Виктор Конев

Бермудский треугольник и другие загадки морей и океанов

Введение

Мировой океан таит множество неразгаданных загадок. Его глубины манят человека испокон веков, люди стремятся раскрыть его тайны, но по сей день океан — самая малоизученная область земного шара. О том, что находится под многокилометровыми толщами воды, точно не знает никто. В неизведанных глубинах океана — необычные животные, огромные чудовища, опасные водовороты, коварные течения и глубокие желоба, подводные горы и холмы, кораллы, затонувшие корабли и ушедшие под воду острова, а, может быть, даже неизвестные науке расы — целый мир, который еще предстоит открыть и изучить.

Современные ученые выдвигают гипотезу о том, что Земля и океан — это живые существа: ведь жизнь зародилась в воде, и именно вода составляет большую часть земного шара и всех его обитателей. Это самое простое и самое таинственное вещество. Вода обладает памятью и может реагировать на окружающее, в каком бы состоянии — твердом, жидком или газообразном — она ни находилась.

В Японии провели эксперимент: над водой произносили разные слова с различными эмоциями, затем воду замораживали и под микроскопом изучали образовавшиеся кристаллы льда. Результат поразил исследователей и превзошел все их ожидания.

Вода, над которой произносились ласковые слова, слова благодарности или признания в любви, при замораживании образовала кристаллы необыкновенной красоты, гармонично расположенные по отношению к центру симметрии. Лед же, образовавшийся из воды, над которой кричали или ругались, под микроскопом выглядел некрасиво и несимметрично. Объясняется это тем, что любое слово, произнесенное человеком, любой звук имеет свою вибрацию, которая запоминается водой. Более того, вода умеет не только слышать, но и воспринимать мысли и чувства. Вода несет в себе всю информацию, с которой сталкивается.

Значит, океан — огромная масса воды — поистине кладезь неизведанного, тысячелетней человеческой памяти! А может быть, не только человеческой? Возможно, он помнит неизвестные, давно забытые народы, вымерших легендарных существ, пришельцев с других планет, события давно минувших дней, погребенные под слоем эпох?

С давних времен ходят легенды о таинственных обитателях морских глубин. Плавая по морям, люди сталкиваются с необъяснимыми природными явлениями, например свечением воды или появлением на поверхности странных световых пятен; видят необычных обитателей океана, порой сопровождающих шлюпки и корабли. Люди слышат странные шумы, которые исходят словно с морского дна, завороженно слушают истории о пропавших судах и экипажах, о грозных пиратах и их утерянных сокровищах. Настоящие робинзоны-романтики по собственной воле уходят жить на необитаемые острова и обретают счастье в гармонии с природой…

Готовя эту книгу, мы пользовались многими письменными и устными источниками, в том числе старинными легендами и преданиями. Кто знает, может быть, именно в них заключена разгадка? Может быть, наши далекие предки, чья жизнь зависела от капризов стихий, научились принимать их как должное и даже бороться с ними, а возможно, и подчинять их себе, и знали то, чего не знаем мы? Может быть, тысячелетия назад люди были мудрее нас?

Как бы то ни было, человечеству еще предстоит разгадать все тайны океана. Но, наверное, за каждой разгаданной тайной появится другая, потом еще одна и еще… Процесс познания бесконечен, и это прекрасно!

Аномальные зоны

На нашей планете есть несколько загадочных зон, привлекающих пристальное внимание исследователей. Ученые полагают, что существует Пояс дьявола, который охватывает Землю: Бермудский треугольник, гибралтарский клин, афганская аномальная зона, гавайская аномальная зона и море Дьявола. Все эти зоны расположены вдоль тридцатого градуса северной широты, на равном расстоянии друг от друга. В 1968 году известный американский гидробиолог и исследователь А. Т. Сандерсон впервые выдвинул идею о том, что аномальные зоны связаны между собой. Многие ученые согласны с этим мнением.

В геопатогенной зоне можно заметить странные, необычные, не поддающиеся логическому объяснению явления. Например, здесь почти нет растений и животных, человек приходит в подавленное состояние, начинает ощущать безотчетный страх, даже панику, кроме того, нарушается течение и восприятие времени.

Причин появления аномальных зон точно не установлены. Предполагают, что их могут спровоцировать, например, глубокие разломы в кристаллических породах земли, а также магнитные аномалии.

Бермудский треугольник

Бермудский треугольник — район в Атлантическом океане, ограниченный Флоридой и Бермудскими островами, Пуэрто-Рико и Багамами, — знаменит таинственными, мистическими исчезновениями морских и воздушных судов. Многие годы он наводит настоящий ужас на население земного шара — ведь истории о необъяснимых катастрофах и кораблях-призраках у всех на слуху.

Район Бермудского треугольника очень сложен для навигации: здесь большое количество отмелей, часто зарождаются циклоны и штормы.

Многочисленные исследователи пытаются объяснить аномалию Бермудского треугольника. В основном это теории похищений судов пришельцами из космоса или жителями Атлантиды, перемещения через дыры во времени или разломы в пространстве и другие паранормальные причины. Ни одна из этих гипотез пока не получила подтверждения.

Противники «потусторонних» версий утверждают, что сообщения о таинственных событиях в Бермудском треугольнике сильно преувеличены. Морские и воздушные суда пропадают и в других районах земного шара, иногда бесследно. Неисправность радио или внезапность катастрофы может помешать экипажу передать сигнал бедствия. Кроме того, поиск обломков в море — очень непростая задача.

Бермудский треугольник называют также «дьявольское море», «кладбище Антлантики», «море вуду», «море проклятых».

Предложена гипотеза, объясняющая внезапную гибель судов и самолетов выбросами газа — например, в результате распада гидрата метана на дне моря, когда плотность понижена настолько, что корабли не могут держаться на плаву. Некоторые предполагают, что поднявшись в воздух, метан может вызвать также крушение самолетов — например, из-за понижения плотности воздуха.

В 70-х годах прошлого века тираж книги Чарльза Берлица «Бермудский трегольник» достиг почти 20 миллионов экземпляров. Так бермудский треугольник «попал в руки» очень широкой читательской аудитории. И только тогда к нему пришла истинная слава.

Высказывалось мнение, что причиной гибели некоторых судов, в том числе и в Бермудском треугольнике, могут быть так называемые блуждающие волны, которые могут достигать в высоту 30 метров. Предполагается также, что в море может генерироваться инфразвук, который оказывает воздействие на членов экипажа судна или самолета, вызывая панику, в результате чего люди покидают судно.

Рассмотрим природные особенности этого региона — действительно чрезвычайно интересного и необычного.

Площадь бермудского треугольника составляет чуть более миллиона квадратных километров. Здесь огромные мелководья и глубоководные впадины, шельф с мелководными банками, материковый склон, краевые и срединные плато, глубокие проливы, абиссальные равнины, глубоководные желоба, сложная система морских течений и запутанная атмосферная циркуляция.

В бермудском треугольнике есть несколько подводных гор и холмов. Горы покрыты мощными коралловыми рифами. Некоторые подводные горы возвышаются на дне океана в одиночку, другие образуют группы. В Атлантическом океане, кстати, их значительно меньше, чем в Тихом.

Здесь располагается желоб Пуэрто-Рико — самая глубокая часть Атлантического океана. Его глубина 8742 метров.

Подо дном бермудского треугольника находятся в основном осадочные породы — известняки, песчаники, глины. Толщина их слоя колеблется от 1–2 до 5–6 километров.

Меньшая (южная) часть треугольника относится к тропическим морям, большая (северная) — к субтропическим. Температура воды на поверхности колеблется здесь от 22 до 26 °C, но на мелководье, а также в заливах и лагунах может быть и значительно выше. Соленость вод лишь немного превышает средние показатели — кроме, опять-таки, мелководий, заливов и лагун, где соленость может возрасти. Воды здесь заметно теплее, чем в других частях океана на тех же географических широтах, поскольку именно здесь течет теплый Гольфстрим.

Течение в Бермудском треугольнике быстрое, затрудняет либо тормозит движение судов, плывущих против него; оно пульсирует, меняет скорость и местоположение, причем изменения абсолютно невозможно прогнозировать; оно создает воздействующие на погоду нерегулярные вихри, некоторые из них обладают значительной силой. На границе его теплых вод с более холодными окружающими водами часты туманы.

В пределах бермудского треугольника находится ядро циркуляции водных масс Атлантического океана.

Над треугольником дуют пассаты — постоянные ветры, дующие в Северном полушарии в юго-западном направлении, на высоте до 3 километров. На больших высотах в противоположном направлении дуют антипассаты.

В южной части треугольника, примерно между Флоридой и Багамскими островами, в году примерно 60 штормовых дней. По сути, каждый пятый-шестой день случается шторм. Если двигаться на север, в сторону Бермудских островов, то число штормовых дней в году возрастает, то есть шторм бывает уже каждый четвертый день. Очень часты разрушительные циклоны, ураганы, а также торнадо.

Все это способствует тому, что в Бермудском треугольнике пропадает множество морских и воздушных судов. Может быть, причина не такая уж мистическая? Но с уверенностью утверждать это нельзя, так как остается очень много необъяснимых загадок.

В Бермудском треугольнике исчезает ОЧЕНЬ много судов и самолетов, хотя в момент катастрофы почти всегда хорошая погода. Суда и самолеты погибают внезапно, экипажи о неполадках не сообщают, сигналов бедствия не посылают. Обломки самолетов и судов обычно не находят, хотя поиски ведутся интенсивные, с привлечением всех соответствующих служб.

Часто Бермудскому треугольнику приписывают катастрофы, в реальности случившиеся далеко за его пределами.

Как бы то ни было, вот самые известные жертвы Бермудского треугольника.

«Розали»

В августе 1840 года неподалеку от столицы Багамских островов Нассау было обнаружено французское судно «Розали», дрейфовавшее с поднятыми парусами без экипажа. Судно не имело никаких повреждений и было вполне пригодно к плаванию. Все выглядело так, словно команда покинула «Розали» несколько часов назад.

«Белла»

Эта история — одна из самых загадочных. В 1854 году судно «Белла», следовавшее из Южной Америки, в порт назначения не попало. «Белла» исчезла бесследно посреди океана вместе со всей командой.

«Мэри Селест»

«Мэри Селест», бригантина длиной 103 фута и водоизмещением 282 тонны, была обнаружена в 800 километрах к западу от Гибралтара 4 декабря 1872 года грузовым судном «Деи Гратиа». «Мэри Селест» под командованием капитана Бриггса вышла из Нью— Йорка 7 ноября 1872 года и взяла курс на Гибралтар. Капитан «Деи Гратиа» Морхауз рассказывал, что, увидев «Мэри Селест» в океане, идущую под парусами по ветру, но странными зигзагами, он заподозрил неладное, приказал матросам спустить шлюпку и выяснить, что происходит на бригантине. Судно оказалось абсолютно пустым, без всяких повреждений. Груз остался нетронутым, спасательные шлюпки были на палубе, в кают-компании был накрыт стол. На нем были хлеб, масло, яйца, чашки с недопитым кофе. На столике штурмана стояла бутылка с маслом. На стене висела сабля со следами крови. Пятна крови были и на других предметах, даже на парусах.

Последняя запись в бортовом журнале, датированная 24 ноября, отмечала местонахождение «Мэри Селест» — 160 километров к западу от Азорских островов. А одиннадцать дней спустя покинутое судно было обнаружено в 700 километрах к востоку от них.

Капитан «Деи Гратиа» Морхауз взял «Мэри Селест» на буксир и привел ее в Гибралтар. После длительных проволочек он получил небольшое вознаграждение за спасение судна. Как и полагалось в таких случаях, заседал суд, но выяснить ничего не удалось. Вскоре после этого стали распространяться самые невероятные слухи. Капитана Морхауза обвиняли в пиратстве, в том, что он напал на «Мэри Селест», а потом получил премию за «спасение» судна.

Уильям А. Ричард, тогдашний министр финансов США, написал открытое письмо, которое было опубликовано на первой странице газеты «Нью-Йорк Таймс» 23 марта 1873 года. В нем говорилось: «Обстоятельства дела вызывают весьма мрачные опасения, что капитан судна, его жена, дочь и, возможно, старший помощник были убиты озверевшими от выпивки матросами, которые, по-видимому, получили доступ к бочкам со спиртными напитками. Судя по всему, судно было покинуто экипажем в период между 25 ноября и 4 декабря, и, что с экипажем произошло дальше, неизвестно… Либо он был спасен другим судном, либо, что более правдоподобно, погиб в море…»

Весьма популярной была версия о массовом безумии, охватившем экипаж и заставившем его кинуться в воду. Писали о воздействии инфразвука, о том, что из-за него моряки впали в бредовое состояние.

Случай с «Мэри Селест» вновь привлек внимание спустя много лет. В 1910 году объявился человек, утверждавший, будто он единственный член экипажа «Мэри Селест», которому удалось спастись. По его словам, дело было так: капитан якобы вызвал старшего помощника на состязание — кто быстрее проплывет вокруг судна. На них напала акула, и оба погибли. Погибли и моряки, наблюдавшие за состязанием из шлюпки, которую перевернула волна. Эта абсолютно невероятная версия привлекла, тем не менее, множество сторонников.

«Аталанта»

31 января 1880 года от Бермудских островов отошло британское учебное парусное судно «Аталанта», на борту которого было 290 офицеров и курсантов. По пути в Англию оно исчезло, не оставив следов.

Этот случай был в центре внимания общественности, о нем ежедневно писала «Таймс», причем даже спустя многие месяцы после исчезновения парусника. Лоуренс Д. Куше опубликовал в своей книге отрывки из газетных статей, официальные сообщения Британского адмиралтейства и даже свидетельства двух моряков, согласно которым «Аталанта» была судном весьма неустойчивым и со своими 109 тоннами воды и 43 тоннами балласта на борту легко могла перевернуться и утонуть даже во время несильного шторма. Ходили слухи, что в экипаже имелось только два более или менее опытных офицера, которые были вынуждены остаться на Барбадосе, поскольку заболели желтой лихорадкой. Следовательно, на судне плыли 288 неопытных моряков.

Анализ метеорологических данных подтвердил, что с начала февраля в районе Атлантического океана между Бермудскими островами и Европой бушевали сильные штормы.

Покинутая шхуна

В 1881 году английское судно «Эллен Остин» встретило в открытом океане покинутую шхуну, полностью сохранившую мореходные качества и лишь незначительно поврежденную. На шхуну перебралось несколько матросов, и оба судна взяли курс на Сент-Джонс, расположенный на острове Ньюфаундленд. Вскоре опустился туман, и суда потеряли друг друга из виду. Через несколько дней они вновь встретились, и снова на шхуне не было ни одной живой души. Капитан «Эллен Остин» хотел высадить на шхуну еще один небольшой спасательный экипаж, но моряки категорически отказались, утверждая, что шхуна проклята.

Барк «Фрея»

20 октября 1902 года в океане было обнаружено немецкое торговое четырехмачтовое судно «Фрея», покинутое экипажем.

Барк вышел 3 октября из Мансанильо на Кубе, направляясь в Чили. Судно было обнаружено поврежденным, на календаре в каюте капитана значилось 4 октября.

Джошуа Слокам

Джошуа Слокам, сумевший первым в истории человечества в одиночку под парусом обойти вокруг земного шара, трагически погиб 10 ноября 1909 года, совершая сравнительно короткий переход от острова Мартас-Виньярд к берегам Южной Америки — через бермудский треугольник.

Никто не знает наверняка, что с ним случилось, хотя недостатка в догадках и версиях не было. Существуют «достоверные» свидетельства некоторых моряков, которые и после роковой даты видели живого и невредимого Слокама в различных портах мира. Важно отметить, что катастрофа произошла в прибрежных водах, где всегда интенсивное движение и где яхта вполне могла перевернуться при столкновении с большим кораблем. Такие происшествия случаются довольно часто, и команда крупного судна, как правило, не ощущает при этом даже толчка. Эдвард Роу Сноу в своей книге «Загадочные события у берегов Новой Англии» уверяет, что на яхту наскочил почтовый пароход водоизмещением около 500 тонн. «Делом» Слокама занимался даже суд, разбиравший самые различные свидетельства. По показаниям сына Виктора Слокама, отец был в блестящей форме, а яхта практически непотопляема.

Высказывалось даже предположение, безоговорочно принятое некоторыми «знатоками», что Джошуа Слокам якобы не был счастлив в браке и поэтому инсценировал катастрофу, чтобы скрыться и провести остаток своих дней в уединении.

«Циклоп»

4 марта 1918 года от острова Барбадос отошло грузовое судно «Циклоп» водоизмещением 19 600 тонн, на борту которого было 309 человек и груз марганцевой руды. Судно имело в длину 180 метров и было одним из самых крупных в военно-морском флоте США. Оно направлялось в Балтимор, но туда так и не прибыло. Оно ни разу не послало сигнала «SOS» и не оставило никаких следов. Поначалу предполагали, что судно могло быть торпедировано немецкой подводной лодкой, но в то время немецких подводных лодок там не было. По другой версии, корабль наскочил на мину. Однако и минных полей здесь не было.

Министерство военно-морского флота США после тщательного расследования опубликовало заявление: «Исчезновение “Циклопа” является одним из самых крупных и наиболее трудноразрешимых случаев в анналах военно-морского флота. Точно не установлено даже место катастрофы, неизвестны причины несчастья, не обнаружено ни малейших следов судна. Ни одна из предложенных версий катастрофы не дает удовлетворительного объяснения, при каких обстоятельствах оно пропало». Президент Вудро Вильсон сказал, что «только Бог и море знают, что произошло с кораблем». А один журнал написал статью о том, будто бы из морских вод вынырнул огромных размеров кальмар и увлек судно в морскую пучину.

В 1968 году водолаз военно-морских сил Дин Хейвз, входивший в состав команды, занимавшейся поисками пропавшей атомной подводной лодки «Скорпион», обнаружил на глубине 60 метров в 100 километрах к востоку от Норфолка корабельный остов. Рассматривая впоследствии фотографию «Циклопа», он уверял, что на дне лежал именно этот корабль. В 1974 году остов судна был обнаружен вновь водолазом Дугласом Армстронгом. Почти наверняка речь идет о «Циклопе».

«Циклоп» затонул во время сильного шторма, причем не 4 марта, а лишь 10-го.

«Кэрролл А. Диринг»

Пятимачтовая шхуна «Кэрролл А. Диринг» была обнаружена в январе 1921 года на отмели Дайамонд Шоулз. Она не имела никаких повреждений, паруса были подняты, на столах стояла еда, но на борту не оказалось ни одной живой души, если не считать двух кошек.

Экипаж «Диринга» состоял из 12 человек. Никого из них обнаружить не удалось, и до сих пор неизвестно, что с ними случилось. 21 июня 1921 года в море была выловлена бутылка с запиской, которая, предположительно, могла быть брошена кем-то из членов экипажа: «Мы в плену, находимся в трюме и закованы в наручники. Как можно скорее сообщите об этом в правление компании». Страсти разгорелись еще больше, когда жена капитана якобы узнала почерк судового механика Генри Бейтса, а графологи подтвердили идентичность почерка на записке и на его бумагах. Но спустя некоторое время обнаружилось, что записка подделана, и в этом даже признался сам автор. Судебное расследование, однако, выявило важные обстоятельства: 29 января шхуна проходила мимо маяка на мысе Лукаут, штат Северная Каролина, и подавала сигналы о том, что попала в опасное положение, так как потеряла оба судовых якоря. Потом шхуну увидели к северу от маяка еще с одного судна, при этом она вела себя довольно странно. Метеорологические сводки на начало февраля содержат указания на сильный шторм у побережья Северной Каролины с ветрами, скорость которых достигала 130 километров в час.

«Раифуку-мару»

Слова отчаяния, прозвучавшие по радио с японского судна «Раифуку-мару», стали впоследствии одним из символов невыразимого коварства бермудского треугольника. «Это как удар кинжалом! Скорее на помощь!» Последовали неразборчивые сдавленные выкрики на японском языке. На кораблях, принявших это сообщение, недоумевали: что могло угрожать такому большому судну в тихую погоду?

Больше «Раифуку-мару» и его экипаж никто не видел.

«Котопакси»

29 ноября 1925 года судно «Котопакси» вышло из Чарлстона с грузом угля и взяло курс на Гавану. Проходя через центр бермудского треугольника, оно исчезло, не оставив ни малейшего следа и не успев послать сигнал «SOS». Ни обломки судна, ни экипаж не были обнаружены.

«Судуффко»

Грузовое судно «Судуффко» вышло из Порт-Ньюарка, штат Нью-Джерси, и, взяв курс на юг, бесследно исчезло в бермудском треугольнике. Представитель компании заявил, что оно исчезло, словно проглоченное гигантским морским чудовищем.

Судно отплыло из Порт-Ньюарка 13 марта 1926 года и взяло курс на Панамский канал. Портом его назначения был Лос-Анджелес. На нем был экипаж из 29 человек и груз весом около 4000 тонн, включая большую партию стальных труб. Судно двигалось вдоль побережья, но уже на второй день после отплытия с ним была потеряна связь. Поиски судна продолжались целый месяц, но не было обнаружено ни малейшего следа. Правда, метеорологические сводки и показания капитана лайнера «Аквитания», шедшего тем же курсом навстречу «Судуффко», подтверждают, что через этот район 14–15 марта проходил тропический циклон.

«Джон энд Мэри»

В 50 милях к югу от Бермудских островов греческая шхуна «Эмбиркос» обнаружила двухмачтовое судно «Джон энд Мэри». Судно оказалось брошенным, экипаж его загадочным образом исчез.

«Ла Дахама»

Неподалеку от Бермудских островов пароход «Ацтек» обнаружил судно «Ла Дахама» со сломанными мачтами, покинутое экипажем. На палубе было достаточно продовольствия и питьевой воды, спасательные шлюпки были на месте.

Капитан «Ацтека» сделал запись в судовом журнале и продолжил путь в Англию. Там он сообщил о виденном им судне и узнал, что экипаж «Ла Дахамы» за несколько дней до того был спасен с тонущего судна итальянским пароходом «Рекс». А «Ла Дахама» будто бы тут же затонула.

Таким образом, «Ацтек» встретил таинственное судно-призрак, однажды уже затонувшее, а затем всплывшее вновь.

«Протеус» и «Нереус»

В конце ноября 1941 года от Виргинских островов отошло судно «Протеус», а несколько недель спустя — «Нереус». Оба судна направлялись в Норфолк, но ни одно из них не прибыло к месту назначения, оба исчезли при загадочных обстоятельствах. США были заняты нападением японцев на Перл-Харбор и объявлением войны Японии, поэтому исчезновение судов не вызвало отклика. Изучение после войны архивов германского военно-морского флота показало, что «Протеус» и «Нереус» не могли быть потоплены подводными лодками.

«Рубикон»

22 октября 1944 года у берегов Флориды обнаружили судно без экипажа. Единственным живым существом на борту была собака. Судно было в отличном состоянии, если не считать пропавших спасательных шлюпок и порванного буксирного троса, свисавшего с носа корабля. Личные вещи членов экипажа также оставались на борту. Последняя запись в судовом журнале была сделана 26 сентября, когда судно находилось еще в порту Гаваны. «Рубикон», по-видимому, шел вдоль побережья Кубы.

19-е звено

5 декабря 1945 года в 14 часов 10 минут с авиабазы военно-морских сил в Форт-Лодердейле на Флориде в воздух поднялось звено бомбардировщиков-торпедоносцев, состоявшее из пяти самолетов типа «Эвенджер». Был запланирован учебный полет дальностью 160 миль на восток, 40 миль на север и обратно на базу. Во время полета необходимо было провести учебное бомбометание. Полет должен был длиться два часа.

Обычно экипаж «Эвенджера» состоял из трех человек, но в тот день в одном из самолетов он был неполным. Заболевший штурман остался на базе, что спасло ему жизнь. Остальные четырнадцать человек исчезли. Все приборы самолетов были в отличном состоянии, экипажи были снабжены самонадувающимися плотами и спасательными жилетами. Погода была отличная.

В 15 часов 45 минут, когда самолеты должны были приближаться к базе, командно-диспетчерский пункт получил странное сообщение:

— Состояние у нас аварийное, мы не видим землю, повторяю, мы не видим землю!

— Сообщите свои координаты! — запросил командно-диспетчерский пункт.

— Мы не можем определить наше местоположение, — ответил командир звена, лейтенант Тейлор. — Мы не знаем, где находимся, мы заблудились. На командно-диспетчерском пункте не могли понять, что произошло, ведь погода хорошая, видимость отличная.

— Держите курс на запад! — приказали звену.

Последовало долгое молчание, затем снова послышался голос лейтенанта Тейлора:

— Мы не знаем, где запад, все очень странно. Мы не можем определить направление, а океан выглядит не так, как обычно.

Диспетчеры были поражены. Даже если компас у командира неисправен, на запад лететь несложно, ведь впереди солнце. Но из сообщений было видно, что экипаж не мог ориентироваться по солнцу. В микрофоне слышались возбужденные голоса членов экипажа, звено по-прежнему держалось вместе. В 16 часов командир, очевидно охваченный паникой, передал управление другому пилоту. В 16 часов 25 минут новый командир вызвал базу:

— Мы не знаем, где находимся, возможно, в 220 милях северо-восточнее базы, скорее всего, мы…

Голос стал затихать, а потом и совсем исчез.

К взлету был подготовлен спасательный самолет типа «Мартин Маринер» с тринадцатью членами экипажа. Этот самолет был оснащен всеми спасательными средствами и мог совершить посадку на воду даже при очень высокой волне. Командно-диспетчерский пункт попытался сообщить 19-му звену, что им послана помощь, но ответа не получил. «Мартин Маринер» передал по радио несколько сообщений, подтвердил, что приближается к району местонахождения 19-го звена, но пока ничего не обнаружил.

Была объявлена общая тревога, на поиски отправлялись самолеты и морские суда. В 19:04 диспетчер принял слабый прерывавшийся сигнал: «FТ… FT…» Это были позывные 19-го звена — но горючее у него должно было кончиться еще два часа назад!

На следующий день поиски «Эвенджеров» и «Мартина Маринера» осуществляли 300 самолетов и 21 судно. Поиски продолжались несколько недель в Атлантическом океане и Мексиканском заливе.

Этот случай неоднократно подвергался самому тщательному анализу. Следственная комиссия изучила все возможные варианты и составила отчет на 400 страницах. Все переговоры между командно-диспетчерским пунктом и командиром звена были зафиксированы. Были опрошены диспетчеры военных баз в Форт-Лодердейле, Банана-Ривер, Порт-Эверглейдсе и Майами.

Один из членов следственной комиссии военно-морских сил США заявил: «Исчезли так загадочно, как будто улетели на Марс».

Отчет следственной комиссии содержит 56 пунктов. Пункт 37 подтверждает тот факт, что в момент вынужденной посадки, в 19 часов 4 минуты, 19-е звено находилось над морем к востоку от Флориды. В пункте 38 говорится, что море было неспокойным. В отчете также анализируются причины, приведшие к потере ориентировки. Изучение переговоров между базой и командиром звена, а также между пилотами позволяет сделать вывод, что командир Тейлор неверно определил местоположение звена — южнее Форт— Лодердейла, где-то над островами Флорида-Кис, куда, как он предполагал, их снесло северо-восточным ветром. В действительности звено находилось над Багамскими островами, практически там, где они и должны были находиться согласно программе полета. Вместо правильного поворота на запад лейтенант Тейлор решил лететь на север, чтобы попасть в Форт-Лодердейл с юга. В результате звено ушло на восток, в просторы Атлантического океана, с ограниченным запасом топлива. В отчете комиссии указывалось, что свою роль сыграла и воинская дисциплина. Ведь некоторые пилоты не соглашались с действиями командира, однако вынуждены были подчиниться его решению.

Как и большинство описываемых случаев, этот тоже имел свое продолжение много лет спустя. Р. Маркс в статье «Бермудский треугольник: тайна или миф», опубликованной в журнале «Аргосы» в феврале 1974 года, то есть спустя 29 лет после случившегося, пишет, что он опрашивал свидетелей и ему удалось установить один любопытный факт. Оказывается, Тейлор буквально накануне вылета просил заменить его. Просьба не была удовлетворена, поскольку Тейлор не назвал причины, по которой не хотел лететь. Л. Куше в своих поисках пошел дальше и нашел лейтенанта А. Куртиса, бывшего в то время прямым начальником Тейлора, который подтвердил сказанное Р. Марксом.

Что касается поискового самолета «Мартин Маринер», то нет никаких сомнений в том, что он погиб в результате взрыва. Такие самолеты называли летающими цистернами, так как их недостатком была утечка паров бензина и достаточно было искры или зажженной сигареты, чтобы произошел взрыв.

«Сити Белл»

5 декабря 1946 года в море была обнаружена шхуна без экипажа. Она следовала курсом из столицы Багамских островов Нассау на один из островов архипелага — Гранд-Терк. На судне все было в порядке, спасательные шлюпки находились на своих местах, только экипаж бесследно исчез.

«Летающая крепость»

Американский самолет «B-17g», именуемый «Летающая крепость», исчез при загадочных обстоятельствах примерно в 100 милях от Бермудских островов. Расследование показало, что самолет мог быть разрушен мощным восходящим потоком воздуха вблизи фронта кучево-дождевых облаков.

Брошенная яхта

Известный жокей Эл Снайдер и двое его друзей поставили свою яхту «Дрифтвуд» на якорь у отмели Санди-Ки у южной оконечности Флориды, пересели в небольшую моторную лодку и вышли в море порыбачить. Обратно они не вернулись. Организованные спасательные работы не принесли результатов. Лишь в 90 километрах от Санди-Ки была найдена пустая моторная лодка. Поиски продолжались несколько недель, поскольку жена Эла Снайдера обещала награду в 15 тысяч долларов тому, кто обнаружит хоть какие-нибудь следы. Но безрезультатно.

«Дакота»

28 декабря 1948 года на рассвете самолет «Дакота», летевший из Сан-Хуана (Пуэрто-Рико) в Майами, внезапно исчез перед самой посадкой. Рано утром, в 4 часа 13 минут, когда уже показались огни Майами, командир вышел на связь с аэродромом, передал, что на борту все в порядке, и попросил разрешения на посадку. Затем что-то произошло, но настолько быстро, что пилот не успел даже послать сигнал бедствия. Диспетчер передал инструкции для захода на посадку, но пилот не ответил, самолет исчез. Спасательные работы начались через несколько часов, но никаких следов самолета найдено не было, не обнаружили и скопления акул или барракуд, которые обычно появляются на месте катастрофы. Нигде не нашли ни масляных пятен, ни обломков.

Причины аварии расследовала специальная комиссия. 27 декабря самолет совершил посадку на аэродроме Исла-Гранде в Сан-Хуане. При этом у него обнаружились трудности с выпуском шасси. Этот факт отражен в рапорте командира Линквиста. Вылет из Сан-Хуана задержался, необходимо было заменить аккумуляторные батареи. Стартовав, пилот сделал несколько кругов над аэродромом, чтобы убедиться в отсутствии неполадок. В 4 часа 13 минут утра экипаж в последний раз вышел на связь. Сообщение было зафиксировано и на диспетчерском пункте в Новом Орлеане. Но у самолета не было связи с Майами, и командир не мог сообщить, что он видит огни города. Он сообщил, что находится в 50 милях от Майами, но эта цифра могла быть весьма приблизительной.

Комиссия пришла к выводу, что штурман неправильно определил координаты и самолет сделал посадку на воде где-то у берегов Флориды. В этом случае мог быть поврежден фюзеляж, и самолет затонул.

Что касается замечания, будто обломки самолета легко отыскать на мелководном шельфе, то в этих местах течение Гольфстрим имеет наибольшую силу и обломки могли быть унесены на большую глубину.

«Сандра»

В июне 1950 года 120-метровое грузовое судно «Сандра», груженное 300 тоннами инсектицидов, вышло из Саванны (штат Джорджия) в Пуэрто-Кабельо (Венесуэла) и бесследно исчезло. Поисковая операция началась только после того, когда было установлено его шестидневное опоздание к месту прибытия.

Кстати, статья об этом случае, написанная журналистом Э. Джоунсом и опубликованная 16 сентября 1950 года, пробудила большой интерес к бермудскому треугольнику. Джоунс отметил, что «Сандра» является не единственным судном, которое здесь исчезло. Легенда о смертоносном треугольнике стала распространяться с невероятной скоростью.

«Супер-Констеллейшн»

Самолет американских военно-морских сил, на борту которого было сорок два человека, исчез севернее бермудского треугольника. Место катастрофы неизвестно, так как самолет не посылал сигнала бедствия. Поиски обломков ничего не дали. Не было опубликовано также никакого официального сообщения о катастрофе, поэтому исчезновение самолета можно отнести к разряду загадочных явлений.

В последний раз самолет вышел на связь, находясь в 480 километрах к востоку от североамериканского побережья. Более точные координаты катастрофы неизвестны. Поиски велись в довольно обширном районе, однако никаких результатов не дали.

«Саутерн Дистриктc»

В декабре 1954 года во Флоридском проливе исчез танкодесантный корабль «Саутерн Дистриктс», переоборудованный в грузовое судно для перевозки серы. Сигналы бедствия не были зафиксированы ни судами в море, ни береговыми станциями. Был найден только спасательный круг.

Судно «Саутерн Дистриктc» водоизмещением 3337 тонн шло из Порт-Салфер (штат Луизиана) с грузом серы в Бакспорт (штат Мэн). Пунктом назначения был Портленд. Капитан выходил на связь 3-го, а затем 5 декабря, находясь уже у побережья Флориды. На судне все было в порядке. 7 декабря его видели в штормовых волнах у Чарлстона. Комиссия, расследовавшая причины гибели «Саутерн Дистриктc», пришла к выводу, что судно погибло во время шторма из-за серьезных повреждений. Еще раньше, в 1951 году, такая же участь постигла судно «Саутерн Айлз». После двух катастроф все суда этого типа были отправлены на металлолом. Согласно заявлению специалистов, «Саутерн Дистриктс» было попросту «ржавым корытом» и для работы на нем было очень трудно найти матросов. Судно потерпело аварию в районе, где господствует Гольфстрим, превращающийся при северо-северо-восточном ветре, дующем против течения, в бурлящий поток, которого опасаются даже крупные суда.

Загадкой стало появление 2 января 1955 года неподалеку от Санди-Ки (штат Флорида) спасательного круга, принадлежавшего «Саутерн Дистриктс». Было совершенно непонятно, как он мог оказаться у берегов Флориды, то есть проплыть против Гольфстрима, если судно погибло севернее, у Чарлстона.

«Коннемара IV»

В сентябре 1955 года между Бермудскими и Багамскими островами была обнаружена яхта «Коннемара IV», на борту которой не было ни одной живой души.

Бомбардировщик «Мартин Марлин»

9 ноября 1956 года у Бермудских островов пропал морской бомбардировщик «Мартин Марлин». Экипаж не передавал по радио ничего чрезвычайного, о помощи не просил. Поиски оказались безрезультатными, следов самолета найти не удалось.

Яхта «Ривонок»

Гарвей Конновер, миллионер, издатель журнала «Эпоха парусного и авиационного спорта», считался одним из лучших яхтсменов в мире. Он трижды выигрывал широко известную регату на трассе от Майами до Нассау. Его яхта была построена и оборудована по последнему слову техники, управлял ею хорошо подготовленный экипаж из четырех человек. Яхта исчезла у побережья Флориды между Ки-Уэстом и Майами. Несмотря на интенсивные поиски, следов яхты и экипажа найти не удалось.

«КВ-50»

Шестимоторный воздушный танкер «КВ-50» с экипажем из девяти человек исчез вскоре после того, как взлетел с авиабазы «Лэнгли» (штат Виргиния). Сигнал бедствия был неясным и прерывистым. Были объявлены поиски, и в 460 километрах восточнее Норфолка в океане было обнаружено большое масляное пятно. Обломки самолета найдены не были.

«Марин Салфер Куин»

2 февраля 1963 года из Бомонта (штат Техас) вышло грузовое судно «Марин Салфер Куин» с экипажем из 39 человек. Оно направлялось в порт Норфолк (штат Виргиния), но туда так и не прибыло. Его груз — расплавленная сера при температуре выше 100 °C — размещался в специально оборудованном помещении и не мог стать причиной катастрофы. Утром 4 февраля, когда судно находилось в 400 километрах западнее Ки-Уэста, радист сообщил, что на борту все в порядке. С этого момента передатчик на судне замолчал и все попытки установить связь с судном были безрезультатны. Прошли три дня после того как «Марин Салфер Куин» должен был прибыть в Норфолк, и стало ясно, что судно погибло. Береговая охрана вынуждена была признать, что она не может назвать причину гибели судна, хотя и были найдены обломки корпуса и несколько спасательных жилетов.

Судно имело длину 150 метров, груз составлял 15 260 тонн. Суда, плывшие по той же трассе, сообщали о сильном шторме с силой ветра от б до 11 баллов по шкале Бофорта, что в сущности равно урагану. Высота волн превышала 5 метров. В последующие дни у Ки-Уэста было найдено множество обломков и различных предметов, в том числе спасательные жилеты, спасательные круги, доски, одежда моряков, буи. На предметах не было следов серы или пожара. Катастрофа, очевидно, произошла быстро, радисты даже не успели передать сигнал бедствия. Комиссия по расследованию обсудила все возможные варианты и признала, что причин катастрофы могло быть несколько, а именно: взрыв в грузовых танках; разрушение корпуса; переворачивание судна; взрыв перегретого пара при внезапном заполнении водой пустого пространства. Этот случай имел продолжение, поскольку вдовы моряков подали в суд на владельца судна. Судебная тяжба длилась довольно долго, и лишь в 1972 году Верховный суд признал, что судно находилось в аварийном состоянии. Всем родственникам погибших было выплачено 7 миллионов долларов.

«Сноу Бой»

В июле 1963 года исчезло 20-метровое рыболовное судно, совершавшее при ясной погоде переход от Кингстона (Ямайка) на острова Педро-Кис. На судне было сорок человек, о них больше никто ничего не слышал. Сообщалось, что были найдены обломки судна и предметы, принадлежавшие членам экипажа.

Самолеты «КС-135»

В среду 28 августа 1963 года с авиабазы «Хоумстед» на Флориде одновременно поднялись в воздух два самолета типа «КС-135». Последнее сообщение от них поступило около полудня, когда самолеты находились на расстоянии 1200 километров северо-восточнее Майами и 450 километров западнее Бермудских островов. В этом районе вскоре были найдены обломки, и было высказано предположение, что самолеты столкнулись в воздухе. Но на следующий день в 350 километрах от этого места были найдены обломки другого «КС-135». Поэтому объяснить катастрофу столкновением самолетов нельзя. Оба они погибли независимо друг от друга и в разное время.

«С-119»

Самолет «С-119» с десятью членами экипажа на борту исчез 6 июня 1965 года в районе Багамских островов, в 400 километрах к востоку от Майами. Он вылетел с авиабазы «Хоумстед» на Флориде и должен был совершить посадку на острове Гранд-Терк, но таинственно исчез. Так и не было установлено, где это произошло.

Авторы некоторых статей и сообщений утверждали, что самолет был захвачен летающей тарелкой. Именно в этот день, 6 июня, астронавт Макдивитт в космическом корабле «Джемини IV» пролетал над Карибским морем и увидел какой-то странный летающий объект. Астронавт сфотографировал его, и снимок был опубликован в американских газетах. Но когда позже официальные представители спрашивали Макдивитта о летающей тарелке, он отвечал, что ничего подобного не видел и не снимал. В связи с этим возможны два варианта: или все это вымысел журналистов, или НАСА запретила Макдивитту высказываться по этому поводу. Некоторые считают, что астронавт мог видеть спутник, но расчеты показали, что ни один из спутников в это время не пролетал над районом Карибского моря. Высказывалось также предположение, что это могла быть часть ракеты-носителя.

«Уичкрафт»

Загадочное исчезновение произошло в рождественские каникулы 1967 года. Два человека на небольшой яхте вышли из Майами-Бич на прогулку вдоль побережья. Говорят, они хотели полюбоваться праздничной иллюминацией города с моря. Вскоре они сообщили по радио, что натолкнулись на риф и повредили винт, опасность им не угрожает, но они просят отбуксировать их к причалу, и указали свои координаты: у буя № 7. Спасательный катер прибыл на это место через 15 минут, но не нашел никого. Была объявлена тревога, однако поиски не дали никакого результата, не были найдены ни люди, ни яхта, ни обломки — все исчезло без следа.

Подводная лодка «Скорпион»

Атомная подводная лодка «Скорпион» 21 мая 1968 года около полуночи сообщила на базу в Норфолке свои координаты. В это время она находилась неподалеку от Азорских островов, возвращаясь из Средиземного моря. Это было ее последнее сообщение. Подводная лодка исчезла.

В качестве возможных причин гибели лодки указывались диверсия, ошибки экипажа, столкновение с подводными горами, технические неисправности. Следственная комиссия составила отчет, но секретный, поэтому специалисты ознакомиться с ним не смогли. Лодку после интенсивных поисков обнаружили в октябре 1968 года в 600 километрах к юго-западу от Азорских островов. Ее сфотографировали со всех сторон, и снимки подтвердили, что это «Скорпион». Корпус лодки был цел, значит, взрыва не было.

Яхта «Тинмут Электрон»

10 июля 1969 года между Бермудскими и Азорскими островами была найдена тридцатиметровая яхта «Тинмут Электрон» без экипажа. Она принадлежала Дональду Кроухерсту, яхтсмену-одиночке, участнику многих состязаний. Вскоре появилось сообщение о том, что Кроухерст покончил жизнь самоубийством, прыгнув в море.

Это случилось во время кругосветной гонки, за несколько дней до финиша. Кроухерст лидировал и имел все шансы выиграть 5000 фунтов и Золотой глобус — приз газеты «Санди Таймс». Его тримаран был найден пустым в 1100 километрах к юго-западу от Азорских островов. Все вещи, однако, остались на своих местах. После тщательного изучения вахтенного журнала стало ясно, что Кроухерст был на грани нервного срыва. Он делал в дневнике ложные записи, изображая, что плывет вокруг света, а в действительности курсировал в южной части Атлантики. 1 июля 1969 года он сделал последнюю запись: «Так продолжать дальше не могу. 11 часов 20 минут 40 секунд». По всей вероятности, после этого он прыгнул в воду.

«Эль Кэриб»

15 октября 1971 года капитан грузового судна «Эль Кэриб», плывшего из Колумбии в Доминиканскую Республику, сообщил, что в порт назначения они прибудут в 7 часов утра на следующий день. После этого судно исчезло. Это был довольно крупный сухогруз, флагман доминиканского торгового флота, длина его составляла 113 метров.

Судно шло в порт Санто-Доминго с экипажем из тридцати человек. Оно было снабжено автоматической сигнальной системой, которая в случае аварии автоматически посылает в эфир сигнал бедствия. Судя по последнему сообщению, судно в момент исчезновения было в Карибском море, на значительном расстоянии от Санто-Доминго.

Танкер «В. А. Фогг»

В начале февраля 1972 года при загадочных обстоятельствах исчез в Мексиканском заливе танкер «В. А. Фогг». Танкер вышел из Фрипорта 1 февраля 1972 года. Он должен был отойти от берега на 80 км, промыть танки от остатков бензола и вернуться в Галвестон.

Были начаты поиски. Сначала нашли обломки, а затем и сам танкер, лежавший на глубине 30 метров. Самым таинственным было то, что водолазы нашли капитана, сидевшего в своей каюте и державшего в руке чашечку кофе (сильно разбавленного морской водой).

Однако официальная версия существенно отличается от легенды.

Танкер, найденный водолазами, был сильно поврежден. На подводных снимках видны рваные отверстия в корпусе судна, стенки изогнуты, а отдельные части разбросаны на большом расстоянии друг от друга. Водолазы нашли на судне тела погибших членов экипажа. Было найдено и тело капитана. Он был в форме, но без чашки кофе в руке, к тому же находился не в каюте, а в рулевой рубке. Над районом катастрофы 1 февраля пролетал тренировочный самолет, сообщивший, что в 40 километрах к югу от Галвестона видел грибовидное облако высотой около километра. Пилот подумал вначале, что это извержение подводного вулкана. Но в Мексиканском заливе нет проявлений подводной вулканической деятельности, поэтому единственным разумным объяснением появления в море облака является взрыв на судне.

«Норт Вэриент» и «Анита»

21 марта 1973 года из Норфолка в Гамбург вышло судно «Норт Вэриент» с грузом угля. Это был большой сухогруз водоизмещением 13 000 тонн, длиной 200 метров. Около полудня радист передал сигналы бедствия и сообщил, что судно тонет в 220 километрах к юго-востоку от Кейп-Мей (штат Нью-Джерси) и экипаж пересаживается в шлюпки. Бушевал шторм, волны достигали 15 метров в высоту, а ветер дул со скоростью 120 километров в час. В воздух поднялись поисковые самолеты, в море вышли спасательные суда. На указанное место первым прибыло судно «Киттуэйк», но не обнаружило ни «Норт Вэриента», ни шлюпок с экипажем.

Допуская, что координаты были указаны неправильно, поиски распространили на площадь 10 тысяч квадратных километров. Через три дня в 450 километрах восточнее Кейп-Ген-ри (штат Виргиния) был замечен матрос, норвежец Стейн Габриэльсен, проведший на плоту три дня без еды и питья. Матрос рассказал, что во время шторма ветер сорвал крышку люка, вода хлынула в трюм и потопила судно. Экипаж тем временем перебрался в шлюпки, но и они вскоре затонули.

Спустя пять дней затонуло еще одно норвежское судно, «Анита», бывшее точной копией «Норт Вэриента». Оно тоже направлялось в Гамбург. Но его гибель была настолько быстрой, что экипаж не успел даже передать сигнал бедствия. Через пять дней был найден спасательный круг с надписью «т/х «Анита»».

Рыболовное судно «Линда»

В октябре 1973 года исчезло американское рыболовное судно «Линда». После этого береговая охрана США запретила проход судов через бермудский треугольник у Багамских островов, мотивируя такое решение тем, что этот район чрезвычайно опасен для плавания в связи с действиями неизвестных сил.

«Стар Тайгер»

Самолет типа «Тюдор IV», названный «Стар Тайгер», должен был 30 января 1948 года приземлиться на Бермудских островах. Командир во время связи с контрольно-диспетчерским пунктом сообщил, что на борту все в порядке. Это было последнее, что услышали о «Стар Тайгере». Несмотря на тщательные поиски, никаких следов самолета найдено не было. Этот случай — одно из самых загадочных событий в истории бермудского треугольника.

Самолет летел на линии Лондон — Бермудские острова. Первый этап составлял перелет из Лондона в Лиссабон, где самолет оставался на ночь. Второй этап — из Лиссабона на остров Санта-Мария (Азорские острова), где он должен был пополнить запас горючего. И, наконец, последний этап — от Азорских до Бермудских островов.

Уже при вылете из Лондона были обнаружены неполадки в системе отопления, кроме того, плохо работал один из компасов. В Лиссабоне все неполадки были устранены.

Посадив самолет на Азорских островах, командир решил отложить вылет до следующего утра, поскольку метеосводка была плохой. Он велел наполнить баки до предела, и машина оказалась перегруженной примерно на 400 килограммов. Но командир самолета знал, что при встречном ветре горючего у него едва хватит до Бермудских островов, ведь уже неоднократно случалось, что самолеты, попавшие в такую ситуацию, вынуждены были менять курс и совершать посадку в Гандере, на острове Ньюфаундленд.

Экипаж самолета, летевшего той же трассой днем раньше, сообщал, что погода между Азорскими и Бермудскими островами очень плохая, с сильным встречным ветром. Поэтому могло случиться так, что «Стар Тайгер» был отнесен с трассы и штурман искал Бермудские острова дольше, чем это позволяя запас горючего. В докладе комиссии высказывается также предположение, что мог быть поврежден высотомер и в темноте самолет разбился о воду.

Три жертвы в течение недели

Самолет «Чейс YC-122», летевший из Форт-Лодердейла на остров Бимини, бесследно исчез.

Спустя три дня небольшой самолет «Бичкрафт-Бонанза» вылетел из Майами в направлении островов Флорида-Кис, но назад не вернулся — он исчез где-то южнее Флориды.

А еще через три дня во время полета между Сан-Хуаном (Пуэрто-Рико) и островом Сент-Томас (Виргинские острова) исчез маленький самолет «Пайпер Апаш». Самолет находился севернее Нассау. Несмотря на ясную погоду и прекрасную видимость, пилот не мог определить свои координаты и не понимал указаний, которые давал ему по радио диспетчер. Диспетчер говорил впоследствии, что у него сложилось впечатление, будто самолет, просивший о помощи, летел в густом тумане, во всяком случае так вел себя пилот. Затем связь прервалась и самолет исчез. В тот же день в море, примерно в 35 километрах от Нассау, было найдено крыло самолета. Но с такого расстояния при ясной погоде пилот должен был видеть аэродром!

Саргассово море

Саргассово море не похоже ни на одно море на нашей планете и считается одной из самых интересных биологических загадок. Оно расположено между Подветренными и Бермудскими островами. Особенность в том, что его ограничивают не континенты, а сильные атлантические течения: на севере — Северо-Атлантическое, на юге — Северное Пассатное, на западе — Гольфстрим, на востоке — Канарское. Площадь моря составляет около 6–7 миллионов квадратных километров, что зависит от положения течений.

В течение многих лет Саргассово море было окутано множеством тайн. Говорят, что у него стоячие воды и все оно сплошь покрыто водорослями. На самом же деле воды в Саргассовом море пребывают в постоянном движении. С разных сторон их подталкивают разные течения, поэтому Саргассово море вращается по часовой стрелке. Кроме участков, густо покрытых морскими водорослями, в море есть много участков с чистой водой.

Саргассово море называют биологической пустыней, но это неверно.

Уже много столетий Саргассово море вызывает у мореплавателей трепет. Существует много легенд о том, как корабли запутывались в водорослях и гибли, а страшные водовороты уносили моряков на дно. Самые ранние истории относятся еще к V веку до н. э, следовательно, уже в то время моряки плавали в тех местах. Христофор Колумб также проплывал мимо Саргассова моря, корабли его экспедиции пробирались через массу водорослей.

В Саргассовом море находятся преимущественно водоросли одного вида, Sargassum natans. Их особенность состоит в том, что они размножаются с помощью фрагментации, то есть любой кусочек может жить самостоятельно, заново и заново воспроизводя себя. Основным питанием для организмов в Саргассовом море являются именно эти водоросли, из-за того что температура воды здесь очень высока, в ней не может жить планктон.

Водоросли в Саргассовом море удерживаются на плаву благодаря наполненным газом пузырям, напоминающим виноград. По-испански sargazo— это сорт мелкого винограда, отсюда и появилось название моря.

В стеблях водорослей имеются трещины, в которых образуются более мелкие водоросли, напоминающие висячие кораллы, а также трубочки. В некоторых местах стебли водорослей покрыты пятнами, это бриозои, живые организмы типа мха, встречающиеся от тропиков до полюсов. В других местах океана бриозои появляются из оплодотворенных яиц, но в Саргассовом море они отделяются от организма-родителя уже сформированными. У них имеются особые реснички, с помощью которых они ухватывают микроорганизмы и питаются ими. Однако если бриозои проглотят много пищи, которая окажется тяжелее их веса, они тонут и умирают в ледяной воде.

В Саргассовом море обитают миниатюрные креветки и крабы. Если водоросль, к которой они крепятся, опускается на дно, они перебираются на другую водоросль.

Многие живые организмы в Саргассовом море выживают только благодаря маскировке. Так, морские иглы похожи на отростки водорослей, у креветок на панцире есть белые пятна, которые напоминают бриозои. Морской клоун имеет окрас как у водорослей, поэтому практически незаметен среди них. При росте 18 сантиметров он может напасть на организм с ростом 20 сантиметров. В случае опасности он отпугивает противника, глотая воду и принимая форму шара.

В Саргассовом море теплая вода, поэтому сюда на нерест приплывают американский и европейские угри. Сюда для откладывания икры приплывают и многие виды рыб, так как здесь нет крупных хищников.

Угри возвращаются в водоросли Саргассова моря, чтобы умереть.

Море Дьявола

Море Дьявола расположено между берегами Японии, островом Гуам, принадлежащим США, и северной частью Филиппинских островов. Точные координаты не может назвать ни один моряк или ученый. Одни утверждают, что оно находится в 70 милях от восточного побережья, другие — что в 750 милях от побережья между островами Иводзима и Бонин, третьи — что в районе рифа Медзин. По мнению же самих японцев, аномальная зона расположена около острова Мияке, на 65 миль южнее Токио.

Исследователи сходятся во мнении, что форма моря Дьявола представляет собой треугольник, вершины которого расположены на островах Хонсю, Лусон и Гуам. В 1955 году море Дьявола было официально признано аномальной зоной, небезопасной для мореплавателей. Море Дьявола иногда называют кладбищем Тихого океана, так как его сильные бури и мертвые зыби поглотили не один десяток судов. Его устрашающая репутация превосходит даже ту, которой обладает бермудский треугольник.

У моря Дьявола множество названий: дьявольский треугольник, тихоокеанский треугольник, треугольник дракона, драконов треугольник, формозский треугольник.

Каковы же причины таинственных событий, наблюдаемых в дьявольском треугольнике? Исследователи выдвигают несколько десятков всевозможных теорий. Приверженцы фантастических версий склонны предполагать, что в аномалиях виноваты неопознанные летающие объекты, а также корабли-призраки, стремящиеся потопить все суда, проплывающие по их территории; а возможно, существует даже отверстие в небе, через которое можно проникнуть в параллельные миры и которое приводит к странным изменениям времени и пространства.

К реалистическим причинам относят прежде всего опасную метеорологическую обстановку. В зоне моря Дьявола часто дуют сильные ветра, здесь случаются мощные штормы, а также смерчи и ураганы. Кроме того, в этом районе сходятся многочисленные воздушные и водные потоки. Также здесь случаются блуждающие волны, высота которых порой достигает 30 метров. Этого вполне хватит, что накрыть даже большое судно.

Моряки рассказывают, что в районе дьявольского треугольника не водятся дельфины, киты, прочая морская живность, над ним не рискуют пролетать альбатросы и другие птицы.

Часто на территории дьявольского треугольника наблюдается внезапное бурление воды, охватывающее большую площадь. Белая пена покрывает поверхность моря, при этом раздается странный звук, похожий на громкое кипение чайника. Это вырываются из морских глубин газы. Если судно оказывается в самом центре такого выброса, оно может моментально пойти на дно. Это происходит мгновенно, экипаж кораблей даже не успевает послать сигнал бедствия.

Воды моря дьявола часто и неожиданно меняют цвет. Утром он может быть красноватым, а к обеду становится темно-бурым. Иногда море приобретает светло-серый или ярко-зеленый цвет.

Гиперборея

Скифы верили, что за холодными северными землями «лежит страна, что рождает обильные плоды, а в ее рощах обитает священный счастливый народ».

Эта земля, называемая сейчас Гипербореей, по сей день вызывает интерес. Гиперборее посвящены многочисленные исследования. Описывается язык Гипербореи, ее культура, быт, обычаи, религия. Кажется, что давно не осталось ничего неизведанного и никто не сомневается в непреложности провозглашаемых истин.

Гиперборея считается прародиной арийцев и колыбелью всего человечества: после гибели Арктиды гиперборейцы якобы переселились в глубь материка. В свое время на прямое родство с потомками гипербореев, арийцами, претендовали германские нацисты. Сегодня все чаще встречаются люди, склонные находить в истории Гипербореи «славянский след». Становится популярной гипотеза, согласно которой гиперборейцы либо переселились в Сибирь, либо изначально там обитали.

Пацифида

Между Евразией и Австралией на севере и Южной и Северной Америками на юге расположен Тихий океан — самый большой и глубокий на Земле.

Площадь Тихого океана вместе с морями составляет 179 679 квадратных километров, а его средняя глубина около 4 километров. Здесь же, в Тихом океане, находится самая глубокая впадина всего Мирового океана — Марианский желоб. Чтобы достичь его дна, нужно проплыть 11 километров (а точнее 11 километров 22 метра).

23 января 1960 года лейтенант ВМС США Дон Уолшем и французский исследователь Жак Пикар погрузились на дно глубочайшей океанической впадины — Марианского желоба, достигнув рекордной для человека глубины 10 918 метров. До сих пор никто не смог повторить их подвиг.

Имя океану-гиганту дал в 1521 году испанский и португальский мореплаватель Фернан Магеллан. Знаменитому первооткрывателю повезло: за время его путешествия не случилось ни одного серьезного шторма, и Магеллан назвал его Тихим. Но очень скоро было установлено, что именно в Тихом океане рождается больше всего тайфунов, а также три четверти всех облаков на земле.

Именно здесь, предполагают ученые и мистики, нужно искать древний затонувший континент — Пацифиду.

Согласно самой распространенной гипотезе, древний материк Пацифида был со всех сторон окружен глубокими морями. Земная кора, являвшаяся дном этих морей, было зажата между материковыми глыбами, а потому легко прогибалась. В течение столетий на морском дне накапливались осадки. Наконец, в третичный период (65—1,8 миллиона лет назад) начался процесс образования гор. Материковая плита треснула, вверх устремилась раскаленная магма, и Пацифида опустилась на дно. Над поверхностью остались только пики самых высоких гор.

В эзотерических источниках Пацифиду нередко отождествляют с легендарным континентом My. Это название — результат ошибочного прочтения аббатом Брассером де Бурбуром одной из рукописей майя.

Знаменитый российский и советский геолог, палеонтолог, географ В. Обручев относил время гибели Пацифиды к концу ледникового периода: «Можно утверждать, что в теплом экваториальном поясе Земли человечество уже в то время, когда обе околополярные области были еще покрыты снегом и ледниками (а человек выделывал каменные орудия, служившие ему для добывания пищи), достигло высокого культурного развития, строились красивые храмы для божеств, пирамиды в качестве гробниц для царей, а на острове Пасхи воздвигались каменные статуи для охраны от каких-то врагов. Не была ли вызвана гибель иных культур и их сооружений какой-то катастрофой? Приходится вспомнить, что ледниковый период, создавший на Земле в обоих приполярных поясах огромные массы снега и льда, постепенно ослабевал под воздействием усилившейся деятельности Солнца и не мог не вызвать некоторые катастрофы».

Тихий океан наступал на сушу. Частые землетрясения, наводнения, бури приводили к быстрому затоплению низменных прибрежных участков. Возможно, вокруг современного острова Пасхи находились обширные поселения. По одной из версий, люди пытались защититься от океана, воздвигая моаи — статуи стражей. Но в борьбе с природными стихиями люди были обречены на поражение. Большая часть местного населения погибла, хотя, возможно, кому-нибудь удалось перебраться на соседние острова.

Единственный клочок земли, который пощадил Тихий океан, затем был заселен другим народом, ничего не знавшим о природе и назначении каменных исполинов.

Согласно другой гипотезе, единого материка Пацифиды не существовало — было два материка, называемых сегодня Восточной и Западной Пацифидой и разделенных морем. Восточная Пацифида располагалась недалеко от острова Пасхи, а Западная — поблизости от Каролинских островов.

Эта гипотеза подвергается серьезной критике, так как, по мнению ряда ученых, толщина континентальных пород вокруг Каролинских островов и острова Пасхи недостаточна для того, чтобы считать их происхождение материковым. Хотя, допускают исследователи, это может свидетельствовать не о том, что когда-то здесь существовал континент, а о том, что как раз в наши дни зарождается новый!

Остров Пасхи

Остров Пасхи со всех сторон окружен океаном. До Чили, к которому относится территория острова, — 3 703 километра, а до Таити — 4 500 километров. Остров очень маленький, его площадь — всего 163,6 квадратных километра.

В 1578 году испанский мореплаватель Хуан Фернандес отправился на поиски неведомой Южной Земли. Из-за шторма корабль сбился с курса и прибыл к странному острову, населенному белыми, богато одетыми людьми, совершенно не похожими ни на жителей Перу, ни на обитателей Чили. Моряки решили, что цель достигнута, и вернулись в Чили, чтобы подготовиться к серьезной экспедиции на неведомую землю. Подготовка держалась в тайне, поэтому, когда Хуан Фернандес внезапно скончался, продолжить его дело никто не смог. На долгие годы загадочная земля была забыта.

В 1687 году английский пират Эдуард Дэвис обнаружил к югу от Чили низкий песчаный берег, а в нескольких десятках километров западнее — длинную полоску суши. Однако на берег пират сходить не стал.

В 1772 году с кораблей эскадры голландского адмирала Якоба Роггевена заметили маленький скалистый островок. Поскольку день был праздничный, Пасха, это имя было дано вновь открытой земле.

Все мореплаватели, похоже, видели разные земли. Но, может быть, все же это был изначально большой участок суши, который постепенно затапливался и изменял свои очертания в течение десятков лет? Возможно, эта земля была ничем иным, как Пацифидой, доживавшей свои последние дни?

Гипотеза о том, что остров Пасха ранее являлся частью обширной суши, на которой проживали представители высокоразвитой цивилизации, имеет ряд косвенных доказательств. Следом погибшей культуры может быть самобытная система письма — до сих пор не расшифрованные иероглифы кохау ронго-ронго. Множество споров вызывают различные найденные деревянные статуэтки, петроглифы, мелкая пластика в камне и, конечно, знаменитые гигантские каменные скульптуры моаи.

«Во всех домах есть деревянные дощечки или палки, покрытые какими-то иероглифическими знаками. Это фигуры неизвестных на острове животных; туземцы чертят их с помощью острых камней (обсидиан). Каждая фигура имеет свое название; но так как они делают такие дощечки в редких случаях, это заставляет меня думать, что знаки — остатки древнего письма — сохранились у них по обычаю, которому они следуют, не ища в нем смысла».

Эжен Эйро, первый миссионер, прибывший на остров Пасхи

Кроме того, у островитян есть обряды (например, обряд выбора «человека-птицы»), не практикующиеся больше ни одним тихоокеанским народом.

Полинезийцы именуют остров Пасхи «Рапа-Нуи», то есть «Большой Рапа», в противовес «Рапа-Ити», то есть «Малому Рапа» — острову, расположенному на юго-западе от Пасхи. Британский путешественник Джеймс Кук зафиксировал название «Ваиху», но, скорее всего, этим словом назывался не весь остров, а только его часть. Аборигены также называли свой остров «Мата-ки-те-Ранги» (Глаз Неба) и «Хити-Аи-Ранги» (Край Неба). Но чаще всего употреблялось название «Те-Пито-о-те-Хенуа», что переводится как «Пуп Земли». Тур Хейердал полагал, что самоназвание острова отражало его истинное положение. Здесь проживал высокоразвитый народ. Именно отсюда культура и научные знания распространялись среди других племен островов Океании.

Так, может быть, и в самом деле на первый взгляд фантастическая теория подтверждается? Неужели крошечный островок был когда-то центром огромного материка, сердцем высокоразвитой древней цивилизации?

Если бы остров Пасхи был частью Пацифиды, ушедшей некогда под воду, память об этом, как и о грандиозной катастрофе, обязательно бы сохранилась в мифах, легендах, преданиях. И такие легенды действительно существуют. Правда, необходимо оговориться: скорее всего, эти сказания имеют мало общего с древними легендами — в ХIХ веке на остров напали перуанские работорговцы и вывезли оттуда всех мужчин, чтобы продать в рабство; по требованию правительств Англии и Франции оставшиеся в живых островитяне были возвращены на родину, однако на корабле разразилась эпидемия оспы, и в живых осталось всего 15 человек; они завезли болезнь на остров Пасхи, и вскоре из всего населения осталось лишь 111 человек. А их, в свою очередь, очень быстро и очень ловко обратили в христианство, так что последние ниточки, связывавшие островитян с их древней культурой, оказались оборванными. Даже древние таблички с письменами были сожжены как «языческие» или надежно спрятаны от посторонних глаз.

Позже к епископу Таити Жоссану попало несколько чудом сохранившихся деревянных табличек. Однако он «не увидел на них письмен, которые бы связывали отдельные понятия между собой». Ничего похожего на «неизвестных на острове животных» там тоже не было. Жоссан не нашел никаких убедительных доказательств того, что таблички и система письма относились к глубокой древности. Епископ писал: «Если они и существовали, на что как будто указывает сообщение брата Эйро, можно лишь предполагать, что все они стали жертвой пламени. Сколь прискорбно, что до нас не дошла ни одна из древних дощечек! Те, которые я спас, явно относятся к более позднему времени, и я почти уверен, что они представляют собой лишь остатки письменности былой поры, ведь мы видим на них только то, что есть в природе этого маленького острова».

На сегодняшний день попытки расшифровать письменность острова Пасхи не приносят результатов. По крайней мере, подобного рода исследования не помогают ответить на главный вопрос: был ли остров Пасхи частью большого тихоокеанского континента?

Один из знаков Жоссан трактовал как изображение крысы. Тур Хейердал в том же самом иероглифе увидел животное семейства кошачьих, похожего на ягуара: «Круглая голова со свирепо разинутой пастью, тонкая шея и сильно выгнутое туловище, опирающееся на длинные согнутые ноги». Однако на острове Пасхи никогда не водились кошачьи, поэтому Хейердал предположил, что письменность островитян имеет южноамериканское происхождение. Исследователь фон Хевеши «прочитал» тот же самый знак как «обезьяну», что дало ему основания связать письменность острова Пасхи с древнейшей цивилизацией, существовавшей около 5000 лет назад в долине реки Инд. Существует также мнение, что этот иероглиф обозначает человека.

За долгие годы наука так и не пришла к согласию по поводу правильной трактовки этого знака.

Впрочем, сам факт наличия письменности свидетельствует о многом.

Возникновение письменности — верный признак зарождения государства. Единое некогда племя расслаивается на классы, возникает необходимость регулярно и точно фиксировать факты, описывать происходящие события. Следовательно, если на острове Пасхи существовало письмо, значит, было и государство — хотя бы примитивное и зарождающееся.

В 1913 году Макмиллан Браун, исследуя острова Тихого океана, встретился с племенем, проживающим на небольшом атолле Волеаи, в Микронезии, в противоположном от Пасхи конце Океании. Племя насчитывало всего 600 человек. Пятеро членов этого племени владели уникальной письменностью, ни похожей ни на одну из существующих. Странно было бы предположить, что создателем этого письма является кто-то из тех пяти человек. Конечно, бывали случаи, когда аборигены Северной и Западной Африки, а также Аляски изобретали свою письменность, но лишь после знакомства с европейским буквенным письмом, причем в новых значках угадывались элементы латиницы либо очертания предметов купли-продажи. Письмена же народа Волеаи были уникальными. Браун был убежден: эту письменность создали представители большой, хорошо организованной общины, жители крупного государства, которое некогда существовало в этой части Тихого океана.

Получалось, что на противоположных концах Океании жили два малочисленных народа, обладавшие самобытной письменностью, что указывает на существование у них цивилизации и государства. Может быть, Микронезия и остров Пасхи — последние оазисы, где сохранились остатки погибшей высокоразвитой цивилизации — Пацифиды? Может быть, они ведут свою историю от этого погибшего континента?

Исполинские каменные статуи моаи — знаменитый символ острова Пасхи — являются одной из величайших загадок нашей планеты. Моаи (головы и тела без ног) монолитны, вытесаны из единого камня (из цельного куска спрессованного вулканического пепла). Все они имеют похожие черты: тяжелые квадратные подбородки, вытянутые мочки ушей и высокие лбы. Однако каждая моаи обладает особой, уникальной внешностью, как будто скульпторы пытались передать портретное сходство. Сейчас у статуй пустые глазницы, но ученые доказали, что когда-то у моаи были глаза, сделанные из кораллов.

Большинство статуй стоят на побережье и смотрят вглубь острова, но семь моаи повернуты лицом к морю и находятся достаточно далеко от воды.

Ученые ведут жаркие споры, являются ли моаи изображениями людей или пришельцев из космоса.

Высота моаи колеблется от 3 до 21 метра, а вес — от 10 до 90 тонн. На острове нашли неоконченную статую — высотой 20 метров и весом 270 тонн. Всего на острове 997 моаи, 394 из которых не окончены и брошены в каменоломнях.

Некоторые статуи были установлены на аху — специальные каменные площадки, вероятно предназначенные для неких ритуалов. Каменные блоки не скреплены никаким раствором, однако настолько точно подогнаны, что в щель между ними невозможно вставить даже тонкое лезвие ножа. Головы статуй увенчаны пукау — цилиндрическими шапками из красных камней.

Моаи изготавливались в каменоломнях, расположенных в глубине острова, в кратерах вулканов, а потом доставлялись к месту установки. Часть статуй так и остались лежать в каменоломнях. Создается такое впечатление, что работы по возведению моаи были спешно остановлены, а статуи брошены на произвол судьбы. Возможно, виной тому была природная катастрофа, стихийное бедствие, после которого некому стало продолжать работу. А может быть, на остров явились незваные гости, опять-таки, люди или пришельцы, уничтожившие большую часть коренного населения.

На острове Пасхи нет ни рек, ни ручьев, ни озер. Источником пресной воды служат кратеры вулканов, расположенные по краям острова. В них есть несколько озер с дождевой водой.

По официальной версии, статуи-исполины создавались по приказу правящей верхушки острова — так называемых длинноухих (именно у них были те самые вытянутые мочки ушей — аристократы носили массивные украшения, которые растягивали мочки). Короткоухость была признаком принадлежности к бедным слоям, к черни — именно эта самая чернь и создавала моаи по приказу правителей. В XVI веке короткоухие подняли восстание, закончившееся победой, и прекратили создавать моаи.

Однако каким образом островитяне, не знавшие железа, вытесывали многотонные статуи и как умудрялись доставлять их к месту установки? Аборигены утверждали, что моаи двигались сами. Возможно, древние жители Пасхи обладали телекинетическими способностями и могли усилием мысли заставлять статуи перемещаться?

Тур Хейердал провел интересный эксперимент. Он попросил последних представителей клана длинноухих воспроизвести все этапы создания моаи. Группа туземцев отправилась в каменоломню, где с помощью каменных молотков вытесала статую. Молотки, быстро приходившие в негодность, тут же заменялись новыми. Затем аборигены переместили 12-тонное изваяние к месту установки. Статую тащили волоком, в горизонтальном положении, мобилизовав для этого большую группу помощников, затем подняли в вертикальное положение с помощью приспособления из камней и бревен — камни подкладывали под основание статуи, три бревна использовали в качестве рычага.

Островитяне, участвовавшие в эксперименте, рассказали Хейердалу, что, хотя моаи давно уже не строятся, секреты их создания передаются из уст в уста, от старших к младшим, причем старики заставляют молодежь повторять услышанное снова и снова, пока не убедятся, что знания твердо усвоены.

В 1986 году Хейердал совместно с чешским инженером и экспериментальным археологом Павлом Павлом поставил еще один эксперимент. Оказалось, что группа из семнадцати человек в состоянии перетащить вертикально поставленную 20-тонную статую, обвязанную веревками, перекантовывая ее.

Существует также мнение, что островитяне «привозили» моаи к месту установки на подстилке из перекатывающихся круглых бревен.

Итак, чтобы переместить моаи, не нужно обладать экстраординарными способностями, такая задача вполне под силу обычным людям, причем даже не знающим технического прогресса.

В IV веке на остров Пасхи приплыли переселенцы из Полинезии. Как им удалось преодолеть тысячи километров океанских вод — неизвестно. Они привезли с собой одомашненных кур, а позднее на остров попали собаки и свиньи.

В XVIII — начале XIX века, по словам европейских путешественников, посещавших Пасху, большинство статуй моаи стояли в вертикальном положении. Но что-то или кто-то низвергнул каменных исполинов с их постаментов. И опять напрашивается очевидный, с первого взгляда, ответ. Статуи упали вследствие разразившейся природной катастрофы или нашествия завоевателей, то есть по тем же причинам, по которым туземцы бросили работы в каменоломнях.

По свидетельствам мореплавателей, посещавших остров Пасхи в течение XVIII–XIX веков, статуи падали постепенно. Год от года оставалось все меньше статуй, сохранявших вертикальное положение. В 1838 году адмирал Дюпети-Туар сообщал о девяти стоящих моаи, а вскоре все каменные гиганты острова Пасхи оказались на земле. Эта участь минула лишь статуи, врытые в грунт возле каменоломни Рано-Рараку.

Время от времени на остров Пасхи, по-видимому, наведывались инки — сохранились легенды о могущественных вождях, приплывших из-за моря. От союзов индейцев с островитянками рождались дети-полукровки. И это доказано! ДНК современных жителей острова Пасхи действительно схожа с ДНК южноамериканских индейцев.

Так кого же изображают каменные исполины? И зачем в течение десятилетий, а то и веков их создавали и ставили на берегу моря?

Первый ответ, который возникает: моаи — это фигуры богов. Вполне разумная гипотеза. Правда, есть одно «но». Сегодня на маленьком островке проживает всего 4888 человек. Вряд ли в давние времена население Пасхи было существенно больше. Получается, что примерно на каждые десять человек приходилось по одной статуе. Не слишком ли много священных изображений?

Существует версия, что каменные моаи — предки аборигенов Пасхи. Эта гипотеза объясняет, почему статуи имеют разную высоту: якобы размеры моаи отражают заслуги того или иного древнего островитянина.

Есть также мнение, что моаи должны были защитить остров от надвигающегося моря: то ли в качестве волнорезов, то ли в качестве магических стражей.

Наконец, некоторые исследователи полагают, что остров Пасхи некогда служил гостям из параллельной Вселенной храмом, где они исполняли культовые обряды, и каменные статуи служили именно для этих целей. Когда в силу неизвестных причин окно в параллельную Вселенную захлопнулось, работы по созданию новых статуй прекратились.

Смертоносная Пальмира

В 1798 году поблизости от не обозначенного в те времена на карте острова потерпело крушение судно, направлявшееся из Америки в Азию. Корабль разбился о рифы, люди попытались спастись вплавь, но до берега добрались всего десять человек — остальные либо утонули, либо были съедены акулами. Однако и из них уцелели лишь трое. Когда через два месяца их спасло другое судно, оставшиеся в живых рассказали, что их товарищей погубил сам остров — на самом деле это огромное чудовище, уничтожающее людей!

Остров нанесли на карту, и в 1802 году он получил имя Пальмира — так назывался погибший корабль.

В 1870 году у берегов Пальмиры исчезло американское судно «Энджел». Мертвые тела членов экипажа были найдены на острове. Все они погибли насильственной смертью, но убийца остался неизвестным.

В 1940 году остров перешел под юрисдикцию США. Во время Второй мировой войны там располагался военный гарнизон. Один из солдат, Джо Брау, рассказал, что он и его товарищи, находясь на Пальмире, постоянно испытывали беспричинный страх. Одни говорили, что боятся плавающих в воде акул, другие в истерике требовали покинуть остров, уверяя, что иначе произойдет что-то ужасное.

Всех путешественников, которым доводилось посещать Пальмиру, не покидало необъяснимое чувство тревоги. А моряки и вовсе считают это место проклятым и обходят его десятой дорогой.

Действительно, несколько человек покончили жизнь самоубийством, среди солдат наблюдались немотивированные вспышки агрессии, которые приводили к ссорам, дракам и даже убийствам.

Однажды на остров упал сбитый немецкий самолет. Военные видели, как, оставляя за собой хвост дыма, горящая машина скрылась за пальмами. Они обследовали всю Пальмиру, но обломков так и не нашли, будто остров поглотил их.

После войны люди покинули остров. Правительство больше не пыталось использовать его — слишком худая слава окружала это место… Однако в 1974 году мореплаватель-любитель Трем Хугес и его жена Мелани рискнули отправиться на Пальмиру на собственной яхте. Сначала они выходили по рации на связь с гавайскими диспетчерами, но через некоторое время связь оборвалась.

Спасатели обнаружили яхту Хугеса возле Пальмиры, но люди исчезли. И лишь спустя несколько дней удалось найти тела супругов Хугес. Кто-то расчленил их и зарыл в песок на острове. Части тел были уложены в определенном порядке. Кто совершил преступление, так и осталось тайной.

Известный биолог Маршан Марин выдвинул гипотезу о том, что остров на самом деле представляет собой живое существо, обладающее очень мощной негативной аурой и способное заманивать в ловушку людей!

Впрочем, существуют и другие версии. Например, что тайный магический орден веками использует Пальмиру для своих ритуалов или там находится вход в иное измерение.

Барсакельмес

Остров Барсакельмес был открыт в 1848 году. Впервые его описали члены экспедиции известного гидрографа А. Бутакова. Но даже в документах прослеживалось удивление от увиденного.

В конце 20-х годов ХХ века на Барсакельмесе было создано охотничье хозяйство. Здесь разводили сусликов. Уже через десять лет остров был объявлен национальным заповедником. Это был один из самых «закрытых» заповедников Советского Союза. Официально главной задачей была поддержка популяции куланов, привезенных из Туркменской ССР. Попасть на остров было практически невозможно. Это порождало множество слухов и догадок, говорили даже о секретных исследованиях. Но «изоляционная» политика потерпела фиаско из-за обмеления Аральского моря.

Об острове Барсакельмес ходит много легенд. В них, как правило, речь идет об очень странных явлениях и происшествиях. В основном, они связаны с нарушением хода физического времени — временными аномалиями.

От местных жителей можно услышать истории о том, как в прошлых столетиях беглецы, который пробыли на острове всего пару лет, возвращались домой спустя двадцать-тридцать лет! Также есть рассказы о том, как на острове пропадали целые группы людей. Казахи винили в этих исчезновениях летающего ящера, который непостижимым образом «пришел» из доисторических времен.

На Барсакельмесе расположен заповедник государственного значения (открыт в 1939 году).

В 50—60-х годах ХХ века на острове Барсакельмес жил человек по имени Абдразак. По рассказам, сюда его привезли родственники, сразу после того, как здесь появился первый загадочный летающий объект. От этого объекта Абдразак получал информацию посредством видений. Об одном из таких видений старик рассказал в начале сентября 1960 года — речь шла о полете человека в космос (однако такой полет состоялся лишь 12 апреля 1961 года).

Абдразак всегда предупреждал, что попытка проникнуть в летающий объект добром не кончится. Но когда военным стало известно про объект, они немедленно выслали на остров самолет. Еще за несколько километров до острова у самолета начал барахлить мотор. Однако расследование все же состоялось: в объект запускали собак на длинных поводках, но они не возвращались; тогда было решено, что внутрь поедет танк с суперброней. К танку для страховки прикрепили металлический трос. Танкист постоянно докладывал, что он видит, и внезапно прекратил это делать. Ему был отдан приказ возвращаться, но ответ был поразительным: «А какой смысл мне теперь возвращаться?!» Танк, весь покрытый инеем, вытащили, но танкиста в нем не оказалось. При этом все по-прежнему оставалось герметично закрытым…

Алькатрас

Печально известная тюрьма Алькатрас, расположенная на скале в заливе Сан-Франциско, использовалась для заключения особо опасных преступников. Согласно легендам, многие из них теряли здесь рассудок, а после смерти не покидали узницу и бродили неприкаянные, нарушая покой других обителей душераздирающими криками. Тюрьма функционировала с 1934 по 1963 год. Одним из ее наиболее известных «жителей» был легендарный Аль-Капоне. В настоящее время Алькатрас превращен в музей — но поговаривают, что призраки злодеев до сих встречаются в его коридорах.

Гавайи

Многие люди, которые едут на Гавайи отдыхать, есть экзотические блюда и знакомиться с экзотической культурой, даже не подозревают, что Гавайи — одно из самых густо населенных привидениями место на Земле. Гавайская религия жестоко наказывала отступников. Эти грешники, или капу, как их называли, приговаривались к смерти, на них объявлялась охота, и спасти их уже ничто не могло. Если они достигали храма, перед смертью они могли раскаяться в содеяном, замолить грехи. Самый крупный из таких храмов, сохранившихся до наших дней, стоит в национальном парке Хонауно. Некоторые утверждают, что там можно увидеть призраков.

Сегин

Остров Сегин расположен в устье реки Кеннебек в американском штате Мэн. Маяк, что в настоящее время стоит на этом острове, был построен в 1857 году и является самым высоким маяком в стране. Один из первых смотрителей жил вместе с женой долгие годы в доме у маяка. Чтобы хоть как-то развлечься, супруга смотрителя решила поиграть на рояле. Неизвестно, что подтолкнуло ее к этому, раньше она никогда не садилась за рояль, но, видимо, это же подтолкнуло ее мужа к убийству. Поздно вечером смотритель убил жену топором, после чего этим же топором покончил с собой. Многие утверждают, что иногда еще можно услышать звуки рояля, хотя ни его, ни другого имущества на острове уже нет.

Кроме того, в 1985 году, когда маяк закрывали, вся мебель вывозилась на материк военными. Капрал, отвечавший за перевозку мебели, во время ночевки на маяке услышал голос, который требовал оставить его в покое и не трогать мебель. Офицер проигнорировал предупреждение, мебель была погружена на катер, который направился к берегу. Однако катер затонул в результате несчастного случая.

Остров кукол

Свою жуткую славу остров приобрел благодаря поселившемуся на нем отшельнику по имени Дон Джулиан Сантана. Этот человек окружил себя грязными останками кукол, прикрутив их проволокой к стволам деревьев. Они свешиваются с ветвей подобно висельникам и образуют причудливые, пугающие композиции. У одних голова свернута на 180 градусов, у других нет ни головы, ни рук, ни ног. У некоторых — широко распахнутые голубые глаза, жутко контрастирующие с почерневшими лицами, у других — пустые кукольные глазницы.

Повегила

История острова Повегила, расположенного в лагуне Венеции, началась в эпоху расцвета Римской империи. Правители сделали остров местом ссылки больных чумой. Несколько тысяч человек, завезенных на остров, были оставлены умирать, Повегила превратился в огромную братскую могилу. Несколько столетий спустя заброшенный остров вновь стал местом трагедии: в эпоху бубонной чумы на Повегила опять отправились больные чумой — и не только больные, а все, кто обладал хотя бы малейшими признаками болезни. Если римляне оставляли своих больных медленно умирать от отсутствия лекарств, то в эпоху средневековья нравы были еще более жестокими — и живых, и мертвых сбрасывали в огромные ямы и сжигали заживо. Предположительно, на острове умерли порядка 160 тысяч человек — обуглившиеся кости до сих пор иногда находят на побережье Повегила.

В 1922 году на острове была построена больница для психически больных — на уединенном острове вновь воцарилась атмосфера боли и жестокости; в печально известную больницу порой попадали не только действительно психически больные, но и совершенно нормальные люди. Пациенты больницы становились объектами страшнейших экспериментов — вплоть до лоботомии, производившейся самыми примитивными инструментами. По легенде, по ночам в больнице раздавались стоны и крики привидений некогда скончавшихся от чумы людей. В середине ХХ века некоторые жители Италии попытались было переехать на остров; однако уже спустя день, напуганные зловещей атмосферой, спешно покинули это место. По сию пору Повегила остается незаселенным.

Йонагуни

Остров Йонагуни находится на западе Японии — это самая западная оконечность страны. Площадь Йонагуни — всего 28,88 квадратных километра, а население — около 2 тысяч человек. Йонагуни стал знаменит в середине 80-x годов ХХ века, когда дайверы обнаружили под водой загадочные скальные террасы и пирамиды с острыми углами. До сих пор о них ведутся споры — природный это феномен или дело рук человеческих. Ученые склоняются к тому, что эти пирамиды были созданы искусственно много тысячелетий назад неизвестной цивилизацией, которая уже исчезла с лица земли.

Это скалы на глубине 25 метров, в форме ровных ступенчатых террас, пирамид и платформ. Одна из самых высоких пирамид — 600 футов в ширину и 90 футов в высоту. На каменных блоках остались следы обработки и высечки, что подтверждает теорию ученых о том, что монумент Йонагуни создан искусственно. Масаки Кимура — морской геолог из Университета Японии — изучает подводные пирамиды уже более 15 лет. Ученый считает, что этому месту более пяти тысяч лет, но затоплено оно было 2 тысячи лет назад во время землетрясения. Мнения, что эта структура гораздо старше, придерживаются другие ученые, например Теруаки Иши, профессор геологии Университета Токио. Он определил, что погружение террас под воду произошло в конце последнего ледникового периода — около 10 тысяч лет назад. В таком случае возраст пирамид Йонагуни вдвое больше, чем Египетских пирамид. Кстати, количество найденных артефактов было примерно одинаковым на суше, и под водой. Недалеко от пирамид была обнаружена высеченная из камня голова человека, на которой было высечено множество неизвестных иероглифов.

Роберт Шоч, профессор математики Бостонского университета, считал, что пирамиды Йонагуни образовались естественным образом. По его словам, это естественная тектоническая активность. Существует также вероятность, что монумент образовался естественным образом, но потом был обработан людьми. Правда, аргументы Кимуры, более знакомого с особенностями монумента, сильно повлияли на мнение Шоча, тем более что подкреплялись фотоснимками деталей, которые Шоч просто не увидел, так как погружался всего несколько раз.

Между скалами Йонагуни есть серьезные отличия. На ограниченном участке Монумента рядом друг с другом оказываются элементы совершенно разного типа. Например: грань с острыми кромками, круглые отверстия, ступенчатый спуск, идеально прямая узкая траншея. Если бы причина была только в природной эрозии, логично было бы ожидать одинаковых форм во всем куске скалы. То, что бок о бок находятся столь разные элементы, является веским аргументом в пользу их искусственного происхождения.

Совсем рядом, буквально в нескольких десятках метров, на той же самой скале из той же самой породы, — совершенно иной ландшафт. То, что он создан природой, несомненно. Но даже невооруженным глазом видно его резкое отличие от обработанной части скалы.

Блоки, отделенные от скалы, не лежат там, куда им следовало бы упасть под действием земного притяжения. Они либо собраны в одном месте, либо отсутствуют. Если бы объект был создан эрозией, то на дне рядом с ним было бы много обломков, как на современных берегах острова.

Ученые пришли к выводу, что Монумент относится к так называемым терра-формированиям, то есть первоначальная естественная «заготовка» в дальнейшем была изменена и обработана руками человека. Такие образования не являются чем-то необычным, они были весьма распространены в древнем мире.

Тем не менее монумент Йонагуни не был признан объектом культурного наследия, который необходимо защищать и беречь.

Сэр Гудвин, пожиратель кораблей

Знаменитые мели Гудвина — самое большое кладбище кораблей на земном шаре. Оно находится в шести милях к востоку от юго-восточной оконечности Англии, простираясь по меридиану на тринадцать миль и достигая в ширину пяти миль. Фактически это обширная группа песчаных банок, которые местами осыхают в воду, обнажая двухметровый слой песка. С наступлением прилива, который достигает здесь скорости восьми миль в час, пески начинают оживать. Каждый месяц под действием различных течений они меняют форму и цвет, постепенно передвигаясь то в одну, то в другую сторону. Говорят, что за последние тридцать лет они переместились на две мили.

Если бы удалось поднять сокровища с кораблей, покоящихся в Гудвинских песках, и продать их, то вырученной суммы, пожалуй, хватило бы, чтобы выплатить государственный долг страны.

Из дебатов в Палате лордов Британского парламента

Геологи считают, что мель возникла в результате эрозии дна моря. Гидрографы объясняют ее появление встречей сильных приливно-отливных течений океана с течениями Английского канала, Северного моря и Темзы. Один из известных английских геоморфологов, Чарльз Лайал, утверждает, что несколько столетий назад на месте мелей был остров, который в 1099 году опустился ниже уровня моря.

Когда-то в море высился плодородный цветущий остров Ломеа — поместье графа Гудвина. За тяжкое преступление перед Церковью граф понес суровую кару — море затопило его замок вместе с островом.

Английская легенда

Согласно другой английской легенде, остров Ломеа после смерти Гудвина перешел во владение церкви города Гастингса. Сильное течение беспрестанно подмывало остров с восточной стороны. Требовалось срочно построить защитную дамбу. Для этого церковь собрала с прихожан большую сумму денег, однако вместо дамбы была построена колокольня. Незащищенный остров быстро размыло, и на его месте образовалась огромная мель.

Английские морские хроники свидетельствуют, что на протяжении тысячелетий Гудвинские мели являлись местом постоянных кораблекрушений. Еще в Средние века моряки дали этим мелям прозвище Великий пожиратель кораблей.

Говорят, что здесь в разное время нашли свою смерть боевые триремы Юлия Цезаря, корабли викингов, галеоны «Непобедимой армады», бригантины пиратов, современные суда. Их останки покоятся на глубине до 15 метров.

Гудвинские мели не обозначены ни буями, ни маяками, так как они постоянно меняют форму.

Если судно оказывалось на мели и до наступления отлива не удавалось его снять, оно навсегда оставалось в этих зыбучих песках. Тем более что парусники, имевшие полукруглое днище, с высыханием песка ложилось на борт и перед пятиметровым приливом были обречены на гибель. Если же судно было выброшено на мель в результате шторма, волны мгновенно его опрокидывали. Современные же суда, имевшие плоское днище, в отлив на борт не кренились. Но в прилив течение намывало с одного борта гряду песка, вымывая его из-под другого борта. На третий-четвертый день судно опрокидывалось на борт, и вода заливала его с палубы. Если пароход оказывался на мели носом или кормой по направлению к течению, то песок вымывался из-под днища в районе носа и кормы: корпус судна провисал, и пароход разламывался пополам.

Вот как писал о гибели английской эскадры очевидец, друг Даниэля Дефо, капитан корабля «Шрюсбари» Майлс Норхил: «Здесь страшный шторм, который, по всей вероятности, еще продолжится. Рядом с нами стоял корабль контр-адмирала Бьюмонта «Мэри». Это судно погибло с адмиралом и 300 моряками. Со всеми людьми погиб корабль «Нортумберленд». Со «Стирлинг Касла» спаслось всего 69 человек. Почти со всей командой погиб и «Ресторейшн». Те немногие, кому удалось спастись, попали на наш корабль. Шторм имел ужасную силу, ветер так ревел, что заглушал выстрелы из пушек, которыми несчастные пытались привлечь к себе внимание. Наш корабль сорвало с якорей и пронесло в 60–80 ярдах от мелей. Если бы наш запасной якорь сдал, мы бы все утонули. Я благодарю Всевышнего, ибо по его милости мы спаслись. На мелях мы насчитали около сорока торговых кораблей — покалеченных и полузатопленных. Мы с ужасом смотрели, как их моряки карабкались на мачты, взывая о помощи».

Английские купцы не раз обращались к королеве Елизавете с просьбой поставить в районе мелей маяк. Предлагались различные проекты решения проблемы, например Гоуэн Смит представил Адмиралтейству план осушения зыбучих песков и превращения их в зеленый, процветающий остров.

Но маяк был поставлен лишь в 1795 году — на мысе Саут-Форленд. Он представлял собой деревянную вышку, на площадке которой по ночам жгли костер. Огонь лишь приблизительно указывал на пески, и риск сесть на мель оставался очень высоким.

Список погибших кораблей и их количество шокирует. Суда увязали в песках вместе с пассажирами и моряками. Страшная судьба постигла трехмачтовый корабль голландской Ост-Индской компании «Фрегейда», английский военный транспорт «Аврора» (после этой трагедии на мелях поставили второй маяк, однако число кораблекрушений не уменьшилось), линейный корабль «Куин» и бельгийский почтово-пассажирский пакетбот, английский пароход «Виолетта» (судно, на борту которого находилось несколько сотен пассажиров, скрылось в песках на глазах подошедших на помощь спасателей). Все новые и новые маяки не решали проблемы, мели казались поистине проклятыми…

Но вот кому доставляло радость такое положение вещей, так это жителям юго-восточного побережья Англии, которые усматривали в этом божью благодать и жили за счет грузов севших на мель судов. Однако через некоторое время правительство пресекло грабежи и обязало их стаскивать корабли с мелей и спасать груз. Зная хорошо местные течения и изучив все капризы и повадки мелей, местные жители сделались великими мастерами этого редкого промысла и даже серьезно конфликтовали с экипажами спасательных буксиров, отбиравшими у них, по их мнению, кусок честно заработанного хлеба.

На мелях Гудвина погибла даже подводная лодка! Это была «U-48» — средняя подводная лодка военно-морского флота кайзеровской Германии. 21 ноября 1917 года она под командованием капитан-лейтенанта Эделинга вышла из Бремерхафена. Эделинг получил задание выйти «на охоту» в западную часть Ла-Манша. На второй день командир «U-48» из-за плохой погоды принял решение отстояться на перископной глубине на рейде Даунс, к востоку от мелей Гудвина. Но вышел из строя гирокомпас, лодка сбилась с курса и попала в английские противолодочные сети. Выбираясь из них, Эделинг посадил лодку на пески. Немецкие подводники откачали 60 тонн топлива, почти всю пресную воду и выпустили весь запас торпед, но все было напрасно. Во время отлива корпус «U-48» показался над водой. Этого не могли не заметить английские военные корабли. Прибывший британский миноносец начал расстреливать лодку из орудий. Эделинг приказал команде покинуть корабль и взорвал пост управления. Из 43 человек экипажа «U-48» англичане взяли в плен одного офицера и 21 матроса.

Всего на Гудвинских песках во время Первой мировой войны немцы потеряли около 10 лодок.

Две немецкие подводные лодки нашли смерть на Гудвинах во время Второй мировой войны. Единственная лодка Германии, которая сама смогла выбраться из плена «Пожирателя кораблей», называлась «U-94».

Наиболее трагичная и загадочная катастрофа произошла ночью 27 ноября 1954 года.

Ночью в Английском канале свирепствовал сильный шторм. Десятки судов терпели бедствие, в эфире то и дело слышались призывы о помощи. В Ирландском море разломился пополам либерийский танкер «Уорлд Конкорд» водоизмещением свыше 35 тысяч тонн. Потом погас плавучий маяк «Саут Гудвин». Попытка радистов спасательной станции Рамсгейта выйти на связь с маяком ни к чему не привела.

И только тогда сигнальщики мыса Саут-Форленд заметили, что плавучий маяк исчез.

Часть вины в современных кораблекрушениях на Гудвинских песках лежит на капитанах погибших судов. Они стремились не упустить время прилива и сразу же войти в лондонские доки. Поэтому они прокладывали курс проходом Галл-Стрим, что сокращало время прибытия в устье Темзы на два часа по сравнению с более безопасным курсом вокруг восточной оконечности Гудвинов, не брали лоцмана, чтобы сэкономить, и шли этим опасным путем ночью и во время тумана.

С рассветом, когда шторм стал стихать, в воздух поднялся самолет. Облетая Гудвинские пески, пилот увидел «Саут Гудвин» в северной части отмели опрокинутым на правый борт, наполовину затопленным водой. Гигантские волны, смешанные с песком, свободно перекатывались через погибший маяк. На его борту пилот заметил человека и сбросил ему проволочный трап.

Казалось невероятным, что катастрофа случилась с плавучим маяком, рассчитанным на ураганный ветер и самый сильный шторм. Все произошло так быстро, что команда «Саут Гудвина» даже не успела передать по радио сигнал бедствия…

Марианская впадина

Самые глубокие желоба находятся в Тихом океане — это Марианская впадина глубиной 11 022 метра и желоб Тонга — 10838 метров. Марианская впадина, или Марианский желоб, — это океаническая впадина на западе Тихого океана. В настоящее время она является глубочайшим из известных на Земле географических объектов.

Впервые исследования Марианского желоба были проведены английской экспедицией на судне «Челленджер», занимавшейся первыми системными промерами глубин Тихого океана. Поэтому второе название Марианской впадины — Бездна Челленджера.

В 1957 году советская экспедиция на судне «Витязь» обнаружила в Марианской впадине глубину в 11034 метра — это максимальная глубина Мирового океана. Эта же экспедиция в 1958 году установила наличие жизни на глубинах свыше 7000 метров, хотя ранее считалось, что на таких глубинах жизнь невозможна.

Впадина простирается на 1340 километров вдоль Марианских островов. Здесь проходит граница стыковки двух тектонических плит в зоне движения по разломам, где Тихоокеанская плита уходит под Филиппинскую. Впадина имеет дугообразный профиль, обращенный в сторону океана, склоны с крутизной в 7–9 градусов. Ее плоское дно шириной 1–5 километров разделено порогами на несколько отдельных замкнутых впадин глубиной 8—11 километров. Марианский желоб относится к типу периферийных желобов, расположенных по краям океанов.

Давление воды у дна достигает 108,6 МПа — это более чем в 1100 раз превышает нормальное атмосферное давление на уровне Мирового океана. Температура воды — более +2 °C, хорошо развита вертикальная циркуляция, что предполагает содержание в воде кислорода. Эти особенности создают благоприятные условия для развития живых организмов.

Дальнейшие исследования 23 января 1960 г. закончились сенсационно. На дно Марианского желоба на глубину 10 915 метров было произведено погружение батискафа «Триест», имеющего шарообразную форму, диаметром около 9 метров.

Аппарат пилотировали офицер военно-морских сил США Дон Уолш и швейцарский исследователь Жак Пикар, защищенные бронированными стенками батискафа толщиной 12 сантиметров. В течение 30 минут «Триест» оставался на дне Марианской впадины. Исследователи убедились в том, что самые глубинные слои океана, где температура воды всего +3 °C, населены живыми организмами, измерили и радиоактивность воды у самого дна впадины. Однако важно было узнать: как живые организмы приспособились обитать на такой огромной глубине, как они выглядят, если на них давят огромные массы океанических вод. Такие глубины исследовать очень сложно.

Со временем исследования в Тихом океане показали, что на глубинах, превышающих отметку в 6000 метров, существуют огромные колонии живых организмов — погонофоры. Этот тип морских беспозвоночных животных обитает в длинных хитиновых трубках, открытых с обоих концов. Завеса тайны была приоткрыта в последнее время с помощью пилотируемых и автоматических подводных аппаратов. Они произведены из сверхпрочных материалов и оснащены видеокамерами. Результатом исследований стало открытие богатого сообщества животных.

На глубинах 6000—11000 метров были обнаружены барофильные бактерии, которые способны развиваться только при высоком давлении. Там обитают также простейшие фораминиферы, представляющие отряд простейших подкласса корненожек с цитоплазматическим телом, облаченным раковиной, и ксенофиофоры — барофильные бактерии. Там водятся и многоклеточные: многощетинковые черви, равноногие раки, бокоплавы, голотурии, двустворчатые и брюхоногие моллюски.

На глубины не проникает солнечный свет, там отсутствуют водоросли. Там постоянная соленость воды, низкие температуры и обилие двуокиси углерода. Давление воды увеличивается на 1 атм на каждые 10 метров.

Глубинные животные или слепы, или обладают очень развитым зрением, часто телескопическим. Многие рыбы и головоногие моллюски оснащены фотофторами; у остальных форм светится поверхность тела или ее участки. Здесь обитают черви длиной 1,5 метра, без рта и ануса; осьминоги-мутанты; редчайшие морские звезды, а также мягкотелые существа двухметровой длины, не поддающиеся идентификации.

Японские исследователи в 2005 году обнаружили тринадцать видов неведомых науке одноклеточных, которые существуют уже почти миллиард лет в неизменном виде. Микроорганизмы обнаружились в пробах грунта, которые осенью 2002 года на глубине 10 900 метров взял в разломе Челленджера японский автоматический батискаф «Кайко».

Группа специалистов во главе с профессором Хироси Китадзато из японской Организации по изучению и освоению океана в 10 кубических сантиметрах почвы обнаружила 449 прежде неизвестных первобытных одноклеточных размерами 0,5–0,7 миллиметра, круглой или удлиненной формы. По прошествии нескольких лет исследований их подразделили на тринадцать видов. Они почти полностью соответствуют тем «неведомым биологическим окаменелостям», которые были обнаружены в 80-х годах ХХ века на территории России, Швеции и Австрии в слоях почвы, имеющих возраст от 540 миллионов до 1 миллиарда лет.

В 2008 году экспедиция, изучавшая океаническое дно на глубине 8000 метров, обнаружила неизвестные виды рыб и ракообразных. Возник целый ряд вопросов: чем питаются, как размножаются и выдерживают такое давление воды глубоководные жители. Вопрос с питанием был быстро снят: по всей вероятности, пищей им служит органика, затягиваемая во впадины, словно в воронку.

Некоторые исследователи высказывают предположение о существовании на нашей планете подводной цивилизации. Многим эта мысль кажется вполне разумной. Ведь именно в океане когда-то зародилась жизнь!

Иногда встречаются упоминания о таинственных подводных городах или отдельных постройках, различимых на глубине. В 1997 году австралийские ВМС совершали обследование котловины Беллинсгаузена, рядом с Огненной землей, и опустили разведывательный глубоководный батискаф на глубину примерно 6000 метров. Батискаф проплывал над океанским дном на высоте около 35 метров, и его камера сумела зафиксировать целый ряд построек, позволяющих говорить о наличии в этом месте настоящего подводного города. Здания имели овальную форму, от них исходил мощный внутренний свет. Эксперты установили, что свечение исходит не от фосфоресцирующих гниющих останков морских существ. Запись передали в Королевский институт океанологии, где ее подробно изучили ученые и пришли к выводу, что строения на морском дне являются искусственными. После такого заключения на то же самое место вновь отправили исследовательскую группу для проведения повторной съемки. Однако на этот раз ничего не смогли обнаружить. Море было темным и скрывало все видимые признаки сверкающего города. Остается непонятным: то ли город попросту переместился на другое место, то ли здания перестали испускать свет.

В статье профессор А. Сандерсон рассматривает несколько загадочных явлений, в том числе и различные океанские свечения. Он считает, что это может служить доказательством разумной деятельности жителей водных глубин, которых он называет посейдонцами. В качестве основного довода он приводит случай, описанный знаменитым Туром Хейердалом: «Не проходило дня, чтобы нас не навещали любознательные гости, которые сновали вокруг… В такие ночи мы иногда пугались при виде двух круглых светящихся глаз, которые внезапно показывались из воды совсем рядом с плотом и смотрели на нас немигающим, гипнотизирующим взглядом. Быть может, это являлся сам дух моря.

Несколько раз, когда океан был спокоен, в черной воде вокруг плота появлялись круглые головы, имевшие в диаметре 60–70 сантиметров, которые, не шевелясь, смотрели на нас большими сверкающими глазами.

Иной раз по ночам мы видели в воде сверкающие шары диаметром около метра, которые загорались через неправильные промежутки времени, напоминая вспыхивающие на одно мгновение электрические лампочки…

В одну пасмурную ночь, часов около двух, рулевой… заметил под водой тусклое зарево, которое постепенно приняло очертания животного. То ли планктон светился… то ли само чудовище фосфоресцировало, во всяком случае, призрачное существо все время меняло форму. Оно было то круглым, то овальным, то треугольным, потом внезапно разделилось на две части, которые независимо друг от друга плавали взад и вперед под плотом. Под конец уже три огромных светящихся привидения медленно кружились под нами… Одно туловище достигало шести-восьми метров в длину… Мы, шестеро, смотрели на танец привидений. А он продолжался не один час, таинственно и бесшумно, наши светящиеся спутники держались довольно глубоко под водой…»

Подобные встречи происходили и раньше. Например, в 1893 году британское судно «Кэролайн» проплывало неподалеку от острова Кельпат. Экипаж наблюдал странные огни в воде, плывущие между кораблем и горой Маунт-Окленд. Светящиеся огни то сбивались в кучу, то выстраивались в неровную линию и следовали за британским кораблем по тому же курсу и с такой же скоростью. После наступления полуночи они исчезли, но на следующую ночь появились рядом с кораблем снова. Они словно исходили от подводного аппарата, двигавшегося в том же направлении, что и «Кэролайн».

Характер движения огней был необычен: «То они летели массированной группой, и один огонек находился на небольшом удалении справа, потом он исчезал, а остальные перестраивались в виде полукруга или ромба, то вдруг повисали, словно изогнутая гирлянда. На горизонте под огнями можно было наблюдать какой-то яркий отсвет или сияние».

Еще один случай световой иллюминации произошел в 1908 году в Охотском море. О нем сообщил военно-морской врач Ф. Д. Дербек, плывший на пароходе «Охотск». Ночью под кормой парохода внезапно появилось яркое зеленовато-белое свечение, которое быстро разрасталось, пока не окружило весь корабль. Судно находилось ровно в центре светящегося круга, который постепенно начал принимать фюрму овала и двигаться вместе с пароходом на той же скорости. Через некоторое время овал отделился от корабля и поплыл отдельно, ускоряя движение и принимая вид светлой полосы.

Примерно в это же время подобное свечение предстало перед командой другого корабля, плававшего в Охотском море. Одно большое пятно под кормой разделилось на несколько небольших, но очень ярких кругов. Постепенно они начали движение к горизонту с различной скоростью. Одно пятно уже достигло горизонта, второе приближалось к нему, третье в это время только отделялось от судна, а четвертое оставалось под судном.

Во время кругосветного путешествия, совершаемого в 1976 году, мореходы Юлия и Дончо Папазовы из Болгарии проплывали в Тихом океане около экватора и наблюдали огромные светящиеся круги. Это было похоже на свет от прожектора, зажженного на глубине. Они появились в океане ночью, в течение нескольких часов плыли почти параллельно лодке путешественников. На следующую ночь все повторилось. Теперь с периодичностью в 1–2 секунды из океанской глубины возникали светящиеся яркие пятна.

Упоминания о странных объектах, поднимавшихся из океана на поверхность с яркими световыми пятнами, встречаются и в корабельных записях. Одно из таких, датированное 1825 годом, принадлежит Эндрю Блоксану. Он вместе со всей командой корабля наблюдал за «огромным светящимся телом», поднявшимся из воды в небеса. Объект был красный, словно раскаленный, от него исходил настолько яркий свет, что можно было рассмотреть морское дно.

В XX–XXI веках случаи наблюдения свечения и появления странных объектов участились. В журнале «Техника молодежи» за сентябрь 1972 года есть статья, в которой говорится о ледоколе, совершавшем военно-морские маневры в северной части Атлантического океана. Как-то члены команды стали свидетелями необычного явления, когда некий огромный серебристый объект пробил трехметровую толщу льда, покрывавшую поверхность океана, и скрылся в небе. Глыбы льда, подброшенные высоко вверх, стали падать вниз, а вода в образовавшейся проруби кипела, от нее поднимался дым.

Советский математик и астроном Ф. Ю. Зигель отмечал, что, по некоторым сведениям, летающие тарелки появлялись из океана или скрывались в нем. Ученый разделил все теории о происхождении НЛО на три вида: горные, океанические и космические. Он, как и некоторые другие исследователи, полагал, что возможно существование всех трех видов.

Зафиксировано много случаев якобы аварий НЛО, когда неизвестный аппарат падал или самостоятельно опускался в воду. Подобное событие произошло в 1928 году в Карелии около деревни Шукноволок, расположенной на берегу озера Ведлозер. Крестьяне рассказывали о странном теле цилиндрической формы, размер которого составлял примерно 1 метр. Из хвостовой части аппарата исходило пламя, а объект выглядел раскаленным. Он летел по наклонной траектории, не производя ни звука, затем скрылся в воде. Он находился в озере немного больше суток, вылетел из него, произведя много шума и вырвав громадный кусок земли, после чего исчез в небе. В том же году в деревню прибыла группа аквалангистов, тщательно обследовавших озеро. Они установили, что дно очень илистое, на нем нет никаких примечательных рельефов. Обнаружили только некое образование, похожее на вытекшую и застывшую лаву. Это не является какой-то аномалией, как утверждали аквалангисты. Правда, жители деревни все равно жалуются, что странные помехи не позволяют смотреть телевизор, тогда как в соседних деревнях никаких помех нет. Кроме того, в месте падения загадочного аппарата периодически появляются четырехцветные светящиеся кольца.

Стр:

Корабли-призраки

Больше всего кораблей-призраков дрейфует в Северной Атлантике. Правда, никто точно не может назвать число скитальцев — оно из года в год меняется. Статистика показывает, что в отдельные годы число «Голландцев», дрейфующих в Северной Атлантике, достигало трехсот. Довольно много бродячих кораблей встречается в морских районах, удаленных от судоходных путей и редко посещаемых торговыми судами. Время от времени «Летучие голландцы» напоминают о себе. То их течением выносит на прибрежные мели, то они оказываются выброшенными ветром на скалы или подводные рифы. Бывает, что «Голландцы», которые не несут в ночное время ходовых огней, становятся причиной столкновений со встречными судами, имеющих порой тяжкие последствия.

«Ангош»

В 1971 году при таинственных обстоятельствах был оставлен командой португальский транспорт «Ангош». Произошло это у восточных берегов Африки. Транспорт «Ангош» валовой вместимостью 1684 регистровые тонны и грузоподъемностью 1236 тонн вышел 23 апреля 1971 года из порта Накала (Мозамбик) в другой мозамбикский порт, Порту-Амелия. Тремя днями позже «Ангош» был обнаружен панамским танкером «Эссо Порт Диксон». Транспорт дрейфовал без экипажа, в десяти милях от берега. Новоявленного «Летучего голландца» взяли на буксир и привели в порт. Осмотр показал, что корабль перенес столкновение. Об этом свидетельствовали полученные им серьезные повреждения. Мостик носил явные следы недавнего пожара. Эксперты установили, что он мог явиться следствием происшедшего здесь небольшого взрыва. Однако объяснить исчезновение 24 человек команды и одного пассажира «Ангоша» так и не удалось.

«Летучий голландец»

Так называли корабль-призрак, управляемый мертвецами. Считалось, что это либо корабль, который должен был пойти ко дну, но почему-то не затонул, либо жертва гигантского кальмара или осьминога.

Встретить в море «летучего голландца» считалось плохой приметой — такая встреча сулила гибель.

«Мальборо»

В октябре 1913 года в одну из бухт архипелага Огненная земля шторм принес шхуну «Мальборо». Помощник капитана и несколько членов его команды поднялись на борт и были потрясены ужасным зрелищем: по всему паруснику были разбросаны мертвые, высохшие как мумии, тела членов экипажа.

Мачты парусника были абсолютно целыми, а вся шхуна была покрыта плесенью. В трюме творилось то же самое: повсюду мертвые члены экипажа, высохшие как мумии.

В результате расследования был установлен невероятный факт: трехмачтовый парусник вышел из порта Литтлтон в начале января 1890 года, направляясь в Шотландию, в свой родной порт Глазго, но по каким-то причинам так и не пришел в порт.

Однако что же случилось с экипажем парусника? Неужели штиль лишил его паруса ветра и заставил бесцельно дрейфовать до тех пор, пока не были исчерпаны все запасы питьевой воды? Как могло случиться, что парусник с мертвым экипажем не разбился о рифы за двадцать четыре года дрейфования?

«Орунг Медан»

В июне 1947 года (по другим сведениям — в начале февраля 1948 года) британские и голландские станции прослушивания, а также два американских корабля в Малаккском проливе приняли сигнал бедствия следующего содержания: «Капитан и все офицеры лежат мертвые в кубрике и на мостике. Возможно, вся команда мертва». За этим сообщением последовал неразборчивый код Морзе и короткая фраза: «Я умираю». Больше сигналов не поступало, но место отправки сообщения удалось определить методом триангуляции, и к нему немедленно направился один из упомянутых выше американских кораблей.

Когда корабль был найден, выяснилось, что вся его команда действительно мертва, включая даже собаку. На телах погибших не было найдено никаких видимых увечий, хотя по выражению лиц было очевидно, что они умирали в ужасе и сильных мучениях. Само судно также не было повреждено, но членами спасательной команды был отмечен необычный холод в глубине трюма. Вскоре после начала осмотра из трюма начал появляться подозрительный дым, и спасателям пришлось спешно вернуться на свой корабль. Через некоторое время после этого «Орунг Медан» взорвался и затонул, что сделало дальнейшее расследование инцидента невозможным.

«Сиберд»

Июльским утром 1850 года жители поселка Истонс-Бич на берегу штата Род-Айленд с удивлением увидели, что со стороны моря под всеми парусами к берегу идет парусное судно. На мелководье оно остановилось. Когда люди поднялись на борт, они обнаружили, что на камбузной плите кипит кофе, в салоне на столе расставлены тарелки. Но единственным живым существом на борту оказалась дрожащая от страха собака, забившаяся в угол одной из кают. Ни одного человека на судне не было.

Груз, навигационные приборы, карты, лоции и судовые документы были на месте. Последняя запись в вахтенном журнале сообщала: «Вышли на траверз рифа Брентон» (этот риф находится всего лишь в нескольких милях от Истонс-Бича).

Было известно, что «Сиберд» совершал плавание с грузом древесины и кофе с острова Гондурас. Однако и самое тщательное расследование, проведенное американцами, не раскрыло причины исчезновения с парусника его экипажа.

«Эбий Эсс Харт»

В сентябре 1894 года в Индийском океане с борта германского парохода «Пиккубен» заметили трехмачтовый барк «Эбий Эсс Харт». На его мачте развевался сигнал бедствия. Когда немецкие моряки высадились на палубу парусника, то увидели, что все 38 человек экипажа мертвы, а капитан сошел с ума.

Неизвестный фрегат

В октябре 1908 года неподалеку от одного из мексиканских крупных портов обнаружили полузатопленный фрегат, с сильным креном на левый борт. Стеньги мачт парусника были сломаны, название установить оказалось невозможным, команда отсутствовала. Никаких штормов или ураганов в этом районе океана в это время не отмечалось. Поиски оказались безрезультатными, а причины исчезновения экипажа так и остались невыясненными, хотя было выдвинуто множество самых разнообразных гипотез.

«Холчу»

В феврале 1953 года моряки английского судна «Рэни», находясь в двухстах милях от Никобарских островов, обнаружили в океане небольшой грузовой теплоход «Холчу». Корабль был поврежден, мачта сломана. Хотя спасательные шлюпки и оказались на своих местах, команда отсутствовала. В трюмах находился груз риса, в бункерах — полный запас топлива и воды. Куда исчезли пять членов экипажа, до сих пор остается загадкой.

«Кобенхавн»

4 декабря 1928 г. датское учебное парусное судно «Кобенхавн» вышло из Буэнос-Айреса, чтобы продолжить кругосветное плавание. На борту парусника находился экипаж и 80 воспитанников морского училища. Спустя неделю, когда «Кобенхавн» уже успел пройти около 400 миль, с борта была получена радиограмма. Командование сообщало, что плавание проходит успешно и что на судне все благополучно. Дальнейшая судьба парусника и находившихся на нем людей остается тайной. В порт приписки, Копенгаген, корабль не прибыл. Утверждают, что впоследствии его много раз встречали в различных уголках Атлантики. Парусник якобы шел под всеми парусами, но людей на нем не было.

«Джойта»

До настоящего времени остается загадкой история теплохода «Джойта». Считавшееся погибшим судно было обнаружено в океане. Плавало оно без экипажа и пассажиров. «Джойту» называют второй «Мэри Селест», о которой А. Конан Дойл писал: «Тайна этого судна никогда не будет разгадана». Но если события, имевшие место на «Мэри Селест», происходили в прошлом столетии, то исчезновение людей с борта «Джойты» относится ко второй половине ХХ века.

«Джойта» обладала отличными мореходными качествами. 3 октября 1955 года судно под командованием капитана Миллера, опытного и знающего моряка, покинуло порт Апиа на острове Уполу (Западное Самоа) и взяло курс к берегам архипелага Токелау. В порт назначения оно не прибыло. Были организованы поиски. Спасательные корабли, вертолеты и самолеты обследовали огромную акваторию океана. Однако все усилия оказались тщетными. Судно и 25 человек, находившихся на его борту, зачислили в список пропавших без вести. Прошло более месяца, и 10 ноября «Джойта» была случайно обнаружена в 187 милях к северу от островов Фиджи. Судно плавало в полузатопленном состоянии и имело большой крен. Ни людей, ни груза на нем не было.

Подводная лодка

В 1956 году перед собравшимися на берегу жителями острова Нью-Джорджия (из архипелага Соломоновых островов) появился необычайный корабль-призрак. Это была дрейфующая в океане подводная лодка. Из рубки высовывался скелет, высушенный тропическим солнцем. Людей не было видно. Ветром и волнами морского скитальца прибило к берегу. Удалось установить, что это была американская подводная лодка времен Второй мировой войны. Однако судьба экипажа так и осталась тайной.

Стр:

Тайны пиратов

Основными центрами пиратства были Балтика, Средиземное море, Индийский океан, Карибское море, Юго-Восточная Азия, а с XIX века и Восточная Африка.

В Древней Греции пиратство было самым что ни на есть обычным занятием. Сама обстановка располагала: множество островков, где нетрудно было спрятаться, оживленная торговля с соседями.

На Средиземном море пираты были почти при любой эпохе — от античности до Средневековья. Был небольшой перерыв во времена Рима, когда в море для борьбы с ними вышли боевые триеры Гнея Помпея, оснащенные как для полномасштабной войны с крупным государством. Очистить Средиземное море от пиратов удалось всего за сорок дней, однако с падением Рима старое прибыльное ремесло вновь возродилось.

Берберы из Северной Африки долгое время регулярно совершали набеги на Европу, начиная от Испании и заканчивая Исландией. Главной целью набегов был захват населения с целью продажи на восточных рынках.

В Раннем Cредневековье на морях господствовали викинги, не разделявшие пиратство и торговые походы; не менее традиционными были ирландские пиратские кланы, плававшие на кожаных лодках. Балтийское море облюбовали витальеры…

Тактика и стратегия у пиратов долгое время была неизменной. Они набрасывались на встречные суденышки, грабили их и топили. Пираты использовали специальные суда на весельной тяге: шебеки, бригантины, и т. д. Заприметив корабль, пираты пристраивались к нему в кильватер и догоняли, стреляя из пушек. Применяли и хитрости: переодевания, выслеживания отставших кораблей.

В команде пиратского корабля легко уживались европейцы, китайцы, арабы, индусы. Пираты были на редкость веротерпимы. Перед каждым отплытием пиратского корабля из порта служили мессу, причащали протестантов и так далее.

Дисциплине, царившей на пиратских кораблях, мог позавидовать любой военный корабль британского или испанского флота. Все решения принимались совместно. В голосовании на равных правах участвовали все члены экипажа. Должность капитана тоже была выборной.

Соблюдать пиратский кодекс побуждала исключительно жизненная необходимость. Кодекс гарантировал поддержание дисциплины на корабле. Пиратский кодекс напоминал уголовные понятия. По пиратским законам за оскорбление товарища можно было получить удары плетью, за драку провинившиеся получали сорок ударов плетью или палкой. Азартные игры были запрещены. Убийство товарища каралось смертью или высадкой на необитаемый остров.

Приговоренного к смерти в лучшем случае вешали на рее. В худшем подвергали килеванию — привязывали к каждой руке по веревке, после чего бросали в воду перед кораблем и протягивали вдоль бортов под днищем, вынимая из воды уже со стороны кормы. Киль и днище судна были покрыты ракушками, поэтому жертва получала многочисленные гематомы, глубокие резаные раны и захлебывалась водой. Даже переживший экзекуцию с большой долей вероятности впоследствии умирал от заражения крови.

Могли также бросить приговоренного за борт, привязав его за руки или за ноги, и таскать за кораблем по нескольку часов.

Килевание полуофициально существовало на военных флотах многих европейских морских держав, а на голландском флоте — даже официально, до 1853 года. К жертве иногда привязывали груз, чтобы дать ей шанс, так что после одного килевания можно было выжить. Однако процедуру в таких случаях повторяли по нескольку раз.

При высадке на необитаемый остров пиратам оставляли «джентльменский набор» — бутылку воды или рома, заряженный одной пулей пистолет, нож для охоты на рыбу и черепах. Впрочем, пираты довольно часто возвращались за брошенными «робинзонами», либо их подбирали другие корабли.

Если захват корабля встречал активное сопротивление, матросов убивали сразу или продавали в рабство вместе с пленниками. Если же штурм был мирным, морякам обычно предоставлялась возможность податься в пираты.

Самым страшным преступлением у пиратов считалось изнасилование женщины.

Пираты выплачивали своим товарищам компенсации за полученные увечья. И чем сильнее был покалечен товарищ — тем больше ему платили. Старых пиратов тоже не бросали, им выплачивали солидное выходное пособие.

В уставе капитана Барта Робертса указано, что если кому-то из членов команды во время несения службы оторвали конечность или сделали его небоеспособным, ему нужно выделить 800 фунтов стерлингов. За меньшие увечья выдавали в два раза меньше.

Традиция использовать пиратов на официальной службе появилась еще во времена античности. Основоположником считается понтийский царь Митридат VI Евпатор. Несколько позднее некоторые страны, осознав пользу пиратства, стали закрывать на него глаза, а потом и вовсе поощрять, превратив в серьезный бизнес — каперство. Наиболее отличились Англия, Франция и Испания. По сути своей каперская грамота — это разрешение грабить, воровать и убивать врагов государства, выдавшего данный документ. Обладатель грамоты был на службе государства, а потому при попадании в плен имел статус военнопленного. К тому же он получал возможность ремонтировать корабль в дружественных нанимателю портах и сбывать награбленное. Наниматель часто помогал каперам с финансами.

Веселый Роджер — флаг, являющийся символом пиратства. Белый череп с перекрещенными костями (или саблями) на черном фоне.

На самом деле флаг изначально был не пиратским, а вполне обычным сигнальным флагом, обозначавшим, что на корабле эпидемия чумы. Пираты изначально поднимали этот флаг в надежде, что моряки примут их корабль за зачумленный и не нападут.

На флагах встречались и менее известные сюжеты: скелет, холодное оружие, песочные часы.

Пиратский остров Тортуга, или Черепаший, — небольшой островок близ Гаити, с очень удобной гаванью, легкий в обороне и эксплуатации. Пиратам нужна была база, на которой они могли чинить корабли, пополнять команду и так далее. В конце XVII века французы потеснили пиратов, и тем пришлось уйти на Ямайку — каперское свидетельство на испанцев было проще получить от англичан, чем от французов. Оставшееся население было вывезено во французскую часть Гаити.

На южной оконечности Ямайки был основан Порт-Ройал. Когда появились пираты, они устроили местное самоуправление. Раса, нация, вероисповедание не влияли на права граждан. В городе действовали протестантские церкви и молитвенные дома нескольких конфессий, католическая часовня и даже синагога. Черные, белые и прочие цветные были свободны, хотя могли и попасть в рабство, задолжав местному пирату. Бытовые правила были созданы по принципу «живи сам и не мешай другому» и соблюдались обществом.

Пресная вода быстро становилась затхлой, омерзительной на вкус. Поэтому в воду, прежде чем пить, добавляли для вкуса немного рома. До того как появился ром, из-за трудностей хранения пресной воды моряки предпочитали брать с собой в путешествие слабое кислое вино, хранившееся намного лучше пресной воды.

Порт-Ройал разрушило 7 июня 1692 года мощнейшее землетрясение — две трети города были навсегда погребены под водой.

О самых известных пиратах в течение веков ходят легенды.

Альвильда

Альвильда — одна из первых известных пираток. Альвильда вела разбойничала в скандинавских водах еще во времена Раннего Средневековья. Легенды гласят, что эта женщина была принцессой, дочерью короля с острова Готланд. Когда монарх решил выдать ее замуж за Альфа, сына могущественного короля Дании, Альвильда бежала из дому и стала пиратом. Амазонка набрала команду из таких же молодых женщин, как и она сама. Разбойницы переоделись в одежду мужчин, и Альвильда стала главной разбойницей в местных водах. Вскоре налеты отважной женщины-пирата стали серьезно угрожать торговым судам и жителям прибрежных территорий Датского королевства, и на борьбу с грабителями был направлен сам принц Альф. Он и не подозревал, что будет преследовать свою несостоявшуюся невесту. После того как принц убил почти всех пиратов, он вступил в поединок с их главарем. Мужчина смог победить пирата и заставил его сдаться. Альф очень удивился, когда под шлемом обнаружил юное лицо Альвильды, на которой он хотел жениться. Девушка оценила храбрость принца и его боевые навыки, дав согласие выйти за него замуж. Свадьбу сыграли прямо на борту пиратского корабля. Принц пообещал вечно любить свою избранницу, а сама Альвильда дала зарок когда-либо выходить в море без супруга.

Исследователи обнаружили, что впервые легенду об Альвильде рассказал своим читателям монах Саксон Грамматик, живший в XII веке. Упоминание о женщине-пирате встречается в его «Деянии данов». Родился же образ Альвильды благодаря или мифам об амазонках, или древним скандинавским сагам.

Генри Морган

Генри Морган — король всех пиратов, по легенде один из авторов пиратского кодекса, прославился не только как самый удачливый джентльмен удачи, но и как искусный военачальник и политик. В начале своей карьеры Морган разыскивался Великобританией, даже был пойман, но до повешения дело не дошло. Более того, Морган был прощен — ведь благодаря ему Англия сумела закрепиться в Карибском море, — и даже пошел на повышение, став вице-губернатором Ямайки. Поразительным оказалось главное задание, порученное от самого короля, — очистить воды Карибского моря от пиратов. И бывший пират весьма преуспел на этом поприще. К моменту его смерти 25 августа 1688 года на Ямайке не осталось пиратов — как в те самые времена, когда Морган впервые появился в этих краях.

Фрэнсис Дрейк

Фрэнсис Дрейк, пират на службе Ее Величества, в 1577–1580 годах совершил кругосветное путешествие, а пролив между Антарктидой и Южной Америкой носит его имя.

Нищий дворянин, Дрейк стал юнгой, дослужился до капитана, получил корабль своего родственника и отправился в первый рейс. Обустроив базы на островах и заведя полезные знакомства, он вывел в море пять кораблей. За два года Дрейк прошел по всему побережью Южной Америки от берегов Панамы на Атлантическом океане и до берегов той же Панамы, но только тихоокеанского побережья, грабя богатые корабли.

Дрейк решил пройти из Тихого океана в Атлантический через так называемый Северо-западный проход, обогнув Северную Америку с севера. Но дойдя до примерно 58-й северной широты, решил повторить подвиг Магеллана и таки достиг берегов Англии, совершив второе в мире кругосветное путешествие.

В Англии Дрейк отправил королеве Елизавете богатый подарок, после чего она удостоила корабль своим визитом и произвела пирата в лорды. По легенде, когда их королевское величество взошло на трон, Дрейк закрыл глаз рукой, объяснив это тем, что ослеплен сиянием их высочества — так был изобретен характерный жест рукой, универсальное приветствие в армии.

Сэр Фрэнсис был жесток, упрям и весьма скверен характером, хотя и честен с командой: при дележе награбленного он никогда не забывал даже самого последнего юнгу.

Позже корсар Ее Величества совершил еще несколько рейдов и участвовал в разгроме испанской «Непобедимой армады».

Ингела Хаммар

Ингела Хаммар служила капером у шведского короля Карла XII во время Северной войны в начале XVIII века. В 1711 году девятнадцатилетняя девушка вышла замуж за пирата Ларса Гатенхильма, который официально получил от короля разрешение на грабеж вражеских торговых кораблей. Но капер грабил все, что встречалось на его пути. А будущего мужа Ингела знала ее с детства, их союз был давно уже одобрен родителями. Брак этот был счастливым, в нем родилось пятеро детей. Есть все основания предполагать, что Ингела была не просто любимой женой, ожидавшей своего мужа на берегу, но и верным соратником. Возможно, именно Ингела и была мозгом всех хитрых операций Ларса, стояла за всей его деятельностью. Большинство операций планировалось на базе в Гетеборге и оттуда управлялось. А в 1715 году семья заработала огромное состояние. В 1718 году Ларс умер, и его каперство перешло в наследство Ингеле. В ходе войны она еще больше расширила каперскую империю мужа. Не случайно шведку даже прозвали королевой мореходства. Но после заключения мирного соглашения с Данией в 1720 году и Россией в 1721 году воевать стало не с кем. В 1722 году бывший пират вышла повторно замуж, а умерла в 1729 году. Похоронили Ингелу Хаммар рядом с ее первым супругом.

Эдвард Тич

Эдвард Тич по прозвищу Черная Борода (1680–1718) родился предположительно в 1680 году в Бристоле. О детстве и юношестве Тича мало что известно. Одни историки говорят, что Тич был сиротой, другие — незаконнорожденным. В двенадцать лет Тич поступил юнгой на военный флот.

Черной Бороде нравилось вселять ужас в своих врагов. Ходили слухи, что во время сражения он вплетал в бороду запальные фитили и в клубах дыма, как сатана из преисподней, врывался в ряды противника.

В 1716 году Эдвард присоединился к пиратской команде Бенджамина Хорниголда, промышлявшего на островах Карибского моря, в частности на Нью-Провиденс. Тич довольно быстро получил собственный корабль, «Месть королевы Анны», и в период с 1717 по 1718 год стал известным пиратом. Проницательный и расчетливый капитан Эдвард Тич избегал использования силы, полагаясь на свой грозный образ, вызывавший страх у тех, кого он собирался ограбить. Эдвард мудро и справедливо управлял экипажем. Не сохранилось ни одного свидетельства об убийстве или пытках пленных на его корабле.

После ухода из команды Хорниголда Тич основал пиратский альянс и блокировал порт Чарльстон в Южной Каролине. Получив выкуп с местных жителей, Эдвард повел корабль на песчаную отмель у Бофорта в Северной Каролине. Тич принял королевское помилование, но вскоре вернулся в море, что не осталось без внимания губернатора штата Вирджиния Александра Спотсвуда. Спотсвуд снарядил группу солдат и матросов для поимки пирата. 22 ноября 1718 года Эдвард Тич был убит небольшим отрядом моряков под командованием лейтенанта Роберта Мэйнарда. После смерти Тич был романтизирован и послужил прототипом для многих произведений о пиратах в разных жанрах.

Тич послужил прототипом для образа пирата Флинта в романе Роберта Льюиса Стивенсона «Остров сокровищ».

Долгое время среди пиратов и авантюристов ходили слухи, что незадолго до смерти Тич спрятал большое количество золота и других богатств на необитаемом острове. Согласно современным данным, свои сбережения команда Тича действительно хранила на необитаемом острове Амелия, однако значительных ценностей там найдено не было.

Уильям Кидд

Уильям Кидд широко известен благодаря громкому судебному разбирательству его преступлений и пиратских нападений, итоги которого оспариваются и по сей день. По мнению некоторых современных историков, Кидд действовал согласно полученному им каперскому патенту и не нападал на союзные корабли.

Чем занимался Кидд до 1689 года — неизвестно. Имеется рапорт губернатора английской колонии на Британских Подветренных островах генерал-лейтенанта Кристофера Кодрингтона, согласно которому к Невису пришел 16-пушечный французский фрегат «Сент Роз» с английской командой на борту и под предводительством капитана Уильяма Кидда. Согласно донесению Кодрингтона и обрывочным показаниям Кидда, полученным позднее на допросах и в Верховном Суде Адмиралтейства, Уильям Кидд, плававший в составе английского флота, в 1688 году оказался одним из выживших после кораблекрушения у берегов Гаити. Спасшихся приняло к себе на борт судно французских пиратов, после чего Кидд промышлял вместе с ними в Карибском море и Атлантике до 1689 года.

Кидд принимал участие в войне Аугсбургской лиги против французов, затем остался в Новом Свете, где примкнул к фракции сторонников Вильгельма III, образованной впоследствии Славной революции, государственного переворота в Англии. «Антигуа» Уильяма использовалась для переправки оружия и боеприпасов войскам, готовящимся к штурму мятежного Форт— Джеймса, в южном конце острова Манхэттен.

21 марта в Нью-Йорк для восстановления королевской власти Вильгельма и Марии прибыл полковник Генри Слотер, назначенный лейтенант-губернатором еще 2 сентября 1689 года. Новый губернатор наградил Кидда за лояльность, кроме того Уильям получил долю с добычи захваченного им французского судна «Сент Пьер».

В 1695 году Вильгельм отстранил уличенного во взяточничестве губернатора Нью-Йорка Бенджамина Флетчера и назначил на его место Ричарда Кута, графа Белломонтского, до этого занимавшего пост губернатора, одновременно управлявшего Нью-Гэмпширом и Массачусетс— Бэй. Король поручил Куту решить вопрос с пиратами, препятствующими торговле в Нью-Йорке, колонии Род-Айленд и Провиденских плантациях. В декабре того же года нью-йоркский землевладелец Роберт Ливингстон посоветовал Куту нанять Уильяма Кидда для карательной экспедиции против тихоокеанских пиратов. Предполагалось, что Кидд будет проводить каперские операции на французских торговых путях и часть добычи отдавать лордам. Причем 1/4 от всей добычи получал экипаж, 1/5 получали Кидд и Ливингстон, 1/10 добычи переходила в королевскую казну, остальное получали лорды. Если же доля, полученная лордами, не окупала затраченные на снаряжение экспедиции средства, Кидд должен был покрыть разницу из своего кармана. В общей сложности лорды рассчитывали к марту 1697 года получить 20 000 фунтов прибыли. А если доход от всей полученной добычи превысил бы 100 000 фунтов, то корабль со всем снаряжением становился собственностью Уильяма. По мнению Генри Гилберта, тот факт, что часть добычи Кидд должен был передавать в казну, мог означать, что Вильгельм III также выступал в роли спонсора экспедиции.

11 декабря 1695 года Кидд получил каперский патент, согласно которому он был уполномочен захватывать французские суда в Индийском океане. 26 января 1696 года к этому документу было добавлено свидетельство, дававшее право захватывать еще и пиратские суда, но при этом не причинять вреда никому из союзных Англии государств.

Черная метка

Первоначально роль черных меток играли пиковые тузы. Причем их могли не передавать, а просто показывать провинившемуся. Это означало либо то, что провинившегося не рады здесь видеть (например, во время общего обеда), либо то, что его скоро убьют и он может уже начинать приготовления к отходу в мир иной. Потом тузы заменили бумажками с нарисованными на них сажей кружочками. Принимая бумажку, пират пачкал руку сажей и становился помеченным. Далее ему объясняли, в чем он конкретно не прав и какая участь его ждет (понижение статуса, вызов на поединок либо смерть). Пират был обязан либо принять поединок (в случае победы он отмывался от позора), либо достойно принять смерть, либо постараться изложить весомые оправдания. Однако само вручение черной метки уже заведомо означало, что приговор окончателен и обжалованию не подлежит. Так что оправдания пиратам помогали редко.

Как-то Кидд захватил индийское торговое судно «Кедахский купец». Капитан захваченного корабля Райт сообщил Кидду, что посредником в этом плавании выступает английская Ост-Индская компания, и Уильям, обеспокоенный тем, как к этому захвату отнесутся в Лондоне, вынес вопрос на голосование: либо захватить корабль и груз, либо продать груз обратно. Экипаж настоял на захвате, и Кидд, пытаясь сохранить контроль над командой, уступил. Однако, когда известие об этом достигло Англии, был разослан приказ Адмиралтейства о преследовании и захвате Кидда, объявленного пиратом, и его сообщников.

В апреле 1700 года Уильяма Кидда и его людей отправили в Англию для допроса в Парламенте. Очевидно, что новое правительство тори хотело дискредитировать вигов, которые поддерживали Уильяма. Однако на допросах Кидд отказался называть имена, надеясь, что покровители оценят его лояльность и ходатайствуют королю за него. Существует предположение, что Кидд мог избежать казни, начни он говорить. Ввиду молчания Кидда и бесполезности его в политической борьбе партий он был передан Верховному Суду Адмиралтейства, где ему предъявили обвинения в пиратстве и убийствах.

Кидд написал несколько писем королю Вильгельму с просьбой о помиловании. Уильяму были предоставлены два адвоката, но несмотря на это он был признан виновным по всем статьям: убийство и пять случаев пиратства и приговорен к смертной казни через повешение. Все его люди также были признаны виновными, кроме троих. Лорды-покровители Кидда не участвовали в суде, лишив подзащитного поддержки.

Казнь проходила в специальном месте в доках Ист-Энда, где казнили пиратов и разбойников. Известно, что в первый раз веревка оборвалась, и Кидда вешали дважды. После казни тела Уильяма и его сообщников были вывешены в Тилбери-Поинт над Темзой на специальных виселицах, употребляемых для разбойников, где они провисели три года, как предупреждение морякам и будущим пиратам. Вскоре после казни была распространена так называемая баллада «Прощание капитана Кидда с морями», популяризовавшая убеждение, что Кидд был обвинен ложно.

Мэри Рид

Мэри Рид с детства была вынуждена изображать мальчика. Ее мать, вдова, переодевала незаконнорожденную девочку в одежду рано умершего сына, чтобы избежать подозрений богатой свекрови.

В пятнадцать лет Мэри уехала во Фландрию, где (все так же переодетая в мужчину, под именем Марк) была зачислена в пехотный полк в должности кадета; и хотя везде демонстрировала отчаянную смелость в боях, она все-таки никак не смогла добиться продвижения по службе. Тогда она распрощалась с пехотой и пошла служить в кавалерию, где провела несколько таких блестящих операций, что заслужила уважение всех офицеров.

В скором времени юная Мэри без памяти влюбилась в одного фламандца, который был ее товарищем по оружию. Ее избранник не мог понять этих странных знаков внимания и уже начал подозревать, что его «молодой друг» предпочитает мужчин женщинам. Но в один прекрасный день Мэри нашла способ как бы случайно раскрыть свою тайну. Когда полк отошел на зимние квартиры, Мэри купила себе женскую одежду, и они открыто поженились. После свадьбы они сняли дом около замка в Бреда (Голландия) и оборудовали там таверну «Три Подковы».

Муж Мэри внезапно умер, тогда она снова переоделась в мужское платье и нанялась на голландский корабль, отправлявшийся в Вест-Индию. Корабль был захвачен английскими пиратами, которые его отпустили плыть дальше после того, как разграбили, но Мэри Рид, «единственный англичанин» на борту корабля, была ими оставлена на пиратском шлюпе. На корабле она познакомилась с Энн Бонни и стала вместе с ней сожительствовать с капитаном Джоном Рэкхемом. В 1720 году команда была поймана губернатором Ямайки. Мэри, как и все, была приговорена к повешению, однако исполнение ее приговора, как и приговора Энн, отложили по причине беременности.

Мэри умерла в тюрьме. Причина смерти неизвестна, но называются две вероятные: либо при родах, либо тайно убита.

Оливье Ле Вассер

Оливье Ле Вассер — французский пират, носивший прозвище Ла Бюз (что значит «канюк»), которое дал сам себе. Первоначально совершал рейды в Атлантическом океане, пока власти Великобритании и Франции не решили положить конец пиратству в Карибском море.

Ла Бюз переместился в Индийский океан, где начал промышлять совместно с капитаном Инглэндом, а затем со сместившим его капитаном Тэйлором, командовавшим фрегатом «Ла Дефанс». По некоторым версиям, в период с 1725 по 1729 год Оливье Левассер с командой из 250 головорезов обитал на Сейшельских островах. В 1730 году он был пойман, приговорен к смерти и повешен в городе Сен-Поль на острове Реюньон. Перед смертью он оставил записку, бросив в толпу криптограмму, на которой было обозначено местонахождение клада.

В 1947 году бывший охотник на крупную дичь англичанин Уилкинс поставил перед собой цель найти клад Оливье Ле Вассера. После многолетнего изучения фактов он пришел к убеждению, что Ла Бюз вплел в криптограмму греческий миф о двенадцати подвигах Геракла. Вплоть до 1970 г. Уилкинс занимался поисками сокровища и вел раскопки на острове Маэ в группе Сейшельских островов, расположенном примерно в 1000 км к северу от Мадагаскара и примерно в 2000 км к востоку от кенийского побережья в Индийском океане. Он считал, что сокровище находится в пещере на берегу острова, но кроме старых пистолетов и нескольких монет ему ничего найти не удалось. Истратив подчистую свое состояние, кладоискатель в конце концов сдался, однако власти Сейшельских островов по-прежнему утверждают, что сокровище спрятано на острове Маэ.

Жанна де Бельвиль

Жанна де Бельвиль примерно в 1335 году вышла замуж за бретанского дворянина, Оливье Клессона. Это было неспокойное время — шла Столетняя война, а страну раздирали внутренние конфликты. Муж Жанны оказался соучастником заговора и был казнен по приказу короля Филиппа VI. Любящая жена решила отомстить за мужа, поклявшись сделать все возможное для этого. Жанна взяла двух своих сыновей, старшему было всего четырнадцать лет, и отправилась в Англию. Там она добилась аудиенции у короля Эдуарда III. Монарх предоставил мстительнице небольшой флот из трех кораблей, он получил название «Флот возмездия в Ла-Манше». Эта небольшая флотилия на протяжении нескольких лет грабила торговые суда, нападая даже на военные корабли Франции. Вся полученная добыча отправлялась в Англию, а сдавшиеся моряки просто уничтожались. Храбрая женщина лично ходила на судах в море в поисках добычи, Жанна в числе первых бросалась на абордаж и возглавляла штурмы прибрежных французских замков. Очевидцы рассказывали, что женщина-пират отлично владела и абордажным топором, и саблей. Слава Жанны де Бельвиль распространилась по Франции, где ее прозвали кровожадной львицей. Парламент даже вынес специальное постановление об изгнании из страны столь непокорной подданной и о конфискации всего ее имущества. Флот страны получил приказ очистить наконец Ла-Манш от английских пиратов. Вскоре флотилия Жанны попала в окружение. Сама она бросила пиратов и на небольшой гребной лодке вместе с сыновьями отправилась в сторону Англии. Шесть дней матросы пытались догрести до острова, но течение постоянно сносило их в море. Оказалось, что побег был совершен в такой спешке, что пираты забыли взять с собой воду и провиант. Через шесть дней умер младший сын де Бельвиль, а потом и несколько матросов. Через несколько дней несчастных вынесло к берегам Бретани. К счастью для Жанны, она попала к соратникам своего погибшего мужа. Со временем храбрая женщина снова вышла замуж, ее избранником стал дворянин Готье де Бентли.

Уильям Дампир

Уильям Дампир считается одним из самых известных пиратов. Он внес вклад в изучение ветров и течений, выпустив несколько книг на эту тему, был членом Британского Королевского Общества.

Его отец, Джордж, был мелким арендатором и умер, когда сыну было всего семь лет. Вскоре умерла и мать. Заботу о судьбе юного Уильяма взял на себя местный помещик, бывший полковник Хеляр. В шестнадцать лет Дампир поступил юнгой на торговый корабль и совершил свое первое путешествие — во Францию. Затем некоторое время он занимался рыболовным промыслом в водах Ньюфаундленда, но из-за погодных условий не смог там долго работать и в дальнейшем плавал только в тропических водах. Затем Дампир плавал на Яву и возвратился оттуда в 1672 году, за несколько месяцев до начала третьей войны с Голландией.

В 1691 году он вернулся в Лондон, обработал дневники, которые непрерывно вел с 1674 года, и в 1697 году опубликовал первый том своего труда «Новое путешествие вокруг света». Книга была посвящена президенту Королевского научного общества. Это не осталось незамеченным, и в том же году Дампир получил должность на таможне. Его пригласили в Совет по торговле и предпринимательству в качестве эксперта по вопросам борьбы с пиратством. В сентябре 1698 года он консультировал Совет относительно маршрута для эскадры военных кораблей, посылаемых на борьбу с пиратами в водах Мадагаскара.

Два года спустя вышел второй том «Нового путешествия вокруг света». Дампир получил большую известность в научных кругах, был представлен графу Оксфордскому и королю Вильгельму III, который ввел его в состав членов Королевского общества.

Британское Адмиралтейство решило организовать экспедицию для исследования берегов Новой Голландии (Австралии) и во главе ее поставило Уильяма Дампира, принятого на службу в военный флот. На корабле «Робак» он 14 января 1699 года вышел в море. С первых дней Дампир не поладил с командой и своим первым помощником лейтенантом Фишером. Фишер подозревал Дампира в том, что он может примкнуть к пиратам вместе с королевским кораблем, а Дампир подозревал Фишера в том, что он распускает о нем слухи среди членов команды. Во время очередной ссоры Уильям, орудуя тростью, загнал Фишера в каюту, где держал его в кандалах до тех пор, пока не сдал в тюрьму в Бразилии. 31 июля Уильям подошел к западному берегу Новой Голландии. Он обследовал обширный залив, названный им заливом Шарк, и открыл группы островов — архипелаг Дампира. Он также открыл острова, названные им Сент— Маттиас. Затем Дампир обследовал открытую им Новую Британию и повернул обратно в Англию. Однако в Атлантическом океане корабль дал сильную течь, 22 февраля с трудом удалось дойти до острова Вознесения, где корабль и потерпел крушение. 2 апреля попутный английский корабль взял потерпевших крушение на борт.

В Англии против Уильяма было заведено уголовное дело. Дампир был отдан под суд за жестокое обращение с матросами и гибель экспедиционного судна. Однако приговор суда оказался довольно мягким: ему не разрешалось в дальнейшем служить на кораблях флота Ее Величества королевы Анны.

Но вскоре началась война за испанское наследство, и Дампир достал себе каперское свидетельство, снарядил два корабля, «Сент-Джордж» и «Синг Порт», и в 1703 году отправился в Тихий океан. На острове Хуан-Фернандес Дампир высадил парусного мастера (по другой версии боцмана) Александра Селкирка, история которого легла в основу книги Даниэля Дефо «Робинзон Крузо». Возвратившись из пиратской экспедиции, Уильям Дампир выпустил книгу о плавании на «Робаке», которую назвал «Путешествие в Новую Голландию».

В 1708–1711 годах в качестве главного штурмана военно-пиратской экспедиции Роджера Вудса Дампир снова совершил кругосветное путешествие, в ходе которого забрал Селкирка с острова Хуан-Фернандес.

После возвращения из третьего кругосветного путешествия Уильям Дампир прожил еще три года. Остаток жизни он провел в уединении, за ним ухаживала его двоюродная сестра Грейс Мейсер.

Чжэн Ши

Чжэн Ши — китайская морская разбойница, которая снискала славу одного из самых удачливых пиратов. Она командовала флотом в 2 тысячи судов и имела под своим началом более 70 тысяч матросов. «Мадам Цзин», как ее еще называли, была проституткой до того, как встретиться с Чжэн И, самым знаменитым китайским пиратом своего времени. Они вступили в брак и отправились во Вьетнам, где в самом разгаре была гражданская война. После замужества девушка получила новое имя — Чжэн И Сяо («жена Чжэна»). У Мадам Чжэн не было детей, поэтому пираты похитили у рыбаков и усыновили пятнадцатилетнего Чжан Баоцзай.

После гибели мужа Чжэн Ши («вдова Чжэна») унаследовала пиратский флот из четырехсот судов. Вскоре она вступила в брак со своим пасынком. Под их совместной командой пираты не только атаковали торговые суда у берегов Китая, но и заплывали далеко в устья рек, разоряя прибрежные поселения. Цинский император Цзя-цин был настолько уязвлен подъемом пиратства, что в январе 1808 года направил против Чжэн Ши свой флот, однако целый ряд вооруженных столкновений с властями не смог подорвать силы пиратской коалиции.

Считается, что ключом к успеху Чжэн Ши была железная дисциплина, царившая на ее судах. Она ввела строгие предписания, положившие конец традиционной пиратской вольнице. Грабеж союзных пиратам рыбацких деревень и изнасилование плененных женщин карались смертной казнью. За самовольную отлучку с судна пирату отрезали левое ухо, которое затем предъявлялось всей команде для устрашения.

Один из пиратских капитанов поднял восстание против Мадам Чжэн и сдался на милость властям. Только когда ее флот был ослаблен и авторитет поколеблен, Мадам Чжэн пошла на перемирие с императором. Она переходила на сторону властей, а ее супруг получал синекуру в китайском правительстве. Удалившись от пиратских дел, Мадам Чжэн поселилась в Гуанчжоу, где содержала публичный дом и притон для азартных игр.

Эдвард «Нед» Лау

Эдвард «Нед» Лау, один из самых кровожадных пиратов, с раннего возраста промышлял воровством. Его жена умерла при родах, и два года спустя он стал пиратом, промышлявшим у берегов Новой Англии и Азорских островов, а также в Карибском бассейне. Лау захватил более ста кораблей, большинство из них было сожжено.

Арудж Барбаросса

Арудж Барбаросса — турецкий пират, владыка Алжира. Он перешел в ислам и принял имя Арудж в 16 лет, после захвата турками острова Лесбос, где он жил, и добровольно поступил на турецкое пиратское судно. Уже в возрасте двадцати лет он отличался отвагой и беспощадностью. Попав во время боя в плен к христианам, был сослан на остров Родос, но вскоре бежал и снова стал пиратом. Но, не удовлетворяясь ролью, а соответственно и долей добычи рядового пирата, Арудж взбунтовал команду и, захватив корабль, стал предводителем. Одной из первых операций, совершенных им, был дерзкий захват двух военных галер, принадлежавших Папе Римскому Юлию II.

Заключив договор с эмиром Туниса, Арудж получил в распоряжение остров Джербу, на котором организовал базу своего флота, в обмен на обязательство отдавать эмиру 20 процентов захваченной пиратской добычи, однако вскоре сумел добиться уменьшения доли эмира до 10 процентов. Пиратский флот Аруджа терроризировал все порты Средиземноморского побережья. В 1516 году мелкий мавританский султан Селим ат-Туми, призвав на помощь Аруджа, захватил Алжир и провозгласил себя эмиром Алжира. Пользовавшийся полным доверием нового эмира, Арудж, войдя к нему в бассейн во время купания, собственноручно задушил в воде Селима и провозгласил себя владыкой Алжира под именем Барбароссы I. В 1516–1517 годах Арудж разгромил войска Мулая Абу Абдаллаха, вассала испанского короля, взяв Медею, Тенес и другие поселения.

После ряда осложнений на суше и на море с войсками и флотом испанского короля Карла V султан Барбаросса I, потеряв значительное количество соратников, был вынужден оставить Алжир на своего брата Хайр-ад-Дина и с отрядом всего в 1500 человек отправиться за помощью к марокканскому султану. Настигнутый испанцами у рекиСаладо, Барбаросса успел переправиться на другой берег и имел возможность спастись, однако, видя, как отважно сражаются его товарищи, принял решение вернуться к отряду и погиб в неравном бою.

Бартоломью Робертс

Бартоломью Робертс совсем не подходил под пиратские стандарты. Он всегда был хорошо одет, рому предпочитал чай и держал на борту целый оркестр. Он имел превосходные манеры, редко расставался с Библией и всегда был чисто выбрит. Он отдал приказ похоронить его в море, если он погибнет в сражении. Он искренне ненавидел безжалостность, сквернословие и невоспитанность, запрещал всякого рода азартные игры и по воскресеньям проводил службы для верующих. Он не употреблял алкоголь, писал красивым почерком и обожал музыку. Однако свое дело Барт знал не хуже других и добился больших успехов: захватил 456 кораблей и добычу на сумму более 50 миллионов фунтов стерлингов за свою короткую, всего лишь четырехлетнюю, карьеру пирата.

Джек Рэкхем

Джек Рэкхем, также известный как Джек Рэкем, Калико Джек (это прозвище он получил за контрабанду ткани калико, а также за то, что постоянно носил штаны из этой ткани), не был известен как жестокий или удачливый пират. Он прославился благодаря тому, что в его команде было две женщины, переодетые в мужскую одежду, — Энн Бонни и Мэри Рид. Обе были сожительницами капитана. Их смелость делала команду корабля знаменитой.

Им везло до 1720 года, когда шлюп Рэкхема наткнулся на судно губернатора Ямайки. Большая часть команды была пьяна. Рэкхем, пытаясь уйти от преследования, перерубил якорный канат, но судно смогло догнать его. После короткого боя пиратское судно взяли на абордаж.

По решению суда капитана Рэкхема и почти всю его команду в триста человек приговорили к виселице. Приговор был приведен в исполнение на Ямайке.

Перед казнью Джек просил разрешения увидеть Энн Бонни, но та отказалась и вместо утешения передала своему любовнику, что он вызывает у нее негодование своим жалким видом.

Если бы ты дрался как мужчина, то тебя бы не повесили, как собаку!

Энн Бонни

Жако Делахай

Жако Делахай вела деятельность французского приватира в XVII веке. А родилась она на экзотическом Гаити, правда, отец девушки был не туземцем, а французом. В истории пиратства Жако Делахай осталась женщиной необычайной красы. Считается, что путь пирата она избрала после смерти отца. По сути это был единственный близкий для нее человек. Мать умерла при родах, а старший брат был умственно неполноценным и оставался на попечении Жако. Пришлось взойти на борт корабля своего отца-моряка и сделаться разбойницей. Со временем, чтобы спрятаться от преследователей, пират инсценировала собственную смерть. Одно время Жако сменила имя и жила в мужском обличье. Вернувшись, она заслужила прозвище «Рыжая из мертвых», благодаря своим красивым огненно-рыжим волосам.

Мария Линдси

Муж Марии Линдси, Эрик Кобхем, грабил суда в заливе Святого Лаврентия, а база у него располагалась на острове Ньюфаундленд. Пара прославилась своей жестокостью. Захваченные корабли пираты предпочитали топить, а всех членов команды или убивали, или использовали в качестве мишени для упражнений в стрельбе. Такая карьера корсаров длилась у супругов с 1720 по 1740 год. После этого пара решила начать новую жизнь во Франции. В Европе чета Кобхемов стала уважаемой в обществе, Эрик сумел даже получить пост судьи. Вот только для Марии столь степенная жизнь оказалась не по нраву, и она попросту сошла с ума. То ли женщина покончила с собой, то ли ее убил муж. А перед смертью Эрик Кобхем рассказал обо всех своих грехах священнику, попросив рассказать всем историю его жизни. Книга вышла позорной и обличающей, а потомки даже пытались выкупить и уничтожить тираж. Но копия осталась в национальном архиве Парижа.

Рейчел Уолл

Рейчел Уолл — последняя, кого повесили в американском штате Массачусетс. Возможно, это первая рожденная в Америке женщина, ставшая пиратом. Родилась она в семье набожных верующих в провинциальном Карлайле, Пенсильвания. Жизнь на загородной ферме не понравилась Рейчел, и она предпочла перебраться в город. Однажды на девушку напали в порту, ее спас некий Джордж Уолл. Парень с девушкой полюбили друг друга и поженились, хотя родители Рейчел были против. Молодые люди переехали в Бостон, где Джордж стал моряком на рыбацкой шхуне, а его жена — служанкой. Семье постоянно не хватало денег, и Джордж Уолл предложил своим друзьям заделаться пиратами. Сперва экипаж вместе с Рейчел орудовал на острове Шолс, что неподалеку от побережья Нью-Гемпшира. Девушка на палубе шхуны изображала жертву кораблекрушения. Когда же туда прибывали шлюпки со спасателями, пираты убивали их и грабили. В 1781–1782 годах супруги Уолл вместе со своими подельниками захватили двенадцать лодок и заработали таким образом шесть тысяч долларов и кучу ценностей. Было убито 24 человека. Но в итоге Джордж Уолл, как и большая часть его команды, погиб во время сильного шторма. Рейчел пришлось вернуться в Бостон и работать там прислугой. Но разбойница не забыла своего прошлого, время от времени обворовывая лодки в доках. При попытке ограбить молодую даму Маргарет Бендер бандитку поймали. 10 сентября 1789 года Рейчел Уолл осудили за грабеж, но она попросила, чтобы ее судили как пирата. Власти согласились, хотя женщина никого и не убивала. 8 октября Рейчел была повешена. Ей было всего двадцать девять лет.

Томас Кэвендиш

Томас Кэвендиш был приватиром, капером, известным как Навигатор. Поступив в юности на службу в английский военный флот, он бурно провел молодые годы и быстро растратил свое небольшое наследство. Он всю жизнь завидовал славе Фрэнсиса Дрейка и решил, подражая ему, совершить рейд в испанские воды близ Америки, уничтожая суда и города. Он вернулся в Англию, превратившись в рыцаря, одного из богатейших людей мира и национального героя. Он решил обрести на этом поприще славу и преумножить свое состояние. Он купил три корабля в 10, 40 и 60 тонн водоизмещением — «Удовлетворение», «Красавчик Хью» и «Желание»; подобрал экипаж из 120 бывалых матросов и солдат и 22 июля 1586 года вышел из Плимута в открытое море. Экспедиция преследовала две цели — нанесение на карты Ее Величества неизвестных островов, течений и ветров, а также грабеж, как морской, так и береговой. Грубый и жестокий по натуре, Кэвендиш без малейших угрызений совести топил корабли, на которых находились старики, женщины и дети, жег города, пытал пленных, вымогая у них драгоценности и золото.

Он совершил третье в истории кругосветное путешествие, заодно грабя корабли и города. В результате путешествие продолжалось два года и пятьдесят дней — это был рекорд скорости, державшийся два века. Кроме того, вернулось пятьдесят человек, что было рекордом благополучия. Англичане получили подробнейшие карты кратчайшего пути с точными расстояниями, очертаниями берегов, проливов, бухт, мест якорной стоянки, течениями, ветрами и т. д.

Быстро промотав богатство, Кэвендиш решил повторить кругосветное путешествие. 6 августа 1591 года он снова вышел из Плимута с пятью кораблями. Но экспедицию преследовали неудачи, и он умер в море в возрасте 32 лет.

Леди Мэри Киллигру

Леди Мэри Киллигру, ставшая грозой Ла-Манша, умудрялась вести двойную жизнь. В светском обществе даму знали и уважали как супругу губернатора, лорда Джона Киллигру, жившего в портовом городе Фалмет. Но она тайно командовала пиратами, которые грабили торговые корабли в заливе Фалмет. Такая тактика долгое время позволяла леди действовать безнаказанно и скрытно. Она никогда не оставляла живых свидетелей. Однажды в залив вошел испанский корабль, тяжело груженный товаром. Капитан с экипажем не успели опомниться, как были захвачены пиратами. Главарь испанцев сумел спрятаться и с удивлением увидел, что корсарами командует молодая, красивая, но очень жестокая женщина. Капитан сумел сбежать с захваченного судна и добраться до берега. В городе Фалмет он направился к губернатору, чтобы сообщить ему о нападении пиратов. Каково же было удивление капитана, когда он увидел ту самую красавицу, восседавшую рядом с губернатором! А ведь лорд Киллигру управлял двумя крепостями, которые должны были обеспечивать спокойное плавание торговых кораблей в заливе. Тогда капитан решил промолчать и уехал в Лондон. Там он поведал странную историю королю, который и начал расследование. Неожиданно оказалось, что у леди Киллигру пиратство в крови — ее отцом был знаменитый пират Филипп Волверстен из Софолка, сама же женщина с раннего возраста стала принимать участие в разбойных нападениях своего отца. Замужество помогло ей добиться положения в обществе, а также сформировать собственную пиратскую команду. Так леди Киллигру начала грабить суда в Ла-Манше и прибрежных водах. Следствие выяснило, как именно пропадали некоторые корабли, которые до того считали исчезнувшими из-за мистических сил. Лорд Киллигру за потакание супруге был казнен. Леди тоже получила смертный приговор, замененный потом королевой Елизаветой I на пожизненное тюремное заключение. Интересно, что через десять лет в Ла-Манше снова объявились пираты под командованием леди Киллигру. На этот раз действовала уже невестка казненного лорда.

Грейн О’Мэлли

Грейн О’Мэлли была очень смелой, но жестокой и бесчувственной по отношению к своим врагам. Грейн происходила из старинного ирландского рода, в котором было немало пиратов, корсаров или просто мореплавателей. На кораблях семейства развевался флаг с белым морским коньком и надписью «Сильные на суше и на море». Согласно легендам, Грейн О’Мэлли появилась на свет в один год (1533) с английской королевой Елизаветой I. Пишут, что ирландка даже пару раз встречалась со своей коронованной ровесницей, хотя в жизни женщины воевали друг с другом. Уже с ранней молодости Грейн проявила воинственный характер. Когда отец отказался брать ее в море, девушка отрезала свои роскошные волосы — символ женской красоты. Так появилась ее прозвище «Лысая Грейн». В морских путешествиях девушка училась еще и языкам, она прекрасно знала латынь. Вскоре отважная девушка сплотила себя самых отборных пиратов и корсаров и стала грабить земли людей, враждебных ее клану. Грейн решила таким образом разбогатеть. Со временем она то ли победила в бою своего сводного брата и стала вождем клана, то ли просто вышла замуж за корсара О’Флаэрти, возглавив его флот. Даже будучи пиратом, Грейн успела родить трех детей. После смерти в бою мужа вдова сумела сохранить свой воинственный флот, к тому же родственники уступили ей остров Клэр для пиратской базы. Да и безутешной женщина не осталась. Сперва Грейн утешилась в объятиях молодого аристократа Хью де Лэйси, на пятнадцать лет младше себя. После него мужем храброй женщины стал лорд Берки по прозвищу Железный Ричард. Дело в том, что на побережье Мейо только его замок и оказался не захваченным ею. Этот брак просуществовал всего год. Развелась пират весьма оригинально — просто заперлась в замке и крикнула из кона Ричарду Берку, что уходит от него. Грейн проявила свой бунтарский характер даже на встрече с королевой Елизаветой. Сперва она отказалась поклониться ей, не признавая королевой Ирландии. Да и кинжал бунтарка как-то умудрилась пронести с собой. В итоге удалось если не привлечь Грейн на королевскую службу, то заключить хотя бы видимость мирного соглашения. Со временем пират снова начала свою деятельность, стараясь все же не вредить Англии. Умерла Грейн О’Мэлли в 1603 году, в один год с королевой.

Энн Бонни

Энн Бонни в пятилетнем возрасте благодаря отцу, адвокату Уильяму Кормаку, попала в Северную Америку. В восемнадцать лет Энн слыла красавицей с бурным и непредсказуемым темпераментом. Она считалась завидной невестой, и отец начал присматривать богатых женихов. Но девушка познакомилась с матросом Джеймсом Бонни и влюбилась в него. Отец препятствовал отношениям, и молодые люди поженились и уехали на остров Нью-Провиденс. Но любовь вскоре прошла, и Энн стала жить с капитаном пиратского судна Джоном Рэкемом. Тот, чтобы не расставаться со своей пассией, переодел ее в мужскую одежду и взял к себе на службу матросом. Энн стала пиратом шлюпа «Дракон», курсировавшего между Багамских и Антильских островов. В моменты абордажа купеческих судов Энн поражала даже отборных пиратов своей отвагой. Она была беспощадной к врагам, бросаясь первой в самую гущу боя. А после окончания сражения Энн лично расправлялась с пленными, делая это крайне жестоко. Даже закаленные в боях пираты пугались такого садизма молодого матроса, который по поводу и без повода хватался за нож и пистолет. Они и не знали, что их соратник является женщиной. Через некоторое время Энн забеременела, и капитан высадил ее на берег, оставив на попечение свое друга. Родив, женщина оставила опекуну своего маленького ребенка и вернулась к пиратам. Там она вместе с капитаном решила рассказать пиратам правду. И хотя команда помнила, что значит женщина на корабле, тем более пиратском, бунт не состоялся, ведь все помнили, насколько кровожадна и жестока Энн. Да и ее поведение, и советы часто спасали пиратов. А в одной из атак «Дракон» захватил английский корабль. Молодой матрос Мак понравился Энн, но он тоже оказался женщиной, англичанкой Мэри Рид. Она также стала пиратом, не менее известной, чем ее подруга. В 1720 году Энн Бонни вместе с сообщниками была поймана. Казнь женщины постоянно откладывалась из-за ее беременности. Говорят, что отец сумел выкупить свою непутевую дочь и вернуть домой. Скончалась гроза морей в 1782 году, в почтенном возрасте, родив во втором спокойном браке еще девять детей.

Анна Дье-Ле-Во

Анна Дье-Ле-Во (Мэри Энн, Марианна) объявилась на Тортуге в 1665–1675 годы, когда там правил губернатор Бертран Догерон Де-Ля-Буре. На этом острове, известном прибежище пиратов, Мэри Энн вышла замуж за корсара Пьера Ленгса. В 1683 году тот погиб на дуэли от рук знаменитого пирата Лоренса де Граффа. Тогда Марианна вызвала его также на поединок. По некоторой информации поводом стала вовсе не гибель супруга, а личные оскорбления. Но драки не состоялось, Лоренс заявил, что не собирается драться с женщиной. Восхитившись ее храбростью, он предложил Марианне стать его женой. На самом деле де Графф официально уже состоял в браке, так что Марианна стала его сожительницей и любовницей. Можно действительно называть Анну пиратом, так как она повсюду следовала за своим супругом и сражалась рядом с ним. Похожим образом вела себя и Энн Бонни. Однако в отличие от нее Дье-Ле-Во своего пола не скрывала, именно поэтому и привлекала к себе внимание, вызывая всеобщее уважение и даже восхищение. Считается, что пиратом Марианна была храбрым, суровым и беспощадным. У нее даже появилось прозвище «Анна — божья воля». И хотя считается, что женщина на корабле приносит несчастье, Марианны это не касалось. Казалось, что с ней пиратам сопутствует удача. В 1693 году ее муж поучаствовал в захвате Ямайки, за что получил титул шевалье и чин старшего лейтенанта. Но уже через год англичане атаковали Тортугу — Анна вместе с двумя своими дочерями попала в плен и три года пробыла заложником. Семья воссоединилась только в 1698 году. Судьба пиратов затем теряется, говорят, что они даже стали колонистами в Миссисипи. Но есть одна интересная история, датированная 1704 годом. Существуют свидетельства, что тогда именно Анна вместе со своим супругом Лоренсом напала на испанское судно. Мужчина был убит ядром, тогда командование пиратами взяла на себя Марианна. К несчастью, разбойников оказалось меньше, они проиграли битву. Всех пиратов отправили на каторгу, а вот имя их предводительницы оказалось слишком знаменитым. Новость об аресте Анны через морского секретаря Франции дошла до самого Людовика XIV, который попросил вмешаться испанского короля. В результате женщину-пирата освободили. А одна из ее дочерей жила на Гаити и прославилась тем, что победила на дуэли мужчину.

Сэм Беллами

Сэм Беллами влюбился в Мэри Халлет, когда ему едва исполнилось двадцать лет. Родителям девушки Беллами не понравился, потому что был небогат. В июле 1715 года затонула испанская флотилия с сокровищами на борту у берегов Флориды, и Сэм Беллами решил во что бы то ни стало достать эти сокровища, чтобы доказать свое право на руку Марии. Найти сокровища ему не удалось, но он не мог позволить себе вернуться домой с пустыми руками. Он стал пиратом и впоследствии прославился как Черный Сэм Беллами. Сэм Беллами получил это прозвище, потому что в отличие от других пиратов не носил традиционного напудренного парика, а завязывал свои темные волосы в простой узел. Черный Сэм присоединился к команде корабля Бенджамена Хорнигольда и очень скоро завоевал себе высокую репутацию среди пиратов. В результате бескровного переворота Черный Сэм стал капитаном пиратов вместо Хорнигольда. Чуть больше, чем за год, Сэму Беллами удалось захватить 50 кораблей — что по тем временам считалось невиданным успехом. В марте 1717 Беллами без единого выстрела захватил хорошо вооруженный быстроходный корабль Уайда, наполненный сокровищами, полученными за продажу рабов. Великодушный Беллами отдал свой корабль торговцам, а сам перебрался на Уайду. На борту кораблей Беллами темнокожие служили на равных с белыми, что было немыслимо для эпохи рабства и выдавало в нем человека благородного по своей сути, а не по происхождению. Черный Сэм орудовал от берегов Карибского моря до Флориды. Вскоре он повернул на север, к Мэри Халлет, мчался к ней на всех парусах, но… корабль попал в страшный шторм, и «принц пиратов» погиб, так и не увидевшись со своей возлюбленной.

Шарлотта Бадгер

Были женщины-пираты и в истории Австралии. Самой первой считается Шарлотта Бадгер, которая родилась в английском Вустершире. Она вошла в историю еще и тем, что стала одной из первых двух белых женщин-поселенцев в Новой Зеландии. Появилась на свет англичанка в бедной семье, чтобы прокормить себя, она стала заниматься мелким воровством. В 1796 году девушку поймали при попытке украсть шелковый платок и несколько монет. За это ее приговорили к семи годам каторги в Новом Южном Уэльсе, Австралия. Там она стала работать на женском заводе и даже родила дочь. Вместе с ребенком в 1806 году Шарлотта поднялась на борт судна «Венера», планируя найти в колониях работу. Капитан корабля, Сэмюэл Чейз, оказался человеком жестоким и любил бить женщин плеткой просто ради забавы. Бадгер вместе со своей подругой, также ссыльной, Катрин Хагерти, не хотела терпеть издевательств садиста и подговорила пассажиров поднять бунт. Захватив корабль, женщины вместе со своими любовниками направились к Новой Зеландии, выбрав непростую судьбу первопоселенцев. Есть информация, что мятежники с «Венеры» вместе с двумя женщинами и их любовниками занялись пиратством. Однако эта затея быстро провалилась, ведь в мореходном деле бунтовщики ничего не понимали. Есть история о том, что судно было захвачено туземцами маори. Они сожгли корабль, съев или убив членов экипажа. Катрин Хагерти умерла от лихорадки, а вот судьба Шарлотты Бадгер, пирата-неудачницы, осталась неизвестной. Считается, что ей удалось спрятаться на острове, а потом присоединиться к экипажу американского китобойного судна.

Затонувшие корабли

«Нуэстра Сеньора де Аточа»

Галеон «Нуэстра Сеньора де Аточа» входил наряду с еще 27 судами в состав королевского флота Испании, осуществляя ежегодную перевозку грузов драгоценных металлов и ценностей из американских колоний Испании в метрополию в составе конвоев. Корабль был назван в честь одной из часовен католического собора в Мадриде. Команда судна составляла 133 человека, кроме того на борту находились 82 солдата и 48 гражданских лиц, а также рабы, всего более 260 человек.

Галеон затонул 6 сентября 1622 года у побережья Флориды в результате шторма. Он перевозил в Испанию значительные ценности, в том числе золотые и серебряные слитки, серебряные монеты общим весом более 40 тонн, а также табак, медь, оружие и драгоценности. Точное место крушения галеона было обнаружено после многолетних поисков 20 июля 1985 года искателем сокровищ Мелом Фишером. Со дна были подняты ценности на общую сумму в 450 миллионов долларов.

Из места сбора флота — порта Гаваны на Кубе — конвой вышел 4 сентября 1622 года, однако к вечеру 5 сентября погода сильно ухудшилась, поднялся сильный ветер, относя суда к северу на побережье Флориды. Перегруженные слитками золота и серебра галеоны потеряли управляемость и ветром их вынесло на коралловые рифы у побережья Флориды. Из 28 галеонов затонули восемь, в том числе «Нуэстра Сеньора де Аточа», «Санта — Маргарита», «Нуэстра Сеньора де Консолясьон». С галеона «Нуэстра Сеньора де Аточа» уцелело всего трое матросов и два раба. Всего погибло 550 человек, затонуло ценностей более чем на 2 миллиона песо. Это вызвало гнев короля Испании, который крайне нуждался в средствах для ведения Тридцатилетней войны. На несколько лет Испания попала в крайне тяжелое финансовое положение. Король распорядился любой ценой достать со дна сокровища конвоя.

Место крушения находилось примерно в 56 километрах к западу от острова Ки-Уэст. Благодаря тому, что глубина в месте затопления галеона составляла всего 16 метров, в первые дни после крушения место было легко определить по торчащим из воды обломкам бизань-мачты. Однако в октябре, когда капитан Гаспар де Варгас во главе команды рабов-ныряльщиков и индейских ловцов жемчуга прибыл к месту крушения и испанцы предприняли первую попытку поднять ценности со дна, штормы разметали остатки мачт и найти точно место крушения было уже невозможно. Смогли лишь определить место крушения второго галеона с сокровищами — «Санта-Маргариты». После нескольких месяцев изнурительной работы были найдены лишь несколько кусков обшивки «Аточи» и ничего более. Ныряльщики могли работать только непродолжительное время на небольшой глубине, и у Варгаса не было возможности перемещать с места на место огромные количества подвижного песка.

В 1625 году испанцы предприняли вторую попытку поднятия со дна сокровищ «Нуэстра Сеньора де Аточа» и «Санта-Маргариты». К месту крушения прибыла поисковая партия во главе с капитаном Франсиско Нуньесом Мелианом. За следующие четыре года команда пловцов, вооруженная воздушным колоколом (изобретением Мелиана), сумела извлечь из воды в общей сложности 380 слитков серебра и 67 тысяч серебряных монет с «Санта-Маргариты», однако следов «Нуэстра Сеньора де Аточа» так и не нашли. В дальнейшем работы по поиску велись до 1641 года, но успехов не принесли. Поиск места затопления галеонов с сокровищами на долгие столетия был прекращен, и сведения о катастрофе остались лишь в испанских королевских архивах.

К моменту начала поисков галеона на счету Мела Фишера уже было несколько крупных успехов в поисках сокровищ испанских галеонов у побережья Флориды. Для поисков «Нуэстра Сеньора де Аточа» Фишер организовал фирму «Трэжерс Сэлворз Инкорпорейтед» и привлек инвесторов. На помощь ему пришел историк Юджин Лайонз, который проделал гигантскую работу в испанских архивах, чтобы выяснить хотя бы примерный район поисков, которые начались в 1970 году.

Но извлечь с морского дна сокровища, разбросанные на большой площади да и к тому же занесенные толстым слоем донных осадков, оказалось далеко не просто. К лету 1971 года размеры обследованной зоны составили 120 тысяч квадратных миль, и все безрезультатно. Долгие месяцы добыча кладоискателей ограничивалась лишь ржавыми консервными банками, бочками и обрывками металлических снастей.

Для того чтобы найти затонувший галеон, Фишер использовал ряд технически новаторских решений, например он применял изобретенные им «почтовые ящики» — изогнутые цилиндры, крепившийся под гребными винтами катера и направлявший струю воды вертикально вниз. С помощью такого водомета за десять минут в песке вымывалась яма в тридцать футов шириной и десять футов глубиной.

С наступлением 1975 года судьба, казалось, наконец-то повернулась лицом к Мелу Фишеру. Для него это был уже шестой сезон поисков «Аточи». На этот раз «золотой галеон» подарил аквалангистам множество 8-реаловых монет и три золотых слитка и пять бронзовых пушек с галеона «Нуэстра Сеньора де Аточа». В 30 м от первой находки были обнаружены еще четыре бронзовые пушки.

Летом 1980 года аквалангисты напали на многообещающий след в нескольких милях к востоку от предполагаемого места гибели «Аточи». Сильный всплеск магнитометра показал наличие на дне крупных металлических предметов. Ими оказались еще один якорь и медный котел. Затем поблизости были обнаружены груда балластных камней, а также изделия из керамики и россыпь монет.

Утром 20 июля 1985 года магнитометр поискового катера зарегистрировал наличие под водой значительной массы металла. Дежурившие в тот день аквалангисты Энди Матроски и Грег Уэрхем не мешкая отправились под воду. То, что казалось обломком скалы, в действительности было нагромождением спекшихся серебряных слитков. Сомнений не было: здесь, в сорока милях от Ки-Уэста и в десяти от архипелага островков Маркесас-Кис, лежала главная часть груза галеона «Нуэстра Сеньора де Аточа». Итог работ по поиску сокровищ — 3200 изумрудов, сто пятьдесят тысяч серебряных монет и свыше тысячи слитков серебра весом в среднем около сорока килограммов каждый.

4 июля 2011 года стало известно о новой находке — 10-каратном золотом кольце с изумрудом, которое было оценено в 500 тысяч долларов. Помимо древнего украшения также были найдены две серебряные ложки и два серебряных артефакта. Они были обнаружены в 56 километрах к западу от острова Ки-Уэст, входящего в архипелаг Флорида-Кис на юго-востоке США. По словам Шона Фишера, одного из руководителей компании «Mel Fisher’s Treasures», который присутствовал в момент обнаружения кольца, это один из самых важных артефактов, найденных в районе кораблекрушения. Это кольцо, скорее всего, принадлежало одному из аристократов, которые плыли на «Аточе», добавил Фишер.

В результате многолетних работ экспедиция Фишера подняла с морского дна драгоценностей на сумму 450 миллионов долларов. Приблизительная сумма еще остающихся под водой сокровищ «Аточи» оценивается не менее чем в 500 миллионов долларов.

«Ваза»

Один из самых крупных и дорогостоящих боевых кораблей шведского флота, «Ваза» должен был стать его флагманом. Названный в честь царствовавшей в то время династии шведских королей Ваза, он был спущен на воду летом 1628 года.

Самое деятельное участие в постройке «Вазы» принимал король Швеции. Он лично утверждал размеры и состав вооружения. На постройке было занято более четырехсот человек.

Для постройки корабля было срублено около 16 гектаров дубового леса, то есть более тысячи деревьев.

Уже при постройке «Вазе» было присвоено звание «королевского корабля». Корпус его был богато украшен позолоченными резными скульптурами, были установлены бронзовые пушки. Над постройкой работали лучшие плотники, пильщики, кузнецы, столяры, маляры.

«Ваза» стоял на швартовах напротив королевского дворца. Там на борт был принят балласт, а также пушки, порох и ядра для первого плавания.

К воскресенью 10 августа 1628 года все было готово к первому плаванию. Погода была ясная, ветер слабый, но порывистый. На борту находилось около ста человек экипажа, а также их семьи — женщины и дети (их разрешили взять с собой, так как предполагалось пышное торжество). Корабль направлялся на военно-морскую базу Эльвснаббен, располагавшуюся к юго-западу от Стокгольма.

Дул юго-западный ветер, поэтому первые несколько сотен метров корабль приходилось вытягивать с помощью якорей. Когда корабль вышел наконец на открытое пространство, капитан Сефринг Ханссон приказал поднять паруса — фок, фор-марс, грот-марс и бизань. «Ваза» дал прощальный залп и торжественно отправился в первое плавание.

Однако сильный порыв ветра наполнил паруса, и «Ваза» начал крениться на подветренную сторону, но затем выровнялся и смог пройти до острова Бекхольмен — у входа в стокгольмскую гавань. Всего в ста метрах от этого острова налетел новый порыв ветра, и корабль стал крениться значительно сильнее. Вода хлынула через открытые пушечные порты, «Ваза» лег на борт и затонул — с поднятыми парусами и развевающимися флагами.

Очень быстро на помощь прибыли матросы на парусных и гребных лодках и успели спасти уцелевших людей. Однако, по разным источникам, все же погибли 50—400 человек.

О причинах гибели корабля выдвигались разные версии. Говорили о том, что капитан был пьян, пушки ненадежно закреплены… Но в конце концов пришли к выводу, что были допущены ошибки при проектировании. «Ваза» имел слишком высоко расположенный центр тяжести и был слишком узок, хотя судостроители, тайно от короля, все-таки увеличили его ширину на два с половиной метра; его подводная часть по отношению к корпусу, рангоуту и артиллерии имела слишком малый вес. Это привело к неустойчивости. Однако виновных все же не нашлось: фактический строитель корабля Хенрик Хюбертссон умер за год до катастрофы, а проект и количество пушек на корабле утверждал лично король Густав II Адольф.

В течение нескольких лет «Вазу» пытались поднять на поверхность — шестьдесят четыре бронзовые пушки, затонувшие вместе с ним, оставлять на дне никому не хотелось. Как только не пытались вытащить корабль… Например, волокли по дну на Бекхольмен (в середине XX века, когда «Ваза» был наконец поднят на поверхность, возле острова было обнаружено свыше двух десятков якорей, которыми цепляли корабль). Кроме того, снаряжали экспедицию водолазов, оснащенную водолазным колоколом. Чтобы поднять на поверхность только лишь одну пушку, водолаз должен был на дне, в полной темноте и холоде, в одиночку, используя только крюк и молот, снять весившее почти тонну орудие с лафета, вытащить его через пушечный порт и поднять на поверхность. Тем не менее водолазы Трейлебена справились с этой сложнейшей работой — в течение 1664–1665 годов с «Вазы» было поднято пятьдесят три пушки. Еще одну подняли в 1683 году. Заметим, что в середине XX века водолазу с современным оборудованием для подводных работ и осветительными приборами для подъема на поверхность одной пушки требовался целый день.

Корабль был забыт, пропали и данные о его местоположении. В середине XX века историей «Вазы» заинтересовался 38-летний инженер Андерс Франсен, один из крупнейших шведских специалистов по военно-морской истории XVII–XVIII веков. Франсен был уверен, что корабль хорошо сохранился: этому должны были способствовать специфические условия Балтийского моря: из-за низкой солености воды в нем не водятся корабельные черви, в более соленых морях съедающие все дерево. В течение длительного времени Франсен изучал старые карты и архивные данные, после чего, определив приблизительное положение корабля, начал поиски непосредственно в акватории Стокгольма. В распоряжении Франсена была лодка, якорь-кошка и сконструированный им лот-пробоотборник. Исследования заняли более пяти лет, из которых последние два с половиной года ушли на методичное траление гавани Стокгольма. 25 августа 1956 года поиски наконец дали результат. Сброшенный на дно лот Франсена воткнулся во что-то твердое. Когда лот был поднят, стало видно, что в его трубке застрял кусок почерневшего дуба. Через несколько дней водолаз Пер Эдвин Фельтинг спустился в этом месте на дно. На глубине около 32 метров он обнаружил хорошо сохранившийся деревянный борт корабля, на котором имелось два ряда пушечных портов. Таким образом, находка была подтверждена.

«Ваза» — единственный сохранившийся парусный корабль начала XVII века.

Корабль был поднят на поверхность 24 апреля 1961 года, а 16 августа 1990 года вокруг него на острове Юргорден был открыт музей, который сейчас является одним из самых посещаемых в Стокгольме. Здание музея, построенного специально под экспозицию корабля, позволяет осмотреть «Вазу» со всех сторон на различных уровнях высоты. В музее «Вазы» есть кинозал, где демонстрируется фильм об истории корабля, проводятся экскурсии. К 2007 году в музее побывало более 25 миллионов посетителей.

«Британник»

«Британник» — госпитальное судно, третье и последнее судно класса «Олимпик», заказанное компанией «Уайт Стар Лайн» судостроительной компании «Харланд энд Вольф».

С введением в эксплуатацию лайнеров «Олимпик» и «Титаник» «Уар Стайт Лайн» стала обладать самыми большими лайнерами в мире. Конкуренты были полностью оставлены позади, когда 20 октября 1910 года «Олимпик» был спущен на воду. А в дальнейшем, когда появился и «Титаник», казалось, что понадобится много времени, чтобы превзойти их.

Вскоре после введения «Олимпика» в эксплуатацию выявились некоторые недочеты в его конструкции, которые и были устранены на «Титанике». Это сделало «Титаник» немного больше и роскошнее, чем «Олимпик». И теперь, когда началось строительство третьего и последнего судна класса «Олимпик», оно должно было объединить в себе все достоинства своих предшественников и не иметь их недостатков. Но самые обширные изменения к проекту нового судна ждали его в будущем.

14 апреля 1912 года «Титаник» столкнулся с айсбергом во время первого плавания и затонул всего за 2 часа 40 минут. Погибли более чем 1500 человек. Мир был потрясен. Оказалось, что правила безопасности для судов безнадежно устарели, и они были немедленно изменены. «Олимпик» был немедленно отослан в Белфаст для изменений в его проекте и установки дополнительных спасательных шлюпок. После пяти месяцев работ, 2 апреля 1913 года, «Олимпик» вернулся к службе на северной Атлантике.

24 апреля 1918 года «Олимпик» пошел в рейс между Саутгемптоном и Нью-Йорком. Когда он, возвращаясь, достиг британских вод — которые считали военной зоной, — он был встречен четырьмя американскими крейсерами, которые должны были сопровождать его в течение последней стадии рейса. В Ла-Манше на судне внезапно заметили немецкую подлодку «U-103», лежащую неподвижно на поверхности воды с правого борта «Олимпика». Очевидно, немецкий капитан не заметил присутствие «Олимпика», но, поскольку последний начал стрелять по подлодке, он быстро пришел в себя и увидел атакующего гиганта. Субмарина была настолько близка, что было невозможно опустить орудие достаточно низко для поражения, и выстрелы проходили выше. Немецкий капитан Рюкер видел единственный выход — погрузиться и убежать. Но подлодка не была достаточно быстра, «Олимпик» догнал ее благодаря прекрасным навигационным навыкам капитана Хейса. На полной скорости судно весом в 46 359 тонн протаранило 800-тонную подлодку и разрубило ее надвое. Подводная лодка быстро затонула. «Олимпик» попросил военный корабль США «Дэвис» подобрать 31 немецкого выжившего моряка.

Повреждения «Олимпика» были едва заметны над поверхностью воды. Под водой его форштевень был погнут. Несмотря на это, протечек не было. Капитана Хейса встречали восторженные британцы.

Строительство же третьего судна было решено немедленно остановить, а намеченное имя «Гигантик» было заменено на «Британник». Хотя «Уайт Стар Лайн» отрицала, что судно первоначально назовут «Гигантик», утверждения в прессе перед гибелью «Титаника» были другими. Лайнеры должны были быть названы в честь древнегреческих персонажей: олимпийцев, титанов и гигантов. Но, по легенде титаны и гиганты погибли в битве с олимпийцами, и называть новое судно «Гигантик» было бы такой же дерзостью, как в случае с «Титаником». Поэтому судно назвали «Британник».

Инженеры начали делать изменения в проекте. Поскольку строительство было все еще в ранней стадии, гораздо легче было включить новые требования безопасности. Переборки проходили и через пассажирские помещения. Была добавлена дополнительная переборка в электрическом машинном отделении, таким образом, судно делилось на семнадцать водонепроницаемых отсеков, а не шестнадцать. Это, в теории, делало его «самым непотопляемым» судном, способным выжить с шестью затопленными передними отсеками. Были сконструированы двойные борта в местах, где были котельные. На корме строящегося судна перекрыли колодец между надстройкой и ютом. Таким образом палуба Б теперь была целой и прерывалась только на носу.

Визуально самой поразительной новой особенностью были спасательные шлюпки. Вместо того чтобы добавить лодки по длине шлюпочной палубы, по две на одну пару шлюпбалок, решили установить восемь пар шлюпбалок-кранов, намного больших, чем шлюпбалки на «Титанике» и «Олимпике». Каждая была способна держать до шести шлюпок и всего позволили бы «Британнику» нести сорок восемь спасательных шлюпок, из которых две были оснащены собственными двигателями и телеграфом. Спасательные шлюпки были также установлены на корме судна друг над другом. Была добавлена и пневматическая почта от мостика до радиорубки.

Работа над «Британником» продолжалась в течение 1912 года, но медленнее, чем ожидалось. Спуск был отсрочен несколько раз, и только 26 февраля 1914 года «Британник» был спущен на воду. В соответствии с традицией Уайт Стар Лайн, церемонии разбивания бутылки шампанского о борт корабля не было.

В августе 1914 года началась Первая мировая война. «Британник» и «Олимпик» были поставлены на прикол, до возникновения необходимости. 1 сентября 1915 года «Олимпик» был реквизирован как военный транспорт, а «Британник» все еще стоял незаконченный в Белфасте.

13 ноября 1915 года «Британник» был реквизирован Адмиралтейством как госпитальное судно. Каюты на верхних палубах были превращены в палаты, поскольку пациенты должны были быть как можно ближе к шлюпочной палубе. Обеденный зал и гостиная первого класса были переоборудованы в операционные и главную палату из-за их центральных местоположений. Хирурги, доктора и медсестры жили бы в каютах на палубе B, чтобы они были все время близко к пациентам. Когда закончилось преобразование в госпитальное судно, на «Британнике» могли поместиться 3309 пациентов, только «Аквитания» могла вместить больше, 4182 человек.

Не было времени, чтобы оснастить корабль шлюпбалками-кранами. Поэтому было установлено пять пар шлюпбалок-кранов и шесть стандартных пар, которые не могли держать больше двух шлюпок, поэтому было установлено меньшее количество шлюпок.

Судно было окрашено в международные цвета госпитального судна: белый борт, зеленая полоса вдоль корпуса, прерываемая в трех местах на каждом борту красными крестами. Трубы были окрашены в горчичный цвет, похожие трубы были у «Уайт Стар Лайн», но не было черной верхушки. Эти цвета гарантировали судну статус неприкосновенного для всех военных судов, согласно Женевскому Соглашению. 14 декабря 1915 года капитану Чарльзу Бартлетту дали под командование «Госпитальное Судно Его Величества Британник» под номером G618. К Рождеству он был готов к первому плаванию.

23 декабря «Британник» отправился в первое плавание, направляясь в порт Мудрос на греческом острове Лемнос. Пять дней спустя он достиг Неаполя, единственного порта для взятия угля и воды перед Мудросом. Достигнув Мудроса в Канун Нового года, он начал прием жертв на борт, что заняло четыре дня. 9 января «Британник» прибыл в Саутгемптон и начал высаживать пациентов. Было сделано еще два рейса, но к весне 1916 года ситуация в Средиземноморье успокоилась и госпитальные суда более пока не требовались. «Британник» был поставлен на прикол в Саутгемптоне 12 апреля и стоял без дела в течение следующих пяти недель. Тогда из-за финансовых неприятностей было решено, что «Британник» будет возвращен к коммерческому обслуживанию «Уайт Стар Лайн». 18 мая он прибыл в Белфаст и 6 июня был освобожден от правительственного обслуживания. Но к сентябрю 1916 года еще раз усилилось наступление в Средиземноморье, и было очевидно, что большие лайнеры опять будут нужны в качестве плавучих госпиталей.

4 сентября 1916 года капитану Бартлетту вновь дали под командование «Британник», и 24 сентября он был на пути в Средиземное море в четвертый раз. Еще один рейс был совершен между 20 октября и 6 ноября, но ситуация в Средиземноморье требовала, чтобы он вернулся туда практически незамедлительно. В воскресенье, 12 ноября, в 14 часов 23 минуты он отправился в шестой раз в Мудрос.

28 октября немецкая подлодка «U-73» под командой Густава Зисса поставила мины в канале Kea — между островом Kea и материковой Грецией. Во вторник утром, 21 ноября «Британник» приближался к этим водам на скорости в 20 узлов. В 8 часов 12 минут утра судно внезапно сотряслось от взрыва в носу с правого борта. Майор Гарольд Пристлай немедленно принял командование и приказал медсестрам продолжать завтрак, так как капитан не давал приказа покинуть судно. Немногие думали, что ситуация была очень серьезна, и некоторые шутили, что протаранили подлодку. Тем временем судно кренилось на правый борт и погружалось носом в воду. Капитан приказал задраить переборки и начать рассылать сигналы SOS. Взрыв разрушил переборку у форпика, и, кроме того, пожарный туннель был также поврежден, таким образом, вода могла проникнуть в котельные. С затопленными четырьмя передними отсеками «Британник» все еще мог оставаться на плаву. Но ситуацию ухудшило то обстоятельство, что дверь в переборке между котельными № 5 и № 6 была не в состоянии закрыться, позволяя воде проходить дальше. Также тем утром по правому борту были открыты иллюминаторы для проветривания кают — теперь через них заливало палубу.

Капитан Бартлетт принял решение попробовать выбросить судно на мель у близлежащего острова Kea, но отказался от этой идеи, так как в движущееся судно вода попадала быстрее. Помощь была в пути, сигналы бедствия были приняты несколькими судами. На борту «Британника» продолжалась эвакуация. Было несколько случаев паники и один из них, когда группа пожарных взяла шлюпку без спроса. Немногие шлюпки были спущены, но, так как судно все еще двигалось, команда отказалась спустить лодки, пока судно не остановится. Несмотря на эту предосторожность, произошел несчастный случай — две лодки были спущены на воду и затянуты все еще вращающимся гребным винтом. Под винтом погиб 21 человек. Девять человек погибли на судне.

В 9 часов 7 минут утра судно опрокинулось на правый борт и затонуло через 55 минут после взрыва. Капитан Бартлетт, который оказался в воде, подплыл к шлюпке, и его вытащили из воды. К 10 часам корабль «Scourge» достиг места гибели и начал подбирать оставшихся в живых.

Всего спаслись 1036 человек.

На борту «Британника» была медсестра Вайлет Джессоп. Она была в шлюпке, которую затянуло под винт тонущего судна, и выжила. Также девушка благополучно пережила гибель старшего брата «Британника» — «Титаника». Что еще более удивительно, так это то, что Вайлет Джессоп была стюардессой на «Олимпике» (старшем брате обоих лайнеров), когда тот в порту Саутгемптона столкнулся с крейсером «Хоук».

«Титаник»

На момент своей постройки британский пассажирский пароход «Титаник» был крупнейшим в мире.

Во время своего первого рейса 14 апреля 1912 года «Титаник» столкнулся с айсбергом и через 2 часа 40 минут затонул. На борту находилось 1309 пассажиров и 898 членов экипажа, всего 2207 человек. Из них спаслись 712 человек, погибло 1496 человек.

Постройка «Титаника» велась по классической схеме: на горизонтальный киль устанавливался вертикальный. К нему крепились балки, соединенный между собой стальными клепанными листами, которые образовывали настил второго дна. После сооружения настила второго дна перпендикулярно к килю с правого и левого борта устанавливались стальные шпангоуты, представляющие собой профильные балки. Шпангоуты правого и левого борта соединялись поперечными стальными балками, на которых крепились палубные настилы. Каркас корабля обшивался стальными листами 9 × 1,87 метра толщиной 2,5 сантиметра. Листы скреплялись тремя рядами стальных и железных заклепок. Всего на постройку «Титаника» ушло свыше трех миллионов заклепок. 75 процентов заклепок забивались вручную, остальные — при помощи гидравлической клепальной пушки.

Постройку «Титаника» осуществляли около 1500 рабочих. Самым младшим из них было по 12–13 лет. Мальчики работали разогревали заклепки и быстро подносили в указанное место. За время работ на стапелях погибло шесть рабочих, большинство из них от падения с большой высоты. 246 человек получили травмы, из них 28 — тяжелые (ампутации конечностей, раздробление костей).

Спуску лайнера на воду предшествовала длительная подготовка. Вначале убирались леса, опоры и стойки, которые поддерживали корпус в требуемом положении. Затем у каждого борта рабочие с молотами забивали под днище мощные клинья, перенося таким образом массу еще не полностью построенного судна с подкилевых дубовых колодок на деревянные салазки. Затем скат тщательно смазывался. Для спуска большого судна на эти цели уходило до 20 тонн масла, такое же количество жидкого мыла и сотни галлонов рыбьего жира.

31 мая 1911 года по случаю спуска «Титаника» на воду на набережной Белфаста собралось около 10 000 человек. На трибуне возле корпуса лайнера находились почетные гости: владелец треста «IMM» Джон Пирпонт Морган, Джозеф Брюс Исмей с дочерью Маргарет, лорд и леди Пирри, мэр Белфаста и другие сановники. Неподалеку от носовой части были установлены еще три трибуны — две для приглашенных гостей, одна для прессы. Как и остальные суда компании «Уайт Стар Лайн», «Титаник» не проходил традиционный обряд «крещения»: о его борт не разбивали бутылку с шампанским. В 12 часов 14 минут «Титаник» за 62 секунды благополучно сошел кормой вперед со стапелей в реку Лаган. Затем его отбуксировали на достроечный причал, где проходили дальнейшие работы. Были установлены паровые котлы, паровые машины, турбина, генераторы, дымовые трубы и мачты, подведены коммуникации, отделаны и меблированы помещения, застеклена носовая часть палубы, а также помещены на верхнюю палубу двадцать спасательных шлюпок: шестнадцать шестивесельных деревянных шлюпок и четыре четырехвесельные складные шлюпки с деревянным днищем и парусиновыми бортами. Четырнадцать из шестнадцати деревянных шлюпок могли взять на борт шестьдесят пять человек. На первых от капитанского мостика шлюпбалках крепились «дежурные» шлюпки вместимостью сорок человек, они предназначались для экстренного спуска в случае чрезвычайной ситуации. Складные шлюпки были рассчитаны на сорок семь человек каждая.

Общая вместимость шлюпок составляла 1178 человек, в то время как «Титаник» был рассчитан на 3547 пассажиров и более 900 членов экипажа. Согласно действовавшему тогда Британскому кодексу торгового мореплавания, количество шлюпок на корабле рассчитывалось не по количеству людей на борту, а по тоннажу судна. Этот кодекс был составлен в 1894 году и предписывал всем судам водоизмещением более 10 тысяч тонн (самые крупные в то время) иметь на борту не менее 16 спасательных шлюпок, подвешенных на шлюпбалках. Впоследствии появились суда, водоизмещение которых в несколько раз превышало 10 тысяч тонн, однако требования Министерства торговли по оснащению шлюпками остались прежними.

Стационарные спасательные шлюпки располагались на верхней (шлюпочной) палубе группами по четыре в носовой и кормовой ее частях. Они нумеровались от носа к корме, по левому борту — четные, по правому — нечетные. Все стационарные шлюпки были прикреплены талями к шлюпбалкам и, за исключением «дежурных», хранились на деревянных кильблоках, зачехленные брезентом. Складные шлюпки обозначались латинскими буквами A, B, C и D. Две складные шлюпки хранились у первых от мостика шлюпбалок рядом с «дежурными» шлюпками, две другие — на крыше офицерских кают. Последние было очень трудно доставать и готовить к спуску, поскольку они были очень тяжелыми и переносились вручную.

Шлюпбалки на «Титаник» поставила шведская компания «The Welin Davit and Engineering», на тот момент это были самые передовые устройства для спуска шлюпок — после спуска первой шлюпки они могли поворачиваться в сторону шлюпочной палубы и забирать с нее другие шлюпки.

В первоначальном проекте предусматривалась установка сорока восьми шлюпок, но владельцы «Титаника» настояли на том, чтобы их число было сокращено до двадцати.

Технические характеристики «Титаника»

● Валовая вместимость — 46 328 регистровых тонн.

● Водоизмещение — 52 310 тонн при осадке 10,54 метра.

● Длина — 269 метров, ширина — 28,19 метра, расстояние от ватерлинии до шлюпочной палубы — 18,4 метра.

● Высота от киля до верхушек труб — 52,4 метра.

● Машинное отделение — 29 котлов, 159 угольных топок.

● Максимальная скорость — 23 узла.

● «Титаник» был также оснащен системой беспроводной связи.

Непотопляемость корабля должны были обеспечивать пятнадцать водонепроницаемых переборок в трюме, создающих шестнадцать условно водонепроницаемых отсеков; пространство между дном и настилом второго дна было разделено поперечными и продольными перегородками на сорок шесть водонепроницаемых отсеков. Переборки, обозначенные от носа к корме буквами от A до P, поднимались от второго дна и проходили через четыре или пять палуб: первые две и последние пять доходили до палубы D, восемь переборок в центре лайнера достигали только палубы Е. «Титаник» мог оставаться на плаву при затоплении любых двух из водонепроницаемых отсеков, любых трех из первых пяти отсеков или всех первых четырех отсеков.

Первые две переборки в носовой и последняя в кормовой части были сплошными, во всех остальных имелись герметичные двери, позволявшие команде и пассажирам передвигаться между отсеками. На настиле второго дна, в переборке К, были единственные двери, которые вели в холодильную камеру. На палубах F и E почти во всех переборках имелись герметичные двери, соединявшие пассажирские помещения, все их можно было задраивать как дистанционно, так и вручную. Для задраивания таких дверей на пассажирских палубах требовался специальный ключ, который имелся только у старших стюардов. Но на палубе G двери в переборках отсутствовали.

В переборках D — O, непосредственно над вторым дном в отсеках, где располагались машины и котлы, находилось 1двенадцать вертикально закрываемых дверей, с помощью электрического привода ими управляли с ходового мостика. В случае опасности или аварии электромагниты по сигналу с мостика освобождали защелки, все двери под действием собственной тяжести опускались, и пространство за ними оказывалось герметично закрытым. Если двери закрывались по электросигналу с мостика, то открыть их можно было только после снятия напряжения с электропривода.

В подволоке каждого отсека находился запасной люк, ведущий на шлюпочную палубу. Здесь по трапу могли подняться те, кто не успел покинуть помещение до закрытия дверей.

На «Титанике» имелось восемь стальных палуб, расположенных друг над другом на расстоянии 2,5–3,2 метра. Самая верхняя была шлюпочная, остальные были обозначены сверху вниз буквами от A до G. Только палубы C, D, E и F проходили по всей длине судна. Шлюпочная палуба и палуба А не доходили ни до носовой части, ни до кормы, а палуба G располагалась только в передней части лайнера — от котельных отделений до носа и в кормовой части — от машинного отделения до среза кормы. Вдоль бортов находились прогулочные палубы.

Палуба A длиной 167 метров почти вся предназначалась для пассажиров первого класса. Палуба В длиной 170 метров прерывалась в носовой части, образуя открытое пространство над палубой С, а затем продолжалась в виде 38-метровой носовой надстройки с оборудованием для обслуживания якорей и швартовным устройством. В передней части палубы C располагались якорные лебедки для двух главных бортовых якорей, там же находились камбуз и столовая для матросов и кочегаров. За носовой надстройкой размещалась прогулочная палуба для пассажиров третьего класса длиной 15 метров. На палубе D была еще одна, изолированная, прогулочная палуба третьего класса. По всей длине палубы Е располагались каюты пассажиров первого и второго классов, а также каюты стюардов и механиков. В первой части палубы F располагались шестьдесят четыре каюты пассажиров второго класса и основные жилые помещения пассажиров третьего, протянувшиеся на 45 метров и занимавшие всю ширину лайнера. Тут было два больших салона, столовая пассажиров третьего класса, бассейн и турецкие бани.

Палуба G захватывала только носовую и кормовую часть, между которыми размещались котельные отделения. Носовая часть палубы длиной 58 метров была на 2 метра выше ватерлинии, к центру лайнера она постепенно понижалась и на противоположном конце была на уровне ватерлинии. Здесь было двадцать шесть кают для ста шести пассажиров третьего класса, остальную площадь занимали багажное отделение для пассажиров первого класса, почтовые отделения и корт для сквоша с галереей для зрителей. За носовой частью палубы располагались бункеры с углем, занимавшие шесть водонепроницаемых отсеков вокруг дымоходов, за ними — два отсека с паропроводами поршневых паровых машин и турбинное отделение, далее — кормовая часть палубы длиной 64 метра со складами, кладовыми и шестьюдесятью четырехместными каютами для ста восьмидесяти шести пассажиров третьего класса, которая находилась уже ниже ватерлинии.

В передней части шлюпочной палубы находился ходовой мостик, удаленный от носа на 58 метров. На мостике располагалась ходовая рубка со штурвалом и компасом, сразу за ней — помещение, где хранились навигационные карты. Справа от рулевой рубки были штурманская рубка, каюта капитана и часть кают офицеров, слева — остальные каюты офицеров. Позади них, за передней трубой, были рубка радиотелеграфа и каюта радиста. В передней части палубы D располагались жилые помещения для ста восьми кочегаров, особый винтовой трап соединял эту палубу непосредственно с котельными, так что кочегары могли уходить на рабочие места и возвращаться, не проходя мимо кают и салонов для пассажиров. В передней части палубы Е находились жилые помещения для семидесяти двух грузчиков и сорока четырех матросов. В первой части палубы F располагались кубрики пятидесяти трех кочегаров третьей смены. На палубе G находились помещения для сорока пяти кочегаров и смазчиков.

На судне были стандартное океаническое почтовое отделение и почтовый склад на палубах F и G, где работали пять сотрудников. Почтовое отделение «Титаника» имело стандартный календарный почтовый штемпель с надписью по кругу: «Transatlantic Post Office 7». Этот штемпель использовался для гашения почтовых марок на письмах и открытках, отправлявшихся с «Титаника», а также для регистрации транзитных заказных писем, доставленных на «Титаник» из Саутгемптона, Шербура и Квинстауна.

Второе дно располагалось примерно в полутора метров над килем и занимало девять десятых длины судна. Здесь были установлены и прочно закреплены на стальных плитах котлы, поршневые паровые машины, паровая турбина и электрогенераторы, оставшееся пространство использовалось для грузов, угля и цистерн с питьевой водой. На участке машинного отделения второе дно поднималось на 2,1 метра над килем, что должно было увеличить защиту лайнера при повреждении внешней обшивки.

Силовая установка «Титаника» состояла из двух групп четырехцилиндровых паровых машин тройного расширения и паровой турбины низкого давления. Паровые машины вращали два крайних винта, а турбина — средний. Использование одновременно паровых машин и турбины обеспечивало отсутствие сильных вибраций при относительно высокой скорости. «Титаник» был оснащен также четырьмя вспомогательными машинами с генераторами, каждый мощностью 400 кВт, которые вырабатывали ток напряжением 100 вольт. Рядом располагались еще два генератора по 30 кВт. Все элементы силовой установки «Титаника» были прочно закреплены на стальных плитах.

Пар для турбины, паровых машин, генераторов и вспомогательных механизмов производили двадцать четыре двухпроточных котла емкостью 48,5 тонны и пять однопроточных. У каждого двухпроточного котла имелось шесть топок, а у однопроточного — три топки. Они использовали естественную тягу, а вентиляторы, подававшие воздух под колосники, усиливали ее интенсивность. Котельные отделения занимали с пятого по десятый отсек трюма. Для работы всей силовой установки требовалось около 610 тонн угля в сутки. В котельных отделениях посменно трудились больше ста кочегаров, они занимались подачей вручную угля и обслуживанием 159 топок.

Водяной пар высокого давления из котлов по двум главным паропроводам поступал в цилиндры паровых машин, находившихся в одиннадцатом отсеке, далее — в паровую турбину низкого давления, которая располагалась в двенадцатом отсеке. Из турбины отработанный пар попадал в конденсатор, откуда пресная вода шла обратно в котлы по замкнутому циклу. Пар подводился также к вспомогательным механизмам, в том числе к насосам и электрогенераторам. Каждый двигатель соединялся с валом одного гребного винта. Диаметр центрального четырехлопастного винта составлял 5,2 метра, а двух крайних трехлопастных — 7,2 метра, на полном ходу они совершали до 80 оборотов в минуту. Лопасти винтов были изготовлены из сплава меди и марганца. Вся силовая установка судна обладала мощностью 55 тысяч лошадиных сил.

Лайнер имел четыре эллипсоидные трубы размером 7,3 × 6 метров и высотой 18,5 метра. Три первые отводили дым из топок котлов, четвертая, расположенная над отсеком турбины, выполняла функции вытяжного вентилятора, к ней был подведен дымоход для судовых кухонь. Последняя труба не была связана с топками, она была исключительно декоративной, судно с ней выглядело более мощным.

К распределительной сети было подключено 10 тысяч лампочек, 562 электрообогревателя, главным образом в каютах первого класса, 153 электромотора, в том числе электроприводы для восьми кранов общей грузоподъемностью 18 тонн, 4 грузовые лебедки грузоподъемностью 750 килограммов, 4 лифта, каждый на 12 человек. Помимо этого, электричество потребляли телефонная станция и радиосвязь, вентиляторы в котельном и машинном отделениях, аппараты в гимнастическом зале, десятки машин и приборов в кухнях, в том числе холодильники.

Телефонный коммутатор обслуживал пятьдесят линий. Радиооборудование на лайнере было самым современным, мощность основного передатчика составляла 5 кВт, питание поступало от электрогенератора. Второй, аварийный передатчик, питался от батарей. Между двумя мачтами были натянуты четыре антенны, длиной до 75 метров. Гарантированная дальность прохождения радиосигнала составляла 250 миль. Днем при благоприятных условиях возможна была связь на расстоянии до 400 миль, а ночью — до 2000 миль.

Радиооборудование поступило от фирмы «Маркони», к этому времени монополизировавшей радиопромышленность Италии и Англии. «Титанику» были присвоены радиопозывные «MUC», потом они были заменены на «MGY», ранее принадлежавшие американскому судну «Йель».

После завершения достроечных работ «Титанику» предстояло пройти ходовые испытания. Первое из них было запланировано на 29 марта, но из-за резко ухудшившейся погоды и штормового ветра его пришлось отложить на четыре дня.

2 апреля 1912 года «Титаник» буксирами был выведен из доков по каналу Виктория в Белфастский залив. На борту находились 119 членов экипажа, капитан «Олимпика» Эдвард Смит, главный конструктор Томас Эндрюс, компанию «Уайт Стар Лайн» представлял Гарольд Сандерсон, в комиссию Министерства торговли входили около тридцати чиновников и инспекторов.

В течение восьми часов лайнер совершал повороты на различных скоростях, описывая при этом круг диаметром 1150 метров, совершал остановку на заднем ходу, лавирование и прохождение дистанции в 2,5 километра на скорости 21 узел (39 километров в час). Проверялась аварийная остановка: тормозной путь составил 777 метров, «Титаник» остановился через 3 минуты 15 секунд. За день испытаний корабль прошел расстояние порядка 150 километров со средней скоростью 18 узлов (32,4 километра в час).

В ходе испытаний никаких нарушений выявлено не было, и «Титаник» взял курс на Саутгемптон. Отсюда он и отправился в свой первый и последний рейс.

Командовал «Титаником» Эдвард Джон Смит — самый опытный из капитанов компании «Уайт Стар Лайн». До перевода на «Титаник» он десять месяцев командовал пароходом «Олимпиком». Незадолго до отплытия капитан инициировал перестановку в старшем офицерском составе: на «Титаник» с «Олимпика» был переведен старший помощник Генри Уайлд, поэтому Уильям Мердок был вынужден занять место первого помощника, а Чарльз Лайтоллер — второго. Дэвиду Блэру, место которого занял Лайтоллер, пришлось покинуть корабль.

Численность экипажа составляла более 900 человек, в том числе двадцать три женщины (в основном стюардессы). За трансатлантическими судами не закреплялся единый состав экипажа, он менялся от рейса к рейсу. Некоторые члены экипажа были взяты на «Титаник» всего за несколько часов до отплытия и не успели ознакомиться с особенностями лайнера. Часть команды нанимала не «Уайт Стар Лайн», а другие компании.

В первое путешествие на лайнере отправились многие знаменитости: крупный промышленник, миллионер Джон Джекоб Астор IV и его жена Мадлен Астор, бизнесмен Бенджамин Гуггенхайм, владелец универмага «Macy's» Исидор Штраус и его супруга Ида, эксцентричная миллионерша Маргарет Молли Браун, которая после гибели судна получила прозвище «Непотопляемая», сэр Косм Дафф Гордон и его жена, модельер Люси Дафф Гордон, бизнесмен Джон Тайер, журналист Уильям Томас Стид, графиня Ротская, военный помощник президента США Арчибальд Батт, киноактриса Дороти Гибсон и многие другие.

В Северной Атлантике чрезвычайно опасны для судов айсберги, откалывающиеся от ледников на западе Гренландии, а также огромные льдины или скопления льдин, так называемые ледяные поля, дрейфующие под действием ветров и течений.

Кратчайший маршрут из северной Европы в США пролегает рядом с побережьем Ньюфаундленда, непосредственно через зону туманов и айсбергов. В 1898 году пароходные компании заключили соглашение, устанавливающее две трансатлантические трассы, проходящие значительно южнее. Для каждой из трасс были определены отдельные маршруты для пароходов движущихся на запад и на восток, отстоявшие друг от друга на расстоянии до 50 миль. С середины января по середину августа, в сезон наибольшей ледовой опасности, пароходы двигались по Южной трассе. В остальное время года использовалась Северная трасса. Этот порядок обычно позволял свести к минимуму вероятность встречи с дрейфующими льдами. Но в 1912 году с Южной трассы, по которой двигался «Титаник», одно за другим поступали сообщения об айсбергах.

Печальная хроника тех апрельских дней выглядит так.

Среда, 10 апреля 1912 года

● 12:00 — «Титаник» отходит от причальной стенки Саутгемптонского порта и едва избегает столкновения с американским лайнером «Нью-Йорк».

● 19:00 — остановка в Шербуре (Франция).

● 21:00 — Выход из Шербура, направление в Квинстаун (Ирландия).

Четверг, 11 апреля 1912 года

● 12:30 — остановка в Квинстауне; по неизвестным причинам 23-летний кочегар Джон Коффи дезертирует, оставив на борту все свои документы.

● 14:00 — Выход из Квинстауна.

Воскресенье, 14 апреля 1912 года

● 09:00 — «Карония» сообщает о льдах в районе 42° северной широты, 49–51° западной долготы.

● 13:42 — «Балтик» сообщает о льдах в районе 41°51′ северной широты, 49°52′ западной долготы.

● 13:45 — «Америка» сообщает о льдах в районе 41°27′ северной широты, 50°8′ западной долготы.

● 19:30 — «Калифорниен» сообщает о льдах в районе 42°3′ северной широты, 49°9′ западной долготы.

● 21:30 — второй помощник капитана Лайтоллер предупреждает судового плотника и вахтенных в машинном отделении о том, что необходимо следить за системой пресной воды — вода в трубопроводах может замерзнуть; он велит впередсмотрящим наблюдать за появлением льдов.

● 21:40 — «Месаба» сообщает о льдах в районе 42° — 41°25′ северной широты, 49° — 50°30′ западной долготы.

● 23:00 — «Калифорниен» предупреждает о льдах, но радист «Титаника» обрывает радиообмен раньше, чем «Калифорниен» успевает сообщить координаты района.

● 23:39 — В точке с координатами 41°46′ северной широты, 50°14′ западной долготы (впоследствии выяснилось, что эти координаты были рассчитаны неверно) на расстоянии около 650 м прямо по курсу замечен айсберг.

● 23:40 — Несмотря на маневр, через 39 секунд происходит касание подводной части судна с айсбергом, корпус получает многочисленные мелкие пробоины на длину около 100 м. Первые пять водонепроницаемых отсеков прорезаны.

Понедельник, 15 апреля 1912 года

● 00:05 — Становится ощутим дифферент на нос. Отдан приказ расчехлить спасательные шлюпки и созвать членов экипажа и пассажиров к местам сбора.

● 00:15 — передан первый радиотелеграфный сигнал о помощи.

● 00:45 — выпущена первая сигнальная ракета и спущена на воду первая спасательная шлюпка. Носовая палуба уходит под воду.

● 01:15 — допущены на палубу пассажиры третьего класса.

● 01:40 — выпущена последняя сигнальная ракета.

● 02:05 — спущена последняя спасательная шлюпка. Носовая часть шлюпочной палубы уходит под воду.

● 02:08 — «Титаник» резко вздрагивает и сдвигается вперед. Волна прокатывается по палубе и заливает мостик, смывая в воду пассажиров и членов команды.

● 02:10 — переданы последние радиотелеграфные сигналы.

● 02:15 — «Титаник» высоко задирает вверх корму, обнажая руль и гребные винты.

● 02:17 — гаснет электрическое освещение.

● 02:18 — «Титаник», быстро погружаясь, разламывается на две части.

● 02:20 — «Титаник» тонет.

● 02:29 — На скорости около 13 миль в час носовая часть «Титаника» врезается в океанское дно на глубине 3750 метров, зарываясь в осадочные породы.

● 03:30 — из спасательных шлюпок замечают сигнальные ракеты, выпущенные с «Карпатии».

● 04:10 — «Карпатия» подбирает первую шлюпку с «Титаника».

● 08:30 — «Карпатия» подбирает последнюю шлюпку с «Титаника».

● 08:50 — «Карпатия», взяв на борт 712 человек, берет курс на Нью-Йорк.

Распознав в легкой дымке айсберг, впередсмотрящий Флит предупредил: «Перед нами — лед» и трижды ударил в колокол, что означало преграду прямо по курсу, и связался с мостиком. Находившийся там шестой помощник Муди ответил почти мгновенно и услышал выкрик: «Лед прямо по носу!!!» Муди обратился к вахтенному офицеру Мэрдоку и повторил предупреждение. Тот бросился к телеграфу, поставил его ручку на «стоп» и крикнул «право на борт», одновременно передав в машинное отделение приказ «полный назад», и нажал рычаг, включавший закрытие водонепроницаемых дверей в переборках котелен и машинном отделении.

Команда «право на борт» означала в то время поворот кормы судна вправо, а носа — влево (на русских судах уже c 1909 года использовались команды «лево руля» и «право руля»). Эта команда была рулевым выполнена, и Мэрдоку доложили: «Руль право, сэр!» На мостик прибежали вахтенный рулевой Альфред Оливер и Боксхолл, находившийся в штурманской рубке, когда раздались удары колокола. Оливер в своих показаниях в сенате уверенно заявлял, что при входе на мостик слышал команду «лево руля» (соответствующую повороту вправо), и эта команда была выполнена. По словам Боксхолла, Мэрдок доложил капитану Смиту: «Я дал поворот влево и дал задний ход, и собирался дать поворот вправо, чтобы обойти его, но он был слишком близко».

На «Титанике» отсутствовал ключ от сейфа с биноклями — предположительно, бывший второй помощник капитана Блэр в спешке забыл передать его своему преемнику. Впрочем, находившиеся на мостике члены экипажа имели при себе бинокли, но заметили айсберг позже, чем впередсмотрящие в «вороньем гнезде», у которых биноклей не было. Кроме того, офицеры были устно и письменно предупреждены об опасности, а впередсмотрящим было приказано искать айсберги. Это дает основание многим историкам полагать, что катастрофа была неминуема.

Если бы в океане было хоть небольшое волнение или зыбь, впередсмотрящий увидел бы белые барашки у айсберга. Как стало известно позже, «Титаник» столкнулся с «черным» айсбергом, то есть с таким, который недавно перевернулся в воде. Обращенная к лайнеру сторона имела темно-синий цвет, из-за чего не было отблеска (обычный белый айсберг мог быть замечен за милю).

Существует мнение, что если бы Мэрдок не отдал приказ дать задний ход сразу же после команды «лево руля», «Титаник» наверняка избежал бы столкновения, поскольку реверс отрицательно влияет на эффективность руля. При этом, правда, упускается из внимания время, необходимое на выполнение команды, — не менее 30 секунд. К тому же команда наверняка была принята с задержкой, ее просто не успели выполнить, иначе «Титаник» испытал бы сильную вибрацию, о которой никто из выживших не упоминал. Машины остановились и дали задний ход уже после столкновения, так что практического значения эта команда не имела.

Также есть мнение, что самым верным решением было бы запустить на задний ход только левую машину. Работа винтов в противоположных направлениях, возможно, помогла бы ускорить поворот и снизить скорость. Средний винт приводился в движение паровой турбиной, работавшей на остаточном пару от бортовых машин, заднего хода у этой турбины не было. Таким образом, остановленный винт, за которым находился единственный руль очень небольшой площади, создавал турбулентный поток, в котором и без того малоэффективный руль практически полностью потерял свою эффективность. Возможно даже, для того чтобы избежать столкновения, нужно было бы, напротив, увеличить обороты среднего винта для увеличения эффективности руля.

Был отдан приказ спускать шлюпки. В первую очередь следовало спасать женщин и детей, однако в реальности, к сожалению, так происходило не всегда. Кроме того, многие пассажиры не хотели занимать места в шлюпках, потому что «Титаник», на котором не было заметно внешних повреждений, казался им более безопасным. Например, в шлюпке номер 1 было занято лишь двенадцать мест из шестидесяти пяти. Последние шлюпки заполнялись лучше, так как уже было очевидно, что судно затонет.

Экипаж даже не успел спустить все шлюпки, которые были на борту. Двадцатую шлюпку смыло за борт, когда передняя часть парохода ушла под воду.

В отчете британской комиссии указывается, что «если бы шлюпки задерживали немного дольше перед спуском на воду или если бы двери прохода были открыты для пассажиров, большее число из них могли бы попасть на шлюпки». Погибло очень много пассажиров третьего класса — не только из-за того, что им было трудно найти путь наверх через лабиринты узких коридоров, но и потому, что члены экипажа не давали им пройти на верхнюю палубу, спасая в первую очередь пассажиров первого и второго классов (почти все женщины и дети, путешествовавшие этими классами, выжили).

Те, кому посчастливилось попасть в шлюпку, как правило, не спасали тех, кто находился в воде, напротив, они старались отплыть как можно дальше от места крушения, боясь, что находящиеся в воде перевернут их лодки или что их засосет в воронку, создаваемую тонущим судном.

Из воды было подобрано живыми всего шесть человек.

«Титаник» все время подавал сигналы бедствия. Корабль «Калифорниен» был всего в нескольких милях от тонущего парохода, но не ответил. В 22 часа 10 минут «Калифорниен» наблюдал огни корабля на юге. Капитан Стенли Лорд и третий помощник С. В. Гровс позднее решили, что это пассажирский лайнер. В 23 часа 50 минут офицер увидел, что огни судна мигнули, как будто были выключены, и что появился портовой свет. По приказу Лорда на корабль были посланы световые сигналы Морзе. Это случилось между 23:30 и 01:00, но отзыв получен уже не был. Капитан Лорд ушел в свою каюту, однако второй офицер Герберт Стоун в 1 час 10 минут сообщил ему, что неизвестный корабль выпустил пять ракет. Лорд поинтересовался, были ли это цветные вспышки, использующиеся для идентификации. Стоун ответил, что не знает и что ракеты были белыми. Капитан Лорд поручил экипажу продолжать сигнализировать судну лампой Морзе и с чистой совестью отправился спать. Еще три ракеты были замечены в 1 час 50 минут, и Стоун отметил, что корабль выглядел странно, словно был наклонен. В 2 часа 15 минут Лорд был уведомлен о том, что корабля больше не видно. Лорд снова спросил о цвете ракет, и ему ответили, что все они были белыми. Как оказалось позже, ракет другого цвета на «Титанике» попросту не было…

В конце концов примерно в 5 часов 30 минут главный офицер Джордж Стюарт все-таки разбудил оператора беспроводной связи Кирилла Фармстоуна— Эванса, сообщил ему, что ночью были замечены ракеты, и попросил связаться с судном. В ответ он получил известие о гибели «Титаника»; об этом сообщили также капитану Лорду, и судно наконец отправилось на помощь потерпевшим бедствие. Однако оно прибыло на место катастрофы гораздо позже «Карпатии», уже подобравшей выживших.

Шведка Лиллиан Гертруд Асплунд, которой в 1912 году было пять лет, потеряла в катастрофе отца и трех братьев. Выжили ее мать и трехлетний брат. Они были пассажирами третьего класса и спаслись в шлюпке номер 15. Асплунд была последней, кто помнил о том, как произошла трагедия, однако она избегала публичности и редко говорила о катастрофе.

Доподлинно неизвестно, как погиб капитан Смит. Выдвигалась версия, что застрелился. Однако, по свидетельству очевидцев, капитан принял решение не покидать тонущий корабль и до конца выполнял свой долг. Так, стюард Эдвард Браун последний раз видел Смита, когда тот ушел на мостик, все еще держа в руках мегафон. Другой свидетель, Гарольд Брайд, утверждал, что видел, как Смит выбрался с мостика в воду за минуту до погружения. Уже после того, как «Титаник» затонул, кочегар Гэрри Синиор видел в воде человека, похожего на Смита, с ребенком на руках. Другой кочегар, Уолтер Херст, который спасся на складной шлюпке В, до конца своих дней считал, что человек, который плавал возле шлюпки, был капитаном Смитом, но поскольку шлюпка была перевернута и на ней собралось уже тридцать человек, он не делал попыток туда забраться, а когда Херст все же протянул весло, тот был уже мертв.

Тело Эдварда Джона Смита так и не было найдено.

Последняя из пассажиров «Титаника», Миллвина Дин, которой на момент гибели лайнера было два с половиной месяца, скончалась 31 мая 2009 года в возрасте девяноста семи лет. Ее прах был развеян по ветру в порту Саутгемптона.

Как же случилось, что лайнер, который должен был стать поистине «королевским», затонул так быстро, забрав с собой множество человеческих жизней? Исследования и споры, начавшиеся на заре ХХ века, продолжаются по сей день.

Своеобразный рекорд принадлежит горничной Вайлет Джессоп, пережившей аварии на всех трех кораблях класса «Олимпик». Она работала на «Олимпике», когда тот столкнулся с крейсером «Хоук»; спаслась с «Титаника»; выжила, когда пошел на дно «Британник», подорвавшись на мине во время Первой мировой войны.

В 1994 году кусок корабельной обшивки «Титаника» был передан в лабораторию канадского министерства обороны в Галифаксе. Работники лаборатории подвергли его так называемому испытанию на ударную вязкость на образцах Шарпи, определяющему хрупкость стали. Опытный образец, закрепленный в специальном зажиме, должен был выдержать удар 30-килограммового маятника. Для сравнения был протестирован аналогичный кусок стали, используемой в современных судах. Перед испытанием оба образца держали в спиртовой ванне температурой 1,7 °C (такой же была температура морской воды в месте гибели лайнера). Современная сталь выдержала проверку: в результате удара металлическая пластина лишь V-образно согнулась, а фрагмент «Титаника» был разбит на две части. Возможно, он стал таким хрупким, пролежав почти столетие года на дне Атлантики. Однако удалось достать образец стали с белфастской судоверфи, где строился «Титаник», и тест на ударную вязкость он перенес не лучше.

Сталь, использованная для обшивки корпуса «Титаника», была низкокачественной, с большой примесью фосфора, что делало ее очень ломкой при пониженных температурах. Если бы обшивку изготовили из более качественной стали, она бы значительно смягчила силу удара. Металлические листы просто вогнулись бы внутрь и повреждения корпуса оказались бы не столь серьезными.

Однако результаты исследований не доказывают, что сталь, которая использовалась для постройки «Титаника», была низкокачественной или не лучшей для своего времени; ясно лишь, что современная сталь гораздо лучше той, что использовалась в начале XX века.

Кроме того, проведенные исследования и тесты, а также анализ документов о закупках показал, что использовались заклепки кованые железные, а не стальные, как было запланировано. Их качество оставляло желать лучшего, в них было много примесей, в частности кокса, и во время ковки кокс собирался в головках, повышая хрупкость заклепок. Во время удара айсберга головки дешевых заклепок стали попросту ломаться, и стальные листы начали расходиться.

Внутренняя система связи лайнера была крайне неудовлетворительной. Прямой связи с капитаном не было — все сообщения ему необходимо было докладывать устно. Радиосвязь на море в 1912 году была еще новинкой. Приоритетом для радистов была передача платных сообщений состоятельных пассажиров (только за 36 часов работы радисты передали более 250 телеграмм), а не работа с экипажем.

Радиожурнал «Титаника» не уцелел, но по сохранившимся записям с различных судов удалось восстановить картину работы радистов. Сообщения о дрейфующих льдах и айсбергах начали поступать уже утром 14 апреля, указывались точные координаты зоны повышенной опасности. «Титаник» продолжал плыть, не меняя курса и не снижая скорости. Впрочем, для того времени это не было странным. Например, капитан Жерард Аффельд, командовавший пятью трансатлантическими судами, показал на слушании по делу «Титаника», что, получив предупреждения об айсбергах, он никогда не менял маршрут и снижал скорость лишь в случае тумана или плохой погоды.

В 19 часов 30 минут пришла телеграмма с транспортного судна «Месаба»: «Сообщаю о льдах от 42 градусов до 41 градуса 25 минут северной широты и от 49 градусов до 50 градусов 30 минут западной долготы. Видел большое количество айсбергов, ледяные поля». Это сообщение до капитана не дошло — радист забыл сделать пометку «Ice Report» с префиксом MSG, что значило «лично капитану».

Лайнер не был рассчитан на затопление всех первых пяти отсеков — такая вероятность была очень низкой, до «Титаника» в мирное время ни один корабль не получал таких повреждений. К тому же такая конструкция была чрезвычайно дорога — единственный корабль, построенный так, «Грейт Истерн», был нерентабельным (поэтому его не использовали по прямому назначению, он работал на прокладке трансатлантического телеграфного кабеля).

Вода поступала в корпус «Титаника» со скоростью примерно 400 тонн в минуту.

Основываясь на рассказах Чарльза Лайтоллера, его внучка леди Паттен выдвинула новую версию гибели «Титаника». По ее мнению, времени уклониться от ледяной глыбы было предостаточно, но рулевой Роберт Хитченс запаниковал и повернул штурвал не в ту сторону. Корабль получил пробоину, из-за которой в итоге и затонул. Тем не менее пассажиров и членов экипажа можно было спасти, если бы «Титаник» остановился сразу после столкновения, к тому же ближайший корабль был всего в нескольких милях от лайнера. Но управляющий компании, которой принадлежало огромное судно, Джозеф Брюс Исмей, убедил капитана продолжить плавание, опасаясь, что инцидент может нанести огромный материальный урон. В результате скорость поступления воды в трюмы лайнера возросла в геометрической прогрессии.

1 сентября 1985 года экспедиция под руководством директора Института океанологии города Вудс-Холл, штат Массачусетс, доктора Роберта Балларда обнаружила место залегания «Титаника» на дне Атлантического океана на глубине 3750 метров, к 13 милях к западу от тех координат, которые «Титаник» передавал в своем сигнале «SOS».

Итак, можно сделать вывод, что причиной столкновения с айсбергом и гибели судна стало сочетание нескольких неблагоприятных факторов.

● Айсберг начал таять, перевернулся и стал почти прозрачным, из-за чего был замечен слишком поздно.

● Ночь была безветренной и безлунной, в противном случае впередсмотрящие заметили бы «барашки» вокруг айсберга (сделать это помешало также то, что айсберг был «черным»).

● Скорость парохода была слишком высока. Если бы капитан заблаговременно приказал снизить ее, возможно, силы удара не хватило бы для того, чтобы пробить корпус «Титаника».

● Несколько телеграмм-предупреждений с соседних судов не были переданы радистами, так как те занимались отправлением телеграмм состоятельных пассажиров.

● Сталь, из которой был изготовлен «Титаник», становилась хрупкой при низкой температуре. Температура воды в ту ночь была +2… +4 °C.

● Стальные листы обшивки были соединены некачественными коваными железными заклепками.

● Перегородки между отсеками строились в расчете на лобовой удар, борта же не были защищены.

● Двери не выдерживали напор воды.

● У впередсмотрящих отсутствовали бинокли.

● На корабле не было красных сигнальных ракет, которые обозначали опасность.

● Во время гибели ближе всех к «Титанику» находились суда «Карпатия», рыболовное судно «Самсон» и «Калифорниен». Из них телеграф был установлен на «Карпатии» и «Калифорниен».

Австралийский миллиардер Клайв Палмер объявил о намерении построить копию затонувшего судна, круизный корабль «Титаник-2». Он будет строиться на китайской верфи. Будет полностью воссоздан его внешний вид. На корабле будет современное навигационное и ходовое оборудование, в том числе дизельная силовая установка, носовой бульб, боковые трастеры и увеличенный руль. Предполагается, что судно будет готово к первому рейсу в апреле 2016 года.

Сходство «Титаника» и «Олимпика» породило теорию заговора, согласно которой в трагический рейс на самом деле был отправлен не «Титаник», а «Олимпик». Это стало возможным после замены кормовых листов с названием судна, а также всех предметов быта и интерьера, несущих название судна. По мнению сторонников теории, это объясняет многие факты: отсутствие биноклей у впередсмотрящих, реверс во время уклонения от айсберга, высокую скорость.

Первый художественный фильм, посвященный катастрофе, — «Спасшаяся с “Титаника”» — появился в мае 1912 года.

Теория основывается на предположении о мошенничестве с целью получения страховки. В 1911 году при выходе в одиннадцатый рейс «Олимпик» столкнулся с английским крейсером «Хоук». Последний при этом чудом остался на плаву, «Олимпик» отделался небольшими повреждениями. Компания «Уайт Стар Лайн» к тому времени уже несла серьезные финансовые потери. Страховка за судно вполне могла покрыть все убытки, однако повреждений, полученных при столкновении с крейсером, было недостаточно для выплаты страховки. Нужно было, чтобы судно получило еще большие повреждения. Поэтому при прохождении через опасный район судно подвергли намеренному риску столкновения с айсбергом — владельцы компании «Уайт Стар Лайн» были уверены, что, даже получив серьезные повреждения, судно не затонет.

В 1912 году, еще до катастрофы, была издана книга Моргана Робертсона «Тщетность, или Гибель Титана». Пассажирское судно, изображенное в романе, очень похоже на «Титаник». «Титан» гибнет от столкновения в тумане с айсбергом по пути из Нью-Йорка в Великобританию. Как следствие, появилась легенда о «предсказании» катастрофы «Титаника» Морганом Робертсоном. Кстати, написана книга была еще в 1898 году.

Версия получила широкое распространение, и опровергнуть ее оказалось весьма непросто. Против нее, к примеру, свидетельствовал тот факт, что многие пассажиры «Титаника» ранее плавали на «Олимпике» и вряд ли не заметили бы подмены. Кроме того, присутствие на борту первых лиц компании «Уайт Стар Лайн» также свидетельствовало не в пользу теории заговора. Сторонники теории заговора объясняли присутствие Брюса Исмея на борту его желанием отвести от себя подозрения и уверенностью в «непотопляемости» судна. Собственно, теория заговора была развенчана только после того, как с парохода подняли детали, на которых был выбит номер 401 (строительный номер «Титаника»), поскольку строительный номер «Олимпика» был 400. Однако, несмотря на многочисленные контраргументы, версия о заговоре все еще продолжает существовать — свидетельством этого является ряд современных научно-популярных статей и документальных фильмов, отстаивающих данную точку зрения.

Фильм «Титаник», выпущенный в 1997 году Джеймсом Кэмероном, в течение тринадцати лет являлся лидером по кассовым сборам в мировом кинопрокате ($1 845 034 188, из них $600 788 188 — в США), пока в 2010 году рекорд не побил «Аватар», выпущенный тем же режиссером; В апреле 2012 года Кэмерон выпустил свой старый фильм в прокат в формате 3D.

«Лузитания»

«Лузитания», британский пассажирский лайнер, был торпедирован германской субмариной 7 мая 1915 года, в зоне, обозначенной кайзеровским правительством как зона подводной войны. Судно, шедшее с закрашенным именем и не поднимавшее флага никакой страны, затонуло за 18 минут в 13 километрах от берегов Ирландии. Погибло 1198 человек из 1959 бывших на борту. Потопление «Лузитании» настроило общественное мнение многих стран против Германии и способствовало вступлению США в Первую мировую войну два года спустя.

Проект «Лузитании» был разработан проектировщиком компании «Кунард Лайн» Леонардом Пескеттом. Пескетт построил большую модель предлагаемых судов в 1902 году, демонстрируя трехтрубный проект. Четвертая труба была добавлена в проект в 1904 году для вывода выхлопов из дополнительных котлов. Перед широким использованием турбинной силовой установки на судах компания «Кунард Лайн» установила меньшую версию турбины на своем судне «Кармания» в 1905 году для того, чтобы убедиться в целесообразности использования данной технологии.

«Лузитания» отошла от причальной стенки Ливерпуля 7 сентября 1907 года в субботу под командованием коммодора Джеймса Уатта. Судно прибыло в Нью-Йорк 13 сентября в пятницу. В то время она была крупнейшим океанским лайнером в мире и должна была таким остаться до ввода в эксплуатацию «Мавритании» в ноябре того же года. В течение своей восьмилетней службы «Лузитания» совершила в общей сложности двести два рейса через Атлантику по линии Ливерпуль — Нью-Йорк.

В октябре 1907 года «Лузитания» завоевала «Голубую ленту Атлантики», отобрав ее у германского лайнера «Кайзер Вильгельм II». «Лузитания» шла со средней скоростью в 23,99 узла (44,43 километра в час), идя на запад, и 23,61 узла (43,73 километра в час) — на восток. «Лузитания» совершила свое самое быстрое путешествие на запад со средней скоростью в 25,85 узлов (47,87 километра в час) в 1909 году. В сентябре того же года она навсегда уступила «Голубую ленту Атлантики» «Мавритании», которая установила рекорд в 26,06 узла. Этот рекорд был превзойден лишь в 1929 году.

Строительство «Лузитании» и операционные затраты субсидировались Британским правительством, с условием, что судно в случае необходимости могло быть преобразовано в вооруженный вспомогательный крейсер. Когда началась Первая мировая война, Британское правительство рассчитывало реквизировать ее как вооруженный вспомогательный крейсер (ВВК), и «Лузитания» была внесена в официальный список ВВК. Однако затем подобные большие лайнеры были признаны непригодными для применения в качестве вооруженных вспомогательных крейсеров вследствие большого расхода угля. Однако «Лузитания» осталась в официальном списке ВВК и была указана как вспомогательный крейсер. Для того чтобы уменьшить эксплуатационные расходы для пересечения Атлантики, на «Лузитании» были уменьшены ежемесячные рейсы и запечатано четыре котла. Максимальная скорость теперь была снижена до 21 узла (39 километров в час). Но даже в таком режиме эксплуатации «Лузитания» была быстрейшим коммерческим пассажирским лайнером на Севере Атлантики и на 10 узлов (19 километров в час) быстрее, чем любая подлодка.

17 апреля 1915 года «Лузитания» покинула Ливерпуль и отправилась в трансатлантический рейс, прибыв в Нью-Йорк 24 апреля того же года группа германо-американцев, надеющаяся избежать дискуссии о том, будет ли «Лузитания» атакована германскими подлодками, поделились своим беспокойством с представителями Германского посольства в США. Германское Посольство в США решило предупредить пассажиров перед их следующим рейсом, чтобы те не плыли на «Лузитании». Имперское германское посольство напечатало предупреждение в пятидесяти американских газетах, включая и нью-йоркские.

«Лузитания» покинула пирс в Нью-Йорке в полдень субботы 1 мая 1915 года.

5 и 6 мая немецкая подлодка потопила три судна, и Королевский Военно-морской флот разослал на все британские суда предупреждение: «Подлодки активны у южного берега Ирландии». Капитан Тернер 6 мая дважды получил это сообщение и принял все меры предосторожности: были закрыты водонепроницаемые двери, задраены все иллюминаторы, удвоено количество наблюдателей, все шлюпки были расчехлены и вывалены за борт для ускорения эвакуации пассажиров в случае опасности.

В пятницу 7 мая в 11 часов утра Адмиралтейство передало другое сообщение, и Тернер скорректировал курс. Вероятно, он думал, что подлодки должны быть в открытом море и не подойдут со стороны берега, и «Лузитания» будет защищена близостью к суше.

В 13 часов один из матросов германской подводной лодки заметил впереди большое четырехтрубное судно. Он сообщил капитану Вальтеру Швигеру, что заметил большой четырехтрубный корабль, идущий на скорости около 18 узлов. У лодки было мало топлива и лишь одна торпеда, капитан уже собирался возвращаться на базу, как на лодке заметили, что судно медленно поворачивается правым бортом к лодке.

«Лузитания» была приблизительно в 30 милях от Ирландского берега, когда она попала в туман и уменьшила скорость до 18 узлов. Она шла в порт Куинстауна — ныне Коб — в Ирландии, до которого оставалось 43 мили пути.

В 14 часов 10 минут впередсмотрящий заметил приближающуюся торпеду с правого борта. Через мгновение торпеда попала в правый борт под мостик. Взрыв взметнул столб обломков стальной обшивки и воды вверх, затем последовал второй, более мощный взрыв, из-за которого «Лузитания» начала сильно крениться на правый борт.

Радист «Лузитании» безостановочно посылал сигнал бедствия. Капитан Тернер приказал покинуть судно. Вода затопила продольные отсеки правого борта, вызвав 15-градусный крен на правый борт. Капитан попробовал развернуть «Лузитанию» к ирландскому берегу в надежде посадить его на мель, но судно не слушалось руля, так как взрыв торпеды перебил паровые магистрали рулевого управления. Тем временем судно продолжало двигаться со скоростью в 18 узлов, из-за чего вода быстрее поступала внутрь.

Спустя около шести минут бак «Лузитании» начал погружаться. Крен на правый борт сильно усложнял спуск спасательных шлюпок.

Большое число спасательных лодок опрокинулось при погрузке или были опрокинуты движением корабля, когда они касались воды. «Лузитания» несла 48 спасательных шлюпок — более чем достаточно для всей команды и всех пассажиров, — но только шесть шлюпок удалось благополучно спустить, — все со стороны правого борта. Несколько раскладных спасательных шлюпок смыло с палубы, когда лайнер погружался в воду.

Несмотря на принятые капитаном Тернером меры, лайнер не дошел до берега. На борту поднялась паника. К 14 часам 25 минутам капитан Швигер опустил перископ и ушел в море.

Капитан Тернер оставался на мостике до тех пор, пока его водой не смыло за борт. Будучи отличным пловцом, он протянул в воде три часа. От движения судна вода попадала в котельные, некоторые котлы взорвались, включая те, которые были под третьей трубой, из-за чего та рухнула, остальные же трубы обрушились чуть позже. Судно прошло около двух миль (3 километра) от места торпедной атаки до места гибели, оставляя след из обломков и людей за собою. В 14 часов 28 минут «Лузитания» опрокинулась килем вверх и затонула.

Лайнер затонул за 18 минут в 8 милях (13 километров) от Кинсейла. 1198 людей погибли, в том числе почти сто детей.

11 января 2011 года в возрасте девяноста пяти лет умерла Одри Пирл, последняя выжившая пассажирка лайнера, которой на момент его гибели было всего три месяца.

«Императрица Мария»

«Императрица Мария» — линкор-дредноут российского флота, головной корабль одноименного типа. Свое название корабль получил по имени вдовствующей императрицы Марии Федоровны, супруги покойного императора Александра III. Корабль был спущен на воду 6 октября 1913 года, к началу 1915 года почти достроен. Прибыл в Севастополь 30 июня 1915 года.

На ходовых испытаниях линкора выявился дифферент на нос, из-за которого при волне заливало палубу, корабль плохо слушался руля. По требованию Постоянной комиссии завод принял меры по облегчению носовой части. Представляют интерес замечания Постоянной комиссии, проводившей испытания линкора: «Система аэрорефрежерации артиллерийских погребов „Императрицы Марии «испытывалась в продолжении суток, но результаты получались неопределенные. Температура погребов почти не понизилась, несмотря на суточную работу холодильных машин. Неудачно выполнена вентиляция. Ввиду военного времени, пришлось ограничиться только суточными испытаниями погребов». К 25 августа приемочные испытания завершились.

С вступлением корабля в строй соотношение сил на Черном море резко изменилось. С 13 по 15 октября 1915 года линкор прикрывал действия 2-й бригады линейных кораблей в районе Зонгулдака. С 2 по 4 и с 6 по 8 ноября 1915 года прикрывал действия 2-й бригады линейных кораблей во время обстрела Варны и Евсинограда, с 5 февраля по 18 апреля 1916 года участвовал в Трапезундской десантной операции.

Летом 1916 года по решению Верховного главнокомандующего Российской армии императора Николая II Черноморский флот принял вице-адмирал Колчак. Адмирал сделал «Императрицу Марию» своим флагманским кораблем и систематически выходил на нем в море. 20 октября 1916 года на корабле произошел взрыв порохового погреба, корабль затонул. Колчак лично руководил операцией по спасению моряков на линкоре. Комиссии по расследованию событий не удалось выяснить причины взрыва.

Сорок лет спустя после гибели флагмана русского Черноморского флота на том же самом севастопольском рейде и при таких же маловыясненных обстоятельствах произошел взрыв флагманского линкора советского флота «Новороссийск».

Во время катастрофы с опрокидывающегося линкора сорвались с боевых штыров многотонные башни 305-миллиметровых орудий и затонули отдельно от корабля. В 1931 году эти башни были подняты специалистами экспедиции подводных работ особого назначения (ЭПРОН). В некоторых СМИ распространена информация о том, что будто бы в 1939 году 305-миллиметровые орудия линкора были установлены в системе укреплений Севастополя на 30-й батарее, входившей в 1-й артдивизион береговой обороны, а три орудия были установлены на специальных железнодорожных платформах-транспортерах ТМ-3-12, однако эта информация является не более чем пересказом «красивой легенды», начало которой положил факт наличия на 30-й батарее орудийных станков с «Императрицы Марии». Достоверно известно, что одно из орудий было в 1937 году перестволено на сталинградском заводе «Баррикады» и отправлено в качестве запасного ствола на склад в Новосибирске, где и находилось все последующее время. По мнению С. Е. Виноградова, можно с уверенностью полагать, что ни одно из одиннадцати остальных орудий не имело отношения к обороне Севастополя 1941–1942 годов.

Работы по подъему корабля начали в 1916 году по проекту, предложенному А. Крыловым. Это было весьма неординарное с точки зрения инженерного искусства событие, ему уделялось достаточно много внимания. Согласно проекту в отсеки корабля, предварительно загерметизированные, подавался сжатый воздух, вытесняя воду, и корабль должен был всплыть вверх килем. Затем планировалось ввести судно в док и полностью загерметизировать корпус, а на глубокой воде поставить его на ровный киль. Во время шторма в ноябре 1917 года корабль привсплыл кормовой частью, полностью всплыл в мае 1918 года. Все это время в отсеках работали водолазы, продолжалась выгрузка боеприпасов. Уже в доке с корабля была снята 130-миллиметровая артиллерия и ряд вспомогательных механизмов.

Операцией по подъему корабля руководили адмирал Канин и инженер Сиденснер. В августе 1918 года портовые буксиры «Водолей», «Пригодный» и «Елизавета» отвели всплывший корпус линкора в док. В условиях гражданской войны и революционной разрухи корабль так и не был восстановлен. В 1927 году он был разобран на металл.

Вот так вспоминал об этом событии матрос с немецкого линейного крейсера «Гебен», который был свидетелем проводившихся работ: «В глубине бухты у Северной стороны плавает килем вверх взорвавшийся в 1916 году линкор «Императрица Мария». Непрерывно русские вели работы по его подъему, и спустя год, килем вверх колосс удалось поднять. Под водой была заделана пробоина в днище, под водой же сняли и тяжелые трехорудийные башни. Немыслимо тяжелая работа! День и ночь напролет работали насосы, которые выкачивали из корабля находящуюся там воду и одновременно подавали воздух. Наконец его отсеки осушили. Сложность состояла теперь в том, чтобы поставить его на ровный киль. Это почти удалось — но тут корабль снова пошел ко дну. Заново приступили к работе, и спустя некоторое время, «Императрица Мария» снова плавала вверх килем. Но как придать ей верное положение, на этот счет решения не было».

Упоминание о линкоре есть в книге Анатолия Рыбакова «Кортик», где присутствует ряд указаний на умышленную версию взрыва. Также эта версия легла в основу повести Бориса Акунина «Мария, Мария…».

«Ла Бургонь»

«Ла Бургонь», французский пассажирский лайнер, был построен для компании «Компани женераль трансатлантик» и введен в строй в 1886 году. Изначально судно было оснащено двумя паровыми машинами тройного расширения, работавшими на один гребной винт и четырьмя мачтами, несущими парусное вооружение баркентины.

2 июля 1898 года «Ла Бургонь» вышла из Нью-Йорка с более чем 597 пассажирами и 128 членами экипажа на борту. 4 июля, около 5 часов утра, недалеко от острова Сейбл лайнер в густом тумане столкнулся с барком «Кромартишир», направлявшимся в Филадельфию. Правый борт «Ла Бургонь» получил серьезные повреждения от форштевня и подготовленного к отдаче правого станового якоря «Кромартишира». Также была повреждена силовая установка парохода. Шлюпки с правого борта лайнера оказались разбиты. Капитан «Ла Бургонь» принял решение выбросить судно на песчаную отмель острова Сейбл в 60 милях, но затопление шло быстро и менее чем через час после столкновения лайнер затонул. Капитан Делонкль отказался покинуть тонущее судно и погиб вместе с ним.

Среди погибших были известный русский борец турецкого происхождения Юсуф Исмаил и американский художник Скотт Эванс.

Уцелевшие с «Ла Бургонь» (а их оказалось сто шестьдесят четыре человека) были подобраны «Кромартиширом» и позднее переведены на лайнер «Грешиан», принадлежавший «Эллан лайн», который доставил их в Галифакс в Новой Шотландии. Однако эта катастрофа потрясла мир не масштабом и не количеством жертв, а жестокостью, воцарившейся на тонущем корабле. Многие пассажиры были убиты в борьбе за место в шлюпках, в драках за спасательные жилеты, и даже после погружения корабля в воду. Погибли все дети и почти все женщины, плывшие на лайнере. Зачинщиками беспорядков выступили австрийские матросы, которые незадолго до этого уже пережили одно кораблекрушение возле берегов Америки и теперь возвращались в Европу. Они начали стрелять в других пассажиров, прокладывая себе путь к шлюпкам. Их примеру последовали пассажиры третьего класса, выходцы из низов, которые пустили в ход ножи. Когда лайнер затонул, в воде оказалось много людей, пытавшихся спастись вплавь. Но если они подплывали к шлюпкам или плотам, сидевшие в них люди били их веслами по голове, резали пытавшиеся схватиться за борта пальцы.

Это крушение было названо Варфоломеевским утром.

«Армения»

«Армения», пассажирско-грузовой теплоход, был построен на Балтийском заводе в Ленинграде в 1928 году. 7 ноября 1941 года был потоплен немецкой авиацией вблизи побережья Крыма. Число погибших составило, по разным оценкам, от 3000 до 4500 человек.

Около 17 часов 6 ноября 1941 года «Армения» вышла из порта Севастополя, эвакуируя военный госпиталь и жителей города. В последний рейс «Армению» вел капитан Владимир Яковлевич Плаушевский.

На теплоходе находились несколько тысяч раненых бойцов и эвакуируемых граждан. На судно был погружен также персонал главного госпиталя Черноморского флота и ряда других военных и гражданских госпиталей (всего двадцать три госпиталя), руководство и сотрудники пионерлагеря «Артек» с членами семей и часть партийного руководства Крыма. Погрузка эвакуируемых шла в спешке, точно их число неизвестно.

В 2 часа 7 ноября судно прибыло в Ялту, где взяло на борт еще несколько сотен человек и груз. Существует предположение, что в них находились золото и ценности из крымских музеев. В 8 часов судно вышло из порта. В 11 часов 25 минут судно было атаковано одиночным немецким торпедоносцем «Хейнкель He-111». Самолет зашел со стороны берега и с дистанции 600 метров сбросил две торпеды. Одна из них попала в носовую часть теплохода. Через четыре минуты «Армения» затонула.

Официально в советское время считалось, что погибли около 5 тысяч человек, в начале XXI века оценки увеличены до 7—10 тысяч человек. Спасти удалось только восьмерых. Катастрофа «Армении» по числу жертв является одной из самых крупных в мировой истории.

Транспорт имел отличительные знаки санитарного судна, но, по мнению военных историков, «Армения» нарушила этот статус, так как была вооружена четырьмя зенитными пушками «21-К». Кроме раненых и беженцев, на ее борту находились военнослужащие и сотрудники НКВД. Корабль сопровождали два вооруженных катера и два истребителя «И-153». В связи с этим «Армения» являлась «законной» с точки зрения международного права военной целью.

Существует версия, что причиной катастрофы стали преступные ошибки командования Черноморского флота. Переполненный теплоход, вместо того чтобы совершить переход к Кавказскому побережью в темное время суток в относительной безопасности, был отправлен командованием в Ялту, хотя в Севастополе находились десятки менее ценных судов, которые бы могли произвести эвакуацию из этого города. В результате погрузка затянулась на всю ночь и капитан был вынужден выйти в море из Ялты в 8 часов. Решение капитана было оправдано, поскольку Ялта не имела никаких средств противовоздушной обороны, кроме того, в любой момент она могла быть захвачена наступавшими немецкими частями; в этом случае «Армения» была бы просто расстреляна немецкой полевой артиллерией. В море же теплоход имел возможность уклоняться от атак маневрированием. Однако перегруженность транспорта беженцами и отсутствие у команды боевого опыта не позволили вовремя обнаружить противника. А поскольку главной опасностью предполагалась атака пикирующих бомбардировщиков, истребители патрулировали на высоте около трех тысяч метров и не заметили низко идущий торпедоносец. Сторожевые катера держались впереди транспорта и тоже прозевали атаку.

В 2006 году к работам по просьбе украинской стороны подключился Институт океанографии и океанологии США (NOAA) под руководством Роберта Балларда. Американцы нашли в предполагаемом районе гибели судна множество интересных объектов, однако «Армения» так и не была найдена.

«Анатолий Серов»

Теплоход «Анатолий Серов» водоизмещением 4880 тонн был построен в 1938 году николаевскими кораблестроителями и первоначально назывался «Коллективизация». В 1938 году он вошел в состав Азовского государственного морского пароходства. В 1939 году был переименован в «Анатолий Серов» — в честь военного летчика, Героя Советского Союза А. К. Серова. С 1941 года входил в состав Черноморского пароходства.

С первых дней Великой Отечественной войны команда «серовцев» включилась в боевые действия, выполняя задания военного командования. Неоднократно они доставляли в осажденную фашистами Одессу все необходимое защитникам города и эвакуировали в тыл оборудование предприятий, мирных жителей, раненых бойцов. В числе других судов «Анатолий Серов» вывозил в тыл оборудование заводов «Кинап», консервных им. Ленина и им. Калинина, часть оборудования электростанции и станкостроительного завода. Теплоход также привлекался для переброски в тыл средств железнодорожного транспорта, буксируя плавучие доки с погруженными на них паровозами, паровозными тендерами и вагонами. Активное участие экипаж судна принимал в Керченско-Феодосийском десанте, совершал регулярные рейсы в Камыш-Бурун и Новороссийск. Весной 1942 года он совершал рейсы в осажденный Севастополь. Преодолевая заминированный немцами фарватер, теплоход «Анатолий Серов» в течение апреля-мая доставил туда 5593 тонны продовольствия, 238 тонн боеприпасов, 1000 тонн оружия и амуниции. Командующий обороной Севастополя адмирал Ф. Октябрьский объявил экипажу благодарность.

Когда фронт приблизился к Новороссийску, стоявшие в порту суда ежедневно подвергались ударам вражеской авиации. Во время ожесточенного налета 12 августа 1942 года «Анатолий Серов» вышел в открытое море, но одна бомба попала в кормовой 4-й трюм, судно стало быстро тонуть. Капитан К. К. Третьяков сумел посадить его на мель. 20 августа теплоход удалось снять с мели и он своим ходом ушел в Поти.

Летом 1943 года суда Черноморского пароходства перевозили грузы из Турции в Батуми. «Анатолий Серов», который совершил восемь рейсов. 7 октября 1944 года, впервые после освобождения города, в одесский порт пришли с грузами суда «Калинин», «Димитров» и «Анатолий Серов».

На рассвете 8 апреля 1949 года, следуя из Поти с грузом руды на Измаил (по другим данным — из Новороссийска в Одессу), теплоход наткнулся на одну из невытраленных гитлеровских мин. Из сорока находившихся на борту членов экипажа спасти подошедшему через два часа к месту катастрофы ледоколу «Торос» удалось лишь семерых.

Судно исчезло с поверхности Черного моря, не успев подать сигнал бедствия. После длительных поисков спасатели обнаружили затонувшее судно на глубине 130 метров недалеко от мыса Тарханкут. В соответствии с проведенными расчетами маршрута перехода, анализа радиограмм, результатов наблюдения постов НИС и проходящих по этому же пути кораблей и судов, был сделан вывод, что, вероятней всего, это и есть исчезнувший теплоход. Чтобы убедиться, что на дне лежит именно «Анатолий Серов» и узнать причину его гибели — нужно было на эту глубину спуститься водолазам и тщательно обследовать останки теплохода. Руководство страны хотело знать: «Отчего в мирное время погиб теплоход и не усматривается ли в этой акции диверсия со стороны вероятного противника»?

Правительство страны поставило задачу командованию ВМФ СССР ответить на этот вопрос. В те годы выполнение такого задания затруднялось тем, что водолазное снаряжение, состоящее на вооружении аварийно-спасательной службы, позволяло безопасно погружаться на глубину не более 60 метров. Отдельные водолазы Черноморской экспедиции ЭПРОН еще в 1936–1938 годах после длительных тренировок достигали глубины 130 метров, задерживаясь там на несколько минут. Но теперь нужно было не только достичь этой глубины, но и выполнить сложные работы с передвижением водолазов по грунту и корпусу затонувшего судна.

Преодолевая серьезные трудности, водолазы выполнили поставленную задачу, и специалисты сделали вывод — транспорт «Анатолий Серов» погиб, наткнувшись на плавающую мину. Из-за больших повреждений судно затонуло настолько быстро, что спастись экипажу было крайне сложно.

Чтобы убедить правительственную комиссию в том, что водолазы побывали именно на «Серове», им приказали снять с судна какую-то характерную деталь или часть устройства. Водолазы-глубоководники, не мудрствуя, прошлись по палубам судна и сняли рынду с надписью «Анатолий Серов». Вещественное доказательство для начальства было получено, и дальнейшее погружение на «Серов» прекратили. О подъеме судна с такой большой глубины речь не шла.

«Новороссийск»

Советский военный корабль «Новороссийск», линкор Черноморского флота ВМФ СССР, до 1948 года корабль входил в состав итальянского ВМФ под названием «Джулио Чезаре» (в честь Гая Юлия Цезаря). Страны-победительницы разделили итальянские боевые корабли в счет репараций. Советский Союз претендовал на новые линкоры типа «Литторио», однако ему достался лишь устаревший «Джулио Чезаре». Хотя к концу войны в строю из советских тяжелых кораблей оставались лишь два старых линкора — «Севастополь» и «Октябрьская революция», — СССР все еще имел амбициозные планы по строительству линейных кораблей, и для подготовки экипажей планировалось использовать «Чезаре».

Полученный корабль находился в крайне запущенном состоянии, поскольку с 1943 по 1948 год он стоял на приколе с минимальной командой и без надлежащего технического обслуживания. Непосредственно перед передачей Советскому Союзу линкор прошел небольшой ремонт, коснувшийся в основном электромеханической части. В удовлетворительном состоянии находились основная часть вооружения, главная энергетическая установка и основные корпусные конструкции ниже броневой палубы. В очень плохом состоянии находились общекорабельные системы — трубопроводы, арматура, обслуживающие механизмы. В нерабочем состоянии были аварийные дизель-генераторы. Эксплуатационная техническая документация и документация по непотопляемости практически отсутствовала — пользоваться разрозненными документами на итальянском языке не могли, поскольку никто не владел итальянским. Присланные переводчики были беспомощны, поскольку не владели специальной терминологией. Внутрикорабельная связь, радиосвязь почти отсутствовали, а радиолокаторов и зенитной артиллерии малого калибра не было вообще.

Условия жизни экипажа не соответствовали ни климатическим особенностям Черноморского региона, ни организации службы советского флота, поскольку при стоянке в базе итальянские экипажи жили в береговых казармах, а в плавании их рацион состоял из макарон, сухого вина и оливкового масла. Первое время (до оборудования нормального камбуза) питание моряков обеспечивалось несколькими армейскими походными кухнями, почти круглосуточно дымившими на палубе.

В холодное время, в особенности при минусовых температурах наружного воздуха, в кубриках под палубой полубака, не имевшей изоляции, личный состав находился под сплошным «дождем» от обильной конденсации влаги. Для отдыха служили двух— и трехъярусные койки, размещенные буквально впритык друг к другу в проходных кубриках.

В середине мая 1949 года линкор поставили в Северный док Севморзавода (Севастополь). При этом специалисты были поражены как изяществом обводов подводной части, так и характером ее обрастания. Интенсивно оброс ракушкой лишь район переменной ватерлинии, а остальная часть, покрытая пастой неустановленного состава, почти не обросла. Но в неудовлетворительном состоянии оказалась донно-забортная арматура. Более того, как писал последний командир «БЧ-5» линкора И. И. Резников, при очередном ремонте обнаружилось, что почти полностью заросли ракушкой трубопроводы пожарной системы, пропускная способность которых уменьшилась в несколько раз.

Уже в июле 1949 года «Новороссийск» принял участие в маневрах эскадры в качестве флагмана. Естественно, что вооружение и системы управления огнем не соответствовали требованиям времени, механизмы в результате интенсивной службы и плохого ухода оказались в запущенном состоянии, да и системы жизнеобеспечения корабля нужно было приспособить под новые стандарты.

Из воспоминаний командира трюмной группы Ю. Г. Лепехова: «В таких условиях командованием флота была поставлена задача в трехмесячный срок привести корабль в порядок, создать и отработать на совершенно незнакомом иностранном корабле (линкоре!) боевую и повседневную организацию, сдать курсовые задачи К-1 и К-2 и выйти в море. О возможности выполнения предписанного в установленный срок могут судить только те, кому довелось служить на больших кораблях в период их постройки и сдачи. Вместе с тем политическая обстановка требовала продемонстрировать способность советских моряков быстро освоить полученные итальянские корабли. В итоге после очередной штабной проверки командующий эскадрой контр-адмирал В. А. Пархоменко, убедившись в невыполнимости поставленной задачи, устроил офицерскому составу линкора грандиозный разнос, объявил кораблю «оргпериод» и вслед за тем через пару недель, так и не приняв у корабля фактически ни одной курсовой задачи, в первых числах августа буквально «вытолкнул» линкор в море. В составе эскадры мы подошли к турецким берегам, дождались появления самолета НАТО, убедившегося, что «Новороссийск» плавает, и вернулись в Севастополь. Так и началась служба в составе Черноморского флота корабля, непригодного, по сути дела, к нормальной эксплуатации». С 1950 по 1955 год линкор семь раз находился в заводском ремонте. Работы по модернизации вызвали небольшое увеличение массы корабля (примерно на 130 тонн) и ухудшение остойчивости (поперечная метацентрическая высота уменьшилась на 0,03 метра).

В мае 1955 года «Новороссийск» вошел в строй Черноморского флота и до конца октября несколько раз выходил в море, отрабатывая задачи по боевой подготовке. На тот момент, несмотря на преклонный возраст, это был самый сильный боевой корабль в СССР.

Вечером 28 октября 1955 года линкор вернулся из похода для участия в празднованиях по случаю 100-летия обороны Севастополя и занял место на бочке № 3 в районе Морского госпиталя (глубина 17 метров воды и около 30 метров вязкого ила). Швартовка прошла нештатно — старпом, капитан 2-го ранга Г. А. Хуршудов, замещавший находившегося в отпуске командира корабля, проскочил нужное место на полкорпуса. После швартовки часть экипажа убыла на берег. Старшим офицером остался помощник командира корабля З. Г. Сербулов.

29 октября в 1 час 31 минуту под корпусом корабля с правого борта в носу раздался взрыв, эквивалентный 1000–1200 килограммам тротила, насквозь пробивший корпус линкора, вырвавший часть палубы полубака и пробивший в подводной части дыру в 150 квадратных метра. Поскольку в месте взрыва находились носовые кубрики, сразу погибло от 150 до 175 человек. Взрыв произошел возле Госпитальной стенки Севастопольской бухты. Кроме того, через 30 секунд раздался второй взрыв по левому борту, в результате которого образовалась вмятина в 190 квадратных метра.

Линкор пытались отбуксировать на мелководье, но прибывший на корабль вице-адмирал В. А. Пархоменко приостановил буксировку. Запоздалое приказание о возобновлении буксировки оказалось бессмысленным: носовая часть уже села на грунт. Не сразу адмирал позволил и эвакуировать незанятых в спасательных работах моряков, которых на юте скопилось до 1000 человек. Когда решение об эвакуации было принято, крен корабля начал стремительно нарастать. В 4 часа 14 минут линкор лег на левый борт и через мгновение уткнулся мачтами в грунт. В 22 часа корпус полностью исчез под водой.

В катастрофе погибли 614 человек, включая аварийные партии с других кораблей эскадры. Многие были заперты в отсеках опрокинувшегося корабля — из них удалось спасти лишь девятерых (семерых через прорезанное в кормовой части днища отверстие и двоих из-под палубы юта, неплотно прилегавшей к грунту). Водолазы перестали слышать стук запертых в корпусе линкора моряков только 1 ноября.

Летом 1956 года экспедиция подводных работ особого назначения ЭОН-35 приступила к подъему линкора методом продувания. При продувке одновременно использовались двадцать четыре компрессора общей производительностью 120–150 кубических метров свободного воздуха в минуту. Подготовительные работы завершились в апреле 1957 года, и с 30 апреля начали предварительную продувку. Генеральную продувку начали 4 мая, и в тот же день линкор всплыл кверху килем — сначала носовая оконечность, а потом корма. Днище поднялось над водой примерно на 4 метра. При подъеме корабля на дне осталась третья башня главного калибра, которую пришлось поднимать отдельно.

По другим данным, 28 мая корабль отбуксировали в Казачью бухту (куда был пробит соответствующий фарватер) и перевернули. В дальнейшем корабль был разобран на металл и передан на завод «Запорожсталь». Стволы 320-миллиметровых орудий до 1971 года лежали напротив Морского училища.

Расследованием катастрофы занималась правительственная комиссия. Согласно докладу комиссии, «наиболее вероятно, что 29 октября 1955 года под кораблем имел место взрыв немецкой мины типа RMH или LMB со взрывателем М-1, поставленной в период Великой Отечественной войны». Однако источники электропитания вытраленных в 1950-х годах донных мин оказывались разряженными, а взрыватели — неработоспособными.

Профессор, инженер-капитан 1-го ранга Н. П. Муру в своей книге «Катастрофа на внутреннем рейде» доказывает, что наиболее вероятной причиной гибели корабля является взрыв донной мины (двух мин). Прямым подтверждением версии взрыва мины Н. П. Муру считает то, что после катастрофы тралением донного ила были обнаружены семнадцать подобных мин, из которых три находились в радиусе 100 метров от места гибели линкора.

Версия возможной детонации корабельного боезапаса отпала после обследования корпуса: характер разрушений указывал на то, что взрыв произошел снаружи.

По версии Олега Сергеева, подрыв корабля был произведен «отечественными спецслужбами с ведома руководства страны во внутриполитических целях» для дискредитации затратной программы адмирала Кузнецова по широкомасштабному строительству надводных кораблей.

В выводах комиссии не исключалась и возможность диверсии. В Италии накануне передачи линкора СССР открыто звучали призывы не допустить того, чтобы гордость итальянского флота оказалась под советским флагом. Кроме того, как удалось установить из архивных документов, планировалось подготовить 320-миллиметровый главный калибр «Новороссийска» для стрельбы снарядами с ядерной начинкой. По некоторым сведениям, как раз накануне линкор после долгих неудач отстрелялся экспериментальными спецснарядами (без ядерного заряда) по учебным мишеням.

Силы и средства для диверсии в послевоенной Италии имелись. Во время войны на Черном и Средиземном морях действовали итальянские подводные диверсанты из 10-й флотилии, которыми командовал «черный князь» Валерио Боргезе. Во время войны 10-я флотилия базировалась в крымских портах.

Как свидетельствуют рассекреченные разведывательные сводки штаба Черноморского флота, по весьма странному совпадению именно в самом конце октября итальянские торговые суда к 29 октября 1955 года покинули акваторию порта, а Боргезе вскоре после подрыва «Новороссийска» переселился в Испанию.

Когда происходила передача итальянских кораблей Советскому Союзу, князь Валерио Боргезе поклялся отомстить за бесчестие и взорвать линкор «Джулио Чезаре» во что бы то ни стало. Князь Боргезе не бросал слов на ветер. Вознаграждение исполнителям было баснословным. Место действия изучено и хорошо знакомо. Время послевоенное, Советы расслабились, вход в порт молов не имел, боновое заграждение затворялось только на ночь, да и оно не было преградой для подводников. В течение года шла подготовка. Исполнители — восемь боевых пловцов, за плечами у каждого боевая диверсионная школа на Черном море. В ночь на 21 октября 1955 года из некоего итальянского порта вышел обычный грузовой пароход, взяв курс на один из днепровских портов под погрузку пшеницы. Курс и скорость рассчитали так, чтобы пройти в 15 милях траверс маяка Херсонес в полночь 26 октября. Придя в заданную точку, пароход выпустил из специального люка в днище мини-субмарину и ушел своим курсом. Подлодка под названием «Пиколло» скрытно прошла в район севастопольской бухты Омега (Круглая), где ее экипаж устроил тайную базу — выгрузил на дно дыхательные баллоны, взрывчатку, гидробуксиры. С темнотой вышли обратно в море в ожидании условного знака. Сигнал был получен, и итальянцы вернулись в бухту Омега к своему схрону, переоделись в скафандры и, захватив все необходимое, при помощи гидробуксиров двинулись к причальной бочке «Новороссийска». Видимость была ужасная, работали почти на ощупь. Дважды возвращались в Омегу за взрывчаткой, упрятанной в магнитные цилиндры. С заходом солнца минирование цели закончили, вернулись на базу и прошлюзовались в «Пиколло». Впопыхах забыли на дне сумку с инструментами и запасной винт гидробуксира. Затем вышли в открытое море, двое суток ждали «свой» пароход. Поднырнули под днище, люк захлопнули, воду откачали. Три долгожданных удара по переборке известили, что операция закончена.

О. Бар-Бирюков, офицер линкора «Новороссийск», капитан 1-го ранга в отставке, историк

В июле 2013 года ветеран итальянского подразделения боевых пловцов «Гамма» в составе итальянской 10-й флотилии штурмовых средств, экс-сотрудник итальянской службы военной разведки, немецкой СД и эксперт по шифрованной связи Уго Д’Эспозито признал, что боевые пловцы из расформированной ранее итальянской 10-й флотилии причастны к затоплению советского линкора «Новороссийск» в 1955 году: восемь боевых пловцов, выполнявших поручение итальянских служб и действовавших от имени НАТО, установили заряды на киль корабля.

По предположению Юрия Лепехова (участника передачи корабля 3 февраля 1949 года от итальянской стороны к советской), причиной взрыва послужили немецкие магнитные подводные мины (одна или две). Он полагает, что характер разрушений корпуса линкора (корабль был пробит взрывом насквозь, причем пробоина в днище не совпадает с пробоиной на палубе), указывает на то, что взрыв мины вызвал детонацию заряда, который был заложен на корабле итальянцами еще до его передачи советской стороне.

Лепехов утверждает, что когда во время приемки он и другие участники комиссии осматривали корабль, то уткнулись в глухую переборку в носовой части линкора. В переборке ранее были три так называемых «флорных выреза», но в момент осмотра комиссией они были аккуратно заварены. Тогда этому не придали значения, но теперь Лепехов полагает, что за этой переборкой находился мощный заряд взрывчатого вещества. Данный заряд должен был быть приведен в действие через какое-то время после передачи корабля, но по каким-то причинам этого не произошло. Зато уже в 1955 году именно этот заряд, по злому и нелепому (детонация от мины) совпадению, послужил основной причиной гибели корабля.

В августе 2013 года бывший зенитчик корабля и председатель совета ветеранов линкора «Новороссийск» Виктор Салтыков сообщил, что российские ветераны-моряки, многие из которых стали после инцидента инвалидами, намерены через суд требовать от Италии возмещения ущерба их здоровью. Они потребовали провести международное расследование по факту уничтожения корабля.

«Адмирал Нахимов»

В течение 29 лет самый знаменитый советский лайнер совершал морские прогулки и круизные рейсы по Крыму и Кавказу. Попасть на его борт было заветной мечтой каждого, кто собирался в отпуск, — и простых людей, и звезд кино и эстрады, и высокопоставленных чиновников. Страшная катастрофа, унесшая несколько сотен жизней, — одна из самых масштабных трагедий в истории судоходства.

«Адмирал Нахимов» не всегда принадлежал СССР. Он был построен в 1925 году в Германии и носил название «Берлин». По комфорту он составлял настоящую конкуренцию превосходным английским трансатлантическим лайнерам. Всю Вторую мировую войну он использовался в качестве госпитального судна. В январе 1945 года «Берлин» под большой охраной подошел к Либаве (ныне Лиепая), чтобы взять на борт часть войск из окруженной немецкой курляндской группировки. Приняв войска, судно под усиленным двинулось конвоем в путь, однако было торпедировано советскими катерами. На траверзе порта Свинемюнде, в Померанской (ныне Поморской) бухте «Берлин», подорвавшись на собственном минном поле, получил пробоину и затонул. Поднят со дна он был только в 1947 году, капитально отремонтирован за счет репараций и получил новое имя — «Адмирал Нахимов».

Прежде чем подняться на борт, я прошел по причалу вдоль судна, внимательно рассматривая его корпус. Судно производило впечатление крепкого сооружения с большим запасом прочности… Подняться на него можно было лишь по единственному узкому парадному трапу, укрепленному на кронштейнах на палубе «С» из открывавшейся амбразуры третьего класса… На прогулочной палубе я был приятно поражен размерами, особенно шириной закрытой веранды, на которой свободно могли разойтись две движущиеся «Волги». Апартаменты капитана располагались на шлюпочной палубе. Тут же были и штурманская и рулевая рубка, радиостанция и каюта начальника радиостанции…

Из воспоминаний Н. А. Соболева, первого капитана «Адмирала Нахимова»

Пассажиров «Адмирала Нахимова» поражало искренне радушие персонала и дорогое убранство парохода: стены, на которых красовались роскошные канделябры, были отделаны ценными породами дерева, повсюду лежало хорошее ковровое покрытие, причем на каждой палубе — своего цвета, в салонах висели дорогие картины на морскую тематику, бронзовые барельефы русских флотоводцев. Работали рестораны, бары, кинотеатр, парикмахерские, библиотека. Постоянно звучала негромкая мелодичная музыка, временами ее прерывали для того, чтобы сообщить нужную информацию.

Однако не все было так радужно. В первом же рейсе капитану стали жаловаться на плохую вентиляцию, духоту, отсутствие притока свежего воздуха. Пожарные заслонки постоянно падали, перекрывая вентиляцию. В каюты третьего класса воздух вообще не поступал — спустя некоторое время обнаружили, что воздух туда попросту не был подведен. Пассажиры задыхались, и им приходилось раскрывать настежь иллюминаторы — в результате при малейшем крене или небольшой волне вода захлестывала иллюминатор и попадала в каюту. Чтобы хоть как-то решить проблему, члены экипажа искусственно создавали по судну сквозняки. Окончательно же вопрос решился стараниями капитана в последующие два года — система вентиляции на судне модернизировалась, а через 10 лет судно было полностью кондиционировано и стало отвечать всем современным требованиям.

В 1977 году экипаж судна во главе с бессменным капитаном отпраздновали 20-летие безаварийного плавания. А в 1978 году капитан Соболев вынужден был покинуть судно по состоянию здоровья. В 1984 году капитаном «Адмирала Нахимова» стал 56-летний Вадим Георгиевич Марков, перешедший на пароход с линий загранплавания.

Вот как рассказывает о своих впечатлениях Николай Антонович Соболев:

«Мне не приходило в голову, что когда-нибудь придется ехать пассажиром на своем пароходе… Поселившись в «люксе», я попытался показать своим внукам, как надевать спасательные жилеты, но в установленном месте их не оказалось. Позвонил буфетчице капитана, обслуживающей «люкс». Наташа сразу пришла и показала жилеты. Позже, когда случилась катастрофа с пароходом «Адмирал Нахимов», жена вспомнила этот эпизод и спросила, почему, как только мы поселились, я сразу позаботился о жилетах?.. Подошло 8 июня — день поднятия флага, и я ожидал, что его будут отмечать. Мне хотелось встретиться с экипажем, поделиться своими воспоминаниями, ведь прошло двадцать восемь лет и многое уже стало историей. Утром ко мне пришли с цветами ветераны экипажа Валя Пархоменко и Зина Марчук, они помнили эту дату. С сожалением я услышал, что традиция отмечать судовой праздник давно не соблюдается. В портах я встречался со старыми знакомыми, совершал прогулки по прежним маршрутам, вспоминая о минувших днях. В середине рейса ко мне в каюту позвонил капитан В. Г. Марков. Он сказал, что по плану должна быть беседа с туристами о морском флоте и пароходе «Адмирал Нахимов», и предложил мне провести ее. Я с удовольствием согласился в надежде встретиться не только с туристами и дирекцией круиза, но, возможно, и с некоторыми членами экипажа. Пассажирский помощник капитана представил меня туристам, как первого капитана, продолжительное время проработавшего на судне и явившегося инициатором организации круизов, а сам тут же поспешил уйти. Не было ни дирекции круиза, ни кого-либо из членов экипажа. Я остался один с туристами. Как видно, никого из судовой администрации не интересовала беседа об истории судна и развитии круизов. Полтора часа продолжалась беседа, туристы задавали много вопросов, а в заключение встречи просили у меня автограф на открытках с изображением парохода «Адмирал Нахимов». В конце рейса я зашел к капитану В. Г. Маркову поблагодарить за гостеприимство и поинтересовался, нет ли у него ко мне вопросов относительно судна, его устройства и управления. Капитан сказал, что он судно знает и вопросов нет. Пригласил еще совершить путешествие… Это была последняя встреча с моим старым любимым пароходом. С чувством неопределенности и сожаления сошел я на берег…»

В роковой день 31 августа 1986 года пароход «Адмирал Нахимов», прибыв из Ялты, пришвартовался у пассажирского 34-го причала в Новороссийске. Судно простояло в порту до вечера и, в 22 часа, приняв пассажиров, отошло от причальной стенки. На борту, по официальной версии, находилось 1243 человека: 346 членов экипажа и 897 пассажиров.

Во время разворота судна в акватории порта, капитан Марков запросил по УКВ у поста регулирования движения судов (ПРДС) информацию об обстановке на створах и на рейде. Пост ответил, что на пути судна и на рейде движения в настоящее время нет, единственное судно, которое подходит со стороны Босфора, — сухогруз «Петр Васев», следующий в порт под выгрузку канадского ячменя (он предупрежден о выходе пассажирского парохода и обещал пропустить его на выходе из бухты). Пароход прошел ворота порта, вышел на курс 154,2 и стал следовать по направлению к буям Пенайских банок, которые находились на выходе из бухты. Постепенно набирая обороты, «Адмирал Нахимов» шел со средней скоростью около 9 узлов.

Сухогруз «Петр Васев» приближался к порту Новороссийск со скоростью 11,5 узла. В 21 час 30 минут на мостик поднялся капитан В. И. Ткаченко и принял управление на себя. На мостике в это время также находился третий помощник капитана П. Зубюк. Ткаченко передал станции Новороссийск-17 (ПРДС) и Новороссийск-5 (портнадзор) информацию о судозаходе и подтвердил, что уступит дорогу «Адмиралу Нахимову». Позже Ткаченко подтвердил ту же информацию вахтенному второму помощнику капитана парохода А. Чудновскому. «Адмирал Нахимов» и «Петр Васев» вели переговоры по УКВ и договорились разойтись на выходе правыми бортами.

В 23 часа капитан парохода В. Марков, задав обороты и курс судна 160 градусов, покинул мостик, оставив старшим вахтенного второго помощника, А. Чудновского. Кроме него на мостике парохода находились матросы Е. Смирнов, Ю. Вышаренко, Р. Фахретдинов.

Александр Чудновский постоянно вел визуальное наблюдение за приближающимся по правому борту сухогрузом. Минут через пять, обнаружив опасное сближение судов, Чудновский вышел на связь с «Петром Васевым», еще раз уточнил порядок расхождения и получил подтверждение, что «Петр Васев» пропускает пароход «Адмирал Нахимов».

Третий помощник капитана П. Зубюк, наблюдая огни парохода визуально, неоднократно говорил капитану, что машина переведена в маневренный режим, а пеленг на «Адмирала Нахимова» практически не меняется, что говорит об угрозе столкновения. Свои доклады Зубюк одновременно записывал в бортовой журнал. И уже после столкновения капитан Ткаченко стер показания в бортжурнале, вписал новые и нажал на Зубюка, чтобы тот согласился с измененными данными, но тот отказался. Ткаченко, передоверившись показаниям САРП, который на мониторе показывал благополучное расхождение, на замечания своего помощника не обращал внимания. Лишь под действием настойчивых просьб с «Адмирала Нахимова» он поднял глаза и увидел, что его судно на полном ходу идет прямо на пассажирский пароход. Через некоторое время Ткаченко стал отдавать команды в машинное отделение — сначала «средний вперед», «малый вперед», «стоп» и сразу «полный назад». Несмотря на то что гребной винт уже работал на задний ход, сухогруз сохранял прежние параметры движения, следуя на опасное сближение с пароходом «Адмирал Нахимов».

На мостике «Адмирала Нахимова» А. Чудновский приказал изменить курс судна сначала на 5 градусов влево, потом еще на 5 градусов, потом еще на 10 градусов, таким образом пытаясь уклониться от надвигающегося на него «Петра Васева». Чудновский отдал команду «Лево на борт!», одновременно по УКВ прокричал «Петру Васеву»: «Работать немедленно назад!» Рулевой только успел переложить руль лево на борт, как произошло столкновение. Это случилось в 23 часа 12 минут.

Услышав три гудка и предположив, что подавать их может только «Петр Васев», капитан Марков посмотрел в иллюминатор, но судна справа не увидел. Однако, предчувствуя недоброе, решил подняться на мостик и выяснить обстановку. Удар сухогруза застал его по пути наверх. Оказавшись на мостике, капитан Марков отдал команду «Лево на борт!» с целью выбросить судно на мелководье, однако рулевой доложил, что судно не слушается. Пароход обесточился. Капитан, не имея возможности передать общесудовой сигнал тревоги и сигнал «SOS» по радио, приказал голосом объявлять по судну «шлюпочную тревогу».

«Петр Васев», успев погасить скорость лишь до 5 узлов, вошел в середину правого борта парохода под углом 110°. В подводной части балкер вошел своей выступающей частью, бульбом, в корпус «Адмирала Нахимова» на несколько метров в районе переборки между машинным и котельным отделением. «Адмирал Нахимов» продолжал по инерции двигаться вперед, разворачивая сухогруз и тем самым увеличивая размер пробоины в правом борту, которая, по оценке экспертов, после расцепления судов составила около 80 квадратных метров.

Пароход стал валиться на правый борт. Людей охватила паника. Через короткий промежуток времени запустился аварийный дизель-генератор (АДГ) на шлюпочной палубе — заработало аварийное освещение, которое работало всего две минуты. Эти минуты стали спасительными для многих пассажиров.

«Адмирал Нахимов» тонул толчками. Крен на правый борт уже был около 45 градусов. Люди хватались за леера и за все, за что только можно было ухватиться. Кто-то перелезал на левый борт и по нему сползал в воду. Многие оказались заблокированными в каютах. С тонущего парохода матросам удалось сбросить большинство надувных спасательных плотов, которые стали единственными средствами спасения для утопающих. Через семь минут после столкновения, имея крен на правый борт около 60 градусов, «Адмирал Нахимов» полностью ушел под воду.

Второй помощник капитана Александр Чудновский, который управлял судном в момент столкновения, вынес себе смертный приговор сам: понимая, что судно обречено, он спустился в свою каюту и закрыл дверь на ключ.

В это время из порта навстречу «Петру Васеву» шел лоцманский катер «ЛК-90» с лоцманом М. Карповым для проводки сухогруза к причалу. Увидев накренившийся на правый борт пароход, капитан катера О. Лях прокричал в эфир: «„Нахимов «лег на борт!» В 23 часа 35 минут «ЛК-90» подошел к месту катастрофы и приступил к спасению людей, одновременно передав по радио, что понадобятся буксиры и спасательные катера.

О столкновении судов было немедленно доложено капитану порта Г. Л. Попову, который тут же по телефону отдал указание всем плавсредствам следовать в район аварии для спасения людей. Первыми снялись буксиры портофлота, рейдовые катера, малые пассажирские катера, пассажирские суда на подводных крыльях «Комета». Одновременно команда сниматься и следовать в район катастрофы поступила на пограничные катера.

«ЛК-90» к тому времени принял на борт со значительным перегрузом около 118 человек. Часть пассажиров позже были пересажены на другие подоспевшие суда.

Сигнал тревоги прозвучал и в Новороссийском высшем инженерно-морском училище. Курсанты немедленно вышли в море на ялах, едва выгребая против ветра.

Всего в спасательной операции приняло участие 64 плавединицы.

Команда спасать людей была отдана и сухогрузу «Петр Васев». Капитан Ткаченко приказал следовать в район аварии малым ходом. Ветер к тому времени разогнал волну до высоты в 2 метра. Пострадавших людей ветром и течением стало относить прямо на сухогруз и через некоторое время по обоим бортам плавало несколько десятков человек. Ткаченко приказал спустить на воду весельную шлюпку и мотобот, а также опустить парадный трап для приема пострадавших на борт. Однако парадный трап заклинило и его спустить не удалось. Всего за ночь экипажем сухогруза было поднято 36 уцелевших пассажиров и один погибший.

Пострадавших людей доставляли на 34-й причал, к морвокзалу, где уже находились бригады «скорой помощи» и милиция. Каждый прибывший проходил регистрацию. Однако у многих спасенных людей в море остались родственники, друзья. Люди толпились возле стеклянной стены морвокзала, не отрывая взглядов от места катастрофы.

При крушении «Адмирала Нахимова» погибло 423 из 1234 человек. Найти и поднять на поверхность удалось не всех. 64 человека навсегда остались под водой.

Из Москвы была направлена правительственная комиссия во главе с первым зампредом Совета министров СССР Гейдаром Алиевым. Украинскую группу возглавлял секретарь ЦК Компартии Украины Яков Погребняк. Для расследования причин катастрофы из Москвы прибыла группа из пятидесяти человек, в том числе несколько следователей прокуратуры и заместителей председателя КГБ, замминистра внутренних дел, министры морского флота, транспорта и торговли, ответственные работники ЦК и других ведомств.

1 сентября 1986 года на месте катастрофы начали работали водолазы. Чтобы проникнуть внутрь парохода, в борту пришлось вырезать отверстия. Судно легло на грунт почти полностью на правый борт. Продольные коридоры превратились в узкие лазы, поперечные — в шахты. Повсюду была разбросана мебель, в коридорах образовались целые завалы из ковровых покрытий, мебели и человеческих тел. Большинство дверей кают заклинило.

В 1987 году, к первой годовщине трагедии, на мысе Дооб был сооружен памятный знак в память погибшего парохода и его пассажиров. Ежегодно 31 августа на место катастрофы приходит катер с родственниками погибших. Они опускают на воду венок и бросают цветы.

10 сентября, работая в помещениях затонувшего судна, погиб военный водолаз. 19 сентября попал в завал и не смог самостоятельно выбраться второй водолаз. После этого поисковые работы на затонувшем пароходе «Адмирал Нахимов» решением правительственной комиссии было решено прекратить.

В 2006 году, в двадцатую годовщину гибели судна, на борту затонувшего судна закреплен освященный деревянный крест и служителем Свято-Успенского храма Новороссийска отцом Алексеем было совершено заупокойное богослужение. Отец Алексей стал первым и единственным в мире священником, совершившим поминальную службу под водой

В марте 1987 года в Одессе состоялся суд над капитанами Марковым и Ткаченко. Обоих признали виновными, капитана Маркова осудили на четыре года лишения свободы, а капитана Ткаченко — на десять. В 1992 году указами президентов Украины и России оба капитана были помилованы и выпущены на свободу.

Минимум четыре из семи кораблей, ранее носившие имя Нахимова, терпели крушения. В 1897 году грузовой пароход «Нахимов» затонул у берегов Турции. Во время Цусимского сражения в 1905 году японцы потопили броненосный крейсер «Адмирал Нахимов». Советский легкий крейсер «Червона Украина» (оригинальное название — «Адмирал Нахимов») был потоплен в 1941 году. Существует легенда, согласно которой это происходит потому, что адмирал Нахимов затопил собственный Черноморский флот во время Крымской войны.

Виктор Ткаченко, сменив фамилию на фамилию жены — Тальор, переехал на постоянное место жительства в Израиль. В сентябре 2003 года яхта под его командованием потерпела крушение вблизи Ньюфаундленда. Позже останки яхты и погибших людей, в том числе капитана, нашли у берегов Канады.

Среди пассажиров в том трагическом рейсе были начальник управления КГБ по Одесской области генерал-майор А. Крикунов и его семья (они прибыли к отходу судна с опозданием, что явилось причиной десятиминутной задержки при отшвартовке). Все они погибли в каюте-люкс № 9, находившейся на верхней палубе А с правого борта. Для того чтобы спастись, необходимо было преодолеть несколько метров от двери каюты до борта судна.

Капитан Вадим Марков остался жить в Одессе, работал капитаном-наставником на пассажирских судах. После продолжительной болезни в 2007 году он скончался.

На последний рейс «Адмирала Нахимова» опоздали Лев Лещенко и Владимир Винокур, у которых «затянулась» дегустация в Абрау-Дюрсо.

Пароход «Адмирал Нахимов» до сих пор лежит на глубине 47 метров в Цемесской бухте. Экологической и навигационной опасности судно не представляет. Проектов судоподъема в настоящее время не существует.

В Павлограде в честь одной из геройски погибших бортпроводниц парохода, Татьяны Федоровой, названа улица.

«Эстония»

Эстонский паром затонул в ночь с 27 сентября на 28 сентября 1994 года. В результате крушения пропали без вести 757 человек и погибли 95 из 989 находившихся на борту пассажиров и членов экипажа. Это крупнейшее в Европе кораблекрушение в мирное время. По последствиям и количеству жертв ее можно сравнивать только с самой крупной морской трагедией в истории Эстонии, которая случилась 24 августа 1941 года, когда на выходе из Таллинского порта после атаки немецких самолетов получило пробоины и затонуло возле острова Прангли самое крупнотоннажное судно Эстонии, пароход «Эстонское побережье», на котором покидало Таллин несколько тысяч человек.

Паром должен был курсировать между Турку, Мариехамном и Стокгольмом. В 1991 году паромом стала управлять компания «Wasa Line», которая полностью находилась в собственности «Silja Line», и паром, теперь под именем «Wasa King», стал курсировать между финским городом Вааса и шведским городом Умео. В январе 1993 года для обеспечения паромного сообщения между Таллином и Стокгольмом шведская компания «Nordström & Thulin» и «Эстонская судоходная компания» создали совместное предприятие «Эстлайн», которое приобрело паром Wasa King, переименовав его в «Эстония».

«Эстония» покинула таллинский порт вечером 27 сентября 1994 года, когда в море бушевал шторм, а скорость ветра превышала 20 метров в секунду. В полночь «Эстония» разминулась в море с паромом «Мариэлла», на котором скорость парома «Эстония» посчитали слишком высокой. В половине второго ночи с судна было отправлено короткое сообщение о помощи, вскоре судно пропало с радара парома «Мариэлла». Отправителем сообщения считают предположительно второго или четвертого штурмана. Из сообщения понятно, что крен судна в тот момент очень опасный — 20–30 градусов, и слышно, что на корабле включена противотуманная сирена, чтобы разбудить пассажиров. Паром затонул между 00:55 и 01:50.

На помощь поспешили находящиеся в ближайших водах паромы сообщения Хельсинки — Стокгольм: «Силья Симфония», «Силья Европа», «Изабелла», «Мариэлла», немецкий пассажирский «Finnjet». Поблизости был эстонский грузовой корабль, но он продолжил свой путь на юг. В дальнейшем на место прибыли финские сторожевики «Tursas» и «Valpas» и тральщик «Uusimaa» со своими водолазами. На месте крушения был такой сильный шторм, что прибывшие первыми паромы не смогли спасти всех оказавшихся в воде. Оставшихся в живых были вынуждены собирать с поверхности силами ныряльщиков береговой охраны и воздушных сил Финляндии и Швеции, вертолетами спасательного отряда Хельсинки, и вертолетами частных лиц только с наступлением утра.

Находящиеся на месте корабли, большей частью на «Мариэллу», спасли всего 38 человек. Финские вертолеты, главным образом борт береговой охраны «Super Puma», спасли 49 человек. Шведские вертолеты — 50. Всего над «Эстонией» летало 13 шведских, 12 финских, два датских и один российский вертолет. С накренившейся «Эстонии» не успели спустить большинство имевшихся спасательных шлюпок, но самонадувающихся резиновых плотов на волнах было множество. Проблемой было то, что сильный ветер быстро уносил спасательные плоты с места крушения, где плавали в ночных рубашках пассажиры. Из 989 находившихся на борту спасли 137 человек, при этом пропали без вести 757 человек и были опознаны 95 погибших. Среди погибших оказался популярный эстонский певец Урмас Алендер. 852 погибших и пропавших без вести людей были гражданами 17 государств.

В ноябре 1994 года носовой визор «Эстонии» был поднят с помощью дистанционно управляемого робота для исследования. В начале декабря норвежская компания Rockwater, специализирующаяся на подводных работах, исследовала затонувший корабль на средства шведского государства. Использовали в качестве базового судна паром «Semi 1», с которого погружения выполняли с помощью подводного колокола и специальной газовой смеси. Главной задачей водолазов было найти бортовой компьютер и доставить его следственной комиссии. Компьютер не был найден, предположительно его вырвало и смыло штормом из окна, и он затерян где-то в донном иле. Это дало дополнительную пищу желтой прессе, например, в прессе звучали версии о том, что паром мог пойти на дно из-за специально организованного взрыва на борту, что кто-то пытался провезти на нем контрабандный груз или это мог быть взрыв советской военной техники.

Возможность подъема судна отвергли позднее, в декабре, и решили оставить его на месте, запечатав бетоном. Погружение к останкам корабля запрещено, исполнение запрета возложено на финские власти. Судно лежит на боку в 35 километрах на юго-юго-восток от финского острова Уте за пределами финских территориальных вод на глубине около 60 метров. Согласно официальному заключению эстонско-финско-шведской комиссии, причиной гибели парома стали недостатки в конструкции судов типа «Ролкер» (также называемые «ro-ro»). 19 февраля 2009 года правительство Эстонии распустило комиссию по расследованию причин трагедии после ее четвертого отчета. В качестве наиболее вероятной причины гибели парома были названы его конструктивные недостатки (отрыв носового визора) и тяжелые погодные условия.

Несметные сокровища

Уже не одну сотню лет охотники за сокровищами со всего света охотятся за кладами наиболее известных пиратов Карибского моря, Индийского и Тихого океанов. Легенды о немыслимых богатствах кочуют вместе со старинными пиратскими картами из поколения в поколение. В наше время продолжаются поиски кладов — а иногда их находят совершенно случайно. И в самом деле: на протяжении стольких веков мореплаватели, пираты, разбойники прятали свои сокровища от посторонних глаз. Пираты, не уверенные в том, будут ли они живы завтра или погибнут на плахе, легко расставались с сокровищами и мало заботились о своем будущем. Большинство флибустьеров вели разгульный образ жизни, проводя время в кабаках и публичных домах. Но были среди них и те, кто заботился о своем будущем. Учитывая их незаконное положение, единственным способом обеспечить себе старость было зарыть сокровища в различных потаенных местах.

Поиск сокровищ — дело трудоемкое и дорогое, нуждающееся в серьезном финансировании. Раскопки необходимо снабжать современной дорогостоящей техникой. Однако все это окупается при обнаружении сокровищ и древних реликвий за счет полученных фотографий, выпущенных книг, брошюр, данных интервью, всевозможных выставок и туристических экскурсий.

В древности клады, скрытые от людских глаз, называли сокровищами речного карлика. Считалось, что такие клады прокляты, так как их охраняют неуспокоенные духи.

Сокровища Черной Бороды

Знаменитый корсар Эдвард Тич, больше известный под прозвищем Черная Борода, по преданию, на островке Амалия ремонтировал корабли и укрывал свои сокровища. Награбленные ценности он уносил вглубь острова вместе с несимпатичным ему человеком из команды. Тич выбирал подходящее место и, пока матрос копал, сидел рядом, покуривая. Когда все было готово и тот вылезал из ямы, Черная Борода стрелял матросу в затылок и, опустив сундук с золотом, туда же сталкивал труп. На вопрос, куда делся его спутник, Тич обычно отвечал: «Завяз в болоте» или «Сорвался с утеса в море». Поскольку до следующего похода вглубь острова проходило немало времени, часть команды не знала о случившемся. А те, кто догадывался, предпочитали молчать.

Тайны Сейшельских островов

На Сейшельских островах в Индийском океане, по преданию, располагались базы таких пиратов, как Оливье Ле Вассер, Эдвард Ингленд и Джон Тэйлор. Эта троица была грозой океана. Например, в апреле 1721 года Тэйлор и Ле Вассер захватили португальское судно «Вьерж дю Кап». Корабль буквально ломился от золота, серебра, жемчуга и алмазов. О количестве сокровищ, попавших пиратам в руки, говорит тот факт, что после раздела баснословной добычи каждый моряк получил по 5 тысяч золотых гиней и по 42 алмаза.

После этого Ле Вассер на время прекратил свои походы и остепенился, но затем снова принялся за пиратство. В 1730 году он был схвачен и приговорен к смертной казни через повешение. Когда ему на шею набросили веревку, корсар бросил в толпу лист с какими-то иероглифами, крикнув: «Мои сокровища достанутся тому, кто до них докопается!» Неизвестно, действительно ли это была карта с указанием пути к сокровищам или злая шутка пирата.

Клады Ле Вассера искали очень многие, но никому не удалось до них добраться. В 1949 году на поиски сокровищ отправился отставной морской офицер Реджинальд Круз-Уилкинс (см. с. 258–263). Раскопки на острове Маэ, в местечке под названием Бель-Омбр заняли долгие годы, но единственное, что нашел кладоискатель, — множество предметов быта пиратов XVII–XVIII веков, несколько монет и скелетов. Кости, вероятно, принадлежали ненужным свидетелям захоронения клада.

Клады островов Индийского океана

Возможно, на островах Индийского океана спрятал часть своих сокровищ и капитан Кидд. Среди них часто называют Занзибар. Лоуренс Грин специально посетил различные места, в которых, как считают многие, могли быть укрыты клады. Одно из них — развалины старинного дворца Дунга, где, по мнению местных арабов, живут привидения. Когда в начале нашего века дворец сносили, то глазам людей предстали скелеты рабов, заживо погребенных в толстых стенах дворца. Нашли также суахилийские священные боевые барабаны и резные деревянные рога, которые хранятся теперь в занзибарском музее. Но самая ценная находка была сделана здесь еще раньше одним арабом, которому случилось закапывать своего умершего осла. Его лопата наткнулась на золотые монеты, на которых было выбито имя Гаруна-аль-Рашида, багдадского султана. Однако неясно, какое отношение эта находка имеет к капитану Кидду. Но легенда именно такова. Когда нашли монеты, занзибарский султан послал своих людей перекопать всю землю вокруг дворца, но это, по-видимому, ничего не дало.

Остров Кокос в Тихом океане

Самый привлекательный для кладоискателей, вне всякого сомнения, клад зарыт пиратами на острове Кокос. Этот остров в Тихом океане находится вдалеке от торговых путей и хранит, как полагают, самый большой из ненайденных пиратских кладов. История этих сокровищ запутанна. Осенью 1820 года войска освободителя Аргентины, Чили и Перу генерала Хосе Сан-Мартина наступали на испанских колонизаторов с юга. Столица Перу оказалась отрезана с севера от владений Испании войсками Симона Боливара. Вице-король страны Хоакин Песуэла решил переправить богатства Перу в Панаму, чтобы при случае перевезти их в Испанию.

Сокровища тайком доставили в порт Кальяо. Современная их оценка различна: десять миллионов песо, тридцать миллионов фунтов стерлингов и тридцать миллионов долларов. В Кальяо стояло пять кораблей. Ценности погрузили в трюм одного из них. У входа в Панамский залив эскадре преградил дорогу бриг пирата Грехема по кличке Бенито Бонито.

По легенде, Грехем служил в английском королевском флоте и, командуя бригом «Девоншир», отличился в Трафальгарском сражении 1805 года. Но после смерти адмирала Нельсона был вынужден оставить службу и, назвав себя новым именем, стал главой пиратов. Народная молва окрестила его Кровавым Мечом. Корсары во главе с Грехемом в абордажной схватке овладели кораблем с перуанскими сокровищами. И, благополучно скрывшись от преследования, повели судно к острову Кокос. Там, на берегу бухты Уэйфер, пираты спрятали бочки и сундуки с драгоценностями в подземной пещере. Через некоторое время два английских военных корабля навязали флибустьерам бой вблизи берегов Коста-Рики. Пираты потерпели поражение. Взятый в плен Бенито Бонито был повешен на рее, но унес тайну клада с собой.

По второй версии, сокровища Перу были отправлены из Кальяо на пиратском судне капитана Скотта Томпсона «Мэри Дир». Испанцы обещали ему большое вознаграждение за перевозку «важных государственных документов», которые погрузили в трюм, поставив свой караул. Но провести Томпсона было трудно. Заподозрив, что испанцы пытаются вывезти драгоценности, пираты перебили немногочисленную охрану и, обрубив якорный канат, устремились в открытый океан. За ними бросился военный корабль. Он смог догнать судно Томпсона, но слишком поздно — пираты успели выгрузить сокровища в бухте Уэйфер и спрятать их где-то в глубине острова Кокос. Испанцы повесили всех пиратов, сохранив жизнь только капитану и старшему штурману. Они надеялись, что в тюрьме те станут разговорчивее. Но штурман вскоре умер, а Томпсон хранил тайну клада, понимая, что нужен испанцам как единственный свидетель, без которого нет пути к сокровищу.

В 1821 году волна освободительной борьбы докатилась до Панамы. Из тюрем на волю выпустили узников, среди которых оказался и Скотт Томпсон. Он перебрался в Канаду и долгие годы жил на острове Ньюфаундленд, собирая деньги для экспедиции на Кокос. Бывший пират заключил договор с капитаном Киттингом, но перед самым плаванием тяжело заболел и, умирая, отдал Киттингу карту острова со схемой нахождения клада.

Экспедиция Киттинга достигла Кокоса. Капитан и его новый компаньон Боуг пытались скрыть от команды цель визита. Под предлогом охоты они вдвоем сошли на берег и отыскали нужную пещеру. «Охотники» несколько дней ходили на берег, что вызвало подозрение команды. Матросы в их отсутствие обыскали каюту капитана и нашли мешок с драгоценными камнями. Произошло объяснение, команда требовала дележа. Киттинг и Боуг согласились, но ночью тайно покинули судно и спрятались в пещере. Морякам не удалось отыскать их, а так как припасы кончались, корабль ушел.

Через некоторое время случайный китобоец подобрал с Кокоса измученного человека. Это был капитан Киттинг. Он рассказал, что команда подняла мятеж, захватила бриг, а его высадила на берег. О Боуге он не упоминал. Видимо, Киттинг убил компаньона при дележе клада. В складках одежды ему удалось сохранить горсть драгоценных камней. Но вернуться вновь на заветный остров он не смог. Перед смертью капитан передал карту приятелю. С нее были сняты многочисленные копии, которые разошлись по миру. Подсчитано, что на острове Кокос побывало более пятисот кладоискательских экспедиций, но все они закончились неудачей.

Чилийский «остров сокровищ»

Компания «Вагнер» недавно сообщила о том, что обнаружила на одном из островов, принадлежащем Чили, примерно восемьсот тонн золота. В распоряжении компании имеется самая современная аппаратура, позволяющая искать металлические предметы на большой глубине. Место захоронения сокровищ находилось на глубине 15 метров, там было обнаружено 600 бочек, содержимым которых являлись драгоценности и золотые монеты.

Историки предполагают, что клад, скорее всего, принадлежит пиратам. В XVIII веке английские флибустьеры часто нападали на испанские города на побережье Мексики. По мнению исследователей, пиратская эскадра, перевозившая золото, попала в сильный шторм. В результате капитан мог приказать спрятать золото на одном из ближайших островов.

Долго пришлось спорить о том, кому же принадлежат найденные сокровища. Остров с сокровищами пиратов входит в архипелаг, который является национальным заповедником государства Чили. Чилийские власти отстаивали свое право на сокровище, так как оно было обнаружено на принадлежащей им территории. Компания «Вагнер» заявляла, что сокровище является ее собственностью, так как именно ее сотрудники при помощи принадлежащей компании техники отыскали клад. Судебная тяжба продолжалась долго, в результате стороны договорились, что компания покажет место, где спрятан клад, а власти Чили будут спонсировать раскопки.

«Остров Робинзона Крузо»

Самым знаменитым местом на земле, где были найдены сокровища, является один из островов архипелага Хаун Фернандес в Тихом океане, который называют островом Робинзона Крузо. Не так давно там был найден клад, предварительно оцененный в десять миллионов долларов.

Этот небольшой островок в Тихом океане был известен и до находки. Предполагается, что именно на этом острове жил спасшийся после караблекрушения английский купец Александр Селкирка, приключения которого в своем романе описал Даниэль Дефо, дав ему имя Робинзон Крузо.

Сокровища у берегов Испании

Многие зарубежные исследователи публикуют данные о том, что большая часть затонувших сокровищ находится у берегов Испании. Они сообщают, что, к примеру, на юге страны на дне залива у города Кадиса покоятся сокровища, общая сумма которых может составлять двадцать четыре миллиона долларов. А сокровища на сумму сто шестнадцать миллионов долларов разбросаны вдоль Атлантического побережья на юге Испании.

На дне Карибского моря…

Также богатые сокровища могут покоиться на дне Карибского моря. Некоторые исследователи указывают на залив около города Картахена, Колумбия. Они утверждают, что там может находиться такое количество золотых и серебряных монет, что этого хватит для погашения внешнего долга стран Латинской Америки. В 1601 году у берегов Мексики произошел сильный шторм, потопивший 14 галеонов, перевозивших ценный груз золотых монет. Это место также может быть очень привлекательным для кладоискателей.

Самый ценный морской клад

В заливе испанского региона Галисия близ города Виго может находиться один из самых ценных морских кладов. В 1702 г. в этом месте произошла битва между англо-голландским и испано-французским флотами. По мнению историков, на дне залива можно найти примерно двести пятьдесят тонн жемчуга и других драгоценных камней и около пятисот тонн серебряных и золотых монет.

Близ города Александрии

На морском дне близ древнего города Александрии были найдены колоссальные по размеру статуи, например пятиметровая статуя египетского бога Хапи, огромная голова Птолемея XV или статуя царицы, сделанная из розового гранита, и гораздо меньшие находки, ценность которых, однако, так же велика. Самые старые датируются VII веком до н. э. — это артефакты, принадлежащие различным эпохам и народам, жившим когда-то в Александрии.

На океанском дне покоятся руины трех городов, ушедших в море из-за нескольких произошедших одно за другим землетрясений. Это и часть Александрии, а также кварталы Канопоса, в том числе и христианский монастырь Метанойя, и торговый город Гераклион, на месте которого была позднее построена Александрия. Эти три города в древности были торговыми и культурными центрами, пока их не поглотила безжалостная стихия. Под водой оказались монеты, статуи, священные реликвии и украшения. Спустя тысячелетия были найдены 500 лучших артефактов, охватывающих временной период с правления Александра Македонского до прихода к власти в Египте римлян.

Археологическая экспедиция, которой руководил Франк Годье, состояла из двадцати инженеров, историков, археологов и геофизиков.

Франк Годье по профессии финансист, несколько лет работал советником в ООН и других международных организациях. Археология была изначально его хобби. К настоящему времени Годье является всемирно известным морским археологом. Им создан частный Европейский институт подводной археологии в Париже. Он нашел четырнадцать затонувших кораблей, среди которых испанские галеоны, китайские джонки XI–XV веков, а также корабль из наполеоновского флота. Однако раскопки в Александрии являются его крупнейшим проектом, над которым он трудился в течение десяти лет.

Учеными было найдено в общей сложности восемь тысяч древних артефактов, и это лишь незначительная часть из тех сокровищ, что до сих пор находится на дне океана. Поднимать сокровища на сушу было очень тяжело. Несколько метров нильского ила сильно затрудняли видимость, зачастую она составляла всего 0,5–1 метр, при самых лучших условиях видимость равнялась 10 метрам. Обнаруженные артефакты измеряли прямо в воде, фотографировали и снимали на видео, затем осторожно поднимали из воды, а на суше вновь опускали в специально подготовленную воду, без этого предметы могли разрушиться.

Груз с парусника «Фрау Мария»

Самым ценным подводным кладом до сих пор считается груз с парусника «Фрау Мария», который затонул в 1771 году. Он перевозил полотна Рембранта и других голландских художников, которые заказала для своей коллекции императрица Екатерина II. Специалисты оценили этот груз более чем в полтора миллиарда евро.

Екатерина была покровительницей искусств, часто занималась благотворительностью и прекрасно разбиралась в живописи. Сама она себя называла «философ на троне», а ее правление историки считают Золотым веком Российской империи. По ее заказу из Голландии для Зимнего дворца должны были доставить работы лучших мастеров той эпохи, а также более ранних художников. За всю коллекцию она заплатила невероятно большую сумму, например за работу художника Герарда Доу, который творил в XV веке, она отдала пятнадцать тысяч гульденов, что составляет около полумиллиона евро. Из-за своей ценности все картины были тщательно запаяны в тубы, сделанные из свинца, с плотно прилегающей восковой крышкой. Всего было двадцать семь произведений художников.

Кроме картин парусник вез изделия из бронзы, фарфор, бочки, наполненные золотыми монетами. Но шторм не позволил кораблю добраться до Санкт-Петербурга, похоронив его вместе с командой и ценным грузом под водой на глубине 41 метр около Финляндии. Екатерина II посылала несколько поисковых экспедиций, но обнаружить парусник так и не удалось.

После этого о корабле забыли на целых два столетия. И только в конце XX века финским дайверам удалось найти останки корабля. Вода в этом месте малосоленая, поэтому судно сохранилось почти в идеальном состоянии. В то время произошло обвальное падение рубля по отношению к доллару, поэтому российская сторона не могла участвовать в разбирательстве, кому принадлежат сокровища. В результате финский суд постановил, что все сокровища принадлежат Финляндии. Согласно существующему закону, если затонувшее судно пролежало в финских водах больше ста лет, то оно принадлежит Финляндии. Однако даже финские юристы говорят, что это решение весьма сомнительно, так как парусник и его груз принадлежали Российской империи, частью которой в то время была Финляндия.

Однако у Финляндии нет достаточных средств и необходимой техники для того, чтобы поднять парусник на сушу. Также финские власти опасаются международного скандала по поводу принадлежности груза. Так как изначально он принадлежал Екатерине Великой, то ее преемницей является Россия. На данный момент финская сторона готова к сотрудничеству в российскими экспертами. Приблизительная стоимость работ по поднятию груза с «Фрау Мария» оценивается в 40 миллионов евро. Существует несколько методов по извлечению сокровищ на поверхность, но пока они обсуждаются. Первоначально планировалось провести поднятие драгоценностей в 2010 году, но из-за разногласия сторон ценные артефакты до сих пор покоятся на морском дне.

Грандиозная находка

В 2009 году американская компания «Sub Sea Research», занимающаяся поиском подводных сокровищ и поднятием их из воды, сообщила о грандиозной находке, сделанной у берегов южноамериканского государства Гайана. Примерно в 40 милях от побережья на глубине 250 метров был обнаружен корабль, перевозивший золото, платину и бриллианты, которые по предварительной оценке могут стоить 4 миллиарда долларов. На данный момент это самый крупный из найденных затонувших грузов. Найденный корабль является британским грузовым судном. Американская компания заявила свои права на груз, но пока не афиширует ни название судна, ни точные координаты его местоположения.

Во время Второй мировой войны очень часто ценности отправляли водным путем, считалось, что так безопаснее. Но многие корабли с сокровищами на борту подрывались на торпеде или мине. Такие корабли не сопровождала охрана, чтобы они не привлекали к себе внимания.

Судно получило условное название «Голубой барон». Историки считают, что в 1942 году судно плыло в США из одной из стран антигитлеровской коалиции и было потоплено германской подводной лодкой. Груз, находившийся на его борту, был отправлен в Америку в качестве оплаты боеприпасов и вооружения, которые поставляли США своим союзникам в Европу. По мнению историков, большая часть драгоценного груза с «Голубого барона» принадлежала СССР, а все остальное Англии. Во время Второй мировой войны именно эти два государства отправляли в Америку больше всего драгоценностей в счет уплаты вооружения или продовольствия.

Из сохранившейся документации стало известно, что «Голубой барон» перевозил 70 тонн платины, 16 миллионов каратов бриллиантов, 10 тонн золотых слитков, 500 килограммов необработанных алмазов. Также в качестве груза числились тонны меди и олова. Как предполагается, Англия переправляла в Америку бриллианты и алмазы, а все остальное СССР, но исследователи до сих пор проверяют эту версию.

Сокровища у берегов Флориды

В 2003 году у берегов Флориды был обнаружен испанский галеон «Notre Dame de Deliverance», затонувший в 1755 году. На его борту находятся сокровища стоимостью приблизительно три миллиарда долларов, за которые идет усиленная борьба между Францией, Америкой и Испанией. Драгоценности транспортировались на французском судне, но их хозяином считается испанский король Карл II, однако найдены они были у берегов Америки.

Золото английского пирата

В 1939 году на острове Мона, расположенном в Карибском море между Гаити и Пуэрто-Рико, американская экспедиция обнаружила золото, спрятанное английским пиратом Уильямом Дженнингсом. От продажи на аукционе в Чикаго найденных золотых монет и драгоценностей было выручено более миллиона долларов.

Клад боцмана

В Индийском океане на острове Астов в 1911 году нашли 107 серебряных монет, несколько вилок и ложек, две пряжки от башмаков и боцманский свисток. Все это, вероятно, принадлежало одному из членов экипажа пиратского судна, бросившего когда-то якорь у острова.

Заколдованный клад

На острове Муайен, что лежит у внешнего рейда Виктории, по местным преданиям покоится клад стоимостью тридцать миллионов фунтов стерлингов. Почему его никто так и не поднял? Клад заколдован, считают местные жители.

В копилку султану

При кладке фундамента для султанского дворца на Занзибаре был найден металлический ящик со слитками золота.

К северу от Мадагаскара

Наиболее многообещающим в отношении кладов, является, по мнению Л. Грина, остров Фаркуар, к северу от Мадагаскара. В середине прошлого века французские власти отправили в ссылку одного местного царька. Его везли со всем гаремом, приближенными и имуществом. По пути, близ северо-западной части острова, корабль затонул. В те времена остров Фаркуар был необитаемым, заброшенным клочком суши. Царьку с несколькими приближенными удалось спастись, но, когда остров посетило следующее судно, единственной живой душой на нем оставался сам царек, сошедший с ума. Моряки рассудили так: когда царек добрался до острова, все богатства были при нем. Перекопали чуть ли не весь остров. Единственной находкой был крест. Но легенда о сокровищах живет и время от времени на Фаркуаре высаживаются кладоискатели.

Кувшины с золотыми монетами

На Маэ до сих пор ходят слухи, что состояния как минимум двух местных семейств появились благодаря найденным кувшинам, наполненным золотыми монетами: одного на острове Терезы, а другого около женского монастыря Святой Елизаветы в Виктории. Но находок, которые бы стали достоянием гласности, очень мало.

Упрямый маврикиец

Маврикиец Уильям Лоринг Эсперанс Бешерель занимался поисками пиратских сокровищ более десяти лет. В 1973 году, ведя розыски уже несколько лет, он оценивал стоимость предполагаемого клада в 10–20 миллионов фунтов стерлингов. Бешерель говорил, что место для поисков указал ему покойный отец. В вырытом им гигантском котловане шириной 45 метров и глубиной 15 метров он нашел остатки каменных сооружений, возведенных некогда действительно пиратами. Однако Бешерель считал, что это не руины, а выложенная из камней карта с указанием подлинного места, где спрятаны сокровища. Нашел он при раскопках и скелет: по мнению кладоискателя, это останки раба мальгаша, помогавшего зарывать клад и затем убитого, потому что он был ненужным свидетелем.

Поиски клада начал еще отец Уильяма. Но, в отличие от своего отца, который работал вручную, Бешерель нанял десять человек с отбойными молотками, динамитом, мощными насосами, дизельными и электромоторами. Он ежемесячно тратил на поиски 450 фунтов стерлингов, и, как признался одному журналисту, чем дальше продвигалось его дело, тем больше денег оно требовало. Чтобы как-то покрыть свои непомерные расходы, Бешерель стал брать в пай всех желающих. И они находились, — впрочем, это совсем не удивительно: он обещал 1000 процентов прибыли.

За его поисками следила не только местная, но и мировая пресса; даже лондонская «Таймс» посвятила ему свой материал. Бешерелю пришлось прервать свои поиски не потому, что он разуверился в успехе, а, как это обычно бывает, по чисто финансовым причинам. Он надеется, что его потомки, разбогатев, продолжат фамильное дело.

Криптограмма норвежского китобоя

Круз-Уилкинс, бывший английский офицер, комиссованный по инвалидности из армии в 1941 году, отправился в Кению, где, став профессиональным охотником, организовывал сафари для богатых туристов. Но в 1948 году вновь дала о себе знать старая рана, к тому же у него начались приступы малярии, и Круз-Уилкинс отправился на три недели на отдых на Сейшелы. А когда оказалось, что корабля, который бы смог доставить его обратно в Момбасу в Кении, не будет еще три месяца, он перебрался из гостиницы «Пиратский герб» в Виктории в бунгало на берегу Бо-Валлон около Бель-Омбр. Там он встретил норвежского китобоя, двадцать лет возившего с собой криптограмму, над которой уже сотни часов безуспешно ломал голову. Так, по воле случая, отставной английский офицер оказался вовлеченным в поиски сокровищ на Сейшелах. Первые три недели, проведенные на архипелаге в гостинице со столь характерным названием, показались ему символическим предзнаменованием успеха.

Круз-Уилкинс из любопытства снял копию с криптограммы, хранившейся у норвежца, и случайно упомянул об этом при некой Шарль Сави из Бель-Омбр, показавшей ему после этого еще восемь документов, которые были ею скопированы в маврикийских архивах. Круз-Уилкинс узнал, что сокровища ищут в Бель-Омбр уже с 1923 года — тайком, ночью, при свете фонаря и при помощи обычной лопаты. Мадам Сави и ее муж обнаружили на прибрежных скалах какие-то странные знаки — изображения собак, змей, черепах, лошадей и людей. Подобные знаки, как оказалось, были найдены и на скалах в некоторых других местах на Маэ. Мадам Сави не сомневалась, что они были оставлены в свое время пиратами, и считала, что они содержат указания на место, где спрятаны сокровища. Однако лопаты увлеченной кладоискательством четы выкопали не золото, а два гроба и останки человека, зарытого прямо в песок, без всяких церемоний. Супруги решили, что это были пираты, которые присутствовали при захоронении сокровищ и которых убрали как нежелательных свидетелей.

Документы, хранившиеся у Сави, включали криптограмму, карты, письма (одно на немецком, второе на ломаном французском) и другие бумаги, на одной из которых были изображены четыре таинственных знака. Все говорило о какой-то связи знаков на документах и загадочных изображений на скалах. «С самого начала изучение документов убедило меня, что схема, указывающая путь к сокровищам, была основана на сюжетах древнегреческой мифологии и расположении звезд», — утверждал отставной английский офицер.

Круз-Уилкинс, тщательно исследовав документы, решил вложить в поиски сокровищ имевшиеся у него двести фунтов. А первые же предпринятые им расследования убедили его: искать надо на берегу Бель-Омбр, а сокровища принадлежат не кому иному, как Ле Вассеру.

В 1949 году Круз-Уилкинс отправился в Найроби и создал там синдикат по поиску клада французского пирата. Таинственные знаки из документов, которые дали ему супруги Сави, указывали на конкретное место. Там нанятые рабочие и начали раскопки. Через восемь часов работы они откопали грубо вырубленные в скале ступени лестницы, о которой, кстати, упоминалось в одном из документов. Она вела, по всей видимости, из подземной пещеры к нагромождению скал, господствующих на подходе к песчаному берегу Бель-Омбр. На стенах лестницы, тоже грубо, были высечены какие-то изображения, но вход в пещеру оказался завален. Либо громада скал просто осела за прошедшие века, либо Левассер специально подстроил это, чтобы затруднить доступ к сокровищам. Но новые загадки только подогрели энтузиазм и уверенность Круз-Уилкинса. В последующие двадцать лет он вложил в поиски десять тысяч фунтов стерлингов собственных сбережений и двадцать четыре тысячи, собранные членами синдиката в Восточной Африке. К 1972 году стоимость работ по поиску сокровищ составила 35–40 тысяч фунтов.

Круз-Уилкинсу пришлось переместить 700 тонн скального грунта с гранитного уступа, чтобы обнаружить важные, как он считал, для его дальнейших поисков высеченные на скалах изображения. Берег у Бель-Омбр был изрыт траншеями и туннелями ниже уровня моря, а вокруг них возведены бетонные стены, чтобы защитить от волн оборудование для откачки воды. Круз-Уилкинс твердо уверился, что нашел пещеру, в которой и спрятаны сокровища. Но, чтобы добраться до нее, была проделана огромная и опасная инженерная работа. Прежде всего пришлось соорудить большую дамбу, чтобы место раскопок не заливало море. Ле Вассер — если это действительно был он — надежно защитил свой клад: сокровища охраняли большущая скала и вода одновременно — они были спрятаны ниже уровня моря. К пещере можно было подобраться только с севера — со всех других сторон это было крайне опасно. Коварный и хитроумный пират расставил множество ловушек. Когда Круз-Уилкинс подбирался к трем камням, изображавшим, по его предположению, золотые яблоки Гесперид, огромная скала начала сползать и едва не раздавила его.

Круз-Уилкинс обнаружил какие-то изображения на стенах (которые якобы упоминались в документах), лезвие шпаги (саблю Персея), палки, торчащие вертикально из пола пещеры (копья, растущие из зубов дракона, которые зарыл в землю Язон), а рядом с подземным ручьем — монету времен Ле Вассера (плата Харону за то, что тот переправлял мертвых через Стикс). Находки, отнесенные к разряду заурядных, включали кремневый пистолет, резные статуэтки, кувшин для вина XVII века. На берегу кладоискатели обнаружили пушку, часть спускового устройства мушкета и монету времен Карла I.

И хотя сотрудники Британского музея заявили, что оригиналы документов, которыми он пользовался, действительно относятся к началу XVIII века, а сам он нисколько не сомневался, что сокровища лежат в трех сундуках, на этом все его находки и закончились, а сам он обрел славу самого знаменитого неудачливого кладоискателя, Круз-Уилкинс считал, что он на верном пути и если бы еще совсем немного денег… Но желающих вкладывать средства в его предприятие больше не нашлось.

Сегодня в Бель-Омбр все ржавеет, оборудование наполовину засыпано песком, хотя видны еще остатки бетонных стен, возведенных специально, чтобы вести поисковые работы ниже уровня моря.

В одном из путеводителей по Сейшелам говорится, что «на месте раскопок в Бель-Омбр был применен миноискатель, который указал на наличие 17 килограммов металла на глубине 3 метров. Это могли быть части старого сундука».

Вовсе не обязательно, что сокровища, возможно покоящиеся в Бель-Омбр, окажутся добычей лишь с «Вьерж дю Кап». Существует еще одна легенда, гласящая, что зарытые там богатства — это приданое прекрасной арабской принцессы, которая плыла на корабле на Занзибар, чтобы выйти замуж за красавца принца. На ее корабль напал Ле Вассер, зарубил всю команду, а саму принцессу продал в рабство. Затем пират отправился на Маэ, где и спрятал все сокровища в Бель-Омбр, а, чтобы место захоронения награбленного оставалось в тайне, застрелил всех участников «погребения», когда работа была завершена.

Специалисты считают, что клады для корсаров были вынужденной мерой в форс-мажорных обстоятельствах. Например, если существовала реальная опасность быстро лишиться своей добычи или сбережений либо было невозможно забрать ее с собой. Клады никак не согласовались с психологией пиратов: зная о том, что каждый день может оказаться для них последний, пираты очень редко задумывались о накоплении денег — какой смысл было собирать сбережения, если не сможешь ими воспользоваться? Так что обычный способ траты пиратской добычи — проматывание ее в портах. К тому же клады — это рискованно, можно потерять деньги. А если положить деньги в банк, можно было рассчитывать еще и на проценты. Источники же популярного представления о том, что мир буквально усыпан пиратскими кладами, — чаще всего заявления самих пиратов, которые таким образом пытались при аресте отсрочить момент своей казни.

Пиратский клад в Лондоне

В 2000 году английским мальчиком был найден пиратский клад прямо в Лондоне. Он обнаружил в земле возле дома на Нарроу-стрит, где проживал, глиняный горшок, набитый золотыми монетами, ювелирными украшениями, произведениями искусства Америки и так далее. Заинтересовавшиеся находкой ученые выяснили, что в XVI–XVII веках на Нарроу-стрит селились преимущественно бывшие пираты, сумевшие получить от правительства каперские свидетельства и грабившие суда неприятельских стран на законных основаниях. Судя по всему, один из таких пиратских ветеранов сумел сколотить солидное состояние и по каким-то причинам спрятал его по новому месту жительства.

Морские чудовища

Испокон веков море казалось людям полным страшных тайн, населенным множеством чудовищ, готовых в любую минуту затянуть корабль на дно. Недаром почти у всех приморских народов есть множество мифов о таинственных обитателях пучины. Время от времени какое-нибудь из древних сказаний неожиданно получает новое подтверждение. Даже в наше время моряки иногда видят в открытом океане гигантских морских чудовищ, змей и драконов. Сенсационные сообщения об этом обходят все газеты мира, изредка удается даже сделать фото. Но фотографии обычно получаются расплывчатыми и нечеткими.

Чудовище у берегов Мадагаскара

В 1926 году некое чудище было замечено ночью у берегов Мадагаскара. Животное светилось ярким, но непостоянным светом, который то вспыхивал, то угасал. Казалось, что этот свет, который можно было сравнить с морским прожектором, излучает тело, вертящееся вокруг своей оси.

По словам туземцев, это животное появляется очень редко. Его длина — 2025 метров, туловище широкое и плоское, покрыто жестким пластинчатым панцирем. Хвост у него как у креветки, рот находится на брюхе. Голова светится и излучает пламя, когда чудовище поднимается к поверхности моря. Относительно строения монстра у местных жителей не было единого мнения. Одни утверждали, что «хозяин моря» безногий, другие же полагали, что у него есть конечности, похожие на ласты кита.

Гигантская сороконожка

В 1883 году житель Аннама видел на берегу залива Алонг разложившиеся останки морского чудовища, похожего на гигантскую сороконожку.

Находка японских рыбаков

В апреле 1977 года весь мир облетело сенсационное сообщение о находке японских рыбаков. При промысле скумбрии на траулере «Цуйо Мару» вблизи Новой Зеландии сеть принесла полуразложившийся труп неизвестного животного. Тринадцатиметровая туша массой около 2 тонн распространяла зловоние. Рыбаки различили бесформенное туловище с четырьмя конечностями (не то плавниками, не то ластами), длинный хвост и маленькую головку на тонкой шее. Добычу измерили, сфотографировали, а затем ее пришлось выбросить за борт. Предварительно от туловища отделили часть наиболее хорошо сохранившейся конечности и поместили ее в морозильную камеру.

Вокруг находки разгорелись споры. На основании нескольких плохих фотографий и описания, сделанного рыбаками, профессор Йосинури Имайцуми, заведующий отделом зоологии в Японском национальном музее наук, признал в выловленном животном плезиозавра — представителя давно вымершей группы морских пресмыкающихся. Плезиозавры хорошо известны по ископаемым остаткам мезозойской эры. 100–200 миллионов лет назад они, подобно современным тюленям, населяли прибрежные участки моря и могли выползать на песчаные отмели, где отдыхали после охоты. Плезиозавры, как и большинство других пресмыкающихся, имели мощный, хорошо развитый скелет. Судя же по описаниям рыбаков с «Цуйо Мару» и по фотографиям, таинственное животное костей не имело.

Парижский палеонтолог Л. Гинзбург считает, что японские рыбаки извлекли из моря останки гигантского тюленя, вымершего 20 миллионов лет назад.

Несмотря на большое число людей, которым очень хочется верить, что в океане еще доживают свой век отдельные представители давно вымерших рептилий, ни одного достоверного сведения об этом пока не было зарегистрировано.

Гигантский кальмар

В июле 2002 года на пляже острова Тасмания был найден гигантский мертвый кальмар весом 250 килограммов. Исследовав его ткани, ученые пришли к выводу, что он жил в заливе глубиной 200 метров. Ранее считалось, что гигантские кальмары — глубоководные животные, поэтому происшедшее вызвало дискуссию о реальности легенд про топящих суда огромных моллюсков.

Первое свидетельство существования гигантских кальмаров было найдено в 1856 году, когда датский ученый Япетус Стенструп исследовал выброшенный на берег клюв особи этого вида. С тех пор останки огромных морских животных регулярно находили на побережье или в желудках кашалотов, чье тело хранило отпечатки внушительных присосок.

Длина щупалец найденного на берегу австралийского города Хобарт кальмара составляла больше 15 метров. Зоологи выяснили, что это самка, выплывшая на мелководье отложить икру, была выброшена на мель. От ранее найденных гигантских кальмаров ее отличали длинные тонкие мешочки мышц, прикрепленные к основанию каждого из восьми щупалец. Эта находка стала третьей в Тасмании.

Снять живого гигантского кальмара на камеры японским ученым удалось всего десять лет назад. Для этого использовали специальную камеру высокой чувствительности и инфракрасный свет, невидимый для глаза человека. В 2006 году исследователи впервые поймали живого представителя огромных моллюсков.

Легендарный кракен

Считается, что именно гигантские кальмары послужили прообразом легендарного кракена — обитающего в океане монстра, способного утащить на дно целый корабль. Согласно легендам, он обитает у берегов Норвегии и Исландии. Существуют разные мнения о том, какой у него облик. Некоторые описывают его как гигантского кальмара, другие как осьминога. Первые рукописные упоминания о кракене можно найти у датского епископа Эрика Понтоппидана, который в 1752 г. записал разнообразные устные легенды о нем. Изначально словом «кгаке» именовали любого деформированого животного, сильно отличающегося от себе подобных. Позднее оно перешло во многие языки и стало означать именно «легендарное морское чудовище».

Размеры его были поистине колоссальными, его сравнивали с небольшим островом. Причем он был опасен именно своими размерами и скоростью, с которой опускался на дно. От этого появлялся сильный водоворот, который и губил корабли. Большую часть времени кракен проводил в спячке на морском дне, и тогда вокруг него плавало огромное количество рыб. Некоторые рыбаки якобы даже шли на риск и закидывали сети прямо над спящим кракеном. Считают, что кракен виноват во многих морских катастрофах.

В XVIII–XIX веках некоторые ученые-зоологи выдвинули предположение, что кракеном может быть гигантский осьминог. Естествоиспытатель Карл Линней в книге «Система природы» создал классификацию реально существующих морских организмов, в которую ввел и кракена, представив его в качестве головоногого моллюска. Чуть позже он вычеркнул его оттуда.

Существа Эль Куэро

Согласно преданиям, водоемы Чили и Аргентины населяют существа, называющиеся Эль Куэро, что по-испански значит «кожа». Эль Куэро представляет собой нечто похожее на шкуру огромного быка, по краям которой расположены отростки, напоминающие когтистые лапы или на шипы. Определить, где у чудовища голова, можно по торчащим из нее двум щупальцам, на концах которых расположены красные глаза. В центре нижней стороны шкуры у Эль Куэро находится рот, похожий на огромную присоску, с помощью которой монстр высасывает из жертвы все соки. Большинство «шкур» предпочитают селиться в реках, прудах и озерах Южной Америки, однако некоторые их них обитают и в соленой морской воде. Так, живущие у берегов архипелага Чилое Эль Куэро нападают в основном на животных, но случается, что их жертвами становятся люди и лодки.

Судя по описанию, прототипом этого монстра послужил гигантский морской дьявол — самый крупный скат в отряде хвостоколообразных. Название этого вида — манта — перекликается с одним из вариантов названий Эль Куэро, manta del Diablo, дословно «одеяло дьявола». Размах плавников морского дьявола может достигать 7 метров. В действительности манта не представляет опасности для людей, так как его интересуют только мелкие рыбешки и планктон. Несмотря на свои внушительные размеры и вес, который может достигать 2 тонн, гигантские скаты могут выпрыгивать из воды на высоту до 1,5 метра.

Морские монахи

В Средневековье жители Северной Европы часто видели у берега человекоподобных существ с рыбьим хвостом и руками-ластами. Их называли морскими монахами. Немецкий теолог Конрад фон Мегенберг отмечал, что морские монахи плясками привлекают людей к берегу, а те от радости теряют осторожность, хватают их и пожирают.

В середине XVI века один из морских монахов был найден на восточном берегу датского острова Зеландия. Необычное существо длиной около 1,5 метра сразу же отправили в Копенгаген, где зарисовал один из основоположников биологии, Конрад Геснер. В XVIII веке эти рисунки внимательно изучил датский зоолог Япетус Стенструп. Ученый пришел к выводу, что морской монах — это не что иное, как десятищупальцевая черная каракатица. Современные криптозоологи предполагают, что прообразом морского монаха был морж или плоскотелая акула. Однако каракатицы не обладают достаточной силой, чтобы утянуть человека под воду, моржи людей не едят, а плоскотелые акулы питаются беспозвоночными и мелкой рыбой, и человеческим мясом не интересуются.

Морские епископы

В балтийских водах обитали морские епископы. Первое упоминание этого существа относят к 1433 году, когда первый пойманный образец был предложен королю Польши. Священнослужители убедили короля, что существо следует вернуть в его естественную среду обитания. У рыб-епископов на спине был широкий плавник, который они использовали вместо плаща, а также напоминающий епископскую митру гребень на голове. Скорее всего, источником этой фантазии был все тот же морской дьявол.

Раки-богомолы

В природе существует более 400 видов раков-богомолов, живущих на мелководье в Тихом океане. Свое название они получили из-за особенностей строения тела: прижатая к груди пара ногочелюстей придает им сходство с богомолами. Отдельные особи достигают всего 30 сантиметров, зато превосходят всех других живых существ в способности воспринимать цвета. В то время как глаза человека имеют только три вида колбочек, способных воспринимать синий, красный и зеленый цвета, у рака-богомола 16 типов светочувствительных клеток, 12 из которых предназначены для различения цветов, остальные четыре — для их фильтрации.

Раки-богомолы делятся на «копьеметателей» и «крушителей». «Копьеметатели» вооружены отростками с острыми наконечниками, которыми они закалывают жертву: рыб, креветок, каракатиц и морских червей. «Крушители» охотятся на моллюсков и раков, чьи панцири они проламывают молниеносным ударом ногочелюстей, выбрасываемых вперед со скоростью пули.

Самой яркой окраской обладает павлиний рак-богомол, чей панцирь переливается всеми цветами радуги.

Гигантские змеи

К одним из самых древних морских чудовищ относят гигантских змей. Первые письменные упоминания о них встречают в исторических хрониках XIII в. Аналогов чудовищным змеям среди известных морских обитателей нет, поэтому ученые склонны считать их выдумками. Однако существует много свидетельств встреч с ними.

Шведский священник и писатель Олаф Великий, живший в конце XIII — начале XIV века, в своем труде «Истории северных народов» ссылался на рассказы норвежских рыбаков о «великом морском змее». Он достигал 200 футов в длину и 20 футов в ширину, «с его шеи свисали длинные волосы, чешуя черная, а глаза красные». По словам рыбаков, чудовище обитало в пещерах около города Берген, оно охотилось на морских существ либо похищало домашний скот. Также оно опасно тем, что способно вытянуться из воды во весь рост, напасть на корабли и целиком проглотить человека.

Голландский ихтиолог Оддеманса на протяжении всей жизни собирал информацию о гигантских морских змеях. Самый первый из документальных рассказов датируется 1522 годом. За последующие три столетия происходило примерно по одной встрече с морскими змеями в десять лет. Уже к 1802 году обнаружили 28 документально зарегистрированных случаев. А в период с 1802 по 1890 год гигантские морские змеи попадались морякам 134 раза.

В 1848 году на пути к острову Святой Елены моряки британского корабля «Дедал» наблюдали за змеей, длина тела которой составляла 20 метров. На шее у чудовища имелась грива волос. Этот случай был описан в газете «Таймс» как находка века.

Похожий случай в июле 1897 года зафиксировал экипаж канонерской лодки «Аваланш», описанный исследователем М. Геэрром. Тогда были замечены две змеи, длина тел которых достигала 20 метров, а толщина составляла 2–3 метра. Моряки выстрелили по змеям из пушки на расстоянии 600 метров, но вреда змеям это не принесло. Они просто скрылись под толщей воды. В декабре 1898 года этот же корабль вновь повстречал двух змей на том же месте. Теперь их обстреляли с расстояния 300 метров, а затем канонерка на полной скорости последовала за странными животными. Когда судну удалось почти приблизиться к ним, одна из змей быстро скрылась под водой и вынырнула позади корабля. Через девять дней тот же экипаж вновь увидел двух змей. Охота за ними велась около часа, но морякам так и не удалось подобраться к чудовищам поближе.

Ученые пытаются определить, какое же из известных морских существ может на самом деле оказаться гигантской змеей. Больше всего подходит под описание ремень-рыба. Место ее обитания — тропические моря. Длина его тела может достигать 11 метров, вес может составлять до 300 килограммов. Ремень-рыба занесена в Книгу рекордов Гиннеса. Ее вид действительно напоминает змею. Мясо похоже на желе, в пищу не употребляется. Спинной плавник у рыбы удлинен, поэтому при большом расстоянии он становится похож на волосы. Ремень-рыба водится на больших глубинах, на поверхности ее можно заметить крайне редко. Рыба плавает вертикально, держа голову вверх.

Стр:

Квакеры

В Тихом океане есть аномальная зона, расположенная на пересечении 15-й южной долготы и 98-й западной широты. Моряки не раз слышали странные звуки, доносящиеся здесь из глубин океана. Звуки напоминали урчание, жалобный стон либо же рев, переходящий в оглушительное бульканье. Некоторые из звуков можно слышать только несколько минут, а некоторые раздаются уже в течение многих лет.

Американское океанографическое управление создало акустический исследовательский проект, который возглавил Кристофер Фокс. В аномальную зону Тихого океана была направлена экспедиция, занимающаяся изучением таинственных звуков, доносящихся из мирового океана. Исследовав несколько типов звуков, Кристофер Фокс создал их своеобразную классификацию. Так, самый мелодичный звук он назвал Юлия, размеренное постукивание получило название «поезд», а самый резкий сигнал ученый охарактеризовал как «свисток». Однако так и не было разгадано, что является их источником.

Исследователи разных стран выдвигают различные гипотезы о происхождении таинственных звуков. Считается, что их могут порождать айсберги, вулканические извержения или же неизвестные морские животные. Сам Фокс не отвергает ни один из возможных вариантов, и даже мысль о морском гиганте, создающем звуки, не кажется ему странной и маловероятной.

Вот уже второй десяток лет Фокс продолжает исследование аномальных звуков из океана. Используется самая современная аппаратура, которая способна уловить звуки с глубины вод. Под водой установлена система звукового контроля, которая использовалась военно-морскими силами США еще во времена холодной войны для слежения за передвижением советских подлодок. С 1991 году эту систему стали использовать и гражданские организации, занимающиеся исследованием Мирового океана.

Океанские воды наполнены множеством странных звуков, которые сливаются в самую настоящую какофонию. Под водой устанавливаются специальные микрофоны, которые на инфразвуковых частотах ниже 16 герц улавливают разнообразные звуковые колебания океана.

Кроме загадочных звуков, в океане можно услышать и вполне естественные. Землетрясение под водой похоже на раскаты грома, разговоры горбатых китов — на птичьи трели. По присущим тем или иным звукам характеристикам можно установить, что они принадлежат кораблю, голубому киту или предшествуют вулканической активности. Но за почти два десятка лет исследований группа К. Фокса не раз сталкивалась со звуками, определить источник которых невозможно. Например, в различных районах Атлантики подводными акустическими приборами зафиксированы звуки, похожие на ворчание. Существует мнение, что такое звучание могло появиться в результате вулканической активности, наблюдаемой у подводных кряжей между Чили и Новой Зеландией. Также встречаются звуки, схожие с пением китов, но звучат они намного громче. Возможно, это можно считать косвенным доказательством существования неизвестных науке морских животных. Ведь за несколько столетий мореплавания набралось столько рассказов о морских чудовищах, поражающих своими размерами и необычным видом. На берега Новой Зеландии и Австралии до сих пор выбрасывает останки огромных осьминогов.

По другой версии, таинственные шумы могут появляться из-за трения арктических льдов. Некоторые исследования подтверждают эту теорию. Например, в мае 1997 года около экватора удалось поймать звуки, словно рожденные трущимися друг о друга огромными поверхностями. Звуки продолжались в течение семи минут. Удалось установить, что их источник находится примерно в сотнях километрах от места их обнаружения, где-то в районе Антарктиды. Специалисты пришли к выводу, что трение огромных ледяных пластов могло породить подобные звуки. И это был не один случай, когда с берегов Антарктиды приходили загадочные звуки. В данный момент в том районе проводятся акустические исследования. В нескольких местах установлены гидрофоны, фиксирующие звуковые колебания. Фокс надеется, что новые исследования помогут установить, рождаются ли звуки от сползающего в океан огромного ледника или же их порождает невиданный монстр из глубин.

В середине XX века морякам пришлось столкнуться со странным явлением, которое невозможно объяснить при помощи традиционной науки. Сначала истории о встречах в океанских глубинах с загадочными человекоподобными существами передавались из уст в уста. Им не придавалось особого значения, пока историй не становилось все больше и больше и стало невозможно закрывать на них глаза.

В некоторых местах Мирового океана подводные лодки многих стран наблюдали за неопознанными объектами. Этим встречам предшествовали странные звуки, которые фиксировали гидроакустики. Сигналы сильно напоминали кваканье лягушек, поэтому неопознанные объекты, издающие их, стали именовать квакерами. Сначала это название присутствовало только в устных рассказах, но постепенно перекочевало и в официальные документы, содержащие сведения о встречах со странными объектами.

Однако вскоре выяснилось, что с загадочными квакерами приходилось встречаться и раньше. Оказалось, что американцы и англичане уже имели с ними дело во время Второй мировой войны. На тот момент армия союзников имела более совершенную, чем у армии Германии гидроакустическую аппаратуру. Во время боев в Атлантике аппаратура фиксировала странные звуки из глубин воды. Американцы и англичане решили, что у немцев появилось новое оружие, что вызвало неподдельную панику. В результате данные об этом событии были засекречены, и к проблеме не возвращались до окончания войны.

Советские моряки стали наблюдать квакеров примерно с начала 1950-х годов, когда стали использоваться подводные лодки серии 611 и 613. Данные субмарины имели более совершенную акустическую систему, поэтому смогли уловить звуки, недоступные предшественникам.

Почему же примечательны эти странные сигналы, источником которых считают загадочных квакеров? Ведь из океанских глубин доносится множество других не менее загадочных звуков. Дело в том, что звуки, рожденные квакерами, сильно отличаются от других подводных шумов. Очевидцы утверждают, что у них складывалось впечатление, будто неизвестные источники сигналов производили свои действия вполне осознанно. Было похоже, что квакеры внезапно появляются и пытаются наладить контакт с моряками.

Из рассказов становится заметно, что квакеры плавали вокруг подлодок, а частота и тональность их сигналов менялась, словно они хотели установить диалог. Загадочные существа особенно реагировали на гидроакустические сигналы с лодок. Через некоторое время квакеры уплывали, но лишь затем, чтобы потом опять вернуться. Моряки с российских подводных лодок рассказывали, что квакеры плыли рядом, пока субмарины не покидали какой-нибудь район, затем они издавали прощальный сигнал и исчезали. Никакой агрессии с их стороны никогда не было, на подлодках их появление никаким отрицательным образом не сказывалось. Квакеры словно, напротив, показывали свое миролюбие.

Но командиры подводных лодок все же опасались появления загадочных подводных объектов. Ведь они появлялись неожиданно и пересекали курс подлодки, если же субмарина меняла курс, то неопознанный объект вновь пересекал его. Несмотря на то что за все годы наблюдения за квакерами они не совершали попыток нападения, экипажи подлодок постоянно пребывали в напряжении при встрече с ними.

Не только подводным лодкам приходилось сталкиваться с загадочными явлениями. Экипажи надводных кораблей также могут рассказать о странных случаях. Например, судно «Владимир Воробьев» проводило океанографические исследования в Аравийском море, и однажды команда заметила, как вокруг корабля против часовой стрелки вращается светящееся белое пятно. Постепенно оно распалось на восемь равных частей. При помощи эхолота была измерена глубина под кораблем, которая составляла 170 метров, а под килем корабля на глубине около 20 метров находилась странная масса, от которой шел легкий вибрирующий звук.

Для решения проблемы с квакерами на Северном флоте командующим флотом адмиралом Г. М. Егоровым была создана внештатная спецгруппа, которую возглавил начальник штаба флота. В группу также входил начальник аналитического отдела Анатолий Григорьевич Смоловский, который впоследствии написал много серьезных работ, посвященных квакерам.

В 1960-х годах был поднят большой шум вокруг НЛО. Также много сообщений поступало о наблюдении неопознанных подводных объектов (НПО). Для советского военно-морского флота эта проблема была также актуальна. Командование ВМФ СССР крайне скептически относилось к сообщениям о разнообразных аномальных явлениях и не приветствовало разговоры об этом. Однако сообщений становилось все больше, и не докладывать о них было просто невозможно. Министр обороны маршал А. А. Гречко приказал создать при разведуправлении спецгруппу, в которую входило несколько офицеров. В задачу спецгруппы входило изучение, систематизация и анализ всех странных явлений, которые происходят в океанских водах и могут стать опасными для советских кораблей. Группа взялась за работу: приходилось ездить по флотам и собирать любые сведения, которые так или иначе относились к НПО. Кроме того, было организовано несколько экспедиций с целью обнаружения в воде загадочных сигналов.

С квакерами встречались и моряки других государств. Особенно много свидетельств встреч с ними у американцев.

В Америке началась буквально-таки настоящая охота за НПО и квакерами. ВВС США применяли самую современную глобальную систему гидроакустического слежения (СОСУС), которую они использовали для поисков советских атомных подлодок. Система перекрывала часть Тихого океана и всю Атлантику. В 1960-х годах были установлены первые части СОСУС, а в 1991 году системой разрешено было пользоваться и гражданским ученым, как это произошло с профессором К. Фоксом.

На глубине несколько сотен метров были расположены посты прослушивания, они могли распознать большую часть звуков, например, пение китов, трение айсбергов об океанское дно, гул винтов подлодок, подводные землетрясения. Кроме вполне естественных звуков СОСУС улавливает и неопознанные сигналы. При помощи гидроакустической системы удалось установить, что вещание неизвестных источников распространяется практически по всему океану. Длинные волны фиксируются датчиками, которые расположены в разных частях планеты. В основном это низкочастотные волны, напоминающие звуки, издаваемые работающей техникой. Сигналы записали на магнитофон и прокрутили с увеличенной скоростью. Оказалось, что они вполне различимы для человеческого слуха, кроме того, существует несколько разных видов сигналов, каждый из которых имеет свои особенности. Исследователи разделяют их на «свист», «вой», «поезд» и «торможение».

С 1991 по 1994 год система фиксировала постоянный сигнал, названный «восходящим». Он звучал словно осмысленный. Затем он внезапно пропал. Через несколько лет его вновь удалось зафиксировать, при этом сигнал стал сильнее и разнообразнее. Эксперты ВМС США и гражданские ученые ведут свои исследования параллельно друг другу, но пока ни те, ни другие разобраться в странном сигнале не могут. Они не в состоянии установить, где находится источник сигнала, кому он. принадлежит и кому адресован. Источник сигнала словно специально расположен далеко от гидрофонов и при этом постоянно перемещается. Подобные источники звуков получили название НЗО — неопознанные звуковые объекты.

В марте 1966 года в США были проведены испытания по дальней подводной связи. Вдоль континентального шельфа была проложена антенна протяженностью в километр. В море вышло судно, ко дну которого были прикреплены опущенные вниз локаторы. С началом эксперимента начались аномальные события. Вначале улавливали сигнал, потом нечто похожее на его повторение, словно это было эхо, потом стали раздаваться загадочные, будто закодированные послания. Эксперимент провели еще несколько раз и постоянно получали похожие данные.

Полковник Алекс Сандерс отмечал, что было похоже на то, как «кто-то там, в глубине, принимал наш сигнал, имитировал его с целью привлечь наше внимание, а потом начинал передавать свое сообщение на этой же волне». Удалось засечь источник сигнала, который располагался на глубине 8000 метров на практически не изученном участке Атлантического океана. Было решено прекратить эксперимент, признанный неудачным. Только в 1996 году полученные в ходе того эксперимента записи внесли в самые совершенные компьютеры Пентагона. Криптографы ВМС США так и не обнародовали данные, полученные в результате расшифровки записей. Однако военные океанологи стали активно изучать дно в том районе Атлантического океана, откуда донеслись звуки.

Неопознанные объекты способны развивать невероятно большую скорость. Из акваторий Сиамского и Персидского заливов, из Малаккского пролива и Южно— Китайского моря вот уже на протяжении ста лет приходят сообщения от торговых и военных судов о светящихся огнях и странных объектах под водой. В последние несколько лет странные звуки все чаще доносятся из одного из самых глубоководных мест Мирового океана — подводного каньона Минданао, глубина которого составляет 9000 метров. Для исследования этих звуков планируется отправить экспедицию, в состав которой войдут исследователи и эксперты из Национального управления по изучению океана и атмосферы США.

В начале 1980-х годов исследования, посвященные проблеме квакеров, были внезапно свернуты. Офицеров направили на другие задания, ученые вернулись в свои лаборатории. Все данные, полученные по этой теме, засекретили и отправили в архив Генерального штаба.

Единого мнения о том, кто такие квакеры, до сих пор нет. Но все исследователи уверены, что квакеры действительно реальны, и у них есть конкретная цель, поэтому они и оказывают звуковое воздействие.

Эксперты из Петербургского отделения Института морей Академии наук России считают, что квакерами могут оказаться некие существа, неизвестные пока науке, которые обладают высоким уровнем развития. Скорее всего, это реальное, но не открытое пока животное, ведь существует столько свидетельств встреч с таинственными обитателями океана. Считается, что гигантские кальмары могут обладать органами чувств, работающими в звуковом диапазоне. Возможно также, что квакерами может оказаться подвид загадочных гигантских кальмаров-архитеврисов, гигантский угорь или же плезиозавр. По некоторым сведениям, гигантские морские змеи, встречающиеся многим морякам, на водной поверхности имели скорость 65 километров в час. Возможно, на океанских глубинах они способны передвигаться с огромной скоростью и запросто могут обогнать подводные лодки. Места обитания гигантских змей совпадают с местами, где чаще всего встречали квакеров. Это Мексиканский залив, западная часть Тихого океана, воды между Исландией и Гренландией, побережьем Америки и Шотландии.

Эксперты отмечают, что сигналы, рожденные квакерами, отличаются от всех известных звуков. Некоторые считают, что сигнал имеет животный источник, другие же слышат в нем явно техническое происхождение.

Квакеры могут быть подводными НЛО, а также — новейшими разработками США. Например, в некоторых случаях после того, как подлодки фиксировали появление квакеров, появлялись американские противолодочные корабли. Однако места расположения мощных противолодочных сил НАТО практически полностью совпадают с местами, где наиболее часто встречали гигантских морских змей. Например, Фареро-Исландский рубеж как раз находится в районе между Исландией и Гренландией. Места, где субмарины встречали квакеров, патрулируются американскими подводными ракетоносцами. Там же находятся полигоны боевой подготовки ВМС США.

Глубины океанов настолько неизведанны, что там могут скрываться даже инопланетяне. Таинственных подводных обитателей пока не видно, но уже хорошо слышно.

Профессор К. Фокс, руководитель Международного проекта акустического мониторинга

Робинзоны

Во все времена людей, потерпевших кораблекрушение, могло выбросить на необитаемый остров, люди попадали туда также в качестве наказания за преступление или по собственной воле. О робинзонах прошлого и настоящего — вольных и невольных — в этой главе.

Александр Селкирк

Александр Селкирк (1676–1721), седьмой сын сапожника из села Лоуэр Ларго, расположенного недалеко от Эдинбурга, шотландский моряк, провел четыре года и четыре месяца (1704–1709) на необитаемом острове Мас-а-Тьерра, который входит в состав архипелага Хуана Фернандеса, расположенного в Тихом океане, в 640 километрах от побережья Чили. Именно этот человек послужил прототипом героя романа Даниэля Дефо «Робинзон Крузо».

В честь моряка был назван расположенный неподалеку от острова Робинзона Крузо остров Александра Селкирка.

Александр попал на остров не после кораблекрушения, а по собственному желанию. В 1704 году его корабль подошел к необитаемому острову в южной части Тихого Океана для пополнения запасов питьевой воды. Селкирк взбунтовался против капитана, обвинив его в том, что тот обрекает моряков на смерть, торопясь снова продолжить плавание: корабль находился в плохом состоянии и нуждался в срочном и серьезном ремонте. Селкирк заявил, что лучше останется на острове, чем снова взойдет на борт.

Когда бунтарь спохватился, было уже поздно: корабль ушел. Но это спасло Селкирку жизнь: корабль попал в шторм у берегов Перу и затонул почти со всей командой.

Селкирк надеялся, что долго пробыть на острове не придется. Ведь корабли нередко заходили сюда за пресной водой. Съестных припасов ему оставили лишь на один день. Но он взял с собой: кремневое ружье, фунт пороху, пули и огниво, одежду и белье, табак, топор, нож, котел, Библию.

Первые восемь месяцев на острове Робинзона Крузо были наиболее тяжелыми для Селкирка. Но вскоре его жизнь улучшилась. Мягкий климат на протяжении почти целого года, и обычно сухой, отсутствие ядовитых или опасных зверей, наличие пресноводных ручьев. Жирные тюлени облюбовали пляж на острове Робинзона Крузо, многочисленные виды рыб обитали в лагуне, земля была богата съедобными растениями, в том числе дикорастущими ягодами, горчицей полевой, различными видами черного перца и растений, имевших вкус капусты. Единственное, чего не хватало, это соли, как он позже рассказывал своим спасителям.

В 2008 году учеными британского Общества постсредневековой археологии было обнаружено место стоянки Александра Селкирка. Находки археологов позволяют предположить, что, находясь на острове, моряк построил у ручья два шалаша и наблюдательный пункт, с которого можно было видеть проходящие корабли. Там же была найдена пара навигационных приборов начала XVIII века, которые, как полагают, принадлежали Александру Селкирку: капитан корабля, обнаруживший шотландца, упоминал, что вместе с человеком на борт были подняты и какие-то математические инструменты.

Александр Селкирк был спасен в январе 1709 года, но лишь 14 октября 1711 года он вернулся в Англию. В течение почти трех лет он плавал вокруг света вместе со своими спасителями-каперами, освободившими его с необитаемого острова. Они воевали, грабили и убивали своих врагов, и все с благословения британской короны. В конце 1711 года Селкирк вернулся в Англию довольно богатым человеком. Он мгновенно стал знаменитостью, рассказывая свои истории за еду и выпивку в пабах. Однако герой острова Робинзона Крузо был несчастлив в цивилизованном мире и тосковал по своему острову: «Сейчас у меня восемьсот фунтов, но никогда больше я не буду так счастлив, как я был тогда, когда у меня не было ни пенни». Он снова начал пьянствовать и в конце концов решил снова стать моряком, на этот раз лейтенантом военно-морского флота. Он умер в 1721 году от желтой лихорадки у берегов Западной Африки.

Местные жители рассказывают об огромных сокровищах, спрятанных на этом острове. В 1760 году английский моряк Корнелиус Уэбб спрятал клад, состоявший из 864 мешков золота, 200 золотых слитков, 21 барреля драгоценных камней и ювелирных изделий, 160 ящиков с золотом и серебряными монетами. Спрятав сокровища, люди Уэбба вернулись на борт корабля. Корнелиус взорвал судно вместе с экипажем, таким образом, только он один знал тайну спрятанных сокровищ. С того момента остров наполнен молвой о месте возможного укрытия клада. Предприниматель из Чикаго Бернард Кайзер, потратив около 1 миллиона долларов на его поиски, утверждал, что он приблизился слишком близко к разгадке возможного нахождения клада. Однажды его спросили: «Так где же находится сокровище?» «Остров Робинзона Крузо и есть сокровище», — ответил он.

Педро Серрано

В 1540 году у берегов Перу потерпел крушение испанский галеон. Матрос Педро Серрано оказался единственным выжившим. Его спасением был маленький клочок земли, на котором отсутствовала вода и единственной растительностью были сухие водоросли. Так же на песчаной косе не было ни одного камня, и для того, чтобы добыть огонь матросу пришлось обыскать морское дно и раздобыть несколько небольших камешков. Единственное, чем можно было питаться в этом месте, — черепахи. Через три года одиночества судьба подкинула Серрано компаньона — матрос с судна, которое потерпело крушение у берегов этого острова. Так вместе эти двое прожили на острове еще четыре года, пока в 1547 году их не спасли матросы проходившего мимо корабля.

Даниэль Фосс

Корабль «Негоциатор», который охотился в северных морях на тюленей в конце ХVIII века, столкнулся с айсбергом и затонул. 21 члену экипажа удалось спустить шлюпку и спастись. После полутора месяца скитаний по волнам в живых осталось только двое. Лодку выбросило на берег, и Даниэль Фосс лишился последнего товарища. Он пять лет прожил на острове, питаясь одними тюленями, а от жажды его спасала дождевая вода. Спустя это долгое время на проходящем мимо корабле заметили бедолагу, но подойти к острову было невозможно. Тогда, захватив весло, матрос бросился в воду и вплавь добрался до судна.

Русские матросы

В 1742 году русское судно с экипажем в четырнадцать человек попало в ледяную ловушку неподалеку от одного из островов Восточного Шпицбергена. Оставаться на корабле не имело смысла, и моряки решили высадиться на остров и перезимовать здесь. От прежних зимовок на острове должна была сохраниться деревянная изба. Разведчики, посланные на остров, обнаружили ее и остались переночевать, а наутро поспешили на берег, однако, к их ужасу, корабля не оказалось — всю ночь бушевал шторм и корабль, скорее всего, или разбило, или унесло в открытое море.

Питались люди полусырым мясом, добытым на охоте, так как вынуждены были экономить драгоценное топливо для обогрева хижины. Через семь лет, в 1749 году, когда в живых остались только трое — один из матросов умер от цинги, — к острову подошел корабль, принадлежащий богатому купцу, он и вернул их на родину. С собой моряки забрали все накопления, медвежьи и оленьи шкуры, шкурки песцов и т. п. и в сентябре 1749 года вернулись в Архангельск.

Неизвестный голландский матрос

В 1748 году английский капитан Моусон обнаружил на одном из островов архипелага Вознесения, человеческие останки и дневник, в котором была поведана печальная история голландского матроса, обвиненного в страшном преступлении и оставленного на этом острове. В то время остров находился вдали от морских путей и был необитаем.

Осужденному оставили кое-какой инвентарь и оружие, которое было бесполезным, так как порох оставить забыли. Матрос первое время питался птицами, которых сбивал камнями и черепахами. Вместо воды он жевал моллюсков. Позже голландец нашел воду, но она располагалась далеко от того места, где он добывал себе пропитание. Каждый раз, изнывая от жары, он носил воду в котелках. Эти путешествия отнимали у него целый день, а кончилось все тем, что источник, который давал ему воду иссяк, и человек медленно умер от жажды и голода. Плюс ко всему ему терзали угрызения совести и появились галлюцинации.

Джереми Биббс

В 1911 году во время сильного шторма в южной части Тихого океана затонула английская шхуна «Прекрасное блаженство». Добраться до берега и спастись на необитаемом, поросшем кокосовыми пальмами коралловом острове посчастливилось одному лишь четырнадцатилетнему юнге Джереми Биббсу. Выжить ему помогло знание романа Даниэля Дефо. Биббс построил хижину, изготовил лук и стрелы для охоты на птиц, питался их яйцами, рыбачил, ел плоды кокосовой пальмы, пил кокосовое молоко. Подобно Робинзону Крузо, он вел деревянный календарь. Находясь в полной изоляции, Джереми Бибс ничего не знал о том, что происходило в мире. Только в 1985 году экипаж оказавшегося здесь немецкого судна неожиданно обнаружил Биббса, уже достигшего 88 лет, и доставил его на родину.

Павел Вавилов

24 августа 1942 года ледокол «Александр Сибиряков» вышел из Диксона, выполняя рейс с оборудованием и персоналом для новой полярной станции на Северной Земле. На следующий день у острова белуха в Карском море советский ледокол встретил немецкий тяжелый крейсер «Адмирал Шеер». Завязался бой, «Сибиряков» был потоплен, а выжившая часть экипажа была взята в плен. Кочегар Павел Вавилов оказался единственным выжившим, которому удалось избежать плена.

После того как корабль ушел под воду, большинство моряков оказались затянутыми в образовавшуюся водную воронку, но матросу Павлу Вавилову повезло ухватиться за деревянные остатки судна и остаться на поверхности. Из последних сил он смог выбраться на проплывавшую рядом пустую спасательную шлюпку и смог добраться до необитаемого острова Белуха. В шлюпке моряк обнаружил продукты питания, спички, топор, заряженный наган, из воды выловил спальный мешок и мешок одежды. На острове был маяк, в котором и нашел убежище Вавилов.

На полярном скалистом островке Павел Иванович Вавилов провел по разным данным от 34 до 37 дней. Проходящие мимо пароходы не замечали моряка, в надежде размахивающего фуфайкой на берегу. Однако, когда продукты почти закончились и надвигались морозы, его заметили с проплывавшего мимо парохода «Сакко» и прислали за моряком гидросамолет.

Яков Миньков

В 1805 году штурман Потапов оставил охотника Минькова в юрте на безлюдном острове для охраны песцовых шкур, добытых во время промыслового сезона. Шхуна должна была вернуться сюда через несколько дней. Проходили недели, месяцы, а ее все не было. Однако, лишенный самых необходимых вещей, Миньков не потерял присутствия духа: спасли его изобретательность и сообразительность. Поблизости была богатая рыбой река. Чтобы обеспечить себя едой, Миньков сделал крючок и начал рыбачить. Огонь он добывал кремнем. Только в 1812 году Якова Минькова сняла с безлюдного острова проходившая мимо шхуна.

Имаята

В 1983 году в джунглях индонезийского острова Суматра, на берегу реки Южная Сармата, охотники случайно встретили 12-летнюю девочку, которая прожила здесь в одиночестве больше шести лет. В феврале 1977 года она пошла с подружками ловить рыбу на реку и не вернулась. Все считали, что Имаята погибла, когда лодка перевернулась. Девочка одичала, забыла родной язык, но счастливые родители ее сразу же узнали. Интересно, что обнаружили девочку всего в 20 километрах от родного селения.

Масафуми Нагасаки

Японский пенсионер Масафуми Нагасаки уже двадцать лет живет один на острове Сотобанари (Окинава) без источника пресной воды. Когда-то японец работал фотографом, потом сполна испытал на себе темную сторону индустрии развлечений. Говорит, что захотел раз и навсегда уйти подальше от всего этого.

Дэвид Глэшин

Дэвид Глэшин и его собака Квази являются единственными жителями на крошечном Острове Восстановления около Мыса Йорк. Глэшину 65 лет, он бывший бизнесмен, торговавший сумками для ноутбуков около двух десятилетий назад, после краха фондовой биржи в 1987 году. Его первый брак, от которого у него две дочери, распался в то же время. Бывший руководитель компании считает потерю всего своего состояния одной из лучших вещей, случившихся в его жизни.

Глэшин переехал на остров в 1993 году. Он несколько улучшил остров, но тот все еще остается диким местом. Его простота и удаленности понравились Расселу Кроу и Даниэль Спенсер, которые остановились там провести медовый месяц.

Не считая редких посещений туристов и проплывающих мимо яхт, Глэшин признает, что ему бывает одиноко в маленьком раю, поэтому в настоящее время разведенный отец троих детей дает объявления, с помощью которых ищет женщину, которая любила бы тихую жизнь на лоне природы.

Ксавье Россет

Сноубордист из Швейцарии Ксавье Россет решил попробовать выжить на пустынном острове, на юге Тихого океана в течение десяти месяцев, только с предметами первой необходимости. Остров площадью 60 квадратных километров лежит в 1600 километрах от Новой Зеландии, с действующим вулканом, скалистым берегом 20-метровой ширины и большим кратерным озером. На острове много диких кабанов и растительность такая густая, что без мачете не пройти.

Мачете, нож, аптечка первой помощи и оборудование для еженедельной отправки новых видео на свой сайт — вот и все, что есть в его рюкзаке. Россет говорит, что проект с одиноким островом объединяет его мечту о приключениях с твердой верой в способность жить в гармонии с природой, не причиняя ей вреда. «Для меня действительно важно показать, что я смогу прожить триста дней, не загрязняя окружающую среду. Но главным образом я сделаю это потому, что воплотить в жизнь свои мечты прекрасно».

Фридрих Текстер

Механик из Мюнхена Фридрих Текстер, разочаровавшись в жизни, решил поселиться на небольшом островке в Южно-Китайском море, арендовав его на девяносто девять лет за сумму, которую он платил за аренду своей квартиры в год, а именно 6000 марок. Фридрих поселился в небольшой хижине, сделанной из бамбука. Одежда его вся довольно простая, сделана из различных кусочков ткани. На островке Текстер имеет мини-ферму для кур, насчитывающая около пяти десятков птицы. Выращивает он достаточно большое количество всевозможных фруктов и овощей. Пищи ему с легкостью хватает для хорошего существования. Кстати, пространство, которым владеет Фридрих Текстер, достигает приблизительно 5 квадратных километров, включающие в себя только джунгли, песок и скалы. Самое главное, что температура тут постоянно солнечная и теплая, она не опускается ниже отметки в 22 градуса. Иногда Текстер подает специальные сигналы зеркалами, и к нему приплывают некоторые друзья с Палаван. Текстер постоянно ведет с ними торговлю. Продает он выращенные фрукты и овощи, а покупает самые необходимые вещи.

Стр:

Великие морские открытия и авантюры

Древние египтяне

Первые деревянные суда появились в Египте на рубеже IV–III тысячелетия до н. э. Египтяне уже имели несколько типов судов, как, например, служившие для перевозки людей плоскодонные суда, длиной в 10–16 метров, ходившие под веслами и под парусом. Для движения служили также ланцетовидные весла, числом от 8 до 26 с каждого борта; для управления судном использовались от 2 до 5 весел с каждой стороны в корме. На судах, предназначавшихся для дальних переходов, имелись сплетенные из тростника каюты. Численность команды доходила до 70 человек.

Помимо того, у египтян имелись большие понтоны, грузоподъемностью до 200 тонн, служившие для перевозки тяжелых грузов, каковыми, например, были каменные глыбы, применявшиеся для гигантских египетских построек.

По конструкции египетские корабли во многом напоминали более ранние нильские тростниковые суда или плоты. Единственным пригодным для кораблестроения деревом в Египте была акация, дерево твердое и волокнистое, из которого нельзя получить длинных досок. Короткие отрезки дерева скреплялись между собой посредством врезок и шпунтов, корпус для большей прочности обтягивался тросами.

Египетские тексты дают некоторые сведения об использовании флота в военных целях. В надписи вельможи Уны из Абидоса, конца XXV века до н. э., содержится описание похода на восток против бедуинов и, в частности, десантной операции на юге Палестины, где проходила египетская граница. Имеются также сведения о первых дальних плаваниях древних египтян. Египетские суда еще в 2300 году до н. э. из гавани Левкос Лимен (ныне Козейр), где кончалась дорога, ведущая к Красному морю из Коптоса на верхнем Ниле — плавали в сказочную страну Пунт. Более точные сведения о морском деле в древности дают нам надписи и изображения в фиванском храме Дейр эль-Бахри, посвященные экспедиции, посланной в Пунт через Красное море царицей Хатшепсут около 1470 года до н. э.

Эта морская экспедиция, снаряженная царицей Хатшепсут, является первым походом, о котором до нас дошли достоверные сведения. До сих пор, однако, надо считать невыясненным, был ли совершен этот поход египтянами, которые, хотя и обладали значительным внутренним речным флотом, но под религиозным внушением жрецов питали нерасположение и страх к морю, или же финикийцами, находившимися издавна в частых сношениях с Египтом.

Существуют предположения, что Америку открыли, независимо от других народов, и египтяне! И этому есть весьма неожиданные доказательства.

Согласно «Шестидесяти книгах Чилам Балам», записанным жрецами и писцами майя, первыми цивилизованными обитателями Мексики и Юкатана были так называемые ах-кануле — «народ Змея».

Египтяне первыми точно указали на своих картах расположение островов Карибского моря и даже береговой линии Америки.

В книге «Чилам Балам» приводится ошеломляющее свидетельство о прибытии этого народа в Америку на «странном судне», которое сверкало, словно чешуя на змеиной коже. Индейцы, увидевшие, что оно без помощи весел приближается к берегу, приняли его за огромного змея, медленно движущегося к ним. На этом судне прибыли бледнолицые существа. На них были странные накидки, а на лбу у всех красовались эмблемы с изображением двух змей. Изумленные туземцы, встретившие их на берегу, увидели, что на лбу пришельцев сверкает символ Священного Змея, которому они поклонялись, и поняли, что это — Боги, покинувшие свой дом, чтобы преподать им учение и повелевать ими.

Свидетельства туземцев указывают на чисто египетские атрибуты времен фараонов. Странное судно в виде огромной змеи — это древнеегипетская ладья с высоким носом и парусом, а эмблема на лбу пришельцев с изображением двух змей — это урей египетских фараонов, верховных богов, а также вельмож царского происхождения. (Божественный урей красочно представлен на посмертной маске фараона Тутанхамона.)

Древние египтяне покорили племена Мексики и Юкатана не силой нового, невиданного оружия, а мудростью и могуществом, положив, тем самым, начало развитию цивилизации в этом регионе Америки. Все характерные для цивилизации Древнего Египта основные черты, точно также присущи и культурам Мезоамерики.

В Мексике, недалеко от древнего города майя Паленке, стоят и поныне две великолепно сохранившиеся пирамиды. Квадратные в основании, они увенчаны остроконечной вершиной — в точности как поздние древнеегипетские постройки.

В древнем Паленке архитектурный стиль Храма Надписей поразительно походит на то, что можно встретить в целом ряде древнеегипетских пирамид. Внутренности сооружения выложены каменными глыбами, обработанными по древнеегипетскому образцу. В этом же стиле архитектуры оформлен и богато украшенный потолок.

Египетское влияние просматривается и в оригинальном изобразительном искусстве Мезоамерики. Настенные росписи в храмах Мексики и Древнего Египта наносились одинаковым способом — с помощью сетки, разбитой на девятнадцать квадратов!

Способ изображения людей, предметов и сама техника живописи настенных росписей в древнем городе Паленке удивительно походят на то, что практиковалось в Древнем Египте. Нанесенные на стены храмов человеческие фигуры, подобно древнеегипетским, расположены рядами, при этом ноги и головы большинства людей изображены по-древнеегипетски — в профиль.

С той же изысканностью и тщательностью, которая характерна для уникальных гробниц египетских фараонов, оформлено и погребение правителя города Паленке — Пакаля.

Вокруг украшенного резьбой каменного саркофага Пакаля были расставлены нефритовые статуэтки Кинич-Ахау («Повелителя Зрачка Солнца»), поразительно похожие на «ушебти» — защитные амулеты — обереги из фаянса, которыми изобилуют древнеегипетские гробницы. Примечательно, что древнеегипетский бог Гор также носил титул «Повелителя Зрачка Солнца» и почитался как олицетворение власти верховного правителя страны.

Важной деталью, связывающей культуру Мексики с Древним Египтом времен фараонов, является древнеегипетский символ бессмертия «Анх» — «Крест Жизни». Он использовался народами Америки на одеждах и предметах религиозного назначения. Ваза, изготовленная в доколумбовую эпоху и украшенная древнеегипетскими символами «Анх» хранится в Национальном музее антропологии Мексики в Мехико.

Другой важной связывающей деталью является маленькая ольмекская статуэтка (коллекция музея Ялапа, Мексика, штат Веракрус), изображающая сидящего на корточках мужчину, изо рта которого выходят две переплетенные веревки. Что означает эта статуэтка, неизвестно, однако в «Книге Ворот», относящейся к эпохе фараона Рамзеса IV (XII век до н. э.), описывается скрученная вдвое веревка, выходившая изо рта Ахена, древнеегипетского стража подземного мира.

Материальное наследие древних египтян дополнительно подчеркивается сходством религиозных церемоний, происходивших по обе стороны Атлантики. На стенах храмового комплекса Мединет — Абу в Западных Фивах, возведенного в честь побед Рамзеса III, фараон изображен расставляющим благовонные шарики в ходе церемонии подготовки к вознесению молитвы. Точно такая же сцена изображена на страницах мексиканского «Кодекса Селдена», причем в ней используется точно такое же кадило в форме ложки, что и в Древнем Египте.

Исследования мумифицированного тела Рамзеса II, правившего в 1290–1224 годах до н. э. показали, что в его тканях содержатся мелко нарезанные листья табака. А тестирование египетских мумий, проведенное немецким токсикологом Светланой Балабановой, выявило в тканях всех мумий не только никотин, но и кокаин, наркотик, получаемый из листьев коки, растущей только в Америке.

Финикийцы

В судостроительном искусстве и мореплавании финикийцы превосходили все другие народы. Они организовали мировую торговлю, обеспечивали товарообмен с Египтом, совершали плавания через Суэцкий залив до нильской дельты. Финикийцы строили из исполинских ливанских кедров крупные суда и ходили на них в открытое море на Кипр, затем вдоль южной части малоазийского побережья на Родос, в Греческий архипелаг и в Грецию, и оттуда до Черного моря.

С XIII века до н. э. они были, однако, постепенно вытеснены из этих вод, перенесли район своей торговли в Сицилию, Тунис и далее за Геркулесовы Столбы (Гибралтарский пролив) на Атлантический океан, где основали около 1100 года до н. э. город Гадес, а к северу от него, в устье Гвадалквивира — богатый серебром Тартесс, доходили до юго-запада Англии.

На юг от Гибралтара финикийцы доходили до Зеленого мыса и, вероятно, достигали Сьерра-Леоне. Область их плавания, однако, не ограничивалась этим районом — по Красному морю они ходили до Индийского океана, Малабарского берега и Цейлона, а на юг вдоль африканского берега достигали Занзибара и, очень вероятно, что и Замбези. По поручению царя Нехо около 600 года до н. э. они обошли кругом Африки за три года и вернулись домой через Гибралтар. В знакомых водах они выходили и в открытое море, ориентируясь ночью по полярной звезде.

Пиратство и работорговля были развиты у финикийцев более, чем у какого-либо другого народа древности.

Викинги

Викинги создали два основных вида судов — торговое и военное, которые по существу были однотипны: торговое и военное. Форма военного судна была приспособлена к плаванию в бурных водах. У таких судов низкие борта и широкая палуба, переходящая в острые, изящно поднятые над водой нос и корму, на которых были укреплены резные изображения головы дракона или змеи. Щиты воинов вешались на бортах над отверстиями для весел, которых было до 25 пар, но обычно судно передвигалось под парусом. Корпуса судов изготовлялись из дуба, мачты, весла и прочее оборудование — из сосны.

В VIII–XI веках викинги не знали себе равных на море. Мореплавание было известно жителям Скандинавского полуострова с очень древних времен. Среди наскальных изображений, относящихся к неолиту и к бронзовому веку, встречаются рисунки ладей.

Во время своих последних набегов викинги проплыли через Гибралтар и ненадолго основали свои владения на юге Италии и на Сицилии, попали на Фарерские острова, а оттуда в Исландию. Приблизительно через сто лет потомок викингов Эрик Рыжий открыл Гренландию. Его сыну Лайфу приписывается открытие Америки. В последующих экспедициях норманны основали в Северной Америке три поселения: Хеллуланд на Лабрадоре, Маркланд на острове Ньюфаундленд и колонию Винланд. В Америке, так же как в Европе, колонии норманнов вскоре прекратили свое существование.

Через Балтийское море, Финский залив, Неву, Ладожское озеро и Волхов до озера Ильмень, а оттуда по Ловати, Западной Двине и Днепру до Черного моря шел их Великий путь из варяг в греки. По Волге и Каспийскому морю викинги добирались до Ирана.

Поморы

В течение многих веков у России был выход только к Белому морю. Жившие здесь поморы совершали плавания к самым дальним арктическим берегам.

Поморы выходили в море на деревянных ладьях, карбасах, шняках. Самыми лучшими судами считались кочи, маленькие, обычно одномачтовые, парусные суденышки, предназначенные для долгих плаваний во льдах. Конструкция их совершенствовалась веками. Деревянный корпус коча имел особую округлую форму, которая успешно выдерживала ледовое сжатие, а простые прямые паруса позволяли поморскому кораблю лавировать по ветру и против него.

Рукописные лоции и карты передавались от отца к сыну.

Сначала поморы плавали вдоль берегов. Затем, обогнув Кольский полуостров, они добрались до северных берегов Скандинавии. Довольно далеко от них, еще севернее, лежали острова архипелага Шпицберген, но и сюда во второй половине XV века поморы разведали путь. На скалистых берегах Шпицбергена они не раз оставались на зимовки и прозвали его Грумантом.

Именно поморы стали первыми исследователями Северного Ледовитого океана.

Поморы ходили в Баренцево море, им были известны Новая Земля и Карское море, они открыли полуостров Ямал и Обскую губу.

У поморов сначала не было ни карт, ни описаний, но были известны рассказы о далеких сказочных землях. Поморы пускались в далекий, неведомый, полный опасностей путь, рассчитывая только на себя.

Со временем опыт накапливался, совершенствовалось искусство водоописания, появлялись карты, на которых были показаны расстояния и направления до опасных мест, наиболее выгодные курсы плавания, сведения о приливах и отливах. Около десятка старинных лоций описано в литературе. Ими пользовались поморы еще в XIX веке.

В качестве опознавательных знаков поморы использовали сложенные груды камней или строго ориентированные кресты. Они прекрасно знали льды, течения, погодные условия. Их суда обладали хорошими мореходными качествами и были прекрасно приспособлены для ледового плавания. Поморы знали основы навигации и мореходной астрономии, пользовались компасами и даже умели их изготовлять.

Компас поморы называли маточкой.

Помимо магнитных, поморы пользовались также и деревянными компасами. С давних времен в Поморье существовал вожевой, то есть лоцманский, промысел.

Китайцы

Китайцы буквально потрясли мир своими непревзойденными морскими экспедициями под руководством выдающегося флотоводца Чжэн Хэ. Во время семи плаваний, совершенных в 1405–1433 годах, китайские моряки посетили Зондские острова, Малакку, Таиланд, Шри-Ланку, Индию, Мальдивские острова, страны Персидского залива, Аден, Сомали, Малинди (Кения). Некоторые участники экспедиции побывали даже в Мекке.

Первые китайские паруса напоминали плетенные из тростника циновки. А тип классической китайской джонки — с плоским дном и почти вертикальными носом и кормой — окончательно сформировался лишь к началу нашей эры.

Плавания Чжэн Хэ остались непревзойденными по числу кораблей и участников: так, в первой экспедиции приняло участие 317 кораблей с 27 870 людьми на борту, во второй — 249 кораблей, в третьей — 48 кораблей и 30 тысяч человек, в четвертой — 63 корабля и 28 560 человек, в седьмой — более 100 кораблей и 27 550 человек.

Великий евнух императорского двора Чжэн Хэ был мусульманином, уроженцем южнокитайской провинции Юньнань. За тридцать лет своей службы Чжэн Хэ не менее семи раз отправлялся в далекие морские экспедиции — то в качестве посла, то в качестве командующего флотом. Впервые он вышел в море в 1405 году: император приказал ему разыскать своего беглого племянника, претендовавшего на трон.

Корабли Чжэн Хэ отправлялись к побережью Никобарских и Мальдивских островов, стран Персидского залива, побывали в Адене, Могадишо (Сомали), Малинди, на Занзибаре. Эскадра Чжэн Хэ посетила острова Рюкю, лежавшие близ Японии, Филиппины, Борнео и Тимор. Чжэн Хэ доставлял к императорскому двору бесчисленные сокровища.

Из Африки мореплаватели привезли живого жирафа, которого в Китае сочли знамением счастья.

В 1421 году корабли Чжэн Хэ отправились к берегам Аравии. Плавание продолжалось полтора года, в 1423 году ко двору китайского императора были доставлены подарки из 15 стран. По мнению, некоторых историков, за это время Чжэн Хэ совершил кругосветное плавание! Действительно, к XV веку в Китае появилось несколько загадочных карт. На них можно угадать и Австралию, и Америку!

Миссионеры-францисканцы, побывавшие в Китае в XVI столетии, стали первыми европейцами, в руки которых попали свидетельства, указывающие на китайские контакты с Австралией. В их числе была выгравированная на меди довольно грубая карта Зеленого континента. В 1961 году в Гонконге была обнаружена старинная фарфоровая ваза, на которой изображена карта, отдаленно передающая очертания Восточного побережья Австралии. Еще одна подобная «фарфоровая карта» находится на Тайване. Она, как считают, изображает Южное побережье Новой Гвинеи, восточное и юго-восточное побережье Австралии вплоть до области Мельбурна, и грубую схему Тасмании. Другая «фарфоровая карта», датируемая 1477 годом, представляет часть западного побережья Америки, некоторые тихоокеанские острова, включая Новую Зеландию, Австралию и Новую Гвинею, острова Юго-Восточной Азии и побережье Китая. А на «карте фра Риччи», хранящейся в Ватиканской библиотеке, изображена часть северного побережья Квинсленда.

Современные исследователи считают, что накануне эпохи Великих географических открытий мореплаватели Поднебесной империи не имели себе равных в мире. Почти все типы китайских кораблей теоретически были способны пересечь Тихий океан с запада на восток и достичь берегов Америки. Отчасти факт таких плаваний подтверждается находками в Новом Свете китайских изделий — монет, статуэток, оружия, а также характерных якорных камней.

По-видимому, китайцы уже в первые века нашей эры посылали разведывательные экспедиции на северо-восток. Некоторые из них добирались до берегов Северной Америки и возвращались обратно.

Нет никаких сомнений в том, что в X–XV веках китайский флот обладал достаточным потенциалом, чтобы совершать рейсы и к берегам Австралии. Проводниками в незнакомых водах им могли служить яванцы.

Португальцы и испанцы

Средневековые представления европейцев об Азии за пределами Византийской империи основывались на отдельных сообщениях, часто обраставших легендами, датируемых временами завоевательных походов Александра Македонского и его наследников. Другим источником были рахдониты, еврейские купцы, которые вели торговлю между европейской и мусульманской цивилизациями во времена государств крестоносцев.

В 1154 году арабский географ Ал-Идриси, работавший при дворе сицилийского короля Рожера II, написал комментарии к известной в то время карте мира, «Книгу Рожера», однако Африка была известна лишь частично христианским, генуэзским и венецианским, а также арабским мореплавателям, а южная часть континента оставалась неисследованной. Несмотря на то что в Европе рассказывали о крупных африканских государствах за Сахарой, фактически знания европейцев ограничивались средиземноморским побережьем. А после завоевания арабами северной Африки, ее сухопутные исследования стали невозможны. Знания об атлантическом побережье Африки были неполными, а их источниками были главным образом старые греческие и римские карты, основанные на знаниях карфагенян, в том числе времен римских завоеваний в Мавритании. О Красном море европейцы знали очень мало, и только торговые связиморских республик, главным образом Венеции, пополняли копилку знаний о морских путях.

К XV веку городское население Европы значительно выросло, что обусловило развитие ремесла и торговли. Набирала обороты международная торговля. В результате Крестовых походов сложились прочные торговые связи со странами Востока, откуда в Европу везли предметы роскоши и пряности. К этому времени известные месторождения золота и серебра были практически истощены, и европейские государства испытывали недостаток в драгоценных металлах для чеканки монет. Кроме того, Средиземноморский район был сильно перенаселен для того времени.

Изобретение в XV веке книгопечатания привело к распространению технической и философской литературы, все больше и больше стали использоваться простые механизмы и новые источники энергии. Получили распространение идеи Аристотеля и Эратосфена о том, что Индии можно достигнуть, плывя на запад.

Появление пушек и огнестрельного оружия позволило значительно обезопасить дальние путешествия. В XV веке появился новый тип парусного судна — каравелла. Эти корабли прекрасно подходили для длительных морских плаваний: они были невелики по размеру, имели небольшой экипаж, но вместительный трюм. Кроме того, отличная маневренность была удобной для исследования незнакомых береговых линий.

Новые успехи были сделаны в картографии. Карты стали более точными, на них стали наноситься широты, очертания берегов, местонахождение портов (такие карты получили название портулан). Для навигации использовались компас и астролябия, качество которых значительно улучшилось к XVI веку.

Завоевание османами Балкан и территории Малой Азии (ныне — Турция) затруднили для европейцев использование прежних восточных (сухопутных и морских) торговых маршрутов. Однако торговля с Востоком приносила огромные прибыли (700–800 процентов дохода), поэтому более и более возрастало желание найти морской маршрут (восточный или западный) в Индию и Китай.

Эпохе Великих географических открытий предшествовал ряд европейских экспедиций, пересекших Евразию по суше в позднем средневековье. Несмотря на то что Европе угрожало монгольское нашествие, грозившее разорением территорий и разрушениями, монгольские государства также были заинтересованы в торговых связях через континент, с 1206 года папская булла обеспечивала безопасность на торговых путях от Среднего Востока до Китая. Некоторые европейцы воспользовались этим для того, чтобы осуществить путешествие на восток. Большинство из них было итальянцами, так как торговля между Европой и Средним Востоком контролировалась главным образом морскими республиками. Тесные связи итальянских городов-государств с Левантом способствовали возрастанию коммерческого интереса к странам, находящимся на Дальнем Востоке.

Христианские посольства, направленные в Каракорум во время монгольского вторжения в Сирию, помогли европейцам расширить свои знания о мире. Первым таким путешественником был Джованни Плано Карпини, отправленный папой Иннокентием IV к кагану в Монголию в 1241 году и вернувшийся обратно в 1247 году. В то же самое время русский князь Ярослав Всеволодович, а впоследствии его сыновья Александр Невский и Андрей Ярославич посещали монгольскую столицу. Однако, несмотря на важное политическое значение, об этих миссиях не осталось подробных записей. За ними последовали другие путешественники, в том числе француз Андре де Лонжюмо и фламандец Гильом де Рубрук, которые добрались до Китая через Центральную Азию. Однако наиболее известным из них стал Марко Поло. Венецианский купец вел записи о своих странствиях по Азии с 1271 по 1295 год, описал посещение двора Юаньского правителя Хубилая в «Путешествиях», которыми зачитывалась вся Европа.

В 1291 году братьями-купцами Вивальди была предпринята первая попытка исследования Атлантического океана. Отплыв из Генуи на двух галерах, они исчезли у марокканского побережья, что укрепило страхи перед океаническими плаваниями. С 1325 по 1354 год марокканский ученый из Танжера Ибн Баттута, совершил путешествия по Северной Африке, Южной Европе, Среднему Востоку и Азии, достигнув Китая. После возвращения он продиктовал отчет о своих приключениях ученому, встреченному им в Тунисе. В 1357–1371 годах в Европе огромную популярность получила книга Джона Мандевиля о его предполагаемых путешествиях. Несмотря на чрезвычайную ненадежность и даже фантастичность описаний, ее использовали для получения общих представлений о Востоке, Египте и Леванте, подтверждая старое убеждение и том, что Иерусалим является центром мира.

В 1400 году в Италию из Константинополя попал перевод на латынь «Географии» Птолемея. Возрождение римского географического знания стало настоящим откровением для европейцев, хотя и укрепило их в мысли о том, что Индийский океан окружен сушей. Затем последовал период дипломатических отношений тимуридов с Европой, в 1439 году Никколо Конти опубликовал отчет о своем путешествии в качестве мусульманского купца в Индию и Юго-Восточную Азию, а затем в 1466–1472 годах, русский купец из Твери Афанасий Никитин совершил путешествие в Индию, которое описал в книге «Хождение за три моря».

Эти сухопутные путешествия имели лишь небольшое значение. Монгольская империя развалилась так же быстро, как и была создана, и торговые маршруты на восток стали более трудными и опасными. Черная смерть в XIV веке также создала препятствия для путешествий и торговли. Подъем Османской империи в дальнейшем также ограничил возможности торговли европейцев с Востоком по суше.

В 1368 году, после свержения династии Юань, монголы уступили контроль над большей частью Китая династии Мин в результате восстания Красных повязок. Китайцы имели торговые связи в Азии, и плавали к берегам Аравии, Восточной Африки и Египта со времен династии Тан (618–907). В период с 1405 по 1421 год третий минский император Чжу Ди организовал серию плаваний для сбора дани в Индийский океан под командованием адмирала Чжэн Хэ.

Большой флот, состоящий из джонок, был построен для дипломатических экспедиций. Крупнейшие из этих джонок назывались баочуань (корабли сокровищ), их длина составляла до 121 метров от носа до кормы, и на них находилось до тысячи моряков. Первая экспедиция отправилась в путь в 1405 году. Хорошо задокументировано семь экспедиций, из которых каждая последующая была более представительной и дорогой, чем предыдущая. Эти флоты посетили Аравию, Восточную Африку, Индию, Малайский архипелаг и Таиланд (в то время носивший название Сиам), на всем пути ведя обмен товарами. Они передавали в подарок золото, серебро, фарфор и шелк, а обратно привозили такие диковинки как страусов, зебр, верблюдов, слоновую кость и жирафов. После смерти императора Чжэн Хэ возглавил последнюю экспедицию, которая вышла из Нанкина в 1431 году и вернулась в Пекин в 1433-м, достигнув берегов Мадагаскара. Эти путешествия были описаны Ма Хуанем, мусульманским путешественником и переводчиком, который сопровождал Чжэн Хэ в трех из семи экспедиций.

Однако после этого дальние экспедиции прекратились, так как правители династии стали осуществлять политику хайцзинь, изоляционизма, что ограничило морскую торговлю. Экспедиции прекратились сразу после смерти императора, так как китайцы потеряли интерес к тому, что они называли «землями варваров», а последующие императоры считали, что такие мероприятия наносят вред Китайскому государству. Чжу Гаочи наложил запрет на экспедиции, а при Чжу Чжаньцзи большая часть информации о флоте Чжэн Хэ и его плаваниях была уничтожена или утрачена.

С VIII до XV столетия Венецианская и соседние Морские республики удерживали монополию на европейскую торговлю со Средним Востоком. Великий шелковый путь и Дорога специй, по которым везли пряности, благовония, лекарственные травы, сами лекарства и опиум, сделали эти средневековые города-государства сказочно богатыми. Пряности были самым дорогим и востребованным товаром в Средневековье, широко применялись в медицине, религиозных ритуалах, косметике, парфюмерии, а также в качестве вкусовых добавок и для консервации. Все они импортировались из Азии и Африки. Мусульманские купцы, главным образом потомки арабских мореплавателей из Йемена и Омана, контролировали морские маршруты через Индийский океан, перекупая товар, поступающий из мест его производства на Дальнем Востоке в Индию, главным образом в Кожикоде, а затем перевозя его на запад в Ормуз на берегу Персидского залива и в Джидду на Красном море. Отсюда сухопутными маршрутами они следовали к средиземноморскому побережью. Венецианские купцы продавали эти товары далее по всей Европе до возвышения Османской империи, которое произошло после падения Константинополя в 1453 году, отрезав европейцев от смешанных морских и сухопутных торговых путей.

Вынужденные свернуть свою активность в Причерноморье, а также из-за войны с Венецией, Генуя вернулась к североафриканской торговле зерном, оливковым маслом (которое использовалось также для освещения) и поискам серебра и золота. Европейцы испытывали постоянный дефицит в серебре и золоте, так как монеты двигались только в направлении из Европы, тратились на восточную торговлю, которая теперь была отрезана. Несколько европейских выработок были уже истощены, недостаток золотых и серебряных слитков привело к развитию сложной банковской системы для управления торговыми рисками (первый государственный банк, Банк Сан-Джорджо, был создан в Генуе в 1407 году). Совершая плавания также в порт Брюгге (Фландрия) и в Англию, генуэзское сообщество также обосновалось и в Португалии, которая стала получать выгоду от их предприятий и финансовых операций.

Для первого океанического путешествия западноевропейцы использовали компас, а также пользовались последними достижениями картографии и астрономии. Для навигации применялись арабские навигационные приборы, такие как астролябия и квадрант. Для европейских плаваний, как правило, каботажных, в непосредственной близости к берегу, использовались портуланы. Эти карты отмечали известные маршруты, отмеченные береговыми ориентирами: мореплаватели плыли через каждый из известных ранее пунктов, следуя указанием стрелки компаса, определяя свое местоположение по ориентирам.

В 1297 году, после завершения Реконкисты в Португалии, король Диниш I обратил свое внимание на внешнюю торговлю и в 1317 году заключил соглашение с генуэзским купцом Мануэлем Пессаньо, назначив его первым адмиралом португальского флота, целью которого была защита страны от набегов пиратов-мусульман. Вспышка эпидемии бубонной чумы привела к снижению численности населения страны во второй половине XIV века, это способствовало повышению значимости морского побережья, где большая часть населения занималась рыболовством и торговлей. В 1325–1357 годах Афонсу IV Португальский покровительствовал морской торговле и отправлял в Атлантический океан первые экспедиции. Канарские острова, уже известные генуэзцам, были объявлены официально открытыми португальской экспедицией в 1336 году, но в 1344-м кастильцы оспорили права Португалии на них, усилив свое влияние на море.

В 1415 году Сеута была захвачена Португалией, которая стремилась получить контроль над навигацией у африканского побережья. Инфант Энрике (Генрих), впоследствии прозванный Мореплавателем за то, что посвятил жизнь организации исследовательских морских экспедиций (хотя сам он в этих экспедициях не участвовал), был хорошо осведомлен о прибыльности и перспективности Транссахарской торговли. Веками торговые пути, по которым везли рабов и золото и соединявшие Западную Африку со Средиземноморьем через Западную Сахару, контролировали враждебные Португалии мусульманские государства Северной Африки.

Энрике хотел знать, как далеко мусульманские владения простираются на юг Африки, рассчитывая обогнуть ее и наладить морскую торговлю с Западной Африкой, найдя союзников в легендарных христианских государствах к югу, в частности потерянного христианского королевства Пресвитера Иоанна, а также хотел выяснить, возможно ли попасть в далекие Индии, источники драгоценных пряностей, по морю. Он финансировал морские экспедиции на юг от Мавритании, привлекая к ним купцов, судовладельцев и других заинтересованных в открытии новых торговых путей лиц. Вскоре в Атлантическом океане были открыты Мадейра (1419) и Азорские острова (1427).

В то время европейцы не знали, что находится за мысом Нун на побережье современного Марокко, и разворачивали свои корабли сразу, как только его достигали. Старинные морские мифы называли этот мыс пределом для мореплавания, предупреждали об океанических монстрах, непригодном для плавания море и палящем солнце, которые уничтожат любой корабль, посмевший заплыть за этот мыс, но мореходы принца Энрике пренебрегли ими: начиная с 1421 года, они регулярно заплывали за него, а в 1434 году один из капитанов Энрике, Жил Эанеш обогнул мыс Бохадор.

Большим технологическим скачком стало появление в середине XV века каравеллы, небольшого корабля, способного совершать плавания под парусом дальше, чем другие европейские корабли того времени. Ставшая развитием португальских рыболовецких судов, она стала первым кораблем, который смог выйти за границы привычных прибрежных каботажных плаваний и безопасно выходить в открытый океан. Для навигации португальцы использовали эфемериды, этот метод прошел значительное развитие в XV столетии. Эти таблицы произвели революцию в навигации, позволив рассчитывать широту. Тем не менее точный расчет долготы еще несколько столетий был недоступен для мореплавателей. Регулярные плавания на каравеллах становились все дальше, в среднем мореплаватели продвигались на юг на один градус в год. Побережье Сенегала и Зеленый мыс были достигнуты в 1445 году Динишем Диашем, а в 1446 году Алвару Фернандеш дошел почти до берегов современного Сьерра-Леоне.

Падение Константинополя в 1453 году и переход города под контроль Османской империи стало сильным ударом для христианского мира, и торговые пути на Восток для Европы закрылись. В 1455 году папа Николай V издал буллу Romanus Pontifex, которая подкрепляла предыдущую буллу Dum Diversas (1452) и передавала все земли и моря, открытые далее мыса Бохадор, во владения португальского короля Афонсу V и его наследникам, а также торговлю и завоевания у мусульман и язычников, что стало началом ведения политики mare clausum в Атлантике. Король, который узнал от генуэзцев о морском пути в Индию, заказал у фра Мауро карту мира, которая прибыла в Лиссабон в 1459 году.

В 1456 году Диогу Гомеш достиг берегов архипелага Кабо-Верде. В последующее десятилетие несколько капитанов на службе принца Энрике, в том числе генуэзец Антонио да Ноли и венецианец Алоизий Када-Мосто, обнаружили оставшиеся острова, которые были освоены еще в XV столетии. В 1460-х годах португальцы открыли побережье Гвинейского залива, богатое золотом и слоновой костью.

Открытие Америки

В 1461–1462 годах Педру де Синтра достиг берегов Сьерра-Леоне. Финансирование экспедиций королевским двором на время прекратилось. Но в 1469 году лиссабонский купец Фернан Гомиш получил монополию на торговлю с Гвинейским заливом в обмен на обязательство ежегодно исследовать по сто миль к югу в течение пяти лет. При его финансировании мореплаватели Жуан де Сантарен, Перу Эшкобар, Лупо Гонзалвеш, Фернан де По и Педру де Синтра достигли Южного полушария и островов Гвинейского залива, в том числе Сан-Томе и Принсипи в 1471 году. В Южном полушарии они использовали для навигации созвездие Южного Креста.

В этом районе началась торговля золотом с арабскими и берберскими купцами, а в 1481 году взошедший на трон Жуан II решил построить факторию Сан-Жоржи-да-Мина на Золотом Берегу. В 1482 году Диогу Кан открыл устье реки Конго, а в 1486 дошел до Кейп-Кросса (современная Намибия).

В 1488 году экспедиция Бартоломеу Диаша обогнула самый южный мыс Африки, который назвала «мысом штормов», встала на якорь в заливе Моссел Бей, а затем направилась на восток до устья Грейт-Фиша, попав в Индийский океан из Атлантического. Одновременно Перу да Ковильян, тайно отправленный королем по суше на поиски пресвитера Иоанна и «земель пряностей», достиг Индии и Эфиопии, где собрал важную информацию о Красном море и побережье Кении и выяснил, что морской маршрут в Ост-Индию возможен. Вскоре мыс Штормов был переименован Жуаном II в Мыс Доброй Надежды, так как возможность морского пути в Индию открывала хорошие перспективы для торговли, то есть для будущего процветания а также опровергало древние представления о том, что Индийский океан окружен сушей.

Соседка Португалии на Иберийском полуострове Кастилия в 1402 году предъявила свои права на Канарские острова, расположенные у западного побережья Африки, однако затем увязла в решении вопросов внутренней иберийской политики и отражении мусульманских вторжений, которые продолжались весь XV век. Только в конце столетия, после унии корон Кастилии и Арагона и завершения реконкисты, пришло время для поисков новых морских торговых путей.

Реконкиста — отвоевывание пиренейскими христианами (в основном испанцами, каталонцами и португальцами) земель на Пиренейском полуострове, занятых маврами.

Реконкиста началась сразу же после завоевания большей части Пиренейского полуострова арабами в первой половине VIII века и шла с переменным успехом, поскольку феодальные распри заставляли пиренейских христианских властителей бороться друг против друга и со своими мятежными вассалами и заключать временные союзы с исламскими властителями.

Во время крестовых походов борьба против мавров воспринималась как борьба за весь христианский мир. Рыцарские ордены, например тамплиеры, были созданы для борьбы с маврами, а Папство призывало европейских рыцарей к борьбе с арабами на Пиренейском полуострове.

Завершилась реконкиста в 1492 году, когда Фердинанд II Арагонский и Изабелла I Кастильская изгнали последнего мавританского властителя с Пиренейского полуострова. Они объединили бо’льшую часть Испании под своей властью.

Королевство Арагон было важнейшей средиземноморской морской державой, под его контролем находились территории Восточной Испании, Юго-Западной Франции, крупные острова, такие как Сицилия, Мальта и Сардиния, а также Неаполитанское королевство, чьи материковые владения простирались до Греции. В 1492 году католические короли захватили Гранадский эмират, который снабжал Кастилию африканскими товарами через выплату дани, и решили финансировать экспедицию Христофора Колумба в надежде разрушить португальскую монополию на западноафриканские торговые пути в «Индии» (Восточную и Южную Азию), отправившись на запад. До этого дважды, в 1485 и 1488 годах, Колумб безуспешно предлагал осуществление этого проекта португальскому королю Жуану II.

Вечером 3 августа 1492 года Колумб отплыл из Палос-де-ла-Фронтеры на трех кораблях; одной большой каракки, «Санта-Марии», и двух меньших каравеллах, «Пинте» и «Санта-Кларе», вошедшей в историю как «Нинья».

Сначала Колумб отправился к Канарским островам, где пополнил припасы перед пятинедельным путешествием через океан, а затем пересек Атлантику в Саргассовом море.

12 октября 1492 года была обнаружена земля, и Колумб назвал остров (в архипелаге Багамских Островов) Сан-Сальвадор. Он полагал, что достиг Вест-Индии.

Колумб также открыл северо-восточное побережье Кубы (где высадился 28 октября) и северное побережье Эспаньолы (высадился там 5 декабря). Он встретился с местным касиком Гаканагари, который разрешил ему оставить несколько человек на острове.

Колумб оставил тридцать девять человек и основал поселение Ла-Навидад на территории современной Республики Гаити. Перед возвращением в Испанию он взял с собой, по разным сведениям, от десяти до двадцати пяти аборигенов. Только семь или восемь индейцев доплыли до Испании живыми.

Индейцы произвели большое впечатление на население Севильи.

На обратном пути шторм заставил 4 марта 1493 года завести корабли в док Лиссабона. Проведя неделю в Португалии, экспедиция вернулась в Испанию, войдя в гавань Палоса 15 марта 1493 года. Известие об открытии новых земель вскоре обошло всю Европу.

Колумб и другие испанские путешественники сначала были разочарованы своими открытиями: в отличие от Африки и Азии, жители Карибских островов вели очень вялую торговлю с испанскими кораблями. Поэтому возникла потребность в колонизации островов. Испанцы смогли найти те богатства, на которые рассчитывали, только после исследования континента.

Индия

Вскоре после прибытия Колумба из «Вест-Индии» возникла необходимость в разделении сфер влияния между Испанией и Португалией.

4 мая 1493 года, через два месяца после прибытия экспедиции Колумба, католические короли получили от Александра VI буллу, согласно которой все земли к западу и к югу от линии, соединяющей полюса Земли и проходящей в ста лигах западнее и южнее любого из островов Азорских островов или островов Кабо-Верде, принадлежали Испании, впоследствии все материковые земли и острова, принадлежащие Индии. Это не устраивало Португалию, которая не могла претендовать на земли, недавно открытые ею к востоку от этой линии.

Португальский король Жуан II не был удовлетворен таким положением вещей, полагая, что булла дает ему слишком мало земли от достигнутой Индии, его главной цели. Поэтому он вступил в переговоры с испанским королем Фердинандом II и королевой Изабеллой I о переносе границы на запад, что позволило бы ему претендовать на недавно обнаруженные им земли к востоку от этой линии.

Соглашение было достигнуто в 1494 году подписанием Тордесильясского договора, который «разделял» мир между двумя странами. По этому договору Португалия «получила» все земли за пределами Европы к востоку от линии, проходящей в 270 лигах к западу от островов Кабо-Верде (уже к тому времени португальских), таким образом получив контроль над Африкой, Азией и востоком Южной Америки (Бразилией). Испанцы получили все земли к западу от этой линии, по большей части эти территории были совершенно неизвестны, впоследствии оказалось, что они включали в себя всю западную часть американского континента и тихоокеанские острова.

Только небольшая часть разделенной территории была известна европейцам на момент подписания договора. Вскоре после первого плавания Колумба множество исследователей направилось на запад, в том же самом направлении. С 1497 года начался самый настоящий бум морских исследований западных берегов Атлантики.

В этом году генуэзец Джон Кабот получил патентную грамоту от английского короля Генриха VII. Отплыв из Бристоля, возможно, получив для экспедиции средства от бристольских купцов, Кабот пересек Атлантический океан в северных широтах, надеясь, что так путь в Вест-Индию будет короче, и высадился на побережье Северной Америки, возможно, на Ньюфаундленде.

В 1499 году Жуан Фернандиш Лаврадор, получивший патент короля Португалии, вместе с Перу ди Барселушем впервые обнаружил полуостров Лабрадор, который был назван его именем. После возвращения он, возможно, заходил в Бристоль, чтобы получить патентную грамоту и в дальнейшем заниматься исследованиями для англичан. Примерно в то же самое время, в 1499–1502 годы, братья Гашпар и Мигель Кортириалы исследовали побережье Гренландии и Ньюфаундленда в поисках Северо-Западного прохода в Азию.

В 1497 году король Португалии Мануэль I отправил большой флот на восток, продолжив политику своих предшественников, направленную на поиск пути в Ост-Индию. В июле 1499 года быстро распространилась новость о том, что португальцы достигли берегов «истинных Индий», так как письмо об этом португальский король отправил испанским католическим королям через день после триумфального возвращения флота. В то время как Колумб, вернувшись из третьего своего путешествия к Центральной Америке, вступил в конфликт с испанским двором, вторая португальская армада отправилась к Индии. Флот из тринадцати кораблей с 1500 человек на борту вышел из Лиссабона 9 марта 1500 года. Флот возглавил Педру Алвариш Кабрал, а под его командованием были такие опытные мореплаватели, как Бартоломеу Диаш, Николау Коэлью и нотариус Перу Ваш де Каминья. Чтобы избежать безветрия у берегов Гвинейского залива, они направились в юго-западном направлении, по большому «volta do mar». 21 апреля была обнаружена гора, позднее названная Монте-Паскоал; 22 апреля экспедиция высадилась на побережье Бразилии, а 25 апреля флот вошел в гавань, названную Порту-Сегуру. Кабрал предположил, что новая земля лежит к востоку от тордесильясской линии, и отправил в Португалию донесение об этом важном открытии. Полагая, что новооткрытая земля представляет собой остров, ее назвали Остров Вера-Круз (Остров Истинного креста). Некоторые историки утверждают, что португальцы знали о южноамериканских землях из предыдущих плаваний, когда использовали «volta do mar» — в этом случае настойчивость Жуана II при переносе тордесильясской линии не была случайной.

По приглашению португальского короля Мануэля I Америго Веспуччи, флорентиец, работавший на севильский филиал Банка Медичи с 1491 года, финансировавшим океанские экспедиции, и ранее принимавший участие в двух путешествиях к берегам Гайаны с Хуаном де ла Косой на службе Испании, присоединился в качестве наблюдателя к исследовательским экспедициям к восточному побережью Южной Америки и стал известен в Европе после двух отчетов, приписываемых ему, опубликованных между 1502 и 1504 годами. Он вскоре понял, что Колумб не достиг берегов Азии, но открыл для европейцев Новый Свет — Америку.

После ликвидации угрозы прямой конкуренции с Испанией подписанием Тордесильясского договора португальские исследования и колонизация к востоку от оговоренного меридиана быстро продолжились. Дважды, в 1485 и в 1488 годах, Португалия официально отказывала Христофору Колумбу в реализации идеи достижения Индии западным путем. Король Жуан II отказывал Колумбу, так как был уверен, что его оценка расстояния до Индии в 800 лиг (3 860 км) была заниженной, а так как в 1487 году Бартоломеу Диаш обогнул южную оконечность Африки, португальцы полагали, что плавание на восток будет намного короче. После возвращения Диаша от мыса Доброй Надежды в 1488 году и путешествия Перу да Ковильяна в Эфиопию по суше стало понятно, что можно попасть в Индийский океан непосредственно из Атлантического. И долгожданная экспедиция в Индию была подготовлена.

Название «Америка» впервые дали континенту в 1507 году картографы Мартин Вальдземюллер и Маттиас Рингманн, возможно, в честь Америго Веспуччи, который первым из европейцев понял, что открытые земли являются не Индией, а Новым Светом (Mundus novus, как был озаглавлен на латыни документ того времени, основанный на письмах Веспуччи к Лоренцо де Медичи и пользовавшийся большой известностью в Европе).

В июле 1497 года небольшой исследовательский флот из четырех судов и около 170 человек экипажа под командованием Васко да Гамы покинул Лиссабон. В декабре флот достиг реки Грейт-Фиш, места, где Диаш повернул назад, и направился в неизведанные воды. 20 мая 1498 года экспедиция прибыла в Каликут. Попытки Васко да Гамы получить наилучшие торговые условия не удались из-за низкой стоимости привезенных ими товаров по сравнению с дорогостоящими товарами, которые продавались там. Через два года после прибытия Гама и оставшиеся члены экипажа из 55 человек вернулись со славой в Португалию и стали первыми европейцами, попавшими в Индию морским путем.

В 1500 году второй большой флот из тринадцати кораблей и около 1500 человек экипажа отправился в Индию. Под командованием Педру Алвариша Кабрала он сделал первую высадку на побережье Бразилии; а позднее, в Индийском океане, один из кораблей Кабрала открыл Мадагаскар (1501), который впоследствии был частично исследован Тристаном да Кунья в 1507 году; Маврикий был открыт в 1507 году, Сокотра была оккупирована в 1506 году. В том же самом году Лоренцо де Алмейда высадился на Шри Ланке, восточном острове, который он назвал «Тапробане», взяв название из описаний походов Александра Македонского и греческого географа IV века до н. э. Мегасфена. Первые португальские фактории на азиатском континенте были построены в Кочи и Каликуте (1501), а затем в Гоа (1510).

«Острова Пряностей» и Китай

В 1511 году Афонсу де Албукерки захватил Малакку, важнейший центр азиатской торговли, для Португалии. Обосновавшись в Малакке, Албукерки послал несколько посольств: Дуарте Фернандеш стал первым европейским дипломатом, посетившим королевство Сиам (современный Таиланд).

Стремясь узнать местоположение так называемых «островов пряностей», Молуккских островов, главным образом Банда, в то время единственного источника мускатного ореха и гвоздики, главной цели путешествия через Индийский океан, он отправил экспедицию под командованием Антониу ди Абреу к островам Банда, где они стали первыми европейцами, прибыв туда в начале 1512 года. Абреу после этого отправился к острову Амбон, где корабль его вице-капитана Франсишку Серрана затонул. Серран поступил на службу к султану Тернате, после чего он получил разрешение построить португальскую крепость-факторию на главном острове султаната: Форт Святого Иоанна Крестителя на Тернате, который укрепил португальское присутствие на Малайском архипелаге.

В мае 1513 года Жоржи Альвареш, один из португальских посланников, достиг Китая. Несмотря на то, что он высадился на берег острова Линдин в дельте Жемчужной реки, первым европейцем, высадившимся на южное материковое побережье Китая, считается Рафаэль Пестрелло, родственник Христофора Колумба, который прибыл на португальском корабле с командой из малазийцев из Малакки в Гуанчжоу в 1516 году для организации торговли. Фернан Пиреш де Андраде посетил кантон в 1517 году и открыл торговлю с Китаем, в 1557 году португальцы получили разрешение занять Макао.

Для укрепления торговой монополии Афонсу де Албукерки захватывал остров Ормуз, от которого зависел контроль над Ормузским проливом в Персидском заливе в 1507 и 1515 годах, а также вступил в дипломатические отношения с Персией. В 1513 году, во время попытки захвата Адена, экспедиция Албукерки вошла в Красное море через Баб-эль-Мандебский пролив и высадилась на острове Камаран. В 1521 году войска под командованием Антонио Корейя захватили Бахрейн, после чего почти восемьдесят лет португальцы правили этим архипелагом Персидского залива. В Красном море порт Массауа оставался самой северной точкой, куда доходили португальцы, до 1541 года, когда флот Эштевана да Гамы продвинулся до Суэца.

В 1513 году в 65 километрах к югу от Аканди (современная Колумбия) испанец Васко Нуньес де Бальбоа получил неожиданные новости о «другом море», где много золота, которые выслушал с большим интересом. С небольшим запасом продовольствия, получив информацию от касиков, он направился через Панамский перешеек вместе со 190 испанцами, несколькими местными проводниками и собаками. На маленькой бригантине и десяти каноэ они проплыли вдоль берега и высадились на него. 6 сентября экспедиция усилилась до тысячи человек, провела несколько сражений, вошла в густые джунгли и поднялась на горных хребет вдоль реки Чукунаке, откуда наконец увидели это «другое море». Бальбоа продолжил путь и до полудня 25 сентября он увидел на горизонте неизвестное море, став первым европейцем, увидевшим Тихий океан из Нового Света. Экспедиция спустилась к берегу для разведки, и ее участники стали первыми европейцами, совершившими плавание в Тихом океане. После того как экспедиция продвинулась на расстояние более 110 километров, Бальбоа назвал залив, к которому они вышли, Сан-Мигель. Он назвал открытое им море Южным, так как они двигались на юг, чтобы достичь его. Главной целью экспедиции Бальбоа были поиски богатых золотом стран. Наконец он доплыл до земель касиков на островах, крупнейший из которых назвал Богатым (сегодня известен как Рей). Он назвал архипелаг Жемчужными островами, это название сохранилось до сегодняшнего дня. В 1515–1516 годах Хуан Диас де Солис доплыл до эстуария Ла-Плата, которому дал названия, погибнув в поисках прохода к «Южному морю» в Южной Америке на службе Испании.

В то же самое время португальцы в Юго-Восточной Азии стали первыми европейцами на Филиппинах, обнаружив Лусон к востоку от Борнео.

Первое кругосветное путешествие

В 1516 году несколько португальцев, вступивших в конфликт с королем Мануэлем I, перебрались в Севилью и поступили на службу только что вступившему на трон испанскому королю Карлу I. Среди них были путешественники Диогу и Дуарте Барбоза, Эштеван Гомиш, Жуан Серран и Фернан Магеллан, картографы Хорхе Рейнель и Диогу Рибейру, космографы Франсишку и Руй Фалейру и фламандский купец Христофор де Аро. Фернан Магеллан, который до этого совершал плавания в Индию на португальской службе до 1513 года, принимал участие в открытии Молукских островов, а также был в дружеских отношениях с жившим там Франсишку Серраном, развил теорию о том, что эти острова находятся в испанской зоне, обозначенной Тордесильясским договором, поддерживаемую учением братьев Фалейру. Зная об усилиях Испании в поисках западного пути в Индию, Магеллан предложил свой план испанскому королю.

Король Испании и Христофор де Аро финансировали экспедицию Магеллана. 10 августа 1519 года из Севильи вышел флот из пяти кораблей: флагман «Тринидад» под командованием Магеллана, «Сан Антонио», «Консепсьон», «Сантьяго» и «Виктория», первый из них был каравеллой, а остальные — каракки или «нау», с командой из двухсот тридцати семи человек разных национальностей. Целью экспедиции стало достижение Молуккских островов, направляясь на запад, что позволило бы увеличить испанскую экономическую зону и сферу влияния.

Флот направлялся все дальше и дальше на юг, избегая португальских территорий в Бразилии, и первым достиг Огненной Земли, южной точки американского континента. 21 октября он был у мыса Вергенес, где начался трудный 373-мильный (600-километровый) переход по длинному проливу, который Магеллан назвал пролив всех Святых, сейчас он носит имя Магеллана. 28 ноября три корабля вошли в Тихий океан — так его назвал Магеллан, так как погода благоприятствовала путешественникам. Далее экспедиция пересекла Тихий океан. Магеллан погиб в сражении на острове Мактан на Филиппинах, и командование принял Хуан Себастьян Элькано, который добрался до Островов Пряностей в 1521 году. 6 сентября 1522 года «Виктория» вернулась в Испанию, завершив первое в мире кругосветное путешествие. Только восемнадцать человек на одном корабле вернулось из этого плавания под командованием Элькано. Еще семнадцать человек вернулось в Испанию позже: двенадцать попавших в плен к португальцам на Кабо-Верде несколькими неделями раньше, вернулись в 1525–1527 годах, а еще пятеро спаслось с «Тринидада». Венецианский ученый и путешественник Антонио Пигафетта, который принимал участие в экспедиции, вел точные записи, которые стали главным источником наших знаний об этой экспедиции.

Это кругосветное путешествие дало Испании важнейшие знания о мире и океанах, которые в дальнейшем помогли при исследованиях и колонизации Филиппин. Несмотря на то, что западный маршрут не стал реальной альтернативой португальскому пути вокруг Африки (Магелланов пролив находится слишком далеко к югу, а Тихий океан слишком велик, чтобы его пересекать за один переход из Испании), последующие испанские экспедиции пользовались этой информацией для переходов от побережья Мексики через Гуам до Манилы.

Западные и восточные пути

Вскоре после экспедиции Магеллана португальцы начали предпринимать усилия по укреплению своих позиций на Островах Пряностей, построив форт на Тернате. В 1525 году испанский король Карл I послал еще одну экспедицию на запад для колонизации Молуккских островов, полагая, что они попадают на территорию Испании по Тордесильясскому договору. Флот состоял из семи кораблей с 450 человек на борту под командованием Гарсии де Лоайсы, также в составе экспедиции был Хуан Себастьян Элькано, погибший, как и Лойаса, при переходе, а также молодой Андрес Урданета.

В районе Магелланова пролива один из кораблей был отнесен штормом на юг, достигнув 56-го градуса южной широты, где его экипаж решил, что увидел «конец мира»: они впервые обогнули мыс Горн. Экспедиция шла к своей цели с большими трудностями, встав на якорь у острова Тидоре. Конфликт с находившимися рядом на Тернате португальцами стал неизбежен, вооруженное противостояние продолжалось все ближайшее десятилетие.

Поскольку Тордесильясским договором не была обозначена восточная граница, а оба государства были заинтересованы в устранении разногласий, проводились переговоры и консультации. С 1524 по 1529 год португальские и испанские специалисты встречались в Бадахосе и Элваше, предпринимая попытки найти местоположение антимеридиана для Тордесильясского соглашения, который бы делил мир на две равные полусферы. Каждое из королевств выделило по три астронома и картографа, три мореплавателя и три математика. С португальской стороны в совет входил картограф и космограф Лопо Хомем, а с испанской — Диогу Рибейру. Совет собирался несколько раз, однако к соглашению стороны не приходили: в то время было невозможно точно определить долготу, и каждая группа исследователей стремилась передать острова своему правителю. Точка в переговорах была поставлена в 1529 году после долгих переговоров подписанием Сарагосского договора, которым Молуккские острова были переданы Португалии, а Филиппины Испании.

Между 1525 и 1528 годами Португалия отправила несколько экспедиций в районе Молуккских островов. Гомеш де Сикейра и Диогу да Рока были направлены на север губернатором Тернате Хорхе де Менезеш, они стали первыми европейцами, достигшими Каролинских островов, которые они назвали «Островами де Сикейра». В 1526 году Хорхе де Менезеш встал на якорь у острова Вайгео, Папуа-Новая Гвинея. Теория португальского открытия Австралии основана на фактах активной исследовательской деятельности португальцев в регионе и является одной из наиболее обоснованных теорий раннего открытия Австралии, согласно ей первооткрывателями Австралии являются Криштован де Мендонса и Гомеш де Сикейра.

В 1527 году Эрнан Кортес снарядил флот на поиски новых земель в «Южном море» (Тихий океан), пригласив для командования им своего родственника Альваро де Сааведру. 31 октября 1527 года Сааведра отплыл из Новой Испании, пересек Тихий океан и подошел к северному побережью Новой Гвинеи, которую назвал Золотой остров. В октябре 1528 года один из его кораблей достиг Молуккских островов. На обратном пути в Новую Испанию пассаты отнесли его корабли назад на северо-восток, и он предпринял попытку плыть на юг. Он вернулся к Новой Гвинее и направился на северо-восток, где открыл Маршалловы Острова и Острова Адмиралтейства, но опять не ветра его отнесли к Молуккским островам. Поиск пути на запад был сопряжен со многими трудностями, пока наконец не был обнаружен Андресом Урданетой в 1565 году.

Слухи о неизвестных островах к северо-западу от Эспаньолы достигли Испании в 1511 году, и Фердинанд II Арагонский был заинтересован в дальнейших исследованиях. В то время как португальцы получали огромные прибыли от торговли с Индийским океаном, Испания инвестировала в поиски золота и других ценных ресурсов в глубине материка. Участники этих экспедиций, «конкистадоры», происходили из самых разных слоев общества, среди них были ремесленники, купцы, представители духовенства, дворяне и освобожденные рабы. Они обычно имели собственную экипировку, рассчитывая на долю в прибылях, не несли службу в королевской армии, а часто не имели военной подготовки или опыта.

В Америке испанцы обнаружили несколько крупных государств, такие же большие и густонаселенные, как в Европе. Тем не менее, горстки конкистадоров сумела одержать верх над большими индейскими армиями и завоевать эти государства. В это время пандемии европейских болезней, таких как натуральная оспа, уничтожили значительную часть местного населения. После того как была утверждена власть короля на американских территориях, испанцы сосредоточились на добыче и экспорте золота и серебра.

В 1512 году, чтобы вознаградить Хуана Понсе де Леона за исследования Пуэрто-Рико в 1508 году, король Фердинанд отправил его на поиски новых земель. Он должен был стать губернатором открытых земель, но при этом он должен был самостоятельно финансировать экспедицию. Леон вышел из Пуэрто-Рико в марте 1513 года на трех кораблях с 200 человек. В апреле они обнаружили землю и назвали ее Флорида, так как это произошло на Пасху (исп. Florida); полагая, что открыт новый остров, они стали первыми европейцами, ступившими на землю полуострова. На место высадки претендуют Сент-Огастин, Бухта Понсе де Леона и Мельбурн— Бич. Они направились на юг, продолжая путешествия, и 8 апреля наткнулись на течение, которое отнесло их назад: это была первая встреча с Гольфстримом, который вскоре стал главным маршрутом для кораблей, следующих из испанской Вести-Индии в Европу. Они продолжили исследование побережье до залива Бискейн, Драй-Тортугас а затем направились на юго-запад, и в июле, стремясь обогнуть Кубу и вернуться обратно, открыли Большую Багаму.

Завоевания Кортеса в Мексике

В 1517 губернатор Кубы Диего Веласкес отправил флот под командованием Эрнандеса де Кордобы для исследования полуострова Юкатан. Они пристали к берегу, где индейцы майя встретили их, однако ночью на них напали и только часть команды вернулась обратно. Веласкес отправил еще одну экспедицию под командованием своего племянника Хуана де Грихальвы, который отправился к югу к побережью Табаско, земле Империи Ацтеков. В 1518 году Веласкес направил экспедицию под командованием мэра Сантьяго-де-Кубы Эрнана Кортеса на исследование Мексики, но из-за разногласий между ними отменил приказ.

В феврале 1519 года Кортес, несмотря на проблемы со снабжением, игнорировал отказ Веласкеса и вышел в море. В его распоряжении было одиннадцать судов, пятьсот человек, тринадцать лошадей и некоторое количество пушек. Высадка была произведена на Юкатане, на территории Майя, которые Кортес объявил принадлежащими испанской короне. От Тринидада он двинулся к Табаско и выиграл сражение против аборигенов. Среди побежденных была Малинче, его будущая наложница, которая знала одновременно науатль — lingua franca Мексики и один из языков майя — чонталь, впоследствии ставшая переводчиком и советником. Благодаря ей Кортес узнал о богатой империи ацтеков.

В июле его войска высадились на побережье Мексиканского залива и основали порт Веракрус, что переводило Кортеса в прямое подчинение королю Карлу I). Здесь Кортес потребовал встречи с ацтекским правителем Монтесумой II, который повторно ответил отказом. Он направился к Теночтитлану и по пути нашел союзников среди нескольких местных племен. В октябре в сопровождении около трех тысяч тлашкальтеков его отряд направился к Чолуле, второму по размеру городу центральной Мексики. То ли чтобы вселить страх в сердца ацтеков, то ли (как он позднее утверждал) это была показательная казнь вероломных индейцев, которые могли его предать, но испанцы вырезали тысячи невооруженных представителей знати, собранных на центральной площади, и частично сожгли город.

Прибыв к Теночтитлану с большой армией, 8 ноября испанцев любезно встретил тлатоани ацтеков Монтесума II, который сознательно позволил Кортесу проникнуть в сердце Империи Ацтеков, надеясь получить о них как можно больше информации, а затем уничтожить их. Правитель одарил Кортеса множеством золотых украшений, которые только усилили желание испанцев завладеть этой страной. Кортес в своих письмах к Карлу I утверждал, что местные жители приняли его солдат и его самого за посланцев бога Кецалькоатля, поэтому не оказывали поначалу сопротивления. Эта версия современными историками оспаривается. Вскоре индейские гонцы сообщили, что гарнизон Веракруса подвергся нападению, после чего Кортес, видимо, принял решение захватить правителя ацтеков в заложники в своем собственном дворце, потребовав выкупа в качестве дани Карлу I.

Тем временем Веласкес отправил экспедицию из тысячи ста человек под командованием Панфило де Нарваэса против Кортеса, которая прибыла в Мексику в апреле 1520 года. Кортес оставил двести солдат в Теночтитлане и вышел с остальными навстречу Наварэсу, которого он смог победить, убедив солдат и офицеров присоединиться к нему. В Теночтитлане один из лейтенантов Кортеса устроил резню в главном храме, что стало причиной восстания местных жителей. Кортес быстро вернулся, рассчитывая поддержать Монтесуму, но правитель ацтеков уже был умерщвлен, возможно, от рук своих подданных. Испанцы были вынуждены отступить к тлашкальтекам после событий Ночи печали, когда во время отступления их арьергард был беспощадно уничтожен. Значительная часть сокровищ была утрачена во время этого панического бегства. После сражения при Отумбе испанцы дошли до Тласкалы, потеряв восемьсот семьдесят человек. Заручившись поддержкой союзников и получив подкрепления с Кубы, в августе 1521 года Кортес осадил Теночтитлан и захватил нового правителя ацтеков Куаутемока. Так как империя ацтеков перестала существовать, а город стал испанским, Кортес переименовал его в Мехико.

Завоевания Писарро в Перу

Первая попытка исследования западной части Южной Америки была предпринята в 1522 году Паскуалем де Андагоя. Индейцы Южной Америки сообщили ему о богатой золотом земле у реки, которую они называли «Пиру». Достигнув реки, Сан-Хуан Андагоя заболел и вернулся в Панаму, где и рассказал о «Пиру» как о легендарной стране Эльдорадо. Его рассказы, а также информация об успехах Эрнана Кортеса, привлекли внимание Франсиско Писарро.

Франсиско Писарро принимал участие в экспедиции Нуньеса де Бальбоа через Панамский перешеек. В 1524 году он заключил соглашение со священником Эрнандо де Луке и солдатом Диего де Альмагро об экспедиции на юг, от которой они рассчитывали получить большую прибыль. Они создали предприятие, которое назвали «Empresa del Levante»: Писсаро стал руководителем, Альмагро отвечал за военную сторону и снабжение продовольствием, а Луке — за финансы и снабжение кораблей.

Согласно докладу Хуана де Самано, секретаря Карла I, впервые достоверно о Перу стало известно в 1525 году в связи с завершением первой Южной экспедиции Франсиско Писарро и Диего де Альмагро. Эта первая из трех экспедиций в составе около восьмидесяти человек и имевшая в своем распоряжении сорок лошадей, отправилась 13 сентября 1524 года на завоевание Перу. Экспедиция завершилась неудачей, до того момента, как непогода, голод и стычки с местными жителями, в которых Альмагро потерял глаз, заставили повернуть назад, она дошла не далее Колумбии. О ходе экспедиции говорят названия населенных пунктов, которые давали им испанцы: Желанный порт, Голодный порт, Соженный порт. Двумя годами позже они начали второй поход, с трудом получив на него разрешение от губернатора Панамы. В августе 1526 года они вышли на двух кораблях со ста шестьюдесятью солдатами и несколькими лошадьми. Достигнув реки Сан-Хуан они разделились: Писарро остался исследовать болотистые берега, а Альмагро вернулся за подкреплениями. Кормчий Бартоломе Руис направился на юг, и после пересечения экватора захватил плот из Тумбеса. К его удивлению, на нем везли ткани, керамику, а также золото, серебро и изумруды, которые были главной целью экспедиции. Вскоре присоединился Альмагро с подкреплениями, и они продолжили путь. После долго перехода, преодолевая сильные ветра и течения, экспедиция дошла до Атакамеса, где они обнаружили густонаселенные земли, которые находились под властью Империи Инков, но они показались конкистадорам настолько опасными, что они не пошли вглубь страны.

Согласно легенде, Франсиско Писарро нарисовал линию на песке и произнес: «Здесь Перу с ее богатством; там — Панама с ее нищетой. Выбирайте, каждый из вас, что лучше для храброго кастильца». Тринадцать человек, вошедшие в историю под названием «Тринадцать воспетых славой», решили остаться с Писарро. Они направились на остров Горгона, где оставались семь месяцев, пока не прибыл провиант.

Писарро встал лагерем на берегу реки, пока Альмагро и Луке возвращались за подкреплениями, на этот раз с доказательствами, что золото найдено. Однако новый губернатор также отказал в организации третьей экспедиции и приказал двум кораблям забрать оставшихся конкистадоров в Панаму. Альмагро и Луке использовали возможность, чтобы присоединиться к Писарро. Когда они прибыли на остров Петуха, Писарро и его люди терпели голод и лишения.

Они приняли решение плыть на юг и в апреле 1528 года достигли северо-западного перуанского региона Тумбес, где были тепло встречены местным правителем. Двое из солдат Писарро сообщили о несметных богатствах, в том числе об украшениях из золота и серебра, в доме правителя. Впервые они увидели лам, которых Писарро назвал маленькими верблюдами. Местные жители называли пришельцев детьми Солнца за их белые лица и блестящие доспехи. Для того чтобы подготовить окончательную экспедицию, испанцы решили вернуться в Панаму. Перед возвращением они проплыли на юг вдоль побережья, дав такие названия, как Капо-Бланко, порт Паята, Сечура, Пунта— де-Акуджа, Санта-Круз и Трухильо, достигнув девятого градуса южной широты. Атауальпа лично познакомился с европейцами в 1528 году, когда к нему привели двух людей Писарро — Родриго Санчеса и Хуана Мартина, высаженных возле Тумбеса для разведки территории. Их приказано было доставить в Кито в течение четырех дней, после чего их принесли в жертву богу Тикси Виракоча Пачакамаку в долине Ломас. Возможно, факт принесения в жертву данному богу стал причиной наименования испанцев — «виракоча».

Весной 1528 года Писарро отправился в Испанию, где встретился с королем Карлом I. Король выслушал его доклад об экспедиции в земли, богатые золотом и серебром, и обещал помочь ему. Писарро получил официальное разрешение на завоевание Перу. Он привлек к мероприятию множество друзей и родственников: среди них были его братья Эрнандо, Хуан, Гонсало, Франсиско де Орельяна, будущий исследователь Амазонки, а также его двоюродный брат Педро Писарро.

Третья и последняя экспедиция Писарро началась 27 декабря 1530 года. Он отплыл из Панамы в Перу на трех кораблях, затем сто восемьдесят человек высадились у Эквадора и отправились в Тумбес, обнаружив город разрушенным. Они основали первое испанское поселение в Перу, Сан-Мигель-де-Пьюра. Вскоре появился посланник Инки Атауальпы, пригласивший Писарро на встречу. В это время шла Гражданская война инков, кроме того, большое количество воинов инков погибло от оспы и кори, завезенных испанцами. Атауальпа отдыхал в северном Перу после победы над своим братом Уаскаром. После двухмесячного перехода экспедиция пришла к Атауальпе. Тот, тем не менее, отказался быть вассалом испанского короля и менять веру. Несмотря на то, что у испанцев было менее двухсот солдат и двадцати семи лошадей против 80-тысячной армии инков, Писарро атаковал и одержал победу в битве при Кахамарке, взяв Атауальпу в плен и заключив в комнате выкупа. Несмотря на выполнение обещания заполнить одну комнату золотом, а две серебром, он был обвинен в убийстве своего брата и заговоре против Писарро, а затем казнен.

После казнения Атауальпы, сопротивление инков на севере империи в течение двух лет возглавлял его военачальник Руминьяви, в то время как на юге империи испанцы нашли себе союзников из рядов самих инков. Столица инков, город Куско, была покорена испанцами в 1536 году. Инка Манко Инка Юпанки, в качестве законного правителе, вынужден был из-за жестокого обращения испанцев, с небольшим количеством приверженцев скрыться в горный регион Вилькабамба, где господство инков продолжалось еще около тридцати лет в Новоинкском государстве. В 1572 году последний правитель инков — Тупак Амару был обезглавлен. Это обозначило конец империи Тауантинсуйу. Государство было разграблено, культура инков разрушена. Покоренные инки вошли в состав народности кечуа.

Завоевания Хименеса де Кесады

В апреле 1536 года из города Санта-Марта на карибском побережье вышел отряд в восемьсот человек под предводительством Гонсало Хименеса де Кесады, направленный испанским губернатором для разведки и завоевания внутренних областей Колумбии. Во многом это было вызвано широко разнесшемся слухом о мифической стране Эльдорадо. В течение почти девяти месяцев отряд Кесады продвигался к землям чибча, встречаясь по пути с множеством препятствий. Более шестисот человек погибло от болезней, пало в стычках с индейцами. В 1537 году оставшаяся часть отряда из менее чем двухсот человек достигла плато Кундинамарка. Ослабленные междоусобными войнами и нападениями соседних племен чибча, к тому же сначала принявшие испанцев за богов, оказали совершенно незначительное сопротивление. В 1539–1540 годах важные завоевания на территории нынешней Колумбии в провинциях Ансерма и Кимбайя осуществил маршал Хорхе Робледо, в составе экспедиций которого принял участие «первенствующий хронист Индий» Педро де Сьеса де Леон. К 1541 году земли чибча-муисков полностью вошли в состав Новой Гранады. Ее столицей стал город Санта-Фе-де-Богота, основанный Гонсало Кесадой 6 августа 1538 года на месте сгоревшей индейской крепости Факаты.

Сокровища, захваченные конкистадором Гонсало Хименесом де Кесадой на территории Колумбии у чибча-муисков, составили меньшее количество, чем захваченное Франсиско Писарро у инков, как видно из доклада королевских чиновников Хуана де Сан Мартина и Антонио де Лебрихи, принявших личное участие в походе (июль 1539 года).

Новые торговые пути

В 1543 году три португальских купца стали первыми европейцами, достигшими и непосредственно торговавшими с Японией. Согласно Фернану Мендешу Пинту, который принимал участие в этом путешествии, они прибыли в Танегасиму, где произвели впечатление на местных жителей огнестрельным оружием, которое японцы в скором времени смогли скопировать и производить в больших количествах.

Для завоевания Филиппин король Филипп II направил Андреса Урданету. Урданета согласился отправиться к Филиппинам, однако отказался руководить экспедицией, и вместо него был назначен Мигель Лопес де Легаспи. Экспедиция вышла в море в ноябре 1564 года. Спустя долгое время, 1 июня 1565 года, испанцы высадились на Себу, но вскоре должны были отплыть к 38-му градусу северной широты, чтобы успеть воспользоваться попутными ветрами.

Он полагал, что пассаты Тихого океана дуют по большому кольцу, так же как и в Атлантике. Если в Атлантическом океане корабли использовали Volta do mar, который приводил их обратно к Мадейре, то, как они предположили, если они отплывут на север перед движением на восток, им будут сопутствовать пассаты, которые помогут вернуться к побережью Северной Америке. Эти расчеты подтвердились, и экспедиция, возвращаясь, оказалась у побережья Калифорнии около мыса Мендосино, а затем отправились вдоль побережья на юг. Корабль прибыл в Акапулько 8 октября 1565 года, преодолев двенадцать тысяч миль (двадцать тысяч километров) за сто тридцать дней. Четырнадцать членов экипажа погибли в пути; только Урданета и Фелипе де Сальседо, племянник Лоопеса де Легаспи, имели достаточно сил, чтобы бросить якорь.

Таким образом был открыт транстихоокеанский испанский торговый маршрут между Мехико и Филиппинами. Долгое время этим путем следовали Манильские галеоны, обеспечивающие торговые связи между Китаем, Америкой и Европой через комбинацию транстихоокеанских и трансатлантических маршрутов.

Новый путь к Индонезии и Филлипинам, но уже из Южной Америки, был разведан в ходе экспедиции, в которой принял участие в качестве капитана одного из кораблей известный космограф и мореплаватель Сармьенто де Гамбоа. Перуанский губернатор Гарсия де Кастро приказал подготовить армаду для открытия и заселения островов Авачумби и Ниначумби, которые, согласно инкским легендам, были найдены в Южном море правителем Тупаком Инкой Юпанки. Генералом экспедиции был выбран его племянник — Альваро де Меданья. Корабли вышли из порта Кальяо 19 ноября 1567 года. Несмотря на возникшие разногласия между генералом и Сармьенто, они прибыли кархипелагу Соломона, который подчинили королевской короне. Взаимные упреки продолжились в январе 1569 года в порту Сантьяго, в Колима (Мексика), однако считается достаточно вероятным, что мореплаватели все же достигли берегов Австралии.

Северная Европа

20 мая 1570 года Жиллес Коппенс де Дист в Антверпене опубликовал пятьдесят три карты, созданные Абрахамом Ортелием, собранные в «первый современный атлас» под названием «Theatrum Orbis Terrarum». До 1572 года вышло три латинских издания атласа (кроме голландского, французского и немецкого изданий); атлас продолжал пользоваться популярностью до примерно 1612 года. Представлена карта мира из этого атласа.

Неиберийские нации были возмущены, узнав о Тордесильясском договоре. Франция, Нидерланды и Англия имели давние морские традиции и стали поощрять каперство. Несмотря на монополию иберийских стран, новые технологии и карты вскоре стали доступны и в других европейских странах.

В 1568 году голландские провинции восстали против правления испанского короля Филиппа II, что послужило началом Восьмидесятилетней войны. Кроме того, разразилась война между Англией и Испанией. В 1580 году Филипп II стал также королем Португалии, объединив владения обоих государств под одной короной. Объединенная империя оказалась слишком большой, и другие европейские державы не могли допустить укрепления ее могущества.

Войска Филиппа захватили важные торговые города Брюгге и Гент. Антверпен, ставший важнейшим портом мира, пал в 1585 году. Протестантское население получило два года, чтобы уладить дела и покинуть город. Многие из них осели в Амстердаме. Среди них было много квалифицированных ремесленников, богатых купцов портовых городов беженцев по религиозным причинам, в том числе сефардов из Португалии и Испании и, позже, гугеноты из Франции. Отцы-пилигримы ненадолго обосновались здесь перед переселением в Новый Свет. Эта массовая иммиграция стала важным фактором развития Амстердама: небольшой порт в 1585 году, он быстро превратился в один из важнейших торговых центров мира. После разгрома Непобедимой армады в 1588 году Амстердам стал бурно развиваться за счет морской торговли.

Утверждение голландцев в качестве великой морской державы было очень быстрым: издавна голландские моряки участвовали в португальских плаваниях на восток как способные мореплаватели и хорошие картографы. В 1592 году голландскими купцами в Лиссабон был отправлен Корнелиус де Гаутман, который собрал важнейшую информацию об Островах Пряностей. В 1595 году купец и путешественник Ян ван Линсхотен, который ранее на португальской службе посещал Индийский океан, опубликовал свой «Отчет о морских путешествиях португальцев на Восток» в Амстердаме. В нем он описал морскую навигацию между Португалией и Ост-Индией и Японией. В то же самое время Гаутман, следуя этим инструкциям, отправился в первую голландскую экспедицию на поиск нового морского пути, проплыв непосредственно от Мадагаскара до Зондского пролива в Индонезии и подписал договор с султаном Бантена.

Голандцы и британцы были заинтересованы в получении новой информации, и для своей экономической экспансии создали Английскую (1600) и Голландскую (1602) Ост-Индские компании. Голландцы, французы и англичане посылали свои суда, разрушая монополию португальцев, которые были в состоянии конролировать только прибрежные территории, и, в конечном счете, уже не могли эффективно защищать свои интересы.

Северная Америка

В 1497 году английская экспедиция Джона Кабота стала первой в ряду французских и английских исследований Северной Америки. Испания относилась весьма сдержанно к изучению северной части Америки, так как все ее ресурсы были сконцентрированы в Центральной и Южной Америке, где были обнаружены значительные богатства. Целью этих экспедиций был поиск Северо-Западный прохода между океанами, который мог стать коротким путем азиатской торговли. Он так и не был обнаружен, но собранная информация все же нашла применение, и в начале XVII века колонисты из североевропейских регионов начали основывать поселения на восточном берегу Северной Америки.

В 1524 году итальянец Джованни да Верраццано по приказу французского короля Франциска I, который был возмущен несправедливым разделом мира между Португалией и Испанией, вышел в море. Верраццано исследовал Атлантическое побережье Северной Америки от Южной Каролины до Ньюфаундленда и стал первым европейцем, который посетил земли, на которых в последующем появились Вирджинская колония и США. В том же самом году Эштеван Гомиш, португальский картограф, который был спутником Фернана Магеллана, исследовал побережье Новой Шотландии, затем отправился на юг через Мэн, где вошел в Нью-Йоркскую бухту, Гудзон, и наконец в августе 1525 года достиг Флориды. В результате на основании данных экспедиции в 1529 году Диогу Рибейру создал карту мира, на которой очень точно было отображено восточное побережье Северной Америки. С 1534 по 1536 год французский первопроходец Жак Картье, который, как полагают, принимал участие в экспедициях Верраццано к Новой Шотландии и в Бразилию, стал первым европейцем, совершившим путешествие вглубь Северной Америки, описав залив Святого Лаврентия, которую он назвал Страна Канадас по ирокезскому названию местности, и объявил, что Канада является владением французского короля Франциска I.

Европейцы начали исследования тихоокеанского побережья в середине XVI столетия. Франсиско де Ульоа исследовал воды вблизи тихоокеанского побережья современной Мексики, в том числе Калифорнийский залив, доказав, что Калифорния является полуостровом. Несмотря на это открытие, в Европе еще долгие годы Калифорния ошибочно считалась островом. Ему принадлежит также первое письменное упоминание названия «Калифорния». Хуан Родригес Кабрильо, португальский мореплаватель на испанской службе, 28 сентября 1542 года стал первым европейцем, ступившим на берег Калифорнии, он высадился на берег бухты Сан-Диего и объявил Калифорнию испанским владением. Он также высадился на остров Сан-Мигель в архипелаге Чаннел, и доплыл до мыса Рейес. После его смерти экипаж корабля продолжил путь на север и исследовал побережье до Орегона.

Англичанин Фрэнсис Дрейк совершил плавание к побережью Северной Америки в 1579 километрах к северу от места высадки Кабрильо — на сегодняшний день точное место и время высадки Дрейка неизвестны — и объявил эту землю владением английской короны, назвав ее Новый Альбион. Название «Новый Альбион» с тех пор стало использоваться на многих европейских картах для обозначения территорий к северу от испанских поселений.

В 1609–1611 годах, после нескольких путешествий для исследований для английских купцов Северо-Восточного прохода в Индию из Англии, англичанин Генри Гудзон на службе Голландской Ост-Индской компании (VOC) исследовал район современного города Нью-Йорк, пытаясь найти западный путь в Азию. Он исследовал реку Гудзон, заложив фундамент голландской колонизации региона. Последняя экспедиция Гудзона далее направилась на север в поисках Северо-Западного прохода, открыв Гудзонов пролив и Гудзонов залив. После зимовки в заливе Джеймса Гудзон попытался продолжить свой поход весной 1611 года, но команда подняла мятеж и его с частью команды высадили в лодку, а корабль вернулся.

Поиски Северного пути

Франция, Нидерланды и Англия не располагали другим морским маршрутом в Азию, кроме длинных переходов вокруг Африки или Южной Америки. После того, как стало известно, что не существует такого пути через середину Американского континента, они обратили внимание на возможность прохода через северные воды, который англичане назвали Северо-Западным проходом. Большая коммерческая ценность такого прохода была серьезным стимулом для исследования обоих побережий Северной Америки и берегов России. В России идея о возможности морского пути из Атлантического океана в Тихий впервые была озвучена дипломатом Дмитрием Герасимовым в 1525 году, однако русские поселенцы побережья Белого моря, поморы, знали об отдельных участках этого пути еще с XI века.

В 1553 году английский исследователь Хью Уиллоби и капитан Ричард Ченслор на трех кораблях были отправлены в поисках прохода Лондонской Компанией купцов-авантюристов в новых землях. Во время плавания по Баренцевому морю Уиллоби обнаружил острова на севере, которые назвал Землей Уиллоби, которая в 1640-е годы попала на карты Планциуса и Меркатора. Корабли разделились в сложных погодных условиях в Норвежском море и Уиллоби зашел в залив рядом с современной границей Финляндии и России. Его корабли с замершими экипажами, в том числе сам капитан Уиллоби и его судовой журнал, были обнаружены русскими рыбаками годом позже. Ричард Ченслор смог бросить якорь в Белом море, по суше добрался в Москву ко двору Ивана Грозного, начав торговлю между Россией и Компанией купцов-авантюристов, которая стала Московской компанией.

В 1608 году Генри Гудзон совершил свое второе путешествие, во время которого он хотел найти проход через север России. Он дошел до Новой Земли, но потом был вынужден вернуться.

Исследование Арктики

5 июня 1594 года голландский картограф Виллем Баренц выплыл от острова Тексел с флотом из трех кораблей к Карскому морю, где они рассчитывали найти Северный проход вокруг Сибири. У острова Уильямса путешественники впервые встретили белого медведя. Они попытались взять его на борт, но медведь проявил агрессивность и был убит. Баренц достиг западного побережья Новой Земли и повернул на север, а впоследствии был вынужден вернуться из-за опасности больших айсбергов.

На следующий год Мориц Оранский назначил его руководителем новой экспедиции из шести кораблей, нагруженных товарами, которые голландцы рассчитывали продать в Китае. Партия встретилась с самодийцами, но была вынуждена вернуться, так как Карское море замерзло. В 1596 году Генеральные штаты объявили высокую награду любому, кто успешно пройдет Северным путем. Муниципалитет Амстердама приобрел и снарядил для поиска неизведанного прохода два небольших судна, капитанами которых стали Ян Рийп и Якоб ван Хемскерк, руководителем экспедиции снова был назначен Баренц. Они выплыли в мае, а уже в июне открыли острова Медвежий и Западный Шпицберген, увидев его северо-западный берег. Они обнаружили большой залив, который впоследствии был назван Раудфьорден и вошли в Магдаленефьорден, затем проплыли по северному проливу Форландсундет, но были вынуждены вернуться из-за недостаточной глубины. 28 июня они обошли с севера Землю Принца Карла (на мысе было множество птиц), а затем направились на юг, пройдя Исфьорд и Бельсунн.

Корабли снова подошли к острову Медвежьему 1 июля, после чего разделились: Баренц продолжил плыть на северо-восток, а Рийп направился на север. Баренц достиг побережья Новой Земли и, чтобы избежать ледового плена, продолжил плыть к проливу Карские Ворота, но, тем не менее, оказался зажат айсбергами и плавучими льдами. Сев на мель, шестнадцать членов экипажа были вынуждены провести зиму во льдах. Используя лесоматериалы со своего корабля, они построили домик. В борьбе с холодом они использовали ткани, предназначенные для продажи, чтобы сделать одеяла и одежду, ставили примитивные ловушки на песцов, а также на белых медведей. С наступлением июня лед все еще сковывал судно, поэтому страдающие от цинги моряки взяли две небольшие шлюпки и вышли в море. Баренц умер в море 20 июня 1597 года, когда изучал карты. Более семи недель шлюпки плыли до Колы, где их подобрало русское торговое судно. Только двенадцать членов экипажа выжили; вернувшись в Амстердам, двое из спутников Баренца опубликовали свои дневники, Ян Гюйген ван Линсхотен, сопровождавший его в первых двух плаваниях, и Геррит де Веер, который был корабельным плотником.

Голландская Австралия и Новая Зеландия

Terra Australis Ignota (лат. — неизвестная земля на юге) была гипотетическим континентом, изображаемым на европейских картах с XV по XVIII века, и являлась понятием, истоки которого восходят к Аристотелю. Он изображался на дьепских картах середины XVI века, где его береговая линия находилась к югу от островов Ост-Индии; часто на месте континента изображались различные фиктивные детали. Уже сделанные открытия уменьшили белые пятна на картах, где этот континент мог бы быть обнаружен, но, тем не менее, многие картографы доверяли мнению Аристотеля, в том числе Герард Меркатор (1569) и Александр Далримпл даже в 1767 году спорили о его существовании, причем главным аргументом в пользу его наличия была необходимость существования суши большой площади в Южном полушарии для противовеса известной массы суши Северного полушария. Когда очередной раз открывали новые земли, их часто ассоциировали с этим гипотетическим континентом.

Хуан Фернандес, отплывший от берегов Чили в 1576 году, утверждал, что открыл Южный континент. Галисийский мореплаватель на испанской службе Луис Ваэс де Торрес, доказал существование пролива к югу от Новой Гвинеи, который сегодня носит его имя. Педро Фернандес де Кирос, португальский мореплаватель на испанской службе, обнаружил большой остров к югу от Новой Гвинеи в 1606 году, который назвал La Australia del Espiritu Santo. Он доложил королю Испании, что это искомая Terra Australis incognita. Тем не менее теория открытия де Киросом Австралии сомнительна, считается, что он открыл Новые Гебриды, крупнейший остров этого архипелага носит название Эспириту-Санто.

Голландский мореплаватель и губернатор Виллем Янсзон стал первым европейцем, увидевшим побережье Австралии. Янсзон отправился в свое третье плавание из Нидерландов к Ост-Индии 18 декабря 1603 года в качестве капитана Duyfken, одного из двенадцати судов большого флота Стивена ван дер Хагена. Уже в Ост-Индии Янсзон получил приказ отправиться на поиски новых торговых возможностей, в том числе «к большой земле Новой Гвинеи и другим восточным и южным землям». 18 ноября 1605 года Duyfken вышел из Бантама к западному берегу Новой Гвинеи. Янсзон пересек восточную часть Арафурского моря, и, не увидев Торресов пролив, вошел в залив Карпентария. 26 февраля 1606 года он высадился у реки Пеннефазер на западном берегу полуострова Кейп-Йорк в Квинсленде, рядом с современным городом Уэйпа. Это была первая задокументированная высадка европейцев на австралийский континент. Янсзон нанес на карту около трехсот двадцати километров побережья, полагая, что это южное продолжение Новой Гвинеи. В 1615 году Якоб Лемер и Виллем Корнелис Схаутен, обойдя мыс Горн, доказали, что Огненная Земля является островом и не может быть северной частью неизвестного южного континента.

В 1642–1644 годах Абель Тасман, также голландский исследователь и купец на службе VOC, обошел вокруг Новой Голландии, доказав, что Австралия не является частью мифического южного континента. Он стал первым европейцем, достигшим острова Земля Ван-Димена (сегодня Тасмания) и Новой Зеландии, а также в 1643 году наблюдал острова Фиджи. Тасман, его капитан Вискер и купец Гилсманс также нанесли на карту отдельные участки Австралии, Новой Зеландии и тихоокеанских островов.

Чайные и опиумные войны

Первое достоверное упоминание о чае в Древнем Китае датируется с некоторыми оговорками 770 годом до н. э. Чай долгое время использовался преимущественно в качестве лекарства. Только в эпоху великой империи Тан, начиная примерно с VIII–IX веков, он окончательно перешел в разряд пищевых продуктов. Но и тогда чай еще мало походил на привычный нам напиток. На его основе готовили что-то вроде «чайного супа», в который помимо самого чайного листа добавляли масло, соль и, возможно, еще какие-то ингредиенты. Нечто подобное еще можно попробовать в Тибете или Центральной Азии, куда этот рецепт попал из Китая.

В самой же Поднебесной в начале второго тысячелетия мода сменилась — «чайный суп» был вытеснен напитком, который готовили из растертого буквально в пыль чайного порошка. При заваривании (иногда с добавлением молока) его взбивали специальным бамбуковым венчиком. Получался густой ярко-зеленый отвар с красивой пенкой и насыщенным вкусом. Сегодня такой чай можно попробовать в Японии, где его называют «матэ» и используют в чайной церемонии. В Китае традиция приготовления порошкового чая, как и многие другие элементы богатой, утонченной культуры эпохи Сун, не пережила страшного удара, нанесенного монгольскими завоевателями. Только к концу XIV века, когда страна стала постепенно приходить в себя, культура чая и чаепития начала оживать.

Есть белый чай, желтый, затем собственно зеленый, затем улун, красный чай и лишь затем черный. То, что мы привыкли называть черным чаем, китайцы именуют красным, а к черным относят постферментированные чаи многолетней выдержки (элитные сорта черного чая, к примеру пуэра, выдерживают до двадцати пяти лет в абсолютной темноте, периодически смачивая и снова высушивая; в таком чае кофеина больше, чем в хорошем кофе).

Путь из крупнейшего порта Южного Китая, Кантона (Гуанчжоу), до Англии по морю вокруг мыса Доброй Надежды в начале XIX века занимал от четырех до шести месяцев. Конечно, ящики с чаем покрывали свинцом, корабельные трюмы тщательно задраивали, но все равно чай неизбежно отсыревал. К тому же, попав в Лондон, товар отнюдь не сразу оказывался у потребителя. Ост-Индская компания, которая имела монопольное право ввозить чай в Англию, по закону была обязана держать на складах годовой его запас. Естественно, компания в первую очередь старалась сбыть старый чай, так что новому приходилось дожидаться своей очереди не меньше года.

На корабли в Кантоне грузили отнюдь не свежесобранный лист. Собирают его в четыре-пять приемов с мая по август (каждый следующий урожай дает листья более низкого качества). Учитывая, что основные плантации находились в 500–600 километрах от Кантона и доставка велась в основном по суше носильщиками, основная масса чая прибывала в порт в период, когда судоходный сезон, который определяли муссоны Южно-Китайского моря, уже заканчивался, и товар почти на год оседал в портовых складах. Иными словами, чай попадал в английский заварочный чайник года через три после того, как он был собран где-нибудь в горах провинции Фуцзянь. Ни один из изысканных сортов чая, которые особенно ценили сами китайцы, не мог выдержать столь длительного хранения в отнюдь не идеальных условиях. Единственные сорта, которые более или менее сохраняли свои свойства, были красный и черный. Но настоящий постферментированный черный чай был слишком экзотичным даже для грубого (по китайским меркам) европейского вкуса. Оставался лишь красный, который и стал европейским черным.

К началу XIX века чай стали закупать Россия, Голландия и США в объемах, исчислявшихся миллионами фунтов в год. Но это ничто в сравнении с двадцатью миллионами фунтов, которые в тот период ввозила Великобритания. Это был подлинный чайный бум, на каждого англичанина (включая грудных младенцев) приходилось не менее двух фунтов (чуть меньше килограмма) в год. Таможенные пошлины, поступавшие ежегодно в казну от импорта чая, составляли минимум три миллиона фунтов стерлингов. Это покрывало половину расходов на содержание могучего британского флота.

Но Китай был далеко не простым торговым партнером. Главным образом потому, что европейцам почти нечего было предложить Поднебесной взамен чая. В самом начале XIX столетия экономика Китая, безусловно, была самой мощной в мире. ВВП страны, по некоторым оценкам, превосходил соответствующий совокупный показатель Европы. Более того, Китай был почти самодостаточен, то есть производил почти все, в чем нуждался. Поэтому он держал границы закрытыми и свел внешнюю торговлю если не к нулю, то к тоненькому ручейку.

Такая система выстраивалась на протяжении XVII и XVIII веков и к началу XIX века превратилась в глубоко укоренившуюся традицию. Лишь два порта на всем огромном китайском побережье были открыты для кораблей «заморских дьяволов» — Макао (португальская «колония», где сосуществовали две администрации: европейская и китайская; причем последняя, контролировавшая коренное население, а значит, и рабочую силу, была весьма влиятельна) и Кантон.

В Кантоне осуществлялась непосредственно торговля, но она, как и нахождение там европейцев, была обставлена множеством запретов и административных рогаток. Европейские купцы имели право оставаться в Кантоне лишь на протяжении торгового сезона (с октября по март), в остальные месяцы они должны были закрывать свои фактории и переселяться в Макао. Вход в сам город был для них закрыт — европейцам выделили небольшой участок на берегу реки за городской стеной размером приблизительно в два футбольных поля. На нем ютились 13 торговых факторий со складами и всей «инфраструктурой» этой мини-колонии: лавками, мелкими мастерскими, питейными заведениями…

Общаться напрямую с китайскими властями торговцы не могли. Существовала специальная китайская гильдия купцов, так называемый Кохонг (от искаженного китайского Гунхан — Государственный торговый дом), и кто-то из ее членов должен был выступать поручителем за каждую европейскую торговую компанию и за каждого частного купца. Все контакты с местными чиновниками осуществлялись исключительно через этого поручителя. Он был собственником здания фактории, а фирма только его арендовала. Он же прямо или косвенно обеспечивал своих подопечных вспомогательным персоналом — переводчиками, компрадором (управляющим), шроффами (денежными менялами), просто слугами. Через него осуществлялись все торговые операции (по крайней мере, легальные). Член гильдии также осуществлял негласный надзор за вверенными ему «варварами», он отвечал за их поведение своим имуществом, а случалось и головой.

В большинстве случаев члены гильдии поддерживали вполне теплые, иногда даже дружеские отношения с опекаемыми европейцами, но от этого надзор не переставал быть надзором, а торговые ограничения — торговыми ограничениями. По сути, Китай давал понять заморским гостям: «В вас здесь не нуждаются; смиритесь и скажите спасибо, что с вами вообще имеют дело».

Ввозить в Китай удавалось (в небольших количествах) сырье — хлопок-сырец из Индии, свинец из Англии, олово из Малакки — да еще предметы роскоши: меха и ласточкины гнезда для приготовления знаменитого китайского супа (их поставляли из Юго-Восточной Азии). В XVIII веке популярность приобрели европейские часы и заводные механические игрушки. Но все это не могло обеспечить сколько-нибудь заметный оборот. Вывозили же европейцы из Китая существенно больше, чем ввозили: фарфор, ткани, предметы традиционных искусств и ремесел.

В XVIII веке Европу охватила мода на все китайское — почти во всех домах были китайские ширмы или шкатулки.

За большую часть вывозимого чая приходилось платить серебром, и по мере роста аппетитов потребителей этого серебра требовалось все больше. Остановить чайную торговлю было невозможно: без этого напитка уже не мыслила своей жизни значительная часть населения, да и процветание бизнеса самого разного уровня, а также государственных финансов прямо зависело от нее.

Спас положение опиум. Поначалу европейцы на него не ставили, они просто пробовали ввозить разные новые товары в надежде, что какой-то, что называется, пойдет. И опиум пошел: если во второй половине XVIII века крупнейшим рынком сбыта производимого Ост-Индской компанией опиума был малайский остров Пенанг, а на рубеже XIX века — Ява, то к 1820 году свыше 90 процентов ее опиумного экспорта, то есть более 5000 ящиков в год, приходилось на Китай. К 1829 году этот объем почти утроился, а еще через четыре года достиг 20 000 — более 1000 тонн! Наконец-то появился товар, который мог заткнуть злосчастную брешь в торговом балансе Запада и Востока. Как же удавалось ввозить в страну такую массу запрещенного (вспомним императорские указы) товара? Ведь столь респектабельная компания, как Ост-Индская, не стала бы заниматься контрабандой.

Компания «Джардин, Мэтисон и К°», самый крупный агентский дом из тех, что участвовали в китайской опиумно-чайной торговле, успешно функционирует и сегодня. Она является видным игроком на восточноазиатских рынках и одним из крупнейших импортеров китайского чая в Европу, а также инвестором, которому принадлежит, в частности, известная мировая сеть отелей «Мандарин Ориентал». О торговле опиумом компания предпочитает не вспоминать, хотя и не отрицает свою прошлую к ней причастность.

Сложившаяся в результате многочисленных проб и ошибок система торговли была по-своему гениальна. Ост-Индская компания отдала локальную торговлю между Индией и Китаем на откуп частным купцам, сохранив за собой лишь монополию на поставки чая из Кантона напрямую в Англию и на производство опиума в Индии. Готовый продукт компания доставляла в Калькутту, здесь он продавался на открытых аукционах, и все — дальше компания не несла за товар никакой ответственности.

Непосредственной его доставкой в Китай занимались агентские компании, базировавшиеся в Макао и Кантоне. Поскольку опиум в Калькутту поступал более или менее круглый год, этим компаниям нужно было обеспечить столь же ритмичную его доставку потребителю — зависеть от попутных сезонных муссонов, дувших в Индийском океане и Южно-Китайском море, они никак не могли. В результате был создан принципиально новый тип судов — опиумные клиперы, которые обладали способностью двигаться практически навстречу сильнейшим муссонам.

Но все затраты окупались многократно. Ведь себестоимость одного ящика опиума в Индии составляла около 150 фунтов стерлингов, в Кантоне же его цена в 1820-е годы достигала 520 фунтов. А один клипер средних размеров вмещал до трехсот ящиков. На нынешние цены один рейс приносил до четырех миллионов долларов чистой прибыли. Рейсов же судно за год совершало два-три, и у крупных агентских компаний в море одновременно могли находиться десяток и более клиперов.

Наркотик агентская компания доставляла к месту впадения Жемчужной реки (Чжуцзян), выше по течению которой стоит Кантон. Ее широкая дельта образует залив, известный европейцам под названием Бокка-Тигрис («Пасть тигра»). Он представляет собой настоящий лабиринт, образованный множеством островов (в основном необитаемых) и отмелей, в котором легко было отыскать защищенную от штормов стоянку. Здесь в водах, которые условно можно назвать нейтральными (китайские таможенники досматривали грузы выше по реке), наркотик перегружался на специальные «приемочные суда» — своеобразные плавучие склады.

Непосредственной реализацией товара занимались представители агентской компании, снимавшей помещение в одной из тринадцати факторий. Все сделки (и не только запрещенные опиумные) совершались без осмотра товара, исключительно под честное слово. И китайские, и европейские купцы слишком дорожили своей репутацией, чтобы пойти на обман. Ударив по рукам с покупателем (как правило, с ведома своего «покровителя» из Кохонга), агент выписывал (зачастую на первом попавшемся клочке бумаги) нечто вроде накладной: «Выдать предъявителю сего такое-то количество товара». Доставка опиума на берег с приемочного корабля была уже делом покупателя. Для этого использовали маленькие и юркие китайские гребные суденышки, которые европейцы называли быстрыми крабами.

Опиум принимали с различными целями: как обезболивающее, как снотворное и, естественно, как наркотик.

В странах Средиземноморья и Западной Европы, где имелись давние винодельческие традиции, в этом последнем качестве его использовали относительно редко — здесь соответствующая ниша была прочно занята вином и прочими алкогольными напитками. На Востоке же культура виноделия и винопития либо вообще не развилась, либо была подорвана с приходом ислама, запрещающего употребление вина. Во многом поэтому опиум там стали все больше использовать не в медицинских, а в «развлекательных» целях.

Это резко расширило круг потребителей наркотика и создало огромный, устойчивый спрос на него. В Индии, например, правители из династии Великих Моголов быстро оценили экономические выгоды, которые сулил новый рынок, и установили государственную монополию на торговлю опиумом. Впоследствии Ост-Индской компании не пришлось ничего выдумывать и создавать с нуля — она просто переняла прекрасно налаженный, приносящий весомые прибыли бизнес и расширила его.

Судя по всему, именно опийный мак фигурирует в шумерских клинописных текстах под названием «растение радости». Про древних египтян точно известно, что они использовали опиум для анестезии. Родина опийного мака, равно как и технологии получения наркотика из каучукообразного сока, выступающего из надрезов на его коробочках, — Средний Восток, регион знаменитого Плодородного Полумесяца. Отсюда получали опиум греки и римляне, а потом и европейцы. Везли его купцы не только на Запад, но и в Иран, Индию и Центральную Азию.

Везде, и в Европе, и на Востоке, опиум либо пили (растворяя его в воде или спиртных напитках), либо глотали сухим небольшими порциями. Непосредственный эффект от такого употребления сравним с тем, что дает умеренная доза легкого наркотика вроде марихуаны, то есть он был скорее расслабляющим и тонизирующим, чем опьяняющим средством. Английские военные врачи неоднократно наблюдали, как сипаи-индийцы в армии Ост-Индской компании после тяжелого марш-броска глотали на привале опиум, чтобы быстро восстановить силы. О разрушительном действии наркотика на организм, эффекте привыкания до конца XIX века никто не задумывался. Европейские врачи применяли опиум для лечения едва ли не всех болезней — диареи, дизентерии, астмы, ревматизма, диабета, малярии, холеры, лихорадки, бронхита, бессонницы — и просто для снятия болей любого происхождения. Часто за болезнь принимали наркотическую ломку, но врачи, прописывая больному новую дозу опиума, этого не понимали и радовались, что лекарство так хорошо помогает. Всевозможные успокоительные капли на основе опиума продавались в обычных аптеках. В одну Англию в первой половине XIX века ежегодно ввозилось до 20 тонн опиума, причем абсолютно легально. Общество волновала проблема пьянства, и по сравнению с дешевым джином опиум казался совершенно безобидным, даже полезным продуктом. Так, в 1830 году агроном-любитель из Эдинбурга получил престижную сельскохозяйственную премию за успехи в выращивании опийного мака в Шотландии.

Иными словами, обвинять производителей опиума, в частности британскую Ост-Индскую компанию, в преступной эксплуатации человеческой слабости не приходится. Опиумный бизнес тогда мало чем отличался от любого другого, правда, для компании он был очень важен, поскольку к началу XIX века она подошла в состоянии если не явного, то определенно назревающего кризиса.

Задуманная и созданная в свое время как чисто коммерческая корпорация, она де-факто превратилась в правительство Британской Индии — напрямую управляла обширными, густонаселенными территориями, имела собственный административный аппарат, большую профессиональную армию, осуществляла дипломатические функции. Все это требовало огромных денег.

О баснословных дивидендах, 300–400 процентов годовых, которые получали акционеры в XVII веке, теперь не приходилось и мечтать. Естественно, что в этих условиях Ост-Индская компания активно расширяла площади, занятые опийным маком, а две свои главные фабрики по переработке опиума-сырца постепенно превратила в гигантские предприятия.

При этом свою продукцию компания в Европу практически не поставляла. Слишком долог и дорог был морской путь вокруг мыса Доброй Надежды. Европейский спрос с лихвой удовлетворяла Турция. Индийский же опиум первоначально находил своего потребителя главным образом внутри самой Индии, но со временем все больше в Юго-Восточной Азии. Наркотик там долго употребляли также в виде раствора. Однако начиная с XVII века распространение табака, который приобрел огромную популярность в этом регионе, изменило и способ употребления опиума: его стали смешивать с табачными листьями и эту смесь, которая получила название «мадак», курить. Она все еще оставалась «легким» наркотиком, поскольку опиум в ней имел низкую степень обработки: содержание морфинов в смеси не превышало 0,2 процента. Однако идея, что опиум можно курить, родившись, не могла не быть доведена до логического завершения: курить его можно и в чистом виде.

Пришлось изобрести специальную опиумную трубку, которую не набивают и не раскуривают, — вместо этого над специальной лампой разогревают шарик опиума до температуры, близкой к температуре кипения, после чего курильщик быстро втягивает через мундштук образовавшиеся пары. Но плохо очищенный опиум, который употребляли внутрь или добавляли в табак, для этого не годился. При разогреве он просто сгорал, теряя большую часть дурманящих веществ.

В результате была разработана технология очистки опиума. Содержание морфинов в нем было доведено до 9—10 процентов, что в 50 раз больше, чем в мадаке. Тут уже ни о каком «поднятии тонуса» речь не шла — выкурив трубку, человек на какое-то время просто выпадал из жизни. Опиекурильни были очень спокойными заведениями — спокойными, как могила. Аналогия тем более уместна, что разрушение личности и здоровья курильщика шло стремительно и, как правило, бесповоротно. Для мира, который еще ничего не знал о наркозависимости, курение опиума неизбежно должно было стать страшным бичом. Весьма вероятно, что родина опиекурения — юго-восточное побережье Китая, место пересечения торговых путей (а значит, и культур) всей восточноазиатской ойкумены. В любом случае новый способ употребления опиума стал ассоциироваться именно с Китаем и китайцами (в том числе с китайцами диаспоры).

Власти Поднебесной опиумная проблема долгое время особо не волновала. Наркотик периодически запрещали (не слишком заботясь о соблюдении запретов), но не из-за пагубного его воздействия на здоровье подданных, а потому, что он был товаром привозным, все же иноземное в Китае приравнивалось к варварскому, то есть недостойному.

Однако в конце XVIII столетия беспокойство Пекина стало нарастать. Грозный (в отличие от многих предыдущих) антиопиумный указ император выпустил в 1780 году, и далее они посыпались как из рога изобилия. Это был уже не колокольчик, с помощью которого строгий, но милостивый учитель призывает к порядку расшалившихся школяров, а набатный колокол. Что же заставило власти изменить свое отношение к опиуму? Как ни удивительно, главную роль здесь сыграл чай, потребление которого в Европе как раз в этот период стало стремительно расти.

Ост-Индская компания производила опиум на двух фабриках, расположенных в городах Патна и Газипур (недалеко от Варанаси, в английской колониальной транскрипции — Бенареса). По названиям этих фабрик получили свои имена и два основных бренда опиума, завозившегося в Восточную Азию, — «патна» и «бенарес».

Наркотик поставлялся в стандартных ящиках из мангового дерева, вмещавших сорок шаров высушенного до нужной кондиции продукта общим весом около 54 килограммов. В таком виде опиум мог храниться годами, оставаясь годным к употреблению. Фабрика в Газипуре существует по сей день и производит до четверти всего опиума в мире, используемого легально в медицинских целях.

Вопреки распространенному мнению, прибыль Ост-Индской компании от непосредственной продажи опиума была относительно невелика — не более 5–6 процентов ее общего годового дохода. Ценность опиумной торговли для компании была в другом: она обеспечивала серебряной наличностью куда более прибыльную и стратегически важную чайную торговлю.

За опиум китайцы обычно платили серебром. Но в водах Южно-Китайского моря, кишащих пиратами, серебро в больших количествах пере возить было опасно. Поэтому агент, совершив сделку, обычно отправлялся в кантонское представительство Ост-Индской компании и покупал на вырученное серебро ее векселя, которые подлежали погашению в Лондоне. Это серебро компания немедленно пускала на закупку чая. Круг, таким образом, замкнулся — утекавший по «чайному» каналу драгоценный металл стал возвращаться по «опиумному».

Впрочем, по мере роста опиумных поставок объем серебряной выручки начал ощутимо превышать потребности чайной торговли. И корабли компании стали вывозить из Поднебесной не только чай, но и серебро. Теперь уже не Китай высасывал драгоценный металл из британской экономики, а наоборот, Британия — из китайской. Причем для Китая такой отток был значительно более чувствительным, поскольку других источников поступления серебра страна практически не имела (собственная добыча была незначительной).

Но проблемы, порождаемые опиумной торговлей, отнюдь не сводились к одной экономике, что китайским властям к 1820 годам стало очевидно и чего еще не осознала Европа, привыкшая видеть в опиуме лишь лекарство (в этом отношении обвинение, которое выдвинул в 1839 году против англичан императорский комиссар в провинции Гуандун Линь Цзэсюй, что те, дескать, наводняя Китай опиумом, ввоз его в свою страну запрещают, беспочвенно). В одном лишь Кантоне число курильщиков, попавших в полную зависимость от «иноземной грязи», исчислялось, по оценкам европейских миссионеров, десятками тысяч.

С побережья наркотик растекался по всей стране, достигая самых глухих деревень. Опиумная эпидемия поразила все слои общества. Когда император Даогуан, заняв в 1820 году трон, приказал подготовить доклад о степени распространения, как сейчас бы выразились, наркомании, то одним из самых пораженных этим недугом слоев оказались чиновники и армия. Более того, зараза просочилась и в Запретный Город — курильщики опиума были выявлены в ближайшем окружении самого Сына Неба.

Борьбу следовало вести по двум направлениям: доставка и распространение. Поднебесная не располагала военным флотом, который мог бы представлять реальную угрозу для кораблей агентских компаний, как правило, неплохо вооруженных ввиду постоянной угрозы нападения пиратов. Даже стоящие на якоре приемочные суда имели современные орудия и легко могли отбиться от любой флотилии боевых джонок.

Ужасающая коррупция местных властей (китайским чиновникам по традиции платили крайне мало, и считалось вполне нормальным, что они используют свое служебное положение для поправки материального) сводила на нет и любые меры верховной власти по борьбе с распространением наркотика. Мандарины и чиновники более низкого ранга сами активно участвовали в перепродаже контрабандного товара вглубь страны. Для отвода глаз они время от времени демонстрировали свое рвение: подождав, пока очередная опиумная флотилия разгрузится, отправляли против нее свои джонки. Те, стреляя в воздух и оглашая окрестности грохотом гонгов и барабанов, «преследовали» спокойно отплывающие в Индию клиперы, после чего в столицу отправлялась победная реляция: корабли «заморских дьяволов» после жестокой битвы рассеяны и обращены в бегство. Чтобы успокоить Пекин, власти Кантона время от времени ловили нескольких особо злостных (или просто невезучих) мелких розничных торговцев и торжественно казнили их при большом стечении народа.

К 1830-м годам опиум (и все с ним связанное) стал едва ли не определяющим фактором внутренней жизни Китайской империи, а чуть позже и внешней ее политики. Собственно, это, пусть и не в такой степени, относилось и к остальному миру. В опиумную торговлю были вовлечены отнюдь не только английские купцы и компании, но и американские (они везли в основном наркотик из Турции), а также индийские. Несколько крупных агентских фирм, работавших в Кантоне, принадлежали парсам (индийским зороастрийцам). Например, компания семьи Рамсетжи действовала на рынке как самостоятельно, так и в партнерстве с крупными английскими и американскими фирмами. В самой Индии за ней стояли могущественные сетхи (банкиры), которые сами часто открывали филиалы своих контор в Макао и Кантоне, а также раджи полунезависимых княжеств, отнюдь не гнушавшиеся вкладывать деньги в опиумный бизнес.

В начале 1830-х в Индии, в районе плато Мальва, появился третий, неподконтрольный компании (поскольку находился на земле «независимого» княжества) центр производства наркотика, успешно соперничавший с Патной и Бенаресом. Поступавший оттуда опиум так и назывался — «мальва». Он отличался худшим качеством, но был существенно дешевле. Массовый выброс «мальвы» на рынок в 1830–1832 годах (которому компания безуспешно пыталась воспрепятствовать) повлек за собой обрушение цен — с 2000 долларов за ящик до 600–700 и даже ниже. Чтобы не нести убытки, торговцам пришлось резко увеличить объемы поставок в Китай. Благо опиум — товар, который чем больше поставляешь, тем больше растет на него спрос. Таким образом чайно-опиумный баланс удалось сохранить.

Следующий удар Ост-Индская компания получила уже не с Востока, а с Запада. В 1834 году британский парламент отозвал у нее монополию на торговлю с Китаем. Нельзя сказать, что это было полной неожиданностью. Над миром вставала заря новой эры — свободной торговли и свободного капитала. Идеи Адама Смита и его последователей уже прочно овладели умами, и монополия компании выглядела явным анахронизмом. Долгое время ей удавалось отбивать атаки, однако державшие в руках кантонскую опиумную торговлю крупные агентские дома, такие как «Джардин, Мэтисон и К°» или «Дент», которые она сама фактически выпестовала, тоже хотели торговать чаем. Они-то и пролоббировали отмену монополии.

Теперь чай из Кантона в Англию мог везти любой английский торговец. Клиперы агентских компаний, которые в основном и захватили чайный рынок, стали не только доставлять опиум из Индии в Китай, но и чай из Китая в Европу. При этом отлаженная опиумно-чайно-серебряная схема продолжала работать и обороты торговли росли. Политические последствия отмены монополии оказались куда более серьезными. Ост-Индская компания в лице своих резидентов в Кантоне традиционно играла роль лидера всего европейского торгового сообщества на Дальнем Востоке. Чиновники компании, сами не вовлеченные в поставки опиума, обладали колоссальным дипломатическим опытом и знанием китайских реалий, поэтому им легко удавалось сглаживать острые углы, поддерживать общий мир. Теперь же вести тонкую дипломатическую игру стало некому, точнее, этим пришлось заняться купцам-агентам, которых интересовала в первую очередь прибыль и которые привыкли относиться к китайцам свысока.

Закончилось все это «опиумными войнами». Всего их было две: в 1840–1842 и 1856–1860 годах. Обе Китай вчистую проиграл, вследствие чего вынужден был открыть страну (в частности, отменить монополию Кохонга) и снять все ограничения на торговлю. Только через полстолетия, в 1913 году, пришедшие к власти после победы Синхайской революции демократы запретили ввоз наркотика в страну.

Поводом для первой из войн (1840–1842) послужила конфискация китайскими властями у английских торговцев более 20 000 ящиков с опиумом. Британия отправила к китайским берегам эскадру. Война завершилась быстрой победой англичан. 29 августа 1842 года был подписан Нанкинский мирный договор, по которому Китай выплачивал контрибуцию, отдавал британцам Гонконг и ликвидировал монополию Кохонга.

Однако европейцы так и не получили права беспрепятственно торговать опиумом. Во второй «опиумной войне» (1856–1860), предлогом для которой послужил захват китайцами английского судна «Эрроу» с контрабандой, участвовала коалиция западных держав: Англия, Франция и США. Неудивительно, что Китай снова проиграл.

В соответствии с новым Пекинским договором 1860 года страны-победительницы получали значительные привилегии в торговле с Поднебесной. В нем, в частности, была узаконена торговля опиумом.

Чайные гонки

Чайными гонками называли гонки клиперов с грузом чая по торговому пути из Китая в Англию. Ведь основным товаром, сулившим купцам немалые прибыли, был китайский чай. Перевозимый на старых судах, он иногда находился в пути по двенадцать месяцев, отсыревая и пропитываясь запахами трюма.

В 1834 году Ост-Индская компания потеряла монополию на торговлю с Китаем. В 1849 году было отменено действие кромвелевского Навигационного Акта. И в этом же году в первом же рейсе в Гонконг американский клипер «Ориенталь» на обратном пути затратил восемьдесят один день. В следующем году — восемьдесят дней. После этого английские купцы зафрахтовали его на перевозку в Лондон. В 1850 году на выполнение этого перехода клипер затратил девяносто семь суток. На верфи в Блэкуолле с него сняли мерку (пример промышленного шпионажа). Уже в следующем году с шотландской верфи Худа в Абердине вдогонку американцам сходят клипера «Сторнэуэй» и «Кризелайт». В 1852 году с верфи Грина в Блэкуолле сходит построенный по чертежам разработанным с «Ориенталя» — клипер «Челленжер».

«Гончие псы океана» — такое прозвище получили клиперы на Британских островах — доставляли грузы из Китая за три-четыре месяца. Количественно еще долгое время американский клиперный флот превосходил английский, и в течение еще нескольких лет на долю американских судов доставалась большая прибыль (англичанам приходилось фрахтовать американские суда).

С 1860 года американские клипера не фрахтовались англичанами, и клипер «Флайинг Клауд» был последним американским судном, доставившим чай в Лондон. Начиная с 1859 года, когда из китайских портов вышло одновременно одиннадцать клиперов, чайные гонки стали проводиться регулярно. Самая яркая из них, первая, прошла в 1866 году. Между 26 и 28 мая 1866 года с рейда города Фучжоу (Китай) стартовали шестнадцать клиперов.

Сразу же после старта лихорадка гонок охватила команды. На карту было поставлено все. «Ариель» много часов подряд шел буквально на боку. Однако вместо того, чтобы убрать хотя бы один парус или потравить шкоты, заделывали наглухо парусиной люки и всякие иные отверстия и щели. Люди натягивали на себя клеенчатую робу, или связывались шкертом по нескольку человек. Ни один не покинул своего места.

Штормовые шквалы были столь сильными, что, по мнению многих старых морских волков, могли бы перевернуть судно. Пять часов продолжалось сражение со стихией. Когда буря утихла, капитан выставил большую бочку — и с первого же стакана многих бросило в глубокий сон.

Наконец 5 сентября корабль приблизился к лондонским докам. Но «Ариель» настигал «Тайпин». Капитан приказал еще прибавить парусов. Все, до последней тряпки, подняли на реи и пошли еще круче к ветру. Соперник остался позади. К гавани устремились несметные толпы народа. С быстротой молнии облетела Лондон весть о прибытии первого гонщика. В мгновение ока огромный город будто вымер, фабрики и конторы обезлюдели. На причальной стенке разразилась нескончаемая буря оваций. Люди, как пчелы, облепили доки и восторженно махали оттуда шляпами и платками героям моря. Матросов наперебой целовали и засыпали подарками.

Для лондонцев все они остались героями «чайного рейса», даже тогда, когда выяснилось, что гонки выиграл все же «Тайпин», ошвартовавшийся на восемь минут позже: из Фучжоу он вышел через двадцать минут после Ариеля и к месту назначения пришел, таким образом, на двенадцать минут раньше.

Неудивительно, что молодые капитаны клиперов пользовались большой популярностью. Ими восхищались юноши, их обожали женщины. Девочки-подростки осаждали их, требуя автографы. Портреты их не сходили со страниц газет и модных журналов.

С разницей в десять минут в устье Темзы клипера приняли на борт лоцманов. По этому поводу была большая шумиха в прессе, и владельцы «Тайпина», получив премию, разделили ее с владельцами «Ариэля». А капитан «Тайпина» свою личную премию разделил с капитаном «Ариэля».

Возникли клиперы на американских верфях, а создателем их был конструктор Джон Гриффит. Первоначально это были лоцманские суда, которые у входа в Чезапикский залив ожидали появления заморских гостей. Во время англо-американской войны 1812 года за скорость и поворотливость клиперы заслужили славу наиболее результативных каперских судов.

Клипер — парусное судно с развитым парусным вооружением и острыми, «режущими воду» обводами корпуса. Дословно: стригун, то есть судно, «подстригающее» своим легким корпусом верхушки волн.

Для клиперов характерны были стройные корпуса, похожие на гигантских рыб. Устранено было все, что хоть в какой-то мере могло препятствовать уменьшению сопротивления воде и воздуху. Палубные надстройки сокращены до минимума. Судостроители сотворили истинное чудо, добившись легкости корпуса при одновременном увеличении прочности. Штевень резал волны, как острый нож. И это было ново: ведь даже у фрегатов носовая часть была сравнительно широкая, и они подминали воду под себя, вместо того, чтобы ее резать. Благодаря V-образной форме шпангоутов, острыми были и кормовые обводы, что препятствовало образованию завихрений.

«Катти Сарк» — единственный сохранившийся и самый известный в мире представитель великолепной плеяды «гончих псов океана». По пропорциям, конструкции и размерам корабль почти в точности соответствует непревзойденному клиперу «Фермопилы». Клипер «Катти Сарк» построили в 1869 году на шотландской верфи «Линтон энд Скотт» по специальному заказу судовладельца Джона Уиллиса, для участия в чайных гонках. Длина судна составляла 65 метров, ширина 12 метров, высота борта 6,5 метра. Судно трехмачтовое, с 29 основными парусами. «Катти Сарк» принадлежит рекорд пройденного пути за сутки — 363 мили, средняя скорость более 15 узлов.

Клиперы строили с таким расчетом, чтобы длина их почти в шесть раз превосходила ширину. Впервые к судостроению были применены законы гидродинамики. Легкость конструкции достигалась не в ущерб прочности, а путем применения отборной древесины и железных шпангоутов. Деревянная обшивка обивалась сверху медной жестью. Медная обивка подводной части судна, оказавшаяся весьма эффективной, впервые была введена в Англии. Она хорошо и на долгое время предохраняла корпус судна от обрастания ракушками и водорослями, а также от проедания древоточцами. Это позволяло на одну треть повышать путевую скорость и избавляло от необходимости частого килевания. Нельзя было только прилаживать по соседству какую-либо железную деталь: в сочетании с медью и соленой морской водой образовывался своего рода гальванический элемент, в результате действия которого медные листы быстро разрушались.

Появившиеся позже стальные четырехмачтовые барки уступали обитым медью деревянным судам, так как при скольжении в воде барки не обладали присущей клиперам эластичностью, в которой и заключалась тайна быстрых парусников. Ведь именно высокая эластичность была причиной удивительнейших морских качеств судов викингов и полинезийцев.

Для того чтобы можно было возводить все новые и новые этажи парусов, мачты клиперов делали необычайно высокими. У непривычного человека один лишь взгляд с палубы на верхушку мачты вызывал головокружение.

Для улучшения маневренных способностей судов на них выше марселей ставились еще брамсели. Над ними величественно возвышались бом-брамсели, так называемые у английских моряков «королевскими» парусами, а еще выше, белели трюмсели — «небесные» паруса.

Всего же мачты несли по шести-семи больших прямоугольных парусов. Сверх того, в носовой части судна имелись еще три кливера и фор-стеньги-стаксель. Утлегарь — рангоутное дерево, к которому крепились галсовые углы кливеров — выдавался далеко впереди форштевня. Но это было не все. Между мачтами имелось еще по три стакселя, с помощью которых удавалось ходить очень круто к ветру, а на выдвигающихся дополнительно с боков рей шестах, так называемых лисель-спиртах, крепились еще лисели. Вскоре за трехмачтовыми клиперами последовали четырехмачтовые. Одним из самых больших таких судов был построенный в Бостоне Грейт Рипаблик, длиной 95 метров. Грот-мачта клипера состояла из четырех частей: собственно мачты, стеньги, брам-стеньги и бом-брам— стеньги, называемой также «королевской стеньгой». Все стеньги при необходимости можно было спускать вниз. Мачты имели небольшой наклон назад.

Быстрые рейсы сулили судовладельцам значительное повышение доходов. Честолюбивые капитаны, как правило, участвующие в прибылях, лично подбирали экипажи, вплоть до последнего матроса. Игра стоила свеч: ведь превышение временных показателей грозило увольнением самому капитану. Правда, несколько выше стало и жалованье матросов, ибо служба их была неимоверно тяжелой.

Бешеного темпа требовали от транспортных средств и авантюристы-золотоискатели, валом повалившие в Калифорнию. Строительство трансконтинентальной магистрали с Востока на Запад США в середине прошлого века еще не было закончено, а Панамский канал только планировался, поэтому для охваченных золотой лихорадкой людей оставался лишь длинный морской путь — вокруг американского субконтинента. Быстроходные клиперы стали пользоваться огромным спросом. За место на судне платили любую цену. И тем не менее рейс клипера от Нью-Йорка до Калифорнии, вокруг мыса Горн, длился до четырех месяцев.

Несколько десятилетий просуществовал также флот парусных судов, пускавшихся в авантюрное, полное опасностей плавание вокруг южной оконечности Америки, чтобы доставить из Чили селитру для европейских полей и пороховых заводов.

Мысль о том, что США лидируют в постройке парусников, не давала спокойно спать владельцам английских верфей, и они поручили своим инженерам ответственное задание: разобраться во всех деталях конструкции американских клиперов. Вскоре подобные суда были заложены и на британских верфях. Киль, шпангоуты и весь остальной набор были железными, обшивка — деревянная (композит). В результате такого сочетания новые парусники, прозванные «морскими скакунами», приобрели еще большую скорость. Впервые появилась возможность доставлять в Европу калифорнийские фрукты.

Георг В. Глаузен, работавший на Текленборг-верфи в Геестенмюнде, сконструировал самый большой для того времени парусник — «Прейссен». Он имел 133,2 метра в длину, 16,4 метра в ширину и осадку в полном грузу 8,23 метра. Водоизмещение его составляло 11 150 тонн, а площадь парусов — 5560 квадратных метров. После восьми лет успешной морской службы этот парусник пал жертвой столкновения с английским пароходом, совершающим рейсы через Ла-Манш. Пароход рассчитывал пересечь курс Прейссен, но недооценил его скорости.

Известные клипера, их инженеры и строители

Нажим на капитанов со стороны судовладельцев, требующих совершать рейсы в кратчайшее время, заставлял их зверски эксплуатировать команду. На кораблях царила железная дисциплина. Об этом шла молва по всем портам, и не так-то просто было набрать достаточное число людей для рейса, тем более, что чрезвычайно развитый такелаж клиперов до предела выматывал силы команды. Нередко экипажи клиперов пополнялись школьниками или другими простаками, которые в поисках приключений легкомысленно подписывали вербовочный контракт.

В 1869 году был открыт Суэцкий канал, и для пароходов путь значительно сократился. В 1887 году путь из Бомбея в Лондон на пароходе занимал шестнадцать с половиной дней, из Мельбурна — тридцать пять дней. Они стали приходить первыми возить лучшие грузы, получать большую прибыль, и большим парусникам пришлось уйти на другие маршруты.

Content

Виктор Конев
Бермудский треугольник и другие загадки морей и океанов

Введение

Аномальные зоны

Бермудский треугольник

«Розали»

«Белла»

«Мэри Селест»

«Аталанта»

Покинутая шхуна

Барк «Фрея»

Джошуа Слокам

«Циклоп»

«Кэрролл А. Диринг»

«Раифуку-мару»

«Котопакси»

«Судуффко»

«Джон энд Мэри»

«Ла Дахама»

«Протеус» и «Нереус»

«Рубикон»

19-е звено

«Сити Белл»

«Летающая крепость»

Брошенная яхта

«Дакота»

«Сандра»

«Супер-Констеллейшн»

«Саутерн Дистриктc»

«Коннемара IV»

Бомбардировщик «Мартин Марлин»

Яхта «Ривонок»

«КВ-50»

«Марин Салфер Куин»

«Сноу Бой»

Самолеты «КС-135»

«С-119»

«Уичкрафт»

Подводная лодка «Скорпион»

Яхта «Тинмут Электрон»

«Эль Кэриб»

Танкер «В. А. Фогг»

«Норт Вэриент» и «Анита»

Рыболовное судно «Линда»

«Стар Тайгер»

Три жертвы в течение недели

Саргассово море

Море Дьявола

Гиперборея

Пацифида

Остров Пасхи

Смертоносная Пальмира

Барсакельмес

Алькатрас

Гавайи

Сегин

Остров кукол

Повегила

Йонагуни

Сэр Гудвин, пожиратель кораблей

Марианская впадина

Корабли-призраки

«Ангош»

«Летучий голландец»

«Мальборо»

«Орунг Медан»

«Сиберд»

«Эбий Эсс Харт»

Неизвестный фрегат

«Холчу»

«Кобенхавн»

«Джойта»

Подводная лодка

Тайны пиратов

Альвильда

Генри Морган

Фрэнсис Дрейк

Ингела Хаммар

Эдвард Тич

Уильям Кидд

Мэри Рид

Оливье Ле Вассер

Жанна де Бельвиль

Уильям Дампир

Чжэн Ши

Эдвард «Нед» Лау

Арудж Барбаросса

Бартоломью Робертс

Джек Рэкхем

Жако Делахай

Мария Линдси

Рейчел Уолл

Томас Кэвендиш

Леди Мэри Киллигру

Грейн О’Мэлли

Энн Бонни

Анна Дье-Ле-Во

Сэм Беллами

Шарлотта Бадгер

Затонувшие корабли

«Нуэстра Сеньора де Аточа»

«Ваза»

«Британник»

«Титаник»

«Лузитания»

«Императрица Мария»

«Ла Бургонь»

«Армения»

«Анатолий Серов»

«Новороссийск»

«Адмирал Нахимов»

«Эстония»

Несметные сокровища

Сокровища Черной Бороды

Тайны Сейшельских островов

Клады островов Индийского океана

Остров Кокос в Тихом океане

Чилийский «остров сокровищ»

«Остров Робинзона Крузо»

Сокровища у берегов Испании

На дне Карибского моря…

Самый ценный морской клад

Близ города Александрии

Груз с парусника «Фрау Мария»

Грандиозная находка

Сокровища у берегов Флориды

Золото английского пирата

Клад боцмана

Заколдованный клад

В копилку султану

К северу от Мадагаскара

Кувшины с золотыми монетами

Упрямый маврикиец

Криптограмма норвежского китобоя

Пиратский клад в Лондоне

Морские чудовища

Чудовище у берегов Мадагаскара

Гигантская сороконожка

Находка японских рыбаков

Гигантский кальмар

Легендарный кракен

Существа Эль Куэро

Морские монахи

Морские епископы

Раки-богомолы

Гигантские змеи

Квакеры

Робинзоны

Александр Селкирк

Педро Серрано

Даниэль Фосс

Русские матросы

Неизвестный голландский матрос

Джереми Биббс

Павел Вавилов

Яков Миньков

Имаята

Масафуми Нагасаки

Дэвид Глэшин

Ксавье Россет

Фридрих Текстер

Великие морские открытия и авантюры

Древние египтяне

Финикийцы

Викинги

Поморы

Китайцы

Португальцы и испанцы

Открытие Америки

Индия

«Острова Пряностей» и Китай

Первое кругосветное путешествие

Западные и восточные пути

Завоевания Кортеса в Мексике

Завоевания Писарро в Перу

Завоевания Хименеса де Кесады

Новые торговые пути

Северная Европа

Северная Америка

Поиски Северного пути

Исследование Арктики

Голландская Австралия и Новая Зеландия

Чайные и опиумные войны

Чайные гонки