Владислав Шурыгин

Как воюют на Донбассе

Часть I. Война до войны

«Россия сильна…»

Если честно, то у меня из головы не выходит история самоубийства в Голландии Александра Долматова. Ну вот хоть ты тресни, но не укладывается у меня в голове отказ в политическом убежище как причина для самоубийства. Что-то не складывается.

Что «светило» бывшему члену НБП Александру Долматову при депортации в Россию? Максимум года четыре! И то если бы доказали его вину. А так — года два, если не условно. Каких-то особенных преступлений за ним по драке на Болотной не числилось. При этом статья не позорная, еще и в страдальцы записали бы от «кровавого режЫма», а это и почет, и подчеркнутое «законное» обращение на тюрьме. Никакого беспредела и насилия. Неужели перспектива такого суда так напугала человека, что он убил себя? Оборвал высшую ценность, данную ему Богом, — собственную жизнь?

Не вяжется! Такое возможно, только если человек психически ненормален или находится под действием психотропных препаратов.

Наркотики? Не буду исключать такой вариант. В Голландии этого добра навалом, а уж в среде беженцев-нелегалов и подавно. Но как-то сомнительно, чтобы ему дали обдолбаться до такой степени в тюрьме для депортируемых. К тому же, как сейчас выяснилось, в последние дни до смерти уже дважды пытался покончить с собой. Значит, дело явно не в наркотиках.

Более того, это была и не случайная смерть, когда человек пытается привлечь к себе внимание и режет вены или глотает иголки, но случайно перебарщивает и умирает. Здесь вполне осознанное решение — убить себя. Одна попытка, вторая, третья…

Но за что? В России его ждал не расстрел, не мучения и пытки, не какой-то запредельный ужас, а вполне себе РЕАЛЬНЫЙ путь оппозиционера. Следствие, приговор, возможно — срок. Но ведь, решившись выйти на Болотную и ввязавшись в драку с милицией, Долматов почти наверняка предполагал, что такой вариант развития событий возможен, и сбежал сначала в Киев, а потом в Голландию. То есть он точно не собирался умирать!

Что же произошло?

Долго искал полный текст его предсмертного письма. В итоге нашел вот это:

«Мама, мамулечка!

Я ухожу, чтобы не возвращаться предателем, опозорив всех, весь наш род. Так бывает. Выдержи.

Я с тобой — тот, что был раньше.

Верьте в Бога. Не слушайте всяких деятелей. Россия сильна, как ни одна другая страна. И будет только сильной. Жизнь в России гораздо лучше, чем где бы то ни было.

Что довело меня до бегства из России? Лень и разгильдяйство не дали изучить новые законы. Я предал честного человека, предал безопасность Родины.

Пусть… переезжает к нам. Ничего, вы выдержите. Это лучший вариант. Живи с ними.

В России скажут, что просто несчастный случай. Покеда.

Если это возможно, отправьте мое тело в Россию…»

У меня пока нет полной уверенности, что это подлинный текст, но и причин сомневаться в его аутентичности тоже нет.

Что же из него следует?

Совершенно очевидно, что человек, писавший эту записку, проникнут, как ни странно, не чувством страха перед депортацией — об этом вообще НЕТ НИ СТРОКИ! — ни упреков тем, кто его депортирует. Ничего подобного. Письмо буквально пропитано другим чувством — чувством вины. При этом очевидно, что вины УЖЕ совершенной и, более того, вполне конкретной: «Я ухожу, чтобы не возвращаться предателем… я предал честного человека, я предал безопасность Родины…». И вот тут хочется сказать: «Стоп!».

Кем был Александр Долматов до своего побега?

Как известно, он работал на оборонном предприятии, являлся конструктором ОАО «Корпорация Тактическое ракетное вооружение» в городе Королеве. То есть был «секретоносителем», говоря языком спецслужб. Это ОАО производит целый спектр ракет для ВВС, в том числе и для самых новых, перспективных наших самолетов. И Долматов был допущен к самым секретным технологиям, о чем сам писал.

А теперь одна деталь, о которой знает любой, кто покидал Россию или СССР, в статусе беженца и не только: одним из обязательных элементов процедуры определения дальнейшего статуса является анкетирование и, если потребуется, собеседование с представителями соответствующих органов страны, в которой человек находится. И в рамках такого собеседования обязательно выясняют, является ли данный конкретный человек секретоносителем, и если да, то какие секреты ему известны?

Опять же не от одного и не от двух своих знакомых я знаю, что любой реальный секретоноситель или человек, в силу каких-то обстоятельств ставший обладателем таких секретов, попадает в глубокую разработку спецслужб страны пребывания. На профессиональном жаргоне попадает «под потрошение». «Потрошат» обычно, если «объект» изначально не был готов делиться информацией, довольно жестоко, используя все методы психологического давления, стараясь полностью сломить жертву и вынудить ее рассказать все, что ей известно.

И очень похоже, что Долматов стал жертвой такого «потрошения». Устойчивым к такому давлению он явно не был. Его записи изобилуют описаниями слежки за ним.

Ему везде виделись агенты ФСБ, которые идут по его следам и вот-вот схватят.

А теперь предположим, что он в итоге и попал в руки агентов, только уже не ФСБ, а вполне реальных, из контрразведки Голландии, к которым вполне могли «по-союзнически» подключиться и американские коллеги из Лэнгли, и взялись за него эти агенты со всем мастерством и умением…

Совершенно очевидно, что «выпотрошили» они из Долматова все, что он знал. И весьма вероятно, как это часто бывает в таких случаях, опустошенного и раздавленного еще и заставили подписать документ о сотрудничестве — «завербовали», проще говоря.

В этом случае обратно в Россию его уже возвращали не как простого «отказника», а как вполне себе удачного агента. Эфемерное преследование, даже небольшой срок, только поднимали ценность такого агента, который вполне мог в дальнейшем еще и сделать политическую карьеру…

Такое объяснение делает понятным и причины отказа в статусе беженца, который давали другим по куда менее значимым поводам.

Все очень удачно складывалось, вот только «агент» не оказался на высоте: «Я ухожу, чтобы не возвращаться предателем… я предал честного человека, я предал безопасность Родины…».

Но лично мне такая логика событий видится вполне объясняющей, то вопиющее несоответствие смерти молодого и талантливого человека и причины, названной официальной, — отказ в статусе беженца…

Ледокольный блюз

…До запертых во льду судов еще около десяти миль. Лед перед форштевнем ледокола лопается с похожим на артиллерийскую канонаду треском, и по ледяному полю разбегаются ломаные линии трещин. Из них на поверхность вырывается вспененная белая вода, и кажется, что корабль идет не по морю, а по кипящему молоку. Ледяные плиты растревоженными чудовищами с глухим рокотом грозно поднимаются из белого заснеженного поля навстречу ледоколу, встают в бешенстве на дыбы, всей мощью наваливаются на сталь форштевня, пытаясь раздавить посмевшего их побеспокоить чужака, но оказываются бессильными перед прочностью уральской стали и, утратив в броске всю свою ярость, тяжело оседают вниз, отваливают в сторону или уходят куда-то под скулы носа. И сам ледокол похож сейчас на какого-то огромного зверя, медленно ползущего по белому ледяному полю к черным пятнышкам судов на горизонте. Словно живой, он то и дело немного кренится с борта на борт, словно переваливается через какие-то препятствия, палуба под ногами дрожит, как шкура исполина, и кажется, что он дрожит от нетерпения. Но на самом деле нетерпение — качество, которое у ледоколов отсутствует начисто. Наоборот, работа ледокола — это упертое воловье упрямство, когда он метр за метром, миля за милей прокладывает путь через ледяные поля и торосы к цели — запертым, а иногда уже и зажатым льдами судам. Спешкой тут не поможешь. Только упрямство и мощь, перед которыми пасует и расступается стихия льда…

За кормой ледокола остается канал, у его краев торосы переломанных льдин, и только сейчас видишь, насколько же лед многоцветен: вперемешку глыбы от белого, как сливки к кофе, до изумрудно зеленого и небесно-голубого. Чем ближе к центру канала, тем меньше льдины, и в самой его середине — настоящая «ледяная каша». Солнце садится, и это ледяное крошево сияет и искрится в его лучах всеми цветами радуги, как сказочные россыпи алмазов. Зрелище завораживающее и величественное.

Уже в темноте ледокол прорывается к запертым в ледяном поле судам, и начинается долгий путь пастуха, выводящего свое робкое стадо из опасного плена…

Необходимость в ледоколах появилась, как только появились суда и корабли, способные плавать в высоких широтах. На смену легким деревянным корпусам пришли корпуса, обшитые медью, а затем и стальные. Возможности судов выросли на порядок. Но одновременно с этим в полный рост встала проблема навигации в северных широтах. Большая часть портов северной Европы и России в зимнее время была скована льдом и закрыта для плавания. Вот для решения этой проблемы и были созданы ледоколы. Первым в мире ледокольным судном современного типа стал построенный в 1864 году российский буксирный пароход «Пайлот». Он представлял собой портовый буксир с переделанной по типу поморской лодки носовой частью, позволявшей ломать лед собственным весом, но все же это был еще не ледокол в полном смысле этого слова. Затем в 1896 году английской фирмой Армстронг по заказу Рязано-Уральской железной дороги для обеспечения действия переправы через Волгу у Саратова был построен речной «Саратовский ледокол». Той же фирмой для обеспечения работы железнодорожной переправы через Байкал были построены для России ледоколы «Байкал» (1899) и «Ангара» (1900). Первым же в мире арктическим ледоколом стал построенный в 1898 году на верфи Armstrong Whitworth «Ермак». Вообще, в России и СССР ледокольный флот всегда был многочисленным. Так, Балтийский завод (Санкт-Петербург) с 1921 по 1941 годы построил 8 ледоколов, в период 1956–1958 годов завод построил 10 речных ледоколов, а с 1974 года завод построил серию атомных ледоколов типа «Арктика», первым из которых стал первый в мире ледокол с атомной энергетической установкой «Ленин», построенный в 1959 году и так хорошо знакомый всем школьникам по картинке в Букваре.

Современный ледокол — это многофункциональное судно. Если на заре ледокольного флота корабли буквально таранили лед, то уже в начале 20 века российские инженеры разработали современную конструкцию ледокола, который фактически заползает на лед и продавливает его своей массой. Также в начале века возник и знаменитый «ласточкин хвост» — «М-образная» корма ледокола, к которой могло пришвартоваться буксируемое судно, став с ледоколом одним целым и усиливая своей массой и своими машинами его ледокольные возможности. Сегодня в мире существует множество различных схем и типов ледоколов — от судов ледокольного типа, способных работать в районах с небольшим льдом, до тяжелых арктических атомных ледоколов, способных работать круглогодично во всех широтах. Теперь ледоколы сами способны перевозить грузы и разгружать их, вести длительные научные исследования в качестве научных судов.

Сегодня Россия располагает самым большим ледокольным флотом в мире. По данным на 2011 год в России эксплуатировалось 5 атомных и 39 дизель-электрических ледоколов. Но из-за старения ледокольного флота и задержек построения новых ледоколов примерно к 2015 году в России может возникнуть ледокольный голод. По словам экспертов, Россия нуждается минимум в 6 атомных ледоколах. Этот атомный ледокольный флот позволит доставлять по Северному морскому пути ежегодно 5 млн тонн груза; реальный грузопоток составляет 1,2 млн тонн.

Но в последние годы остро встал вопрос работы ледоколов на Балтике, где все последние годы в зимние месяцы ледовая обстановка серьезно нарушает судоходство.

…Российские ученые уже не раз предупреждали, что мир стоит на пороге глобального похолодания, так называемого «малого ледникового периода», который повторяется каждые двести пятьдесят — триста лет. Аномально сложная ледовая обстановка 2010–2011 годов в Финском заливе, когда из-за недостатка мощных ледоколов приходилось приостанавливать стратегически важный для экономики страны экспортный трубопровод нефти на порт Приморск, это только подтверждает, как и прошедшая зима, которая фактически еще продолжается ночными морозами и снегом. В прошлые годы Министерство транспорта было вынуждено пойти на привлечение в Финский залив атомных ледоколов ФГУП «Атомфлот». С этой целью даже были внесены изменения в законодательство: разрешены многократные пересечения госграницы ледоколами без прохождения дополнительных формальностей, достигнуты договоренности с Финляндией о пребывании атомных ледоколов в территориальных водах, разрешен их заход в порты восточной части Финского залива. Но привлечение атомоходов на Балтику — это, однако, вынужденная мера, связанная с нехваткой линейных дизель-электрических ледоколов. При этом работа одного атомохода в 4–5 раз выше цены работы одного дизель-электрического ледокола за тот же период. Поэтому было принято решение о развертывании на Выборгском судостроительном заводе трех дизель-электрических ледоколов проекта 21900М…

Экскурсия по судостроительному заводу интересна тем, что, пройдя по нему, можно, как в ускоренном кино, увидеть процесс рождения ледокола.

В самом первом цеху возникает ощущение, что ты попал на склад металла.

Здесь корабль существует лишь в виде огромных пачек стали разной толщины. Как на громадном принтере, туда-сюда по цеху скользит каретка крана с мощными «присосками» электромагнитов, они лист за листом подхватывают сталь и отправляют ее в специальную печь, где пламя горелок размягчает металл, выправляя все возможные деформации, превращая поверхность в идеально ровную, пригодную к разделке. Сходство с принтером усиливает «коробчатый» разноцветный корпус машины и узкая длинная щель, в которую лист за листом утягивается металл. Из печи листы, прокатившись по переходным валам, попадают в другой похожий «принтер», который чистит сталь мощными струями мелкой стальной дроби, стирая с них малейшие следы коррозии, и уже из этой машины листы отправляются в огромную грунтовочную машину, где на них наносится защитная рыжая грунтовка. Теперь сталь готова стать частью корабля. Фактически здесь и заканчивается автоматизация. Дальше до самого спуска на воду корабль будут строить вручную.

…Самым поразительным откровением для меня стало то, что за тысячи лет кораблестроительства технологии постройки кораблей принципиально не изменились. Точно так же, как сто лет назад, и двести лет, и пятьсот, корпус корабля рождается тяжким трудом корабелов. Конечно, изменились размеры кораблей — от сотен локтей и аршинов корабли выросли до сотен метров, от десятков и сотен тонн водоизмещения к тысячам и десяткам тысяч тонн. От корабельного дуба и сосны — к корабельной стали и титановым сплавам. Но, как и двести лет назад, большую часть работ по сборке корабля выполняют человеческие руки. Только там, где раньше распаренные дубовые доски обшивки гнули клинья и шаблоны, забиваемые деревянными молотами, теперь броневую сталь корпусов гнут тысячетонные прессы; где вгрызались в дерево топоры и стамески, теперь режут сталь дуги электросварки и фонтанируют снопами искр фрезы; там, где раньше работала пакля и смола, теперь серебром сияют сварочные швы; где работали канатные блоки, теперь двигаются тележки кранов. Но суть все та же — корабль создается мастерством и тяжелым трудом его строителей — мастеров корабелов…

Здесь, на заводе, очень быстро понимаешь, что «корабел»— это не просто слово. Это сложнейшая профессия, и далеко не каждый может быть корабелом, и уж точно корабелов невозможно просто набрать по объявлению, как, к примеру, строителей на городскую стройку. Такой печальный опыт уже был. В начале двухтысячных тогдашние хозяева завода, получив крупный заказ на строительство нескольких кораблей, спохватились, что после всех сокращений на заводе просто не хватит рабочих рук, чтобы вовремя выполнить заказ. Собрать бывших заводчан было уже нереально: люди давно разбрелись по другим предприятиям и фирмам. И, чтобы по-быстрому решить проблему, решили завести гастарбайтеров из Польши — сварщиков, слесарей, электриков. Платили им куда как щедро, но только качество их работы было таково, что пришлось очень скоро всех отправить домой…

Сегодня на Выборгском заводе трудится почти полторы тысячи человек. Это уникальный коллектив, который складывался десятилетиями. Здесь работает немало целых династий корабелов. Специалистов по профессиям обучают прямо на заводе, инженеров и конструкторов — в «корабелке» — морском техническом университете, где уже на младших курсах подбирают талантливых ребят и после стажировки на заводе предлагают им гарантированные места. Поэтому на ВСЗ много молодежи, и ей не боятся доверять самые ответственные должности, такие, например, как руководитель проекта — человек, отвечающий за строительство корабля.

Но проблема с кадрами есть. Местные ресурсы вычерпаны почти полностью, и на заключительные этапы строительства приглашаются «команды» корабелов с Украины. Украинское судостроение сегодня фактически замерло, но квалифицированные кадры еще сохраняются, и в последние годы с оживлением кораблестроения в России на Украине возник своего рода «отхожий промысел»: бригады корабелов нанимаются на российские верфи на «пиковые» этапы строительства…

В 2010 году на Балтике зимой сложилась самая суровая за последние 15 лет ледовая обстановка. Шведские власти предупреждали судовладельцев о возможных проблемах со льдами, но те проигнорировали опасность и не сократили количество рейсов. Обычно пассажирским паромам и торговым судам не составляло труда уйти от плавучих льдов, но зимой 2010 года паковый лед под влиянием сильных ветров сковал обширные пространства, буквально «заперев» суда. Так, в январе в Финском заливе льды заперли девятипалубный пассажирский паром «Нордландия», который направлялся из Финляндии в Эстонию. На борту судна находились 847 человек. Паром удалось освободить, лишь когда к нему пробился ледокола Voima. А уже через неделю в Финском заливе помощи ледоколов ждали 137 судов, запертых во льдах, при этом толщина льда доходила местами до 80 сантиметров, и практически лед подходил к Осло.

На следующий год суровая зима снова сковала Балтийское море. Тогда около 50 судов застряли во льдах северной части Балтики. Среди скованных льдом судов снова оказались пассажирские паромы с тысячами туристов на борту. Так, во льдах застряли четыре парома компании Viking Line, обычно курсирующие между Швецией и Финляндией через Аландские острова. При маневрировании в паковых льдах два парома Finnfellow и Amorella столкнулись, но, к счастью, повреждения оказались незначительными. Их выручили из плена шведские ледоколы.

Корабль строится «блоками»: если зрительно разрезать его вдоль по килю, а потом каждую из этих половин нарезать поперечными «дольками», это и будут «блоки». Каждый весом до трехсот тонн. В строящемся ледоколе этих блоков двадцать семь. Их сборка — кропотливый многомесячный труд сотен разных специалистов. Блок за блоком выходят из цехов и после покраски отправляются на стапель, где собираются в единое целое, становясь кораблем. Допуски на стапеле — миллиметровые! И для стороннего наблюдателя видеть, с какой точностью сходятся кромки этих циклопических сооружений, как они совпадают — потрясающе! При этом все должно быть продуманным до мельчайших деталей: от технологических вырезов, в которые при сборке будут заложены различные узлы и механизмы, до просчитанной центровки судна и расчета прочности различных его элементов. Проектирование кораблей невозможно без национальной конструкторской школы. Невозможно с пустого места начать строить корабли. Невозможно, просто механически выделив деньги на строительство самой современной верфи, через несколько лет получить на ее стапелях хорошие корабли. Ничего не выйдет!

Сегодня кораблестроение становится такой же сферой конкуренции высоких технологий, как авиастроение или космонавтика. И, если ты не владеешь этими технологиями, не имеешь высоко подготовленных профессионалов в этой области, ты обречен все дальше откатываться на задворки современной цивилизации.

К сожалению, за десятилетия деградации мы многое утратили как технологическая держава. И многое нам приходится догонять или создавать заново.

Так, на строящихся ледоколах будут установлены финские двигатели Wärtsilä и финские рулевые колонки. Аналогичных двигателей в России нет. Говорят, что рулевые колонки начинает производить Северодвинск. Но коммерческий заказчик «Совкомфлот» предпочитает не рисковать и покупает проверенные временем финские колонки. Зато системы управления ледоколами, морское бортовое оборудование, так называемые «мостики», отечественные — фирмы «ТРАНЗАС», которая уверенно лидирует сегодня в мире в этой области.

Выборгу не впервой строить такие проекты.

Но в случае с ледоколами задача усложнилась на порядок.

Ширина заводского стапеля — восемнадцать метров, а ширина заказанных ледоколов — двадцать семь метров. Чтобы выполнить этот заказ, заводскому КБ пришлось разработать специальную технологию. Для окончательной сборки проекта на заводе строится специальная баржа, на которой и будет проводиться сборка ледокола и с которой он и будет спущен на воду.

Строительство ледокола качественно отличается от строительства обычного судна. Ледокол строится из особо прочной стали, толщина ее в некоторых местах корпуса достигает сорока пяти миллиметров — практически как броня танков в начале Второй мировой войны. Работать с такой сталью могут только профессионалы высочайшего класса. Сварка стали такой толщины — настоящее искусство. Некоторые швы «свариваются» не один час и даже не один день, слой за слоем до полного слияния в единое целое. И таких швов не десятки метров, а тысячи! У ледокола своя особая внутренняя «архитектура»: внешнюю обшивку изнутри «подпирает» целый частокол основных и дополнительных шпангоутов, которые должны не дать льдам сдавить, вмять обшивку, на шпангоутах лежит второй борт, его подпирают усиливающие переборки. Все здесь подчинено прочности, и все это на порядок увеличивает объемы работ…

Окрасочные камеры — гордость завода. Им нет еще и трех лет. С виду камеры — громадный синий куб, чем-то похожий не то на авиационный ангар, не то на крытый стадион. Для обывателя, человека далекого от морского дела, может показаться, что покраска судна — это дело, как говорится, пятое. Ну покрасил и покрасил, проблем-то? На самом же деле покраска — один из ключевых элементов строительства современного корабля. Что такое корабль? Если вспомнить первый в технологической цепи цех — это огромная масса стали. А кто главный враг стали? Коррозия! И всю свою долгую жизнь любое судно ведет борьбу с коррозией. Более того, именно коррозийный износ определяет долгожительство того или иного корабля, на сколько процентов сохранился его корпус. И за эти проценты идет непрерывная война с агрессивной внешней средой. С водой, которая сама по себе является окислителем металла. Для ледоколов это война вдвойне. Мало того что, как обычное судно, ледокол погружен в воду, но он еще и ведет войну со льдом — твердью, которая вполне может не просто противостоять металлу, но и даже нанести ему смертельный удар. Достаточно вспомнить судьбу знаменитого «Титаника», распоротого айсбергом в северной Атлантике. И таковых «титаников» в истории мирового флота было не один и не два. От ударов льдов погибли сотни судов. Но ледокол — особое судно. Его форма такова, что льды практически не могут причинить ему вреда: при сжатии льдами его просто вытолкнет на поверхность. Но лед еще работает и как абразив, обдирая поверхность металла, обнажая ее и делая уязвимой для коррозии. И главная защита от этого — краска. Современные краски — это такое же ноу-хау, как и современное ракетные топливо. Чем больше устойчива краска к внешнему воздействию, чем более она долгостойкая, тем выше она ценится, тем длиннее будет жизнь судна. Поэтому покраска — действительно один из ключевых элементов строительства корабля, и покрасочные камеры — особый объект. Чтобы краска, что называется, «легла», в камере должен быть создан специальный микроклимат. Определенная температура, влажность. Все это позволяют регулировать окрасочные камеры завода, и это делает завод независимым в производстве от времени года и климата. Рабочие здесь чем-то похожи на средневековых алхимиков, в специальных костюмах, в капюшонах, где открытыми остаются только лица: они так же, как алхимики, меняют свойства металла, но не философским камнем, а краскопультами, покрывая каждый квадратный сантиметр конструкции защитной краской, нанося ее слой за слоем. На полную покраску одного «блока» уходит несколько дней, при этом наружная краска настолько уникальна, что выдерживает многомесячное пережевывание в челюстях льда…

…Современное кораблестроение — это прежде всего традиции, бесценный опыт создания судов различных типов и классов, помноженный на современные технологии и менеджмент. Сегодняшняя философия строительства судов соединяет в себе архитектуру и инженерный расчет, футурологию и экономическую целесообразность.

Всего этого у выборгских судостроителей с избытком.

За свою 55-летнюю историю ВСЗ построил двести десять судов различного типа, девять морских буровых платформ и сто пять модулей для различных платформ. Среди продукции завода и такие уникальные, как переоборудование бывшей плавучей бурильной платформы «Одиссей» в плавучий космодром — знаменитый «Морской старт» для ракет «Зенит». Сегодня у Выборгского судостроительного хозяин — государство в лице Объединенной судостроительной компании, и это обеспечило ему пакет заказов.

Одно из главных ноу-хау выборжцев — качество работы. В середине девяностых завод входил в консорциум с норвежской судостроительной компанией, и это позволило перенять опыт контроля качества норвежцев. Сегодня продукция выборгских корабелов пользуется заслуженным уважением во всем мире. Поэтому, например, у выборжцев заказывают корпусные детали финны и норвежцы. ВСЗ выполнил заказ для одной из крупнейших финских судостроительных компаний Arctech Helsinki Shipyard, выборгские корпусные детали есть и в самых известных сегодня круизных лайнерах класса «Oasis of the Seas», построенных на верфи в Турку…

На заводском стапеле заканчивается сборка «сборочной» баржи. Почти все блоки уже заняли свое место и собраны в единую конструкцию. Точнее, в две. Как уже было сказано, размеры баржи таковы, что на стапеле помещается только одна ее половина. И осталось теперь только соединить эти две половины между собой. Все идет по плану и графику. А график весьма жесткий. Уже через два года, в мае 2015, первый ледокол должен отойти от заводской достроечной стенки, за ним, через шесть месяцев, его «систер-шип», как принято говорить на флоте, а за ним — третий. И есть все основания верить, что Выборгский судостроительный с работой справится…

И яда стало чуточку меньше

Утром 9 мая были обрушены сразу несколько интернет-сайтов ультралиберальных СМИ

Сетевая общественность взбудоражена: ресурсы, с которых многие пользователи интернета привыкли начинать свой день, оказались недоступны.

Не работали сайты «Эха Москвы» и «Московского комсомольца», «ТВ Дождь» и «Новой газеты», «Форбс» и fontanka.ru, и несколько других.

Все эти сайты были атакованы хакерами. Уже судя по списку «сломанных» сайтов, атака была выдержана в определенном идеологическом ключе, а хакеры оказались подкованными ребятами. Нападению подверглись именно те СМИ, которые сильнее всего ассоциируются в народе с «либеральной шизой».

У этих СМИ есть странная традиция. В святой праздник 9 Мая, ранехонько, подгадав под Парад на Красной площади, начать глумиться над нашей Победой и не снижать «градуса накала разоблачений» до самого вечера. Каждый год в этот день им неймется сказать про ту войну и про нашу страну что-нибудь гадостное.

Занимаются они этим и по другим дням, но на сегодняшний великий праздник — в особенности. Если не припасут заранее какую-нибудь «клюкву» про «миллион изнасилованных немок», если не тиснут специально состряпанный пасквиль про «пили бы баварское пиво», то хотя бы над телеэфиром госканалов покуражатся, в котором в этот день — ветераны, кадры кинохроники, погоны, ордена и советские киноленты. Непременно достанется и Параду, «из-за которого нельзя проехать к любимому бутику».

Глумливцы привыкли к своей безнаказанности. Увы, наша власть за десяток лет патриотической риторики пока лишь учится быстро и жестко урезонивать подобную публику. Как обычно бывает в таких случаях, недостаток государственной реакции восполняют гражданские активисты.

Ответственность за кибератаки на либеральные СМИ взяла на себя организация с подчеркнуто комичным, «троллинговым» названием «Сетевые хомячки». Приурочив свою акцию ко Дню Победы, ее представители заявили в своем видеообращении следующее: «Мы особенно хотим, чтобы память людей, отдавших свои жизни за нашу Родину, ничем не оскорблялась, чтобы не было всевозможных домыслов и подтасовки фактов». Соответствует этому и сайт организации http://хомячки2013.рф/, на котором бросается в глаза девиз «Не допустим, чтобы нашу Родину поливали грязью».

Удостовериться в том, что «хомячки» на самом деле не шутят и реально обрушили ненавистные для многих сайты, можно в их клипе, выложенном в YouTube: http://youtu.be/_y3pwRt4NPU.

От себя же мы хотим поздравить этих ребят с праздником Великой Победы, а нашим оппонентам напомнить вот что. Информационная война выходных не знает. Вы вероломно напали на нашу страну и вот уже двадцать лет продолжаете свою пропагандистскую атаку на наши святыни и ценности, на наших стариков, на нашу Армию. Но кто с мечом придет, непременно от меча и погибнет.

Медведев и Ливанов — «рейдеры в законе»

Кто и зачем осуществляет погром отечественной науки

В четверг 27 июня на экранах федеральных каналов в самом конце новостных циклов вдруг возник лик «премьера» Медведева, который с испуганными и воровато бегающими глазами выплеснул на зрителей «новость», что готов законопроект по реформе РАН и он уже направлен в Думу, которой осталось работать считанные дни.

При этом ни самого документа, описывающего план реформы, ни даже его пересказа до вечера следующего дня найти не удалось. И лишь в пятницу вечером, под окончание работы Думы, он там появился. И что же выяснилось? Главная «новация» — слить воедино все действующие ныне академии: РАН, Сельскохозяйственную и Медицинскую, лишить их собственности и права ею распоряжаться, создать некое подчиняющееся кабинету министров (читай зампремьеру Голодец и министру Ливанову) агентство, которое и будет «рулить» финансами и собственностью, а в качестве «отступной корки» повысить содержание академиков аж до 100 тысяч с нынешних 50. Чтобы получить «пятую колонну» поддержки реформы в самой РАН, было обещано всех членкоров тут же «назначить» (впервые в истории!) академиками со всеми полагающимися льготами и выплатами.

Фактически у нас на глазах рождается новая сердюковщина, но уже в системе нашей науки. Выдуманное Ливановым «Агентство научных институтов РАН» — это фактически тот же самый «Оборонсервис», который обворовал армию до нитки. Видимо, лавры Сердюкова не дают спать Ливанову.

Теперь об авторах и идеологах данного действия. Сразу по объявлению плана реформы появилось заявление олигарха Прохорова, который, как большой эксперт в науке, план реформы поддержал и заявил, что ученым надо заниматься наукой, а не «разрулированием» финансов и собственностью, которую Академии предоставили русские императоры, а затем предсовнарокомы и генеральные секретари КПСС и прежде всего «ненавистный» для «олигархатуры» Сталин. Прохорова поддержали еще ряд подобных ему господ. Казалось бы, должна была начаться бешеная кампания по продавливанию закона, ан нет. Федеральные каналы вдруг набрали в рот воды и замолчали. А вскоре на лентах новостей появились заявления трех отделений РАН, протестующих против надвигающегося погрома.

Олег БАКЛАНОВ, Герой Социалистического Труда, министр общего машиностроения СССР в 1983–1988 годах, Председатель Совета директоров ОАО «Рособщемаш».

Сам процесс принятия правительством решения о реформе академической науки, то, как оно готовилось и принималось, является крайней степенью неуважения не только к российскому ученому сообществу, но и к научному знанию вообще.

Пока мне трудно судить о данном законопроекте, поскольку ни сам я, ни мои коллеги с его текстом пока не знакомы, а те выжимки из него, которые попали в прессу, вряд ли стоит брать за основу для каких-то выводов. Понятно только, что авторам этой очередной «реформы» есть что скрывать и чего опасаться, иначе бы они вели себя по-другому.

Поэтому нашей задачей сегодня является, во-первых, добиться того, чтобы текст законопроекта перестал быть «документом для служебного пользования», чтобы с ним ознакомились, спокойно и не торопясь обсудили его достоинства и недостатки представители научных кругов, общественные и политические деятели.

Зарезать курицу академической науки, которая исправно несла, несет и будет нести для «властной вертикали» свои «золотые яйца», конечно, очень легко, но вряд ли достижение такой цели можно считать ответственной государственной политикой.

Попробуем разобраться, как это все происходило, чтобы лучше понять авторов и акторов происходящего действа. В среду вечером зампремьера мадам Голодец, которая является давним назначенцем и выдвиженцем олигарха Прохорова, вызвала к себе на ковер президента РАН Фортова, и, когда он приехал, в приказном стиле проинформировала его о грядущей «реформе», и потащила его к Медведеву, который без всяких преамбул и объяснений заявил, что все решения приняты. Президенту РАН, академику с мировым именем, даже не дали ознакомиться с текстом законопроекта, после чего фактически выставили за дверь. Вот это и есть «открытость» по-медведевски и по демократическим «правилам»?!

На следующий день, в четверг, собрался Президиум РАН, но текста закона так никто из академиков не увидел. Как не увидело его ни правовое управление Думы, которая уже через три дня должна его принять сразу в трех чтениях, ни депутаты — никто! Правительство заявило, что оно это пришлет позже, а Голодец выступит в Думе уже в понедельник. Вот такова скорость протаскивания новой приватизации «по Чубайсу и Гайдару»…

Итак, группа «подельников» ясна. Это премьер Медведев, вице-премьер Голодец, министр Ливанов. Но за ними маячат и другие фигуры. По нескольким версиям, головными «заказчиками» являются олигархи, в первую очередь «братья Ковальчуки» и небезызвестный олигарх Прохоров; по другой версии — только «братья Ковальчуки», за одного из которых РАН так и не проголосовала на место полного академика, а он тем не менее получил позицию руководителя Курчатовского центра. Так это или не совсем так, покажет ближайшее будущее. Ясно одно, что перед нами полный союз медведевских министров и олигархов, которые пойдут до конца в своем стремлении захватить контроль над российской наукой. Фактически перед нами разыгрывается классический «рейдерский захват» со всеми его атрибутами. Только в роли бандитов-«рейдеров» — министры медведевского кабинета, а вместо шулерских операций с дополнительным выпуском акций — бумажка закона, которую протаскивают через российскую Думу. «Слияние и поглощение» — это любимая методика захвата собственности, которую наши олигархи и чиновники научились делать виртуозно.

Обратим внимание и на такое обстоятельство: выдвижение мадам Голодец» начиналось с ее работы с шахтерами. И работа эта велась в плотной связке с американскими профсоюзными функционерами и под плотным американским контролем.

Сергей БАБУРИН, председатель политической партии «Российский Общенародный Союз», ректор РГТЭУ (2002–2012 годы).

Неожиданное для научной, и не только научной, российской общественности намерение правительства ликвидировать существующую систему организации науки в нашей стране, вывести из системы Академии наук имущественный комплекс и подчинить его непосредственно либеральным приватизаторам может вызывать только осуждение и протест.

Примечательно, что похожим образом в конце работы прошлой осенне-зимней сессии российского парламента те же лица, по сути, ликвидировали Российский государственный торгово-экономический университет как один из авторитетных организационных центров российского образования, продолжающий лучшие традиции отечественной высшей школы.

Тогда парламент прореагировать не мог в связи с новогодними праздниками, а сейчас депутатам Госдумы предлагают в пожарном порядке в последние часы весенне-летней сессии проштамповать закон, подготовленный правительством.

Очень надеюсь, что у Российской академии наук хватит духу не ограничиваться отдельными частными заявлениями, а принять общее решение самой Академии с открытым осуждением концепции затеянной «реформы», чтобы сначала все поняли, о чем именно идет речь, а уже потом принимали такие значимые решения на уровне парламента и президента. Обратного пути тут не будет.

Лично я убежден, что предложенная правительством модель организации науки, ликвидируя сложившуюся за сотни лет эффективную и конкурентоспособную российскую науку, подменяя ее подделкой под какой-то западный «менеджмент», — это катастрофа не только для российских науки и образования. Это катастрофа для всей России.

А теперь перейдем к целям, мотивам и последствиям.

Это в первую очередь разрушение интеллектуальной и духовной среды русской цивилизации. Выкорчевывание «нашего цивилизационного ядра» и встраивание нас с вами «в систему западного подчинения». После «реорганизации РАН по Медведеву/Голодец/Ливанову» начнется «схлопывание» российской науки, обвальное закрытие целых направлений, бегство ученых на Запад. Наложенное на уже проведенный погром высшего и среднего образования, это уже в следующие двадцать лет приведет к катастрофическим последствиям для русской цивилизации.

Во-вторых, имеется в виду — и это вторая цель — разрушение и подрыв оборонных исследований, которые окончательно лишат нашу страну единственного сохраняющегося стратегического ресурса — суверенитета, базирующегося на ядерном паритете.

В-третьих, это политическая дестабилизация общественной ситуации с «новыми революционными переменами» уже в ближайшей перспективе.

И только в-четвертых стоит задача разграбления собственности и приватизации земель РАН.

Итак, перед нами акция, которую можно остановить, если Российская Академия наук выступит с открытым протестом протии произвола и разрушения национальной науки и обратится к общественности за поддержкой. Нужна координация всех сил, чтобы не допустить такого страшного удара по национальному суверенитету.

Но исход этого дела покажет истинное содержание и власти, и нашего общества, если оно не поднимется на защиту своего «интеллектуального наследия и своего будущего».

P. S.

Несмотря на протесты оппозиционных фракций Государственной думы РФ и заявление фракции КПРФ о вотуме недоверия правительству Дмитрия Медведева в связи с намеченной реформой отечественной науки, Совет Госдумы в понедельник принял решение рассматривать скандальный законопроект в первом чтении уже 3 июля. Сомнений в том, что «медвежье» большинство российского парламента может «проштамповать» данный документ сразу во втором и третьем чтениях, сегодня практически не остается.

Почти двести лет существования Российской Академии наук, основанной еще Петром Великим, какие-то чиновные и квазиполитические временщики сочли ненужной тратой времени и денег. Как будто те «нефтедоллары», которые обеспечивают их безбедное существование сегодня, упали на Россию с неба, а не являются результатом многолетних исследований ученых в самых разных сферах знания — от геологии до физики твердых тел. Как будто те баллистические ракеты с ядерными боеголовками, которые защищают от конфискации их активы и недвижимость за рубежом, являются даром природы, а не воплощенной в мегатонны мощи отечественной науки.

Происходящее сегодня в эти дни в правительстве и в парламенте действо отвратительно по своей сути. Чем-то оно напоминает ритуальное убийство, участники которого навеки будут связаны между собой не только кровью невинной жертвы, но и воспоминаниями о связанных с этим убийством обрядах. Если этот законопроект «о разгроме отечественной науки» все-таки пройдет через российский парламент, любое последующее голосование в нем по любому вопросу неминуемо будет окрашено кровью нашего будущего, будущего наших детей и внуков, которое чиновники и депутаты принесли в жертву — кому? Будем говорить здесь предельно мягко: историческим конкурентам и противникам нашего народа, нашей страны, нашей цивилизации. Забывать и прощать такие «ошибки» нельзя никогда и никому.

Ох уж эти «эксперты»…

О взрыве подлодки «Синдуракшак»

Заместитель директора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин считает очевидным то, что взрыв подлодки в Мумбаи может нанести урон имиджу российской оборонной промышленности. «Если это технические проблемы, то, естественно, это нанесет ущерб имиджу российской оборонки», — сказал он Firstnews.

Ну дает «эксперт»!

Нет, ну я все понимаю, комментируешь иногда на ходу, не всегда грамотно слова расставляешь, но чушь-то чего нести? «Ущерб имиджу российской оборонки», с чего это?

По пунктам для «эксперта»:

Подлодка «Синдуракшак» проекта 877 ЭКМ (по классификации НАТО — Kilo) была построена в 1997 году на заводе «Адмиралтейские верфи» в Санкт-Петербурге по заказу ВМС Индии. То есть лодка в строю уже ШЕСТНАДЦАТЬ ЛЕТ!

«Синдуракшак» недавно прошла средний ремонт и модернизацию в центре судоремонта «Звездочка» в Северодвинске. Поясню: средний ремонт — это ремонт, который проводится на корабле по достижении им середины срока службы. У нас корабль в среднем служит двадцать пять — тридцать лет. Это значит, что через десять лет службы он должен встать на ремонт, который гарантирует ему еще не менее десяти лет полноценной службы. Меняются и «капиталятся» многие важнейшие механизмы, часто корабль в среднем ремонте модернизируется, на него устанавливаются новые системы и вооружение.

Конкретно в ходе модернизации «Синдуракшак» на ней был установлен новейший комплекс ракетного вооружения Club-S, гидроакустический комплекс Ushus, радиолокационная станция Porpoise, система радиосвязи CCS-MK-2. Также была проведена модернизация систем охлаждения.

29 января 2013 года «Синдуракшак» вышла из Северодвинска и 29 апреля прибыла в порт Мумбаи, зайдя по дороге в порты Картахена, Александрия и Порт-Саид, пройдя больше 6 тысяч морских миль!

И вот сегодня эта лодка погибла.

Совершенно очевидно, что причина не в качестве нашей техники и не в «технических проблемах» лодки. За 6 тысяч морских миль все проблемы вылезли бы сто раз, не говоря уже о том, что все проблемы были выявлены и устранены на послеремонтных испытаниях. Поэтому фраза о «технических проблемах» данной лодки просто смешна.

Теперь об обстоятельствах гибели лодки. «Синдуракшак» находилась на базе, велся межпоходовый ремонт. Полного экипажа на борту не было. Но, как сейчас известно, на лодке работало 18 моряков. Они занимались перезарядкой аккумуляторных батарей. У дизель-электрических подлодок есть уязвимое место — аккумуляторная батарея. Как сказал РИА Новости капитан первого ранга запаса, бывший старший специалист по электромеханической части Тихоокеанского флота, Александр Литвинчук: «При нормальной эксплуатации она не представляет угрозы. Но при неправильном вентилировании происходит накопление водорода до четырех процентов. Тогда может произойти взрыв водородной смеси».

С большой долей вероятности именно его мы и наблюдали на видео из Мумбаи. При этом я бы не стал утверждать, что этот взрыв является взрывом боекомплекта. При взрыве полного БК лодку просто бы разметало в клочья, а здесь мы имеем затонувшую лодку, часть которой даже находится на поверхности. С большой долей вероятности перед нами элементарное нарушение техники безопасности и технологии работ.

Всего с 1986 по 2000 год Индия закупила у России 10 подлодок такого класса. При этом проект 877 — один из самых удачный в классе дизель-электрических лодок. Не зря в свое время в НАТО ее прозвали «черной дырой» за скрытность и бесшумность.

Вот и хочется задать вопрос: и где тут ущерб имиджу России?

Полярная звезда России

Лидером XXI века станет тот, кто укрепится в Арктике: там сосредоточены важнейшие ресурсы. Причем укрепится не словом и росчерками в картах, а на деле — платформами и морским флотом… России нужен новый флот — военный и гражданский.

Дмитрий Рогозин, вице-премьер Правительства России, председатель Военно-промышленной комиссии

Северный флот вчера, сегодня и завтра

Севера

…Из Москвы мы вылетели уже в темноте. Немолодой лизинговый «бобик», «Boeing 737», подрагивая и поскрипывая бесчисленными сочленениями, отжавшись от бетона внуковской полосы, начал карабкаться на эшелон, оставляя внизу справа огромное электрическое зарево Москвы. Оно ужималось и отдвигалось все дальше за спину, и скоро за иллюминатором была лишь только тьма. Но ночь была недолгой. Совершенно неожиданно за иллюминатором, на западе, забрезжила багряная заря. Тьма стала растворяться в серой мгле сумерек, а еще через полчаса из малиново-оранжевой зари вдруг совершенно неожиданно густо брызнули лучи солнца. При этом мы не летели за ним, догоняя день. Нет, солнце появилось откуда-то слева. Сумерки тут же сменились сизой вечерней дымкой. Под плоскостями ослепительно засеребрились бесчисленные озера, а из-за горизонта выглянул ослепительный край солнечного диска. В Мурманске мы сели уже почти при ясном дне. Светило солнце, за дверями аэропорта на выходящих пассажиров наваливался густой головокружительный запах цветущего шиповника, того, который у нас отцвел уже месяц тому назад. На градуснике аэропорта светились цифры «+26». На часах была половина двенадцатого ночи.

Вот тебе и Севера…

— Это в Питер народ едет белые ночи смотреть, экзотикой наслаждаться. У нас обычно от белых ночей уезжают, — словоохотливый водитель рассказывал о мурманской жизни. — Здесь в июне солнце вообще не заходит. Спать можно только при зашторенных окнах. Не все это переносят. Но полярная ночь — это еще хуже. Круглые сутки темно. Зато у нас служить легко.

— Это почему? — я с любопытством встрепенулся

— Так что той службы? Всего два дня… — и, поймав мой удивленный взгляд в зеркале заднего вида, засмеялся, понимая, что я попался на его шутку. — У нас же дни полярные. По полгода. И ночи такие же. Вот и служат солдаты на Севере всего два дня. А теперь так вообще всего на один день в армию идут… — и он снова весело хмыкнул…

За окнами авто мелькал странный лес. Точнее, подлесок. На бесчисленных гранитных скалах и «черепах» густо теснились невысокие, в руку толщиной, деревца, в основном береза. Но среди березняка часто мелькала рябина с ее наливавшимися оранжевыми тяжелыми кистями ягод. Тут было царство мха всех цветов и расцветок и царство воды. Справа и слева от дороги непрерывной чередой мелькали зеркала и блюдца озер. Они были всех размеров — от небольшого бочага до роскошных «швейцарских», которые обычно украшают туристические проспекты, — при этом располагались на разных высотах, иногда почти балконами, друг над другом.

Севера…

…Почему здесь повелось говорить о своей жизни на Севере во множественном числе, теперь уже никто не сможет пояснить, но традиция есть традиция. И в разговорах с мурманчанами, с теми, кто живет и служит в гарнизонах вокруг Мурманска, я то и дело слышал: «…у нас на Северах», «…вернуться на Севера», «уехать с Северов». Может быть, потому, что русский Север — это целая вселенная, у которой тысяча непохожих друг на друга лиц. И, проехав всего тридцать километров от Мурманска до легендарного Полярного, ты оказываешься в совершенно другой реальности. Никакого леса, никаких деревьев. Только зализанный до округлости гранит скал, мох в расщелинах и низинах и неподвижная, словно вырезанная из темного обсидиана, плита Екатерининской бухты.

Полярная звезда России

Долгие годы бывший и остающийся закрытой военно-морской базой Полярный в силу своей искусственной «изоляции» оказался незаслуженно «замолчен» в отечественной истории. И только когда оказываешься в Полярном, когда прочтешь названия его улиц, надписи на памятниках и пройдешь через залы неожиданно большого и завораживающе интересного городского музея, начинаешь понимать истинное значение Полярного в русской истории. По сути, Полярный — легенда. Именно с именем Полярного, а еще раньше Александровска, связана почти вся история исследования и освоения Севера и Арктики.

В 1900 году из Александровска на поиски таинственной Земли Санникова отправилась экспедиция Эдуарда Толля на судне «Заря». И эта погибшая экспедиция стала прообразом экспедиции в романе Владимира Обручева «Земля Санникова». В романе без фамилии упомянут и один из оставшихся в живых офицер команды «Зари». Без фамилии, потому что прообразом его был не кто иной, как один из лидеров «Белого движения» барон Александр Врангель — гидрограф, гидролог, магнитолог, гидрохимик и картограф экспедиции.

Именно из Екатерининской бухты отправлялись в полярные экспедиции русские исследователи Арктики: Литке на шлюпе «Камчатка», Русанова на судне «Геркулес», Брусилова на шхуне «Святая Анна», той самой, чья история потом легла в основу знаменитого романа Вениамина Каверина «Два капитана», который, кстати, писался здесь же, в Полярном! И еще десятки других менее известных экспедиций и походов.

В 1898–1929 годах здесь базировалась знаменитая биологическая станция, переведенная с Соловецких островов, в которой трудились такие звезды отечественной науки, как академик Николай Вернадский, будущие академики — зоолог Артемий Иванов, геохимик Александр Виноградов, геофизик и океанолог Василий Шулейкин, гидробиолог Лев Зенкевич, члены-корреспонденты Академии наук — биохимик, физиолог и микробиолог Владимир Буткевич, протозоолог и паразитолог Юрий Полянский, океанолог и полярный исследователь Николай Зубов, зоолог и художник-анималист Николай Кондаков, морфолог-эволюционист Дмитрий Федотов, гидробиолог Павел Ушаков.

А вообще, освоение Екатерининской гавани началось еще в 1723 году, когда Петр I подписал указ об организации Кольского китоловного промысла. С 1803 года гавань стала основной базой Беломорской китобойной компании.

В 1899 году был официально открыт новый административный центр края, город Александровск-на-Мурмане, и порт, названный в честь жены Николая II императрицы Александры Федоровны. Позже город стал называться Александровск и несколько лет был уездным городом.

И все же самая яркая и героическая страница Полярного была написана в советское время, когда здесь, в Полярном, в который был переименован Александровск в июле 1937 года, побывала группа высших руководителей СССР во главе с Иосифом Сталиным. Именно Сталин был тем человеком, который выбрал базу для созданного Северного флота. На буксире «Буревестник» он с Наркомом по военным и морским делам, председателем Реввоенсовета СССР Климентом Ворошиловым, лидером ленинградских большевиков Сергеем Кировым, первым секретарем Мурманского окружкома ВКП(б) Абрамом Абрамовым и председателем окрисполкома Петром Горбуновым обошел несколько бухт Кольского залива и выбрал для базы флота Екатерининскую гавань.

15 апреля 1933 года народный комиссар обороны СССР подписал приказ, согласно которому на Север совершили переход эскадренные миноносцы «Урицкий» и «Куйбышев», сторожевые корабли «Ураган» и «Смерч», а также подводные лодки «Декабрист» и «Народоволец». Эти корабли составили экспедицию особого назначения (ЭОН-1).

1 июня циркуляром начальника штаба РККА была сформирована Северная военная флотилия с местом базирования в Мурманске — Кольский залив. Первым ее командующим был назначен флагман 1-го ранга Захар Закупнев.

5 августа 1933 года корабли ЭОН-1 пришли в порт Мурманск — конечный пункт похода и временную базу. К этому моменту уже полным ходом шло строительство первой военно-морской базы в Полярном, и 5 ноября 1935 года над Екатерининской гаванью прогремел 21 залп из орудий эсминца «Карл Либкнехт» в честь перехода военных кораблей из Мурманска в Полярный на постоянное место базирования. И почти сразу началась боевая учеба, освоение северных широт.

В том же году дивизион подводных лодок впервые совершил поход к Новой Земле. В 1936 году два эскадренных миноносца «Войков» и «Сталин» совершили уникальный переход из Заполярья на Дальний Восток Северным морским путем. Экипажи подводных лодок Д-1, Д-2, Д-3 под командованием капитана 1 ранга К. Н. Грибоедова удачно преодолели путь через Маточкин Шар в Карское море.

11 мая 1937 года приказом народного комиссара обороны флотилия была преобразована в Северный флот. Командующим флотом был назначен флагман 1 ранга Константин Иванович Душенов. До назначения командующим Северным флотом он два года командовал Северной военной флотилией. Под его руководством на Севере продолжалось строительство баз и аэродромов, создавались береговая оборона и судостроительная база, осваивался и оборудовался морской театр.

Судьба первого командующего сложилась трагично. Через год Душенов попал под маховик репрессий, был арестован и в феврале 1940 года расстрелян. Но имя его бережно хранят моряки Полярного.

Роль и значение Северного флота по-настоящему стали понятны в годы Великой Отечественной войны. Мурманск фактически стал северной крепостью страны и одновременно ее воротами, через которые в страну пошла помощь союзников, знаменитый «ленд-лиз», и на Северный флот легла задача прикрытия полярных конвоев, которые шли из английских портов и после 20-го градуса восточной долготы у острова Медвежий входили в нашу оперативную зону. Всего за годы войны силами Северного флота было проведено 78 конвоев, в порты Мурманска и Архангельска пришли 1548 судов.

И даже в знаменитой песне «Прощайте, скалистые горы» строфа «Прощай, любимый город, уходим завтра в море…» посвящена именно Полярному, где находились база Северного флота и штаб командующего Северным флотом контр-адмирала Арсения Головко.

Судьба адмирала Головко хранит немало тайн: так, Арсений Григорьевич единственный из командующих флотами, кто за годы войны не был награжден званием Героя Советского Союза, хотя Северный флот под его командованием проявил себя с самой лучшей стороны и воевал воистину героически.

Интересная деталь: мало кто знает, что Великая Отечественная война на Севере началась не 22 июня, а 17 июня, когда над Кольским заливом появился немецкий самолет-разведчик. Приказ Головко был категоричен: неопознанные самолеты — сбивать!

Как невесело шутят историки Северного флота, адмирала Головко можно заносить в книгу рекордов Гиннесса. Арсений Григорьевич пять раз представлялся к званию Героя Советского Союза, из них четыре раза посмертно и два раза к званию Героя России, тоже посмертно. Итого — семь раз!

Но до сих пор историческая справедливость не восстановлена…

Океанский, атомный, ракетно-ядерный…

Уже к концу войны стало ясно, что Екатерининская бухта не отвечает требованиям растущего флота, и 1 сентября 1947 года штаб и командование флота переместились в Североморск, который с этого дня стал «столицей» Северного флота. И уже там Северный флот продолжал совершенствоваться, стал атомным, ракетоносным, океанским. Самым мощным и многочисленным флотом Советского Союза.

Вот основные вехи его «взросления»:

В сентябре 1955 года впервые в мире в Белом море был произведен старт баллистической ракеты с подводной лодки, а в июне 1956 года первая ПЛ «Б-67» с баллистическими ракетами была принята в состав Северного флота.

1 июля 1958 года был поднят военно-морской флаг на первой отечественной атомной подводной лодке «К-3» (впоследствии получившей наименование «Ленинский комсомол»). 10 апреля 1959 АПЛ «К-3» вступила в состав Северного флота.

В сентябре 1960 года произведен первый в мире пуск баллистической ракеты из подводного положения подводной лодкой «Б-67» (командир — капитан 2 ранга В. К. Коробов).

17 июля 1962 года, совершив поход подо льдами Арктики, атомная подводная лодка «Ленинский комсомол» впервые в истории всплыла в районе Северного полюса, где были водружены государственный флаг СССР и военно-морской флаг.

Всего с 1962 года подводники побывали на Северном полюсе и выполняли задачи в приполюсных районах более 300 раз.

В 1966 году отряд подводных лодок Северного флота совершил групповое кругосветное плавание, пройдя без единого всплытия 25 тысяч миль.

В сентябре 1963 года две атомные подводные лодки СФ впервые в истории совершили переход подо льдами Арктики с Северного на Тихоокеанский флот. В последующие годы такой переход совершили более 25 подводных лодок.

Подводниками Северного флота с 1962 по 1996 годы совершено более 300 плаваний в приполюсные широты, более 25 подводных лодок совершили межфлотские переходы Северным морским путем с Северного на Тихоокеанский флот, а 3 — с Тихоокеанского флота на Северный.

С 1972 по 1996 годы 69 кораблей Атлантической эскадры надводных кораблей выполнили задачи 33 боевых служб только с отличными и хорошими оценками.

Всего в послевоенный период за самоотверженное выполнение воинского долга, мужество и героизм звание Героев Советского Союза присвоено 41 североморцу, 27 воинов флота стали Героями Российской Федерации, из них десять — за Чечню….

Но военная история Полярного после перехода штаба флота в Североморск не закончилась. Город продолжил нести боевую вахту. Здесь была развернута Кольская флотилия разнородных сил. Тральщики, малые ракетные корабли, противолодочные корабли и, конечно, подводные лодки, знаменитая Краснознаменная ордена Ушакова 1 степени эскадра подводных лодок, чьи дизельные лодки выходили на боевую службу практически во все моря и океаны.

А потом пришли лихие девяностые. Они страшно ударили по флоту. Без финансирования флот очень скоро «встал у стенки»: перестал ходить в море, не было денег ни на содержание, ни на ремонт кораблей. Да что там говорить, даже зарплаты морякам не платили иногда по четыре-пять месяцев. В этих условиях начался распад. Без ремонта и обслуживания корабли стремительно выбивали ресурс и застывали у причалов мертвыми утесами стали. Началось массовое списание и вывод из линии кораблей, которые в нормальных условиях могли еще десятилетия находиться в строю. Новые корабли не строились. Базы и гарнизоны приходили в упадок. Увольнялись люди.

За следующие десять лет безвременья флот потерял половину своего корабельного состава и больше 60 % своих подводных лодок.

Это было страшное время. Казалось, история флота заканчивается навсегда, и вот-вот он просто прекратит свое существование. Фактически флот держался только на энтузиазме и преданности ему моряков, которые без денег, изыскивая любые возможности, поддерживали жизнь своих кораблей, служили, защищали страну.

Ситуация начала выправляться только в середине «двухтысячных».

Сегодня можно уже с уверенностью сказать, что в прошлом остались годы, когда флот практически стоял у стенки без топлива. Теперь корабли Северного флота можно встретить в самых дальних уголках планеты. Они несут службу в Средиземном море у берегов Сирии и в Аденском заливе борются с пиратами.

Но, несмотря на то что времена глухого безденежья и угасания флота ушли в прошлое, проблем у флота хватает.

И первая из них — старение флота.

За двадцать лет на флот пришло считанное количество новых кораблей и подводных лодок, при этом практически не велся ремонт находящихся в строю. И что особенно критично, ни один корабль флота не прошел так называемый «средний ремонт» — это ремонт, который проходит корабль по достижении им середины срока службы. У нас корабль в среднем служит двадцать пять — тридцать лет. Это значит, что через десять лет службы он должен встать на ремонт, который гарантирует ему еще не менее десяти лет полноценной службы. Меняются и «капиталятся» многие важнейшие механизмы, часто корабль в среднем ремонте модернизируется, на него устанавливаются новые системы и вооружение. Без этого ремонта жизненный цикл корабля резко сокращается, как у автомобиля, который вовремя не проходит техническое обслуживание. В связи с этим состав флота продолжает сокращаться, и многие соединения и части, громко называясь дивизиями и бригадами, в реальности состоят из двух-трех кораблей.

Справедливости ради надо сказать, что сейчас развернута масштабная программа строительства новых кораблей, но поступление их на флот начнется не раньше чем через два-три года.

Материально моряки-«северяне» сегодня живут хорошо. Матрос-контрактник получает от 40 до 60 тысяч рублей, мичман — до 90 тысяч, а офицер — от 90 до 180 тысяч. Поэтому улицы Полярного заполнены дорогими иномарками, тут открылось множество магазинов, город переживает «бум» квартирного ремонта. Правда, в полный рост стоит проблема досуга. После реформы Сердюкова — Макарова были сокращены и закрыты все матросские клубы и Дома офицеров. Теперь они мертвыми громадами стоят посреди «нового» Полярного, а другой — на базе подводников в «старом» Полярном, а ведь когда-то они были фактически центрами жизни гарнизона. Сюда приезжали артисты из Москвы, здесь выступали известные московские и ленинградские театры, тут работало множество секций и кружков. Теперь же, по замыслу авторов сокращений, военные и члены их семей должны развлекать себя сами. Причем формы «развлечения» в условиях Севера крайне ограничены. Ну, кроме алкоголя разве что. Впрочем, и оный после 22 часов не продается.

«Крепостные» Полярного

Но, говоря о жизни гарнизона, нельзя не упомянуть и о тех, кто сегодня в Полярном оказался фактически «замурован».

Много десятилетий Полярный был, по сути, «транзитным» городом. Гарнизоном, куда военные прибывали на несколько лет отслужить «северные» или пройти определенный должностной цикл; и откуда обычно либо переводились в другие гарнизоны, либо, если здесь завершали службу, еще какое-то время жили, ожидая получения квартиры где-то в России. Из постоянных жителей были разве что немногие местные гражданские из тех, кто по разным причинам когда-то осел в этих краях. Так было до прихода недоброй памяти министра Сердюкова. Прославившийся диким воровством министр пять лет назад получил распоряжение президента России решить наконец квартирный вопрос уволенных в запас офицеров. Тогда «бесквартирными» по стране числилось больше двухсот тысяч находившихся в запасе офицеров, точнее семей. Потому как 99 % уволенных в запас офицеров были людьми семейными. Кроме этого, начался невиданный со времен хрущевских сокращений «секвестр» офицерского корпуса, в ходе которого должно было быть уволено больше половины действующего офицерского корпуса — еще около двухсот тысяч офицеров. На строительство жилья для военнослужащих были выделены громадные бюджетные средства, но этот лакомый кусок был настолько ловко поделен между приближенными к бывшему министру коммерсантами и фирмами, что жилье строилось вроде как невиданными темпами, но очередь почему-то почти не сокращалась. О том, как строилось жилье для военнослужащих, сегодня хорошо могут рассказать прокуратура и следственное управление, которые до сих пор разбираются с «поселками-призраками», выстроенными где на болотах, где посреди кладбищ без всякой инфраструктуры, коммуникаций, дорог, с нарушениями всех возможных «снипов». Но надо было как-то отчитываться перед президентом о выполнении его распоряжения, и для сокращения очереди Сердюковым были изобретены гениальные способы «одомашнивания» бездомных офицеров. Один из них — фактическое «закрепощение» офицеров в гарнизонах, где они закончили службу. Был придуман оригинальный ход. Жилье гарнизонов разделили на «служебное», то, которое принадлежит Министерству обороны, и «муниципальное», которое больше министерству было не нужно и передавалось местным властям. И все, кто на тот момент жили в этих домах, автоматически стали считаться обеспеченными жильем и утратили право на его получение. Так одним росчерком пера бывшего министра Сердюкова десятки тысяч людей по всей России оказались «закрепощены» в военных городках и гарнизонах, не имея никаких возможностей их покинуть. Таких «крепостных» в Полярном сегодня многие десятки семей, и перспектив у них никаких.

Как горько пошутила она из жительниц Полярного, коренная ленинградка, похоронившая недавно мужа-моряка, с которым она вместо положенной ему от государства квартиры оказалась навсегда замурованной в вечно промерзающей двушке одного из полуобитаемых домов: «Теперь мы стали коренными полярниками»…

Живая

…Если надводный боевой корабль — это фактически плавучая крепость со всеми ее привычными атрибутами — башнями, бойницами, галереями, то черная, зализанная, без палуб и надстроек, лодка ничем не напоминает изделие человеческих рук. Едва возвышающаяся над водой, похожая на вынырнувшую касатку, она резко контрастирует с соседями — надводными кораблями. И, увидев ее перед собой, ты мгновенно понимаешь, что перед тобой создание совершенно иного мира. Мира глубины, мира вечной тьмы, мира страшного давления, которое на ста метрах способно выдавить человека в медный водолазный шлем, как тюбик с пастой. Подводная лодка — одно из самых удивительных созданий человеческих рук, квинтэссенция всех самых передовых технологий, дерзкий вызов природе, которая еще миллионы лет назад отобрала у наших предков мир воды, оставив на память об океанской колыбели лишь немного соли в крови…

Чужака лодка встречает настороженно и хмуро. Почувствовав незнакомца на своей спине, она раздраженно поводит корпусом по волне, словно пытаясь стряхнуть его с себя. Норовит в рубке ткнуть чужака «локтями» изгибов трубопроводов, напугать влажной ледяной тьмой тесных проходов рубки, распахнутой светящейся глубокой шахтой, ведущей в глубину лодки. И лишь только когда спускаешься в ее светящееся чрево, она смиряется. Девятнадцать скоб-ступенек вниз по вертикальной шахте — и я в центральном посту, на это у меня с непривычки уходит, наверное, целая вечность, подводники же, как белки, буквально скользят по этим ступенькам. По команде «срочное погружение» лодка уже через две минуты должна укрыться под многометровой толщей воды — ее главной защитой. Это означает, что все находящиеся в боевой рубке моряки должны за считанные секунды покинуть ходовой мостик, вихрем проскочить по рубке, по короткому трапу к верхнему рубочному люку и скатиться вниз в центральный пост, задраив за собой люк.

— Для чего подводнику нужна пилотка? — пошутил мой «Вергилий» в путешествии по лодке вахтенный офицер «Ярославля» старший лейтенант Михаил Законов. — Чтобы голову лишний раз не ушибить. Как бы ты ни был подготовлен и привычен, но нет-нет, да приложишься. И тут пилотка — спасительница!

Сегодня подводники щеголяют в новой форме. Хотя новой ее можно назвать лишь условно. Фактически это копия формы моряков пятидесятых-шестидесятых годов — темно-синяя тужурка с воротником-стоечкой под горло, пилотка старого образца, не «испанка», а та, советская, в которой десятилетия ходили в море подводники.

Новой формой моряки довольны. Тужурка практичнее рубашки. В море куда проще раз в сутки подшить свежий подворотничок и сменить белье, чем каждые два-три дня устраивать стирку рубашки или возить их с собой целый ворох. При длительных выходах экипаж переходит на «разухи» — одноразовые комплекты белья, которые после смены просто удаляются с лодки вместе с бытовым мусором. Вот только, к сожалению, качество новой формы пока еще сильно уступает старой, советской. Выдаваемые тужурки больше похожи на кафтаны петровской эпохи, и приходится их шить на заказ по старым лекалам, пилотки новые тоже какие-то «тощие», поэтому за старыми, советскими, идет настоящая охота, и обладание такой — предмет гордости. Даже специальные кожаные тапки «в сорок одну дырку», в которых подводники несут службу на лодке в море, нынче стали уже не те. Старым сносу не было, а новые и года не носятся. А прозвище у тапок «сорок одна дырка» тоже многое говорит о службе — времени в море много…

…Помню, мой хороший друг, капитан 1 ранга Владимир Гудков, сам подводник Полярного, отслуживший здесь много лет, рассказывал, что для командования главное было побыстрее отправить лодку в море. Бывало, еще сварка на корпусе стоит, что-то варят, а уже команда на выход в море, и в авральном порядке все работы свертываются. Ремонтники уже через расползающуюся полоску воды прыгают. Все баталерки и отсеки завалены ящиками, мешками с продуктами и всяческим необходимым скарбом. Не военный корабль, а какой-то торговец китайский. Зато, когда лодка возвращается из шестимесячного похода, ее можно на конкурс выставлять. В отсеках нигде ни пятнышка ржавчины, ни натека, ни соринки. Все сияет чистотой и порядком. Времени в море у моряков много. И его нужно «правильно» занять…

…Путь по лодке — это настоящий лабиринт. Особенно для новичка. Тут почти нет сквозных проходов, и за распахнутым переборочным люком ты тут же упираешься в стальной тупик, где, растерянно потоптавшись, обнаруживаешь у плеча ступени вертикального трапа, поднявшись по которому ты неожиданно вылезаешь из палубы посреди огромного зала торпедного отсека. А возвращаясь обратно, вдруг замечаешь трап, ведущий дальше вниз, и, спустившись по нему, оказываешься словно в купейном вагоне поезда: настолько похож на него ряд дверей кают.

Только пройдя лодку от носа до кормы, заглянув во все ее закоулки, начинаешь понимать всю сложность и совершенство этой огромной машины. Здесь нет ни одного «лишнего» сантиметра, все предельно ужато, все вписано в минимальный масштаб, и все одновременно с этим доступно и технологично. И, наблюдая за тем, как двигаются по лодке моряки, как обращаются они с оборудованием и механизмами, как сидят и как отдыхают, вдруг понимаешь, что и люди вписаны в лодку, что они часть ее, живущие с ней в сложном симбиозе. И это не досужее наблюдение чужака, это скорее констатация реальности.

Буквально все подводники, с кем пришлось беседовать, одушевляли лодку. Все, не задумываясь, на вопрос, что есть лодка — огромный механизм, который оживает в руках людей, или же некая одушевленная сущность, — называли лодку живой.

— У каждой лодки свой характер, — увлеченно объясняет капитан-лейтенант Вячеслав Лось. — Одна лодка не любит нырять, ее под воду буквально загонять надо, другая, наоборот, чуть двинешь рулями, а она уже с дифферентом в десять градусов погружается. А вот «Ярославль» очень мягкий в управлении, все выполняет так, словно понимает, что от него хотят. Его так отдифферентовать можно, что он буквально повиснет в воде и будет так висеть минут двадцать…

Лось — командир БЧ-5, «механик», как принято называть офицеров этой боевой части. На них, пожалуй, лежит самая большая нагрузка в экипаже. Нет на корабле человека, лучше знающего корабль, его корпус, механизмы, двигатель или силовую установку, основные и вспомогательные корабельные системы, все, что называется «устройство корабля». Этот человек — командир электромеханической боевой части — БЧ-5, «дед», «стармех», как называют его на разных кораблях. «Механики» отвечают почти за все действия лодки, в каждом отсеке есть их «заведование».

«…Во-первых, от механиков зависит, даст ли корабль ход и в каких пределах; погрузится ли на заданную глубину подводная лодка и как долго сможет эту глубину выдерживать; в сколь комфортных условиях будет находиться экипаж; достаточно ли будет пресной воды, электроэнергии.

Во-вторых, командир электромеханической боевой части несет прямую ответственность за эксплуатационную безопасность корабля, а в случае получения кораблем повреждений он со старпомом возглавляет борьбу за живучесть корабля. От его знаний, опыта, решительности зависят судьба корабля и жизнь экипажа.

В-третьих, он возглавляет одно из самых многочисленных корабельных подразделений, куда, как правило, входят три дивизиона (движения, живучести и дизель-электрический) и множество групп, команд, отделений…» — так о работе командира БЧ-5 написал моряк В. Вальков.

Лось — «механик» по призванию. Службу свою любит и готов часами рассказывать о лодках, на которых служил. Помнит свой первый выход в море на «Магнитке» еще курсантом-стажером, когда море решило проверить его на «слабо».

— Шторм был такой, что никогда потом я ничего подобного не видел. Даже на сорокаметровой глубине нас качало, а наверху волны были такие, что вода на центральный пост буквально потоком обрушивалась, как в фильме «Дас Бот». Но ничего, выдержали…

Лось, как никто другой, знает, что служба подводников — это не только вахты у приборов да рутинное обслуживание своих систем. На самом деле труд подводника — это часто выход за пределы человеческих возможностей, напряжение всех сил, труд до полного изнеможения. За примером ходить далеко не пришлось. При мне к лодке подошла машина, в кузове которой находилось восемь аккумуляторов, каждый весом в восемьсот сорок килограмм. Ими Лосю нужно было заменить восемь таких же элементов, находящихся в аккумуляторной яме. Над ямой — три палубы. Единственное отверстие — люк над торпедным отсеком. И началась работа. Необходимо было снять люк вместе со съемным листом — куском прочного корпуса, специально предусмотренным для демонтажа, затем разобрать настил всех трех палуб и, выполнив все, приступить к извлечению элементов, каждый из которых предварительно нужно отсоединить от системы водяного охлаждения, от системы перемешивания электролита и отключить его от электрической цепи. Только после этого на специальных талях моряки БЧ-5 — электромеханической части начали поднимать элементы, только вот проблема: это были еще не те, которые нужно было заменить, нужные были в нескольких рядах от этих. И, чтобы заменить их, нужно было вытащить все ряды перед ними, для чего загружать каждый элемент на специальную тележку и подвозить под шахту, где ее подхватят тали. Затем, заменив эти элементы, проделать все процедуры в обратном порядке…

Всего на лодке — двести сорок таких аккумуляторных элементов, и периодически приходится их заменять ПОЛНОСТЬЮ!..

Из исторической справки:

Подводники Полярного, пожалуй, самые прославленные и легендарные наши подводники времен Второй мировой войны. К началу Великой Отечественной войны численность подводных сил на Севере была наименьшей среди флотов. Бригада насчитывала 15 кораблей, сведенных в три дивизиона, которыми командовали М. И. Гаджиев («Д-3» «Красногвардеец», «К-1» и «К-2»), И. А. Колышкин («Щ-401», «Щ-402», «Щ-403», «Щ-404», «Щ-421» и «Щ-422»), Н. И. Морозов («М-171», «М-172», «М-173», «М-174», «М-175», «М-176»). Именно эти 15 подводных лодок показали в первое полугодие войны образцы мужества и героизма. Шесть лодок из них стали гвардейскими, шесть — краснознаменными. Дивизион «щук» стал единственным в подводных силах Военно-морского флота, в котором шесть подводных лодок получили шесть наград: четыре ордена Красного Знамени и два Гвардейских флага. Командир этого дивизиона Иван Александрович Колышкин стал первым подводником, удостоенным звания Героя Советского Союза в Великой Отечественной войне (звание было присвоено ему в январе 1942 года).

Командующий Северным флотом адмирал А. Г. Головко отмечал в своих воспоминаниях: «Перечитываю записи в дневнике за декабрь 1941 года. Почти в каждой из них говорится о подводниках. Среди многих имен все чаще встречаются одни и те же, с которыми связаны самые смелые и самые дерзкие атаки, самые крупные успехи в боевых действиях Северного флота непосредственно на морском театре. Бибеев, Котельников, Моисеев, Лунин, Гаджиев, Колышкин, Фисанович, Стариков, Шуйский, Видяев, Каутский, Столбов, Мелкадзе — это уже целая плеяда командиров-подводников, заслуженно ставших известными…».

«Ландскнехты морских глубин»

Как ни странно, но сохранению боеспособности подводников Полярного в смутные девяностые сильно помогли иностранцы. Но не надо искать в этом какую-то конспирологию или чье-то великодушное спонсорство. Все объясняется намного проще: после распада СССР и снятия ряда ограничений на продажу вооружения лодки проекта 877 оказались чрезвычайно востребованы на рынке вооружений, и за последующие годы было построено и продано больше тридцати лодок этого проекта. Он оказался настолько успешным, что модернизированный вариант востребован до сих пор и на наших стапелях, и сегодня строится несколько «варшав» для иностранных заказчиков. Соответственно, все эти лодки нужно было испытывать, принимать и передавать заказчикам — национальным экипажам. И каждый из этих этапов — это недели и месяцы, проведенные нашим российским «сдаточным» экипажем на лодке в море. Десятки выходов море на отработку задач, проверка лодки на предельных режимах и глубинах, на которые лодку выводят только при государственных испытаниях. Иногда полярнинские экипажи уходили на «иностранки» на полгода. В смутные ельцинские годы, когда на боевую подготовку выделялось меньше десяти процентов от требуемого и флот, что называется, просто «стоял у стенки», такие командировки в прямом смысле позволяли сохранить боеготовность экипажей лодок. Не будет преувеличением сказать, что в те годы «полярнинские» экипажи были наиболее «наплаванными» на всем Северном флоте. И, конечно, эти командировки давали бесценный опыт общения с подводниками других школ, знания их специфики.

Капитан-лейтенант Лось вспоминает, как испытывал вместе с индийским экипажем лодку «Синдуракшак», ту самую, которая недавно взорвалась в индийском порту Мумбаи.

— Было очень любопытно наблюдать за тем, как организована служба у индусов. Фактически она скопирована с британской морской школы, поэтому все команды, вся документация, все надписи на английском. Сразу бросается в глаза разница в статусе матроса и офицера. Это видно, начиная от сервировки стола, когда для офицерского состава на лодку перед выходом в море были привезены фарфор и хрусталь для ресторанной сервировки в каюте-компании, к ней был прикреплен специальный матрос для разлива чая «масала», в то время как у матросов все очень аскетично и просто. Кончая средствами спасения: так, спасательный плот в комплекте был всего один и рассчитан на количество офицеров, у матросов же были только жилеты. Но отношение к средствам спасения у индусов вообще специфическое. Если у наших подводников всегда при себе «идашка» — индивидуальный дыхательный аппарат, и это обязательное требование, то у индусов ИДА сложены в специальные ящики-«оксибоксы», которые стоят во всех отсеках. Другая у индусов и организация вахты. Так, у нас в центральном посту всегда находятся либо командир, либо старпом. У индусов же, если лодка находится в обычном режиме, в центральном посту старшим остается вахтенный офицер. Была и национальная специфика. Так, среди экипажа был матрос-сикх. А сикхам по вере полагается носить особую чалму, бороду, специальные браслет на руке и кинжал за поясом. Так вот, на лодке он служил во всем этом «наборе», и это ни у кого не вызывало вопросов. Матрос как матрос…

А еще «полярнинцы» испытывали и передавали лодки заказчикам из Вьетнама, Алжира, Ирана…

— Мы точно «ландскнехты морских глубин», — пошутил в разговоре один из моряков.

Ландскнехты — наемные германские солдаты, чье боевое мастерство ковалось в походах и было широко известно в эпоху Возрождения. Но что делать, наш флот был поставлен в такие условия, когда работа на иностранного заказчика была едва ли не единственной возможностью выйти в море. И очень хочется верить, что это «средневековье» для русского флота закончилось…

Из исторической справки:

К концу 1941 года в Полярный на бригаду прибыли новые лодки: «К-3», «К-21», «К-22», «К-23», «Л-20», «Л-22», «С-101», «С-102». В августе 1942 года пришли «М-119», «М-121», «М-122», а в декабре того же года — «М-104», «М-105», «М-106», «М-107» и «М-108». В январе — марте 1943 года, совершив беспримерный для того времени переход с Тихого океана через Атлантику, в Полярный вошла «азиатская эскадра», как ласково прозвали северяне прибывшие из Владивостока подводные лодки «С-51», «С-54», «С-55», «С-56» и «Л-15». В июне 1943 года в состав бригады поступили «С-14», «С-15», «С-103», «С-104», «М-200», «М-201», через год — «С-16», «С-17», «С-19», и, наконец, в августе 1944-го Северному флоту были переданы английские подлодки «В-1», «В-2», «В-3» и «В-4».

Однако и потери бригады были значительны. Главной из них были люди, накопившие опыт первых трудных месяцев войны. В боевых походах на Северном флоте погибли 23 подводные лодки. Из 15 подводных лодок, входивших в состав бригады к началу Великой Отечественной войны, в Полярном победу встретили только две: краснознаменная «Щ-404» и гвардейская «М-171». Подводники-североморцы, действуя в сложных условиях Заполярья, проявляли самоотверженность, решительность, отвагу и внесли существенный вклад в развитие военно-морского искусства, первыми применив многие тактические приемы использования подводных лодок.

Под черной пилоткой стальные глаза

У командира лодки капитана 2-го ранга удивительная фамилия Монако и очень командирское имя Валерий, что значит «бодрый». Монако предельно соответствует и имени, и должности. Невысокий, худощавый, слегка сутулящийся, немногословный, он словно «срисован» с висящих в музее бригады фотографий командиров лодок. У Монако цепкий и очень спокойный взгляд. Монако — моряк во втором поколении, его отец много лет отслужил мичманом на СКР здесь же, на севере. В 1998 году Валерий закончил знаменитое училище подводного плавания, штурманский факультет и сразу попал сюда, в Полярный. Служил на разных лодках — на «Липецке», «Вологде», потом перешел на «Магнитогорск», где и стал сначала старшим помощником, а потом и командиром. И в качестве командира он прошел на лодке крепкую закалку. «Магнитка», как ласково называют в бригаде «Магнитогорск», ходила в море много и надолго. Так, в прошлом году «Магнитке» пришлось перейти на Балтику, где в составе флота не осталось ни одной лодки, и полгода выполнять задачи по обеспечению действий флота. Об этом походе Монако рассказывает скупо.

— К Балтике нужно привыкнуть. После наших северных масштабов Балтика — почти бассейн, не зря ее моряки окрестили «маркизовой лужей», к тому же это мелководье. Тут везде буквально по дну ползаешь, в самом глубоком месте у наших берегов, так называемой «яме», — двести двадцать метров всего…

…На тужурке Монако поблескивает серебром знак командира подводной лодки, выполненный в виде подводной лодки проекта «Щ», с красной эмалевой звездочкой в центре. Знак этот вручается лишь однажды, когда офицер назначается на должность командира подводной лодки и вступает в командование. Первые знаки были выполнены из латуни, но затем ее заменил оксидированный под серебро «томпак». Сегодня советские знаки стали почти реликвиями, которые часто передаются по наследству, но не от отца к сыну, а от одного командира другому, тому, кто впервые принимает командование. У Монако как раз старый, «советский».

Спрашиваю Валерия о знаке и о традиции. Он подтверждает.

— Да, когда я лодку принимал, мне вручили такой старый знак. И я его храню, чтобы передать следующему командиру. А этот, — он кивает себе на грудь, — это уже другой подарок…

— Жена не ревнует к лодке?

Неожиданно лицо Монако озаряет какая-то светлая и очень трогательная улыбка. Видно, что вопрос задел его за живое.

— Конечно, ревнует. Говорит, что у тебя есть вторая жена — лодка и ты ее любишь больше… Шутит, конечно, но в каждой шутке есть только доля шутки. На самом деле, лодка — это моя жизнь. Это мой второй дом, и, когда я спускаюсь в центральный, сажусь в свое кресло, мне становится спокойно, как у себя дома…

Улыбка, как сигаретная затяжка, светится всего пару мгновений, и вот уже на меня смотрят глаза прямо из песни Визбора:

…подводная лодка — стальная гроза.

Под черной пилоткой стальные глаза…

…Сегодня на лодках служат только профессионалы. В бригаде нет ни одного матроса-срочника, «бескозырочника», как метко называют их «контрактники», которые носят на голове «мичманки» — фуражки с лаковыми ремешками. Это во многом решило проблему дисциплины, ведь контрактники — люди «мотивированные», и мало кто хочет рисковать высокооплачиваемой работой. Поэтому дисциплина заметно окрепла. Но остаются нерешенными множество проблем. И одна из основных — проблема подготовки и обучения моряков-подводников. До реформы Сердюкова — Макарова существовали специальные «учебки», где молодых матросов обучали по специальностям, были школы мичманов, где уже готовились высококлассные профессионалы. Но все они были ликвидированы, и сегодня матроса-контрактника учить просто негде. Подписав контракт, матросы прямо из военкомата отправляются к месту службы, в экипажи лодок. И только тут выясняется, что кандидат в подводники совершенно не представляет себе условия службы моряка-подводника. Кто-то сразу уходит, понимая, что служба в прочном корпусе, многонедельные выходы в море, жизнь, разделенная на вахты, не для него. Тех же, кто остался, уже на лодке приходится обучать, а ведь в штате лодки нет должностей стажеров и учеников. Подготовка таких моряков — головная боль всех командиров.

А вообще Полярный — это бесконечная тема.

Его история, его люди — о них нужно снимать кино.

«Замполит» эскадры капитан 1-го ранга Михаил Юрченко — моряк уже, наверное, в шестом поколении! Его отец закончил службу адмиралом здесь же, на севере. Его дед был командиром подводной лодки на Черноморском флоте, прошел войну, его прадед служил на линкоре «Императрица Мария», его прапрадед был военным моряком, а пращур сражался комендором на бастионах Севастополя в Крымскую войну.

Юрченко — душа эскадры, энциклопедия истории Полярного, и знает о нем, кажется, все. При этом сам прошел все ступени службы на «атомоходах», всплывал на Северном полюсе…

Из исторической справки:

Около тысячи матросов, старшин и офицеров бригады, были награждены орденами и медалями. Семь североморцев — М. И. Гаджиев, И. А. Колышкин, И. Ф. Кучеренко, Н. А. Лунин, В. Г. Стариков, И. И. Фисанович, Г. И. Щедрин — стали Героями Советского Союза (И. А. Колышкин, Н. А. Лунин, В. Г. Стариков, И. И. Фисанович получили это звание первыми из советских подводников в Великой Отечественной войне).

12 подводных лодок Северного флота награждены были орденом Красного Знамени: «Д-3», «М-172», «Щ-402», «Щ-421», «К-21», «Щ-403», «Щ-404», «С-56», «С-51», «С-101», «С-104», «Л-22». Восемь подводных лодок Северного флота были удостоены гвардейского звания: «Д-3», «К-22», «М-171», «М-174», «Щ-402», «Щ-422», «М-172», «С-56». При этом «Д-3», «К-22», «М-171» и «М-174» были первыми гвардейскими кораблями в подводных силах Военно-морского флота. За всю историю ВМФ только четыре корабля были отмечены двумя наградами — стали гвардейскими и краснознаменными. Это — подводные лодки Северного флота «Д-3» (командиры — Ф. В. Константинов, М. А. Бибеев), «Щ-402» (Н. Г. Столбов, A. M. Каутский), «М-172» (И. И. Фисанович) и «С-56» (Г. И. Щедрин), базировавшиеся в Полярном.

24 июля 1943 года бригада подводных лодок Северного флота была награждена орденом Красного Знамени и стала первым в ВМФ краснознаменным соединением подводных лодок. 3 ноября 1944 года бригаду наградили орденом Ушакова 1 степени, и она стала первым и до сих пор единственным дважды орденоносным соединением подводных лодок в отечественном Военно-морском флоте.

…Лето в Полярном кончилось неожиданно. Еще вечером теплый ветер приятно забирался под рубашку и все купалось в позолоте закатного солнца, а утром в окна гостиницы уже мерно стучал стылый осенний дождь, над поселком и бухтой низко повисла влажная белесая хмарь, разом стерев и растворив все яркие краски. И вдруг показалось, что не было никакого лета, что оно лишь приснилось среди этого царства серого и блекло-голубого. Полярный становился самим собой…

А вы, друзья, как ни садитесь…

Правительственная тусовка как она есть

Главная кадровая новость недели — возвращение бывшей министерши здравоохранения Голиковой во власть. В понедельник президент Владимир Путин предложил ее кандидатуру на пост руководителя Счетной палаты.

Звезда госпожи Голиковой взошла на ниве бухгалтерии. В советское время Голикова трудилась младшим научным сотрудником отдела заработной платы НИИ Труда Госкомтруда СССР. Карьерой обязана феноменальному умению запоминать огромные объемы цифр. Восемь лет проработала замминистра финансов РФ, и ее главной обязанностью была подготовка государственного бюджета.

В 2007-м бюджетный гений была назначена министром здравоохранения и социального развития. И здесь способности ее раскрылись в полной мере. Именно на этой должности Голикова получила прозвище «мадам Арбидол» за весьма сомнительные связи с изготовителями лекарства, чья эффективность так и не была доказанной. И именно при «гении счета и финансов» в министерстве разразился огромный скандал, когда выяснилось, что закупленные для областей и республик томографы обошлись казне вдвое дороже реальной стоимости. Скандал был такой громкий, что комментировать его пришлось самому президенту, и он назвал ситуацию вокруг томографов «хамским воровством государственных денег». На что Голикова не моргнув глазом заявила, что на зарубежных аппаратах установлено дорогущее программное обеспечение, что якобы и подняло цену томографов вдвое, что тут же опровергли сами производители.

Это при Голиковой по результатам анкетирования 80 тысяч медиков всех субъектов России 93 процента опрошенных назвали ситуацию в здравоохранении кризисной, а 87 процентов оценили проводимую Голиковой реформу как провальную.

Впрочем, кадровая политика Кремля была способна поставить в тупик любого.

В правительстве рядом со счетоводом Голиковой дипломированный торговец мебелью Сердюков трудился министром обороны, а во главе «Росатома» встал опрокинувший страну в дефолт экс-премьер, водный инженер по образованию, Кириенко. А врач-кардиолог Скрынник назначена министром сельского хозяйства.

Стоит вспомнить, что было дальше.

Врач-кардиолог Скрынник с должностью рассталась и исправно посещает следователей, которые расследуют коррупционные дела в Минсельхозе в ее бытность.

Министр обороны Сердюков с должности снят и также регулярно навещает следователей, которые расследуют многомиллиардные хищения в военном ведомстве родственников и любовниц министра.

Голикову под давлением общественного мнения из министров также турнули. Правда, недалеко. Вместе с еще одним «бывшим» реформатором от науки, Фурсенко, Голикова плавно опустилась в кресло помощника президента, где и дожидалась нынешнего назначения.

И вот ее час пришел.

Поговаривают, что и Фурсенко недолго сидеть на скамейке запасных.

Да что там Фурсенко!

Начались информационные «вбросы» на тему того, что с возвращением украденных у государства денег будут сняты претензии к Сердюкову, и его, как блудного сына, по-отечески тоже примут в распахнутые объятия Кремля. А заодно будет прощена и его веселая подружка мадам Васильева.

Неслучайно на днях зять Сердюкова Пузиков вдруг добровольно передал Министерству обороны базу отдыха «Житное», которая фигурирует в деле о коррупции Сердюкова.

Чтобы, так сказать, «снять проблему»…

Похоже, в Кремле, в ведомстве, которое отвечает за кадровую политику, не понимают, что такая ротация неминуемо закончится большим кризисом.

Непрерывная тусовка одной и той же, засаленной коррупцией, полуграмотной и дискредитировавшей себя, чиновничьей колоды карт страшно дискредитирует власть.

Похоже, что спустя два года после своего избрания президент уже забыл свое обещание обновить команду и избавиться от дискредитировавших себя чиновников.

Видимо, за кремлевской стеной слабо знакомы с отечественной историей и не умеют извлекать из нее уроки.

А ведь все это уже было!

Именно так была организована кадровая ротация у Николая II в последние годы его царствования, когда одного проворовавшегося чиновника заменяли на другого — еще более одиозного и дискредитированного.

Именно так обновлялись кадры в Кремле на закате СССР, когда одних номенклатурных мертвецов меняли на других еще более мертвых и окаменелых.

Господа, вам стоит заглянуть в учебник истории и посмотреть, чем все это закончилось…

Двадцать лет спустя

…Так уж вышло, что двадцать лет назад в пронзительно солнечные октябрьские дни я понемногу возвращался к жизни. Опутанный целой системой трубок, дренажей, я учился спать не шевелясь, есть и пить лежа, не промахиваться в «утку» и еще целой куче всяких грустных больничных премудростей, с которыми знакомишься на койке хирургического отделения.

А еще я учился молчанию. По больницам и госпиталям уже вовсю сновали оперативники в поисках «активных участников путча», людей выдергивали прямо с больничных коек и увозили в тюремные застенки. Большинство товарищей пряталось по родственникам и дальним дачам. Шли обыски и аресты. Меня тоже разыскивали. Мои фотографии и описания были у оперативников, но сбивало их с толку то, что на них я был в форме, и искали они некого офицера — десантника из штаба Ачалова, а на больничной койке лежал журналист гражданской газеты…

Тогда мне повезло. Меня не нашли, не «вычислили». Может быть, рвения большого не было, а может быть, уже и без меня в изоляторах и тюрьмах было набито достаточно народу для образцово-показательной экзекуции, которую мечтал устроить Ельцин. Алексей Казанник, назначенный в те дни генеральным прокурором России, в интервью «Комсомольской правде» (12.4.94) вспоминал, как в администрации президента его инструктировали: «Не проводить никаких политических процессов… Октябрьские события расследовать за 3–4 дня, предъявить всем обвинения по статьям 102 и 17, то есть за соучастие в убийстве… Процесс должен длиться два-три дня, и всех надобно приговорить к смертной казни!». Огромное человеческое спасибо ему за то, что не выполнил этот приказ. Как мало в России людей, способных ставить собственную честь выше верноподданнического холуйства!

Сегодня, спустя двадцать лет после тех событий, все видится совершенно отчетливо. Кто-то из древних очень точно подметил, что правда — это яд, который действует сквозь годы.

Единственная и убогая отмазка тех, кто тогда оголтело поддержал Ельцина, что-де расстрел парламента и военный переворот якобы спасли страну от гражданской войны. Именно эту версию вчера в очередной раз занудно озвучил по ОРТ старый кремлевский холуй Сережа Медведев, который до сих пор, похоже, боится собственной тени. Сережа, помилуй, какая гражданская война? Кто бы с кем воевал? Если «гражданская война» не началась после того, как вы руками оболваненных ментов и нанятых за бабки танкистов расстреляли «Белый дом» и уничтожили сотни людей, то, смети вас в октябре народ, никто бы и пальцем не пошевелил в вашу защиту. Или пьяная тусовка ночью 3 октября у Юрия Долгорукого — это ваша «армия»? Или вы всерьез были уверены, что расстрел всех парализовал страхом? Ну-ну…

Сегодня совершенно очевидно, что октябрьский переворот — это была не какая-то там борьба мифических «реформаторов» с «консерваторами», не противостояние «молодых демократов» и «старой партноменклатуры» и даже не противостояние «коммунистическому реваншу», а циничный захват власти в стране группой мерзавцев, которые желали лишь одного — бесконтрольного и ничем не сдерживаемого обогащения. И они победили. За следующие двадцать лет Россия последовательно прошла через полную экономическую и политическую деградацию, пережила дефолт, была тотально до нитки ограблена и разворована, перестала быть независимым политическим субъектом, попала под управление кучки олигархов, умылась кровью в двух чеченских войнах, была истерзана организованной и неорганизованной преступностью. Все это прямое следствие указа 1400.

Ну и, конечно, отдельный привет нашей либеральщине.

Вы сегодня воете, что живете в тоталитарной стране, что «режЫм» жесток и свиреп, ну так, милейшие, это вы передали ему всю власть, вы его поддержали двадцать лет назад, вы скулили устами шавки Ахеджаковой: «…Эта проклятая конституция!».

Ребята, это ваша власть, ваш режим, и теперь пеняйте лишь на себя…

Военная осень Балтики

Репортаж с учений «Запад-2013»

Старичок Ту-154 из знаменитого «чкаловского» авиаотряда вылетал заполненный «под завязку», пару десятков журналистов и репортеров буквально «раздавило» между «ротой» военных атташе всех видов и расцветок и целой делегацией ветеранов из «общественного совета». Свободных кресел практически не было. На учениях явно намечался аншлаг. Автоматом встал вопрос, как оказаться в нужное время в нужном месте, в том смысле, чтобы привезти с учений не несколько фотографий из «резервации» для прессы, куда при таких масштабных мероприятиях аккуратно скучивают журналистов, а живую картинку происходящего, встретиться с участниками учений. Как уходить из-под бдительного контроля «сопровождающих», нас со спецкором «Комсомолки», «зубром» военной журналистики Виктором Баранцом, учить было не надо, и уже через полчаса после прибытия на полигон мы «растворились» в местном военном ландшафте — лабиринте палаток, техники, антенн и песчаных дюн, а наших коллег автобус увез к расположенной в полукилометре площадке для прессы. Компенсацией для них был плотный обед, чего не скажешь о нас…

Разговор с террористом

Террориста мы с Виктором Баранцом вычислили сразу. В старом морском бушлате без погон, в линялом платке, он присел напротив нас в военторговской чайной с булочкой и стаканом горячего чая.

— Террорист? — стараясь улыбаться как можно дружелюбнее, спросил я.

— Террорист! — улыбнулся он в ответ и, жмурясь от удовольствия, отхлебнул душистый чай.

— И давно тут загораешь?

— Да почти два месяца, — охотно сообщил военную тайну «боевик».

Боевика звали Кемран Мамедов. Родом Кемран из Оренбургской области, из семьи турок-месхетинцев, которые в конце восьмидесятых были вынуждены бежать из Узбекистана, поэтому даже в старом морском бушлате он смотрелся очень органично…

Скоро выяснилось, что за террористов «играет» вся его рота, что по специальности он гранатометчик и что за эти недели изучил тут каждый камень, каждую дюну и собирается задорого продать свою жизнь. Что служить ему нравится, что кормят хорошо…

— А может, потом останешься на контракт? — предложил я, воодушевившись его рассказом.

— Нет, — замотал головой боевик. — Я домой, на «железку»…

Оказалось, что перед службой Кемран закончил железнодорожный техникум и выучился на помощника машиниста…

— Ну и сколько ты будешь там получать? — не унимались мы. — Ну, тысяч двадцать. А по контракту где-нибудь на Севере или в «спецназе» сразу на тридцать пойдешь. И это только начало…

Но террорист оказался какой-то очень мирный. Военная карьера его не прельщала,

— Нет, я к себе домой, — гнул он свое… — на железную дорогу…

…Похоже, старый капитан и старый полковник, сидящие перед ним, были не очень умелыми вербовщиками, впрочем, впереди еще полгода службы и всякое еще может случиться.

«Террорист» был настолько колоритный, что руки сами потянулись к фотоаппарату, но, увидев в моих руках фотоаппарат, Кемран неожиданно вспомнил, что он террорист, и, категорически отказавшись фотографироваться, одним торопливым глотком допил чай и выскользнул из военторговской палатки.

…Через пару часов его условно уничтожили наступающие морпехи, и он картинно, «как в кино», упал на балтийский песок, с душой сыграв свою роль в военном шоу…

Информация к размышлению:

Совместное российско-белорусское стратегическое учение «Запад-2013» проходило на пяти полигонах, а география учения впервые была распространена на территории Российской Федерации и Республики Беларусь.

На территории России учения проходили на полигоне «Хмелевка» и «Правдинский» в Калининградской области, на территории Беларуси войска отрабатывали совместные боевые действия на полигонах «Брестский», «Гожский» и «Обуз-Лесновский».

Всего на территории РФ в учении приняли участие около 9,4 тыс. российских военнослужащих и 200 военнослужащих Республики Беларусь. Около 180 единиц боевой техники, из них 10 танков, около 40 самолетов и до 10 кораблей Балтийского флота.

Кроме того, на полигонах, расположенных на территории Республики Беларусь, в учении приняли участие 2520 российских военнослужащих.

Они

Толпа военных атташе в разноцветных камуфляжах со стороны похожа на стаю каких-то тропических птиц, необъяснимым образом оказавшуюся на этом ледяном негостеприимном берегу. Как птицы, нахохлившись на ветру, они сбиваются в кучу, что-то обсуждают на разных языках. Как птицы, бесстрастно и отстраненно наблюдают за происходящей подготовкой к военному шоу с вышки и, как птицы, с началом учений вдруг почти мгновенно оживают, кидаются к ограждению, вытягивают вперед руки с видеокамерами и фотоаппаратами, стараясь не пропустить ни одной детали.

Вот корабли подошли в берегу, вот из прибоя на песок берега выползают бронетранспортеры.

Гремят взрывы, поднимаются к небу султаны дыма, наслаивается, переплетаясь, клекот автоматов и пулеметов.

Видно, что синхронность и слаженность выполненной в штормовую погоду высадки произвели на иностранцев сильное впечатление.

Рядом несколько натовцев — судя по эмблемам и флагам, прибалты — негромко переговариваются на русском. Похоже, что русский для них, несмотря на натовскую солидарность и все протоколы, еще долго будет средством межнационального общения…

— …А если у них тут будет не четыре, а двадцать четыре таких корабля? — негромко произнес один. Два других посмотрели на него с нескрываемой озабоченностью…

Для натовцев эти учения чрезвычайно интересны.

Совсем скоро, в ноябре, здесь же, на Балтике, всего в нескольких сотнях километров от Калининграда, пройдут самые масштабные за последние годы учения войск НАТО Steadfast Jazz 2013 — «сплоченный джаз». Название символическое, учение пройдет со 2 по 9 ноября на территориях Польши, Литвы, Латвии и Эстонии, в нем примут участие 3 тысячи польских военнослужащих, а также представители еще 23 стран, включая Финляндию, Македонию и даже Украину, которая на словах заявляет о своем нейтралитете, а де-факто все глубже увязает в натовских структурах. Общее количество привлеченных к учениям войск может достигнуть 10 тысяч солдат и офицеров.

Официальная цель проводимых маневров — сертификация органов управления группировкой сил быстрого реагирования, но в действительности в ходе этих учений будут отрабатываться действия группировок ОВС НАТО по окружению, расчленению и уничтожению российских войск в Калининградской области, а также вооруженных сил Беларуси. Это легко «просчитывается» по плану учений, где будут отрабатываться вопросы стратегической перегруппировки войск на восточном направлении, будет проводиться высадка морских и воздушных десантов, наращиваться авиационная и морская группировка альянса, проверяться подготовка местной инфраструктуры к приему и размещению прибывающих с Запада войск, а также отрабатываться информационные и психологические операции.

И нынешние российско-белорусские учения — это «пробник», с которым постоянно будут сверяться натовцы, с которыми будут сравнивать действия своих войск.

Озабоченность на лицах натовских офицеров явно свидетельствует о том, что после этих учений в сценарий своих им придется вносить много корректив…

Информация к размышлению:

Белорусские подразделения, принимающие участие в учении «Запад-2013», впервые совершили выдвижение из Республики Беларусь с вооружением и военной техникой в составе воинских эшелонов в Ленинградскую область, где погрузились на большие десантные корабли и совершили двухдневный переход морем в Калининградскую область, где приняли участие в завершающей фазе учения на полигонах «Хмелевка» и «Правдинский», которая прошла 26 сентября 2013 года.

Согласно замыслу, участники совместного стратегического учения Вооруженных Сил Российской Федерации и Республики Беларусь «Запад-2013» отрабатывали вопросы управления войсками (силами) в ходе проведения мероприятий военного характера по стабилизации обстановки в интересах обеспечения военной безопасности Союзного государства.

В основу розыгрышей тактических эпизодов положены варианты совместных действий белорусских и российских воинских частей и подразделений, входящих в состав Региональной группировки войск (сил) Союзного государства.

На всех полигонах военнослужащие двух государств вели совместные боевые действия, штабы руководили боевыми операциями, а на практических этапах с боевой стрельбой подтвердили правильность принятых в ходе первого этапа решений.

Военнослужащие Республики Беларусь впервые совершали десантирование на берег с моря. Десантирование осуществлялось с борта десантного корабля на воздушной подушке «Мордовия», в сложных погодных условиях. Несмотря на объективные трудности, связанные с погодными условиями, белорусские военнослужащие с честью выполнили поставленные учебно-боевые задачи в ходе совместного стратегического учения «Запад-2013».

С прибоем на берег

К моменту начала активной фазы учений — боя за плацдарм — непогода стерла солнечный диск с небосвода, придавила небо к земле свинцово-синим тулупом туч, из которых хлестнула густая смесь дождя и ледяной крошки, ветер загудел, наполнился силой, пронизывая до костей. Море буквально на глазах раскачало до штормового. Частые росчерки «барашков» — характерный признак двухбалльного волнения — сменили бесчисленные бугры волн в шапках белой пены, в которых было невозможно что-либо разглядеть. Силуэты кораблей растворились в дождливой мгле. «Показуха», как на военном сленге называют такие показные занятия, за считанные минуты превратилась в полноценную высадку, причем в сложнейших условиях. В какой-то момент даже показалось, что учения будут остановлены, но руководство учений, видимо, куда лучше знало Балтику, чем мы, ее гости.

Из серой пелены дождя проявились хищные силуэты десантных кораблей, надвинулись, налились красками, все ближе подходя к берегу. Вот они сбросили ход до малого, фактически зависнув на месте, тут же поползли в стороны тяжелые плиты створок носовых аппарелей, открывая темные провалы танковых трюмов, из которых по широким «языкам» аппарелей устремились в воду бэтээры десанта.

Один за другим они скатывались вниз, замирая на краю, словно приноравливаясь, привыкая к воде, и потом буквально соскальзывали в волны, скрываясь в них почти по башню, и, выстроившись колонной, устремлялись к берегу.

Воздух буквально рвала в клочья канонада, кромка прибоя утонула в дымных разрывах — это район высадки обрабатывала артиллерия.

К моменту, когда бэтээры морской пехоты подплыли к берегу, погода в очередной раз сделала кульбит. Снежный заряд закончился так же внезапно, как начался, и в разрывах низких облаков багрово полыхнуло вечернее солнце, заливая белый песчаный берег каким-то неживым, как на картинах баталиста Верещагина, алым светом.

Поплавки башен с высоко задранными «сучьями» стволов все ближе и ближе приближались к кипящей морской пеной линии прибоя и наконец, подхваченные прибрежными валами, выталкивались ими на берег, где цеплялись черными, как шкура дельфина, колесами за прибрежный песок и, фыркая соляровым чадом, резко устремлялись к обозначенным сигнальными огнями проходам в минных полях.

В знакомых за десятилетия службы силуэтах бэтээров было что-то непривычное. И память послушно подсказала: башни! На бэтээрах морской пехоты были незнакомые башни — высокие, с длинными, в четверть корпуса, стволами. Это же БТР-82А!

Для повышения огневой мощи на них установлены унифицированные боевые модули с тридцатимиллиметровыми автоматическими пушками. Значит, балтийцев уже перевооружили. Здорово!

Сразу вспомнилось звено Су-34, обрабатывавшее позиции «террористов» в самом начале «показухи». Тоже новые!

Значит, разговоры о перевооружении — это не пустой звук. Оно идет, и вполне зримо…

Информация к размышлению:

В период с 20 по 26 сентября проходила активная фаза учений, когда военнослужащие на полигонах отрабатывали совместные практические действия в составе Региональной группировки войск Союзного государства. В течение всего периода подготовки к учению, а это немногим менее года, российские и белорусские военные провели серию штабных тренировок, в ходе которых отрабатывались задачи учения, а также прорабатывались вопросы всестороннего обеспечения совместного стратегического учения «Запад-2013». В период непосредственной подготовки к учению подразделения Западного военного округа были передислоцированы на территорию Республики Беларусь. Для переброски войск были задействованы более 20 железнодорожных эшелонов. Впоследствии российские военнослужащие оборудовали на полигонах «Брестский», «Гожский» и «Обуз-Лесновский» автономные полевые лагеря, в которых была создана инфраструктура, обеспечивающая проживание в полевых условиях с сохранением всех элементов быта, которые имеются в пунктах постоянной дислокации. Так, в полевых условиях осуществлялось приготовление пищи, выпечка хлеба, помывка личного состава (души, бани), а также были созданы условия для культурно-досугового обслуживания российских военнослужащих.

Послесловие к шоу

…Конечно, профессионалам не составляло труда понять, что проходящая перед нами «активная фаза» — это большое военное шоу с четко прописанным и отработанным до мелочей сценарием. Но смиряло с этим знанием то, что осталось за горизонтом полигона «Хмелевка». А там, за сотни километров отсюда, за эти дни прошло чрезвычайно важное и первое за двадцать пять лет мобилизационное учение с привлечением администраций двух российских областей — Нижегородской и Смоленской. В ходе этого учения проверялась готовность руководства субъектов Российской Федерации действовать в условиях войны и чрезвычайной ситуации, отрабатывалось взаимодействие между военными и экономическими субъектами в условиях войны. Организовывалась территориальная оборона.

По итогам этих учений были приняты важнейшие решения по восстановлению и уточнению мобилизационных планов. Чтобы было понятно, о чем идет речь, поясню: в советское время органы власти, предприятия и организации должны были в угрожаемый период и в военное время представлять армии все необходимое, расписанное заранее в мобилизационных планах — продовольствие, транспорт, ГСМ и прочее. Нынешние же органы власти и тем более частные структуры, появившиеся на месте тех предприятий и организаций, которые были расписаны в планах раньше, ничего об этих планах не знают и, более того, выполнять их не собираются. Давным-давно изменились формы собственности, многих структур теперь просто не существует.

После этих учений не только начата разработка новых мобилизационных планов, отданы команды по формированию необходимых мобилизационных запасов в субъектах федерации, но и начато формирование новой законодательной базы под эти решения.

За горизонтом «Хмелевки» остались одни из самых масштабных учений ВВС-ПВО, в ходе которых серьезнейший экзамен выдержала московская зона ПВО, которая фактически отражала крупномасштабное военно-космическое нападение на центральный экономический район.

Армия учится воевать, армия восстанавливается после тяжелейшего удара, нанесенного по ней в предыдущие годы. И в рамках этой парадигмы учебный бой — шоу на «Хмелевке» — имеет право на существование как показное учение сил флота.

В конце концов, как необходимая демонстрация нашей силы перед лицом западных «партнеров», которые почему-то упрямо разворачивают свою военную машину на Восток.

Как заявил после учений на встрече с журналистами и военными экспертами министр обороны Сергей Шойгу: «…Масштабные учения ВС РФ, разных округов, флотов, родов войск и видов ВС перестают быть сенсацией и становятся рутиной».

В отличие от предыдущего министра, Шойгу вполне адекватно оценил роль и значение учений на полигоне «Хмелевка»: «…Учения неизбежно будут утрачивать зрелищность именно потому, что перестанут быть постановочными. Зато они будут все ближе к реальным сценариям тех войн и конфликтов, в которых предстоит участвовать российской армии и флоту…».

Очень хочется верить, что министру хватит сил и энергии на то, чтобы эти слова стали реальностью…

Резервные армии

Глава министерства обороны Сергей Шойгу сообщил, что в будущем появятся четыре резервные армии, при этом российская армия никогда не будет полностью контрактной. Министр заявил в эфире передачи «Вести в субботу», что большая территория нашей страны не позволяет Вооруженным силам страны полностью перейти на контрактную армию. «В случае угрозы мы должны иметь возможность мобилизоваться», — цитирует его РИА Новости. Сергей Шойгу также сообщил, что «есть решение по созданию четырех резервных армий. И к 2020 году мы уйдем от боевого применения в боевых действиях призывников», — подчеркнул министр.

Я считаю, что принятые решения очень рациональные и правильные. Более того, два года назад в огромной работе, которую делал Изборский клуб, мы писали о том, что необходимо создавать резервные армии, что необходимо готовить организованный резерв. Очевидно, что Россия не сможет потянуть целиком контрактную армию, потому что масштабы России не позволяют ее иметь. Контрактная армия все-таки рассчитана на очень короткую войну, на тип тех войн, которые ведут Соединенные штаты, что называется НАТО и англосаксы по захватыванию чужих территорий. При защите же своих территорий необходимо иметь армию, которая имеет смешанный тип комплектования. Поэтому я могу только поддержать то, что сейчас было принято. И все, что делает последний год новый министр обороны, у меня вызывает оптимизм.

Солдаты науки

Научные роты — это серьезно!

— Это все пиар и показуха! — напутствовал меня в дорогу мой хороший приятель, бывший офицер, активно подвизающийся теперь в Государственной думе в качестве одного из помощников депутатов. — Ничему не верь…

Я пожал плечами: верю не верю — я же не выпускница Смольного, мне пыль в глаза не так-то легко пустить. Правда, объект исследований был уж очень специфическим — «воронежская» научная рота. Формирование, ранее армии неизвестное. И мне предстояло по мере сил разобраться в этой крайне запутанной и малоизученной теме. Поэтому, отправляясь в Воронеж, я скорее походил на сталкера, собиравшегося обследовать участок «зоны», чем на журналиста.

…Идею «научных рот», озвученную весной новым министром обороны Сергеем Шойгу, измученное реформами Сердюкова общество встретило, мягко скажем, критично. Чего только не пришлось услышать по этому поводу! И то, что заниматься по команде наукой невозможно, и то, что сами понятия «рота» и «наука» несочетаемы. И что может за год службы придумать студент?

Некоторые эксперты доказывали, что идея изначально несостоятельна, так как либо наука, либо служба, а вместе их не сложишь. Другие «морщили ум» в предположениях, где эти роты появятся и чем вообще их можно занять? Проректор НИУ ВШЭ Григорий Канторович вообще заявил, что создание научных рот — это лишь видимость деятельности. «Люди, ничего не знающие в науке, решили набрать тех, кто в науке не понимает, и собираются занять их непонятно чем», — блеснул остротой мысли Канторович. Ему вторил доморощенный военный эксперт Павел Фенгельгауэр: «Смысла и пользы от этого государству и стране никакой, а вред большой — бессмысленный расход средств на создание роты».

В общем, скепсис был почти тотальный.

Но, надо отдать должное министру обороны Шойгу, энергетики и воли ему не занимать. Если он за что-то взялся — можно не сомневаться: он своего добьется.

И к осеннему призыву научные роты были созданы!

Первая научная рота была сформирована 5 июля 2013 года. Рота была создана при воронежском ВУНЦе — так теперь называется «единая» академия ВВС, собранная здесь из двух московских — Жуковского и Гагарина. Эта рота ведет научную деятельность в интересах Военно-воздушных сил. Рота состоит из трех взводов. Каждый взвод имеет условное направление своей научной деятельности: 1-й взвод — гидрометеорологические процессы и исследования, 2-й взвод — совершенствование характеристик летательных аппаратов, 3-й взвод — исследования в области радиоэлектронной борьбы и защита информации.

Идея министра была проста и очевидна до гениальности — максимально использовать в интересах Вооруженных Сил талантливых выпускников российских вузов, которым предстояла срочная служба.

…Собственно, еще в советское время меня всегда удивляла практика, при которой в одной из строительных частей я встретил выпускника МВТУ имени Баумана, а в авиационном истребительном полку лейтенантскую «двухгодичку» тянул выпускник истфака МГУ. Такая кадровая политика не могла не вызвать вопросы. Но кадровики тогда только плечами пожимали. Мол, нам бы с кадровыми офицерами разобраться, а с «двухгодичниками» пусть военкоматы разбираются. Они контингент временный…

Сегодня в армии, как никогда раньше, огромный кадровый голод. После погрома офицерского корпуса, который устроил бывший министр обороны, каждый профессионал — на особом счету. И выпускники институтов, которым предстоит служба, теперь не расходный материал, случайные люди, а самые желанные кадры.

И все же «научные роты» создавались не для них. Точнее, для них, но для самых талантливых из них. Необходимо было отобрать в разных российских вузах лучших из лучших, и после прохождения медкомиссии тем, кто был признан годным, предложить службу в специальных научных подразделениях, «ротах», которые было решено создать при видовых учебных центрах: ВВС-ПВО, ВКО и Флота. Возраст новобранцев воронежской роты — от 22 до 26 лет. Из 35 человек пятеро — из Челябинска и области, четверо — из Тамбовской области, еще трое — из Астраханской области, по одному — из Подмосковья, Обнинска, Белгорода, Рыбинска, Уфы и Хабаровска, остальные — из Воронежа и области.

Чтобы стала понятна тщательность отбора, скажу, что работа по формированию «научных рот» началась с того, что на кафедрах ВУНЦ ВВС «Военно-Воздушной академии имени профессора Н. Е. Жуковского и Ю. А. Гагарина» были определены научные темы, в которых могли бы участвовать призванные студенты, выбраны научные руководители, которые примут в свои подразделения этих вчерашних студентов, а затем буквально каждого призванного в научную роту солдата отбирали после целого цикла бесед с деканами, собеседований и тестов. Фактически с каждым его будущий научный руководитель познакомился еще до призыва и обговорил параметры будущей работы и условия службы. Так было отобрано девяносто ребят-выпускников, из которых тридцать четыре было призван осенью, и еще столько же — второй набор — будет призвано весной. Таким образом, начнется полноценный служебный цикл «научных рот».

Распорядок службы здесь особый. Подъем в шесть тридцать утра, зарядка, завтрак. И к девяти утра «операторы» — так официально называются должности, на которых служат призванные вчерашние студенты, — прибывают на свои рабочие места, где с часовым перерывом на обед работают до шести вечера. Дальше — ужин, личное время и в двадцать два тридцать — отбой. С понедельника по четверг «операторы» работают по своему научному профилю на кафедрах и в лабораториях, а в пятницу изучают военное дело — тактику, строевую, РХБЗ и множество других военных дисциплин. В общем, «учатся военному делу настоящим образом», как говаривал классик…

В субботу до обеда — работа, а дальше — личное время и увольнения. Живут «операторы» в курсантском общежитии, в комнатах на пять человек, в расположении есть комната отдыха, где стоят большой плазменный телевизор, аквариум и даже фонтан, бытовая комната, душевая, туалет. И еще одна дополнительная комната — компьютерный класс на 35 рабочих мест. Если кто не успел чего-то за день на основном рабочем месте, может до отбоя поработать здесь. Правда, класс без выхода в Интернет: секретность есть секретность…

Понятное дело, что командовать таким подразделением не поручишь кому угодно. Поэтому воспринимаешь уже как само собой разумеющееся, что командует «научной ротой» кандидат наук майор Виктор Мерзлов, а взводные все как на подбор выпускники военных училищ, «краснодипломники» и золотые медалисты…

Интересно, что, в отличие от своих гуманитарных коллег, ректоры технических ВУЗов идею министра обороны восприняли с энтузиазмом. Так, ректоры МВТУ имени Баумана, МИФИ самым активным образом участвовали в подборе и формировании рот. Начальник Военно-воздушной академии им. Н. Е. Жуковского и Ю. А. Гагарина генерал-лейтенант Геннадий Зибров пояснил, на что будут направлены научные разработки: «На создание новых авиационных комплексов, на модернизацию всех систем комплексного контроля готовности авиационных комплексов к выполнению боевых задач в области робототехники. Все, что связано с авиационными средствами поражения в области развития радиоэлектронной борьбы и разведки, новых информационных технологий». И это не пустые слова. Стараниями начальника академии генерала Зиброва академия за эти года стала одним из самых крупных военно-научных центров. Сегодня здесь трудятся сто двадцать один доктор наук и более семисот кандидатов наук. Без всякой натяжки можно сказать, что после многотрудного и драматичного перевода двух основных «авиационных» академий из Москвы в Воронеж сегодня потенциал их восстановлен на воронежской земле…

Потом были долгие беседы с «операторами» роты, общение с их научными руководителями, путешествие по лабораториям и кафедрам. И, внимательно вслушиваясь в рассказы, я не мог не отметить то, с каким энтузиазмом говорили об этом научном ноу-хау буквально все, с кем довелось общаться. И сами «операторы», и их научные руководители и, даже обычные слушатели, с кем удалось поговорить по пути в Москву — все считали идею научных рот правильной и удачной.

Главным ощущением, которое я вынес после встречи с «научной ротой» академии ВВС, было глубокое удивление тем, насколько точной и своевременной оказалась идея «научных рот». Это, что называется, попадание в десятку. Ребята, которые служат здесь, приехали сюда не отбывать срок, не тянуть беспросветную лямку, а попробовать себя в новом сегменте науки — военной науке, поработать на стыке ВПК, армии и исследовательской научной работы. И для многих из них этот опыт уже стал стартом в новую жизнь, стал судьбой. Больше половины ребят роты уже выразили желание после окончания срока службы остаться в академии и связать свою судьбу с армией. И этот факт говорит сам за себя…

Сегодня, кроме Воронежа, городок для размещения научной роты создается и в подмосковном Красногорске, и это уже не экспериментальные площадки, а реализация по пунктам проработанного плана Министерства обороны России. Статс-секретарь, заместитель министра обороны РФ Николай Панков пояснил: «Это места проведения научных исследований, питания, занятия общевойсковой и физической подготовкой. Решены все вопросы, связанные с питанием, денежным и вещевым довольствием, охраной здоровья, организацией внутренней службы, перевозок, соблюдения правопорядка и воинской дисциплины в научных ротах».

Ну и о первых результатах. Всего за три месяца, прошедших после призыва, только операторами воронежской «научной роты» написано и опубликовано более 40 научных статей, сделано 12 рацпредложений и подано 4 заявки на изобретения, а за спиной — только половина срока службы. То ли еще будет!

Напоследок «солдаты науки» заставили меня еще раз удивленно замереть. После беседы на одной из кафедр я вышел на улицу, и мимо меня, печатая шаг, прошла небольшая колонна солдат, в которых я сразу узнал «операторов», с которыми общался всего полчаса назад. И я замер, глядя вслед этой небольшой колонне. Вид идущих строем на обед ученых — зрелище незабываемое…

Щит и меч

В двух выступлениях президента РФ Владимира Путина — на расширенном заседании коллегии Минобороны и в ходе ежегодного Послания президента Федеральному собранию — было уделено много времени анализу состояния наших Вооруженных Сил и перспективным угрозам, с которыми наша страна может столкнуться в будущем.

При этом фактически была сформулирована новая доктрина развития Вооруженных Сил России.

Пожалуй, впервые Владимир Путин предельно четко сформулировал ее в своем послании к Федеральному собранию: «Мы не претендуем на звание какой-то сверхдержавы, понимаемое как претензии на мировую или региональную гегемонию, не покушаемся ни на чьи интересы, никому не навязываем свое покровительство, никого не пытаемся учить жить. Но мы будем стремиться быть лидерами, защищая международное право, добиваясь уважения к национальному суверенитету, самостоятельности и самобытности народов. И это абсолютно объективно и объяснимо для такого государства, как Россия, с ее великой историей и культурой, с многовековым опытом… совместной органичной жизни разных народов в рамках одного единого государства».

Россия впервые за два десятилетия открыто заявила о своем месте и роли в современной цивилизации — не задворков «западного мира», не смиренного кандидата на признание «цивилизованной страной», а мирового центра силы, чья роль — бороться и защищать суверенитет, независимость и самобытность стран и народов. И это, конечно, вызов либерально-западнической цивилизации, перекраивающей мир под себя, под свои ценности и стандарты и не стесняющейся использовать для этого силу.

В рамках оценки перспективных угроз Владимир Путин определил ключевую: «Вызывает озабоченность и разработка новых систем вооружений, таких как ядерные взрывные устройства малой мощности, стратегические ракеты в неядерном исполнении, гиперзвуковые неядерные высокоточные системы, предназначенные для нанесения ударов в короткий промежуток времени и на большую дальность… Реализация всех этих планов может иметь крайне негативные последствия для региональной и глобальной стабильности…». Именно эта же угроза была названа в качестве приоритетной и в докладе «Изборского клуба» «Завтра — война!», сделанном в начале 2013 года, и такое совпадение оценок — важный знак того, что президент России и «Изборский клуб» работают на одной волне, в одном информационном поле…

Президент еще раз уточнил параметры и приоритеты развития Вооруженных Сил.

Ключевым было и остается наращивание ядерной триады, разработка новых ракетных систем стратегического назначения наземного, морского и воздушного базирования, строительство атомного подводного флота.

При этом впервые за эти годы в докладе прозвучала необходимость усиливать наши разведывательно-информационные возможности. В своем послании президент поставил задачу создания глобальной системы разведки: «Чрезвычайно важная вещь — формирование глобальной системы разведки и целеуказания, которая будет работать в едином информационном пространстве и реальном масштабе времени в интересах Вооруженных Сил Российской Федерации. Это связано и с укреплением нашей космической группировки».

Впервые с предельной четкостью было указано на Арктику как на важнейший стратегический регион и зону жизненных интересов России. После многих лет угасания и деградации арктическая русская цивилизация снова оживает и наливается соками жизни. Начато восстановление ряда арктических аэродромов, а также восстановление военных баз на Новой Земле, Новосибирских островах. И все это указывает на то, что северный вектор становится ключевым вектором развития России.

Хочется верить, что все сказанное президентом России Владимиром Путиным будет претворено в жизнь.

Мой Калашников

О Михаиле Тимофеевиче Калашникове сказано в эти дни уже очень много. Поэтому я не стану повторять правильные, но уже ставшие от бесконечных повторений банальными слова. Я просто расскажу о своем «калашникове».

…Свой первый ака я взял в руки в шесть лет, в далеком гарнизоне, в казарме моего отца. Он был очень тяжел, он пряно пах оружейной сталью, машинным маслом и сразу показался удивительно совершенным. Мне казалось, что я держу в руках какое-то живое существо. Сильное, хищное, беспощадное. И оно замерло, словно прислушивалось ко мне. Так сторожевые псы замирают, когда их впервые гладят новые люди: они прислушиваются к энергетике тех, кто их гладит.

Потом мы уехали из гарнизона в Москву, и «оружейка» моего отца погрузилась в туман детской памяти, где я силился поднять АК и помогал старшине-сверхсрочнику чистить ТТ.

Только в девятом классе «оружейка» — оружейная комната кабинета НВП — снова распахнулась передо мной, и я наконец смог оценить удивительную простоту и совершенство учебных АК, выстрелив на летних сборах на алабинском полигоне свои первые девять патронов калибра «семь шестьдесят два». Автомат мне уже не казался неподъемной глыбой, он был «удобно» тяжел — не детская игрушка, но и не оттягивающий руки ППШ с громоздкой «кастрюлей» магазина под стволом…

В августе восьмидесятого в мои руки лег МОЙ калашников. На всю жизнь я запомнил его номер — УБ-089. Не новый, но и не старичок, с чуть потертым воронением крышки ствольной коробки и кое-где облезшим лаком на рыжем «клееном» прикладе. «Акээм» в самом расцвете своих стальных сил! Четыре года он был моим верным другом и спутником. С ним я заступал в караулы, и он привычным наездником сидел на моем правом плече, пока я оттаптывал тянувшиеся бесконечно смены. Он помогал «проматывать» их часы, становясь снарядом для тренировок всяческих ружейных приемов, выпадов, ударов штыком, магазином и прикладом. С ним я на заснеженных морозных путях львовской «левандовки» — окружных складов — встретил новый 1983 год. С ним ходил в атаки на занятиях тактики, оглушая себя холостыми очередями. С ним спал в обнимку на дне окопчика или в кузове «Урала». С ним сдавал зачеты и нормативы по стрелковой — и тут он был на высоте. Меньше «пятерки» мы никогда не получали! И я даже прятал его в густом кустарнике на окраине поста, отправляясь в набег на клубничное поле прямо за изгородью охраняемого подсобного хозяйства…

Он научил меня куче всяких нужных и ненужных «примочек»: заряжать себя ударом об пол, выбивать шомпол ударом ладони, всяким сальто и оборотам вокруг центра тяжести и многому чему еще…

Скажу честно, когда я выпускался, я прощался с ним, как с самым верным товарищем. Вычистил его хорошенько, до самых потаенных щелочек, куда только головкой иголки и залезешь, смазал, как надо, и насухо протер. Поставил в пирамиду и, погладив в последний раз его «хребет» — крышку ствольной коробки и приклад, — ушел, не оглядываясь. Почему-то мне было стыдно, словно я бросил друга…

Потом много разных АК прошло через мои руки, и многие тысячи пуль выполняли мою волю — когда с пользой и смыслом, а когда без всякой пользы, для развлечения — одного из самых любимых развлечений настоящих мужчин…

Что я скажу о «калашникове»?

Есть один страшный военный сон, который никогда не снится русскому солдату. Никогда, потому что он просто не знает, что это такое: сон про то, что у него отказывает автомат! И за это Михаилу Тимофеевичу Калашникову — поклон до самой земли!

Светлая память гению!

Задело

Информационной бомбой прошедшей недели стало сообщение, опубликованное «Независимой газетой» о том, что якобы в 2012 году, в самом конце своего пребывания в президентском кресле, Дмитрий Медведев секретным указом присвоил звание Героя России тогдашнему министру обороны Анатолию Сердюкову. Издание ссылалось на некого председателя ассоциации объединений офицеров запаса Вооруженных Сил «Мегапир» Владимира Богатырева. Новость эта вызвала шок. Высшая награда страны на груди человека, чья фамилия стала просто символом коррупции и воровства, буквально подняла на дыбы общественность. Но новость эта, мягко говоря, вторична. Первый раз информация о награждении бывшего министра обороны была вброшена в медиапространство еще год назад и тогда же не нашла подтверждения. Никаких реальных источников, способных подтвердить эту новость, не нашлось, и она тихо почила в бозе.

Но в этот раз детонация новости была такой, что информацию о присуждении звания Героя России бывшему министру обороны Анатолию Сердюкову были вынуждены опровергать и Кремль, и «Белый дом». «Сердюков не награждался званием героя…» — сообщил агентству «Интерфакс» источник в администрации президента РФ. Пресс-секретарь Дмитрия Медведева Наталья Тимакова сказала РИА Новости то же самое.

Но любопытно тут другое. Создается полное впечатление, что кто-то настойчиво пытается подготовить общественное мнение к тому, что Сердюков все равно уйдет от наказания.

То запускаются слухи о том, что Сердюков «скрытый герой» и как следствие автоматом попадает под амнистию, то вдруг газеты усиленно начинают муссировать комментарии неких юристов, которые утверждают, что срок давности по статье, предъявляемой Сердюкову, вышел и дело вот-вот будет закрыто.

То начинается обсуждение «тяжести» статьи и делаются выводы о том, что, как «перворазник», Сердюков, скорее всего, отделается условным приговором, если вообще не будет оправдан.

Очень кстати из России сбежал главный подельник Сердюкова, муж его сестры Валерий Пузиков, который в коррупционной схеме, выстроенной «Толиком», играл роль семейного сейфа, на которого записывались активы и капиталы. Теперь общественность пытаются убедить, что во всем виноват именно Пузиков, а Сердюков, мол, ничего не знал и вообще жертва…

Странным образом в стороне от расследований остался второй основной фигурант — бывший начальник Генерального штаба Николай Макаров, который наравне с Сердюковым несет полную ответственность за развал армии и злоупотребления. Замечу, что Макаров как раз успел стать Героем России, наградив себя за заслуги, которые ему не принадлежали, и званием Героя России, и Георгиевским крестом сразу II класса…

Кто-то очень сильно хочет ограничить расследование узкой темой халатности вокруг базы «Житное», словно бы и не замечая неизмеримого никакими деньгами ущерба, причиненного обороноспособности страны деятельностью тандема Сердюков — Макаров и их ближайших подручных.

Анализируя всю эту информационную кампанию, есть все основания предполагать, что мы наблюдаем скоординированные усилия некой группы людей — возможно, целого клана — развалить дело Сердюкова. Это и демонстративное нарушение «обета молчания» подельницы Сердюкова Васильевой, ее чаепитие с Ксенией Собчак с показом квартиры и рассказами о том, «какая она вся невиноватая». Это подключение целого ряда информационных источников СМИ в кампании по отмазке Сердюкова. Источники утверждают, что ценник за отмывку Сердюкова и Васильевой сегодня начинается с 150 000 рублей за небольшую статью, а сюжеты на ТВ от 50 000, правда уже не рублей, а североамериканских баксов.

Возмущенные тем, что помпезно возбужденные более года назад уголовные дела по фактам злоупотреблений в Минобороны медленно, но верно сводятся на нет, замалчиваются и не получают должной правовой оценки, парламентарии попытались инициировать собственное расследование деяний экс-министра обороны. Пакет документов по фактам, требующим расследования, был внесен в профильный комитет Госдумы инициативной группой 20 декабря 1993 года с предложением о создании комиссии. Обращение было поддержано 84 депутатами КПРФ и 19 «эсэрами».

Но комитет по конституционному законодательству и госстроительству отклонил эту инициативу под предлогом того, что восемь эпизодов, упомянутых в обращении парламентариев, в ближайшее время «могут стать предметом рассмотрения суда». Нельзя-де расследовать то, что и без того расследуют судебно-следственные органы. Логика в решении комитета есть, но этот отказ Думы создавать комиссию по расследованию коррупции в Министерстве обороны был многими истолкован как часть кампании по «отмывке» Сердюкова и вывода его из-под удара.

Совершенно очевидно, что в высшем руководстве страны сегодня идет яростная схватка двух структур: с одной стороны — Следственного комитета, который исполняет требования президента и связанной с ним кремлевской группы — навести в стране порядок и обуздать коррупцию. А с другой стороны — кланов, которые десятилетиями находились у власти и фактически превратили ее в семейный бизнес, сделав коррупцию частью механизма управления страной. Схватка эта идет не на жизнь, а на смерть. И «дело Сердюкова» в этой войне — ключевое. Вопрос стоит предельно просто: будет ли осужден чиновник такого ранга и тем самым будет дан ясный сигнал всем остальным, что неприкасаемых в стране больше нет? Или останется незыблемым главный принцип функционирования системы управления государством двух последних десятилетий — неприкосновенность в обмен на лояльность? Если мы проанализируем последние 20 лет, то увидим, что, несмотря ни на какие ошибки, некомпетентность, экономические преступления и коррупцию, никто во власти никогда не понес за это никакой ответственности. Главное было сохранять лояльность и соблюдать правила игры.

Сегодня «дело Сердюкова» фактически взламывает эту хартию неприкосновенности. Поэтому для кланов, стоящих за бывшим министром обороны, так важно спустить это дело на тормозах, не довести до суда и приговора. И здесь они очень рассчитывают на сентиментальность Путина и его верность дружбе. Не секрет, что был период, когда Анатолий Сердюков ходил в кремлевских фаворитах и не раз принимал в резиденциях Минобороны президента как дорогого гостя. Теперь эта близость также идет в расчет…

Сегодня новому министру обороны Сергею Шойгу приходится прилагать титанические усилия, разгребая авгиевы конюшни, оставшиеся после «клана Сердюкова». Ущерб, нанесенный обороноспособности страны, огромен! И только воля и авторитет «чрезвычайного» Шойгу позволяют медленно, но верно выправлять ситуацию. Но дело Сердюкова — это оселок для нынешней власти, экзамен на зрелость, который даст окончательный ответ обществу на вопрос: готова ли нынешняя политическая элита ради сохранения страны начать наконец борьбу с коррупцией, угрожающей сегодня самому существованию России. Или же эта борьба так и останется в категории лозунгов…

Броня крепка!

О фильме Дмитрия Рогозина «Танки. Уральский характер»

Нечасто в истории мирового кино встретишь фильм, автором которого стал не известный режиссер, не продюсер, не журналист или писатель, а заместитель председателя правительства. Пожалуй, такого факта нет даже в известном собрании редкостей, «Книге Гиннеса». И вот в августе этого года на экраны России вышла документальная лента «Танки. Уральский характер» — уникальный полуторачасовой рассказ о легендарном «Уралвагонзаводе», автором которой стал заместитель председателя правительства Российской Федерации Дмитрий Рогозин. «Что за странная прихоть?» — спросит кто-то. И будет неправ. Потому что Дмитрий Рогозин — не просто заместитель председателя правительства, Дмитрий Рогозин — тот человек, кому доверено курировать наш оборонно-промышленный комплекс и управлять им. На Рогозине лежит огромная ответственность за восстановление нашего ОПК после долгих лет распада и безденежья, за оснащение нашей армии самыми современными системами оружия. И этот фильм — не изыск скучающего чиновника. Нет, он представляет собой практически «матрицу», программную дискету реанимации нашего ОПК, гимн его мощи, его возможностям, рассказ о том, какова его реальная роль в создании и сохранении нашего государства.

Что мы знаем о танках?

Кажется, банальный вопрос. Изданы тысячи книг, сняты десятки фильмов, интернет забит тематическими танковыми сайтами. Казалось бы, на этом фоне снять что-то оригинальное, сказать новое слово уже просто невозможно. Но это не так. «Танки. Уральский характер» — это фильм-история, фильм-энциклопедия, это целый документальный роман о ТАНКАХ, О ЗАВОДЕ, о ГОРОДЕ, о ДЕЛЕ. Это экспедиция в прошлое, история уральского танкового гиганта от царя-реформатора Петра Великого, сметливых уральских купцов-заводчиков братьев Демидовых, основавших на Урале горнорудные и литейные производства, до сегодняшнего уникального научно-промышленного комплекса XXI века с «космическими» технологиями и самым современным оборудованием. В фильме прекрасно показана преемственность российских оружейников со времен Демидовых до наших дней.

Да, история танков с уральским характером началась не в ХХ веке, а намного раньше, с Петра I. Император-реформатор отлично понимал, что не природные ресурсы и не технологии сами по себе определяют результат дела. Успех всегда связан с правильным подбором людей. И главный талант Петра Первого был в том, что он умел подбирать людей под стать своим замыслам.

В русском языке есть хорошее слово «сподвижник». Вот такими сподвижниками для императора-реформатора стали Демидовы. Купцы, знатоки горнозаводского дела. Великолепные организаторы производства. Этот период можно условно назвать первой индустриализацией Урала.

В первую очередь история «Уралвагонзавода» — это история людей. Уникальных людей, легендарных людей — тех, кто буквально своими руками творил Историю с большой буквы. Это и конструктор лучшего танка Второй мировой войны «тридцатьчетверки» Александр Морозов, и создатель самого распространенного танка современности Т-72 Леонид Карцев, и умерший на своем рабочем месте в лихие 90-е, но спасший завод от распада знаменитым «индийским контрактом» генеральный конструктор Владимир Поткин. Неизвестные факты, известные и неизвестные подвиги, известные и неизвестные войны…

Целая глава фильма посвящена развертыванию производства танков на Урале. В конце 1941 года из западной части страны в Нижний Тагил были эвакуированы полтора десятка крупных предприятий и научно-исследовательских институтов. В том числе главный советский танковый гигант — Харьковский тракторный завод. Война вынудила СССР, как и во времена Петра I, начать индустриализацию Урала. Каждый второй Т-34 был выпущен именно здесь — в Нижнем Тагиле. А всего за годы войны с уральских конвейеров сошло более ста тысяч (!!!) танков. Это была воистину война технологий, война моторов. Советские танки оказались не только лучшими по качеству, чем гитлеровские, но и на порядок дешевле и технологичнее в производстве. На каждый гитлеровский «панцер» СССР собирал пять своих танков. К концу войны каждые полчаса из ворот завода выезжал новый танк.

Фильм «Танки. Уральский характер» захватывает лучше любого детектива. Особенно впечатляет впервые рассказанная с экрана история соревнования двух КБ, двух танковых школ, двух уникальных боевых машин: Т-72 и Т-64. Это соперничество — целая эпоха нашего танкостроения. Противостояние двух путей развития танковой промышленности: «революционный» танк против «эволюционного», уральская школа против харьковской. Более тридцати тысяч танков Т-72 было выпущено в Советском Союзе и по лицензии — более чем в сорока странах мира. А «летающий» танк Т-9 °C в начале XXI века стал самой продаваемой боевой машиной мира.

Фильм Дмитрия Рогозина — это уникальная возможность совершить экскурсию по сборочным цехам завода, увидеть, как рождаются самые совершенные боевые машины XXI века, как создаются и испытываются новые образцы, как проверяются войнами и конфликтами.

История «Уралвагонзавода» — ярчайший пример того, как один завод вытянул за собой всю танковую промышленность страны. И это сделали люди с особым, уральским характером. Их героический труд и великий талант позволили России остаться танковой супердержавой. История уральских танков — это живая история русского народа. Поэтому совершенно неудивительно, что даже в храме рядом с «Уралвагонзаводом» есть единственная в мире икона, на которой рядом с православными святыми и ангелами изображены нижнетагильские танки…

И можно только поблагодарить автора за удивительно насыщенный, яркий, интересный фильм. Фильм-оду. Оду людям русского ВПК. Инженерам, рабочим, конструкторам, испытателям — всем тем, кто своими руками кует непобедимое оружие для нашей армии.

В конце фильма Дмитрий Олегович говорит, что сегодня к работникам российского ОПК возвращается заслуженное уважение и почет. И фильм «Танки. Уральский характер» — это прекрасный памятник мужеству и таланту наших оружейников.

Часть II. Фронтовой репортаж

Украденная Украина

Ситуация с Украиной предельно четко высветила ту непоследовательную и невнятную политику, которую проводила Россия по отношению к соседской стране все последние двадцать лет.

Двадцать лет непрерывных заигрываний со сменяющими друг друга панами Кравчуком, Кучмой, Ющенко и Януковичем, которые как один ловко и нахально тащили из российских карманов «гроши» экономической «пидмоги», объясняясь в любви и дружбе, и как один тут же забывали о всех обещаниях, как только эту «пидмогу» получали. После чего бежали плясать гопака перед заезжими панами из Вашингтона или Берлина, целуя им руки, клянясь в верности.

Двадцать лет эксперты урезонивали Кремль, терпеливо объясняя, что Украина — это не единое государство, а конгломерат нацистского «Запада», петлюровского Киева и «Востока»-Новороссии, что «западный» фактор непременно даст о себе знать и может оказаться определяющим. Тщетно!

В итоге мы увидели Майданную революцию, сделанную руками «западенских» нацистов и примкнувшего к ним разнообразного экстремистского отребья. Никакого «Антимайдана» за все эти два месяца мы так и не увидели. Единственным «Антимайданом» был непоколебимый, молчаливый «Беркут», выстоявший под страшным натиском ненависти и ярости.

Но «Беркут» не управляет Украиной. Это только инструмент, прекрасное оружие, но его держала дряблая трясущаяся рука. «Беркут» в конце концов был убран с улицы, и была подписана полная капитуляция перед боевиками «Майдана». «Запад» победил!

Не надо тешить себя иллюзиями, будто «Майдан» — это временное помрачение и локальное явление. Что восток Украины — «за Россию» и желает союза с ней. Это давно не так. Мы оттолкнули от себя «Восток» глупыми газовыми войнами начала двухтысячных и циничными подсчетами долгов. «Считались» мы с украинской «старшИной», а без газа и света сидели Днепропетровск и Полтава, Харьков и Бердянск. Пропаганда и непрерывная промывка мозгов сделали свое дело. Во всех бедах Украины сегодня уже почти привычно винят Россию. Не дает газа и денег в долг — душит! Дает — мало! И не тому, кому нужно!

Сегодня даже на востоке Украины отношение к России чрезвычайно настороженное. Теперь там в фаворе «дорога в Европу». Речи пана Кличко про скромную, но достойную жизнь в европейской семье сегодня лишают украинцев рассудка лучше всякого опиума. И никто даже не пытается задать себе вопрос, а на что жить Украине в «европейской семье», где никто не цента не даст просто так. Где источник прибылей и процветания украинцев на Западе? Ее промышленность практически мертва и страшно устарела. Она не выдержит никакой конкуренции, как не выдержит ее и сельское хозяйство. Тучные украинские черноземы — это, конечно, богатство Украины, но устаревшие технологии и допотопная переработка сделают их в лучшем случае обычным товаром, который очень скоро найдет себе иностранного хозяина. На этого хозяина и будут за гроши работать аборигены, перестав быть хозяевами своей земли.

Но все это «Восток» поймет уже без нас. Россию сегодня никто здесь не хочет слушать. Лишь Крым пока еще повернут к нам лицом. Там еще видят в России надежду и опору.

И потому единственной внятной нашей политикой на постмайданном украинском пространстве должно стать ясное и недвусмысленное формулирование наших национальных интересов. Открытая и мощная поддержка пророссийских партий и сил.

Мы должны холодно и спокойно «сегрегировать» свои вложения в Украину. Не бессмысленно швырять миллиарды в бездонную бочку Януковича, откуда их ушатами и черпаками растаскивают его придворные и родня, а предельно конкретно вкладывать наши деньги в проекты с теми регионами, где российское влияние высоко, где поддержка союза с Россией желанна. Там мы должны выстраивать «схемы» экономических льгот, создавать рабочие места, совместные предприятия, гуманитарные проекты. Оттуда следует приглашать в Россию на обучение талантливую молодежь. Лишь создав в этих регионах достойную жизнь, привязав их к себе рублем и товаром, языком и культурой, симпатиями и верой, только тогда мы сможем развернуть Украину к России.

А пока гайдамаки с Майдана медленно, но упрямо разворачивают чумацкий воз Украины на Запад…

Праздник в Симферополе

В Симферополе все спокойно. Точнее, даже празднично. Ну никак не ожидал от сонного аполитичного Симферополя такого взрыва энергии и протеста! Сейчас по городу гуляют сотни людей, размахивающих, держащих и завернувшихся в российские и крымские флаги, звучит музыка, идут сразу несколько митингов. Все пророссийские, за свободу и независимость Крыма. Нет никаких масок, баррикад, оружия. Много детей, открыты кафе, магазины.

В здании МВД блокирован киевский назначенец, который, собственно, и спровоцировал новый виток кризиса. Назначенный в нарушении закона Крыма, он ночью отдал приказ штурмом взять Верховный Совет, но у здания милицию встретил «спецназ», и после короткого выяснения отношений милиция прекратила атаку и вернулась в расположение. Именно после этого премьер-министр Аксенов взял МВД Крыма под свой личный контроль и переподчинил республике. После этого решения был издан указ о восстановлении в составе МВД Крыма отряда специального назначения «Беркут», после чего симферопольский «Беркут» приступил к службе.

В составе севастопольского отряда самообороны несут службу в том числе и крымские татары. Также целый ряд татарских организаций заявил о поддержке крымчан и расширении статуса Крыма. Меджлис постепенно оказывается в изоляции.

Вооруженные отряды продолжают охрану ключевых объектов Крыма. Никаких эксцессов не возникло.

Референдум о расширении полномочий Крыма перенесен на два месяца и состоится 30 марта 2014 года.

Сейчас войны в Крыму не будет

Сейчас идет непрерывная истерика о том, что в ближайшие часы начнется война. Перечисляются стянутые к Крыму части, обсуждаются планы и варианты проведения операции. Если честно, то я с большим скепсисом отношусь к этой истерике. Поясню свою позицию.

Во-первых, войсковая операция такого масштаба требует самой серьезной подготовки. Я молчу о том, что «законтрактованного» количества войск просто тупо недостаточно для проведения операции по взятию такой территории, как Крым, под контроль. Для такой операции необходим минимум полноценный армейский корпус — 25–35 тысяч солдат и офицеров. Сейчас же здесь собрано разношерстных войск едва ли 15 тысяч. При этом украинская армия давным-давно не проводила серьезных маневров. Ее штабы утратили опыт боевого управления такой массы войск. Даже в первую чеченскую компанию нам потребовалось почти полтора месяца на развертывание своей группировки, и мы все хорошо помним, в каком состоянии входили войска в Чечню и чем это для нас обернулось в следующие два месяца. При этом мы тогда воевали против слабо подготовленного в военном отношении противника. У чеченцев на первой войне был высокий боевой дух, но их организованность, подготовка и насыщенность вооружением на первом этапе были чрезвычайно низки, но нам от этого легче не стало.

Крымская самооборона, опирающаяся на Черноморский флот, с «мамой-медведицей» Россией за Керченским проливом — это несколько иное… Я не думаю, что в украинских штабах сидят круглые идиоты и их американские советники там зря сало виски запивают — ждать, что украинцы решат тупо повторить наш подвиг декабря 1994 года, глупо! Даже несмотря на всю упертость рогулья с майдана. Войска мало стянуть сюда, необходимо провести их доукомплектование, боевое слаживание, пристрелять оружие, довести исправность техники до приемлемого процента, накопить необходимые материальные ресурсы — топливо, боеприпасы, продовольствие и т. д.

Развернуть полевые госпитали и ремонтные мастерские. Провести разведку и раздать карты, наконец. Для всего этого нужно время! И это явно не три дня! Во-вторых, кроме того, я считаю маловероятным, что операция против Крыма сразу начнется с широкомасштабных боевых действий войск а-ля Южная Осетия. Второй раз наступить на эти грабли американцы едва ли себе позволят. Нужно сохранить статус-кво и добиться качественного casus belli — повода. А это значит, что надо либо вперед пускать полицейских и пытаться начинать ее как некую полицейскую операцию, нарываясь на кровь, либо устроить большую заварушку в самом Крыму и рвануть туда кого-то спасать — ну, тех же татар.

Все описанное выше это минимум два-три месяца подготовки «с нуля» у хорошо подготовленной армии, динамичной, крепко стоящей на ногах страны, но никак не две недели у армий «Half-Life» и точно такой же страны «Юкрейна». Поэтому, мое мнение, что перемещения украинских войск на юго-восток — это мера скорее превентивная и сугубо оборонительная. В рамках киевской истерии о готовности России напасть на Украину и отчекрыжить ей весь Восток по самое не балуйся. С обострением отношений с Россией становится более понятной необходимая конфигурация оборонного пространства. Случись же эта война сегодня, и я просто не представляю, чем она может закончиться для Киева…

Крым: русская весна

…А в Крыму — весна. Ранняя, неожиданно теплая, словно сама природа спешит украсить день освобождения пурпуром зацветающего миндаля и белоснежной кисеей вишни. От аромата цветов кружится голова. Весна в Крыму. Русская весна!

На улицах Севастополя тысячи людей: смеются, поздравляют друг друга, танцуют, поют. С огромной сцены у «Русского дома», в десятке шагов от Графской пристани, Кубанский казачий хор выводит «Едут по Берлину наши казаки», их сменяют «Земляне», и уже вся площадь хором подпевает «…и снится нам не рокот космодрома…».

Победа!

Украинская власть в Крыму исчезла стремительно и незаметно, как предрассветный туман под свежим утренним ветром. Ее стерли, как клоунский макияж после долгого шоу.

Еще час назад она была — и вот уже ее нет.

Это в Киеве боевики «правого сектора» в крови, огне и ненависти выковыривали власть из мостовой «майдана незалежности», выдирали с мясом из дворцов на Грушевского. Выжигали «коктейлями Молотова» всех недовольных, мордовали до смерти битами тех, кто сопротивлялся, дырявили снайперскими выстрелами черепа «беркутовцев» — последних защитников легитимной власти.

В Киеве «майдан» промаршировал во власть по костям и крови несогласных, парализовав страхом, загнав в клетки домов обывателей, отдав древнюю столицу «на приз» погромщикам и мародерам.

В Крыму не было ни масок, ни «коктейлей Молотова», ни драк, ни погромов. Ничего! Киевская власть просто лопнула, как мыльный пузырь, обнажая очевидный до невозможности факт — Крым никогда не был украинским!

Ему просто вывернули руки и затолкали силой в самостийный загон, и пьяный россиянский президент в кураже махнул беспалой клешней: «Хэх! Берите!».

Потребовалось двадцать три года, чтобы разрушить этот загон, перетереть все путы и вырваться из ненавистной неволи.

…У этой победы есть три имени

Алексей Чалый. Невысокий, крепкий, седобородый, похожий на былинного витязя. Народный мэр. Именно он стал той искрой, от которой полыхнуло пламя крымского сопротивления. Именно он в самые трудные и страшные минуты торжества бандеровского майдана, когда озверевшая нацистская сволочь отменяла русский язык, призывала «москалей на ножи», громила все на своем пути, именно тогда Алексей Чалый организовал в Севастополе митинг «Народной воли против фашизма на Украине», в котором участвовали около 20 тысяч человек. И на этом митинге его провозгласили «народным мэром». С этой минуты пошел отсчет времени нового Крыма…

Владимир Константинов — председатель Верховного совета Крыма. Собранный, интеллигентный, излучающий спокойствие. Именно он спокойно и взвешенно, соблюдая каждую букву закона, провел через Верховный совет Крыма все революционные решения по отказу подчиняться незаконной киевско-майданной власти, назначил дату и утвердил повестку референдума.

Сергей Аксенов, лидер Всекрымского общественно-политического движения «Русское единство», председатель Совета министров Автономной республики Крым, верховный главнокомандующий Автономной республики Крым и Севастополя. Яркий, энергичный, мощный. Только ленивый уже не сравнил его с автором знаменитого романа «Остров Крым» Василием Аксеновым. Сергей Аксенов взвалил на плечи тяжелейшую ношу экономики осажденного острова. На нем сейчас сотни тысяч пенсионеров и сотни школ, больницы, детсады. А еще создаваемая армия, которой требуется амуниция, еда, зарплаты. На нем банки и МВД. И все это должно работать как часы. Все и все…

Этот триумвират сегодня является настоящим атомным реактором крымской независимости. Ему верят люди, за ним идут как в бой…

…Мартовское море пахнет свежестью и какой-то ключевой чистотой. А над Ахтиарской бухтой в высоком невыразимо синем небе развеваются андреевские стяги кораблей русского Черноморского флота. Грозной славы России.

Все прошедшие со дня распада СССР двадцать три года Черноморский флот прожил под непрерывным «прессингом» Украины. Двадцать три года украинские власти, как могли, давили флот. Ему отключали свет, отбирали стоянки кораблей, запрещали выходы в море. Дошло до того, что вооружение, продовольствие и прочие материально-технические ресурсы флота вдруг стали проходить таможенный досмотр Украины и завозиться на флот фактически лишь с разрешения Украины. Ни один гвоздь, ни одну банку тушенки Россия не могла завезти на флот, не заплатив предварительно таможенную пошлину Украине.

Уникальный прецедент! Юридически товар следовал из России в Россию (со складов ВМФ РФ на корабли и части РФ), но посредине этого вдруг возникала Украина, которая брала со всех этих товаров таможенные пошлины и решала, что пустить, а что нет. Этакая пиратская Тортуга, бравшая дань с проплывающих судов.

Дошло до того, что военный госпиталь ЧФ не мог проводить плановые операции, потому как Украина при очередном досмотре груза запретила ввоз на склады медицинского управления флота анестезирующих препаратов. Они, оказывается, запрещены к ввозу на Украину. Все попытки разъяснить, что медицинские препараты ввозятся не на территорию Украины, а на территорию России — корабли и склады ЧФ — действия не возымели. После долгих споров флоту было милостиво предложено приобрести эти препараты у… Украины по соответствующим ценам. Дальше — больше! Были заморожены поставки на флот боеприпасов, за которые Украина также потребовала заплатить пошлину…

А сколько за эти годы прозвучало злорадных комментариев из уст всякого рода политологов и экспертов о том, что дни Черноморского флота России сочтены и его судьба — бессмысленно стареть и ржаветь до полного списания «на иголки».

И вот теперь украинский флот бездомной кучей серых стальных глыб замер в дальнем углу севастопольской бухты. Пытавшийся сняться с якорей «Славутич» запутался в собственных цепях и бессильно покачивается на мелкой волне. «Тернополь» не может выбрать якоря, на которые «наступил» наш буксир, пограничные катера вытеснены в далекую Одессу, а база Донузлав заперта затопленным на фарватере ржавым корытом «Очакова».

Судьба украинских войск в Крыму трагична. По сути, теперь они поменялись местами с Черноморским флотом, и уже им приходится выбирать между присягой Украине и присягой Крыму. Впрочем, есть и третий вариант — оставить службу и, что называется, найти себя в другом деле.

Политическая история зла. Сегодня она очумелым бумерангом вернулась к украинским офицерам. Все они, те, кто чуть старше сорока, двадцать три года назад уже выбирали, с кем оставаться — с Россией или с Украиной? И выбрали Украину, присягнули ей, запятнав свою честь позорным пятном клятвопреступников. Тогда им обещали быструю карьеру, службу в престижной «европейской армии», высокие оклады и сытную пенсию на тучных украинских черноземах. Вместо этого им досталась одна из самых убогих армий мира, свалка устаревшей техники, тощие оклады и полное отсутствие каких-либо перспектив, кроме небольшого подсобного хозяйства при доставшейся по наследству родительской хатке. Так теперь еще и снова выбирать надо! Хранить верность всему этому «майну» или рискнуть еще раз и завербоваться в крымскую армию?

Я понимаю гуманную логику крымских властей: ну не бросать же на произвол судьбы этих вояк? Но, ей-богу, не понимаю, зачем Крыму эти ландскнехты?

…Я помню позднюю осень девяносто первого, как я шел этими же улицами, и сердце, казалось, разорвется на части от отчаяния. Это было время побежденных. Союза больше не было. Будущего не было. Ничего не было. Даже надежда нас тогда оставила. Флот в ожидании раздела был прикован к причальным стенкам. Растерянный, деморализованный. В Москве и Киеве господа и паны делили кабинеты и приценивались к народному добру, еще не веря в грядущую эпоху «большого хапка». Я глушил совесть кислым пивом из стеклянных банок из-под консервов, считал дешевеющие на глазах гроши и тупо внимал геббельсовской пропаганде о том, как здорово мы все заживем, когда разойдемся по своим национальным квартирам. Как запануют вольные украинцы на своем хлебе и сале, без москалей.

Но Киев сам оттолкнул от себя Крым. Двадцать три года украинское руководство держало Крым в жестком ошейнике, обещанная ему автономия всячески урезалась, давилась, размывалась. Шло непрерывное наступление на Крым. Севастополь вообще находился на положении оккупированного вражеского города. Двадцать три года Киев назначал ему гауляйтеров, отказывая в праве проводить свободные выборы, которые гарантировались конституцией Украины.

Ни один из нескольких сотен проектов законов, подготовленных крымским парламентом за эти годы, Верховная рада Украины не приняла даже к рассмотрению.

Крыму ясно указывали его место — покоренной бесправной земли. И только, как грибы после дождя, здесь росли вотчины олигархов и чиновников, которые за бесценок скупали крымскую Ривьеру, выстраивая себе роскошные дворцы и виллы, в то время как инфраструктура Крыма все больше скатывалась в средневековье, а безработица стала подлинным бичом населения Крыма.

Русских всячески вымарывали из истории Крыма.

Русские школы закрывались, русские институты «украинизировались», делопроизводство на русском было запрещено. Даже надписи на памятниках крымской войны новая власть стала наносить на английском и украинском, словно это украинские «сичевики» стояли насмерть на Малаховом кургане и отбивали под Балаклавой атаку британской легкой кавалерии.

Украина сделала все, чтобы колонизировать Крым, но это «все» в один день пошло прахом.

Крым свободен!

И вот теперь мне выпало великое счастье увидеть русский ренессанс, русскую победу. Не все будет просто. И еще предстоит пройти очень трудный путь к окончательному воссоединению двух частей целого. Но сегодня на наших глазах делается история — происходит возвращение Крыма в русский мир, в братскую семью народов.

Крепость Крым

Военно-стратегическое значение возвращения Крыма

Севастополь — город русской славы

Еще совсем недавно в российском военно-экспертном сообществе шли долгие и вялые споры о грядущей судьбе Черноморского флота России. Самые осведомленные эксперты наперебой доказывали бессмысленность дальнейшего пребывания флота в Севастополе, ненужность существующего договора о пребывании флота в Крыму. Они выступали за скорейший вывод кораблей под Новороссийск, где, пусть и в «медвежьем углу» Черного моря, но мы-де сможем развивать флот, ни на кого не оглядываясь. Трезвая экспертная оценка…

И я помню реакцию на нее нашего автора, капитана I ранга Владимира Заборского, сухого, энергичного, собранного, который как-то при мне по-флотски резко оборвал одного такого спорщика: «Да что вы за чушь несете! Пока наш флот в Крыму, Крым для России не потерян!..».

Я помню почти ернический взгляд «эксперта» на пожилого «каперанга». Десять лет назад сама мысль о возвращении Крыма казалась почти ересью… И сегодня я со светлой грустью вспоминаю старого моряка. Как жаль, что он не дожил до сегодняшнего дня. Дня, о котором так мечтал. Дня его правоты!

Ибо прав был капитан I ранга Заборский: пока Черноморский флот находился в Крыму, Крым для России не был потерян! И именно Черноморский флот сыграл ключевую роль в «русской весне» 2014 года, в освобождении Крыма.

Нет, его моряки не шли с винтовками на оборону Перекопа и не рыли окопы на окраинах Севастополя, и даже выводить в море корабли не пришлось. Но важнее всех маневров и маршей оказалось просто его присутствие на полуострове. Битва за Крым была выиграна Россией в лучших традициях «Искусства войны» Сунь Цзы — без единого выстрела и без единой капли крови.

В самый критический момент флот стал определяющим геополитическим понятием. Тем, которое называется «фактор силы». Именно Черноморский флот России оказался тем силовым фактором, который определил ход событий на полуострове. Присутствие флота парализовало местную промайданную власть, связало по рукам и ногам киевских ставленников и назначенцев, заставило полицию и СБУ держаться в рамках закона, действовать с оглядкой и робостью.

Именно ощущение флота за спиной придало уверенности и энергии жителям Севастополя, которые вышли на митинг с лозунгом «Россия, мы брошены, возьми нас обратно!» и единогласно заявили, что Севастополь больше не признает последние решения Верховной Рады Украины, а происходящие в Киеве события считает государственным переворотом. Здесь, на этом митинге, был избран мэром Севастополя Алексей Чалый, возглавивший сопротивление и взявший город под свой контроль.

А вслед за Севастополем полыхнули Симферополь, Керчь, Феодосия… И везде, наравне с упованием на помощь небесных покровителей, крымчан укрепляла вера в русский флот, в то, что Черноморский флот России с ними.

И именно потому не выразимый словами восторг вызвало появление на улицах «вежливых вооруженных людей». Для крымчан эти люди стали главным знаком — флот с ними, Россия с ними! И хотя «вежливые люди», появившись буквально ниоткуда, не имели отношения к флоту и вообще никак не идентифицировали себя, народная молва их тут же приписала к морской пехоте флота. Так было!

А потом будет референдум, на котором Крым почти единодушно решит — я в этом уверен — стать частью России. И удивительный праздник народного единства, который навсегда войдет в историю России.

Нам еще только предстоит осознать и оценить значение возращенного России уникального геополитического плацдарма, контролирующего не только всю акваторию Черного моря, но и район проливов, Балканы, Кавказ и Ближний Восток. С его территории мы способны перехватывать ракеты со стороны Средиземноморья и Адриатики. И вот теперь нам придется заново осваивать Крым. Необходимо провести ревизию военной инфраструктуры Крыма, которая почти четверть века разрушалась и деградировала. Сформировать план ее восстановления и развития и шаг за шагом восстанавливать силовую архитектуру полуострова.

Конечно, флот изменится. За четверть века сменились уже два поколения оружия. Сменились геополитические векторы, ушли старые и появились новые противники, были сформулированы новые национальные интересы. Все это требует новых подходов к военному строительству.

В Крыму будут развернуты самые современные системы вооружений, почти наверняка здесь встанут на боевое дежурство наши самолеты пятого поколения, сюда придут новейшие проекты кораблей и подводных лодок, тут встанут на дежурство совершенные РЛС. В его уникальных подземных бункерах засветятся экраны АСУ, и системы искусственного интеллекта примут под контроль воздушное, надводное и подводное пространство вокруг Крыма, закрыв непробиваемым щитом Россию с юга. Но все это будет потом, а пока России предстоит серьезно укрепить Крым от ближайших угроз…

Угроза с севера

После распада СССР Украине достался самый большой кусок армейского пирога. Три самых мощных военных округа, шесть армий и корпусов. Под юрисдикцию Украины перешли 14 мотострелковых, 4 танковых, 3 артиллерийских дивизии и 8 артиллерийских бригад, 4 бригады спецназа, 2 воздушно-десантные бригады, 9 бригад ПВО, 7 полков боевых вертолетов, три воздушных армии и отдельная армия ПВО. Стратегические ядерные силы, дислоцированные на территории Украины, насчитывали 176 межконтинентальных баллистических ракет и около 2600 единиц тактического ядерного оружия. На время провозглашения Украиной независимости численность войск на Украине насчитывала около 700 000 человек, 8700 танков, 11 000 БМП и БТР, 18 000 единиц реактивной и ствольной артиллерии и 2800 летательных аппаратов, включая и стратегическую авиацию.

Однако очень быстро начался распад этой военной инфраструктуры. Экономически Украина была просто неспособна содержать такую армию. А киевским политикам она была ни к чему. Уже к 1995 году армия Украины ужалась вдвое, а к 2001 году еще вдвое. Сокращать армию пришлось не только по экономическим причинам, но и для того, чтобы выполнить условия Договора об ограничении обычных вооружений в Европе. Дальние бомбардировщики Ту-22М были утилизированы под давлением США. Часть Ту-160 и Ту-95МС вместе с крылатыми ракетами вывезли в Россию в счет оплаты долгов за газ.

Одновременно с сокращениями началась распродажа вооружения, и к 1993 году Украина вышла на четвертое место в мировом рейтинге экспортеров вооружений. При этом большая часть сделок велась по «серым схемам», без официального оглашения. По оценкам экспертов, за двадцать лет Украиной в общей сложности было продано вооружений на сумму более чем в 30 миллиардов долларов. Сегодня практически в каждой африканской стране есть танки, орудия, вертолеты, по дешевке проданные Украиной. Иногда на продажу шло даже вооружение из частей, несущих боевое дежурство. Так было с продажей ЗРК «Бук-М1» Грузии.

Сегодня территория страны разделена на три оперативных командования: Западное со штабом во Львове, Южное в Днепропетровске и Территориальное управление «Север» в Киеве. Им подчинены 3 армейских корпуса, куда входят 13 отдельных бригад: 2 танковые, 8 механизированных, 2 аэромобильные, 1 воздушно-десантная. Есть два отдельных полка — механизированный и аэромобильный. Наиболее боеспособный 8-й корпус входит в состав сил быстрого реагирования и прикрывает столицу. Корпус в Запорожье, на востоке страны, — второй по укомплектованности. По данным ДОВСЕ от 2007 года, в ВСУ имелось 786 танков, 2304 бронемашины, 1122 артсистемы.

При этом поставок новой техники и вооружения в войска практически не было, ремонт не велся, и сегодня украинская армия превратилась в свалку устаревшего неисправного вооружения. Насчитывающая официально 170 тысяч солдат и офицеров, украинская армия в реальности имеет на порядок меньшее боеспособное «ядро». Объявленная Киевом в начале марта частичная мобилизация и переброска войск на границу с Крымом и Россией вскрыла неприглядную картину. Ценой неимоверных усилий со всей Украины удалось собрать группировку численностью около 15 тысяч солдат и офицеров, примерно сто танков, столько же артиллерийских установок и САУ и 50 самолетов всех типов. Совершенно очевидно, что пытаться такими силами провести силовую операцию по возвращению Крыма — самоубийство…

Но нельзя недооценивать потенциальную угрозу для Крыма с севера.

Кроме армейской группировки на границе с Крымом идет развертывание частей создаваемой «национальной гвардии», укомплектованной в основном добровольцами из числа сторонников майдана, которые высоко мотивированы, пропитаны духом ненависти к России и реванша. Сейчас эти части насчитывают до 5 тысяч боевиков. Они слабо структурированы, плохо вооружены, но проходят активную подготовку и в перспективе могут быть доведены до 15–20 тысяч боевиков. При этом «гвардия» подчиняется не военному командованию, а лидерам майдана и вполне может быть брошена националистическими лидерами на Крым. Поэтому России необходимо самым серьезным образом укрепить сухопутную группировку в Крыму. Совершенно очевидно, что имеющихся сейчас здесь сил, а это фактически то, что мы могли держать в Крыму по договору о Черноморском флоте, сегодня совершенно недостаточно. И в первую очередь необходимо усилить группировку тяжелой техникой, артиллерией и авиацией.

Для парирования «северной угрозы» в Крыму необходимо будет развернуть полноценный армейский корпус. При этом никаких проблем с его комплектацией здесь не будет. Жители Крыма, как никто другой, заинтересованы в защите своего полуострова от не в меру ретивых «свидомитов».

Совершенно уникально в стратегическом отношении положение Крыма для применения авиации. С аэродромов Крыма российская стратегическая авиация способна держать под контролем весь средиземноморский бассейн, юг Европы, Ближний Восток, Африку и даже Атлантику. Еще в 60-е годы прошлого века американские генералы называли Крым непотопляемым авианосцем. Поэтому можно ожидать, что здесь будет развернуто целое авиационное соединение, включающее в свой состав не только истребительную и штурмовую компоненту, но и стратегические бомбардировщики.

…Волна за кормой

Конечно, России теперь предстоит долгая и кропотливая работа по восстановлению русского Черноморского флота. Двадцать три года флот находился в изоляции, медленно старел и угасал.

В 1991 году Черноморский флот насчитывал около 110 тысяч человек личного состава и более 60 тысяч рабочих и служащих. В его состав входило более 300 боевых кораблей и вспомогательных судов, в числе которых было 2 противолодочных крейсера, 6 ракетных крейсеров и больших противолодочных кораблей 1-го ранга, десятки эсминцев, сторожевиков, тральщиков и десантных кораблей, то сегодня он ужался в пять раз. В том числе 28 подлодок, 2 противолодочных крейсера, 6 ракетных крейсеров и больших противолодочных кораблей 1-го ранга, 20 БПК 2-го ранга, эсминцев и сторожевых кораблей 2-го ранга, около 4 °CКР, 30 малых ракетных кораблей и катеров, около 70 тральщиков, 50 десантных кораблей и катеров, более 400 единиц морской авиации. В состав флота входили 2 дивизии кораблей (противолодочных и десантных), 1 дивизия подводных лодок, 2 дивизии авиации (истребительная и морской ракетоносной авиации), 1 дивизия береговой обороны, десятки отдельных бригад, полков, батальонов, дивизионов, рот и батарей.

Ежегодно через Черноморские проливы выходило в мировой океан до ста боевых кораблей и судов. Флот имел разветвленную сеть базирования от Измаила до Батуми (Измаил, Одесса, Николаев, Очаков, Киев, Черноморское, Донузлав, Севастополь, Феодосия, Керчь, Новороссийск, Поти и др.), его части дислоцировались на территории Украины, Крыма, Молдавии, России, Грузии, северокавказских автономий.

Затем наступили «мертвые» 90-е. Флот замер у причалов. Москва и Киев сошлись в схватке за его раздел. Почти шесть лет длилась эта тяжба. Шесть лет украинские агитаторы осаждали корабли и береговые части флота, заманивая посулами и обещаниями перейти на сторону «незалэжной». К чести флота, поддались на эти уговоры менее 10 % моряков. И только окончательный раздел 1997 года подвел черту под этой холодной войной. По Соглашению между Украиной и Российской Федерацией о статусе и условиях пребывания Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины от 31 мая 1997 года в украинских территориальных водах и на суше могла находиться группировка российских кораблей и судов численностью до 388 единиц (из них 14 подводных дизельных лодок). На арендуемых аэродромах в Гвардейском и Севастополе (Каче) мог быть размещен 161 летательный аппарат.

Но в реальности флот к этому моменту не имел уже и половины этой численности. Более того, наращиванию флота постоянно мешала Украина. С одной стороны, Украина на словах признавала подписанный договор, но при этом почти любое действие российской стороны блокировала, как не имеющее законного обоснования. Например, все тринадцать лет Украина категорически препятствовала любым попыткам России модернизации техники и вооружения флота, мотивируя это тем, что конкретный договор, определяющий порядок и процесс модернизации, так и не был подписан и, следовательно, никакой модернизации быть не может. Пользуясь этим, Украина в одностороннем порядке трактовала статьи договора и категорически противилась любым возражениям. Так, любая модернизация корабельного состава или замена устаревших кораблей на современные проекты были объявлены усилением возможностей флота и запрещены, как не согласованные в договоре.

Черноморский флот непрерывно душили запретами и ограничениями, отсутствием финансирования и преступными сокращениями. Например, с 2006 года Украина потребовала все вооружение, продовольствие и прочие материально-технические ресурсы флота провозить только после таможенного досмотра Украины и лишь с разрешения Украины. Более того, сразу за правом досмотра России было выставлено требование таможенных сборов со всех ввозимых на флот товаров. Ни один гвоздь, ни одну банку тушенки Россия не могла завезти на флот, не заплатив предварительно таможенную пошлину Украине.

Уникальный прецедент! Юридически товар следовал из России в Россию (со складов ВМФ РФ на корабли и части РФ), но посредине этого пути вдруг возникала Украина, которая мало того что собирала со всех этих товаров таможенные пошлины, так еще и решала, что пустить, а что нет. Доходило до абсурда. В 2006 году Украина при очередном досмотре груза не пропустила на склады медицинского управления флота партию анестезирующих препаратов. Они, оказывается, были запрещены к ввозу на Украину. Все попытки разъяснить, что медицинские препараты ввозятся не на территорию Украины, а на территорию России — корабли и склады ЧФ — действия не возымели. В итоге госпиталю пришлось приостановить проведение операций, а больным морякам — за свои деньги приобретать в аптеках Севастополя необходимые препараты и приносить их с собой. А на некоторые из них еще и получать специальное разрешение в местном Минздраве, так как часть этих препаратов является препаратами строгой отчетности.

После всех попыток разблокирования этого вопроса флоту было милостиво предложено приобрести эти препараты у… Украины по соответствующим ценам. Под этим же предлогом были заморожены поставки на флот боеприпасов, за которые Украина также потребовала заплатить пошлину.

В итоге этого «удушения» в объятиях Киева к 2014 году Черноморский флот в Крыму «ужался» до 14 тысяч человек личного состава. В составе флота в Крыму осталось менее 25 боевых кораблей всех типов и примерно столько же судов обеспечения. Если в 1991 году в составе флота находилось свыше 400 самолетов морской авиации, то к 2014 году в Крыму их осталось всего 60. Но флот, словно былинный герой, медленно оседая под натиском врагов, копил силу для одного, но смертельного удара. И он его нанес. Зверь майдана получил в Севастополе удар, который его парализовал, опрокинул, а затем погнал прочь из Крыма. Флот выполнил свою задачу перед Россией…

И вот теперь перед военно-политическим руководством России стоит задача восстановления боевого потенциала Черноморского флота. Еще в середине прошлого года были озвучены планы обновления флота. Было объявлено, что до 2040 года ЧФ получит 50 боевых кораблей нового поколения. Всего флот должен получить до восьми строящихся корветов типа «Стерегущий» и фрегатов типа «Адмирал Горшков», 10–12 минных тральщиков типа «Александрит», шесть-восемь малых артиллерийских кораблей типа «Буян», 10–12 ракетных катеров типа «Скорпион», а также восемь-десять малых подводных лодок типа П-750 — такие цифры назвал военный эксперт, член общественного совета при Министерстве обороны РФ, Игорь Коротченко.

Но это были планы, связанные с «договорным» флотом. Тем, который мы должны были согласовывать с Украиной. Теперь же, очевидно, эти планы будут в корне пересмотрены. Крым станет одной их опорных баз российского ВМФ вообще. Уже не первый десяток лет моряки вели разговоры о том, что содержание зимой на Севере таких кораблей, как авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов», — чрезвычайно трудное и затратное дело. Что в условиях северной зимы эти корабли быстро стареют и что флоту нужны базы в южных морях. Теперь, с возвращением Крыма, у России возникает прекрасная южная база для зимовки стальных исполинов Северного флота…

Конечно, придут в Севастополь и ударные ракетные многоцелевые фрегаты, и новейшие корветы, и самые современные лодки, но каким бы ни стал будущий флот, есть то, что останется неизменным. Останется город русской морской славы Севастополь, бриллиант в короне славы России. И по его солнечным зеленым бульварам и проспектам будут гулять, сияя золотом шитья и погон, русские моряки в белоснежных мундирах, в этом городе будут расти наши дети, будет звучать женский смех, будет играть музыка.

И каждый год 9 мая в Ахтиарской бухте будет вытягиваться парадный строй расцвеченных флагами боевых кораблей, над которыми в бирюзовом небе будут величаво и гордо реять русские андреевские флаги. И ко Дню освобождения Севастополя от гитлеровцев, ко Дню нашей Победы над фашизмом святой троицей прибавится еще один великий праздник — День освобождения Крыма.

Новороссия, война

…Крайне неудачная операция по взятию аэропорта под контроль Донецка, как в зеркале, отразила все основные сегодняшние проблемы Новороссии.

Совершенно очевидно, что для киевских властей удержание в Донецке важных объектов, среди которых аэропорт едва ли не самый ключевой, не будет легким и уж точно не станет мирной передачей из одних рук в другие.

Захват аэропорта был поручен отряду батальона «Восток», состоявшему фактически из необстрелянного пополнения, только-только прибывшего в Донецкую Республику. Ночью аэропорт был захвачен без потерь. И это тоже сыграло свою трагическую роль. Никакой серьезной подготовки аэропорта к обороне проведено не было, отряд ограничился лишь выставлением блокпостов на выездах и расположился в здании аэропорта.

При этом командование, отдавшее приказ, совершенно не учло особенностей аэропорта — открытую территорию, преимущественно легкие, стеклянные и алюминиевые конструкции, отсутствие укрытий.

Судя по скорости реакции штаба АТО, существовал план прикрытия аэропорта, который был утром приведен в действие. Были подняты вертолеты и штурмовики Су-25 из состава 299-й бригады тактической авиации ВВС Украины (Кульбакино), высажен десант спецназа.

В итоге находящиеся на территории аэропорта бойцы самообороны попали в огненный мешок. Не имея единого плана действий, утратив управление, они частично отступили, частично завязали перестрелку, которая продолжалась до двух часов дня, после чего уцелевшие бойцы «Востока» под прикрытием прибывшего резерва смогли отойти.

Итоги боя трагичные — больше шестидесяти человек убитых и почти столько же ранено.

Аэропорт остался под контролем Киева.

Одной из ключевых проблем выживания республики становится борьба с анархией, царящей в руководстве республики и отрядах самообороны. Армия самообороны Донбасса, по сути, сегодня — это конгломерат отрядов самообороны, многие из которых предпочитают действовать по собственным планам и подчиняются только своим командирам. Подготовка большинства бойцов слабая, вооружение и экипировка — в зависимости от возможностей «спонсоров» от самой современной до кустарно-примитивной. Дисциплина часто носит условный характер, и ее приходится поддерживать самыми жесткими мерами, вплоть до расстрела мародеров и беспредельщиков.

Все это приводит к тому, что организовать координацию действий, боевое планирование крайне трудно. Основным видом боевых действий остаются удары мелких боевых групп и внезапные обстрелы, что отдает инициативу в руки киевского карательного корпуса. Все это усугубляется географическими размерами Донецка, миллионного города, который приходится оборонять «армии» из двух-трех тысяч бойцов, непрерывно перемещающейся между наиболее опасными участками.

Фактически главным преимуществом защитников Донецка в сложившихся обстоятельствах становится страх командования АТО втягиваться в бои в густонаселенном городе, опасение высокого уровня потерь как среди личного состава, так и среди мирного населения. Но по мере эскалации боевых действий эти аргументы постепенно отходят на второй план и бои переползают на территорию города.

Сегодня наиболее устойчивая оборона — в районе Славянска, где все отряды и боевые группы объединены под единым командованием министра обороны республики подполковника Стрелкова, что лишний раз подчеркивает критическую важность единства управления и дисциплины, которые при грамотном командовании позволяют компенсировать техническое и численное превосходство противника.

Фактически вопрос сегодня стоит предельно четко: либо руководство республики преодолеет неразбериху, разобщенность и объединит в один кулак все имеющиеся силы и средства, либо хаос и «махновщина» начнут катастрофически разъедать республику изнутри.

По информации, полученной из Киева, на авиабазу 7-й бригады тактической авиации в Староконстантинове прибыла группа технических специалистов, которая должна изучить вопрос применения имеющихся на вооружении ВВС Украины высокоточных крылатых ракет. Предполагается в ближайшие дни подготовить партию ракет для применения их по ключевым объектам (штабы и казармы «сепаратистов») на юго-востоке в ходе активной фазы проведения АТО.

Кроме того, стало известно о встрече в Одессе олигарха Коломойского с лидерами уголовных кланов юго-востока Украины. На этой встрече Коломойский потребовал от воров устроить на захваченных «сепаратистами» территориях бандитский «беспредел», который должен быть списан на защитников Донбасса, и выставить их «криминальным сбродом, грабящим украинцев». В обмен на это Коломойский пообещал защиту их экономических интересов после победы Киева…

Славянск будут защищать до последнего

Несмотря на усилившийся артиллерийский обстрел и тяжелое осадное положение города, говорить о сдаче Славянска украинской армии преждевременно. Я знаю тех людей, которые его защищают, и могу сказать, что вряд ли кто-то в здравом уме его просто так отдаст. Обстрелы свидетельствуют только о том, что идут обстрелы — в город пока не вошел ни один украинский солдат.

Расстреливать город издалека можно очень долго, но мой личный фронтовой опыт показывает, что чем больше город превращают в руины, тем больше он становится крепостью просто потому, что в какой-то степени руины удобнее защищать: они уже не падают. При этом люди, которые там находятся, начинают адаптироваться к этой ситуации, а вот для войск, которые пытаются войти в город и вести там боевые действия, разрушенный Славянск, конечно, станет настоящим адом. У нас ведь есть собственный печальный опыт таких вот городов.

Славянск — ключевой город для движения сторонников федерализации, и потому его будут защищать до последнего. Потеряв его, ополченцам придется отступать к Донецку, тут открывается целая коммуникация, поэтому, конечно, его будут держать. С другой стороны, все зависит от того, на каком уровне уже идет война. Если война переходит, что называется, на генетический уровень, когда уже по большому счету людям неважно, будут их дома разрушены или нет, то Славянск превращается в настоящую зону боевых действий.

Блицкриг в тупик

Почему киевские власти не могут сломить опротивление ополченцев Донбасса

Уровень деградации военного дела на Украине просто ошарашивает любого военного специалиста. Наблюдение за действиями украинских «силовиков» наводят на мысль о том, что военное руководство Украины не имеет никакого понятия даже об азах военного дела. Хаотичные метания боевых групп без всякого плана вдоль границ мятежных областей, бесконечные бесцельные и неприцельные обстрелы городов и поселков вызывают лишь недоумение и возмущение своей жестокостью и бессмысленностью.

Интересно разобраться в причинах этой деградации украинского командования.

Казалось бы, и Россия, и Украина, разойдясь по национальным квартирам, в 1991 году получили практически один и тот же человеческий контингент. Более того, Украина имела определенное качественное преимущество. Если на территории России располагались по преимуществу второразрядные военные округа, традиционно рассматривавшиеся как округа, формирующие пополнения для перворазрядных округов и групп войск, где находились самая современная техника и вооружение, то на территории Украины располагалось два мощнейших округа — Прикарпатский и Одесский, и доля современного вооружения в составе украинских ВС в 1991 году была едва ли не самая высокая в бывшем СССР. После распада СССР на Украине осталось служить больше 60 % командного состава ВС СССР по учету на август 1991 года, плюс к этому еще несколько десятков тысяч офицеров и генералов перевелись на Украину после 1991 года как репатрианты. То есть украинская армия к 1992 году была даже избыточно укомплектована высокопрофессиональным и высокомотивированным офицерским корпусом. И к 1992 году ВС Украины можно вполне назвать самыми боеспособными на территории бывшего СССР. И это не громкие слова. В отличие от России, которая была вынуждена принимать свои самые укомплектованные части и соединения, выводившиеся из состава зарубежных групп войск практически в голое поле, не имея для них ни жилых городков, ни казарм, ни ангаров, ни полигонной инфраструктуры, что очень скоро привело их к распаду и деградации, Украина получила округа, армии и корпуса с полной инфраструктурой в прекрасном состоянии.

Думаю, что самую удручающую роль в деградации украинской военной элиты сыграли национальные чистки сначала середины девяностых, когда укрепившиеся у власти «свидомые» реформаторы взялись за создание «национальних збройних сил» и начали активно чистить руководство Вооруженных сил Украины от «неукраинцев». Именно в этот период было уволено большинство русских генералов, оставшихся служить там после распада СССР и не имевших украинских корней. Лукаво надеявшиеся на то, что присяга Украине гарантирует им продолжение карьеры в уютной «европейской» Украине, были «зачищены» и, оказавшись не у дел, переключились кто в силу связей и возможностей на торговлю вооружением и военным имуществом, кто на мелкую коммерцию, а кто просто сел на пенсию. Но, как бы то ни было, с этой группой украинское политическое руководство потеряло единственную группу военных специалистов, имеющих представление о вопросах оперативного и стратегического искусства. Они были зачищены раньше, чем смогли передать это кому-либо, и национальная военная школа так и не была создана.

Но это для тогдашних украинских политиков было и не важно. Будапештский меморандум гарантировал территориальную целостность Украины, военные угрозы виделись предельно туманно. Поэтому армия представлялась второстепенным и малонужным элементом государственной машины. И главным критерием оценки армии стали не успехи в боевой подготовке, а верность власти и глубина «украинизации».

На первое место при продвижении старших офицеров по карьерной лестнице вышла демонстративная «украинскость». В условиях почти полного отсутствия боевой подготовки и масштабных учений в украинской армии стал складываться особый «национальный» тип военачальника — гарные свидомые паны-генералы, бодро читающие доклады на украинском, часами рассуждающие о славной военной истории Украины и не имеющие никакого опыта в управлении войск, и уж тем более не имеющие боевого опыта.

Повторная чистка прошла уже при президенте Ющенко, когда из армии были вычищены все заподозренные в нелояльности «памеранчевой революции» военачальники. В карабканье по карьерной лестнице к обязательной «свидомости» добавилась не менее обязательное обучение за границей. С этого времени обязательным элементом обучения высшего военного украинского командования стали «курсы» в США или европейских структурах НАТО. Но проблема этого обучения состояла в том, что оно никак не было адаптировано под украинскую военную реальность — стремительно деградирующую и распадающуюся армию. В лучшем случае оно позволяло ознакомиться с военными структурами НАТО и азами управления войск, выстроенных по стандартам НАТО. Увы, для украинской реальности это было применимо не больше, чем космическая техника для аборигенов Австралии.

В итоге сегодня мы наблюдаем полный коллапс военного управления так называемой АТО на Востоке Украины. Военная, а точнее карательная, по характеру, операция ведется совершенно хаотично, без какого-либо единого плана, почти без координации, судорожными рывками. Как следствие, резкий рост потерь и эскалация насилия. Иногда создается впечатление, что украинское военное руководство планирует боевые действия в зависимости от того, что нового будет найдено при ревизии очередного военного арсенала или склада. Бомбежки городов сменяют артобстрелы все более мощными калибрами, осколочно-фугасные снаряды сменяются зажигательными.

Эта демонстрация деградации и неготовности высшего военного руководства является главной причиной того, что военная машина Украины уже третий месяц топчется на границе Донецкой и Луганской областей, не в силах решить ни одну из заявленных в начале операции задач.

И все же этот отрицательный опыт имеет свои положительные моменты. Медленно, но верно «намывается» командование среднего звена — отдельных батальонов и бригад ВСУ и нацгвардии, которые по мере получения опыта начинают действовать все более уверенно. Можно предположить, что и на уровне штаба АТО начинает постепенно складываться группа боевого управления, способная спланировать эффективную операцию. Кроме того, штабы всех уровней сейчас ускоренно комплектуются американскими военными советниками, которые должны наладить взаимодействие между разрозненными структурами и помочь в планировании операций. Но даже в этом случае говорить о появлении на Украине своей национальной военной школы преждевременно. АТО — это не более чем карательная экспедиция против численно и технически уступающего противника, и абсолютизировать этот боевой опыт — значит просто обманывать самого себя.

Очевидно, что в ближайшее время руководство АТО попытается провести масштабную операцию по изоляции района боевых действий. Пользуясь относительным затишьем, Киев усиленно накачивает группировку пополнениями и техникой. Можно ожидать, что предстоящая операция будет самой масштабной по размаху и Киев попытается вложить в нее всю имеющуюся в его распоряжении мощь. Целью такой операции с высокой степенью вероятности станет удар вдоль границы с Россией с целью закрыть существующую брешь, а также вероятна попытка разрезать Новороссию пополам, изолировав Луганск от Донецка. На сегодняшний день вдоль границ Луганской и Донецкой областей сосредоточена группировка из более чем сорока тысяч украинских силовиков из ВСУ, МВД, нацгвардии и различных «спецназов». В ее составе до шестидесяти танков, больше трехсот артиллерийских систем всех калибров и минометов.

Группировку поддерживает смешанная авиационная группа, насчитывающая до двадцати самолетов Су-27, Су-25, Су-24 и до 20 вертолетов Ми-8 и Ми-24. И, хотя большая часть этих частей и соединений уже сильно потрепана в боях, понесла потери и имеет проблемы с укомплектованием, недооценивать их наступательные возможности было бы непростительной ошибкой.

Самым уязвимым элементом обороны Новороссии остаются растянутые коммуникации, которые крайне трудно оборонять, и «оторванность» Донецка от района, где сейчас ведутся активные боевые действия. Оборону Донбасса сегодня правильнее представить как россыпь обороняющихся крепостей и фортов. Их защитники могут почти неограниченно долго удерживать их, но только если им будет обеспечен подвоз боеприпасов, материальных средств и пополнения. Если же не прикрыть коммуникации, то противник способен разрезать республику на части, отрезать от границы с Россией и начать «зачищать» изолированные районы вплоть до полной их деструкции. Поэтому сегодня Новороссия крайне нуждается в ударном вооружении, способном эффективно противостоять наступающим украинским частям. И в первую очередь — в танках и артиллерии…

Необходимо констатировать, что в Кремле, похоже, недооценивают значение военной кампании на Востоке Украины, рассматривая ее лишь как досадное дополнение к «крымскому броску», которое необходимо поддерживать, но если усилий окажется недостаточно, то эту кампанию можно без особых последствий завершить.

В реальности ситуация качественно иная.

По мере затягивания и ожесточения войны в Донбассе для Киева все большее политическое значение приобретает военная победа на Востоке. Сегодня уже очевидно, что кампания против Новороссии — это не просто карательная экспедиция против сепаратистов, а краеугольный момент новейшей украинской истории. Это не только ПЕРВАЯ война, которую ведет Украина в своей новейшей истории, и потому это «война престижа» украинской государственности, но также это еще и национальный реванш за утрату Крыма и демонстрация своей готовности продолжить борьбу за его возвращение. Очевидно, что если все-таки Киев сможет нанести поражение ополченцам и взять под контроль основные центры сопротивления — Донецк и Луганск, — то это будет тут же истолковано как крупнейшая геополитическая победа Киева над Москвой. Киевские власти постараются выжать максимум из этой победы, консолидируя вокруг нее население и трактуя ее как важнейший политический и нациообразующий момент новой украинской истории.

Более того, именно в рамках этой «победы над Москвой» будет в дальнейшем развиваться последующий диалог с Россией, который станет вестись с позиции «победителя», обращающегося с «побежденным». Более того, такая победа будет очень плотно увязана с поддержкой НАТО и США как самых верных союзников Украины и преподноситься как пример атлантической солидарности против врага на Востоке — России. Такая победа, безусловно, окончательно закрепит ассимиляцию Украины в НАТО и ее статус вместе с Польшей как передового плацдарма против неуправляемой и агрессивной Москвы.

Именно поэтому новый президент Порошенко, несмотря на все обещания остановить боевые действия, вероломно продолжает наращивать масштаб боевых действий. Фактически циничная задача Порошенко, которую он вот уже в течение недели благополучно решает, состоит в том, чтобы как можно дольше удерживать Владимира Путина в состоянии неопределенности по вопросу Донбасса, вплоть до момента, когда принимать решения о помощи станет уже поздно.

В этом давлении на Путина Порошенко активно помогают США, которые непрерывно муссируют тему новой «третьей» волны санкций, которые будут применены против России, если Киев в ближайшее время не возьмет под контроль ситуацию на Востоке. Которые будут уже куда более масштабными и болезненными для Кремля…

Опять же именно ради этой победы украинское руководство готово пойти сегодня даже на «газовое банкротство», не подписать соглашение с «Газпромом», так как деньги, которые Украина должна за газ, полученные как кредиты от ЕЭС, были срочно переброшены на проведение наступательной военной операции против Новороссии. Киев явно идет ва-банк: либо, решив проблему Новороссии, добившись победы, диктовать России условия уже в качестве победителя, либо возвращаться к переговорам уже на условиях, которые были обсуждены ранее, и под прикрытием посредников из ЕЭС выторговывать себе задержки и выигрывать время до нового спасительного кредита.

Кремлю пора выбирать…

Славянск — город русской славы

Мы оставили Славянск.

Два месяца Славянск был символом мужества и стойкости. Два месяца этот название не сходило с первых полос газет и главных телевизионных новостей. Сначала горстка бойцов, а потом сплоченный стойкий гарнизон под командованием подполковника Игоря Стрелкова день за днем, неделя за неделей отбивался от атак украинских нацистов, пытавшихся овладеть этим «швер-пунктом», но неизменно получавших отпор и откатывавшихся с потерями назад. Минометы нацистов усиливались гаубицами, гаубицы «градами», «грады» «ураганами» и «смерчами», боевые вертолеты сменялись штурмовиками, штурмовики бомбардировщиками, но захватить ненавистный город не удавалось. Бронетранспортеры давно уступили место танкам и САУ, а Славянск держался. Постепенно даже враги стали произносить имя Стрелкова с ненавистью и уважением. Нынешний штурм уже третий по счету. В этот раз каратели взялись за дело с беспрецедентной жестокостью. Сосредоточив у города огромную артиллерийскую группировку, они начали просто сносить город квартал за кварталом, уничтожая в нем все живое. Пять суток не смолкали пушки!

Мы оставили Славянск.

И это единственно правильное решение. После занятия нацистами всех поселков вокруг города, после взрыва мостов, блокады дорог защита его перестала быть стратегически оправданной. Он просто был русской крепостью и стоял насмерть, как когда-то насмерть стояли Брест и Смоленск, Ленинград и Севастополь. Мы оставили Славянск, и врагам не достался триумф победителей. Им достались только руины и ненависть тех, кто пережил трагедию Славянска в городе. И очередным подвигом Стрелкова стал блестяще проведенный прорыв из окруженного города, который хвастливый Аваков уже пообещал начисто зачистить от запертых им здесь террористов. Теперь ему остается только кривить в бессильной ненависти бесцветные губы упыря. Гарнизон Славянска ушел со всей техникой и вооружением, с легендарной «Ноной», со знаменами и тылами. Огромные затраты на штурм Славянска оказались бессмысленными.

Рано нас хоронить!

Славянск стал таким же символом русского сопротивления, каким стали для нас Брест и Севастополь. И герои Славянска стоят в одном строю с героями Сталинграда и Москвы. Равные среди равных!

Мы оставили Славянск.

Так в сорок первом наши войска после тяжелейших боев оставляли Смоленск и Одессу, Ельню и Талин. После долгих кровопролитных боев мы уходили, стиснув зубы, сжимая в руках оружие и мечтая отомстить. И мы вернулись! И в Смоленск, и в Одессу, и в Ельню, и в Талин. Мы победили и вернулись!

Вернемся мы и в Славянск!

Не время впадать в уныние. Для этого нет причин. Нужно стиснуть зубы, собрать волю в кулак и спросить самого себя, а что ты лично сделал для защиты Донбасса?

«Оборона есть смерть восстания»

Гладко было на бумаге…

Итак, можно подвести итоги очередного наступления карателей на Донбасс. Напомню, 1 июля сорокатысячный Киевский карательный корпус, максимально усиленный танками, артиллерией и тяжелыми РСЗО «Ураган», используя полное превосходство в огневой мощи, начал решительное наступление на всех стратегических направлениях, планируя рассечь Донбасс сходящимися ударами из района Амвросиевки в обход Донецка с юго-востока на Торез, ключевую высоту Савур-Могилу и далее на Красный Луч, с целью перерезать важнейшую коммуникацию Донбасса Дебальцево — Новошахтинск. И с севера, из района Новоайдара на Счастье и далее в обход Луганска с запада на Юбилейное — Лутугино, второй целью наступления отсечь его от России, взяв одновременно под контроль границу Украины и России и изолировав тем самым Донбасс от основных коммуникаций снабжения. Кроме того, каратели попытались полностью окружить и блокировать группировку ополченцев в районе Славянск — Краматорск, наступая через Северск на Артемовск.

Но, как говорит известная поговорка, «гладко было на бумаге, да забыли про овраги».

После четырех дней тяжелейших боев противнику так и не удалось рассечь Донбасс. Также защитниками Донбасса были отражены все попытки карателей установить контроль над госграницей. При этом киевские генералы не блистали стратегическим мастерством и глубиной оперативного искусства. Основной и главной тактикой карателей уже привычно являлось артиллерийское подавление узлов сопротивления. При этом большая часть снарядов в отсутствии разведданных выпускалась просто «по площадям», причем в прямом смысле этого слова — по площадям и улицам городов, поселков и деревень, десятками убивая мирных жителей — женщин, детей, стариков. Любое продвижение вперед каратели начинали только после многочасового артобстрела и полной уверенности в том, что сопротивление подавлено.

Единственным успехом карателей стало занятие после почти двух месяцев непрерывного штурма городов Славянска и Краматорска. При этом планируемого образцово-показательного разгрома и последующего уничтожения окруженной группировки ополченцев не получилось. 5 июля рано утром, нащупав брешь в кольце блокирующих войск, гарнизоны Славянска и Краматорска прорвали окружение и отошли к Донецку. Потери ополченцев в ходе трехдневных боев и прорыва в Донецк составили до двадцати человек убитыми. Потери Киева — до пятидесяти человек убитыми. К исходу шестых суток наступление остановилось и перешло в фазу разведывательных рейдов и артиллерийских обстрелов. Чтобы «зафиксировать» победные итоги операции, в занятый Славянск специально прилетел президент Порошенко, и вход войск в оставленный ополченцами Славянск был преподнесен как выдающаяся военная победа Киева. При этом Киеву пришлось довольствоваться лишь показом по ТВ весьма сомнительных трофеев, якобы брошенных ополченцами в штабе ПЗРК и ПТУР. Учитывая, что с колонной ополченцев в Донецк были вывезены семьи ополченцев и даже тыловое имущество, есть все основания предполагать, что показанные «трофеи» были предварительно туда занесены вошедшими в город войсками. Эту фальсификацию весьма наглядно подтверждает вытащенный под камеры ТВ вместе с трофейным оружием мундир гитлеровца. Столь топорная фальсификация вызвала полное недоумение экспертов. Ни погибших, ни пленных ополченцев киевским карателям предъявить миру так и не удалось…

Но уход из Славянска вызвал неоднозначную реакцию среди общественности и политиков всех уровней. Так, с упреками и обвинениями в адрес командующего обороной Славянска Игоря Стрелкова обрушился московский политолог Сергей Кургинян. По Кургиняну, уход ополченцев из Славянска стал результатом сепаратного сговора и предательства, Стрелков предатель, который, имея все для защиты и обороны города, предпочел его оставить и отступить.

Не останавливаясь долго на аргументации Кургиняна, замечу, что само по себе публичное обвинение командующего в трусости и измене в условиях войны является грубейшим пропагандистским провалом и нарушением всех норм ведения информационной и психологической борьбы, о чем Кургинян не может не знать. При этом Кургинян, не обладая реальной информацией, на основании которой можно делать выводы о возможности или невозможности удержания Славянска (потери, реальный процент расхода и пополнения боезапаса по основным видам вооружений, ГСМ, продовольствия, захват или удержание ключевых пунктов обороны, морально-психологическое состояние и т. д.), берется безапелляционно судить об ошибочности решения командующего на основании неких личных умозаключений. Все это вызывает недоумение.

Не ударяясь в исторические примеры, хотелось бы просветить Кургиняна в некоторых «азах» военного дела. Боевые уставы требуют от командира воспрепятствования всеми силами окружения своих подразделений вражескими, а само окружение, говоря словами боевого устава, «…является следствием неудачного исхода оборонительного боя, выхода противника на фланги и в тыл… В обороне должно оказываться решительное противодействие попыткам противника осуществить окружение…». При этом боевые уставы однозначно требуют от командира в условиях невозможности быть деблокированными извне прорываться из окружения и соединяться со своими частями. Совершенно очевидно, что у гарнизона Донецка не было никаких возможностей деблокировать гарнизоны Славянска и Краматорска, поэтому более чем сомнительное требование Кургиняна драться в окружении является по своей сути преступным и обрекающим гарнизон защитников на неминуемую гибель без всякой военной целесообразности. Кольцо окружения очень скоро бы уплотнилось, расширилось, и окруженный город, простреливаемый с господствующей высоты Карачун, стал бы братской могилой для своего гарнизона.

И Славянск, и Краматорск имели ценность как узлы обороны, именно и единственно в качестве щитов на пути к Донецку, но, будучи обойденными и отрезанными, лишались какого-либо стратегического значения, и оборона их теряла всякий смысл. Поэтому решение Игоря Стрелкова прорываться из окруженных городов было совершенно правильным решением, а то, как была проведена эта операция, вызывает восхищение и уважение.

Единственное, в чем я могу согласиться с Кургиняном, так это в том, что время революционной махновщины и атаманской вольности давно закончилось. Необходима жесточайшая централизация и объединение всех имеющихся сил под единым командованием. Необходима энергичная и жесткая ликвидация всех «независимых» отрядов, которые все больше превращаются в банды, которые терроризируют мирное население. Грабеж под видом «экспроприации», изъятие дорогих автомобилей «на нужды обороны» и прочий уголовный беспредел самым серьезным образом подрывают авторитет Донецкой республики. И необходимо начать решительную борьбу, ведь доверие и поддержка населения — это главный ресурс республики. Без него она не выживет…

Что день грядущий нам готовит?

Оценивая перспективы следующего этапа вооруженной борьбы, нельзя не отметить, что боеспособность украинской армии растет более быстрыми темпами, чем это прогнозировалось раньше. За два месяца Киев смог довести численность карательной группировки ВСУ, МВД, нацгвардии и СБУ на юго-востоке до 50 000 человек, и в областях продолжается формирование и развертывание новых частей ВСУ и нацгвардии. В течение месяца группировка может быть усилена еще примерно 10 000 человек, а к октябрю под ружьем у Киева будет уже до 80 000 солдат и офицеров. Одновременно с этим ускоренными темпами осуществляется ремонт и расконсервация боевой техники, хранящейся в арсеналах. Прежде всего танков, БМП и артиллерии.

Авиаремонтные предприятия получили заказы на восстановление находящихся на хранении штурмовиков и вертолетов.

Столь быстрые темпы наращивания силовой группировки объясняются двумя факторами.

Во-первых, киевское политическое руководство придает ключевое значение операции, которая сейчас проводится на юго-востоке, и делает все для того, чтобы как можно скорее покончить с сопротивляющимся Донбассом. Победа здесь станет фактической победой над Россией и Путиным, как персонифицированным врагом сегодняшней украинской государственности, и укрепит единство новой украинской нации, зафиксировав торжество и силу «майданной революции». Поэтому Киев не жалеет денег на оборону, бросая на войну все имеющиеся у него сейчас финансовые резервы, урезая все другие разделы бюджета. Порошенко и его окружение пытаются по максимуму воспользоваться «медовым полугодием» революции, пока население еще не отошло от угара майдана, сплочено против «врага на Востоке» и готово к тяготам и лишениям, связанным с этой войной. В Киеве понимают, что по мере затягивания войны этот ресурс начнет стремительно таять. И уже к осени, если не будет достигнута решительная победа над сепаратистами, настроения населения начнут меняться и на смену энтузиазму придет нарастающее разочарование, усугубляемое экономическими проблемами и надвигающейся холодной зимой.

Во-вторых, на войну против России, а именно так киевские друзья из США рассматривают военную операцию против Донбасса, Киев стал получать масштабную военную и финансовую помощь. США открыли воздушный мост, по которому на Украину со складов НАТО в Европе перебрасывается различное снаряжение, средства связи и целеуказания, сухпайки и медицинское оборудование, которое тут же перебрасывается район проведения операции. Кроме этого США сегодня проводят целевые закупки техники советского производства у стран бывшего Варшавского договора. Поступила информация о том, что ведутся переговоры с Чехией, Сербией и Болгарией о закупке новейших артиллерийских систем, штурмовиков Су-25, легких штурмовиков на базе чешского учебного самолета Л-39, вертолетов Ми-8 и другого вооружения. Продолжается насыщение украинских силовых структур военными советниками и инструкторами. Сегодня общая численность американского советнического персонала на Украине составляет уже порядка тысячи человек, еще почти столько же привлечено инструкторов из частных военных компаний. В основном это поляки, хорваты, канадцы, также есть прибалты и израильтяне.

В последние дни в штабе ВВС Украины заговорили о привлечении к проведению операции летчиков из Болгарии, Польши и Грузии.

Все это делает существующие масштабы военной помощи Донбассу совершенно недостаточными. Фактически сегодняшние объемы отстают от требований реальности минимум на месяц, и это может трагически сказаться на общем исходе битвы за Донбасс. В ближайших планах Киева на первом месте остается нанесение удара вдоль границы с Россией и полная изоляция Донбасса от России. После этого каратели постараются полностью блокировать Донецк и Луганск и, установив вокруг них кольца окружений, спровоцировать гуманитарную катастрофу: удушить их в блокаде без продовольствия, ГСМ, электричества и воды, списав все на сепаратистов. При этом в Киеве цинично подсчитывают, сколько «гривень» позволит сэкономить такая «военная стратегия» на невыплатах пенсий, пособий, зарплат бюджетникам Донбасса, а также закрытием всех расчетных банковских центров и банкоматов. Фактически жители Донецка и Луганска должны сами оплатить свое удушение и уничтожение!

Для скорейшего окружения центров сопротивления командованию всех уровней приказано не церемониться со всякой «мелочевкой» — небольшими городками и поселками на пути к главным целям, — и их ждет тотальное разрушение в случае любого сопротивления. Сейчас вовсю идет перегруппировка сил карательного корпуса, подтягивание резервов и завоз ГСМ, БК и продовольствия. К понедельнику президент Порошенко ждет доклад о готовности карательного корпуса продолжить операцию против мятежного Донбасса.

Противопоставить этому можно только качественное изменение сопротивления. Под этим я имею в виду смену стратегии. Процитирую одного из выдающихся военных аналитиков прошлого Фридриха Энгельса:

«…Оборона есть смерть всякого вооруженного восстания; при обороне оно гибнет раньше еще, чем померялось силами с неприятелем. Надо захватить противника врасплох, пока его войска еще разрознены; надо ежедневно добиваться новых, хотя бы и небольших успехов; надо удерживать моральный перевес, который дало тебе первое успешное движение восстающих; надо привлекать к себе те колеблющиеся элементы, которые всегда идут за более сильным и всегда становятся на более надежную сторону; надо принудить неприятеля к отступлению, раньше чем он мог собрать свои войска против тебя; одним словом, действуй по словам величайшего из известных до сих пор мастера революционной тактики, Дантона: de l’audace, de l’audace, encore de l’audace! [Смелость, смелость и еще раз смелость!]». И далее: «Восстание есть уравнение с величинами в высшей степени неопределенными, ценность которых может изменяться каждый день. Боевые силы, против которых приходится действовать, имеют всецело на своей стороне преимущество организации, дисциплины и традиционного авторитета; если восставшие не могут собрать больших сил против своего противника, то их разобьют и уничтожат. Во-вторых, раз восстание начато, тогда надо действовать с величайшей решительностью и переходить в наступление».

Меня трудно упрекнуть в цитировании. Я не большой сторонник чужих цитат, но в данном случае слова Энгельса более чем подходят к сегодняшней ситуации на Донбассе. Необходимо ломать шаблоны, к которым привыкли каратели. Нужны удары по его тылам. Там, где ополченцев точно не ждут. Нужны восстания и городская герилья в сонном тылу оккупантов. Там, где они себя чувствуют в безопасности. В Харькове, в Одессе, в Днепропетровске. Нужна война на дорогах. Нужны неожиданные и эффективные удары по самым чувствительным точкам карателей, которые вынудят их растягивать силы, метаться от одного пепелища к другому.

Главным отрицательным итогом прошедшего месяца стала не сдача Славянска и отход к Донецку, главным отрицательным итогом стал переход военной инициативы к карателям. И если мы хотим выстоять, то нам нужно перехватывать эту инициативу, опережать карателей и бить первыми, бить там, где нас не ждут…

По рецептам провокаций

Сценарии катастрофы «Боинга» выводят на Киев и США

Врезавшийся в землю под Донецком малайзийский «Боинг» стал, без всякого сомнения, новостью номер один. И от того, чем закончится расследование этой авиакатастрофы, во многом будет зависеть и дальнейший ход событий не только в регионе, но и во всем мире. Ибо вокруг гибели рейса МН17 Malaysian Airlines в один узел вдруг оказались завязаны и новые санкции против России, и успехи ополченцев в боях против киевских карателей, и война на востоке Украины, и крестовый поход против России.

Еще в первые часы после трагедии эксперты сформулировали пять основных сценариев.

Сценарий первый — перехват истребителем. Картина, которую наблюдали очевидцы — вращающийся, падающий и разваливающийся самолет, — действительно похожа на поражение его ракетой класса «воздух — воздух» небольшой мощности ближней дальности. Такая ракета обычно наводится на тепло двигателя и поражает двигатель и плоскость. Набегающий поток воздуха разрушает поврежденную плоскость (крыло), что часто вызывает сваливание самолета в штопор. В этом случае разрушение самолета происходит на высоте 2000–3000 метров в плотном приземном слое уже на крупные фрагменты, что мы и наблюдаем. Днем в простых метеоусловиях мишень типа «Боинга 777» видна и визуально определяется минимум на дальности 7–9 км, а по БРЛС это «засветка» размером с гусеницу и огромной скоростью, то есть гражданский борт. И ни один летчик не возьмет на себя ответственность уничтожить его без команды.

Сценарий второй — сбили ополченцы трофейным «Буком». По сообщению украинского командования, на территории в/ч А1402 противовоздушной обороны был захвачен ЗРК «Бук», который уже давно числился «нерабочим». Цитирую: «Как сообщил “Украинской правде” представитель пресс-центра АТО Алексей Дмитрашкивский: “Утром произошло нападение на часть противовоздушной обороны. Использовали гранатометы и минометы. Нападение было хорошо спланировано… В результате короткого боя нападающим удалось захватить часть военнослужащих в плен и часть территории. Остальные военные заняли оборону, защищая плац, столовую и помещение, где расположено материальное обеспечение”, — отметил он.

По его словам, погибших среди военнослужащих нет, количество раненых в настоящий момент уточняется. В плен взяты шестеро военнослужащих. Из техники захвачены два грузовика.

Дмитрашкивский также подтвердил, что в захваченной части находится зенитный ракетный комплекс “Бук”. “Но он нерабочий. Остальные, рабочие, находятся на других стратегических объектах”, — сказал официальный представитель штаба АТО».

Замечу, дата сообщения — 30 июня. Представить себе, что за следующие две недели этот «Бук» как по волшебству был отремонтирован, на него найден расчет, расчет этот прошел слаживание, принял комплекс, произвел его настройку и испытания, — это, извините, из области фантастики.

Но уже на следующий день генеральный прокурор Украины Виталий Ярема заявил, что ополченцы никогда не захватывали ракетные комплексы «Бук» и С-300, то есть Украинских «Буков» у ополченцев быть не могло. Все попытки обнаружить у ополченцев «Бук» российского производства закончились ничем.

Сценарий третий — «Боинг» был сбит по ошибке. В начале недели новое командование ВСУ озаботилось прикрытием своего неба. Вовсю зазвучали обвинения России в нарушении воздушного пространства Украины и даже в нанесении воздушных ударов с территории России. В связи с этим были приведены в боевую готовность силы ПВО. Те самые ЗРК «Бук», развернутые здесь. Согласно всем наставлениям дивизион, прибыв на новое место, должен полностью изготовиться для ведения огня. Для этого на экраны и планшеты наносится карта местности с возвышенностями и низинами, которые могут «закрывать» те или иные направления и, соответственно, учитываться при организации ПВО района или объекта. Кроме того, должно проводиться включение и проверка всей аппаратуры ЗРК, чтобы убедиться в ее исправности. Еще со времен СССР отрабатывалось все это на гражданских самолетах. Выбирался любой «трассовик» — следовавший по трассе рейс «Аэрофлота», — и по нему отрабатывалась стрельба. Естественно, «вхолостую» — существовал специальный режим для такой «стрельбы», блокирующий команды перед пусковой. Но в «умелых» руках украинских пэвэошников, которые уже просто забыли, когда последний раз реально стреляли на полигонах по мишеням, ЗРК вполне мог в ходе такой тренировки оказаться в боевом положении и произвести пуск ракеты. В «Буке», если я не ошибаюсь, «спецы» меня поправят, перевод из одного положения в другое — это дело переключения всего двух тумблеров…

Не потому ли почти сразу после падения «Боинга-777» Киев без всякого перечисления других возможных вариантов тут же заявил о том, что «Боинг» был сбит ЗРК «Бук» ополченцев, и возложил на них вину?

Сценарий четвертый — «не туда попали». Лучше всего он изложен коллегами из «Интерфакса»:

«Источник “Интерфакса” в Росавиации на правах полной конфиденциальности сообщил, что целью украинской ракеты, наземной или выпущенной с военного самолета, мог быть самолет президента России.

“Могу сказать, что борт номер один и малайзийский Boeing пересекались в одной и той же точке и на одном эшелоне. Это произошло близ Варшавы на 330-м эшелоне на высоте 10 100 метров. Борт номер один был там в 16:21 мск, малайзийский самолет — в 15:44 мск”, — заявил источник».

То есть перед нами неудавшееся покушение на Путина. Согласимся, внешняя схожесть лайнеров явно присутствует…

Еще одной странностью, падающей на весы этой версии, является неожиданное изменение трассы полетов над украинской территорией. Все дни до катастрофы самолеты в районе Белой Церкви получали от диспетчеров команду уходить южнее, на Николаев, и обходить этот регион, но почему-то именно 17 июля самолет был отправлен прямо через район активных боев, да еще с применением ПЗРК. Почему? Зачем?

Ключевым элементом поиска ответа на вопрос о том, кто же все-таки сбил лайнер под Донецком, стала пресс-конференция Министерства обороны РФ, на которой была представлена информация о крушении под Донецком малайзийского «Боинга», имеющаяся на тот момент в распоряжении российского военного ведомства. Так, начальник Главного оперативного управления Генштаба генерал-лейтенант Андрей Картополов сообщил: незадолго до катастрофы российские радары зафиксировали украинский штурмовик Су-25. Предположительно, он летел в сторону «Боинга». «Был зафиксирован набор высоты самолетом ВВС Украины, его удаленность от малайзийского ”Боинга” составила от трех до пяти километров», — заявил Картополов. Он отметил, что по своим характеристикам Су-25 способен достигать высоты в десять километров и поражать цели на расстоянии до 12 километров (малайзийский «Боинг летел на высоте не выше 11 километров). Также, согласно данным Минобороны РФ, малайзийский «Боинг» отклонился от траектории полета на 14 километров. По словам Картополова, лайнер пытался вернуться в границы коридора, но не успел.

В конце прошлой недели в Минобороны уже сообщали, что российские военные зафиксировали работу радиолокационной станции комплекса ПВО, дислоцированной в 30 километрах южнее Донецка. Уже известно, что участок маршрута малайзийского «Боинга» и место его падения попадают в зону поражения двух батарей украинских ЗРК С-200 и трех батарей ракетных комплексов «Бук-М1».

Примерно в то же время в США заявили: у них имеются снимки из космоса, которые якобы подтверждают, что пуск ракеты в направлении малайзийского самолета был сделан ополченцами. «Но эти снимки никто не видел», — напомнил на брифинге начальник Главного оперативного управления ВС РФ.

Андрей Картополов также отметил, что, по расчетам российского военного ведомства, 17 июля «с 17:06 до 17:21 по московскому времени над юго-восточными районами Украины действительно пролетал американский космический аппарат».

В Минобороны РФ призывают США предоставить мировому сообществу имеющиеся в их распоряжении космические снимки, сделанные в день катастрофы малайзийского «Боинга» на территории Украины.

Фактически информация, озвученная на брифинге Российского Минобороны, не оставляет камня на камне от американо-украинской версии гибели «Боинга».

Но есть очевидные вещи.

Украина, чтобы не терять «гроши» за авиационный транзит, цинично сохранила полетную трассу через район, где под видом «антитеррористической операции» идут самые активные за последние пятьдесят лет боевые действия на территории современной Европы! Лишь Югославия в начале 90-х и первая российская Чеченская война достигали такого же ожесточения, явно уступая по масштабам боевых действий тому, что сейчас происходит на востоке Украины. Уже два месяца здесь идет ожесточенная война с применением всех видов оружия — от артиллерии, танков и РСЗО до фронтовых бомбардировщиков Су-24 и ПЗРК. Счет сбитых самолетов, вертолетов и БПЛА идет уже на десятки. И все это время в небе над Донбассом плывут к далеким аэропортам рейсовые европейские, австралийские, малайзийские и прочие аэробусы и боинги. Плывут, словно не зная о том, что любая следующая минута полета может стать для них последней.

Более того, если даже предположить, что у ополченцев появилось что-то более мощное, чем ПЗРК, о чем уже две недели вопят в Киеве, ссылаясь на сбитый Ан-26, который якобы достали на высоте 6500 метров, то за последующие дни Киев даже пальцем не пошевелил, чтобы предупредить МАК об опасности и закрыть небо над зоной боевых действий. Думаете, я сгущаю краски? Да ничуть! Три месяца назад над совершенно мирным Крымом, где не стреляют «Грады» и не взлетают ПЗРК, Киев закрыл небо для всех самолетов, объявив его небезопасным, а над горящим Донбассом день за днем десятками гонит международные рейсы, получая за это неплохую прибыль.

Цинизм «свидомых» потрясает. Пролетят благополучно — «Відмінно! Отримаємо гроші». Собьют — «Ще краще! Отримаємо і гроші, і відмінний привід звинуватити у всьому Росію і москалів».

Безотходная технология! Всегда в наваре! Как это по-киевски! И как это по-американски!

Именно поэтому США почти мгновенно горой встали за Киев и, не имея на руках никаких доказательств виновности ополченцев, тут же обвинили во всем их и Москву. Надо же подыграть друзьям из Киева! Для Киева и Вашингтона теперь главное правильно перевести стрелки, «щоб отримати повний прибуток!». Пусть работает следствие, пусть найдут тех, кто сбил этот лайнер. Правда о трагедии малайзийского «Боинга» нужна всем, и в первую очередь на нее имеют право родные погибших! Но главная правда драмы рейса заключается в том, что всех этих людей убила «свидомая» киевская власть своим бесконечным цинизмом, жадностью и ненавистью, отправив гражданский самолет практически на убой. Ей был нужен сбитый мирный лайнер! И она его получила! И в этом беспроигрышном циничном расчете — главная причина гибели рейса МН-17.

Пат номер два

Военная операция Киева на Юго-востоке Украины в очередной раз зашла в тупик

…Нет смысла долго описывать военную обстановку вокруг Донбасса и Луганска. В ежедневном формате это отлично делают сводки ополченцев и многочисленных аналитиков, внимательно разбирающих все нюансы этой войны. Констатируем главное. Вот уже второй раз за три месяца война на Юго-востоке Украины зашла в полный тупик. Киев получил пат — положение в шахматной партии, при котором сторона, имеющая право хода, не может им воспользоваться. Применительно к Киеву — ситуацию, когда все имеющиеся военные ресурсы задействованы, но никого результата не получено. Обещанная нынешним военным командованием президенту Порошенко «решительная военная победа» сначала к первому июля, потом к пятнадцатому июля так и осталась пустым звуком. Более того, за это время украинская армия понесла самые масштабные в своей истории потери. Счет убитых идет уже на тысячи: по разным оценкам от полутора до двух с половиной тысяч убитых. Число раненых перевалило за десять тысяч. Украина потеряла больше пятидесяти танков и больше ста орудий и минометов. Часть украинской армии окружена на границе с Россией и медленно угасает под ударами артиллерии. Наступательный потенциал истрачен. Фактически это военное поражение. Второе после такого же неудачного наступления в мае-июне.

И теперь возникает главный вопрос: что дальше?

К огромному сожалению, ответ на него у Киева только один — дальше опять война!

В условиях коллапса экономики военная победа на Востоке становится краеугольным камнем украинской государственности. Только победа над «сепаратистами» сможет оправдать непрерывное падение экономики, схлопывание бюджета, непрерывно ухудшающийся уровень жизни населения и огромные военные потери. И на решение этой задачи у Киева остается все меньше времени. Эксперты предупреждают, что уже в сентябре при сохранении сегодняшних крайне негативных тенденций в экономике и неудач на Восточном фронте начнется массовое разочарование в захватившей власть нынешней киевской политической элите и резкое падение популярности президента Порошенко.

Поэтому сегодня задача сформулирована предельно конкретно: любой ценой добиться военной победы на Востоке и через нее окончательно закрепить политическое руководство Порошенко и его группы на вершине украинской Лысой Горы.

В киевских штабах уже осознали, что имеющимися силами нанести серьезное военное поражение Донбассу не получится. Элементарно не хватает войск. Киев задействовал в карательной операции практически все боеспособные силы украинской армии. В зоне АТО сейчас ведут боевые действия шесть механизированных, одна танковая, одна воздушно-десантная и три аэромобильных бригады, два полка и несколько отдельных батальонов специального назначения ВСУ. От МВД здесь воюет не менее десяти батальонов «национальной гвардии», отдельные отряды «спецназа» «Ягуар», бывшего «Беркута» и СБУ, кроме этого, здесь воюет до восьми так называемых «добровольческих» батальонов Нацгвардии, сформированных на деньги украинских олигархов. В общей сложности с подразделениями обеспечения это не менее пятидесяти тысяч человек. Но генералы теперь хором говорят, что для решительной победы нужно увеличить число общевойсковых соединений минимум вдвое и довести численность воюющей группировки с пятидесяти тысяч сегодня до восьмидесяти тысяч к концу августа и до ста тысяч в сентябре. Именно для осуществления этого плана и объявлена дополнительная мобилизация, по которой в ближайшие две недели необходимо призвать и поставить под ружье не менее двадцати тысяч человек.

Киев уже получил обещание от представителей Польши, США и Великобритании обеспечить нужды расширяющейся украинской армии амуницией, формой, средствами защиты и связью. Кроме того, Украина вскоре может получить финансирование на приобретение и аренду военной техники. Это станет возможным за счет получения статуса «военного партнера НАТО». Статус союзника НАТО предоставит Украине возможность получить от США расширенное финансирование на закупку и аренду военной техники и оборонных комплексов, а также право на поставки военной техники и вооружения во время военных действий. Кроме того, Украина сможет получить право на участие в контрактах по закупкам для министерства обороны США. Одновременно с этим Киев вводит специальный «налог на войну», по которому с доходов каждого гражданина Украины будет отчисляться определенная сумма на содержание армии.

Все это ясно указывает на то, что киевские «майдауны» готовы идти на любые жертвы ради военной победы.

Необходимо отдавать себе отчет, что мобилизационные ресурсы Донбасса позволяют эффективно блокировать и это наращивание военной группировки Киева, но темпы разворачивания формирования новых подразделений ополченцев, поступления новой техники и вооружения совершенно недостаточны. При массированной экономической и военно-технической поддержке США и Запада Киев просто, что называется, задавит Донбасс массой.

Допустить военную победу Киева нельзя ни в коем случае. Эта победа на десятилетия закрепит на Украине власть откровенно антироссийской хунты и фактически передаст Украину под полный протекторат США. Также она оглушительно ударит по авторитету России, которая в очередной раз продемонстрирует миру неспособность защитить своих союзников. Для всех наблюдателей сегодня очевидно, что схватка на Украине идет не между Владимиром Путиным и Петром Порошенко, а между Россией, защищающей свои национальные интересы, и США, откровенно вторгшихся в эту зону.

В сложившихся условиях у России есть только два пути.

Либо открыто вступить в этот конфликт своими Вооруженными Силами, либо не менее открыто объявить о своей поддержке Донбасса и развернуть мощную систему укомплектования, снабжения и обучения армии Донбасса.

Открытое вступление России в этот конфликт фактически является необъявленной целью США, которые все прошедшие три месяца провоцируют Россию на этот шаг. Вашингтон давно просчитал варианты такого развития событий. Очевидно, что США и НАТО, несмотря на все их нынешние заявления о невмешательстве своими вооруженными силами в конфликт, которые являются не более чем «обманками», не допустят падения Киева и предъявят России жесткий политический ультиматум, вынуждая ее ограничить цели своего вмешательства «защитой Донбасса». И, после того как Россия будет остановлена, на Украину хлынет поток техники, вооружения, инструкторов и военных специалистов, которые займутся «перестройкой» украинской армии для войны с «российским агрессором». Вероятно, что НАТО объявит о готовности защищать небо над Украиной и перебросит в Польшу и западные области Украины свои ВВС и ПВО. Кроме того, вторжение внешнего врага должно будет надолго обеспечить в украинском обществе политическое единство.

Фактически США хотят сделать из Украины для Москвы второй Афганистан, когда «влипшая» в длительный военный конфликт Россия, несущая людские и материальные потери, начнет быстро терять внутреннюю устойчивость и подойдет к политическому краху.

При этом наиболее неприемлемым для США является вариант расширенной военной и экономической поддержки Донбасса Россией.

США хорошо отдают себе отчет в том, что внутренняя стабильность режима Порошенко крайне слаба. Экономика Украины угасает, и очень скоро у населения наступит отрезвление после угара майданной революции. Затянувшаяся гражданская война в таких условиях будет только катализатором этих процессов.

Именно поэтому США сегодня делают все для того, чтобы минимизировать и блокировать российскую помощь Донбассу и дать время Киеву на опережение Донбасса в развертывании новых резервов. И катастрофа малайзийского «Боинга» здесь оказалась как некстати вовремя. России пришлось резко ограничить помощь Донбассу, провести мероприятия по повышению скрытности этой помощи.

Но сегодня ставки для нас уже слишком высоки, чтобы и дальше пытаться сохранять видимость стороннего наблюдателя. Тем более что смысла в этом больше никакого нет. Главная причина сохранения такого баланса была в стремлении избегнуть более жестких санкций со стороны США и Европы, но уже совершенно ясно, что и третий, и четвертый, и пятый пакеты санкций будут приняты, несмотря ни на какие попытки России сохранить «партнерские» отношения с Европой. Украинский кризис со всей очевидностью продемонстрировал тотальную зависимость Европы от Америки и полную ее управляемость.

В этих условиях необходимо менять стратегию.

Настала пора вернуться к урокам истории и вспомнить, как часто США терпели поражения в своих колониальных войнах, и понять, что сегодня складывается уникальная ситуация, когда Америка может получить на Украине свой второй Вьетнам. Очевидно, что американцам не удастся обеспечить на Украине стабильность общества, и раскол Украины по мере затягивания войны и все большего втягивания в нее американцев усилится. Уже сегодня опросы на Украине показывают, что до 70 % населения считает, что война на Донбассе не нужна Украине и что следует «отпустить» Донбасс. По мере нарастания потерь осознание бессмысленности гражданской войны будет лишь нарастать, а очевидная зависимость политического руководства от США начнет вызывать все большее раздражение.

В этих условиях Россия получает уникальный шанс нанести здесь США геополитическое поражение.

Ведущаяся сейчас Киевом неограниченная война приводит к огромным жертвам среди мирного населения, и в этих условиях Россия имеет все права предъявить Киеву ультиматум, в котором потребует немедленно прекратить удары по густонаселенным районам Донбасса. И в случае невыполнения этого требования оставляет за собой право признать Донбасс независимым государством и оказать ему военно-техническую и экономическую помощь. После этого мы можем уже больше не обременять себя никакими ограничениями помощи. При этом не применяя собственные Вооруженные Силы и не втягиваясь в войну.

Для надежной блокады очередного киевского плана захвата Донбасса здесь необходимо в ближайшее время провести энергичную военную реформу, целью которой является объединение всех отрядов ополчения под единым командованием и сведением их в бригады, как более крупные войсковые соединения. Необходимо формирование единого штабного органа, где объединить опытных офицеров боевого управления. И, конечно, необходимо ускоренное формирование резервных частей. В первую очередь артиллерийских и танковых, которые, перемещаясь внутри периметра обороны, смогут усиливать опасные участки и блокировать любые попытки карателей наступать. Для гарантированного срыва планов Киева необходимо довести численность армии Донбасса минимум до восемнадцати — двадцати тысяч бойцов.

Фактически мы лишь зеркально повторим то, что сейчас делают сами США, которые открыто говорят о военно-технической помощи Украине и разворачивают таковую. Очевидно, что такой шаг еще больше сплотит общество вокруг Владимира Путина как национального лидера, не побоявшегося отстаивать национальные интересы России даже перед лицом такого противника, как США.

Потерпев здесь военное и политическое поражение, США получат тяжелейший удар не только по престижу, но и по своему положению в мире. Очевидно, что, продемонстрировав неспособность удержаться в Ираке и Афганистане и потерпев провал в захвате Украины, США окажутся в положении стагнирующей империи, которая катится к своему закату…

Бойня № 4

Когда Киев начнет новое наступление на Донбасс и чем оно закончится

Июльское наступление Киева на Новороссию так и не привело к перелому ситуации, военному поражению ополченцев и взятию Донбасса под контроль сил АТО. Несмотря на фактически полное напряжение всех имеющихся сил и резервов, киевские каратели с огромными потерями смогли установить контроль лишь над шестью районами Донбасса. При этом карателям не удалось достичь главных целей — окружить Донецк и отрезать Донбасс от России, взяв границу под контроль.

За две недели непрерывных боев киевский карательный корпус понес тяжелейшие потери. В «южном котле» были полностью разгромлены две мобильные бригады ВСУ и два батальона нацгвардии, а сама группировка рассеяна и ликвидирована. На остальных направлениях противник был отбит со значительными потерями в живой силе и технике. Всего за две недели киевский карательный корпус потерял убитыми больше тысячи двухсот солдат и офицеров, то есть ежедневные потери составляли свыше восьмидесяти человек! Количество раненых составило больше трех тысяч человек. Было уничтожено от тридцати до сорока танков и более двухсот единиц легкой бронетехники и автомобилей. В итоге в последних числах июля киевское командование было вынуждено остановить наступление и даже отвести войска на наиболее опасных участках. Фактически это военное поражение Киева. Уже третье с начала проведения так называемой АТО — антитеррористической операции.

При этом общие потери Киева за три месяца войны против Донбасса составили уже более двух с половиной тысяч убитых солдат и офицеров. В боях потеряно больше ста двадцати танков и около тысячи БМП, БТР и другой колесной техники. В небе над Донбассом сбито шестнадцать самолетов и вертолетов ВСУ. Очевидно, что продвижение вглубь Донбасса войска хунты ведут, буквально умываясь кровью. Но тем не менее Киев продолжает считать, что сможет силовым путем решить «проблему Донбасса», и продолжает наращивать силовую группировку. Война на Юго-востоке сегодня стала главным делом киевской власти, и ей сегодня подчинено все.

Президент Порошенко отдает себе отчет, что перспектива затягивания войны может стать фатальной для его администрации, и он требует от своих генералов любой ценой завершить войну до начала холодов, так как армия просто не готова к ведению боевых действий зимой. На складах нет ни нормальной зимней формы, ни зимней полевой инфраструктуры — палаток, лагерей, тылового оборудования, полевых мастерских для ремонта в зимних условиях. И затягивание боевых действий до холодов может стать катастрофой для ВСУ.

Поэтому киевским генштабом начата ускоренная подготовка к новому наступлению на Донбасс. Генералы хунты постарались учесть весь опыт предыдущих месяцев, и если до того наступление шло, фактически «наматывая» подходящие резервы по мере прибытия и бросая их в бой «с колес», то теперь следует ожидать, что «свидомые» военачальники сделали соответствующие выводы и в очередное наступление будут брошены уже заранее подготовленные оперативные группировки корпусного уровня, чье ускоренное формирование идет в районе проведения АТО. Сейчас они пополняются техникой и личным составом. Техника берется со складов и баз хранения и после восстановления на заводах передается в войска, личный состав пополняется за счет внеочередной мобилизации.

По замыслу генералов, каждая такая группировка должна в себя включать от трех до пяти бригад ВСУ в качестве главной ударной силы, отдельные батальоны «нацгвардии» — до пяти единиц — в качестве легкой пехоты и внутренних войск для зачистки захваченных территорий, а также части специального назначения и тыловые подразделения. В состав группировки будет входить до ста танков и до ста пятидесяти орудий и РСЗО. Общая численность такой «группировки» может достигать двадцати тысяч солдат и офицеров.

Для успешного наступления на Донбасс Киеву необходимо сформировать не менее трех таких ударных группировок. А общая численность киевской карательной армии к концу августа может составить уже более восьмидесяти тысяч солдат, офицеров, нацгвардейцев и «добровольцев» различных «частных» формирований и ЧВК.

Есть все основания считать, что новое крупномасштабное наступление начнется в середине августа, когда будет в основном завершено формирование новых группировок. Но это совершенно не значит, что до того на фронте установится затишье. Локальными ударами киевское командование будет прощупывать оборону ополченцев и пытаться решать тактические задачи улучшения своих позиций и установления контроля над ключевыми точками.

Туманные намеки киевских политиков о том, что «новое наступление станет неожиданностью для ополченцев и будет эффективным», скорее всего, означает, что от тактики наступления «распыленных» по фронту батальонных тактических групп, к которой свелось предыдущее наступление, киевское командование перейдет к концентрации сил на ключевых направлениях и мощных рассекающих ударах, делая ставку на огневую мощь и превосходство в тяжелой технике. Ноу-хау — сверхвысокая концентрация огня артиллерии и танков, которые должны будут гарантированно подавить очаги сопротивления и расчистить дорогу для тяжелой пехоты, зачищающей «обработанную» территорию.

Очевидной слабостью такой стратегии является то, что в ней, по сути, нет ничего нового. Все та же ставка на превосходство в тяжелой технике и артиллерии. Прежними останутся и задачи — отсечение Донбасса от границы с Россией и рассечение его территории надвое с окружением Донецка.

Противостоять данной стратегии сегодня Донбасс способен, но это потребует мобилизации сил и средств ополчения и перестройки военной структуры Новороссии.

Прежде всего, наконец должна быть преодолена «махновщина», когда высокая численность ополчения фактически была «размазана» по десяткам отрядов различных полевых командиров, практически не взаимодействующих между собой. Дальше терпеть такую ситуацию — значит рисковать потерять все! Только полная концентрация сил и средств в руках единого командования способны принести успех!

Кроме этого, как я уже писал раньше, необходимо формирование «тяжелых» — бригадного уровня мобильных соединений, имеющих мощное артиллерийское и противотанковое вооружение, которые могли бы перемещаться внутри периметра обороны и наносить контрудары в самых критических местах. Местность Донбасса, а также дорожная сеть позволяют своевременно и уверенно маневрировать резервами и концентрировать их на наиболее опасных направлениях. Необходима серьезная работа по повышению эффективности артиллерии, для чего в республику необходима переброска специалистов-добровольцев для формирования современной системы огневого поражения противника.

И, безусловно, в период затишья ключевым моментом становится ведение разведки и диверсионных действий на коммуникациях противника.

Но кроме военной угрозы над Донбассом нависла качественно иная угроза. Фактически жизнь в агломерации Донецк — Луганск парализована. Регион находится в состоянии гуманитарной катастрофы. Системы водоснабжения разрушены или повреждены, электричество не поступает в большую часть поселков и городов, газопроводы также частью повреждены, поставки продовольствия почти прекратились, лекарств нет. Обстрелы и бомбардировки ежедневно уносят жизни десятков мирных жителей. Нормальная жизнь людей здесь невозможна. Регион превратился в «мини-Югославию» начала 90-х. Как следствие — стремительно меняется настроение людей. Истерзанное войной население уже отчаянно желает лишь одного — чтобы весь этот ужас наконец закончился. Медленное, но непрерывное ужатие территории Новороссии украинским карательным корпусом (а сегодня ее территория ужалась с 36 районов и 42 городов областного подчинения с населением в 6 миллионов человек до 8 районов и 22 города с населением 3 миллиона человек) оказывает все большее деморализующее значение. И все более отчетливо встает вопрос, сколько еще сможет продержаться агломерация и что будет потом?

Каковы последствия потери Донбасса для России?

Они самые удручающие.

Утратив Новороссию, Россия потерпит крупнейшее геополитическое поражение.

Во-первых, она продемонстрирует всему миру свою неспособность эффективно противостоять объединенному давлению США и НАТО и, как следствие, свою незрелость, окончательно закрепившись в разряде «региональных» государств.

Во-вторых, эта победа окончательно закрепит на Украине существующий режим и развяжет ему руки для дальнейшего давления на Россию и начала масштабной компании по возвращению Крыма. Очевидно, что, даже «сдав» Донбасс, Россия уже не сможет вырваться из-под режима санкций. Они будут автоматически продлены до возвращения Крыма и будут по мере развития ситуации только ужесточаться.

В-третьих, в самой России потеря Донбасса с неизбежностью вызовет «эффект Милошевича» — огромное разочарование общества в неспособности высшего политического руководства страны просчитать последствия принятых решений и непоследовательности в их достижении. Российское общество готово переносить тяготы давления на Россию и сплотиться вокруг президента в условиях эффективной поддержки Донбасса и совершенно не примет его сдачи, логично задавая вопрос, зачем нужно было втягиваться в противостояние с Киевом и США и терпеть урон, чтобы в итоге все сдать? Всем уже совершенно понятно, что вне зависимости от того, будет ли поддерживать Россия Донбасс или откажется от поддержки, американцами и их союзниками ей будет нанесен масштабный экономический урон. Как бы экономисты ни объясняли «полезность» санкций для российской экономики в будущем, в реальности это десятки и сотни миллиардов долларов урона нашей экономике.

Если в Кремле не отдают себе отчет в этих последствиях или считают, что минимизировать их можно, назначив виноватыми нескольких исполнителей достаточно высокого ранга, то это грубейшая ошибка. Можно только повторить: эффект потери Донбасса обесценит все ранее полученные политические дивиденды.

Поэтому Кремлю пора наконец осознать весь драматизм сегодняшнего политического момента. Фактически сейчас ситуация находится в крайней фазе напряжения. И далее наступит перелом либо с фатальными последствиями для Новороссии, либо с фатальным поражением Киева, который осознает неспособность решить проблему Юго-востока силовым путем.

Необходимы экстренные меры по перелому ситуации.

Сегодня главная проблема заключается не в способности командующего Игоря Стрелкова эффективно защищать города Донбасса и не в том, насколько Александр Бородай соответствует должности премьера — главная проблема в том, что дальше так дилетантски заниматься проблемой Новороссии больше невозможно. Если три месяца назад не укрепившаяся как следует новая киевская власть была очевидно слаба в военном отношении, растеряна и не имела четкого сформированного ответа угрозе отделения Новороссии и это позволяло сравнительно ограниченными силами, не втягиваясь глубоко во внутриукраинское противостояние, поддерживать и развивать восстание на Юго-востоке, то уже к началу июня ситуация начала резко меняться. В ситуацию энергично включился новый фактор — США. Украина получила огромную финансовую и организационную поддержку, а главное — мощный морально-политический фактор «союзника», который фактически взял Украину под свою защиту. И к середине мая киевское руководство смогло полностью сосредоточиться на ведении боевых действий и, мобилизовав все имеющиеся ресурсы и вновь полученные кредиты, за следующие два месяца развернуть более чем пятидесятитысячный карательный корпус. И хотя боеспособность его была и остается чрезвычайно низкой, подавляющее превосходство в тяжелой технике, артиллерии и авиации позволяет ему решать поставленные задачи. Очевидно, что украинское командование нащупало главное слабое звено обороны Новороссии — отсутствие единства сил и средств обороняющихся и фактически «крепостная» психология и тактика «полевых командиров», при которой инициатива полностью отдана наступающей стороне. Уже в ходе прошедшего наступления киевское командование пыталось использовать эту слабость, обходя узлы сопротивления, окружая их и перерезая коммуникации, лишая их тем самым ресурсов для эффективной обороны. Одновременно с этим на Россию развернута скоординированная масштабная атака США и их союзников. Под видом «санкций» против нас фактически развязана экономическая война, которая в перспективе может завершиться экономической блокадой. В этих обстоятельствах «камерное» осуществление проекта по поддержке Новороссии становится далее невозможным. Сегодня необходимо КАЧЕСТВЕННОЕ изменение масштабов помощи Новороссии. Разобщенные действия различных структур, когда «силовики» заняты войной, «экономисты» поиском денег для затыкания дыр, а «социальщики» решают проблемы помощи беженцев, не координируясь между собой, необходимо объединить в единый штаб по поддержке Новороссии с самыми широкими правами и полномочиями.

Необходимо, наконец, отдать себе отчет, что мы находимся в состоянии войны. Но не с Украиной, которая в ее нынешней ипостаси не просуществовала бы и полгода, а против самой мощной державы мира — США, стоящей за ее спиной. Причем не мы объявили войну — нам объявлена война! И она не закончится, даже если Россия сейчас выполнит все требования США. Цель этой войны — полная деструкция современной России и тотальная зачистка ее существующего политического руководства. Американцы пытаются исправить свою ошибку 1991 года — сохранение России как единой страны. Теперь речь идет только о разделе России на ряд мелких образований. Поле боя сегодня — Юго-восток Украины, Донбасс. Для США критически важно, вломившись в зону жизненных интересов России, поддержать и укрепить стратегического союзника Петра Порошенко и его «свидомую» элиту, захватившую власть в Киеве. И уже с этого плацдарма начать расшатывать Россию, используя победу в войне на Юго-востоке как нейтронную бомбу против кремлевского руководства.

Лучшим ответом станет ясное и внятное формулирование проекта «Новороссии» как проекта новой Украины, свободного от коричневой грязи бандеровщины, нацистов «правосеков», воров-олигархов. Украины, где будет объединено все лучшее, что связано в исторической перспективе с понятием единства братских русского и украинского народов. Нужна немедленная широкая гуманитарная помощь, спасение населения Новороссии от голода и гуманитарной катастрофы. Нужно формирование плана восстановления Донбасса и включения его экономики в структуру единого экономического пространства. И, конечно, нужна самая серьезная и энергичная военная помощь. Только масштабное военное поражение может заставить Киев осознать бесперспективность силового варианта, прекратить военные действия и сесть за стол переговоров.

Собрание заблуждений № 1

Любая война рождает свои мифы, и «донбасская война» тут совсем не исключение. И я решил заняться исследованием этих мифов. Установить, что в них реального, а что есть выдумка воспаленных умов или оголтелая пропаганда.

Итак, один из самых ходовых сегодня «мемов», который плотно вбили в головы «дорогим украинцам» по обе стороны фронта, — это формула: «ополченцы специально затаскивают орудия на крыши домов, чтобы украинские силовики не стреляли по жилым домам (второй вариант — «чтобы специально подставить жилые дома под огонь украинских силовиков»).

Что же, давайте разберемся.

Пожалуй, самое легкое орудие из тех, что есть в распоряжении ополченцев, — это 120 мм миномет. Его вес 210 кг. Габариты: ширина — метр, высота — метр семьдесят. Его даже можно разобрать на несколько составных частей. А теперь представим себе хотя бы стандартную пятиэтажку. Расчет из пяти человек будет затаскивать миномет на крышу такого дома при условии опыта и энтузиазма не менее пяти — семи минут. Но кроме самого миномета на крышу надо затащить еще и несколько ящиков мин. Причем сразу после стрельбы надо быстро свалить с крыши, так как ответный огонь не заставит себя ждать. Стреляющий с крыши миномет виден за километры! На это уйдет еще не меньше пяти — семи минут. То есть операция крайне рисковая, мягко скажем…

При этом совершенно не ясно, а зачем нужен 120 мм миномет на крыше? Ведь никакого смысла вытаскивать его сюда просто нет. «Уникальность» миномета как орудия в том и состоит, что поражение противнику миномет наносит с закрытых позиций: из окопа, из-за капонира или из-за стены.

А теперь представьте себе, что на крышу надо затащить артиллерийское орудие весом в тонну и длиной три метра?

Ну, вы все поняли?

P. S.

Отдельно замечу, что, несмотря на распространенность мифа, нигде в сети нет ни одного видео с чем-нибудь подобным. Справедливости ради скажу, что в качестве основы мифа могли послужить следующие действия:

• Выход на крышу артиллерийского корректировщика или просто наблюдателя.

• Выход на крышу стрелка-оператора ПЗРК.

Но появление этих бойцов почти невозможно установить, и, следовательно, они исчезающе малый повод для огня артиллерии, и уж точно их действия не являются «специально провоцирующими огонь»…

Будущее Донбасса

Едва ли не самым любимым тезисом свидомых является словесный кульбит: «Там, где нет сепаратистов, там нет и армии, нет войны, и там спокойно и мирно живут люди».

В общем, во всем виноваты ополченцы, из-за которых-де страдает все население Донбасса.

Подмена понятий заключается в том, что, категорически не желая вести какие-либо переговоры, Киев начал применять против непокорных регионов силу, причем сразу, что называется, непропорционально. Еще в начале мая противостояние в Донецке и Луганске носило уличный характер, но уже 2 июня штурмовик нанес авиаудар по центру Луганска, положив начало ничем не ограниченной бойне. Можно предположить, что американские советники подсказали, что сепаратизм надо давить сразу и всей мощью, тогда поможет.

Получилось ровно наоборот!

Правда заключается в том, что до прихода карателей у жителей Донбасса не было ни бригад, ни батальонов, ни танков, ни минометов, ни РСЗО. Все это у них появилось уже ПОСЛЕ того, как начали стрелять по их домам и убивать на территории Донбасса и Луганска мирных жителей. Напомню, что еще в апреле единственное орудие ополченцев — САУ «Нона» — была взята у днепропетровских десантников.

Правда заключается в том, что до прихода карателей сегодняшние ополченцы были строителями, водителями, бизнесменами, врачами, крестьянами, и только после того, как стали убивать их родных и разрушать их дома, они взяли в руки оружие.

Правда заключается в том, что только постоянные беспощадные репрессии, аресты, пытки в других восточных регионах позволяют сегодня удерживать Киеву контроль над ними, но, как долго удастся Киеву удерживать эту пружину в сжатом состоянии, не знает никто. И вслед за Донбассом завтра может полыхнуть и Одесса, и Харьков, и Днепропетровск.

Но речь сегодня о другом.

О том, что ждет Донбасс в случае победы Киева.

А ведь это ключевой вопрос!

Почему-то никто не хочет задуматься над тем, за что воюет Киев?

Украинцам внушают, что они сражаются за некую территориальную целостность Украины, против сепаратизма и российского военного вторжения.

Но это обычная пропаганда. Россия никуда не вторгалась, а «сепаратисты» — это точно такие же украинцы, которые защищают свою землю от карателей, присланных их усмирять.

Так за что же в реальности воюет сегодня солдат украинской армии?

Первая цель Киева — полная дерусификация Донбасса и Украины.

Уже слышу вопли «свидомых», мол, это ерунда! Никто русских и русский язык нигде не притесняет!

И действительно, самым удивительным на этой войне оказалось то, что она вскрыла, каков же РЕАЛЬНЫЙ национальный код Украины, на каком языке Украина РЕАЛЬНО говорит и думает. И на каком же? Да на русском! Помните, как озабоченно объяснял штандартенфюрер Штирлиц радистке Кэт, что, несмотря на отличный немецкий, при родах она будет кричать на родном русском? Легенда конечно, но у всякой легенды есть своя историческая основа. В минуты максимальной опасности общим для населения становится тот язык, которым люди реально владеют и который они считают родным. Так вот, вся нынешняя война на Украине идет исключительно на русском! Весь радиообмен ВСУ, нацгвардии, все переговоры, команды и даже боевые документы — на русском! И лишь изредка можно услышать «мову». В основном ею пользуются добровольческие батальоны «правосеков», сформированные из «западенцев». И с этим «свидомым», безусловно, придется что-то делать. Но не сейчас. После войны. Сначала, как говорится у «свидомых», надо победить, «а вешать будем потом…».

Сейчас зажимать русский язык нельзя.

Ведь именно с попытки с ходу, на угаре майданной победы, отменить пусть и убогий, но все же принятый в 2012 году «закон о государственной языковой политике», поднимавший статус русского до регионального языка, собственно, и занялся пожар на Донбассе! Реакция была такой острой, что голосование от 23 февраля, когда 232 голосами закон был отменен, уже 28 февраля тихо отменили.

Сегодня о проблеме русских словно забыли. Наоборот, киевские пропагандисты буквально заходятся в угаре: «Украинская нация едина как никогда!», «Война сплотила украинцев в единую нацию!», «Сегодня нет ни украинцев, ни русских, ни венгров, ни болгар — сегодня мы все украинцы!», «…Многие из нас говорят на русском, но думают здесь иначе, чем в России. Я видел и слышал, что на русском языке Украину любят не меньше, чем на украинском», — это буквально «свежачок» от Порошенко. Это понятно! Русскоязычные регионы сейчас тащат на себе «оброк» войны. Оболваненные пропагандой, поставленные мобилизацией в строй Ивановы, Петровы, Сидоровы из Днепропетровска, Одессы, Харькова сражаются против Демчуков, Иваненко и Петренко на Донбассе и сотнями гибнут во славу «Великой Украины». Поэтому Киеву нельзя пилить сук, на котором сидит! Но вот потом, после победы, с проблемой русских надо будет что-то делать. И в первую очередь закон о языке будет с неизбежностью отменен и принят новый, который максимально ужмет использование русского языка, загонит его в резервацию, замурует до уровня «рыночного», внутрисемейного. И Киев не стесняется об этом говорить среди своих. 23 августа, накануне дня независимости, президент Порошенко на торжественной церемонии поднятия государственного флага Украины на Софийской площади в Киеве ничтоже сумняшеся заявил: «Принципиально остаюсь на той позиции, что единственным государственным языком должен оставаться украинский».

Что называется, без комментариев…

Не задумываются сегодня русскоязычные и о том, что будет с русскоязычными регионами.

Населению Харькова, Одессы, Днепропетровска внушают, что все будет хорошо! Что очень скоро Украина станет частью Европы, что Америка и ЕС решат все экономические проблемы, а из внутренних на пути к гармонии и процветанию есть только одна проблема — сепаратисты и чудовищная Россия, которая им помогает. И, если их победить, все сразу наладится и наступит благодать.

И одурманенному русскоязычному населению Украины просто не хватает трезвости ума понять, что к чему.

А ведь просчитать легко!

Перейдем к фактам.

Совершенно очевидно, что из следующих выборов будет вырезан фактически весь прорусский (не путать с пророссийским!) политический спектр. Большая часть русских лидеров и активистов русских движений и партий либо выдавлена из страны, либо сидит в подвалах СБУ как «террористы» или «пособники террористов», либо была вынуждена уйти на Донбасс и сражается в ополчении. И потому следующая Рада по умолчанию будет «свидомой», где в лучшем случае места будут разделены между умеренными националистами и радикалами, а в худшем — в нее сядут еще и откровенные нацисты. Стоит ли рассуждать о том, какой закон «о языке» будет принят такой Радой? А закон этот будет принят, так как предыдущий — и это было подчеркнуто многократно — был принят с нарушениями закона и не удовлетворяет требованиям сегодняшнего дня.

Кроме того, именно эта Рада будет принимать законы, которые должны будут организационно компенсировать последствия войны и не допустить ее повторения. И можно не сомневаться, что Киев сделает все, чтобы «выжечь» и «вытравить» на восточных территориях сепаратизм. А это невозможно без тотального подавления всех и всего, что хоть как-то связано с Россией. И в первую очередь русского языка. Украину ждет тотальная «дерусификация» и массовые люстрации. Поэтому участь русских, которые сегодня воюют против Донбасса, на самом деле жалкая. Им еще предстоит на собственной шкуре испытать, чем с ними расплатится «свидомая» власть за лояльность.

Вторая цель Киева в этой войне — обеспечение унитарного единства Украины.

Именно поэтому выступивших поначалу за безобидную и цивилизованную федерализацию (а, напомню, федерациями являются и Германия, и США, и Великобритания, не говоря уже о России) дончан тут же нарекли сепаратистами, и на подавление их была отправлена армия, и тюрьмы начали наполняться арестованными активистами, а по городам начала наносить первые удары артиллерия.

Донбасс и Восток Украины вообще — это самый развитой регион Украины, где сосредоточено больше 60 % всего экономического и промышленного потенциала Украины, и для Киева жизненно важно сохранять полный контроль над курицей, несущей золотые яйца. Поэтому «свидомые» столь беспощадно противятся любой самостоятельности регионов. Поэтому в первый день работы рады депутаты приняли закон о борьбе с сепаратизмом — фактически закон против русскоязычных регионов.

Без Донбасса, Одессы, Харькова, Днепропетровска Украина превращается в европейскую Ботсвану, которая где-то есть, но никому не нужна.

Но удержать в одной лодке «западенского» волка и «восточного» теленка можно только одним способом — связав теленка и скармливая его по кусочкам волку.

Так за что же воюют сегодня русские в украинской армии? Отвечаем:

• За то, чтобы русский язык был окончательно лишен официального статуса и вытеснен в «местные наречия».

• За то, чтобы русскоязычные регионы были лишены какой бы то ни было самостоятельности и перешли под жесточайший контроль киевских гауляйтеров.

• За жизнь в условиях жесткого политического сыска, с вечным клеймом «нелояльности», под тотальным контролем СБУ и различных «эскадронов смерти» — «правого сектора», «нацгвардии».

Воюйте, ребята! Но потом не жалуйтесь!

Адский шлях

А как все начиналось…

«Советник министра внутренних дел Украины Антон Геращенко заявил, что освободить от террористов Донецк и Луганск будет значительно проще, чем Славянск.

Об этом он сказал 8 июля 2014 года в эфире на телеканале БТБ, передает УНН.

По его словам, боевикам вряд ли удастся перекрыть для украинской армии вход в эти крупные города.

Геращенко также объяснил, почему боевики сначала выбрали Славянск.

”Дело в том, что в этот город существует только четыре въезда, к тому же он разделен рекой. Поэтому Славянск было довольно легко забаррикадировать, — сказал Геращенко. — А вот в Донецк и в Луганск есть, наверное, по сотне въездов в каждый. Согласно этому блокировать эти города террористам не удастся”.

”Мы уничтожаем террористов на расстоянии, экономя силы и сохраняя жизнь наших солдат. Никакой блокпост террористов не устоит против сил украинских войск. Дальше — дело времени”, — подытожил Геращенко».

И через два месяца закончилось вот так:

Силы АТО оставили несколько населенных пунктов, идет отступление (из Донбасса авт.). Об этом на своей странице в Facebook сообщил руководитель Центра военно-политических исследований Дмитрий Тымчук. «Наши войска оставили ряд населенных пунктов. Мы отступаем. Но я бы не сосредотачивался на факте отступления как проигрыша. Гораздо более важно в данной ситуации другое. Если наше командование действительно отводит войска только для недопущения попадания их в котлы и для перегруппировки (а это официальная версия) — это не трагедия, а нужное решение, без которого невозможно дальнейшее наступление», — сообщил 1 сентября Тымчук.

Что же, после этого более чем знакового заявления пана Тымчука стоит и нам подвести некоторые итоги.

Итак, за спиной три месяца самого масштабного со времен Второй мировой войны европейского вооруженного конфликта. Боевые действия идут на территории двух областей Украины, где в общей сложности проживает более семи миллионов человек, здесь находится семьдесят городов и почти две тысячи сел. За три месяца боев Донбассу причинен громадный экономический ущерб. Разрушено больше пяти тысяч домов, больше ста школ, десятки больниц и медпунктов. Нарушено газо— и водоснабжение. Разрушена торговая инфраструктура. Люди натурально голодают. Под снарядами и бомбами карателей погибло, по самым заниженным оценкам, уже больше трех тысяч мирных жителей, из которых почти сто детей.

За это время силовая группировка карателей была развернута с пятнадцати тысяч солдат и офицеров ВСУ, нацгвардии и добровольческих батальонов в середине мая до почти шестидесятитысячной армии в середине августа. При этом всего на Украине под ружье поставлено с апреля по сентябрь больше восьмидесяти тысяч человек, и общая численность силовых структур Украины достигла ста двадцати тысяч человек.

Перед началом войны украинские вооруженные силы располагали восьмьюстами танками Т-64 четырех модификаций, из которых в строю находилось порядка четырехсот, более чем пятьюстами орудиями и РСЗО.

Военно-воздушные силы Украины в начале 2014 года насчитывали восемьдесят фронтовых истребителей МиГ-29 (некоторое количество самолетов было модернизировано до МиГ-29МУ1), двадцать перехватчиков Су-27, двадцать четыре фронтовых бомбардировщика Су-24М, тридцать шесть штурмовиков Су-25 (14 из них были модернизированы до версии Су-25М1), семь военно-транспортных самолетов Ил-76МД, пять транспортников Ан-26, по одному VIP-самолету Ан-24 и Ту-134АК. Вертолетные части имели на вооружении только Ми-8/Ми-17, поскольку в 1994 году большинство винтокрылых машин вошли в состав сухопутных войск.

За три месяца боев карательная армия понесла, без всякого преувеличения, чудовищные потери. По самым критическим оценкам, в боях погибли не менее восьми тысяч солдат и офицеров ВСУ. Еще порядка шести тысяч числятся «пропавшими без вести», без надежды на их «воскрешение». Число раненых и заболевших составило почти пятнадцать тысяч человек. В плену у ополченцев сейчас находится до тысячи двухсот человек, а всего через плен за три месяца прошло уже больше трех тысяч военнослужащих ВСУ. Итого за три месяца боев карательные силы потеряли убитыми, ранеными, пленными и пропавшими без вести почти 25 % численного состава Вооруженных Сил, Нацгвардии МВД, добровольческих формирований и больше 35 % от численности воюющей группировки.

Потери в технике еще более впечатляющие. За три месяца боев каратели потеряли минимум девяносто танков и САУ уничтоженными, еще не менее пятидесяти танков было брошено и досталось ополченцам, то есть почти половина из числа исправной на начало войны танкового парка! Всего же уничтожено или брошено больше трехсот единиц танков, САУ, БМП, БТР и других бронеобъектов — 25 % всего имевшегося парка!

Артиллерия ВСУ потеряла до ста орудий, РСЗО и минометов уничтоженными, не менее шестидесяти орудий, минометов и РСЗО были брошены своими расчетами и попали в руки ополченцев. 20 % всей имевшейся артиллерии.

ВВС Украины потеряли в небе над Новороссией тринадцать штурмовиков Су-25, семь боевых вертолетов Ми-24, пять многоцелевых вертолетов Ми-8, два фронтовых бомбардировщика Су-24, два истребителя МиГ-29, один разведывательный самолет Ан-30, один военно-транспортный самолет Ил-76МД, один военно-транспортный самолет Ан-26, один БПЛА Ту-143 «Рейс». Итого тридцать три самолета и вертолета. Практически половину всей исправной авиатехники.

Эти итоги со всей очевидность позволяют сделать несколько важных выводов:

• Политическое и военное руководство Украины полностью проиграло летнюю «битву за Донбасс». Последовательно пройдя за три месяца стадии: «полицейская операция» — «карательная экспедиция» — «ограниченная силовая операция» — «полномасштабная война», Киеве так и не смог решить ни одной из поставленных перед собой задач. Не был установлен контроль над Донецкой и Луганской агломерацией, не была взята под контроль граница России и Украины, не были разгромлены силы ополчения. Как следствие — на сегодняшнем уровне состояния Вооруженных Сил Украины каких-либо реальных военных перспектив захвата Донбасса Киев не имеет!

• Армия обороны Новороссии смогла за короткий срок преодолеть болезни роста иррегулярных добровольческих образований и сложиться в эффективную военную структуру. В тяжелейших боях с технически и численно превосходящим противником ополченцы продемонстрировали высокий боевой дух, стойкость и полное моральное превосходство, позволившие им компенсировать недостатки подготовки, дефицит вооружения и ошибки руководства. На сегодняшний момент в рядах АОН сражается до двадцати пяти тысяч ополченцев, на вооружении которых находится до восьмидесяти танков, в основном «трофейные» Т-64 ВСУ Украины, до ста пятидесяти орудий, САУ, РСЗО и минометов. Системы ПВО различных типов — от переносных ПЗРК до войсковых «Стрела 10». Нельзя не отметить эффективность штаба АОН, который, набравшись боевого опыта, перешел от оборонительной тактики к наступательной, проведя ряд удачных операций на окружение противника, в которых за июль-август было окружено и разгромлено шестнадцать бригад и отдельных батальонов ВСУ и МВД Украины.

• Продолжение активной наступательной операции имеющимися в распоряжении Киева резервами и вновь восстановленными после разгрома частями лишено какого-либо военного смысла. Резервы, имеющиеся в распоряжении военного командования, позволяют проводить лишь ограниченные локальные операции в масштабах бригады, и, скорее всего, их придется использовать для остановки наступления армии Новороссии на Мариуполь и север Донбасса. Для восстановления боеспособности ВСУ хотя бы до уровня июля требуется не менее трех — четырех месяцев на пополнение, обучение мобилизованного личного состава, а также на ремонт и восстановление техники.

• Несмотря на оглушительное военное поражение, нет повода считать, что Киев прекратит войну против Донбасса и сядет за стол переговоров. Ресурсы, имеющиеся в распоряжении «свидомой» власти, позволяют, хотя и с огромным напряжением, но все же компенсировать потери и восстановить боеспособность своих соединений, а значит, продолжить войну. Успех, по мнению военного руководства, им сможет обеспечить военно-техническая помощь Запада и финансовые вливания в ВПК с целью получения современного вооружения. А также опыт, полученный в ходе первой фазы войны. Поэтому необходимо ожидать, что все силы Киева будут брошены на формирование новых частей, укомплектование и восстановление потрепанных в боях бригад, а также на обучение личного состава. Киевские стратеги попытаются сделать ставку на масштабную реорганизацию, смену военного командования и формирование нового «боевого ядра» ВСУ. В частности, уже начато усиление добровольческих батальонов, как наиболее боеспособных и стойких частей ВСУ, артиллерией и тяжелой техникой, разворачивание их до уровня бригад, развертывание новых штабов, способных координировать действия батальонных тактических групп. Усиливается разведка и контрразведка.

В связи с этим киевское военное командование сегодня оказалось перед дилеммой, что делать дальше? Продолжать вести активные боевые действия или же взять оперативную паузу для реорганизации и серьезной подготовки нового наступления? Соблазн до наступления холодов закончить силовую операцию велик, но сил, очевидно, мало. И «стачивание» их под ноль под Луганском и Донецком — это вопрос времени. Оттягивание же наступления до середины октября с неизбежностью ставит перед Киевом перспективу зимней военной компании, к которой ВСУ совершенно не готовы. Нет ни зимнего обмундирования, ни зимней тыловой инфраструктуры, ни даже достаточного числа зимних палаток.

Что решат в Киеве, мы скоро узнаем…

Застопорившийся обмен

Обмен пленными застопорился в связи с тем, что при проведении «реестра» подвалов СБУ и «зинданов» всякого рода «нацбатов» не найдено огромное число людей из списков, переданных властями Новороссии. В СБУ, пряча глаза, доложили «переговорщикам», что «этих людей больше нет в их руках». В реальности это означает, что они после попадания в плен умерли от побоев или были расстреляны. Особенно в убийствах пленных отличились «нацбаты», которые массово практикуют пытки и бессудные расстрелы пленных «сепаров» и заподозренных в помощи «сепарам». Сейчас в Киеве срочно решают, как вывернуться из этой ситуации. По одному «варианту» предлагается объявить ненайденных «сбежавшими из плена». По другому — предлагается объявить их «раскаявшимися и отказавшимися возвращаться». Говорят, что речь идет как минимум о двухстах человеках.

Нынешнее перемирие зафиксировало невозможность решения проблемы Донбасса силовым путем, но итоги его не устраивают обе стороны. Киев не готов смириться с военным поражением и жаждет реванша. Новороссию не устраивает «промежуточное» освобождение захваченных районов Донбасса и Луганщины. Это значит, что следующее перемирие уже окончательно зафиксирует границы, в которых останутся стороны на поствоенный период.

На проведение нового наступления на Новороссию у Киева есть максимум два месяца. К середине ноября «летний военный период» на Украине закончится. Реальной «зимней» инфраструктуры для ведения войны в Новороссии у украинской армии нет. И создать ее по ходу ведения активных боевых действий крайне трудно, если вообще возможно. Поэтому до середины ноября Киеву придется заключить уже продолжительное перемирие, которое с большой долей вероятности станет уже «де-факто» итогом войны и «де-юре» основой переговоров.

По информации из киевского генштаба ноу-хау, которое ускоренно готовит сейчас киевское командование, — это так называемые «боевые группы»: наиболее боеспособные и мотивированные «нацбатальоны» усиливаются танками, артиллерией и разворачиваются до тяжелых батальонных тактических групп численностью до 600–800 человек. По сути, это штурмовые батальоны, специально приспособленные для боев в городе, в организации которых учтен трехмесячный опыт боев. Эти группы должны стать в один ряд с аэромобильными бригадами и наиболее боеспособными бригадами СухВо. Артиллерия также сводится в мобильные артиллерийские группы, которые должны будут быстро перемещаться по фронту и наносить удары высокой плотности. За семь дней перемирия удалось доукомплектовать до 70 % — 80 % десять БТГ, еще около пятнадцати БТГ укомплектованы на 45 % — 60 %.

К середине следующей недели командиры бригад должны доложить о готовности своих бригад к активным боевым действиям. При этом вырвавшиеся из окружения бригады должны сформировать по одной батальонной тактической группе. Остальные — о готовности не менее двух…

Давайте говорить правду!

Создание «Объединенной армии Новороссии» вызывает очень много вопросов

Безусловно, одной из главных новостей является заявление «свежего» генерал-майора Безлера и комбата Ходаковского, а также никому не известных «командиров» Матюшина, Халина и Кузьмина о создании «армии Новороссии». Возглавить эту армию должен некий генерал-лейтенант Иван Корсунь.

Пойдем по порядку.

Первое, почему-то «объединение» произошло в момент, когда в республике отсутствовали несколько ключевых министров и вице-премьеров.

Второе, под документом нет подписей никого из руководителей республик. Ни главы ДНР Александра Захарченко, ни главы ЛНР Игоря Плотницкого.

Третье, «главковерх» Иван Корсунь — никому не известная личность, который одним представляется как личный посланник главы президентской администрации России Сергея Иванова с самыми широкими полномочиями, другим — как генерал-лейтенант ГРУ с такими же широкими полномочиями. При этом реальных документов или даже реального имени его никто не знает и что в Кремле, что в ГРУ от этого господина открещиваются. То есть перед нами некий ловкий самозванец и авантюрист!

Опять же фамилии инициаторов «объединения» вызывают очень много вопросов.

Господин Ходаковский все месяцы войны был, мягко говоря, под сильным подозрением в двойной игре или как минимум в метаниях между ДНР и Киевом.

Напомню, это именно Ходаковский отправил на бойню в аэропорт Донецка больше сотни прибывших на пополнение ополченцев, пообещав им «договорную» сдачу аэропорта. Завершилась эта «сдача» засадой, в которой погибло больше пятидесяти бойцов, и внезапной атакой карателей на город, что чуть не стало фатальным для обороны Донецка.

Именно Ходаковский был тем, кто буквально через несколько часов после гибели малайзийского «Боинга» заявил, что у ополчения «был «Бук», и потом долго оправдывался, что его неправильно процитировали.

И именно Ходаковский заявил, что он за сохранение единства и территориальной целостности Украины, включая Донбасс.

К «генерал-майору» Безлеру тоже очень много вопросов. Его, мягко говоря, «методы» управления контролируемой территорией вызывают очень много вопросов у прокуратуры и следствия, вот только ответы на них получить крайне трудно. Потому как отвечать некому. Мертвые обычно молчат. Зато по количеству дорогих джипов, экспроприированных «на нужды обороны», «бесовцы» оставили за спиной всех конкурентов. Движущаяся к фронту колонна «Porsche Cayenne» во главе с «Lamborghini Urus» «Беса» — эпическое и сюрреалистическое зрелище…

Вообще, нынешнее «объединение» весьма похоже на обычную попытку верхушечного переворота. За спиной руководства республик «объединиться» и самим себе назначить «верховного главнокомандующего» — никому не известного проходимца.

Вопрос один: зачем это нужно?

Ответов может быть несколько.

Это откровенная попытка «придавить» официальное руководство ДНР и ЛНР, показать им свою силу и блокировать любые попытки заставить их подчиняться.

Это бунт обиженных при формировании новой власти полевых командиров, которых обошли в официальных назначениях, и ультиматум с требованием поделиться властью.

Ну и, наконец, это «объединение» вполне может оказаться «заказом из Киева», которому очень необходим казус белли — повод для выхода из перемирия. И вышедшие из подчинения отряды такой «казус» вполне могут создать в ближайшие часы.

Ответ мы скоро получим.

Но этот демарш заставляет сказать о другом. Собственно, я не вижу смысла дальше играть в недоговоренности. Пора быть откровенными друг с другом.

Новороссия существует пока лишь как красивое слово. Финансовая система не действует. Налоги не собираются. Предприятия не работают, пенсионеры пенсии не получают, бюджетники сидят уже полгода без зарплаты. Впереди зима, но к ней ничего не готово.

На территории Новороссии до сих пор сохраняется дикое «гуляй-поле». Никакой действующей вертикали власти на большей части республики до сих пор не выстроено. Полевые командиры по-прежнему действуют каждый в своей резервации без оглядки на закон и мораль.

И пора, наконец, назвать главную причину такого бардака.

Она не в местной неразберихе и не в особенностях местного менталитета. И даже блокада Киева и его откровенное вредительство — не главная причина творящегося «полураспада».

Главная причина в Москве!

А точнее, в неэффективности тех, кто отвечает за проект «Новороссия» в высших эшелонах России.

До сих пор там не сформирован единый орган, «курирующий» Новороссию.

До сих пор проект «размазан» по целой куче чиновников и ведомств, многие из которых здесь, в Москве, находятся в жесточайшей конкуренции друг с другом, а иногда и в откровенной межведомственной борьбе, и неудачи одних тут же используются другими для поднятия личных рейтингов и новых бюджетов.

Причем в этой схватке самым трагичным является то, что ни один из «кураторов» не решится «передоложиться» — признать перед вышестоящим начальником свою ошибку и попытаться ее исправить. Это смерти подобно! Это потеря лица, положения и отрыв от «кормушки»! И потому любая ошибка тут же становится причиной целой ведомственной операции по ее сокрытию, что тут же приводит к ее набуханию и росту, как опаснейшего гнойника.

Еще три месяца назад, после трагедии в донецком аэропорту, необходимо было решать вопрос с Ходаковским, но сделать это — значит признать свою ошибку в его изначальной поддержке как ахметовского «двойного» агента, и «кураторы» Ходаковского из одного ведомства, отвечающего за территориальную неприкосновенность России, упорно до сего дня убеждают, что он «наш» и что его нужно поддерживать и сохранять.

Точно такая же проблема с Безлером, чьи кураторы из одного силового ведомства всячески превозносят его военные успехи, но предпочитают умалчивать о его «подвигах» на другой ниве. И это понятно. Для них Безлер — это «фабрика» по производству званий, наград и новых бюджетов, а то, что он фактически разрушает своим самоуправством республику, это предпочитают там не замечать. Ведь не они же отвечают за «гуманитарную» составляющую проекта…

Давайте говорить правду!

Только ценой невероятных усилий нам удалось в конце августа буквально в последний момент переломить фатальное развитие событий на фронте и выиграть почти проигранную битву, но даже этим мы не смогли эффективно воспользоваться. Остановленное на полпути успешное наступление фактически спасло Киев от масштабнейшего поражения, при этом Донбасс даже не восстановил свою территориальную целостность. Больше половины административной территории Донбасса так и осталась за Киевом.

Какой смысл был «вбрасывать» предложение о перемирии именно тогда?

Возможно, кому-то в Кремле казалось, что этот жест «доброй воли» будет оценен на Западе и война санкций после этого пойдет на убыль, но вышло-то в итоге наоборот! Получили по полной! То есть кто-то в Кремле выступил в роли унтер-офицерской вдовы и публично высек сам себя и очень сильно подставил президента!

Сегодня, спустя две недели после объявления перемирия, мы вновь стоим в полный рост перед перспективой «все сначала». Киев восстановил боеспособность большинства своих бригад и батальонов. Новое командование рвется в бой и мечтает о реванше. И не стоит недооценивать украинскую хоробрість і завзятість. Надо отдать должное противнику. ВСУ смогли за полгода пройти путь от аморфной, деструктурированной полураспавшейся структуры к эффективной, сплоченной и стойкой карательной армии, воюющей жестко, упорно и азартно. И, что бы там ни говорили, но украинцы мотивированы и готовы воевать, а украинское общество по-прежнему сплочено вокруг своего политического руководства. И это делает перспективу нового этапа войны крайне неясной. Особенно на фоне того, что с нашей стороны не делается ничего, чтобы преодолеть негатив и неустроенность начального периода, и что этот период затянулся уже на полгода.

Возможно, сегодня некоторым чиновникам в Кремле и других ведомствах кажется, что все устроится само собой и что нынешнее перемирие подвело черту под периодом хаоса, но всего за два-три дня ситуация может быть полностью переломлена, и что тогда придется докладывать президенту? Кого назначать виноватым?

Человек с севера

Как воюют на Донбассе

Мы знакомы очень давно. Еще с чеченской войны, поэтому, наверное, этот разговор и состоялся:

…Давай сразу договоримся: вопросы численности, организации и прочие «установочные» данные оставляем за скобками. Россия в этой войне никак не участвовала и не участвует — точка! Поэтому будем называть нашу структуру «группой «Север», а меня дальше называй «человеком с севера». Я буду отвечать на те вопросы, которые сейчас действительно важны для будущего Новороссии, а ты уже сформулируешь все тезисно…

О противнике

Я о нем самого высокого мнения. Как ни крути, но украинцы — это мы сами. Та же порода, тот же национальный состав. Из сильных сторон — стойкость, упорство. Особенно элитные части ВДВ, аэромобильные, «спецназ». Уже разгромлены, уже драться нечем. Предлагаешь сдаться, сложить оружие и уходить — отказываются. Лезут на прорыв, не имея ни одного шанса. Поэтому и гибли без счета. Чтобы у нас жертв не было, просто накрывали артиллерией и все. Было пару раз — просто пропускали, чтобы не устраивать расстрел. Знали, что технику уже всю потеряли по дороге. Зачем лишние трупы? Это же чьи-то сыновья, мужья, отцы…

Из слабых сторон — командование, боевое управление, дезорганизация.

Вся их армия — какой-то винегрет. ВСУ, нацгвардия, добровольческие батальоны. Единого командования нет. Это разделение по ведомствам — главная их ошибка. Мы ее еще двадцать лет назад прошли на первой Чечне. А они на эти грабли только теперь залезли и прыгают. Им чужой опыт не указ. Своей кровью надо умыться. Всей войной у них заправляют комбаты, а тут уже кто во что горазд. Один говорит: «Идем!», второй говорит: «Стоим!», а третий вообще: «Отходим!».

В самих ВСУ порядка больше. Все же чувствуется бывшая советская школа, система, наработанная десятилетиями. Взаимодействие между родами войск, организация боя, реакция на изменение ситуации. Но только все это как замерло в начале 90-х прошлого века, так и осталось. Чувствуется, что армией своей они вообще не занимались. Система осталась, а вот школу боевого управления утратили.

По родам войск

ВДВ и спецназ, как и везде, самые боеспособные. Но их сильно потрепали в боях, и пополнение уже куда слабее тех, кто начинал войну. Но мотивация у них высокая. В основном за счет корпоративного куража. Мы — спецназ! Мы — ВДВ! При этом нашим «северянам» было дико видеть сгоревшие «броники» с точно такими же десантными эмблемами, как у нас: флаги ВДВ, портреты Маргелова. Но — враги! Какой-то «сюр»…

Пехота — очень слабая! Большинство — мобилизованные, желания воевать — «ноль», командиры часто вообще без опыта командования. Снабжение практически никакое. Жили почти на подножном корму. Голодные, грязные, вшивые, в гнилой форме — зомби! Лишь несколько батальонов было переодето в приличную форму и амуницию, но боеспособности им это не добавило.

Танки как самостоятельный род войск на этой войне отсутствуют. В основном используются для огневой поддержки пехоты. Поэтому применение шло мелкими группами — до роты. Отсюда и уровень потерь — чрезвычайно высокий. Пехота, вместо того чтобы беречь танки и взаимодействовать с ним, толкала их впереди себя. При насыщенности ополчения средствами ПТО это заканчивалось печально.

Артиллерия — наиболее продвинутый род войск в ВСУ. Все же, как ни крути, советская артиллерийская школа была и остается лучшей в мире. Качество обучения артиллеристов в постсоветских училищах по-прежнему остается очень высоким. Украинская артиллерия очень быстро прошла путь от слабообученных, пуляющих в белый свет, как в копеечку, пушкарей до главного фактора этой войны. Фактически артиллерия тащит на себе основную нагрузку войны, компенсируя и откровенную слабость пехоты, и низкий уровень боевого управления, и еще целую кучу проблем. Все компенсируется тоннами снарядов и ракет, которые выпускаются по территории Донбасса. В последние недели на вооружении украинской артиллерии появились станции артиллерийской разведки, и она начала вступать в эффективную контрартиллерийскую борьбу.

Нацгвардия. Высокомотивированные, но слабо обученные и плохо вооруженные отряды. Общее название — «батальоны», но численность их колеблется от двухсот пятидесяти до семисот человек. Обычно используются как легкая пехота или для зачистки занятой местности, но крайне слабо координируются с ВСУ, поэтому несут большие потери. В сложной ситуации склонны к панике, могут без согласования с командованием оставить позиции и отступить.

Высшее командование из рук вон плохое. Между штабом АТО и войсками — просто бездна. Они своими войсками как чужими бумажными солдатиками управляют: операцию придумали, задачи поставили — и вперед! Давай результат! Не получается, потери? Ты воевать не умеешь! Украину не кохаешь! Вперед! А то, что задача изначально недостижимая, то, что расчет сил и средств не проводился и не соответствует задаче, никого не торкает. В штабах ниже — то же самое.

Вообще, коренное отличие ВСУ от Российской армии, которое бросилось в глаза, — это отношение к солдату. В Российской армии даже в самые гнусные девяностые на войне и офицеры, и генералы своих солдат ценили и берегли, как могли. Генералов того периода вся Россия помнит: Трошев, Шаманов, Пуликовский, Рохлин. А у украинцев? В районе боевых действий сидел один такой командующий Южным оперативным командованием, бывший командующий восьмым корпусом генерал Хомчак, рулил наступлением под Иловайском. Так и тот довоевался до полного окружения, из которого, пользуясь договором о прекращении огня, сбежал с остатками штаба и парой десятков бойцов. После чего начал рассказывать сказки про то, что русских на него перло в четыре раза больше, чем у него было солдат. Ага! Ну то есть если у генерала тут под командованием находилось в общей сложности шесть тысяч, то русских, получается, там было аж двадцать четыре тысячи! Целый корпус! Фантазия у Хомчака, как у Мюнхгаузена.

Впрочем, другой украинский полководец, генерал Литвин, при угрозе окружения просто бросил войска, сбежал из «котла» и теперь, насколько мне известно, повышен до командующего оперативным командованием.

Для украинского командования солдат — никто! Послали в бой, как стадо, а что с ними будет, сколько погибнет, сколько выйдет из боя — никого не волнует. Главное, чтобы задача была решена. А если еще и поражение, так вообще лучше, чтобы никто не вышел, тогда и разгрома никакого не было. А людей как дезертиров спишут.

Но только считать, что на украинской армии поставлен крест, глупо. В нее вкладываются миллиарды долларов украинского бюджета и иностранных кредитов. Военная помощь на Украину идет из десятка стран НАТО, да и собственный ВПК начинает оживать. Сейчас в украинскую армию начаты поставки современных западных средств связи и разведки. Украинцы убыли в Польшу и Германию переучиваться на натовское вооружение. И это значит, что скоро появится и оно. На украинских полигонах и в учебных центрах ведут курсы натовские и американские инструкторы. Организуется заново тыловое обеспечение.

За шесть-семь месяцев ВСУ вполне смогут восстановить боеспособность. Видимо, речь не совсем о восстановлении боеспособности, а о более серьезных процессах. В некотором смысле ВСУ и сейчас боеспособны. Поэтому предыдущее предложение я бы сформулировал иначе. Например, так:

«За шесть-семь месяцев ВСУ смогут (при наличии политической воли, помощи Запада и еще некоторых условий) пройти ”переформатирование”, или, если угодно, перейти в иное качественное состояние».

Сделать выводы из поражений, сменить командование, провести реорганизацию — и тогда мы увидим качественно другого противника. Поэтому смаковать прошлые победы просто глупо. О том противнике можно забыть. Мы его больше не увидим. Это уже прошлое…

Об ополченцах

Сильной стороной ополчения, безусловно, является высокая мотивация. Люди воюют за свои дома, добровольцы — за идею. Воюют лихо, с азартом. Стойко. Потери несут как что-то должное. Не паникуют. Быстро учатся. Раньше я занимался организацией обучения специалистов, так вот, я тогда мог только мечтать о таких солдатах! Люди учились буквально с полной отдачей. Артиллерийские расчеты, танковые экипажи буквально за дни схватывали то, на что обычно уходили недели.

Безусловный авторитет командиров. За своими командирами пойдут куда угодно. В отличие от ВСУ, где выдвижение на любую должность — это сложный бюрократический процесс, часто не связанный ни с какими способностями кандидатов, а лишь с близостью к начальству или с принадлежностью к той или иной политической группе, на командные должности ополчения выдвигаются наиболее храбрые и способные бойцы, невзирая на звания и выслугу лет. Естественный отбор, так сказать…

По родам войск

Пехота отлично мотивирована, но уровень обученности оставляет желать лучшего. Впрочем, это компенсируется храбростью и инициативой.

Танковые подразделения распределены между отрядами. Обучены хорошо, но так же, как и танковые подразделения ВСУ, используются для огневой поддержки пехоты. В противовес ВСУ ополченцы свои танки берегут и прикрывают пехотой, поэтому уровень потерь боевой техники несравним.

Артиллерия — высокообученная, слаженная, прошедшая полный курс боевой подготовки. За это отвечали «северяне», и они свое дело сделали хорошо.

Оперативное командование ополчения также укомплектовано профессионалами своего дела, имеющими специальное военное образование и большой опыт ведения боевых действий в других горячих точках. Этот штаб вполне способен организовывать и проводить эффективные операции масштаба дивизия-корпус, но вот здесь и проявляются слабые стороны ополчения.

Главная слабость ополчения называется одним словом — «махновщина». И нужно отдавать себе отчет, что никакой «армии Новороссии» нет. Вместо нее есть десятки отрядов разной численности, вооружения и организации. Объявление донецкого ополчения регулярной армией, по сути, ничего не изменило. При этом часто численность является не только и не столько показателем боеспособности, сколько показателем «веса» того или иного полевого командира на контролируемой им территории. Как следствие, каждый полевой командир самостоятельно решает проблемы снабжения своего отряда. Каждый ищет или выстраивает свои каналы поступления «гуманитарки», и каждый налаживает свои отношения с «военторгом». И чем шире эти каналы, чем объемнее поставки, тем выше «ранг» полевого командира и тем большую территорию он контролирует. Самое печальное, что именно этот доступ к снабжению и контроль над территорией являются главными препятствиями объединению сил. Ведь часть денег на амуницию, продовольствие, связь, на зарплаты и премии ополченцам — все это по большей части «сборы» с «земли», как и автомобили, жилье, склады и прочее. И добро, когда это делается хотя бы «полюбовно», официальными налогами на местный бизнес, но чаще всего простым «отжимом» — грабежом, попросту говоря. Когда я был там, «зинданы» для упрямых «спонсоров» были почти обязательным атрибутом большинства крупных штабов ополченцев. Объединиться под единым командованием — значит утратить вес и потерять каналы снабжения и контроль над «землей», которая кормит почти всех полевых командиров. То есть потерять главный источник довольствия.

Но еще хуже то, что под видом ополченцев на территории Новороссии действуют «индейцы» — десятки обычных банд, которые буквально терроризируют местное население. Под флагами ДНР они творят полный беспредел: грабят, насилуют, убивают. Есть целые поселки, которые попали под контроль таких «индейцев»-беспредельщиков. И борьбы с ними особой не ведется. Полевым командирам не до них, они на собственной территории делят власть и выясняют отношения, а милиции и прокуратуры в ДНР и ЛНР сейчас нет.

Поэтому при достаточно большой численности ополченцев, а в августе это было примерно около двадцати тысяч бойцов, их боевая эффективность невысока. Ополченцы хорошо воюют в городе, стойко обороняются, но в силу «крепостной психологии» и почти полной дискоординации вести современную маневренную войну практически неспособны. Вне городов и поселков ополчение лишь вело разведку и удерживало блокпосты на ключевых трассах, оставляя без прикрытия целые направления. Украинское командование уже к середине июля выяснило эту слабость, после чего разведрейдами своих БТГ нащупывало такие «провалы» в обороне ополченцев и проводило локальные наступления, глубоко вклиниваясь в оборону ополчения. К середине июля фактически вся территория ДНР и ЛНР была, как ломтями, надрезана такими ударами. И опять же только помощь «северян» превратила эти вклинения в «котлы» для ВСУ, сами ополченцы тут лишь «зачищали» после нашей работы местность да громили отступающие мелкие отряды разгромленных ВСУ.

Северный ветер

Часто говорят, что «северяне» спасли ополчение от разгрома. Мол, подкрепление прибыло, когда до победы ВСУ оставались чуть ли не считанные часы. Это свидомая брехня! Ситуация в середине августа была тяжелой, но не критической. На этот момент ВСУ использовали практически все свои резервы, увязли и вели тяжелые бои в северных пригородах Донецка, в районе Иловайска и на подступах к Луганску, в районе Новосветловки-Лутунино. Сил рассечь территорию Новороссии у ВСУ уже не было, но война все больше погружалась в кровавый хаос — в зоне боевых действий оказались самые густонаселенные районы Донбасса. Счет погибших мирных жителей пошел на сотни. Необходимо было остановить эту бойню и принудить Украину к прекращению боевых действий и мирным переговорам. Для этого была разработана операция, и мы приступили к ее проведению.

Если не считать мелких огрехов, то все прошло как по нотам. Противник не смог вовремя вскрыть наше выдвижение и развертывание и обнаружил наше присутствие, только когда мы вошли с ним в непосредственное соприкосновение. ВСУ так и не смогли вскрыть наши силы, и потому по украинским докладам до сих пор гуляют самые фантастические цифры. Некоторые украинские военачальники договорились до того, что на территорию Украины вошло аж сто тысяч «северян», что есть полный бред!

Никаких глобальных задач «дойти до Киева» мы не имели. Если сводить все к одной формуле, то нужно было нанести поражение противнику, создав тем самым условия для прекращения боевых действий и начала переговоров.

О «северянах»

Я доволен действиями «северян». Могу сказать, что они продемонстрировали высокий уровень подготовки и слаженности. Отлично работала разведка, хорошо справились с задачами штабы всех уровней,

Фактически «северяне» продемонстрировали тот тип ведения боевых действий, который на Западе называют «сетецентричной войной». Постоянное перемещение, постоянная разведка, своевременное выявление целей и своевременное их огневое поражение. Достаточно сказать, что, несмотря на очень ограниченный по площади район ведения боевых действий, «северяне» практически нигде не вступали с ВСУ в непосредственное взаимодействие, не вели боев, что называется, «глаза в глаза», нанося поражение дистанционно. Лишь считанные разы, что называется, завязывались бои. Единственный случай, когда несколько «северян» оказались в плену у ВСУ, стал следствием нарушения боевых документов и разгильдяйства младших командиров.

О «котле» под Иловайском

Вина за этот разгром и огромные потери целиком и полностью лежит на командовании АТО и Южного сектора: сначала они буквально в «нору» загнали целую группировку, никак не прикрыв фланги. Потом, увязнув в городских боях, вместо того чтобы обходить город, начали стаскивать под него новые БТГ — видимо, так хотели поднять над ним флаг. Ну а когда получили удар во фланг и счет пошел на часы, просто растерялись, начали ждать указаний «сверху», пока «котел» не захлопнулся. После этого никакого внятного командования мы уже не видели. Внутри «котла» метались, неся потери, батальоны нацгвардии и ВСУ, а снаружи командование даже не пыталось организовывать деблокирование своих войск. И это было странно! Мы, честно говоря, готовились к тому, что будем держать внешний фронт, но они даже не дернулись. Создавалось впечатление, что там изо всех сил делают вид, что под Иловайском ничего не происходит и все само как-то рассосется.

Ну и рассосалось…

У нас был приказ — по возможности избегать больших жертв. Поэтому почти сразу до командиров окруженных частей довели наш ультиматум: всем, кто сложит оружие и оставит технику, гарантируются жизнь и выход из котла к своим.

Сейчас «окруженцы» везде голосят, что-де их обманули, им обещали коридор, но вместо этого раздолбили артиллерией. Это опять же брехня! Был конкретный ультиматум: оставляете на месте все тяжелое вооружение и технику — и на автотранспорте в определенном порядке выходите. Но вместо этого они начали играть в крутых рейнджеров. Выстраивать колонны на прорыв — с танками, бэтээрами, САУ. Все, что не могли вывезти, начали сжигать и выводить из строя. Мы за всем этим внимательно наблюдали. Разведка постоянно докладывала. Еще раз вышли на них — не хитрите! Хотите жить — выполняйте условия, выходите, как определено: днем, без тяжелой техники, по согласованию и под контролем. Всех выпустим! Они опять: «Да-да!», но, как начало смеркаться, рванули на прорыв, ну, собственно, и получили. Почти никто не ушел. Такой бессмысленной гибели людей я себе представить не мог. Дорога смерти какая-то…

Почему не был взят Мариуполь?

Скорее всего, просто не хватило времени. Но лично для меня одной из главных проблем было то, что брать его пришлось бы нам, «северянам», со всеми отсюда вытекающими проблемами: потерями, полной «засветкой» нашего участия и всеми «прелестями» штурма города — разрушениями, гибелью мирных жителей. У украинской стороны в Мариуполе и под Мариуполем находилось до полутора тысяч всякого рода «силовиков». Ополченцев же на тот момент едва хватало на выставление блокпостов и организацию передового эшелона наступления — фактически разведки, при которой, продвигаясь вперед, ополченцы «нащупывали» узлы обороны, после чего подтягивались мы и расковыривали артиллерией эти узлы. В чистом поле эта тактика была эффективна, но вот в крупном городе уже едва ли могла сработать.

Поэтому лично для меня перемирие стало в какой-то мере облегчением. Да, взять город хотелось, но, объективно оценивая силы, я понимал, что это будет очень нелегко. Даже на окружение и эффективную блокаду сил не хватало.

Вовремя или не вовремя?

Мне трудно давать такую оценку. Конечно, мы могли еще существенно расширить территорию, контролируемую ополчением. На момент остановки активных боевых действий почти все имеющиеся в распоряжении командования АТО части либо вели тяжелые бои, либо были разгромлены, и прикрывать бреши, образовавшиеся после разгрома котлов, было просто нечем. Думаю, что, продлись бои еще неделю, и перед Киевом бы уже в полный рост встала перспектива военной катастрофы, а так только украинское военное командование и политическое руководство знали реальное положение дел и адекватно оценивали угрозу.

Но все же я думаю, что основная доля ответственности за сегодняшнее положение дел лежит на тех, кто вел переговоры в Минске. Позиции переговорщиков Донбасса были куда более выигрышными и сильными, чем у Киева. Киев фактически был принужден к миру, и крыть ему на тот момент было нечем. Нужно было принимать любые условия, иначе можно было потерять намного больше. С другой стороны, и Россия находилась под огромным давлением Запада, и каждый день войны только усиливал его. Понятное дело, что оттуда тоже давили на переговорщиков.

В итоге подписали то, что подписали. Ну а уж выполнять подписанное украинская сторона почти сразу не стала торопиться.

Что дальше?

На мой взгляд, на сегодняшний день сложилась «провоцирующая» Киев ситуация. Россия заканчивает вывод своих войск с приграничных районов в ППД. И угроза, висевшая над Киевом семь месяцев, перестает таковой быть. Боеспособность группировок более-менее восстановлена. Разгромленные части заново укомплектованы личным составом и техникой. Проводится реформа тыла. Налажена боевая учеба. Проведено инженерное оборудование районов сосредоточения и ключевых узлов обороны. И сейчас перед высшим политическим руководством Украины и командованием АТО стоит дилемма: уйти в зиму, смирившись с поражением в весенне-летней кампании, или же попытаться в последние теплые недели добиться какой-то, хоть локальной, но победы, чтобы ею сбалансировать августовский разгром. На планы такой локальной операции указывает резкое усиление группировки, нависающей над Луганском, где сейчас, по данным разведки, сосредоточено не меньше шести БТГ, до пятидесяти танков и до шестидесяти орудий и РСЗО.

Еще одна группировка сосредоточена в районе Донецкого аэропорта. Там выявлено до тридцати танков, до шестидесяти орудий и РСЗО, а также до двух тысяч пехоты разного формата — от «спецназа» ВСУ до нацгвардии. Перестрелки и постоянные попытки ополченцев выдавить украинские подразделения из района аэропорта вполне могут быть использованы как повод для локального наступления в этом районе.

Наиболее подходящее время — до дня выборов. Так как результат наступления может быть легко конвертирован в политический пиар.

Но сдерживающим фактором является хотя и формальное, но соблюдение условий прекращения огня, а также опасение, что это наступление, как и предыдущие, будет сорвано и закончится поражением, поскольку у Киева нет полной уверенности в преодолении последствий военного кризиса августа-сентября.

Если же до второй декады ноября обострения не произойдет, то можно ожидать ухода конфликта в «зимовку» — позиционное противостояние, с артиллерийскими дуэлями и активной деятельностью разведывательно-диверсионных подразделений. Этот период — до апреля следующего года — каждая из сторон будет использовать для укрепления своих вооруженных сил и подготовки к новой весенне-летней кампании. Но это уже чрезвычайно далекая перспектива.

Возвращение

Донецк…

Город, впечатанный в мое сердце, в мою жизнь.

…Это всегда был август. Плавающий в солнечной плазме и сладком дурмане тысяч цветущих роз, душный, разморенный август.

Розы Донецка — культ и гордость Донецка — розовые, желтые, алые, белоснежные. Острые, как церковные купола луковицы бутонов, бархатные роскошные розетки.

Мой Донецк — город миллиона роз, который год за годом все глубже погружал пальцы шахт в пропитанные метаном и смертью глубины бесконечной донецкой степи, нащупывая жирные, как халва, антрацитовые пласты — черное золото Донбасса. «Горизонт семьсот», «горизонт девятьсот», «горизонт тысяча»… Там, в вечной тьме, во въедающейся намертво в края век — шахтерский «мейкап» — угольной пыли, платя за каждый вырванный из утробы степи эшелон антрацита здоровьем и жизнями в бесчисленных авариях, город «давал стране угля». Но, возвращаясь к солнцу, отмывшись от черного лака, смешанного с углем пота, город гордился своими розами, как только может гордиться угольщик своей юной и бесконечно красивой дочкой, стоящей в белоснежном свадебном платье перед аналоем…

Донецк.

Город, опаливший мое сердце.

«Мы ведь поставили жирную точку…»

Или запятую?

Горячие, как магма губы. Любовное безумие. Отчаяние. Зной.

Планеты не сходят со своих орбит…

«Уезжай!»

И долгий путь гаснущей кометы из огня донецкого августа в холодную тьму Севера…

Как же давно это было…

Он так и жил в моей памяти — знойный, благоухающий розами город-любовь, город-ожог…

И теперь Судьба снова свела нас.

…Но даже в самом горячечном бреду я не мог себе представить Донецк под огнем артиллерии, изувеченный, оскорбленный, контуженный.

Здесь была детская площадка, а тут был сквер с фонтанами, а там был рынок, а вот там была школа. Была… Был… Были…

Боль города чувствуешь физически, словно бы он как пес-подранок приникает к тебе, ластится огнями, пытается не обращать внимания на кровь, растекающуюся по его мостовым. И от бессилия помочь ему хочется выть…

Самоубийство украинской экономики

Украинская компания «Мотор Сич» приняла решение о прекращении поставок в Россию малоразмерных газотурбинных двигателей для крылатых ракет, что подтвердил генеральный директор корпорации «Тактическое ракетное вооружение» Борис Обносов.

Украинское руководство, отказываясь поставлять двигатели для российских крылатых ракет, воплощает героя анекдота: «Выколю себе глаз, чтобы все знали, что у моей тещи зять кривой».

Скорее всего, это решение не самой украинской стороны, хотя и она успела отметиться откровенно бредовыми действиями. Это давление США. Желание причинить России хоть какой-нибудь экономический ущерб стало маниакальным и для тех, и для других. Иное дело, что для Украины подобные решения губительны. По некоторым оценкам, 30 % и даже больше украинского производства тесно связаны с российским ВПК. Но нынешние киевские власти абсолютно несамостоятельны в своей политике, в своих решениях. Крылатые ракеты не угрожают Украине: не те расстояния, не тот масштаб. Они угрожают как раз Соединенным Штатам, которые не ожидали в последние годы такого быстрого восстановления российского ВПК. Для них это стало неприятным сюрпризом.

Для России это решение не будет иметь никаких последствий, так как уже несколько лет идет и почти завершена кропотливая работа по замещению украинских комплектующих для наших вооружений. Ракетные двигатели различной модификации уже выпускаются и в России. Так что Россия ничего от этого шага не теряет, а Украина совершенно бездумно уничтожает огромный сектор своего производства. Что в условиях кризиса является аналогом самоубийству.

Действия украинского руководства относительно собственной экономики аналогичны медленному, с длинной агонией, самоубийству. Как у японских самураев существовал вид суицида — откусывание собственного языка, так же сейчас поступает украинская власть. На такую смерть она обрекает свою экономику — мучительную, от критической кровопотери.

Донецкий дневник

Репортаж из «города роз», который стал фронтовым

…Каждый день больницы принимают убитых и раненых.

— «Отходы» перемирия! — зло и цинично объясняет мне врач, осматривая в приемном городской травматологической больницы очередного раненого. Молодой мужчина без сознания, из рукава свитера свисает желтая, как воск, безжизненная рука. У него травма головы и осколочное ранение груди.

Еще двое дожидаются своей очереди на каталках за стеной. Молодой парень, Игорь — у него рваная рана руки и контузия, женщина-пенсионерка — осколочное голеней. На улице четвертая каталка, на ней пожилой мужчина. Верхняя часть тела накрыта курткой. Ему помощь уже не требуется. Осколок убил его наповал…

Такой «мир» не нужен никому.

Каждый день обстрелы города, каждый день поток убитых и раненых, каждый день новые разрушения.

Город пытается свыкнуться с этим, жить, как живет больной человек с тяжелым недугом, но эта боль изматывает. С ней невозможно ужиться, потому что она невыразимо оскорбительна, обидна, словно некий маньяк каждый день отрезает у вас связанного по кусочку живой плоти.

За два месяца действия перемирия погибло больше трехсот мирных жителей.

Весь план перемирия — сплошная «маниловщина». «Стороны должны осуществить отвод крупнокалиберного вооружения (считай всей артиллерии и танков) на 15 км с каждой стороны», то есть Украина должна из ВСЕХ «КОТЛОВ» вытащить всю артиллерию, танки и минометы и оставить свои войска практически без прикрытия. И тут же выбирать — либо выводить из котлов все свое стадо и бросать с таким трудом завоеванные позиции, либо бросать в котлах на героическую гибель войска, так как без артиллерийского прикрытия они тут без поддержки не протянут и недели. С другой стороны, и ополченцы должны по договору просто оставить и Луганск, и Донецк и уйти со всем тяжелым вооружением куда-то в «степь Донецкую». Понятно, что это из области фантастики.

На самом деле этот «меморандум» очень точно вскрывает долгосрочные планы Киева.

Никак не фиксируя мир в регионе и не признавая за Новороссией право на существование, он всего лишь на шесть месяцев (столько выделил Киев на период «особого управления») дает передышку прежде всего потрепанным и разгромленным своим войскам. За эти шесть месяцев Киев планирует, не имея реальной возможности вести активные боевые действия в условиях холодов, перезимовать в комфортных условиях, провести за это время качественную военную реформу, получить от США и НАТО современную технику, вооружение, средства связи и амуницию, переобучить войска по современным натовским программам и хорошо подготовиться к весеннему наступлению. За это время Киев хотел бы с помощью дипломатического давления вынудить Россию поставить границу с Новороссией под международный контроль и если не окончательно отрезать Новороссию от главного источника снабжения техникой и вооружением, то сильно его ужать и усушить.

В этих условиях можно ли всерьез относиться к этому меморандуму?

Думаю, ответ очевиден.

Меморандум — филькина грамота, прикрывающая киевский срам.

Выполнение его сразу завязло в полной невозможности обеих сторон обеспечить его реальными действиями и давно стало профанацией, как и первый «меморандум».

Такой мир не нужен никому, и все понимают, что дни его сочтены….

Блокпост «Гамалия».

Назван в честь АЗС, стоящей в ста метрах за блокпостом и давно закрытой…

Блокпост — бетонные бруски укрытий, окопы, палатка в низине, прикрытая от огня высокими стенками кювета.

Небольшая колонна автомобилей на въезд. Легковушки, грузовики, фуры.

Автомобили медленно проезжают через изогнутый змеей коридор безопасности. Проверка документов, иногда пара вопросов и приветственно поднятая открытая ладонь:

— Проезжайте!

Огромная фура заползает и занимает почти весь коридор:

— Что везете?

Маленький, худенький, как подросток, водитель достает из пластиковой папки бумаги:

— Подсолнечное масло для «Бруснички».

— Покажите груз!

Водитель безропотно распахивает дверь фуры. За ней почти доверху упаковки с маслом. Ополченец привычными экономными движениями карабкается в кузов, забирается на коробки и светит вглубь кузова.

Потом спрыгивает вниз.

— Все в порядке! Проезжайте…

…«Брусничка» — сеть донецких универсамов, которая, несмотря ни на что, продолжает работать…

…Вообще, здесь, на блокпосту, очень быстро понимаешь, насколько все еще связаны эти две Украины — Новороссия и та, которая пошла на Новороссию войной. Через блокпост непрерывным потоком идут грузовики, фуры, самосвалы. Бизнесмены, как муравьи на разоренном муравейнике, пытаются исправить разрушенное. Восстанавливают связи, заново выстраивают торговые цепочки, тянут коммуникации от поставщиков к продавцам. Украина начинает замерзать без донецкого угля, а на складах донецких шахт растут черные смолистые горы угля. Без донецкого кокса останавливаются металлургические комбинаты Кривого Рога и Запорожья, а Донбассу нужна сталь для шахт и строек. И нужно сделать так, чтобы каждая сторона получила то, что ей необходимо. Война разделила страну, разорвала казавшееся еще недавно незыблемым ее единство, но построенный еще в советское время экономический организм, системы жизнеобеспечения, энергетика, промышленность, транспортные артерии, ее кровь — денежная система — все еще функционируют как одно целое, и раздел его — это труднейший процесс, который еще впереди. А пока дороги Донбасса на Украину — это не только направления наступлений, по которым к Донецку и Луганску рвутся группировки киевских нацистов, но и «дороги жизни», по которым возвращаются беженцы, двигаются грузы с продовольствием и товарами.

Перед блокпостом, на встречной обочине, расстрелянный скелет небольшого автобуса — «бусика» на украинском сленге.

— А это к нам «правосеки» выскочили. Джипиэс подвел! — ухмыляется статный пожилой ополченец в кубанке и спецназовском «горнике», и я сразу вспомнил августовское видео о том, как на блокпост выскочил автобус, в котором ехал отряд боевиков из «правого сектора». Бой был коротким — боевиков уничтожили. Троим повезло — их ранеными взяли в плен…

— Здесь вообще для «укропов» какой-то бермудский треугольник, — объясняет ополченец. — После этого они еще дважды выскакивали на нас. Вот совсем недавно машина выскочила, а там — замкомбата «Днепра» и с ним корреспондент и снайперша-биатлонистка известная с охрененной американской винтовкой. Я такую первый раз в жизни видел. Тоже заблудились, на нас выскочили. Ну, мы их приняли… Биатлонистка даже разрыдалась от обиды и злости, что вот так глупо попалась…

…Глядя на этих собранных, уверенных в себе, отлично вооруженных бойцов, почти невозможно себе представить, что еще в начале мая они стояли здесь на дороге без всякого прикрытия с обычными черенками от лопат, чтобы не пустить в город отряды «правого сектора», который, как говорили, выехали из Киева в Донецк усмирять Донбасс. Ночевали под открытым небом. Что почти никто из этих ребят до войны не держал в руках оружие и никогда не думал, что придется сражаться за свой дом, за своих родных. Именно здесь, на трассе, ведущей в Запорожье, был первый раненый этой войны — ополченец с позывным «Буч», и здесь их отряд встал намертво, не пропустив нацистов ни на метр к Донецку. Из этого отряда начала свое формирование знаменитая «шахтерская дивизия» — по численности, наверное, батальон, но по отчаянности и стойкости настоящая дивизия, которая намертво встала на западной окраине Донецка — в поселке Трудовское, где расположена одна из самых больших и богатых углем донецких шахт «Трудовская». Здесь же, на этих постоянно обстреливаемых улицах, бойцы живут, за них сражаются и умирают, но ни пяди родной земли не отдают. Более того, под огнем «укроповской» артиллерии занимаются восстановлением шахты и готовятся «давать родной стране угля»! Стране ДНР! Это тут особенно подчеркивают!

…Ночь навалилась обжигающим морозом. На термометре — минус пять. Но на донецком степном ветру это как минус пятнадцать под Москвой. Пар от дыхания в узких лучах фонарей вдруг вспыхивает радугой. Время к полуночи, но движение не стихает. Машины одна за другой проезжают кто в сторону Донецка, кто за границу ДНР.

— «Немец», иди чайку хлебни, — негромко кричит в темноту один из ополченцев.

— Почему «немец»? Это позывной такой?

— Да. А еще потому, что он настоящий немец…

Из темноты на свет фонарика выходит худощавый высокий парень в таком же, как все в отряде, спецназовском горнике, «разгрузке», держа автомат на сгибах рук, как это тут принято у опытных бойцов…

— А ты по-русски понимаешь?

— Понимаю! — без всякого акцента отвечает «немец». — Я вообще-то родом из Омска. Меня в тринадцать лет увезли в Германию…

— А как здесь оказался?

«Немец» с немецкой обстоятельностью рассказывает, как его потрясли кадры разрушенного Донецка, погибших мирных жителей, как он принял решение оставить работу электромеханика и приехать сюда помогать. История его путешествия — целый авантюрный роман. Сюда «немец» добирался на попутках. Сначала до границы с Украиной, потом до Ковеля. От Ковеля до Киева на поезде и уже из Киева до Донецка на автобусе. Самое интересное то, что и приехал он именно сюда, на этот блокпост, здесь вылез, показал документы и здесь же и остался…

Где-то далеко слева в темноте начинают топать пушечные выстрелы.

— Аэропорт начал работу по расписанию, — кивает куда-то в темноту «немец». — Каждую ночь, хоть часы сверяй, — немец ставит пустую кружку на деревянный стол. — Ну, я пошел! До свидания!

— Чююз! — тяну я немецкое «пока», и лицо «немца» расплывается в широкой улыбке:

— Чююз!

Утром мы едем на Саур-Могилу.

Дорога идет через разбитые, растерзанные деревни, в которых, кажется, уже никогда не затеплится жизнь. Черные провалы окон, вывернутые, изломанные ребра стропил. Ни огонька, ни человека. Только ветер и запах пожарища. Запах беды. Наверное, когда-то так же мертво и страшно стояли после прохода Великой чумы пустые деревни и города…

Вдоль дороги тут и там — рыжие ржавые выгоревшие скелеты боевой техники. Изувеченные до неузнаваемости адским огнем, с оторванными черепами башен, с вырванными, разбросанными вокруг себя стальными внутренностями, нелепые и до сих пор бьющие по ноздрям трупным запахом и соляровым чадом.

Сама Саур-Могила — жуткий памятник этой войне. Земля буквально изрыта оспой воронок всех калибров. Огромный монумент из бетона и гранита превращен в чудовищную пирамиду битого щебня и рваной арматуры. Здесь исстрелян не просто каждый метр — здесь изрешечен каждый сантиметр. Даже стальной обрубок флагштока прошит десятком пулевых дыр.

Черная острая шелуха осколков всех мастей под ногами. Изрешеченные чугунные барельефы. Поднимающий в атаку бойцов комиссар, словно специально, дважды прошит в грудь «крупняком», словно его неживого, отлитого из чугуна, испугались и тщательно ритуально убили…

…Невозможно представить, как в этом аду кто-то мог уцелеть, как эту высоту удавалось держать столько недель?

Ответ знают только камни, но они молчат.

Ответ знает бешеный ветер, который дует здесь буквально со всех сторон, от которого невозможно укрыться. Но кто знает язык ветра?

…Они восемнадцать раз вызывали огонь на себя.

Они стояли здесь один против ста.

И могилы тех, кто сложил здесь головы рядом с вершиной.

Герои «Востока»…

Саур-Могила — памятник стойкости бойцов Новороссии.

Здесь, на этой дороге, на этой вершине, я впервые ясно осознал то, насколько глубокая пропасть пролегла между Донбассом и Украиной. Ее безыскусно и просто выразила древняя старуха, вышедшая к нам из ворот старой хаты на окраине одного из разбитых сел.

Я кивнул на бельма затянутых целлофаном окон.

— Что здесь случилось?

Она долго молчала, словно тщательно подбирала слова, а потом очень спокойно и скорбно ответила:

— Воны нас расстреляли…

— Кто они?

— Та нацисти. Нелюди с той Украины…

И «ТА» Украина уже никогда не станет Родиной для ЭТОЙ Украины…

Донецкий дневник-2

Обмен пленными: своих на «своих»

Путь домой

…Выскакиваем на горку, и от открывшейся картины перехватывает дух. Низкий диск солнца похож на вдавленную в липкий горизонт монету, а неземной бледный серо-синий свет, кажется, источает само небо. Вся долина залита молоком тумана, из которого тут и там торчат темные пирамиды шахтных терриконов. Зрелище потрясающее своей нереальностью. Кажется, что ты попал то ли в другое измерение, то ли в другую эпоху. Какой-то древний Египет. Точнее, ацтекская Мексика! Ведь кровь, которая сегодня щедро льется на эту землю, — это какое-то чудовищное жертвоприношение. Почти пять тысяч погибших за пять месяцев — киевские жрецы по жестокости легко дадут фору ацтекским. Какой страшный бог эта «Великая Украина», тысячами пожирающий невинных женщин, детей, стариков. Бросающий в огонь войны цвет нации…

Мощный «мерин» вновь ныряет в туман, и все вокруг тонет в сырой липкой вате. Автоматически начинают вжикать «дворники», фары продавливают белесую стену снопами света. Наш Вергилий в этом ацтекском аду — командир с позывным «Ташкент». Мы едем «на обмен». Так называется обмен пленными. Мы едем встречать джип генерала Рубана — удивительного персонажа этой войны — переговорщика, миротворца, дипломата…

Минут через десять мы выскакиваем из тумана, и как-то сразу исчезает «ацтекская» реальность — вокруг уже вполне себе южнорусская равнина. Вспаханные — «Помирай, а рожь сей!» — поля, лесополосы. «Ташкент» жмет на газ, и «мерин» буквально рвется вперед.

Блокпост на границе ДНР. Бетонные блоки густо изъедены оспой пуль и осколков, выгрызенные в асфальте пятна — воронки от мин, ямы снарядных воронок, глубокие шрамы окопов полного профиля. «Поленница» «мух» за бетонной стенкой, набычившийся в сторону Украины крупнокалиберный «корд», зеленая шелуха гильз под ногами. Чувствуется, что тишина тут нечастый гость.

Командир блокпоста — маленький жилистый немолодой, какой-то отчаянно-веселый мужичок с намертво въевшейся в края век угольной окантовкой — приветствует «Ташкента» как старого приятеля. Обнимаются.

— Ну что, как обычно?

— Да, — отзывается «Ташкент».

— Сколько сегодня?

— Одного везут. Раненого.

— Понятно…

…До украинских окопов примерно с километр. Они в лесополосе, тянущейся параллельно линии фронта. Там же, на дороге, их блокпост. Между нами — глубокая низина, на дне которой то ли речушка, то ли ручей. Вдали на дороге появляется автомобиль. «Ташкент» смотрит на часы:

— Рубан!

Через пару минут около нас тормозит мощный внедорожник с большой эмблемой «офицерского корпуса». Из него вылезает невысокий рыжебородый мужчина в кожаной куртке и синей бейсболке с такой же, как на авто, эмблемой. Здороваемся. Рубан подчеркнуто вежлив, но умело сохраняет дистанцию, каждое слово взвешивает. С ним двое помощников.

«Ташкент» достает блокнот:

— Вы так неожиданно позвонили, мы не успели подготовить человека на обмен, но зато я нашел вам человека, которого вы просили, постараюсь к следующей встрече его вытащить…

…Генерал Владимир Рубан в Киеве возглавляет украинскую организацию «Офицерский корпус» и с первых дней войны занимается обменом пленных. Фактически он был первым, кто занялся этой проблемой, а точнее первым, кто СМОГ обменять пленных.

До Рубана судьба пленных была трагичной. Гражданская война ужасна своей непримиримой жестокостью. И пленные здесь поначалу служили «компенсацией» за страх, боль и унижение. Пленных мордовали, пытали, унижали, морили голодом. Жизнь пленного не стоила ничего, и смерть была обычным итогом мук. Особенно отличалась украинская сторона. Пытки и зверства по отношению к пленным так «прославили» 25-ю бригаду ВСУ, что в свое время командующий ополчением Стрелков даже издал приказ, запрещавший брать офицеров 25-й в плен. «Нацистские» батальоны типа «Айдара», «Азова» вообще заслужили славу палачей. Но и в ополчении пленным приходилось несладко. Рубан смог остановить этот беспредел. При Рубане у пленных появилась цена, а значит, и отношение к ним изменилось. Постепенно по обе стороны фронта возникло понимание, что на пленного можно выменять друга или сослуживца, брата, сына, мужа. А это значит, его нужно сохранить живым.

Так и сложился этот странный тандем «Ташкент» — Рубан.

«Ташкент» — выпускник военного училища, отчаянный, смелый, огромный, под два метра воин в спецназовском брезентовом горнике, с кобурой на бедре. Рубан — невысокий, в очках, с профессорской бородкой, никак внешне не похожий на военного, хотя за его спиной летное училище…

Теперь эти двое занимаются обменом пленных. Не тем, о котором договорились в Минске — «всех на всех» — и который так трудно, со скрипом идет уже третий месяц. Этот обмен курирует ОБСЕ. А «штучным» обменом — тонкой дипломатической игрой, которая позволяет спасать жизни тех, кому в иных условиях не то что выйти на свободу, а даже и выжить шансов не было. Впрочем, чаще всего это просто рутинный обмен обычных бойцов, офицеров, «активистов» — всех, кто для каждой из сторон называется «противником»…

Через их руки прошли уже сотни людей. Сотни спасенных жизней. Уникальность группы Рубана в том, что он не боится переходить за линию фронта и совершать обмен на территории Донбасса. Так проще для всех. Не где-нибудь на нейтральной территории, а так — приехали, привезли, отдали. Потом попросили, забрали. При этом как такового обязательного «человека на человека» обмена не существует. Пленных фактически привозят и освобождают по мере продвижения переговоров.

— …Я думаю, нет смысла его пересаживать, — говорит Рубан. — Перед выездом его врачи осмотрели, обезболили, но на ямах могло растрясти. Давайте сразу в больницу…

Он открывает дверцу багажника, за ней зачем-то еще одна. «Бронекапсула», — вдруг соображаю я. Внедорожник бронирован. Для донецких фронтовых дорог это просто необходимо. И хотя броня эта максимум от пуль, но это все же лучше, чем ничего. Рубан открывает бронедверь, оттуда сразу бьет в ноздри запах аптеки. На подушках полулежит исхудавший молодой парень в спортивном костюме, левая нога вытянута. Бледное лицо, мутные от боли глаза.

— Артем, ты как себя чувствуешь? — спрашивает Рубан раненого.

— Ничего. Нормально… — еле слышно бескровными губами отвечает парень. Видно, что ему плохо, но знание того, что его везут к своим, заставляет держаться.

«Ташкент» осторожно треплет его по плечу:

— Держись, Артем, немного осталось. Сейчас доставим тебя в госпиталь. Там врачи быстро на ноги поднимут…

Бронедверь снова закрывается.

— Тогда я вперед, а вы за мной, — говорит он Рубану.

Рубан кивает и идет к двери.

И вот мы уже мчимся в сторону Донецка. На блокпостах притормаживаем, чтобы постовые успели рассмотреть сидящих в кабине, но чувствуется, что эти машины тут знают хорошо. Приветственный взмах руки, и мы снова ускоряемся. В Донецке заезжаем в военный госпиталь. У внедорожника с раненым сразу собирается несколько врачей, привозят каталку. Его прямо в кабине осматривает начальник отделения хирургии. Потом поворачивается к Рубану и «Ташкенту».

— Его нужно сначала в травму, чтобы там врачи его хорошенько посмотрели. Я сейчас позвоню, чтобы вас встретили. Если потом они скажут, что есть что-то по нашей линии, то мы его уже сами перевезем…

И снова мы петляем по улицам Донецка, наконец въезжаем во двор травматологической больницы. Нас уже ждут. К внедорожнику подъезжает каталка. Раненого осторожно извлекают из кабины, укладывают на каталку. К нему подходит Рубан, у уха телефон:

— Да, Татьяна Павловна, доехали. Артем в травматологической больнице, даю ему трубку… — протягивает трубку раненному. — Это мама, поговори с ней.

Артем осторожно берет трубку.

— Алле! Да, мама… Все хорошо, не волнуйся. Я здесь, в больнице…

Еще несколько ничего не значащих, но таких важных для них двоих фраз.

— Пока, мама…

Он возвращает Рубану трубку. От уголков глаз к вискам бегут строки слез…

Совсем еще мальчишка…

Санитары ловко «впрягаются» в каталку и направляются к дверям приемного отделения, на ходу разворачивая каталку, как и полагается, вперед головой…

В полупустом кафе неподалеку от больницы все рассаживаются вокруг стола, заказывают кофе. Перед Рубаном и «Ташкентом» блокноты и телефоны. Сейчас это справочники по пленным. «Ташкент» заглядывает в блокнот:

— Есть просьба: поищите у ваших экипаж танка из аэропорта. Два дня назад был подбит. В танке их нет, и рядом нигде тел не нашли, есть вероятность, что взяли в плен.

Рубан что-то помечает у себя в телефоне.

— Поищу. Гвардеец, которого вы прошлый раз отдали, поплохел. Попал в психиатрическое отделение…

— Били?

— Не ясно. Когда его привезли, врачи осмотрели. Следов побоев не было. Может быть, просто напряжения не выдержал…

— А что там со Смирновым?

— Трудно с ним, — вздыхает «Ташкент». — Он доброволец. Пока не соглашаются его отдать.

— Может, попытаться через деда?

…Оказалось, что дед пленного украинца — Герой Советского Союза, сражавшийся здесь, на Украине. Дед сражался против фашистов, а внук добровольцем пошел служить в один из батальонов нацгвардии. Деда давно уже нет в живых, но его имя и память, возможно, выручат непутевого внука из плена. Странная штука жизнь…

— Буду вести переговоры. Пометьте себе — Андрей Кириченко.

Рубан набирает строку в телефоне и убирает ее в память. Там длинный столбец фамилий. За каждой — трагедия. Слезы и горе родных, бессонные ночи, надежды, ожидания, боль…

Здесь, за этим столом, быстро понимаешь, как же страшно по живому сплетению судеб ударил нож гильотины этой войны. Сослуживцы помогают вчерашним сослуживцам вытаскивать из плена детей, сидящих в плену у их детей. Племянников разменивают друг на друга. Один воевал за Украину, другой за Донбасс. Но, слава богу, здесь меняют живых на живых. Значит, у них есть будущее, есть время понять, что же с ними случилось и как оказалась их страна в таком жутком кровавом тупике. На линии фронта идет и другой страшный обмен — мертвых на мертвых…

На выходе из кафе мы прощаемся.

Рубан возвращается к себе, но скоро он снова приедет сюда. Война не останавливается. Конвейер войны работает без выходных.

Content

Владислав Шурыгин
Как воюют на Донбассе

Часть I. Война до войны

«Россия сильна…»

Ледокольный блюз

И яда стало чуточку меньше

Медведев и Ливанов — «рейдеры в законе»

Ох уж эти «эксперты»…

Полярная звезда России

Севера

Вот тебе и Севера…

Севера…

Полярная звезда России

Океанский, атомный, ракетно-ядерный…

«Крепостные» Полярного

Живая

«Ландскнехты морских глубин»

Под черной пилоткой стальные глаза

А вы, друзья, как ни садитесь…

Двадцать лет спустя

Военная осень Балтики

Разговор с террористом

Они

С прибоем на берег

Послесловие к шоу

Резервные армии

Солдаты науки

Щит и меч

Мой Калашников

Задело

Броня крепка!

Часть II. Фронтовой репортаж

Украденная Украина

Праздник в Симферополе

Сейчас войны в Крыму не будет

Крым: русская весна

Крепость Крым

Севастополь — город русской славы

Угроза с севера

…Волна за кормой

Новороссия, война

Славянск будут защищать до последнего

Блицкриг в тупик

Славянск — город русской славы

«Оборона есть смерть восстания»

По рецептам провокаций

Пат номер два

Бойня № 4

Собрание заблуждений № 1

Будущее Донбасса

Адский шлях

Застопорившийся обмен

Давайте говорить правду!

Человек с севера

О противнике

По родам войск

Об ополченцах

По родам войск

Северный ветер

О «северянах»

О «котле» под Иловайском

Ну и рассосалось…

Почему не был взят Мариуполь?

Вовремя или не вовремя?

Что дальше?

Возвращение

Самоубийство украинской экономики

Донецкий дневник

Донецкий дневник-2

Путь домой