Яна Гривковская

Бисер

«И возжелал я, чтобы пожрали мой бисер свиньи сии, да переполнили им алчные чрева свои, да изрыгнули его наружу вместе с гноем помыслов своих, да очистились и прозрели».

Св. Левиафан Послание к Сарматам. Часть XI

© Гривковская Я., 2014

© Иллюстрации. Феоктистова А., 2014

© ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2014

* * *

Благодарить за помощь в написании этой книги некого, ибо мои близкие, прочитав первую страницу, сказали, что это не литература и Набоков пишет лучше.

* * *

Когда я родилась, Дьявол воскликнул: «О Боже!».

Вся моя жизнь — это удовлетворение собственных амбиций.

Я росла очень замкнутым ребенком, и мне понадобилось много времени, чтобы выйти за рамки жизненных стереотипов властных родителей.

Любой авторитет уничтожает попытку стать собой, заставляя тебя думать так, как надо ему.

«Трава — синяя, а не зеленая!»

Поначалу ты пытаешься сопротивляться, но в итоге начинаешь верить в истину, противоречащую твоей же природе.

Мне понадобилось много времени, чтобы выйти из комы и избавиться от заснеженных Альп родительского авторитета. Не бывает людей «лучше» или «хуже». Каждый человек — это новый эксперимент, сложное геометрическое уравнение, открывающее вход в новый мир…

Мне хотелось, чтобы все вокруг происходило по моему сценарию.

Познакомьтесь, я — ваше единственное Солнце в Галактике! Бразды правления вашими чувствами — в моих руках. Предлагаю вам зажмуриться от моего ослепительного сияния. Все вы стоите на горе, возведенной из моих капризов и желаний. Впрочем, я не люблю слово «гора», как и все то, на что мне предлагается смотреть снизу вверх. Чем круче возвышается волна амбиций, тем больнее с нее падать.

Опять я стала жертвой собственного идиотизма.

С приземлением, Мисс индивидуальность! Извините, что посадка не прошла так мягко, как бы вам хотелось…

Глава 1

Вдогонку за кроликом

«Что-то было как-то не так… Ну, а если я не та, что раньше, возникает вопрос: кто же я такая? Вот это загадка!»

А. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

В ресторане

Стою в туалете московского ресторана и рассматриваю в зеркале склеившиеся от слез ресницы. Еще вчера мой любимый был послан в астрал метким уларом правой ноги, но уже сегодня я начала по нему скучать. Самые счастливые люди — те, у кого плохая память, но я — жесткий массажист своих мозгов. На свои грабли я не наступаю — я по ним танцую. Безумно от себя устала. Пора перестать разыскивать сложные объяснения элементарным вещам. Он просто меня не любит…

Надо придумать, как добежать до столика через сидящую с вилками публику, которая рассматривает окружающих через бинокли. Если мужчинам не о чем разговаривать со своими подругами, томно пережевывающими листья салата, можно тихо пялиться на людей, как на обезьян в зоопарке. Второй слог названия нашей столицы неприкрыто намекает, что любой попавший сюда рано или поздно прочно усядется в лужу.

Длинный шлейф прикованных взглядов стелется за мной, как кровавый след за красным командиром Щорсом.

Паркет пора менять.

От чужих тарелок идет аппетитный пар.

Из-под белой скатерти торчит сложносочиненная туфелька Manolo Blahnik за 7000 у. е., она первобытно матерится и ржет как лошадь. Между ее плацкартным пышнословием и местоимением «ихний» явно не хватает ведра c семечками.

Ресторан дорогой, но контекст тренда все тот же — «ближе к народу». Будь проще, и все простейшие к тебе потянутся.

Логичнее поменять местами туфельку и ее обладательницу.

VIP — состояние души, жаль, что оно не продается в ЦУМе. Ни у кого не получается затмить своей личностью Cartier или De Beers — эти вещи всегда выглядят достойнее своих хозяев. А ведь так хочется прикрыть свой маргинальный менталитет обертками Louis Vuitton и раз и навсегда отречься от докторской колбасы, перебив ее вкус сыром Gruyére пещерной выдержки…

В ресторан вваливается молодая поросль в блестящих кедах… «Бон жур, bro! Чё бум заказывать? Здесь маффинз делишаз или дисгастинг? Гив ми сахар, плиз. Грасиас!»

После таких речей становится не по себе. Это не простые чипсоеды, а группа полиглотов. Все верно. Играть в зарубежный театр сейчас стильно, русским быть не модно…

Где столик?

Там меня ждет блондин с голубыми глазами по имени Триандафил. Красивое православное имя, о котором мечтает любой нормальный человек. Не путать с Зоофилом, Овцефилом, и Некрофилом. Сокращенно — Фил.

Пожалуй, это единственный человек на Земле, кто полностью разделяет мои заумные псевдофилософствования. С тех пор как он встретил меня, он думает так же, как я, и это приятно, потому что до этого он вообще никак не думал. После знакомства со мной у него появилась возможность набраться мыслей, несмотря на то, что он настоящий мужчина — человек, который использует голову только для ношения бейсболок. Шутка. На самом деле Фил — невероятно умный, и я обязательно похвалю его в следующих абзацах за оригинальный подход к жизни….

Сегодня в ресторане много народу. Девушки, как всегда, ароматные и разноцветные. Обычно здесь собираются самые пышногрудые достояния столицы, но сейчас передо мной камышовые жабы, членистоногие и вообще пещера ужасов. Помнится, ученые говорили, что динозавры, кронозавры и мапузавры вымерли, но это оказалось неправдой, потому что сегодня они все здесь собрались.

Московские проститутки ходят всегда толпой, единым рабочим коллективом. Если у входа появляется красивый ухоженный самец, приехавший на «госте» и «мульсане», они тут же вскакивают со стульев и начинают бегать в туалет. Не сложно разгадать причину этих мочеиспускательных нарушений, да и самцы со своими машинами и чистыми помыслами знают толк в этих ритуалах…

Раскинувшись на диванчике перед тарелкой с остатками чьей-то запеченной ноги, Фил маякует мне вытянутой вверх рукой и улыбается так радостно, будто мое появление наполнило его пресную жизнь хоть каким-то смыслом. Пришел он сегодня, как обычно, весь в полоску. К подобным узорам Фил дышит неровно с тех самых пор, как в его жизни произошло знакомство с маркой Paul&Shark, которой он регулярно бывает покрыт с головы до ног.

Фил — это большой, большой гротеск. Когда он улыбается, его глаза сильно косят. Один глаз — на Кавказ, другой — на Север. Несмотря на нелепый вид, общаться с ним очень легко. У него есть крылья, и в любой момент он готов взлететь. Скучная земля — не для него, он находится где-то там, среди птиц. Он никогда не бывает отягощен проблемами, усталостью и злостью, в нем вообще нет никакого свинца. Он немного ку-ку. И в этом его изюм…

Кто такой Триандафил

Если генетика вас подвела, то вам сюда, в самую известную клинку Москвы, где работают лучшие друзья девушек — пластические хирурги. Фил преуспел в этой области: никто кроме него не умеет так блестяще видоизменять вторичные половые признаки женщин. Девушки давно перестали быть для него загадкой, и посему он никогда не терял интереса к моему открытому декольте, поскольку у него никогда и не возникало этого интереса.

Дружим мы с Филом уже несколько лет. Он любит меня, а я люблю его. Люблю за то, что он знает ответы на все вопросы.

Фил — это неопрятная прическа и полуженский голос с отливом многозагадочности. Но главное в его облике — руки. Они всегда в движении: он ими радуется, сердится, думает и разговаривает. Его жестикуляция завораживает намертво, иногда я даже перестаю слушать, о чем он говорит.

Надеюсь, его сегодняшнее размахивание рук отвлечет меня от мыслей о бойфренде, из-за которого мои заплаканные глаза превратились в красные кроличьи микропуговки. Фил уже готов повеситься от моих мелодрам, однако перемываем косточки мы всегда тщательно, от позвонка до копчика.

Добродушно хихикая, Фил доедает последний кусок мяса. На белоснежной тарелке остается печальная лужица крови…

Ф: Привет, Царевна.

Я: Привет, мясник-трупоед.

Ф: Знаешь, в московских аптеках резко закончились запасы змеиного яда. Мне кажется, ты можешь помочь родному городу восполнить их с избытком.

Я: У тебя чувство юмора прорезалось?

Ф: Ну что ты, я пришел сюда тебе пособолезновать. Ты ведь жить не можешь без своего кумира с торчащими волосами из носа. Мне бы твои проблемы…

Я: У тебя они тоже бывают?

Ф: Ты же знаешь, у меня одна большая проблема: я перестал хотеть женщин, и меня это пугает. Когда ежедневно делаешь лабиопластику, к девушкам больше не тянет. Давай снимем мне проститутку?

Я: Она поможет?

Ф: По крайней мере, мне будет жалко терять деньги. Подберешь мне кого-нибудь?

Я: Думаешь, я знатный поставщик проституток?

Ф: Я надеялся.

Я: Не расстраивайся. Сейчас ты послушаешь еще одну притчу про моего принца и отвлечешься. Это будет крайне занимательно, даже уснуть не успеешь.

Ф: Хочешь побеседовать о том, как он пятый год разводится с женой?

Я: Ненавижу его жену.

Ф: Кстати, как она выглядит? Ты видела?

Я: Ну, да… Никакейшн. Трава.

Ф: Что с тобой случилось? Ты из таких придурков раньше супчики варила! Было все просто: за поводок и в стойло!

Я: Слушай, педагог, люди такими мазями уже давно не пользуются. Хочу его аккуратно прогнуть, понимаешь? Прицепить поводок на пиранью. Как думаешь, у него есть ко мне чувства? Хоть какая-нибудь любовь наличествует?

Ф: Приличествует. Правда, не совсем понимаю, зачем тебе все эти граждане? Если бы ты выросла в нищей семье алкоголиков, я бы еще поверил, что ты в него влюбилась, точнее, в возможность вылезти из задницы. Но при твоей красоте, воспитании и положении — это какая-то необъяснимая астрономия…

Я: Он точно-точно меня любит?

Ф: Милая, помилосердствуй. Ты ведь не будешь мне этим мозг протыкать?

Я: Прости.

Ф: Сколько ему лет? Семьдесят было?

Я: Сорок шесть.

Ф: Его зарыть забыли, а ты подобрала?

Я: Ревнуешь, маньяк со скальпелем?

Ф: А как не ревновать? Это ничтожество вызывает у тебя поросячий визг!

Я: Пойми, мне надо его добить. Я не могу все так оставить. Понимаешь?

Ф: Не понимаю. Чего с ума сходить? Спокойствие принесет больше позитивного, чем брызги.

Я: Не могу. Надо все доделать. Помирать, так с музыкой.

Ф: Все будет люкс. Не пекись. В боях и штормах не поблекнет наше знамя… Не делай такое лицо. Я в туалет.

Фил встает с дивана. Свет падает сверху, как в дешевой примерочной, превращая его вполне приличное лицо в чудовищно несвежее рыло.

Давайте устроим конкурс «У кого самые набрякшие мешки под глазами»? Победитель возглавит сообщество по борьбе с алкоголизмом и заболеванием почек.

Попробуйте посмотреть на себя в зеркало при таком освещении. Не забудьте улыбнуться и подсчитать все морщины из гофрированной занавески-плиссе у нижних век. И тогда ваша самооценка ляжет на дно Марианской впадины.

Марлен Дитрих была не дура, однако. Выставляя сценический свет самолично, фрау добивалась безупречной освещенности своего небезупречного лица. Интересная женщина, мудрая. Было бы неплохо ее сейчас выкопать…

«Форбс» — журнал для настоящих девочек

А теперь я хочу сказать пару слов о нем. Никтополион. Или просто Никто. Его родители познакомились в Париже, когда будущий отец забыл взять с собой презерватив. Он не раз по-доброму советовал сыну застрелиться, но Ник всегда был очень неисполнительным ребенком. Мама умоляла его хорошо закончить школу. И он закончил ее хорошо. С одной тройкой. Остальные были двойки. Его дневник никогда не был заполнен. Ему с детства не хватало секретарш и помощников. Учителя били его мордой о неструганный стол, а он каждый день подходил к зеркалу и видел бога. И вот настал день, когда мальчик вырос… И явился миру Омен. И на мир он стал смотреть с высоко поднятым средним пальцем… И просьбы его превратились в требования…

Кто придумал слово «олигарх»? Чем чаще вы будете произносить это слово в адрес мужчин, тем быстрее они утратят способность адекватно расценивать себя в этом мире. Впрочем, Ник ее утратил задолго до встречи со мной, с тех пор, как впервые получил предложение внести энную сумму на счет фонда известного холдинга, чтобы увидеть свою фамилию в списке «Самых Богатых Людей Года».

А сейчас я вам поведаю о том, почему я так страдаю. Мой крутой супермен бессовестно женат на дряхлой, невкусной пенсионерке-сверстнице, обладающей незаурядным даром сверлить мозги всей окружающей среде. С ней он живет с девятого класса, и у них имеются общие семейные активы — 2 собаки и 150 детей. В общем, если он с ней и разведется, то исключительно с ее подачи, сам он не полезет все портить первым…

Мечты и реальность

У антикварных жен имеется один универсальный туз, покрывающий любые масти прекрасной любовницы. Супруга — стабильна, а любовница — нет. Жена — это неглубокое спокойное озеро, тронутое по краям ряской. Его безмятежная гладь дает устойчивость совместно возведенному строению по имени «брак». Довольно мрачное слово, не находите? И оно продолжает мрачнеть с каждым прожитым вместе годом. Время покрывает яркие краски былой любви твердым известковым налетом, превращая неугомонные чувства к партнеру в мертвое облако печали и быта. Душа начинает требовать простора. Сексуальным фантазиям становится тесно в рамках серого семейного графика, сердце бьется, надежды изнывают в ожидании новой жизни…

Каждый мечтает о переменах. И каждый их боится. Мечты разрастаются в голове, пока рассудок пытается их уничтожить. После сорока юношеская дерзость прячется в защитный чехол, превращая жизнь в пустые грезы о теплом будущем. Вы по-прежнему изображаете из себя героя, но иммунитет к непредсказуемости давно ослаб…

Страхи обрекают идти на компромиссы. Опасаясь необдуманных поступков, способных полностью изменить ваш многолетний интерьер, вы стараетесь плыть по течению жизни, собирая по пути огрызки счастья, изредка подбрасываемые судьбой. В рисках нет никакого смысла, ведь результата «лучше, чем было» никто не гарантирует.

Добро пожаловать в мир скучной повседневной бытийности, где ваша жизнь не возымеет существенных отличий после смерти.

Проще всего оставить все как есть, условившись на паллиативном варианте: приставка «пере» в слове «перемены» легко меняется на приставку «из». Так и произошло с Ником. Когда ему надоедает поглощать виагру на завтрак, обед и ужин, он разыгрывает перед женой классический цирковой отрывок: ссорится с ней из-за какой-нибудь мелочи и слинивает на несколько недель из дому под предлогом развеивания стресса, чтобы насладиться сверкающим, грохочущим водопадом чувств к любовнице, где брызги желания разбиваются о камни непредсказуемости.

Мечтаю о дне, когда мой пожилой рыцарь в хромированных доспехах наберется смелости и расстанется с супругой…

«Дорогая жена, я бросаю тебя и наших восьмерых детей и ухожу к непонятной девушке, которая бросит меня через несколько лет, когда у меня окончательно перестанет вставать».

Думаете, он когда-нибудь променяет камин с клетчатым пледом и креслом-качалкой на меня? Конечно нет. Ведь самое важное для него — это секунда. Секунда, когда он сделает последний вздох. Когда перед его глазами пролетит вся жизнь, когда в последний раз он почувствует тепло рук близких людей, когда его семья со слезами на глазах проводит его в небесную командировку…

Ник боится смерти

И постоянно думает о ней. Все события недели он знает наперед. Каждый день он видит в зеркале свои погасшие глаза и разыскивает способы себя развеселить, дабы проверить умение испытывать радость. Вся его жизнь сконцентрировалась на поиске инструментов, искусственно вызывающих волнение. Например, недавно он разыскивал причину, отчего ему можно было бы умереть. Но поиски рака с метастазами так и не увенчались успехом.

Футбольные клубы, экстремальные виды спорта, покупка дорогих картин на аукционах, острова в Тихом океане, дома в Париже, в Лондоне, в Лос-Анджелесе, в Монте-Карло, в тридесятом царстве, на Луне, у черта на рогах — все это прекрасные способы временно сублимировать мысли о своей скорой кончине.

В свои сорок шесть Ник считает себя старым, страшным и никому не нужным. Сжав в руке секундомер, он каждый день просчитывает предполагаемое количество лет до наступления смерти.

Он любит рассказывать, что, когда ему было 25, в его голову приходили светлые и радостные идеи: «Ничего страшного, что сейчас моя жизнь скучна. Это из-за того, что у меня нет денег. Вот когда я разбогатею, тогда начнется реальная сказка…»

И вот, сто пятьдесят лет спустя, мечта сбывается. И тут он начинает подозревать, что ничего в его жизни не меняется: дышит он все тем же носом, глотает тем же горлом и спать он может одновременно только на одной постели.

Так где же сказка? Почему он все так же тоскливо воет на зеленую луну, сидя на своих акциях?

В такую ловушку попадают все успешные люди. Первую половину жизни они борются за свободу, а оставшуюся половину проводят в узничестве собственной тюрьмы, где не бывает амнистий.

Бодрящий дневной пейзаж со стометрового балкона периодически рождает ощущение, что жизнь еще не окончена. Но вот он, очередной заход солнца. Строго по расписанию. Всякий раз он парализует надежды, напоминая, что ни на что не осталось времени. Это и есть настоящая единственная жизнь, которая безжалостно пролетела, словно пятиминутная репетиция.

Мы не в силах остановить время. Оно несется со скоростью звука. Мы рождаемся живыми могилами и с каждой секундой высыхаем, как несчастное Аральское море. Все вокруг напоминает нам о скором уходе: часы, памятные даты, календари, дни рождения, Новый год, «мерри кристмас» и прочие счетчики смерти. Внутренний голос каждый раз говорит: «Эй, вот и еще один год прошел, тебе осталось жить на 365 дней меньше, отметь это у себя в органайзере!»

И мы послушно берем ручки и помечаем, сколько нам осталось, чтобы, наконец, превратиться в трупы…

Союз нерушимый

Я многое потеряла, не отравив Ника в день нашего знакомства. Каждый раз меня от него трясет. Он — потрясающий мужчина. С другой стороны, я рада, что этот человек появился на моем пути, ведь теперь за свои грехи я отвечу при жизни, посмертный ад мне больше не понадобится.

Сказать, что у него отвратительный характер, значит, ничего не сказать. Желание управлять миром поразило мозг Ленина и Гитлера, и Ник, как выдающийся диктатор, тоже не забыл перенять этот маразм.

Я всегда ценила его умение делать слона из яйцеклетки. Для своего триумфатора я не смогла выбрать более подходящего прозвища, чем водный Планктон, при ссоре — Нанопланктон, что в обоих случаях звучит как Тоник. Во мне же он разглядел Инфузорию в туфельках, или просто Зозо, завершающую гармонию нашего буржуазного дуэта. Если мы начинаем называть друг друга по имени, это является признаком чудовищной ссоры, которая никогда не бывает скучной ни для нас, ни для окружающих, особенно для тех, кто не успел отбежать, спасаясь от перестрела.

У нашей любви нет границ: в ее необъятных просторах мирские ценности меркнут, и размазанные по стенке мозги соседа, случайно проходившего мимо, выглядят весьма незначительно.

Очевидно, любовь к Тонику была подарена мне богом, правда, в качестве какого наказания, я пока не выяснила. Любить Тоника — все равно что играть главную роль в голливудском блокбастере, где занимательная часть событий разворачивается на минном поле с применением тяжелой артиллерии.

Наши отношения особенные, их невозможно отнести ни к одному из существующих видов чувств на земле. Они поддерживаются на уровне тончайших импульсов из глубины подсознания, скрытых от любых радаров…

Наш симбиоз идеален. Тоник не просто дарит мне эмоции, он их разрабатывает! Он мой движок, а я его турбина. Надеюсь, мы никогда не устанем от наших межгалактических войн. Мы смогли бы прожить вместе всю жизнь. И умереть в один день. Из-за того, что поубиваем друг друга…

Тяжелое заболевание

Представьте такую картину: за окнами глубокая ночь, все тихо. Внезапно Тоник открывает глаза и видит перед собой ломаные линии человеческой тени, сидящей в роскошном пышном кресле посреди черной комнаты. Неправдоподобная отчетливость происходящего вызывает в Нике жуткий страх. Дрожащими руками он накрывает лицо одеялом. Кровь высыхает в жилах…

Внезапно загораются прожекторы. Яркие лучи озаряют комнату. Перед кроватью Ника предстает образ пожилого мужчины в элегантном темном костюме. Развалившись на алой бархатной обивке кресла, он нагло запрокидывает правую голень на левое колено и, расплывшись в самодовольной улыбке, не спеша прикуривает сигару: «Гейтс. Билл Гейтс! Зови меня просто Билли».

Выпуская дым лохматыми колечками, он откашливается, вальяжно приподнимается с кресла и, выйдя в полный рост под яркие лучи софитов, начинает совершать неторопливый променад по комнате:

«Я вырос обычным мальчиком, которого долгое время никто не замечал. Моя империя была создана с пустого места, однако на сегодняшний день ей нет аналогов во всем мире…»

Внезапно Гейтс разворачивается к Нику и пугающе указывает на него пальцем: «А что сделал ты? Все, на что ты способен, — это таскать природные ресурсы у своей страны! Ты бездарен! В тебе нет таланта! Ты умрешь, и о тебе никто не вспомнит! Взгляни на меня! Я — король виртуальных цифр, я — номер один, номер один, номер один, номер один, а ты — грязь из-под ногтей! Я — твоя вечная кость в горле, которую ты никогда не сможешь выплюнуть! Слышишь, лузер?! Ты проиграл! Твое время истекло! Тебе никогда не догнать меня!»

И в следующую секунду из тени выходят Карлос Слим Элу, Лоуренс Эллисон и Уоррен Баффет, которые тыкают в Ника пальцами и синхронно надсмехаются: «Лу-зер! Лу-зер! Лу-зер!»

Ник пытается протестовать, что-то выкрикивает в свое оправдание, но его голос утопает в огромном ватном одеяле странного, непривычного для его груди воздуха. Опустив глаза, он находит себя в огромной липкой луже, полной змей и червей.

«Здесь твое место, лузер!» — доносятся сверху до боли знакомые голоса вечных конкурентов. И в этот момент Ник просыпается.

В глухой одышке он вскакивает с кровати и начинает растирать окоченевшие от боли коленки. Его глаза наливаются рассолом из слез и одержимости, челюсти подергиваются, руки дрожат, кончики пальцев онемевают. В гипоманиакальном припадке он несется в ванную, чтобы отрезвиться ледяным душем и запить три таблетки транквилизаторов водой из-под крана. Выжимая от пота футболку, в которой случайно уснул после вечерних тренировок, он вновь вспоминает подробности своего ночного кошмара, снящегося ему на протяжении долгих десятилетий. Он не знает, куда деться от болезненных вибраций своих мыслей, уничтожающих его добрые сны, эту боль нужно куда-нибудь пристроить.

В голову постоянно лезут одни и те же тезисы: «Как можно любить такого лузера, как я? Если кто-то меня любит, значит, он полное ничтожество».

И в этот момент вырисовывается главное озарение его жизни: «Все люди — враги. Нужно успеть расправиться с ними первым»…

И тут он начинает чертить графики по ликвидации злейших противников, пытающихся «испортить» ему жизнь. Иногда в этот список попадают близкие люди. Например, я…

Конкуренция + тщеславие сводят его с ума. Действительно, сложно выжить в этой битве титанов, особенно, если твои виртуальные доходы на несколько миллиардов ниже, чем у ненавистных братьев Амбани. Эти люди всегда идут на шаг впереди, для них любые твои победы — вчерашний день…

По сравнению с мировыми топами, Ник практически дворник, обездоленный голоштанник, а ведь он мог бы быть и Гейтсом, и Буддой, и Христом, царственно взошедшим на трибуну Небес в дымах и блестках, он мог бы сплотить под своей эгидой всю Галактику, преклонить пред собой всю Вселенную, выстроив планеты в ровный ряд. Как это для чего? Для того чтобы на его гробу висела табличка VIP! Чтобы стать самым богатым трупом на кладбище!

Мозг и сердце. Смешать, но не взбалтывать

Мозг: Сердце, какой же ты загадочный орган. Иллюзорное, непослушное, ты живешь своей жизнью. Всю жизнь ты занимаешься поиском заблуждений. Как только заканчивается очередная порция — ищешь следующую. Слава богу, идиотизм — заболевание, не имеющее к мозгу никакого отношения…

Сердце: Меня не интересуют твои мысли. Мой идол — это вера. Она подогревает меня, заставляет биться дальше…

Мозг: Нет ничего общего, между тем, кого ты любишь, и тем, кто существует на самом деле. Это всего лишь оболочка, фаршированная твоими идеалами! Образцовые герои не населяют мир людей!

Сердце: Неправда! Это не только мои мысли! Он настоящий! Он — воплощение моей мечты!

Мозг: Любовь — это тоже результат твоих мыслей. Спускайся с облаков, автор своего обмана.

Сердце: А ради чего тогда жить?

Мозг: Ради себя! Не верь ему! Он расчетливый! Как калькулятор «Касио»!

Сердце: Неправда! Он живой!

Мозг: В нем нет ничего живого. Он родился мертвым.

Сердце: Он лучший мужчина на Земле!

Мозг: Разве ты знаешь всех мужчин на Земле?

Сердце: Других знать не хочу!

Мозг: Может, хватит о деревьях? Мы не в лесу.

Сердце: Мозг, достал!

Мозг: Остынь. Никогда не обольщайся, чтобы потом не разочаровываться.

Сердце: Моя любовь способна переставить горы!

Мозг: Чего же ты их не переставишь?

Сердце: Мозг! Заткнись! Ты тупой!

Мозг: Не тупее тебя.

Сердце: Если бы за каждую твою извилину давали по доллару, мне бы достался всего один…

Мозг: О’кей. Веселись. Из-за своей близорукости ты никогда не выпутаешься из мелочей. Ты не видишь главного. Тебе будет больно. Ты разорвешься.

Сердце: Не парься. Если кто-то из нас окажется не прав, умрем мы все равно вместе…

Ой!

Прочитала предыдущий абзац.

Нельзя быть такой романтичной, иначе все подумают, что мой любимый фильм — «Титаник».

Стерилизация моих мозгов

В высшем обществе тихий и воспитанный Тоник прославился репутацией Иисуса. Никто не смеет даже заподозрить, что он способен на более пылкие действия, нежели молча крутить карандаш по столу, лениво выслушивая предложения своих партнеров, изредка кивая в ответ на вопросы надоедливого секретаря. Когда Ник открывает рот — все послушно прикрывают свои, ибо даже ночной сверчок осознает опасность перебить его тишайшую речь.

Если Тоник что-то делает, он делает это хорошо. Правда, не все, что он делает, хорошо. Некоторое время он старался жить по правилам. Но если что-то его не устраивало, правила тут же отменялись и начинался мощный хардкор…

К сожалению, никому, кроме меня, пока не удавалось лицезреть его параноидальные фестивали, которые он устраивает мне по вечерам. Подобные изыски в моей жизни всегда в изобилии: воспаленные истерики, метание мобильных телефонов о стену, осыпание меня проклятьями и отборной бранью, в ходе прослушивания которой даже старшеклассники подмосковных школ открыли бы для себя много нового.

Попытки суицида с устрашающим размахиванием револьвера у виска обычно применяются по настроению, в зависимости от степени припадка аффективно-биполярного расстройства. Однако пока не произошло ни единого случая, когда фирменные угрозы суицида реализовывались бы по тексту обещаний автора.

Я уже давно поняла, что единственный способ сделать Тонику приятное, это умереть. О да, моя смерть была бы более чем достойной компенсацией его жизненных стараний.

Любовь — это всегда равные условия игры, даже если вам досталась роль овцы, и если кто-то из партнеров по своей воле не отходит от раскаленной батареи, будучи к ней не прикованным, значит, его устраивают отношения в такой конфигурации.

«Зозо, я так тебя люблю! Ты даже представить себе не можешь!»

Подскажите, как мне это лучше представить? Может, прицепить специальную антенну с датчиком?

И вообще, когда я встретила Ника, где был мой мозг? Я так по нему скучаю!

Он был моим лучшим другом и партнером, он работал на меня всегда: каждую секунду, минуту, день, неделю, месяц, жизнь, до тех пор пока я не влюбилась…

Тоник был однородным куском пластилина, пока я не слепила из него нужную мне фигуру, чтобы беспрестанно убиваться по ней под песни Aerosmith.

Я не совершаю одних и тех же ошибок дважды, я совершаю их по 5–6 раз подряд, чтобы уж наверняка.

Опять мой шар надежд раздулся и лопнул с оглушительным грохотом, и я безжалостно разрушила песочный замок своего здравомыслия, выстроенный из отдельных песчинок. Ну, все! Хватит! Воздушных замков больше не будет! Стройматериалы закончились!

Глава 2

Королевский крокет

«Кстати, насчет следствия, — перебила ее Герцогиня и обратилась к кухарке: — Отруби-ка ей голову! Без следствия».

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

Про Вики

Мой мобильный упорно разрывается. Конечно же это она. Ее Высочество Викентия — Вильфетруда, мы с ней вместе учились в одном злачном местечке на ее родине, о котором уважительно отзывается даже британская Корона. А на нашей родине, когда слышат это название, писают кипятком и предлагают кокаин бесплатно. В общем, Вики. Как у настоящей английской аристократки, у нее вытянутое лицо, которое украшают большие выразительные глаза и беспорядочные зубы, которые видны даже тогда, когда рот закрыт. Несмотря на то что ее упитанное телосложение активно призывает к теловычитанию, стеснения у Вики это совсем не вызывает. Чаще всего ее можно увидеть в джинсах, плотно облегающих полные ноги, на которых никогда не делалась эпиляция, и в кашемировом пуловере с подробными следами всех ее завтраков, обедов и ужинов, которые Вики каждый час дублирует. Также она обожает носить плащи Aquascutum с сумочками Anya Hindmarch и килограммами уплетать морковно-имбирные пудинги, что по утрам готовит их семейный кулинар.

Несмотря на то что Вики — чистокровная англичанка, в магазинах она никогда ничего не покупает со скидкой, ну, может только, когда ей нужно купить подарок маме.

Будучи дочерью герцогини Глостеровской, она (с завидной интенсивностью) успевает испробовать весь ассортимент занятий, с детства запрещенных членам династии Виздондзоров. Вики в самом полном диапазоне успела повидать, потрогать, понюхать жизнь и даже на нее наплевать. Впрочем, прием легких и тяжелых наркотиков, секс с мальчиками и девочками, курение гидропоники и чрезмерное употребление крепких алкогольных напитков никогда не мешало ей быть любимой дочерью своей авторитетной мамы.

Наряженной и ухоженной Вики можно обнаружить только на семейных торжествах. Все оставшееся время ее жизни посвящается дегустации тех видов деятельности, которым не обучают в английской школе благородных девочек The Down s, которую она несколько лет назад окончила с отличием…

Разговор с Вики

«Алло… Слышишь меня?… Буду краткой… Я могу провести с собой двоих друзей в тот самый закрытый лондонский свинг-клуб, помнишь, я тебе говорила? Там недавно был наш… этот… Высочество… Ну, ты поняла… Что-что?.. Извини, я плохо тебя слышу… Скажи сразу, я могу на тебя рассчитывать? Ты ведь не бросишь меня одну? Понимаю, это мерзость, не достойная нас с тобой, но мы же должны посмотреть на тех, кому это нужно? Я сгораю от любопытства!»

От возбужденного ликования Вики мой мобильный аж перегрелся. Только она может приглашать на порновечеринку почтительным тоном, будто читает воскресную молитву в королевской часовне. Мне пора привыкнуть к тому, что Вики — всегда очень правильный человек, даже в вопросах дозировки наркотиков (или нарпёсиков).

Про свинг-клуб

Интересно побывать в месте, где даже в воздухе концентрированно кучкуются штаммы трихомонад и микоплазмы. Надеюсь, вы в курсе, что такое свинг-клуб? Ай-ай-ай. Ладно, не переживайте, я тоже там ни разу не была.

Клуб свингеров — это место, куда приходят спасать супружескую страсть. Реинкарнируют половые инстинкты к партнеру методом шокотерапии — при помощи половой атлетики с незнакомыми гражданами, потому как любые другие способы уже давно не действуют. Муж хочет видеть собственными глазами, что его заезженную вдоль и поперек жену кто-то способен хотеть. Она желает, чтобы он это увидел и ее захотел.

Довольно трогательная попытка эксгумации угасшего супружеского либидо, не находите?

Кому-то нельзя давать в руки мобильный

По телефону Вики вещает без остановки. Прервать с ней разговор так же невозможно, как заставить умирающую муху смирно лежать на подоконнике. Чтобы не обижать людей резкой остановкой их страстных монологов, мне каждый раз приходится самой инициировать какую-нибудь интересную мысль и внезапно прерывать себя на полуслове. Сорри, въехала в туннель… Проверено: в восьмидесяти процентах случаев перезвонят не сразу, и у вас появится маленькая возможность сделать некоторые свои дела.

Пустяки, не стоит благодарности!

Королевы не соревнуются

За свои 29 лет пухленькая милая Вики успела обтереть торчащим из-под джинсов животиком половину аристократического слоя Великобритании. Если дичь оказывалась слишком стара, под эксплуатацию принимался сын-наследник. Вики всегда помогала отпрыскам знатных фамилий попадать на первые полосы The Sun, обеспечивая им скандальную репутацию.

Вики некрасива, но никто об этом не знает. Она — прямое доказательство того, что внешность — это не главное, в чем уже убедились русские красавицы, сидящие до пятидесяти лет на остановках.

Красота — это витрина, быстрое оружие. Но многие даже не знают, как правильно из него стрелять. Вики уверена: если мужчина выбирает девушку по достойным внешним данным, значит, он не собирается с ней задерживаться надолго. Легче сразу пригнать два состава красивых тел с Ярославского вокзала, при помощи которых можно не только воплотить свои эротические фантазии, но и сэкономить на услугах горничных. Главное — держать эту красоту в безмолвии, дабы уберечь себя от желания посетить гей-клуб.

Главный конек Вики — отсутствие комплексов. Согласитесь, умная, красивая, но закомплексованная женщина — это потрясающе сваренный борщ, который напрочь пересолили, из-за чего все содержащиеся в нем ингредиенты стали несъедобными.

Когда вы себя сравниваете, вы участвуете в игре. Вы сопоставляете себя с окружающими вас людьми и тут же находите в себе кучу недостатков. Но есть люди, которые ни с кем себя не сравнивают, поэтому находятся вне времени и конкуренции. Вики, например, даже на вашу фотографию не посмотрит, ей все равно. Она — отдельная единица: ни к чему не относится и ни с кем не объединяется.

Она — не первая и не вторая, она — единственная, поэтому не имеет возраста, веса и морщин.

Гены Вики нашептали ей право быть лучшей во всем. Ей не знакомо слово «шаблон».

Стандарты меняются. Вчера Мэрилин, сегодня Жизель, завтра Нейтири из «Аватара». Кто-то создает штампы, а кто-то жует их всю жизнь.

Вики не участвует в этой игре, поэтому она вечна. Ей не интересно смотреть на себя чужими глазами. Она не стоит в очереди к пластическому хирургу с фотографией Джоли, не закалывает лоб ботоксом, не читает пособия по правильному поеданию бананов перед мужчинами, не сидит на диетах и не нуждается в утренних пробежках. Она просто об этом не думает. Вики умеет дарить мужчинам ощущение нужности, наполняя смыслом их жизни. Она влюбляет в себя быстро и безболезненно. Ее любовь к себе — это роман, который длится вечно. Она дарит поклонникам мечты. Она впускает в свое пространство лишь тех, кто гордо дожидается того великого дня, когда ему посчастливится продолжить ее безграничную любовь к себе, которую она передает воздушно-капельным путем.

Вики — экспонат Красной книги. Люди рядом с ней — словно маленькие темные метеориты. Ее сила их притягивает, они кружатся вокруг нее по спиралевидной орбите, мечтая поскорее упасть в жаркие объятия самой большой звезды в бесконечной Вселенной и раствориться в ней без остатка.

Общение с Вики, словно утоление жажды из горного прохладного родника, из которого хочется пить и пить, даже когда напился, потому что жажда вкуснее самой воды.

Вики всегда свежа, мила и зажигательна. Даже дешевый мобильный в ее руках выглядит ультрадорого, ибо она так искусно нажимает на его кнопки, точно французский ювелир создает свой ослепительный шедевр. Любое ее движение наполнено чувством превосходства. Окружающие завораживаются ее непоколебимой уверенностью в себе, в прошлом, в настоящем и в будущем…

Вечер. 78, 9 часа без Тоника

Любовь владеет всем: воздухом, землей, небом, солнцем, тайнами, желаниями, пороками. И гениталиями.

Она затягивает в неумолимый круговорот энергообмена все, до чего дотрагивается.

Стрелы Купидона пронзили мое сердце насквозь. Я даже прочла целых 24 страницы маркиза де Сада! Наверное, там происходило что-то интересное, но я, перечитывая строчки по нескольку раз, продолжала думать о своем.

Похоже, я перестаралась. Пытаясь забыть Ника, за неделю потеряла ровно семь дней. Не отвлекли меня от этих терзаний даже триумфы мировой прозы, которые действуют на меня крепче тройной дозы феназепама.

Зато теперь я знаю, какие книги мне нравятся больше всего! Тонкие! Выбираю я их очень просто: прихожу в магазин, открываю книгу на первой попавшейся странице и читаю первые три попавшиеся фразы. Если до окончания последней фразы я не засыпаю, значит, эту вещь нужно срочно приобрести, чтобы положить ее возле кровати и больше никогда к ней не притрагиваться.

Для имитации полной занятости лучше «читать» сразу несколько книг. Проверено: это единственный способ осилить хотя бы один рассказ до середины, особенно для таких литературоведов, как я.

Чтение всегда давалось мне с трудом. Мысли, сходящие с чужих мозговых конвейеров, никогда не пробуждали во мне волнений. Чужие тексты не дают гарантий правдивости. Чтобы узнать правду, лучше рассматривать мир самостоятельно, в формате 3D…

Ночь

Завтра утром — в аэропорт. Завтра я увижу Вики.

Я смогла бы уснуть, если бы тени от лампы загадывали загадки, а не угрожали, а темное небо увлекало за собой, а не давило…

Мои чувства вздымаются и пенятся, накатывая и медленно утекая в глубь моего сердца…

Если мне удается не вспоминать о Тонике в течение получаса, я начинаю страшно собой гордиться. Мне нужны хирургические ножницы, чтобы вырезать из головы эти сахарные воспоминания, впившиеся в каждую клетку моего мозга, как ядовитые клещи.

Любовь — это канцерогенное чувство. Словно раковое заболевание с множественными метастазами, которые распространяются по всему организму с мучительной болью в мышцах и костях…

Было бы неплохо увидеть Нанопланктона парализованным на полу в болоте собственного гноя, бездыханными губами выхаркивающим мое имя в попытке вымолить прощение за то, что не звонит мне третий день…

10.50 а. m

Какая холодрыга!!! Город одет в безжалостную стеклянную мантию, замаскированную пушистым белоснежным пододеяльником.

На капот падает молчаливый снег. Обогрев лобового стекла не успевает размораживать постоянно застывающие на ходу дворники. Жаль, здесь нет Тоника. Он бы быстренько разжег огонь среди мороза.

Кутузовский снова перекрыли: опять едет пятнадцатый зам четвертого помощника. Вся Москва состоит из депрессивных домов с балконами, из которых хочется выброситься. Поток грязных машин в пробке напоминает очередь безработных за благотворительной кашей в Америке 30-х годов.

В России есть особенная линия моды — ездить зимой на родстерах. Известная тема из разряда «деньги были, но кончились». Сложно жить, когда есть недостаток средств, но нет недостатка в понтах. В любой другой стране круглогодичная эксплуатация желтых кабриолетов позволяла бы оставаться заметным не только среди белых сугробов и снегоуборочных машин, но и психиатрических служб.

Заваленного снегом SL500 хочется обогреть, почистить и накормить бензином Евро-5.

Наверное, когда родстеры пляшут своим задним приводом на льду в разгар суровых смерчей, их владельцев согревает мечта, что когда-нибудь этот ужас с заносами и грязными от реагентов ручками закончится и мир вновь вспыхнет чувством зависти к переливающимся рельефам их летнего купе.

Опаздываю

До вылета осталось полтора часа, а я до сих пор не могу съехать с третьего кольца в сторону Ленинградки. Верю, что Всевышний мне поможет. Знать хотя бы одну молитву…

Боже! Помилуй меня в неисчерпаемом благосердии своем и даруй мне шанс разрешиться от проблемы стояния в пробках в муках неистовых! Услышь смиренную мольбу мою и призри на меня оком своего снисхождения в отношении своем благодатном, да сподобься доставить презренную рабу свою на шоссе Ленинградское да в аэропорт Шереметьевский, да не постыди моего упования на благочестивость и милосердие твое…

В аэропорту

Вхожу в безрадостный Главный Аэропорт Страны. Мимо него не проскочишь ни в Лондон, ни в Париж.

До вылета осталось 50 минут. Безропотно снимаю пальто, стягиваю с себя сапоги, кладу их в специальное черное корыто, надеваю бахилы, снимаю драгоценности и прохожу через радиоволновый сканер. Сотрудница службы безопасности аэропорта смотрит на монитор огромными беспокойными глазами и, не отводя от него взгляда, любезно просит меня открыть ручную кладь.

В моей сумке начинает нагло рыться своими грязными клешнями какой-то темногривый чебурек, трогая коричневыми паукообразными пальцами мои рассыпанные тампоны и недоеденные шоколадки «Алёнка». Несмотря на мои вежливые мольбы, он безжалостно вышвыривает в помойку мои любимые духи L’Artisan, воду Evian, щипчики для ногтей Zinger, масло для волос Alterna и энергетическую воду для тела La Prairie. В ответ я извергаюсь страшными ругательствами, достаю огнестрельное ружье и крошу этого подонка на овощное рагу!!! Шутка. На самом деле в аэропортах работают очень умные компетентные люди, и если бы они увидели труп своего сотрудника на полу, то заподозрили бы что-то неладное…

Даже Ник выдвигает протесты против обыска его личности, ведь несправедливо каждый раз заставлять его снимать ремень. Перед тем как отстегнуть часы и цепочку, он тысячу раз пытается договориться с начальниками аэропорта о привилегиях для своей персоны, искренне надеясь, что на этот раз чудо свершится и пограничники начнут ему стелить красные ковровые дорожки не только за кордон, но и в туалет.

В самолете

На креслах первого класса страдать крайне неудобно. В самолете нет ни единого дивана, на котором можно бы было впасть в океан вселенской грусти.

«Откройте шторки иллюминаторов, пристегните ремни безопасности, приведите кресла в вертикальное положение, уберите столики, выключите электронные приборы…»

Столько всего надо сделать! Я не успею! С мыслями о сне можно твердо распрощаться, пока все вокруг чихают, смеются, икают, пьют, храпят и шелестят…

Каждый раз, когда меня угораздит лететь на регулярном рейсе, я вновь и вновь осознаю причины высокого спроса на покупку джетов. Жизнь покажется в тысячи раз привлекательнее при отсутствии по соседству детей, которые периодически заходятся истеричным плачем. А пребывание Тоника в моей жизни ускорило стирание из памяти емкого слова «расходы».

Готовься, Зозо, скоро ты будешь носить вместо Vertu — пейджер, и наслаждаться завтраками компании «Трансаэро».

Привилегированные места в самолетах созданы для таких лохов, как я. Отличный бизнес — взимать плату за сиденья с разницей в 10 см…

Интересно находиться в месте, где у каждого свои проблемы: у кого-то хлеб черствый, у кого-то бриллианты мелкие… Имущее сословие располагается в широких креслах, а ремесленники — в узких.

Люди обожают все расчленять, разбивать, разделять и распределять. Нации, отряды, подвиды, классы, сообщества, фашисты, коммунисты, нацисты, сепаратисты, богатые, бедные, черные, белые, козероги, овны, баптисты, протестанты, католики, немцы, американцы, русские…

Похоже, люди равны между собой только в своем разнообразии. Наша Земля такая маленькая, а мы постоянно делим ее на какие-то клочья.

Внимание, вдали уже мерцает очкастая тень Леннона: «Imagine… is no countries… and no religion too…» Если я начну ему подпевать, мои соседи в больших креслах вряд ли меня поддержат.

Смотрю в окно, но на самом деле смотрю внутрь себя, пытаясь разобраться, что со мной происходит.

В салоне самолета горит тусклый свет, отражаясь на глянцевой поверхности моего ноутбука. Уже третий раз меня просят его выключить, потому что мы уже взлетаем.

Интересно, как будет себя вести эта милая стюардесса, когда очень сильно разозлится?

Хозяин моей души

Какая же красивая сверху Москва… Это слово звучит как имя красивой французской девушки…

Каждый раз в облаках я ищу Господа Бога. Наверное, ему мягко живется в этом белоснежном стиле минимализма. В его распоряжении — все облака на небе, не слишком ли крутой дабл-сьют для одного человека?

Мысли о Тонике шествуют по моим мозгам. Скоро меня посетит синдром Адели.

Осторожно! В душу не лезть — там заминировано!

Единственное смертельное оружие против мужчины — забвение недостойного.

Если Ник узнает, что его образ больше не наведывается в мои сны, у него случится инфаркт миокарда, который обеспечит ему мучительную гибель от собственного ничтожества. Меня бы это слегка утешило.

Пока я рассчитываю на горькие терзания моего любимого, он может лакомиться другим десертом… Точнее, «заедать» сладкие воспоминания о Зозо сухой черствой старой бараниной.

Со своей женой Тоник всегда разговаривают только на одну тему: «Куда бы еще съездить?» Этот вопрос очень характерен для тех, кто всю жизнь бегает от самих себя. Скорее всего, его сейчас нет в Москве, опять уехал в Австрию от чего-нибудь лечиться…

После сорока лет природе мы больше не нужны: женщины уже родили, мужчины оплодотворили, поэтому природа ищет способ нас убрать, но так, чтобы мы этого не заметили. Тоник был одним из первых, кто просек эту хитрость, и теперь по полгода торчит в экологически чистых зонах Новой Зеландии, где далекооо-далекооо, на лугу пасутся ко-о-о-о-о!!! Или в Исландии, в прекрасном городе Хабнарфьордюр (повторите). Эта республика славится не только своим вулканом, название которого легко запомнить с первого раза, но и горячими источниками, которые продлевают человеку жизнь (на час или на два).

Надеюсь, одним из этапов его путешествия станет Сент-Бартс или, еще лучше, Мальдивские острова, где он гарантированно скончается от тоски на пару с женой и отдрессированными шиитами. Остров Хувафен Фуши — отличная лакмусовая бумажка подлинности чувств, где тлеющие отношения не поддерживаются искрой большого города со всевозможными дружескими сборищами.

Всю жизнь Ник пытается найти себе какое-нибудь хобби. Недавно он даже пытался имитировать небывалую любовь к гольфу, но, поняв, что выиграть партию у Тайгера Вудса ему светит лишь в случае, если он будет играть с ним в любые другие игры, кроме гольфа, он вновь полюбил «домашние» посиделки на свежем воздухе в узком кругу друзей, соседей и комаров.

По уик-эндам он устраивает дружеские попойки с генералами, полковниками (и прочими бескомпромиссными борцами с преступностью), белугой, «Белугой» и черной икрой в хрустальных лебедях.

После звонких отрыжек салатами оливье, которые съедаются вместе с морковкой в форме розочки посередине, они хором начинают исполнять песни группы «Любэ», а вскоре, задрав вверх коромысла, пускаются в горячий пляс, пока с запястий не отваливаются их золотые «Константины».

Разумеется, подобные вечера неизменно заканчиваются синхронным блеванием праздничными салатами и фаршированными перцами, а весь последующий день посвящается таблеткам, пипеткам и градусникам. Ник обожает превращать свой дом в лазарет для выздоравливающих, приглашая всех желающих к нему присоединиться, чтобы вместе поболеть.

Его друзья — это особенный контингент граждан: очень уважаемые люди в кругу алкоголиков. Содержимое их черепных коробок для меня всегда являлось загадкой. Они подвывают песням Любови Успенской, заказывают баклажановые «гелендвагены» и обтягивают стены в гостиной крокодильей кожей. А потом сидят целыми днями в своем Завидове и друг другу завидуют. Не дождусь, когда эти устаревшие версии мозговых конструкций будут списаны в архив и жизнь на Земле станет теплее. Смайлик.

А еще Тоник любит аукционы

Скажите честно, как часто вы посещаете со своей второй половиной аукционы с лотами б/ушных вещей? Данный вид «спорта» вызывает особенное состояние маниакальности у Тоника и его супруги, ведь это тоже неплохой способ сбежать из дому, чтобы не прокиснуть наедине друг с другом.

Благотворительные аукционы позволяют Тонику поставить галку перед небесными судьями, ведь за благие дела ему непременно воздастся на том свете. Тоник хочет казаться милосердным.

Правда, люди милосердны только к тем, кто не представляет опасности их самолюбию.

Организаторы аукционов беззастенчиво используют психическую неадекватность своих клиентов. Возьмем, к примеру, моего любимого. Каждый раз его ждет группа захвата добрых администраторов и эдвайзеров, которые подробно опишут уникальность каждого лота, в ожидании, что Ник начнет разбрасывать деньги золотым дождем. Заставить его прельститься каким-нибудь артефактом очень просто. Главное, вовремя произнести слово «гениальный». Как только он слышит это прилагательное, у него начинают течь слюни, как у сенбернара.

Зубочистка «гениального певца», носки «гениального фотографа», трусы «гениального модельера», галстук «гениального актера».

Число гениев растет катастрофически быстро, с каждым днем осложняя вероятность встречи хотя бы с одним неодаренным человеком.

Чтобы впарить ненужную вещь за бешеные деньги, необходимо придумать красочную предысторию ценного изделия.

Если вы выставляете лот в виде использованного половика, желательно всем объяснить, что об него когда-то вытирал ноги сэр Элтон Джон. Не важно, что он его в глаза не видел, главное, чтобы все в это поверили. И тогда на конкурентный бой затянутся отчаянные жертвы, которые лягут костьми, чтобы за любые средства приобрести такую нужную и памятную вещь.

Да еще и глянцевая пресса будет нашептывать: это тренд, господа, это высший шик, то, что лишь вас одних и достойно… Скука смертная, дважды два, учебник за первый курс по основам пиар-технологий.

Чем беспросветнее раздрайв в душе, тем реже он упускает возможность поупражняться в воинствующем фетишизме за приобретение использованного тампакса Мадонны или сломанной зубной щетки Джорджа Клуни…

Тоник и тусовка

Как только Тоник покупает на аукционе очередной «половик», ему начинают все завидовать, взбивая пену его славы похвалой и сплетнями.

«Он такой богатый! Он выбрасывает деньги на ветер! Вы уже слышали новость о том, что он купил еще заповедный остров?»

Тоник — первый парень на деревне. Нет ни единого человека из московской тусовки, кто не следит за событиями его жизни. Несмотря на то что люди из этого круга очень современные и гламурные, в понятии слова «тусовка» лежит провинциальный исток, олицетворяющий тоску по маленьким посиделкам в деревнях, где все дружно собираются, чтобы перемыть друг другу кости.

Мы подражаем последним тенденциям моды с претензией на Европу, на самом деле являясь прекрасной деревенской Азией, увешанной бриллиантами и неповторимой в своей дикости, неотшлифованности, невежественности и невоспитанности…

Хитроу

Ненавижу аэропорты. Огромные толпы людей самых диковинных мастей, от бледно-серых типов до нарциссических личностей, шумно привлекающих к себе внимание, ввергают меня в состояние незащищенности. Однако момент, когда автоматические двери захлопываются за твоей спиной и ты напряженно высматриваешь родное лицо в безликой толпе встречающих, имеет трогательные оттенки.

Звездочка распахнутой ладошки Вики кажется самым ярким пятном в зале прилета. Она радуется, как маленькая девочка.

Мы счастливы вновь видеть друг друга. Довольные и голодные, мы очень хотим поехать куда-нибудь перекусить. Сейчас я ей об этом сообщу…

В ресторане с Вики

Вики заказывает чизкейк с двумя ягодками свежей малины. Я ограничиваюсь нежирным йогуртом с лесными ягодами, который подают в изысканном высоком бокале с серебряной ложечкой на длинной ручке и черным чаем с растительными сливками.

Жду наступления вечера. Сегодня он будет наполнен голыми особями английской знати.

Вики постоянно говорит о каком-то страхе. Это что-то новое. Она прочитала об этом слове в Википедии?

Для пущей уверенности, мы решили разбавить наш поход в свинг-клуб развлекательным аксессуаром по имени Крискентиан. Холеный до стерильности, миловидный гей из Канады, обожающий носить теплые куртки с вьетнамками, — мечта всех итальянских дизайнеров. На какие средства живет Крис и содержит свой огромный дом в Вальбонне, который ему подарил один известный кутюрье, — тайна мадридского двора. Хотя мы с Вики об этом догадываемся, учитывая тесную связь Криса с модельным бизнесом и его спонсорами, со всеми вытекающими из этого последствиями.

И хотя внешность Криса (у меня, например) вовсе не рождает незамедлительного желания подарить ему дом, на вкус и цвет (и пол) товарищей, как мы знаем, нет. А вот его близкому сходству с молодым Дэвидом Гилмором мог бы позавидовать и любой гетеросексуал.

Мне ни разу не доводилось лицезреть Криса без остатков пузырей от жвачки на носу — всю свою сознательную жизнь он что-то жует и надувает.

Его беспроигрышный конек — плохое зрение, обрекающее беспрерывно прищуриваться, что обостряет его сексуальные блики для всех тех, кто оказался неподалеку. Похоже, он никогда не пойдет в магазин и не купит очки или линзы — он будет стильно щуриться до конца своих дней.

Самое родное существо для Криса — его черный лабрадор Том, подозреваю, названный в честь Круза. Маниакальная любовь к собакам длится у Криса с детства, заменяя ему радость родительского бытия и заполняя его пустое душевное пространство…

Вики + Зозо + Крис

На удивление, Криса не сильно прельстило приглашение посетить свинг-клуб. На это есть серьезные причины: густая концентрация извращенцев тут же накинется на такого немыслимого супергероя, пытаясь разорвать его в мелкие клочья. Уверенность в собственной неотразимости всегда мешала Крису жить: ему постоянно мерещится несметное количество поклонников даже там, где их пока еще нет.

Но деваться некуда. Он идет с нами. Надо же проверить, кем является наш малыш: медом для диких пчел или пшеном для деревенских кур?

Влюбийство

Любишь. любишь. любишь. любишь. любишь. любишь. любишь… — сердце, заткнись, а?

Глава 3

Фоксшпрот

«Ничего не поделаешь, — возразил Кот. — Все мы здесь не в своем уме — и ты, и я.

— Откуда вы знаете, что я не в своем уме? — спросила Алиса.

— Конечно, не в своем, — ответил Кот. — Иначе как бы ты здесь оказалась?»

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

Свинг-клуб

Что может отвлечь от разглядывания трехэтажного особняка без вывески, ничуть не похожего на свинг-клуб? Несомненно, шелковое платье Вики, ничуть не напоминающее нижнее белье.

Лондон всегда отличался дефицитом хороших парикмахерских, из дверей которых можно выйти не лысой, по этой причине рисковать сегодня я не стала и в столь многозначительный день помыла голову самостоятельно. Зализанные назад, не высушенные феном мокрые ледяные пакли, бьющие по плечам, — что может быть лучше для хорошего вечера?

Вау! У Криса такая же прическа! Я попала в тренд. Надеюсь, нас не будут путать?

Входим…

Стараясь имитировать утеху и стёб, подбадриваем друг друга фразами вроде: «Ну что, пойдем приколемся над этим зверинцем?» Но на самом деле это не совсем соответствует нашим подкашивающимся коленкам.

Открыть тяжелые двери из красного дерева довольно непросто. Позолоченная дверная ручка, отполированная руками тысяч неудачников, и манит, и пугает. Вики и Крис хихикают, как подвыпившие подростки. Мое сердце вдруг сковывает тоска. Если бы я знала, какие метаморфозы ожидают мою подругу после посещения этого места, я бы бросилась наперерез как тигрица и, схватив Вики за руки, утащила бы ее как можно дальше, невзирая на протесты…

Но дверь открывается, и мы входим в темный проем.

Внутри спокойно и уютно.

Интересно, сколько понадобилось времени, чтобы зажечь несколько миллиардов свечей в этом помещении?

Тридцатый раз слышу от Криса слово awesome.

Полупьяные дамы среднего возраста, пошатываясь, изображают посреди зала своими располневшими телесами некое подобие эротических телодвижений. На отдельном стенде трется о шест стриптизерша с нарощенными волосами, узким тазом и неприлично плоским задом, который висит у нее под коленками. Взоры всех присутствующих обращены в ее сторону. Манящие движения тела вызывают у обоих полов высокий градус восторга, подкрепленный градусом винным.

Входя в главный зал, слегка прикрытые дамы наблюдают, насколько живо на них обратят внимание проголодавшиеся мужчины, — это поможет выявить степень их женской привлекательности.

Вики молодец! Предварительно усыпав свои длинные ресницы блестками, она расхаживает по залу в образе загадочной актрисы бродвейского мюзикла, равнодушно складывая в стопку мужские взгляды.

Наш пестрый дружеский ансамбль разбредается в разные стороны, постепенно растворяясь в пикантной ауре этого заведения.

Теперь я одна. Передо мной — белая дверь. Как во сне, открываю ее…

За белой дверью

Белый цвет простыней на бедрах мужчин отражается под ультрафиолетовым светом софитов, капли пота на лицах искрятся под прожекторами, в глазах рябят девичьи щиколотки, передвигающиеся в рок-н-ролльном ритме под битловскую «Twist and Shout». Одиноко сидящие женщины перелистывают глазами похотливых самцов, нежно поглаживая ножки бокалов дрожащими пальчиками. Мужчины всеядно обстреливают зрачками все, что движется. В их глазах — жажда. Такие взгляды можно встретить в пустыне Гоби и в ночных клубах Москвы. Если мужчины явились в клуб, чтобы позабивать свои гвоздики в дырочки, то женщины пришли сюда с намерением устроить личную жизнь. Согласитесь, это отличное место для поиска любви, наполненной светом и силой, по крайней мере, вместе им будет веселее ходить по кождиспансерам…

Про джентльменов

Как только в поле зрения самца попадает большой ассортимент самок, качественный подход к женщинам заменяется количественным. Некогда галантные джентльмены превращаются в голодных животных, транслирующих вовне столь первобытное желание, которое, словно рентгеновское излучение, жадно сканирует каждый мегапиксель женской массы.

Здесь необязательно быть лучшим. Главное, быть активным. Чистая биология — в гонках за выживание побеждает самый активный сперматозоид…

Цель самцов — затащить жертву в укромный уголок и низменно с ней расправиться. Весь мир для них превратился в огромный бюстгальтер шестого размера, который необходимо во что бы то ни стало расстегнуть и осеменить.

Для мужчин 40+ свинг-клуб — это единственное место, где можно гарантированно пристроить свой вяленький цветочек, ранее находивший применение исключительно в секретаршах и горничных.

Молодые девушки в растерянности. Они никогда не видели такого количества налитых инструментов, стоящих дыбом. Чем их больше, тем меньше шансов принять верное решение. Кого выбрать? От многочисленных альтернатив нет спасения…

Коралловый зал

Стараюсь слиться с замшевой стеной. Мне противно от того, что я заворожена откровенностью происходящего. Как во сне, пытаюсь убежать, но не могу.

Реальными кажутся только официанты в белых рубашках, приводящие меня в чувство недоумения. Их рубашки белы, безупречны и беспорочны, как в отеле Ritz.

Зорко оглядываюсь по сторонам в поисках компромата…

Красные столики, красные диваны, красные лоджии — вот мы и в гостях у дьявола.

Животрепещущий процесс массового соития происходит прямо у фонтана, высокого и каменного, в виде большой серебристой улыбающейся феи. Ее крылья освещены яркими неоновыми лампами. С правого крыла вальяжно свесилась смуглая стройная нога, принадлежащая молодой большеглазой девушке, которая сейчас вынимает из своего рта розовый предмет, кривой, как месяц, и огромный, как бараний рог. Поперхнувшись белой тянущейся жидкостью, она выплевывает ее в неизвестность.

Разгоряченные женщины ласкают друг друга прямо на бортике, ежесекундно рискуя свалиться в воду. На них уже обратил внимание молодой африканец: он уже подготовил свою черную одноглазую алабамскую змею, чтобы впустить ее в очередные небритые джунгли с кустистыми папоротниками, где можно навеки заблудиться и не найти дорогу назад.

Невозмутимые официанты в черных фраках на эту озабоченную бригаду никак не реагируют, с индифферентным видом продолжая разносить в дальние углы зала бокалы шампанского и презервативы на подносе.

Пока непонятно, как персоналу удается сохранять столь непоколебимую сдержанность, ведь даже поклонники передачи «В мире животных» нашли бы местную обстановку весьма остросюжетной…

АIDS???

Удивительно, но контрацепция в этом незакомплексованном местечке явно не популярна: ни на одном «мече страсти» резинки я не наблюдаю, хотя большинство комнат оснащено стеклянными урнами с презервативами.

Помимо удовольствия, люди выносят из таких мероприятий икебану веселых микроорганизмов, пожирающих плоть.

Мужчинам хочется понравиться нескольким женщинам сразу, чтобы образовать с ними волшебные дуэты, трио и квартеты. Замена презерватива отнимает от пятнадцати до тридцати секунд. Это долго. Главное, не портить волшебное мгновение, сопоставляя это время с количеством часов, проведенных в кресле венеролога…

Бисексуалки

Сосредоточенно выбираю фрукты из огромной мраморной вазы, краем глаза подсматривая за двумя молодыми блондинками, кувыркающимися в страстных оргиях посреди гигантского дивана. Эти бесстыдные блудницы являются главными предметами ручного вожделения зала. Они громко хохочут, целуются и наигранно покусывают друг другу бюст, в упор не замечая пубертатных подростков сбоку, постыдно стирающих свои ладошки в утомительной жажде секса: «Неу, sunshine! Look at me! I’m here!»

Самые нахальные из ребятишек несколько раз пытались влиться в жаркий процесс, однако попытки их эффекта не возымели — волшебницы оказались слишком заняты друг другом.

Девушки нового поколения больше не хотят страдать, терпеть и ковыряться в больном. Настал новый сезон. Теперь, когда жизнь не клеится, они просто меняют клей. Девочки поняли, что вместе им красиво и вкусно. Они организовали себе собственное лето, мужчины им больше не нужны. Мир, который мы считали постоянным, изменился. Ценности прошлого века вымерли, как динозавры. За классическими отношениями, пожалуйста, к людям из классических произведений…

Инстинкты

Непредсказуемые, как погода, действия приносят массу свежих впечатлений.

Мужчины, вальяжно размахивая своим богатством, надеются пристроить его в достойное отверстие.

Женщины в изнеможении облизывают пальцы, вываливают на столы бюсты и трутся о диваны ляжками, чтобы привлечь внимание самых достойных богатырей.

Волшебники колдуют волшебной палочкой, а волшебницы — волшебной дырочкой.

Нет-нет, не смотрите на меня так, я не с вами. Застегните свои улыбки. И ширинки тоже. Между маткой и мозгом я всегда выбираю позвоночник…

Ну и ну!

За углом передо мной разворачивается сценка, которая могла бы стать лучшим эпизодом немецкой порнографии с пиратских DVD.

Сложносочиненная акробатическая комбинация выстроена на большой кровати. Длинная, объемная женщина лет тридцати пяти стоит на четвереньках, ублажая оральными ласками пожилого ушастого мужчину, пока шустрый миниатюрный блондин усмиряет ее сзади. Несмотря на то что женщина добросовестно пытается угодить обоим, несовпадение ритмов с каждым из них стало серьезной преградой на пути к синхронному дзену. Долгие попытки выстраивания общего темпа между тремя партнерами положительного результата не дали. Процесс пошел насмарку.

Так-так. Кажется, селезенка гнома начинает сомневаться в своей способности удовлетворить такую массу.

Это неудивительно, ведь он короче своей спутницы в несколько раз. Может, это ее внучек? Или он решил материализовать свои детские мечты о сексе со слоном?

Боясь попасть впросак на глазах у женского жюри, которое плотным кругом обступило ложе сиюминутной любви, гном судорожно стимулирует свой подвисший микроснаряд к дальнейшей работе, стараясь казаться беззаботным и незакомплексованным.

И вот уже слышны брезгливые насмешки.

Садись, милый, два!

Думаю, чтобы положить конец этой некрасивой сказке, ему стоит жениться на даме сердца (и не только сердца).

Она будет выглядеть очень эффектно в шелковом подвенечном платье, которое сошьет главный дизайнер фабрики, выпускающей чехлы для танков. А потом, под звон колоколов, гном вынесет свою любимую из часовни на руках. Если он сделать этого не сможет, в этом случае ее вывезет оттуда эвакуатор.

Ничто не затаптывает мужскую авторитарность так безжалостно, как разница в росте и весе в пользу женщины.

Рядом с девушками-терминаторами герои-победоносцы превращаются в маленьких убогих прислужников, выглядя пластмассовыми Кенами для девочек от двух до пяти лет.

Миниатюрному блондину стоило бы задуматься над этим обстоятельством, прежде чем пытаться прижарить такую примадонну…

Можно снимать клип

Расхаживаю по клубу с видом депутатской неприкосновенности. Подозреваю, что моему скромному взору предстоит осилить еще целый калейдоскоп завораживающих событий.

Постепенно чужие недопитые вина с недоеденными пирожными начинают пользоваться высоким спросом среди нетрезвых, неутомимо «брачующихся» обитателей.

Пикантную атмосферу сексуальных утех поддерживает томный голос, поющий «Unfinished Sympathy», — он позволяет каждому ощутить себя актером эротической сцены известного фильма.

Главное, не забывать смотреть себе под ноги, чтобы не поскользнуться об использованную резинку или измятую салфетку с желтоватыми пятнами. Впрочем, полученные переломы можно зафиксировать мужскими парео, беспризорно разбросанными на диванах, — их выдают в раздевалке клуба всем желающим, кто не готов вываливать напоказ самое лучшее, что у него есть.

Споткнувшись о валяющийся ботинок, пинаю его ногой. А ботинок-то крокодиловый Lattanzi, отмечаю с удовлетворением. Значит, я в приличном обществе.

Всюду гремят духовые оркестры из женских воплей. Девичья голова с множественным пирсингом сцеживает себе в рот молочную жидкость из светящегося под софитами презерватива. Похоже, внутри этой резинки находится сладкий соус сабайон, ибо даже девушки из рекламных роликов не наслаждаются поглощением йогуртов столь жадно, как этот неугомонный продырявленный язык.

Высосав жидкость до капли, ненасытный язычок принимается с аппетитом вылизывать остатки белого вещества с не очень аппетитного мужского органа, плотно впиваясь в каждый изгиб его кривой конфигурации.

Обладатель этого агрегата зажмуривается и властно прижимает женскую голову ниже своего пуза. Далее идут Х-образные ноги, седой мех посередине и венозно-куперозная сетка. Похоже, я попала в долину монстров.

А ведь днем таких типов можно встретить на Нью-Бонд-стрит — со свежеотманикюренными ногтями, отрезанными заусенцами и кучей брендовых пакетов, которые гордо грузятся под передние капоты суперкаров, где у простых смертных автомобилей находятся двухлитровые двигатели.

В такие моменты даже не подозреваешь, что в штанах этих богов может быть припрятан невыразительный мохнатый ствол, что их спина часто покрыта белыми прыщиками, а после жирного тирамису их кишечник способен закатывать невероятные истерики…

* * *

Свинг-клуб — планета другого мира.

Здесь нет кого-то богаче или беднее, красивее или страшнее.

Когда люди голые, они превращаются в кучу шевелящихся опарышей. Без одежды человек обезличивается, теряя социальный статус и возможность показать свой вкус.

Нагие мужчины выглядят как ассорти из седовласых неудачников, с избытком волос на теле и недостатком на голове. Наверное, просыпаясь по утрам, они каждый раз удивляются, что еще живы. Их туловища разваливаются на части, их дряблые торсы не слышали слова «тренажеры», а сутулые обветшалые плечи болезненно измучены возрастом и стрессами.

Эту безрадостную картину в равной мере разделяют переспевшие супруги с повисшими валиками на шеях и неудачно выполненными операциями по увеличению груди. Они расхаживают в коротких юбчонках с корсетами, беспощадно стягивающих мешковатые животы в складках и растяжках в слабое подобие талии.

Давным-давно эти дамы пестрели красками молодости и считались сочной снедью для широко известного в узком кругу пула обожателей чужих жен, но годы превратили спелый продукт в просроченные консервы, на которые теперь экстренно разыскивается потребитель.

Надеюсь, их отправят в качестве гуманитарной помощи в недоразвитые страны?

Здесь невозможно встретить женщину, уважающую свой возраст. После сорокалетнего юбилея каждый прожитый год вызывает острое чувство позора, которое отчаянно маскируется чулками, напоминающими рыболовную сетку для тунца. При виде этих возрастных чаровниц мне отчего-то вспоминаются тайские трансвеститы: они выглядят на порядок достойнее этих жалких бабулек, изображающих школьниц…

Нашлись!

Ура! Наша делегация опять в полном составе! Сидя на корточках, Крис увлеченно перелистывает журнал People, периодически заостряя внимание на чем-то крайне интересном. Для придания физиономии пущей важности он периодически усердно хмурит брови. Его серьезному виду больше подошел бы The Financial Times: действительно, отчего бы в спокойной обстановке не изучить годовые отчеты фондовой биржи?

Вики, одиноко притулившись в углу барной стойки, озирается вокруг с ужасом в глазах, нервно нажимая на кнопки своего древнегреческого мобильного телефона, который, очевидно, нашли при раскопках и продали ей на аукционе по цене реликвии мирового значения.

Увидев меня, она немедленно подбегает и вцепляется в мои руки своими вечно ледяными ладошками: «Пойдем скорее отсюда!»

Ну вот. Неужели все закончится ничем?

Нет. Отсюда мы не уйдем. Почему не уйдем? Потому что не уйдем. Я так решила. А почему я так решила, я еще не решила…

Жених

Мой туристический круиз по «вандерфул ворлд» продолжается. Рядом плетется моя зоокоманда.

С Вики не сводит глаз какой-то ветхий пенсионер, весь потрепанный, заштопанный, убеленный сединами. Он улыбается ей зубами цвета разлуки, которые выглядывают как пальчиковые батарейки из-под морщинистой занавесочки вместо губ. Его лицо похоже на мочалку, и даже отсюда от него пахнет старым козлом. Наверное, при слове «секс» он достает словарь. Зачем ему девушки, если есть журналы? И вообще, что надо этому ископаемому? Может, грелку ему дать? Костыли помочь донести? Почему он так пристально смотрит на Вики? Не обольщайся, раритет, она столько не выпьет. Интересно, хотя бы вылечил свой простатит, проктит и колит? Не иначе как эту развалину впустили сюда по пенсионному удостоверению.

Конопушка

Петляю по разноцветным комнатам. Глаза ослепляет яркий сиреневый свет.

Вижу открытый девичий рот, издающий бешеные звуки, похожие на предсмертный рев дикого зверя, пронзенного копьем охотника. Изящные белоснежные ноги лежат на мужских волосатых плечах и неравномерно дергаются.

Посреди белоснежной кровати — молодая девушка, красивая, как богиня, бледная, как трепонема, и измученная, как восточная пленница.

Ее кожа плотно усеяна веснушками, как у ирландского подростка. Застежка кружевного лифчика плотно врезается в спину, еле сдерживая непослушный англо-саксонский бюст длиною в вечность.

Шрам после кесарева вульгарно клеймит ее живот огромной алой ссадиной. Он еще не успел побелеть: судя по всему, ненасытное либидо молодой матери не знает покоя даже вскоре после родов.

Над ее упитанным задом располагается тату в виде злобного оранжевого дракона, но издалека он кажется большим и неровным родимым пятном.

Несмотря на то что иметь непроходимые кущи между ног в этом клубе является классической нормой, интимная стрижка барышни больше напоминает взлетно-посадочную полосу, что делает ее натуру (в кругу местных эротических фей) оригинальной и даже изысканной.

Овладевает Конопушкой некий морщинистый Пегас с партийным зачесом из редких, склеившихся от пота волос. Его тощая вяленая плоть похожа на палку, на которую намотали много ненужной кожи, снятой с разных животных. Если на протяжении пяти минут с тела Пегаса не отвалится ни единой конечности, это будет главной победой его жизни, если, конечно, перед походом в клуб его не забальзамировали.

Конопушка широко раскрывает рот и темпераментно всасывается ему в шею. Изнемогая от непрекращающихся оргазмов, она громко стонет, вылизывая его сухие губы, вставные зубы, сиреневые десны и розовые гланды.

«Come оn baby! Fuck me! Fuck me»!

Сморщенный baby продолжает слегка подергиваться на ней сверху, пытаясь выглядеть беспощадным ковбоем. На вид ему как минимум 90, и посему это сексуальное гала-шоу вносит великий вклад в спасение его потенции.

Будем надеяться, что он скончается на теле своей дамы не сегодня.

Главное, чтобы ее мультиоргазмичность не забыла прекратиться в момент, когда усопший сучок незаметно выпадет наружу.

Впрочем, популярность спектакля от этого, похоже, не убавится.

Возле пары успело скопиться немереное количество обозревателей. Шире всего рты раскрыты у женщин бальзаковского возраста. Их удивленные лица можно показывать в цирке, а голое вымя сворачивать как уши кокер-спаниеля и укладывать многослойным рулетом в крепкие бюстгальтеры, грудь в которых лежит, как на полке.

То ли дело Конопушка. Ее движущийся налитой бюст всех завораживает, ведь он такой свежий и спелый, fuckтически живой, а в сочетании со «взлеткой» между ног никто не способен устоять перед чарами такого соблазнительного натюрморта. Playboy бы обзавидовался такой находке. Жаль, снимать здесь нельзя. Видите табличку?

Концерт окончен

Веснушка-конопушка валяется на кровати с закрытыми глазами и отходит от очередного сильнейшего оргазма, сто первого по счету. Рядом валяется ее сморщенный прапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрадед, словно неодушевленный предмет.

Он доволен. Ему показалось, что он, наконец, смог обуздать свою ненасытную подругу.

Вокруг кровати продолжает толпиться куча народу. Видно, что Конопушке приятно находиться в обществе джентльменов, которые так искусно вертят в руках свои фиолетовые, розовые и белые жезлы.

Один из них, не выдержав гормонального напора, запрыгивает на кровать, подползает к Конопушке со стороны головы и незамедлительно начинает осуществление своей незамысловатой задумки. Конопушка не против. Его примеру последовал еще один доброволец, который ловко пристроился к ней с противоположной стороны.

И с этого момента процесс пошел на ура. Вскоре Конопушка превращается в общинную лошадь, которой может овладеть любой желающий наездник. Богатыри бьют копытами. Все мечтают воспользоваться безропотностью рыжеволосой нимфы, дабы вкусить ее анальные и оральные прелести, оплеванные различными мужскими секрециями. То и дело они кровожадно мнут ее измученную покрасневшую грудь, висящую из-под порванных бретелек, как две огромные сосульки, и крутят ее соски, будто настраивают радио.

Никогда не видела такого количества ритмично качающихся тел. Настоящая фабрика по производству оргазмов. Конопушка даже не успевает вынимать изо рта лобковые волосы.

Давно пытаюсь выяснить, зачем мужчины стучат своими игрушками о лица женщин? В свинг-клубе этот ритуал в большом почете, да и Конопушка такие манипуляции всячески приветствует, ведь не каждый день ей выпадает случай побыть в центре мужского внимания — синхронно со всеми желающими.

Слава богу, всем все нравится. Женщины в ауте, мужчины в восторге, скоро они начнут бросать монетки ей в промежность, чтобы вернуться.

У меня много мелочи…

Вики не выдержала

Люди так извращаются, кувыркаются, импровизируют, глаз не оторвать. Когда уже начнется церемония награждения?

Вики — в коме. Она опрокинула свою челюсть на пол и, похоже, забыла, что глаза можно иногда закрывать. Ей очень идет этот милый зеленоватый оттенок лица. Правда, теперь ей будет тяжелее бросить курить.

Внезапно моему взору предстает непонятный брюнет: он уже давно здесь ходит и подыскивает себе кандидатуру, чтобы удостоить ее прикосновением своей волшебной дубинки. Из общей толпы его выделяют густые сросшиеся брови, ненароком рождающие ассоциации с идейным вдохновителем лидера Хезболлы с благородно звучащей фамилией…

В отличие от других обывателей клуба, его тело возмутительно прикрывает одежда.

Надеюсь, в брюки этого красавца не заправлен свернутый калачиком хвост и под кустистой копной черных волос не скрываются витые рога?

Похоже, волнистая конституция туловища Вики пришлась ему по вкусу. Недолго думая, он к ней подходит и, плотно прислонившись огромной грудью к беззащитной спине, аккуратно кладет свою темную лапу с кудрявой растительностью на переходную линию от талии к бедрам.

Вики замирает. Кровь бросается ей в лицо, зрачки наполняются волнением. Мачо чувствует ее вегетососудистую оторопь и начинает жарко дышать в шею, выпуская свой огнедышащий пар огромными звериными ноздрями, в которые могла бы вместиться ее голова.

Постепенно лицо Вики, состоящее из сплава тонкости и аристократизма, оборачивается дешевой гримасой в наиглупейшем ее исполнении. Я всегда знала, что физическая власть привлекает многих девушек, однако надеялась, что падение Вики с королевского Эвереста ниже шпоночного плинтуса произойдет не на моих глазах…

Половая похоть овладевает разумами лошадей, собак, кроликов и людей.

Человек, пытающийся преодолеть свои инстинкты — это устрашающее зрелище, по подобию схожее с наркотической ломкой у подростков. В такие моменты разум людей либо съезжает на время, либо не возвращается больше никогда…

Питекантроп приподнимает свою необъятную голову и одаривает меня соблазнительной улыбкой, аналог которой можно встретить в фильмах Альфреда Хичкока. По всей видимости, этот злыдень пытается обольстить и меня тоже, хотя его физиономию полезнее прикреплять на шкафы в детском саду, чтобы малыши не воровали леденцы и крекеры. Секс втроем — это круто, особенно с таким неотразимым мужчиной, как он.

Но самое страшное в этой истории, что главный и единственный шизофреник здесь — это я.

«Ви, мне нужно отойти ненадолго, я скоро вернусь».

На лице Вики мелькает чувство благодарности. Волосатый деспот разворачивает ее к себе и, прожорливо впившись своими огромными щупальцами в ее белокурые волосы, начинает жадно ее целовать.

Вики перестает сопротивляться.

Она больше не оборачивается.

Меня променяли на парнокопытное чудище.

Замечательно.

Так и быть, веселись, маленькая дурында. На самом деле теперь это тебе придется меня искать…

Глава 4

Так советует гусеница

«” Я вижу все, что ем” и “ Я ем все, что вижу” — это совсем не одно и то же! — резонно заметил Шляпник».

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

Пара года

Вы не обманете меня цветом лазурной воды в бассейне. Я знаю, это цвет плитки.

Ласковый теплый пар обволакивает тело загорелой старушки в золотистом купальнике, развалившейся на бортике. Свесив свои тощие палочки в воду, она ведет томную беседу с неким импозантным воздыхателем, похожим на гигантский узел из бычьих мышц.

Этот супермен слишком красив, чтобы быть гетеросексуалом. По крайней мере, пару раз он точно пытался ослепнуть от собственной неотразимости, но высший разум его все-таки спас.

Сейчас он нашептывает в бронзовое ушко старушки какие-то загадочные повествования, в ответ на которые она хихикает, как тинейджер, обнажая идеально ровные циркониевые зубы.

Нежно поглаживая мясистые пальцы супермена сухой морщинистой ручонкой, она заманчиво гремит двумя тоннами золота на шее и запястьях, томясь в желании раздвинуть перед его лицом свои малые половые губы.

На старости лет бабулю посетило коровье бешенство, и для обслуживания своего пожилого детородного органа ей пришлось нанять профессионала, который за BMW М6 будет работать днями и ночами, не покладая своего увесистого достоинства, тяжелее которого он в своей жизни ничего не держал. Его станок безупречен в любую погоду, танк грязи не боится. На крайний случай, лучистый перстень дамы в полруки поможет воспрянуть духом и отвлечься от старческих коричневых веснушек на ее плечах.

«Лучшие друзья бабушек», сияющие на пальцах, способны превратить в королеву любую ведьму. Эта опция красоты прирастает к коже женщин, напоминая об удачливости, везении и победе. Наверняка старуха не расстается со своими погремушками даже на пляже, когда они нагреваются на солнце, оставляя красные следы на теле.

Птичьи ликования этой парочки горячи и волнительны. Такой здоровый румяный симбиоз жадного до удовольствий увядания с жадным до денег расцветом сил. Надеюсь, амурные порывы этого тореадора будут еще экспрессивнее, когда бабуля выдаст ему напрокат свою дебетовую карту, чтобы «малыш» немного обновил свой гардероб. И в эту минуту American Express содрогнется, а НBSC пожалеет, что вовремя не лопнул.

Потом, приодетый и приобутый, он отправится в ночной клуб, чтобы отпраздновать свои брендовые обновы. И опять ему в этом поможет его новая верная подруга — дебетовая карта.

Вскоре она станет его доброй крестной мамой, которая поддержит бухгалтерию светлых отношений со старухой.

Неужели вы не знали, что сливы бывают съедобными не только на ветке? Чернослив, хоть и сморщенный, но тоже ничего…

А что? Вполне гармоничные отношения. Все ясно и понятно.

Главный — значит сильный.

Обязанность сильного — быть ответственным за слабого.

Те, кто выше, — дают.

Те, кто ниже, — берут.

Тот, кто дает, — богаче того, кто берет, потому что ему есть что давать.

Давать — удел властвующего.

Брать — удел более слабого.

Те, кто выше, — создают.

Те, кто ниже, — пользуются тем, что уже создано…

Только не нужно делать такое лицо. Я, возможно, не совсем понятно выражаю свои мысли, но, поверьте, я человек добрый и хороший, по крайней мере, так говорит мой психиатр.

Познавательная литература

На одном из столиков лежит пустая виноградная ветка, пара шкурок от банана и несколько огрызков от груш.

Рядом небрежно брошена раскрытая книга под названием «Камасутра» — известный спортивный справочник, нашедший свое почетное место на полках многих семейных библиотек.

Книга раскрыта на странице 85. Остальные листы подозрительно измяты и засаленны. Чувствуется, счастливый обладатель этой научной литературы прилежно последовал святым учениям с предыдущих листов. Скоро он получит по Камасутре черный пояс, и тогда ему действительно будет нечем заняться.

Страница 88 выдрана «с мясом». Людям этот лист понадобился, чтобы сложить на него косточки от черешни. Эта книга полезна во всех отношениях.

На картинках представлены сложнокомпозиционные сплетения туловищ в несколько этажей, призванные раскрывать в читателях их сакральные просторы. Лица женщин на картинках спокойны и умиротворенны. Пока их кто-то утюжит сзади, они мысленно постигают духовные учения тантры.

Библия учит нас любить, а Камасутра — как правильно это делать.

Только не пытайтесь повторить все эти акты, без помощи восьмидесяти человек у вас все равно ничего не получится…

Счастливая семья

Чтобы запротоколировать все события, нагло пытающиеся скрыться от моего правосудного ока за закрытыми дверями, я как бы ошибаюсь дверью и резко врываюсь в разные запертые помещения.

Скромные джинсы c неброским топом позволяют окружающим идентифицировать меня, как обслуживающий персонал, что в данном случае является большим плюсом.

Распахиваю очередную неприметную дверь. В нос врезается запах горячей смолы, лаванды и эвкалипта.

Дверь первая. Здесь из полуразвязанного кимоно выглядывает многоярусный мужской живот, лежащий на спине некого тощего существа лет восемнадцати. Существо двигается в синхронном ритме с пузом и слегка попискивает. Огромный золотой крест, надетый на шею счастливого обладателя живота, болтается в разные стороны и безжалостно бьет его по волосатой грудной клетке.

Внезапно в помещение входит женщина со скрученным полотенцем на голове. Ее лицо покрыто следа ми отчаянной борьбы за молодость. Под фиолетово-стеклянным взглядом контактных линз спрятано безнадежное уныние. Вечное недовольство жизнью высекло на ее коже глубокие носогубные трещины и опустило уголки когда-то чувственных губ вниз.

Увидев меня, женщина вопросительно замирает, отважно заслонив своим корпусом трудящегося в поте лица пузатого самца.

Полагаю, этот старый хрен является ее любимым мужем, с которым она гордо явилась в свинг-клуб под руку, дабы исключить у него желание прийти сюда самостоятельно.

У моих ног вертится какое-то маленькое лохматое насекомое, которое безостановочно рычит и тявкает. Конечно, эта женщина не могла не взять с собой столь важный для нее аксессуар. Надо было еще притащить сюда кроликов, мышей, попугаев и карликовых свиней.

С бешеной скоростью шерстяной зверь кружит вокруг моих лодыжек, звеня огромным прозрачным камнем, болтающимся у него на ошейнике. Честно говоря, от веса этого бриллиантового изделия ему было бы логично получить тройную грыжу, но он, как ни в чем не бывало, умудряется еще и подпрыгивать в пылу своих собачьих ругательств.

Хозяйка немедленно берет эту непослушную игрушку на руки и умиленно утешает ее поцелуями в нос и зубы. Игрушка тут же успокаивается и отвечает женщине генеральным облизыванием всего лица.

По всей видимости, любовь к четвероногим — единственное здоровое чувство, которое женщине удалось открыть в себе за время своей мудрой жизни. Остальное содержимое ее внутреннего мира распределилось между любовью к благам цивилизации и презрением к горничным.

Видно, что лет десять назад она была неотразимой, пока не обменяла свою красоту на первый красивый автомобиль. Кукольная внешность позволяла снимать сливки какое-то время, но с годами уровень духовности вывел ее на заслуженное место на сцене. Пролежав всю жизнь на кушетке с огурцами на глазах, она превратилась в тепличную биомассу, которая норовит погибнуть от любого недостатка удобрений.

Теперь худший кошмар ее жизни — это проживание в египетском отеле «минус три звезды» и отдых на московском водохранилище вместо Майами, воистину чудовищная ситуация, которую не пожелаешь даже врагу.

Чтобы исключить этот позор раз и навсегда, ей пришлось родить троих или четверых детей, которым она щедро уделяет время чуть ли не каждый пятый вечер.

Как только ее завистливые подруги ложатся спать, красивая дольче вита сменяется негритянским трудом: ей приходится трясти своими престарелыми прелестями над лицом своего мужа, также запутавшегося во мраке кризиса среднего возраста, и впускать в супружеское ложе малолетних шлюх, дабы доставить усладу его избалованному оку.

Эх, чего только не сделаешь ради бросания ключей от «бентли» на столы дорогих ресторанов!

Раньше ей казалось, что для того, чтобы ссоры с мужем прекратились, нужно еще немного подкачать губы, ведь они должны плотно прилегать к подбородку. Она надеялась, что главной эрогенной зоной у ее благоверного все-таки является мозг, но через некоторое время ей пришлось признать — это, увы, территория ниже пупка. Дистанция между пенисом и головой у ее мужчины неумолимо сокращалась с каждым прожитым годом, пока не слилась в единую консистенцию, где над всем главенствует эрекция. Отношения постепенно назревали в гнойный фурункул, готовый взорваться с мощью вулкана Эйяфьятлайокудля, но вскоре обязанности распределились сами собой: пока прожорливый орган мужа работает как швейная машинка, она строго сечет ситуацию, охраняя семейный бюджет от любых вагинальных углублений, посмевших на него позариться.

Женщины — солдаты, которые никогда не дремлют, ведь состоятельные яйца их мужей в любой момент могут перейти под строгий контроль мохнатых хохлушек, более добросовестно выполняющих свое дело, нежели вареные содержанки с Новой Риги.

Вы еще не поняли причину бешеной популярности сериала «Отчаянные домохозяйки?» Прозрейте! При помощи этой ленты женщины туго напичкиваются жизненными моралями. Например, если инструмент мужа помещается в рот посторонней женщины в их присутствии, — это не измена. И вообще, на любую подлость супруга нужно закрывать глаза. А лучше плотно их зажмуривать, ведь в этом скрывается глубочайший смысл фразы «женская мудрость», которая всецело овладела сердцами населения, говорящего на мудром языке героинь из «Дома-2».

Я все испортила

Ковбой в кимоно так и продолжал бы топтать свою курочку как ни в чем не бывало, если бы я случайно не задела локтем огромную бутылку «Хеннесси ХО», которая звонко ударилась оземь и растеклась золотистым океаном вокруг моих ног.

Жеребец испуганно замер в позе суриката.

Цыпа, стоящая на четвереньках, удивленно подняла голову.

Пожалуй, слишком стыдно что-либо объяснять. Никогда не любила привлекать к себе внимание, но, похоже, это как раз то, чем я занимаюсь.

Прошу прощения, я просто ошиблась дверью. Как и десятью предыдущими…

Крис освоился

Нет ничего более занимательного, чем стоять в сторонке и наблюдать за лицом Криса. Потягивая алкогольный коктейль, он сочувствующе кивает на лепетание чьих-то тонких красных губ. Было бы несправедливо обделять этих людей своим присутствием.

Смотрите. Как только я к нему подойду, он резко замолчит и разразится лучезарной улыбкой из малобюджетной американской кинокомедии. Такой белозубый оскал Крис применяет во всех случаях жизни, даже если ему в рот положить рвотный порошок.

Рядом с ним сидит пожилая дама. На ее вытянутом конском лице расположены мелкие невзрачные выпуклости в виде лба и острого маленького носика с аккуратной горбинкой. Маленькие птичьи глазки делают ее точной копией воробья из российского мультфильма, а верхняя десна, при улыбке вываливающаяся на нижнюю губу, придают сходство с добротной породистой лошадью.

Про ее алое гипюровое платье с романтическими декоративными элементами можно снимать фильм ужасов, а лодочки с малиновыми бантиками, тщательно подобранные в цвет ко всему остальному, просто ставят в тупик.

Увидев меня, женщина применяет сразу две октавы своего дара охмурения и возгорается невероятной приветливостью в длинном оскале, обнажив широкие зубы из-под двух тонких шевелящихся ниточек, неровно намазанных алым блеском.

«Вечер добрый! Rimma Pudendi, очень приятно! Присаживаетесь к нам, please!»

Чувствуется, маска истерично веселого настроения давно приросла к ее лицу. Когда она смеется, ей приходится широко распахивать рот, чтобы никто не заподозрил, что ситуация со свинг-клубом ее все же как-то задевает.

В громком хохоте упругий язычок каждый раз заходится мелкой дрожью, обнажая розовое горло без признаков ангины. Запах из ее рта напоминает мне посещение одной из нефтяных шахт Тоника, после которого я убедилась: богатство воняет! А ее подмышки издают амбре протухшей рыбы и кефира, от которого мы с Крисом можем задохнуться, как комары от фумитокса.

Муж Риммы

Едва ли можно остановить жгучий монолог Риммы, особенно с такими слушателями, как я и Крис.

Надеюсь, ей удастся нам внушить, что она — морально устойчивая замужняя женщина, испытывающая к супругу экологически чистую любовь, которая часто встречается в стенах этого заведения.

«Отличное место! Мы с супругом обожаем повеселиться!»

Таким преданным клиентам клуб просто обязан выдать дисконтную карту.

Супруг Риммы — совершенно невзрачная личность в стиле «унылая пора, очей очарованье». Старый жалкий хорек образца 1750 года, на плечах которого сидит маленькая сухая голова с несколькими пучками волос, зачесанных с висков на темечко. Посреди лица уныло повис тяжелый нос, словно старая лампочка, лоб разделен на две части вертикальной морщиной, изо рта в разные стороны торчат полугнилые серые зубы, которые должны были отвалиться еще 40 лет назад. При росте приблизительно сто пятьдесят два сантиметра (в носках и коньках) он обладает внушительными габаритами и посему передвигается очень медленно и болезненно.

Не понимаю, как можно быть таким дохлым, страшным, низким и скучным? Его маленький ротик с сухими губами исторгает что-то неинтересное, натягивая слюну в виде тонких вертикальных струн.

В первой части разговора мы долго слушали, как он гордится состоянием голодного тигра, который более не намерен сидеть на строгой диете, а во второй части он описывал свою бескрайнюю любовь к супруге, где каждый шаг диктуется ей во благо…

Муж Риммы: Разве можно сравнивать секс и чувства? Главное, не изменять человеку в мыслях.

Зозо: Когда вы думаете о сексе с другой женщиной, вы разве не посвящаете этому часть своих мыслей?

Муж Риммы: Сам по себе секс ничего не значит, это всего лишь пища для организма.

Зозо: Так почему же вы не едите свою любимую пищу? Кажется, вы клялись питаться только ею…

Муж Риммы: О да, я люблю Римму бесконечно, но мой организм иногда требует отдыха и разнообразия.

Зозо: Если чувства бесконечны, разве можно от них устать?

Муж Риммы: Вы молодая девушка, и еще ни с кем не жили столько времени вместе.

Зозо: А зачем вы заставляете себя жить столько времени вместе?

Муж Риммы: Потому что это мой долг. Все, что я делаю в жизни, — я делаю во имя моей супруги, потому что люблю ее.

Зозо: Хрупкая любовь не способна вынести грязи этого места.

Муж Риммы: Наоборот. Секс на стороне помогает нам с Риммой освежить наши отношения.

Зозо: И где же вы обнаружили здесь свежесть? Сходить с женой в свинг-клуб — это расписаться в том, что все закончено.

В ответ на это заявление муж Риммы решил загадочно промолчать, слизнув длинные желтые сопли с верхней губы, свисавшие у него из носа, как у пятиклассника, страдающего хроническим гайморитом. Такие мужчины напоминают скудоумных деревенских поросят, которых долго держали впроголодь. Муж Риммы пришел сюда зоологически воссоединиться с другим мясом, с его женой, которую он неугомонно целует в лобик, не имеющим ничего общего.

«Римма — это как дорогое спиртное, мое любимое бесценное вино!»

Интересно, что испытывают мужья, когда их бесценные аперитивы встают им поперек горла и они готовы обменять их на хохляцкие самогоны? Когда затрагиваются первичные инстинкты людей, они нечестны в своих суждениях…

Страх рулит

Люди приходят в свинг-клуб с добрыми помыслами, направленными на реставрацию погасших чувств. Однако время смерти этих чувств было зафиксировано давным-давно, когда секс и страсть задохнулись в стенах быта, которые, в общем-то, редко выживают даже в обилии кислорода.

Некоторые выращивают свои отношения, словно редкие сорта растений, а некоторые обращаются с ними, как с огородными морковками. Так произошло с Риммой и ее мужем. За много лет совместных снов он привык к запаху ее тела, которое больше его не возбуждает и не лакомит ароматом меда. Если разговаривать им было не о чем, они занимались сексом. Ныне они более не занимаются сексом, когда разговаривать им по-прежнему не о чем.

Теперь они дружно ходят по врачам, соседям и свинг-клубам.

По будням время убивается чтением газет и просмотром телевизионных передач, насыщающих их дом темами для разговора, а по выходным депрессии разгоняются сайтами знакомств, бесповодными вечеринками с брызгами шампанского и прочим бегством от однообразия.

Всю жизнь они были одиноки, даже когда держались за руки, даже когда сидели на одном диване, — между ними была пропасть. Сверхмассивная черная дыра развернула их лицом к пустоте. И теперь, когда они просыпаются ночью, они испытывают тревогу и страх.

Страх овладевает, повелевает и заставляет людей находить утешение в обществе людей, обуреваемых таким же страхом. Страх — величайшая иллюзия, повелевающая миром …

За 50 лет своей жизни люди не могут сделать выбор в пользу главного, и тогда им действительно ничего не остается, как появиться на пороге свинг-клуба, чтобы потолкаться вместе с другими заблудшими душами, не способными найти компас в своем тумане…

Хроника дальнейших событий

Муж Риммы контрольно обводит помещение своими крохотными безресничными глазками, болтающимися у него между век, словно вертушки, и делает примерные наброски, куда пристроить свое недоструганное полено.

Скоро он поскачет осеменять несчастных неудачниц, на которых давно положил свой левый глаз, пока торжественно вещал о прелестях семейного бытия. И все будут наблюдать, как эти несчастные курицы извиваются под его старческим прыщавым туловищем, пока сам он похрюкивает от удовольствия убогим кастратским голоском.

В конце он обнаружит, что его вялому снаряду не дано быть эректильным памятником, и он не сможет продегустировать все предложенные десерты, отчего впадет в глубокую депрессию, из которой его начнет вытаскивать, конечно, Римма, его любимая жена, а по совместительству никому не нужная старая карга, давно не годная к употреблению.

Надеюсь, мы с Крисом не уснем на моменте, когда из его заросшего устройства, словно из хлопушки, вылетит белая густая клякса, испачкав тканевые диваны, кресла и засаленные женские волосы.

Старушки в корсетах не правы, найдя главную проблему в своей спелости.

Будь они молоды, для их мужей все равно бы оказался привлекательнее любой орангутанг из бристольского зоопарка, как предмет новый и неизведанный.

Если женщинам, кроме тела и промежности, больше нечего предложить своим мужчинам, им ничего не остается, как…

Вы же понимаете, что психологическая жажда всегда трансформируется в физическое обжорство…

По мотивам Льюиса Кэрролла. Неопубликованного

Напишу сказку с красивым названием. Например, «Вагина Таун». Нет, надо романтичнее, чтобы понравилось офисным девчонкам. «Площадный приют неприкаянных тел», «Грязный телятник задавленных душ», «Мир обезображенных осколков мертвых надежд», «Райский остров одного дня», ради которого люди, не глядя, швырнут под ноги свою безликую жизнь, чтобы выплеснуть запреты из зашлакованного организма.

Никогда не женитесь — это единственный способ сохранить иллюзии. После свадьбы облом становится неизбежным, ведь любые отношения запрограммированы природным компьютером на печальный исход. На первом этапе отношений вы качественно демонстрируете искренние чувства, а на втором — качественно их имитируете.

«Мы — самая счастливая семья на свете!»

Счастье людей познается в самообмане. Любыми путями они ищут способы сохранить в своей жизни иллюзии. Сшитая из колючего материала, правда скучна и уродлива, а ложь — цветаста и эластична, она выражает истину наших мечтаний, поэтому ее можно декорировать словами «любовь», «душа» и «сердце».

И в этом месте стоит отдать должное мудрым холостякам и старым девам, сумевшим постигнуть главную премудрость людскую: чтобы не нарушать клятв, их просто не нужно давать, ведь не всякая жизнь заканчивается смертью — иногда она заканчивается свадьбой. Брак заставляет людей вылезать наружу из своей сказочной скорлупы. Когда в сценарий Вильгельма Гауфа вторгается реальность, ты начинаешь понимать, что все твои идеалы, клятвы и прогулки под луной под Брайана Адамса — полнейший блеф.

Поначалу ты мечтаешь умереть в сладких объятиях своей второй половины, а потом понимаешь, что для сладкой смерти надо просто добавить в яд побольше сахара. Истина приносит боль и разочарования, поэтому люди пытаются от нее убежать, чтобы не заглядывать внутрь себя, чтобы не находить там то, что им совсем не нужно.

Ложь — это сон. Пробуждение убивает. Если человек просит, чтобы вы сказали ему правду, значит, он хочет услышать убедительно оформленный обман. Откройте человеку глаза, и он на вас обидится, потому что правду говорят друг другу только враги, а нормальные люди знают, что если истина не работает, — это и есть обман. А если обман работает, значит, это — истина…

Интересно, как выглядят домашние разговоры свингеров?

Ж: Малыш! Знаешь, а мне твой водитель буквально несколько часов назад кончил в рот.

М: Ну и как? Вкусненько?

Ж: Не очень! Самый вкусный это ты! По крайней мере, из всех тех, кого я пробовала за последнюю неделю!

М: Знаешь кто ты после этого?

Ж: Кто?

М: Маленькая сосулечка!

Ж: Птенчик! Я не променяю тебя даже на Джонни Деппа!

М: Я тронут. Но птенчиком ты обычно называешь Дисеммиарта.

Ж: Дисеммиарт — это Птенец, а ты — Птенчик.

М: Как это я сразу не понял?

Ж: Не дерзи. Лучше сделай мне подарок на день рождения. Хочу четырех мальчиков-негров.

М: Четырех? А четвертого куда?

Ж: Четвертый будет запасным, если третий сдохнет.

М: Какая ты ненасытная, Солнышко. Прямо как я. Сегодня я поимел твою подругу Согдиану.

Ж: У тебя на нее встал???

М: Непредумышленно.

Ж: Вижу. Твой малыш весь в губной помаде.

М: Не понимаю, зачем женщины красят губы перед оральным сексом?

Ж: Дорогой! Это же Estee Lauder! Оттенок 06!

М: Я в восторге. Теперь ты тоже будешь ею пользоваться?

Ж: Конечно, разве я хуже Согдианы?

М: Прекрати ревновать. Я люблю только тебя одну.

Ж: Сильно-сильно-сильно-пресильно?

М: Безумно! Клянусь!

Ж: Ты поклялся неуверенным голосом. Громче!

М: Клянусь!!!

Ж: Клянешься в чем?

М: Что люблю тебя.

Ж: И что умрешь со мной в один день.

М: И что умру с тобой в один день.

Ж: Аминь.

И под конец они оба рыдают на плечах друг у друга.

Как же это красиво! Меня пробило до позвоночника. Без сомнений, чистая любовь таких счастливых пар должна стать всемирным эталоном, начертанным на скрижалях Небес с заверенными подписями всех богов. К тому же все предельно удобно. После свадьбы не надо идти на большие жертвы, ограничивая свой интерес к окружающему миру. Если большая часть ваших эротических переживаний прошла на диване в гостиной, то можно продолжать там же со всеми тереться, только делать это в присутствии своей официальной половины.

Зависимость от секса — это слабость, стирающая грань между человеком и животным. Люди — словно наркоманы, заложники своего либидо, готовые притоптать торжественные клятвы, оговоренные когда-то перед алтарем, ради пятисекундного спазма с другими телами.

Вы завидуете таким отношениям? Значит, ваша мозговая организация ушла на выходные. Похоже, в нашем веке любовь — редчайший вид чувств, который постепенно вымирает, как и редкие виды животных…

Краснодарские тузы и футбол

Градус моего отвращения к семейке Pudendi зашкаливает.

Тычусь в очередную дверь с гвоздиками в виде сердечек. Комната за ней кажется мне пустой, но на самом деле это гнездышко любви уже занято. На краю огромной sexy bed в виде того же неизбежного сердца уютно примостились два одутловатых дяденьки с папилломными подмышками. Их яйцевидные головы прикрыты войлочными буденовками, из-под которых торчат лица, похожие между собой широким овалом, картофельными пористыми носами и по-ленински раскосым разрезом глаз. Ягодицы обернуты махровыми полотенцами, из которых вываливаются мужские принадлежности.

Похоже, недра этой полутемной комнаты таят в себе что-то вроде сауны, которую малыми усилиями наши соотечественники сумели превратить в русскую баньку.

Не поверите, они притащили сюда огурцы и виски. Наверное, я застукала за оргией краснодарских агрономов.

Комната освещается одним экраном, призванным заводить гостей доморощенными порнографическими изделиями, но вместо старательно извивающихся девиц по зеленой плоскости носятся высокодуховные люди с цифрами на футболках. Сейчас футболистам платят миллионы, а через несколько лет они превратятся в учителей физкультуры.

На самом деле проблема этой игры решаема: надо каждому парню раздать по мячу, чтобы они успокоились. Правда, болельщики в этом случае долго не протянут — они не могут жить без этого цирка: сидят, ничего не делают, зато каждый знает, как надо играть.

Внезапно один из боровичков поворачивается ко мне и обнажает желтые зубы с огромной щелью посередине: «Клоузд! Хиар клоузд!»

В самом деле, не дает девка старым импотентам футбол посмотреть. Ну что за город?

Не сводя с меня глаз, он с выразительным хрустом откусывает пол-огурца.

И тут в уши ударяет нечеловеческий вопль с экрана: «Гооооооуууул!!!»

Боровик взвывает через непережеванный огурец, гневно бросает буденовку на пол и, обнажив свою старую лысину, вопит: «Не, сольют они чемпионат, басурмане! Говорил, за немцев надо было! Эти без негров играть не умеют!»

Боровики в трауре. Невыносимая утрата. В жизни мужчин нет ничего страшнее, чем 1:3 в пользу Германии.

СПА

Мой взгляд пленяют персиковые тканевые стены. Чувствую странные запахи. Воздух пропитан сексом и избытком тестостерона.

Я, конечно, подозревала, что сейчас что-то произойдет, но совсем не ожидала увидеть свою любимую подругу — дерзкую, счастливую… и обнаженную. Весело растопырив ладошки, словно лягушачьи лапки, она резвится в огромном перламутровом джакузи, в котором до нее повеселились еще 30 человек.

Тело Вики удивительно белоснежное — в голом виде она похожа на тлю. Набухшие, как расплавленный воск, губы, стекающая вода с коленок, рисующая прозрачные лабиринты тонкими струйками, ломкие рельефы обнаженных тонких ключиц, беззащитная шея, голубоватые вены возле сиренево-розовых сосков, родинка у точеного пупка, слегка выступающие тазовые косточки спереди, налитые щиколотки, хрупкие кривые пальчики на ножках. Ее блестящая подводка растеклась по опухшим щекам. Волосы растерянно повисли на плечах, словно китайская лапша.

Увидев меня, она с восторженным визгом начинает прыгать, призывая присоединиться. Похоже, Вики решила научить меня зажигать. Девочка «хоть куда», во всех смыслах. Непонятно только, куда делся ее порывистый динозавр, что оставил огненные засосы на ее шее?

Не могу поверить, что получить лицензию на секс с моей подругой оказалось для него проще пареной репы. Ни единого шлагбаума, вперед и с песней!

Думаю, Крис был прав, когда открещивался от роли бабочки, за которой будет носиться полсотни голых энтомологов с волосатыми сачками. После мрачной картины с Вики вопрос с ним наверняка разрешился в кругу местных геев.

Одиночество

Самое лучшее место в свинг-клубе — одинокий подоконник, с которого лирично простирается безмятежность ночных лондонских улиц, обретших в моих мыслях тоскливый образ Тоника, с каждой секундой превращающегося в далекий исторический факт.

Небо плотно залито черными чернилами. Землю ласково накрывает огромный зонт из светящихся звезд, их яркий свет льется сквозь глянцевые дороги, промокшие от ночного прохладного дождика. Звезды тоже не свободны. Им тесно на небе. Они внимательно разглядывают нашу Землю в поисках любви. Без любви смотреть на нашу Землю им было бы неинтересно…

Роскошный диван, подобранный к цвету стен, заманивает своими пышными удобными подушками, на которых наверняка уютно мечтать…

Только на пять минут, сказала я. Мои веки незаметно сомкнулись…

Глава 5

Беготня и хвост истории

«Да что с вами церемониться! — воскликнула Алиса. — Ведь вы просто КОЛОДА КАРТ!»

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

Солнечный свет теплом разливается по поверхности озера. Вода ласкает камни, искрится, и маленькие рыбешки, играя в ее лучах, оставляют голубые всплески.

В воздухе стоит свежий аромат хвои соснового леса и водяного мха. Стрекотание кузнечиков, жужжание пчел — все говорит о том, что сегодняшнее летнее утро и есть тот самый рай, куда все мечтают попасть.

Девочка восьми лет, стоя в синей воде по щиколотку, смотрит, как ее мячик качается на волнах. Она так же естественна и непорочна, как и сама природа. Белые волосы, заплетенные в небрежные косички, наивное личико, обгоревший нос с шелушащейся кожей, выгоревшие на солнце брови, болячки на локтях, смазанные соком подорожника…

Завязав платье узлом на бедрах, она спускается ниже в воду. Наклонившись и оголив худенькие ноги, пытается достать мячик. Тот, неторопливо качаясь, уплывает вперед.

Девочка разводит руки в стороны, откидывает голову назад и, зажмурившись, подставляет лицо под солнечные лучи, ощущая полное блаженство одиночества, тишины и покоя.

Казалось, так будет длиться вечно, и ничто не способно нарушить это чудо…

* * *

Открываю глаза. Темно и тихо. Часы показывают 4 утра.

По всей видимости, у моих снов есть режиссер. Джеймс Кэмерон.

Этот сон, как и пять предыдущих, отличился обилием неживых персонажей, которые все время были при деле: одни убивали, другие грызли живых, пока те организованно по ним палили.

Не сомневалась, что Тоник опять будет играть главную роль в этом триллере. И не один, а со своей новой девушкой, у которой почему-то не было зубов, волос и глаз. Тоник никогда не отличался хорошим вкусом в выборе женщин, но на этот раз он достиг предела своего беспредела.

Доверять Нику — это мой самый любимый экстремальный вид спорта. Надо бы его заставить подписать акт верности. Кровью. А я распишусь рядом карандашом.

И после этого мы влетим в преисподнюю, где будем наслаждаться вечными муками друг друга.

Те, кто думает, что любовь — это доброе светлое чувство, ошибаются. Любовь — это ад. Ад, в который вы попадаете добровольно. Его двери всегда открыты, но, если вы туда попадете, выйти за его пределы уже не захотите никогда.

Внутри ада все радикально. Ад — это любовь, рождающая азарт. Вкус этой игры можно прочувствовать, только если строго следовать ее правилам. Если происходит сбой, вам не удастся ощутить тонкости этого сладкого чувства. Любовь — это огромная слаженная конструкция, где поломка одной детали ведет к крушению всего механизма. Любовь — эта та самая спичка, без которой домик рухнет. Любовь — это сложный пасьянс, который люди пытаются превратить в игру «крестики — нолики». Любовь — это великий деликатес, который люди стараются заменить комбикормом с говяжьей стружкой. Любовь — это верность. Верность категорична, она не может быть эластичной. Люди принимают измену за горькое, но необходимое лекарство для лечения чувств. Но им не дано болеть. Они различают только два цвета: черный и белый, где при нехватке последнего все вокруг чернеет.

Чувства умирают, и образуется пустота.

А потом заново рождаются, пробуждая все живое. Океаны, облака, бабочки, бриллианты, машины, денежные потоки, поезда, самолеты… Их путь выстлан оборванными лепестками ромашек. Любит — не любит. Ждет — не ждет. Встретит — не встретит. Они несутся по воздушной дороге к небывалым вершинам бессмертного неба, с которого вся Вселенная видится невзрачным штрихом на огромном листе времени…

В кровати

Спасительное животворящее эсэмэс, где ты? Кто-то забыл, что безумно меня любит? Похоже, моего принца Флоризеля посетила болезнь Альцгеймера…

Еще раз о любви

Счастье! Теперь я знаю, что ты есть! Я даже знаю твой номер телефона!

Мои чувства к тебе — это прочный и крепкий гранит. А твоя любовь должна быть еще прочнее, поэтому мобильный мне нужен для того, чтобы радоваться пропущенным вызовам.

Любовь — это когда ты постоянно хочешь сказать, но не говоришь вслух: «Я всегда буду с тобой. И даже если ты однажды захочешь расстрелять весь мир — я буду стоять рядом и тихо подавать тебе патроны»…

Мне нравится любить. Нравится испытывать себя на выносливость. Что может быть слаще, чем ощущать это волнующее море между берегами двух душ? Любимый, я буду твоим прибоем!

Любовь — это когда воздух густеет, ладошки леденеют, когда в душе трепещут бабочки, в сердце загорается огненный факел, и во всем мире не существует ничего более важного, чем прочитать слова на мониторе: «Принято одно новое сообщение», когда хочется проломить все стены в комнате, распахнуть окно и крикнуть на весь белый свет: «Ты — мое небо, мой космос, мое солнце, моя звезда!!! Ты — все звезды на небе!!! Когда тебя нет, внутри меня вянут цветы, умирают птицы и становится тесно и тоскливо!!! И нет больше света в сердце, и в комнате без тебя пахнет валокордином…»

Утро

Пора бы проснуться, а сон продолжает бросать в глаза кирпичи. Слушаю Штрауса, Марш Радецкого. Музыка для коней.

Решила тряхнуть стариной и помакать печеньки в чай. Огромный кусок печенья с громким грохотом шлепается в чашку, брызги заляпывают телефон, паспорт, стол, пол, новую кофточку и юбку. День испорчен. Ну и что! Плевать. На моем лице не дрогнул ни один мускул. Любовь к себе — моногамное чувство.

Жду Вики в машине

Мой мир окрасился новыми красками! Как же он прекрасен! Бирюзовое небо, цветочки на газонах! Люди, я вас всех люблю! В общем, таблетки работают…

Выхожу из машины… Всюду окурки и жвачки на бордюрах… Какая красивая птичка, у нее глаза черные, как мои новые шины… Хочу подберезовиков, они пахнут лесом… Нужно иметь огромную силу воли, чтобы каждый раз не заглядываться на свое отражение на витринах… Обожаю Prada, в любом платье этой фирмы можно идти на похороны… Солнце сегодня розовое, хочу такую же сумку… Свитер с огурцами от Etro на витрине — это что-то из ряда вон выходящее, но ничего, главное, чтобы манекену нравилось… Может, перекрасить волосы? В зеленый… В психушке проживание бесплатное… Прикладываю массу усилий, чтобы выглядеть адекватно… Так здорово, что в мире осталось много народу, кто еще не знает, что я сумасшедшая…

Еду за рулем

Мчимся с Вики по насыпному шоссе в сторону известного ресторана. Туда скоро подъедет ее друг, который должен стать противоядием от моей любви к Тонику.

Постараюсь в него влюбиться. Без памяти.

По радио поет Шер. Она исполняет песни, словно постоянно зовет на помощь.

Разгоряченная Вики приоткрывает окно. Холодный ветер разрушает уют салона «мерседеса». Мне зябко, но я терплю, боясь прервать ее монолог.

— Ты знаешь, он вообще-то завидный жених. Наследник богатой мамы, хорош собой, а уж поболтать с ним такой умнице-заумнице, как ты, будет одно удовольствие. Кстати, его бабушка по отцу была русская, он говорит по-русски. Конечно, он не голубых кровей, но вписывается в наш круг.

Вики подмигивает мне и глупо хихикает. Впервые замечаю, что у нее неприятная улыбка. Меня передергивает, и я отворачиваюсь к своему закрытому окну. Вики не обращает на это внимания.

— Вот увидишь, это тебе не твой русский психопат с замашками повелителя гарема. Все ваши русские мужчины — придурки, это всем известно.

— Да закрой же окно, Вики! Мне холодно!

Похоже, у меня припадок патриотизма. Говорить плохо о русских дозволено только русским. Другим мы друг друга в обиду не дадим…

— А, окно? О’кей… Ну так вот, на чем я остановилась? Ах, да, на том, что у ваших мужчин нет мозгов, воспитания и образования… Раздутые нефтяные пиявки!

За окном на горизонте появляется огромная стая птиц. Она кружит под звуки ветра: то поднимается вверх, собравшись в стрелу, то опускается в виде объемной восьмерки, то расплывается в огромное неровное облако в полнеба. Кажется, движения стаи подчинены законам какой-то неслышной для нас музыки. Ла-а-а, ла-ла, ла-ла-ла…

— А уж как ваши русские мужланы стараются выглядеть аристократами, это просто смешно!

Стая резко пикирует вниз, к сырой земле. Мое сердце бешено стучит. Больше не могу.

— Вики, а твой новый друг, с которым ты познакомилась в свинг-клубе, похож на аристократа?

Вики замолкает, поджимает губы и отворачивается.

Стая за окном взмывает ввысь и растворяется в синеве. Небо синее-синее, хочется его выпить, словно кисель. Некоторое время мы едем надутые, молча. Первой не выдерживает Вики:

— При чем тут он? Это просто друг. Я его нисколько не люблю!

Мне лень отбивать подачу, полную самообмана. Если я скажу то, что вижу, это оттолкнет Вики от меня навсегда…

Приехали

В гробовом молчании мы оказываемся возле здания, стилизованного под итальянскую виллу. Внутри — неизбежная репродукция Колизея; скучный интерьер, серые стены, белые скатерти и потухшие свечи с остатками воска на подсвечниках. Пепельного оттенка и лица официантов в бабочках. Сквозь холщовые занавески струится тусклый свет. На барной стойке в глиняной вазочке стоит бесподобная белая роза, явно свежесрезанная. Похоже, лишь она одна здесь живая. Ее нежный аромат напоминает, что в мире, помимо этого мрачного ресторана, существует масса красивых и веселых мест…

За столом

Грызем булочки в ожидании обеда.

Обожаю, когда Вики простужается. Ее голос начинает играть бархатным контральто с хрипотцой, как у Бони Тайлер, и меня перестают выводить из себя ее глупые бессмысленные рассказы. Сегодняшняя беседа посвящена новому приятелю Вики, лохнесскому чудовищу, любовь к которому прошла все половые проверки и неожиданно вырвалась за пределы джакузи в свинг-клубе.

Не сомневалась, что этого латиноса зовут не иначе, как Адеодэтус, да и фамилию я запомнила практически с первого раза: Санчос Панчос Перрос Гилес Синус Косинус Тангенс Котангенс. Будьте любезны, распишитесь вот здесь…

Теперь эта парочка регулярно наслаждается обнаженным обществом друг друга, соблюдая строгий постельный режим. Каждый день, проезжая мимо Белгравии, Вики забегает в его особняк на пару фрикций, чтобы разбавить свои серые будни. Для полной свободы сексуальных утех весь обслуживающий персонал высылается из дому для прогулки по Гайд-парку.

Вики хвастается, что ее друг каждый раз устраивает для нее немыслимые половые фуршеты, как человек уникальный и творческий. Даже Камасутра у них превратилась в букварь, ведь в дело идет даже лед из вазы, где обычно охлаждается французское шампанское. Морозец между ног стимулирует иммунитет и укрепляет здоровье Адео.

Иными словами, я, в своем скромном уровне сексуальной изобретательности, просто копошусь у подножий своей озабоченной подруги, не говоря уж об Адео, который, вдобавок к своим эректильным способностям, нежданно оказался акционером известной шоколадной фабрики. Почему бы Вики не выплеснуть ему на драгоценное место горячий кофе его же марки, чтобы завершить феерию ощущений?

Сегодняшний обед оказался бы вполне съедобным, если бы моя подруга не затеяла беседу о выковыривании из-под ногтей неприятного содержимого заднего отверстия ее друга, которое глубоко забилось под двухнедельный маникюр, после того как непоседливые пальчики изведали загадочные стороны мужского организма. Она даже не поленилась сложить из зубочисток размер его главного инструмента, долго переставляя палочки с места на место, чтобы, не приведи господь, некорректно повторить форму великого достоинства Адео. Действительно, иного способа описать его просто не найти.

«Адео — это настоящий эксклюзив!»

Тональность голоса моей подруги перескакивает в восклицательное крещендо. Не обезуметь от восторга здесь действительно сложно, ведь не каждый день удается отхватить такой лакомый кусок в виде горного козла с крутыми рогами.

Не хочется портить ее чувство триумфа, но у меня совсем не получается вынуть из пакета счастливую рожицу, чтобы поменять местами маски и разделить с ней отраду.

Внутри меня сыро и пасмурно. Безоблачное расположение духа Вики сводит с ума. До сих пор не могу поверить, что она вот так просто передается мужчинам половым путем, будь то принц на белом коне или прямоугольный викинг с прагматичным прикусом…

«Не смотри на меня так! Я же говорила, между мной и Адео ничего серьезного! Я просто оттачиваю свой сексуальный опыт!»

Интересно, каким образом его можно отточить? Каждый раз, занимаясь сексом с новым партнером, переживаешь ощущение, будто это впервые. От этого чувства невозможно избавиться, даже если спариться с монозиготными близнецами по очереди.

Вывод один: с короткометражными мозгами Вики стали происходить странные вещи. В какой-то момент мне даже захотелось встать и уйти, но я вовремя вспомнила, что этот день наполнен огромным «смыслом», который с минуты на минуту должен появиться в этом ресторане.

Кстати, «смысл» опаздывает уже на полчаса…

Женишок

Из-за дальнего углового столика возле каменной колонны, освещенной светильниками в виде факелов, появляется необыкновенно высокая мужская фигура.

Ресторан, словно испугавшись этого гиганта, сжимается и становится в два раза меньше…

Ерминингельд мне понравился сразу. Благородный look, полные тридцать пять лет жизни, двухметровый рост, лицо без острых приправ, неотремонтированные зубы, худенькое, как у стебелька, тельце и слегка тронутая сединой, хитро начесанная грива, имитирующая непослушный локон Дональда Трампа. Голубая льняная рубашка, которую он безобразно измял в машине, вполне настраивала на свойский лад, если бы не внезапный шлейф непереносимого парфюма, пахнущего арабскими пирожными и убивающего за собой все живое в радиусе 5 км. Это амбре защитило бы Гельда от недоброжелателей гораздо эффективнее группы охранников с замороженными лицами, которых он, похоже, всюду таскает с собой.

После дежурных nice to meet you Гельд перекидывается парой фраз с Вики об их общих знакомых и кладет на стол потрепанный мобильный телефон того же года рождения, что и он сам.

Обгрызенные под корень ногти говорят о том, что он полный чеканутик.

На правой руке — Romain Jerome. Сгодится.

Мне повезло, что Гельд ни с кем не целуется при встрече, иначе пришлось бы использовать стремянку. Обожаю таких мужчин. Гельд сможет носить меня под мышкой, как клатч.

Кажется, я нравлюсь ему. Сквозь сдержанный тон пробивается искорка сильного мужского любопытства.

Чтобы развеять напряжение, он начинает рассказывать несмешные анекдоты, под которые мы с Вики начинаем падать со смеху на пол. Умиляясь нашей бурной реакции, он мелко подхихикивает своим евнуховидным голосом, словно под столом его щекочут за яички, и начинает рассказывать еще более скучные истории.

Признаться, меня немного смутило, когда нам пришлось взрываться смехом на одни и те же каламбуры по пять раз.

Полагаю, это кокс. Нет-нет, он вовсе не прыщавый торчок с сальными волосами. Гельд — очень презентабельный человек, просто, по всей видимости, он слегка рухнул с дуба.

Вики всегда предчувствует внутренним оком, когда пора отчаливать, чтобы через пять минут все не стало еще хуже. В мире не найдется человека, кто так же элегантно умеет сматывать удочки, как она. Свой фирменный английский трюк Вики исполняет профессионально: тревожно накрутив пряди волос на пальцы, она взволнованно смотрит на часы, а потом, резко вскакивая со стула с увеличенными зрачками, произносит: «Боже! У меня же запланирована важная встреча! Как я могла об этом забыть?! Прошу прощения! Вы не будете возражать, если я вас покину?»

«Важные встречи» каждый раз образовываются очень вовремя. Вики всегда все делает вовремя. Вовремя улыбается, вовремя молчит, вовремя уходит, вовремя приходит, вовремя оказывается в нужном месте и вовремя произносит слова с нужной интонацией. Если у девушек лучшие друзья — бриллианты, то у Вики лучший друг — мозг. Благодаря его интенсивной работе поведение Вики безупречно. Она всегда видит направление ветра и выгодно ставит паруса, чтобы сделать так, как ей удобно. Вики — это самый совершенный организм на планете! Это — во-первых! А во-вторых, хватит того, что, во-первых…

Еда

На исчезновение Вики Гельд отреагировал сносно, ведь сразу после ее ухода появилась хорошая новость: нам принесли еду.

Не дождавшись, пока официант отойдет от стола, Гельд набрасывается на лингвини, неумело накручивает их на вилку и жадно втягивает в себя. Лингвини оказываются непомерно длинными и начинают не по-царски выскальзывать изо рта обратно в тарелку.

Если бы эту картину видела Вики, она скончалась бы на месте, не дождавшись «скорой»…

Культурный терроризм

Гельд уверен: цитирования стихотворений русских символистов, с которыми он успел ознакомиться на уроке литературы в пятом классе, обязаны вызывать чувство экзальтации. Правда, слова с содержанием согласной «Р» он произносит так, будто она там и вовсе не нужна, — эти логопедические затруднения немного сдерживают мои двухчасовые овации…

В ночи, исполненной гоазою,

В сьедине тучи гоамовой,

Исполнен маачной коасотою,

Витает обааз гоазовой…

(Дальше он не помнит.)

Спасибо, можете слезать с табуретки! До последнего надеюсь, что сегодняшний вечер пройдет без «Слова о полку Игореве», ведь Гельд решил высыпать наружу все, что вместилось в его скальп за последние 30 лет. Каким чудом ему удалось утрамбовать в себя столько ненужной информации, — пока непонятно.

Хочется смазать мозги алоэ вера, потому что мой единственный ряд извилин вот-вот выскочит из ушей с большим треском, испортив окружающим аппетит. Сочетание английского снобизма и русской интеллектуальной кичливости невыносимо. Наверное, для Гельда я недостаточно стара. Чтобы прокладывать дороги в свой внутренний мир школьными стихотворениями, мне не хватает тридцати трех подбородков и внуков.

В общем, Гельду про себя известно немного. Он думает, что моя тусклая жизнь была предначертана для этого дня, чтобы пришел он и стал жонглировать передо мной заезженным списком своего образовательного гарнитура.

Люди всегда уважают то, что скучно. Проявлять интерес к чему-то не известному всемирно — это риск. Выгоднее быть на стороне победителя. Достоевский вне подозрений, как английская королева. Легче жить в смирительной рубашке и восхищаться признанной классикой, это помогает избежать критики.

Культура стала таким же брендом, как Hermes, где репутацию поднимает любовь к проверенным шедеврам. Гельд — типичный «культурный» терминатор. Он боится выбирать.

Гельд — такой же, как все. Его голова сделана из низкокачественного материала, и регулируется она общественным клише при помощи пульта управления, за его ухом спрятана бирка «made in China», а по его венам бежит салатовая кровь.

Успокаивает одно: официанты приобрели неограниченную возможность как следует выспаться — издалека уже доносятся их благодарные храпы…

Что такое интеллигент?

Многие считают, что для звания «интеллигента» достаточно иметь четыре высших образования и знать наизусть Мандельштама. Но интересно, как воспринимать интеллигента, если в какой-то момент из него начинают вылезать непонятные глисты? Например, при вопросе с пропиской супруги сына (деревенщина полезла в родовые хоромы) или при борьбе за пост руководителя в каком-нибудь замшелом институте РАН, напоминающей драку пьяных прачек. А как вам интеллигентнейшие профессорши-училки, орущие на своих студентов?

Очевидно, носить немодные очки, спать с томом Цветаевой и разговаривать с протяжной интонацией недостаточно. Нельзя быть чуть-чуть интеллигентом, так же как нельзя быть чуть-чуть беременной.

Настоящая интеллигентность сидит в сосудах…

А все остальное — это просто неплохо образованный алчный злой быдляк.

Рыцарь круглава стала

Слава богам, Гельд быстро пьянеет. Невзирая на то что он настойчиво подливает мне отвратительную прокисшую жидкость под названием «Божоле нуво» на четыре глотка больше, чем себе, результат не заставил себя ждать.

Обожаю наблюдать за алкогольными трансформациями, когда спиртное превращает людей в веселых зомби, заставляя донельзя правильных Гельдов стремительно слетать с равновесия…

Не прошло и получаса, как защелкнутый на все молнии умник начал устраивать передо мной красивый психологический стриптиз. И тут подоспело признание, что в ранней молодости он часто прибегал к услугам платных совратительниц (не то что сейчас…).

В одну прекрасную ночь одна из волшебниц проводила в его машине сеанс глубокого минета. Наблюдая, как маленькая развратница сжимает его хобот маленькой ладошкой, взгляд прельстило беспорочное церковное кольцо «Спаси и сохрани», надетое на один из ее пальцев. Гельд нашел это обстоятельство крайне трогательным, и в момент эякуляции его посетило глубокое озарение: Бог должен одинаково защищать как праведников, так и грешников, ибо любые человеческие грехи совершаются во имя выживания…

На зависть Бегбедеру

Я: А с чего ты взял, что Бог вообще кого-то защищает?

Г: Все хорошее в мире существует благодаря Богу.

Я: Как только происходит что-то хорошее, это сразу приписывается высшим силам.

Г: Если ты веруешь, Бог обязательно пошлет тебе удачу.

Я: Но ведь для того, чтобы выжить из миллиарда сперматозоидов, нужно тоже иметь удачу!

Г: Бог милостив. Вначале ты выигрываешь генетическую лотерею, а потом, в благодарность за это, угождаешь Всевышнему постом, молитвой и послушанием.

Я: Не очень хочется в этом участвовать…

Г: А тебя никто и не спрашивает.

Я: Меня заставляют быть хорошей?

Г: Ты же не хочешь, чтобы тебя наказали?

Я: Разве Бог может обижаться?

Г: Понимаешь, на небе нет СМИ, никто не знает, что происходит после смерти, поэтому все мы хотим окончить жизнь в добром исповедании… На всякий случай…

Я: Если ты думаешь, что Бог следит за каждым твоим шагом, то у тебя мания величия, милый… Но мне нравится, что ты, как и все, находишься в постоянном страхе. Страх дисциплинирует…

Г: Есть еще нравственность, когда человек по своей природе не способен на подлость, обман и лицемерие. Нравственность сама по себе религиозна. Если ты не чувствуешь звука Вселенной, в которой обитаешь, то все твои походы в церковь — пустые ритуалы.

Я: Подлый человек и есть ад.

Г: Ад — это вечная боль.

Я: Интересно, как душа может испытать боль, если у нее нет органов чувств?

Г: Задай этот вопрос попу (ударение на «у»).

Я: После смерти мне будет все равно.

Г: А вдруг не будет? Вдруг ад существует?

Я: Сила ада в его контрасте с раем. Нет рая — нет ада. Рай без ада — это тоже ад.

Г: В аду лучше, там знакомых больше.

Я: Мне будет легко получить туда путевку. Какой грех лучше совершить?

Г: Выбери пожестче.

Я: А что тяжелее на вес, обман или воровство?

Г: Хочешь почитать небесный кодекс?

Я: Не откажусь.

Г: Это вопрос к небу и к тем, кто там сидит.

Я: Если честно, я не верю в существование ада. И вообще, если кто-то верит в ад, в котором нет Бога, и в некоего дьявола, который существует отдельно от Бога, то этот человек является богохульником. Насколько мне известно, Бог есть везде: в каждой травинке, микробе, клетке! Всемогущий вездесущий Бог, он — начало всех начал! Но как же тогда во Вселенной может существовать некое местечко под названием «ад», где Бог утрачивает свою силу? И как отдельно от Бога может существовать некий сатана, который настолько силен и самостоятелен, что способен сделать бессильной самую великую силу на Земле? Получается, Бог управляет лишь частью Вселенной? В таком случае, Бог ли это вообще?

Г: Знаешь, наличие рая тоже под вопросом. Хотя я бы не отказался взглянуть на его интерьеры…

Я: Наверное, это лагуна голубая. Или поле с одуванчиками.

Г: Рай — это безделие…

Я: А вдруг человек на небе не захочет бездельничать, если увидит, что у кого-то все круче, чем у него?

Г: В раю нет конкуренции. Там у всех все одинаково.

Я: Коммунизм?

Г: Типа того.

Я: Такая система мешает развиваться. В ней нет соперничества.

Г: Поэтому она и изобретена для мира мертвых.

Я: Думаешь, в раю все слишком круто, чтобы стремиться к совершенству?

Г: В раю все четко. Стремление — это страсть. Страсть — это порок, табу. Поэтому у всех все одинаково.

Я: Знаешь, если следовать заповедям, то самый идеальный человек — это монах! Но если мы будем жить, как они, то мир превратится в монастырь! Не будет технического и научного прогресса! Все будут ходить закрытыми, наглухо заколоченными…

Г: И безгрешными…

Я: На что мы будем жить? Деньги — это тоже грех!

Г: Будем доить коров! Зачем развиваться? Все равно все заканчивается одним и тем же.

Я: Может, нам вообще не надо было рождаться?

Г: Прочти Библию. Там ты найдешь ответы на свои вопросы.

Я: Я уже читала и не поняла, какое отношение ко мне имеют все эти приключения евреев в Африке?

Г: Во что ты веришь?

Я: В себя.

Г: Поверь в Бога.

Я: Вера в Бога не приводит к гуманности. Пока будет религия, будут и войны. Религиозные чистки — это вопиющий маразм.

Г: Это борьба за идею. Люди живут во имя идей.

Я: Идеи — пустота, иллюзии. Нет ничего более ценного, чем человеческая жизнь. Ее нельзя швырять под ноги, как мусор, ради каких-то сомнительных понятий.

Г: Как давно ты была в церкви?

Я: Я не люблю церкви. Церковная обстановка напоминает похороны. Тетки, в слезах кидающиеся на настенные иконы и сползающие по ним вниз, священники, читающие унылый рэп. Церковь — это выражение бессилия.

Г: В церковь ходят не веселиться, а разговаривать с Господом. Это не ночной клуб. Это место, где люди замаливают грехи.

Я: Я не считаю свои ошибки грехом. Ошибки есть ошибки. Причем здесь грех? Люди делают гадости друг другу, а прощение просят всегда у Бога. Никто с Богом не знаком, никто не обязан выкладывать ему отчеты.

Г: Людям необходимо во что-то верить. С Богом проще и теплее. Верить спокойнее.

Я: Это человеческие потребности, слабость. Но это не доказывает, что Бог есть. Но даже если он есть, он не рядом с тобой. Бог всегда один, он одинок.

Г: Не буду с тобой спорить, но Бог существует, поверь мне.

Я: Ты его видел?

Г: Нет. Он невидим. Это высшая сила, состоящая из мельчайших частиц. От их движения зависит движение всего мира.

Я: Так все-таки Бог — это невидимые частицы или Иисус с бородой?

Г: Как тебе больше нравится, так он и выглядит. Любой уютный для тебя образ. Необязательно тот, что в церкви. У тебя может быть свой Бог, без посредников. Бог — это Вселенная. Придумай ему лицо.

Я: Пусть это будет Джим Моррисон.

Г: Это твой авторитет?

Я: Нет, просто мне нравится его голос. Бог — это все, что приносит тебе счастье. И не надо относиться к Богу серьезно, потому что самое святое на этой Земле — это человеческий смех.

Мысль

Спасительница — религия. Она подарила нам надежду в виде трогательного образа распятого на кресте человека. Наш славянский идол родился в Древнеримской колонии, поэтому расправа над ним происходила через пригвождение — таковы были обычаи того места. Если бы казнь осуществлялась, например, в средневековой Англии, люди носили бы сейчас цепочки с Иисусом на виселице. Или вообще с его головой отдельно, приведи смертный приговор в исполнение где-нибудь во Франции, где главенствовала гильотина.

Но гран-при взяли бы, разумеется, русские (кто бы сомневался). Ведь самый виртуозный способ расправы был изобретен именно у нас, на Руси, во времена Ивана Грозного, когда людей сажали на кол…

Глава 6

Не все дома, но все пьют чай

«Треска вообще-то не простая штучка, — доверительно сказал Грифон. — Когда она была в Маринаде, ее то и дело посещали разные министры и дипломаты — Камбала, Скумбрия, Зеркальный Карп… Очень часто приплывала одна Селедка в белом соусе. Изумительный, тонкий посол!»

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

В гости на чай

Чтобы окончательно поразить и согнуть меня в бараний рог, Гельд приглашает на экскурсию в свой шикарный особняк в районе West End, чтобы наглядно показать, как он теснится в своей хижине среди огромной коллекции живого персонала и изобразительного искусства, купленного на аукционах. Матерь божья… Опять аукционы…

Фавела

Вики говорила, что Гельд переехал в этот особняк относительно недавно, ибо жить в предыдущем доме, где было всего лишь семьдесят девять комнат, ему показалось просто невыносимым.

Гигантский, непомерный, циклопический дом Гельда окружен сплошным забором, похожим на стены исправительных колоний строгого режима. Представляю, сколько творческих порывов эти стены вызвали бы у Бэнкси. Такими барьерами обычно огораживают специализированные заведения, чтобы не перелезли психи, но Гельд предпочел устроить эту жизнелюбивую картину вокруг своего дома…

Внутри

Климат внутри этой избы такой же субтропический, как на Антананариву. Было бы здорово, если бы при входе выдавали парочку верблюдов и кувшин с пресной водой.

Вики много раз говорила, что Гельд всю жизнь боится простудиться, поэтому даже на кладбище не забудет взять с собой одеяло, чтобы положить его в гроб, который тоже будет восьмикомнатным.

Самая важная достопримечательность этого жилища — темнокожая консьержка Лайза. Пухлые фиолетовые губы, гладкая, как алькантара, кожа на руках, пухлые ноги, и блестящий кофейный лоб в мелких прыщиках такого же цвета. Как она умудряется промывать эту лохматую копну волос — неизвестно. Возможно, сдает в химчистку.

Л: Добрый день. Рада вас видеть. Пройдемте со мной, я покажу вам дом.

Я: Простите, Лайза, а где здесь туалет?

Л: Первый поворот направо, два раза налево, прямо до третьей двери, еще раз налево, чуть правее и сразу вниз.

Я: Супер. А можно я буду ставить на столбах метки?

Ля-ля-ля

Музыкальные колонки в этом доме спрятаны предусмотрительно, чтобы человеку от них было некуда деться. Звуки саксофона доносятся со всех углов. Чувствуется, этот диск здесь играет годами.

Джаз — бесполая музыка для импотентов, которая отвлекает Гельда от жизни. Беззаботный ми-мажор ранит слух, хочется соль-минора, чтобы сердце больше не считало своих ударов. В этих катакомбах приятнее всего заблудиться, например, под Криса Айзака, чьи песни наводят горькую тоску, которая приятно скапливается в сосудах сердца, располагая организм к сладострастным терзаниям, особенно при мысли, как полицейские собаки будут разыскивать здесь твой скелет.

Зал

Вхожу в комнату, богатую и кичливую.

В этом месте померкла бы даже радуга, если бы спустилась с небес.

Над залом в окружении мраморных столбов с золотыми кудрями высится хрустальная люстра Сваровски, превосходящая в размерах крупный немецкий внедорожник. Без сомнений, Гельд скорее бы предпочел жить на улице, чем без своего любимого светильника, который наверняка изготавливался под заказ в течение восьмидесяти лет. Холодные темные стены украшают «брендовые» живописи с изображением берез, сосен и ручьев. С нетерпением жду, когда меня охватит синдром Стендаля. К тому же в картину с белыми корабликами на фоне синего моря я влюбилась сразу, особенно когда узнала, сколько она стоит.

Главное теперь, не спутать эту картину с другими произведениями искусства, продающимися на Старом Арбате.

Если ты Иван Айвазовский, пустой холст будет являться шедевром еще до того, как ты его разукрасишь.

Чего мелочиться, надо было родиться внучкой Сальвадора Дали. Рисовать, правда, я не умею, но это бы мне совсем не помешало стать выдающимся художником-абстракционистом. С серьезным видом я бы размешивала гуашь, обмакивала туда руки и размазывала краски ладонями по бумаге. Получился бы красивый черный холст на манер Казимира Малевича, который можно было бы сдать в Государственную Третьяковскую галерею.

За моей дверью всегда стояли бы великие ценители искусства, наподобие Гельда и Ника, убежденные, что в картине, произведенной внучкой великого гения, скрыта «зашифрованная идея», за которую надо сражаться на аукционе до изнеможения и инсульта.

Представляю, как Гельд поместил бы мой авторский маразм под пуленепробиваемое стекло с голубыми подсветками и показывал его друзьям, которые долго разгадывали бы, что же имел в виду этот великий художник, когда его посетила шизофрения второго типа?

И никто бы не заметил, как прошли годы, а они все продолжали рыться в чужих творениях, совсем не подозревая, что внутри каждого из них тоже есть мир, в котором они так редко бывали…

Протест против постной обыденности

Слышу тихие шаги, отдающиеся оглушительным эхом на весь этаж. Не пугайтесь, это Гельд старается бесшумно скользить по полу.

Пока я рассматривала достопримечательности его дома вместе с Лайзой, он успел переодеться в кашемировый свитер и застегнуть ширинку на потертых джинсах. Какая стильная помесь бомжа и банкира! Легко быть скромным, когда ты лучший, правда?

Взгляд Гельда излучает веселье и отстраненность, от его кожи пахнет парфюмом и алкоголем.

Интересно, в его жизни бывают минуты, когда он ничего не пьет и не нюхает?

Сейчас стало модным проводить свою жизнь под местной анестезией. Гельд знает — нет ничего сильнее, чем химическое раздражение клеток головного мозга. Это удовольствие сильное и грубое, после которого тонкость наслаждения реальностью резко меркнет. Наркота — главный консультант по мечтам. Стоит человеку хотя бы раз включить в сознании другие иллюстрации, как он уже никогда не захочет возвращаться из другого мира. Эта дорога красочна, но не бесконечна. Люди умирают не от наркотиков. Они умирают от безысходности. То, что происходит в их сердце, намного страшнее, чем смерть…

Спальня

Давайте сразу определимся: если при входе в спальню Гельда не увижу двух золотых тигров, я навсегда перестану его уважать!

Впрочем, нет. Уважать мне его все равно придется, ведь ничто не может вызывать гордость сильнее, чем спальный гарнитур, отделанный 18-каратным желтым золотом. У вас тоже есть такой? Мои соболезнования.

Сразу видно, Гельд не стал полагаться на вкус дизайнеров и самостоятельно внес ценные идеи в создание незабываемого интерьера своего дома. Синдром бедности всегда выражался стилем рококо. Даже Тоник со своей готикой в окружении елок и берез истекся бы слюнями от такой копии арабского замка…

Над кроватью Гельда висит огромная картина с полуобнаженными беловолосыми юношами в простынях, которые пытаются увернуться от демонов.

Если честно, меня всегда интересовала ориентация художников, которые тщательно обводят мышцы стройных мужских туловищ, до мельчайших деталей вырисовывая линии их желтовато-розовых пенисов, заманчиво выглядывающих из-под белоснежных покрывал.

Видимо, Гельду приятно видеть такие образы у себя над кроватью, они вдохновляют его на сладкие сны…

Холл

Не теряю надежды увидеть кабана в формальдегиде, которого замариновал Дэмиен Херст, но пока вижу только кучу огромных картин в золотых рамках. На одной из них изображена полная обнаженная женщина в стиле Питера Рубенса, расстелившая свой огромный живот на белоснежных пододеяльниках.

Г: Это любимая картина моей мамы. Нет ничего прекрасней ее. Этот шедевр нам презентовал сын одного шотландского герцога. Мы не хотели принимать такой дорогостоящий презент, но он чрезвычайно настаивал. Пришлось уступить герцогу. Да и мама меня уговорила. Она идеальная женщина. Если бы все люди были, как она, на Земле царил бы рай. Я обязательно тебя с ней познакомлю. Ты в нее влюбишься.

Я: Можно вопрос?

Г: Конечно.

Я: Тебе нравится женщина, которая изображена на этой картине?

Г: Она изумительна! Ее тело божественно. Идеал семнадцатого века.

Я: Скажи, ты занялся бы сексом с этим эталоном красоты?

Г: Я?

Я: Ты.

Г: Если бы я жил во времена Рубенса…

Я: Нет, здесь и сейчас. Вот она сейчас сойдет с полотна и начнет тереться о тебя своим красивым трясущимся салом. Восторг?

Г: Ну, не знаю…

Я: Как это не знаешь?! Взгляни! Она же ослепительна! Продается на аукционах, стоит дорого. Не то что тайские проститутки…

Обладая редким свойством ухода от ответов, Гельд смотрит так, будто сейчас его начнет обыскивать ОМОН. Когда ему хочется резко сменить тему, он, как человек, приобщенный к Западу, начинает изображать ничего не понимающего иностранца, путано заменяя русские слова английскими, якобы совершенно не помнит, как они звучат на русском.

Г: Так о чем мы говорили, my tre asure? Ах, да. Я хотел сказать, что в те времена ты считалась бы чахоточной. Тебя обходили бы за пять километров, чтобы не заразиться.

Я: Спасибо за комплимент, my cutie. И все же, давай не будем уходить от темы?

Г: Не хочу об этом говорить. Ты задаешь мне бессовестные questions!

Обезоруженный и казненный, Гельд растерянно умолкает. От злости его голова чуть не задымилась, из ноздрей сейчас повалит черный дым.

Прошу прощения, толкните меня в следующий раз, когда я начну опять попадать пальцем в небо…

Красная комната

На последнем этаже этого Зомбиленда находится так называемый «музей подарков», где хранятся дары от высокопоставленных лиц.

Разумеется, дизайн этого помещения выполнен с особой любовью. Высокие потолки украшены розовым мрамором, окна охраняют позолоченные ангелы, а пол пестрит бархатом алого цвета, ибо это единственный материал, на который Гельд способен наступать. Модные сертификаты, дипломы и прочие разноцветные бумажки на стенах еще раз подчеркивают, что Гельд — сложноорганизованная многоклеточная особь, и Ник со своими крестьянскими замашками тихо дремлет в поле, не шевелясь.

Каждый подарок замурован в герметично закрытую капсулу, чтобы серая пыль не оскверняла бесценные сияющие сокровища. Тут и королева вручила Гельду значок, и французские графы выдали ему награды, и английские министры воздали почести, и компания Patek Philippe еле уговорила принять в дар модель Sky Moon в честь своего юбилея. А вот G enghis Khan от Nardin он даже ни разу не надевал, да и кто подарил их, никак не получается вспомнить.

От своей востребованности в высшем обществе Гельд не на шутку переутомился. Весь мир буквально разрывает его на части. Иногда он даже путается, какой именно планете разрешил сегодня повращаться вокруг себя. Одно перышко у него синее, другое оранжевое, а есть еще и красное с зеленым отливом, и серебристое, и вообще, он такой цветастый петушок, что мне дико повезло очутиться в поле его личности на расстоянии меньше деци метра.

Люди, которым постоянно мерещится золоченый трон под задницей, всегда казались мне очень трогательными. Ведь согласитесь, внутри каждого из нас имеется своя красненькая комната…

Как увеличить время своей жизни

Приготовление чая не входит в обязанности консьержки Лайзы, этим занимается другой вид прислуги.

В этом доме вообще много разновидностей персонала: одни занимаются застиланием кроватей, другие — мытьем полов, третьи — разогреванием автомобилей…

У самого же Гельда есть дела поважнее, например, рассматривание белого потолка, выковыривание из носа всяких интересных штучек и вытирание их о мебель.

Это делать намного интереснее, нежели оттирать краны или чистить холодильники. В моменты, когда мы занимаемся деятельностью, которая не приносит нам удовольствия, мы не живем, ибо значение слова «жить» состоит из двух пазлов — развиваться и испытывать наслаждение. Люди, которые не развиваются и не наслаждаются, превращаются в бытовых рабов…

Стоянка

Спускаемся вниз по лестнице (в этой лачуге нету лифта, стыд), попадаем на подземный паркинг.

Все знают, что мужчины делятся на два класса: на тех, кто ездит на авто S-класса, и на тех, кто предпочитает внедорожники типа Toyota Land Cruiser.

Мужчины первого типа ценят комфорт и изысканность, изо всех сил пытаясь полюбить атрибуты высокой жизни. Они питаются французской пенкой, спят с мячами для гольфа и по утрам падают с дорогих коней.

С «крузерами» всё иначе. Такие машины выбирают преимущественно колхозники и фермеры, чтобы перевозить в них наборы поплавочных удочек, выловленных карасей и своих любимых жен, как крупногабаритный груз.

Слава богу, Гельд относится к первому типу. В автомобильном деле он настоящий эстет, ведь число разноцветных телег на его паркинге напоминает воскресную пробку на МКАДе. Его любовь к машинам могла бы вызволить из кризиса все немецкое машиностроение, если бы Гельду удалось найти, куда складывать весь этот металлолом.

«Тебе нравится “феррари”? Моей маме тоже. Кажется, “феррари” у нас тоже где-то стоит».

Последняя фраза убеждает — Гельд нескончаемо болен. Сто пятьдесят тачек были куплены от гармоничного состояния духа.

Если в детстве тебя не любили девочки, а теперь у тебя есть красная-прекрасная «феррари», все равно в детстве тебя не любили девочки…

Благо, рядом с Гельдом всегда была мама. Должен же кто-то приглядывать за его «мерседесами»?

Про кофе

В 1857 году Индия стала колонией Британской империи. С этих пор чаепитие является главным символом национальных английских традиций. Было бы неплохо, если бы Гельд немного поддерживал эти традиции и перестал мучить меня отвратительным кофейным смрадом из своей, третьей по счету, чашки. Ненавижу такие напитки.

«Ты чего так смотришь? Это настоящий бразильский кофе, выращенный на плантациях моей приятельницы. Попробуй! Это полезно!»

Ацетон, нашатырный спирт, кофе, табак, бензин — с трудом верится, что продукты с резким запахом могут быть полезны…

Ненавижу эту гадость! Вваф!!!

Разговор о погоде

Я: Собираюсь в Москву, но пока не решила, как до нее добраться.

Г: В Москве жуткая погода, мороз и сугробы! На твоем месте, я бы остался здесь! Даже не вздумай туда ехать!

И в самом деле. Москва кажется просто студеной Арктикой рядом с Лондоном, теплейшим городом на Земле.

Почему бы Гельду просто не сказать: «Я не хочу, чтобы ты уезжала»?

Почесав затылок, он глубоко вздыхает и плотно прислоняется к спинке огромного антикварного стула, инкрустированного полудрагоценными камнями. Наверняка на этом стуле не раз сидели румынские проститутки своими голыми задницами, при помощи которых Гельд снимает свои приступы уныния.

Мое приподнятое настроение, царившее вначале, начинает сменяться утомлением и злостью. Фермент для переваривания присутствия Гельда израсходовался очень быстро. Если бы он просто молчал, мне бы не хотелось так невыносимо спать. Я уже давно обнаружила в себе такое свойство: уставая от разговоров, начинаю соглашаться со всем бредом, что несет собеседник, лишь бы побыстрее все закончить и отчалить на свою территорию.

Гельд явно переиграл, заставляя меня ретушироваться под свои заумные монологи. Я ведь тоже обожаю поговорить и бываю просто непобедима в своем искрометном стёбе над злоумышленниками. Слова, как ключи — если правильно их подобрать, можно открыть любое сердце и закрыть любой рот. Но у Гельда есть более сильное оружие: когда у него что-то не получается, он берет измором. Кто бы что ни говорил, но все время казаться умным — это глупо…

Мамуля

Гельд решил мне понравиться и совсем перестал перебивать. Может, по парочке цитат, и всё на сегодня? Дружно запрокинув головы, мы молчим и проникновенно осматриваем мерцающую люстру. Хоть бы она упала.

Тягостную тишину со стороны можно было бы принять за одухотворенную паузу, но, увы, это просто тягостная тишина. Мне показалось, длилась она так долго, что я начала стареть и потихоньку умирать. Прощай, Зозо! Не грусти и не печаль бровей…

Но не тут-то было… Цок-цок-цок-цок… Такой звук могут издать только тонкие женские шпильки.

Ближе, энергичнее, веселее: «Цок-цок-цок!» Кто-то идет к нам на помощь! Сижу спиной к двери и намеренно удерживаю голову от нетерпеливого разворота, чтобы узнать кто там? Вдалеке слышно, как облегченным скрипом открываются двери и тут же захлопываются, как ловушка.

— Мальчик мой, у нас гостья?

Тело Гельда с выражением почтения бросается темной стрелой навстречу вошедшей в помещение женщине.

Ее светло-бежевая тень приближается и накрывает мою спину. Пора бы обернуться.

Царственно приподнимая подбородок, я привстаю со стула, чтобы заранее оробеть перед величием и святостью вошедшей персоны.

Вижу перед собой крошечную фигуру женщины с птичьими чертами лица. Овальные очки от солнца на пол-лица, шелковые черные перчатки, блекло-синяя накидка с длинной ниткой серого жемчуга, светло-серое платье в гусиную лапку не оставляют сомнений, что это дама из высшего общества. Ее торопливая речь резко контрастирует с благородным обликом. Нет, это не похоже на избыток энергии. Скорее, обычный нервоз в сочетании с желанием нравиться кому попало.

Пытаюсь выдавить улыбку и успокоить даму ласковым взглядом. В ответ получаю широкий оскал размером в 32 зуба.

От смущения случайно задеваю недопитую Гельдом чашку с остатками кофе. Чашка катится по столу, но не разбивается. Кофейное пятно медленно растет, нагло вытесняя дорогое покрытие антикварного стола.

— Извините, я…

— Ах, оставьте, дорогая. Это такая ерунда!

Дама слегка приобнимает меня за плечи и вздергивает свои идеально выведенные брови. Я вижу ее лицо совсем близко. Птичий нос и маленькие юркие глазки напоминают воробья из российского мультика. Тонкие губы вновь растягиваются в длинной улыбке…

Боже, это же Римма Пуденди! Тот самый рвото-позывный персонаж из свинг-клуба с мужем-альфонсом! Так вот как теперь выглядят святые женщины? Да-а-а, не все в порядке в этом королевстве!

Пытаюсь сосредоточиться на спасении собственной персоны. Почти физически ощущаю, как инстинкт самосохранения толкает меня своими метафизическими кулачками в спину и затылок, тянет за шиворот, рисует на родовом паркете ярко-алые стрелки, ведущие к двери, над которой написано: «Бежать!!!»

Надо срочно подводить этот чудесный вечер к единому знаменателю. Задерживаться в обществе этих персонажей более не имеет смысла…

Конец вечера

Я бесконечно благодарна маме и сыну за то, что они не стали сильно возражать моему культурному устранению.

Гельд вызвался проводить меня до машины. После таких «серьезных» проявлений внимания со стороны такого божества мне даже как-то не по себе.

Выходим из дома. На улице совсем темно. Кажется, из кустов сейчас выпрыгнет герой из «Техасской резни бензопилой» и перережет нам горло, что, похоже, уже произошло с дворецким, который еще пару часов назад топтался здесь под дверью.

Сбиваясь в прощальном тексте, Гельд пытается прокашляться. Хочется взять ёршик и прочистить ему горло, чтобы все это быстрее закончилось. Дежурные повествования вроде «Спасибо тебе за питательное общение» или «Надеюсь, еще увидимся» переводятся как: «Мне так понравилось тебя отчитывать! Приходи еще!»

Неужели я очаровала его своим терпеливым молчанием? В конце нашей встречи я перестала обороняться — Гельд оценил мой поступок по достоинству. Политика «поддакивания» обезоруживает. Если ты не участвуешь в войне, твой враг превращается в верного друга…

Спайдермен

Не успела я сесть в машину, как Гельд, на удивление всему земному шару, резко разворачивает меня к себе и, страстно запрыгнув на меня в стиле Джеки Чана, начинает обмусоливать мои губы «кофейным» ртом. Чувствую шершавый, как у кошки, язык и мокрые, противные, желеобразные, словно говяжий студень, губы.

Господа, он практически залез мне на голову! Может, «поскользнуться» и сильно «повредить» лодыжку, чтобы вырваться из его прочных объятий? Или просто оттолкнуть, запрыгнуть в машину, выжать газ до пола и через 15 минут оказаться дома, чтобы прополоскать рот марганцовкой?

Глава 7

Море слез

«”Неужели так и придется всю жизнь падать!” — испугалась Алиса».

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

Через 15 минут

Мерзну на ледяной спинке ванны, отмывая с губ остатки чужих слюней и кофе. Слушаю песню Depeche Mode про персонального Иисуса.

Ну и вечерок! Аж по спинке дерет. Гельд — это НЛО, совсем из «другого кабинета». Поражаюсь его надменности. Этот странный сын странных родителей решил, что у него очень высокий калибр, и поэтому ему можно разговаривать деепричастными оборотами, (периодически в них путаясь. — Примеч. авт.), разыгрывать спектакли под названием: «Я — бог, ты — лох» и вести с людьми прямую трансляцию с неба, откуда он никогда не слезает.

С женщинами вообще отдельный разговор. Далеко не каждая щелкающая ракушка достойна того, чтобы он поводил по ней своим смычком, ведь вдобавок к своим невероятным умственным способностям, он находится на 857527485738973774 месте самых богатых людей мира и поэтому ему всегда можно быть недовольным и кислым, как тайский лайм. Если он когда-то и создаст семью, то роль матери его детей должна сыграть невероятная женщина, желательно Дева Мария, правда, она рожает только от голубей. А все остальные дамы скомканными бумажками отправятся в сортир бороздить просторы фекальных вод…

В общем, Гельд — ценный подарок в жизни каждого человека. На это у него есть весомый аргумент — первичные половые признаки. Мама ему внушила, что этот очень важный актив принадлежит только ему одному и только он один способен осчастливить женщину ширинкой по-царски. Теперь Гельд — активный носитель этого знания и готов передавать его по наследству…

«Поцелуй? Наверное, я не с того начал… Она так на меня смотрела… Наверное, хотела сделать мне минет… Но как так можно? Прямо на первом свидании! Я понимаю, что ей очень хочется… Но я так не могу… Мне надо узнать человека, денек — другой… А ей просто охота похвастаться перед подругами, что развела меня на минет на первой же встрече… Она даже не подумала, каково мне потом будет… Тем более за плохой минет мне придется попросить переделать… Как можно относиться ко мне так несерьезно? Куда катятся эти женщины?!»

Дама сердца и всего остального

На протяжении всей жизни каждый мужчина, даже если он самый заядлый скептик, мечтает найти ту самую звезду немеркнущую, которая будет варить ему буйабесы и петь колыбельные, ради которой он порвет накопительную карту своего любимого салона интим-услуг и начнет сидеть дома.

Однако если сказочная принцесса в его жизни долго не появляется, мужчина начинает сруливать с психологической дистанции. Поначалу он тихо страдает, продолжая делать вид, что семейная жизнь ему вовсе не нужна. Далее его начинают терзать холодные стены в спальне и вечно пустая кровать, отчего он начинает сильно мучиться, пытаясь подавить мысли о белокрылом ангеле в кругу десяти миксов Василисы Прекрасной и Памелы Андерсон, привезенных самолетом из Саратова. После этого идут долгие выползания из затяжных депрессий, слезы на чужих свадьбах, поездки в Бангкок, ночные кошмары, клиника «Лансерхоф», антидепрессанты, пурген и глубокое сомнение в том, что у него есть пенис.

От последнего комплекса Гельд пострадал не в меру, ведь разговаривать с ним можно только о том, как круто он рулит миром. По данному виду иллюзий конкуренцию ему может составить лишь Тоник со своим недвусмысленным понятием мироустройства.

Не тронутой остаюсь лишь я, чистый правдивый незакомплексованный человек, который всегда готов стать главным арбитром в этой нелегкой игре правосудия над другими…

Новые люди

Природа — женщина хитрая и предусмотрительная, она сделала так, чтобы человека тянуло к его диаметральной противоположности. В этом есть свой узор. Чтобы выявить здоровое потомство, уродов должно тянуть к красивым, спокойных — к шизикам, слабых — к сильным, нежных — к брутальным, низких — к высоким, худых — к плотным, глупых — к умным…

В последнем вопросе мы с Гельдом особенно солидарны: он думает, что он умнее меня, а я уверена, что он полный идиот.

Не пройдет и пары тысяч лет, как все антиподы переспариваются. Любовь любовью, а человеческие инстинкты интернациональны…

Китайцам — европейцы, чернокожим — арийцы…

После долгих переходных форм человечество смешается в единый фенотип. И больше не будет монголоидной, европеоидной и негроидной рас. Все люди на Земле будут иметь единые этнические признаки.

Надеюсь, это будут симпатичные блондины вроде меня. Куда ни ткнись, всюду по улицам будут бродить люди с бездонными голубыми глазами, светлыми волосами и упрямо белой кожей. И весь мир будет размножаться в теньке. И Африка закроется…

Впрочем, если темная кожа договорится со светлым пигментом, земная кора украсится аппетитными шоколадными мулатами. Только представьте! Молочный шоколад! Раскосые глаза (привет монголам)! Голубые радужки (арийцы, ау!)! И нежные пухлые губы (очень на это надеюсь). Как вам такие собратья? Настоящий этнический шедевр!

Спокойной ночи. Спокойной?

Микроволновка показывает 3:47. Устала взбивать в блендере свои мозги. Отвлечься нечем. Холодильник не помогает. Я пыталась заморить червячка, но его ничем не заморишь, он бессмертен.

Грусть и голод нападают на меня всегда одновременно, как бандиты. Если вы голодны, старайтесь есть побольше арбуза. Обязательно на ночь. Иначе не интересно.

Уже третий час ограняю свои думы о решение одного тупого вопроса: ученые полагают, что для осеменения всей планеты достаточно лишь одного самца. Но что останется от этой планеты, если на ней будет всего лишь одна самка?

Получается, биологическая ценность женщин намного выше, чем у мужчин.

Так кто там у нас доминантный подвид? В связи с этим не стоит ли Гельду вести себя скромнее?

Мысли мои, вы — мой главный GPS-навигатор, прекратите меня мучить, выведите меня на путь истинный, подскажите, как мне быть: влюбиться в Гельда или продолжать страдать по Тонику? Или то и другое? Я — многопрофильный специалист. Мое сердце такое большое и доброе, места хватит всем, можно сдавать в аренду. Хотя, наверное, выгоднее иметь душу, которую можно было бы продать…

Всё. Умираю, хочу спать. Воскресать придется завтра рано…

6.15 a. m. Планета «Одеялово»

Эх, так не хочется вылезать из-под одеяла в этот жестокий мир!

Вчера я зачем-то договорилась с Вики покататься на коньках. Но совсем забыла, что ненавижу понедельники и будильники. Угадайте, что я обычно делаю по утрам, когда просыпаюсь? Правильно! Засыпаю. Даже когда звонит будильник. Ничего, я потом ему перезвоню…

9.00 p. m. Natural History Museum

Люблю запах асфальта после дождя. А еще я люблю ехать в машине и слушать, как колеса автомобиля разгоняют лужи. Мне нравится дождь, когда я знаю точно, что все сейчас сидят дома и не веселятся, от этого мне спокойно.

На радость всем районам Лондона, за рулем сегодня оказалась не моя подруга. А жаль. Она отлично умеет проверять на прочность любые автомобили за один день.

Вики повезло с водителем. Более идеального мужчины не найти: нем как рыба и неутомим как автомат.

Сиденье «роллс-ройса» Вики хронически покрыто пятью слоями крошек от печенья — это национальная английская традиция.

По радио поет Adele. Ее голос, как старая свирель. После ее песен хочется улететь далеко на небеса, где не поют птицы и не дует ветер.

Вики тарахтит без умолку. Обожаю это милое журчание ни о чем. Она относится к такому типу женщин, которые на вопрос «какая сегодня погода», начинают рассказывать про космос, взрыв, образование Земли, ветра, цунами, смерча и выпадение осадков.

На данный момент Вики обсуждает недостаток дорожных знаков на улицах. Пока она высказывает свою бесценную точку зрения, я рассматриваю ее платье серого цвета, которое надо было сдать в химчистку, а не стирать.

Когда Вики резко поворачивает голову, чувствую запах ее грязных, собранных в крысиный хвостик волос. Как всегда, лицо подруги покрыто разводами от тонального крема. Недавно я подарила ей специальную кисточку, чтобы крем было легче наносить, но она упорно продолжает размазывать его своими толстыми пальчиками по лицу. Раньше я не придавала этому значения, но теперь знаю точно: она сходила на кухню и окунула лицо в пшеничную муку либо занималась подбором цвета пудры при выключенном свете. Благодаря этим усилиям ее лицо сейчас напоминает бывшего украинского президента.

Создается ощущение, что передо мной не Вики, а ее дешевая китайская подделка, неудачный дубликат, который надо срочно переиздать. После того как она влюбилась, она стала выглядеть деформированно. Кран, из которого раньше лились ее магнетические флюиды, теперь намертво перекрыт. Мне даже перестали нравиться ее духи. Еще вчера этот парфюм благоухал ароматными тюльпанами с черными тычинками, а сегодня он пахнет стиральным порошком…

Что происходит?

9.57 р. m. На катке

Я в курсе, что Вики катается очень искусно, и буду продолжать в это верить, даже если она перестанет так вызывающе вертеться на льду. Впрочем, контрастируем мы вполне гармонично: она скачет по катку как конь — я держусь за скользкий бортик не слишком умело.

Кайф этого спорта заключается в том, чтобы суметь остаться в живых. Ездишь кругами и радуешься, что все еще не сломал обе ноги.

А перед тем как испытать это великое наслаждение, ты должен коньки подобрать, надеть, зашнуровать, зафиксировать, понять, что все сделал неправильно, и попытаться переделать все заново при помощи девяти администраторов.

Вики — молодец.

Она открыла для себя новый вид спорта, который позволяет ей каждые три месяца проводить в реабилитационных госпиталях.

Да будет мне сегодня счастье отделаться пустячным десятком синяков с трещиной локтевого сустава вместо пожизненного инвалидного кресла с жирной сиделкой!

Хочу умереть, и чтобы все плакали

Нет ничего страшнее, чем прожить неприметную жизнь и умереть незаметно для всех. Чем пышнее распушишь свои перья, тем больше у тебя шансов превратиться в павлина.

«Мерседес SLS» с регионом 150 на номерном знаке, мчащийся по Bishops Avenue, сводит на нет даже взрывной гогот нижегородских бандитов в ресторане J. Sheekey:

«Я подхожу к нему такой, типа, слышь, братан, ты чё так встал криво, а? А там, прикинь, ваще тёла сидит, короче, выходит такая и грит, слышь, ты, мудрец, да тут бордюр ваще-та, зацепить боюсь!»

Размеры надписей Emporio Armani на футболках этих парней превосходят даже титры к индийским фильмам. Интересно, а сам Армани в курсе, что его компания выпускает такие модные вещи, или это специальная серия для близоруких?

Эти реальные парни знают толк в стиле. С Никола Труссарди и Нино Черутти на груди они везде уважаемы, как в Новопеределкино, так и в Пушкино, и футболки в треники Abibas можно больше не заправлять, и очки Rey Bоn можно, наконец, снять…

Мода. Она везде разная. Но влияние ее ошеломляет. Вот прикажет Том Форд надеть клетчатые рейтузы, и наша планета тотчас покроется сеточкой, приснится Карлу Лагерфельду какой-нибудь зонтик, и уже через неделю Земле не страшны озоновые дыры.

Удивительно наблюдать, как по воскресеньям содружество всех народов мира скапливается в едином священном месте под названием Harr ods, где днями напролет постигаются безбрежные просторы последних коллекций известных брендов.

Мода — это наркотик, коллективное безличие. Люди зависимы от новых тенденций.

Мерить с утра до ночи платья с несходящейся сзади молнией для современной женщины является смыслом жизни. Чтобы день удался на славу, необходимо приобрести хотя бы одну дорогостоящую вещь, не поддающуюся эксплуатации!

Hamleys

Обожаю это место. Здесь продаются медвежата с самыми мягкими наполнителями в городе.

Каждую ночь куклы оживают, чтобы дружно посмеяться над глупыми проблемами людей.

Может, меня тоже кто-нибудь купит на sale 90 %? И тогда моей мамой станет маленькая вежливая леди. Она будет бережно меня одевать, кормить, расчесывать и укладывать спать в пластмассовую розовую кроватку.

Все равно до меня никому нет дела: Тонику на меня наплевать, Фил всегда занят, Крис достал, а Вики теперь толкается со своей обезьяной.

Хочется скончаться на ледяных лондонских аллеях от одиночества. Надеюсь, когда мое тело найдут археологи, мои друзья будут изнывать от утраты, свесив сопли до колен, что никто из них вовремя не потревожился за бедную маленькую девочку, оказавшуюся в огромном мегаполисе, как очередной кирпич в стене.

Плачьте-плачьте. Я буду хладнокровно наблюдать за вашими раскаяниями с неба и громко смеяться!

Вечер. Я и Крис выходим в свет

Крис — грязный тусовщик. Всякий день он затаскивает меня на какие-то левые вечеринки. На этот раз некий выдающийся, известный (у себя дома) кинорежиссер устроил презентацию своего потрясающего творения в одном из городских ресторанов. Едем мы на это мероприятие уже третий час, с другого конца Лондона, так как именно сегодня Крису понадобилось забрать из сервиса диски.

Доедем мы когда-нибудь или нет — пока не известно. Даже я, полный пространственный кретин, просто ас по сравнению с Крисом, конченым топографическим отморозком. Попробуйте заведите его за его же дом, и он тут же начнет спрашивать, в каком городе он находится. Крис — самая загадочная мутация на Земле! В его голове — необитаемый остров, полный когнитивный диссонанс. Ну вот. Опять он свернул не туда. Пятый раз подряд. Ничего страшного, я уже почти привыкла, что этот олух даже домой ездит по карте. С такой тягой к краеведению, чувствую, это путешествие завершится где-нибудь в Манчестере.

«Поверни здесь направо. Нет! На другое право! Запомни! Право — это та рука, которой ты ешь».

Крис ест обеими руками, потому что обе его руки — левые.

Чтобы не нервничать, я делаю музыку на максимальную громкость. Под автомобильными сиденьями Криса хронически разбросаны диски, изнасилованные и исцарапанные, словно по ним кто-то ездил на коньках.

Больше всего он неравнодушен к диджейскому фаст-фуду, который продается в НMV, но в особенности он любит бездушные клубные миксы, напоминающие звуковые зарисовки из стоматологического кабинета. У нормальных людей такой мьюзик вызывает тонические спазмы, однако Крису это не мешает заниматься спасением дискотечной индустрии от банкротства.

Впрочем, те редкие моменты, когда в его машине играет The Heavy, The Black Keys и The Chemical Brothers, позволяют надеяться, что он — не совсем конченый дебил, а только частично…

Милейший угодник

Чем сильнее мы задерживаемся, тем улыбчивее становимся.

С Крисом мы опаздываем всегда, везде и всюду!

Боюсь людей, которые никогда не опаздывают. Опаздывать человечно.

Как всегда, красив, прозорлив и лих, Крис гордо войдет в помещение и начнет заниматься продажей имиджа. При виде знакомых лиц он начнет прыгать галопом и запускать баян. Никто не сможет устоять перед его чертовским обаянием, походкой участника Каннского фестиваля и улыбкой Саймона Бейкера.

Из любой ситуации Крис выходит изысканно. Вначале понавешает всем на уши тальятелле, а потом начнет из них вязать банты. Это тот самый случай, когда хороший парень — профессия. Он ни за что не упустит возможности предложить вам жвачку, пахнущую клубничным дезодорантом для унитазов. За ним всегда водились странные пристрастия ко всему детскому, включая лимонные конфетки, имбирные шоколадки и брелоки в виде пушистых овец и баранов, которые он упорно носит до тех пор, пока наполовину вылезший светлый мех не становится трипперно-серым…

Продавцы улыбок

Как обычно, на мероприятии нет ни одного нормального человека — одни олени, как в заповеднике.

Каждый уверен, что ничего особенного он из себя не представляет, поэтому пытается спрятаться за ложного персонажа, чтобы не чувствовать себя обнаженным и потерянным. Быть собой — стыдно. Ни один человек не любит себя таким, какой он есть, пытаясь притвориться тем, кем ему следует быть. Люди всегда кого-то или что-то изображают. Главное — правильно найти свой образ. И суметь подавить свое эго.

Посмотрите на женщину в пурпурном платье. Познакомьтесь, это супруга одного известного миллиардера, которая отчаянно старается перестать всех ненавидеть. От такой непринужденной улыбки у нее скоро сведет скулы.

«My dear! Я так рада тебя видеть! Как ты?»

На самом деле, этой бабе плевать, кто как себя чувствует. Ей важно узнать, сколько у тебя денег и кто с тобой переспал. Мы живем в материальном мире. Хорошо, что люди изобрели «любезность» и «правила приличия», чтобы скрыть презрение, ненависть, злость и зависть. Невыразимую доброжелательность чаще изображают те, кто отнюдь не перегружен излишками человеколюбия. Если хотите увидеть истинное воспитание этих людей, посмотрите, как они разговаривают с теми, кто им не может быть полезен.

Неправильно выбранный образ выглядит фальшиво. Игра должна быть явственной, чтобы никто ничего не заподозрил. В противном случае между вами и тем, кого вы изображаете, возникнут непреодолимые разногласия…

Победитель маскарада

В моду вошли хулиганские драгоценности: звезды, черепа, насекомые, висюльки. Раньше такие вещички изготавливались только в виде бижутерии, а из бриллиантов ювелиры всегда делали классику. Сейчас из бриллиантов модно изобретать дерзкие украшения. Дизайнеры стали придумывать новые и новые фишки, чтобы люди могли выделиться, показав свою уникальность.

Никому не удастся переплюнуть сегодня только Гельда. Теперь, когда подъезжать на «роллсах» с дивизией спецслужб и лающими собаками, как это обычно происходит в Москве, стало неоригинальным, он, не растерявшись, изобрел более эксклюзивный способ распугивать окружающих. Сегодня он оборудовал свою наружность двумя врачами-кардиологами, которые носят за ним чемоданы со спасительным содержимым на случай, если Гельду внезапно захочется умереть. Заметьте, кардиологов всегда должно быть два — мало ли кому вздумается разбить оба его сердца? Галантности медикам не занимать. Их мясистым, квадратным головам не хватает только дырочек по бокам для розеток. Таким мальчикам я бы с удовольствием доверила разделать баранину.

Гельд начинает мне нравиться. Согласитесь, лучше быть абсолютно радикальным, чем абсолютно скучным. Эта живописная группа повысила тональность обстановки зала, чтобы гостям не спалось здесь слишком крепко. Что тут непонятного? Сюда приходят посмотреть комедию.

Гельд в упор меня не замечает. Какой невнимательный!

Прикид у него, конечно, либеральный, прямо скромняга! Ему нравится чувствовать себя молодым и несовершеннолетним. Наверное, он полдня потратил, чтобы одеться так незамысловато, ведь он не любит быть белой вороной среди темных лошадок. Не хватает только пластмассовых кед, засаленного рюкзака и билета в метро.

Знаете, когда человек объедается, он становится спокойным. Интерес к дорогим часам, ручкам и телефонам пропал у Гельда с тех пор, как дешевый шик стал до безобразия доступен бездонным недрам его личности. Пожалуй, именно в такие моменты, вышеперечисленные атрибуты переносятся в домашний музей, просмотром которого мы имели честь насладиться…

Ладно, не будем обижать детей. Разоблачать мужчин противопоказано. Нужно подойти к Гельду первой, широко улыбнуться и поиграть с ним в его игры. И тогда, быть может, он перестанет меня бояться, втянет клыки и у входа в свое сердце постелет коврик «Welcome»…

Еда? Nice!

Ваше сердце наполнится жаром при прослушивании песни «Ball and Chain», которая сейчас звучит в этом зале. Агрессивные всхлипывания Дженис выплеснут наружу внутреннюю сумятицу, которую вы никогда не можете модифицировать во что-то полезное…

Фуршет кишит различными яствами наотмашь. Наибольшим успехом пользуется кускус. Раньше я думала, что это корм для волнистых попугайчиков.

Я — знатный чревоугодник. Обожаю жареную окру. Британцы, как всегда, присваивают всё вежливо и с достоинством, особенно чужую национальную кухню. Не спорю, ради фантастического вкуса палак панир действительно стоит жить! Главное, чтобы избыточный вес не привел к несбыточным мечтам. Когда я об этом думаю, сразу вспоминаю Вики.

Еще секунда, и она предстает пред моими очами.

Разумеется, она не забыла притащить сюда и его. Здравствуй, продавец грейпфрутов из Нижнего Тагила, неужели Вики до сих пор тебя не выбросила в Темзу?

Сегодня «май литтл гёрл» проявила находчивость, натянув на себя розовенькое платье-стретч, которое бережно облегает все ее жиры и гармонично сочетается по цвету с деснами.

Эх, еще бы на размерчик меньше, и платье пришлось бы удалять с ее тела хирургическим методом. Вики, куда делся твой бесподобный вкус в одежде?

Адео сегодня тоже сориентировался под стать, остановив свой выбор на бодрой интригующей рубашечке в мелкую полоску, под которой просвечивается белая майка, — привет шестидесятым.

На любой вопрос Вики и Адео отвечают nice.

Как себя чувствуете? Nice! Как погода? Nice! Как вечер? Nice!

Но в особенности nice оказалось радужное многообразие фуршета, где дивно переливаются молочные десерты. Прозорливые глазки Вики уже разыскали с детства любимые marshmallows.

Чувствуется, сегодняшний вечерок особенно мощно отразится на ширине ее бедер. Скоро они будут похожи на колонны в Большом Театре.

И даже не смейте думать, что Вики — толстая. Просто тело очень плотно обтягивает ее огромную душу!

Концерт

В зале раздается мощный взрыв пиротехники, что ознаменовало начало шоу. Надеюсь, это немного сдобрит атмосферу, натянутую Гельдом с его врачами?

Неожиданно на сцену выпрыгивает молодняк с электрогитарами, до смешного косящий под Слэша из Guns N’Roses. Парни начинают прежестко драть себе глотки, но зрителей это не особо распаляет. Во главе с Вики, зал сидит молча, как зомби на поминках. Наверное, они перепутали концерт рок-группы с выступлением Михаила Плетнёва.

Наблюдать за очумевшими взглядами благопристойных семейств — невероятно весело. Они до последнего надеялись, что на сцену выйдет Мадонна и начнет приседать в мужских трусах.

Несносно машет руками в разные стороны только Крис. К музыке он не привередлив, слушает все подряд, главное, чтобы на сцене кто-нибудь вопил и кувыркался. Он вообще обожает концерты, где можно потолпиться среди обколотых морфинистов и сиреневых эфедринщиков.

Помню, его фанатскую психику не травмировал даже вид неприлично располневшего Аксла, который перед выходом на сцену приоделся потеплее, дабы скрыть свое тучное пузико и многослойные подбородки.

Когда смотришь на старых рокеров, пытающихся галопировать по сцене, как это полагалось в 80-х, сердце обливается кровью, ведь вот-вот и откормленные гипертоники вернутся домой в мешках для трупов. Без дураков, нужно уметь вовремя останавливаться. И тогда тебя запомнят таким, каким ты виделся во снах своим чокнутым фанатам тридцать лет назад…

Малышей не особо опечалило, что зал не ударился в пляски под их страстные баллады, потому что в конце этой недели, по результатам «голосования слушателей» известного телевизионного музыкального канала, один из треков этого ансамбля вошел в «топ файв» популярнейших хитов месяца.

Спасибо английским продюсерам, и в особенности зрителям, которые не пили, не ели, а с утра до ночи сидели и голосовали…

Фильм

Следом за очумелыми подростками на сцене появляется известный режиссер — тот самый слегка подстертый плут, не робкого десятка с виду. Даже не верится, что после получасовой благодарности за то, что все мы сегодня собрались, киноленту все-таки решат показать.

Больше всего на свете я люблю фильмы ужасов. Мне нравится чувствовать в теле дрожь и при этом осознавать, что я в полной безопасности, когда тошнота и восторг смешиваются воедино и адреналин бьет в кровь настолько, что во рту растворяется жвачка…

Жаль, что лента оказалась из категории «гэ», еще и комедия. Сюжет сражает наповал отсутствием какого-либо содержания, а многозначительное название типа «Смерть Питера-3» окончательно уводит почву из-под ног.

Главный акцент сделан на глупые полуамериканские прибаутки с бросанием тортов в лица, без чего до сих пор не может обойтись ни один продукт развлекательной киноиндустрии.

На протяжении всего фильма герои сами умирают со смеху над своими дебильными шутками, чтобы намекнуть зрителю, в каком месте надо хихикать. Зрители готовы заржать, как по команде, под любым предлогом, даже Гельду удалось пару раз улыбнуться, после того как он иссношал всех имеющихся в помещении официантов по своим третьесортным причинам.

Ребята, расслабьтесь, здесь все свои! Зовите меня просто: Ваше Нетленное Многоуважаемое Высочество, Небесный Владыка Ерминингельд!

Если мужчина не представляет своей жизни без прессинга официантов и водителей, значит, он чистокровный дипломированный садист. Представляю, как он не позволил бы сникнуть и мне, в нашей веселой совместной жизни…

Вынуждена признать: единственный трезвый человек здесь — Адео. Не теряя драгоценного времени, он постепенно приобщается к моей скромной персоне все ближе и ближе.

«У вас, наверное, там холодно, в Москве, и я слышал, что у вас на дорогах ходят медведи. Кстати, ты надолго здесь?»

Вопрос так и лоснится своей своевременностью. И вправду, на сколько я здесь? Наверное, до тех пор, пока с дорог не уйдут медведи.

«Проблемы с джетом? Почему ты сразу не сказала? Я могу помочь тебе. Когда ты планируешь вылететь в Москву?»

Разрази меня гром, это чудовище летает на моем любимом 7X.

Полный финиш. Я ничего не понимаю в этой жизни …

Конец вечера

В помещении пахнет потом и спиртом. Половина зала еще танцует, остальная половина уже лежит. В неоновом дыму сотни человеческих тел извиваются, машут руками, прыгают, ритмично притоптывают, изо всех сил стремясь выплеснуть наружу бьющую через край энергетическую бурю после употребления соответствующих медицинских препаратов.

Силуэт Гельда, возвышающийся над подергивающейся толпой, выдает какие-то невероятные движения, напоминающие брачные танцы журавлей. Видимо, мама Римма, как истинно заботливая женщина, решила, что его жизнь не сложится без балетного образования.

Гельду приносят хрустальный бокал с вином, на котором видны засохшие капельки воды после мойки.

Ну всё, сейчас он доведет официантов подзатыльниками до оргазма.

ЛСД — коннектинг пипл. Вокруг меня то и дело мелькают сведущие в наркотической грамоте бешеные организмы, которые после передозировки ищут себе работу.

Ботинки почистили, шнурки завязали, в карманах полазили, уборщице помогли. Успешные счастливые люди, потенциальные клиенты клиники Маршака.

Поворачиваюсь к барной стойке. Вижу бармена с расширенными зрачками убийцы, в которых высвечивается вся таблица Менделеева. Трясущейся рукой он протягивает мне малиновый мохито. Неподалеку от него располагается сонливое обезличенное лицо мужского пола, в котором нет чувств и эмоций. Это Крис. Как всегда, рай для него везде одинаков. Эротично развалившись на высоком стуле у барной стойки, он лениво сосет какую-то светящуюся жидкость через светящуюся лимонную трубочку. Его лакированные зрачки следят за кем-то в толпе. Он не сводит глаз со скачущей, вертящейся, приседающей долговязой фигуры с грубо изогнутыми запястьями. Это Гельд — главный фигурант дивного вечера. Перепачкав официантам мозг своими остротами, он немного переутомился и решил присмиреть. Хотя, если к нему сейчас подойти и спросить который час, он начнет выскребать из головы какие-нибудь модные ответы, чтобы еще раз всем напомнить, что они имеют дело с совершенством.

Персонал, едва сдерживая плач, ждет не дождется, когда весь этот отряд приматов капитулирует из помещения.

«Мы были безумно рады видеть вас! Как жаль, что вы НАКОНЕЦ-ТО уходите!»

Ложусь спать

Прежде чем уснуть, я буду долго лежать на подушке и думать, как сделать так, чтобы мозг заткнулся, — это мой главный вечерний спорт.

Завтра начнется новый день. И опять я буду бегать от прошлого, гоняясь за будущим…

Где вы, мои перламутровые сновидения? Кто теперь займет вакансию моей ночной мечты?

Помню, когда Тонику было скучно в своем сне, он приходил в мой. Но сейчас он ко мне уже не приходит, не устраивает латинские танцы под моими балконами, и вообще, целых два часа я его совсем не люблю. Есть он или нет — мне индифферентно. Как вошел в мою жизнь, так и вышел. К тому же я нашла в Тонике массу отрицательных качеств, мешающих ему стать идеалом. Например, он полный ноль в балете. И еще: он не разговаривает на языке друидов.

Подведем итог: в нем масса отрицательных качеств, поэтому он мне не подходит. Пусть бегает рядом, травку щиплет. Думали, я его никогда не забуду? Уже забыла. Невозможное возможно. Адидас.

Глава 8

Так советует гусеница

«Алиса уже привыкла, что все идет шиворот-навыворот, и ей просто стало скучно».

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

Утро. Солнце. Ветер. Самолет

Несмотря на эксклюзивное оснащение и роскошный инвентарь, самолет еле сдерживается, чтобы не упасть. До сих пор не верится, что эта победа воздушного производства может принадлежать такому владельцу клетки с арбузами, как Адео.

Подобные игрушки играют важную роль в жизни Тоника. Недавно, вдобавок к своему G-5, он приобрел BBJ, чтобы раз в десять лет летать на нем в США.

Как же все-таки здорово — лететь по небу сидя в кресле! Хочется поблагодарить за это Всевышнего, но он все время прячется за облаками… Куски белоснежной сахарной ваты на небесах — это безумно красиво! Природа — талантливый архитектор!

В самолетах я всегда много-много ем. Ах, как же я люблю этот приятный переход в класс животных! Вы когда-нибудь пробовали шампанское с греческим сыром халуми?

Странную комбинацию можно отведать исключительно на этом воздушном судне. Надо будет спросить, в каком ресторане администраторы заказывают индийское мороженое из манго и фисташек? Самый фантастический десерт всех времен и народов! Ням.

100лица

Вот он, город, где сбитые шикарными автомобилями животные лежат на дорогах по две недели, где сотрудники ГИБДД блещут искусством разворота через две сплошные, где восьмилетние дети торгуют на светофорах поддельными часами и зарядками для мобильных телефонов.

В окне мелькают деревья, обнаженные и беззащитные, наверное, им одиноко и холодно.

Город печален и пуст, даже птицы здесь боятся напомнить о себе.

Правосторонний Лондон вошел в привычку, теперь мне всюду мерещится встречка.

Что делать, если не знаешь, на какую полосу поворачивать на светофорах?

«Делай так, как подсказывает тебе сердце», — говорила мама.

Интересно, в Москве найдется хотя бы один «астон мартин» без номеров 007? Почему на этих машинах ездят либо взрослые аристократы, либо малолетние дегенераты?

Опять постеры с Брюсом Уиллисом. Добытые в Голливуде миллионы он держит в банке «Траст» на Спартаковской улице…

Реклама «Орифлэйм» с Деми Мур. Лозунг «Преврати свою жизнь в сказку». Не очень хочется такую сказку, как у нее…

Похоже, уже ничто не остановит Славу Полунина с его «Снежным шоу». До конца жизни он так и будет прыгать с сачком в ползунках и таскать за собой веревочку.

Как только вижу черный «мерседес» S-класса — сразу смотрю на номер. Вдруг это Тоник?

Он всегда мечтал о номерах ЕКХ, так как АМР, подаренные ему правительством РФ, не отражают сути его жизненного пути.

На горящей вывеске «Лучшие кухни Италия» погасла буква «Х». Съезжу в Италию, проверю…

Мимо проезжает автобус с вывеской: «Ритуал-услуги эконом-класса»…

Ребятки! Вас похоронят в мешке с бантиком! Спешите!

На светофоре меня рассматривают довольные головы малолеток, торчащие из открытых окон «жигулей». Красные суппорты, оторванный глушитель, антикрылья «суперспорт» — полный цыган, пакет со всеми опциями. Вечером, как обычно, эти пилоты будут кукарекать на своих огородах, что на светофоре они порвали парочку «бугатти» и «макларенов».

И лишь таксист на «Волге» никогда не играет в игры «у кого толще член». Салон его автомобиля оформлен в стиле «прованс»: водительское сиденье покрыто шерстяным пледом в клеточку, руль обтянут мехом, непременный амулет от сглаза на торпеде, боксерские перчатки на зеркале, икона на крышке бардачка и наклейка «Русского радио» на заднем стекле. Песня по радио звучит отличная. Интересно, как Лариса Долина легко улаживает проблемы при помощи зонта? Наверное, после этого в ряд лежат насквозь проткнутые черепа?

С неба падает удивительный снег. Он похож на морскую соль. Вся Москва покрыта белоснежной солью. Так хочется проверить ее на вкус…

«Никогда не ешь желтый снег», говорил инструктор по горным лыжам…

Сегодня наш город празднует самый православный праздник в году — День святого Валентина. Все до единой точки общепита зарезервированы намертво, ведь мужчинам нужно успеть отобедать с супругой в дневное время, чтобы на другом этаже того же ресторана посвятить оставшийся вечер своей третьей половине — вручить ей веник из коротких роз, серебряное кольцо и плюшевого урода, который отвратительно ржет, если на него наступить…

По правде говоря, я никогда ни с кем не праздновала этот праздник, и мне никто никогда не дарил бумажные сердечки, хотя я очень ждала этого дня, потому что у меня практически закончилась туалетная вода! Правда, подарят мне опять воду для туалета…

Любопытно, почему эта человеческая мышца стала символом вселенской любви? Учебник биологии гласит, что волнительные импульсы организму подает мозг, — именно он отвечает за любовь, учащая пульс и заставляя наши сердца колотиться вдвое чаще.

Впредь давайте будем буквальными: вырежем «валентинки» в виде мозга, и закажем в ювелирном магазине нашейные кулоны с двумя его половинками. Одна часть мозга — тебе, любимая, а другая — мне. Настоящий нетленный герб!

Отравилась

Чем? Сыром халуми. Теперь моя любимая еда — фестал. Активированный уголь не дал никакого эффекта, зато очень приятно шипел во рту.

Чтобы очистить организм от токсинов, нужно сделать так, чтобы меня вырвало. Пойду включу группу ABBA.

Слышу звук мобильного, доносящийся из соседней комнаты. Наверное, это Вики решила уточнить, точно ли я разбилась на самолете…

Это Тоник!

— Ты чего так долго трубку не берешь?! С праздничком. Полетишь со мной в Париж? Болеешь? Жаль. Ну ладно, пока…

Ледяную интонацию любимого голоса прерывают частые гудки. Все-таки настоящее счастье — это когда у тебя все дома, но этому сгустку комплексов и эгоцентризма сие чувство не знакомо. Он абсолютно ненормальный. Прежде чем влюбляться, значение слова «нормальный» мне бы стоило уточнить в толковом словаре.

Эх! Если бы он знал, как мне плохо, то привез бы самого лучшего врача! Ветеринара. Это в его дизайне.

Коварный, внеплановый, хитрый истязатель, кретин и философ, он обитает в своей отдельной солнечной системе, где не прописаны правила земного притяжения, квантовой физики и дорожного движения. Ему всегда хотелось жить в своей стране чудес. Так и буду его называть — Чудесный. Занимая критическую массу моего серого вещества, каждый раз он невольно заражает меня желанием свихнуться. Открывая окна души, чтоб наполниться свежим ветром и воздухом, я постоянно получаю в ответ хорошим камнем по башке…

Похоже, я подсела на эту иглу. Когда ты каждую секунду думаешь, скучаешь, когда тебя постоянно оставляют ненакормленной и тебе не сытно даже рядом с ним, когда ты тоскуешь по ночам и хочется сделать кому-то больно, поменять все номера и удалить аккаунт на Фейсбуке, чтобы резко повысить мужскую смертность…

Эх, напрасно я не ходила в шестом классе на физру, там нас учили, как правильно перепрыгивать через таких козлов! Придется брать частные уроки!

Как уснуть?

Видимо, моему желудку наскучило портить мне нервы, и он покорно затих.

Не перестаю думать о Тонике. При мысли о нем хочется ливня и хаоса, сердце выбивается из груди, внутренности онемевают…

Милый, на самом деле я совсем на тебя не злюсь! Я желаю тебе много сил и удачи, чтобы скорее добиться того, чего ты хочешь, потому что тогда ты быстро сдохнешь…

Всё! Не могу больше. Нужно принудить этот день закончиться.

Ни для кого не секрет: я являюсь яростным поклонником здорового образа жизни. Сигареты, алкоголь и наркотики вредны в любых количествах. Посему эти пагубные продукты я заменяю целебными изделиями фармацевтической промышленности. Ивадал, трилептал, депакин хроно-500 и финлепсин — что может быть лучше для тихого умиротворенного вечера? Помнится, Курт Кобейн тоже начинал с валокордина…

Эсэмэс

Т: Зозо, напиши чего-нибудь!

Я: Что случилось???

Т: Я не сплю, и ты не спи.

Я: Эгоист!

Т: Вижу, тебе лучше. Прилетай в Париж. Здесь тепло.

Я: Посмотри на часы!

Т: И что я там увижу?

Я: Пять утра!

Т: И?

Я: Ты ниоткуда не падал?

Т: В детстве с пеленального столика.

Я: Каждый день?

Т: Одевайся.

Я: И как я доберусь? На военном вертолете?

Т: Я пришлю за тобой. Давай бегом.

Я: Ты даже не спросил, как я себя чувствую!

Т: Как ты себя чувствуешь?

Я: Плохо!

Т: Тебе плохо слишком долго. Я соскучился.

Я: Эгоист!

Т: А ты мороженое.

Я: Почему?

Т: Такая же сладкая и холодная.

Я: Привези мне лучше чего-нибудь. Хотя бы цветочек. От Van Cleef.

Т: Без тебя опять выберу что-нибудь не то. Давай резче. Встала, умылась и оделась…

Я: Это приказ?

Т: У тебя в запасе четыре часа. Это просьба. Мои просьбы не обсуждаются. Они выполняются.

Я: Не говори мне, что делать, чтобы я не сказала тебе, куда пойти!

Т: Будешь устраивать дни независимости в кругу своих кур, ок?

Я: Hugoboss, давай сегодня без повелительного наклонения?

Т: Молчи, женщина. Твой день — Восьмое марта.

Я: Тебе нет аналогов.

Т: Обиделась?

Я: Да!

Т: Прости…

Я: Я от тебя ухожу.

Т: Я с тобой!

Я: Пока.

Т: Поцелуешь меня на прощание?

Я: Но ты же еще не умер!

Т: Значит, ты меня любишь?

Я: Не отвечаю на глупые вопросы.

Т: Что ты знаешь об Антиохе Эпифане?

Я: Что-что?

Т: Задаю умный вопрос.

Я: Неслыханное остроумие для одной извилины.

Т: Надеюсь, она у тебя тоже когда-нибудь вырастет.

Я: И будет кататься по стенкам черепа, как у тебя.

Т: Будем устраивать кольцевые гонки?

Я: Тебе меня не догнать.

Т: Вижу, ты выздоровела.

Я: Ничуть! У меня болит голова.

Т: Как может болеть то, чего нет и никогда не было?

Я: А не пора ли тебе спать? Спокойныночи давно закончились.

Т: Здесь не показывают твоих любимых передач.

Я: Так! Иди спи.

Т: Слушаюсь, моя белая хозяйка!

Я: Давай.

Т: Ты тоже давай. Только не всем…

Я: Всё. Пока.

Т: Целуешь меня крепко?

Я: Пусть жена тебя целует.

Борьба с супружеским долгом

Прошло уже пять минут. Он мне ничего не отвечает. Ник ненавидит, когда я залезаю в окружность его семейного гнезда…

Еще год назад он отважно сопротивлялся моим попыткам уличить его в двоедушии: «Я люблю только тебя! Какая жена? Я не сплю с ней!»

Вы будете потрясены, но это — чистая правда! Пока другие представители неслабого пола бьются между мирами жен и любовниц, Ник легохонько упразднил субботнюю обязанность залезать на обглоданную супругу. Преподнес ей справку от уролога с диагнозом «эректильная дисфункция», и его жизнь стремительно начала набирать положительные обороты.

«Родная, я люблю тебя безумно, но доктор сказал, что я хронический импотент, так что любые попытки побороть это заболевание будут неуместны».

И в следующую секунду родная разразилась небывалым состраданием. Осознав безысходность ситуации, она постаралась закатывать концерты втрое реже.

Пора подумать над тем, чтобы запатентовать этот метод. Благо, хитрости Нику не занимать с детства, он всегда был даровитым сказочником, фантазий и мозгов — лом, можно устраивать распродажу.

На что только не пойдешь, чтобы не сдать непрерывно гудящую супругу в дурдом. Никогда не сжигайте разваливающиеся семейные мосты, когда под них можно поставить твердые подпорки…

Через пять минут

Девяностый раз перечитываю нашу переписку, нанизывая свои ошибки, как бусы на леску. На его глупые подколы я могла бы отвечать более остро. Нельзя ли повторить эту сцену? Этот хитрый шахматист опять меня обыграл…

Всю жизнь он оценивает мои высказывания на сто баллов, когда я вкладываю в них миллион.

Почему я всегда веду себя так глупо, когда всем раздаю очень умные советы?

Надо срочно поумнеть. Хотя бы внешне. Выглядеть идиоткой — для меня непозволительная роскошь.

Утро

Ту-ту-ту-ту! Ту-ту! Проснись и пой!

Люблю Чудесного. Я бы даже смогла приготовить для него яичницу, если бы мне удалось отодрать ее от сковородки. Зато я умею еду вкусно разогревать!

На улице по-прежнему тундра.

Телевизор по-прежнему авторитетно вещает, что жизнь ужасна. Его устами глаголит страшная истина. Еще немного, и по ящику запретят даже есть морковку.

Не вздумайте ослушаться! Морковка загонит вас в могилу.

Слава богу, что есть на земле Елена Малышева, которая доходчиво объяснит, как омолодиться при помощи картофельной кожуры, и даст развернутую характеристику обесцвеченному калу.

Если после просмотра этих жизнелюбивых передач вы заболеете вышеперечисленными заболеваниями, — не нервничайте. На ТВ есть бесподобные врачи, которые исцелят вас мочой. И если что, своей…

Зачем смотреть телевизор, когда каждый день показывают одно и то же? Стерилизованные речи, улыбки, несмешные шутки. Поставьте передо мной всех этих ведущих, и я не смогу отличить их даже по цвету волос.

Люди стремятся быть похожими друг на друга, поэтому выглядят одинаково. Они пользуются одними и теми же кремами, которые увидели в одной и той же рекламе, делают одни и те же прически, которые увидели на головах одних и тех же звезд, носят одну и ту же одежду, которую увидели в одних и тех же журналах, смотрят одни и те же телепередачи, которые показывают на одном и том же канале, слушают одну и ту же музыку, которую услышали на одной и той же радиостанции, ездят в одну и ту же страну, путевки в которую купили в одном и том же турагентстве.

Если все думают одинаково, значит, никто не думает вообще. Это — не люди, это какое-то жалкое стадо баранов. Убьешь одного барана — ничего не случится. В этом царстве мертвых нет места воздуху. Еще немного, и я превращусь в такое же зомби, как все эти отполированные люди на мониторе!

Надо разнообразить телевидение. Например, устроить «Пилу-3» в «Доме-2». Будет круто!

Досматриваю популярную телепередачу

Щелкая каналы, каждый раз натыкаюсь на выступление какого-нибудь заслуженного Народного артиста России.

Неужели существуют фанаты, которые покупают диски этих людей, возводя их в ранг авторитетных знаменитостей? Неужели кто-то действительно подпевает этим дешевым народным шлягерам, степень омерзительности которых не меняется со времен Горбачёва?

Теперь понятно, почему мои депрессии длятся с детства. Нужно быть закаленным человеком, чтобы суметь дослушать хотя бы одну песню из сборника популярнейших хитов года.

Стоит мне вечером включить телевизор и посмотреть выступления звезд российской эстрады в течение трех минут, как меня начинает тошнить. Зато теперь я не ем на ночь.

И зачем только студенты устраивают все эти митинги на Сахарова? Стране, где слушают такую музыку, не нужна демократия…

Отправляюсь на встречу

Погода вроде бы сегодня неплохая. Снега совсем нет.

В уголке подземного паркинга скромно ютится мой велосипед.

«Бентли» — для тех, кто спешит, «феррари» — для тех, кто успел. Лучшая из лучших. Эталонна. Безупречна. Недосягаема. И ничего страшного, что она выглядит так, будто ее купили в детском мире. Прокачусь на ней пару раз, пока окончательно не сел аккумулятор…

У «ленд-крузеров», «эскалейдов» и прочих автобусов она вызывает нервное истощение. Не находя себе места, они синхронно шахматят у нее под носом, как на конкурсе начинающих раллистов.

А вот и Ленинский проспект. А вот и выдающийся футболист с мячом Юрий Гагарин.

А вот и «мерседес» CL 6.5 AMG со спущенной шиной. У парней, кто покупает эту тачку, сразу удлиняется на 6 и 5. Тащусь от этого металла.

Обожаю звук автомобильных двигателей. Любых. Он очищает и рафинирует мысли.

«Шесть литров? Зачем мне такой движок? В Москве негде гонять! Куплю лучше 3,5!»

Если человек произносит эту фразу, значит, у него закончились деньги. Настоящие ценители знают — мощный двигатель нужен не для скорости, а для того, чтобы объяснять всем остальным, что те — лузеры, чтобы нажимать на газ и слышать звук невероятной силы, поддерживающей иммунитет, чтобы ощущать запас звериной мощности, который, если понадобится, сведет на нет всю трассу…

И все же, если вы затеяли дорожные гонки, делайте это с неравными конкурентами, ради профилактики. Малолетки на поношенных «митсубиши-эволюшенах» огорчатся, поняв, что их жалкие самокаты не способны догнать даже двухкилометровый ветер вашего технического чуда.

Правда, бессчетное количество нерегулируемых перекрестков в одну секунду иногда будет портить боевой настрой, но зато вы будете знать точно — это Москва.

Прошу прощения, только что я случайно въехала в задний бампер автомобиля на букву «Ж» и немедленно скрылась с места преступления. Просто не знала, что такие машины чинят, думала, их сразу выбрасывают.

«Трешки» BMW и «ауди» ТТ сегодня явно созвонились. Крезанутые каскадеры, 220 км/ч в населенном пункте! Скажите, зачем рисковать своей жизнью, чтобы доказать мне, что я не умею ездить? Ведь меня можно обогнать на лежачем полицейском. Желательно живом: как же они достали своими штрафами!

Хорошо, что на «феррари» я никогда не отъезжаю далеко от заправки, ведь этот автомобиль создан для того, чтобы кататься вокруг колонки. Если слышите в вашей машине подозрительный стук, сделайте радио погромче. Все равно ближе к ужину вы попадете в сервис, если, конечно, по пути к нему окончательно не сломаетесь…

Приятно, что ремонт незакрывающейся крыши никогда не отнимает много времени. В течение двух минут ваш автомобиль стоимостью в 350 тысяч евро будет разобран в груду хлама гаечным ключом «на 13». Вы будете потрясены скорости превращения вашего дорогого удовольствия в гору ненужного железа! А как вы хотели? Это же предмет ручной работы, самодельное творчество — как быстро складывается, так быстро и разбирается.

Только не думайте, что все суперкары изготавливаются из картона в погребах таджиками. Все намного хуже. Но не берите в голову, ведь самое главное — это «пежо» с «маздами», у которых от ужаса срабатывают сигнализации!

Глава 9

Алиса протягивает ноги, а Билл вылетает в трубу

«К горлышку пузырька была привязана бумажка, а на ней большими буквами написано: “ПЕЙ!”».

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

ММДМ

Сегодня мы с Филом решили пойти в Московский международный Дом музыки.

Со мной иногда такое случается: внезапно я выползаю в свет божий и занимаюсь расширением музыкального кругозора.

Сегодня я приехала на встречу первой. Парковщики на удивление заботливые. Они будут «дирижировать» до тех пор, пока бампер вашего авто не врежется в какую-нибудь металлическую ограду.

Я — знатный мастер художественной езды, особенно задним ходом. Главное, не делать этого на скорости, иначе можно оставить себе на память рукоятку от коробки передач, ведь подушки безопасности в моем автомобиле будут активны лишь в случае, если я возьму их с собой из дому!

Подъезжает Фил

Сегодня он проявил особенное искусство, припарковав свой автомобиль посреди дороги, набекрень, возле щита с девушкой, рекламирующей водостойкую тушь.

Фил выходит из машины. Вижу перед собой силуэт на редкость презентабельного человека. Это настоящее аномальное явление, ведь он уже сто лет не носил рубашек с галстуками в виде классического комплекта Ermenegildo Zegna, чье название он не в состоянии произнести без помощи логопеда.

Вот он, король пластической хирургии, талисман брошенных невротичек, икона закомплексованных девушек, надежда страшненьких крысок.

Как обычно, целясь поцелуем в левую щеку, Фил попадает мне в затылок.

Несмотря на изумительное зрение, он опять повесил на нос какие-то нелепые очки, чтобы постоянно смотреть сквозь них.

«Это новая коллекция Oliver People. Тебе не нравится?!»

В очках Фил напоминает лаборанта. На каждый мой вопрос он их зачем-то снимает, демонстрируя моему педантичному взору грубые отпечатки на переносице.

И это далеко не единственный спецэффект, он до отвала напичкан странными компонентами. Колокольня, с которой Фил смотрит на мир, совершенно уникальна! Спросите его «который час», и он тут же посмотрит на экран своего мобильного телефона, а не на дорогие наручные часы.

Названия автомобилей он произносит как «экс файв», «эй эйт», «эс эл — эй эм джи», «сьюпачадж» и «тюрбо».

Будучи твердо уверенным, что не родился еще на Земле человек, кто бы смог позариться на его новый «порш-тюрбо» с пятьюстами лошадиных сил, он всегда оставляет свою телегу в незапертом состоянии.

Воистину, перед нами — человек будущего: гедонист, гуманист, пофигист и настоящий метросексуал (от слова метро, ха-ха).

Внутри

Наша с Филом привычка ходить зимой без верхней одежды имеет массу преимуществ.

Например, нам не приходится стоять в очереди в раздевалку, которая растянулась на пять световых лет. Прежде чем послушать какого-нибудь Верди, будь так любезен, потолпись, как дурак, чтобы сдать свою шубу!

Нет ничего красивее, чем пышные лисьи шапки, надетые на головы тетенек. Ну и, конечно, норковые полушубки с золотыми пуговицами у шеи. А уж если от этих мехов будет доноситься амбре из борщей, жареного лука и DKNY-яблока, то картине нет равных!

Разумеется, триумф хорошего вкуса лучше завершить при помощи коричневой сумки с рябью Louis Vuitton или кошельком с большой эмблемой Gucci, желательно с двумя буквами «с», но это чаще зависит от того, в каком именно подземном переходе вы приобретаете эту вещь.

Начало концерта

Входим в зал позже всех. На чей концерт мы приобрели сегодня билеты — не помним. Наши места — самые дальние. Других билетов в продаже не было. От сцены до наших кресел можно долететь на самолете за пару часов. С таким же успехом можно было бы посмотреть концерт и со стоянки, да и до космоса в общем-то недалеко. Ни у кого не найдется подзорной трубы?

Симпатичные бабушки с оливковой кожей и серебряными волосами, собранными в тугой клубок, сопоставляют номера кресел с билетами, пока их маленькие румяные внучки теребят кончики своих волнистых косичек, исподлобья рассматривая взрослых граждан противоположного пола.

Внезапно людскую суету оглушает громкоговоритель, наказывающий выключить электронные предметы и мобильные телефоны. Хочется привести спинки кресел в вертикальное положение…

Зал атакует невыносимая пауза.

Громко аплодируя, зрители впадают в рабство благоговения, ведь на сцену сейчас выйдет тот самый выдающийся скрипач, звезда многочисленных брошюр и постеров, которая уже много лет пестрит своим неповторимым образом перед нашими смертными лицами. В журналах написано, что звезда умеет пользоваться скрипкой. Но сейчас совсем не хочется вдаваться в эти излишние подробности, ведь вполне достаточно того, что ее показывают на телеканале «Культура».

Скрипач выходит на сцену.

Старухи, поджав губы, боятся даже пошевелиться, пытаясь поймать от музыканта бриз, облагораживающий убогих смертных слушателей. Широко расстелив уши на соседние кресла, они готовы влиться в неизведанные глубины музыкальной вселенной, сделав вид, что им известна разница между Баини, Беллини и Боккерини. Бесспорно, с этими музыкантами они находятся на одной волне. Днем они разгоняли очереди за батоном, прижигали папилломы на шеях, а вечер посвятили культуре и рукоплесканиям скрипкам Гварнери…

Через 40 минут

Маэстро, меняя тревожные гримасы на лице, продолжает резать инструмент. Очевидно, концерт закончится тем, что он его наконец перережет.

Знаете, есть люди, которые абсолютно безразличны к звукам. Они их не чувствуют, не хотят, они им не нужны. Они выходят на сцену ради того, чтобы захватить газеты и телевизор. Похоже, в этом мире успех определяется талантом и скромностью. Если в тебе нет этих качеств, успех гарантирован.

Болтаем с Филом

Спасибо Всевышнему, что в сегодняшний репертуар маэстро не вошел какой-нибудь Альбан Берг, от чего мои уши свернулись бы в плотные трубочки.

Старые тетки с отблеском Рязани на лице злобно потряхивают серьгами из красного золота с рубинами. Их лица хмуры и надуты. Наверное, они сделаны из воска. Воск нагрелся и косо сполз вниз, застыв в выражении вечного недовольства жизнью.

Люблю рассматривать родинки на коже тех, кто сидит рядом.

С отчетами Фила о поездке в Вену на Анну Нетребко время летит незаметно. Врожденный домашний психоаналитик, мой многомудрый Каа, он неутомим в разговорах на любые темы.

Я даже не обратила внимания, как на сцене появился известнейший пианист, который вовсю подбирал объедки от восторгов и гвоздик после великого маэстро.

Поделюсь своим недавним открытием: если музыкант выходит на публику, чтобы под ритмичное хлопанье училок сыграть изнасилованный Концерт № 20 Моцарта, значит, у него совсем нет денег. Сегодня, без сомнения, именно тот случай. Будет честно, если концерт закончится выступлением труппы «Кошек», которая со слезами на глазах выскулит Аве Марию. Бабуль это сильно ущипнет.

Ходить на оперы сейчас стало модным. Люди за год выкупают билеты, стоят в длинных очередях, ссорятся с администраторами, томятся на неудобных креслах среди многочисленных несвежих подмышек — и все ради того, чтобы краем глаза дотронуться до обладателя соловьиного голоса, пятнадцатый год скулящего какой-нибудь «Тime to say goodbye»…

Антракт

В буфете собрались серые шуршащие чиновники, успешные бизнесмены с непотопляемыми прическами «седая волна» и их жены, своим видом напрочь разбивающие миф о немыслимой красоте российских женщин.

Все это навеяло на меня отечественную тоску в первые же секунды.

С застывшими полуулыбками гости изображают друг с другом интеллектуальные беседы, бережно расталкивая очередь к святым сэндвичам с сыром.

Два седоволосых дяденьки — один сильно смахивает на позднего Чехова, специально отрастив бородку клинышком, второй — высоколобый работник умственного труда 70-х, — не меняя вдумчивых выражений, элегантно уплетают бутербродики с колбасой.

Через некоторое время они призадумались и решили, что культура здесь, в общем-то, ни к чему, и не стоит сдерживать своего здорового аппетита.

Помогая толстыми пальчиками, они стали запихивать в свои маленькие ротики сразу по нескольку сэндвичей, с пленкой от сырокопченой колбасы, периодически громко отрыгивая непережеванным батоном.

Через некоторое время окончание антракта символизировалось синхронным чавканьем всего зала. Крошки от батона летели в разные стороны, на них наступали, развозили по полу и сверху заливали каплями чая.

И в этом месте возникает вопрос: кто эти голодные люди? Беженцы из Южной Осетии? Ну что вы, господа, это сливки российской интеллигенции.

Хотите увидеть культурный уровень этих людей? Тогда загляните в туалеты ММДМ, а лучше Консерватории. Там вы сможете в полной красе полюбоваться остатками кала на стенках унитаза с плавающей по соседству бумажкой. Несомненно, именно в этих местах сталкиваешься с человеческой сущностью. Может, давайте забьем на Рихтеров и для начала научимся смывать мочу?

Где поужинать?

Опять дикий холод. Эта зима никогда не закончится, потому что в Москве никто не любит друг друга.

Второй час колесим вместе с Филом по центру гэ Москвы в поисках съедобного общепита. Сейчас стало модным оформлять рестораны, чтобы они напоминали похоронные залы для траурных церемоний. Тканевые драпировки на потолках рождают желание закрыть глаза и впасть в вечный покой. Вам тоже нравится ужинать в гробах?

Проезжаем «Всероссийский клуб миллиардеров» по адресу ул. Охотный ряд, д. 1.

Если мужчина влюблен в женщину, они должны ехать не в ресторан, а в самое романтическое место Москвы, в ЦУМ. Центральный Универсальный Магазин, не побоюсь этого слова…

«Времена года»

Заходишь и чувствуешь себя, как в центре Грозного. Фил обожает ужинать в этом супермаркете.

Массовые посещения Турецкой республики ввели в моду наркотические бульбуляторы в виде кальянов. С тех пор вся Москва сидит со шлангами во рту. Ощущаю себя в кабинете физиотерапии. Или гастроскопии…

Мечтаю о кислородной маске, выпрыгивающей с потолка.

За соседним столиком сидит парочка американцев. Меня всегда интересовало, что иностранцы могут делать в Москве? Они приезжают сюда на исправительные работы?

Внезапно в помещение входит гордый народ с бородами и в кепках, сверху донизу покрытый Zilli. Становится шумно. Один из них громко разговаривает по телефону, вертя между пальцев ключ от «мерседеса». Не нужно быть экстрасенсом, чтобы догадаться, какого цвета его белий-белий «мерин» с номерами из семерок или девяток.

Через пару минут возле столика этих завидных женихов собралась небольшая стайка девушек с красивыми внешними данными, произведенными промышленным путем, готовых обменять свой покладистый характер на эпатажность граждан Северного Кавказа. Уж очень им хочется перебраться на ПМЖ в Монако, ведь так неудобно каждый раз добираться из Монте-Карло в Перово.

Сидеть весь вечер в ресторане и пить кипяток — это тоже трудоемкая работа. В Москве так положено: даже если ты умная и способная, ты все равно должна стать одноклеточной культурой, потому что прикидываться рабыней и быть пылесосом — это тренд.

Титановые штифты вместо коренных зубов и колбасный цех вместо губ — главный устав женского успеха. Замена грудных имплантатов должна происходить до тех пор, пока грудь не будет плотно упираться в лобовые стекла автомобилей. Чем дальше девушкам удастся уйти от внешних данных природного завода-производителя, тем дороже они смогут продать свою наружность. Каждая мечтает стать отполированным фабричным изделием, которое выпускает дорогостоящий концерн московского общества.

«Она вся сделанная! Силиконовая грудь, силиконовые мозги, силиконовые губы! Это не губы, а немецкие сардельки! Нет! Пельмени! Нет! Манты! А нос! Где он вообще? Принесите телескоп! Страшилище огородное!» — будут чирикать парни с автобусных остановок. Однако мужчины, передвигающиеся на более комфортных видах транспортных средств, знают, что если в ресторан входит существо, внешне напоминающее человека, — это дурной тон, ибо человеческий облик — это дешево. Ваша поверхность обязана демонстрировать принадлежность к сверхнации, она должна подтвердить, что вы никогда не знали, как вскапывать картошку, ибо все ваше время было потрачено на приобретение средиземноморского загара на пляжах Ибицы.

Разумеется, эстетические видоизменения должны нести главный смысл: день своей смерти вы собираетесь провести на Эйфелевой башне, а не на хуторе близ Диканьки, где вы появились на свет в тесном кругу поросят.

Согласитесь, в новом мире выжить стало в сотни раз сложнее, чем в обычных джунглях. Жизнь так проста, а люди упорно пытаются ее усложнить. Человек больше не желает быть похожим на человека, его мучают желтые зубы и лишние волосы на теле. Жаль, природа не успевает за нашими желаниями. Весь мир вечно куда-то торопится. Несколько веков ранее обезьяна не была способна задаваться вопросами внешности, происхождения и образования, ей было все предельно понятно относительно бананов, которые нужно содрать с пальмы. Теперь же необходимо потратить полжизни на то, чтобы разобраться, как правильно ею пользоваться. И все бы ничего, если бы эти ценные навыки мы не приобретали ближе ко дню своей кончины.

Skuchno

Замужних женщин видно сразу. Они стесняются сидеть в ресторанах в одиночку. Когда их мужья опаздывают, они начинают судорожно писать эсэмэски или громко визжать по телефону на весь зал: «Ну, ты где? Еще долго?»

И обязательно нужно озабоченно посмотреть на парадную дверь и вытянуть шею с серьезным видом, чтобы никто, не дай бог, не заподозрил, что эти нафуфыренные барыни пришли сюда пожрать без сопровождения.

Очень хочется посмотреть на их мужей, с которыми они занимаются сексом, тогда мне станет ясно, насколько реально эти женщины себя оценивают. Именно оценивают. Ценить, возможно, они так и не научились…

Дискотека

Похоже, в пристрастиях к социально активному образу жизни Фил не сильно уступил Крису.

«В клубы я езжу отдыхать» — разъяснил Фил.

Отдохнуть на дискотеке — приблизительно то же самое, что отдохнуть в дурдоме…

Стоим напротив ночного клуба, который по кассовым сборам переплюнул фильм «Титаник». У входа растянулась длинная очередь, как у посольства США.

Вот он, контингент, мечтающий жить в оковах красивой жизни, в клетках, в наручниках…

Из толпы доносятся популярные словесные обороты: «типа», «реально», «по жизни», «на районе», «с Москвы», «респект», «чисто», «жесть», «блин», «прикинь»!

Теперь мне известно, как проводят вечера московские предприниматели. Они полночи мерзнут на улице в надежде, что охрана из фейсконтроля смилостивится и приютит их в своем наркологическом диспансере. Видимо, кого-то воодушевляет ситуация, когда тебе устраивают кастинг, когда всех твоих жизненных успехов оказывается недостаточно, чтобы войти вовнутрь съемного здания, и то только по большой дружбе с фейсконтролером. Это дает возможность испытать важное для человеческой сущности чувство, когда получаешь возможность ощутить себя клоуном, толкающимся в очереди среди таких же невольников, чтобы побыть рабом у рабов…

Обрезки и неликвиды

Из «мерседесов» Е-класса, взятых в лизинг, вываливаются полутрезвые владельцы нотариальных контор, замаскированные под успешнейших бизнесменов. Пьяные и счастливые, в поиске лохушечьего мяса они приехали сюда поскакать под электронную музыку, как кони.

Сборы у мужчин, как правило, проходят тщательно. На мгновение кому-то даже может показаться, что крокодиловые ботинки будут красиво смотреться с синими брюками Brioni и красной курткой с искусственным мехом Marc Jacobs. В дополнение к этому ассорти не хватает только барсетки Gucci, надетой через плечо, правда?

А вот и другой контингент граждан, который одевается в Iceberg, Pal Zileri, носит поддельный «Hublot», ужинает в «Де Марко» и летает всемером через «emptyleg».

Впрочем, если у всех этих мужчин имеются пятидесятипроцентные скидки в магазине Bosco и библиотека визиток с российскими гербами, для местных женщин они все равно окажутся чертовски привлекательными. «Начинающие» студентки, которые год назад из лесу вышли, вокруг таких женихов будут носиться с влагалищами нараспашку, пока не выяснится, что это точно такие же деревенские задроты, получившие позавчера кредит в ВТБ. Своим женщинам такие парни дарят цветы и машины. Предпочитают марки Bosch, Indesit и Electrolux. Ночные клубы они посещают с важной целью — найти любовь всей своей жизни, с которой у них не возникнет экономических разногласий в шалаше, где они намерены создать рай.

Несомненно, ради таких женщин они сделают все: подарят им небо, солнце и звезды. На остальное пока не хватает денег…

Рослюбовьтрейдинг

К очереди потихоньку подтягивается табун обезжиренных женщин в гламурных шубах из кролика, с сумками Birkin из кожи динозавров и с кулонами Chopard в виде ленты Мёбиуса, уверенных в том, что своей промежностью они способны свернуть горы. Большинство из них считают, что привлекательная внешность — это капитал, который можно обналичить, ведь каждая пешка может стать королевой или лошадью, все зависит от макияжа.

Нагламуренные суповые наборы здесь — будто мясо, которое взвешивают на рынке и продают согласно прейскуранту. Этот клуб давно является центральным офисом купли-продажи, где одни прицениваются, другие покупают, а третьи просят сдачу. Каким-то девчонкам будет достаточно и тортика с шампанским в подарок, а кому-то тортик придется дарить вместе с кондитерской, а шампанское — с виноградником…

Плоские как рельсы, длинные как свечи, с ногами от зубов, выпускницы Аушвиц-Биркенау щеголевато проскальзывают через строгое око охраны. Ослепленные страстью халявной наживы, растворяясь в призрачном желании стать одной из любовниц какого-нибудь миллионера, они одеты так, чтобы хоть чем-то походить на проституток.

Взаимосвязанность этих факторов до сих пор остается загадкой, особенно при незначительном нюансе того, что успешные люди вообще не посещают дискотеки (за исключением особенно приболевших, их имена нам известны).

Здесь не принято носить фасонов, не подчеркивающих сексуальных достоинств фигуры, поэтому любая спортивная вещь эксплуатируются на шлюховатый манер. Бесспорно, больше всего досталось блестящим сумочкам, предназначенным для джинсов. Девушки виртуозно комбинируют их с леопардовыми нарядами D olce&Gabbana. У всех женщин эти наряды всегда одинаковые, как униформа на заводе. А как вы хотели? Девчонок много, а Габбана — один. В связи с этим мужчины утратили навык различать своих женщин.

И тогда эти женщины перестали носить трусы (Бритни, как поживаешь?), чтобы отличаться между собой хотя бы этим…

Внутри клуба

Ощущаю особенный микроклимат этого места. Маленькие бюсты, большие амбиции и одна соломенная извилина, и то от Versace.

У барной стойки томятся барышни с красивыми глазами, ногами и головой, откуда регулярно исходят светлые мысли, переходящие в умные слова. Несложно догадаться, кем могут являться девушки, одетые в столь необременительные одеяния. Конечно же это дизайнеры женской одежды. Учитывая уникальность этой редчайшей профессии в нашем городе (60 дизайнеров на душу населения), хочется поскорее разыскать ответ на удивительный вопрос: кто покупает все эти сногсшибательные наряды? Сами производители?

Впрочем, если научиться плавать походкой дочерей царя Соломона, разговаривать при выдохе и выпячивать губы так, чтобы вызывать у мужчин прямое напоминание о минете, о бизнес-плане своего прибыльного дела можно больше не беспокоиться.

После музыки David Guetta чувствую себя как после семнадцати сотрясений мозга, будто при помощи моего черепа кто-то испытывал молоток на прочность.

Основные пляски происходят у сцены. Издалека это место напоминает выставку костей, хрящей и сухожилий в тазобедренных юбках.

Чтобы выглядеть непосредственно, девушки прикладывают массу усилий. Потратив полдня на накручивание нарощенных волос, они получают такие вот неряшливые кудри. Вики говорила, что идеально выглаженная укладка — признак дурного тона. Иными словами, чтобы быть в тренде, волосы необходимо как следует спутать.

Жирные молочники, подлаживающиеся под рэперов из СЫШЫА, ходят развалистым шагом косолапых медведей, будто у них нарушен сход-развал. Ёу. Как и положено, такие парни передвигаются в кругу женской свиты, которая носит им шлейфы и во всем подвывает. В основной своей массе свита состоит из разряда «коса — веснушки — коромысло» и прибыла из колхоза «Красный лапоть», однако здесь «колхозницы» олицетворяет гламурную элиту, шифрующуюся под блеском дольче виты. Некоторых янг леди выдает региональный акцент, крестики на шеях из красного золота и перламутровый лак на ногтях, но такие мелочи, слава богу, не заметны в общей массе кикиморовоза.

Две пережаренные в соляриях курицы-гриль с перегидроленными нарощенными волосами, облачившиеся в короткие платья из золотой чешуи, что-то мелодично втирают друг другу неподалеку от туалета. На их конечностях надеты все кольца, что были у них дома. Нужно было облепиться сверху перьями, тоже оригинально. И еще не хватает собак с бантами.

Многие женщины уверены, что только наличие огромных денег позволит им постичь вершину человеческого счастья. Как же они будут ошарашены, узнав, что жизнь не заканчивается на Bottega Veneta. Долгое время они будут выманивать деньги из мужчин на покупку сумок и драгоценностей, чтобы понравиться людям, которых они ненавидят, пока старость не приведет их к реальности через другой коридор. И тогда выяснится, что всю свою жизнь они провели на старте, разлагаясь в разноцветных миражах и стремясь к цели, которая им совсем была не нужна…

VIP-места

Неподалеку от меня расположены специальные VIP-зоны, где кучкуются местные боги, в которых двухметровые движущиеся статуэтки готовы вцепиться, как энцефалитные клещи.

Эти горячие точки всегда облеплены престарелыми покусанными шоколадками, чьи вагинальные щелки зашиты наглухо, чтобы через них можно было прокатывать только платиновые «Райффайзен», сверхновыми несовращеннолетними малолетками с дипломами Sevenoaks и деревенской несмышленой ребристой мелочью из серии: «Дима Билан — лапа, Джоли накачала губы, хочу розовую “трешку”, Саркози — это вроде муж Карлы». Они сами подсаживаются к «богам» за столики и начинают вести оживленные беседы, заглядывая в глаза, чтобы найти в них золотые ключики от замкОв (или зАмков) и Audi R8.

Судя по интенсивности происходящего, «боги» сегодня им точно что-нибудь оплатят. Для начала — презервативы. От олигархофилии малышек быстро излечат по авторской методике, чтобы эти овцы не считали, что они разумнее дельфинов.

Зато девушки хорошо разбираются в автомобилях. Словом, времена, когда можно было подкатить на Ford Mustang с видом того, что это Ferrari, канули в Лету.

В детстве девочкам нравятся куклы, а мальчикам — машинки. Потом они вырастают и меняются местами…

«Ты что, серьезно? Он продал свой MacLaren? И что будет брать? Lambo? Koenigsegg? На этого даже не смотри, у него Aston Vintage, на DB9 денег не хватило, отстой!»

Да уж, парни эти не круты, к тому же смены автомобилей каждые пятнадцать минут говорят о том, что все это появилось недавно…

Голожопое детство испокон веков вылезало в дорогие суперкары и платиновые светящиеся потолки, так что нам не привыкать втыкать в зад золотые перья, чтобы привлечь публичное внимание (не волнуйтесь, это я себе).

Спонсоры

Женщины отчаянно ищут спонсоров. Мужчины боятся женщин, ищущих спонсоров. В их глазах — необузданное желание и сильнейший страх…

«Почему она постоянно что-то выпрашивает? Ведь у нее вроде все есть. Телевизор цветной. Hyundai Getz. Квартира во Владимирской области. Земельный участок в 15 квадратных сантиметров. Нет, ей все мало, мало, мало! Не поймешь этих баб. Не буду жениться. Куплю лучше стиральную машинку-автомат!!!»

Народу много, а людей мало

Я верю, что кроме микробов в мире существует иной вид заразы, лучевой. Эта инфекция выделяет особенное электричество, которое убивает иммунные клетки, повреждая интимную оболочку. Зараженные начинают гнить изнутри. Еще немного, и я тоже заболею…

Фил встретил каких-то московских знаменитостей и проводит сейчас с ними свои развлекательные сеансы.

А вот и известный певец, репертуар которого я боюсь даже услышать.

Раньше мне казалось, что если мужчина носит рубашку в клеточку, значит, он живет с мамой…

Девчонки, прежде чем начать выяснять, не олигарх ли ваш бойфренд, проверьте, нет ли у него пленочки на айфоне… Впрочем, носки с мокасинами — это тоже высший пилотаж.

А это еще что за «продуктовый отдел» с зеленым шарфом в полоску? И вообще, откуда столько шарфов? У всех ангина?

Сrосоdile's fаrt

«Привет-привет, девочка с именем Ксанфиппа-Еликонида». Родители с фантазией. С бойфрендом повезло меньше. По пять раз в день он с ней занимается сексом, а деньги пять раз в день давать не хочет. Девушка в замешательстве…

А вот и Шошана. Замужняя девушка, отложившая свою улыбку в далекий ящик. Местами бывает милой, но в целом ее лицо лучше показывать с девятого этажа. Волосы жесткие, характер вспыльчивый, самоуверенность на уровне, сердце холоднее, чем булыжник суровой зимней ночью. Талия в этой конструкции не предусмотрена. Ходит беременная нон-стоп в течение всей своей женской жизни. Муж — главный кроликовод семьи, свою жену любит до умопомрачения, всю жизнь работает не покладая рук и мозгов, до последнего издыхания готов прыгать в мешке на время, чтобы угодить семейной казне.

Сказать честно, девушкам с отчеством «Исааковна» или «Марковна» можно вообще ни о чем не волноваться. Сразу после знакомства с чистым «Иммануиловичем» им можно начинать размышлять над именами их первого десятка детей…

А вот и Варсонофия. Девушка из благополучной семьи. Цену себе знает, за деньги не встречается, без них — тоже. Обожает позвездить среди кучи наркоманов из богатых семей. Ее избранник должен быть щедрым олигархом и при этом рекламировать трусы Dim. Планирует всю жизнь носить джинсы на лобке, ездить на «дропхедах» и заниматься сексом с принцем Харри в антисанитарных местах.

А вот и Ермиония. Опять с сиреневым лицом. Третий год подряд ее бойфренд методично выбивает ей челюсть, а его до сих пор не привлекли за жестокое обращение с животными.

А вот и Анимаиса. Злая и страшная, как Вторая мировая. Подбородок, как у пеликана, на горбинку носа можно вешать ведра. Из-за сочетания своего ужасного характера и внешности долго ходила никому не нужная, пока не начала встречаться с пожилым олигархом, после чего все резко обнаружили в ее облике портретное сходство с Моной Лизой: «Он выбрал ее, значит, в ней что-то есть! Я присмотрелся, а она и вправду ничего! Почему я раньше ничего не замечал? Ее близкопосаженные глаза немного косят влево, но это придает ее взгляду выразительность! И кто сказал, что на ее голове имитация бородки самурая Тоётоми Хидэёси? У нее пышная шевелюра, как у Дженнифер Энистон! И на родимое пятно в поллица я сразу не обратил внимания. Кто сказал, что она похожа на Бабу Ягу? Она — дубликат куклы Барби!»

А вот и еще пара сотен мудрых женщин:

«Иустина, салют, ты такая тощая! Ты откуда? Из Треблинки?»

«Татиана, не грусти! Смотри, парням так и хочется тебя пожалеть, не отходя от кассы!»

«Фаина, почему ты на меня так смотришь, я не могу тебя пугать, я же не зеркало!»

«Мариамна, твои губки растут с каждым днем, завязывай с Растишкой!»

«Пиама, какое красивое у тебя платье! От Донны Каран? Так оно еще и не твое?!»

А вот и «Мисс Планета» — победительница известного конкурса, решение о победе в котором принимает жюри из трех человек. Эта сказочная девушка явилась в клуб, чтобы ослепить простых смертных силой мысли, добра и света. Настоящая звезда! Напрашивается рифма…

«Если честно, я заехала в клуб выпить чаю, чтобы побыть в уютной обстановке после изнуряющего рабочего дня. Я так рада случайно вас здесь встретить, мои дорогие друзья! Я вас очень люблю! Помните, вы — в моем сердце! Моя победа была для вас!»

Сразу видно, с реальным миром у девочки контакты не налажены. Скорее всего, это последствия долгих репетиций у зеркала, ведь ей не раз приходилось выходить на сцену и заливаться горючими слезами навзрыд: «Для меня эта победа много значит! Она подарила мне шанс воплотить мою заветную мечту — стать послом доброй воли! Всю жизнь я стремилась помогать людям! И вот мечта сбылась! Хочу видеть ваши улыбки! И чтобы дети на нашей планете никогда не голодали! (Кстати, у вас не завалялся какой-нибудь ненужный миллионер, который поможет реализовать мои светлые идеи? — Примеч. авт.)»

Для окончательного внутреннего просветления ей следовало засунуть во влагалище фонарик, чтобы завоевать приз зрительских симпатий. С того самого знаменательного дня прошло уже четыре года, но туловище ее и по сей день не покидает атласная красная лента, с которой она везде фотографируется. Главное, никогда ее не снимать, и можно больше не беспокоиться, если не знаешь, кто такой Тургенев.

А ведь несколько месяцев назад эта барышня сошла на перрон Ярославского вокзала, прибыв в Москву из глухого поселка городского типа. Тогда на ней была дубленка в стиле «да здравствует сельское хозяйство!», а от низкого уровня IQ она отвлекала отутюженными волосами.

Некоторое время она ценила в мужчинах богатство их внутреннего мира, но позже обнаружила, что она не киборг и больше не может питаться водой из-под крана. К тому же промежность нынче — самая стабильная валюта. И с этими мыслями она и явилась сюда, в столицу, чтобы ходить по клубам и полоскать мозги московским аборигенам, причиняя миру новое добро…

Девушки! Спасите этот черствый мир красотою своей! Только умоляю, не забывайте про презервативы…

Убегаю

Вырываюсь из объятий генерального директора известной строительной компании, который ходит по дискотекам, чтобы обсуждать с девушками, куда катится наша страна, и выхожу на улицу. Воздух. Много воздуха.

У входа в клуб, в жесткий притык, расположилось множество разноцветных «ламборджини». Их здесь целая куча, как такси.

Мое эксклюзивное авто никто здесь не фотографирует, ибо вся стоянка усеяна точно таким же красно-оранжевым эксклюзивом… Рядом с роскошной «пагани-зонда» мой красный малыш выглядит дешевым японским мопедом. «Пагани» безжалостна, ее мотор звучит убедительнее. Все остальное вокруг — это хлам, в котором руль и четыре колеса не более чем дополнительная опция.

Похоже, суперкары скоро будут даже у охранников из фейсконтроля, ведь они только что сжалились над очередным владельцем завода, впустив его к себе потанцевать!

Счастье

Небо освещает огромный медовый блин. Свирепый бас нервного мотора будит спящие деревья. Пятки — на уровне глаз. Пролетаю корольком вдоль скромных улиц на резине Pirelli P Zero Corsa. Мчусь по пустой трассе. Ни одной машины. Вся дорога — моя. Черная, зовущая, подставляющая в изгибе свою бархатную спину с ослепительной полоской посередине. Это мой кусочек Вселенной. Моя нежная печаль вписалась изумительно. Все сошлось. Момент безупречен. Весь мир — это красивый музыкальный клип. Просто сделайте погромче…

Последняя мысль

Ночь. Стою на балконе. Над головой уныло повисли Беллатрикс, Ригель и Бетельгейзе.

Устала полоскать себе мозги. Надо куда-то выбросить эти бездомные мысли.

А бывают ли счастливые люди? Чувство счастья подавляет желание борьбы. Получается, на Земле не должно быть счастливых людей. И поэтому мы всегда чем-то недовольны. Ни об одном человеке нельзя сказать, что он прожил гармоничную жизнь. Если вы берете за пример какого-то авторитета, мечтая повторить его судьбу, то, поверьте, вы просто не дочитали его биографию до конца…

Глава 10

Слово Алисе

«Ну и съем, — решила Алиса. — Если вырасту — достану ключик. А если наоборот — еще лучше: я тогда буду такая кроха, что запросто пролезу под дверью. Так что мне, в общем, все равно».

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

11 a. m

Встаю на счет три! Раз… два…

2 p. m

Социологи установили, что 99 % людей, говорящих «Доброе утро», врут.

Пульт свалился за 2 км от моей кровати, так что теперь я не смогу переключить канал, где тарахтит моя любимая телеведущая, — уникальная личность, которой удалось превратиться из очень умной женщины в конченную идиотку.

Утро невыносимо спокойное, надо бы его украсить парочкой свежих проблем. Для этого и существуют священные «Новости» — самый верный способ избежать состояния радости.

По одному из каналов бормочет бубнилка в серой блузке с микрофоном. Каждый день у нее одно и то же — случайное бедствие, в результате которого погибли 99,5 человека, в чем, как обычно, никто не виноват. А сейчас мы послушаем мнение аналитиков — они будут лить в анус, не сказав ни единой толковой фразы за время всего эфира.

Чем спокойнее жизнь, тем жарче страсть к таким передачам. Даже прогноз погоды создан для того, чтобы позволить нам как следует расстроиться. Люди с нетерпением «ждут» появлений ливней, града, зимы, войны и конца света, чтобы сдобрить себя новой щепоткой раздрайва. Если бы в наших жизнях не было «Чрезвычайных Происшествий» и «Фредди Крюгеров», от спокойствия у нас сползали бы крыши.

Мы ползем по обезвоженной пустыне в поисках адреналиновой влаги. Если находим — продолжаем жить, нет — впадаем в кому. Людям нравится бояться. Это как тренажер. Без регулярных порций страха жизненная кривая обрастает целлюлитом. Шок, как наркотик, — позволяет прочувствовать свои кости…

Патер

Ни с того ни с сего, мне звонит начальник охраны Чудесного под названием Патермуфий.

Он не будет играть большой роли в этой чудо-прозе, однако не сказать о нем пару слов мне не позволила бы совесть.

Верного помощника Ник обрел два года назад, и за этот короткий период успел оформить на него, человека надежного, свои дома в Марбелье и Лондоне, а также небольшой парк суперкаров, отчего Патер чувствует себя круче, чем берег Иртыша.

Огромный дитятя в полном расцвете сил, но с полным отсутствием шеи и вообще какой-либо разницы между головой и туловищем, он привык вводить людей в мелкую оторопь по заказным причинам. Словом, на свет его произвели Черепашки-Ниндзя, чтобы случайно подбросить нынешним родителям, от которых он сбежал в Чечню накачивать икры.

Помимо всего вышеперечисленного, у Патера имеется небывалая особенность: человек он крайне осведомленный, особенно в делах девичьих. Если вы возьмете его с собой в магазин, он безошибочно определит корректный размер чулок для ваших ног и будет долго биться в выборе благородной палитры губной помады, сочетающейся с вашими перламутровыми тенями для век.

В глубине души Патер мечтает, чтобы его приняли в огромное бабское кодло на высоких шпильках, где с утра до вечера обсуждается разница между стрингами, танга и бикини.

Многие барышни в курсе, парень он — что надо. Правда, невзирая на свой гибкий отзывчивый характер, персонаж это довольно мутный и витиеватый, и за всей фальсификацией его верного отношения ко мне всегда скрывалась его рабская преданность начальству…

Беседа с Патером неизменно проходит коротко и неинтересно: «Привет, шеф тебя ждет, он не в духе, машина за тобой выехала, там что-то срочное. Больше не могу говорить, совещание начинается, наберу позже, давай».

Что-то срочное. Шеф не в духе. Отлично. Всем известно, чем заканчиваются такие истории. Один раз встретиться с Ником — все равно что сходить в цирк на первый ряд…

Почти выхожу

Я же сказала, что выйду через пять минут, не надо мне названивать каждый час!!!

Затонированный черный автомобиль с группой потных телохранителей и таким же квадратным кучером стоит за моими окнами.

Вам бы понравились бронированные «мерседесы» Ника. Внутри них все ездит, дует и движется.

Однако прелесть охранного сопровождения в отдельном автомобиле истинно отличается от ситуации, когда с тобой в одном салоне сидят организмы, не знающие слов «душ» и «душа». Уже пятую неделю они носят черные пиджаки, от которых исходит такая неимоверная вонь, что ею можно опылять огороды и замораживать клопов.

Больше всего я не люблю эту дивизию отморозков из-за того, что при них не могу разговаривать по телефону так, как хочу, не говоря уже о том, что каждый раз при звучании российского шансона риск моего летального исхода увеличивается втрое и я начинаю раздумывать над тем, успею ли выбежать из машины, прежде чем меня стошнит.

В общем, с Ником мы друг другу не подходим. Он желает слышать Стаса Михайлова, а я люблю песню Майкла Джексона «Гладкие преступники».

Огромные многоугольные шкафы, своим видом воплощающие «интеллектуальное» наследие России, как и Ник, являются настоящими ценителями музыкального искусства, и поэтому считают своим долгом обсудить, кто лучше спел на Евровидении. Было бы неплохо, если бы эти румяные критики выучили азбуку, чтобы повысить свой менталитет до небывалой высоты. До такой, как у меня, например.

Никогда не сомневалась — в мире существует еще один такой же умный человек, как я! Правда, встретить его проблематично, потому что появляется он только тогда, когда я стою перед зеркалом!

Вам уже кажется, что я крейзи? А вот корректор Марина, которая исправляет ошибки в этой книге, поняла, что ей это не кажется…

Директор по панике

Едем по волнистой дороге. Перед нами то поднимаются, то опускаются невысокие снежные холмы, сопровождающие нас на протяжении всего пути.

Наконец рваные клочья облаков рассеиваются, и перед лобовым стеклом нашего брутального танка вырастает огромный бежевый дворец, построенный по последним технологиям 2014 года.

В этом месте обитает мой фельдфебель. Это одна из его любимых берлог.

Шлагбаумы в три слоя, пропуска, три килограмма охранников…

Знакомый почерк. Судя по инфраструктуре площадей, которые Ник для себя застраивает, прогноз его психического заболевания неутешителен.

У главного входа нас уже ждут гостеприимные ребята с автоматами. Без «пулеметчиков» Ник как без рук.

С личкой запрещено входить вовнутрь здания. Иными словами, Ник нанял телохранителей, чтобы другая служба безопасности не впускала их в его офис. В любой бред Тоник привносит сладкий оттенок кошмара. На протяжении всей жизни мания преследования ни на секунду не покидала его воображения. Страдая от своих сталинских заездов относительно дисциплины, Тоник верит, что безопасность обходится всегда дешевле, чем ее отсутствие. Ему мерещатся бомбы, подложенные под подушку, агенты, мечтающие спустить его тело в прорубь, и хакеры, по ночам вскрывающие финансовые базы. Не спорю, в каком-то смысле он прав, ведь если Тоника столкнуть с двенадцатого этажа, он все равно упадет, ведь законы физики едины и для президента, и для его парикмахера.

С другой же стороны, с тараканами в своем черепе иногда нужно как-то договариваться, ведь ничто так не украшает человека, как дружба с собственной головой, — согласитесь, это самый редкий вид дружбы!

Секретарши

Как только вы войдете в здание, на вас накинутся секретарши и администраторы — начнут облизывать и кормить сухофруктами. Главная функция этих смертельно ценных сотрудников заключается в том, чтобы обогревать своими теплыми бюстами деловых партнеров Ника, которые приезжают сюда раз в неделю поспать вместе с ним на переговорах.

«Варсима, смотри! Евлампия, подними глаза! Телка шефа пришла! Смотри, какая она стремная! У шефа глаза на заднице растут?»

Действительно, что шефу можно было во мне найти, если есть такие яркие и успешные женщины, как они?

— Здрасьте, девоньки. Извините, что вас разбудила. Проводите меня к Никтополиону, плиз.

Самая скромная из «Клавдий» отвлекается от пятого раунда «Косынки» и, взглянув в мою сторону конкурентными белками, выжимает из лица уксусное подобие американского оскала:

— Вы к Никтополиону? Как вас ему представить?

— Пусть представит меня сверху без одежды.

Притворившись, что эта известная шутка очень смешная, она вежливо просит меня подождать в холле, сообщив, что сейчас принесет мне чай. Интересно, откуда этому куриному изделию известно, что я хочу чай? Вдруг я его не пью? Полагаю, она четко определила, что горячий напиток мне сейчас будет очень кстати, как и помощь специалиста по психическим расстройствам…

В кабинете

Когда входишь в кабинет Ника, дверь автоматически закрывается изнутри, чтобы ваши предсмертные вопли не были слышны сотрудникам службы безопасности.

Внутри этого гигантского помещения чисто, как в операционной. Среди тусклого убранства можно устраивать утренние пробежки. Звук моих каблуков отдается шестикратным эхом на все пространство. Судя по количеству мягких кресел, пятиметровых белоснежных диванов и бутылок Crystal Louis Roederer, здесь редко занимаются делами…

Перетянутые золотым шелком стены плотно обвешаны бахвальскими фотографиями из серии: «Здесь мы с Шойгу чай пьем, тут с В. В. дзюдо занимаемся, а вот здесь я стою на пасхальной службе рядом с самим патриархом».

Над гигантскими кожаными креслами возвышается длинный ряд огромных снимков в позолоченных рамках, на которых изображена не очень аппетитная женская фигура с лицом, похожим на противозачаточную таблетку. Познакомьтесь. Это любимая супруга Тоника. Разумеется, благоустройством кабинета своего мужа она занималась самолично, по этой причине ее фотографий здесь нет только на потолке: ухоженные поля для гольфа, ужины с Сильвио, скачки Royal Ascot — и везде она, в первых рядах.

Ее старательно надменные дворянские позы и пренебрежительное выражение глаз и губ играют важную роль в жизни Тоника. Именно она активно прививает моему любимому подвижничество ко всему «высокому».

Правда, до того времени, как в ее жизни появились стилисты, она носила леопардовые шкуры с красными сапогами выше колена и солнцезащитные очки, облепленные мелкими стразами. Каждый день она выливала по нескольку флакончиков лака на пергидрольные волосы, уложенные в дизайне «почем квас», чтобы даже смерч не смог пошевелить и миллиметра этого произведения искусства.

С тех пор все изменилось.

Ныне перед выходом в свет она посещает ультрамодного визажиста и парикмахера, чтобы выглядеть на снимках стильно и дорого, несмотря на то, что ее русско-народное лицо, напоминающее коровий блин, вписалось бы куда более складно к фону невспаханной ржи фермы «Хрю». И рядом бы стоял Чудесный в костюме агронома и обнимал бы ее за талию в стиле «Тракторист Гаврила с подругой».

Мелодично, правда? Нет-нет, я совсем не ревную, что вы…

Я просто хотела сказать, что супруга Тоника отнюдь не напоминает Венеру Милосскую, и это говорит о том, что Ник утратил способность отличать женщин от птеродактилей.

Эта дама всегда знала, что ей нужно от жизни, поэтому, встретив двадцать лет назад беспризорного песика, загнала его в будку, обрезала ему когти и начала топтаться по его лицу каблуками, внушительная высота которых вовсе не удлинила ее короткие ноги. По выходным она выгуливала свое двуногое домашнее животное по известным ресторанам и бутикам. Впереди гордой поступью шагала хозяйка, а сзади прыгал ее вечно розовый заяц.

Грамотно нося шкурку серых мышей, такие хищницы носят мантии и тиары серых кардиналов. Своими мышиными зубками они способны перепилить хребет любому достославному рыцарю, растворяя как в ацетоне их слабые и зависимые маленькие души…

Ссора

— Ты долго ехала. Я ждал тебя. Присаживайся.

— Что у тебя с голосом, милый? У нас траур?

Тоник смотрит на меня исподлобья недовольными глазами и молча потирает пальцами виски. Напряжение между нами можно резать ножом. Чувствуется, травматолог мне сегодня тоже пригодится. Взрыв склада пиротехники — это ничто по сравнению с ситуацией, когда Ник злится. Его скверное расположение духа вытеснило даже секретутку, которая чудом успела выбежать из кабинета. Остальные спасутся в шлюпках.

Волнение накрывает меня океанской волной. Ник, не сказав ни слова, отрепетированным движением руки бросает мне в лицо огромный конверт. На мгновение в моей голове стрельнула уверенность, что в нем лежит японская взрывчатка.

Но, нет. Теракт — далеко не самое страшное, что сейчас может произойти.

В конверте покоятся какие-то непонятные снимки с целующимися молодыми людьми возле рекламного щита. Вероятно, Чудесный спешил меня чем-то потрясти, но пока ему это не очень удается.

«Дорогой, клянусь зрением, я не знаю кто эти люди!»

Выразительно нахмурившись, он молча выползает из-за стола и начинает нервно бродить по комнате, скрепив за спиной не находящие себе места пальцы.

После микроскопического разглядывания фотографий отвратительного качества я постепенно начинаю понимать, что это та самая девушка на рекламном щите, рекламирующая водостойкую тушь, под которой несколько дней назад Фил припарковался у Дома музыки. Детективы умело сделали свое дело, запечатлев нас с Филом в ракурсе страстного юношеского затяга, несмотря на то, что это случайное совпадение движений, когда мы с ним обменивались дружеским приветствием в щечку.

Чувствую, живой я сегодня отсюда не выйду. Ощущаю, как лимит терпения Ника исчерпывается. Если он начнет сквернословить, то будет делать это качественно, со всеми возможными физическими импровизациями, с воем сирен воздушной обороны и залпами башенных орудий. В этом плане он известный активист: глаза навыкате, будто в веки вставили иглы, раздутые на лбу вены, словно под кожу засунули ветки, белоснежное лицо с алыми пятнами, дыхание Чейна — Стокса, дергающаяся нижняя губа и прочие классические зарисовки из кошмарного триллера, которые больше всего «нравятся» его охранникам, особенно когда все это происходит в их присутствии.

Несомненно, весь ресепшн скопится под дверью, чтобы послушать фуги Баха. У Зозо сегодня будет торжественная смерть. Вначале ее помножат на ноль, а потом остатки пошинкуют на филе. Все знают, Ника нельзя обижать. Об этом можно потом сильно пожалеть. Глядя с небес. В последнее время он стал таким свирепым, что у него уже не осталось места, куда складывать свои жертвы. Ладно, шутка. Места хватит всем!

Вспоминаются чьи-то слова, что если спор с мужчиной не дает результатов, нужно ложиться на стол переговоров. Думаете, поможет?

Запущу-ка я в него лучше настольной статуэткой, чтобы он заткнулся, все равно ее не жалко выбрасывать. К тому же хрустальные вещи я метаю грамотно, чтобы они пролетали мимо объекта и громко разбивались о стену. Всплеск мелкого хрустального фейерверка заставит Ника замереть в виде восковой фигуры из музея Мадам Тюссо. И тогда очередь вещать сразу перейдет мне…

— Всё! С меня хватит! Прощай! Теперь ты меня увидишь только по Скайпу, громобой!

По сравнению с моим долби стерео, голос Ника звучит, как первобытное радио без усилителя.

— Катись! Изменщица! Счастливого взлета! — пожелал мне мой герой.

У секретарш сегодня будет пир. Ничто не может принести им большего счастья, чем моя внезапная смерть, желательно в результате случайного падения с Каменного моста. И тогда наверняка вдруг запляшут облака, и кузнечик запиликает на скрипке…

Вот шакал! Пока я думала, что он тихо по мне страдает, он, как ни в чем не бывало, сидел в окопе и разрабатывал планы военных действий по метанию молний в Зозо! Он играл на моих нервах, как на гуслях! А когда их осталось три штуки, стал играть на них, как на балалайке!

Ник обожает все драматизировать. Ему нравится изобретать умопомрачительные версии, а потом самому от них ошалевать.

Я все сделала правильно. Ему стыдно. Обижаться всегда надо первой. Кто первый обиделся, тот и прав…

Почему любовь к мужчине заключается в постоянном доказательстве, что ты не шлюха? По идее, я должна прибежать обратно, кинуться ему на шею и начать бить себя в грудь, пока не отобью легкое. А он будет сохранять психологическую дистанцию, держа свое больное самолюбие в неприкосновенности, изображать душевную боль и не реагировать на мои уменьшительно-ласкательные суффиксы.

Любые мои телодвижения остановятся свинцовым жезлом. Он никогда не упустит возможности посамодовольствоваться: унизить меня, обезвредить, заставить жить в клетке и грызть прутья!

Так зачем лезть из кожи? В ней мне довольно удобно.

Выход в моем случае один — взять в аренду бульдозер и сровнять Ника с землей. А потом высушить из него чучело, повесить в туалете и бросать в него дротики…

На своих четырех

Впредь, я буду писать тоника с маленькой буквы. Меня это немного приободрит.

Он совершил ошибку, не побежав за мной вслед, когда по полу катились тюбики моих блесков для губ, выкинутые из сумки резким движением злого локтя.

Жаль я не могу сгустить конфликт задним числом, в наших отношениях я поставила точку как-то вяло…

А теперь внимание! Знатоки! Как добраться до дому? Я так многозначительно выбежала в неизвестном направлении с чувством собственной безошибочности, что возвращаться теперь будет как-то неэффектно. К тому же я не горю желанием ехать в одной машине среди геометрических фигур с бревенчатыми мозгами.

Стоять с вытянутой правой рукой у дороги — тоже дело опасное и неблагородное. Остается только метро…

Метро

Перед грязными темно-серыми ступеньками, ведущими в подземное царство, на картонных коробках сидят таджички в пуховиках, осетинки и прочие нерастаможенные респонденты, торгующие маринованными огурцами. Огурцы жалобно упираются в стеклянные стенки банок — они напоминают мне меня.

Обожаю вылавливать жирные кривые огурцы из укропно-чесночного рассола и каждый раз радоваться, что на его поверхность не всплыли тараканы…

Перед тем как открыть мотающуюся в разные стороны тяжелую стеклянную дверь, намеревающуюся стукнуть меня по лбу, мои каблуки должны пару раз застрять в вентиляционных решетках, это такой ритуал…

Ну и ну! Столько народу! Подземный город романтично окутан запахом бомжей, сладких пончиков, человеческой мочи, пива, чехлов от гитар для собирания денег и песнями бременских музыкантов.

Это настоящее царство коренных жителей, которые постоянно куда-то спешат, раскачивая при ходьбе целлофановыми пакетиками с изображением улыбающихся снеговиков — «С Новым годом! Спасибо за покупку!»

Должна признать, в ларьках играет сумасшедшая музыка! Я верю в справедливость в этом мире. Бруно Марс больше не будет петь.

Наконец я узнала, где можно купить колготки с заниженной талией, корейские версии кукол Барби, кольца с почти настоящими бриллиантами, зеленые стильные носки, оранжевые бюстгальтеры со стразами и жемчугами, трусы с красными бантами и прочие атрибуты для искушенной публики.

А какой здесь выбор шаурмы и прочих ближневосточных блюд с молотыми трупами баранов в тесте! Иногда ими можно даже не отравиться!

А сколько здесь сумок Mulberry! Очевидно, эта марка крайне важна для поддержания имиджа в метро.

Cумки Сhanel, джинсы D&G, туфли Louboutin … Девчонки, что вы здесь делаете?

Еще раз хочется обратить внимание на то, что мне самой не верится, что весь этот письменный понос может принадлежать моему золотому перу. Не принимайте мою болтовню близко к сердцу. К тому же, если вы в состоянии читать этот бред, то это, к сожалению, ни о чем не говорит, кроме того, что вы умеете читать.

Бабушка часто меня просит, чтобы я перестала писать глупые книги и занялась чем-нибудь полезным. Наверное, надо превратиться в девушку-кошку, чтобы по ночам восстанавливать справедливость в Москве. И питаться я буду кошачьим кормом, который тоже здесь продается. По телевизору утверждают, что теперь он стал еще вкуснее! Остается только догадываться, каким образом они это проверили…

Внутри вагона

Напротив меня стоят какие-то молодые повелители блох в дырявых куртках из кожзама и в золотых «ролексах». Наверное, это программисты. «Дуришь соу гуд!!!» — закричали Rammstein из чужого плеера. Дуришь всех так хорошо!!!

Молодость — это когда ты крутой, очень важный и ничего из себя не представляешь.

Юная девушка, заглатывая горсти сухариков с чесноком, расстелила на коленях известный журнал, на одной из страниц которого изображено недовольное лицо американской кинозвезды, наполовину прикрытое темными очками и немытыми волосами. Ловкие папарацци, как обычно, поймали ее в аэропорту в окружении детсада, который фантастическим образом умещается на ее жилистых запястьях.

Она — идол красоты и благодеяния, постоянно усыновляет детей и радует милосердием не только своих фанатов, но и своего психиатра, ведь не каждый способен открыть у себя дома Организацию Объединенных Наций. Надеюсь, после развода с мужем она не будет делить детей, как табуретки.

Запах свежей типографической краски действует на людей магнетически, предвещая свежую почву для сплетен и размышлений.

Репортажи из загородных домов актеров российских сериалов радуют глаз, со страниц светятся их лучезарные улыбки: это мы у камина, это наши дети в летнем саду, справа — любимый муж, слева — любимый пес. В нашем семействе — полная идиллия!

А вот и ослепительная Даутсен Крёз, которая смотрит на нас с одной из страниц глянца. Одним своим видом эта супермодель способна даже бабочку убедить в том, что та — червяк.

Когда смотришь на ее ровную персиковую кожу, забываешь, что источник молодости и узкой талии «намба ван» — фотошоп, что съемки проходили в грязной необогреваемой студии и что рядом стояли помощник с вентилятором и четыре ассистента фотографа в засаленных шортах и сланцах.

Даже самый успешный человек, рассматривая на картинках загорелые женские тела за рулем кабриолетов, начинает полагать, что у них все намного круче, чем у него, ведь все самое интересное в жизни всегда происходит там, где нас нет. Люди не могут быть счастливы своим счастьем, их интересует чужое…

Людям нужна красивая легенда, примитивная сказка. И они ее получают, всего за 50 рублей. За 50 рублей они покупают возможность сбежать в другую реальность, где все намного красочнее, чем их собственная жизнь, где есть шанс убежать от проблем: от поезда, в котором нельзя прислоняться к двери, от мальчиков, рыгающих пивом напротив, от инвалидов, стоящих возле сидящей молодежи, и от женщин с иссушенной от оттирания полов кожей на руках.

Недосягаемый шаблон журналов рождает стимул борьбы, показывая, что настоящая жизнь там, в районе Парижа и Милана, далеко-далеко, куда тебе не доехать верхом на собственном невежестве.

Журнальные истории рождают сплетни. Сплетни — это еда, без которой не может обойтись ни один социальный человек. Люди жуют уже кем-то пережеванные истории, превращая их в сценарий к фильму со спецэффектами, который еще ни разу не снимался.

«Очевидцы», наблюдавшие за нашими отношениями с тоником, утверждали, что я «развожу» его, как вислоухого кролика, что дворцы с фонтанами и павлинами я уж и не знаю, куда складывать, пачки с долларовыми купюрами крошу по утрам в салаты и целыми днями хожу и спотыкаюсь о тридцатикаратные алмазы.

Никто не хотел читать книжку без картинок, все требовали разукрашек, в то время как реальность сильно отличалась от этих сказочных версий.

Никаких дворцов с эскалаторами у меня не было, а имелись лишь перманентные звездные войны с выяснениями кто из нас Зевс…

Пёсик

Вижу перед собой маленькую рыжую собачку с пушистыми пятками и черными, как маслины, глазками. Она преданно смотрит на своего хозяина, усатого дяденьку в шерстяной фуражке, который, не обращая на нее внимания, уже несколько минут пытается отхаркнуть табачную мокроту.

В своей преданности этот милый пёсик заслуживает уважения, ведь он кажется таким милым и невинным, несмотря на то что он тоже убивает, ворует, занимается промискуитетом, бывает крайне груб, гневлив, сквернословен и завистлив, особенно в отношении ласки хозяина.

Тем не менее поведение животных естественно и неподдельно. Понравилась самка — подбежал и нахально уткнулся ей под хвост, не понравился человек — никаких вежливых улыбок how are you, а просто откусил пару пальчиков, и все. Странно, что такая неприкрытая правдивость вызывает умиление лишь в четвероногих — в людях это качество, наоборот, отвращает…

Выходит, зависть, ложь и лицемерие в микродозах — здоровый элемент всего живого, важная часть современной цивилизации. Эти пороки естественны и человечны, разрушительны они лишь в больших размерах…

Парикмахерская

В жизни каждой нормальной девушки случается период, когда она решает себя немного подпортить.

С фольгой на голове я выгляжу бесконечно убого.

Второй раз перелистываю журнал «Эль» с выдранными пробниками, стараясь не заглядывать в зеркало. Довольно неплохой способ побыть в компании внутреннего «Я».

Всю жизнь не могла понять: красивая я или не очень? Но с этой минуты мне известен ответ на этот вопрос. Красота — это не главное. Так говорят все уроды.

Ощущаю, как мой натуральный песочный цвет волос оборачивается полным фак-апом с иссиня-розовым отливом.

Понимаю, моя голова — не простор для работы стилистов, но неужели они способны так варварски бесчинствовать с моими редко встречающимися прядями? Скоро от моих длинных волос ничего не останется, и тогда у меня будет ежик, как у Энни Леннокс.

Посоветуйте: какую конечность лучше оторвать мастеру: руку, палец, ногу или голову? Нужное подчеркнуть…

Забыла купить корм для рыбок!!!

Лежу на диване в гостиной, скрестив руки на животе. Бабушка утверждает, что так лежать нельзя, поскольку в такой позе покойников кладут в гробы. Не дураки, однако, эти покойники, так лежать действительно удобно!

Рассматриваю разноцветных рыбок, плавающих в огромном аквариуме, встроенном в стену.

Оранжевая рыбка по кличке Микроб каждый раз целеустремленно доплывает до одного края аквариума, разворачивается обратно и так же озабоченно плывет до другого.

Милые рыбки, как же хорошо, что я вас не ем! Почему вас нельзя гладить, обнимать и чесать за жабрами?

Выпучив свои огромные рыбьи глаза, Микроб притворяется, что меня не видит. На его мясистом тельце искрятся мелкие чешуйки, переливающиеся под маленькими пузырьками бирюзовой воды.

Только подумать, этот малыш находится от меня так близко, а ведь мы пришли из разных миров! Но это нам не помешало сплотить воздушное и водное пространство под одной крышей! Только представьте! Мы живем вместе! В одной комнате!!!

Согласитесь, глупо верить в то, что бывает что-то невозможное. В этом мире возможно все…

Скучаю по нему…

Загадываю! Если сейчас я зайду в ванную и увижу, что вода набралась, значит, через две минуты тоник напишет мне вечернее сообщение в виде стандартной умной фразы, олицетворяющей его высокий интеллект: «Ну чиво ты там?»

Предупреждаю, за написание «извЕни» вместо «извИни» я введу денежный штраф. А за написание слова «приДти» Ник будет гореть в аду!

Любой университетский филолог посмеялся бы над ошибками Ника. А Ник посмеялся бы над размером его заработной платы. Очевидно, чтобы стать лучшим, недостаточно иметь кучу почетных грамот в серебряных рамках. Успех в жизни постигается без помощи учебников. И при полном отсутствии жизненных принципов, ибо любые принципы ведут к бедности…

Н: Ну чиво ты там?

Мое ясновидение дало сбой на целых 10 минут. Надо сдать его в ремонт.

Я: Ты успокоился?

Н: Любимая, я же говорил: либо я, либо несчастный случай.

Я: Хочешь закопать меня на три километра?

Н: Не сомневайся.

Я: Боже…

Н: Бог тебе не поможет. А я помогу.

Я: Благодарю.

Н: Я беспокоюсь о тебе.

Я: Я наслышана о твоем беспокойстве.

Н: Тебе понравилась тема с детективами?

Я: Вижу, что они справляются с твоими творческими поручениями.

Н: Я просто любознательный!

Я: Для тебя испоганить кому-то жизнь — как в библиотеку сходить.

Н: На самом деле я знаю, как все было.

Я: Я знаю, что ты знаешь. Но я покорена креативностью претензии.

Н: А вдруг ты бы испугалась и созналась в том, чего я не знаю?

Я: Может, покатаешь меня в багажнике?

Н: Там тесно. Ты любишь простор.

Я: Я очень переживала. Ты даже не представляешь, что внутри меня сейчас происходит!

Н: Могу догадаться, я часто там бывал…

Я: Ты искал повод, чтобы поссориться?

Н: Не понимаю, зачем тебе этот хирург?

Я: Он очень хороший, как человек.

Н: И дымоход у него большой, да?

Я: Как у Петра Первого, к ноге привязывает.

Н: Я подозревал.

Я: Он мой друг. У него добрые глаза.

Н: Хочешь, я тебе их привезу?

Я: Ты когда-нибудь станешь добрее?

Н: Старую лошадь новым трюкам не научишь.

Я: Лошадь — это гордое грациозное животное. А ты — пень!

Н: Вижу, ты скучаешь по мне…

Я: Да…

Н: Что — да?

Я: Скучаю.

Н: Если бы я не спросил, ты бы не сказала.

Я: Неправда.

Н: Ты — мороз.

Я: Ты тоже не лето!

Н: Когда я тебя увижу?

Я: Через два сна.

Н: То есть через два дня?

Я: Через неделю.

Н: Почему так долго?

Я: Потому что мне редко снятся сны.

Н: Ты не хочешь меня видеть.

Я: Хочу.

Н: Сейчас приеду.

Я: Давай спать. Целую тебя самой водостойкой помадой.

Н: Ты меня не любишь.

Я: Не лиричь.

Н: На самом деле ничто не мешает тебе уйти….

Я: На самом деле ничто не мешает тебе остаться…

Мысли

Так я и думала: Ник подстроил эту ситуацию с Филом, чтобы заставить меня оправдываться. Ведь только он один может решать, с кем мне общаться, а с кем — нет. Я должна быть благодарна, что он родился на свет и мне разрешил. Он — герой-первооткрыватель, а я — его беспомощная приставка, как бесплатное приложение к айфону. Мое существование он приемлет только рядом с собой. Его главная мечта — стать хозяином моих чувств, заставить меня выпрашивать у него воздух, сделав из меня половую тряпку. Но если ему действительно нужна тряпка, не проще ли сходить в магазин хозтоваров?

Всю сознательную жизнь Ник идет на поводу своих желаний. Он хочет стать для меня Д’Артаньяном, который будет меня от всех спасать. А если я этого не захочу, он прижмет меня к стене и разложит мои кишки по своему усмотрению.

Уж не знаю, какое семя завалилось во влагалище его матери, что на свет появился этот архиерей, но если бы Ник родился немного раньше, Иосиф Виссарионович точно бы отдохнул.

Осталось перепутать его имя с Одиссеем, Персеем, Моисеем или Тесеем, и тогда в умиленном рыдании он растает, как дешевая шоколадка из киоска: «Ах-ах-ах, не стоит, я всего лишь скромный Бэтмен! У меня есть плащик и ушки!»

Утро

Солнце, ты жалкий фонарь! Даже небо почувствовало, что я сегодня злая. Воробышки за окном чирикнули пару раз и куда-то улетели.

Представьте, если Солнце погаснет, мы узнаем об этом только через восемь минут. Ровно столько будет еще длиться наше веселье…

В холодильнике, как всегда, ничего интересного я не нашла, поэтому сегодня опять буду есть гречневую кашу с соевым соусом, которая стоит тут уже неделю, практически антиквариат. В Лондоне подобные крупы можно купить только в зоомагазине, поскольку англичане ими кормят своих коней.

Так, что по телику?

Опять Морган Фриман. Как он успевает сниматься в таком количестве фильмов?! Он в курсе, что у него есть белый брат — Гоша Куценко?

А вы знали, что полное имя Умы Турман — Ума Каруна Метта Умекха Мадита Турман? Ага, думали, все так просто в этой жизни?

Обожаю разговаривать по телефону во время еды и громко чавкать в трубку.

Когда я произношу слово «алло», Чудесный внимательно прислушивается к интонации, чтобы понять добрая я сегодня или злая.

Н: Здравствуй, Зозо!

Я: Привет!

Н: Помнишь меня?

Я: Смутно.

Н: Это я, твой друг.

Я: Какой именно?

Н: Извините, я, наверное, ошибся номером.

Я: Ничего, я потерплю. Как ваше имя?

Н: Никтополион. На рыбалке — просто Тоник.

Я: Чего вы хотели?

Н: В 19.00 за вами приедет машина. Только, пожалуйста, не выходите через три часа. Мне нужно многое вам сказать сегодня.

Я: О’кей.

Н: Тогда до вечера! Всего вам доброго и злого!

Я: И вам того же! Целоваю и обнимаю с хрустом.

Н: Куда целоваешь?

Я: В самое приличное место.

Н: Ты считаешь это место приличным?

Я: Да я считать не умею. Дважды два — в столбик.

Н: Что-то не слышу, как ты меня целуешь.

Я: Мууууа. Слышно?

Н: Это был поцелуй куда?

Я: В десну.

Н: В нижнюю?

Я: Да. Ты рад?

Н: От радости сделал в воздухе тройное сальто.

Я: Не буду тебе мешать.

Н: Люблю тебя. Ты — грязная жестокая женщина.

Я: Отлично.

Н: Продолжить?

Я: Вечером.

Н: Хорошо, я законспектирую.

Ромео хренов

Н: Алло. Забыл сказать! Я хочу подарить тебе сегодня цветы! Скажешь водителю, какие лучше купить? Он наберет.

Я: В лукошко?

Н: Нет. Тебе наберет. Скажешь ему, какие цветы купить.

Я: Как трогательно.

Н: Только будь на телефоне, бери трубку!

Я: Слушай, зачем водителя напрягать, может, я сама съезжу?

Н: Ну, всё, начинается, старая песня о главном. Мне некогда этим заниматься, понимаешь?

Я: Не вопрос, я займусь!

Н: Не обижайся. Я просто боюсь выбрать что-то не то!

Я: Экстравагантно с твоей стороны. Благодарю. Цветов не надо. До вечера…

А кто-то еще сетует, что на земле не осталось внимательных джентльменов. Согласитесь, это бессовестная клевета!!!

Направляюсь к машине

В нашем крутом доме завелись две безвкусные, вызывающе одетые девушки из разряда «часик 1500 рублей, метро Красные Ворота». Перед тем как их вызвать, приготовьте сразу еще 500 тысяч, чтобы потом вылечиться.

Надо запретить в России носить леопардовые шарфы. Ими я ужасаюсь неподдельно — немыслимая кардионагрузка. В девяностые годы такие узоры были модными среди валютных хабалок с красными губами, и это еще не забыто…

Опять под дворник моей машины подсунули рекламную визитку Багиры Султановны, которая возвращает мужей в кратчайшие сроки. На обратной стороне визитки забыли написать: 159 статья, часть четвертая.

У подъезда стоит располневшая после родов девушка, внешне напоминающая циклопа. Она судорожно трясет коляску в надежде, что маленький монстр устанет визжать и наконец заткнется. Действительно, у малыша горло, как иерихонская труба. Неужели нельзя просто сказать: «Дорогая мама, не надо пеленать меня с руками, чтобы я не мог двигаться, не надо на меня надевать по девять комбинезонов, не надо меня кормить этим дерьмом из банок, не надо мне запихивать в рот эту грязную соску, из которой ничего не вытекает, и не надо трясти передо мной игрушками для тупых грудничков, меня интересуют твои вещи».

Всегда мечтала стать мамой. Вынашивать малыша в своем утробье, зарождая в его голове первую извилину вдоль пробора (которой Ник, к примеру, пользуется до сих пор). Нет ничего поразительнее, чем наблюдать, как детеныш появляется на свет, открывает глаза и видит тебя, свою мать, главного человека своей жизни. И в эту секунду происходит любовь с первого взгляда, которая длится вечно…

Женщина — главный авторитет в жизни каждого мужчины. Она учит будущих героев правильно держать ложку и завязывать шнурки. Инстинкты подчинения слабому полу прописаны у мужчин в ДНК, и никуда не деться этим тиранам, пытающимся преодолеть зависимость от женщин. Самые счастливые мужчины — те, кто не идет против своего естества, кто не стыдится своих чувств, понимая, что мужчина не может знать о том, что он мужчина, если рядом с ним нет женщины…

Куда делись пробки?

Большую часть своей жизни я провожу в пробках, что обычно притормаживает мои высокие чувства к этому городу. Но скулить сегодня по этому поводу мне не придется, ибо Бульварное кольцо на удивление спортивное.

Чумазый ребенок в дырявой полосатой шапочке подбегает ко мне на светофоре и начинает тыкать в лицо веник из красных роз, замерзших от холода.

Р: Теть, купи чветочки, а? Ну, теть, ну купи.

Я: Я не теть. Ты чего здесь бегаешь? Где твои родители?

Р: Там.

Я: Где — там? Почему ты не с ними?

Р: Я долфен ваботать!

Я: Сколько тебе лет?

Р: Девять!

Я: Прости, уже зеленый, мне пора, возьми это.

Протягиваю 1000 рублей. Глаза малыша загораются, он выхватывает купюру и, ликуя, убегает прочь.

Интересно, как выглядят мамы, которые лишают своих детей детства?

И вообще, вы хоть представляете, что будет, если я сейчас позвоню в организацию по защите прав ребенка и расскажу об этом беспризорнике? Правильно, ничего не будет. Здесь, как в джунглях, каждый сам по себе…

Подъезжаю к ресторану

Ливень дерется с ветром. Сумерки непредсказуемы. Город охватили мутные злые тучи, из-под которых изредка выглядывают недовольные матовые звезды. Я задаю им вопросы, но они молчат в ответ как партизаны…

Для нашего ужина Ник снял два этажа известнейшего гламурно-несъедобного общепита средиземноморской кухни, где по вечерам лакают чаи проститутки из Костромы и Верхней Волги.

Этот известный ресторан был открыт специально для любителей попить чай из пакетиков за бешеные деньги, но сюда я прихожу, чтобы подпеть заедающим песням Адриано Челентано.

Внутри

Вхожу в небольшой зал. Свечи горят ненавязчиво, словно маленькие ночные светлячки. Отблески играют грязно-рыжим цветом на белоснежных скатертях. Серебряные приборы аккуратно разложены у глянцевых лимонных тарелок с карамельными ободками. Выглаженные рубашки официантов пахнут отбеливателем.

«Э си тю нэкзистэ па» успокаивает и ласкает душу. Жду, когда на горизонте появятся линии любимого тела, как всегда, без вин, конфет и ромашек.

Сегодня я очень красивая. Запах моих ванильных духов стелется на пару кварталов, а мое свежее лицо сверкает, как начищенная сковородка.

Наконец входит ОН. Как всегда, выглаженный, побритый и дезинфицированный — главный психологический триллер моей жизни. Для меня он сейчас желаннее воздуха.

Ник здоровается с официантками и, мельком взглянув на часы, присаживается напротив меня чуть ли не с добрым выражением лица.

Н: Дорогая, ты такая красивая сегодня, похожа на ангела. Если бы я тебя не знал, то подумал бы, что так оно и есть.

Я: Ты опоздал, если что…

Н: У меня были дела.

Я: И где «прости»?

Н: Прости.

Я: Не так.

Н: А как?

Я: Прости меня, змея подколодного, мерзавца убогого, раба твоего смиренного, о, богиня моя неземная!

Н: Я не запомнил. Перестань со мной так разговаривать. Побудь серьезной хотя бы раз.

Опустив глаза на стол, Чудесный судорожно наливает мой чай с жасмином, который, по его словам, он не может терпеть, и сосредоточенно накладывает сахарный песок в белоснежную чашку.

Добросовестное перемешивание сахара обычно занимает минуты три, но сегодня эта процедура продлилась вдвое дольше, что заметно сбавило широту улыбок на лицах официанток. Именно официанток, не официантов. «Лицензию» на обслуживание нашего столика получают только девушки — на представителей сильного пола Ник реагирует обостренно: моих молодых любовников он готов искать даже в холодильнике.

Обожаю привычку Ника вначале полоскать чаем рот, а потом его глотать — отличный метод зубной гигиены.

Ник вообще неравнодушен к жидкостям, особенно алкогольного рода. Истинный знаток спиртных напитков, он, как никто другой, умеет выбирать вина по красивым этикеткам. В некоторых случаях их можно даже пить, хотя чаще всего вино оказывается либо умеренной гадостью, либо откровенной отравой для мух и тараканов.

В трезвом состоянии Ник закрыт как сейф, но после бутылки спирта он начинает выдавать свое калорийное содержимое, превращаясь в сердечного человека. Если после нескольких глотков вы не чувствуете, что в вашей груди есть сердце, значит, его у вас нет вовсе…

Уста поддатого Чудесного выдают тосты, неповторимые в своей оригинальности. Эти редкие моменты всегда находят отклик в моей душе:

«Родная! Желаю тебе никогда не умирать!»

На это сплетение сарказма и целомудрия персонал отреагировал высокой скоростью оказания услуг. Похоже, эта фиолетовая лирика растрогала даже шеф-повара, который несколько раз споткнулся, пока вносил изысканно приготовленную жидкость в серебряной посудине.

В чечевичном бульоне плавают животные, названий которых я не знаю. Пар от тарелки излучает уют и благополучие сладкой семейной жизни. Ник дегустирует шедевр. Судя по его лицу, есть это совсем не обязательно, лучше просто продолжать вдыхать. Правильно, сейчас в этом нет необходимости, ведь гороховые и чечевичные супы едят только космонавты перед взлетом.

Я, конечно, не ожидала, что в следующую минуту на нас накинется группа загорелых лиц с гитарами, шляпами и балладами «бесаме мучо». Ник даже подавился и теперь неэротично отхаркивает застрявшие в горле куски хлеба.

Жду не дождусь, когда мы наконец начнем превосходить себя в обоюдных горячих призывах больше никогда не ссориться.

Ах, как же будет трогательно, если этих обещаний хватит до завтра!

Официантки не находят себе места, разыскивая способ отблагодарить Ника за то, что он разрешил им прикоснуться к его грязным тарелкам: «Вам не тяжко? Не тошно? Не грустно? Не тесно? Вино? Шампанское? Мясо в трюфельном соусе? Салат из омаров? Капоната? Мильфей? Пюре из авокадо? Цыпленок с розмарином? Кондиционер не дует? Кресло мягкое? Как погода? Дождь не слишком громко льет? Позвать Господа Бога?»

Подарочек

В бессвязном лепете души Ник театрально озвучивает какие-то слащавые стихи, от которых всем стало очень липко. Естественно, писал эти стихи он сам (при незначительном участии Фёдора Ивановича Тютчева).

После таких трогательных изречений мое сердце должно выпрыгнуть из груди и закатиться под батарею.

Надеюсь, Ник не забудет сообщить мне о купленном подарке, который он сегодня приобрел для меня в известном ювелирном бутике? Хорошо, что у него есть водитель Авдифакс, очень важный в его жизни человек, который не в состоянии хранить от меня секреты…

В свете последних данных, этот подарок сейчас находится здесь. И моя главная задача — его разыскать (надеюсь, не с завязанными глазами)?

Наверняка Ник долго грязнул в мучениях, куда его лучше запрятать, но витиеватость подхода к любому делу помогла ему справиться с этой нелегкой задачей.

О, да. В этом весь Ник. Как только в его жизни появляется прямая светлая дорога, он тут же меняет ее на скользкую, запутанную и непроходимую. В связи с этой особенностью сегодняшний подарок, полагаю, мне не удастся найти самостоятельно, это можно будет сделать только при помощи сотрудников МЧС…

Поиски подарка

Ник сидит с гордо поднятым подбородком, словно пять минут назад покорил Эверест, и блистает мне в след своими тонкими подсказками.

Этот человек во всем сенсационен. В своем шапито он посадит вас на вип-место в партере, чтобы вам было лучше видно, какой экшен для вас заготовил:

«Теплее, еще теплее… Прохладно, холодно, очень холодно, Финляндия! Исландия! Гренландия! Тундра! Вечная мерзлота! Смерть!!!!»

Уверенно ощущаю себя немецкой овчаркой, плохо справляющейся со своими обязанностями. Представляю, насколько мультипликационно я выгляжу, вылезая из-под очередного стола в поиске этого гребаного сюрприза.

Поисковые работы под обшивками кресел, скатертями и диванами уже проведены, но они оказались не слишком результативными.

Вымотанная и выдавленная, как зубная паста, чувствую, что начинаю злиться.

Не удивлюсь, если этой чертовой коробочки я сегодня так и не увижу…

Приплыли

Вылакав кучу разноцветных коктейлей, Ник окончательно утрачивает навыки дикции и теперь не может вспомнить, куда запрятал мой замечательный подарок. Грандиозно! Мой любимый, конечно, романтичнее, чем я думала, но глупее, чем я могла представить.

Не ожидала, что все закончится так безмозгло!

Теперь полночи мы будем сшивать события, вспоминая, кто куда пошел и что сделал, прежде чем Ник напился и потерял память.

В программу поиска подключится весь персонал ресторана, включая гардеробщиков, ключниц, сторожей и посудомоек, но скоро все они дружно убедятся: найти что-то после Чудесного под силу только профессиональным шахтерам…

Два часа спустя

Подарок найден так и не был.

С наигранной беспечностью Ник вынимает из пиджака банковскую карту Centurion, черную, красивую, чуть ли не со стразами, и неряшливо швыряет ее в кожаную папку с чеком, продолжая потешаться над нелепостью и идиотизмом сегодняшнего вечера. Пока никто не подозревает, что официантка вернет карту обратно из-за того, что в ресторане сломался терминал.

И с этого момента начнутся судорожные выворачивания пиджака наизнанку с поиском семнадцати тысяч рублей, на которые мы беззаботно поглотили супы и салаты. В завершении анекдотичной картины спасательный круг, конечно же, брошу я, вывалив на стол всю рассаду, что имелась у меня в портмоне, чтобы расплатиться за замечательный ужин.

В эту секунду официантов осенит прозрение, что миллиардеры — это такие люди, у которых есть все, кроме денег…

Gold Man Sucks

Если при слове «олигарх» у вас возникают мысли о неистощимых омутах серых купюр, вываливающихся из грузовиков, то приспустите розовые очки.

Все происходит приблизительно так: раз в две недели тонику приносят несколько белых листов бумаги из бухгалтерии, на которых черным шрифтом напечатаны девятизначные цифры. Познакомьтесь, это и есть его миллиарды. Живьем он никогда их не видел, не щупал, не нюхал, не вкушал и не превращал эти цифры в денежные банкноты. Это приблизительно то же самое, что иметь девушку, но никогда ее не видеть. Даже если ему вздумается обналичить эти суммы, не сомневайтесь, в банке ему предложат отправиться обратно в дурдом. Не будем также забывать об одном неприятном «но». Если крылатая фея из Stock Exchange в очередной раз не взмахнет над его кроватью волшебной палочкой, то завтра он может проснуться скромным миллионером, у которого незримые миллиарды виртуально ушли в небытие.

Каждый пройденный день может стать для него последним, и ему ничего не останется, как устроить распродажу своих тринадцати вилл, в шести из которых у него так и не хватило времени побывать.

Если не учитывать эти два приятных обстоятельства, миллиардером быть действительно круто — представляете, сколько раз можно сходить в солярий? Однако насколько быстро вы сойдете с ума — покажет время. Тоник, например, сломался уже давно, еще на пути к своему первому миллиону…

На улице

Официанты с нами даже не попрощались. Наверное, не хотели, чтобы мы уходили.

Направляемся к автомобилю. Ник бурчит себе под нос нелицеприятные фразы, прилежно делая вид, что меня рядом с ним нет и никогда не было.

Я: Милый, ты даже не понесешь мою сумочку?

Н: Сумочку? Да чтобы носить твои сумочки нужно быть Голиафом!

Я: Не ворчи, мой сладкий сахар! Держи сумочку.

Н: Господи! У тебя там что, чугун?

Я: Любимый, не капризничай. Я ведь забочусь о тебе. Бесконечно.

Н: Я тронут.

Я: Давай, улыбнись.

Н: Перестань.

Я: Тсссссс. Дай поцеловать носик.

Н: Не дам!

Я: Дашь! Иди сюда.

Н: Все, хватит.

Я: И еще лобик. А то он обидится.

Н: Все, перестань!

Я: А щечка правая? Она разозлится на левую!

Н: Перестань, я не маленький!

Я: Конечно, не маленький! Ты уже большой!

Н: Слушай, а ты за стоянку заплатила?

Я: Нет, мой богатый супергерой. Сейчас заплачу…

Лучший день моей жизни — сегодня!

Чудесный слегка посапывает, зарывшись лицом в мои волосы. Обвив руками его шею, чувствую запах родной кожи, пахнущей грецкими орехами. Сегодня у нас один воздух на двоих. Наверное, не случайно в слове «я» — одна буква, а в слове «мы» — две. Пытаюсь поймать ритм его дыхания. Дышит он неравномерно, будто его сердце бьется по-разному.

В комнате тихо, а внутри меня торжественно бьют барабаны, поют ангелы, и душа стремится ввысь!

Наконец мне стали нравиться его маленькие шрамы на щеках, которые остались у него после падения с карусели в детстве.

Любовь — удивительна! Она определяет все, даже того, кого нам считать красивым! Когда мы не влюблены, мы ищем идеал. Но когда влюбляемся, видим идеал совсем не в идеальном. Когда любишь, во всем обычном видишь чудо! Мы вместе — и это чудо! Мы не разнимаем рук даже во сне! Расстояние между моими пальцами создано для того, чтобы там находились его пальцы! Он — лучше всех! И меня даже не пугает его мечта поучаствовать в Третьей мировой войне в качестве диктатора…

Пароле, пароле, пароле… Пароле, пароле, пароле, пароле, пароле энко де пароле ку те сумо ва?

Я: Любимый, ты отлежал мне руку.

Н: Что-что?

Я: Ничего.

Н: Я долго спал?

Я: Нет.

Н: Я давно уснул?

Я: Говорю же, нет. О чем ты думал, когда засыпал?

Н: О том, что таких, как ты, больше нет.

Я: Хорошо, что ты умеешь так красиво лгать.

Н: Я очень тебя люблю!

Я: Серьезно?

Н: Сделай очень удивленное выражение лица, не забудь.

Я: Я тоже тебя люблю, несмотря на то, что это самая лживая фраза на Земле.

Н: Да что с тобой такое?

Я: Как ты думаешь, я когда-нибудь умру?

Н: Навряд ли.

Я: Не хочу лежать в земле, там тесно. Хочу в космос!

Н: Космос?

Я: Только не говори, что выделить для меня немного денег из своих тридцати миллиардов для космоса ты не в состоянии.

Н: Тридцати миллиардов? Откуда ты это взяла?

Я: Так про тебя пишут в «Форбсе».

Н: Полная ерунда. Читай лучше «Космополитен».

Я: «Космо»? Это любимый журнал твоих любовниц?!

Н: Я просто так сказал. Честно. Клянусь всеми богами Олимпа. Я больше журналов женских не знаю.

Я: Всё! Мы расстаемся!

Н: Ты случайно не рехнулась часом?

Я: Я рехнулась. Но не случайно.

Н: Чокнутая! Выпей валерьянки!

Тоник обиделся и ушел спать в другую комнату. Шуток не понимает. И зачем надо было уходить? Если он не хотел меня видеть, мог бы просто выключить свет.

Но я особо не расстраиваюсь, он тоже меня достал. Пусть катится колбаской по Малой Спасской, и очень срочно! После его ухода моя кровать освободится от груды бессмысленного мяса, которое постоянно храпит, закидывает на меня ноги, отбирает у меня одеяло, рано встает, хлопает дверьми и носится по комнатам с двойной турбиной, как слон!!!

Ладно-ладно. На самом деле я его очень люблю. Ведь он — мой мир! Он улыбнется, и я засмеюсь! Он загрустит, и я буду плакать! Он прыгнет с обрыва, и я буду по нему скучать!!!

Глава 11

Вздорное наваждение

«— Как тебя понимать?

— Понимать меня необязательно. Обязательно любить и кормить вовремя».

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

Меня вводят в двери незнакомого помещения, где пахнет котлетами. Передо мной висит огромное зеркало, в котором можно увидеть маленькую девочку с хрупкими косточками. Ее рот, как всегда, приоткрыт, так как из носа уже пятый год текут сопли, щеки покрыты красным налетом после пяти килограммов съеденных конфет «Коровка», а редкие светлые волосы неаккуратно собраны в тугой хвост, обернутый алым бантом, высокомерно возвышающимся над маленькой головой.

«Ну-ка! Подойди сюда, красотулечка! Видишь? Это твой шка-а-а-фчик!»

Меня подводят к ряду маленьких деревянных дверей. На моей дверце нарисован грибок, на остальных — морковки, вишенки и яблочки.

«Переодевай сандалики, красотуль, ты взяла сменную обувь?»

Воспитательница еще раз подтягивает мои колготки ближе к горлу, чтобы на них не свисали зад и коленки, и вводит меня в зал, чтобы познакомить с моими сокамерниками.

Посреди огромной комнаты лежит зеленый истоптанный палас, похожий на грязную лужайку. По нему с высокой скоростью в разные стороны носятся бешеные дети.

В воздухе стоит пряный запах половых тряпок и хлорки. Неприглядность зеленой стены закрывает огромная оливковая доска с неаккуратными разводами мела.

Сверху старательно выведено большими белыми буквами мелом: «Четырнадцатое декабря».

За окнами воет зимняя стужа, злая и одинокая. Она приятно подчеркивает уют этого теплого помещения. Щели окон плотно заклеены клейкой лентой, стекла украшены бумажными снежинками и синей мишурой.

Пару раз споткнувшись о разбросанные запчасти пластмассовых автомобилей и элементы конструктора Lego, воспитательница резко хлопает в ладоши, пытаясь восстановить дисциплину: «Так! Тишина! Тишина в классе!»

Не получив ожидаемого эффекта, она вынимает из ящика металлическую линейку и оглушительно стучит ею по столу: «Внимание! Тишина! Максим! Тебя это тоже касается! Ребята! У нас новенькая!»

Дети неохотно оборачиваются в мою сторону и, не прерывая своей бурной деятельности, начинают на меня невнимательно коситься.

Добрый день, я ваше новое животное, которое пополнит ваш веселый зоопарк.

Не придав большого значения моей растерянности, воспитательница выдает очередную порцию указаний: «А теперь моем ручки и идем в столовую!»

Разумеется, меня никто не предупредил, что ручки нужно успеть помыть за две минуты, так как потом воспитательница выключит краны и мои ладошки останутся скользкими.

С общим стадом вваливаюсь в столовую. Всюду слышны громкие звоны посуды и озабоченные вопли поварих: они, словно роботы, накладывают еду в треснутые белые тарелки из огромных алюминиевых кастрюль, на которых небрежно выведены большие красные буквы и цифры, указывающие на принадлежность к ценному инвентарю детского сада. В воздухе стоит запах вареных яиц. На столах стоят огромные железные миски с резаным батоном и черствым ржаным хлебом, который не доели дети из параллельной группы. По краям стола разбросаны тарелки с примятым ложкой пюре и котлетами, из которых струится серо-коричневый сок.

Дети послушно рассаживаются по стульям, ибо знают: если они этого не сделают, воспитательница к стульям привяжет.

С неохотой ковыряясь вилками, они начинают имитировать вкусную трапезу.

Внезапно уши закладывает от оглушительного визга нашей воспитательницы: «Так! Витя! Ви-и-ить! Ау! Кому говорю! Да-да, ты. Ну-ка, встань и повтори правило вслух! Быстро!»

Мальчик безотлагательно вскакивает и твердо выстреливает: «Кагда я ем, я глуханем!»

«Правильно! Есть надо молча! Не отвлекаемся!» — обрадовалась взаимопониманию воспиталка.

Мальчик, сидящий рядом с Витей, поворачивается к нему и любознательно уточняет: «Ты не знаис, кто такой глуханем?»

Витя, не прожевав котлету, сердито хмурит брови и лениво отвечает: «Неа. Никто его не знаит».

Тем временем поварихи вовсю контролируют ситуацию, раздавая полезные советы в адрес неблагодарных маленьких змеенышей: «Компотики! Допиваем компотики! Чтобы стаканчики были чистенькими! Кто не допьет, не получит булочку на полдник!»

На дне стакана плавает какая-то земля и куски коричневых сухофруктов. Попробую обойтись без булочки.

Откуда ни возьмись, в зал входит помощница воспитательницы — туристка-кашеварка в бифокальных очках под названием Раиса Захаровна. Расхаживая между столами, она контролирует, насколько добросовестно маленькие едоки съели вкусный обед.

Остановив на мгновение свой гигантский бешеный взгляд из-под увеличительных биноклей на моей тарелке, она сжимает рот в куриную гузку и решительно устремляется в мою сторону. Мамочки! Почему она идет ко мне? Что я сделала?

Резко вырвав из моих рук стакан, она начинает визжать: «Почему не съела котлету?! Ну-ка, ешь! Быстро! Ешь, сказала!»

Дети, завороженные предстоящим спектаклем, немедленно замолкают. Раиса Захаровна накалывает огромный кусок котлеты на вилку и начинает бить ею о мои сцепленные губы: «Открой рот! Открой, сказала!»

В растерянности предчувствую свою безысходность — губы испуганно размыкаются.

«Жуй! Щас же!»

Чувствую на языке отвратительное протухшее мясо, замаскированное мукой и сухарями. Невольно вспоминаю маму. Она никогда так со мной не обращалась. И папа тоже. Хочу к ним. Не знаю, как проглотить все эти слезы — они, не спросив меня, льются сами.

Продолжаю жевать. Вижу шевелящиеся гнилые зубы Раисы Захаровны и темно-розовую бородавку с пучком седых волос у ее верхней губы, объясняющей мне, что я полное ничтожество и мне нет места среди людей…

Открываю глаза.

Лучше бы мне приснился Сайлент-Хилл. Всё, что связано с творожными запеканками, очкастыми завучами и красными гладиолусами на первое сентября, до сих пор навевает на меня священный ужас.

Сад и школа — это такие места, где всегда все неинтересно.

Даже если на уроках показывали бы порнофильмы, их никто бы не смотрел…

Утро

Fuck! На пульте села батарейка. Переключать каналы теперь хожу пешком.

Тук-тук! Приехали маки с овощами!

Курьерам я всегда даю 500 рублей на чай, чтобы они потом ехали в лифте и думали: «Боже, что это за чудесная девушка, которая дала мне так много денег?»

Жаль, что Чудесный уехал на какую-то встречу еще на рассвете. Маков с овощами он сегодня не увидит.

Как человек опытный и культурноразвитый, я никогда не смотрю на мир через розовые очки. Я делаю это через призму канала «Дисней». Мне нравятся мультфильмы, они дарят много положительных эмоций.

Но как научить детей хорошему, если даже дядя Скрудж ходит без трусов?

Мытарства старика Набокова просто ноль рядом с обреченной любовью утки-миллионера к эпатажной Голди! Для многих детей масштаб этой трагедии сопоставим со взрывом в Чернобыле или крушением башен-близнецов…

Недавно я выяснила, что племянников Скруджа зовут вовсе не Билли, Вилли и Дилли, а Хьюи, Луи и Дьюи. И Поночка в оригинале это Вебби (Паутинка)… Мой мир разрушен, все это время мне врали…

Ну вот, Зигзаг опять не справился с управлением, и самолет сейчас выбросит в джунгли. Это просто фильм ужасов. Придется съесть последнее пирожное-картошку, которое за неделю пропахло холодильником. Впрочем, у меня остался еще свежий эклер. Ему всего четыре дня. Съем вначале все невкусное, а потом вкусное. Главное, чтобы все это было сладким и шоколадным. Лишь в шоколаде растворяются мои огорчения. Если бы он был мужчиной, я бы вышла за него замуж. Оторвусь сегодня по полной! Напьюсь чая сладкого с шоколадом и вареньем фейхоёвым. А с завтрашнего дня сяду на одну диету — до этого сидела на трех, одной не наедалась.

Чувство собственного отстоинства

Обычно я езжу за рулем сама, но если вы видите меня в сопровождении двух внедорожников с неразмороженными пассажирами из спецназа, значит, у меня рецидив неуверенности в себе.

Проезжаю остановку. Девушки, стоя у дороги, прыгают от холода и нервно курят. А где шубки, сапожки, платья? Откуда эти пуховики канзасских дровосеков и испорченные прически под шапками? Девчонки рождены блистать, давая мужчинам стимул жизни. В их руках должны быть цветы, а не сигареты!

Ледяные московские улицы, жирные голуби, лишаистые коты, пьяные водители, наполовину стертая зебра на пешеходном переходе, глубокие лужи, асфальт с черными заплатками, грязные сталинские дома, располневшие мамы с колясками, не понятые обществом неформалы, бородатые бомжи в трениках и пугливые бабули в пуховых платочках — все это неотъемлемые доказательства того, что я не сплю.

Посмотрите на эти лица. Настоящее людей не вдохновляет. Оно причиняет им боль. Намного радужнее жить мыслями о будущем. Если, конечно, не думать о том, что с каждым часом его становится меньше. Если смешать темное прошлое со светлым будущим, то получится серое настоящее.

Нет-нет, я не жалуюсь, я просто хочу, чтобы всегда светило солнце, чтобы на дорогах не было мусора, чтобы дети не курили, чтобы не было пробок, чтобы все цветы были политы, комары убиты, а коты сыты — интересно, какой диагноз мне бы поставил доктор?

«Ана — нас»

Как вы думаете, если я сейчас попрошу водителя прижаться к обочине напротив интим-шопа, он подумает обо мне плохо?

Над невзрачным ларьком с грязными пластмассовыми стенами в глаза бросается огромная малиновая вывеска «Ана — нас». А мы — вас! Всегда мечтала узнать, какие таинства хранятся за потертыми ручками таких дверей, где в обеденный перерыв освежают свой темперамент менеджеры консалтинговых компаний.

Написанная от руки картонная табличка «Открыто» располагает к себе любого посетителя. Хотя, если зайти вовнутрь, можно забыть свое имя.

Молочные железы с красными торчащими сосками (продаются не в паре, а по отдельности), кожаные плетки, наручники, секаторы, зажимы, винты, канаты — здесь вы подберете предмет на любое психическое отклонение.

Из-под стеклянной витрины торчит фрагмент сгорбленного туловища полной продавщицы лет пятидесяти.

Ее маленькие губы, нос и глаза собраны в кучу, отчего на лице осталось много пустого места, которое хочется чем-нибудь заполнить. На такое лицо было бы справедливо надеть трусы, но сейчас оно аппетитно поглощает огромный чебурек, разнесший говяже-лучной смрад на всю площадь двухметрового помещения.

«Извините, я могу вас побеспокоить?»

В ответ тетка поднимает глаза, молча дожевывает остатки жирного теста, ритмично шевеля костлявой переносицей, и, дотошно облизав жир с грязных пальцев, вежливо встает с ободранной табуретки, чтобы оказать мне поддержку в ознакомлении разноперого ассортимента своего магазина.

Я: Еще раз добрый день. Меня привлекла красивая бижутерия, которая висит на той стене. Могу я примерить во-о-он те бусики?

Т: Какого цвета?

Я: Серебристые! Спасибо.

Т: Девушка, а зачем вы их на шею вешаете? Это анальные шарики.

Т: Серьезно? Извините, пожалуйста. А как ими пользоваться?

Т: Смазываете и вперед.

Я: А чем смазывать?

Т: Мне нравится этот крем. Он мягкий и не скользкий. Но вообще это не смазка, а мазь для усиления оргазма.

Я: И что ею мазать? Подмышки?

Т: Глубокие стенки влагалища.

Я: А как до них добраться?

Т: Пусть вам помогут.

Я: Домработницу попросить?

Т: Да можно и самой (от смеха тетка начала противно харкать, обнажив золотые коронки, установленные в разных частях сиреневых десен).

Я: А у вас все пенисы продаются без упаковок?

Т: Многие без упаковок. Посмотрите, они новые.

Я: А вдруг ими уже пользовались? Вы их помыли?

Т: Прокипятили! (от хриплого хохота у тетки потекли слезы).

Я: Хорошо, тогда, будьте добры, вон тот.

Т: Чё, этот не понравился что ль?

Я: Нет, понравился, но он, к сожалению, шевелится.

Т: А какой нужен? Железный?

Я: Нет, он холодный. Лучше резиновый.

Т: Резиновых много. Какой из них?

Я: Самый лучший, который подороже.

После этой фразы тетка призадумывается и озадаченно вздыхает. Подняв голову вверх, фокусирует взгляд на некоем висящем экспонате. Судя по ее восхищению, эта штука отождествляет главную реликвию магазина, вызывающую усиленное слюноотделение у постоянных клиентов.

Высоко на стене занимает почетное место имитация огромного мужского органа, он настолько тяжел, что ему не под силу побороть законы Ньютона и смотреть, как и положено, вверх.

Женщина взгромождается на шаткую табуретку и начинает долгую процедуру освобождения этой драгоценности от надежных креплений. Если следовать логике, вес продавщицы не даст ей спуститься невредимой, но огромное желание впарить мне игрушку сводит на нет все преграды.

Вытащив грязную тряпку из-под прилавка, она бережно стряхивает серую пыль с длинной розовой штуковины, от которой приятно веет свежей резиной, и осторожно, словно алмаз, протягивает товар в мои недостойные руки.

«Посмотрите. Многофункциональный. Размер регулируется. Три насадки. Китай».

Признаться, из-за неразвитого абстрактного воображения я не сразу поняла, что этот хот-дог — размером с мой рост. В этом, согласитесь, можно найти некоторую загвоздку, если, конечно, не выставлять раритет в качестве скульптуры у входа в антикварный магазин.

Я: Телеграфный столб, конечно, не совсем то, что я искала, зато этой штукой можно, например, колоть грецкие орехи.

Т: Чё? Не нравится? Ну, решайте сами. Зубочисток у нас нет.

Я: Неужели это кто-то покупает?

Т: Да это бестселлер всех сезонов! Всё разобрали! Последний остался!

Я: Главная гордость московских озаботов, так я и думала.

Т: Вы, между прочим, тоже сейчас держите его в руках…

Я: Все эти люди так же больны на голову?

Т: Люди как люди, выглядят прилично.

Я: А что еще они обычно покупают?

Т: Ну, не знаю. Шпанскую мушку часто покупают. Возбуждающее средство (тетка косит глаза в сторону маленького пузырька)

Я: А из чего оно состоит?

Т: Да хрен его знает. Секретное зелье.

Я: От флакончика пахнет эвкалиптом.

Т: Ну, значит, из эвкалипта варят эти снадобья. Кто их знает.

Я: Получается, чтобы на меня накинулись, надо этим намазаться, да?

Т: Вообще-то это пьют.

Я: Это напиток?

Т: Девушка, вы поиздеваться сюда пришли?

Я: Хорошо-хорошо, извините, я просто…

Т: Вы брать что-то будете?

Я: Да-да, конечно, заверните, пожалуйста, всё вместе.

Т: Что всё?

Я: Всё, что мы смотрели.

Т: Мы много чего смотрели.

Я: Хорошо, заверните тогда его.

Т: Кого его?

Я: Самого последнего.

Т: Девушка, вы пальцем можете показать? У вас пальцев нет, что ль?

Я: Прошу прощения, я просто…

Т: Этот?!

Я: Да, этот. Скажите, вы карточки принимаете?

Т: Чего? Какие, на хрен, карточки?

Я: Простите, пожалуйста.

Т: В Америку, что ль, приехала? Карточки ей давай!

Я: Просто у меня купюры по пять тысяч.

Т: Ой, бля. Как же вы меня все задолбали своими пятью тыщами. И чё делать бум?

Я: Ладно, давайте без сдачи. Спасибо. Всего хорошего.

Напоследок тетка делает прокисшее лицо и громко отхаркивается мне в след мокротой. Всегда ценила российский менеджмент за его уникальный стиль обращения с клиентом.

Вот он, классический торговый агент во всей своей красе!

Одиноко

Проголодалась. Хочется перекусить. Кастрюлькой борщика. Вот где главное зелье приворотное! Путь к мужскому сердцу проложен через его желудок. Жены, не волнуйтесь, ваш муж бегает к любовнице пожрать пельменей.

Хочется, чтобы меня кто-нибудь обнял, потрогал и потискал. Иногда так не хватает этих теплых человеческих рук…

В общем, ближайший массажный центр находится в пятистах метрах от моего месторасположения. Добираться до него я буду час, размышляя, чем бы заняться в десятибалльную пробку?

Москва — это такой город, где выезжаешь пообедать и приезжаешь на завтрак. Для чего нужны дорогие машины? Чтобы целый день стоять в них на Садовом кольце.

Как найти дом?

Стоим посреди какой-то непонятной недвижимости на Цветном бульваре и пытаемся разобраться, куда нам ехать дальше.

Должна признаться, за всю свою жизнь мне ни разу не доводилось получить ответ на вопрос, что означает дом 8 дробь 21, но я не теряю надежды в этом разобраться.

Так и скажите: на этой улице располагается двадцать один дом с номером 8, не надо от меня ничего скрывать!

СПА-салон

Мне повезло, что я опоздала всего лишь на 2,5 часа. Учитывая сегодняшние пробки, считайте, что это рекорд мировых автогонок.

Мое глубокое чувство прекрасного жестко попрано голубыми туфлями администратора, где она их купила?

Запах лавандового масла отрезвляет. Обожаю приветливых таек.

Каждая ступенька, ведущая на третий этаж, украшена свечками и живыми орхидеями. Мясистые стебли вызывают желание порезать их в салат вместо лука-порея.

Хрупкая тайка с плохо оформленным лицом по имени Юй открывает деревянную дверь и предлагает войти в помещение, окутанное мраком, покоем, запахом медового воска и звуками азиатского нью-эйдж.

Как и положено, массажная кушетка устлана лепестками роз, на серебристых простынях лежит идеально ровный цветок неизвестного семейства с зелеными-зелеными листьями.

Неужто живой?

В предвкушении ароматерапии стараюсь войти в экстаз.

Заботливая Юй, выдавив на руки несколько капель жасминового масла, начинает демонстрировать свой профессиональный навык доставлять людям удовольствие.

Дотрагивается до моей шеи. От ее рук пахнет чесноком. Наверное, жарила дикий рис. Или овощи в устричном соусе. Это очень вкусно.

Лежа на массажном столе лицом вниз, определяю, какого цвета кафель и насколько хорошо его помыла уборщица.

Сомнения относительно Тоника сводят меня с ума. Несмотря на то что нам, наконец, удалось разогнать тучи, мешающие безоблачному счастью, я продолжаю бродить по туману неопределенности…

Беспощадно впившись пальцами в мои ступни, Юй пытается открутить их от щиколоток. Так мне и надо.

Пытаясь найти тысячу причин, чтобы не думать о Нике, я упорно пыталась выбросить его из головы, но хитрое сердце опять обмануло этот наивный мозг… Перед тем как влюбиться, надевайте на сердце презерватив!

Не могу разобраться, что меня тревожит. Как только спрашиваю себя, все ли у меня хорошо, как тут же все становится плохо. И вновь остались мы втроем в нашем любовном треугольнике: я, Тоник и моя тупость. Очевидно, если хочешь быть счастливой с мужчиной, нужно быть счастливой до него…

Вечером дома

Н: Любимая, какие у тебя красивые серебристые бусы! Это белое золото?

Я: Да. В ювелирке была распродажа. Я еще кое-что купила, смотри!

Н: Ух ты! У коня оторвала? Или это Останкинская башня?

Я: Нет. Это точный дубликат твоего!

Н: Скажи честно, тебе меня мало? Или ты сумасшедшая?

Я: Или в него не вошедшая.

Н: Это мой новый конкурент?

Я: Это твой боевой товарищ.

Н: Ты случайно не сорвала позвоночник, пока его несла?

Я: Я выдержала нагрузку, как космонавт.

Н: Твоей отваге можно позавидовать. Мозг не простудила по пути?

Я: Он здоровый и закаленный.

Н: Непререкаемый аргумент.

Я: Что у нас с лицом? Ты впал в немилость?

Н: Отнюдь. Можно я завизжу от радости чуть позже?

Я: Покажи свою радость сейчас. Где твое изумление?

Н: Всё, больше не могу терпеть этот маразм.

Я: Постой! Не уходи!!!

Через пять минут

Я: Милый, открой! Ты так и будешь сидеть в туалете?

Н: Не открою!

Я: Не сердись, слышишь?

Н: Я чуть не умер, когда это увидел!

Я: Любимый, открой!

Н: Выброси эту дрянь!

Я: Я ее уже выбросила! Она нам не нужна! Открой! Пожалуйста! Мне! Нужен! Только! Ты!

Чудесный капризничает, но через некоторое время ему станет в туалете скучно и он выйдет наружу, сделав вид, что ничего не произошло.

Разыскиванием смысла в моей безумной выходке он займется завтра. И завтра он решит, что я — конченый маньяк, несмотря на то, что я очень хороший человек и совсем не люблю непристойности, я люблю апельсиновый сок!

Просто на нашей с Тоником сцене образовалось какое-то затишье, штиль, кости перестали шипеть на сковородке, отношения сдулись, скисли, опали, завяли, исказились и вывернулись на несвойственную им изнанку…

Со временем даже самые пылкие бесшабашные отношения стираются, становятся скучными и постными.

Еще вчера меня все устраивало. Я была на седьмом небе от счастья. Но длилось это недолго. Страшно, когда человек изменился, а ты любишь его прежнего. Если начинаешь с кем-то встречаться, ты не имеешь права быть хуже, чем вначале…

Лежим на кровати

Рядом дремлет Тоник, приоткрыв свой розовый рот, полный слюней. На его животе в заунывной позе лежит его верный друг Санчо Панса. Он жалостливо смотрит на меня своим единственным глазом и выражает соболезнования за то, что наши с ним любовные этюды теперь начинаются с просмотра порнухи.

Вчера я зачем-то обрезала ногти и теперь мне нечем поддеть полиэтиленовую упаковку, в которой замурован компакт-диск солистки группы Portishead, под жалобный голос которой можно было бы сейчас немного помучиться.

Ладно, схожу лучше в душ. А то от этих мужчин могут быть такие сувениры…

В ванной

В любом возрасте каждый мужчина мечтает быть молодым и красивым: чтобы его лицо отливало свежесорванной морковью и чтобы о его пресс можно было тереть сыр даже в девяносто лет.

Тоник знает: стареть в нашем обществе не принято. По этой причине он завел себе нового элитного косметолога, который вдохновляет его на различные самосовершенствования, по 5000 евро каждое.

Теперь наша с Ником раковина покрыта гормональными кремами, и теперь мы оба произносим слово «дегидроэпиандростерон» без ошибок. По словам косметолога, стать красивым в наше время проще простого: берешь крем, откручиваешь, выдавливаешь, мажешься, и миру является Марио Касас!

В общем, если я и умру из-за мужчин, то только со смеху. Зато мировая инфляция элитного косметолога больше не коснется…

Министр землетрясений

Если вы предположили, что конец этого красивого вечера наполнится покоем и безмятежностью, вы непростительно ошиблись. Необъяснимое пристрастие Тоника производить покушение на мои нервы вырвалось за все разумные пределы, что еще раз доказывает — мой любимый опасный псих, которого необходимо туго завязывать в смирилку, чтобы колоть ему сильнодействующие лекарства.

На этот раз он потерял какую-то красную веревочку, которая обвивала его запястье, защищая великой силой каббалы. Разумеется, похитить эту драгоценную вещь могла только я, и, ввиду того, что без этой веревочки жизнь Тоника лишена всяческого смысла, небеса обрушились мне на голову.

Ник — главенствующая фигура в выдаче оплеух. Оглушительный визг, пламя из ноздрей, пена изо рта, размахивание конечностями в разные стороны, обрызгивание слюнями близлежащие предметы, обстрел матерными выражениями, заталкивание назидательных повествований в мой адрес и прочий камнепад — это всего лишь легкий старт.

Сейчас я опять окажусь виноватой в плохой погоде. Мой мозг очень сексуален, и Нику нравится его безосновательно насиловать. Скоро мне подробно поведают, что история моего происхождения начинается с клонирования овцы Долли и земля меня носит по неизведанной для Тоника причине. Каждый раз слушаю о себе, и мне становится жалко его. С кем он встречается? Ужас!

Я: Революционер! Может, хватит?

Н: Ты ее нашла и выбросила! Мою веревочку!

Я: Ты совсем высадился из ума? Я ее даже не видела!

Н: Ты меня не уважаешь! Каждый раз я терплю твои отвратные выходки!

Я: Сочувствую, герцог!

Н: Смени тон, Барби! Я ведь могу уйти!

Я: Флаг в руки, барабан на шею!

Н: Кто тебя уполномочил так разговаривать? Ты глупая и маленькая!

Я: Тогда встречайся со сверстницами! Топай к любимой жене!

Н: У нас единомыслие! Может, ты телепат?

Я: Гуд бай!

Н: Ныне и присно!

Я: Дверь закрывать аккуратно! Не хлопать!

Н: Всенепременно!

Разумеется, Тоник выполнил мою просьбу, закрыв дверь по десятибальной шкале Рихтера. Глупые ошибки люди всегда совершают с очень умным видом.

Всю жизнь мы с Тоником любили друг друга, как правый берег реки Иордан любит левый. Для него ничего не стоит человека унизить, оскорбить, примять к земле, плюнуть сверху и розами засыпать. Все это вопрос техники. Чтобы не портить отношений с любимыми людьми, нужно постараться общаться с ними как можно реже. Тоник это понял.

Не нарадуюсь, что это мерзкое волосатое йети выкатилось из моих апартаментов. И с этого момента моя жизнь засияла множеством других перспектив!

По крайней мере, когда тоник — опять с маленькой буквы — уходит навсегда, иногда я успеваю немного выспаться до его возвращения…

Властелин колец

Вечер каждого нормального человека должен начинаться с мысли: пить или не пить снотворное?

Не люблю слушать музыку в одиночестве, поэтому со мной ее обычно слушает весь дом. Не знаю, нравится это соседям или нет, но могу сказать точно: они всегда слушают качественный рок.

После долгих размышлений, под чей вокал мне сегодня посходить с ума, я поняла, что моей любимой песней сегодня будет тишина. Двухчасовой трек.

Я буду лежать на подушке с включенной лампой и рассматривать свой маникюр. А оставшуюся часть ночи буду пытаться утонуть в лживом мире сновидений, который в очередной раз одурачит меня красивой любовной историей с добрым концом.

Мобильный телефон держу постоянно рядом. Если не возьму трубку, чтобы помириться с тоником, он приедет, посадит всех русалок на шпагат и скрутит из меня чурчхелу…

Через пару минут

Я: Алло… Ну, чего ты молчишь?

Н: Всё плохо…

Я: Почему?

Н: Потому что ты меня не любишь.

Я: Люблю.

Н: Ты многое от меня скрываешь…

Я: Что опять?

Н: Мне только что рассказали о парне, с которым ты ходишь за ручку в Лондоне…

Я: Крис? Он же гомик!

Н: Серьезно? Хорошо, что ты сказала!

Я: Крис — очень милый мальчик. И кубиков у него на животе по десять штук на квадратный сантиметр!

Н: Вот и я о том же. Их канадские венерические заболевания не лечатся нашими лекарствами. Будь аккуратнее.

Я: Ты не можешь жить без выноса мозга…

Н: Как тебе с ним дружится? Земля сошла с орбит?

Я: Трижды.

Н: Вот и славно. Пусть тогда он тебе все покупает.

Я: Ты все сказал?

Н: Нет. Хочу быть твоим единственным гидом в половой мир.

Я: Полно тебе, милый. Не неси околесицу.

Н: Будь ты трижды здорова и четырежды счастлива! Я только этого хочу!

Я: Благодарю за понимание.

Н: Прискорбно иметь друга-пидора, правда, малыш? Люби он тебя, ты бы с него не слезала.

Я: Давай ты разведешься с женой, и мы продолжим?

Н: Это мать моих детей. Я ее уважаю и не могу одномоментно разрушить отношения с человеком, который мне доверяет, просто из-за того, что тебе так хочется. Я говорил тебе об этом много раз, и не понимаю, почему мы постоянно возвращаемся к этому разговору?

Я: Всё. Я пошла спать.

Н: Чего ты буксуешь? Я же с тобой! У меня больше никого нет!

Я: О’кей.

Н: Любишь меня?

Я: Люблю.

Н: Разрешаю не врать.

Я: Люблю.

Н: Не забудь сказать, что я крем-брюле и сладкий сахар.

Я: Хватит, зай…

Н: Точно. Я — зая. Карликовый кролик. Захотела — за уши потаскала, надоел — в корзину положила. Да, любимая?

Я: Разговор окончен.

Н: Разговор не окончен.

Я: Разговор ни о чем. Ванильных тебе снов, любимый, обо мне.

Н: Ты дома спишь, надеюсь?

Я: Конечно.

Н: Тогда набери с домашнего, а то тебя плохо слышно…

Я: Начинается родина…

Н: Ты не дома!

Я: Я дома. Честно. Скажи, что ты мне веришь.

Н: Верю. Но когда будешь в постели, набери мне еще раз на всякий пожарный случай.

Я: Хорошо, если будет пожар, наберу.

Н: Очень смешно. Полетели завтра в Эмираты? Ты там ни разу не была.

Я: Нет, только не Эмираты.

Н: Значит, летим.

Я: Не летим.

Н: Нет так нет. Мне надоело, что ты вечно всем недовольна.

Я: Аналогично.

Н: Прощай.

Я: О’кей.

Н: Я больше не позвоню никогда.

Я: О’кей.

Н: Я говорю на полном серьезе.

Я: О’кей.

Н: Жизнью клянусь…

Я: Хор.

Н: Турецкого?

Я: Пятницкого.

Н: Прощай!!!

Глава 12

Быть идолом непросто

«— Скажите, пожалуйста, куда мне отсюда идти?

— А куда ты хочешь попасть? — ответил Кот.

— Мне всё равно… — сказала Алиса.

— Тогда всё равно, куда и идти, — заметил Кот».

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

ОАЭ

Выходим из самолета. У трапа нас встречает несколько оптимистично настроенных лиц с огнедышащими игрушками в руках. На радость бортпроводникам мою юбку раздувает сильный ветер. Надеюсь, никто не против моего нижнего белья, надетого на изнанку?

На улице тропическое пекло. Лучи солнца врезаются мне в позвоночник, словно острые кинжалы. Жмурюсь даже в темных очках. Теперь понятно, что испытывают утки, когда их запекают в печи…

Внутри аэропорта специфический запах — смесь особенных выделений смуглой кожи и высокой влажности воздуха, отдающей неприятной сыростью.

Носы темнокожих работников аэропорта покрыты толстым слоем кожного сала, на котором вполне можно было бы поджарить стейк для Ника, с перцем и медом, как он любит…

Дубай

Что такое Дубай? Это Шейх Мохаммед и его родственники, которые к нему каким-то боком относятся.

Ранее, при упоминании слова «мусульманство», мой слабый опыт путешественника рисовал картину какой-то невероятной грязи, царящей в кварталах, населенных отчаянными поклонниками этой религии. И я все время думала: неужели необходимость выбрасывания железных банок из-под пепси на тротуар, справление нужд на уличные столбы и выращивание чумазых детей, покрытых мошкарой, диктуются суровыми законами шариата? Конечно, исключение составляют нефтяные микрогосударства, где естественное желание коренного населения перегрызть друг другу глотки в процессе нечаянного обогащения было остановлено почти справедливой, но слегка алчной рукой Большого Заокеанского Друга.

Не могу избавиться от ощущения, что все богатство здесь пластмассовое. В этих высоченных небоскребах в стиле «США, присядь» нет оплодотворенной яйцеклетки, этому государству не приходилось биться, расти, выживать, чтобы победно занять свое место в мире. Весь город переливается каким-то полым блеском, который не был зачат в недрах истории, не вынашивался кропотливым трудом сотен поколений. Без борьбы нет места восхищению…

А еще я не люблю белый цвет автомобилей, он умертвляет грациозные рельефы кузова, и машины выглядят бесхарактерными, глупыми и покладистыми.

Этот город красив, но это подделка, хоть и очень качественная. Теперь я знаю: нефть действительно способна сотворить чудо, даже в безжизненной тоскливой пустыне…

Женщины

Здесь, среди зеркально-золоченых бутиков знаменитых брендов, резко бьет в голову вид местного аристократа, выводящего на прогулку восемь черных холмов. Демонстративно бросая ключи от своего пятидесятидверного танка на асфальт, он наблюдает, как один из холмиков покорно кинется их подбирать, ни разу не обнажив и сантиметра своей смуглой руки, к досаде русского туриста, объевшегося русского бабьего мяса и возмечтавшего поцеловать тщательно скрываемые усатые уста Фатимы.

Вот она, культура, лишающая женщин лиц. С утра до ночи в пятидесятиградусную жару женщины ходят в костюмах черных привидений. Наверное, вместо фотографий в их водительских удостоверениях изображен черный квадрат Малевича.

Интересно, сколько русских девушек готовы так нарядиться ради вечной стабильности?

В машине

Еду в машине с открытым окном. Всюду мелькают красивые многоэтажные дома, как на Волгоградском проспекте. В нос постоянно врезаются запахи гнили, чередующиеся с запахами свежескошенной травы и автомобильных выхлопов. На каждом сантиметре золотые дворцы с месяцами на макушках. Так все стильно! «Аиша, Аиша, экуцемва».

Русскоговорящий администратор Ника безостановочно излагает национальные арабские притчи:

«Мусулманина спрасили: Пачиму ващи девущки носят платки?” Мусулманин вытащил из кармана двое канфет — одну в обёртке, другую без — и предложил вибрать. Чиловек вибрал канфету в бумажке, патаму щто она чистая. Мусульманин сказал: ” Это и ест атвет на твой вапрос, брат».

Burj Al Arab

Отели хороши тем, что никогда не напоминают тебе о твоей жизни. Одноразовые тапки, шампуни, кондиционеры, мыло, щетки. Гостиничная жизнь длиною в один день. Здесь у всех всё одинаково. В этих стенах нет прошлого и будущего…

На пляже

Прогуливаясь по берегу, встречаем друга Ника. Чтобы сразу стало понятно, выражусь одним универсальным словом — Ексакустодиан, или просто Кусто, депутат. Сейчас он к нам подбежит и начнет перед Ником приторно стелиться, так, что от слащавости у всех склеится в горле.

Признаюсь, есть в этом человеке что-то плебейски неприличное.

Прежде чем получить такое беззаботное лицо, он боролся за пост госслужбы, устраивал предвыборные порнокампании, рассказывал на трибунах живописные сказки, бросал в почтовые ящики брошюры со своими отфотошопленными портретами, выслушивал претензии ветеранов труда, уворачивался от продуктов куриного производства — и всё ради одного: чтобы теща перестала называть его идиотом, придурком и так далее.

Тоник смотрит на Кусто своими светлыми наивными глазами, не подозревая, какой живописный сценарий для него уже заготовлен. Сейчас перед ним развернутся громкие пляски русско-народного фольклора: «Чего хочешь, барин! И цыганочка с выходом, и гармонь, и красная ковровая дорожка!»

Еще секунда, и пальцы Кусто согнутся в пушистый веер, разогнуть их не смогут даже плоскогубцы: бизнес с Гейтсом, 30 см, бил морду Тайсону, принцу Альберу забыл перезвонить…

Ну вот. Всё как я и говорила:

«Я вообще сюда лететь не собирался, но меня тут в гости позвал чувак один, Халифа, не слышали о таком? Это президент Эмиратов. Мне было неудобно отказываться, и я приехал погостить к нему на пару дней, чтобы он не обижался. На пляже не был сто лет, все времени нет, то к Эйке в Бразилию лечу, то Бернар во Францию позовет. В общем, все по гостям шляюсь, как бомж. Решил тут по берегу побродить раз в году, и тут вы навстречу! Я прямо как чувствовал, что увижу здесь своих друзей! Может, на лодочку мою рванем? Позагораем, сочку попьем! А?»

Судя по слегка перекошенному лицу Ника, проехаться на «лодочке» Кусто он мечтает уже давно, хотя не совсем понятно, откуда эта «лодка» у него взялась? В ежегодной отчетности о доходах написано, что, кроме «жигулей» с прицепом, у этого депутатишки больше ничего нет.

Представляю, как обмазанный кокосовым маслом Кусто величественно разляжется на верхнем этаже своей Princess; обложится ананасами и будет выстукивать по животу ритм Боба Марли, пока бабули-избирательницы целуют его портрет в губы в обмен на купоны бесплатного обслуживания в аптеках. А через несколько лет у него окончательно подрастет дочь, которая, страшась собственной малости, начнет вести себя, как лохушка из Сызрани: будет кидаться на продюсеров какой-нибудь третьесортной телепередачи, чтобы стать кумиром для той части населения, которую ее строгая мама не пустила бы даже постоять перед дверью их квартиры, чтобы случайно блох не занесли.

Но прелесть ситуации даже не в этом! Ранее, лет пятнадцать назад, наш добрый депутат сделал одну очень недобрую вещь: обокрал Чудесного при помощи финансовых махинаций. Чудесный, разумеется, не растерялся и вынудил Ексакустодиана продать долю принадлежавших ему акций крупной нефтяной компании практически за бесценок, а потом для профилактики еще и отправил того в солнечный Магадан, со всеми возможными штрафами и конфискациями имущества.

Отсидев пять лет с мусульманскими фанатами, Кусто стал натурой романтичной и благополучно забыл о бывшей жене, которой вместе с малолетней дочерью — ее крестным отцом, конечно же, был Ник — пришлось бежать к маме в Томск чуть ли не пешком. Что вы, такое паскудство давно никого не смущает.

Если Чудесному задать вопрос, как ему общается с человеком, которого он в свое время собственноручно «закрыл», он ответит: «Это мой друг. Мне уже много лет, и других друзей у меня нет».

Сразу видно, Ник — золотой человек, даже пробу готов на себе поставить. Все они очень хорошие, только с бородавками. Оставив Кусто в одних стрингах, Тоник обрел милосердие. А депутат, по примеру высшей литературы, решил подставить вторую щеку. Или такое поведение обуславливает христианское всепрощение? Подозреваю, оно связано с высочайшей концентрацией подлости на один квадратный дециметр в нашем городе. Выбирать действительно некого. Старый подлец лучше новых двух. Видимо, в современном обществе слабо работает угроза «я не подам ему руки», хотя это было бы неплохим санитаром совести.

Самое интересное, что в итоге оба «друга» проживут долгие годы и умрут в достатке и покое. И гром не особо грянет с небес. Правда, перед этим они оба успеют всех достать своим занудством, что их любят только из-за денег. Хотя на самом деле часто таким людям больше нечего предложить, и в этом они сильно напоминают банкротов.

Шоу-культура

Главная новость года: Кусто помог своему другу купить певицу Мерайю, ночь с которой обошлась ему в цифру с небывалым количеством нулей.

Агент звезды попросил выслать фото покупателя с лицом и в полный рост, чтобы удостовериться: заказчик, которого поп-звезде предстоит ублажать, не страшен как вихрь снежной бури. Ну а дальше всё как по маслу. Главное, не засовывать свою детородную дубинку слишком глубоко, чтобы не повредить певице связки, которыми она выскуливает песни о моногамной любви.

Быть идолом в наше время непросто — всю жизнь приходится кочевать из одной койки в другую.

Представляете, как это сложно? Вначале певицы делают это из-за отсутствия денег, чтобы прокормить маму и сестер, но потом, когда их дырки покрываются золотым налетом, они уже не в состоянии остановиться, ведь за сутки эксплуатации им предлагают целые состояния, что бесконечно льстит стареющему самолюбию.

Пока певиц заказывают на дом, как пиццу с пепперони, молоденькие девочки, рыдая перед зеркалом, выпевают страдальческие причитания из их репертуара.

Такие женщины являются главной стихией депутата Кусто, белого и пушистого, с идеально отполированной кожей и ногтями, за которыми скрывается что-то очень нечистое…

Похоже, он достал даже терпеливого Ника, который стесняется попросить его заткнуться.

На этой приятной ноте нам пора бы и разойтись, но Кусто, похоже, окончательно разошелся, порхая на своем раздутом эго. Интересно, и как он будет спускаться, с таких-то высот?

Ужин

Сумерки обволакивают финиковые пальмы. Воздух пахнет апельсинами. Подъезжаем к лучшему ресторану Дубая, с самыми золотыми столбами и самыми богатыми креслами, на которых вальяжно восседает смуглая элита в длинных халатах.

Не перестаю благодарить небесные силы, что наш сегодняшний день все-таки обошелся без «лодки». Депутат настолько разговорился, что окончательно забыл, какие именно горы он обещал переставить до вечера.

Громко придвинув свой стул к столу, Кусто с подчеркнутой ухмылкой осматривает столовые приборы, пытаясь устанавливать степень их стерильности. Эти ложки не раз находились во ртах непонятных людей, которые никогда ни от чего не лечатся. Панически шарахаясь от аскарид и ленточных червей, Кусто хранит в пиджаке спиртовые салфетки, чтобы демонстративно разворачивать и контрольно обтирать ими вилки и ножи.

Внезапно на нашем столе оказывается тарелка с очень красивой коричневой смесью, похожей на болото, в которой плавает, как в бассейне, говяжья расчлененка. А может, это и не говядина? Не исключено, что это вообще птичий помет, но Ник и Кусто об этом не узнают. Национальные арабские блюда в своем чистом виде малосъедобны, поэтому к ним всегда приносят пол-литра соуса, которым можно залить любую отраву. Не спорю, под тремя слоями кетчупа можно съесть даже туалетную бумагу…

Трапеза

Как можно уместить столько еды в такое маленькое отверстие? Сразу видно, работник госорганов… Помимо того что он умеет есть, толстеть и спать с несовершеннолетними, он еще и развернуто дискутирует на незнакомые ему темы. Кусто вещает без остановки даже с набитым ртом, ведь все должны слышать его умные реплики, указывающие на глубокий патриотизм.

«Почему наши получают образование на Западе? Мы теряем специалистов! Если у тебя российский паспорт, ты должен учиться ТОЛЬКО в России! Как только согласуем с администрацией, введем такой закон».

Действительно, лучше МГУ ничего быть не может, особенно после того, как сына Кусто не взяли в John F. Kennedy School of Government.

Бедный депутатский сын, теперь ему придется обитать в Москве среди девяностолетних учителей, преподающих кучу ненужных дисциплин со сведениями сорокалетней давности. А ведь депутат от души надеялся, что комиссия Американского Университета оторвет сынулю с руками и ногами, пока тот будет упираться оставшимися конечностями.

С тех пор к американцам у Кусто особое отношение, очевидно, основанное на его личных познаниях: «Америкосы? Да они все тупые, вечно жрут свои гамбургеры и ничего не умеют! Даже латынь не изучают!»

И вправду, как можно с этим мириться? Латынь — очень важный язык в жизни любого человека, да и самого Кусто он не раз выручал. Определенно, тупые американцы в подметки не годятся ЕМУ, единственному мудрому человеку на Земле, который в паузах между своими возмущениями поглаживает в руке айфон и слизывает с губ остатки кока-колы.

Чего уж говорить о его супруге, которая, в порыве презрения к Штатам, открыла загородную школу на Риге и назвала ее американским названием. Кстати, она тоже работает в Думе. Они с Кусто кладут там кафель?

Приглашение

Чем мне нравится Вики? Она решительно мне названивает, когда мой мобильный находится в режиме silence!

— Дорогая, почему ты так долго не отвечала? Спешу тебе сообщить, что мы с Адео сорвались в Сен-Тропе. Конечно, это не самое умиротворенное место для познания идиллии, но я бы не отказалась увидеть тебя рядом с нами. Что скажешь?

— Дорогая, я в Дубае.

— Это не так далеко!

— Конечно! Через дорогу!

— Пустяки. Мы с Адео постараемся решить вопрос с джетом. Составишь нам компанию?

— Спасибо, милая. У меня тут вроде бы есть решатель самолетных вопросов. Не желаешь насладиться его обществом?

— Запросто! Будем рады видеть вас обоих!

— Спасибо, Ви, за то, что ты никогда не говоришь правду! Ай лав ю вери вери мач! Си ю! Бай!

И всё же. Вопрос остается открытым: почему Сен-Тропе? Почему наша правильная Вики выбрала самое пафосное место на Земле? Правильно, туда ее затащил этот мракобес. Он обожает всякие Ибицы, Сардинии, Аспены, Гштаады, Санкт-Морицы…

Скоро Вики станет заядлым спортсменом: скалолазкой, пловчихой и лыжницей, чтобы вести общепринятый образ жизни.

Почему мы влюбляемся в тех, кто тянет нас вниз? Адео, рожденный ползать, везде пролезет, добравшись и до аистов.

Вики попала в эту ловушку. Воспитание, образование и любовь близких не помогли. Инстинкты внесли свои коррективы. Победила первобытная матка…

Теперь я знаю точно, в природе не существует жалости. Природа безжалостна!!!

Глава 13

Всем весело

«— Невозможно!

— Возможно, если ты в это веришь…»

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

Аэропорт

Манделье сегодня переполнен. Сезон.

Сейчас мы будем три часа решать, на чем лучше добраться до места, где находятся Адео с Вики…

Мой набор фобий всегда вызывал во мне отвращение к невнятным летающим устройствам типа вертолетов. Предпочитаю автомобили или яхты.

Люблю необъятные просторы морей и океанов — они дают незабываемые ощущения простора и грусти. Это вам не московские лужи, по которым ездят на своих лайнерах бизнесмены.

Быстрее бы прибыть к месту назначения, чтобы посвятить себя радостям безмерно обволакивающим: купаниям в пучинах морских да кушаньям заморским…

Ночь на яхте

Вспоминаю об ОАЭ. Помимо Дубая, мы были еще в каких-то городах, но их названий я не помню. В общем, поездка мне очень понравилась. Что именно понравилось, я тоже не помню.

Люблю думать о Тонике. Когда я думаю о нем ночью, я нахожу в нем то, что днем он тщательно скрывает. Ночью все меняется и становится другим. Ночью приходят мысли, способные навсегда изменить мою жизнь.

Нет ничего приятнее, чем валяться в кровати и чувствовать, что под тобой бурлит огромный мир, иная цивилизация, бездна с осьминогами, кальмарами и прочими семирукими и восьминогими уродцами. Пока они внизу охотятся, спасаются от шторма и погибают, твои ладошки ныряют глубоко под подушку в поисках нежного влажного холодка, и ты беззаботно утопаешь в просторах пушистой белоснежной кроватки.

Удивительно, но Ник ни разу не ворвался в мою каюту за последние сорок минут. Наверное, уснул. Засыпает он обычно где попало, однако найти его не составляет труда. Если от его храпа не полопаются стаканы и блюдца, то можно считать, что сегодня — день счастья и удачи. На случай подобных землетрясений у персонала всегда наличествует небольшая кучка берушей, хотя часто эти приспособления не спасают от прослушивания ночных серенад.

У Тоника две яхты. Первая — для переговоров, вторая — для приступов одиночества и гнета. Сейчас мы плывем на «переговорном» варианте, хотя переговаривается между собой здесь кто-либо редко.

Должна признаться: в жизни нет ничего скучнее, чем морские круизы. Плыть на яхте — то же самое, что сидеть дома. После долгих поисков каких-нибудь развлечений все ваше время распределится между четырьмя функциями: есть, спать, что-нибудь искать или выдавливать друг у друга на спинах угри, желательно морские, чтобы ногтями ставить на месте их гибели красные кресты.

Днем Ник постоянно носится по палубам в поисках кислородных баллонов, которые он всегда где-то забывает. Экипаж старается не обращать внимания на постоянные намеки на воровство, хотя наверняка еле сдерживается, чтобы не хапнуть парочку ценных бутылок с воздухом.

Баллоны у рта Ника — давнее аномальное явление, к которому все давно привыкли. Они спасают его от морской болезни.

Обожаю бродить по каютам и воровать шоколадные конфетки с подушек. Больше всего я люблю мятный вариант — гибрид «Афтер Эйт» и «Баунти», но он бывает на подушках только с пятницы по воскресенье, когда работает моя любимая смена горничных.

Если ночью не получается уснуть, я спускаюсь на нижнюю палубу и кормлю печеньем рыбок, размышляя о том, какой вкусный праздник устраиваю морской ихтиофауне. Большую часть крошек обычно сносит ветром, но мне нравится рассматривать, как они приземляются на черную воду и медленно тонут…

Рябь от воды переливается под лучами лимонного месяца, похожего на огрызок сладкой дыни. Опять надо мной висит космос, эти неизведанные горизонты других миров, населенных незнакомыми существами, которым не нужен воздух, чтобы дышать, сердце, чтобы любить, и ночь, чтобы спать.

Во Вселенной столько красивых мерцающих галактик, а я до сих пор сижу здесь и не могу взлететь…

Наша планета — самое красивое небесное тело Солнечной системы. После Нептуна, конечно. Голубенькая, с белоснежными пятнышками и темно-синими вкраплениями.

Среди россыпи сияющих звезд я выбрала самую яркую, чтобы смотреть на нее долго-долго, не моргая, пока не заслезятся глаза…

Счастье — это поймать эмоцию. Мне нужен этот миг.

В этих морях водятся киты

Ночь на яхте отличается полным отсутствием комаров и вообще какой-либо живой плоти вокруг.

Интересно, почему не видно горизонта: из-за темноты или из-за того, что его нет? Сонные волны внешне спокойны, но на самом деле они полны чудовищной жизни. В любой момент они готовы выплеснуть прожорливую злобную акулу или поющего кашалота, случайно попавшего в море из дальних просторов Арктики.

Он вынырнет из черной бездны, всхлипнет, улыбнется и исчезнет. Невероятное зрелище. Красиво и неописуемо страшно.

Пучина — это безжалостный вакуум. Бог в этом месте мне не поможет. У этих тонн воды своя церковь. А я здесь — пыль.

Утро

Лучи солнца целуют землю. Нежные, неразумные птицы щебечут непонятно о чем. Моя кожа пахнет ветром, волосы щекочут лицо. На спине — продолговатые отпечатки от деревянного шезлонга. Ну вот, опять я не там уснула. Если бы Ник провел ночь на палубе, к утру бы его прибрал к рукам гремучий простатит.

Сегодня мне приснился добрый сон: я видела Ника, плавающего на дне океана, окруженного плотоядными рыбами. Люблю, когда мои сновидения воплощаются в реальность…

Как только Тоник просыпается, он тут же начинает меня искать.

Мне нравится, когда он носится по лестницам и допытывает персонал, в какую сторону я пошла. Это дает небольшую надежду на то, что он все еще меня любит.

Мы подплываем к берегу, усеянному яхтами Ferretti, Burgesss и Sunseeker.

По сравнению с нашим плавсредством, это катамараны. Однако если бы в мире существовал датчик, определяющий уровень денежной радиации, в этой точке он бы явно зашкаливал. А если бы он еще и светился, то звезде по имени Солнце можно было бы отправиться на пенсию, ведь город запылал бы таким светодиодами, что Чубайс бы узавидовался!

Деньги — это кровь планеты. Она постоянно циркулирует по разным органам Вселенной, приливая только туда, где ее действительно ждут. В этом кусочке земли ее хватает с избытком, ибо местные туристы знают: «Если будешь стесняться денег, их никогда у тебя не будет».

Конечно, мы с Ником не смогли упустить шанс потоптаться на пляже среди кучи непонятных тел и разбросанных фантиков.

Никто не спорит, деньги делают человека особенным, словно уникальная специя, придающая блюду неповторимый вкус. Но в какой-то момент на пороге жизни каждого мужчины является кризис среднего возраста с визитом неопределенной продолжительности, и тогда он начинает сходить с ума во всех многообразных формах этого чудесного заболевания.

И вот уже знакомые видят некогда скромного бизнесмена за рулем «авентадора» или на дискотеке в обществе американских актеров, которых он безутешно заманивает на свою яхту.

Помнится, Ник долго переживал, когда Анджелина и Брэд отказались выпить чашечку кофе на палубе его судна, поэтому утешаться ему пришлось на скромных плечах Джеральда и Джейсона. Однозначно, у них с Джейсоном есть масса общих тем для разговора. Ник даже называет его лучшим другом, ведь они уже целых три дня случайно сталкивались возле туалета.

Естественно, Тоник никогда не узнает о том, что Джейсон потом долго ходил во вдумчивых размышлениях: что надо этому чокнутому русскому, с которым у него нет ничего общего, кроме принадлежности к семейству гоминид?

«Я — успешный, ты — знаменитый, давай общаться? Не о чем разговаривать? Ничего, мы что-нибудь придумаем, пока подъедут папарацци, я им уже позвонил!»

И вот уже очередная калифорнийская певица заходится оглушительным смехом от очередной небылицы про русских, пока очередной российский предприниматель подплывает на своей яхте к очередному берегу, чтобы в очередной раз всем напомнить, какой он Кинг-Конг.

«Ну чем мы хуже Роберто Кавалли? Он же дружит с Шэрон, и мы хотим с ней дружить! Шэрон! Шэрон! Поиграй с нами в песочнице! У нас тоже много денег! Хочешь, оплатим твои проекты? И Виктории тоже оплатим, ведь она жена известного футболиста! Может, джет ей прислать? Или просто денег дать? Она такая классная, любит петь и шить, и почему ей муж изменяет с уборщицами? Виктория, можно мы наклоним к тебе голову, чтобы было видно на фото, что мы дружим? Повертись с нами перед камерами в разных позах, а то наша калитка в радость захлопнется вместе с черными створками механического глаза объектива».

Вид со скалы

Солнце. Пальмы. Пот ведрами. Передвижение на кабриолете напоминает жарку в турецкой сауне.

Чем мне нравится Сен-Тропе? Видишь чувака, который идет с пляжа, и не знаешь, куда он сейчас сядет, в «майбах» или на велосипед?

Добравшись до безлюдного места, Тоник выходит из машины и загадочным маханием руки призывает меня следовать за его телом. Сегодня он вознамерился показать мне некий райский вид со скалы, откуда видны непостижимые вершины моря, где царит свобода, где белая пелена шелестящих волн разбивается о глянцевые камни.

Несмотря на мои намерения переломать себе ноги, Ник упорно ведет меня за руку. С каждым шагом нашему взору открываются новые кусочки невероятного горизонта из красивой праздничной открытки. Похоже, это и есть тот самый центр Земли, где заканчивается мир и начинается рай. Рай, до которого можно добраться только пешком, изрезав пятки каменными сугробами и хитином мелких ракушек.

Тоник влезает на острый скальный обломок и с закрытыми глазами вдыхает необузданный простор Вселенной, вдохновляющий его к жизни.

«Зозо! Посмотри, как здесь красиво! Ты видела что-нибудь подобное?»

Наверное, это сон! Передо мной — настоящий союз живого и мертвого! Бушующая стихия! Неистовство! Пуповина мироздания!!!

Ладно, шучу. На самом деле — обычный скучный пейзаж. Море, небо, солнце — ничего особенного, стандартная панорама из Гугла. Если это и есть рай, то Бог — хреновый дизайнер…

Возвращаемся на пляж

Издалека виднеется водный джет, в котором сидит непонятная куча народу и ОНА — главная сливка британского общества. Угадайте, как ее зовут? Плыви, плыви сюда, свет моих очей…

Несмотря на то что лодка скачет по волнам, Вики упорно пытается держаться стоя, эпизодически падая на морских проводников, которые отлавливают ее у краев джета и ставят обратно.

Суровый морской ураган взлохматил ее волосы, и теперь она похожа то ли на туалетный ёршик, то ли на симпатичную хризантему. Просторная туника в крапинку романтично развевается на ветру, скрывая все, что только можно назвать фигурой.

В чувственном оскале ее обветренных губ покоится больше секретов, чем в тысячи вопросах, уставшие глаза цвета грязного дыма, смешанного с утренним небом, смотрят куда-то вдаль, белая кожа на лице, как у статуэток рождественских ангелов, которых ставят на камины, тлеет легким румянцем цвета заката. Светлый образ моей Вики был бы несравненен, если бы не этот ишак из Карибского бассейна, который обнимает ее сзади своей щетинистой рукой. Вижу, он даже успел вставить новые зубы, и посему ему приходится тщательно улыбаться, чтобы все сумели оценить последние технологии американской медицины.

А: Здравствуй, my treasure!

Я: Привет, Адео! Скажи, у тебя свои такие красивые зубы?

А: Нет.

Я: А чьи?

А: Я их купил.

Я: Это неломающийся долговечный пластик?

А: Это фарфор!

Я: А я думала, это бленд-а-мед!

В контраст к этим белым зубам Адео отрастил на подбородке черный веник, напоминающий сплетение темных металлических проволок, в котором наверняка уже водятся вши. Однозначно, мое представление о прекрасном никогда не совпадало с представлением о прекрасном у Адео.

Вики тоже сегодня отличилась экзотическим вкусом, в своих эстетических предпочтениях перешагнув границы приемлемого: короткая туника, из-под которой торчат две куриные ляжки в синяках и комариных укусах, высоченные каблуки, покрытые пятью слоями песка, открытое до сосков декольте и бордовые, практически целые, ногти. Не могу поверить, что Вики совершила попытку одеться сексуально. Вижу, она хотела не просто быть местами съедобной, а чтобы «секс» от нее прямо отваливался кусками. Как это называется? Девочка облегченного поведения «Вики-лайт»? Жаль, что к духам, которыми она пользуется, не прилагается противогаз. Сразу понятно, Адео ей подарил…

Вики любит Адео

С обретением в жизни этого дикобраза у Вики резко образовалось новое хобби: теперь она сутками торчит в салонах красоты, где ее с утра до ночи приводят в чувство. Надеюсь, мастера эпиляции наконец устроили торжественный лесоповал между ее ног, который уже несколько лет нуждался в отважной руке лесоруба. Вы не поверите, но теперь за день она успевает 20 раз почистить зубы, побрить подмышки и перекрасить волосы, дабы подстроить свою внешность под изменчивое настроение своего горячего джигита. Теперь, даже когда она ест, у всех возникает ощущение, будто она делает минет. Ненасытный нектар струится у нее из всех щелей, она съедает Адео глазами, течет и тает, неугомонно раскачивая перед ним своими длинными грудями (весом по 50 кг каждая).

Я, конечно, смотрюсь сегодня с этим кичливым дуэтом абсолютно не в цвет. Моя сгоревшая на солнце алая кожа местами покрыта волдырями, будто меня несколько часов вертели на гриле, брови уже неделю не выщипаны, а на голове располагается нерасчесанное гнездо для термитов — возможно, там уже кто-то живет.

Ник сегодня тоже какой-то помятый: его пляжные тапочки прилично истоптались, из подмышек торчит густая оранжерея — шарфы можно вязать, да и недельную щетину, похожую на папоротник кайнозойского периода, было бы неплохо урезать вдвое…

На данный момент мы являемся вещественным доказательством того, что люди произошли от обезьян. И пускай все думают, что голову мы моем подсолнечным маслом. Ник в последнее время вообще принимает душ только на годовщины. Зачем мыться, если все равно потом испачкаешься?

Никки Бич

Ни одного свободного шезлонга! На каждом квадратном метре толпится по сто человек, как китайцы, спящие вдесятером в туалетах коммуналок.

Пахнет паленой человеческой кожей. По всему берегу разбросаны надувные дельфины, сланцы, полотенца и бутылки из-под пепси. Изумрудные волны подлизываются к ногам. Старухи в широких шляпах плавают с пенопластом. Визжащие дети перекрикивают шум волн. Половина из них — русские.

В очках от солнца все женщины кажутся молодыми и красивыми, до тех пор, пока они их не снимут.

Ни одной натуральной груди! Наверное, сейчас идет распродажа силикона: «Вы платите за одну грудь, и вторая достается вам совершенно бесплатно!»

Вокруг шезлонгов расхаживают стройные мулатки-лошадки и чернокожие девчонки-угольки, которые тоже пришли сюда позагорать. При ходьбе они шевелят узкими тазами, мясистые лиловые ляжки трутся друг о друга, контрастируя по цвету с белоснежными купальниками, из-под которых просвечиваются синие гениталии.

Грациозно отпивая глоток молочного коктейля, одна из «шоколадок» облизывает остатки ванильной пенки со своих катастрофически пухлых губ и, поймав на себе внимание какого-то полудохлого доисторического ящера с бородой, застенчиво улыбается, прикрывая лицо шевелюрой светлых, ИДЕАЛЬНО прямых волос.

Усердие парикмахеров этих женщин вызывает восхищение — обнаружить темноволосую африканку в Сен-Тропе стало практически невозможным, теперь это редчайший эксклюзив, который можно встретить лишь в точках, не обозначенных на карте. Все знают — локоны Мэрилин роскошны, они говорят о славе и деньгах, а негритянские кудрявые завитки напоминают о детях-дистрофиках, над которыми летают мухи.

Культ европеоидной расы покорил всю карту мира. Все женщины хотят быть червонными королевами: иметь гриву Скарлетт Йоханссон, бюст Памелы Андерсон, голос Марии Каллас, глаза Меган Фокс, нос Настасьи Кински и улыбку Джессики Симпсон.

Красота — это несправедливость. Природа редко кому делает такие щедрые подарки. По этой причине клиники пластической хирургии забиты пациентами из Китая, Испании, Италии, и Африки, мечтающими походить на актрис из Голливуда с сияющей белой кожей, светлыми волосами и маленькими глазами. Мир сошел с ума! Все хотят быть лучшими! Даже эти конченые страшилки больше не желают носить ободки для волос вместо короны!

Кафе

Прорваться к знаменитому прибрежному кафе отнюдь не просто. Чтобы обойти это пастбище, нужно заранее составить лабиринт, чтобы случайно ни на кого не наступить. В особенности это сложно сделать, если на пляж наведывается конная гвардия русских красавиц, разукрашенных, как племя краснокожих перед боем. Такому количеству эквадорских крокодилов позавидовала бы даже река Амазонка.

Скоро сюда нагрянут арабы — главные санитары леса. Шейхи, эмиры, султаны… И зачем эти девушки сюда пришли? Ведь лошади у принцев уже есть!

Самое известное заведение на пляже напоминает дешевый буфет. Среди голливудских актеров оно очень популярно. Звезды приходят сюда поесть и дружно повозмущаться, как их достали папарацци. Первым этот обычай ввел Пирс Броснан, который, перед тем как ударить в нос очередному репортеру, входит в кафе и тщательно проверяет, все ли его узнали.

Угадайте, чем мне нравится сыр «Шевр»? Это единственное блюдо, которое поварам до сих пор не удается испортить. Надеюсь, сегодня мой обед обойдется без волос на вилке. Хороший повар — лысый повар.

За соседним столиком сидит актриса Николь со своим возлюбленным — типичным грустноглазым татуированным неудачником, покрытым железными цепочками и брелоками. Кажется, Сандра, Бритни, Кирстен и Джулия тоже обзавелись такими же наркоманами в кепках. Где они их откапывают?

Мимо столика Николь постоянно ходят дамы, задевая ее стул своими шикарными туниками. Актриса принципиально никого не замечает. Она занята высвобождением своего мужчины из его внутреннего регресса.

Неподалеку от нее стоит скромно одетая девушка и усердно нашептывает в свой мобильный телефон краткий отчет о происходящем: «Прикинь, справа от меня сидит Николь… Здоровая, как кобыла… Ужасна, как горный смерч… Не накрашена… В джинсах… И сумка у нее Tod’s, прям как у тебя…»

Если вы слышите, что дама разговаривает на суровом непристойном русском и при этом выглядит невинно — не пугайтесь, это не чудо. За безгрешным видом скрывается замаскированная русская хабалка, которую в раннем детстве определили на учебу в Британию или США. Такие барышни страдают манией казаться загадочными иностранками, отчего стараются не ругаться матом в людных местах и не спрашивать, на какой машине вы подъехали. Как правило, в толпе они ничем не выделяются, в одежде неприхотливы, не носят украшений, и вообще, стараются выглядеть очень по-западному, отдавая предпочтение сиротским нарядам или их обрывкам, желательно от Нermes.

Как же мне надоели все эти люди, которые строят из себя непонятно что. Нужно быть скромнее! Возьмем, к примеру, меня. Я — самая умная и красивая девушка на земле, но я ведь этого не показываю?

Побывав в Сен-Тропе, вы обнаружите, что на свете существуют более интересные места, чем Московский зоопарк. Если перед вами стоит женщина, страшная, как тропический ливень, то скорее всего это любовница Квентина. Зайдите в любой общепит и произнесите фразу: «Любовница Квентина! Встань!» — и тотчас стулья всего ресторана освободятся.

Только умоляю, не давайте читать этот абзац Вики, за подобные сплетни она порвет меня на флаг Зимбабве, а остатки скормит черным коршунам.

В разговоре с британцами лучше вообще не выходить за пределы «погоды».

Если спросить одного из них, красивая ли женщина за соседним столом, он ответит: «А разве женщины могут быть некрасивыми?»

Англикосы — народ особенный. Если британец говорит, что на день рождения вас ждет умопомрачительный подарок, то отбросьте все мысли о «бентли». Скорее всего, вам вручат велосипед б/у, а потом еще скажут, что эта вещь проверена временем.

Чтобы вас уважали, надо вести скромный образ жизни. Шик, блеск и пафос — хрестоматия дурного тона.

Вики, как настоящая англичанка, всегда скромна, никогда не плюется семечками и если позволит себе фыркнуть в адрес человека слово overdressed, то можно считать, что она полила его жутко едкой, не отмывающейся грязью, которую не возьмет даже Vanish. Попробуйте обсудить с ней чьи-то недостатки, например проблему с зубами вашего общего знакомого, и вы услышите в ответ: «О, он очень милый, да. У него что-то с зубами? Я не заметила».

Конечно, не заметила, потому что их вообще нет. Или в переднем зубе такая дыра, что туда бы свободно вошла бутылка Perrier.

Великодушие и демократичное отношение к социуму прет у Вики со всех дыр, как и положено всем голубокровым существам. Наверное, Вики очень тяжело спать в шпильках и короне. Я уже привыкла, что на каждый провокационный вопрос ее глаза вылезают наружу, как у свежевыловленной рыбы, а нижняя губа отвисает до сосков. А потом она долго молчит и злится. Все самые важные слова в своей жизни она произносит молча, чтобы все понимали, что с такой Василисой Премудрой нужно вести себя тактично, по британскому этикету. Жаль, что иногда Вики бывает настолько скучна и холодна, что рядом с ней у меня начинается простуда…

О еде

Наконец настал день, когда Вики решила уменьшить трясущееся сало на своих боках. Выложив из сумки три одинаковых яблока, она старательно размышляет, какое из них ей все-таки выбрать: нежно-зеленое, светло-зеленое или просто зеленое? Если вы решили похудеть на яблоках, просто перестаньте их мыть…

Жизнь без «Риттер Спорта» вскоре покажется Вики невыносимой. Но ничего, как только она похудеет, мы обязательно отметим это событие в Макдоналдсе.

Представляю, как Вики будет тяжело, когда на нашем столе окажутся тарелки с ортоланами, которые час назад заказали две голодные гиены: Адео и Ник.

Всем известно, ортоланы — настоящий гастрономический изыск. Высочайшую кулинарную ценность это блюдо имеет прежде всего из-за непростого способа приготовления.

О да, нужно быть настоящим кулинарным эстетом, чтобы вначале выбрать птичек, затем выколоть им глаза, залить туда коньяк, потом ослепнувших пернатых оставить умирать до тех пор, пока ткани их организма не пропитаются алкоголем, и после полумертвую дичь бросить в кипящее масло, пока та не прожарится со всех сторон до полного размягчения хрящей.

Пожирать деликатес нужно целиком, с кожей и костями, — именно так делают настоящие гурманы.

Первым, кто по достоинству оценил это блюдо, был Франсуа Миттеран — известный обожатель высокой кухни, посвятивший свою жизнь благоустройству французской нации и правильному питанию.

Надо полагать, любовь к этому шедевру кулинарного искусства должен был унаследовать весь мир, однако главными приверженцами, похоже, стали Ник и Адео, которые, в общем-то, налетают, словно саранча, на любую жратву.

Нависнув над огромной тарелкой с мертвыми оперенными, они звонко чавкают и прожорливо ковыряют вилками, не замечая, как тонкие струйки жира от обглоданных суставов стекают вдоль подбородков…

Близкие товарищи

Свои телефоны Ник всегда кладет на стол, каждый раз надеясь, что он спокойно напьется и сегодня ему не позвонят из Администрации президента. Работники этой структуры занимают особенное место в его добром и светлом сердце. Когда он с ними здоровается, целый год потом не моет руки. Даже в постели со мной он не бывает так близок, как в моменты разговора с ними, несмотря на то, что они часто размазывают его тонким слоем по асфальту, а потом обратно отковыривают, когда начинают по нему скучать. Тоник, как человек очень ласковый и доброжелательный, никогда на них не обижается и старается выполнять все их поручения, даже если после разговора с ними его начинает мучить двухнедельный тик, потеря аппетита, повышенное артериальное давление и устойчивая бессонница.

Учитывая каждый аспект его хронически невменяемого психического состояния, особенно после нежданных телефонных звонков, я стараюсь не терроризировать его перепонки ненужными репликами, поддерживая беззвучный ритм тишины. Но сегодня, похоже, моя стратегия поведения не принесет должных результатов…

Н: Зачем ты кладешь сюда жвачку? Это же пепельница!

Я: И что дальше?

Н: В нее складывают пепел, а не мусор!

Я: Начинается… Внимание! Всем надеть каски!

Н: Я сказал, заверни жвачку в салфетку!!!

Я: Давай ты успокоишься, жандарм?

Н: Ты меня выводишь!

Я: Милый, не нервничай, нервные клетки не восстанавливаются.

Н: Зубы — тоже!

Я: Верю на слово. Может, хватит пить?

Н: Давай ты пять минут посидишь тихо?

Я: Это долго, давай две.

Н: Давай закончим этот базар. Мне неудобно перед твоими друзьями. Они по-русски не пони мают.

Я: Не волнуйся, я им переведу!

Н: Не надо. Давай ты сейчас улыбнешься, и мы сделаем вид, что ничего не произошло. Хорошо?

Я: Ценю твою предусмотрительность! Начинай улыбаться. Я продолжу…

Мы все еще голодные — 1

Надежда на встречу с официантом скоро будет окончательно потеряна.

Вики, как ни в чем не бывало, продолжает томиться в своих похотливых намерениях, лежа на потном плече своего волосатого Бааль-Зевува. Может, это гибрид буйвола и дикого яка? Он настолько уродлив, что его голову легче отрезать целиком, чем попытаться что-то в ней исправить. Ни у кого не завалялось гильотины?

Когда Адео постареет, его смуглые щеки сползут вниз, а нижние веки покроются длинными кривыми морщинами, сделав лицо похожим на задницу индейца. И вот тогда Вики поймет, что это — не рыцарь в красивых доспехах, а обычный придурок в фольге. Надеюсь, она опомнится и скормит это чудовище королевским овчаркам…

Мы все еще голодные — 2

Что такое Франция? Это самый мрачный slowfood на Земле с пустыми бокалами на столах на протяжении всего вечера.

Случайная встреча с официантом в этом месте расценивается как встреча с Марией Магдаленой.

Пошел второй час, как мне несут апельсиновый сквош.

За столом — тишина. Тоник не может оторваться от виски, Адео озабоченно тычет в Blackberry. Вики, стряхнув беспризорную копну волос с белых плеч, обнажает тонкую шею и эротично всасывается в сигарету, чтобы вызвать в своем поджаром быке сексуальный рецидив. Теперь она даже курит в противоположную от его лица сторону, чтобы пепел не летел на этого оленя.

Как только Вики пытается что-то у него спросить, он тут же небрежно целует ее в висок и лениво отворачивается в надежде, что она наконец угомонится и отстанет от него.

Так-так. Похоже, между голубой и розовой планетами возникла сырость, в которой очень быстро размножились червячки и микроскопические грибочки?

Жаль, у меня нет с собой фотоаппарата, на фотографиях было бы отчетливо видно, кто кого любит больше. В ожидании вспышки Вики прильнула бы к Адео всем своим организмом, а он превратился бы в бессердечного египетского сфинкса с кривым выражением рта, будто его сейчас стошнит. Вот он, типичный дуэт из серии «Моей любви хватит на нас обоих».

Не обессудьте, я — заядлый скептик и идеалист, и каждый раз пытаюсь не упустить возможности стать дипломатичной, но в итоге никогда не упускаю возможности упустить эту возможность. Еще раз прошу прощения, что опять свернула не туда. Обещаю, я стану добрее и постараюсь больше не трогать ничего чужого…

Ревность

Делаю глоток своего любимого чая. «Лапсан сушон» пахнет лыжной мазью.

Случайно повернувшись направо, вижу в двух миллиметрах от себя лицо Адео. Это в корне подрывает мое хорошее настроение.

Эротично облизнув губы ярко-красным языком, он подмигивает мне своим правым глазом, со всех сторон покрытым мелкими черными ворсинками, как у экзотических пауков, и, плотно прислонившись к моему телу, тянет руку за голубым коктейлем, напоминающим жидкость для мытья стекол.

G-zus милостивый, я даже поперхнулась. Он со мной флиртует?

Похоже, после встречи с Вики свои полигамные наклонности Адео не смог истребить в себе полностью, хотя старательно над этим работал. Мне сразу следовало проверить наличие любовниц в его жизни. Под давлением моей экстренной комиссии дисциплинарного комитета он быстренько распустил бы свою куриную сборную, оставшись верным только Вики. Она ведь не очередной аэродром для временных посадок? И он ведь действительно ее любит, правда?

С Адео мы продолжаем занимаемся плотным взаимоизучением. Вики гладит его косматую шерсть на руке, скоро там появятся катышки.

Тоник сидит в стороне, слегка подшофе и со злобной физиономией. От его кислотного взгляда у меня сейчас слезет кожа. Похоже, он рассекретил порочные умыслы этого латинского рецидивиста и сейчас либо убьет нас обоих, либо сделает себе харакири…

— Я тебе случайно не мешаю раскрепощаться с этим чернокнижником? — громко восклицает мой любимый.

Ресторанный персонал на всякий случай прижался к стене и примерз к полу.

— Не обращайте внимания, Ник шутит, — неубедительно пытаюсь оживить застывшее лицо Вики.

— Ник не шутит! — перебил внятный голос моего покровителя…

И после мне был выдан короткометражный «Метро-Голдвин Майер представляет». Слава богам, Чудесный отвел меня в сторонку, чтобы я смогла насладиться его вокальным словоизвержением отдельно от присутствующих.

Даже официанты прокляли злорадное стечение обстоятельств, когда им довелось оказаться в непосредственной близости от нашего интеллигентного столика.

Заметьте, возмущения Ника изливаются на чистейшем русском, чтобы сохранить таинство стычки и не позволить Адео заподозрить, что данная ссора как-то связана с ним…

Стою под пушистой струей летящих слюней, как под душем. Гости ресторана многое потеряли, не выучив русский язык, ведь такого количества непечатных терминов на одну молекулу воздуха им не удалось бы услышать даже на прилавках иранского рынка.

Ямайка! Гвинея! Персидский залив! Слышите громовые раскаты? Не пугайтесь, это Чудесный сегодня не в духе. Сейчас его жесткий черепной диск с памятью 500 терабайт начнет выдавать мне все имеющиеся в архиве сведения о моем плохом поведении, к которым он когда-то великодушно снизошел, отчего я по гроб жизни обязана целовать носы его турецких туфель.

Ник — большой специалист по организации скандалов на стерильном месте. Успокаивает одно: всем вокруг весело.

Пока ресторанный персонал находится в предвкушении тхэквондо, гости интенсивно делают ставки: как скоро нас заберет полиция?

Вывод один: нельзя выводить Чудесного на улицу, не прихватив с собой огнетушитель! Это опасно для жизни!

Крепитесь, друзья!

Блюя густым ядом себе под ноги, Чудесный стыдливо устраняется в неизвестность, чтобы вдумчиво побродить по окрестностям, поискать истину в дыму сигаретном, полакать остатки виски и погреметь льдом в пустом бокале.

Сегодня весь мир наконец узнал о том, что голова Ника была откручена гаечным ключом еще в роддоме…

Напуганная Вики со смятением в глазах что-то ропщет себе под нос, постоянно поправляя бретельку от купальника.

Адео тоже застыл неподалеку, заунывно посасывая сигару, пахнущую коровьим навозом. От страха и растерянности он даже не стряхивает с нее пепел. В его глазах полопались сосуды, и несколько пучков волос прилипло к влажному лбу…

Раз-два — и в дамки

Чрезмерное употребление алкоголя всегда являлось пуповиной всех проблем Ника. Стоит ему выпить бутылку спиртного, как миру является человек, не имеющий к нему никакого отношения. Высокие психологические функции стираются наглухо, и он начинает материться, как моряк, петь песни Булата Окуджавы, рвать на себе одежду и бегать в море топиться.

На этот раз мой Mr. Super Cool, будучи пьяным в щи, вознамерился сыграть на моих нервах этюд в додиез мажоре. Пока я успокаивала Вики и Адео, он сел в вертолет и улетел прочь, оставив меня без денег, еды и транспорта.

Несомненно, этот поступок олицетворяет вершину его мозгостроения, ведь он никогда не выходил за кулисы своей шизофрении. Ему всегда казалось, что он ни за кого ответственности не несет! На меня ему плевать. Он свободная птица, фрилансер хренов.

Ник — это сложная зоологическая загадка. Его образ бесподобен, но его проще закрыть, чем раскрыть. Никому не разобраться в его сложноорганизованной динамике мышления. То, что он думает, делает и говорит, — это три абсолютно невзаимосвязанные вещи.

Ясно одно: Ник настолько ко мне неравнодушен, что, пожалуй, даже в Уголовном кодексе РФ не хватит статей, чтобы он до конца смог раскрыть свои пылкие чувства ко мне. Помучить меня — для него как витамины и утренняя гимнастика.

Наверное, в его понимании это тоже называется любовью, просто в особенной редакции. Благодаря наплыву таких чувств от партнера можно не только изменить свое устаревшее мировоззрение, но и как следует помандражировать, сбросив лишние 80 кг.

В общем, продолжение этого абзаца можно досмотреть в клипе Korn «Right now», хотя начиналось все как сказке, по сценарию видео «Sonne» у Rammstein …

Ночь

Седая, лунная и минорная. Здравствуй, родное одиночество, ты всегда со мной рядом. Адео и Вики приютили меня в огромных апартаментах у того самого берега, где живет неприлично постаревшая Брижит.

В этом доме давно никто не жил, поэтому внутри пахнет сыростью.

Когда я включила свет в ванной, вокруг моих ног начала носиться стая домашнего скота в виде мелких серебристых организмов, похожих на двухвосток. Кажется, они называются чешуйницы. Их можно вывести «доместосом», но если в этом доме умрут все домашние животные, здесь станет совсем уж скучно…

Яркий лунный свет сжигает мой сон. Рассматриваю белые стены и стараюсь обнаружить на них что-нибудь полезное. Сейчас в моем поле зрения насчитывается восемь жирных комаров, которые периодически пролетают надо мной со звуком вертолета, пытаясь приземлиться на мою шею. Надеюсь, до визита в мою спальню они не наелись крови какого-нибудь бомжа по ту сторону моря? Кто из нас вкуснее?

Больше всего я ненавижу комаров за их дебильную привычку есть после шести вечера. Для убийства этих тварей в московской квартире у меня имеется специальная тапка, которая отлично размазывает трупы по стенам. Но сегодня я залью этих подонков лаком для волос сильной фиксации. Никому не удастся ускользнуть от моего правосудия. Убью врагов мгновенно и наглухо, достал этот буддизм!

Ради разнообразия, на тоника я сегодня решила не злиться, несмотря на то что взбеленился он неоправданно. Это чокнутое безумие каждый раз пытается поссориться со мной — с человеком, которого он больше всего боится потерять.

Очень хочется отправить ему эсэмэску с пожеланием полнометражного сна обо мне, чтобы он улыбнулся моим словам на мониторе и вспомнил о моем теплом поцелуе на своей щеке. Мы находимся в тысяче километров друг от друга, но для моего сердца это расстояние длиною в секунду.

Он мне нужен, с ним горячо и кружится голова, а без него хочется смотреть сериалы.

Убирайся из моей головы! Прогонито! Прочо! Уходито!

Раннее утро

Все еще спят. Если Адео опять проявит ко мне великодушие, сегодня я улечу в Москву.

День пока еще прекрасен. Птички поют, листья шелестят, над головой пролетают какие-то экзотические цокотухи. Сижу на деревянной скамейке. Воздух такой свежий, что им невозможно наесться. Над моей головой висят какие-то розовые плющи. Золотистые облака проплывают мимо, похожие на целующиеся сэндвичи из белого хлеба. Они клубятся под сводом, давая немного утреннего света. Хочется есть. Не могу сидеть спокойно, пока на кухне мерзнет вкусная еда. Сейчас начну хлопать дверцами холодильника, и Вики с Адео сразу проснутся. Пора научиться закрывать дверцы нежно и беззвучно, как двери «роллс-ройса» с присосками.

Крутой салатик я придумала!

Грецкие орехи (чуточку)

1 ст. ложка меда (в меде обжарить грецкие орехи)

Любые листья салата (не горькие, не фрезе; можно латук кочанный; листья должны быть мягкими, без хруста)

Сыр «Сент-Агюр»

Зернистая груша (не твердая! Резать тонкими пластами, не кубиками!!!)

Оливковое масло + лимонный сок (немного) + соль = взбить!

Все это дело смешать.

Приятного аппетита!

Квартира на Пресне

Не было меня здесь целую вечность. В этом месте всё не так. Одежду из шкафа нужно перебрать, мебель переставить!

Моя домработница Яздундокта — удивительная женщина. Она не только вкладывает мои любимые диски не в те обложки, но и стирает мои джинсы так, что после этого я имею не только чистый предмет одежды, но и чистые деньги и водительское удостоверение.

Мой туалет отличается от всех существующих на земле — в нем никогда не бывает туалетной бумаги. Докта никогда за этим не следит, поскольку обитатели села, откуда она родом, обычно подтираются ладошками! Шутка. Так я обычно думаю, когда на нее злюсь, однако чаще всего я восхваляю ее пристрастие постоянно что-то оттирать. Если Яздундокта понимает, что я разозлилась, она тут же мчится в спальню скручивать лебедей из полотенец, а потом едет в магазин покупать развесной чернослив в шоколаде.

Когда я перестаю на нее злиться, свои указания я обычно фиксирую карандашами для губ на каких-нибудь чеках из «Связного», которые Докта не выбросила с прошлого года…

1. В доме нет ручек!!! (зловещим голосом)

2. Купить корм для рыбок, иначе они сдохнут!!!

3. Купить орехи и чай, иначе сдохну я!!!

В машине

Почему я вечно хожу голодная, никто не знает? У меня что, деньги закончились или «Азбука вкуса» закрылась?

Люблю ездить за рулем. Авто — мой второй дом.

Сегодня город едет не спеша. Нет более аккуратных водителей, чем те, кто забыл дома водительские удостоверения.

У моего навигатора непростая задача: выбрать самый короткий путь к супермаркету. Обожаю этот уравновешенный мужской голос, который никогда не визжит и не ругается, когда я сворачиваю не туда. Как вы думаете, кто глупее, он или я? Каждый раз мы отчаянно соревнуемся в тупизне, но сегодня, похоже, в этом поединке он все-таки возьмет гран-при.

Обидно, что в Москве отменили тонировку стекол. Бросить ковырять в носу за рулем — все равно что бросить курить.

Могу поспорить, на свете не существует человека, кто так же ловко умеет чистить апельсины и придерживать руль силой мысли, как я.

Выражаю благодарность терпеливым водителям, интеллигентно уступающим мне дорогу. Талант красиво материться появлялся у мужчин вместе с умением водить автомобили.

Пробка

Стою на одном и том же месте и втыкаюсь в бампер впередиидущего транспортного средства. Катающиеся бутылки из-под воды под пассажирским сиденьем превратились в мои любимые музыкальные атрибуты.

Москва — самый быстрый город на Земле, а наши регулировщики движения — донельзя важные сотрудники Дорожно-Транспортного Патруля. Без них водители ни за что бы не разобрались, как правильно пользоваться этой сложной дорогой.

Больше всего на свете меня интригуют водители, приобретающие автомобили зеленого цвета.

«Манагеры, ну-ка, покажите, какие “ мерины” у вас в салоне? Черные? Серебристые? Синие? Не! Не то! Хлам! Зеленый? О, да! Зелененький! Совсем другое дело! Если нужно, я доплачу за такой красивый цвет, я ведь модный парень! У меня все будет зеленое! Зеленый бампер, зеленые двери, зеленая крыша! И шарф я к нему куплю зеленый, и очки, и “верту”! Всё вокруг будет зеленое! Это очень стильно!»

Звонок от Патера

Привет… Ну как ты, жива? Я рад, что у тебя бодрый голос… Нет, просто хотел сказать пару слов по поводу того, что сегодня произошло… Помни, жизнь на этом не заканчивается, нужно продолжать жить дальше… Ты что, не в курсе? Боже, не знаю, как тебе сказать… Нет, я боюсь тебе говорить, лучше посмотри в новостях… Ты уверена? Хорошо, говорю… Нет, не буду… Не могу… Ты точно готова? Не знаю, с чего начать… Ладно, не кричи… Самолет шефа разбился… Их больше нет… В смысле кого? Самолета с шефом…

….…………………………………………

….…………………………………………

….…………………………………………

….…………………………………………

….…………………………………………

….…………………………………………

….…………………………………………

….…………………………………………

….…………………………………………

Следующий день. 8 утра

Мои глаза больше ничего не видят. Все вокруг обесцветилось. Холод. Желудок стонет. Небо давит. Ветер пахнет гнилью. По щеке ползет липкий, холодный пот.

Моим венам нужны инъекции кислорода. С трудом попадаю ключом в замочную скважину. Возможно, я ошиблась домом…

Дома слишком тесно. Для простора не хватает еще одного мира.

Хочу проспать свою боль. Снотворных в аптеках почти не осталось. Нужно купить еще таблеток. Любых. От страшной боли…

Аптека

Женщина-фармацевт, скорчив страдальческое выражение лица от мучительного радикулита, придерживая больную поясницу правой рукой, медленно нагибается своим круглым, похожим на пышную сдобу туловищем к нижнему ящику в поиске атаракса. Ее огромная грудь с удовольствием свисла бы до пола, если бы ее не сжимал плотно застегнутый белый медицинский халат, облегающий огромные жировые валики на спине. Если приподнять эту одежду, наверное, даже сыр «эпуасс» покажется шанелью «Шанс»…

Последнюю пачку атаракса придется достать с витрины. Возможно, она сделает это аккуратно, и витрина не обвалится.

Прилежно выжидаю, пока кто-нибудь улыбнется мне из очереди. И тогда я подумаю, что последние события моей жизни — неудачная шутка.

Лица старух похожи на мордочки невменяемых животных. Жалкая планетка, заселенная толпой злющих и нищих людей, ищущих старости и смерти. Если бы они выглядели внешне так же, как изнутри, — городской музей человеческих патологий переполнился бы достойными экспонатами.

Жду не дождусь, когда отменят наличные деньги. Представьте себе самого грязного человека на Земле. Вы хотите подержать в руках что-нибудь из его вещей? Спешу вас обрадовать: его вещи лежат у вас в кошельке прямо сейчас…

Еда…

Прохожу мимо булочной. На витрине соблазнительно выставлены пушистые глянцевые плюшки с изюмом и орехами, они заманивают прохожих, словно проститутки в квартале Де Валлен.

Стесняюсь своего аппетита. Обещаю, больше никогда не буду есть…

На следующий день

Когда же пройдет это утро? Смертельно тихое утро. Его тишина оглушает. Только бы дотянуть до вечера. Опять эти птицы. Им никогда не грустно. Они свободны.

Из окна светит глупое дружелюбное солнце. Деревья вонзаются в небо.

Вижу образ Ника, он давит на меня в семь атмосфер. Ненавижу себя. Я любила себя только рядом с ним. Я скучаю по тебе, мальчик с маленькими ушами, теплыми и круглыми, как ватрушки с творогом.

Представляю, как твоя жена, обмотавшись черным платком, раздает сейчас интервью и принимает от журналистов соболезнования. Наверное, ей тяжело и грустно. Но полная «лакримоза» наступит, когда выяснится, что все твои дома и яхты оформлены на незнакомую ей компанию.

Бедная старая женщина, теперь ей одной придется заниматься благоустройством бездарных детей-ленивцев, которые всю жизнь висели на твоей шее вниз головой. Ее даже никто не пожалеет, а ведь она была единственной, кто изначально любил тебя за запах студенческих подмышек.

Всю жизнь ты изменял ей, надевая драгоценные камни на шеи чужих женщин. Ты отдавал тысячи долларов за чужие тела, а за душу своей жены ни разу не дал и рубля…

Но теперь она на тебя не злится. Рожденные на земле сделаны из грязи, но смерть — идеальный отбеливатель.

Мертвые всегда хорошие, у трупов не бывает врагов…

* * *

О чем ты думал, когда падал самолет?

Малыш, доешь кашку, и пойдешь играть с друзьями…

Рады вам сообщить, у вас мальчик…

Не продавай акции, это не выгодно…

Таблетки синего цвета нужно принимать три раза в день…

Хэппи бёздэй ту ю-ю-ю-ю!!!

Любимый, это прошлогодняя коллекция…

Папа, прокатишься со мной на горках?

Не беги так быстро, я тебя не догоню-ю-ю-ю!!!!

Ты умер. Ты сдался. Я думала, ты сильнее биологии, ведь твоя линия жизни всегда была по локоть. Но ты ушел. И забрал с собой воздух. Дышать мне больше нечем. Мир погас. Кровь высохла, краски обесцветились, из-под ног ушла земля. Ничего не осталось, кроме пустоты.

Милый, не пропадай без вести, обещай приходить в мои сны, ты — лучший из всех покойников!

Жизнь + Смерть

Смерть близких дана людям, чтобы они расцветали духовно… Через свои раскаяния и страдания… При жизни наши души заперты в телах, глубоко спрятаны в белковые костюмы. Но жизнь — это не только белок. Это энергия. Энергия расцветает, когда человек умирает. Смысл жизни — в смерти. Смерть — это только начало…

Жизнь на земле — это школа, подготовка. А настоящий дом — там…

Жизнь — это куколка, превращающаяся в бабочку после освобождения от тела. Какова эта бабочка? Красивая? Или моль? Что выращивал твой кокон, любимый? Можешь ли ты сейчас, наконец, разогнуться и взлететь?

Fwd[2]: Жизнь + Смерть

У смерти длинные темные волосы и очень светлые хитрые глаза. У нее их много. Она видит всё, везде и всегда. Смерть — коварна, непрогнозируема и нелогична. Она заставляет страдать по-настоящему. Она необратима. Всю жизнь она охотится за каждым из нас, лишая возможности выбора.

Сама по себе смерть не представляет никакой опасности. До ее наступления мы живы, а после — нам уже все равно.

Страшна не смерть, а среда, которая остается после ухода человека. Страшны воспоминания; вначале свежие, а потом горькие, рваные и нечеткие. Страшны угольки, врезающиеся в мягкие ткани нашей памяти, которые гниют вместе с нами изнутри.

Чувства — рецидив. По-настоящему человек погибает не с приходом смерти, а с исчезновением мыслей о нем. Без мыслей ничто не существует.

Мы — всего лишь атомы, подчиненные рабскому природному механизму. Как бы мы ни старались, в итоге все равно оказываемся в одном и том же месте, становясь лакомым ужином для земляных червей…

Итц май лайф

Свет мой, зеркальце, ничего не говори. Поздоровайся с Зозо и намекни ей, чтобы она расчесалась. Зозо, ты же знаешь: мы встаем, чтобы вновь упасть. Это больно. Но есть только один способ дышать. Нельзя сдаваться. Повторяй за мной: жизнь прекрасна. И плевать, что это не так.

В доме мрачный бардак. Отсюда проще переехать, чем убраться. Не хватает только парочки крыс и тараканов, цокающих копытами по паркету.

На полке стоит цейлонский чай, отборный. У кого его отобрали?

В холодильнике рядом с соком «Злой» лежат наливные глянцевые яблоки с нежным вкусом антибиотиков. Не гниют они уже второй год. Наверное, молодильные. Хочется рязанских с горькими червями.

Включаю мобильный.

Эсэмэска от Вики. Вики. Вики. Билайн. Вики. Крис. Вики. Крис. Крис. Крис. Билайн. Крис. Фил. Крис. Крис. Вики. Патер-охрана. Патер-охрана? Наверное, этот дьявол вознамерился рассказать еще что-нибудь полезное для моего здоровья. Приеду и воткну ему вилку в печень…

Я: Привет. Звонил?

П: Да. Хотел узнать, как ты?

Я: Как в сказке, чё!

П: Чем занимаешься?

Я: Танцую.

П: А я на рыбалке.

Я: И где твое чувство утраты?

П: Ты ни разу не спросила о подробностях его смерти…

Я: Все, что меня интересовало, ты сказал…

П: Я не все сказал. Сейчас передо мной сидит человек, который хочет с тобой поговорить.

Я: Слушай, давай в другой раз. Я не в настроении.

П: Подожди! Сейчас будешь в настроении.

Он: Алло! Алло-о-о? Слышишь меня, любимая? Это я! Привет из ада! Ну, чего ты молчишь? Ты разве не рада, что я жив? Ну, скажи что-нибудь. Это я, твой мальчик, можешь приехать меня потрогать! Скажи, ты плакала? Рыдала? Проклинала себя? Я боялся, ты не поверишь Патеру. Хотя по нему всегда рыдало Щукинское. Знаешь, самолет так раскачивало, я думал, коньки отброшу. Но все обошлось. А могло не обойтись! Я представлял тебя заплаканную на своих похоронах, с красным носом и голубыми глазами. Мне хотелось тебя обнять. Прости, я просто не знал, как заставить тебя думать обо мне. Ты начала отдаляться, заглядываться на бойфрендов своих подруг. Ты ведь не хорошо тогда поступила, правда? Надо ценить, что я у тебя есть. В один прекрасный момент меня может не стать, ты должна об этом помнить каждую секунду…

Lf gjitk ns pyftim relf!!!

Чувствую себя в невесомости. Вены опустошены. Кровь выпита. Ветки обломаны. Я — комнатное растение, инвалид четвертой группы, дохлая кобра с выдранными клыками, изнасилованная петухами больная курица. Всё. Гейм овер. Меняю номер. Уезжаю из России. Навсегда. Устроюсь на работу. Официанткой. Буду работать в Макдоналдсе. Уборщицей. В хосписе. Выносить за престарелыми кал.

И как меня угораздило связаться с этим кретином, страдающим старческим хитроумием? Глупая я, открылась ему, как солнцу, тоже мне, открывашка дешевая. В ответ он бросил мне в глаза песок — хотел посмотреть, как долго я буду мучиться. Он организованно палил едкой кислотой по моему сердцу, зажарил с хрустящей корочкой мою больную душу, эмоционально унизил, обокрал, зашил мне веки, вынул из меня кости, сложил их в пакетик и скормил собакам!

Кровожадный стервятник, он только и мечтал произвести выверенный укол иголкой в мое хрупкое ядро. Но он не умеет пользоваться тонкими инструментами, он бьет лицом о стену, забивая в сердце ржавые гвозди. Ему нравится наблюдать за чужой болью, он хотел предоставить мне выбор, от чего мне лучше погибнуть: от безумной любви или от страшной тоски…

Ненавижу его! Всё! Расстрелян!!!

P. S

Ник «выжил», хоть это и не понравилось редакторам. Они ничего не понимают. Если он умрет, кто тогда будет оставлять волосы с подмышек на моих мочалках?

Любой человек рано или поздно причинит вам боль. Но если ты терпишь эту боль от того, кто этого заслуживает… В общем, с журавлем в руках можно и помучиться… К тому же я перфекционист — всегда довожу свое сумасшествие до конца!

(НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!)

Ранее утро

Раньше мое сердце согревала любовь. Теперь это делают свитера Loro Piana. После трех таблеток антидепрессантов жизнь кажется неправдоподобно гармоничной.

Мои соседи отрезаны на всю голову. В пять утра ломятся ко мне в дверь. Что им надо? Хорошо, что я на них не обращаю внимания и играю на фортепиано токкату Мендельсона. Обожаю этого чувака. Его и Брамса. Это главные костоправы моего слуха.

Музыка — наше всё. Это всемирный язык, на котором разговаривают все человеческие души без перевода. Она зарождает культуру, пробуждает чувства, соединяет людей, их мысли и нравы. Если вам плохо, доверьтесь музыке, она безошибочна, она всегда ударяет в самый желток. Все в этой жизни можно пережить, если вовремя подобрать нужную мелодию…

От звуков клавиш меня сносит. Играешь, и сквозь твои пальцы пробегает целая жизнь: клавиша белая, клавиша черная, потом опять белая, черная, белая, черная, и в конце — крышка…

На десерт — хорошо темперированный клавир Баха. По телу — дрожь.

Брутальное ДНК музыки тех времен сводит меня с ума. Обожаю все эти нотные тетрадки, полуфабрикаты, из которых нужно сплести красивую музыкальную косичку…

По большому счету, в мире не существует универсальных музыкантов, кто смог бы идеально воспроизвести любые мелодии.

Возьмем, к примеру, моих любимых скрипачей. «Шустрый» Яша Хейфец не сможет сыграть Концерт для скрипки Яна Сибелиуса так же трепетно, как это делает Давид Ойстрах. А Ойстрах, в свою очередь, уступит Хейфецу острые рельефы Рондо Капричиозо. О, да! Как никто другой, Хейфец попадает в ядра крещендо, разгоняя скрипку до ста километров в час, пока та не задымится! Кстати, где-то у меня был его диск…

Соскучилась по Вики

Что-то Вики мне давно не звонила, чтобы поинтересоваться, не собираюсь ли я покончить жизнь самоубийством.

Ненавижу кому-то дозваниваться. Не брать трубку во время завтрака — традиционная зарубежная привычка.

«Я завтракал, поэтому не смог ответить».

Если Вики не берет трубку, значит, она занята важным делом — накалыванием стебля спаржи на серебряную вилку, — это серьезнейшая уважительная причина, отменяющая любые форс-мажоры.

Звонок

Когда на мониторе моего телефона высвечивается номер с кучей нулей и кодом +44, я понимаю, что сейчас буду слушать бред сивой кобылы, где в качестве сивой кобылы выступает Крис, который звонит обычно по двум причинам: либо пожаловаться на лондонские пробки, либо рассказать, как заживает глаз Тома Йорка, которому он сострадает по четвергам в оксфордских пабах.

К: Дорогая! Слышишь меня?

Я: Зачем ты мне звонишь, дай угадаю?

К: Срочно прилетай!

Я: Что случилось?

К: Не могу об этом говорить. Это ужасно.

Я: Говори!

К: Если не приедешь, то вечером можешь узнать координаты кладбища, где я буду похоронен.

Я: OК. Вылетаю.

К: Встречаемся в 9 p. m. возле Ватерлоо. Bye.

Что у него случилось?

Все это похоже на какой-то бред. Крис — непонятка в тяжелом объеме, чудо-юдо-страус-птица. Подозреваю, в Лондон он попросил меня прилететь, чтобы подробно рассказать о результатах городского турнира по бейсболу.

Главное, не задавать ему лишних вопросов, все равно в ответ услышу отдельные словосочетания, не заканчивающиеся смысловой развязкой. Крис отвечает на вопросы, только чтобы издавать звуки. Рядом с ним всегда, как в декадентском болоте: ничего не понятно, у каждого гриба по сто сторон и всё не то, чем кажется…

Англия

Cтрана вечных дождей и зелени. Еда и запахи со всех концов света. Свобода вкуса. Народное братство. Равенство рас.

В эре постнулевых не осталось места нацизму — психологии рабов и маргиналов. Наконец люди повзрослели…

Теперь англичанином может стать любой человек, даже если он в парандже или исламской тюбетейке. Всегда завидовала людям, размахивающим британскими паспортами со знанием языка на уровне «How are you». Это так трогательно!

Крис загружен, как КамАЗ

Вот он, мост Ватерлоо, и великолепная я, примчавшаяся на встречу с чуть менее великолепным Крисом.

Худосочный бескровный мальчик стоит в беспомощной позе, склонившись над грязной Темзой, в водах которой отражается его желто-пепельное лицо. Удрученный великой печалью, он уныло смотрит на реку, как на большой унитаз, в котором плавают огрызки яблок.

Таким Криса я не видела никогда. Если положить его в гроб, попросить закрыть глаза и не дышать, то никто не сможет отличить его от трупа.

Темная одежда в стиле «привет из-под земли» усугубляет мои опасения. Из заднего кармана джинсов даже выглядывает пачка сигарет, которая явно свидетельствует о всемирной трагедии, касающейся либо конца света, либо образования нового. Еще недавно о курении не могло идти и речи, но если Крис начал курить, значит, мира точно скоро не станет.

Повернув ко мне голову, он смотрит на меня влажными глазами цвета чая, затем, не сказав ни слова, подходит и крепко прижимается к моей грудной клетке всем туловищем, как обычно делают маленькие дети на днях рождения своих мам.

Да уж, многие освежили свои души на этом плече. Что у нас на этот раз?

Я: Крис, на тебе лица нет. Посмотри на себя. На голове шухер, как у Людвига вана.

К: Всё ужасно. Я получил анализы.

Я: Ты сдавал анализы? Зачем?

К: Проверялся.

Я: ВИЧ?

К: Хуже. Гепатит С.

Я: Почему хуже?

К: Потому что теперь мне придется наблюдать за тем, как гниет моя печень.

Я: Пустяки. Считай, что это последствия насморка.

К: Пообещай, что не оставишь моего Тома, когда меня не станет.

Я: Брось! Все будет музыкально.

К: Скажи, почему именно я? Знаю, я не предохранялся.

Я: Этот вирус слабоустойчив. Ты делал очищение крови?

К: Нет.

Я: Использованные шприцы?

К: Шутишь?

Я: Зубы?

К: Дантист?

Я: Хирургические инструменты.

К: Что теперь делать?

Я: Подать на клинику в суд.

К: Я не буду этим заниматься.

Я: Тогда забудь об этом.

К: Как мне теперь жить?

Я: Сделай глубокий вдох и успокойся. Больше ни слова!

Крис зажмуривает глаза, закрывает лицо руками и начинает выдавливать давно не вылезавшие наружу слезы. Интересно, когда его глаза опухнут, он, наконец, станет страшненьким?

Предвижу интересную насыщенную жизнь, наполненную ежедневными поездками в госпиталь, где Крис на глазах врачей будет художественно уходить из жизни. Теперь его регулярно будут одолевать видения с капюшоном и косой, которыми он начнет запугивать несчастных домработниц, сотворяя из своей болезни уникальный мемориал, доступный всем желающим пособолезновать ему…

У Криса дома

Переступив порог его обители, мы тихо пробираемся на кухню — единственное чистое место в доме.

Обнаружив на столе чашку с останками имбирного чая, Крис немедленно вливает их в себя.

Зарывшись в мои волосы, словно это его любимая подушка для слез, он еще раз высмаркивает в них остатки соплей и вновь начинает вытирать ладонями скатывающиеся по красному носу соленые слезы.

К: Куда деть все эти сопли? Салфетки закончились…

Я: Ничего. Мы их засушим.

Я: Крис! А почему у тебя на кухне валяются фотографии Гельда?

К: Гельд? Мы познакомились на вечеринке, помнишь? Я сразу ему понравился, хотя он меня совсем не знает.

Я: Поэтому ты ему и понравился.

К: Мы с ним очень продуктивно провели время.

Я: И что вы делали вместе? Читали Карамзина?

К: Это допрос?

Я: Ты качественно принял его в свои объятия? Отвечай!

К: А лампой в лицо светить будут?

Я: Нет. Сегодня в наличии только электрический стул.

К: Секса с конями не было, расслабься.

Я: Ну всё. Я спокойна.

К: Гельд — мой товарищ!

Я: Секс по-товарищески?

К: О чем ты?

Я: Гельд — гомосексуалист?

К: Что за дурацкие определения: гомо, гетеро… Он — человек!

Я: Далекий от психологической нормы…

К: Похоже, ты не совсем понимаешь, что есть секс.

Я: Зато ты очень сведущ.

К: Ты в курсе, что мы с тобой сейчас тоже занимаемся сексом? Закрой глаза. Дай руку. Чувствуешь? Это секс. Я целую тебя. Это секс. Глажу твои волосы. Это секс. Секс — это когда атомы и молекулы соединяются…

Я: Ты действительно такой ненормальный или просто прикидываешься?

К: Я действительно ненормальный. Просто прикидываюсь.

Я: У тебя не мозги, а лабиринт!

К: Не волнуйся. Я покажу тебе дорогу.

Я: Чепуха! Ты заблуждаешься в своих же заблуждениях!

К: Ты загоняешь себя в рамки, лимиты. Но они условны. Их нужно уметь преодолевать.

Я: Ты крейзи!

К: Купи мозги!

Я: Безлимитные?

К: Пораскинь умом: есть ли отличие, когда перец залезает в твой рот языком, или когда он втыкает в тебя своей шишкой через другой люк?

Я: Ты перенюхал годовой запас порошка?

К: Ты уходишь от темы.

Я: У нас не было никакой темы.

К: У нас всегда только одна тема.

Я: ОК, а что тогда означает фраза «заниматься любовью»?

К: Ее часто употребляют не по назначению. Самая чистая любовь — платоническая. Я, например, тебя люблю. Платонически.

Я: Это как? «Люблю», но «не хочу» и «не трахаю»?

К: Это в теории. А на практике: «люблю», «хочу», но «пока не трахаю».

Я: Как остроумно, сейчас рухну от перегрева.

К: Мне тоже жарко, особенно когда тебе приходится все разжевывать до пюре.

Я: Обожаю тебя. Ты — «Оскар».

К: Можно я тебя поцелую? Или для этого тоже нужна виза?

Я: А какой пастой ты сегодня чистил зубы?

К: Не переживай, не томатной.

Я: На тебя кирпичи сегодня не падали?

К: Почему спрашиваешь?

Я: Кирпичи жалко.

К: Обожаю твой безосновательный оптимизм.

Я: Наслаждайся.

К: Даже не знаю, как тебя благодарить…

Я: Не беспокойся, я альтруист.

Размышления

В древние времена бисексуальность считалась естественной. Половая принадлежность не играла большой роли, люди раскрывались в своих эмоциональных штормах, осуществляя животные соития с теми, с кем им хотелось. Такое первобытное поведение считалось нормальным, оно не было отягощено религией и догмой.

Помнится, даже всеми любимый полководец из школьных учебников славился храбрыми поступками не только на опасных сражениях. Пока жены отважных бойцов благоустраивали свою личную жизнь в гаремах, их мужья по очереди спускали штаны перед своим бесстрашным предводителем, чей инструмент работал не хуже автомата Калашникова.

Появившаяся в науке семейная мораль привнесла множество коррективов в человеческих отношениях, наложив табу на все естественные желания. А через некоторое время медицина и вовсе диагностировала в бисексуальности патологию. И с этого момента для гомосексуалистов начался ад. Затравленные гопниками, они стали позорными изгоями общества, вынужденные встречаться на территории специализированных ночных клубов, грязных подъездов и съемных комнат, где можно втихаря выпустить на волю свой физический голод.

Удивительно, что Крис, несмотря на свой плюшевый характер, клал на социальные предрассудки с высокой-превысокой башни. Он твердо уверен — люди бисексуальны, и сомневаться в этом так же бессмысленно, как и в том, что Земля вращается вокруг Солнца. Помню его слова: «Если боишься быть собой, значит, ты трус и полный мазефака. Пока ты не будешь делать то, что нравится тебе, сам ты никому не будешь нужен»…

Иногда мне хочется взять ластик и стереть лица и половые органы у людей, чтобы мужчин и женщин можно было различать только по их поступкам.

Вы никогда не замечали, что хрупкие девчонки часто проявляют отвагу героев римских мифов, а накачанные супермены ведут себя как нерешительные дюймовочки? В современном мире между мужским и женским полом нет четких отличий, с каждым поколением эта граница стирается. Конечным пунктом нашего путешествия по времени должен стать гермафродитизм… Впрочем, для унитаза все мы на одно лицо, так что…

Playstation-3

Я была не права, когда подумала, что в мире существуют заболевания, не поддающиеся лечению. Противоядие всему неизбежному давно найдено, и название ему — Playstation-3. Больше всего эта электронная игрушка радует меня своей способностью повышать Крису настроение. Если Крис смертельно заболевает, то делает это до тех пор, пока не выйдет обновленная версия «Ассасинов» и «Теккенов».

Как только он включает Tekken-6 и начинает колотить ногами Йошимитсу при помощи джойстика, мир меняет свои краски, а сам Крис перестает требовать ухода и сострадания.

Тхэквондист Хвоаранг — наша общая с Крисом жара. Управляя ударами этого бесподобного юноши со сказочными навыками корейского боевого искусства, Крис ощущает себя крутым атлетом, грозным тотализаторщиком, непобедимым Рэмбо, способным ударом одной ноги снести каменные стены, которые посыпятся друг за другом, словно бумажные карты.

«Вот тебе, вот тебе! Сюда, сюда, сюда и сюда! Ах, ты еще не сдох? Ну всё, сейчас я тебе устрою полный game over, мазефака!»

Песенки

В честь своего недуга Крис решил составить список любимых композиций, под которые ему будет легче чахнуть. В список вошли The Cure — «Love Song», Guns N ’ Roses — «Estranged», The Cult — «Painted on My Heart» и U2 — «I Still Haven’t Found What I’m Looking for».

Эти песни раскрывают внутренний мир Криса. Здоровья больше нет, осталось заботиться только о душе. Хотя, чего о ней заботиться? Она все равно бессмертна…

Вечер

Почему закат нельзя сделать вручную, чтобы выключить свет на небе и поскорее наступил следующий день? Я слишком долго ждала звонка от Ника, чтобы не взять трубку. Он знает: если я ему звоню, значит, соскучилась, а если не звоню, значит, жду, когда соскучится по мне он…

Скоро ночь окутает мои думы, звезды задремлют, и я закрою глаза. Но спать пока не хочу. И язык у меня не заплетается. Где мой мишевый плюшка?

Утро

Проснулась с мыслью, что пора что-то менять. Поменяла 500 фунтов. На время успокоилась.

Может, сходить в Мадам Тюссо, манекенов посмотреть? Или съездить с Крисом позаниматься фитнесом?

Надо срочно чем-нибудь заняться, иначе скоро я стану похожей на облако в штанах…

Hello, my name is table

У Криса есть особенность: перед походом в спортзал он нажирается, как поросенок. Делает он это обычно в ресторанах с явным перекосом несъедобной составляющей. Например, американский ресторан Macdonald’s. Чикен макнагетс + Биг Тейсти = похороны желудку. И залить всё это дело джином (тоником) = печень, прощай, мы больше не увидимся.

Слава богу, у нас с Крисом есть любимый общепит, где готовят самые вкусные артишоки в городе. Их бы я не променяла даже на Ника. Ресторан под названием The Wolseley — это такое место, где Крис в первую секунду случайно встречает 150 друзей и начинает с ними водить хороводы.

«Здорово, Крис!!! Как дела???»

Легче ответить, что все нормально, чем долго объяснять, как все хреново.

Интересно, когда Крис успел познакомиться с такой кучей народа, и почему они находятся в восторге от человека с интеллектом мощностью в одну извилину?

Интересно, почему у меня нет такого количества друзей? Наверное, потому что я дружу только с людьми…

Очевидно, если у человека много друзей, значит, у него их нет вообще…

Эйт о’клок

После плотного обеда сила гравитации увеличилась. Аппетит приходит ко мне чаще, чем вдохновение…

Садимся на мотоцикл, чтобы поехать в Virgin Active Health Club, где Крис несколько раз в неделю оживляет свои внешние углы.

Никогда не удивлялась его привычке не надевать шлем — что ему защищать? Весь имеющийся куриный фарш в его черепе вылетел при первом же разгоне с места. Отличное турне. Приятно, что Крис желает встретиться со смертью лицом к лицу. Надеюсь, нервный тик не сильно меня испортит?

В автомобиле «хонда», спрятанном за деревьями, страстно целуется влюбленная молодая пара. Ясное дело, Крис не смог бы позволить им спокойно попить друг у друга слюни.

Побибикать, позвенеть, посвистеть и все испортить — он считает это своим долгом. Щеки напуганных подростков обрели пунцовый отлив мака из Ферганской долины.

Ненароком вспоминается наш с Тоником отдых, где мы имели честь чуть не повеситься от тоски.

Бали — это такой остров, который отличается дружелюбными туземцами и полным отсутствием развлечений. Единственной местной забавой там является пожирание манго, выковыривание из кожи колючек от морских ежей и тщательная слежка за спаривающимися котами.

Последний пункт каждый раз приводил Ника к потере самообладания. В бешенстве, с озабоченным выражением лица он бросался разнимать их. Топал ногами, угрожал и терроризировал этих несчастных животных с помоечными полосками требованиями прекратить этот прилюдный разврат!

Вот она, зависть к чужому счастью!

В спортклубе

После неумелой эксплуатации Крисом мотоцикла и моих нервов мы попадаем в фитнес-клуб «Virgin».

Потные круги на майках у подмышек, полотенца на плечах, жим ногами, гиперэкстензия, вдоооох-выыыыдох. Еще раз… Вдооооох — выыыыдох…

Под ноги попадаются парни со штангами с выпученными глазами, как у филиппинских долгопятов, и грустные девушки-йогистки с кривыми толстыми ногами, намазанными автозагаром.

Современный самодостаточный человек занимается активными видами спорта. А на йогу, сразу видно, ходят все брошенные, несчастные и ущербные, чтобы весь день стоять на голове и открывать третий глаз.

Простите, если задела вас копытом, но йога — не моя тема, хотя некоторых людей она наверняка делает лучше. Я бы тоже с радостью стала лучше. Но лучше уже некуда. Теперь вы знаете, в чем моя проблема.

Бассейн

Опять меня обгоняет стая плывущих детей. Перед тем как утонуть, доплыву до бортика ради разно образия.

Бирюзовая вода, пахнущая гашеной известью, нежно проскальзывает между моих пальцев. Хочу предаться этим глубинам и растворить в них свои воспаленные думы, беспорядочно разбросанные по мозгам. И тогда сложится моя мозаика, и я равномерно размажу свои мысли, как масло по бутерброду, и станут они прозрачными, как воды Байкала…

Осторожно! Злая собака!

Обещаю больше никогда не ужинать! Ужин надо отдавать врагу, а по ночам нужно только завтракать!

Почему в холодильнике всегда все такое вкусное и такое вредное??? Хочу, чтобы малиновый джем был малиновым джемом, а не концентрированной углеводной массой, угрожающей осесть на талии!

Буду с нетерпением ждать, когда закончится эта дурацкая диета и я смогу нормально поесть…

Утро: Чай.

День: Яблоко. Половина грейпфрута. Чай.

Ночь: БУЛОЧКИКОНФЕТЫПЕЧЕНЬКИЖРАТЬЖРАТЬЖРАТЬ!!!!

Утро

Всем доброго утра! (На Ника это не распространяется.)

Домработница всегда приходит очень рано. Не представляю, как люди встают на работу в девять ночи.

Чтобы немедленно проснуться, выпиваю стакан холодной воды Volvic.

На сайте этой компании написано, что жидкость для человека крайне полезна, так как мозг состоит на 80 % из воды. Но это совсем не так. Я знаю человека, у кого мозг состоит на 99 % из воды. Мечтаю стать для него крокодилом, чтобы для меня он состоял на 100 % из еды…

Hakkasan

Больше всего этот ресторан известен двумя вещами: сумасводительной пекинской уткой, благодаря которой можно навсегда распрощаться с остатками своей фигуры, и тем, что в этом месте можно встретить множество знаменитостей, внешне напоминающих специалистов по уборке помещений. Иными словами, если вы не попросите автограф у знаменитого актера из-за того, что спутаете его с бомжом из Калмыкии, на вас из-за этого не сильно обидятся.

Внимание! Всем стоять смирно и не дышать! Образец классического оборванца в свитере с катышками зовут Венсан. Этот человек является известным актером и по совместительству другом Вики, в связи с чем она уже подскочила к его столику и сейчас обменивается с ним горячими приветствиями, подставляя пухлые щечки, чтобы они были обцарапаны трехдневной наждачной щетиной, пахнущей перегаром. Теперь ей неделю придется выковыривать из кожи занозы.

Официанты смотрят на Венсана большими влюбленными глазами: глазные яблоки готовы вывалиться из орбит и повиснуть на ниточках. Они даже забыли об обязанности подливать ему в бокал красное вино. Надеюсь, они не забудут, что надо еще и дышать иногда?

Хитро поглаживаю глянцевый браслет из белого золота, жадно обвивающий мое правое запястье. Такие украшения я ношу специально, чтобы наблюдать в зеркальном отражении, что происходит сзади…

Когда Вики сидит на стуле, ее попа смотрится, как мягкая подушка, на которую хочется прилечь. Словом, Венсан с удовольствием завалил бы ее прямо на этом месте, если бы рядом не сидела однодневная подруга, которую он с собой притащил.

Девочка она, конечно, модная, ничего не скажешь, — чего только стоит «бохатая» фирменная шкура, на которой болтаются лапки и морда убитого зверя.

Эту стильную леди зовут Альжбета — довольно известная фигура в узких кругах Лондона, в прошлом актриса с большим будущим, а ныне — депрессивная «шлюшка по щелчку». Опытная дама, не много б/у, с пробегом, к своему делу подходит основательно: после секса с более простыми гражданами Альжбета обычно выпрашивает часы или кольца, однако с такой знаменитостью, как Венсан, она согласна имитировать оргазмы бескорыстно, на общественных началах. Альжбета, вся такая красивая и бесплатная, перед тем как лечь с Венсаном в постель, наверняка взяла с него обещание познакомить ее с каким-нибудь режиссером, который, разумеется, поможет ей стать голливудской актрисой номер один, отправив Пенелопу и Киру в неизвестность. Да уж, многие девушки прокладывали свой карьерный путь, сидя на строгих белковых диетах, и конечно же Альжбету эта чаша не миновала.

Широко улыбнувшись, она обнажает свои мелкие, испачканные блеском для губ зубы и внезапно выпячивает на меня круглые, впалые, словно клавиши пианино, глаза, разбросанные по дальним сторонам такого же круглого лица, наполовину прикрытого глянцевой челкой. Так и хочется воткнуть в кончик ее носа циркуль и очертить круг. Перед вами полнолуние, загадывайте желание. В центре круга виднеется огромный нос пятаком, будто в лицо вдавили пятирублевую монету и обшили сверху кожей. Характерный русский типаж, снятый с печки. Венсан явно приложил массу усилий, чтобы оторвать ее от грядок и притащить сюда. Такие девушки сейчас — limited edition, они давно уже вымерли, вместе с матрешками, гуслями и балалайками.

Интересно, что об этом думает бывшая супруга Венсана, знаменитая актриса, на которую мастурбирует львиная часть мужского населения планеты (что, в общем-то, тоже неплохо, так как укрепляет рукопожатие). Пока она разбрасывала улыбки фоторепортерам, ее муж потряхивал своими перепелиными яйцами перед ассистентками операторов, ведь поиск подруг, приятных на ощупь, — главная специализация его жизни.

Похоже, об этом в курсе даже известный журналист, который внимательно наблюдает за Венсаном с соседнего столика.

Судя по азарту в глазах, ему не терпится написать интересную статью и приложить массу интересных фотографий.

Журналисты, как стилисты. Быстренько снимут розовые очки, если они вам не идут. Из любого Джонни Деппа способны сделать мелко порубленный люля-кебаб. Это опасные люди…

Хорошо, что в мире существует Вики. Она поддержит Венсана в трудную минуту. Ее пламенные чувства всегда созреют в случае необходимости, ведь она готова воткнуть свою толстую сиську в рот даже крокодилу, лишь бы полежать рядом с «Оскаром».

Надеюсь, когда они окажутся в постели, его не сильно смутит ботанический сад между ее ног, ведь она считает, что в женщине главное не внешность, а надежность. Вики надежна, как электрическая розетка. Плюс, она всегда добра и весела, ведь это главная формула женского успеха: красивая дама должна себя вести как некрасивая, а некрасивая — как очень красивая. Если в этой формуле сместить какие-либо составляющие, — девушка будет выглядеть утрированно. Вики этого не допустит, в области флирта она почетный ветеран труда…

Еда

На столе стоит тарелка с трупом серебряной трески, с выдранной чешуей и оголенным белым мясом, засеянным различными пряностями. Возле отрезанной рыбьей головы с выпученными глазами виднеются небольшой стог салатных листьев и долька лимона — это придает блюду модный дизайн.

Интересно, как скоро Вики променяет общество Венсана на морские дары?

Странно, что сегодня она не заказала новозеландского лобстера. Отдирая клешни и выковыривая из них белое мясо, она испытывает настоящую радость жизни. Правда, этой радости для ее желудка часто оказывается мизерно мало, посему в дополнение к своему счастью она обычно заказывает пару центнеров ракообразных.

Скрюченные туловища королевских креветок, напоминающие свернувшихся в клубок навозных гусениц, радуют ее воображение, иногда она даже пере считывает сложенные в ряд мелкие лапки или катает по тарелке круглые маленькие глазки, напоминающие горошинки черного перца.

Но больше всего на свете Вики любит икру. Такого поглотителя черной икры не найти во всей галактике. За один прием она способна влить в себя несколько тонн рыбьих яиц!

Подобная страсть к еде передалась ей, очевидно, от матери, которую Вики всегда поддерживает всем сердцем и желудком.

Организацией королевских трапез мать и дочь всегда занимаются вместе. С самого утра они отправляются на ферму и в течение нескольких часов выбирают самого качественного претендента к ужину. Искренне полагая, что любые вкрапления в мясе способны испортить блюдо, они стараются учесть каждую жилку в мышце животного. Этих женщин невозможно напугать отрубленными головами цыплят или обескровленными свиными головами с печатями.

Скажу больше, главный королевский свинопас недавно научил их определять вкус мяса по выражению морд убитых кабанов. Вики этим неслыханно гордится…

P.S. Кому не нравится клип Moby «Disco Lies», срочно закройте эту книгу!!!!

Вики вернулась

Застрявшая шкурка дорады между ее зубов выглядит сексуально. Скоро от рыбы останется тонкий обнаженный позвоночник. К этому времени Вики будет сильно пьяна.

Мне нравится ее спаивать и наблюдать, как губы покрываются фиолетовым налетом от красного вина и как она становится неадекватной, ощущая приятное тепло, разливающееся по телу нежной расслабляющей волной…

Я: Знаешь, Ви, а ты смотришься с Венсаном. Я даже подумала, что ваш долгий разговор закончится свадьбой.

В: Мы с ним просто друзья! Я отлично знаю его супругу, она просто чудо! Он ее очень любит…

Я: Что-то не похоже…

В: Ты неисправима! Выпей пару глотков эликсира добра!

Я: Официант! Будьте любезны, налейте этой девушке еще!

В: Нет, не стоит, я слишком пьяна…

Я: Не слушайте ее, наливайте!

В: Слушай, а ты умеешь пить at one gulp?

Я: А ты?

В: Могу! Смотри!

Я: Вот это да!!!

В: Ну всё. Внутри меня проснулся бог…

Я: Сколько видишь пальцев?

В: Тридцать.

Я: Маловато…

В: Официант! Налейте нам еще! Если когда-нибудь увидите мою мать, передайте ей, что я больше никогда не вернусь в этот гнусный дом!

Я: За тебя, моя дорогая! И твою счастливую семью!

В: За тебя, моя дорогая! Чтобы тебя не угораздило попасть в такую счастливую семью!

Я: Посмотри на тот столик!

В: Боже! Все нас ненавидят!

Я: Поехали отсюда. Не могу видеть эти кислые лица.

В: Официант! Подойдите сюда! Ближе! Можете не делать мне книксены. Где еще вино? Несите его сюда! Резче! В темпе вальса…

Скорость

Признаюсь, я даже не поняла, что произошло. Мы только что пили красное вино, а в следующий момент я уже оказалась внутри своего «мерседеса».

Быть пьяной за рулем — все равно что побывать в другом измерении…

Я верю в своего ангела-хранителя. Интересно, он сможет лететь за мной со скоростью более 100 км/ч?

В сумерках Лондон выглядит особенно хрупко.

До ночи еще далеко, а на улицах полный чил-аут, словно город накрыли крышкой.

В этой части столицы обычно стекаются потоки кристально чистых английских вод, которые оседают в виде розовощеких долговязых старичков, бодро шагающих вдоль пыльных тропинок.

Сейчас устрою здесь спецтурне, проверю их на стрессоустойчивость. Интересно, они успеют отскочить от летящего «мерседеса» с сумасшедшей «бьютифул бейби» за рулем?

60… 90… 120… 140… 160… 190… 200… 220 км/ч

Эй! А кто будет заканчивать эту книгу?

200… 190… 140… 80… 60 км/ ч.

Ночь

Месяц, вернее, луна, не дает мне спать. Хочется вырезать ее с неба. Она такая яркая и круглая, словно фара лондонского такси…

Светофоры, колеса, осадки, ДНК, пищевые цепочки, жизненно важные человеческие органы, планеты, галактики — всё в этой жизни закодировано в круг, это главная фигура мироздания. Круг не имеет углов, его форма совершенна, об этом знают даже звезды, которые движутся по кругу, — это самая идеальная из всех траекторий!

Может, и бесконечность имеет форму круга, ведь без него наша Вселенная была бы бесформенна? Летишь в прямом направлении, и возвращаешься обратно к точке отсчета — меня развлекает играть с этими мыслями.

Обычно месяц соглашается с тем, что я говорю, но сегодня он странный: недовольный, искаженный какой-то мрачной агонией и совсем не излучает жизненный оптимизм…

Время мучительно ползет к утру. Влекомая невидимой космической силой, я, как всегда, не могу уснуть. В этом нет ничего удивительного — все психопаты с потусторонним миром на короткой ноге. К тому же как можно спать на кровати, похожей на батут, — на ней впору прыгать, как на Олимпийских играх в Сочи. Даже овец считать на ней неудобно. Они постоянно выплывают из облаков, поднимают головы и сердито смотрят на меня…

Моя шизофрения несносна. Эта ночь вечна…

Творческий «отлив»

Клавиатура ноутбука издает отвратительные щелчки. Нужно поменять мой «Эппл» на «Картофл» или «Грушл».

Пытаюсь напечатать что-нибудь позитивное, но такие затеи обычно ничем хорошим не заканчиваются.

Самое сложное в написании книги — нигде не ставить смайлов.:)))))))))))

Еще недавно мне хотелось после каждого слова напечатать километр скобок, но по взгляду редакторов было видно сразу — не договоришься…

Обожаю писать всякую чушь — это как рукоделие: вышиваешь из слов красивые кружева, выдавая квинтэссенцию мысли. Когда видишь человека вживую, приходится досаливать фразы лживыми интонациями и мимикой. С буквами же все по-другому. Они всегда спокойны и умеренны, они дают читателю возможность выбора…

Если человек пишет книги, значит, он невероятно одинок. Писателю нравится мерцать умственными гранями, устраивая экскурсии по закоулкам своего внутреннего королевства, чтобы потом сделать вид, будто он безнадежно заблудился, и, внезапно взмахнув рукой, сказать: «Не переживайте, у меня же есть с собой глобус! Пойдемте за мной, как-нибудь выберемся…»

Любовь

Это тончайшие нити, которые связывают людей крепче слов, окутывая полностью и проникая внутрь. Слова мимолетны — они забываются, тонут в ежедневном потоке информации, слова не способны передать те внутренние эмоции, которые разрывают нас изнутри.

Самое важное в жизни — найти человека, с которым ты можешь просто помолчать о чем угодно. И знать, что он молчит с тобой в унисон…

Утро

Больше никогда не буду есть на ночь чизкейки, это вредно. Перехожу на «Киндер — молочный ломтик».

Апельсины лежат на блюдце, как маленькие солнышки. На одном из солнышек сидит муха — хитро потирает лапки и смотрит на меня своей недовольной рожицей с большими круглыми глазами без зрачков.

Дождь учит меня спокойствию. Он опять обидел выглядывающее солнце, и оно уплыло плакать обратно в тучи.

С неба льет как из ведра. Все романтики говорят, что им нравится дождь, но почему-то всегда ходят с зонтами.

Люблю слушать голос ливня, когда крупные капли с грохотом разбиваются об асфальт и в щели окон пронизывается жалобный стон ветра. Наверное, мои глаза сейчас такие же стеклянные, как и окно, в которое я смотрю.

Говорят, у стекла нет чувств. Но когда пишу на запотевшем стекле «Я тебя люблю», оно тихо плачет вместе со мной…

На улице

Ливень закончился. Теперь с облаков льются тонкие ручейки, чистые и теплые, в них можно варить какао.

Мне нравится гулять под дождем, потому что никому не видно, что я плачу. Волосы от влажности становятся волнистыми, они всегда волнуются вместе со мной. Хожу я всегда очень быстро, чтобы в глазах мелькали тротуарные плитки. Никогда не наступаю на щели между ними — в детском саду я была чемпионом по «классикам».

Над головой повисла радуга. Она похожа на арку в другой мир. Или на растянутый флаг острова Маврикий.

Мокрая природа очень красивая. Всюду блеск. Блеск луж, кустов и капель на ветках. Мы живем ради блеска. Блеска огня, солнца, бриллиантов, месяца, воды, любимых глаз… Обнаженные деревья шевелят своими глянцевыми веточками в ожидании, когда придет щедрое лето и одарит их изумрудными листьями и шикарными цветущими нарядами.

Мир спокоен. Ему хорошо. Лишь мое сердце изнывает от боли. Если б я только знала, где найти йод, чтобы прижечь эти глубокие раны…

Австралийский терьер

Крис — большой любитель делать подарки. Больше всего он любит дарить женщинам цветы. На дни рождения он притаскивает мне десятки растений, как к Вечному огню. Ему нравится рассматривать мое счастливое лицо, уткнувшееся в кучу роз, — это возвышает его мужское достоинство.

Вижу перед собой очередной букет, огромный и красивый. Только что мне с ним делать, пока неясно. Точнее, с обоими. Букет всегда идет в наборе с Крисом. Для белых лилий, от которых можно задохнуться, как от угарного газа, у меня даже нет вазы — цветов этих не меньше ста.

Помимо букета мне вручили маленькую коробочку с большим белым бантом и дырочками; из-под крышки трогательно выглядывает живой организм с мохнатой мордочкой с несоразмерно длинным болтающимся языком.

Что это за средство для вытирания пыли?

Эх, зря я нахваливала собачьи качества Тома, когда он добросовестно слизывал пролившийся на пол молочный коктейль. Крис решил, что и мне необходим такой же домработник.

Глупая таракашка, ты даже не подозреваешь, в какие нехорошие руки попала. Назову тебя Ником. Буду морить тебя голодом, выгонять на улицу, заселять на твою спинку маленьких сердитых блошек, а потом выводить их едким шампунем.

Ну, иди ко мне, иди, моя маликая щлядкая собака…

Имя для животного

Назову эту лающую погремушку «Спасибо». Это первое слово, которое я произнесла, когда ее увидела. К тому же это слово имеет перевод на 3000 языках мира.

Мерси, Грасиас, Данке, Терима Кази (Индонезия), Дьёл (Уэльс), Кёсоном (Венгрия), Кам-о (Вьетнам), Та (Исландия), Синьсиэ (Китай), Мёзи (Гаити), Палдиес (Прибалтика), Токь (Норвегия), Обригаду (Португалия), Мульцуми (Румыния), Хвала (Хорватия), Окаге де (Япония)…

С этого момента в любой точке света будут знать, как величать моего монстра.

Круто!

Неделю спустя

Здоровье — это единственное, что позволяет человеку быть по-настоящему свободным. Печально, что возможности медицины беспредельны, а наши возможности ограничены…

Доктор назначил Крису какие-то таблетки, которые нужно принимать четыре раза в день. Как только он прочитал о побочных эффектах, они тут же у него начались. Крис выздоровеет, когда умрет его лечащий врач.

Наконец моя жизнь стала полностью сбалансированной: каждое утро я выгуливаю двух тупых собак с зыбкими слюнями и висящей по колено челюстью, пока обладатель смертельного заболевания валяется в своей пушистой кровати, рассматривая цветные сны.

Прыгая по узким тропинкам Лондона, густо затянутым серым туманом, собаки периодически останавливаются, чтобы нагадить на древние растопыренные лапы деревьев, громко полаять на прохожих или понырять под колеса велосипедов.

Ободранные пластмассовые кости, которые они каждый раз притаскивают обратно, я норовлю зашвырнуть куда-нибудь подальше. Вдруг мне повезет, и собаки заблудятся?

Из двух наушников работает только тот, который постоянно вываливается из правого уха. У Эминема, как всегда, все запутанно и непоправимо, он матерится и предъявляет кому-то претензии, чтобы окружающие поскорее свихнулись и с этим не затягивали.

Все вокруг какое-то фальшивое. Даже летящие мне на спину холодные капли — это не дождь, это чей-то кондиционер.

Русских женщин видно за километр. Сведения о моде в последний раз к ним поступали в 1988 году. Провинция в тяжелой форме — это как бензин, не выветривается даже в Лондоне.

Прически, как у дикторов Центрального телевидения, ногти облезлые и со стразами, как у продавщиц бананов, серые полинявшие бюстгальтеры, торчащие из-под пуловеров, и бессменные шорты-юбки, которые, они, очевидно, шьют по журналу «Бурда Мода».

Через час

Утренние пробежки — не для моего дохлого организма.

Надеялась, что сумею добежать пару километров обратно до дома, но нет, пришлось вызвать такси. Мои ноги пару раз уже пытались отсоединиться от туловища, чтобы скакать отдельно, но я вовремя перекрыла эту затею.

Хитрый взгляд таксиста приглушен очками от солнца, которого в Лондоне никогда не бывает.

«Dear, you look georgeous». («Дорогая, ты выглядишь как грузинка».)

Водители — мои главные фанаты. Каждый раз они учат меня жизни. Я всегда запоминаю их рассказы, чтобы не делать так, как они говорят.

Скучаю по Тонику. Так хочется сказать ему, что он мой О_2 и Н_2О…

По радио доносятся волнительные заунывные надрывы парня с вечно печальным лицом.

Лодырничанье

Возьмем, к примеру, Криса. Ради того чтобы ничего не делать, он и больным прикинется, и дохлым, и живот у него вовремя прихватит, и голова закружится, и глаз задергается — лишь бы подольше поваляться в постели, лаская себе яйца. Сон и отдых ото сна — главные развлечения его жизни.

На протяжении тысячелетий ради лени люди сворачивали горы — это главный двигатель технического прогресса.

Взгляните: весь город увешан рекламными плакатами с изображением массажеров, пылесосов и электрорасчесок: Лень рисовать? Возьми фотоаппарат! Лень зажигать свечи? Включи свет! Лень идти пешком? Заведи автомобиль! Лень стирать? Включи стиральную машину! Лень читать? Включи телевизор! Лень отправлять письма? Отправь эсэмэс! Лень писать? Печатай на лэптопе!

Мир развивается во имя безделия. В течение ближайших столетий человечество будет озадачено одним-единственным вопросом: как сделать так, чтобы ничего не делать и чтобы дело делалось само?

Под комфорт мы подстраиваем свою жизнь.

Даже выбор друзей мы осуществляем с практичной стороны. Человек становится твоим другом не из-за наличия общих интересов, а из-за того, что тебе с ним дружить удобно, так как вы учитесь в одном колледже, или работаете в одной компании, или паритесь в одной бане…

Искать настоящих друзей — лень. Писать об этом — лень. Жить — тоже лень. Спасибо за внимание. Зозо, а с кем ты сейчас разговаривала?

Мобильный целыми днями: «Дзыыыыынь!!!»

Крис: Алло, простите, куда я попал?

Я: Смотря куда вы целились.

К: Прости, дорогая, набрал номер и забыл, куда звоню. Это все гепатит.

Я: Ты что-то хотел?

К: Я просто хотел сообщить, что я сейчас лежу и умираю.

Я: Какая долгожданная новость!

К: Как там Том? У вас все в порядке?

Я: Нет, все очень плохо, он скучает. В следующий раз пойдешь гулять с ним ты.

К: Я вас очень люблю. Тебя и Тома. Мне снился сон.

Я: Только не надо рассказывать, как черти тебя изжарили живьем.

К: Нет! Это был добрый сон. Вы снились мне оба. Ты и Том.

Я: И кем я была? Доброй волшебницей или мировым злом?

К: Ты была просто супер. И Том тоже.

Я: Мне даже страшно спросить, чем мы все вместе занимались?

К: Ничем. Вы просто были рядом. Я ощущал вас возле себя. Ты держала меня за руку, давая чувство защищенности. Мне нельзя отпускать твою руку, иначе я свалюсь в пропасть…

Я: А Тома с собой прихватишь?

К: Ты можешь ёрничать сколько угодно, но ты ведь все понимаешь. Скоро я умру и не смогу тебе ничего сказать…

Я: Тебе не кажется, что ты умираешь слишком долго?

К: О боже!!! Не может быть!!!

Я: Что случилось?

К: Я у зеркала! Мои белки глаз! Они стали желтыми!

Я: Надо купить тебе глазной отбеливатель. Закапаешь и будешь болеть дальше.

К: Я разваливаюсь на глазах. С каждым днем чувствую, что ухожу…

Я: Том гавкает! Это протест! Некому будет его кормить, придется остаться.

К: Дай ему трубку.

Я: Ты спятил?

К: Хочу услышать его голос.

Я: Гав! Ввввваф!

К: Чувак! Я обожаю тебя!

Я: Друг, ты обезумел. Гепатит поразил не только твою печень.

К: Не напоминай! Ты не представляешь, как мне плохо! У меня нет аппетита! Я не хочу есть даже те продукты, что запретил врач! А еще у меня высокая температура! Горло болит, словно его перерезали, в нос залили Темзу, а уши заложены, как на военном истребителе.

Я: Может, стоит гулять в нормальной обуви, а не в сланцах?

К: Не переношу обувь. Уж лучше умереть.

Я: Тогда сделай это быстрее.

К: Обожаю тебя! Слышишь? Ты не изменила мою жизнь! Ты ее создала!

Я: Я почти у порога и ищу ключи, чтобы открыть дверь и озарить твой мир.

К: Люблю тебя, правда! Я знаю, ты чувствуешь то же самое! Люблю тебя, слышишь?

Я: Как трогательно. У меня началась тахикардия.

К: Клянусь! Если бы мне давали по доллару каждый раз, когда я о тебе думаю…

Я: То ты бы немедленно начал обо мне думать…

К: Как смешно, убиться веником…

Я: Открывай давай!!!

К: Ща

С каждым разом мне становится сложнее поддерживать морозец в голосе, выслушивая эти менуэты, ведь они способны выдрать душу у любого. Стоит мне повестись на эту лирику, как наш с Крисом разговор превращается в приторные тосты за крепкое здоровье. Невозможно быть равнодушным к этому хитрюге — он такой волнительный оратор…

Крис обожает открывать мне дверь в предвкушении прыгающего Тома и Спасибо. Настоящая английская семья, не хватает только минивэна, злых соседей и детей-близнецов с двойками…

Пришли

Как всегда, наступаю на чьи-то свежие испражнения, лежащие плотной коричневой горкой посреди стриженной салатовой лужайки у дома. Боже, что эти животные ели?

Внутри дома как-то неуютно и холодно, словно всё залили жидким азотом. Со всех сторон доносятся аккорды из «Щелкунчика» в очень неприятной дискотечной обработке. Пётр Ильич, наверное, сейчас вертится в гробу, как вентилятор. Вот до чего довела Криса его долгая разлука с умом!

К: Почему ты так смотришь на меня? Тебе не нравится «The Nutcracker»?

Я: Ах да, у тебя же температура!

К: Тебе нравится Пита Чаиковски?

Я: Не Пита, а Пётр Ильич!

К: Как ты говоришь? Элыч?

Я: Ильич!

К: Пёта Элыч!

Я: Почему он? Дай угадаю. Чайковский тоже был геем, и поэтому его произведения звучат в твоей комнате необычайно громко. Верно?

К: А много ты встречала нормальных людей, зародивших культуру? Они все бабники, психи, наркоманы и алкоголики.

Я: Ты прав. Даже Есенин повесился…

К: Это кто такой?

Я: Чувак один.

К: Твой друг?

Я: Ну да.

К: Мои соболезнования…

Я: Я уже смирилась с утратой.

К: И все равно, прости.

Я: Сейчас расплачусь. Дай вон ту коробку с салфетками.

К: Лови!

Я: Куда ты швыряешь? Я тебе не Федерер!

К: Прости!

Я: Ты выпил Day Quil?

К: Почти.

Я: Что значит почти?

К: Я почти собирался его выпить. Слава богу, у этих таблеток нет побочных эффектов. Хотя пользы тоже не особо заметно.

Я: Какого фака ты не съел мюсли? Они так и стоят на столе!

К: Мюсли???

Я: Мюсли.

К: Где???

Я: На кухне.

К: Это далеко.

Я: Они, наверное, уже прокисли!

К: Вот видишь, а ты просишь, чтобы я их съел.

Я: Не понимаю, чем ты занимался все это время?

К: Лежал и придумывал новую букву в алфавите.

Я: Успешно?

К: Неа. Мне так и не удалось изобрести ни одного незнакомого звука. Всё, что приходит в голову, — уже есть. А, О, У, Б, Г, С, Ф… Может, вместе подумаем?

Я: Иди чисти зубы, ты похож на огородное пугало.

К: Я тебе не нравлюсь?

Я: Крис!

К: Неохота в душ…

Я: Крис!

К: ОК. Я просто не хочу стоять один в душе! Посидишь рядом?

Я: Крис!

К: Ну, пожалуйста!

Я: Хорошо, только обещай, что тихо намылишься и не будешь петь «Joker».

К: Не буду!

Я: Договорились.

К: ОК.

Я: Ну? Давай поднимай свою пятую точку.

К: Сейчас, еще немножко полежу и пойду.

Я: Крис!

К: Совсем чуть-чуть…

Я: Крис!

К: Ну, пожалуйста!

Я: Крис!

К: ОК, ОК. Иду…

В изнеможении закатывая глаза и повторяя слово «фак», Крис ползет в ванную. Честное слово, это не человек, а какое-то безмозглое растение из семейства пасленовых. По непонятной причине он считает, что все должны валиться навзничь от его исключительности, ведь в нем масса изюминок, он практически кекс, и за это ему во всем должен быть дискаунт.

Еще несколько месяцев назад он поправлял себе прическу даже во время секса, но теперь целыми днями валяется на хронически незастеленной кровати и почесывает свое третье око. В его жизни теперь имеются лишь две светлые полосы: длинная простыня и рулон туалетной бумаги.

Не знаю, какое чудо завело его сегодня в ванную, но об этом событии нужно написать в The Times.

Стоя под душем, Крис раскрывает свой вокальный дар. Пока он изображает Matthew Bellamy, я собираю его грязные футболки и трусы, которые всегда лежат возле умывальника, вынимаю из его зубной щетки застрявший лук-порей или ныряю по кафелю с аквалангом, чтобы выловить свои тапочки.

Как только зеркала покроются паром, Крис обязательно напишет на них какую-нибудь умную фразу, раскрывающую многосторонние просторы его сложной личности: «Only God can judge me» — или что там говорил 2Pac?

В общем, в душе Крис очень добрый и тихий чел. Но как выйдет из душа — такой придурок!

Когда это уже закончится??? Пойду включу Трента Резнора, он быстренько сотрет с лица земли эту сопливую романтику.

Стеклянные двери

По неизвестным причинам Крис считает себя иконой стиля, священной и мироточащей. Подробнее всего его творческий почерк раскрылся в дизайне квартиры.

Самозахлопывающиеся стеклянные двери, установленные на каждом квадратном сантиметре ста пятидесяти комнат, — это ключевой момент его интерьера и главное доказательство высоких чувств к эстетике.

Крис ликует: этим редким декором он превзошел себя трижды, ведь главная уникальность стеклянных дверей в том, что через них всегда хочется пройти, не вспомнив о том, что они закрыты…

Многие жертвы этой дизайнерской находки осчастливили свои улыбки наполовину выбитыми передними зубами, но сегодня я оскорбила эту традицию, лишившись всего лишь одного резца.

Веселит одно: запись к «приличному» стоматологу в этом городе невозможна даже за месяц. Я знала, что инопланетный разум Криса, видоизмененный кокаином, до добра не доведет. Пойду поблагодарю его за это. Дети, закройте ушки!

Стоматология

В моем рту с энтузиазмом копошится дедушка лет шестидесяти, пытаясь отпилить остатки выбитого зуба и аккуратно наложить на его место композитный гель, который ровно через три месяца так же художественно отвалится.

Терпеть не могу, когда мой рот осматривают так дотошно — наверняка в нем есть что-то, о чем я даже не подозреваю.

Хирургические лампы светят мне в лицо, и я с удовольствием от них слепну — этот дискомфорт отвлекает меня от онемевшей челюсти, которую мне запретили закрывать.

Надеюсь, доктор в курсе, что, если он сделает мне больно, придется закатить саундтрек, после которого медсестрам выдадут третью группу инвалидности по слуху?

С трепетом выжидаю фразу «Прополощите и сплюньте». Эти слова обрадуют меня намного больше, чем любое «I love you».

Любопытно, какой фактор стимулирует людей выбирать профессию, обязывающую всю жизнь копаться в гнилых ртах? Наверное, этот вопрос актуальнее задать в кабинете проктолога, но сейчас меня интересует именно этот дантист — старый дряхлый дед, глубокий заучка, посвятивший свою жизнь проблеме кариеса.

Если следовать логике, главная цель стоматолога — наполнить планету лучезарными улыбками. Любить смех — значит, любить жизнь. Получается, мой врач — очень хороший человек, и он отредактирует мою пасть просто волшебно…

Глава 14

Новая жизнь Алисы

«Ты всегда можешь взять больше, чем ничего».

Л. Кэрролл «Алиса в Стране чудес»

Неделю спустя

Клавдия

Благодаря обширной сети известителей, и в частности бесподобному человеку по имени Патер, я узнала о том, что мой «загадочный» мужчина решил «загадить» наши отношения окончательно, на посошок.

Я, конечно, понимаю, что его новая девушка — это очередная короткометражка, однако не взглянуть на ее красивые фотографии в известной социальной сети, где сидят малолетки поколения Джастинов Биберов с одинаковыми тараканами в голове, делающие подробные отчеты о своей бессмысленной жизни и ставящие лайки на свои же фотографии, мне просто не позволила бы совесть. К тому же Патер так заботливо выслал мне ссылку на ее анкету, что теперь до конца жизни хочется благодарить его за это и приносить цветы на его могилу.

Итак.

Новую девушку Ника я считаю очень эффектной.

Сколько ей лет, интересно? Пятьдесят?

Сразу видно, Тонику больше не важна красота наружная, на этот раз он погнался за красотой душевной. Возьмем, к примеру, ящерицу — австралийскую короткохвостую: сходства здесь видны невооруженным глазом. Амфисбена белая простая — ее однояйцевая сестра-близнец. По всей видимости, у Тоника проснулась любовь к животным — типичное заболевание людей преклонного возраста.

Как говорит Патер, женщины делятся на два класса: «мега-звезда» и «не накинешься». Без сомнения, в разряде «не накинешься» эта леди занимает лидирующую позицию.

В ложной надежде своего сходства с Викторией Сильвстедт, она безжалостно обесцветила свои темные волосы и выбелила усы над верхней губой, чтобы тщательно завуалировать генетический налет от татаро-монгольских вторжений. Еще бы. Разве эту женщину сможет что-нибудь украсить, кроме перекиси водорода? Ради Тоника пришлось пойти на жертвы, ведь для него девушки делятся на две разновидности: блондинки светлые и блондинки темные, а все остальное вообще не относится к женскому полу.

Стройное девичье тельце с кривыми, как у краба, ножками и перманентными грудями, слегка примятыми облегающим купальником цвета «вырви глаз», обнимает пальму на фоне отеля «Парус», изо всех сил втянув живот и оттопырив зад кверху.

Наверное, находиться с такими дамами приятно, от них всегда веет солнцем и ветром — стоит приложить ухо к ее голове, можно услышать шум моря…

Тело этой девушки зафиксировано всюду: белые пески Мальдив, экзотические кустарники, вывески престижных отелей, известные дискотеки, пляжи, богатые автомобили и прочие-прочие проявления стыда за то, что денег у нее нет.

А вот и репортажи с престижной дискотеки: фотографии с отрезанными мужчинами, целующимися в губы подругами, сигаретами в зубах, ну и, конечно, сортир — лучшее место для фотосессий, не говоря уже о рельсах и капотах автомобилей. Не хватает только колоноскопии с подробным фотоотчётом. Да уж. Две тысячи фотографий в одном альбоме — явный признак отчаяния…

Уж не знаю, с какой дачи подобрал ее мой Тоник, но девушке и в самом деле повезло оказаться рядом с припаркованным возле бордюра «ламборджини».

Кстати, вы хорошо умеете отличать турецкую пальму от лазурной? Этот вопрос остается открытым в большинстве анкет социальных сетей, где девушки любят попринцессить.

Девочке явно надоело жить в Братеево, где люди ходят в шкурах. Все мы понимаем: побывать в Турции и Египте — это что-то вроде судимости. Слава богу, после встречи с Тоником у нее появилась возможность забыть «Турцию, всё включено», и познакомиться с двумя новыми словами: «шенген» и «BBJ». Все мы понимаем: побывать в Турции и Египте — это что-то вроде судимости.

Ура! Ей больше не придется выставлять фотографии с отдыха на курортах недоразвитых стран! Но самое приятное, ей больше не придется отдирать бирки Zara с внутренней стороны пальто, чтобы не позволить гардеробщикам московских ресторанов усомниться в крутизне ее личности!

Через 10 минут

Правая рука примерзла к мышке, продолжая щелкать фото.

Я — скрытый мазохист, всю жизнь занимаюсь самоуничтожением. А вдруг он по-настоящему счастлив с ней? Самое опасное и чудовищное в человеке — это его воображение. Лишь оно одно способно сделать человека самым несчастным на земле.

В душе холодно, как в морге. Чувствую себя голой. Будто с меня содрали одежду. Ищу место, чтобы согреться. От боли чешется в горле. От слезных ручьев, которыми я окропляю Клавиатуру Мониторовну, пора бы ослепнуть — они проедают глаза, словно серная кислота. Срочно требуются дворники!

Мне настолько плохо, что не получается даже нормально сгрызть shellac с ногтей. Мое сердце рассыпается на маленькие кусочки, словно соленое печенье. Вовнутрь проникает жгучее осиное жало, это так больно…

Двадцать минут спустя

Не ждите, стеноза митрального клапана у меня не будет, похороны опять переносятся. Чувствую себя бодро. Даже попыталась зарегистрироваться в Твиттере. Правда, так и не поняла — это сайт для аспирантов МГУ? Как разобраться, кто кому написал и кто кому ответил?

Надо срочно чего-нибудь съесть, а то во рту какая-то грусть…

Киндер, кюхе, кирхе

Неужели сильному полу, кроме наружных половых органов, больше ничего не дано? Неужели нужно отрывать ванькам встаньки и чипировать их под хвостом, чтобы они всюду не разбрасывались своими генами? Неужели братьям нашим меньшим все равно, куда втыкать свою останкинскую сосиску (от слова «останки»)? Неужели оба их полушария защищены не черепом, а штанами?

До последнего надеялась, что Ник — мужчина. Но оказалось, что член ему достался по ошибке.

Не могу поверить, что мою любовь променяли на женщину, пахнущую сигаретами.

Неугомонный Ник. Он хочет казаться горячим жеребцом. Даже когда у него перестанет вставать, на свой горбатый шланг он нацепит аппарат Илизарова.

Представляете, еще недавно я мечтала выйти замуж за этого млекопитающего, променяв Вселенную на четыре стены в доме, чтобы быть ему примерной женой…

Жена. Это слово у меня ассоциируется с чем-то злым и жирным. Представляю себя женой Ника. Вначале будет подвенечное платье, занимающее половину улицы, затем медовый месяц, после которого мы будем отдыхать по отдельности еще полгода, потом появится штат домработниц с вениками и швабрами, диваны с вмятинами от задниц, ночная руготня из-за пульта от ТВ, скучные ужины под развесистыми каштанами, маникюрщицы на дом, утягивающие трусы и пельмени хенд-мейд.

В итоге я превращусь в примерную бирюлёвскую домохозяйку, и мой Уэльбек заменится Джейми Оливером.

С появлением детей моя жизнь кардинально изменится. Придется каждый день просыпаться в семь утра, отводить их в сад, таскать шампанское полоумным воспитательницам и на ночь по тридцать раз читать тупые сказки о том, как принц влюбился в уборщицу. И все ради чего? Ради того, чтобы дети выросли, ушли из дому и завели другие семьи? Дети — гости в нашем доме. Представляю, как наш с Ником огромный дом опустеет и мы останемся в нем совершенно одни. И станет нам в нем невыносимо тесно. Тесно до смерти. Это будет момент истины, когда останемся только он и я, старые и никому не нужные. И будем мы гнить наедине друг с другом в воспоминаниях о наших войнах, ссорах и изменах…

Когда-то мне хотелось родить Нику кучу мальчиков и девочек, поскольку я считала, что смысл жизни — оставить после себя жизнь, и дети — единственная модель бессмертия. К тому же с раннего детства мне твердили, что на детях держатся семьи. И это оказалось так. Большинство семей появляется исключительно из-за детей, но сами дети редко появляются в семьях… Ради сохранения имиджа благополучного семейного очага люди терпят друг друга, закрывая глаза на паскудство.

Я давно поняла, торопиться в этом вопросе не стоит. Лучше я подумаю трижды, прежде чем подумать четырежды. Важно не просто размножиться, а найти свою вторую половину, кому было бы не страшно доверить свою старость, с кем было бы приятно находиться наедине без всяких друзей, детей и родителей.

Спешить не стоит, ведь с годами наши шансы на любовь до гроба заметно возрастают, не правда ли? Одиночество — уникальное чувство, когда ты страдаешь от того, что слишком хорош, чтобы быть с кем-то. Впрочем, страшно не само одиночество, а те люди, рядом с которыми ощущаешь себя одиноким. Похоже, это чувство так и останется моим главным союзником. Если вы так и не поняли почему — см. начало абзаца.

Следующая остановка — сердце

Эта ночь пульсировала болью. Из-за нее я не досмотрела свой утренний сон. Вчерашний чай меня уже не ждет. Опять я наплакала три ведра и блюдце. В глазах моих закончились слезы, но в сердце по-прежнему Индийский океан.

Меня бросает то в жар, то в холод. Не могу встать с постели. Я попала в зону турбулентности. Хочу освободиться, но чувствую себя, как в наручниках. Ищу внутри себя запасной выход, но все время натыкаюсь на «выхода нет».

И вновь мозги посмотрели на сердце с презрением, и надежда лизнула меня своим языком. Еще несколько часов назад я была полна решимости смести Ника с горизонта, но что-то вновь ударило в мой череп, и швы разошлись. Плотно закручивать гайки я не умею. Настала хреновая пора. Я — овца.

Любовь + сомнения = измены

Все мы преданы — кому-то или кем-то. И виной тому — сомнения. Мы никогда ни в чем не бываем уверены. Даже когда мы точно в чем-то уверены, все равно наступает момент, когда наше ясное зеркало обрастает серой пылью, требуя очередной уборки. В какой-то момент нам кажется, что мы по-настоящему влюблены и ничто не может сломать наши отношения с партнером. Но через некоторое время мы все равно ломаемся и позорно предаемся трусости.

Уверенность — самое ненадежное чувство из всех существующих. В душевных шатаниях мы и проводим свои жизни, после каждого сомнения пытаясь навести внутри себя порядок. А правильно ли я поступаю? В этом ли мое счастье? Эти мысли неизбежны. Как бы мы ни старались, мы будем сомневаться до конца своих дней, причиняя боль себе и близким…

Эта боль, словно прививка от герпеса, просветляет и делает нас сильнее.

Главное, избавиться от надежды. Надежда — самое большое зло. Она заставляет надеяться на то, чего никогда уже не будет…

Но если вам удастся выдернуть розетку и все забыть, чтобы построить мост между старыми воспоминаниями и новой жизнью, вы будете по-настоящему счастливым человеком. Только представьте, еще пять минут назад вы были готовы умереть, но кто-то опять чинит вас изнутри, бросая спасательный круг, и опять вы готовы перевернуть страницу и поменять масло в моторе, не оставив старого ни капли.

Невероятное ощущение, будто вас окунают в дерьмосливник, и вы выныриваете, но уже в новом мире.

Отныне мои глаза открыты. Мир реален. Почему небо такое синее? Никогда до этого солнце не было таким ярким. Ура! Настало время выстроить сногсшибательную конструкцию к моей новой пьесе!

Мне хорошо. Не верите? Смотрите! ..♥..♥..♥..♥ …♥..♥..♥… — это мое сердцебиение! Ни единого колебания! Какое же это прекрасное чувство — быть свободной от самой себя!

Еще немного, и я стану совершенным человеком. Человеком, в котором нет кнопок, при помощи которых его можно было бы остановить или раздавить. Человеком, кто убивает врагов не местью, а смехом, кто варит из их ядов целительные бальзамы, чтобы стать бессмертным, неуязвимым! Неважно! Лучшим!

Я ни о чем не жалею. В рисках не бывает проигрыша. Любой эксперимент поднимает нас на новый уровень жизни. Я не могу быть совершенной. Совершенным место в музее. Это всего лишь моя жизнь, начало нового цикла. Дальше будет еще интереснее…

Аллилуйя!

Новая жизнь

Моя главная проблема: я постоянно влюбляюсь в тех, кто этого не заслуживает. И еще, я не могу влюбиться в нового мужчину, пока не сдохнет предыдущий. По этой причине всех моих мужчин ждут врачи психоневрологических диспансеров. А ведь так хочется найти свою единственную вечную любовь, хотя бы на лето. Где ты, герой моей мечты, или хотя бы сосед в пределах Третьего кольца, или супермен неважно откуда? С паспортом и прививками.

Нежного, внимательного, щедрого, корректного, тактичного, лояльного, компромиссного мужчину мечтаю хотя бы раз просто увидеть. Наличие ума, харизмы и маникюра приветствуется.

Где же ты, любовь моей жизни? Точнее, ее небольшого остатка. Хочу найти свой третий глаз, четвертую четвертинку, пятую ногу, шестую шестеренку, седьмую воду на киселе, восьмое чудо света, чтобы вместе смеяться, обижаться, экспериментировать, гулять, молчать, придуриваться и бесконечно влюбляться друг в друга без перерыва на обед. Хочу найти любовь, как у Иден и Круза, чтобы этот человек умел давить своих тараканов сам и чтобы с ним я смогла заменить «хочу», на «хотим».

Разумеется, я смогу влюбиться только в мужчину с хорошим вкусом. То есть в того, кто будет понимать, что я идеал: не сплю, где придется, не ем, что попадется, не пью, что попало, — предлагаю продолжить логическую цепочку…

И, главное, помните: нормальный вес вычисляется по простой формуле: рост минус 110! Так что если хотите стать моим героем, не забудьте посмотреть в зеркало, чтобы после этого у вас появился смысл прочитать следующий абзац.

Акция — первые три свидания абсолютно бесплатно! Шутка.

На самом деле хочется чего-то простого и чистого. Цветы без оберточной бумаги, малину без сахарного сиропа. Ведь я живая, я не фантик, не мультик и не картинка. Я — самый обычный человек, который мечтает создать самую счастливую семью на свете. Впрочем, если вы готовы это сделать, то вам, скорее всего, не ко мне, а к доктору…

Новое увлечение

С тех пор как вирус прописался в организме Криса, его жизнь капитально изменилась. Во-первых, он похудел на 12 кг и теперь выглядит так, будто его засушили между страничек, во-вторых, его резко посетил религиозный трепет к Востоку, и теперь он с утра до ночи просветляется на своих медитативных сеансах. В ближайшем будущем он даже планирует переехать в Цинхай, чтобы освятиться сакральными ветрами и постигнуть высоты духа, но строгий постельный режим пока приостанавливает его светлый путь к дзену.

Отныне дом Криса напоминает сувенирный магазин в Шри-Ланке, где при ночном походе в туалет вы несколько раз врежетесь в золоченых Вишну и Ганешу. Стены в прихожей теперь плотно покрыты монгольскими тханками с изображениями Бодхисаттв и богинь Кали в ее ста пятидесяти версиях, возле которых круглосуточно дымятся тибетские благовония.

При входе в спальню пугающе располагается кованая непальскими мастерами огромная поющая чаша, под звуки которой Крис постигает биоритмы тантрического буддизма.

Откуда у Криса столько золотых статуй, пока неизвестно. Ощущение, что он соскребал все это золото стружками с православных куполов. Статуэтки Будды, стоящие на полках в разных положениях и позах, умиляют. Правильно, если бы Будда все время лежал на одном боку, у него появились бы пролежни.

Постельное белье на кровати тоже несет глубокий смысл. Пододеяльник украшают черная черепаха, зеленый дракон, белый тигр и красный феникс.

Словом, Крису человеку я больше не нужна, ведь теперь у него есть духовный проводник Шива, благодаря которому он окончательно спятил. Теперь Крис открывает входы в параллельные миры, куда постоянно приглашает своих друзей, таких же больных на голову индуистов, которые умеют разговаривать друг с другом без помощи телефона, находясь каждый у себя дома…

Что подарить Вики?

Чуть не забыла. Сегодня у Вики день рождения — единственный день в году, когда леди Роза не сажает в саду свои корнеплоды.

Бедная Вики, сегодня ей предстоит минимум сто раз выслушать пожелания про крепкое здоровье, семейное благополучие и море улыбок.

Что ей подарить? Уже целый месяц этим вопросом задается вся английская элита.

Слава богу, ответ на этот вопрос у меня давно найден. Я приняла решение подарить ей Спасибо. Несколько дней назад это тявкающее сокровище накрутило несколько извилистых каштановых сосисок на полу бутика Ральфа Лорена, и продавцы заслуженно оценили эту детскую непосредственность, застыв в ошарашенно-убитой гримасе. Меня сие обстоятельство тоже пробрало до самого нутра, после чего мою голову посетила гениальная мысль сплавить это милое создание любимой подруге, ведь она всегда славилась хорошим отношением к родителям и животным.

Даже не верится, что мне придется расстаться с этим крезанутым, ведь я не на шутку успела свыкнуться с его холерическим темпераментом.

В общем, сегодня Вики будет в восторге, и я опять попаду во все мишени. Все знают, я — известный снайпер…

Приехала

Из года в год Вики отмечала свой день рождения в тесном кругу семьи, однако сегодняшний тридцатилетний юбилей она решила отметить с размахом.

Вхожу в зал для торжественных церемоний. Надеюсь, гости уже разошлись.

По сравнению с этим местом, мой лондонский дом сопоставим с туалетом для гостей.

Выгляжу я ужасно, но платье Chloe немного подстраховывает — в нем я вся бежевая, как пирожное, и ощущаю себя человеком, а не зеленым гоблином.

Когда я никого не хочу видеть, я стараюсь широко улыбаться. По возможности искренне. Сегодня это делать приятно, ибо привлекательных мужчин здесь целая пропасть. Надеюсь, наша именинница найдет себе достойную пару и мне больше не придется иметь подругу — зоофила.

Несмотря на то что не введенными в курс о сексуальных похождениях Вики остались лишь геи и собаки, она по-прежнему является безукоризненной английской аристократкой. Состав британского высшего общества определяется поколениями. Даже манеры использовать столовые приборы у них передаются генами. Это вам не наша высокосветская богема, научившаяся правильно писать: «сдесь» и «зделать», чье поведение за столом напоминает аборигенов из племени хадза.

Как и положено, Вики сегодня похожа на невесту графа Дракулы: ее мраморная кожа отливает смертью, волосы гладко расстелены на плечах, челка поставлена раком, губы покрыты алой помадой, как у женщин, сидящих на кассах, а элегантное темное платье тщательно подметает отполированный пол.

Если в этом наряде она выйдет на улицу, прохожих смогут спасти только подгузники. Не спасут они их только в случае, если они увидят меня…

Вики томно ходит по залу, улыбается гостям кривыми зубами и согревает в руках бокал холодного шампанского. В общем, ничего интересного. Надо бы проверить, что происходит на улице…

В саду

Нет ничего приятнее, чем совершать променад по королевскому саду и вдыхать сладкий запах шиповника.

Сразу видно, персонал долго готовился к великому торжеству: сады пострижены, окурки убраны (шучу), красивая мебель прикрыта белоснежными тканями.

Расселение по столам классическое: знать сидит посередине, а те, кто к ней стремится, — по краям.

Трехслойные шелковые женские шляпы с перьями, подобранные к шелковым варежкам такого же цвета, чуть не выбили меня из жизненного седла. Интересно, когда женщины экспериментируют со своей внешностью, они смотрят в зеркало?

А теперь угадайте, как зовут этого сногсшибательного мужчину в черном бархате? Правильно, его зовут Адео. Как вы догадались, что он не смог побороть в себе желание испортить этот праздник?

Сегодня Адео решил принять душ, чтобы явиться в белоснежной рубашке и начищенных до зеркального блеска ботинках. По сравнению с ним, абрисы приглашенных кажутся мелкими и нечеткими, будто их случайно набросали простым карандашом.

Ослепительнее Адео выглядит лишь леди Роза — староста многодетного семейства. Она резко вплывает в толпу и начинает стрелять по гостям своим надменным взглядом, спрятанным за щеткой густо накрашенных мелких ресниц. Этот взгляд всегда одинаков: он облечен в лед и безразличие, наглухо перекрывающие доступ к сокровенным мыслям этой женщины. Ее лоск пронзителен. Он сражает наповал каждого, кто приблизится к ней в радиусе ста метров. И лишь ее бриллиантовые серьги в форме ромашек излучают нежный розовый свет, подсвечивая благородные морщины, гордо собранные на персиковых щеках. Каждый раз с ее приходом мир становится другим. Взгляните, даже солнышко отдало ей честь, выскочив из облаков, чтобы прикоснуться к покатым плечам, лебединой шее и безупречно натянутой спине, которая, глядите, вот-вот, лопнет…

Леди поправляет колье и осматривается по сторонам. Внезапно ее флуоресцентный взгляд останавливается на точке, где стоит ОН — главный правообладатель промежности ее дочери, невежда из третьей страны мира, путеводная звезда всех мафиози и наркоманов. Держа Вики за руку, он восседает на гостевом стуле, словно на троне, и что-то нашептывает в ее левое ушко. Вики на своего приятеля старается не смотреть и на каждое его слово вежливо кивает головой.

Чувствуется, леди Роза тоже прониклась масштабом личности этого человека и уже вовсю представляет, как он будет разбрасывать носки по дворцу, как его бритвы будут валяться на любимом столе королевы Марии и как он не будет опускать крышку унитаза на радость всей королевской династии.

Интересно, Адео сейчас находится на достаточном расстоянии, чтобы туфелька Леди долетела до его лба? У нас появится шанс проверить это, особенно когда о новом увлечении Вики узнает королева. Всем известно, как она, умело облекая эмоции в дипломатическую мантию, виртуозно размазывает людей по стенке, когда дело заходит за приемлемые ею рамки. Ну, всё, Адео, теперь ты точно попал. Считай, что тебя похоронили…

Через 1,5 часа

Уже прошло столько времени, а народ еще не пьян. Похоже, праздник сегодня пройдет без зверских надругательств над печенью.

Бомба вечера — мясо теленка в почечном соусе с трюфелями и соцветиями цветной капусты. Приготовление этого блюда королевскому пищевару не доверили, посему на праздник был приглашен некий супер-шеф-повар из суперизвестного ресторана.

Удивительно, что гости уплетают это блюдо за милое дело, ведь от почечного соуса разит мочой и грязными трусами.

Никогда не сомневалась, что англичане со своими манерами в стиле «корону не ношу, но могу показать» — народ неприхотливый, особенно в еде, и особенно на дне рождении моей подруги…

Подскакав ко мне, Вики тянет меня за руку.

Вики: Пойдем! Я познакомлю тебя с мистером Тченгизом!

Я: А кто это такой?

Вики: Как? Ты не знаешь мистера Тченгиза?

После таких слов я каждый раз задумываюсь. Может, мне надо было его знать?

А вот и герцогиня идет навстречу. Правильно, давайте пока начнем с нее…

Леди Роза: О, этот вечер чудесен! Даже мистер Томпсон сегодня ни разу не заговорил об ошибках правительства. (Герцогиня усмехается и авантажно рассматривает свои кольца на пальцах.)

Вики: Мистер Томпсон? А разве он здесь? (Вики прищуривается в неопределенной улыбке.)

Леди Роза: Ах да, я совсем запамятовала. С тех пор как он обзавелся ранчо в Африке, его узкий круг общения сократился до зебр и жирафов.

Вики: Ах, мама, это звучит прискорбно. Надеюсь, он сделал правильный выбор?

Леди Роза: Злые языки поговаривают, что даже миссис Томпсон всерьез обеспокоилась его душевным состоянием, из-за чего ей пришлось сбавить густоту своей страсти к вышвыриванию его вещей с балкона. Досадно, что твоей подруге не удалось познакомиться с этой замечательной парой! (Леди Роза поворачивается в мою сторону и ожемчуживает меня своей сияющей улыбкой. Жаль, что подобный порыв благовоспитанности совсем не означает, что она — человек теплый и сердечный…)

Пытаясь не повредить ритм беседы, выдумываю на ходу тупой ответ, расходясь в дрожащем оскале.

Я: Сгораю от нетерпения! Африка — это лучший способ не дожить до старости. Интересно, моя лучшая подруга была бы не против поменять свой роскошный транспорт на симпатичного слоника?

Леди Роза: Очевидно, вы имеете в виду мою дочь? На вашем месте я бы проявила осмотрительность, прежде чем называть ее «лучшей подругой»… (В двери моего сердца врывается тревога. Чувствую, сейчас меня покрошат на собачий корм…)

Я: Но она действительно лучшая, потому что других подруг у меня нет. (На последнем издохе пытаюсь подать признаки жизни.)

Леди Роза: Вот как? Склонна полагать, что «лучшая подруга» отождествляет одну из очень многих.

Я: Позвольте с вами не согласиться. Если единственная подруга не вызывает желания завести еще нескольких, то она по праву может считаться лучшей!

Леди Роза: По праву считается лучшей та, кто достойно поведет себя в вашей общей беде, а не только проявит поддержку в вашем личном недоразумении…

Я: Но у нас с Вики не было таких ситуаций!

Леди Роза: В самом деле? Очевидно, жизнь еще не поставила вас перед выбором. Уверена, у вас еще будет возможность разобраться. Что ж, было очень приятно с вами пообщаться, девочки. Я отлучусь на одну минуту, извините…

Слава богу! Ад прекратился! Ко мне вновь возвращается возможность дышать и мыслить, органы вновь омываются кровью, а легкие наполняются воздухом, который несколько минут назад безжалостно их покинул.

А теперь скажите, зачем я сюда приехала? Отчего я каждый раз упорно прыгаю в воду, не научившись плавать?

Завидую щенкам, которые сидят на руках у старух в жемчугах. Почему они так любят этих животных? В отличие от них, у меня отличные манеры и примерное воспитание.

По крайней мере, я не такая фальшивая, как чихуа-хуа с розовым бантом, ошивающаяся рядом. Своими честными человеческими глазами она пытается охмурить этих дураков, чтобы получить за свой театр дешевый сочный рибай средней прожарки. Но самое страшное — эта собака-аферист понравилась бы даже герцогине, причем даже если отгрызла бы ей палец, расцарапала дорогостоящее платье и срыгнула на колени непереваренной говядиной! Как ни крути, животным жить проще, потому что они могут делать все, что захотят…

Думаю, сейчас самое подходящее время, чтобы сходить за моим сюрпризом в автомобиль…

У машины

Спасибо по-прежнему лежит на заднем сиденье, положив морду себе на копчик. Помню, когда я уходила, он сладко спал, и я не стала его будить, ибо от души ценю эти редкие моменты тишины.

Больше всего в этой собаке мне нравится хвостик, он как пружинка, на которой хочется высоко прыгать. А еще я всегда любила песиков за то, что они не переняли у кошек манеру вылизывать себе анус.

И все бы было хорошо, если бы в знак благодарности за мои многочисленные заботы мой милый Спасибо не оставил на сиденье огромную лужу рвоты в виде белой пены, как в молекулярной кухне, в которую я удачно обмакнула свое дорогое вечернее платье, пока вытаскивала его за уши из салона.

Скажите, откуда у животных пристрастие обжираться сухими ветками?

Ладно-ладно, я не буду тебя ругать, мое маленькое безмозглое насекомое, мы скажем гостям, что на платье — следы вкусного королевского ужина, приготовленного в честь дня рождения Вики.

С этой минуты тебя будут звать по-немецки! Данке. Это единственный способ обойти лингвистические трудности русского языка для Вики. К тому же Данке — это осёл. Так называть тебя намного приятнее…

Ну-ка, тихо! Молчать! Запомни, ты должен вскружить ей голову, чтобы в ее душе загремел салют и она возликовала, периодически падая в обморок! Все понятно??? Тогда пошли…

Новая жизнь Данке

Гость 1: Боже, какая прелесть! Это подарок для Вики? Вики, иди сюда скорее! Позовите Вики!

Гость 2: Вау! Какой симпатяга! В жизни не видела ничего подобного! Дорогая, взгляни на это!

Гость 3: Милый, спроси у официанта, куда делась Вики?

Гость 4: Боже, что это? Невероятно! Это для Вики? А где Вики? Вики! Вы не видели Вики?

Гость 5: Вы ищете Вики? Она была здесь. Ты не видел Вики?

Гость 6: Вики! Найдите срочно Вики!

Вики: Я здесь! Вы меня искали? О-о-о-о-о, боже!!!! Ка-а-а-а-кое чудо!!! Не могу в это поверить! Посмотрите, какой он славный! Боже! Боже! Я, наверное, сплю!!!

И дальше пошла подробная хвальба собаки за качества, которых у нее нет. Англичане — милые люди. Теперь мне понятно, почему они всегда воевали с французами.

Возле моего тявкающего презента выстроилась очередь, как в Мавзолей. Наконец-то моему псу довелось пощупать приятную возможность славы, ведь он — единственный, кто довел Вики до восторженного рева. Давай, милая, размажь по лицу свою удлиняющую маскару! Теперь ты будешь светиться от радости при любом освещении.

Вики: Я так счастлива! Благодарю тебя, дорогая моя! Это самый лучший подарок!

Я: Всегда к твоим услугам. И даже не надейся приучить его к каким-то командам. Он слишком тупой для этого.

В: О чем ты? Я не намерена его дрессировать! Такое чудо может делать все, что ему захочется! Отче го его глазки такие равнодушные? Он не выспался.

Я: Оставь его здесь. Он поспит.

В: Чтобы маленький ребенок спал на улице? Это зверство!

Я: Прости, я бестактна.

В: Нужно отнести его ко мне в комнату. Скоро у него будет отдельная комната…

Внутри дома Вики

Странно, что в доме Вики не ходит ни один общественный транспорт: найти ее комнату в одиночку так же нереально, как протоптать шоссе в камбоджийских джунглях.

Путешествуя по пустынным холодным залам, мы периодически встречаем пожилых служанок, грациозно скользящих по узорчатому полу. Они услужливо уступают нам дорогу и плавно растворяются в изгибах коридоров.

К пункту назначения прибываем через пять минут. За это время Данке успевает исцарапать Вики руки и обгавкать мраморные скульптуры обнаженных женщин с лишним весом.

Открыв черную дверь, мы оказываемся в полнейшей темноте. Данке нетерпеливо заскулил.

Сказать, что комната Вики выполнена в лучших традициях фильмов Тима Бёртона — это ничего не сказать.

На огромном доисторическом столе разбросаны флакончики с акриловыми красками, которыми вымазаны стены, стулья и комоды. Многие из флакончиков открыты, словно их стошнило разноцветными засохшими колбасками.

Чувствую под ногами мелкие препятствия. Это грязные высохшие кисточки, разбросанные по полу.

На огромном подиуме возвышается шикарное ложе с черно-фиолетовым покроем, вид которого ненароком вызывает нервный тик.

Поверхности стен покрыты портретами одноглазых человекокошек, полусобачьих морд с двойными ртами, хохочущих девушек с торчащими беззубыми деснами, готических божеств с квадратными ушами и вылезающими из-под черепа мозгами, похожими на подвздошную кишку, а также прочим дискомфортом, способным привести нормального человека к апоастру его ночных кошмаров.

Так чем занимается эта добрая энд светлая девочка в свободное от секса время? Надеюсь, она не отпиливает тупым ножиком головы своим мужчинам?

«Вики, это круто! Не сомневалась, что имею душевнобольную подругу!»

Обожаю выдавать свои искренние мысли в виде смешной шутки, чтобы никто не заподозрил, что это — чистая правда.

Данке внезапно завыл как-то не по-щенячьи. Вики почесала его за правым ушком своей молочно-белой рукой с ровными розовыми ногтями.

Теперь понятно, почему меня тянуло к этой девочке. Шизофреники — личности многогранные, они зачаровывают идиотов, вроде меня, чтобы те блудили по загадочным степям их мыслей. Чую, этот вечер закончится полным фак-апом. Надеюсь, Данке не будет против увидеть свои уши, обернутые вокруг чьей-нибудь окровавленной шеи? Шучу.

В: Тебе действительно нравятся мои картины? Это же полный отстой!

Я: Тебя беспокоит, что они недостаточно ужасны?

В: Понимаешь, мне хочется изобразить человеческое лицо так, чтобы это не было лицом вовсе. Хочу сотворить некоторое безумие, которое никто не сумеет превзойти. Чувствую, во мне тлеет этот уголек, но я пока не знаю, как раздуть его в настоящее пламя.

О, да. Вики — псих. Но я, как закоренелый оптимист, умеющий откапывать в навозе ванильные шарики, ни разу не допустила мысли отвезти ее в госпиталь для чокнутых. А напрасно. Не удивлюсь, если обнаружу под ее кроватью трупы задушенных пернатых с вынутыми сгнившими потрохами и разбросанные оторванные клювы вокруг. А может, неподалеку, за шкафчиком притаился и сам Адео — основная муза Вики, стимулирующая это знатное творчество?

И все же, что-то есть в этом протесте против стандартов. Если бы у Вики висели картины с историческими дамами в бальных платьях или натюрморты с яблоками и виноградом, мои глаза никогда бы не переместились на лоб. Наверняка в школе ее заставляли срисовывать фарфоровых кошечек с розовыми торчащими язычками и красными бантиками на шеях. И Вики никогда не понимала, зачем их срисовывать, если они и так понятны и красивы? Красота неинтересна. Она забывается. А уродство интригует, надолго сохраняясь в памяти. Красота — это стандарт. А уродство — исключение из правил. Красота имеет рамки, а уродство не имеет границ. Оно бесконечно…

Намного интереснее рассматривать чью-то вопиющую неприглядность, нежели идеальную геометрию. Если бы сегодня в огромный зал, наполненный красивейшими женщинами и их холеными спутниками, вошла наряженная горбунья с огромным носом, свисающим ниже подбородка, все эти писаные красавицы тут же были бы забыты, и все внимание перешло бы к этому монстру.

Похоже, Вики мучает совесть, что в ее комнате до сих пор не произошло ни единого суицида. Зато теперь я понимаю, почему из огромного числа воздыхателей моя подруга выбрала добродушного и безмозглого Адео. Он необходим ей для поддержания жизнерадостной части ее натуры, чтобы окончательно не сойти с ума. Ведь она не любит лечить раны, она их просто зашивает. Через край. Животные радости бытия помогают ей отвлечься от глубоких страхов одиночества. И друг тире любовник открыл ставни ее души очень динамично, впустив туда свет жизни…

Я по-прежнему люблю Вики. И мне совсем не важно, кого она будет изображать в следующий раз: великосветскую даму или грустную скромную девушку, — я поверю в любой ее образ, потому что она уникальна, так же, как и ее короткие юбки, ездящие на талии вместе с молнией, и эти нелепые босоножки Jimmy Choo, коряво выходящие из высокого «рэндж-ровера»…

Эсэмэс от Ника

«Не могу уснуть. Мне плохо».

Очевидно, мне надлежит проникнуться угрызением совести, что какой-то кобелина не может уснуть в семь вечера.

Через пару минут от него придет еще несколько эсэмэсок о том, что он не может без меня жить и все такое. И в этот момент я вспомню, что уже целых 15 минут и росинки во рту не имела и что в холодильнике меня ждут вкусные эклеры…

Вечерняя тоска

В зеркале я выгляжу как-то недострелянно. Опять хочу к нему. Наверное, в мире существует люди еще более чокнутые, чем я, но я их пока не встречала.

Знаете, почему я так мучаюсь? Потому что сама не знаю, чего хочу.

Самое главное в жизни — найти цель. Человек, знающий свою цель, — побеждает. Если ты не знаешь, чего хочешь, то останешься с тем, чего точно не хочешь.

Самый целеустремленный человек — это тот, кто хочет в туалет. Он точно знает, что ему надо, и все преграды кажутся ему несущественными…

Вчера опять уснула сегодня

Город поглотила полуночная мгла. Посреди неба возвышается янтарный месяц среди рассыпанных страз. Как же меня достал этот ковш, он вечно напоминает о том, что из года в год в этом мире ничего не меняется.

Закрываю глаза и слушаю вокал сосредоточенно тикающих часов, упорно не показывающих утро. Осталось только сказать «добро пожаловать» трем тысячам мыслей, которые посетили мою голову за последние пять минут.

Я — не сова и не жаворонок. Ложусь в шесть утра, встаю в девять.

«Утро вечера мудренее!»

Интересно, если утро уже наступило, а ты еще не ложился, утренние мысли все равно мудренее вечерних?

Самые сокровенные думы приходят ко мне ночью.

Днем мыслить слишком тесно — люди мешают слушать тишину, чужие энергии влияют на твое настроение, и постоянно хочется куда-то убежать.

Ночью мир освобождается, люди уходят в свои сны, и Вселенная вновь расцветает: воздух становится твоим, и ты опять выходишь на волю.

А потом вновь наступает рассвет, который ты увидишь раньше всех существ на этой планете, и ты смотришь на эти бронзовые окна и медленно закрываешь глаза. И за ними закрываешь еще одни… И еще одни… И еще… И еще… И еще…

День

Спасибо тебе за эту незабываемую ночь, комар!

Почему мне никто не подносит свежевыжатый сок и тапочки, когда я просыпаюсь?

Хочу быть принцессой. Чтобы слуги облекали меня в златотканую одежду и чтобы ноги мои передвигались по мягким персидским коврам цвета слоновой кости, расстеленным на мраморных полах моего огромного замка.

Каждый день за мной будет подъезжать золотая карета, чтобы возить меня по моим владениям. Мои сады будут украшать ломкие силуэты белой сакуры и кусты белого шиповника. Любая тропинка, на которую я буду ступать, будет усыпана лепестками благоухающих роз.

И вот однажды, ранней осенью, я буду лежать там, под древом, где Змей злодейский искусил Еву. Лакированные лучики солнца будут гладить мою кожу, и я незаметно усну.

Внезапно я почувствую чье-то тепло — кто-то нежно прикоснется к моей руке. Я открою глаза. Передо мной будут стоять принц плюс белый конь. Во имя его оливковых глаз (принца) зазвучат нежнейшие струны души моей. И будем вместе с ним мы сибаритствовать, разгадывая разительные сердечные ребусы.

И унесемся мы вдаль, в далекие-далекие страны, где круглый год на полях цветут алые маки и сбываются мечты, где расплющены ценности Hermes и Etro, где солнце есть не солнце, а всемогущий Ра…

И останусь лишь я. И мысли мои. Они, как облака, чисты и воздушны. И летят, и кружат, гонимые ветром и душой, солнцем согретые и морем омытые…

Чего ты там бормочешь, Крис? Опять Том нагадил в коридоре? Прошу прощения. Вечно он влезает на самом интересном месте.

Крис собирается проводить меня в аэропорт, поэтому постоянно торопит. Если мы опоздаем, он взломает мне мозг, ибо потерять деньги за билет, который он приобрел для меня через Интернет, для него все равно что еще раз пережить конец света 21 декабря 2012 года.

Москва

На первом этаже моего дома недавно открыли симпатичное кафе, с несъедобными салатами, но очень вкусным чаем и ореховыми булочками.

Сажусь я всегда за один и тот же столик. Это место я выбираю за жизнеутверждающий вид на автостоянку; на ней располагается куча немытых машин, наружность которых я люблю изучать.

Сегодняшняя картина грязного автопарка бесстыдно заслонена длинным черным «мерседесом», от бампера которого отваливаются огромные куски серых реагентовых булыжников. Из открытой дверцы выглядывает унылое горемычное создание патологоанатомического вида, явно сбежавшее от палачей и киллеров. Отдаленно это затравленное существо напоминает Ника. Следы от подушки на его щеках говорят о долгих бессонных ночах с проститутками, которые так и не смогли вернуть его к внутреннему равновесию. Похоже, Ник долго наматывал сопли на кулак, пытаясь куда-нибудь притулить свою истерзанную совесть, но в его голову так и не пришло ничего более оригинального, чем явиться ко мне, выгнуть брови домиком и вновь наобещать семь царств.

«Привет… Можно я сяду?»

В его лице неуверенность. Скрутившись, словно сломанная раскладушка, он смотрит на меня глазами гашеного судака и стыдливо морщится. На указательном пальце висит маленький пакетик с инициалами известного ювелирного бренда. По всей видимости, этот тот самый подарок, который я так долго искала в ресторане и который уборщицам все-таки удалось откопать.

Действительно, сейчас в самый раз притащить мне что-нибудь сияющее из магазина «Плутон», чтобы обойти острые подводные рифы и быстро получить прощение. У Тоника всегда все просто: вручаешь мешочек с алмазом, и на тебя сразу сыплются джекпотовские лимоны, вишни и сливы, а в конце на шею упадет золотая медаль под бой барабанов.

Печально, что в жизни есть ситуации, когда не помогают даже Happy diamоnds, ведь прощение у женщины надо просить сразу, пока она не поняла, что ей без вас хорошо…

Убить нельзя простить

Даже не стану описывать то необычное ощущение, когда тебе вручают сапфировые сережки. Наверное, Ник долго выбирал между опалом, малахитом, горным хрусталем и бирюзой, но продавцы не бросили его в этой непростой головоломке.

Неспособность Ника отличить бриллиант от страза давно известна менеджерам московских магазинов, продающих брендовые сокровища. Каждый раз за бешеные деньги они впаривают этому алмазному пэтэушнику двухгодовалые висяки, убеждая его в том, что после таких сюрпризов весь мир будет аплодировать ему стоя.

Я: Какие красивые сережки с синими камешками! Красивые и недорогие! Давай мы лучше ей их подарим.

Н: Кому — ей?

Я: Твоей новой любимой.

Н: Не говори ерунды.

Я: Ну да. Толковые вещи говоришь из нас только ты.

Н: Тебе не понравилось? Скажи честно, не сиди как вкопанная.

Я: Это для безопасности. Ты трахаешь все, что шевелится, при тебе лучше не шевелиться.

Ник опускает голову и зажмуривает глаза. Мне становится противно. Он ведет себя как жалкий червяк, который начал извиваться, когда на него наступили…

Я: Ты хотел удивить меня камнями? Удиви меня лучше своим психическим здоровьем.

Н: У меня была очень важная встреча, я прилетел в Москву специально поговорить с тобой.

Я: Это поступок!

Н: Не смотри на меня так! У меня с ней ничего не было! Был только минет! Клянусь!

Я: Серьезно? Какое облегчение! Тогда все нормально!

Н: Я мучился с тобой. А с ней как-то сразу нашел общий язык…

Я: И так каждый день. По общему языку…

Н: Мне нужно было отвлечься. Ты заняла мою голову, забрала ее себе.

Я: Бедолага. Наверное, тяжело под себя укладывать всех обезьян, медведей и крокодилов, чтобы снять напряжение?

Н: Ты въелась в память, мне хотелось стереть.

Я: Знаешь, я тоже ненавижу свою память, она напоминает о том, о чем лучше не вспоминать.

Н: Ты меня никогда не простишь?

Я: Почему же? Прощай!

Н: Давай останемся друзьями?

Я: Давай лучше друзьями друзей?

Н: Ты все равно ко мне вернешься.

Я: Мечтать не вредно.

Н: Вредно не мечтать.

Я: Ты умер!

Н: Перестань!

Я: Мертвые не разговаривают!

Н: Ты так не поступишь!

Я: Хочешь проверить?

Н: Ты можешь понять?

Я: Что понять?

Н: Я жить без тебя не могу!

И тут должна зазвучать «O, Фортуна» Карла Орффа, чтобы завершить трагическую импрессию. Такой тронной фразой Ник переплюнул даже Барака Обаму, выступающего перед Конгрессом США. Было бы неплохо еще пустить сиреневую соплю в конце, тогда эту сцену можно было бы продать компании «Уорнер Бразерс».

Люди, которые давно не были в театре, разразились бы громкими аплодисментами.

Жаль, рядом нет официантов, появляющихся здесь два раза в год, — они бы точно вышли хлопать на бис.

Согласитесь, «я без тебя не могу» — довольно серьезное заявление, по сравнению с которым «я тебя люблю» — абсолютное ничто. Эти слова олицетворяют трагическую безысходность, и если бы Ник красиво оделся и воспользовался дезодорантом после душа, а не вместо него, то эта картина была бы воистину безупречной.

Может, разразиться благосердием и броситься к нему на шею? Сейчас, пожалуй, самое время это сделать, выдавив из глаз парочку соленых ручейков. Но слезы, гады, упорно не хотят подкатывать. Неужто настал мой черед высасывать ему мозг большими глотками? Почему исчезло мое сострадание, и куда делся мой кнут?

Сидя напротив, растерянный, словно не подошедший пазл, он бросает на меня траурные взгляды, чтобы надавить на мое девичье сострадание. Мне нравится, когда в его лице сталкиваются раскаяние и испуг, и, переключившись в ипостась «Пьеро», он начинает заталкивать пронзительные речи: «Без тебя — как на дне океана. Одиноко и холодно. Забери меня оттуда. Мне плохо».

Видите, как жизнь меняется: еще вчера он планировал меня прикончить, а сегодня он раним и хрупок, как хрусталь. Сейчас этот сценарист начнет заливать, как ему надоел весь этот гламур и как он мечтает переехать на какой-нибудь край географии по адресу «два локтя по карте вниз», чтобы жить там со мной неразлейвода: выращивать детей, ковать лошадей, обои клеить, листья в кучу сметать, мусор убирать да сугробы зимой разбрасывать.

Еще недавно я ела эту чушь с восторгом, это было моим любимым блюдом. Но теперь, когда я слышу этот бред, во мне все тихо. Пульс тот же, 84. По Тонику я больше не потею. Похоже, моя любовь выцвела и вокруг моего сердца образовалась защитная пленка. Теперь Ник будто за стеклом, будто его наполовину нет, будто это вообще не он, а человек, из которого извлекли что-то очень важное…

Любимый, обещаю одно: я всегда буду твоей самой роскошной бывшей…

Пробка

За три с половиной часа мы сдвинулись на два с половиной метра. Пойди я сейчас пешком, мне удалось бы обогнать даже Nissan GTR. Пробки сводят меня с ума. Еще немного, и мне понадобится хорошая психиатрическая лечебница с большим парком, четырехразовым питанием и каруселями.

Фил знает: если я говорю, что приеду через час, то встреча, вероятно, состоится на следующий день. Москва — город волшебный: выезжаешь поужинать — приезжаешь на завтрак.

Фил: Привет еще раз. Плохо слышно. Ну что, ты едешь? Как дороги?

Я: Формула-1. Я — Алонсо, ты — Хэмилтон.

Ф: Это навсегда?

Я: Есть подозрение, что да.

Ф: Ты еще ни разу не приехала вовремя.

Я: Желаешь обрушить на меня торнадо обвинений?

Ф: Как тебе удается так опаздывать? Ты не успеешь даже на свои похороны.

Я: Если не успею, оторвусь на твоих.

Ф: Отлично. Разбуди меня, как будешь у дома…

ГИБДД

В траве сидел кузнечик,

В траве сидел кузнечик,

Совсем как огуречик,

Зелененький он был…

У гаишников огромный опыт отлова подлецов, совершающих злодеяния. Если выехать на разделительную полосу или превысить скорость, это беззаконие тут же приструнится выпрыгивающим из-под кустов лимонным жилетом с полосатой палкой. Конечно, останавливаться или нет — решать вам. Можно просто проехать мимо, а можно пронестись на сто метров дальше и снисходительно сдать назад.

Мент: Здравия желаю, старший лейтенант Взяткин, шестой отдел ДПС. Ваши документы!

Я: Добрый день, Взяткин. Документы у меня в порядке, но они в багажнике, я храню их там, чтобы не потерять.

М: Открывайте багажник!

Я: Лейтенант, мне очень не хочется выходить из машины.

М: У меня нет времени с вами спорить. Открывайте багажник.

Я: Если вы позволите этого не делать, я дам вам 500 долларов.

М: Открывайте багажник!

Я: Вы уверены? Может, я дам вам 1000 баксов, и вы меня отпустите?

М: Выходим из машины и открываем багажник!

Я: Боже, как же вы меня одолели… Сейчас открою…

М: Ну? И где оружие, наркотики?

Я: Оружие? Я же сказала, что храню здесь свои документы.

М: Вы издеваетесь?

Я: Отнюдь!

М: Вы пили сегодня?

Я: Почему вы никогда не спрашиваете, ела ли я сегодня?

М: Вы употребляли спиртные напитки?

Я: Я выпила ящик водки.

М: Выдохните сюда, где горит зеленая лампочка.

Я: Вы мне не верите?

М: Дышите.

Я: Не горит красная лампочка? Простите…

М: Всего хорошего.

Я: Прислушивайтесь в следующий раз к своему внутреннему оку!

Дом Фила

Вижу перед собой цель моих дорожных мучений — серо-желтый дом, затерянный в узких переулках Остоженки. Здесь живет Фил, мягкий человек с железобетонной психикой, знатный утешитель моих шатких нервов.

Не могу разобраться, почему все сходят с ума по этому району. Наверное, за узкие переулки, за отсутствие парковки у «Ванили» и за квартиры по бесчеловечным ценам?

У подъезда трещат бабульки: «Фаин, яблоки в “Глобус Гурмэ” подорожали! Четыреста рублей — килограмм! Вроде пенсию ветеранам обещали поднять, слышала?»

Моя нога ступает на порог теплого ухоженного подъезда: цветочные горшки на подоконниках, ступеньки с отсутствием человеческих испражнений, доска объявлений о собрании жильцов, заботливо покрашенные в желтый цвет батареи, рабочий лифт, из которого доносится запах капустных щей, и дотошная консьержка, истязающая людей тупыми вопросами.

Квартира Фила напоминает домик Карлсона: расположенная на чердачном этаже, по-детски уютно захламленная, она пропитана запахом чего-то пряного и сладкого. Все усилия дорогих дизайнеров были погребены под особым беспорядком обладателя этого жилища. И лишь белоснежная кошка Горгония, также не привыкшая к каким-либо запретам и ограничениям, царит над этим барахлом.

За ту гниль, которая лежит у Фила в холодильнике, ему бы дали две звезды Мишлен.

А еще по всему дому разбросаны зубочистки. Фил их обожает. Постоянно выгребать из полости рта остатки продуктов питания он всегда считал своим долгом. Даже если между зубов нет предметов, которые могли бы его заинтересовать, зубочистка вовремя ломается и застревает между щелей, что позволяет Филу повынимать теперь уже ее остатки при помощи новой зубочистки.

Из чайника струится легкий пар. С сонным лицом, напоминающим несваренный вареник, Фил выслушивает подробные описания моих любовных терзаний. Его большая спина укутана в бежевый халат, из-под которого смешно торчат две голые волосатые щиколотки. Истоптанная тапка надетая на правую ногу, вторая тапка все еще не найдена. Примятые подушкой волосы обнажают маленькую лысину на макушке. Он точно приехал с Луны…

— Ка-а-а-а-к же меня достал твой бойфренд… Слушай, а давай тебя выдадим замуж?

Я грустно улыбаюсь:

— За кого? Если только за Горгонию, но она — женщина…

— Как за кого? За меня, конечно.

— Ты так об этом просто говоришь… Это же не шутка…

— Ничего, приживешься и к этой шутке…

— Но мы же друзья!

— Вот и я о том же. Пора переходить на другой уровень общения.

Я улыбаюсь, сидя с поджатыми ногами на мягком диване. Мысль о свадьбе начинает мне нравиться. Вдруг я понравлюсь себе в такой конфигурации? Женщины вообще существа выдающиеся, особенно замуж. Все равно до свадьбы нам нельзя целоваться, можно только шопинг и отдых на Бора-Бора в отдельных бунгало.

Фил мечтает меня на себе женить, поскольку не может выдержать, что мне хорошо живется. И вообще, мы с ним похожи: мне нравится, что нравится ему, что нравится мне. В общем, мы — пара. Представляю его в костюме жениха. Уморительная картина. Но главным лицедеем этого пиршества буду я. В подвенечном платье черного цвета. Подготовлюсь к трауру заблаговременно, ведь мой муж быстро умрет от счастья!

На самом деле, главное в свадьбе — это хороший девичник, а церемония бракосочетания — это уже лишнее. Все равно замуж я не соглашусь выйти, особенно за того, кто согласится на мне жениться. Зачем позволять кому-то испортить твою жизнь, если это можно сделать самой?

Вечер

Ставлю на зарядку телефон. Сообщение от Патера: «Шефу плохо. Он у себя в номере в отеле. Приезжай…»

Слава богу, хоть одна хорошая новость! Только что означает слово «плохо»? Ника укусил комар, или он валяется под столом в луже собственной желчи?

Вспоминаю глаза, налитые мучением и раскаянием. Они были красноречивее любых объяснений в любви. Образ сжирает мою душу. Очень хочется его простить. Но так низко я не прыгну. Боль стоит в сердце колом. Я отбрасываю все мысли, потому что умерла сама мечта. Пора перестать заниматься ловлей ветра и свернуть на более серую, асфальтированную реальность…

Нет, я не была в него влюблена. Я была влюблена в саму любовь…

Мы больше никогда не будем вместе. Внутри меня собрался комок, который невозможно сглотнуть или убрать из себя. Его можно лишь отдать обратно. Передать. Выдохнуть. Из губ в губы…

Пять часов спустя

Эта была наша последняя встреча. Никогда не забуду его глаза. Они — словно горящие огни на длинном шоссе. Этот огонь меня лечит. Наверное, Вселенная — это и есть я. Мои частицы содержатся в каждой ее точке. Я возрождаюсь. Моя душа наполняется новой силой. Сильных помечают боги. И посылают им различные преграды и испытания. Они всеми возможными способами испытывают их, пока те не выйдут победителями из всех бед и препятствий, чтобы возвыситься над остальными. А остальные продолжают жить в своих полурадостях, полугорестях, удовлетворяя свои животные инстинкты…

Протокол осмотра места обнаружения трупа

Шестого мая 2014 года прокурор ЦАО гор. Москвы ст. советник юстиции Археоптерикс А. А. в присутствии понятых, Быдлякова Быдляра Быдляровича, проживающего по адресу: Московская обл., Одинцовский район, село Краснозадово, д. 11, и Кукурузникова Колхоза Мужиковича, прож. г. Почтимосква, ул. Счастливчиков, д. 1А, кв. 22, составил настоящий протокол места обнаружения трупа мужчины.

Москва. Отель «Единственный & Неповторимый».

Номер: 001.

Начало осмотра: 21.30.

Размер помещения: 30 м / 50 м; ванная комната: 6 м / 10 м.

Справа от входа расположена двухспальная кровать, расстелена.

На подушке вмятина от головы, два темных волоса (отправлены на экспертизу).

Рядом с окном расположен журнальный столик и два кресла. На столике обнаружены два бокала, один — с остатками алкогольного напитка типа «виски», второй — с остатками воды (отправлены на дактилоскопическое исследование).

На полу комнаты, в 20 м от кровати, обнаружен труп мужчины среднего телосложения, на вид 40–45 лет, одетого в белый махровый гостиничный халат.

В левой части грудной клетки обнаружено кровавое пятно размером 10 × 9 см.

При дальнейшем осмотре на теле, в районе грудной клетки, обнаружено ранение, произведенное предположительно холодным оружием. Орудие убийства не обнаружено.

На стуле рядом с телевизором обнаружен серый пиджак марки «Kiton». В нагрудном кармане пиджака найден бумажник черного цвета, в котором обнаружено:

1) 8 визитных карточек холдинга «Нефтежизнь»;

2) визитная карточка депутата ГД РФ Самозванцева Е. И.;

3) визитная карточка стоматологической клиники «Златозуб»;

4) визитная карточка Частного охранного предприятия «Честь и Совесть» на имя Кретинова Патермуфия Квадратовича;

5) платиновая карта российского государственного банка «Деньги Мира» на имя EBITDANOV NIKTOPOLION ROACEVICH;

6) золотая карта Master Card банка Black Hole Cyprus на имя EBITDANOV N.;

7) черная карта VISA банка Lehman Brothers на имя EBITDANOV N.;

8) пропуск в здание Правительства РФ на имя Ебитданова Н. Р.

За период с 6.00 до 21.30 на чипах видеокамер гостиницы никаких записей не обнаружено. Причины отсутствия записей выясняются.

В качестве свидетелей привлечены портье Ничегонесоображалов Н. Г. и горничная Совсемничегонесоображалова А. Я.

За период с 6.00 до 21.30 оба свидетеля никаких подозрительных лиц на территории отеля не наблюдали. Акты опроса свидетелей прилагаются.

Осмотр проводила следственная бригада в составе:

прокурор ЦАО гор. Москвы ст. советник юстиции Археоптерикс А. А.;

опероуполномоченный Пингвинов Б. Б.;

опероуполномоченный Дятлов В. В.;

опероуполномоченный Воробьёв Г. Г.

Заключение

Надеюсь, вам понравились эти чудесные инструкции по рукопашному бою, хотя ваша жизнь от этого не сильно изменится. Вы так и будете целыми днями сидеть на Фейсбуке, фотографировать еду и чекиниться в Домобабово…

В общем, не держите на меня зла, всё было искренне, без ГМО.

Впервые в жизни чувствую свободу… Наверное, я расту… Расти больно, но необходимо.

Судьба, словно музыка. Один ее звук может все изменить. Мы — дирижеры своей жизни, одним жестом мы определяем будущее своих оркестров и присутствующих в зале.

Скоро лето. Будет много ярких красок: сосновый, рябиновый, лимонный, терракот. Эти цвета будут выступать в противовес воспоминаниям о зимних стужах. И моя душа вновь забеременеет любовью, и что-то ёкнет внутри от этого буйства, и захочется громко смеяться, перекатываясь по ковру из салатовой листвы! Живите, как вам нравится! Не слушайте никого! Человеческая жизнь — это улыбка! Мы живем ради улыбок! Если что-то приносит вам радость — это не может быть обманом! Когда открываешься миру, он становится ласковым, как кот. Ведь жизнь — это простое удовольствие: ставить одну ногу вслед за другой. Или катить по земле четыре колеса, и не важно, деревянные это колеса от телеги или же низкопрофильный «Мишлен». Главное — идти. Или ехать. И до урчания в животе радоваться шороху обуви об асфальт. А потом покинуть этот мир без стенаний и обвинений, как опадают осенние листья.

Парам-пам-пам.

Ответы на часто задаваемые вопросы

1. Убийцу Ника так и не нашли.

2. Зозо осознала, что плохо поступила с Ником, поэтому потратила деньги и принесла ему на могилу две гвоздики.

3. Патер очень поддерживает Зозо, сидя на «бугатти» Ника.

4. Фил принял целибат.

5. Крис так и не умер, но до сих пор собирается.

6. Вики очень счастлива с Адео, и теперь они устраивают оргии в лучших традициях Берлускони.

7. Гельд ходит в рестораны с мамой, она помогает ему жевать мозги официантам.

Content

Яна Гривковская
Бисер

Глава 1 Вдогонку за кроликом

В ресторане

Где столик?

Кто такой Триандафил

«Форбс» — журнал для настоящих девочек

Мечты и реальность

Ник боится смерти

Союз нерушимый

Тяжелое заболевание

Мозг и сердце. Смешать, но не взбалтывать

Ой!

Стерилизация моих мозгов

Глава 2 Королевский крокет

Про Вики

Разговор с Вики

Про свинг-клуб

Кому-то нельзя давать в руки мобильный

Королевы не соревнуются

Вечер. 78, 9 часа без Тоника

Ночь

10.50 а. m

Опаздываю

В аэропорту

В самолете

Хозяин моей души

А еще Тоник любит аукционы

Тоник и тусовка

Хитроу

В ресторане с Вики

Вики + Зозо + Крис

Влюбийство

Глава 3 Фоксшпрот

Свинг-клуб

Входим…

За белой дверью

Про джентльменов

Коралловый зал

АIDS???

Бисексуалки

Инстинкты

Ну и ну!

Можно снимать клип

Нашлись!

Жених

Конопушка

Концерт окончен

Вики не выдержала

Глава 4 Так советует гусеница

Пара года

Познавательная литература

Счастливая семья

Я все испортила

Крис освоился

Муж Риммы

Страх рулит

Хроника дальнейших событий

По мотивам Льюиса Кэрролла. Неопубликованного

Интересно, как выглядят домашние разговоры свингеров?

Краснодарские тузы и футбол

СПА

Одиночество

Глава 5 Беготня и хвост истории

В кровати

Еще раз о любви

Утро

Жду Вики в машине

Еду за рулем

Приехали

За столом

Женишок

Еда

Культурный терроризм

Что такое интеллигент?

Рыцарь круглава стала

На зависть Бегбедеру

Мысль

Глава 6 Не все дома, но все пьют чай

В гости на чай

Фавела

Внутри

Ля-ля-ля

Зал

Протест против постной обыденности

Спальня

Холл

Красная комната

Как увеличить время своей жизни

Стоянка

Про кофе

Разговор о погоде

Мамуля

Конец вечера

Спайдермен

Глава 7 Море слез

Через 15 минут

Дама сердца и всего остального

Новые люди

Спокойной ночи. Спокойной?

6.15 a. m. Планета «Одеялово»

9.00 p. m. Natural History Museum

9.57 р. m. На катке

Да будет мне сегодня счастье отделаться пустячным десятком синяков с трещиной локтевого сустава вместо пожизненного инвалидного кресла с жирной сиделкой! Хочу умереть, и чтобы все плакали

Hamleys

Вечер. Я и Крис выходим в свет

Милейший угодник

Продавцы улыбок

Победитель маскарада

Еда? Nice!

Концерт

Фильм

Конец вечера

Ложусь спать

Глава 8 Так советует гусеница

Утро. Солнце. Ветер. Самолет

100лица

Отравилась

Это Тоник!

Как уснуть?

Эсэмэс

Борьба с супружеским долгом

Через пять минут

Утро

Досматриваю популярную телепередачу

Отправляюсь на встречу

Глава 9 Алиса протягивает ноги, а Билл вылетает в трубу

ММДМ

Подъезжает Фил

Внутри

Начало концерта

Через 40 минут

Болтаем с Филом

Антракт

Где поужинать?

«Времена года»

Skuchno

Дискотека

Обрезки и неликвиды

Рослюбовьтрейдинг

Внутри клуба

VIP-места

Спонсоры

Народу много, а людей мало

Сrосоdile's fаrt

Убегаю

Счастье

Последняя мысль

Глава 10 Слово Алисе

11 a. m

2 p. m

Патер

Почти выхожу

Директор по панике

Секретарши

В кабинете

Ссора

На своих четырех

Метро

Внутри вагона

Пёсик

Парикмахерская

Забыла купить корм для рыбок!!!

Скучаю по нему…

Н: Ну чиво ты там?

Мысли

Утро

Ромео хренов

Направляюсь к машине

Куда делись пробки?

Подъезжаю к ресторану

Внутри

Подарочек

Поиски подарка

Приплыли

Два часа спустя

Gold Man Sucks

На улице

Лучший день моей жизни — сегодня!

Пароле, пароле, пароле… Пароле, пароле, пароле, пароле, пароле энко де пароле ку те сумо ва?

Глава 11 Вздорное наваждение

Утро

Чувство собственного отстоинства

«Ана — нас»

Одиноко

Как найти дом?

СПА-салон

Вечером дома

Через пять минут

Лежим на кровати

В ванной

Министр землетрясений

Властелин колец

Через пару минут

Глава 12 Быть идолом непросто

ОАЭ

Дубай

Женщины

В машине

Burj Al Arab

На пляже

Шоу-культура

Ужин

Трапеза

Приглашение

Глава 13 Всем весело

Аэропорт

Ночь на яхте

В этих морях водятся киты

Утро

Вид со скалы

Возвращаемся на пляж

Вики любит Адео

Никки Бич

Кафе

О еде

Близкие товарищи

Мы все еще голодные — 1

Мы все еще голодные — 2

Ревность

Крепитесь, друзья!

Раз-два — и в дамки

Ночь

Раннее утро

Крутой салатик я придумала!

Квартира на Пресне

В машине

Пробка

Звонок от Патера

Следующий день. 8 утра

Аптека

Еда…

На следующий день

Жизнь + Смерть

Fwd: Жизнь + Смерть

Итц май лайф

Lf gjitk ns pyftim relf!!!

P. S

Ранее утро

Соскучилась по Вики

Звонок

Что у него случилось?

Англия

Крис загружен, как КамАЗ

У Криса дома

Размышления

Playstation-3

Песенки

Вечер

Утро

Hello, my name is table

Эйт о’клок

В спортклубе

Бассейн

Осторожно! Злая собака!

Утро

Hakkasan

Еда

Вики вернулась

Скорость

Ночь

Творческий «отлив»

Любовь

Утро

На улице

Австралийский терьер

Имя для животного

Неделю спустя

Через час

Лодырничанье

Мобильный целыми днями: «Дзыыыыынь!!!»

Я: Открывай давай!!! К: Ща

Пришли

Стеклянные двери

Стоматология

Глава 14 Новая жизнь Алисы

Неделю спустя Клавдия

Через 10 минут

Двадцать минут спустя

Киндер, кюхе, кирхе

Следующая остановка — сердце

Любовь + сомнения = измены

Новая жизнь

Новое увлечение

Что подарить Вики?

Приехала

В саду

Через 1,5 часа

У машины

Новая жизнь Данке

Внутри дома Вики

Эсэмэс от Ника

Вечерняя тоска

Вчера опять уснула сегодня

День

Москва

Убить нельзя простить

Пробка

ГИБДД

Дом Фила

Вечер

Пять часов спустя

Протокол осмотра места обнаружения трупа

Заключение

Ответы на часто задаваемые вопросы