Наталия Басовская

Ядвига, королева Польши

* * *

История средневековой Польши, да вообще Центральной и Восточной Европы, известна у нас значительно меньше западноевропейской. Вовсе не знаменита в России и королева Польши Ядвига.

А ведь в 1986 году римский папа польского происхождения Иоанн Павел II объявил Ядвигу блаженной, а в 1997-м провозгласил ее святой. И произнес замечательные слова: «Как долго ждала ты, Ядвига!».

Годы ее жизни – 1371–1399. Закат Средневековья, время выхода центральноевропейских народов на международную арену. Будущая королева, в которой этнически не было ничего польского, родилась в других краях и знала, как и многие другие европейцы, что Польша – далекая северная страна.

Ядвига стала светлым пятном в польской королевской истории. Надо сказать, что жизнь королевских дворов, если внимательно в нее всмотреться, обычно оказывается довольно неприглядной – мрачной, полной интриг, предательств и даже убийств. Из всего этого Ядвига была нравственным исключением.

Мать Ядвиги – Елизавета Боснийская, отец – венгерский король Лайош I Великий. При нем Венгрия, как пишут современники, «раскинулась от моря до моря, на берегах трех морей». Он происходил из французского королевского дома, был представителем анжуйской ветви Капетингов, так же, как английский монарх Генрих II Плантагенет. Это было чрезвычайно энергичное семейство, с XIII века занимавшее престол то в Южной Италии, то на Сицилии.

В 1268 году французский король Людовик IX, получивший заслуженное прозвище Святой, направил в Италию своего брата Карла Анжуйского. Мудрый монарх понимал, насколько опасно иметь рядом с собой взрослого брата без короны. Он позаботился о короне для родственника, ответив на призыв римского папы, соперничавшего со Священной Римской империей.

Французский «десант» победил в бою и казнил последнего законного отпрыска императорского дома Гогенштауфенов Конрадина. В Южной Италии утвердилась анжуйская династия. Один из представителей и стал в силу династических причин королем Венгрии.

В 1370 году возникла уния между королевствами Венгрии и Польши. Такое решение было вызвано внешней опасностью: обе страны окружены врагами, на них наступают Священная Римская империя германской нации, Франция, Великое княжество Литовское, Тевтонский орден. Последний сосед – самый страшный. Это теократическое государство Северной Европы стремительно расширяло свои владения. Отпор оно получило только в XV веке, в Грюнвальдской битве 1410 года. В 1385 году Венгрия вступила еще в одну унию – с Великим княжеством Литовским.

Родилась Ядвига на территории современной Словакии. Тогда эти земли были под властью Венгрии. Ничто не предвещало, что судьба девочки окажется такой значительной. Хотя у Лайоша I не было сыновей ни в первом, ни во втором браке, все равно Ядвига была третьей, младшей дочерью и не могла рассчитывать ни на какую корону.

Образование Ядвига получила неплохое – это было в традициях Анжуйского дома. Обучалась древним языкам, музыке, танцам.

Тем временем ее отец постоянно воевал. Он присоединил к королевству Далмацию (нынешняя Хорватия), сделал своими вассалами Болгарию, Боснию, Сербию и другие территории.

Европа все решительнее шла к тому, чтобы трон наследовался исключительно по мужской линии. Отсутствие сына становилось серьезной проблемой. Если в Венгрии на возможность женского наследования смотрели терпимо, то в Польше все было иначе. Там жили рыцарские традиции, и правительница-женщина не могла быть принята. Существовал даже юридический документ 1335 года о недопустимости наследования по женской линии.

Для Лайоша I было важно сохранить корону в своей семье. Это вполне естественное желание – и не только для средневекового монарха. Человек порой безумеет из-за нескольких квадратных метров, вообще из-за любой собственности – а здесь речь шла о власти над несколькими государствами!

Лайош знал горделивый нрав польской шляхты. Поэтому он приказал увезти польскую корону и спрятать в Венгрии. Чтобы, не дай бог, не короновали кого-нибудь другого. И такие попытки действительно были.

В 1374 году король добился, чтобы польский сейм одобрил документ под названием Кошицкий привилей. Согласно ему, польская шляхта, включая мелких рыцарей, получила те же привилегии, что и высшая знать. Так Лайош подкупил польскую знать. Более того, он снизил выплаты шляхты в пользу короны (что, конечно, же, осложнило жизнь крестьян). В общем, этот ласковый король сумел сделать так, чтобы сейм признал: после смерти монарха корона перейдет к его дочери.

Однако после смерти Лайоша в 1382 году скончалась от болезни и его старшая дочь Екатерина. Польское дворянство немедленно заявило, что в Кошицком привилее имелась в виду только она, а о других дочерях речь никогда не шла.

Кандидатура средней дочери Лайоша, Марии, решительно не устраивала поляков: жила она в Венгрии, а жених у нее был из Германии. Шляхта и мысли не допускала о том, чтобы власть досталась немцу.

И тогда вдова Лайоша Елизавета предложила на роль польской королевы младшую дочь – Ядвигу, которой было всего 13 лет. Сохранившиеся портреты не производят особого впечатления, но по средневековым представлениям она была абсолютной красавицей. Современники сравнивали ее даже с гомеровской Еленой Прекрасной. И специально ездили в Краков, чтобы на нее посмотреть. Может быть, внутренняя красота во все эпохи поражает не меньше, чем правильные черты лица?

Бедной девочке предстояло ехать не просто в неизвестную холодную страну – в Польше назревала гражданская война. В 1383 году часть высшей знати, несмотря на отсутствие короны, устроила «коронацию» аристократа князя Земовита Мазовецкого – человека зрелых лет, который состоял в отдаленном родстве с великой польской королевской династией Пястов. Короновали его патриархально – с громкими криками подняли высоко над собой. Так некогда монголы короновали Чингисхана, франки – Хлодвига.

Когда в бушующую Польшу собрались отправлять для законной коронации юную Ядвигу, Мазовецкий решил похитить ее и заставить выйти за него замуж. Но Елизавета, будто почувствовав неладное, в последний момент сказала: «Нет! Пусть пока едут только послы. Посмотрим, как их примут в Польше».

И только в 1384 году Ядвига прибыла в Краков и состоялась ее коронация. Причем короновали девочку не как королеву, а как короля, называя ее по-латыни Rex.

Когда Ядвига воцарилась в Польше, самым острым стал вопрос о ее замужестве. В мировой истории женское правление обязательно сопровождается этим вопросом, немедленно приобретающим политическую значимость.

Надо сказать, что в возрасте семи лет Ядвига была обручена со своим ровесником, мальчиком княжеского (но не королевского!) рода Вильгельмом Австрийским. Это была попытка династическим путем отгородиться от опасности со стороны германских земель. Когда жениху было 16 лет, а невесте 13, Вильгельм прибыл в Польшу, чтобы реализовать запланированный брак.

Чаще всего династические союзы никак не связаны с человеческими чувствами. Но жених Ядвиги оказался красавцем с прекрасными манерами. А что еще требуется для первой пылкой любви?

Жених и невеста виделись фактически каждый день. Конечно, только в присутствии двора. Танцевали на балах, демонстрируя то, что у них было, – молодость, красоту и изящные манеры. И все более пылко любили друг друга.

А польские аристократы и воеводы размышляли тем временем о том, выгоден ли им этот брак. Австрия как одна из германских земель, со значительным славянским населением, мало их интересовала. Далеко еще было до могучей Австро-Венгерской империи.

Они уже подобрали для своей королевы другого жениха – правителя Великого княжества Литовского Ягайло. Он был старше Ядвиги на 21 год. Но разве это имеет значение для династического брака?

Ягайло был любимым сыном князя Ольгерта, внуком великого Гедимина. Мать Ягайло – Юлиана – русская тверская княжна Ульяна Александровна. Она так любила сына, что в детстве разрешила ему не учиться. Поэтому Ягайло не получил никакого образования и, по некоторым предположениям, вообще был неграмотен. Предполагается также, что Юлиана тайно крестила сына, рожденного в языческой Литве. Может быть, именно поэтому он потом, в Польше, спокойно принял католичество.

В борьбе за власть Ягайло убил своего дядю и, кажется, утопил тетю. А кузен Витовт – будущий герой Грюнвальдской битвы – успел убежать.

В 1380 году на Куликовом поле Ягайло должен был сражаться на стороне Мамая (будучи язычником, он ничего не имел против монголо-татар, видя опасность со стороны Тевтонского ордена). Но опоздал к началу битвы. Мы никогда уже не узнаем, сделал он это случайно или намеренно. Но пришел тогда, когда войска Мамая были разбиты. Это не помешало воинам Ягайло разграбить русские обозы и перебить раненых.

Впрочем, многие ужасающие сведения о Ягайло историки черпают из источников, оставшихся от его заклятых врагов – рыцарей Тевтонского ордена, поэтому к таким сообщениям надо относиться критически.

Для Ядвиги известие о том, что ее мужем станет Ягайло, было огромным потрясением. И дело не только в ее любви к Вильгельму Австрийскому. Девушка благонравная, воспитанная монахинями, она не понимала, как можно связать свою судьбу с человеком, не верующим во Христа. Заступиться за нее было некому: отец умер, мать не имела в Польше никакого авторитета.

Когда Вильгельм куда-то отлучился из Кракова, ворота города заперли – и обратно его уже не пустили. Предание гласит, что маленькая, хрупкая Ядвига выхватила у одного из стражников алебарду и своими слабыми, тонкими ручками пыталась разбить деревянные ворота. Бунт не удался. Единственное, чего смогла добиться Ядвига, – в Литву послали людей, которым было поручено посмотреть на Ягайло и рассказать, каков он. Ведь о нем ходили самые жуткие слухи. Например, что он ходит в шкурах. И даже что у него организм устроен не вполне по-человечески. Кстати, такие сомнения не были редкостью в Средние века. Так, в XV в., в конце Столетней войны, французский хронист Жуанвиль писал: «Говорят, что англичане вовсе не люди, и у них под одеждой есть хвосты».

Посланники оказались дельными. Сразу пошли с Ягайло в баню. Рассмотрели его внимательно и сообщили Ядвиге, что тело у него такое же, как у других.

В 1386 году Ягайло, которому было уже за 30, приехал в Польшу и женился на 13-летней Ядвиге. Это позволило ему стать польским королем под именем Владислав II. Условием брака и воцарения стало обязательство Ягайло обратить литовский народ в католическую веру. Вот почему польские священники, уговаривая Ядвигу согласиться на брак, объясняли ей, что это будет духовный подвиг.

Ягайло сдержал обещание: в 1387 году состоялось крещение Литвы – крестьянской, скотоводческой страны, тогда еще очень далекой от западноевропейской цивилизации. Обращение не было жестоким и кровавым.

Ядвига прибыла в Литву и приняла участие в торжествах по случаю крещения. Как благочестивая, искренне верующая католичка, она, вероятно, была счастлива.

После окончания торжеств Ядвига вернулась в Польшу, а Ягайло задержался в Литве. Прошло немного времени, и некто Гивош, придворный средней руки, написал донос, уличая королеву в супружеской неверности. Такое подозрение в ту эпоху могло погубить человека.

Ядвига проявила в этой ситуации несгибаемую твердость, что нередко бывает свойственно тихим и благонравным натурам. Она сообщила своему духовнику на исповеди, что, поскольку ее муж поверил беспочвенному доносу, она отныне порывает с ним супружеские отношения. Подобное решение было катастрофическим для короны, потому что исключало возможность появления на свет наследника. И церковь пошла на беспрецедентный шаг: был затеян публичный суд.

Ядвига сказала, что ей нечего бояться. И 12 юных шляхтичей объявили: каково бы ни было решение суда – они станут сражаться за честь королевы. Это означало, что общественное мнение еще до приговора склонилось на сторону Ядвиги.

Допросы доносчика показали, что у него не было никаких аргументов. Он должен был понести наказание за клевету. И Ядвига предложила, чтобы, согласно древнему славянскому обычаю, он залез под стол или под лавку, прокричал оттуда: «Я – клеветник! Я – пес поганый!», – и залаял. Так и поступили. Карьера придворного была на этом закончена. Но Гивош остался жив и здоров.

Ягайло же немедленно заявил, что раскаивается и не должен был верить навету. Он даже ненадолго оделся в черное и строго постился, что явно шло на пользу его здоровью: он был полноват.

Примирение супругов состоялось, отношения возобновились. Значит, была и надежда на рождение наследника.

Ядвига и Ягайло были очень разными людьми. Для нее лучшим досугом было чтение. А с годами ее все больше увлекала благотворительность. Муж посвящал свободное время охоте. Все знали, что обращаться к королю с какой-либо просьбой лучше после удачной охоты. В добром расположении бывал он и после бани. Любил слушать, как играют русские гусляры. При всем желании не удается обнаружить у королевской четы хоть каких-нибудь общих интересов.

В 1380-х годах Ядвига нашла себе необычное занятие, которое окончательно вписало ее имя в историю. Она обнаружила, в каком жалком состоянии находится созданный в 1339 году Краковский университет. Несколько десятилетий нестабильности в Польше привели к его обнищанию. Профессора оставались без заработка, студенты разбегались.

И Ядвига приняла удивительное решение – продать все свои фамильные драгоценности и пожертвовать средства на развитие университета. Она нашла в этом отдушину в своей беспросветной жизни с нелюбимым и чуждым супругом, без детей и вдали от родины.

Сейчас знаменитый Краковский Ягеллонский университет носит имя не Ядвиги, а Ягайло. Дело в том, что формально все решения принимал именно он. Но на стене одного из университетских зданий есть доска с прелестным женским профилем и текстом, рассказывающим о той роли, которую сыграла королева Ядвига в судьбе этого университета, одного из старейших в Европе и одного из лучших и по сей день.

Только через 12 лет брака у Ядвиги и Ягайло родилась дочь. С учетом Кошицкого привилея это было не так уж и плохо. Но девочка прожила только месяц. В средневековой Европе была высочайшая детская смертность, в том числе и в королевских семьях. Чаще всего почему-то умирали первенцы. Лечить тогда практически не умели. Главная забота была – скорее окрестить, чтобы ребенок, не дай бог, не умер некрещеным.

Потрясенная потерей, Ядвига не могла больше жить. Она угасла следом за дочерью. Королева прожила еще около двух месяцев и, зная, что умирает, успела завещать все, что у нее осталось, беднякам.

Ягайло после ее смерти сначала очень убивался, но потом женился еще три раза – на знатных польках. От этих браков у него было шесть детей. Сын от последней жены, Владислав, стал его наследником. Прожил Ягайло 82 года – редкость для той эпохи.

Он оказался достаточно умен, чтобы примириться с чудом уцелевшим двоюродным братом Витовтом, который стал героем Грюнвальдской битвы 1410 года, сокрушившей Тевтонский орден. Сам Ягайло тоже был на Грюнвальдском поле. Его пешее литовское войско в начале битвы разбежалось. А вот приведенные Витовтом смоленские полки (значительная часть русских земель была под властью Великого княжества Литовского) стояли насмерть. Зная, что впереди озеро, Витовт нагнал там литовских пехотинцев, перестроил и пригнал обратно. Над полем пронеслось: «Литва возвращается!». Это было счастье и во многом залог победы.

Борьба против Ордена велась под знаком того, что тевтонские рыцари предали христианские идеи, погрязли в жадности и вели неправедный образ жизни. Как знать, может быть, сражаясь против них, Ягайло вспоминал чистую, глубоко верующую Ядвигу – воплощение всего лучшего, что есть в христианском учении… Хронисты рассказывают, как тогда было принято, о многочисленных пророческих видениях перед Грюнвальдской битвой: например, многие видели появившийся на небе крест. А перед Ягайло, наверное, предстал нежный образ его почти неземной, трагической королевы Ядвиги.

Content

Наталия Басовская
Ядвига, королева Польши