Пансионат «Графские Развалины»

Айгуль Иксанова

© Айгуль Иксанова, 2015

© Анна Нестерова, дизайн обложки, 2015

© Альфонс Муха, иллюстрации, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Глава 1. Пансионат

Зима

«Я авантюристка, идущая по дорогам жизни. Я и сама не знаю, куда и зачем я иду, куда ведут меня эти дороги. На моей правой руке висит связка ключей, они все разного размера. Это ключи от людских сердец. За свою не столь еще долгую жизнь, я узнала, что к каждому сердцу можно подобрать ключ, и тогда идти дальше будет несравненно легче. Ты открываешь сердце человека, он – дверь в твое будущее. Это несложно. И это лучше, чем обходить длинными окольными путями, дорога сквозь чужие сердца всегда короче…

Я не всегда была такой».

Марида закрыла тетрадь, в которой она делала короткие заметки, что-то вроде дневника, и прислушалась.

– Входите же! – повторил мелодичный автоматический голос, и она вошла в кабинет.

За столом, сделанным из подобного стеклу дорогого пластика, сидели двое, совсем еще молодые мужчины, один – смуглый, темноволосый, темноглазый, с легкой щетиной на щеках, второй – напротив, светловолосый, чуть рыжеватый, с задорным курносым носом и широкой белозубой улыбкой.

– Типичный американец, – подумала Марида, и, словно угадав ее мысли, он вдруг обратился к ней по-английски: Здравствуйте, проходите и, пожалуйста, присаживайтесь. Давайте поговорим.

– Здравствуйте, – улыбнулась Марида.

Она села в кресло напротив стола, и воцарилось молчание, сидевшие напротив внимательно разглядывали ее. Она уже начинала чувствовать смущение, когда темноволосый сказал:

– Давай познакомимся. Ты – Марида, если не ошибаюсь.

Она кивнула, и он продолжил.

– Меня зовут Денис. Это Лео – мой коллега. Не удивляйся, что мы говорим по-английски, это норма для этого места. Здесь работает интернациональный персонал, поэтому это единственный способ для нас общаться. Откуда ты?

– Я родилась в Тбилиси и жила там до двенадцати лет. Потом переехала в Москву.

Он сделал пометку в блокноте, потом снова поднял глаза.

– Сколькими языками ты владеешь?

– Помимо грузинского и русского, еще английским, итальянским и чуть-чуть немецким.

– Итальянским? – спросил Денис.

– Да, у меня даже были дальние родственники в Италии, – ответила Марида. – Зов крови, наверное.

– Хорошо, – Денис удовлетворенно кивнул. – Почему ты согласилась приехать сюда?

Марида секунду поколебалась, но решила, что лучше сказать правду. Эти люди слишком часто проводят собеседования, они умеют отличить правду ото лжи.

– Мне нужны деньги. Очень нужны, – ответила она.

Лео удивленно взглянул на Дениса.

– Дэн, ты уверен, что она – наша?

Денис кивнул, и на лице Мариды отразилось недоумение.

– Сколько тебе лет? – спросил Лео.

– Двадцать четыре, – ответила она.

– Как и мне! – он улыбнулся. – Денис на год старше. У нас молодые сотрудники. Здесь весело. Тебе понравится.

– Где ты работала до этого? – спросил Денис.

– В службе безопасности крупной компании.

– Почему ушла?

И снова Марида решила, что лучше будет сказать правду.

– Меня уволили, – произнесла она и замолчала, ожидая их реакции. Но ее не последовало, и Марида поняла, что они уже давно знали ответ на заданный вопрос. Марида улыбнулась сама себе. Она сделала верный ход. Она не ошиблась!

– Ключи от чего? – вдруг неожиданно перебил ее мысли Денис.

– От сундуков с золотом, которые мой прадедушка закапал на островах Полинезии! – она улыбнулась.

– Где находится Полинезия? – продолжал Денис.

– В Тихом океане.

– Ты боишься чего-нибудь? – вдруг спросил он.

Она покачала головой.

– Я ничего не боюсь.

– Чему ты научилась за свою жизнь?

Марида задумалась, потом медленно сказала:

– Я поняла, что жизнь может удивлять тебя. Каждый день. И никогда не следует думать, что ты уже знаешь все.

Денис и Лео переглянулись.

Потом Денис засмеялся.

– Ну, это место еще не раз тебя удивит!

Он нажал на звонок, отворилась дверь и вошла девушка. Беглого взгляда было достаточно, чтобы Марида заметила, что девушка некрасива, она была невысокая, очень худая, с короткими пегими волосами, на ее лице застыло странное для ее внешности высокомерное выражение.

– Это Кейт, – представил Денис. – Она покажет тебе твою комнату.

– Иди за мной, – пренебрежительно сказала Кейт, оглядев новенькую.

– Спасибо, приятно познакомиться, – кивнула Марида Лео и Денису, потом последовала за Кейт.

Кейт быстро шла по коридору, вдоль бледно-зеленых стен, на которых было написано «только для персонала», шла размахивая руками, и Марида едва успевала за ней, к тому же мешала достаточно тяжелая сумка с вещами. Марида задумалась. Денис понравился ей, он произвел впечатление человека, который знает свое дело. Что же до Лео… Он несравненно более обаятельный, но что он за человек? Это еще предстояло выяснить.

– А Денис – это кто? – спросила Марида у Кейт, чтобы как-то начать разговор. Молчание с незнакомцами всегда тяготило ее.

– Наш начальник, – ответила Кейт, не оборачиваясь.

– А Лео?

– Его помощник, – и предугадав следующий вопрос Мариды, добавила, – Я старшая смены.

– Понятно, – пробормотала Марида.

Они продолжали идти по бесконечному коридору, потом поднялись на несколько этажей на стальном серебристом лифте, который двигался бесшумно и незаметно, и оказались на этаже, напоминавшим гостиницу: двери, расположенные вдоль коридора напротив друг друга.

– Новенькие живут в дальнем конце. Девочки напротив лифта, мальчики со стороны лифта. Вот твоя комната, – сказала Кейт и распахнула дверь в самом конце коридора.

Марида секунду помедлила на пороге, потом неуверенно вошла в комнату.

– Входи, входи! – крикнула светловолосая девчонка с большими голубыми глазами, она нацепила очки, чтобы получше рассмотреть Мариду.

– Привет! – улыбнулась Марида.

– Все. Я тебя оставляю, много работы. Покажете ей пансионат. Расскажете обо всем! – и, не сказав ни одного слова из традиционного прощания, Кейт громко захлопнула за собой дверь.

Марида удивленно проводила ее взглядом, а девчонка в очках весело захохотала.

– Не обращай внимания! Она всегда такая! Она гордится тем, что стала старшей смены, и при этом моложе нас всех! Ей еще только двадцать два. Вот и задрала нос. Садись, это твоя кровать! – девчонка хлопнула рукой по кровати рядом со своей, и Марида опустилась на нее.

Она огляделась. Обычный гостиничный номер: три кровати в ряд, три тумбочки, туалетный столик и рядом еще один, с телевизором, дверь в ванную комнату, один большой шкаф, тяжелые портьеры на окнах, закрывающие небольшой полукруглый балкон в виде ладьи. На одной из кроватей, справа, сидела та самая веселая девчонка, на другой – девушка чуть постарше и посерьезнее, с роскошными длинными волосами, окутывающими всю ее фигуру, подобно золотистому плащу. Она улыбнулась Мариде.

– Стейси, – представилась она. – Я американка.

– Хельга, – сказала веселая. – Я из Швеции.

– Марида, – сказала Марида.

– Ну, вот и познакомились, – улыбнулась Стейси.

– Вы тут давно? – поинтересовалась Марида.

– Уже месяц.

– И как?

– Ну что тебе сказать! – затараторила Хельга. – Работы много, скоро сама узнаешь. Зато много молодежи. Здесь весело, как в студенческой общаге, вот посмотришь!

– Разбирай вещи, потом мы тебе все покажем! – Стейси ласково погладила Мариду по руке, и та поняла, что, по крайней мере, с соседками ей повезло. Кажется и с начальником тоже. Все складывалось замечательно.

Марида улыбнулась.

Чуть позже Марида и ее соседки вышли из здания и направились к краю плато, на котором располагался пансионат.

Там, внизу шумело море, и его синие волны ударялись в скалистый берег. На берегу располагалась тихая рыбацкая деревушка, окруженная со всех сторон высокими горами. Марида была удивлена, что в мире есть нечто равное по красоте Грузии, где она когда-то жила. Москва уже давно стала для нее родиной, тем более, что ее родители родились в этом городе. Работа военного забросила отца в Грузию еще во времена Союза. Там они и остались, но потом, в силу известных политических обстоятельств, были вынуждены вернуться назад. Тем не менее, воспоминания детства жили в душе Мариды, и только сейчас, глядя на окружающий ее пейзаж, от красоты которого захватывало дух, она поняла, как тосковала по уходящим за облака горным вершинам, по шуму волн, разбивающихся, о прибрежные камни. Но эта страна отличалась от Грузии. Здесь не было такого буйства красок. Здесь было тише. Спокойнее. И красота природы казалось какой-то другой.

– Более северной, что ли? – подумала Марида.

И море здесь было прозрачнее, и сам воздух. И сосны вместо пальмовых деревьев и кипарисов.

– Мне здесь нравится! – сказала Марида, оборачиваясь.

Позади нее, на горном плато возвышалось белое здание пансионата «Графские Развалины», куда она была принята на работу.

– Да, здесь здорово! – заметила Хельга. – Климат хороший. Только сейчас зима, очень сильные ветры. Поэтому мало постояльцев. А летом – замечательно. Но, говорят, и работы больше!

– Там внизу – деревня, – продолжила рассказ Стейси, – разные магазинчики, если тебе что нужно купить – пожалуйста! Еще есть кафе, бары, мы ходим туда по выходным.

– А в самом пансионате?

– В самом пансионате все для клиентов. Для нас только Интернет-кафе. Ну и наша столовая. Не волнуйся, тебе больше ничего и не понадобится, времени не будет! – засмеялась Стейси.

– Расскажите про персонал, – попросила Марида.

– Ну что тебе сказать… Денис, наш начальник, он просто супер! – протянула Стейси и Марида поняла, что та явно неравнодушна к их руководителю, – Он замечательный, он все знает, всегда поможет. Он конечно строгий, но он молодец! Лео… не знаю, он все время шутит, но в работе он кажется, серьезный и строгий. Кейт… Никто из девчонок ее не любит.

– Зато наши мужчины… – перебила Хельга, – Конечно, она с ними так щебечет!

– Боже, она же такая страшненькая! – не сдержалась Марида.

– Ей это не мешает, – заметила Стейси. В воздухе повисла неловкая пауза.

– Еще про кого-нибудь расскажите! – попросила Марида.

– Еще есть Радка. Менеджер по контролю качества. Она не часто приходит, где-то раз в месяц, она строгая женщина, ее побаиваются здесь. И Карэн, управляющий пансионатом. Он хороший человек, сама посмотришь.

– Еще?

– Ну а кто тебе еще нужен? Ну, Милош есть, владелец пансионата, но мы о нем пока только все слышим, так и не видели ни разу, – сказала Хельга, – Я все мечтаю его охомутать. И бросить к черту эту работу! Пусть другие работают!

Она снова весело засмеялась, а потом продолжила:

– Ну и ребята, конечно есть. С нашей группой ты скоро познакомишься, когда будем обучаться.

– Сколько нас?

– Шестеро, с тобой. Три девушки и три парня.

– Что за ребята? – поинтересовалась Марида, и Хельга толкнула Стейси локтем.

– Смотри-ка на нее! Не успела приехать и уже интересуется! – она снова засмеялась. – Их трое. Мэтт, Матвей, твой соотечественник, честно скажу, я его не люблю. И не скрываю этого. Он карьерист и подхалим.

– Ты знаешь его всего месяц! – попыталась вступиться за соотечественника Марида.

– Мне хватило и двух минут! Потом Карлитос, португалец. С ним поосторожнее. Он тебе чешую от дохлой рыбы по цене бриллиантов сможет продать! Так заговорит, что забудешь, как тебя зовут! И Эндрю, австралиец. Он конечно, мужлан настоящий, вырос где-то на ранчо. Но мне он нравится, девочки. В нем есть что-то от настоящего мужчины. Так что на него не претендуй, он мой!

– Напрасно стараешься, Кейт уже положила на него глаз, – заметила Стейси.

Хельга смешно наморщила нос.

– Далее… – протянула она. – Есть еще старшенькие. Их пятеро. Три девушки и два парня. Среди них Рико, с ним тоже будь осторожна!

– Это почему же?

– Красавчик-Рико, – пояснила Стейси, – притягивает девушек как магнитом. Он встречался со всеми старшенькими, и говорят, даже Радка к нему неравнодушна.

– К тому же у него было несколько романов с клиентками, хоть это и строго запрещено!

– Почему же его не уволили? – вдруг оживилась Марида.

– А чем он виноват? Они сами к нему липнут, не оторвать. Так что смотри, берегись!

Марида усмехнулась, и непроницательные соседки не заметили грусти в ее усмешке.

– Это вряд ли. Я не из тех, кто живет эмоциями. Я приехала сюда зарабатывать. Романы меня не интересуют.

Хельга и Стейси пожали плечами, что означало:

– И мы хотим заработать, но зачем же отказываться от жизни?

Марида не заметила их жеста, или скорее, сделала вид, что не заметила.

– А вы чем заниматься будете? – перевела она тему.

– Мы все здесь на равной позиции. Принимаем клиентов, регистрируем их, потом решаем их проблемы, отвечаем на вопросы. Что-то типа портье. Только мы стоим днем, а старшенькие по ночам. Ночные портье, – ответила Хельга.

– А Кейт?

– Кейт смотрит, как мы работаем, помогает в особо сложных ситуациях. Лео занимается финансовыми вопросами, составляет наш график, выдает зарплату и так далее.

– А Денис?

– Денис помогает Карэну в управлении пансионатом. Ты можешь обратиться к Денису, только если у тебя возникла уж очень серьезная проблема! – объяснила Хельга.

– И ни в коем случае не обращайся к Карэну и не звони Радке. Их нельзя беспокоить, – предупредила Стейси.

Марида задумалась.

– Разве сложно работать портье? – спросила она вдруг. – Это же простая работа. Почему же такая высокая зарплата?

– А тебе какая разница! Платят и ладно! – заметила Хельга.

– И все же это странно!

– Но ведь мы оставили свои страны, мы переехали сюда, – возразила Стейси.

– Тем более! Они что не могли найти людей из своей страны? И платить меньше!

– Милош хотел сделать интернациональный пансионат. Так они объясняют, – сказала Хельга.

– Вот именно – так они объясняют! – произнесла Марида.

Хельга и Стейси ничего не ответили. Возможно, они тоже задумывались над этим вопросом.

– А Стейси у нас умная! – вдруг неожиданно заметила Хельга и, заметив вопросительный взгляд Мариды, добавила, – Она уже принимала клиентов! А мы все репетируем! Пока Радка никому больше не разрешила встать за стойку.

– Поздравляю! – улыбнулась Марида, и Стейси улыбнулась в ответ.

Хельга взглянула на часы.

– Ладно, девушки, обед! Пошли скорее, с нашими познакомишься!

Они направились обратно к входу в здание, но, войдя в холл, Марида остановилась. Она подняла голову, чтобы еще раз рассмотреть великолепный купол, подходящий скорее для дворца, нежели для холла гостиницы, и все здесь – кожаные кресла, великолепные цветы, фонтан в центре, – поражало своей роскошью.

– Несомненно, хозяин отличается тонким вкусом, – подумала Марида, и вдруг заметила, что ее спутницы куда-то исчезли.

Растерянная, Марида остановилась. Она была одна. Она не знала, куда ей идти дальше. Она совершенно заблудилась.

– Туда, в коридор! – подумала она и побежала догонять подруг. Марида бежала по коридору, боясь опоздать, бежала быстрее и быстрее, и вдруг, не успев затормозить на повороте, столкнулась с мужчиной средних лет, чуть полноватым, в его волосах уже появилась проседь, а на смуглых щеках – первые морщины.

– Простите, простите, пожалуйста! – растерянно пробормотала Марида, оглядывая перепачканные землей перчатки, надетые на руках встретившегося ей человека.

– Садовник! – подумала она.

– Ничего страшного! – произнес он на очень отчетливом английском. – В столовую на два этажа выше. Туда, – он вытянул руку в грязной перчатке.

– Спасибо! – улыбнулась Марида, порываясь бежать.

– Не нужно здесь бегать. Вы можете сбить с ног наших гостей, – заметил он. – Вы должно быть Марида?

– Да… – она удивленно кивнула.

– Я видел ваше фото в директории. Приятно познакомиться. Меня зовут Карэн.

Марида смогла открыть рот и медленно пошевелила губами, она не сумела ничего произнести от смущения, охватившего ее.

Он засмеялся и вдруг улыбнулся доброй улыбкой.

– Думали я садовник? У нас не очень большой штат. Помимо сотрудников, работающих с клиентами, всего две горничные Мария и Фатулла, и два повара Шива и Раджи – у нас в основном индийская кухня. Денис ездит за покупками. Так что мы все делаем сами, привыкайте.

– Да, сэр… – тихо пробормотала Марида.

– Можно просто по имени, – заметил он. – А теперь иди! А иначе опоздаешь на обед! Дисциплина здесь в почете и опаздывать нельзя!

– До свидания. Рада была познакомиться, Карэн! – улыбнулась Марида и пошла дальше по коридору.

Она не обернулась. А если бы обернулась, то увидела бы, что Карэн продолжает смотреть ей вслед.

– Так вот ты какая, Марида, – тихо сказал он сам себе, глядя ей вслед.

***

Марида вошла в небольшую в столовую. Она все еще чувствовала, как ее щеки пылают от смущения.

Надо же! В первый же день умудриться сбить с ног управляющего, да еще и принять его за садовника!

Но она не могла не признать, что он произвел самое благоприятное впечатление. Нет, все в этом пансионате положительно нравилось Мариде! И прекрасная природа, и тихая рыбацкая деревушка, и холодные зимние ветры, ударявшие в окно, и милые веселые соседки, и строгий Денис, и улыбающийся Карэн, и даже эта маленькая уютная столовая, в которой горел камин, а вокруг стола сидели сотрудники пансионата. Два повора-индийца разносили еду, в комнате стоял пряный аромат горячей пищи, и Мариде вдруг показалось, что она попала из ада в рай. Ее прошлое вспоминалось, как ад. Здесь она чувствовала, что обретает покой. И вдруг какой-то голос, отчетливый и тихий, звучавший в самой глубине ее сердца, сказал:

– Это твое место. Ты останешься здесь.

И Марида не возразила. С этой минуты она знала, что так и будет. Она останется в этом пансионате навсегда. Потому что это то самое место, которое было уготовано ей судьбой. Это вдруг стало ясно, как будто бы она знала об этом всегда, просто забыла. А сейчас вдруг вспомнила.

Голос Хельги прервал ее мысли.

– Ну, куда ты запропастилась! Мы тебе заняли место! Мальчики! Познакомьтесь! Это наша новенькая девочка!

Глаза всех присутствующих тут же обратились к Мариде, и она чуть смущенно улыбнулась.

– Привет! – сказала она.

– Привет! – хором ответили остальные.

Марида прошла на свое место между Хельгой и Стейси. Напротив них сидели трое молодых ребят, и Марида поняла, что за столом существует определенная иерархия. Денис, Лео и Кейт сидели в дальнем углу стола. Напротив нее, видимо, сидели новички, такие же, как и она сама.

– Меня зовут Карлос! – представился худощавый юноша, с густой шапкой черных волос. – Пойдешь с нами сегодня в бар? Будет вечеринка. Вход двадцать евро.

Остальные тихонько прыснули.

– Карлитос он, а не Карлос! – крикнула Хельга, – Не верь ему, Марида, для девушек вход бесплатный!

Карлитос весело засмеялся, и Марида улыбнулась в ответ.

– Ты из Москвы? – обратился к ней достаточно красивый светловолосый мальчик с чуть оттопыренными ушами, и Марида поняла, что это и есть Матвей.

– Так точно! – кивнула она.

– Ну и как там? – поинтересовался он.

– Здесь лучше, – улыбнулась Марида. – Там холодно.

– Согласен! – сказал Матвей, потом зачерпнул ложкой суп и попробовал его, чуть поморщившись, отодвинул тарелку, – Эх, борща бы сюда! Надоела уже эта индийская похлебка!

Марида ловко перебрала ключи на своей руке и выбрала подходящий.

– Я делаю хороший борщ, – заметила она. – Могу как-нибудь приготовить!

– Отлично! – Матвей улыбнулся, и огонек симпатии вспыхнул в его глазах.

Марида улыбнулась в ответ. Она снова сделала верный ход.

– Ну и как тебе здесь? – обратился к ней третий новичок, это мог быть только Эндрю, и Марида удивилась точности описания Хельги, высокий, сильный, с крупными чертами лица, он действительно походил на ковбоя с ранчо, особенное сходство придавал низкий, грубоватый голос и такие же манеры.

– Пока все отлично! – ответила Марида.

– Она еще не видела Радку! – заметила Стейси, и все снова засмеялись.

На другом конце стола о чем-то оживленно говорили, и Марида, прислушавшись, поняла, что не понимает ни слова.

– Не обращай внимания! – улыбнулась Хельга, – Это профессиональный слэнг. Здесь принято говорить только о работе, все и всегда обсуждают клиентов. Когда-то и мы станем такими же! Ужас! Смотри! Это Марина, испанка. – Хельга указала Мариде на красивую девушку, с длинными курчавыми волосами, ухоженную до кончиков ногтей. – Она подружилась со Стейси. Так что ты будешь моей подругой. А это Эжени – француженка, – Хельга указала на другую девушку, тоже удивительно стройную и красивую, с синими глазами, настолько большими, что они казались всегда широко распахнутыми.

– Здесь очень красивые девушки, – заметила Марида.

– В первом наборе, – пояснила Хельга. – Карэн хотел, чтобы клиентов встречали красавицы. Потом видимо передумал, судя по мне.

– Прекрати! – засмеялась Марида.

– И еще третья, Елена. Троянская. – Хельга указала на светловолосую девушку с чуть курносым носиком.

– Почему Троянская? – спросила Марида.

– Во-первых, она гречанка. Во-вторых, из-за нее всегда все дерутся. Лео хотел встречаться с ней, но она выбрала Рико. А когда Рико бросил ее, вернулась к Лео. А Рико встречался со всеми девушками своего потока. И вообще со всеми, кроме меня и Стейси. Но мы не в его вкусе. Ему нравятся те, кто постройнее. Так что смотри в оба!

– Это он? – спросила Марида, кивнув на смуглого красавца с белозубой улыбкой, и Хельга умильно улыбнулась.

– Я бы сама была не против с ним повстречаться, – заметила она, – Но так как он не обращает на меня никакого внимания, я выбираю Эндрю.

– Он и правда симпатичный, – ответила Марида. – Но я приехала работать. И ничто меня не отвлечет от моей цели.

Она попробовала суп и должна была признать, что он гораздо вкуснее борща, который она всегда не любила.

– Расскажи нам что-нибудь, ты ведь новенькая? – вдруг с улыбкой повернулась к ней Марина.

Марида быстро проглотила ложку горячего супа.

– Только что я в коридоре я сбила с ног Карэна, – сказала она первое, что пришло в голову.

Все дружно засмеялись.

– Хорошее начало! – улыбнулся Денис.

И только Лео совершенно серьезно сказал:

– В коридоре нельзя бегать. Ты можешь сбить с ног гостей.

Этого было достаточно, чтобы Марида поняла, что чувство юмора – не самая сильная его сторона.

– Ты же говорила, что старших пятеро? – спросила Марида у Хельги.

– Адиль на дежурстве. Он из Ливана, – пояснила Хельга.

Так Марида познакомилась с новыми коллегами. Вечером они все вместе пошли в тот самый бар, о котором говорил Карлитос, и здесь Марида увидела строгую иерархию, старшие общались со старшими, новенькие с новенькими. Ей самой было все равно, с кем общаться. Она пока еще не поняла, кто станет ее другом. Хотя было очевидно, что Хельга вызывала симпатию своей откровенностью и вечным весельем, которое она создавала везде, где появлялась.

Поздно вечером, когда они вернулись в комнаты, в пансионате потушили свет, соседки Мариды быстро уснули, а сама она шмыгнула под теплое одеяло и задумалась о том, что встретилось ей сегодня.

– Странно, сегодняшний день ничем не удивил меня! – подумала она и вдруг вспомнила, что забыла позвонить родителям. Последний раз она звонила из аэропорта, сообщить, что долетела! Они не могли не волноваться. Нужно было что-то делать, и Марида вылезла из кровати, накинула халат, завязала в хвост длинные черные волосы и осторожно выскользнула за дверь.

– В холле должен быть телефон! – подумала она.

Марида подошла к лифту, нажала на кнопку, двери бесшумно распахнулись перед ней, и она вошла в лифт. Опустившись на нижний этаж, Марида вдруг услышала голоса. Говорила женщина, в ее голосе звучали капризные нотки, и Марида поняла, что женщина была пьяна. Мужской голос, тоже слегка заикавшийся, пытался утихомирить ее.

– Нет, я отказываюсь идти в этот номер! Нам обещали люкс! И на меньшее я не согласна!

– Дора, милая, пойдем, я хочу спать! Мы разберемся с ними завтра!

– Нет! Пусть он позовет управляющего! Я не хочу говорить с этим мальчишкой! Мне нужен кто-то, кто отвечает за свои слова! – снова капризно вскрикнула женщина.

И тут Марида услышала мужской голос, говоривший спокойно и дружелюбно. Голос полный такого достоинства, что, не выдержав, она выглянула из-за листьев пальмы, укрывавших ее, и увидела молодого невысокого юношу за стойкой, с темными курчавыми волосами, слегка золотистой кожей. Он не был красив, но был вежлив и приветлив.

– Простите за доставленные неудобства, – сказал он. – К сожалению, мы не можем предоставить вам люкс сегодня. Это слишком опасно, номера люкс находятся на верхних этажах и при таком сильном ветре, как сегодня есть риск, что могут разбиться стекла. Это опасно для вашего здоровья, мадам. Поэтому мы просим вас провести эту ночь в номере класса полу-люкс, а завтра с утра, когда ветер утихнет, вы сможете занять вашу комнату. Мой друг вас проводит.

Он сказал это тоном, не терпящим возражения, в ту же секунду появился Рико, и направился к лифту, гости последовали за ним, женщина продолжала что-то бормотать, но Рико улыбнулся ей своей ослепительной улыбкой, что-то сказал, и она громко засмеялась в ответ.

– Джон, мне нравится этот мальчик! – выпалила она, проходя мимо Мариды, которая еле успела скрыться за стволом пальмы.

Ошеломленная, Марида вышла в холл, как только гости скрылись в лифте. Как он мог держаться с таким достоинством, когда они пытались унизить его?

– Странно… Очень странно, – тихо сказала она, и услышав ее, Адиль поднял голову.

– Я могу вам чем-то помочь? – вежливо, но, как и прежде, с достоинством спросил он.

Марида улыбнулась ему.

– Ты должно быть Адиль? – он кивнул, – А я Марида. Я не клиентка. Я новенькая.

Улыбка сбежала с лица Адиля, и он нахмурился.

– Новенькая? А что ты здесь делаешь ночью? Почему не в комнате?!

– Я хотела позвонить родителям, сказать, что все хорошо. Я только сегодня приехала, – растерянно сказала она.

– Понятно. И никто, конечно же, не объяснил тебе правила. Запомни. Никогда, ни при каких обстоятельствах ты не должна покидать комнату ночью. Это ясно?

– Или меня уволят? – спросила она.

– Конечно, – он кивнул. – Звони и иди к себе, пока тебя не заметили.

– Спасибо! – Марида благодарно улыбнулась, он вежливо кивнул и углубился в работу.

Разговаривая с родителями, Марида наблюдала за Адилем. Он принадлежал к тому редкому типу людей, чьи хорошие манеры не были им привиты воспитанием, они родились с ним. Все, что он делал, было естественно, вежливо, полно достоинства и легкости.

– Он настоящий профессионал! – восхитилась Марида. – Неужели и я смогу стать такой же!

Она повесила трубку.

– Адиль, как тебе это удалось? – спросила она и он, не понимая, поднял голову, – Я имею в виду, как ты успокоил эту женщину, она ведь не в себе! И ты не заискивал перед ней…

Он засмеялся.

– Это называется опыт. Я уже год здесь. Через год ты станешь такой же. А теперь быстро иди спать!

Марида кивнула.

– Спокойной ночи! – сказала она, направляясь к лифту.

Она нажала на кнопку и остановилась в ожидании.

– Марида! Подожди! – Адиль вышел из-за стойки и догнал ее.

– В чем дело? – обернулась она.

– Мне бы надо тебя проводить… Но я не имею права покинуть свое место… Пока я один.

– Зачем? – она засмеялась, – Я найду дорогу! Здесь всего лишь подняться на лифте и пройти по коридору! Я справлюсь!

– Хорошо. Пожалуйста, я прошу тебя, сразу же в комнату!

– Я поняла. Здесь дисциплина, – улыбнулась Марида.

Он кивнул. Двери лифта распахнулись. Марида вошла и нажала кнопку своего этажа, Адиль махнул ей рукой и направился к стойке.

***

Лифт бесшумно скользил вверх, потом двери распахнулись, и Марида очутилась в темном коридоре. Кругом была тишина. Ни одна лампочка не горела, но она знала, куда идти. Марида дошла до конца коридора и остановилась напротив своей двери. Она прислушалась. В воздухе повисла странная тишина, которую вдруг прорезал оглушительный вой, и Марида вскрикнула.

– Ветер воет, – поняла она и дернула ручку двери, но дверь не поддалась. Марида дернула снова, сильнее, потом несколько раз повернула ручку. Бесполезно. Дверь оставалась закрытой.

– Зачем они заперли дверь? – недоумевала Марида.

Она постучала, сначала тихонько, потом погромче, но лишь тишина была ей ответом.

– Эй! – не выдержала наконец Марида, – Стейси! Хельга! Откройте!

Никто не ответил, и Марида отчаянно забарабанила в дверь руками и ногами. Ничего. Она перестала стучать. Снова повисла странная глухая тишина. В этой глухой тишине, в непроглядном мраке, не освещаемом ничем, стояла Марида. И в эту секунду Марида поняла – она одна. Она одна, здесь больше никого нет! Нет ни Стейси, ни Хельги, ни Карлитоса – никого! И от этой мысли вдруг стало страшно.

– Ты боишься чего-нибудь? – вспомнила вдруг она вопрос Дениса.

– Мне бы надо тебя проводить…. – мелькнула в памяти фраза Адиля.

Марида похолодела. Она была слишком умна, чтобы не понять: эти вопросы не были случайными. Она одна. Одна в темноте. Марида почувствовала, как ужас парализует ее, холодный пот выступил на лбу, и в эту секунду снова раздался оглушительный вой.

– А если это не ветер? – подумала она. – Нет… Я не должна бояться. Это ветер. Я просто ошиблась этажом. Я должна идти назад. К лифту. Здесь просто незаселенный этаж… Здесь нет ничего страшного, здесь безопасно, – убеждала она себя, в то время, как голос в глубине ее сердца, голос ее интуиции кричал:

– Нет, это неправда! Здесь опасно! Здесь очень опасно!

Марида повернулась к лифту. Она боялась идти, идти вперед, навстречу этой кромешной тьме. Кто знает, что скрывается там, за пеленой мрака? Дрожащая, испуганная, она стояла, прислонившись спиной к двери, содрогаясь от завываний ветра, сменяемых могильной тишиной. Внезапно стало холодно. Марида почувствовала приближение тоненьких струек ледяного воздуха с другого конца коридора, и ей стало жутко. Она опрометью бросилась к лифту, но не успела нажать на кнопку…. Кнопка загорелась сама. Медленно, Марида отступила к стене, чувствуя, как холодеют ее руки и дрожат колени. Никогда ей еще не было так страшно, она верила, в то, что ничего не боится и что же! Кто-то ехал в лифте. Кто-то ехал к ней… Струйки ледяного воздуха стали сильнее, как если бы их источник приблизился к Мариде… Широко раскрытыми глазами она смотрела на дверцы лифта, который остановился на ее этаже. Медленно дверцы распахнулись, и Марида, чувствуя, как замерло ее сердце, закрыла глаза. В следующую секунду чьи-то руки схватили ее за плечи и втолкнули в лифт. Что-то ярко вспыхнуло, раздался громкий визг, двери закрылись, и лифт плавно заскользил вниз. Цепенея от ужаса, Марида открыла глаза. Перед ней стоял Денис.

Побледневшая, испуганная, Марида смогла произнести только:

– Я боюсь…

– Правильно делаешь! – строго ответил он. – Ты нарушила один из самых строгих запретов! Если бы это не был твой первый день, мы бы уволили тебя! Сразу же и без разговоров! К тому же ты подставила Адиля. Что было бы если бы я не нашел тебя?

– Что это было? – тихо спросила Марида.

– Ты ошиблась этажом и попала в незаселенную часть пансионата. Будь внимательнее в будущем.

– Нет, а что там выло, почему было так холодно? – снова спросила она.

– Ветер, – спокойно ответил Денис. – Там в конце коридора открыто окно. Попадает холодный воздух.

– Как ты нашел меня?

– Адиль сказал, что ты пошла к себе, я не нашел тебя в твоей комнате и понял, что ты ошиблась этажом.

Двери лифта распахнулись, и они оказались на освещенном тусклыми лампочками этаже, где жили сотрудники.

– Теперь иди спать, – Денис легонько толкнул ее в спину. – И помни, ночью сотрудникам запрещено выходить из комнат, это последнее предупреждение!

– Я поняла, – ответила Марида. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – за ним закрылись стальные двери.

Марида остановилась и обернулась к лифту, туда, где скрылся Денис.

– Ты ведь сказал мне неправду, – шепотом сказала она. – Там было что-то. Я знаю. Я чувствую. Там что-то было… Ты обманул меня… Зачем?

Марида почувствовала, как ее мысли начинают путаться, и она поняла, что слишком устала, чтобы думать о чем-то. И этот день ее удивил. Удивила профессиональность Адиля. Удивила ложь Дениса. К тому же, она узнала, что оказывается, она умеет бояться… Она знает страх…

Марида направилась в комнату, где, мирно посапывая, спали Хельга и Стейси.

Глава 2. История Мариды

Начало весны

– Неплохо. Завтра днем Стейси и Карлитос встают в смену на два дня. Потом Хельга и Эндрю… – Радка прошлась по комнате в задумчивости. – Потом снова Стейси и Карлитос. А в выходные их сменят Марида и Мэтт.

– Но как! – Марида не смогла сдержать изумленного возгласа, – Я же только начала обучение!

– Ты справишься. Должна справиться! – Радка сказала это тоном, не терпящим возражений, – У нас мало людей, ожидается много клиентов. Если будут трудности, просто позовешь Кейт, она всегда поможет.

– Хорошо, – тихо сказала Марида.

В конце концов, она приехала работать. Радка была права.

***

– А куда нажимать, чтобы позвонить Кейт? А как позвать партнера? А куда нажимать, чтобы снять сумму с карточки гостя? А где найти ключи? А где ключ от сейфа? – Марида засыпала Адиля бесконечными вопросами, и наконец он не выдержал.

Адиль облокотился на стойку и улыбнулся Мариде.

– Посмотри, как работают Стейси и Карлитос. У них не было ни одной ошибки. Ни одной жалобы. Поверь, это не трудно! Ты справишься, я уверен! Мы все начинали когда-то.

– Я боюсь! – призналась Марида.

– Не бойся. В крайнем случае, если что не так, звони 8019, это номер моей комнаты. Я спущусь, помогу тебе.

– Но ведь ты будешь спать после ночной смены! – возразила Марида.

– Значит, проснусь, – ответил он. – Командный дух и взаимовыручка – вот то, на чем держится работа нашего пансионата. Ты это поймешь позже. А сейчас, иди, сходи в деревню, прогуляйся по набережной, отдыхай, пока не началась работа!

– Спасибо тебе! – Марида с благодарностью сжала его руку.

Адиль только улыбнулся в ответ.

Вечером за ужином Карлитос, Стейси, Хельга и Эндрю, не переставая, болтали о прошедших сменах, взволнованные, с горящими глазами они делились своими впечатлениями.

– А эта тетка мне говорит: я хочу расплатиться дорожными чеками! А я никогда не делала этого! – рассказывала Стейси. – Звоню Кейт, она не берет трубку. Звоню Лео, его нет. И я не знаю, что делать!

– И что? – заинтересовалась Хельга.

– Да ничего! Карлитос так заболтал ее, что она готова была отдать все свои деньги, лишь бы скорее отделаться от него!

Марида засмеялась. Да, хорошо иметь в напарниках такого болтуна, как Карлитос!

– А у меня вчера один клиент платил карточкой, и она не работала! Я думала, я что-то делаю не так, потом мы два часа звонили в его банк! Оказалось, у него просто не было денег! – продолжала рассказывать Хельга. – А я так испугалась.

Марида и Матвей переглянулись. Им все это только предстояло.

Вечером они вдвоем стояли на балконе, слушая порывы ветра, которые и в начале весны оставались достаточно сильными. Вокруг была темнота. В ночном небе горели яркие звезды, о чем-то шумели сосновые ветки, покачиваясь в такт морскому прибою.

– Обещай мне, что мы будем поддерживать друг друга и не бросим, если что-то случиться! – сказала Марида.

– Хорошо, конечно, – ответил Матвей. – Матвей Орлов и Марида… Как твоя фамилия?

– Светлая.

– Что светлая? Ночь?

– Фамилия такая, Светлая, – ответила Марида.

– Почему? – глупо спросил он.

– Не знаю почему. Папа был Светлый. Мама была Светлая. И я вот получилась Светлая, – засмеялась Марида.

– Ясно. Так вот, Матвей Орлов и Марида Светлая – друзья навеки!

Марида улыбнулась и пожала его руку.

– Только бы не сильно опозориться завтра. Я так боюсь, что Денис подумает, что я совсем глупая, – сказала она вдруг.

– Ты не глупая. Не бойся. Другие справлялись, и мы справимся!

Наступило утро, Марида вскочила за час до звонка будильника, быстро собралась, привела себя в порядок, наспех позавтракала и взглянула на часы. Еще час до начала смены! Марида выглянула в окно. Порывы ветра стихли, и восходящее солнце золотило голубую поверхность ласкового моря. Она улыбнулась. Марида сбежала со ступенек пансионата и пошла по дорожке ведущей вниз, в деревню. Но она не дошла до деревни, остановившись на живописном уступе, где росла одинокая сосна. Прислонившись к стволу дерева, Марида смотрела на золотые копья солнечных лучей, танцевавших на поверхности моря. Она осталась наедине с природой. Глядя на меняющуюся каждую секунду бесконечную водную гладь, казавшуюся ей сейчас голубой пустыней, она забыла о времени.

Солнце поднялось выше, и Марида взглянула на часы.

– О Господи! Уже девять! Я должна принимать смену! – в ужасе Марида бросилась назад к пансионату.

Она вбежала в холл, когда часы показали пять минут десятого. Она увидела Эжени, смерившую ее насмешливым взглядом и улыбку сонного Рико, напряженное лицо ожидающего Матвея, и Дениса, который сказал:

– Марида, очень прошу тебя, никогда больше не опаздывай.

– Хорошо, – тихо ответила она.

С этой минуты Марида никогда больше не приходила на работу с опозданием.

– Удачи! – сказал Денис, и удалился вместе со старшими, оставив Матвея и Мариду одних в холле.

Марида и ее напарник переглянулись.

– Во сколько будет заезд? – спросила она.

– В 11 выезд. И заезд в час.

– Подождем! – улыбнулась Марида.

Выезд прошел благополучно, они проводили около десятка гостей, и Марида тихо радовалась, все шло гладко, без ошибок, без жалоб!

В двенадцать Мэтт отправился обедать, чтобы вернуться в час, к намеченному приему гостей, и Марида осталась одна. Ну что ж. Всего час посидеть одной. Это не страшно.

Зазвонил телефон, и Марида подняла трубку.

– Приемная, – сказала она, и даже не успела добавить «Добрый день», в ответ раздался возмущенный крик, перемежаемый с ругательствами: – Вы что издеваетесь! – кричал какой-то клиент из номера 118, – У вас не работает ни телефон, ни телевизор, а теперь отключился и холодильник! Я даже воды холодной выпить не могу!

– Одну минуточку! Я проверю и пришлю к вам электрика, – ответила Марида.

– Через пять минут! – закричал он.

– Конечно, сэр! – Марида повесила трубку.

Где она должна найти электрика за пять минут! Насколько она знала, электрика вызывали из деревни. Марида набрала его номер, но жена электрика ответила, что он уехал в город. В растерянности, Марида набрала номер телефона Кейт. Та не ответила. От Стейси и Хельги Марида уже знала, что Кейт далеко не всегда снимает трубку телефона. Марида позвонила Лео, потом набрала телефон Адиля. Пять минут были на исходе. В растерянности, Марида позвонила Денису.

– Не волнуйся, – ответил он. – Какой номер? 118? Хорошо, все сделаем. Занимайся приезжими.

– Спасибо! – Марида расплылась в улыбке.

Слава Богу! Хоть один нормальный человек! Эти мысли поднимали ей настроение, поэтому, когда вернулся Матвей, она была уже в добром расположении духа.

– Как обед? – спросила она.

– Да все не дождусь твоего борща! – весело ответил он, в эту минуту двери распахнулись, и вошла толпа туристов, около двадцати человек, может быть, чуть больше, Марида с Мэттом вытянулись, готовые приветствовать гостей.

Они достаточно бойко выдавали ключи, заводили данные о гостях в базу пансионата, одновременно отвечая на вопросы клиентов, и были весьма довольны собой, пока на горизонте не замаячила новая проблема: последние пять туристок требовали одиночные номера.

– Мэтт, сколько осталось одиночных? – тихонько прошептала Марида.

– Три, – также тихо ответил он.

– Пожалуйста, ваши ключи! Мой коллега проводит вас! – Марида приветливо протянула три ключа женщинам.

– Что ты будешь делать? – спросил ее Мэтт, выходя из-за стойки.

– Не знаю, – прошептала Марида.

Мэтт и три дамы скрылись в лифте, и перед Маридой остались две последние гостьи, постукивающие в нетерпении длинными ногтями по стойке. Одна – пожилая женщина с ярким макияжем на лице и выкрашенными в белый цвет волосами, вторая – молоденькая девчонка лет двадцати.

– К большому сожалению, у нас сейчас заняты остальные одиночные номера, – сказала, наконец, Марида и подняла глаза на женщин, набираясь смелости.

– То есть, как, заняты? – переспросила женщина.

– Их нет, к сожалению, – чуть заискивающе улыбнулась Марида. – Мы можем предложить вам провести два дня в одном номере вместе, а потом освободятся одиночные.

– Ну уж, нет! – хором закричали обе, а девчонка добавила: Я платила за одиночный, я свои права знаю!

– Я буду жаловаться! – тут же свистнула ей вслед женщина.

Растерянная, Марида набрала телефона Кейт, но, как и следовало ожидать никто не ответил. Марида снова набрала телефоны Лео и Адиля, но не дождалась ответа. В отчаянии, испуганная и подавленная, она повесила трубку и обернулась. Пересекая холл, к ней шел Денис.

– Какие-то проблемы? – тихо спросил он.

– Да! – Марида с надеждой кинулась к нему. – Проблемы! У нас нет одиночных номеров!

Денис пробежался пальцами по клавиатуре.

– Дай два люкса в пятой зоне, – сказал он, потом обратился к клиенткам, – Чтобы компенсировать ваши неудобства, мы предлагаем вам провести эти две ночи в номерах класса люкс.

Женщины довольно заулыбались, Марида выдала им ключи, и вернувшийся Мэтт отправился проводить гостей в комнату. Марида обернулась к Денису, вытирая вспотевший от напряжения лоб.

– Спасибо тебе! – прошептала она.

– Во-первых, никогда не надо говорить клиентам правду в глаза. Если есть какие-то проблемы нельзя обсуждать их при гостях. Объясняй им все на понятном языке, но между собой говорите так, чтобы им не было понятно. Хоть на русском говорите, ясно?

Марида кивнула.

– И если ты не можешь дать гостям то, за что они платили, дай лучшее, а не наоборот. Это избавит нас от дополнительных проблем. Понятно?

Марида снова кивнула.

– Хорошо, продолжайте.

И Денис покинул холл, а Марида отправилась обедать. За обедом она чувствовала, что напряжение не покидает ее, и она не смогла проглотить ни кусочка. Вернувшись за стойку, она обнаружила крайне мрачного Мэтта, которому в ее отсутствие пришлось выслушать жалобу на горничных от клиента.

– Для такой работы нужно иметь стальные нервы! – заметил он.

– Ничего, привыкнем! – ответила Марида. – Самое трудное на сегодня позади!

Но она ошибалась, оказалось, что трудности только начались, и Марида поняла это, когда увидела покрасневшее от гнева лицо лысого господина, представшего перед ней.

– Ну и где мои золотые запонки?! – завопил он, не позволив ей произнести не слова.

– Не знаю, – запинаясь, сказала Марида.

– Ах, не знаете! Нехорошо! – он улыбнулся, – Такая молодая и уже научилась врать! Очень не хорошо! Но я добьюсь своего! Я добьюсь, чтобы вас уволили сегодня же!

– А в чем дело? – вмешался в разговор Мэтт.

– А вы, юноша, не вмешивайтесь, вас не касается! – продолжил лысый господин. – Позовите мне управляющего! Немедленно!

Марида снова с готовностью набрала телефон Кейт. На этот раз девушка подняла трубку.

– У клиента пропали запонки, он хочет видеть управляющего, – сбивчиво объяснила Марида.

– Сейчас спущусь, – лениво ответила Кейт.

– Минуточку, пожалуйста, – улыбнулась Марида клиенту.

Через минуту и правда спустилась Кейт в компании Лео.

– Добрый вечер! – обратилась Кейт к клиенту, – Кейт Тейлор, старшая смены и Леонард Бреди, финансовый менеджер отеля. Чем мы можем вам помочь?

– Вообще-то, я хотел видеть управляющего! Но, тем не менее: вы не поверите, что я увидел сегодня, когда вошел в свой номер. Как вы думаете, что? – и с триумфом добавил, указывая на Мариду, – Я увидел вот эту молодую особу, копошащуюся в моих вещах! Она якобы убирала номер! А потом я не смог найти свои золотые запонки! Такой уважаемый пансионат не должен нанимать на работу воровок!

– Что?! – Марида задохнулась от возмущения. – Что вы говорите! Я не убираю номера!

– Ты была в номере этого господина? – строго спросила Кейт.

– Конечно, нет! – крикнула Марида. – Я весь день здесь, отходила только обедать!

– А вот и неправда! – крикнул клиент.

– Успокойтесь, пожалуйста, – подал голос Лео, – Мы все сейчас выясним. Марида, ты работаешь первый день, но мы, конечно же, доверяем тебе…

– И зря! – крикнул клиент.

– Это неправда, я не воровка! – Марида не смогла сдержаться, она почувствовала, как слезы выступают у нее на глазах, она всегда ненавидела несправедливость.

– Позовите полицию! Я требую полицию! – кричал клиент.

Кейт и Лео переглянулись, по их лицам Марида поняла, что и они не верят ей, и слезы покатились по ее щекам. Мэтт молчал. Кейт подняла трубку телефона.

– Дэн, спустись, у нас проблемы, – сказала она.

Через минуту Денис вошел в холл к великому удовольствию клиента, которому удалось снова повторить свою историю. Денис слушал его очень внимательно, а потом взглянул на часы, которые показывали ровно шесть.

– Сэр, я предлагаю вам вместе с вами пройти в ваш номер и посмотреть еще раз, возможно, вы ошиблись, и ваши запонки на месте.

– Вы что, держите меня за идиота! – крикнул лысый господин, вытащил платок и вытер мокрую лысину, – Я все обыскал.

– Я настаиваю, – спокойно ответил Денис. – Проверьте запонки и остальные вещи. Они должны быть на месте. Мы доверяем сотрудникам. Прошу вас!

Нехотя, лысый господин последовал за Денисом в лифт.

Через десять минут Денис вошел в комнату позади приемной, где Мэтт пытался утешить рыдающую Мариду.

– Не надо плакать, – он вытащил платок и протянул его Мариде, – Если всегда плакать, ты не сможешь здесь работать. Все в порядке, он нашел свои вещи.

– Как это получилось? – всхлипывая, спросила Марида, вытирая слезы.

– Такое случается, – спокойно ответил он. – Золотое правило: если клиенты что-то говорят, скорее всего, это неправда.

– Но зачем?

Денис пожал плечами.

– Только больше не плачь, – попросил он, и Марида кивнула.

Впоследствии друзья Мариды говорили, что Денис помогает ей больше, чем остальным, но Марида продолжала упорно отрицать это, объясняя его помощь тем, что она обучалась на целый месяц меньше остальных, хотя конечно же, не могла не чувствовать симпатии, которую ее начальник испытывал к ней. И это радовало Мариду. Еще один ключик она подобрала верно.

В середине весны Марида почувствовала, что работать вдруг стало легче. Исчез первоначальный страх, прошла нервозность, и девушка даже начала получать удовольствие от работы. И лишь одна мысль по-прежнему не давала ей покоя: как получилось, что Кейт и Лео поверили этому лысому обманщику, как могли подумать, что она украла запонки, и главное, что заставило их поверить в это?

***

В свой первый апрельский выходной Марида отправилась на берег моря, она хотела тишины, хотела отдохнуть от назойливых шумных клиентов и побыть наедине с собой. Она хотела встретить весну. Но это не удалось, едва лишь она спустилась к берегу, как обнаружила Рико, стоя на причале, он отвязывал лодку.

– Марида! Марида! – замахал он ей, улыбаясь своей белозубой улыбкой, – Поехали, покатаемся!

Марида улыбнулась. Как и предсказывала Хельга, в последнее время Рико все чаще оказывал ей знаки внимания.

Она торопливо прошла по мокрым доскам причала, спрыгнула в лодку, он завел мотор, и лодка заскользила по водной глади. Марида обернулась назад, берег скрывался, белое здание пансионата становилось все меньше. Они направлялись в открытое море.

– Ну, как? – спросил Рико. – Освоилась? Работать нравится?

– Все отлично, – улыбнулась Марида.

– Мы мало общаемся! – он улыбнулся и посмотрел ей в глаза. Марида ожидала подобного хода и знала, что последует дальше. Она не отличалась от других девушек, Рико и ей казался чрезвычайно привлекательным, поэтому она решила прекратить возможные отношения с ним прежде, чем они смогут начаться.

– Я очень хочу, чтобы мы были друзьями, – сказала она.

– Я тоже, – Рико радостно улыбнулся.

– Я имею в виду, только друзьями, – быстро добавила Марида. – Как брат и сестра.

На его лице отразилось изумление.

– Почему? – вдруг спросил он.

– Просто, я хочу, чтобы ты был моим другом. Ты хороший человек, – пояснила Марида.

Рико ошеломленно молчал. Казалось, ее слова произвели неожиданное впечатление.

– Ты первая девушка, которая сказала мне это. Почему? Ты думаешь, со мной интересно общаться?

– Думаю, да, – ответила Марида.

Он протянул ей руку, и она пожала ее.

– Решено, – серьезно ответил он. – С этого дня – я твой друг. Можешь во всем рассчитывать на меня. Ты – мой первый друг, среди девчонок.

– Не пожалеешь, я славный парень! – улыбнулась Марида и, зачерпнув горсть холодной воды, плеснула на него, он вскрикнул, ответил ей тем же, и в лодке завязалась шутливая потасовка.

– Ладно, сдаюсь! А то лодку утопим! – крикнул Рико, снова садясь к рулю, и Марида вернулась на скамейку. Они были далеко от берега, впервые Марида чувствовала себя легко и свободно в обществе другого человека. Матвей тоже был ее другом, но это была другая дружба. Матвей абсолютно не интересовал ее, как и она его, они могли говорить друг другу что угодно, не стесняясь в выражениях, как если бы, и правда, с детства росли вместе. Рико был другим. Он просто был открытым человеком, его обаяние и доброта располагали к себе любого.

Марида радостно улыбнулась, но Рико не ответил на ее улыбку, он вдруг стал серьезным.

– Почему ты приехала сюда? – спросил он.

– То есть? – не поняла Марида. – Чтобы работать.

– Нет. Я не хочу слышать такой ответ. Я хочу знать, почему. У тебя была хорошая работа, но ты оставила ее. Оставила родных, ты говоришь, что тебе нужны деньги. Почему?

– Просто, потому что нужны деньги, – ответила Марида, глядя на рябящую морскую поверхность. Ветер тронул ее волосы, и прядь упала ей на лицо, она отвела ее и взглянула на Рико.

– Нет, – снова сказал он. – Ок, ты не хочешь встречаться со мной. Но и ни с кем другим! Мы же живем здесь, Марида. Посмотри, Хельга встречается с Эндрю, хоть они и скрывают, но это знают все. Стейси увивается вокруг Дениса. Лео уже давно с Еленой. И даже Карэн ухаживает за Мариной. Не знала? Марина у нас непромах! Да и я все еще с Эжени. Мы то сходимся, то расходимся. А ты? Разве тебя интересует Мэтт? Нет! Или я? Нет! Адиль до сих пор одинок, хоть Кейт и крутится рядом. Кейт крутится рядом со всеми, она единственный смерч в этих местах. А ты? Сколько раз, когда мы ходили в деревню, местные рыбаки пытались познакомиться с тобой и все напрасно… Я хочу знать причину, Марида. Мы ведь друзья?

Марида помолчала.

– А почему ты хочешь знать? – спросила она.

– Потому что тебе тяжело. И я это вижу. Потому что ты никогда и никому не рассказывала об этом. Если ты расскажешь мне, тебе будет легче.

Марида оглядела его. Красивое лицо, темные вьющиеся волосы, дорогие часы на руке и цепочка на шее, стильная куртка и модные джинсы. Не было ни разу, чтобы Рико появился в одной и той же одежде. Он легкомысленный и переменчивый.

– Как я могу быть уверена, что ты не расскажешь об этом другим?

– Я обещаю, – просто ответил он, и Марида поверила.

– Хорошо. Я расскажу.

***

Марида Светлая работала в службе безопасности крупной компании. Она любила свою работу и ожидала повышения по службе. Марида была одной из лучших в отделе, ее любили и уважали. Более того, Марида была самой счастливой девушкой в мире. Выпускница престижного вуза, дочь любящих, пусть и небогатых, родителей, Марида была успешна в работе. Кроме того, у нее был ее Макс. Они познакомились на вечеринке в ночном клубе, Марида редко ходила в клубы, да и в ту ночь оказалась там случайно. Как выяснилось позже, он также не любил клубы. Они были похожи во всем, казалось, он понимал ее с полуслова. Он вызвался проводить ее, попросил телефон, позвонил на следующий же день, и так началась для Мариды новая жизнь, озаренная светом влюбленности. Она никак не могла поверить собственному счастью: он был такой красивый, такой умный и образованный, такой обаятельный и предупредительный! Неужели такое возможно! Радость светилась в глазах Мариды, а ее влюбленность все быстрее перерастала в страсть, слепую, не контролируемую разумом. Каждая минута, проведенная врозь, казалась ей вечностью, ничто кроме него не интересовало девушку. Потом Макс сделал ей предложение, и Марида начала приготовления, пока лишь мысленные, к предстоящей свадьбе. Удивительно, но Макс сумел очаровать и родителей Мариды, и ее подругу. Надо заметить, что помимо Макса и любимой работы, у Мариды было еще одно бесценное сокровище. Элла. Ее лучшая подруга. С детства они были неразлучны, и теперь стали настолько близки, что казалось, что две девушки общаются без слов, с помощью им одним известных импульсов и сигналов.

К тому моменту Элла тоже собралась выйти замуж, она отчаянно копила деньги на квартиру, и однажды обратилась к Мариде с весьма странной просьбой.

– Я настолько сильно мечтаю об этой квартире, что не переживу, если что-то случиться с деньгами. Пожалуйста, возьми эти деньги и положи в сейф у тебя на работе. Здесь пятнадцать тысяч. Это наш первоначальный взнос, – с этими словами Элла протянула Мариде увесистую пачку купюр.

– Нет проблем, – ответила Марида. – Если хочешь, могу помочь тебе с кредитом.

– Буду очень благодарна! – Элла улыбнулась.

Но помочь не получилось, так как один день перевернул жизнь Мариды, изменив ее раз и навсегда.

В тот день Марида, как и обычно разбирала запросы клиентов, каждого из которых требовалось проверить и составить подробное досье. Она вытащила одно из них, и улыбка сверкнула на ее лица.

– Валединский Максим, – прочла она.

Неужели! Макс решил стать их клиентом! Почему он не сказал ей? Наверное, как всегда шутит! Он такой шутник! Марида сняла трубку телефона и набрала его номер, но повесила трубку прежде, чем он успел ответить. Она тоже умеет шутить!

Марида вставила листок бумаги в прорез факсимильного аппарата и набрала номер.

– Миш, посылаю тебе клиента, проверь его! – смеясь, сказала Марида.

И какого же было ее изумление, когда от ее коллеги пришел отрицательный ответ. Марида схватила трубку. Что за глупости! Наверное, опять ошибка!

– Миш, в чем дело? – взволнованно спросила она, и в ее голосе звучало возмущение, она готова была крикнуть: Это же мой жених, ты думаешь, это смешно?! Но голос на другом конце трубки отнюдь не смеялся.

– Максим Валединский, он же Петр Мальцев, он же Питер Штейнберг, мошенник международного класса, обвиняемый в использовании фальшивых документов, двух ограблениях, разбойном нападении, торговле оружием. Подозревается в убийстве совершенном в 2004 году. Полагаю, этого достаточно, чтобы передать сведения в следственные органы, а Марида?

– Что ты говоришь! – она не могла опомниться от изумления. – Это неправда. Ты ошибаешься…

– Проверь сама, – обижено буркнул Михаил и повесил трубку. Марида продолжала держать трубку в руках, оттуда доносились прерывистые гудки.

Вечером она встретилась с Максом и прямо с порога выпалила все, что было ей известно. Он молчал, напряженно раздумывая.

– Ты поэтому со мной связался? – спросила она. – Чтобы получить доступ к нашей базе данных! Замышляешь очередное ограбление?

Она посмотрела ему в глаза, и Макс ответил ей твердым серьезным взглядом.

– А что полюбить такой как я права не имеет? – спросил он, наконец.

И Марида поверила. Потому что хотела поверить. Она заплакала, он стал утешать ее, и через минуту они уже плакали вместе.

– Я завяжу с этим, обещаю! Мы уедем, мы начнем новую жизнь! – говорил Макс.

А через несколько дней ночью в ее квартире раздался звонок. Марида сняла трубку.

– Марида, это Макс! – его голос звучал взволнованно. – Нам нужно встретиться. Это срочно! Я буду у твоего подъезда!

Несколько минут спустя, прорвавшись сквозь оборону, выставленную родителями, она уже сидела в его машине. Он выглядел взволнованным и напуганным

– Марида, я попал в трудную ситуацию. Мне нужна помощь. Помоги мне.

– Что случилось?! – Марида почувствовала, как страх, неведомый раньше просыпается в ее душе.

– Мне нужны деньги. Срочно. Если я не достану их до рассвета, меня убьют. Я задолжал одному человеку.

– Сколько?

– Около двадцати тысяч.

– Но у меня нет таких денег! – Марида засмеялась. Это звучало как нелепая шутка, – Я могу найти тысячу или две!

– Тогда я пропал. Мне никто не поможет. Послушай. У меня есть деньги. На моем счете во Франции. Я доберусь до Франции, сниму деньги и верну их тебе. Через два дня. После этого мои долги будут закрыты. И я смогу завязать. Смогу начать новую жизнь. Ты приедешь во Францию ко мне. Я куплю там квартиру. Мы поженимся, пожалуйста, дай мне шанс! Дай мне шанс начать новую жизнь! Я ведь люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя, – сказала Марида.

– Тогда помоги. Пожалуйста. Иначе меня убьют завтра.

Марида обняла его. Она не представляла себе жизни без него, она была готова на все, чтобы помочь ему.

– Ты меня не обманешь? – спросила она, глядя ему в глаза. – Ты, правда, любишь меня? Мы, правда, будем вместе?

– Не обману, – твердо ответил Макс. – Через три дня я верну деньги.

– Хорошо. Поехали. – Марида приняла решение. Если ради его любви ей нужно будет совершить предательство, она сделает это.

Через полчаса Марида открыла сейф и отдала ему деньги.

– Спасибо, ты спасла меня! – тихо сказал он. – С меня корзина роз!

Марида улыбнулась, и в ее глазах вспыхнуло счастье.

Макс поцеловал ее, и они расстались. Больше они никогда не виделись. Прошло три дня, неделя, две, но ни деньги, ни розы так и не поступили. Марида звонила ему, но ни один телефон не отвечал. Но она продолжала надеяться и ждать, пока однажды он все-таки не взял трубку.

– Я хочу дать тебе один совет, – сказал он. – Научись анализировать то, что происходит вокруг. Сотруднику службы безопасности это не помешает. Ты совсем не разбираешься в людях.

Марида выронила телефон и долго стояла, не в силах пошевелиться, не зная, что делать дальше. Словно во сне она рассказала Михаилу о своем романе с бандитом Валединским, молча перенесла свое увольнение, даже настояла на этом. Но главная мысль, которая тревожила ее, была об Элле. Предательство, совершенное Максом, она еще сможет пережить. Но как пережить предательство, которое совершила она сама? Ради своей сумасшедшей любви, она предала самого близкого человека, она обманула доверие друга. Марида потеряла все в один момент. Работу, любовь, подругу. Но главное – веру в себя. Она не знала, как следует жить дальше. Не знала, кто она и какой ей следует стать. Мир не принял наивную девушку, которая верила людям. «Научись анализировать», сказал он ей. Это был совет стоимостью в пятнадцать тысяч. И Марида стала анализировать. Первые результаты анализа стали интересными: Марида вспомнила, как поразило ее сходство их взглядов с Максом, как умел он понимать с полуслова, как разделял все ее увлечения. Он просто сумел быстро подобрать ключ к ее сердцу, как умел подбирать коды к стальным дверям банковских сейфов.

Марида приняла решение. Точнее несколько решений. Первым из них было отказаться от любви в будущем, чтобы не повторить прошлое. Вторым, не верить людям, изучить, чтобы понять, как использовать их в дальнейшем. Третье, вернуть деньги Элле, и как можно скорее. На ее прощение Марида не рассчитывала. Как раз в эти дни на глаза ей попалось объявление о наборе сотрудников для пансионата «Графские Развалины». Его удаленность от Москвы, и главное, высокие зарплаты, как нельзя более соответствовали целям Мариды, и она незамедлительно позвонила по телефону, указанному в газете. Почти сразу же она была принята на работу, купила билет и покинула свой дом, чтобы обрести новый. Элле она отправила письмо, в котором честно рассказала о случившемся, пообещав вернуть деньги в течение года. Ответа она не получила. Перед отъездом Марида купила тяжелый браслет со связкой ключей различного размера, висящей на нем. Отныне она научится находить подход к каждому, кто будет преграждать ей путь к ее цели.

***

Марида подняла глаза и посмотрела на Рико.

– Вот собственно и вся история, – сказала она, убирая пряди волос с лица. – Поэтому Кейт и Лео думали, что я украла запонки. Они знали о моих отношениях с Максом.

Рико молчал.

– Скажи, что не будешь уважать меня больше, – добавила она.

– Ты заработаешь здесь за год, столько, сколько тебе нужно. И даже больше, – сказал он. – И я буду тебя уважать. Потому что ты моя сестра. И потому что мы все можем ошибаться. Но ты не права насчет любви. Не все такие, как этот Макс, поверь мне.

– Может быть, – согласилась Марида. – Но я не хочу проверять это.

– Наш Денис точно не такой, – заметил Рико. – Адиль тоже. Да и я.

В его голосе звучала искренность, и Марида грустно улыбнулась.

– Я знаю, – сказала она. – Вот только такая как я не стоит вас. И хватит об этом. Я должна работать и зарабатывать. Я уже говорила об этом и не хочу повторять больше!

– Ты не права, сестричка, – заметил Рико, направляя лодку к берегу.

Обратно они плыли молча, и Марида чувствовала, что ей стало легче, когда она рассказала о том, что тревожило ее, заставляя жить прошлым. Она с наслаждением вдохнула морской воздух, чувствуя, что ее жизнь продолжается, что впереди – длинная дорога, за поворотом которой, возможно скрывается счастье.

– Спасибо, что выслушал, – сказала она, когда лодка причалила к берегу.

– Спасибо, что поверила, – ответил Рико, помогая ей выбраться.

Глава 3. Клиенты и сотрудники пансионата

Весна, лето

– Я не понимаю, как так можно! – возмущенно вопила смуглая брюнетка в меховом боа, облокотившись на стойку.

– Пожалуйста, послушайте… – начала было Марида.

– Нет, это вы меня послушайте, девушка! – закричала брюнетка. – Ваш паршивый пансионатишко был выбран мной и как видно напрасно, и никто не хочет мне помочь!

– Я не смогу вам помочь, вы не даете мне вставить не слова! – почти крикнула Марида.

– Управляющего мне! – завопила брюнетка.

В поисках поддержки Марида обернулась к стоящему позади Денису, умоляюще взглянув на него.

– Сама, – сказал он просто и спокойно, и отвернулся, как если бы происходящее его не касалось. Марида поняла, что она уже не новичок и должна сама научиться справляться с трудностями. Марида сделала глубокий вдох.

– Пожалуйста, позвольте мне помочь вам, – тихо сказала она клиентке.

– Ну, наконец-то! – произнесла та. – Ведь этого я и жду уже целый час!

Так для Мариды началась самостоятельная жизнь в пансионате «Графские Развалины». Она по-прежнему боялась, ошибалась, говорила не то, что нужно, но научилась находить выход из сложных ситуаций и решать проблемы клиентов, не прибегая к помощи старших. Этому научились и другие новички, и теперь они, как прежде старшенькие, бесконечно обсуждали произошедшие в течение смены проблемы, пытаясь доказать кому из них досталось нечто трудное, кто проявил себя более смелым и расторопным.

В конце весны на доске почета в третий раз оказалась фотография Елены. Она неизменно признавалась лучшим сотрудником, обслужившим максимальное количество клиентов. Марида хотела стремиться к тому же, но пока ей было далеко до подобных результатов.

По вечерам сотрудники ходили в бар в деревне, там, как и прежде, продолжали обсуждать работу, трудности, смешные ситуации. Работа стала их жизнью, вытеснив все, что было до этого.

Постигая основы новой деятельности, Марида заметила нечто интересное, а именно: самым важным в общении с клиентами было подбирать нужные слова. Один и тот же смысл, выраженный разными словами, мог, как успокоить человека, так и вызвать у него приступ ярости, и она научилась использовать правильные выражения. Клиенты любили ее за готовность помочь и умение выслушать. Рассказывали они часто, и Марида понимала, что многим из них просто не с кем поговорить, поэтому они рассказывают о своих проблемах милой девушке за стойкой.

Она продолжала вести свой дневник, куда записывала в том числе истории, рассказанные ей клиентами пансионата.

История первая.

Я стояла за стойкой. Было около полудня. Мэтт ушел обедать. Было тихо и спокойно. Лето еще не началось, и в пансионате почти не было клиентов. Распахнулись двери и вошли трое: мужчина с седой бородой и всклокоченными седыми волосами, по лицу его было видно, что он любитель напитков покрепче воды. Он был одет в длинный плащ цвета хаки, он прихрамывал. Его сопровождали две женщины, одна – его возраста, бледная невзрачная. Скорее всего – жена. Вторая моложе. Несмотря на плащ, скрывавший фигуру девушки, было видно, что она ожидает ребенка. Девушка была некрасивой, полноватой с веснушчатым лицом.

– Есть номер? – грубовато бросил мужчина.

– Вам номер на троих? – спросила я. – У нас есть такие номера. Пожалуйста, заполните регистрационные карточки.

Мужчина заполнил карту, и оказалось, что эти люди – мои соотечественники. Андрей Дружинин, Маргарита Дружинина и Аня.

– Сейчас мой коллега проводит вас, – сказала я. – Вы планируете оплатить проживание сразу?

– Да, за три недели, – буркнул Дружинин и бросил на стол увесистую пачку денег. Я провела оплату.

– Пошли, не будем ждать, сами найдем! Пошевеливайтесь! – сказал он жене и дочери.

– Не пойду я никуда! – сказала вдруг Аня, и слезы покатились по ее щекам. – Я не хочу!

– Не хочет она! Я сказал ты пойдешь, дрянь такая! – и он отвесил ей подзатыльник, Аня тихо вскрикнула.

Я не имею права вмешиваться в отношения между клиентами. Но я не могу видеть, как бьют женщину, тем более в таком положении.

– Пожалуйста, без рук! – попросила я.

– А вы посмотрите на эту мерзавку! У нас нет денег себя-то прокормить, а она нас еще и позорит! Думаешь, у нее есть муж? Как же! Думаешь, о ее ребенке кто-то будет заботиться! Он станет нищим, беспризорником! Я выкину его на улицу, как только он родится!

– Его отец не позволит тебе сделать этого! Павлик заберет меня!

– Ну конечно! – захохотал вдруг Дружинин. – Где твой Павлик? Что же он ни разу не появился?

– Потому что он работал! А теперь вы увезли меня, и он не знает, где я! – крикнула Аня.

Ее отец снова рассмеялся.

– Вот дура! – сказал он, подмигнув мне. Я промолчала. Пришел Мэтт и повел их в номер, избавив меня от продолжения этой неприятной сцены.

Несколько дней спустя я работала утром, моя смена началась в семь. Мэтт завтракал, и я опять была одна. Двери лифта открылись, и появилась Аня. Она прошла по холлу, посидела в кресле. Меня поразили ее большие грустные глаза. Она выглядела совсем потерянной. Заметив мое сочувствие, она подошла ко мне.

– Я все жду, – сказала она вдруг. – Жду, когда приедет мой жених. Не верьте отцу. Родители никогда не любили меня. Они только и мечтают о том, как выбросят моего ребенка на улицу. А Павлик любит меня. Он заберет меня от них. Мы будем счастливы втроем. Когда же он приедет?

– Надеюсь, что скоро. Не волнуйтесь. Вам нельзя волноваться, – сказала я, и она снова заплакала.

Потом она спустилась к морю. А на следующий день, вечером, подвыпивший Дружинин, встал рядом со мной, облокотившись на стойку.

– У всех дети, как дети, – сказал он. – А у меня одна дочь, и та – дура.

Я не ответила.

– Она нашла проходимца, который бросил ее, как только появилась какая-то ответственность. А я должен расплачиваться! Но не тут-то было! Не на такого напали! Найдите мне телефон какого-нибудь приюта! Пусть приедут, заберут ребенка, когда он родится.

– Надеюсь, у этого ребенка хватит ума появиться на свет не в нашем пансионате? – подумала я про себя.

В течение следующих двух недель я нередко видела это странное семейство, иногда они были вместе, иногда поодиночке, и в моей душе всегда рождалась жалость к этой несчастной Ане и ненависть к Дружинину. Мой отец никогда бы не поступил так! – думала я с гордостью.

Однажды вечером, на исходе третьей недели, красивый молодой человек зарегистрировался в пансионате. Я не обратила на него никакого внимания, но Мэтт сказал мне: «Готовься, будет шоу!» Я не успела спросить, что он имел в виду, как из столовой показалась Аня. Молодой человек сидел в холле, ожидая, когда освободиться его номер. Аня прошла к лифту, не заметив его. В то время как он не спускал с нее глаз. Когда она скрылась, он подошел ко мне и сказал:

– Простите, девушка. Я передумал. Пожалуй, я остановлюсь в деревне. У друга.

Я опустила глаза. Передо мной лежал его паспорт. Павел Ильченко. Секунду я колебалась. Потом мне вспомнился Макс, и я решила, что не позволю виновному избежать ответственности.

Я мило улыбнулась в ответ.

– Сожалею. Но я уже провела платеж. Мы не можем его вернуть, – нагло солгала я.

– Что же делать? – он выглядел растерянным.

– Вы оплатили эту ночь. Останьтесь до утра.

Он колебался.

– Ладно, – сказал он, наконец. – Я могу заказать ужин в номер?

– Конечно, – я снова улыбнулась.

После ужина, когда Аня и ее родители сидели в холле, я сняла трубку телефона и набрала номер комнаты, где остановился Павлик.

– Господин Ильченко! – сказала я, – Вас беспокоят из приемной. У нас возникли проблемы с вашей картой, вам звонят из банка. Будьте любезны, спуститесь, пожалуйста.

– Хорошо, – недовольно буркнул он.

– Ты спятила, какой еще банк? – гневно прошептал Мэтт. – Тебя уволят и правильно сделают!

– Посмотрим! – ответила я.

Павлик вышел из лифта и направился к стойке, и в эту секунду Аня заметила его.

– Павлик! – истошно крикнула она и, вскочив с кресла, бросилась к нему. Родители удивленно наблюдали за ней. Она обняла жениха за шею, заплакала, он растерянно обнял ее в ответ.

Мы с Мэттом наблюдали за этой сценой. Дружинин поднялся и, прихрамывая, направился к новоиспеченному зятю.

– Ну, здравствуй! – сказал он. – Ты заберешь ее?

– Куда? – не понял Павлик.

– Она говорила, что ты женишься на ней. Посмотри на нее!

Аня продолжала громко всхлипывать.

– Давайте обсудим это после, – нашелся Павлик, – мне звонят из банка!

Он поднял на меня глаза, ожидая поддержки.

– Они уже повесили трубку, – я улыбнулась.

– Так ты заберешь ее?! – крикнул Дружинин.

– Куда я ее заберу?! —закричал в ответ Павлик. – Я ей ничего не обещал! Я предлагал избавиться от ребенка! Она сама не захотела! Оставьте вы меня в покое, наконец!

Дружинин захохотал

– Вот, смотри! – сказал он Ане, – Вот какой у тебя жених!

– Прекратите! – крикнула Аня сквозь слезы, – Хватит! Вы оба хотите избавиться от меня, лучше мне умереть!

Внезапно она вскрикнула, положила руку на живот и испуганно посмотрела на меня. Мы молчали.

– У вас есть врач? – уже тихо спросила она.

Мэтт кинулся к телефону, звонить, а я бросилась к ней. Я оставила стойку и помогла Ане подняться в номер. Ее родные остались внизу.

– Не уходите, не бросайте меня, мне страшно! – попросила она. – Подержите меня за руку.

Я села рядом и взяла ее за руку.

Раздался звонок телефона. Это был Матвей.

– Врач уехал. Денис поехал в город за другим. Будут не раньше, чем через три часа. Держись, брат.

– Хорошо, – ответила я.

– Что он сказал? – спросила Аня, когда я повесила трубку.

– Что скоро будет врач. Не волнуйтесь. Все будет хорошо.

– Я хочу умереть.

– Это неправильно. Вы молодая. Вы будете жить. Не бойтесь.

Потом приехал врач. В пансионате царил переполох, и надо заметить, что Павлик и родители Ани немало ему способствовали.

– Я прошу, позовите полицию, – просила жена Дружинина. – Пусть они заберут этого ребенка и доставят в приют.

– Она права, – поддакивал Павлик.

Мэтт взглянул на меня.

– Рано, – сказала я. – Ребенок еще не родился.

– Лучше забрать его сразу, пока она не привыкла к нему, – возразила мать. – Делайте, как я говорю, вы всего лишь портье!

Мэтт позвонил в полицию.

На лице Павлика появилась надежда на освобождение. Дружинин молча пил в углу коньяк.

Кажется, я была единственной, кого волновало здоровье бедняжки Ани. После приехали сотрудники полиции. Они были удивлены, узнав, в чем дело, но понимали, что ребенку не место в пансионате.

Еще через несколько часов появился врач. Он держал на руках маленький сверток, который тихонько попискивал. Я почувствовала, что начинаю улыбаться.

– Как она? – спросила я.

– В порядке, – ответил врач. – Родился мальчик.

– Отлично, – заметил Павлик. – Видите, все закончилось благополучно. Доктор, отдайте его офицерам. Мать отказывается от него. Отец тоже отказывается. Я готов подписать бумаги, – быстро добавил он.

Мне вдруг стало жаль, что я нахожусь здесь, среди этих людей, в сравнении с ними лысый с его запонками показался мне добрым гением.

Врач спустился со ступенек и подошел к полицейскому, передавая ребенка.

– Может, оставим его, сделаем сыном пансионата? – хотела крикнуть я.

Полицейский взял ребенка на руки.

– Мальчик говорите? – раздался вдруг из дальнего угла голос Дружинина. – Слава Богу, услышал меня! А то все девки рождались.

Он медленно поднялся и заковылял к полицейским.

– А ну, покажите его!

Он взял ребенка, развернул одеяльце и радостно улыбнулся.

– Разве это мальчик! Это богатырь! Оставьте его. Что я, внука вырастить не смогу? Давайте, господа офицеры, спасибо, что приехали, а теперь все, до свидания, чао!

– Но мать отказалась от ребенка, – заметил Павлик

– А ты кто такой, щенок, чтобы за мою дочь говорить! – крикнул вдруг Дружинин. – Анна моя не такая, чтобы сына бросить, не зря я ее растил! Да уберетесь вы отсюда? – обратился он к полицейским.

– Господа, помощь полиции нам больше не понадобиться, спасибо за визит, – сквозь слезы улыбнулась я. – Будьте добры, захватите в город господина доктора.

– Ой, спасибо! – обрадовался врач.

Следующим утром я постучала в номер к Ане. Она, радостно улыбаясь, опиралась на подушки, у нее на руках лежал маленький сынишка.

– Ваш Павлик уехал, – сказала я.

– Отлично, – спокойно ответила она. – У меня теперь есть Андрюшка. Спасибо вам.

– Не меня благодарите, – сказала я, взглянув на Дружинина, сидевшего рядом с кроватью дочери.

Дружинин догнал меня, уже в коридоре и заговорщически подмигнул мне, прошептав на ухо:

– Мальчишку-то в честь меня назвала!

И улыбнулся счастливой, совсем детской улыбкой. А я поняла, что разбираюсь в людях не лучше, чем в тот день, когда встретила в ночном клубе Макса.

– Марида, Марида! – раздался крик Стейси, и Марида подскочила на кровати.

– Что ты так орешь! Я же сплю, – возмутилась она.

– Свершилось! – крикнула она, – Не время сейчас спать!

– А в чем дело-то? Денис тебе еще раз улыбнулся?

– Прекрати! – Стейси села на кровать рядом с ней. – Завтра будет большой праздник! Милош приезжает!

– Да неужели! – теперь уже Марида раскрыла глаза от изумления. – Врешь!

– Правда! После завтрака приедет Радка! Будет нас уму-разуму учить! Так что вставай!

После завтрака сотрудники пансионата собрались в большом банкетном зале, где Радка с Карэном подробно объяснили им правила поведения в присутствии хозяина отеля. Горничные с двойным усердием мыли коридоры, Рико и Адиль были отправлены в сад, помогать Карэну, Денис и Эжени руководили подготовкой праздничного банкета.

– Ночью за стойкой будут Елена и Адиль, – объявила Радка. – А днем Эжени и Рико. Не стоит ставить новеньких в день приезда хозяина. Поэтому сегодня Мэтт и Марида будут работать с трех до полуночи. Потом их сменят Елена и Адиль, надеюсь, они успеют выспаться.

– До полуночи? – неуверенно переспросил Денис.

– Кейт побудет с ними после десяти.

– Хорошо, – Денис кивнул.

Марида и Матвей удивленно переглянулись. Разве работать после десяти тяжелее? Напротив, гости будут спать. И потом, они уже опытные сотрудники!

В три часа дня Марида и Мэтт заняли свое место за стойкой. Сегодня не ожидалось ни заезда, ни выезда гостей, поэтому их работа была в основном связана с уборкой холла и рабочего места к приезду Милоша. Помимо этого они отвечали на вопросы клиентов, заказывали еду в номер, в целом день прошел удивительно спокойно. Стрелка часов приблизилась к десяти, спустилась Кейт и села в кресло в холле, разложив перед собой ворох разноцветных журналов. Никто больше не звонил, клиенты пансионата рано ложились спать, лишь стайка молодежи взяла машину напрокат, чтобы отправиться в город на дискотеку.

Когда оставалось около получаса до конца смены, Кейт зевнула.

– Я отойду на секунду. Мне нужно в комнату для девочек, – сказала она.

– Конечно. – Марида кивнула.

Кейт скрылась в лифте, и почти сразу же раздался звонок телефона. Говорила клиентка из номера 214.

– У меня что-то случилось с дверью. Я не могу выйти из номера. Пожалуйста, откройте меня! – попросила она.

– Конечно, я сейчас! – ответила Марида.

– Что ж ей не сидится ночью в номере? – пробормотал Мэтт. – Хочешь, я схожу?

– Ты целый день бегаешь. Я схожу. – Марида вышла из-за стойки и направилась к лифту.

Она поднялась на второй этаж, нашла номер 214 и помогла нерадивой клиентке открыть дверь.

– Ох, спасибо! – улыбнулась пожилая клиентка, – Не подумайте, что я хочу куда-то идти ночью. Но ведь, когда ты заперта и не можешь выйти, это неприятно, согласитесь! А вдруг пожар, – прошептала она, доверительно наклонившись к Мариде.

– Конечно, неприятно! – согласилась девушка. – Спокойной ночи!

Марида закрыла дверь номера и направилась к лифту. Она нажала на нижнюю кнопку, чтобы вернуться на первый этаж. Лифт бесшумно заскользил вниз. Потом двери раскрылись, Марида сделала шаг вперед, машинально, в следующую секунду двери закрылись, и лифт поднялся наверх. И только теперь Марида поняла, что находится вовсе не в приемной.

– Черт! – вспомнила она. – Я нажала на самую нижнюю кнопку! Это подвал! Вот занесло среди ночи!

Марида снова нажала на кнопку, вызывая лифт, но он все еще был занят. Она огляделась. Никогда прежде она не была здесь. Но в атмосфере подвала было что-то знакомое, он что-то напоминал… Внезапно Мариде стало страшно. Она вспомнила, что именно напоминал ей подвал. Он напоминал пустой этаж, там наверху. Здесь было также тихо. Абсолютная тишина, и почти такая же темнота. И холод… Опять тот же холод. Но здесь не могло быть разбитого окна! Почему так холодно?

– Я же под землей! – подумала Марида, но ей не стало менее страшно. Она снова обернулась к лифту, но он был занят.

– Можно ждать или искать лестницу. Здесь должна быть лестница! – решила она.

Медленно, преодолевая растущий страх, Марида двинулась вперед, темнота наступала на нее, окружая со всех сторон. Было тихо. Тихо и жутко. Лестницы не было нигде.

Марида прислушалась. Легкий шорох раздался позади. Она замерла, чувствуя, как сжимается ее сердце.

– Кто здесь? – тихо спросила она, но никто не ответил.

– Кто здесь?! – спросила она громче, и ее подозрение перешло в уверенность. Здесь кто-то был!

Марида прижалась к стене, и в этот момент в тусклом свете лампочек мелькнула чья-то тень. Ужас охватил девушку, и она закричала. Кто-то шагнул к ней из темноты. Марида вскрикнула еще громче.

– Что ты орешь? – раздался голос Кейт. – Что орешь, я спрашиваю?!

– Кейт! – Марида бросилась к ней, она и не представляла, что может так обрадоваться появлению этой неприятной девицы!

– Здесь лестница, – показала Кейт. – Пошли. Как тебя занесло в подвал?

– Я нажала не ту кнопку, – ответила Марида.

Они поднимались по лестнице.

– Кейт, – вдруг тихо спросила Марида, остановившись на ступеньках, – В подвале есть кто-то? Мне показалось, там кто-то был…

– Может мыши? – ответила Кейт, пожимая плечами.

Марида прекратила расспросы и вернулась за стойку. Через десять минут Елена и Адиль сменили их с Матвеем, и Марида отправилась спать. Но, как и в прошлый раз, она не могла избавиться от чувства, что Кейт не сказала ей правды.

– Как Кейт узнала, что я в подвале? – думала она. – Как Денис в тот раз нашел меня?

Марида вдруг остановилась и резко повернулась к Мэтту, идущему рядом с ней по коридору.

– Мэтт, – спросила она, – Почему они не ставят нас в ночные смены?

Он пожал плечами.

– Ночью ни Денис, ни Кейт не могут помочь, а у нас слишком мало опыта, – ответил он.

Марида отвернулась. Другого ответа и быть не могло. Матвей прав. У них еще слишком мало опыта.

На следующий день весь персонал пансионата выстроился в холле. К дверям здания подъехал белый кабриолет, и Милош, стройный, еще красивый мужчина лет пятидесяти, поднялся по ступеням своего пансионата.

– Здравствуйте, коллеги! – приветствовал он своих сотрудников, и они хором ответили ему.

– Я рад, что мой пансионат находится в таком прекрасном состоянии! Что я каждый день получаю все новые похвалы в ваш адрес от наших гостей. Поэтому, сегодняшний праздник будет в вашу честь. И мы также наградим тех сотрудников, которые были признаны лучшими по итогам прошедшей весны!

Все дружно крикнули ура, после чего Милош удалился в сопровождении Карэна и Радки, а остальные заняли рабочие места.

Вечером в банкетном зале были накрыты праздничные столы, сотрудники, разместились за ними опять-таки в соответствии со сложившейся иерархией.

– Наши повара постарались! – признал наконец-то Мэтт. – А борща я так от тебя и не дождался!

Марида толкнула его локтем, чтобы он замолчал.

– Итак, – Милош поднялся, – Сегодня я хочу поздравить вас всех, поблагодарить за ваш вклад в работу пансионата. И поздравить лучших. Лучшему как вы знаете, полагается денежная премия. Поэтому каждый должен быть заинтересован в том, чтобы стать лучшим. Итак: лучший среди менеджеров – Денис. Раздались громкие крики и аплодисменты, никто не сомневался в правильности выбора. Денис поднялся, Милош пожал ему руку, вручил конверт с премией, после чего объявил лучшего среди старших: Елена! В очередной раз Елена получила премию и поздравление, улыбнулась своей американской улыбкой.

– А теперь настала пора объявить лучшего среди наших новых сотрудников: Карлос!

Раздались аплодисменты.

– Почему Карлос? – возмутилась про себя Марида. Та же Стейси работает лучше, Карлос просто болтун! Но таким был выбор, и оставалось лишь поприветствовать победителя. Карлитос сиял, произнес длинную речь, а во время танцев, последовавших за банкетом, пригласил Кейт танцевать. Марида заметила, что между этими двоими намечается явная симпатия. Милош танцевал с Радкой, Стейси пригласила Дениса. И даже Мэтт танцевал с Фатуллой. Марида поняла, что ей явно не хватает пары, и она покинула зал, решив присоединиться к Адилю, стоявшему за стойкой. Она прошла через темный коридор, и внезапно чей-то шепот привлек ее внимание. Марида остановилась. У окна, обнявшись, стояли Хельга и Эндрю. В одной руке у него была рюмка с чем-то золотистым. Хельга крепче обняла Эндрю, он поцеловал девушку, одновременно опуская руку, содержимое рюмки вылилось на кремовую блузку клиентки, привезенную из прачечной, которую Хельга держала в руках. Хельга испуганно вскрикнула.

– Черт! Мы облили блузку графини Стейнсфилд! Ты что с ума сошел!

– Я не специально, – испуганно заметил Эндрю.

– Что это было? – подала голос Марида, и, вздрогнув, Хельга и Эндрю обернулись к ней.

– Кто здесь? – спросила Хельга.

– Это я, не бойтесь, – Марида вышла на свет. – Ничего страшного. Еще раз выстираем ее. Чем облили?

– Коньяком, – ответил Эндрю.

– Коньяк отстирается, – заверила Марида, – Давайте ее сюда. Хельга передала ей блузку, и Марида направилась к выходу. В этот момент дверь банкетного зала распахнулась, и оттуда выпорхнули смеющиеся Лео и Елена.

– Что у тебя? – спросил Лео, останавливаясь.

– Блузка клиентки. Мы ее облили, – простодушно пояснила Марида. – Ничего страшного, это отстирается.

– Кто облил? – спросил Лео, в выражении его лица появилось вдруг что-то хищное, как у ищейки, которая почувствовала след.

– Я облил, – ответил Эндрю.

– Какая разница, кто облил! – сказала Марида. – Важно, что я отстираю. Это коньяк, он отойдет!

Несколько секунд Лео молчал.

– Я сам отнесу, дай сюда, – сказал он, наконец, забирая блузку у Мариды.

Он ушел, сопровождаемый Еленой и унес злополучную блузку, оставшиеся забыли о случившимся, однако двумя часами позже Мариду позвали в кабинет Карэна. Удивленная, Марида поднялась в кабинет, вошла, и замерла от неожиданности. Прямо напротив нее за столом сидели в ряд Милош, Карэн, Радка, Денис, Лео и Кейт. На стульях, у стола сидели Хельга и Эндрю. На столе лежала все та же блузка.

– Добрый вечер, Марида, – приветствовал ее Милош. – Расскажите нам, что произошло. Как вы испортили блузку клиентки?

– Никто ее не портил! – тут же возразила Марида. – Мы ее облили, но я же сказала, что все отстирается, и я не понимаю, зачем было рассказывать всем о таком пустяковом инциденте!

Она осуждающе посмотрела на Лео.

– Пустяк? – переспросил Милош. – А знаете ли вы, милая девушка, что употребление крепких спиртных напитков, к которым, кстати, принадлежит и коньяк, карается здесь увольнением?

Марида закусила губу. Об этом они не подумали! Конечно, она знала об этом!

– Итак, мы установили, что Эндрю и Хельга принимали участие в распитии этого напитка. Теперь мы хотели бы услышать, какова была ваша роль. Вы тоже пили коньяк?

– Конечно, – решительно ответила Марида.

– И что же заставило вас нарушить запреты? – спросила Радка.

– Не знаю, – ответила она.

– Она врет, – подала голос Хельга. – Ничего она не пила!

– Нет, пила! – возразила Марида. – И побольше тебя. Так что молчи… Меня никто не пригласил танцевать. Мне было больно и обидно. Я достала бутылку и попросила ребят составить мне компанию, они поддержали меня.

Милош и Карэн переглянулись, а Марида почувствовала неловкость, несомненно, она сказала несусветную глупость! Можно было придумать что-то поэлегантнее.

– Хорошо, все свободны, – сказал, наконец, Милош, – Карэн и Радка, останьтесь.

Уже в коридоре Мариду догнал Денис.

– Зачем ты опять врешь? – спросил он.

– С чего ты взял? – ответила Марида, догоняя Хельгу и Эндрю.

На следующий день Хельгу, Эндрю и Мариду заставили стирать блузку собственноручно. Этим наказанием и ограничились. Никто не мог понять, почему увольнение было заменено стиркой. И только Адиль сказал Мариде:

– Командный дух, это главное, что есть в нашей работе.

– Скажи это Лео, – ответила Марида.

– Слушай, все знают, что Лео подловат. Не обращай внимания. Будь собой.

– Постараюсь. Но боюсь, меня уволят до конца лета.

– И не мечтай, – улыбнулся Адиль. – И знаешь, что я тебе скажу? Возможно, скоро вас поставят в ночные смены.

– Правда? – удивилась Марида.

– Правда, – кивнула Адиль. – Когда вы сдадите тесты. Думаю в середине июля.

Адиль оказался прав, в конце июня новым сотрудниками дали выполнить тесты, с которыми те достаточно успешно справились, после чего было объявлено, что в честь перехода их в разряд старших будет предпринята ночная прогулка по морю на небольшом парусном корабле.

Марина и Адиль остались в пансионате, остальные, одевшись потеплее, спустились к морю, поднялись на палубу корабля, отчалившего от берега. Новенькие были веселы, их опьянила эйфория, они останутся ночью за старших, они больше не новички! Старшие, напротив, были почему-то напряжены и суровы.

Все вместе они выпили по рюмке шампанского в каюте, потом Кейт осталась с новичками, чтобы объяснить им особенности ночной работы, остальные поднялись на палубу.

– В самом деле, большой разницы нет. Но есть некоторые особенности, – сказала Кейт. – О них расскажу чуть позже. Мне нужно удалиться.

Она выскользнула на палубу, и новички остались в каюте одни.

– Как быстро летит время! – заметил Карлитос. – Мы уже не новенькие больше!

– Да уж! – согласилась Хельга.

Они продолжали ждать, но отсутствие Кейт затягивалось.

– Мэтт, сходи, посмотри, может ей плохо! – попросила Стейси. Мэтт нехотя поднялся, толкнул дверь, но та не поддалась. Он толкнул ее снова. Потом сильнее.

– Она заперта, – заметил он с изумлением. – Эй, наверху! Откройте нас!

Никто не ответил, и Мэтт забарабанил в дверь.

– Дай-ка я! – Эндрю подошел к нему. Он со всей силы ударил дверь ногой, она слетела с петель, и вместе с Матвеем, поднялся на палубу. Через несколько секунд, растерянный, Эндрю спустился в каюту.

– Там никого нет, – сказал он. – Мы одни.

– Что ты несешь? – возмутилась Хельга. – А кто управляет яхтой?

– Никто, – был ответ.

Вскочив, новички бросились на палубу и увидели странную картину: палуба была абсолютно пуста. Яхта плыла, неуправляемая никем. Плыла прямо на острые камни прибрежных рифов.

– Господи! – крикнула Марида, – Кто-нибудь, быстро к рулю! Кто умеет управлять!

Но никто не ответил, все стояли, застыв от неожиданности, а в следующую секунду яхту сотряс мощный удар, она налетела на риф и замерла.

– Мы тонем! Вода поступает! – крикнул Карлитос.

– Что делать, скажите, что делать! – закричала в ужасе Стейси.

– Только без паники! – сказала Марида. – Держите!

Откуда-то она вытащила связку спасательных жилетов.

– Надевайте. И давайте держаться вместе. Мальчики, спускайте шлюпки!

Матвей, Карлитос и Эндрю принялись отвязывать шлюпки, Марида, Стейси и Хельга помогали им.

Несмотря на стремительно заливавшую яхту воду, на борту ни на секунду не умолкали шутки.

– Я вспомнила, яхта называлась «Титаник», зачем мы сели! – кричала Хельга.

– А бедный Карлитос и плавать-то не умеет, держись за меня! – смеялась Марида.

– Конечно, в Португалии же нет моря, – добавил Мэтт.

– Только почему-то Колумб оттуда плыл в Америку, – заметила Марида.

– Сравнила, то Колумб, а то Карлитос, – добавил Эндрю, и даже Карлитос засмеялся.

– По-моему, он плыл из Испании, – добавил Карлитос, защищаясь.

Шлюпка была спущена, по закону моря, первым было позволено спуститься Стейси, Мариде и Хельге, потом к ним присоединились Мэтт и Карлитос. Эндрю последним покинул тонущую яхту.

Мэтт оттолкнулся веслом.

– Куда плыть-то? – спросил он.

– Подальше отсюда! – ответила Хельга, и Мэтт с Эндрю налегли на весла.

Хельга запела песню. Остальные подхватили ее. А когда песня окончилась, ночное небо вдруг озарилось тысячью огней фейерверка, и голос Рико в громкоговоритель прокричал:

– Уважаемые коллеги! От имени руководства пансионата поздравляю вас с успешной сдачей последнего экзамена! Ваш испытательный срок окончен! Ура!!!

Сидевшие в лодке молча переглянулись. Они перестали понимать происходящее.

Глава 4. Настоящая работа

Лето, осень

В комнате царил полумрак. Марида положила ладонь на руку Хельги и почувствовала, что она дрожит.

– Значит, волнуюсь не я одна, – подумала Марида, оглядывая напряженные лица Стейси, Матвея, Карлитоса и Эндрю. Эта мысль показалась ей утешительной.

Все вместе они сидели на диване около стены. Перед ними у освещенной проектором доски стоял Денис, с двух сторон от него Кейт и Лео, словно ангелы-хранители с суровым выражением лица.

– Итак, – начал Денис, – Я уже не в первый раз провожу эту вступительную лекцию и каждый раз не знаю, как начать… Что ж. Пожалуй, все равно начнем. Вы все здесь – люди неглупые. Возможно, вы уже задавали себе вопросы, на которые пока не могли найти ответа. Например… Я слушаю ваши вопросы.

Марида подняла руку.

– Почему нас не ставили в ночные смены, – спросила она. – Почему нам сделали такой странный последний экзамен?

– Правильно, – улыбнулся Денис.

– Почему нас привезли из разных стран, почему сделали такую высокую зарплату? – спросила Стейси.

– Что было там, на верхнем этаже, и почему ты сказал мне неправду? – спросила Марида.

– Почему нам нельзя пить коньяк? – добавил вдруг Эндрю.

– Ну, как раз коньяк здесь совсем не при чем, – ответил Лео. – Пить крепкие напитки нельзя нигде, когда ты работаешь с людьми.

– Верно, – заметил Денис. – Итак, вы задаете верные вопросы, значит, мы не ошиблись, выбирая вас. Сначала я отвечу на вопрос Стейси. Почему мы набрали персонал из разных стран. Почему выбрали именно вас. В мире не так много людей, соответствующих требованиям, которые предъявляются к сотрудникам этого заведения. Во-первых, это как мы уже говорили командный дух, готовность пожертвовать собой ради друзей. Полная самоотдача, смелость, решительность, высокий коэффициент интеллекта, умение общаться с людьми. И плюс к этому – редкая психическая устойчивость, честность, ответственность, надежность, готовность следовать за светлой целью без колебания и противостоять злу. Поэтому мы выбрали вас. Мы долго наблюдали за вами. Теперь второй вопрос Стейси. Почему такая высокая зарплата. Есть две причины. Во-первых, чтобы привлечь сюда именно тех, кто нам нужен. И вторая, потому что здесь опасно. Да, не удивляйтесь. Работать здесь опасно. Вы все рискуете жизнью, оставаясь здесь. Теперь вопросы Мариды. Последний экзамен был призван проверить вашу смелость, вашу готовность жертвовать собой ради друзей, умение вести себя в экстремальной ситуации. Вы справились. Вы молодцы.

– Теперь о ночных сменах и этажах! – попросила Марида.

– После, – улыбнулся Денис. – Теперь о нашей цели. Этот пансионат был создан не только обслуживать клиентов. У него есть другая, более высокая цель. Здесь, на территории этого пансионата скрыто нечто ценное. Настолько ценное, что в мире нет ничего более значимого, чем это. Наша задача охранять это.

– Что это? – поинтересовалась Хельга.

– Что это, где это, от кого охранять и зачем вы узнаете позже. Когда докажете, что можете оправдать наше доверие.

– А старшие знают? – поинтересовался Карлитос.

– Разумеется, – ответил Денис. – Но обо всем в свое время. Скоро и вы узнаете. И не пытайтесь расспрашивать, будьте уверены, никто вам ничего не скажет. Это строго запрещено.

– Давай про подвал! – не унималась Марида.

Денис засмеялся в ответ.

– Вот дался ей подвал! – пробурчала Кейт.

– Хорошо! – кивнул Денис, – Переходим к главному. Так как здесь находится та ценность, о которой я уже упоминал, понятно, что не мы одни хотим находиться поблизости, охранять ее, кроме того, само ее наличие вызывает здесь присутствие очень высоких энергетических полей, то и дело образуя окна в пространстве и во времени. Поэтому, очень легко проходя по коридору, или перемещаясь в лифте, как Марида, попасть в такое пространственное окно и угодить далеко за пределы пансионата. И не всегда в самые приятные места. Это не очень хорошо, особенно, если не знаете, как вернуться. Поля активизируются ночью, днем здесь безопасно. Но, начиная с десяти вечера и до шести утра, вы можете попасть в подобное окно. Это еще не самое страшное. Существуют поля, которые воздействуют на сознание, вызывая приступы страха, помешательства, потери памяти. С этим вы тоже должны научиться справляться.

– Весело, – пробормотал Эндрю. – Что-то еще?

– Это были цветочки, – заметил Лео.

– Надо учитывать, – продолжал Денис, – Что если вы можете войти в окно, значит, оттуда может кто-нибудь выйти. Это и есть главная опасность. Не все обитатели потусторонних миров дружелюбны. Большинство любят похулиганить. Ваша задача их присмирить.

– И, наконец, самое сложное… – язвительно заметила Кейт.

– Да. Самое сложное, – продолжил Денис. – Эти непрошенные гости могут начать хулиганить в присутствии клиентов. В этом случае, запомните, ваша задача, как бы сильно вы не были напуганы, никоем образом не показать клиенту, что кроме вас здесь находится кто-то еще. Обычно эти создания не показываются клиентам. Но если клиент вдруг увидит что-то подобное, вы быстро должны найти объяснение. Любое. Что у нас тут маскарад, веселые туристы, световые эффекты, говорите что угодно, лишь бы успокоить гостей.

– Это что-то вроде дома с привидениями? – спросила Марида.

– Похуже, – ответила Кейт. – Дома с огромным количеством различных отвратительных существ.

– Некоторые из них бывают очень милые, – возразил Лео.

– Может только с тобой! – парировала Кейт.

Марида взглянула на лица друзей. Они не выглядели напуганными. Кажется, никто не воспринял слова Дениса всерьез. Но она знала, что он не шутил. Она была там, на верхних этажах. Она знала, что там скрывается нечто страшное.

– Итак, – продолжил Денис. – Завтра в ночную смену идут Стейси и Карлитос. Потом Хельга и Эндрю, потом Марида и Мэтт. Конечно, не каждую смену что-то происходит. Да еще, вы любым способом должны отговаривать клиентов от выхода из номера ночью. Обещайте, что все необходимое доставите в номер. Если кто-то засиделся в баре – провожайте их до комнаты. Всегда идите впереди клиента.

– Простите, – возмутился Мэтт, – А мы что – подопытные кролики? А вдруг эта штука нападет на нас?

– У вас будет, чем защищаться. Во-первых, всем вам мы сейчас раздадим датчики, они сделаны в виде наручных часов. Они показывают, в каком месте открылось окно и тип этого окна. Таким образом, сопровождая клиента, вы сможете поменять маршрут и обойти окно.

– А если из этого окна кто-то выйдет? – упорствовал Мэтт.

– Если вы видите, что появившееся существо агрессивно, вы направляете на него излучатель и стреляете. Этого достаточно, чтобы оно исчезло. Очень важно, чтобы клиент не видел выстрела, это может плохо сказаться на его душевном здоровье и памяти. Кроме того, не все существа заметны глазом. Поэтому у вас будет еще один прибор, позволяющий определить, где находится источник опасности. Хотя обычно он не нужен, потому что оттуда, где находится потусторонний, исходит холод.

– Я знаю, – прошептала Марида. – Очень холодно!

– Что еще… Да. Не стоит применять излучатель без необходимости. Если вы видите, что существо неопасно, просто постарайтесь, чтобы клиенты его не заметили. И пусть себе бродит. Не обращайте на него внимания.

– Легко сказать! – возмутилась Стейси.

– Привыкнете, – ответил Денис. – Для этого вы здесь.

– Что-то еще? – обратился он к Кейт.

– Ты забыл сказать про двери.

– Ах да. Ночью на улице может быть опасно. Старайтесь не допускать выхода клиентов на улицу после полуночи. Если отговорить их не удается, внимательно следите за ними. И помните, иногда на улице при сильном ветре излучатели могут не работать. И последнее, если происходит что-то серьезное, что-то, что кажется опасным – без колебаний звоните. Мне, Кейт, Лео, старшим ребятам. Мы всегда поможем.

После этого новичкам раздали два вида датчиков, один из которых выглядел как часы, другой – как обычное кольцо и маленький излучатель, сделанный в виде ручки. Они положили его в карман, получив инструкции, как следует его использовать.

Следующей ночью Стейси и Карлитоса провожали на дежурство, как провожают героев в последний бой. Однако, к великому разочарованию остальных, ночь прошла удивительно спокойно. Нигде не наблюдалось активности, не открывались окна, не появлялись странные существа, клиенты не звонили и не выходили из номеров. Все было тихо. Стейси и Карлитос мирно сидели за стойкой, сохраняя улыбки на лицах, но их нервы, натянутые как струны, казалось, звенят от напряжения. Наступило утро и Адиль с Мариной сменили новичков, которые, сообщив, что все прошло спокойно, мгновенно провалились в спасительный сон.

На следующую ночь повторилось почти тоже самое, с тем лишь исключением, что Хельга настаивала, что датчик на ее руке несколько раз запищал, и она почувствовала какой-то странный холод. Правда, Эндрю возражал, что это было лишь ее воображение, сам он никакого холода не почувствовал. И остальные были более склонны верить ему, чем странным рассказам Хельги. Марида тоже не верила подруге, но, тем не менее, ее не покидала уверенность, что в ту ночь, когда она останется на дежурстве что-то непременно произойдет.

И вот, наконец, наступила долгожданная ночь дежурства. Мэтт и Марида, испуганные и притихшие, заняли свои места за стойкой.

– Обещай, что не оставишь меня! – как обычно попросила Марида.

– Конечно, брат, – ответил Матвей.

Стрелка часов медленно приблизилась к полуночи. Все было тихо и спокойно, и Марида начала расслабляться. Потом звонок телефона прорезал тишину, и она вздрогнула. Но оказалось, что одна из клиенток просила разбудить ее в семь утра. Марида написала записку, чтобы не забыть, и снова пансионат погрузился в тишину. Около двух часов ночи Мэтт поднялся.

– Ты куда? – испуганно спросила Марида.

– Мне нужно выйти, – сообщил он.

– Пожалуйста, возвращайся скорее, – она посмотрела на него испуганными глазами. – Я боюсь оставаться здесь одна!

– Прекрати, Светлая! – засмеялся он. – Ты что, и правда, веришь в эту чепуху? Может, это и случается раз в сто лет, но явно не в те пять минут, что меня не будет!

Марида кивнула, и Мэтт скрылся в коридоре. Она осталась одна, взглянула на датчики, но вроде бы все было абсолютно спокойно. Потом двери лифта распахнулись. Марида напряженно замерла. Из лифта вышла молодая пара, молодожены, отмечавшие в пансионате дни своего медового месяца. Эта пара нравилась Мариде, они были милы и приветливы, высокий молодой человек в очках и симпатичная девушка с каштановыми волосами. Они подошли к стойке, Марида поднялась им навстречу.

– Чем я могу вам помочь? – спросила она, улыбаясь.

– Мы хотели расплатиться. Мы завтра уезжаем рано утром, – ответила девушка.

Марида взглянула на экран компьютера и назвала им сумму. Молодой человек вытащил деньги и протянул Мариде. Марида закрыла счет и стала отсчитывать сдачу, когда датчик-кольцо на ее руке тихонько запищал. Марида подняла глаза и замерла от неожиданности. Прямо сквозь закрытые двери пансионата в холл вошли трое. Высокий мужчина и две женщины в черных плащах с бледными лицами и сверкающими красными глазами. Они шли, не отбрасывая тени и не касаясь земли. Побледнев, Марида обернулась назад и увидела Дениса, стоящего за ее спиной.

– Повернись к клиентам и улыбайся, – прошептал он. – Они не опасны. Я с тобой.

Чувствуя, что вот-вот упадет в обморок, Марида повернулась к клиентам.

– Вот ваша сдача, – она протянула им деньги.

Молодой человек хотел, было, положить их в карман, но Марида быстро сказала:

– Нет-нет, внимательно пересчитайте! Я могу ошибиться!

Он пересчитал деньги. Пока он считал, Марида разговаривала с девушкой, спросила, как прошел отдых, понравился ли пансионат. Тем временем странная троица скрылась в коридоре, а Марида подняв глаза, увидела бледного как полотно Мэтта, мимо которого плавно проплыли трое вошедших.

Когда клиенты скрылись в лифте, Мэтт тяжело опустился на стул. Денис протянул ему стакан воды, и Мэтт жадно выпил ее.

– И как мы должны были понять, что они не опасны? – поинтересовалась Марида.

– Голодного вампира видно сразу, – ответил Денис. – Эти были сыты и не интересовались вами. И вообще, вы не должны проявлять агрессию первыми. И смотрите на показатели датчика. Если на кольце цифра, превышающая 180, тогда следует задуматься. Но сначала думать, потом делать.

– Как ты здесь оказался? – спросила Марида.

– Пришел вас проведать, – ответил Денис.

– Они специально пришли, когда я была одна?

Он засмеялся.

– Нет. Это совпадение.

На следующее утро все новички в волнении слушали рассказы Мариды и Матвея.

– Эта работа не для меня, это совершенно очевидно! – говорил Мэтт, – Эти еще были безопасны, а что было бы, если бы они хотели нам навредить?!

– Ты привыкнешь! – уверяла Марида. Она-то знала, что у нее не было выбора. Голос в ее сердце сказал, что она останется в пансионате навсегда.

Проходили дни. Стейси несколько раз видела странных призраков, которые тоже не представляли опасности, Хельга проводила клиентов мимо окон, а Эндрю один раз даже столкнулся с окном вызывающим помешательство, но вовремя сумел убежать. Никаких признаков агрессии со стороны других обитателей пансионата не было заметно. И никто не говорил новичкам о том, что именно и от кого они должны были здесь охранять.

***

Марида регистрировала клиентов за стойкой. Напротив нее в кресле мирно сидело зеленое привидение, но ни она, ни Мэтт не обращали на него ни малейшего внимания. Они уже привыкли к подобным сценам.

– Мэтт, проводи гостей на второй этаж, – попросила Марида. – Только тебе придется идти с третьего через левое крыло. На втором открылось окно. Будь внимательнее.

– Хорошо, – спокойно ответил Мэтт.

Проводить гостей мимо окон тоже стало для них обычным делом. Марида осталась одна, она регистрировала последнюю гостью, милую болтливую старушку, которую она отвлекала веселыми шутками. Однако старушка оказалась чрезвычайно вертлявой и шустрой и, получив ключи от комнаты, подхватила свою сумку, резко обернулась, прежде чем Марида успела ее остановить.

Она увидела зеленое существо, сидевшее в кресле, которое помахало ей рукой. Старушка вскрикнула от неожиданности.

– Что это? – побледнев, спросила она Мариду.

– Не обращайте внимания, мадам, – ответила та, – Это известный польский циркач. Он остановился в нашем пансионате, но он такой шутник, что иногда выходит вниз в своем сценическом костюме попугать гостей. Мистер Ковальски, ну как вам не стыдно! Вы опять напугали кого-то!

Привидение, естественно не ответило. В эту секунду старушка вдруг решительно направилась поприветствовать циркача. Этого нельзя было допустить. Марида выскочила из-за стойки. Но появился Мэтт, выхватил саквояж, улыбнулся клиентке и направился к лифту. Кивнув лже-циркачу, старушка направилась за Мэттом, и Марида с облегчением вздохнула. Подобные моменты она не любила больше всего. Почему им всегда приходится обманывать клиентов?

– Ты подожди, – вспомнила она слова Адиля. – Это все ерунда. Тебе еще ни разу не попадались агрессивные!

– А это страшно? – спросила Марида, взволнованно.

– Нет. Просто нужно привыкнуть и не теряться, – ответил он.

Но лето уже закончилось, наступил сентябрь, а никому из новеньких так и не встретились агрессивные существа. Новички расслабились и носили свои излучатели в кармане, словно ручку, забыв об их предназначении.

Раздался звонок телефона. Марида подняла трубку. Пара из номера 390 заказывала шампанское.

Марида вытащила бутылку из холодильника, бросила в ведерко со льдом и, дождавшись возвращения Мэтта, отправилась на третий этаж. Третий этаж был последним заселенным. Далее следовали два пустых этажа, требовавших ремонта. Марида побаивалась этих этажей. Она взглянула на датчики. Все было спокойно, окон не было и можно было использовать лифт. Она вышла на третьем этаже, постучала в 390 номер и передала заказанное шампанское мужчине в банном халате. После этого она направилась в обратный путь. Датчик на руке пискнул, и Марида поняла, что у лифта открылось окно. Придется идти по лестнице! Марида развернулась, направляясь в обратный путь. Она открыла дверь на лестницу. В проеме было темно. Темно и холодно. Она почувствовала, что ей опять становиться не по себе. Преодолев страх, Марида решительно шагнула на лестницу. И тут же замерла. С четвертого этажа к ней спускалось страшное существо, она не могла понять, был это волк, медведь или же человек, но глаза его горели зеленым огнем, а кольцо на руке показывало 230.

– 230! Порог опасности! – Марида, прижалась к стене и сунула руку в карман. Там было пусто. Марида проверила второй карман.

Излучатель так долго был им бесполезен, что она забыла положить его! Марида прижалась к стене. Странное существо приближалось. Холод обволакивал ее. Не в силах оторвать взгляд, Марида смотрела в его зеленые, ледяные глаза, в которых светилась кровожадная злоба. Она замерла. Существо было совсем рядом, еще одно мгновение…

– Закрой глаза! – скомандовал кто-то рядом, и Марида послушалась.

Мелькнула вспышка, заметная даже сквозь закрытые веки, раздался оглушительный вой, потом все стихло. Марида закрыла глаза. С двух сторон от нее стояли Кейт и Эжени. Эжени с развевающимися белыми волосами и горящими синими глазами была в эту секунду особенно прекрасна, и Марида не могла не залюбоваться ее красотой.

– Излучатель где? – крикнула Кейт, – Где я спрашиваю?!

– Я забыла… – тихо ответила Марида.

Кейт и Эжени переглянулись.

– Если еще раз повториться, скажу Карэну и до свидания! – сказала, наконец, Кейт. – И объясни остальным, что значит забывать излучатель!

– Ты могла быть сейчас с клиентом, – заметила Эжени поучительно.

Марида виновато кивнула. Это была ее ошибка, непростительная ошибка.

Эжени улыбнулась.

– Мы все сначала не верили, что здесь может быть опасно. Поверь, это так. И это был еще не самый худший случай!

Марида кивнула и робко улыбнулась в ответ. Отныне, никто из новичков не ходил без излучателя.

Худший же случай, который произошел тремя неделями позже, в начале октября, Марида описала в своем дневнике.

История вторая.

В тот день я опять дежурила ночью. Был заезд, и я зарегистрировала одного молодого человека из Чехии. Его звали Франтишек. Он показался мне немного странным: худой, бледный, светловолосый, в очках, чересчур нервный и занудливый, он, казалось, хотел знать все обо всем.

– Пойдемте, я провожу вас в вашу комнату, – предложила я.

– Я сам, – он был настроен решительно, и, проверив, что нигде нет опасности, я разрешила ему подняться самому.

– Я останавливался здесь раньше, – ответил он мне

Несколько дней подряд я исподтишка наблюдала за ним. Он ни с кем не разговаривал, всегда был один, но казался каким-то беспокойным, как если бы ожидал чего-то. Его беспокойство возрастало к вечеру. А однажды ночью, мой телефон зазвонил, я сняла трубку. Звонил Денис. Я удивилась, почему он не спал, ведь было уже так поздно!

– Марида, срочно вызови врача, одному из гостей плохо, – сказал он. – И поднимайся сюда.

Он назвал мне комнату Франтишека. Я вызвала врача и бросилась наверх. Еще из коридора я услышала громкие крики и шум борьбы. Я вбежала в комнату и остановилась, пораженная увиденным: Денис, Эндрю и Рико втроем пытались оттащить Франтишека от окна, но он так крепко вцепился в ручку фрамуги, что не сделать это не представлялось возможным.

– Пустите меня! Пустите, я должен быть там! Они зовут меня, дайте мне выпрыгнуть! Я должен быть внизу, вы не понимаете! – кричал он громко.

– В чем дело, – ошарашено спросила я.

– У гостя припадок, – ответил Денис. – Видимо это случается.

Теперь я поняла, почему он показался мне таким странным! Да он же типичный сумасшедший! Как я сразу не догадалась! Наконец совместными усилиями нам удалось стащить клиента с подоконника, он продолжал извиваться и кричать. Через некоторое время приехал врач. Он осмотрел пациента, сделал ему успокоительный укол, Франтишек сразу затих, и потом еще несколько дней ходил очень тихий, даже спокойный. Казалось, его нервозность куда-то исчезла.

В середине октября срок его пребывания в пансионате подошел к концу, и надо признаться, я была этому рада. Я подозревала, что от этого гостя можно ждать чего угодно, а работы хватало и без него.

Поэтому в последний вечер, когда он спустился расплатиться, я искренне пожелала ему счастливого пути. Он опять казался обеспокоенным.

– Проводите меня до комнаты! – попросил он вдруг.

Я вышла из-за стойки.

– Нет, вдвоем. Мне страшно, – сказал он.

Мы с Мэттом переглянулись. В конце концов, желание клиента – закон, а этот был еще и не совсем вменяемый клиент. И что случиться, если мы оставим холл на несколько минут! Втроем мы направились к лифту, поднялись на злополучный третий этаж и направились к комнате гостя. У двери он остановился.

– Побудьте со мной, пока я не войду! – попросил он. Мы согласно кивнули. Он открыл дверь. А в следующую секунду оба датчика на наших руках запищали отчаянно, как никогда прежде.

– Двести пятьдесят, Марида! – крикнул Мэтт, – Там в комнате!

– Стойте здесь! – велела я гостю. – Сработала пожарная сигнализация.

– Не надо мне врать! – вдруг сказал он. – Я пойду с вами. Я хочу увидеть эту штуку еще раз! Его глаза загорелись вожделенным блеском.

Я не успела опомниться, не успела спросить, какую именно штуку он хочет увидеть, как он стремительно вошел в комнату. Мы с Мэттом кинулись за ним. Ослепительный огненный шар, подобный молнии, завис над его кроватью. Он сверкал и переливался, готовый разорваться. Удивительной силы поле исходило от него. Мэтт вскрикнул, отступив назад. Я выхватила излучатель.

– Закройте глаза! – крикнула я клиенту.

– Ну, уж нет, давайте! Делайте! – закричал он.

Я бросилась к нему, закрывая его глаза ладонью, но он откинул мою руку в тот момент, когда я нажимала на кнопку излучателя. Сверкнула яркая вспышка. Я впервые увидела ее с открытыми глазами и почувствовала острую боль. Шар съежился и исчез в завихрившемся воздухе. Мы остались одни.

Франтишек опустился на кровать и закрыл глаза руками.

– Все… – измученно прошептал он. – Теперь все будет хорошо…

Мы с Мэттом удивленно смотрели на него. Он открыл глаза. Он больше не выглядел нервным или обеспокоенным. Лихорадочный блеск исчез, на нас смотрел совершенно нормальный человек.

– Не удивляйтесь, – он улыбнулся. – Я не всегда был сумасшедшим. Я был абсолютно здоров, как и вы. Но как говориться… Клин клином вышибают!

Он засмеялся

– Что вы имеете в виду? – спросила, наконец, я, и он жестом велел нам сесть.

Мы опустились на стулья.

– Около года назад, – сказал он, – я остановился в этом пансионате. Тогда я был совершенно здоров. В один из вечеров я засиделся в баре. Я прошел мимо стойки, там миловидная девушка принимала новых гостей. Она спросила, нужно ли меня проводить. Я жил в этой же комнате. Я отказался, она не настаивала. Но потом я вернулся, потому что на моем этаже мне почему-то вдруг стало страшно. Она улыбнулась, сказала, что ничего страшного нет, но пошла со мной. Она явно торопилась назад, к своим гостям. А когда мы дошли до комнаты, она уже хотела уйти, но я попросил ее остаться. На ее руке что-то пищало, совсем, как у вас сейчас. Я открыл дверь и вдруг ужас поразил меня: страшное чудовище выскочило из моей комнаты, я посмотрел на девушку, надеясь, что она объяснит мне что происходит. Но она ничего не сказала, она вытащила из кармана какой-то предмет, нажала на кнопку, и ослепительный свет резанул мне глаза. Я почувствовал острую боль, упал на колени, а когда очнулся, то понял, что с трудом вспоминаю свою прошлую жизнь. Потом я стал слышать голоса, они все время звали меня куда-то. Я стал видеть какие-то тени, которые повсюду следовали за мной. Я хотел умереть, лишь бы избавиться от этого. А потом вдруг подумал, что должен жить. Ради своих родителей, которые очень любили меня. И мне пришло в голову вернуться сюда. Здесь я потерял рассудок, здесь я мог снова его обрести.

Он замолчал. Мы с Мэттом не могли произнести ни слова. Наконец Мэтт спросил:

– Я что-то не понял… Вы что, видели излучатель с открытыми глазами?

Он кивнул в ответ.

– Как такое возможно! – вскрикнула я. – Всем сотрудникам даны строгие инструкции! Мы обязаны любым способом успокоить клиента и не допустить, чтобы гости видели действие излучателя!

Франтишек мягко улыбнулся.

– Я же сказал: девушка торопилась, – пояснил он. – Она хотела обслужить как можно больше гостей.

Мы с Мэттом переглянулись.

– Вы помните, как звали девушку? – спросила я, наконец.

Я уже заранее знала, что он ответит, и, несмотря на это, его ответ был для меня удивителен.

– Елена, – сказал он. – А теперь, прошу вас, оставьте меня. Сюда уже никто не придет больше, а мне надо выспаться. Мне завтра рано уезжать.

Мы кивнули и, пожелав ему спокойной ночи, удалились.

Все дорогу до холла мы молчали.

Елена, Елена, думала я. Из месяца в месяц она становилась лучшим сотрудникам, так как обслуживала максимальное количество клиентов. Мы все стремились подражать ей, а она становилась лучшей благодаря своей халатности, которая могла иметь такие страшные последствия!

– Что будем делать? – спросил Мэтт, – Расскажем Денису? Это нельзя оставлять безнаказанным!

– Разве у нас есть доказательства? Совершенно очевидно, что Франтишек не станет жаловаться. К тому же, ты знаешь, жаловаться друг на друга здесь не разрешается.

– Так что же делать?

– Не знаю. Нужно предупредить своих. Пусть будут внимательнее, работая с ней, – ответила я.

На следующий день я сказала Адилю, что ему следует быть поосторожнее с напарницей.

Адиль улыбнулся.

– Я знаю, – совершенно спокойно сказал он.

И я поняла, что поступила правильно, не рассказав Денису о том, что мы с Мэттом узнали в ту смену.

Это был первый раз, когда я воспользовалась излучателем.

– Нам предстоит очень тяжелый день, – сказал Денис, когда все сотрудники пансионата собрались в банкетном зале, как случалось всегда, когда предстояло нечто важное. – Ночь 31-го октября накануне Дня всех Святых. Вы знаете, что это традиционный парад нечистой силы. И самое сложное для нас заключается в том, что как радушные хозяева мы должны будем устроить маскарад для своих гостей.

– Что здесь сложного? – поинтересовался Эндрю.

– Сложность в том, чтобы отличить наряженных гостей от снующих между ними созданий, часть из которых, я тебя уверяю, будет весьма агрессивными, – объяснил Денис.

Новички не ответили, они начинали догадываться о том, что им предстоит.

За неделю до праздника по всему пансионату были развешены объявления. Девушки занимались оформлением банкетного зала, откуда-то были привезены достаточно забавные костюмы: остроконечные шляпы и черные плащи для сотрудниц и черные с красным – для сотрудников «Графских Развалин».

Ровно в девять вечера двери банкетного зала распахнулись, и впорхнули гости, одетые в костюмы, которые были подобраны с особой тщательностью, кого здесь только не было: вампиры, привидения, скелеты, ведьмы, восставшие мертвецы, – Марида сбилась со счета, пытаясь определить степень развитости воображения клиентов. Играла веселая музыка, оранжевым огнем горели свечки в улыбающихся тыквенных головах, раскачивались под потолком подвешенные фигурки героев темных сказок. Гости смеялись и танцевали. Сотрудники, стоя вдоль стен банкетного зала, наблюдали за происходящим. Рико и Эжени остались за стойкой, Хельга и Эндрю охраняли вход в зал, остальные дежурили среди гостей, даже Денис с Карэном прохаживались среди приглашенных. Каждый сжимал в кармане излучатель, продолжая приветливо улыбаться гостям.

Ровно в десять вечера датчик на руке Мариды издал тихий писк, после чего в распахнутые двери зала вошла пара молодых вампиров.

– Мирные, – сразу же определила Марида, и пришедшие спокойно присоединились к танцующим.

Стрелка часов бежала к полуночи, и новые гости все прибывали. Около двенадцати появились двое агрессивных, но они без труда были выдворены из зала и уничтожены излучателями. Веселье продолжалось. Раздался бой часов. Погас свет, замелькали огоньки, гости завопили от восторга, а напряжение сотрудников возросло. Время шло. То тут, то там появлялись новые и новые призраки.

– Пара оборотней опасна, – крикнул Адиль на ухо Мариде, – Следуй за ними, будет возможность – убери их!

Марида направилась по следам прошедших волкообразных существ, чьи лица показывали их неприкрытую кровожадность. Когда они оказались у окна, Марида, словно случайно зацепила портьеру, загородив себя и оборотней, выхватила излучатель. Мгновенная вспышка, громкий визг, потонувший в звуках музыки. Марида вышла из-за занавеса. Оборотней больше не было. Визг раздавался все чаще, агрессивных гостей становилось все больше, Хельга и Эндрю получили подкрепление в лице Карлитоса и Стейси, так как не пускать расшалившихся потусторонних гостей в зал становилось все труднее.

В зале снова зажегся свет, гости, которые казалось, ничуть не устали продолжали танцевать.

– Я бы пригласил тебя танцевать, но мы при исполнении, брат! – сказал Мэтт Мариде.

Она улыбнулась и хотела ответить, но не успела. Кольцо, раскалившись, вдруг обожгло руку.

Она опустила глаза. Триста! Тройка и два нуля! Что это может быть?! Забыв о Мэтте, расталкивая гостей ручкой метлы, Марида бросилась к Денису.

– Что это?! – закричала она, показывая ему датчик.

Он оставался серьезным и напряженным, продолжая молчать.

– Поля с завихрениями, – сказал он, наконец. – Оборотни-перевертыши.

– Это плохо? – спросила Марида. Она никогда не слышала о подобных тварях.

– Очень, – ответил он. – И самое плохое, что на них не действуют излучатели.

На лице Мариды отразился испуг. Денис поднес к губам рацию.

– Всем сотрудникам, срочно в зал. Нужна помощь, – сказал он.

Буквально в следующую минуту сотрудники окружили его. На их лицах отражалось волнение. Денис молча вытянул руку, указывая. Среди гостей танцевали странные существа. Они светились, даже в ослепительных огнях банкетного зала всеми цветами радуги. Они двигались все быстрее и быстрее, расталкивая других, устраивая панику, сбивая людей с ног, они были похожи на расшалившуюся ватагу подвыпившей молодежи.

– Еще немного и они набросятся на людей, у нас есть максимум пять минут! – сказал Денис. – Что будем делать?

– Оранжевый, – показала вдруг Эжени на одного из взбесившихся оборотней, – У меня был такой.

– А у меня зеленый! – сказал Адиль.

– У меня красный, – подхватила Елена.

– Вы помните коды? – спросил Денис.

– Конечно, такое не забудешь! – ответил Рико.

– Какие коды? – глупо спросила Марида, и никто не ответил ей.

– Быстро! Разбирайте тех, которых вы знаете, подбирайте коды. Когда закончите, я введу код поля, сказал Денис.

– Что происходит? – спросила Хельга.

– Новенькие, встаньте вдоль стен. Ты, Марида к выключателю! – командовал Денис. – Как только мы введем коды, я дам тебе сигнал. Ты выключишь свет, и вы уничтожите оборотней излучателями. Держите их на мушке.

– Что за коды? – снова спросила Марида.

– Коды, которые снимают завихрения полей, делая оборотней уязвимыми для нас. Здесь в стене стоят специальные устройства. У каждого оборотня свой код, ребята уже изучили их. Плюс общий код для поля, его знаю только я, – пояснил Денис. – У нас не больше двух минут, скорее!

Новенькие бросились занимать места, Марида кинулась к выключателю. Положив руку на его рычажок, она подняла излучатель, нацелив его на одного из оборотней. Она видела, как старшие сотрудники нажали на какие-то кнопки на стенах, отчего вдруг возникли странные панели с цифрами, на которых ребята судорожно вводили коды.

– Готово! – крикнула Эжени.

– У меня двое, – ответила Марина.

– Трое, – это была Елена.

– И у меня, – сказал Рико,

– Пять, – бросила Кейт,

– Четверо! – крикнул Адиль.

– Трое, – откликнулся Лео.

– Семеро! – крикнул Карэн. – Это все!

Денис быстро пробежался пальцами по своей клавиатуре.

– Марида! Быстрее, свет! – крикнул он.

Марида нажала на выключатель. Потом снова и снова, но ничего не помогало. Кто-то успел сломать выключатель! Он не срабатывал!

– Быстрее, что ты копаешься! – крикнула Кейт, – Еще секунда, и защита вернется!

Марида снова нажала выключатель, оборотни, разгневанные, заискрившись, словно бенгальские огни, взлетели под потолок, гости закричали от восторга, думая, что это развлечение, приготовленное для них сотрудниками. И тогда, схватив со стола вазу, вытряхнув из нее фрукты, Марида, что было сил, запустила ею в сияющую люстру. Погас свет, осколки разбитой люстры посыпались в зал, а в следующую секунду все вокруг озарилось вспышкой нескольких излучателей, с громким визгом, извиваясь, оборотни растворились в воздухе. Воцарилась тишина. Потом раздались аплодисменты и смех гостей. Марида прислонилась к стене. Она чувствовала, что ноги не держат ее. Чья-то рука обняла ее за плечи, и голос Рико прошептал ей в ухо:

– С вазой было здорово! В жизни бы не додумался! Ты молодец!

Она улыбнулась слабой улыбкой. Подошел Денис и пожал ей руку. За ним Карэн, остальные сотрудники поздравляли ее, но Марида, переволновавшись, уже не понимала, что именно они говорили.

На следующий день, после уборки банкетного зала, Денис и Карэн снова собрали всех сотрудников в кабинете Карэна. Новичков поразила серьезность лиц старших и их парадная форма одежды.

За столом сидели управляющие, по бокам старшие сотрудники. Перед столом стояли пустые стулья.

– Садитесь, – показал на стулья Карэн, и новички заняли свои места.

Воцарилось молчание.

– Мы собрались здесь, – начал Денис, – Потому что вчера вы доказали, что вам можно доверять. Вы отлично справились со сложной работой. Поэтому теперь мы можем рассказать вам то, о чем молчали прежде. Надо заметить, что обычно это случается как раз после Дня всех Святых.

– Что мы охраняем? – тихо спросила Хельга, и Денис кивнул.

Все продолжали молчать, не решаясь нарушить наступившую тишину.

– Кто знаком с религией, кто из вас верит в Бога? – спросил Карэн.

– Мы все верим, но все по-своему, – ответил, наконец, Эндрю.

– Приходилось ли Вам слышать, что Бог – это Слово? – продолжал Карэн. – Слышали ли вы, что все, что есть в нашей Вселенной можно выразить этим Словом?

Новички кивнули.

– Это Слово нельзя произнести, но можно услышать. Его нельзя написать, но можно прочесть. Его нельзя объяснить, но можно понять. На территории пансионата есть место, где можно прочесть Слово. Никто из нас, разумеется, этого не видел. Но мы должны его охранять, так как есть те, кому не следует его видеть.

– Кто это? – спросила Марида.

– Существует что-то типа предсказания, – продолжил Карэн. – Есть человек, он известен под именем Путника. Он – служитель темных сил. Может быть, сам Сатана. Однажды он придет сюда, чтобы прочесть Слово. Когда он найдет себе союзника, случится множество страшных бед и несчастий. Потом он сможет прочесть Слово. Мы должны помешать этому, поэтому будьте внимательны, когда регистрируете клиентов.

– Как мы узнаем его? – спросила Стейси.

– Вы узнаете, – ответил Карэн.

– Почему он хочет увидеть Слово? – спросила Марида.

– Понимаешь ли ты, что это значит? – спросил в ответ Карэн. – Слово, есть Бог. Это определенный древний закон, который объединяет энергию и сознание, присутствовавшие в мире изначально. Это принцип, по которому объединяются добро и зло, материя и движение, пространство и время, мужское и женское, жизнь и смерть, свет и тьма. Посмотри, планеты движутся вокруг Солнца. Зажигаются и гаснут звезды. Рождается новый человек. Казалось бы, никакой связи. Но это не так. Закон всегда один. Древний закон, по которому живет Вселенная. Узнав его, ты станешь всесилен. Ты сам станешь Богом.

– Это все? – спросил Матвей.

– Есть еще кое-что, – добавил Денис. – Союзник Путника будет из числа сотрудников пансионата. Поэтому следите и друг за другом. И если что-то покажется вам подозрительным, сообщите нам. Мы: я, Карэн, Милош, Радка обладаем изначальной миссией охранников Слова, с рождения. Среди вас также есть те, кто изначально принадлежит стороне света. Но не все, поэтому будьте внимательны.

– Это все? – снова спросил Матвей.

– Почти все, – ответил Карэн. – Пожалуй, осталась одна, последняя история. Среди призраков, населяющих пансионат, есть привидение Камиллы. Это прекрасная молодая женщина, при жизни отличавшаяся редкой чистотой души. Она является главным охранником Слова. Лишь мне удалось увидеть ее, всего раз в жизни. Она необыкновенно красива, красива особой скромной красотой. Она появится в ту минуту, когда Слово будет в опасности. Когда придет Путник. Но некоторым из вас она может встретиться и раньше. Если сочтет нужным. На этот раз, вроде бы все. Есть вопросы?

Новички промолчали, и управляющий удовлетворенно кивнул.

– Тогда, за работу. И успехов! – он поднялся, показывая, что собрание окончено.

Глава 5. Талант и любовь

Осень, зима

Продвигаясь по коридору с тележкой, наполненной продуктами к завтраку, Марида с неудовольствием заметила сидевших на подоконнике Хельгу и Эндрю, которые снова целовались.

Она недовольно поморщилась. Вчера Стейси рассказала, что написала Денису записку, в которых призналась ему в своих чувствах. Недавно Карлитос, который уже несколько месяцев встречался с Кейт, рассказал о том, что Карэн сделал предложение Марине и та, вроде бы, ответила согласием. А два дня назад Эжени горько рыдала, примостившись на плече у Мариды.

– Он изменяет мне! Марида, я так и знала! – всхлипывала она, вытирая слезы ладонями.

– Ты могла ожидать чего-то другого? – не выдержала Марида. – Ты знала Рико! И видит Бог, он не виноват! Я сама видела, как эта девчонка из Германии вилась вокруг него словно муха.

– Причем здесь девчонка из Германии! Я про эту финку! – разразилась рыданиями Эжени.

Марида закусила губу. Что тут скажешь? Если Рико будет продолжать в том же духе, его могут уволить и не посмотреть, что он прекрасно работает.

Тем не менее, факт оставался фактом. Близился рождественский бал, и Марида как никогда более отчетливо понимала, что у нее нет пары. Более того, она отдавала себе отчет в том, что ее вряд ли кто-нибудь пригласит. Она видела вокруг себя бесконечные влюбленные пары: клиентов, сотрудников, и лишь она оставалась одинокой, верная своему слову.

– Что ж, во время Рождества я буду стоять за стойкой! – решила она.

Сумма, которую она задолжала Элле была почти накоплена, и Марида решила не останавливаться на достигнутом. Она сможет работать и зарабатывать. Накопление денег стало ее главной мечтой, может быть, кроме достижения определенного профессионализма в работе. Она забыла о той Мариде, которой была когда-то. Она забыла свою прошлую жизнь. Даже о Максе она забыла.

Вечер, первого декабря, напомнил ей о том, что за пределами пансионата существует жизнь. В тот вечер Мэтт приболел, и Марида работала одна. Она уже была достаточно опытна, чтобы справляться с подобной работой.

– У вас есть комната на одного? – спросил мужской голос, и, не поднимая головы, Марида ответила:

– Да, у нас есть несколько превосходных комнат. Дайте мне ваши документы и заполните регистрационную карточку.

– Хорошо, – ответил гость.

В большом светлом холле пансионата они были совсем одни.

– Вы останетесь до Рождества? – спросила Марида, также, не поднимая головы.

– Да, и даже дольше, – ответил он.

– Как долго вы пробудете здесь?

– Ровно столько, сколько нужно, чтобы ты вспомнила, кто ты, – ответил он.

И тут Марида подняла глаза. Мужчина лет тридцати пяти, может чуть старше, стоял перед ней. Он был высокий, худой, в его черных волосах уже появилась проседь. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

– Ираклий? – наконец тихо спросила она.

– Узнала хотя бы! – сурово сказал он.

– Что вы здесь делаете?

– Это я тебя спрашиваю, что ты здесь делаешь? – в его голосе послышалась злость. – Что ты здесь делаешь, Марида?!

– Работаю, – ответила она.

– За стойкой! В пансионате! Зарабатываешь деньги! – крикнул он.

– А вам-то что! – не выдержала она. – Да, я зарабатываю деньги! И что?!

Она с яростью взглянула ему в глаза. Он молчал. Прошло около минуты, время тянулось бесконечно долго.

– Когда ты в последний раз брала в руки скрипку? – спросил он, наконец.

– Я не знаю, – прошептала Марида, опуская голову. – Я не помню, учитель.

Он подхватил свой чемодан.

– Я пробуду в этом ужасном месте ровно столько, сколько потребуется, чтобы напомнить тебе, что ты талантлива. Что ты не только гениальная скрипачка, но и прекрасный композитор. Я все сказал.

Он взял ключ, и, не говоря не больше не слова, направился в свою комнату. Марида, в смятении опустилась на стул. Она сидела, не шевелясь до конца смены, а после, прошла в свою комнату, Хельга и Стейси ушли в деревню, покупать подарки к Рождеству, и Марида вытащила из чемодана черный футляр. Несколько секунд она смотрела на него. Ей было страшно открыть его. Потом желание сделать это захватило ее, и Марида решительно дернула замок. Ее скрипка, уже запылившаяся, лежала в футляре. Марида ласково провела по ней рукой. Потом также решительно захлопнула крышку. Ее судьба остаться здесь, в пансионате, она должна работать, а не сочинять песенки!

Взволнованная, она вышла из комнаты, покинула пансионат и побрела по темной горной дороге. Холодный ветер касался ее пылающего лица, и девушка чувствовала, что ей становится спокойнее. Вскоре Ираклий догнал ее. Марида остановилась, повернувшись к нему.

– Учитель, здесь в пансионате никто не знает о моем увлечении музыкой. И никто не должен знать. Это моя тайна.

– Зачем ты скрываешь это? – спросил он. – Разве легко жить двойной жизнью?

– Нелегко, – ответила она. – Но с прошлым покончено.

– Ты талантлива.

– Неправда. Это вы научили меня. Это вы дали мне этот талант. Сама я никто.

Он нахмурился.

– Это Бог дал тебе талант, не я, – ответил он. – Я лишь помог тебе развить его. Марида, ты отказываешься от своего дара, чтобы приспособиться к миру, который окружает тебя. Ты нацепила эту маску и думаешь, что так ты выглядишь лучше. Ты потрясаешь своими ключами и думаешь, что они помогут тебе открыть любую дверь!

– Мир не принял ту Мариду, которой я была, – ответила она. – Новой Мариде живется гораздо легче.

Ираклий помолчал.

– Я хочу тебе кое-что сказать, – произнес он, наконец, он говорил медленно и отрывисто:

– Ты подстраиваешься под других. Ты идешь на поводу у жизни. Ты выполняешь команды, которые посылает тебе мир. Но если ты станешь самой собой, тогда уже миру придется подстраиваться под тебя. Ты можешь бросить ему вызов. Это несложно. Перестань притворяться и лгать. Стань собой, и если ты будешь сильной, никто не сможет оспорить твою правоту. Просто поверь в себя.

– Это невозможно, – ответила Марида.

Она покачала головой.

– Хорошо, – сказал он. – Ладно. Притворяйся. Я прошу лишь об одном. Давай продолжим наши занятия. Мы сохраним это в тайне. Никто не узнает.

Его голос умолял. Секунду Марида колебалась. Но потом, перспектива взять скрипку в руки, хоть на секунду стать собой, показалась ей настолько заманчивой, что она согласно кивнула.

– Решено, – сказала она, и Ираклий сжал ее протянутую руку.

– Ты не пожалеешь, – сказал он.

– Только нам нужно будет тщательно выбирать время занятий, – заметила она. – Здесь бывает опасно.

– Я не боюсь опасностей, – ответил он. – Я останусь здесь.

Много лет назад, еще в Грузии, когда родители привели пятилетнюю Мариду в музыкальную школу, педагоги были поражены способностями девочки. А потом, еще пять лет спустя, на концерте, где выступали одаренные дети, тогда еще молодой педагог, Ираклий заметил ее, попросил привести девочку на прослушивание и с тех пор два года они были неразлучны. В то время, когда другие дети гуляли, играли в свои непонятные взрослым игры, Марида не выпускала скрипку из рук, а по вечерам она и ее молодой преподаватель гуляли по аллеям города, и он рассказывал ей о том, как устроен мир. Каждое его слово Марида помнила до сих пор. Потом родители забрали ее в Москву. Через несколько лет Ираклий последовал за ней, потому что способная ученица уже давно стала смыслом его жизни, он понимал, что таланта, равного таланту Мариды, он не встречал и вряд ли встретит в будущем. Они продолжили занятия, но потом вдруг Марида не стала поступать в консерваторию, предпочла окончить обычный университет, устроилась на работу, но не теряла связи с преподавателем. Марида решила отказаться от мысли следовать за своей мечтой. Потом она встретила Макса и оставила свою прежнюю жизнь, переехав в «Графские Развалины». Она не сообщала ни о чем своему учителю, он сам разыскивал и нашел ее.

Вечером Марида вытащила из сумки маленькую статуэтку бога Аполлона, покровителя искусств, подержала ее в руках, потом снова спрятала в сумку. Она вздохнула. С прошлым покончено. Ее жизнь пройдет здесь.

Следующим утром Марида и Ираклий встретились на пятом, пустом, этаже пансионата. Ираклий держал в руках тетрадь с нотами. Марида принесла скрипку. Он опустился на пол, глядя на девушку. Она смотрела в ноты, приложив смычок к струнам, но боялась играть. Ираклий не торопил ее, еще сильнее, чем ученица боялся он, что за эти годы она утратила свой талант или хотя бы свое мастерство. Марида закрыла глаза и заиграла. И с первых нот Ираклий понял, что его опасения были напрасны. Истинный талант невозможно утратить. А Марида продолжала играть мелодию, написанную на нотном листе, потом вдруг оборвала ее и сказала:

– Я написала одну вещь, я назвала ее «Графские Развалины».

И без какого-либо перехода она заиграла мелодию, странную и тревожную, не похожую ни на что из слышанного Ираклием прежде. Это была мелодия прекрасная и страшная одновременно, чарующие звуки разносились в пустом помещении, волны энергии ударялись в стены, Марида играла, казалось, она слилась со своей музыкой, она не была больше Маридой, кто-то другой, более сильный, более могущественный, занял ее место, кто-то, кто умел подчинять себе воображение других людей, и, слушая его, Ираклий чувствовал, как забытые эмоции пробуждаются в его душе, он чувствовал вдохновение девушки, которая превратилась в посланника волшебного мира искусства.

Звуки музыки смолкли. Марида убрала с лица пряди волос и взглянула на учителя. Он молчал. Он знал, что ему больше нечему учить ее. Тот, кто жил в ее душе, был несравненно талантливее его.

Они продолжали занятия, стараясь не пропускать ни одного дня, а по ночам Марида все также занимала свое место в холле отеля. Никто не знал о ее отношениях с таинственным постояльцем, который, казалось, поселился в пансионате, навечно.

***

– Итак, мы будем тянуть жребий! – произнес Денис. – Кто будет стоять за стойкой в рождественскую ночь.

Сотрудники взволнованно загудели.

– Не надо жребия! – сказала вдруг Марида. – Я хочу.

Все с изумлением посмотрели на нее. Потом Денис сказал:

– Хорошо.

Лео внес ее имя в график. Теперь уже ничего нельзя было изменить. Марида улыбнулась сама себе.

Ночью она без сна лежала в кровати. Ей было грустно, как никогда прежде. Полная луна заливала комнату серебристым светом, по небу быстро бежали тоненькие перышки облаков.

– Марида! Марида, – услышала она чей-то шепот, вскочила и выбежала на балкон. Под балконом стоял Рико, как всегда в новой куртке, отметила она.

– В чем дело? – спросила она.

– Спустись, разговор есть! – сказал он, протягивая руки.

Марида перелезла через поручни и прыгнула вниз. Он поймал ее. Ночь была холодная, Рико снял свою куртку и укутал Мариду, идущую по дороге в одной пижаме. Куртка продолжала хранить его тепло.

– И? – спросила девушка.

– Я хочу знать, зачем ты это сделала? Зачем продолжаешь наказывать себя? – сказал он.

– То есть? – не поняла Марида.

– Почему ты решила работать в Рождество? – он остановился и посмотрел ей в глаза.

Марида смущенно потупилась.

– А зачем мне туда идти? – сказала она, наконец. – Я думала, может, хоть Мэтт пригласит меня, как друг. А он вчера сказал мне, что пригласил какую-то девчонку из деревни! Ты предлагаешь мне идти одной?

Рико не знал, что ответить.

– А ты с кем пойдешь? – спросила Марида.

– С Эжени, с кем же еще! – сказал он. – Радка била под меня клинья. Правда. Но она пойдет с Милошем.

– Ясно, – протянула Марида. – Ладно. Не беспокойся обо мне. Я не пропаду. Просто я не создана для любви. В личной жизни мне не везло со школы. Хотя нет. Вру. Еще раньше.

Она улыбнулась, но Рико не улыбнулся в ответ.

– Ты хочешь, чтобы это изменилось, или нет? – спросил он.

– Хочу, – честно ответила Марида.

Он был единственным человеком, с которым она могла быть полностью откровенной.

Рико расстегнул рубашку и вытащил кулон, висевший на серебряной цепочке.

– Что это? – удивленно спросила Марида.

– Жук-скоробей, – ответил Рико. – Дотронься до него и загадай желание. Оно исполнится.

Марида громко рассмеялась в ответ.

– Почему ты смеешься, – обиделся он. – Оно исполниться, если ты поверишь!

– Рико, дорогой, мне никто никогда не мог помочь! – ответила Марида, отсмеявшись, – Я загадывала сотни желаний, и ни одно не исполнилось. Когда в школе я впервые влюбилась, он ушел к моей подруге. Потом я влюбилась снова, но этот человек даже не замечал меня. Потом один мальчик пригласил меня на ужин. Я нарядилась и ждала весь вечер, а он забыл перезвонить! Было еще около десятка подобных историй. Последним был Макс, удравший с деньгами моей подруги. А ты говоришь, жук-скоробей!

– Не может быть, чтобы тебе ни разу не повезло! Счастье приходит к каждому!

– Видно, мой адрес потерялся.

Рико ответил не сразу.

– Много лет назад одна девочка отказалась пойти со мной на школьный бал. Тогда же отец подарил мне этого скоробея. Он сказал, что если я поверю, мое желание исполнится. Я поверил. Мое желание исполнилось.

– Что ты загадал? – спросила Марида.

– Я хотел нравиться девчонкам, всем подряд, – ответил он и засмеялся.

На этот раз Марида даже не улыбнулась. Это была серьезная заявка. Она никогда не видела человека, имевшего такой успех, как Рико. Вместо ответа она медленно протянула руку и коснулась висевшего на цепочке серебряного жука. Марида загадала желание.

На следующий же день она убедилась, что ее желание навряд ли сбудется.

– Что?! – крикнул Ираклий, облокотившись на стойку, – Ни на какой рождественский бал ты не пойдешь! Пойми, Марида, ты талантлива! Хватит того, что ты тратишь свое время на эту бесполезную работу! Но если ты еще вдруг вздумаешь влюбиться… А если еще и найдешь себе пару! Все! Пиши пропало!

– Это почему еще? – с вызовом спросила Марида.

– Вдохновение не приходит к счастливым! – ответил Ираклий.

– А может это будет несчастная любовь? – возразила она.

– А оно тебе надо? – поинтересовался Ираклий, и Марида не нашла, что сказать.

– Страдания – удел талантливого человека. Страдания и одиночество, – сказал Ираклий. – Работай. Я посижу с тобой в рождественскую ночь.

Марида грустно кивнула. Он был прав, совершенно прав! И она снова погрузилась в работу, которую чередовала с игрой на скрипке.

Наступил день перед Рождеством. Стейси и Хельга крутились перед зеркалом, отталкивая друг друга. Марида лежала на кровати и ела шоколадные конфеты. Одну за другой.

– Как я выгляжу? – Стейси оглянулась на Мариду. В своем черном платье со стразами, удивительно оттенявшем ее светлые волосы она выглядела изумительно, и Марида кивнула.

– С кем ты пойдешь? – спросила она, и по тому, как засияло лицо Стейси, поняла, что ответа не потребуется.

– Наша скромница молчит, а ее пригласил Денис! Сам начальник! – заверещала Хельга, – Марида, скажи, как я выгляжу, дорогая моя!

В красном брючном костюме Хельга выглядела яркой и эффектной, и Марида снова кивнула.

– А кто с кем придет? – спросила она, хотя уже много раз задавала этот вопрос.

– Ничего нового, – ответила Хельга, – У нас все те же пары! Кейт со своим Карлитосом, Лео и Елена. Мэтт подцепил для этого случая какую-то девчонку в деревне, слышала?

– Слышала, – буркнула Марида, отправляя в рот очередную конфету.

Вечером, под звуки музыки, мимо нее пронеслись клиенты, одетые в вечерние одежды, красивые, сверкающие, веселые, потом ослепительные красавицы Эжени и Марина, Марина висела на руке управляющего, радостно сияя улыбкой, Эжени обнимала Рико, который тоже казался сегодня еще привлекательнее, чем обычно. Потом проследовали Кейт, Карлитос, Лео и Елена, потом Эндрю и Хельга, Милош и Радка. Радка распрямила волосы и была непохожа сама на себя. Марида разглядела Стейси, державшую под руку Дениса, он смущенно улыбался. Среди гостей она заметила и Ираклия. Он как всегда был один.

Веселая вереница промелькнула, за ними последовали не менее веселые призраки, в эту ночь они все были настроены мирно, и Марида осталась наедине с наряженной новогодней елкой, стоявшей в холле у стойки. Она опустилась на стул, закрыла глаза, и впервые, заснула на рабочем месте.

***

Высокие колонны возвышались с двух сторон галереи, которая вела в сад, за садом синела необычайно яркая река, окаймленная лесом, с деревьями, листья которых никогда не желтели и не опадали. Сверкало яркое солнце, согревая долины, в которых распускались невиданные цветы. По небу плыли облака нежно-розового цвета, гармонировавшие с удивительным бирюзовым небом. Перед рекой уходила вершиной за облака высокая серая скала, и лишь поднявшись на эту вершину можно было увидеть паривший в облаках город.

В центре города находился дворец. В главной зале дворца проходило собрание. За столом сидели те, которым предстояло сегодня решать судьбы.

Красивый золотоволосый юноша, бог искусств Аполлон, поправил белую тунику и тряхнул кудрями.

– Я решительно голосую против! – произнес он. – Эта девочка – моя служительница. Она принадлежит мне и никому другому! Я не хочу потерять ни крупицы ее таланта!

– Я согласна! – ответила богиня любви, – Я тоже против!

– И я против, – пробормотал маленький симпатичный Амур, – Она все время в движении, в нее невозможно попасть! Я устал в нее целиться! Она не наша!

– Против, против, против! – один за другим повторяли сидевшие за столом. Потом воцарилось молчание. Со скрипом дверь отворилась, и, опираясь на сухую палку, вошел Жук-скоробей.

– А почему вы собственно против? – спросил он. – Кому может помешать эта девушка и ее любовь?

– Мне, – начал Аполлон, но Скоробей перебил его.

– Ты итак уже испортил ей жизнь. Ты сделал все, чтобы она была одна. Смотри, как бы она не отказалась от тебя совсем!

– Но мы тоже возражаем! – сказали собравшиеся.

– А я выскажусь в ее защиту. К тому же, в рождественскую ночь она обратилась ко мне. И мне решать чему быть, а чему нет.

– Что ты можешь сказать в ее защиту? – спросил чей-то голос.

– Она поверила, – ответил Скоробей.

На это было нечего возразить. Вера была всесильна. Ни один из собравшихся не мог противиться желанию поверившего.

– Хорошо, – Аполлон опустил голову, – Только, пожалуйста, пусть это будет что-то совсем несерьезное. Скоротечное. Что-то, что никак не отразиться на ее таланте.

Он умоляюще взглянул на Скоробея, и тот согласно кивнул в ответ.

***

Марида открыла глаза. Перед ней стоял Адиль, он улыбался. И только сейчас Марида поняла, что она совсем забыла о его существовании.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

– Гораздо интереснее, что делаешь ты! – ответил он.

– Я сплю, – честно призналась Марида.

– А я пришел составить тебе компанию. Наверное, скучно дежурить одной в рождественскую ночь!

Они улыбнулись друг другу. Ничего не изменилось. Все вокруг осталось прежним. Просто кто-то вошел и зажег в темной комнате свет.

Перед ней стоял все тот же Адиль, но он был озарен тем самым магическим светом, который вдруг появился неизвестно откуда.

Марида нажала рукой на выключатель, и в холле стало темно. Потом она вытащила спички и зажгла свечи.

– Мы тоже имеем право на праздник, – сказала она.

***

– Ты сошла с ума! – кричал Ираклий, когда через две недели после Рождества ему стало известно об отношениях Мариды и Адиля. Но Мариду уже не волновало ничье мнение. Случилось маленькое чудо. Ее желание исполнилось. Кто-то зажег свет.

Глава 6. Дружба

Весна

Началась весна. Стихли холодные ветры, улеглись волны. На голубой прозрачной поверхности моря танцевали яркие золотые блики солнца, которое теперь подолгу не скрывалось за горизонтом.

Жизнь небольшого пансионата, расположенного на плато над морем, текла по-прежнему, все также счастливые и веселые туристы беспечно гуляли днем по окрестностям, а по ночам сотрудники оберегали их покой от непрошенных гостей, пришедших из мира, находящегося за чертой реальности.

Марида и Адиль почти все время проводили вместе, вызывая недовольство Ираклия, который при виде их мрачнел и сторонился своей ученицы. Но Марида была счастлива, совсем как тогда, в своей прежней жизни. Она продолжала вести дневник, куда записывала истории, рассказанные клиентами, а также случаи, казавшиеся ей заслуживающими внимания. Один из таких случаев получил продолжение, и по праву мог считаться одним из наиболее значительных событий, произошедших в пансионате за последние несколько месяцев.

История третья.

Наступила ночь. Было 10 апреля, наверное, я никогда не смогу забыть эту дату. Мы с Мэттом стояли за стойкой, как обычно. Мимо прошел Адиль, он помахал мне, пожелав спокойной ночи. Потом еще несколько клиентов прошествовали в лифт, и мы остались одни. Мы о чем-то говорили. Как вдруг раздался звонок. Звонили от ворот пансионата, и Мэтт отправился узнать, что случилось. Мы не ждали гостей. Я насторожилась, выходить ночью за ворота всегда было опасно. Однако минут через пятнадцать он вернулся в компании нескольких мужчин. Они не понравились мне с первого взгляда, показались грубыми и невоспитанными, но я приветливо улыбнулась. Они сняли две комнаты на три недели. Я зарегистрировала приезжих, выдала им ключи, потом Мэтт проводил их. Я, признаться, забыла об этих постояльцах. Было слишком много работы, то и дело где-то появлялись опасные существа.

В пансионате я не часто вспоминала о том, что люди, зачастую, бывают гораздо опаснее своих нематериальных собратьев.

Через несколько дней меня вызвали в кабинет Карэна.

– Что ты знаешь о случае в деревне, Марида? – спросил он меня.

Я понятия не имела ни о какой деревне и не нашла, что ответить. Он отпустил меня, и в недоумении, я вернулась в комнату, где обнаружила Хельгу, которая была крайне подавлена.

Я уже начинала догадываться, что от меня что-то скрывают.

– Ну, в чем дело? – поинтересовалась я. Хельга посмотрела на меня, но ничего не ответила. Я выжидательно молчала.

– Ладно! Ладно! Я расскажу, уговорила! – сказала она, наконец, не выдержав. – В деревне вчера ночью была драка.

– Между рыбаками? – спросила я. Драки между рыбаками были делом обыкновенным.

– Если бы! – протянула Хельга. – Эндрю и Мэтт подрались с клиентами.

– Что?! – прямо там, где стояла, я опустилась на стул. – Что значит, подрались с клиентами, как это возможно?! С кем?

– С теми молодчиками, что поселились на третьем этаже

– Эти четверо? – я нахмурилась, – Они мне сразу не понравились. А в чем дело?

– Да ерунда какая-то! Клиенты привязались к подруге Матвея, потом слово за слово… В общем, кажется, они просто искали повод.

– Вот это да…

Я действительно не знала, что сказать, единственное, что волновало меня: почему никого до сих пор не уволили?

Словно угадав мой вопрос, Хельга сказала:

– Ни у кого из руководства нет доказательств. Клиенты молчат, они были пьяны и не помнят, кто нападал. Рыбаки говорили, что ребята из наших, но было темно, никто не видел лиц. Девушка Мэтта, естественно ничего не скажет. И ты молчи.

– Кто еще знает? – спросила я.

– Адиль и Рико, и не надо, чтобы узнал кто-то еще.

– Но Карэн ищет, он будет узнавать! – заметила я, и Хельга в ответ беспомощно пожала плечами.

Весь день я была в волнении, а ночью, перед дежурством мне позвонил Мэтт.

– Слушай, брат, – сказал он, – Я не могу идти на дежурство. Иди одна.

– Почему? – спросила я, – Ты боишься?

– Я не совсем здоров, – ответил он.

– Я сейчас! – крикнула я в трубку, и в следующую секунду мы с Хельгой ворвались в комнату, где жил Мэтт. Он лежал на кровати, Эндрю сидел рядом. На соседней кровати расположился, впервые притихший Карлитос. Мэтт был бледен. На груди у него чернела рана, по краям которой запеклась кровь.

– Это что? – спросила я.

– Это нож, – ответил Эндрю, – Рана загноилась. У него температура. У вас есть таблетки?

– Какие таблетки?! – закричала Хельга. – Ему нужно в больницу! Срочно!

Она схватила трубку, но Эндрю вырвал телефон из ее рук.

– Ты сошла с ума! Какая больница1 Если кто-нибудь узнает, нас обоих тут же уволят!

– Сейчас это не главное! – сказала я.

– Пожалуйста, не надо, не надо, брат, – слабым голосом попросил Мэтт.

Я остановилась.

– Что же делать? – у меня опустились руки.

Хельга молчала.

– Марида, иди дежурить, – сказал Эндрю.

Я наклонилась, дотронулась рукой до лба Мэтта. У него был жар. Оставлять его было опасно. Я вышла и пошла по коридору, дошла до лифта. Адиль и Эжени ждали меня внизу, я должна была их сменить. Но я не остановилась у лифта. Я прошла дальше и постучала в дверь комнаты, где жил Денис. Он открыл не сразу. Лео был в деревне, а Денис явно спал, потому что, открывая дверь, он натягивал футболку.

– В чем дело? – сонным голосом спросил он.

– Проблемы, – решительно сказала я, входя в комнату. Он закрыл дверь.

Я рассказала ему о случившемся. Когда я замолчала, он закрыл лицо руками, не зная, что делать. Я понимала все. Я знала, что для Дениса значила его работа. Я поставила его перед выбором, и этот выбор был нелегким. Я сильно рисковала, когда пришла сюда. Наконец он поднялся.

– Пошли, – сказал он.

Я не спрашивала, куда он меня ведет. Мы направились в комнату Мэтта, Денис открыл дверь, Мэтт прикрылся одеялом, Хельга, Эндрю и Карлитос, испуганные, замолчали. Они смотрели на меня, они считали меня предательницей!

– Хельга и Эндрю, живо одеваться и вниз, смените дневную смену. Карлос, помоги Мэтту подняться. Вы с Маридой поедете со мной.

Когда мы уже сидели в машине, Матвей осмелился задать вопрос.

– Куда мы едем? – спросил он.

– В больницу, конечно, – ответил Денис.

– Дэн, меня не уволят? – спросил Матвей.

– Меня больше волнует, не уволят ли меня, – ответил он.

И я поняла, что он не собирается рассказывать Карэну о случившимся.

– Как мы объясним, что мы поменяли график? – спросила я.

– Ты хотела изменить смену, чтобы потом работать вместе с Адилем, – ответил Денис.

– Хорошо, – согласилась я.

– А куда мы поехали ночью?

– В бар, куда же еще, – ответил Денис. – Имею я право пригласить сотрудников, которые, на мой взгляд, работают лучше других?

Я улыбнулась. Мы не были лучшими, но все равно его слова порадовали меня.

Рана Мэтта не была опасной. Но эта ночь показала, что Денис ценил нас. Он рисковал тем, что было для него дороже всего на свете, для того, чтобы помочь нам!

Еще через несколько дней произошел другой инцидент, который доказал, что не только Денис дорожил нашим коллективом.

Было ветрено. Я встретила Рико на причале. Он был не похож на себя, обычно улыбающийся, он выглядел мрачным.

– В чем дело? – спросила я, – Эй! Почему ты не улыбаешься?! А ну улыбаться!

– Меня увольняют! – сказал он.

Я остановилась, как громом пораженная.

– Что?! За что тебя могут уволить? Ты прекрасно работаешь!

– Эта Дженни, помнишь, та рыжая из 208го? Она пожаловалась на меня управляющему. Сказала, что я «оскорбил ее своим поведением».

– Я не ослышалась? Ты?! А вот я нахожу, что это она сделала все возможное, чтобы своим поведением оскорбить тебя! Я еле остановила ее перед пространственным окном, когда она разыскивала тебя по всему этажу!

– Видимо это ее и оскорбило. Я не обратил на нее внимания. Поэтому она решила отомстить.

– И Карэн поверил?

– Он вынужден поверить. К тому же, это не первый случай.

– И что, они вот так сразу уволят тебя?

– Не сразу. Сегодня вечером у него в кабинете будет нечто вроде следствия. Может, тебя тоже пригласят послушать, – он понуро побрел прочь.

Слова Рико оказались пророческими, вечером меня вызвали в кабинет управляющего, где уже собрались остальные сотрудники. Прямо перед столом Карэна сидела рыжеволосая англичанка, и ее лицо было пунцовым от злости.

– Теперь, когда все сотрудники в сборе, будьте любезны, расскажите вашу историю, – обратился к ней Карэн.

– А что рассказывать! Этот человек, ваш сотрудник, – она показала на Рико, – Пришел ко мне в номер вчера вечером, и мне было очень нелегко выставить его за дверь! Он вел себя неподобающим образом!

– Во сколько это было? – спросил Денис.

– Около десяти.

– Это правда? – спросил Карэн.

Рико отрицательно покачал головой. Воцарилось молчание.

– Мне очень стыдно, – сказал, наконец, управляющий, и в его голосе звучала грусть, – Для меня нет ничего больнее расставания с моими сотрудниками, потому что вы все мне стали как дети. И, тем не менее, в данной ситуации, я не вижу иного выхода. Это не первый подобный случай. У меня нет оснований не верить этой леди. Лео, оформи увольнение, пожалуйста.

Лео молча кивнул. Все молчали. Рико опустил глаза, казалось, слезы вот-вот потекут по его щекам, но он мужественно держался.

– Боже, какой позор, как стыдно ему сейчас, стоять здесь перед нами! – подумала я, и почувствовала, что тоже готова расплакаться. Ведь это был мой друг, мой брат!

– А у меня есть все основания не верить этой леди, – сказал вдруг Адиль.

Мы обернулись к нему. Он и сейчас был полон достоинства, как и обычно его лицо было абсолютно спокойно. И я гордилась в эту минуту, что была его подругой.

– Что ты хочешь сказать? – спросил Карэн.

– Рико не мог нарушить покой этой леди, потому что вчера вечером в десять мы нарушали покой других леди, за пределами пансионата, – продолжил он.

Рико с изумлением посмотрел на него, и я, надо признаться, была удивлена. На секунду у меня появились подозрения: как, мой Адиль?!

– И кто же были эти дамы? – спросил Карэн. – Они готовы подтвердить ваше алиби?

– По-моему, будет не очень правильно называть их имена, – ответил Адиль.

– Он врет! Он выгораживает своего дружка! – крикнула Дженни и еще сильнее покраснела, если это было возможно.

– Похоже, она снова права, – заметил управляющий.

Я поднялась.

– Не совсем, – сказала я, и, игнорируя удивленные взгляды, направленные на меня, продолжила, – Ведь ни для кого не секрет, что я встречаюсь с Адилем. Они были со мной.

Карэн посмотрел на меня.

– И снова я не могу поверить. Допустим, ты была с Адилем. Ладно. Это не приветствуется, но это не относится к делу. Но при чем же здесь Рико? А с кем был он? И где вы были, позвольте спросить?

– В баре «Синяя обезьяна», – подала голос Радка. – Он был со мной.

Повисла гробовая тишина, а потом все обернулись к менеджеру по контролю качества. Радка стояла намного выше нас по служебной лестнице, она была даже выше Дениса, как она могла произнести эти слова?! Наша злая, стервозная Радка, которую мы боялись и недолюбливали!

– Это правда? – тихо спросил Карэн.

– Правда, – спокойно ответила Радка и посмотрела на англичанку, – Зачем же обманывать, девушка?

Дженни покраснела еще сильнее, но ничего не ответила.

– Лео, подготовь побольше выходных анкет, вместо одного здесь следует уволить четверых, – продолжила Радка невозмутимо.

– Оставьте нас, – сказал Карэн. – Все, уходите!

Мы поднялись и молча вышли, пораженные случившимся.

Я подошла к Рико.

– Ты, правда, был с ней? – спросила я.

– А ты, правда, была с нами в «Синей обезьяне»? – ответил он. – Почему вы все покрываете меня?

– Потому что ты наш друг. И ты не виноват.

– А если бы я был виноват?

Я не ответила. Я не знала, что ответить. Нас учили следить друг за другом.

Потом Дженни уехала, и о случившемся забыли.

Все понимали, что между Радкой и Рико ничего не было, да и не могло быть. Человеком, понимавшим это лучше всех, был Карэн.

– Твои друзья завтра уезжают, – сказала Марида Мэтту, когда они стояли за стойкой.

– Какие друзья? – не понял он.

– Приятели, которые порезали тебя.

– А! Замечательная новость. Скорее бы уже. Честно говоря, я больше боюсь их, чем призраков!

– И правильно, они куда агрессивнее! – ответила Марида.

Они продолжили работу, не обращая внимания ни на Ираклия, который спокойно читал в углу, ни на то и дело пересекавших холл невидимых глазу привидений. Марида и Матвей научились распознавать их присутствие без помощи датчиков, по характерному холодному шлейфу, который оставляли за собой эти странные существа.

В полночь раздался звонок.

– Поднимитесь к нам в номер, у нас проблемы с водой! – попросил мужской голос.

Звонили из номера, принадлежащего тем, кого Марида называла приятелями Мэтта. Она положила трубку.

– Пойду, поднимусь, я думаю, лучше, если я пойду, чем ты! – хихикнула Марида, и Мэтт не мог не согласиться.

Она поднялась на третий этаж. Все было спокойно. Дойдя до номера, Марида постучала в дверь.

– Не заперто! – крикнул тот же голос, и она вошла в комнату.

– Проходите, – сказал сидевший на кровати мужчина. Марида сделала шаг вперед и замерла, потому что к ее виску приставили дуло пистолета. Его спутники вышли на свет, и теперь Марида могла видеть, что осталась одна в окружении четверых бандитов.

– Будь умницей и садись, – сказал ей один из них. Марида послушно опустилась на стул.

– Что вам нужно? – спросила она.

– Вопросы задаем мы, говорим тоже мы, ты только отвечаешь, ясно? – сказал тот, что сидел на кровати.

– Здесь, в номере 130 остановилась графиня фон Штайн, знаешь ее?

Марида кивнула.

– А знаешь о том, что эта милая старушка возит с собой? Что она хранит в вашем сейфе? Знаменитую черную жемчужину, стоимостью около полумиллиона! Ты останешься здесь. Если твои друзья хотят, чтобы ты осталась жива, пусть они принесут нам жемчужину.

– Но ключи у графини, – возразила Марида.

– Не смеши меня. Я думаю эти ребята в состоянии найти ключи!

– Но что будет с нами, когда графиня поймет, что она лишилась жемчужины!

Он засмеялся.

– Ты лучше подумай, что будет с тобой, когда окажется, что она ее не лишилась.

Он протянул Мариде трубку телефона.

– Звони.

– Кому?

– Не надо прикидываться дурочкой. Это не поможет. Тому, кто тобой дорожит. Потому что если вы вызовете полицию, клянусь, ты будешь валяться здесь с простреленной головой!

Марида закрыла лицо руками.

– Мне надо подумать, – тихо сказала она.

– Думай, – разрешил он великодушно, – Поспешишь, людей насмешишь!

– Что же делать? Что делать?! – думала Марида. – Есть Адиль, но разве можно его подставлять! Или кого-то из друзей! Но иначе, они убьют ее! Они могут это сделать!

Был лишь один шанс, и Марида решила рискнуть. Она сняла трубку телефона.

– Мэтт, это я. У меня некоторые проблемы, ты должен помочь, брат. Не спрашивай ни о чем, – сказала она. – Позвони графине фон Штайн. Пусть она спустится к тебе. Задержи ее внизу.

Марида не сомневалась, что спросонья, графиня забудет взять ключи от сейфа с собой.

Когда графиня покинула номер, Мэтт перезвонил Мариде. Она поднялась со стула.

– Идемте, – сказала она тому из захватчиков, который держал пистолет у ее виска. – Я достану вам ключ.

Они пересекли коридор, спустились по лестнице, остановились у дверей в номер графини. Марида открыла дверь с помощью кода, известного лишь сотрудникам пансионата. Обнаружить ключи оказалось не так-то сложно.

Потом они спустились в депозитарий. Графиня, ни о чем не подозревая, щебетала с Мэттом, который проводил Мариду встревоженным взглядом.

– Вот ваша жемчужина, – Марида отдала ее человеку с пистолетом. Когда они вышли из хранилища, трое остальных уже ждали их.

– Теперь помоги нам миновать охрану на входе, – сказал тот, которого Марида считала лидером этой банды.

Он сжал в руках протянутую Маридой небольшую шкатулку, и хищная ухмылка мелькнула на его лице. Марида опустила глаза.

– Хорошо, – бесцветным голосом ответила девушка. Она проиграла эту схватку, она совершила преступление, к тому же подставила Матвея!

Датчик на левой руке тихонько запищал. Марида подняла голову. Лишь секунду она колебалась, прежде чем нарушить самый страшный запрет, действовавший в пансионате.

– Есть другая дорога. Через третий этаж, – решительно сказала она.

– Пошли! – приказал главарь.

Они поднялись на третий этаж, и пошли по коридору, датчик пищал все сильнее. Наконец Марида остановилась.

– Прошу! – сказала она, – Там лестница!

Ее спутники сделали несколько шагов вперед. Всего несколько шагов – и они навсегда исчезли из виду, Марида не знала, где они очнуться, куда приведет их это окно.

– Пусть они выскочат из окна где-нибудь подальше от нашего пансионата! – удовлетворенно подумала она.

Потом она прошла в их номер, собрала вещи и бросила их в тоже окно, пусть следуют за хозяевами! Спустившись вниз, Марида, как ни в чем ни бывало, оформила выезд клиентов.

– Вот и все, – сказала она ошарашенному Мэтту, – А что ты хотел! Они собирались меня убить! Пусть посидят где-нибудь на Ямайке, подумают над своим поведением!

– Спасибо на том, что не отправила их во временное окно, – заметил Мэтт.

– И все-таки, это не снимает наших проблем, – огорченно сказала Марида. – Они забрали с собой жемчужину графини. Мы помогли украсть ее. Мы сообщники! Что будем делать?

Мэтт удовлетворенно улыбнулся.

– Только что мне удалось разговорить эту старую каргу, знаешь, что она мне сказала?

Марида с удивлением посмотрела на него.

– Что свою настоящую жемчужину она носит в кармане своих панталон!

– Да ладно! Будет врать! – Марида залилась счастливым смехом.

Мэтт рассмеялся следом за ней.

– Однако сейф все равно вскрыли, это может плохо отразиться на нашей репутации. Нас-то уволят так или иначе, даже если не узнают, что ты отправила клиентов прямиком в окно! Кстати, это было здорово! Ты отомстила за меня, брат!

Мэтт обнял Мариду.

– Не за что. Они это заслужили! Но что будем делать? – Марида была ни на шутку напугана случившимся. Увольнение не входило в ее планы.

Мэтт задумался.

– Отец моей подружки – рыбак, он делает всякие штучки из ракушек! Он настоящий ювелир! Мне кажется, он сможет сделать нечто, что будет походить на эту жемчужину! Только бы старуха не хватилась ее раньше!

– Сколько времени у него уйдет? – спросила Марида, взволнованно. Это был их единственный шанс сохранить работу!

– Думаю несколько дней, – Мэтт пожал плечами.

***

Через несколько дней Мэтт, и правда, положил в сейф графини нечто, удивительно напоминавшее пропавшую жемчужину. Перед этим они с Маридой долго лазили по страницам Интернета, пытаясь найти точные фотографии сокровища графини.

– Никогда бы не захотела быть богатой! – сказала Марида, – Представляешь, носить жемчужину в панталонах!

– Да уж, – согласился Мэтт, – Знаешь, что попросила моя подружка за услугу?

– Только не говори, что ты женишься на ней! – с притворным испугом воскликнула Марида.

– Ну что ты, конечно же, нет! Хочет прийти к нам на вечеринку в честь Вальпургиевой ночи.

– Она знает, что ее ждет? – спросила Марида. Эта ночь обещала быть веселой.

– Понятия не имеет, бедняжка, но я уже пообещал! Она надежная, не будет болтать.

Мэтт сказал правду. Никто не узнал об этой истории. Графиня благополучно уехала, забрав с собой прекрасно выполненную подделку.

– Знаешь, что больше всего меня удивляет в этой истории, – спросила Марида у Матвея, когда за графиней закрылись двери пансионата, – У тебя ушло три дня, чтобы добыть жемчужину. Как нам повезло, что она не хватилась ее раньше!

– Потому что эти три дня графиня не выходила из номера. Говорят, она плохо себя чувствовала!

– Удивительное совпадение! – заметила Марида, подозрительно глядя на Мэтта.

На его лице отразилось негодование.

– Ты что, думаешь, это я сделал с ней что-то? Я сделал что-то с несчастной старушкой, и она три дня лежала в номере?! За кого ты меня принимаешь! Я люблю свою работу! Люблю тебя, но не до такой же степени! К тому же, как бы я это сделал?! Я тебе не фармацевт, чтобы приковать человека к постели и не лишить его жизни!

– Согласна, – Марида кивнула.

Он был прав. Это просто совпадение. Ведь для того, чтобы сделать это, человек, и правда, должен хорошо разбираться в медицине. Кроме того, он должен любить ее, Мариду, именно до Такой степени! Кто готов пойти на преступление ради нее? Есть ли такой человек, среди ее преданных друзей? Сделает ли это Хельга? Или Рико? Или даже Адиль? Или ее учитель, Ираклий? Способен ли кто-нибудь преступить черту, заключить сделку с совестью, как когда-то ради Макса сделала она сама?

***

Мэтт ушел, и Марида осталась одна. Кто-то неслышными шагами подошел сзади и положил ей руки на плечи.

– Думаешь, ты одна способна на преступление ради любви? – спросил женский голос. Говорившая улыбалась.

Марида обернулась. Позади нее стояла Элла.

Не в силах сказать ни слова, Марида молчала. Это произошло. Они встретились лицом к лицу. Сколько раз воображала себе Марида их встречу. Она представляла тысячи различных вариантов. Не предвидела она лишь одного: Элла была по-прежнему готова на все, чтобы помочь ей. Она, как и прежде, была ее подругой. Их дружба была жива. Ее не заберешь с собой в окно времени, потому что ни время, ни расстояние не в силах изменить ее.

– Прости, – сказала Марида, и Элла махнула рукой.

– Неужели ты и правда не знаешь ни одного врача, который любил бы тебя больше всего на свете? – спросила Элла. – Я подслушивала.

– Я забыла…

– Я уж поняла. Не прощу.

– У меня есть деньги, там даже больше, я все тебе отдам, – сказала Марида.

– Не торопись. Мне теперь не нужна квартира. Мы расстались.

Теперь Марида была удивлена по-настоящему.

– Почему? – спросила она.

– Пойдем, посидим где-нибудь, расскажу, – ответила Элла. – Но, кстати, вовсе не потому, что он оказался бандитом и удрал с моими деньгами.

Марида засмеялась счастливым смехом. Она вновь обрела свое бесценное сокровище, и куда там какой-то жемчужине графини фон Штайн! Элла не изменилась, она все еще была такой же беспечной авантюристкой, как и сама Марида!

– Я подлила ей хорошую дозу снотворного, – сказала Элла, когда они спускались со ступенек.

– Но как ты узнала?

– Ираклий сказал. Он сидел в холле, видел, что случилось. Я приехала вчера, хотела сделать тебе сюрприз. И встретила его. Он везде тебя сопровождает. Кажется, он влюблен в тебя!

– Не смеши! Он всего лишь мой учитель! – возразила Марида. – Мне и в голову это не могло прийти. И я совсем забыла, что он сидел в холле!

– А как твоя личная жизнь?

Марида улыбнулась.

– Расскажу, – загадочно сказала она.

Девушки переглянулись. Им столько нужно было сказать друг другу!

Глава 7. Повышение

Лето

Вальпургиева ночь прошла удивительно спокойно. Марида и Элла, в остроконечных колпаках, как у ведьмочек, выплясывали на вершине горы вокруг огромного, поднимающегося до небес костра, а один из местных вампиров даже пригласил Мариду на танец.

– Это удивительное ощущение, – рассказывала она потом подруге, – Ты танцуешь с человеком из другого мира, ты не ощущаешь его прикосновений. Только холод и какую-то тяжесть. Нет, в этом есть что-то потрясающее!

Не успела Марида поделиться впечатлением, как несколько ведьм окружили ее, одна настойчиво протягивала им с Эллой метлы.

– Полетели, полетели! – кричали они. – Нас ждет шабаш!

– Нет, извините, мы не летаем, я при исполнении, – ответила Марида, тогда ведьмы вцепились в руки Эллы, пытаясь утащить ее с собой. Элла отчаянно пыталась вырваться, и, не выдержав, Марида выхватила из кармана излучатель.

– А ну быстро отсюда! – прикрикнула она на расшалившуюся нечисть. Ведьмы мгновенно с громким хохотом исчезли, а Элла благодарно улыбнулась подруге. Этим проблемы Вальпургиевой ночи, можно сказать, исчерпывались. Хотя была и еще одна. Матвей окончательно поссорился с девушкой из деревни. Потрясенная увиденным, она не захотела продолжать их отношений, и надо сказать, сам Мэтт не слишком расстроился, его подруга отличалась некоторой назойливостью, которая уже начинала выводить его из себя.

– Теперь я – свободный человек! – с гордостью заявил Мэтт.

Через несколько дней после начала лета Элла вернулась домой, обещав приехать в августе вместе с родителями Мариды.

Марида была счастлива. Элла простила ее, Макс не сумел разрушить их отношения!

Марида грустила из-за отъезда подруги, но почти сразу же обстоятельства сложились так, что она забыла о своей печали. В пансионате произошло нечто важное, что навсегда изменило жизнь сотрудников.

– Входи, входи, Марида! – Карэн выглядел чрезвычайно довольным, когда Марида, осторожно открыв дверь, вошла в его кабинет. Рядом с ним сидела сияющая Марина. А за столом: Лео, Кейт, Денис, Адиль.

– Что-то случилось? – спросила Марида, опускаясь на стул.

– Как ты знаешь, Вальпургиева ночь каждый год является некоторым переломным моментом в нашем пансионате, – осторожно начал Карэн. – В этот период у нас происходит так называемая смена состава.

– Так, значит, меня увольняют! – пронеслось в голове у Мариды.

– Некоторые сотрудники нас оставляют, – продолжил Карэн. – В частности Марина не будет больше работать. Эта прекрасная леди оказала мне честь, согласившись стать моей женой, и в следующем месяце – наша свадьба. Потом Марина планирует посвятить себя домашним делам.

– Планирую, – радостно улыбнулась Марина.

– Поздравляю! – Марида расплылась в ответной улыбке.

– Также Лео и Елена оставляют нас.

– Мы с Еленой переедем в Англию, она получила грант на обучение в Оксфорде, я планирую к ней присоединиться, – пояснил Лео.

– И еще одна пара решила связать себя узами брака и покинуть пансионат ради более спокойной жизни. Их свадьба будет в один день с нашей, – сказала Марина. – Рико женится на Эжени. Она поставила обязательным условием покинуть пансионат.

– Что?! – Марида побледнела. Как это может быть! Рико, ее друг, покидает пансионат! Как она будет без него!

– Но и это еще не все. Вот наша главная потеря! – Карэн протянул руку, указывая на Дениса.

Ошеломленная, Марида поднялась. «Графские Развалины» без Дениса! Это невозможно!

– Почему? – тихо спросила она.

– Устал, сколько можно! – сказал он.

– Как мы будем без тебя? – снова спросила она, чувствуя, что с трудом сдерживает слезы.

– А вот об этом мы и хотим поговорить, – сказал Карэн. – Так как второго такого сотрудника, как Денис больше нет, его обязанности поделят между собой сразу двое: Кейт и Адиль.

– Хороший выбор, – грустно улыбнулась Марида.

– Мы хотели предложить тебе занять место Кейт.

– Мне?! – Марида подумала, что ослышалась. – Я – старшая смены?! Но почему? Почему я?

– Потому что ты лучшая, – ответил Денис.

– Это неправда, – возразила Марида.

– Ты откажешься? – спросил Карэн.

– Нет, конечно, – она улыбнулась, – Я согласна.

– Хорошо. После нашей свадьбы приедут новенькие сотрудники. Ты возьмешь их под свою защиту.

Марида согласно кивнула.

– А кто займет место Лео? – спросила она, ожидая услышать имя Карлитоса.

– На место Лео придет новый человек. Он долго работал администратором гостиницы, до этого проходил обучение на курсах службы спасения. Кстати, твой соотечественник.

Марида кивнула. Она будет старшей смены! Она лучшая! Девушка не могла поверить в это.

Очень деликатно, насколько это было возможно, Марида сообщила Стейси об отъезде Дениса. Но, к ее удивлению, Стейси только радостно засмеялась.

– Какая же ты глупенькая! – она обняла Мариду. – Мы уезжаем вместе.

Марида замерла, как пораженная громом.

– Почему ты не сказала?

– Не хотела огорчать.

– Ладно. Поздравляю тебя! – Марида улыбнулась подруге.

– И я тебя, – сказала Стейси.

Наступил день свадьбы. Все вместе сотрудники украшали пансионат, в эти дни и клиенты, и потусторонние обитатели пансионата были забыты. На лужайке перед пансионатом разбили огромный шатер, в котором расставили столы. Эжени и Марида руководили подготовкой, остальные выполняли их распоряжения.

– Только бы не было ветра, а то наш шатер улетит! – высказала пожелания Марида.

Когда Марина шла к импровизированному алтарю, сотрудники, не сговариваясь, решили, что прекраснее зрелища быть не может, она была красивой, как никогда прежде, и ее улыбка была еще ослепительнее, чем обычно. Лишь нежность, светившаяся в глазах управляющего, могла сравниться с красотой невесты. Марину вел Милош, позади Радка и Стейси несли длинный шлейф ее платья. Когда были произнесены клятвы, и сотрудники поздравили молодых, пришел черед следующей пары.

– Как непривычно видеть Рико в костюме! – шепнула Марида на ухо Хельге.

– А костюмчик как всегда новый! – ответила Хельга.

– Ну, свадьба же! – улыбнулась Марида, подмигивая жениху.

Она вспомнила, как накануне свадьбы Рико сказал ей:

– Теперь, когда я женюсь, клянусь, я закрою глаза, и не буду видеть никого, кроме жены!

Марида не знала, стоит ли верить его словам, но надеялась, что так и будет. Они оба заслужили свое счастье.

Вторая невеста не уступала первой.

– Такое впечатление, что здесь конкурс красоты! – заметила Хельга. Шлейф Эжени несли они с Маридой.

Кейт и Елена стояли в стороне, обсуждая происходящее.

– Теперь бросаем букеты! – скомандовала Марина. – Девушки, подходите, выстраивайтесь!

Марина, сильно наклонившись назад, бросила свой букет, и он, описав в воздухе плавную дугу, угодил в руки смеющейся Стейси. Никто и не ожидал ничего другого, и счастливая Марина обняла лучшую подругу.

– Теперь я! – сказала Эжени, отворачиваясь.

Букет должен достаться Елене, они с Лео уезжают вместе, в этом нет сомнений! В этом мистическом месте, в «Графских Развалинах», свадебный букет не мог ошибиться! Задумавшись, Марида пропустила момент, когда Эжени бросила букет и очнулась лишь, когда свадебные цветы упали ей в руки.

Растерянная, Марида смущенно улыбнулась.

– Это ошибка! Этого не может быть, я не собираюсь! – сказала она.

– Поздравляю! – Хельга чмокнула ее в щеку. – Значит, соберешься!

Марида пожала плечами. Замужество в списке ее планов стояло последним.

– Не знаю, хотя тот симпатичный вампир, кажется, имел серьезные намерения, – сказала она.

– Уверяю, его намерения станут гораздо серьезнее, когда он проголодается! – заметила Хельга.

Когда стемнело и начались танцы, Марида подошла к Рико.

– Могу я пригласить жениха на танец? – спросила она.

Тот согласно кивнул.

– Значит, уезжаешь? – спросила Марида. – Как же я буду без тебя? Ты будешь недалеко?

– Если я буду недалеко, мы скоро увидимся, – ответил он.

– А если ты будешь далеко?

– Тогда, – Рико помедлил, – Мы все равно скоро увидимся. Настоящая дружба не умирает, Марида. Ты забудешь меня, а потом мы встретимся, и ты поймешь, что ничего не изменилось, как будто и не было прошедших лет.

– Наверное, ты прав, – согласилась Марида.

Ближе к полуночи подали две машины, и счастливые молодые пары, под громкие крики провожавших скрылись за поворотом горной дороги.

– Ну, вот и все, – сказала Хельга. – Мы остались одни.

Марида обняла подругу.

– Завтра приедут новенькие, – сказала она.

***

На следующий день Марида вышла в холл. Перед ней на вытяжку стояли пятеро новых сотрудников, и, глядя на их напряженные, серьезные лица, Марида улыбнулась. Она сама была такой когда-то.

– Здравствуйте, – сказала она. – Меня зовут Марида. Я старшая смены. Нашего управляющего зовут Карэн, но он в отпуске, поэтому в его отсутствие его обязанности исполняет Радка, менеджер по контролю качества.

Радка кивнула новичкам.

– Это Кейт и Адиль, помощники управляющего. Вы можете обратиться к ним только в наиболее сложных случаях. В остальных – обращайтесь ко мне. Или к старшим ребятам, мы всегда поможем. Еще у нас будет новый администратор, но он приедет вечером. Мы и сами его не видели. Теперь давайте познакомимся с вами.

Невысокую симпатичную девушку с темными волосами звали Натали, она была француженкой. Светловолосая Анита приехала из Швеции. Еще одна, чуть полноватая рыжая девушка оказалась соотечественницей Мариды, ее звали Теона. Один из прибывших молодых людей, худой, высокий, светловолосый и веснушчатый, приехал из Москвы, его звали Егор. Был еще Фрэнки, невысокий, вечно улыбающийся, гражданин США, проживавший с семьей в Лондоне.

– Ну, теперь, когда мы знакомы, я покажу вам ваши комнаты, – Сказала Марида.

Карлитос переехал к Адилю вместо Рико, Мэтт и Эндрю заняли комнату Лео и Дениса. Хельга и Марида переехали в комнату, где раньше жили Эжени и Елена. Кейт осталась в своей комнате одна. Новенькие заняли комнаты, предназначавшиеся тем, кто еще только поступил на работу в пансионат.

– Комната могла бы быть и побольше! – заметила Натали, протискиваясь в дверь со своим большим синим чемоданом.

Вечером Хельга и Эндрю заняли свое место за стойкой, планировалось прибытие большого количества гостей. Марида напряженно расхаживала по холлу, ожидая своего нового напарника, того, кто должен был сменить Лео. Почему-то он задерживался.

Внезапно датчик на руке Мариды показал опасность: триста пятьдесят на втором этаже в холле! Что это могло быть?! Марида сняла трубку с телефона.

– Кейт, Адиль, наверху кто-то есть! Они опасны, их много!

– Идем! – ответила Кейт лениво.

Через несколько минут они вошли в холл второго этажа. Марида чувствовала смесь ответственности и беспомощности, что могут они втроем, теперь, когда с ними нет Дениса, нет Лео! Она подняла глаза и застыла, пораженная. Странные существа, женщины в длинных белых платьях со спутанными волосами и огромными ртами парили в воздухе, их бледные лица были искажены. Они выглядели безобразно и внушали ужас.

– Господи, что это? – выдохнула Марида.

– Ничего себе, старшая смены! – хихикнула Кейт. – Она до сих пор не знает, что такое Бенши!

– Что это? – спросила она Адиля.

– Это значит, доставать излучатели и стрелять. Очень метко, очень быстро!

– Прежде, чем они заорут! – добавила Кейт.

– Почему? – тихо спросила Марида.

– Потому, что если они заорут, излучатель тебе уже не понадобиться. Так же как и нашим клиентам уже ничего не понадобиться. Их шестеро… По две на каждого. Целься в волосы. И не мазать! Иначе будет плохо!

Марида старательно нацелилась. Она уже научилась раздваивать луч и поражать две цели одновременно.

– На счет три, – скомандовал Адиль. – Раз! Два! Три!

Все вместе они выстрелили, раздался оглушительный визг, вспышка на мгновение ослепила их, а когда зрение вернулось, Бенши уже исчезли.

Марида облегченно вздохнула. Значит, они сами, без Дениса, без Карэна могли справляться с трудностями! Рация запищала, и Марида ответила. Говорила Хельга.

– Там внизу приехал твой менеджер. Очень кстати симпатичный. Не как Рико, конечно, но все-таки.

– Иду, – крикнула Марида и побежала вниз.

***

Она спустилась на первый этаж, бегом пересекла холл и остановилась. Невысокий молодой человек с темно-русыми волосами стоял, облокотившись на стойку, и что-то в ее облике показалось Мариде странно знакомым. Он поднял глаза, и она узнала его.

– Здравствуй, Саша, – сказала она, приблизившись.

– Марида? – удивился он. – Что ты здесь делаешь?

– Я здесь работаю. Ты будешь моим напарником. Я старшая смены.

Он улыбнулся.

– Отлично. Лучшего напарника не придумаешь.

И она улыбнулась в ответ. Вот это совпадение! С Сашей они вместе учились в школе, уже в Москве. Они дружили. Хотя нет, кажется, они никогда не дружили. Просто, Мариде хотелось, чтобы они дружили, но почему-то дружбы не получилось. Что ж. Судьба обычно дает шанс исправить ошибки.

– Пойдем, покажу тебе все! – сказала она, начиная экскурсию по пансионату.

Вечером они вдвоем сидели в баре.

– Значит, отношения с нечистой силой не пугают тебя? – спросила она.

– Не пугают. Меня вообще ничего не пугает. К тому же, всегда мечтал об этом.

– Это хорошо, – Марида улыбнулась.

Проходящий мимо Адиль пожал руку Саше, и, наклонившись, поцеловал Мариду в щеку.

Потом он скрылся в лифте, Саша проводил его взглядом.

– Это твой парень? – спросил он.

Марида кивнула.

– А у тебя, что в личной жизни? Есть девушка?

– Конечно, у всех есть, – ответил Саша. – Мы уже давно вместе.

– Когда свадьба? У нас в пансионате традиция, свадьбы отмечают в один день. И я поймала букет.

– Значит, как соберешься, мне свистни! – засмеялся он, и Марида засмеялась вместе с ним. Что ж. Пусть теперь нет Рико. Но пришел Саша, и возможно у нее появится новый друг!

***

– Нет, я так не могу! – протянула Натали, опираясь на стойку. – Как это я вдруг буду молчать, если мне грубят!

– Такая работа, поверь, это не самое сложное, – ответила Марида, чувствуя раздражение. Если эта девица не может промолчать, что она будет делать, если появиться привидение! – Егор! Ну, в чем дело, ты же опять неправильно регистрируешь клиента! Фрэнки, хватит смеяться, что смешного я говорю!

О Господи! Марида закрыла лицо руками. Что-то она не помнила, чтобы Кейт когда-нибудь так мучилась с ними! Никогда еще она так не уставала!

– Мы же всегда были послушными и понятливыми, так ведь? – спрашивала она Адиля. Он, как и прежде, с достоинством и спокойно объяснял новичкам правила работы в пансионате.

– Возможно, Кейт было нелегко, – ответил он. – Ты не узнаешь, как приходится другому, не побывав на его месте.

– Но они ничего, совсем ничего не понимают! – возмущалась Марида.

Адиль засмеялся.

– А ты помнишь девчонку, которая говорила: а это не страшно? Ой, я боюсь принимать оплату! Я боюсь злых клиентов, а вдруг на меня будут жаловаться!

Марида засмеялась.

– Не будем уж говорить, как я испугалась, когда попала на верхний этаж. Ты прав. Когда-то мы были такими же. Но как же с ними тяжело!

– Ладно, иди к себе, я с ними поговорю, – он видел, что Марида устала, и благодарно кивнув, она направилась в свой кабинет. Теперь он у нее был. Марида прошла мимо Ираклия, который выжидательно взглянул на нее.

– Потом, – сказала она. Только скрипки ей сейчас не хватало! Марида совершенно забросила занятия с тех пор, как получила повышение, у нее было слишком много работы.

Она вошла в кабинет, закрыла дверь, опустилась на стул и задумалась. Она думала об Адиле. Он был таким же замечательным, как и раньше, все также полон достоинства, все также вежлив и предупредителен, также заботиться о ней, также помогает во всем. Марида вздохнула. Ничего не изменилось. Просто кто-то погасил свет. Кто-то, ранее включивший его, решил, что хватит, достаточно с нее счастья. А ведь не прошло еще и года! Неужели так будет всегда? Неужели в мире нет ничего настоящего, вечного, истинного!

Дверь распахнулась и вошла Хельга, потрясая газетой, которую она протянула Мариде.

– Вот, почитай, статья называется «Письмо влюбленного турка», на третьей странице.

– Зачем? – удивилась Марида.

– Просто так, – ответила Хельга. – Мне кажется, ты любишь подобные штучки.

Ничего не объяснив, она бросила газету на стол и ушла. Марида открыла третью страницу. Небольшая колонка в газете. Зачем Хельга ее принесла? Откуда она знает, какие штучки я люблю, подумала Марида с раздражением.

Хельга знала. Марида прочитала статью трижды. Потом вырезала из газеты и убрала в стол. А потом, вдруг испугавшись, что потеряет вырезку, переписала в свой дневник. Статья была собственно ни о чем и представляла собой письмо одного из читателей какой-то английской газеты.

Дневник Мариды. Письмо влюбленного турка.

В тот год я решил, наконец, познакомиться с девушкой из другой страны. Я поместил объявление в вашей газете, и очень очень долго ждал. Мне не пришло ни одного письма в течение шести месяцев. Потом я начал получать письма, некоторые девушки звонили мне. С некоторыми я встречался. Но все это были лишь мимолетные встречи, которые так и не привели ни к чему значительному. Я передумал, решив, что познакомиться через газету невозможно. А через несколько дней я получил письмо от девушки. Ее звали Лена. Она была русской, но уже много лет жила в Лондоне, закончила там колледж и теперь работала. Она рассказала о себе, мне понравилось письмо, и я ответил ей. Потом мы стали писать друг другу, а однажды она мне позвонила.

– Почему мы все время пишем? – спросила она. – Приезжай ко мне, или, если хочешь, я могу приехать? Например, через месяц, когда у меня будет отпуск.

К тому моменту я еще ни разу не видел ее.

– Приезжай, – согласился я. Ее голос мне понравился

Через месяц мы встретились. Лена оказалась милой невысокой блондинкой, очень веселой и шумной, она громко заразительно смеялась, но умела и слушать, она очень внимательно молчала, когда слушала.

– Я живу у подруги, – сказала она, когда наша первая встреча подошла к концу, – Она тоже хочет с кем-нибудь познакомиться. Ты мне понравился. Может быть, у тебя есть какой-нибудь друг, с кем я могу ее познакомить? Она родилась в Узбекистане, даже сможет понимать ваш язык. К тому же, она уже много лет живет в этом городе.

Я задумался. У меня был хороший друг, и у него не было невесты.

– Хорошо, можно попробовать, – согласился я.

– Только она такая же, как я, – продолжила Лена. – Она хочет, чтобы получилось что-то серьезное. Как у нас. Я хочу, чтобы наши с тобой отношения продолжались.

Я кивнул, и на следующий день мы вчетвером встретились в кафе, в небольшом парке. Лена была с подругой. Ее подругу звали Магуль. Она была очень худенькой, высокой девушкой с большими карими глазами и короткой стрижкой. Она не была красивой, не была яркой, была тихой и молчаливой, и я обрадовался, что письмо мне написала Лена, а не Магуль. Мы сели за столик и сидели до самого вечера, а потом отправились гулять по парку. Магуль все больше молчала, мой друг тоже молчал. А когда мы разошлись, он сказал мне, что не представляет, как можно встречаться с девушкой, с которой не знает о чем говорить. С девушкой, у которой очертания ее фигуры с трудом прослеживаются даже под тоненьким свитером. Она не понравилась ему.

Я не знаю, виделись ли мой друг и Магуль еще раз, получилось ли у них что-нибудь. Гораздо интереснее, что я никогда больше не видел Магуль. Она жила в том же городе, но ходила в каком-то параллельном пространстве, которое никак не пересекалось с моим. И я думаю, каждый день, когда просыпаюсь утром, что было бы, если бы и пространство Лены также не соприкоснулась с тем, в котором живу я. Ведь Лена была несоизмеримо дальше от меня, она жила в другой стране. Она просто написала мне письмо.

Я встаю со скамейки в парке, беру за руки детей, и иду встречать жену, которая возвращается с работы. Дети бегут ей навстречу. Она улыбается. А я вновь и вновь чувствую благодарность судьбе, которая каким-то непостижимым образом сделала так, чтобы наши дороги, пролегавшие так далеко друг от друга, вдруг пересеклись.

Спасибо, за то, что я написал это объявление. Спасибо за то, что она мне ответила.

Марида переписала статью. Значит, все-таки в мире есть настоящие чувства. Почему же они обходят ее стороной? Неужели, Ираклий прав? Неужели все дело в ее таланте? Видимо, придется снова взяться за скрипку, раз такова ее судьба.

Дверь отворилась, и заглянуло лукавое личико Хельги.

– Ну, как? Классно? – спросила она.

– Спасибо! – ответила Марида.

– Хотя я заглянула вовсе не за этим. Все мы мечтаем о счастье, это давно известно! Но, хочу напомнить, что твои маленькие подопечные совсем расшалились, и тебе придется их приструнить! Ты же у нас старшая!

Марида устало поднялась.

– Слушай, я не знаю, почему не выбрали Карлитоса.

Хельга остановилась и посмотрела ей в глаза.

– Потому что ты лучший сотрудник пансионата, Марида. Ты не знала этого? С тех пор, как ушли старенькие, ты стала лучшей.

– А Адиль?

– Ты лучше, – просто ответила Хельга. – Он не умеет вовремя метнуть в люстру вазой.

– Это смешно! – возразила Марида.

Лицо Хельги стало серьезным.

– Однажды мы с Денисом пили пиво в баре. Все ушли, и мы остались одни. Мы много выпили в тот день, очень много. И я воспользовалась моментом, чтобы задать вопрос, который волновал меня. Я спросила, кто из сотрудников пансионата является изначальным защитником, кроме него и Карэна… Он назвал мне тебя.

Марида замерла, широко раскрыв глаза.

– Ты навсегда останешься в пансионате, – вспомнила она слова, которые сказал голос.

– Ты одна из всех нас, – продолжила Хельга. – Ты принадлежишь светлой стороне, и ничто не в состоянии изменить этого. Мы, остальные, находимся в постоянной борьбе с самими собой. Это так, Марида. Так мне сказал Денис.

Марида не ответила. В эту секунду она поняла, что Хельга говорила правду. Итак, она была не только скрипачкой. В жизни для нее была отведена и другая роль.

Глава 8. Путник

День всех Святых

Марида сидела на кровати с дневником в руках. С помощью линейки и карандаша она напряженно чертила что-то на бумаге. Вчера ее подопечные выдержали последний экзамен. Сегодня предстояла лекция о призраках. Ее будет проводить Адиль. Надо же. Как все сложно. Как сказать этим новеньким, этой изнеженной Натали, этому непонятливому Егору, смешливому Фрэнки, тихой Аните и грубоватой Теоне, о том, с чем им предстоит столкнуться?! Но тянуть дольше нельзя, наступил октябрь. У них будет лишь месяц, чтобы подготовиться ко Дню всех Святых. Марида не могла не волноваться. И отношения с Адилем все больше тревожили ее. Она продолжает притворяться, притворяться в своих чувствах; скрывать свою любовь к музыке. Ираклий запретил ей рассказывать Адилю о занятиях, да и сама Марида не стремилась к этому, а сам Адиль никогда не спрашивал, он не подозревал ни о чем подобном. Да и понял бы он? Марида сомневалась в этом.

В дверь постучали.

– Не заперто! – крикнула Марида. Вошел Саша.

– А почему на двери табличка «Не беспокоить»? – спросил он.

– У меня всегда такая табличка, – ответила Марида. – А иначе все время приходит Мэтт, рассказывает мне о своих любовных переживаниях.

– А в чем дело? – удивился Саша, опускаясь на кровать рядом с Маридой.

– Уже все в пансионате знают, что Мэтта поразила любовь к прекрасной Натали. Не знаю, что уж он в ней нашел, такая ломака! Но, тем не менее, это случилось, и теперь он не знает, как к ней подойти и все время спрашивает совета. А мне так надоела его нерешительность и робость!

– Понятно, – ответил Саша. – Но я не буду тебя отвлекать. Я по делу.

Марида кивнула. Они стали друзьями, но всегда общались только по делу.

– Нужно обсудить лекцию. Могут быть проблемы.

Марида снова кивнула.

– А что ты тут чертишь? – спросил вдруг Саша, и Марида удивленно подняла голову. Никогда никто не проявлял ни малейшего интереса к ее дневнику.

– Да так, ерунда, – ответила она.

– И все-таки.

Марида раскрыла тетрадку и показала ему страницу.

– Строю матрицу человеческих взаимоотношений, – сказала она. – Пытаюсь вывести формулу любви.

– Матрица любви? – переспросил он.

– Что-то вроде. Вот здесь, по горизонтали находятся различные чувства, основанные на симпатии. Начиная от простого интереса и по возрастающей: симпатия, дружба, привязанность, родственная любовь. Оттенков у чувств много, а слово любовь в нашем языке всего одно, вот я и пытаюсь разобраться. По вертикали идет все, что исходит от ослепления, начиная от увлечения и заканчивая страстью. А на пересечении – влюбленность.

– И где вы с Адилем? – спросил он. Марида ткнула ручкой куда-то между привязанностью и дружбой.

– А где ты и твоя невеста? – спросила она.

– Примерно там же. Может чуть правее, все-таки мы очень давно вместе.

Марида дотронулась кончиком карандаша до правого верхнего угла своей таблицы, точки, которая означала максимальное значение страсти.

– Когда-то у меня был парень по имени Макс. Это было здесь, – сказала она, потом показала на максимальное значение по горизонтальной шкале, – Это Элла. И Ираклий. Может, Ираклий чуть поменьше. Дальше, левее, вы все, мои друзья. Рико, ты его не знаешь, Мэтт, Хельга, ты.

– Дай-ка, – он взял рисунок из рук Мариды и принялся разглядывать его. – Я что-то не пойму, а где у тебя любовь?

Марида посмотрела на свою матрицу.

– Где письмо влюбленного турка? – переспросила она.

– Какого турка? – не понял Саша.

– Да ладно, неважно. Я не знаю, где это. Не знаю, куда это вписать. Мне кажется, что в моей таблице чего-то не хватает. Нет, правда, я не знаю, что это за чувство и откуда оно берется. Его нельзя объяснить симпатией, потому что сильная симпатия не есть любовь. И нельзя объяснить страстью, ведь сильная страсть не становится любовью. И даже если ты влюблен в кого-то, когда увлечение проходит не остается ничего, или же остается привязанность. Как у нас с Адилем. Это тоже любовь. И чувство, которое я испытываю к родителям, к Элле, к Ираклию, ко всем вам – это тоже любовь. Потому что другого слова в нашем языке нет. Но это совсем не то чувство, о котором писал турок. И для него нет названия. И мне кажется, что если правильно составить эту матрицу, то это слово будет написано где-то здесь, по второй диагонали…

– А еще одно Слово написано где-то в подземельях пансионата, может, сходишь, почитаешь? – перебил он.

– Не надо, что ты говоришь! – испугалась Марида. – Это почти богохульство!

– Может быть. Но ведь ты говорила о чем-то подобном… О том чему нет названия… Ладно, – Саша поднялся. – Через полчаса начнется лекция. Не опаздывай.

Марида улыбнулась. С тех пор, как не стало Дениса, она часто опаздывала.

Она снова углубилась в составление матрицы, но ничего не выходило. А чуть позже пришел Адиль. Он сел рядом с ней на кровать, обнял за плечи и поцеловал. Марида положила ему голову на плечо. Он показался ей каким-то напряженным, казалось, он совсем отстранился от нее. Возможно, и его начали тяготить их отношения, просто никто не может решиться их прекратить. Да и стоит ли прекращать? Уехал Рико, забрал своего волшебного скоробея, и все закончилось…

Адиль отодвинул ее дневник, не заглянув в него.

– Пойдем, лекция начинается, – сказал он.

Они провели лекцию, Марида забавлялась, глядя на лицо Натали, которое становилось все бледнее, на Егора, который постоянно переспрашивал, думая, что ослышался.

– Сегодня ночью дежурят Теона и Фрэнки, – сказала она. – Завтра Егор и Анита.

– А я? – вскрикнула Натали, – Я что, буду одна?!

– Ты будешь со мной, – ответила Марида. Она не доверяла этой девушке.

Ночь прошла спокойно, как и в тот раз, когда впервые дежурили Стейси и Карлитос.

– Это все ерунда, нет здесь никаких призраков, – сказала Теона, – это все Марида сочиняет!

Новенькие засмеялись.

– Если кого-нибудь, хоть раз я увижу без излучателя, – не знаю, что сделаю! – сказала Марида, едва сдерживая ярость. Попался бы им кто-нибудь из призраков! Желательно сразу Бенши!

Однако, как назло, и следующая ночь прошла спокойно. Наступил момент дежурства Мариды с Натали. Марида в душе злорадствовала, представляя, как Натали упадет в обморок при появлении мирного привидения. Часа пробили десять, и Марида спустилась в холл. Натали перед зеркалом поправляла идеально отглаженный воротничок блузки. Марида опустилась на стул, Натали встала за стойку. Она довольно-таки мило улыбалась клиентам, но в ее улыбке не было той расторопности, с которой начинала работать сама Марида, Натали казалась отстраненной, в ее тоне явно чувствовалось сознание собственного превосходства над приезжающими гостями. Наконец в холле воцарилась тишина. С двенадцатым ударом часов вошел Ираклий, поговорил с Маридой, потом опустился на стул и погрузился в чтение.

Раздался телефонный звонок. Звонили со второго этажа, клиентка просила бутылку воды.

– Я отнесу? – спросила Натали, и Марида, посмотрев на датчики, кивнула.

Взяв бутылку, Натали скрылась в лифте. А через несколько секунд датчик на руке Мариды запищал, показывая опасность.

– Второй этаж, 250! – Марида вскочила со стула. Не было времени ждать лифта, эта беспомощная Натали в опасности! Свернув за угол, Марида бегом бросилась вверх по лестнице. Она распахнула дверь на второй этаж и выбежала в коридор. Огромная золотая змея зависла в воздухе, ее глаза метали пламя. Марида замерла. Змея, вдруг неожиданно развернувшись, кинулась к ней, и от неожиданности Марида выронила излучатель, он упал, скатившись вниз по лестнице. Змея приблизилась. От ее глаз шел обжигающий жар, от тела – ледяной холод. Она была рядом. Отступать было некуда.

– Это конец, – пронеслось в голове Мариды.

– Закрой глаза! – крикнул чей-то голос, и Марида машинально послушалась. Мелькнула вспышка.

Медленно, Марида отняла руки от лица. Перед ней с излучателем в руке стояла Натали. Она не выглядела напуганной.

– Это все, змея больше не придет? – деловито спросила она. – А то глазам больно, это вредно.

И она пошла вниз по лестнице. Марида молча смотрела ей вслед.

– Натали! – крикнула она вдруг, девушка обернулась, – Спасибо! Теперь я понимаю, что Мэтт не зря выбрал тебя!

На лице Натали вспыхнула счастливая улыбка, и она опустила глаза. С этого дня они с Мэттом стали неразлучны.

***

После неожиданного героизма Натали Марида думала, что теперь уж точно, ничто не сможет ее удивить. Однако она, как всегда, ошибалась. Во-первых, она была удивлена неожиданной трусостью Теоны.

– Марида, что делать? – бледная, как полотно, Теона обернулась к Мариде, которая случайно спустилась в холл ночью.

– Помни о клиентах! – прошептала Марида. – Он неопасен! Он хороший!

Их любимый маленький призрак, которого они называли Веселым Роджером, так как он напоминал пиратский флаг, летал в холле.

– Он добрый, Теона, – шептала ей на ухо Марида, пока та регистрировала клиентов. – Но есть и злые. Не надо бояться. Ты сильней, чем они.

– Как же! – пробормотала Теона недоверчиво.

– Ой, я опять ошибся с оплатой! – сказал вдруг Егор. Марида вздохнула. Егор был смелым и честным, но таким несообразительным!

Но самое большое потрясение ожидало Мариду за день до хэллоуинской ночи. Эта была ночь сюрпризов. В эту ночь дежурили Анита и Фрэнки. Оба еще ни разу не сталкивались с призраками, казалось, те обходят их стороной. Марида долго не могла заснуть, она волновалась. В конце концов, канун октября всегда был самым беспокойным временем! Ребята, оставшиеся за стойкой совсем новички!

Она встала, накинула халат, взяла излучатель и направилась вниз. Датчики молчали. Внизу в холле, как всегда сидел Ираклий. За стойкой стоял Фрэнки. Было спокойно. Марида огляделась. Аниты нигде не было видно.

– Как дела? – спросила она.

– Отлично! – ответил Фрэнки.

– А где Анита?

– Вышла на пять минут. Только ее нет уже полчаса! – заметил он.

Марида нахмурилась. Анита была самой исполнительной, она подавала большие надежды. Неужели она может оставить товарища в ночную смену! Вдруг что-то случилось?

– Окна были? – спросила Марида.

– Нет, – покачал головой Фрэнки.

– Я ее поищу, – ответила Марида.

– Поищи у столовой, в садике! – подал голос Ираклий.

Марида не ответила. Почему Ираклий вмешался? Она посмотрела на датчики. Все было спокойно. Медленно Марида приблизилась к садику возле столовой. Из-за невысоких деревьев доносились приглушенные голоса. Марида сделала шаг вперед. Полная луна, стоявшая высоко в небе, освещала два силуэта. Одним из них, несомненно, была Анита. Но с кем она? С кем встречается во время ночной смены, как она может покинуть рабочее место? Внезапно две фигуры, освещенные лунным светом, обнялись, и Марида стала свидетельницей поцелуя между Анитой и кем-то еще.

– Он слишком низенький для Егора! – подумала она. – Сашка! Неужели Сашка! Вот дает, он рассказывает сказки про свою давнюю подругу! А сам-то! И ведь его девушка не догадывается, вот наивная!

Марида сделала еще один шаг.

– Эй! – сказала она, – Мне жаль вам мешать, но хочется напомнить, что Фрэнки внизу один. И кого-то мы можем уволить. И не посмотреть на роман с начальством.

Марида хихикнула. Темные силуэты обернулись к ней, и лунный свет упал на их лица. Марида отступила на шаг назад, не веря увиденному. Перед ней был Адиль. Не девушка Саши, а сама она, Марида, глупая, наивная, доверчивая! И ключи на руке не помогут ей узнавать тайны людских сердец!

– Извини, – сказал Адиль, даже сейчас он сохранял лицо, что было удивительным, – Я должен объяснить.

– Не надо, – ответила Марида. – Я все понимаю. Просто нужно было сказать раньше.

– Просто не хватило смелости, – ответил он.

Марида кивнула. Что ж. Это к лучшему. Их отношения уже давно тяготили обоих. Обидно только, что письмо турка оказалось неприменимым к жизни, и слово, записанное на диагонали матрицы, она видимо, так и не узнает.

***

В ночь накануне Дня всех Святых Марида дежурила вместе с Натали. Хельга и Эндрю уже по традиции охраняли вход в зал. Мэтт хотел составить компанию Натали, но Радка настояла, чтобы дежурила Марида. Мимо стойки проплыли гости в костюмах, среди них Марида заметила одетую русалкой красавицу Марину, жену их управляющего. Сам Карэн был одет в традиционный костюм для Хэллоуинна, как и другие сотрудники.

– Будет страшно? – спросила Натали у Мариды.

– Хлопотно, – ответила та.

Мимо плыли толпы призраков, Натали изумленно разглядывала их.

– Посмотри на того вампира, какой хорошенький! – восхитилась она.

– Знаю, я с ним танцевала! – ответила Марида.

Пролетел Веселый Роджер, послав поцелуй Мариде и Натали, потом двери залы закрылись за гостями. Через некоторое время выскочил Ираклий, он поговорил с Маридой и снова скрылся в зале. Потом куда-то прошли по коридору Адиль и Анита. Затем появился Мэтт.

– Марида, там так красиво! Натали этого не видела и, может, не увидит! Постой одна, чего тебе стоит! – попросил он. – Умоляю!

Марида кивнула.

– Хорошо, но максимум полчаса! Работа есть работа!

– Брат, люблю! – крикнул Мэтт, подхватил Натали под руку, и они отправились на праздник.

– Ничего себе, там красиво! – подумала Марида. – Там опасно, а не красиво!

Она помнила прошлогодний опыт. Марида опустилась на стул и задумалась. Сколько всего изменилось с прошлого года! Пансионат стал совсем другим. Работают другие люди. Другой стала она сама. И если сегодня ночью все будет благополучно, то завтра они расскажут новеньким о миссии пансионата, и те перестанут быть новенькими!

– Хотя для меня они будут новичками всегда, – подумала Марида, – даже если отработают много лет!

В холле было тихо. Часы пробили полночь. В небе светила полная луна. Это была ночь накануне Дня всех Святых.

Двери пансионата распахнулись, и вошел мужчина. Марида подняла на него глаза. Это не был призрак или опоздавший вампир. Это был человек. Он был высок и строен, его темные волосы уже почти поседели и имели сероватый оттенок, ум светился в его глазах, улыбка выдавала человека жесткого и решительного. Он был одет в дорожный плащ, в руке держал небольшой саквояж.

Датчики на обеих руках Мариды пискнули и погасли совсем.

– Сгорели! – тихо сказала Марида, изумленно глядя на вошедшего. Он облокотился на стойку. Они были одни. Только Марида и незнакомец. Марида сомневалась. Она взяла протянутые гостем документы, а когда подняла голову, вдруг увидела, что, пересекая холл, прямо к ней, не касаясь пола, идет прекрасная молодая женщина, равной по красоте которой Марида не встречала никогда. Она была невысокой, стройной, воздушной, длинные русые волосы были заплетены в две косы, которые спадали почти до самых колен. Ее большие глаза горели спокойной мудростью и добротой, на губах играла легкая улыбка. Она подошла к стойке. Марида, пораженная, не могла вымолвить ни слова, но ни один мускул не дрогнул на лице пришедшего. Он не видел женщину.

– Камилла… – еле слышно прошептала Марида.

– Да, это я, – ответила красавица. – Здравствуй, Марида, наконец, мы встретились.

Марида не могла отвести взгляда от лица Камиллы, и что-то в этом лице казалось ей неуловимо знакомым, словно Камилла напоминала ей кого-то…

– Ты пришла, – сказала Марида. – Но… Это значит…

– Да, – Камилла кивнула головой, – Он стоит перед тобой. Тот, кого вы ждали, здесь. Не бойся, я буду с тобой. Я буду с тобой всегда.

Камилла растаяла в воздухе.

– Эй, в чем дело, или я не могу получить у вас номер? – подал, наконец, голос тот, кого называли Путником.

– Можете. Вы – можете, – ответила Марида. Она быстро зарегистрировала гостя и дала ему ключи.

Он взглянул на ключ.

– Номер тринадцать, – усмехнулся он. – А вы с юмором девушка!

Марида молчала, и он продолжал.

– Полная луна. Ветер. Ночь на кануне Дня всех Святых. Все сходится. Все как в предсказании.

Вы ведь знаете, кто я? Не так ли?

Марида посмотрела ему в глаза.

– Да, – твердо ответила она. – Я знаю, кто вы.

– И что вы сделаете? – спросил он.

– Расскажу о вашем появлении тем, кому следует знать.

Путник засмеялся.

– Расскажите. А я пока буду ходить. Смотреть. Искать.

Он взял свой саквояж.

– Провожать меня не нужно. Я не боюсь ваших потусторонних пугал.

Он отправился к лифту, Марида смотрела ему вслед. Она чувствовала, как похолодели ее руки. Впервые с того дня, когда она оказалась на верхнем этаже пансионата, ей было по-настоящему страшно. Что теперь будет? Что им делать? Слава Богу, что Мэтт забрал Натали! Кто-то положил ей руку на плечи, и она обернулась. Это был Саша.

– В чем дело? Что случилось? – спросил он.

Марида посмотрела ему в глаза.

– Он пришел, – тихо сказала она.

– Кто? Да кто пришел, я тебя спрашиваю? Влюбленный твой турок, что ли?

– Он, – сказала Марида. – Путник.

– Какой еще пут… – Саша осекся и ошеломленно взглянул на нее, – С чего ты взяла?

– Я его зарегистрировала… Он в номере 13.

– Почему ты думаешь, что это он?

– Я сразу поняла, как он только вошел. У меня погасли датчики. И потом появилась Камилла. Она сказала мне.

– Ну и дела… – протянул, наконец, Саша. – Что будем делать? Позовем Милоша?

– Не знаю, у них итак полно проблем…

– Это важнее, чем дурацкие Бенши и оборотни, – Саша решительно поднял трубку телефона.

Через несколько секунд появились Милош и Радка. Они выглядели взволнованными, Выслушав рассказ Мариды, они долго молчали. Потом Милош произнес:

– Что ж. Это произошло. Теперь будьте внимательны. Подождем, пока он найдет союзника!

Милош и Радка удалились.

– И что? – не поняла Марида.

– Ничего, – ответил Саша. – Составляй свою матрицу и живи спокойно. А кстати, твой Адиль тебя забыл.

– Я знаю. Мы поговорили. У них с Анитой все серьезно. Мне всегда не везло, не обращай внимания!

Саша улыбнулся. Двери зала распахнулись, и выбежала запыхавшаяся Натали. Она выпила стакан воды и заняла свое место за стойкой. Она выглядела довольной и счастливой.

– Хоть кто-то радуется в эту ночь, – подумала Марида, и вдруг предчувствие сжало ее сердце. Все сложится не так, как она хотела. Все будет сложно. Сложно и страшно. Ее не ждет беззаботная жизнь бывших защитников, она не будет счастлива и весела, как Марина, и не уедет, как Стейси с Денисом в поисках легкой жизни! Ее ждут проблемы. Большие проблемы. И Путник был только одной из них.

***

На следующий день Путник, как ни в чем не бывало, вышел подышать воздухом, потом сел в холле, а потом вдруг обратился к Мариде, которая наблюдала за ним.

– Вы ведь играете на скрипке?

Марида подскочила, словно ужаленная. Откуда он знал об этом? Путник засмеялся, довольный впечатлением, которое произвели его слова.

– Мне многое известно, Марида! – сказал он. – Известно и кое-что, чего не знаете вы сама. Я знаю про деньги. И про Макса, и про ключи. И про скрипку. И многое другое. И про ваш дневник. Я, кстати, его читал. Вы неплохо пишите! Только почему-то не написали о том, как толкнули несчастных в окно, из которого они потом вылетели где-то на Гималайских склонах, в Индии.

– Туда им и дорога, – ответила Марида.

– Мне многое известно, – снова сказал он.

– Только неизвестно главное, – парировала она.

– И это я узнаю, – произнес он. – Дайте время. Садитесь! Посидите со мной!

– Нам нельзя сидеть с клиентами.

– Я необычный клиент!

Он улыбнулся, и Марида присела рядом.

– Я ненавижу людей. Ненавижу, потому что не понимаю, – сказал он вдруг. – А вы, вы понимаете?

Она кивнула головой.

– Понимаете? Тогда скажите, как можно обмануть девушку, которая совершила предательство из любви к тебе? Как можно было поступить, как ваш Макс? Или как ваш Адиль? Или, как поступали многие ваши клиенты? Вспомните лысого с его запонками! Что вы понимаете?!

Марида не нашла, что сказать, и тогда Путник пустился в длинный рассказ о своем прошлом. Он рассказал о том, что встретилось ему на дороге жизни, и из его слов получалось, что встречались ему лишь зло и обман, подлость и предательство.

– Поэтому я ненавижу людей. Поэтому хочу построить свою Вселенную. Поэтому не верю в Бога. В Бога, который отверг меня много лет назад. И ни в какого другого. Я буду Богом. Я верю в себя. Только в себя!

Марида молчала. Его слова звучали разумно.

– А знаете, кого я ненавижу больше всего? – спросил он. – Отца. Он не дал мне стать обычным человеком, он отдал меня служителям дьявола, потому что ему нужны были деньги. Да, вы не ослышались, он продал меня за сто разноцветных бумажек. Моя мать умерла при родах. Я мечтаю о том моменте, когда я стану всесильным. Первое, что я сделаю – отомщу отцу. Потом остальным, кого я знаю.

– Вы черный маг? – спросила, наконец, Марида.

– Можно и так сказать, Светлая, – он подмигнул ей. – Я знаю, что ты не станешь на мою сторону. Я просто говорю с тобой. Просто хочу объяснить, что и моя теория имеет право на существование.

– Какая теория?

– Теория мести. Теория власти. Я верю в то, что, поняв закон, управляющий миром, смогу создать Вселенную, прекраснее и справедливее, чем та, которую создал Бог!

Марида поднялась с кресла.

– Удачи, – сказала она ему.

***

В тот день было пасмурно. Марида вышла из пансионата и пошла в деревню. Взлохмаченная поверхность моря была серебристой, казалось, что море пело, а может это были все те же порывы ветра? Сосны склонили свои ветви почти к самой воде. Марида остановилась у одинокой сосны, глядя на бесконечные морские просторы. Потом она медленно пошла в деревню. Она вспоминала.

Она вспоминала, как села вместе с Рико в лодку, и вдруг, почувствовав странное доверие, рассказала ему свою историю, как впервые пришла на берег с Хельгой и Стейси, как облили они блузку графини, как улыбалась Марина в день своей свадьбы, как плакала на ее плече Эжени, как Кейт спасла ее в темном подвале, как помогал ей Денис, как везли они по ночным дорогам раненного Мэтта, и как кто-то зажег свет в ее душе в Рождественскую ночь, когда Адиль подошел к стойке. Где сейчас это? Где ее друзья, почему ее пространство не пересекается с их? Где ее Грузия, ее Москва, ее музыкальная школа, где ее скрипка, ее любовь к Максу, ее Элла, и где, наконец, тот самый влюбленный турок, существует ли он в реальности, или это просто удачная работа какого-то журналиста? Неужели же жизнь такова, как говорит о ней Путник?

– Марида! Передай Мэтту привет! – крикнула дочка рыбака, недавно она вышла замуж за хозяина деревенского кафе и была очень довольна жизнью.

– Обязательно! – сказала Марида и грустно улыбнулась. Где любовь Мэтта к этой девушке? Куда это все исчезает, есть ли хоть что-то неизменное? Куда исчезла сама Марида, та, которой она была прежде?

Марида вернулась в комнату, взяла скрипку и поднялась на чердак. Там она провела смычком по струнам и заиграла мелодию, самую пронзительную, из сочиненных ею когда-либо. Когда смолкли звуки скрипки, раздалось легкое покашливание.

Марида обернулась. Позади нее стоял Ираклий.

– Ностальгия? – просто спросил он.

Глава 9. Свадьба и скрипка

Путник стоял и смотрел на Мариду, которая раскладывала регистрационные карточки клиентов. Под его взглядом она начинала чувствовать себя неловко.

– Я уже почти нашел то, что искал, – заметил он. – По крайней мере, в отличие от вас, я знаю направление.

– Мне это неинтересно, – ответила Марида.

Путник язвительно улыбнулся.

– Тогда, может, заинтересует другое? – сказал он, и Марида подняла на него глаза. – Вы знаете, что ваш дружок собрался жениться?

– Кто, Адиль? – не поняла Марида.

– Нет, не Адиль. Ваш Македонский.

Марида опустила глаза. Македонским прозвали Сашу. Но это не может быть правдой! Почему он ей не сказал? И потом, это, по меньшей мере, нечестно! Свадебные цветы ведь достались ей! Марида почувствовала досаду, а Путник, довольный произведенным эффектом, удалился. Где-то через полчаса во дворе Марида встретила Сашу, сидя на солнышке, он составлял график на следующий месяц.

– Это правда? – сурово спросила она. – Правда, что ты собрался жениться?

– Правда, – ответил он, – В следующем месяце.

– Почему ты мне не сказал, Македонский? – спросила она, с трудом сдерживая негодование, – Мы же друзья!

Саша поднялся, он выглядел мрачноватым.

– А ты думаешь, меня это так радует, что я должен рассказать всей округе! Мне не так уж хочется жениться.

– Так зачем? – не поняла Марида.

– Все равно придется когда-нибудь. К тому же я давно решил, что женюсь на Тане. Да и не очень-то хорошо было бы не сделать этого, мы ведь так давно вместе.

Марида хотела ответить, но он продолжил, и его последняя фраза окончательно вывела ее из себя.

– Мы поженимся в один день с Мэттом и Натали. Такова ведь традиция.

– Что?! – подскочила Марида, – Мэтт, предатель! Он тоже ничего не сказал! Вы что, специально делаете это?

Секунду Саша колебался.

– Мы подумали, что ты расстроишься. Из-за тех цветов.

– Что я, совсем глупая, что ли! – пробормотала Марида и побрела прочь.

Она вышла за ворота и пошла по горной дороге. Такой досады, она не чувствовала никогда прежде, накопившаяся обида, которую уже невозможно было сдержать, давала о себе знать, и опустившись на траву на обочине, Марида разрыдалась. Это все было так несправедливо! Ведь она поверила в эти цветы, она надеялась, что когда-то ее жизнь перемениться! Когда-то письмо турка, прочитанное ею станет частью и ее жизни. Но время шло, она встречала все новых и новых людей, а жизнь оставалась прежней. И вот теперь, она узнает, что два ее лучших друга молчат о своем счастье, боясь огорчить ее. И правильно боятся! Она огорчилась, она начала завидовать чужому счастью! Марида почувствовала, что ей стало страшно. Страшно не от того, что жизнь никак не хотела меняться, не от одиночества окружавшего ее, а от какого-то странного ощущения, которое появилось лишь в последние дни. Все оставалось прежним, она была той же Маридой, что и раньше. Все также она работала, также весело смеялась над шутками своих друзей, также была готова пуститься в опасные приключения, и если бы представился случай, она бы отправила грабителей в окно пространства, как она это сделала когда-то. Ничто не изменилось, и лишь где-то в самой глубине души, очень тихо, почти незаметно что-то пришло и поселилось. Что-то, что заставляло ее оглядываться, задумываться, прежде чем совершить тот или иной поступок, размышлять, колебаться. Что-то, что запрещало ей быть смелой и беспечной, как прежде. Что-то, что говорило: пора взрослеть. Что-то, что постепенно поглощало силу и отвагу молодости. И Марида понимала: пройдут годы, и это существо расправит плечи, начнет расти, пока не поглотит душу целиком, задавив ее энергию чувством ответственности и благоразумием. И тогда наступит старость. И когда это, пока еще совсем незначительное, совсем слабое существо подавало голос, Марида чувствовала страх, превосходивший и тот, который она испытала в подвале, и на верхнем этаже, и при встрече с оборотнем, и при появлении Путника. Потому что всех остальных опасностей можно было избежать. Но не этой. Время неумолимо бежало вперед, и уходила юность, а вместе с ней и безграничная вера в собственные силы, и надежда на безоблачное счастливое будущее.

Марида вытерла слезы и поднялась. Нужно возвращаться, еще очень много работы. Она медленно пошла обратно. Когда она проходила мимо одинокой сосны, кто-то окликнул ее. Это был Ираклий. Марида остановилась.

– В чем дело? – спросил он, приблизившись, – Ты что, плакала?

– Пустяки, – ответила Марида. – Просто устала.

– Кого ты хочешь обмануть? – Ираклий нахмурился, – Человека, который знает тебя с детства, и уже научился читать твои мысли?

Марида улыбнулась.

– Так прочти, зачем спрашивать, – сказала она.

– Ты расстроилась из-за свадьбы Матвея, – сказал Ираклий, и Марида печально кивнула головой.

– Так-так, значит уже все в курсе, я узнаю последняя. Меня оберегают, как хрупкий цветок, который не перенесет такого ужасного горя, как свадьба лучшего друга. Точнее лучших друзей!

Ираклий пристально смотрел ей в глаза.

– Почему тебя это огорчает?

– Из-за букета, – ответила Марида. – Я поймала букет. Я должна была выйти замуж первой! К тому же мне надоело, что меня все покидают. Наш круг одиночек сужается. Скоро я останусь совсем одна! Мне страшно, Ираклий!

– Выходи за меня, – сказал Ираклий. – Мы поженимся в один день с ними, и ты сумеешь их опередить.

Марида отступила на шаг назад. Если бы среди бела дня появилась ватага Бенши, она удивилась бы намного меньше.

– Что ты сказал? – переспросила она.

– Я только что я сделал тебе предложение, – Ираклий говорил медленно, четко выделяя каждое слово, – Потому что я хочу жениться на тебе. Или ты думаешь, я зря следую за тобой повсюду? Сначала я приехал в Москву, теперь уже много месяцев живу в этом пансионате среди ваших призраков и вампиров!

– Но я думала… – начала Марида.

– Правильно думала. Я восхищаюсь твоим талантом и хочу его развивать. Но разве ты не видишь, что мы уже давно стали просто близкими людьми? Так за кого же тебе выходить замуж, как не за меня, Марида?

И она поняла, что Ираклий был прав. Кто, если не он, заслуживает права называться ее мужем? Кто, как не человек, сделавший для нее так много, научивший ее всему, что она знала и умела? Кто, как не тот, с кем она гуляла по улицам ночного Тбилиси?

– Я согласна, – сказала она.

***

Наступил день свадьбы. Накануне Марида впервые увидела Таню, невесту Саши, и была удивлена невзрачностью этой девушки.

– В конце концов, и мой жених не красавец! – подумала она и улыбнулась, вспомнив о Рико. Как должно быть гордилась Эжени, когда выходила за него замуж!

Марина и Хельга занимались организацией церемонии, Анита и Теона суетились, бегали, отдавали распоряжения, но скорее мешали, нежели помогали старшим.

– Ты будешь самой красивой невестой, – сказала Хельга Мариде.

– Неправда, – ответила Марида. – Самой красивой будет Натали.

– Для меня – ты, – упорствовала Хельга. – Ты – моя лучшая подруга!

Марида улыбнулась. И для нее Хельга была лучшей подругой, после Эллы, разумеется.

Элла и родители Мариды приехали на свадьбу. Когда Марида позвонила им, сообщить о своем решении, никто не удивился.

– Я это знаю уже лет десять как, – ответил отец.

– А я пятнадцать, – заметила мама.

– И только я, как всегда, не знала ничего! – подумала Марида.

Ираклий, казалось, тоже давно подозревал подобный исход, он выглядел довольным и счастливым, впервые за время своей жизни в пансионате он был оживленным, веселым, шутил с другими гостями. Мэтт и Натали парили где-то в небесах, и лишь Марида, Саша и его невеста оставались серьезными и практичными, как прежде.

За несколько дней до свадьбы к Мариде подошел Путник.

– Могу проводить к алтарю, – предложил он.

– Спасибо, у меня есть отец, – сказала Марида. – И у Тани тоже. А Натали поведет Милош. Такова наша традиция.

– Как хотите. Но не забудьте включить меня в список приглашенных! – он удалился.

Свадебный букет, брошенный на территории «Графских Развалин» не может ошибаться. Марида вышла замуж первой. К алтарю ее вел отец, за ней шли Элла и Хельга. Элла к тому времени уже успела обзавестись семьей и теперь радовалась за подругу. В душе она всегда подозревала о нежных чувствах Ираклия к его ученице.

Следующими прошли Саша и Таня, затем сияющий Мэтт и не менее довольная Натали.

– Ну что, кидаем букеты, девушки? – крикнула Хельга. – Только смотрите, не промахнитесь!

Марида бросила свой букет, Хельга, подпрыгнув высоко в воздух, схватила его.

– Я не зря занималась в школе баскетболом! – крикнула она. – Что взяли?

Она помахала букетом перед носом других девушек.

Букет Натали, как и следовало ожидать, попал к Аните, а букет Тани свалился на голову Кейт, которая стояла в стороне.

– Вот уж и правда, как снег на голову! – заметила Элла.

– Скоро у нас не останется незамужних сотрудниц, – заметил Карэн.

– Неправда, я торопиться не собираюсь! – возразила Кейт.

– Да и я пока что свободна! – заметила Радка, и Марида не могла не восхититься смелостью, с которой Радка смотрела в свое одинокое будущее.

Возможно, она из тех, кто все еще надеется сложить ненайденное слово на диагонали матрицы, подумала Марида. Она с каждым днем уважала Радку все сильнее, времена, когда сотрудники боялись и недолюбливали ее давно прошли.

Во время свадебного банкета к дверям пансионата подъехала машина. Из нее выскочили Рико и Эжеии. Рико был в новом костюме из темно-синей джинсы.

– Рико! – Марида бросилась обнимать друга, – Ты все-таки приехал!

– А куда бы я делся! – он обнял Мариду, – Мой лучший друг выходит замуж! Поздравляю. Ты славный парень, и будешь хорошей женой! Я знаю! К тому же я должен тебе свадебный танец. Ты же приглашала меня!

– С удовольствием! – ответила Марида.

Они танцевали, а потом она танцевала с Ираклием, Милошем, Карэном, а под конец банкета ее пригласил Саша.

– Что ты сейчас чувствуешь? – спросил он.

– Мне кажется, все прошло хорошо, я никогда так много не танцевала, меня редко приглашали раньше, – ответила Марида, и, понимая, что такого ответа ему недостаточно, продолжила, – Я чувствую, что закончилась одна жизнь и началась другая.

– И своего турка ты так и не встретила, – закончил он.

– Хватит об этом, его не существует, ты сам прекрасно это знаешь! – сказала Марида. – Теперь я замужем. Теперь все будет по-другому.

Гости танцевали. Марида обернулась. У стены, не касаясь пола, стояла женщина необыкновенной красоты и улыбалась ей. Марида посмотрела на других сотрудников и в который раз убедилась, что никто, кроме нее не видит Камиллу. Камилла помахала ей, и Марида поняла, что красавица пришла поздравить ее. Марида улыбнулась в ответ.

***

На следующий день Марида впервые покинула пансионат, вместе с мужем они уехали в свадебное путешествие на две недели.

А когда вернулись, Ираклий предложил ей продолжить занятия, и Марида согласилась. В один из вечеров, когда она играла в своей комнате, дверь распахнулась. Ираклий забыл ее закрыть, вошла Марина. Она замерла на пороге. Марида опустила смычок и обернулась. На лице жены управляющего застыло изумление.

– Как ты прекрасно играешь, – сказала она, наконец, – Ты давно научилась?

Марида и Ираклий не смогли сдержать смех: Марина, несмотря на свой блестящий интеллект была удивительно глупа.

– Не нужно рассказывать об этом! – попросил Ираклий.

– Конечно, конечно! – закивала Марина, а уже на следующий день о таланте Мариды узнал весь пансионат.

– Ну, ты и свинья! – удивилась Хельга, – Надо же, даже мне не рассказала!

Мариде нечего было ответить. Она и сама не могла объяснить, зачем скрыла это от подруги.

– Мне просто страшно было стать собой, – сказала она.

– Ты доказала, что можешь быть собой, когда вышла за Ираклия, – сказала Хельга, – Ты приняла решение, понимая, что не все одобрят твой выбор. Ты стала смелой и решительной Марида. Ты бросила вызов всему миру. Тебе больше нечего скрывать.

Хельга была права. Марида сняла маску. Она больше не боялась быть собой, мнение окружающего мира больше не интересовало ее. И почему-то, с этого дня, окружающих стало интересовать мнение Мариды.

***

– Ну, пожалуйста! – уговаривала ее Марина, – Это будет большой прием по случаю юбилея Карэна, ты должна там выступить! Пожалуйста!

– Я не играю на приемах, – сопротивлялась Марида.

– Но ведь это юбилей твоего управляющего!

Мариде ничего не оставалось, кроме как согласиться. Ее выступление имело сумасшедший успех, Ираклий стоял, скрестив руки на груди, глядя, как огромный зал аплодирует его ученице. Он улыбался.

После банкета к Мариде подошла женщина, она оказалась женой одного из членов правительства.

– Вы ведь, как я поняла, еще и сочиняете музыку? – спросила она, – Напишите мелодию для свадьбы моей дочери. Мы хорошо заплатим!

Она назвала цену. Марида не знала, как можно взять и написать мелодию, но цена была впечатляющей. И Марида сделала то, о чем ее просили. К ее удивлению, это оказалось несложно!

– Послушай, – сказала она мужу, но когда она сыграла, он не выразил обычного восторга.

– Что это? – спросил он. Марида объяснила. Ираклий долго молчал.

– Садись, – сказал он после, – Я тебе кое-что расскажу. В мире есть два вида творчества. Первый – когда кто-то творит по вдохновению. Иногда даже человек, лишенный таланта, повинуясь вдохновению, может создать гениальное произведение, пусть всего лишь одно в своей жизни. Что есть гениальность произведение? Это когда создателю удается вложить в него часть своей души. Люди могут видеть эту душу. Люди умнее, чем ты о них думаешь. Если же по вдохновению творит человек одаренный, скорее всего он создаст шедевр. Но есть и другой вид творчества. Это когда творят по другой причине, не важно, что это за причина. То есть, без вдохновения. Одаренный человек, даже без вдохновения, создаст нечто талантливое и прекрасное. Как ты сейчас. Потому что Бог дал тебе способность создавать. Но хочу предупредить, Марида, если ты начнешь злоупотреблять этой способностью, если начнешь работать не ради искусства… Как только ты поступишься искусством, ради денег ли, ради славы, ради признания, ради чего бы то ни было другого, Бог заберет эту способность. Твой талант исчезнет. Как исчезает снег, едва лишь появляется весеннее солнце. Не надо так рисковать!

Марида нахмурилась. Сколько она себя помнила, он всегда учил ее! Хватит, она не маленькая девочка больше!

– Посмотрим! – ответила она с вызовом.

Марида выступила на свадьбе, ее мелодия имела такой шумный успех, что уже через несколько дней Мариду пригласила на радио. Там она сыграла ее снова, потом другие свои мелодии. Потом ей предложили дать концерт в большом зале, в городе. И весь этот зал, стоя, аплодировал новой звезде музыки.

Снова и снова обращались к ней заказчики, предлагая написать мелодии, много платили, и Марида создавала и создавала все новые произведения. Теперь ей ничего не стоило сесть и написать музыкальную партию в течение одного вечера.

Она почти забросила работу в пансионате, стала все чаще отлучаться. Ираклий везде сопровождал ее, не скрывая своего осуждения, но Марида не обращала на него внимания. Она имела успех. У нее появились деньги, появились поклонники. Она впервые была довольна собой. А он просто завидовал, сам ведь он никогда не имел такого успеха, он был всего лишь учителем музыки и никем больше!

Саша тоже редко появлялся в пансионате, он сделал Мэтта своим помощником, и все больше занимался общественной деятельностью, близко сошелся с семьей того самого политика, на свадьбе которого, Марида сыграла свою первую мелодию, написанную на заказ.

***

Ровно через год в пансионате произошла очередная свадебная церемония. Как и можно было ожидать, Хельга стала женой Эндрю. Анита вышла замуж за Адиля, и даже Кейт, никогда прежде не собиравшаяся посвятить себя семейной жизни, приняла предложение Карлитоса. Теперь организацией церемонии занимались Натали и Марина. Марида была слишком занята. Она сочиняла свадебную мелодию, а также еще около десятка мелодий к предстоящему Рождеству, заказы на которые она получила. И лишь изредка отвлекалась на то, чтобы помочь Хельге с выбором платья.

– Наконец-то и я присоединюсь к когорте замужних женщин! – смеялась Хельга, – Я уж думала, этого никогда не случится! Эндрю был убежденным холостяком!

– Ты переубедишь кого угодно! – заметила Марида.

– Как тебе семейная жизнь, расскажи!

Марида задумалась.

– Да и не знаю, что сказать. Все так же, как и прежде. Ничего не меняется. Просто перестаешь чего-то ждать. Перестаешь искать. Все становится стабильным. Понимаешь, что уже ничего не изменится. В общем-то, все.

– Но ты счастлива? – спросила Хельга.

– Наверное, – ответила Марида.

Церемония прошла прекрасно, мелодии Мариды имели успех. Потом молодые уехали в путешествие. А через несколько месяцев произошло важное событие, по случаю которого Мариде было заказано очередное музыкальное произведение. Марина родила сына. Это был первый ребенок, появившийся в пансионате. Карэн сиял от счастья. И видимо это время выбрал Путник, чтобы активизировать свои поиски.

– Оно в подвале. Я нашел потайную дверь. Она ведет в лабиринт. На одной из стен лабиринта написано Слово. Осталось только найти дорогу в лабиринте, – сообщил он Мариде о результате своих поисков.

Марида почувствовала, как холодеют ее ладони. Он узнал о лабиринте! Но как! Как ему это удалось! Неужели кто-то из сотрудников все же встал на его сторону! Неужели среди них есть предатели! Но ведь найти лабиринт было самым сложным! Найти дорогу в нем гораздо проще! И что же делать! Значит, скоро произойдут несчастья! Скоро Путник обнаружит Слово, и тогда миру, к которому они привыкли, придет конец!

Не зная, что ей делать, Марида решила позвонить Милошу. Ночью она прошла в свой кабинет. Но едва отворила дверь, как увидела Камиллу, сидящую за столом. От женщины исходило ровное золотое сияние.

– Что тебя тревожит, Марида? – спросила она.

И Марида рассказала ей о страшной беде, которая была все ближе.

Камилла улыбнулась.

– Не бойся, Марида, мы сумеем защитить его, – сказала она.

– Но как? Сотрудники пансионата не смогут противостоять Путнику! К тому же было предсказание. Сказано, что Путник сумеет найти Слово! Кто сможет ему помешать? Если только ты!

Камилла покачала головой.

– Я не настолько сильна, чтобы остановить Путника. Но не бойся. Слово охраняется лучше, чем ты думаешь. Никто не сумеет прочитать его. Никто из тех, кому недозволенно. Так что не волнуйся. Все, что должно случиться – случится. И мы не в силах этому помешать.

С этими словами Камилла исчезла, оставив Мариду в полном недоумении. Она позвонила Милошу, тот сказал ей приблизительно тоже самое.

– Что ж, – раз они не хотят побеспокоиться о защите Слова, то я займусь своими делами, – подумала Марида, отправляясь сочинять очередную мелодию на заказ.

***

Время шло. Марида все так же мало внимания уделяла работе. Все больше она пропадала на концертах, все больше и больше мелодий писала она на заказ. Она записывала диски, давала интервью. Она стала известной, число ее поклонников росло. Хельга уже давно выполняла обязанности старшей смены. Поэтому Марида, как и все остальные, была чрезвычайно удивлена, когда однажды Милош предложил ей занять место менеджера по контролю качества.

– Радка ждет ребенка, – пояснил он. – После того, как ребенок родится, она не хочет возвращаться к работе. Она хочет посвятить себя воспитанию детей.

– Я так рада за нее! – Марида улыбнулась, – Ей так давно хотелось иметь ребенка! Она вышла замуж?

– Пока нет, – ответил Милош.

– То есть она будет растить ребенка одна?

Милош кашлянул.

– Почему же. У него будет отец. Просто мы еще не успели оформить отношения.

Марида раскрыла рот от изумления, а потом засмеялась.

– Надо же, какая я глупая! – сказала она. – Как всегда ничего не знаю. Поздравляю! Я так рада за вас!

– Спасибо! – Милош пожал ей руку. – Так ты согласна?

– Я не считаю, что достойна занять это место, – честно ответила Марида. – Есть более достойные.

– Нет, – ответил Милош. – Более достойных нет. Иначе мы предложили бы им.

– Но я почти не работаю! – настаивала Марида, – То, что я являюсь изначальным охранником, ни о чем не говорит! Хельга работает больше! Хельга работает лучше! И Адиль! И Кейт! Я плохо работаю, Милош!

Несколько секунд Милош молчал, словно сомневаясь, стоит ли продолжать.

– Ты знаешь лишь часть истории, Марида, – сказал он, наконец.

Марида посмотрела ему в глаза.

– Продолжайте, – сказала она. – Продолжайте же! Я хочу узнать оставшуюся часть! Я так и знала, что вы что-то скрываете от меня! Ну же! В чем дело?!

Милош нервно теребил ручку, что выдавало его волнение.

– Марида, – произнес он, – Ты знаешь, что Камилла является твоей пра-пра– и так далее бабушкой?

Повисла долгая пауза. Марида медленно поднялась со стула. Вот теперь многое стало ей понятно.

– Ты уверен, что она – наша? – вспомнила она вопрос Лео, в тот день, когда впервые пришла в пансионат, и уверенный ответ Дениса.

Она вспомнила, как помогал ей Денис, выделяя среди других сотрудников. Как ее назначили старшей смены. Как приходила к ней Камилла, невидимая никем. Как разговаривал с ней Путник, рассказав о своей жизни. Как пригласил ее на танец вампир, как вежливо кланялись ей мирные привидения. Как легко, наконец, ее приняли на работу!

Теперь ясно, почему именно ей предлагают место Радки. Они верят, что, унаследовав черты Камиллы, она сможет противостоять Путнику, сможет защитить Слово!

– Это не так, – тихо сказала она. – Мы разные. Камилла, как известно, отличалась редкостной чистотой души. Я не такая, Милош. Я совершала ошибки и продолжаю совершать. И вы знаете об этом.

– Знаю, – сказал он. – Но мы верим в тебя. Нам не на кого больше надеяться. Ты – наш шанс, Марида. Потому что близятся сроки. Он уже нашел союзника. Мы не знаем, кого именно. Поэтому будь внимательна. Следи за всеми сотрудниками и рассказывай нам, как только найдешь что-то подозрительное!

– Хорошо, – Марида кивнула. – Я принимаю ваше предложение и постараюсь оправдать оказанное

доверие.

Так Марида стала менеджером по контролю качества в пансионате «Графские Развалины».

– Представляешь, я не только скрипачка и защитница, я еще и правнучка Камиллы, – рассказывала Марида Хельге о сделанном ею открытии.

– Я всегда знала, что ты не такая, как все! – ответила Хельга. – Это я – самая обычная посредственность!

Марида засмеялась, Хельга всегда умела ее развеселить.

Время побежало дальше. Путник все также бродил по лабиринту, в поисках дороги к Слову, Саша участвовал в общественной жизни, он почти не общался с Маридой. Ираклий по-прежнему был преданным и заботливым мужем, Марина рожала все новых детей. В пансионат приходили новые сотрудники, а Марида, мельком делая работу менеджера, продолжала выполнять свои заказы, продавать мелодии, раздавать автографы и интервью, получать деньги и любовь почитателей.

***

– Через несколько дней будет концерт, посвященный дню рождения Эдварда Грига, – сказала она Ираклию однажды. – Меня пригласили принять участие. Это мой любимый композитор! Я так волнуюсь!

– Что ты напишешь по этому случаю? – поинтересовался Ираклий.

– Я хочу написать особую мелодию. В которой звучал бы шепот норвежских лесов, слышались песни древних викингов, шелестели крылья эльфов, шумели седые водопады, падали еловые шишки…

– Успехов! – сказал Ираклий.

Марида поднялась на старый чердак, куда уходила она, когда хотела написать особую мелодию, поднесла смычок к струнам и постаралась сосредоточиться. Когда она так делала, кто-то, невидимый взгляду водил ее рукой, и смычок издавал звуки, околдовывающие слушателей. В эти секунды Марида не принадлежала себе. Ни одна из ее мелодий ни разу не повторилась.

Марида заиграла. Потом снова и снова. Она записала мелодию. И сыграла ее опять, прежде чем позвать мужа. Нет. Не то. Не получается. Она опустила смычок. Песня норвежского леса должна звучать по-другому. Нестрашно! Особенная мелодия не получается сразу. А та, что получилась, пригодиться для следующего события. Марида попробовала снова. Нет. Опять неправильно. А где песни викингов, где эльфы? Она пробовала еще раз. Наконец, записав последнюю версию, она позвала Ираклия.

– Послушай, – сказала она и заиграла. Ираклий внимательно слушал.

Марида прервалась, не дойдя до середины, и опустила смычок.

Он кивнул, и в ее глазах отразился испуг.

– Не получается, – тихо сказала она. – Ираклий… Не получается!

Он молчал. Слезы выступили на глазах Мариды.

– Я не могу, не могу сочинить то, что хотела! Не могу выразить то, что есть в моей душе… Это, то что я написала, это не Григ! Это не Норвегия, не викинги, не эльфы! Это вообще непонятно что… Нужно что-то исправить… Какую-то маленькую деталь, как всегда… И все получиться… Как тогда в Грузии, ты говорил, исправить маленькую деталь… Ираклий, помоги мне… – она снова была похожа на маленькую девочку, которую он встретил когда-то на концерте, – Помоги… Ты ведь всегда помогал мне!

Ираклий плотнее сжал губы. Казалось, он не хочет говорить с ней, но Марида ждала.

– Я не могу помочь тебе, – сказал он после долгого молчания. – Никто не может тебе помочь. Теперь у тебя есть известность. Есть собственные диски. Есть концерты. Гастроли. Теперь у твоего таланта есть много почитателей. Нет только самого таланта.

– Неправда! – крикнула Марида, – Этого не может быть! Как это могло произойти?

– Только так и могло произойти. Ты превратила гениальность в заработок. Ты отвернулась от искусства. Поэтому искусство отвернулась от тебя. Бог, давший тебе талант, забрал его.

У двери Ираклий обернулся.

– Убери скрипку, – сказал он. – Она тебе больше не нужна.

Он вышел. Марида молча опустилась на пол, и долго смотрела в маленькое чердачное окошко. Предчувствие не обмануло ее. Жизнь сложилась не так, как она мечтала. Она потеряла дар, данный ей Создателем. Она не смогла построить матрицу любви. Она не стала хорошим менеджером и хорошей женой. Теперь она была лишь защитницей Слова. Но и хорошей защитницей она стать не сможет.

Рядом с ней на пол села Камилла. Она положила свою золотистую прозрачную руку на руку Мариды, но ничего не сказала. Слова утешения были бесполезны. Вздохнув, Марида убрала скрипку в футляр.

Больше она не сочинила ни одной мелодии.

Далеко, в городе за облаками, юноша с золотыми кудрями, бог Аполлон, покинул большую залу, где решалась судьба Мариды. Покинул, чтобы никогда не вернуться в нее.

Глава 10. Двойная игра

Марида погрузилась в работу. Теперь мысль о Путнике не оставляла ее ни на минуту. Она знала, что тот нашел союзника, и внимательно приглядывалась ко всем сотрудникам пансионата. Особенно к новичкам. Марида стала строгой, новенькие боялись и недолюбливали ее, как когда-то Радку.

– У меня есть карта лабиринта! – улыбнулся ей как-то довольный Путник. – И видите, что здесь начерчено! Начерчена дорога. Осталось немного всего сто-двести метров, и я буду у стены, где написано Слово!

Марида была ошарашена увиденным. На карте красной линией был указан путь к стене. Он прерывался совсем близко от того места, где можно было прочесть Слово. Это место указала ей Камилла. Никто кроме нее, Милоша и Карэна не знал этого. Даже Радка. Даже Денис. Кто мог нарисовать столь подробную карту! Кто осмелился сделать это! Только тот, кто долго искал дорогу!

– Думаете, вы одна чертить умеете? – язвительно заметил Путник, и Марида покраснела, вспоминая свою так и недорисованную матрицу.

– Кто бы ни был предатель, мы найдем его! – сказала Марида, – И закроем для него доступ ко всем сведениям!

– Сначала найдите! – засмеялся Путник, покидая холл. Казалось, он бравировал своими достижениями и нисколько не боялся, что Марида сможет ему помешать. Да и как она могла бы сделать это?

– У Путника есть карта лабиринта, – сообщила она Милошу.

– Ищи союзника, – сказал в ответ Милош. Ничего другого она и не ожидала услышать.

Марида полностью погрузилась в поиски союзника, она перестала заниматься текущими проблемами пансионата.

– Новенькие нарушают правила! – сообщила ей Натали, которая стала старшей смены вместо Мариды.

– Так займись ими! – велела Марида.

– Клиентка из десятого номера заболела, ей нужен врач!

– Пошлите Карлитоса за врачом!

– У нас проблемы, открылось одновременно двадцать окон!

– Скажите об этом Хельге! Позвоните Карэну, наконец!

Мариду раздражали эти люди, отвлекающие ее от реальной проблемы! Неужели они не понимают, что у нее есть дела поважнее каких-то окон! Дверь отворилась, и в кабинет вошел Мэтт. Он облокотился на стол.

– Марида, я пришел спросить тебя, намерена ли ты выполнять свои обязанности? – строго спросил он.

– То есть? – не поняла Марида. – А я чем занимаюсь?

– Я хотел сказать, что помимо обязанностей защитницы у тебя есть обязанности менеджера.

– И что?

– А то, что ни на один вопрос, с которым к тебе обращались за последний год, ты так и не ответила! В конце концов, это была твоя идея, начать строить новый корпус пансионата и отремонтировать старый! Так почему ты не занимаешься этим? Почему не следишь за рабочими? Ты вообще знаешь, что у нас пропали материалы, которых хватило бы на постройку целого этажа?! – Мэтт почти кричал.

Марида поднялась.

– Мэтт, по-моему, ты забываешь, с кем разговариваешь, – ответила она.

Он неожиданности Мэтт замолчал, а потом горько улыбнулся.

– Ах, да! Я забыл! – сказал он и театрально поклонился, – Прошу прощения, я же разговариваю с Маридой Светлой, менеджером по контролю качества, которая выше меня по должности, кроме того, известная всей стране скрипачка, кроме того, изначальная защитница, наша последняя надежда, правнучка самой Камиллы! Куда уж нам всем! Простите великодушно!

В его словах было столько иронии, что Мариде стало не по себе.

– Прости, брат, – тихо сказала она. – Я волнуюсь за нашу Миссию. В этом все дело. У меня появилась мания, я везде вижу предателей. Я всех подозреваю. Поверишь или нет, но я подозревала даже тебя.

Марида замолчала.

– И что, нашла за мной что-нибудь?

Она отрицательно покачала головой.

– Напрасно. Иногда я пью коньяк. Прямо на рабочем месте!

Марида засмеялась.

– Прости, – сказала она снова. – Но мне, и правда, не до строительства. Путнику осталось всего сто метров. Мы должны остановить его.

Расстроенный, Матвей удалился.

– Она неисправима, – сказал он вечером Натали.

Натали приняла на себя все заботы о новеньких, Хельга, Эндрю и Мэтт руководили строительством, Кейт и Адиль помогали Карэну, Карлитос фактически исполнял обязанности Мариды, в то время как она сама бродила, словно тень по пансионату в поисках мнимого предателя. Она обращалась к Камилле, но та только молча качала головой, почему-то отказываясь помогать Мариде. Путник язвительно улыбался, видя тщетность ее усилий.

– Может быть это Анита? – думала Марида. – Нет. Не может быть. Анита, так же как и Натали, изначальная защитница. Тогда Теона? Она была очень труслива когда-то! Или Егор, хотя нет, он слишком медлителен. Может, Фрэнки, он часто смеется?

Но сердце подсказывало ей, что искать следует в другом месте. Она приглядывалась к новеньким, но те были лишь слабыми детьми, они не могли быть союзниками Путника. Нет, союзником мог быть тот, кто знал о лабиринте. Может, Марина? Марида со смехом прогнала эту мысль. Марина жена Карэна, она думает лишь о своих детях. И она слишком глупа… Карэн, Милош и Радка изначальные защитники…

Кейт! Эта мысль вспыхнула в голове Мариды, как яркая вспышка! Она всегда дружила с Лео и Еленой, самыми неискренними среди всех сотрудников! И Кейт всегда была ей неприятна. Марида вспомнила, как Кейт вытащила ее из подвала. Что она делала в подвале? Может, искала лабиринт? И она часто общается с Путником! Конечно! Как она могла быть такой слепой!

Пораженная догадкой, Марида всю ночь не могла уснуть. С этого дня она не спускала с Кейт глаз.

В ночь перед Рождеством обещали метеоритный дождь. Это было опасным. В такую погоду на улице появлялись призраки, которые могли помешать клиентам. Кейт и Адиль дежурили снаружи. Около полуночи датчики на руках Мариды начали зашкаливать. Она выбежала на улицу. К ней бежала Хельга.

– Что случилось? – крикнула Марида.

– Две новенькие девочки пошли в недостроенный корпус! Там появились оборотни!

Черт! Новенькие были совсем не готовы к этой встрече!

– Не волнуйся, Кейт уже там! – сказал Карлитос.

Марида замерла. Новый корпус строился как раз за лабиринтом! Там, совсем рядом находилась стена! Та стена, которую искал Путник! Опрометью Марида бросилась к новому корпусу, выхватывая излучатель. Она бегом сбежала по лестнице и увидела страшную картину:

Несколько оборотней окружили Кейт, за спиной которой спрятались новенькие девочки. Они тихо плакали от страха.

– Марида! – крикнула Кейт, – Стреляй! Тут оборотни!

– К черту оборотней! – закричала Марида в ответ, – Уходи оттуда! Убирайся, я сказала!

Не понимая, что происходит, Кейт смотрела на нее с изумлением.

– Я сказала, уходи! – крикнула Марида, направляя излучатель на Кейт, – Уходи, или я буду стрелять!

Кейт опустила излучатель. Оборотни были уже рядом, они раскрывали свои пасти, длинные окровавленные зубы сверкали в них.

– Закрой глаза, дура! – крикнула Кейт и выстрелила, два оборотня исчезли в пространства, за ними последовали остальные. Кейт подбежала к Мариде и, встряхнув ее за плечи, прижала к стене.

– Ты хоть понимаешь, что сделала, скрипачка несчастная! – крикнула она, – Тебе только смычок держать, а не излучатель! Они могли погибнуть! Ты не видишь? Это же дети! Они ничего не знают!

Марида молчала.

– Ты думала, я – союзник? – спросила Кейт, и Марида кивнула.

– Так я и знала, когда заметила, что ты за мной следишь. Никого другого найти не могла? – Кейт обиженно отвернулась и пошла по лестнице.

Марида догнала ее.

– Прости меня, – сказала она, обнимая Кейт. – Прости, я совсем сошла с ума.

– Наверное, – сказала Кейт, освобождаясь из ее объятий.

***

На Рождество Марида позвонила Саше.

– Македонский, надеюсь, ты появишься хотя бы на вечеринке? – спросила она, но он ответил отрицательно.

– У нас заседание, по поводу принятия нового закона! – ответил он.

– Какого закона?

– Долго рассказывать, хочешь, приезжай. Я тебе расскажу.

– А что? – Марида улыбнулась. – Я приеду с Ираклием. Как две семейные пары, мы поздравим друг друга с Рождеством!

– Отлично, – Саша улыбнулся в трубку, – Приезжайте!

Они мирно посидели в гостиной его нового дома, Таня приготовила вкусный ужин, Марида смотрела на огонь, пляшущий в камине, на сверкающую золотыми огоньками елку, и впервые за долгое время чувствовала себя спокойно. Потом они с Сашей заговорили о работе, и так как разговор шел с использованием профессионального слэнга, Таня и Ираклий вскоре поняли, что потеряли нить повествования, и Таня предложила показать мужу Мариды старые фотографии. Они поднялись на второй этаж, и Саша с Маридой остались одни. Саша налил ей шампанского, они выпили еще по бокалу за наступившее Рождество.

– Так о каком законе шла речь? – спросила Марида.

Саша пожал плечами, казалось, он не хотел отвечать.

– Я настаиваю! Мы же друзья! – сказала она. – Со школы!

Он махнул рукой.

– Хорошо. Расскажу. Мы хотим принять новый закон. Он будет способствовать развитию предпринимательства в нашем районе. А ты представляешь, что значит развитие предпринимательства? Это значит больше налогов, больше доходов в казну государства, выше уровень жизни населения и социальной защиты, больше рабочих мест, развитие производства, рынка, рост зарплаты…

– Довольно! – перебила Марида, – Хватит предыстории, я поняла. У меня экономическое образование. В чем суть закона?

– Мы хотим снизить экологический тариф, – сказал Саша.

– То есть? – переспросила Марида, – Уменьшить штрафы за загрязнение окружающей среды, разрешить открытие вредных производств и так далее?

– Что-то типа этого, – уклончиво ответил Саша.

– Но посмотри вокруг! – воскликнула Марида, – Разве не ты сам восхищался местной природой! Взгляни, разве есть где-то еще такое прозрачное море! Или такой воздух! Такие сосны! Посмотри, сколько здесь рыбы, сколько птиц, сколько зелени!

– Это никуда не исчезнет!

– Исчезнет! – возразила Марида и поставила бокал на стол.

– Не сразу. Постепенно, – сказал он. – Возможно, мы и не застанем этого!

Марида молча посмотрела ему в глаза.

– А что тебе будет с этого? – прямо спросила она.

Он не ответил.

– Какие-то промышленники хотят лоббировать этот закон? Я права? Я права! – воскликнула она. – Ты хочешь сделать карьеру, путем принятия законов, выгодных кому-то! Саша, как ты можешь! Ты ли это? – спросила она.

Он молчал.

– Да, я хочу сделать карьеру, – ответил он. – Не вечно же мне быть администратором, как ты думаешь?!

Марида снова посмотрела на него. Но теперь она смотрела другими глазами. Пелена, заволакивавшая взгляд, начинала рассеиваться. Марида закусила губу и опустила голову. Воцарилось долгое молчание.

– Ну вот… – тихо сказала она, – Как всегда, я узнаю обо всем последней.

– О чем?

– Ты ведь стал союзником! – она снова подняла на него глаза. – Это так?

Он кивнул.

Марида поднялась.

– Как ты мог, зачем?

– Затем, что я решил выбрать правильный путь! – он тоже поднялся.

– Ты пошел по темной дороге, – сказала она. – И это не правильный путь. Он ведет к несчастьям!

Он молчал, опустив глаза. Марида почувствовала, как слезы потекли по ее щекам.

– Где тот мальчик, с которым я училась? – спросила она, – Где тот, который называл меня своим другом? Где человек, единственный человек, который видел мою матрицу, единственный, кто прочитал письмо влюбленного турка и понял его? Кем ты стал, Саша?!

– А кем стала ты?! – крикнул он. – Кем стала ты сама, Марида?! Посмотри на себя! Посмотри и ответь, где та милая девочка, с которой я учился? Разве ты – та Марида, которая когда-то пришла в пансионат? Та, которая подошла ко мне в первый вечер? Которая пыталась составить матрицу? Та, которая играла на скрипке? Где твоя скрипка, Марида? Ты до сих пор пожинаешь плоды своей славы, но что-то я не слышал, чтобы ты хоть что-то сыграла! Тебя боятся твои ученики, те, кто уважали тебя, потеряли это уважение! Ты сама забыла об этом письме! Ты не лучше меня! Сколько тебе лет?

– Тридцать два, – тихо ответила она.

– Тебе уже тридцать два года, а у тебя даже нет детей!

– У меня нет детей, потому что мой муж не может их иметь! – крикнула Марида. – Мы проверяли. И у тебя самого нет детей!

– Потому что моя жена не может их иметь! Но это неважно! Ты просто не думаешь о своем муже и о своей семье! Ты думаешь, что ты правнучка Камиллы и защитишь Слово! Что ж. Попробуй! Что ты сделаешь сейчас? Донесешь на меня? Давай! Мы все равно его отыщем! Нам осталось всего сто метров!

– Ираклий! – крикнула Марида. – Поехали домой!

***

Всю дорогу до пансионата Марида молчала. Она была потрясена сделанным открытием. Ираклий не спрашивал ее ни о чем. Он никогда не спрашивал и не вмешивался, и Марида ценила это.

На следующий день приехал Милош.

– Я знаю о случившимся между тобой и Кейт, – сказал он. – Кейт невиновна.

– Я понимаю, – ответила Марида.

– И что? Ты подозреваешь кого-то еще?

Марида помолчала.

– Нет, – твердо ответила она. – Но я буду искать.

Милош согласно кивнул. Когда он ушел, появилась Камилла. Она осуждающе посмотрела на Мариду и скрестила руки на груди.

– Почему ты не сказала ему? – спросила она.

– Саша мой друг. Наверное, поэтому, – ответила Марида.

***

Саша и Путник шли по темной дороге.

– Мой друг, нам осталось пройти еще совсем немного, – говорил Путник. – Мы прошли длинный путь, и теперь лишь последние сто метров отделяют нас от всемогущества. От власти над миром.

– Да, но они самые сложные! – возразил Саша.

Путник остановился. В лунном свете его глаза горели зеленым блеском.

– Я знаю, как преодолеть их.

– Я слушаю, учитель, – сказал Саша.

Путник пошел дальше, Саша следовал за ним.

– Камилла, охранник слова, мешает нам отыскать дорогу. Но в одной из книг по магии я нашел средство, как сбить ее с пути. Она не сможет помешать нам, если мы сумеем изготовить магический амулет.

– Так в чем проблема? Никто лучше вас не знает магии! Изготовьте его!

– Есть маленькая проблема. Для того чтобы создать амулет, нужен важный компонент. Кровь защитницы. Но, как известно, мой друг, Камилла – привидение. У нее нет крови… Поэтому есть лишь один выход…

Саша остановился. Его бледность была заметна даже в темноте.

– На что вы намекаете? – спросил он.

– Я не намекаю. Я говорю прямо, – спокойно ответил Путник. – Достань мне кровь Мариды, и я сделаю амулет. Так как?

Саша решительно покачал головой.

– Нет. Только не Марида.

Путник положил ему руки на плечи.

– Вспомни все, чему я тебя учил! Вспомни! Что значит твоя дружба, что значит жизнь одного человека, в сравнении с нашей великой целью! Мы построим новый, справедливый мир! Мы откроем двери рая для людей! Мы избавим их от страданий!

Саша снял его руки и отошел в сторону.

– Нет, – снова ответил он, и его ответ был окончательным.

– Почему? – спросил Путник.

– Марида мой друг. Наверное, поэтому, – сказал он.

– Хорошо, я сам, – сказал Путник и пошел прочь по темной горной дороге.

***

На следующий день к Мариде пришел Саша.

– Что тебе нужно? – спросила она сурово.

Он прислонился к дверному косяку.

– Почему ты не рассказала обо мне? – спросил он.

– Я не знаю. Не смогла.

Он подошел ближе.

– Марида, будь осторожна. Путник попытается убить тебя. Постарайся не оставаться одна.

– Зачем? – спросила она.

– Ему нужен амулет, который может обмануть Камиллу. Только с использованием твоей крови можно создать его.

– Почему ты говоришь мне это? Ты же на другой стороне баррикад!

– Не знаю, – ответил Саша, – Просто не хочу, чтобы тебя убили.

Марида благодарно кивнула, и ее сердце сжалось. Он был ее другом, как он мог пойти за Путником!

– Саша, откажись, – попросила она. – Вернись к нам!

– Поздно, – ответил он. – Мы почти у цели. Скоро мы найдем Слово.

Через несколько дней Марида обнаружила Сашу в секретной секции библиотеки, где он сидел, склонившись над картой лабиринта. Он сличал карту с планом нового корпуса пансионата. Марида почувствовала, как холодок пробежал по ее спине. Он начинает понимать, он почти у цели! Нельзя медлить больше! Надо запретить ему доступ! Это не может продолжаться дальше!

На следующий день снова приехал Милош.

– Он словно чувствует, когда нужен здесь, – сказала Марида Камилле, которая теперь неотступно следовала за ней повсюду.

– Ты скажешь ему? – спросила Камилла.

Марида не ответила. Она не намерена разговаривать с призраком. Даже если это призрак прабабушки!

На вопрос Милоша о союзнике, Марида ответила:

– Я все помню, Милош. Я буду искать. Я верю, мы найдем его.

– Предательство у тебя в крови, – горько заметила Камилла, когда Милош уехал, а Марида впервые за много лет вспомнила историю с Максом.

– Саша тоже покрывает меня! – ответила она. – Если бы ни он, Путник давно бы убил меня!

– И как долго вы будете вести эту двойную игру, Марида? – поинтересовалась Камилла.

– Рано или поздно это закончится. Все когда-то заканчивается, – Марида последовала по коридору, Камилла полетела за ней. Она волновалась о судьбе своей правнучки.

– Вся моя жизнь – двойная игра, – тихо сказала Марида самой себе.

***

Несколько дней спустя, когда Саша с Путником ужинали, раздался звонок в дверь. Таня пошла открывать, потом, вернувшись, сообщила, что пришел какой-то незнакомец, он хочет видеть Сашу. Следом за ней вошел невысокий полноватый мужчина. Его энергичная походка и умный холодный взгляд выдавал в нем отличного бизнесмена. Он деловито пожал руку Саше и Путнику и представился.

– Николас Папохристос.

– Что вы хотите? – вмешался Путник.

– У меня есть выгодное предложение, – сказал гость. – Вы знаете, что закон, который интересует нас, почти принят. Я хотел бы предложить сделать его более мягким!

– Более мягким? – изумился Саша, – Это нереально! Закон и так дает почти полную свободу! Остается лишь несколько ограничений, которые необходимы, чтобы хоть как-то сохранить природу этого края!

– Некоторые из этих ограничений, я предлагаю убрать! – лукаво улыбнулся гость.

Саша поднялся, взволнованно прошелся по комнате.

– Это никто не пропустит! – сказал он, наконец.

– Ошибаетесь. Пропустят. Только либералы будут против. Я навел справки. У меня хорошие информаторы.

– Но без либералов мы не сможем принять закон!

– Мнение либералов держится на нескольких лидерах. Вот если бы мы могли их переубедить…

Саша засмеялся.

– Забудьте. Это самые упертые люди, которых я видел в своей жизни!

Николас закурил сигару, выпустив колечко дыма.

– Да я уж понял. Они не поддаются убеждению… А значит… Если человек не поддается убеждению, я думаю, может было бы лучше, если бы его совсем не было?

Он поднял глаза на Сашу.

– Что вы хотите сказать? – изумился тот.

– Я хочу, чтобы вы дали свое согласие. Если не будет верхушки партии, если лидеры либералов вдруг… исчезнут, вы поддержите закон? Понимаю, вы хотите знать, что вам за это будет! Я отвечу. Я помогу вам занять вакантное место лидера либералов. Денег мне хватит. Так что вы скажите?

– Но я никак не могу согласиться… – начал Саша.

Путник наклонился к его уху.

– Ты помешал мне с Маридой… Но есть еще один способ – следовать предсказанию. Союзник должен совершить страшное зло. Тогда мы найдем дорогу к Слову! Тогда обойдем Камиллу! К черту либералов, тебе не нужно это место! У нас более высокая цель! Соглашайся!

Саша молчал.

– Или Марида, – продолжил Путник. – По-другому нельзя. Или отказаться от цели. Теперь, когда мы совсем близко!

– Хорошо, – Саша протянул руку Николасу, – Я согласен.

Николас пожал протянутую руку и улыбнулся.

– Теперь природа послужит нам! – сказал он. – И мы сумеем выжать из нее максимум!

Воцарилась тишина. Путник поднял голову, взглянул на Николаса, и холодный огонь сверкнул в его глазах.

– А вы не боитесь, что природа поднимет бунт? – спросил он.

Николас громко расхохотался в ответ, сжимая кулак, в котором он заключил природу, подвластную его воле.

Глава 11. Смерть

Наступила ночь. Марида, сидя за столом, продолжала работать при свете настольной лампы. Она сделала глоток чая из большой кружки, стоящей рядом с клавиатурой компьютера, и прислушалась. Сегодня был сильный ветер. Как никогда сильный. Внезапный порыв распахнул окно, и, подхватив со стола стопку бумаг, закружил их в воздухе. Марида подошла к окну. Низкое темное небо нависало прямо над горами. Глухо рокотало море. На его поверхности не было волн, но оно закипело, подобно воде в котелке, подвешенном над огнем. Марида знала, что если войти в такое море, то тебя тут же затянет в этот огромный бурлящий котел. И все сильнее выл ветер. Но не это привлекло внимание Мариды. В ночном воздухе, в самом небе было что-то зловещее, что-то предвещавшее ненастье.

– Будет сильный шторм, – подумала она, закрыв окно и подобрав с пола рассыпанные бумаги.

Через несколько часов начался шторм. С пушечным громом волны ударяли в парапет. Небо опустилось еще ниже. Марида спустилась в холл, там собрались клиенты, напуганные происходящим.

– Не волнуйтесь, идите спать! – сказала она. – Здесь часто бывают штормы, особенно зимой. Это просто северный ветер!

Лиловая молния прорезала небо, раздался оглушительный раскат грома. Где-то заплакал ребенок. Марида ощутила, как кто-то взял ее за локоть. Она обернулась: перед ней стоял Милош, появившийся неизвестно откуда.

– Это не просто ветер, – сказал он ей тихо. – Это предсказание.

Марида с изумлением взглянула на него, но он лишь кивнул, подтверждая, что она не ослышалась. Нехорошее предчувствие сжало ее сердце, как тогда, когда она поняла, что ее жизнь не будет легкой. И в эту секунду от стены отделилась легкая тень Камиллы. Как и прежде лишь Марида могла видеть ее.

– Марида, пойдем со мной. Скажи Милошу и своему мужу, чтобы проводили тебя.

Марида повернулась к Милошу.

– Здесь Камилла, – сказала она, – Она куда-то зовет меня и хочет, чтобы вы пошли со мной.

– Я готов, – кивнул он.

Оставив остальных сотрудников успокаивать клиентов, Марида, Милош и Ираклий последовали за Камиллой. Та вышла на лестницу и поднималась все выше и выше, пока не вышла на крышу пансионата, в том месте, где крыша соприкасалась с горой, выбралась на склон и пошла выше, к обсерватории, полетела вверх по винтовой лестнице, которая опоясывала круглое здание. На самом верхнем балконе Камилла остановилась. Люди с трудом догнали ее.

– Зачем ты привела нас сюда? – спросила запыхавшаяся Марида.

Камилла не ответила. Она обернулась назад. Ее прекрасные глаза, как и прежде, смотрели спокойно. Смотрели на море. Марида повернулась, следуя за направлением взгляда Камиллы. Приглушенный крик вырвался у нее: прямо из моря, неизвестно откуда вставала высокая черная стена. Стена, которая приближалась к берегу. Казалось, мрак пришел, чтобы поглотить пансионат.

– Что это? – прошептала Марида.

– Волна, – ответила Камилла.

Волна приблизилась к берегу, она выросла еще больше, казалось, она поднимается до небес, она шла, чтобы, как неумолимый рок настигнуть тех, кто встретится на ее пути. У берега она замерла, словно живое существо, а потом огромная масса воды обрушилась вниз и побежала вперед, она несла с собой вековые сосны, вывороченные с корнями, доски причала, перевернутые шлюпки рыбаков, потом – деревенские дома поплыли по ее поверхности. Она приближалась к пансионату. Затаив дыхание, люди на балконе смотрели, как поднимается вода. Потом она коснулась нового корпуса, казалось, он просто исчез, словно это была маленькая снежинка, которую вода слизнула с поверхности земли. Отсюда сверху не было слышно ни звука, как если бы они смотрели страшное немое кино.

– Пусть она остановится, пусть остановится там! – тихо сказал Милош. Но волна близилась к основному зданию. Ее сила начала стихать, но она не остановилась. Вода поднялась по белой мраморной лестнице, люди в пансионате замерли в ожидании. Окна нижнего этажа вылетели, и в пансионат вошло Море.

Через несколько часов, вода отступила. Марида и ее спутники спустились с балкона и бросились вниз, туда, где находились те, кому могла понадобиться помощь.

Среди клиентов были раненные. Были и погибшие.

В числе погибших, помимо новых сотрудников, были Анита, Адиль и Теона.

***

Николас Папохристос находился на своей фабрике. Он закончил обход предприятия, и вышел на улицу, довольно насвистывая. Все сложилось удачно! Сложилось так, как он и рассчитывал! Николас улыбнулся. Он не догадывался о том, что за воротами его кто-то ждет… Его ждала огромная волна, она словно затаилась, ожидая когда враг, вообразивший себя всемогущим, наконец появится.

Едва он вышел на дорогу, как она поднялась к небесам, замерла, любуясь на выражение ужаса, появившееся на его лице, а потом обрушилась вниз, поглотив фабрику и ее хозяина.

***

– Нужны врачи! Вызовите кого-нибудь! – кричала Марида.

– Телефоны не работают! – ответила Натали. – Видимо, повреждена связь! Будем справляться сами! Несите раненых в комнаты!

Связь пансионата с внешним миром прервалась. Они остались один на один со своей бедой.

– Есть врачи среди клиентов? – крикнула Марида. Пожилой мужчина подошел к ней.

– Я врач, а моя жена медсестра. У вас есть какие-нибудь лекарства?

– Слава Богу! – Марида схватила его за руку, – Пойдемте, я покажу вам все, что есть!

***

Марида опустилась в кресло и закрыла глаза. Сколько ночей она не спала? Две? Три? Четыре? Она уже сбилась со счета. Теперь, когда дороги были частично восстановлены, сотрудники узнали, что деревня внизу была полностью смыта волной. Почти все ее жители погибли. Волна добралась до города, она прошла по всему району, сметая те поселения, которые расположились вдоль море. Число погибших пока не смогли установить, материальный же ущерб с трудом поддавался исчислению.

– Вряд ли здесь удастся развивать предпринимательство! – не могла не позлорадствовать Марида.

– Я смотрю на происходящее, и во мне нет сочувствия, – сказал ей Карэн, – Я думаю, как заслуженно все это. Мы люди, получили то, что заслужили, за свое отношение с природой. Она была права. Я – на стороне волны. И даже, если бы я был в числе погибших, я бы не передумал!

Марида не могла сказать, что он ошибается. Она разделяла его мнение. Также Марида не сомневалась, что Милош был прав, что происходящее связано с предсказанием, и что смерть друзей была лишь началом, в череде несчастий, которые были им уготованы.

Она оказалась права. Через несколько недель, страшный вирус, окрепший в условиях сложившихся после наводнения, поразил окрестные города. Врачи разводили руками, происхождение его, равно как и способы лечения, были неизвестны. Болезнь длилась около трех дней. Потом человек умирал.

Болезнь пришла и в пансионат «Графские Развалины», распространившись сначала среди немногочисленных клиентов, которые по-прежнему не хотели возвращаться домой. Когда появились первые жертвы, клиенты в страхе покинула пансионат. Здание опустело. Сотрудники занимались организацией похорон и дезинфекцией помещений. Потом заболела одна из новеньких девочек. Три дня ее колотила лихорадка, а затем, наутро, Марида, войдя в ее комнату, поняла, что помощь ей уже не понадобиться. Да и кто может им помочь? В городе люди умирают один за другим, как при эпидемии чумы в средние века! Дверь открылась, и вошла Натали.

– Заболели Кейт и Егор, – сказала она.

Марида сжала губы. Кейт и Егор. Люди, с которыми она так долго работала!

– Мы должны сделать все, чтобы вытащить их! – сказала она. От стены отделилась Камилла. Она молча покачала головой и исчезла. Это означало, что люди бессильны помочь больным. Испуганный происходящим, Карэн отправил Марину и детей за границу. Вместе со своими детьми Марина забрала дочку Радки и Милоша, которые тоже были поражены смертельным вирусом.

***

– Карэн, охраняйте! Охраняйте! – это были последние слова Милоша.

Стоя рядом с его постелью Марида в голос рыдала, она уже не видела необходимости сдерживать слезы.

У изголовья плакала Камилла. Она плакала беззвучно, не вздрагивая. Просто из ее прекрасных глаз текли прозрачные слезы, которые одна за другой ровными каплями скатывались по щекам и исчезали в воздухе.

Карэн взял Мариду за руку.

– Я знал, что это произойдет. Все как в предсказании! Мор нашел на наш пансионат… Сама смерть поселилась здесь!

– Но предсказания сбываются не всегда! – возразила Марида.

Карэн пожал плечами. Пока все сбывалось. Значит, Путник найдет Слово!

– Однажды Камилла сказала мне, что Слово защищено надежнее, чем мы думаем! – сказала она, пытаясь успокоить его.

– Конечно, – согласился Карэн. – Я и сам так думал.

Когда умерла Кейт, за ней последовал Егор и несколько новых сотрудников, Марида собрала тех, кто остался в холле пансионата.

– Завтра, сразу же после похорон, уезжайте все. Чтобы я никого больше здесь не видела! Спасайте себя!

– Но как же! – хором возразили Натали и Хельга. – А кто же останется охранять?

– Останемся мы с Карэном.

– Нет уж! – крикнула Хельга. – Мы не бросим тебя одну!

Марида улыбнулась.

– Никто и нечем уже не может помочь. Пожалуйста, уезжайте. Пусть сбудется предсказание!

– Но мы же друзья, – сказал Мэтт.

– Я знаю, брат, – Марида взяла его за руку. – Докажите, что вы друзья. Уезжайте.

На следующий день они медленно шли на кладбище, впереди них могильщики несли гробы с умершими. Марида шла под руку с Хельгой. Они тихо плакали. Марида знала, о чем думала сейчас Хельга. Она вспоминала тот день, когда они пришли сюда. Вспоминала, как все начиналось когда-то.

Позади процессии людей, тянулась длинная вереница призраков. Они сочувствовали своим братьям, живущим в другом мире.

– Раньше было так весело, – тихо сказала Натали, когда могилы были закопаны, – Что с нами стало теперь?

– Помнишь, как ты не любила Кейт? – спросил Мэтт.

– Она дважды спасла меня, она была замечательной, – тихо ответила Марида. – И Егор. Он медленно привыкал, но я никогда не видела человека более справедливого. Никого, кто был бы лучшим товарищем, чем он.

Мэтт помолчал, ветер трепал его светлые волосы.

– Вспомни, Рико, Эжени, Денис, Стейси – где они все сейчас?

Марида грустно улыбнулась.

– Они уехали вовремя, – сказала она. – Денис звонил мне. Он хотел вернуться. Я сказала, что это лишнее. Все равно пансионата уже нет.

На следующий день к дверям «Графских Развалин» подъехал небольшой автобус. Внизу в холле собрались отъезжающие и провожающие.

Марида пожала руки Карлитосу и Фрэнки, главным шутникам пансионата. Они больше не шутили и не смеялись. Потом она простилась с новенькими и подошла к Натали. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, затем Марида крепко обняла свою маленькую подругу.

– Прощай, сестричка, – сказала она. – Береги Матвея.

Слезы выступили на глазах Натали, и она осторожно их вытерла, рискуя размазать тушь. Марида обняла Мэтта.

– Мой последний друг покидает меня, – сказала она.

– Прощай, брат, – ответил он. – Будь сильной – и ты победишь, я знаю.

Марида сердечно обняла Эндрю и остановилась напротив Хельги. Они молча смотрели друг другу в глаза.

– Может, мне все-таки остаться с тобой? – спросила, наконец, Хельга.

Марида покачала головой.

– Уезжай. Мне будет спокойнее. Я ведь не одна. Со мной мой муж. И Карэн. Вместе мы справимся.

Хельга обняла Мариду.

– Ты – лучшее, что было в моей жизни, – сказала она.

– Я знаю, – ответила Марида. – И я всегда буду помнить тебя.

Они стояли, обнявшись.

– Все уже в автобусе, иди, – Марида сделала шаг назад. – Уходи. Найди свое место в новой жизни. А мое место – здесь. Будь счастлива!

Хельга грустно улыбнулась.

Через несколько минут автобус скрылся за поворотом. Марида обняла Ираклия и улыбнулась Карэну.

– Никогда еще здесь не было так тихо! – пошутила она.

Карэн остался серьезен.

– Ты такая сильная, – сказал он, помолчав, – Ты и одна смогла бы справиться с Путником!

– Так уезжайте! – сказала Марида. Карэн покачал головой.

– Теперь я управляющий несуществующим пансионатом! – заметил он.

Марида повернулась к мужу.

– Ну что, пошли домой? – сказала она.

Тот молча кивнул, ничего не ответив. Они направились к основному зданию, единственному уцелевшему после волны.

Марида приготовила ужин, Карэн растопил камин. Они поужинала в молчании, а потом разошлись по своим комнатам.

Когда Марида уже собиралась лечь спать, Ираклий вдруг неожиданно произнес:

– Может, тебе следует лечь в другой комнате?

Марида удивленно поднялась.

– В чем дело? – спросила она.

Он мялся, словно не хотел говорить, но потом, наконец, ответил:

– Я что-то неважно себя чувствую.

Марида подскочила, как если бы ее ужалила ядовитая змея.

Ираклий, который ни разу ни на что не жаловался, ни разу за долгие годы, что она знала его, говорил, что плохо себя чувствует! Значит, он сильно болен, иначе он не стал бы и говорить об этом!

Ираклий снял рубашку и лег в кровать. Марида дотронулась рукой до его лба. Пока жара нет, может, он просто переволновался, может быть, похороны так подействовали на него? Она села рядом.

– Если с тобой что-то случится, я не знаю, я не смогу дальше жить, – сказала она.

– Что значит, если? – мрачно сказал Ираклий, – Ты видела кого-то, кто поправился после этой болезни? Конечно, случится! А ты должна жить дальше. Жить и выполнять свою миссию. Ты уже и так упустила скрипку!

Марида молчала. Этот человек знал любовь, знал то, чего не знала она. Он поехал на поиски талантливой ученицы, а нашел бездарность, растратившую свои способности, на сочинение заказных мелодий, но и тогда он не покинул ее. Волна разрушила пансионат, болезнь унесла жизни ее друзей, другие уехали. А он все еще был с ней. И не покинет ее, пока не окончится его земная жизнь. Словно угадав ее мысли, Ираклий улыбнулся.

– После смерти, думаешь, я оставлю тебя? Как бы не так! Я стану одним из местных призраков, буду, как и раньше спускаться в полночь в холл и читать книгу… Оставляй ее для меня и не забывай менять, когда я прочту.

Марида улыбнулась в ответ.

– Нет, Ираклий, – сказала она, – Ты должен жить. Ради меня, ради своей любви ко мне ты должен жить!

– Я слишком долго любил тебя, – сказал он. – Я устал. Устал ждать, когда ты, наконец, заметишь меня.

– Это неправда! – возразила Марида. – Я всегда любила тебя. С детства. Просто… Просто это была другая любовь… Ведь у любви разные проявления…

– Знаю, знаю, чувства разные, а слово одно! Как беден наш язык! Где найти то слово, которое можно записать по диагонали матрицы! Где найти слово, которое выражает то чувство, о котором писал влюбленный турок!

Марида посмотрела на него с изумлением.

– Ты что, читал мой дневник? – спросила она.

Он кивнул.

– А как иначе я должен был узнавать о том, что тревожит мою жену? Ты ведь никогда не рассказывала мне. Из дневника я узнал о предсказании. О том, что твой друг Саша стал союзником.

– Почему ты никому не рассказал?

– Потому что в этом ты разбираешься лучше. И раз ты решила молчать, значит, так было нужно.

Марида грустно вздохнула.

– Это не так. Нужно было сказать. Смотри, чем это обернулось!

Она помолчала, потом продолжила.

– Я всегда была такой. Сначала я отдала деньги Эллы Максу. Это привело меня в пансионат. Потом я несколько раз выгораживала своих друзей, рискуя работой. Я всегда была такой. И, наконец, я встала на защиту Саши. Только на этот раз Бог меня не простил.

– Ты не права, – сказал Ираклий, – Ты сама сказала, что, отдав деньги Максу, ты попала в пансионат. Ты поступала так, потому что не могла поступить по-другому. Твоя судьба вела тебя. Ты готова пожертвовать всем, ради тех, кого любишь. Поэтому именно ты – та, которая должна воплотить предсказание в жизнь. Если бы ты была не такой, все случилось бы точно также. Только на твоем месте была бы сейчас другая. Другая талантливая, умная и смелая девушка, которая готова на все ради своих друзей. Если другая такая еще найдется в мире…

Марида взяла его за руку.

– Не оставляй меня, – попросила она, как когда-то просила Мэтта.

Ираклий задумчиво улыбнулся.

– Однажды в твоем дневнике я прочел: «Ираклий теперь мой муж. Конечно, я мечтала не о таком замужестве, но сейчас все лучше понимаю, что никто другой и не мог стать моим мужем. Мы слишком долго были вместе, слишком сильно привязались друг к другу». И я подумал, что ж, и это неплохо! Она любит меня, может, не так, как тот самый пресловутый турок, но все же это лучше, чем ничего!

– Я очень тебя люблю, – ответила Марида. – Ты главное, выздоравливай, пожалуйста, выздоравливай!

На следующий день у него поднялась температура, началась лихорадка. Марида ни на секунду не отходила от постели мужа, то и дело подавала ему воду, так как он непрестанно просил пить. Карэн вызвал врачей, они сделали больному укол новой вакцины, которая, по их мнению, наиболее была способна противостоять вирусу. Марида продолжала надеяться на его выздоровление.

Два дня спустя Ираклию стало хуже, он почти не приходил в себя. Марида сидела рядом, глядя на его лицо. Такое выражение лица она уже видела прежде. Такое было у Кейт за несколько часов до смерти. И у Егора. И у остальных. Но это не может быть правдой! Ираклий не может умереть! Он же всегда был с ней! Он был с ней и в Грузии, и в Москве, и в пансионате!

От стены отделилась Камилла и села рядом.

– Он и сейчас будет с тобой, – сказала она. – В твоих мыслях. В твоих воспоминаниях. Среди привидений, которые окружают тебя!

– Но мне он нужен живой! – возразила Марида. – Он мой муж! Он не должен меня оставлять! Мы были вместе столько лет! Сделай что-нибудь! Ты защитница, ты сильна! Ты моя прабабушка! Так помоги мне! Помоги сделать так, чтобы он остался в живых!

Камилла опустила голову.

– Я всего лишь привидение, Марида, – сказала она. – Ираклий даже не видит меня. Как я могу ему помочь?

– Но меня-то он видит! И любит! Я должна ему помочь!

Камилла исчезла, и Марида осталась одна. Она взяла Ираклия за руку. Рука была холодной и влажной, и внезапно Марида поняла, как пусто и страшно станет, если она останется без него. Он стал частью ее жизни. Частью ее души. Они были связаны неразрывной нитью. Потерять его, значило, потерять руку, или глаз, или сердце, – они были одним существом, они сроднились за эти долгие годы, что знали друг друга! И будет ли кто-то еще любить ее так, как любил ее он!

Отворилась дверь, и вошел Карэн.

– Что было бы, если бы ты потерял Марину? – спросила она.

– Не спрашивай, – он махнул рукой. – Но я продолжал бы жить. Ради детей. Кому я их оставлю?

Марида кивнула. У нее не было даже детей. У нее оставалось лишь одно – ее миссия. Она должна выполнить предсказание. Для этого она появилась на свет.

***

Над развалинами нового корпуса взошло золотистое солнце. Ираклия не стало, как только первые лучи проникли в комнату. Марида больше не плакала, у нее не осталось слез. На похоронах были только они с Карэном.

– Если хочешь, я позову всех старых защитников, – сказал он. – Они помогут нам противостоять Путнику, когда он придет сюда!

Марида отрицательно покачала головой.

– Никого не надо. Пусть живут и будут счастливы! – она посмотрела ему в глаза. – Карэн, у тебя трое детей. У тебя есть Марина. Пожалуйста, поезжай к ним. Оставь меня.

Карэн посмотрел на нее с изумлением.

– Ты что сошла с ума? Как я могу оставить тебя одну? А если и ты заболеешь и умрешь, кто останется охранять?

– Я не заболею и не умру. Тебе это известно лучше, чем кому-либо, – ответила она. – И я справлюсь одна. Со мной будет Камилла. Мне не нужны помощники.

– Я так не могу, – колебался Карэн, но Марида чувствовала, что ему хотелось быть с женой и детьми.

– Слушай, зачем нужен управляющий, если нет пансионата? – сказала она, он не ответил.

Марида взяла его за руку.

– Пойдем в библиотеку, – сказала она вдруг. – И сделаем нечто, чего никогда не делали прежде!

***

В библиотеке царил полумрак. Сотни тысяч книг, размещенных на огромных полках в шкафах, не пострадали.

Марида и Карэн шли по бесконечному книжному лабиринту, пока не оказались у запертой двери, которая вела в секретную часть. Марида открыла дверь. Они прошли в комнату, пересекли ее и оказались у другой, совсем маленькой двери, которая вела в небольшое помещение.

Карэн отодвинул шкаф, на стене выделялась дверь сейфа. Он набрал код и вытащил красный футляр, в котором хранился свиток пергамента, настолько древнего, что он успел пожелтеть и стать тонким, как папиросная бумага. Он протянул свиток Мариде, она осторожно развернула его.

– Читай, – сказал Карэн.

С трудом разбирая выцветшие буквы, Марида начала читать:

«И настанет день, когда он придет, чтобы прочесть Слово. Страшные несчастья будут предшествовать этому. И не будет защитников живых, кроме одной. Но Путник не сможет увидеть Слово, если не будет ему позволения. А когда получит он позволение, никто, ни живые, ни мертвые не смогут ему помешать».

– Это все? – спросил Карэн.

– Почти, – ответила Марида, – еще внизу что-то написано. Буквы мелкие и почти стерлись…

Она напрягла глаза.

– Если я правильно понимаю, написано: «Путник не знает, что Слово можно прочесть не только… Стена не единственная…» Дальше все стерлось.

Карэн задумался.

– Я никогда не видел этой фразы, – сказал он, – Что это может быть?

– Не знаю. Ясно одно. Если Путнику будет позволено, никто не сможет ему помешать. Так зачем нужен второй защитник? Пожалуйста, Карэн, уезжай!

– Но как я оставлю тебя одну, здесь всегда было опасно!

– Я уже не та Марида, что прежде. Меня не напугаешь пустым этажом! – она улыбнулась и положила руку на грудь, – У меня теперь вот здесь – пустой этаж. И это гораздо страшнее, поверь. Уезжай. Мне будет легче одной. Я хотя бы буду знать, что ты в порядке!

– Хорошо, – Карэн кивнул. – Спасибо тебе. Я этого не забуду.

– А вы растите девочку, дочку Милоша и Радки. Пусть она будет такой же, как родители! – попросила Марида.

Карэн обнял свою бывшую сотрудницу. Отныне они не были больше начальником и подчиненной, как много лет до этого. Он оставил пост управляющего. Он не был старшим защитником. Он стал просто другом.

На следующий день Карэн уехал, и Марида осталась одна. В пансионате, некогда шумном, воцарилась гробовая тишина. Никто, даже призраки, не входили в его двери.

– Здесь теперь один призрак – я, – подумала Марида.

Она почти бесшумно ходила по коридорам, и не было места, которое не вызывало бы в ней воспоминания о прошлой жизни. О ее друзьях. Все они покинули пансионат. Она осталась одна. Но она не могла уехать. Голос сказал, что она останется здесь навсегда. И разве страшна тишина пустого пансионата в сравнении с тишиной ее пустого сердца?

Марида сходила на кладбище, положила тюльпаны на могилы умерших друзей, потом вернулась в назад, затопила камин, включила музыку, налила себе в бокал вина и долго сидела, глядя на огонь.

Отворилась дверь, и вошел Путник.

– И не останется защитников, кроме одной! – процитировал он.

Марида не ответила. Он опустился на стул напротив нее, и Марида вдруг заметила странные изменения, произошедшие с ним. Она не могла сказать, что именно изменилось. Скорее всего глаза… Глаза стали другими…

– Прими мои соболезнования, – сказал он, и Марида снова не ответила. Он был последним, чьи соболезнования она собиралась принимать. Но он продолжал:

– Помнишь, тот день, когда мы сидели в холле? Я говорил, что не понимаю людей… Я жил среди вас, я наблюдал за тобой… Я начал понимать вас… И мне жаль. Мне жаль, что погибли твои друзья. Они не были моими, но мне жаль. И что умер твой муж… И что ты осталась одна. И что была волна, и что смыто столько городов… Вы, люди, живете неправильно, вы идете неверным путем, но вы идете…

Марида подняла на него глаза.

– Так остановись, – сказала она. – Поверни назад. Ты знаешь, где стена, но это не значит, что ты найдешь там что-то! Остановись!

Путник покачал головой.

– То, что я начал понимать людей, не значит, что я не хочу править Вселенной. Не значит, что я не хочу отомстить отцу. Просто, в последнее время я много читал, много смотрел. Я узнал о существовании вещей, о которых не подозревал прежде. Теперь я лучше понимаю, как устроен мир. И устроен он не так глупо, как я думал раньше. Я стал взрослее, стал мудрее. Я уже не думаю, что я сильнее Бога. Более того, я поверил, что Он существует. Я просто хочу увидеть и понять. И может быть, я стану тем, кем хотел!

Марида кивнула, его спокойствие и сочувствие удивили ее. Возможно, противник был не так уж страшен! А может он лишь притворяется, лишь хочет нанести последний удар, теперь, когда отнял у нее все!

Она продолжала молчать. Путник поднялся.

– До встречи тридцать первого октября, – сказал он. – Я выбрал этот день.

Он покинул пансионат. И до самой осени Марида оставалась там одна. Она молча ходила по комнатам, не встречая никого, даже Камиллы. Она полностью погрузилась в свое одиночество. Воспоминания владели ее душой. Марида вспоминала теплые грузинские ночи, когда вместе с Ираклием они ходили по улицам. Вспоминала, как испытывала благоговение, когда в детстве брала в руки скрипку. Как купались они в море с родителями. Как пошла в московскую школу и в первый же день познакомилась с Эллой. Как получила диплом, устроилась на работу. Как укоризненно посмотрел на нее Ираклий, когда она сообщила, что не пойдет в консерваторию. А дальше:

– Позволите присесть рядом? – очаровательная улыбка Макса сверкнула перед ее глазами. И вот она уже не понимает, что делает. Вот она отдает ему деньги Эллы. Вот трубка телефона падает из ее рук. Вот она покупает себе браслет, который до сих пор носит на руке.

– Этот пансионат тебя еще удивит! – говорит ей Денис, смеется веселая Хельга, они с Рико катаются в лодке, он дает ей скоробея. Она и Адиль, которого уже нет в живых. И его измена. Она и Кейт в подвале. Вечер, когда она впервые увидела Сашу. Матвей, лежащий на кровати с ножевым ранением, и бандиты, исчезающие в окне пространства.

Ее концерты. Интервью. Счастливая Марина в свадебном платье. Букет Эжени. Ее собственная свадьба с Ираклием. Его смерть. И другие смерти. Отъезжающий автобус. Одиночество. И дневник.

Толстая тетрадка была исписана. Даже на полях, на переплете, что-то написано. И недорисованная матрица. И скрипка, которая уже много лет пылится в футляре.

Марида открыла дневник. Что-то легкое вылетело из него и упало на пол. Марида наклонилась. Это была газетная вырезка. Письмо влюбленного турка. Нечто, что навсегда захватило ее мысли. Нечто, что она так и не сумела найти…

Раздался тихий стук, кто-то легонько постучал по дверному косяку. Марида подняла голову. Вошел мужчина, и она не сразу узнала его, так сильно он изменился. Это был Саша. Но не тот Саша, обаятельный, энергичный, веселый, которого она помнила. Он выглядел так, словно постарел на десять лет, он казался жалким и растерянным. Всегда аккуратный прежде, он перестал обращать внимание на свой внешний вид, его костюм давно никто не гладил и не чистил, его волосы отросли и спадали на лицо. Но главное – его глаза, в которых раньше горел внутренний огонь, теперь погасли.

Марида колебалась. Он был врагом. Она должна была бы прогнать его.

Письмо турка все еще было в ее руке.

– Что с тобой случилось? – спросила она.

– Можно сесть?

Она кивнула. Саша отодвинул стул и сел за стол. Марида опустилась на стул напротив.

– Знаешь, я никогда не любил свою жену, – сказал он. – Я всегда думал, что она – нечто вроде обузы, как судьба, которую я должен принять, против своей воли. И только теперь, когда ее не стало, я понял, как она была мне дорога. Как сильно я был привязан к ней. Я словно потерял все, что имел. Впрочем, так и было… Она заболела и умерла…

– Мой муж тоже умер, – ответила она. – Я знаю, что ты чувствуешь.

– Нет, не знаешь. Ты не виновна в его смерти. А я виновен в смерти своей жены. И в смерти других людей.

Марида покачала головой.

– Почему? Разве ты умеешь создавать волны? Насылать болезни?

– Но это случилось из-за предсказания. Я стал союзником… Но видит Бог, если бы я знал, что произойдет, я никогда бы не сделал этого…

– В таком случае, я виновна, как и ты, – сказала Марида. – Я была защитницей. Мой долг был – выдать тебя. Я этого не сделала.

– Почему?

– Не знаю.

Она поднялась и подошла к камину.

– Саша, наша с тобой судьба – исполнить предсказание. Вот и все. Мы хотели как лучше. Мы любили своих друзей, мы их защищали. Но все, что мы делали, приводило к беде. Потому что иначе быть не могло. Я знала это. Знала с самого начала, что не покину этот пансионат. Что моя жизнь будет тяжелой. Что не сохраню свой талант. Что выйду замуж не так, как хотела. Что не смогу найти того влюбленного турка, которого искала всю жизнь. И уже сейчас я знаю, что Путник увидит Слово. Все, что написано в предсказании исполнится, не зря же кто-то писал его! Я была плохой защитницей и плохой скрипачкой. Я так и не научилась разбираться в людях, так и не дорисовала свою матрицу. Единственное, что я могу сказать, я жила ради тех, кого любила. Всю свою жизнь.

– А я сбился с пути. Я тоже хотел добра тем, кого любил.

– Ты пошел неверной дорогой, – ответила Марида. – Но еще не поздно. Мы сможем помешать ему завладеть Словом.

– Каким образом?

– Ты повернулся к свету. Ты снова с нами. Он остался один.

Марида протянула ему руку.

– Пойдем, – сказала она.

– Куда?

– Стричься. Пора возвращаться к нормальной жизни. Мы восстановим этот пансионат. Мы победим эпидемию. Мы не сможем вернуть тех, кто ушел. Но мы сможем создать новый мир. Я знаю.

Саша протянул руку Мариде. Он поверил ей.

Глава 12. Слово

Прошло время. Близился конец октября. Саша сумел привести себя в порядок, и теперь, вдвоем с Маридой они пытались восстановить пансионат. Они вставили новые стекла в окна первого этажа, в холле снова было чисто, и горел свет. Но было по-прежнему пусто, призраки не хотели возвращаться сюда.

– Неужели и в канун Дня всех Святых никто не придет? – удивлялась Марида. – Помнишь, что здесь было раньше?

Саша кивнул. Он хотел сказать:

– Да, но этот праздник не будет похож на другие, – но промолчал, и Марида поняла его. Слова уже давно не требовались им для общения. Они слишком хорошо знали друг друга. Знали давно, уже тогда, когда им обоим было около шестнадцати.

Они украсили зал, вдоль стен снова стояли тыквы, в них горели свечи. Марида надела форму сотрудниц, которую они обычно надевали в этот день, Саша надел парадный костюм. В банкетном зале были накрыты столы, играла музыка.

Часы в холле пробили десять. Потом одиннадцать. Никого не было. Даже Веселый Роджер не почтил их своим присутствием.

– Мы совсем одни, – испуганно сказала Марида.

– А знаешь что? – Саша открыл дверь, – Отлично! Тогда пойдем, там полно еды и шампанского! И играет музыка! Мы можем танцевать, как тогда, в день свадьбы!

– Хорошо! – согласилась Марида.

Они вошли в зал, сели за стол. Марида разложила еду по тарелкам. В камине весело потрескивал огонь. Саша открыл шампанское, разлил его по бокалам.

– За нас, – сказал он.

– За сегодняшний день! – сказала Марида. – Мы столько ждали его!

Они выпили шампанское и принялись за еду. Они говорили, шутили, но Марида знала, он напряжен, так же, как и она. Путник обещал прийти тридцать первого октября. Он не нарушит слово. Сегодня наступит момент, которого они боялись столько лет.

– Мы ведь знали, что рано или поздно, это произойдет, – сказала Марида. – Так отчего бы не сегодня! Пусть это случиться. И если мы останемся в живых, мы сможем, наконец, вздохнуть спокойно. Я устала.

– Забудь о нем, пойдем, потанцуем! – Саша поднялся.

Они закружились под музыку. Слушая ее звуки, Марида почувствовала, как что-то словно оживает в ее душе, в ее сердце уже не было так пусто, как в течение этого страшного года. Она снова слышала музыку, снова понимала ее красоту. Она понимала ее так, как прежде! Возможно, возьми она сейчас в руки скрипку, она смогла бы сыграть что-то! Что-то из написанного… или… Неужели она могла бы создать что-то новое? Нет, это невозможно… Это осталось в прошлом! Но она снова могла слышать… Она снова становилась собой!

– О чем ты думаешь? – спросил Саша, и Марида пожала плечами. Она не знала, что ответить.

– А я вспоминаю свадьбу. Мою жену, твоего мужа. Как это было давно…

– Я не думаю, что эта свадьба была ошибкой, – заметила Марида.

– Я тоже так не думаю. Все что происходит – правильно. Потому что так было задумано.

– Кем? – спросила Марида.

– Тем, кто написал предсказание, – ответил Саша.

Часы на стене пробили полночь.

***

Путник вошел в холл пансионата и остановился. Его долгая дорога близилась к концу. Сегодня он увидит, наконец, то, к чему стремился все эти годы. Неуверенность сжала его сердце. А хочет ли он увидеть это? Готов ли он принять на себя такую ответственность? Готов ли стать всемогущим? Готов ли отнять у Бога его роль? Да и хочет ли он? Путник вздохнул. Чем дальше он шел по дороге, тем больше узнавал. И эти знания, казалось, возвращали его к чему-то от чего он уходил. И каждый шаг, делая его мудрее, добавлял сомнений в значимости той цели, к которой он так стремился прежде. Желание отомстить людям давно уже ушло из его души. Теперь он хотел, напротив, сделать их счастливыми, построив новый мир. Но разве он знал, как это сделать? Разве сумеет он создать мир лучший, чем сумел создать Бог? Путник решил попробовать. Он увидит Слово и поймет его. А там – будь что будет!

Он пошел вверх по лестнице. Из банкетного зала доносилась музыка, из-под дверей выбивалась золотистая полоска света. Слышались чьи-то голоса.

Он помедлил перед тем, как отворить дверь.

Двери распахнулись, и в ту же минуту погас свет, погас в этом здании и в сотнях домов по всей округе. Молния прорезала небо. Волны ударили в парапет, и поднялся ветер, склонив до земли верхушки вечнозеленых сосен. Путник стоял, освещенный лишь лунным светом и колеблющимся пламенем свечей, горевших в глазницах пустых тыкв.

Марида и Саша, танцевавшие медленный танец, остановились. Музыка смолкла. Они смотрели на Путника. Марида почувствовала, что ее дыхание перехватило от волнения.

– Так вы вместе? – произнес Путник. – Хорошо. Время пришло. Я здесь, чтобы узнать то, что мне положено знать.

Саша и Марида молчали.

– Вы пойдете со мной или предпочтете остаться здесь? – спросил он.

– Мы выполним нашу миссию до конца, – ответила Марида, накидывая на плечи черный плащ. – Идем.

– Мы готовы, – ответил Саша.

– Ты теперь со Светлой? – усмехнулся Путник. – Что ж. Так лучше. Вперед! В лабиринт, мои друзья!

Они направились к лифту. Марида нажала кнопку. Почему-то ей вспомнилась та ночь, когда, простившись с Адилем, она впервые ехала в лифте одна и оказалась на пустом этаже.

Двери лифта открылись, и они вошли в подвал. Следуя за Путником по подвалу, Марида вспоминала Кейт, и всех тех, в ком она ошибалась когда-то. Скольких людей она обидела несправедливо, скольким поверила напрасно!

Путник нажал на потайную кнопку в дальнем углу подвала. Стена неслышно отодвинулась в сторону, открывая дверь в лабиринт. Путник взял факел со стены. Порыв холодного ветра налетел, и пламя заколебалось, тени заплясали по стенам.

– Пойдем, – сказал он, и его призыв прозвучал как вопрос. Марида и Саша уверенно шагнули в лабиринт. Путник последовал за ними, потом обогнал их и пошел впереди, глядя в карту. На стенах горели факелы. Воздух был влажным и тяжелым. Они находились глубоко под землей.

– Вдруг мы никогда не выйдем отсюда? – спросила Марида у Саши.

– Может быть, – ответил он.

Они продолжали идти. Марида и Саша разговаривали. Путник в задумчивости молчал.

***

Путник в задумчивости молчал. Он размышлял о том, как много препятствий преодолел он, стремясь к своей цели. Он не всегда шел честным путем. Преодолевая трудности, он разрушал чужие жизни, совершал предательства, обманывал. Он стал причиной гибели многих людей. Особенно тогда, когда поселился в этом пансионате. Он шел дорогой зла. И теперь, когда оказался у цели, он со страхом понимал, что эта цель больше не привлекает его. Если бы жизнь дала ему шанс повернуть назад, заставить замолчать кричащий в душе голос совести, начать все с начала, он предпочел бы стать обычным человеком. С годами он понял, что ни неограниченная власть, ни богатство, не принесут ему успокоения. Он понимал людей и понимал Бога. И преклонялся перед Божественной силой, понимая мудрость закона, на котором основана Вселенная. Внезапно Путник осознал, что если сейчас он прочтет Слово, то не воспользуется полученным знанием. В поисках Слова он прочел сотни книг, изучил множество наук и религиозных учений, встречался с тысячью людей, выслушивая их истории. Он так глубоко погрузился в этот мир, что неожиданно для себя добрался до самых основ и понял, что мир разумен и совершенен. Ему нечего добавить к тому, что уже создано. И восхищение заполнило его душу. В конце концов, он найдет другой способ, чтобы отомстить отцу! Есть много способов отомстить, и необязательно быть всемогущим, чтобы сделать это!

***

Марида и Саша разговаривали.

– Знаешь, ты сказала, что мы можем никогда больше не выйти отсюда, – сказал он. – Я ведь тоже думал об этом. Мы можем погибнуть здесь, это очень вероятно. Наша жизнь может оборваться в одну секунду. Посмотри. Мы спускаемся все ниже. Никто до нас не шел этим путем. Там снаружи бушует непогода. Эти стены могут рухнуть в любой момент!

– Мы спустились под море! – заметила Марида. – Там наверху, над нами, толща морской воды. Ты прав, в любой момент она может затопить лабиринт. И тогда мы погибнем. Возможно, прежде, чем доберемся до стены.

– Тогда, я должен сказать тебе кое-что, – продолжил Саша.

– Я слушаю.

– Я все по поводу твоего дневника. Наверное, я не прав, что говорю об этом. Только лишь потому, что, возможно, дальше наступит конец.

– Говори, – кивнула Марида.

– Я знаю, что значил для тебя этот дневник. Там описана вся твоя жизнь. Там – твои воспоминания. Но на самом деле, лишь две страницы из сотен волнуют тебя до сих пор. Все остальное ушло в прошлое. Я прав?

Марида грустно улыбнулась.

– Недорисованная таблица и письмо турка, которому я так и не нашла подтверждения в жизни. Да. Ты абсолютно прав.

Саша помолчал.

– Я помню, когда мы впервые встретились, – продолжил он. – Я подумал, что это еще за Марида? Откуда она взялась? А потом, я часто ловил себя на мысли, что спрашиваю себя, совершив тот или иной поступок: «А что бы сказала Марида, если бы узнала об этом?» Твое мнение интересовало меня. И я чувствовал, что ты могла бы стать моим другом. Я знал, что в тебе много настоящего, много искреннего. Тогда я не знал о твоей миссии. Не знал о твоем таланте. Знал только, что ты не такая, как другие. И знал еще, что в тебе есть что-то, чего нет больше ни в ком из известных мне людей. Ни в ком, кроме меня. Потом ты куда-то исчезла, так и не став моим другом. Я забыл о тебе. Хотя нет. Вспоминал иногда, когда стоял перед трудным выбором. И думал: «Я не знаю, как поступить. Интересно, а как поступила бы Марида?». Я не находил ответа, поэтому забывал и сам вопрос. Потом я влюбился в Таню. Потом устроился работать. Моя жизнь, казалось, была расписана наперед. Конечно, так оно и было. Только я видно, читал в чьей-то чужой книге, потому что все произошедшее стало неожиданностью для меня. Я приехал в «Графские Развалины». Кто-то спустился ко мне по мраморной лестнице. Это была ты. А потом ты сказала: «Надеюсь, мы подружимся». И я понял, что мое желание исполнится. Пусть и с опозданием, но исполнится! А после я увидел твой дневник. Ты дала мне прочесть письмо, и я понял, что мы с тобой ищем-то в сущности одно и тоже. И находимся в похожей ситуации. И ни ты, ни я не знаем, как дорисовать эту таблицу. Но почему-то я верил, что это не была газетная утка. Так же, как и ты, я верил, что это письмо реального человека, который просто описал свои чувства. Не знаю, чем он руководствовался. Потом я услышал, как ты играла. И я понял, что было общего между нами: вдохновение, эмоции. Во мне и в тебе жило что-то, что заставляло нас гореть изнутри, искало выхода, требовало новых свершений. Ты прославилась, а я пошел своим путем. Потом была свадьба. Я так же, как и ты, полагаю, что это было правильно. Хотя в тот момент, я так не считал. Я думал о том письме в течение всей церемонии, и готов был поспорить, что и ты думаешь о нем. А потом ко мне пришел Путник. Он сумел убедить меня. Я не знаю почему, я последовал за ним. Видимо, я не ждал ничего от своей жизни. Он подарил мне надежду. Когда обрушилась волна, я понял, что сбился с пути. Что, принимая его предложение, не спросил, как бы поступила ты. Впервые, я не задумался над этим. Потом умерла моя жена, и жизнь остановилась. Единственное, что поддерживало меня тогда, была одна-единственная мысль, Я думал, почему ты не выдала меня? Почему я помешал Путнику, почему помогал тебе? Я не знал ответа, но хотел найти его. И я пришел к тебе. Ты помогла мне вернуться к жизни. Ты простила меня. И я снова спрашивал себя, почему? Может быть, у тебя есть ответ на этот вопрос, а Марида?

Она опустила голову.

– Возможно, есть, – сказала она. – И он вряд ли отличается от найденного тобой. Я слушаю. Продолжай.

***

Путник остановился. Перед ними была стена. На стене отчетливо выделялся круг, окруженный каменными узорами. Марида и Саша остановились позади него.

– Мы пришли, – сказал Путник.

Он подошел к стене, провел рукой по холодному камню. Потом поднес к стене факел, и каменные узоры вспыхнули, огонь загорелся на лепестках цветов. Они освещали теперь гладкую ровную поверхность круга. Того самого круга, где должно было быть написано Слово. Единственное Слово закона, управляющего Вселенной. Слово, которое нельзя было произнести, но можно было понять.

Путник смотрел на поверхность круга. Она была пуста. Абсолютно пуста.

Как же так! Этого не может быть! Он так долго шел сюда! Он должен был увидеть Слово!

– Ничего не понимаю! – он обернулся к Мариде и Саше. – Это то самое место! Оно должно быть здесь! Сегодня день, когда должно исполниться предсказание! Почему его нет?

Марида улыбнулась.

– Я же говорила тебя. Ты сможешь увидеть Слово, только если будет позволено. Ты не получил позволения. И Слово по-прежнему охраняется надежно!

– Это ваше присутствие мешает мне! – сказал он, – Мне дозволено видеть его, а не вам! Уходи, защитница! Хотя нет. Останьтесь. Просто отвернитесь! Отвернитесь от стены, я сказал!

Пожав плечами, Марида отвернулась. Саша последовал ее примеру. Впервые в жизни на ее душу снизошел покой. Она не боялась Путника больше. Пусть случится то, что должно случиться. Чему быть – того не миновать.

***

Время шло. Минуты убегали в бесконечность. Путник молча смотрел на пустую стену. Он не испытывал даже разочарования. Он знал, что не найдет того, что искал. Он шел неверной дорогой. Он не был достоин увидеть Слово. Он почувствовал, что даже радуется тому, что круг пуст. Что даст ему власть над миром? Она не принесет счастья. А сейчас в его душе воцарился покой, покой, означавший для него то самое счастье, которое он так долго искал. Внезапно он осознал красоту мира, который он так стремился разрушить, и понял, что сам был всего лишь его частью. Значимой, уникальной частью, цель которой – своим существованием поддерживать существование мира. Такова цель и остальных людей. Он – один из них. И его отец – один из них. Один из тех, кто сбился с дороги. Их тех, кто, как и он сам, долго шел неправильным путем. Жалость к отцу захлестнула его сердце.

– Если бы он был здесь сейчас, как знать, что бы я услышал? Скорее всего, отец давно раскаялся в содеянном, и лишь моя озлобленность мешала мне увидеть это!

Путник устало вздохнул. Он больше не хотел использовать Слово. Он не хотел изменить Вселенную. Он не хотел мстить отцу. Он простил.

Ровное сияние затопило его сердце. Его дорога закончилось. Он нашел то, что искал. Он обрел знание и покой.

Каменные цветы на стенах вспыхнули ярче.

***

– Продолжай, я слушаю! – сказала Марида.

Саша повернулся к ней.

– Да что тут продолжать… Ты все знаешь. То, что я чувствую к тебе, пришло раньше, чем я прочел это письмо. Раньше, чем ты стала моим другом. Раньше, чем мы встретились в пансионате. Раньше, чем мы встретились в школе. Раньше, чем мы родились.

Марида кивнула.

– Раньше, чем родились наши родители. Раньше, чем появилась Камилла. Раньше, чем родились другие люди. Раньше, чем появился наш мир.

– Этому нет названия. Нет причины. Нет объяснения. Просто, это есть. Об этом было написано в письме. Я всегда знал это. Просто не мог понять.

– Мы знали, но не осознавали, – повторила Марида. – Почему? Откуда это появилось? Что это?

Саша пожал плечами.

– Мы не сможем дать этому названия. Как не смог это сделать никто до нас. Мы можем лишь понять и почувствовать. В мире нет ничего важнее, вот все, что я знаю. Потому что, когда мы умрем, это останется, это будет существовать так же, как существовало до нашего рождения. И однажды мы встретимся снова.

– Как энергия и сознание… – сказала вдруг Марида, – Когда рождается новый человек, вспыхивает новая звезда, исчезает планета, ты думаешь, все это различно… Но на самом деле все это – один и тот же закон…

Саша с недоумением посмотрел на нее.

– Древний закон, по которому живет Вселенная, – повторяла Марида слова Карэна, которые сами возникали в ее сознании…

– О чем ты говоришь? – спросил он.

Марида не ответила. Недорисованная матрица вдруг выстроилась прямо перед ее глазами. Ее вторая диагональ была теперь отчетливо видна. То, чему не было названия, то, о чем говорило письмо, то, что она так долго пыталась найти, пробираясь сквозь длинную вереницу дней, было на этой диагонали.

***

Каменные цветы вспыхнули ярче. Путник почувствовал, что от яркого света больно глазам. А потом в каменном круге возникло Слово. Это был древний закон, по которому жила Вселенная. Его нельзя было увидеть, но можно было понять. Нельзя произнести, но можно – почувствовать. Путник замер. Удивительная простота, с которой был построен мир, поразила его. И самым удивительным было то, что он и раньше знал это, все, что он видел сейчас – находилось в его душе, там был огромный океан, огромная Вселенная, основанная на простейшем принципе, на коротком законе, совершенном и безупречном. Этот закон был Создателем. Он давал познавшему его всемогущество и безграничные возможности.

– Вот оно! Смотрите! Смотрите! – крикнул Путник, поворачиваясь к Мариде и Саше, – Вот оно, Слово! Смотрите скорее!

Он указывал на стену, пытаясь привлечь их внимание.

– Быстрее! Смотрите, пока оно не исчезло! – кричал он взволнованно.

Марида и Саша не слышали его.

Они смотрели в глаза друг другу и видели то же, что видел Путник в каменном круге с огненными цветами, к которому он шел так долго.

– Стена не единственное место, где можно прочесть Слово, – услышала Марида. – Его можно увидеть повсюду. Его можно увидеть в глазах другого человека. Нужно лишь научиться понимать.

Марида обернулась. С двух сторон от круга стояли Камилла и Ираклий. Они улыбались.

– Слову не нужны охранники, – продолжила Камилла. – Увидевший его, никогда не воспользуется возможностями, которые оно таит в себе. Ведь лишь достойный сможет увидеть его.

Глаза Саши, письмо влюбленного турка, матрица Мариды, круг на стене пансионата, рождение и смерть – все было проявлением одного и того же закона, который они все это время охраняли от самих себя.

Огненные цветы погасли. Камилла и Ираклий растворились в темноте лабиринта.

– Вы так ничего и не видели, – укоризненно сказал Путник. – Пойдемте. Здесь нам больше нечего делать.

Не отвечая, Саша и Марида последовали за ним. Вернувшись в пансионат, Марида достала свой дневник и улыбнулась.

На странице вместо грязных черновых набросков была кем-то нарисована аккуратная таблица, та самая, которую она видела в лабиринте. Только вместо непроизносимого Слова в диагонали получилось имя Саши.

Эпилог

На плато, расположенном высоко над морем, возвышается белое здание – пансионат «Графские Развалины». Беглого взгляда достаточно, чтобы понять, что здание было недавно отремонтировано. Вдоль набережной прогуливаются туристы, остановившиеся погостить в пансионате. Они спускаются в деревню на морском берегу, чтобы посидеть в приморских ресторанах, послушать истории старожилов, которые рассказывают о высокой волне, подступившей однажды к берегу.

В самом пансионате воображение гостей поражает роскошь и тонкий вкус, с которым оформлены интерьеры здания, те, кто бывали здесь раньше, говорят, что пансионат стал еще лучше, чем был когда-то. В «Графских Развалинах» много приветливых сотрудников. Хозяева пансионата, супружеская пара – Марида и Александр – сами следят за всем, что происходит в его стенах. В том числе и за тем, что остается вне поля зрения гостей.

Никто из гостей не знает, например, что каждую ночь ровно в двенадцать, в холл спускается мужчина. Он берет книгу, заранее оставленную для него Маридой, и садится в кресло. Через несколько часов появляется прекрасная женщина, равной по красоте которой нет на земле.

– Ираклий, хватит читать, ты можешь переутомиться! – говорит она заботливо, забирая книгу. Вместе они покидают холл.

Не знают клиенты и о том, что в длинных коридорах пансионата шалит забавный шутник Веселый Роджер, а вампиры и оборотни разгуливают на верхних, этажах, специально оставленных незаселенными.

Не подозревают они также о том, почему каждый раз тридцать первого октября все гости покидают пансионат. Его двери закрываются. В этот день в банкетном зале накрывают столы, зажигают свечи, которые вставляются в выдолбленные улыбающиеся тыквы. К воротам пансионата подъезжают машины, из них выбегает шумная ватага смеющихся детей, потом появляются их родители. А хозяйка пансионата со слезами радости на глазах обнимает прибывших. Состав гостей не меняется: их имена Карэн, Марина, Денис, Стейси, Эндрю, Хельга, Карлос, Мэтт, Натали, Фрэнки, Рико, Эжени, Лео, Елена, Элла. Это – те, кто остался в живых. Они размещаются в зале, где веселятся до полуночи. А в полночь приезжает еще один гость. Поприветствовав хозяев, он садится в углу, смотрит на всеобщее веселье и улыбается. Он радуется, что присутствующие не держат на него зла. Иногда его сопровождает дряхлый старик, опирающийся на палку, судя по их внешнему сходству, отец, хотя гость никогда не представляет своего спутника.

Далеко за полночь начинаются танцы, и тогда, в зале можно увидеть не только вампиров, оборотней и Бенши. Среди танцующий пар, тот, кто умеет видеть, можно заметить белокурую Аниту, танцующую с темноволосым Адилем, смеющуюся над медлительностью Егора Теону, Милоша и Радку, которые ни на секунду не спускают глаз со своей повзрослевшей дочери, Таню, Кейт, Камиллу, Ираклия, и многих других, жизни которых унесла волна. Они смеются и веселятся, потому что узнали, что смерть ничего не меняет, и за чертой жизни мир подчиняется тому же закону, что действует в мире живых – Слову, начертанному в огненном круге далеко в подземелье лабиринта.

Когда танцы заканчиваются, хозяйка пансионата, Марида, берет в руки старую скрипку и играет написанную ею мелодию «Графские Развалины», уже давно ставшую своеобразным гимном этого места. И хотя, известная в прошлом скрипачка, Марида уже не может сочинять новых мелодий, она не жалеет об этом, ведь те, что были созданы в самом начале ее пути, до сих пор живы, и Ираклий, слушая их, одобрительно кивает головой, а Камилла вытирает слезы, которые наворачиваются на глаза, каждый раз, когда Марида опускает смычок.

После этого гости продолжают веселиться, а Марида, вместе с подругой Эллой уходят в пустой холл на втором этаже, чтобы рассказать обо всем, что произошло с момента их последней встречи. Как и прежде, им не нужны слова, чтобы понимать друг друга.

Когда гости покидают пансионат и его двери снова открываются для клиентов, Марида обнимает мужа и спрашивает:

– Ну что, в этот раз все прошло хорошо?

– Все прошло хорошо, – отвечает он и отправляется на пляж с детьми. А Марида поднимается к себе, достает старую потрепанную тетрадку – свой дневник, просматривает его, и тогда оживают старые воспоминания. Она снова перечитывает письмо влюбленного турка и качает головой. А потом открывает страницу, где чьей-то рукой нарисована идеальная таблица, на диагонали которой написано имя ее мужа. Марида смотрит на нее и не может сдержать улыбку: однажды, во время визита гостей, она показала таблицу Карэну. Бывший управляющий долго, с восхищением, рассматривал ее.

А после сказал:

– Надо же! Все так точно! Так удивительно верно! Истинная матрица любви! Ты молодец! И диагональ интересная, ты ошиблась всего в одной букве! Но мне так даже больше нравиться! – он лукаво улыбнулся.

Марида с недоумением взглянула на него.

– Что значит, я ошиблась в одной букве? – спросила она, – Что ты хочешь этим сказать?

– Тут же написано «Марина», – сказал Карэн, – А ведь ты, наверное, хотела написать «Марида»? Но тогда придется поменять всю строку, а значит, изменится и смысл, и таблица не будет правильной! Так что уж извини!

Карэн, довольный своей шуткой, заулыбался. И Марида, изумленная, улыбнулась в ответ.

На второй диагонали таблицы был отражен закон мироздания. Вместо непроизносимого могущественного Слова было указано другое, имеющее тоже значение. Синоним.

Ведь само Слово не может быть ни написано, ни произнесено. Оно – закон, по которому живет созданная им Вселенная, закон – единый для всех существ, населяющих тысячи миров.

Оно одно, но свое для каждого.

Content

Пансионат «Графские Развалины»
Айгуль Иксанова

Глава 1. Пансионат

Глава 2. История Мариды

Глава 3. Клиенты и сотрудники пансионата

Глава 4. Настоящая работа

Глава 5. Талант и любовь

Глава 6. Дружба

Глава 7. Повышение

Глава 8. Путник

Глава 9. Свадьба и скрипка

Глава 10. Двойная игра

Глава 11. Смерть

Глава 12. Слово

Эпилог