Ирина Лакина

Ну здравствуй, Питер! И прощай…

Жанр романа можно сравнить с марафоном.

Восхищен тем, как Вам удается сохранять грациозную легкостью на такой длинной дистанции с таким количеством глав!

С удовольствием вступаю в ряды Ваших читателей.

Игорь Щербаков.

...

Ирина, с очень большим удовольствием прочитала Ваш роман. Он очень трогательный, пронзительный – и прозрачный, как воздух теплым майским вечером.

Очень важно то, что Ваше произведение надолго запоминается, о нем думаешь и после того, как прочитал. Может быть, это даже самое главное.

Лана Аллина

...

Я в восторге…нет, даже больше чем в восторге. Не могла оторваться пока не прочитала до последней точки. Продолжайте писать и ни за что не сдавайтесь!

Ванесса Энери

...

Прочитала на одном дыхании. Н-да, подумалось мне, пока принца встретишь, столько симпатичных жаб перецелуешь. Бывает, встречаются и вполне нормальные, да вот сердце молчит…Удачи вам в творчестве. Буду вас читать с удовольствием!

Марина Равенская

Вместо пролога

Роман решительно кликнул мышкой, наведя курсор на экране компьютера. Увидев сообщение «Ваш запрос на добавление в друзья отправлен», расслаблено выдохнул, как будто совершил какой-то подвиг или разгрузил вагон. Он все еще не мог поверить, что спустя столько лет он нашел ее. Сомнений не было, это она! Другая фамилия, другой город, но глаза… Ее глаза он не забудет никогда.

Поток его мыслей прервал звук нового сообщения. Он округлил от удивления глаза. Она была в сети. Не прошло и нескольких секунд, как он отправил ей свой запрос, а она уже что-то ответила.

Пальцы начали дрожать, он никак не мог попасть мышкой на конвертик сообщения. Наконец, ему это удалось. То, что он увидел, заставило его сердце разогнаться до бешеной скорости. К лицу прилила кровь, щеки побагровели, дыхание стало поверхностным и частым. Но это были вовсе не симптомы болезни или недомогания. Эти симптомы он узнал сразу. Ни с чем не сравнимое ощущение ее! Он снова ее чувствует! Снова его душа замирает от взгляда, пусть не на оригинал, а только на фото.

«Я знала, что ты меня найдешь, только не знала, как скоро… Я не дождалась. Сейчас я сама не могу понять, какие чувства меня переполняют. Мне страшно и радостно одновременно… Неужели еще не конец?»

* * *

Стук колес поезда действовал на Алису успокаивающе. Облокотившись на раскладную столешницу в плацкартном купе, она внимательно рассматривала пейзажи, проносящиеся за окном. Поля, просеки, фонарные столбы, аккуратные домики небольших придорожных деревень, одинокие полуразвалившиеся халупы, стоящие посреди степи. В голове проносились тысячи счастливых и в то же время тревожных мыслей. Какие сюрпризы преподнесет ей это путешествие, какие впечатления подарит?

Алиса, погруженная целиком и полностью в свои мечты, не слышала происходящего в ее купе, равно, как и во всем вагоне. А вагон бурлил, кипел, взрывался от безудержного веселья студентов. Где-то звучала гитара, где-то раскатистый смех, где-то отчаявшийся уже что-либо сделать проводник тихим голосом пытался привести в чувство обезумевшую от вина компанию парней. Студенты истфака всем курсом отмечали отправку на музейную практику в одном из прекраснейших городов мира. Наверное, это действительно стоило отметить.

В купе у Алисы происходило то же самое, что и в остальном вагоне: откуда-то постоянно появлялось новое вино, звучал смех и пошлые анекдоты. На ее полке чудесном образом уместилось 8 однокурсников, зажав ее в самый угол, чему она в душе обрадовалась, так как спокойно могла мечтать, глядя в окно.

– Алис, держи! – перед носом замечтавшейся девушки появился белый пластиковый бокал, до краев наполненный красной жидкостью с резким запахом.

– Убери, Паш. Не хочу, – она с брезгливостью отодвинула мужскую руку.

– Ну-у-у, так не интересно. Чего ты от коллектива отбиваешься? – купе загудело.

Дружный громкий хор мужских и женских голосов начал скандировать: «Давай, давай, давай»…

Алиса сделала глоток, потом еще, потом залпом выпила стакан кисловатого и крепкого вина. Затем неуклюже, периодически приземляясь на колени однокурсников, отбив себе локоть об поручни верхней полки, она вышла из купе и направилась в тамбур.

– Сделайте, пожалуйста, чай с лимоном, – девушка подошла к купе проводника.

– Вы бы там поугомонились, ребят. А то мне придется на следующей станции милицию в вагон вызвать, – ответил пожилой мужчина, на вид очень добродушный, круглолицый, с седыми усами, подкрученными, как в старинных фильмах.

– Угу… – кивнула Алиса, забрала чай и вышла со стаканом в тамбур.

В тамбуре было прохладно, накурено, его сильно качало, и негде было присесть. Зато там было тихо… Тишина – вот что требовалось в данную минуту Алисе. В 21 год в ее маленькой белокурой голове роилось несметное количество мыслей. Скорее даже не мыслей, а мечтаний. О том, какие чудесные мужчины живут в других городах, какие они романтичные, смелые и порядочные. Они дарят цветы, носят на руках, достают луну с неба. Таковых не было в ее родном городе. Даже не так. Они наверняка были. Но Алисе фатально не везло. За 4 года студенческой жизни у нее не было ни одного более или менее продолжительного романа. В то время как подруги выходили замуж, встречались, строили планы.

Алиса не понимала, что с ней не так. В душе копилась обида на весь белый свет, а в голове поселились комплексы.

Отражение в зеркале демонстрировало ей молодую привлекательную девушку. Красивый овал лица, нежный бледный цвет кожи, серо-голубые искрящиеся глаза, губки бантиком и горделиво вздернутый аккуратный носик. Лицо обрамляла кипа шелковых, струящихся белокурых волос и небрежная челка, которая кокетливо ниспадала на лоб. Исключительной гордостью Алисы была шея. Длинная, тонкая, со светящейся белой кожей, у самого основания соблазнительно пульсировала вена. Фигура была женственной, волнующей и зовущей. При каждом ее вздохе томно вздымалась молодая красивая грудь. Тонкая талия подчеркивала красоту округлых бедер. Идеально стройные ноги заканчивали этот портрет.

Казалось бы, ничего не мешало стать роковой женщиной и сводить с ума мужчин. Но… Постепенно Алиса перестала замечать красоту, и, наблюдая за собой в зеркале, с завидным старанием находила в себе все новые и новые изъяны. Красивая фигура казалась полной, ноги слишком короткими, а волосы блеклыми. Рот казался огромным, а нос кривым. Раздражало все. А комплименты воспринимались как насмешка.

Алиса сторонилась своих сверстников противоположного пола. Долгими одинокими вечерами в своей маленькой съемной квартирке она бесконечно писала стихи. О нем! О том далеком и единственном, о самом лучшем, о самом близком. О том, кого в ее жизни еще не было.

Громкий грохот двери вырвал Алису из ее мрачных мыслей. От неожиданности она вздрогнула. Кипяток из стакана с чаем пролился на руку. Она сморщилась от боли. Рука выпустила опустевший наполовину стакан, и он со звоном бьющегося стекла упал на пол.

– О, красавица! – все тот же назойливый Пашка, уже изрядно набравшийся вина, без смущения подхватил Алису за талию.

– Ну что ж ты такая дикая? Не сопротивляйся, ты же знаешь, как мне нравишься. Уже давно. С первого курса! – его влажные огромные руки начали шариться по телу, прижимая к себе обескураженную девушку.

– Паша, убери руки, а то закричу!!! – Алиса с силой, несмотря на резкую боль в обожженной ладони, оттолкнула опьяневшего нахала и быстрой походкой зашла в вагон.

«Боже, ну куда же мне податься?» – подумала девушка, на секунду остановившись возле своего купе. На ее полке, свернувшись в калач, спали трое ее сокурсников. На противоположной полке двое других о чем-то оживленно спорили. Разобрать было невозможно. У них заплетался язык. Лучшая подруга мирно посапывала наверху. За окном мягкий вечерний свет сменила яркая луна, которая, казалось, ехала в этом же вагоне, прямо в оконной раме. И это была самая удачливая пассажирка, так как никто не мог занять ее место.

Недолго думая, Алиса направилась в купе проводника. Последний островок спокойствия в этом вагоне.

– Можно к Вам? – Алиса постучалась в полуоткрытую дверь.

– Да, дочка. Еще чайку? – спросил Андрей Николаевич (его имя на бейдже Алиса рассмотрела только сейчас).

– Да Вы знаете, тут такое дело… – Алиса замялась.

– Ну же, говори, не бойся! – по-отечески ответил проводник. – Деньжата закончились?

– Да нет, дело не в этом… Моя полка… В общем, на ней сейчас расположились трое здоровых ребят, к моему сожалению, мертвецки пьяных… Переместить их я не смогу… – Алиса вопрошающе посмотрела на Андрея Николаевича.

– Ясно, – с ноткой осуждения в голосе ответил мужчина. – Давай, заходи. Переночуешь у меня на верхней полке. Я надеюсь, ты не боишься высоты? – уже более теплым голосом сказал проводник.

– Немного, – смущенно улыбаясь, ответила Алиса, – но деваться некуда. Спасибо Вам.

– Я вижу, ты хорошая, скромная. Не участвуешь в этой вакханалии, – на лице у Андрея Николаевича появилось раздражение, которое, однако, быстро сменилось добродушием.

– Вещи ценные в отсеке есть? Забирай сюда. А то мало ли…

– Сейчас заберу сумку и приду. Спасибо Вам еще раз, – Алиса выдохнула и побежала за сумкой.

Утро встретило ее пронизывающим ветром из щелей в оконной раме. Открыв глаза, Алиса посмотрела в окно. Крупные капли дождя бежали по стеклу. За окном очередная станция. Непривычная картина предстала взору. Тяжелые серо-черные тучи, сжавшиеся в комочек люди, одетые совсем не по-июльски – в плащи и куртки, косой дождь громко тарабанил по железной крыше вагона, а вой ветра вызывал мурашки. Ветер выл по-особенному, по-питерски, что ли… То присвистывая, то гудя, то добавляя нотки шороха в свою симфонию. Ветер и тучи, и озябшие люди. Так встретила Алису Ленинградская область.

Она судорожно начала натягивать на себя шерстяное одеяло, беспечно откинутое накануне вечером. Сейчас ее мало интересовала романтика северной столицы. Она пыталась припомнить, взяла ли она с собой хоть одну теплую кофту.

– Ааа, проснулась, красавица! – дверь купе со скрипом открылась, и в проеме появилось лицо Андрея Николаевича. – Замерзла? Давай-ка по чайку!

«Да, чай – это хорошая идея» – подумала Алиса.

– Доброе утро, Андрей Николаевич! Спасибо, не откажусь.

Алиса, завернувшись в одеяло, сползла на нижнюю полку.

– А что, в Питере так же холодно? Июль же! – немного обиженным голосом спросила Алиса.

– А ты как думала? Это же север, Балтика. Бывают, конечно, и теплые, и жарки деньки. Но здесь погода особенно непредсказуема. С утра может светить солнце, а к обеду подуть леденящий душу ветер, который нагонит огромные тяжелые тучи, – с выражением ответил мужчина.

Согревшись чаем, Алиса поблагодарила Андрея Николаевича и вышла в коридор. В вагоне все спали. Стоял стойкий запах спирта и сигарет. Поморщившись, Алиса двинулась в направлении своего купе. Пашка, Юрка и Максим уже не спали. Они дружно сидели на ее полке, держась обеими руками за голову. Алиса усмехнулась.

– Ну, доброе утро, коллеги! Что, головушка побаливает? – ей почему-то было очень радостно от того, что им плохо. Она не выносила запаха перегара, и поэтому закрыла нос ладонью.

– Да уж, вино было явно не из провинции Бордо, – ответил Макс. – Есть у кого анальгин?

– Прибываем! Вставай, молодежь! Собираем постель и сдаем в купе проводника! – Андрей Николаевич бодро вышагивал по вагону, повторяя эту фразу перед каждой компанией.

Вагон зашевелился, как муравейник. Алиса достала из чемодана единственную теплую кофту, надела ее и первая вышла в тамбур. В окно вагонной двери был виден перрон Московского вокзала и снующие туда-сюда люди, одетые по-осеннему тепло, по самые уши закутанные в шарфы. Алиса сжалась в комок, готовясь бороться с промозглым ветром и холодом. Не такую встречу с Питером рисовала она в своем воображении.

– Ну здравствуй, Питер… – Алиса выпрямилась и смело шагнула на перрон.

* * *

Перрон, как и ожидалось, не принес Алисе того чудесного ощущения от пребывания в Питере, которое в своем воображении она рисовала себе с момента объявления конкурса на эту поездку в институте. Вместо того чтобы распахнуть свои солнечные объятия, город распахнул свою ледяную душу. Порывистый ветер за несколько секунд растрепал волосы на голове девушки. Зашмыгал нос, в горле начало предательски пошкрябывать.

– Да уж… – тихо прошептала Алиса.

– Аленка, подожди меня! – закричала ей подруга, высунув голову из тамбура.

– Бррр… ну и дубак, – сказала Кира, ощутив на своей коже порывы ветра и дождя.

– Давай уже быстрее. Мелкими перебежками до метро! Оно недалеко, в самом здании вокзала! – ответила Алиса, поежившись, стараясь как бы сильнее натянуть на тело хиленькую кофту.

Кира, в шортах и короткой футболке, собрав в кулак свою силу воли, наконец, шагнула из вагона.

– А-а-а, ну и холодрыга! – Кира начала танцевать на месте, стараясь унять дрожь.

– Мы же в солнечную Абхазию ехали, что ж тут удивительного, что мы без шуб? – смеясь, сказала Алиса.

Девушки, как два испуганных котенка, быстро-быстро, насколько это было возможно с чемоданами, засеменили ко входу в вокзал. В здании вокзала было не теплее, но хотя бы не было этого ужасного пронизывающего до костей ветра. Народ вокруг с улыбкой на лице рассматривал вновь прибывших гостей северной столицы. На фоне тепло одетых людей девушки выглядели как минимум нелепо.

Очередь в кассу метро, казалось, начиналась с Невского проспекта. Отстояв 30 минут в ожидании заветного жетона, Алиса немного согрелась. Первый шок от погоды уже прошел. И душу начало наполнять странное, доселе неведомое чувство особенного, безграничного счастья без причины.

Разглядывая убранство станции метро, Алисе казалось, что помещение вполне себе в дворцовом стиле. Орнаменты с бронзой на стенах и огромные часы над кассами дополняли колорит.

– А едем-то куда, адрес у тебя? – Кира, как всегда рассудительная и строгая, вернула Алису на землю.

– А, адрес. Секундочку, – Алиса начала рыться в сумке. – Вот! – радостно огласила она свою находку – помятый малюсенький листочек с адресом.

– Метро «Парк Победы», Измайловский проспект, студгородок, общежитие № 9, – прочитала Кира написанное вслух, стараясь запомнить адрес на всякий случай.

Через секунду тот самый «всякий случай» состоялся – откуда-то возник резкий порыв уже знакомого ветра, и листочек благополучно отправился летать по помещению станции, упав и затерявшись в толпе.

– Ну что ж, слава Богу, я это прочитала, – вздохнула Кира.

В вагоне метро было тесно и душно. Пахло одновременно дорогими духами, их дешевыми подделками, потом, псиной и хризантемами.

На выходе из метро Алисе представилась возможность оценить правдивость слов проводника о непредсказуемости питерского климата. Сияло яркое солнце, над головой синело небо без единого облачка. Единственное, что немного портило картину, – все тот же порывистый и наглый ветер, который в очередной раз, не спрашивая разрешения, на свой вкус и лад исправил ей прическу.

Кира уже вовсю приставала к прохожим, чтобы расспросить, как пройти в студенческий городок. У Алисы не вызвал совершенно никакого удивления тот факт, что через 4 минуты такой деятельности у девушек нашелся провожатый – молодой и привлекательный студент, проживающий как раз в этом городке.

Алиса с улыбкой посмотрела на подругу. Ее всегда поражала способность Киры очаровывать мужчин. Ей хотелось разгадать ее загадку, ответить себе на вопрос: «Как ей это удается, и что я делаю не так?». Миниатюрная, гибкая как кошечка, Кира была удивительным примером пословицы «Мал золотник, да дорог». Невысокого роста, с благородным римским профилем лица, глубоким пронизывающим взглядом, она, казалось, была похожа на иглу. Острые брови, тонкие губы и тонкий нос, удивительно красивой формы лоб и вьющиеся от природы темно-русые волосы. Особое восхищение Алисы вызывали ее глаза. Медово-карего цвета, очень мягкие и теплые, в обрамлении густых пушистых ресниц. Кира не была похожа ни на один женский типаж. Она была особенная. Волшебная… Именно это слово пришло в этот момент в голову Алисе. А еще уверенная в себе. Вот уж чего Алисе всегда не хватало.

Ей хотелось разгадать загадку Киры вчера. Но уже не сегодня. Уже не сейчас. В настоящий момент в душе Алисы поселилась назойливая мысль, что в этом городе, в этом июле, в этом городке с ней случится что-то необыкновенное и незабываемое. Алиса улыбалась и не могла заставить себя вернуть привычное серьезное выражение лица.

Дорога до места заняла 10 минут. В холле общежития уже собирались однокурсники, которые добирались сюда каждый своим ходом.

– Внимание! – громкий писклявый голос заставил всех перестать шушукаться и обернуться к его источнику.

Хозяйкой противного голоса была женщина 50–55 лет. Очень забавная на вид. Худенькая, довольно шустрая и проворная. Она напоминала одновременно библиотекаря и постаревшую звезду кинематографа. Очки на позолоченной цепочке добавляли колорита этому образу. На ней была надета водолазка цвета фуксии и серая юбка-колокол, руки выглядели постаревшими, но ухоженными. На ногтях красовался алый лак. Помимо несочетаемого и даже абсурдного наряда, недоумение вызывал мирно приземлившийся на голову этой особы ярко-розовый берет. Именно приземлившейся, ибо другого логичного объяснения появлению этого предмета гардероба в таком цвета на голове этой женщины Алиса не находила.

– Кхе-кхе, – прокашлялась особа. – Внимание, студенты! Меня зовут Алевтина Эдгаровна, сейчас я распределю Вас по комнатам! В каждой комнате по два человека. Первый этаж – 9 комнат, женский. Третий этаж – 9 комнат, мужской. Прошу подходить ко мне по двое!

Беретта… Алиса подумала, что именно такое прозвище как нельзя лучше подойдет этой даме.

– Беретта… – уже шепотом на ухо Кире проговорила Алиса.

– Точно! – улыбнулась Кира.

Дождавшись своей очереди на запись, Алиса подошла к вахтерше.

– Фамилии, – сухо исподлобья промямлила колоритная дама.

– Соколова, Лавлинская, – ответила Алиса.

– Комната № 1. Постель в комнате, кастрюли, сковородки на кухне. Туалет и умывальники в конце коридора. Душ в корпусе № 2. Туда сможете ходить 3 раза в неделю по купонам. Вот, держите купоны, – Беретта отсчитала необходимое количество купонов на 3 недели.

– Распишитесь!

Алиса расписалась в каком-то журнале.

– А почему так туго с душем? – спросила выглядывающая из-за Алисиного плеча Кира.

– Это вам не курорт, барышни. Воду надо экономить. Все, идите, не задерживайте остальных.

Этаж выглядел как отремонтированная совдеповская гостиница. Свежевыкрашенные в бежевый цвет стены, дешевый линолеум, новые деревянные двери явно кустарного производства.

Комната по своему убранству также напоминала номер в старой привокзальной гостинице.

Все было новое. Кровати из каталога «Мебель фабрики «Ударница» 1975 года выпуска, шкаф оттуда же, стол и стулья также. Серо-зеленые полосатые обои явно не вписывались в интерьер. Хотя не оставляло сомнений, что они новые и поклеены совсем недавно.

Единственное, что выделялось в этой комнате, – это огромное, практически в полный рост, зеркало в серебряной фигурной раме. Алиса остановилась напротив зеркала и не смогла не посмотреть на свое отражение.

Перед ней стояла растрепанная и уставшая школьница. Да, именно школьница, ведь без макияжа ее можно было смело отправлять в 9 или 10 класс.

Алиса недовольно отвернулась.

– Я в душ. Ужасно чувствую себя после поезда. Ты со мной? – спросила Алиса.

– А как же чемоданы? – Кира посмотрела на нее и подняла правую бровь, демонстрируя тем самым свое неудовольствие. – Я люблю все делать по порядку. Сначала чемоданы, потом душ.

– Ну, как знаешь. Тогда я сама.

Алиса достала из чемодана полотенце, взяла купон и отправилась на поиски пресловутого 2 корпуса, предоставив подруге в одиночестве наслаждаться разбором вещей.

Второй корпус оказался одноэтажным банным комплексом, с женским и мужским отделением. На входе сидел вахтер – женщина, возраст которой сложно было оценить с первого взгляда. При взгляде на лицо можно было подумать, что она уже давно на пенсии. Сеть мелких морщинок оплетала каждую часть ее лица. Сквозь очки на Алису с нескрываемым вниманием смотрели два пронизывающих синих глаза. Руки же этой женщины говорили совершенно о другом. Длинные, тонкие, наверное, даже аристократические пальцы были унизаны кольцами. На ногтях красовался французский маникюр, а запястья украшал аккуратный золотой браслетик. Кожа рук был тонкая и светлая. Алиса залюбовалась.

– Новенькая? – Алиса вздрогнула.

– Да, а как Вы узнали?

– Я тут 8 лет работаю, все лица уже примелькались. А твое новое, – ответила вахтерша.

– Ясно, – Алиса отдала вахтерше купон. – Куда идти?

– Прямо по коридору, потом направо. Там женская раздевалка. Из нее дверь сразу в душевые. Тапочки резиновые не забыла?

Как раз о резиновых тапочках Алиса думала меньше всего, собирая чемодан в поездку.

– Черт… – не сдержалась Алиса. – Конечно, забыла.

– Я так и знала, – проворчала женщина, с трудом наклоняясь под стол. – Фух. Возьми. Новые. Деньги потом занесешь. 500 рублей. – Перед лицом Алисы нарисовались болотного зеленого цвета резиновые сланцы. Красная цена им была 100 рублей.

– Сколько? – глаза у Алисы заметно округлились.

– Ну, не нравится – не надо. Отправляйся в магазин, покупай там, потом возвращайся. Без тапочек нельзя! – вердикт обжалованию не подлежал.

– Хорошо. Давайте. Спасибо, – сквозь зубы процедила Алиса. И уже удаляясь, тихо добавила: – Спекулянтка…

Душевые представляли собой огромное помещение, полностью выложенное белой советской плиткой. Между душевыми были такие же белые перегородки, выложенные все той же белой плиткой. Несколько лампочек пытались светить, постоянно моргая и, как будто, стараясь перегореть. Из-за большого количество пара свет рассеивался еще под потолком. Царил сумрак.

Алисе было все равно. Она мечтала оказаться под напором горячей воды и пара.

Закрыв глаза, она подставила под горячую струю свои ладони.

Когда Алиса возвращалась в свою комнату, на город уже опускались сумерки. На лавочках возле общежитий собиралась молодежь. Погода наладилась. Перестал дуть противный пронизывающий ветер. И хотя температура далека была от июльской, на душе стало светлеть.

– Подруга, собираемся! – с порога заявила повеселевшая Алиса.

– Куда? У нас сейчас собрание будет в холле с руководителем практики, – ответила Кира.

– Как куда, гулять! Неужели ты решила сидеть в комнате? Там столько молодежи! – Алиса решила во что бы то ни стало сегодня же «выйти в свет».

– Так собрание же! – не унималась Кира.

– Ну, «пособираемся» и после уйдем!

Алиса уже не слушала, что ей ответит подруга. Она вывалила на кровать содержимое чемодана. Достала любимые джинсы и бледно-розовый пиджак. Повертевшись перед большим зеркалом, поправила немного макияж и, повернувшись к Кире, кокетливо поманила ее за собой рукой.

В холле «Дома студентов № 9» (как оказалось, именно так в культурной столице именовались общаги) собрался весь курс. Точнее, та его часть, которая была удостоена этой поездки деканатом за особые заслуги.

Руководителем практики оказалась женщина, преподаватель местного ВУЗа, историк, доктор наук Валерия Сергеевна Рукавцова.

За время пребывания в студенческом городке это была первая женщина, которая выглядела «нормально»: аккуратно уложенные в пучок светлые волосы с проблеском благородной седины; строгий черный костюм-двойка с юбкой, кипельно-белая блузка с воротником-стойкой и черными пуговицами на груди. Нитка белого жемчуга дополняла образ. Что удивляло, она не носила очки. Алиса подозревала, что у Валерии Сергеевны были линзы. Ибо глаза ее были неестественного зеленого оттенка, который, впрочем, ей очень шел.

– Ну что ж, будущие коллеги! Рада приветствовать Вас в городе Санкт-Петербурге. В культурной столице России. В городе, где каждый камень дышит историей и искусством, – голос звучал бодро, уверенно. Такой голос может многое рассказать о своем обладателе. Алисе он рассказал о том, что у Валерии Сергеевны привычка командовать.

В холле послышались робкие аплодисменты.

– Я расскажу Вам о том, как будет проходить ваша практика. Ежедневно вечером в холле я буду вывешивать план мероприятий на следующий день. Там будет указана подробная информация о времени и месте сбора, о том, куда мы с Вами отправимся и какое количество наличности Вы должны при себе иметь. Все понятно? – Валерия Сергеевна вопросительно подняла брови и обвела взглядом притихших студентов.

– Да! – послышалось со всех сторон.

– Отлично. А пока план на завтра – сбор в 8.00 на крыльце. Идем в Эрмитаж. При себе студенческий и деньги на проезд и обед. И без опозданий, – ее голос не терпел возражений.

– И самое важное! Категорически запрещено в вечернее время покидать свои комнаты, знакомиться с местными. Входная дверь в общежитие открыта до одиннадцати. После этого времени ночевать будете на улице!

В зале послышался неодобрительный гул. Но кандидат исторических наук уже развернулась в противоположную сторону и направилась к выходу.

– Алиса, слышала? Нельзя выходить. Пойдем обратно или как? Я договаривалась с Артемом. С тем самым, который нас сюда проводил. У нас свидание в девять возле восьмой общаги. Может, прорвемся? – Кира, очевидно, совсем не хотела провести вечер в четырех стенах.

– Конечно, прорвемся! – Алиса взяла подругу под руку и медленно начала отступать к двери.

Но не тут-то было. Путь им преградила она, та самая Беретта. Неизменный розовый берет по-прежнему торжественно восседал на ее голове. Правда, из-под него выбился локон вьющихся волос серого скучного цвета, что немного разнообразило ставший уже привычным образ. Локон был длинный и спадал на глаза. Видимо, это сильно раздражало женщину, так как она с завидной периодичностью нервными движениями руки пыталась водрузить его на место под берет. Увы, но это ей не удавалось. Выглядела сцена комично.

– Девочки, вы куда? Или Вы не слышали, что Вам сказали? – строгим голосом спросила Алевтина Эдгаровна.

Неожиданно для себя Алиса начала ей врать, в душе искренне удивившись такому своему поступку. Она не умела этого делать. Краснела, заминалась, начинала мямлить. Но настолько сильно ее тянуло туда, откуда был слышен треск сверчков, гул молодых голосов, смех и веселье, что все былые комплексы куда-то отступили.

– Нам надо в магазин. Мы с дороги. Сильно проголодались. Купим покушать и вернемся, – Алиса не могла поверить, что это говорит. Но у нее так складно получалось, что она непроизвольно начала улыбаться.

– А чего такие расфуфыренные? – Беретта продолжала держать оборону.

– Да ну, мы обычные. Просто переоделись, – Алиса продолжала нагло лгать. Причем ее это подзадоривало.

– Ну, смотрите мне! – Беретта поднесла к носу Алисы свой указательный палец и строго им погрозила. – Магазин через дорогу, – уже более дружелюбно добавила она.

– Да, конечно! Мы быстро!

Последнюю фразу вахтерша вряд ли услышала, так как Алиса и Кира уже выскочили на улицу.

Вечером студенческий городок напоминал большой оживленный парк. Повсюду горели фонари. На лавочках под сенью деревьев теснилась молодежь. Из нескольких окон общежитий звучала заводная музыка.

Адреналин в крови у Алисы играл, играл яркими и до этого момента не знакомыми ей красками жизни. Ее мозг лихорадочно продумывал сотни вариаций за минуту: куда пойти, в какую сторону, где интереснее, где голоса, где смех?

Настроение было напряженным, все ее существо, каждая ее клеточка сейчас пульсировала с надеждой на что-то, чего она сама себе не могла объяснить.

* * *

– Ну что, в магазин за вином? Отметим наш приезд? – Кира была настроена решительно.

– Мне и так весело! Но не откажусь, – ответила Алиса.

Купив пакет дешевого красного вина, они расположились на одной из лавочек. Кире вино пошло на пользу, сняв волнение и напряжение. Она начала что-то быстро щебетать про свою встречу с Артемом и шутить.

Алиса, зажав ладони между коленок, откровенно нервничала. Она не могла понять причину своей нервозности. Она не разделяла веселья подруги, на ум уже начали приходить пессимистичные мысли о том, что не имеет значения ни город, в котором находишься, ни наряд, ни внешность, если ты неудачница, да к тому же еще и с кучей комплексов.

В один момент ей показалось, что парень, который проходит мимо, ей уже знаком. Она посмотрела прямо в его глаза, потом проводила взглядом.

«Нет. Точно не знаком», – подумала Алиса и стала дальше накручивать себя.

Через некоторое время Алиса вновь увидела этого же самого молодого человека. Он снова шел мимо их лавочки и снова в той же стороны, что и в прошлый раз.

«Дежавю, – Алиса ущипнула себя за руку. – Опять он или показалось?».

Алиса провожала взглядом его спину. Через несколько секунд раздумий она решила, что от нервного перенапряжения у нее уже галлюцинации.

– Я, наверное, пойду… – чуть не плача, практически шепотом проговорила Алиса.

– Куда это? – Кира, будучи навеселе, явно не собиралась отпускать ее. – Я тут тебе рассказываю, как космические корабли бороздят просторы вселенной, а ты, оказывается, не слушаешь. К тому же через 15 минут ухожу к Артему, тогда и уйдешь. Что с тобой случилось?

– Не знаю сама, на душе кошки скребут, – Алиса сама не знала, что на нее нашло.

Она хотела было продолжить мысль о том, как ей не везет и какая она несчастная, но была вынуждена замолчать. Издалека все с той же стороны в третий раз к ним приближался все тот же молодой человек.

Девушка чуть не вскочила с места. На этот раз она решила повнимательнее рассмотреть его. Высокий, подтянутый, со светлыми волосами, идеально уложенными в модную мужскую прическу. Светлые голубые джинсы и темная кожаная куртка смотрелись стильно, но не броско. Когда молодой человек приблизился так, что можно было рассмотреть его лицо, Алиса, забыв о скромности, с нескрываемым интересом начала его рассматривать. Глубокие и необыкновенно теплые голубые глаза под густыми ресницами, красивые ровные линии темно-русых бровей, широкие скулы, идеальной формы нос с аккуратным закругленным кончиком, не длинный и не короткий, он гармонично вписывался в его мужественный овал лица. Особое восхищение вызывали губы. Большие, властные, зовущие.

У Алисы екнуло в груди. Появилось непреодолимое желание впиться поцелуем в этот рот, в эти губы! И никогда не отрываться. В груди сердце было готово вырваться наружу. Пульс зашкаливал.

Неожиданностью для Алисы стал тот факт, что на этот раз молодой человек, очевидно, не собирался проходить мимо. Он замедлил шаг и остановился напротив нее. Алиса вспомнила, что сидит с открытым ртом и полными восхищения глазами. Она засмущалась, опустила глаза в пол, но тут же подняла их обратно, не в силах оторвать взгляд.

– Добрый вечер, девушки! – сказал он, просверливая взглядом Алису.

Его голос. Для Алисы он звучал, как самая прекрасная мелодия. Глубокий, не слишком низкий, бархатистый. Каждое его слово эхом отдавалось в ее сердце.

– Добрый вечер, коль не шутите! – Кира не к месту громко расхохоталась.

– А вы не местные. Историки? – он откуда-то уже все знал.

– Ого, откуда у вас такие познания? – Кира продолжала хихикать.

Разговор выглядел крайне странно. Молодой человек смотрел на потерявшую дар речи Алису, отвечая при этом ее подруге.

– А ваши каждый год на практику приезжают. Вы не первые, – он на секунду повернул свою голову в сторону Киры.

– А, понятно, – сказала она. – А мы-то уже было решили, что вы волшебник и читаете мысли.

Алису начал раздражать ее смех. Ей хотелось, чтобы все вокруг испарились, чтобы не осталось больше никого на этой лавочке, кроме них.

– Нет, не волшебник, я только учусь! – молодой человек слегка улыбнулся, обнажив идеально ровные белые зубы.

Алисе показалось, что она непроизвольно облизнулась.

«Да что со мной, – подумала она, – веду себя, как похотливая самка».

Ее щеки зарделись огнем, отчего захотелось окатить себя ледяным душем. Но какая-то неведомая сила не давала отвести от него взгляда.

«Только бы не ушел, только бы побыл здесь еще несколько минут, а лучше много минут, а еще лучше час, нет, пусть навсегда остается здесь со мной», – мысли в голове Алисы жужжали, как рой назойливых пчел. Все громче и громче внутренний голос, вконец осмелев, выкрикивал ей в уши бесстыдные желания.

– Кстати, Роман! – молодой человек протянул Алисе руку.

«Рома, Ромочка, Роман», – мысленно Алиса уже придумывала тысячу ласковых имен для него.

Ладонь была широкая, сильная и теплая. Алиса подала ему свою, и та полностью утонула в его руке.

– Алиса, очень приятно, – голос дрожал, и ее немного потрясывало от волнения.

– И мне очень приятно, – он не спешил отпускать ее руку. – Ну, как Вы тут устроились? В 9-ке?

– Да, там. И все-то вы знаете, – Алиса постепенно приходила в себя. Она даже смогла улыбнуться ему.

– Ну, а как иначе, – он снова слегка улыбнулся, окончательно поразив Алису стрелами своего взгляда в самые потаенные уголки ее сердца, затем, наконец, выпустил ее руку, нехотя и очень медленно.

– Рассказывайте, как вы тут устроились? Сегодня только приехали?

– Да, только сегодня.

– Как вам Питер?

– Я влюблена, – она сама до конца не понимала, ответила ли она это про Питер или уже про него.

– Да, в этого город невозможно не влюбиться, – он явно был доволен ответом.

– Алиса, мне кажется, нам пора. У нас встреча через пятнадцать минут.

Алиса в недоумении посмотрела на подругу. Она начала всячески сигнализировать ей о том, что неплохо было бы, если бы она и правда ушла, но одна, оставив ее наедине с ним. Алиса двигала бровями, бросала гневные взгляды и даже пару раз попыталась сделать жест рукой.

Ничего не помогало. Роман наверняка все это понимал, но не подавал виду.

– Хорошо, скоро пойдем. Не думаю, что случится что-то страшное, если ты опоздаешь на несколько минут, – ответила ей Алиса, сдавшись.

– Могу я записать твой номер? – очень тихо, наклонившись к ее уху, прошептал Роман.

Его щека коснулась ее щеки, и она вздрогнула. От нахлынувшей волны ощущений Алиса забыла, о чем ее только что спросили. Щека была бархатистой, а может быть, атласной, или шелковой? Алиса не могла определиться, на что это похоже, решив в итоге, что его кожа одновременно бархатистая, атласная и шелковая. А как от него пахло? Это был божественный, ни с чем не сравнимый запах мужественности, нежности и сексуальности одновременно. Она смогла различить в этом запахе ароматы цитруса, корицы, свежести и пачули. Было что-то еще, но уже неуловимое даже для носа парфюмера. Хотелось уткнуться в его плечо и вдыхать этот запах вечно.

– Э-м-м, что? Прости, я не услышала, – Алиса не могла признаться, что не только не услышала, но даже и не слушала, упоенно любуясь молодым человеком.

– Номер. Сотовый. Я пишу, – Роман достал из кармана куртки мобильник и приготовился записывать номер.

– 8920… – Алиса диктовала свой номер самому лучшему мужчине на земле.

В тот момент земля уходила из-под ее ног, кружилась голова и путались мысли. Счастье, как теплое одеяло, покрывало ее с головы до пят. Сердце билось уже ровнее, дыхание стало глубже. Она смотрела, как его пальцы ловко набирают цифры. Телефон в кармане джинсов завибрировал.

– Это я, точнее, мой номер, – сказал Роман.

– А, ясно, – Алиса улыбнулась. На экране ее мобильника сейчас отразились все ее надежды и мечтания. 11 счастливых цифр.

– Какие планы на завтра? – от этих слов в груди стало горячо. Алиса не могла поверить в происходящее.

Кира, переставшая, наконец, хохотать, молча наблюдала за этой сценой.

– С утра Эрмитаж, а потом… – Алиса чуть было не сказала «а потом мое самое счастливое свидание с тобой», но вовремя остановилась.

– А потом я наберу, хорошо? – он продолжил ее мысль.

«Хорошо? Он еще спрашивает. О Боже! Да это не просто хорошо, это чудесно! Это необыкновенно! Это происходит не со мной!». Голос внутри нее кричал! Нет, скорее, вопил от радости!

– Да, – это все, что смогла она вымолвить вслух. Очень тихо и робко. Почти неслышно. Но он услышал. Возможно, услышал даже не ее ответ, а ее мысли. Он прочитал на ее лице все, что она так хотела, но не могла сказать.

– Тогда до завтра. Я позвоню в четыре. Подойдет?

– Конечно.

«В четыре. Завтра в четыре я услышу его голос», – Алиса была на седьмом небе.

– Тогда до встречи, – он слегка поклонился, повернулся и ушел.

– До встречи, – прошептала уходящему силуэту Алиса.

Роман, как рентгеновский сканер, проник в каждую клеточку ее существа. Разгадал все ее загадки, нашел ответы на все ее вопросы. Было совершенно очевидно, что она влюбилась в него по уши, по самую макушку. Влюбилась в каждую его черточку, в каждую часть его тела и души, с кончиков пальцев на ногах до кончиков волос на голове. Бабочки летали в ее животе. Порхали, резвились и щекотали. Он увидел это. Она знала, что он увидел, но ничего не могла с собой поделать. Искра разгоралась в пламя, в самый яркий костер в ее жизни.

* * *

– Алиса, ау! – Кира махала рукой перед ее носом. – Ты чего, дар речи потеряла? – подруга хихикнула.

– Да ничего я не потеряла, пойдем отсюда.

Алисе хотелось скорее увести отсюда подругу, увести с этого сокровенного для нее места. У нее неожиданно остро развилось чувство собственности к этой счастливой лавочке и к этим кустам, которые ее окружают, и даже к тротуарной плитке под ногами.

– Да, пошли. Уже 5 минут десятого, а нам к Артему. Он обещал привести с собой друзей.

– Ты иди, а я спать.

– Мы так не договаривались. Тебя как подменили. Что он с тобой сделал? – Кира не унималась.

– Он… – Алиса продолжила уже мысленно: «взломал все замки к моему сердцу, забрал мою душу, растопил весь лед», но вслух сказала совершенно другое: – Ладно, идем. Только я не долго. Для приличия побуду с тобой 15 минут и уйду. Ты же слышала, что в одиннадцать дверь закроют.

– Отлично, идем.

На улицу уже опустилась ночь. На небе сверкали тысячи звезд, и казалось, до них можно дотянуться рукой. Стало холодать. В кармане у Алисы завибрировал телефон.

«Мама, – подумала она. – Забыла ей позвонить».

Алиса достала мобильник, на экране мигал конвертик смс. 11 цифр в адресе отправителя заставили ее остановиться. Он!

Алиса открыла сообщение. «Ты моя принцесса». Три слова, которые вновь заставили участиться ее сердцебиение. Не успела она начать писать ответ, как на экране появился новый значок SMS. «Ты чудесная, волшебная, необыкновенная». У Алисы сперло дыхание.

– Не верю… – вслух проговорила она.

Дрожащими пальцами она начала писать ответ: «Ты меня смущаешь. Спасибо за комплименты». Она несколько раз начинала писать все с начала, обдумывая каждое слово. От волнения пальцы попадали мимо нужных букв. Задумавшись на несколько секунд, Алиса стерла сообщение. Экран ее мобильника замигал в третий раз. «Я засыпаю с мыслью о тебе. Не могу дождаться завтра». Алиса поднесла к губам руку, чтобы не закричать от нахлынувшего счастья.

«Я тоже». Она нажала «отправить», и экран телефона озарился привычной надписью «Ваше сообщение доставлено адресату».

Оторвав, наконец, свой взгляд от телефона, Алиса обнаружила, что подруга уже довольно далеко отошла от нее, и, заметив ее отсутствие, обернулась и машет ей руками.

– Догоняй! – крикнула Кира, и Алиса ускорила шаг.

– Что там тебя остановило? Я тебя потеряла. Если ты потеряешься, мне достанется от твоих родителей. Поставят меня в угол, – Кира неудачно пошутила, хихикнув пару раз сама над своей шуткой.

– Все хорошо. Смс от него, – Алиса расплылась в улыбке и протянула подруге телефон. – Читай.

Кира взяла телефон и начала читать сообщения вслух.

– Так это прекрасно! Курортный роман – как это романтично! – она мечтательно подвела глаза к небу.

Алиса обиженно подняла брови.

– Почему курортный? Ты думаешь, что это ненадолго? – голос начал дрожать, она вдруг вспомнила, что через 20 дней они отсюда уедут.

– Ну ты даешь! Конечно, ненадолго. Ты слышала, что он сказал: «наши» сюда каждый год приезжают. Он и пользуется. А что ты хотела? 20 дней и гуд бай. Ни обязательств, ни обещаний. Мой тебе совет: не вздумай влюбиться. Воспринимай как приключение, наслаждайся. Чтобы потом не было мучительно больно здесь, – Кира больно ткнула пальцем в область сердца. – Уверена, что такая же «принцесса» была у него в прошлом году, более того – будет и в следующем, – своим безразличным тоном она продолжала резать по живому. На глаза у Алисы начали наворачиваться слезы.

– Это мы еще посмотрим.

Алису расстроили и обидели слова подруги. Ее чудесным образом вернувшаяся на нужный уровень самооценка опять стремительно рухнула до плинтуса.

«Не хочу об этом думать. Не хочу!!!». Настроение испортилось, с лица пропала счастливая и абсолютно идиотская улыбка.

– Говоришь, развлекаться и наслаждаться? Ну что же, пойдем покорять Питер дальше. Где там твой Артем с друзьями? – Алисе срочно потребовалось реабилитироваться в глазах подруги. Невозможно было не заметить, как сильно изменилось выражение ее лица. И это раздражало. Она не хотела выглядеть влюбленной дурочкой и уже пожалела, что поделилась с Кирой этим молниеносно обрушившимся на нее мгновением счастья. Все было испорчено.

«Она права. Эмоции затмили мне мозг. О чем я только думаю? Разве можно строить планы, когда у тебя всего 20 дней? Всего 20 дней, чтобы быть счастливой». Разум Алисы настойчиво рекомендовал ей отогнать прочь свои чувства, причем как можно дальше, туда, откуда будет невозможно их достать. Но почему-то это не получалось. Она открыла его последнее сообщение и просто держала телефон в руке. Как будто надеясь, что энергетика этого сообщения подскажет ей, ответит на немой вопрос: «Принцесса я или очередная игрушка?». Телефон предательски молчал.

– Вот они! Смотри! – Кира радостно ускорила шаг в направлении компании молодых людей, приземлившихся на одной из бесконечных лавочек парка.

– Вечер добрый! – Кира без тени смущения подошла к компании и радостно поприветствовала парней.

– Знакомьтесь, ребята! Кира и… – Артем вопросительно посмотрел на Алису.

– Алиса, очень приятно!

Артем представлял собой образчик мечты любой девушки. Высокий коренастый брюнет с зелеными глазами. Невероятно обаятельный. А еще Алисе показалось, что он очень добрый. От него исходило какое-то человеческое тепло.

– Девушки, не замерзли? Шампанского? – кто-то из юношей достал из-под лавки бутылку советского и пластиковые стаканы.

Алисе хотелось уйти, зарыться в подушку и рыдать. От избытка эмоций за сегодняшний день у нее разболелась голова. Ее трясло. Она продолжала крепко держать в руке телефон с открытым сообщением. Экран давно погас, но она знала, что оно там. Там самые прекрасные слова, которые она когда-либо слышала.

– За знакомство! – чья-то рука протягивала ей стакан, из которого выпрыгивали пузырьки, которые, попадая на запястье, кололи кожу, словно десяток мизерных иголок.

Алиса пригубила шампанское. Все та же рука уже протягивала ей шоколад. Она решила посмотреть на молодого человека. «Да что ж такое, сплошь одни красавчики», – ее непонятно почему расстроил тот факт, что юноша был вполне симпатичным.

Невысокого роста, очень коротко подстриженный, практически под «ноль», с идеально чистым и гладким лицом, он напоминал модель из каталога нижнего мужского белья. Алиса представила, как он позирует, и одобрительно закачала головой.

Из-под распахнутого воротника рубашки вырывалась наружу густая мужская растительность иссиня-черного цвета. Можно было бы подумать, что он представитель какой-либо кавказской национальности, если бы не бледный, почти белый цвет лица и полное отсутствие акцента. Цвет глаз был почти черный. Жгучие карие глаза смотрели на нее в упор. Ей казалось, что еще секунда такого взгляда – и он прожжет на ней дыру.

– Спасибо. Простите, я не запомнила, как вас зовут? – в другой ситуации Алисе было бы неудобно, что она забыла имя собеседника, но только не сейчас. Ей хотелось заранее мстить всему мужскому полу за этот еще не начавшийся «курортный роман». В ее голосе проскользнули нотки стервозности.

– Юра. Ничего страшного. Нас тут много, вот вы и не запомнили. Я без обид.

«Не догоняет», – подумала Алиса.

– Ну да, запомнить всех поклонников невозможно, – Алиса продолжала острить.

– А вы язва! – Юра рассмеялся. – Чем же вам так мужчины насолили?

– Да, собственно, пока ничем. Это превентивные меры.

Алиса прекрасно осознавала, какая именно муха ее укусила, более того, Юра был в этом совершенно не виноват. Она ничего не могла поделать, ей хотелось только одного – чтобы он оставил ее в покое.

«Муху», которая укусила ее, звали Роман. И он 10 минут назад прислал ей три волшебных сообщения, о которых она раньше только мечтала. Ее злил сам факт их встречи. Ведь если бы не было встречи, ей нечего было бы терять. Не о чем было бы сожалеть, не по ком было бы страдать. Она просто получила бы очередной зачет за пройденную практику и в совершенном душевном спокойствии вернулась бы домой.

Ее душа рвалась на две части. Одна часть кричала ей, что ни в коем случае нельзя потерять эту подаренную счастливым случаем любовь, что нужно бороться и все обязательно будет хорошо. Кричала ей, что известны тысячи счастливых концовок таких историй.

Другая ее часть спокойно и рассудительно рассказывала о том, что подруга права. Не стоит строить воздушных замков на песчаных берегах. «Потом будешь локоточки кусать, да поздно», – любимая поговорка отца вертелась в голове.

«Спать. Утро вечера мудренее», – Алиса собралась было уходить, как увидела, что Кира и Артем вдвоем удалялись в неизвестном направлении.

– Куда это они? – спросила она у Юры.

– За шампанским. Скоро вернутся.

Прошло уже более получаса, а Кира так и не возвращалась. Часы показывали 23.01. Беретта уже сто процентов закрыла дверь. Спешить теперь было некуда. Алиса тихо выругалась:

– Черт…

Наконец, на горизонте замаячили две знакомые фигуры. Кира и Артем уже шли в обнимку.

У Алисы слипались глаза. Нервное перенапряжение давало о себе знать, ей просто хотелось уснуть.

– Все, я спать, – объявила Алиса подошедшей подруге и, резко развернувшись, ушла.

Это выглядело очень некрасиво и невежливо, но она понимала, что если не сделает это именно так, если не уйдет по-английски, они опять начнут уговаривать ее остаться. А этого уже не вынесла бы ее растревоженная нервная система.

Дверь общаги, как и предполагалось, была заперта. Алиса постучала, подождала несколько минут. Тишина. Она постучала еще раз, уже сильнее. Опять тишина. Она подошла к окну и постучала по стеклу. Ничего внутри не шелохнулось.

Она стала всматриваться внутрь. В холле было темно. Над столом вахтера приглушенным светом горела старая настольная лампа. Рядом со столом на диване Беретта спала или делала вид, что спит, укрывшись выцветшим и потертым клетчатым пледом. Алиса усмехнулась: ярко-розовый берет был на месте.

«Старая ведьма, – подумала девушка. – Ведь только что закрыла дверь и уже спит! Не поверю».

Алиса было занесла кулак над окном, чтобы постучать еще раз, но передумала.

Поразмыслив минуту, она недовольно сморщила рот. Придется возвращаться к подруге.

На улице резко похолодало. Резкий порыв ветра спутал ей волосы. Алиса поежилась, засунув руки в карман джинсов. Теплее от этого не стало.

«Надо как-то попасть домой». Девушка направилась обратно в парк.

На ее счастье, они были все там же. Алиса выдохнула – хотя бы не придется слоняться ночью в поисках Киры.

– Алиса! Слава Богу! Ты вернулась. А то Юра тут страдает, – девушка подбежала к подруге и крепко обняла ее. – Правильно сделала, что вернулась. Нечего в одиночку страдать. Тем более тут нарисовались новые поклонники, так что не теряйся! – прошептала она Алисе на ухо и, отпустив объятия, с заговорщицким видом подмигнула ей, указывая взглядом на расплывшегося в улыбке парня.

– Да я, собственно, не по своей воле. Там закрыто. Может, кто-то может помочь попасть обратно? – Алиса обвела взглядом присутствующих.

– Вам сегодня везет, Леха живет в вашем корпусе на 6 этаже, – Юра спустился с лавочки и подошел поближе к Алисе.

– А пойдемте ко мне, я с Береттой вроде как в хороших отношениях, – сказал один из молодых людей. – Кстати, классное вы ей придумали «погоняло», и как мы сами раньше не додумались? Она в этом берете даже моется, – парень рассмеялся.

– А что, хорошая идея! – Кире предложение очень понравилось.

Алиса схватила подругу за руку и силой отвела в сторону.

– Ты в своем уме? Что с тобой такое творится? Сначала ушла в неизвестном направлении с первым встречным, а если бы он тебя там убил или изнасиловал? – она гневно смотрела на подругу. – Теперь ты решила пойти к ним в комнату. Их пятеро здоровых пьяных мужиков! Тебе не страшно?!

Алиса была в бешенстве. Она жутко хотела спать, в ее планы совершенно не входило ночное приключение с незнакомцами, к тому же на их территории. Она мысленно корила себя за то, что сразу не ушла в комнату.

– Да ладно тебе. Они прикольные.

– Домой! Сейчас же! Надо будет – будем ногами долбить в окно, чтобы она открыла! – Кира испугано смотрела на свою обычно миролюбивую подругу.

– Ну что же, мы пойдем! Нам пора! – Алиса взяла Киру за запястье и потянула на себя.

– Да мы все идем!

Алиса не видела автора этой реплики, но ей хотелось развернуться и послать этого человека на небо за звездочкой.

– Как же вы достали, – пробурчала она себе под нос.

Подойдя к двери, Юра, Артем и Алексей начали пинать ее ногами. Остальные (их имена Алиса не помнила) стучали в окно. Она почувствовала, как покрывается красными от стыда пятнами.

«Что же сейчас будет…» – девушка схватилась руками за голову.

Дверь со скрипом начала открываться. В проеме появилась фигура Беретты. Видимо, она забыла очки, потому что начала сильно щуриться.

– Кто здесь хулиганит? Я сейчас милицию вызову! – ее писклявый голосок, как оказалось, мог еще и визжать.

– Да свои, свои. Пускай! – Леха без зазрения стыда и совести начал толкать ее внутрь.

– Девчонки, заходите, – Артем, обернувшись, позвал их рукой.

«Слава Богу! Она без очков», – Алиса хотела провалиться под землю от стыда.

– Какие еще девчонки? Кто с вами? – Беретта схватила со стола очки и начала их протирать платком.

– Давайте быстро в лифт, пока она вас не разглядела. Переждете у нас, пока она уснет, – Юра уже тащил Алису за руку в лифт.

Двери кабинки захлопнулись в тот момент, когда на них обрушился кулак вахтерши. Слышно было, как она кричала, что все равно вычислит нарушителей общественного порядка.

Лифт остановился на 3 этаже и застрял. Алиса сползла по стене и уселась на корточки, схватившись руками за голову.

В кабине было тесно. Рассчитанная на перевозку шести человек, она уместила в себя восемь.

– Мамочки, что же будет… – Кира шепотом повторяла одну и ту же фразу.

Алисе казалось, что прошла целая вечность, по лицу катились слезы. Наконец, двери открылись. Она резко встала и, грубо растолкав парней, выскочила из лифта.

Кира бросилась за ней вдогонку.

– О, привет! А что это Вы тут делаете? – Алиса снова готова была провалиться сквозь землю. На нее и подругу пронзительно смотрели глаза Пашки. Молодой человек остановился, переведя взгляд на лифт, из которого только что выскочили девушки.

– А, понятно, вырвались пташки на свободу и «понеслось», – однокурсник ухмыльнулся. – А строят-то из себя, прямо недотроги. Я так и знал. Тьфу! – он скривился и сплюнул на пол.

– Ты за словами следи! Язык свой прикуси! – Алиса бросила на него гневный взгляд и тут же пожалела об этом. На лице, которое осветила одиноко болтающаяся на потолке лампа, слезы, окрашенные в черный цвет туши, уже нарисовали свой драматичный узор. Пашка замер, ошарашенный увиденной картиной.

– Да ну тебя, идиот… – девушка развернулась в направлении лестницы и побежала вниз.

Кира покрутила пальцем у виска, глядя на Пашу, и бросилась вдогонку за подругой.

Спустившись на один пролет, Алиса остановилась. Грохот от ее шагов по лестнице эхом отдавался на всех этажах.

– Так, нужно разуться, иначе нас застукает Беретта, – сказала она спустившейся Кире.

– Согласна. Не хватало нам от нее нотаций на ночь. Надеюсь, она уже уснула.

Девушки разулись и на цыпочках начали спускаться на свой этаж, задерживая дыхание и прислушиваясь к каждому шороху.

На первом этаже Беретта мирно спала.

«Слава Богу!», – подумала Алиса, молниеносно прошмыгнув мимо женщины в свою комнату.

Она не могла поверить, что, наконец, находится в своей комнате. Просто рухнула на кровать и уставилась в потолок.

Кира села на край ее постели. Приложив руку к ее голове, она погладила ее.

– Давай спать. Все будет хорошо!

Алиса сжалась в комочек и отвернулась к стене.

Свет в комнате погас. Алиса не понимала, как ей растолковать события этого вечера. Огромное безрассудное чувство накрыло ее своим крылом, сразу став ее самой главной болью.

Глаза щипали от туши, слипались, но сон не шел. Нельзя было точно сказать, сколько времени она так пролежала. Кира мирно посапывала где-то рядом, сквозь просвет между занавесок в комнату пробивался яркий, слепящий луч лунного света.

Она расслабилась, глубоко вдохнув. Сон, такой долгожданный, наконец, опустил на нее свое покрывало.

* * *

Алисе казалось, что она только что заснула, но будильник на телефоне упорно доказывал ей обратное, не желая останавливать свое назойливое жужжание под подушкой.

Она открыла глаза, достала телефон из-под подушки. Будильник оказался не виноват в ее пробуждении. Экран радостно сообщал ей о новом сообщении.

Алиса посмотрела на часы на стене напротив. На часах стрелки показывали 5.50 утра.

– Боже, кто мог в такую рань? – себе под нос возмущенно прошептала девушка.

«Доброе утро, мое солнышко. Проснулся и уже думаю о тебе».

Он! Алиса закрыла ладонью рот, чтобы не закричать от радости.

Она откинулась на подушку, зажав в руке мобильник. Хотелось рыдать. Столько противоречивых мыслей засоряли ей разум накануне, что она сама себя загнала в угол уныния и отчаянья. В голове одновременно возникло множество вопросов «зачем?». Зачем она пошла знакомиться с компанией Артема? Зачем она так близко к сердцу приняла слова подруги? Зачем она вошла с незнакомцами в лифт? Зачем она накричала на Пашку?…

Сон как рукой сняло. Душа хотела лететь высоко-высоко, туда, где не будет слышно ни одного шороха, кроме биения своего сердца.

Алиса не знала, какие подобрать слова, чтобы в своем ответе передать ему всю ту радость, которую она испытывает, и при этом не выглядеть влюбленной Джульеттой.

«Утро действительно доброе, если меня разбудил ты». Алиса нажала «отправить».

Она уже не могла спать и достала из сумки плеер. Вставив наушники, Алиса нашла любимую песню. Звук приятной дрожью разлился по всему телу. Знакомый голос пел «О нем».

«Расставляю все мечты по местам… Да гори оно огнем… Только мысли все о нем и о нем… Я за ним, извини гордость! Я за ним одним, я к нему одному»…

Слова трогали за самое сокровенное, просочились в самые потаенные уголки ее души. Только в эту минуту она начала осознавать, о чем эта песня; только сейчас смысл этих слов, как сложный пазл, сложился, наконец, в целостную картинку.

Мурашки пробежали по ее телу, как электрический разряд. Алиса представляла себе, как щека Романа касается ее щеки, как она чувствует его волшебный запах, как ее рука тонет в его руке, как его губы касаются ее… Сердце готово было выпрыгнуть из груди.

«Разлетаюсь от тоски на куски… только мысли все о нем и о нем…» – продолжала настаивать певица в плеере, и от нахлынувших эмоций выступили слезы.

«Не отдам!» – Алиса сжала кулаки.

– Не отдам, – прошептала она, поставив песню на повтор.

За окном светало.

– Ты не спишь? – проснувшаяся подруга посмотрела на Алису через спинку кровати.

– Я давно не сплю, – Алиса не могла скрыть с лица улыбку, хотя и очень старалась.

– Вид у тебя идиотский, – Кира улыбнулась.

– Знаю. Мне все равно.

– Я даже догадываюсь о причине, позвонил или написал? – она вопросительно посмотрела на подругу, продолжая улыбаться.

– Написал: «Доброе утро, мое солнышко. Проснулся и уже думаю о тебе», – Алиса дословно процитировала сообщение.

– Это же отлично!

– Именно! – Алиса, решившись встать с кровати, снова вставила наушники плеера в уши, и, пританцовывая, начала кружиться по комнате.

Она танцевала в ритме самого волшебного чувства на земле.

На крыльце собрался весь курс. Валерия Сергеевна стояла, словно Наполеон перед битвой под Ватерлоо: важно задрав нос и скрестив руки на груди. Она с нескрываемым высокомерием рассматривала студентов.

– Доброе утро! Вчера произошел инцидент! Известные дебоширы из нашего корпуса и две девушки с первого этажа нарушили пропускной режим общежития, вернувшись за полночь. К вашему счастью, Алевтина Эдгаровна не разглядела лиц. Поэтому в первый раз это сойдет Вам с рук. В случае повторения инцидента виновные будут отправлены домой до окончания практики, – голос ее дрожал, как металл, взгляд посылал собравшимся громы и молнии.

Алиса попыталась провалиться под землю, но не вышло. Кира стыдливо потупила взор.

– Всем понятно, я надеюсь? – вопрос прозвучал как приговор.

Никто не шелохнулся. Пашка наклонился к соседу и начал что-то ему шептать на ухо, указывая взглядом на подруг.

«Сдаст. Как пить дать, сдаст», – Алиса помахала ему рукой и выдавила из себя улыбку в надежде, что он сжалится.

В ответ тот обиженно отвернулся и горделиво задрал подбородок. Алиса пожала плечами в недоумении, не ожидания от него такого «благородного» поступка. Он явно не собирался ни о чем рассказывать руководству. В его глазах Алиса прочла тихую грусть, которая не очень удачно пряталась за показным высокомерием. Впервые она подумала о нем хорошо.

Поездка на метро оказалась недолгой. Через 20 минут эскалатор вез ее наверх, туда, где ее ждала первая встреча с Невским.

Алисе на ум пришло одно из любимых стихотворений Пушкина. Она мысленно прошептала:

«Люблю тебя, Петра творенье,

Люблю твой строгий, стройный вид,

Невы державное теченье,

Береговой ее гранит…»

* * *

Невский встретил ее ослепительным солнцем, шумом проезжающих машин, оглушительными криками зазывал: «Уважаемые жители и гости Санкт-Петербурга! Приглашаем Вас на автобусные экскурсии и экскурсии на катерах по городу».

Алиса глубоко вдохнула. Казалось, что воздух пропитан приятным солоноватым запахом моря и северных ветров. Выход из метро располагался через дорогу от канала Грибоедова, оттуда и доносились морские ароматы. Повернув голову налево, Алиса увидела величественный Казанский собор. Он был прекрасен и не похож ни на один из храмов, посетить которые довелось Алисе до этого времени.

Алиса засмотрелась и, увидев, что основная группа студентов уже далеко, быстро зашагала вдогонку.

Метров через 600 Алиса, догнав своих, мимо строительных лесов и одетых в зеленую сетку зданий, через Арку Генерального Штаба вошла на Дворцовую площадь.

От увиденного перехватило дыхание. Красота и помпезность, торжество архитектуры и масштаб площади заставили ее открыть от восхищения рот. В центре площади, как напоминание о величии страны, прямо в облака устремился Александрийский столп. Зимний дворец поражал своими размерами и причудливыми барельефами. Это ощущение сопричастности к чему-то огромному, величественному и бесконечно красивому не покидало ее. Ей казалось, что она никогда в жизни не видела ничего более волшебного.

День в Эрмитаже промчался в одно мгновение. Алиса и Кира, устав от бесконечных залов с экспозициями, сбежали от своей группы.

– Фух! – выдохнула Кира, плюхнувшись на мягкий пуфик в холле дворца, – как же горят ноги!

– Да, ноги и правда жутко ноют. Двигайся, дорогая, я больше не могу, – Алиса улыбнулась и присела на край того же пуфика.

– Давайте сбежим домой. Нас все равно отметили в начале экскурсии, – Кира хитро посмотрела на подругу.

– Хорошая идея, пойдем.

Алиса нехотя встала, потянулась и медленно направилась к выходу. Внимание привлекли огромные часы в холле. Стрелки показывали пять.

«Уже пять?» – она достала из кармана телефон. Ни смс, ни пропущенных звонков не было.

«Как же так. Ты же обещал в четыре!» – сердце предательски екнуло в груди. Алиса от обиды закусила губу. Не плакать же прямо в Эрмитаже. Рука тянулась написать хоть что-то, в надежде получить хоть какую-то реакцию, любой ответ. Ожидание и неизвестность убивали.

– Алиса, ты в порядке? – Кира похлопала подругу по плечу. – Стоишь как вкопанная. Выход дальше, – она показала рукой на дверь, до нее оставалось примерно 20 шагов.

– Да, все окей, – ответила Алиса потухшим голосом.

– Ну, как окей, если на тебе лица нет? Что случилось, выкладывай! – Кира стала в позу учителя младших классов, уставив руки в боки.

– Не позвонил. Обещал и не позвонил, – Алиса опустила глаза в пол. – Пойдем уже.

– Не расстраивайся, может быть, что-то случилось. А если и ничего не случилось, все равно не расстраивайся. Я тебя очень прошу – не спеши в него влюбляться. Мы уедем, а он останется. А твои слезы будут литься на мою жилетку, понимаешь? – Кира старалась подобрать слова, чтобы не обидеть подругу.

– Хорошо. Сегодня я хочу остаться дома. Отдохнуть.

– Значит, никуда не пойдем. Купим пиццу и будем играть в карты. Хочешь, Пашку позовем? Он давно на тебя глаз положил. Хороший парень, симпатичный, не дурак. Да и никуда не денется с подводной лодки. Не понимаю я тебя. Ты гоняешься за тем, что далеко, а что близко, не видишь.

Кира продолжала философствовать, но Алиса ее уже не слушала. Все, что смог обработать ее мозг, это вопросительное «хочешь» подруги.

– Хочу, сделаем, как скажешь. Надо заканчивать это помешательство, – Алиса улыбнулась, так и не поняв, на что она согласилась.

Через сорок минут они были дома. Алиса сняла туфли и начала разминать ступни, которые горели от усталости. Неожиданно в дверь постучали.

– Кто это? – Алиса посмотрела на Киру – Ты кого-то ждешь?

– Нет, никого. Может быть, нашим что-то понадобилось.

– Кто там? – спросила Кира.

– Свои, открывайте, – пьяный мужской голос за дверью не предвещал ничего хорошего.

– Похоже на голос Юры, – шепотом проговорила Кира подруге.

– Открой, спроси, что ему нужно, – безразличным тоном ответила Алиса.

Кира приоткрыла дверь, но мужская нога тут же оказалась в проеме, исключив малейшую возможность ее закрыть.

– Пусти, мне надо поговорить с ней, – Юра дыхнул на Киру запахом перегара и силой толкнул дверь. Девушка с визгом отскочила назад.

– Ты что, больной? Я сейчас вахтершу позову! – она бросилась на него с кулаками, как Моська на слона.

– Да успокойся ты! – Юра схватил ее маленькие кулачки. – Мне просто надо поговорить. Выйди, пожалуйста, на 10 минут, я прошу тебя, пожалуйста! – его язык заплетался, он вздохнул и посмотрел в глаза Киры с немой мольбой.

– Алис? – подруга обернулась и посмотрела на девушку.

– Хорошо, выйди, со мной все будет в порядке. Если что – я закричу.

Юра ухмыльнулся, отпустил руки Киры и, пройдя несколько шагов, со всего размаха плюхнулся на кровать Алисы.

– Если что – это что? Если я пьян, это не значит, что я причиню тебе вред, глуууууупенькая… – он протянул последнее слово, вложив в него, пожалуй, все свою нежность, на которую только был способен. Затем прикоснулся ладонью к волосам Алисы.

– Убери руки, пожалуйста, и пересядь на стул, – Алиса убрала его руку со своей головы и встала с кровати.

– Хорошо, я пошла, если что – я рядом, – Кира неодобрительно посмотрела на подругу и вышла, громко хлопнув дверью.

– Что случилось? Зачем ты здесь, к тому же еще и пьяный? – Алиса презрительно сморщилась – она не переносила пьяных мужчин. Ей хотелось пару раз окунуть его голову в ледяную воду и выгнать.

– Ради тебя, – он протянул к ней обе руки, приглашая к себе в объятия.

Этот широкий жест мужской души она не оценила.

– Что это значит?

– Я видел тебя вчера с ним! Видел, как вы сидели на той лавочке, как он вился около тебя, как шакал! Видел! – его голос перешел на крик.

– И что? Кто ты такой? Я что-то тебе должна? Или обещала? – от возмущения у Алисы стиснулись зубы, а руки сжались в кулак.

– Как ты не понимаешь, он поиграет тобой и выкинет! А я увезу тебя далеко-далеко, мы поженимся, у нас будут дети, мы построим дом на опушке соснового леса, я буду делать с детьми во дворе снеговиков, а ты печь шарлотку.

Алиса слушала и ушам своим не верила. Что он несет? Куда он ее увезет? Какая опушка и какие снеговики?

– Первым у нас родится сын, Егорка! И не спорь! Имя сыну выбираю я! Вторая – доченька. Ее назовем, как ты захочешь. Она будет такая же красавица, как мама, – Юра, пошатываясь, встал с кровати и сделал несколько шагов, приближаясь к Алисе.

– О чем ты вообще? Ты меня спросить не забыл, хочу я ехать куда-то с тобой и рожать детей? – Алиса услышала эхо своего голоса и испугалась. Он звенел, как натянутая струна.

– Конечно, согласна. Какая девушка откажется? Я учусь в нефтегазовом, у моей семьи своя топливная компания, ты не будешь знать нужды ни в чем!

От его самоуверенности у Алисы голова пошла кругом.

– А ты не забыл, что помимо достатка девушка должна хотя бы симпатизировать мужчине?

– А разве я тебе не нравлюсь? – молодой человек, по всей очевидности, выпил «дозу уверенности».

– И что ты имел в виду, говоря, что со мной кто-то поиграет и выкинет? Я что, кукла или машинка? Как тебе такое в голову могло придти! Уходи, не хочу больше этого слышать! – Алиса указала рукой на дверь и замолчала в ожидании.

– Хорошо, я уйду. Но еще вернусь! И смотри, не пожалей, что связалась с этим казановой! Да о его подвигах всему городку известно! Поступай, как знаешь, я предупредил, – после этой тирады Юра многозначительно икнул и направился к выходу.

Когда за ним закрылась дверь, Алиса выдохнула. Открыла чемодан, ее руки дрожали. Она вытряхнула из него все содержимое на кровать, покопавшись немного в вещах, нашла пузырек с валерьянкой и выпила горсть таблеток.

* * *

– Что это было? – дверь скрипнула, и в комнату вошла Кира.

– Предложение руки и сердца, да еще какое! – Алиса начала хихикать все сильнее и сильнее, пока не закатилась заливистым смехом.

– Нет, ты представляешь? Он на мне женится, увезет на опушку леса! Не куда-нибудь на курорт, а в лес! Там я нарожаю ему детей и буду печь шарлотку!

– Это он тебе предлагал? – Кира в недоумении смотрела на подругу, но ее смех был настолько заразителен, что сама не удержалась и начала хохотать!

– Да! А еще сказал, что Роман меня бросит! Все мне говорят, что он меня бросит, а он меня уже бросил, – Алиса задыхалась от смеха. – Он-то и не в курсе, что он меня уже бросил! Ой, я не могу! – девушка схватилась за живот и согнулась пополам, продолжая истерично смеяться.

Неизвестно, сколько бы еще продолжалась эта вакханалия, если бы на столе не завибрировал телефон.

– Это он! – Алиса взяла телефон в руки и в одно мгновение перестала истерить. – Слышишь, Кира! Это он! Не прошло и трех часов, как он должен был позвонить! Соизволил набрать мой номер! – девушка была на грани нервного срыва, в ее голосе, исключая намеки, звучал сарказм, самый настоящий и ничем не прикрытый.

Телефон продолжал вибрировать. Алиса держала его в руках, оттягивая момент ответа, чтобы успокоиться.

– Да! – она взяла трубку, стараясь говорить как можно спокойнее и равнодушнее.

– Привет, котенок!

Этот голос… Она многое готова была отдать, чтобы слышать его круглосуточно. Предательские мурашки снова побежали по телу.

– Привет, я уже и не ждала, – она не смогла скрыть обиду в голосе.

– Прости, пожалуйста, задержали на работе, – ответ звучал искренне и правдоподобно.

– Я жду тебя через час на том же месте. Очень хочу тебя увидеть… – повисла пауза, Алиса слышала, как он глубоко дышит, – и обнять, – последнее слово он выдохнул очень тихо и нежно.

Алиса растаяла, согретая всего лишь одной искоркой. «Что же со мной будет, если он даст мне огонь?» – подумала она.

– Хорошо. Я буду, – ответила она и положила трубку, чтобы не начать признаваться ему в любви немедленно, ибо голос внутри нее уже кричал: «Скажи ему! Скажи, как сильно влюбилась!»

– Будешь где? Алис, мы же договорились, что купим пиццу, позовем Пашку и будем играть в карты! Пока ты тут получала предложение руки и сердца, я сходила к ребятам на третий и позвала его. Пашка уже пошел покупать пиццу! – Кира затараторила, недовольно сдвинув брови.

– Извини… – Алисе было уже все равно, куда и зачем пошел Пашка и о чем они договаривались. Она начала судорожно рыться в вещах.

– Хорошо, я буду у ребят на третьем, если что, – Кира постояла минуту, но, так и не дождавшись ответа подруги, ухмыльнулась и вышла.

Тем временем одно за другим на пол летели платья, юбки, джинсы. Все было не то! Ничто не могло подойти к такому случаю. Ведь это было свидание с ним! Она должна сиять, блистать, быть манящей и волнующей. У него не должно остаться ни одного шанса! Он должен погрязнуть в ней так же глубоко, как она уже погрязла в нем. Это болото затянуло ее уже по самую шею. Болото. Иначе и не скажешь. Как еще можно назвать чувство, которое отнимает все силы, занимает все мысли, которое больно колет где-то в груди, но из которого невозможно выпутаться, от которого нельзя отмахнуться; а для того, чтобы вырвать его, нужна помощь десятка спасателей.

После мучительной примерки содержимого чемодана Алиса, наконец, остановила свой выбор на любимом белом сарафане и джинсовой жилетке.

Повертевшись несколько минут перед зеркалом, она случайно глянула на часы. С момента его звонка прошел 1 час и 10 минут. Она опоздала.

Девушка бросила быстрый взгляд на косметичку, затем обратно на себя в зеркало, махнула рукой, взъерошила волосы на голове и стремительно выскочила за дверь.

* * *

Замедлив шаг за несколько метров до условленного места встречи, издалека она увидела его.

Роман мерил шагами взад-вперед пространство перед лавочкой. В его руках был букет ромашек. Точнее, уже не букет, а скорее веник. Очевидно, что он совершенно о нем забыл, и поникшие цветки были безжалостно искалечены асфальтом и пылью. Алиса остановилась, чтобы привести в порядок свое дыхание. Она нервничала, теребя пуговицу на жилетке.

Сделав несколько глубоких вдохов и дождавшись, когда молодой человек развернется в ее сторону, она двинулась ему навстречу.

Роман, увидев ее, расплылся в улыбке. Его улыбка сводила ее с ума. Успокоившееся было сердцебиение вновь разогналось с немыслимой скоростью.

Вдруг, вспомнив про букет, он замешкался и смутился. Неуклюже спрятав его за спиной, он выбросил ромашки и отодвинул их ногой. Чтобы скорее выйти из неловкого положения, он поспешил отойти с этого места. Через пару шагов он уже стоял на расстоянии вытянутой руки от Алисы.

– Привет! – от звучания его голоса мурашки, бессовестные и колючие, рассыпались по всему телу.

– Привет, – Алиса выдохнула и, поймав его взгляд, уже не могла отвести глаз.

– Я уже начал волноваться, боялся, что ты не придешь. Иди ко мне! – он протянул ей свою большую и сильную руку. Он с силой притянул девушку к себе, обняв ее одной рукой за талию, а второй начал гладить ее волосы.

«Он боялся…» – эта мысль не покидала ее ни на секунду, словно назойливая муха. Человек не будет бояться, если ему нечего терять. Значит, ему было что. Точнее, было кого – ее! Осознание этого грело и окутывало невидимым пледом счастья ее плечи.

Алиса смотрела в его бесконечные голубые глаза, которые, благодаря сумеркам и свету фонарей, сменили свой оттенок с нежно-голубого на глубокий и даже немного синий цвет.

Она смотрела и тонула. И казалось, она уже никогда не дождется спасательного круга, чтобы вырваться из этого омута.

– Ну как же я могла не прийти, ведь я… – у Алисы с языка чуть не сорвалось, что она секунды считала до этой встречи, но он не дал ей вымолвить больше ни слова. Его губы с жадностью впились поцелуем в ее губы.

Алиса никогда не «пробовала» ничего более вкусного в жизни, чем его губы. Этот вкус был одновременно похож на нежнейший воздушный зефир, клубничный мармелад и молочный шоколад.

Он целовал ее то нежно и томительно, то страстно и грубо, не отпуская даже на мгновение, в то время как земля уходила из-под ног. Казалось, что этот поцелуй длится уже целую вечность.

Наконец, он остановился, нежно провел ладонью по ее щеке и немного отпустил.

– От тебя невозможно оторваться! – прошептал Роман ей на ухо.

– Тогда как тебе это удалось? – к Алисе вернулось спокойствие, и она могла шутить.

– Признаюсь, это было сложно. Я колоссальным усилием воли заставил себя остановиться, – он улыбнулся и чмокнул ее в лоб.

– Пойдем, прогуляемся до одного тихого местечка, где нам никто не помешает.

Он взял ее за руку и повел за собой. Они вышли за территорию городка, прошли порядка трехсот метров по вымощенной плиткой дорожке, и перед Алисой предстал маленький полузаброшенный парк. Когда-то ухоженные кусты теперь походили на заросший терновник. На центральной площадке парка зарастало тиной небольшое озеро, из которого на цементном постаменте ввысь устремлялась точная копия кукурузника.

– Парк авиастроителей, – сказал Роман.

Алиса усмехнулась: какие авиастроители – такой и парк.

– Нам туда, – молодой человек указал рукой вглубь парка.

Они прошлись вокруг озера и свернули на одну из примыкающих к центральной площади парка тропинок. Дорожка была разбита, местами не хватало кусков плитки. Заметно было, что дворника эти дорожки не видели уже очень давно.

Через несколько шагов Алиса увидела большие качели, по всей видимости, много лет назад украденные с одной из детский площадок, так как краска на них давно выцвела и опоры прочно вросли в землю.

– Пришли. Это мое любимое место. Отсюда прекрасный вид на ночное небо, – Рома жестом предложил ей присесть и сам сел рядом.

– Ты знаешь, какое необычайно красивое небо в Питере? Это север, и звезд здесь гораздо больше, они кажутся крупнее и ближе. Это завораживает!

Алиса подняла голову вверх и увидела мириады звезд, до которых, казалось, можно достать рукой.

– Как красиво! – она опустила голову и с нежностью посмотрела на Романа. – Спасибо, что привел меня сюда.

Роман вместо ответа начал целовать ее. Нежно касаясь каждого миллиметра ее лица, его губы скользили вниз. Казалось, еще секунда, и она забудет свое имя, забудет, где она и зачем она здесь. Останется только это чувство бесконечного блаженства и мириады звезд. И его губы…

Но спустя мгновение Алисин слух уловил какое-то движение в зарослях за спиной. Она рукой отстранила Романа, мысленно проклиная свою чувствительность к звукам.

– Подожди, пожалуйста. Мне кажется, здесь кто-то есть, – она внимательно всматривалась в сумерки.

– Тебе показалось. Здесь никого нет. Это ветер, – он взял ее за руку и притянул к себе, но Алиса была вынуждена снова отстраниться.

– Тссс… – она приложила палец к его губам. Шорох повторился вновь, и на этот раз отчетливо было слышно, как с хрустом сломалась сухая ветка под чьей-то ногой.

– Ты слышишь? Слышишь этот хруст? – она вопросительно посмотрела на него.

Неожиданно куст стал расти и приобретать человеческие очертания. Показалась голова, потом туловище, явно мужское. Лунный свет попал на лицо, и Алиса ахнула. Это был Юра.

Он раздвинул руками заросли и, чертыхаясь, выбрался из своего убежища. Через долю секунды он уже стоял возле качелей.

– Ты не послушала меня, да? Не послушала? Ты с ним? – его голос сорвался на крик.

– Кто это? – Роман встал и посмотрел на девушку.

– Это кошмар моей жизни, – прошептала Алиса. – Что ты здесь делаешь? Ты что, следишь за мной? Какого черта? – ее голос звенел, как натянутая струна.

– Да кто это? – Рома впервые повысил голос, и Алиса вздрогнула. Оказывается, он может кричать.

– Я ее будущий муж! А вот о тебе слава на весь городок уже идет! Ловелас хренов! – Юра явно не собирался подбирать выражения, он повернулся к молодому человеку и бросил на него яростный взгляд.

– Алиса, что он несет, это правда? Муж? – у Романа на лице появилось выражение полнейшего недоумения и растерянности.

– Нет, конечно! Я его вижу второй, ну ладно, третий раз! Он живет в моем корпусе, на несколько этажей выше. Дружит с Артемом, парнем моей подруги, Киры. Вчера познакомились, когда шли с ней домой. А сегодня вечером он уже пьяный ворвался ко мне в комнату и нес полный бред про замужество, пироги и тебя, – Алиса посмотрела Роману в глаза. – Что он имеет в виду, когда говорит, что ты известный ловелас?

– Да я его вообще первый раз вижу! – Роман явно нервничал, поочередно сжимая руки в кулак.

– Зачем ты с ним знакомилась? Тебе меня мало? – его глаза извергали гром и молнию. Он ревновал, и Алисе было одновременно страшно и радостно.

«Ревнует», – подумала она и незаметно улыбнулась.

– Я из вежливости. Ничего личного. Здравствуйте и до свидания. Мне он как шел, так и ехал. Я не виновата, что он прицепился ко мне, как банный лист. Нафантазировал себе, и вот, пожалуйста. Уже следит за мной в кустах. Дожила.

– Слушай, фантазер. Шел бы отсюда! – Роман повернулся к Юре и воинственно начал постукивать ладонью по сжатому кулаку. – Девушка говорит, что ты ей безразличен, услышал?

– Юра, иди, пожалуйста. Мне очень жаль, но ты не в моем вкусе! Давай по-хорошему, – Алиса жестом указала ему направление.

– Ты пожалеешь, ты очень пожалеешь!

Он развернулся и резко зашагал прочь. Алису трясло. Она посмотрела на Романа.

– Почему ты молчишь? – она видела, как он изменился в лице, скрестил руки на груди и отвернулся.

– Я очень, очень ревнивый, понимаешь? – проговорил он сквозь зубы. – У меня руки чешутся посчитать ему зубы!

– Я понимаю, но я тебе клянусь, я его даже за руку не держала. А сегодня выгнала из комнаты, когда он пришел и начал нести свой бред! – она подошла к нему и взяла за руку.

– Скажи мне, почему он говорит, что я пожалею, и что о тебе гуляет нехорошая слава? – она задала этот вопрос не для того, чтобы услышать правду, а для того, чтобы услышать то, что ей хотелось больше всего в тот момент. Услышать, что это ложь.

– Не слушай, он не знает ни меня, ни моих друзей. Он не может ничего знать. Это ложь, – он, наконец, посмотрел ей в глаза, выражение лица смягчилось.

Алиса закрыла глаза, мысленно поблагодарив вселенную за этот ответ.

– Я так хочу в это верить. Но почему-то все вокруг твердят мне об одном – что я не нужна тебе, что ты поиграешь со мной и выкинешь, что я не должна влюбляться и строить воздушные замки. Мне страшно, понимаешь? – она высказала ему все, что таилось в ее душе, и стало легче.

– Какие глупости, ну кто тебе такое говорит? Девочка моя, я не отдам тебя никому, никогда! Не отдам! – он прижал ее к себе, Алиса уткнулась головой в его плечо, крупные слезы покатились по щекам. Эмоции вырвались на свободу, и она радовалась этим слезам, веря, что они смоют все сомнения.

– Пойдем, я провожу тебя, хорошо? – он взял ее за подбородок и посмотрел в глаза. – Мне завтра рано вставать на работу.

– Хорошо, – она кивнула.

– Ты мне веришь? – его голос звучал как прежде, волнующе и тепло.

– Угу… – Алиса всхлипнула и опустила голову.

Роман взял ее за руку, обхватив второй рукой за талию.

– Если бы ты только знала, как мне тяжело сейчас тебя отпускать. Я хотел бы украсть тебя, спрятать от посторонних глаз и никому не раскрывать секретного укрытия, – он засмеялся. – Хотя нет, так можно и за решетку угодить. Ведь это самое настоящее похищение человека.

Алиса улыбнулась, крепче сжав его руку.

Перед входом в корпус общежития стояла компания молодежи. Алиса узнала голос своей подруги, которая с кем-то весело щебетала.

– А вот и Кира, виновница моего знакомства с Юрой, ты ее помнишь? – Алиса кивком головы указала на подругу.

– Возможно, я не запоминал ее, был всецело поглощен тобой, – Рома улыбнулся и сильнее прижал ее к себе.

– О! Рома, привет! – молодой человек из компании на крыльце узнал его и замахал рукой. – Иди к нам!

– Кто это? – спросила Алиса шепотом.

– Знакомый с этажа, общаемся иногда.

– Приветствую! – Роман протянул руку, чтобы поздороваться.

– Кто эта прекрасная леди с тобой? – молодой человек посмотрел на Алису и подмигнул.

– Это моя девушка, Алиса! – с гордостью ответил он. – Смотреть издалека, трогать запрещено! – Рома обнял девушку и засмеялся.

– Ну, это само собой! – молодой человек поддержал шутку Романа и тоже рассмеялся.

На смех парней, наконец, обернулась Кира, которая, как оказалось, уже проводила время с Артемом.

– Алиса, привет! А я уже хотела тебя разыскивать! Через 10 минут вход закроют, мы же не хотим повторения? – она посмотрела на подругу как заядлый заговорщик и хихикнула, прикрыв рот рукой.

Алисе совершенно не хотелось вспоминать ту ночь, ей хватило разборок с Юрой по самое горло, она метнула на подругу испепеляющий взгляд и сделала еле заметное отрицательное движение головой. Кира понимающе кивнула головой и резко начала тараторить на отвлеченную тему.

– Дорогая, ты не представляешь, какую вкусную пиццу мы сегодня ели! Ты много пропустила!

– Ничего, я сегодня тоже попробовала кое-что вкусное на ужин, – Алиса прижалась к Роману и нежно поцеловала его в шею. Он улыбнулся, наклонился к ней и смачно поцеловал в губы! Компания на крыльце замерла в молчании.

– До завтра. Я наберу после обеда, – он медленно выпустил ее руку.

– До завтра, – Алиса скорее выдохнула, чем сказала.

– Всем пока, – Рома вскинул руку наверх, развернулся и ушел.

– Пойдем спать, – Алиса взяла подругу под руку, и они скрылись в тени огромной железной двери.

Зайдя в комнату, Алиса обняла подругу и разрыдалась.

– Ты чего? Все же хорошо! Что с тобой? – Кира погладила Алису по голове.

– Да, все от-отлично, н-но в этом-то и соль, – всхлипывая, проговорила девушка. – Я уже считаю секунды до отъезда! Ну почему я тебя не послушала?! Зачем я так в него втрескалась? – уже было успокоившись, Алиса разразилась новыми рыданиями, припав к плечу подруги.

– Ну-ну, моя хорошая. Все будет! Все еще будет.

Алиса продолжала всхлипывать, уставившись в одну точку на стене. Кира молча гладила подругу по голове, не зная, чем помочь безнадежно влюбленной девушке.

Постепенно Алиса пришла в себя. Смахнув с лица слезинки, она посмотрела на себя в зеркало. Отражение ей демонстрировало опухшее от рева лицо с черными подтеками от туши, красные глаза и нос.

– Какой кошмар… – она взяла салфетку и начала усиленно сдирать с лица застывший макияж.

– Ты не представляешь, что сегодня было! – Алиса продолжала усиленно стирать с лица следы своей слабости. – Угадай, кто за мной следил в кустах?

– Следил в кустах?! Кто? – Кира от удивления открыла рот.

– Юра! Ты представляешь?! Он сидел в кустах прямо перед нами, потом вышел и начался цирк! Заявил, что он мой будущий муж и угрожал Роме.

– А что Рома?

– Он заревновал, – Алиса отвернулась от зеркала и с хитрой улыбкой посмотрела на подругу, – выглядел очень сердитым, даже кричал!

– Да уж, весело тебе было, – Кира неодобрительно покачала головой.

– Да, скучать не пришлось, – Алиса внимательно посмотрела в зеркало на свое лицо, разглядывая каждую клеточку и, убедившись, что следов туши больше нигде нет, наконец, отошла от него.

– Эти приключения очень выматывают. Мне кажется, что я могу проспать сутки.

Девушка посмотрела на свой чемодан, который так и стоял неразобранным, напоминая извергающийся вулкан из нарядов и косметики. Немного покопавшись в нем, она достала любимую пижаму, надела ее и быстро прыгнула под одеяло. Повернувшись на любимый бок, уже засыпая, прошептала подруге: «Спокойной ночи».

* * *

Алиса открыла глаза, не понимая, почему продолжает звонить телефон, ведь она уже ответила на звонок во сне. Через мгновение она осознала, что вибрирующий телефон ей не снится, а находится под подушкой, где продолжает настойчиво жужжать.

– Рома! – Алиса прошептала его имя, ее рука скользнула под подушку, а лицо расплылось в умиротворенной улыбке.

Это был не он. Как же ей хотелось, чтобы его смс или звонки по утрам стали традицией, но это был не он. Будильник уже хрипел, сигнализируя о том, что пора вставать.

Алиса сморщила лоб, отключила будильник и уставилась в потолок, мысленно смиряя свое сознание с тем, что это не он, а всего лишь будильник.

– Кира, подъем! – Алиса громко крикнула и встала с кровати.

– Уже? Может быть, еще 5 минут? – подруга потянулась и начала зевать, прикрывая рот ладонью.

– Не может быть. Проснись и пой! Нас ждут великие открытия. Сегодня Петергоф, – к Алисе вернулось ее хорошее настроение. В конце концов, провести день в таком чудесном месте не самый плохой повод, чтобы проснуться.

Через сорок пять минут обе девушки при полном параде стояли на крыльце в ожидании Валерии Сергеевны.

– Алиса, привет! Говорят, ты тут с местным замутила? – спросил Пашка, переминаясь с ноги на ногу, смущенно потупив взгляд в пол.

– Что значит замутила? Это во-первых. И какое тебе дело? Это во-вторых. – Вопрос разозлил ее, и она с гневом посмотрела на него.

– Нууу… ты с ним гуляешь в обнимку и все такое… – он уже и сам был не рад тому, что задал эти вопросы.

– Паша, не беси меня!

Алиса уже было хотела разразиться гневными репликами, но в этот момент на пороге появилась преподавательница. Девушка погрозила своему поклоннику кулаком, и он поспешил ретироваться.

После инструктажа компания студентов, разбившись на кучки, отправилась к месту сбора.

Поездка до Петергофа заняла около часа.

Алиса с упоением наслаждалась видами из окна экскурсионного автобуса, предвкушая, какое удовольствие она получит от созерцания великолепия знаменитого памятника истории и культуры под открытым небом.

Автобус остановился возле высокого забора с кирпичными столбами. Алиса вышла и увидела великолепный парк. Ровные, открытые площадки сада, покрытые идеальным газоном со скульптурами, прямоугольные зеркала прудов, стриженые липовые аллеи по обе стороны центральной лужайки, трельяжные галереи, беседки, закрытые рощицы с плодовыми посадками внутри, узорные цветники с кадочными растениями и фонтаны – все это волшебство предстало ее взору.

Она с восхищением зашла в большие и величественные ворота. Кира, открыв рот от увиденного, стояла, вцепившись в решетки забора, умудрившись при этом просунуть между ними свой любопытный нос.

– Идем же! Посмотри, какая красота! – Алиса обернулась и поманила подругу за собой.

– Уже бегу! – восхищенная Кира не заставила себя долго ждать, и уже через минуту подруги, взявшись за руки, направились вглубь сада.

Особое очарование верхнему саду придавали фонтаны. Внимание Алисы привлек третий в ряду фонтан. В центре бассейна, на основании в форме морской звезды, окруженная шестью дельфинами, возвышалась мраморная скульптура Купидона, надевающего маску.

«Купидон! Твоя стрела попала в самую цель», – подумала Алиса, разглядывая скульптуру.

Обогнув фонтаны и Церковный флигель Большого дворца, подруги попали на площадку, с которой открывался великолепный вид на нижний сад. С террасы Большого дворца открывалась величественная панорама Большого каскада, Морского канала и моря. Огромные лестницы по бокам каскада были увенчаны многочисленным позолоченными статуями, из каждой ступени выбивался упругий поток воды, образуя немыслимый праздник воды. Мерцающие струи, сбегая по небольшим уступам, перетекали в Большой ковш, в центре которого – главная фигура водного торжества – Самсон, разрывающий пасть льва. Берега Морского канала, воды которого под сенью вековых сосен величественно отражали синее небо, обрамляла Аллея Фонтанов, образованная двадцатью двумя круглыми плоскими чашами, над каждой из которых трепетала, подобно хрустальному дереву, огромная струя воды. От увиденного захватывало дух.

– Ты когда-нибудь видела что-то подобное? – Алиса, взволнованная красотами парка, с вопросом посмотрела на подругу.

– Разве что в своих снах или фантазиях! – Кира с восхищенной улыбкой посмотрела на подругу, правда, сменив ее на встревоженное выражение: – Мы, кажется, отстали от своих, надо бы их найти.

– Это будет сложно, посмотри, какого масштаба парк! Но ты права, идем!

Девушки решительно двинулись на поиски своей группы.

Спустя несколько часов, измученные путешествием по безграничным просторам парка, в промокшей одежде (спасибо потешным фонтанам), они вышли на набережную Финского залива.

Вечернее солнце цветными бликами играло на воде, на которой семья уток умиротворенно чистила свои перышки, качаясь на легких волнах. Алиса сняла туфли, подвернула джинсы и зашла в воду. Холодная вода остудила горящие ступни, по коже побежали мурашки. Постояв так несколько минут, она присела на огромные камни не берегу и достала из кармана телефон.

Ни сообщений, ни пропущенных звонков. Ничего. Время обеда давно прошло, телефон молчал. Ее снова накрыла волна нервозности, она жалобно посмотрела на подругу.

– Не звонил? – Кира уже понимала ее без лишних слов.

– Нет, – Алиса опустила голову и закрыла лицо руками.

– Не переживай, пожалуйста. Еще не вечер. К тому же, насколько я поняла за тот короткий период времени, который я его знаю, это нормально, что он не держит слово. Появится попозже, – Кира подошла к подруге и присела на соседний камень.

– Как скажешь, – Алиса посмотрела на нее и ухмыльнулась. – Ожидание убивает, но ничего не поделаешь. Все хорошо, – и она вновь устремила свой взгляд вдаль, надеясь, что неторопливые волны финского залива усмирят сердцебиение в ее груди.

– Ты знаешь, всегда есть немного правды за каждым «Я шучу», немного эмоций за каждым «Мне без разницы» и немного боли за каждым «Всё хорошо». Если тебе больно – скажи мне об этом!

– Мне не больно, мне страшно… Это ведь ненормально, так ждать звонка и так переживать, когда его нет, правда? – Алиса смотрела в глаза подруги в надежде найти там ответы на свои вопросы.

– В том-то и дело, что нормально. Было бы ненормально, если бы ты была спокойна. Если ты спокойна – значит, нет эмоций, а если нет эмоций – это не любовь. Остается только поздравить тебя – в твоем сердце поселилась любовь, – Кира притронулась ладонью к груди подруги как раз в том месте, где с бешеной скоростью колотилось ее сердце. Алиса прижала ее руку своей рукой.

– Любовь… – выдохнула девушка.

Неожиданно для себя Алиса услышала знакомый голос. Обернувшись на него, она увидела Пашку, который громко говорил с кем-то по телефону.

– Мы спасены! – Алиса толкнула подругу в бок и указала рукой на однокурсника. – Смотри!

– Слава Богу! А то я уже начала переживать, как нам их найти.

– Паша! Мы здесь! – Кира начала махать руками.

Молодой человек, заметив девушек, сделал недовольное лицо, но все же пошел в их направлении.

– Вот вы где. Опять отбились от «стаи». Вас Валерка прибьет. Заставит писать реферат, так и знайте. В Эрмитаже сбежали, здесь тоже потерялись.

– Какой такой Валерка? – Алиса удивленно посмотрела на парня.

– Валерия Сергеевна. Если бы вы общались с нами чаще вместо того, чтобы искать приключения на свою пятую точку, то сейчас не задавали бы этих вопросов, – Пашка скривился и отвернулся от девушек, демонстрируя обиду.

– А, ясно. Спасибо, что просветил. А с кем мне общаться и что мне делать, я решу самостоятельно. Если мне потребуется твоя помощь в принятии решения, я знаю, где тебя найти, – Алиса съязвила, выплеснув свое напряжение на молодого человека, чему была очень рада.

– Идемте уже, автобус через 20 минут отправляется. Как раз нам добраться до верхнего сада, – не поворачивая головы, он развернулся и пошел. Алиса и Кира встали с валунов и отправились следом за ним.

Усевшись в автобус, девушка достала из кармана телефон и крепко зажала его в руке. От ожидания и неизвестности кругом шла голова. После обеда – это во сколько? Это сразу после часа или это любое время до ужина? Или это условно и означает, когда ему будет удобно? В голове у нее, как назойливый пчелиный рой, один за другим возникали вопросы, на которые она не могла дать ответа.

Вернувшись уже затемно в отвратительном настроении, Алиса хотела только одного – принять душ и закутаться в одеяло, чтобы унять, наконец, чертовы мурашки, которые не давали ей покоя с того момента, как она достала из кармана свой телефон.

* * *

Быстрым шагом от метро Алиса мчалась домой, не замечая лиц прохожих, сигналов светофоров, витрин магазинов и вывесок ресторанов. Подруга с трудом поспевала за ней, периодически останавливаясь, чтобы отдышаться.

Свернув с тротуара на дорожку, ведущую в городок, Алиса глубоко вздохнула, мысленно пообещав себе не рассматривать лица молодежи на улице, чтобы ненароком не узнать в них его.

Приближаясь к заветной лавочке, она зажмурилась, отчетливо разглядев две мужские фигуры на горизонте, освещенные тусклым фонарным светом.

Одна из фигур заставила екнуть ее сердце и ускорить шаг. Подойдя чуть ближе, она уже не сомневалась, увидев до боли знакомые очертания лица и модельную светлую стрижку.

– Твой? – Кира посмотрела на подругу.

– Вряд ли мой. Был бы мой – не поступал бы так! – обида переполняла ее душу, и ей не хотелось о нем говорить.

К сожалению, менять маршрут уже было поздно – ее заметили. Роман, увидев ее, расплылся в улыбке. Алиса, сжав зубы, еле сдерживая слезы, демонстративно прошла мимо, не бросив даже косого взгляда на любимого человека. Зато Кира наградила его таким взглядом, что он от удивления открыл рот.

– Алиса! – молодой человек, застывший было в недоумении на долю секунды, бросился вдогонку за девушкой. – Алиса, подожди!

Догнав ее, он схватил ее руку и с силой потянул на себя, заставив обернуться.

– Алиса! Что с тобой? Ты не узнаешь меня? – он посмотрел в ее сверкающие гневом глаза и невольно сделал пару шагов назад. В его голосе читалось неподдельное непонимание происходящего.

– Отчего же? У меня отличная память. В отличие от некоторых! – сквозь зубы ответила ему девушка.

Роман понимающе покачал головой, сильнее сжав ее руку.

– Прости, пожалуйста. Я помню, что должен был позвонить, но мой телефон вытащили из заднего кармана джинсов в метро, в давке. Так что до завтра я без мобильника. Я был в твоем корпусе, вахтерша ваша сказала, что вы не возвращались еще, поэтому сижу тут уже 3 часа, поджидая тебя, – он посмотрел ей в глаза, в его взгляде она увидела бесконечную нежность.

Его слова звучали так искренне, что Алиса смягчилась. Ее взгляд перестал метать громы и молнии, а ее рука в его руке, сжатая до этого момента в кулак, постепенно расправилась.

– Я замерз без тебя и жутко соскучился! Иди сюда! – он легонько потянул на себя ее руку. Ее не пришлось долго уговаривать, она с радостью поддалась на его просьбу, с облегчением прильнув к нему и уткнувшись своим лицом в его шею.

– Хм, я так понимаю, что могу идти домой сама? – Кира, молча наблюдавшая за этой сценой, не дожидаясь ответа, развернулась и уже спокойным прогулочным шагом отправилась к своему корпусу.

Его запах сводил ее с ума! Все те же нотки цитруса, корицы и пачули. Она глубоко вдохнула, наслаждаясь этим ароматом. Они стояли, прижавшись друг к другу, и молчали. Неизвестно, сколько прошло времени, пока она, наконец, собрав в кулак свою волю, смогла мягко отстраниться от него.

– Ты сведешь меня с ума! – сказала она, посмотрев в его бездонные голубые глаза. Потом вздохнула и перевела взгляд в пол.

– Даже не так, ты уже свел меня с ума! Что ты со мной делаешь? Я превращаюсь в истеричку, как только стрелки часов приближаются к назначенному тобой времени! – она снова подняла голову и с вопросом смотрела в его глаза. Эмоции больше не удавалось держать под контролем, и тон голоса выдал ее с головой. Сказав это, она покраснела, осознав, что только что сдалась на милость победителя, без боя и сопротивления. Сдалась, не дожидаясь даже официального объявления осады. И от этого сердце, принадлежащее ему, сжалось в комок. Ей стало страшно.

Вместо ответа он взял в ладони ее лицо, и начал нежно целовать каждую его клеточку. Миллиметр за миллиметром, его губы скользили сверху вниз, пока не достигли ее губ.

Сделав глубокий вздох, он впился в них страстным поцелуем. Кровь огнем разлилась по венам девушки, обжигая горло. Казалось, что еще немного кислорода в ее легких – и этот огонь превратиться в пожар, взорвет ее душу. Она старалась дышать медленно, захватывая минимальное количество воздуха, чтобы не провоцировать пламя внутри себя. Наслаждаясь вкусом его губ, упиваясь теплотой его рук, пьянея от аромата его духов, Алиса в полной мере в это мгновение осознала, что такое любить.

Когда его губы плавно скользнули на ее шею, найдя себе пристанище в самом манящем месте, где пульсировала вена, она открыла глаза и откинула голову назад. Он добрался до ее уха и прошептал:

– Не уходи сегодня, останься со мной, прошу… – Роман быстро и нежно поцеловал ее в пульсирующую вену у виска, и его глаза снова оказались напротив ее глаз.

– А как же тот молодой человек? Это твой сосед? – Алиса взглядом указала на молодого человека, который все это время оставался на лавочке, вальяжно на ней расположившись и наблюдая, как облака на небе поочередно скрывают за собой луну.

– Нет, это просто знакомый. Сейчас я живу один. Все разъехались на лето.

– А ты почему не уехал?

– Понимаешь, у меня есть цель. Для ее реализации необходимо много работать. Мне нельзя терять время.

– И что же это за цель?

– Обычная такая цель иметь свое дело. И оно у меня будет, – Роман улыбнулся и мечтательно посмотрел на ночное небо.

– И в какой области? – Алисе стало любопытно, о чем мечтает любимый человек.

– Много будешь знать, сама знаешь, что случится! – Роман ущипнул ее за талию и рассмеялся.

– Ну, так что, составишь мне сегодня компанию? – он поднял бровь и игриво посмотрел на девушку.

Ее разум настоятельно требовал отказать ему в этом непристойном предложении. Алиса прекрасно осознавала, что ее ждет в случае согласия, но самое страшное было то, что именно этого она больше всего желала сейчас. Мысленно приказав своему голосу разума заткнуться, она просто кивнула ему, стыдливо спрятав голову у него на плече.

– Тогда нам предстоит секретная операция, – Рома загадочно улыбнулся.

– Какая еще операция? Ты сегодня не перестаешь меня удивлять!

– Нам нужно будет отвлечь вахтера на входе в мой корпус и тайно провести тебя на этаж. Взятки и уговоры не применять, так как не помогает, проверено.

Алису передернуло от его ответа. «Что значит, проверено? Я не первая, не вторая и даже не третья девушка, которую он так приводит к себе?!»

– Что значит, не помогает? И на ком проверено? – она с недоверием посмотрела на него.

– А-а-а, ты ревнуешь? Тебе же наговорили уже про меня с три короба твои «будущие мужья». Ну да, не буду скрывать. Ежедневно толпы девушек осаждают мою комнату, а поскольку я не железный, приходится иногда потакать их желаниям, – совершенно очевидно, он решил действовать согласно известной тактике «лучшая защита – это нападение».

– Не надо иронии, – Алису разозлил его ответ.

– Глупенькая моя, я же шучу! – его голос стал обволакивающим и гипнотизирующим. – Конечно, ко мне иногда приходят гости, друзья. Ведь речь идет не только о женском поле. Наша вахтерша как цербер хранит вход в общежитие, муха не проползет. Девушек тоже приводил, я же не монах. Но последний раз это было о-о-о-очень давно, – слово «очень» он растянул, тем самым усиливая эффект от сказанного. – Ты мне веришь?

Ему невозможно было не верить, даже если он врал. Стоило только один раз утонуть в его глазах, чтобы, заколдованной этим взглядом, соглашаться на все и со всем, что бы он ни говорил.

– А у меня есть выбор? – Алиса с усмешкой посмотрела ему в глаза. – Ты же уже видишь, насколько я к тебе привязалась. При всем моем желании я не могу тебе не верить, – четко разделяя слова в предложении, она произнесла последнюю фразу, специально акцентируя его внимание на этих словах.

– У тебя нет причин мне не верить. Я ни в чем тебя не обманул и не собираюсь этого делать дальше!

Он говорил искренне, или ей хотелось, чтобы это так было. По большому счету, ей ничего не оставалось, как с улыбкой принять его слова за истину. Ведь в противном случае ее ждало бы самое большое в ее жизни разочарование из-за самого короткого в ее жизни романа. Парадоксальность ситуации веселила и пугала одновременно. Ей захотелось прямо сейчас задать ему свои главные вопросы: «Не собираешься обманывать дальше, это значит что? Что ты не собираешься ставить точку в наших отношениях после моего отъезда? Или то, что ты не будешь обманывать меня до отъезда? Или, может быть, ты и вовсе не позволишь мне уехать?» Как же ей хотелось сказать это вслух и услышать: «Не позволю уехать, не отпущу, никому не отдам». Но страх услышать противоположные по смыслу ответы пугал ее гораздо сильнее.

– Хорошо! – она не знала, что еще ему сказать.

– Пойдем! – он взял ее за руку, другой рукой сделав прощальный жест товарищу на лавочке, который кивнул ему в ответ.

Остановившись на ступенях перед входом в его корпус, он отпустил ее руку.

– Подожди меня здесь минуту, пожалуйста, я быстренько разведаю обстановку, – Рома как тень прошмыгнул в дверной проем и скрылся в его темноте.

Алиса засунула руки в карманы джинсов и втянула голову в плечи, недоверчиво озираясь вокруг. Ей было непривычно от того, что она как заправский шпион собирается проникнуть в «святая святых» – жилище молодого человека.

– Идем! – его голова показалась из-за двери, через секунду он уже протягивал ей руку.

– А как же вахтер?

– Я отправил ее к девчонкам смотреть бразильский сериал, пришлось, конечно, постараться, расписывая страсти, происходящие в предыдущей серии, но мне это удалось, – он повернулся к ней и улыбнулся, будучи довольным собой.

– А ты, оказывается, мастер по части обаять женщин.

– Тсс, комната на первом этаже, она попросила не закрывать дверь, чтобы выглядывать и смотреть за проходной, – шепотом ответил ей Роман, приложив палец к ее губам.

На цыпочках они прокрались к лестнице. Неожиданно Рома подхватил девушку на руки и с легкостью, словно пушинку, поднял на второй этаж. Опустив ее на ноги, он звонко поцеловал ее в щеку. Этот звук эхом разлетелся по длинному коридору, и Алиса вздрогнула, осматриваясь, не мог ли кто-то подслушать или увидеть их. Ее начинало трясти. Чем ближе было то, чего ей так хотелось, тем больше она нервничала.

– Нам туда! – он рукой указал на вторую дверь по коридору справа от лестницы.

– Хорошо, – Алиса кивнула.

Комната не отличалась ничем от таких же комнат таких же студентов во всех городах. Старенький холодильник при входе, фанерная перегородка, разделяющая комнату на зоны, казенные занавески на окнах с решетками, старый телевизор с огромным кинескопом на школьном столе, стул и две односпальные кровати. Беспорядок в комнате свидетельствовал о том, что здесь давно не было женской руки. Алиса выдохнула. Он не врал – девушки действительно нет. На стене над одной из кроватей висело большое количество постеров с календарями и гоночными автомобилями.

– Вот так я и живу. Пока так, – Рома встал посреди комнаты, упершись руками в бок.

– Миленько, хотя прибраться не мешало бы, – в Алисе заговорила хозяйка.

– Чаю? Или чего покрепче? – Роман подошел к фанерной перегородке, возле которой обосновался старый кухонный ящик. – Я, правда, сам не пью, занимаюсь спортом, плаваю. Но если ты хочешь, у меня есть вино.

– Чая достаточно.

– Ну и отлично. Я сейчас схожу, поставлю чайник на кухне.

Алиса забыла, что здесь нет своей кухни, и поспешила его остановить.

– Стой. Не надо чая. Ничего не надо. Не оставляй меня одну, – голос ее предательски дрогнул, но она набралась мужества и протянула ему свою руку.

Роман спустился взглядом на ее руки, затем обратно в глаза, выключил в комнате свет и подошел к девушке.

Молодой человек запустил в ее блестящие светлые волосы свою руку и начал перебирать локон за локоном, играя ими и любуясь. Вторая рука плавно и нежно легла на ее талию. Алиса закрыла глаза и решила полностью ему довериться. Горячее и обжигающее чувство волной накрывало каждую клеточку ее тела. Приятная дрожь растекалась по ее плечам, спускаясь все ниже и ниже. Почувствовав его горячее дыхание совсем близко от своего лица, Алиса приоткрыла глаза, чтобы убедиться в своих ощущениях, и снова закрыла, почувствовав на своих губах его губы. На этот раз он не был резким и страстным. Словно лепестки чайной розы, его поцелуи падали на ее губы, нежно и трепетно касаясь их. С каждым таким упавшим лепестком ей становилось все труднее сдерживать нахлынувшее желание. Хотелось уловить вкус его губ, впиться в них одновременно страстно и нежно, но они раз за разом ускользали от нее, словно игривые бабочки, которые, едва коснувшись поверхности крылом, тут же взлетали ввысь. Это разжигало огонь в ее груди, который заставлял быстрее биться сердце. А бабочки уже порхали своими крыльями над ее шеей, спускаясь все ниже и ниже. И невозможно было сопротивляться той страсти, которая спускалась на нее, как небом данная благодать. Его руки, коснувшись ее плеч, нежно спустили бретельки сарафана, и он, лишившись поддержки, стремительно соскользнул вниз, обнажив ее пылающую душу.

Роман, не отрываясь от ее губ, вновь подхватил ее на руки и отнес на кровать. Спокойная и неторопливая нежность покинула его здесь, и он, словно ураган, обрушился на трепещущую девушку, стремительно скинув с себя одежду. Алиса, отдавшись на милость своего победителя, вцепилась в его спину ногтями, оставив глубокие следы своей любви не его коже.

Ни с чем несравнимая волна наслаждения накрыла их с головой, и они, отдавшись своей страсти, не в силах были оторваться друг от друга.

Он засыпал на ее груди. Алиса же не могла уснуть. Она гладила рукой его волосы и ловила каждый его вздох, стараясь записать эти мгновения счастья на диск своей памяти. Лунный свет, проникший в окно его комнаты и сломленный о решетки, рисовал замысловатые узоры на его спине и плечах. Ее кожа пропиталась его запахом, и она с наслаждением вдыхала этот аромат, который витал над их телами.

Она посмотрела на лицо спящего мужчины, стараясь как можно подробнее рассмотреть каждую его черточку. Хотелось пересчитать ресницы и обвести пальцем вокруг губ, чтобы ни одна деталь не ускользнула от нее. Казалось, что она знает его уже тысячу лет, и что так теперь будет каждую ночь: она будет засыпать в его объятиях, освещенная лунным светом и счастливая до безумия. Подумав об этом, Алиса улыбнулась и безмятежно закрыла глаза, погружаясь в глубокий сон.

Открыв глаза, она зажмурилась. Яркое солнце ослепило ее. Роман по-прежнему спал на ее груди, посапывая, как ребенок. От нахлынувшей нежности на глаза навернулись слезы. Осторожно, стараясь не потревожить его сон, она выбралась из его объятий. На цыпочках она прокралась к столу, на котором оставила свой телефон. Посмотрев на часы, Алиса ахнула. Если верить стрелкам на экранных часах, было раннее утро, рассвет, а ей казалось, что она проспала все на свете. Недолго думая, она надела сарафан, затем жилетку и босая, взяв свои туфли в руки, чтобы они не стучали по полу, подошла к спящему мужчине. Присев на корточки перед кроватью, девушка в последний раз посмотрела на его удивительное и безмятежное лицо, и с уст шепотом сами собой сорвались слова:

– Сколько бы времени мы не провели вместе, мне всегда будет мало… Даже если вместе будем всегда, везде и постоянно… Я знаю, ты меня не слышишь, но я верю, что меня слышит твое сердце, – Алиса едва коснулась губами его лба и, не оглядываясь, вышла из комнаты.

На первом этаже при включенной настольной лампе, свернувшись в комочек на тесном диванчике, спала вахтерша. Алиса как мышка прошмыгнула мимо нее, но вертушка на проходной предательски скрипнула. Вахтерша, как заправский солдат, резко вскочила с дивана, крикнув вслед убегающей девушке:

– Стоять! Кто такая? – Алиса замерла, как вкопанная, с трудом заставив себя обернуться.

Женщина сидела на диване, протирая очки и пронзительно рассматривая девушку.

– С какой комнаты? Где пропуск? – вахтерша явно не собиралась униматься.

– Я его в комнате забыла, с 405-ой, – соврала Алиса.

– 405 – мужская! – она даже не сказала, а рявкнула!

Алиса стыдливо потупила взгляд, не зная, что сказать, краснея и бледнея одновременно.

– Опять Ромка кого-то притащил, все ясно. Ладно, иди уже, чего стала! Эх, молодежь… – женщина протяжно зевнула, потянулась, сняла очки и снова улеглась на диван.

Алиса, как загнанный зверек, перед которым открыли клетку, со всех ног рванула на улицу.

Остановившись перед своим корпусом, она только теперь поняла смысл слов, сказанных ей вдогонку. «Опять Ромка кого-то притащил… Опять? Что значит опять? Почему опять?». Алиса закусила от обиды губы, стало совершенно ясно, что она попала в ловушку. Но как теперь из нее выпутаться? Ответа не было.

Она закрыла руками лицо, стараясь придти в себя. В голове возникал один вопрос: почему?

Неожиданно заскрипела огромная железная дверь, из которой показалась знакомая голова все в том же розовом берете.

– Заходи, чего стоишь? – Беретта с ухмылкой посмотрела на девушку. – Да не бойся, не выдам тебя «вашей», что ж я, молодая не была? – женщина ухмыльнулась и мечтательно подвела глаза.

Словосочетание «молодая Беретта» вызвало у Алисы приступ еле сдерживаемого хохота. Она рукой прикрыла рот, расплывшийся в улыбке, и быстро проскочила внутрь, мысленно благодаря ее за то, что та так вовремя открыла дверь и уберегла ее от очередного потока слез.

Девушка постучала в дверь и, облокотившись об дверной косяк, стала ждать. Заспанная Кира открыла дверь. Увидев подругу, она расплылась в хитрой улыбке.

– Ночная бабочка, припорхала? – сказала она, впуская Алису внутрь.

– Да уж, скорее приползла, прибитая тапком, – Алиса посмотрела на себя в зеркало, глаза опять были красные от подступающих слез.

– Что опять не так? Я думала, ты провела ночь любви.

– Так оно и было. Ночь любви и утро разочарований.

– А поподробнее?

– Вахтерша на проходной выдала его с потрохами, только что, когда я уходила.

– В каком смысле выдала?

– В прямом. Так и сказала: «Опять Ромка кого-то притащил», – Алиса посмотрела на подругу с такой болью, что у Киры екнуло сердце.

– Ну, подожди, чего ты опять выдумываешь? Подумаешь, сказала. Она что, свечку ему там держит? Поговори сначала с ним.

– Опять будет врать. И самое обидное, что я ему поверю, – девушка подошла к окну и, облокотившись на подоконник, стала рассматривать, как стая голубей возле лавочки подбирает остатки ночных пиршеств.

– Ты знаешь, самое ужасное, что я не могу заставить себя порвать с этим, – сказала Алиса, повернувшись лицом к подруге. – Он для меня стал как воздух, я задохнусь без него. Понимаешь?

– Попала ты, подруга, лучше бы дома сидела, – Кира подошла поближе и устроилась рядом на подоконнике.

– Ты мне лучше расскажи, как прошла ночь?

Алиса смущенно заулыбалась, повернувшись к подруге. Ее глаза засияли, с лица исчезла даже тень печали, еще минуту назад оставившей там свою печать.

– Ты правда хочешь это услышать?

– Конечно, хочу! – глаза Киры загорелись любопытством.

– Это было вол-ше-бно! Он просто бог! – щеки девушки покрылись смущенным румянцем.

– Даааа? А я думала, так себе! – Кира хихикнула.

– Завидуй молча, дорогая! – Алиса легонько толкнула подругу в бок. – Спасибо, что подняла мне настроение!

– Всегда пожалуйста!

– Мы сегодня куда-то идем по плану?

– Нет, у нас свободный день. Предлагаю выспаться, наконец.

– Поддерживаю, – Алиса достала из кармана телефон, на часах было 6.30. Она отключила его и спрятала в сумку.

Через пару минут уже в любимой пижаме Алиса, закутавшись в одеяло, старалась уснуть, прогоняя прочь из головы беспокойные мысли. Уткнувшись носом в подушку, она спустя мгновение открыла глаза. В воздухе стоял его аромат. Источником будоражащего запаха были ее волосы. Алиса недовольно вздохнула. Как бы она не старалась их откинуть назад, завязать в пучок или даже спрятать под подушку – ничего не помогало. Аромат окружил ее со всех сторон, не оставив даже шанса забыть о Романе хотя бы на мгновение.

«Ну что же, раз ты не позволяешь мне выкинуть тебя из головы, значит, я буду мечтать», – подумала она, закрыв, наконец, глаза.

Позволив самой себе отпустить свои страхи на свободу, Алиса смогла крепко заснуть.

Ей снились белые песчаные пляжи, хрустящая пудра под ногами, шелест огромных листьев на верхушках пальм и поющий океан.

Грубое мужское покашливание вырвало ее из царства Морфея. Алиса резко открыла глаза.

– Кх, кх… – покашливание повторилось, на этот раз, как ей показалось, громче.

Девушка повернула голову и увидела перед собой огромный букет из белых роз. Подняв глаза наверх, она увидела знакомое лицо. Юра, бледный и испуганный, стоял, переминаясь с ноги на ногу.

– Только не это… – Алиса проговорила чуть более громко, чем требовали правила хорошего тона. – Опять ты? Уходи и забери свой веник! – девушка не собиралась с ним церемониться.

– Этот «веник» я специально ради тебя покупал утром в 4 часа, когда эти свежие розы только привезли в магазин, – Юра положил букет на стол, резко развернулся и направился к выходу.

Алиса чертыхнулась.

– Ладно, не обижайся! – она села на кровать. – Подожди, пожалуйста, за дверью. Мне нужно одеться!

– Хорошо! – повеселевшим голосом ответил ей молодой человек.

Алиса встала, потянулась и подошла к зеркалу. Собрав волосы в небрежный пучок, она повернула голову, чтобы разбудить подругу, но той уже не было. Она открыла дверь и позвала Юру.

– Заходи!

– Давай с тобой поговорим, расставим все точки, хорошо? – ее голос смягчился.

– Да, давай.

– Во-первых, спасибо за букет и прости за «веник».

– Прощаю.

– Во-вторых, я сейчас говорю в последний раз, услышь меня, пожалуйста! Даже если мое сердце разобьется в тысячный раз, и даже если Рома, как ты говоришь, последняя сволочь на этой планете, у тебя нет шансов. Понимаешь? – Алиса пытливо посмотрела в его глаза в то время, как обнадеженный было молодой человек в миг погрустнел и смотрел на нее с нескрываемой болью в глазах.

– Не понимаю! Не могу понять женщин. Ну почему вы так любите «плохих» парней? – его голос задрожал, как натянутая струна.

– Отношения – это химия. Это реакция между мужчиной и женщиной. Она или есть или ее нет. На тебя мое сердце не реагирует, извини! Я больше ничего не буду тебе объяснять, – Алиса встала в защитную позу, скрестив руки на груди.

– Значит, на меня, на порядочного, умного, привлекательного мужчину, у тебя реакции нет, а на него есть?

– Я смотрю, чувством природной скромности ты не обделен. Да, ты все правильно понял. На тебя реакции нет!

– Ну что ж. Сейчас я уйду. Но я вернусь!

– Не надо возвращаться, не надо в 4 часа утра покупать мне цветы, не надо вламываться в мою комнату! Я прошу тебя, найди себе другую кандидатуру в жены, – Алиса не знала, как донести до него, что между ними ничего не будет.

– Хорошо. Это мы еще посмотрим, – он вышел, громко хлопнув дверью.

Девушка так и осталась стоять посреди комнаты, не понимая до конца, услышал он ее или эта история повторится.

Дверь открылась, и в проходе появилось любопытное лицо Киры.

– А я думала, ты еще спишь, поэтому так крадусь! – она зашла в комнату.

– Я бы и спала, если бы ты, уходя, не забыла закрыть дверь на ключ.

– А что случилось?

– Незаконное проникновение в жилище. Проснулась от мужского покашливания. Открываю глаза – передо мной букет и Юра, – Алиса рукой указала на лежащий на столе букет роз: – Вот, полюбуйся.

– М-да. Он не собирается оставлять тебя в покое, по всей видимости.

– Придется. Я старалась говорить с ним по-хорошему. Он не понимает. Если не отстанет – буду говорить по-плохому.

– А что ты можешь ему сделать? Куда тебе тягаться со здоровым мужиком? И я сомневаюсь, что Роман будет с ним связываться.

– Кира, пожалуйста, прекрати в таком ключе говорить о Роме. Ты же совершенно не знаешь человека, но с самого начала только критикуешь и капаешь мне на мозги! – Алиса жалобно посмотрела на подругу. – Мне и так тяжело, ты видишь, сколько нервотрепки он мне приносит. Не добивай!

– Хорошо, прости. Так как ты собираешься его останавливать?

– Не знаю. Напишу заявление в милицию о преследовании. Мне его жаль, на самом деле жаль, но он начинает меня раздражать.

– Я надеюсь, что до этого не дойдет.

– Мне тоже хотелось бы в это верить. Одному Богу известно, что у него на уме, если он без стыда и совести заходит в комнату без стука и разрешения, еще и следит за мной из кустов.

– Вот это у тебя тут страсти кипят. Можно книгу писать, – Кира улыбнулась подруге.

– Я займусь этим на пенсии. Какие планы на сегодня?

– Для начала я предлагаю позавтракать. А потом пойдем в центре погуляем. Посидим где-нибудь.

– Договорились.

Через час подруги в обнимку, с одним плеером на двоих бодро вышагивали в сторону метро, напевая себе под нос мелодии из наушников, чем веселили прохожих. Хорошее настроение, несмотря на утренние события, прочно обосновалось в душе у Алисы. Яркое солнце играло бликами на ее волосах, а многочисленные здания и прохожие отражались в солнечных очках.

* * *

Гуляя по бесконечным улочкам, узким и широким, огибаемым многочисленными каналами и канавками, Алиса настолько сильно устала, что готова была плюхнуться на любую ровную поверхность, пусть даже это будет асфальт.

– Кира, ну давай уже куда-нибудь сядем. Я есть хочу, пить хочу!

– Еще немного. Так, нам сейчас направо, потом метров триста прямо! – подруга внимательно разглядывала путеводитель туриста.

– Куда ты меня тащишь?

– Сейчас все узнаешь!

Через десять минут Алиса увидела очертания каменных берегов Фонтанки и величественные оранжево-красные стены Инженерного замка.

– Мне кажется, я поняла, куда ты меня ведешь.

– Именно. Сейчас будем загадывать желания, – Кира с довольной улыбкой ускорила шаг.

На маленьком постаменте, вырастающем прямо из каменной набережной, невысоко от воды горделиво приземлилась маленькая позолоченная птичка. Дно под памятником сияло золотом и серебром, а подобраться к ограждению было практически невозможно из-за большого числа туристов, которые кто горстями, а кто по одной сбрасывали на мизерную головку пернатого монеты.

Алиса залезла в карманы джинсов в надежде обнаружить там пару монет. В кармане была только одна монета, а значит, один шанс и одна попытка. Подождав, пока разойдется толпа, жаждущая исполнения своих желаний, Алиса подошла к ограждению набережной прямо над Чижиком. Зажав монету в руке настолько сильно, что она врезалась в кожу, вызывая жгучую боль, она обратилась мысленно к небесам: «Я хочу вернуться в этот город к любимому мужчине больше всего на свете!». Опустив голову вниз и старательно прицелившись, Алиса зажмурила глаза, занесла руку над водой и разжала ладонь. Монета стремительно выпала вниз, поддавшись силе притяжения. Послышался звон, потом дребезжание. Девушка открыла глаза, уверенная, что монетка уже блестит под водой. Но она лежала на постаменте у самых лап заветной птички.

– Не могу поверить! Я попала! – Алиса захлопала в ладоши и набросилась на подругу с объятиями.

– Ну, вот видишь, не зря я тебя сюда притащила!

– Конечно, не зря!

– А как же «сесть, пить и есть»? – Кира, хитро улыбаясь, посмотрела на подругу.

– А теперь можно заняться и этим! Я видела за углом симпатичную кофейню. Пойдем?

– Пошли.

Они зашли в небольшую кафешку на углу с Невским. Над входной дверью сияла вывеска «Чайно-кофейный дом «Рубаи». Огромные витражные окна открывали прекрасный вид на Фонтанку, по которой с завидной периодичностью проплывали экскурсионные кораблики.

Интерьер в соломенном цвете, большие плетеные кресла с мягкими подушками, бамбуковые шторы на окнах – все это создавало атмосферу уюта и домашнего тепла.

Расположившись за уютным столиком возле окна, Алиса с нескрываемым наслаждением вытянула под столом ноги, только теперь почувствовав в полной мере свою усталость. Полупрозрачные шторы из тяжелой парчи, словно кокон, спускались вниз, окутывая тайной и снимая усталость. Хотелось прикоснуться к манящей своей теплотой и блеском ткани.

Взяв со стола меню, Алиса принялась внимательно его рассматривать, бросая мельком взгляды на подругу, которая очень усердно искала что-то в сумочке. Через минуту безуспешных поисков, Кира фыркнула и спросила подругу:

– Который час? Я, кажется, забыла дома телефон.

– Секундочку… – Алиса полезла в карман, затем, не найдя там ничего, открыла сумочку. Теперь уже Кира смотрела на нее с откровенно злорадной улыбкой.

– Я так понимаю, мы обе молодцы! – девушка сначала прыснула, а затем и вовсе расхохоталась во весь голос.

– Очевидно, так и есть! – Алиса только теперь обнаружила, что забыла дома телефон.

И с этим открытием в ее душе снова поселилась тревога. Звонил ли он? А если звонил, то сколько раз? А если не звонил, то почему? Эти вопросы мгновенно нашли отражение на ее еще минуту назад лучезарном лице.

– Что с тобой? На тебе лица нет! – Кира перестала улыбаться и серьезно посмотрела на подругу, уже догадываясь, какая именно туча накрыла ее.

– Пока я думала, что телефон со мной, и что он не звонит, – все было хорошо. Я была уверена, что он не звонил, и меня это почему-то не беспокоило. А теперь опять как будто на иголки уселась, – Алиса заерзала на стуле, и вправду ощутив кожей колючие иголки.

– Что будете заказывать? – холеный молодой человек в черном фартуке, белоснежной рубашке и бабочке в одно мгновение возник около стола. Алиса вздрогнула, тут же прекратив изливать душу, задумавшись, с какого места ее исповеди он тут стоит.

– Э-э-э, мне «латте арома» и вот это пирожное, – Кира, заметив замешательство подруги, ткнула указательным пальцем в картинку в меню.

– Хорошо. А Ваша подруга? – официант повернул голову к Алисе.

– Мне кофе по-мексикански.

– Это все?

– Да, все.

Молодой человек забрал меню и быстрым шагом отправился в сторону бара.

– Мне кажется, ты слишком много внимания уделяешь этому пижону. Ты зациклилась, и сама себе создаешь проблемы. Не нравится он мне, – Кира откинулась на спинку кресла и недовольно посмотрела на подругу.

– Это я поняла уже давно. Проблема в том, что он нравится мне.

Перед девушками снова возник официант, на этот раз с подносом. По залу разнесся необыкновенный запах свежесваренного кофе.

Перед носом у Алисы возникла чашка кофе, над которой витала горячая дымка, пахло корицей и горьким шоколадом. Не в силах больше сдерживаться от соблазнительного аромата, Алиса пригубила напиток. Кира в это же время умело расправлялась с замысловатым десертом из белого бисквита и персиков.

– Слушай, у меня испортилось настроение. Давай, лопай быстрее свой десерт и поехали домой.

– Ну уж нет. Я сегодня тебе компанию по депрессированию не составлю. У меня свидание с Артемом.

– Счастливая. Ну что ж, одна буду. Может быть, высплюсь, наконец.

– Угу. Он обещал принести мне персики и цветы. Представляешь? Слушается меня, все, что не пожелаю – выполняет. Песня просто.

– И ты не влюбилась?

– Я стараюсь об этом не думать, потому что если подумаю, может оказаться, что не просто влюбилась, а влюбилась по самые уши! Но я к этому отношусь философски, получаю удовольствие и не хнычу в подушку. Что и тебе советую, – Кира звучно хлюпнула, допивая остатки кофе.

– У тебя железные нервы, а я романтичная размазня, – Алиса с грустью посмотрела в окно.

– Давай, не хандри. Пойдем сегодня с нами, я попрошу его взять с собой какого-нибудь друга. Мы собирались смотреть на развод мостов. А потом погулять ночью по центру, посидеть в каком-нибудь уютном маленьком кафе.

– Хорошая идея. Спасибо, что не даешь мне тухнуть.

– Пошли уже.

Кира достала из кошелька купюру и оставила ее под чашкой с кофе.

На улице уже стемнело, и Невский сиял огнями витрин и фарами автомобилей. Скрывшееся за горизонтом солнце лишило город последних остатков тепла. Алиса поежилась, пожалев, что не взяла с собой теплую кофту. К тому же начала болеть голова, очевидно, из-за проснувшегося, наконец, чувства голода. Кофе только обострило это чувство, и ее организм болезненно реагировал на запахи из многочисленных пиццерий, кофеен и кондитерских на пути к метро.

Не дойдя несколько шагов до студенческого городка, ее нос уловил волнующий запах жареного мяса, овощей и чего-то сочного и острого. На перекрестке с Бассейной одиноко стоял ларек с яркой надписью «Шаурма».

– О Боже! Если я это сейчас не съем, я умру! – Алиса готова была упасть в обморок от подступившего чувства голода.

– Пахнет божественно, согласна! Это, конечно, вредно для фигуры и для желудка, но один раз можно! – Кира подмигнула подруге и направилась к окошку, из которого исходил этот волнующий желудки запах.

Получив в руки желаемое, Алиса была уже готова впиться зубами, словно хищница, в это произведение уличного кулинарного искусства, но ей помешали. Точнее, помешала рука, которая легла ей на плечо. Обернувшись, она чуть не подавилась воздухом. Перед ней стоял Рома с авоськой в руке. Из авоськи торчала бутылка кефира и какое-то бесформенное пирожное.

– Привет! – он наклонился к ней и поцеловал.

– Привет! – Алиса, как ошалелая, смотрела на него, не зная, что делать.

– Я не рекомендую.

– Не рекомендуешь что? – Алиса стояла, хлопая ресницами, стараясь унять нахлынувшее волнение.

– Не рекомендую это есть. Ты же не хочешь стать соучастницей убийства кошечек и собачек из ближайшей подворотни?

Тошнота подкралась к горлу девушки от этой мысли. Ее рука сама собой опустилась около урны, и яство отправилось на съедение птицам.

– А я не верю, пахнет вкусно! – Кира подтвердила свои слова, смачно откусив приличного размера кусок.

– Дело ваше! – Роман с пренебрежением посмотрел на девушку и отвернулся.

– Алиса, я пойду? – Кира, поразмыслив, поняла, что подругу теперь точно никуда увести не получится, и решила ретироваться.

Алиса, зачарованная взглядом Романа, стояла как вкопанная. Она лишь кивнула головой.

Через минуту Кира уже скрылась за поворотом.

– Ну что, пойдем? – Роман протянул ей руку.

– Куда?

– Домой. Я тебя провожу.

– Пошли, – она вложила свою руку в его ладонь, пытаясь скрыть дрожь в пальцах.

– Как прошел день? – он посмотрел в ее глаза.

– Отлично. Я только проголодалась очень сильно. Вот и не удержалась, – Алиса почему-то начала оправдываться за покупку злосчастной шаурмы. – Мы гуляли в центре, я загадала желание и угодила прямо в голову Чижику монеткой! – она повернулась к нему и довольно засияла, вспомнив, какому именно желанию суждено сбыться. – А потом мы пили вкусный кофе.

– Куда-то собирались с подругой? – он оказался на удивление проницателен.

– Я не знала, позвонишь ты или нет, поэтому собиралась с ней и ее ухажером смотреть на развод мостов. – Алисе хотелось добавить, что она и сейчас не уверена в своем молодом человеке, и не знает, чего от него ждать, но решила промолчать.

– Мы и вдвоем прекрасно сходим на развод мостов! – крепче сжал он ее руку и мечтательно улыбнулся, глядя прямо в глаза.

Как всегда, от его взгляда сердце девушки оттаяло.

– Правда? Мы пойдем на развод мостов?

– Ну конечно, если ты хочешь! Только мне нужно решить несколько вопросов до вечера.

Они подошли к ее парадной. Алиса снова начала нервничать. Сейчас он уйдет, и она в очередной раз как заправская истеричка начнет караулить телефон. От этих мыслей в душе поднималась волна негодования, что не могло скрыться от его пытливых глаз.

– Я позвоню! – он выпустил ее руку.

– Извини, что я спрашиваю, но, честно говоря, вокруг меня столько информации о тебе, причем негативной… Такое чувство, что все сговорились против нас.

Алиса вздохнула и подняла на него взгляд. Выражение его лица демонстрировало недоумение.

– Так вот, у тебя еще кто-то есть? – выпалила вопрос Алиса и уставилась взглядом в точку на его переносице, боясь реакции его глаз.

– Опять ты за свое! Откуда на этот раз ветер дует? – Роман начал сердиться.

– Вахтерша на твоей проходной. Утром. Когда я уходила, – жалобно посмотрела Алиса в его глаза.

– И что она тебе сказала?

– Дословно: «Опять Ромка кого-то притащил», – к горлу опять подкатывал предательский ком.

– Послушай меня! – он подошел поближе и взял ее лицо в свои ладони. – В основе любых отношений лежит доверие. Или ты веришь мне, или всем остальным. Во втором варианте у нас нет будущего, понимаешь?

Его взгляд пронзал насквозь, и девушке стало не по себе.

– Я хочу тебе верить, очень хочу, – она положила свои руки на его ладони, чтобы почувствовать их тепло.

– Тогда просто верь! – его взгляд смягчился, и он со снисходительной улыбкой поцеловал ее так, как он умел – стремительно и нежно, обдав ее лицом жаром своего дыхания.

– Так ты позвонишь? – Алиса обмякла в его руках, и голос стал прежним – мягким и тихим.

– Конечно! До вечера.

Он развернулся и, не оборачиваясь, зашагал прочь, оставив Алису в состоянии недосказанности.

– До вечера… – ветер подхватил ее прощание и унес далеко-далеко, туда, где его уже никто не мог услышать.

В комнате Кира устроила импровизированный ужин. На столе стоял огромный букет пионов, ваза с персиками и виноградом, бутылка дешевого шампанского.

– Присоединяйся! Артем притащил! Послушный мальчик, выполнил все мои указания, – закатилась подруга своим заводным смехом, пододвигая Алисе стул.

– Спасибо. Еще немного и меня накроет, я умираю с голода! – Алиса взяла самый большой и спелый персик и впилась в него зубами. – М-м-м… ты мой спаситель! Спасла от голодной смерти!

– Это не я, это Артем! Он, кстати, за мной зайдет через 30 минут. Ты едешь с нами на развод мостов? Он пообещал привести с собой друга.

– Будешь обижаться? – виновато посмотрела Алиса на подругу.

– Все понятно. Не буду, все равно без толку. К любимому полетишь? – ответила Кира, оторвав кисточку винограда и отправляя очередную ягоду в рот.

– Полечу! – Алиса мечтательно вздохнула. – Я тут было решила поговорить с ним про утренний инцидент.

– И что?

– И ничего! Я, словно загипнотизированная, не смогла оторваться от его глаз, забыла, что хотела сказать, и в итоге он просто ушел от ответа, прочитав мне лекцию про доверие, как оплот взаимоотношений между мужчиной и женщиной.

– И что ты думаешь по этому поводу?

– Думаю, что надо последовать твоему совету и наслаждаться жизнью. Что будет, то будет.

– Давно пора. Моя жилетка, кстати, готовиться принять на себя два ведра твоих слез в поезде по дороге домой, – Кира улыбнулась и протянула подруге стакан с шампанским. – Держи, для храбрости и наглости.

– Да, очевидно, что твоя жилетка мне понадобится, – Алиса пригубила вино и задумчиво уставилась в окно.

Стук в дверь прервал поток ее мечтательного сознания.

– А вот и Артем! Ты уверена, что не идешь с нами? – Кира подхватила джинсовую куртку и уже держала за ручку входную дверь.

– Уверена!

– Тогда пока. Буду одна двоих развлекать.

Помахав подруге рукой, она выпорхнула за дверь. В коридоре загудели два мужских баса.

Усталость накрыла Алису, словно огромная бабочка своими шелковыми крыльями. Веки отяжелели и опустились. Она задремала, шампанское в ее венах сделало свое дело, погрузив ее в глубокий сон.

Проснувшись, девушка посмотрела в окно. Вечерние сумерки накрывали город мерцающим светом фонарей. Она резко села на кровати, протирая глаза. На столе, мигая синим светом экрана, вибрировал телефон.

Алиса схватила трубку:

– Алло.

– Спишь? – его голос окончательно ее разбудил.

– Уже нет. Сама не знаю, как вырубилась. На секунду прикрыла глаза и как в яму провалилась.

– Понятно, – в разговоре повисла неоднозначная пауза, после которой Роман прокашлялся и продолжил: – Извини, сегодня не получится увидеться, появились срочные дела, которые надо решить до утра. Так что можешь продолжать спать.

Алиса готова была разрыдаться от обиды и разочарования. Голос предательски задрожал.

– Я, к сожалению, выспалась. И Кира ушла… – хотелось продолжить, что теперь ей придется провести вечер наедине с плеером, но она этого не сделала.

– Ладно. Если быстро соберешься, то я смогу уделить тебе минут 30, – в голосе прозвучали нотки снисходительности, фраза была сказана таким тоном, что очевидно было – ей делают одолжение.

«Уделить мне 30 минут?» – разум Алисы негодовал, требовал немедленно отправить его на небо за звездочкой. Но язык не поворачивался отказать, гордость отправилась в самый дальний угол ее души с приказом заткнуться и не мешать.

– Мне нужно 10 минут, – она с трудом верила в то, что сейчас делает, втаптывая в грязь чувство собственного достоинства.

– Окей, жду тебя у входа в мой корпус через 10 минут, – в трубке послышались короткие гудки.

Обидно было до слез. Почему так? Чем вызвано такое отношение? Чем она его заслужила? Тем, что быстро сдалась и провела с ним ночь, поверженная его напором и влюбленная по уши? А может, потому что дыма без огня не бывает, и ей не зря все вокруг пытаются открыть глаза?

Но времени копаться в себе и выискивать причину не было. Она уже пожалела о названных 10 минутах, потому что отражение в зеркале демонстрировало приплюснутое подушкой лицо, а также растрепанные волосы. Алиса еще никогда не собиралась с такой скоростью. Предательское сердце отсчитывало минуты и секунды до встречи с любимым.

Выскочив из комнаты и пробежав несколько метров, она усилием воли заставила себя пойти медленнее, хотя было поздно уже демонстрировать свое напускное равнодушие. Актриса из нее была никакая.

Он стоял один, такой красивый и мужественный. Его лицо было сосредоточенным, а глаза всматривались вдаль. Казалось, он думал о чем-то своем, очень важном и значительном, совершенно не замечая приближения девушки.

Алиса подошла почти вплотную к нему, и только теперь он бросил на нее свой взгляд. В глазах читалась усталость и озабоченность, но при виде девушки они оттаяли, засияв своими голубыми огоньками.

– Привет, солнышко! – он прижал ее к себе и долго не отпускал.

Алиса с облегчением выдохнула – он был рад ей.

– Привет, – уткнулась она носом в его плечо, наслаждаясь теплом его тела и ароматом духов. – Я думала, что ты не хочешь меня видеть.

– Опять твои фантазии. Если бы не хотел, не позвонил бы, – он нежно поцеловал ее в висок.

– Мне тяжело понять, что творится в твоей душе. Я, наверное, чересчур остро реагирую на слова и интонации.

– Наверное. Но это нормально, ты же девушка, а вы все немного истерички, – он взял в ладони ее лицо и с улыбкой посмотрел в глаза.

«Истеричка» – именно то слово, которое характеризовало ее состояние в этот момент. Алиса улыбнулась. Насколько тонко он чувствовал ее, настолько же тяжело ей было понимать его.

– Все влюбленные девушки истерят, – Алиса сначала сказала, а потом подумала, мысленно чертыхнувшись.

– Ну, вот ты и сдала себя! – Роман засмеялся.

Алиса густо покраснела, ей захотелось, чтобы земля под ногами сейчас же разверзлась, чтобы провалиться туда.

– Сдалась, отрицать бессмысленно, – покрасневшая девушка посмотрела на него. – Хочется верить, что это взаимно.

Вместо ответа она получила его волшебный поцелуй, от которого подкашивались ноги и начинали дрожать пальцы на руках.

В очередной раз он ушел от ответа, оставив ее в неизвестности. Но назад пути не было.

– Мне очень не хочется, но нужно идти! – он оторвался от ее губ и плавно выпустил из объятий.

– Я понимаю, – Алиса понимающе закивала головой.

– Тогда до завтра! – Роман достал из кармана телефон, который, по всей видимости, уже давно вибрировал. – Да, я слушаю! Уже иду! – и, махнув на прощание девушке рукой, быстро пошел в сторону города.

Постояв с минуту на крыльце, Алиса направилась домой, стараясь идти как можно медленнее, чтобы растянуть дорогу.

В комнате на столе она увидела забытый в спешке телефон. Взяв его в руку, она обнаружила на экране конвертик смс.

«Я тоже люблю тебя, девочка моя». На этот раз слезы радости нахлынули на нее. Алиса вновь и вновь перечитывала это сообщение, не веря своим глазам, и еще больше не веря своему счастью.

Она достала плеер и с улыбкой на лице, в обнимку с телефоном, улеглась в постель. Первый раз она могла закрыть глаза и, не думая ни о чем, абсолютно счастливая заснуть под звуки музыки.

* * *

Дверь скрипнула, разбудив ее. В дверном проходе появилась половина Киры, в то время как ее вторая половина в коридоре нежно целовала своего молодого человека.

– Ну все, пока! Давай, мне вставать через 2 часа! – Кира зашла в комнату и на цыпочках начала пробираться к кровати.

– Не крадись, я не сплю, – Алиса уже открыла глаза и с любопытством наблюдала за подругой, которая была похожа на пантеру во время охоты. Так грациозно та передвигалась по комнате.

– Давно ты вернулась? На каком мосту были? – подруга перестала скрываться и шумно плюхнулась на кровать.

– Давно. Нигде мы не были, – недовольно сморщила брови Алиса. – Я после твоего ухода уснула, видимо, шампанское подействовало, проснулась от его звонка.

– И что случилось на этот раз?

– У него были какие-то дела. Мы минут 20 постояли на крыльце его корпуса, и он ушел.

– Понятно. Он, как всегда, в своем репертуаре! – ухмыльнулась Кира. – И что за таинственные дела у него вдруг возникли?

– Не знаю, да это и не важно. Вот, смотри, – протянула Алиса подруге руку с телефоном, – открывай последнее смс.

– Ого! Ребята, когда на свадьбу позовете? Чур, я свидетельница! – Кира села и хитро посмотрела на Алису.

– Прекрати, какая еще свадьба? Если даже и сделает предложение когда-нибудь, боюсь не дождаться его у алтаря, сто процентов возникнут какие-нибудь неотложные дела! – Алису накрыл истерический смех.

– Это точно, подруга! Но ничего не поделаешь, сама выбрала, – Кира взяла со стола кисть вчерашнего винограда и принялась за ее уничтожение.

– А как вы погуляли?

– Мы – отлично. Были на дворцовой набережной, смотрели на развод моста, там столько народа! Было представление факиров. Потом гуляли, потом пили горячий шоколад в кафешке. Потом ехали в пустом вагоне метро.

– Здорово. Не вижу что-то особого энтузиазма в твоем голосе, не понравилось? – Алиса почувствовала в голосе подруги нотки напускного безразличия.

– Лучше не спрашивай меня, мне с каждым днем все труднее сдерживать эмоции. Давай сменим тему, а то я начну походить на тебя и лить бесконечные слезы, – Кира отвернулась, но видно было, как она рукой смахнула подкравшуюся слезу.

– Не вопрос. Понимаю.

Алиса и на самом деле понимала, что ее «железная» подруга аналогично втрескалась по уши и только держит взаперти свои чувства, надеясь, что все пройдет.

– Я так думаю, спать уже ни к чему. Сегодня у нас Пушкин и Царское село по плану, – взяла себя в руки Кира.

– Да, вроде бы. Надеюсь, будет хорошая погода, – Алиса потянулась и встала с кровати.

Через полтора часа маршрутка несла их за город, в «райский сад, пленяющий своим цветением и божественной красотой», как называл Царскосельскую резиденцию Елизаветы Петровны Ломоносов.

Невозможно передать те ощущения, который испытывает человек, приезжающий сюда впервые. Алиса с первого взгляда влюбилась в этот город.

Екатерининский дворец не мог не влюбить в себя. Прогулка залами и коридорами дворца – это истинное удовольствие, которое испытала Алиса, – умиротворяла и дарила ощущение сказки. Снаружи все также было безупречно – сад, фонтаны, аккуратное убранство кустиков и деревьев, небольшая часовня в саду. Здесь все объединяло величие и мощь империи вместе с тихим, мягким, давно уже ушедшим в прошлое уютом и спокойствием.

– Какая же тут красота! Может, переберемся сюда после института? – Кира бродила под руку с подругой, не переставая ахать и охать от восхищения.

– Да, жаль только, что всё увиденное – это только отреставрированный музей, всей той атмосферы уже не вернуть.

Алиса представила, какое чудесное свидание можно здесь организовать и мечтательно напевала какую-то мелодию.

Телефонный звонок вывел ее из состояния блаженства.

– Привет! Ты где? – это был он.

– Привет! В Пушкине. У нас очередная экскурсия, – лицо Алисы засветилось от счастья.

– Приглашаю сегодня тебя с подругой на ужин! – Алиса округлила глаза и посмотрела на Киру.

– Что он тебе говорит? – с любопытством вслушивалась в разговор Кира.

– Да? А куда? – ответила Алиса в трубку, продолжая удивленно смотреть на подругу, тем самым распаляя ее любопытство еще сильнее.

– Ко мне в гости. У меня друг потрясающе готовит!

– С удовольствием!

– Тогда в семь, встречу вас на входе.

– Договорились.

Девушка положила трубку и с довольным выражением лица уставилась на подругу.

– Да что там? Говори уже! – Кира чуть не подпрыгивала на месте.

– Мы приглашены на ужин!

– Вау! А куда? В ресторан?

– Да, в ресторан «У Романа».

– Не поняла?

– У него какой-то друг очень вкусно готовит, нас пригласили в гости!

– А-а-а, я-то уже было подумала, что срочно надо искать вечернее платье, – съязвила Кира.

– Прекрати ерничать.

– А моего молодого человека не пригласили?

– Нет.

– Прискорбно. В таком случае, я смогу уделить вам минут двадцать и уйду.

– Как скажешь.

– Интересно, чем там нас собираются потчевать? Наверное, балыки-шашлыки, почки заячьи верченые, уши кроличьи перченые, – Кира не унималась, продолжая язвить.

– Да даже если это будет просто чашка чая, главное, что рядом с ним! – Алисе хотелось хорошенько ущипнуть подругу за вредность, но она только улыбнулась ей.

– Хорошо-хорошо, я тебя понимаю, тем более нам уезжать через 2 дня, – Кира проговорилась и тут же пожалела об этом, увидев, как исказилось от удивления и боли лицо подруги.

– Что?

– М-м, ты не заметила разве в холле объявление, что нам сократили сроки прохождения практики? Остался только Павловск и Русский Музей. На остальном ВУЗ решил сэкономить.

– Какое объявление? Когда? – земля уходила из-под ног девушки.

– Его вчера утром повесили, я прочитала, когда завтрак готовила, пока ты с Юрой разбиралась.

– А почему ты мне сразу не сказала? Почему? – голос Алисы перешел на крик.

– А что бы это изменило? – Кира испуганно смотрела на подругу, не узнавая ее.

– Ну как что? Как что? – растерянным голосом ответила ей Алиса. Она и сама не знала, что бы это изменило. Просто сложно было признаться, что ей сейчас очень больно, и с этим невозможно мириться.

– Вот именно, что?

– Ты же понимаешь, что это всего лишь два дня! Этого мало, катастрофически мало! У нас должно быть еще как минимум семь, а есть всего лишь два! – на глаза наворачивались слезы.

– Девочка моя, успокойся, пожалуйста. Ведь ничего не поделаешь! – Кира подошла к подруге и обняла ее. – Тем более, тебе не о чем переживать, ты же сама показала мне утреннее смс от него.

– Это смс не будет ничего значить, если я буду от него на расстоянии 1000 километров.

– Если это твой мужчина, то ничего не закончится. Он найдет способ быть с тобой. Обязательно найдет! – Кира гладила ее по волосам.

– Это конец! – Алиса отодвинулась от подруги, смахивая со щеки предательскую слезинку.

– Ты интересная! А чего ты ожидала? Ну, уехала бы ты позже на неделю! Что бы это изменило? Ты с самого начала знала, что это скоро закончится, да и я тебя предупреждала. Давай, заканчивай нюнить, бери себя в руки, – Кира решила сменить тактику, чтобы привести подругу в чувство.

– Жестоко, но отрезвляюще. Спасибо, – Алиса попыталась улыбнуться, но вместо этого вышла жалкая ухмылка.

– Всегда пожалуйста.

– Итак, у меня есть два дня. Всего лишь два дня на то, чтобы он не смог без меня дышать. Или смог, – рассуждала вслух Алиса.

– Это уже зависит от тебя, дорогая. Мужчины не любят плакс и нытиков. Покажи ему, какая ты можешь быть – веселая, заводная, безумная. Я-то тебя знаю. А он пока нет.

– Ты права. Хватит ныть и страдать. Сколько у нас времени?

– Сейчас пять. У нас два часа.

– Надо смываться, иначе мы не успеем.

Алиса посмотрела по сторонам, разыскивая взглядом свою группу, от которой они отбились во время разговора.

– Наши уже ушли далеко, так что мы смело можем топать на остановку.

Алиса глубоко вздохнула и решительно направилась к выходу.

Через час она уже не шла, а скорее бежала от метро к дому, на ходу придумывая, что надеть и какую прическу сделать. Кира неторопливо плелась сзади, окончательно отчаявшись успевать за подругой.

Влетев в комнату, она вытряхнула содержимое чемодана на кровать и начала сбрасывать одежду на пол, предварительно оценив ее взглядом.

Когда Кира, наконец, добралась до комнаты, на полу уже лежала большая куча блузок, юбок, сарафанов и прочих предметов дамского гардероба.

– Мне совершенно нечего надеть! – Алиса обиженно надула губы и посмотрела на подругу.

– Минуту, я отдышусь. За тобой не угнаться. – Кира устало присела на кончик стула.

– Как я смогу в этом заставить его забыть, как дышать без меня? – Алиса сделала ударение на слове «этом» и указала пальцем на кучу на полу.

– У меня идея! – подруга встала и подошла к шкафу. В отличие от сумбурной Алисы, ее наряды были распакованы и развешаны в шкафу еще в день приезда.

– Какая?

– Вот, я думаю, это то, что нужно, – в руках у Киры появилось чудесное платье из шелка, с цветочным орнаментом в голубых тонах.

– Ты действительно дашь мне это надеть? – Алиса не верила своим глазам. Платье было волшебным.

– Ради порабощения твоего ненаглядного! Хочу посмотреть на это, – Кира улыбнулась и протянула подруге наряд.

В руках Алисы оказалось нежное и струящееся облако. Она приложила ткань к щеке и довольно замурлыкала:

– Как приятно касаться этого платья.

– Примерь, я хочу посмотреть, не нужно ли что-то еще добавить, – Кира уселась на кровать в ожидании дефиле подруги.

Платье сидело великолепно! Алиса повертелась несколько минут у зеркала и, абсолютно счастливая, набросилась на подругу с объятиями.

– Спасибо! Ты меня спасла!

– Не за что! Смотри аккуратнее обращайся. Я три месяца на него копила! – ответила Кира, отбиваясь от подруги.

– Все будет в лучшем виде! А ты чего не собираешься?

– А мне зачем? У меня нет цели захватить мир! – улыбнулась Кира.

* * *

Роман стоял на пороге и явно нервничал, напряженно сжимая ладонь в кулак. При виде Алисы на его лице застыло выражение неподдельного восхищения.

– Вечер добрый! – Кира, заметив его замешательство, решила заговорить первой.

– Привет! Я прошу прощения, но Борис, мой друг, сломал себе сегодня палец и не смог приехать. Так что ужина не будет, – он виновато посмотрел на Алису.

– Кто бы сомневался! – пробурчала Кира себе под нос.

– Я что-то не расслышал? – Роман вопросительно посмотрел на подругу.

– Нет-нет, ничего! В таком случае я, наверное, оставлю Вас, тем более что через полчаса у меня самой встреча! – Кира надела маску любезности и мило заулыбалась Роману.

– Еще раз прошу меня извинить! – Алисе показалось, что он был вполне доволен решением ее подруги.

– Ну что же, желаю вам приятного вечера! – Кира присела в шутливом реверансе и ретировалась.

– Не нравится она мне! – Рома недовольно проводил ее взглядом.

– Ты ей тоже! – Алиса подошла к нему поближе и нежно коснулась губами его щеки.

– Это же прекрасно, когда чувства взаимны! – он посмотрел в ее глаза и, взяв за руку, повел внутрь.

– А как же вахтерша? – Алиса вспомнила про строгую даму и притормозила.

– Смотрит, как дон Педро уводит у дона Хуана жену, – Роман поднес к губам указательный палец: – Только т-с-с!

– А ты мастерски обращаешься с женским полом! – прошептала Алиса ему на ухо.

Они на цыпочках прокрались на второй этаж в уже знакомую комнату.

– Ты сегодня просто великолепна! – Он прижал ее к себе и жадно впился поцелуем в ее губы. – Я не устану любоваться тобой! – Роман отошел от нее на несколько шагов, чтобы рассмотреть в полный рост, продолжая держать ее за руки.

– Любоваться осталось два дня! – Алиса посмотрела на него полными боли и тоски глазами.

– Почему два дня? Ты уезжаешь? – в его голосе появилась незнакомая до этого момента хрипота.

– Да, послезавтра, в обед, – Алиса посмотрела в его глаза, со страхом ожидая реакцию.

– Иди ко мне!

Он притянул ее к себе так крепко, как никогда до этого, причиняя ей тем самым физическую боль. В одно мгновение ей показалось, что что-то мокрое скатилось на ее лицо с его щеки.

Через несколько минут он, как озверевший, набросился на нее с поцелуями, которые словно ливень обрушились на нее, не осталось ни одного нетронутого места на ее лице, шее, декольте.

Шикарное платье было нещадно сорвано и отброшено ногой в сторону. Его горячие руки с силой сжимали ее за талию. Он подхватил ее на руки, словно она ничего не весила, и грубо бросил на кровать, накрыв своим телом ее наготу. Его объятия обволакивали, словно волна во время прилива. И некуда было спрятаться от них, да и не хотелось.

Крупные слезы скатывались по ее лицу одна за другой, одновременно от физического наслаждения и эмоциональной боли. Целуя его губы, плечи, шею, она приговаривала: «Не отдам, не отпущу», и еще сильнее впивалась ногтями в кожу на его спине, причиняя тем самым ему боль.

Невозможно было остановить эту вакханалию, которая с редкими перерывами на неглубокий сон продолжалась до самой зари.

Наконец, обессилев, он уснул, завернувшись в тоненькое одеяло, словно в кокон, оставив девушку на растерзание сквознякам и утреннему свету.

Продрогнув до самых костей, то ли от питерских утренних заморозков, то ли от физической усталости, Алиса встала и взяла со спинки стула его футболку. На столе стоял старенький магнитофон. Она нажала на «Play». Из хрипящих от старости динамиков послышалась знакомая мелодия Талькова. Дождавшись окончания песни, девушка остановила диск, стараясь не шуметь, подобрала с пола испорченное платье подруги, затем подошла к постели, где спал Роман, такой мужественный и сильный в минуты страсти и так похожий на ребенка во время сна.

Ее рука коснулась его волос, задев безымянным пальцем висок. Он пошевелился, повернувшись на другой бок, а затем на его лице появилась бесконечно обаятельная улыбка, которая сводила ее с ума.

– Любимый… – Алиса присела на корточки возле кровати, положив голову на ее край. – Как я смогу жить без тебя? Как я смогу дышать без тебя? – она шептала свои вопросы, словно молитву, не надеясь услышать ответа. – Ты мое счастье, мое сокровище, моя жизнь… – ее рука продолжала гладить его волосы, а на глаза навернулись слезы-предательницы.

Всхлипнув несколько раз и испугавшись разбудить его, она медленно встала с колен, нежно поцеловала пульсирующую венку на его шее и тихо удалилась за дверь.

На этот раз внизу не было ни души, пустовал диванчик вахтерши и даже вертушку на проходной кто-то предусмотрительно смазал маслом. Не издав ни звука, она выпустила Алису наружу.

Она молилась, чтобы в это раннее время никого не было на улице. Ибо наряд ее, состоящий из его футболки, мог вызвать недоумение. На руке болталось платье Киры, за которое ей теперь предстояло рассчитаться. Но это не волновало ее сейчас.

Подойдя к крыльцу, Алиса подтянулась на цыпочках, чтобы достать рукой до своего окна, и тихонько постучала по стеклу.

В окне появилась мордашка Киры, которая только кивнула головой.

Из открывшегося дверного прохода показалась фигура ее подруги, которая сделала несколько пригласительных жестов рукой.

– Заходи, наша Беретта спит. А что с твоим нарядом? – Кира округлила глаза, осмотрев подругу с головы до пят. – О Боже, мое платье!! – голос подруги звучал как траурный реквием.

– Я компенсирую, прости, – Алиса жалобно посмотрела на нее.

– Да уж, конечно, компенсируешь. Дома теперь разберемся, – она повернула ключ в двери.

– Рассказывай, – Кира без тени смущения расположилась на кровати подруги, при этом похлопав по покрывалу рукой, приглашая ее присесть рядом.

– Я без сил. Глаз не сомкнула. И у меня впервые болит рот – он зацеловал меня практически до смерти, – Алиса устало посмотрела в потолок.

– Ого! Теперь понятно, какая участь постигла мое платье.

– Именно.

– А что ж его так распалило? – Кира хитро посмотрела на подругу.

– Я сказала, что уезжаю послезавтра, точнее, теперь уже завтра, и он набросился на меня.

– Это чтобы не отвечать на твои вопросы о будущем ваших отношений, я уверена, – Кира скривила рот в недвусмысленной ухмылке.

– Опять ты за свое? – Алиса умоляющим взглядом посмотрела в ее глаза.

– Хорошо. Не буду. Он тебя любит, вы поженитесь и нарожаете кучу детей. Так пойдет?

– Перестань язвить. Я не могу понять, чем он так тебе не угодил? Мне и без того тошно.

– Сама виновата, – Кира резко поднялась с кровати.

– Ты злишься, потому что я могу выпустить свои эмоции наружу, а ты нет. Ты сама по уши втрескалась в своего Артема, только делаешь вид, что тебе безразлично, что происходит! – казалось, еще немного и Алиса закипит.

Кира ничего не ответила и вышла из комнаты.

* * *

Задернув шторы и сняв с себя одежду, Алиса спряталась под одеяло. Сегодня по плану была поездка в Павловск, но она не хотела никуда идти и никого видеть. Достав из-под подушки наушники и плеер, Алиса включила музыку. Ее мысли были далеки сейчас от этой комнаты и от этого города. В голове судорожно возникало неисчислимое многообразие планов, как ей не потерять свое хрупкое и такое драгоценное счастье.

Она не заметила, как уснула, погруженная в процесс «стратегического планирования» своей жизни, так и не сумев найти какого-либо мало-мальски приемлемого решения.

Кира, вернувшись в комнату и увидев спящую подругу, поразмыслила некоторое время, решая, стоит ли будить ее ради поездки или нет. Решив, что не стоит, собрала свои вещи и ушла.

Алиса первый раз за все время пребывания в городе выспалась. Она открыла глаза, увидев пробивающийся сквозь задернутые шторы багровый солнечный луч, который свидетельствовал о времени заката.

Из-за длительного сна шумело в ушах. Надев тапочки, Алиса вышла на кухню и долго умывалась под холодной струей воды.

– Привет! – на кухне появилась знакомая фигура Пашки. – Плохо тебе? Бурная ночь сказывается? – он с презрением ухмыльнулся и уселся за стол с чашкой чая.

Волна негодования и гнева накрыла девушку. Она медленно подняла лицо, насухо вытерла его белоснежным вафельным полотенцем, отчего оно приобрело раздраженно-розовый цвет, и подошла к молодому человеку.

Возвышаясь над сидящим Пашкой, словно Гулливер над лилипутом, она с минуту смотрела прямо ему в глаза, после чего резко занесла руку в воздухе, которая затем звонко отпечаталась на его щеке.

– За что?! – Пашка подскочил со стула, пролив на себя горячую жидкость из кружки.

– Еще раз ты мне что-то буркнешь про мою личную жизнь, и я за себя не отвечаю! – Алиса стояла, сжав зубы и кулаки.

– Правда глаза колет? – молодой человек поставил пустую чашку на стол и быстро вышел.

– Идиот… – Алиса говорила уже сама с собой.

Вернувшись в комнату, она застала Киру, которая ковырялась в шкафу в поисках наряда на вечер.

– Ты вернулась?

– Да, только что.

– А меня почему не разбудила перед выходом?

– У тебя нервный срыв и бессонная ночь. Еще одну ты бы не выдержала, а тебе надо, – Кира по-заговорщицки подмигнула подруге.

– Интересно было?

– Да как тебе сказать. Противоречивое впечатление, напоминает заброшенный лес. В общем, на любителя. Пейзажи, конечно, очень красивые, но не европейские. Зато белок полно! Я одну из рук кормила, – Кира была этим вполне довольна, о чем свидетельствовали огоньки в ее глазах.

– Здорово. А я только что проснулась и уже успела влепить пощечину.

– Кому? Юрке?

– Нет, слава Богу, он оставил меня в покое.

– А кому же так несказанно повезло?

– Пашка.

– А ему-то за что?

– Под горячую руку попался с неудачным эпитетом про мою личную жизнь, а именно – про проведенную мною «бурную ночь».

– Это он так сказал?

– Да, еще и презрительно так ухмыльнулся, гад.

– Верю, заслужил.

– Может быть, а может, и я погорячилась. Злая просто и нервничаю, – Алиса заметила на стуле небрежно сброшенную утром футболку любимого и, ведомая силой его притяжения, сделала несколько шагов в эту сторону.

– Сейчас уже шесть, а он еще не звонил, – она взяла футболку со стула и поднесла ее к лицу, упиваясь его ароматом.

– Я думаю, ничего не случится, если ты позвонишь сама.

– Ты права, надо брать инициативу в свои руки, – Алиса решительно взяла со стола мобильник и быстрыми движениями пальцев начала искать в записной книге его номер.

В этот момент телефон в ее руке задрожал, оповещая о входящем звонке. От неожиданности Алиса разжала руку, и телефон с грохотом упал на пол, разлетевшись на составные детали.

– Черт.

Алиса наклонилась к земле, собирая детали с пола.

– Чего ты так вздрогнула? – сказала Кира, которая, наконец, определилась с выбором наряда и натягивала на себя узкие джинсы.

– Да пока я искала его номер, он сам позвонил, а я от неожиданности телефон выпустила.

– Так собери и перезвони.

– Это я и собираюсь сделать, – на лицо девушки сошла умиротворенная улыбка. – Но факт в том, что он сам набрал, значит, я ему небезразлична.

– Или твое тело, – Кира, как обычно, уколола прямо в сердце.

– Ты думаешь, я никому не могу нравиться? Меня, по-твоему, нельзя полюбить? – улыбки на лице как не бывало.

– Конечно же, можно, но вот он вызывает у меня сомнения, – Кира, натянув на себя вторую штанину, облегченно выдохнула и плюхнулась на кровать.

– Прочь сомнения! Наши сомнения – это наши предатели. Они заставляют нас терять то, что мы, возможно, могли бы выиграть, если бы не боялись попробовать, – Алиса сама не ожидала от себя таких философских выводов. – А ты и остальные вокруг пытаются поселить их во мне. Ты бы лучше сама перестала сомневаться и дала волю чувствам, я вижу, как ты мучаешься и отрываешься на мне! – глаза Алисы сверкали огнем, как два мутных топаза, приобретая немного зловещий оттенок бордового из-за лучей вечернего солнца.

– Прости, пожалуйста! Я действительно злюсь, потому что ничего не могу изменить! И да, ты права, я втрескалась по уши в этого чудика, – Кира закрыла лицо руками и начала громко всхлипывать, разразившись, наконец, спасительными слезами.

– Я вижу только один выход! – Алиса подошла к подруге поближе. – Мы еще вернемся, слышишь? Обязательно вернемся!

Она обняла подругу, поглаживая ее вьющиеся каштановые волосы. Собранный воедино телефон на столе снова пронзительно зажужжал. Кира подняла заплаканное лицо с плеча подруги.

– Битый небитого везет! – она утерла нос рукавом и всхлипнула. – Будем в поезде вымачивать жилетки друг друга. – Алиса кивнула ей головой в знак согласия, поднося телефон к уху.

– Алло!

– Привет.

– Привет.

– Как настроение?

– Тебе правду или соврать, что отличное?

– Понятно. – В разговоре повисла небольшая пауза. – Придешь сегодня?

– Если ты позовешь.

– Я зову.

– Тогда приду.

– Я жду тебя у входа.

– Уже ждешь?

– Уже жду, – короткие гудки ознаменовали конец разговора.

На этот раз он поджидал ее у выхода из ее корпуса. Алиса, увидев его, без тени стыда бросилась ему на шею.

– Что же со мной будет? Зачем же я тебя встретила? – шептала она ему на ухо, нежно касаясь губами его мочки и сжимая руками его туловище, как будто стараясь урвать кусочек для себя.

– Все будет хорошо! Я тебе обещаю! – он поймал в воздухе ее губы, и своим поцелуем заставил дрожать все ее существо.

– Как? Как все может быть хорошо, если между мной и тобой будут сотни километров? – Она посмотрела в его глаза, надеясь в душе, что у него есть ответ на этот вопрос.

– Ты будешь приезжать ко мне, а я к тебе. А когда я встану на ноги, я заберу тебя сюда! – в его голосе звучала уверенность, и Алиса начала верить в то, что действительно все будет хорошо.

– Ты обещаешь?

– Да! – он притянул ее к себе. – Идем? У меня для тебя сюрприз.

Он нежно улыбнулся и взял ее за руку.

– М-м-м, сюрприз?! Тогда пошли скорее!

Через несколько минут они уже привычно крались мимо проходной. Перед дверью Роман завязал Алисе глаза грубым шерстяным шарфом, который, однако, издавал волнующий аромат его духов. Алиса в наслаждении прикрыла веки.

– Заходи, осторожно, здесь дверной косяк! – Роман за руку, направляя ее движения, провел ее внутрь.

– Теперь стой, – его рука, нежно касаясь ее волос, развязала шарф, который, потеряв поддержку, упал девушке на плечи.

Перед глазами Алисы предстала изумительная картина. На задвинутых наглухо шторах сияла огнями рождественская гирлянда, на столе стояла бутылка шампанского, два бокала и большая ваза с фруктами.

– Вау! – Алиса была приятно поражена его способностью удивлять.

– Нравится? – он посмотрел в ее мерцающие огнями гирлянд глаза и довольно улыбнулся.

– Ты еще спрашиваешь? – девушка взяла в ладони его лицо и нежно припала к его губам. – Спасибо! Я очень тронута!

– Я знаю, о чем ты думаешь! – сказал молодой человек, беря ее за руку и подводя к столу. – Ты думаешь, что я с тобой ради развлечения. Но это не так. Поэтому сегодня мы будем говорить. Просто говорить.

В душе у Алисы повернулся ключ в последнем замке, который сдерживал ее любовь, она нужна ему вся – и душой, и телом. Это не могло не отразиться на ее лице, которое мгновенно засияло, словно покрывшись миллионом серебряных пылинок.

– Я так не думаю, – соврала девушка. – Я верю тебе!

Он подошел к музыкальному центру и включил уже знакомый Алисе диск. Музыка пробирала до костей своей искренностью и теплотой. Роман открыл шампанское и налил немного в бокалы.

– Держи! – Он протянул первый бокал девушке, оставив второй в своей руке.

– За тебя! За волшебство, которое ты мне подарила! – он поднес свой бокал к ее бокалу, и он тихонько зазвенел.

Капелька шампанского, медленно скатывавшаяся по краю бокала, отражала весь блеск гирлянды, завораживая и притягивая взгляд.

Пригубив немного вина, Алиса, оторвавшись, наконец, от игры света в своем бокале, подняла на него глаза.

– Ты говоришь так, как будто прощаешься со мной навсегда. Так благодарят при увольнении за успешно проделанную работу.

– Перестань, у меня и в мыслях нет с тобой прощаться! – Рома наклонился к ней и звонко чмокнул в кончик носа. – Бери виноград, шампанское и пошли на кровать валяться и болтать, – он протянул ей руку, в которую она с удовольствием опустила свою.

– Ты придешь завтра меня провожать? – Алиса расположилась у него на плече, и, взяв в руки прядь его шелковистых густых волос, перебирала ее, любуясь игрой огоньков гирлянды на них.

– Я очень постараюсь.

– Ты уж постарайся, пожалуйста, у меня очень тяжелый чемодан.

– Вот еще вопрос, кто кого использует, – засмеялся Роман. – Оказывается, тебе от меня нужна только грубая мужская сила!

Алису поражала его способность уходить от ответов, при этом переводить разговор в шутку, а зачастую и на другую тему. Это настораживало, но она гнала прочь от себя свои сомнения.

– Мне нужен ты, весь – от кончиков пальцев на ногах до кончиков волос на голове! Мне нужно видеть твои глаза, чувствовать твое дыхание, слышать твое сердцебиение, ощущать твой запах, касаться твоей кожи.

Алиса повернулась к нему лицом и сопровождала каждую фразу нежным поцелуем.

– Я знаю, – скорее выдохнул, чем сказал он.

– Ты знаешь, что в паре обычно кто-то любит, а кто-то позволяет себя любить, – Алиса снова уложила голову ему на плечо.

– Наслышан.

– Мне кажется, ты позволяешь… – это завуалированное признание прозвучало откровенно, забыв выполнить свою миссию и скрыть истинные чувства.

– Тебе кажется. Возможно, я не такой заядлый романтик и не сыплю стихами и признаниями каждую минуту, но это не означает, что в моей душе живет равнодушие. Характер такой. Мне сложно кого-то впустить в свое сердце. А тебя тем более, ведь ты словно комета в моей жизни, которая вот-вот улетит обратно, на свою орбиту. Но я уже ничего не могу поделать, это произошло и это факт.

– И это значит?… – Алиса давила на него, задавая этот вопрос, и понимала это. Но ей жизненно необходимо было услышать от него эти слова.

– И это значит, что я… – он на минуту задумался, – что я люблю тебя! – он облегченно вздохнул, сказав это.

– Правда? – Алиса, как маленький ребенок, получивший самый желанный подарок, подпрыгнула на кровати и, усевшись на колени, начала хлопать в ладоши.

– Правда, – он улыбнулся ей своей снисходительной и бесконечно обаятельной улыбкой. – Причем, открою тебе секрет, с самого первого взгляда, когда я заметил тебя там, на лавочке.

– И ты молчал? – Алиса сделала большие удивленные глаза, но изобразить недовольство не выходило, так как счастливая улыбка не сходила с ее лица.

– Вот такой я подлец! – он поднялся с подушки и, схватив ее обеими руками за талию, повалил на себя.

Его лицо оказалось под ее лицом, и горячее дыхание обжигало ее кожу, волнуя и будоража каждую клеточку.

– Я больше! Все равно, я больше! – она, не удержавшись, начала покрывать его лицо поцелуями. – Я больше люблю тебя!

– Не важно, кто больше, – он поднес палец к ее губам, и Алиса застыла в замешательстве. – Перестань меня провоцировать, ты же помнишь, что сегодня мы только болтаем! Я же не железный! – видно было, какого труда ему стоит держать себя в руках.

– Прости, сложно удержаться, когда ты так близко.

Она отстранилась и уселась напротив него с виноватым лицом.

– Прощаю, так и быть, – он взял ее руку и поднес к губам. – Ты хочешь еще вина?

– Нет, о каком вине ты говоришь, я и так пьяная от вкуса твоих губ! – стыд окончательно покидал ее.

Алиса действительно была как пьяная, совершенно потеряв страх и стыд, ее душа требовала высказать ему все, чтобы он знал, как больно ей от предстоящей разлуки. Второго шанса сказать это могло и не представиться.

– Продолжаешь играть с огнем! – он приподнялся так, что его лицо оказалось на расстоянии сотой доли миллиметра от ее лица, и, тяжело дыша, сначала нежно, а затем все более и более настойчиво, начал целовать ее.

Не в силах больше противостоять желанию, Алиса обмякла в его руках. Но неожиданно все прекратилось. Он отпустил из рук ее лицо и плавно опустился на подушку.

– Что-то не так? – Алиса недоумевала.

– Все хорошо. Я же обещал тебе – сегодня только платоническая любовь!

Поразившись в хорошем смысле слова его выдержке, Алиса встала с кровати и взяла кисть винограда.

– Когда ты сможешь сюда приехать? – его голос стал серьезным и деловым.

– Понятия не имею. Это же не бесплатное удовольствие, а я всего лишь студентка. Да и институт не могу бросить. Скорее всего, на новогодние каникулы, – Алиса также сменила тон.

– Это еще полгода.

Он задумчиво уставился в потолок и сложил на груди руки.

– Очень долго, я понимаю. Я пойму, если ты меня не дождешься, – решила сразу предположить самый печальный вариант Алиса.

– Не в этом дело. Ты не знаешь, как я могу ждать.

– А в чем?

– Я прикидываю, когда смогу подзаработать денег, чтобы свозить тебя к родителям.

– Свозить куда? – Алиса чуть не подавилась очередной виноградиной.

– К родителям. Надо же тебя с ними познакомить.

Алиса не верила своим ушам. Стараясь скрыть идиотскую улыбку на лице, она отвернулась на мгновение от него и, прикрыв лицо руками, прошептала: «Господи, спасибо!».

– Это неожиданно, услышать такие слова от мужчины, но мне очень приятно, – Алиса была благодарна полумраку в комнате и мерцающим огонькам за то, что они, как верные союзники, помогали скрыть одновременно глупую и счастливую улыбку на ее лице.

– А что тут неожиданного? Я не из тех мужчин, которые используют девушек. Я могу годами быть один, пока не встречу единственную и достойную.

Эти слова никак не вязались с той славой, которая окутала его персону в городке. И Алиса искренне удивилась.

– А как же твои многочисленные поклонницы, о которых мне прожужжали все уши?

– Наличие поклонниц не означает наличие отношений с ними, – улыбнулся он.

– Значит, через полгода? – Алиса мысленно прикинула, много это или мало.

– Да.

– Это же целых шесть месяцев, я умру от тоски по тебе, – она не могла больше сдерживать боль, которая стучалась наружу из глубин ее души.

– Не умрешь ради встречи! – он нежно посмотрел на нее и поманил рукой: – Иди сюда.

Девушка, словно кошка, сделав несколько крадущихся и плавных шагов, оказалась подле него.

– Я даже думать не хочу, как жить без тебя.

– И не думай.

Он положил руку ей на бедро и второй медленно начал притягивать к себе.

– А как же «сегодня только платоническая любовь»? – с вопросом посмотрела Алиса в его глаза.

– Я сдержал слово. Вчера была только платоническая любовь. А сейчас уже одна минута как «завтра».

Он откинул с ее лица упавшую прядь, и на этот раз без тени сомнения впился поцелуем в ее алые губы.

* * *

Привычно уже не дождавшись звонка будильника, Алиса, не оборачиваясь и захлебываясь слезами, уходила из его комнаты. Лучи рассвета с трудом пробивались сквозь затянутое черными тучами небо. Небо, словно почуяв ненастье, скрыло солнце далеко за своим покровом. Еще одна бессонная ночь давала о себе знать – черные круги под покрасневшими глазами, растрепанные волосы и бессилие. Алиса, быстро взглянув на свое заплаканное лицо в зеркало на двери, решительно открыла дверь. Он не должен видеть ее такой.

На этот раз она не кралась. Наоборот, стараясь произвести как можно больше шума, с грохотом каблука спускалась по лестнице. Она не знала, как ей выплеснуть свою боль, и думала, что шум поможет ей в этом. Разбуженная вахтерша хотела было что-то прикрикнуть ей вслед, но Алиса даже и не думала останавливаться.

На улице она остановилась, посмотрела на небо и, утерев покрасневший нос рукой, вдохнула полной грудью пахнущий морской солью воздух. Первые капли дождя упали на ее лицо. Они были холодные и острые, обжигающие льдом кожу. Девушка поежилась и быстрой походкой отправилась к себе.

Дверь была не заперта. Просунув нос в маленькую щель, Алиса испугано осмотрелась. Но подруга мирно посапывала на своей кровати.

Прошмыгнув в комнату, девушка достала из чемодана банные принадлежности, справедливо рассудив, что уснуть она все равно не сможет. Возможно, душ хотя бы немного приведет ее в чувство.

Капли дождя на улице превратились в один сплошной поток воды. И только его звуки пронзали тишину.

В банном корпусе было тепло. Уже знакомая женщина на входе, приспустила на нос очки и удивленно посмотрела на Алису.

– Чего это в такую рань?

– Сегодня поезд. Надо успеть, еще собирать чемодан.

– Понятно. Ну, проходи, погрейся.

– Спасибо.

Отдав все оставшиеся талоны на посещение душевых вахтеру, Алиса рванула в раздевалку. Оттуда шел теплый пар, окутывая коридор своим влажным дыханием.

Быстро сняв промокшую под ледяным дождем одежду, Алиса практически бегом заняла первую попавшуюся кабину. Включив на полную мощность горячую воду, она с наслаждением подставила свое замерзшее и дрожащее тело обжигающему потоку воды.

Согревшись, она с силой начала драить свое разгоряченное тело, надеясь смыть остатки той тоски, которая словно черная туча накрыла ее с головой.

Живительная влага сделала свое дело, взбодрив и тело, и голову.

Вернувшись, Алиса застала подругу за сбором вещей.

– Привет! А ты где была? И чего волосы мокрые? – Кира подозрительно осмотрела подругу.

– Привет. Я уже успела принять душ. Иначе бы свалилась от усталости и от депрессии.

– А-а-а, уже депрессируешь? – Кира, ухмыльнувшись, отвернулась назад к груде вещей на кровати.

– А ты, можно подумать, нет. Достаточно уже изображать стену, – Алиса подошла к ней и прикоснулась к плечу. Кира вздрогнула и обернулась. На ее дрожащем лице как два огромных бриллианта блестели влажные от подступающих слез глаза.

– Я не хочу, чтобы он меня провожал! – Кира, всхлипывая, наконец, сдалась.

– Почему?

– Я же разрыдаюсь, а ведь он не знает даже, что я в него влюбилась.

Кира, утерев рукавом нос, жалобно посмотрела на подругу.

– Ну, а чего ты ему не сказала, глупенькая?

– Ну уж нет, никогда не признаюсь первой мужчине в своей слабости.

– Ты была бы не собой, если бы сказала сейчас что-то другое, – улыбнулась Алиса. – Крепость ты моя неприступная!

– Да уж, неприступная.

Кира стащила на пол отказывающийся закрываться чемодан и уселась на него в надежде утрамбовать содержимое.

– Так Артем пойдет тебя провожать?

– Конечно, я пробовала отмахнуться, но он уперся.

– Не это ли лучшее доказательство того, что ему тоже не все равно?

– Возможно, но я не хочу селить в душе надежду. Надежда умирает последней, я же не хочу, чтобы она даже начинала жить. – Кира с трудом застегнула молнию и громко выдохнула.

– Дело твое.

– А Рома придет тебя провожать?

– Сказал, что очень постарается.

– Понятно, – недовольно подняла Кира уголок рта.

– Что опять не так?

– Да посмотришь. У него опять метеорит прилетит, или президент вызовет, или… – Кира, задумавшись, начала накручивать на палец локон своих волос, – его по дороге к тебе собьет олень.

– Издеваешься?

– Алиса, просто готовлю тебя к тому, что может быть, чтобы ты не расстраивалась.

– Между прочим, на Новый год мы поедем к его родителям! – Алиса разозлилась на подругу и выдала ей это, злобно выпучив глаза.

– Куда-куда вы поедете?

– К его родителям, знакомиться! – Алиса важно поставила руки в боки и свысока посмотрела на Киру. – Чтобы ты знала, он любит меня! Слышишь? ЛЮ-БИТ! Сам сказал!

– Слышу, слышу.

– Перестань подозревать его! Ты его не знаешь, ни капельки. Он такое мне вчера устроил!

– И что же? Не терпится узнать.

– Романтическое свидание с шампанским и до-о-о-лгими разговорами. Он так и сказал, что я ошибаюсь, думая, что ему от меня нужен только секс. Мы только говорили.

– Ну надо же. И что, он даже не поцеловал тебя? – Кира удивленно смотрела на подругу.

– Нет, ну вообще-то, все было, – Алиса не успела договорить, как ее подруга довольно перебила ее.

– Я так и знала. Очередной его прикол.

– Никакой не прикол. Он, как и обещал, держался до полуночи. А потом сказал, что сегодня уже можно, – Алиса, вспомнив любимого, мечтательно улыбнулась.

– Ну-ну, хитро придумал. Молодчага.

– Да ну тебя. Ты его просто сразу невзлюбила.

Отмахнувшись от подруги, Алиса принялась собирать чемодан, поглядывая нервно на телефон, который неподвижно лежал на столе.

– Сколько у нас времени до поезда? – посмотрела она на подругу, которая уже собралась и расслаблено наводила марафет.

– Два часа.

– Что-то он не звонит, – начинала нервничать Алиса.

– Напиши ему смс, мол, поезд в 11.00.

– Хорошо, так и сделаю.

Девушка взяла в руки телефон и набрала текст. Через несколько секунд на экране замигал отчет «Сообщение доставлено».

– Доставлено.

– Ну, ждем, – Кира продолжала старательно выводить каждую ресничку.

– А Артем когда придет?

– Через полчаса.

– Ясно.

Заталкивая вещи в чемодан, Алиса то и дело оглядывалась на угрюмо молчащий на столе мобильник. До выхода оставалось 10 минут. Становилось ясно: он не придет. Набравшись смелости, дрожащей рукой Алиса набрала его номер. «Телефон вызываемого абонента отключен или находится вне зоны действия сети». Безразличный автоответчик был беспощаден, ранив ее в самое сердце.

– Ну, что там? – Кира при полном параде гордо восседала на стуле подле своего чемодана.

– Отключен.

– Подруга, я предупреждала. Настоятельно рекомендую выкинуть его из головы.

– А может, он, как в прошлый раз, потерял телефон? – голос начал предательски дрожать.

– Помнишь, что я тебе сегодня сказала? Надежда умирает последней, так не надо давать ей жизнь.

Стук в дверь прервал этот диалог. В дверном проеме показался букет алых роз. Алиса, затаив дыхание, повернула голову к двери, уверенная, что рука, которая держит этот букет, принадлежит ему.

Но ее ждало разочарование. Через мгновение в комнату зашел Артем. Алиса бросила быстрый взгляд на молчащий телефон, положила его в карман и, подхватив чемодан, стремительно выбежала из комнаты, убегая из этого места, которое принесло столько счастья и столько боли одновременно.

Сзади надевшая беспечную маску подруга весело вышагивала под руку с Артемом. Улыбаясь и шутя, она изо всех сил старательно изображала радость от возвращения домой. Хотя, возможно, так оно и было.

Добравшись до вокзала, Алиса достала из кармана телефон. Но его экран спал. Ни пропущенных, ни смс. Ничего.

– Наш поезд подали, – Кира впервые за все время с глубокой грустью и нежностью посмотрела в глаза своего молодого человека и, не удержавшись, прижалась к его груди.

Алисе было невыносимо больно смотреть на эту сцену. Больно от того, что она открыла сердце человеку, который не нашел в себе сил быть с ней правдивым, от того, что на ее глазах страдала подруга, стараясь скрыть это.

Обернувшись на плачущую на плече Артема подругу, Алиса вошла в вагон, обрадовавшись на мгновение тому факту, что ей удалось избежать участи прощания.

* * *

Атмосфера вагона разительно отличалась от той, что царила в нем во время приезда. Погрустневшие и удивительно тихие парни и девушки в большинстве своем сидели с наушниками в ушах, заваривая дешевый чай. От былой бравады и гама не осталось и следа.

Алиса бросила ручку чемодана и устало плюхнулась на сиденье.

– Помочь? – неожиданно перед ней возникло лицо Пашки.

– Чем?

– Чемодан положить под полку. – Он ухмыльнулся: – Чего, хахаль твой сдрейфил?

– Хочешь помочь – бери и помогай. А если тебе хочется уколоть меня – вали! – она злобно посмотрела на него и отвернулась в окно.

Пашка молча поставил чемодан под полку и уселся напротив.

– Говорил я тебе, не связывайся с ним, – недовольно скривил лицо Пашка. – Да у него на лбу написано «Бабник», – его голос практически перешел на крик.

– У меня нет ни сил, ни желания с тобой спорить. Шел бы ты… – Алиса безразлично посмотрела на него.

– Я-то пойду. А ты бы посмотрела вокруг, может, и нормального бы парня нашла.

Он еще пару минут помялся около ее купе, развернулся и ушел.

Алиса только кивнула головой, устремившись взглядом в горизонт за окном, давясь подступающим к горлу комком.

Слезы душили. Она злилась на себя за это, старалась изо всех сил прервать поток эмоций в сознании, сжимала кулаки и зубы, но не могла. Нос предательски начал хлюпать.

– Ты что, простудилась? – дрожащий голос подруги вывел Алису из оцепенения. Она вздрогнула и повернула к проходу голову.

– Я говорю, ты простудилась? – Кира смотрела на нее заплаканными глазами, сжимая в руках маленького плюшевого медведя, которого ей, по всей видимости, на прощание подарил Артем.

– Я смотрю, ты тоже, – приподняла Алиса в усмешке уголок рта и понимающе посмотрела на подругу.

– Да уж.

Кира плюхнулась на полку и забилась в угол к окну. За окном на перроне виднелась удаляющаяся фигура Артема. Она помахала фигуре рукой и задернула шторку.

– Не звонил? – спросила Кира, вытирая рукавом слезинку с щеки.

– Нет.

– И не писал?

– Нет.

– Сволочь.

– Да.

Вагон заскрипел, заскрежетал своими ржавыми костями, потянулся и резко тронулся. Перрон за окном медленно поплыл, догоняя палящее обеденное солнце, которое, как назло, вылезло из-за туч.

Алиса сняла сырую от дождя джинсовую куртку, повесила ее на крючок и резво забралась на верхнюю полку. Свернувшись в клубок, как побитый щенок, Алиса закрыла глаза, стараясь задремать под мелодичное постукивание колес поезда.

За окном мелькали уже знакомые пейзажи, а в голове вертелись мысли о доме, о любимой кошке и любимом баре на проспекте, в котором она утопит свою боль в многочисленных бокалах вина.

Из состояния этой меланхоличной дремоты ее вывел телефон, который совершенно неожиданно пронзительно зажужжал, упершись в железную цепь, на которой висела полка.

«Мама», – подумала Алиса, открывая сообщение.

«Прости. Я не смог. Я не вынес бы», – эти слова заставили ее глаза широко распахнуться, как будто ее взору предстало одно из восьми чудес света. Она резко села, больно ударившись головой о потолок.

– Что случилось? – Кира, дремавшая было в обнимку со своим плюшевым подарком, также резко подскочила с места. Ее глаза вопросительно смотрели на подругу снизу вверх.

– Он, – Алиса, почесывая больно зудящий затылок, протянула ей мобильник.

Молча прочитав смс, Кира снова подняла глаза на подругу.

– И что это значит? Как это расценивать?

– Я не знаю, – Алиса и правда не знала. – Что мне ответить?

– Ничего, – сказала Кира, деловито сложила на ее полке руки и оперлась о них подбородком. – Да как он может так поступать? Не помочь любимой девушке дотащить тяжеленный чемодан до поезда, прикрываясь слабостью характера, может только сволочь – ее тон был безапелляционным.

– Ты права.

Алиса отодвинула подальше от себя телефон.

– Ну конечно права. Он сразу мне не понравился.

– Боже, ну зачем? – Алиса уставилась в потолок в надежде увидеть там ответ на свой вопрос. – Ведь уже все стало ясно. А теперь что? Опять ничего не понятно!

Она резко схватила телефон и с размаху швырнула его на пол.

Хрупкая китайская конструкция из пластмассы разлетелась по коридору вагона на мелкие детали.

– Ты чего буйствуешь? – с удивлением посмотрела Кира на подругу и начала ползать по вагону, собирая детали телефона.

– Слава Богу, цела!

Она вылезла из-под нижней полки, зажимая в руках выпавшую сим-карту.

– Извини, пожалуйста, эмоции зашкаливают.

Алиса слезла с верхней полки и, устыдившись своей злости, начала помогать подруге с поиском деталей.

Собрав телефон, Алиса зажала его в руке, устроившись у окна.

– Не вздумай! – строго посмотрела на подругу Кира и погрозила указательным пальцем.

– Не буду я ему ничего писать.

– Я схожу за чаем.

– Хорошо.

Как только фигура подруги скрылась из вида, Алиса дрожащими пальцами начала набирать текст. В голове роилась целая стая мыслей, и ни одной стоящей. Она набирала буквы, затем стирала и снова набирала. Чертыхалась, бросала телефон на стол и снова брала его в руки.

«Я знала, что так будет. Я слишком хорошо тебя узнала. Спасибо за все» – набрав эти слова, Алиса минуту подумала и нажала кнопку отправки сообщения.

– А вот и чай! – появилась в купе Кира с двумя стаканами горячего чая, от которых исходил приятный лимонный аромат. – Я надеюсь, телефон в твоей руке не использовался по назначению? – Она поставила стаканы на стол и, упершись руками в бока, посмотрела на подругу.

– Ну, э-э-э… – Алиса, так ловко научившаяся врать с Романом, почему-то по-прежнему не умела этого делать с подругой.

– Все ясно.

Телефон завибрировал, подтвердив и без того очевидное. Алиса открыла сообщение: «Еще рано благодарить. Все только начинается».

Сердце забилось одновременно тревожно и радостно. Все только начинается! Глаза засияли, выдав ее с головой.

– Вот это у тебя выражение лица! Что он там тебе написал? – Кира нагнулась поближе к подруге, любопытно вытянув лицо.

– Вот, – Алиса повернула к ней экран мобильника. – Читай.

– Опять начинает морочить тебе голову.

Она откинулась назад и неодобрительно покачала головой.

– Пусть морочит. Только пусть не прекращает морочить! – Алиса светилась от радости, в то время как ее тонкие пальцы быстро набирали текст.

Остывший чай на столе перестал наполнять воздух сладковато-кислым лимонным запахом, и, расплескавшись от покачивающих движений вагона, одиноко ждал своей участи.

«Я буду любить тебя даже тогда, когда все уже закончится», – Алиса, не раздумывая больше ни минуты, отправила это смс.

– Я смотрю, продолжение следует? – с хитрой улыбкой смотрела на подругу Кира.

– Да! – Алиса от радости готова была выпрыгнуть из собственной телесной оболочки и улететь высоко-высоко. – А тебе Артем не писал?

– Нет, – отрезала Кира, помрачнев. – Мы договорились, что не будем терзать друг друга напрасными надеждами, так как отношения на расстоянии обречены на разрыв.

– Вы договорились или ты решила? – зная подругу наизусть, Алиса задала этот риторический вопрос.

– Я решила, и ты это знаешь. И не будем об этом.

– Как скажешь.

Экран телефона радостно замигал, оповещая о новом сообщении. «Не закончится. Обещаю. Люблю».

Алиса откинулась на подушку и, прикрыв лицо рукой, расхохоталась, как заправская истеричка, отчего на глаза выступили слезы и перехватило дыхание.

– Ты явно не в себе. Он с тобой творит что-то невообразимое! – Кира протянула подруге руку в ожидании телефона.

– Держи, – выдавила Алиса, продолжая закатываться истеричным смехом и протягивая ей телефон.

– Ого. Поздравляю!

– Спасибо.

– Успокаивайся уже, – Кира протянула ей стакан с остывшим чаем, который как нельзя кстати пришелся в этот момент.

– Я похожа на сумасшедшую, которая сбежала из психушки? – Алиса сделала несколько глотков и, успокоившись, с улыбкой посмотрела на подругу.

– Честно? Да. Но если бы это было не так, я бы никогда не поверила, что ты правда так сильно влюбилась.

– Спасибо за поддержку.

– Не за что.

Телефон снова зажужжал в руке Алисы. «Позвони, когда доберешься домой. Я волнуюсь. Целую». Девушка расплылась в бесконечной улыбке и, поддавшись нахлынувшему чувству нежности, прижала китайскую пластмассовую коробку с сим-картой к груди, как будто то была самая настоящая, горячая и нежная ладонь любимого человека.

– Он волнуется, слышишь? Он волнуется!

– Я надеюсь, свидетельницей буду я?

– Ты! Конечно, ты! – Алиса спрыгнула с полки и через долю секунды уже крепко обнимала подругу.

– Ладно, ладно. Ответить-то не забудь, – сказала Кира, освобождаясь из цепких объятий.

Алиса покраснела, выпустив, наконец, подругу. Она набрала «Ок» – две буквы, в которых сейчас заключалась ее душа. Две буквы, которые вернули ее к жизни. За ними скрывалась целая поэма о том, как сильно она благодарна ему за то, что он волнуется о ней, за то, что он есть. О том, как сильно она любит его, как много он для нее значит.

Отправив эту «поэму», Алиса, свернувшись клубочком, легла спать. Поезд мчался уже на полной скорости, а пронизывающий питерский ветер снова напоминал о себе из щелей в оконной раме. Колеса выстукивали свою занудную мелодию, но это уже не волновало ее, не наводило больше тоски. Пока не наводило. Поезд мчал ее домой, за 1000 километров от него. И чем дальше он мчал, тем ближе он становился. Его голос, аромат, тепло – все витало где-то рядом, в невесомости. Ей больше не было холодно. Невообразимым образом пластмассовая коробка, крепко сжатая в ее руке, источала настоящий жар, окутывая ее с головы до ног так, что из-за него трудно было дышать. Алиса знала, откуда исходит это тепло – несколько виртуальных символов таили в себе частичку его души.

Вагон молчал. Тишина звенела, словно назойливый комар, мешая спать.

– Ну здравствуй, Питер… И до свидания! – Алиса закрыла глаза.

* * *

Родной город встретил ослепительным солнцем и жарой. Поезд медленно тащился по путям, подъезжая к вокзалу. Железная коробка раскалилась, создавая эффект сауны. Самой заветной мечтой Алисы сейчас было выйти из вагона. Казалось, еще немного, и она начнет плавиться. Кира, соорудив себе что-то наподобие веера из газеты, с усталым видом гоняла по купе потоки горячего воздуха.

– Я сейчас умру, – жалобно посмотрела Кира на подругу.

– Еще не время, нам надо дожить как минимум до Нового года, – Алиса, вытирая салфеткой влажное лицо, всматривалась в окно, в надежде увидеть перрон.

– Слава Богу! – за окном показались очертания здания вокзала, многочисленные заброшенные вагоны и ангары.

Подхватив свой тяжеленный чемодан, словно пушинку, Алиса ринулась в тамбур.

Вагон заскрипел, фальшиво запел какую-то свою мелодию, пыхнул, затем фыркнул и с жутким скрежетом колес остановился.

Тамбур мгновенно наполнился толпой, загудел, требуя открытия двери. Дышать было нечем, а перрон манил тенью своих навесов.

Алиса не вышла – она выскочила из вагона, вдохнув жареный воздух полной грудью. На улице было немногим легче, чем в вагоне, но после железной сауны ей казалось, что она оказалась в прохладном саду под сенью многолетних яблонь.

– Алиса, подожди! – с грациозностью кошки по ступенькам вагона на перрон спускалась Кира. Не понятно было, как ей это удается с таким тяжелым чемоданом.

– Я очень спешу, ты же знаешь, у меня электричка через 20 минут, а мне еще билет купить надо.

Алиса недовольно посмотрела на часы над главным входом в вокзал.

– Да, да, я помню. Просто хотела сказать тебе спасибо за отличный отдых. – Кира обняла подругу. – До встречи в институте через месяц!

– До встречи. Звони, если что.

Взяв за ручку чемодан, Алиса быстрым шагом направилась к кассам. Колеса чемодана громко тарахтели, спотыкаясь о брусчатку перрона, разгоняя своим шумом привокзальных кошек.

Расположившись в пригородной электричке, Алиса выдохнула.

Телефон в руке не давал ей покоя. Пообещав написать ему о своем благополучном прибытии, она считала секунды до того момента, когда это можно будет сделать.

Поразмыслив немного о том, случилось ли прибытие уже или оно случится уже дома, Алиса поняла, что не может больше ждать.

«Я дома. Все хорошо. Уже скучаю» – Алиса сама не заметила, как начала по-идиотски улыбаться, нажав кнопку отправки.

Начались минуты мучительного ожидания ответа. Пять минут, десять, пятнадцать, двадцать… Электронная стрелка на циферблате мобильного телефона, казалось, специально медлила. Прождав час, Алиса закинула телефон подальше в сумку и сердито уставилась в окно. В то же мгновение, как Алиса бросила сумку на сиденье, она начала жужжать. Нервными движениями пальцев Алиса принялась перебирать ее содержимое, пытаясь добраться до вибрирующего телефона. Как на зло, она была полна разного хлама, косметики, записных книжек и прочей женской ерунды, которые преграждали путь к упорно продолжающему звонить мобильнику. Кто-то очень настойчиво добивался возможности услышать ее голос. В душе у Алисы трепетала только одна мысль – он.

Наконец, добравшись до сотового, Алиса ахнула от радости.

– Алло! – ее голос дрожал, выдавая ее волнение.

– Привет!

Его голос! Эта магия звуков, тонов и тембров, одновременно бархатистая и немного колючая. Магия, которая заставляет бабочек в ее животе раскрывать широко свои крылья и порхать, порхать… Бесконечно порхать.

– Привет!

– Я думал, что уже не дозвонюсь! Почему ты так долго не отвечала?

– Я не могла найти телефон в сумке. Ну ты же знаешь, что такое дамская сумочка. Огромный мешок и с кучей полезного и бесполезного хлама.

– Понятно.

– Угу.

– Ты уже дома?

– Практически. Еще в электричке, но через несколько минут уже моя станция.

– Понятно.

– Угу.

– Все хорошо? Как себя чувствуешь?

– Устала немного. А еще у нас очень жарко. На улице просто крематорий.

– Везет вам. У нас утром был мокрый снег с дождем.

– Что? Снег? – Алиса от удивления округлила глаза.

– Да. А все потому, что даже небо взбунтовалось против твоего отъезда.

На глаза Алисы навернулись крупные слезы. Утихшая было тоска с новой силой начала точить струны ее души. Она ощутила резкую, физически ощутимую боль в груди и невольно охнула.

– Что это за всхлипы я слышу? Ты плачешь?

– Прости, не могу сдержаться. Я разбита. Представь себе стакан, который упал и разбился. А ты пытаешься его склеить. И вроде бы нашел все осколочки и, словно пазлы, подогнал все тютелька в тютельку, и даже склеил. Разве станет теперь этот стакан таким, как прежде? Нет, по всему периметру его будут разрывать тонкие нити трещин. Так же и я сейчас. Пытаюсь себя склеить, но это лишь мишура, внешняя сторона дела. Внутри же все мое существо пронзают многочисленные трещины, – Алиса выдохнула, не ожидая от себя такого монолога.

– Твой стакан никто не разбивал. Он все еще целый. Я люблю тебя, и все будет хорошо! Слышишь?

«Слышит ли она?»– Алиса была готова слушать это непрестанно, словно заезженную пластинку, словно мантры. Записать на диск и прокручивать запись круглые сутки.

– Слышу. И я люблю тебя.

– Вот и отлично, – Алиса услышала его улыбку. Именно услышала. Оказалось, что радиоволны передают не только звуки, но и эмоции. Жаль только, что они пока не могли транслировать прикосновения. Ей жутко захотелось прижаться к его могучей и горячей мужской груди. – Целую тебя. Созвонимся еще.

– И я тебя!

– Пока.

– Пока.

Она положила трубку. За окном уже смеркалось. На медленно приближающемся перроне она увидела знакомую фигуру отца. Алиса с нежностью посмотрела на уже погасший экран телефона и радостно помахала отцу рукой.

«Надо бы купить большой календарь, чтобы зачеркивать дни, оставшиеся до встречи», – эта мысль подняла ей настроение. Подхватив свои сумки, Алиса поспешила покинуть электричку. За прошедшие сутки стук колес порядком ей надоел, и она радовалась, что земля больше не будет уплывать из-под ног.

«Дома», – она ступила на перрон и, распахнув объятия, крепко обняла отца.

* * *

«Созвонимся еще» – это когда? Как скоро? Прошла уже неделя, как Алиса была дома. А он так больше и не звонил. Ее голова опухла от бессонных ночей, а телефон стал частью ее тела, продолжением ладони. Она не расставалась с ним даже на минуту. Но он предательски молчал.

Молчал уже неделю. Ему было все равно. Бездушная пластмассовая коробка никак не выражала свое отношение к происходящему. А вот Алиса злилась. Ее распирало от злости. И она не знала, как прекратить этот кошмар. Спасительная мысль пришла в голову как раз в тот момент, когда она уже была готова бросить телефон в стену после очередного «не его» звонка.

Она ловко набрала номер, который знала наизусть. Длинные гудки заставили ее вспомнить о том, что такое мурашки.

– Алло.

– Пап, привет! А ты где? Мы тебя заждались! – Алиса густо покраснела, прекрасно зная, что звонит совершенно не отцу и откровенно врет. Хорошо, что ее алых щек не было видно на расстоянии.

– С каких это пор я стал твоим папой? – в трубке раздался его звонкий заразительный смех, от которого у нее задрожали колени. – Ну, насмешила!

– Рома, это ты? О Боже! – Алиса, как могла, голосом изобразила крайнее удивление. – Как я к тебе попала? Я звонила отцу. Наверное, промахнулась с последним набранным номером из списка, – откровенное и очевидное вранье, но назад пути уже не было.

– Очень даже хорошо, что промахнулась! Я так рад тебя слышать!

– Правда?

– Конечно, правда.

– Почему ты не звонил? – с языка сорвался вопрос, который свел на нет все ее усилия по конспирации. Не выдержав даже театральной паузы, она выдала свои переживания и волнения.

– Мне жутко стыдно тебе об этом говорить, но все дело в денежном вопросе, – он сделал паузу, видимо, подбирая слова. – После нашего последнего разговора мой баланс ушел в глубокий минус, межгород, понимаешь? А у меня еще оплата за общагу и за институт. То есть я как бы на голодном пайке сейчас. На работе с заказами туго. Вот коплю потихонечку, чтобы тебе позвонить, – он замолчал. По его частому и прерывистому дыханию было понятно, что эта исповедь далась ему тяжело. – Извини, что мне пришлось тебе это рассказать. Просто не хочу врать. Если бы ты потерпела еще денек… Я завтра собирался тебе звонить.

Сердце у Алисы бешено колотилось, словно она выпила несколько литров энергетика и пробежала марафон. Бессознательным движением руки она попыталась поймать его и успокоить. Но не помогало.

«Нет денег» – банально для студента, но ужасно для мужчины. Конечно, он не хотел, чтобы она об этом узнала.

– Прости меня. Я уже чего только не передумала за это время. Мне стыдно, что усомнилась в тебе.

– Прощаю. Как ты?

– Если я скажу, что все хорошо, то обману. Потому что мне плохо без тебя. Я купила себе огромный настенный календарь и каждый день зачеркиваю в нем дни, которые мне нужно пережить до встречи с тобой. Минус 7, – Алиса замолчала, в душе ругая себя за излишнюю откровенность.

– Здорово! Осталось 145 дней.

– Вот это у тебя талант к математике. – Алиса улыбнулась. – Это так долго!

– Это уже лучше, чем 152.

– Ты прав. Что у тебя нового?

– Ничего. Институт, работа, спать. Стараюсь как можно больше времени проводить вне дома. Чтобы быстрее летело время. Скучаю по тебе.

– И я. Я позвоню тебе завтра, можно? – Алиса не знала, зачем она спрашивает разрешения. Она знала только то, что не сможет больше выдержать неделю, не слыша его голос.

– Разумеется, можно.

– Тогда до завтра.

– До завтра.

– Пока. Целую.

– Пока. И я тебя.

Короткие гудки в трубке заставили Алису оторвать, наконец, телефон от уха.

Она позвонила ему на следующий день. И через день. И на следующий за следующим день. Она звонила ему каждый день. Терпеливо дожидаясь его звонка до вечера. И ровно в 22.00 ее нервы сдавали. Она слышала его голос и умирала, каждый раз одинаково. Сначала колючие мурашки бежали марафон по ее телу, затем учащался пульс и дыхание, потом начинали путаться мысли. Апогеем этих переживаний становились порхающие в животе бабочки, которые взлетали как раз в тот момент, когда он, прощаясь с ней, говорил ей самые желанные слова: «люблю тебя».

Август подошел к концу. 38 перечеркнутых красным крестиком дней в календаре украшали стену возле ее кровати.

Алиса аккуратно свернула последнюю рубашку и положила ее поверх остальных вещей в большую сумку. Она сняла со стены календарь, прижав его к себе на минуту, и также отправила в сумку. На улице ее ждал отец, который усердно натирал фары на стареньком подержанном семейном автомобиле. Ее ждал большой город, последний курс института и друзья.

От мысли о скорой встрече с любимой подругой на душе у нее потеплело. «Кира не одобрит моих ежедневных звонков ему. Будет бурчать, как старая вредная бабка», – подумала Алиса и улыбнулась, представляя, как ее чинная подруга делает ей наставления.

Алиса взяла телефон и набрала ее номер.

– Какие люди! Привет! – Кира, судя по голосу, была в отличном расположении духа.

– Привет! Завтра придешь на собрание курса?

– Спрашиваешь! Конечно, приду! А ты?

– И я.

– Чудненько! Завтра увидимся. Расскажешь мне все. У меня есть для тебя умопомрачительные новости.

– Какие?

– Узнаешь завтра. Тебе понравится. В твоем вкусе, – Кира хихикнула в трубку. – Ой, ну все, пока, меня зовут. До завтра!

Безбашенная подруга, заинтриговав, сбежала на самом интересном месте. Впрочем, как всегда. Раздался резкий звук сигнала машины. Выглянув в окно, Алиса увидела, что отец машет ей рукой.

– Ну что же. Пора.

Алиса осмотрела свою уютную комнату и вышла. Через несколько минут она уже была в пути.

* * *

– Привет! Как же я соскучилась! – Кира, словно ураган, снося на своем пути все живое, растолкав толпу студентов в коридоре ВУЗа, набросилась с объятиями на подругу.

– Привет! Я тоже соскучилась! – Алиса прижала ее, благодаря Бога за то, что теперь ей есть с кем поделиться частью своих переживаний.

– Как ты отдохнула? – Кира выпустила ее из своих цепких рук и с интересом заглядывала в глаза.

– Да тоска, – пожала плечами Алиса.

– А он?

– Созваниваемся, общаемся. Каждый день.

– Он звонит? – язва, сидящая в душе у подруги, не могла не задать этот вопрос.

– Я, – Алиса посмотрела Кире в глаза и опустила их в пол, стыдясь своей слабости.

– Ну и дура, – недовольно сморщилась Кира.

– Я не могу, люблю его до безумия. Каждый вечер обещаю себе, что не буду звонить первой, что дождусь, когда он позвонит, но не выдерживаю.

– Да я и не сомневалась, что он сам даже не удосужится тебе смс набрать. А зачем? Это очень удобно – не надо тратиться на междугороднюю связь. Есть же влюбленная дурочка-Алисушка.

– Перестань, пожалуйста. Лучше расскажи мне, ты общаешься с Артемом?

– Нет, – лицо Киры мгновенно помрачнело. – И не будем больше о нем. Его и не было. Это мне приснилось.

Она отвернулась от Алисы, зазывая рукой кого-то из толпы.

– Вот. А сейчас обещанный сюрприз.

Алиса с удивлением стала всматриваться в приближающуюся фигуру. В их направлении двигался привлекательный молодой человек, который выглядел немного смущенным. Высокий жгучий брюнет с шоколадно-карими глазами, он представлял собой образчик мужской привлекательности. Особое обаяние ему придавал легкий румянец на лице, появившийся там, вероятно, от смущения.

– Знакомься, Сергей! – Кира посмотрела на подругу и хитро ей подмигнула.

– Алиса, – потерявшая дар речи от неожиданности, Алиса протянула молодому человеку руку.

– Очень приятно! Какие планы на сегодня? – молодой человек явно решил не терять времени и сразу перешел в наступление.

– М-м-м, я, честно говоря, растеряна, так как не ожидала таких вопросов, да и новых знакомств сегодня, – Алиса бросила на подругу разгневанный взгляд.

– Значит, планов нет? – Сергей был настроен решительно.

– Получается, что нет, – сказала Алиса и тут же осеклась, терзаемая совестью. – Хотя нет, я вспомнила – я обещала сегодня вечером навестить крестную, поздравить ее с первым сентября. Она педагог.

– Ну, я полагаю, что поздравление не закончится поздно. Поэтому приглашаю вас с Кирой сегодня в клуб. Я возьму с собой друга.

Алиса открыла рот от удивления. Обалдевшая от его напора, она не знала, что сказать.

– Прекрасно. Только пойдемте куда-нибудь, где не очень шумно. Не выношу, когда нет возможности поговорить. Позвони мне в 9, – Кира игриво улыбнулась и, подмигнув Сергею, словно заправский заговорщик, подхватила Алису под руку и увела.

– Кто это и что это все значит? – Алиса выдернула свою руку и резко остановилась, бросая гневные, словно майские молнии, взгляды то на подругу, то на удалившуюся фигуру парня.

– Да спокойно. Это лучший друг моего брата. Приходил к нам в гости, увидел твою фотку. Пристал ко мне, мол, познакомь. Учится на химфаке, технологом будет. Последний курс. Симпатичный, правда? – Кира улыбнулась, провожая взглядом его фигуру.

– Ты же знаешь, что я не свободна! Не хочу я с ним ни в какой клуб!

– Да ладно тебе, не свободна. Откуда ты знаешь, чем там твой Роман занимается? Ты уверена, что он дома сидит и по тебе страдает? Я вот так не думаю.

– Перестань. Ему не до гулянок. Он работает, чтобы накопить денег и отвезти меня к родителям на Новый год.

– Ну да, конечно. Как бы там ни было, до Нового года еще три месяца. Тебя никто не заставляет встречаться с Сергеем. Просто я подумала, что тебе и твоей страдальческой натуре пойдет на пользу наличие «запасного аэродрома», так сказать. Чтобы было, в чье плечо уткнуться и в чьих объятиях согреться, когда твоя любовь на расстоянии прикажет долго жить.

– Большое спасибо, конечно, за заботу. Только моя любовь не прикажет долго жить. Как ты не поймешь, для меня это серьезно.

– Не говори чепуху. Ты знаешь, что мужчина долго не выдержит без постели. А ты не простишь.

– Выдержит! Между прочим, он рассказал мне, что до меня у него год никого не было. А тут всего лишь три месяца подождать.

– Четыре с половиной, полтора месяца он уже ждет! – Кира не могла не съязвить, хотя и была права.

– Допустим, что четыре с половиной. Это все равно гораздо меньше года. К тому же, я собираюсь выйти на работу, чтобы накопить денег и поехать к нему самой. Если получится до Нового года – то было бы здорово. Если нет – значит летом. Я однозначно поеду туда летом.

– Вместе поедем! Но ты не должна теперь заточать себя в четырех стенах. Ты молодая, красивая, интересная. Ты пока еще студентка. Так живи! Пользуйся! Мужчины, чтобы ты знала, нужны не только для романтических отношений. Их можно использовать как кошелек, как грубую физическую силу, как тамаду. Да куча вариантов!

– Я понимаю, что ты хочешь мне сказать. Я не собираюсь заточать себя в монастырь. Но я не сделаю первый шаг к разрыву. Никогда. Я не буду изменять.

– Ну, мать Тереза, как скажешь. Но в клуб все равно сходим, надо отметить первое сентября как следует.

– Не нравится мне эта идея, – Алиса нахмурила брови и сложила на груди руки, демонстрируя свое несогласие.

– Давай проведем эксперимент. Ты сегодня пойдешь с нами в клуб и не будешь ему первая звонить. Вот посмотрим, вспомнит о тебе твой любимый? Если вспомнит, я больше не буду тебя трогать, – Кира хитро посмотрела на подругу, уверенная, что зацепила ее за самое больное место.

– А вот пошли. Вот и посмотрим. Ты думаешь, что я ему не нужна? Ну смотри, если он позвонит – больше никаких знакомств с Сергеями и ты не будешь пытаться работать сводней!

– Хорошо.

Алиса уже пожалела, что ввязалась в это глупое пари, ее мучили бесконечные сомнения насчет Романа. Отлично зная характер подруги, она понимала, что если звонка не будет, та не отстанет от нее больше ни за что.

«Попробуй только не позвони мне», – она посмотрела вверх, отправляя свой мысленный посыл далеко-далеко, в холодный и величественный город. Ее взгляд случайно упал на толпу студентов, из которой на нее пронзительно смотрели масляно-карие глаза, обладателя которых она уже узнала.

Сергей, заметив ее взгляд, приветливо махнул ей рукой и жестом указал на часы на своем запястье, затем на пальцах продемонстрировал цифру 9. Алиса прекрасно поняла, что он имеет в виду, и натянуто улыбнулась.

– Вот, у вас уже налаживается контакт! – Кира одобрительно закивала головой, заметив эту немую сцену.

– Да тут сложно не наладить, когда такая сваха есть в подспорье.

– Ты давай не дерзи, пари есть пари. Я заеду за тобой на такси в 21.30. К этому времени уже буду знать, куда мы идем. Он обещал мне в 9 позвонить.

– Хорошо-хорошо. Вот только предупреждаю: если Рома позвонит – я встаю и ухожу. И без объяснений.

– Не вопрос.

– Тогда до встречи.

– Пока.

Алиса, сфотографировав на мобильник таблицу с расписанием, быстро развернулась и направилась к выходу, мысленно продолжая посылать сигналы в космос, надеясь, что он все-таки позвонит.

На улице вовсю светило солнце, которое пока еще по-летнему грело. Алиса надела солнечные очки и, расправив плечи, махнула проезжающему мимо такси.

– Крейзера, 20, пожалуйста.

Машина резко рванула с места, увозя Алису и ее переживания вдоль улиц провинциального города, мимо сотен лиц, улыбающихся, печальных и безразличных, мимо домов и припаркованных автомобилей, мимо парков и фонтанов в ее укромный уголок, где она могла стать сама собой, снять маску вполне счастливой и довольной жизнью девушки и отругать, не стесняясь в выражениях, подругу, которая в своем стремлении опекать ее зашла чересчур далеко.

Такси остановилось у старенькой, искалеченной временем, дождями и ветрами пятиэтажки в отдаленном районе города. Вековой дуб, расправивший свою крону над покосившейся лавочкой, приветливой прохладой встретил Алису.

– Спасибо! Всего доброго, – Алиса протянула через сиденье водителю купюру и вышла, сильно хлопнув дверью, чем вызвала неодобрительные взгляды таксиста.

Желания куда-либо сегодня идти не было абсолютно. Пока она поднималась по лестнице на самый последний пятый этаж, в ее голове вертелась только одна мысль: как отделаться от этого свидания, улизнуть, исчезнуть? Как?

«Скажу, что плохо себя чувствую, ну и что, что она подумает, будто я испугалась пари. Да, испугалась, но ведь это не она по уши втрескалась, хотя нет, она тоже втрескалась, только не признается в этом никому, даже самой себе. А я не хочу разочаровываться, да еще и на глазах у первого встречного. Не поеду. И плевать. Я отравилась, голова болит, нога, палец вывихнула», – рой сумбурных мыслей заполонил ее разум, а внутренний голос, словно заведенная пластинка, не замолкая ни на секунду, уговаривал Алису отказаться от этой затеи.

Сбросив с себя неудобные новые туфли, от которых гудели ноги, Алиса с нескрываемым удовольствием распласталась на стареньком мягком диване. На улице и в доме было настолько тихо, что слышно было, как за окном ветер гоняет по асфальту сухую ветку. Она закрыла глаза и уснула, привычно крепко сжимая в ладони телефон.

* * *

Настойчивый звонок в дверь вывел ее из состояния дремоты. Казалось, что звонят в набат. В ушах шумело, и не получалось до конца открыть заспанные глаза.

Алиса посмотрела на циферблат часов на экране телефона и резко подскочила с подушки. Стрелки часов показывали 21.40.

– Вот это я сплю! – прошептала она, медленно сползая с дивана. Противный звонок продолжать пронзать пространство своим визгом. – Иду, иду!

Алиса знала, кто стоит за дверью, и невольно улыбнулась, представляя себе предстоящую сцену.

– Да что с тобой! Ты что, спишь? – разъяренная Кира, сверкая пайетками на красивом коктейльном платье, напоминала прекрасную фурию.

– Прости, пожалуйста, вырубилась, когда приехала домой. Не думала, что буду спать так долго! – Алиса виновато улыбнулась, отодвигаясь от входной двери, чтобы пропустить подругу внутрь.

– Ну, тебе же хуже, у тебя есть 5 минут. Внизу ждет такси. А также Сережа и его очень симпатичный друг, – Кира вошла внутрь и остановилась перед зеркалом в прихожей, чтобы повертеться.

– Извини, но я себя плохо почувствовала, поэтому и уснула. И сейчас еще плохо себя чувствую, – Алиса, словно сапер, начала прощупывать почву для отступления.

– Вот еще. Пара бокалов шампанского приведут тебя в чувство. Тем более, еще чуть-чуть – и будет десять. Звонил тебе твой суженый?

Этот вопрос выбил Алисы из колеи. Она внимательно посмотрела на экран телефона в надежде увидеть там заветный конвертик или красную стрелочку пропущенного звонка, но там не было ничего, кроме проклятых часов.

– Нет. Не звонил.

– Ну кто бы сомневался. Собирайся давай.

Посмотрев еще раз на экран телефона, Алиса пошла в ванну. Ее медленно, но верно начала раздирать злость и обида. На самом деле, было очень больно, что он не звонит. И даже не потому, что он не звонит и это факт, а потому, что это видит ее подруга, что многократно усиливает боль. Тяжело быть неудачницей на глазах у близкого человека. Алиса, яростно орудуя зубной щеткой, злилась с каждой минутой все больше.

– Ну что ты там копаешься? – Кира заглянула в открытую дверь в ванной.

– Как я выгляжу? Макияж надо? – Алиса повернулась в подруге лицом.

– Отлично. Красотка, ты же знаешь. Да у нас и времени нет, там таксист за простой сейчас с нас сдерет.

Достав из шкафа первое попавшееся маленькое черное платье, Алиса быстро натянула его, остановилась на секунду перед огромным зеркалом в прихожей, чтобы поправить непослушные волосы. На полке одиноко смотрели на нее великолепные новые туфли бархатно-синего цвета. Алиса поморщилась, вспомнив пережитые сегодня днем мгновения в этих туфлях, но делать было нечего – красота требовала жертв.

– Идем! – она вышла в подъезд, приглашая подругу следовать за собой.

– Не ожидала от тебя такой прыти, тебе же было плохо!

– Ты выиграла. Он не звонит.

Алиса стремительно спустилась по лестнице, ловко запрыгнув на заднее сиденье автомобиля.

– Привет! – Сергей, сидевший на переднем сиденье, расплылся в улыбке.

– Привет. Едем, чего ждем? – Алиса бросила на молодого человека разгневанный взгляд.

– Да ничего, – он с удивлением посмотрел на Киру, которая только пожала плечами, и добавил уже водителю: – Трогай!

К горлу подкатывали слезы, Алиса посмотрела в последний раз на погасший экран телефона, но тот по-прежнему не подавал признаков жизни. Алиса, не раздумывая, выключила мобильник, запрятав его в самый дальний угол сумочки.

Возле входа в клуб уже толпилось бесчисленная очередь из разряженной и расфуфыренной молодежи. Хвост этой очереди начинался далеко за поворотом на улицу.

– И как мы туда попадем? Я так и знала, что сюда не надо было ехать, – Кира, оценив зорким взглядом масштаб проблемы, недовольно цокнула языком.

– Нет проблем. В охране мой одноклассник, – Сергей, увидев знакомое лицо в толпе, приветливо помахал парню рукой.

Внутри было сильно накурено и шумно. Стоял стойкий тошнотворный запах табака, алкоголя и разгоряченных тел.

Противный официант с засаленными волосами нарочито услужливо проводил компанию за столик в отдаленной части зала.

В ушах звенело от разрывающей сознание музыки. Не было слышно ни друг друга, ни официанта.

Изобразив на пальцах свой заказ, Алиса откинулась на спинку дивана, безразлично осматривая зал. Заметив попытки Сергея присесть к ней поближе, она, не задумываясь о такте, расположила подле себя свою огромную сумку.

Через несколько минут на ее столе уже стояла немыслимых размеров ваза с фруктами и бутылка дорогого шампанского.

– За встречу! – Сергей разлил шампанское по бокалам, специально стараясь как можно чаще касаться руки Алисы.

Терпение, изменившее ей в этот момент, лопнуло. Она резко одернула руку, бросив на молодого человека испепеляющий взгляд.

– Да что с тобой? – Кира нагнулась к лицу Алисы максимально близко, стараясь не очень громко кричать ей не ухо.

– А ты не знаешь? – Алиса злобно посмотрела на нее. – Я сейчас напьюсь. Пожалуйста, проконтролируй мою доставку домой! – сказав это, она залпом выпила бокал с шампанским и тут же подлила себе еще.

Алкоголь разлился по венам, согревая тело и расслабляя разум. Музыка уже не казалось такой противной, а Сергей таким отталкивающим.

Сбившись со счета выпитых бокалов, Алиса с заплывшими от слез глазами, пошатываясь, отправилась на танцпол, не замечая ничего и никого вокруг.

Какие-то руки касались ее плеч, где-то эхом отдавался смех и мужские комплименты. Алиса потерялась во времени и пространстве. Голова начала кружиться, а ноги больше не слушались. Она подошла к стене и медленно начала сползать по ней вниз, теряя сознание, как вдруг чьи-то крепкие мужские руки подхватили ее.

На улице было сыро и влажно. Прошел первый осенний дождь, который прибил столпы городской пыли, смыв с города все следы студенческих гуляний.

Вдохнув полной грудью глоток свежего воздуха, Алиса открыла глаза. Над ней склонилось испуганное лицо Сергея.

– Ты как? Я испугался, что тебе стало плохо!

– Мне очень хорошо! – Алиса еле ворочала языком. – Где Кира?

– Она там, с моим другом общается. Не видела, как я тебя выносил, – он все еще испугано смотрел на нее.

– Ясно. Вызови, пожалуйста, для меня такси. Я хочу домой.

Холодный ветер привел ее в чувство. Во рту было гадко и сухо, а на душе еще хуже.

– Да, конечно. Только принесу твою сумку.

– Хорошо.

Молодой человек стремительно скрылся за дверью, в то время как Алиса, прислонившись к стене здания, закрыла лицо рукой. Было стыдно и противно. И холодно. Сентябрьский ветер трепал ее волосы и голые плечи, заставляя бегать по ее коже миллиарды мурашек.

– Вот, держи. Твоя сумка, – его рука протянула ей сумку.

– Спасибо. Что с такси?

– А вот и оно.

Около клуба медленно парковалась желтая волга с черными шашечками.

– Пожалуйста, скажи Кире, что я уехала, – Алиса открыла дверь такси и села в машину, моментально захлопнув дверь перед лицом удивленного Сергея.

– Я хотел проводить тебя, – он растеряно смотрел в окно автомобиля. – Вдруг тебе станет плохо по дороге.

– Я справлюсь! – послав ему через стекло воздушный поцелуй, девушка похлопала по спинке сиденья водителя, подав ему сигнал к движению.

Машина сердито заворчала и медленно тронулась с места, оставив разочарованного поклонника с его мыслями.

Оставшись, наконец, наедине с собой, Алиса полезла в сумку, чтобы посмотреть, который час. Достав телефон, она только теперь вспомнила, что все это время он был отключен.

Включив телефон, она вздрогнула, так как он мгновенно стал жужжать, сообщая о непринятых вызовах и сообщениях. Семь раз звонила мама, сообщение от сестры и три пропущенных вызова от него. У нее перехватило дыхание. Посмотрев время звонка, Алиса от разочарования закрыла рот ладонью. Он звонил ей спустя всего лишь пять минут после того, как она отключила телефон. Потом через 15 минут, и последний раз 20 минут назад.

– О Боже… – Алиса закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья. – Что же я наделала…

Ее совесть рвала на куски ее душу, разрывая на мелкие кусочки каждый ее сантиметр.

Набрав его номер, Алиса вдруг опомнилась – на дворе была глубокая ночь – но поздно.

– Я слушаю, – его заспанный голос вызвал в ней бесконечную волну нежности, которая пробирала до дрожи в коленях.

– Привет, спишь? – она говорила тихо, как мышка, ощущая за спиной груз своей совести.

– Ну, как бы да. Третий час уже, – хрипота, звучавшая в его голосе и свидетельствующая о том, что он действительно спит, приятным эхом разливалась по ее сознанию.

– Прости, пожалуйста, я только сейчас увидела твои звонки.

– Ясно.

– Ты не хочешь спросить, почему я так поздно тебе звоню? – ее голос дрогнул, услышав в его голосе звенящие нотки.

– А у тебя есть объяснение, после которого я все еще буду хотеть тебя слышать?

– Думаю, да, – она судорожно начала сочинять правдоподобную историю.

– Ну, давай я послушаю.

– Я была у крестной, она у меня педагог. Мы отмечали первое сентября, и честно тебе скажу, что мы напились, – Алиса сморщила лоб, поражаясь самой себе. – И телефон мой искупался в туалете, я его феном сушила. А сейчас еду домой в такси.

– Кого ты хочешь обмануть?

– Ты мне не веришь? Хочешь, я дам тебе мобильник моей крестной и ты поговоришь с ней? – Алиса блефовала, но у нее не было выбора. В разговоре повисла пауза, которая, как ей казалось, сильно затянулась.

– Ты здесь? Веришь мне?

– Никогда больше так не делай. И если собираешься куда-то, то лучше предупреди меня об этом. Даже если ты идешь в клуб с подругой – я не против, но я должен знать! – его голос стал звонким, не терпящим возражений. Но главным во всем этом было то, что он поверил.

– Прости, пожалуйста. Я не думала, что засижусь так поздно.

– Хорошо. А теперь мне нужно спать. Завтра рано на работу.

– Спокойной ночи, я люблю тебя.

– Спокойной. И я тебя.

Алиса положила трубку и расслаблено выдохнула.

Совесть царапала ее существо, словно взбесившаяся кошка, щеки пылали от пережитого волнения. На душе было гадко. Заметив в зеркале заднего вида пронзительные глаза водителя, который смотрел на нее с нескрываемой насмешкой, она смутилась еще больше, отвернувшись к окну и уже более не поворачивая головы до самого дома.

«Это последний раз, когда она пошатнула мою веру», – подумала про себя Алиса, выходя из машины.

Поднявшись в квартиру, она первым делом подошла к календарю на стене и медленно, старательно выводя линии, перечеркнула еще один день.

* * *

Календарь на стене был исчеркан красными крестиками вдоль и поперек. Шли дни и недели. Точнее, они тянулись, словно расплавленная карамель, на сладкий аромат которой слетались бесконечные мухи. Одной из таких назойливых мух продолжал оставаться Сергей. Комната была завалена свежими и уже засохшими букетами, избавляться от которых не было времени. Алиса не отвечала на его звонки и проходила мимо, увидев в институте. Весь этот гербарий ей привозил либо курьер, либо Кира, не оставлявшая попыток свести ее с ним.

Она лежала на своем уютном диване в окружении бесчисленных тетрадей и книг. От предстоящей сессии кругом шла голова. Сосредоточиться было совершенно невозможно. Он не звонил уже неделю. Забыв даже поздравить ее с Днем рождения. Она не звонила тоже. Гордость настоятельно требовала возвести, наконец, на пьедестал чувство собственного достоинства и дать мужчине свободу самому решать, что делать. Но голос разума с каждым прожитым днем звучал все тише и робче, заглушаемый голосом тоски в сердце.

За окном огромными хлопьями падал декабрьский снег, который в свете фонаря казался похожим на вату, созревшую на огромном хлопковом поле где-то там вверху и рассыпавшуюся из корзины усталого сборщика.

Крупные снежинки приземлялись на окно и через некоторое время таяли, стекая по стеклу большими холодными каплями воды.

Завороженная этой картиной девушка вздрогнула, услышав телефонный звонок.

В груди учащенно забилось сердце, и она, отбросив в сторону свои учебники, сорвалась с места.

Затаившаяся было надежда тут же угасла – это снова был не он.

– Да, – ее голос не мог скрыть разочарования.

– Привет, учишь? – Кира, напротив, судя по голосу, пребывала в отличном расположении духа.

– Пытаюсь, но не могу себя заставить.

– Не звонит?

– Нет.

– Да и пошел бы он.

– Угу.

– Какие планы на Новый год? – в голосе появились хитрые нотки, которые не ускользнули от внимания Алисы.

– К родителям еду, а что?

– Так не интересно. Давай с нами.

– С кем, с вами?

– Ну, с моим братом, мной, Сергеем, в общем, будет куча народа и весело.

– Еще три недели, я подумаю. Честно говоря, желания нет, – Алиса не собиралась веселиться в эту новогоднюю ночь. Единственным ее желанием было завернуться в теплый плед и с бокалом шампанского всю ночь смотреть новогодние представления по телевизору под звучное мурчание любимой кошки.

– А ты подумай! Пора уже прекратить страдать по нему! Он тебя уже извел, съел изнутри всю твою душу. От него только одни расстройства! Даже с Днем рождения не поздравил! – голос подруги перешел на крик, было слышно сквозь трубку, как она сжимает зубы от злости.

– Я сама разберусь как-нибудь, ладно?

– Тогда не звони мне и не плачься в жилетку!

– А кому же мне еще звонить, как не тебе? Терпи, родная! – Алиса смягчила тембр голоса, чтобы успокоить разбушевавшуюся подругу.

– В общем так, даже и не думай сидеть в своей коморке и хныкать о судьбе-злодейке, в новогоднюю ночь надо зажигать, веселиться и прочее. Так что без разговоров – ты отмечаешь с нами. Это во-первых. И во-вторых, обрати уже внимание на Сережу. Он влюбился в тебя по уши, хочет свадьбу. Об этом мне брат рассказал.

– Свадьбу? – Алиса округлила глаза.

– А чему ты удивляешься? Не все мужчины такие же сказочники, как твой ненаглядный Рома. Есть и порядочные, и даже с серьезными намерениями. Причем рядом с тобой, а не за тысячу километров, а ты никого и ничего вокруг себя не видишь.

– Обалдеть… – Алиса в эту минуту потеряла дар речи. – Но ведь я даже не смотрю на него, на что он рассчитывает?

– Его твое поведение только подзадоривает. Он настоящий охотник, теперь точно не оставит тебя в покое, пока не получит.

– Бесполезно. У меня к нему только дружеская симпатия, которую я даже и показывать не хочу, чтобы не давать надежду. И попроси его уже перестать транжирить деньги на цветы, – Алиса важно села на диван, приняв королевскую осанку. Как бы там ни было, а факт наличия такого поклонника грел душу и самолюбие.

– Это мы еще посмотрим.

– Посмотрим-посмотрим.

– Ну все, я тогда говорю всем, что ты с нами отмечаешь и без возражений!

Алисе уже совершенно не хотелось возражать. Он не звонит. Он не позвонил ей ни разу за все это время. Более ста исходящих звонков в памяти ее телефона сияли ярким пятном на ее самолюбии. Каждый день четвертый месяц подряд она набирала его номер в одно и то же время и, затаив дыхание, ждала звуков его голоса в трубке.

В потрепанной книге по истории, которая пылилась на книжной полке над ее постелью, аккуратно были сложены купюры, которые она старательно собирала каждую неделю, отказывая себе в развлечениях, обновках, а зачастую даже в еде. Эти деньги она собирала на поездку к нему, продолжая выполнять свой ежевечерний ритуал, перечеркивая очередную дату на большом календаре.

– Ты знаешь, я не звонила ему уже неделю. Я думаю, это достаточный срок, чтобы понять, что со мной что-то случилось. Два варианта: или ему все равно… – Алиса взяла паузу, обдумывая слова, – или ему все равно. Ну вот, вариант оказался один, – Алиса глубоко вздохнула, пытаясь тем самым остановить подкатывающий к горлу ком.

– Не грусти, подруга. Ты хочешь журавля в небе, но упускаешь синицу. Посмотри вокруг: счастье ближе, чем оно кажется, – голос Киры расплылся мягким бархатом, она умело обволакивала своей поддержкой кровоточащую рану в сердце Алисы.

– Проблема в том, что мне нужен журавль.

– Синичку потренируешь, глядишь, и журавушкой полетит, – в трубке раздался заливистый смех Киры.

– Ну-ну. Спасибо, что подняла мне настроение. Ты всегда находишь нужные слова.

– Так я могу рассчитывать на тебя?

– Да, я с вами.

– Ура! Молодчинка, правильный выбор.

– Надеюсь.

– Я позвоню тебе ближе к дате, расскажу, где и как, договорились?

– Конечно.

– Тогда пока!

– Пока.

Алиса положила трубку и совершенно новым взглядом посмотрела на окно, которое по-прежнему покрывали крупные снежинки. Теперь казалось, что вода от растаявших снежных кристаллов начисто смывает из ее души печаль.

* * *

До Нового года оставалось несколько дней. Алиса, которая не звонила ему уже более двух недель, перестала вздрагивать при каждом телефонном звонке, твердо решив для себя прекратить стенания и стараться жить дальше.

Предновогодняя суета заняла ее мысли и время. Стараясь не оставаться больше одной, она приходила домой только ночевать, пропадая в бесчисленных магазинах, кинотеатрах и кафе города.

Сергей продолжал посылать ей цветы, в которые старательно вкладывал открытки с нелепыми стихами собственного сочинения, вызывающие у девушки сначала приступы смеха, а затем умиление.

Она снизошла до того, чтобы приветливо здороваться с ним в институте, чем вызвала неописуемый восторг у Киры.

Заняв столик в отдаленном уголке маленькой и уютной кофейни на углу Пушкинской, Алиса с любопытством всматривалась в лица его посетителей, ожидая подругу.

– Чем я могу Вас порадовать? – перед столиком возникла фигура приятного и улыбающегося официанта.

– Капуччино, пожалуйста. Двойной.

– Это все? – юноша был явно разочарован.

– Пока все. Я жду подругу, мы позже сделаем заказ. А, вот и она! – увидев знакомое лицо, Алиса привстала со стула и приветливо замахала рукой.

– Привет, – Кира, на ходу снимая шарф, шапку и шубу, радостно плюхнулась рядом.

– Привет.

– Молодой человек, мне кофе, только вкусный! – Кира внимательно посмотрела на официанта.

– У нас весь кофе вкусный, если Вы любите кофе с молоком, попробуйте наше макиато с топпингом.

– М-м-м, давайте с фисташковым сиропом. И пироженку, шоколадную, – Кира мечтательно посмотрела в потолок и еле заметно облизнулась, видимо, представляя себе то самое пирожное.

– У нас очень вкусный шоколадный бисквит, – официант продолжал загадочно улыбаться.

– Пусть будет.

– А вам что-нибудь еще принести к кофе? – он повернулся к Алисе и застыл в ожидании заказа.

– Нет, я больше ничего не хочу.

– Хорошо.

Официант спрятал блокнот с карандашом в карман и, слегка поклонившись, ретировался.

– Какой приятный официант. Надо будет оставить ему на чай, – Кира терла ладони, стараясь согреть их.

– Угу, – Алиса взяла обеими руками горячую чашку с кофе, которое невероятно вкусно пахло, распространяя в воздухе аромат бодрости и тепла.

– Ну что, готова к вечеринке всех времен и народов?

– Да я всегда готова.

– Ребята будут готовить сами, представляешь? Я ушам своим сегодня не поверила, когда это услышала. Нам останется только навести марафет и украсить собой этот вечер, – Кира довольно хихикнула, искренне восхищаясь этой новостью.

– Неужели? Это не может не радовать, – Алиса улыбнулась подруге в ответ.

– Сережка готовит тебе какой-то невероятный подарок, брат мне проговорился. Правда, не могу вытянуть из него, что именно тебя ждет. Ну да ладно, так даже интереснее.

– Хм… Что же это может быть? Надеюсь, не кольцо. Ибо я не хочу расстраивать человека в такую ночь.

– Перестань, ты так не сделаешь. Не испортишь человеку праздник.

– Ты меня знаешь, не сделаю.

На столе завибрировал телефон. Алиса не торопясь протянула к нему руку, отставив в сторону чашку с кофе. Не глядя на экран и не видя номера звонящего, она ответила.

– Я слушаю.

– Привет, солнышко, – его голос, словно самурайский меч, пронзил ее слух, рассекая на составные части ее картину мира, которая только-только приняла более или менее четкие очертания.

– Привет! – на ее лице появилась гримаса абсолютного и искреннего удивления.

– А куда ты пропала?

– А ты только теперь заметил, что я не звоню? – ее голос начал дрожать от подкатившей обиды.

– Нет, конечно.

– А тебе не пришло в голову позвонить мне самому? Может быть, меня убили! И я уже молчу про мой День рождения! – еще немного и она начала бы кричать. Голос был наполнен иронией и звенел, как натянутая струна.

– Я не мог, – виновато ответил Роман.

– Ну естественно, я и не сомневалась. Что случилось на этот раз? Может быть, НЛО? Или викинги напали? А может быть, ты выполнял секретное задание английской разведки?

Кира открыла от удивления рот, не ожидая от подруги такой ярости.

– Зачем ты так? Я в больнице лежал. Сломал ногу на работе. А телефон у меня украли в приемном отделении. Вот выписался, купил новый, восстановил номер.

Алису словно окатили из ушата кипятком. Ее щеки начали гореть, а совесть, как сердитый прокурор, твердила в голове одну только фразу: «какая же ты дура!».

– Прости, пожалуйста, я не знала, – Алисе было жутко стыдно.

– Прощаю. А почему ты не звонила? Судя по тому, что у меня нет ни одного сообщения о пропущенных вызовах, ты обо мне не вспоминала.

«Не вспоминала?!» – внутри у Алисы поднялась волна негодования. Хотелось кричать ему, что она его еще даже не начала забывать, чтобы вспоминать, что не прошло еще ни одной минуты, когда бы она не подумала о нем, что ей стоило титанических усилий сдерживать себя от набора заветного номера. Вместо этого она глубоко вздохнула, приводя в порядок свои эмоции.

– Я не звонила тебе, потому что проверяла тебя. Понимаешь, у девушек есть такое понятие, как чувство собственного достоинства, а ты ни разу сам мне не позвонил с того момента, как я здесь…

– Понятно, – прервал он ее, – ты тоже полна традиционных женских комплексов, что первым должен звонить мужчина, что инициатор тоже всегда мужчина и что девушка, признавшаяся в любви первой, автоматически становится шлюхой. Почему бы просто не любить?

Такой простой и закономерный вопрос, который, на удивление, был для нее открытием. Действительно, зачем нужны эти барьеры и условности? Алиса словно прозрела.

– Я… я не знаю, что тебе сказать.

Она действительно не знала, что ему сказать, и, закрыв ладонью глаза, сильно зажмурилась, стараясь найти подходящие слова.

– Конечно, не знаешь.

– Прости, – она окончательно сдалась и жалобно посмотрела на подругу, надеясь найти в ней поддержку.

Кира только покачала головой и повертела указательным пальцем у виска.

– Я звоню тебе не просто так, – его голос стал интригующим. – Как ты отмечаешь Новый год?

Алиса чуть не подпрыгнула на стуле.

– Я собиралась к родителям.

– Хороший вариант. Я собираюсь отвезти тебя к своим родителям. Представить. Как ты на это смотришь?

Алиса от неожиданности опрокинула на стол свой кофе, который беспощадно разлился по гладкой деревянной поверхности, ручьем стекая на ее джинсы.

– Черт, – она шепотом выругалась, но он услышал.

– Что-то не так?

– Нет-нет, извини, это я не тебе. Я пролила на себя кофе от неожиданности.

– Не обожглась?

– Нет, но выгляжу теперь нелепо с огромным мокрым пятном на джинсах.

– Ничего страшного, – он улыбнулся на другом конце провода, она это точно знала. – Ну так что? Едешь со мной?

– Ты еще спрашиваешь? Конечно, еду! – ее лицо светилось от радости.

– Отлично. Значит план такой. Ты берешь билет до областного центра в Тульской области, название я тебе напишу в сообщении, я тебя там встречу тридцатого числа, и мы оттуда едем к моим родителям.

Алиса округлила глаза. Отправляться неизвестно куда под: Новый год, в незнакомый город – такая перспектива свела на нет весь ее восторг.

– Послушай, пожалуйста. Я девочка, мне страшно одной в поезде ехать в незнакомый город.

– Чего ты боишься? Деньги за билеты я тебе отдам на месте, встречу. Все будет хорошо.

Алиса в этом не была так уверена.

– Мне надо подумать, – Алиса не хотела его обидеть своим отказом, но она боялась такой поездки.

– Хорошо. Я отправляю тебе сообщение, там будет город, номер поезда, время. Позвони мне, как решишь.

– Договорились.

– И да, я люблю тебя!

Алиса закрыла глаза от удовольствия. Эти слова вызвали бурю в ее затихшей душе.

– И я тебя!

– Ну пока. Целую.

– Целую.

Кира, не дожидаясь того момента, как рука подруги коснется стола и она положит телефон, быстро подсела к ней поближе.

– Это был он?

– Да.

– Да неужели, опомнился!

– Он был в больнице, и у него опять украли телефон, – Алисе не хотелось ничего доказывать подруге, но та не унималась.

– Вот сказочник. Ганс Христиан Андерсен, – Кира скривила рот в нескрываемой усмешке.

– Никакой он не сказочник. Он пригласил меня отпраздновать Новый год с его родителями. Хочет познакомить.

– Да ты что? – Кира удивленно выпучила глаза.

– Да.

– А ты что?

– А я не знаю. Он предлагает мне самой добраться до города, где они живут. Это Тульская область, черт знает где.

– Ты в своем уме? Не вздумай даже. Твой ненаглядный не тот человек, на которого слепо можно положиться. Чужой город, Новый год и ты одна. Что с тобой будет, если он не встретит, если в очередной раз попадет в больницу или еще куда, у него это обычное дело, – Кира говорила так, словно читала мысли подруги.

– Ты права. Но я так хочу! – Алиса поджала губы и с надеждой посмотрела подруге в глаза.

– Не надо. Мне твоя мама голову оторвет, если узнает, что ты туда уехала, а я знала и не остановила тебя.

– Она не узнает.

– Ну допустим. А деньги у тебя на билет есть? – Кира продолжала искать подводные камни.

– Нет, но он сказал, что заплатит за билеты.

– Он тебе пришлет сюда деньги, чтобы ты могла купить билеты?

– Нет.

– А как?

– Он на месте мне отдаст за них деньги.

– А ты тут на что их будешь покупать?

– У меня немного есть, я скопила.

– Хорошо, попробуй. Только мне эта затея не нравится.

Телефон зажужжал, оповещая о смс. Как и обещал, он прислал ей информацию о дороге.

– У тебя случайно нет телефона железнодорожного вокзала? – Алиса вопросительно посмотрела на подругу.

– Был где-то, а тебе зачем?

– Хочу позвонить на вокзал, узнать, есть ли билеты и стоимость.

– Вот, держи, – Кира протянула подруге телефон, на экране которого была открыта карточка с контактами вокзала.

Билетов не было. Алиса разочаровано положила трубку.

– Ну что? – спросила Кира, уже поняв по выражению лица Алисы, что ответ оператора ее не порадовал.

– Билетов нет. Кассирша еще так ехидно мне ответила, мол, девушка, вы бы еще 31-го решили купить билеты. Все едут к родным, друзьям. Все билеты распроданы еще в ноябре.

– Что, совсем без вариантов? – Кира изображала разочарование, в душе радуясь, что подруга не сможет уехать.

– Ну, сказала, что возможно будут билеты, если кто-то сдаст.

Алиса поникла. Хотелось плакать от обиды.

– Почему так? Он что, не знает, что билеты надо покупать заранее? И если он давно собирался познакомить меня с родителями, то почему приглашает меня туда двадцать восьмого числа? Я похожа на супермена? Я могу раздобыть деньги и билет, уехать уже на следующий день, и все это после того, как он забыл обо мне на две недели? – Алиса готова была разрыдаться, обращаясь с этим криком души даже не к Кире, а к мирозданию.

– Успокойся. Никуда не надо ехать. Позвони ему и скажи, что нет билетов. Это уважительная причина. Ты точно в этой ситуации ничего поделать не можешь.

– Ты права. Но от этого не менее обидно.

– Когда скажешь ему?

– Завтра.

– Не делай только глупости.

– Не буду.

– Мне пора, увидимся 31-го.

– Ага, беги. Рада была тебя видеть.

Кира ушла, оставив Алису наедине с новой порцией мучительных мыслей. Кафе заполнилось гостями до отказа. В зале стоял гул от громких и не очень голосов, в воздухе витал волнующий аромат кофе. Люди улыбались, смеялись, предвкушая грядущие праздники. И только она одиноко взирала на происходящее отрешенным взглядом. Решив, что нет смысла ждать следующего дня, чтобы сказать свой ответ Роману, она набрала его номер.

– Уже соскучилась? – услышав его голос, она улыбнулась.

– Я всегда скучаю по тебе. Даже когда сплю.

– Рассказывай, что-то случилось?

– Я получила твое смс, позвонила на вокзал.

– И?

– Билетов нет. Раскуплено еще в ноябре. У меня не получится приехать. Если бы ты сказал мне раньше, – в трубке повисло тяжелое молчание, из-за шума в кафе не было слышно даже его дыхания.

– Это плохо. Очень плохо. Я уже сказал родителям.

– Мне очень жаль, я думаю, ты не сомневаешься в моем желании видеть тебя, быть с тобой рядом в эту ночь.

– Конечно, не сомневаюсь. Но теперь встреча снова откладывается на неопределенный срок.

– Я накопила немного денег. Смогу приехать к тебе весной.

– Эта новость уже лучше.

– Вот как-то так.

– Ну, не расстраивайся, не надо. Все будет хорошо! – он почувствовал в ее голосе боль и, как мог, попытался сгладить эти эмоции.

– Я не могу не расстраиваться. Все очень сложно, понимаешь?

– Никто не говорил, что будет легко. Ты же сильная девочка… моя девочка! – от его слов Алису захлестнула волна нежности, бесконечной и томительной, которая пробуждала пожар в самых скромных уголках ее души, распаляя и без того измученное ожиданием тело.

– Я не знаю, подходящий ли сейчас момент, но с языка рвутся эти слова. Я должна тебе это сказать, – Алиса замолчала, ожидая его реакции.

– Какие слова?

– Все вокруг, включая мою лучшую подругу, мою маму, все думают, что я наиграюсь в страдания по тебе и успокоюсь, что все не по-настоящему, все пройдет, понимаешь?

– И?

– Но я хочу, чтобы ты знал. Я не играю. Я люблю тебя, я никогда и никого не любила, теперь я знаю, что люблю.

– Я знаю. Я верю тебе.

– Спасибо.

– Не расстраивайся, увидимся весной. А теперь отправляйся баиньки, напиши, как доедешь. И никакого флирта с мужчинами в транспорте, поняла? – его голос стал сердито-игривым, поднимая ей настроение.

– Слушаюсь!

– Целую тебя! Пока!

– Пока.

Допив последний глоток капучино, Алиса оставила на столе деньги, с лихвой оставив на чай услужливому официанту, который, заметив, что она пролила свой напиток, немедленно принес ей еще.

Официант кивнул ей на прощание головой и радостно заулыбался, заметив на столе деньги.

Алиса вышла на улицу, мороз сию же секунду сковал ее и без того раскрасневшиеся от пережитых эмоций щеки. Теперь они пылали, словно два факела. Город сиял в ожидании нового года и нового чуда.

* * *

Тридцать первое наступило неожиданно быстро. И хотя Алиса ежедневно продолжала зачеркивать в своем календаре даты и знала, что до него оставались считанные дни, сознание отказывалось признавать, что этот день настал.

Она проснулась рано, очень рано. Какая-то неведомая сила подняла ее с кровати в шесть утра и больше не давала уснуть, как она не старалась. За окном была кромешная тьма, ее разбавляла лишь еле заметная полоска света от единственного фонаря на улице.

Алиса упорно пряталась под подушкой от наступающего праздника, терзаемая муками совести. Она сказала ему, что едет праздновать Новый год к родителям. А сама… И хотя она не собиралась совершать чего-то противоправного, сам факт лжи убивал ее.

Кира настояла. Она пообещала, что Сергей не посмеет коснуться даже края ее платья. Что она просто проведет этот Новый год в кругу друзей, чтобы немного отвлечься. Но, зная подругу, она подозревала, что та готовит ей очередной сюрприз. Это и не давало покоя.

– Черт бы все это побрал… Ненавижу! – Алиса сильно стукнула кулаком по подушке.

Оставив попытки уснуть, она просто лежала, уставившись в потолок. Прошел час, а может быть, два. От напряжения глаз ей стали мерещиться замысловатые узоры на побеленном потолке ее квартиры. Красные, сиреневые, желтые круги расходились по потолку, словно волны на воде. Она зажмурилась, затем протерла глаза.

Телефон, как обычно, ночующий под ее подушкой, не издавал ни звука. А ей так хотелось, чтобы хотя бы будильник разбавил немного ту гробовую тишину, которая царила в комнате.

Небо, услышав ее мольбы, послало под ее окна шумную компанию, которая, встречая новогодний рассвет, начала запускать салюты. От их шума сон окончательно прошел. Небо озарилось мириадами разноцветных звезд, а смех людей со звоном отражался в оконном стекле.

Алиса встала и прошла на кухню, чтобы выпить кофе. Впереди еще целый день, который нужно просто пережить. Еще один день, который она просто перечеркнет в календаре.

Горький горячий кофе окончательно привел ее в чувство. Первые солнечные лучи уже пробивались через тяжелые тучи, превращая снег, лежащий на земле, в блестящую иллюминацию.

Алиса залюбовалась этой картиной. Снег, очевидно, нападавший ночью, был ослепительно белым, еще не впитавшим городскую пыль и грязь.

Услышав жужжание телефона, Алиса вынуждено отошла от кухонного окна.

– Да.

– Привет! С наступающим! – голос Киры, как всегда, был полон позитива.

– С наступающим. Ты чего так рано?

– А я сегодня весь день буду тебе звонить, чтобы ты не сбежала. Я-то тебя знаю, – Кира была права, опасаясь побега подруги. Алиса уже добрые полчаса обдумывала план, каким образом ей избежать участия в этой шумной вечеринке.

– От тебя не скроешься. Ты из-под земли достанешь! – Алиса улыбнулась, удивленная в очередной раз прозорливостью подруги.

– А вот и не надо от меня скрываться. Настоятельно рекомендую тебе сегодня выспаться. Ребята там готовят фееричную шоу-программу!

– Да разве выспишься с тобой? Ты же сама сказала, что не дашь мне сегодня покоя.

– Дам, у тебя есть время до девяти. Потом я за тобой заеду. Кстати, ты придумала себе наряд?

Об этом девушка думала меньше всего. Откровенно говоря, не думала совсем. Алиса начала судорожно вспоминать, что может подойти к такому событию. Как назло, ничего не шло на ум.

– Да, конечно. Надену джинсы и свитер.

– Издеваешься?

– Нет, не вижу причины разряжаться.

– Не глупи. Это все-таки праздник. Нафоткаю тебя, красивую, и пошлем потом твоему суженому-ряженому фотографии, чтобы не забывал! – Кира злорадно хихикнула, зная, что надавила на нужную кнопку.

– Если только ради этого, – мысль о Романе вызвала у Алисы улыбку, которую невозможно было выключить.

– Ну и отлично. Все, до девяти. Пока.

– Пока.

Последовав совету подруги, Алиса вставила в уши плеер и под звуки саксофона задремала, укутавшись в пуховое одеяло.

Будильник был очень настойчив, настоятельно требуя ее пробуждения. Алиса с трудом открыла глаза, привыкая снова к сумраку. На улице повсюду грохотали салюты, звучала музыка из распахнутых окон многочисленных квартир.

Алиса, посмотрев на часы, стремительно вскочила с кровати. До приезда подруги оставалось всего лишь тридцать минут. Она проспала, и теперь было ясно, почему ей снилось, как противно жужжит двигатель самолета, в котором она куда-то летела. Это будильник усердно вибрировал под ее подушкой, стараясь привести ее в чувство.

Распахнув двери старенького шкафа, она схватила единственное имеющееся в наличии платье, черно-золотого цвета. Платье было немного нелепым из-за разлетающейся золотом юбки, но выбора не было. Алиса повертелась у зеркала, недовольно поморщившись, затем быстро проскочила в ванну. Лицо, раскрасневшееся от долгого сна, требовало макияжа. Алиса не любила этого, но была вынуждена воспользоваться пудрой. Легкими движениями пальцев она нанесла на ресницы немного туши. Теперь было лучше. Гораздо лучше.

В квартире, куда Алису привезла подруга, уже было накурено. Стоял густой и едкий запах сигаретного дыма вперемешку с ароматами еды, алкоголя и духов. Из колонок музыкального центра раздавался голос ди-джея какого-то попсового радио.

– Чья это квартира? – Алиса была здесь впервые.

– Это ребята сняли, на двое суток. Понятия не имею.

– Ясно.

Алиса зашла в комнату, в центре которой стоял огромный круглый стол, на удивление прекрасно сервированный. Белоснежная скатерть, красные салфетки и два огромных подсвечника. В углу у окна, переливаясь мерцающими огоньками, сияла маленькая аккуратная елочка.

– Привет, девчонки! А мы вас уже заждались! Ну что, по маленькой?

Алиса чуть не рухнула от удивления. Перед ней из кухни возник Паша с большим серебряным подносом в руках, на котором аккуратно расположились несколько бокалов с вином и ваза с виноградом.

– Ты? – при всем своем природном чувстве такта, Алиса не смогла скрыть разочарования.

– Я тоже рад тебя видеть! – Паша обиженно фыркнул и развернулся с подносом к Кире.

– Спасибо, не откажусь, – Кира хитро посмотрела на подругу и сделала несколько глотков шампанского.

– Как он сюда попал? – наклонившись к лицу подруги, прошептала Алиса ей на ухо.

– Я позвала. Хочу посмотреть на битву титанов, – она прыснула от смеха, прикрыв ладонью рот.

– Каких еще титанов? – Алиса начинала откровенно злиться.

– Ну как же, сейчас Сергей приедет. Вот будет потеха.

– Спасибо, подруга. Отличный сюрприз, – Алиса готова была расплакаться.

– Да ладно тебе, просто смотри и веселись. Просто! Не усложняй!

– Да уж, – Алиса посмотрела на нее полными упрека глазами, отчего та, перестав, наконец, улыбаться, быстро посерьезнела.

– Да я просто хочу, чтобы тебе было весело. Посмотришь, как эти два гуся гамбургских будут щипать друг друга. Я же знаю, что они тебе оба не нужны.

– Вот именно. Посмотрю я на это шоу до боя курантов. Потом уеду.

– Перестань ты психовать, весело будет.

– Ты подумала вообще? Они ж напьются, не дай Бог начнут бить друг друга.

– Ну напьются, ну наваляют…

– Я от тебя такого не ожидала, – Алиса отвернулась от недоумевающей подруги и быстро отправилась на кухню.

На кухне несколько молодых людей, из которых Алиса знала только одного Пашу, что-то резали, мешали, посыпали и раскладывали по тарелкам.

Девушка впервые видела такую картину матриархата. Эта мысль заставила ее улыбнуться.

– Помощь нужна, ребят?

– Никак нет, все уже готово! – ответил ей приятный молодой человек в фартуке, из-под которого виднелась стильная синяя рубашка.

– Артем! – он вытер руку о фартук и протянул ее Алисе.

– Очень приятно, Алиса! С наступающим, кстати! – Алиса пожала ему руку, выдавив из себя что-то наподобие улыбки.

– Вина?

– Пожалуй.

Алиса сделала несколько глотков теплого шампанского, отчего поморщилась.

Парни смотрели на нее с нескрываемым интересом, словно стая голодных волков. Решив, что лучше бы ей ретироваться, она взяла бокал и вышла.

В дверь позвонили, и Алиса открыла.

Увидев перед собой огромного розового плюшевого зайца, Алиса ахнула.

– С наступающим! – в квартиру зашел Сергей, который, увидев ее, расплылся в безумно обаятельной улыбке!

– Привет. С наступающим! А это вместо Деда Мороза под елку? – Алиса указала на зайца.

– Это тебе! – он протянул ей зайца, от которого она не могла отказаться. Он был великолепен.

– Спасибо! – она обняла плюшевую зверюшку руками и прижалась к нему. – Я не могу его принять! Прости. Потискала и хватит, – с трудом оторвав от себя подарок, Алиса протянула его обратно.

Ошарашенный Сергей стоял, открыв рот.

– Но почему? – в его глазах читалось искреннее удивление. – Он тебе не понравился?

– Ну что ты, очень понравился. Просто я не могу его принять. Мой молодой человек вряд ли оценит такой мой поступок. Мне бы тоже не понравилось, если бы он принимал подарки от других девушек.

– Я не возьму его назад. Ты можешь делать с ним все, что хочешь. Если он тебе не нужен – просто выкинь.

Сергей разозлился, и это было заметно по его нервным движениям. Пальцы не слушались его, когда он расстегивал пуговицы, а туфли почему-то отказывались ставать на обувную полку.

Пожав плечами, Алиса решила поставить бедолагу под елку.

– Ого, кто это тебе подарил? – Кира, удобно расположившаяся на диване, сделала большие глаза, увидев Алису с зайцем.

– Это я тебе дарю. Пока пусть под елочкой постоит, ты не против?

– Откуда ты его взяла? Ведь ничего не было, когда я за тобой заехала! – Кира подлетела к плюшевому подарку, радостно подхватив его на руки.

– А это мой сюрприз, – Алиса устало села на пошатывающееся кресло у окна и улыбнулась подруге.

– Спасибо! Он просто чудесный.

Сергей, который зашел в комнату в этот момент, с грустью посмотрел на Алису, не проронив ни слова.

– Пора уже за стол, – Артем, сняв, наконец, фартук, отодвинул от стола стул, как настоящий джентльмен, и ладонью поманил девушек занять свое место.

– Спасибо! – Алиса с благодарностью посмотрела на него.

Оказавшись в эпицентре эмоциональной бури, Алисе было не по себе. С трех разных сторон на нее смотрели три пары пронзительный глаз – Паша, Сергей и Артем. Голова шла кругом, и единственное спасение было на циферблате больших круглых часов, которые висели на стене напротив нее.

До двенадцати оставалось чуть больше двадцати минут.

Со стороны на все это с нескрываемым удовольствием смотрела Кира.

Алиса, подняв очередной бокал, другой рукой набирала номер такси. Нетрезвым голосом диспетчер сообщила ей, что машина будет не раньше часа, но делать было нечего.

Не зная, чем занять себя до боя курантов, Алиса достала из сумочки маленький огрызок карандаша и начала рисовать на салфетках узоры.

– Желание будешь загадывать? – Паша, не сводивший с нее глаз, решился, наконец, заговорить.

– А это идея… – Алиса забыла, что в эту ночь самое время загадывать желания. – У кого-нибудь есть спички или зажигалка?

Сразу три руки протянулись к ней через стол.

– Спасибо! – Алиса взяла коробок спичек из рук Артема, чем вызвала раздражение на лицах Сергея и Паши.

Президент что-то рассказывал с экрана о здоровье, благополучии и счастье, но Алиса не слушала его. В голове была только одна мысль – успеть.

Первый бой курантов вывел ее из состояния усталой полудремы, она схватила карандаш и написала на маленьком клочке салфетки: «Увидеть его еще хотя бы раз и обнять». Куранты били седьмой раз. Дрожащими руками она пыталась зажечь упрямую спичку, которая отказывалась ее слушаться. Наконец, с третьей попытки ей удалось поджечь заветный листок. Салфетка мгновенно вспыхнула, сгорев за несколько секунд. Огонь, добравшись до пальцев Алисы, больно их лизнул, тут же погаснув.

Бросив пепел от салфетки в бокал с шампанским, Алиса быстро выпила его, сделав последний глоток с двенадцатым боем.

«Успела», – ее глаза засияли от радости, и новогоднее настроение добралось, наконец, до ее души.

– Ну ты даешь! И как ты успела, да еще и выпила этот пепел? – Кира с восторгом смотрела на подругу.

– Если чего-то очень сильно хочешь, вся вселенная будет этому способствовать! – Алиса улыбнулась чему-то или кому-то невидимому, что должно было исполнить ее мечту.

– Рада видеть, что твое настроение пришло в норму! – музыка стала звучать громче, и Кире пришлось кричать ей на ухо.

– Да, пришло!

– И это несмотря на то, что он тебе не звонил! – Кира подмигнула подруге, кивком головы указывая на троих ухажеров, которые продолжали дырявить девушку взглядом.

– Ну вот и зачем ты это сказала? – Алиса действительно забылась, а ведь он и правда не звонил и не писал. На лице сразу отобразилась резкая смена настроения.

– Чтобы ты обратила внимание на во-о-он ту троицу! – Кира обвела парней взглядом.

– Да ну тебя! – Алиса обижено надула губки, уставившись в окно, за которым разноцветными огнями сияло новогоднее небо.

Неожиданно телефон на ее столе подал голос. Алиса, посмотрев на экран, чуть не подпрыгнула от радости до потолка! Схватив его, она поднесла его к лицу подруги, язвительно и дерзко высунув язык!

– Видела? Звонит! – Алиса начала пританцовывать с телефоном в руке, двигаясь в направлении кухни.

– Алло! – на кухне было относительно тихо, Алиса подошла к окну, опершись локтями на подоконник.

– Привет! Не думал, что смогу дозвониться до тебя в это время! – счастье, безумное и ничем не сдерживаемое, разлилось как шампанское по ее нервам.

– Почему? – ее голос от радости дрожал, и она боялась выдать себя.

– Так новогодняя ночь, сеть перегружена, все поздравляют друг друга.

– А, ты об этом…

– Ага, поздравляю тебя с Новым годом, с новым счастьем!

Алиса хотела ответить ему многочисленными признаниями, как дверь в кухню неожиданно открылась и на пороге появился изрядно выпивший Сергей.

– Ты с кем тут говоришь? – его раскатистый бас разлился по комнате, словно канонада пушечных ядер.

– Это неважно, – Алиса прикрыла трубку рукой, пытаясь выйти и добраться до ванной.

– Ну-ну, не важно. Хахаль твой питерский, да? – Сергей не собирался униматься.

– Да тебе какое дело? – Алиса с трудом выскочила за дверь и закрылась в ванной.

– Прости, пожалуйста! – она не знала, что еще сказать ему.

– Кто это? – его голос насторожился.

– Да я не очень хотела бы тебе это рассказывать, но раз уж ты уже сам слышал… – Алиса судорожно пыталась придумать более или менее правдоподобную легенду. – Ты же знаешь, что я с родителями?

– Да, ты говорила.

– Мне неприятно об этом говорить, мой папа, он хороший человек, обычно… – Алиса мысленно попросила прощения у Бога за эту дурацкую ложь, – но когда выпьет…

– Понятно. Не переживай. Мне жить с тобой, а не с твоим папой. Все хорошо! – Алиса никак не могла придти в себя. Он поверил.

– Я сейчас очень бы хотела оказаться рядом с тобой! – крупная слеза скатилась по ее щеке. Ей было жутко стыдно за свое сочинительство. Совесть не давала покоя.

– И я, солнышко. Ты же знаешь, что я люблю тебя? – он пытался приободрить ее, но выходило как-то не очень. Его голос, наполненный печалью, выдавал, что он тоже хандрит.

– Конечно, знаю. И я люблю тебя, – Алиса всхлипнула. – Я загадала желание.

– Какое?

– Я не могу тебе сказать, но думаю, что ты догадываешься.

– Не говори, а то не исполнится.

– Не говорю.

– Не кисни, все будет хорошо!

– Ага.

– Я позвоню тебе. На недельке. Договорились?

– Сам?

– Конечно, сам. Сколько же можно пользоваться твоей щедростью. Уже совесть замучила.

– Перестань. Для меня это не накладно.

– Я знаю. Но я мужчина. И я так решил. Звонить буду я.

– Хорошо, – Алисе было приятно выполнять его желания.

– Целую тебя!

Их прервал громкий стук в дверь ванной.

– Аленка, открывай! Дай мне трубку! – Сергей кричал, словно на пожаре. – Я скажу твоему ненаглядному, что о нем думаю!

Алиса зажмурила глаза и быстро ответила:

– Целую тебя, надо идти, а то боюсь, что дверь сломает!

– Конечно, иди. Он хотя бы вас не тронет?

Алиса покрылась пурпурной краской, осознавая, какую славу создала своему отцу, но назад пути не было.

– Нет, не тронет. Скоро уже уснет.

– До связи.

Он положил трубку. Алиса открыла кран с холодной водой и протерла свое раскрасневшееся лицо влажным полотенцем.

Стук в дверь не прекращался. К голосу Сергея добавились еще голоса, Алиса слышала крики Паши, Артема и остальных, что-то гремело и падало.

Телефон снова завибрировал. На этот раз это было такси. Алиса с облегчением вздохнула.

– Отойдите от двери, я открою! – Алиса, набравшись мужества, отодвинула щеколду.

За дверью вмиг стало тихо. Открыв дверь, Алиса закрыла глаза, чтобы не видеть пьяных лиц парней, которые, к тому же, уже успели подраться. Она на ощупь подошла к вешалке, схватив свое пальто, и затем нагнулась за сапогами.

– Всем пока. Всем спасибо!

Выскочив в подъезд босиком, она быстро надела обувь и накинула пальто.

Ее сердце перестало бешено колотиться только в машине.

– Чего такая испуганная? – пожилой таксист с усами напомнил ей проводника в поезде.

– Да так, буйная компания. С Новым годом Вас! – Алиса улыбнулась мужчине, окончательно придя в себя.

– Ясно. Ну, поехали.

Старенькая Волга заскрипела и тронулась по хрустящему снегу. На дорогах было пусто, даже светофоры отмечали праздник, мигая оранжевым светом.

«Позвонит сам, – эта мысль не покидала ее. – Ну что же, значит, надо взять нервы под контроль и не звонить. Посмотрим, как он выполнит свое обещание».

* * *

К середине февраля Алиса уже не могла держать себя в руках. Мучительное ожидание сменилось гневом, потом истерикой, потом равнодушием. Теперь же ее мучила обида и неизвестность. Частые перепады настроения отпугивали от нее даже самых преданных поклонников. Она много спала и практически ничего не ела. Глаза стали похожи на два огромных сапфира, которые, словно фонари, сияли на пронзительно белом лице.

Один день был похож на другой, каждый последующий на предыдущий. Утро сменяло ночь, и казалось, нет ни конца, ни края этому замкнутому кругу.

Измучив и себя, и близких своим состоянием, Алиса решила поставить точку в этой истории.

Набрав знакомый номер, она с нетерпением ждала ответа. Спустя долгих десять гудков Кира взяла трубку.

– Привет!

– Привет! Чем занимаешься?

– Да ничем.

– Приезжай сегодня ко мне, будем пить шампанское.

– Ого, по какому поводу? Объявился? – голос подруги был как всегда ироничен.

– Наоборот. Сил моих больше нет. Хватит лить слезы и разводить сопли, – Алиса сказала эти слова, поразившись самой себе, в них было столько твердости и решимости, что можно было не сомневаться – решение принято, и оно окончательное.

– И что ты собралась праздновать?

– Я удалила его номер из записной книжки, – Алиса еще сама не верила до конца в то, что сделала утром.

Ее минутный порыв на удивление принес моральное облегчение, которого ей так сильно не хватало последних несколько месяцев. Она просто проснулась с одной только мыслью: хватит. Одно лишь слово, в котором уместилась целая повесть ее жизни.

– Да ты что? – Алиса ясно могла себе представить выражение лица подруги по ту сторону трубки.

– Именно! С меня довольно. Я вырву эту проклятую любовь с корнями, чтобы больше ни один ее росток не смог прорости в моей душе.

– Ну, это действительно нужно отметить! Я выезжаю!

– Жду тебя.

Алиса повесили трубку, решив еще раз убедиться, что его имени больше нет в ее записной книжке.

Его там не было. Она это знала, но снова и снова пролистывала список контактов, осознавая в глубине души всю боль от потери чего-то важного в ее жизни. В груди щемило. Щемило так сильно, как не было даже в минуты мучительного ожидания его звонков, как не было даже в момент, когда она садилась в поезд и уезжала, так больно не было никогда раньше.

Жизнь словно прекратила свой бег, больше не о чем было мечтать. Это было самое ужасное чувство, которое ей доводилось переживать.

Алиса включила музыку и начала протирать хрустальные бокалы, готовясь к приезду подруги. «Надо срочно придумать мечту… Мальдивы… Нет, дорого. Машина… Не хочу… Парень… Еще год точно не захочу… Сессия… Уже сдала…Переезд… Да, пусть будет переезд… В Питер», – ее мозг выдавал сотни мыслей в секунду, остановившись на той, которая оказалась самой близкой к нему. Как она не старалась, обмануть свое сознание ей не удалось. Пусть мечта была другой, но в ней он был рядом… Где-то рядом. По крайней мере, в одном городе.

Звонок в дверь прервал поток ее мыслей. Алиса поставила до блеска надраенные бокалы на стол и пошла к двери.

– Привет, холостячка! – Кира, словно поток свежего воздуха, ворвалась в квартиру, размахивая перед носом Алисы огромной коробкой с тортом.

– Привет! О, мой любимый! – Алиса облизнулась, увидев знакомую надпись «Птичье молоко» на коробке.

– Ну, гулять так гулять!

– Проходи.

Алиса никогда не открывала сама шампанское, руки ее не слушались и не напрасно. Звучный хлопок оглушил ее, сопроводив фонтан из вина полетом пробки к люстре. Прозрачный плафон зазвенел, рассердившись на то, что его потревожили. Алиса от испуга зажмурилась.

– Вот это ты даешь! Столько добра перевела! – Кира громко рассмеялась.

– Извини, у меня это первый залп, так сказать.

– Ничего. Наливай! Да сделай музыку погромче, пусть весь дом знает, что ты свободна! – Кира плюхнулась на стул и поднесла к Алисе пустой бокал в ожидании шампанского.

– Не стоит. У меня тут в соседях одни пенсионерки. Еще милицию вызовут, – Алиса налила шампанское и присела рядом с подругой.

– Как скажешь, – Кира поднесла свой бокал к ее бокалу, и они зазвенели от прикосновения. – Я так за тебя рада!

– Я тоже, наверное, рада. Пока не поняла, – Алиса посмотрела на подругу погрустневшими вдруг глазами, а затем потупила взгляд в пол.

– Рада, рада. Прочь сомнения!

– Как скажешь!

– Дай-ка телефон, хочу собственноручно убедиться, что его номера там больше нет! – Кира протянула руку.

– Держи. Там его нет. Но, к сожалению, за столько времени он прочно обосновался в моей памяти. Я знаю его наизусть.

Алиса протянула подруге телефон и отправила в рот кусочек любимого торта.

– Ничего, забудешь. Главное не использовать его на практике.

Пальцы Киры быстро начали щелкать кнопками телефона, как вдруг в ее руках он завибрировал.

– Ой, незнакомый номер! Возьми! – она протянула Алисе телефон.

Незнакомый номер оказался до боли знакомым. Алиса не верила своим глазам.

– О нет! Только не это! Господи, ты издеваешься?! – Алиса посмотрела в потолок, обращаясь к создателю.

– Да кто это? – Кира все еще недоумевала.

– Ты не поверишь. Это он!

– Нет! Ну почему!? – подруга была разочарована и не собиралась этого скрывать. – Не бери трубку. Ты же решила!

– Не могу, – Алиса посмотрела на подругу, словно испуганный воробышек, и нажала клавишу ответа.

– Да.

– Привет!

– Какие люди?! – Алиса не скрывала своей злости и обиды.

– Удивлена?

– Сказать, что я удивлена – это ничего не сказать, – Алиса нервно стучала десертной ложкой по тарелке, отчего в комнате раздавался эхом фарфоровый звон.

– Я много думал, – в трубке слышалось его тяжелое дыхание.

– Неужели?

– Можешь не иронизировать и послушать? – он просил ее, а она не умела ему отказывать.

– Прости, конечно, я тебя слушаю.

– Так вот. Я много думал. Головой я понимаю, что отношения на расстоянии обречены на провал. Я не знал, как быть, не хотел сделать тебе больно.

– Ты не просто сделал мне больно, ты убиваешь меня. Каждый день.

– Я понимаю, прости.

– К чему этот разговор? – Алиса не выдержала и встала, начав мерить комнату нервными шагами.

– Я не закончил. Я не хотел больше давать тебе надежды, поэтому рассчитывал, что мой новогодний звонок станет последним.

– Так он и стал таковым, что же пошло не по плану? Почему ты так со мной поступаешь? Почему люди считают, что имеют право разрушать чужие жизни? Уходя, обижая, не звоня, бросая на ветер слова… Вы что, боги, чтоб решать, кому мучиться, а кому жить счастливо? Если уж сказал «Люблю», то будь добр любить до последнего вздоха. Если сказал «Обещаю», то разбейся в лепёшку, но сдержи обещание. Если произнёс «Не отпущу», то сделай всё, чтоб остаться. В противном случае, какой смысл жить, если каждое ваше слово равноценно нулю и не имеет значения… Почему ты считаешь, что имеешь право разрушать мою жизнь? Уходя, обижая, не звоня, бросая на ветер слова… Почему ты думаешь, что имеешь право решать за меня мою судьбу? Любить мне или страдать? Если уж сказал «Люблю», то люби. Если сказал «Обещаю», то разбейся в лепёшку, но сдержи слово! Если произнёс «Не отпущу», так и не отпускай… – Алиса задыхалась от боли.

– Пожалуйста, я еще не договорил. Этот звонок должен был стать последним. Но я ничего не могу с собой поделать. Я действительно люблю тебя и мне плохо.

Алиса сглотнула огромный ком, который образовался в ее горле, причиняя невыносимую боль.

– Может быть, ты думаешь, что мне хорошо?

– Я так не думаю. Я понял. Я очень многое понял за то время, что не слышал тебя. Понимаешь, я поражен. Поражен твоим отношением ко мне, твоими чувствами, верностью. Меня никто и никогда так еще не любил. Я настоящий идиот. Я чуть не потерял тебя.

Алисе хотелось сказать, что именно так уже никто и не полюбит, но у нее сперло дыхание. Не в силах вымолвить ни слова, она просто молчала.

– Я не хочу тебя потерять. Я звоню тебе, чтобы сказать это, – он, наконец, замолчал.

Алиса закрыла глаза, полные слез, затем посмотрела на подругу, которая резко мотала головой.

«Я решила. Хватит. Я не вынесу больше», – она прокрутила эту мысль несколько раз в голове, стараясь убедить себя.

– Алло! Ты здесь? Ты меня слышишь? – в разговоре повисла долгая пауза, которую надо было заканчивать.

– Ты меня уже потерял. Я больше не верю тебе. Прости.

Алиса нажала на красную кнопку отказа от вызова и с рыданиями бросилась в объятия подруги.

Мир рухнул. Она своими руками выкопала яму для своей души, собственноручно ее туда положила и закопала, не оставив ни одного отверстия для свежего воздуха. Грудь сжало от нехватки воздуха, а пульс зашкаливал от пережитых эмоций, подгоняемый алкоголем.

– Все-все. Хватит! Не рви душу! – Кира гладила ее по голове, пытаясь успокоить. – Все пройдет. И это тоже! Значит, не твое. Отпусти его!

– Н-не могу, – Алиса заикалась от нахлынувших рыданий. – Т-ты понимаешь, что я только что с-сделала? – громкие всхлипы аккомпанировали ее словам.

– Ты сделала то, что давно пора! Сколько он причинил тебе боли? Посмотри, на кого ты стала похожа? На смерть! Бледная, худая, все время депрессируешь! Так нельзя!

Кира была права, но от этого легче не становилось. Алиса подняла голову с плеча подруги и с силой растерла лицо, вытирая слезы.

– Ты забываешь о том, что у любой медали есть две стороны. Да, он заставляет меня страдать. Но ведь были и минуты счастья! Понимаешь? Я многое готова отдать, чтобы они повторились. – Алиса подперла рукой подбородок и уставилась в окно, приводя свои мысли и чувства в порядок.

– Меня это достало, честно тебе говорю. Хочешь страдать – окей, не вопрос. Продолжай. А я пойду, – Кира, терпение которой лопнуло, резко встала со стула, намереваясь выполнить свою угрозу.

– Хорошо, хорошо! Успокойся! Прошу тебя, – Алиса улыбнулась подруге и протянула ей руку.

Кира недовольно фыркнула, отведя взгляд, но потом сжалилась над Алисой и присела.

– Обещаешь прекратить ныть? – Кира недоверчиво посмотрела на подругу. – Я хочу видеть прежнюю Алису, веселую и жизнерадостную!

– Увидишь, обещаю! Вот только исполнится моя мечта! – Алиса загадочно подняла брови, интригуя Киру.

– Какая еще мечта?

– Новая! Старую, как ты смогла только что увидеть, я похоронила.

– А ну-ка, рассказывай!

– Я перееду отсюда в другой город!

– Куда же? Москву будешь покорять? Это не оригинально.

– Нет. Питер! – Алиса гордо подняла голову, ожидая эффекта от своего объявления.

– Ой, мамочки. Зачем туда? Опять к нему? Какая же это новая мечта! Новая, со старыми дырками! – тон Киры был безапелляционным.

– Да почему сразу к нему? Разве ты не влюбилась в этот город? Питер – волшебный город, полный возможностей, помимо того, что просто ходить по улицам доставляет небывалое удовольствие! – Алиса продолжала лгать даже самой себе, что ей удалось обмануть свое бессознательное, и выбор города для переезда действительно не связан с ним.

– М-да, пожалуй. Мне город тоже понравился! – Кира задумалась. – А может, я с тобой?

– Это было бы отлично! Вдвоем не так страшно!

– В таком случае, я хочу послушать план! – глаза подруги засветились огоньками азарта.

– План простой: находим работу, собираем сумму на первое время, находим жилье, переезжаем и снова находим работу!

– А действительно! Чего мы сидим? Последнюю сессию сдали, впереди только диплом. Можно уже и поработать пойти!

– Вот именно. Я уже иду, – Алиса смущенно опустила глаза.

– Как? Куда? Когда ты успела? И я ничего не знаю! Надавать бы тебе по мягкому месту!

– Я не говорила тебе, потому что сама не знала, выгорит ли. Я прохожу отбор в эту компанию уже три недели.

– Ого! И что за компания?

– Оператор сотовой связи. «Джи-лайн».

– Ну ты даешь! И кем?

– В Call-Center. Консультант. Да по большому счету мне все равно. Главное, что у них есть филиал в Петербурге и я при переезде смогу туда перевестись. И заработная плата хорошая! – Алиса, довольная произведенным эффектом, с улыбкой посмотрела на подругу.

– Супер. А я в банк хочу! – Кира налила еще немного шампанского в бокалы и протянула один Алисе.

– Ты же историк, какой банк? – Алиса рассмеялась.

– А вот зря ты смеешься, вот увидишь. Давай лучше выпьем за наш переезд!

– Давай!

Хрусталь снова зазвенел в комнате, разделяя своим звуком этот вечер на «до» и «после».

Но несмотря на то, что у Алисы появилась новая цель, которая поглотила ее целиком, не оставляя места даже самой маленькой мечте, на душе скребли кошки. Точнее кот. Огромный чеширский кот с длинными и острыми когтями. Алиса даже знала, как его зовут, но старательно гнала прочь эти мысли.

– Слушай, мне пора! Засиделась я. Уже поздно, как бы не пришлось на такси тратиться! – Кира, посмотрев на часы, быстро засобиралась. – А у нас теперь режим жесткой экономии.

– Да-да. Жесткая экономия! Ты права. Тем более мне нужно убрать из своего бюджета расходную статью на междугородние звонки.

Алиса проводила подругу, пребывая в странном, еще не понятном состоянии. Она так ждала облегчения, но оно не приходило. Напротив, руки тянулись к телефону, а пальцы еще помнили заветные кнопки.

«Все пройдет», – подумала она, укладываясь спать.

Все пройдет.

* * *

На этот раз город встретил ее слепящим солнцем и отличной погодой. На небе не было ни единого облачка, улицы утопали в зелени. На лицах прохожих читалось отличное настроение, которое быстро передалось Алисе.

– Так, так! Где мы квартиру сняли? Как метро называется? – Кира внимательно изучала помятую карту города, которую она предусмотрительно сохранила с первой поездки.

– Ой, не помню. Там что-то с Пушкиным связано. Дуэль… – Алиса напрягла мышцы на лице, пытаясь вспомнить.

– А, Черная речка!

– Точно! Помоги дотащить чемодан! – Алиса пыталась затащить увесистый чемодан на ступени эскалатора, но одно колесо застряло.

– Фух! – Выдохнула Кира. Чемодан был водружен на место, и теперь у них была пара минут отдыха.

Добравшись до нужной станции, они более часа блуждали по окрестным улицам в поисках своей новой квартиры.

– Я больше не могу! Звони еще раз хозяйке. Тигули, блин! – Кира устало плюхнулась на лавочку во дворе высотного дома.

– Говорит, что мы где-то рядом! Я сейчас уже заплачу. Руки отваливаются. Ноги горят, – Алиса, присев на лавочку, с нескрываемым удовольствием вытянула ноги.

Неподалеку от них пожилая женщина в странном берете сиреневого цвета кормила голубей.

– О, смотри! Клон Беретты! – прошептала Кира, взглядом указав подруге на женщину.

– Точно. Это, наверное, какая-то модная тенденция среди местных пенсионерок, – Алиса хихикнула.

– Где же эта чертова улица! – Кира громко возмутилась, рассматривая карту.

Старушка обернулась на этот возглас, и, немого поразмыслив, подошла к девушкам.

– Добрый день! – она прокашлялась.

– Добрый день! – Алиса с недоумением смотрела на нее.

– Какую улицу вы ищите, может быть, я могу помочь? – она по-доброму улыбнулась подругам, оголив белоснежные идеально ровные зубы.

– Матроса Железняка! Мы уже с ног сбились. Битый час по району с чемоданом бродим, – ответила Алиса.

– Я знаю, где это, пойдемте, я вас провожу.

– Неужели? Боже, какая радость! Спасибо Вам! – Кира подпрыгнула с лавочки, словно усталости и не было.

Проплутав во дворах еще несколько минут, они вышли на широкий проспект, ответвлением от которого вглубь района уходила улица со старенькими пятиэтажками.

– Вам туда! – женщина указала направление рукой и поспешила назад. – А я пойду, всего хорошего!

– Огромное Вам спасибо! – Кира светилась от радости, добравшись, наконец, до нужного адреса.

– Спасибо! – поддержала ее Алиса, помахав на прощание женщине рукой.

– У нас бы точно никто провожать не пошел! – Кира искренне была удивлена такому поступку незнакомого человека.

– Да, это не наша деревня Гадюкино. А вот и нужный дом! Пришли, – Алиса с облегчением вздохнула.

Хозяйка квартиры оказалась милой и очень радушной женщиной, которая сразу же предложила чай и домашний пирог.

Квартирка давно не видела ремонта, но была чистой и ухоженной. Алиса, довольная своим выбором, закрыв за хозяйкой дверь, устало упала на разложенный диван.

– Аллилуйя!

На потолке играл своими лучами солнечный зайчик, который прошмыгнул в квартиру сквозь распахнутые шторы, и она решила, что это знак.

– Ты знаешь, на этот раз все точно будет хорошо, я узнавала! – она посмотрела на подругу, которая, не изменяя своим привычкам, первым делом занялась распаковкой чемодана и наведением марафета.

– Я и не сомневаюсь! Когда ты выходишь на работу? – Кира на минуту отвлеклась от заполнения шкафа и посмотрела на подругу.

– Через три дня.

– Я через пять.

– До сих пор не могу понять, как ты умудрилась устроиться в этот банк, да еще и сразу сюда, – Алиса продолжала рассматривать игру света на посеревшем от времени потолке квартиры, наматывая при этом на указательный палец локон своих волос.

– Я же говорила! – Кира довольно ухмыльнулась.

– Мы молодцы, правда?

– Естественно.

Неожиданно прекратив наводить порядок, Кира замолчала и внимательно посмотрела на подругу.

– Что такое?

– Я подумала, в общем, сама не знаю отчего, но еще вчера, когда мы садились с тобой в поезд, у меня появилось непреодолимое желание съездить туда, – Кира поджала губы, понимая, что выдала подруге, возможно, что-то свое самое сокровенное.

– Куда? – Алиса от удивления округлила глаза.

– Как будто ты не поняла, куда! – Кира начала злиться, скорее даже на себя, чем на подругу.

– Нет-нет, я прекрасно поняла. Я просто удивлена, что ты меня просишь об этом! – Алиса пребывала в полнейшем недоумении.

– Только не пили меня теперь за это, не надо нравоучений, я прошу.

– Не буду, конечно, – Алиса села, обдумывая просьбу. – Ты знаешь, а поехали! Давай только немного отдохнем, приведем себя в порядок и вечерком навестим места боевой славы! – Алиса от этой мысли начала беспричинно улыбаться, становясь похожей немного на сумасшедшую.

– Правда, ты не против? – Кира с сомнением посмотрела на подругу, все еще терзаемая своим признанием.

– А чего? Я сомневаюсь, очень глубоко сомневаюсь, что в это время мы там кого-то встретим из старых знакомых… – на этой фразе ее лицо покинула улыбка и появилась печать грусти. – Хотя я, наверное, была бы совершенно не против.

– А я против. Сама не знаю, что меня туда так тянет. Но все равно тебе спасибо, что согласилась.

– Да перестань. Ерунда. Я первая в душ! – Алиса резко спрыгнула с дивана, и через секунду Кира услышала щелчок крючка в ванной комнате.

– Я и не сомневалась, а чемоданы опять разбирать мне! – Кира немного побурчала на беспечную подругу.

Через минуту ее бурчание сменилось еле слышным пением. Она и сама не знала почему, но на душе было радостно от мыслей о скорой встрече со счастливым прошлым.

* * *

На выходе из метро организм Алисы перестал слушать доводы разума и начал откровенный бунт. Сердце стучало со скоростью звука, норовя выпрыгнуть из груди и сбежать куда подальше, голова кружилась, предательски урчал разбушевавшийся живот. Щеки, к которым прилила разогнанная по сосудам кровь, пылали огнем.

– Я, наверное, умру, мамочки, что же я делаю! – причитала побледневшая Кира, которая крепко схватила подругу за руку и семенила мелкими шажочками по залитому вечерним солнцем тротуару.

– Перестань причитать, я и так на грани обморока! – прикрикнула на нее Алиса.

– Мамочки, что же я делаю… – Кира не слышала ее, продолжая трястись от страха.

Алиса хотела было снова возмутиться, но махнула на испуганную подругу рукой.

– Давай купим пирожок, пожалуйста! – Кира, словно капризный ребенок, потянула ее к пирожковой, из окна которой по улице разносились немыслимые запахи пряностей.

– Да какой пирожок? Ты и так нервничаешь, а не дай Бог еще заболит что-то!

– Я прошу тебя, мне надо что-то сделать, иначе мой желудок прилипнет к позвоночнику. Он уже бунтует.

– Хорошо. Бери уже свой пирожок.

Алиса, которая нервничала ничуть не меньше, начала внимательно оглядываться по сторонам. Она столько раз шагала по этому тротуару, что знала каждое деревце на этой улице. Ей не хватало дыхания. Она искала знакомых в лицах прохожих, и, не находя, одновременно испытывала и облегчение, и разочарование.

– Все, идем! – Кира, зажав в руке спасительный пирожок, словно оружие обороны, зашагала дальше уже с гораздо большей уверенностью.

Показались знакомые тропинки и силуэты общаг.

– Ой, мамочки! Что же я делаю! – Кира, забывшая на какое-то время свой новый лозунг, начала с новым рвением причитать.

– Да успокойся ты. Тут вообще ни души. Посидим немного на нашей лавочке, пострадаем, да и пойдем домой баиньки, – Алиса успокаивала скорее себя, чем подругу, продолжая внимательно всматриваться в пространство, в душе надеясь увидеть его.

Расположившись на знакомой до боли лавке, Кира распаковала, наконец, свой ужин, готовясь в полной мере им насладиться.

Внезапно пирожок из ее рук взлетел высоко-высоко вверх, уносимый в когтях наглого голубя.

– Вот наглая питерская птица! – Кира, шокированная неджентльменским поведением пернатого, встала, открыв рот. – Я смотрю, ты тоже в шоке! – сказала она разинувшей от удивления рот Алисе.

Но Алису поразила вовсе не птица. По тропинке со стороны Парка авиаторов в сторону своего общежития шел он. Увидев его, она потеряла дар речи и возможность шевелиться.

– Да что с тобой? Ну, подумаешь, спер пирожок! Бог с этим голубем, – на последнем слове повернувшая голову Кира закашлялась.

– Мама мия! Алиса, это он?! – ее глаза округлились от удивления.

– Д-да, кажется, он! – приведенная в чувство вопросом подруги, Алиса неожиданно для самой себя прыгнула в кусты за лавочкой.

– Ты что? Сошла с ума? А ну вылезай оттуда! Он же сейчас уйдет! – Кира старательно тянула ее за рукав.

– Пусть уйдет! Я сейчас под землю провалюсь! – голос у Алисы дрожал, а зубы стучали, словно на сорокаградусном морозе.

– Да ты что! Выходи, дурочка! А вдруг он обрадуется, увидев тебя! И не ври мне, что не хотела этой встречи! Я что, похожа на идиотку? Ты думаешь, я повелась на твои россказни про переезд и большие возможности? – Кира, пыхтя как паровоз, продолжала тащить Алису из кустов.

– Ну вот, – она, наконец, отпустила ее рукав. – Ушел.

– Правда ушел? – Алиса с опаской подняла голову.

– Выходи уже, подлый трус, – Кира устало плюхнулась обратно на лавочку.

Алиса, красная от стыда, выбралась из своего укрытия.

– Ты думаешь, я дура? – она посмотрела на подругу.

– А кто же ты есть? Я же видела, что ты написала на той салфетке в новогоднюю ночь!

– Как тебе это удалось?

– Пока ты выбирала, у кого взять спички, я подсмотрела. Прости, любопытство – мой порок.

– Ясно.

– У тебя еще есть шанс. Не упускай его. Может быть, он не зашел внутрь. Может быть, он на пороге кого-то встретил и общается!

– Думаешь? – Алиса с сомнением посмотрела в сторону его корпуса. – У меня ладони от страха мокрые и колени дрожат!

– Уверена! Раз уже исполнилась первая часть твоего желания, наверняка исполнится и вторая.

– Ты помнишь и вторую? – Алиса с теплотой посмотрела на подругу.

– Иди уже, обнимайся! – она похлопала ее по плечу и вытолкала с лавочки.

– Но зачем же я тут оказалась? – Алиса, сделав несколько шагов вперед, резко обернулась.

– Да какая разница, придумаешь что-нибудь по ходу пьесы! Ты у меня сообразительная. Иди! Жду тебя здесь!

Алиса с благодарностью посмотрела на подругу и решительно направилась в его сторону.

«Его там нет. Уже прошло пятнадцать минут. Чего ему на пороге делать? О, там же вроде магазин на первом этаже. Зайду, куплю какую-нибудь ерундовину и бежать отсюда, пока не бросилась к нему на шею», – от нахлынувшей мыслей и переживаний Алиса плохо соображала.

Возле входа в общежитие его не оказалось. Алиса с разочарованием выдохнула.

«Ну вот. Не стоило сюда идти. Вторая часть желания, видимо, решила, что с меня хватит исполнения и первой», – подумала она, разглядывая компанию молодых людей с граблями на пороге.

Купив в магазине бутылку колы, Алиса вышла, не замечая уже ничего вокруг, как вдруг ее остановил до дрожи знакомый голос.

– Алиса!

Она подняла глаза и застыла, как вкопанная, поочередно то бледнея, то краснея. Перед ней с лопатой в руках и в рабочей одежде стоял он. Человек, ради которого она жила. Человек, которого невозможно было забыть, ради которого она вновь оказалась в этом городе. В чужом городе, пусть прекрасном и волшебном, но совершенно пустом и холодном без его объятий.

– Рома! – ее губы дрожали, а по коже пронеслась армия мурашек.

– Как ты здесь оказалась? – лопата выпала из его рук, и на лице засияла улыбка, которая сводила ее с ума.

Он отряхнул пыль с рук о свою одежду, подошел к ней и прижал к себе так сильно, что ей стало больно.

– Я… я… – она не в состоянии была сейчас придумать какого-либо вразумительного ответа и вместо слов просто обвила его руками, зарывшись ими в его густую шевелюру.

Почувствовав его губы на своей щеке, она вздрогнула и еще сильнее прижалась к нему.

Простояв так несколько минут, он, наконец, отпустил ее, сделав несколько шагов назад, при этом не выпуская ее руки из своей ладони.

– Так как ты тут оказалась? – он смотрел в ее глаза, а она тонула в его взгляде.

– Я переехала, – Алиса еще не придумала, что сказать ему про то, как она оказалась именно в этом месте, и решила начать сразу с главного.

– Да ты что? Когда?

– Сегодня, – Алиса со смущением посмотрела на него. – Я же говорила тебе, что приеду.

Алиса хотела добавить, что она сдержала слово, в отличие от него, но затолкала эти слова обратно в потайные уголки своей души.

– Ты не представляешь себе, как я рад тебя видеть! – его глаза действительно искрились счастьем, и осознание этого, словно сладкая нуга, растеклось по ее мыслям, приводя их в неописуемый восторг.

– И я. Я даже не могу описать словами свои чувства сейчас.

– Рома, может, тебе надо уйти? – молодой человек, один из тех, что стояли на пороге с граблями, молча наблюдавший за этой сценой, решился прервать эту сцену из мелодрамы.

– А, что? Нет! Не нужно, – он с трудом оторвал свой взгляд от девушки и ответил ему.

– У тебя номер тот же? Мне сейчас нужно работать. Меня тут перевыбрали на должность главы студенческого профсоюза, вот несу трудовую повинность.

– Да, тот же. Только он у меня будет еще пару-тройку дней, потом мне дадут новый, корпоративный.

– Ясно. Ты где остановилась вообще, куда устроилась?

– Я с подругой, мы сняли квартиру на Черной речке, кажется, так это метро называется. А работа – я переводом, из нашего филиала в местный.

Он, услышав название станции метро, которая была совершенно не рядом с этим местом, только удивленно повел бровью, разумно решив не задавать вопросов, ответы на которые ему были известны.

– Я позвоню тебе завтра. Нам обязательно надо увидеться… Ты только больше не пропадай, хорошо?

– Я не пропаду, – Алиса с нежностью посмотрела ему в глаза, осознавая в душе, что даже сотая доля ее чувств к нему никуда не исчезла. Волнительные ощущения от близости с ним бросали ее в жар, хотелось держать его за руку, касаться его волос. Но сильнее всего было желание прильнуть поцелуем к его теплым и мягким губам. – Только ты не пропади.

– Я обещаю, я позвоню!

– Хорошо. Я буду ждать. Меня Кира ждет. Я, наверное, пойду. Не буду отвлекать тебя.

– До встречи.

Он выпустил ее руку. Медленно, задерживаясь на каждом ее миллиметре, словно он пропускал сквозь свою ладонь не ее руку, а песок, который струился у него между пальцев.

Алиса в последний раз посмотрела на него полными надежды глазами и, окрыленная, направилась к подруге, напевая по пути незнакомую мелодию, неизвестно откуда взявшуюся в ее голове.

«Спасибо тебе, Господи! Ты исполнил мое заветное желание», – Алиса подняла глаза к небу и с улыбкой вспомнила мятый красный лоскуток салфетки, который навсегда потерялся внутри нее в новогоднюю ночь.

Подруга откровенно скучала на лавочке, одиноко озираясь по сторонам и качая ногой.

– Да ты светишься счастьем! Что, видела? – заметив Алису, она тут же соскочила с места и начала нервно выкручивать себе руки.

– Да!

– И?

– Не поверишь, чем он занимался!

– Да рассказывай уже! Ты что, не видишь, что я сейчас лопну от любопытства!

– Я подошла туда, его, естественно, на улице уже не оказалось. Только какая-то компания парней с граблями на пороге. Если бы не они, я бы просто развернулась и ушла. Но они так меня рассматривали, что я подумала, будет глупо выглядеть, если я вдруг развернусь и уйду, – Алиса остановилась, чтобы отдышаться. Эмоции захлестывали, лишая ее кислорода.

– Ну и?

– Ну и решила, что зайду в магазин, который там на первом этаже, ты же его помнишь?

– Да помню я, к делу давай! – Кира от нетерпения разве что не прыгала на месте.

– К делу, значит. Вот, – она продемонстрировала подруге бутылку с колой. – Выхожу я с этим в руках, разочарованная до безумия. Видеть никого не хочу. И тут слышу свое имя! Представляешь?!

– И?

– Поднимаю глаза и вижу его с лопатой! Вот уж не подумала бы, что он будет сгребать лопатой листву.

– С лопатой?

– Да! У него эта лопата просто выпала из рук! Он был в шоке!

– Ну а потом?

– Потом он обнял меня, поцеловал. Сказал, что очень рад меня видеть, расспросил, где мы живем, устроилась ли на работу.

– И все?

– Нет, не все. Дай сказать, – Алису начинала злить излишняя прыть подруги. – Сказал, что нам надо обязательно увидеться, и что он мне завтра позвонит.

– Иди ты! – Кира расплылась в улыбке. – То есть, ты хочешь сказать, что любовь продолжается?

– Это сказать должен он. Не знаю, что он чувствует по отношению ко мне, и чувствует ли что-то еще вообще, но меня накрыло с головой. Я не думала, что спустя столько времени все еще буду сходить по нему с ума.

– Я рада за тебя. Правда, рада. И, наверное, хотела бы даже извиниться за то, что говорила о нем раньше, – Кира посмотрела в глаза подруге и протянула ей мизинец. – Прощаешь?

– О чем ты говоришь! Конечно! – Алиса взяла ее руку в свою ладонь. – Я с тобой не ссорилась, чтобы мириться. Поедем домой. У меня от пережитого начала кружиться голова. Боюсь, как бы в обморок не упала от радости.

Кира одобрительно закивала головой, подхватив подругу под руку.

Через минуту опустевшая лавочка уже была занята. Жирный, голубого с серым окраса голубь, стащивший пирожок, предусмотрительно раздробил его своим маленьким клювом на множество кусочков и приземлился сюда для того, чтобы уничтожить свою добычу. Его клюв громко стучал по деревянным балкам, разнося по городку звучное эхо.

* * *

Весь следующий день Алиса провела в уже знакомом мучительном ожидании. Еще утром она позвонила всем, кому могло прийти в голову побеспокоить ее, и попросила не занимать телефон.

Она уже досконально изучила орнамент на обоях в квартире, узор на занавесках и роспись на обивке мебели. Она выучила номера всех автомобилей, припаркованных во дворе, а также клички собак, которых выгуливали под ее окнами, и имена детей, которые игрались в песочнице. Через каждые десять минут она выходила на балкон, чтобы посмотреть, не садится ли солнце.

Кира, которая терпеливо наблюдала за происходящим добрую половину дня, в итоге не выдержала, сбежав «по магазинам». Алису это не сильно волновало, она сама злилась на то, что не может взять себя в руки. Но эмоции оказались сильнее. Не помогали ни валерьянка, ни любимый шоколад, ни просмотр старых фильмов. Не помогало ничего.

Она нарезала круги возле стола с телефоном, словно выполняя языческий обряд приворота.

Когда солнце показалось в верхней части окна, Алиса поняла, что скоро вечер.

– Да что же это такое! Ты будешь звонить или нет, проклятый аппарат! – она докатилась до того, что начала кричать на телефон. – Ой, мама, что же я делаю? Нет, что же ты со мной делаешь! – продолжила она уже шепотом.

Заставив себя сесть, она сцепила ладони и начала глубоко дышать, считая в уме до десяти. В детстве, когда она очень нервничала или чего-то боялась, ей помогал этот способ.

Закрыв глаза и продолжая считать, она начала успокаиваться.

Наконец, телефон на столе задрожал, распространяя ужасный жужжащий звук по комнате. Но для Алисы в эту минуту это была самая гармоничная мелодия, которую ей доводилось слышать.

Она хотела прыгнуть за телефоном, словно голодная пантера, но взяла себя в руки: «Подумает еще, что я сижу возле телефона, пусть немного подождет».

Досчитав до пяти, она взяла трубку.

– О, привет! А я как раз вспомнила, что ты должен позвонить! – она врала и краснела, но не могла себе позволить признаться ему в том, что живет уже около телефона практически сутки.

– Да! Мы должны были встретиться сегодня… – повисла пауза, значение которой Алисе было известно, отчего она побледнела, ожидая продолжения фразы. – Сегодня никак не выйдет. У нас тут происшествие. Неонацисты или кто-то еще напали на студента-афроамериканца, и меня, как главу профсоюза, тащат в милицию давать показания.

– Ясно, – Алиса села на диван, сдерживая слезы разочарования.

– Давай завтра? Завтра наверняка!

– Конечно! Как скажешь. Это даже хорошо, что у тебя сегодня не выходит. Мне нужно на стажировку вечером, я не знаю, во сколько освобожусь, – Алиса врала, пытаясь замаскировать за этой выдумкой свою боль.

– Да? Ну, тогда договорились. До завтра!

– До завтра.

Его дыхание в трубке стало громче. Почему-то он не заканчивал разговор. Алиса тоже не решалась первой нажать клавишу отбоя.

– Целую тебя, милая!

От этих его слов электрический разряд прошелся по ее телу. Она вздрогнула, обняв себя за плечи.

– И я тебя. Береги себя! Я хочу, чтобы ты знал. Я по-прежнему люблю тебя. Даже сильнее, чем раньше. Просто помни это. Не забывай.

Она нажала отбой, и в трубке послышались короткие гудки.

Все бессмысленно. Он не изменится. Ничего не изменится. Опять отказы и выдуманные причины. Алису душила обида и злоба. Она села на пол, свернувшись клубочком, и тихо заплакала. Пролежав так с час, а может быть, и больше, она встала с четким осознанием того, что теперь следует делать.

«Зачем я сюда приехала? На что я рассчитывала? Человек не меняется. Неужели не мог придумать ничего более правдоподобного?» – она летала по квартире, словно ураган, сметая по ходу движения все свои вещи, которые попадались ей в поле зрения.

Услышав поворот ключа в двери, она на минуту остановилась, готовясь озвучить подруге свое решение.

– Привет! Ого, какой бардак! Это ты на свидание с милым так собираешься? – Кира прошла в комнату и застыла, увидев раскрытый на полу чемодан и разбросанные вещи.

– Нет, – Алиса повернула к ней свое заплаканное лицо – все было очевидно.

– Что он опять сделал? Я его убью! – Кира сжала кулаки.

– Ничего. Он – ничего. Сделал кто-то где-то, и теперь он не может со мной встретиться. Впрочем, это не новость. Я наоборот бы удивилась, если бы все срослось, – Алиса снова принялась за упаковку своих вещей.

– Да кто и что сделал? Толком объясни!

– Кто-то напал на какого-то студента из Африки, и поэтому его забрали в милицию для дачи показаний! Ты когда-нибудь слышала больший бред? – Алиса бросила на подругу полный гнева взгляд.

– Опять он за свое. Зря я вчера извинялась, – Кира задумалась, застыв посреди царящего в комнате хаоса. – Так, а причем тут этот бардак? Куда ты вещи собираешь?

– Я возвращаюсь. Конец. Баста. Точка. Хватит! – Алиса была полна решимости это сделать.

– Чего? Куда ты собралась возвращаться? К кому? – Кира от удивления открыла рот.

– Домой. К Сереже. Он, насколько я помню, все еще жаждет на мне жениться!

И в доказательство своих слов Алиса быстро начала листать контакты в телефонной записной книге.

– Сережа, привет! – она стояла, нервно подергивая ногой. – Да, не падай со стула. Это я! Нет, это не прикол, это правда я! Да замолчи ты! Слушаешь? Отлично. Что ты там говорил моей подруге насчет меня? Да успокойся, ничего плохого ты не сказал! Я про твое предложение руки и сердца! А, все-таки говорил? Прекрасно! Предложение еще в силе? Да не шучу я! Первое апреля далеко! Так что, в силе? Чудненько. Я согласна. Слышишь? Да, тебе не померещилось. Со-гла-сна!

Она практически прокричала последнее слово и положила трубку.

– Ну, вот и все. Ты со мной? – Алиса посмотрела на ошарашенную подругу, ожидая ответа.

– Пожалуй, нет. Я не хочу участвовать в этом безумстве. Я останусь здесь! – шокированная Кира как обмякшая кукла упала на кресло.

– Хорошо. Я тебя понимаю.

Алиса заталкивала в чемодан пакет с душевыми принадлежностями, который никак не хотел помещаться в предназначенный для него отсек.

– Ты совершаешь ошибку! Дай ему шанс! – с мольбой посмотрела Кира в ее глаза.

– Возможно. Но он совершил их гораздо больше. Теперь моя очередь.

Алиса посмотрела на часы.

– Подумай хотя бы до завтра! Куда ты, на ночь глядя? А если не успеешь на поезд или не будет мест?

– Мой дед, мудрый человек, всегда говорил: принял решение – выполняй. А насчет поезда не волнуйся – сейчас лето, много проходящих.

– Я сдаюсь, – Кира подошла к подруге и крепко обняла ее. – Если ты передумаешь, ты знаешь, где меня найти, так?

– Конечно, так!

– Ну, тогда прощай! – она проводила подругу до двери и понуро облокотилась на дверной косяк.

– Прощай.

Алиса с теплотой посмотрела на подругу и закрыла за собой дверь.

На улице уже вечерело. Анастасия Игоревна выгуливала шарпея по кличке Федя, а Коля продолжал рушить куличики маленькой Сонечки в песочнице. Алиса с грустью посмотрела на двор, который за эти сутки успел стать родным.

Достав из кармана свой старенький телефон, она без сожаления выбросила его в урну возле подъезда.

– Теперь точно все. Питер, прощай…

Эпилог

Алиса безразлично пролистывала страницы своих друзей в социальной сети, удобно расположившись с ноутбуком и чашкой ванильного чая на диване. В свой выходной, добившись от мужа, наконец, права на кусочек одиночества, она искала какой-нибудь интересный фильм в сети, чтобы скоротать время.

Небольшое черное окошко, всплывшее с левой стороны экрана, привлекло ее внимание.

Сообщение, которое она увидела, заставило ее поставить кипяток на подлокотник и прилипнуть к экрану пронзительным взглядом.

«Роман Маринин хочет добавить Вас в друзья. Принять. Отказать».

Алиса, не раздумывая, щелкнула кнопкой мышки по клавише «Принять».

– Ну здравствуй, Питер…

Content

Ирина Лакина
Ну здравствуй, Питер! И прощай…

Вместо пролога

Эпилог