Значит, неделя есть. Едем к Миритону, как планировали. Хорошо бы туда телепорт прокинуть, но сейчас силенок маловато. Надо отдохнуть. Но и здесь оставаться нельзя. Забираем Мира и в путь. А как? Пешком, с раненым? Фургон имеется. Боги, еще бы лошадей!

Как ответ на его молитву из ближайшей рощи донеслось ржание. Арк устроил Мира в фургоне и отправился за лошадью Минут через сорок удалось поймать двоих: это были те самые лошади, которые тащили Асин фургон изначально. Видно, кто-то обрезал упряжь, и бедные создания убежали.

Пришлось снова запрягать, сращивая ремни и веревки, и уже вскорости несчастливый фургон катился по дороге в направлении устья Амбиры. Арк сидел на козлах, набросив на себя тот самый морок, в котором щеголял Мир: израненный, потрепанный ветеран. Амулет он снял с шеи незадачливого воина. Морок был легкий, проверки он бы не выдержал, но издалека смотрелся убедительно. Принц ехал погруженный в тяжелые раздумья. Один вопрос терзал его: кто этот «зелененький», который увез Асю? Что-то ему это напоминало. Не зеленый, а зелененький. Что-то до боли знакомое и связанное с двором его отчима. Потом дошло: герцог Фурмон. У него действительно были изумрудно-зеленые волосы, а он еще и всегда ходил в зеленом. Этого типа всегда так называли. Почему-то при виде него это слово сразу приходило на ум. Может, потому что у него был слишком маленький для аронайца рост, чуть-чуть повыше маленькой Аси? Если девочка у него… На его фоне приснопамятный барон Рекет – милашка и добряк. Именно герцог всегда был правой рукой короля и ему было позволено все. Королевские наложницы больше всего на свете боялись, как бы их не отдали герцогу: тех, кто туда попадал, можно было жалеть, но нельзя спасти. Из его дворца частенько выносили изуродованные трупы женщин, и никто не смел спрашивать, куда делась та или иная красотка. Теперь Ася в его грязных лапах. Арк застонал от горя.

Я открыла глаза. Блин, дежа вю какое-то! Опять серый камень, низкий сводчатый потолок, балки. Привет от барона Рекета. Вроде он у нас умер, или я что-то пропустила? Правда, в этот раз я лежу на чем-то не шибко жестком. Похоже на нормальную постель. Ладно, за кефир отдельное спасибо. Пошевелим ручками и определим, что на нас надето и не связаны ли мы? Почему я о себе во множественном числе, как царь? Да для себя я в сто раз важней царя, царицы и всех их родственников.

Так, лежим под одеялом, не связанные, одетые. Уже хорошо. Прошлый раз на мне обмундирование было – не стащишь, сейчас же всего легкое платьице и то, что у меня играет роль трусиков и лифчика. Амулеты вон они, на груди, перстни тоже все целые. Пока полный порядок. Может, меня просто перенесли куда-то пока я спала? Только вот помещение чертовски мне не нравится. Что-то оно подозрительное какое-то. Арк бы меня поместил в комнату покрасивее, да и Теан тоже. А где они? Я попыталась сесть, но не преуспела. Чуть приподнялась и хлопнулась обратно. Сил у меня было как у мышки-анорексички.

Тут откуда ни возьмись прискакала Сейда и запричитала по своему обыкновению:

– Госпожа, дорогая госпожа, вы очнулись! Какое счастье! Сейчас мы с вами покушаем. Или сначала хотите в туалет?

Хоть сил у меня не было, но соображать я не перестала: больше всего надо на горшок, потом мыться, а затем уже можно и перекусить. Я попробовала скомандовать, но у меня получился невнятный лепет. К счастью, девушка все поняла.

– Так, Сейда, сначала туалет, мыться, потом есть. Мне нужно чистое белье.

– Все готово, все готово, госпожа. Обопритесь на меня.

Я потащилась в туалет верхом на Сейде. Маленькая служанка оказалась крепким созданием, мало того, что поддерживала меня всю дорогу, хотя я норовила завалиться, она меня вымыла всю, одела и доставила обратно на кровать. Оказалось, сил на то, чтобы поесть не осталось. На кровати я моментально заснула. Когда проснулась, увидела у изголовья поднос, на нем кружка, кувшин и булочки на тарелке. На этот раз я сумела сесть и выпить молоко, которое было в кружке. Булочки оставила на потом. Отвалилась и снова заснула. В следующее пробуждение я уже сама налила из кувшина молока и схомячила пару булочек. Этот подвиг так меня утомил, что я чуть сознание не потеряла. Наевшись проспала очень долго, наверное не меньше суток. Потом опять пришла Сейда и потащила меня мыться и все остальное. Я даже не пыталась с ней разговаривать, сил не хватало. Наверное от слабости мне ничего не хотелось и ничего не было интересно. Я вспоминала про своих друзей, но как-то так, сквозь туман. Ела, пила и спала. Больше всего спала. Так прошло еще несколько дней, не знаю точно сколько, но как минимум неделя.

А потом мне внезапно стало гораздо лучше. Я стала сама ходить в туалет, сама мыться, сама есть и перестала самопроизвольно выключаться. Появился интерес к жизни и захотелось узнать, где я нахожусь, что меня ждет и где мои друзья.

Естественно, эти простые вопросы я задала своей служанке, но она не ответила, заплакала и убежала. Симптомы мне не понравились. Но еще больше мне не понравилось то, что часа через полтора после того, как Сейда в слезах убежала, дверь открылась и в мою келью (не подберу другого слова) вошел аронаец с фиолетовыми, как у Теана, волосами. Да и мордой он на него весьма и весьма походил. На мозг я никогда не жаловалась и сразу поняла: вот она главная здешняя сволочь король Саргол.

Сын на него очень похож, и в то же время совсем другой. Теаша лапочка, чистый, искренний, милый, добрый, нежный как котеночек. А тут передо мной стоял жуткий тип. Злой, холодный, безжалостный и откровенно подлый. Все это было написано в его взгляде как на классной доске. На его фоне приснопамятный Рекет просто няшечка и пусечка. Верить этому королю нельзя ни на понюх табаку. Если я ему хоть для чего-нибудь нужна, а видно нужна, если до сих пор не отправили к праотцам, а гляди, служанку приставили, то надо тянуть время. Соберись, Селезнева, но виду на показывай. Будем прикидываться умирающим лебедем до последнего.

– Пришла в себя, красотка?

Тип заговорил красивым, низким, хорошо поставленным голосом. Ему бы в опере петь, цены бы не было.

– Да, немного, спасибо.

Я изобразила вежливость и крайнюю дурость. Пусть враг нас лучше недооценивает, чем наоборот.

– А ты и впрямь миленькая. Такая малышечка, только очень тощая. Ну ничего, отъешься. Ты меня удивила. Не спрашиваешь чем? А я все равно скажу: не ожидал, что ты выживешь. Мой личный маг уверял меня, что ты в состоянии магической комы, из нее одна дорога – на ближайшее кладбище. Поэтому я к тебе кроме этой дуры служанки никого и не стал посылать. Ее не жалко: все равно в расход. А ты выжила. Ну что ж, мой сын порадуется. Он все это время бесится, требуя, чтобы к тебе приставили лучших лекарей. Я его успокою.

– Ваш сын? – я постаралась выглядеть еще глупее, если это возможно.

– Ну да, принц Теаноферн, мой сын. А я король Саргол. Не ожидала?

– Ой, Ваше Величество, действительно не ожидала.

– Вот смотрю на тебя и думаю: отдать тебя Теану, как он просит? Знаешь, пожалуй нет.

– А почему? Я ведь его девушка, у меня и браслет есть.

Ну, если и сейчас он не уверился что я полная дура, то грош мне цена в базарный день.

– А потому, моя прелесть, что пока ты в моих руках, принц Теан будет делать ровно то, что мне надо, и братец его старший поостережется выступать, зная, какую цену ему за это придется заплатить. Не бесись, девочка, мне все про тебя известно, ты тайное оружие Архимага Миритона.

– Зачем вы меня пугаете, Ваше Величество?

Я скуксилась и изобразила, что сейчас заплачу.

– Дурочка, влезла в игры магов. Тебя использовали, а потом выбросили. Я бы не стал подбирать, если бы не та непонятная привязанность, которую питает к тебе мой сын. Да, у тебя уникальный дар. Ты живой амулет-накопитель огромной емкости. Но амулет полностью разряженный. Миритон накачал тебя силой под завязку, а ты ее всю и отдала. Спасибо. Это помогло мне вернуть себе трон. Только теперь ты обыкновенная ничем не примечательная девчонка. Да, для лебды довольно красивая, но и только. Теан что-то там болтает про иной мир, но что-то не верится. Смотришь? Не веришь мне? Посмотри на свои амулеты, дура! Они пустые! Поэтому я их с тебя и не стал снимать. Мой маг Типуст определил, что силы в тебе больше нет и взяться ей неоткуда. Любуйся на свои пустые побрякушки и думай своей пустой башкой, кого тебе слушаться.

У меня от его речей закружилась голова и король это заметил.

– Да ты сейчас свалишься опять. И как я с тобой без сознания буду разговаривать? Ты же не поймешь ничего, кретинка. Ничего, время терпит. Пока я уйду, но мы еще встретимся и поговорим.

Я закивала как болванчик, а Саргол развернулся и ушел. Такое, значит, ему на мой счет выдали экспертное заключение? Накопитель огромной емкости? Прямо суперконденсатор какой-то. Маг Типуст у него в фаворе. Не знаю, кто такой, но в ситуации он не разобрался, что мне на руку. Ясненько. С Анколем он не разговаривал, да и не верит он Анколю, тот же с Арком дружит. Конечно, маги, Миритон с Анколем, меня использовали втемную, тут они гады, спору нет. Но про меня они сказали правду. Если бы был прав Типуст, я никогда бы не смогла сделать то, что сделала. А кроме того, не выжила бы, это уж точно. Одно радует, я наконец определила, кто мой враг! Ясен пень, король Саргол! Значит, что бы он ни сказал, для меня это значения не имеет. Его правда для меня хуже лжи. Ой, что-то после этого разговора совсем сил не осталось. Я залезла обратно под одеяло и вырубилась.

Пришла в себя под тихие причитания Сейды.

– Несчастная я, зачем я это сделала… Какая же я дура… Бедная госпожа… Бедный принц Арк… Бедный принц Теан, зачем я это сделала, что же я за дура такая. И все-то они врали, и ничего-то не выполнили, несчастный Мир, он был такой хороший. такой добрый, зачем они его убили…

– Сейда, о чем ты говоришь, – прошептала я девице прямо в ухо. Она шарахнулась, но я вцепилась ей в плечо и не пустила.

– Сейда, ты только что сказала что Мира убили.

– Госпожа…, – заныла дрянь, – я ничего не знаю…

– Все ты знаешь, и сейчас мне расскажешь, иначе мало тебе не покажется. Натравлю на тебя короля, он такую сучку на ленточки нарежет. Или ты мне все рассказываешь, или пеняй на себя.

Естественно, она все выложила. Как ее хозяин герцог Фурмон велел ей следить за Арком. Иначе обещал рыбам скормить, да так и сделал бы. Устроил во дворец в Мирене, она там горшки выносила. Потом появилась я, и она из кожи вон вылезла, чтобы ее ко мне приставили. Этим она пыталась приблизиться к принцу. Потом меня увезли, да и Арк уехал. Ее не взяли, на что герцог очень ругался, избил ее и отдал своему камердинеру. А он такой страшный, такой страшный… Бил и насиловал Сейду целую неделю, потом запер в погребе. Она думала, ее убьют, но случилось иное. Оттуда ее выпустили и отправили в военный лагерь к принцу Арку. У них был заговор. У кого, у кого… У герцога и других придворных. Все знали, что только Арк может победить Каферта. Остальные-то в военном деле ни уха, ни рыла, слишком давно Аррона не вела войн. Так что Арк оставался единственной надеждой королевства. Но воспользоваться своей победой ему бы ни за что не дали. Разведка донесла Фурмону, что у Арка появилось тайное оружие, и это не предмет, а человек. Поэтому ее и послали. Хотели, чтобы Сейда узнала, что за тайное оружие готовит Арк. Уже здесь с ней встретился маг, передал маленькую скляночку. Ее надо было разбить, когда армия Арка начнет побеждать. Она и разбила.

В это время я валялась в фургоне без сознания, вокруг никого, только Ланс с братом и Мир на козлах. Хорошо время выбрала, гадюка.

Подъехали король и герцог со своими людьми, ребят убили сразу, Мира – когда попытался помешать вытащить меня из фургона. Хотели и меня убить, но с ними приехал Теан, связанный. Он кричал, рвался, клялся, что руки на себя наложит если с моей головы хоть волос упадет. А маг, тот самый, который дал Сейде скляночку, сказал, что я скорее всего и так подохну, без чужого вмешательства. Тогда убивать передумали, герцог Фурмон отвез меня в свой замок, не в королевский, чтобы принц Арк не нашел, и приставил Сейду. Сначала обещал наградить, а теперь говорит, пусть спасибо скажет, что живой из погреба вышла.

Я всегда говорила, что предательство и шпионство не оправдывают себя. Как только мне смотреть теперь на эту паскуду. А ведь придется. Сто пудов, под дверью кто-нибудь нас подслушивает. Хорошо, что эта гадюка трындит тихо и быстро, я рядом сижу, и то с трудом разбираю. Мое вынужденное молчание вдохновило Сейду и она забубнила дальше.

Где принц Арк никто не знает. Мага Анколя тоже не могут найти. Морон удалился в свои владения, туда никто не сунется, герцог очень силен и богат, его боятся. Керлен с ним. Его чествуют как победителя, но он в Амбирену носа не кажет. Принца Теана король держит под стражей неизвестно где, никуда не выпускает, его с той поры никто не видел. А господин Лирет сговорился с королем. Представил ему какие-то планы, добыл денег. Теперь он один из самых уважаемых людей при дворе. За него прочат сестру герцога Фурмона госпожу Фиалу.

Милый парень. Никогда мне не нравился этот желтоглазый с волосами цвета детской неожиданности. А Арка, значит, ищут и не могут найти. Хоть это радует. Значит, он на свободе. Освобождать он меня не пришел, но я не могу на него за это сердиться. Ему тоже сейчас несладко. Почему-то я верю что он не сложил лапки, и, если жив, что-нибудь да сделает. Надо узнать сколько дней я тут валяюсь.

– Сейда, слушай внимательно и ответь. Сколько дней я здесь нахожусь? Сколько я пробыла без сознания?

– Госпожа, – закудахтала мерзавка, – Вы без сознания лежали семь дней, да пришли в себя – еще восемь. Всего пятнадцать дней вы здесь.

Блин, у меня что-то меньше получалось. С другой стороны, ей лучше знать. Но чтобы я семь дней валялась без сознания? Это полноценная кома получается. Выходит, эта дрянь нас всех сдала, но меня в коме выходила. В сущности, это единственное, что ее извиняет. Прибила бы, но сейчас не время. Надо спасаться. А как спасешься, если единственный путь к спасению, мой амулет перемещений, разряжен? Блин, когда держала стенку надо было его снять и в рюкзак. Кстати, где мой рюкзак?

О счастье, полезная вещь валялась тут же под кроватью. Оказывается маг Типуст (я запомнила его как Тустеп с капустой) сказал, что сумка пустая. Квалификация его фиговая, ничего не понял. Это мне на руку.

Так, снимаем все амулеты и кладем в карман рюкзака. Если спросят, я в них разочаровалась, все равно мне их не зарядить. Мой любименький амулетик перемещений пристраиваем прямо на тело под одежду, так, чтобы цепочка в вороте не светилась. Пусть каждая добытая капля силы ему достается. Силой любви здесь мне не разжиться, а вот злобой и яростью – всегда пожалуйста. План имеется, надо заняться осуществлением. Первым долгом выпроводим девчонку и пристроим амулет на правильное место.

Я громко заявила что проголодалась и Сейда ушла за едой. Я тут же отползла в туалет, сделав вид что моюсь. Хотя почему вид? Помылась я на самом деле. А из тонкой ленты, оторванной от платья, соорудила поясок, в который засунула свою игрушку. Прямо на теле и снаружи не видать. Если даже амулет зарядится и камень засветится, он им к телу повернут. Ленту тоже взяла из незаметного места: от подпушки оторвала. Мужчина, не осведомленный о тонкостях пошива женского платья, ни за что не догадается что чего-то не хватает.

Чистая вышла из ванной, и тут Сейда еду принесла. Надо сказать, кормили меня нормально. Без разносолов, только молоко, хлеб и яблоки, но мне после болезни ничего другого и не требовалось. Да и безопасности отвечает: в хлеб и яблоки трудно что-то подмешать, а молоко от вредных добавок скиснет.

На следующий день меня посетил сам герцог Фурмон. Что могу сказать? Зелененький такой аронайчик. Внешность типическая, волосы – чистый изумруд, вот только росточком не вышел. Чуть-чуть меня повыше. Но гонору хоть отбавляй. Велел встать, со всех сторон осмотрел, сказал, что такие мелкие и тощие не в его вкусе, обещал, что когда король со мной закончит, я достанусь его охранникам, на большее не гожусь. Я молча улыбалась, это его злило. Видно было, хрен еле сдерживается, чтобы меня не ударить, но пока он на это не уполномочен. Я, если честно, тоже разозлилась, но не шибко. А за спиной мелкого анимэшки болтался тип, которого я определила как того самого страшного камердинера. И впрямь страшноватое создание. Такое чувство, что ему морду поперек лопатой разрубили.

Вечером, моясь в ванной, размотала поясок и глянула: в глубине адуляра зажегся слабенький огонечек.

Величество почтило меня следующим посещением. Пришел как король и победитель. Видно, он совсем уже освоился и никого не боится. Стал развивать мысль о том, что я теперь никому не нужна, и единственным для меня выходом будет стать его постельной игрушкой. Наверняка во мне что-то есть, не может же такой знаток женщин как Арк ошибаться. Да и нездоровая страсть Теана о чем-то говорит. Но это потом, а пока я должна буду уговорить милашку принца с одной стороны короноваться, а с другой – поставить отца регентом. Он крутил что-то непонятное, но меня тут не запутаешь. Зря что ли я их историю с политологией изучала? Мужику велели передать трон сыну, потому что стране нужны эти самые королевские благословения. Он решил: мухи отдельно, котлеты отдельно. В смысле, благословения с троном у Теана, а власть у его папашки. Ага, щаззззз. Тут он подошел, взял меня за подбородок, покрутил голову в разные стороны и сказал, что надо мне отъедаться, а то таких худых даже бедные нищие не захотят. Интересное дело, я не то чтобы очень уж тощая. Или отощала тут на местных хлебах? Потом эта наглая тварь схватила меня за грудь и больно ущипнула! Я вывернулась и долбанула его ногой по голени. Не знаю как у аронайцев, у людей там нерв проходит. Судя по тому, как он заорал, у этих та же анатомия.

– Ты что, сучка, – заорал король, – соображаешь, что делаешь? Да я тебе покажу как драться! Запорю! Собаками затравлю!

– Ага, и принц Теан пошлет тебя далеко и надолго. А здешние ребята легко и непринужденно найдут себе другого короля, с королевской кровью. Я слыхала, тут это не проблема. И нечего щипаться!

Мужик сначала покраснел, а потом аж посинел и стал задыхаться от ярости. Потом взял себя в руки спросил:

– Чего же ты хочешь?

Я, прикинувшись полной идиоткой, гордо ответила:

– Я хочу чтобы со мной обращались соответственно моему статусу.

– Какому такому статусу?

– Когда я здесь появилась, принц Аркантейл присвоил мне статус королевской гостьи. Потом принц Теаноферн надел на меня браслет, чем дал мне другой статус – своей возлюбленной. Меня устраивают оба варианта, можете выбирать. Если я и буду постельной игрушкой, то не вашей, а принца Теана.

Про принца Арка я не стала упоминать во второй раз, а то у придурка сейчас удар будет. На мои слова Саргол злобно усмехнулся.

– Мы рассмотрим этот вопрос но не раньше, чем принц согласится на мои условия и проведет церемонию. Сначала коронация, мой статус регента, а уж потом твой статус королевской любовницы.

– Мне этот вариант не нравится. Давайте в другой последовательности, если хотите, чтобы я вам помогала. Сначала вы мне, потом я вам.

– Что ты этим добиваешься, дрянь?

– Гарантий безопасности. Если я сделаю по-вашему, где гарантия, что я не окажусь после этого в реке с камнем на шее? Судя по выражению вашего лица, это наиболее вероятное развитие событий.

– А еще дурочкой прикидывалась, мерзавка. Все соображаешь, дрянь. Ну и сиди тут. Служанка тебе больше не положена, сама себя обслужишь. Кормить пока будем, но если через неделю не одумаешься, переведем на хлеб и воду. Дальше будешь упираться – запрем в подвале с крысами,

– А не боитесь, что после того как Теан увидит, что вы со мной сделали, он вам устроит такое, что и страшном сне не приснится?

– Не боюсь. Когда он тебя такую увидит, у него все глупости на твой счет рассосутся, потому что тогда тебя не то что поцеловать, на тебя плюнуть будет страшно.

Он-таки плюнул на пол и ушел. Я поплелась в ванную, пустила воду и тут же глянула на свой амулет: растет огонечек!

Сейда больше не приходила, Саргол сдержал свое слово. Но теперь, когда я неплохо себя чувствовала, она мне была не слишком нужна, а терпеть присутствие этой предательницы становилось все труднее. Как вспомню Мира, Ланса и его братишку, так прямо выть хочется. Такие хорошие ребята. С Лансовым братом я даже не познакомилась, как его звали не знаю, а он за меня погиб.

Прошло еще пару дней. Кроме молчаливого придурка, приносившего мне еду, я никого не видела. Правда, постоянно слышала как люди входят и выходят: моя темница находилась в непосредственной близости от наружной двери, это я быстро поняла. Вход был не парадный, а черный, потому что через него носили припасы на кухню. Не почетно, зато удобно, если бежать надумаю.

На третий день шум и грохот стояли с утра безумные. Слуги бегали, таскали какие-то тяжести и кричали друг на друга. Из этих криков удалось извлечь ценную информацию. Вроде как наш герцог куда-то собрался на несколько дней. Мимо моего узилища проносили ящики и сундуки, их постоянно роняли, ими что-то цепляли, все друг на друга орали… Наконец далеко за полдень все стихло. Герцог уехал.

Я решила, что можно расслабиться и поваляться на кровати. Делать все равно нечего. Вспомнила, что в моем бездонном рюкзаке завалялось несколько книг, еще из Турана, и решила почитать. Пока здесь была Сейда, я не рисковала, но теперь бояться было некого. Добыла какой-то сборник рассказов с нравоучительным содержанием и принялась его изучать. Для нашего мира допотоп, но для этого вполне передовая литература. История девицы, не слушавшейся родителей и в конце трагически умирающей из-за того, что ее бросил коварный возлюбленный. Не успела закончить первый рассказ, как услышала тихие робкие шаги в коридоре. Прислушиваясь каждый раз, я уже научилась различать шаги, и теперь могла делать квалифицированные заключения. Это не мой придурок с едой, его я уже отличаю, и не Сейда, шаги явно мужские. Обувь мягкая, больше всего похоже на сапожки, которые тут носит знать. Шаги то удалялись, то приближались. Похоже на то как человек проверяет каждую дверь в большом коридоре и в то же время следит за входом в этот самый коридор. Кто бы это мог быть? Вор? Что он тут собирается украсть? Больше всего меня удивило, что этот загадочный человек пришел не с улицы, а из глубины дома. Может, в окно влез?

Наконец шаги достигли моей двери и остановились. Зашуршал засов. Сейчас сюда войдут. Я залезла под кровать и затаилась.

Дверь отворилась и в мою келью просунул голову… Лирет! Я не собиралась раскрывать свое местопребывание, но от неожиданности издала сдавленный звук. Он тут же меня заметил и бросился ко мне.

– Ася, наконец-то!

– Лирет, что ты тут делаешь?

– Я тебя искал, наконец-то нашел. Идем скорее!

Я, как дура, обрадовалась, что меня пришел спасать друг. И почему я все еще такая наивная? Уже готовая бежать за ним, я все же спросила:

– Куда?

Вовремя я задала этот коренной вопрос революции. Меня схватили и стали осыпать поцелуями и почему-то еще трясти:

– Ко мне, в мой дворец. Там тебя не найдут. Ася, солнце мое, дорогая моя, я тебя никому не отдам! Они все не стоят тебя, моя маленькая волшебница. Эти мерзавцы чуть тебя не уморили. Ты будешь моей, только моей. Я пылинке не дам на тебя сесть. О Боги, как я хочу тебя! Хочу тебя прямо сейчас!

Он внезапно сорвал с меня платье, бросил на постель и сам рухнул сверху. Такого тут еще никто не устраивал. Во мне вскипела первоклассная ярость. Прежде чем я разобралась что к чему и сумела сгруппироваться для отпора, меня полностью раздели и обслюнявили во всех доступных и недоступных местах. Потом Лирет стал лихорадочно срывать одежду с себя, чем и дал мне возможность подтянуть колено к груди и в правильный момент двинуть мужика со всей силы (откуда только она взялась?). Он отлетел метра на два, а я бешено зашипела:

– Сволочь, продал своих друзей, еще и чужую женщину захапать хочешь?! А не жирно ли будет, господин финансист?

Кто уж меня надоумил? Вместо того чтобы убегать и прятаться я пошла в атаку: не обращая внимания на собственную наготу, двинулась прямо на Лирета, прыгнула на него сверху, схватила за плечи и стала долбить его головой об пол, приговаривая:

– Получи, сволочь, получи!

– Ася, Ася, отпусти, Ася! – твердил он поначалу, но после очередного удара потерял сознание.

Только тогда я поняла, что делаю, испугалась и отпустила несчастного. Он лежал посредине комнаты и не шевелился. Я его что, убила? Ужас. Кошмар! Хотелось завопить и убежать, но я взяла себя в руки. Куда бежать-то? Так, паниковать не время. Если убила, то тут ничему уже не поможешь, а если жив, то скоро оклемается. Надо встать и для начала что-нибудь на себя надеть.

Поднявшись, я рассмотрела то, что осталось от платья. Надевать было уже нечего, Лирет разорвал его глобально. Трусики и лифчик я нашла и натянула. Немножко драные, но ничего, все равно других нет. Вторая пара сушится сейчас в ванной. Пока нашаривала в рюкзаке другое платье, случайно глянула на свой амулет и обалдела. Зарядился больше чем наполовину. Надо же, как этот дурак меня разозлил. Все-таки надо глянуть, как он себя чувствует. Надеюсь, гаденыш жив.

Я подошла и чуть разума не лишилась. Он лежал бледный, с закрытыми глазами, и понемногу менял цвет. Детская неожиданность уступала место ранней зелени. Чем-то похоже на то, как после смерти проявлялся человек-невидимка. После смерти? Я бросилась перед Лиретом на колени, прижалась ухом к его груди и уловила биение сердца. Слава богу, живой. Но что тогда с ним происходит? Что-то меня толкнуло и я включила магическое зрение в первый раз с тех пор как пришла в себя в этом месте. Те черные дыры, которые я заметила в его энергетическом теле, сейчас сияли нестерпимым синим светом, а общий тон неудержимо менялся на светло-салатовый.

Так я же его не убила, я его вылечила! Только этого мне и не хватало. Хотя что я говорю? Совсем девка с глузду зъихала, как говаривала мама моей институтской подружки родом из Винницы.

Сдвинуть здорового анимэшку с места мне было не дано. Пришлось сесть на пол, положить его голову на колени и ждать. Ну не бросать же этого исцеленного на полу, как зарезанного теленка. Прошло не меньше получаса, прежде чем он начал оживать. Увидел меня, глаза его, и без того немаленькие, заняли пол лица, они были светлого салатового цвета и в них светился ужас:

– Ася, ты меня ненавидишь? Ты хочешь меня убить?

– Совсем с ума сошел?! Если бы хотела, уже убила бы. Ну с какого переляху ты на меня набросился?

– Я люблю тебя, Ася. Я в тебя влюбился еще там, в Мирене, когда ты рассказывала про войны вашего мира. Я все время чувствовал, что меня к тебе тянет, чем дальше, тем сильнее. Я же не просто так стал петь для тебя.

– Ну, это все поняли. Я как раз бы и не догадалась, у нас это не принято, но меня просветили.

И тут он меня огорошил тем, что спросил:

– Скажи, а почему сейчас меня уже не так к тебе тянет? Ты выбила из меня это чувство?

Вопрос не в бровь, а в глаз. Еще бы ответ на него дать правильный и достойный. Но я, кажется, понимаю, в чем тут дело.

– Выбила? Можно и так сказать. Но по-моему, ты просто получил то, за чем тянулся.

– Получил? Я от тебя получил по мозгам! – Лирет выглядел обиженным.

Ой не знаю что тут делать. Зеркала у меня нет, а как этому дураку покажешь, что с ним произошло. О, идея! Волосы-то у него длинные. Я схватила зеленую, как первая травка, прядь и сунула ему под нос:

– Смотри!

– Ася! Что это?!

– Твои волосы, тупица!

– Как это может быть? Мне же не пятьдесят?! У меня в юности был такой цвет волос…

Сначала он почти вопил, но последнюю фразу проговорил вдруг упавшим голосом.

– С чем тебя и поздравляю. Значит, ты снова вернулся в свою молодость. Иди-ка ты домой, посмотрись в зеркало, можешь мага позвать или целителя, пусть скажут, что с тобой произошло. Прошу только об одном: сделай это завтра, а лучше послезавтра. Мне кажется, чем позже посторонние узнают о происшедшем тем лучше для меня. Да и для тебя тоже.

– Ася, Ася, девочка, боюсь, мне теперь себя лучше не афишировать. Как я объясню, что со мной случилось? Я же здесь оказался без приглашения. Думаю, ты догадалась. Узнал, что Фурмон уехал, и отправился искать тебя в его дворце. Почему-то герцог забрал с собой всю стражу, так что я просто влез в окно. Заранее предполагал, где тебя искать. В этом крыле на первом этаже расположены разные службы и хранилища. Ты должна была быть где-то тут, и я не ошибся.

Пришлось прервать его излияния. Не в его интересах встречаться с Сарголом, а тот может припереться в любую минуту.

– Мы с тобой оба молодцы. У тебя есть плащ с капюшоном? Есть, вон у двери валяется. Надевай его, волосы прикрой капюшоном и иди домой. Там посидишь какое-то время, скажешься больным, а потом что-нибудь придумаем.

Я подняла парня, всучила ему его одежду и вытолкала за дверь. Надеюсь, он догадался ее запереть. Теперь вся моя надежда на короля. Если в ближайшее время притащится и хорошенько меня доведет, считай, я дома. Об Арке я старалась не думать. Мне надо спасаться по возможности срочно, а если я ему действительно нужна, он знает где меня найти. Один раз эти маги добрались до моего мира, значит, и второй раз сумеют. Заодно и проверим, так ли я дорога моему принцу. Как он уверяет. Так что единственным моим желанием и единственным выходом было попасть домой.

Король явился наутро как по заказу. Пришел не один, за его спиной маячил мой несчастный анимэшка принц Теан. Насколько Саргол выглядел веселым и довольным, настолько же грустным смотрелся его сын. Когда они стоят вот так рядом ярче видно и сходство, и различие. Оба красавцы, но на месте папаши я бы не светилась вместе с Теанчиком, уж больно он на фоне очаровашки принца гадок. Дарт Вейдер, блин, и Люк Скайуокер. Хотя нет, в Дарте Вейдере было величие зла, а это зло мелкотравчатое несмотря на все свое королевское достоинство.

Саргол начал говорить, обращаясь не ко мне, а к сыну:

– Надеюсь, ты убедился теперь, что твоя девица жива и здорова?

Теан же, не слушая отца, протянул ко мне руки и произнес робко:

– Ася, как ты? Они тебя не обижают? Ты такая худая и бледная. Синяки под глазами жуткие. Ты здорова?

– Мне сравнительно лучше, Теан, спасибо, – ответила я принцу, полностью проигнорировав короля.

– Ты обещал, Теаноферн, что если с ней все в порядке, ты подпишешь условия! – возвысил голос король.

Парень сделал вид, что не слышит, и продолжал обращаться исключительно ко мне.

– Когда я видел тебя прошлый раз, мне сказали, что ты не выживешь. Тебя лечили? Кто тебя вылечил?

Я тоже игнорировала короля, разговаривая только с его сыном:

– Меня никто не лечил, никаких лекарей и целителей я не видела. Даже не знаю, как удалось выжить. То ли служанка выходила, то ли я сама выкарабкалась. Я не так давно пришла в себя, больше недели была без сознания.

Король хотел что-то сказать, но принц наконец повернулся к нему и заорал. Я впервые видела своего анимэшку в таком гневе. Даже убивая Рекета, он был относительно спокоен, а тут его гнев и ненависть просто заполняли все пространство:

– Сволочь! Ты лгал мне! С самого начала обманывал! Обещал спасти, а сам!!! Мерзавец, подлец! Ты обрек ее на смерть и не твоя заслуга, что она выкарабкалась. Подонок! Черта с два я подпишу какие бы то ни было условия! Можешь убить меня или сгноить в своей поганой тюрьме! Будь ты проклят!

Он еще некоторое время так орал, пока король не крикнул:

– Эй вы там! Живо!

Прибежали два дюжих молодца в черной коже и вытянулись в струнку.

– Заберите этого юнца! Везите обратно, заприте и сторожите хорошенько. Я еще тут не закончил. Мне еще предстоит разобраться с этой наглой девицей.

Пока он это говорил, повернувшись к охранникам, я сунула руку под платье, вытащила свой амулет и зажала его в кулаке. Между тем двое из ларца поволокли парня к выходу, а он упирался, все время оборачивался назад и выкрикивал то мое имя, то проклятия королю. Жалко его было до слез, но еще сильнее жгла злоба на этого мерзавца в короне, которому родной сын хуже тряпки половой. Хотелось вскочить и броситься на подонка, но пока возилась с амулетом, стало поздно: дверь за охранниками закрылась. Теана увели.

Тогда Саргол снова повернулся ко мне. Меня он не опасался ни чуточки. Еще бы, ему его Тустеп сказал, что я – пустышка, сухая цистерна из-под магии Миритона. А женщин без магических способностей он не боялся в принципе. Он привык их бить и унижать. Поэтому-то красавец спокойно повернулся ко мне спиной, не опасаясь нападения. Теперь же он смотрел прямо на меня и шипел не как гадюка, а как большой разъяренный питон:

– Ну и зачем ты ему это все сказала? Настроить против меня хотела? Молодец, настроила! Теперь ты, сучка, вся в моей власти, беречь мне тебя не для чего! Ну держись! Сейчас я попользуюсь твоим телом. Не потому что ты так уж мне нравишься, а потому что тебе это будет хуже смерти. А потом отдам герцогу. Он у нас большой любитель красоток вроде тебя помучить. Хлыстиком там, ножичком, раскаленным прутиком. А если выживешь, он тебя на корабль продаст, матросов в долгом пути будешь утешать. Ну как, хорош мой план?

– Просто потрясающий! Неужели ты надеешься претворить его в жизнь?

– А неужели ты надеешься, что сумеешь избежать своей участи?

Он шагнул ко мне и схватил прямо за грудь. Вот этого делать не следовало. Когда-то мой брат учил меня освобождаться от захвата. Толку было не сказать чтобы мало. Его не было совсем. Но кое-что я все-таки запомнила. Если бы кретин схватил меня по-другому, не знаю, чем бы все закончилось. Транспортироваться с этим мешком на шее было бы опрометчиво. Но уж дать коленом по яйцам, когда тебя хватают за грудь, сможет любая. Я так и сделала, а когда он согнулся, хряснула кулаком по затылку и ухитрилась сбить с ног удачно проведенной подножкой. Спасибо, платье поддернула повыше еще когда амулет доставала. Все получилось, и я в душе себя похвалила. Это ты молодец, Селезнева, хорошо, что сама не упала.

Пока король, с вытаращенными от глубокого непонимания глазами, возился на полу, пытаясь встать, я глянула на свой амулет и от радости сердце мое забилось. Камень сиял не хуже чем в прошлый раз. Тогда я, глядя сволочи прямо в глаза, произнесла с глубоким убеждением:

– Чтоб ты сдох, козел!

И нажала на кнопочку.

Как я оказалась на том же месте в тот же час.

В этот раз я в последний момент успела зажмуриться. Открыла глаза уже дома, ровно в том месте, с которого стартовала в неизвестность хрен знает сколько времени назад. Все было как тогда, кроме пресловутого торшера. Единственное, голова болела и мутило меня, как с перепою. Так, минутку. Мне обещали, что я вернусь чуть ли не в тот же день, из которого меня уволокли.

Стряхнув с ноги что-то мешавшее, я бросилась в свою комнату и включила компьютер. Второе мая? Действительно, всего три дня прошло. Должно было быть меньше, но все равно неплохо. Я еще числюсь на отдыхе в Тунисе. Тут силы меня оставили и я плюхнулась на кровать. С того приснопамятного дня она так и стояла незастеленная.

А теперь мне кто-нибудь объяснит, что это было? Сон? Явь? Если сон, то куда пропал торшер? А если явь, то разве такая явь бывает? Надо брать себя в руки, идти в ванную и принять душ, а лучше ванну. Все рассуждения потом.

Вот в ванной-то я и уверилась, что все было на самом деле. Увидела, можно сказать, собственными глазами. Во-первых, на мне было грязное, замызганное платье из дома Миритона: золотые листья и зеленые шишечки по золотисто-белому шелку. Под платьем обнаружилось мое самопальное нижнее белье. А тело… Это ж надо было так похудеть! Два размера скинула, не меньше. Теперь все девки обзавидуются, а чему тут завидовать? Тяжелой болезни? Потому что в целом выглядела я не очень. И это еще мягко сказано. Бледная, изможденная, какая-то несчастная и в синяках. Они-то откуда, меня, вроде, никто не бил? А главное, совсем, совсем не загорелая! Как теперь врать про Тунис? Автозагаром, что ли, опрыскаться?

Больше часа я отмокала в ванне, потом залезла в теплый халат и пошла на кухню подкрепляться. Все мои припасы благополучно меня дождались в холодильнике. Только хлеб немного зачерствел, пришлось наделать из него гренков. И вот когда я чистая сидела за столом, допивала кофе (как мне его не хватало!) и доедала последний гренок, намазав его паштетом, на меня вдруг накатила такая тоска…

Там был не мой мир. Враждебный, злой, дурацкий, с кошмарными законами и жуткими обычаями, но там у меня были друзья! Не такие друзья, которые «Привет, как поживаешь, сто лет тебя не видел», а настоящие, которые за меня в огонь и в воду. И за которых я в огонь и в воду. Там тот единственный мужчина, который мне нужен. Может, с ним что-то случилось. Может, он ранен и нуждается в помощи! Почему я так упорно ему отказывала? Кретинка, все гордость проклятая тебя мучает. «Нужно, чтоб он меня любил не так, а этак»! «Хочу то, не хочу этого!» А теперь вот локти кусай! Его нет и неизвестно, есть ли шанс его снова увидеть. Ладно, не надо про Арка, а то впору вешаться. Но остальные! Им сейчас плохо, а я спаслась. А ведь там мои желания исполнялись. Я была воплощением богини, а значит, могла многое. Могла что-то изменить в этом дурацком мире. А в нашем, не менее идиотском, я не могу практически ничего. В лучшем случае ходить на работу и с работы домой.

Надо было вернуться, чтобы понять простую вещь: мое счастье осталось там, на просторах земли с красивым названием Аррона. Истина открылась мне внезапно: я хотела туда! Немедленно, как можно скорее. Даже вскочила и стала бегать по кухне. А потом сама себя поймала за хвост. Стоп, Селезнева, успокойся. Немедленно не надо. А то еще тебя там этот дикий король до смерти замучает. Иди посмотри в ванной: там ты оставила свой амулет. В конце концов, если уж очень приспичит, ты сможешь им воспользоваться.

Амулет лежал на стиральной машине, там, где я его бросила. Камень чуть-чуть светился. Ладно, зарядить не проблема. Я теперь знаю как. Сейчас как начнутся заморочки на работе и разборки с любимыми родственниками, заряжу хоть сто амулетов.

Забавно, я как всегда вынесла из приключения массу впечатлений и ноль полезных предметов. Кроме платья и амулета, конечно. Интересно, его можно выдать за тунисское народное творчество?

Сунув платье в тазик с водой и порошком, я отнесла самопальное бельишко прямиком в помойку. Так, в убыли у нас халат, ночнушка, пушистые тапочки и торшер. В прибыли золотой амулет и платье, расшитое золотой нитью, правда, странного несовременного фасона, но красивое. Хватит считать, надо в квартире убраться. Сейчас все постелю, вещи по местам разложу и воспользуюсь одним из Теановых уборочных листочков вместо пылесоса и мытья полов. Экономично и практично.

Я навела порядок на кухне, заодно составив список неотложных покупок, привела в божеский вид собственную комнату и двинула в гостиную, где еще недавно так уютно располагался мой анимэшка. Вошла и чуть не села: на полу валялся мой знаменитый рюкзак. Откуда? Одна гипотеза показалась мне правильной: я его за ручку ногой зацепила, когда с королем боролась. А его магия? Неужели пропала? Ведь здесь у нас мир без магии, так что я, скорее всего, не смогу добраться до моего пятого измерения. Не страшно. Даже если внутри ничего нет, все равно, вещь потрясающая, о таком можно только мечтать. Не знаю сколько бы за такой запросили в магазине, я ничего подобного в нашей торговле не видела.

Я бросилась к рюкзаку, схватила его, запустила руку внутрь и заплакала от радости. Все было на месте: и четыре платья от Миритона, и мои супер-пупер кожаные куртки, и придворные платья, и вязаные вещички от доброй тети Изы, а также моя любимая балалайка и куча мелких полезных предметов. В кармашке нашлась горсть амулетов. Даже если они мне теперь не нужны как амулеты, это золотые вещи самой что ни на есть девяносто девятой пробы! В другом кармане нашелся и мешочек с золотом.

Молодец, Селезнева! И как тебя угораздило рюкзак ногой прихватить?! Обычно я все теряю, как Маша-растеряша, а тут отлично прибарахлилась. Разберем мелочевку, что-нибудь сгодится на подарки родственникам. Кинжал – Андрюхе, колечко с гранатом – Светке и вот эту расшитую косыночку тоже ей. Маме браслет. Пусть это браслет рабыни-любовницы, здесь об этом ничего не известно, а вещь красивая и золотая. Все не хухры-мухры, не штамповка какая-нибудь, а ручной работы. Герб и имя Теана, написанные рунами, можно выдать за традиционный узор. Убедительно получается: была на Африканском континенте, привезла туземные изделия.

Обидно, у меня нет ни одной штучки, даже пустячка какого-нибудь от Арка. Да, все барахло он оплачивал, это понятно, но из рук в руки ничего так и не подарил, чтобы можно было к сердцу прижимать.

Вот ведь дура какая! Собралась барахло к сердцу прижимать! А так, без штучек, ты его плохо помнишь? Ведь никогда не забудешь, хоть сто лет проживи. Даже если не вернешься в тот мир, никогда с ним больше не встретишься и в конце концов выйдешь за другого, он все равно останется единственным.

Хорошо, что по всеобщему мнению я еще в Тунисе. Оставшееся время придется потратить, чтобы восстановить душевное равновесие и подлечить расстроенные нервы. Я села на пол и горько заплакала.

После праздников я, как ни в чем не бывало, вышла на работу.

На работе и у моих родных песня про Тунис проехала как нельзя лучше. Все поверили, особенно когда увидели мой кожаный дождевичок. Девица из отдела кадров, оказывается, год назад была в Тунисе и видела там нечто подобное. Похуже качеством, но тоже очень красивое и удобное. Она хотела купить, и не купила. Слишком дорогое, ей не по карману. А мне, выходит, по карману? Тогда я сделала загадочное лицо и намекнула, что это подарок.

Мама при встрече тоже не выразила подозрений, она была увлечена идеей, что меня надо вернуть Сергею и даже не заметила, что я похудела. Пилила мне мозг, но, к моему удивлению, я осталась совершенно спокойна. Каким мне теперь все это кажется незначительным! Браслет, ей, кстати, понравился. Элегантная вещица. Что это примерно пятьдесят граммов золота я решила не уточнять.

Андрей пришел в восторг от кинжала, ножен и пояса к нему. Неважно, что у меня этот кинжал на бедрах болтался, чуть не падал, а у него едва-едва ремень на талии сошелся. Но общая картина сомнений не вызвала. А вот Светка меня едва не спалила. Взгляд у нее – просто томограф. Не обращая внимание на колечко, стала расспрашивать: как это я умудрилась так похудеть и ни капельки не загореть? Почему у меня так глаза блестят? И на какие шиши я покупаю такие дорогие подарки?

Пришлось врать дальше. Ненавижу! Стоит немного отступить от правды, и будешь вынуждена или признаться, или врать до бесконечности. Признаться было невозможно, значит, будем врать дальше.

Я призналась подруге что познакомилась с мужчиной. Иностранцем. Богатым. И все время провела не на пляже отеля, а с ним в постели. Поэтому и похудела, не загорела, оттуда и дорогие подарки. Ну, про богатого иностранца я не очень соврала, чем мой принц не иностранец? Подарки точно от него. Только в постели с ним побывать я не удосужилась, факт.

Светка обрадовалась. Этим она отличается от моей маман, для той мое приключение стало бы источником нескончаемых нравоучений.

– Ой, Аська, правда? Как здорово! Он тебе предложение сделал?

– Нет конечно, с чего ты взяла? У него своя жизнь, у меня своя. Нам просто было хорошо вместе.

– Ну ты и дурочка у нас. Вышла бы за богатого иностранца, мы бы к тебе в гости ездили. А он кто, западник или восточный тип?

– Вообще-то европеец, но живет и работает на Востоке.

– А их каких он? Ну там, кровей и религий.

– Кровей смешанных, а религия… По-моему, он агностик.

– Не мусульманин, уже хорошо. Мусульманин тебе не подойдет, ты у нас слишком самостоятельная. Красивый?

– Офигительно! Очень красивый, ты представить себе не можешь. Несколько необычная внешность, но глаз не оторвешь. Высокий, стройный с прекрасной фигурой.

И ведь все правда. Арк очень красивый, и фигура у него – закачаешься.

– Фотки покажешь? – оживилась Светка.

Где я их возьму, те фотки. Не было у меня с собой фотоаппарата, а если бы и был, такое Светке не покажешь. Пришлось отговариваться:

– Покажу, когда пришлет. Мой фотик приказал долго жить, так что он снимал на свой.

– Ой, Аська, всегда у тебя так. То понос, то золотуха… Да, ты случайно от него не залетела?

– Не залетела, не беспокойся. Я большая девочка, да еще и с медицинским образованием, предохраняться не разучилась.

От чего предохраняться? Ничего же не было. От поцелуев дети не родятся.

За родственными встречами пошла обычная жизнь. Время от времени проявлялся Сережа, но домой ко мне больше не заходил. Норовил подловить у выхода из офиса и затащить на чашку кофе. Я отбрыкивалсь с переменным успехом. Директор, несмотря на мои опасения, вел себя корректно и увольнять не спешил. По агентурным данным, он имел серьезный разговор с моим братом, после чего обижать меня передумал, и даже стал немного ухаживать. Ненавязчиво так. Настолько ненавязчиво, что я даже не поняла. Спасибо, сотрудницы разъяснили.

– Ася Вениаминовна, наш-то на вас глаз положил. То цветочек у вас на столе оставит, то открыточку. Кофе дорогой в лабораторию купил. А отдел продаж пьет бурду дешевую. Похоже, у него серьезные намерения.

– Почему вы так думаете?

– Если бы просто в постель тащил, был бы более активен.

Ну спасибо, разъяснили. Конечно, кто откажется жениться на сестре своего главного инвестора? Я позвонила Светке, все ей рассказала и услышала в ответ:

– Ну, по сравнению с твои заграничным красавцем все проигрывают. Кстати, ты фотки мне так и не показала. А директора твоего я видела. Конечно, это не импортный миллиардер, но в своей весовой категории он очень даже ничего. Не урод, не толстый, не старый. Тебя всего на десять лет старше, ты в курсе?

Ага, а мой принц меня старше всего на каких-нибудь шестьдесят годочков.

– Ты мне его что, сватаешь?

– А что? Вечно ждать какого-то принца?

Надо же, как она в точку с этим выражением попала. Только не какого-то, а совершенно конкретного. А Светка не унималась.

– Этот-то точно женится. Он конечно потаскун порядочный, но рядом с тобой остепенится. С Андрюхой ему всяко ссориться не резон, а тот, известно, за сестру любимую кого хочешь порвет, как Тузик грелку.

Светка мне еще долго втирала как было бы хорошо, если бы я вышла за нашего директора. А мне даже имя его было противно, не то что морда. Анатолий Геннадьевич! Тьфу, гадость! Хотя она права, он не урод, не старик и даже не толстяк. Такой средневзвешенный мужчинка. Но обниматься с ним, стиснув зубы, в постели закрывать глаза и представлять, что я с Арком… Да меня через месяц в психушку отвезут. Добрые и любящие родственники всегда придумают нам счастье, от которого впору вешаться.

Все шло ни шатко ни валко до июля. В начале этого замечательного месяца нас закрыли на технологическую мойку. Ненадолго, на неделю, Непосредственно перед этим ушел в отпуск наш директор. Уходя, зашел ко мне попрощаться и сказал буквально следующее.

– Ася Вениаминовна, думаю, для вас не тайна, как я к вам отношусь. Я уезжаю на две недели. Надеюсь, после моего возвращения наши отношения перейдут на качественно другой уровень.

Это он за мной ухаживает или уже предложение делает? Гениально! Надо же так выразиться! Все сказать, ничего не сказав. Высшее достижение канцелярской мысли! Я глупо улыбнулась, но уточнять, что он имеет в виду не стала. Только директор ушел, позвонила Светка и потребовала, чтобы я немедленно все бросала и шла с ней кофе пить. Так как на работе делать больше нечего, все равно закрываемся, я не стала упираться. Через час мы сидели с подругой в любимой кофейне и наслаждались кто чем: я пила американо и ела яблочный штрудель, Светик заказала капуччино с огромным сандвичем.

Впереди маячил восхитительный тортик. Все это великолепие было только прелюдией к тому, ради чего меня оторвали от работы. Похоже, подруга твердо решила свести меня с директором и намеревалась как следует промыть мне по этому поводу мозг. Видно, мой братец сильно постарался, втирая эту великую идею любимой жене. Да и с мамой была проделана определенная работа. То-то она перестала мне талдычить про Сережу и спрашивает исключительно о трудовых буднях.

Можно было бы привести наш разговор целиком. Он того стоит, но я предпочту передать его содержание вкратце. Сначала Светка опять поинтересовалась фотками моего иностранца. Я призналась, что он мне не пишет и фоток не шлет. После чего меня взяли в оборот, внушая, что лучше синица в руках, чем журавль в небе. Тем более что журавль улетел навеки. А синица – мой уважаемый директор, который хоть сейчас под венец. Он богатый, а дом у него какой! Оказывается, они с Андрюхой уже дома у него побывали, и не один раз. Мне стало противно. Моя лучшая подруга, совершенно не меркантильная, этим и покорившая моего осторожного братца, вдруг заводит эту волынку про дом, деньги и брак по расчету. Тоска. Я быстро прожевала штрудель и попрощалась. Светка пыталась меня удержать, но куда ей! Я прыгнула в машину и была такова.

Квартира встретила меня пустотой. Ничего не хотелось. Я быстренько сполоснулась в душе и плюхнулась на кровать с книжкой. Даже электронную почту не стала проверять, вдруг там еще какая-нибудь гадость? Мне на сегодня гадостей довольно.

Валялась я этак, читала детектив, на улице уже начинало темнеть. Вдруг из соседней комнаты раздался грохот. Я рванула туда.

Продолжение следует…

Content

Стриковская Анна Артуровна
Богиня Любви-I: Воплощение

Вступление. Теан отправляется в другой мир

Немного о себе. Как я рассталась со своим бойфрендом и встретилась с чудом

Немного домашней магии и много бестолковых разговоров

Девушка в качестве зарядного устройства

Как меня занесло туда не знаю куда и что я там увидела

Дела королевские и не только

Снаряжение или Куда податься, если у тебя нет обязательных в фэнтези навыков

То же глазами принца

О тяжелой доле путешествующих верхом

Разговоры обо всем и ни о чем конкретно

Главный орган человека мозг, даже если этот человек женщина.

По долинам и по взгорьям

Мы идем на войну

Куда короли пешком ходят и что они там делают