Колтер Кара

Маленькая колдунья

Cara Colter

HOW TO MELT A FROZEN HEART

How to Melt a Frozen Heart © 2013 by Cara Colter

«Маленькая колдунья» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2014

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

* * *

Глава 1

Брендан Грант вздрогнул во сне и проснулся. Сначала он слышал только отчетливый ритм дождевых капель на крыше, но потом раздался пронзительный звонок телефона. Он резко поднял голову и взглянул на прикроватные часы.

Три часа ночи.

Сердце Брендана учащенно заколотилось.

Телефонный звонок в три часа ночи не сулил ничего хорошего.

Опомнившись, он вытянул руку и ощупал постель рядом с собой. Прошло два с половиной года, а он все еще чувствовал шок от одиночества. Бекки нет. Худшее в его жизни уже произошло.

Нащупав телефон в темноте, он ответил:

– Слушаю. – Его голос был хриплым со сна.

– Чарли умирает.

Звонивший больше не произнес ни слова.

Брендан еще мгновение лежал в кровати, не желая вставать. Чарли ему даже не нравился. Завтра на берегу начинается строительство жилого комплекса «Деревня на озере». Его дизайнерский проект уже привлек внимание нескольких архитектурных изданий, а проект комплекса был номинирован на престижную премию Майкла Эдгара Джонатана.

Вот и сейчас, как всегда перед началом нового строительства, Брендан испытывает смешанные чувства. Его доконал стресс и постоянный недосып.

Простонав, он сел, свесил ноги с кровати и обхватил голову руками, несколько секунд слушая стук дождевых капель по крыше. Дождь его доконал. И вне сомнения, он не желает выходить на улицу в плохую погоду, в три часа ночи.

Вздохнув, Брендан потянулся за джинсами.

Десять минут спустя он стоял на крыльце Диди и стучал в парадную дверь. До ее дома было две минуты езды. Брендан повернулся и огляделся. Им обоим нравилось расположение жилого комплекса «Холм», который по-прежнему считался самым престижным районом Хансена. И даже в такую ужасную погоду вид на окрестности был захватывающим.

Сквозь клочья тумана он разглядел весь город с домами пастельных тонов, укрытыми под старыми кленами и расположенными у подножия крутых холмов. За домами и зданиями в центре города, освещаемыми отблесками уличных огней, виднелись черные, беспокойные воды озера Кутеней.

Брендан повернулся, когда дверь приоткрылась. Диди с подозрением на него посмотрела, словно опасаясь преступников, которых в Хансене никогда не было.

Удостоверясь, что перед ней Брендан Грант из плоти и крови, она распахнула дверь шире.

– Ты похож на черта, – сказала она. – Промокший, злой и ощетинившийся. Я говорила Бекки, что у тебя в роду были пираты.

Брендан вошел в дом и раздраженно посмотрел на старуху. Диди мерещился дьявол или пират в любом человеке!

– Я постараюсь быть повежливее, – сухо произнес он.

Да, он чем-то похож на пирата: темно-карие глаза, темно-каштановые волосы и щетина чернее ночи. А еще у него черно на душе.

Диди – девяностодвухлетняя старуха невысокого роста – пугала своей худобой. Было всего четверть четвертого, и ее кот Чарли умирал, поэтому она оделась, словно для похода в церковь. На ней был брючный костюм цвета розового грейпфрута, лента точно такого же оттенка венчала седые кудрявые локоны.

Неужели Бекки когда-нибудь стала бы такой же старой? Чувство вины, которое испытывал Брендан, было настолько сильным, что ему показалось, что под ребро ему вогнали острый нож. Но Брендан привык к подобным ощущениям. Они возникали в самые неожиданные моменты, поэтому он просто выжидал, затаив дыхание.

Он чувствовал боль, но без эмоций. Он оказался настолько черствым человеком, что не пролил ни одной слезинки по своей жене.

Иногда ему казалось, что его сердце превратилось в могилу с камнем, навсегда закрывающим доступ к любым чувствам.

– Я надену пальто, – сказала Диди. – Я уже положила Чарли в переноску.

Она отвернулась, чтобы взять с подлокотника дивана розовое пальто. Брендан увидел Чарли, злобно смотрящего на него из самодельной переноски, похожей на большую и очень уродливую сумку-кошелек.

Кот высунул голову в круглое отверстие, его шерсть имбирного оттенка торчала во все стороны, усы поникли, а взгляд был враждебным и страдальческим. Он сделал слабую попытку вылезти через отверстие, но тут же хрипло задышал. Брендан понял, что сегодня старый и капризный кот умрет.

Диди повернулась к Брендану, аккуратно застегивая пальто. Он взял переноску с котом одной рукой, а другую согнул в локте, протягивая ее старухе. Диди взяла его под руку, а он, открыв дверь коленом, постарался сохранить самообладание, когда капли дождя упали ему на затылок. Диди протянула ему огромную связку ключей.

– Закрой все как следует, – приказала она, словно оставляла дом в районе Нью-Йорка с высоким уровнем преступности.

Замки заедали, и Брендан запомнил, что при следующем визите нужно их смазать.

Они медленно пошли к его машине. Брендан с трудом подстраивался под крошечные шаги невысокой Диди и казался себе гигантом.

Жаль, что она не позвонила одному из своих детей и не попросила отвезти ее ночью к ветеринару. Но по непонятной Брендану причине – но явно не из-за его добросердечия – старуха обращалась к нему по всем вопросам, начиная с замены лампочки и заканчивая покупкой еды.

Диди была отнюдь не милой старушенцией. Она была ворчливой, требовательной, властной, неблагодарной и крайне эгоистичной особой. Брендан догадывался, что она звонила ему, зная, что больше никто не придет ей на помощь. Диди была своеобразным «наследством», оставленным ему покойной женой. Бекки и Диди обожали друг друга. Вот поэтому Брендан приходил, когда Диди его вызывала.

Старуха уселась на переднее сиденье, кота в переноске поставили на заднее. Переноска пропускала воду, поэтому на обивке вполне могли остаться пятна кошачьей мочи. В случае с Чарли такой инцидент не мог быть случайностью – кот напакостил бы нарочно.

Автомобиль Брендана был новым, с ворсистыми кожаными сиденьями и мощным двигателем. Брендан задавался вопросом, уж не купил ли его, надеясь заполнить душевную пустоту. Если так, то это все равно что пытаться заткнуть камешком брешь, оставленную пушечным ядром. Он раздраженно отогнал эту мысль. Стоит поздняя ночь, а он не спит. Вот почему ему вдруг взбрело в голову заняться самоанализом.

Заведя двигатель, он посмотрел на Диди и нахмурился. Она выглядела довольно взволнованной и была не похожа на старуху, которой предстоит болезненное расставание с домашним любимцем.

– К какому ветеринару поедем? Он нас ждет? – спросил Брендан.

– Я покажу дорогу, – отрезала она.

Брендан знал: если Диди заговорила таким тоном, то в ответ на следующий вопрос назовет его идиотом. Пожав плечами, он повел машину по мокрым и пустынным улицам Хансена.

Брендан решил потерпеть. В конце концов старуху ждет очередная потеря – прощание с драгоценным котом. Сегодня она имеет полное право раздражаться. Брендан не желал оставлять ее одну в тот момент, когда будут усыплять ее кота, и решил отвезти ее обратно домой.

Диди показывала ему дорогу – Брендан молчаливо подчинялся. Горы по обе стороны долины выглядели темнее обычного, под колесами автомобиля шипела вода. Кот тяжело дышал.

Диди крикливо приказывала Брендану замедлить ход и на каждом перекрестке, щурясь, разглядывала окрестности. Наконец она выудила из сумочки листок бумаги и поднесла его почти к самым глазам.

– Если дадите мне адрес, я введу его в навигатор, – сказал он.

Относясь к современным технологиям с сильным подозрением, Диди неохотно передала ему адрес.

Брендан ввел адрес в навигатор. Им предстояло ехать в район, граничащий с Крейгтон-Крик. Находящийся недалеко от Хансена, он был застроен невысокими домиками на аккуратных земельных участках. Там селились недавние выпускники университетов, мечтающие о детях, золотистом ретривере и паре лошадей.

Обо всем этом когда-то мечтал и Брендан – единственный ребенок матери-одиночки. Но когда он оказался почти у цели, в один миг все пропало.

Он снова почувствовал боль от собственного бессилия. Приказав себе успокоиться, он вгляделся в старые дома Крейгтон-Крик, которые медленно, но верно заменялись более массивными строениями. «Грант Аркитектс», фирма Брендана, проектировала множество новых домов. Сейчас они проезжали мимо одного из его зданий с причудливой крышей. Разглядывая этот дом, Брендан отвлекся от грустных мыслей.

– Разве здесь есть ветеринар? – спросил он. – В последний раз я возил вас и Чарли к доктору Бентли.

– Доктор Бентли идиот, – пробормотала Диди. – Он сказал, что Чарли нужно усыпить. И что вообще нет никакой надежды. Он заявил: «Кот старый, у него рак, давайте его усыпим». – Она фыркнула. – Я тоже старая. И что, меня надо усыпить?

Брендан мельком взглянул на Диди и осторожно поинтересовался:

– Разве мы не везем его усыплять?

Диди повернула к нему голову и одарила испепеляющим взглядом:

– Я везу его к целительнице.

Брендану не понравился ее ответ, но он тщательно изгнал из своего тона все намеки на осуждение.

– Какая еще целительница?

– Ее зовут Нора. Она открыла приют для животных. Бабс Тейлор сказала мне, что у нее дар.

– Дар, – повторил он.

– Как у старинных проповедников, которые возлагали руки на людей.

– Вы что, шутите? – Он начал искать место, чтобы развернуться. – Коту нужен ветеринар, а не психопатка-целительница.

– Ему поможет только чудо, а доктор Бентли в этом не специалист. – Голос Диди был высоким и писклявым. – Племянница Бабс работает там волонтером. Она сказала, что однажды в приют принесли почти мертвую собаку, и Нора Андерсон вернула ее к жизни с помощью своей энергетики.

Брендан язвительно поджал губы. Бекки и ее бабушка обожали все сверхъестественное. Они на самом деле верили в так называемых экстрасенсов и медиумов и хмурились, когда Брендан делал пренебрежительные замечания о гадалках и цыганах.

Он уже вообразил, как выглядит Нора: длинные звякающие серьги, цветастый головной платок, темно-синие тени на веках и кроваво-красная помада на губах.

– Ты умеешь хранить секреты? – Диди не дождалась его ответа и заговорщически понизила голос, словно их могли услышать десятки людей. – Клара из почтового отделения сказала, что, судя по письмам, фамилия Норы – Ровер. Она ведет рубрику в газете. Рубрика называется «Спросите Ровер». Нора проникает в мозг животных.

– Проникновение в мозг наверняка помогает ей посылать свою энергию точечно и в нужное место, – язвительно произнес он, но Диди даже не заметила его язвительности и воодушевилась.

– Точно! Я большая поклонница «Спросите Ровер», поэтому я уверена, что только она поможет Чарли. Я больше не вожу машину, – произнесла Диди, словно Брендан – ее преданный шофер, этого не знал, – и плохо слышу по телефону, поэтому я написала ей письмо и отнесла его прямо на почту, чтобы она его получила на следующий день. Нора сразу ответила, что пошлет Чарли немного энергии.

Брендан чувствовал, как его охватывает беспомощная ярость. Диди боялась бандитов и закрывала двери своего дома на все замки. Она с подозрением пересчитывала сдачу в продуктовом магазине. Как она могла повестись на такую чепуху?

– Это работает, – прошептала Диди. – Чарли полегчало. Потом ему опять стало хуже, но я не стала отправлять еще одно письмо. Я позвонила по телефону, хотя плохо слышу, и попала на автоответчик. Ненавижу автоответчики. На мои звонки никто не ответил. А сегодня вечером Чарли стал тяжело дышать. Мне страшно. Я знаю, что он умирает.

Брендану не нравилось, что она испугалась и от этого стала такой доверчивой.

– Вы посылали деньги? – В ответ молчание. – Посылали?

– Немного.

Согласно указаниям навигатора, следовало повернуть направо на следующем перекрестке. Внезапно Брендану захотелось встретиться с человеком, который использовал страх пожилой женщины потерять любимого питомца, чтобы ее облапошить и выманить у нее деньги.

Лучше всего, если они застигнут целительницу врасплох, разбудив посреди ночи!

Он повернул направо. Они двигались по незнакомой ему дороге. Потом проехали под аркой, на которой красовалась яркая вывеска «Ковчег Норы».

В любое другое время Брендан счел бы надпись на вывеске забавной игрой слов. А возможно, и нет. Он не любил забавы. Будучи архитектором, он обожал расчеты, точность и математику. Он предпочитал рассчитывать максимальную нагрузку на балку и предельную нагрузку на несущую стеклянную стену.

Ему нравилось сбалансированное сочетание искусства и науки, которым являлась его работа. Заканчивая проект, он всегда чувствовал, где и как можно применить более совершенную методику, и следующий проект делал еще лучше.

Брендан считал себя прагматичным и практичным, возможно, в меру циничным. Такие, как он, никогда не предаются фантазиям. Но сейчас, въезжая на территорию ковчега, он испытал странное ощущение – по его спине пробежала дрожь.

Под вывеской «Ковчег Норы» была вывеска поменьше. Там было что-то о поддержке комитетом повышения качества работ округа Хансен.

Компания Брендана входила в состав этого комитета.

Отмахнувшись от раздражения, он проехал по деревянному мосту через ручей, уровень воды в котором был по-прежнему высок после весеннего паводка, случившегося в последний день июня. Впереди, словно вырезанный в горном массиве, красовался белый коттедж, освещаемый со всех сторон, окруженный остроконечным забором, с двориком, где росли плетистые желтые розы.

На фоне мрачного проливного дождя дом казался радушным жилищем, а не пристанищем шарлатанки, которая обманывает доверчивых старух.

Возможно, в доме не спят. Сейчас самое подходящее время для чтения заклинаний и гадания на картах.

Позади дома и дворика едва виднелся огромный сарай.

– О, мы приехали. – Диди радостно вздохнула. – Именно таким я и представляла это место.

Ну, такой гостеприимный дом наверняка предназначен, чтобы заманить побольше уязвимых людей и облапошить их.

– Ждите здесь. – Брендан отмахнулся от протестов Диди, решительно захлопывая дверцу автомобиля. Он пошел по тропинке, давя подошвами благоухающие лепестки роз.

Затем краем глаза заметил льющийся из сарая свет и услышал пронзительное ржание лошади. А после раздался испуганный женский крик.

Глава 2

Сердце Брендана Гранта учащенно заколотилось, когда он рванул к сараю.

Сначала он увидел груду какого-то тряпья в грязи загона у сарая. Эта груда слабо освещалась фонарем, расположенным сзади. Потом тряпье пошевелилось. Не обращая внимания на грязь, Брендан оперся рукой о забор, перепрыгнул его и подскочил к существу, похожему на ребенка, упавшего лицом в лужу.

– Ты в порядке?

Куча тряпья снова пошевелилась, послышался удивленный писк. Брендан облегченно вздохнул, и тут куча перевернулась.

Брендан оказался крайне изумлен. Перед ним был не ребенок, а женщина. Ее волосы оттенка имбиря, напоминающего окрас шерсти Чарли, торчали во все стороны. Часть волос была перепачкана грязью и прилипала к голове. Но даже грязь не могла преуменьшить изысканную прелесть бледного лица женщины.

Изящный нос с небольшим количеством веснушек медного оттенка; пухлые розовые губы; слегка выступающий, упрямый подбородок. Над правым глазом незнакомки надувалась шишка размером с гусиное яйцо.

Ее потрясающие, огромные и широко расставленные глаза цвета нефрита мерцали в серости ночи.

Если это волшебница Нора, то у нее поистине колдовская внешность.

Казалось, она совсем не понимает, что с ней происходит. Она вопросительно посмотрела на Брендана, затем протянула руку и коснулась его щеки. На губах женщины появилась едва заметная улыбка, словно она увидела перед собой не черноглазого дьявола, а его полную противоположность. Она будто узнала Брендана и приветствовала его.

Против воли он смотрел на нее, как зачарованный.

Но тут она резко пришла в себя, словно поняв, что лежит на спине в грязи посреди ночи, а рядом незнакомец, который выглядит угрожающим и злобным.

Она сосредоточенно сдвинула брови и попыталась сесть.

– Эй! – хрипло рявкнул он. – Не двигайтесь. Судя по всему, она не собиралась подчиняться его приказу, поэтому он положил руку ей на плечо. Оно показалось ему крошечным под вымокшей тканью пижамного жакета с маленьким бантиком у V-образного выреза.

Стряхнув его руку, она, морщась, села. Вот упрямица!

– Кто вы? – спросила она. – Что вы делаете у меня в такое время?

Он рассердился на себя за то, что ее тон лишь усилил странное очарование хмурой и дождливой ночи. Несмотря на суровость, ее голос напомнил Брендану кленовый сироп – густой, тягучий и сладкий.

Она вгляделась в его лицо, и выражение доверия и добродушия сменилось настороженностью, упрямством и легким испугом.

По ее взгляду нельзя было сказать, что она готова обманывать старух и выманивать у них деньги.

– Вы Нора? – спросил он напрямик.

Она кивнула. Брендан медленно свыкался с тем, что узнал. Нора не носила головной платок и длинные серьги, на ее веках нет синих теней, а на губах – красной помады.

Брендан понимал, что еще чуть-чуть, и он начнет надеяться, что эта женщина, сидящая в грязи, не писала Диди письма, обещая исцелить ее кота своей энергией за определенную плату.

– Я привез кота, – сказал он. – Я услышал шум, увидел свет и вошел.

Она с сомнением поглядывала на него, размышляя над его словами. Брендан подозревал, что не похож на парня, который способен обожать своего кота.

– Я слышал, что вы целительница. – Он попытался говорить равнодушным тоном, но, видимо, в его голосе все-таки слышались нотки недоверия к целителям, потому что женщина взглянула на него с еще большим сомнением.

– Кто вам об этом сказал? – с тревогой спросила Нора и мельком взглянула на забор, будто собиралась сбежать.

– Диди Эштон.

Имя не произвело на женщину никакого впечатления. Но возможно, от шока она не помнит даже собственной фамилии.

– Вы помните, что случилось? – спросил Брендан. Она коснулась рукой огромной шишки над глазом.

– Я не знаю точно, – ответила она. – Возможно, меня сбили лошади.

Он оглядел загон. Три лошади жались к забору, беспокойные и с буйным взглядом. Брендан плохо разбирался в лошадях, но мог догадаться, что эти – норовистые.

Он твердо приказал себе не размышлять о том, что женщина могла погибнуть. Он ее не знает. И ему, вне сомнения, незачем о ней беспокоиться. Однако есть определенный тип женщин, которых мужчинам следует опасаться. Особенно осторожными нужно быть тем, кому не удалось защитить слабых и беззащитных.

Брендан не хотел говорить, но против воли произнес:

– Не слишком ли рискованно приходить к диким мустангам посреди ночи, будучи такого крохотного росточка?

Она сердито посмотрела на него, словно говоря: «Не учите меня, что делать!» Что ж, вполне справедливо.

– Или вы надеялись приручить их своей энергетикой?

Она прищурила красивые глаза:

– Что вы знаете о моей энергетике?

– Не так много, как планирую узнать.

– Почему ваши слова кажутся угрозой? – поинтересовалась она.

Он пожал плечами.

Нора тряхнула головой, но Брендан увидел в ее глазах едва заметную обиду на его неверие.

Ладно, с ее целительством Брендан разберется позже. Промокнув, она начала дрожать. Как только Нора попыталась подняться, с ее губ сорвался слабый стон.

Она может замерзнуть и простудиться. Сейчас не время выдвигать претензии по поводу денег Диди. Сняв куртку, он накинул ее ей на плечи.

Казалось, Нора собирается протестовать против его рыцарского поступка, но потом, почувствовав тепло одежды, обмякла и стала похожа на раненого воробья.

– Вы можете пошевелить руками? А ступнями? Можете повернуть голову из стороны в сторону?

– Вы кто? Врач? – Несмотря на протест, она сделала так, как он просил.

Он коснулся рукой отвратительной шишки над ее правым глазом. Нора вздрогнула.

– Сегодня вы плохо наколдовали. Я не врач, а архитектор. К счастью, у меня есть опыт оказания первой помощи на строительной площадке.

Как он и надеялся, услышав о его профессии, она стала менее настороженной. Однако в ответ на его замечание по поводу колдовства она прищурила зеленые глаза и сделалась похожей на кота Чарли.

Подняв фонарик из грязи, он посветил ей в глаза, стараясь проверить реакцию ее зрачков на свет.

– Расскажите мне про своего кота, – попросила она, резко накрывая ладонью фонарь.

– Чтобы вы отправили ему энергию?

– Зачем вы приехали, если не верите?

По спине Брендана пробежала дрожь – как в тот момент, когда он проезжал под вывеской ковчега на арке. Что было бы, если бы он не приехал сюда? Женщина наверняка простудилась бы. Или ее растоптали бы лошади.

Но он не позволит ей думать, будто какая-то неведомая сила притащила его сюда, когда Нора нуждалась в нем сильнее всего.

Смешно. Если такая сила существует, где она была в ту ночь, когда Бекки требовалась помощь?

Нора вздрогнула, а Брендан скривился и несомненно стал похож на пирата.

Стараясь говорить спокойно, Брендан ответил:

– Я здесь из-за глупого стечения обстоятельств. Я думал, что еду к профессиональному ветеринару.

– Со своим котом? Он кивнул.

– Вы не похожи на любителя кошек.

– Нет? А как выглядит парень, любящий кошек? Она рассматривала его, прищурившись.

– Не так, как вы, – решительно бросила она.

– А на кого я похож? На любителя ротвейлеров? Бульдогов? Боксеров?

Она пристальнее вгляделась в его лицо. Брендану показалось, что Нора читает его мысли. Чтобы избавиться от неприятных ощущений, он снова посветил ей фонариком в глаза.

– Собак вы тоже не жалуете. Кстати, – продолжала она, – я не удивлюсь, если у вас в доме нет горшечных цветов.

– Я не говорил, что кот мой. – Он выключил фонарь и положил его в карман. – Не думаю, что вы повредили позвоночник, поэтому я отнесу вас в дом.

– Не смейте! Я сама дойду. – Она попыталась встать и свирепо уставилась на Брендана, словно его куртка не позволяла ей подняться. – Дайте мне вашу руку.

Опираясь на его руку, Нора попробовала подняться и тут же побелела как снег. Игнорируя ее протесты, Брендан легко подхватил ее на руки.

Она была крошечной, как воробышек. Через толстую ткань куртки Брендан чувствовал приятное тепло ее тела.

Он очень давно не прижимал к груди женщину и, наверное, поэтому задрожал от удовольствия.

Глава 3

Взволнованно держа на руках прекрасную незнакомку и чувствуя приятный трепет в теле, Брендан Грант осознал, что хотел ощутить подобное удовольствие, когда покупал автомобиль. Но неужели восторг от прикосновения женского тела сравнится с радостью покупки машины?

Он уже должен знать, что барахло не приносит истинную радость. Внезапно он вспомнил, как стоял напротив дома, которым сейчас владел, рядом с Бекки, и думал: «Все мои мечты сбываются».

– Отпустите меня!

Нора с силой уперлась руками в его грудь.

– Вы не смогли даже встать самостоятельно, – сказал он, оставаясь равнодушным к ее тону. – Я отпущу вас, когда внесу в дом.

Несмотря на мятежное выражение лица, Нора вздрогнула от внезапной боли и уступила Брендану.

Он шагнул к дому. Женщина в его руках сначала была напряженной, но через несколько секунд заметно расслабилась. Он взглянул на нее сверху вниз, желая удостовериться, что она не потеряла сознание.

На Брендана с вызовом смотрели широко раскрытые, немигающие зеленые глаза. Глаза настоящей колдуньи.

Как только Брендан подошел к дому, на крыльце зажегся свет. Он увидел, что уставшая ждать Диди вылезла из машины и тщетно пытается вытащить переноску с котом с заднего сиденья.

Из входной двери дома выскочил мальчик двенадцати – пятнадцати лет. У него тоже были светло-рыжие волосы, как у кота Чарли. Нора заерзала на руках Брендана.

– Отпустите меня, – настаивала Нора, потом вздрогнула, будто очнувшись ото сна. – Я не шучу! Я могу ходить сама.

Мальчик выглядел сонным. С одной стороны головы его волосы примялись, а с другой – торчали дыбом. Но через секунду он насторожился и приготовился бороться.

– Вы же слышали, – сказал он, – что она просит ее отпустить. Вы кто? Что вы сделали с моей тетей Норой?

Ага. Не мать, а тетя.

Мальчик бросился назад в дом и выбежал оттуда с вешалкой для верхней одежды, которую держал на плече, как бейсбольную биту, приготовившись атаковать. Его воинственность насмешила Брендана, но он постарался этого не показать.

Тем не менее его восхитил подросток, готовый сражаться с сильным взрослым мужчиной.

Держа Нору на руках, Брендан закрыл глаза и вдруг почувствовал, как его кожу покалывает от волнения. Он ощущал запах дождя и аромат лепестков роз, смешанный с чистым запахом волос и кожи Норы.

Два с половиной года назад ночной телефонный звонок навсегда изменил его жизнь. С тех пор Брендан брел по жизни, словно лунатик, считая себя лишенным чего-то очень важного, что было у остальных людей.

Сегодняшний телефонный звонок тоже перевернул его жизнь с ног на голову. И теперь Брендан стоит во дворе незнакомого дома, держа на руках женщину, которая то ли сама пострадала, то ли может принести кому-то страдания, а напротив него – мальчик-подросток, угрожающий ему вешалкой. Диди, не обращая внимания на происходящее, пыталась вытащить из машины умирающего кота.

Впервые за более чем два года в жилах Брендана забурлила кровь, он наслаждался тем, как дождевые капли касаются его тела. Впервые за долгое время Брендан почувствовал себя ожившим.

Но эти ощущения ему не понравились.

Нисколько.

Наоборот, он очень обиделся из-за того, что его немое и затворническое существование вдруг пронзила яркая и непредсказуемая энергия под названием жизнь.

– Отпустите меня! – Нора старалась говорить деловито, не желая, чтобы в ее тоне слышалось замешательство.

Она посмотрела в привлекательное лицо незнакомца. Через ткань дорогой куртки, в которую он ее завернул, она чувствовала твердость его мускулистой груди, прижимаясь к нему. Его руки, держащие ее за плечи и под коленями, казались стальными.

Надо было сильнее сопротивляться, чтобы он не брал ее на руки и не нес по двору, как спящего ребенка. Безумие какое-то. В его объятиях она ощущает себя в полной безопасности.

От незнакомца веяло прохладой и пугающей отчужденностью. Он уже упомянул, что слышал рассказы о ее энергетике, и наверняка причислил ее к категории цыган, бродяг и воров.

Поэтому ощущение безопасности можно списать на то, что она сильно ударилась головой. Оставаясь в его объятиях, Нора вдруг с болью в душе осознала, что давно одинока. Она самостоятельно тащит на своих плечах весь груз забот. Так что для разнообразия можно позволить, чтобы ее донесли до дома. Сомнительное, но тем не менее приятное удовольствие.

Теперь, глядя на мужчину снизу вверх, она почувствовала, как он слегка сжал руки, а уголки его порочно-чувственных губ едва заметно напряглись.

С упреком называя ее целительницей, он смотрел на нее бархатными, чарующими карими глазами, но теперь его взгляд стал холодным, отстраненным и даже гневным.

Не удивительно. Он пришел ей на помощь, а ему угрожают вешалкой. Естественно, он разозлился.

Почему ее так к нему влечет? Хочется прикоснуться к его лицу…

Нора тряхнула головой, стараясь собраться с мыслями. Она должна быть сильной. Ей приходится полагаться исключительно на себя после того, как жених заявил: «Выбирай: или я, или он».

Вне сомнения, когда сестра назначила ее опекуном четырнадцатилетнего Люка, она не ожидала такого поворота событий! Карен думала, что отправляет сына в стабильную и финансово обеспеченную семью, где у него будут оба родителя: Нора, которую ласково называли чудачкой, и ее парень – уважаемый и состоявшийся ветеринар с собственной клиникой.

Но нарисованный Карен мир для Люка оказался иным. Когда Нора рассталась с Вэнсом, ей пришлось все начинать заново.

Именно поэтому она должна быть сильной.

– Послушайте, – сказала Нора. – Поставьте меня наконец.

Мужчина ее проигнорировал, глядя на Люка.

Чтобы отвлечь его внимание от своего племянника и доказать, что не шутит, Нора с силой ударила незнакомца в мускулистую грудь. Безрезультатно. С таким же успехом жук мог биться в грудь льва.

Тем не менее, когда он опустил ее на землю, Нора почувствовала, как дрожат ее колени, и ощутила странное чувство потери.

Он пронес ее через двор с невероятной легкостью, шагая широко, мощно и решительно, у него даже не сбилось дыхание. Он обладал силой человека, на которого хочется положиться.

Но Нора решила полагаться только на себя!

«Возьми себя в руки!» – приказала себе Нора, отходя от мужчины. Она искренне обрадовалась, когда Люк отшвырнул вешалку и подошел к ней.

Бросив на незнакомца подозрительный и опасливый взгляд, Люк подставил Норе плечо и повел к дому.

– Что случилось? Он тебя обидел?

– Нет. Нет, он ни при чем. Я не могла уснуть и пошла проверить животных. Одна из новых лошадей, должно быть, испугалась и наскочила на меня.

– Зачем ты пошла в загон одна? – спросил Люк.

– Вот и у меня такой же вопрос. – Голос мужчины был низким, спокойным и твердым.

– Эти лошади были очень взволнованы, – осуждающе произнес Люк. – Один конь ударил парня, который его выгружал.

Нора насторожилась. Не хватало еще, чтобы этот незнакомец и ее племянник объединились против нее!

Зачем она пошла в загон к беспокойным лошадям? Возможно, она не сомневалась в том, что сумеет их успокоить.

В детстве, чтобы отвлечься от постоянных ссор родителей, она приносила домой раненых птичек, брошенных кошек и полуживых собак.

В душе Нора оставалась прежней девушкой, которую считали чудачкой родственники и школьные приятели, и она предпочитала скрывать от них свой дар.

Вряд ли Карен сделала бы ее опекуном Люка, если бы заранее знала, что Вэнс ее бросит. Она-то знала, что Нора импульсивна и даже посреди ночи может помчаться в загон к беспокойным лошадям.

Нора несет за Люка полную ответственность. Что было бы, если бы он обнаружил ее лежащей в грязи? Мальчик и без этого довольно настрадался. А ведь Нора должна ограждать его от неприятностей!

Тем не менее сильнее всего ее тревожило то, что она гораздо подробнее помнила события не до, а после того, как упала в загоне.

Очнувшись, Нора открыла глаза и увидела, что над ней склоняется мужчина. Он смотрел на нее пристально и был потрясающе хорош собой. Темные, густые намокшие завитки волос обрамляли лицо с прекрасными чертами: прямым носом, щеками, поросшими щетиной, чуть раздвоенным подбородком, решительно поджатыми и чувственными губами.

Дождевая капля медленно скатилась с его виска на высокую скулу, затем на губу, а потом упала на губы Норы.

Вероятно, Нора ударилась головой, и поэтому ей показалось, что время остановилось. Она слизнула с губ капельку воды и вдруг почувствовала себя принцессой, которая проснулась и увидела перед собой принца.

Нору зачаровали его карие бархатные глаза с золотистыми искорками и взгляд, в котором читалась решимость и еще какое-то едва различимое чувство.

Она решила, что обязана выяснить, что еще таит его взгляд.

Плохо соображая, она протянула руку и коснулась ладонью его щеки, покрытой щетиной. От ее прикосновения мужчина замер, но не отстранился. Она ощутила приятное чувство безопасности – рядом с ней оказался человек, на которого можно положиться.

Но потом она пришла в себя и вспомнила, что находится в загоне с лошадьми. И не одна, а с мужчиной, который в столь поздний час по непонятной причине оказался на территории ее проживания.

Нора превосходно понимала животных. Некоторые люди, в том числе ее бывший жених, доктор Вэнс Хайт, в ветеринарной клинике которого она работала ассистентом, пугались того, что она интуитивно чувствовала потребности животных.

Что касается Вэнса, то он стал своеобразным напоминанием о том, что в мужчинах Нора разбирается плохо. И в жизни тоже. Не считая сегодняшнего неприятного приключения, она прекрасно ладила со страдающими, напуганными животными.

И еще у нее отлично получалось писать своеобразные заметки в рубрику «Спросите Ровер», однако она никогда не признавалась в авторстве, потому что однажды Вэнс крайне презрительно отозвался о подобной писанине.

Интуиция не помогала ей растянуть скромный доход от публикации в газетной рубрике на содержание Люка и приюта для животных. К счастью, когда приют официально зарегистрировали, сообщество Хансена стало перечислять туда деньги.

Интуиция также не помогала Норе справиться с теперь уже пятнадцатилетним племянником, который после смерти матери обозлился на весь мир.

Нора винила себя за слабость, из-за которой прикоснулась к щеке мужчины и позволила ему нести ее через двор на руках. Она стряхнула с себя руку Люка и повернулась к мужчине.

Все-таки она ошиблась. Сейчас он показался ей неприступным и холодным, ему совсем не хотелось доверять.

– Откуда он взялся? – с подозрением спросил Люк вполголоса.

Внезапно Нора заметила за спиной мужчины старуху в ядовито-розовом одеянии. Женщина напряженно проворчала и вытащила большой контейнер с заднего сиденья автомобиля. Мужчина повернулся к ней и тут же взял у нее из рук переноску с котом, голова которого торчала из отверстия сбоку. Не нужно было обладать экстрасенсорными способностями, чтобы понять, что у кота отвратительный нрав.

– Меня зовут Брендан Грант, – сказал мужчина. – А это моя бабушка, Диди. И ее кот Чарли.

Атмосфера накалилась. Брендан поджал губы и стал внимательно вглядываться в лицо Норы.

– Простите? – Нора не понимала, зачем он заявился к ней ночью со своей бабушкой и ее котом.

Он ответил ей спокойным и ледяным тоном:

– Диди обещали помочь с котом. И она заранее заплатила.

– Я не понимаю, о чем вы, – твердо ответила Нора.

Она заметила, как насторожился Люк. Угу.

– Слушайте, – тихим, но приказным тоном заявил Брендан, – вы можете морочить голову старой женщине, но я забочусь о ее интересах. И знайте: если вы обманули ее, то вас выкинут из этого города.

Нора запретила себе паниковать.

– Я обманула вашу бабушку? – обиженно спросила она.

До нее начинало доходить, почему он так едко комментировал ее способности целительницы.

– Я не удивлюсь, если придется вызвать полицию. – Голос Брендана стал тихим и угрожающим.

Глава 4

Полиция? Нора запаниковала, словно оказалась на краю пропасти.

Тем не менее она попыталась успокоиться. Она уже собиралась заявить, что Брендан вторгся на территорию частной собственности, однако при упоминании полиции заметила, как напрягся Люк.

Совсем недавно у него в школе уже был неприятный случай, где не обошлось без полицейских.

Люк утверждал, что взял велосипед взаймы. Но владелец велосипеда, видимо, до конца этого не понял, поэтому обратился к служителям закона. К счастью, им удалось замять дело, переговорив с пострадавшим мальчиком.

На этот раз племянник Норы умоляюще посмотрел ей в глаза, а потом опустил голову и стал выводить узоры на мокрой земле голым пальцем ноги.

Нора взглянула на Брендана Гранта и поняла, что он все видел. Он смотрел на мальчика прищурившись, и его взгляд не сулил ничего хорошего.

Что же Люк натворил на этот раз?

– Никто меня не обманывал, – жалобно сказала Диди. – Она послала энергию Чарли.

– За деньги, – мягко прибавил Брендан.

Нора отлично знала, что никому не посылала никакую энергию. Тем более за деньги! Люк так стыдливо скорчился, что ей захотелось ударить его локтем, чтобы он перестал привлекать к себе внимание.

Что бы мальчишка ни сделал, ему не удастся противостоять Брендану Гранту. Ни физически, ни морально.

Сделав глубокий вдох, Нора весело произнесла:

– О, я помню. Чарли!

Люк взглянул на нее с благодарностью и облегчением. Возможно, ей следовало обрадоваться. Ведь племянник встал на ее защиту, выскочив из дома с вешалкой. В конце концов, он нечасто проявлял к ней настоящую симпатию.

– Чарли заболел, да? – спросила Нора.

– Правильно! – нетерпеливо ответила Диди. Брендан стал еще мрачнее.

– Вы сказали, что послали ему энергию, – напомнила ей Диди. – Вы попросили отправить деньги. Я послала пятьдесят долларов.

– Пятьдесят долларов? – рявкнул Брендан. – Диди! Вы сказали, что отправили немного денег.

– В сравнении с тем, что значит для меня этот кот, сумма небольшая. – Женщина одарила Брендана обиженным и твердым взглядом.

– Итак, – произнес раздраженный Брендан, обращаясь к Норе, – если вы будете умело вешать ей лапшу на уши, она подпишет вам свой дом. Значит, таковы ваши методы?

– Конечно нет! – На щеках Норы появился румянец. – Я уверена, что произошла ошибка. Должно быть, я подумала, что деньги отправили как пожертвование. – Нора пыталась говорить спокойно, но ее голос все равно дрожал.

– Угу. – Брендан говорил язвительно, на что имел полное право.

Норе захотелось хорошенько встряхнуть Люка. Она никогда даже голоса на него не повысила, но именно сейчас их будущее поставлено на карту. Хуже того, если мальчик отправил это письмо и взял деньги – кто еще мог это сделать? – он обокрал доверчивую старуху. Как он посмел? В кого же он превращается? И почему Нора не сумела его остановить?

Она снова почувствовала груз ответственности, который на себя взвалила. Карен не следовало доверять ей воспитание племянника. Нужно было предвидеть, что он обязательно затеет какую-нибудь каверзу.

Нора приложила все силы, чтобы не коситься на племянника с подозрением.

– Давайте зайдем в дом, – предложила она, стараясь сдержать дрожь в голосе.

Брендан отдал куртку Норе, и теперь его рубашка насквозь промокла.

На самом деле Нора не желала, чтобы мужественный Брендан Грант в мокрой и прилипшей к телу рубашке вторгся в ее жилище. Она недавно переехала в этот дом, и он быстро стал ее убежищем. С другой стороны, ей не терпелось улучить минутку, чтобы отвести Люка в сторонку и выяснить, что он сделал.

И исправить ситуацию.

В очередной раз.

Но, взглянув на непреклонного Брендана, с которым на миг почувствовала себя в безопасности, она поняла, что разобраться будет не так просто.

Дом Норы оказался не таким, каким Брендан представлял жилище шарлатанки. Ни хрустальных звякающих подвесок над дверью, ни пучков трав, подвешенных за стебли. Не было и приторного запаха ладана.

– Мило. – Диди одобрительно вздохнула, стоя в дверях и оглядываясь.

– Плохо, – сказал Брендан.

На самом деле дом показался ему уютным и опрятным. От беспокойства по его шее поползли мурашки, когда Нора провела их в гостиную, где друг напротив друга стояли два дивана цвета топленого сливочного масла, а между ними журнальный столик, на котором была низкая стеклянная ваза с желтыми розами, растущими во дворе.

– Плохо? – спросила Нора.

– Ни черной кошки, ни котла над очагом.

Нора резко на него взглянула. А она действительно очень миленькая. Брендан снова испытал странное чувство. Он не хотел смотреть на Нору, но не заглядываться на нее было невозможно. Ее светло-рыжие волосы стояли дыбом, огромные глаза резко выделялись на изящном испачканном лице. Сейчас она испугалась намного сильнее, чем в тот момент, когда Брендан впервые ее нашел.

Ее афера раскрыта. Однако Нора по-настоящему шокирована и расстроена.

– Послушайте, – сказала Нора, защищаясь, – я беру к себе больных и брошенных животных. Я не утверждаю, что я целительница.

Ее племянник фыркнул, и она одарила его свирепым взглядом, которого тот не заметил. Глухая Диди ее просто не услышала.

– Что касается черных кошек и котлов над очагом, я не занимаюсь колдовством!

Грязная и мокрая одежда свисала с плеч Норы, и Брендан подумал, что она не захочет снимать его мокрую куртку, чтобы не показывать пижаму.

Он не понимал почему. Ее пижамные штаны были грязными, но их покрой был практичным, а не сексуальным.

Они вошли на кухню, и Нора включила свет. На кухне были старые шкафы такого же веселого желтого оттенка, как диваны и розы в гостиной. Пол был выстлан старыми досками из лиственницы, которые блестели от патины. Брендан уловил аромат свежей выпечки.

На кухонном столе находилась банка с печеньем, заметки и фотографии крепились магнитами к дверце старого холодильника. В одном углу кухни была дровяная печь и старый, потрескавшийся дубовый стол, заваленный учебниками.

Брендан снова забеспокоился. Он подумал о причудливом дизайне из гранита и стали, который люди заказывали в нынешнее время для своих кухонь, и вдруг понял, в чем причина его смятения. Несмотря на огромные достижения в области дизайна помещений, все его разработки были лишены чувства.

Отмахнувшись от размышлений, он посмотрел на Нору. Нет, она не могла обманом вытянуть из старухи деньги.

Но тогда кто? Племянник? У мальчишки буквально на лбу написано: «Виновен».

– Положите кота сюда. – Нора указала на кухонный стол с мраморной столешницей.

Брендан поставил переноску на стол, предварительно проверив, не мокрое ли у нее дно.

– Он очень болен, – сказала Диди. – Я вам уже писала.

– Напомните, пожалуйста, о чем вы писали. При свете Брендан заметил, как на мокром и испачканном лбу Норы надувается шишка.

– Кот подождет, – заявил он твердым тоном, каким разговаривал на строительной площадке, когда плотник настаивал, будто что-то нельзя делать так, как хочет Брендан.

Присутствующие на кухне отреагировали соответствующим образом. Диди повернула голову и сердито посмотрела на Брендана. Нора тоже взглянула на него не слишком радостно.

– Я хочу вас осмотреть, – произнес он. – Если поездка в неотложку не потребуется, то вам, несомненно, нужно принять душ и переодеться, прежде чем заниматься котом.

– Я сначала займусь котом.

Итак, Нора желает поскорее от них избавиться. Она планирует осмотреть кота и сообщить им о перспективах Чарли на будущее. И конечно, следует выяснить, кто вытянул деньги из Диди и что с этим делать дальше.

На все про все достаточно двух минут.

Потом Брендан отправится домой и ляжет спать.

Прежняя жизнь – этакая «пещера», которая утешала его размеренностью и серостью, – опять его поманила. Хотя ему казалось, что если он и дальше будет так жить, то обречен на безысходность.

Это ощущение было ему ненавистно. Но жизнь уже лишила Брендана Гранта надежды на лучшее, поэтому отныне и до конца дней его удел – контроль чувств и эмоций.

– Сначала вы, потом кот, – сказал он Норе. Диди, как обычно, разозлилась, так как решение ее вопроса откладывалось. Нора тоже казалась сердитой – она решительно скрестила руки на груди.

Ах, так ты сама независимость! И никто не заставит тебя делать то, чего ты не хочешь? Брендан снова задавался вопросом, как выглядит ее пижама, которую она старательно прячет под его курткой.

– Вы уже сказали, что вы не врач, – произнесла Нора.

– Какая разница? Черепно-мозговая травма требует лечения. Она может быть скрытой и смертельно опасной. Я осмотрю вас за минуту.

– Я в порядке.

– Смертельно опасной? – Мальчик испуганно вытаращился на Нору. – Пусть он тебя осмотрит!

При виде его страданий Нора сдалась – с трудом присела на кухонный стул.

– Удар по голове был довольно сильным. Лошадь сбила вас с ног? – Брендан отвел волосы от набухающей шишки на ее лбу.

Нора вымокла и перепачкалась в грязи, но ее волосы на ощупь были как шелк.

– Я в порядке.

– Я спросил не об этом, – тихо произнес Брендан.

– Не думаю, что она сбила меня с ног, – проворчала Нора.

– Почему вы так в этом уверены?

Она не хотела признаваться, но Брендан понимал – она не помнит, что произошло в загоне, а это не очень хороший знак.

Нора помнила дату своего рождения, свое полное имя и какой сегодня день. Брендан обратил внимание, что ей двадцать шесть лет, хотя она выглядит моложе. Его разозлило, что он заинтересовался ее возрастом.

И еще его заинтересовало ее семейное положение. На ее пальце нет обручального кольца, в доме отсутствуют признаки проживания взрослого мужчины – ни обуви большого размера, ни мужских журналов, ни беспорядка. В доме живет только она и мальчик.

Брендану было ненавистно, что он вдруг стал обращать внимание на подобные вещи и задаваться вопросом, что привело Нору и ее племянника в отдаленный уголок Британской Колумбии.

Приложив все силы, чтобы сохранять хладнокровие, он задал Норе еще несколько вопросов. Она помнила, что произошло до того, как она упала, и сразу после, но не помнила, кто сбил ее с ног. Она могла проследить взглядом за движением его пальца.

– По-моему, все в порядке, – наконец произнес он, чувствуя неловкость.

– С ней все прекрасно, – отрезала Диди. – А Чарли может умереть.

– Я сейчас же осмотрю кота, – сказала Нора.

– Он уже достаточно пожил. Я уверен, что он подождет еще пять минут. Примите душ и переоденьтесь.

– Что вы командуете?

Брендан ее проигнорировал:

– Если у вас закружится голова или вас затошнит, сразу же скажите мне. Или Люку после моего ухода. Возможно, вам все-таки придется сегодня поехать в больницу.

Судя по всему, Нора решила возражать. Но потом она оглядела себя и внезапно пошла на попятный.

– Хорошо. Люк, пойдем со мной. Поищи, нет ли у нас рубашки, которая будет впору мистеру Гранту. Он промок.

Так вот почему она так быстро согласилась. Нора решила переговорить с мальчиком и выяснить, что он натворил.

Брендан точно знал, что она собирается сделать. Нора уже заявила, что деньги были взяты по ошибке или в качестве пожертвования. Она хотела взять вину на себя.

Брендан был почти уверен, что деньги у Диди вытянул племянник Норы. Разве она не понимает, что навредит мальчику, если возьмет на себя ответственность за его поступок?

– Брендан?

Он нетерпеливо повернулся к Диди. Неужели старуха в самом деле будет настаивать на том, что ее кот важнее? Она обожала поступать по-своему, ни на что не обращая внимания.

– Мне плохо, – сказала она.

Он присмотрелся. Диди любила быть в центре внимания, но сейчас на ее лице читался откровенный страх.

– У меня очень часто бьется сердце, – прошептала она.

Подойдя, он взял ее за тонкое запястье. Пульс Диди был чрезвычайно частым. Она пристально посмотрела в его лицо, начиная паниковать, и он заставил себя улыбнуться.

– Убьем двух зайцев сразу, – сказал он. – Поедем в больницу, где осмотрят вас и Нору.

Он мельком взглянул на Нору. Увидев выражение его лица, она не стала протестовать.

– Вы правы, – ответила Нора. – По-моему, нужно ехать в больницу.

Глава 5

Услышав заявление тетки, Люк запаниковал, но только на секунду. Он быстро сообразил, что происходит, когда пристально посмотрел на Диди. Брендан увидел, как мальчик успокоился.

– А Чарли? – прошептала всхлипывающая Диди. – Я не могу его оставить! Ведь он…

Люк решительно взглянул на Брендана, затем на Нору.

– Я присмотрю за котом, – сказал он.

Диди заметно расслабилась и прислонилась к Брендану.

Девяностодвухлетняя Диди. Она может умереть прямо сейчас. Раньше своего кота. Жизнь любит ироничные повороты в сюжетной линии.

Например, Бекки. Молодая и здоровая, она погибла в двадцать шесть лет. Брендан до сих пор не может с этим смириться.

За неделю до смерти она ни с того ни с сего сказала ему:

– Если я умру первой, то вернусь и сообщу, что у меня все хорошо.

– Ничего хорошего с тобой не будет, – прагматично ответил Брендан, которому был неприятен этот разговор. – Ты же умрешь.

Но она до сих пор не вернулась, чтобы хотя бы сообщить ему, как жить дальше. Поэтому Брендан оказался прав. Мертвые не оживают.

И сегодня он был готов примириться со смертью Чарли, но не Диди. Он не желает, чтобы она исчезла у него на глазах. Ощутив чувство ответственности, он торопливо достал из кармана мобильный телефон и вышел в дождь.

– Вы можете сесть рядом с ней на заднее сиденье? – вполголоса спросил Брендан. – Толкните меня, если возникнут проблемы. Вы умеете проверять пульс?

Нора кивнула и сделала так, как он сказал. Люк вместе с котом расположился на переднем сиденье, рядом с Бренданом. В автомобиле пахло новой кожей и роскошью.

Владелец такой машины никогда не заинтересуется слегка эксцентричной любительницей животных.

Хотя Норе на это наплевать. Черт побери, дамочка рядом с ней может умереть от сердечного приступа! Сейчас не время и не место забивать себе голову романтическими бреднями!

Заведя двигатель, Брендан прижал телефон к уху:

– Неотложка Хансена? Говорит Брендан Грант. Я везу к вам девяностодвухлетнюю женщину с учащенным пульсом. Проблем с сердцем и болей в груди раньше не было. Еще со мной молодая женщина с подозрением на черепно-мозговую травму. Кто сегодня дежурный врач? Я понимаю, вы не обязаны об этом говорить, но я хочу знать.

Нора не пропустила ничего. Она заметила, что Брендана узнали в неотложке и назвали имя дежурного врача после символического протеста.

Она обратила внимание, с какой уверенностью он говорил, набрав следующий номер.

– Грег? Извини, что разбудил. Бабушка Бекки плохо себя чувствует.

Бабушка Бекки? А Нора думала, что Диди – бабушка Брендана.

– Кто такая Бекки? – спросила она у Диди.

– Моя внучка. Брендан ее муж.

Значит, Брендан женат. Странно, но Нора почувствовала, будто чего-то лишилась. Почему он не носит обручальное кольцо? Норе не нравились женатые мужчины, которые не носят кольца. Трусливые, ищущие приключений…

– Она погибла, – устало сказала Диди.

– Мне очень жаль, – произнесла Нора, понимая, что именно увидела в глазах Брендана, когда он впервые склонился над ней. Его переполняла печаль.

– В автомобильной катастрофе, – добавила Диди. Она говорила слишком громко, как все люди, имеющие проблемы со слухом. – Брендан не упоминает о ней. Мне иногда хочется с кем-нибудь поплакать. Но он никогда не плачет. Он не плакал даже на ее похоронах.

Ее слова прозвучали как обвинение и так громко, что сидящий впереди Брендан не мог их не услышать. Нора увидела его лицо при свете приборной панели. Брендан даже не вздрогнул. Такое ощущение, что он окаменел.

Но она видела боль в его глазах, когда очнулась после падения в загоне.

– Мы все скорбим по-своему, – откликнулась Нора и увидела, как он быстро взглянул на нее в зеркало заднего вида, а потом снова потянулся за телефоном. – И мне кажется, он искренне о вас заботится.

Еще бы. Не каждый будет возить в машине старуху и ее больного кота по всему городу посреди ночи!

– Конечно, вы правы, – пробормотала Диди и положила голову на плечо Норы.

Нащупав пульс пожилой женщины, Нора с радостью отметила, что он выровнялся.

Она слушала низкий голос Брендана.

– И еще женщина с черепно-мозговой травмой. Думаю, у нее легкое сотрясение мозга, но необходимо обследование. Увидимся через пять минут.

Закончив разговор, он прибавил газу. Дорога была мокрой и скользкой, но Брендан источал спокойную уверенность, двигаясь по извилистым, окутанным туманом трассам Хансена. Мощный автомобиль казался живым и послушным существом.

По тому, как мужчина управляет машиной, женщина многое могла о нем сказать. Так же как и по манере улаживать чрезвычайные ситуации. Если бы проводились подобные тесты, Брендан Грант выдержал бы их с честью.

Он всегда оставался спокоен. И во время езды по мокрой дороге, и в тот момент, когда помогал старушке выбраться из салона. Иногда эмоциональная замкнутость приносит пользу.

– А Чарли?! – снова завопила Диди.

– Я побуду с ним, – сказал Люк. – Здесь. Туда я не пойду.

Нора сомневалась, что ее племянник когда-нибудь избавится от неприязни к больницам. Люк провел слишком много времени в больнице у постели матери, поэтому ненавидел подобные учреждения.

Не задавая вопросов, Брендан бросил мальчику связку ключей:

– Ее дом в трех кварталах отсюда. Адрес на брелке. Я полагаю, у тебя есть мобильный телефон, чтобы связаться со своей тетей?

– Почему мне нельзя остаться здесь?

– Потому что, если кот надует в моей машине, – начал Брендан, понизив голос, чтобы не слышала Диди, – я его прикончу.

Нора была потрясена, но Люк усмехнулся. Посерьезнев, он спросил:

– Вы доверяете мне ключи от ее дома? Брендан посмотрел на него в упор:

– А я не должен?

Люк опустил голову и не ответил.

– Я не знаю, сколько мы там пробудем. Отдохни. Выпусти кота из переноски и положи его у лотка. Если твою тетю отпустят домой, то тебе придется заботиться о ней остаток ночи.

Люк взглянул на адрес на брелке.

– Надеюсь, никто из моих друзей не увидит меня с этой дебильной штуковиной, – пробормотал он, но Нора заметила, что мальчик доволен доверием Брендана.

– Я могу его проводить, – осторожно произнесла она, – и вернуться обратно. Мне и правда не нужно…

Брендан посмотрел на Нору, словно приказывая не спорить, и у нее засосало под ложечкой. Ей показалось, что она падает с большой высоты. У нее просто не было сил ему противостоять.

В больнице Брендан тоже был на высоте. Он разговаривал с медсестрой уверенно, ничуть не испугавшись ее официального тона. По-видимому, его хорошо знали в городе и уважали. Медсестра относилась к Брендану так, словно он ее начальник.

Забавно, но Вэнс проявлял себя ужасно в чрезвычайных ситуациях. Он так волновался, когда привозили тяжелораненое животное, что не мог никого обнадежить. Несмотря на годы практики, он не менялся. Ему нравилось проводить регулярные осмотры, делать рентген, стерилизовать животных и чистить им зубы.

Он работал только в дневное время, а для ночных дежурств нанял молодую девушку, которая в конце концов стала заниматься всеми чрезвычайными ситуациями.

Нора узнала, что несколько недель назад у Вэнса состоялась с ней помолвка. До того момента Нора лелеяла надежду, что он объявится на пороге ее дома, признает свои ошибки и попросит принять его обратно.

Нора отмахнулась от воспоминаний и обнаружила, что находится в смотровой комнате.

Не успела она перевести дух, как появились молодой врач и медсестра.

– Как миссис Эштон? – спросила Нора.

– Она стара, – ответил врач с покорной улыбкой. – Мы оставим ее для обследования. Брендан говорит, что у вас шишка на голове. Вас сбили с ног?

– Может быть, – призналась Нора.

– Откуда вы знаете Брендана? – поинтересовался врач.

– Это долгая история. Он рассмеялся:

– Брендан сказал то же самое. Он проектировал здание нашей больницы и руководил строительством. Он удивительный архитектор.

Отлично!

Врач повторил вопросы, которые до этого задавал Брендан, и попросил Нору следить взглядом за движением его пальца.

– Я должен оставить вас для обследования.

– Я не могу! – воскликнула Нора. – У меня животные, которых нужно кормить… – Она взглянула на часы на стене. – Через два часа.

Доктор вздохнул:

– Он предупреждал, что вы так ответите. Я отпущу вас домой, но вы должны неукоснительно следовать моим инструкциям. Если у вас закружится голова, начнет тошнить или вы потеряете сознание, вы должны сразу же вернуться в больницу. Я дам вам перечень симптомов, за которыми придется следить ближайшие несколько дней. Иногда симптомы проявляются через несколько недель.

После того как медсестра вручила Норе список, ее отпустили. Брендан был в комнате ожидания.

– Вы не должны меня ждать, – произнесла Нора.

– Угу. Как вы собирались вернуться домой? И забрать своего племянника?

– На такси, наверное.

– По-вашему, таксист будет отслеживать симптомы сотрясения мозга? – Брендан поднял дубликат списка, выданного ей врачом.

По правде говоря, Нора обрадовалась тому, что не придется прямо сейчас беспокоиться о такси и Люке. Ей нравилось, что Брендан вызвался помочь. И возможно, у нее в самом деле сотрясение мозга, поэтому ей позволено быть слабой. Только в этот раз. Только сегодня.

Через несколько часов нужно кормить животных.

Норе захотелось плакать.

Брендан внимательно за ней наблюдал.

– Вы в порядке? – спросил он.

– Да, – твердо ответила она.

Но Брендан повел себя так, словно не услышал Нору. Он обнял ее за талию, и Нора тяжело прислонилась к нему.

Они забрали Люка. Поскольку никто не имел ни малейшего представления, когда Диди вернется домой, захватили Чарли с собой. Нора старалась не засыпать, но не смогла. Проснувшись, она обнаружила себя в объятиях Брендана Гранта. Во второй раз за ночь.

Нора не сопротивлялась.

Ничему.

Поэтому Люк принес Чарли в дом, а не в сарай. Нора не позволяла держать животных в доме, чтобы они не перевернули все вверх дном.

Но сейчас она не стала спорить. Она крепче прижалась к Брендану, в объятиях которого чувствовала себя в безопасности, и позволила отнести себя вверх по лестнице, в свою комнату.

– Как она? – спросил Люк, показывая Брендану на дверь справа.

Мальчик отнес Чарли в комнату дальше по коридору.

– Она просто переутомилась, – заверил его Брендан. Толкнув дверь локтем, он остановился на пороге комнаты Норы.

Он увидел очередное подтверждение того, что Нора не замужем. Ни один мужчина не вытерпит столько белого цвета в интерьере: белые стены, белые занавески, белые подушки, белое покрывало. Ее комната олицетворяла невинность. Комната будущей невесты.

О свадебных делах Брендан хотел думать меньше всего, перенося Нору Андерсон через порог.

Посмотрев на нее, он почувствовал облегчение. Завернутая в его огромную куртку, перепачканная с головы до пят, Нора была совсем не похожа на невесту. На самом деле в таком виде она смотрелась нелепо в белоснежной комнате.

Брендан глубоко вздохнул, переступил порог и быстро направился к кровати. Он усадил Нору на край.

Люк появился в дверях:

– Что мне сделать?

– О, Люк… – пробормотала Нора. – Откуда он взялся? Ты же знаешь правила. Мы не держим животных в доме.

Брендан обернулся, ожидая увидеть Чарли. Но Люк держал на ладони черно-белого котенка.

– Он особенный, – произнес Люк. – Я назвал его Рейнджер.

– Мы не даем клички животным! Люк посмотрел на нее с вызовом:

– Я оставлю его себе. Нора пожевала губу:

– Нам нужно об этом поговорить.

– Но не сегодня, – твердо отрезал Брендан. – Люк, ты можешь на время оставить котенка и найти мне фонарь?

Мальчик ушел и через несколько минут вернулся с фонарем.

– Посвети прямо в глаза своей тети. Видишь, какие у нее зрачки? Они расширенные. От яркого света они сузятся. Очень важно, чтобы оба зрачка сужались одновременно.

Мальчик без колебаний исполнял команды Брендана и внимательно слушал инструкции. Люк отнюдь не бунтарь, как его тетка.

– Да, зрачки сужаются, – заметил мальчик.

– Вы не забыли, что я здесь? – спросила Нора, но ее слова проигнорировали.

– Хорошо. Именно этим ты и займешься. Ты должен будить ее каждый час после моего ухода и проверять зрачки. Если увидишь, что они сокращаются неодинаково, звони 911.

– Не нужно его пугать! – запротестовала Нора.

– Я его не пугаю. Я прошу его помочь. Я разговариваю с ним как с мужчиной.

Люк горделиво задрал нос.

– Ну, он не мужчина, – возразила Нора.

– Но и не ребенок, – ответил Брендан. Мальчик загордился еще сильнее.

– Либо он проверяет вас, либо я остаюсь на ночь.

Нора побледнела, неуклюже скрестила руки на груди и свирепо уставилась на Брендана. Тот провел с пациенткой-бунтаркой несколько очень простых тестов, пока Люк за ним наблюдал.

– Меня уже осмотрел врач, – ворчала она.

– Люк должен знать, что делать. – В конце концов Брендан оставил ее в покое. – Хотите что-нибудь? Глоток теплого молока, может быть?

Нора охнула. В ее удивлении было нечто приятное и отчасти грустное. По-видимому, она не привыкла, чтобы о ней заботились.

– Я бы выпила молока, – робко сказала она.

– Люк, можешь согреть молока?

Мальчик кивнул и ушел, а Брендан наклонился и разул Нору. Потом он осторожно потянул куртку с ее плеч.

– Я сама!

– Вы ведь не в прозрачном неглиже.

Она сердито посмотрела на него, но позволила снять с себя куртку.

Брендан сделал вид, что вообще не замечает ее пижаму, хотя она была восхитительна. Розовая пижама, верх которой был украшен рисунками котят, показалась ему чрезвычайно сексуальной.

– Встаньте на минуту, – приказал он.

Нора повиновалась, и он ловко откинул белое одеяло, под которым оказались белые простыни. Брендан уложил ее в постель. Нора тут же попыталась сесть.

– Нужно завести будильник. Через два часа я должна покормить животных.

Часы стояли на прикроватной тумбочке, ими были прижаты какие-то бумаги. Брендан был уверен, что необходимо выполнять предписания доктора. Нора должна отдохнуть. Поспать по крайней мере двадцать четыре часа. Ей нельзя смотреть на монитор компьютера или читать. Поэтому он притворился, что заводит будильник.

Оглянувшись, Брендан увидел, что Нора закрыла глаза и равномерно дышит.

Он посмотрел на нее и почувствовал странное желание ее поцеловать. Не страстно. Просто пожелать ей доброй ночи, как отец ребенку.

Брендан спустился по лестнице. Кухня была пуста. Молока не было ни на столе, ни на плите. Люк лежал, растянувшись на диване в гостиной.

Рядом стояла пустая переноска. Чарли, одинаково ненавидевший котов и людей, лежал на груди мальчика. Черно-белый котенок по кличке Рейнджер, свернувшись клубочком, лежал на животе Чарли. Все крепко спали.

Брендан подошел ближе. Чарли был не похож на умирающего кота. Его дыхание не было хриплым.

Может, он уже умер? Брендан коснулся пальцами шерсти и почувствовал тепло. Чарли вздохнул.

Брендан отдернул руку. Глупо думать, что коту помогла целительница. Так или иначе, Нора едва взглянула на животное.

Мобильный телефон мальчика лежал на журнальном столике. Брендан взял его и проверил. Люк установил ежечасное включение сигнала будильника. Не стоило поручать мальчику греть молоко. Он выглядел измотанным, под глазами залегли темные круги, а лицо казалось бледным и осунувшимся.

Брендан вдруг понял, что не может оставить их одних в доме.

Он почувствовал, что должен позаботиться о мальчике и о Норе. Они слишком долго справлялись со всем в одиночку.

Брендан выключил будильник на телефоне Люка и медленно поднялся по лестнице к комнате Норы.

Глава 6

Оказавшись у двери пугающей спальни в «свадебном» стиле, Брендан достал свой мобильный телефон. Он понимал, что не может взвалить на себя заботу о Норе и мальчике прямо сейчас. Его ждет срочная работа. «Деревня на озере» – удивительная возможность и самый престижный проект в его карьере на сегодняшний день.

Но однажды Брендан выбрал работу, когда следовало поступить по-иному. Он был одержим желанием добиться успеха, обогнать призраков собственного детства, стать достойным жены, которая воспитывалась в других условиях.

Он должен был стать кем-то, что-то доказать. И он сделал выбор, в результате которого потерял все.

Случившееся оставило в его сердце глухую пустоту.

Неужели он оказался в похожей ситуации и снова должен сделать выбор? Правильный выбор. Тот, который изменит настоящее.

Отмахнувшись от раздумий, он набрал номер и услышал голос секретарши на автоответчике.

– Вы позвонили в компанию «Грант Аркитектс». Мы не можем ответить прямо сейчас, но обязательно вам перезвоним.

– Линда, меня сегодня не будет.

Помимо Норы и ее племянника Брендану следует позаботиться о Диди, оставшейся в больнице. Ей потребуется общение. Старушка захочет узнать, как дела у Чарли, и потребует принести ей кроссворды. Брендан не сомневался, что она будет самым капризным пациентом в мире.

– Есть вероятность, что меня вообще не будет на этой неделе. Отправьте… – он назвал фамилию младшего архитектора, – на объект «Деревня на озере».

Закончив разговор, он осознал масштаб того, что сделал. Брендан никогда не отлынивал от работы.

А потом, предвидя, что из компании начнут звонить по срочным делам уже в семь утра, Брендан отключил телефон.

Он знал, что возникнет много вопросов в связи с его отсутствием.

И Брендан вовсе не уверен, что сумеет на них ответить. В глубине души он знал, что не хочет наблюдать за началом строительства нового жилого комплекса. Он не хочет смотреть, как его проект воплощается в жизнь. Ему уже знакомо чувство неудовлетворенности, которое будет расти пропорционально скорости возведения зданий.

Брендан быстро вошел в спальню. Он сел на белый стул у кровати Норы и поборол желание включить мобильный ради будильника.

Потом Брендан разозлился на себя за то, что даже минуты не может прожить без телефона, поэтому убрал аппарат.

Непрестанная занятость помогла ему выжить. После происшествия с женой он стал проводить на работе еще больше времени.

Иногда ему хотелось остановиться и отдохнуть.

Готов ли он исцелиться и выползти на свет, закрывая глаза от слепящего блеска? Этот дом такой необычный. Может, с теми, кто сюда попадает, происходят чудеса и в душе воскресают умершие чувства?

Может, и так. Только посмотрите, что произошло с Чарли.

Брендан не мог поверить, что ему в голову приходят подобные мысли. С какой стати он размечтался, как маленький мальчик?

«Мамочка, когда-нибудь я куплю тебе замок. Я обещаю».

Вспомнив свое обещание, он вздрогнул.

Рассерженный, Брендан стал бродить по комнате. На комоде он увидел фотографию Норы и Люка. Фото мужчины нет. Здесь же куча счетов. Зачем она держит счета в своей комнате? Возможно, не хочет, чтобы мальчик беспокоился из-за расходов.

На полу стояла корзина для белья, заполненная аккуратно сложенными вещами. Нора разозлилась бы, узнав, что Брендан увидел ее нижнее белье, лежащее поверх остальных вещей. В комнате не было ювелирных украшений и вычурных безделушек.

Будь он эмоциональным человеком, немного загрустил бы, разглядывая комнату Норы, которая так много говорила о хозяйке – взвалившей на себя непомерную ответственность, одинокой и лишенной удовольствия прихорашиваться женщине.

А потом он снова посмотрел на бумаги под будильником. Они были похожи на письма. Брендан подошел и мельком на них взглянул.

Письма не были личными. На самом деле они начинались со слов «Дорогая Ровер».

Заинтригованный, Брендан, вспомнив, что Диди рассказала ему о Норе и ее газетной рубрике «Спросите Ровер», взял письмо.

«Уважаемая Ровер, у меня новый парень. О нем я мечтала всю жизнь. Красивый. Веселый. У него хорошая работа. Есть только одна проблема. У меня живет тринадцатилетний маламут по кличке Вздох. Они ненавидят друг друга. Что мне делать?

Озадаченная».

Почерк изменился – Брендан догадался, что дальше писала Нора. Заинтригованный, он увидел, что она ответила на письмо, а потом перечеркнула свой ответ. Сев на стул рядом с кроватью и прищурившись, он стал читать.

«Уважаемая Озадаченная!

Хотя собаки иногда ревнивы, очень часто они лучше остальных понимают, какой перед ними человек. Что сделал ваш принц, чтобы завоевать расположение собаки? Ваш возлюбленный осознает, что ваша собака стареет, и вам, возможно, скоро придется с ней попрощаться? Он сделал хоть что-нибудь, чтобы вам помочь? Боюсь, ваша собака воспринимает его как нахала. По-моему, вам будет лучше без вашего парня. Я бы, например, не удержалась и тяпнула его за то место, что отвечает за репродуктивные функции. Спасибо за ваш вопрос. Хотя подобные вопросы лучше всего обсуждать с подругой, матерью или священником.

С наилучшим тявканьем, Ровер».

Ответ был перечеркнут, как показалось Брендану, с некоторой неохотой. Губы Брендана дрогнули в улыбке. Он перешел к следующей странице.

«Уважаемая Озадаченная!

Тринадцать лет – очень большой возраст для маламута. Вы хотите отказаться от собаки, которая еще какое-то время может прожить с вами?»

Этот ответ тоже был перечеркнут.

Брендан перевернул страницу, желая узнать новый ответ, но обнаружил другое письмо.

«Уважаемая Ровер!

Моя собака, английский бульдог по кличке Петуния, не хочет заходить в прачечную в подвале. Она сидит за дверью, воет и трясется. Как вы думаете, у меня в доме живет привидение?

Испуганная».

Опять два ответа. Первый – перечеркнут.

«Уважаемая Испуганная!

У английских бульдогов много прекрасных качеств, но они не отличаются интеллектом. В вашей прачечной множество запахов и звуков, которые бедняжка Петуния не узнает. Ситуация вряд ли улучшится, поэтому, дабы сэкономить себе нервы, оставляйте Петунию наверху, когда идете в подвал. Перед уходом дайте ей косточку. Велика вероятность, что, грызя кость, она не заметит вашего отсутствия».

Второй ответ был сдержаннее, без комментариев по поводу интеллекта бульдогов. В нем говорилось, что в прачечной присутствуют странные для собаки звуки и запахи, и Петунии необходимо знакомиться с ними постепенно. Приучая животное к новому, нужно подкармливать его чем-нибудь вкусненьким.

Все еще улыбаясь, Брендан положил письма на тумбочку.

Сквозь навалившуюся усталость он осознал, как что-то изменилось.

Мгновение он не понимал, что происходит.

А потом до него дошло: вокруг стояла абсолютная тишина. Брендан встал и подошел к окну. Занимался рассвет. Дождь прекратился. На горизонте появилось то, чего он не видел сорок дней и сорок ночей.

Брендан моргнул, как человек, вышедший из пещеры на свет.

Возможно, он не видел этого с той ночи, когда погибли его жена и их будущий ребенок.

На горизонте всходило солнце.

– Эй, милая, как вас зовут?

Нора вздрогнула и взглянула на мужчину, который схватил ее за плечо.

– Я вам не милая, – сказала она, уверенная, что ей снится сон, и закрыла глаза.

Она продолжала ощущать прикосновение, свет бил сквозь веки.

– Когда вы родились?

Она снова погрузилась в блаженный сон.

– Секундочку. Последите взглядом за моим пальцем. Нора вздрогнула и проснулась. Ее кровать была залита солнечным светом. Солнце! Теплое и восхитительное.

Всю ночь ей казалось, будто Брендан Грант находится в ее комнате, но теперь, посмотрев на стул, она поняла, что это действительно были только сны. Стул был пуст.

Нора посмотрела на часы. Уже полдень!

– О боже! Животные! – Она села так резко, что у нее закружилась голова.

Все тело ломило.

Разве возможно чувствовать себя одновременно так хорошо после чудесных сновидений и плохо? Кроме того, она забыла про животных!

На миг Нора вновь прилегла.

– Привет.

Брендан Грант стоял в дверях ее комнаты. На нем была прежняя – влажная и мятая – рубашка, его волосы были взъерошены, а на лице виднелась щетина, но выглядел он потрясающе. Красивый и очень уверенный – один из тех непредсказуемых парней, которые любят руководить.

– Не садитесь. Так приказал доктор. Вы должны отдыхать. Весь день.

Ослабев, Нора обнаружила, что ей совсем не хочется заниматься делами.

– Я не могу отдыхать весь день! Мне нужно заботиться о животных.

– Все в порядке.

Она сердито посмотрела на него, чтобы он не догадался, как она ему признательна.

– Вы сидели со мной всю ночь, – обвиняюще произнесла она.

– Сидел.

– С чего вдруг такая неожиданная доброта к незнакомке, которая обманула вашу бабушку?

– Я надеялся, что вы проговоритесь во сне.

– А я говорила? – спросила она в ужасе.

– Чего вы боитесь? Признаться? Разве вы не помните? Я задавал вам вопросы каждый раз, когда вас будил.

– Да, вы спрашивали мое имя и день моего рождения.

Он хлопнул себя по лбу:

– Черт! Надо было воспользоваться ситуацией. Нора почему-то покраснела, будто прочла подтекст в его словах. Брендан выгнул бровь.

– Я не воспользовался ситуацией, – тихо произнес он.

– Я и не думала, что будет иначе, – строго произнесла она. Чувствуя ужасную уязвимость, Нора натянула одеяло до подбородка. – Извините, мне нужно одеться и позаботиться о моих животных.

– О них уже позаботились.

– Но как?

– Мне помог Люк.

– Ох… – Нора встревожилась. Ей очень не нравилась мысль о том, что Брендан остался наедине с Люком и стал его расспрашивать.

– Не волнуйтесь, он ничего мне не сказал. Нора испугалась, что Брендан читает ее мысли.

– Хотя я бесстыдно старался вытянуть из него информацию.

– О чем? – с напускным равнодушием осведомилась она.

– Я начал с малого, затем подобрался к главному. Я спросил, откуда вы родом, и он ответил, что из хорошего места, а не со свалки, в которой живете теперь. Я спросил, как долго вы тут живете, и он ответил, что слишком долго. Когда я спросил, сколько ему лет, он сказал: девятнадцать.

– Мы из Виктории, живем здесь шесть месяцев, и ему только что исполнилось пятнадцать.

– Потом я спросил его, кто взял деньги Диди. Нора затаила дыхание.

– Он сказал, что многие вскрывают почту. Здешний город практически переполнен волонтерами. Он сказал, что, по его мнению, некоторые старушки-волонтеры выглядят довольно вороватыми. – Брендан пристально смотрел на Нору. – Он прав?

Нора почувствовала себя загнанной в угол. Ее волонтеры ничуть не выглядят вороватыми! Но она не может назвать Люка лжецом. Нора принялась теребить одеяло и ничего не ответила.

– Я подумал, что лучше сам выясню, кто из них нечестен. Я попросил Люка позвонить нескольким волонтерам, чтобы они пришли и помогли сегодня утром. Смешно, но все они показались мне порядочными людьми, хотя я все равно их расспросил.

– Неужели? – Нора нахмурилась.

– Да. Все они признались, что вскрывают почту. Но никто из них не считает себя виноватой. Никто не помнит о письме моей бабушки. По правде говоря, я не уверен, что кто-то из них помнит, что ел на завтрак сегодня утром. Разве у вас нет четкой системы отправки и получения почты? Не слишком эффективно, если любой желающий или просто проходящий мимо почтового ящика будет вскрывать письма.

– Я не сильна в системности.

– Вы и волонтеров плохо отбираете. Посмотрев на сегодняшних, могу сказать, что среди них не хватает только моей бабушки. Бригада старых склочниц.

Брендан говорил словами Люка.

– Они мне очень помогают! – По правде говоря, Норе требовались молодые, сильные люди, но такие не откликнулись на ее объявление в газете. Ей было неприятно, что всего через два часа Брендан увидел все недостатки ее организации.

– Но вы не можете позволить, чтобы кто-то из ваших нынешних волонтеров занимался крупными животными. Они не справятся с тяжелой работой. Одна боится собак, у другой аллергия на кошек. И они все ненавидят кусачего попугая.

– Это Лафайет. Он укусил вас?

– Конечно, укусил. Люк говорит, он всех кусает. А перед этим он на трех языках выругался так, что смутился бы видавший виды матрос.

– Вы обработали место укуса антисептиком? – спросила она.

– Кто за кем ухаживает?

Брендан резко взглянул на нее. Нора искренне проявляла о нем заботу. Очевидно, он ведет себя как тиран.

– Я не хочу, чтобы мне предъявили судебный иск после того, как в ваш палец попадет инфекция, и он отвалится. Потом вы подадите на меня в суд, и, по вашей рекомендации, я лишусь финансирования комитета повышения качества работ округа Хансен.

– Насчет рекомендации я еще не решил.

– И пожалуйста, не разгоняйте моих волонтеров.

– Мне это не удалось, хотя я пытался, поверьте мне. Они пошли за мной к сараю, обещая накормить печеньем, пирожными и ростбифом на ужин. И они говорили, какая вы хорошая девушка. И незамужняя. «Какая жалость! У нее нет парня, а она такая хорошенькая».

– У меня нет парня, потому что я так хочу, – отрезала Нора и почувствовала, как краснеют щеки.

– Какой-то ублюдок разбил вам сердце, – беспечно произнес Брендан, хотя его глаза угрожающе потемнели.

Нора удивленно ахнула. Он узнал о ней слишком много, пора это прекратить!

– Убирайтесь из моей комнаты. Мне нужно принять душ и одеться.

Брендан театрально вздохнул:

– Информацию не вытянешь ни из вас, ни из вашего племянника. Вам нужна помощь?

Нора открыла рот и глотнула воздух, как рыба, выброшенная на берег.

Брендан рассмеялся, поднял руки, словно сдаваясь, и закрыл дверь. Но прежде он произнес:

– Если у вас закружится голова или вас начнет тошнить, позовите меня. Даже если бы будете раздеты.

Глава 7

Нора обрадовалась тому, что Брендан Грант стоит за дверью и не видит выражения ее лица. Даже если она будет раздета?

Он пытается ее шокировать, но она не доставит ему такого удовольствия и не ответит.

– Особенно если вы будете раздеты, – произнес он через дверь.

Брендан все-таки ее доконал. Нора схватила туфлю и швырнула ее в дверь. В ответ послышался его довольный смешок.

Нора оглядела спальню. Ей показалось, что в ее мире воцарился жуткий беспорядок, настоящий хаос! Грязными были даже красивые простыни из египетского хлопка, которые она позволяла себе покупать, прежде чем стала опекуном пятнадцатилетнего племянника. Ощущение беспорядка усилилось, когда она вошла в ванную комнату и увидела себя в зеркале.

Ее волосы, лицо и одежда были заляпаны грязью. В таком виде Нора одновременно походила на Оливера Твиста и Квазимодо – над ее глазом красовалась шишка. К счастью, в данное время она не ищет себе парня. И тем более ее не интересует мужчина, который вчера вторгся в ее жизнь.

И все же нет ничего хорошего в том, что Брендан полон решимости вторгаться в ее мир и дальше, а она так ужасно выглядит! Рядом с таким парнем любая женщина, даже та, которая недавно поклялась ожесточенно бороться за свою независимость, хочет выглядеть красавицей.

Нора воспользовалась свободным временем, чтобы собраться с мыслями. Вода в душе показалась ей целебным бальзамом. Она убедила себя, что желание немного накраситься – отнюдь не проявление слабости. Макияж поможет ей восстановить некоторую уверенность и скроет синяки. И избавит Брендана от первых впечатлений о ее внешности!

Приняв душ и наложив макияж, Нора с гораздо большей тщательностью, чем хотела, выбрала красивую рубашку с короткими рукавами и дизайнерские джинсы – напоминание о прежней жизни, когда она одевалась по моде и совсем не беспокоилась о деньгах.

Нора решила, что новый облик полностью ее преобразил, и она снова готова бороться за независимость.

Брендан был на кухне один. Она решила хорошенько его разглядеть, поэтому остановилась в темном коридоре.

Нет никаких сомнений в том, что Брендан Грант убийственно привлекательный мужчина: темноволосый, кареглазый, с бровями вразлет, прямым носом и решительным подбородком. Он излучал мужественность, ему хотелось доверять. И не важно, что на нем измятая рубашка, волосы взъерошены, а на лице со впалыми щеками красуется темная щетина.

Норе не понравилось, что стоящий на ее кухне и поедающий печенье мужчина создает давно забытую атмосферу уюта.

– Извините, – сказал он, увидев ее. – Я взял печенье.

– Все в порядке. Я должна была сказать, чтобы вы чувствовали себя как дома.

Произнеся эти слова, она изумилась тому, как тоскливо заныла душа. Как было бы здорово видеть такого мужчину у себя дома всегда. Мысль о полноценной семье пробудила в ее мозгу образы, от которых ей стало совсем тошно.

Нора быстро вернулась к реальности:

– Кстати, вам пора домой. Вы, наверное, ужасно устали. И хотите принять душ. И переодеться. Разве вам не нужно навестить бабушку?

– А кто проследит за тем, чтобы вы не делали того, что не следует делать?

– Люк проследит. Где Люк?

Брендан кивнул в сторону гостиной. Пройдя туда, Нора увидела, что мальчик сидит на диване, положив ноги на журнальный столик и опустив голову на грудь. Чарли лежал, растянувшись на его животе, и с довольным видом поочередно касался лапами груди мальчика. Котенок сидел на плече мальчика, играя с прядью его волос. Люк хлопнул себя по шее, будто во сне его побеспокоила муха.

– Жаль, что такая идиллия не вечна, – с сожалением произнесла Нора.

Брендан подошел и встал рядом с ней. Она ощущала его присутствие – ее тело стало покалывать.

– То же самое могу сказать про Чарли, – произнес Брендан. – Он отнюдь не милый кот. Обычно он сидит под диваном Диди и ждет возможности цапнуть меня за лодыжки. И он меня бесит. – Он усмехнулся.

Нора слабо улыбнулась. Вот они уже и забавляются вместе. При мысли об этом ей захотелось поскорее избавиться от Брендана.

Словно почувствовав опасность момента, он нахмурился:

– Кажется, сегодня Чарли стало лучше. Вы что-нибудь сделали?

– Нет. Тут ничем не поможешь. Сколько ему лет?

– По-моему, семнадцать.

– Приличный возраст для кота, – осторожно произнесла она.

– Я тоже так думаю. К сожалению, у Диди есть подруга, чей кот дожил до двадцати трех лет.

– Я бы не стала говорить ей, что Чарли полегчало, – предложила Нора.

У Брендана появилась возможность поддразнить ее и сказать, что она может вытянуть из Диди побольше денег, но вместо этого он произнес:

– Ладно, я ей не скажу. Но даже я, прожженный циник, понимаю, что коту стало лучше. – Он помолчал, затем прибавил: – Я ухожу. Ничего сегодня не делайте. Вы меня слышите?

– Вы всегда такой властный? – спросила Нора, равнодушно выгнув бровь.

– А что? – мягко поинтересовался он. – Вам нравятся властные мужчины?

– Нет! – Она решила, что лучше быть осторожной. Сейчас у нее под рукой нет даже туфли, чтобы швырнуть ею в Брендана. Поэтому Нора быстро сменила тему. – Я лучше не буду раскрывать своих предпочтений.

– Вам нельзя даже читать. Можете просматривать только перечень симптомов и предписаний, где запрещается читать. И не пользуйтесь компьютером. Не пишите в рубрику «Спросите Ровер».

Она напряглась:

– Что вы знаете о «Спросите Ровер»?

– У вас на тумбочке лежали письма.

– Вы читали мою почту!

– Письма были распечатаны. Я должен был придумать себе занятие, чтобы не уснуть. Извините. – Он не казался раскаявшимся.

Норе было крайне неприятно, что Брендан узнал о ее газетной рубрике.

Но после его следующих слов она передумала.

– Мне больше понравился первый ответ. Собака знает, что парень нахал. – Брендан улыбнулся ей так, будто ему действительно нравилось, что Нора ведет рубрику «Спросите Ровер». – Вы в самом деле укусили бы его, если бы были собакой?

Нора густо покраснела.

– Нет.

– Какая жалость! – Казалось, он действительно сожалел. – Я вернусь.

– Нет! – в ярости выпалила Нора, потом поспешно прибавила: – Вы сделали достаточно. Я вам очень признательна. Правда. Но теперь я справлюсь сама.

– Угу, – пробурчал он, нисколько ей не поверив. Брендан одарил Нору долгим взглядом, похлопал по плечу и ушел.

И вдруг она осталась одна в доме, который отныне полностью изменился только потому, что Брендан провел ночь в ее спальне и ел печенье на ее кухне.

Тайная сторона души, которая позволяла Норе искренне отвечать на письма, приходящие в рубрику «Спросите Ровер», сейчас слушала шум отъезжающего автомобиля Брендана и говорила: «Обычно, когда мужчина остается ночевать в доме женщины, происходит нечто более захватывающее! Возможно, это произойдет в следующий раз».

– Следующего раза не будет, – произнесла Нора.

Но она конечно же ошиблась. Потому что Брендан сказал, что вернется, и вернулся. Волонтеры, видимо, сказали ему, когда нужно кормить животных, поэтому он приехал ровно в семь часов. Нора выглянула в окно гостиной, когда он выходил из автомобиля.

Он был одет подобающим образом: клетчатая куртка и джинсы, заправленные в резиновые сапоги. Даже в таком наряде он выглядел привлекательно.

Нора облегченно вздохнула, когда Брендан сразу направился к сараю. Люк, слава богу, был уже там. Она обрадовалась, что мальчик наконец вышел из дома. Он весь день крутился у нее под ногами, таская на руках Чарли. Рейнджер ходил за Люком по пятам.

Нора знала, что, так или иначе, должна потребовать, чтобы Люк взял котов вместе с собой в сарай и там их оставил. Но она промолчала.

Чарли невзлюбил ее. Он залез под диван, как только Люк ушел, а потом прокрался вверх по лестнице в комнату мальчика. Не важно. Норе не обязательно осматривать кота, чтобы понять, что ему отпущено мало времени. Проделки котенка развлекали ее, но недолго, и не отвлекли от размышлений.

Она поняла, что обманывает себя, думая, будто испытывает облегчение от того, что Брендан пошел в сарай, а не в дом. В глубине души она хотела, чтобы он заглянул к ней. Вероятно, это объясняет, почему на ней до сих пор дизайнерские джинсы и рубашка, а не пижама, несмотря на то что Нора весь день ничего не делала.

Сейчас она смотрела кино. Нора хмуро взглянула на телевизор. С тех пор как приехал Брендан, она перестала следить за развитием сюжета.

Затем она услышала голоса Брендана и Люка и почувствовала себя старшеклассницей, ждущей выпускного вечера. Нора проверила пуговицы на рубашке, провела рукой по волосам и попыталась прикрыть челкой шишку на лбу. Она сделала вид, будто очень удивлена и немного недовольна, что Брендан вернулся.

Люк впустил его в дом, поэтому в дверь никто не постучал.

И вот Брендан вновь заполнил собой пространство. Он смотрит на нее, а ее глупое сердечко учащенно бьется.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он.

Если Нора скажет ему об учащенном сердцебиении, то ее отвезут в больницу, как Диди.

– Скучаю.

– Какой фильм? – Брендан взглянул на экран. Нора выключила телевизор:

– Какая-то ерунда. Я включила его, чтобы не сойти с ума.

– Угу.

– Это фильм про пиратов, – объяснил Люк, входя в комнату с Чарли. – Он детский, но она смотрела его три раза из-за актера Джонни Хосе. – Люк пренебрежительно закатил глаза.

Губы Брендана дрогнули в улыбке, будто его забавляла увлеченность Норы.

– Как вы себя чувствуете? Голова кружится? Вас тошнит?

– Я в порядке.

Если он еще раз скажет «угу», она завопит. Вместо этого Брендан засунул руки в карманы и стал покачиваться на каблуках, внимательно рассматривая Нору. Она вызывающе вздернула подбородок.

– Представляешь, как круто, тетя Нора? Брендан дал старушке планшет, чтобы она посмотрела видео с Чарли, пока лежит в больнице.

То, что произошло далее, не оставило Нору равнодушной. Люк поставил Чарли на пол, достал веревку и привязал к ней пучок сена.

– Это мышь, – объяснил Люк и потащил веревку по полу.

Черно-белый котенок рванул через комнату за пучком сена. Люк расхохотался. Давным-давно Нора не видела племянника таким оживленным. А потом мальчик подошел к дивану, под который залез Чарли, и стал дразнить его «мышкой».

Из-под дивана показалась лапа оттенка имбиря. Затем кот схватил пучок сена обеими лапами, с силой вытащил его из рук Люка и спрятал под диван.

Брендан опустил телефон, на который снимал видео, и уставился на то место, откуда только что виднелись лапы Чарли.

– Чарли стал прежним, – беспокойно произнес он. – Тем котом, который любил царапать лодыжки.

– Вы сняли? – спросил Люк, потом вздохнул. – Но миссис Эштон не сумеет включить планшет. Тетя Нора, например, не умеет.

«Почему бы тебе не выложить ему все мои секреты? – подумала Нора. – Я увлечена Джонни Хосе. Я ничего не понимаю в компьютерах. Если так и дальше пойдет, Брендан будет знать меня лучше, чем я сама себя знаю».

Брендан по-прежнему выглядел слегка ошеломленным.

– Я навещу Диди и покажу видео на своем телефоне, если она не сумеет включить планшет. Завтра утром я вернусь, чтобы покормить животных, – произнес Брендан.

Нора открыла рот, чтобы возразить. Во-первых, она не считала, что нужно показывать видео Диди. Во-вторых, она не хотела, чтобы Брендан возвращался в ее дом завтра утром.

Она заметила удовольствие в глазах Люка, который решил его скрыть, вытащив «мышь» из-под дивана и снова принявшись играть с Рейнджером.

Люку понравился Брендан. Мальчик хотел верить, что Чарли стало лучше. Нора решила промолчать и оставить все как есть.

– Ты здорово управляешься с лошадьми, – сказал Брендан Люку. – Но не подпускай к ним свою тетю. И не забудь проверить ее самочувствие сегодня ночью. Ты справишься?

– Вы поручаете мне смертельно опасное дело, – ответил Люк, поднимая глаза от котенка. Мальчик и Брендан обменялись улыбками.

Прошло три дня. Брендан по-прежнему приезжал покормить животных. Норе пришлось тратить немало сил, чтобы скрывать свои чувства, так как после работы в сарае Брендан и Люк приходили в дом снять новое видео с Чарли. Старый кот был не просто жив и здоров, его самочувствие улучшалось.

Диди выпустили из больницы, но прописали постельный режим. Она так обрадовалась улучшению, что попросила оставить ложе еще ненадолго в «Ковчеге Норы».

Нора полностью восстановилась. Хотя никаких потрясений больше не было.

И хватит ей таиться в собственном доме. Пора поблагодарить Брендана Гранта и распрощаться с ним. И пусть забирает с собой кота Диди.

Чарли по-прежнему находился в доме. Люк слишком привязался к нему – казалось, Чарли нравится ему сильнее котенка. Похоже, Нора – единственный человек, не забывший, что старому коту однажды придет конец.

Сегодня она не прячется, а ждет в гостиной, чтобы реализовать план. Она избавится от кота и Брендана Гранта. И заставит себя забыть глупые мечты о счастливой семейной жизни.

Нора репетировала речь с того момента, как услышала шум автомобиля Брендана. «Большое спасибо. Я справлюсь сама. Я предпочитаю ни от кого не зависеть. У меня много волонтеров. Кота в доме я держать не могу. Уходите и забирайте ваше животное».

И вот дверь гостиной открывается. Но Брендан и Люк входят не сразу. Брендан смотрит на мальчика и тихо смеется над его словами.

План Норы провалился.

Брендан Грант приехал помочь. И ее племяннику лучше в его присутствии. Мальчик меняется в лучшую сторону. И только посмотрите, как Брендан заботится о своей бабушке.

Нора задалась вопросом: когда она сама так сильно изменилась? В какой момент она решила прогнать человека, который оказывал им бескорыстную помощь?

Она не может быть для Люка образцом для подражания. На ней лежит ответственность. Чему она научит мальчика?

Не важно, что Брендан ей нравится. Несомненно, она сумеет контролировать свои чувства! И не станет бросаться ему на шею.

Она будет вести себя так, словно ее сердце бьется ровно. Она – взрослая женщина, изящная и уверенная.

Она сумеет подойти к нему, посмотреть в глаза и улыбнуться.

– Привет, Брендан. – Нора услышала собственный голос, спокойный и сдержанный, прибавляющий ей значимости. – Большое спасибо за вашу помощь. Я действительно вам признательна.

Хорошо. Более чем хорошо.

А потом вдруг она произнесла следующее:

– Я сегодня приготовила лазанью. Хотите?

– У тети Норы лучшая лазанья. В ней много сыра. – Люк, кажется, от всей души надеялся, что Брендан согласится.

У Норы сжалось сердце.

Слишком поздно она опомнилась, что зря пригласила Брендана на ужин.

– От домашней лазанию ни за что не откажусь, – сказал Брендан. – Особенно если в ней много сыра.

Глава 8

Брендан не понимал, какого черта вытворяет. Вчера вечером он ужинал в доме Норы, лакомился ее лазаньей, а сегодня – мясным рулетом.

– Хотите поиграть в скребл? – спросил Люк так небрежно, словно ему был безразличен ответ Брендана.

Краем глаза Брендан заметил, как напряглась Нора. Ему захотелось одновременно уйти и остаться.

– Скребл? – произнес он. – Ради скребла я не останусь.

Люк попытался скрыть разочарование. Нора поджала губы, в ее взгляде появилась усталость.

Брендан получил четкое, хотя молчаливое указание исчезнуть, но произнес:

– А вы умеет играть в покер? – Когда оба покачали головой, он прибавил: – По-моему, пора научиться.

Через час Люк катался по полу и хохотал. У Брендана от смеха заболел живот.

Он чувствовал, как из его души уходит тоска, и понимал, что должен остановиться. Ему следует ответить на трудные вопросы.

Почему он так себя ведет? Он понимает, что проклятому Чарли становится все лучше. Ему кажется, что если вылечился кот, то и он сам может излечиться душой.

Но от чего Брендану нужно исцеляться? Он был счастлив и не ведал, что страдает от какого-то недуга, пока не проехал под аркой, ведущей к дому Норы.

Нет, неправда. Счастья в его жизни не было. Его существование было холодным, мрачным, тоскливым и унылым. И он давным-давно не смеялся так, как сейчас.

Ему удалось побороть жуткое отчаяние и непосильное одиночество, заполнив пустоту постоянной работой. Он боялся остановиться.

Брендан считал, что если остановится, то его снова постигнет разочарование.

Он разрыдается и утонет в омуте собственного бессилия.

Он защитил свои чувства каменной стеной, отказавшись от эмоций.

А теперь смех Норы бьется об эту стену, как вода о камень, подтачивая ее.

Разве можно в такие моменты сохранять хладнокровие?

– Ты, – обратился он к Норе, – без сомнения, худший игрок в карты, какого я встречал. Если ты и дальше будешь так подставляться, я выиграю твой дом.

– Что значит – подставляться? Люк забрал у нее карты:

– Нельзя так держать карты. Теперь все знают, что у тебя туз пик.

Нора охнула. Игрок в покер из нее никудышный. Она хмуро посмотрела на свои руки и прикусила губу.

– Твоя тетя выбывает из игры, – сказал Брендан. – А у тебя есть определенные перспективы. Хороший игрок в покер должен уметь лгать.

Люк вздрогнул, будто от удара, и опустил голову. Посмотрев на карты, он положил их лицом вверх, откашлялся и взглянул Брендану прямо в глаза.

– Это я сделал, – выпалил Люк. – Я открыл письмо, ответил Диди и взял деньги.

Честно говоря, Брендану не хотелось симпатизировать мальчику.

Однако его попытки остаться равнодушным были тщетны. Сначала мальчик защищал свою тетку, угрожая Брендану вешалкой, потом усердно занимался животными в сарае, ладил с ними, а теперь признался в краже.

Самое главное, чтобы сейчас тетя Нора не погубила его своей добротой.

Она положила карты с комбинацией «роял-флеш», вряд ли об этом подозревая, сердито посмотрела на Люка и приготовилась за него бороться.

– Люк! Ты этого не делал!

– Позвольте ему поступить правильно, – тихо сказал Брендан.

От его слов Нора едва не расплакалась. Она получила подтверждение своим подозрениям – она неправильно воспитывает Люка.

Норе было ненавистно осознавать, что Брендан прав. Ей было тошно от того, что он вторгся в ее жизнь и в ее дом и взял ситуацию под контроль так же непринужденно, как дышал.

Но больше всего ей не понравилось ощущение облегчения, которое она испытала от того, что теперь ей не придется самой исправлять ситуацию с кражей денег. Отвратительно, но она была готова лгать, чтобы защитить своего племянника. И еще она чувствовала себя так же, как в тот момент, когда Брендан внес ее в дом, – защищенной.

– Расскажи нам, что случилось, – предложил Брендан.

Норе понравился его тон. Мягкий, но строгий. Брендан не собирался слушать всякую чушь.

Люк взглянул на нее, и она кивнула, увидев выражение облегчения на его лице. Он слишком долго скрывал свою вину.

– Я читал почту для «Ковчега Норы» и увидел письмо Диди. Она не написала, что Чарли умирает. Она просто сказала, что он плохо себя чувствует. Я решил ей подыграть. Я ответил, что посылаю коту энергию, но она должна сделать, пожертвование.

– Ты попросил ее отправить деньги, – решительно произнес Брендан, не желая позволять Люку себя выгораживать.

– Ладно. Я попросил.

– Но зачем? У тебя есть деньги, – жалобно произнесла Нора.

– Мне не хватает.

Нора побледнела. Не хватает на что? Почему пятнадцатилетний мальчик не может напрямик попросить у нее пятьдесят долларов? Он взял их на сигареты, алкоголь, наркотики?

«Карен, я с ним не справляюсь. Зачем ты оставила его мне?»

Поначалу ответ Люка принес Норе облегчение.

– Полиция доконала меня с велосипедом. Парень, у которого я его взял, Джеральд Джекинокс…

«Значит, велосипед. Не наркотики».

– Он сказал, что у него не будет ко мне претензий, если я дам ему пятьдесят баксов.

Норе снова стало не по себе.

– Это шантаж! Неужели ты ради этого взял полтинник у миссис Эштон? О, Люк, почему ты не обратился ко мне?

Мальчику, по крайней мере, хватило такта устыдиться.

– Я попросил у нее пятьдесят баксов. Наличными. По почте. Когда деньги пришли, я обалдел. И почувствовал себя виноватым. Поэтому я решил отправить ее дурацкому коту энергию.

– Что ты имеешь в виду? – сурово спросил Брендан.

– Ну, я сделал точно так, как делает моя тетя.

– А каким образом она это делает?

– Не важно! – воскликнула Нора.

Ее метод общения с животными воодушевлял не всех. Брендан Грант и так знает о ней уже слишком много. Он догадался, что ее бросил парень. Он знал, что она тайно влюблена в Джонни Хосе. Он в курсе, что она ведет рубрику «Спросите Ровер», и читал ее ответы на письма.

– Она кладет руки на животных, закрывает глаза и замирает. Вот и я так сделал. Правда, я представил, что кот рядом со мной. И вообразил вокруг него свет. Глупо, потому что я не знал, как выглядит кот. Я и не думал, что он такой уродливый. То есть, когда с ним подружишься, он не кажется таким ужасным.

– Точно так же и с людьми, Люк, – вставила Нора, не желая упускать возможность помочь мальчику снисходительнее относиться к окружающим.

Люк и Брендан закатили глаза.

– Правильно, – пробормотал Люк. – В любом случае я испугался, потому что мне стало жарко, как от солнца, хотя в тот день шел проливной дождь. Я струсил еще больше, когда миссис Эштон написала, что у меня получилось. Тогда я просто выбросил ее письмо. И стер ее сообщения. Черт, она звонила по десять раз на день. Я чуть не свихнулся, стараясь добраться до автоответчика раньше тети.

Нора мельком взглянула на Брендана. Было совсем не похоже, что он сочувствует душевным мучениям Люка.

– Почему ты испугался, когда решил, что у тебя получилось? – осторожно спросил Брендан. – Ты же получил реальные деньги.

– Мне не понравилось то, что я почувствовал.

Приятное ощущение облегчения, которое испытала Нора, немного омрачилось, когда Люк пожал плечами и посмотрел на нее.

– Кто захочет быть на нее похожим? – добавил Люк.

Нора обиделась, хотя привыкла к колкостям племянника. И хотя он был прав, она приложила все силы, чтобы не показать обиду.

Многие годы некоторые люди считали ее способности даром, но большинство называли ее странной. Она старалась не демонстрировать на людях свое умение. Нора даже скрывала, что ведет газетную рубрику; она не всегда говорила то, что думала, предпочитая давать ответы, которые люди хотят услышать.

Нора взглянула на Брендана. Он смотрел на нее. У нее возникло неприятное ощущение, будто он видит все, даже то, что она хотела скрыть.

Она снова испытала странное чувство. Ей вдруг показалось, что она больше не одинока.

Отведя взгляд от Брендана, она заставила себя сосредоточиться на племяннике:

– Люк, ты понимаешь, как ужасно поступил? Ты дал ложную надежду бедной старушке…

– Диди не терпит, когда ее называют старушкой, – перебил ее Брендан. – Поэтому о старости ни слова.

– Она боялась потерять кота, и Люк, воспользовавшись ее страхом, взял у нее деньги, – пораженно произнесла Нора.

– Мне было нужно пятьдесят баксов!

– Ты позволил тому мальчику шантажировать тебя! Я должна позвонить его родителям.

– Вот поэтому я ничего тебе не сказал! Черт, тетя, мне никто не разрешал брать тот велосипед! Почему ты всему веришь?

Брендан заговорил спокойно, но твердо:

– Таким тоном разговаривать с женщинами нельзя. И в данном случае виновата не твоя тетя, а ты. Что на самом деле произошло с велосипедом?

Нора решила, что должна отвечать за мальчика. Но тут она снова обрадовалась тому, что ей не придется в одиночку разбираться с проблемой.

– Я взял его, – сказал Люк, с вызовом выпятив подбородок. – Я украл велосипед Джеральда, чтобы отомстить. Он высмеял мои волосы перед всем классом. По-вашему, легко быть новичком в школе? Когда все знают, что твоя тетя занимается колдовством.

– Что значит колдовством?! – в ужасе воскликнула Нора. – Я не колдунья! Я создала приют для пострадавших и брошенных животных. Вот и все!

– Нет, не все, – устало сказал Люк.

И вдруг она задалась вопросом, в волосах ли Люка дело. Или проблема возникла из-за нее.

– Все равно, – продолжал Люк. – Джеральд сказал, что забудет о моей краже велосипеда, если я дам ему пятьдесят долларов.

– Ты только все усложнил, – не слишком убедительно произнесла Нора.

Люка дразнили не только из-за его волос, но и из-за нее. Она, будучи взрослой, с трудом переносила насмешки. Именно поэтому и скрывала, что пишет заметки в газетную рубрику.

– Я думаю, следует спросить, как ты собираешься исправлять ситуацию? – уточнил Брендан.

– Естественно, мы вернем деньги вашей бабушке, – покорно ответила Нора.

– Нет. Вам не стоит вмешиваться, – строго бросил Брендан.

– Что?

– Деньги взял Люк. Он должен сам решить, как загладить свою вину перед ней.

– Как ее заглаживать? – с подозрением спросил Люк.

– Просто. Нужно исправить то, что ты испортил. Люк задумался:

– Я не знаю, как это сделать.

– Я дам тебе шанс придумать.

Люк стал прежним – скрестил руки на узкой груди и ощетинился от едва сдерживаемой враждебности.

Нора решила вмешаться:

– Думай. Сам. Без помощи компьютера и телефона.

– Отстой! – протянул мальчик, встал из-за стола и пошел прочь.

– Вы властный человек, – произнесла Нора, решив скрыть тот факт, что ужасно ему благодарна за помощь.

– Вы уже об этом говорили.

– Извините, что повторяюсь.

Ей требовалось время, чтобы собраться с мыслями. Прошедшая неделя была странной. Она получила травму. Потом позволила Брендану вторгнуться в ее жизнь.

Теперь она узнала, что Люка из-за нее дразнят в школе.

– Расскажите, что вы слышали обо мне, – попросила она Брендана.

– Диди слышала, что вы целительница. Она решила, что вы лечите наложением рук, и ждет чуда.

Нора тихо простонала:

– Мне очень жаль. Как вы думаете, у одноклассников Люка обо мне такое же мнение?

– Полагаю, что отчасти. Вы воскресили мертвого пса и стали притчей во языцех.

– Я не воскрешала мертвого пса!

– Вы не привыкли к жизни в небольших городах, да?

– Не привыкла.

– Это похоже на игру в «испорченный телефон». Первый игрок шепчет: «Зеленое дерево на главной улице умирает», а двадцатый игрок в ряду выдает: «Миссис Зеленая убила своего мужа веткой дерева на главной улице».

– Мы никогда не играли в такую игру.

– Зря. В противном случае сила искажения не была бы для вас таким сюрпризом. Что на самом деле произошло с псом?

– Его сбил автомобиль. Он потерял сознание, но не умер.

– Технические детали. Значит, у вас нет особенного дара общения с животными?

– Я этого не говорила. Я всегда любила животных, иногда намного больше, чем людей. Я умею интуитивно чувствовать и понимать животных. Но я не ветеринар и не пытаюсь им стать.

– Ага.

Нора уже достаточно сказала. Однако, несмотря на данное себе обещание держать дистанцию с Бренданом, ей вдруг захотелось поделиться с ним сокровенными переживаниями, сидя на кухне.

– К чему у меня совсем нет дара, так это к воспитанию мальчиков-подростков, – прибавила она.

– Я вижу свежую выпечку и хорошую еду на столе каждый вечер. На холодильнике висят рисунки Люка, он делает домашние задания. Где его родители?

Нора не сдержала дрожь в голосе.

– Моя сестра умерла.

– А его отец?

– Он умер раньше Карен. Люк ничего вам не рассказывал? Вы ведь уже несколько дней работаете вместе.

– Ну, вы же знаете, какими скрытными бывают парни.

Нет, Нора этого не знала. Она вообще плохо понимала представителей противоположного пола, и, вероятно, поэтому у нее были проблемы с Люком.

Брендан вздохнул:

– Мы не говорим о сокровенном. Мы обсуждаем лучшего хоккеиста в мире, с каким счетом окончился вчерашний бейсбольный матч, кто быстрее очистит клетку кошки, и кого при этом не стошнит.

Нора не смогла сдержаться и произнесла:

– Я не уверена, что Карен доверила бы мальчика мне одной. Она считала моего жениха, Вэнса, отличным парнем. Он – опытный ветеринар с частной клиникой. А ко мне в семье относились как к белой вороне.

– Мне кажется, вашей сестре понравилось бы, как вы заботитесь о мальчике.

– Ну, теперь вы в курсе! Я сирота, – воскликнул Люк с порога. – Жуть, правда?

Нора не видела, как мальчик вернулся. Он снова ощетинился.

– Есть кое-что похуже, – продолжал Люк, кивая на Нору. – Она собиралась замуж. А Вэнс бросил ее. Из-за меня.

Глава 9

Нора удивленно открыла рот, ее глаза заволокло слезами. Она не подозревала, что Люк знал о ее ужасном разговоре с Вэнсом.

– И все потому, что я приклеил его дурацкие клюшки для гольфа к сумке.

– Зачем ты это сделал? – мягко спросил Брендан.

– Он не хотел, чтобы тетя Нора купила мне скейтборд, потому что меня временно отстранили от занятий в школе. Поэтому она его не купила. Вот я и приклеил его клюшки к сумке. Супер-пуперклей клеит здорово, как говорят в рекламе.

– Я запомню, – пообещал Брендан.

– Он сказал «или он, или я». – Люк почти в точности изобразил мимику Вэнса. – Она выбрала меня. Глупо, да?

– Я не думаю, что это глупо, – твердо ответил Брендан.

Норе захотелось поцеловать его в знак благодарности.

При мысли об этом она посмотрела на его губы, и голова у нее закружилась сильнее, чем после падения от удара лошади.

– Вы считаете, она не сглупила, когда выбрала меня? – уточнил мальчик, и в его глазах промелькнула надежда. Норе стало не по себе. Люк быстро закрыл тему. – Ладно. Я просто взял деньги у вашей бабушки.

– Знаешь, все совершают ошибки. Например, твоя тетя Нора, которая обручилась с мерзавцем.

Сердце Норы наполнилось необоснованной благодарностью.

– Он правда мерзавец, – кивнул Люк. – Ханжа и всезнайка.

Нора вновь приоткрыла рот. Прежде у нее не было ни малейшего представления о том, что Люку так не нравится Вэнс. А еще она не подозревала, что мальчик использует слово «ханжа» по назначению.

– Она должна была обратиться в «Спросите Ровер», – невозмутимо произнес Брендан, а потом расхохотался вместе с Люком. Брендан, должно быть, увидел неодобрение Норы, потому что посерьезнел и прибавил: – Итак, все ошибаются. Взяв деньги у Диди, ты совершил ошибку. Главное, какие ты теперь сделаешь выводы.

– А какие ошибки делали вы? – спросил Люк, перестав смеяться.

Брендан медлил с ответом. Он бросил свои карты на стол. На мгновение показалось, что он вообще не ответит.

Затем он тихо-тихо произнес:

– Моя жена умерла из-за моей ужасной ошибки. Она была беременна.

Нора накрыла ладонью его руку, не в силах выразить, до чего благодарна ему за понимание и помощь.

Брендан открылся им, но Нора все-таки испугалась.

Атмосфера единения заставляла ее забыть прошлые травмы и мелкие страхи. Ей нужно меньше думать о защите собственных чувств и больше о том, как завоевать расположение другого человека.

Общаться с животными было намного легче, чем с людьми.

Нора оказалась не готова к сближению с Бренданом, поэтому убрала руку.

Но она почувствовала, как в ее жизни что-то изменилось.

Брендан не мог поверить, что открылся Норе и Люку. Главное, чтобы это признание не спровоцировало его на выплеск эмоций.

Но об этом беспокоиться не нужно. Брендан не плакал прежде и не заплачет сейчас. И все же для него нет ничего ненавистнее сочувствия. Он ждал, когда Нора скажет нечто, что заставит его пожалеть о своем откровении.

Но Нора ничего не сказала. Вообще ничего. Вместо этого она с невероятной нежностью погладила его руку.

Мгновение он чувствовал только прикосновение ее маленькой и мягкой ладони к своей жесткой руке. Но потом он с изумлением ощутил, как из кончиков ее пальцев льется тепло и распространяется по его запястью и предплечью. Брендану показалось, что все его тело начинает покалывать.

И вдруг закоренелый циник Брендан поверил в то, во что не верил никогда.

Нора действительно умеет исцелять.

Свет в ее глазах почти убедил его, что она может исцелить даже разбитое на куски сердце.

На секунду у него сдавило горло. Он сглотнул.

Зачем ему исцелять свое сердце? С какой целью? Чтобы потом снова его разбить? Чтобы снова почувствовать бессилие перед капризами судьбы?

Брендан отдернул руку, и Нора напряглась, понимая, что ее отвергают. Ей хватило здравого смысла, чтобы притвориться, будто она испытывает облегчение. Она даже сердито смотрела на свою руку примерно с минуту, словно та не подчинялась ее воле.

Нора быстро отвернулась от Брендана, провела рукой по глазам и вздрогнула, когда коснулась шишки на голове.

– Я сниму Чарли на видео для Диди, а потом уйду, – сказал Брендан.

Люк, выглядя задумчивым и торжественным, пошел за котом.

Нора полностью совладала с собой, когда повернулась к Брендану:

– Спасибо за откровенность. Я знаю, вам было трудно. И все же мальчик должен был это услышать. Он знает вас недолго, но вы уже стали для него авторитетом.

Брендан пожал плечами, чувствуя неловкость.

Люк вернулся с Чарли и посадил его на кухонный стол.

Кот недовольно завопил и подошел к краю стола, приготовившись спрыгнуть на пол.

Брендан удивленно на него уставился. Несколько дней назад этот кот едва поднимал голову.

– Чем вы его кормите?

Люк быстро схватил кота за шкирку. Чарли присел и перестал вырываться, хотя выглядел несчастным.

– От старости лекарства нет, – осторожно сказала Нора. – Естественный ход жизни не изменить.

Когда Люк положил на кота обе руки, Брендан снова почувствовал вибрацию, природу которой не понимал. Ему показалось, что в комнате стало светлее.

Кот присмирел, закрыл глаза и стал тихо мурлыкать.

Люк убрал руки от Чарли, поставил его на пол и стал смотреть, как кот стремглав удирает прочь. Не заботясь о том, что сегодня видео с Чарли снять не удастся, Люк засунул обе руки в карманы. Он побледнел и заговорил гневно.

– Естественный ход жизни?! – выпалил он. – Моей маме было тридцать четыре. Что тут естественного? И разве нормально, что моя тетя Нора целительница? Спросите любого. Моя мама всегда говорила, что в комнате тети Норы было полно мышей, птиц, кошек и собак. И она всех их исцеляла.

– Люк, ты преувеличиваешь. Мне нравятся животные. Я не могу…

Мальчик ее перебил:

– Я был здесь, когда привезли того пса. Он был мертв.

– Неправда, – возразила Нора. – Он был жив.

– А потом она прикоснулась к нему руками, и он ожил и завилял хвостом. Через три дня он бегал по двору и приносил палочки, которые я ему бросал. Но зачем нужен этот дар, если не получится вылечить рак? Забудьте об этом! Вот почему я не хочу быть на нее похожим! Нельзя изменить то, что важно.

Развернувшись на каблуках, он отправился вслед за котом. Нора и Брендан стояли и молчаливо слушали, как мальчик удирает вверх по лестнице.

– Как он узнал, что у Чарли рак? – спросил Брендан.

– Он не про Чарли, – слишком быстро ответила Нора, беспокойно глядя на дверной проем, в который выскочил племянник. – Его мама, моя сестра, умерла от рака. Извините, но я не думаю, что чем-то еще могу помочь Чарли. Отвезите его домой к Диди. Пусть он проведет с ней свои последние дни.

Брендан почувствовал усталость – она тупой болью пронзила его тело.

Мальчик, который потерял все, уже знает, что нельзя изменить того, что действительно имеет значение. А рядом с ним женщина, которая отчаянно пытается ему помочь и соглашается на жертвы.

Брендан понял, что на самом деле думал, будто коту становится лучше. Он показывал Диди видео вместо того, чтобы подготовить ее к очередной потере.

Вот правда, которую он старательно избегал два с половиной года. Люк правильно сказал – в действительности человек бессилен перед ударами судьбы.

И нет ничего хуже, чем об этом знать.

Люк спустился по лестнице. Похоже, он плакал. Брендан почти позавидовал его слезам, которые принесли ему облегчение.

Лицо мальчика было бледным и напряженным от едва сдерживаемых эмоций. Он нес Чарли под мышкой.

– Я его вылечу! И я верну вам ваши деньги! – Люк затопал вверх по лестнице.

Нора прикусила губу и бросила на Брендана умоляющий взгляд.

Он пожал плечами. Ему хотелось оставаться прожженным циником, но за последние несколько дней он изменился. Тетушка Люка действительно чем-то обладала. Брендан почувствовал это, когда она коснулась его руки.

И похоже, у Люка тоже есть дар. Кот стал активнее, хотя его самочувствие не улучшилось.

Брендан пожал плечами, но его безразличие было притворным. Нора и Люк стали ему небезразличны.

Брендан понимал, что их жизнь запутанна и он может погрузиться в омут их проблем.

Хотя он в него уже погрузился, хочет он того или нет. Нет, проблемы ему не нужны. Он много времени провел в уединении, избегая сложностей.

Брендан вышел за дверь, не оглядываясь на Нору. Покинув ее дом с чарующей атмосферой и идя к своей машине теплым летним вечером, Брендан Грант поклялся, что вернется сюда только тогда, когда придет время забирать Чарли – живого или мертвого.

Нора любила свой приют для животных. Пришлось позвать дюжину волонтеров и потратить много времени, чтобы восстановить старое строение, которое теперь служило приютом. Она находилась в отсеке для мелких животных, которые располагались в клетках по обе стороны от сверкающего чистотой центрального прохода.

После вчерашнего утомительного вечера Норе хотелось покоя, поэтому сегодня она занималась животными одна. Из радиоприемника доносился взрывной рок-н-ролл – музыка пятидесятых. Музыка помогала Норе держаться на ногах, ибо она недосыпала – уже сутки ей приходилось вставать каждый час. Отчасти работа отвлекла ее от беспокойных мыслей.

Но животным нравилась музыка. Напевая себе под нос, она подошла к клетке, достала оттуда кролика с поникшими ушами, которого назвала Валентин, и прижала к груди.

Кролик заерзал и крепче к ней прильнул.

– Хочешь потанцевать, дорогой?

– Конечно.

Нора обернулась и увидела Брендана. Он стоял и наблюдал за ней. Должно быть, кролик решил, что часто забившееся сердце Норы – предупреждение о надвигающейся опасности, поэтому выскочил из ее рук, перебрался через ее плечо, затем вниз по спине и побежал.

Брендан закрыл дверь, чтобы кролик не выскочил из сарая, потом снова повернулся к Норе.

Как несправедливо, что сегодня в чистом солнечном свете, льющемся через высокие окна, он выглядит лучше, чем в тот вечер.

Похоже, он прямо с работы. На Брендане белая рубашка, свободно повязанный галстук и серые брюки. Он выглядит красивым и самоуверенным – как красавчик-модель из глянцевого журнала, только реальнее.

У Норы на лбу по-прежнему красовалась шишка размером с голубиное яйцо. На ней был безразмерный синий халат.

– В-вас не было несколько дней. – Она запнулась и понадеялась, что Брендан не догадается, как она его ждала. И как ненавидит себя за это.

– Был занят на работе, – сказал он.

– Зачем вы приехали?

– Диди настояла. Люк отправляет ей видео с котом, но она решила, что должна посмотреть на него сама.

Нора понятия не имела, что Люк отправлял Диди видео Чарли. Если бы знала, то наверняка попросила бы его прекратить. Ведь уже известно, что произойдет с котом.

– Вчера он отправил видео, где старый кот играет с мячом.

Она внимательно посмотрела на Брендана:

– Вы действительно считаете, что коту станет лучше? Он пожал плечами:

– Я не знаю, чему верить, Нора. Дело в том, что лучше становится мне. А я не верил, что такое возможно.

– Что вы имеете в виду под «лучше»? – прошептала она.

Брендан повел плечами:

– Я жил во мраке. Я чувствую, как в мою душу пытается проникнуть свет. В той стене, которой я отгородился от мира, появляются трещины. В них просачивается свет. Как только я залатаю одну трещину, появляется новая.

Норе показалось, что она задохнется. Как будто вот-вот расплачется. Или подбежит к Брендану, обнимет его и шепотом попросит пойти с ней домой.

– Но стена стала мной. Если она рухнет, я тоже рассыплюсь?

– Нет, – прошептала она. – Вы не рассыпетесь.

– Угу.

Чтобы скрыть переполняющее ее смущение, Нора встала на четвереньки и заглянула под клетки. Кролик Валентин уставился на нее в ответ.

А потом Брендан тоже присел на пол. Нору окутал чистый и свежий запах его тела.

– По-моему, он показывает мне язык, – заметил Брендан.

– Как и жизнь, – ответила Нора. – Когда сильнее всего хочешь ее контролировать, она показывает язык.

– О боже, – пробормотал Брендан. – Мне кажется, пора открыть новую рубрику «Спросите Валентина».

Нора рассмеялась, и Брендан улыбнулся.

– Иди-ка сюда. – Он потянулся рукой к кролику, касаясь плечом плеча Норы. Валентин ускакал прочь.

Нора отстранилась от Брендана прежде, чем совершила какую-нибудь глупость, о которой пожалеет, и поползла по полу за кроликом.

– Валентин? – напевала она. – Иди сюда.

– Я оставил Диди в доме. Люк сказал, что вы здесь.

Означает ли это, что Брендан захотел с ней повидаться? Нора покосилась на него, когда он полез под клетки за кроликом.

– Вы испачкаетесь, – произнесла она. Брендан и бровью не повел:

– Меня перехитрил кролик.

Валентин выскочил из-под клеток и запрыгал по проходу.

Брендан отряхнулся и встал:

– Разве вы не можете позвать его обратно при помощи вашей энергии?

Нора взглянула на него, рассердившись на его колкое замечание, потом увидела, что Брендан едва заметно улыбается. Он ее дразнит. Она насторожилась, по ее спине пробежала дрожь.

Норе понравилось, что Брендан ее дразнит.

Мгновение она хотела побороть желание помочь Брендану выбраться из мрака на свет.

Мысленно капитулируя, Нора решила ему подыграть – стать самой собой. Она была серьезной слишком долго. А сейчас невозможно противостоять искушению порезвиться.

Глава 10

Нора прижала пальцы к вискам, зажмурилась и заговорила нараспев:

– Шиндер-мындер-лапупындер…

Она открыла один глаз, когда услышала, как хихикнул Брендан.

– Работает?

– Хуже заклинания я еще не слышал.

– Ох. – Она невинно округлила глаза. – А вы много их слышали?

– К счастью, нет.

– Попробуйте сами прочесть заклинание. Брендан вроде бы колебался мгновение. Сердце Норы учащенно забилось, она ждала, когда он примет ее приглашение подурачиться. Уголков его чувственно-порочных губ коснулась улыбка.

– Может, заменить заклинание морковкой? – предложил он.

– Если бы он голодал, то мы заманили бы его морковкой. Но вы занимались его кормлением, поэтому он сыт. И все же… – Она подошла к холодильнику в конце прохода, достала мешок и протянула Брендану морковку. – Можно попробовать. Если не получится сегодня, то сработает к середине недели.

Они расположились по обе стороны от прохода и стали заглядывать под клетки.

– Диди полегчало. Что она будет делать: заберет Чарли домой или отвезет к ветеринару? – спросила Нора.

– Она себе на уме, как обычно. И она вряд ли избавит вас от Чарли. Мне кажется, она решила его навещать. Она и Люк оживленно разговаривали, когда я уходил.

– Люк и Диди? Серьезно?

– Серьезно. Эй! Вот он! Иди сюда, кролик, кролик, кролик. – Брендан снова стоял на коленях, заглядывая под раковину.

Нора наблюдала за ним, невольно очарованная тем, как мужчина в дорогой одежде протягивает на ладони морковку кролику. Валентин приблизился к нему. Брендан попытался его схватить, но кролик отпрыгнул в сторону и ускакал.

– Он буквально послал меня на три буквы. Вот это да! Даже я почувствовал его энергетическое воздействие.

Нора хихикнула. Брендан повернулся и сердито посмотрел на нее, хотя его глаза улыбались.

– Посмотрим, попадется ли он на приманку снова, – сказал он.

На самом деле Нора знала, что, если они оставят кролика в покое, он в конце концов проголодается и выберется из-под клетки. Но ловить его вместе с Бренданом было ужасно весело.

Они вдвоем гонялись за кроликом по всему сараю, дурачились, строили рожи, звали его на разные голоса, залезали под клетки и под другие сооружения. Они обменивались различными предположениями друг с другом, шепотом рассказывали о планах действий, словно кролик мог их подслушать, и смеялись над дерзостью Валентина.

Наконец они его поймали.

– Компании платят за это деньги, – сказал Брендан. – Это называется созданием единой команды.

Норе понравилось, что теперь они с Бренданом одна команда. Каждый раз, когда она была с ним, происходило нечто, что заставляло ее испытывать восхитительное, но непозволительное чувство, будто она не одинока.

Она внимательно смотрела на Брендана и кролика. Можно многое рассказать о человеке, глядя на то, как он обращается с животным.

На мгновение показалось, что Брендан отдаст Валентина Норе.

Но вот выражение его лица смягчилось, и он крепко обхватил кролика ладонями, пальцами поддерживая его грудную клетку. Брендан крепко прижал Валентина к груди и осторожно погладил его курносый нос кончиком пальца.

Было очень забавно наблюдать, как сильный мужчина общается с очаровательным кроликом. Нора расчувствовалась, видя, с какой нежностью Брендан касается Валентина.

– Ладно, по-моему, я помню, где живет этот маленький монстр. – Он посадил Валентина в клетку, закрыл дверцу и повернулся к Норе: – Диди не собирается забирать кота домой. Я это понял. Она не может смириться с мыслью, что Чарли умрет у нее на глазах. Хотя я думаю, нам всем интересно, умрет ли он вообще. Ему все лучше и лучше.

– Это временно.

– Похоже, вы в этом уверены.

– Уверена. Жаль, что Люк к нему привязался. Ему придется мириться с его потерей.

– А он уже достаточно настрадался, – мягко произнес Брендан. – Так же как и вы.

Нора увидела тот же взгляд, какой заметила дождливой ночью, когда Брендан нашел ее в загоне для лошадей, а она протянула руку и коснулась его щеки.

Любой захочет утонуть в глазах Брендана, принимая его сочувствие.

– Работая с больными животными, приходится готовиться к худшему. Я научилась к ним не привязываться. Я не даю животным клички.

– А Лафайет?

– Я к нему не привязываюсь, – произнесла она с вызовом.

– А Валентин?

– Хорошо, в случае с ним я сглупила. Но теперь, когда у меня есть прекрасная возможность, я не позволяю держать животных в доме. Чтобы исключить привязанность.

– Но Люк держит в доме Чарли и Рейнджера. Нора прикусила губу:

– Я знаю, что должна быть с ним строже.

– Но ведь хорошо, что он о ком-то заботится. – Брендан отвел пряди волос от ее шишки на лбу. – Он заботится о вас. Он сказал мне, что будил вас каждый час.

– Будил.

– И как вы себя чувствуете?

– Измученной.

– Забавно. Вы не казались усталой, когда я вошел.

Она покраснела, вспомнив, что он застал ее танцующей с кроликом.

– Кстати, – начал он, склонив голову и слушая ревущую музыку, – у нас есть незаконченное дело. Разве вы не приглашали меня танцевать?

Нора удивленно открыла рот. Она не приглашала его танцевать! Брендан знал, что она разговаривала с кроликом. Что он затеял?

А что вытворяет она? Она снова решила подурачиться, потому что нахально протянула Брендану руку.

Когда Брендан взял ее за руку, Норе показалось, будто ее мир тут же преобразился. До этого момента она не понимала, как уныло жила.

Она скорбела по сестре. Потом Вэнс бросил ее, когда она сильнее всего в нем нуждалась. Затем на нее свалилась дополнительная ответственность. Она отчаянно стремилась дать Люку все необходимое, в глубине души зная, что не справится.

Она взяла Брендана за руку и улыбнулась ему, чувствуя себя так, будто впервые за долгое-долгое время улыбается от всей души.

Что он вытворяет?!

Едва увидев улыбку Норы, он почувствовал желание. Когда она смеялась, гоняясь за кроликом по сараю, Брендану показалось, будто его судьба изменилась.

Брендан не верил, что когда-нибудь найдет свой путь к свету или свет проникнет в его мрачное существование. Он даже не был уверен, что хочет этого, ибо в противном случае ему придется выплеснуть наружу всю боль, которую он держал в себе.

Тем не менее, наблюдая за тем, как преображается Чарли, Брендан был готов поверить в чудо.

Хотя он не до конца понимал, чего хочет для себя, Брендан знал, чего желает Норе. Он хотел, чтобы ее жизнь изменилась к лучшему – стала веселой и беззаботной.

Он отлично знал, что именно ей нужно, и на то была причина.

Нора оказалась в такой же ситуации, в какой была когда-то мать Брендана. Мать-одиночка, пытающаяся стать ребенку обоими родителями, которая изо всех сил старается поступать правильно.

Борьба матери за выживание заставила Брендана желать лучшего для своей семьи и добиваться того, на что он даже не осмеливался надеяться.

Глядя на Нору, он видел усталость на ее лице и ее напряженные плечи.

Казалось, она давным-давно не смеялась, в ее жизни долгое время не было ничего веселого.

Словно на ее хрупких плечах лежали все тяготы мира.

«Ты не должен ей помогать», – приказал себе Брендан Грант. Долгое время ему удавалось сторониться жизни, но за последние несколько дней…

Возникает вопрос: каким человеком он стал?

Два с половиной года назад он совершил ужасную ошибку. Он позволил Бекки сесть за руль вечером, когда была плохая видимость. Он должен был поехать с ней. Она умоляла его об этом. Она была так взволнована.

«У меня срочный проект. Нет, нет, встретимся на месте. Сегодня вечером я приеду позже. Утром я подам тебе вкусный кофе. Я обещаю».

Брендан ненавидел себя за то, что возвращается к жизни.

Если он не нужен Норе, то не должен здесь оставаться.

А если она в нем нуждается?

Жизнь снова ставит его перед выбором. Очередной ироничный поворот судьбы. Брендану предстоит научить Нору веселиться. Но, помогая ей, он изменяет свою жизнь к лучшему. Что будет, если стена, которой он отгородился от мира, рухнет?

Разобраться с нынешней ситуацией проще простого. Но если он позволит воспоминаниям о любви к своей жене превратиться в горечь, он проиграет.

Если ему удастся игнорировать желания Норы и Люка, будет не важно, сколько красивых домов он спроектировал и построил.

Брендан представил, что было бы, если бы Бекки умерла после того, как родила ребенка. Он подумал о том, как бы переживал свое горе и заботился о малыше.

В подобной ситуации сейчас находится Нора. Она оплакивает сестру и пытается создать хорошую жизнь для своего племянника.

– Итак, – сказал он, принимая решение и кивая на проигрыватель. – Вы умеете танцевать джайв?

Странно, но он почувствовал, что совершил самый смелый и рискованный поступок.

– Нет! – заявила она и скептически спросила: – А вы?

– Конечно нет. Ну, может, чуть-чуть. Научился в средней школе.

– Интересная у вас была школа, – заметила Нора.

– Будем учить друг друга, – пожал плечами Брендан и притянул Нору к себе.

Она подняла руки, отталкивая его и создавая между ними небольшое расстояние. Нора напряглась и смутилась.

Ну а как иначе?

Она уставилась на Брендана огромными зелеными глазами. Жилка в яремной впадине билась быстрее, чем сердце у кролика.

– Расслабьтесь. – Брендан услышал собственный тихий голос.

Держа Нору за руку, он коснулся ладонью мягкого изгиба ее спины повыше талии.

Нора расслабилась, глядя на него с опаской и ожиданием.

– Хорошо, – произнес он, – делаем как в танцевальном классе. На счет раз, два, три, раз, два, три.

Они двигались по проходу между клетками. Нора посмотрела на свои ноги, зажав язык между зубами.

– Я удивлен, что вы пригласили меня танцевать, – произнес Брендан. – Танцуете вы не очень хорошо.

– По-моему, понятно, что я приглашала на танец Валентина!

– Угу.

– Да. А это не запрещается.

– Запрещать вообще ничего не нужно, – сказал он.

– Нужно! Я отдавлю вам пальцы…

– Я переживу. У меня стальные пальцы. – По правде говоря, Брендан заставил себя сегодня пойти на работу.

Он хотел быть рядом с Норой. Он скучал по ее дому так, как не скучал по строительной площадке жилого комплекса «Деревня на озере».

Она посмотрела на его ступни:

– Они не стальные!

– Пальцы сделаны специально для строительных площадок.

– Я притворюсь дурой.

– Ничего страшного. Никто не увидит.

– А вы?

– Я был бы рад, если бы… – Он прижал палец к морщинке на ее лбу, когда Нора беспокойно нахмурилась. – Вот это пропало. Позвольте себе развлечься. Всего на минуту.

Она колебалась. Он почувствовал, когда Нора сдалась, – по ее телу пробежала дрожь.

– Теперь, – тихо сказал он, – двигайте бедрами.

– Вы первый!

– Здесь только мы и кролики. И несколько кошек.

– И попугай, который ругается.

– Ах, Лафайет, любитель откусывать пальцы. Полагаю, ему трудно найти нового хозяина? – Брендану удалось отвлечь Нору разговором о попугае. Брендан двигался в танце, и она следовала за ним.

– Трудно ли найти ему хозяина? Невозможно. Его захотят забрать только молодые мужчины определенного возраста, которые будут демонстрировать его на мальчишниках. Я не могу этого допустить.

– Похоже, вы к нему, слегка привязались.

– Ну, неправда. Боюсь, этот ужасный попугай обучит Люка новым словечкам.

– Пятнадцатилетние мальчики уже умеют ругаться. Пока Нора размышляла над его ответом, Брендан решил повысить уровень сложности танца.

– Я отстранюсь от вас, но буду держать вас за руку. Подпрыгните. Идите за мной.

– Это не джайв, – возразила она, – а менуэт.

– Нет. В менуэте не двигают бедрами.

– Об этом вы узнали в танцевальном классе? Нора запыхалась. Брендан притянул ее к себе, положил руку на талию и наклонился головой к ее лбу.

– Приготовьтесь повернуться у меня под рукой. Нора повернулась.

– Теперь поворот назад. Мы молодцы, – похвалил он.

– Нет. Мы ужасно танцуем.

– Спросите Валентина, если мне не верите. Приготовьтесь к глубокому наклону.

– Наклон? Нет! Брендан! Мы упадем.

Глава 11

– Упадем? Не думаю. Расслабьтесь. Доверьтесь мне.

Нора хихикнула, но последовала совету Брендана.

И в тот самый момент, когда она полностью успокоилась, он обхватил ее за поясницу, и Нора потеряла равновесие.

И вот она прогнулась в спине и откинулась назад. Брендан поддерживал ее сильной рукой. Нора посмотрела ему в глаза. А потом он прижал ее к своей мускулистой груди.

Она прильнула к нему, чувствуя размеренное биение его сердца. Оба тяжело дышали. Нора начала хохотать. Она смеялась до слез.

– Боже мой, – простонала она. – Давно я так не смеялась!

Он смотрел на нее пристально, на его губах играла едва заметная довольная улыбка.

Такое чувство, что Брендан заранее решил отвлечь бедную, уставшую тетушку Люка от однообразия жизни.

И он правильно поступил.

– Брендан, мне было весело. Я даже не знаю, как вас благодарить.

Нора знала только один способ отблагодарить Брендана – вернуть радость в его жизнь.

Не сдерживаясь и не думая о последствиях, Нора поддалась импульсу, поднялась на цыпочки и поцеловала Брендана в губы. И в этот момент она окончательно потеряла голову.

Губы Брендана Гранта были мягкими как шелк и сладкими как мед.

Нора считала себя специалистом по энергетике, но не предполагала, что подобный обмен энергиями бывает при поцелуе.

Энергетика Брендана была чистой и мощной.

Она пронзила Нору, и каждая клетка ее тела приятно завибрировала.

И вдруг она почувствовала, что поцелуй Брендана стал откровеннее. Он пытался заставить ее поверить… в любовь – настоящую и искреннюю.

Нора отстранилась от Брендана и удивленно на него уставилась. Ее грудь тяжело вздымалась, мысли путались, а сердце опалило огнем.

Она не хотела ему верить! Вера однажды погубила ее. Поверив в любовь, Нора стала слабой, уязвимой и слепой.

И она снова наступает на те же грабли.

Любовь! Зачем она ей? Она не готова ее принять. Во всяком случае, она активно избегает таких трудных поворотов судьбы, не желая усложнять себе нелегкую жизнь.

Если говорить начистоту, она почти ничего не знает о Брендане.

Кроме того, что он понимает чужое горе.

И что он хорошо относится к бабушке своей покойной жены.

И дал Люку шанс исправиться.

И он умеет нежно обращаться с животными.

И способен развеселить.

И боится, что стена, которой он отгородился от мира, рухнет.

По правде говоря, Нора чувствовала, что за сутки узнала о Брендане Гранте больше, чем о докторе Вэнсе Хайте за два года.

– Я не знаю, ч-что на меня нашло. – Нора запнулась, и ее щеки залились румянцем. Она поцеловала незнакомого мужчину. Не важно, что она чувствует, будто хорошо его знает. Безумие какое-то. Иллюзия!

– Мне пора идти. Я должна проверить, как там Люк. И Чарли. И ваша бабушка. И…

– Эй! – Он шагнул к ней, коснулся ее щеки и внимательно вгляделся в ее глаза. – Не придавайте особого значения тому, что произошло. Спонтанное влечение здорового мужчины и красивой женщины.

Нора уставилась на Брендана.

Для него поцелуй ничего не значил. Ну конечно! Что бы она себе ни придумала, они плохо знают друг друга. Нора была почти готова в него влюбиться, а он возвел вокруг себя еще более высокую стену.

– Я-я не красивая. – Она запнулась, не понимая, с какой стати заговорила об этом.

– Красивая, – сказал он хрипло, нежно проводя большим пальцем по ее щеке и губе.

Ах, какой желанный комплимент! Норе очень хотелось, чтобы кто-то разглядел в ней женщину.

И на мгновение она подумала, что Брендан снова ее поцелует. И, несмотря на решение держать себя в руках, Нора не стала бы ему сопротивляться.

Но Брендан шагнул назад и засунул руки в карманы.

– Давайте я почищу клетки, пока жду Диди? – предложил он.

Гордость и необходимость сохранить лицо побуждали Нору отказаться от его предложения. Но если она откажется, Брендан поймет, что ничего не значащий для него поцелуй тронул ее до глубины души.

И тут практичность взяла верх. Брендан говорил, что среди волонтеров в основном хрупкие старушки. А он готов выполнять тяжелую работу. Разве можно отказываться от помощи?

– Я могу попросить вас перенести сено?

– Конечно, просто скажите куда.

Стараясь не реагировать на его близость, Нора повела Брендана через отсек с мелкими животными.

Она решила притвориться, будто ничего не случилось.

Но ей было нелегко сохранять самообладание, наблюдая, как он непринужденно двигается по ее приюту, останавливаясь, чтобы почесать кошку за ухом и просунуть палец сквозь отверстие в решетке, чтобы пощекотать котенка. Казалось, Брендана узнавали даже хомяки, которые подскакивали к решетке, чтобы с ним поздороваться.

Они остановились перед яркоокрашенным попугаем, который сначала обругал матом Нору, затем переключился на французский язык.

Губы Брендана дрогнули в улыбке. Он сурово произнес по-французски:

– Лафайет, закрой рот.

– Ох, – поддразнила Нора, хотя знала, что рискует, – вы говорите по-французски. Что вы сказали?

– Романтические бредни, – ответил он, с дьявольским видом выгнув бровь, глядя на Нору. – Я попросил его заткнуться.

И напряжение, возникшее между ними после поцелуя, исчезло, когда оба расхохотались.

– Что вы будете делать с такими, как Лафайет? – спросил он, перестав смеяться. – С теми, кого не возьмут по той или иной причине?

– В этом деле я новичок. Я открыла приют полгода назад. Спрос на относительно здоровых животных превышает предложение. Я пристроила даже белую крысу! Пока мне не приходилось принимать решение об усыплении животных.

– Возможно, вам когда-нибудь придется это сделать. И вы должны составить план, – сказал он.

Чтобы не выглядеть слишком уязвимой, Нора решила не говорить, что страшится того момента, когда придется решать, какое животное усыпить, не говоря уже о том, чтобы составлять план действий.

Они продолжали идти по сараю. Собаки радостно засуетились, когда увидели Брендана. С непринужденной уверенностью он подходил к каждому загону и открывал дверцу.

В приюте было три собаки: черный лабрадор с тремя лапами, которого нашли на улице, кокер-спаниель Милли, брошенный хозяйкой потому, что она не могла оплачивать лечение его диабета, и щенок неизвестной породы. Неделю назад щенок был грязным и блохастым чудовищем, сторонящимся людей, а теперь весело скакал за Бренданом.

– Вы ведь не захотите взять в дом собаку с тремя лапами? – уныло спросила Нора.

– Вы же назвали меня парнем, у которого наверняка нет в доме даже горшечного растения.

Нора получила предупреждение, хотел того Брендан или нет.

Брендан – не любитель романтических мечтаний.

Но она уже знает об этом. Романтические мечтания ей уже осточертели. Хотя, когда она касалась руки Брендана, стараясь его утешить, испытанные ощущения смогли бы смягчить даже более закаленную душу, чем у Норы.

И было очень приятно наблюдать, как Брендан общается с животными. Его поведение говорило о многом, хотя он об этом не подозревал.

– Этого парня вы пристроите легко, – сказал он, имея в виду веселого щенка. – Но насчет трехлапого Долговязого Джона Сильвера я не так уверен. Вам следует составить план.

– Я не хочу составлять планы! – воскликнула Нора. – Зачем? Например, я запланирую избавиться от него через шесть месяцев. Разве я смогу спокойно проходить мимо его клетки каждый день, зная, что время выходит?

– Похоже, вы к нему немного привязались.

– Неправда!

Наконец они подошли к большой куче с тюками сена, и Брендан, не задавая вопросов, взял тележку и стал грузить на нее тюки. Нора принялась снова чистить клетки, кормить животных и менять им воду для питья.

К сожалению, она недолго злилась на Брендана, так как он очень усердно работал в ее приюте. Она постоянно чувствовала его присутствие и все время тайком на него поглядывала. Все-таки есть определенное очарование в физической работе мужчины. Пусть Нора запретила себе романтические мечтания, но ведь она живой человек! Хотя подобные соблазны – танцы, смех, наблюдение за тем, как Брендан непринужденно ворочает восьмидесятифунтовые тюки сена, – едва не поколебали ее решимость.

К счастью, зазвонил ее мобильный телефон. Оказалось, что ей придется уйти.

– Я должна идти, – сказала она намеренно беспечным тоном. – В парке у озера нашли игуану. – Нора приказывала себе поблагодарить Брендана, а затем сказать ему, чтобы он не возвращался. Дипломатично, конечно. «Мы с Люком справимся в приюте сами. Особенно теперь, когда у него летние каникулы».

Однако Нора снова сплоховала – вместо того, чтобы говорить, она уставилась на губы Брендана. Она решила, что должна все обдумать, прежде чем совершит поспешные и безответные действия.

Именно так можно описать ее решение поцеловать Брендана Гранта! Поспешное и безответное. Все, что она отныне будет делать, когда окажется рядом с Бренданом, будет тщательно продумано и взвешено.

Интересно, а это решение нужно воплотить в жизнь прямо сейчас? Вот прямо сию секунду? Хм, разве так мыслит женщина, которая собирается сказать мужчине, чтобы он никогда больше не приходил?

Три дня спустя Нора хмуро смотрела на монитор своего компьютера. Игуаны действительно питаются темно-зеленой листвой. Но такого корма у Норы нет. Вероятно, найденный самец игуаны болен, а его владелец не мог оплачивать услуги ветеринара. Нора сделала пометку – отвезти игуану к доктору Бентли во второй половине дня. Ветеринар по доброте душевной каждую неделю навещал приют и уделял животным несколько минут, а также приезжал в случае возникновения чрезвычайных ситуаций.

Хотя Нора занималась рутинными делами, ее мысли блуждали в другом направлении.

Она думала о Брендане Гранте. Он привозил свою бабушку ежедневно на несколько минут, довольно рано утром, до того, как отправлялся в офис.

Нора не могла запретить ему приезжать, ибо Диди хотела видеть Чарли. Она отказывалась взять его домой и не могла приехать сама.

Не дожидаясь приглашения, Брендан каждое утро отправлялся в сарай, а после его ухода Нора обнаруживала, что тюки с сеном разложены, лошадиные стойла вычищены, принесены большие мешки с собачьим кормом, а проход подметен.

Брендан не входил в дом.

А Нора не выходила на улицу. На самом деле, зная точное время приезда Брендана, она пряталась, как только его автомобиль поворачивал к дому.

Казалось, она борется с демонами души. Она никак не могла забыть их спонтанный танец. И то, как они смеялись. И как она его поцеловала. Брендан сейчас в сарае, она может пойти к нему…

Хлопнула входная дверь. Нора отдернула штору и увидела, как Диди медленно идет из дома, а Люк держит ее под руку и помогает сесть в машину. Брендан не появлялся. Нора знала, что нужно подождать всего минутку, и он выйдет из сарая.

Люк вернулся в дом, и она услышала, как он поднимается по лестнице через две ступеньки. Она быстро задернула штору и уставилась в монитор компьютера.

Мальчик вышел из комнаты и через несколько минут подошел к Норе сзади. Чарли лежал на скрещенных руках Люка, словно леопард на дереве.

– Животные с тобой разговаривают? – обеспокоенно спросил ее племянник, почесывая Чарли за ушами. – Я имею в виду, не словами. Когда ты чувствуешь, о чем они думают.

– Приведи пример. Он глубоко вздохнул:

– Чарли готов умереть. Он устал. И ему больно. И он безгрешен. Он не хочет потерять над собой контроль, если ты понимаешь, что я имею в виду. Знаешь, почему он до сих пор жив?

Она покачала головой.

– Потому что он любит Диди. И она не готова его отпустить.

За последние несколько дней Нора поняла, что Люк унаследовал ее дар, но был сильнее ее. Неужели животные в самом деле с ним разговаривают? Или это очередной пример того, как на него влияют ее сумасшедшие решения?

Карен не одобрила бы, узнав, что Люк уверен, будто читает мысли животных! Потому что она никогда не одобряла способностей Норы.

– Помнишь, мистер Грант сказал, что я должен исправить то, что испортил?

Нора кивнула.

– Я подготовлю Диди к расставанию с Чарли.

– Как ты собираешься это сделать?

– Я не знаю. Но она сказала, что я должен покосить траву на ее газоне. Я возьму с собой Рейнджера.

Нора взглянула на племянника и увидела решимость на его лице. Он смотрел не как мальчик, а как мужчина.

Впервые за долгое-долгое время Нора не разволновалась, хотя, возможно, следовало.

Люк разговаривает с животными! Или думает, что разговаривает.

Он взял на себя тяжелейшую обязанность – подготовить Диди к расставанию с домашним любимцем. Наверняка у него ничего не получится.

«Защити его!»

Но, вероятно, Карен оставила мальчика сестре потому, что Нора гордилась Люком, который берется решать невыполнимые задачи. И остается слабая надежда, что ее племянник немного улучшит мир, в котором живет.

Так или иначе, изменения в Люке и ее собственном чувстве оптимизма оказались связаны не с удивительной летней погодой, которой они наслаждались, а с мужчиной, появившимся в их жизнях.

Норе начинало казаться, что впереди ее ждет самое пугающее приключение. Как, например, когда кто-то неожиданно выпрыгивает из куста, пугая вас на Хеллоуин, или когда вы съезжаете с самой крутой горки в парке развлечений.

Люк подошел к окну:

– Брендан выходит из сарая. Я поеду с ним домой к Диди и покошу ее газон.

Норе захотелось протестовать, но потом она поняла, что уже слишком поздно. Ее жизнь все сильнее переплеталась с жизнью Брендана. Кроме того, глядя на смелое выражение лица племянника, она понимала, что должна быть храброй.

Подойдя к окну, она увидела, как Брендан шагает по двору.

– Ему придется переодеться перед поездкой в офис, – сказала она вслух, любуясь, как выцветшая ткань джинсов облегает ноги и узкие бедра Брендана. Его клетчатая рубашка была заправлена в джинсы, а ее ворот расстегнут. Нора посмотрела на решительную линию губ Брендана.

Она должна быть смелой, хочет она того или нет.

– Сегодня суббота, – упрекнул ее Люк.

– Ох. Пока ты на летних каникулах, я иногда забываю, какой сегодня день недели.

– Узнаю свою чудную тетушку. Как можно не знать, какой сегодня день недели? – по-доброму проворчал Люк и прибавил: – Мне пора. Я тебе позвоню.

Люк положил руку ей на плечо и быстро поцеловал в щеку, а потом покосился на монитор компьютера.

– Мы правильно его кормим. Просто Игги раньше что-то не то съел, – объяснил он.

– Игги? Люк, мы стараемся не давать клички животным.

– Ну, это не совсем кличка, а уменьшительное название игуаны. Доктору Бентли придется сделать ему рентген. Как игуана могла проглотить дом?

И на этой ноте племянник Норы ушел. Рейнджер выглядывал из его мешковатого кармана. Мальчик вышел на улицу, а через несколько мгновений Нора услышала, как он крикнул:

– Брендан? Я поеду с вами. Я буду косить газон Диди. А Диди присмотрит за моим котенком.

Нора отпрянула от окна в тот момент, когда Люк передавал Диди Рейнджера.

Старуха уставилась на котенка. Мгновение казалось, будто она рассержена и отдаст его обратно Люку. Но вот ее лицо смягчилось, и она прижала Рейнджера к груди и села в машину.

Брендан посмотрел на Нору, словно знал, что она наблюдает за ним все время. Едва заметно улыбнувшись ей, он поднял вверх большие пальцы рук. Будто он и Нора вдвоем воспитывали мальчика и могут им гордиться. Нора задернула штору.

Глава 12

Наступил полдень, когда Нора размышляла о словах Люка, стоя в кабинете доктора Бентли и глядя на рентгеновский снимок желудочно-кишечного тракта Игги. Как игуана могла проглотить дом? На рентгене было ясно видно, что рептилия съела игрушечный домик.

– Игуана может проглотить все что угодно, – сказал доктор Бентли.

Ветеринар очень помогал Норе в приюте, но не проводил операций, и она не стала его об этом просить. Что теперь делать? У нее есть резервный фонд, но нужно ли тратить большие деньги на операцию игуаны, которой она вряд ли найдет новых хозяев?

Она вспомнила, как несколько дней назад радовалась, что в ее практике еще ни разу не было подобной ситуации.

«Возможно, вам следует составить план». Норе было неприятно признавать правоту Брендана Гранта. Казалось, он прав всегда и во всем. Он всегда тщательно взвешивает каждое решение и не поддается импульсу.

«Из нас получилась бы хорошая команда», – подумала Нора.

– Мне нужно подумать, – произнесла она.

– Не торопитесь.

Засунув Игги обратно в переноску, она вышла с ним в зал ожидания. У нее есть три варианта. Она может отвезти его домой умирать. Она может попросить ветеринара усыпить игуану. Или она должна найти деньги на операцию.

Зазвонил ее мобильный телефон. Нора посмотрела на дисплей – звонит племянник.

– Привет, Люк, – сказала она, стараясь говорить спокойно.

– Это не Люк. Я взял его телефон.

– Зачем? – С ней разговаривал Брендан – тот, который всегда прав.

Наверное, его стоит назвать мистер Правильность. С другой стороны, возможно, и не стоит. Она не желает думать о Брендане Гранте как о мистере Правильность в любом контексте.

– Мы стоим во дворе Диди, и он передал его мне. – Пауза. Он заговорил тише: – И еще я не был уверен, что вы ответите, если я позвоню со своего телефона.

– Почему вы так решили? – осторожно поинтересовалась она.

– По-моему, вы меня избегаете.

Неужели это так очевидно? Нора по-настоящему смутилась.

– Зачем мне вас избегать? – произнесла Нора. Наступило молчание. Норе захотелось поцеловать Брендана, она вздрогнула. Она вспомнила, как подумала о любви после их поцелуя.

Брендан не стал отвечать на ее вопрос. Оба отлично знали, почему она его избегает.

– Я пообещал угостить Люка молочным коктейлем. Он покосил газон Диди, а теперь обстригает ее кустарники. Они довольно сильно заросли. Он очень усердно работает. Не могу поверить, что вы прожили здесь шесть месяцев и ни разу не были в местном кафе-мороженом. Люк сказал, что вы никогда не развлекаетесь.

– Мы развлекаемся, – возразила она.

– Да? И как же?

«Однажды мы играли с вами в покер», – подумала она.

Она понимала, что со стороны ее жизнь с племянником может показаться ужасной, но игра в покер действительно была их чуть ли не единственным развлечением.

– На прошлой неделе мы брали в прокате фильм «Звездные войны».

– Неужели? Похоже, вы перевыполнили план по развлечениям.

– Вы издеваетесь?

– Издеваться для меня – все равно что дышать.

– Мы играем в скребл, – торжественно произнесла она. – Если мне удается оттащить Люка от компьютера. – Слишком поздно Нора вспомнила, что они приглашали Брендана поиграть в скребл. И он отказался.

– Развлечения все забавнее.

Нора вспомнила выражение лица Брендана в тот вечер, когда Люк предложил поиграть в скребл. Но ей все равно нужно его убедить, что они весело проводят время.

– Люк научил меня играть в виртуальный боулинг!

– Вот это да! Бьюсь об заклад, вы бросили шар для боулинга в обратном направлении.

– Откуда вы знаете?

– Интуиция. Шучу.

– И все-таки, как вы узнали?

– Я играл в эту игру.

– О, и вы бросили шар в обратном направлении?

– Нет. – Внезапно он рассердился. – В любом случае я хочу попросить у вас разрешения отвести Люка в кафе-мороженое.

Его уважительность почти заставила Нору простить его сарказм.

– В этом нет необходимости. Конечно, вы можете отвести его туда.

– Люк хочет, чтобы вы пошли вместе с нами, – сказал Брендан.

Это желание Люка. Не Брендана. Она посмотрела на больную игуану. И внезапно Норе не захотелось принимать решение в одиночку.

– Я у ветеринара с игуаной Игги. Он наглотался всякой ерунды.

– Игги? – медленно повторил Брендан. – Вы же говорили, что не даете животным клички.

– Разве можно привязаться к игуане? – спросила Нора, осознавая, что уже к ней привязалась.

Она не хотела привозить ее домой, чтобы она там умерла. И не желала ее усыплять.

Она рассказала Брендану, что происходит. К счастью, он не стал напоминать, что предлагал составить план.

– У вас есть резервный фонд? – спросил он.

– Да, но, Брендан, эти деньги гораздо выгоднее потратить на обучение людей, чтобы они не покупали игуан как домашних животных. И резервный фонд небольшой. Я могу оплатить лечение игуаны, но на следующей неделе какому-нибудь животному может понадобиться срочная операция.

– Животному более симпатичному, чем игуана? Не сдержавшись, Нора расплакалась. И она не знала наверняка, плачет ли из-за проклятой игуаны, которой по глупости дала кличку, или из-за Брендана, который играл в виртуальный боулинг с кем-то, кто бросил шар в обратом направлении.

Или от того, что не Брендан, а Люк решил пригласить ее в кафе-мороженое.

Брендан играл в эту дурацкую игру с Бекки. На рождественской вечеринке. Все до истерики смеялись над ее плохой координацией.

Держа телефон, Брендан осознал, что впервые за долгое время при воспоминании о Бекки он что-то почувствовал. Такое ощущение, будто после ее смерти он сосредоточился на том, что не сумел ее защитить, и забыл обо всех приятных минутах, которые они вместе переживали.

Он быстро отмахнулся от размышлений, услышав сопение на другом конце телефонной линии.

– Вы плачете?

Нора Андерсон действительно его избегает. И это хороший знак. Они должны сторониться друг друга. Посмотрите только, чем обернулось его желание побыть добрым самаритянином и развеселить Нору! Сначала он начал с ней танцевать, а потом она его поцеловала.

– Н-н-нет.

Нора плакала. Неужели из-за игуаны? Брендан помнил, как она говорила, что привыкла к трагедиям, которые случаются с больными животными. И еще она старалась к ним не привязываться.

Похоже, она не придерживается ни первой, ни второй стратегии.

– У вас были истерики после того, как вы ударились головой? – спросил он.

– У меня нет истерики! – Нора обиделась.

Поразительно, но Брендан почувствовал себя виноватым. Танцуя с Норой в проходе сарая, он должен был задавать ей вопросы, связанные с симптомами, сопровождающими сотрясение мозга. И вместо того, чтобы облегчить себе жизнь и избегать Нору и осложнений в отношениях с ней, которые возникли после поцелуя, Брендан должен был отслеживать состояние ее здоровья.

– Вы были у врача? – спросил он.

– Мне не нужен врач!

– Слушайте, вспышки гнева могут быть признаком сотрясения мозга.

– У меня нет вспышек гнева! – Нора произносила каждое слово предельно сдержанно. А затем телефон замолчал – Нора Андерсон повесила трубку!

Люк, раскрасневшийся от жары, с волосами, прилипшими к полному лбу, вылез из цветника, держа в руке в перчатке пучок побегов ежевики.

– Тетя Нора поедет с нами поесть мороженого?

– Я не уверен, что твоя тетя согласилась. – Брендан был убежден, что она плачет из-за игуаны. – У нее бывают, истерики?

– Как это?

– Плач. Сварливость.

– Ох, вы имеете в виду ПМС?

Брендан не стал ругать Люка за дерзость из-за давно возникшей взаимной симпатии.

Казалось, мальчик размышляет о дурном настроении тетки.

– Может быть, вам лучше просто привезти мне молочный коктейль, – пробормотал он и снова исчез в саду.

Потом Люк опять выглянул из-за дерева:

– Привезите что-нибудь для Диди, ладно? И немного ванильного мороженого для Рейнджера. Я все оплачу. – Он посмотрел в сторону дома. – Она старается не показывать, но Рейнджер ей нравится.

Странные вещи происходят в этом мире. Люди стараются не любить друг друга, но любят в любом случае.

Люк – яркий тому пример. Чертовски трудно его не полюбить.

То же самое можно сказать и о его сложнохарактерной тетке.

Зная, что Норе не понравится его визит, Брендан отправился к ветеринару.

Нора сидела в зале ожидания, прилагая все силы, чтобы не выглядеть как женщина, которая не будет плакать из-за игуаны. Игуана сидела в переноске, которая стояла у ее ног. На шее рептилии была повязана лента. Интересно, зачем повязывать ленту на шею игуане, к которой не собираешься привыкать?

Увидев Брендана, Нора скрестила руки на груди.

– Я справлюсь сама.

– Угу. – Брендан впервые увидел ее в джинсовом платье. У нее были поразительно красивые ноги.

Проигнорировав ее сердитый взгляд, он присел рядом с ней:

– Значит, вы уже решили, что делать?

Он покосился на Нору – она грызла губу. А это означает, что она ничего еще не решила. Он вспомнил вкус ее губ.

Что он здесь делает?

«Я пытаюсь поступить правильно», – строго напомнил он себе. Брендан еще раз мельком взглянул на Нору, затем встал и побрел в кабинет, чтобы поговорить с Хербом Бентли.

– Ладно, – сказал Брендан, возвращаясь в зал ожидания. Нора рыскала в сумочке, стараясь отыскать носовой платок. – Пойдемте и попьем молочный коктейль.

Пока она будет потягивать коктейль, Брендан станет ее допекать расспросами о самочувствии. Он посмотрит полный перечень симптомов на iPad, пока стоит в очереди. По субботам в кафе-мороженом всегда очереди.

Нора упрямилась:

– Если вы забыли, я напомню, что мне нужно принять решение по поводу игуаны.

– Я уже все решил, – ответил он, взял переноску и поставил ее на стол регистратора.

Нора насторожилась и зажала носовой платок в руке.

– Вы решили? Но вы не можете! Брендан терпеливо ответил:

– Я сказал доктору, что оплачу операцию. Пошли в кафе-мороженое.

– Я рассказала вам об Игги не для того, чтобы вы сами все решали! – воскликнула она.

– Все равно.

– Нет! Не все равно! Я рассказала вам потому, что мне требовалась поддержка. Мне не хотелось чувствовать себя такой одинокой. Я доверилась вам. Решение я должна была принять сама.

Нора выглядела так, словно хотела прикусить зубами свой кулак после того, что наговорила.

Он посмотрел на ее губы.

Ну, ее одиночество не продлится долго. Как только она начнет выходить в люди, все парни Хансена будут бегать за ней по пятам. При мысли об этом у Брендана скрутило живот.

Он убеждал себя, будто волнуется из-за Норы только потому, что однажды она ошиблась и выбрала неподходящего мужчину. Только потому, что парень, который сейчас горбатится в саду Диди, пострадает, если Нора снова ошибется.

Почему Брендан за нее волнуется? Она заявила, что не желает ни к кому привязываться. Хотя она уже привязалась к игуане, и только одному богу известно, сколько еще вокруг ящериц.

– Я оплатил операцию игуане, для меня это пустяки, – терпеливо пояснил он. – В результате сотрясения мозга у вас могли возникнуть когнитивные трудности, поэтому вам было трудно принять решение.

– Я не люблю игуан. Но это не значит, что я хочу выбирать между естественной смертью и усыплением.

– Ну, теперь будет иначе. Все решено.

– О!

– Раздражительность, – с умным видом сказал он. Брендан знал, что разумнее придержать язык за зубами и не высказывать свои наблюдения, но ему было очень забавно продолжать небольшую словесную перепалку с Норой.

– У меня нет когнитивных трудностей! И я не раздражительна.

Он выгнул бровь.

– Ваша раздражительность оправдана. Но она немного преувеличена. Я имею в виду, я думал, вы… обрадуетесь. Я не понимаю, из-за чего весь сыр-бор.

– Вы взялись оплатить операцию, вот из-за чего сыр-бор. Я верну деньги, – упрямо сказала она.

– Считайте, что я сделал пожертвование.

– Нет.

– Вам нужно созвать совет директоров, чтобы решить, принять пожертвование или нет?

– И еще я недовольна, что вы приняли решение, не посоветовавшись со мной.

– Заслужу ли я снисхождение, если скажу, что мое решение основывается на предположении о том, что у вас могут быть когнитивные трудности? Даже если их у вас нет?

Брендан моргнул. Он знал, что его ресницам позавидует любая женщина. И он был не против картинно поморгать, загоняя Нору в угол.

Она уставилась на него. Моргнув, она отвернулась.

– И он еще говорит о когнитивных трудностях, – пробормотала она.

Брендан обрадовался тому, что ей вдруг расхотелось с ним спорить. Тем не менее она не может просто так ему уступить и оставить за ним последнее слово!

– Я возмещу ваши расходы.

– Прекрасно. Я возьму долг молочными коктейлями. Будете покупать их мне до конца моей жизни. Мне нравится коктейль с солодкой.

– До конца жизни? Сколько же стоит операция?

Увидев ее беспокойство, Брендан озвучил сумму в два раза меньше истинной и был вознагражден – Нора посмотрела на него с облегчением.

– Коктейлей с солодкой не бывает, – сказала она.

– Это лишний раз доказывает, что вы никогда не были в кафе-мороженом.

– Кроме того, если вы считаете, будто нет ничего страшного в том, что другие люди принимают за вас решение, я сама выберу, с какой добавкой буду покупать вам коктейль до конца жизни.

– Как хотите, – сухо сказал он. – Я люблю молочные коктейли с любыми добавками.

– Я поняла, – пробормотала она. – Но солодка? Фу! Брендан придержал для нее дверь, и Нора вышла на улицу, с подозрением оглядев его автомобиль.

– Где Люк?

– Он отказался ехать в последнюю минуту. Он попросил нас привезти ему чего-нибудь, а сам продолжает работать. И он попросил меня привезти что-нибудь для Диди. И Рейнджера. Он сказал, что все оплатит.

– Мой племянник, Люк Кавилетти, будет платить?

– Да.

– Вы уверены? Он тот еще прохвост.

Однако попытка Норы пошутить провалилась. Наморщив нос, она зажмурилась и постаралась сдержать слезы.

Не получилось.

Брендан хотел просто засунуть руки в карманы и подождать, когда Нора успокоится. Но против воли он поступил иначе.

– Может быть… у меня… все-таки есть… чуть-чуть… когнитивные трудности… – Она терла глаза свернутым в шар носовым платком.

Подойдя, Брендан притянул ее к себе и крепко обхватил руками за поясницу.

Слезы Норы капали на его рубашку.

Он чувствовал тепло ее тела.

Он ощущал биение ее сердца.

Теперь, ради защиты Норы и своей собственной защиты, следует согласиться с тем, что переменчивость ее настроения – побочный эффект сотрясения головного мозга.

Но почему-то Брендан не стал озвучивать свои предположения о взаимосвязи между сотрясением мозга и эмоциями.

Он поднял руку и погладил Нору по голове.

И вдруг он почувствовал себя ожившим.

Стоя на парковке у ветеринарной клиники, под солнцем, лучи которого казались теплее после нескольких месяцев дождей, прижимая к себе Нору, Брендан не был против того, чтобы проснуться и ожить.

Глава 13

– Итак, – произнес Брендан Грант, смотря на iPad. – У вас бывают головные боли? – Вы портите мне удовольствие от лучшего молочного коктейля, который я когда-либо пила.

– Просто ответьте на вопрос, мэм, – произнес он тоном полицейского.

Нора посмотрела на него свысока, надеясь, что заставит Брендана замолчать. Он портил прекрасный момент. Они сидели за столом для пикника у кафе-мороженого в парке, у озера. Игги избавили от усыпления. Люк предложил оплатить коктейль для Диди и мороженое для котенка.

Солнце привлекло людей в парк. Дети кричали на близлежащей спортивной площадке, некоторые мальчики играли с летающей тарелкой, молодая пара катила детскую коляску. Нора наблюдала за молодой семьей и завидовала ей.

– Похоже, они могут стать идеальными хозяевами для собаки с тремя лапами, – сказала Нора, увидев, что Брендан заметил, за чем она наблюдает.

– И кто теперь портит приятный момент? Вы можете на минуту перестать беспокоиться о своих животных и сосредоточиться на вопросе? Невозможность сосредоточиться – один из симптомов в перечне!

– По-моему, сейчас у меня заболит голова. – Нора хотела быть с Бренданом строгой, но не получилось. Он был слишком очарователен.

– Я серьезно! – упрямствовал он. Взглянув в iPad, он хмуро посмотрел на Нору, не моргая.

– Я тоже!

– У вас болит голова?

– Да.

Брендан вгляделся в ее лицо. Похоже, он собирается отвезти ее в больницу. По правде говоря, Нора не знала, как относиться к его чрезмерной заботе.

А может, ей просто ему уступить? У нее на лбу шишка. Почему бы не позволить себе проявить слабость?

– Наверное, от коктейля у меня переохладился мозг, – сказала она.

– Ага. – Судя по всему, он испытал облегчение, но не собирался от нее отставать.

– И еще от того, что меня донимает жутко надоедливый мужчина!

Его губы дрогнули, но не от раздражения, а от любопытства. Брендан ничуть не выглядел раскаивающимся. Он снова посмотрел в планшет, потом на Нору:

– Надоедливый я только слегка. Для вашего же блага.

Закатив глаза, Нора сделала большой глоток молочного коктейля.

– Вы испытываете чувство неопределенности? Например, вам трудно сосредоточиться?

«Только тогда, когда ты смотришь на меня и хлопаешь ресницами».

– Это то же самое, что отсутствие внимания? Брендан задумался.

– Можно мне попробовать ваш молочный коктейль? – спросила она.

– На этот раз я соглашусь. Какое отношение дегустация моего молочного коктейля имеет к симптому, о котором я вас спросил?

– Я никогда не пробовала молочный коктейль с солодкой. Я решила рискнуть, так как кровеносный сосуд в моей голове, пока мы разговариваем, может оторваться.

Брендан сердито на нее посмотрел. Прижав руку ко лбу, Нора качнулась в сторону. Он нахмурился, будучи сбитым с толку.

– Именно так я и представляла себе аневризму, – произнесла она.

Брендан сунул ей молочный коктейль через стол, чтобы она замолчала, а потом рассмеялся.

Нора обхватила губами соломинку в том месте, где ее касались губы Брендана. Внезапно он посерьезнел и стал наблюдать, как она пьет коктейль через соломинку. Что-то в его взгляде заставило Нору вздрогнуть.

– Ух, какой холодный, – заметила она, объясняя свою дрожь. Однако она поняла, что Брендана провести не удалось. Она вернула ему коктейль. – И удивительно вкусный.

Намеренно не сводя взгляда с Норы, Брендан обхватил губами соломинку.

Норе показалось, будто он касается ее губ. Она протянула ему свой молочный коктейль.

– Хотите попробовать мой? – мягко спросила она.

Брендан согласился попробовать ее коктейль. Атмосфера между ними накалилась, когда он взял ее коктейль, зажал соломинку зубами, а потом обхватил ее губами.

– Что еще вы хотите сделать? – тихо сказал он. – Как еще рискнете до того, как у вас в голове лопнет кровеносный сосуд?

С одной стороны, его вопрос показался ей смешным, а с другой – ничего смешного в нем не было. Жизнь непредсказуема. Пышущая здоровьем сестра Норы умерла, когда ей не было еще сорока лет. Жена Брендана погибла в автокатастрофе.

Внезапно Нора подумала о том, что упустила в жизни очень многое. Она не жила в полную силу.

В один прекрасный момент она умрет, не зная, от чего отказывалась.

Она посмотрела на сидящего напротив нее Брендана. Солнце золотило его темные волосы, на его резких скулах выступила едва заметная щетина.

Нора никогда не была с таким мужчиной, как он.

Она не наслаждалась тем, что может подарить ей жизнь. И пусть ей придется рисковать!

– Я хочу арендовать одну из тех штуковин. – Нора указала на яркоокрашенную будку и док. На стоянке рядом с пирсом находились педальные лодки с плоским днищем.

Она поняла, что не шутит. Ей хотелось забыть Игги и собаку с тремя лапами, для которых она не могла найти хозяев. Она желала забыть старую леди, чей кот, несмотря на временное облегчение, все равно умрет. Она хотела забыть даже беднягу Люка и свою ответственность за него. Она не желала вспоминать, что должна регулярно вести газетную рубрику «Спросите Ровер» и оплачивать счета из доходов от нее.

Ей просто хотелось покататься на лодке и порезвиться.

– Я хочу жить так, будто умираю, – медленно сказала Нора.

– Это слова из песни, – произнес он.

Она посмотрела на него, набралась смелости и спросила:

– Значит, вы хотите попеть со мной?

– Конечно, – ответил он, а потом прибавил, ничуть не разочаровывая Нору: – Во время пения я отслежу остальные симптомы.

Пока Брендан спускался в док и договаривался об аренде лодки, Нора позвонила Люку и сообщила, что ему придется подождать его молочный коктейль.

Люк ответил, что не возражает. В любом случае он и Диди, устав ждать коктейли, начали есть пирог.

– Никогда не ешь пироги, приготовленные древними стариками, – тихо предупредил он Нору. – Мне кажется, она забыла положить в него сахар. И по-моему, пирог старый, он пролежал в холодильнике не менее трех недель.

– Не ешь его! – воскликнула Нора.

– Я не хочу ее обидеть, – прошептал Люк, а затем попрощался и повесил трубку.

Она все еще размышляла над словами Люка, когда вернулся Брендан. Люк не желал обидеть чувства другого человека. Как замечательно!

– Ладно, моряк, – сказал Брендан, протягивая ей спасательный жилет, – поплыли.

Лодка, если ее можно было так назвать, оказалась неудобной. Она медленно двигалась вперед за счет того, что два человека, сидя бок о бок, изо всех сил крутили педали. К отсутствию руля пришлось какое-то время привыкать. Для того чтобы повернуть лодку, один человек прекращал крутить педали, а другой продолжал. Лодка медленно-медленно описывала на воде дугу.

С криками и смехом Нора и Брендан выплыли из залива в озеро. Они не рассчитывали, что поднимутся ветер и небольшие волны. Они арендовали лодку на час, но пробыли на воде более двух часов, ибо на обратном пути им пришлось плыть против ветра.

– О боже, – сказал Брендан, – если, по-вашему, подобное плавание рискованно, то хотел бы посмотреть, как вы скучаете.

– Нам не было скучно! Было весело!

– Угу.

– Ну, если вы такой крутой, то сами предложите рискованное мероприятие.

– Договорились, Я заеду за вами завтра в десять.

– Завтра мы будем рисковать вместе? В десять?

– Если вы не трусливая курица.

Однако Нора не струсила. Она чувствовала, что никогда еще не была такой смелой. Это чувство преследовало ее до десяти часов утра следующего дня, когда Брендан с ревом въехал во двор ее дома на мотоцикле.

* * *

Да, это опасно, думал Брендан. Они переплыли озеро на пароме, а потом он повел мотоцикл по извилистой дороге вдоль северного берега. Поездка была рискованной не из-за ухабов, движение по которым не сравнилось бы с поездкой на американских горках. Не из-за туристических прицепов или буксируемых лодок и местных жителей, старающихся перейти дорогу.

Поездка была опасной. Нора Андерсон так плотно прижалась к спине Брендана, что между ними не удалось бы просунуть даже папиросную бумагу. Они рисковали, потому что Нора не боялась, а кричала и смеялась, побуждая Брендана на очередное лихачество.

Они остановились на обед в пабе на полпути к озеру. Нора сняла шлем и распустила примятые волосы, ее нос обгорел на солнце, а щеки порозовели от ветра. Она сияла от счастья.

Нора была беззаботной и молодой, и Брендану захотелось, чтобы она такой и осталась.

Поедая сэндвичи со стейком, сидя на палубе, которая простиралась над голубыми водами озера, они разговаривали о выздоровлении Игги и смеялись над Люком, который ел пирог Диди. Брендан поведал Норе о смешных случаях на работе, но не сообщил о проекте жилого комплекса на озере, который должен был стать лучшим в его карьере. Нора поделилась с ним некоторыми амбициозными планами по поводу приюта «Ковчег Норы».

Хотя они не так много друг другу рассказали, Брендан чувствовал себя расслабленным и свободным. Ему казалось, что он знает Нору всю жизнь, и она – самый непринужденный человек, с которым он проводил время.

Нора выпила пива, он ограничился стаканом воды. Брендану предстояло не только ехать по дороге, но и контролировать растущие чувства к Норе.

– Вы знаете, что я сделал вчера вечером? – спросил он.

– Очистили рубашку от пятен солодки?

– После этого.

– Работали?

Брендан осознал, что не сможет ответить утвердительно. Дело в том, что он работал все время, но не вчера вечером.

– Я читал рубрику «Спросите Ровер» в Интернете. Она густо покраснела и отпила пива.

– Зачем вы это сделали?

– Мне было любопытно. Она покраснела сильнее.

– Итак, теперь вы знаете. Работа для чокнутых. Он нахмурился:

– Вы шутите?

– Нет. Я никогда никому не говорила, что веду эту рубрику.

– Но почему?

– Больше всего на свете я хотела стать обычной. Чтобы надо мной не смеялись. Не считали эксцентричной или странной. Я желала стать популярной, чтобы у меня было много друзей. Вместо этого, я довольствовалась странной способностью утешать раненых животных. В моей семье часто шутили, что в прежние времена меня сожгли бы на костре. С животными я налаживаю контакт быстрее, чем с людьми. Я словно читаю их мысли. Я поднимаю животным уровень энергетики. Моя семья считала меня странной. Дети, с которыми я выросла, думали, что я чокнутая. Я научилась скрывать свои способности.

– То есть, когда вы пишете в «Спросите Ровер», вы чувствуете энергетику животных даже на расстоянии?

Она вгляделась в его лицо и поняла, что он не издевается, а искренне интересуется.

– Я не знаю наверняка, скольким животным помогла и сколько людей действительно внимательно читали мои ответы.

– Приходило много писем, – медленно заметил он, – от довольных читателей, которые поражены тем, до чего полезны ваши советы в их ситуации. Откуда вы узнали, что собака, которую трясло целую неделю, сломала зуб? Как вы узнали. что пропавший кот сидит под приборной панелью фургона ремонтной службы?

– Догадки и… ощущения. Мой странный дар. Я надеюсь, вы никому не расскажете, что рубрику в газете веду я. – Она увидела на его лице упрямство. – Это ради Люка. Чтобы у него тоже была здесь нормальная жизнь.

– Чего вы хотите для него? Она вздохнула:

– Того же, чего не смогла получить сама. Популярности и дома, полного друзей. Я не желаю, чтобы из-за меня над ним смеялись или его осуждали.

– Знаете, Нора, люди не могут не осуждать. Например, в темные века, о которых говорила ваша семья, когда жгли ведьм на кострах. Кошек связывали с ведьмами, поэтому их тоже убивали.

– А когда они убили всех кошек, расплодились крысы и разнесли эпидемию бубонной чумы. От нее умерло двадцать пять миллионов человек.

– Мне кажется, я не очень хорошо вас понимаю.

– Люди всегда кого-нибудь осуждают. Многие их выводы просто неверны. Так или иначе, каждый из нас должен найти собственную правду. – Он помолчал. – Мне понравилось «Спросите Ровер», но больше всего мне импонируют ответы, которые вы перечеркивали. Эти черновики когда-нибудь попадают в рубрику?

– Нет. Никогда.

– Жаль.

Она иронично рассмеялась:

– Я не думаю, что мир готов читать колонку «Спросите Нору».

– А вот здесь, по-моему, вы ошибаетесь. Миру понравится умная, смешная и проницательная Нора.

– Если я расплачусь, вы спросите, не началась ли у меня истерика? – произнесла она, запинаясь.

– Нет, – ответил он. – Я сделаю вот что.

И Брендан совершил поистине рискованный поступок – припал к губам Норы. Он целовал ее долго и страстно.

– Я не должен был этого делать, – произнес Брендан, отстраняясь от нее.

– А зачем сделал? – поинтересовалась она, широко раскрыв глаза от удивления и желания.

Он пожал плечами:

– Нам пора ехать.

– Нет. Мне кажется, когда ты читал письма, лежащие у моей кровати, ты раскрыл часть моей души, хотела я этого или нет. Это несправедливо. Ты должен рассказать мне о себе.

Брендан посмотрел на Нору, борясь с желанием поведать ей, кто он на самом деле. Рассказать ей о чувстве вины и облегчить душу.

Внезапно она коснулась его руки. Брендан почувствовал, будто ее энергия обещает ему вывести его из тьмы на свет.

Он все еще может ей сопротивляться.

Однако Нора в очередной раз доказала, что у нее превосходная интуиция.

– Расскажи мне что-нибудь о себе. Свой секрет. Самый мучительный секрет.

Брендан разрывался между желанием не доверять Норе и желанием ей довериться. Она многое понимает. И умеет исцелять. Достаточно просто посмотреть на Чарли. Живя с Норой под одной крышей, кот с каждым днем оттягивает момент своей смерти.

Почему же она задала этот вопрос? О секрете. Свет в ее глазах манил Брендана в том направлении, в котором ему не хотелось двигаться. Свет ее глаз прибавлял ему смелости, когда он хотел поджать хвост и убежать.

Долгий сезон дождей закончился, и вышло солнце. Может, и в его жизни наступит светлое время?

Брендан глубоко вздохнул и поведал о том, о чем никто не догадывался.

– Я чувствую себя неудачником в архитектуре, – произнес он.

– Но ты очень успешный.

– Я никогда-никогда, ни разу не испытывал гордости, стоя перед домом, построенным по моему проекту. Я всегда чувствовал, будто что-то упустил. Таков мой секрет.

Мгновение она пристально смотрела в его лицо, потом сказала:

– Это не совсем секрет. Это его первый слой.

– Что?

– Я готова поспорить на вылеченную игуану, что твое чувство неполноценности имеет давние корни.

– Я не считаю себя неполноценным! – запротестовал он, но ее взгляд заставил его замолчать.

Брендан осознал, что никогда не говорил с Бекки о чем-то подобном. Может, он начал ее терять давным-давно, когда они только поженились?

– Моя мама не жила с моим отцом, – произнес он и откашлялся. – Она забеременела, а ему было наплевать. Она никогда не говорила, но я подозреваю, что она провела с моим отцом всего одну ночь. Кто знает? Может, она даже шантажировала его своей беременностью, чтобы попытаться заманить в ловушку. Но если она его и шантажировала, то это имело неприятные последствия. Она осталась одна, молодая и без образования. Она злилась на всех мужчин в мире, кроме меня. – Он пожал плечами, стараясь отшутиться: – Перед тобой стопроцентный незаконнорожденный ребенок.

Взгляд Норы был ожесточенным, словно она видела намного больше, чем Брендан намеревался ей сказать.

– Нет, – мягко произнесла она, – это очередной слой. Что было дальше? Рассказывай до конца.

– Мы были бедны, – сказал Брендан. – Знаешь, принято говорить, что бедность – это когда ты не ходишь в ресторан, чтобы поесть, или не получаешь сорок подарков на Рождество, или не носишь новомодную одежду от известных дизайнеров, как все остальные.

– Настоящие бедняки не хвастаются своим положением, – сказала она.

Ну вот. Достаточно. Брендан сказал ей, что чувствует неудовлетворенность своей работой. И о том, что он незаконнорожденный и вырос в бедности.

Однако это не все его секреты. И Нора об этом знает. Брендан ощущал, как ее энергия вытягивает из него слова. Или, может быть, ему просто пора выговориться.

– Мы были практически нищими. По утрам моя мама работала горничной в мотеле и в частных домах, а по вечерам официанткой. Мы считали каждый цент. Иногда у нас не было еды. Иногда нас выселяли, потому что мы не могли заплатить за квартиру.

– Я вырос, зная, что обязан оправдать каждую жертву моей матери. Каким-то непонятным для меня образом ей удавалось зарабатывать на еду и накопить немного денег, чтобы я поступил в университет. Я работал на трех работах. Я получал стипендию. Мать дожила до того момента, когда я получил диплом.

– После ее смерти я колесил по стране, потом переехал в Хансен. Здесь была небольшая архитектурная фирма. Я сказал себе, что должен трудоустроиться, но мне кажется, что я переехал сюда, чтобы забыть прошлое.

– А потом я встретил Бекки. По правде говоря, я не верил, что такая девушка, как она, посмотрит на парня вроде меня. Она была единственной дочерью и выросла в очень обеспеченной семье уроженцев Хансена. У нее на заднем дворе был бассейн, она имела загородный дом в Вале, окончила дорогую школу в Швейцарии.

– Я отгородился от своего прошлого, – сказал он. – Я его стыдился. Я никому не говорил, откуда родом, особенно богатой девушке, которая безумно в меня влюбилась. Я подумал, что если бы она узнала обо мне все, то никогда не согласилась бы выйти за меня замуж.

– Она так ни разу и не спросила?

– Конечно, она спрашивала. Мне кажется, сначала ей нравилась моя таинственность, ибо я мало говорил о своем прошлом.

Брендан умолк. Он наговорил слишком много. Кому нужны его переживания? Но вот он посмотрел на Нору и понял, что ей не все равно. И он увидел, что свет ее глаз не позволит ему отмолчаться – Брендан не успокоится, пока не выговорится.

– Я чувствовал, что должен заслужить веру Бекки в меня. Мне было недостаточно ежемесячно оплачивать счета. Нет, я должен был добиться успеха. Мне требовались все атрибуты успеха.

– Когда мой босс собрался на пенсию, я решил купить у него фирму. А потом, в это же самое время, на продажу выставили дом Бекки. В таких домах, вроде этого, когда-то работала моя мать, пока я был маленьким. Она называла их замками.

В самом деле, пора остановиться. Но казалось, маленький мальчик, обещавший матери купить ей замок, не остановится, пока не скажет все до конца.

– Иногда, если отменяли занятия в школе или я заболевал, мне приходилось идти с ней в те причудливые дома.

– Для ребенка, живущего в двухкомнатной лачуге в районе для нищеты, такие дома казались замками. Отдельная комната под столовую. Четыре ванные комнаты. Паркетные полы и турецкие ковры, красивые картины и удивительные люстры. У детей были тематически оформленные спальни. В одном доме у мальчика была комната пирата, а у девочки – принцессы. Я вырос, мечтая, что когда-нибудь разбогатею.

Брендану казалось, что уже можно остановиться. Но в его душе словно прорвало плотину. Он будто очищался от чего-то токсичного, с каждым словом ему становилось легче и свободнее.

При виде света в глазах Норы он был в свободном падении, надеясь, что выдержит приземление. Глубоко вздохнув, он решил рассказать все до конца.

Глава 14

– Бекки было безразлично, купим мы этот дом или нет. Но мне было не все равно. Я должен был обеспечить ей тот уровень жизни, к которому она привыкла. Я переусердствовал. Я не хотел, чтобы она работала. Я считал, что, если она станет работать, меня сочтут неудачником, который не в состоянии содержать жену. Я трудился день и ночь. Она все сильнее разочаровывалась во мне, пытаясь до меня достучаться. Она начинала понимать, что моя так называемая таинственность – обычная неспособность найти с ней общий язык. Она сказала, что я перестал веселиться. Что жизнь ее больше не радует.

И вот наконец самое худшее. Сейчас он расскажет, как погубил хорошую женщину, которая не сделала ничего дурного, а просто его любила.

– Я не хотел ребенка, – хрипло произнес он. – Я думал, что ребенок – очередной стресс. Я не знал, что она пыталась спасти наш брак. Я даже не подозревал, что он рушится. Она организовала совместные выходные. Мы должны были кататься на лыжах. Обрадовался ли я? Нет. Я рассердился. Я не понимал, зачем она тратит деньги на всякую ерунду. Но она хотела, чтобы мы развлеклись. Она желала, чтобы мы оказались в романтической обстановке. У нее для меня была большая новость. Новость, которую стоило отпраздновать. Новость, на которую стоит тратить деньги. В день, когда предстояло ехать, у меня на работе возникли проблемы. Тогда казалось, что их нужно срочно решить. Теперь я задаюсь вопросом, не сделал ли намеренно эти проблемы срочными, чтобы показать Бекки, как я раздражен из-за ее денежных трат на поездку, которая отрывает меня от работы. Я сказал ей, чтобы она ехала на лыжный склон без меня. Я собирался приехать туда вечером. Она ушла от меня в расстроенных чувствах. Пока она была в пути, начался сильный снегопад. Она потеряла контроль над автомобилем, вылетела за пределы дороги и врезалась в дерево. Она погибла мгновенно. Причину праздника я узнал от следователя. Бекки была беременна. Ребенок тоже погиб. Она перестала принимать противозачаточные таблетки. Я знаю, потому что после обнаружил их в аптечке. Потом я снова и снова задавал себе один и тот же вопрос. Спровоцировало ли аварию то, что Бекки расстроилась из-за меня? Наверное. И если работа была для меня всем до той аварии, то после я стал дневать и ночевать в офисе. Работа стала единственным способом заглушить мое чувство вины. Единственным способом. Знаешь, за неделю до смерти она сказала мне: «Если я умру первой, то вернусь и сообщу тебе, что у меня все хорошо». Но я не услышал любви в ее словах. Я просто ответил: «Ничего хорошего с тобой не будет. Ты же умрешь». Она так и не вернулась, – прошептал Брендан. – Она не сообщила мне, что с ней все в порядке. Потому что ей плохо. И только я виноват, что ей плохо.

Брендан ждал, когда пожалеет о том, что открылся Норе, поведал о самом сокровенном. Он сожалел о том, что теперь она знает о нем гораздо больше прежнего.

Он ждал, когда она скажет что-нибудь неподходящее.

Например, что он должен простить себя, что с Бекки все в порядке, что он вообще ни в чем не виноват.

Однако Нора ничего не сказала.

Она даже не взглянул на него. Она смотрела на зеркальные, безмятежные воды озера. Ее глаза были похожи на бездны спокойствия.

Брендан должен был показать ей свое истинное лицо. Должен. И он это сделает.

– Я ни разу не плакал по ней, – прохрипел он. – Ни в ночь трагедии. Ни на ее похоронах. Никогда.

Он думал, что на этот раз Нора от него отстранится. Но вместо этого она крепче сжала его руку. Прикосновение ее ладони дарило энергию, понимание, силу и исцеление.

Вдруг Брендан почувствовал огромную свободу. Ему показалось, что он летит.

Он ожидал, что, выговорившись, упадет на колени и обезумеет от горя.

Он почувствовал, будто у него выросли крылья.

После того откровенного разговора между Бренданом и Норой возникла неожиданная связь, и они вместе «полетели» к свету.

Они просто не могли насытиться друг другом. Люк тоже преобразился к лучшему. Несмотря на протесты Норы, Брендан научил его ездить на мотоцикле по подъездной дороге к ее дому. А потом он научил и Нору. Как и в игре в покер, Люк обучался быстрее.

В жаркие дни они втроем отправлялись на пляж, чтобы поплавать и порезвиться в освежающей холодной воде. Они арендовали каяки, катание на которых было намного веселее, чем на педальных лодках с плоским днищем. На прогулки по прохладному лесу они брали с собой собаку с тремя лапами.

По вечерам, пока Игги приходил в себя после операции под кухонным столом, а Чарли лежал на коленях Люка, они играли в покер. Брендан даже позволил уговорить себя сыграть в скребл.

Все чаще Брендан и Нора находили способы остаться наедине. Он водил ее по очаровательным местам, типа каскадного водопада. Они отправлялись на пикники и иногда задерживались на них допоздна, чтобы посмотреть на звезды на чернильно-черном небе.

Проект жилого комплекса «Деревня на озере» казался Брендану почти не важным.

Важным для него стало чтение последних заметок Норы для рубрики «Спросите Ровер», поездки с Люком и Чарли к Диди.

Во время одной из таких поездок Брендан подумал, что пора решить вопрос с Чарли.

– Возможно, Чарли пора вернуться домой к Диди. Ему стало лучше.

Брендан и Люк мыли посуду. Диди и Нора сидели в креслах-качалках на крыльце. Чарли лежал на коленях у Диди.

– Нет, – сказал Люк и обеспокоенно посмотрел через стеклянную дверь. – Нет. Ему не стало лучше. Он просто держится.

Но, учитывая то, как Чарли выглядел недавно, разве не чудо, что он «держится»?

Брендан улыбнулся украдкой. Из прожженного циника он превратился в человека, верящего в чудеса.

Разве любовь не творит чудеса? Она делает невозможное возможным.

Любовь.

Только благодаря любви все вокруг кажется светящимся.

Даже желание физического контакта с Норой – прикосновение к ее руке, отведение прядей волос от ее лица, поцелуи – все казалось чудом. Брендан воскрес и жаждал жизни.

Ему очень нравилось осыпать Нору небольшими подарками: золотое ожерелье в виде двух соединенных сердец, тонкие серебряные серьги в виде обруча. Она очень неохотно принимала его подарки, а потом носила их с огромным удовольствием.

Он водил ее по общественным местам, знакомил с друзьями и деловыми партнерами. Она по-прежнему запрещала ему говорить о том, что она ведет рубрику «Спросите Ровер».

И однажды случилось следующее. Нора стояла у раковины на его кухне, когда все гости ушли.

Брендан подошел, обнял Нору и глубоко вдохнул аромат ее волос. Она повернулась и крепко его обняла.

А потом она потянулась вверх, а он опустил голову.

И вот их губы встретились.

Во время страстного поцелуя Брендан Грант понял, что любит Нору. Слегка от нее отстранившись, он посмотрел в ее глаза и понял, что она тоже его любит.

– Я хочу остаться на ночь, – прошептала она.

Но Брендан решил, что им нельзя торопиться с близостью.

То, что он чувствовал к Норе, было слишком хрупким и дорогим.

Найдутся люди, которые скажут, что еще слишком рано и он торопит события.

Но они знакомы уже шесть недель. Так или иначе, это были самые лучшие недели в его жизни.

Однако впервые за все время Брендану захотелось сделать что-то правильное. Он отстранился от Норы и произнес:

– Ты должна ехать домой.

Она выглядела обиженной. Он коснулся ее припухшей нижней губы большим пальцем и, не сдержавшись, снова ее поцеловал.

На этот раз, оторвавшись друг от друга, они тяжело дышали. Рубашка Брендана была вытащена из брюк, а Нора страстно поглаживала его по спине.

Он отпрянул от нее:

– Уезжай домой.

Завтра он поедет в «Ковчег Норы» на мотоцикле и заберет ее оттуда. В его кармане будет лежать самое великолепное кольцо, какое он сможет найти в Хансене. Он возьмет с собой шампанское и клубнику и отвезет Нору на вершину горы, где покажет ей весь мир.

А потом он попросит ее выйти за него замуж.

Но сегодня она должна вернуться домой до того, как он сделает что-нибудь, что осквернит его огромную любовь к ней.

– Отправляйся домой, – резко произнес он.

В ту ночь Брендан долго лежал без сна, думая, что в ближайшее время его кровать перестанет пустовать. Вскоре его жизнь изменится. Он лежал с открытыми глазами и размышлял, как сделает предложение Норе. Какие именно слова ей скажет.

Он представлял, как опустится перед ней на колени…

Брендан уснул, и ему приснился сон.

Бекки наконец пришла к нему. Она была на лугу, заросшем «кареглазыми» дикими подсолнухами. На ней была длинная юбка. Бекки танцевала, как однажды танцевала с кроликом Нора. На земле было разложено одеяло. На нем сидел ребенок, который держал в пухлом кулачке полевые цветы.

И Бекки тоже что-то держала в руках, как Нора держала Валентина.

Ее лицо сияло от радости.

Бекки прошептала:

– У нас все хорошо. Разве ты не видишь, что мы все в порядке? Мы все.

Брендан подошел к ней ближе, желая лучше ее увидеть и сказать, как сожалеет о том, что не знал о ребенке. Он шагнул вперед, желая разглядеть ребенка на одеяле и ребенка, которого она держала на руках.

Но потом он остановился.

Потому что Бекки нежно прижимала к груди не ребенка, а Чарли.

Брендан проснулся в поту, от телефонного звонка. Он знал, кто звонит, до того, как поднял трубку.

– Чарли умер, – послышался в трубке голос Люка. Брендан чуть было не сказал: «Я знаю».

– Приезжать не нужно, – сказал Люк. Но нет. Брендан должен быть с ними.

– Я буду через несколько минут.

Когда Брендан приехал, Люк держал Чарли на руках, а Нора сидела рядом с ним, держа его за руку.

Она бросила на Брендана умоляющий взгляд, словно говоря: «Забери эту боль», и он почувствовал гневное бессилие что-либо изменить.

– Я пойду и вырою яму, – предложил Брендан.

– Нет, я отвезу его к Диди, – сказал Люк. – Я сделал для него коробку.

Он встал, прижимая мертвого кота к узкой груди.

Люк принес аляповатую коробку из дерева, углы которой были тщательно отшлифованы. На крышке была фотография Чарли, а внизу была вырезана его кличка.

Эта коробка была сделана задолго до смерти Чарли.

Нора едва не лишилась чувств, когда ее увидела.

Но Люк сохранял спокойствие. Он открыл коробку и положил кота на мягкое белое полотенце внутри. Закрыв крышку, он повернулся к Брендану, который с большим трудом сохранял самообладание.

Все время, пока Брендан веселился и крутил роман с Норой, убеждая себя, что любовь всесильна и коту станет лучше, Люк готовился к другому финалу – более реалистичному.

– Мы должны отвезти его к Диди, – произнес Люк. – Я позвоню ей и предупрежу, что мы едем.

Диди будет задавать вопросы, когда умер кот и, Брендану эта идея показалась неподходящей.

– Мы похороним его там, – заявил мальчик таким тоном, будто все уже решено.

Брендан мог бы предложить похоронить кота у дома Норы, но боялся, что если откроет рот, то сможет лишь завопить от ярости и бессилия.

Брендан в молчании отвез их к дому Диди. Нора сидела в машине рядом с ним, беспомощно плача, тихий и бледный Люк с котом на коленях – на заднем сиденье.

Диди ждала их, одевшись в черное. Люк отдал ей коробку, и она пристально посмотрела на нее, провела пальцами по вырезанной кличке кота, наклонилась и поцеловала его фото. А потом все пошли за нею во двор.

Брендан увидел, что, пока он смеялся, устраивал пикники, покупал безделушки и смотрел на звезды, Люк не только вернул к жизни заброшенный цветник Диди. Он приготовил место для захоронения Чарли.

Заросший цветник теперь был полностью очищен от сорняков. Под кустом роз Люк вырыл квадратную яму. Должно быть, яма была приготовлена несколько дней назад, потому что на ее дно попадали лепестки роз.

Люк взял коробку у тихо плачущей Диди и аккуратно поставил в яму. Он подошел к забору, взял лопату и стал засыпать яму.

Диди заголосила.

Брендан вспомнил, что точно так же она плакала, когда хоронили Бекки. А он в тот день стоял рядом и не проронил ни слезинки.

Нора обняла тонкие, сгорбленные плечи бабушки Бекки.

– Пойдемте в дом, – сказала она. – Я приготовлю вам чай.

Они направились к дому. Брендан остался снаружи с Люком.

– Я закончу, – предложил Брендан, собираясь взять лопату у Люка.

Люк крепче вцепился в лопату.

– Нет, – произнес он резко и решительно. – Я должен закончить сам.

Брендан засунул руки в карманы и стал покачиваться на каблуках вперед-назад. Он недоумевал от собственной глупости. В последнее время он перестал контролировать ситуацию и позволил себе надеяться, что все будет в порядке.

В мире, в котором отсутствует порядок.

Брендан слушал устойчивые удары земли о крышку кропотливо сделанного деревянного ящика. Он думал о лежащем внутри Чарли, тихом и неподвижном. Неужели он действительно верил, что кот будет жить долго?

Мертвые не оживают.

Брендан размышлял о том, что бессилен остановить непоправимое.

Он не смог даже запретить себе влюбляться, хотя знал, что должен. Поздно. Свет проник через трещины стены, которой он отгородился от мира.

Люк взглянул на него:

– Вы в порядке?

Мальчик рассматривал его пристально, его взгляд был очень похож на взгляд его тетушки. От Люка и Норы ничего не скроешь – они смотрят прямо в душу.

Брендан ущипнул себя за переносицу и с трудом сглотнул. Он попытался вздохнуть. Не получилось. Повернувшись на каблуках, он ушел.

– Уезжай домой, – сказал ей Брендан, хотя его лицо пылало от любви и обещаний на будущее.

Но это было до того, как умер Чарли.

Нора решила вспомнить, говорил ли что-нибудь Брендан во время похорон Чарли.

Нет. Он не произнес ни слова. А потом он ушел, не попрощавшись.

Она и не подозревала, что его последние слова к ней – «Уезжай домой» – нужно воспринимать буквально. Брендан действительно хотел, чтобы она его оставила. Все кончено.

Их волшебные дни вместе закончились так же быстро, как и начались. Ее телефон перестал звонить, в ее дворе больше не слышался рев мотоцикла Брендана.

Что изменилось? Умер Чарли. Это означало, что они сильно о нем горевали. Сначала Нора ужасно злилась на Брендана за то, что он бросил ее и Люка.

Именно в тот момент, когда Люку требовалась поддержка.

Ей нужно знать, что на самом деле произошло.

Она позвонила и оставила Брендану сообщение. Она умоляла его приехать ради ее племянника. Она надеялась, будто Брендан догадается, что он и ей тоже нужен.

Но он не приехал.

Как влюбленная девочка-подросток, Нора ждала, что Брендан позвонит ей и объяснится, но он не позвонил и ничего ей не объяснил.

Пытаясь защитить Люка, она решила чем-нибудь заняться. Ей даже удалось отвлечься от своих страданий и вспомнить о том, каково сейчас Диди.

Нора привезла Диди запеканку в тот момент, когда от нее уезжал Брендан. Он увидел ее и постарался скрыться. Но не получилось.

Брендан выглядел ужасно, будто не ел и не спал. Под его глазами залегли темные круги. Норе захотелось подойти к нему и обнять.

Но он сердито уставился на нее, а потом скрестил руки на груди и стал ждать, когда совладает с эмоциями, и на его лице появится маска. Нора подумала, что обнимать сейчас Брендана – все равно что держать в руках дикобраза.

В любом случае ей следует побороть подобные проявления слабости. Он разбил ее сердце. Он разбил сердце Люка. И после этого она хочет его утешить?

Брендан должен отвечать за свои поступки. И Нора заставит его ответить.

Она не стала вдаваться в подробности. Она не поздоровалась с ним, не спросила, где он был и почему не позвонил.

Нора заговорила с ним приглушенным от ярости и обиды за его предательство голосом:

– От чего ты бежишь?

Он одарил ее натянутой и отвратительной, ледяной улыбкой:

– Я не понимаю, о чем ты.

– Ты совершил ошибку, – сказала она. – Но не ту, о которой думаешь.

– Что?

– Ты считаешь, что ошибся, когда позволил Бекки ехать одной в тот вечер. Но ты совершил ошибку задолго до этого.

Глава 15

– О чем ты говоришь? – спросил Брендан.

Она слышала прохладу в его голосе, но он не пытался заставить Нору замолчать или отмахнуться от нее. Он сам позволил ей говорить с ним и откровенничал с ней нынешним летом, за что теперь должен поплатиться.

– Она хотела любить тебя. Пока ты старался произвести на нее впечатление и стать таким, каким не был, она хотела тебя любить. Вот почему она забеременела. Она чувствовала, что ты все сильнее от нее отстраняешься. Она хотела тебя вернуть.

– Ты не можешь этого знать.

– Я могу.

– Перестань. Ты ничего обо мне не знаешь.

– Я знаю, что ты прячешься. От боли. От жизни. От любви.

На целую минуту Нора затаила дыхание. Брендан слышал ее. Его тянуло к ней. Он хотел найти убежище, обрести дом и любовь.

Брендан хотел все это, и Нора могла назвать точный момент, когда он вспомнил, какую цену заплатил за свои желания. Выражение его лица стало отстраненным.

– Довольно, – холодно произнес он. – И это говорит женщина, которая никогда и никому не рассказывает, кто она на самом деле?

А потом он повернулся и пошел прочь.

Ярость Норы немного утихла в ту же ночь, когда она размышляла о том, что они друг другу наговорили. Она была с Бренданом все эти долгие летние дни. Она показывала ему, кто она на самом деле. Она была веселой и беззаботной и позволила себе прислушиваться к интуиции.

Нора решила, что нравится Брендану такой, какая есть. Ей казалось, что он ее любит.

Но потом до нее медленно дошло. Дело совсем не в том, что ему нравилось или не нравилось. Дело в том, что понравилось Норе. Она полюбила жить на свободе, не прячась под масками.

Она поняла, что, пока будет прятать свои способности, никогда не поймет, сколько у нее сил и возможностей.

Она узнала то, о чем, возможно, не догадывался Брендан Грант.

Можно защитить себя от мира одиночеством. И для этого ничего не потребуется. Но жизнь обязательно от вас чего-нибудь потребует. И при определенных обстоятельствах вы становитесь тем, кем являетесь на самом деле.

Жизнь продолжается. Норе нужно растить мальчика. Скоро начнется учебный год. Люку необходимо купить школьные принадлежности и одежду. А Норе следует научиться жить заново.

Какое-то время она не вела рубрику «Спросите Ровер». Теперь самое время начать вести рубрику снова.

Итак, в первый день нового учебного года, когда Люк сел в школьный автобус, Нора принялась разбирать груды полученных писем. Она не выбрала письмо, в котором говорилось: «Мой Самбо постоянно скачет по полу» или «Баффи бросается на почтальона».

Нора взяла письмо, в котором было следующее: «Мой пес болен. Должна ли я тратить деньги на его лечение, или мне опустить руки?» Нора взяла другое письмо: «Мои дети очень хотят собаку, но я мать-одиночка, и я ужасно устала». Она начала читать следующее письмо: «Я много работаю, меня почти не бывает дома. Разве я справедливо поступаю со своей собакой?»

Нора взяла эти письма и стала искренне на них отвечать. Все это время Игги, самая симпатичная из рожденных игуан, дремала, сидя на ее ступне.

Она отвечала от всей души, порывы которой люди не всегда понимали.

Ее душа говорила на языке чистого инстинкта и первозданной интуиции. Нора решила стать самой собой и перестать бояться того, что о ней скажут другие.

Заканчивая ответ, она изменила имя автора и подписалась по-новому: «Рубрика Норы Андерсон «Спросите Ровер».

Разобравшись с письмами, она вышла из дому, поздоровалась со своими волонтерами и сказала им, что в ближайшее время состоится собрание. Она попросила их подготовить предложения о том, как лучше организовать работу в приюте для животных и как действовать в чрезвычайных ситуациях вроде той, что возникла с Игги.

Когда Люк вернулся, Нора пекла ему печенье.

– Как прошел первый день в школе? – спросила она.

– Хорошо.

Однако Нора тут же заподозрила неладное:

– Что случилось?

– Джерри опять требует пятьдесят баксов.

– Я звоню его родителям! Неслыханная наглость! Я должна была позвонить им…

Люк положил руку ей на плечо. Нора вдруг поняла, что смотрит на него снизу вверх – мальчик сильно вытянулся за лето.

– На большой перемене я пошел в полицейский участок и во всем признался. Я сказал им, что украл велосипед.

Нора удивленно открыла рот. Люк не только вырос, но и повзрослел.

– Ты сказал им, что мальчик вымогает у тебя деньги? – затараторила она.

– Нет, – ответил он. – Я просто лишил его повода вымогать у меня деньги.

– Я позвоню его родителям.

– Нет. – Люк покачал головой. – Не нужно. Я не хочу тратить на это энергию. Все кончено.

– Тебя будут судить за кражу велосипеда? – Нора почувствовала старое беспокойство и отчаяние от того, что все делает не так.

Она обвиняла себя за то, что позволила Брендану войти в их жизнь, доверилась ему, а потом Люку пришлось свыкаться с потерей взрослого друга, на которого он равнялся. И теперь он самостоятельно решает свои проблемы. Почему он пошел в полицию? Он должен был посоветоваться с ней! Что будет, если ему предъявят обвинение?

– Сержант, с которым я говорил, сказал, что меня вряд ли будут судить.

Люк изменился после смерти Чарли. Вместо того чтобы пойти вразнос, он сумел собраться с мыслями и научился жить самостоятельно. И казалось, что его совсем не волнует отсутствие Брендана.

Минуту назад Люк непринужденно говорил об «энергии». Внезапно Нора осознала, что воспитывала мальчика правильно.

Нора совершила только одну ошибку.

Она решила поговорить с Люком как со взрослым.

– Я сожалею о Брендане, – произнесла она. – Мне жаль, что я позволила тебе привязаться к нему, а он больше не появляется.

Когда Люк взглянул на нее, она увидела, что взгляд у него мудрый и совсем не детский.

И в этот момент Нора поняла, что у Люка никогда не будет такой жизни, о которой она для него мечтала.

Он не обретет популярность среди сверстников. Он не станет душой компании и заводилой.

Он никогда таким не будет.

Люк станет гораздо лучше.

Он занимается самоанализом, серьезен, решителен, и у него хорошая интуиция.

– Брендан не приезжает сюда не из-за меня, – медленно произнес Люк. – И не из-за тебя.

– А из-за чего? – прошептала она.

– Из-за надежды. Он надеялся, что больше никому не причинит страданий. Когда Чарли умер, Брендан вспомнил, что уже причинял страдания. Он плакал, когда уходил от дома Диди в день похорон Чарли.

Нора застыла на месте:

– Брендан плакал?

– Он не хотел, чтобы я это видел.

Слова мальчика обрушились на нее, как удары молота. Она во всем виновата. Пока она привыкала к ощущению свободы, Брендан снова возводил вокруг себя крепостные стены.

И она позволила ему отгородиться от мира. Она приняла его силу и разрешила нести ответственность за нее и весь мир.

Она позволила ему поверить, будто он может изменить все, что пожелает. Ей понравилось, что он ее опекает.

А потом умер Чарли, напоминая Брендану о том, что защита всех и вся – безнадежная работа. В одиночку человек выстоять не может. Брендан затаился, вскармливая ощущение провала и беспомощности, с которыми столкнулся впервые после смерти жены.

– Почему ты такой умный? – мягко спросила Нора племянника.

Люк фыркнул и из мудреца снова превратился в пятнадцатилетнего мальчика.

– Если ты считаешь, что я такой умный, – сказал он, утаскивая теплое печенье с противня, – расскажи об этом моему учителю математики.

Брендан уставился на план. Был одиннадцатый час вечера, а он по-прежнему сидел в офисе. Одна из флуоресцентных ламп начала мигать несколько часов назад, и теперь Брендану казалось, будто его голова пульсирует от боли в унисон со светом лампы.

Он услышал, как в здании открылась дверь, но не придал этому значения. Наверняка пришла уборщица.

Брендан хмуро и недовольно смотрел на план.

– Ты выглядишь довольным.

Он напрягся, услышав голос Норы, выпрямился и посмотрел на дверь. При свете лампы ее волосы цвета имбиря казались пламенем, охватившим голову. Ее взгляд был внимательным и добрым.

Брендан пожалел, что ушел от нее. Такое чувство, будто он отказался от источника воды, которая манит человека, пересекшего пустыню.

Но он ушел потому, что понял – жизнь похожа на мираж.

Хотя Брендан быстро от нее отвернулся, стараясь скрыть выражение удовольствия на лице, Нора не ушла.

Подойдя, она остановилась рядом с ним, и он уловил исходящий от нее корично-цитрусовый запах.

Брендан вдохнул ее запах, будто умирающий от жажды человек, который погрузился в бассейн с водой.

– Красивый дом, – заметила она, глядя на план. Он приказал себе не втягиваться в обсуждение.

Сложив план, он скрестил руки на груди и отстранился от Норы.

Брендан решил быть сильным.

Однако одиночество сделало его слабым. Он решил, что позволит себе всего несколько минут с упоением вдыхать аромат Норы и наслаждаться ее присутствием.

– Дом как дом, – ответил он.

– В самом деле? Что тебе в нем не нравится?

Брендану не нравился не дом, а собственное отношение к нему. Он привык сосредотачиваться только на технических функциях дома. Он ни разу не задумывался о том, кто будет в нем жить.

– Это красивый дом для прекрасной молодой пары, – произнес он.

– И?..

– Они никогда ни в чем не нуждались.

– И?..

– И я надеюсь, не будут нуждаться.

– Но?..

– Но я сомневаюсь в этом, потому что жизнь непредсказуема.

– Верно. Непредсказуема, – очень осторожно произнесла она. Нора делала вид, будто Брендан не бросал ни ее, ни Люка.

– У них маленький ребенок, которого они обожают. Они ворковали с ним и качали на коленке, пока сидели напротив меня в моем кабинете.

– И что же будет с их ребенком?

– Возможно, когда-нибудь они будут очень за него беспокоиться. Он может заболеть или начать употреблять наркотики. Его могут затравить в школе.

– Но любовь, – начала она, будто соглашаясь с ним, – позволяет справиться с любой болью.

– Но этот довольно маленький дом не поможет им избежать сложностей.

– Нет, – согласилась она, – не поможет. Потому что это не в твоей власти.

– Мы говорим не обо мне.

– О тебе, Брендан. Ты решил стать архитектором и строить дома потому, что всегда мечтал о собственном доме. Ты жаждал, чтобы твой дом защищал всех, кто туда приходит.

– Зачем ты приехала?

– Я приехала, чтобы забрать тебя домой. Я говорю не о здании. Я приехала, чтобы вернуть тебя домой – к моему сердцу.

– Слушай. – Он язвительно усмехнулся, желая ранить Нору и прогнать ее прочь. – Без тебя все было прекрасно. Ты настоящий псих.

– Да, – мило ответила она. – Да, я псих. Но я твой псих.

– Ты не моя. Психи мне не нужны.

– Я очень тебе нужна.

– Что ты можешь знать о моих нуждах?

– Все.

Брендан нахмурился.

– Я ясновидящая, помнишь? Целительница. Я знаю, что тебе нужно.

«Не смей спрашивать у нее, что тебе нужно!»

– И что мне нужно? – спросил он, маскируя отчаяние усмешкой.

– Ты рискнул, – ответила она. – Ты любил. И ты почувствовал, будто любовь сделала тебя слабым, а не сильным.

Брендан держал руки скрещенными на груди и цинично смотрел на Нору.

– Тебе нужно место, – мягко произнесла она, – где ты сможешь снять свою броню.

У него отвисла челюсть. Он плотно сомкнул губы.

– Тебе нужно место, где ты не должен быть сильным всегда. Где позволяется падать, когда парашют не открывается.

Брендану стало жутко.

– Где тебя обязательно кто-нибудь поймает.

– От того, кто меня подхватит, останется мокрое место, как от букашки, врезающейся в лобовое стекло машины, – сказал он.

– Но я бы этого хотела.

– Чтобы от тебя осталось мокрое место? – язвительно спросил он.

– Я хотела бы помогать своей любовью, – просто ответила она. – Тебе нужна сильная женщина, Брендан. Тебе необходимы отношения на основе подлинного равенства.

– В некоторые дни ты будешь поддерживать ее, а в другие дни, окрыленная твоей любовью, она будет поддерживать тебя.

– Такая женщина перед тобой. Нора говорила абсолютно уверенно.

– Я люблю тебя, – спокойно произнесла она. – И всегда буду любить. Даже если эта любовь причинит мне боль. Даже если ты не позволишь мне тебя любить. Я все равно буду тебя любить. Моя душа открыта для тебя. И если любовь принесет мне боль, я ее приму, чтобы жить полной жизнью, а не прятаться за стеной.

– Итак, – подытожила она, храбро глядя в его глаза, – ты готов быть со мной?

– Ты сошла с ума.

– Я знаю, – кивнула она. – Обратись в «Спросите Ровер».

Брендан изо всех сил старался сдержать улыбку.

А потом Нора сделала то, чему у него не хватило сил сопротивляться. Она просто лишила его сил.

Подойдя, она обняла его рукой за шею и притянула его голову к своей голове. Вглядевшись в его глаза, она увидела в них то, что хотела, поэтому улыбнулась.

Брендан тут же узнал эту улыбку. Именно так Нора ему улыбалась в ту дождливую ночь, когда он обнаружил ее в сарае.

А потом она его поцеловала.

И Брендан, сдавшись, поцеловал ее в ответ.

Только вот что странно. Когда Нора припала к его губам, и он сдался, его капитуляция вдруг придала ему сил.

Было такое ощущение, словно Нора каким-то образом поглотила все слезы, выплаканные им после того, как умер этот чертов кот Чарли. Она поглотила их, а теперь возвращала ему радость, заполняя пустоту в душе.

Энергия ее тела перетекала к Брендану. Он чувствовал себя выжженной землей, по которой течет вода.

Он ощущал себя открытым и свободным.

Он чувствовал, как становится таким, каким всегда хотел быть, и даже больше. Таким, каким даже не мечтал стать.

Приподняв Нору над полом, он прижал ее к груди.

Брендан наконец понял, для чего живет. Он осознал, чего ему не хватало всю жизнь, и почему после каждого сданного строительного объекта она чувствовал, как ему чего-то недостает.

Теперь он знает, что такое настоящий дом.

Это не здание, а люди, которые в нем живут.

Эпилог

Брендан сидел рядом с Норой в переполненной аудитории средней школы Хансена. Они терпели речи, каждая из которых была скучнее и длиннее предыдущей, и Брендан уже не сожалел, что Нора, самый знаменитый гражданин Хансена, не приняла приглашение выступить.

После того как она переименовала газетную колонку в «Рубрику Норы Андерсон», начали происходить удивительные вещи. В Интернете создали блог, посвященный этой новости. В Сеть выложили все заметки Норы, и блог был самым читаемым в течение восьми месяцев подряд. А потом она начала готовить радиошоу.

Как самого знаменитого гражданина Хансена, Нору попросили произнести речь на вручении аттестатов в средней школе.

Но она отказалась. Сегодня торжественный день для Люка, а не для нее. Брендан испытывал огромное облегчение по этому поводу, ибо боялся, что их ребенок решит появиться на свет во время выступления Норы, и им придется быстро уйти.

Они уже давно продали дом Брендана.

Они купили участок земли рядом с домом Норы, как только появилась такая возможность. Они проектировали новый дом вместе. Дом был не самым большим и шикарным проектом Брендана.

И все же в доме был некий секрет, делающий его не просто совокупностью досок и камней. Дом был наполнен смехом, атмосферой товарищества и исцеления. В дом переселились Лафайет, и Игги, и собака с тремя лапами, которая откликалась на кличку Долговязый Джон Сильвер. Там же жил потомок Валентина Амур и кот Рейнджер. Около дома находилось небольшое пастбище, на котором паслись две овцы Бо и Пип и ослик по кличке Буррито.

Имущество Норы продали, а «Ковчег Норы» официально зарегистрировали как благотворительную организацию с советом директоров и армией волонтеров. Нора по-прежнему ходила в «Ковчег» посреди ночи, когда привозили больное животное, хотя ее не вызывали. Она всегда знала, когда следует прийти и чем помочь новому животному.

И чаще всего рядом с ней был Люк.

Начали зачитывать фамилии выпускников, которые поднимались на сцену.

Брендан подумал, что можно многое рассказать о детях, которые сейчас идут по сцене. Кто-то стеснителен. Кто-то дружелюбен. Кто-то обладает ужасным характером. По их походке можно судить о том, будут ли они амбициозными или станут почивать на лаврах, будут ли штурмовать высоты или просто поплывут по течению.

Нора тихонько вздохнула.

Брендан повернулся и посмотрел на нее, готовый в случае необходимости сорвать школьную церемонию, чтобы подхватить жену на руки и вынести ее за дверь.

Но она одарила его ободряющей улыбкой и положила его руку на круглый живот. Ребенок пнул ладонь Брендана, словно торопясь появиться на свет. Однажды их сын или дочь тоже выйдут на эту сцену. И по манерам их ребенка можно будет догадаться о том, каким его воспитали Брендан и Нора.

Брендан сознательно выбрал места у прохода. Он оглянулся и посмотрел на дверь, убедившись, что путь свободен, на случай, если понадобится выносить Нору.

Однако Нора и Люк заверили его, что сегодня ребенок не родится.

– Люк Кавилетти!

Брендан сосредоточенно посмотрел на сцену.

Год назад он предложил Люку взять его фамилию, но мальчик отказался. Ему не нужно менять фамилию, чтобы чувствовать себя любимцем семьи. Он хотел сохранить фамилию своего отца.

И вот Люк поднялся на сцену – сияющий от радости и с надеждой смотрящий в будущее. Брендан не ожидал, что испытает такой накал чувств. Он думал, что во время вручения аттестатов ему будет скучно и слишком жарко, поэтому внезапные эмоции застали его врасплох. Он не пытался ущипнуть за переносицу, сглотнуть или глубоко вздохнуть. Он просто дал волю чувствам, радуясь тому, что жив и испытывает истинную гордость.

Он помог воспитать этого молодого парня и сейчас наблюдал за ним сквозь пелену слез.

Краем глаза он увидел слезы радости и гордости, текущие по лицу Норы. Брендан убрал ладонь с ее живота, взял ее за руку и очень осторожно сжал.

Люк не стал тем, кем мечтала его видеть Нора, – популярным среди сверстников парнем, в доме которого полно друзей и часто проходят вечеринки.

Люк стал сильным, молчаливым, спокойным и уверенным в своих способностях человеком. Ни Нора, ни Брендан не удивились, когда этот юноша, прежде страшащийся больниц, заявил, что на деньги, завещанные ему Диди, выучится на доктора.

У Люка был такой же невероятный дар, как у его тети, которую называли целительницей. Но дар Люка был сильнее, сила его энергии была почти ощутима.

Когда Брендан впервые встретил Нору, она только что потеряла свою сестру и рассталась с женихом. Но, несмотря на это, она всегда приходила людям на помощь. Она воспитывала племянника. Она предоставила убежище погибающим и раненым животным.

Люк обладал такой же способностью подняться выше собственного горя и с пользой применить свой жизненный опыт. Он станет невероятно хорошим врачом.

А Брендан учился у них обоих. Жилой комплекс «Деревня на озере» был построен и начал заселяться. Людям там очень нравилось. Их признание стало для Брендана самой дорогой наградой. Но теперь он отлично понимал, почему прежние проекты не приносили ему удовлетворения.

Он пытался укрепить свое ущемленное эго за счет работы, и больше ничего.

И поэтому никакие похвалы и награды не вызывали у него радости.

Сейчас он проектирует новый жилой комплекс для родителей-одиночек с ограниченным доходом. Он не будет утилитарным или чрезвычайно простым. Жилой комплекс будет красивым.

Нора оказалась права. Он всегда воспринимал архитектуру только рассудком, не прислушиваясь к доводам сердца. И теперь он хочет создавать настоящие уютные дома.

Не только ради себя и Норы, но и ради их будущего ребенка и Люка.

Брендан построит дома для тех, кто боится мечтать. Для тех, кому не на что надеяться. Для брошенных, раздавленных обстоятельствами и испуганных людей.

Жилой комплекс «Мэри Грант Корт» будет носить имя его матери. Брендан взялся за работу с энтузиазмом. Каждое утро он просыпался, переполняясь энергией, торопился на работу и был счастлив. Он не подозревал, что можно быть таким счастливым.

Энергия перестала быть для него тайной. Вы видите проявление энергии в грозу. Вы активизируете энергию солнечного света, включая освещение. На планете Земля энергия присутствует во всем. Невидимые частицы материи двигаются так быстро, что создают иллюзию твердости.

И есть источник формирования энергии. Его существование окутано тайной. Энергия не избавляет от боли, а соединяется с ней. Она не изменяет жизненный опыт, а сливается с ним. Энергия проникает всюду и превосходит себя.

Потом она становится силой, которая может превратить груду пиломатериалов и бетон в благословенное место – дом.

Она становится силой, которая может исцелить.

Она становится силой, которая умеет воскрешать мертвых.

Ее называют по-разному. Брендан зовет ее любовью.

Он любит и любим, и нет на этом свете мужчины счастливее его.

Content

Колтер Кара
Маленькая колдунья

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог