Евгения Барбуца

ПРО ТО, КАК ВРЕДНО ПОСЫЛАТЬ ДРАКОНОВ

Глава 1

— Сая! — слышу я грозный окрик. Опять старая ведьма чем-то не довольна. — Ты опять запустила в избу эту нечисть?!

Ой, кажется, Таша все же заметили (его попробуй не заметь). Тяжко вздыхаю и уду по направлению к избе, проворно передвигаясь по тропинке, вытоптанной в сугробах с меня высотой. Мороз весело кусал за нос, пар вырывался в такт моему дыханию, а шапка залихватски съехала на бок.

Да, теперь меня зовут Сая. Без имени рода, без знатного обращения, просто Сая. А что? Мне нравится (попробовала бы я возмутиться). Так меня начала обзывать Халда, так стали величать в деревне.

«Сана, эта ведьма метлу достала» — услышала я в голове панический скулеж Таша.

Я прибавила шагу, и наконец вбежала в просторную избу. Мдя… картина представшая моим глазам смогла бы поразить воображение любого здравомыслящего человека (и не человека тоже).

Крепкая старушка в ярком цветастом платке угрожающе махала метлой перед мордой огромного (с теленка ростом), черного, жутко клыкастого волчары с неправдоподобными белоголубыми глазищами. И что самое интересное, это чудовище, больше похожее на нечисть, чем на обычного лесного волка, трусливо отступало к выходу из избы.

Недолго думая, встаю между метлой и моим метоморфом, старательно тряся головой в отрицательном жесте.

— Ну что ты головой своей непутевой машешь? — возмутилась Халда. — Выгоняй своего монстра, или я вас обоих на улицу выставлю!

— Холодно, — посмотрела я на нее жалобно.

Дальнейшему нашему изъяснению помешала распахнувшаяся вновь дверь. Морозный воздух быстро окутал меня, заставляя поежится, уже разомлевшее в тепле тело.

— Бабушка? А чего это вы тут стоите? — распахнула свои ясные голубые очи, круглолицая румяная девица, так удачно появившаяся на поле брани.

— Яська, ты посмотри, она опять своего зверя невиданного в избу впустила, — решила заручиться поддержкой вновь прибывшей девушки старая карга.

— Бабушка, что вам с того? Пусть погреется псина, на улице чай не лето. Ты же знаешь, что эта блаженная ни на минуту со своим монстром не расстается, — окинули нас с Ташем опасливо веселым взглядом.

— Сама такая, — не осталась я в долгу.

«Это она конечно зря» — хмыкнул мысленно метоморф.

Ну почему зря? Ты бы тоже считал, того, кто плохо изъясняется при помощи речи немного отсталым по развитию.

А ведь я действительно плохо говорила на местном диалекте, зато прекрасно все понимала.

«Говорить просто надо чаще, дурой обзывать не будут» — нервно дернул Таш своим пушистым черным хвостом. Он до сих пор тяжело переживает первый месяц нашего пребывания в этом доме. Тогда я вообще не разговаривал, даже мысленно.

Да не могу я на этом диалекте нормально общаться, грубый он.

— Халда, греться. Таш хороший, — все же сказала я, при этом жутко коверкая слова. Вот же напасть. Уже полгода учу этот язык, и все какая-то гадость выходит. И это у меня, почти полиглотки, умницы и просто гения (ну и скромницы). Я же эльфийский за пять месяцев осилила. Да я гоблинский за три дня освоила (ага, при учете что там в основном одна ругань). В общем, язык северного княжества меня не очень радовал, своей трудно усвояемостью, что не мешало понимать все, что мне говорят. Из-за проблем в языковом барьере, меня и считают немного глуповатой, что меня ни сколечко не задевает, и не беспокоит.

— Ладно уж, — сдалась старая ведьма, опуская метлу (у нее это оружие на все случаи жизни).

Когда мы попали в эту местность, то неудачно оказались посреди реки, от магического давления лед треснул (захотелось называется снега) и мы счастливо провалились в ледяную воду. Но я ничего подобного не помню, так как находилась в бессознательном состоянии. Меня спас Таш. Он вытащил мое бренное тело на берег. Где я пришла в себя, чему не сильно обрадовалась, ощутив на себе откат от моего первого в жизни перехода (раньше-то я только трупы перемещала, себя впервые). Я ничего не чувствовала, кроме холода и боли. Таш не на шутку перепугался и сделал единственный логичный ход — притащил меня к людям.

Оказывается, мы появились не далеко от меленькой деревеньки в глухой провинции самого северного княжества нашего материка. Метаморф на себе притащил меня к дому на отшибе. Избушка принадлежала единственной на всю округу знахарке. Как эта женщина не побоялась подойти к волкообразному монстру, жалобно скулящему, над телом вконец закоченевшей седой девицы, я не знаю (видно верная метла придала храбрости). Но фактом моего спасения я в первую очередь обязана Ташу и Халде. Повезло однако.

Она билась надомной неделю, пока наконец лихорадка не отступила, и я не пришла в себя. Еще месяц я была почти овощем. Не разговаривала, почти не двигалась, мало спала и ела через силу. И опять меня из такого состояния вытаскивали Таш и ведьма. Столь плачевное мое состояние являлось последствием моего опыта перехода. Мдя… доэкспериментировалась.

Когда же я окончательно пришла в себя, то сразу порадовала своего черного друга вопросом — какого упыря все пошло не по плану? Мы долго разбирали каждую деталь плана, одновременно я знакомилась с окружающей средой и ее обитателями.

А план был прост и так же гениален. Мне нужно было избавиться от символа верности на своем челе и контракта с истребителями. Причем нарушителями контракта и клятвы, должны были быть они. Я планировала достичь этого при помощи Рэйки. Когда мы оказались в пещерах, я рассчитывала сама завязать бой с отступником, в пылу которого собиралась вынудить Рэйку напасть на меня. Кто ж знал, что тот чокнутый любитель темной магии будет изображать жертву собственного эксперимента и в придачу окажется братом такой же чокнутой магички? Хотя я припоминаю подслушанный разговор, в котором упоминалось о ее поисках, и кажется, собиралась она искать в районе моих земель. Жаль поздно сообразила. В любом случае, все пошло не так с того момента, как эта нехорошая девушка, направила на моего метоморфа стрелу с солнечным наконечником (и где она его прятала до этого?). Угрожать она должна была мне. Если бы не угроза жизни моего друга, я бы не использовала последние силы на эту жертву испорченного генофонда (я про братца Рэйки). Я собиралась ее тихо вырубить, но как-то не учла солнечную стрелу и раны Таша.

Но не смотря на мою агонию и предсмертное состояние, я все же добилась расторжения наших отношений с истребителями, причем в свою пользу. О чем, кстати, не думала в тот момент.

И совсем я запаниковала, когда явился Ксадар. Вот уж этого шелудивого дракона, который оказался еще и моим мужем (интересно, а вдовам драконов отходят сокровищницы мужей?), я видеть не рассчитывала. Прекрасно понимая, что уж от этого Высшего я точно не уйду на своих двоих, в отчаянии решила рискнуть. Рискнула. Чуть не умерла. Зато избавилась от драконов, и смогла защитить истребителей. В общем подтвердила правило о том, что величайший бред зачастую оказывается самым действенным планом.

Таш спросил меня как-то: по какой причине я хочу исчезнуть из жизни столь веселой компании, когда в самом начале пути была иного мнения?

Из-за Хранителей Равновесия. В период нашего отдых в моем родовом замке, я в поисках правды (сомневалась, я что ночи с Ксадаром — это реальность, все как-то надеялась на то, что зелье Аранды имеет свое долгоиграющее побочное действие) провела маленький эксперимент над собственной кровью. Никаких посторонних веществ я не нашла, зато обнаружила следы бурно проведенной ночи, и кое что еще. Настоящим шоком для меня стала реакция моей крови на кровь Асандера. Как я эту кровь добывала, история отдельная. Но то, что моя красная жидкость резко засветилась золотистым, а кровь Аса принялась сиять фиалковым, меня действительно ошарашило. Как это объяснить я не знала.

Позже я незаметно сцедила кровушки и у Ксадара (пришлось его изрядно покусать, что ему очень даже понравилось). Реакция оказалась той же, лишь цвет свечения был черным. Поднесла кровь Ксадара к пробирке с кровью Асандера. Реакция та же. Я пришла к выводу, что так реагирует кровь дракона на кровь своего сородича. Вывод притянут за уши, я же не проверяла других Высших. Зато имела возможность проверить кровь других существ.

«И как это понимать?» — спросил меня тогда Таш.

Я же присев в кресло, и уняв нервную дрожь в ладонях, ответила вслух:

— Кажется во мне есть драконья кровь.

Именно так. Их кровь во мне. Я из расы Высших. Это могу сказать определенно точно. Драконы по физиологическому строению немного отличаются от людей (а я по физиологии от человеческой расы не отличаюсь никак). Да и в девятнадцать человеческих лет, драконы имеют развитие пятилетнего дитя. Но как тогда объяснить наличие их крови во мне? Что упырь возьми происходит? Да и моя маленькая тайна с перемещениями? Способность Хранителя Равновесия в чистом виде.

В голове тогда вертелись предположения одно невероятнее другого. В том числе и о родстве с драконами (правда я тут же отмахнулась от этой идеи, и зря). Я не знала что делать, не знала, у кого спросить совета. Я была в панике. Почему реакция положительная? Напрашиваются определенные выводы. Переливание? И как тогда я выжила? Но я никогда не любила принимать поспешных решений. Мне нужно было выяснить все наверняка.

Когда? Последние одиннадцать лет я помню отлично. Там ни то, что переливаний, контактов с драконами вообще не было (последних две недели не считаем). Значит раньше? Но в то время, по словам очевидцев, я от семьи не удалялась. Как это выяснилось, если живых свидетелей не осталось? Фантомы нашептали, они хоть и не помнят за что томятся, зато помнят какой я была в детстве, и как сильно обо мне пеклись окружающие. Ни упыря не помню.

Тут приходит мысль о родителях. Я не часто о них вспоминала. Мне было не интересно их прошлое, так как я сама его не имела, а значит и их в нем не было. Меня не интересовали собственные родители, потому что они были моим прошлым, которого я не помню. Они воспринимались чужим инородным объектом. А вспоминать абсолютно не хотелось. Как знала, что они (я про своих родителей) мне дракона в пещере подложат, причем в прямом смысле. Кто ж они такие? Почему при всех моих стараниях, призраки прошлого все равно настигли меня (это я фигурально)? Знали ли они о таком моем свойстве? Вот как чувствовала, что не стоит так равнодушно относиться к своим корням.

В общем расстроилась я в тот вечер сильно. Как сохранила способность адекватно соображать, до сих пор не понимаю. И это при наличии такой неприятной проблемы, как эльфийская охота на мое бренное тельце, и эльфийское же пророчество вкупе с принцем на мою голову.

И это еще не все. В какой-то момент мне сообщают, что я замужем, вот уже как одиннадцать лет (и никого не волнует то, что в то время я была еще совсем ребенком). Супругом является один не очень хороший дракон, которого я впервые увидела в процессе отбивания от прыткой нечисти. На вопрос, почему так осчастливили именно меня, за что еще и это на мою многострадальную пятую точку? Мне ответили: потому что я его спасла. На этом месте воспоминаний у меня начинается форменная истерика. Одиннадцать лет назад я была восьмилетней соплюхой. Вот КАК восьмилетний ребенок мог спасти ДРАКОНА, который уже не первую сотню лет совершеннолетний (кстати, а сколько ему лет-то?)?! Да у меня в голове это не укладывается, причем он говорил правду, Высшие никогда не лгут. КАК я умудрилась-то? Могла бы вернуться в прошлое, придушила бы собственными руками и Хранителя Равновесия и себя, что бы уж наверняка. Кто ж знал, что драконов спасать вредно?!

И самое интересное, что брачного ритуала я не помню по причине затяжной амнезии, полученной непонятно как, в момент семейной трагедии и смерти опять же представителя расы Высших.

Короче говоря свалились на меня все беды равновесия, будто проклял кто. Причем напали они неожиданно и в особо изощренной форме. Обложили упыри, хотя нет, драконы (хуже них уже никого нет). После получения всех оглушающих новостей о себе любимой, я все же решила разобраться в ситуации, а с истребителями в компании вряд ли что путное вышло бы, слишком уж все это опасно. Тогда-то и созрел во мне план по нашему расставанию.

Вот только в идеале все должно было пройти не так болезненно для меня, и более безопасно для Таша. В идеале я вообще перемещаться не собиралась. Я в принципе не рассчитывала, что у меня что-то получится. Но пришлось же. И даже получилось. И я даже осталась жива (за Таша не боялась, с трупами же ничего не происходило). И раз уж переместилась, то рассчитывала попасть на территорию южного княжества (в котором уже бывала), но в итоге из-за непреодолимого желания в последний раз поваляться в снегу, я оказалась незнамо где, незнамо как. И в довершении всего, я собиралась разобраться, наконец, в своем прошлом, а то очень уж вокруг меня странные дела творятся. Чего один кристалл Паргуса в столице и покушение на эльфячего принца стоит.

— Бабушка, она опять в одну точку смотрит, — брезгливо помахала перед моим носом, своей ладошкой Ясенка.

Эта круглолицая, вполне симпатичная девица, является внучкой знахарки Халды, которая не только меня выходила, но и приютила. Халда женщина проницательная, и тут же смекнула, что девчонка девятнадцати лет просто так посидеть не может, да и оказаться в их краях мимо проходя нелегко. Поначалу пыталась мне вопросы задавать. Но я молчала, языка-то я не знала, а выдавать себя чужой речью очень не хотелось. Но вскоре довольно быстро освоившись, я принялась помогать старухе по хозяйству и даже умудрялась отвечать на простые вопросы. Сначала она ко мне приглядывалась с подозрением, но вскоре коситься перестала не только на меня, но и на Таша. Вопросы прекратились сами собой, как только она увидела, как я шарахаюсь от мужского населения.

Как-то мы в деревню за продуктами пришли, а там парни гулянку устроили, Ясенку к себе позвали, она душа добрая со мной таким счастьем поделиться хотела. Я упиралась, но кто ж меня слушать будет? А эти аборигены танцы местные отплясывали. Вот меня в хоровод и запустили. В общем все сразу заметили, что я прикосновений чужих как огня избегаю. Ребята поржали, мол, что с дурочки взять, а Халда тогда все приметила, и ко мне потом подошла. Сказала, что все пройдет, и я забуду. Что молода я еще, тело здоровое, а душу время вылечит. И все у меня еще будет, и муж и детки. Она хоть сама поняла, что почти меня прокляла? Естественно меня так перекосило, что Халда еще и причитать над моей долей тяжкой начала, а я мысленно представила наших с Ксадаром деток. А этих монстров Равновесие-то выдержит? Хотя… не может у нас детей быть. Честно старалась не ржать, но не сдержалась. Закрыла ладонями лицо и мелко затряслась, знахарка принялась утешать усерднее. Мол не хочу замуж, так ничего страшного, Халда и сама ни разу за мужем не была. Так что мне расстраиваться не стоит. А пока могу пожить у нее с внучкой. Я отказываться не стала. Так и зажили, Яська перенимает бабкину науку лечения, я же усиленно делаю вид, что ничего в этом не понимаю, и вообще я невинный ребенок, случайно попавший в переделку.

Ясенке семнадцать, но она до сих пор не замужем (ужас то какой, ага, если учитывать, что девиц с четырнадцати да пятнадцати уже жениху на руки выдавали). Обуславливается это большой тягой к знаниям. Бабка ее собирается этим летом в местную школу магии послать. Ну да, Академий обучающих магии в нашем мире всего три (причем моя самая дорогая), а школ в каждой стране по одной. Вот в одну из таких школ Ясенка и отправится в ближайшие четыре месяца.

Кстати, на прошлой неделе мне исполнилось двадцать. И в этот день в подарок я получила стрелу с собственным кулоном. Это был привет от Рина. Еще когда готовила план к отступлению, я передала ему записку со своим любимым кулоном. В записке было всего три слова: «Поиграем? Догони меня». Кулон содержал частичку меня (клок волос выдрать пришлось), по которой при необходимом старании можно обнаружить носителя. Он меня нашел (кто бы сомневался), а это значит, что скоро опять в путь.

«Сана, отомри, старуха опять за метлой потянулась» — предупредил меня друг.

И вправду. Наверное решила меня в сознание привести. В прошлый раз именно ее подача метлой вывела меня из ступора, в котором я оказалась из-за перемещения (вот не ожидала я, что смогу телепортировать).

— Я за хворостом, — не дожидаясь действий Халды, я развернулась и потащила собой Таша.

Выйдя на крыльцо, огляделась и тяжко вздохнула.

Чуть не поперхнулась свежим морозным воздухом. А после вздрогнула от представшего в моем сознании воспоминания, яркого образа моей первой встречи со знахаркой. Я бледная вся заиндевевшая в бессознательном состоянии, плачущая кровавыми слезами лежу на пороге не большой избы. Рядом громко воет и скулит волкообразный моснтрик (мы еще в моем замке договорились с Ташем, что он сразу же поменяет облик, как только мы окажемся в относительном отдалении от буйной компании истребителей). На призыв Таша отозвалась весьма боевая старушка.

— Совсем нечисть обнаглела, — воскликнула она, открывая дверь и угрожающе махая метлой. — Уже добычу свою к моему крыльцу несет. А ну пшел вон, пока не распылила к упыревой матери!

На Таша столь бурная реакция впечатления не произвела. Зато он аккуратно так меня мощным носом к старой женщине подтолкнул и умоляюще на нее взглянул. Бабулька не прониклась. А когда цвет моей шевелюры заметила, так вообще достала какой-то артефакт и кидаться в нас начала. Но поняв, что от ее действий мы ни как не пострадали, успокоилась. Позвала Ясенку и затащила мою бездыханную тушку в дом.

Я перевела дыхание. Слишком яркой была картина. Слишком сильные эмоции я испытала. И эмоции эти принадлежали совсем не мне. Раньше я не могла так ярко чувствовать то, что чувствует мой метаморф. И его мысли я не могла подслушивать не заметно от него. Все началось после того как я пришла в себя спустя месяц полубредового существования. Во мне будто что-то сломалось в момент моего первого пространственного перемещения. И лишь спустя некоторое время, я поняла, что это мой блок в сознании дал свою трещину. К чему это приведет, остается только гадать.

Одно я могла сказать точно. После того как ослаб барьер в моем сознании, меня каждую ночь посещали кошмары. И были с одним и тем же сюжетом. Я долго бежала по густому бесконечному лесу. Мои маленькие ножки (я не гном, я ребенок) постоянно путаются в подоле платья. Жутко болит спина. Я задыхаюсь но бегу. И только одна мысль билась в моем мозгу: только бы успеть. Отчего-то я знаю, что если успею, то все у меня получиться. Даже если мне это жизни стоить будет. Я и отомстить смогу. И закон рода исполню. И тут я выбегаю на тихую и очень красивую полянку. После чего я обязательно просыпаюсь вся в испарине и с бешено стучащим сердцем.

Я в последнее время вообще к своим снам трепетно отношусь, ага. Вот помнится, ко мне дракон один во снах приходил. Так оказалось, и не сон то был вовсе. Так что на этот раз я даже Таша попросила со мной спать улечься. Мало ли, может, я во сне по лесу гуляю? Ох и ругалась тогда Халда.

Как только я окончательно пришла в себя принялась анализировать все произошедшее со мной. И появилось непреодолимое желание выяснить все. Все что могу. А я многое могу если уж прижмет. И первое, что я сделала — отправила весточку Ларику. Телепортом, ага. И я даже отката не почувствовала. Хотя письмо это не тело и даже не разумное существо. Там всего то и надо выполнить привычную процедуру и очень-очень захотеть. Ответного письма я не ждала. Уж кому-кому, а вот ректору знать о моем местонахождении не обязательно. Тем более мы договаривались держать связь через моих приятелей некромантов. В письме я сообщила, что в ближайшее время в академию не вернусь, и предупредила, что хотела бы с ним побеседовать. Ну и попросила кое о чем. Просьбу он выполнит, он же не хочет, чтобы один влиятельный король узнал об интрижке своей дочери с одним влиятельным ректором Академии. Хотя тому папашке и так все известно, но ведь известность бывает разной, например когда обо всем узнает не только папашка, но желанный жених из соседнего государства, с которым страсть как охота договор подписать.

«И куда ты идешь?» — ворвался в мои мысли один черный пушистый (по случаю зимы) зверь.

За хворостом, — отмахнулась я.

«Тебе в другую сторону» — сообщили мне.

Остановилась. Огляделась. И вправду. Задумалась. Пошла в другую сторону.

Таш, а ведь ты что-то знал. Я тебя спрашивала, а ты сказал, что придет время, и я все сама пойму. Тогда, когда я уже получила метку.

«У метоморфов с Высшими свои отношения. Мы ведь не из этого мира. Высшие спасли наших предков, когда наш Мир умирала. Так бывает. И мы заключили с ними договор. И естественно кое-что о них знаем. Но не все. Я например разбираюсь в их как ты это называешь метках. В древнем языке» — ответил он спустя долгое молчание.

А почему я об этом узнаю только сейчас? — возмутилась я. И так я этим делом увлеклась, что не заметила, как из лесу выехала целая кавалькада.

— В лес. Живо, — отвернулась я от друга. Таша я старалась не показывать никому. Даже в деревне я появлялась одна. Таша в это время отправляла на охоту. Правда слух уже пошел среди деревенских, что в лесу местно нечисть неизвестная завелась. Но никого не трогает и то ладно.

— Эй, девка, зови старую Халду, да по живее, — тем временем подъехал ко мне один из всадников.

Их было четверо, и пятый лежал на санях. Я буквально на себе ощутила его боль (ну да с некоторых пор, я вообще чувствую то что не должна). Не говоря не слова, понеслась обратно к избе.

Всадники эти были местного хозяина гости. В княжествах дворяне имели привычку зимой отдыхать в своих поместьях. А зимы здесь длиииные. И такой отдых у них не из любви к глубинке, а из буйного нрава князей. Насколько я помню из объяснений одного друга Ларика, как только в княжеских хоромах количество дворян переваливает за полтинник, тот объявляет войну ближайшему соседу. А что? Удобно. Гостей не много, на быту экономишь. А как только дворяне страх теряют, можно их делом занять. Опять же экономия, стычки те за счет зазевавшегося дворянства и происходят. Нравятся мне местные политики. С душой к делу подходят.

Бежала я так, что шапка на бок окончательно съехала. Стянула ее с головы и дальше побежала. Все равно платок поверх головы повязан, шевелюру скрывает (мода здесь такая, что радует).

— Там приехали, Халда, — ворвалась я в избу. Согнулась и постаралась отдышаться. Не то чтобы я сильно запыхалась или устала. Но надо же показать на сколько я взволнована.

Знахарка на меня взглянула строго, быстро собралась и вышла. Нравится мне эта старуха. Строгая, ворчливая, несгибаемая, но в то же время, мудрая, хитрая и заботливая (правда в своей манере, но тут не мне судить).

Я полушубок с себя стянула и на гвоздь определила. Встретилась с лучистыми глазами Ясенки и улыбнулась.

— Садись, она все равно на долго, — улыбнулась мне в ответ девушка. — А если что серьезное сюда принесут.

Я знала, что там все серьезно. По этому поставила на огонь воду греться, достала травы и положила на лавку на которой Халда обычно больных принимает. Яська на меня взглянула насмешливо, но промолчала. Я же быстренько совсем управилась и за стол к ней присела. Она молча протянула мне пирожок и начала щебетать о прошедшем дне. Вот есть у нее такая привычка, может говорить без остановки сутки на пролет, если вовремя не заткнуть кончено. И так мне нравится ее слушать (я про ее голос, а не про тот бред, что она несет), так меня это успокаивает, что я на время обо всем забываю.

Вот и сейчас вздрогнула от резко распахнувшейся двери, хотя сама же пять минут назад приготовления делала. Вошла Халда, а вслед за ней два мужика несли на руках третьего. Тот стонал, но видно, что сдерживался. Его аккуратно определили на накрытую простыней лавку, и, не оглядываясь по сторонам, ушли.

Яська удивляться моей прозорливости не стала, так как уже не в первый раз я такое выделываю, а быстренько из-за стола поднялась и к бабке направилась. Я остатки кушаний прибрала, сама же к ощущениям своим и к разговору Халды прислушалась.

— Волки его подрали, — сказала она. — Сильно. Не знаю смогу ли ногу спасти.

Я ничего не слышу, я никого спасать не должна. Контракты я ни с кем не заключала, лезть в чужие дела привычки не имею (именно так я себя каждый раз уговариваю). Слышу шорох одежды и вскрик Ясенки. Мдя… зря она поела. Халда ее щадит, сильно раненых обычно сама принимает.

— Бабушка, а что ж с животом-то делать? — слышу ее дрожащий голос.

— Ох упырь верхом на гоблине (и кое что из нецензурного, но очень красочного), — впервые слышу настолько яркое описание органов пациента. — Это ж княжий брат. Ежели его не вылечу, плохо нам будет.

Они что издеваются?! Сколько можно? Этот княжий родственник, что в другом месте на волков напороться не мог? Почему опять рядом со мной? Так, Сана, дыши. Это тебя не касается, никого ты спасать не будешь. Ты уже на спасла на свою голову жизни не хватит разгрести.

Да и не расстроится Князь сильно, если его братца младшего на свете белом не станет. Очень уж этот индивид развлечения любит, а между разгулом и развратом каверзы власть имущему брату строит, по мелочи правда, но ощутимо. Я прекрасно понимаю, что если бы княжича в хоромах брата чем отравили или закололи, то да, несомненно полетят головы с плеч. Семья княжеская неприкосновенна и священна. А вот если братца младшего волки в лесу порвут, так это не страшно. Голову снесут только знахарю, который родственничка лечить станет, да спасти не сможет. И ведь те, кто с княжичем по лесу шатались, не пострадают, только ущерб за недосмотр в казну выплатят, и дальше жить будут.

Так я себя уговаривала, а ноги уже несли меня к раненому оценить повреждения. И руки уже плели заклятие. Я полгода сдерживалась, ни капли целительской магии. Ни одного излеченного. Да и не было таких тяжелых случаев. У крестьян обычно повреждения не сильные ожоги, переломы, порезы, роды да похороны. Это хозяева обычно в лес за приключениями ходят, мужики местные даже на охоту далеко не забредают. Все больше силки да капканы ставят.

Хотя странно все это. Волки здесь смирные к поселению близко не подходят, и Таш бы меня предупредил, если бы было не спокойно. Что-то мне в этом не нравится. Подошла к лежащему на лавке молодому парню. Симпатичны, жалко полумертвый. Быстро осматриваю его, пока Ясенку выворачивает над тазом у входа, а Халда быстро растирает травы. Кто ж его так? Хотя… узнаю знакомую руку мастера. Помниться я одного эльфячего принца с пути к Равновесию вытаскивала, вот там было нечто похожее. Это не когти. Это лезвия. Три чуть загнутых, не широких, острых лезвия, крепящихся при помощи ремешка на ладони к костяшкам пальцев. Интересный Рин мне подарочек прислал. И с чего вдруг? После той стрелы от него ни слуху ни духу, а сейчас нате вам, примите и радуйтесь. Маньяк. Мне это слово Асандер поведал. Объяснил значение, и мне оно понравилось так же как и про психов. А как я вообще про него услышала? Так Ас Ксадара форменным маньяком обозвал.

Маньяк. А звучит-то как…

Тяжко вздыхаю и принимаюсь за лечение, травы то я уже приготовила. Нарисуем пару рун у головы пациента. Одна должна быть на животе, но тот распорот, значит его же кровью на груди, да покрупнее.

— Ты чего творишь?! — слышу грозный окрик.

Таш, возвращайся. Надо вещи собрать.

Маленький импульс заклятия направленного на тело раненного и берем из рук оторопевшей знахарки ступку с растертыми травами. Княжий брат застонал, в принципе это хорошо. Пусть помучается, нечего в руки ко всяким эльфам попадать, да и не нудно ему сейчас сознание терять. Тружусь я над этим телом, а парень на меня смотрит, мутным затравленным взглядом и моргает периодически, и не соображает ни упыря. Весь бледный, в испарине, напуганный. Нет, все таки зря я его в сознание привела. Хоть он лежит с открытыми глазами, и видит все и чувствует, вот только не осознает. Боль разум затмила. Из-под платка выбилась седая прядь и теперь усиленно лезла в лицо, мешая работать, а работать нужно быстро, пока Халда в себя не пришла от пережитого шока. Я прядку под платок убрала чистой рукой и быстро на знахарку оглянулась. В поле моего зрения Ясенка попала. Ей уже явно легче, но от сеней она не отходит, и так же ошарашено таращится на меня. Я тем временем плету последнюю вязь заклятия, теперь самая капелька целительства, на столько маленькая, что я даже боли не успеваю почувствовать. И вот уже рана сама стянулась, и закрепилась магическими скрепками. Сверху растираю травяную пасту, ускоряющую регенерацию, и все. Мою руки. Обхожу Халду, грозно глядящую на меня.

— Так ты Лекарь, — утвердительно сказала знахарка, и так на меня взглянула, что мне не по себе стало. — Я как знала, что ты не проста.

А то обычных девиц невиданные чудища охранять будут, и уж тем более обычные девушки седину имеют, чуть ли не каждая вторая. Ага.

— Бабушка, что это сейчас было? — подала голос Ясенка. Ей судя по всему уже лучше, но я на всякий случай, запариваю ей одну полезную травку и сую в руке кружку с настоем. От меня не шарахнулись, но все же смотрели как на диковинное существо. Я улыбнулась. — Сая, так ты тоже лечить можешь?

— Ага, — киваю и иду к своему углу. Пожитков у меня не так ужи много. То что было на мне в день моего прихода, я еще в первое время спрятала. Да и в потайных кармашках не так много скарба было. И что самое обидное от колечка подаренного Ксадаром пришлось избавиться, оставила его в пещерах. Хорошо, хоть вещи с моего дня рождения собраны. Остались сущие мелочи: еда, да верхняя одежда.

— Так ты что, не дурочка? — наивно продолжила выяснять правду Яська.

Вот как мне на это ответить? Сказать, что все в этой жизни относительно и мило улыбнуться? Так не поймет глубокой философии.

— Чужестранка она, — прошла к столу Халда. — Ведь из-за этого проблемы с речью?

Мне всегда нравилось беседовать со старухой, на ее вопросы не требуются ответы.

— В нашем княжестве хороших лекарей не готовят, — качнула она головой в цветастом платке.

— Может поговорим позже? А то пациент в себя пришел, — решила я блеснуть обогатившимся лексиконом. И ничего, что я говорила на языке южных княжеств, они на этом диалекте тоже свободно общаются, я точно помню, как обе с купцом из южных княжеств на его родном языке торговались, да так, что он заслушался (ну и цену под впечатлением скинул в три раза).

Халда резво вскочила из-за стола и бросилась к парню. Тот уже осмысленно хлопал глазами и я даже заметила у него проблеск мысли. Знахарка запричитала над ним, давая ему целебный отвар, пить ему уже можно, все внутренние повреждения я залечила. Да и не много их было. Только сейчас осознаю, насколько профессионально сработал Рин. Интересным вещам учат личных телохранителей ушастых повелителей. Хорошо хоть такта хватило самому не заявиться.

Интересно, и где он прячется? Неужто в лесу сидит? Так холодно же, а у него уши большие под шапку не спрячешь. В голову пришла шальная идея проигнорировать послание эльфа, и сделать вид, что я ничего не поняла. Но только стоило об этом подумать, как заговорил раненый княжий брат.

— Санашая Сареш, Санашая Сареш, — все повторял и повторял он.

— Что вы говорите, Княжич? Я вас не понимаю, — строго спросила Халда.

— Это не волки. Мне накинули на голову мешок, и каждый удар он сопровождал словами «Санашая Сареш». Проклятие, меня прокляли, — испуганно хлопал на знахарку княжич.

— Ругательство, — вставила я свои два слова.

Сделать вид, что оглохла, я не могла. В конце концов, я сама позвала эльфа. Кто ж знал, что у него такой неординарный способ на свидания приглашать. Хотя почему неординарный? Вот Шер бы просто чью-нибудь отрубленную руку мне прислал. В цветах. Он у меня с фантазией, ага. Ну эльф мог бы и весны дождаться, или лета там. На кой упырь по снегу то переться?!

Уезжать я собиралась утром. О чем сообщила старой халде поздно вечером, когда пациент и Яська уже спали беспробудным сном (каюсь, я им помогла заснуть).

— Возьми Ясенку с собой, — вдруг посмотрела на меня Халда.

— Чего? — в первое мгновения я решила, что ослышалась.

— Я говорю, проводи Яську до магической школы, — медленно и по слогам повторила старая карга.

— Нет, — решила я не церемонится.

— Ты не в праве мне отказать, Сая. Я помогла тебе в трудную минуту, я не просила платы, и никто еще не отменял закон долга, — вот же ведьма, знает, на что давить.

— Почему сейчас? — решила я пойти на диалог.

— Я стара, и кто знает, сколько мне осталось, — ее слова мне не понравились. — А Ясенку в деревне ждет либо замужество с бесконечными родами и работой тяжелой, либо доля одинокая и тоскливая. Не хочу я своей внучке такого. Пусть образование получит. Силу свою разовьет. Она у нее есть, я чувствую.

— Это все замечательно, но я-то тут причем? — решила уточнить я.

— Ты жизнь видела. Характер у тебя стальной. Опыт есть, несмотря на возраст малый. И зубы. Она многому у тебя научится. Да и Лекарь ты мощный, я знаю, о чем говорю, твою силу я даже сейчас ощущаю. Тебе я могу свою внучку доверить.

— За мной по пятам опасность ходит. Не могу я за других отвечать когда даже за себя не уверена, — привожу последний довод.

— Ты опасность на перед чуешь. Иначе не срывалась бы с места в такой спешке. Я не прошу опекать Ясенку всю жизнь. Прошу лишь довести ее до хорошей школы, или Академии, если поступить туда сможет. А по пути ты ее и научишь основам выживания. Я ее в неге растила, и в деревне ее любят, а мир не так добр. Особенно мир магии, там слабые не выживают, а наивные тем более. И уж лучше, если она это сейчас поймет, чем потом, когда поздно будет. А ты другая. Ты сможешь и ее уберечь, и жизнь показать.

— Халда, происходит что-то, чего я не знаю? — насторожилась я. У меня и у самой проблем выше крыши, так мне еще и ребенка навязывают.

— Не могу я этого объяснить, но природа волнуется. Лесной хозяин ушел. Князь в последнее время хмурый ходит. Чует мое сердце не к добру это.

Тут стоит уточнить один маленький момент. Знахари свою силу исцеления берут у природы. Если целители отдают часть себя при каждом исцелении, лекари работают за счет энергоемких заклинаний и ритуалов, то знахари лечат травами, которые дает им природа. Они ближе всех магов находятся к природе мира. А лешие — это духи той самой природы. Так же как и духи огня, воды, воздуха, земли. И они священны, так как являются прямыми детьми нашего Мира и Равновесия. И знахарь, хот раз видевший лешего, будет пользоваться спросом намного большим нежели квалифицированный лекарь. И связанно это с тем, что хозяин леса не покажется на глаза человеку со злыми помыслами и обделенного талантами. А поговорить с лешими, вообще мало кому удавалось. По-моему только драконы и эльфы такой чести удостаивались, и то не все (ну и Таш, разок с лешим общался). Поэтому меня действительно насторожило заявление знахарки об уходе лесного хозяина.

И так, как же поступить? Ясенка лишняя обуза, и если я все же подпишусь, еще и слабое место. А до ближайшей действительно хорошей Школы месяц пути. С другой стороны Рин. И долг перед Знахаркой. Мдя… месяц в обществе взбалмошной девчонки и ручного маньяка (ну нравится мне это слово!). Выйти мне за эльфа! Тьфу, я уже замужем, зомби ему в печень! В общем, будет весело.

— Я отплачу долг, но не гарантирую ей жизни. Я предупредила, что сама представляю огромную угрозу, — напомнила я, старуха побледнела, но не отступилась.

Ну что ж. Мне все равно в ту сторону, так что я многое успею. И улыбка озарила мое лицо.

— Сая… я как-то передумала с тобой родную плоть и кровь-то отправлять, — отшатнулась старушенция.

Остаток ночи мы собирали вещи Ясенки.

Утром пораньше девушку мы разбудили и радостную новость сообщили. Она была сонная и не особенно в смысл слов вникала, Халда специально это время подобрала для объяснений, зная о любви внучки ко сну.

Лошадей нам никто не выдал, так как у простой Знахарки таких средство отродясь не водилось. Так что пошли мы пешком, но при этом изрядной сумой нас все-таки наградили. Таш нас гордо сопровождал, время от времени уходя на охоту вглубь леса. Ясенка вскоре от своего сонного состояния очнулась, и просто задавила меня массой вопросов. Я ее счастливо игнорировала. Испытывая искренне садистское наслаждение, когда Яська бесилась от отсутствия ответов. А шли мы по направлению к ближайшему крупному населенному пункту, это как раз в дне пути.

Но как известно жизнь меня радует сюрпризами.

«Сана, ушасты пес пришел» — сообщил ментально Таш.

Один?

«Нет. С лошадьми» — что-то у него сегодня настроение шибко игривое.

Мы как раз тащились по снежной тропинке сквозь лес, когда я услышала знакомый голос.

— Привет, Сана, — из-за дерева вышла темная фигура. Без лошадей.

— Знаешь, Рин, твои манеры меня все больше разочаровывают, — грустно вздыхаю я. — Даже приветственного подарка не приготовил.

— Как так? — искренне удивился он. — А жизнь старухи и человечки? Я же их не убил.

— Мог бы просто и золотом обойтись, — нервно дергаю плечем.

Тут меня за полушубок дергает Яська, и на ушко тихо шепчет.

— Это взаправду эльф? — и в глазах надежда.

— Ага.

— Сая, вы говорите понятнее, я эльфийского не знаю, — хмурит она ясные очи. — И еще, я кажется влюбилась.

Сказала она это тихо, поглядывая недвусмысленно на эльфа. Щеки у нее заалели ярче чем от мороза, глазки которыми она обстрел эльфа ведет, лихорадочно блестят.

— А как это — влюбиться? — решила я воспользоваться случаем и узнать наконец какого это.

Рин аж ушами шевелить начал, прислушиваясь к нашей беседе. Яська же после такого моего вопроса глазки закатила, и с видом умудренной жизнью женщины принялась объяснять.

— Это когда сердце вместо тук-тук делает БУХ-БУХ-БУХ. В глазах все темнеет и звезды витают. А голова кружится. Колени дрожат, а ноги подкашиваются. А еще кожа от прикосновений огнем горит.

Мдя… то что она мне описала…

— Это же симптомы отравления ядом болотной скархи (змеи такой большой и ооооочень ядовитой), — недоверчиво сообщаю я прописную истину. Что-то я как-то не хочу уже про любовь ничего знать.

Яська некрасиво вылупила глаза. Рин сдавленно застонал.

Глава 2

«Я никуда в таком виде не пойду» — уперся Таш.

Таш, хороший мой, поверь тебе очень идет. Правда! — честно хлопаю глазами, гладя его по белоснежному меху.

«То-то надомной зайцы ржут!» — рыкнул мой метоморф.

Ты бы с зайцами поменьше общался, и вообще со зверьми. Он же завидуют. У них то нет такой прекрасной шубки как у тебя.

Я на мгновение задумалась. А ведь у меня тоже такой шубки нет. Как бы это исправить? Подстричь Таша?

«Даже и не думай!» — и мне заехали лапой по ниже спины. Вот же волчара мимикрирующая.

В общем, лично мне твоя новая белоснежная окраска очень нравится. И удачно с моими волосами гармонирует.

«Да? Спасибо. Тебе тоже эльфийские лопухи идут».

Убью. Долго и мучительно. Кинулась на метоморфа, тот скоростью обладал неимоверной, и убежать от меня ему труда не составило. Пришлось лепить большой ком из снега и при помощи магии посылать его в Таша. Он даже тут увернулся. От первых пяти, а потом все же мое возмездие настигло его.

Зачем он только напомнил? Я ведь уже начала успокаиваться. Я даже забывать начала, что на мне качественный такой морок эльфячиъ ушей висит.

Злобно кошусь на Рина. Он мой взгляд почувствовал и улыбнулся мне в ответ. Издевательски так, мстительно. Это ведь он является причиной смены окраса Таша с черного на противоположный белый. И это он навел мне морок столь нелюбимых мной ушей. И волосы заставил распустить. И глаза вновь красить пришлось. Правда теперь с кровью метоморфа, мои декокты имели не только черный и коричневые оттенки, но и любые другие по желанию. Сейчас у меня глаза фиолетовые. Я эльф. Где там мои недруги? Найдите уже меня поскорее и убейте, не хочу я с этим убожеством ходить.

Хуже того. Я эльфийское дитя! А это значит, что права голоса я не имею. А Рин мой опекун, все равно, что хозяин. И при встрече с другими эльфами я буду приравниваться к мебели в их беседе. Радует, только одно. Я дитя, а значит меня будут оберегать, обо мне будут заботиться и в случае смертельной опасности спасать в первую очередь будут опять же меня. И спасать будут не только эльфы, но и другое разумное население. Потому что месть эльфов страшна. Но еще более страшна любовь эльфов к своим чадам. А как же их не любить, если они рождаются всего раз в столетие? Тут волей не волей научишься детские жизни ценить. Жаль у людей подобного нет. Люди размножаются быстро, как вредоносный грибок. И вымирают так же быстро. Но жизнь проживают яркую, чего у них не отнять. А вот детей своих за частую не ценят. Потому что люди не ценят себя. Ведь ребенок это твоя плоть и кровь, это ты сам. Люди не умеют любить себя, и по этому на черном рынке появляются дети, которых продали родители.

Как странно размышлять о себе не как о человеке. Еще страннее не причислять себя ни к одной разумной расе, которую знаю. Кажется я совсем недавно получила доказательство чуждости мне людского рода, но все же я очень быстро свыклась с этой мыслью.

Но я вновь отвлеклась, от столь увлекательного занятия. Какого? Тихо ненавидеть Рина. Этот ушастик, как только понял, что я собираюсь маскироваться одним лишь платком, заявил что я не только сумасшедшая, но и дура в придачу. Потом мы вместе с ним подумали как можно исправить мои промахи в сокрытии совей личности. Сидели мы у костра, Яська кашеварила. Таш тихо мирно дрых у моих ног. А вот эльф… он внимательно рассматривал меня. И на лице его красивом блуждала такая мечтательная улыбка, от которой мне поплохело.

— Хм… Надо попробовать, — и глазки у него маслянистым блеском загорелись.

Он что-то шепнул, щелкнул пальцами и уставился на меня. Я так же продолжала пялиться на него, потому, что большой разницы не ощутила. Морок окутавший мое тело я бы точно не пропустила.

И вот сижу я жду продолжения, потому что знаю, эльфы просто так лишних телодвижений не делают. Как в мозгу взорвался ржач Таша. По нашей связи он кинул мне картинку маленького эльфенка с растрепанными белоснежными волосами, как у меня. Да что там, эльфенок имел такие же белые глаза как у меня, и одежда была та же. А потом до меня дошло, что это я и есть, только с эльфийскими ушами. Причем ушки аристократические. У них по длине и остроте можно ранг аристократии выявить.

— Еще цвет глаз поменять надо. Но это уже ты сама сделай, опыт уже есть, — блаженно оскалился мне Рин.

Я зарычала (и от кого этой дурной привычки набралась?). Но меня нагло проигнорировали.

— Эльфа…, - уронила в котел деревянную ложку Ясенка, усердно пялясь на меня.

— Красивая, — удовлетворенно крякнул Рин. А потом нахмурился. — Но не совершеннолетняя.

Убью гада.

«Он кажется свои эротические фантазии в реальность воплотил. Не порть эльфу удовольствие» — встал на защиту остроухого метоморф.

— Сними немедленно, — взвилась я. — Да меня любой маг по ауре раскусит.

— Это вряд ли. Твоя аура сейчас это что-то с чем-то. Сейчас сквозь слепок человеческой ауры, служивший тебе маской, пробивается что-то другое. И ни один маг не возьмется определить что это. Это явление можно выдать за плохую маскировку эльфийского ребенка, или же за попытку блокировки твоей Силы. У наши такие эксцессы случались. У ребенка сила большая, а вот тело для нее еще не развито, вот и приходилось их ограничивать. Так что и здесь мы найдем объяснение. И потом, никто не додумается тебя искать среди твоих главных врагов.

— Но почему РЕБЕНОК?! — решила я придраться к сему аргументу, так как других не осталось.

— Потому что на взрослую эльфийку ты не тянешь, — был мне гениальный ответ.

А Таш все ржал. И не только в мыслях. Этот волчара копытный преобразовал свои связки под лошадиные. И сейчас огромный саблезубый черный волк (ну или точнее нечисть похожая на санитаров леса) ржал как конь в буквальном смысле. Яська когда это безобразие увидела, рухнула в обморок, так и не до готовив ужин.

Ясенку я на лежанку определила, сама же решила жестоко отомстить Ташу.

— Рин, знаешь, в чем-то ты прав. Но тогда стоит не только меня гримировать, но и моего Таша. Все знают, что я путешествовала с черным кошаком неизвестной породы. А на белого волка переростка никто не подумает.

Метоморф ржать перестал. Он обиделся. А я между прочим тоже. Вот мы и проверили чья обида страшнее. Выяснилось что моя. Я ему про клопов из моего замка напомнила, и сказала, что так же модифицировать и блох могу. Таш проникся и цвет поменяла тут же. Или это он так бледнеет? В общем Таш цвет сменил и больше меня по поводу ушей старался не трогать.

Зато Рин развлекался как мог. Это он мне за разговор мстит. Как только он появился на нашем пути, он сразу же попытался высказать недовольство по поводу присутствии Яськи. И говорил этот гад ушастый для нее понятно и доходчиво. Я не выдержала страдальческого выражение лица влюбленной дурочки, и эльфа осадила. А позже, уже у костра, мы поговорили серьезно.

Первым делом мне ставили в претензию связь с драконом. Пришлось объяснять, что тогда меня не очень-то и слушали. И каким-то странным не постижимым образом, моя реакция на прикосновения в этот раз дала противоположный эффект. Правда я умолчала о своем замужестве (у драконов это называется пара), но тут уже я просто не смогла произнести сие вслух. Слишком абсурдно это звучала. Рина от моих слов перекосило, подозреваю он обо мне и моих неадекватных реакциях хотел сказать многое, но сдержался.

Дальше он начал возмущаться тому, что я неадекватная магичка, вляпавшаяся по самое не хочу, при этом отчего-то легко управляющая одним очень умным и хорошим эльфом. На что я задала один простой вопрос:

— Почему ты еще не вернулся в Лес? — наклонила голову я на бок. — Потому что не справился с заданием? А Великая Мать не прощает провалов? Или потому, что я могу осуществить пророчество, и вернуть Дилю его законное место? Ты ведь хочешь, что бы он вернулся. В твоих глазах нет ненависти к нему, лишь отчаянное сожаление и обреченная покорность. Или быть может причина во мне?

Этот неуравновешенный метнул в меня кинжал. Кинжал в меня не попала. Он воткнулся в ствол дерева о которое я оперлась. Эльфы не промахиваются. Просто он предупредил.

Я решила развлечься. Лезвие вошло в дерево не полностью, лишь на половину. Я ухватилась за серебристое лезвие у самой рукояти, и вытащила оружие. Естественно я порезалась. А Рин словно завороженный смотрел как по моей ладони стекают алые капли на белый снег.

— Помнишь, как мы встретились? — так потянуло на настольгию. — Тогда пролилась твоя кровь. А я была покрыта чужой. И нам было весело, Рин.

Он на меня смотрит с ужасом. Ну да, ты аристократ, ты защищаешь жизнь короля, ты скорее всего любовник Великой Матери, ты безжалостный хладнокровный убийца. И ты должен был забрать мою жизнь. Все это было в тот вечер. А сейчас ты потерялся, потому что совершил ошибку. Не смог в тот вечер меня убить, а я второго шанса не даю. Я буду защищать себя любыми способами, в том числе я привяжу тебя к себе еще крепче. Шер рассказывал, что самые хладнокровные убийцы за частую находятся в группе риска. И риск тот определенного свойства. Они ближе всех к краю разума, и что бы подтолкнуть их в пропасть нужен источник безумия к которому потянется жертва. Вот я и стала для Рина таким источником. И буду им до тех пор, пока он не найдет более сильный источник. Я намеренно привязываю его к себе. Все же я еще действительно ребенок. Слишком молода, слишком не опытна, и слишком слаба по сравнению со своими противниками. А он сильный, он защитит, и рядом будет всегда. Они в растерянности, сам не осознает того что делает, но в этом он получает некое мазохистическое удовольствие. Так что в ближайшее время меня не предадут.

— Да я ошибся. И потерял все, — он сидел напротив меня и внимательно рассматривал мое лицо.

— Ты многое приобрел. Ты встретил давнего друга. Ты обрел надежду. И я эту надежду воплощу в жизнь. И теперь ты не один, — я ласково улыбнулась и метнула кинжал обратно во владельца. В отличии от меня Рин оружие поймал на лету и очистил его в снегу от моей крови.

Я не лгала насчет надежд. Я исполню желание Рина вернуть друга. А Дилю я отомщу за то, что тогда в пещере он не попытался остановить Рэйку. Я конечно понимаю, что от дикой усталости и неожиданности они соображали плохо. Но они не подумали защитить Таша. Не прощу. Поэтому я поставлю Диля на трон. Пусть даже мне это будет стоить многого, но меня поддержит пророчество в которое верят эльфы. Ведь не важно верю ли я, важно верит ли свита. А мстей я сей подарок называю, потому что власть — это клетка пороков и желаний, в которой разум корежится, а душа гниет. Там где есть власть — нет свободы. Я видела это при дворе людских королей. Не думаю, что эльфы в чем-то отличаются от людей по вопросам касающихся власти. Расы разные, а пороки всегда одинаковые.

Да и эльфам я отомщу таким правителем. Ведь Диль весьма не подарок. С его характером сильно не разгуляешься, куска власти лишний не оторвешь. Думаю он приберет к рукам тот гадюшник. И возможно сможет защитить меня от драконов. Ведь достойный отпор Высшим могут дат только Эльфы. А самым идеальным решением будет натравить их друг на друга, дабы про меня все забыли.

В общем разговор у меня с Рином вышел продуктивный. Я поманила его обещанием светлого будущего, и его награды в виде весомого куска от общего счастья, а пока он пытался анализировать, добивала его психику своим невменяемым поведением. Ведь невероятные и грандиозные свершения всегда были результатом деяний сумасшедших. К компромиссу мы пришли, задачи и цели обозначили.

И первой задачей было, утоление информационного голода. В частности, мне хотелось узнать, что заставило активироваться местного князя, и уйти Лесного Хозяина?

Выяснилось, что виноваты опять эльфы. Они прибыли к местному правительству с тайной делегацией и неким подарочком, от которого ощутимо несло магией. Что они привезли, никто не знает, но то что после появления этой бяки Знахари заметили уход Духов Природы, хорошим знаком явно не является.

Тут мне пришло в голову поинтересоваться у Рина кое-чем еще. Например, не занимаются ли эльфы попыткой создания Кристалла Паргуса? И самое главное, не грядет ли на мир какой-нибудь очередной гениальный Отступник?

Все оказалось намного проще. Отступники не грядут, точнее одного конкретного психа не ожидается, а вот война вполне может случиться. Правда с кем конкретно воевать будем, Рин не знает, но характерные приготовления в Великом Лесу ведутся. Причем действия ведутся подпольно и явно скрытно.

А вот насчет злосчастного Кристалла Рин ничего не знает. Но известие о похищении драконьего отпрыска предположительно представителями эльфийской расы весьма его огорчило. Потому что напрашивается вывод, а не с драконьим ли племенем войну пытаются развязать неизвестные злодеи. Какое отношение ко всему этому имеют эльфы?

Мы имеем три неоспоримых факта. Первый, был похищен драконыш. Второе, кто-то пытается создать единственное но самое мощное оружие против Высших. И наконец третье, во всех случившихся инцидентах, подозрительно воняло эльфячим присутствием. И как же удачно случилось это покушение на наследника. Нет, власть у эльфов я точно поменяю, и пророчество мне в помощь.

А еще нужно с драконами разобраться. И не только на политической арене, но и в личном плане. Нужно выяснить каким упырем я имею к ним отношение. А лучше всего наконец открыть тайну своего прошлого. Но видит Равновесие, как я этого делать не хочу.

Но действовать нужно по порядку. Сначала отвезем Ясенку в Школу. Потом нужно будет связаться Ректором, и парочкой своих старых знакомых. Дальше можно будет выяснить все, что возможно о творящемся вокруг, и про себя родимую не забыть, и наконец вступать в игру. И естественно сама я в первые ряды не полезу. На кого бы поставить? Впрочем выбор у меня пока есть. Главная задача на ближайшее время выявить приоритеты и расстановку сил.

Поэтому пойдем туда, где эта информация есть. Академии (студенты всегда что-нибудь да знают), кварталы ночных нимф и дворцы парочки правителей. Можно еще и у драконов спросить, уж они-то всегда в центре событий. Но как-то совсем не хочется появляться перед их чешуйчатыми рожами.

Рин, моих планов не оценил. Сказал, что я в разведке не разбираюсь. Предложил через свои эльфийские каналы узнать, на что я сказала, что он зря слишком верит в своих друзей, а я не верю никому. Мы еще слегка поругались, но все же сошлись на одном. От Ясенки надо избавляться, а то она его уже своими слюнями затопила. И взгляды он на него такие бросает, что только зомби не проймет. Вот эльфа и пронимает каждую ночь. А я им уединиться не даю.

На что Ясенка обижается и дико ревнует. Это уже третья по счету деревня в которой мы остановились на постой. И везде нас принимали без возражений, что не удивительно. Попробовали бы они эльфам отказать. Две лошади отправили в стойбище, Таш же вовремя скрылся с крестьянских глаз.

— Не смей к нему идти, — приказала я, так и не отворив глаз.

Ночь была уже темная, проснулась я от едва слышного шороха. Это Яська опять пыталась прорваться к Рину. А слух у меня в последнее время слишком уж обострился.

— Надоело! — взвыла она. — Ты сама к нему не ходишь и мне не даешь! Какое тебе дело до того с кем я и как? Ты просто ревнуешь, что я ему больше нравлюсь чем ты. Вот и лезешь всюду.

Я спустила ноги с постели (какая радость) на пол, и зажгла слабенький светлячок. Ясенка стояла посреди комнаты в одной исподней рубахе. Волосы длинные, глаза возмущенно сверкают, а щеки алеют, это даже в полумраке видно. Хороша.

— Ясенка, вот скажи, у тебя гордость есть? — решила я зайти из далека. — Ты же стелешься пред ним как трава перед ветром. Ты хоть понимаешь, что ты у него на одну ночь, а боль с тобой на всю жизнь останется? А мне твоя бабка наказала тебя беречь, до прибытия в Школу.

— Брешешь! Я ему невинность свою отдам, и он поймет, что люблю его. Что только с ним быть хочу! Он оценит! А бабушка, старая, ничего не понимает.

Мать моя король драконов, папа псих! Так она до сих пор… а я то думала… у нее же поклонников в деревне было больше чем блох на старом псе. Хотя, с другой стороны она всегда слегка надменно к ним относилась.

— И ты думаешь, что когда ему себя отдашь, он подарок оценит и на тебе жениться? — решила я уточнить. — Так мужчины никогда не ценили добровольные дары. Они их не замечали. А знаешь ли ты, что эльфы никогда, слышишь, никогда не выбирали себе спутниц из простых? И не потому, что закон не позволяет, а потому что устроены они так. Их спутницы должны быть знатного происхождения и обладать Силой, и как минимум красотой изысканной и роковой. Потому что другую в Род они не поведут. Эльфы привыкли гордиться своей спутницей, а нельзя гордиться тем к чему подсознательно испытываешь жалость.

— Врешь, ты все. Я видела как он на меня смотрел. Полюбит он меня. А ты просто завидуешь, что я могу так поступить, а ты нет. Я же видела, как ты от его прикосновений шарахаешься. А он злиться. Злиться, но молчит. Но, то, что у вас было, оно в прошлом. Я смогу его заставить тебя забыть.

Вот как тут не заржать? Хорошо Таш сегодня на охоте, а то его комментарии меня бы до истерики довели. Уж как он над Ясенкой подшутить любит.

— Давно надо было твоим образованием заняться, — проворчала я. — Запоминай внимательно. Сейчас мы пойдем к Рину, и пока мы идти будем, ты ни звука не произнесешь. А если ослушаешься, я тебя изобью, честное слово! И ни каких вопросов!

В каждой деревне Яську принимали за нашу рабыню, и всегда старались отселить от общей компании (в маленьких домах мы не останавливались, мы же эльфы), но тут я вставала за нее грудью, и селили ее со мной. Рина же в другой комнате укладывали. Ну а метоморфа я старалась особо не светить, поэтому он ночью либо охотился, либо спал, где сам захочет, жаль, что не рядом со мной.

Яська моим тоном была слегка напугана, и вообще она перестала, что-либо понимать. Но очень уж ей хотелось к Рину. Так мы взявшись за руки (я применила свой коронный полог невидимости) пошли по дому. Дом большой, добротный. Живет здесь вдова одного зажиточного. Еще молодая, но уже и не девочка, хороша собой и телом и лицом. Женщина во всех отношениях приятная. И мудрая и добрая, а главное не дура. Управляется она со своим обширным хозяйством при помощи наемных рабочих. За ее силу духа и сообразительность, не любят ее в деревне.

Так вот, крадемся мы значит к комнате эльфа, как заправские шпионы. Ни одной половицы не скрипнуло, Яська даже дышала через раз. Я-то сильно не скрывалась, подозревая, что не до нас, сейчас ушастику, а вот девчонка нервничала заметно. Наконец мы уже у заветной дверки стоим. Ясенка руку к ней потянула, я же ее перехватить успела. Я хоть и не могла ее видеть, зато чувствовала любое ее движение.

А я выспаться сегодня надеялась. Ну что ж, начнем ознакомление с жизнью. Сама при помощи магического ветерка толкнула дверь, ты не была заперта и поддалась легко.

А у эльфов хорошая фантазия, надо признать. Да и вдовушка еще та шалунья. Хм… а вот так я не пробовала. А стонут-то как, заслушаешься.

— Ты моя малышка! Да моя кошечка. Так моя сладенькая! — мдя… эльфу, что не чем рот занять?

— Мой повелитель, — стонала ему в ответ вдовушка. — Сильнее! Да, так, да!

В общем я засмотрелась на изгиб новой позы вдовушкиного тела, и про Яську совсем забыла. Что и стало моей ошибкой. Пока эльф наслаждался обществом вдовушки, пока я ими любовалась, сдерживая улыбку умиления (похабщины), Ясенка получает моральный шок. Причем это выливается в душераздирающий стон и мощную огненную волну.

Мне так стыдно еще не было. Да что там, мне вообще еще стыдно не было! Мало того что Рину все веселье обломала, так и просыпающеюся магию знахаркиной внучки проморгала. Радует, только что реакция у меня в последнее время улучшилась, и большую часть удара я загасила. А припаленный обнаженный эльфячий зад, трагедией не является. Правда вдовушка визжала так, что по-моему к ожогам Рин еще и глухоту приобрел. Но как бы стыдно мне не было, эльфячий зад лечить не буду!

Хватаю девицу за холодную руку и тащу в нашу комнату, где запираюсь на все затворы, навешиваю полог тишины и охранок штук пять. А то что-то не хочется мне с неудовлетворенным эльфом общаться.

Усадила бледную девушку на кровать, сама из закромов вытащила настоичку. Хлебнула сама, дала хлебнуть Ясенке. После чего со спокойной совестью легла в свою постель с намерением доспать. Но счастье не длиться долго.

По моим щитам пошла дрожь, это эльф разборок захотел. В комнате начались судорожные всхлипы и завывания — это у Яськи истерика началась. А у меня началась мигрень.

— И чего ты ревешь? — сонно интересуюсь я.

— Он с друуууугооооооооой, — ревет Яська.

— Он каждую ночь с другой, так что хватит выть аки волк на луну, и ложись спать!

— Он меня не лююююююбиииит, — не успокаивается эта истеричка.

— Он никого не любит, — решила я ее слегка подбодрить.

— Лююююбит. Он нас заааамееееетииил, и тоооолько на тбяяяя смотреееееел, — вот же, что ни эльф то извращенец.

— Успокоилась! — рявкнула я. — Слушай и запоминай: мужчина, никогда не останется с той, что досталась ему без боя. Любой мужчина. А эльфы так и подавно с человеческими женщинами только ночи проводят, если повезет, он уйдет и вы больше не встретитесь. А если не повезет, ты понесешь эльфийским отпрыском, который высосет из тебя все соки, потому что его кровь принадлежит старшей расе, и еще не известно сможешь ли ты после этого рожать, а детей не больше не будет. А дальше опять же если повезет, ребенок будет с тобой, хоть и тяжело его воспитывать, а если не повезет, вернется его отец и предъявит право Рода. И уже тогда от твоего сердца не останется ничего. Это что касается эльфов. Про остальные расы тебе в Школе расскажут. А теперь подумай, стоит ли одна единственная ночь сломанной жизни?

На меня посмотрели испуганные ясные глазенки. В них пыталась сформироваться мысля. Формировалась она тщательно и долго, я даже заснуть успела.

— С тобой так же поступили? — пугливо спросила она.

— Нет, просто я Лекарь, и с подобными проблемами сталкивалась не раз.

— А от него ты отказываешься потому, что не хочешь такой участи? — продолжала доставать меня девчонка.

— Замужем я. Отстань! — и второй раз за сегодняшнюю ночь, Ясенка впала в шок. Ну а я успела уснуть, и даже выспаться. Рецидива магического выброса со стороны Ясенки я не боялась. Всю свою силу она уже израсходовала, теперь неделю восстанавливаться будет.

После того случая, Рин тщательно избегал общения с Ясенкой, а на меня вообще обиделся ни за что. И теперь вместо одной молодицы, проводил время с двумя. Ясенке я потихоньку сливала премудрости жизни. А сегодня решила научить ее самому важному, что требуется в студенчестве — искусству пить. Ну и обязательно варить опохмелительное зелье. На этот раз мы остановились в приграничном городке в крайней таверне. Уютно и провинциально.

— Ты этого не сделаешь, — шипел по эльфийски Рин.

— Кто же помешает? — не поверила я.

— Каждая твоя пьянка заканчивается упырь знает чем, — приводит веский довод эльф.

— Вот поэтому ты пьешь с нами, — лучисто улыбаюсь я, и эльфу ничего не остается кроме как смириться.

— Маленькие эльфочки не пьют спиртного! — приводит последний довод Рин.

— Я за них очень рада, — пожимаю плечами и ухожу.

И вот сидим мы втроем и тихо пьем. Музыки нет. Народу мало. И все пялятся на то как я пью.

— Что уставились? Не видели как элфийки настойку пьют? — не выдержала я. Посетители синхронно качнули головами в отрицательном жесте. — А злых магичек видели?

После этого заявления от нашего столика отвернулись даже подавальщицы.

— Скуууучно, — вздохнула я.

— Не вкусно, — скривилась Яська.

— А сегодня подпольные бои под главной ратушей, — мечтательно вздохнул Рин.

Я встрепенулась.

— Ясенка, пошли переодеваться, сегодня мы не просто пьем, мы еще и веселимся! — я побежала в номер за одеждой и деньгами, не слыша как сдавленно материться Рин.

Уже в пути он мне весь мозг прожужжал, что Яську брать не стоило. На что я ответила: учиться никогда не поздно.

Подпольные бои — это нечто особенное. Они бывают трех типов. Бои от первого лица, то есть сражаются непосредственно при помощи физической силы. Дальше идут бои от второго лица — присутствует магия. И наконец бои от третьего лица. Это особый бой, который могут устроить только некроманты. Это бой нечисти подвластной магу.

Сегодня был рядовой бой. Велись бои от первого лица!

И естественно законом такие бои не приветствовались, но город был пограничным, так что зачастую сами представители закона, а точнее военные и учувствовали в подобных боях.

Ясенка на все взирала с испугом, осуждением и непониманием. Эх, мелкая, тебе еще столько узнать придется, с твоим то даром. У тебя сейчас только три пути, либо боевик либо бытовик, либо же лекарь. С твоим романтизированным представлением о жизни выберешь боевой факультет, и совершишь ошибку. Ты еще неподготовлена, тебя там сломают и преподаватели и такие же как и ты ученики. Так что как бы не было страшно, как бы не хотелось закрыть глаза, смотри, смотри и не отворачивайся. А лекарьсикий факультет тебя уже сейчас пугает. Но есть вероятность что ты выберешь его. И тогда ты просто потеряешь веру в лучшее и в себя.

Мы как раз спустились к заброшенному складу за городом, в котором и проводились бои. Нас впустили без лишних вопросов. В помещение ярко горел свет, было душно, воняло потом, алкоголем и травами. Сейчас шел бой человека с человеком. Руки не защищены, правила запрещают как-либо ограждать свое тело от ударов, кроме природной увертливости и ловкости. По этому было много ран, крови и травм. Ясенка это как увидела так и попыталась на пол осесть.

— Смотри, — повернула я ее голову к рингу. Ринг выглядит как круг очерченный охранкой, ничего большего.

Бой закончился быстро. Победитель шатаясь вышел с ринга, а проигравшего вытащили за ногу.

— Не стоило сюда ее тащить. Никакого удовольствия не получим, — ворчал эльф. Мы кстати одеты были в плащи с капюшонами, для конспирации.

— Сейчас все исправим, — хихикнула я всунув в зубы девушки прихваченную с собой бутылку ядреной настойки. Та сделала пару глотков и выпучила глаза от впечатлений.

Рин хмыкнул и отвернулся к рингу, начинался новый бой. Гоблин — амбал в два метра ростом и в эти же два метра в ширину и орк. Орк тоже не маленький, но все же значительно меньше. И где я видела этого орка? В задумчивости делаю глоток из второй принесенной мной бутылки. В этот момент оборачивается Рин, и в глазах его читается явная обида. Тяжко вздохну отдаю бутылку ему. Он с благодарностью принимает и делает большой глоток, так мы и пили.

Бой тем временем затянулся. Гоблин старательно мутузил орка. Но тот не особо и сопротивлялся. С другой стороны он до сих пор не упал, что говорит о его силе больше чем все его малочисленные удары до этого. Мдя… как-то скучно.

— Рин, у тебя с собой сколько денег? — шепчу я.

— Все что есть. Ты же знаешь я всегда ношу собой всю сумму, — ответил он.

— Ик, — встряла в нашу беседу Ясьска. Она уже изрядно выпила, и теперь ей нравилось все. И браки, и кровь и травмы.

— Дай их мне, — попросила я.

— Зачем? — прищурил он глаза.

— Я тебе слово даю, что верну их и даже в двойне. Просто дай их мне. Если хочешь принесу клятву.

От такого напора Рин сдался от отдал суму полную монет. Ну или возможно на него подействовало обещание, что если я их сегодня ночью не верну, то пойду в его рабыни.

Я тут же убежала делать ставки. Но вскоре возвращаюсь довольная.

— Эй, орк! — ору я сквозь шум чужих выкриков. На меня все же переводят мутный взгляд орочьих глаз. Я скидываю на руки эльфа плащ, а сама взбираюсь на возвышение в виде бочки. — Я поставила на тебя все свои деньги!

Распускаю косу, и волосы волной опадают на мои плечи. А я по привычке наклоняю голову на бок.

У орка в глазах что-то шевельнулось.

— Что ты творишь? — шипит Рин.

— А еще видишь того мужчину? — тыкаю я пальцем в борова с поросячьими глазками, смотрящего на меня масляными глазками. В зале повисла мертвая тишина. — Я поставила на тебя свою жизнь! Проиграешь меня либо убьют либо превратят в рабыню! Так покажи, на что способен!

— Убью, — спокойно сказал Рин. И начал вытаскивать свой родовой орт. О какие мы злые. Щас меня еще и ритуально прикончат.

Ясенка кажется осознала происходящее и начала подвывать в такт выкрикам толпы. Нервная она какая-то.

— Да ладно тебе, Рин, мы с этого боя в пять раз больше поднимем.

— А если он проиграет? — продолжает шипеть он.

— Неа, выиграет. Ты же военный, вишь его выучку, так что давай не будем гадать, а просто насладимся зрелищем.

— А если он специально проиграет? — не унимался остроухий.

— Это вряд ли, — пожала я плечами.

И я оказалась права. Все закончилось очень быстро. Казалось бы еще минуту назад, на орке живого места не было. Он еле стояла на ногах и почти не атаковал. Но сейчас… сейчас на полу в луже собственной крови лежит огромный зеленый гоблин. А вместо беспорядочных шатаний, движения орка стали напоминать завораживающий танец. Кажется это называется танец степи.

Толпа взорвалась бешеным ревом. Яська испуганно охнула и попыталась осесть на пол. Девушку подхватил Рин в страхе, что ее просто за топчут. А победитель вышел за пределы круга и медленно направился ко мне. В его движениях больше не было небрежности. Ко мне шел истинный воин.

— Здравствуй Отмеченная Смертью, — кивнул он мне.

— Привет, Зорг. Вот и свело нас снова Равновесие.

— Сана, — глянул на меня зло Рин.

— Рин, деньги забери, а то вряд ли мне их согласятся выдать. Яську можешь Зоргу отдать.

Я поднялась со своей бочки и направилась к выходу.

Яську я уложила спать в комнате Рина. Сама же с Зоргом и эльфом осталась в нашей с ней комнате. Таша я провела в номер при помощи заклятия, и теперь это зверь тихо сопел у моей кровати. Мы же расположились у круглого столика. Сначала мы молча пили. Потом пошли вопросы.

— Откуда ты его знаешь? — возмущался эльф.

— Да встретились как-то в лесу.

Эльфы орков не любили, они их презирали, и они признавали за орками силу. Орки эльфов не боялись, не призирали, и но любили. Очень. Счастливцем становился тот орк, которому удалось хоть раз изнасиловать эльфиечку, ну или эльфика, там уж как выпадет. Гордый степной народ и годрдый лесной народ, вместе им не быть никогда, поэтому орками часто выкрадывались эльфийские полукровки. И от таких союзов рождались потрясающие дети.

Зорг внимательно рассматривал Рина. Ушастик в свою очередь вытащил родовые орты. Намек понят? Зорг рассмеялся. А я умильно напивалась.

— Я искал тебя, Отмеченная Смертью, — обратился ко мне орк. Не то что бы обращение к женщинам у них было странным. Пока орчанка не замужем, она вольна как ветер в степи, хочет воюет, хочет вышивает крестиком, в общем находит себе занятее по душе. Но как только орчанка создает союз, она полностью лишается прав. И на улицу выходит в длинной юбке. Ну или не отчанка. Орки единственные, после гоблинов, кого расовые предрассудки, а точнее генетические несовместимости не волнуют.

— И зачем же я понадобилась сыну степи? — хмыкнула я. — Кстати, ко мне можно без церемоний обращаться, просто Сана.

— Долг жизни в Степи первый среди Долгов. Не успокоится моя душа, пока не верну тебе его. Ну и не могу же я оставить тебя рядом с эльфом. Они, знаешь ли, имеют слабость к блондинкам.

— Знаешь, Сана, мне неимоверно хочется его убить, — вмешался эльф.

— Рин, тебе придется смириться с его присутствием, — хлопаю я того по плечу. — Все таки он новый членен нашей маленькой компании.

Такого перекошенного выражения лица, я еще не видела на этом красивом лице. Даже когда я эльфийского принца с того света вернула, а он мне помешать не смог.

— И что же еще ты можешь мне поведать, Зорг? — наклоняю голову на бок.

— Я следовал за тобой до проклятых земель. Где потерял твой след. Но за тобой охотятся все кому не лень. Это и облегчило мои поиски. Твои преследователи не нашли тебя ни в одном королевстве юга, востока и запада. Тогда они двинулись на север. Но ты сама знаешь, как трудно работать с княжествами. А одинокий орк идеальный лазутчик. Немного поразмышляв решил тебя искать на самом севере, это третье княжество за прошедшие пол года, где я пытался тебя обнаружить. И если бы ты не расплела косу, я бы тебя не узнал. Хорошая маскировка.

— Слышал, Рин? Гордись, — я сейчас не издевалась. Это действительно высшая похвала. Орки известны своими качествами преследователя.

— Переживу, — буркнул эльф.

— И кто же ближе всех к нам находится? — улыбаюсь я.

— Некроманты. Братья — в пяти днях пути от сюда, в соседнем княжестве, и еще одна парочка некромантов устроилась на работу в двух неделях пути отсюда. Но с братьями, какая-то история темная. Я не выяснял.

— Эльфы?

— Ищут тебя на востоке.

— Драконы? — у меня охрип голос.

— Запад, острова, и скоро будут здесь.

— Мне начинает нравится этот орк, — пьяно хмыкнул Рин.

— Никогда не разделял увлечений своих братьев, — фыркнул Зорг.

«Вот если они друг другу в ночи глотки перережут, что делать будем?» — не открывая глаз, спросил метоморф.

— Парни, а вы не пробовали пить на перегонки? Кто проиграл, тот полезет к градоначальнику в спальню, любовницу соблазнят!

— Бред, — уверенно заявил Рин.

— Так я ж тоже полезу, если проиграю, — настаивала я.

— Эльфы просто спальни градоначальников не любят, — хмыкнул орк, доставая из-под стола три полных одинаковых кувшина с алкоголем.

«Конец границе» — тяжко вздохнул Таш.

В общем это последнее, что я помню из того вечера.

Глава 3

Мы спешно убегали. Ну на самом деле не так уж и спешно, в конце концов убежать успели довольно далеко, и торопится причин у нас не было, но вот то что мы все это проделывали в довольно хмуром настроении, то это да. Казалось бы, из-за чего так переживать? Ну подумаешь я опять споила народ. И опять из этого ничего приличного не вышло. Но я же им в глотку ту бормотуху не заливала, а все фаеры опять на меня.

Еще больше настроение портил тихий ржачь Таша. Причем его язвительные комментарии могла слышать только я, что наводило на печальные размышления о вреде дружбы.

Как рассказал метоморф, на момент окончания моего импровизированного конкурса упились уже все. Но я все же смогла выявить явного отстающего. Им оказался Рин. По словам, проснувшейся уже к тому времени Ясенки, эльф был категорично не согласен осваивать любовные просторы в градоначальничьем поместье, который по совместительству еще и комендант, город-то пограничный. В общем, его протест выразился в попытке по быстрому прикончить меня родимую. Но тут активизировался Зорг, моя тушка была спасена, и после еще одного возлияния, я решила, что не гоже друзьям бросать товарища в беде, и предложила атаковать спальню любовницы градоначальника всем вместе. Да, да я и Таша собой потащила, до Яськи дотянуться не смогла — она успела забиться под кровать.

И все бы ничего, ведь у нас у всех вполне профессиональная подготовка как ни как. Мы смогли без шума миновать посты стражи. И даже взобрались на третий этаж по стене в нужное нам окно. Ага, во все три. Вот только окна почему-то у нас оказались разными. Например орк попал к той самой любовнице, ну кто ж знал что она окажется довольно экзальтированной дамочкой, и приходит в неописуемое возбуждение от темных накаченных силуэтов орочей расы в ночи? Представляю, во что они играют по ночам с комендантом.

Я же попала, как ни странно к жене градоначальника (вот же любитель гаремов). В отличии от остальных жителей этого дома она оказалась адекватной женщиной, и на предложение выпить, пока ее мужа насиловать будут, согласилась, достав вино, и сообщив, что оно из стратегических запасов. Причем с такой радостью, что я призадумалась о том, чтобы задержаться здесь на недельку другую. Почему я сообщила, что над ее мужем будет чиниться насилие? Так потому, что вместо спальни градоначальничей любовницы, Рин попал к самому коменданту. Я это знала точно, потому что слышала, как за стенкой верещит градоначальник, и жутко ругается Рин.

И вот встревоженная криками стража подбегает к той самой стене, по которой взбирались мы, и видит она выпрыгивающего с третьего этажа орка, в полуразорванной рубахе. Следом сигает эльф с красными ушами. Ну а я… а за мной пришел Таш, взял за шкирку и тоже ретировался через окно.

В общем, градоначальник с тех пор ни то что с любовницей, он вообще теперь ни с кем ночи не коротает. А по городу теперь ходит байка о бешеной семье извращенцев. Папа орк, мама эльф и лапочка дочка, маленькая эльфиечка охотящаяся на стратегический винный запас. А еще у этой семьи есть белый олень, который доставляет их на небо к звездам. И вообще эта семья занимается тем, что делает подарки… раз в год, в одну определенную ночь. Ага.

Этот олух ушастый, который все свое (а на этот раз и мое тоже) всегда собой носит, поспешно убегая из примечательной спальни, оставил там дорогой моему сердцу кошель. Он же весь мой выигрыш с подпольного боя в спальне коменданта-градоначальника оставил! Убью! Как только догоню.

Вот поэтому мы и убегаем поспешно. Орк от стражников, а Рин от меня. Одна Ясенка на своей каурке опасливо трясется позади.

— Стой драконий сын! — ору я вдогонку эльфу.

— Только после того как дезактивируешь три своих проклятия, и уберешь черные иглы, — оборачивается он. — И вообще, ты себя со стороны видела? У тебя же на лбу написано сумасшедшая магичка, опасная для окружающих.

Таш, ты чего плетешься как на убой? — возмущаюсь я.

Дело в том, что мы таким вот образом передвигаемся уже третьи сутки. Таш не сильно напрягается, догоняя идиота эльфа, а эльф в свою очередь не сильно напрягается в попытке убежать от меня. А когда мы устаем до состояния не стояния, Зорг разбивает лагерь, а Яська кашеварит.

«А ты вспомни, что он нам еще нужен» — советует мне метаморф.

На кой дракон мне идиот, который умудрился потерять золото?!

— Сая, да успокойся ты наконец, — робко подъезжает ко мне Яська.

— Ясенка, вот тебе урок номер три, — хищно улыбаюсь я. — Никогда не подходи к сумасшедшим магам, в момент их справедливого гнева.

И запускаю в нее приготовленными для эльфа черными иглами. А у эльфов неплохая реакция. И у орков тоже. А глазенки-то какие испуганные.

Тем временем, пока Зорг и Рин неслись спасать Ясенку от неадекватной меня, произошло два события. Мои иглы резко изменили траекторию с Ясенки, на почти достигшего ее Рина. А в меня полетела мощная стена огня. Я успела активировать щит. А вот лопоухий увернуться не успел.

Ясенка в свою очередь испуганно прикрывает лицо руками и ошарашено таращит глаза.

— Еще слабовато, — снимаю щиты. — У тебя несомненно хороший резерв, вот только бесконтрольный.

«Сана, ты ее силу проверить хотела, или эльфа ранить?» — деловито поинтересовался Таш.

— Убью, — спокойно сообщает Рин.

— Это вряд ли, — не соглашается орк.

— Не ссорьтесь, — жалобно просит Ясенка. И ее естественно все проигнорировали.

— Зорг, не мешай, — так же спокойно предупреждаю я. — Тут у нас кажется активировался великий и ужасный Рилинлевель. Ну что охранничек, больно? А как же хваленная эльфийская реакция?

«Ты зачем его из себя выводишь?»

Не мешай, у меня завершающая фаза ломки личности идет. До полной растерянности я его уже довела. Он же до этого меня всего пару раз убить пытался. А остальное время был тих и мил. Сейчас, после жуткого расстройства, я его разозлю. Доведу до критической точки, пара слов и все. Он будет наш навеки.

— Санашая, — ну надо же, орк впервые меня полным именем назвал. — Не стоит.

Внимательно смотрю на него. Орк не угрожала, он просил. Догадался? Похоже. А есть ли мне дело до его просьб? Это смотря какие у него мотивы. Честно говоря, мотивов я пока не наблюдаю. Но это не значит, что их нет. Хорошо, радикальные меры по ломке личности оставим. Но поиграть-то мне никто не запрещал.

Все мои размышления пронеслись в голове за доли секунды. Этого времени эльфу хватило, что бы рассчитать варианты возможных атак. И после слов Зорга, Рин бросил в меня ловчую сеть. Но у меня есть Таш, который на разговоры с орком не отвлекался и, в момент атаки эльфа, рванул по тракту вперед. Рин не расстроился, а отправился следом.

Несемся мы, значит, по дороге, я с дикими глазами, еле успевая ставить щиты от магических атак Рина (и это он еще не серьезен), за эльфом скачет орк, в бессильной попытке его успокоить (ну и вообще нас догнать), а за орком далеко позади, скачет Ясенка с обреченным выражением на лице.

На дорогу я практически не смотрю. Зачем, ведь мне не нужно управлять своим волчарой. Я полуобернулась к Рину. Поэтому и не заметила скачущих нам на встречу двух личностей в черных плащах.

Тракт узкий, разъехаться мы вряд ли на такой скорости смогли бы. Вот и получилось, что лошади путников встали на дыбы, а я выяснила, что Таш, довольно высоко прыгает. Рин затормозить едва успел, но все же удержался в седле.

— Вы, эльфы, совсем обнаглели? — рыкнула одна из фигур укутанная вплащик. — Смотри куда прешь на своем монстре.

— Маги, вам жить надоело? — возмутился еще не пришедший в себя Рин. К этому времени к нам подъехали и Зорг и Яська.

— Друг, тише, их больше, — обратился черный плащ к своему попутчику.

— Реальная угроза здесь только тот остроухий и монстр под малолеткой. Ты действительно думаешь, что мы не справимся? — искренне удивился первый плащик.

Они нас будто не замечали. Ага, вот только пальчики их плели тонкую вязь одного неприятного некромантского заклятия. Откуда я это знаю? Так я ж сенсор хороший, по запаху естественно.

— Вы кого малолеткой обозвали, некры недоделанные? — возмутилась я.

Повисла звенящая тишина. Некроманты ненавидели когда их называли некрами. Рин достал свои орты и приготовил пару заклятий, он отличный боец, но слабоватый маг. Зорг задвинул подальше Ясенку и достал свой меч. Ясенка начала тихо причитать что-то неразборчивое, я расслышала только «связалась на свою голову…. больные… алкоголики… чума седая».

— Друг, нас кажется оскорбили? — удивился первый черный плащик.

— Да нет, не кажется. А что будет за убийство маленького эльфика? — решил уточнить второй плащик.

И не дождавшись ответа, в мою сторону полетело заклятие. Неслабый лекарский щит его легко остановил.

— Да в каком месте я ЭЛЬФИК?! — возмутилась я.

А что? Рина достать не получилось, в догонялки поиграть не удалось. Я уже который день в пути, и естественно настроение мое от этого не улучшается. А так убью парочку хамов и можно жить дальше.

— Сана, заткнись, — шипит Рин.

И метнул заклятие ростка под ноги лошадей некромантов. Это заклинание оживляет растения, вот только некромантия легко глушит жизненную силу эльфийского заклинания.

— Уйди изверг, это из-за тебя меня ушастой недорослю теперь обзывают все кому ни лень. Хочу пару некромантских трупов, — как-то вяло мы воюем. Без огонька. Видно эти маги тоже устали и не прочь размяться. Естественно убивать никто никого не собирается. А вот устроить маленький бой на победителя (побеждает тот, кого меньше покалечили).

— Лид, тебе эта мелочь ушастая не кажется знакомой? — задумался второй плащик, попутно ставя магический щит против ловчих заклинаний.

— Эльфы все на одно лицо. В общем так, ты берешь на себя взрослого остроухого, а я белого монстра и эту маленькую стервь, — И в меня полетели три черные иглы и один отравленный кинжал. Откуда знаю? Так у некромантов все оружие отравлено, они другого не носят. Иглы я заблокировала, а от кинжала увернулась.

— Ты уверен, что нас не узнают? — принялся плести что-то убойное напарник того самого Лида.

— На нас же плащи маскировочные, которые ОНА магичила. А ЕЕ ты знаешь, — отозвался тот, кого назвали Лидом. Вот что-то мне напоминают эти плащики.

— Некры, ну вы как бабы на базаре, только языком и чешите, — возмутилась я и создала фаер.

— Сана, я тебя убью, — спокойно сказал Рин на эльфийском. И метнул в некров кинжалы. Кинжалы врезались в плащи некромантов с глухим стуком и опали на землю. Ну вот точно я где-то видела эти верхние одежды.

— По идее, ты это должен был сделать уже давно. Так что прекращай бросаться пустыми обещаниями, и обнадеживать меня, — я обиделась. — Выйти замуж мне за эльфа (тьфу ты обещала ж себе больше не сквернословить по этому поводу), если я этих некромантов сама не уделаю.

Некроманты переглянулись. А я наклонила голову на бок и улыбнулась, волосы рассыпались по плечам, одна прядь упала мне на щеку.

— Лид, я тебе говорил, что она мне кого-то напоминает? — повернулся безымянный некромант к своему другу. А я тем временем закончила формировать заклятие огненного ножа. — Санашая Сареш!!!

И эта пара несостоявшихся трупов рухнула на землю, закрыв головы руками и прикрывшись мощными щитами, в тот момент когда я отпустила огонь в форме клинка по тому месту где раньше были их головы. Я старалась не задеть лошадей. Все же животных я люблю больше чем разумные расы. Жаль что единственное мое животное еще в детстве у меня отняли. Как сейчас помню.

— Сана, убей щенка, — приказал ректор указывая на подобранного мной дворнягу пару недель назад.

— Нет, — спокойно ответила я. Я знала, что расплата будет болезненной, но я готова это пережить.

— Санашая, запомни, у тебя не может быть других привязанностей. Только одна. У бей эту тварь, или его убью я, но уже медленно, — ректор говорил спокойно. Он не угрожал, он констатировал факт. За мое неподчинение меня не будут наказывать, а щенка все равно убьют, вот только смерть тоже бывает разная.

И я решила. Я вонзила кинжал прямо в сердце несчастному животному. Я думала, что убиваю щенка, на самом деле все оказалось гораздо хуже.

Раньше я не испытывала никаких эмоций. Потом появился Ражек с Ирмой. Их ласка разбивалась о лед моего равнодушия. А потом я встретила дворнягу чем-то неуловимо напоминавшую меня. Он просто пошел за мной от рынка, прямо до ворот Академии. Ни скулил, ни рычал, просто смотрел. Он мне понравился. Впервые в моей груди проснулось чувство интереса. Я взяла его с собой, в общежитии я никому его не показывала. А он даже есть не просил, только молча смотрел на меня. Естественно я его кормила, даже играла, он был интересным. Странным, непонятным, а главное живым.

А когда я его убила, во мне проснулись и другие чувства. Оказывается, я к нему испытывала не только интерес, но и подобие привязанности.

— Вот и хорошо, вот и славно. Ты теперь чувствуешь. Теперь ты действительно жива, — качал меня на руках ректор, в то время как я корчилась от боли. Эту боль мне принес шквал невиданных до селе эмоций. Словно я была мертва, а теперь ожила. Я будто была в вакууме, а сейчас горю заживо. А потом Ларик меня просто вырубил.

Я тряхнула головой, сбрасывая наваждение воспоминаний. Уставилась на встающих с земли некромантов.

— Я тебе говорил, что она жива?! — возмущался Намий. — Говорил?

— Ну говорил.

— А то, что она как всегда появляется в самый неожиданный момент в самом неожиданном месте, а у нас потом что-нибудь сломано? — не унимался Намий.

— Парни, не увлекайтесь, — спрыгиваю я с Таша.

— Сана, ты их знаешь? — подошел ко мне Рин.

— Все таки ты была права, Сая. А я не верила, — вдруг вклинилась в беседу Яська.

— В чем? — нет, я конечно всегда права, но что-то не улавливаю я ее хода мысли.

— Помнишь, у бабушки, когда княжич раненый метался, ты сказала, что Санашая Сарешь — это ругательство. Я тогда тебе не поверила, а сейчас слишком часто на разных языках слышу. Что оно обозначает? — и глаза у этой мелкой такие наивные-наивные.

— Сана, ты извини, но выглядишь как настоящая эльфийка, — протянул мне руку Лид.

Встретила называется старых знакомых. А главное почти случайно. Ага. Вот и сидим мы у пылающего жаром костра, на расчищенном от снега пятачке. Мои старые знакомые капюшоны скинули, но плащи снимать не стали. Я их кстати вспомнила, это те самые из серии с пластинами метала, только на эти я еще и пару заклятий в экспериментальном порыве наложила.

— В Академии слух пошел, что ты погибла, — рассказывал Намий. Мы решили сделать привал, раз уж произошла такая встреча. — Ректор озверел с тех пор как ты ушла. Никто ничего не знает толком, а по столице слухи ходят один другого абсурднее. Искали тебя все кому не лень. Нас во время практики навестили эльфы… противопоставить пятерым мы ничего не смогли. Твой портрет… они взломали нас ментально. А потом в один момент ректор будто с ума сошел, Академия словно во тьму погрузилась. И пошли слухи что ты погибла. Никто ничего конкретного не знал, но королевские тайные службы вдруг успокоились.

Намий тяжко вздохнул и оглядел моих спутников, задержав взгляд на Рине.

— Мы не поверили. Практика закончилась, а тебя все нет, — продолжил Лид. — В столице твориться что-то странное. Отголоски магии настолько мощные, что даже первокурсники их ощущают. Стража на три порядка увеличилась, а к столице начали стягивать всю военную верхушку. Студенты начали волноваться, старшие курсы заставили проходить ускоренную подготовку к чрезвычайным ситуациям. Затем Ларикновель отправил нас в вольное путешествие, ничего толком не объяснив. Сказал только что уж такие дурни как мы точно на тебя наткнемся. Мы здраво рассудили, что ты будешь там, где будут деньги. А в столице соседнего с этим княжества идет неделя подпольных боев от всех трех лиц. Насколько помню, ты это дело очень уважаешь. И мы решили, почему бы и нет? Взяли парочку заказо для прикрытия, все же подозреваю мы у эльфов под подозрением. И рванули в на бои.

— Вы решили подзаработать, — не удержалась я.

Лид даже не смутился.

— Ну и это, естественно. Сама на нас частенько ставки делала. Мы уже были на месте, расспрашивали народ, когда пошли странные слухи о двух неадекватных эльфах с интересными рабами. И ладно человеческая девчонка, но орк то уж точно нонсенс (эльфы орков в рабы не берут, чревато). Причем один из эльфов совсем еще ребенок, который играет в азартные игры и пьет все что горит. Вот мы и помчались туда, где их видели в последний раз. Интересно же на эльфов отморозков посмотреть.

Все, теперь точно пить бросаю. Ну и слухи, да если бы я действительно так жестко употребляла, а то всего-то пару раз с хорошей компанией посидела.

— Кто ж знал, что мы с ними лично столкнемся? Тем более нам и в голову не приходило, что этой стерьвью, в смысле я хотел сказать, что одной из остроухих ты будешь, — закашлялся Лид. — Ход конечно гениальный, но уши…

— Сая, они тоже как и ты Лекари? — подергала меня за рукав Яська.

— Неа, они некроманты, — отозвалась я. — Намий, а что с эльфийским посольством?

Яська поперхнулась. Ну да, некры народ зачастую не всегда адекватный, а в княжествах так их вообще не очень любят, а точнее вообще не любят.

— Посольство со спасенным тобой наследником отбыло в неизвестном направлении. Кстати, как тебе это удалось? — поинтересовался Намий.

— С криком и бранью, — ответила я.

— Кстати, Сана, Целители чуть больше полугода назад объявили хорошую награду за седовласую девицу с белыми глазами. Не тебя ли случаем ищут? — хмынул Лид.

Лид и Намий единственные из студентов, кто видел меня в естественном колере. Совершенно случайно, правда клятвенно обещали все забыть.

— Кто знает, — пожала я плечами. — Вы мне вот что скажите, что дальше делать будете?

В нашу беседу Зорг и Рин не вмешивались, они внимательно прислушивались.

— С тобой будем, — обрадовал меня Лид.

— А если я категорично против? — все же решила воспротивиться я такой прыти.

— Сана, мы не можем назад вернуться. Ты хоть представляешь каково нам смотреть в глаза Ражеку, и отвечать отрицательно на любой вопрос о тебе? Ирма вся извелась. Да в их таверне даже пиво вкус поменяло, что уж говорить об общей обстановке, — предпринял попытку застыдить меня Намий. — Про ректора я вообще молчу.

— Что он вам приказал? — посмотрела я на них в упор.

— Защищать тебя любой ценой.

— Посмотрим, — решила я оставить последнее слово за собой. — Еще есть новости?

— Остальное все по мелочи.

— Ну тогда для начала обзаведемся золотишком. И на этот раз оно будет храниться у меня, — смотрю грозно на Рина.

И вот мы на месте. Город как город, эти княжества друг от друга отличаются только названием, а уклад жизни все тот же. Остановились на постоялом дворе, а вечером двинули на бои. Ясенка сильно упиралась, но я была непреклонна в своем стремлении научить ее жизни. Правда пришлось слегка повздорить с Рином.

— Маленькие эльфочки не ходят по столь злачным местам! — рычал он.

— Где. Ты. Видишь. Маленькую эльфочку?! — рычала я в ответ.

— На тебе морок эльфы, вот и веди себя подобающе, — в последнее время, его психическое состояние стало меня беспокоить. Он должен воспринимать меня равной, а выходит что я для него дитя эльфов. И в этом виновата я. Знала же, что нужно доводить начатое до конца, но вечно мне что-то мешает. Вот и тогда помешали довести этого прагматика до ключевой точки. И вылилось это в неустойчивое эмоциональное состояние, подпитываемое моим нестандартным внешним видом. Такими темпами у него мозг перегорит.

— Рин, помнишь ли ты кто я? — подхожу к нему и провожу кончиками пальцев по гладкой эльфийской щеке. Есть контакт. Ловлю его взгляд своими глазами. Я их как раз покрасить забыла. — Ты ведь злишься? Ненавидишь меня?

— Иногда мне кажется, что да, — сдавленно шепчет он.

Наклоняю голову на бок.

— Ты же знаешь, как от этого избавиться, — шепчу я. — Убей.

А и в правду, почему бы нет? Тогда мне не придется влезать в эльфийские разборки еще глубже. Мне не придется вновь встречаться с драконами. И думать больше не придется.

— Сая, Сая, объясни этому дикарю, что… — ворвалась в комнату Яська. Вслед за ней тяжело шагал орк. Увидев меня и эльфа, она резко смолкла.

— Что опять случилось, — отворачиваюсь от Рина, прерывая зрительный контакт. Неосмотрительно посмотрела на Ясенку. Вот упырь, совсем забыла, что такого моего взгляда она боится.

В первое время моего пребывания у ее бабки, она от меня шарахалась, а я, поняв в чем дело, перестала поднимать на нее глаза. Потом она привыкла к моей седине, и решила, что проще для собственных нервов меня воспринимать как недалекую дурочку. Правда в последнее время она меня и под маскировкой боится. Мдя… переборщила я с воспитательными мерами. А ведь мне еще ее силы нормализовать и пару тренировок устроить.

— Ооо-оо-орк, он пытается напялить на меня этот жуткий серый плащ, и не понимает моих слов, — все ясно. Дело в том, что наша разношерстная компания, еще и разговаривает на разных языках. И если эльф, орк и некроманты обладают знаниями нескольких языков и могут свободно найти общий, то Яська знает свой диалект и соседнего княжества. Вот и приходиться мне работать переводчиком. Надо будет заняться этой проблемой по дороге.

Мои размышления прервал эльф. Он молча выскользнул из комнаты.

— Зорг, я все понимаю, она довольно симпатичная, да и ты судя по всему давно не развлекался. Но ее не трогая, я ее бабке обещание дала. Ты все понял? — орк понуро склонил голову.

Так вот, подпольные бои. Таша пришлось оставить за пределами города. Этот волчара категорично отказался менять облик на белого скакуна. Сказал, что лошадей не уважает, а белых так и вовсе не переваривает. А мне припомнилась моя лошадка, которую этот волк с кошачьими повадками сожрал в начале моего путешествия. В общем пришлось каурке Ясенки слегка поднапрячься и подвезти нас обеих.

Подпольные бои от всех трех лиц ведутся обычно на открытом пространстве, желательно за городом. Вот и сейчас кто-то из состоятельных горожан выделил свои угодья, пространство освещали костры, по периметру расставлены оповещалки (при входе властей начинают мигать). А народ обступил довольно большой круг. Я даже с дальнего расстояния почувствовала мощь барьера обступившего ринг.

Не долго думая, я рванула к центру событий. Вся честная компания последовала за мной. На ринге как раз проходил бой от второго лица. Боевик против стихийника. Оба местные, судя по движениям, сражаются уже не в первый раз. Значит, ставки делать не будем. Противники сражающиеся ради принципа, а не ради выигрыша слишком не предсказуемый и не слишком удачный выбор.

— На кого ставим, Сана? — обратился ко мне Лид.

— Эти принципиальные, пропустим, — отвечала я.

— Мне здесь не нравится, Сая, — заканючила Ясенка.

Что-то меня начинает раздражать многоименность.

— Ясенка, называй меня Сана. И кстати, как думаешь, кто выиграет? — пусть обвыкается, магам по роду занятий еще и не такие места посещать придется.

— Да откуда я знаю? Ну вон тот, что в красной мантии, — ткнула она пальцем в стихийника.

— Чем он тебе приглянулся? — удивилась я.

— У него глаза красивые, — смущенно улыбнулась она.

— Может ты и права, хотя судить мага нужно по силе, а не по глазам. У этих двоих сила примерно одинакова, и бой проводится не в первой, — наматываю на палец локон.

— Не в первой? А они не могли заранее сговориться? — удивилась девушка. А она не безнадежна. Мозг все же наличествует, не все в грудь ушло.

— Поле боя окружает мощнейший магический барьер, который не дает заклятиям попасть в зрителей, он не пропустит мага, который заранее собирается проиграть, — покачала я головой.

Наконец бой окончился с победой Некроманта. Следующий бой объявили боем от первого лица, и предложили подать заявки на кандидатуры.

— Зорг, ты сейчас пойдешь и запишешься, — оборачиваюсь к орку. — И только попробуй проиграть, на опыты пущу.

Орк проникся блеском моих глаз в бешенной жажде наживы и отправился к столу записи. А я отправилась делать ставки (деньги, кстати, отобрала у Лида с Намием). Плотная толпа разношерстного народа мало способствовала моему быстрому передвижению. Это и понятно, я маленькая, хрупкая, завернутая в плащ с головой. Вот и приходится мне работать локтями. Как же Таша не хватает, обычно завидев его население тут же скрывалось с глаз долой. Я, пыхтя и тихо ругаясь на гоблинском, стремилась к своей цели, пока не врезалась лбом во что-то твердое.

— Вот же упырь! Не гора — подвинься, — поднимаю голову, и с нее спадает злосчастный капюшон.

— Негоже юной эльфийской леди браниться, да к тому же и на старших, — ответил мне Целитель с седой прядкой в волосах. Причем этого Целителя я точно видела на черном рынке, когда Рина с пути к Равновесию вытаскивала. Узнает, не узнает?

— Ну раз мне об этом говорит первый Целитель Ирдании, то думаю можно прислушаться, — а сама рванула куда по дальше. Сердце успокоило свой неровный ритм. Да что за день встреч? Куда ни плюнь, обязательно в знакомого попадешь. Никаких нервов не хватит. Мне для полноты ощущений истребителей с драконами не хватает.

Кстати, а что здесь делает столь уважаемый Целитель? Они ж пределы страны редко покидают. Не уж-то тоже азартным человеком оказался? Вряд ли, у этих любителей боли и денег, страсть одна — власть, коей у них и так предостаточно.

И я развернулась в обратную сторону. Мдя… самой бы еще объяснить логически свои действия. Было бы интересно проследить за дядей, вдруг, что интересное выслежу. Ведь не последний человек в государстве, может и не зря нас Равновесие свело? И куда я несусь? А главное зачем? Мало мне приключений на… на самое интересное короче? В толпе я его нашла особо не напрягаясь, этот мужик просто таки лучился властью и силой. Ему дорогу уступали в отличии от меня. А мне приходилось частенько проползать меж ног на коленках. Холодно однако так передвигаться.

Наконец целитель завернул за какое-то дерево, где его поджидала темная фигура. Подобраться бы к ним поближе, да рассмотреть, но снег скрипит, не получится. Придется довольствоваться, простым подслушиванием. Раньше-то меня не замечали из-за рева толпы и моего любимого заклинания полога невидимости.

— Мальчик, твои манеры все больше меня печалят, — тяжко вздохнул целитель.

— Нар Асхольд, прошу вас в который раз, помогите моему брату, — этот голос я узнала. Хотела было уйти, но любопытство было сильнее меня. Уж слишком большое отчаяние в голосе звучало.

— Твой брат мертв, а даже если это и не так, как ты говоришь, он вскоре уйдет к Равновесию. И не один целитель не в силах этому помешать, — рассердился Асхольд.

Что? Сэв мертв?

— Сэвил жив, я вам уже объяснял. Мы все испробовали. Я последовал в эту глушь вслед за вами. Вы сильнейший Целитель на данный момент, сделайте что-нибудь, — умолял Навил.

Нет, ну точно день встреч. Им что всем, материка мало? В другом месте собраться не могли?

Но что за бред? Так Сэвил мертв или жив? Ну если Нав, говорит, что он жив, значит так и есть.

— Я не в силах тебе помочь, некромант. Я не всесилен, чудес не являю! — все, совсем дядя расстроился. — Тебе нужен кто-то другой. Мы не можем управлять душами. Мальчик мой, даже из уважения к твоему учителю, и в память о ваших с братом заслугах перед нашей гильдией, я просто не могу.

Оооочень интересно. Что же случилось с близнецом такого, что даже сильнейший Целитель отказывается помогать?

— Я готов заплатить любую цену. На этих боях я выиграл достаточно. Да я в рабство к вам готов пойти, — не унимался Нав. Мне было неприятно слышать, как он унижается. К братьям я всегда питала самые добрые чувства. Этих охламонов попробуй не люби. Что ж я делаю?

Таш! — мысленно звала я. — Таш!!!

«Да, Сана!» — отозвался метоморф.

Возможно, сейчас я совершу невероятную глупость. Найди Лида и Намия и немедленно веди их ко мне.

«Сана? Мне это не нравится».

Таш, хороший мой, если все выгорит, позволю тебе перекраситься.

«Как скажешь» — обожаю его, он знает когда стоит отступить.

Тем временем Асхольд удалился восвояси, перетерпев перед этим мерзкую сцену истерики молодого некроманта.

Я бесшумно подобралась к Навилу, тихо рыдающему на снегу. А он изменился. Осунулся, аура почернела изрядно. Что-то мне в этой самой ауре не понравилось, показалось странным. Но я отвлеклась на завывания некроманта.

Сажусь с ним рядом (прямо в сугроб, ага), и начинаю гладить его по голове. Он вздрогнул и шарахнулся от меня.

— Ты кто? — у него даже истерика кончилась, так он был поражен.

— Эльф, — хмыкнула я. И заправила седую прядь за ухо. Нас освещал свет от костров, который еле достигал этого укромного уголка природы.

— Какого…, - и он умолк, внимательно всматриваясь в мои глаза.

А я наклонила голову на бок, позволив волосам свободно скользить по щеке.

— Что…? — и опять он умолк.

— Нав, ты вроде никогда тормозом не был, — вздыхаю я.

— Шая?! — и зачем так орать? Я конечно понимаю я сейчас странно выгляжу, но не до такой же степени.

Спустя каких-то полчаса, Навил наконец поверил, что я — это я, а не призрак упыря.

— Еще раз ткнешь в меня пальцем, — схватила я его за дрожащую ручонку (этот гад неблагодарный все это время тыкал своими пальцами мне под ребра и в другие различные части тела, даже ущипнуть пытался), — сломаю тебе руку. Рассказывай дальше.

После того как он успокоился, некромант с фанатичным блеском во взгляде набросился на меня с просьбой вылечить Сэвила. Просил прощения, и умолял меня помочь. Он даже не удивился моему внезапному появлению. Он лишь спросил не призрак ли я, и не галлюцинация ли? У него был безумный взгляд наполненный болью и лихорадочной надеждой. От него веяло страхом и тоской. А еще я увидела в нем дикое необузданное желание жить. Люблю таких пациентов. У обоих братьев за частую я наблюдала схожие желания. Так что если Нав сейчас так желает жить, то возможно и Сэв будет бороться с той же силой.

— Он жив, понимаешь? Я держу его душу в его теле, а сознание в своем. Сана, помоги, — он все говорил и говорил.

Как только я дала свое согласие, он тут же сообщил, что тело брата держит в специальном замагиченом саркофаге, который таскает с собой по всему свету. И сейчас мы как раз и идем к телу Сэвила. А по пути меня кратко вводят в курс дела.

— Понимаешь, его шибануло каким-то проклятием, тело по все показателям мертво. А признаков разложения нет. Мозг вроде и отключен, но будто в замороженном, подвешенном состоянии. Я успел его душу приковать к телу без векторов отпуска, — тут он замялся, ну еще бы. Ведь сейчас он мне рассказывает о запрещенной магии, о той, что даже отступники не решаются использовать. — А сознание отделил от души и поместил в себя.

Примерно я представляю, что сотворил Нав, но еще для полной картины не мешало бы узнать, что за проклятие было наслано на одного из близнецов. А смогу ли я излечить Сэва, если даже целители отказались от этого безнадежного дела? Смогу. Эльфы по крайней мере еще не жаловались. А если он действительно мертв? Навил вряд ли отпустит меня просто так. У близнецов слишком тесная связь между собой, если Нав говорит, что Севил жив, значит я сделаю все что бы тот еще и был здоров.

Ночь выдалась звездная, мои ноги в теплых сапожках проворно пробирались сквозь сугробы, изо рта то и дело вырывалось облачко пара.

— Пришли, — остановился Нав перед какой-то хибарой на окраине города.

Мне даже раздеться не дали, сразу потащили в подвал. Там он зажег свечи и повел к саркофагу, находившемуся посреди подвала в магической пентаграмме охранки. Милая вещица, на подобии гроба, из редкого эльфийского Иса (священное магическое дерево у эльфов). А в нутрии Сэвил. Белый, с заострившимися чертами лица. Он больше напоминал спящего, нежели труп.

— Скажи, что ты его вылечишь? — схватил меня за руку Сэв. Больно, но терпимо. Я поморщилась.

— Прости, забыл, что ты не выносишь прикосновений. Сана, прошу.

Я просканировала тело магическим взглядом. Вот упырь. Нет не так. Мать моя король драконов, папа он же, и вообще меня вывели почкованием!

Я уселась на пол, обхватив колени руками. Посмотрела с низу вверх на Навила. Тот догадался и рухнул на пол рядом со мной.

— Сана, если брат жить не будет, то и я умру, — обреченно проговорил он. — Знаешь, мы тогда не поняли, не успели сориентироваться. Рэйка кричала, что ты предательница, не желающая выполнять контракт, ведь это ее брат. С другой стороны она угрожала твоему метоморфу. Я тогда подумал, что метоморф — это не ты. И не стоит из-за него подставляться.

— Он для меня, как Сэвил для тебя, — вздохнула я лихорадочно думая.

— Я думал, что ты не права отказываясь исцелить ее брата. До тех пор пока не увидел твою боль. Я поверить не смог, когда ты встала на ноги и сообщила о расторжении контракта, белая, что твои волосы, шатающаяся, с кровавыми слезами (а я и не заметила). Мы с братом ничего не понимали до самого последнего момента. Момента когда, после твоего исчезновения раненым зверем взвыл Дракон, — Нав прерывисто вздохнул. — К нему тогда подбежал Асандер, начал ему кричать, что бы тот прервал связь, отпустил, иначе вы оба умрете. Я такого ужаса и паники ни разу в жизни не испытывал. А потом они исчезли, как и ты. Мы были так растеряны. Диль тогда довольно сильно поругался с командиром. Он в тебя верил.

Я слушала в пол уха, у меня зрело решение проблемы. Вот бы еще не подставиться и самой выжить.

— Знаешь, он тогда сказал, что каждое такое лечение — имеет для тебя серьезные последствия. И что возможно ты после такого не выживешь, — он надолго замолчал. — Сана, похорони нас с братом в одной могиле. И прости.

Ташь?

«Мы уже на подходе. Сана, твои некроманты брыкаются» — обиженно пропыхтел голос метоморфа в моей голове.

В смысле?

«Они не хотели за мной идти, пришлось их слегка покусать и обезвредить».

Они не покалечены?

«Да что с ними станется? Все хорошо, только брыкаются».

— Нав, посиди пока с братцем пообщайся, я на минутку на улицу. И глупостей не делай, — сама поднялась и направилась к выходу. Там уже Таш Лида с Намием тащит.

Первое что увидела, это Намий схваченный огромным волком за шкирку зубами. Вторым прозрением был фаер попавший в стену рядом со мной. Это Лид пытался отбить друга у метоморфа.

— Сана, твоя зверюга совсем обезумела. Мы как раз были в самом разгаре отдых, когда твой домашний любимец схватил Намия. Я его давай отбивать, а он словно призрак, никакая магия его не берет.

— Таш, плюнь каку, — скомандовала я.

Намий рухнул в снег, встал и принялся отряхиваться.

— Что произошло? — Намий всегда был смышленым парнем.

— Мальчики, у меня для вас задание. Не выполните, скоромлю Ташу.

Парни переглянулись.

— На боях находится Старший Целитель Асхольд, Глава Гильдии Целителей. Высокий, волосы темные, имеет седую прядь, такого точно не проглядишь. Приведите его сюда, и сами проходите внутрь. На все про все у вас пол часа. В помощь даю Таша. Опаздывать я вам не советую. Целитель мне нужен живым и желательно невредимым. Приведите мне его любой ценой.

— Сана, — начал Лид.

— Брат, не стоит, ты же видишь в каком она состоянии. Помнишь этот блеск в глазах? Он появляется только в случае интересного…

— Эксперимента, — закончил за Намия Лид.

Я этого уже не слышала. Я вернулась в подвал. Где на меня посмотрел пустыми глазами Нав.

— Расскажи как это произошло? — попросила я. А сама принялась вычерчивать магические знаки на полу.

— Брат Рэйки три месяца приходил в себя. Мы не брали заданий потому, что Рэйка отказывалась оставлять его одного. Диль ушел искать тебя. Мы с братом и Заром решили пока подождать, может ты все же вернешься. Просто в голове не укладывалось, что ты могла исчезнуть подобным образом. В вспышке света. Вот ты была, а вот тебя нет. Алак был в шоке от того, что нарушителями клятвы и контракта оказалась наша сторона. Ведь это подтверждало твою правоту. Но… понимаешь, он привязался к Рэйке. Он ей все спускал. И наконец ее братец набрал силу. Зар решил уйти, ему с его чутьем зверя все время было плохо рядом с ее братом. Мы с Сэвом все больше склонялись к выводу, что ты не солгала тогда. Ее брат был действительно странным. И в один прекрасный день, она застала его за ритуалом. Он кажется распотрошил тогда какую-то служанку. А потом это увидел и Алок. Он напал на нас без предупреждения. Оказывается он не довольно сильный некромант. Мы с братом решили прийти в подмогу. Рэйка к тому времени была уже мертва. Он и Алака задел.

Я дорисовала последний символ, и теперь примеривалась, как бы по аккуратнее перенести тело Сэва.

— Сэвил тогда крупно подставился. Меня закрывал. Алак умер в тот же день. Отступника я все же добил. Из последних сил удержал душу брата. Я же видел что он медленно умирал, но ни один лекарь в том захолустье где мы находились не согласился мне помочь. Через вольных охотников нашел этот саркофаг. Я слышал, что это дерево способно исцелять, и наполнять магической силой. Три месяца я скитался в поисках чуда. И вот наконец, старые знакомые сообщили, что нар Асхольд, по традиции прибудет в эти края по своим делам. Я рванул за ним. Уже неделю… Неделю я живу с мыслю, что в скором времени мы с братом умрем.

— Нав, помоги тело перенести, — пропыхтела я. История конечно печальная. Но у меня в процессе подготовки гениальный и единственный в своем роде эксперимент.

Я такого еще не проворачивала. Нет было конечно что-то подобное, но не настолько грандиозное. Да это же практически воскрешение. Это же филигранная ювелирная работа. А если не получится? На товарищах все таки экспериментирую. Значит должно получиться.

— Сана? Что ты собираешься делать? — будто очнулся от забытья Нав.

«Сана, старик у нас. Через пять минут жди».

Вы мои хорошие, вы мои лапочки. Жду через три.

«Сана, нашу активность заметил эльф. Он они все сейчас двигаются за нами».

А вот это уже лишнее. Хорошо, я сама разберусь.

— Нав, я возможно сейчас совершу невозможное, — меня прям смело волной счастья излучаемой Навилом. — Не спеши радоваться. За все надо платит, и за хороший исход вдвойне. Я не могу предугадать последствия, но то что они будут масштабными это я могу тебе обещать. И еще. То что я совершу, будет стоить мне очень многого, будем надеяться я выживу. А если выживу, ты клянешься мен в верности и то время, что я проведу восстанавливаясь, ты всеми своими силами будешь меня защищать и прятать. Все понял?

— Клянусь, — был его ответ.

В этот весьма торжественный и пафосный момент, подвальную дверь вынесли мощным пинком.

— Принимай заказ, подруга, — ввалились некроманты.

Они сгрузили связанного и помятого нара Асхольда на пол. Уважаемый целитель гневно сверкал глазами и грозно мычал сквозь кляп. Я прониклась, но развязывать его и вынимать кляп не поспешила. В подвал попытались ввалиться Рин с Зоргом и Ясенкой. Повинуясь моему приказу Таш их не впустил. Пришлось выйти самой и дать указания.

— Рин, я сейчас буду работать. После этого ритуала, мне будет очень плохо, вы должны будете, сразу же взять меня в каком бы состоянии я не находилась и близнецов, и со всех ног двинуть подальше от этого места. Зорг, будешь зачищать наши следы на снегу. Рин, ты зачищаешь магически.

— Сана, — грозно начал эльф.

— Рин, мой самый дорогой эльф (естественно самый дорогой, только он умудрился потерять две сотни золотых), только попробуй вмешаться. Кстати, сними маскировку. Во время обряда не должно быть ни одного постороннего заклинания.

На меня смотрели насупившись самые чистые на свете эльфийские глаза больших размеров. Впрочем, чужие взгляды меня никогда особо не волновали. Остроухому все же пришлось снять морок.

— Я хочу посмотреть, — вдруг сообщил эльф.

— Зачем? — насторожилась я. Посмотреть в принципе можно, особенно если быть за пределами барьера.

— Я был свидетелем твоего колдовства целых два раза. И если мне не изменяет память, в обоих ты страдала от невыносимой физической боли, — его глазки блестели подозрительными искрами.

— Вот извращенец, — ухмыльнулась я. — Если тебе это доставит такое удовольствие, то смотри. Зорг, а тебе спецзадание, сейчас ищешь повозку, карету, катафалк, все что угодно, лишь бы быстро двигалось по дорогам и бездорожью. В течение часа привозишь ее сюда и загружаешь наши бездыханные тушки в нее. Если я все же не выживаю, хоронишь меня по законам степи, сжигаешь в большом костре. Плакальщиц не надо. После чего кончаешь жизнь самоубийством, дабы не попасть под жестокую месть драконов и эльфов. Шутка, — сообщила я, видя перекошенные лица моих спутников. — В общем, дяденьку с седой прядкой в шевелюре тоже загружаем. Будет проситься на волю, вырубайте его. Ясенка, ты ищешь провизию, денег тебе даст добрый Зорг.

Раздав указания я двинулась обратно в подвал. Рин пошел за мной. Мне сейчас понадобится грубая физическая сила.

— Сана, почему твоя зверюга нас не выпускает? — поинтересовались мои приятели некроманты.

— Потому что вы удостоились чести побыть участниками моего эксперимента, — сообщила я им. Оба некроманта побледнели. Слышу усилившееся мычание Целителя.

— Вы знаете, для чего вас сюда привезли? — спрашиваю я у Асхольда. Нет, он не знает. Откуда? Я ж никому ничего толком не объяснила. — Вы сможете сотворить невозможное. Спасти ученика вашего друга.

Нав попытался было что-то сказать, но я жестом приказала ему молчать.

Подхожу к нему и вынимаю кляп изо рта. И почему у меня такое чувство, что я об этом пожалею.

— Ты! И эльф! — били его первые слова. Я спокойно наблюдала за ним, слегка склонив голову на бок.

— Я вас знаю! Ты тогда его воскресила. Весь подземный город к упырю разнесла! Всевозможные тайные и не тайные службы на ноги подняла! — повышал целитель голос. — Да мы тебя три месяца по всему континенту искали! Что ж ты сразу не сказала, что ребята от тебя? Я бы сам пришел. Чего хотела-то?

— Асхольд, ничего, что я так без церемоний? Меня можете Санной называть. Так вот, вы же видели мои способности? — я подождала, пока он кивнет. — Ведь, когда я подняла на ноги этого почтенного эльфа, я спасла вашу гильдию от расправы его рода. Теперь же я хочу спасти друга. Но для этого мне мало своей силы. Мне нужна ваша сила.

— Но это невозможно! — не поверил мне дядя. — Он не жилец.

— Вам ли, побывавшему за гранью об этом говорить? — намекнула я на его седину. Он точно был при смерти, и даже выжил каким-то образом.

— Тогда со мной случилось чудо.

— Я и есть своего рода чудо. Я единственная смогла вылечить эльфа, и при этом не один раз.

У меня наготове были еще аргументы, но они имели силу лишь в после просмотра. Я же не могу ему прямо заявить, что спокойно совмещаю техники отступников, некромантов и целителей. Это конечно дико больно, но эффективно. Да он меня в дом для блаженных идиотов сдаст. Но я уже видела огонек интереса в его взгляде. Целители все такие, они стремятся к новым знаниям.

— Я согласен.

Лид и Намий пытались во время моей беседы с Аскольдом скрыться куда по дальше. Наивные. Не успели. Таш и Рин им уйти не дали.

— Так ребята, сейчас мы располагаемся по местам, — скомандовала я. — Предупреждаю сразу, говорить во время обряда могу только я. Вы либо бормочите заклинания, либо молчите в тряпочку, иначе вектора сорвутся к драконьей матери.

Народ возражать передумал и быстренько разбежался по местам. Таш и Рин вышли за пределы комнаты, наблюдая за мной через проем в стене, когда-то прикрывавшийся дверью. Навила я положила рядом с братом. Лида и Намия как некромантов по лучам пентаграммы. Целителя поставила у голов братьев. Сама же достала заветный кинжальчик. Тот самый что когда-то стянула у Алака. Замерла. Только сейчас осознала, что его больше нет. Ну и упырь с ним. Если подставился его проблемы. Лишний повод выпить. Вот упырь. Я ж не пью.

Я принялась вырисовывать знаки смерти на груди Навила.

— Но это же магия отступников! — воскликнул Целител.

— Асхольд, от вас требуется лишь сила целителя, столько сколько сможете дать. Говорить вы будете потом, — он обижено засопел. Лид и Наимй печально переглянулись и похлопали Целителя по плечам.

А мне уже все было до упыря. Символ, слово, Сила. Подаю знак некромантам. По-хорошему мне нужно было бы и целителей парочку достать. Но, как известно, счастье не длится долго. Ребята отдают мне свою силу. Заклинание.

Дело в том, что прокляли обоих братьев, а не одного. Проклятие, завязанное на мгновенную смерть. Но Сэвил запечатал его в себе. А Навил запечатал Сэвила. Он не дал брату уйти мгновенно. Он привязал свою душу и душу брата к их телам. Сознание действительно поместил в себя. Он это делал не осознанно, интуитивно. Может по этому они и выжили. Оба. Это проклятие действует не только на магическом уровне. Оно и физически разъедает плоть.

— Ну вы ребята и выдали, — бормочу я, осторожно перерезая нити заклинания. Мне нужно добраться до того, что так напрягло меня в ауре Навила. До черной печати. — Накрутили, намутили, а я разгребай? Вот подождите, вы на меня всю жизнь работать будете. Ни медяка не упущу.

Руки тем временем творили колдовство. Ох уж мне эти близнецы. Обчного человека прирезала бы уже давно и не мучилась. А с этими, понимаешь, чувства взыграли и интерес профессиональный. Мельком смотрю на старых приятелей, и сейчас действительно плохо. Не привыкли они к таким магическим отдачам. Пришлось блокировать их болевые рецепторы. Они конечно потом мне спасибо не скажут, но сейчас им явно по легчало. Продолжаем. Отделяем душу, удерживая ее рядом. Сознание. Не дай Равновесие чего напутаю, и будут у меня не братья близнецы, а сестры идиотки. Вырезаю печать. Проклятие спит, вместе с сознанием Сэвила. Каждое прикосновение к чужой душе обжигает. А прикосновение к проклятию вообще оставляет черные кровоточащие следы на моих руках. Ну вот кажется почти все. Осталось заклятие отступников рассеять. Главное не активировать ее ненароком, а то дракон полный нам всем будет, в таком случае.

Началась вторая стадия ритуала. Мне нужна сила Целителя. По моему приказу он начал свою работу. А я ему помогла совей силой. У Асхольдя чуть глаза на лоб не вылезли. Он-то думал я после магии отступников и проклятых буду не способна исцелять.

Вот у него кончаются силы. И теперь уже я вбухиваю все что могу и не могу. Ненавижу целительскую магию. Ненавижу свою профессию Лекаря. И свою неуемную тягу к экспериментам ненавижу. Вот жила же себе пол года без стремлений к саморазрушению и попыток умереть от болевого шока. Нет, надо снова полезть по старой памяти на тот же хвост дракона.

Кстати о драконах. Я уже начала хрипеть, когда моя метка, то есть я хотела сказать брачное клеймо начало гореть огнем. Чего-то подобного я и ожидала. Даже могу поспорит, что теперь один не очень хороший дракон, который мужем зовется, знает о моем местонахождении.

Наконец я, сделав все что могла, ложусь рядом с братьями. Надеюсь, они не сильно будут меня бить после того, что я с ними сделала. Дело в том что теперь они связаны не только эмоционально и кровью, но еще и душевно и магически и физически. Другими словами, если один порежется, то и у второго будет аналогичный порез. Если один захочет в нужник, то и второму приспичит. Один бабу возжелает, то и второй ту же бабу захочет. Если один влюбится, то и второй, даже не видя эту несчастную, полюбит ее всем сердцем. Но при этом остается возможность и второму влюбится в другую девушку, а первому не смотря на уже имеющуюся любовь, так же искренне полюбить вторую девушку. И будет у них такой милый семейный квадратик. Будут близнецы совершенно одинаково и совершенно искренне любить двух девушек. Где ж таких извращенок найти-то? Представляю их семью… хотя… он ж близнецы, выкрутятся.

Вот такие меня размышления посещали в последние минуты осознанного существования. Потом меня выгнуло дугой от боли, и голова невольно откинулась в сторону целителя. Тот смотрел на меня глазами по размеру не уступающими эльфам и что-то бормотал себе под нос. Я даже умудрилась расслышать что.

— Не может быть. Такое ведь только Исина могла. Не возможно… Она же… нет…

Да ну?! Ну не бывает таких совпадений. Совпадений и случайностей вообще не бывает! У меня такое ощущение, что о мою мать знают и помнят все кроме меня.

Это было последней мыслью. Дальше меня накрыло серебристое свечение, которого я ждала затаив дыхание. А дальше меня покинуло сознание.

Глава 4

Я бегу, задыхаясь, постоянно спотыкаясь, но бегу. Волосы цвета крови лезут в лицо, по щеками размазываю слезы маленькими кулачками, губы давно искусаны в кровь, невыносимо болит спина. Я должна успеть. Коридоры, переходы, все это до боли знакомо, такое родное. Впервые меня пугают родные стены. Они словно давят, пытаясь не выпустить. Они не хотят мне показывать, то от чего пытаются защитить. А я все бегу, на пределе сил, на пределе дыхания, и вот наконец я вижу свет. Последним рывком оказываюсь на любимом балконе. Подбегаю к краю, хватаюсь за перила и смотрю. Я смотрю как разгневанные, озверевшие люди со стеклянными глазами, не выражающими ничего кроме ненависти и пустой ярости, превращаются в зверя по имени толпа. Те самые люди, что еще вчера улыбались мне, что играли и смеялись вместе со мной, рвут на части хрупкое тело женщины с красными волосам.

Почему?…

Она не вырывается, не кричит, ее взгляд направлен на меня. А мой на нее. Кто-то срывает с нее дорогое платье цвета неба. Кто-то хватает ее за волосы. Вот ей выворачивают руки и задирают их вверх. Тычками и пинками ее подводят к столбу, и скрещенные ладони пронзает меч, намертво приковывая хрупкую фигуру к мертвой древесине. А она все смотрела на меня. Ее глаза цвета ночи не выражали ничего кроме глухой обреченности и приказа. Я знала, что она приказывает мне бежать. Выжить любой ценой.

Почему она ничего не делает? Почему они так поступают?

За что? Прошу, не надо! Пожалуйста.

Чьи-то жадные ладони начали шарить по ее телу. Кто-то, кого я когда-то считала своим другом, вонзает кинжал в ступни, терзаемой женщины. Я чувствовала ее боль. Боль, которую она тщательно скрывала от меня за мощными щитами.

Я кричала слова проклятий. Но люди были глухи к магии слова. Я призывала Силу. Но Сила не отвечала мне. Души людей были закрыты от моей Силы. Тела людей были защищены от моего гнева. Я была лишена своей Силы. Впервые я чувствовала такой дикий ужас. Беспомощность и страх. Толпа продолжала бесноваться, а я не могла сдвинуться с места. Я была в оцепенении, у меня даже мысли исчезли. Пустота и ужас. А еще невыносимая боль в груди. Болит сердце и душа. А я смотрю. Просто смотрю, как терзают ее тело. Оскверняют ее, уродуют, убивают.

За что?! Прекратите! За что?! Пожалуйста! Умоляю! Прошу, вас! Отпустите. Не надо.

Я уже не могла разобрать, где ее волосы, а где ее кровь. Прекрасное тело ломали и корежили.

Слышу торопливые шаги за спиной. А на площадке перед балконом, рядом с прекрасным фонтаном, женщина с волосами цвета крови, все же не смогла сдержать крика боли.

— Мама! — оказывается, я все же могу говорить.

Во мне что-то сломалось. Умерло? Нет. Исчезло. Оборвалось.

Кровь за кровь. Рана за рану. Бесконечные муки за ее смерть. Этого требует моя суть.

Просыпаюсь я от мощного удара в скулу.

— Я сказал похлопать ее по щекам, а не ломать челюсть, — возмутился смутно знакомый голос.

— И кого мне убивать первым? Заказчика или исполнителя? — подаю признаки наличия сознания своим хриплым голосом. Челюсть особо не пострадала.

— Очнулась наконец, — с облегчением выдохнул эльф.

Открываю глаза. Стало светло. И не потому что день, а потому что светят на меня белые лица целителя и эльфа. Они напряженно всматривались в мои черты, я в свою очередь рассматривала их и окружающую среду.

— Неважно выглядите, ребята (всегда мечтала сказать это эльфу в лицо), — хмыкнула я и попыталась сесть в своем импровизированном ложе.

Только сейчас замечаю, что лежу на снегу, невидящим взглядом пялюсь в звездное небо. Мои руки зажаты над головой, их держит эльф, сидя на моем животе. А я-то все вопросом задавалась, какого упыря так трудно дышать? Целитель пытается влить что-то в мой рот. Выплевываю и тихо ругаюсь.

— На себя посмотри, — отвечает Рин.

— Слезь, а то раздавишь, — пропыхтела я, выворачиваясь из его стальной хватки.

Таш! — позвала я первым делом.

Эльф с меня слез. Асхольд нервно попятился назад. Мою щеку лизнул горячий язык.

Холодно однако. И кто это будущий упыриный завтрак, догадавшийся вывалять полураздетую меня, в снегу? Говорить не хотелось. Стояла звенящая тишина, изредка прерываемая моим возмущенным сопением. Опираясь на мохнатую шею метоморфа, осматриваю окружающий мир. Лучше бы я этого не делала.

Перевернутая невдалеке карета. И где они ее нашли? Я максимум на сани рассчитывала, а здесь транспорт, да еще и с полозьями вместо колес. Но не это меня поразило. Мы явно находились в лесу. Такой вывод я сделала после беглого осмотра местности. И очень мне не понравился не маленький такой кратер из поваленных деревьев, перемешанных со снегом и грязью. Радиус десять метров, определяю на глаз. Ровный такой круг получился.

— Это что? — хрипло осведомилась я, наблюдая на бредущих со стороны неповрежденного леса некромантов. Намий и Лид с одной стороны и Нав с противоположной. Бледные, измотанные, шатающиеся, они брели по направлению к нам.

— Это ты. Решила сообщить всему миру свое местонахождение? — холодно осведомился Рин.

— Я что-то не совсем понимаю смысла вопроса? Это точно я сделала? — уточняю.

— Точно. Сам слышал, как ты выкрикивала проклятия, которые уже давно считаются утерянными. А некоторые ла Дуар драконов лично запретил, — внимательно всматриваясь в меня, сообщил эльф.

Я еще раз осмотрелась. С разных сторон к нам приближались некроманты. Причем их шли они с окраин кратера. Я принюхалась. Магия запечатывания. Судя по тому как сильно они шатались, печати были мощнейшими.

Что же со мной происходит? С каких пор я начала терять контроль над силой. А сон… В душе всколыхнулась священная ярость. Не та что возникала при прикосновении мужчин. Нет. Эта ярость не приходила откуда-то из вне. Она рождалась в моей душе, в моей крови. Спокойствие, Сана, успокойся.

Рин подал мне руку, которую я проигнорировала. Поднялась и поежилась.

«Сана, хозяин леса желает с тобой говорить. Только не при свидетелях. На рассвете».

Я сначала даже в ступор впала от упавшей на меня чести. Сам Дух природы. Со мной! За устроенный здесь погром меня явно по голове не погладят. Легенды говорят Духи природы редко мстят, но если мстят, то по полной. Мдя… стоит задуматься. Все таки не зря мне Ларик говорил, что если одну и ту де рожу постоянно бьют, то эта самая рожа в своем горе и виновата.

Отказаться от встречи я не могу. От Духов природы не скроешься. Сказать что сотворила погром в его доме (а лес именно дом), тоже будет великой глупостью, все таки неконтролирующие силу маги намного опаснее тех же отступников. И убивают на месте обнаружения.

Попробовать списать все на внутригрупповые разборки? Так Лешему (обозвали их кстати так драконы) поди соври. Они же видят и слышат глазами различной живности (начиная от животных кончая травой, и им как-то все равно на то что сейчас зима).

Не имея привычки долго рассуждать над неприятной темой, я быстро переключила свое внимание на подошедших некромантов.

— Смотрю вы уже спелись? — улыбнулась я.

— Вообще-то спились, — буркнула выкарабкивающаяся из-под сугроба Ясенка. Так, так, так, и когда она успела столь бегло овладеть ирданийским?

— Сана, подруга, ты всегда умела выбирать друзей, — хмыкнул Лид.

— А еще устраивать проблемы на пустом месте, — хмыкнул Намий.

Близнецы же стояли в сторонке и взирали на меня абсолютно одинаковыми взглядами. Да они даже пахнуть стали одинаково. Вот только я тот человек (ну не человек, но пока не определюсь с расовой принадлежностью, можно и человеком пообзываться), что сделал их окончательно одинаковыми. Да о таких экспериментах отступники только мечтают, а я провернула все почти легальной, да еще с добровольными жертвами. Так вот, я их такими сделала, и я же вижу их различия. Теперь ярче чем в период нашего знакомства. Скорее всего, помогает связь целителя и пациента.

— И не надо на меня так смотреть, — обратилась я к народу. А то взяли привычку пялиться осуждающе. Я их предупреждала, что легко не будет. Кстати о легко. Если верить Рину, то сотворенное мной, намного превышало по силе, возможности запечатывающих печатей некромантов.

— Мальчики, и какие же такие мелочи приказал вам ректор, о которых вы умолчали? — наклонила я голову на бок.

— А я говорил, что она рано или поздно догадается, — хмыкнул Напмий.

— Ты бы делась, а то смотреть холодно, — буркнул Лид.

И вправду. Я забыла о низкой температуре окружающей среды уже на первых минутах своего пробуждения. Беспомощно огляделась и заметила спешащую с шубой Ясенку. Эльф и орк пытались перевернут карету в ее обычное положение (и когда это они успели смириться с наличием друг друга?). И весьма успешно надо признать.

Оглядев весь этот беспорядок, решила разбираться со все по порядку. Как же я не люблю брать лидерство в свои руки.

— Лидий, помоги Рину и Зоргу с каретой, приведите ее в порядок. С вами я позже разберусь. Ясенка, сейчас возьмешь под белы рученьки нара Целителя и пойдешь вместе с Намием за хворостом. Полянку я вам уже организовала, так что за вами разбор лагеря. Сэв, Нав, — и я обернулась к молчаливым близнецам. — А с вами мне нужно провести краткую просветительную беседу.

Таш, будь хорошим метоморфом, иди пообщайся с местным Духом природы. Выясни имела ли место его помощь в нашем укрытии от ненужного внимания. Кстати, и как ты умудряешься общаться с лешими так, что бы я этого не замечала?

«Родовой секрет» — фыркнул Таш.

— Итак, братцы некроманты, — обратилась я к близнецам. — Проведем полевые испытания.

И с этими словами я ощутимо ущипнула Сэвила за ляжку.

— Ой! — взвыли оба брата. Ага.

Молниеносно прыгаю на ногу Навилу и бью под коленку Сэвила. Близнецы синхронно рухнули в снег, ругаясь на всех известных им языках. Я даже парочку любимых выражений ныне покойного командира узнала. Вспомнила о прошлом и погрустнела. Говорил мне Ларик: все зло от баб!

— Если решила нас покалечить, то зачем лечила?! — опять же синхронно взвыли близнецы.

— Когда вы очнулись? — оставила я их крик души без внимания.

— На следующие сутки, — начал подниматься Нав.

— Странностей за собой не замечаете? — решила я начать с малого.

— Замечаем конечно, — уверенно кивнул Сэвил. — Мы живы.

— Пожалуйста, — пожала я плечами. — А кроме этого? Увеличение резерва? Одно желание на двоих? Полное отсутствие возможности закрыться от чувств брата? Телами менялись?

На меня с ужасом взирали две одинаковые пары глаз.

— Все кроме последнего, — кивнули они синхронно. Я вообще заметила, что когда они контроль теряют, то абсолютно все делают синхронно. Делаю себе зарубку, с этими двумя больше не пить, а то мало того что в нормальном состоянии создается ощущение раздвоения окружающих личностей, даже представлять не хочу, что со мной случиться в более неадекватном состоянии.

Значит телами еще не менялись. Как бы это устроить? Ранее блуждание сознаний меж телами не было зарегистрировано, оно и понятно — не было подходящих условий. Но в данном случае нужен лишь толчок, и здравствуй новый виток ментальной магии. Но об этом потом, как только разберусь с проблемами насущными.

Вкратце объяснила близнецам все минусы их нынешнего положения, и один огромный плюс (как ни как они оба выжили, при этом почти не пострадав). Дала указания по вопросам о контроле и блоках. Братья некроманты идиотами не были, и странности начали замечать за собой сразу после пробуждения. Объяснить их они не могли, и я в отключке валялась. А неизвестность как водится пугает сильнее всего прочего. Но все же братья решили дождаться моего пробуждения. В процессе познакомились с остальной моей свитой, особенно им по душе пришлись студенты факультета мертвых искусств. Сошлись на почве общих интересов можно сказать. Что в целом помогло им в ожидании моего пробуждения. И дождались, на третьи сутки я начала метаться, и творить ТАКУЮ магию, о которой они слышали только в старых легендах. Ту активировались Намийи и Лидий, попросив о помощи, братья согласились, решив заодно проверить нынешний уровень сил. Оказалось, Сила их увеличилась во много раз. Но и это не особо помогло в борьбе против бессознательной меня.

Ну а остальное я знаю, так как все же очнулась.

— Сана. Спасибо, — тихо сказали близнецы.

К концу нашей с ними беседы, лагерь уже был обустроен, карета поставлена на полозья, и разведен огонь. А я размышляла над вопросом о том, беседовать ли с приятелями по студенчеству сейчас или все же стоит скрыть происходящее от окружающих? Всего не утаишь. По крайней мере Рина и Зорга посвятить все же стоит. В конце концов они играют в моих намерениях не последнюю роль. Нужно же им знать от кого меня прятать, то есть защищать.

Ясенке по понятным причинам говорить ничего не стоит. Мало ли какая информация окажется полезной моим врагам (а во врагах у меня ходят все подряд), а из человека такую информацию вытянуть проще всего. Тем более из этого ребенка (докатилась, я не намного ее старше, а уже себя старухой чувствую, что с людьми бурная молодость творит).

Целитель мне нужен как воздух, ведь он явно что-то знает. И не простое абстрактное «что-то», а конкретную личность по имени Исина.

С некромантами разговор отдельный. Близнецы теперь в полном моем личном пользовании, и у меня уже есть для них одно дельце. Нами и Лид так же являются носителями интересной информации. Я же говорила, что случайностей не бывает!

Поздний ужин прошел в молчаливой и напряженной обстановке. И не надо на меня так коситься, я трое суток проспала, естественно я буду голодной.

«Сана, леший просил передать, что до сих пор скрывает наше местонахождение от группы драконов. Напомнил, чтобы мы не задерживались, а ты пришла на встречу».

Спасибо, мой хороший.

До рассвета еще три часа.

— Близнецы, Ясенка и уважаемый нар Асхольд продолжат путешествие в карете, — приказала я.

В последнее время замечаю за собой привычку приказывать. Откуда бы? раньше не страдала манией величия, и находила свою привлекательность в убеждении, а не приказах. Портится характер.

— Лид и Намий едут рядом со мной, — поднялась я с насиженного места.

Зорг уселся на козлы. Рин оседлал свою лошадь. Я проверила как устроились пассажиры кареты. У них там печь! Знала бы, что карета повышенной комфортности, сама бы ее заняла. Но вместо этого вскочив на Таша, вклинилась меж приятелей некромантов. Между прочим, путешествовать зимой верхом, не самое приятное времяпрепровождение. Ледяной ветер имеет свойство забираться сквозь самые теплые шубы.

— Ну что, некры, сами сознаетесь, или вам помочь в особо изощренной форме? — предлагаю им выбор.

— Сами, — сглотнул Лид.

— Ну так что вам дал ректор? Что конкретно приказал? Где ждать нас будет? — перешла я в наступление.

— А я говорил, что она не дура, — тяжко вздохнул Намий.

— Это не тот ли самый ректор полукровка, что в еще в юные годы освободился от влияния Рода (я конечно знала, что Ларик крут неимоверно, но не до такой же степени), обладая огромной Силой и основав элитную Академию магии на человеческих землях? — вмешался в допрос Рин.

— Он родимый, — кивнула я.

— И каким он боком причастен к происходящему? — задал эльф логический вопрос.

— Помимо, того что он мой персональный учитель? Честно говоря, без понятия, но подозреваю, что он не только боком, но и всеми другими частями тела. Так, как парни, расскажете мне подробнее указания нашего незабвенного Ларакиновеля?

— Он обещал убить нас если мы его выдадим, — пошел на попятный Лид.

— Ты же понимаешь, что я сотворю с тобой гораздо более страшные вещи чем простая смерть? — уточняю для ясности.

— В том то и проблема, — Намий.

— Ректор дал нам артефакт, под завязку наполненный энергией. Артефакт маскировочного свойства. И пока мы держали печати, артефакт скрывал тот бардак, что ты устроила. Между прочим над нашими головами пролетала парочка драконов, — буркнул Лид. — И знаешь, подозреваю, искали они одну седую магичку.

— И знать не хочу, что тебя с драконами связывает, — мотнул головой Намий (как будто я им что-то объяснять собираюсь).

— И где же сие чудо средство маскировки? — интересно же что это.

— Ты его под чистую выжгла.

Правда что ли?

— Какие конкретно указания дал ректор? — продолжаю допрос.

— Привести тебя любой ценой в обусловленное место встречи. Живой, невредимой, и что бы ни каких драконов. Про драконов он раз десять повторил, — был мне ответ.

— Он приказал доставить тебя одну. Если ты обзавелась спутниками, было велено от них избавиться.

— И где же место встречи?

— Неделя пути на юг.

— Как он вычислил мое местонахождение?

— Это же Ларакиновель! — был мне дружный ответ.

— С интересными же личностями ты имеешь привычку общаться, Сана, — оскалился Рин. — Я встречался с твоим учителем всего пару раз, и то мельком. Он сумел произвести впечатление.

— Теперь ты знаешь, с кем тебе придется иметь дело среди прочего, — хмыкнула я.

Упыревы эльфы! Ректора я эльфом обзывала в период наивысшего недовольства. Глянув на небо, поняла, что следует поторопиться на другую беседу. Вот так всегда, не успела прийти в себя, как сразу же нужно куда-то идти, с кем-то разговаривать.

— Езжайте дальше, я нагоню вас через некоторое время! — крикнула я разворачивая Таша.

Кстати, а куда собственно направляется наша процессия? Ладно, потом разберусь.

Рассвет без сомнения является красивейшим временем суток. Его единственный минус, в ощутимом похолодании. Вот и сейчас я стою рядом с Ташем посреди глухой чащобы, потрескивающей от мороза.

Правда не долго счастье длилось. Вскоре рядом с нами что-то ухнуло, грохнуло, скрипнуло и вот передо мной он. Э… она… оно? Это что вообще?

— Таш, вот ты когда с Лешим общался, он так же выглядел, или у него это парадно выгребной наряд? — спросила я метоморфа, рассматривая огромный пнеообразный… как это обозвать то вообще?

Деревяшка одним словом, обросшая мхом и корявыми ветками. Большая деревяшка. А главное движущаяся. Как?

«Духи природы могут выбрать себе любую внешность» — был мне ответ. «Будет, предлагать еду, отказывайся. И следи за временем».

Почему?

«Их пища приводит к забвению, станешь верной слугой. А время рядом с ними течет намного медленнее».

Веселые они ребята.

Тут от деревяшки отделилась здоровенная щепка, чем-то по форме напоминавшая дверь (от такого я даже мерзнуть перестала), и обнаружила полое пространство, подсвеченное золотистым сиянием.

Милое приглашение. А мне точно туда лезть надо? А вдруг это рот? Невежливо же получиться.

— Шевелись быстрее, не лето на дворе! — услышала я скрипучий голос.

Намек понят, без промедления нырнула в дыру. За мной скользнул Таш. И мы оказались в обычной такой избе. Деревянный пол, стены, кресла, и вообще все убранство. Одна комната. Но надо признать шикарная. Было невероятно тепло, в маленькой жаровне горел огонь. А что? Вполне уютно. Только огонь был иллюзорным.

— Мир этому дому? — неуверенно произнесла я. Владелец сей квартирки?

— И тебе не болеть, магичка, — хмыкнул голос.

И золотистое сияние, покрывавшее буквально все в этом помещении, начало концентрироваться в центре комнаты. И превратилось оно в обычную деревенскую бабу. Такого разочарования я еще не испытывала. Это ж надо столько пафосу нагнать и нате вам, простая дородная женщина. Ни юная неимоверно красивая дева, ни старух наделенная мудростью, ни дедок с веточками в бороде, а… тьфу.

— И нечего так пялиться, — возмутилась баба. — Знаю, что красива, но твой взгляд напрягает.

Я опомнилась. Это же сама Леший. Да такой чести только единицы удостаивались. И я рухнула на одно колено, склонив голову. Ага, я девочка вежливая.

— Поднимись, не в твоем положении предо мной склоняться, — скривилась Леший (или Лешиха?). О чем это она?

Я еще и послушная, ага. Поднялась, огляделась. Таш рядом, стоит спокойно, вроде не нервничает. А я начала отогреваться.

— Я прошу прощения за порушенный лес, — опустила я все же голову.

Не думаю, что меня будут убивать, все-таки это ее жилище. А дом Духа священен, в нем не должна пролиться кровь (даже за правое дело).

— Угощений не предлагаю, мне проблем не надо, — буркнула она. — Кстати, эльфы у тебя настырные. Еле отвела его от следа.

— Как пожелаете, нариль, — решила я быть вежливой. Понятия не имею, как к Лешим обращаться уважительно.

— Имя, дитя? — присела баба в плетенное из тонких прутьев кресло.

— Санашая, — я так понимаю, мне надлежит и дальше в дверях стоять. — А к вам как обращаться?

— Зови меня тетушкой. Я о тебе слышала, — встрепенулась женщина. Ну как так? Простые глаза, простое лицо, волосы, одежда. И это она называет красивым? — Ты спасла от огня магов лес одного из нас. И теперь рушишь мой.

Мдя… А я думала Лесные Духи между собой не общаются.

— Я не желала зла, — и что мне дальше ей сказать? Что не контролировала себя? И подписать этим себе приговор? Хотя, почему бы и нет? Соберу коллекцию. От эльфов уже есть, от драконов, если еще чуть-чуть побегаю, тоже будет. Теперь вот и Духа против себя настрою, и можно сказать, что жизнь удалась. Сколькому народу жизнь попортила.

— Скажи, Санашая, чьего ты роду, — мягко обратилась ко мне Лешиха.

— Если честно, то не знаю. Догадки разные бродят в голове, а вот фактов не хватает, — к чему эти вопросы? Просто так мне мое наказание выдать нельзя?

— Дитя со знаком Высших, с кровью Высших, с запахом Высших, и силой Духа Природы. С Метоморфом в слугах. И эльфами в окружении. Убойный коктейль. Если бы не чувство родства к тебе, убила б.

Таш рыкнул.

— Он не слуга. Он друг! — возмутилась я. Ой, чего это она сейчас сказала? Я присела на пол. Точнее начала. Моя несчастная пятая точка вместо пола соприкоснулась с таким же, как и у хозяйки креслом. Таш лег у моих ног. Жарко. Но раздеваться не стала, мало ли как повернется разговор.

— То, что ты натворила в лесу. Ты отравила магией, довольно большую территорию. Я не один год потрачу, очищая лес. Знаешь, что за это бывает? — с интересом посмотрела она.

— Смерть? — я погладила Таша по голове.

— Не боишься значит. Но заплатить ты должна, — она вроде бы и не угрожала, но я начала таки ощущать ее силу. После пробуждения, немного неадекватно воспринимаю реальность. Как будто это и не я вовсе, сейчас беседую с самим Духом Природы.

— Эх, тетенька, знали б вы, скольким я должна, — вздохнула я.

— Дитя, я уже долго живу на этом свете. Многое видела. О многом знаю. О многом не могу говорить. Но ты — это нечто. Мы помним добро, по этому не тронем тебя. Но взамен, помоги нам. Соседний лес. Его хозяин покинул свою вотчину из-за отравляющей его магии. Эта магия губительна для нас, — в простых глазах мелькнула тоска.

Ничего себе заявочка. Да меня ж на всех не хватит. Эльфам власть смени, с драконами разберись, теперь вот и Духи природы с указаниями к применению меня родимой. И это я про родную страну молчу.

— А почему не сами?

Таш фыркнул.

— Да законы не позволяют, — всплеснула руками она.

— Знаете, у меня и своих-то проблем до кучи. Вы бы хоть помогли намеком, что ли где и как? — отказать Духу я не могу. Я ж себе не враг. Они вроде бы и не вмешиваются в ни во что, следят себя каждый за своей вотчиной, не относящейся к разумным расам, но с фантазией. Отомстят так, что помнить буду весь остаток жизни. Мне же не нужны рога на самом видном месте? Или змеи вместо волос. Они у меня и так примечательные, а со змеями так вообще здравствуй дом блаженных.

— Когда-то очень давно, на заре развития этого мира, Духи Природы дали клятву ла Дуару, что мы не будем вмешиваться в дела рас, не будем тесно общаться с разумными, и не будем давать им информацию. Прости, дитя, я не в силах тебе помочь, пока он жив, — взгрустнула тетка. Это точно великий Дух природы? Стоп, это ж сколько лет ла Дуару? Что-то не хочу я этого знать.

«Сана, время» — напомнил Таш.

— По счетам нужно платить, — начала я. — В момент буйства моей Силы, над нами пролетали драконы. Но они не заметили нас. Почему?

— Да живет у меня в вотчине одна отшельница. Просила всеми силами маскировать лес и ее заодно от всяких драконистых, — хмыкнула лешиха и протянула руку к бокалу с прозрачной жидкостью. — Вот я по привычке и прикрыла твое безобразие.

— Спасибо вам за это. Я помогу. Обязательно. Как только разберусь со своими проблемами, так сразу выясню, что за гад леса магией травит.

И это разговор? Фарс. В ее глазах вечность. А ведет себя как простая деревенская баба. Да и выглядит так же. Она явно не так проста, как хочет показаться. Почему? Да я виновата. Я сама себя погано чувствую из-за того, что натворила. Но ее действия. Это не просто разговор. Да, то что лежит на поверхности, несомненно важно. Но есть что-то еще. Что?

— Тетушка, вы ведь и так знаете кто я. Зачем нужен был фарс с представлением? — решила я рискнуть.

— А вдруг до тебя не дойдет, и я отделаюсь простой просьбой, — вдруг хихикнула она. И в том как она это сделала, было что-то, что сделало ее прекрасной. Ну еще и ненормальной чуток.

— Что еще вы обо мне знаете? — решила я уточнить.

— Не скажу, что все. Но в основном. То что ты действительно хочешь знать. Мы Духи Природы, знаем все об этом Мире и его жителях.

— Если я попрошу, вы расскажете мне? — напряглась я.

— Наглая девчонка. Я же тебе объясняла, что не могу. Но укажу на того, кто может, — и она задорно улыбнулась. — Спроси у целителя с которым путешествуешь, к кому он наведывается раз в год в моем лесу. И не говори ей, что это я ее выдала.

Она поднялась. И почему мне она показалась простой? Может и выглядит она как деревенская баба, с необъятной фигурой и уставшим простым лицом, да нет такой деревни, где такая красота и теплота обретает.

— Почему вы мне помогаете? — насторожилась я.

— Да терпеть этого гада не могу. А тут такой случай его помучить. Ну поспеши маленькая ла Тао, — она еще раз хихикнула. И свет погас.

А я оказалась сидящей в сугробе. Рядом отряхивался Таш. Посмотрела на небо. Полдень. Я же там от силы минут тридцать провела!

«Я говорил» — посмотрел на меня любимый метоморф.

Меня поглотило чувство прострации.

Попутчиков я догнала быстро. Удостоилась недовольного взгляда Рина. Увернулась от его кинжала (обиделся он так). Выслушала целый перечень жалоб от близнецов. Пожурила приятелей некромантов. Вытерпела нытье Ясенки. Повздыхала на пару с орком (орки не очень любят холод). Короче выполнила программу минимум, и жутко устала.

— А куда мы собственно едем? — задала я волновавший меня вопрос.

И тишина мне в ответ. Таааак.

— То есть, вы хотите сказать, что мы вот уже сутки, прем сквозь лесную чащу, по абсолютному бездорожью, именуемому звериной тропой, в неизвестном никому направлении?! — рыкнула я.

Народ попрятал взгляды.

— Направление я знаю. На юг, мы едем. Цели ты не задавала, — холодно ответил мне Рин.

Я подумала. Потом еще раз подумала. Хмыкнула.

— Сейчас организуем, — и ринулась в карету к целителю.

— Ясенка, тебе кажется скучно было. Возьми лошадь и прокатись, — метнула я в нее взгляд.

— Но…, - начала возмущенно она.

— Я сказала прокатись, — рыкнула я. Ее как ветром сдуло. Такой мой тон она уже знает.

— Вспомнила про старика? — хмыкнул целитель.

— Не такой уж вы и старец, нар. И прибедняться не надо, не к лицу это главному Целителю, — улыбаюсь почти ласково.

Мужик проникся. Он уже оправился от предыдущих событий. И по моему даже с мыслями собрался. Это плохо или как?

— Меня терзают смутные догадки о моей судьбе, девочка. Мне это не нравится. Еще тогда, в теневом городе я понял, что твое появление не к добру. И вновь нас свело Равновесие. Признаться честно, была бы ты на моей территории, стала бы подопытным образцом номер один. Но сейчас я в твоей власти. Я человек разумный, и понимаю на чьей стороне сила. Так может, договоримся? — его взгляд был острым. Говорил он ровно. Он уже все обдумал. Что ж, так намного проще.

— Нар, Асхольд, я вижу вы вполне готовы сотрудничать. Тогда я гарантирую вам жизнь в обмен на информацию. Ничего серьезного. Лишь пара другая вопросов. Например, Исина ре Новал. Все что знаете о ней, — устраиваюсь поудобнее на сидении.

Целитель усмехнулся.

— Ты ведь ее дочь? Вы чем-то похожи. Как же я сразу не приметил? Невероятно. А я ведь еще сомневался, — как-то отчаянно хмыкнул он.

— Не отвлекайтесь.

— Я ведь не всегда был Целителем. То чем занимался… страшные вещи я творил. За что и поплатился. Меня сильно ранили. Была женщина. Она любила меня. И каким-то образом уговорила твою мать помочь мне. Я ведь тогда умер. Хоть она и говорила, что меня можно было спасти, но я то знаю. Я видел Путь Равновесия. Она выходила меня. А я больше не мог продолжать так жить. Попросил ее меня обучить. Твоя мать была очень несчастной женщиной. Несчастной и одинокой. Она согласилась. Она обучала меня Целительству. Учила меня жить заново. Пока дракон, что построил для нее тот замок, не узнал обо всем. Так я выяснил, что она является парой дракона. Представь мой шок. Она была невероятно красивой. И удивительной. Сильная, гордая. Казалось, она могла все. Не удивительно, что Высший полюбил ее. Он не терпел никого рядом с ней. Люди в замке, его рабы, а для нее цепные псы. Но и она не была беспомощной. Вот только нет силы, которую можно противопоставить Хранителям Равновесия. Мне пришлось уйти. Я решил добиться высокого статуса, что бы мне позволили видеться с ней. А спустя годы, я узнал, что произошла трагедия. И ее не стало. Я не мог и близко подойти к замку. Эта территория для целителей запретная зона. Выяснить что-либо о трагедии я тоже не смог. Вот и вся история.

Повисло тяжелое молчание. Чтоб мне за дракона выйти. Тьфу. Да что б я вдовой стала!

— Оставим сантименты. Давайте по порядку. Кем была моя мать? Откуда она родом? — холодный разум, единственное мое спасение.

— Это знал лишь дракон, что был подле нее. Я не знаю чьей расе она принадлежала. Не потому, что она не говорила, а потому, что такой расы я не встречал.

— Кем был тот дракон?

— Этого мне тоже выяснить не удалось. Одна подруга твоей матери обмолвилась, что этот дракон занимал весьма и весьма высокий пост. Имени его мне не сообщали. Она не называла его по имени, — он горько усмехнулся.

— И где он сейчас? — наклонила я голову на бок.

— Он исчез. Я ничего не слышал о нем после трагедии.

— Вы знаете, кто мог бы быть моим отцом? — решила узнать я.

— Даже не догадываюсь. Ты родилась спустя два года, после того как я уехал. Я не знаю что и думать. Драконы не допускают измены. На пару ставится печать, не позволяющая прикосновений другого (о да, как мне это знакомо). Но Исина родила тебя. И при этом он тебя не убил. Но у драконов не рождаются полукровки.

Заговариваешься, дядя.

— А где женщина, что свела вас с моей матерью?

— Умерла, так же в том проклятом замке, — зло сказал целитель.

— Знаете, уважаемый нар, а я ведь дату своего рождения не называла, — он напрягся. Наклонила голову на бок, и в упор посмотрела на него. — Кто та женщина, что живет в этом лесу? Для чего вы навещаете ее каждый год?

— Откуда? — прохрипел он.

— Асхольд, вы даже не представляете, что я такое. Обманываетесь моим внешним видом, и пытаетесь запудрить голову маленькой девочке. Вот только маленькой я никогда не была. Эта женщина знает что-то о об Исине? Дайте угадаю, она знает намного больше чем вы? И где же ее можно найти?

И вновь избушка по середь глухого леса. Добирались мы сюда на максимальной скорости. Два дня по густому лесу. Недоуменные взгляды моих спутников и опустошенный взгляд целителя. Да я залезла ему в душу. Заставила говорить правду. Все самые сокровенные мысли. У меня есть способы, и не обязательно силовые. Достаточно лишь пообещать.

Мы разделились. Некромантов я послала с Ясенкой в местную Школу. Заранее узнав место встречи с ректором. Они усилено сопротивлялись. Но весомый довод в виде орака, эльфа и злой меня их убедили. Они забрали карету. Жаль, мне она понравилась. Целителя я оставила при себе, как карту.

Близнецам наказала найти Диля. Пора собирать все действующие лица.

Орк. Ну этот странный индивид от меня ни на шаг не отступал. Что странно, начинаю замечать в нем нежность. По отношению к эльфу.

Эльф. Он подвесил подслушивающее заклинание в карету. Теперь он тоже многое знает. Но это уже не важно. Его странные сумасшедшие глаза теперь тоже не важны. Я была очень близко к некой важной информации.

А повторяющиеся сны, доводили меня до исступления. Но самым паршивым были невероятно обжигающие (в прямом смысле) ощущения от золотистого клейма на моем плече. Уууу драконы.

И теперь я стою на против избушки и не знаю что делать дальше. Нет не правильно. Я знаю. Просто не хочу.

Деревянная дверь распахнулась. Из темноты проема вышла прекрасная девушка. Мне б такую внешность. Пепельные волосы волнами спускаются к поясу. Красивейшие глаза цвета неба зло сверкают. Черты ее лица поражают.

Драконша. Мать моя король драконов, папа добрый человек!

— Кого ты привел, Асхольд? Сколько можно тебе повторять: если хочешь жить, не лезь! — в ее руке зажегся мощный такой пульсар.

Что-то я уже не хочу ничего знать. А ведь мои желания никогда никого не интересовали. Таш ткнулся носом в мою руку. Примечательно, что мой кулак как раз размером с его ноздрю.

— Тетенька, не прогоняйте нас. Впустите погреться, а то так кушать хочется, что переночевать негде, — сделала я шаг вперед.

— Полукровка?! — пульсар потух.

Глава 5

Нет, упырь, полушкаф. И все таки, не люблю когда мои предположения сбываются. Это ж надо — полукровка. Полудракон? Единственная в своем роде? Или нет? Как же я устала от этих игр. Обрывки фраз, многозначительные взгляды, лож прикрытая крупицами правды. Правда, лишающая всякого желания жить дальше. У меня его и так особо не было, желания этого. А тут в пору просто лечь, и позволить прикопать себя всем нуждающимся. Что за упаднический настрой? Да не человек. Да странная драконница, глядя на меня удивленно орет во все горло о мое расовой принадлежности. Кстати, как поняла? А что если все не так? Я лишь зря себя накручиваю?

Ага. Конечно. Я ни разу не полудракон. И это не моя кровь странно реагирует на кровь Высших. Это ни мне уже прямым текстом сообщают магичекие существа о моей особенной физиологии. Как там говорила тетушка Лешиха? С кровью и запахом драконов?

— А по точнее? — нагло хмыкнула я.

— Но ведь вы не жизнеспособны, — бормотала она. — Наша кровь выжигает все.

— Уважаемая, я ничего не поняла из вашего лепета. Может поговорим нормально? — предлагаю, в надежде что впустят в избушку погреться.

— Кто давал тебе слово, полукровка? — о да. Этот их коронный ледяной взгляд презрения. Какие там эльфы со своим снобизмом! Дети восторженные по сравнению с расой Высших.

— Какие грубые слова я слышу от, прячущейся в лесу истерички. Уважаемая, не советую мне грубить, — я нарываюсь? Разве что только чуть-чуть. — Нар Асхольд, милые у вас знакомые. А главное такие нормальные. И гостеприимные. Драконы, упырь их за ногу да об крышку гроба.

Сарказм в моем голосе не просто сочился, скорее извергался фонтаном.

— Асхольд, убирайтесь отсюда. И чудовище свое забери, — драконша вновь зажгла пульсар, и начала наступать на нас. Это почему я чудовище? Не такая уж я и старшная, некоторые извращенцы говорят, что очень даже ничего.

Драконы никогда не угрожают. Зачем? Они лишь предупреждают и констатируют факт. А чаще всего вообще без лишних слов жизни лишают. Вот и эта нариль была типичной представительницей своей расы.

— Ха, напугала, — наклонила я голову на бок. Целитель и орк отошли от меня по дальше. Метров так на десять. Рин стоял за спиной. Ухмылялся. Таш сидел не шевелясь. Метоморф и эльф с интересом ожидали моих дальнейших действий. Мои слова просто бравада или нечто другое? Ха!

Да после моих тщетных попыток отбиться от Ксадара, мне какая-то там драконница до упыря. А вот за чудовище она ответит.

Я конечно не ожидала, что нас встретят с распростертыми объятиями, но ее хамство уже перебор. Как там целитель говорил? У нее глубокое душевное горе? Она ушла от разумных? Захотела бы уйти, сбежала бы в другой Мир. Уж кто-кто, а Высшие свободно путешествуют по Мирам, что известно любому магу. А ее глубокая душевная травма… делом надо заниматься, тогда и травм душевных не будет. А лучше просто продолжать жить. У нее травма, а у меня проблемы, да такие, что маленькой и нежной мне просто не по зубам. Кстати, как там эту несчастную зовут? Асклеа чего-то там?

С другой стороны, я невероятно зла. Да и клеймо все чаще напоминало о себе вспышками обжигающей боли. Вполне терпимо, но жутко раздражает. Вот и сейчас, маленькие неприятные мелочи жизни (это у меня-то мелочи?) все больше выводили из себя. И этой не гостеприимной драконше, что все-таки бросила в меня свой пульсар, я очень рада. Не хотелось бы срывать плохое настроение на своих спутниках.

Пульсар драконши врезается в коронный щит Лекарей. И тут же земля под моими ногами вздрогнула. Успеваю отскочить. Чуть не забыла, про один мааааленький недочет лекарских щитов. Ну помимо того что они материальные предметы пропускают. Так вот, лекарские щиты — это полусфера. То есть поверхность, соприкасающаяся со ступнями ног, абсолютно не защищена. И эта стерва чешуйчатая собралась меня через это недочет взять. Это вряд ли. От ее заклятия рыхлой трясины ушла (зимой это вообще вещь актуальная, ага), значит и от остальных уйду. Магическая сеть. Ну так я и попалась на это примитив. Ею меня даже Ксадар в последствии поймать не мог.

А чего это я уворачиваюсь да по поляне перед домом скачу? Так, с хозяевами леса мне возобновление конфликта не нужно? Значит заклятия общего действия не применяем. Локальные? Ну если только меня очень разозлить. Остается все делать по старинке. Фаер. Увернулась. Ну так я меньшего от драконов и не ожидала. Я по этому сразу в нее еще и ледяную иглу послала. Раз так десять, сразу. Меня окинули злобным взглядом. Теперь она серьезна.

Мы носились по поляне, которая в скором времени представляла собой обугленные проплешины снега. Мои спутники спокойненько жались в стороночке. А я удивлялась тому, что умудрялась держаться на равных с драконшей вот уже длительное время. И я не про магию говорю. Бегали-то мы друг за дружкой вполне серьезно. Ведь некоторые заклятия необходимо активировать если не на самой жертве, то хотя бы в непосредственной близости, дабы они действовали. И я ведь точно знаю, что она мне не поддается.

Через пару моих ответных ударов, я вдруг поняла, что неприятные ощущения в области плеча усиливаются. Что бы я вдовою стала! Три раза!

Ну ка, где там мой любимый универсальный щит? Вот упырь, я забыла имя этой прыткой. Асля? Да нет — это у гномов. Асклирновелин? Пожалуй об эльфах сейчас думать вообще не стоит. Асклеа… а дальше не помню.

— Нариль Асклеа, советую все же остановиться, — спокойно проговорила я. И мне до упыря, что у драконов не положено называть собеседника по имени, пока он тебе сам не представился. Я ж не по имени, точнее по его сокращению. Ой, сокращения драконы тоже не приемлют, особенно от неугодных. Вот и получила я за непочтение. Чистой силой. Мдя… сырая сила это не летающий рахномис. Это намного страшнее. Она вообще соображает, что творит? Это же для леса противопоказано. Я если честно приготовилась долго сращивать свои кости.

А вместо этого сила ударилась о мой щит. После чего моя сфера вместо меня окутала эту самую силу. Незабываемое зрелище. Словно мыльный пузырь сфера меняет местами меня и драконью энергию. И вот она все сжимается и сжимается. Пока что-то не дернуло меня это потрогать. И этот милый шарик, равный по убойности заклятию огненного града, просто прилип к моей руке. Народ молчит. Драконша тоже.

Может все же стоит поблагодарить ректора за то что научил этому заклинанию? Вспомнила недели пы… обучения. Нет. Обойдется.

Но что мне делать с этой бякой? Если ЭТО взорвется, то конец не только мне придет, но и Высшей, и лесу с его духом. Какая я оказывается опасная. И пока я любовалась родившимся в пылу сражения оружием, на меня попытались напасть. Признаю — отвлеклась. Так я от восхищения и внезапно нахлынувшего желания уничтожить все к эльфийской матери.

— Она дочь Исины! — крикнул целитель.

— Дочь Исины мертва! — ответный рык Высшей несущейся на меня с кинжалом (откуда?).

— Правда что ли? — запнулась я об оледеневший ком снега. — А когда я успела-то?

Необходимо остановиться и подумать. А как тут остановишься, когда несется по пятам злая драконница. Все. Достала.

Разворот на сто восемьдесят градусов. Улыбнуться по нежнее и главное не дергать рукой. А то эта дрянь радугой переливающаяся, ни куда не делась.

— Асклеа, а ты от кого прячешься-то? От всех драконов разом, или от одного конкретного? — наклоняю голову на бок, и тяну руку с шаром наполненным силой вверх.

Она остановилась. Правильно поняла, подойдет ближе, обрушу эту силу на нас всех. И даже если она уцелеет, то катастрофа подобного масштаба привлечет такое не нужное внимание к этому месту.

— Откуда знаешь? — она насторожено следит за мной. А я тем временем пытаюсь решить одну маленькую проблемку: куда деть эту взрывоопасную бяку с моей руки? Она же не отцепляется!

— Целитель сказал, — ну не говорить же ей про Лешую. Интересно, если попробовать проткнуть щит, как мыльный пузырь? Огляделась вокруг. Таш, орк, эльф, целитель стоят по кругу от нас. И когда только успели? Драконница внимательно меня рассматривающая, до этого, кинула многообещающий взгляд в сторону целителя. Даже если мне и удастся каким-то чудом проткнуть сферу щита, то это очень дурная идея. В нем сейчас концентрированная сырая сила. Мдя… может попробовать всосать в свое тело щит, как делаю это обычно, вместе с силой? А не разорвет ли меня от такого счастья-то? Но эксперимент-то стоящий. У меня же уже есть определенный опыт. По-моему. Точно не помню. Точнее, помню, была как-то попытка поглотить чужую концентрированную силу, и мне почти удалось. А дальше как раз и начинаются проблемы с памятью. Очередные.

Я начала поглощать свой щит, как делала это всегда. Только теперь вместе с чужой силой. И вот чудо, все прошло успешно. Вот у меня на ладони шар с концентрированной смертью, и вот он входит внутрь моего тела, а я чувствую себя так, будто быка целиком съела. Мдя… второй эксперимент был успешнее. Ни сознания, ни других важных частей тела я не теряла. Только приобрела. Головную боль.

— Ну надо же. Действительно ее дочь, — широко улыбнулась Высшая. И зачем она это сделала? От ее красоты заболели глаза. Мельком мазнула взглядом по лицам моих сопровождающих. А чего это они такие бледные? Ну Таш понятно — сама обесцветиться заставила. Орк просто глаза вылупил, без кардинальной смены окраса. Как был черным, так и остался. А вот Целитель и Рин, с лица спали. — Но ты… сильно изменилась с последней нашей встречи.

— А мы и дальше на морозе общаться будем, или может, в более теплое место переберемся? — я явственно чувствовала, как время от меня ускользает.

Высшая с явной неохотой проводила нас в свою избушку. Помещение на три комнаты. Обстановка не то что бы роскошная, но и на скит лесной отшельницы явно не похожа. Парней оставили в кухне с большой печью (я тоже хочу). Меня же повели в другую комнату. Где усадили в удобное мягкое кресло.

— Раньше начнем, раньше ты отстанешь от меня. Значит дочь Исины все же выжила. Как тебе это удалось? — обошла меня по кругу Высшая.

— А может, для начала представимся друг другу по всем правилам? — ну не вежливо к собеседнику без имени обращаться, упырев этикет, вбитый в меня еще в Академии.

— Зачем? — искренне удивилась она. — Тебя зовут Санашая, меня ты уже Асклеей нарекла. А церемонии я оставила в прошлой жизни.

— Почему же Высшая скрывается от своего народа? — решила я идти на пролом.

— У меня траур. Я потеряла ребенка двадцать два года назад, — зло посмотрела она на меня.

Для драконов дети имеют особую ценность. Их берегли пуще всех сокровищ вместе взятых. Ну и Ас кое что рассказывал. Так что я прекрасно понимаю ее затянувшийся для человеческого понимания траур. Да и не такой уж большой период прошел, каких-то два десятилетия. Она сказала, что потеряла его. Выкидыш? Это возможно?

— Я прошу прощения. Я не имела цели напомнить вам о вашем горе.

— Ты сама по себе напоминание, — что? И здесь я отличилась?! — Мое не рожденное дитя подобно тебе было полукровкой.

— Но у драконов не рождаются полукровки, — попыталась я собрать мозг в кучку. — Вы даже зачать не способны от кого-либо другого!

— Это если наша пара не равна нам по силе. Если же в каком-то из Миров мы встретим партнера равного себе, зачатие вполне возможно. Вот только рождаются такие дети очень редко. Выживают еще меньше. Мое дитя даже не родилось, — я не хотела смотреть ей в глаза. Ее боли я не смогла бы выдержать.

— Но почему же вы не со своей парой? — решила я сменить тему.

— Есть законы Равновесия. Один из них гласит, что мы не можем переносить разумных существ из своих Миров в наш. Это нарушает Равновесие, что ведет к гибели обоих Миров. Ведь любое существо не способное самостоятельно гулять по Мирам, является частью своего Мира. И вырвать его, это все равно, что оторвать от человека руку и не обработать рану. Энергия Мира, выплескиваясь в освободившееся пространство, приравнивается к крови, что вытекает вместе с жизнью. А существо в другом, что было перенесено становится заразой, что разлагается и заражает чуждой Силой Мир в котором оказался. Да и не выживают они зачастую. Иногда разные временные потоки просто разрывают несчастных на части.

— А как же метоморфы? — только и смогла вымолвить я.

— А их Мир был уничтожен. Их привязка была естественной. Они достаточно сильная раса. Они уже не зависели от родного Мира, по причине его отсутствия.

— Тогда отправились бы к своей паре сами, — сколько информации. Главное не свихнуться на радостях.

— Десять лет назад, когда я смирилась с потерей, ла Дуар запечатал этот Мир от перемещений, — еще одна искра злости сверкнула в ее прекрасных глазах.

— Вы познакомились с моей матерью в тяжелое для вас время. Помогите мне понять кто я есть. Расскажите мне все что знаете о моих родителях. И о том, что произошло в родовом замке?

— Какой резон мне тебе помогать?

— Ну может потому, что ваше дитя могло бы быть похоже на меня? — жестоко? Ни чуть.

— Хоть внешне ты и похожа на мать, но характер у тебя от отца дракона, — усмехнулась женщина.

— Моя мать. Она ведь не из этого Мира? — мой голос осип. Что ж так трясет-то?

— Нет. Она была Духом Природы другого Мира. Тот Мир умирал. Его уничтожали собственные жители. Умирали и Духи. Это не продлилось бы долго. Но твою мать в своих странствиях встретил Тесар. Твой отец. Он выкрал ее. Исина долго сражалась с ним. Но против нашей расы не выстоять. Особенно против дракона что полюбил. Порой любовь дракона страшнее его ненависти. Твой отец пришел к ла Дуару, потому что Исина умирала. Надо сказать, делала она это с наслаждением, ее зависимость от временного потока родного Мира вытягивало из нее все Силы. Она была рада наконец освободиться от Тесара. Но этот дракон не был бы собой, если бы не сделал все возможное. И попросил он Повелителя уничтожить погибающий Мир.

Драконница говорила спокойно. А у меня в голове не укладывались ее слова. Это же надо. Хорошо если я половину понимаю, но это же сокровенные тайны мироздания! Уничтожить Мир?! Уууу драконы.

— Я не знаю, как, но Тесар смог уговорить ла Дуара. Они добили то, что оставалось к тому времени от Мира твоей матери. На Равновесие это не повлияло. Мир уже умирал. Вполне возможно, что различие во временных потоках поспособствовало легкому разрешению проблемы. Вскоре произошел обряд привязки Исины к этому миру, но уже в качестве пары Тесара. Как же она его ненавидела.

Ну и монстр этот их повелитель. О Равновесие, не дай нам пересечься на жизненном пути!

— Но как же так? Она ведь родила меня. Она ведь жила в его замке, — лепетала я. Какой ребенок смириться с тем, что его родители не были идеальными? Мне как воздух нужна была сказка о любви.

— А кто тебе сказал, что любовь должна быть взаимной? — шепнула она, ухмыляясь. — Любовь дракона — это благодать и наказание одновременно. Мы любыми способами привязываем к себе свою пару, так что бы она жить без нас не могла, что бы нуждалась в нас как в воздухе, что бы не могла дышать в дали от нас. Мнение наших избранников в этом вопросе не учитывается. Мы создадим идеальный мир для своей пары, за частую не спрашивая нужно ли им это.

— Стоп. У вас в семьях так всегда? — мой голос дрогнул. Должна же я понять степень своей трагедии. — У вас браки расторгаются?

— Нет, не всегда. Это касается лишь пар. Пара — это единственная любовь Высшего. Встретить своего избранника большая редкость. Многие из нас заключают браки с целью завести детей или же для определенной выгоды. Браки расторгают, лишь если кто-то из супругов находит свою пару. У нашего Повелителя например было два брака, как вы их называете.

— А что с его женами теперь? — вот же женская любовь к сплетням.

— Умерли. Мы знаешь ли, довольно жестокая раса. Слабых не терпим.

— Так он их сам? — округлила я глаза.

— Зачем? Многие хотят приблизиться к нему. Многие хотят быть им. Женщины рядом с ним довольно ядовиты. И не удивительно, что его жены не удержались на своих местах.

— Не хочу вдаваться в эти подробности, — подняла я очи к небу. — Лучше расскажите, как вы познакомились с Исиной.

— О, это было забавно. Я тогда была немного невменяемой. Абсолютно не хотелось жить. Я искала способ прекратить эти страдания. Нарвалась на Исину. Напала на нее. Твоя мать никогда не была слабой. Но это не насторожило меня. Пока меня чуть не разорвал взбешенный дракон. Тесар по праву занимал должность карательного перста повелителя (мой папочка был начальником тайной службы?). Исина остановила его вовремя. Выходила меня. Знаешь, мы до странного быстро подружились. Вскоре она узнала, что вынашивает тебя. Она боялась. Боялась, что ты не выживешь. И боялась, что ты навсегда свяжешь ее с Тесаром. А еще она ненавидела эльфов. Вот не спрашивай почему, но эльфийских женщин она на дух не переносила. Как раз в тот период и встретился нам этот человек. Асхольд. Забавный. Он восхищался Исиной, в наивности своей показал это Тесару. Правда мы успели его спрятать, но скандал тогда был жуткий.

— Почему наш замок находился на границе человеческих земель, а не у драконов на материке? — прервала я ностальгию высшей.

— Это одно из условий Исины. Она смирилась с Тесаром, но категорично отказалась жить на территории нашего материка. Мягко говоря, нашу расу она недолюбливала.

— Как умерла моя мать? — задала я животрепещущий вопрос.

— Я покинула Исину через два года после твоего рождения. Трудно знаешь ли находиться рядом со счастливой матерью, когда у самой сердце от зависти и чувства несправедливости разрывается, — спокойный тон не мог прикрыть того отчаянного сожаления, что сквозил в ее голосе. — И все же, как ты вернулась?

— Не поняла вопроса, — насторожилась я.

— Твои волосы. Твои глаза. Ты была мертва. Но ты жива. Я чувствую, что ты действительно жива. Не нежить, не умертвите, не оживление. Абсолютно живая полукровка.

— А можно не обзываться? — буркнула я.

— Но это правда, — наивно хлопнула моя собеседница глазами.

— То что вы стерва порядочная, тоже правда, но я же молчу, — не отставала я.

— Равновесие, ты действительно дочь своего отца. Тот же оскал, та же привычка переть на пролом.

— Почему я взрослею быстрее чистокровных драконов? — не плохо было бы узнать о своем теле по больше. — Не значит ли, что срок моей жизни короче, чем у вас?

— Полукровки взрослеют, за тот же срок, что и люди. Иные даже быстрее. Но стареют они, так же как и чистокровные.

— У меня явное преимущество, — улыбнулась я.

— Но ты не способна оборачиваться. И не когда не сможешь. Кровь твоей матери уравновешивает кровь отца, и ты физически не в состоянии менять ипостась полностью. Возможны малые трансформации, но смена ипостаси для тебя не доступна. Ты более уязвима нежели мы.

Меня вообще-то и не прельщает перспектива превращаться в огромную летающую ящерицу. Мне летающего мужа хватает. Жутко звучит. Кстати о мужьях. Метка в последнее время все чаще напоминала о себе, что навело меня на неприятные мысли.

— А могу ли я иметь детей? — тихо поинтересовалась я.

— Только от дракона. Ни одна другая раса не совместима с нашими полукровками. Твой ребенок будет чистокровным драконом. И скорее всего унаследует от Исины какие-либо способности не присущие роду Высших.

Обложили гады. Еле сдержала нервный смешок. Я ни то, ни другое. Срочно захотелось побиться головой о стену.

«Сана, к нам направляется отряд. Высшие. Сильные. Мы не успеваем» — прервал мои размышления Таш. Плечо обожгло болью. Надоело.

— Где Тесар? — задала я последний вопрос.

— Умер, — удивлено ответила Асклеа. — Он бы не стал жить без Исины.

— А есть способ избавиться от брака с драконом? Как-то снять его клеймо? — зачастила я.

Она нахмурилась. Оглядела меня еще раз, а затем рванула на мне одежду. Оголила и рассмотрела плечо. Ее бледность сравнима с белизной снега. Ее рык заставил стадо мурашек на моей спине выплясывать народный танец гоблинов.

— Он ведь уже близко? — посмотрела она на меня в ужасе. — Почему не сказала?

— Уведи моих спутников. Уведи и укрой, — схватила я ее за руку.

— Самой бы скрыться, — рыкнула она.

— Лешая поможет. Прошу, помоги моим друзьям. Не дай им вмешаться, — мозг уже лихорадочно рассуждал. — Исина помогла тебе в трудную минуту. Отдай долг.

Я видела согласие в ее глазах.

— Рин!!! — заорала я, подскочив на ноги.

Вбегаю на кухню. Парни мирно жевали. Так я и поверила, не зря же навешивала полог тишины на помещение.

— Что случилось? — насторожился эльф.

— Сейчас вы в компании высшей отправитесь на спец задание. Вы нагоните Намия и Лида, встретитесь с ректором и будете ждать меня в столице Ирдании.

— Нет, — спокойно заявил Рин.

Подхожу к нему в плотную, заглядывая в глаза. В его взгляде был интерес, холод, настороженность и тот старый убийца, что выполнял приказ Великой Матери.

— Кстати, Рин, все хотела спросить. На что она тебя подловила? Как смогла убедить убить наследника? Неужели смогла собрать доказательства его вины?

— Ты не останешься одна, — хрипло произнес он.

— Не останусь, я буду с Ташем, — прикасаюсь ладонью к его щеке. Какая же кожа мягкая. А зависть между прочим плохое чувство. — Найди Ражека. Ждите меня там. Я тут решу пару семейных дел, и найду вас. Целителя проводите до ближайшего порта. Нар Асхольд, вам задание: выясните все что можете об активности отступников и эльфов. О пропаже редких кристаллов. Так же отследите сделки вольных охотников за последнее полугодие. Зорг, охраняй Рина.

Приказы я раздавала в процессе сбора котомок с едой для этих неразумных рубак. И не надо на меня так смотреть. Я вовсе не ухмыляюсь, я искренне скалюсь. Но мои спутники не слишком торопились в движении.

— Выдвигаемся, — вышла из своих покоев Асклеа.

— Да что происходит? — возмутился нар Асхольд.

— У меня намечается очень важная встреча. Все подробности потом, — толкала я в спину орка.

— Я не согласен, — обернулся ко мне эльф.

— Таш, — позвала я.

Мой метоморф оскалился. Он выглядит внушительно, когда этого хочет. Сама же материализовала ту самую силу, что совсем недавно напугала моих спутников. Не знаю что читалось в моих глазах, но он поверил. А может помогла угроза Асклеи. Народ высыпал за дверь в большей скорости. Похватал лошадей и отправился в чащу леса, противоположную той стороне от которой мы прибыли.

— Асклеа, прости за избушку! — крикнула я вдогонку. Ну что ж, пора за дело.

Мне всего-то и надо, что поднять буран. Сила у меня есть, не так уж это и проблемно будет. У меня осталась пара минут.

Всего пять слов, один взмах рукой, и вот мощнейший буран заметает следы беглецов. Но буйство стихии не помешало трем драконам приземлиться на поляну рядом с избушкой. Буран не помешал мне рассмотреть этих прекраснейших созданий. Сердце бьется через раз, когда я смотрю на них. Двое золотистых и один иссиня черный с красным узором. Крупные. Жаль полянку, ближайшие посадки такого счастья не пережили.

Я впервые видела смену ипостаси дракона. Потрясающее зрелище. Ага, а еще мне не мешало бы спрятаться где-нибудь. Муж как ни как прибыл. Я ухмыльнулась.

Сила во мне еще бурлила. Почему бы ее не выпустить. И я выпустила. И атаковала драконов.

А не плохая у них защита. Золотистые Хранители Равновесия просто создали щит. Мой удар рассыпался обрывками энергии. И что дальше? Убивать меня сегодня будут?

«Не стоит нарываться» — предупредил меня Таш. Он кстати спокойно сидел в значительном отдалении от происходящего действа.

— Прекрати! — вроде бы и не кричит, а ощущение такое, будто наорали. Что самое обидное, мое заклинание стихии рассеялось. — Не так нужно встречать своего супруга ла Тао.

Мне показалось или у золотистых крылатых глаза непроизвольно расширились? Показалось, наверное.

— Если согласишься на расторжение брака, то гарантирую более чем горячий прием, — вышла я из-за сугроба.

И ни разу он не изменился. Вот только к насмешке прибавилось раздражение.

— Подойди.

Почему-то пришлось прикладывать усилия для того, что бы не рвануть к нему. И как у него получается одним только взглядом подчинить себе мою волю? Как же хочется расцарапать это ухмыляющееся лицо. Правда не то что бы он улыбался, скорее за него говорил его взгляд. Жадный, затягивающий, золотой взгляд. Люблю золото. А вот всяких шелудивых драконов я терпеть не могу.

— Нет, спасибо, — для начала стоит избавиться от сопровождения. Падаю на колени и произношу заклятие хрустального льда. Драконы стоящие на своих лапах увязли во льду. В тот же миг в Ксадара полетела пара кинжалов. Ему не составило труда увернуться от них. Мне же пришлось тяжело, избежать одновременно и магической сети и петли, это талант надо иметь.

Муженек удачно встал под дерево. Пара слов и дерево рухнуло вниз. К сожалению, оно не задело моего мучителя, но вполне смачно приложило незадачливых охранников. Я как-то не думала в тот момент, что драконы могут воспринять мою своеобразную дубину в виде сосны за оскорбление. Они разозлились, взмахнули крыльями, разбили лед и… остались стоять на том же месте. Я тем временем уворачивалась от цепких лап Ксадара.

— Сана, маленькая моя, давай оставим эти подвижные игры для спальни, — раздраженно произнес этот гад. Да он даже не запыхался!

Оглядываю территорию. Ну что ж, зря он меня вывел из себя.

— А просто оставить меня в покое ты не можешь? — вырвалось у меня.

Сама же я послала в него довольно мощное заклинание стены огня. После чего рванула к тем самым драконам. Ну и что, что они такие большие? А я маленькая и особо злая! А еще у меня есть особенный кинжал. Тот самый, благодаря которому я смогла затесаться в свое время у истребителей. Не знаю, как насчет слабых мест у драконов, но укол в пятку никому не понравится. Особенно конкретно этим кинжалом. Вот и взвыл золотистый дракон. Ему вторил его напарник. А я вдруг осознала, что шнырять под брюхом у чешуйчатых, среди лап не такая уж хорошая идея. И что меня быстрее затопчут, нежели станут преградой для Ксадара.

Что собственно он и доказал, отбросив взмахом руки этих двух гигантов. Меня окатила поднятая тушами волна снега. Золотистые драконы не то что бы сильно ревели, но их сдавленные стоны даже меня пробили на жалость.

Из сугроба меня вытащили за шкирку. Прижали к широкой груди. Смысл вырываться?

— Может поговорим? — жалобно проблеяла я.

— Я искал тебя пол года. Обшарил весь этот упырев Мир! — рыкнули мне в лицо. Я зажмурилась. Никого не вижу, ни чего не слышу. И этого большого злого дядю я не знаю. Порою вообще удивляюсь, откуда только подобные индивиды на мою голову?

Долго претворяться деревом мне не дали. Встряхнули за плечи, и мощной хваткой подняли подбородок. Глаза сами собой распахнулись. И встретила я странный взгляд золотых омутов.

— Мне холодно, — буркнула я.

Меня внесли в чудом не пострадавшую избушку. Раздели и усадили к себе на колени.

— Я и сама ходить умею, — недовольно заявила я. Пошевелиться мне не давали тиски объятий.

— Ты уже находилась. Хватит. Мне это надоело, — спокойный тон. Насмешки больше не было в его голосе.

— Ксадар, зачем я тебе? Отпусти. Я скучная игрушка, — начала я осторожно.

— Игрушка? Нет. Скорее мое сокровище, — меня повернули лицом к нему и схватили за подбородок. Еще один его любимый жест.

— Я знаю о том, кто я. Говорила с хозяйкой этого дома, — еще один заход.

Мой собеседник прищурился. Втянул воздух в легкие, поморщился.

— И что же она тебе наболтала? — насмешка вернулась в его голос.

— Многое. Например, что браки вполне реально расторгнуть.

— Я не видел тебя полгода. Не знал, что с тобой. Не имел возможности прикоснуться. Я боялся, что ты смогла перепрыгнуть в другой Мир, не смотря на все печати. И ты смеешь говорить мне эти глупости? — он заломил бровь.

— Я не принадлежу роду драконов. Всего лишь полукровка, воспитанная в людском обществе, — начала я.

— В этом и была моя ошибка. Позволив тебе жить вдали так долго. Позволил тебе не знать, — его горячие руки блуждающие по моему телу существенно отвлекали.

У меня дернулась щека.

— Ксадар, я твоя пара? — хотелось рвать и метать. Я затаив дыхание ждала ответа.

— Да, ла Тао, моя, — его самодовольная улыбка выводила из себя еще больше. Почему же у меня ощущение будто молотом кузнеца по голове огрели?

— И давно ты знаешь? — странный разговор.

— С самого начала, — ему надоело просто сидеть, и теперь его губы путешествовали по моей шее.

— Таинственный опекун. Это ведь ты. Но почему ты появился так рано? Была же договоренность, что я прибуду к тебе по окончанию учебы, — пытаюсь вывернуться из его рук, вот только кто даст?

— Моя ошибка. Не удержался. Даже у меня сила воли не железная, — да как же его отвлечь-то?

— А твои спутники на улице не замерзнут? — робко поинтересовалась я.

Ой зря. На меня злобно рыкнули. А потом вообще заткнули поцелуем. Я знала, что вырываться бесполезно. В этот раз у него во взгляде безумия было больше чем обычно. Да и в действиях тоже. А я так устала. У меня была трудная неделя. Ужасный день. Но его это явно не волновало.

Ксадар лежал на кровати, лениво наблюдая за мной. Я же сидела у его ног с отрешенным видом.

— Ты знал моего отца? — если честно, говорить вообще не хотелось.

— Знал. И Исину я тоже знал.

— Я ведь не люблю тебя, — может еще не все потеряно?

— Все имеет свойство меняться, — ухмыльнулся он. Мне его улыбка не понравилась, холодная, хищная.

— А если я найду способ, избавиться от метки? — я спорила скорее из принципа нежели из желания.

— Я не позволю тебе этого. Ты принадлежишь мне. С самого своего рождения.

— Извращенец, — бурчу еле слышно.

— И в этом виновата ты, — хмыкнул он.

— Ты сломаешь меня, — решила я зайти с другого бока.

— Тебя воспитывали как дракона. Более того, тебя готовили к жизни со мной. Я прекрасно знаю, на что ты способна. В конце концов, ты моя пара.

Надо будет узнать, как все таки у драконов с наследством для вдов.

Глава 6

Иногда, когда реальность меня абсолютно не устраивает, я ухожу в себя. И долго размышляю о несправедливости бытия. Ну и о других глобальных вопросах. Например почему муха с потолка не падает, а молоко белое, несмотря на то что коровы едят зеленую траву. Но на этот раз мне не дали уйти в себя.

— Ла Тао, мы сейчас отправимся домой, собери все необходимое, — отдал мне приказ собственный муж.

Мдя… семейная жизнь у нас не задалась изначально.

— И не подумаю, — отворачиваюсь я от него.

— Да ты права. Зачем тебе старые тряпки, когда я могу дать новые. А лучше вообще без них.

— Я с тобой никуда не пойду, — покачала головой я.

Он нахмурился.

— Я местному Лешему дала обещание, что разберусь с проблемами леса, — я ведь не солгала. А за невыполнение обещания Духи Природы мстят с особой жестокостью. Ну и естественно я не уточняла сроки. Надеюсь ему я нужна живая, здоровая и в первозданном виде.

— Это решаемый вопрос, — он поднялся и направился к двери. У него шикарная походка, а спина так и манила прикоснуться к ней. Так, стоп, это явно не мои мысли.

«Сана» — слышу зов метаморфа.

Иди ко мне, отзываюсь я.

Ксадар тем временем скрылся в другой комнате. Я попыталась встать. Больно. Осматриваю себя. Порезы от когтей не являются желанным украшением на моем теле. Но почему-то именно ими меня муж (ужас какой) и одаривает каждый раз. На этот раз он не стал меня залечивать, как это было в предыдущие наши встречи. Наказывает? Скорее всего. Если бы опасался попыток побега, сломал бы мне ноги (садюга увлекающаяся). Хотя еще не вечер. Пара (жутко звучит) — знать бы чем мне это грозит. Неприкосновенность мне явно не гарантировали, вон как шкурку попортил.

В дверной проем проскользнул черный кот невероятных размеров.

А белым волком ты мне больше нравился.

«Ты мне тоже эльфийкой симпатична была».

Покрашу. До чего дошла, уже угрожать начала.

Плохое у меня настроение. Но это же не повод скрываться от всего мира. Так что одеваюсь и выхожу в комнату.

В своей задумчивости я не заметила, как в помещении появились два вполне симпатичных парня. Точнее два русоволосых дракона. Стоят перед Ксадаром опустив головы и внимательно слушают. Они неуловимо похожи друг на друга, хоть и абсолютно разные. Братья? Думается мне, что это те, которых я сосной приложила.

Я подхожу к драконам ближе, но все же не на расстояние удара. Один из братьев стрельнул в мою сторону глазами.

— Сана, подойди, — не оборачиваясь приказал Ксадар.

Я ему жена (тьфу, что б я вдовой стала… три раза!) или рабыня? Что за приказы на право и на лево? Не помню, что бы признавала над собой хозяев (боюсь я вообще много важного не помню). А что если у драконов жены на положении рабынь? Так, нужно срочно найти способ стать вдовой!

Но все же подхожу. Настороженно осматриваю собеседников Ксадара. Красивы гады. И почему же все драконы невероятно хороши собой?

— Насмотрелась? — холодно осведомились у меня. Муженек будь он не ладен.

— Нет, страшненькие они какие-то, забавные. Ты чего-то хотел? — разворачиваюсь к Высшему и стараюсь не замечать реакции драконов.

— Объясни в подробностях, что конкретно ты пообещала местному Духу Природы, — он вообще умеет нормально разговаривать? Или только приказывать?

— Я дала слово, что найду и устраню причину гибели леса. Хозяин соседнего леса ушел из своей вотчины, из-за того, что кто-то отравляет его магией. Скорее всего это побочное действие более сильного колдовства. Я примерно представляю, где именно искать, так что дай мне месяц, и после можешь забирать.

Я действительно думаю что он поведется? Мечтать не вредно.

— Подробности, — а народный танец гоблинов тебе не сплясать?

— Это мое дело, — упрямо стою на своем. Меня окатили странным взглядом. Вот как этот дракон в полуголом виде умудряется оставаться величественной хладнокровной тварью?

И тут я почувствовала, как мои щиты один за другим сметает, кто-то очень наглый. Я не успеваю сосредоточиться, а нахал уже пытается снести щит, который не смог вскрыть Асандер. Что странно, но блок дал еще одну трещину. После моего перемещения он был не в лучшей форме. Множество различных повреждений, которые навели в моей голове жуткий бардак, но этот удар еще больше ухудшил мою защиту. У меня жутко разболелась голова. Перед глазами замелькали черные звездочки.

Но внезапно все прекратилось. Как будто и не было сейчас боли в голове и тяжести в груди, что затрудняла дыхание.

— Еще раз так сделаешь, я выжгу тебе мозг, — Ксадар держал одного из драконов за шею над полом довольно высоко. Говорил он спокойно. Я бы сказала даже равнодушно.

— Лучше отдай мне его на эксперименты, — искренне попросила я. У меня еще не было такого подопытного материала.

Второй, что стояла рядом, посмотрел на меня удивленно и насторожено.

— Мы отвлеклись, ла Тао. Кого или что ты подозреваешь? — быстро же он переключается.

— В княжих хоромах. Искать надо артефакт я думаю, — пожимаю плечами. А если я ошибаюсь? Но догадку все же проверить стоит.

— Дизар, летишь к Князю. Устраняешь проблему. Свидетелей быть не должно. Вернешься на материк доложишь, — у меня нервный тик начался когда я услышала приказ этого гада. А как же я? Как же возможность побывать в хоромах местного Князя? Я посетила жилища трех Князей, остались еще четыре (был у меня пунктик по этому поводу)!

— Мы так не договаривались, — я уже начала злиться.

— Моя ла Тао, мы с тобой вообще ни о чем не договаривались. Так что будь хорошей девочкой, помолчи, — все, наша семейная жизнь разбилась о риф недопонимания.

Таш, напомни мне поискать книгу с заглавием «100 и 1 способ убить дракона».

«Как пожелаешь» — фыркнул метоморф.

Дракон по имени Дизар вышел из избушки. Какой исполнительный однако. Ксадар же ни слова не говоря ушел в спальню. Я осталась стоять на том же месте.

— Слушай, как тебя там? Как вы различаете чистокровных и полукровок? — задаю я насущный вопрос оставшемуся дракону.

— Зовите меня Норган, ла Дара, — после затянувшейся паузы ответил мне дракон. — Аура. У полукровок она особенная.

Меня опять обозвали непонятным словом.

— Я сильно выделяюсь? — задаю вопрос в лоб.

— Ваша маскировочный слепок в трещинах от вашей ауры. Да, вы очень выделяетесь.

— А что значит ла Дара? — я подступаю ближе к даркону.

— Ла Тао, я оставил тебя всего на минуту, и ты уже умудрилась задать неуместные вопросы. И после этого ты желаешь, что бы я оставил тебя при дворе власть имущего? — ну и гадкая же у него усмешка. Холодная и презрительная, вот только в глазах что-то странное мелькает. Такими темпами я искренне познаю чувство ненависти.

— Ксадар, ты не представляешь, сколь сильно я сожалею о нашем знакомстве, — смотрю ему прямо в глаза. Ударит, не ударит?

Не ударил. Но очень хотел. Вместо этого он повернулся к Ташу.

— А о встрече с этим метаморфом ты не сожалеешь? — что-то мне не нравится направление его мыслей.

— Не смей, — закрыла я Таша собой. И поняла, что дала ему в руки самое сильное оружие против себя.

— Норган, ты перемещаешь ее зверюшку, — и он шагнул ко мне.

Ну уж нет! Я не хочу! Я не для этого пряталась полгода!

И когда это мое мнение кого-то интересовало?

Ну что я могу сказать? У драконов невероятная архитектура. Мощная и изящная одновременно. Теперь я вижу сходство с моим родовым замком и замками Высших. Правда я только один видела, но это пока.

Асандер рассказывал, что материк окружает барьер не позволяющий драконам просто так телепортироваться. Но мы каким-то образом оказались сразу на материке. Как такое возможно? Асу я верю, драконы не лгут. Это что получается мои конвоиры настолько могущественны, что им барьеры не писаны? Или у них персональный пропуск? Нужно будет обязательно уточнить, а то ведь мне отсюда еще выбираться.

Так вот, насчет архитектуры. Еще мгновение назад я пыталась отбиться от прикосновений Ксадара в избушки отшельницы Асклеа, и вот мы с ним стоим на огромной площадке из камня. Я так поняла посадочной. Ярко светило солнце, ветер ласково играл с моими волосами. Здесь было лето в самом разгаре. А я находилась в пожалуй самом потрясающем замке этого мира, хотя надо признать не так уж много я их видела. Во первых он был… белый. Во вторых огромный. А в третьих невероятно изящный. А вид из него открывался глаз не отвести, с одной стороны море, с другой зеленые холмы, а вдалеке изумрудный лес. И все это портил один момент — руки дракона на моей талии.

— Это что? — решаю уточнить я.

— Это твой личный замок, — был мне ответ.

— У меня уже один есть. Мне его по за глаза хватает, — попыталась вывернутся из его захвата. Ну да, конечно, так меня и отпустили.

— Забудь про него, — опять вернулся холодный тон.

— А где Таш? — огляделась я.

— Норган еще не долетел, — холодно бросил Высший, и схватив меня за руку потянул знакомиться с моей новой собственностью. Всегда любила шикарные подарки. Может не так уж и плохо быть с драконом? Ну какой еще мужик мне замок презентует?

Стоп. В каком смысле Норган еще не прилетел?

— Ксадар, почему он летит? Мы же перемещались, — встала как вкопанная я.

— Переместился только я. Норган не может этого сделать, — он внимательно всматривался в мое лицо. Подошел ко мне ближе и взял за руку.

— Ты сказал, что это мой замок, то есть совсем-совсем? — с затаенной надеждой спросила я.

— Да.

— И я могу делать что захочу? Тот лес тоже мне принадлежит? — вопрос разумный, обычно замки были лишь дополнением к земле на которой они стояли. И самые малые границы этой земли простирались до горизонта, который был виден с пика самой высокой башни. Земля это деньги, а деньги я люблю.

— Здесь все твое. Но ты не останешься здесь на долго. Я заберу тебя к себе, когда улажу некоторые вопросы.

Я насторожилась.

— Но ты сказал, что замок мой, — вырываю свою ладонь из его захвата.

— Твой. А ты моя. И будешь рядом. Всегда.

— А я не хочу. У меня другие планы. И в них входила познавательная экскурсия по драконьему материку, — тихо бурчу себе под нос.

Тихо. Ага. Наивная.

— Ты ни шагу не сделаешь из этого замка, — перебили меня. — Он самый охраняемый безопасный из всех. Сбежать отсюда тебе вряд ли удастся.

И все это было сказано таким спокойным тоном, будто мы сейчас погоду обсуждаем, а не мою новоявленную тюрьму. Я начинаю потихоньку пятиться.

— Ксадар, я не Исина. Я не соглашусь быть пленницей запертой в замке, — ну надо же, всего ничего с ним пообщалась, а уже такие же холодные рожи корчу. — Я не буду терпеть неволю.

— А я не Тесар. Я не совершу ошибки. Не отпущу тебя. Не позволю причинить тебе вред, — и вот тут его холодность куда-то исчезла, и взгляд затопило хорошо знакомое безумие. — Я дам тебе все что хочешь. И даже больше. Но пока тебе нужно всего лишь подождать.

— Я хочу свободы, — крик души.

— Не строй из себя жертву — тебе не идет. Да и я не поверю, не зря же столько лет тщательно отслеживал твое обучение. Ты свободна. Ты моя ла Тао. Все что мое твое. Ты самое важное мое сокровище.

А я все пячусь. Еще чуть-чуть, еще немного и будет обрыв.

— Если ты так хорошо меня знаешь, то должен понимать, что меня трудно удержать, — интересно он успеет меня поймать, если я спрыгну, или я наконец умру спокойно?

— Даже если ты умрешь, я верну тебя, — он что мысли мои читает? — Ведь я уже это делал.

Я застыла. Что он сейчас сказал?

В этот самый момент, он невероятно быстрым движением переместился ко мне. Я моргнуть не успела как оказалась в его руках. А он улыбался. Гад. И спрыгнуть не дал, и разговор продолжать не собирается. Вместо этого он меня поцеловал.

— Ненавижу, — цежу я сквозь зубы. Он отстранился. В его глазах цвета золота поселилось безумие. И кажется сейчас оно окончательно вышло из под контроля.

Я не знаю что на меня нашло. Злость, ненависть, досада, ярость, короче помутнение рассудка. Я вырвалась и побежала. Я бежала куда глаза глядят. Это и понятно, замка то я не знала. А вот общаться с этим драконом сил уже не было.

Платформа утопала в мощную стену, в которой был стеклянный проход. Он был открыт, так что я не теряла время на отворение дверей. Из залитой солнцем площадки я попала в не менее светлую залу. Моя Сила бурлила в венах. Не оглядываясь послала воздушную стену себе за спину. Я не теряла время на любование пространством, вместо этого я бежала. Из залы вели три двери. Я выбрала боковую. Открыто — слава Равновесию. За дверями оказался светлый коридор. И опять я бегу. Бегу на пределе сил. На пределе дыхания. Почему мне кажется будто такое уже было? Нет, не так. Я убегаю. А тогда… я стремилась успеть. Куда? Другие стены. Другие чувства.

— Ты передумала играть? — слышу насмешливый голос.

Что я натворила?! Он же дракон. Зверь. Он хищник. А я побежала. Где мои мозги? Я же терпеть не могу бесполезных действий.

Несмотря на жесточайшее самобичевание, это не помешало мне ускориться. Упырь, вот бы еще знать куда бежать.

Слышу шаги за спиной. Он издевается? Оглядываюсь. Да, издевается. Он даже не ускорился. А ведь коридор длинный. Я так могу бегать до упыревого загара, он знает, что я ни куда не денусь.

А зачем я собственно бегу? Вспомнила. Мне нужно было время подумать, а когда он ко мне прикасается, я странным образам теряю все мысли. Это абсолютно противоестественно.

Мало информации. Много вопросов без ответов. Нужно решать самые насущные. И опять же без него не обойтись.

Я остановилась. Он был довольно далеко. Осматриваюсь. Длиннющий коридор. С одной стороны двери, арки альковы, с другой окна.

— Я дал тебе фору, — он улыбнулся. Впервые вижу что бы он так улыбался. Кажется с пробежкой я действительно переборщила, и теперь придется расплачиваться.

И он рванул. Как-то я наблюдала как кошка играет с мышкой. Загоняет, дает надежду а потом прыгает. Так вот, ничего общего. На этот раз все было намного хуже.

Не соображая что делаю, рванула на себя ближайшую дверь. Комната, еще дверь. Еще одна комната. Еще одна дверь.

А больше дверей не было. Укрепляю магией последнюю преграду. Я на нее столько по навешала, что пожалуй эту дверь и дракон не пробьет.

Оглядываюсь. На этот раз я попала в комнату на подобии гостиной. Отделанная в зеленых тонах, столик, кресла, мягкий ворсистый ковер, высокие окна с плотными шторами, пара стеллажей с книгами, стол для игры в кости.

Считаю секунды. Удар.

— Ла Тао, я ведь все равно тебя достану, лучше открой сама, — и тон такой, будто с ребенком говорит.

— Оставь меня в покое, дракон! — главное что бы это не выглядело как мольба.

Удар. Еще удар. Тяжелая мощная деревянная дверь с резным узором выгибается. По косяку осыпается штукатурка, только вот я не зря считаюсь лучшей по барьерам. И не зря я угрохала половину резерва на укрепление. А дверь корежило так, словно он принял вторую ипостась.

— Ну что ж, давай поиграем, — был мне ответ.

Секунда. Тишина. Ушел? Что то мне не хочется проверять.

А потом произошло то чего я меньше всего ожидала. Рядом с дверью взорвалась стена. Пыль, мусор и дыра в стене и испорченный ковер.

Я по пятилась. Но не успела пыль осесть, как меня схватили жесткие руки. Да на нем даже пыль не оседает, где справедливость? Я молча отпихиваюсь и отбрыкиваюсь, но как всегда это бесполезно. Вижу знакомый блеск в глазах. Они потемнели от вожделения.

Он схватил меня за волосы и дернул голову назад. Другой рукой срывает одежду (я такими темпами весь гардероб изведу), горячие губы путешествуют по шее. Что-то больно оцарапало нежную кожу. Ну вот, у него зубы заострились. Так всегда бывает когда он перестает себя сдерживать, а это больно между прочим. Пытаюсь отвернуться. Он рычит. Все, вырваться бесполезно, я это уже знаю, но все же тщетно трепыхаюсь. Он отрывается от моей шеи и смотрит на меня золотыми глазами. На его скулах проглядывается черная чешуя. На руках когти. По моим плечам течет кровь. На бедре глубокая царапина. На груди кровоточит укус.

Одежды на мне уже нет. Ему нравится то что он видит. Мдя… на полу мы еще не развлекались.

— Почему я не увидела местных обитателей? — поинтересовалась я спустя долгое время. Он сидел на кресле, держа меня на коленях. Сил вырываться у меня не было. Ксадар ласково проводил руками по моему телу. Он уже залечил все раны, что нанес мне, но руки его не останавливались.

— Они собрались в главной зале, для знакомства, — ответил он лениво.

Сейчас он был спокоен и умиротворен. А точнее удовлетворен.

— Если ты придешь ко мне по доброй воле, то будет на много легче, — вдруг произнес он.

Это он о чем?

— В смысле? — уточняю.

— Наша первая ночь. Ты не сопротивлялась, пришла сама. Вспомни, тебе ведь нравилось, — так же лениво отвечает он.

Да в принципе и сейчас не плохо. По меньше бы вредительства моему телу, да еще и без этого дракона, было бы вообще замечательно. Но ему такое не скажешь. Мне второй круг почетной мазохистки ни к чему.

— Моя мать действительно так сильно ненавидела отца? — меняю тему разговора.

— Да. Думаю она позволила себя убить лишь бы отомстить Тесару, — он продолжал гладить мое тело.

— Ты такой же.

— Нет. Я уже объяснял. Ты моя с рождения. Твой отец отдал мне тебя за выполнение одной просьбы.

— Неужели Исина согласилась? — мне сейчас было на столько лениво думать, что даже на эмоции сил не было.

— Она была против. Я согласился подождать. Она стребовала с меня обещание не приближаться к тебе в течении пятидесяти лет, — хмыкнул он.

Мдя… мне Аранда говорила, что удовлетворенный мужик — послушный мужик, а я дура не верила.

— Почему ты нарушил обещание?

— Я не нарушал. Ты сама меня нашла. Отдала мне свою жизнь. Я не видел тебя с самого твоего рождения. Да и тогда был не в состоянии понять кто ты. Не узнал. А когда осознал… было трудно тебя вернуть, но все же возможно. Тогда то ты и стала моей женой. Нужна была приявзка. Это был самый надежный способ.

Значит я действительно умерла. Почему? Для чего я могла отдать свою жизнь дракону?

— Какова причина? Что я попросила в замен? Ты сказал, я спасла тебя. От чего? Что произошло тогда? — всю лень с меня как рукой смахнуло.

Он напрягся. Внимательно вгляделся в мое лицо.

— Тебе нужно забыть обо всем. Прошлое не повторится. А все остальное моя забота, — его ладонь легла на мой затылок.

Меня это жутко разозлило.

— Я тут вспомнила. Когда все это случилось, мне было восемь. Когда я попала в Академию — девять. Год я провела с тобой?

— Да.

— Почему ты меня отдал, — что если бы я с детства знала о своей участи? Я бы смирилась? Не повторяла бы я тогда ошибок матери?

— Ты назвала меня отцом.

— Что?

— Шла реабилитация. Ты только что вернулась от Равновесия. Ни эмоций ни жизни. Оболочка. И вдруг называешь меня отцом, — зло ответил он.

— И что в этом такого? — не поняла я.

— А то что я не извращенец. Как бы ты по твоему приняла мое право мужа, если бы считала меня своим отцом? — он схватил меня за подбородок.

— А подобрать мне нянек из драконов нельзя было? — не отступала я.

И тут я поняла, что нет. Он молчал. А я все четче осознавала, что не просто так он меня отослал. И сейчас взаперти держит не просто так. Да этому извращенцу, все рано как я его называть буду, он своего добьется, и мое мнение его по этому поводу не сильно волнует. И ведь ауру мою маскировал наверняка он, я уж молчу про блок в голове. Он меня прятал. От кого? Ответит, не ответит?

— Почему ты скрываешь меня? — опять эта его холодная усмешка.

— Потому, что еще не до конца выполнил обещание, данное тебе, — какой подробный ответ. Ага. А я такая вся умная, все сразу поняла. Да что б я вдовой стала, три раза!

— Я бы хотела разобраться в этом сама. Отпусти меня. Я решу вопрос с эльфами, доучусь в Академии, и вернусь, — я сама-то верю в то что говорю?

— Ты не…, - он умолк. Его взгляд потерял концентрацию. Я такое уже видела.

— Жди, — коротко бросил он в пространство. С кем он общался мысленно?

— Пошли, — поднялся он вместе со мной на руках.

— Прям так? — указала я на наши слегка не одетые тела. Ему-то хорошо, он в штанах. Он присмотрелся. Подошел к партерам, сдернул их, и укутал меня.

Все мои попытки возмущаться были пресечены на корню. Мы довольно быстро оказались в огромной светлой зале с большими окнами и светлым мрамором. Нас окружали люди. Я так понимаю это слуги.

«Сана» — позвал меня Таш. Ну наконец то. Я уже волноваться начала.

Да мой хороший. Где ты?

«Высший и я идем к тебе».

— Это ваша хозяйка, — меня развернули лицом к ровному строю людей в форме прислуги. — Ее желание закон. Ее безопасность и комфорт ваша самая главная задача. Ее недовольство — ваша смерть, — прямым тестом заявил, если сбегу, то отвечать будут эти люди.

Тут я заметила черную зверюгу направившуюся прямиком к нам. За метоморфом следовал русоволосый дракон.

— Отпусти, — выворачиваюсь я из рук Ксадара. Ага, так и было. Не выпустили меня. Даже когда Таш ближе подошел. Слуги стояли с каменным лицом, ничем не выражая своих эмоций. Вот это я понимаю выдержка.

Наконец меня все же выпустили из рук, и усадили на спину Таша. Ксадар схватил меня за подбородок (да сколько можно-то?) и жестко поцеловал в губы.

После чего переместился в неизвестные дали. За ним последовал и русоволосый дракон.

Мужчины! Гады! Это же надо меня оставить наедине с челядью. Хотя чего это я? Что мне там какие-то преданные драконам фанатики? У меня в подчинении толпа фантомов имеется.

— Меня зовут Санашая, — решила я соблюсти этикет. — Кто из женщин желает стать моей горничной?

Вперед вышли четыре девушки.

— Ты, — ткнула я пальчиком в более старую женщину.

Мне не нужна молодая трещотка, они обычно нервные и на некоторые мои особенности не адекватно реагируют.

Даже сейчас глядя на их каменные лица, чувствовала исходящее любопытство. Женщина же смотрела устало, а не жадно. Так что выбранная мной кандидатура была наиболее приемлемой.

— Твое имя? — решила я сразу познакомиться.

— Олда, нариль Санашая, — поклонилась моя новая горничная.

— Остальные называют по порядку род занятий и имя.

Выслушав длинный перечень оглашенный прислугой, я осознавала, что убежать будет трудно. Среди них не было стражи. Значит либо стража не будет со мной общаться, что означает не подчинение. Либо стражи здесь нет, и замок охраняется как-то по другому.

— Рада знакомству, — искренне улыбнулась я. — Мне нужна одежда. Остальные расходитесь.

Меня опять куда-то повели. Блудили мы не долго, вскоре привели меня в какую-то комнату. Оказалась спальня. Да не простая, а шикарная. А в спальне заветная дверка, ведущая в гардеробную.

Платья! Мое убитое к упырю настроение поднялось до отметки «жит можно». Мне показали и ванную. Как не странно, но в этом замке существовало понятие о водопроводе. И опять же магическом. Я, недолго думая, отправилась в ванную. Потом наряжаться (какая девушка поступит по-другому?).

А после приятных женскому сердцу процедур мене устроили экскурсию по замку. Между делом я размышляла, как мне устроить побег. Надолго я в этом месте задерживаться не собиралась.

— Картинная галерея в этом крыле единственная, — говорила моя служанка проводя меня мимо очередного крыла. Замок был великолепен. Много света, много живых красок, и полное отсутствие фантомов. Да я почти счастлива. Мне действительно здесь нравилось. В отличии моего родного дома, здесь я не испытывала угнетенных эмоций. Здесь было легко дышать.

— А что там? — киваю в сторону большущих дверей.

— Там живет коллекция повелителя, — отозвалась Олда.

— Коллекция? — тупо переспросила я.

— О, нариль, не думаю, что они вам помешают. Они тихие, — запричитала служанка. — В это время они обычно отдыхают в общей гостиной.

Этот гад притащил меня туда где держит свою коллекцию живых игрушек?

«Ему, что замка не жалко?» — удивился метоморф.

Я направилась к дверям. Толкнула их и оказалась в просторной гостиной, залитой светом. Обстановка была настолько миленькой, что меня перекосило. А посреди кружев нежных тонов сидели девушки. Щебетали нежными голосками, улыбались сладкими губками, сверкали здоровым румянцем. Кто-то играл на музыкальном инструменте, кто-то тихо напевал. Кто-то просто пил травяной отвар, заедая это счастье сладостями. Потрясающая коллекция. И главное, все экзотичные.

Это меня трясет, или замок? И чего это Олда так бледнеет?

«Сана, они ни в чем не виноваты. И как материал для экспериментов их использовать нельзя!» — возмутился моим мыслям Таш.

Да как он посмел?! Ну все.

— Олда, ты хорошо знаешь обычаи Высших? — поворачиваюсь я к служанке.

— Достаточно, нариль Санашая, — был мне благочестивый ответ.

— Тогда, что получают вдовы драконов при смерти своего мужа?

Видя, как служанка попыталась рухнуть на пол без чувств, я схватила ее за шиворот. Это довольно забавно выглядело. Маленькая я удерживаю за шкирку довольно крупную горничную.

— Кто это? — на меня уставились любопытные глазенки.

Убью.

Глава 7

Резко захлопнув дверь, поворачиваюсь к горничной.

— Олда, — предельно тихо обращаюсь к служанке, наклонив голову на бок. — Если этот замок и все что к нему прилагается принадлежит мне, то и эта средней паршивости коллекция так же моя?

— Н-н-нариль Санашая, на девушках личное клеймо Хозяина. Они н-н-н-не привязаны к земле как мы.

Что?! Ну все, муж мой покойный, такой подлянки я тебе не спущу. Разорю к упыревой матери!

— Олда, о том что я теперь здесь хозяйка коллекция твоего повелителя, знать не должна. Ты поняла? — и дождавшись несмелого кивка я продолжила. — Вечером пришлешь в библиотеку управляющего. И список ВСЕХ обитателей сего вертепа. Кивни если поняла.

Дождавшись кивка, я повернулась к двери.

— Свободна, — бросила я не оборачиваясь.

— Так, так, так. И что же это у нас такое? — вхожу я в комнату. Глазенки девиц внимательно следят за мной. Моего седого вида они не испугались. Но по лицам видно, что смотреть им на меня неприятно.

— Ты кто? — поднялась на ноги шикарная блондинка, волосы настолько светлые, что кажутся почти белыми. Средний рост, красивое тело, красивое лицо, и льдисто голубые глаза, почти бесцветные. Смесок русалки и оборотня. Да, да, и такие иногда рождаются, выживают правда редко. — Новенькая?

«Неудачная пародия» — фыркнул Таш.

Я так понимаю она здесь лидер. Продолжаю молча осматривать будущий завтрак упыря.

«Сана, не думаю, что охота на упырей сейчас уместна. Где мы упыря на этом материке найдем?» — нервно водит хвостом Таш. Он оставался в коридоре, и его не было видно из комнаты.

— Ты странная, обычно хозяин берет красивые игрушки, — видя, что я не отвечаю, продолжила свою речь светловолосая.

Ага. Значит ты у нас в постоянных подстилках ходишь. Слишком уверенная в себе. Но я продолжаю молчать.

«Сана, она не так проста» — предупредил меня Таш.

Наклоняю голову на бок. Интересно… и как же мне развлечься? Я вся дрожу в нетерпении. Такой выбор. Порвать их всех сразу? Слишком быстро, и кровью заляпаю такой прекрасный ковер. Прикинуться мышкой и убивать их поодиночке? Медленно, день за днем. Лишая красоты и жизни. Да, пожалуй.

«Тогда мы здесь задержимся на долго» — скучным голосом сообщает Таш.

Я поморщилась. Блондинка почему-то приняла это на свой счет.

— Да как ты смеешь?! — взвилась девица. Остальные наблюдали с затаенным ожиданием.

Я широко улыбаюсь и прохожу в комнату, предварительно закрыв двери.

— Тебя вежливости не учили, страхолюдина? — возмущается блондинка.

— Меня? Учили, — киваю головой. — В отличии от тебя.

— Ты что сказала? — сощурила та глаза.

— Ну надо же, дура, еще и глухая. Говорю, кошка ты облезлая! С дороги уйди, а то корову не обойдешь, не объедешь! — уже громче проорала я.

У блондинки перекрыло мозг.

Девушка могла оборачиваться. Не полностью, всего лишь частично, застревая в промежуточном варианте, но все же, это делало ее опасным противником.

Нервная блондинка сделала прыжок.

— Брысь, — махнула я рукой. И совершенно случайно с моих пальцев сорвалась искра. Нет, правда! Искра почему-то (и я абсолютно не знаю почему) приземлилась на волосы блондинки.

Те вспыхнули мгновенно.

— Аааааааааа! — завизжала она, так и не долетев до меня.

Таш, я оглохла.

«Нет страшней атаки, чем звуковая» — констатировал мой метоморф входя в комнату.

Хм, думаешь? А ведь она должна была сгореть полностью. Но огонь не распространяется. И почему бы?

Мой метоморф становится передо мной, угрожающе скалясь на девиц. Защитник, ага. Большой и страшный зверь против десятерых девиц.

Ты зачем их спасаешь, кошак облезлый?

«Сама потом жалеть будешь, что удовольствия себя лишила».

Я уже спокойна. Иди погуляй.

Девицы шарахнулись к стене. Визга не было, сдавленный писк не более. Таш окинул их взглядом, рыкнул на последок и ушел. Спокойно покачивая хвостом отправился за двери. Кстати, надо будет ему когти укоротить. Он ими всю поверхность исцарапал, когда открывал.

В это время, на голову теперь уже лысой блондинки обрушили поток воды вперемешку с цветами из симпатичной вазы.

Хм, какая интересная травка. Подхожу и снимаю с лица обгорелой девицы синий стебель с зелеными прожилками. Да за эту травку на черном рынке можно состояние получить, а они здесь ее как декоративное украшение используют?! Дыши, Сана, дыши.

На меня настороженно и с интересом продолжали пялиться. После того как Таш ушел, они явно осмелели. До сих пор не боятся? Бессмертные что ли? И видно же что оценивают. Отступили чуть назад, но не из страха, а скорее от отвращения. Ух ты, здесь даже человечка есть. А какая красивая, мне аж завидно стало. Я так же приметила чистокровную эльфийкую. Но в основном это полукровки. Красивые, не обычные, экзотичные, игрушки.

— Я Ниса, — подошла ко мне девушка с синими волосами. Хм… дриада с синей шевелюрой? Оригинальненько.

— Сана, — кивнула я.

— Показать тебе твой новый дом? — улыбнулась она.

— Ну покажи, — дала я позволение. Надо же выяснить какую часть замка я переделаю в лабораторию.

— Здорово конечно, что ты ее на место поставила. Но вот только теперь не избежать тебе смерти, — мы вышли из общей комнаты.

И с чего такая дружелюбность?

— Почему же? — интересуюсь я.

— Фарда мстительна. Если не убьет сама, то нажалуется Хозяину. А тот просто устроит вам бой один на один. И будет наблюдать. Фарда еще ни разу не проигрывала в прямой схватке, — какая размеренная беседа у нас получается.

— Как у вас тут однако весело, — загорелась я интересом.

— Скучать не приходится, — грустно улыбнулась Ниса. Ну да, так я и поверила. — Откуда ты? Я не встречала подобных тебе. Ты действительно… э… не обычая и… пожалуй самая экзотичная из нас, — замявшись кивнула на мои волосы девица. А много ли ты видела, дриада?

— От дракона, — оборвала я дальнейшие попытки завуалированного допроса.

Дриада хитра. Она не столь сильна как необычная полукровка, но вполне умна, что бы выживать в этом гадюшнике. Слабый всегда чувствует превосходящую силу. Вот и она чувствует мои возможности. Интересно, что бы сделала? Устранила бы меня или с моей помощью убрала бы неугодных?

— А меня из священного леса забрали, — взгрустнула она.

И чего ей не нравится? Там же скучно до безобразия.

— Как часто Хозяин вас навещает? — перевожу разговор на интересующую меня тему.

— Мы не видели его месяцев восемь. А сегодня принес тебя, не заглянув к нам.

— До этого так же редко заглядывал? — задаю наводящие вопросы. Если здесь есть не тронутая этим шелудивым драконом девица, то я оставлю ей жизнь.

— Раньше он заглядывал довольно часто. Раз в месяц. Ну или кого-то из нас вызывал к себе.

— И кого чаще? — ну давай, назови первую кандидатку.

— Фарде больше всего не повезло, — вздрогнула Ниса. Не поняла, и откуда же у нас в прекрасных оранжевых глазках такой страх?

— Почему не повезло? — делаю округлившиеся глаза.

— Хозяин еще не брал тебя? — удивилась девица. Так они из-за мелких царапин что ли? Какие они однако хиленькие. Мое молчание она приняла за знак согласия. — Хозяин…

И она замолкла. С одной стороны я видела, что ей нравится нынешнее положение. Слишком дорогие на ней одежды, слишком холенное тело. С другой стороны я не могла понять дрожь страха. Не понимаю. Ну подумаешь грубоват он в пастели, так это весьма и весьма компенсируется бешеным коктейлем из бесконечного наслаждения и боли. Так что ей не нравится-то? Ксадар конечно еще та тварь, но все же.

— Хозяин… он… да ты сама увидишь, когда он прилетит в следующий раз, — наконец выдавила она из себя. — Но он бесспорно самый лучший хозяин из всех. А мы считаемся самой интересной коллекцией на материке.

Тут же поправилась девушка.

Эти гады чешуйчатые еще и меряются? Уууууу драконы!

— Это крыло наши спальни, — махнула Ниса рукой в сторону длинного коридора. — Дальние комнаты пустуют. Можешь выбрать себе покои из них.

— Пожалуй выберу самые последние, — не глядя кивнула я.

Ниса удивилась, но промолчала.

— Сана, а тот зверь. Большой и черный. Он кто? — осторожно спросила меня девушка. Голос ее дрогнул.

— Моя охрана, — я не называю имя Таша незнакомым личностям. Да и в подробности своих с ним отношений так же не вмешиваюсь.

— Видно для Хозяина ты невероятно ценна, раз он тебе такого монстра в охрану определил, — невзначай обронила она.

— Ты даже не представляешь, насколько я ему дорога, — уж я-то постараюсь.

— Режима как такого у нас нет. Мы можем посещать бассейн, выходить в сад, что в правом крыле нашей части, музицировать, следить за своей формой в тренировочной комнате, играть и так далее. Завтрак, обед и ужин нам доставляют слуги по звонку. Вместе мы собираемся лишь в полдень. Правило только одно. Нельзя выходить за пределы своей части.

Золотая но все же клетка.

— Я так понимаю, вас все устраивает? — мило улыбаюсь я.

— Это лучше чем быть просто рабыней. Да ты можешь сама у девочек спросить. Сегодня мы еще раз все соберемся, как раз там и познакомишься с ними.

— Мне вас не понять. Я всегда была свободна. Даже сейчас. Он не осмелится взять в игрушки магичку.

Ниса рассмеялась.

— Одна из нас, Малика, она магичка как и ты. Она невероятно сильна. Но хозяин на это даже не посмотрел. Не тешь себя пустой надеждой.

Мы как раз подошли к спальне что я выбрала.

— Благодарю за экскурсию. Увидимся позже, — и я скрылась дверь в свою спальню. Не думаю, что ей это понравилось, да мне как-то все равно.

Сижу в библиотеке и читаю. С минуты на минуту должен подойти управляющий. Комната со стеллажами фолиантов весьма уютная, а подборка книг меня вообще вдохновила на вечное здесь проживание.

Весь оставшийся день после расставания с Нисой я устанавливала ловушки в комнате, что выбрала себе в опочивальни, в крыле коллекции. Пожалуй, в покоях я оставила шедевр… Хотя в принципе, спать там я не собиралась. Я уже присмотрела себе опочивальню в хозяйской половине. Шикарное помещение, все как я люблю. Знакомиться с девушками я так и не ходила. Много чести с любовницами мужа вино распивать.

После этого с чистым сердцем отправилась за новыми знаниями. Надо признать такой литературы больше нигде не встретишь. Первым делом я принялась за поиск сборника законов. Нашла. Огромный, толстый, и пыльный. Весь смысл сего талмуда сводился к трем понятиям. Драконы должны хранить Равновесие. Ла Дуар — извечный повелитель драконов, нерушимый оплот власти, безгрешный правитель и само воплощение Равновесия в мире. Третье заключение вообще радовало своей оптимистичностью, драконы — высшая раса из всех рас.

Переварив сию не радостную информацию решила просмотреть статьи законов по мельче. Зашла в семейный раздел. Он кстати тесно связан с экономической. Нашла раздел о наследстве. Цитирую: «Потерявшей неяссе (переводится как спутник, партнер, мужчина, добытчик, возможный отец ребенка, по человечески муж) неиссе (переводится как спутница, партнерша, женщина возможная мать ребенка, хранительница семейного быта, жена по человечески) вменяется траур на пятьдесят лет. Так же следует обрезать волосы и оставить полеты в небе на тот же срок. Требуется уйти оставить общество на сорок девять лет, и отказаться от плотских утех на сотню лет. Сокровищницы мужа отходят его родителям. Если же родителей нет, сокровищница отписывается в государственную казну и становится собственностью ла Дуара. В случае наличия прямых наследников (детей), вменяется половину сокровищниц запечатать до их совершеннолетия. Вторая половина отходит неиссе.».

Что?! И денег не получу?! Да что б у вас вся чешуя облезла!

Ой нет, тут приписка. «В случае пары ла Тао (перевод меня убил: хозяин сердца, души, первое среди первых сокровище, жизнь, истинная любовь выбранная добровольно, смерть) все сокровищницы и имущества отходят выжившим детям, либо же ла Дуару».

Мать моя король драконов, папа гном! Да у меня цензурные слова кончились! Тут уже меня пробило на интерес, и я зарылась с головой в гору книг.

Нашла! Ла Тао — истинная пара выбранная равновесием и одним из партнеров. То есть идеально подходящая друг другу по физическим и психологическим параметрам. Возможна лишь при наличии любви Дракона между партнерами. Известны случаи отсутствия чувств у одного из партнеров, что ни как не влияет на репродуктивные функции. В паре ла Тао партнер и его желания ставятся в приоритет. Полностью исключается возможность измены. Как составляющее — обмен энергией. Один из партнеров владелец души второго. Переведя весь этот бред на нормальный язык, понимаю, что эта любовь больше похожа на зависимость. Это не нормально. Я конечно не знаток чувства под названием любовь, но все же мне кажется это диким. После того что я узнала, понимаю, что мне не вырваться. И как будто желая меня добить страница перевернулась и я прочла: «Смерть одного ла Тао влечет за собой смерть второго».

Так мне, что теперь Ксадара как зеницу ока беречь? Хм… а что если самой? Да кто ж мне даст? Не могу убить, буду мучить. Вечно.

Зато есть один маааленький, но плюс. Вся собственность общая. Это радует, так как своей собственности у меня нет. А если появится перепишу на доверенное лицо с обязательным магическим контрактом.

— Кхе, кхе, — слышу я за спиной. Поворачиваю голову назад. Мужчина с аккуратной бородкой и средней толщины телом. Человек.

А чего это он такой красный? И куда это он смотрит? На мою многострадальную пятую точку. Пожалуй не стоило мне на четвереньках лазить по комнате. Поднимаюсь, отряхивая платье.

— Управляющий? — осведомляюсь равнодушно.

— Верно, нариль, — поклонился он.

— Подпишите, — подсовываю ему пергамент. И смотрю ему в глаза. Беспроигрышный ход и сейчас меня не подвел. Мужик впал в шок и не стал читать контракт.

Как только последний росчерк пера коснулся бумаги, на запястье управляющего появилась руна безмолвия. Мужик отдернул руки и принялся ею трясти.

— Теперь вы не можете передать кому-либо наш разговор и последующие за ним, без моего разрешения, — пергамент истлевает в магическом огне. При нарушении контракт материализуется, выводя на теле моего собеседника руны проклятия.

— Но, нариль, я верен вам всей душой, у меня и в мыслях не было предавать вас, — оскорбился мужик.

— Ты предан своему хозяину, то есть этому шелудивому дракону, — уселась я в уютное кресло. — Я лишь обезопасила себя. Присаживайся. Как тебя зовут?

— Корос, — опять поклонился управляющий.

— Отлично. Корос, меня можешь звать просто хозяйкой, — милостиво склонила я голову. — Ты принес списки?

Мне передали бумагу которую я тут же пробежала глазами.

— Корос, меня как новую хозяйку замка заботит вопрос безопасности. Почему я не вижу имен охраны?

— Охрана нам не нужна. Замок защищает барьер, управляемый кристаллом в центральной башне. Завтра я обязательно покажу вам все, — отчитывался мужик.

— Я с радостью посмотрю на это. А что на счет связи? Как вы общаетесь с другими замками?

Из книг я выяснила, что на материке существует лишь один город и множество подобных этому замков. Город — столица, описывался как невероятно красивый, изящный и грандиозный по строению, с центральным дворцом ла Дуара.

Людские поселения строились вокруг замков своих сюзеренов, за частую это маленькие деревеньки, не больше трех-пяти. Интересно, а я теперь так же владелица подобной деревни?

— Что касается людей, то мы общаемся через посыльных. Хозяева при помощи магии.

— А если например нужно найти определенного человека, или же определенного дракона? — ну же, ответь мне. А то совсем не хочется тратить резерв на поисковое заклятие.

— У нас есть карта, нариль, — манерно ответил Корос.

— Покажи, — выдохнула я.

Общение с картой дало мне мало. Имена там не указывались. Все таки пришлось делать поисковик. Хорошо хоть карта и волосы были при мне.

Я трудилась до поздней ночи. И даже достигла результата (ну кто бы сомневался?). И где-то под утро. В самое темное время суток, когда тьма поглощает даже звезды, мощный взрыв сотряс весь замок.

«Кто-то получил твой подарочек» — хмыкнул спящий до этого на моей кровати Таш.

И естественно все обитатели рванули на шум. Я в так вообще в первых рядах. В замке началась форменная неразбериха. Крики, топот ног, женские причитания, бессмысленная суета.

— Стоять! — рявкнула я. — В шеренгу становись! Женщины по своим комнатам. Молодые мужчины в количестве десяти штук, шаг вперед. Остальные спать до утра!

И мы двинули в девичье крыло. Надо признать, там было весьма задымлено и пыльно. И вновь меня накрыл женский плач и скулеж. Девушки боязливо жались к стене, но продолжали двигаться к моим покоям. Среди них я заметила и Нису.

— Этих по комнатам, — отдала я приказ, кивнув в сторону игрушек. Трое парней направились к кучке девиц.

Я не раздумывая сразу потопала к своей якобы спальне. Ну да, так и знала. Дверь валяется вынесенная взрывной волной.

Кирпич, камень, строительное крошево, от элегантной когда-то обстановки и щепки не осталось. А в стене огромная дыра.

— Упырь меня задери, — слышу сдавленное за спиной. Оборачиваюсь, кто это у нас такой нежный? Детина довольно высокий со светлыми волосами. Симпатичный.

Хм, стену не могло снести. Если только не… магичка. Ее щит направил взрывную волну в обратную сторону, но похоже ей не хватило резерва. Осматриваюсь. Двух разорвало на части. Не успели среагировать. Среди их останков нашла весьма опасное оружие. Откуда у хрупких девушек кинжал и удавка? И они этим собрались меня жизни лишать? Мдя… видно меня вообще не оценили. Тогда магичка находится в коридоре.

Ага, вот она, под дверью, с огромной деревянной щепой в спине. Дышит? Ага.

— Хозяйка, что делать? — последовал гениальный вопрос от одного из моих сопровождающих.

— Соберите останки, — улыбаюсь я. И уже обращаясь к ведьме: — Ты хочешь жить?

Девица ясное дело не ответила, как ни как она без сознания.

— Нет? Ну нет, так нет, — улыбаюсь я еще шире, и сворачиваю ей голову.

Рядом кто-то застонал. Хм… Фарда? Ну-ну, какая неожиданность.

«Язвительность тебе не к лицу» — фыркнул Таш.

Он следовал за мной, скрываясь в тени и никому не показываясь.

Жива.

«Убьешь ее?» — подходит он ближе.

Нет. Она уникальна. Где я еще такой материал найду? Так что возьми ее и в нашу комнату. А я пока решу организационные вопросы. И нужно подготовить лабораторию.

«Минус три?» — слышу я довольный тон.

Минус четыре. Неужели ты веришь, что Фарда переживет мои эксперименты?

После этой ночи началась веселая жизнь. Начать хотя бы с того, что меня возненавидели все. Хотя нет. Прислуга меня откровенно боялась. А игрушки моего муженька свою ненависть прикрывали милыми улыбками.

— Что произошло? — спросила меня Ниса на следующий день.

— Ох, всего лишь магические ловушки, — хлопаю честными глазами. — Срабатывают на всех, кто входит в мою комнату без позволения.

— Зачем ты это сделала?! — накинулась на меня высокая брюнетка с пышными формами. Нимфа. По моему даже ночная.

— Дай подумать… наверное, что бы защитить себя, — хмыкнула я отскочив.

— Но тебя не было! — взвизгнула все та же нимфа.

— И что? Они то этого не знали, — улыбаюсь.

— Почему с тобой были конюшие? Они не обслуживают эту часть, — смотрит на меня задумчиво Ниса. Я же говорила она умная. Значит, долго не проживет.

— Я же говорила, что на особом положении?

— Что это значит?

— Это значит, что моя клетка больше вашей. Но на много крепче.

После этого я отправилась по делам.

Приказала разобрать завал. Осмотрела конюшню во внутреннем дворе. Поиграла с Ташем. Слегка подлечила Фарду. Полностью оборудовала свою лабораторию. В общем развлекалась и ждала.

В процессе крупно поругалась с эльфийкой.

— Ты что здесь делаешь? — слышу я холодный колокольчик голоса.

— Пшла вон, — был мне спокойный приказ.

— Ага. Вон, смотри, — тыкаю я пальцем. — Уже бегу.

Я стояла подобии балкончика в стене зимнего сада. Про зимний сад нужно рассказывать вообще отдельно. Да с травами что здесь растут я стану как минимум богатейшей женщиной мира, как максимум займу самый высоки чин в магическом мире. Сад был разбит на бывшей посадочной платформе. Я это поняла по форме. Сверху накрыт стеклянным куполом. В стенах купола есть стеклянная дверца ведущая на неровный выступ. Довольно большой. На нем могут поместиться человек десять средней комплекции, не касаясь друг друга. Выступ не огорожен. И с него открывается потрясающий вид. А в низу далеко-далеко зеленая трава.

Я же стою почти на краю.

— Я не повторяю два раза, — слышу голос эльфийки за спиной.

— А я не люблю эльфов. У каждого свои принципы, — спокойно отвечаю я.

— Умри, — слышу холодный голос.

Делаю резкий шаг в бок. Поднимаю руку и дергаю за платье эльфийку. Ой, я же ее поймать хотела. Я нечаянно. Честно.

— Левитация тебе в помощь! — кричу я. Вдруг догадается? Неа, не успела. Разбилась.

Хм… а размазанные эльфийки это интересно.

А к вечеру я отправилась навестить Фарду. Мы долго развлекались. Правда она не приходила в сознание. Но я многое узнала. Может стоит написать диплом на тему физиологические особенности строения тела полукровок различных рас? А Ларика заставлю рецензировать.

Вечер я провела в одиночестве. Муж так и не появился. Не пришел один дракон, позовем в гости другого.

Где там человеческая девчонка была?

Глава 8

Его не было. Погибло как минимум четыре его игрушки. А его не было! Да я пол башни разнесла. А он не прилетел! Сам напросился. Зря он дал мне возможность остаться один на один с собой. Обычно после такого ничего хорошего не происходит. Вот и сейчас мой извращенный мозг выдал гениальный план (впрочем, как всегда). Не то что бы я сильно желала его лицезреть. Тем более, что при каждой нашей встрече, у нас не получалось нормально поговорить. Ага, вместо этого он просто надо мной издевался. И не важно, физически или морально. Ему это безумно нравится. Честное слово, умела бы боятся, давно умерла б от ужаса. Даже среди своей расы он выделяется. Хоть я и видела их не так много, но драконов на моем веку было по больше чем у обычного человека. И хуже того, я сама на половину дракон. Хотя такого все же не бывает. Я гибрид. Нечто среднее. Надо будет порыться в библиотеке, может, чего интересного найду, должна же я как-то называться. Дракон — это дракон. Они совершенны. И это не их утверждение. Это признало Равновесие. Я другая. Похожая и одновременно другая. Недоделанная. Но этот недостаток с лихвой компенсируется характером. Он у меня по истине драконий.

Вот благодаря этому характеру я сейчас и выстраивала многоходовую комбинацию. И для этого как не печально мне нужен он. Мне всего-то и нужно с ним поговорить. Но сначала конечно он ответит за свои игрушки, точнее за то что посмел меня с ними равнять. А уже потом, когда я спущу пар, можно будет и план в жизнь претворять. Но эта сволочь, как всегда все портила! Мало того что в мужья навязался без спросу, так еще и не управляемый абсолютно! Дракон, одним словом. К эльфам хочу.

Подобные размышления доводили мое и без того кровожадное настроение тихого бешенства.

«Сана, может, выпьешь?» — Таш лежал у моих ног, нервно водя хвостом по полу. Был вечер. Я скучала в своей комнате, размышляя над бесцельно потраченным днем.

С чего вдруг? Ты же не любишь, когда я пью.

«А кому это понравится? В пьяном буйстве, ты разрушаешь все на своем пути. Но гораздо опаснее когда твоя энергия подпитываемая гневом, не имеет выхода. Я просто боюсь за драконий материк. Да и за самих высших тоже опасаюсь».

Во первых ты преувеличиваешь. А во вторых здесь не с кем выпить.

«Игрушки мужа позаимствуй».

Сама понял что сказал? Они мне для другого нужны. Хотя… а это ведь отличная идея. Пошли доиться, мой хороший.

«Иногда я просто не успеваю за ходом твоих мыслей» — ворчит метаморф.

И мы пошли в лабораторию, где я вдохновлено творила. В процессе чуть не взорвала пол замка, желая ускорить реакции, и естественно еще больше перепугала прислугу. Вообще-то они ребята привычные — у них дракон в хозяевах ходил. А драконы — это не люди, у них мораль другая. И мышление. Они почти бессмертны. По крайней мере, еще ни кто не слышал о естественной смерти высшего. Все как-то добровольный ритуальный уход из жизни (опять же при помощи ла Дуара), или уходили к равновесию через смерть от лап сородича (что случается крайне редко). Так вот, хранители равновесия сильнейшая раса во всех мирах. А сильные по определению своему садисты. Натура у них такая. И не потому что характер гадкий, а потому что трудно делать скидку заведомо слабому оппоненту, живя среди равных себе.

Местные должны были уже к подобному привыкнуть. И привыкли же. Просто меня они восприняли не как дракона, а как одну из игрушек хозяина, которой было позволено больше остальных. А сейчас, когда им приходится хоронить очередную жертву несчастного случая, да еще и эльфийку, они начинают осознавать, что со мной не так все просто. А как они удивились, когда я потребовала освободить подвал! Это помещение раньше использовалось, как склад для скоропортящихся продуктов. Очень удобно кстати, некоторые декокты необходимо держать в прохладе.

«Всегда удивлялся: почему лаборатории делают в подвалах, зачастую под землей?» — вклинился в мои мысли Таш.

Это просто. Во-первых: в подобных местах наиболее устойчивая кладка. Если вдруг, что случится, то здание выдержит. А во-вторых: из подвала, не слышны крики. Ты заметил, что тюрьмы у нас тоже в основном подземные? Это для того, чтобы заключенных не было слышно во время пыток.

«Люди весьма практичны» — фыркнул метаморф, выходя за двери.

У меня уже все почти готово. Осталась малость — выбрать правильную кандидатку. Придется все же познакомиться с игрушками мужа.

Единственный минус лаборатории находящейся в подвальном помещении — это то собственные покои находящиеся на четвертом этаже. Ненавижу замки! Вот закончу все свои дела: разберусь с эльфами, сделаю не дееспособным дракона, окончу учебу, в общем осяду где-нибудь в тихом местечке. И построю себе особняк по новой моде. Точно.

«И тут же его взорвешь» — добавил Таш.

Да.

Что?! Ах ты кошак облезлый! Да с чего ты взял-то?

Бегать за метаморфами не благодарное дело между прочим. А колдовать в полную силу здесь я не собираюсь. Не хочется мне давать лишние знания в руки окружающих. Хватит того, что собственный дракон обо мне знает больше чем я сама. Тот самый дракон, который мужем зовется, и при этом обитает непонятно где, в то время как я тут одна, с его игрушками! Ему что совсем свою собственность не жалко? Щедрый дракон? Что за бред?

А поскольку он так и не появился, займемся приглашением для другого дракона. Тот мне еще за прошлый раз должен.

И вот я уже вхожу в крыло девушек. Только сейчас замечаю, что на этой части замка стоит особый барьер. Раньше все как-то не до того было, то я злая, то спальни взрываются, то эльфийки собой кончают. Насыщенное времечко, ага. А сейчас я была спокойна как зомби, и собрана как отступник во время охоты. Вот и заметила. Очень интересная магия. Очень. Не позволяет навредить девушкам с помощью другой магии, причем навредить смертельно. Так вот почему Фарда не сгорела за живо от искры! Но как не странно действие заклятия не распространяется на непрямую магия. Например, взрыв. Тогда девушки пострадали не от магической волны, а от ее последствий Движение воздуха, обрушенная стена, осколки и щепки, вот причина смерти.

— Сана? — удивленно окликнула меня Ниса. Мдя… задумалась.

— Привет, — улыбаюсь я.

— Что привело тебя сюда? — ноги — что за глупый вопрос?

— Не знала, что теперь мне нельзя здесь появляться, — мило улыбаюсь я. — Я так и не познакомилась с девочками.

И опять же скромная улыбка, потупив очи. На самом деле, когда люди видят мои седые волосы, они инстинктивно испытывают отвращение. А когда еще и в глаза мне смотрят, так и вовсе спокойствие от сильных чувств теряют. По этому, если я не успела закрасить глаза, то смотрю в пол, что придает мне некий образ кротости и скромности. И длится это заблуждение, пока я рот не открою. К несчастью язык у меня вполне драконий. Как и характер.

Так вот, сейчас я усиленно пыталась засунуть свои дурные наклонности к упырям. Они засовываться не желали, меня так и подмывало сказать, что-нибудь мерзкое. Но дело требовало душевной доброты, которой у меня в избытке. Ага, правда-правда.

— Отчего же? — отошла с моего пути Ниса. — Для хозяйки этого замка нет закрытых дверей.

Ни один мускул на моем лице не дрогнул. А чего б ему дрожать? Их осведомленность, конечно, мне многое путает, но сам факт ее наличия говорит о многом. Да и не знают они ничего толком. Даже прислуга считает, что я всего лишь особо удачливая любовница.

— Я пришла к вам с интересным предложением? — раз уж пошли сердечные признания, то чего мне в дверях стоять? Я прошла вглубь комнаты.

Ого, да тут целый военный совет. Оставшиеся девушки сидели за большим круглым столом на низких ножках. Восседали они на мягких бордовых подушках, и пили расслабляющий травяной отвар. На меня они отреагировали, мягко говоря, насторожено.

— Я уже говорила, что ни чем не отличаюсь от вас, — развернулась я к Нисе. — Просто размер наших клеток отличается.

— Хозяин отдал тебе замок.

— Но не вас, — наклоняю я голову на бок. Ага, пусть считают, что у них еще есть шанс.

— И чего же ты хочешь? — посмотрела на меня в упор одна из девушек.

Не верю. Полукровка гномов. Миленькая. Красивая. Очень красивая. Золотистая блондинка. Миниатюрная и точеная. Ну и вкусы у моего муженька.

— Я хочу жить дружно, — улыбаюсь.

— Ты убийца, — вскакивает другая девица. Они б хоть представились для приличия.

Эта оказалась из островитян. Морская раса. И тоже полукровка. У меня руки затряслись от предвкушения. Такую бы да на опыты. Будет у меня в любимицах вместе с Фардой ходить, то есть лежать. Шикарный у мужа вкус.

— Разве? — округлила я глазки. — Ты видела, как я убиваю?

— Ты взорвала Фарду с девочками, — обвинила одна.

— Сами подорвались. Я их в комнату не тянула, — обиделась я.

— Ларэль, эльфийка. Ты скинула ее с башни, — что-то они сильно разговорчивые.

— Ничего подобного. Она сама с уступа бросилась. Я даже поймать ее пыталась, — ведь пыталась же? По крайней мере совет дельный точно дала. Не моя вина, что она его не послушала. — В любом случае я всего лишь защищалась.

— Допустим, мы поверили, — обошла меня по кругу Ниса. — Так зачем же ты все-таки явилась? Тебе не обязательно здесь находиться. В отличие от нас, тебе можно свободно перемещаться по всему замку.

— Вот я и перемещаюсь, — пожала я плечами. — Мне бы действительно хотелось с вами подружиться. Я вам не враг.

— А твой зверь? — да как же их зовут-то?

— Гуляет где-то, — махнула я рукой, и уселась на одну из свободных подушек. Наверное, это место кого-то из погибших девушек.

Кстати, Таш, и правда, где ты?

«За слугами наблюдаю. Интересные они люди».

Тебе нельзя человечину, — забеспокоилась я.

«Я не в этом смысле. Они не вкусные. Мясо слишком сладкое. Просто они уже знают, что ты в крыле игрушек».

Обнюхай, кто из них больше всех пахнет игрушкой.

— Значит, хочешь подружиться. Что тебе в этом? — подала голос человеческая девчонка.

— Хочу сбежать отсюда. Думала, может вы изъявить желание помочь мне. А кто-то и вовсе захочет последовать за мной, — дернула я плечиком.

Девушки захохотали. Значит жить они не хотят.

— Глупая. Ни одна из нас по собственному желанию не покинет это место, — смеясь, сообщила полугномка.

— Кто ж в здравом уме побежит от сытой жизни? — натурально удивилась Ниса.

— Куда же нам бежать? — хмыкнула человечка.

— Ты верно с ума сошла, раз решила покинуть хозяина. Это же Высший! Да ни один король ни в одном государстве не стоит мизинца одного из Хранителей Равновесия! — подала голос девушка оборотень. Чистокровная зараза.

Обычно оборотни довольно свободолюбивые создания. Но так же они любят комфорт и роскошь.

— Понятно. Значит, помочь вы мне не желаете, — взгрустнула я. Интересно, а кто-нибудь вообще пытался устроить побег отсюда.

Может они не желают пытаться, заведомо зная о бесполезности попыток?

— Куда тебе бежать? — хмыкнула Ниса. — Зачем? Тебе никто больше не сделает таких подарков. В отличии от нас ты наиболее ценна. Нам дарят лишь украшения и артефакты. Тебе же целый замок и редкого зверя. И ты еще смеешь быть не довольной?

Как все запущенно. Он им еще и золото дарит! Мое золото!

«Вообще-то оно его» — встрял Таш.

Он мой неяссе. Да еще и ла Тао. А значит у нас все общее. А что общее то мое! Зараза.

Может кристалл Паргуса сотворить? Ну не верю я, что умру вслед за ним. Хотя где я тут сотню людей найду? Лень мне лишний раз напрягаться. Значит украду. Вон в столице родного государства его уже кто-то создал. И я не слышала, что бы активировал. Так что как только выберусь отсюда, можно будет поразмышлять над кражей оружия массового поражения.

— Убедили, девушки. Дура я. Действительно, куда мне бежать? Где я еще такого щедрого хозяина найду? — а саму внутри всю так и передергивает от собственных слов. — Тем более, что находясь здесь, я обрету больше, чем вдали.

— Давайте начнем с начала, — улыбаюсь. — Я Сана. Магичка.

— Олира, — представилась робко человеческая девчонка.

— Эшла, — мило улыбнулась полугномка.

— Зирра, — оборотниха. У этих ребят вообще с именами проблема. У мальчиков обычно всего три руны. У девочек целых пять. Но и у тех и у других обязательно присутствует рычащий звук.

— Мальса, — островитянка. У них тоже отличительная черта в имени — все они начинаются на «М».

И все сладко улыбаются. Ага, так я и поверила. Они не обладают особой магической силой. Не являются сильными физически. Значит, выживали при помощи ума. Первыми меня попытались устранить самые уверенные в себе. Те, кто имел такую возможность. Умные решили понаблюдать за новенькой. Выводы они сделали. Мне осталось ждать.

Судя по увиденному, здесь весьма приветствуется конкуренция. А мой ненормальный неяссе (все-таки «муж» звучит дико) еще и наслаждается этим. Не зря же он любой их конфликт, затронувший его, превращает в показательные бои. И скорее всего победительница щедро награждается. Эти девицы, между прочим, одеты по богаче некоторых королев. Пусть Ниса и говорит, что пастельные забавы моего неяссе не всем здесь по душе, но ни одна из них добровольно не отступится от статуса (как ни крути, а быть игрушкой дракона почетней, чем женой дворянина), комфорта и моего золота.

Что ж, я предлагала решить проблему мирным путем.

— И чем же, вы, девочки, себя обычно развлекаете? — продолжаю источать патоку.

И потекла размеренная женская беседа. Говорили о платьях, мужиках, золоте, погоде. Короче обычный женский треп.

Выяснилось, что половину из игрушек моему ненаглядному, в будущем покалеченному, неяссе, подарили. Других же он где покупал сам. Где похищал из родного дома. А непонравившаяся мне эльфийка, так вообще добровольно за ним пошла. Еще и попросилась именно в игрушки (вроде так надежней). Кто-то живет здесь двадцать лет, кто-то десять, а кто-то всего пять лет. Живут девочки, не тужат, иногда эта чешуйчатая зараза вывозит их ко двору, где они имеют возможность пообщаться с другими такими же «счастливицами». И вообще, как выясняется этот гад крылатый довольно щедр. Разорю к упыревой матери!

Поздней ночью мы разошлись каждая по своим покоям. Меня трясло. Вызвала к себе управляющего.

— Звали, нариль? — он был весьма заспан и не брит. Ну хоть одеться додумался, и на том спасибо.

«А чего ты хотела? Ночь на дворе» — фыркнул из своего темного угла Таш.

— Звала, уважаемый, звала. Как вы относитесь к вину?

— Хорошо, — не понимающе моргнул он.

У него было весьма забавное выражение лица, когда я предложила ему выпить со мной. Он сначала отнекивался, но после того как я проникновенно посмотрела ему в глаза и всунула в руки бокал, он осушил его залпом.

Пили мы не долго. Хмелел мой собутыльник быстро, говорил сначала мало, а когда начал болтать весьма интересные вещи — уснул. Пить в одиночку мне не интересно, по этому оставив мужика дрыхнуть в кресле, сама отправилась в кровать.

На утро я выдворила дядю восвояси с жутким похмельем. Ага, я сегодня злая. Приказала набрать ванну, и теперь расслаблялась, вспоминая вчерашний вечер.

— Хозяйка, — обратилась ко мне Олда.

В попытке расслабиться заставила служанку массировать себе плечи.

— Говори.

— Хозяйка, Хозяин будет не доволен, — осторожно начинает она.

— Чем?

— Не позволительно проводить ночь с мужчиной, — сообщила она робко. И чего они так меня боятся? Я же еще ни разу на них голос не повысила, ни одного карательного мероприятия не затеяла.

«Действительно. Подумаешь, лишние трупы появились, с твоим приходом».

Иди ка ты погуляй, кошак наглый. Раньше ты скромнее был.

«Мы метаморфы со временем перенимаем черты характера своих партнеров».

Обрадовал. Ты и без меня еще тем зверем был.

«Тебе другой бы и не подошел. Я по тому твой, что ты моя».

Ага, и третьим у нас дракон.

Таш фыркнул и ушел.

— И что с того?

— Хозяин может наказать вас. Когда-то давно две девушки из коллекции ну… э… как б… разделили друг с другом ложе. Он заставил их биться друг против друга на смерть.

Вот это новости. А он затейник однако.

— Подобные случаи еще были? — поинтересовалась я.

— Вам не стоит волноваться об этом, хозяйка.

Она побоялась отвечать. А я не стала настаивать. Кстати, с чего это она вообще об этом заговорила. Не уж то из-за моей импровизированной пьянки с управляющим. Точно! Наверняка он не рассказал чем мы занимались из-за контракта. Ну так и я ничего объяснять не собираюсь.

Сходила проведать Фарду. Задержалась на пол дня. Пришлось опять принимать ванну. После чего пошла навестить игрушки.

«Почему они еще живы?» — посмотрел на меня Таш.

Не хочу ошибиться с кандидаткой. А ты иди пока погуляй.

В это посещение произошло нечто интересное. Меня попытались отравить. Слуги внесли еду. Ко мне никто из девушек близко не подходил. Значит пища уже была отравлена.

— Что-то не так? — обеспокоенно поинтересовалась Мальса.

— Рыба сегодня особенно восхитительна, — улыбаюсь я и вполне уверено откусываю отравленную порцию.

Яд был без вкуса и запаха. Зато на рыбье мясо влиял весьма интересно. Если приглядеться, то на нем можно будет заметить едва видимые красноватые прожилки. Не зная, что это, можно принять за плохо прожаренную рыбу.

«Зачем?» — слышу рык Таша.

Не нервничай, мой хороший. Мне яды не страшны. Уж сколько меня травили любовницы Ларика. Потом кстати, сами от своего оружия и умирали. Не даром у меня по ядам отлично стоит. В приготовлении противоядия мне равных нет.

Сейчас нужно выяснить, кто из девушек водит тесную дружбу со слугами. И кто из слуг такой смелый? Ты всех обнюхал?

«Через час у тебя будет результат».

Закончив трапезу я сообщила, что скорее всего вновь перееду в крыло девочек. Они были счастливы.

Через час я была в своих покоях. Приняла противоядие. Благо, здесь имеется садик с весьма интересными травками. Приготовить антидот конкретно для этого яда весьма трудно, так как компоненты найти практически не возможно. Если конечно ты не живешь в замке дракона. Где имеется сад с редчайшими в нашем мире растениями.

Появился Таш.

С кем? Спрашиваю у моего метаморфа.

«Конюший. Поваренок. Один лакей. Два садовника».

Фу банальщина. Кто?

«Запах странный. Посему выходит все».

А девочек проверял? На ком чей запах?

«Странно то, что они как раз чистые».

Времени у меня почти не остается. Придется делать ставку. Для моего плана вполне подходит человечка. Я ее еще раньше приметила.

«Что с твоим отравлением?»

Ничего страшного. По идее, сегодня вечером я должна погибнуть тихой смертью, захлебнувшись водой. Мои легкие будут усиленно наполняться жидкостью, которую сами и выработают. После чего яд раствориться в крови. А я посинею, распухну и буду абсолютно не красива. Шер рассказывал, что когда клиент настаивает на несчастном случае или самоубийстве, то тело после действия этой милой отравы просто переносят в ванну.

Таш запрыгнул на мою кровать, где разлегся с удобством. Чихнул.

«Сана, твоя пастель пахнет мужчиной» — удивленно воззрился он на меня.

В смысле? — не поняла я.

«В прямом».

Хм… не ужели против меня начали боевые действия. Так быстро оклемались? Или это пробный камень? А если учесть отравление?

Отравление — грубый метод, присущий многим слабейшим, но чаще всего этим грешат люди. А если это не она? Нет, она. Полукровкам бы не пришло в голову травить пищу. Они легко определяют яд в еде, в отличии от человека. И только человек принял бы меня за себе подобного. Подстава с запахом более тонкий метод устранения, присущий хитрейшим и тем, кто в запахах разбирается. Оборотень. Думает, если Ксадар унюхает чужой запах, то своими руками придушит? Посмеялась.

Что же мне уготовили остальные девушки?

Вечером я переселилась в уцелевшие покои в крыле коллекции. Из комнаты не выходила. А через некоторое время, меня посетила Олира. Постучала робко. Я мгновенно распласталась на кресле в попытке изобразить труп. Ташу мысленно приказала слиться с тенью, что он мастерски проделал.

— Сана? — Олира медленно и бесшумно отворила мою дверь.

Комната моя была хорошо освещена, и мою тушку с закрытыми глазами можно было увидеть прямо с порога. Но девушка не спешила заходить. Сначала она что-то кинула в мою комнату. Подождала, а уже потом, медленно и осторожно прокралась ко мне. И чего это она? Взрыва опасается?

Ее приближение я чувствовала ясно. Мое состояние описать словами было невозможно. Я перестала дышать, как только она постучала в дверь. Меня раздирал дикий смех. Нет, не так. Меня раздирал ржач. И при веем при этом мне приходится сохранять спокойное выражение лица. Вкупе с нехваткой воздуха, это дало не обычный эффект. Скорее всего, я действительно посинела. А эта клуша продолжала медленно красться ко мне. Она еще долго будет? Я так и в правду задохнуться могу!

Наконец ее тень падает мне на лицо.

— Что-то не так, — бормочет она.

— Бу! — я просто не могла удержаться. Серьезно, ну кем нужно быть, что бы зайти в комнату предполагаемой жертве отравления? Пришла проверить дело рук своих? На несчастный случай решила все списать?

Пока она закрывала себе рот, чтобы не завизжать, я дала волю своему истерическому смеху. У меня уже живот болеть начал. Ну и выражение у нее.

— Олира, ты чего? — хихикая, спросила я. — Что-то хотела?

Сделаем вид, что ничего не поняли. Из тени вышел Таш. Она его заметила. Бежать передумала.

— Не убивай меня? — она вмиг посерьезнела. Теперь она была насторожена и собрана.

Понятно, играть мы не собираемся. Умная. И прямая. Сейчас она как зверь, загнанный в угол. Поняла, что крупно прокололась.

— Да не переживай ты так, — махнула я рукой. — Я уже давно на своих отравителей не обижаюсь.

Я продолжала сидеть, а она стоять. Я улыбалась, а она бледнела на глазах.

— Почему ты не умерла? Я же сама видела, как ты ела, — обиженно осведомилась она.

— Я уже умирала. Мне там не понравилось. Наверное, — задумчиво беру бокал, стоящий на столе, и делаю глоток. — Да успокойся, ты. Не собираюсь я тебя убивать. Пока. Присядь.

Как ни странно она послушалась. Скорее всего она в шоке. Только этим могу объяснить ее поведение. Села. Тут же подскочила.

— Ой, что это? — оглядела она кресло.

— Где? — я тоже заинтересованно его осматриваю. Провожу рукой. — Колючка, — с величайшей осторожностью, дабы не пораниться беру ее в руки.

Этот вид колючек имеет весьма мерзкое свойство. Иголки от нее проникают сквозь одежду и кожу доходя до мышц, где начинают загнивать. Да и само растение, чьим плодом она является никакой радости людям не доставляет.

— Откуда она здесь? — забылась на мгновение девица.

— Таш чего только после охоты не притащит на своей шерсти, — махнула я рукой.

Человечка вновь уселась в кресло, но уже с превеликой осторожностью. Я тоже разместилась с удобствами.

— Прошу, только не мучай, — обреченность в ее взгляде меня добила. Я что монстр какой?

«А что нет?» — фыркнул метаморф.

Обижусь.

— Не буду, — пообещала я. — Выпьешь со мной?

Предлагаю ей бокал вина, что сиротливо стоял на столике. Олира нервно потрясла головой. Из ее красивых глаз крупным градом покатились слезы. Хороша мерзавка.

— Ну и ладно, — залпом допиваю свое вино и беру бокал, предложенный ей. — Хочу с тобой немного поболтать.

— О чем? — а как голосок-то дрожит. Да и сама я резких движений не делаю. А ну как кинется от отчаяния? А я кошачьих боев от родясь не любила.

— О тебе, — хотелось добавить не долгой, но не стала ее дразнить. — Как до жизни такой докатилась?

И она начала рассказывать. Обливаясь и захлебываясь слезами, вытирая сопли собственным рукавом. Как на пытках право слово, когда жертва кается во всех своих грехах, даже тех, что совершила в детстве.

Олира дочь купца. Росла в любви и неге. Но не всегда у отца дела шли хорошо. И тут дракон. В общем пошла она в игрушки добровольно, за что папочку озолотили. Девочка о своем поступке не сожалела, так как жизнь ее особо не поменялась. Лишь наряды дороже стали, а так все равно что в отцовом доме. Делать ничего особо не надо. Если не считать жесткой женской иерархии. Она здесь уже пять лет. Конкуренток особо не устраняла. Только тех, кто ее здоровью непосредственно угрожал. Всегда подстраивалась под сильных. За что ее особо не трогали. Тут главное вовремя услужить. И в коалицию под кодовым названием «против кого дружим, девочки?» правильную вступить. Моей собеседнице до этого везло. В итоге выжили сильнейшие и хитрейшие (правда что ль?).

Года четыре назад девичьи разборки прекратились, и все вроде бы успокоились. Но общим советом было решено, что хозяина больше чем на десятерых делить они не собираются. Лишних полагалось устранять незамедлительно. Лучше десять проверенных союзниц, про которых все знаешь, чем неизвестное число хозяйских предпочтений, от которых ожидать хорошего не приходится.

— Слушай, Олира, а хозяина из вас кто-нибудь любит? Ну по настоящему? — подалась я вперед.

— Эльфийка любила. Очень. И магичка. Ниса наверное, — мрачно ответила она.

— Во мужик идиот, у него такие девчонки под боком. И даже чувства искренние. А он на мне зациклился, — бормочу себе под нос. Но Олира все же услышала.

— Не убивай меня. Мне хозяин не нужен. Жизнью клянусь, — приложила она кулак к колыхающейся груди.

— Да мне вообще-то тоже, — взгрустнула я.

— А зачем ты тогда девочек…? — она не договорила.

— Ну сколько можно объяснять? Не я их убила! Точнее я, но не специально. Ты о самозащите слышала? Так я и защищалась, — вообще-то развлекалась, но не скажешь же ей об этом. Девочка впечатлительная.

— Пощади. Оставь мне жизнь. Я тебе помогу от остальных избавиться. Не придам, — бухнулась она на колени.

— Успокойся, милая. Не трону я тебя. Потому, красавица, что тебе предстоит путешествие, — начала я, внимательно следя за ее реакцией. — Дело в том, что я не могу выйти за пределы замка (проверенно на многострадальном опыте), а вот вы можете. Барьер, что ваше крыло окружает, я в состоянии снять. Правда на короткий срок, но нам больше и не надо. Я дам тебе карту и сопровождение. А так же один интересный амулетик. Найдешь нужного мне дракона и передашь ему мои слова.

— Нет, — категорично отказали мне.

— Это еще почему? — расстроилась я.

— Я не выживу за пределами замка. И а если к другому дракону на глаза попаду, так он меня может в игрушки себе захотеть. А мне и здесь хорошо.

— Какие мы однако смелые стали, — тяжко вздохнула я.

— Хозяину не нравится, если кто-то из нас убивает в открытую. Значит ты меня сейчас не убьешь. А как только я из комнаты выйду, в своих покоях спрячусь, да так, что ты меня не достанешь. А как хозяин прибудет, я уж что-нибудь придумаю.

— Ну не дура ли наивная? — поражаюсь я. — Олира, радость моя, не тот выбор ты делаешь. Ну да ничего. Я тебе уже помогла. Колючку на которую села, еще помнишь?

И в ее глазах начало проявляться понимание.

— Так вот. Что касается ядов, так я тут любому придворному отравителю сто очков дам. И тебе досталась честь испробовать очередной мой шедевр. Действует он семь дней. Через час после попадания в организм, у тебя на месте укола появится черная (к сожалению колер изменит не получилось) бородавка. На второй день ты не будешь чувствовать пальцев ног. На третий из ушей пойдет кровь. На четвертый у тебя начнут выпадать волосы. На пятый тело покроют гноящиеся язвы. На шестой выпадут зубы и облезут ногти. На седьмой ты умрешь. Скорее всего в муках.

Я говорила, а она начинала трястись как в лихорадке.

— Пощади! — истерично взвыла она она.

— Да ты не переживай. У меня есть противоядие. Я отдам его тебе, как только ты прибудешь сюда с тем самым драконом.

— Где гарантия, что ты меня не обманешь? — не зря же я ее умной считала.

— Даю тебе слово, — магический знак. — Противоядие готово. И я отдам его тебе. Но лишь когда дракон будет здесь. Его местоположение укажет карта. Ее я замагичила, так что проблем не будет. За семь дней должна управиться. А дальше прибудете сюда телепортом. Дракону объяснишь свою ситуацию и подробно расскажешь, кто с тобой это сотворил. Скажешь ему, что Санашая Сареш по нему соскучилась, и что он мне должен. Дракона зовут Ас.

Я валялась на своей кровати, читала очередной фолиант, весело болтая согнутыми ногами. Опять пришлось переехать из крыла коллекции. Человечку в путь собрали весьма быстро. Барьер я убрать, правда, для этого пришлось разрушить пару стен, и самой резерва немало потратить. После такого я дня два не смогу нормально колдовать. Так что лежу, отдыхаю от трудов праведных.

Олире в помощь я отдала управляющего. Корос долго сопротивлялся. Но все же его я уговорила, сделав ставку на жизнь. Его семьи, ага. Транспорт я им выделила от хозяйских щедрот.

«Почему так уверена, что они найдут его?» — мурлыкал Таш рядом.

Поверь мне, мой хороший, люди существа изумительные. Если их правильно мотивировать, то они горы свернут, но выполнят возложенную на них задачу. А ни что так не побуждает к бурной деятельности, как жизнь. Так уж они устроены.

«А если не успеют?»

Успеют. Карта показала, что он в пяти днях пути от нас. Так же выяснилось, что там какой-то замок находится. Скорее всего родовой. Так что все у нас получится.

«А что с остальными делать будешь?»

Не знаю пока.

Дело в том, что меня в очередной раз обвинили в убийстве. Побег я им устроила в тот же вечер. Хорошо хоть стены не несущими были. Но дыра в очередной комнате вряд ли кому понравится. Принцип моего плана был прост. Барьер твердые предметы обтекал, заполняя пустое пространство. Я же образовала новую пустоту, и своей силой сдерживала ее пока, пока через нее не пройдет Олира. Мне удалось провести ее так, что бы никто не заметил. Еще бы на нас обратили внимание, когда все пошли посмотреть на очередное повреждение. Казалось бы легко и просто, как бы не мое плачевное состояние.

И естественно в суматохе обнаружилось что очередной игрушки не хватает. И кто у нас всегда и во всем виноват? Я конечно. Вот и накинулась на меня Зира с обвинениями. После чего я искренне обиделась и ушла в свою комнату, оставив прислуге уборку.

Так же вскоре обнаружилось, что пропал управляющий. Слуги откровенно запаниковали. Пришлось их успокоить заявлением, что, мол, Корос по моей просьбе отправился с поручением. Не скажу, что это их обрадовало.

В гостях у девочек я естественно не появлялась. Чего лишний раз им глаза мозолить. Прошел то всего день. За это время я успела многое. Например, усовершенствовала Фарду. Она теперь красавица. Идеальная. Хотя нет. Идеальными у нас считаются драконы, а ей до них как мне до добровольного расторжения брака.

В общем развлекалась я как хотела. Вот и сейчас собиралась я ее навестить. Бегать с этажа на этаж, мне порядком надоело, но физические нагрузки полезны для здоровья, так что я почти не возмущалась. Таша я оставила следить за коллекцией.

«Сана, Мальса поет» — сообщает он мне.

Ну и пусть поет, — отмахнулась я, бредя по темному коридору. И кто додумался здесь светляки убрать? Мне и так не очень хорошо из-за потерянного резерва, так еще и физическую слабость ощущаю.

В своей задумчивости я не заметила слуг. Почти. Об их присутствии мне сообщили мурашки на спине.

Пятеро. Все молодые и весьма сильные. Медленно двинули ко мне.

— И что вы забыли в этой части? — удивилась я.

Чего это у них глазки такие мутненькие?

— Парни, — позвала я.

Не слышат. Упырь!!! Таш же сказал, «Мальса поет».

Она островитянка. Морской народ. Они управляют людьми при помощи пения. И что они, убить меня собрались? Бежать?

Не успела. На меня кинулись все пятеро. Я всего лишь девушка, против пятерых в моем ослабленном состоянии, мне не выстоять.

А эти гады принялись срывать с меня одежду! Стоп. Совсем забыла, островитяне просто управляют людьми. Они поднимают самые низменные их желания. То что у человека в подсознании. Это что у них в подсознании крылось желание поиметь меня всем скопом?! Извращенец на извращенце.

Пытаюсь сотворить заклинание полога тишины. Наивная.

— Ребята, да меня на всех не хватит, — возмущаюсь громко.

О чем я думаю? Вон один из них уже штаны с себя стянул. Фу, после мужа, его достоинство как-то не впечатлило. А ручки то какие потные. Куда к груди тянешь, гад?!

«Сана!!!» — ревет Таш.

И наконец меня выгибает боль. Вот если бы можно было обойтись без нее. И наконец в душе поднимается ярость. Давно не виделись моя багрово-золотая ярость. Да, давно. Не сказала бы что успела соскучиться. А тело мое уже жило своей жизнью. В отличии, от сознания, затопленного такой родной яростью.

«…на! Санашая!!» — рычит большая черная кошка. А нет, не кошка.

«Слышишь?»

Вообще то слышу. Так что не ори так. Как тебя… а, вспомнила, радость моя, что-то я себя чувствую не уютно.

«Дай угадаю: помыться хочешь?»

Оглядываю себя. Вот дракон! Хочу.

Опять я полуголая вся в крови и останках.

«Конюший. Поваренок. Один лакей. Два садовника» — перечисляет метаморф.

Вот тебе и странности с запахами. Скорее всего с ними общалась одна Мальса.

«У них в комнатах я нашел нижнее белье девочек».

Я ж говорила извращенцы. В этом мире есть хоть один нормальный разумный по мимо меня?

Таш помог мне подняться с каменного пола.

Веди к лаборатории.

«Как пожелаешь».

В лаборатории я проверила Фарду. Полазила в ее сознании. Кое что настроила, кое что подправила. Подергала ремни сковывающие ее движения. И наконец отправилась к себе в комнату.

Наше с Ташем шествие надо было видеть. Иду значит вся такая маленькая я, вымазанная в крови. Представить боюсь, что у меня на голове твориться. Парней я на действительно маленькие кусочки порвала. Так вот идем мы все такие красивые. Даже на метаморфа немного крови попало (я ж отмывать замучаюсь), а впереди холл и много этажей. Ну что за напасть. И слуги. Которые при виде меня роняли из рук, все, что там было, а потом и сами рядом распластывались. А я что? Я иду. Вещи мне портить жалко, поэтому прикрыться попыток не делаю.

Смотрю Олда несется. Меня заметила, и с разбегу в стену вписалась. Что за слабая горничная. Приводить ее в чувства я не стала. Зашла в свою комнату, набрала в ванную воду и наконец расслабилась.

Отмывалась я долго. Ребята по сути ни в чем не виноваты. Тварь. Моих слуг на меня же натравливать? Не жить тебе. У меня в детство тяжелое было. Игрушек не было, так что я ломала чужие. Привычка эта, судя по всему неискоренима.

Долго я отмокала в ванной. Слуги успели прибрать останки тех несчастных, что пали жертвой женской любви к прекрасному. Сама же я улеглась в свою огромную кровать.

Таш, спи сегодня со мной. Мне холодно.

А ночью нас разбудил душераздирающий крик. И естественно я ринулась на призывы о помощи. Таша оставила в комнате. Увидела я следующую картину: Мальса была разодрана на части Фардой. Сама Фарда была задушена не понятно откуда взявшимся плющом. Точнее понятно откуда — это Ниса у нас дриада. Также бедную мою Фарду истыкала своими кинжалами гномка. Значит самая маленькая у нас — самая колючая. Гномы известны не только торговыми навыками, но и особой любовью к оружию. Зирра во второй ипостаси кружила вокруг погубленного эксперимента. Милая киса. Рысь.

Хотя почему же погубленного.

— Она же умерла, — пораженно шептала Эшла.

— Ой, — всплеснула я руками. — Сбежала! То-то у меня предчувствие плохое было.

На меня уставились три пары злых глаз. Красивых надо заметить глаз. Мой неясе эстет однако.

— Ты! Это ты во всем виновата! — взвизгнула Эшла и бросила в меня кинжал.

Ноги вдруг обвил плющ. Он быстро опутывал мои конечности, пока я заторможено размышляла. Интересно, а мне резерва хватит на свой любимый щит? После того как я впадаю в свою ярость, резерв всегда пополняется. Но на этот раз, что-то не так. Мой внутренний барьер принял форму чего-то невероятного. И это мешает быстрому восстановлению.

Эти глупые мысли пронеслись в моей голове за доли секунды. Я решила, что проще будет уклонится. А глазки с чего вдруг сами собой зажмурились? Я же не собираюсь колдовать? И потолок мне рушить очень уж не хочется. Зачем мне собственность портить? Или все таки стоит?

— Какого Лешего здесь твориться? — слышу я вполне такой знакомый голос. Помяни гада, он и появится. В его руках был кинжал, который метнула в меня Эшла.

— Что бы ты сдох, — бурчу себе под нос.

— Здравствуй, любимая, — обернулся ко мне муж. Тьфу, чтоб я вдовой стала! Даже если за это отвечать придется.

Игрушки себя повели странно. Они резко побледнели и пали ниц перед Ксадаром. Я так и слышала как их пустые лбы стукнулись об пол.

— Что с ними делать? — услышала я еще один голос.

Только сейчас заметила еще одного дракона. Кажется это тот самый, что сопровождал моего гада в прошлый раз.

— Ла Тао, а почему их не хватает? — ласково спросил неяссе. Чего это с ним? И глазки как-то подозрительно сияют.

— Мы с ними немножко поиграли, и они сломались, — нагло заявила я.

— Ничего страшно, моя ла Тао, я тебе новых подарю, — убью. — Норгал, этих можешь выбросить.

Девочки не сдержались. Тихие всхлипы, дрожащие плечики, трясущиеся конечности.

— Хозяин, — вскочила на колени Ниса. Лицо заплаканное, руками цепляется за штанину Ксадара.

Он наклонился к ней, и погладил по щеке, а после этого голыми руками оторвал ей голову. Которую брезгливо откинул прочь.

— Она тебя не сильно поцарапала? — обратился он ко мне. И с таким вожделением смотрит на мои оголенные ножки в кровоподтеках, что становится ясно — опять затребует супружеский долг.

— Убью, — ласково обещаю я.

— Попытайся, — хмыкнул он.

— Оставь оборотня, — поворачиваю голову к Норгалу. — Она на меня еще не нападала.

После этого вытаскиваю из тела Фарды кинжал Эшлы и кидаюсь с ним на своего неясе. В общем мы традиционно побегали по замку. Я даже слегка поцарапала этого шелудивого дракона. Между прочим я Фарду для него берегла. Да очень уж разозлилась на Мальсу. Девочки смогли мой экспериментальный образец уложить, только объединив силы, кто знает, может и гаду этому она смогла бы задать? А пока я усилено от него убегала. Попутно успела показать все повреждения в замке.

Но он меня все же догнал, когда ему надоело играть.

— Ненавижу! Убью своими руками! Дракон! Да как ты посмел меня здесь поселить?! Рядом с этими… игрушками! Подстилками! Совсем страх потерял?! — орала я на него. — К коллекции своей приравнял!

— Сана, успокойся, — уговаривал он, заламывая мне руки.

— Гад чешуйчатый! — не унималась я. С чего и схлопотала легкую пощечину. Ну да, мой супруг не любит, когда я на личности перехожу. — Я твоя неиссе больше десяти лет, и мне какие-то жалкие подачки, а коллекции своей лучшие украшения и наряды?! Да какого упыря ты их вообще завел?!

Тут меня заткнули поцелуем. Прокусили губу. Ну все, завелся гад. Щас упырь поскандалишь. Надеюсь, он додумается не делать этого на лестнице.

«Сана» — ворвался в мой безмятежный сон Таш.

«Твой дракон интересные вещи говорит» — хитро шипит он.

Ты где? Что он говорит?

«Я обнаружил потайную комнату за библиотекой. И не комнату даже, а кладовку. Он со вторым беседу ведет».

А ну ка.

«Норгал: — Не верю я, что Вы могли так ошибиться.

Ксадар: — Ошибиться может любой, даже Равновесие. А вот повернуть свою ошибку в выигрыш лишь избранные.

Норгал: — Но забыть, про коллекцию. Величайший из Высших не может ничего забыть.

Ксадар: — А ты потеряй свою ла Тао, когда она у тебя появится, да еще и на полгода. При дворе сейчас не спокойно, еще и Сана перед остроухими засветилась.

Голос холодный, жесткий, злой.

Норгал: Но почему же Вы оставили их здесь? Я знаю, что Вы вспомнили о своей коллекции сразу же. Я был поблизости.

Ксадар: Решил, что моей девочке не помешает развлечься.

Норгал: Вы довольны?

Ксадар: Ей не все равно.

Норгал: Что?

Ксадар: Если бы ей было все равно, она бы их просто перерезала, как котят. А так она изрядно их помучила.

Норгал: Почему бы ей просто не проигнорировать их?

Ксадар: Потому, что это ее территория. Я сам ей ее подарил. Потому что моя коллекция имела своеобразный характер. И наконец, потому, что это МОЯ коллекция. Но все же моей девочке не все равно.

А голос-то какой довольный. Аж противно.

Норгал: Я ошибался, считая, что она не выживет при дворе. Ее фантазия заслуживает уважения. Я бы сам не догадался сотворить из полукровки оборотня и русалки универсальную машину для убийства».

Надоело слушать. Таш, они там что, пьют что ли?

«Ага».

Чтоб они подавились! Все, я спать. Завтра буду гадости придумывать. Сегодня меня этот упырь загонял.

А утром я обнаружила его отсутствие. Не уж-то приснился? Бегом понеслась в крыло коллекции. Да нет. Не приснилось. Встретила Зиру. Она была явно не в себе, так как взирала на меня с подобострастным выражением. Я быстренько написала записку, которую приколола к ее платью. А потом отправила ее к одному своему знакомому излюбленным способом. Если она выживет, значит так тому и быть.

Пошла искать неяссе.

Улетел. Да я же ему еще не все высказала. Я даже убить его нормально не попыталась! Ну разве так можно? Где справедливость?!

— Ла Дара? — слышу голос за спиной.

— Чего тебе, смертник? — поворачиваю голову Норгалу.

— Э… ваш неяссе просил передать, Вам ключи от сокровищницы этого замка, — и смотрит так с опаской.

— Этот гад еще и сокровищницу от меня прятал?! — ключи были брошены на пол, а дракон бросился прочь.

Чего это он такой нервный?

Дракон исчез, как и мой супруг. Тьфу, что б он этот Норгал женился!

Ключи я подобрала. Сокровищницу нашла. И два дня пребывала в наилучшем настроении. Спала я на золоте, ела я на золоте, и читала там же. О равновесие, вот оно счастье.

Но как известно счастье не длиться долго.

«Сана, приди в себя. У нас план».

К упырю планы, у мне я ЗОЛОТО. И рубинчики. И изумрудики. И брильянтики. Да размеры то какие…

«В отличие от свободы, золото от тебя никуда не денется».

Тут-то я и опомнилась.

Мне потребовалось двое суток напряженной работы, что бы сломать барьер вокруг замка. После чего я была ни жива ни мертва.

На шестой день отсутствия Олиры я забеспокоилась. А ну как и в правду не успеет? Накручивала я себя зря. Наутро седьмого дня у замковых ворот появился Асандер. Был он слегка зол и взъерошен. Я впустила его с радостью.

— Неужто бывал здесь раньше? — округлила я глаза.

— И я тебя приветствую, — поклонился он. — Не бывал я здесь. В голове у этого пошарить пришлось. Он сделал шаг в бок, и моему взору предстал Корос, поддерживающий под руку нечто напоминающее человека.

— Ты обещала! — провизжало оно.

— Я свое слово всегда держу, — важно кивнула я и протянула в руки покрытые гноящимися язвами бутылек с противоядием.

Олира его мгновенно открыла и опрокинула внутрь.

— Экспериментальный образец между прочим, — возмутилась я варварскому поведению.

Мы подождали минуту, после чего она беззвучно рухнула наземь.

— Мдя… надо бы его доработать, — накручиваю седой локон на пальчик.

— Она сказала, ты дала ей слово, — посмотрел на меня Ас.

— Я дала ей слово, что дам противоядие. Но я не обещала, что оно подействует, — пожимаю плечами и разворачиваюсь к замку.

— Да не могу я этого сделать! — рычит из последних сил Асандер. Мы ругаемся уже шестой час к ряду.

— Да сколько можно трястись перед ним?! Ты мне должен в конце концов! — ору из последних сил. Я вообще в последнее время слишком часто голос повышаю. А связки ведь не железные.

— Тебе легко говорить, с тобой он ничего не сделает! — не уступал мне Ас.

— Асандер, упырь тебя за ногу! Не смей мне отказывать.

— А то что? — зло спрашивает он.

Дело в том что Олира вытащила его из спальни во время пикантного действия. А поскольку она уже тогда выглядела, как весьма потрепанный зомби, то естественно пассия Аса это не оценила.

— Я… точно, я взорву здесь все, покусай тебя упырь!

— Да после общения с твоим мужем, когда ты сбежала от нас, мне ни какой обвал не страшен. Ты в курсе, что он тогда завалил пещеры вместе с нами?

— Мдя? Ну надо же. Но все равно, Ас ты просто обязан мне помочь.

— Сана, прошу тебя. Успокойся, наконец.

— Значит, добровольно не согласишься? — наклоняю голову на бок.

— Не знаю, что ты задумал, но не стоит этого делать, — попятился он.

Я собираю всю свою силу.

Таш, немедленно ко мне!

«Как пожелаешь».

— Как ты думаешь, Ас, приятно ли переходить в неизвестность? — улыбаюсь проникновенно. — Знаешь ли ты, каково мне было в мой первый переход? Да еще и без заданных векторов и знания местности?

Он побледнел еще силене.

— Чокнутая магичка, вечно ты со смертью играешь, и меня тащишь! Не сделаешь ты этого!

— Сделаю. Соглашайся добровольно. Помоги мне сбежать. Или я тебя соучастником сделаю.

— Я не пойду против твоего неяссе. Жить, знаешь ли еще хочется! Да он меня вместе с моим родом на коврики пустит и не поморщится! Ты когда-нибудь думала не только о себе но и о других?! О семье например? О родителях?

Это он зря.

— Мать моя король драконов, папа портовая нимфа, как же вы меня достали! Ты это сделаешь! Иначе я сейчас спущу всю эту силу с поводка.

— Прекрати! Слушать противно! Как ты можешь так о собственном муже, извращенка?

— Каком муже? — не поняла я.

— О ла Дуаре, — в запале наступает он на меня.

— У меня что, еще один муж? — присела я от неожиданности.

— Дура! Ла Дуар и есть твой муж! — орет он уже во весь голос.

У меня сначала задергалось веко, потом затряслись руки. А потом я спустила всю свою Силу. И вместе с драконом мы оказались посреди моря размазанные о непроницаемую стену.

— Мне не жить, — хрипит Ас, отплевываясь кровью.

— К упырям весь мир! Ас, ты у эльфов бывал?

Глава 9

Вдыхаю полной грудью знакомые запахи. Риманта. Прошло всего пол года, а казалось бы целая жизнь. Это чувство посещает меня каждый раз когда я возвращаюсь в столицу Ирдании. Из-за персональной программы обучения, мне приходилось часто путешествовать. Уж на что Ларик не скупился, так это на получение мной опыта, путем познавания жизни не в теории, а на практике. У меня этой практикой была вся моя жизнь, в отличии от обычных студентов я не сидела в Академии безвылазно. Может стоит сказать ректору спасибо? Думаю мое спасибо Ларик не оценит.

Перевожу взгляд на Асандера.

Выражение его лица было неописуемо. Это сочетание уж обреченности, безнадеги и отчаяния. И почему мне так весело? Неужели мне доставляет удовольствие издеваться над ним? Да. И не просто над ним, а именно над драконами. Хотя с большим наслаждением я бы поиздевалась над другим драконом. Но что-то мне подсказывает, что это не возможно.

«Воняет» — ворчит Таш.

Я улыбнулась, вспоминая произошедшее.

Когда мы врезались в барьер, окружающий материк, я была в том состоянии, которое знающие люди описывают, как помешательство. Ксадар тот самый легендарный повелитель драконов. Высший среди Высших. И он не сказал мне об этом! Он вообще собирался меня посвящать в столь незначительный по его мнение факт?! Неужели так трудно было сказать: ла Тао, помимо того что я сволочь, я еще и ла Дуар. Нет, я как всегда узнаю обо всем от других!

В общем я была готова, кого-нибудь убить. И не кого-нибудь, а одного конкретного власть имущего дракона. И только отсутствие одного очень важного метаморфа, привело меня в чувства.

— Какие к упырю эльфы? — взорвался Ас.

— Остроухие, — оскалилась я. — Так что давай превращайся. Таш, мы сейчас покатаемся на драконе. Таш?

Таш!

— Упырев дракон, куда ты дел моего метоморфа?! — подплыла я к Асандеру.

«Бульк» — был мне мысленный ответ.

— Откуда я знаю. Ты же нас переносила! — погреб в противоположную сторону от меня Ас.

Таш, ты где?! — мысленно зову я.

«Тону».

Ты не умеешь плавать?

«Я млекопитающее, а не водоплавающее!» — рыкнул он мысленно.

— Ас, быстро найди Таша! — взмолилась я.

Еще некоторое время мы потратили вплавь бороздя океан. Таша нашли, барахтающимся неподалеку. Это было забавно. При помощи заклинания, мне удалось держать его на плаву, но долго это продолжаться бы не могло.

— Ас, превращайся, — скомандовала я.

— Ну уж нет. Барьер не широкий, всего то час гребли.

— Асандер, либо ты превращаешься, либо я умираю от переохлаждения (водичка-то не теплая). И как ты думаешь, что сделает с тобой Ксадар, когда узнает как погибла его ла Тао?

— А я и так уже не жилец, — отмахнулся от моих слов вредный дракон.

— Вообще-то я собиралась сделать тебя не прикосновенным для моего неяссе. Он не то что убить, тебя не сможет. Он даже руки тебе сломать не посмеет (по крайней мере я искренне в это верю), — и заметив отчаянный интерес с его стороны я продолжила. — Обращайся и я подарю тебе жизнь. Ты ведь хочешь жить?

Ас хотел. Поэтому я испытала незабываемое ощущение полета. Предварительно чуть не надорвавшись в магическом плане, взбираясь на дракона. Он же не мог превратиться в воде, вот и слевитировал, а уже в воздухе обернулся. Потом подхватил меня когтем и закинул на спину. Если честно, летать мне не понравилось. Высоко, ветер в лицо, жесткая чешуя под пятой точкой, еще и не расслабишься, седла-то нет, и скучно. Вид конечно открывался шикарный, но с непривычки кружилась голова, и что-либо рассмотреть представлялось затруднительным. И пусть при помощи магии Ас попытался сделать мое путешествие максимально комфортным, но от незначительной тряски меня это не спасло.

— До чего опустился, катаю на спине какую-то девицу, — ворчит Ас. Ворчит он ментально. В его второй ипостаси, ему легче со мной общаться именно так.

Но это не значит, что он забрался мне в голову. Наоборот, ему пришлось впустить меня. Сам он побоялся повторять давнишний эксперимент.

— Я не какая-то там девица. Я твоя королева, — а звучит-то как.

Может зря я так расстроилась известию, что мой неяссе-муженек (будь он не ладен), оказался ла Дуаром. Все таки я теперь не просто дворянка с сомнительным происхождением. Я повелительница Высших, самой могущественной расы во всех мирах!

— Не королева, а ла Дара, — поправил меня Ас.

— Что?

— Ла Дара — повелительница, пара ла Дуара.

Ну звучит же? Звучит. Хотя было бы лучше без приставки «пара ла Дуара». И вообще было бы лучше без самого ла Дуара. Хочу быть единоличной правительницей.

«И что ты тогда делать будешь?» — вмешался в мои мысли Таш, которого дракон нес в своих лапах.

Ну как же? Буду экспериментировать, купаться в золоте и развлекаться.

«А кто Высшими править будет? Драконам нужна твердая рука и постоянный контроль, без которого они совсем обнаглеют» — спустил меня с небес метаморф.

Умеешь ты настроение испортить.

Но я прекрасно понимала, что он прав. Я конечно люблю власть, но не тогда когда она влечет за собой ответственность. А власть над Высшими — это вообще что-то невероятное. Как и сам ее носитель. Ла Дуар. Вновь возвращается мое скверное расположение духа.

Мне известно о нем многое, больше чем обычному обывателю, но меньше чем необходимо конкретно мне. Но зная теперь сущность моего неяссе, мне многое становится понятным. Нет, я конечно и раньше знала, что Ксадар еще та сволочь. Да и факт того, что он дракон, говорит сам за себя. Дракон он и в другом Мире дракон. То есть жестокий, хитрый, умный, изворотливый, могущественный, непостижимый, гад одним словом. Что взять с Хранителей Равновесия?

А ла Дуар, так вообще все вместе помноженное в сотни раз. Он же у них бессменный, с самого заселения этого Мира. Драконы пришли сюда первыми, это и ребенок знает. Их вело Равновесие. Потом были эльфы. А все остальные… я же говорила, что драконы любят игрушки. Да и Равновесие нуждается в многообразии.

Человеческая раса зависти от времени, их психология построена на этом. Поэтому для них имеет значение возраст и разница в нем. Для долгоживущих рас такое понятие, как время не играет особой роли. Меня растили, как человека. Ну хорошо, не совсем как человека, но я жила долгое время, считая себя равной им. Вот и переняла их зависимость от времени. И сейчас думая о Ксадаре, меня это слегка напрягает.

Ему не просто пятерка другая тысяч лет, как бывает у драконов среднего возраста. Ему гораздо больше. А это опыт, знания, мудрость и испорченный характер (чем ты старше тем вреднее, говаривал Ражек). Ла Дуар совершенен. Он рожденное дитя Равновесия. По крайней мере так его описывают в учебника старших рас. Люди в этом плане намного проще относятся к сему понятию. Они не способны постичь того, что не укладывается в их мозгу. Что мне нравится в них, так это, то что они по этому поводу не переживают. Есть нечто непостижимое и недосягаемое, и ладно. Пусть будет дальше. Они будут это бояться, поклоняться этому, но понять суть не попытаются.

Я не человек. Мне всегда была интересна именно суть. Но привычку относиться проще я вряд ли смогу в себе искоренить. А отсутствие страха как эмоции в принципе, вообще лишает меня положенного раболепия и почитания.

Да он ла Дуар. Да властитель Высших, а значит вообще Равновесие во плоти. Ну и что? Гад он коронованный, вот он кто. Привык, что ему все можно, вот и издевается надомной. И слова не сказал о своем статусе. А я глупая его обычными методами задеть пыталась. Да разве же это подействует на него? Такого нужно убивать не менее как кристаллом Паргуса. Или другим драконом. А где можно равного по силе найти, если их в природе не существует? Значит опять хитрость? Тяжко вздыхаю.

И вот все это «великолепие» является моим мужем. На всю жизнь. Оно мне надо?! Это получается, что жить я должна с ним (или где он там меня поселит?). Спать я тоже должна с ним. А если мне кто понравится? Что тогда делать? Именно из-за него я не имела нормальной жизни. В то время как юные магички постигали все прелести жизни, я и прикоснуться не к кому не могла. И сейчас не могу, либо испытываю боль, либо убиваю несчастного собственными руками. Да он хоть знает что я сотворила с мальчиком который мне понравился в тринадцать лет?! Не хочу вспоминать. Но надо признать, я сама виновата.

Подводя итоги, понимаю что мне от него никуда не деться. Ни в этом Мире, ни в другом. А хочу ли я куда-то деваться? По крайней мере сопротивляюсь я не в серьез (уж себе-то я могу признаться), скорее из принципа и чувства противоречия. Если бы мне с ним было действительно невыносимо, я бы просто выпила яду своего приготовления. Умирать-то мне не страшно. Жива я потому, что мне нравиться чувствовать. После двух лет полного эмоционального безразличия, это действительно интересно. Но так ли уж мне нужно бежать?

Хм… я теперь ла Дара. По закону все, что принадлежит ему — принадлежит мне. Буду жить в окружении драконов, в неге, золоте, и рядом с Ксадаром. Да. Определенно нужно. Как представлю толпу похожих на Ксадара драконов, так тошно становится.

Но Ас ведь не такой. Ага, со мной, потому что повелителя своего боится. Но ведь Ксадар сделал меня своей ла Тао. Я равна ему. И драконы должны относиться ко мне так же. А как именно? О мой мозг, голова разболелась от усиленной работы.

Не хочу об этом думать. Он сказал, что еще не выполнил обещание данное мне. Какое? Нужно будет выяснить. А еще нужно узнать, что же все-таки случилось почти двенадцать лет назад. Что сделало меня такой? Точнее, что заставило меня умереть? Он сказал, что я сама отдала ему свою жизнь. Сама захотела умереть. Взамен чего? Что настолько важно для меня? Интересно, а если я вновь умру, на этот раз он сможет меня вернуть? Что-то лень мне проверять.

Лучше наметить план действий. Первым делом собрать всех действующих лиц в нужное время в нужном месте. По пути не мешало бы поговорить с одним блудливым ректором. Он многое знает. Знал же он про моего опекуна? Знал. А про то что я замужем? Вряд ли. Иначе бы не приставал ко мне. Хотя… это ведь только у ла Тао измена не возможна. У других драконьих пар это позволительно. Так не знал, или любитель острых ощущений. Скорее всего не знал. Иначе бы не прикоснулся к собственности ла Дуара. А вот про ла Дуара он точно знал. Иначе выгнали бы меня давно из Академии за неподобающее поведение и порчу имущества в больших количествах. Так нет же, мне еще и персональную программу разработали. Плюс и занимался мной лично. Ларик студентками лично занимается только в одном случае (в том самом ага), а тут все прилично было, почти. Значит, считал меня очередной игрушкой? Или все же знает больше, чем показывал?

— Ас, нам в столицу Ирдании.

Сейчас же я стояла на одной из узких улочек города, и вдыхала запахи людской жизнедеятельности.

— Куда теперь? — хмурится Ас.

Летели мы не долго. Только до материка. Асандер сказал, что в жизни так не унижался. На что я заявила, что катание своей ла Дара это честь, а будет ворчать вменю в обязанность. Он умолк, но слезть с него все же пришлось. Дальше мы путешествовали телепортом. Переносил нас Ас. Мой же резерв не мог позволить мне еще один перенос. Удивляюсь, что второй в жизни переход дался мне гораздо проще. Ну да, на этот раз я не умирала. Переместились мы до того самого места, где мы освободили его наемников. Дальше он переместиться не мог, так как не бывал в столице.

— А как же тогда Ксадар перемещается туда где никогда не был? — удивилась я тихо.

— Ла Дуар способен проникать в наши мысли. То что знаем мы, знает он, — был мне ответ.

Бедненькие, никакого уединения с этой ментальной магией.

Остальной путь мы пешим ходом. Я на Таше, Ас на лошади. Откуда лошадь? Так Таш пообщался с Лешим, напомнил что когда-то я спасла его лес. Дух расщедрился, и выделил из своих закромов лошадку. Мяд… чего только не водится в местных лесах. Даже лошади без седоков.

И вот мы на месте. Прошло каких-то два дня. Путешествовать на драконах пусть не так приятно, зато быстро, а их телепорты вообще мечта. Ворота пройти нам не составило труда. Пришлось Ташу вновь принять облик лошади. Я терпеть не могла передвигаться по городу верхом. Поэтому спешилась, и дракона заставила.

— Куда теперь? — интересуется Ас.

О да, теперь он интересуется. А точнее участвует во всех моих компаниях без опаски. И все потому, что я принесла клятву, о том, что Асандер не умрет от рук Ксадара, или по любой другой инициативе своего ла Дуара (заказные убийства еще никто не отменял). Если же малейший вред будет причинен моим неяссе Асу, то это отразится на мне предсмертной агонией. Правда я оставила за собой право на защиту. То есть если посчитаю его угрозой, то вполне могу его прикончить. Бред, конечно, не мне тягаться с драконом.

— Для начала, стоит навестить старых друзей, — решила я, и поправила капюшон. Плащи мы приобрели, как только оказались на материке. Ас расщедрился. У меня тоже кое-какие деньги в карманах припрятаны, но не стоит говорит об этом дракону, мне их самой мало. И вообще они еще от морской соли не отошли. Золото, оно любит ласку, а не купание в воде.

В общем мы направились в сторону знакомой до боли таверны. Шли узкими переулками, грязными подворотнями, всеми теми путями, которые я так не любила гулять (что не мешало мне ходить по ним каждый день или ночь).

— Ну и вонь, — возмутился Ас.

— Не дыши, — пожала я плечами.

— Чувство юмора у тебя все тоже, — буркнул он.

Мы как раз брели сквозь очередную подворотню. Когда Таш насторожился.

Что такое? — удивилась я.

«Неподалеку. Всхлипы».

— Что случилось? — интересуется Ас, заметив, что мы с метаморфом остановились.

— Таш что-то слышит, — отозвалась я.

— Засада? — насторожился он.

Не отвечая, мой метаморф повел нас к звукам. Мы слегка по петляли, и в итоге вышли к куче мусора. Куча была не большой, состояла из старого тряпья кусков дерева и отходов. И куча дышала. Хм… и из нее торчали голые грязнее в ссадинах ступни.

— Оборванец, — презрительно бросил Ас. — Пошли отсюда.

Не слушая его, я полезла в эту кучу. Разгребла голыми руками мусор, обнаружила ребенка лет шести. Избитый до полусмерти, в ссадинах, синяках и грязи он дышал прерывисто и не глубоко. Ребра что ли сломаны? Ага. Ребра, рука, вывихнуто плечо, порезы по телу, ссадины на голове, внутренне кровотечение.

— Сана, — нетерпеливо позвал Ас. — На кой тебе это?

— Вы же драконы, любите детей, — как бы мальчишку привести в сознание?

— Своих. А не чужих выкормышей, тем более выброшенных родителями, — холодно ответил он.

А вот и сущность дракона о себе дает знать.

Мальчика я окончательно выкопала из мусора. Его одежда по сути таковой не была, являя собой грязные лохмотья. А худой-то какой. Но видимо почувствовав движение рядом с собой он все же открыл глаза. Какие же они у него красивые. Серые, как грозовое небо. А вот цвет волос рассмотреть не могу, настолько они грязны.

— Ты меня слышишь? — обратилась я к нему. — Кивни если да.

Он кивнул. Взгляд замутнен. Он с трудом меня понимал. Он даже не испугался. Даже не попытался уползти.

— Жить хочешь? — интересуюсь.

За что люблю людей, так это за их жажду жизни. В полубредовом состоянии, когда казалось бы уже нет причин бороться, они все равно продолжают свою войну. Он кивнул. Молодец. Хороший мальчик. На самом деле ему хотелось, что бы все это по скорее закончилось.

— Ас, помоги мне, — повернула я голову в сторону дракона.

— Ну уж нет. Он же грязный, — слышу его голос.

— Либо ты делаешь это, либо я пускаю тебя на опыты, — оборачиваюсь я.

Асандер мгновенно изменился в лице. Быстро подошел, и взял ребенка на руки, правда держал его слега вытянув перед собой. И лицо скорчил такое, что молоко было готово скиснуть. Мальчишка отключился.

— Зачем он тебе?

— Не знаю. Может на опыты пущу, — пошутила я.

— Милосерднее будет убить его, — буркнул Ас.

И вновь я стучу в деревянную дверь черного хода. И вновь ногой.

— Задница дракона на другом материке, а это приличная таверна, в которую входят через парадные двери! — слышу я крик.

— Ражек, открывай, — отзываюсь.

Не успела я занести ногу для нового удара, как дверь распахнулась чуть не снеся нас. В меня вперились два невероятно синих глаза. Пришлось стянуть с головы капюшон.

— Сана, детка! — кажется он обрадовался. Ведь когда пытаются задушить путем объятий, это же выражение радости? Будем надеяться.

— Отпусти, — пропыхтела я, выворачиваясь.

Мдя… я уже и забыла, каково это когда к тебе прикасаются (случаи с мужем не считаются). Пожалуй я скучала единственному человеку, прикосновения которого я могла терпеть.

— Мне нужен подвал, — посмотрела я на него.

И как делал это уже не раз, он двинулся вглубь своей таверны. Мы следовали неотрывно.

— Положи, — приказала я дракону.

Таш вертелся рядом, принюхиваясь и прислушиваясь.

— Ражек, мои травы еще у тебя? — улыбаюсь я.

— А как же, — он таки светится счастьем.

— И горячую воду. Два таза, — окидываю мальчишку взглядом. — И комнату для нара.

Ражек улыбаясь пошел выполнять указания.

— Что за человек? — Поинтересовался Ас.

— Владелец этого заведения, — ответила я, раздевая мальчика.

Таш улегся в углу рядом с одной из бочек. Он решил, что не стоит мне мешать работать, а ему как раз следовало бы поспать. Я же решила, что ему следовало бы поесть. Мы давненько нормально не ужинали. И не обедали, так же как и не завтракали.

Вернулся Ражек, принеся все необходимое.

— Спасибо, Ражек, — ласково улыбаюсь я. — Накорми пожалуйста моего друга.

И кажется только сейчас он замечает Таша. Ражек недовольно поджимает губы и хмурит брови. Но просьбу все же выполняет. Таш получает огромную чашку тушенных овощей.

«Он издевается?»

Похоже. Хороший мой, тебе бы выйти отсюда, мне с пациентом надо наедине побыть.

Таш встал и поплелся прочь из подвала.

— Ражек, отведи его в комнаты драконов. Таша никто не увидит, — пообещала я.

И наконец меня все покинули.

Смотрю на хрупкое тельце на столе. Лечить его Целительской магией я не собиралась. Разве что совсем чуть-чуть, дабы стабилизировать его состояние. Я даже боли не успела почувствовать. И тут же принялась за его мытье. Прежде чем лечить нормально, надо хотя бы от толстого слоя грязи освободить. Оказывается волосы у него светлые. Словно лен. И мягкие. На теле полно застарелых шрамов. От них будет легко избавиться при помощи моей специальной мази. Всего-то неделя другая натираний.

Одевать его в старые лохмотья, я не стала, вместо этого укутала в свой плащ, который догадалась снять только сейчас. Когда закончила, поняла насколько я устала. Решила, что если прилягу рядом, то ничего страшного не случится.

Проснулась я от ощущения настойчивого взгляда. Пришлось поднимать тяжелые веки. На меня в упор смотрел осмысленный взгляд серых глаз. Глаза в глаза. Без старха.

— Ты смерть? — задал он вопрос. И голос такой спокойный.

— Ты хочешь что бы я ею была? — ну уж нет. Не в этот раз.

— Нет, — он даже головой не качнул. Но глазки испуганно расширились.

— Я не смерть.

— А кто?

— Та что подарила тебе вторую жизнь.

— Так не бывает.

— Бывает. Веришь?

— Меня зовут…

— Алак. Тебя зовут Алак.

— Нет же…

— Я же сказала, что подарила тебе жизнь. Абсолютно новую. Прежний ты умер в мусорной куче. Сегодня твой день рождения. Тебя зовут Алак. И у тебя есть семья. Запомнил?

— Меня зовут Алак. У меня правда есть семья? — смотрит на меня своими большими серьезными глазами. И вроде верит, да вот только как-то отчаянно. Будто спит, и боится проснуться.

— Правда.

— А те… другие, они меня не заберут? — ну нет, ребенок с такой жаждой жизни страдать не должен. Мне принципы не позволят его обмануть.

— Нет.

— Как тебя зовут? — глазки у него сонные, часто моргают.

— Санашая.

— Красиво. Ты теперь моя новая семья?

— Не совсем. Твоя мама еще не пришла. Но скоро будет. Обязательно.

— Сана, — открыл дверь Ражек.

А вот и дедушка.

— Ты как раз вовремя. Помоги. Есть еще один свободный номер? Я оплачу.

— Обижаешь. Номер найдется.

— Помоги перенести Алака.

Мальчика мы перенесли в комнату на верхних этажах. После чего отправился за Ирмой. Я напоила его зельем и он быстро уснул. На самом деле сознание его было затуманено с самого начала (моя работа).

— Почему ты не вылечила его полностью, тебе же это под силу? — слышу я голос Аса.

Вот зараза, и когда он успел здесь появиться?

— Этот ребенок нуждается не только в физическом исцелении. Ничто так не лечит душу, как ласка и забота, — пожимаю я плечами.

— Сначала я думал, что милосерднее бы было оставить его там умирать, нежели отдавать в твои руки, — начал дракон.

— Я по-твоему монстр? Умертвие отмороженное? — обидеться что ли?

— Зачем он тебе? Неужели и в правду собралась заботиться о мальчишке? — удивляется Ас. — Или же ты окончательно свихнулась?

— Не груби своей ла Дара, — возмутилась я. На Аса подействовало. Он умолк и побледнел.

Правильно, а то совсем обнаглел.

Тут дверь вновь отворилась и в полумрак комнаты вошла Ирма.

— Сана, — ко мне подбежали и начали бесцеремонно лапать. Ну да ладно, все равно приятно.

— Здравствуй, Ирма. Здравствуй, Ражек, — поздоровалась я наконец-то.

Смотрю на Асандера. А ведь с ним мы тоже нормально друг друга не по приветствовали. Я была слегка на взводе, так что быстро перешла к делу, как только его увидела. Мдя… не хорошо.

— Ас, тебя я кстати тоже рада видеть, — на меня взглянули как на полоумную.

А потом меня повели кормить. И не только меня. Аса тоже. Таш в это время нагло дрых в отведенной дракону комнате.

— Что теперь? — интересуется Ас, после того как Ирма и Ражек ушли в главный зал таверны. Мы же сидели в комнате, которую они выделили специально для меня.

— Теперь будем ждать, — отваливаюсь от стола как сытый упырь.

— Чего, — заинтересовался Ас.

— Гостей, — пожимаю плечами. — Например Ларика. Он на Таверну Ражека столько «звонков» навешал, что уже как полчаса знает о моем присутствии.

— Кто еще? — продолжает спрашивать он.

— О, все те же лица. Ты знаешь почти всех, — ухмыльнулась я.

— И когда же они заявятся?

— Надеюсь, что скоро. Похоже мы их обогнали. Иначе бы они уже давно явились в эту таверну, — значит либо драконша отказалась катать их на себе, либо она вообще их бросила.

— Ас, я спросит хотела, — начала я неуверенно.

— Что?

— А у ваших пар, клеймо стандартное идет, или у каждого рода свое? — опять его передернуло при моих словах. Когда же он уже привыкнет?

— У каждого рода своя, — ответил.

Значит она их бросила. Мою татуировку Асклеа видела. И уж клеймо своего повелителя она не могла не узнать. Потому и сбежала так поспешно. Мдя… бедные мальчики. Надеюсь она их переместила по ближе к Ирдании. А то от Княжеств до нас добираться не меньше пары месяцев. Столько ждать я не могу.

— Ас, вот скажи мне, по идее, я замужем уже лет двенадцать, почему клеймо проявилось только после той ночи? — совсем забыла об этом в книге прочесть.

— Татуировка проявляется, после того как неяссе скрепляет брак, — смотрит он на меня в упор.

Думает смутить меня? Не дождется.

Так значит последний штрих так сказать. Ну Ксадар. Ну гад ползучий. Ну интриган старый. Хотя какой же он старый. Вполне в расцвете сил.

А ночью пришел он. Мой ректор.

— Сана, — а я ведь двери запирала.

Это его особый дар. Дверь любой девушки для него не помеха.

— Привел? — интересуюсь я.

— И я по тебе скучал, — входит он.

Слышу рык Таша. Он вечером перебрался ко мне.

Тише, это мой незабвенный ректор.

— Я смотрю и твои вкусы с каждым разом все экзотичнее. Теперь у тебя в игрушках метаморф, — и ректор вошел в мою комнату освещенную светом ночного светила.

— Пожалуй по тебе я не скучала, — задумалась я на секунду.

Лежать на кровати, и сонно тереть глаза я не стала. Оглядела ректора, встала и принялась одеваться. Ни капли смущения, он мне я еще инее такой видел. В конце концов большинство занятий он проводил со мной лично.

— Твоя записка меня удивила, — его красивые глаза были прищурены.

— Девушка жива? — интересуюсь первым делом.

— Жива. И даже почти не пострадала, — он подошел ко мне ближе.

— Воспитательная работа прошла успешно? — поинтересовалась я.

— Можешь сама убедиться.

— И где она? — задаю насущный вопрос.

— Ждет за дверью, — и он глубоко вдыхает мой запах.

— Мы с тобой еще успеем друг друга поприветствовать, сначала мне нужно поговорить с девушкой. Ты же ей ничего не сделал? — посмотрела я на него строго.

— Ничего такого, чего бы она сама не хотела, — сообщил мне ректор.

Мдя… как-то не уютно мне под его взглядом. Слишком голодный. Девушки в столице перевелись что ли?

Я вышла за дверь. Коридор был освещен лишь двумя светляками (да, Ражек мог себе это позволить). У стены стояла она. Бывшая игрушка моего неяссе.

— Здравствуй, Зира, — негромко проговорила я.

Она молча бухнулась на колени и уперлась в деревянное покрытие пола лбом. Ларик за этим наблюдает с насмешкой.

— А для меня на колени она вставать отказалась, — а вот по его пошлым шуточкам я соскучилась.

— Иди за мной, — приказала я.

Она встала на ноги, не поднимая головы. Я повела ее в комнату мальчика.

Мы склонились над кроватью, где спал ребенок.

— Его зовут Алак. Повтори.

— Алак, — послушно повторила она.

— Он теперь твой сын, — удовлетворенно киваю я.

— Он теперь мой… что? — голос ее дрогнул.

— Об этом ребенке ты будешь заботиться всю свою жизнь. Поняла? — смотрю на нее.

Она кивнула. Нет, так не пойдет.

— Зира, посмотри на меня, — подхожу к ней.

Она поднимает голову. И взгляд. Хм… а не плохо их Ксадар надрессировал.

— У тебя была семья? — вкрадчиво интересуюсь я.

— Да.

— А ты когда-нибудь мечтала о ребенке?

— Да, — ну что она заладила да, да, да, тьфу?!

— Прекрати. Я не Он, — возмутилась я.

— Сана, после того что мне рассказала эта малышка, я прям не знаю кто хуже, — вмешался Ларик.

— С тобой мы позже поговорим, — буркнула я. — Зира, в коллекции ты была намного живее.

Она молчит.

— Ты помнишь судьбу своих товарок? — подхожу к спящему мальчику. Она смотрит на меня не понимающе. — Ты же видела тело той человеческой девушки?

Зира побледнела, это было заметно даже в полутьме комнаты.

— Пожалуй ваша коллекция сломалась слишком легко, — взгрустнула я.

Ну не хотят жители этого Мира по хорошему.

— Нариль? — кажется она дрожит.

— Не бойся ты так, — возмутилась я. — Тебя не трону. Хочу предложить сделку.

— Какую? — насторожилась она.

Ага, значит не все потеряно.

— Тогда, я подарила тебе жизнь. Не смотря на твою попытку меня подставить. Подставу с запахами я еще не забыла. Сейчас же я хочу подарить тебе выбор. Семья и дом, или же убиваешь своими руками этого ребенка и уходишь на все четыре стороны.

— Все извращаешься? — хмыкнул Ларик.

— Ты же сам меня этому учил, — возмутилась я.

Действительно страшный выбор. Оборотень скорее руку себе откусит, нежели навредит ребенку. Любому ребенку. Особенно женская особь.

— Я… нет, — она попятилась.

— Я могу тебя заставить. Уважаемый нар Ректор мне в этом поможет.

— Зачем? — спрашивает она.

— Вообще-то я хотела так поступить еще тогда, когда приказала Норгалу тебя не трогать. Собиралась дать тебе новых родителей. Те что так легко отдали тебя драконам, не достойны именоваться таковыми. Так что, ты бы стала помогать паре владеющей этой таверной. Идеальное место для оборотня. Правда ребенок не входил в мой план. Но проходя мимо мусорной кучи, я встретила маленького мальчика, что умирал. Скорее всего его избил кто-то из родственников. Издевались над ним часто. Даже слишком. Но он на удивление силен. Я не смогла пойти против своих принципов и принесла его сюда. А поскольку я не могу им заниматься, решила что это за меня сделаешь ты. Я конечно могу его отпустить. Но думаю на следующий же день его вновь забьют на смерть.

Перевожу дух. Уж очень длинная речь у меня, аж не привычно.

— Почему? — всего один вопрос, и такое море непонимания в глазах.

— А у нее комплексы, — вмешался наконец Ларик. — С детства с головой не все в порядке. Она у нас лет с девяти появилась. Кукла. Ни желаний, ни эмоций, даже инстинкты и те по началу отсутствовали. Говорить не могла, прикосновений не терпела. Убивала настолько легко, что это даже пугало. И это в девять лет.

— Твоими стараниями я пришла в норму, — решила я закончить этот бессмысленный разговор.

— О да. Я сделал все намного хуже. Ребенок, у которого детства-то как такового и не было, теперь отрывается на всю катушку. Пытаешься играть в семью? Подсовываешь девчонке ребенка. Хотела бы быть на месте мальчика?

— Ну нет, — наклоняю голову на бок. — Это вряд ли. Просто решила, что Ирма и Ражек расстроятся, когда я исчезну.

— Я… я согласна, — вдруг подала голос Зира.

А я про нее забыла совсем.

— Не боишься, что сбежит? — проигнорировал ее Ларик.

— Тогда я натравлю на нее драконов.

— Ах да, совсем забыл, ты же теперь с этими тварями, — скривился он.

— Ага. Ты же растил меня специально для них. По специальной методике.

— Думаешь мне было приятно пытать тебя? — не очень убедительно разозлился он. Мы оба знаем, что да, ему это нравилось. — И покушения на тебя, были лишь частью тренировок.

— Тогда не стоит обвинять меня в излишней жестокости, — пожимаю плечами.

— Этому я тебя не учил. Это у тебя в крови.

— Санашая? — завозился мальчик.

— Веселая же жизнь у тебя была, — появился из неоткуда Ас.

Вот как они все это делают?!

— Дракон? — холодно окинул его взглядом ректор.

— Полукровка, — ответил Ас.

— Может пойдем выпьем? — предложила я.

— Конечно, — согласился ректор. — И Зира, можешь расслабиться. Дети — это единственное, что она не тронет. У нее на этот счет пунктик, считает, что они не должны умирать и жить в страданиях. Ради счастья одного такого ребенка, она способна вырезать все причины их страданий, в лице неосмотрительных взрослых.

— Теперь я спокоен, — закатил глаза Ас.

«Сана, Ражек идет к вам».

Здесь вообще есть хоть кто-нибудь, кто по ночам спит, а не бродит неприкаянно?!

Глава 10

Сидим, пьем. Ражек мне под это святое дело выделил отдельный зал для особо важных (а за частую и буйных) персон. Наши мрачные лица освещает неровный свет свечей. Пьем много, говорим мало. Кажется это вошло в привычку. Чувствую, сопьюсь я с ними. А как тут не спиться, когда одна новость хуже другой? Совсем я от жизни отстала в своих лесах.

И казалось бы, чего опять убиваюсь? А все из-за вынужденного отсутствия по семейным обстоятельствам. Точнее проблема как раз и заключается в наличии этих самых семейных обстоятельств. Но сейчас я в плохом настроении не из-за этого.

Пока я устраивала бесполезные разборки с неяссе, пока скрывалась от всех подряд в лесах, на мировой арене произошло два таких важных события. Нет, пожалуй даже три. И все не в мою пользу. Можно даже сказать все они против меня. Наверное стоит начать с самого интересного. В эльфийский Лес заявился Диль и потребовал общения с папашей-королем. Да вот не задача, папочка подорвался на артефакте иномирного происхождения буквально за час до назначенной аудиенции. А кто у нас способен путешествовать сквозь Миры и переносить интересные игрушки, не нарушая баланса Равновесия? Правильно, его Хранители. Это и было вменено им в претензию. В прошлом году эльфы явно скромнее были.

Так вот, казалось бы, король умер, да здравствует король! Ан нет, счастье не длится долго. Диля бросили в темницу до выяснения обстоятельств. Просто так его казнить не посмеют, как ни как наследник. Повесят в камере на тетиве от родного лука, доказывай потом, что все оружие во время задержания изымается. А младший принц, так не осмотрительно спасенный мною, бесследно пропал. Да так, что его ищут поактивней чем меня в свое время. Ну а пока Великим Лесом правит королева. Она же бывшая Духовная Мать, она же прожженная стерва, она же причина многих проблем. И как тут не спиться, я спрашиваю?!

И все стараются оградить меня от лишней информации. Оказывается у моего благоверного проблемы. Хотя на мой взгляд с драконами свяжутся только психи (коими несомненно являются эльфы). И если эльфы заведомо слабее Высших, то по численности у них преимущество. А если будет война, причем именно Война с большой буквы, в которой драконы будут действовать серьезно, то вполне может быть, что наш Мир такого не переживет. Но самое противное, что драконы и эльфы потерю очередного мирка вполне переживут. Что им разрушенный Мир? Хранители легко найдут новый, а эльфы отправятся следом. Как они это проделают, никто не знает, но в таковой возможности никто не сомневается.

Я и сама была бы не против столкнуть лбами столь мощных противников, но исключительно в своих интересах и только для пользы дела. Мне всего лишь и нужно было, что переключить их внимание друг на друга. Ну поскандалили бы они пару раз. Попытались бы урвать друг у друга сферы влияния. Интриги бы ужесточились. Но ни каких военных маневров мирового масштаба мне и в голову бы не пришло устраивать! Тем более в свете вновь открывшихся обстоятельств. Меня же боевые действия в первую очередь коснуться. Если Ксадар додумается афишировать наш брак. Пока же обо мне как о его ла Тао знает минимум народа.

Почему я так уверена в возможности войны? Так потому, что эта дурная женщина, что сейчас сидит на эльфийском троне активно обвиняет Высших в смерти дорогого и любимого супруга! Она хоть понимает, что в открытую здесь переть нельзя? Ей жизни своих подданных совсем не жаль? Убить ее что ли, для общей безопасности? Да кто ж мне даст? Кто я и кто она!

Я — ла Дара Хранителей Равновесия. Вот только много мне от этого пользы? Она ведь тоже не последняя дрянь государства. Думай теперь, где друзей прятать? А ведь Ражек в случае войны опять на службу пойдет. Ирдания в стороне не останется, интересно только на чьей стороне воевать будем?

— О чем думаешь? — задает мне вопрос ректор. Он как раз и сообщил нам последние новости.

— О том, где переждать бурю, — отвечаю честно.

— Не думаю, что война будет, — неуверенно начал Асандер. — Они не посмеют.

— Посмеют, — флегматично заявила я. — Тот кто к власти стремится, рано или поздно к ней придет. Ибо любое действие и стремление имеет свойство доводиться до логического конца. А все что творилось в последнее время на этой бренной земле, имело только одну цель. Война. Полномасштабная и мировая.

— Не вижу смысла. Для чего? А самое главное кому это надо? — качнул золотыми локонами Ас.

— Мы люди маленькие, нам таких подробностей знать не положено, — буркнула я.

— Вчера днем объявили мобилизацию войск, — между делом заметил Ражек.

Вовремя же я прибыла.

— Ражек, у меня к тебе просьба, — я смотрю на человека. Он понимает, что я сейчас серьезна, как ни когда. — Зира. Позаботься о ней и мальчике.

Я шла в выделенную мне комнату. Общий сбор не был таким уж радостным, как предполагалось изначально. А просто пить мне никогда не нравилось. Единственная причина, по которой я не послала всех к драконам, это моя беседа с Ражеком и необходимость в новостях. И то радость от встречи испортила грызня Ражека с ректором. Эти двое терпеть друг друга не могли. Знать бы еще почему.

Ларик называл Ражека человечишкой. Ражек же ректора величал ушастым извращенцем. И тот и другой настоятельно советовали мне сменить круг общения, имея в виду друг друга. Сегодня же они старались быть сдержаннее, все таки первая наша встреча за последние пол года. Но все равно расслабиться не получилось.

— Куда собралась? — услышала я голос ректора за спиной. Вспомни эльфа, он и всплывет.

Что за дурная привычка зажимать девушек в темных коридорах? И ведь которую сотню лет уже не мальчик.

— Спать, — зевнула я, замедлив движение.

— Я не о том, — за что не люблю эльфов, так это за их отсутствие манер. — Для моей воспитанницы, ты до странного трепетно относишься к этим людям. И если привела к ним кого-то, значит, сама больше не собираешься возвращаться. Девчонка оборотень — идеальная охрана. Парнишка как якорь для нее. И естественно — человеческие старики привяжутся к этой парочке. Почти семья.

Разворачиваюсь к Ларику и наклоняю голову на бок. О да, он бывает очень ядовит. И почему-то только со мной.

— Ты же все знаешь и так, зачем бессмысленные вопросы? — улыбаюсь.

Просто стоять в темном коридоре ему надоело, меня схватили ха руку и втащили в комнату. И чего так нервничать? А когда Ларик нервничает, я получаю очередной перелом или синяк. Если встречу нежного, воспитанного, заботливого эльфа, я… да я ему золота из личного запаса выделю на пожизненное содержание. Хотя нет, на пожизненное жирно будет, хватит с него и сотни монет.

Так вот, затащил меня ректор в темную комнату, привычным движением бросил на кровать. Все меня бросают, все меня обижают. А потом сами же обвиняют невесть в чем.

— Никуда ты не уйдешь, пока я тебе не разрешу, — хмыкнул он.

— Нар ректор, смею напомнить вам, что я не ваша собственность, — улыбаюсь я. — У меня уже есть хозяин. Вы конечно были замечательным дрессировщиком, но к счастью все плохое когда-нибудь заканчивается.

И начинается ужасное. Но не будем о превратностях жизни. Сейчас мне доставляло огромное удовольствие наблюдать за сменой настроения у Ларика. От простой злости до священной ярости.

— Значит, уже встречалась с ним, — неожиданно спокойно произнес он, подходя ко мне ближе. — Мог бы и догадаться, в конце концов, ты прибыла с драконом. Ну и как тебе твой владелец?

Теперь уже он улыбался.

— Весьма…, - на мгновение я замялась, что не ускользнуло от взора ректора. — Непостижим.

Не стала я распинаться перед Лариком по поводу недовольства собственным неяссе. Нечего ему о наших семейных проблемах знать. Стоп. Я только что подумала о семейных проблемах? О семье? Я и Ксадар семья?

Ну что за мысли странные в моей и без того больной голове бродят?

— Значит, и о том кто он знаешь? — опять хмыкнул Ларик.

— Ага, — киваю головой.

— А о том, что он свои игрушки рано или поздно выбрасывает? — и опять его коронная гаденькая улыбочка.

Это что получается, зря я тогда коллекцию разорила? Что-то внутри меня яростным рыком противилось этой мысли. Не зря. Они виноваты. Они напали первыми. Они считали своим то, что принадлежит только мне. Что на пример? Моего неяссе! А с чего это меня вдруг так задевает? Я же его ненавижу. Или нет? Я определенно не довольна нынешним положением дел. Но он все равно мой!

Почему я возмущаюсь так, будто он дорог мне в той же степени, что и мое любимое золото? Почему я вообще о нем думаю, в то время как должна беспокоиться о себе?!

— Ректор, — воскликнула взволнованно.

— Что? — он явно был сбит с толку.

Ну да, я его понимаю. Стоит девица, эмоции на лице так и мелькают, взгляд лихорадочно мечется, и губами шевелит.

— Я, кажется, схожу с ума, — шепчу жалобно.

— Санашая! — рычит он.

«Сана, я долго терпел, но еще чуть-чуть и покусаю» — слышу предупреждение Таша в голове.

И где ты прячешься? Уточняю только ради приличия.

«В тени. Я всегда в тени за твоей спиной».

Говорил мне так один упырь, — вздыхаю грустно.

— Уходи, — холодно бросаю ректору.

— Упырева ведьма! Драконова дочь! Одиннадцать лет! Одиннадцать! — и меня опять схватили за руки. На этот раз меня швырнули о стену.

Хорошо, что Ларик догадался накрыть комнату пологом тишины, а то перебудили бы всех постояльцев.

— Ректор, возьмите себя в руки. Прекратите буянить, — прошу примирительно.

Ага, так меня и послушали. Опять лапать начал. Ничему его жизнь и прошедшие одиннадцать лет не учат.

Он смотрел мне в глаза. Его взгляд лихорадочно мерцал во тьме ночи. Ноздри хищно раздувались. А руки шарили по телу. И ведь я прекрасно понимаю причины такого его поведения. Здесь великими чувствами и не пахло. Исключительно извращенное желание.

Тем временем моя ярость уже поднимала свою голову. А я как всегда ей сопротивлялась. Нельзя отпускать ее наружу. Багрово-золотая ярость внутри меня — смерть для всех, кто рядом.

— Ты права на меня не имеешь, — радостно скалюсь.

— Я подожду. Терпеливый. Рано или поздно он и тебя выбросит, — пообещал ректор.

Так он что, не знает что мы пара? То есть он считает меня обычной игрушкой. И только я открыла рот, что бы порадовать Ларика новостью о своем замужестве, как плечо обожгло болью. По стеночке я сползла на пол. Кожу покрыла холодная испарина. А кто это такой сердитый не нашел свою жену в замке? Кто это сейчас пытается выследить ее местоположение? Ути какие мы порывистые.

И откуда только силы на сарказм взялись?

«Сана, что-то странное. Твой разум. Наша связь. Кто-то чужой».

«Где ты?!» — очередной лишний голос в голове. Не голос даже, а рев. Мне послышалось отчаяние в нем? Определенно послышалось.

Не знала что он так может. Хотя чему я удивляюсь — он может все.

«Мешает» — рык метаморфа.

Таш, не вмешивайся.

Поднимаю беспомощный взгляд на ректора. Ларик смотрел на меня во все глаза.

— Укрой меня, — хрипло прошу.

В его взгляде мелькнула искра догадки. Он тонкими холеными пальцами коснулся моего взмокшего лба. А дальше я погрузилась в спасительную тьму. Ну это я думала, что она спасительная. У тьмы же было свое мнение на этот счет.

— И тогда Духи воззвали к Равновесию, — вещал мягкий голос за моей спиной. — И ответило оно им речью зверей, голосом рек, дыханием гор, и ликом Хранителей.

Теплое дыхание коснулось моей макушки.

— И что оно сказало Духам? — в нетерпении пытаюсь повернуть голову в сторону нежного голоса.

Я чувствую ласку рук на своих волосах. Мягкость щетки, так заботливо расчесывающей мои кровавые локоны.

— Не вертись, — смеется голос, не давая мне обернуться полностью. — Равновесие открыло Духам свою суть.

Я не решаюсь ослушаться, и продолжаю смотреть на огонь в камине. Мне тепло, уютно, и так щекотно сидеть на меху шкуры, что заменяет половик в спальне матери. Эту шкуру принес отец, сказав, что его любовь не должна ходить босиком по деревянным настилам. Он сказал, что украсил бы ее путь лепестками самых прекрасных цветов, если бы она позволила. Смешной папа, ведь лепестки цветов очень быстро вянут.

— Мама, как же это Равновесию? — опять спрашиваю я, нежась в своем маленьком счастье.

Сегодня мама рассказывает мне сказку. Я люблю ее сказки, люблю ее загадочный голос, от этого ее истории становятся еще интереснее. Правда она называет их Хрониками Миров. И что это такое?

— И молвило оно… Вот упырь чешуйчатый! — охнула она. Понимаю, что в сказке таких слов быть не может. Так она называла только папу и только когда кричала на него.

— Мама? — я свободно вывернулась из ее рук, и взглянула в побледневшее лицо. — Мамочка!

Почему ее глаза так неестественно распахнуты? Почему она замерла? Мне страшно.

— Мама, — дотронулась я до ее холодной руки.

Женщина с глазами цвета ночи, и волосами цвета крови шумно выдохнула. Бездумным взглядом она посмотрела на меня.

— Санашая, — больно схватила она меня за плечи. — Беги, дочь. Беги. Найди няньку и спрячься.

— Мамочка? — мой голос предательски дрожал. Теперь мне по-настоящему страшно.

— Запомни, мое дитя — любыми способами избегай встречи с этой белобрысой дрянью. Не попадись эльфийской подстилке. Слышишь?! Коронованная тварь не должна найти тебя!

— Мама, — я вцепилась в ее руки, но меня оттолкнули прочь. Я больно ударилась локтем.

— Найди его. Найди того кому обещана. Он защитит.

Я просыпаюсь от собственного беззвучного крика. Пот градом катится по спине. Все тело напряжено. А располагаюсь я на вполне удобной кровати.

— Он успел? — хрипло интересуюсь самым главным.

— Он не смог определить точные координаты.

— Плохо, — грустно вздыхаю. Ему и неточных достаточно, что бы понять, где я.

— Что же ты наделала, — слышу я усталый голос.

Только сейчас замечаю серость пространства. Рассвет.

Отстраненно смотрю на ректора. Он сидит, на голом полу, опершись о серую стену, голова чуть откинута назад. Я не вижу его глаз, они закрыты.

По коже забегали противные мурашки. Когда меня успели раздет. Плечо с брачным клеймом оголено. Он сам все узнал. Жаль я не видела его лица в тот момент.

— Скажи, зачем? — теперь он смотрит на меня. Его прекрасные эльфийские очи ничего не выражали. — Зачем ты согласилась на брачный обряд?

— Ошибки молодости, — вяло отмахнулась я.

— Чем он тебя подкупил? — что-то странное мелькнуло в глазах Ларика.

Теперь он внимательно прислушивался к моим словам.

— Самой бы знать, — сокрушаюсь я. — Меня как-то не спрашивали, хочу ли я быть его неиссе.

И опять я вижу боль на его лице. Да что такое? Последние пять лет, Ларик вел себя странно, а сейчас вообще не объяснимо.

— И когда только успел? — по-моему, это был риторический вопрос.

— В раннем детстве, — зло отвечаю я. — Думаешь, он бы отправил к тебе на обучение простую игрушку?

Я устала сидеть, и со вздохом блаженства опрокинулась на спину.

— Неужели все было зря? — опять он сам с собой разговаривает? А говорил, что я больная.

— Ларакинавель, — впервые я называю его просто по имени. — Прошу, помоги мне. Расскажи. Просто расскажи правду.

— А смысл в этом теперь? — обреченно спрашивает он.

— А по-твоему нормально, что я как дитя слепое тычусь во все неприятности собственным носом?! — от злости я буквально слетаю с кровати. Тяжелым взглядом упираюсь в него. — Все, все вокруг знают моих родителей. И только я не знаю, почему они погибли. Ты, — ткнула в него пальцем. — Ты самолично учил меня чувствам. Возвращал к нормальной жизни. Тебя никогда не интересовало, каким-таким образом маленькая девочка умудрилась вернуться с пути Равновесия? Почему ее опекает ла Дуар драконов? И в конце концов, что случилось двенадцать лет назад на границе?! Или может ты и без того знаешь ответы на эти вопросы?

— Тебя ко мне привел он. Сам ла Дуар драконов! — начал рассказ невыразительным голосом Ларик. — И кого? Полностью седую девчонку. Куклу не различающую добро и зло, можно и нельзя, хорошо и плохо. Мерзость. Как живой труп. У зомби хоть инстинкты есть.

Я должен ему. Именно благодаря его поддержке я смог избавиться от влияния Рода, стал свободным и открыть эту Академию. Естественно я не отказал ему. Свое участие он объяснил тем, что ты та самая пропавшая без вести дочь Тесара и Исины. Когда он показал слишком пристальную опеку над ребенком погибшего подданного, я окончательно убедился в его заинтересованности тобой. Они ведь любят экзотику, а ты вообще единственная в своем роде. Редкость среди редкостей. Полукровка, да еще и седая. Я думал он рассчитывает сделать тебя очередной игрушкой. Но с каждым годом я привязывался к тебе все больше. Помнишь как нам было весело в карцере? До сих пор туда прихожу, вспоминаю наши тренировки. Это ведь его идея была. Он сказал, что ты должна иметь универсальную защиту. Я должен был понять еще тогда.

Я слушала затаив дыхание. Даже комментировать не хотелось.

— Когда тебя нашли в том злосчастном переулке, я готов был самолично тебя прикончить. Умудрилась же привлечь внимание. Одним из условий твоего здесь обучения, было инкогнито. О тебе не должны были забыть. И я успешно выполнял этот пункт, отсылая за пределы столицы как только он того требовал. Но кто ж знал, что ты попрешься туда? Пришлось срочно продумывать план по твоему побегу. Еще и с драконом связаться нужно было успеть. Кинжал — твой подарок на очередной праздник. Пришлось отдать истребителям. Он был уверен, что ты обратишь на артефакт внимание. Заказ им сделал тоже я, по приказу твоего мужа, — последовал нервный смешок. — Не думал я, что ты додумаешься подписать с ними контракт. Я учил тебя другому.

— Красиво поешь, — сидеть мне надоело, и я улеглась на голые доски пола. Грязи не боялась, Ларик своими штанами уже всю пыль протер. — В письме, что я тебе отправила, я просила помощи. Просила узнать все что можешь. Знаешь почему? В тот злополучный вечер, я учуяла магию. Очень знакомую магию. Пусть она и была человеческой, но примеси мне распознать удалось. Рамшек. Как это недоразумение могло быть замешано в этой истории? Не расскажешь мне, откуда у эльфа оказался кристалл с домашней работой по материальным искусствам? Просто и со вкусом. Для чего тебе убийство наследника?

И тогда Ларакинавель рассмеялся. Смех маньяка. Потрясающе. Может ему настоечку от нервов предложить?

— Прокололся, — он улыбался, глядя на меня. — Ко мне обратились с невероятно заманчивым предложением. Я соблазнился. Мне нужно было выполнить лишь маленькую просьбу. Всего-то и надо было, что посодействовать в убийстве младшего наследника, при помощи человеческой магии. Даже если бы и вычислили владельца заклинаний, я оставался чист. Не могу же я уследить за каждым студентом. Тем более его отец посол. Идеальный вариант. Замечательное подспорье для конфликта.

Переворачиваюсь на живот и положив подбородок на согнутые локти с интересом слушаю. Нет, мне действительно интересно.

Забавная ситуация. Уважаемый ректор Академии, эльф на половину скромно восседает на полу, а рядом с ним спокойно лежит его студентка. При этом ученый муж изливает ей душу и кается в грехах. Сия картина явно достойна пера.

Злюсь ли я на ректора? Как ни странно нет. Я не испытываю негативных эмоций слушая его рассказ. Осознаю каждое его слово, вижу каждую его злую улыбку, слышу обиду в голосе, но не могу разозлиться на него. Он не виноват в том, что я пошла на запах крови.

— А какие были отношения между Иссиной и Великой Матерью? — не удержалась я от вопроса.

Перед глазами до сих пор стояло лицо женщины с портрета в моей столовой. И ее слова о коронованной эльфийке. Если учесть, что таковыми можно назвать максимум двух женщин, и при этом вспомнить, что первая умерла за долго до моего рождения, то можно сделать вполне логический вывод.

— Ливенлеривель ненавидела Иссину. Эта эльфийка любила твоего отца. Слышала бы ты скандал, который она закатила, когда Тесар объявил твою мать своей парой, — мне кажется, или Ларик медленно, но верно наклоняется ко мне все ближе?

— Что тебе предложили? — спрашиваю равнодушно.

— Право Рода (штука такая приятная, полная свобода действий на территории Леса, без последствий). И опять же убежище. Сокрытие даже от драконов. Меня и моей семьи.

— У тебя нет семьи, — механически поправляю его.

— Моя избранница была бы мне семьей, — и снова боль в глазах.

И тут в дверь постучали. Настойчиво так, я бы сказала истерично. Никакого чувства такта у народа. Еще даже до конца не рассвело. А если бы я спала?

Пришлось подниматься на ноги и открывать дверь.

— Нариль, прошу, помогите! — лицо девушки было белело в предрассветных сумерках. И что ее так напугало? — Нариль, умоляю. У мальчика. У Алака жар. Он мечется в бреду. Молю, вылечите его.

И она опять бухнулась на колени передо мной. Бросаю взгляд на ректора. Он явно погружен мысленно в себя.

— Пойдем, — бросила я склонившейся девушке.

Откопав запасы Ражека, что я делала еще в прошлом году, необходимые склянки с зельями, я отправилась в комнату Алака. Мальчику стало хуже. Он весь горел. Организм пытался сам справиться с повреждениями.

— Вот это, — повернулась я к Зире, будешь давать ему пить каждых три часа. Вот это втирать на ночь. Этим надо обрабатывать раны не меньше раза в день. Запомнила?

— Да, — кивнула Зира.

— Замечательно. Тогда приступай, — сказала я, выходя из комнаты.

Сама же направилась в главный зал, который сегодня был закрыт по случаю.

Таш, — позвала я мысленно.

«Я здесь» — у моих ног вдруг появился огромный черный кот с невероятно огромными клыками.

Я опустилась на пол рядом с метаморфом и обняла его за шею. В который раз за эту ночь протираю собой полы. Все равно. Мне сейчас все равно. Мне просто нужно было подумать.

Я не сомневалась, что Ксадар найдет меня. Вопрос только когда? Успеют ли ребята появиться раньше?

Что-то не хотелось мне думать. Почему-то мне было плохо. Боли не было. Просто тоска снедала сердце. Не похоже на меня.

«Сана» — рыкнул настороженно Таш.

Поднимаю голову. Ребята не успели. Неужели все нарпасно?

Пришел. Как всегда с каменным выражением лица. Холодные золотые глаза.

Будут бить? Он материализовался бесшумно посреди зала с первыми лучами рассвета. Решительным шагом направился ко мне.

Таш, иди пока поохоться.

«Но, Сана» — попытался было возразить метаморф.

Уходи! — послала я импульс своего желания. Я не хочу, что бы ты пострадал.

Но в последнее время меня никто не слушает. Вот и Таш остался на месте, скаля зубы на приближающегося дракона. Меня точно будут бить.

Слишком быстро он оказался подле меня. Я закрыла глаза в ожидании заслуженной кары. Он ведь не простит мне очередного побега. Точно не простит.

Но вместо боли я почувствовала тепло. Он что, обнял меня?! Просто обнял, без криков и наших обычных развлечений?!

И совсем меня добило то, что он начал меня гладить по голове. Словно пытался успокоить. Молча сжимал меня в объятиях. И дышал. Шумно, глубоко вдыхал мой запах.

— В следующий раз, оставляй записку, — как-то устало попросил он.

ОН ПОПРОСИЛ. Конец света уже близок?

— Что ты здесь делаешь? — задала я самый дурацкий вопрос из всех.

Он мягко отстранил меня от себя и вгляделся в мое лицо, иронично выгнув бровь при этом.

Да поняла-поняла я, что глупость сморозила. Зайдем с другого бока.

— Ты не будешь меня наказывать? — и внимательно слежу за его реакцией.

— Тебя? Нет. Все равно бесполезно, — тяжко вздохнул он.

Он ласково провел пальцем вдоль моей щеки.

Это действительно Ксадар? Верните мне моего неяссе! Кто ты, завладевший его телом?

«Это точно ла Дуар» — вмешался в лихорадочный поток моих мыслей Таш.

— Тогда не смею задерживать царственную особу, — ядовито улыбаюсь.

— Я сам виноват в том, что ты выросла такой эгоисткой, — посмотрел на меня задумчиво.

— А может поговорим о твоем эгоизме? Например о том, что тот кто называет себя моей парой, абсолютно забыл сообщить одну мааальенкую, но невероятно важную деталь, — вспоминаю, что на самом деле я зла на его. — Попытаешься опять запереть меня в четырех стенах, взорву все к упырям. Я тебе не игрушка и не твоя подданная!

Пытаюсь вывернуться из его захвата.

— Успокойся. На этот раз, я не собираюсь ограничивать твою свободу передвижения, — ровно произнес он. — Нам надо поговорить.

— А сделать это раньше ты не догадался?! — злость изгоняет из моего сердца непонятную тоску.

— Ты была не готова. И сейчас не готова к подобному разговору. Но ты же упорно стремишься причинить себе боль. Хотела разговора? Как твоя пара, я исполню твое желание. Но для начала, покажу тебе кое-что. Где тут можно уединиться? — ухмыляется он.

Не замечала раньше за ним склонности к пошлости. К извращениям постоянно, но не к пошлятине.

Стоп. Он действительно собирается говорить? Да. В ином случае просто утащил бы меня в укромное местечко и… в общем как обычно. Но сегодня он до странного терпелив. Он не подавляет.

— Потрясающая картина с утра по раньше, — слышу злой голос. — Прямо семейная идиллия.

Оборачиваюсь и вижу потемневшее лицо Ларика.

— Так вот, кто пытался укрыть тебя, — посмотрел на меня неяссе.

Выпустив меня из своих объятий, Ксадар мгновенно метнулся к Ректору. К чести Ларика стоит заметить, что он сопротивлялся целую минуту. Кроме смазанных теней я не успела ничего разглядеть.

— Это, за то, что пытался скрыть ее от меня, — раздался хруст ломающихся костей.

— А это, за то, что прикасался к ней, — еще один неприятный звук.

Все стихло так же мгновенно, как и началось. Дракон уже нормальным шагом направился ко мне. На другом конце комнаты стояла пошатываясь бледный ректор. Обе его руки были изуродованы открытыми переломами.

Вот теперь я узнаю своего неяссе.

Регенерация конечно сделает свое дело, и руки Ларика заживут. Через три недели. При этом будут невыносимо болеть в процессе.

— Если я не захочу уединяться с тобой, ты поступишь со мной так же? — задаю насущный вопрос.

Ксадар сощурил свои золотые глаза.

— Разве я когда-нибудь калечил тебя?

И что сказать на это? Нет, не калечил, только мучил. Так меня многие считают за должное помучить. Мдя…

И я таки пошла за ним. Что же такого он хочет мне показать?

«Я с тобой» — поднялся на лапы Таш.

Нет. Как ни странно, я уверена, что сегодня он не причинит мне вреда. Никакого. Не знаю откуда, но просто уверена. Иди лучше поохоться.

Глава 11

И как всегда, народ выбирает самое неподходящее время что бы проснуться. Вот и сейчас все домочадцы Ражека высыпали в общий зал, где мы с Ксадаром и ректором составляли собой драматичную картину.

— Сана? — непонимающе смотрит Ражек на меня.

— Знакомьтесь, э…, - а как его представить-то?

Муж? Меня аж передернуло от этой мысли. Так и вижу допрос Ирмы на тему «Когда ж ты успела, девочка? Почему на свадьбу не позвала?». Мне мои нервы пока еще самой пригодятся, не стоит ими разбрасываться.

Ла Дуар? Осматриваю пожилую пару. Нет. Их нервы тоже стоит поберечь.

Дракон? Думаю нервы местного короля тоже народу пока еще дороги. Да что ж такое, вот и думай, что лучше правда или лож!

— Он мой опекун! — выпалила я.

Краем глаза отмечаю внимательный взгляд неяссе направленные на меня. Спускающегося по лестнице Аса. Бедняга чуть не убился на ней, когда увидел своего повелителя. Надеюсь, он не додумается до побега. А если и додумается, он догадается прихватить и меня?

— Опекун? Тот самый? — Ражек окинул нашу компанию внимательным взглядом.

Тут он посмотрел на Ларика. Прищурился заметив его сломанные руки. Выглядели они надо признать удручающе. Торчащие наружу кости еще никому не поднимали с утра настроение.

— Давно пора, — буркнул Ражек глядя на травмы ректора. — А зовут уважаемого нара как?

— Акор Эль Гар Ксадар, — опять встряла я. Не стоит человеческий мозг забивать тем количеством незнакомых имен, что когда-то и меня в шок ввели. — Можно и просто Акор Эль Гар.

— Странное имя, — нахмурилась Ирма.

— Ражек, Ирма, поднимайте Зиру, пусть вам поможет, — ласково улыбаюсь. — А я пока с опекуном побеседую.

Взяла неяссе за руку и потащила на верх. Его наглый насмешливый взгляд начал меня нервировать.

— За мной, — бросил Ксадар Асу, проходя мимо.

Асандер так и стоял на лестнице, вцепившись в перила, которые под его рукой превратились в труху. И Ас пошел. Как телок на привязи. А в глазах бездна испуга, ни капли мысли.

Завела их в комнату, уселась на кровать и стала ждать. И дождалась. Ксадар не делая лишних движений схватил золотоволосого дракона за шею. Не знаю, что он собирался сделать, вот только задыхаться я начала почти сразу же. Хорошо, что он решил помучить Аса перед более масштабными действиями.

С Асандером мы хрипели вполне синхронно, вот только слух неяссе уловил сипы моей агонии и тут же отшвырнул от себя молодого дракона. Мне показалось или в глазах родного мужа проскочил страх. А нет. Показалось. Это боль. Мдя… надо будет провести исследования на тему галлюцинаций в связи с нехваткой воздуха.

— Ла Тао, Сана, девочка, — подхватили меня с пола.

И как я там оказалась? Я же специально на кровать уселась, что бы в случае вот таких вот неожиданностей страдать на мягком.

— Навредишь ему, — принялась хрипеть я. — Пострадаю я. Косвенная причина так же учитывается. Полная защита от тебя.

Асандер даже с пола не поднимался. Лежал себе на спине, потолок разглядывал. Меня же взяли на руку, и усадили к себе на колени. И начали укачивать. Впервые на моей памяти меня качали как дитя. Когда-то давно, когда я только-только научилась чувствовать, из любопытства я подсмотрела в окно домишки за одной маленькой семьей. Там мать своего сына так же на коленях укачивала, и напевала колыбельную. Хотя слуха у нее вообще никакого не было. Так вот какого это.

— Зачем ты сделала это, ла Тао? — тихо спросил он.

— За его помощь мне, ты мог его убить, — просто ответила я.

— И убил бы, — так же просто ответил он. — Но теперь мне еще и за его безопасностью следить придется. Мало мне неиссе, которая умудрилась сбежать из самой секретной и защищенной крепости, так и юный безголовый дракон в придачу.

Так вот почему в крепости было так мало охраны. Что бы не привлекать внимания. А защитой он тот барьер называет? Тоже мне защита. Хотя если учесть сколько я с ним промучилась, то да, вполне себе преграда.

— Я не пострадаю, если его смерть не будет связана с твоим желанием, — вот и голос появился. Пора слазить с колен благоверного, а то задержалась я, вон как смотреть начал, как упырь на младенца.

— Умненькая ла Тао, — хмыкнул он. Это куда это его руки полезли. Не хочу.

— Вон, — не громко произнес Ксадар.

Асандер встал и пошел. Вернись подлый предатель, не оставляй меня наедине с собственным неяссе! Но мой мысленный вопль никто не услышал, Ас плотно прикрыл за собой дверь.

— Не надо, — дернулась я.

— Значит не буду, — пожал плечами дракон.

Он убрал руки с моей груди и поправил платье. Он убрал руки… Он убрал руки!

— Не смотри на меня так, — нагло ухмыльнулся он.

— Почему? — только и смогла выдавить я. Такого удивления я уже давно не испытывала.

Это точно мой неяссе? Или это его новый способ издеваться надо мной?

— Убегая каждый раз, ты подвергаешь себя опасности. Мои попытки защитить тебя, сводишь к пустоте. Я люблю тебя. Мне совсем не нравится когда ты страдаешь. Особенно из-за кого-то другого. Твои чувства должны быть связаны со мной. Только со мной.

Смотрю на него внимательно. А он на меня. Я действительно никуда не денусь от него. Не позволит.

— Ты убегаешь по тому, что тебе со мной не нравится. Значит, я сделаю так, что бы понравилось, — тут меня схватили за подбородок и поцеловали. — И покажу то во что ты не веришь. Нашу с тобой связь. Покажу, что ты принадлежишь мне. Полностью. И душой и телом, — прервал он свой поцелуй.

Меня поставили на пол, по-прежнему держа за предплечья. Не то что бы мне было больно, но чувство скованности настораживало. Он так же поднялся. А я и забыла на сколько он велик.

— Смотри мне в глаза, — приказал он.

Опять приказывает. Надо не поведение свое менять, а отношение. Только упырь это объяснишь дракону.

Я подчинилась. А куда деваться? Заглянула в его очи цвета золота. Они потеряли свои очертания. А потом меня ослепила белая вспышка. Я инстинктивно закрыла глаза. Как ни как они мне еще дороги, не хотелось бы ослепнуть.

— Не поднимай век, внутренним видением взгляни на меня. На себя. На нас. Посмотри моими глазами.

Что он сделал? Это как у нас с Ташем? Благодаря нашей связи я вижу его глазами.

Опускаю голову и сдерживаю крик. Я вижу Ксадара. Бесконечный свет. Или тьма? Это не объяснить словами. Это сущность дракона. Нет, сущность ла Дуара. И из этой сущности меня на сквозь пронзают толстые нити. Нет не нити. Корни? Да. Корни золотого света. Золотого, черного, синего и красного. Невольно тяну руки. Желаю прикоснуться. Нестерпимо желаю.

— Не трогай, — рыкнул он.

Опять приказ. Но я повинуюсь.

Но как же прекрасно то что я вижу.

— Вот это, — Ксадар касается странной пронизывающей меня энергии. — Это наша связь. Она крепка на столько, что ты не сможешь ее разорвать.

— Вот здесь, — и он указывает на черные с фиолетовым тонкие нити. Они тянутся от моего запястья к сердцу и разуму. — Связь с твоим метаморфом.

— А вот здесь, — и прикосновение к странному сгустку невообразимого цвета в области сердца. — Здесь часть твоей души. Ты добровольно отдала мне ее. И отдала себя.

Точно. Я отдала. Когда? Как? Почему?

Связь. Он касается ее. А что если… блок. Мой блок. Посмотреть своим внутренним видением. Мой блок в ужасном состоянии. Казалось бы его можно сломать одним лишь слабым усилием воли.

— Санашая, не смей! — рыкнул мне неяссе.

Поздно. Я разрушила его. Шагнула туда, где мой собственный разум уже давно не появлялся.

Я знаю где он. Я знаю кто он. Я лишь должна успеть. Почему-то я знаю, что времени у меня мало. Она уже умерла. Я не смогу вернуть ее. Но я точно почувствовала его появление. Она всегда говорила, что именно его мне стоит опасаться. Что мой отец уже давно продал меня ЕМУ. Как странно. Что он здесь делает? Почувствовал смерть моей матери? Нет, вряд ли. Они не связаны. Что-то случилось.

От долгого бега горят легкие. Воздуха почти не осталось. Глупая няня решила, что я буду ее ждать. Нет, мне нежно бежать.

Природа. Я чувствую ее страх. Как ни как я на половину Дух природы. Я чувствую. Он умирает? Почему? Я должна успеть.

Ноги заплетаются. Почти не чувствую их. Волосы лезут в глаза и рот. А я не спешу их убирать. Нужно беречь силы.

Ветки больно хлещут по лицу. Природа уже не защищает меня. Она готовится. Ей уже все равно.

Еще чуть-чуть.

Поляна. Красивое место. И мужчина. Он лежит на изумрудной траве. Его взгляд устремлен в небо. Это он. Я нашла его!

Рана на груди. Страшная рана даже для него. Смертельная рана, сотворенная единственным оружием против таких как он в этом мире.

Страшно? Нет. Я перестала бояться еще тогда, когда видела, как из матери уходит жизнь. Не осталось ничего кроме ярости и боли.

— Ой, дяденька, а Вы что тут делаете? — глупый вопрос. Но надо же как-то привлечь его внимание.

Даже сейчас хочется приклонить перед ним колено и просить прощения за то, что посмела беспокоить.

— …, - он молчит. Неужели уже сдался. Нет. Ты нужен мне. Пока не добьюсь своего, не отпущу.

Я уже не ребенок. Дети очень быстро взрослеют, когда у них на глазах убивают, то что было для них целым Миром.

— Дяденька, а Вы умираете, — может не заметил?

— И без тебя знаю, — язвительный. Раздосадован. На что?

И почему мне кажется, будто он восседает на троне, а не умирает на траве среди леса?

— Но Вам нельзя умирать, — грустно сообщаю.

Нельзя. И я не дам.

— Иди отсюда, — рыкнул он. И откуда только силы взялись?

Почему-то действительно хочется уйти. Хочется угодить ему. Нельзя.

— Хотите жить? — спрашиваю то единственное, что действительно интересует.

Мама всегда говорила, что дарить жизнь тем, кто ее не хочет — это кощунство и лишняя боль.

— Хочу, — неожиданно ответил он, после продолжительного молчания. Фух, я уж думала не ответит.

Ноги болят. Слишком долго бежала по лесу. И спина. Меня ранили в спину.

Как же хочется к мамочке. Хочется плакать. Но кровь в нутрии меня требует мести.

— Хранитель, я могу даровать Вам жизнь, — нет времени бояться. Я уже не ребенок. Перестала им быть.

— Так ты понимаешь? Знаешь, кто я? — изумился мужчина. Его красивые глаза цвета небесного светила всматривались в меня.

— Знаю, — просто отвечаю.

— И что же ты можешь, детеныш? — насмешка. Какая жестокая насмешка в его глазах.

Глазах цвета золота. Моего любимого золота.

Я протянула к нему ладони, в которых плескалась чистая энергия моей Силы. Мама всегда говорила, что я необычная. Необычная даже для дочери своего отца. Слишком быстро учусь. Слишком много Силы.

— Ты умрешь, — констатировал он факт.

О Равновесие, как же страшно. Лишь бы не передумать. Кто-нибудь помогите. Спасите меня. Разбудите. Это же сон? Мамочка, забери меня отсюда.

— Это неважно, — решительно отмахиваюсь. У меня нет выбора. Я в любом случае умру. А так хоть с пользой для дела.

Папа всегда говорил, что из всего нужно извлекать выгоду. Даже из собственной смерти.

— Почему неважно? — глупый вопрос. Неужели он меня не узнал?

Мама многое про него рассказывала. И отец. Неужели не узнал.

— … Пообещай мне, — я склонилась над ним.

— Чего ты хочешь? — напрягся он. Да, обещания они не любят. Даже отец.

— Клянись, что убьешь тех, кто повинен в смерти женщины с волосами цвета крови и глазами цвета ночи независимо от того, выживу я или нет.

Он поклялся. Все что мне нужно лишь его обещание. Он выполнит. Чего бы это ему не стоило.

Как же страшно. Я не хочу умирать. Я же всего лишь ребенок. Маленький глупый ребенок. Которого никто не сможет защитить. Я боюсь.

Хочу спросить у него, почему. Почему он здесь? Почему ранен? Почему умерла мама?

Отец тоже скоро умрет. Он не выживет без нее. Почему я должна страдать? Мне так страшно. Я еще так мала, а уже должна отправляться к Равновесию.

И я отдаю ему свою жизнь. Отдаю Силу. Душу.

Живи и отомсти. Я слишком мала, слишком слаба. Не выстою против мира. Против тех кто ее убил. Я все равно умру, так чего же я медлю? Кровь требует мести. И я отдаю последнее.

Нет ни боли. Ни страха. Ни желаний. Нет ничего. Пустота и свет. Совсем рядом меня ждет Равновесие.

— Вернись, — властный голос.

Он приказывает. Зовет.

Не хочу. Впереди Равновесие. Мне действительно хорошо.

— Вернись! — откуда этот голос?

Здесь же ничего нет. Только я и Равновесие. Кто я? Меня нет. И голоса нет.

— Маленькая вредная девчонка! Думала избавиться от меня так легко? — такой насмешливый и знакомый голос. — Ты принадлежишь мне. Моя. Теперь полностью моя.

— Не зови, — попросила я.

Как?!

— Уж тебя-то я никогда не отпущу! — раздраженный рык.

И боль. Дикая всепоглощающая бол.

Зачем? Мне было так хорошо. Пожалуйста верните меня обратно. Туда где впереди ждало Равновесие.

Но боль не отпускает! Почему я чувствую?!

— Повторяй за мной.

Не хочу, не буду отвечать. Отстань! Мне больно.

— Повторяй и боль уйдет! — властный приказ.

И я повторяла. Чужие слова.

Он обманул. Боль была.

Я проснулась глубокой ночью. Тело ломило от неудобной позы. Было слишком душно. И дышала я с трудом. Меня вновь держали на руках. Первое что я увидела, это его лицо.

Первый вопрос, который я задала:

— Зачем ты вернул меня? — голос с трудом слушался.

— Потому, что один маленький, эгоистичный ребенок, слишком сильно заинтересовал меня, — его глаза горели в ночи.

Он схватил меня за волосы и дернул.

— Больше никогда так не делай, — он говорит спокойно, но что-то в его тоне подсказало, что он не просто угрожает.

— И что ты сделаешь? — почему я это говорю? Почему упрямлюсь?

— Я запру тебя. Запру как это сделал Тесар с Исиной. И не просто в охраняемом замке. Я помещу тебя в самую свою глубокую сокровищницу. В Мире где нет жизни. И как только почувствую угрозу, я буду уничтожать всякого, кого посчитаю этой угрозой. Будь то разумный или нет. Даже если это будет сам Мир.

Как же мне надоело страдать. Смотрю на него. И весь он такой высокомерный. Уверенный в себе. И ждет моего протеста. По глазам вижу, что ждет.

— А знаешь. Я соглашусь, — выдаю я, и прикасаюсь к его подбородку губами. Больно дернула волосы.

Такого он точно не ожидал. Впервые на его лице такое удивление. Он так не удивлялся даже тогда на поляне. Чего мне стоило сдержать улыбку, знает лишь Равновесие. Но я не могу улыбаться. Не сейчас.

Мне действительно надоело страдать. Все такие сильные, злые опасные. А я такая маленькая. До сих пор. И он. Он мой единственный шанс.

Меня называли монстром. Зря. Монстры — это драконы. А он сильнейший из них. И он мой. Мой потому что считает меня своей. И он действительно уничтожит любого. А ведь моя месть еще не завершена.

— Ты сейчас серьезно?

— Ты пойдешь со мной? — спрашиваю. На самом деле я знаю ответ. Ведь он пришел не за мной. Он пришел ко мне.

— К эльфам? — хмыкнул он.

— К ним.

— Собираешься исполнять пророчество? — и столько иронии в голосе.

— Откуда ты..?

— Я по-твоему кто? Я знаю все, что связано с тобой.

— Но это не значит, что я люблю тебя.

— Пока мне достаточно и этого. Твое добровольное согласие. Я не люблю доставлять тебе боль. Не спорю, это иногда приятно. Но гораздо приятнее, когда ты счастлива.

Глава 12

И вот лежу я у него на руках и понимаю, что сейчас самый подходящий момент для беседы о насущном.

— Ксадар, а почему у тебя волосы окрасились? Когда я встретила тебя на поляне, красного в них не было, — изворачиваюсь и достаю его косу.

Вообще странная прическа. Волосы по большей части короткие, но вот торчащая среди коротких прядей коса смотрится забавно.

— Это как знак нашей связи, — отвечает он. — Ты отдала мне свою душу. Себя. Я принял. Вместе с душой и цвет перешел, как часть тебя. Знак принадлежности.

А я из всей тирады поняла, что он тоже помечен. Мной. Хорошо.

Мои мысли прервал стук в дверь.

— Сана, детка, у тебя все в порядке? — слышу обеспокоенный голос.

Соскакиваю с колен Ксадара и подбегаю к двери.

— Да, Ражек, — открываю дверь, и впускаю его. Пусть сам убедится, что я еще жива, а то ведь простоит под дверью. С него станется.

Что же ему сказал Ксадар? Я ведь весь день в отключке провалялась. Часто ли Ражек приходил меня проведать?

Ражек мой маневр распознал, и хитро прищурившись, взъерошил мои волосы. Ласково так, как раньше. Но неожиданно мне поплохело. А причиной была моя ярость. Она впервые за столько лет подняла голову на Ражека. Нет-нет-нет, только не это. Ражек не поменял ко мне отношения. Нет. Люди слишком прямы. Он не мог.

Я отшатнулась, действуя лишь на рефлексах. Смотрю на него. Он растерян, слегка обижен моим невольным движением.

Не знаю почему, но я посмотрела на Ксадара. И то что я увидела… мать моя коро… эээ нет, больше никаких ругательства. Есть среди магов теория, что ругательства довольно сильно влияют на энергетические поля. Так же бранные слова способны воплощаться в жизнь. Теперь я ярый приверженец этой теории, могу даже научный труд написать об извращенном воплощении ругательств в реальность.

— Ражек, все хорошо, — улыбаюсь ласково. — Я просто неважно себя почувствовала и заснула.

— Твое домашнее животное меня не впускало до этого, — сообщил человек. Это он про Таша? Надеюсь метаморф не сильно осерчает на подобное обращение.

И прижимаюсь всем телом к человеку. Тот смущенно крякнули и покраснел. Еще бы, в кои то веке, я добровольно пошла на контакт. По собственному желанию прикоснулась к кому либо, а тут вообще целое объятие. Подобным я не баловала ни Ражека, ни Ирму.

Ярость. Моя багрово-золотая ярость. На этот раз она не была чистой и не замутненной. Она была слабой, хилой, сотканной из легкой зависти.

Ражек покинул нас довольно быстро. Ретировался подальше. Правильно, я бы на его месте тоже сбежала от больной на всю голову меня.

На каблуках разворачиваюсь к своему неяссе. Сидит в простом кресле как на троне. Глаза холодные, лицо что тот камень. Ни каких эмоций. Это его вечное выражение презрения ко всему сущему, и к каждому в частности. Нет, даже не презрение, а насмешливое доказательство его осведомленности и малейших наших грехах.

— Ксадар, позволь взглянуть на нашу связь еще раз, — прошу, ласково улыбаясь.

— Нет, — холодно и отстраненно.

Подхожу к нему ближе. Он даже не шелохнулся.

— Как грубо, — надуваю я губки. Видела, как это делала Аранда (какой бы бальной она не была, но у нее есть чему поучиться). — Рин, эльф с которым я в последнее время развлекалась, так бы со мной не поступил.

— Нет, — тот же насмешливый и все понимающий взгляд.

— Да ты прав, он бы тоже отказал, — взгрустнула я, припомнив. — Но с ним легко договориться. Один поцелуй и он сделает все о чем попрошу.

Договорилась. Быстрым неуловимым движением меня схватили за волосы и резко поставили на колени. У нас новая поза, ага. Сейчас кому-то будет больно. И что-то мне подсказывает, что это опять буду я.

— Не играй со мной. Не доросла еще, — рыкнул он.

Я ж говорила извращенец. Значит делить с ним постель я уже взрослая, а как рассказать мне какого упыря он со мной сотворил, мы еще маленькие. Драконы, тьфу, чтоб я вдовой стала (без последствий, ага).

— Эти чувства не мои, — нагло смотрю ему в золотые глаза. — Каждый раз. Это желание убить. Растерзать собственными руками, что бы кровь стекала по пальцам, что бы боль в глазах у посмевшего прикоснуться к чужому. Это ведь не я.

Меня окинули долгим внимательным взглядом. А потом резко, опять же не отпуская моих волос, втянули к себе на колени. Обрезать их что ли? А с подбородком что делать? За него дракон тоже хвататься любит.

— Это защита. Брачная печать в случае измены причиняет лишь боль. Но не побуждает к действию, — он погладил меня по щеке. И смотрит спокойно, уверенно. Чем бы его ударить? — То, что ты чувствуешь, на самом деле чувствую я, когда понимаю, что к тебе прикоснулся чужой. Ты моя. Принадлежишь лишь мне. И никто не смеет прикасаться к тебе. Никто кроме меня.

Умела бы плакать — устроила б истерику. А так приходится лишь скрипеть зубами. Это означает, что жертвы моего неадекватного поведения. Все кого я покалечила, те кого убила. На самом деле я не хотела их смерти? В принципе я не жалею об их кончине, за частую они этого заслуживали. Единственное, что меня беспокоило, это моя неуправляемость. В такие моменты, когда ярость поглощала меня с головой, я не осознавала себя. Думала, инстинкты берут надомной верх, заставляют упиваться кровью врагов.

— Как? — я была растеряна.

— Наша связь. Во мне часть твоей душу. Но это по-прежнему твоя душа. Я хотел защитить тебя, ведь я не рядом. Поэтому по связи мои эмоции передавались тебе, твое сознание не справлялось, оно отступало. Ну а играть на твоих инстинктах я давно умею. Ты не любишь драться, в отличии от твоего подсознания. Это не удивительно, учитывая то, что ты полукровка. У тебя инстинкты драконов. В подобном состоянии ты сражаешься как дракон.

Играть на моих инстинктах. Я ему инструмент для барда что ли?

— А твоя коллекция? Играла с ними я по своей воле? — голос не дрогнул. Почти грожусь собой.

— Играла по своей. Твоя неприязнь к ним совершенно искренняя, — его довольный тон выводит меня из себя. — Только вот природа твоей неприязни основана на нашей связи. Твои инстинкты говорят тебе, что любая женщина, удостоившаяся моего внимания твой враг. Это естественно. Такова природа нашей связи. Мне даже влиять не приходится.

— То есть я… (как бы корректнее обозвать свою отмороженность?) неадекватная из-за связи?

— Не совсем так. Ты адекватная. По меркам драконов даже человечная. Но ты будешь желать уничтожить всех женщин, к которым я прикасался так же, как я желаю уничтожить каждого, кто смотрит в твою сторону.

— И как долго это будет продолжаться? — спрашиваю обреченно.

— Пока не полюбишь. Так как любят только драконы. А когда это случится, наша связь выйдет на совершенно новый уровень. Мы не будем ее видеть, не будем ощущать. Она превратиться для тебя из обузы в приятное дополнение.

Тяжелым, невидящим взглядом окидываю комнату. Убиться ли мне об стену? А может выпить яду? Пожалуй, лучше утопиться. Но тут я вспоминаю, что решила быть счастливой. А для этого мне нужен Ксадар и собственное живое тело. Над местью неяссе подумаю позже.

— Твой блок в моей голове, он как-то влиял на нашу связь? — спрашиваю.

— Он защищал тебя от меня. Я вполне мог не сдержаться и привести тебя к себе. Защищал от тебя самой. Ты же понимаешь, что в последнее время стала гораздо безжалостнее, нежели раньше. Я попытался отделить тебя прошлую от нынешнего слепка, что сотворил для меня твой ректор. Зря. Нынешняя ты идеальна.

И меня окинули долгим оценивающим взглядом.

— Ты способен влиять на мои решения и поступки? — все же задала я тот самый вопрос.

— Нет. Я могу заменить твои эмоции своими. Но знаешь, ты постоянно действуешь вопреки своим чувствам, так что я даже пытаться не собираюсь. Слишком энергоемко и бесполезно, — он погладил меня по голове. И нагло принялся снимать с меня платье.

— А ты можешь чувствовать то, что чувствую я? — мое дыхание участилось. Еще бы оно не участилось, его горячее дыхание опалило мою шею.

— В теории могу. На практике не собираюсь, — был мне ответ. — Мне еще дорого собственный разум. А чувствовать равнодушие по отношению к себе от собственной ла Тао не так безопасно.

Его горячие губы спустились к груди. Это у драконов температура тела высокая, или у меня горячка?

— Что ты делаешь? — дурацкий вопрос. Я прекрасно понимаю, что он творит, но так хочется потянуть время.

— Я говорил сегодня слишком много. Тебе пора отрабатывать мою общительность, — хмыкнул он. И поцеловал меня. Правильно, самый надежный способ заткнуть мне рот.

А я ведь не хочу. Или хочу? Не так. А я ли хочу? Но как ни странно он отстранился от меня. В тот момент, когда я уже решила капитулировать. Ну не гад ли?

— Я не заставляю тебя. По крайней мере, не заставляю эмоционально. Про физическое принуждение я ничего не говорил, — смотрит на меня спокойно. Выжидает гад чешуйчатый.

А я вспоминаю, что решила быть счастливой. И сама его поцеловала. А потом не только поцеловала. Всю ночь отрабатывала его говорливость. Зареклась спрашивать у него еще что-либо. Но вот какая штука, оказывается, инициатива не только наказуема, но еще и способствует устранению болевых ощущений.

Утро я встретила почти бодро. Поспать я люблю. Но мне такое счастье не было предоставлено. Как же хочется кого-нибудь убить. И даже не кого-то абстрактного, а одного конкретного дракона. И я точно знаю, что на этот раз это мои эмоции.

«Вы разобрались?» — слышу вопрос Таша в голове.

А где ты был кошак хвостатый? — хмурюсь.

«На разведке. Интересные дела в этом городе творятся» — сообщил метаморф.

Говори.

«Как пожелаешь. У кое-кого исчезла пара кристаллов. Тех, что способны убить Высшего. А в квартале от нас пара уже знакомых тебе драконов под качественной личиной сняли номера. Узнал их только по запаху» — закончил доклад Таш.

А мой муженек время даром не терял. И как он умудряется совмещать приятное с полезным?

— Опять со своей зверюшкой общаешься? — перевернулся на спину неяссе.

— Ты можешь слышать нас? — голос хриплый.

— Нет. Твой зверь не желает этого. А взламывать вашу связь я не хочу. Не хочется мучить тебя подобным образом. Не уверен, что твой метаморф переживет мои действия.

Меня уложили себе на грудь. Вообще-то мне жарко.

— Таш сказал, что твои драконы изъяли кристаллы Паргуса, — решила начать разговор.

— Уже? — отстраненно хмыкнул он. — И почему меня не предупредили?

— Может потому, что в прошлый раз, когда они нас прервали, ты довольно жестко объяснил им, что вмешиваться вредно для здоровья? — вякнула я.

Он промолчал.

— Так что теперь? Если помнишь, мы должны попасть к эльфам. У тебя есть план? — лежать просто так мне надоело. Пальцем вывожу узоры на его груди.

Я только сейчас заметила одну маленькую особенность. Там где я провела подушечкой пальца на его теле, вместо кожи появлялась и исчезала черная чешуя. Хочу изучить.

— Я собирался собрать доказательства и без лишнего шума вынести на вынести на суд старших Рода и соседних государств. Но одна эльфийка не пожелала действовать по законам Равновесия. Она требует войны. Я вполне способен разрушить этот мир со всеми его жителями. Но мои подданные имеют крепкую привязку к этому Миру. Будет печально если они пострадают. Так что вырежу эльфов.

Говорил он задумчиво, вроде бы и не мне объяснял, а рассуждал.

— Тебе ведь просто хочется избавиться от этой расы? — приподнялась на руках, заглядывая в его глаза.

Как же они напоминают золото.

— Угадала, — хмыкнул он.

— Мне не нужна смерть всех эльфов. Я хочу, что бы мучалась только одна эльфийка, — мотнула я головой.

Над кем же я буду издеваться, если ушастые вымрут?

— Она не одна виновна в смерти твоих родителей, — лениво ответили мне.

— Слуг ты уже наказал, — кивнула я. — Когда ты отпустишь фантомов?

— Когда ты этого захочешь, — взгляд в мою сторону.

А я только сейчас осознала сказанное им.

— Не одна… Ксадар, почему ты, оказался раненым? — спрашивать, почему он очутился на той полянке, я не буду.

— Подумай сама, — был мне ответ.

— Это как-то связано с тем, что происходит сейчас? — осторожно.

— Связано, но тебя это не касается. Свое обещание я выполню. Они будут умирать медленно. И, Сана, запомни, не верь никому, кроме меня. К центру событий я тебя не подпущу, ты должна быть в безопасности.

Мы по этому к эльфам в логово направляемся? По этому он меня к Высшим не подпускает? А ведь я его законная ла Тао. Значит среди его подданных есть опасные для меня элементы? Тогда получается мне безопаснее среди ушастых нежели в замке пары.

А из этого выходит, что среди Высших бунт. Кто смог ранить ла Дуара? Кто вообще на такое покусился?! Навредить Высшему среди Высших. Первому Хранителю Равновесия. Только другой Высший. У остальных попросту силенок не хватит. Совпадение ли то, что моя семья пострадала в тот же момент что и Ксадар? Если вспомнить кем был Тесар… Нашли слабое место и атаковали… Я ведь тоже слаба. Я слабое место Ксадара.

Так вот почему он определил меня в тот замок с игрушками. Никому и в голову не придет искать там ла Дару. А многие ли знают о моем существовании? Достаточно. Где двое, там и все остальные. И если учесть, что я уязвима в отличии от ла Дуара, картинка вырисовывается печальная.

Прав неяссе, у эльфов безопаснее. Не хочу влезать в разборки своей пары. Они ж зашибут и не заметят. Моя первостепенная задача: отомстить. Этим и займемся, а неяссе пусть сам разбирается. В конце концов он мужик. Хуже. Он ла Дуар. Так что еще и мне поможет.

— На счет эльфов не беспокойся, — улыбаюсь я. — Правда мне нужна моя компания.

— Те с кем путешествовала в последнее время? — уточняет.

— Ага.

— Они прибудут сегодня, — ответил.

Я опешила. Как? Откуда он знает?

— Повторяю в последний раз. Я знаю все, что касается тебя.

Не справедливо. Должно же у меня быть личное пространство. Даже в карцере и то свободнее.

— И ты действительно отправишься с нами? — не верю.

— Действительно. Только поедем ножками. Ни каких телепортов и катания на драконах, — холодный взгляд.

Это он мне Аса простить не может?

С другой стороны я вполне понимаю мотивы такой консперации.

Ксадар в это время задумчиво перебирал мои волосы. Потом провел рукой по моей татуировке. Ухмыльнулся и слеветировал свои вещи к нам. Из кармана достал невероятно красивый и дорогой… ошейник.

— Убью, — подскочила я.

— Силенок не хватит, — ухмыльнулся шире он.

Ошейник из золота и драгоценных камней.

— Не смей, — естественно я догадалась, что он собрался подарить его мне.

— Это, что бы эльфы больше не совались к тебе. И чтобы ты не забывала, — широко ухмыляясь, заявляет он. — Чистейшее золото. Смотри, какое плетение. А камни, эта вещичка из одного закрытого мира. Там камни чище слез русалки.

Мое сопротивление тает. Ну если золото, и если чище слез русалки.

— Это ошейник! — рычу, отбиваясь из последних сил.

Мои руки были пойманы и зажаты. Волосы откинуты в сторону. Голову грубо прижали к простыне.

— Тебе не обязательно носить его постоянно. Только у эльфов, — и он нацепил его на меня.

Красивое золото. И камушки. Так бы и смотрела. Но ошейник… я ему не собака. Я жена. Тьфу ты! Разница похоже не большая.

— На нем мощная охранка. На случай если меня рядом не окажется, — уже серьезно заявил он.

А во второй половине дня прибыли те кого я ждала. Вместе с драконницей. Оказывается, Ксадар приказал ей явиться вместе с ними. Ох уж мне эта ментальная магия. Она не смела ослушаться. Правда пришлось делать крюк, что бы собрать всех.

— А вот и твои няньки, — хмыкнул неяссе, выпихивая меня на лестницу.

А там они.

«Некромантам я рад, после них всегда много мяса остается» — вышел из-за наших спин Таш.

А остальным?

«С остальными ты пьешь как гном. Могла бы и без них обойтись».

Никто меня не любит. Особенно Рин. Вон как глазами сверкает. На мою шею. Так я и знала, что пакость подаренная собственным неяссе не может быть простой безделушкой.

— Ребята, всем привет, — несмело выхожу на свет. Такое чувство, будто мы и не расставались. Бурной реакции на свое появление я не дождалась.

Меня окинули тяжелыми взглядами. Я стояла на ступенях лестницы, и прекрасно видела прибывших. Они меня тоже. В последнее время складывается ощущение, что постояльцами таверны Ражека являются исключительно мои знакомцы. В зале, где проходила наша торжественная встреча, не смотря на день, никого кроме нас не наблюдалось. Сам Ражек со своими старыми и новыми домочадцами, находился на втором этаже.

Ларик скрылся в недрах Академии, и не спешил навестить меня вновь. Оно и понятно, руки хоть и зарастут, но ощущения при этом весьма специфические.

— Сана, мы такого по твоей вине натерпелись! — возмутился Лид. — Хорошо хоть живыми добрались. Но больше я с драконами дел не имею.

— Лид, я всегда восхищалась твоим способом приветствия, — кивнула я.

— Все прошло так как ты хотела? — выступил вперед Намий.

— Почти, — кивнула я.

Взглядом выискала драконницу, что привела их сюда. Боится. Но держится. Он действительно собиралась их бросить. Но Ксадар не позволил.

Видно что ребята устали. Изможденные, нервные, они желали лишь отдыха.

— Сана, судя по твоему лицу, ты сейчас нас обрадуешь шикарной новость, — прищурился Сэв. Его движение повторил Навил.

Вот бы сейчас закрыться с этими двумя в своей лаборатории. Видно они заметили мой слишком пристальный взгляд и попытались скрыться за спинами Лида и Намия.

— Угадали! — решила оставить подготовительные речи и перейти сразу к делу. — Завтра мы отправляемся к эльфам. Урегулировать международный конфликт.

Вижу что у каждого из них есть весьма интересная информация для меня, потому как, каждый побледнел. К эльфам они явно не хотят. Ну кроме Рина. Тот до сих пор на ошейник пялится.

— Сана, у нас занятия, — попытался отбрехаться Лид.

— Я уже договорилась с Лариком. Вас отпустят.

Близнецы молчали. У них выбора не было, они мне в служении поклялись.

— А сегодня? — хрипло спрашивает Зорг.

— А сегодня отдыхаем! — радостно заявляю я. — А если силы остались, то еще и пьем.

— Ты не пьешь, — тихо на ухо шепчет Ксадар.

— С каких это пор? — так же тихо спрашиваю. Он стоит в тени, его не видно. И как же их знакомить? Близнецы его уже знают. Правда не как правителя Высших.

— С этих. Бокал вина и не более, лично прослежу.

Не успел ошейник на меня нацепить, как принялся командовать!

По хорошему, мне бы сесть в спокойной обстановке и поговорить с народом. Видно же, что есть у них новости. Да как же это сделать с Ксадаром на хвосте?

Но все же, поздним вечером, в полутемной зале, мы присели обсудили их путешествие. Удивительно, но я испытывала чувство радости. Я действительно рада их видеть.

А утром выдвинулись к эльфам. Я даже вспоминать не хочу момент знакомства Ксадара с моей компанией.

Глава 13

Когда-нибудь, я напишу научный труд о правилах путешествий с драконами. Если выживу конечно. И самым первым правилом будет — ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах не путешествовать с Высшими. Ну а если угораздило, то тем более даже под страхом смерти не брать в спутники еще и эльфов. Даже за все золото Мира. В прочем, за все золото Мира я могла бы и потерпеть. Но мне никто золота не обещал. Правда напялили на шею золотой ошейник, на который эти самые эльфы и пялятся.

Одна у меня отрада — некроманты. Вот бы еще неяссе рядом не было, счастье длилось бы дольше. Впрочем, муженек радовал частыми отлучками в любое время дня и ночи. Своих подданных он больше чем на сутки не оставлял. Он как обычно ничего не объяснял, а я мучилась любопытством. Не то что бы это раздражало, просто один определенный эльф в такие периоды просто обожал мучить меня допросами. И дался ему этот ошейник! Признаться меня сие украшение то же не радовало, но Рину-то что с того? Скажем прямо, я вполне осознавала, что украшение на моей многострадальной шейке вполне себе не простое. Но ведь никто не говорит, что это за побрякушка. И остроухий выспрашивает, да в ответ молчит. Все они гады. Я про мужиков. Причем некроманты то же гады. Они пьют, а мне не дают. А все из-за внушений моего неяссе.

Один Таш меня понимает. Молча везет на себе и пофыркивает в нужных местах моих мысленных монологов обращенных к метаморфу. Но даже такие моменты мой нареченный умудряется испортить. Помнится, я когда-то жаловалась на слишком пристальные взгляды Диля и Аса. Дура была. Взгляды мужа ощущались гораздо острее. Не просто ощущались, они давили, и не на меня даже, а на всю команду.

— Ксадар, ты можешь не действовать так удручающе на окружающих? — возмущенно вопрошаю.

А он даже не ответил. Посмотрел на меня своим коронным взглядом, как на ребенка не разумного. Или же как на надоедливую букашку? Короче, после таких вот взглядов мне очень хочется стать вдовой. Ну или просто его ударить. Жаль не реально, пробовали — знаем.

Вот и путешествовали мы таким образом уже неделю. А ведь нам еще неделю до границы корячиться. Главное до границы добраться, а там уже у эльфов путь сократиться до столицы вдвое. Каким образом? А есть у меня идея. Главное что бы Высший не узнал. Он хоть и говорил, что стерпит мои сумасбродства, но не обещал.

Ну а пока, я страдала от его произвола.

— Ты не пойдешь, — спокойно заявляет он мне.

Дело было в таверне. Наш отряд как раз расположился на ночевку. Некроманты решили отметить это дело по старинке. Ну а мне запретили. Мне! Запретили!

Хочу овдоветь, как же я хочу овдоветь.

— Ксадар, с чего бы ты взялся мне что-либо запрещать? — возражаю спокойно. Пока спокойно.

Я чуть склянку с нужным зельем из рук не выронила. Разговор происходил в процессе моих активных поисков в собственных вещевых мешках любимого платья.

— Сана, не выводи меня из себя. Тебе не понравится результат, — так же спокойно ответил он.

Смотрю на него в упор. Лежит на кровати, расслаблен, и за мной наблюдает. Я очень просила отдельный номер. Но разве же меня кто слушает? Он и Таша в загон для лошадей выгнал. За это я буду мстить отдельно. Таш кстати уже отомстил, сожрал там всех лошадей, не принадлежащих нашей компании. Ксадар пообещал убить метаморфа в следующий раз за такие выходки. Я в свою очередь пообещала в таком случае убить себя, потом его, потом вообще мир разрушить. По невменяемому взгляду Таша поняла, что ляпнула, что-то не то. Подумала, и добавила, что если мой единственный друг и партнер пострадает, то я найду способ уйти вслед за ним.

Меня долго наказывали за эти слова. А говорил ведь, что не тронет больше. Его аргументом было — заслужила. У меня под утро уже сил не было отбиваться. Я даже не кричала. По-моему врет он все, что ему не нравится меня мучить и силком тащить в кровать. Он от этого такое же удовольствие получает, как и всегда. Это я потом порезы на коже в самых неожиданных местах залечиваю. В последнее время задаюсь вопросом: кто-нибудь, когда-нибудь пытался остричь дракону когти?

Так вот о некромантах. Меня к ним не пускали.

— Объясни. Просто расскажи, почему мне нельзя пить, почему запрещаешь общаться с ребятами?

— Потому-что ты не управляема. А в угаре вообще невменяема, — ответил он. — Я не могу тебя контролировать, когда ты в таком состоянии.

Ах вот оно что!

— А не надо меня контролировать, — заявила я, задрав подбородок. — Я не одна из твоих драконов. Не рабыня. И не игрушка.

— Ты моя ла Тао, — невозмутимо. Ну да, это гораздо хуже.

— Ты же сам говорил, что будешь другим, — обижено заявляю. — Сказал, не хочешь причинять мне боль.

— Но этого хочешь ты. Иначе не стремилась бы перечить мне везде и всюду.

— Ксадар, ты не даешь мне дышать. Ты заполняешь собой все мое пространство. Я сплю с тобой, ем с тобой, путешествую с тобой. Общаюсь в последнее время исключительно с тобой.

— Если бы ты меня любила, то это не было бы для тебя проблемой, — он плавно поднялся с кровати.

Пара шагов, и мой подборок опять в жесткой хватке. Внимательный взгляд золота в мои белые глаза. И поцелуй. Такой жесткий. Как тогда, в моем замке, когда он что-то мне доказывал.

Поцелуй прервался. Его взгляд уже традиционно стал отстраненным. А потом он исчез, оставив меня растрепанную, вытирать губы от собственной крови. Теперь, после того как мой блок рухнул, я слышала эти вызовы. Словно зов, призыв о помощи. Слышала, как слышал он.

Пошла к некромантам. Меня там завуалированно послали. Сказали, что хотят жить, и выпить не дадут. Пошла к Асу. Попросила показать когти. Он показал. Всю ночь пыталась их обстричь, пока Таш не подал гениальную идею подпилить. Ас пытался вырываться. Звал на помощь, но чувствующие за собой вину некроманты, сказали, что бы он потерпел. Если что его потом воскресят. Глупые, дракона нельзя воскресить, и они это знают. Но как ни странно Асандер успокоился. Пока я не сообщила, что пилить будем и зубы. Нужно же проверить, получится или нет. А то устала я страдать от порезов и укусов. Если получится, нужно будет придумать, как обездвижить неяссе.

Еще неделя пролетела в сплошной скачке. И опять моего дракона вызвали на родину. Словно и не он ла Дуар, а тот кто призывает. Кстати, и кто это у нас такой беспомощный? Надо будет узнать и убить, что бы не дергали неяссе по пустякам, а то он после таких отлучек злой возвращается. Что-то там у него не ладится, а на мне отыгрывается.

Так вот, стоим мы на границе. Без Ксадара. А вокруг эльфы. Стрелам своими в нашу сторону тыкают, и спрашивают на эльфийском, не обнаглели ли мы в трудное для Леса время премся в гости. Но вскоре разглядели Рина. Ну а я под шумок скинула плащ и капюшон. Я хоть и ла Дара, но травмировать человеческую психику по пути не собиралась.

Вот и эльфики замерли при виде седой шевелюры и белесых глазок. Поморщились. Не верю. Нормальные эльфы? Совсем не извращенцы! Моей радости не было предела.

— Сана, а может не надо? — жалобно вопрошал Лид.

— Бесполезно, — глядя на меня, пытался успокоить друга Намий.

— А я не против эльфов, — чему-то обрадовался Зорг.

— А может вы уже скажете, зачем приперлись? — грубо прервал нас страж границы.

— Это он конечно зря спросил, — сокрушался Сэвил.

Все они выглядели забавно с поднятыми в верх руками, в жесте безоружного.

— Почему? — заинтересовался Рин.

— Так она ж ответит, — взгрустнул Нав.

Эльфы стоически пытались игнорировать тихие реплики моих спутников.

— «Найдет тебя дитя с белой головой и маской человека. И будет та женщина смертью и жизнью. И принесет она войну или великий мир. И была она первопричиной, была жертвой и станет концом. И по слову ее будешь великим правителем», — продекламировала я.

Эльфы вопросительно дернули ушами. Ну может и не вопросительно.

— И что это значит? — поинтересовался старший отряда пограничный стражей.

— Ну вот. Я пришла, — заявляю на всю округу.

— А эти? — кивнули на моих спутников.

— Эти со мной, — гордо киваю.

Так и получилось, что в клетку для преступников нас посадили всех вместе.

Оказывается Рин у нас с некоторых пор вне закона. Он, правда, сам не помнит, когда попал под категорию преступных эльфийских элементов.

А я все удивлялась, почему это моему заявлению никак не удивились. Я-то на фурор рассчитывала, но и так в принципе не плохо. Клетка большая, наша компания туда поместилась. Лошадей наших отпустили. Благо Таш умный, животных сквозь лес так проведет, что ни один ушастик не заметит.

Сопротивляться мы не стали, ибо убивать нас не собирались. На границе стояли рядовые воины. До дворцовых интриг им как мне до развода. Так что повезли нас к начальству на выяснение дальнейших действий. А ближайшее начальство с этой стороны только в Лесу.

— Знаете, а я ведь раньше не видела столицы эльфийского государства, — жалуюсь на несправедливость жизни я.

— А я ни разу не путешествовал в клетках для преступников, — раздраженно бросил Ас.

— Ну и зря, — широко улыбаюсь. — Явно многое потерял.

Кстати, Асандера как дракона не опознали, ибо на нем качественный слепок ауры человека, какой был на мне когда-то. Ксадар сделал, дабы на нашем фоне не выделялся, если вдруг что, и мог меня защитить.

— Действительно, друг, это ты с ней еще в карцере не сидел, — тяжко вздохнул Намий, обращаясь к Асу.

— Заткнитесь уже, — возмутился страж сопровождающий нас.

— Я одного понять не могу, Рин, — повернулась к остроухому. — Почему вас, эльфов, называют самой обходительной и культурной расой? Хоть бы один эльф мне доброе слово сказал, за ручку поддержал, цветочек подарил, в конце концов.

Наши конвоиры стукнули луком по клетке.

Про клетку и ее способ передвижения стоит сказать отдельно. Метал не обычный, а деревянный, есть у них одно железное деревце. Даже вставок из солнечных камней нет, ибо эльфы уверены в своем магическом превосходстве. Не стала их переубеждать.

Сама клетка стоит на большой такой повозке. И тащат ее специальные лошади. Они сильные и достаточно быстрые. Изящества в них правда нет, за-то качество на лицо. Причем скорость довольно приличная. Благо не через густой лес едем, а по вполне мощеной брусчаткой дороге.

— Сана, это и был твой план? — спросил Ас обреченно.

— Почти, — увильнула я.

Откровенно говоря, я как-то не ожидала, что эльфы повыпрыгивают из кустов, аки маньяки на жертв. Но и такой исход событий меня не огорчал. Убивать нас все равно не будут.

А так, едем почти с комфортом.

— Меня точно к правительнице прямо в руки доставят, — сообщил невзначай Рин.

— Вот и замечательно, — ухмыльнулась я. — Твоя задача вытребовать предсказателя вашего, и попытаться найти Диля.

— И как по-твоему я должен это сделать со связанными руками и ногами? — опешил эльф.

— А мне плевать как, главное сделай, — пожала я плечами.

— Сана, ты понимаешь, что из-за тебя может начаться война? — тихо, очень тихо спросил Ас. Вечно он со своими репликами умудрится настроение испортить.

— Она и так бы началась. Ты думаешь почему твой любимый повелитель все чаще отлучается? — задаю ехидно вопрос. И сама же на него отвечаю. — Потому что вас провоцируют. Эльфы. Я слышала об этом. А вы успешно ведётесь. И это Хранители Равновесия.

Долго стыдиться Асандер не собирался. По-моему я на него плохо действую. Вон он уже и совесть свою усыпил.

Я загрустила. А едущий рядом эльф открыл бурдюк. По запаху определила вино.

— Уважаемый, нар, а не хотите ли поделиться с девушкой? — смотрю на эльфа самыми жалостливыми глазами.

Меня проигнорировали. Я обиделась. Подобрала с пола хворостинку, неведомо как попавшую к нам, и через просветы между прутьев клетки начала тыкать ею в конвоиров. Они в отместку порывались расстрелять меня из луков и затыкать мечами.

А я в свою защиту орала пророчество и приводила аргументы против своего покалеченного тела.

— Вот прибудем мы в Лес. Начнете извиняться за неподобающее поведение перед избранной, а я вам еще и зажатое вино припомню, — вещала я. — Ничего, оракул вам быстро мозги вправит. Будете знать, как обижать тех про кого в пророчестве говорится. Я вам такого правителя выберу, что сами не рады будете.

Эльфы сначала слушали молча. Потом сунули мне бурдюк. А потом открыли другой, причем от такого пойла лично у меня в последний раз всю соображалку снесло. У некромантов оказалась заначка на черный день. Достали ее из плащей. Мы все дружно решили, что этот день настал, и выпили.

Ну а через некоторое время эльфы начали жаловаться на свою тяжелую жизнь. В частности на то, как они не хотят войны. Но одной прекрасной эльфийке отчего-то этой войны вопреки желанию народа хочется.

Мы вообще плодотворно пообщались. Я многое узнала. Поняла что не все эльфы гады. А конвоиры почти поверили в мою избранность.

Единственное чего я ждала в напряжении, так это прибытия неяссе. Он же все удовольствие обломает!

А Зоргу здесь определенно нравится. Он уже про эльфиечек спрашивал.

Глава 14

Я вот уже в который раз сожалела о своей глупости (это ж надо, дала загнать себя в клетку). Да, она чистая и даже просторная в некотором роде, но все же это клетка, то есть замкнутое, пусть и в решетку, относительно небольшое пространство. И даже то что решетка не из метала, а из дерева, не умоляла моего раздражения, ибо дерево то, крепче метала будет. Это ж эльфийское дерево, железным зовется. Так что клетка эта понадежнее других будет. Из нее не выберешься, посторонних наглых личностей не выкинешь, и самой за второй порцией уже полюбившейся настойки не сходишь. А тут в придачу открылись неожиданные обстоятельства.

После того как охранники свыклись с мыслью, что их двинутые на голову пассажиры (это они про нас, ага), имеют наглость чувствовать себя вольготно в любых условиях, несчастные стражи вполне так спокойно расслабились в нашей компании. Даже к Рину потеплели и начали, перестали коситься и обзываться всякими нехорошими словами, они его вообще пожалели. Это они конечно зря. И не-потому что жалость унижает, а потому как жалость — это слабость, через которую тебя достанут. Пожалел — считай труп. Уж кому, как ни Рину, обученному и надрессированному в подобных жизненных устоях об этом знать. Но меня в корне не устраивала настойчивая мысля о побеге, засевшая в одной вредной ушастой голове. Побег лишил бы нас такого удобного транспорта и живого источника информации. Поэтому забрав у нетрезвых некромантов последнюю склянку с настойкой, я начала разговор с Рином в своей излюбленной манере. Другими словами я опять начала нарываться. Понять не могу, почему мне так нравится издеваться над эльфами? Неужели все-таки тяжелое детство сказывается? Так и до геноцида недалеко. Но если хорошо подумать, то сразу становиться ясно, что эльфам с моей стороны почти ничего не угрожает. Лень мне их истреблением заниматься. Не сделали они в своей общей массе мне ничего плохого, если не считать простого факта своего существования и скверного характера в придачу. Но кто в наше время убивает за мерзкое поведение? За это только морду бьют. Чем и займемся. Хотя я теперь ла Дара, не пристало мне самой руки марать. Зачем, если есть драконы?

Что-то меня понесло. Хорошая однако настоечка, особенно если смешать с эльфийским вином. И моим особенным зельем.

Многие люди знающиеся со мной, вполне сошлись бы во мнение, по поводу помешенной на выпивке циничной беспринципной садистки, то есть меня. В целом они будут правы. Во всем кроме одного. Выпивка не самоцель, а средство. Способ разумного и понятного окружающим объяснения своих поступков и слов. Логичное прикрытие. И вовсе не я над эльфом издеваюсь, а вредная настойка. Не объяснять же окружающим свои настоящие мотивы. А людям обязательно нужны объяснения, за что, кстати, они мне и нравятся.

— Рин, скучал по Лесу? — задаю вопрос.

Молчит. Смотрит отрешенно, и не на меня даже, а на ошейник.

— Нравится? — подцепляю пальцем украшение.

— Нет, — короткий ответ.

Это я и так поняла. А почему? Чую я, не вдохновит меня развернутый ответ эльфа. Меня вообще последние двенадцать лет моей жизни не устраивают, но разве ж кого это интересует?

— Взбодрись, Рин, ты же дома, — попробовала зайти с другой стороны. — Еще совсем немного, и ты встретишь женщину, которую предал. Улыбнись. Ты прекрасен, когда улыбаешься.

Асандер зашелся в сухом сиплом кашле. А я думала, он уже спит.

Рин одарил меня угрюмым взглядом. Чуть поодаль ехали не совсем трезвые стражи. Они пытались прислушиваться к нашей беседе, но что-то им мешало. Может это была капля специального зелья в их бурдюке для вина, который я недавно пыталась опустошить в одиночку? Я же никогда не расстаюсь со своими склянками и декоктами. То, что мы не сопротивлялись страже, не значит, что мы бессильны против них. Я просто решила, что мне лень напрягаться, и жилы себе рвать в безуспешной попытке проникновения в столицу эльфийского государства.

— Рин, а кто красивее, я или она? — подползаю ближе к эльфу.

Он молчит, но во взгляде я вижу ревущее пламя. Не нравится? Ненавидишь меня? Это хорошо. Когда тебе хорошо, мне плохо.

— Она. У нее мягкие золотистые волосы. Глаза, в которых можно утонуть. Она вся словно выткана из света, — начал говорить он. Странный эльф. Говорит о другой, но смотрит со страстью и желанием именно в мою сторону. Теперь я точно могу определить эти чувства, Ксадар смотрит также.

Я даже анализировать состояние остроухого не буду, и мне все равно мука в его взгляде, или болезненная одержимость.

— А я думала, тебя заводят седые маленькие девочки, — фыркнула я. — Но на эльфийском троне я бы смотрелась лучше. Ты так не думаешь?

— К чему этот разговор, Сана? — спрашивает он прямо, так как терпение его уже на исходе.

— А ты не понимаешь? К выбору, — пожимаю плечами, придвигаюсь к нему ближе. — Рин, ты ведь осознаешь, что дороги назад нет? Ты не можешь меня убить. Что, кстати удручает, так как я возлагала на тебя поистине большие надежды.

— Ты в этом так уверена? — он наконец-то определился с собственным настроением.

В его взгляде вижу бешеную жажду. Ему так и хочется моей крови. По крайней мере так я думала, но ошиблась.

— Но ты права. Я не могу тебя убить. Я это понял еще тогда, рядом с наследником. Ты кричала от боли, помнишь? — кажется, я перестаралась, вон как ушастого заносит. — А я помню. Ты была прекрасна. Такая живая. По настоящему живая, а не то подобие, что пыталась изобразить.

Зря я разбавила его питье одним из своих зелий. А ведь хотела его просто расслабить. Ну ладно, я хотела довести до конца ломку личности. И кажется не заметила, что процесс уже давно завершен. Просчиталась. Был Рин — вояка преданный своей королеве, стал Рин — настоящий, без шелухи обязательств. Это когда же я успела-то? Начала на озере, это точно. Говорил же мне Шер, не заводить друзей, не калечить несчастным жизнь и мозг.

— Да что ж вы все издеваетесь надо мной? — тихо возмущаюсь. — Рин, так как насчет выбора? Кого ты выберешь, меня или ее?

Его лицо надо было видеть. Больно да?

— Это не понадобиться, — и смотрит в мои глаза прямо.

Э нет, милый, так не пойдет. Если раньше ты мне нужен был, что бы убить меня, когда я все же сломаюсь. Было у меня такое предположение, что не дадут мне скончаться без боли, что в принципе и подтверждалось не раз. Раньше я была очень даже не против тихо уйти к Равновесию, единственное, что останавливало — боль. Рин бы убил быстро. Раньше. Теперь нет. Сейчас мне нужна месть. Я же теперь все помню. А вот отомщу и забуду. Так что, надо что-то делать с остатками твоего обожания. Придвигаюсь еще чуточку ближе. Чувствую жар его тела, но не касаюсь.

— Рин, ты же хотел все исправить. Диль на троне, ты рядом, и не в опале. А она наконец в твоих руках. Только твоих, — нашептываю, глядя ему прямо в глаза. — Или боишься, что Диль потребует ее себе? Так не потребует. У него буду я. Ее нужно лишь убить. Для окружающих, не взаправду.

И что-то мелькнуло в его глазах. Что-то странное. Может не стоит ему сейчас про якобы безобидный яд говорить? Врать эльфам нельзя. А я и не вру, эта тварь действительно будет жить. Я же не уточняю, в каком именно качестве.

— А если я передумал? Если хочу, что бы она осталась с ним, а ты со мной? — прищурился он.

Ой, он же не серьезно? Мне вот только осложнений с этим неуравновешенным не хватает. Он наклоняется ко мне, по прежнему не разрывая зрительно контакта. Теперь я ощущаю запах леса исходящий от него.

— А не боишься? — взгрустнула я. — Я нынче в игрушках у драконов числюсь. Дилю-то до упыря, я ему даже в таком состоянии пригожусь.

Как ни странно, я умудрилась избежать объяснений, на тему: кто такой Ксадар. И что самое удивительное, Рин не видел ла Дуара в живую. В смысле слышать-то слышал, а лично не встречался. Еще бы, Высшему среди Хранителей Равновесия не престало перед простой знатью лицом светить. К нему король эльфов-то один единственный раз приезжал в своей жизни, так в основном соседей редкие послы своим явлением радуют. Ксадар сказал, что ему было скучно с народом общаться, вот он и свел к минимуму свое личное вмешательство в жизнь других рас. Так что сопоставить одного шелудивого дракона с тем самым ла Дуаром никому не придет в голову. Если конечно он сам не признается. И если его подданные по пути не встретятся.

— Это ничего, — лихорадочный блеск глаз эльфа. — Не страшно.

Я точно с дурманом переборщила. Похоже и сама где-то употребить успела. Ларик бы меня прибил за такую небрежность в дозировках. Чего ж так жарко? Облизнула губы.

— Я странно себя чувствую, — слегка поерзала. Неужели от собственного зелья мучаюсь?

Рин улыбнулся глядя на меня, с каким-то мстительным выражением на лице он протянул руку к моей шее. Быстрым движением схватил меня за горло, после чего я готова была убить его. Ибо нас так шарахнуло, что у меня волосы слегка задымились. Какие уж тут интриги?

— Приходи ко мне, когда избавишься от своего ошейника. Тогда я тебе и расскажу кого выбрал, — больше попыток прикоснуться ко мне не было.

— Что?

— То есть ты не знаешь, что носишь на шее? — он блаженно улыбнулся. Равновесие, я сделала из нужного эльфа ненужного идиота. — Это охранка. Наказывает любого, кто касается чужой собственности.

Я убью этого дракона. Мало того, что всю жизнь прикоснуться ни к кому не могла, теперь еще и посторонние страдать должны.

Естественно, поле таких потрясений ни с кем общаться не хотелось. Он все же загнал меня в клетку своего контроля. Если раньше меня хотя бы по голове могли погладить, пока я ярость свою сдерживаю, так теперь даже этой малости без его дозволения мне не светит.

Но тут я в очередной раз вспоминаю, что собралась стать счастливой. Счастье это когда уже не кому мстить. А для этого мне надо потерпеть. Скверный характер своего неяссе тоже потерпеть придется.

И я терпела еще три дня. Похмелье наших стражей — терпела, ухудшающееся настроение моих спутников — терпела, постоянно скачущее настроение Рина — терпела. Меня поддерживала мысль о моей цели. Я же ее достану. И мой дракон мне в это поможет, иначе почему еще я рядом с ним? Почему терплю?

Но мои страдания прекратились в один неожиданный миг. На нашу процессию напали эльфы. Два отряда по пять боевых единиц. Я даже не удивилась. Кому еще разбойничать на территории остроухих? Но вот проблемка — у длинноухих снобов нет разбойников. Другими словами нас атаковали хорошо подготовленные воины. Они убили нашу охрану, попутно чуть не угробив нас откатом от смерти сопровождения, что говорило о намерении не оставлять следов. А ведь я пыталась отговорить стражей границы не посылать отчет в столицу. В своей смерти сами виноваты. Единственное что печалило, так это сознание того, что покончив с охраной соотечественники Рина примутся за нас. Да и я не могла более держать щиты, прикрывая себя и ребят от отката. Пришлось заставить Асандэра разрушить клетку. К несчастью с железным деревом мог справиться только он. Может быть, мы и отбились бы своими силами, неся при этом большие потери. Но спасли нас драконы.

Это были Норгал и Дизар. Личная охрана моей пары. Было глупостью рассчитывать, что он оставит меня одну, даже если сам на другом континенте.

Эти двое вместе с моими спутниками довольно быстро перерезали несчастных эльфов. Я же спокойно сидела среди того, что раньше считалось нерушимой клеткой. Старательно объясняя моим спутникам, какие они идиоты, при каждом откате от смерти очередного эльфа. Единственный вопрос, который меня сейчас занимал: откуда они выпрыгнули? Неужели драконы шли за мной с самого начала? Тогда выходит, что Ксадар знал о моем способе передвижения. А о разговоре с Рином он знал? По спине проскакало стадо мурашек. Знает. И меня накажет.

Закончив издеваться над несчастными ушастиками, оба дракона подошли ко мне и опустились на одно колено, склонив голову.

— Простите нас за неаккуратность, — взглянул на меня Дизар, в тот момент, когда я сдувала сор со своих волос.

— Вас никто не учил, не лезть, куда не просят? — ядовито вопрошаю я.

— У нас приказ, охранять вас от малейшей опасности, — ответил Дизар.

— Помимо слепого повиновения, нужно еще и головой работать! — прошипела я, старательно не обращая внимания ошарашенные лица своих спутников. — Мне же сейчас даже допросить некого!

— Мы виноваты ла…, - начал было Дизар.

— Молчи! Прикиньтесь ветром — исчезните с глаз моих, — зло взмахнула я рукой.

И они исчезли. Понятия не имею, как у них это выходит.

Мои спутники настороженно молчали, не зная чего еще можно от меня ожидать.

— Накрылся мой план, — говорю задумчиво. — А благодаря резне, мы теперь вряд ли будем приняты как положено.

— Может, мы сможем все объяснить? — выдвинул предположение Зорг.

— Это вряд ли, — не менее задумчиво ответил Рин.

— Почему? — спросил Намий.

— Потому, что с оторванными языками много не наговоришь, — спрыгнула я с насиженного места.

— Зачем без языков-то? — заинтересовался Лид.

— Чтобы правду не сказали, — выдаю прописную истину известную даже ребенку.

«Мне прийти?» — слышу голос метаморфа в голове.

Нет. Ты мой элемент неожиданности.

— Тогда нам стоит спихнуть на кого-нибудь смерти этих ушастых, — кивает Лид в сторону тел.

— На кого например? — заинтересованно смотрю на некроманта.

— На виновных естественно. Драконов, — невозмутимо продолжил он.

— Ты про тех двоих? — уточняю.

— Да, — был мне ответ.

— Не, не пойдет. Во первых не докажешь, что они вообще здесь были. Во вторых, им светиться категорически нельзя, иначе все мои задумки полетят драконам под хвост, — отмела я предложение.

— А кто они тебе вообще? — смотрит на меня Рин.

— Личная охрана, — отмахиваюсь.

— Сана, но нам же нужен виновник, — встрял Намий. — Так почему бы не сделать дракона ответчиком?

— Ну в принципе, ты прав. Нам же любой дракон подойдет? — задумчиво смотрю на Асандера.

— Ну уж нет, — попятился тот.

— А если попрошу, — начала наступать я.

— Нет, — воскликнул он.

— А если вежливо попрошу? В приказном порядке? Да на гербовой бумаге? — сделала я прозрачный намек на толстые обстоятельства.

— Но это же полный бред. Вам никто не поверит, вместе со мной в темницу кинут, — начал приводить доводы в свою защиту дракон.

— Ас, ты выбирай, в чьей темнице тебе комфортнее и приятнее, я же тоже могу обеспечить место для отдыха, — решила напомнить, что не последняя девица среди его народа.

— Да как ты себе это представляешь?! — пытался трепыхаться Высший.

— Легко, ты на нас сейчас нападешь. Мы набьем тебе рога, а потом поведем к эльфам. Сдадим на опыты, а ты должен найти Диля. Ну а я в это время буду работать, — тяжко вздыхаю.

— Да что за идиотизм-то? — пытался образумить меня и остальных несчастный Асандер.

— Ну почему же? — не согласилась я. — В скором времени сюда стянуться все окрестные эльфы.

— И к этому времени нам неплохо было бы что-нибудь уже придумать, — не выдержал Рин.

— Ну почему я?! У меня аура замаскирована! — взвыл Ас.

— У меня она тоже замаскирована, — возражаю. — Некроманты мне самой нужны. Зорга, как особо опасного орка эльфы на месте распотрошат в особо изощренной форме. Рин вообще чуть ли не ключевая фигура. Остаешься только ты.

— Сана, — угрожающе зарычал он.

Так и вышло, что прибывшие в кратчайшие сроки на место трагической гибели соотечественников, эльфы застали нас за увлекательным занятием избиения дракона. Но для остроухих все выглядело наоборот. Это мы страдали от странного существа, так похожего на человека. А вокруг нас трупы. И я вою в голос подле одного из охранников.

Вновь прибывшие слегка растерялись от столь красочной картины, и попытались накостылять сразу всем. Чуть не убили парней. Успели навредить здоровью орка. И вполне ощутимо ранили замаскированного Аса. Но некроманты быстро им объяснили, что они не правы. После чего странное существо удалось изгнать в неизвестное далеко.

— Кто это был? — хрипло спрашивает один из эльфов.

— Да кто же его знает, нары? — удивилась я. — Чудик какой-то.

— А вы кто?

— Так тоже, — развожу руками в беспомощном жесте.

Пусть теперь гадают, о чем это я, о чудиках, или о непонятности происхождения.

— А если подумать? — задает очередной вопрос эльф.

— Я вижу вы чувствуете правду, — понятливо киваю. — Так я сразу все как на духу изложу. Вот эти, — тыкаю пальчиком в сторону напавших на нас недавно бедолаг. — Стражей границы убили. И нас пытались. А тот, которого господа благородные нары прогнали, напавших и порешил.

— Не лжешь, — удовлетворенно сообщил один из эльфов. — Так кто ты говоришь?

— Да дева я, из пророчества которая. Пришла правду молвить, о том кто на троне вашем сидеть должен, — брякнула я.

— Она у вас умом слабая? — обратился этот хам к моим спутникам.

— Есть немного, — кивнули гады. — Но вообще-то она правду говорит.

— Да я чувствую, что правду, — грустно сообщил предводитель отряда быстрого реагирования. — Просто пытаюсь предугадать, какими бедствиями это все кончится.

Больше к нам убийц не подсылали, да и идти-то было всего ни чего.

Ну что я могу сказать. До столицы эльфийского государства мы добрались без приключений и излишних потерь. Я конечно жутко устала, доказывая эльфам, что мы безобидные ребята, и что нам было бы неплохо с оракулом переговорить на тему способов исполнения пророчеств, но своего добилась. Нас убивать не торопились, и даже к Рину с Зоргом отнеслись благосклонно, то есть перестали тыкать в их стороны различными острыми предметами. Но досталось им изрядно. Впрочем, самое главное, что нас не убили. И опять же спасибо мне за то, что не соврала. И спасибо эльфам за то, что чувствуют правду.

А столица… поражала. Это камень или дерево? Что говорите? Каменное дерево? Ага. Да что вы, не надо мне принцип строительства объяснять, я же не архитектор, и ничего не понимаю. Вы мне только скажите, а что это за растения такие? Живой плющ? А зачем? Вместо нерадивых слуг и охраны? Очень интересно. Хочу.

И естественно никто даже не думал обращаться с нами как положено. Нас шпыняли, оскорбляли, презирали. А я тем временем открыла счет, по которому эльфы мне заплатят.

— Сейчас разберемся кто вы и откуда, — буркнул наш очередной сопровождающий.

— Рин, ты думай давай, как вашего оракула к нам выманить, — развернулась я к своему доверенному эльфу.

Глава 15

Я предполагала, что у эльфов мне не понравится, но не думала что на столько! Не в первый уже раз поминаю недобрым словом преувеличенную людской молвой эльфийскую обходительность. Я люблю людей, но их наивность и фантазерство иногда выходит боком. Всем!

Начать хотя бы с того, что я ожидала увидеть в эльфийской столице неведомое чудо. Чуда не было, был невероятно красивый город из белого мрамора и железного дерева посередь лесного массива, украшенный всевозможными зарослям. Честно говоря, я думала ушастые живут на деревьях, в общем я была разочарована видом цивилизованного мира. Меня не утешал даже тот факт, что сей мрамор полу-разумен, если так можно выразиться.

Вот и сейчас нас освободили только для того, что бы вновь посадить в клетку размером побольше. И все это счастье на главной площади. А праздные гуляки только и делали, что пялились на меня, да пытались просунуть руку в клетку дабы оторвать от меня кусочек. Чувствую себя редким животным, например метаморфом. Кстати о вредных кошаках.

Таш!

«Да, Сана?» — и как я жила раньше без такого родного голоса своего зверя?

У тебя все в порядке?

«Сана, а ты уверена в том, что эльфов есть нельзя?» — недовольно спросил он.

Не смей! — рычу я внутренне. — Меня рядом нет, что бы тебя лечить от острого отравления! Можешь съесть их лошадей, за животных я уверена, ни капли яда, уж о своих сильвах ушастые заботятся.

«Я устал от конины!» — фыркнул метаморф.

А я устала от эльфов и драконов, но никого этот факт не волнует, так что прекрати капризничать. Кстати, тебе не кажется, что в последнее время ты излишне эмоционален и все больше напоминаешь меня?

«Я уже говорил. Наша связь подстраивает меня под тебя. Наша связь идеальна. Вскоре и мой жизненный срок будет таким же как и у тебя».

А ты не думал, что скорее всего с таким окружением, и (страшно сказать) мужем, я вряд ли проживу положенный мне срок?

«С Высшим ты проживешь дольше, чем можешь представить. И если даже уйдешь к Равновесию в скором времени, я с радостью последую за тобой».

Еще один самоубийца на мою голову. Это ты вообще к чему сейчас?

«Если эльф еще раз ударит тебя по спине, я перегрызу ему горло» — невозмутимо отвечает мой метаморф.

Ну уж нет, с этими индивидами я сама справлюсь.

«Если драконы не убьют их раньше. Не могу больше их сдерживать».

Совсем про эту парочку забыла. И как они умудряются оставаться незамеченными? Впрочем, не хочу знать.

Подумав немного, решила дать им персональное задание.

Таш, передай им, что бы начали поиск Диля. А так же организовали свободное перемещение для Рина, куда бы он не захотел.

«И как я это делать буду?»

Без понятия. Прояви фантазию, а то как жертву художественно распотрошить, да мне потом смачные кусочки принести, ты всегда горазд, а как интеллигентно пообщаться, так ты ни причем.

— Сана! — рявкнул мне кто-то прямо в ухо.

Это он конечно зря. У меня же рефлексы, наработанные годами проведенными в стенах Академии, что и вылилось в разбитый нос Лида. Бедный некромант, он уже не в первый раз страдает подобным образом, и все никак не научится, со мной обращаться бережно и максимально осторожно.

— Чего хотел-то? — вяло интересуюсь я, провожая взглядом надменную эльфийку проходящую мимо места нашего публичного заключения.

Интересно, а у эльфов бывает косоглазие? Вон как пялится, ей же любопытно, а этикет не позволяет молодым особам смотреть на подобное нам отребье. Зато мужскому полу ничто не мешает нагло тянуть в мою сторону свои загребущие ручонки и громко спорить натуральные ли у меня волосы, или же покрашены. А ведь они еще не видели моих глаз. Хорошо, что этикет не позволяет им требовать от меня отрезать хоть локон с моей головы. Этот эльфийский этикет лишен всякой радости, рассказал мне как-то Ларик про ежедневный ритуал омовения. Откровенная жуть.

— С головой не дружишь? Умалишенная! — обиженно про-гундосил Лид.

— Это я уже про себя слышала, давай сразу к делу, — отозвалась я.

— Мы тебя звали, а ты не реагировала, взгляд отсутствующий… ты нас хоть слышала? — обратился ко мне Намий.

— Ага. Так чего звали-то, вы что-то придумали? — с надеждой взираю на них.

Народ моей надеждой не проникся и, потупив глазки, отполз от меня подальше. Неужели опять самой выкручиваться придется? Нет, у меня конечно фантазия богатая, но она в той же степени больная, как бы не погиб кто в процессе.

— Что тут придумаешь? — печально осведомился Навил.

— Как только стемнеет, меня переведут в камеру одиночного заключения, где я скоропостижно скончаюсь, — задумчиво сообщает Рин. — Вы же скорее всего дождетесь суда, где вас обвинят в убийстве того самого отряда. Защититься вам не дадут, вы ведь даже солгать не сможете.

— Но я ведь уже сказала, что мы не убивали. Да и мое заявление о пророчестве приняли во внимание.

— Принять-то приняли, но доживем ли мы до того, как информация дойдет до оракула.

— Что он за эльф, этот ваш вещун? — решила таки поинтересоваться я.

— Старый. От политики самоустранился после изгнание принца. Хитрый, любит все необычное, производит впечатление сумасшедшего, но скорее всего впечатление обманчивое. Так, как он один такой, имеет статус неприкосновенности. Семьи нет, пристрастий порочащих его тоже не имеет. Ярый противник драконов на нашей территории, особенно сильно не любит посла Высших, — выдал мне отчет Рин.

— С миром как-нибудь контактирует? — задаюсь я вопросом. — Я имею в виду, скоро ли до него дойдут слухи о странных пленниках.

— Я не был на в Лесу больше года, не знаю как сейчас обстоят дела.

Я погрустнела. Весь мой расчет базировался на риске и быстрой реакции оракула. Да и не рассчитывала я нарваться на такой прием. Хорошо хоть сразу не убили.

— Давайте подумаем, что у нас есть, — предложила я мировую.

— Мы можем колдовать, — сообщили очевидный факт близнецы.

— Но если воспользуемся своими возможностями, вон из той вышки, — Рин кивнул в сторону прекрасной башни белого цвета. — Нас изрешетят стрелами.

Я еще раз посмотрела на башню, люблю все красивое, оно так мило рушится.

— Можем заговорить зубы ближайшим стражникам, — выдвинул предложение Лид.

— И тогда нам заткнут рты кляпом, — не согласился Рин.

— Можем попытаться устроить, что-нибудь грандиозно-шумное, — предположила я.

— Как? — воззрились на меня Сэв и Навил.

А действительно, как? Магия? Тогда она не должна нести в себе угрозу, иначе быть нам трупами. Тогда что остается? Безвыходная ситуация, Ксадар меня накажет за столь глупое положение, в которое я вляпалась добровольно, могла же предположить, что нам не дадут спокойно дойти до Леса. Стоп. Ксадар. Что там Рин про ошейник говорил? Больно будет всем?

— Кому-то придется меня поцеловать, — улыбнулась, наклоняя голову на бок.

— Ну уж нет, — мотнули головой близнецы.

— Сана, я конечно люблю тебя по своему, но ты же сама понимаешь, — замялся Лид. — Ты меня как девушка вообще не привлекаешь.

— Прости, Санашая, — нахмурился Намий.

Парней я понимаю, для нормального человека прикоснуться ко мне равносильно поцелую с упырем. Не все ж такие извращенцы, как Хранители Равновесия и эльфы. Кстати об ушастых, мельком глянула на Рина. Он насмешливо смотрит на меня, точнее на ошейник. Нет, с ним явно не прокатит. Остается орк.

— Зоооорг, — встаю на четвереньки и ползу к нему.

— Сана, что-то я не уверен, — начал пятиться он.

— Рин, держи его! — рявкнула я и бросилась на бедного орка.

А ведь он даже не подозревал, что сейчас произойдет. Эльф понимая мою задумку, схватил за плечи Зорга, что, кстати, показатель, ибо ушастые брезгуют прикасаться к оркам. Я же налетела на гордого сына степи, вцепилась в него аки упырь в жертву и поцеловала. Это было ооочень больно. Что радует, Зоргу тоже досталось. И вообще мы устроили мощное светопреставление. Такого эльфы еще не видели. Магия, что вдарила по нам с Зоргом, не была агрессивного свойства, ее вообще было трудно классифицировать, скорее уж защитная.

В общем, разразился гром и поразил орка на месте, меня в этот момент ломало на полу. Окружающие эльфы бросились в рассыпную, стража наоборот поспешила к нам, на городской площади начался форменный бардак. Я же покорчившись в муках еще немного, решила взять себя в руки и помочь несчастному орку. Удар молнии это между прочим весьма болезненно и опасно. Но самое главное, это то, что мы привлекли таки к себе всеобщее внимание, не вызвав агрессии со стороны охраны.

— Оракул! Позовите Оракула, та о ком говорится в пророчестве в опасности! — зычно гаркнул Рин.

Я тем временем извлекла мазь от ожогов, и принялась обрабатывать раны сына степи. Оружие у нас отняли еще раньше, а вот склянки мои так и не нашли. Меня с орком обступили ребята, не давая страже увериться в моем тяжелом состоянии при помощи рогатины (на самом деле это было странного вида оружие, напоминавшее копье).

И как ни странно, мы таки добились своего. Кто-то из свидетелей грома и молний при ясном небе доложил оракулу о нашем прибытии. Да и слова Рина сыграли не последнюю роль в явной заинтересованности старого вещуна.

Я думала, нас приведут к нему, но он сама пришел. Встал напротив клетки и молча смотрел на меня. Ну да, здесь в основном только на меня и пялились, плащи к несчастью у нас отобрали. Пожалуй меня здесь не убили бы, я бы жила в каком-нибудь аналоге зверинца, и тихо мирно радовала остроухих своей экзотической внешностью. Или что еще более вероятно, меня бы подарили ближайшему дракону.

Так вот, стоит напротив меня эльф. Вообще-то, их тут много, но конкретно этот отличается вдумчивостью взгляда, и наличием морщин на лице. Не то что бы их было много, раз-два и обчелся, но сам факт их присутствия говорил о большом возрасте красавца. А он был очень красив, почти как драконы. А еще у него были серые глаза, таких глаз у эльфов не бывает.

— Красивые глаза, — смотрю на него в упор, не скрывая своих глаз.

— У тебя тоже. Только взгляд ужасный, — хмыкнул он.

— Как тебя зовут? — наклоняю голову к плечу.

К тому времени я уже позаботилась об орке, сейчас над ним тряслись некроманты, а Рин их всех контролировал. Я же перебралась на другой конец клетки, уселась на пол, свесив сквозь прутья ноги, коими весело болтала в воздухе.

— Онадеридеривэль.

— Будешь Навелем, — кивнула я, продолжая болтать ногам.

— Ты пытаешься оскорбить меня? — прищурился он.

— Я? Нееет. Вот если бы я попыталась выговорить ваше имя полностью, тогда меня можно было бы обвинить в попытке оскорбления. Кто вам вообще такие жуткие имена дает? — накручиваю белый локон на палец.

— Этикет, — улыбнулся эльф.

— Но ведь Навель звучит лучше, — улыбаюсь.

— Что ты здесь делаешь? — решил перейти он сразу к делу.

— Сижу, — честно отвечаю.

— А зачем ты здесь сидишь? — интересно, он решил побить рекорд по бессмысленности вопросов.

— Жду, — отвечаю, продолжая издевательски улыбаться.

— Кого? — терпения у него явно в избытке.

— Короля. Он придет, что бы освободить меня.

— Король мертв, — опять прищурился Навель.

— Старый король, — отмахнулась я. — Новый король еще не знает о том кто он.

— Сколько тебе лет, дитя? — задал он вопрос.

— Оракул? — послышалось за моей спиной.

Вечно Рин не вовремя появляется. Впрочем, это можно использовать.

— Рин, — подскакиваю я на ноги. — Так это тот самый дедушка? — и подаю знак, что бы в нашу беседу с оракулом не вмешивались.

Обоих эльфов перекосило. Только сейчас замечаю, что площадь опустела, а из остроухих остались только Рин и Навель.

— Дедушка? — попытался указать мне на мою ошибку оракул.

— Да, — захлопала я в ладоши. — Мне как-то рассказали сказку, про принца, и дедушку оракула, который говорил принцу обо мне.

Ну же ушастый, проверь мою ауру, она же как раз начала давать трещину. Но вместо этого он полез ко мне в голову, за что кстати поплатился. Пусть у меня больше нет блока, который не пускал бы в мою голову всех желающих, зато у меня вместо нормальных мыслей полный хаос.

Надо отдать оракулу должное, он почти не кричал, лишь упал на колени, и даже остался в сознании. Это можно объяснить его собственным состоянием разума, кто знает, что у него в голове, в конце концов ему дано знать будущее. У меня например воспоминания о собственной смерти. Путь к Равновесию, почти бесконечность. Любой, кто это увидит, больше никогда не будет прежним. Не знаю, что он использовал в качестве защиты, но то, что его мозг не перегорел, дало представление о его возможностях. Мне резко захотелось изучить этого эльфа. Руки чесались от нестерпимого желания провести очередной эксперимент. Как работает его голова? Можно ли его вскрыть? Посмотрела на Рина, нет пожалуй сейчас доведем до конца то что я начала.

— Понравилось? — смотрю на оракула.

И он не остается в долгу, открывает свой разум только для меня. Не думала, что подобное возможно. И не потому что в чужую голову нельзя проникнуть, а потому как никто в здравом уме не впустит чужака в свои мысли.

Меня поглотила пучина картинок и звуков. Бешенный водоворот изображений сменял один другого, меня начало подташнивать. Когда вокруг все крутится с невероятной скоростью, пусть даже это всего лишь иллюзия в моей голове, опорно-двигательный аппарат отвечает соответствующе. Но я сдержалась.

— Щекотно, — хихикнула я, как только образы перестали сменять один другого. — А еще можно?

— Понравилось? — спросил Навель.

— Да, — отвечаю я. И ведь не вру, просто не уточняю, что именно мне понравилось.

— Кто ты?

— Вам виднее кого вы напророчили, — наклоняю голову, позволяя волосам скользить по лицу.

— Зачем ты здесь?

— Разобраться с вашим правлением.

— Так сколько тебе лет?

— Двадцать.

— Даже если ты действительно девчонка из пророчества, как ты собираешься воплощать его в жизнь, сидя в клетке? — насмешливо воплощает эльф.

— Есть три варианта, — начинаю я. — Первый, война. О ней в пророчестве непосредственно говорят. Второй вариант, простое уничтожения всех неугодных.

Я умолкла, следя за его реакцией. Он все больше и больше становился задумчивым.

— А третий?

— Я должна познакомиться с королевой, — я не просто намекаю, я буквально ставлю его перед выбором.

— Я лишь даю пророчества, а не воплощаю их в жизнь, — пытается отмазаться оракул.

— Значит, Вас вполне устроит вариант с войной? — округлила я глаза.

Он знает, что я говорю серьезно. Он знает варианты развития событий. Но вот проблема, он видит их неясно, потому как все, что касается меня и Ксадара он видеть не может. Пророчество обо мне он дал, лишь потому как видел будущее Диля, в котором я косвенно фигурировала. Сейчас он сам в замешательстве, потому как все выходит из под контроля. Все это я подсмотрела в его голове, когда он впустил меня. Похоже после того, как рухнул мой блок, я неосознанно совершенствую свою ментальную магию, драконья кровь берет свое.

— Любишь торговаться? — впервые усмехнулся он.

— Лишь с достойным противником.

Навель оказался интересной личностью. А еще психом, как и все эльфы, что не удивительно.

— Дяденька, оракул, мене здесь не нравится, — ухмыльнулась я.

Обоих ушастиков передернуло от моего поведения. Рин успел отвыкнуть от моего детского образа, а мне пора соответствовать пророчеству.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался оракул.

— А то вы не знаете? — хихикнула я.

— Твоего будущего я не предвижу, но вижу, как твои спутники пьют мое вино, жгут мой любимый ковер, вольготно гуляют по моему дому, и пытаются споить меня, — угрюмо кивает Навель.

Судя по тону, больше всего его возмутил факт сжигания ковра.

— Вы уже знаете, что нужно делать, — улыбаюсь я.

— Да, перебить вас, сохранив тем самым запасы вина и ковер, — еще больше хмурится он.

— Тоже вариант. Можете попробовать, — развела я руки в стороны.

— И отправиться к Равновесию самому? Я не знаю почему, но как только умрешь ты, умру и я, — выразил он свою жизнеутверждающую позицию.

— Ну так накормите, напоите, обогрейте и приласкайте нас, — поднялась я на ноги.

Так мы и оказались в доме оракула. Мне не были интересны объяснения болтливого старика с остальным эльфам на тему нашего освобождения, меня больше заботила возможность поесть. Как ни печально, но кормить пленных людей, а тем более орка, остроухие не собирались. А я не дерево, энергию из дневного светила извлекать не умею, Зорг кстати тоже. Ему между прочим этой энергии сейчас нужно намного больше нежели мне с ребятами вместе взятыми.

Навель кстати своему видению внял, убрал любимый ковер (миленький и не более, не понимаю, отчего он так над этим изделием трясется?), закрыл винный погреб на охранные заклинания, убрал все мало-мальски алкогольные напитки, отдал некромантам самую дальнюю и скромную комнату. Мне этот эльф начинает нравится, люблю умных личностей, а адекватность оракула была на лицо. Он даже помог расположить бессознательного Зорга. Опять же к Рину отнесся дружелюбно в отличие от остальных остроухих. Чему кстати не стоит удивляться, в конце концов, он один из тех единиц, кто знает правду.

— Навель, — крадусь я по темной комнате в поисках оракула.

Мы сидим у него безвылазно уже вторые сутки. Естественно я начала звереть. Веселья никакого, встретиться с предметом моей мести не дают, некроманты хмурые по дому бродят, орк в себя пришел, но со мной не разговаривает. Обиделся он видите ли, не пойму с чего в друг. По-хорошему мне уже давно пора серьезно поговорить с Навелем. А вместо этого мы играем в игру «найди эльфа предвидящего будущее». Еще и Рин куда-то делся. Допустим, я даже знаю куда, так же предположим, что я вполне способна извлечь пользу из его действий, но это не отменяет моей скуки! Трезвые некроманты вообще не выносимы!

— Старик! Где ты? — ору я, вот уже который час, обшаривая очередную комнату.

— Сколько раз говорил тебе, не зови меня стариком! — вынырнул откуда-то из-за угла эльф.

— Опять ворчишь, Навель? — деланно удивляюсь.

— И так меня тоже не называй, — свое раздражение он скрыть уже был не способен.

И упустить возможность понаблюдать за твоей реакцией? Дракон с тобой, ушастенький, не все же мне быть жертвой чужих издевательств!

— Не нравится Навель, будешь Велем, — ухмыляюсь я. — Впрочем, сейчас не об этом. Нам пора обсудить наше общее дело.

Кстати, неплохая идея, ему действительно идет это имя. Вель — звучит же?

— Что ж, пройдем в кабинет, — обреченно вздохнул оракул. Хотя иногда во взгляде таки и мелькала жажда крови одной драконовой жены, меня то есть.

Я откровенно ждала чего-то необычного от кабинета эльфа, который видит будущее. Ну хотя бы пророчеств накарябанных на стенах (кровью, ага). А комната оказалась весьма скромной. Только кресло у камина выглядело вполне удобным и уютным, сразу видно, где именно хозяин проводит свой досуг большую часть времени. Это кресло я нагло оккупировала. Велю (пока пусть останется так, кто знает, как именно я сокращу его имя в следующий раз?) мои действия очень не понравились, но возражать он не стал. Отчасти потому как воспринимает меня больше как ребенка, нежели как взрослую женщину. Отчасти потому как считает меня полностью не адекватной. А еще он окончательно уверился в том, что я та самая девочка из пророчества, потому как он все же проверил мою ауру. Дальше маски человеческой ауры зайти не смог, как ни как сам Ксадар делал, но почувствовал мою не человеческую мощь.

— Хочу к королеве! — капризно заявила я.

— Сана, ты не хуже меня понимаешь, что если заявишься к ней без страховки, то тут же попадешь на нижний уровень дворца, — как маленькой принялся объяснять оракул.

Честно говоря, я была бы не против там побывать. Потому как именно там находится младший наследник, тот самый принц, которому я по глупости своей как-то раз спасла жизнь. Об этом мне сообщил Таш, он решил меня порадовать и прогуляться во дворец (по моему приказу тайно страховал Рина). Поскольку дворец живой, а метаморфы способны наладить контакт со всем, что имеет хоть каплю разума, Таша никто не обнаружил, в том числе и Рин. По крайней мере я искренне хочу в это верить.

— А я все равно хочу! — наклоняю голову на бок и смотрю в упор на эльфа.

— И что же ты будешь делать, как только встретишь ее? — прищурился оракул.

— Поговорю с ней, — беззаботно отмахнулась я.

Хотя с большим удовольствием я бы ее просто убила. С другой стороны, просто ее убить будет не интересно, мне же нужно что бы она мучилась. Как моя мать. Нет, сильнее, намного сильнее. Еще когда я сидела в клетке, придумывала различные способы мести, и все ни как не могла остановиться на чем-то одном. Мне хотелось ее отравить, растерзать, и отдать оркам на пожизненное размножение. Порой я жалела, что эльфов нельзя воскресить как людей, тогда я могла бы убивать ее столько раз, сколько бы мне этого хотелось.

Но что-то я увлеклась злобными мыслишками, если хорошо подумать, мне хватит и простого четвертования. Драконами.

Я и в правду увлеклась, только сейчас вспоминаю, что пропустила реплику оракула мимо ушей.

— Так когда мы отправимся ко двору? — сделала умный вид я.

— Ты меня не слышала, да? — печально вздохнул эльф.

— Тебе честно ответить? — уточняю.

— Не стоит, я и так это знаю, — отмахнулся он.

— Что бы ты мне не говорил, но моя цель ваша нынешняя королева, — заверила я его в своих искренних чувствах.

— Ты дева из пророчества, так зачем тебе королева? В пророчестве ты ставишь на трон наследника.

— А мы совместим приятное с полезным, — уверила я.

— Без самого наследника? — не поверил оракул.

— Ну зачем же так категорично? Диль в Лесу, больше того скажу, он в самом сердце столицы, — наклоняю голову на бок.

— Откуда ты знаешь? — удивился он.

— Ну я же дитя пророчества, — усмехаюсь.

— Но оракул из нас двоих я, — прищурился он.

— Не хочешь пускать меня к королеве, тогда расскажи сказку, — накрутила я локон на палец.

— Мне тебя не отговорить? — обреченно вопрошает он.

— Старик, неужели ты успел привязаться ко мне за столь короткий срок? — округлила я глаза.

— Иногда так приятно пообщаться с человеком, будущее которого я не знаю, — откинулся на спинку кресла мой собеседник.

И наверняка ключевое слово здесь «человек».

— Выпьем? — предложила я, ибо собственные думы перестали меня радовать.

— Ни в коем случае! — встрепенулся он.

Неужто опять что-то про свой любимый ковер увидел?

И буквально уже на следующий вечер, меня рядили в последний писк эльфийской моды. Нам предстояло посетить прием у королевы. Эта облезлая эльфийка имела привычку устраивать бал раз в неделю. Казалось бы, какие балы во время траура? Мало того, что король совсем недавно скончался, так еще и принцы таинственно исчезли! Сиди себе рыдай от великого горя в покоях, и пытайся устранить проблемы внешней политики, но нет. Подобные массовые сходки устраиваются исключительно для народа, и наша страдающая повелительница эльфов, следуя своему долгу, не стала изменять традициям. Собрала вокруг себя цвет дворянства, и давай показывать им, насколько сильно страдает. Попутно она успевает выслушивать «искренние соболезнования» своих подданных, а где-то даже найти единомышленников. Сегодняшний вечер как раз и был плановым увеселением.

Весь день мы обсуждали тщательно продуманный план оракула. В процессе я задалась вопросом, с чего бы он нам помогал? Я имею в виду, с чего вдруг он лично проявляет активное участие? От него требовалось лишь признать меня как деву пророчества. Ведь кому, как ни оракулу знать, про кого он там пророчил. В принципе он признал меня сразу же, покапризничал конечно малость, но ему можно, он уже старенький. Хотя если сравнивать с моим неяссе Вель сущий мальчишка.

Оказывается, всевидящий эльф предвидел будущее своей расы под предводительством нынешней королевы.

— Будет война. Она в любом случае умрет, но к несчастью может потянуть за собой многих, — глядя мне в глаза грустно сказал он.

Действительно печальная тенденция. Но что-то мне не верилось в подобный исход, не совсем же мой неяссе псих, чтобы целую расу уничтожать, пару штук для дальнейшей селекции оставит. Что-то тут не так. А потом я вспомнила уровень охранных заклинаний дома оракула.

— Дай угадаю, на тебя уже покушались, — послала ему кристально чистый взгляд.

— Было дело, — вынуждено согласился он.

Значит действуем по принципу враг моего врага мой друг, а так же дополнительный нож в спину.

Мне вдруг стало интересно, как он избежал разбирательств по поводу нашей дружной компании. Как ни как нас подозревали в убийстве целой группы эльфов. Все было до безобразия просто. Он поручился за нас. Не верить оракулу никто не посмел, и даже Рина он отмазал, тем, что его отсутствие было обусловлено персональным заданием по поиску меня любимой. Якобы Рин не сбегал, как объявила королева, а был на тайной миссии во благо эльфийского народа с молчаливого одобрения мудрого старика вещуна. Он героически жертвовал собой ища, и транспортируя меня в пределы Леса.

Мдя… авторитет старика предсказывающего будущее, имеет вес. Это ж надо было противопоставить свое слово заявлению официальной власти, и при этом выиграть.

О моей личности по всему Лесу бродят самые невероятные и бредовые слухи. Я все думаю подтверждать мне их, или же стоит вести себя прилично?

Хотелось напиться. И не потому, что я наконец получила возможность встретиться с той, из-за которой я связалась с ла Дуаром, а потому как этот индивид (я про своего законного) успел испоганить мне настроение.

А ведь все так хорошо начиналось. Я уже даже выстроила вполне сносный план мести. Но счастье не длится долго, и мой неяссе попытался связаться со мной. Сначала через своих шпионов, что я вовремя пресекла. Эта пара драконов, что так умело замаскировалась под ушастых полукровок, получила от меня внушительную дозу усыпляющего зелья (специально для драконов разрабатывала ага), и естественно намечающийся сеанс связи оборвался. Потом он попытался пробиться ко мне через нашу с ним связь. Тут уже мне пришлось выпить того самого зелья, и не только его. Вообще, мои познания в ментальной магии позволяют мне лишь не попадаться на допросах, да закрываться слабенькими щитами. И то что теперь в связи с вернувшейся памятью, я могу кое что еще, несомненно радует. Вот это «кое что еще» и испытал на себе мой неяссе. На что тут же пришло официальное уведомление, о прибытии ла Дуара в Лес на встречу с королевой. Об этом вне сомнений знаменательном событии (как ни как ла Дуар со своего материка выбирается раз в три сотни лет, это я про официальные визиты), мне сообщил Навель. Помимо моих спутников, что умудряются тайно шарить по городу, моим связным с внешним миром был только оракул. А такое событие не могло пройти мимо него.

Да что бы он крыло себе в полете вывихнул, гад чешуйчатый! Рано… слишком рано. Он нужен мне позже, не сейчас. Он же не мог узнать моих мыслей?

Наконец писк эльфячей моды был напялен на меня. По моей персональной просьбе, писк был черного цвета, с фиолетовой отделкой. Цвета траура — царвственных кровей всех рас и народов.

Когда я предстала перед светлыми очами Веля… я думала он меня убьет, но нет, сдержался.

— Деточка, у тебя с головой все в порядке? — предельно вежливо интересуется оракул.

— Нет, а что? — поднимаю на него свои кристально чистые очи.

— Дракон мне в печень! — ругнулся уважаемый эльф, чем мог бы шокировать простого обывателя. Но так как оных в обозримом пространстве не наблюдалось, остроухий старичок смущаться не стал, я кстати тоже решила пропустить эту вольность мимо ушей. — И почему я потворствую тебе?

— Потому что маленьких нужно баловать, — осматриваю наш транспорт. Это собственно что?

Оказалось, что вот это чудо на трех колесах… ой, на двух колесах и запасным уравнителем (это что вообще?), прикрепленное к очередной лиане, что укутывает весь Лес, и есть наш транспорт. Как же я позавидовала некромантам оставшимся в этот момент в доме оракула.

Тааааааш! Забери меня отсюда!

«Звала?» — тут же откликнулся он.

Я даже огляделась в поисках метаморфа.

Звала, нашел?

«Нашел. Переместить к тебе не смогу. У него сильные повреждения».

Зорг уже должен прийти в себя. Он поможет.

— Так как тебя представлять? — обратился ко мне оракул.

Тут стоит уточнить, что я просила не называть меня Сареш.

— Просто Санашая. Можно сиятельная, великолепная и неповторимая, — мило улыбаюсь ему.

— А можно просто отправиться домой, и не подвергать мою жизнь еще большей опасности, — буркнул Вель.

— Старик, прошу лишь обеспечить мне неприкосновенность, — искренне попросила я.

Оракул уже давно заметил мою патологическую нелюбовь к чужим прикосновениям, а после того как увидел ошейник и вовсе начал шарахаться от меня. Так что на эту просьбу он лишь понятливо кивнул. Что меня порадовало, так это отсутствие вопросов по поводу ошейника, который я так и не смогла снять. Пришлось маскировать его под цвета платья, и это помимо бриллиантовых и жемчужных паутинок на моей шее.

И вот мы уже в дверях главной бальной залы. В конце комнаты на троне сидит она, та для кого я разработала персональный яд.

— Оракул и его спутница…, - замялся эльф с жутко нудным выражением лица, что объявлял входящих.

Свое имя рода я специально утаила, ибо это одно из имен Тесара. Перестраховалась лишний раз.

— Санашая, — шепчу я. — Дитя пророчества.

Эльф поперхнулся, а мы двинулись дальше. Судя по всему, Вель не сообщил общественности с кем припрется. Решил подстраховаться? Но это не логично. Зная о моем появлении, вполне можно предположить, что меня представят остроухим именно сегодня.

Взгляды эльфов устремились ко мне. И не сказала бы, что гляделки эти были доброжелательными. Может ну их? Пусть воюют с драконами, сколько влезет, а я потом под шумок найду тихое местечко и буду себе жить поживать? Проблема в том, что тихих местечек после подобной катастрофы более не останется.

И так, топаю я значит гордо по прекрасной зале, вся такая красивая, омываемая любопытными и чуть брезгливыми взглядами прекрасных эльфов и эльфиек, рассматриваю окружающих, себя показываю. Иду к своей цели, что с постной рожей на троне замерла. И тут чуть не сбилась с шага. Рядом с троном стоит дракон.

— Это посол Высших, — замечает мой интерес Вель.

И чего я так всполошилась, вроде бы не раз о нем упоминалось? Да и обо мне он знать не может.

А королева оказалась именно такой, какой ее описывал Рин. Теплая, словно сияние дневного светила, яркая, золотистая, так и лучится все пониманием и великой мудростью.

— Я рада приветствовать тебя, Великий Оракул, в своем доме, в столь трудный для нашего народа, и для меня лично, час, — начала она, и улыбка ее была доброй. — Что привело тебя, отрекшегося от светской жизни, ко мне? Равновесие послало тебе очередное видение?

Меня будто и нет рядом, что кстати ожидаемо. Пусть я и не обычный по расцветке человек, но человек же. По крайней мере она так думает, и ведь не только она. Эльфов же не за красивые глаза снобами кличут, для этого есть все основания. Эта раса признает только Хранителей Равновесия, впрочем драконов попробуй не признай. Так вот, чувствую себя пустым местом, на которое почему-то менее сдержанные остроухие постоянно косятся.

А может не стоит ждать? Всажу ей иголку меж бровей, ту самую, что ядом обильно смазана? Но вот незадача, пока не поговорю с этим рассадником снобизма, убить не смогу.

— Сегодня я пришел ведомый не новыми картинами будущего, а долгом Оракула, — склонил голову Вель. По залу прокатился ропот. Мое присутствие становилось все труднее игнорировать.

Королева молчала. А я сравнивала свои воспоминания о матери и эту женщину, что сидела сейчас на эльфийском троне. Я любила мать, для меня она была самой прекрасной на свете, но по прошествии времени, я могу реально оценивать и ее внешность и ее действия. Эти две женщины абсолютно не были похожи друг на друга. Задаваясь вопросом, почему Тэсар выбрал Исину, а не прекрасную эльфийку, я терялась в догадках. Моя мать была подобна стихии, яркая, порывистая, жесткая, воинственная, прямая, форменный Дух Природы, при том еще и невероятно молодая. Ливенлеривель же имела красоту мягкую, затягивающую, естественно нежную, взгляд светился мудростью, движения говорят об аристократизме до кончиков ногте й, ну и учитывая ее положение, не стоит забывать о ее хитрости, уме, способностью к интриге, и невероятных актерских талантах. Как можно сравнивать яркую дикарку и нежную невероятно красивую эльфийку? Что сказать? Отца я понимала, он же дракон, они все страдают отсутствием вкуса, любители экзотики, упырь их задери. Так же я понимала Ливель, эту дамочку с рождения жизнь обидела, а потом еще и в дракона влюбилась. Высшего нельзя не любить. До сих пор удивляюсь, как же мамочка моя этого чувства избежала, живя с Тэсаром? В понимаю мотивы моего отца и Духовной Матери, но я не вижу мотивов Исины. Почему при всей своей не любви к Тэсару, она продолжает жить? Почему рожает меня? Почему так легко позволяет себя убить позже, что стало катализатором такого ее поступка?

В очередной раз я ударилась в бурные размышления, абсолютно не реагируя на окружающий мир. Плохо, очень плохо — большую часть беседы Оракула и королевы пропустила. А сейчас стою и растерянно хлопаю глазами, в то время как на меня обращены внимательные ничем не прикрытые взоры эльфийского двора. Неужто так много наговорить успели?

Судя по всему, в основном светский треп.

— Позвольте представить вам, ваше величество, мою подопечную, — проговорил Вель, улыбаясь мне. — Санашая.

— Ваше Величество, — кивнула я, тем самым нарушая все правила этикета и традиций.

Дело в том, что по этикету, кивать представителю правящей крови имеет право только такой же представитель, либо же оракул (он же у нас один единственный такой). Эльфам рангом по ниже следует склониться в не глубоком поклоне, а вот людям следует согнуть спину чуть ли не пополам, и ни в коем разе не поднимать голову. А тут я такая наглая нахалка, естественно в толпе мое неотёсанное поведение вызвало волну бурного негодования. Хорошо, что эльфы не люди — камнями не закидают, просто пристукнут в тишине дворцовых коридоров.

— Оракул, меня восхищает твоя доброта, — заговорила королева. — Ибо человеческое дитя, которое ты привел на обозрение придворных, еще столь неразумно и не образовано. Что может связывать тебя и человеческую девушку, пусть даже и столь необычного внешнего вида?

— Найдет тебя дитя с белой головой и маской человека. И будет та женщина смертью и жизнью. И принесет она войну или великий мир. И была она первопричиной, была жертвой и станет концом. И по слову ее будешь великим правителем, — продекларировал уже набивший оскомину текст, пророчества Вель.

Тут стоит заметить, что этот без сомнения пафосный, и на первый взгляд глупый поступок, заставила совершить его именно я. Причем заранее обговорила необходимость делать упор на этом драконовом эльфячем пророчестве.

Мой расчет прост и прозрачен, как брильянт. Во первых: фактор гласности. То есть обо мне теперь знают все, и те кто за Ливель и те кто против. Во вторых: поскольку обо мне знают, значит попытаются либо использовать, либо убить, а скорее всего сначала попытаются использовать, а уже потом убить. И наконец в третьих, скоро сюда прилетят драконы, которые начнут выяснять, а так ли естественно права на престол у Ливель, как она об этом говорит. А тут раз, и я во плоти, да еще и оракул, известный на весь мир, с подтверждениями.

Воспитание не дало остроухим устроить бурных дебатов, за-то от не верящих смешков не удержался ни кто.

— Ты подтверждаешь это, Оракул? — выдвинулся из толпы, какой-то эльф.

Ну надо же, глава клана, и судя по всему, клана не поддерживающего нашу властолюбивую остроухую. Зря она всех неугодных с самого начала не перерезала, но судя по взгляду, она вскоре восполнит это досадное упущение. А мужик смел, ничего не скажешь.

— Подтверждаю, — громогласно провозгласил Вель.

— А чем докажешь? — это заявил тот самый дракон, что числится послом с драконьего материка.

Им что, каждое слово расшифровывать надо? Я и сама не до конца поняла, особенно ту часть, где про войну и указания говорится.

— Я так, кто есть, — вмешалась я, опять жестоко попирая все законы этикета.

— Дорогие мои подданные, я думаю, подтвердить слова этого дитя, может тот, кто отправлялся на ее поиски, — мягко прекратила роптания Ливель. — Рилинлевель — тот кто ответит на все наши вопросы.

И она мягко и выжидающе улыбнулась.

Чего бы ей не улыбаться, если она уверенна, что Рин валяется истекая кровью в одной из комнат каземат?

Но когда мажордом вдруг объявил приход того самого печально известного Рилинлевеля, ее улыбка все же дрогнула.

В конце концов не зря я посылала за ним Таша, эльф даже помыться где-то успел, что уж говорить об обработке ран (мои некромантии постарались).

Глава 16

— Моя королева, — склонился Рин перед царственной особой. Вот это выдержка, и даже не поморщился, а ведь у него сломано пять ребер, я успела проверить с помощью целительской магии.

— Рада видеть тебя, Рилинлевель, — и эта не морщится. Сплошные морды кирпичом.

Не знаю как она, но вот те ребята, что моего Рина так отделали, были ну очень рады его видеть. Они ж на нем всю свою душеньку отвели, и все это счастье только за то, что он сопротивлялся своей тихой и почти безболезненной кончине.

Проявить что ли характер?

— Нар Рилинлевель, прошу вашего подтверждения, в том, что я являюсь той, о ком сказано в пророчестве, — скромно прерываю поток любезностей.

— Моя королева, сия дева есть, та кого я искал. Ее волосы седы, глаза белы, она несет в равной степени как жизнь так и смерть, — а лицо-то какое одухотворенное сделал, тоже так хочу.

— Но как же эта человечка собирается воплощать пророчество в жизнь? — опять выкрик с места, ну ни какой воспитанности.

— Почему человек?! — ропщет толпа. — Что эта низшая может?! Как она воплотит сказанное в жизнь?!

А вопросы-то разумные.

— Я прекрасно понимаю, что слов не достаточно, — смиренно возразил Рин.

Понимает он. И как многоуважаемый эльф собирается это исправлять? По моей задумке он должен добровольно стать тем самым ключевым фактором, после которого мне будут верить все и каждый. Очень надеюсь, что он сейчас не запорет мне дело.

— Что ты предлагаешь? — мне интересно, что же это за дракон такой, который рот так свободно открывает по поводу и без.

Нет, я конечно знаю, что у Хранителей Равновесия это отличительная черта, но слишком уж свободно себя чувствует дракон среди воинственно настроенных эльфов. Да и Ливель, как главная зачинщица всей заварушки к нему излишне снисходительна.

— Проверим ее на камне правды, — вякнул остроухий гад.

Я убью этого эльфа.

— Так же попрошу подготовить солнечные камни, — не унимался он.

Я не просто его убью, я сделаю из него своего любимого подопытного кролика!

Ушастое население, окружающее нас, прибывало в волнении. Еще бы, ведь если я солгала, и при этом успела по лапать тот самый камень правды, то не видать мне больше света белого (ослепну потому что), и рук (они за живо сгорают, превращаясь в культяпки), и говорить не смогу (язык отсыхает в прямом смысле).

— Подданные, — взяла все в свои руки ушастая правительница. — Пришлая человеческая девушка пройдет ряд проверок, дабы еще раз подтвердить свою избранность.

А мне большего и не надо. Хоть в этом наши желания схожи, дорогая Ливель, мне так же как тебе необходимо потянуть время, только цели у нас слегка разнятся.

— Я готова к любым испытаниям, — скромно потупилась я.

Потом подумала и решила, что все же не к любым. Вскрывать себя не позволю, давать клятвы прямого толка тоже не буду. А вообще ситуация патовая, я кругом и всюду должна. Эльфам должна, фантомам, как недавно выяснилась должна (еще лет триста мучений), людям должна, Лешим должна, а драконам так и подавно. Что бы они все провалились!

Оракул еле заметно вздрогнул, и взгляд его устремился в неизведанную даль. С чего вдруг?

— У нас нет причин не верить словам Оракула, — вышел очередной эльф из толпы остроухих.

Столько ушей… кажется у меня в глазах троится и голова кружится, а нет, это кто-то пытается на меня ментальной магией воздействовать.

Кто на пример? Да хотя бы вон тот драконий посол. Ууу как смотрит зараза чешуйчатая. Из-за него пропустила ответную реплику Ливель. Судя по реакции смельчака ее ответ его не вдохновил.

— Я не берусь судить, несет ли нам радость пришествие человеческой девушки, но все же, Оракул, ты можешь остаться на вечер, — мягко улыбнулась она.

Мне же никто ничего не предлагал, из чего следует, что здесь меня не любят и не ждут, а это означает, что домой я должна топать немедленно и при этом одна. Почему одна, когда рядом Рин стоит? Так я сужу по хищному взгляду ее Величества направленному на бедного ушастика.

— Ваше величество, — взял слово Вель. — Девочка испытала сильное волнение (это я-то?!). Ей следует отдохнуть (что правда что ли?). Позвольте откланяться и сопроводить девушку. Так же позвольте Рилинлевелю последовать с нами дабы добрались мы до дома беспрепятственно.

Куда? Я еще не все сделала, что собиралась! Но и сцену при честном народе устраивать не хотела, это бы повредило моим планам. Внимательно вгляделась в Веля. Да ведь у него взгляд стеклянный! Видение.

Королева эльфов ничего сказать не успела, нарушая все правила этикета, мы неслись к выходу быстрым галопом. Что не спасло меня от парочки веселых моментов.

— Белые волосы, — слышу женский голос из толпы. — Она и в правду седая? Какая мерзость.

Обижаться не стала, реакция стандартная, все же извращенцы редкость.

— Очень интересно, — уже мужской разговор слышу я, проносясь мимо плотной группки остоухих. — Как думаешь кто из них с ней спит? Или оба сразу?

Остановиться что ли объяснить несчастным, что не стоит так плохо обо мне думать? Обо мне либо ни как либо молча.

— Да она ж седая, — возразил другой голос.

Спасибо, что за космы не хватают дабы рассмотреть, я ж вижу как ручки у них чешутся.

— А ты бы не хотел попробовать такой экзотики? — удивился предыдущий говорун.

Интересно, извращенцы как размножаются? Как чума вирусом, али Равновесие в этом году особо щедрое? Дальше я решила не слушать.

Но как только мы покинули заполненное эльфами пространство, тут же угодили в пространство заполненное драконами. И не то что бы их было много, просто для меня и одного достаточно, что бы нарваться на неприятности.

— Куда же спешит почтенный оракул? — возник на нашем пути посол.

— Дела, Высший, — совсем не почтительно бросил эльф.

— И какие же у тебя дела? — мужик явно издевается. И почему?

— Производственные, — буркнула я.

— Что простите? — встрепенулся он.

Ой… эту фразу я у Ксадара переняла, он у нас любитель такими словечками кидаться.

— Я говорю, торопимся мы, не видишь? — киваю головой на мужчин. — Не терпится им, извели меня уже всю вдвоем.

У дракона глаза на лоб полезли. Мужик, ты не о том подумал, но это уже твои проблемы. Видно не я одна предположения толпы слышала. Пока Высший размышлял как именно стоит толковать мои слова, я быстро проскользнула мимо него, не забыв пихнуть локтями эльфов. Хватать их за руки я не решилась, не хотелось бы светить последствия неудачного брака.

Остроухие не растерялись и быстренько поскакали за мной. Уважаю за скорость и сообразительность, жаль реакция подкачала. Хотя в случае с драконом это пожалуй плюс.

Домой мы добирались на той же странной конструкции. Когда прибыли обнаружили вопиющую картину. Некроманты взломали охранки винного погреба и теперь методично напивались! Без меня!!! Решила их пока не убивать, все равно за меня это сделает Вель.

Но оракул промолчал, больше того, он сам присел в компанию моих спутников и потребовал, что бы ему налили. Интересно, Ксадар, меня накажет за спаивание особо важных кадров? Почему кадров? Так я решила провидца на нашу сторону переманить. Соберу компроматик, пообещаю небо в алмазах на пару с золотыми горами, и заберу с собой, пусть на меня пашет.

Как только мы переступили порог дома Навеля, Рин рухнул без сознания. Вот это сила воли, я б не дотерпела. Пока оракул с некромантами уничтожали его винные запасы я лечила эльфа, что не прибавило мне настроения, и не добавило хорошего самочувствия. Напиться что ли? Присоединилась к начинающим алкоголикам.

— Как все прошло? — спросили близнецы.

— Плохо — Хорошо, — ответили одновременно мы с Велем.

— Почему хорошо? — уставился на меня оракул.

— Мы до сих пор живы, и теперь будем жить как минимум еще дня три, — сделала я жизнеутверждающий прогноз. — Кстати, Вель, охранки усиль. Хотя нет, сама сделаю.

— А какая она — эльфийская королева? — вдруг спросил Намий.

— Красивая, — пожала я плечами. — Но я знаю одну драконницу, которая намного краше.

— Это оскорбление венца (у эльфов не корона, а венец), — возмутился оракул.

— Мне можно, — не согласилась я. — Я может по статусу выше нее буду.

Потом поняла, что ляпнула что-то не то, и дабы вернуть мысли моих собутыльников в спокойное русло предложила выпить.

— Выпьем за оскорбленных мной царственных персон, — подняла свой бокал.

Пили долго и настойчиво. Потом к нам приполз орк. Сказал что для одного слабого духом орка, слишком много ушастых в окружении, и с этим надо что-то делать.

— А чего ты собственно хочешь? — уточняю для порядка.

— Бабу, — прямо ответил он. — Светленькую с ушами, и что б пахла лесом.

— Мдя…, - протянула я в гробовой тишине. Тут уже не намек, тут прямое заявление. — Вель, как у вас тут с ночными нимфами?

— Самые лучшие дома, — заявил эльф.

— И кто в ассортименте? Чистокровные эльфийки вряд ли будут… полукровки есть?

— Есть, — краснея ответил он.

— Пошли, — подрываюсь резко.

— Ты с нами не пойдешь, — воспротивился он.

— Пойду!

— Нет!

— Да!

— Нет…

Таким темпом мы проспорили еще немного, в процессе опустошили половину запасов вина. А потом я пригрозила, что либо он берет меня с собой, либо я спалю к упырям его несчастный ковер.

— Вель, чем тебе так дорог тот коврик? — интересуюсь я, наблюдая за танцем обнаженных ночных нимф.

— Его мне жена соткала, — отстранено ответил он.

— Жена?! Ты был женат?! — подпрыгнула на месте я.

— Что тебя так поразило? Любой мужчина рано или поздно находит ту женщину рядом с которой желает провести всю свою жизнь, — он сказал об этом как о само собой разумеющемся.

— О твоей жене не упоминается ни в одной хронике.

— Это не удивительно, я тщательно скрывал наш брак, — усмехнулся он.

— Ты не любил ее? — удивилась я.

— Любил. И она меня тоже. Но для оракула, да и вообще для любого кто связан с каким-либо могуществом, любовь — слабость. А объект любви — обуза. Я не хотел, что бы мою слабость могли использовать против меня.

— И где она сейчас? — зря спросила.

— Умерла, — ну да, могла бы и сама догадаться.

Больше эту тему я решила не затрагивать. Вместо этого решила обсудить кое-какие моменты сложившейся ситуации.

— Сегодня на приеме, ты видел что-то?

— Видел, — просто отвечает он.

— И?

— Я не могу сказать. Это не пророчество. Это возможное будущее. И что бы оно не сбылось, тебе лучше об этом не знать.

— Ты же говорил, что не видишь меня.

— Это не касалось тебя.

Обидевшись на Веля я решила просто расслабиться.

В комнате царил мягкий полумрак. Было тепло и уютно, нежные руки расчесывали мои волосы.

— Мамочка, что такое любовь? — выворачиваюсь из руг женщины с волосами цвета крови и глазами чернее ночи.

— Любовь — это самое прекрасное чувство на свете. Любовь, это когда ты желаешь, что бы твой любимый был счастлив не смотря ни на что. Когда желаешь увидеть его хотя бы мельком. Когда смысл твоего существования концентрируется вокруг любимого, — тихо говорила мама. Лицо ее в это время озарила светлая улыбка. — Когда ты сияешь радом с ним. Когда отпускаешь любимого, если он не счастлив рядом с тобой.

— Мама, а ты когда-нибудь любила? — смотрю на нее и улыбаюсь.

— Почему же любила? Я и сейчас люблю, — поцеловала она меня в нос.

— Папу? — ведь так всегда в сказках.

Принцесса любит принца и выходит за него замуж. А моя мама настоящая принцесса, такая же красивая и сильная. А папа не просто какой-то там принц, он всамделишней дракон!

Но мама промолчала. Улыбка ее померкла, взгляд затуманился, и тишину повисшую в комнате нарушало лишь мерное потрескивание огня в камине.

— Мам, а папа люби тебя? — спрашиваю, что бы не ощущать той гнетущей тишины.

— Сана, драконы… они не умеют любить, — помрачнела мама.

— Но папа говорит, что любит, — я не понимаю. Как это не умеют? Ведь папа светится рядом с мамой, прямо как она и говорила. — Он говорил, что когда я вырасту, полюблю дракона и займу свое место рядом с ним. И у меня будет много-много золота.

— Сана, доченька, любовь дракона страшна, но нет ничего ужаснее, самой полюбить дракона, — по щеке моей самой лучшей на свете мамочки скатилась одинокая слезинка.

— Мамочка, я не понимаю, мама…

Я рывком подскочила с жесткой кровати. Сегодня что-то новенькое. Все предыдущие ночи мне снилось, как убивают Исину. Казалось еще немного и сойду с ума, я молила Равновесие о других снах, и одновременно клялась отомстить. Но сегодня… странный сон. К чему бы?

И не успело еще мое сердце успокоиться, как я вновь провалилась в пучину сновидений, которые больше походили на воспоминания.

— Исина, нельзя себя так изводить, — умоляла женщина. Она была маминой подругой из родины отца.

— Я не могу! Слышишь, Уграна?! Не могу! Это издевательство какое-то! Я ненавижу Тесара, а тот, кого люблю, не желает быть со мной! — в ответ кричала мама.

Мне страшно, я не понимаю и половины сказанного. Не люблю когда, мама кричит! Не люблю, когда она так говорит. Ненавижу. Еще не понимаю кого или что, но уже ненавижу. И Равновесие, пожалуйста, пусть она снова улыбается.

Вытираю слезы, крупным градом омывающие мое лицо. Сегодня я решила погулять по тайным переходам, которые совсем недавно показал мне отец. Мы вместе с ним играли в них в прятки, на что мамочка часто ругалась. И вот сейчас я подслушивала мамин разговор в потайной нише.

— Исина, прошу успокойся, ты уже ничего не изменишь, он никогда не проявлял к тебе интерес, — увещевала Уграна. — Тебе стоит подумать как обезопасить свою семью от посягательств эльфийской стервы.

Мама дико расхохоталась. Такой ее смех я ненавидела больше горьких слез.

— Смешно правда? Она любит Тесара, Тесар любит меня, а я люблю того, кому мы все вместе взятые к упырям не нужны!

— Прекрати истерику! Подумай о дочке!

— Не напоминай, — взвизгнула мать. — Как он мог? Как ОНИ могли? Если бы я знала еще до ее рождения, ЧТО Тесар пообещает за гибель моего Мира… я убила бы себя в тот же миг!

Разбудил меня шершавый язык на моем лице и жуткая тяжесть во всем теле.

— Слезь с меня, кошатина! — хриплю я, пытаясь отбиться.

В результате усиленных трепыханий падаю с кровати на пол.

— Таш, тебе не стыдно? — смотрю в наглые разноцветные глаза.

«Ты сама говорила, что стыд не обоснованное чувство, обусловленное чужим давлением».

Не общайся со мной, когда я пьяная.

Так, и где это мы? Мяд… оказывается упала я вовсе не с кровати, а со шконки. Вокруг темно, воняет сыростью, и не души. Таша не считаем.

— Таш, хороший мой, радость моя, а мы где? — ласково глажу его по голове.

«На нижних ярусах дворца».

И что я здесь забыла? В смысле кто надо мной так подшутил?!

«Сама приползла. Сбежала от оракула и пробралась сюда».

— А теперь подробно, — приказала я.

«Сначала вы долго пили. Потом ты сказала, что местные ночные нимфы ужасно танцуют. И тут же решила научить их. Закидала пульсарами крича, что бы они ноги выше поднимали. Потом вспомнила чем занят орк. Решила пойти его проверить. Потащила оракула с собой. Нашла Зорга, понаблюдала, сказала, что у Ксадара задница лучше и ушла. Оракул остался с орком в прострации. Потом ты вспомнила, что тебе чего-то не хватает. Решила найти Диля. Но тебя попытались отвезти домой твои личные охранники. Кстати с ними был Асандер. Ты схватила его и потащила в подворотню (да в Лесу тоже есть подворотни). Потом я потерял тебя из виду, а когда вновь нашел по запаху ты уже была в подземной части дворца».

— А Ас тогда где? — трясу больной головой.

«Ты сказала, что бы он обшарил все подземелье, и пока не найдет Диля или на худой конец его младшего брата, может не возвращаться, пришибешь».

— Как я умудрилась вообще суда пробраться? — хриплю ошарашенно.

«А я знаю?»

— Ну хорошо, тогда объясни мне ущербной, на кой упырь я баиньки здесь прилегла?

«Осталась ждать Аса. И Сана, сегодня у тебя прием у королевы на предмет проверки камнем правды».

— Честное слово, больше не пью! Ни капли! Как меня сквозь охранные чары дворца пустило-то?

«Ты сказала Замку что пришла к Дилю, и что принц тебя ждет».

— Понятно. Пошли что ли искать Аса, — про бухтела я, вставая с грязного пола.

Так в кромешной тьме, с жутким похмельем, держась за стеночку, я медленно брела вслед за моим метаморфом. Руку жгло мое клеймо замужней девицы, настроение портило плачевное состояние здоровья и сушняк, а ведь мне еще Аса искать.

Вообще мне дико повезло, спать я уложилась исключительно в той части подземелье, что уже лет двести как не используется.

Дракона я собиралась найти с помощью поисковика. Про поиски Диля я вообще не заикаюсь, во первых: амулет с помощь которого я собиралась его искать сейчас у Аса, по словам Таша. Во вторых, что я с эльфом делать буду? На перенос его истерзанного тела мне не хватит сил, да и вообще телепортацию его Ксадар быстро засечет.

Дракон его знает сколько мы так блуждали. Видно эта часть была ооочень древней и ооочень давно оставленной, по крайней мере за долгое время мы не встретили ни одного стражника. И вот, наконец, мой поисковик уловил местонахождение Асандера.

Ненавижу старые подземелья, мало ли на что в них можно наткнуться. И я наткнулась… на дракона, эльфа… и трупы. А надеялась найти золото. В прочем когда я осознала на что нарвалась, вспомнила одного особо буйного упыря, встреченного мной в период практики, кажется я по нему скучаю.

А было все так. Как только поисковик выбрал верное направление, я три часа топала в кромешной тьме затянутой паутиной за нервным заклинанием, еще и Таш подфыркивал издевательски. К тому моменту, как я была готова вырезать всех эльфов под корень, мы с метаморфом все же уткнулись в странную дверь сплошь утыканную охранками. Не примечательная такая дверка, метра два в высоту и метр в ширину, ни надписей, ни украшений, сплошь дерево. И не то что бы мы ее искали целенаправленно, она в дальней алькове находилась, но чем-то меня привлекла. Не будем уточнять, сколько таких дверей и тайных проходов встретилось мне за время блужданий (как я на пьяную голову-то все это счастье пройти умудрилась?). Но чем-то меня эта дверь заинтересовала, может большим количеством магии весящей на преграде, может тем, что дворец усиленно прятал эту дверь. Если бы не мой сенсор на магию, упырь бы я ее заметила. Ну а когда на себе прочувствовала степень защищенности, в голову пришла дурная идея по поводу причины таких магических затрат. Лично я стала бы так напрягаться только по одной причине. Золото. И судя по всему золота там должно быть много. Обычно в таких старых тайниках прятали что-то очень дорогое. Что может быть дороже золота? И факт того что поисковик настроенный на Асандера уплыл в противоположную сторону меня не заинтересовал. У меня же в перспективе золото.

Как же я ругалась, вскрывая охранки. Это ж надо быть такими садистами, так замуровать таинственное помещение. Я чего только не пробовала, разве что стену вместо двери не взрывала. И ведь действовать надо аккуратно, дабы живой дворец не почувствовал явной агрессии, и не прихлопнул нас как очевидную угрозу. В очередной раз, проделывая ювелирную работу, я диву давалась чужой изощренности и собственной изобретательности. Таш же тихо поражался моей жадности. Короче развлекалась, как могла. Охранные заклинания были под стать царским сокровищницам.

— Да что б тебя упырь любил на протяжении ста лет, — бубнила я. — Кто ж тот извращенец, что пожизненное проклятие сверху смертельного ставит? Это у кого ж такой юмор черный?

— Я думал, на подобные выверты только ты способна, — услышала я за спиной.

И что я делаю, когда слышу голоса за спиной, да еще в такой напряженный момент и не подоплёку от предполагаемого золота? Я спускаю на волю рефлексы. И не маленький такой фаер летит мне за плечо.

— Сана, что у тебя за привычки такие дурные?! — взвыл Асандер.

— Какие воспитали, — продолжила я взлом охранок.

— Что ты тут делаешь? — подошел он осторожно ко мне.

— Еще полчаса назад искала тебя, — пробормотала я, пытаясь распутать особо сложную вязь заклинания. Не сказала бы, что автор сего творения гений, но и дураком он точно не был. Вот бы с ним пообщаться на предмет поделиться опытом.

— Оказывается это приятно, когда тебя ищет твоя ла Дара, — слышу смущенное.

— Это ты сейчас к чему? — вбитое с малых ногтей воспитание не дает первой прекратить разговор.

— Вчера, когда я пытался тебя вразумить, ты воспользовалась статусом ла Дара, — обиженно засопел драконыш. — Приказала! Я думал мы друзья.

Ну надо же, они существуют — наивные драконы. От подобного заявления я даже оторвалась на время от своего занятия и взглянула заинтересованно на Асандера. А в прочем на удивление приятно, когда тебя называют другом, хоть и странно.

— Я подданными не разбрасываюсь, — хмыкнула я вновь принимаясь за странную дверь.

На месте несчастного препятствия, я бы уже сдалась, но меня же никто не спрашивал.

— В таком случае, почему я не вижу бурной радости по поводу нашей внезапной встречи, — не оценил моей доброты Ас.

«Сана, дворец не доволен» — предупреждает меня Таш.

— Не заслужил, Диля ведь не нашел, — пожимаю плечами.

— Дальнейшие поиски опасны. Я уже имел сомнительное удовольствие укрыться от патруля. Которого, кстати в этой части и в помине быть не должно! — начал распаляться Ас. — А ведь я так и не успел высказать все, что о тебе думаю! Ты когда-нибудь пыталась убежать от эльфов в лесу?! Да я за прошедшие сутки решил, что самолично притащу тебя ла Дуару, и плевать казнит он меня или нет, лишь бы ты была в изоляции. А этой ночью ты что вытворяла? Да если бы не личная охрана ла Дуара меня бы эльфы уже раз десять поймали, и тебя кстати тоже. А вчера, ты ведь меня даже не поприветствовала, как полагается (между прочим, я и не обязана, как ни как его королева). Сразу задание дала и на поиски отправила, разве что пинком не наградила! Хотя пыталась, благо у меня реакция отменная. Где я тебе его искать должен был?! Я это подземелье пропахал от и до, чуть в ловушку дворца не попал в поисках твоего эльфа! Ты хоть осознаешь, что сейчас мы без поддержки тех двоих?

И чего он так возбудился? Вон какую прочувствованную речь двинул, я почти заслушалась. А если у меня ладонь дрогнет, да еще та самая в которой часть вязи смертельной ловушки? На этот раз решила проигнорировать столь бурный крик души.

— Сана, если без шуток, нам нужно уходить, — попытался схватить меня за руку Ас. — Здесь очень опасно.

Я успела увернуться и даже не нарушить магического процесса деактивации.

— Где выход знаешь, так что в путь дорогу, — отмахнулась я.

— Я не уйду без тебя. Санашая, не забывай что Лес живая столица с сердцем во дворце. Нам надо уходить, — не отставал драконыш.

Ну прямо беда с этими живыми дворцами.

— Ас, не мешай.

— Что ты прицепилась к этой двери, словно упырь к младенцу, — не выдержал дракон.

— Не хочешь без меня, тогда не лезь под руку. И если не собираешься помогать не рассчитывай на долю. Делиться не буду, — в последнее время, я замечаю за собой неспособность ко лжи. Вот не могу себя заставить прямо солгать. Умолчать — за просто. Преподнести правду в выгодном для меня свете — без проблем. Но солгать более не получается. Драконьие гены сказываются?

— А что там? — заинтересовался Ас.

И кто же меня за язык тянул?

— Сейчас открою, узнаем, — перестала обращать на него внимание я.

Еще некоторое время меня никто не беспокоил, если не принимать в расчет собственное раздражение. Так и тянуло взорвать весь дворец на пару с эльфами! Этот каменный гаденыш смел мне сопротивляться! Совсем совести у глыбы нет. Асандер понятливо молчал, даже помощь не предлагал, за что ему огромное спасибо.

«Сана, брось. Не сможешь. Я чую запах смерти» — мешал мне Таш.

— Так вот чем воняет, а я-то думала, ты все-таки кого-то сожрал, — отмахнулась я.

На это заявление Таш обиделся, а я все же умудрилась ткрыть дверь. Естественно я не рванула в открывшийся проем, как только он появился, я послала туда Аса, на случай непредвиденных ловушек. Пожалуй, зря его пнула, он натура чувствительная, хватило бы и простого толчка, а так неудобно вышло, Асандер словно пьяный гоблин ввалился в помещение еле не упав. Я медленно и настороженно прокралась вслед за шатающимся телом, ожидая любой подлянки. Но то, что я там увидела, было для меня настоящим разочарованием. Золота не было!

Вместо вожделенного метала, я наблюдала удручающую картину и искомого принца. Правда выглядел он не важно, что и не удивительно, хотела бы я посмотреть на того, кто на жертвеннике будет хорошо смотреться с перерезанными венами. На душе потеплело, как ни как плохо выглядящий эльф настоящая редкость.

— Тысяча упырей, — вырвалось у Асандера.

— Я уже умер или просто сошел с ума? — вопрошал разбитыми губами Диль.

— Не знаю, обрадует тебя это или нет, но ты жив, — просто отвечаю.

Я например очень расстроилась, когда меня воскресили.

— Ас, освободи принца, — кивнула я на жертвенник. — Перед этим не забудь прервать ритуал.

— Какой ритуал? — не понял дракон.

Я тяжко вздохнула пропитанный запахом смерти воздух, обвела взглядом помещение. На стенах факелы, освещение не яркое, но и его хватало, дабы разглядеть безобразную кучу человеческих тел, сваленных у дальней стены. Не смотря на то, что комната была не маленькой, стылого холода в ней не ощущалось.

— Диль, ты еще в сознании? — поворачиваю голову в сторону эльфа.

— Не знаю. По крайней мере, я в этом не уверен. Чем дольше на тебя смотрю, тем больше сомневаюсь, — нервно слизнул с губ кровь остроухий.

— Как ни печально, но у меня нет времени переубеждать тебя в обратном, да еще и объяснять каким образом я здесь оказалась, — решив на время оторваться от изучения трупов, я подошла к жертвеннику, и заглянула в глаза эльфу. — Но вопреки твоим ожиданиям и стараниям неизвестного мне мастера, ты пока в здравом уме и твердой памяти. Что кстати не на долго, опять же данный факт меня не устраивает, по этому тебе просто необходимо прибывать в сознании. Ну и в процессе сделай полезное дело, расскажи Асандеру про кристалл Паргуса, и не забудь поведать, как ты здесь оказался.

— Ты уверена, Сана? — мгновенно напрягся Ас.

— Ту кучку видишь? — мотнула я головой в сторону трупов. — Спорим их там сотня?

— Тогда почему бы тебе не освободить Диля? — сделал шаг назад драконыш.

— Вот по этому? — подцепила я пальцем золотой ошейник.

Дальнейших объяснений не потребовалось. Ас знал, как действует эта штука, он понимал, что теперь для меня любые соприкосновения за исключением моего неяссе и Таша опасны, а в случае с этим ритуалом тактильный контакт — неотъемлемая часть освобождения.

Без лишних споров Ас принялся за дело, а я в свою очередь попыталась найти кристалл. Обычно он находится в грудной клетке жертвы, коей непременно должен был быть эльф. Но бывали случаи, когда кристаллы помещали в чашу, наполненной кровью эльфа, причем кристалл должен был быть помещен в сердце метаморфа.

— Таш, найди безопасный выход из подземелья, — я усиленно делаю вывод, что чаша меня не интересует.

Она была достаточно глубокой и наполненной до краев кровью, так что есть там что или нет понять было сложно.

«Зачем, я и так тебя выведу?» — вредничал мой метаморф.

— Я сказала проверь, мне не нужны сюрпризы с неожиданным патрулем, — смотрю в упор на моего Таша.

И он подчинился, ворча и обижаясь на меня, но вышел.

— Ты излишне его опекаешь, — угрюмо заявил Ас.

— Он со мной навсегда, ближе него никого нет, — опускаю руки в чуть теплую кровь, шаря по дну чаши.

— Твой неяссе — вот кто должен быть для тебя ближе всех, — отчеканил Ас. — Что ты делаешь?

— Пытаюсь присвоить результат чужих трудов.

Лицо Асандера надо было видеть. Потрясающая смесь брезгливости и ужаса.

— Мерзость, — скривился он.

Я пропустила мимо ушей его реплику, так как нащупала-таки сердце, вытащила его на свет и извлекла из него кристалл. Ну вот, теперь от меня воняет кровью. Зато я имею на руках опаснейший из артефактов, и плевать на то, что он не закончен, если приспичит, я лично выпотрошу какого-нибудь эльфа, дабы обладать этим оружием (так, на всякий случай, вдруг опять с мужем поругаюсь). К сожалению, я еще не знаю как им пользоваться, но все поправимо.

Диль окончательно уверовал в свое спасение и счастливо отключился. Возможно его не порадовал мой радостный вид, когда я по локоть залезла в емкость с его кровью. И несомненно сказалась усталость.

Не поняла, а сказка о тяжелой жизни эльфийский принцев? Хорошо хоть тащить его на себе не придется. Для этого можно использовать дешевую драконью силу.

Тихо возмущаясь, думала куда бы деть следы преступления, очень мне не хотелось, что бы Таш увидел сердце своего собрата. И я таки придумала, буду действовать по старинке, отправлю в неизвестные дали эту чашу на пару с кровью, тем более давно я не практиковалась. Потом вспомнила, что лучше этого не делать по многим причинам, и просто решила сжечь все это счастье.

Кровь на руках начала подсыхать, что не прибавляло приятных ощущений. Асандер вообще норовил к эльфу присоединиться. Какие нежные нынче Хранители Равновесия пошли. Я же в свою очередь гадала, как эвакуировать Диля. Чувствую этот рейд я забуду не скоро.

Глава 17

Драконыш тащил на своем хребту эльфийского наследника. И даже не запыхался нелюдь. Я пыталась подмазаться к метаморфу, с целью помириться. Он в свою очередь стойко меня игнорировал. И все это счастье в полной тишине. Но не только это меня занимало. Я все размышляла, куда бы спрятать незаконченный кристалл Паргуса. Почему я не задавалась вопросом, откуда у эльфов эта опасная вещица? Так тут и зомби все понятно. Сами создали. И судя по всему это не единственный раз.

Почему я не хочу называть все своими именами? Потому, что тут же возникнут очередные вопросы без ответов. Например, события полугодичной давности. Эльфийский король был еще жив. И даже здоров. Но ведь уже тогда в «мертвой» столичной Академии лежала сотня человеческих тел. Был ли тот случай первым? Что если нет? И явно он не был единичным. То есть некто (будем называть ее ушастой заразой), уже тогда готовился к войне. И сейчас эльфы вполне имеют убедительный аргумент против мощи Хранителей Равновесия. Они, что совсем не соображают, что это приведет к смерти нашего Мира? Каждый ребенок знает, что драконы — гарант всеобщего благополучия. Правда объясняется это всегда по разному, кто-то решил, что из-за большого политического влияния. Кто-то, что из-за огромного магического потенциала. Ну а кто-то верит, что в случае неведомой угрозы, именно Высшие спасут нас всех. Да драконов бояться, да ненавидят, но жизни без них не представляют.

Тогда почему она готовилась к войне? Я до сих пор не вижу мотивов этой ушастой дряни. Где причина? Не стремится же она к мировому господству? Почему я так уверена, что нет? Потому, что ей бы с собственным народом разобраться. Тем более, эльфов никто кроме драконов не притеснял никогда. Гномам ничего кроме гор не надо. Островитяне далеко от воды не выживут. Про людей и говорить смешно. Орки вообще милейшие создания, леса не переносят, им степь подавай. Остальные же расы угрозы не представляют.

Набивший оскомину вопрос «почему» был послан к драконам. Раньше же я не задавалась подобными вопросами. Ага, потому как меня это не касалось. Так, хватит, в данный момент меня должно беспокоить, как укрыть кристалл!

Как ни как за хранение этого артефакта могут и казнить, что уж говорить про создание. И ведь пойди потом докажи, что это не мое. Отберут ведь, как леденец у ребенка. Я еще не готова с ним расстаться, он же так приятно греет карман и душу. Но вскоре мне надоело размышлять на эту тему, и я решила переключиться на реальность.

Честно говоря, я потеряла счет времени, казалось, мы блуждаем здесь уже очень давно. Как же я умудрилась попасть в этот лабиринт? Впрочем, чего удивляться, на пьяную голову я еще и не такое откалывала. Таш вел нас тайными переходами, постоянно петляя, но меня не отпускало ощущение, что мы заблудились. Оно усилилось в тот момент, когда мы опять остановились перед очередной развилкой. Когда Диль станет королем, обязательно скажу ему, указатели разместить. Не то что бы я переживала по этому поводу, как ни как на крайний случай у меня всегда есть козырь с перемещением. Да больно, да сорвутся все мои злодейские планы, но что поделать, мертвая я так и так не отомщу. Это мерзкое чувство, будто тысяча глаз следит за мной, выводило из равновесия. Руки чесались что-нибудь сделать, хоть полог невидимости накидывай.

Нервозность Таша стала более заметной. Единственным плюсом было то, что Ас молчит. Я уже поняла, что все летит к упырям, нытье дракона доконало бы меня окончательно. Ну а бессознательное состояние эльфийского принца мне только на руку. Но какого дракона мы до сих пор стоим?!

— Таш, милый, хороший мой, скажи, что это не то о чем я думаю, — подхожу к метаморфу, нервно водящему хвостом по полу, и присаживаюсь рядом на корточки.

Воистину кошачья порода.

— Сана? — насторожился Асандер.

«Нас не выпустят. Сана, мы уже в ловушке».

— Сана? Что происходит? — Асандер уже открыто волновался. Ну да, он же не слышал ответа.

А я сидела и молча смотрела на метаморфа. Впервые на моей памяти он был таким обеспокоенным. Впрочем, я лгу. Таш был напуган. Он не испугался моих фантомов. Не боялся когда мы шли освобождать брата дурной магички по пещерам переполненным монстрами. Единственный раз, когда я видела его таким, был в северном княжестве. Тогда он решил, что я не выживу.

— Все хорошо, мой хороший. Все хорошо, — обняла его за шею и зарылась носом в густой мех. Какой же он теплый. Такой живой.

Мой ошейник не реагирует на метаморфа. Скорее всего, воспринимает Таша, как зверя. Магия, она до смешного условна.

— Санашая, — кажется, у отдельно взятого дракона сейчас начнется истерика. Но он держится, не зря же со мной общается столько времени.

— Ас, присядь, отдохни. И Диля положи, — не отрываясь от метаморфа, дала указание. — А я пока с Ташем поболтаю.

Ну что же ты, хороший мой? Рано еще паниковать. Расскажи мне.

«Замок. Он уже давно мне не отвечает. Ведет нас к определенной цели. Специально ведет. И желание убить. Но нет ловушек. Ни одной. А впереди… там воняет хуже, чем в комнате где мы нашли эльфа. Кровью. Моей кровь, Сана».

Я провела рукой по холке моего зверя, успокаивая его. С опозданием вспомнила, что руки у меня грязные, что воняют они кровью, и что сама я в пыли и паутине. Да какая разница? Отстраняюсь и ласково улыбаюсь, заглядывая в глаза. Этим нагло воспользовались и облизали мое лицо.

«Мая кровь» так он сказал? Значит там как минимум один его сородич. И уже не живой. Что еще он сказал? Ни одной ловушки, специально ведет, агрессия? Засада. И он это понимает. А еще понимает, что нам не выбраться. И я это понимаю. Дворец живое, полуразумное строение, живущее лишь по воле хозяина.

Страшно ли мне? Кода-то, еще в детстве я умела бояться. До того как умерла и забыла это чувство. Но память вернулась, не вся конечно, кусками, но вернулась же. И продолжает возвращаться. Нет, мне не страшно, но я помню какого это.

Я вновь обняла Таша за шею. И очень сильно захотела, что бы он оказался в безопасности.

«Санашая!» — только и успел рыкнуть он, перед тем как исчезнуть. И кристалл я с ним отправила.

Мне стало смешно. Куда сложнее всего добраться? До сокровищниц дракона. И совсем уж самоубийство нападать на собственность ла Дуара. В общем отправила я свои сокровища в тот самый замок, что мне подарил Ксадар. Там Таша уже знают, пообвыкли, если что накормят, обогреют, и в за пределы не выпустят.

Но за перемещение пришлось заплатить. Руку обожгло огнем в брачного клейма. Муженек волнуется?

Асандер угрюмо следил за мной.

— Нас вычислили? — понимает он все без слов.

— Я думаю, уже давно. Сам рассуди, вы периодически посещали дворец и его подземелье. И вас не засекли лишь по случаю драконней магии. А может и засекли да решили внимания не заострять. А может она почувствовала, когда ты прервал ритуал. Или же…, - я на мгновение умолка, так как очень уж меня увлек процесс рассматривания эльфийского тела.

Я переместила только Таша, потому как на всех моего резерва не хватит. Вот и решила защитить самое дорогое. Остатки магии потрачу на лечение Диля. В такие моменты жалею, что я не дракон. У них резерв почти безграничен.

— Или? — не выдержал Ас.

— Асандер, я не знаю. Не знаю, не понимаю, не могу, — спокойно выговаривала я, освобождая эльфийское тело от одежды с помощью ножа и магии. — Ас, мне всего лишь двадцать лет. Что я против их опыта?

— Зачем же сунулась?! — взвился он. — Идиотка.

Кто ж спорит?

— Да потому, что я злее, — скалюсь. — Не умнее, не хитрее, а именно злее. Мне терять нечего. У меня есть цель, и плевать как, но я ее достигну. У них же целей много, они на перед ходы просчитывают. Мне просчитывать нечего, лишь единственна цель.

— Как ты своей цели достигнешь, если тебя убьют сейчас?! — все, сдали нервы у драконыша.

— Если мы до сих пор живы, значит и сейчас никто убивать не будет. Позже, вполне, — пожимаю плечиком. — Ну а цель моя уже у меня в руках. Только руку сожми и нет ее больше. Правда не хотелось бы за ней последовать, поэтому и ждем, мой чешуйчатый друг.

Дальше что-либо объяснять я не стала, потому как процесс исцеления эльфа довольно болезнен. Сейчас я уже не скрывалась и магичила напропалую, они все равно ждут за поворотом. Может не дождутся и сами придут?

Ну а потом пришли они. Эльфы дракон их задери. Я не помню как нас повязали — была в легком неадеквате после Целительства. Но когда пришла в себя оказалась в натуральном карцере. А напротив стояла эльфийская королева.

Я решила засунуть все свои мысли по дальше.

— Чего стоим, кого ждем? — сиплю пересохшими губами.

— Да вот думаю, тебя сейчас убивать, или все же поговорим? — только сейчас замечаю, насколько уставшей она выглядит.

Как же, говорить она пришла. А я такая наивная сейчас ей травяной настой дам, и про погоду вещать начну. Интересно мне, чего она сейчас требовать начнет.

Но еще больше меня интересовало, какого ж дракона все тело болит, будто по нему стадо Рахномисов пробежалось, раз так несколько. Единственное, что радует, так это вонючий стог сена, на котором я возлежу. Провожу руками по лицу, и вижу кровь на ладонях. Били меня сильно. И почему во всех карцерах стоит промозглый холод?

— А меня пока не за что убивать, — делаю невинные глазки, принимая сидячее положение. Я же действительно еще ничего не сделала. Масштабного.

— Давай договоримся с тобой, что врать, увиливать, хитрить, делать из меня дуру ты не будешь, — спокойно говорила она.

У нее красивый голос, мягкий, журчащий, он не уговаривал, он вел за собой. Взяла себе на заметку поучиться манере речи у эльфийки. Если все же дорвусь до власти у драконов, мне это очень пригодится.

— Как пожелаете, королева, — буркнула я, поморщившись от тупой боли в ребрах.

— Тогда ответь мне, что ты делала на нижних уровнях дворца? — она по-прежнему оставалась доброжелательной.

— Не поверите, заблудилась, — Правильно, главное не уточнять подробности, а так суть проблемы ясна — заблудилась и все тут. Прикладываю руку к груди и замечаю, что она меня плохо слушаются. Да что со мной сделали, пока я без сознания была?!

— Значит, не хочешь по-хорошему? — устало уточняет она.

— Хочу-хочу, все скажу, — вякнула я, соображая как бы выведать у нее информацию.

— Спрошу еще раз. Что, ты делала во дворце? Как попала в него? — вот настырная.

— Как попала, не помню. Проснулась уже в подземелье, — честно отвечала я. — Потом долго шла, было так скучно. И пыльно. И указатели не помешали бы.

— Какова твоя цель?

— Исполнение пророчества.

— Почему на тебе ожерелье Высших? — кажется, я все же начала ее раздражать. Это она мой ошейник ожерельем назвала?

Я напряглась, рука автоматически потянулась к шее. Украшения дорогого неяссе не обнаружилось на законном месте. Меня ограбили!

— Кто твой хозяин? Зачем он послал тебя? Как вы смогли обмануть оракула? — похоже она охладела ко мне. Печально.

— Меня же охрана переносила? — понимаю я.

— Их неплохо потрепало, — кивнула она.

— Но снять с меня ошейник не так-то просто, — начала рассуждать я вслух. — Не каждому дракону это под силу. Снявший его с моей шеи действительно могущественен.

Дыши, Сана, дыши. У тебя тоже дракон за плечами.

Теперь понятно, почему так тело болит. Избили меня, в отместку за нежданный подарочек. Мстительные они, эти эльфы.

— Ну вот, ты уже все поняла. Так кто твой хозяин? — продолжался допрос.

— У меня нет хозяина, — буркнула я.

Ну а что? Муж не рабовладелец, хоть и редкостная зараза.

— Не лжешь, — покачала она головой. — Значит, не хочешь по-хорошему?

— Ваше Величество, — глубокий вдох, и прямой взгляд в глаза. — Неужели вы думаете, что я стану вам отвечать? Главное вы знаете — моя цель выполнение пророчества. И я не обманывала оракула, в чем вы можете убедиться, задав ему тот же вопрос.

— Что ж, ты все равно скажешь, — улыбнулась она. Не хорошо улыбнулась. — Но с начала мы проведем испытания.

Испытания? Испытания — это очень хорошо, это просто великолепно. Меня выведут в люди… то есть в эльфы, оденут, помоют, а может быть даже покормят.

— И когда начнутся испытания? — уточняю.

— Как только тебя приведут в порядок. Придворные не должны заподозрить подвоха, — мило улыбается венценосная эльфийка.

Ее слова стали музыкой для моих ушей. Я нужна ей живой, хотя бы на ближайшее время, а там и меня Ксадар освободит. Саму удивляет столь твердая уверенность в неяссе. К чему бы?

За своими мыслями, я пропустила момент ухода ушастой правительницы. Ну что ж, подведем итоги? День не задался. Делаем вывод — больше не пью. В который уже раз я принимаю это решение?

А если серьезно? Что мы имеем? На данный момент я располагаю личными апартаментами размером два на два. Не гроб и то радость. Далее, я жива, что меня несомненно радует. А мои спутники? Стоит прояснить этот вопрос в следующее посещение гадины.

А почему гадины? Мне она не показалась злобной, или сумасшедшей. По-моему, она самая, что ни наесть адекватная личность, из всех встреченных мною ранее. Ведет себя согласно статусу, умна, расчетлива, а главное вежлива! Садистских наклонностей в ней не наблюдется, вполне такая обыкновенная эльфийка. Я бы на ее месте так же поступила, обнаружив у себя в доме нежеланных гостей. Или нет? Нежелательных гостей я скармливаю своим фантомам.

Чем можно заниматься в камере? Прямо скажем выбор деятельности у меня не богатый, и я решила просто отдохнуть, когда еще удастся выспаться нормально?

Я смеюсь. Смеюсь так, как могут смеяться лишь дети в самые радостные моменты своей жизни. Заливисто и счастливо. Причиной моего смеха стал отец. Вот он, высокий, большой, словно гора, держит в руках кольцо в виде дракона. Кольцо красивое, но довольно большое. Я люблю когда папа делает мне подарки.

Сейчас он сидит на корточках напротив меня, его улыбка сияет ярче дневного светила, что заставляет своими лучами искриться изумрудную траву. Его синие волосы струятся по плечам, я не могу удержаться и запускаю в них свои маленькие ручки. Я люблю папины волосы, их необычный цвет, их мягкость, и то, как они пахнут ветром. Я люблю папу, люблю то, как он улыбается, ласково, по-доброму, его улыбка начинается с голубых глаз, наполняя меня теплом. Как же я скучала по папочке!

— Это мне? — улыбаюсь я в ответ.

— Конечно тебе, малышка, — он нежно берет меня за руки и кладет в маленькие ладошки кольцо.

— Но оно не золотое, — надуваю я губки.

— Если ты его оденешь, тебе будет принадлежать много-много золота, — серьезно сказал он.

И я поверила. Мне вдруг так захотелось одеть украшение, что бы получить вожделенное золото сейчас же.

— Тебе будет принадлежать не только золото. Множество сокровищ виданных и не виданных ожидает тебя, — заговорщицким тоном говорил папа.

И я решилась. Сжала странный перстень в руке, собираясь одеть его на палец, прекрасно понимая, что мои пальчики слишком маленькие для такого большого украшения. И в этот момент я услышала крик.

— Не смей! — мамин голос разнесся над садом замка. Мы с папой часто здесь играли. Здесь мы играли, здесь он учил меня, здесь мы просто отдыхали и разговаривали, рядом с озером, в котором мы часто купались.

Мама подбежала к нам, ее лицо было искажено яростью. Она больно схватила меня за руку, силой вырвав папин подарок, и отбросила его прочь словно нечто мерзкое и неприятное.

— Иса, — так папа звал ее. В его голосе всегда было лишь тепло. — Не вмешивайся. Таково ее предназначение.

— Это предназначение ей обеспечил ты! — рыкнула мама. Руку мою она по-прежнему не отпускала, причиняя боль, но я терпела. Почему я терпела?

— Мой выбор сохранил Равновесие, — мой самый красивый и сильный на свете папочка нежно улыбнулся мне, и мягко погладил по голове. — Ты жива, гниющий Мир, наконец окончил свое существование, в этом Мире появилась еще одна жизнь несущая в себе искру. Не такую сильную как у чистокровных драконов, но все же искру.

— Ты продал ее. Продал ЕМУ! — мамин голос дрогнул.

— Согласись, для нее это идеальный вариант. Она получит все, что пожелает. И несмотря на то, что она полукровка, не имеющая истинной мощи, у нее будет защита, кров, и статус, — папа говорил странные, непонятные мне вещи, по этому я решила отвлечься и поискать кольцо.

Но мама по-прежнему держала меня за руку, уйти мне не удалось.

— Я не просила тебя похищать меня. Не просила спасать мою жизнь, такой ценой.

— Иса, Исина, — печально качал он головой. — Девочка моя, любимая, будь искренна со мной. Я же прекрасно вижу, что не о ней ты беспокоишься. Ты завидуешь, желаешь оказаться на ее месте. Но ты ему не нужна, — впервые я увидела не прикрытую злость на лице отца. — Для него ты ничто! Но ты нужна мне. И ты моя. Принадлежишь мне, а не ему. И тебя люблю я, а не он. Могла бы уже свыкнуться с этой мыслью за столько-то лет.

Мама вздрогнула, нет, не так, ее трясло как в лихорадке, мою руку пронзила действительно сильная боль. Мое лицо исказила гримаса боли, которой я не смогла избежать.

— Иса, отпусти Санашаю, — его голос был напряжен. Он поднялся с корточек, и взял меня за другую руку. — Ты делаешь ей больно.

— Не обвиняй меня, — зашипела мама. — Я прекрасно знаю о твоей эльфийской стерве.

— Исина, у нас пара ла Тао, о какой стерве ты говоришь? — серьезно спросил папа.

— Ненавижу. Ну почему именно ты? — одинокая слезинка скатилась по маминому лицу.

А я так и не нашла кольца, что подарил мне папа.

Мой сон прервал мощный пинок под ребра.

— Встала, — последовал короткий приказ.

И я встала. Ууу как тут все печально, четыре эльфа злобной наружности с бесстрастными взглядами.

— Пошла, — меня больно пихнули в спину.

О, знаменитая эльфийская обходительность в действии. Ну что ж, потерплю, а когда выберусь, найду и убью, в конце концов, они не с простой человеческой играют, а с ла Дара Хранителей Равновесия. Надо будет восстановить репутацию.

Я терпеть не могу, когда меня будят, вот и сейчас настроение плескалось где-то под уровнем моря. Но решив, молча сносить все тяготы жизни, продолжала подчиняться указаниям. Вышла из камеры, сопровождаемая пинками, я встала посреди коридора, где меня окружили. Два эльфа спереди, два позади. Шаг влево — перерезанное горло, шаг вправо — сломанный позвоночник, прыжок на месте — орт под ребрами. Так и шли мы на верхние уровни, молчаливые, суровые стражники, и побитая несчастная я.

И наконец мы пришли. Все как я и предполагала, настоящая ванна, наполненная горячей водой, пара служанок и те же стражники. Скажу сразу, выдворять этих индивидуумов я даже не пыталась. У них на лице было написано исключительное желание надавать мне по лицу, за все хорошее, что я успела натворить. Правда я сама еще не понимала, что такого сделала. Так вот, раздели меня на глазах у стражников и пихнули в горячую воду. Среди эльфов нашлись извращенцы, которые проводили меня тяжелым масляным взглядом, что так и сочился похотью. Нет, ну нормально? По всему телу синяки, волосы свалялись, под ногтями грязь, еще и разит от меня как от помоев, но нет, и тут озабоченные нашлись, целых два штуки. Чувствую, после навестят меня два веселых эльфа. Служанки мне помогать в мытье отказались, за что я была им безмерно благодарна. Напоследок меня решили добить видом нелепого платья. Нет, все-таки эльфийскую стерву стоит ненавидеть хотя бы за это платье ярко розового цвета. Это же жестоко!

Все мои мучения проходили в гробовой тишине, нарушаемой лишь короткими приказами одного из отряда сопровождения, да плеском воды.

Позже меня вновь куда-то повели. Хорошо хоть руками не трогали. Долго бродить мы не стали, и сразу прибыли в какой-то зал. Не тот в котором я была в прошлый раз. Данное помещение больше походило на комнату для совещаний. Довольно большая зала по периметру которой на удобных креслах восседали эльфы. Нет у меня точно будет передоз эльфятиной. Так вот, располагались они, значит полукругом, а во главе честной компании была королева на некоем подобии трона. И все такие важные, лица постные, пафосные до невозможного. А в центре комнаты возвышалась мраморная стойка, на которой находились два сундучка.

Меня подвели к этой заразе.

— Нары, — заговорила она на всеобщем. — Этот день наступил. Сегодня мы станем свидетелями испытания, той, что без стыда и опасения молвила о важном для нашего народа пророчестве.

В это время, кто-то шустрый подскочил в центр и открыл сундуки. Да они издеваются.

Моему неискушённому взору предстало долгожданное зрелище. Тот самый камень правды, знаменитый артефакт, охраняемый эльфами, пуще золота у драконов. Признаюсь, как только я увидела его, то впала в ступор. Почему камень, когда это обруч? Где тут логика?! И ведь он даже не из золота! Он вообще не из метала. Неизвестный мне минерал был белого цвета, и излучал тепло.

Разочарование накрыло меня с головой. Нельзя обманывать страждущих в их ожиданиях. Особенно, таких как я. Я ведь тоже могу морально поиздеваться. Например рассмотреть содержимое второго ларца. И опять ничего приятного я там не увидела. Очередной солнечный камень. У эльфов что, прямой доступ к месторождению этой дряни? Откуда такое количество редкого минерала?

С некоторым запозданием вспомнила о наличии некоего Высшего, проявляющего неслыханную лояльность по отношению к эльфийской узурпаторше. Способный малый, ага. То камушки сквозь миры в особо крупных размерах перевозит, то ошейники чужие снимает без спросу. А может я к нему уже привыкла! Он между прочем не просто золотой был, он еще и драгоценными камнями украшен! Да и Ксадар мне подобной вольности не простит.

Кстати о неприятных личностях. Я спиной ощущала пристальные взгляды эльфов, их липкое ожидание и нетерпеливое дыхание. Особенно среди всех выделялся один. Входя в зал, я заметила знакомое лицо. Сначала решила — обозналась, но марширующий по моей спине табун мурашек, уверил меня в правильности моей догадки.

И этот здесь. Уж кого не чаяла когда-либо еще увидеть. Рамшек. Неужели прибыл навестить светлейшую маменьку? Она у него была одной из первых фрейлин при дворе. И если у людей сие положение обозначает приближенность к постели и телу монаршему, то у эльфов же ни что иное, как степень родства. Короче, не последняя фигура в престолонаследии его матушка. Но и далеко не первая, как показывает практика.

Не то что бы я расстроилась от созерцания его чванливых черт, но и приятного тут мало. Зная его характер, могу с уверенностью предположить, что этот ушастый изъявит желание мне напакостить. А он довольно упорный парень, особенно в том, что касается меня и пакостей. Но может все же в этой жизни есть справедливость, а у Рамусика мозги? Может, поостережется он соваться в игры более сильных и страшных сородичей? Нет, вряд ли.

А чего это я переживаю по этому поводу? Ну что он сделает? Баланду отравит (лично я бы так и поступила, это в случае если с врагом надо покончить оочень быстро)? Так меня и так не кормят. Подножку подставит, когда я буду гордо удаляться? Если буду. Тоже вряд ли, ибо прошел тот славный возраст, когда он разменивался по мелочам. Впрочем, я просто рада его видеть. Хоть одно знакомое лицо из толпы ушастых недругов. Даже если первым кто бросит в меня камень будет именно он. Так я хотя бы буду знать траекторию полета камня.

А впрочем я отвлеклась. Пока я блуждала в дебрях своих размышлений, эльфы начали роптать. Не нравится им видите ли затянувшаяся пауза ожиданий. Зрелища остроухим подавай. Как люди право слово.

— Не медли, человеческое дитя, — вмешалась в мои мысли королева.

— Чего она ждет? — слышу громкий шепот из толпы.

— Она не знает как проводится ритуал выявления правды?

— Она слишком глупа.

Вообще-то ничего. На нервах эльфийских играю. Но им же об этом не скажешь. Можно ведь и родовой орт под ребра схлопотать. И естественно не знаю, я же ни разу на нем не была, а в книгах подобное не описывалось. Ибо эльфы свои ритуалы держат в строжайшем секрете.

И я решилась. Тянуть время не было более смысла, я осмотрела всех присутствующих. Среди них не было ни оракула, ни Рина.

Я расстроилась. А кто бы не огорчился на моем месте? Артефакт своим видом воображения не поражает, верных соратников так же не наблюдается, еще и пялятся тут всякие.

В общем, сгоряча я подошла к постаменту и напялила себе на голову камень правды. Ну и солнечный заодно в свои загребущие ручонки определила. После чего с постным лицом развернулась к толпе, и покрутилась вокруг совей оси.

Вроде бы ничего не болит.

Почтенные и многоуважаемые эльфы сначала долго молчали, в себя приходили, ага. Ну а потом их прорвало. Рамусик порадовал злобным прищуром глаз. В общем вся торжественность ситуации была упущена эльфийским смятением.

Я что, опять что-то не так сделала? Судя по их реакции — да.

Царственная зараза была единственной, кто не растерялся. Она мне нравится, я в ней не ошиблась.

— К камню правды подобает прикасаться правой рукой, отвечая правду и только правду, — разъяснили мне. — Надев же венец, ты подвергаешь свою жизнь опасности. Ибо стоит тебе молвить самую маленькую ложь, и артефакт сию же минуту покарает тебя смертью в тяжких муках.

И вроде бы голос не повышала, но умолкли все.

Мдя… переборщила я. Говорил мне Ларик, что моя дурная привычка хватать все, что плохо лежит, до добра не доведет.

Сидящая на троне, эльфийка подала знак, и начался увлекательный процесс моего допроса.

— Осознаешь ли ты, дитя, происходящее? — обратился ко мне почтенный эльф довольно забавной наружности. Эльф как эльф, а вот шапочка у него интересная, прямоугольная с кисточкой, и уши по бокам торчат. Ну и мода у этих остроухих.

— Да.

— Готова ли ты изрекать правду и ничего кроме правды? — нудел дознаватель.

— Да, — а сама лихорадочно размышляла.

— Твое имя?

— Санашая, — отпираться смысла не было. Я уже представлялась.

— Кто ты, дитя? — задал насущный вопрос эльф.

— Та, о ком говорится в пророчестве, — решила я сразу взять дракона за рога.

И ни один мускул на моем лице не дрогнул. А вот у остальных выдержки не хватило. Забавно наблюдать за толпой эльфов, которые ожидают смертельных мук одной несчастной меня. Забавно видеть их разочарование. Оно было почти столь же острым, как и мое.

Их можно понять, они настроились либо на быстрый, но печальный конец, либо на долгий процесс публичного дознания. А тут я, так жестоко надругалась над всеми канонами. А я что? Я ничего. Мне не выгодна затянутая игра в вопрос ответ. Ой как не выгодна.

— Ты человек? — тем временем не сдавался ушастик в шапочке.

Мдя… логичный вопрос. Похоже все таки придется чуть-чуть поиграть. Эльфы замерли в ожидании.

— Нет.

Дружный вздох.

— Кто ты?

У эльфов это вопрос года?

— Так о ком говорится в пророчестве, — не поймаешь меня любитель шапочек. Не зря я с неяссе столько времени провела. Уж чему-нибудь да научилась.

— Какой расе ты принадлежишь? — мне показалось или у него и в правду щека задергалась?

— Не корректный вопрос, — в конец обнаглела я.

Вопрос действительно довольно странный. Среди всех рас и народов не принято спрашивать столь очевидных вещей. Мы чувствуем, кто кем является. Только люди лишены подобного чутья, но и они с лихвой восполняют его заклинанием магического зрения. Просмотра ауры если говорить простым языком.

— У вас человеческая аура. Вы маг, но при этом солнечный камень вам не страшен, — продолжал подталкивать меня к нужному ответу эльф.

— Из чего можно сделать логический вывод — я не человек, — таким же спокойным тоном отвечала я.

Сейчас не время для насмешек. За них можно будет и по почкам получить тяжелым эльфийским сапогом.

— В последний раз спрашиваю: кто ты? — сухим тоном вопрошал эльф в забавной шапочке.

Сделав глубокий вдох, я ответила:

— Дитя с маской человека и белой головой.

Гул в зале поднялся неимоверный. Ну зачем так нервничать? Царственная гадина подала еще один знак, и гул утих.

— Девочка, прошу тебя не устраивать балаган из священного ритуала, — взяла она слово.

— Прошу прощения, ваше величество, — склонила я голову на бок.

Еще одно нарушение этикета, причем вопиющие. Что я делаю? Меня ж казнят! Но в голове крутилась мысль, о том что ла Дара драконов не перед кем головы склонять не должна. По идее все должно происходить как раз на оборот. Жаль эльфы об этом не знают.

— Я дитя с белой головой и маской человека. Я женщина, что несет смерть и жизнь. Я та кто принесет войну или великий мир, так кто была первопричиной, была жертвой и стану концом. Я та, кто явит вам великого правителя, — чуть подумала и добавила. — Своим указующим перстом.

Повисла гробовая тишина. Все чего-то ждали. И даже я. Впрочем зря ожидали, ничего не происходило. Ни жжения, ни покалывания, вообще ничего. Ну надо же не солгала. Точнее пророчество действительно реально! Я же до последнего не верила. Сама не верила в то, что говорю!

— Сиятельные нары и нариль, — властный голос разнесся над залом. Говорила она на эльфийском, похоже больше мне поиграть не дадут. — Все мы являемся свидетелями произошедшего. Это дитя не лжет.

Что?! Она не попытается вывести меня на чистую воду? Не попытается извратить мои слова? А как же мои планы?!

— Но после пережитого, ей стоит отдохнуть. Сейчас Санашая удалиться в свои покои. Позже мы проведем ритуал выбора истинного правителя.

Мать моя король… упырь, совсем забыла. Ну вот, доигралась. Ой как не хорошо-то.

Ко мне подошли два бравых эльфа, встали по обе мои руки. Я так понимаю — это у нас охрана. Перед моим якобы уставшим взором предстал ушастик в забавной шапочке, и бережно снял с моей головы камень правды. Причем на его лице мельком проскользнуло выражение брезгливости. Не нравлюсь я ему, а жаль, мне его шапочка очень даже понравилась. Могли бы обменяться. Потом он попытался отобрать солнечный камень. К сожалению ему это удалось. Не буду же я на глазах у стольких нелюдей драться за понравившуюся мне блестяшку.

Затем, двое охранников, подхватили меня под белы рученьки и повели на заслуженный отдых. Условно конечно, потому как к себе прикоснуться я не позволила. Уходя, успела обратить внимание на задумчивый взгляд Рамшека. Очень задумчивый.

И тут же выбросила все мысли из головы. Я радовалась возможности избавиться от мерзкого наряда столь же гадкого цвета. Даже ускорилась ради подобной перспективы. Эльфы моего стремления не одобрили, в следствии чего мне под ребра прилетел мощный тычок кулаком. А это больно между прочим. Пришлось успокаиваться в срочном порядке.

Дыши, Сана, дыши. Потом со всем разберемся. А пока меня вели совсем не в сторону жилого крыла. Эту дорогу я не знала, но вполне уверенно могла предположить конечный пункт назначения. Долго ли коротко ли, запутанными путями мы дошли.

И я таки не ошиблась. Знакомые все стены. Только камера другая, более просторная, я бы сказала намного просторнее моего карцера. Когда конвой со скрипом отворил тяжелую дверь, на меня пахнуло сыростью и затхлостью. Что не удивительно, подземелье все-таки, но вот примесь аромата крови мне совсем не понравилась.

В камеру я вошла добровольно, дабы избежать лишних прикосновений. Увиденная картина меня не порадовала. Скорее уж опечалила. Камера оказалась пыточной.

Доигралась.

— А нам точно сюда? — решаюсь уточнить.

Мне не ответили. Молча схватили за руки и потащили к стене на которой холодом метала поблескивали скобы с цепями и наручниками. Легко подняв меня над полом, закрепили мои запястья широкими полосками метала. Спину больно оцарапала каменная плита. От нее веяло промозглым холодом, я быстро продрогла, но сей факт никого кроме меня не волновал.

А эти гады просто ушли. Нет, ну я так не играю, а рассказать, что меня ожидает? Нет ничего хуже неведения. Впрочем логическим путем можно догадаться что ничего хорошего меня не ждет. Но об этом позже, пока же меня печалил факт наличия на моем теле ненавистного уже платья.

Немало времени прошло, прежде чем я смогла успокоиться и смириться со своей участью. В процессе успела оглядеться, горящие факелы давали простор взору.

Богатая камера стоит заметить. Стул с шипами, металлические сапоги в которые заливают расплавленную смолу. А эти две доски с острыми металлическими штырями для чего? И неподалеку стол с различными предметами пыток. Одних только плетей разных видов я насчитала двадцать штук. А ведь еще и розги. А пила-то им зачем?!

Мое внимание отвлекло тихое бряцание цепей. Стон.

Оказывается у меня есть соседи. Интересно кто?

Content

Евгения Барбуца
ПРО ТО, КАК ВРЕДНО ПОСЫЛАТЬ ДРАКОНОВ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17