Ли Киллоу

Я думаю, что я существую

Он бился в багажнике автомобиля, пытаясь освободиться от веревок. Он был обречен, но боялся умереть. Если он умрет, кто накажет убийцу — этого оборотня, этого Каина? Кто упредит зло, которое тот еще причинит? Кто отомстит?..

Машина остановилась, но багажник никто не открыл. Неужели этот подонок спокойно удит рыбу?

Наконец багажник открылся, и узник понял, почему убийца медлил: ждал темноты, боялся свидетелей. Ну так получай! Он попытался пнуть убийцу связанными ногами. Конечности онемели и плохо слушались. Мерзавец легко уклонился от удара. Сказал:

— Я полагаю, ты уже помолился.

Лица расплывались в темноте белыми пятнами. Несчастный пытался освободиться от кляпа. Говорить он не мог, но ничто не мешало дать себе клятву: «Я не успокоюсь, пока этого мерзавца не настигнет возмездие!»

Убийца приставил к затылку холодное дуло.

«Все равно тебе не избавиться от меня. Где бы ты ни был, я найду способ отомстить. Я…»

Мысль осталась незаконченной. Убийца выстрелил.

Сержант Дейвид Амаро усилием воли подавил подступившую к горлу тошноту. Труп разложился, и от мертвеца исходил омерзительный запах. Амаро уже жалел, что ввязался в это расследование. Сидел бы сейчас в прохладном офисе вместе с другими детективами — так нет, пришлось, сломя голову, мчаться по августовской жаре на опознание трупа на свалке утиля. Заглянув в багажник автомобиля, от которого поднимались к небу струи раскаленного воздуха, Дейвид спросил:

— Доктор, как вы думаете, сколько он здесь пролежал?

Доктора Майлза Джейкобза также мутило.

— Не один месяц. По меньшей мере все лето.

Дейвид никак не мог понять, как труп до сих пор оставался незамеченным. Его коллеги Том Саскова и Рик Длабаль беседовали с хозяином.

— Свалка закрывается на ночь?

— Да, большим шкворнем с цепью.

— А кто-нибудь мог заехать днем?

— Нет. Дорога обычно перегорожена. Мы сами свозим сюда разбитые машины.

Опознать этого человека будет нелегко, подумал Дейвид. От лица мало что осталось. Может, есть шанс снять отпечатки пальцев?

— Док, приберегите его пальцы, мы пошлем их Топеку.

Его опять замутило. Дейвид с завистью подумал о возможностях полиции в большом городе, где к подобному расследованию уже давно подключилась бы криминалистическая лаборатория.

— Будете обыскивать здесь или в больнице? — спросил Длабаль.

— Лучше уж сразу.

Но не успел он прикоснуться к мертвецу руками в резиновых перчатках, как волна эмоций захлестнула сознание. Это был неистовый гнев, липкий страх и побуждение к немедленному действию. От такого удара Дейвида бросило в пот. В мозгу стучала одна мысль: «Поймай убийцу! Поймай мерзкую гадину! Поймай подонка!..»

Сержанта качнуло.

— Дейв! — испугался Длабаль. — Что с вами?

На Амаро смотрели с удивлением. Кто бы мог подумать: этот человек из багажника был давно мертв, а его эмоции хлестали струями зловонного фонтана! И как об этом расскажешь?!!

То обстоятельство, что человек был связан и получил пулю в затылок, свидетельствовало о казни. Или мести? Его карманы были пусты, с рук сняты часы и кольца. Сведение счетов между бандитами?

Сержанту Дейвиду Амаро уже приходилось в этом году иметь дело с трупами. Трое учащихся средней школы умерли от лошадиной дозы наркотиков. И еще одна девушка, Конни Чаффин, была изнасилована и задушена… Но тогда Дейвид не чувствовал и сотой доли ненависти и возмущения, которые сейчас владели им.

Он посторонился, уступая дорогу санитарам, увозящим на каталке запакованный в полиэтилен труп.

Потом они добросовестно прочесали берег реки на четверть мили в обе стороны, но ничего существенного не обнаружили.

— Устал, Дейв? — лейтенант Джеймс Кристофер сочувствующе похлопал его по плечу. — Ты, видимо, плохо спишь. Сегодня утром у тебя был совершенно измученный вид.

— Жарища. Такое пекло…

Он потянулся за бланком официального донесения, ощутив приступ тоски от собственного бессилия: разговаривают с ним, как доктора. Стоит побывать несколько раз у психотерапевта, как каждый смотрит на тебя с жалостью.

— Все еще мучают кошмары? — Кристофер говорил тихо и доверительно.

— Случается…

— Все те же?

Ужасно… Ничего же не было. Один день — ну что значат какие-то несчастные сутки?!

Один день… В то утро он поцеловал Крис и детишек и отправился на службу. Но когда вошел в офис, все набросились на него, как сумасшедшие. Где он пропадал? Что случилось? И уверяли, что сегодня не вторник, а среда. Правда, во вторник его тоже якобы видели: он забегал в офис проверить данные по торговцам наркотиками. Служащий из полиции видел его машину у школы и утверждал, что Дейвид Амаро беседовал с друзьями тех несчастных наркоманов…

Провал в памяти никак не удавалось восстановить. Злые языки клеветали, будто Дейвид и не хотел этого делать. Вздор! Пропавший день не давал ему покоя. Где же он был, если вернулся домой целым и невредимым, чисто выбритым?.. Правда, пропали пистолет, наручники, ключи, служебное удостоверение, даже часы и обручальное кольцо…

— Нет, снится разное, — солгал он лейтенанту. — Тебя интересуют подробности со свалки?

— Конечно.

Дейвид раскрыл записную книжку:

— Мужчина, волосы темные, рост пять футов одиннадцать дюймов, цвет кожи установить трудно, но, видимо, смуглый. Скорее, это испанец. Вес и возраст определить не удалось.

Дейвид бежал по длинному темному туннелю. Где-то вверху, над головой, несся грузовой поезд — казалось, прямо по черепу. Человека догоняло чудовище. Монстр. Оно уже дышало в спину, а Дейвид не мог оглянуться… Конец туннеля был обозначен золотистым светом. Дейвид бежал к нему изо всех сил, с болью в пересохшем горле. Кто-то мелькнул в золотом сиянии. «Помогите! — крикнул Дейв. — Помогите!» Неясные фигуры замерли, повернулись в его сторону. Но, как всегда, только наблюдали. Когти сомкнулись у него на плече. Крик отчаяния перешел в сплошной вой. Дейв попытался освободиться, но страшная лапа притягивала все ближе… И он оглянулся…

— Дейвид, проснись, я здесь, я с тобой!..

Жена была рядом. Обняла, прижала, положила его голову к себе на грудь. Он цеплялся за жену, как за свою последнюю опору.

— Дейвид, так дальше нельзя… — выговаривала Крис шепотом. Пожалуйста, пойди снова к доктору Мейесу… Или… Попробуй снотворное, которое он прописал…

— Да, я мучаю тебя…

Чувство вины вытеснило чувство ужаса.

Все версии ведут в тупик!

Дейвид откинулся назад и устало пригладил волосы. Конечно, есть надежда на ответ Информационного центра ФБР о преступниках, пропавших без вести. Разосланы запросы в крупные города Канзаса и Западного Миссури, но…

— …Пацан еще, а такой твердый орешек, — коллега Билл Первайанс скривился. — Вообще-то сосунки признали, что этот Стейси и есть основное передаточное звено. — Первайанс талдычил о своем — о деле наркоманов. — Я выбью из Стейси показания! Сукин сын, знает ведь, что мы ничего не можем сделать ему как несовершеннолетнему. А если арестуем, на его место поставят другого. И начинай все сначала. И все-таки, от кого Стейси получал товар?

Дейвид потер виски кончиками пальцев. Кажется, опять… Внутри словно мышь сидела и грызла, грызла… «Я сделаю все, что в моих силах!» — хотел крикнуть Дейв, сорвался с места, заторопился…

— Ты куда? — запоздало бросил вслед ему Кристофер.

— В больницу…

…Доктор Джейкобз как раз заканчивал вскрытие.

— Возраст несчастного — за тридцать. Умер месяца четыре назад.

Выходит, это случилось в апреле. В том месяце убили этого человека, убили Конни Чаффин, еще школьники отравились наркотиками. И сам Дейвид Амаро потерял день из жизни.

— Ладно. Сделайте мне письменное заключение.

Теперь чем быстрее он расследует дело, тем скорее избавится от своего второго «я».

Монстр догнал его. Но люди в конце туннеля впервые не остались безучастными: они что-то кричали, подбадривали, подстегивали. В тот момент, когда страшные когти опустились на его плечо, до слуха дошел все тот же голос, который Дейв связывал с убитым человеком: «Ты не можешь бросить дело. Не будет тебе покоя, пока не поймаешь этого оборотня, этого Каина. Не упусти его!»

Дейв проснулся без крика, но весь мокрый. Крис спала, свернувшись калачиком.

Убитый был связан с ночными кошмарами — это несомненно. Дейв осторожно сел в постели и обнял колени руками. Как объяснить тот факт, что он видел днем ночь, что ему передалось чужое зрение? Была ли связь между трупом со свалки и пропавшим вторником?

В темноте Дейв перекрестился. Матерь Божья, что же все-таки произошло в тот роковой день?

Раздвоение личности мешало работать. Убитый настойчиво понуждал продолжать расследование. Дейв боялся, что совсем сойдет с ума.

— Послушай, если у тебя немного дел, помоги Мадиеросу, — попросил его лейтенант Кристофер. — Бедняга совсем зашился, у него несколько краж со взломом.

Сержанты полагают, а лейтенанты располагают. Дейвид кивком выразил согласие и договорился с Мадиеросом, что проверит все ломбарды в городе.

— Горячий денек, сержант, — приветствовал его продавец в магазине.

— Давайте-ка посмотрим, нет ли у вас этого барахла, — вытащил Дейвид список.

Их прервал скрип тормозов. На улице водитель, высунувшись из автомобиля, ругал почем зря мальчишку-велосипедиста. Мальчишка только усмехнулся. Поднял велосипед на заднее колесо и припустил по переулку…

— Сумасшедшие сорванцы!

— А когда я был мальчишкой, так и не научился ставить велосипед на попа, — вздохнул Дейв.

— В прошлом году двое таких чуть не попали под колеса.

— А я тогда сломал лодыжку…

Дейв вздрогнул: у убитого, судя по описанию, которое он помнил назубок, был такой же перелом. И, как показало вскрытие, тоже в детстве. И вообще очень многое в описании тела мертвеца подходит к… его собственному телу.

— Сержант, вы же хотели проверить список! — крикнул вдогонку продавец, а Дейв уже разворачивал машину к центру города.

Известно немало историй с двойниками. Но ему стало дурно от мысли, что он ведет следствие по делу об убийстве своего двойника… Не напоминание ли это о бренности земного существования?

И в то же время Дейвиду очень скоро захотелось узнать, насколько велико его сходство с убитым.

Читать документы и рассматривать себя на виду у всех было неприлично, и Дейвид, захватив бумаги, заперся в одном из кабинетов, где обычно допрашивали свидетелей.

Он читал, проклиная кондиционер. Прохлада усугубляла ощущение озноба. Тот факт, что у убитого были в свое время удалены миндалины, ничего не значил. Миндалины удаляют у многих. Но прочитать описание зубов, совпадающее, насколько он помнил, с его собственным! Вплоть до расположения отдельных пломб!

Когтистая лапа потянулась к горлу, от нее несло могильным холодом…

— Амаро, это ты заперся?

Голос Кристофера. Дейвид перевел дух.

— Ты один? Выходи! Из лаборатории пришел телекс. Получены отпечатки пальцев твоего подопечного.

— Слава тебе, Господи!

Сейчас все прояснится. Дейвид быстро отпер дверь и взял листок у Кристофера.

— Я отошлю его прямо в…

Работа в полиции дала Дейву возможность хорошо изучить линии собственных пальцев, которые он теперь держал перед собой.

Невероятно!

— Амаро, тебе нехорошо?

— Сразу же отошлю это в Вашингтон, — сказал он лейтенанту и поспешно вышел из офиса.

Сходство было очевидным: та же форма петель, те же ответвления, то же расположение завитков, двойной сгиб, отделяющий завитки от продольных линий на указательном и среднем пальцах левой руки.

Когти немилосердно впились в плечо. Парализованный болью, Дейв больше не сопротивлялся. И вдруг после темного туннеля он очутился на берегу реки. Ночной ветерок шевелил волосы, во рту торчал кляп. Веревки больно впились в запястья и лодыжки. Кто-то бросил его лицом вниз, и ночь исчезла. Боль.

В порыве чувств он скомкал телекс и карточку с отпечатками своих пальцев и швырнул их на пол. С него довольно!

Да, он потерял день как раз тогда, когда умер этот человек. Провал в памяти можно объяснить неосознанной попыткой забыть какое-то чудовищное событие. Что он мог — и хотел — забыть больше всего, если не собственную смерть?

С некоторым удивлением Дейв понял, что спокойно воспринял воспоминание о смерти. Его лишь поразило то, что он питает такую ненависть к убийце, облик которого остается тайной. Ненависть оказалась настолько сильной, что вызвала это чудо — вернула его с того света в таком реальном обличье, что даже он сам не подозревал правды все эти четыре месяца. Прямо по Декарту, подумал Дейв. Я думаю, что я существую — значит, я существую. Воистину: человек, созданный мыслью.

Он ехал по проспекту. Машина свернула на стоянку у школы. Как бы сама по себе. Конечно, в тот вторник он заезжал сюда.

К северу от школы, за стеной, сложенной из песчаника, находилось кладбище. Дейвид перелез через стену и прошелся вдоль могильных плит. Смирение и покой… И тут же споткнулся при мысли о Конни Чаффин. Красивая девушка. Дочь главного прокурора графства, надежда женской команды по легкой атлетике. Она мечтала выступить на Олимпийских Играх. И не вернулась после очередной тренировки. А на следующий день сторож нашел ее — изнасилованную и задушенную — в старой полуразрушенной часовне на кладбище.

Дейвид постарался критически осмыслить происходящее. Почему, собственно, он вспомнил Конни? Ведь ее дело ведет другой следователь.

В дальней части кладбища протекала речушка. За многие годы она проложила свое русло на дне оврага. Дейвид съехал вниз по склону к реке и зашагал по дорожке вдоль берега. Как плотно утоптали эту дорожку спортсмены и местные любители бега трусцой. Здесь и Конни бегала. На этой дорожке, видимо, ее и подкараулили.

«Она бежала и накрыла их!»

Кто сказал ему это? Ну вспомни!.. Ну!.. Ким Харрис!

Что-то мешало идти вперед. В ушах стучало. Дорожка среди высоких деревьев, листва которых закрывала небо, напоминала туннель из его кошмаров.

И вот тогда он окончательно вспомнил. Харрис сказала, что Стейси торгует наркотиками — собственно, об этом знала вся школа. Но Конни видела, от кого он их получает. «Она сказала, что как-то бежала и накрыла их».

Память работала четко: казалось — он никогда и не забывал этих подробностей.

«Накрыла кого?» — «Стейси и еще одного человека. Она не назвала его» — «Когда Конни рассказала тебе об этом?» — «В то утро, последнее… Понимаете, Конни не имела дел с наркотиками и не лезла в чужие дела. Но когда умерли Билл и Тина, она очень переживала. Она хотела все открыть отцу…»

И тогда подонки подстроили так, что убийство Конни навело всех на мысль о сексуальном маньяке, а истинная причина осталась в тени.

Конни тренировалась в этом овраге у реки. Где она «засекла» Стейси и его сообщника?

Вот дорожка пошла в гору. Деревья поредели. Овраг стал шире, и рядом с дорожкой появилась поросшая травой обочина. Стали видны балконы и окна жилых домов. Неужели Конни заметила что-то в одном из окон?

Дейвид увидел тень… Картина вновь раздвоилась — как там, на берегу. Он увидел тень человека в теплице. И вспомнил: тогда, во вторник, он поднялся по каменным ступеням, постучал в окно, и там начался весь этот ужас…

Сержант прислонился к дереву. Вторник. Дело было так…

…На стук в стекло отозвался седой человек средних лет, худощавый и подтянутый, с выправкой военного.

— Я вам нужен? — осведомился.

Дейвид вынул служебное удостоверение.

— Кажется, да. Ведь вы?..

— Майор Чарлз Баррис, офицер в отставке.

Протянул руку и поздоровался — чуть не раздавил Дейву ладонь.

Через стекло теплицы сияло застывшее море цветов.

— Какая красота! — воскликнул Дейв.

Баррис, похоже, был рад:

— Благодарю вас. Вы можете посмотреть на цветы вблизи. — Он провел сержанта в свою оранжерею. — Вот вьетнамские сорта. Я привез их оттуда…

Дейвид удивленно моргал. Баррис улыбался.

— Это занятие кажется необычным для отставного офицера?

— И да, и нет, — ответил Дейв.

А про себя подумал: «Что еще ты привез из Вьетнама?»

— Позвольте полюбопытствовать, чем обязан? — спросил Баррис.

— Вам не доводилось видеть среди бегунов Конни Чаффин?

— Девушку, которую задушили на прошлой неделе? — майор посуровел. — Да, я не раз видел ее через стекло. Какая трагедия… Со мной уже беседовали на эту тему. Есть что-нибудь новое?

Дейвиду показалось, что вопрос задан не из простого любопытства.

Помолчали.

— А встречали ли вы парня — он высокий, выше шести футов, худой блондин, — Дейв описал Стейси.

Хозяин теплицы сложил губы в выражении глубокого раздумья.

— Всех ведь не упомнишь… Вроде нет… — внешне он был спокоен, но его зрачки расширились!

Кто-то хлопнул дверью и с порога заорал:

— Майор, эта сучка Харрис болтает всем, что…

Это был Стейси, сержант узнал его. Но и Баррис мгновенно понял: попались! Дейв повернулся к Баррису. В то же мгновение в лицо ему ударил цветочный горшок. Прежде чем Дейв пришел в себя и потянулся за пистолетом, эти двое уже сидели на нем верхом.

— Куда ты его денешь? — блестя глазами, спросил Стейси.

— Не твоего ума дело. Погрузи-ка удочки на заднее сиденье.

Дверца багажника хлопнула: больше узник ничего не услышал…

…Сержант по-прежнему стоял у дерева. Полная ясность. Он знает убийцу.

Но у него нет доказательств того, что майор убил Конни, и едва ли можно ожидать, что главный прокурор согласится привлечь кого-то за убийство Дейвида Амаро, если известно, что этот полицейский чин преспокойно разгуливал в течение четырех месяцев после предполагаемой даты его смерти. Он мог бы привлечь Барриса за торговлю наркотиками, но этого мало. Майор должен ответить за смерть Конни и тех пацанов, что хватили смертельную дозу порошка.

Я могу расправиться с ним, думал Дейв. Но месть бросит тень на сослуживцев и на семью.

Тут он улыбнулся. Кажется, выход есть. Впервые ему стало легко хотелось петь.

Он позвонил со случайного телефона в свой офис:

— Кейт, говорит Дейвид Амаро. Передай Кристоферу: Конни Чаффин убили, потому что она видела школьника Стейси в компании с его сообщником. Это отставной майор, который воевал во Вьетнаме и, по всей видимости, именно там ввязался в наркобизнес. Его зовут Чарлз Варрис. Он убил и человека, которого мы обнаружили на свалке. Его адрес: Франклин драйв, 610.

Потом Дейв набрал телефон майора.

— Баррис, я знаю о тебе все. Через пять минут я буду в теплице. Готовься.

…Баррис не узнал его. Дейвид выдернул из кармана удостоверение:

— Ты, кажется, забыл человека, которому четыре месяца назад выстрелом размозжил голову. Но я пришел, как видишь, за тобой.

— Хочешь уверить меня, что ты привидение? — глаза Барриса стали колючими. — Просто смешно, — а сам потянулся за пистолетом.

Дейвид видел это и был удовлетворен.

— Я не умру сегодня. Я умер давно.

До того, как Баррис выстрелил, Дейв успел подумать: «Человек материален, пока думает, что он материален… А пуля… Она меня не возьмет».

Выстрел отбросил его назад.

— Майор, привидение убить невозможно.

Баррис в исступлении делал выстрел за выстрелом. Дейвид ничего не чувствовал. Текла кровь, а Дейвид медленно шел на Барриса.

— Да падай же ты, наконец, проклятая сила! — Баррис обезумел.

В магазине еще были патроны. Дейвид прижал майора к стене, схватил его руку и направил дуло в лицо. Баррис в конвульсии нажал на курок. Пуля прошила майору шею. В тот же момент Дейвид услышал захлебывающийся вой полицейской сирены. Он устало вздохнул. Вот и все. Дальше будет работать полиция.

Писать рапорт о происшедшем было чертовски трудно. Выехав по вызову, офицер полиции Дебора Мак Гиверн обнаружила в теплице всего один труп, хотя помещение являло собой сцену ужасающей бойни. Лужи крови. Забрызганные стены. Тело сержанта Амаро найдено не было, на полу валялся лишь ворох окровавленной одежды. Позже в лаборатории установили, что кровь из теплицы полностью соответствует группе крови Амаро, а кровавые отпечатки пальцев на стене — его отпечаткам.

— Что же там произошло, как ты думаешь? — спросила Мак Гиверн лейтенанта Кристофера.

Кристофер не знал, что ответить. У него у самого голова шла кругом. Почему скомканный телекс с отпечатками пальцев трупа со свалки идентичен карточке с отпечатками пальцев все того же Амаро? И куда опять делся Амаро?

Заместитель начальника отдела Беттенхаузен долго изучал материалы, затем вернул личное дело сержанта Кристоферу:

— Позаботьтесь о том, чтобы у Амаро была формулировка «Не вернулся с задания. Считать погибшим при исполнении служебных обязанностей». Тогда его семья получит хорошую пенсию. А об остальном — не думайте, лейтенант.

И он старательно порвал карточку с отпечатками пальцев на мелкие кусочки.

Content

Ли Киллоу
Я думаю, что я существую