Макс Корбин

Семь ветров

Пролог

Кирил, Александр, Ричард, Эндрю, Сергей, Джон, Виктор

— Ну, поскольку все уже здесь, то пора провести совещание. — Команда замолчала и все уставились на Кирилла. — Вчера, открылся один очень любопытный момент. Слово предоставляется Эндрю Хартману.

— И что я должен сказать? — спросил он Кирилла.

— Правду.

— На борту находится сырье для изготовления наркотиков. — Ребята удивленно загудели.

— От тебя никакого толку. Значит так, вчера Эндрю сказал мне, что в их лабораторию должен был придти груз сырья. Груз доставлялся на корабле «Семь ветров». — Кирилл посмотрел на ребят. После этих слов, он мог остаться без команды. — Одно из двух — сдаться или сражаться. Звучит пафосно, каюсь, но смысла не меняет. Любой из вас может уйти — и я просто разорву договор по согласию сторон, но с другой стороны, если до нас доберутся, то и до тех, кто уйдет тоже. Прежняя команда этого корабля оказалась замешана в торговле наркотиками, здесь нам не повезло, но выпала удача спасти этих двоих. — Кирилл указал на Эндрю с Сергеем. — Именно удача, ведь по — другому, наркоторговцы могли узнать о нас первыми. — Кирилл замолчал, давая ребятам время переварить услышанное.

— Можешь оформить меня официально, — сказал Александр. — Риск — дело благородное.

— Скорее жизненно опасное, — задумчиво произнес Виктор.

— Вот почему ты не пошел в армию, как хотел твой отец, — сказал Александр, за что Вик окинул его обжигающим взглядом.

— Так что же ты предлагаешь? — спросил Ричард.

— Вы, а не ты. И так будет до тех пор, пока ты член моей команды.

— Хорошо, что Вы предлагаете?

— Сначала я хотел бы узнать, кто хочет уйти.

— Глупо уходить, не оценив плана действий, — сказал Сергей.

— Вы двое не уйдете до следующей планеты, уж извините, а рассказывать план полностью я не собираюсь. Только то, что нужно для его реализации.

— Нет, тогда он может быть просто бредом и мы подпишем себе смертный приговор.

— А я верю, — отозвался Джон. — Ведь знай мы о том, что нам предстоит выкопать мертвеца, то ни за что не согласились бы. А именно это дало огромный шанс на твое спасение. Для всех, Сергей, ты сейчас мертв.

— Ладно, тогда пускай нам хотя бы будут известны общие черты плана.

— Я могу рассказать не много, но и это будет интересно. Нам нужно избавиться от груза и сделать это законным путем. Желательно, чтобы на нас обратили внимание средства массовой информации. Нужно узнать, где сейчас предыдущая команда и, в частности, капитан. Хотя лично я надеюсь, что этим ублюдкам сейчас нехорошо.

— Стандартно, разумно, немного злобно, но не решает главной проблемы — сказал Эндрю.

У Кирилла левый уголок рта медленно пополз вверх, а глаза хитро прищурились. — Нужно сделать так, чтобы ближайшие несколько лет у наркоторговцев просто не было времени заниматься нами. Нужно создать им проблемы.

— Вот только это неосуществимо. — Эндрю разочарованно покачал головой. — Контора этим уже не один год занимается.

Глава 1

Примерно за полгода до разговора на «Семи ветрах». Другая планета и совершенно другие герои.

Ропосол

Обычный классический костюм как бы наделяет человека силой и может неожиданно преобразить ни разу не носившего его. Впрочем, если это мелкий клерк — то и костюм будет сидеть на нем мешком. Такие люди предпочитают костюмы тусклых и невзрачных тонов. Люди же, облаченные властью, подходят к выбору костюма по — особенному, да и носят они их с гордостью. Субъект, шествующий по одной из невзрачных улиц столицы Будзо, был одет именно в источающий власть костюм — темно — синий, почти черный, на трех пуговицах. Проходящие мимо люди предпочитали уступить дорогу, уйти с пути, а потом еще некоторое время пялиться на него в спину. Ведь не часто увидишь сайгака в костюме. Хотя вернее будет сказать, что во всей вселенной едва найдется еще один представитель этой расы, который оденет классический, земной костюм не под страхом неминуемой расправы.

Одноименная звездная система Будзо находилась в сайгацкой зоне влияния, но большинство ее населения составляли люди. В основе своей — торговцы, что надеялись на поживу у несмышленых сайгаков. Последнее мнение говорило не в пользу торговцев. Они упускали из виду тот факт — что сайгаки покорили космос за два столетия до людей, а значит не такие уж они и несмышленые. Совет Каст намеренно культивировал ложный образ сайгаков как агрессивных варваров у представителей других рас конфедерации. На самом же деле сайгаки имели довольно не плохих ученых и торговцев, хотя каста воинов и занимала высшее положение.

Но существа шагающего по улицах этого города людей — неудачников все вышесказанное больше не касалось. Он не носил ожерелья своей касты, он не носил браслетов своего клана — он был изгнанником.

— Ха — ха — ха — ха. — раздался смех за углом. Мгновением позже оттуда пулей выскочил молодой человек. От страха все его внимание сосредоточилось за спиной, и он не заметил огрызок местного фрукта, на асфальте. Парень поскользнулся, отчаянно взмахнул руками, но было уже поздно — он летел навстречу земзе. Внезапно две крепкие руки схватили его за плечи.

— Вы в порядке?

— Да, спасибо. — Человек увидел перед собой серый в тонкую черную полоску галстук. Он считал себя достаточно высоким, поэтому сначала удивился такой разнице в росте. — Эти чертовы… — слова застряли в горле человека.

— Да? Чертовы кто? Или что?

— А — а-а… Нет ничто, извините.

— Понятно… — вздохнул костюм. — Опять молодежь развлекается. — Он‑то понимал, что трудно удержаться от насмешек над представителями других рас, когда они все сплошь и рядом ниже тебя. Хотя отдельные экземпляры и шире почти, что в два раза.

Костюм отпустил напуганного человека и сам завернул за угол. Толпа молодых сайгаков в пестрых одеяниях уставилась на соплеменника, шествующего по тротуару. Их тяжелые кожаные куртки и штаны переливались всевозможными цветами. Доминирующим, все же, был желтый. В ирокезы и косички были вплетены перья. На шеях гирляндами висели металлические ожерелья, а руки украшали массивные бронзовые браслеты. — Странно, вроде сегодня нет никакого праздника. Откуда эти клановые одеяния. — Подумал сайгак. Дойдя до группы, он вежливо спросил — Могу я пройти? — Молодежь, недоумевая, замолчала.

— А ты кто вообще такой? — Спросил молодой сайгак с металлическим мечем на перевязи.

— Ропосол. — ответил костюм, а сам подумал — понятно, сегодня юношу посвящают в воины. Вот откуда все эти анахронизмы.

— Я тебя не имя спрашиваю, — нагло заявил молодой.

— Да уж. — Поморщился Ропосол — Не хватает воспитания нынешней молодежи. Где же ваше уважение к старшим.

— Что? — Молодой презрительно сплюнул на землю. — Я, Хачат, воин, и не обязан…

— Пока еще нет. — Перебил его Ропосол. — Можешь пугать людей, но я вижу на твоей груди воинское ожерелье юнец, а вот браслеты то не те.

— Зато это именно то, что нужно! — Хачат достал из ножен меч.

— Брат! — Схватил его за руку сайгак помоложе. — Простите пожалуйста… — обратился он к Ропосолу.

— Уйди! — Оттолкнул его Хачат. — Смотри, перед кем ты извиняешься. Он же изгнанник! Возможно на пограничных планетах и чувствует себя как дома, но на внутренние ему путь заказан. Там он вне закона. Да и здесь меня никто не осудит.

— Брат, остановись.

— Не забывайся малыш. Твое дело подчиниться.

— Не беспокойся обо мне. — Успокоил младшего Ропосол.

— Да, не беспокойся о нем. Я буду бить плашмя, — подтвердил задира.

Мало кто знает, как удобен костюм в настоящей схватке. Ропосол знал. На родине он носил свободные рубашки и такие же свободные полотняные штаны вместо кожи. С того времени, как он стал подданным Человеческой Федерации — он носил только костюмы.

Хачат действительно бил плашмя. Он целил в ухо. Один такой удар мог отправить взрослого сайгака не то что бы в отключку, а даже и в кому. Но, не смотря на отсутствие воинских браслетов, Ропосол был намного более умелым бойцом. Его растили, как оружие — и ничего кроме собственного тела ему не требовалось. Он сделал два быстрых шага вперед и просто подставил ребро ладони на пути движения руки Хачата. Ребро ударилось о внутреннюю часть запячстья. Хачат непроизвольно ослабил хватку и меч, описав дуга за спиной у Ропосола, полетел на дорогу.

— Пожалуй, остановимся на этом, — примирительно сказал Ропосол.

— Что? — взревел Хачат. — Ты смеешься. — Он попробовал ударить незнакомца левой. За что и получил мощный апперкот в подбородок.

— Хватит уже. Разойдитесь. — Рявкнул Ропосол.

Молодежь нервно расступилась, и Сайгак продолжил свой путь. Хачат приподнялся на трясущихся ногах, но не удержался и снова сел на зад. Его глаза все никак не могли сфокусироваться на одной точке. Брат подошел к нему и, взяв за руку, помог приподняться.

— Рурк. — окликнул его сайгак в желтом плаще с седыми косичками.

— Отец?

— Подними меч. — Молодой сайгак бросился за мечем, оставив брата без опоры. От чего тот снова уселся на задницу. — Сними с брата перевязь и одень.

— Но отец, я еще молод… И брат должен быть первым.

— Я видел, все — он позор для клана. Я не могу передать семью ему. Ты же действовал разумно. Унаследуешь мой статус. Отныне ты старший.

Ропосол не заметил этой неловкой сцены. Он был уже далеко. Дела требовали его присутствия в одной человеческой пивной, в закрытом кабинете на третьем этаже. — Сайгак элегантным движением поднял левую руку и посмотрел на часы. — Оставалось семь минут.

— Анджей. — Ропосол протянул руку человеку в военном мундире с погонами лейтенанта. Тот пожал ее, слегка привстав. — Парт, — кивнул он сайгаку в точно таком же мундире. Извините за задержку.

— Да ладно Роп. Полминуты это не задержка. — Сказал человек.

— Анджей, я же просил… Никогда не понимал этой человеческой привычки сокращать имена. — Отозвался сайгак и уселся напротив Анджея с Партом.

— И не поймешь. Я вон у своего — Кусок, — сказал сайгак в мундире.

— Ну тебе хоть не приходится медитировать. Под музыку напоминающую бульканье жаб в болоте.

— Не преувеличивайте Анджей. У танов довольно сносная музыка. Похожая на вашу азиатскую.

— Зато сами они похожи на сомов переростков.

— Не будем об этом. У каждой расы есть свои недостатки. — Парировал Парт.

— Да, и какие же недостатки у Паттерсона?

— Он вечно ковыряется в носу, поет кантри, когда напьется, а его жутко вонючие сигары сводят меня с ума.

— Мне нравится кантри, — сказал Ропосол.

— Поверь — не в исполнении пьяного Паттерсона.

— Ладно, давайте займемся делом, — начал было Ропосол.

— Минуточку — остановил его Анджей. — Мне просто интересно. Чьи все же интересы представляет майор Ропосол?

— Анджей, только не снова…

— Что снова Парт? С тобой все ясно, да и знаю я тебя давно. Ты сайгак — подданный Великого Совета Каст. Служишь генералу Паттерсону, как один из троих лейтенантов. Схема стандартная в Службе безопасности конфедерации. Но кому служит сайгак — подданный Человеческой федерации?

— Тану. Полковнику Пату, если быть точным.

— Я сам служу тану. И я жопу рвал, чтобы попасть на эту должность. А ведь таны типы скользкие. Кого попало, в помощники они брать не станут. Чего в тебе такого особенного? Четыре года на службе и уже майор.

— Это решать не мне.

— А еще, почему ты вечно без клинка? Кусок вон со своим и спит наверное, — разошелся Анджей.

— Кричать не надо, — тихо сказал Ропосол.

— Достань свой ствол.

— Прости?

— Ствол достань. — Анджей совершенно вышел из себя и выхватил маленький лазер из наплечной кобуры. Одновременно с ним вскочил и Парт, высвобождая из набедренной кобуры силовой клинок.

Ропосол резко ударил кулаком по столу, зацепив краешек тарелки с жареным картофелем. Тарелка взмыла вверх и ударила Анджея по запястью. Поскольку тот был профессионалом, то лазер не выстрелил. Левой он схватил горсть картофеля и бросил его в лицо Ропосолу, потом туда же отправил и лазер, стряхнув его с онемевшей правой правой. Это дало ему время схватить левой вилку со стола. Ропосол толкнул стол, прижав Анджея к стенке, и ударил его в лицо пальцами. Перед тем, как окончательно обмякнуть, Анджей таки успел всадить вилку в предплечье Ропосолу.

— Что на него нашло?

— А я откуда знаю? — ответил вопросом удивленный Парт. — Обычно он самая адекватная личность из всех людей кого я знаю.

— Ладно, продолжим.

— Вилку вытяни.

— А, да… — Ропосол вытащил вилку с руки и снял пиджак. Закатав рукав рубашки, он брызнул пару раз на рану аэрозолем, что достал с кармана брюк. — Теперь продолжим.

— А смысл? Без поддержки Энсонго, мы все равно не восстановим проект.

— Но Паттерсон обещал поддержку?

— В силу своих возможностей, — развел руками Парт.

— Хорошо… — Ропосол поднял лазер, отодвинул на место стол и уселся на стул, жестом приглашая сесть и Парта.

— Не хило… — Анджей зашевелился.

— Как?

— Удивлен?

— Не то слово.

— Энсонго научил. Просто нужно было тебя спровоцировать, чтобы ударил в полную силу.

— Нервной системы не жалко?

— В том то и фишка! Я ее отключил.

— И давно таны знают о секретных техниках Ордена?

— Я же говорил, что они скользкие.

— Вы явно друг друга стоите, — прервал разговор Парт.

— Я лучше, — отозвался Анджей. Он поднялся и отряхнул мундир. Извини за руку. Вот, — он передал Ропосолу пакет. — Пиджак, рубашка и штаны. Все точно такое же, как на тебе.

— Спасибо. — Ропосол тут же начал переодеваться. Рана на руке чудесным образом затянулась, оставив три свежих, сочащихся лимфой рубца. — Так что говорит Энсонго?

— Он не готов вновь поддержать «Торговца». После провала, он считает целесообразней собрать аналитическую группу и обработать результаты.

— Разве группу не собирали?

— Собирали. Я скажу так. Энсонго считает, что назревает что‑то в совете сектора. — Ропосол и Парт переглянулись.

— Паттерсону об этом ничего не известно.

— Да и мне тоже ничего не известно. Но старик что‑то темнит — нутром чую. Слишком уж он осторожен. И активно интересуется Сатом и Хогом.

— Но ведь это древняя вражда. Еще со времен войны. Это же и было причиной, почему в совет сектора стали входить генералы из четырех разных рас. — Сказал Ропосол.

— А их три лейтенанта — представители других рас. Но сейчас‑то нам что делить?

— Не спрашивайте меня. Давайте по пиву и на собрание.

— Пожалуй, от пива я воздержусь.

Генералы Сат и Хог были полными противоположностями. Высокий и худощавый сайгак Хог всегда вел себя надменно. Его лейтенанты были суровы и строги. У каждого на поясе висел клинок. Даже у катарца, хотя эта раса и предпочитала свои когти любому мечу. Сат был низким катарцем. Отнюдь не щуплым. Ширина его плеч почти равнялась росту. Под черной шерстью бугрились грубые мускулы, а на лице постоянно играла неожиданно дружелюбная улыбка. Хотя лицо у катарцев довольно звериное, уши длинные и острые, но зубы у них вполне человеческие. От этого и лицо при улыбке становилось приятным.

Один за другим четыре генерала заняли свои места в кабинете за широким столом.

— Ну, кто начнет сегодня? — добродушно спросил Сат.

— Пожалуй, я, — ответил Паттерсон.

— Опять прошения об усилении финансирования гарнизонов? — саркастически спросил низенький Энсонго и поправил рукой длинные рудиментарные усики.

— Уж не поверю, что наш главный интриган не знает о прошении Паттерсона, если даже я об этом осведомлен, — сказал Сат.

— Опять «Торговец»? — скривился Хог.

— Ну кто у нас там? Опять Ропосол? Зазывай Мишель, — обратился Сат к своему лейтенанту.

— Генералы, — отдал честь Ропосол.

— Садитесь майор, — разрешил Паттерсон.

— Спасибо генерал, — поблагодарил Ропосол. На самом деле он ненавидел это кресло. Мало того, что оно было до жути неудобным, так еще и стояло ниже стола генералов. Даже рослому сайгаку приходилось смотреть на генералов снизу вверх.

— Мое мнение не изменилось, — заявил Хог. — Я был против организации проекта изначально. Провал только доказал мою правоту. Мы потеряли корабль и команду. Просто зря потратили деньги. Проект «Торговец» следует оставить закрытым.

— Ну, коллега, вы немного преувеличили. За короткий срок своего существования команда «Торговца» разрешила пять локальных конфликтов, что как минимум ровняется сумме затраченной на реализацию проекта.

— Да и корабль можно вернуть, — заметил Энсонго.

— Генералы, если разрешите… — начал было Ропосол.

— Не разрешаем, — отрезал Хог.

— Почему? — спросил Сат.

— Что, почему?

— Почему не разрешаем? Не кажется ли вам Хог, что вы относитесь к майору излишне предвзято? Это попахивает ксенофобией.

— Он же сайгак. Какая может быть ксенофобия?

— Но майор — подданный Человеческой федерации.

— Сат, вы не хуже меня знаете, что он изгнанник.

— Так не в этом ли причина?

— Я порвал все официальные связи с родиной. Вы не можете требовать, чтобы я еще и убеждения сменил.

— Правда? Майор, а уступите свое место лейтенанту Ричардсу на пару минут.

— Да, Энсонго действительно был прав. Сат что‑то затевает, — подумал Ропосол, уступая место одному из лейтенантов Хога.

— Энтони прошу. — Указал Сат на кресло.

— Не забывайся ушастый! У меня столько же прав, как и у тебя.

Если Хог и хотел разозлить катарца, у него ничего не вышло.

— Вчера состоялся обряд посвящения воина из влиятельной семьи. — Насал Сат. — Посвящение проводил лидер арупХог Ракар. Второе посвящение было произведено сегодня буквально час назад. Так же имеются сведенья о том, что несколько посвящений запланировано на завтра и послезавтра. Я напоминаю, что именно генерал Хог настоял на проведении текущих заседаний на Будзо. Поэтому я и прошу совет рассмотреть доказательства вмешательства генерала Хога в политику кланов Великого Совета Каст, а как следствие несоответствие занимаемой им должности.

— Очень интересно, — кивнул Энсонго, вновь поглаживая усики.

— Паттерсон? — спросил Сат.

— Меня интересует «Торговец».

— Ничего не могу обещать. Ты же сам прекрасно осведомлен об активизации Гелеона. Мы обязаны направить деньги туда. Если Пату найдет средства — я одобрю проект. Даже пускай это будут деньги криминальных структур. Более того, я согласен подписать приказ о восстановлении проекта прямо после завершения заседания. Большего ты от меня не добьешься.

— Энсонго? — спросил Паттерсон.

— Согласен. Я тоже подпишу. Только это должны быть деньги криминальных структур, а не деньги от криминальных структур.

— Извини сынок, — обратился Паттерсон к Ропосолу. — Большего я с них не выжму. — И уже Сату — Валяй свои доказательства.

— Анджей, проводи майора к выходу.

— Ну и змеиный клубок у вас здесь. — Ропосол нервно потянул за узел галстука.

— Не обращай внимания. Ты ведь получил то, что хотел.

— А финансирование?

— Я же говорил, что таны — они скользкие. Вот и Пату твой что‑то да придумает.

— Ладно. Спасибо Анджей. Привет Парту, — сайгак пожал руку человеку и направился к лифту.

Глава 2

Сергей

— Ну что, уговор дороже денег? — спросил Сергей брата.

— О чем это ты? — переспросил Влад, снимая тонкие ломтики бекона со сковородки.

— О поступлении в полицейскую академию. Я ведь теперь дипломированный специалист.

— Подай яйца специалист.

— Во — первых. — Сергей достал лоток из тумбочки. — Ты обещал. Во — вторых — передал он лоток брату. — Я этого хочу.

— Ладно, ты, сколько яиц будешь?

— Три.

— Классика. Во — первых — Влад взял яйцо, аккуратно разбил его лопаткой и вылил на сковородку — только специалист. — Влад наставительно поднял лопатку вверх. — Не бакалавр, не магистр, не инженер вообще. Простой механик. Во — вторых, — Влад разбил и вылил на сковородку второе яйцо. — У тебя же талант к механике! Вспомни, как ты отцовский минивэн отремонтировал, а ведь даже мастерские отказывались с двигателем возиться.

— Но… — возмутился было Сергей.

— Цыц! — махнул брат на него лопаткой, да так что масло на лицо капнуло. — Не перебивай. Еще одно яйцо осталось. — Ты нигде не работаешь. Кто тебе учебу оплатит? — Влад разбил третье яйцо.

— Я и сам поступлю. Ты же прекрасно это понимаешь.

— Может еще два яичка разбить? — Влад перевернул яйца.

— Мне хватит.

— Тогда я так скажу. — Он отложил лопатку.

— Влад, не надо, я же решил.

— Да понял я три яйца. Бери тарелку, снимай со сковородки.

— Но…

— В нашей семье жизнью рискую только я. И точка!

— Я решил.

— Молодец. Самостоятельный мальчик, — прикрикнул Влад. — А о родителях ты подумал?

— А ты о них думал, когда в армию пошел?

— Не ровняй — я всегда был тупым качком. А у тебя талант к инженерии.

— У меня талант в железе ковыряться.

— Лучше уж ты в железе, чем оно в тебе.

— Яйца!

— Три, я знаю.

— Горят!

— Твою… — Влад схватил сковородку и бросил ее в умывальник. Потом открыл кран и отскочил, чтобы не попасть под брызги горячего масла.

— Влад… — Тихо произнес Сергей. — Я ведь все ровно…

— Да знаю я. — отмахнулся тот. — Должен же я был попробовать, — он тяжело вздохнул. Вот… — Влад снял с шеи цепочку. — Пускай он хранит тебя так же как и меня.

На цепочке висел большой клык. Он был какого‑то грязно — серого цвета. Верхнюю его часть покрывало множество мелких царапин. Издали это напоминало древесину изъеденную шашелю. Только при ближнем рассмотрении становилось ясно, что это письмена. Сергей осторожно взял его.

— Ты ведь знаешь, как он мне нравится.

— Вот и дарю его тебе.

— А разве ты не должен подарить его смерти?

— Не подарить, а обменять, на свою жизнь.

— Когда ты еще только вернулся из армии, он был больше моего мизинца. — Сергей приложил зуб к мизинцу, — и все еще больше. Я…, не могу, его ведь надо заслужить.

— Ты заслужил.

— Ты одним ножом огромную ящерицу убил. Чем я заслужил?

— Бери или дам в морду.

— Спасибо тогда.

— Никаких спасибо. Хочешь отблагодарить — завтраки на тебе.

— Ладно. С завтрашнего…

— С сегодняшнего. — Влад скидал весь бекон между двух ломтей хлеба. — Тебе на работу не надо — успеешь приготовить. — Сергей даже не стал спорить. Он знал, что значит для брата этот зуб.

Сергей не хотел огорчать брата, но и отступать не хотел. Впрочем и Влад не хотел ссориться с Сергеем. Он считал брата талантливым, но не самостоятельным и постоянно опекал его. В свою очередь после перелета из родной планеты на Клен, Сергей всячески старался не обременять брата. Сначала он жил за его счет, учился в инженерном училище тоже по настоянию брата. Деньги особо не транжирил, но все ровно считал себя обязанным.

Для того чтобы снять это неловкое ощущение, Сергей решил тайком устроиться в мастерскую механиком. Поскольку Влад считал, что братец в том возрасте, когда стоит наслаждаться жизнью, а не спину гнуть, он бы этого не позволил.

— И что брат? — Спросил Зак, зачищая силовым шлифом поверхность переднего крыла синего седана.

— Да все так же. Не соглашается, но уже смирился.

— Давай. — Зак протер поверхность тряпкой и отошел.

— Даю. — Сергей обрызгал зачищенное место синей жидкостью из пульверизатора.

— Глаза, — сказал Зак. Оба парня отвернулись и скривившись зажмурили глаза. Зак навел огромную лампу на крыло и включил.

— Раз, два, три, четыре, пять. — Отсчитал Сергей. Зак выключил лампу и провел рукой по ровной синей поверхности.

— Ну?

— Сойдет, — заключил Зак

— Сойдет у нас не проходит, — подошел к автомобилю механик в грязном комбинезоне.

— Не придирайся Хэнк.

— А я вот не понимаю, — проигнорировал Зака Хенк. — Зачем тебе эта полиция? — Он снял армированную перчатку и провел рукой по крылу. — Вот станешь ты хорошим полицейским. Денег — кот наплакал, а жизнью рискуй.

— Есть еще вариант — на складе каком‑то устроится, — вставил свои пять копеек Зак.

— Туда только с травмами берут — отмахнулся Хэнк. — Вот ты сам себе ногу прострелить готов?

— Зачем?

— Чтобы на склад попасть.

— Нет, конечно, — открестился Зак.

— Вот. А еще не факт… Ладно, не об этом. В общем, быть честным полицейским — не выгодно. А если быть нечестным. Тогда дело другое. — Хенк оперся задом на только что окрашенное крыло. — Тогда и денег побольше и блаты появятся. Квартиру можно будет купить и тачку крутую. — Хенк как будто замечтался. — Ланос или Ламборджини…

— Ау, Хенк…

— Но с другой стороны, — опомнился Хэнк. — Станешь особо жировать — проверки начнутся, а не откупишься — еще чего доброго и посадить могут. Оно тебе надо?

— Так я честным буду.

— Ну и дурак. — заключил Хэнк. Чем тебе здесь не нравится? — он почесал голову рукой в перчатке. — Открутил гайку — получил кредит. Закрутил — два. А если сумеешь лоху на крутой тачке лапши навешать, то и сотню — другую можно содрать. И никакая проверка тебе не страшна. Ясно?

— Ясно, — хором ответили Зак и Сергей.

— То‑то учитесь, пока я жив. — Хэнк направился в каптерку. — И кстати остановился он напротив Сергея. — Брат. — Ткнул он Сергея указательным пальцем в грудь. — Полностью прав. Сколько бы я лохам не вешал, а инженер получает больше. Если он, конечно же, сам не лох.

— Ну что думаешь? — спросил Зак Сергея, когда Хэнк отошел.

— Он нам точно недоплачивает.

— Согласен. Ну что домой?

— Нет, мне Хэнк обещал, что с мотором пятисотой Сушки даст повозиться.

— Он же древний.

— Если хочу в истребителях разбираться практика нужна.

— Ты же в полицию хочешь.

— Но технику я тоже люблю.

Когда Сергей пришел домой, брата еще не было. Он достал с холодильника мясо и поставил его на разморозку. Сергей планировал спагетти с мясным соусом. Готовил он не очень, но чтобы испортить фарш, протрушенный с кетчупом — нужно постараться. Ужинал Сергей без брата. Влад часто задерживался на работе.

Посреди ночи Сергея разбудил звонок в дверь.

— Приперся. — Недовольно подумал Сергей. — Наверняка опять пьяный и в скважину ключом не может попасть. — Ну? — он зло распахнул дверь. И Саманта упала на Сергея.

— Опа! Ты же вроде как не пьешь? — Спросил он напарницу брата, пока вел ее к дивану.

— Пью. — Сем упала на диван.

— А где Влад? Представляю, в каком он сейчас состоянии.

— Нет, — зарыдала Саманта.

— Ну ладно, не представляю. Реветь то чего?

— Нет! — проорала Сем. — Нет его больше. Нет!

— Ты чего? — не понял Сергей и присел около Саманты. Непроизвольно он обнял ее, и девушка зарыдала, прижавшись к его груди. — Сем, что случилось?

— Его убили.

— Что? — Саманта больше ничего не сказала, она лишь тихо всхлипывала.

Похороны прошли для Сергея как во сне. Родителей известила Саманта. Она же обещала приглядеть за Сергеем. Выплакавшись той ночью, девушка не проронила больше ни слезинки. Сергей проявил свою волю лишь однажды, когда привезли гроб брата, он открыл его, хотя Саманта и запрещала. Лица брата Сергей так и не запомнил. Он потерял сознание, едва увидел то месиво что от него осталось. Больше он не протестовал против того, чтобы брата хоронили в закрытом гробу.

Сама церемония была довольно пышной и выдержанно — траурной. Люди в синих мундирах все подходили и подходили. Все они прекрасно знали Влада, все говорили, каким прекрасным человеком и полицейским он был.

— Влад говорил, ты вроде полицейским хотел стать? — спросил один мужчина. Сергей сфокусировал взгляд. Ничего особенного — средний рост, средняя комплекция, средний возраст, волосы немного с проседью.

— Я?

— Ну не я же. Я им уже стал.

— Спокойней Бил. — Подошла к Сергею Саманта.

— Хотел.

— А сейчас?

— Не знаю.

— Значит не хотел. Человек всегда знает, чего он хочет.

— Хочу знать, как убили Влада.

— Бил! — попыталась остановить коллегу Саманта.

— Выстрелом в голову. В затылок. Да ты и сам видел.

— Бил заткнись!

— Кто? — ожившим голосом спросил Сергей.

— Бил, ей Богу, я тебе в морду заеду.

— Марат Гаджиев.

— Отойдем. — Сем схватила Била за локоть и потянула в сторону.

— Подожди, — остановил ее Сергей. — Его посадят?

— Его, парень, оправдают.

— Почему?

— Пойдем. — Потянула Сем Била и больше Сергей его не видел.

Пару дней после похорон Сергей валялся на диване и думал о словах Била. Сейчас он хотел одного — чтобы убийцу брата посадили. Порывшись в планетарной сети, он нашел информацию о том, что Гаджиева действительно оправдали. Немного позже он вышел на сайт континентальной полицейской академии. Прием документов уже завершился.

— Чего же я хочу? — спросил Сергей сам себя. — Я хотел быть таким же, как Влад, — внезапно ответил внутренний голос. — Нет, я хотел, чтобы Влад мог мной гордиться. Опять не то. Я хочу, чтобы брат был рядом. — Слеза скатилась по его щеке. Одна, другая, потом слезы потекли ручьем. — Да сколько же можно, — разозлился Сергей. — Я хочу, чтобы Марат страдал! Да именно! Пускай это не правильно и эгоистично, пускай Влад был бы против, но я этого хочу.

Всю оставшуюся часть дня Сергей провел в сети, разыскивая информацию о Гаджиеве. Он еще не знал, что собирается сделать, но знал, что надо подобраться поближе. Когда вечером пришла Саманта, Сергей варил рис.

— Приятно видеть, что ты ожил, но пожалуй, лучше будет, если ты съешь то, что я принесла. Лазанья, котлеты и салат с сельдереем.

— Ненавижу сельдерей.

— Он полезен.

— Я в порядке, Сем. Ты не должна меня опекать.

— Тебе не одному тяжело, Сергей. Я четыре года берегла этого балбеса, а он… Просто потерпи немного. Через неделю меня переводят на другой континент.

— Сем, расскажи, что там случилось

— Я не хочу.

— Но я не могу успокоиться.

— Но ты и сделать ничего не можешь. Будет тебе легче, если будешь все знать? Поверь мне, ты все равно ничего не сможешь сделать. Не могу я, и ты не сможешь.

— Поэтому тебя переводят? Потому, что ты ничего не можешь сделать?

— Нет, потому, что я могу наделать глупостей.

— Ладно, давай свой сельдерей.

— Вот это уже лучше. Что надумал с поступлением?

— Набор закрыт. Пока буду работать, а потом будет видно.

— И куда? — Спросила Сэм, ставя лазанью и котлеты в духовку.

— Я еще не решил. Но больше склоняюсь к инженерии.

— И правильно. — Домой Саманта ушла в приподнятом настроении.

— Где достать ствол? — думал Сергей. — И сколько это будет стоить? А еще, что с ним делать? — Главное, чтобы был, а что делать — придумаю.

Сергей быстро восстановился на работе, а уже через месяц Хэнк полностью доверял ему двигатели истребителей и флаеров. В свободное время он работал со старым силовым шлифом и посещал тир, спуская на стрельбу почти всю зарплату. Еще через полмесяца он провел испытания своего первого оружия. Изменив контур силового поля шлифа по образцу клинков, он не замкнул его на острие. От чего энергия вырывалась вперед не контролированным потоком.

Выехав за город, Сергей направился к сосновому лесу. Зайдя, как ему казалось достаточно далеко, он достал с рюкзака свое импровизированное оружие. С урезанной батареей от скутера оно выглядело довольно внушительно, и удержать его одной рукой было невозможно. Сергей навел ствол на молодую сосенку в пяти шагах от себя и нажал на гашетку. Вздрогнув, сосенка медленно — медленно повалилась на землю. Сергей подошел к стволу и провел рукой по отполированном до блеска срезу. Толщина ствола была примерно десять — двенадцать сантиметров. Сергей отошел в два раза дальше и вновь нажал на кнопку. Ствол вздрогнул, но верхушка пенька осталась на месте. Сергей попробовал отломать, но не смог. Тонкая линия среза доходила примерно до половины ствола.

— Никуда не годится, — вздохнул Сергей. — Хотя кишки вблизи полетели бы красиво. — Сергей представил, как из живота Марата вываливается разноцветная масса.

Но такое оружие в бою было бесполезным. Страшным, негуманным, но бесполезным. Больше всего Сергею нравились лазеры. Никакой отдачи, как у огнестрельного оружия и дальнобойность больше, чем у плазмы — золотая середина.

Сергей снял батарею, положил ее себе в рюкзак, а шлиф несколько раз ударил о ствол сосны, пока из него не полетели куски пластика и керамики. — И так что можно придумать? — Шлиф Сергей начал переделывать еще до того, как полюбил лазеры. На этот раз на них он и решил сосредоточиться.

Глава 3

Ропосол, Пату

В антикварном магазинчике зазвонил звонок, слышимый только для владельца. Маленький тан, как раз под стать лавке, повернул свою рыбью голову в сторону двери.

— Ропосол, рад тебя видеть, — обратился он к вошедшему сайгаку в костюме. Хотя лавка и выглядела маленькой, но потолки были довольно высокими, и сайгаку не приходилось нагибаться.

— Приветствую арупПату. — слегка наклонился сайгак.

— Ничего не говори, — остановил его Пату. — Начнем с приятного.

— Хорошо. — Сайгак достал с нагрудного кармана маленькую деревянную резную коробочку и передал ее тану.

— О, прелестно! Уникальная резьба. Подожди — он остановил раскрывшего рот сайгака. — Ей лет четыреста! Думаю период второй колонизационной волны.

— арупПату, я вообще‑то сережку привез. — Сайгак откинул крышку коробки и показал широкое кольцо металлической сережки.

— Ты меня огорчаешь, Ропосол.

— Чем? — озадаченно склонил он голову и посмотрел на сережку. — Метеоритный металл, искусный узор — идеальный подарок воину.

— Для кого ты покупал эту сережку?

— Для вас.

— Нет, у тебя было задание купить что‑то для продажи в нашей лавке.

— Я и купил.

— За две тысячи?

— За полторы.

— И кто ее купит?

— А я откуда знаю?

— А должен!

— Кто наш основной контингент?

— Богачи, которым хочется экзотики.

— Люди Ропосол, люди! Шкатулка обошлась бы тебе в пятьдесят кредитов, а продать ее можно за тысячу. А с серьгой, что прикажешь делать?

— Продавать… — Ропосол потупил взор, как нашкодивший школьник.

— Будем продавать… — раздраженно махнул рукой тан. — Снова двойка!

— Так ведь люди тоже серьги носят.

— Ропосол, вот скажи, какое человеческое ухо выдержит такой кусок металла? Его же больно носить будет. Все, хватит оправдываться. Рассказывай о встрече. — И Ропосол начал рассказывать, стараясь не упустить ни одного момента. Временами Пату удовлетворенно кивал, временами хмурился.

— Вот, пожалуй, и все, — закончил Ропосол.

— Замечательно! Пожалуй, я не удивлюсь, если сережку купят.

— Почему?

— Потому, что, несмотря на все, ты потрясающе везуч. Я рассчитывал на грубый отказ, а получил разрешение! Потрясающе.

— Но финансирование…

— Ропосол, ты же сам говорил — можем взять у бандитов.

— У каких?

— У Сазерленда, конечно же. — Пожал плечами тан, как будто других вариантов и не было.

— Но мы не можем доказать его виновность.

— А мы и не будем. Просто украдем его деньги.

— Полковник, — недовольно произнес Ропосол.

— Опять ты со своей воинской честью… — дернул себя за длинные усы Пату. — Тогда поступим так. Докажем что он виновен. Это будет победа, а потом возьмем трофеи. Идет?

— Идет, — кивнул Ропосол.

— Тяжело с тобой. Иди лучше в Контору, начинай Сазерленда разрабатывать. И не забывай искать интересных людей для новой команды.

Глава 4

Сергей

— Значит, говоришь, и с флаерами работать можешь?

— И с истребителями тоже.

— Сколько же тебе лет?

— Двадцать.

— И уже с истребителями работал? — недоверчиво спросил механик.

— Да. — Ответил Сергей.

— Где?

— Мастерская «У Хэнка».

— У скряги Хэнка? Ну, тогда не странно, что ты новую работу ищешь. У нас половина парней через его руки прошла. Вечно он недоплачивает. Хотя руки у него конечно золотые. Это да.

— Так вы меня берете?

— Поступим так — в четвертом — механик неопределенно махнул рукой себе за спину — Ворона стоит. Сроку тебе до завтрашнего утра. Инструменты, комбинезон я тебе выдам. Если не согласен — до свидания.

— Согласен, пошли — Сергей поднялся со стула и направился к двери. Но не успел он, и прикоснутся к дверной ручке, как в комнату влетел разъяренный человек. Сергей едва успел отскочить.

— Майк! Почему Ятти не готовы?

— Так спецов на флаеры не хватает.

— Так найми.

— Так нанимаю. — Майкл указал рукой на Сергея. Человек мельком оглянулся.

— Он! — обдало жаром Сергея. — Марат! — едва не произнес он в голос. Рука сама нащупала в кармане силовой кинжал.

— Майк. У тебя два дня! — Марат вышел, хлопнув дверью.

— Чего застыл? Пошли — вернул его к реальности механик.

— А? Ага, идем.

Странно, но увидев Ворону, Сергей сразу же забыл о Марате. Поломку он выявил быстро. Как всегда на старых Воронах пострадала проводка. Но легче от этого не ставало. Нужно было проверить пол дюжины реле и разветвителей к которым шло по два отдельных провода. Это спасало в случае поломки, но превращалось в ад при ремонте. Учитывая, что на воронах проводка имела дурную привычку гореть вся и сразу. Так, что утро застало Сергея в пилотском кресле с включенной тестовой системой.

— Подъем! — крикнул Майкл на ухо парню и тут же подавил его порыв вскочить, чтобы тот ненароком не вывалился из кабины.

— Все, все, можешь отпускать, — проморгавшись, сказал Сергей и Майкл отпустил его плече.

— Ну что, разобрался?

— Разобрался, можете проверять. — Ловким движением Сергей выскочил наружу. Низкая кабина ворон позволяла не использовать лесенок. Но поскольку Майкл был уже не молодым, то в кабину залезал со стула.

— Вроде работает, — поклацав кнопками огласил вердикт Майкл. — Что было?

— Как всегда. Проводка, — будто само собой разумеется, пожал плечами Сергей.

— Да понятно, что проводка. Где именно?

— Правое крыло ко второму закрылку, и радар на пузе прогорел. Плюс половина систем работает на дублирующих проводах.

— Все заменил?

— Издеваетесь?

— И то правда. А вот почему такое случается, знаешь?

— Ворону делали как атмосферно — космический истребитель. Предполагалось, что истребители будут самостоятельно входить в атмосферу, поэтому проводка на них покрыта жаропрочным пластиком. Проблема в том, что он плохо воспринимает низкие температуры. После переохлаждения пластик трескается и при малейшей искре горит. Не так страшно в условиях вакуума, но в кислородной атмосфере весьма заметно.

— Хм, целую лекцию прочитал. Ты, небось, на истребителях помешан?

— Помешан?

— Да я в хорошем смысле. Вот Джим у нас так на электродвигателях помешан. Может сутками о них говорить. Да и специалист он первоклассный. Ты когда о Вороне говорил, на него был похож.

— Да я как бы за собой не замечал.

— Ну ладно. Сноровки вроде у тебя хватает, да и Хэнк к истребителям кого попало — не пускает. Значит рискнем. Будешь старшим, а в помощь я тебе двух раздолбаев дам. Руки у них откуда надо растут, но ленивы, как моськи богачей.

Сразу же после подписания трудового договора Сергея направили на флаеры. Раздолбаи, которых выделил Майкл, были года на три — четыре старше и смотрели на Сергея свысока, выражая пренебрежение всем своим видом. Но поскольку Майк пробегал по мастерской по пару раз на полчаса, то им приходилось слушаться. Но вот его позвал Гаджиев, и раздолбаи уселись курить.

— Ребята не рановато?

— Успокойся парень, — начал Тодд — Мы же нашли поломку. Правда, Пеп? — толкнул он товарища в бок.

— Угу, — кивнул Пеп, затягиваясь сигареткой.

— Да вы что… А зачем же я тогда тестовые программы гонял, под пузо лазил?

— Не гони парень, — лениво сказал Тодд. — Ну, нашел ты эту поломку — молодец, возьми себе леденец. А теперь чини. А то возомнил себя великим начальником…

— Интересно, — улыбнулся Сергей. — А чем же вы тогда займетесь?

— А мы перекурим. — Пеп нагло выдохнул струю дыма в лицо Сергею.

— А у меня на дым аллергия, так что пойду ко я к Майку и попрошу других раздолбаев.

— Иди, иди, — закивали раздолбаи.

Сначала Сергей действительно хотел пойти к Майку, но там был Марат, и Сергей не был готов увидеть его снова. Тогда он направился в комнату отдыха. Вымыл начисто руки, взял банку газировки с автомата и уселся мозговать над тем, как поднять свой авторитет. Из‑за бессонной ночи и мягкого дивана Сергей сам не заметил, как уснул.

— Ей парень, я вроде тебе будильником не нанимался.

— А? — Сергей разлепил глаза и уставился на Майкла. — Извините, просто ночью почти не спал.

— Я‑то понимаю, но и ты пойми, что у нас аврал. Я же тебе двух помощников дал.

— Так я поломку нашел. Там и обезьяна справится.

— Давно нашел?

— Примерно… Если бы я знал, как долго спал, то сказал бы точно.

— Обед уже закончился.

— О, тогда часа два, как.

— Ну, пошли, посмотрим. Что хоть было? — спросил Майкл на ходу.

— Механика управления левой задней маневренной дюзы.

— Так в нем же вроде управление не страдало?

— Не страдало, но там проводку уже видимо делали и не собрали провода в пучок.

— И?

— Маневренная механика перебила провод. Когда дюзы втянуты, провод зажат механикой и ток идет.

— Погоди, разве там механика не керамическая?

— Только ближняя к дюзе. Внутренняя, возле сервопривода, металлическая.

— А привод?

— Керамический корпус.

— Знали бы эти ребята, как их нагревают заводы на машинах люкс — класса… Это ж надо, на таких мелочах экономить!

— Да ладно, это же наш хлеб. Мы заводам благодарны, должны быть.

— Тут ты прав. — Майкл довольно улыбнулся.

— Так вот, когда дюзы в рабочем состоянии и…

— Да ладно, понял я… Я ведь раньше сам тут железки перебирал, а теперь начальник. Не понял. — Майкл остановился и набычился.

— Вы двое! — заорал он так, что механики со всего ангара уставились на него. — Идиоты! — Пеп и Тодд повыскакивали из флаера и повытягивали сигареты изо рта. А Майкл со зверской рожей направился прямо к ним.

— Уволю нахрен!

— А что мы? — обиженно протянул Тодд.

— Я вас эти сигареты задницей курить заставлю. Еще раз увижу.

— Показывайте, что сделали.

— Так…

— Что, еще не отремонтировали?

— Ну…

— Сергей, когда говоришь, ты поломку обнаружил?

— Примерно два часа назад.

— Значит, два часа валяли дурака? Вы что в цирке работаете? — неожиданно ласково осведомился Майк. И перепугавшись такой перемены, ребята не посмели даже ответить. — У вас полчаса. Если не сделаете, уволю, — так же тихо продолжил он. — А мы пока с вашим начальником отойдем.

— А куда мы? — аккуратно спросил Сергей. Он тоже боялся накликать на себя гнев начальника.

— Покажу тебе еще один флаер. А если эти засранцы еще чего учудят, ты мне говори, я им быстро гайки подтяну. Это ж надо додуматься курить в люксовой машине… Вот уроды.

Тем временем Пеп и Тодд со страху не могли понять, за что им браться. Хотя заменить провод и стянуть их, парой хомутов, было делом не на полчаса, а на минут пятнадцать, поскольку нужно еще было временно сместить механику.

— Вот, урод, таки нажаловался.

— Ниче, Пеп, мы ему еще устроим.

— Как бы он нам не устроил. Нет, пожалуй, придется его слушаться, хоть он и говнюк.

Глава 5

Кирилл

На первый взгляд малый фехтовальный зал Академии Торговли Дальнего Космоса был немного мрачноват. Собственно, изначально это был небольшой склад. Поэтому душевые здесь были собраны из легкого пластика, а раздевалки, так вообще отсутствовали. Вместо шкафчиков все личное снаряжение хранилось в больших армейских ящиках. А всевозможные тренажеры и спортивные снаряды были выстроены под стенами. Были здесь и снаряды, на первый взгляд, не имеющие отношения к фехтованию. Например, боксерская груша или штанга с набором здоровенных блинов.

Место, отгороженное двумя книжными шкафами, называлось кабинетом тренера и, было меблировано двумя единицами мебели: ящик большой и ящик маленький. Хозяином зала был старый отставной вояка с вечно недовольным лицом. След недовольства на его лице оставила служба, а служил он гренадером ВКС. При захвате судна эти лихие парни использовали только клинки и шоковые гранаты. Но, зная их репутацию, некоторые пираты часто использовали стрелковое оружие, дырявя обшивку и калеча корабельные системы. При захвате одного из пиратских эсминцев, тогда еще молодой лейтенант, Доусон схлопотал заряд плазмы в лицо. Жизнь спас надежный гренадерский шлем, но кожу на лице пришлось менять, а вот на полное восстановление мышц лица правительство поскупилось. Конечно, после операции Эйб Доусон мог даже смеяться. Не бросало от этой улыбки в дрожь только его команду, а вот начальство — побаивалось. Списали его на Землю при первой же пустячной травме.

На Земле Эйб увлекся классической литературой. Сутками он мог читать Дюма, Скота, Стендаля, но клинок не забросил. Очень быстро выяснилось, что даже именитые тренера не всегда могут продержаться против гренадера. По совету и просьбе одного из сослуживцев, Эйб получил работу тренера в Академии. Занимал он ее уже почти тридцать лет.

Сначала новая команда фехтования делила большой зал с тремя командами классического спортивного фехтования. Вскоре воспитанники Эйба начали регулярно занимать призовые места на соревнованиях. Давешняя конкуренция между тремя старыми командами прекратилась — они ополчились против новичков. Если на межуниверситетских соревнованиях одна из трех классических команд проявляла себя лучше, то в сторону воспитанников Эйба летели насмешки и довольно обидные шуточки. В свою очередь команда фехтования силовыми кликами, в случае победы, тоже имела чем ответить. Однажды мелкие стычки переросли в крупную потасовку сабель и клинков, тогда вторые и получили собственный зал. С тех пор вражда стала еще жестче, а число воспитанников Эйба сократилось вдвое.

Но для немногих смельчаков, зал открывался во всей своей красоте. Их было семеро, и с ними зал оживал.

— Виктория, изящней, ты же девушка. Что это за гримаса на лице? — командовал Эйб. — Руслан, в твоих движениях прослеживается ритм. Ты же знаешь, что я этого не одобряю.

— Да знаю, — огрызнулся Руслан. — Но это же просто тренировка.

— Тренировка не может быть «просто». Запомни фехтование на клинках, это не поэзия и не музыка…

— Это суровая проза жизни, — продолжил вместо Эйба Руслан. — И она прекрасна в неизбежности своей кончины.

— Эйб, вы слишком много читаете классики, — низкорослый парень бросил скакалку и устало плюхнулся на стопку спортивных матов.

— А ты много думаешь, мелкий. У тебя силенок, как у воробья под коленом. Марш запястья укреплять.

— Я же полчаса уже прыгаю… — ноюще произнес парень. — Убить меня хотите?

— Кирилл!

— Да понял я. — Кирилл подошел к стоящей в углу зала урне и достал пару одинаковых булав. Крутанул правую, левую чтобы почувствовать вес, хотя и упражнялся с ними уже не первый год.

— Нет, улыбнулся по — волчьи Эйб. Бери 5,7 и 4,8.

— У них же не только вес, но и длинна разная! Каким макаром мне это поможет при фехтовании? Напомню, что клинок веса не имеет, а рукоять всего то 300 грамм.

— Зато бить по нему с разной силой будут.

Кирилл отобрал из урны нужные булавы и скорчив парочку рож в спину наставнику закрутил веерную защиту.

— Всем привет. — Жанна ворвалась в зал с энергией урагана.

— Прощай тишина и спокойствие, — комментировал флегматик Дэвид.

— А я новенького привела! — радостно сообщила Жанна. И действительно сразу за ней показался молодой парень.

— Первокурсник? — спросил Сем, присматриваясь к мягкой, жиденькой щетине.

— Да ответила за него Жанна. Зовут Роном, изучает флористику закрытых систем.

— Видно спорт не сильно жалуешь, — сказал Марк, медленно поднимая тридцатикилограммовые гантели.

— Ну так за тем, чтобы согнать жирок и пришел, — парень похлопал себя по пухлому пузу.

— Шел бы ты в спортзал жирок сгонять. — Размахивая булавами, и обливаясь потом, сказал Кирилл. — Тут тебя до полусмерти загоняют.

— Ну, тебя ж не загоняли, — немного с вызовом произнес Рональд, за что тут же получил затрещину от Жанны.

— Не нарывайся.

— Ага, Жанна правильно говорит, я его сегодня погонял, так, что он злее обычного, — добавил Эйб. — Кроме того Кирилл правду говорит.

— Да что вы заладили… — разозлился Рональд. — Еще скажите, что я с оружием смешнее коровы на льду. — Эйб вопросительно изогнул бровь и Жанка сразу же объяснила.

— Это его, наверное, в большом зале так отшили.

— Ну вот, мы для него просто запасной вариант. Сдался он нам такой. — Вставил Кирилл.

— Булавы на номер больше. — Скомандовал Эйб и Кирилл, тяжело вздохнув, поплелся к урне.

— Тренер, но Кирилл дело говорит, — вступился за товарища Марк.

— Умолкни качек. Если новичков брать не будем, то команду расформируют, — сказала Жанна.

— Не расформируют, у нас трое второкурсников. Три года как минимум не расформируют.

— Так что ты решил парень? — спросил Эйб.

— Я‑то решил, вы никак не можете…

— Давай я тебя просвещу. Тренировки у нас тяжелые. Как минимум по два часа в день, кроме выходных. Я здесь целый день, правда, ребята любят собираться толпой. Ты когда в Большом зале был, сколько человек видел?

— Не помню, человек тридцать.

— Без учета новичков в большом зале сейчас тренируется примерно вдвое больше. И все они наши враги. Если ты вступишь в команду, тебя ждут повсеместные гонения. Я говорю не об обычных насмешках, а о настоящих драках с применением учебного оружия и других подручных средств.

— Это шутка такая?

— Это вражда. В этом зале тренируется семь человек. Все они перед тобой.

— Смотри. — Жанка приподняла челку, показывая тонкий шрам слева на лбу. — Это меня один козел рапирой достал.

— А она ему в отместку половину зубов выбила, — комментировал Дэвид.

— Такие есть у всех, — гордо произнесла Жанна.

— Так еще интересней, — собрался с духом Рон.

— Тогда последнее испытание, — хлопнул в ладоши Эйб и улыбнулся. Парня немного передернуло от такой «яркой» улыбки, но сильно он не испугался. — Иди сюда, подберем тебе клинок. — Эйб поманил парня пальцем и направился в дальний конец зала к своему кабинету. Он немного порылся в меньшем ящике, что служил ему стулом, потом вновь критически осмотрел парня и достал оттуда небольшой деревянный футляр. На нем были вырезаны маленькие, уродливые буковки. Джон Артур Кинг гласила надпись. — Он принадлежал одному из моих учеников. — Эйб вытряхнул из футляра клинок. — Примерь.

— Это как? — удивился Рональд.

— Включи, — тусклое желтое лезвие выскочило из эфеса моментально. В отличие от боевых клинков лезвие тренировочного имело форму прямоугольника и толщину в полсантиметра. В его устройстве использовалось совсем другое силовое поле, что позволяло сгладить все острые грани, но, так же как и у настоящего, лезвие напоминало длинный кусок цветного стекла. — Перехвати его лезвием вниз. Руки опусти по швам и прижми лезвие к руке. Не идеально, но сойдет.

— А как вы видите?

— Идеально, это когда острие достает до мочки уха. Этот тебе длинноват. Устроим спарринг без защиты. Ты их только не жалей, они тебя уж точно не пожалеют.

— Да этим ведь и травмировать нельзя. Он же невесом. — Рональд несколько раз махнул клинком, привыкая к весу эфеса, а потом постучал невесомым лезвием по лбу.

— Не расслабляйся парень. И знаешь, одень‑ка маску на всякий случай.

— А кто мой противник?

— А кого ты хочешь?

— Ну, не хотелось бы с девушками драться. С громилой страшновато…

— А с мелким?

— Он же на голову меня ниже. Разве так честно?

— Ты его сначала победи, а потом будешь хорохориться. Кирилл! — закричал Эйб. — спарринг без защиты.

— Только не бей его сильно, — предупредила Жанна. Не попросила, а именно предупредила.

Кирилл стоял спокойно, не принимая никакой стойки. Его зеленый клинок был немного короче, а вот эфес такой же. Защиты на нем не было, но маски Эйб таки заставил одеть обоих.

Всем, что знал о боях на клинках Рональд, он был обязан кинематографу. И поэтому считал, что нужно всего лишь замахнуться посильнее. Едва он решился, едва повел эфесом, как зеленый клинок со страшной силой врезался в его солнечное сплетение. Кирилл ударил снизу вверх мощным тычком. Рональд повалился на землю, как мешок с песком. Рожа его раскраснелась, и вздулась толстая вена на лбу.

— Еще? — Кирилл присел возле новичка на корточки. Тот не ответил, ему едва хватило сил отрицательно покачать головой. Сзади подскочила Жанка и ухватила его за ухо.

— Показал силу? А знаешь что я с тобой теперь сделаю? — она потянула, не давая Кириллу возможности ни подняться, ни упасть нормально.

— Ай — яй — яй! Пусти зараза! — обиженным голосом завопил Кирилл.

— Как же! — Жанка тянула и заставляла Кирилла ползать на четвереньках по полу. Остальные будто не замечали ничего и продолжали заниматься своими делами. Но вот она замешкалась на одном месте и Кирилл ухватил ее за руку держащую ухо. Оба повалились на пол. Кирилл вскочил первым и бросился к своей скакалке. Едва она оказалась в его руках, Жанка завизжала так, что даже Марк выронил свои гантели и закрыл уши. Девушка бросилась к выходу, но Кирилл легко поймал ее, перехватил под мышку и потащил на маты.

— Пусти гад! — запротестовала девушка, но Кирилл с заметной сноровкой привязал ее руки скакалкой к поясу. Потом привязал еще и ноги. К этому времени Рональд полностью оклемался и с удивлением смотрел на равнодушные лица фехтовальщиков.

— А это нормально?

— Это их дело, — отрезал Дэвид.

— Ты лучше скажи что решил? — попросил Эйб.

— Обстановка у вас тут нездоровая… Но мне нравится.

— Развяжи меня! — кричала Жанна, но не добилась ровным счетом никакой реакции, тогда она сменила тактику и завизжала на таких высоких нотах, что Марк вновь уронил гантели.

— Носок, — строго сказал Кирилл. Жанна сразу же приутихла и только буравила товарища взглядом.

— Что значит носок? — спросил Рональд.

— Кирилл носки вместо кляпа грозится использовать.

— Так это не первый раз у вас такое?

— У нас такое каждый день, — сказал Сем. — То Жанка ему напакостит, то он ей. Вчера она, уж не спрашивай как, кое‑что узнала. Теперь мы все в курсе некоторых интимных подробностей…

— Я даже перестал пирожки есть, — со странным выражением на лице сказал Руслан.

— А кексы? — спросил его Марк.

— И кексы тоже.

— Хватит уже! — прикрикнул на них Кирилл. — Вчера еще достали. Эйб, я инструктаж новенькому проведу?

— Проведи, бездельник. — Кирилл хотел было огрызнуться, да только махнул рукой и жестом позвал Рона за собой.

— А Жанна?

— Пускай полежит.

— Она ведь из‑за меня так.

— Ты видишь, чтобы кто‑то спешил ей на помощь? Так может все‑таки на это есть причина?

— Кирюша, ну пожалуйста, — захныкала Жанна.

— Нет, зараза, лежи.

— Сам ты зараза, причем еще и редкая, — с новой силой бросила девушка.

— Я развяжу, — решительно высказался Рональд и направился к девушке.

— А я изобью. — Кирилл сложил руки на груди.

— Девушку? — удивился новичок.

— Тебя, балда.

— Пускай так и будет. — Рональд полностью распутал девушку и только тогда Кирилл подошел к нему.

— Благородство это похвально. Но я обещал тебя побить.

— Стой. Выскочила перед ним Жанна, закрывая Рональда. Обещаю слушаться.

— И когда это ты сдерживала свои обещания, бешеная?

— Ну, тогда давай ты его не будешь бить, пока я не натворю чего, — с надеждой в голосе попросила Жанна.

— Идет. — Неожиданно легко согласился Кирилл. — Пошли уже, смертничек. А ты тренируйся, не бегай за нами, — пригрозил он Жанне.

— Вы с Жанной, в каких отношениях? — спросил Рон уже в кабинете тренера.

— Она заноза. Мы вечно ссоримся вот многие и думают, что между нами что‑то есть…

— А нету?

— Слушай, если она тебе нравится — дерзай. У меня есть девушка. Сейчас не о том. — Кирилл упаковал тренировочный клинок обратно в футляр и положил в ящик, а потом достал другой. — Это настоящий клинок. Видел такие?

— Только в кино.

— В кино тоже не настоящие. Держи. — Кирилл бросил Рону эфес. — Включай, в отличие от тренировочного здесь предохранитель, но я его снял.

— На вес разницы никакой. А вот форма немного другая. — Рональд посмотрел сквозь серую полоску лезвия на свою руку.

— Правильно. Лезвие боевого клинка имеет треугольную форму и почти не имеет толщины. Проверни его режущей кромкой к себе?

— Как нить! Едва заметная тонкая нить, — поразился Рональд.

— Неверно. То, что ты видишь, всего лишь проекция цвета. Режущее поле на самом деле настолько тонкое, что даже характерного свечения и то не видно. До сих пор ученые бьются над разгадкой причины плотности такого поля. Говорят, что таны, которые придумали клинки, давно бросили эту затею и приняли замкнутое поле клинка как константу. Для них они служили инструментами, и были намного короче. Когда клинки попали к сайгакам, то превратились в оружие. А от сайгаков уже перешли и к нам. Но это теория, а нам нужно немного практики. Держи. — Кирилл взял со стеллажа кусок строительной арматуры и подал ее Рональду. — Переруби.

— Хорошо. — Рональд взял металлический прут, замахнулся клинком и ударил. Со стеклянным звоном клинок отскочил от арматуры. — Ни следа!

— Ты не прав, на самом деле след есть, просто он настолько тонкий, что увидеть его можно разве что под микроскопом.

— Но разве клинок не самая острая вещь в мире?

— Да, но не забывай, что он невесом, а ему ведь надо разрывать молекулярные связи. Ударь ты с такой силой по руке, наверное, отрубил бы. Но это тебе не сабля, у которой к силе удара прибавится еще и вес клинка. В ударе столько силы, сколько вложила твоя рука. Не больше, не меньше. А клинок, — Кирилл забрал прут и клинок, приложил их друг к другу и напрягся, — он режет все. За исключением другого клинка конечно, — и Рональд увидел, как медленно серое лезвие погружается в сталь, пока, наконец, мелкий кусок не повалился с грохотом на ящик. Срез получился идеально ровным.

Глава 6

Джон

— Нам очень жаль, но Вы нам не подходите, — клерк отчеканил сухим тоном дежурную фразу.

— Это шутка? У меня квалификация выше любого другого кандидата, — вспылил Джон.

— Вот наша компания и считает, что вам лучше поискать работу в транспортных компаниях. Нам не нужен электромеханик. Мы ищем электрика.

— Это все из‑за генетических модификаций? — не унимался Джон. — Я же не Гелионец. Я родился и вырос на Клене, как и мой отец, — клерк удивленно посмотрел на парня и застучал по клавиатуре, вызывая на экран его анкету.

— Ого, боевые модификации.

— Да не боевые они. Смотрите конечный статус.

— Ага, вижу. Повышенная сопротивляемость электричеству. Изменение статуса модификации на техническую. Слушай парень, — клерк устало помассировал виски. — В нашей компании политика такая, что кандидатуру утверждает непосредственно начальник отдела. Я твои личные данные ему даже не пересылал. Но поверь мне, что ни один начальник не захочет иметь у себя подчиненного, квалификация которого выше его личной.

— Понятно, — устало произнес Джон и откинулся на неудобном стуле.

— Не считай, что все твои беды из‑за модификаций. Например, среди Землян много модифицированных. Не пробовал на их корабли устроиться?

— И как я их ловить буду? В порт меня же не пустят.

— Ну не знаю, думай. Другого тебе не остается. Я вон десять лет сижу на этом стуле, и уже почти готов застрелиться. А когда‑то надрывался, чтобы попасть сюда. — Клерк устало махнул рукой. — Да что там говорить. Вот ты все валишь на свою модификацию и считаешь себя самым несчастным. А мне сегодня еще тридцати семи кандидатам отказать надо. Думаешь они счастливей тебя? А мне каково, особенно когда вы тут сцены начинаете устраивать? Все, давай освобождай место и зови следующего.

Домой Джон плелся долго. То и дело ему на глаза попадались радостные лица в дорогих авто и злые рожи пешеходов. Мир будто разделился стеной каштанов. По одну их сторону была дорога счастья, а по другую тротуар неудач. На дороге мелькали яркие цвета и игриво светило солнышко. Пешеходы же уныло шагали в тени каштанов и даже небо над тротуаром казалось темнее.

Так вместе со своими невеселыми мыслями Джон доплелся до дядиного бара. Эрик не был родним дядей Джона, но они долго и крепко дружили с его отцом. После смерти родителей у Джона не было человека роднее и надежней.

— Что опять отшили? — спросил он, протирая пивной бокал.

— Вот скажи мне Эрик, — вместо ответа спросил Джон и уселся на стул перед стойкой — тебе тоже было тяжело начинать?

— Ну, у меня были деньги после завершения военного контракта. Да и отец твой тогда сильно мне помог.

— Так что, может и мне в армию пойти?

— Зачем тогда было так долго учиться?

— И то правда, — приуныл Джон.

— Веселей, Беккеты семья гордая!

— Это ты о нашем уродце, Эрик? — плюхнулся на соседний стул высокий молодой человек.

— Уйди Пит, и без тебя тошно.

— А что это ты сегодня один? Не страшно так к нам заходить? — спросил его Эрик.

— Я знаю, куда тебя примут без проблем, — проигнорировал Пит Эрика. — В цирк. Ну, потрещишь там искрами между пальцев, провода от розетки полижешь. Как в школе делал. — Джон напрягся, стараясь не вмазать наглецу по роже. В младших классах он действительно старался привлечь к себе внимание таким образом. Как результат, его боялись и презирали. В любой потасовке он оказывался виноватым. И для учеников, и для учителей Джон был просто уродцем.

— Еще слово Пит…

— Не строил бы ты из себя героя парень. Руки то в перчатках, куртка кожаная, штанов не вижу, но небось такие же, — остудил наглеца Эрик. — Вот только намордника не хватает. Знаешь, чтобы наверняка.

— А что, вполне себе нормальный весенний прикид.

— Не придуривайся. Знаем мы, зачем ты так оделся.

— Не знаю, чего вы там знаете, но девушке моей нравится.

— И какая же дура повелась на такого кретина? — спросил Джон.

— Меган, — с ехидной улыбкой ответил Пит. — Да Джон, та самая Меган. И у нас с ней встреча примерно — он демонстративно взглянул на дорогие механические часы — через полчаса.

— Смотри не опоздай. — Джон поднялся, намереваясь уйти.

— Подождет. — Самоуверенно заявил Пит. И нервы у Джона сдали.

— Проверим? — он резким движением приложил два пальца к скуле Пита и тот замер с приподнятым пивным бокалом.

— Валяй, — ответил Пит.

— Язык не откуси. — Треснул разряд и Пит повалился мордой на барную стойку опрокинув бокал.

— Я же говорил — намордника не хватает, — пробормотал дядя Эрик, деловито вытирая разлившееся пиво. Джона он не осуждал. Эрик знал, что Меган была его первой любовью. Любовью безответной и безнадежной. Как могла одна из самых популярных девушек в школе согласиться встречаться с фриком? Она и не стала. Возможно, Джон ей и нравился, но всеобщее внимание и ее репутация нравились девушке больше. После ее отказа Джон вообще превратился в изгоя. Правда после этого случая он больше не стал сдерживать свои способности, и любой задира валялся без чувств на полу уже после нескольких неугодных слов. Джон страшно мечтал вырваться из Клена. Эту планету он почти ненавидел. Но даже диплом электромеханика не очень‑то ему в этом помог. Экипажи кораблей, приписанные к одному из портов Клена, состоят из местных расистов, а чужие не приходят неукомплектованными.

Конечно, были у Джона и друзья, но в основном это были люди постарше. Соседи, например, его любили и охотно поддерживали. Компания в его доме подобралась зрелая и многие из них имели что рассказать. Но вот среди сверстников друзей у Джона не было…

Глава 7

Ричард

У молодого человека было бледное, болезненное лицо, он старался не двигаться, тогда его левое, вспухшее плече лишь слегка ныло. А вот любое движение приводило уже к серьезным вспышкам едкой боли, что разливалась по всему организму.

Из кабинета доктора вышла молоденькая девушка, и, опираясь на эргономичный костыль, направилась к выходу. Молодой человек, стиснув зубы, поспешил зайти. Он плюхнулся на стул, даже не дождавшись приглашения молодого врача.

— Извините доктор, — нетвердым голосом произнес он, когда волна боли откатила. Даже этот рывок из приемного покоя в кабинет дался ему с трудом.

— Да не за что, вижу, вам нелегко. Что болит? — доктор был, наверное, даже моложе посетителя.

— Рука. — Кивнул он на левую.

— Посмотрим. — Доктор подошел и четкими, аккуратными движением стянул с посетителя куртку не причинив ему никакой боли. А вот с рубашкой дело предстояло иначе. Ткань так плотно прилегала к плечу, что стянуть ее было почти невозможно. — А вы, простите, кем работаете? — аккуратно спросил врач.

— Это вы на запах намекаете? Не волнуйтесь доктор, не бездомный. Дальнобойщик я. Решил деньжат побольше подзаработать, вот и мотаюсь по дальних рейсах. Только сейчас сил уже нету, пока цистерну заправят, решил в больницу заскочить.

— Рубашку резать можно?

— Режьте, если надо.

— Надо. — Ловким движением доктор разрезал рукав немного выше локтя, а дальше ткань под давлением тела начала расходиться сама. — Ого — о-о. — потянул доктор. — Это как же вас так угораздило?

— А, это в Дуксе удобрения грузили, грузчик мешок не удержал, вот я по плечу и получил.

— А откуда эти колотые ранки?

— Так там удобрения кристаллические. Маленькие такие многолучевые звезды. Иголки часто ломаются и пробиваются сквозь мешковину. Даже сквозь прочный пластик пролазят. Грузчики там в таких спецовках ходили, что броня.

— Да, но абсцесс то не первой свежести, почему сразу в больницу не обратились?

— Так хотел, а потом заказ получил денежный. Вот последних шесть дней в дороге и провел.

— Это вам не шутки. Так и без руки остаться можно. — Врач взял портативный сканер и начал просвечивать пациенту руку. — Срочно дренаж ставить надо. Не бойтесь, за три дня полностью все восстановим.

— Доктор мне нельзя! У меня цистерна, наверное, уже полная. Я если груз не привезу за восемь дней, то до конца жизни не расплачусь.

— Вас если не вылечить, то точно не довезете! — строго произнес молодой врач. — И если без руки останетесь — еще полбеды, а так ведь гной и в кровь пойти может. — Начал пугать доктор.

— Доктор, пожалуйста! А за день никак? Мне бы хоть завтра выехать.

— Ну, можно, только не принято сейчас так…

— Как?

— Разрезать, вычистить гной. Но, после, шов долго будет заживать. Да и рука не очень‑то функциональная будет. Нельзя с такой рукой за руль.

— Не переживайте доктор, у меня машина хорошая, с автопилотом. Да и пойду я по скоростной магистрали. Там и одной руки хватит.

— Что же, — нахмурился доктор. — Пускай, но спать вы у меня до завтрашнего обеда будете, это как минимум.

— Хорошо, посплю, — согласился дальнобойщик.

— Поспите, уж я вам гарантирую. При такой‑то дозе анестезии.

После этого разговора молодой врач вскоре получил полнейший разнос от начальства.

— Ричард! Что еще за фокусы? Ты хоть понимаешь, что пошел на поводу у пациента.

— Адам, ваше мнение, конечно, имеет смысл, но он бы и так поехал, а это может его убить. И не только одного его! А вдруг он потеряет сознание во время езды?

— Дик, послушай старшего. Не зря я твой руководитель интернатуры. Тебе год остался. Откажись. Ну его… Он же сможет тебя так засудить, что без штанов останешься.

— Нет Адам, я вас безмерно уважаю, но сами ведь знаете — операция пустяшная.

— Я не операции боюсь, а того, что ты его без послеоперационного наблюдения оставить хочешь. Мало ли какие мешки ему вновь на плече падать будут.

— Да не переживайте вы так, я уже и бумаги подготовил, чтобы себя обезопасить.

— Вот! Первая дельная мысль сегодня.

Операция действительно прошла буднично. Дальнобойщик получил конскую дозу анестезии и уснул сладким сном. Дик же выбрал металлический скальпель, отказавшись от лазеров. Да и нужно‑то ему было сделать всего лишь один надрез. Ричард аккуратно ощупал самое яркое место опухоли, немного прижал и резко полоснул скальпелем. Из открывшейся раны побежал гной вперемешку с кровью. Дик расширил разрез и засунул в него палец.

— А парнишка действует решительно. — Заявил один из наблюдающих хирургов.

— Сун, он же сотни операций уже провел, хватит сомневаться.

— Тут, я с тобой не соглашусь Адам. Он чем ведь раньше оперировал? Лазеры, ультразвук, механика и так далее. А вот так по старинке… Это дорогого стоит.

— Он полевой хирургией интересуется. У него отец военным хирургом был.

— Тогда понятно. В поле кусок металла, вернее самого навороченного оборудования. — И уже тише добавил. — Посмотри, — кивнул доктор Сун на троих интернов с брезгливым выражением лица. — Эти‑то привыкли на раны сквозь экраны операционных машин смотреть. А здесь немного гноя и уже чуть не тошнит.

А Ричард как раз активно ковырял пальцем под кожей, разрушая все спайки и стараясь выдавить весь гной, после чего промыл рану специальным раствором. Напоследок в рану был вставлен биопластырь и началась нудная работа по склеиванию разреза. Медсестра понемногу выдавливала активное вещество, а Ричард сводил края раны вместе. После всего этого плече было заключено в подвижную шину — повязку. Дальнобойщик не поскупился на самые дорогие препараты. Тот же биопластырь стоял пару сотен кредитов. Такое отношение позволяло рассчитывать на его скорое выздоровление и отсутствие судовых исков в будущем.

Среди парочки наблюдавших интернов у одной из девушек к Ричарду был личный интерес. Правда такой же интерес был и у четверти девушек их факультета, поскольку Ричард обещал стать светилом медицины еще со второго курса. Вот только этой девушке на его славу и способности было наплевать. Главное, Дик не нравился ее папе.

— Дик, а почему не поставить обычный дренаж и механическую систему промывки? — задала она вопрос, как только смогла остаться наедине с Ричардом в ординаторской.

— Он спешил Корди. А дренаж в наблюдении нуждается.

— И все же ковыряться в гною… Бр — р-р. — девушка брезгливо дернулась.

— Корделия, ты же хирург, — улыбнулся Ричард. — Откуда такая брезгливость?

— Когда смотришь на рану через монитор ХАЛКОС, то больше на статистические данные обращаешь внимание, на показатели… — совершенно серьезно ответила Корделия.

— Вот поэтому я и решил по старинке. Честно говоря, самому неприятно было.

— Тогда ты довольно умело это замаскировал. Движения четкие, быстрые, экономичные. Я так точно не смогу… — загрустила девушка, для пущего вида надув обе щеки.

— Не волнуйся ты так. — Дик положил руки ей на плечи и взглянул в глаза. — Зачем современному хирургу так уметь?

— Ну ты же умеешь! — обиженным голосом заявила Корделия и уставилась в пол. — Тогда учись, старайся. — Весело заявил Дик и разворошил копну ее длинных витых волос. — Уверен все у тебя получится.

— Дик, Ласкес зовет, — показалась в дверях голова еще одного интерна.

— Не унывай, — бросил Дик и поспешил за товарищем. А вот когда дверь за ним закрылась, Корделия подошла к зеркалу и преобразилась с нежной, беззащитной девушки в сильную и властную молодую особу.

— Старайся, — сказала она своему отображению. — И все… — Корделия деловито поправила несколько прядей, — у тебя получится. — Она вновь одела на себя маску беззащитности, застенчиво улыбнулась и произнесла. — Да, получится.

Глава 8

Кирилл

— Ну что ребятки, неплохо, но ты слишком его жалеешь Кирилл. Тебе что опять нужно настроение испортить, чтобы ты по полной выложился?

— Эйб, Жанка меня с потрохами съест, если я его травмирую.

— Я вообще‑то здесь стою, — поморщился Рональд. — Не очень‑то приятно, когда за тебя девушка вступается.

— Знаешь что неприятно? Это когда у тебя в туфлях оказывается желе. Мне наши прежние пикировки с ней больше нравились. Теперь же Жанка тише воды, ниже травы.

— А как мне тогда учиться, если ты меня жалеешь?

— Пускай тебя Марк тренирует.

— У Марка отсутствуют любые педагогические данные, — сказал Эйб.

— Так, засунь свои комплексы поглубже и вперед.

— Комплекс? — спросил Рон.

— Да, он девушек не бьет. Их пикировки с Жанной из этого и начались.

— Слушай, Кирилл, мне уже надоело в схватках с классиками проигрывать. — Рональд непроизвольно потянулся к запястью, где под широким плетенным кожаным браслетом Рон прятал росчерк шпаги. Первые шрамы никто в команде не выводил.

— Ладно, я вам помогу. Установка такая. Рон в полной керамической броне, Кирилл, в одежде. Начали.

По команде мелькнули клинки. Теперь Рональд фехтовал новым, подогнанным под него клинком. Лезвие он пожелал желтое, как у того клинка, которым он дрался впервые. Кирилл же был верен зеленому цвету. Рональд размашисто завертел восьмерку по условиям, сильного режущего движения ему было достаточно для победы. Кирилл же выставил клинок вперед и начал рисовать кончиком небольшие круги вертикальной плоскости. Настоящую керамическую броню можно пробить только сильным уколом, для удачного рубящего в таких условиях нужно иметь силу, как у Марка.

Примерочных ударов не последовало, противники сблизились моментально. За последний месяц ребята неплохо изучили друг друга. А потому, упреждая укол по всходящей траектории, Рональд сменил восьмерку на круг по нисходящей вокруг шеи. Наиболее такой прием был распространен в сабельном бою. При остроте силовых клинков так, можно было себе и шею разрезать. Но удар Рон угадал точно. Первый укол Кирилла он отбил. Второй читался так же явно. Рональд вновь отмахнулся по нисходящей только уже слева направо. Когда размах желтого набрал силу, Кирилл вдруг отвел зеленое лезвие к своему левому плечу, все еще вынося правую руку вперед. Рон едва зацепил зеленый клинок своим. Чтобы не погасить силу удара противника, Кирилл полностью поддался, и его лезвие крутанулось вниз, а когда клинки разошлись, желтого все еще несло вправо, а зеленый уже смотрел в грудь противника. Но на вытянутой руке он к ней едва доставал, да и силы у этого укола не было никакой. Поэтому Кирилл уперся в нижний конец эфеса левой и, сделав короткий шаг вперед, толкнул клинок всем весом своего тела.

— Вот так уже лучше, — произнес Рональд лежа на полу.

— Что и ребра не болят?

— Болят, но было интересно.

— Свою ошибку понял? — спросил его Эйб.

— Нет, — честно признался парень.

— Кирилл?

— Он слишком много силы вложил в удар, вот его и повело.

— Правильно, а твоя ошибка?

— Моя? — удивился Кирилл.

— Ну не моя же.

— Я… — нахмурился Кирилл.

— Кто видел?

— У него кончик клинка к плечу коснулся, — ответила Вика.

— Правда? Я и не заметил.

— Кирилл, я же сказал, ты в простой одежде, а это как минимум порез. Так что остаешься сегодня на тренировку по контролю.

— Пощади Эйб.

— И зал закроешь.

— Может хоть кто компанию составит? Марк, Дэвид?

— Извини приятель, — отказался Марк.

— Нет. — Коротко отрезал Дэвид.

— Предатели, вот Сэм бы согласился.

— Это если бы он больше физикой занимался раньше, и не готовился сейчас к пересдаче. Не бойся, составлю тебе компанию, — сказала Виктория.

Когда же все разошлись, Кирилл вытянул в зал два длинных ящика и поставил их на бок. На каждый ящик ставилась подставка для благовоний. После того, как тонкие ароматические палочки зажигались, свет в зале выключали. Требовалось немного времени, чтобы глаза привыкли к темноте. На этих тренировках воспитанники Эйба орудовали настоящими клинками. Поэтому ящики ставили далеко друг от друга, чтобы ненароком не зацепить товарища. Эйб сам мастерил клинки, подгоняя под каждого ученика. Эфес, например, в точности напоминал тренировочный. Вот только проекция клинка была серой, совершенно невидимой в темноте. Заданием учеников было снять маленькую красную точечку тлеющего благовония с основания.

Поначалу все возмущались сложностью задачи, да и в эффективности сомневались. На одних благовониях разориться можно было. Поскольку силовое поле весило ровно столько, сколько редкие молекулы воздуха, попавшие в него при включении, почувствовать клинок было почти невозможно, его можно было только осознать. Правда был и один секрет. Кирилл бросил на пол стальную пластинку, включил клинок и легонько ткнул ее. Вот в этот момент клинок можно было почувствовать. Да, на пару миллиметров кончик сразу же входил в сталь, слишком уж острым он был. Но дальше чувствовалось легкое сопротивление.

Кирилл выдернул клинок и плавным, медленным движением разрезал красную точку пополам. Верхняя половинка так и осталась дымить посередине лезвия. Кирилл дождался, пока она полностью перегорит и превратится в пепел, после чего обновил благовоние зажигалкой. Вика за это время успела срезать уже три уголька и пошла на новый круг. Первый срез делался серединой меча, второй — дальней от эфеса третью, а третий — самым кончиком. Замах на каждом новом круге делался все быстрее и быстрее. На каждом новом круге Кирилл стучал клинком по стальной чушке, чтобы вновь ощутить его длину.

— Алярм! Алярм! — заорал Кирилов мобильник на конце второго круга. Тихонько зазвучала переливчатая мелодия у Вики.

— Кто‑то нарвался, — констатировал Кирилл.

— Побежали?

— Только перчатки натяну. — Драться против металлического оружия, пускай и спортивного, порой довольно травматически. Поэтому, когда начинались неприятности с другими фехтовальными командами, он постоянно натягивал длинные, по локоть, армированные перчатки.

На этот раз в беду попал Рон. Как показывал навигатор мобильника Кирилла, попал он недалеко. Соседний корпус, вот только чего он там забыл в такое время? Команда пользовалась программой одного из ранних учеников Эйба, она постоянно держала их на связи. Сигнал приняли все члены команды, но отметку «в пути» поставили только Кирилл и Вика.

Рона оттеснили к окну. Четверо рапир перекрыли ему и коридор, и доступ к лестничной площадке. Игру они вели довольно интересную — сначала дрался один, когда же он делал несколько шагов назад, в игру вступал другой. Поэтому в отличие от Рона парни практически не уставали, а вот Рон дышал тяжело, да и на правой щеке красовалось три отметины от защитного колпачка рапиры.

Парни настолько были увлечены, что появление Кирилла со стороны лестницы оказалось совершенно неожиданным. Не мудрствуя лукаво, он пнул первого попавшегося парня чуть выше пятой точки. Тот смешно махнул руками и влетел между фехтовальщиков. Рональд, как запрограммированная машина, вмазал ему левой в скулу. Благо в фехтовании силовыми клинками это позволялось, хотя в спорте встречалось чрезвычайно редко. Эйб, знакомый с реальным фехтованием заставил его изучить этот прием. Второго фехтовальщика врасплох уже не застали, но первым же ударом Кирилл задал клинку рапиры вращательное движение вокруг центра тяжести. Гибкий клинок вырвал эфес с руки, да еще и хлестнул хозяина по шее. Еще с одним разобралась подоспевшая Вика. Силовой клинок можно назвать сухим, ведь он не вибрирует, не то, что гибкая рапира. Вот этим то Вика и воспользовалась. Четыре быстрых удара по центру клинка заставили его извиваться в руке хозяина, как змею. Не удивительно, что первый же удар под острым углом к оси клинка обезоружил фехтовальщика.

Своего Кирилл уложил любимым ударом в солнечное сплетение, а Вика прошлась серией ударов по суставах рабочей руки противника. Теперь он держал рапиру в левой и затравленно жался к стенке. А вот Рон все никак не мог покончить со своим.

— На эти выпады смотреть тошно, — комментировал Кирилл.

— Почему, смотря на его усталость, дерется он неплохо, — заступилась за Рональда Виктория.

— Согласен.

— А может поможете?

— А мы разве не помогли уже? — Кирилл недоуменно взглянул на Вику.

— Нет, Рон, мы посмотрим, — сказала та.

— Слушай, а тебе не кажется, что он Рону стиль боя навязал?

— Ага, вижу, еще немного, и он тоже левую вверх поднимать станет.

— Стойку смени, дубина! Не бей сильно. Рапира гибкая, от силы твоего удара он отскакивает, а противник использует этот импульс, чтобы быстрее вывести клинок на линию атаки. — Схватка Рональда поддалась жесточайшей критике как со стороны Кирилла, так и со стороны Виктории. В результате от подколов и советов тот взъярился так, что заблокировав рапиру клинком возле самой гарды, схватил противника левой за ворот и, потянув его на себя, ударил головой в нос.

— Сильно. — Кирилл похлопал в ладоши.

— А по — моему, излишне жестоко. — Не согласилась Вика.

— Ладно, собираем трофеи. — Кирилл нагнулся и поднял две свои рапиры.

— Вы что их заберете? — промямлил прижатый к стене фехтовальщик.

— Ты что правил не знаешь? — спросил Кирилл. — Парень отрицательно замотал головой.

— Понятно, первогодка. Придете завтра к нам и заплатите за них выкуп.

— Выкуп?

— Десять процентов реальной стоимости. Будь это спортивная рапира, я бы сразу сказал цену, — но судя по рукояти и вычурной гарде, это была реконструкция. — Так что завтра и оценим.

— Почему десять? — зло спросил Рон. — Не хочу я свою продавать.

— Придется Рональд. Парни ведь главного правила не нарушили.

— Колпачки, — догадался Рональд.

— Да, тебе немного разодрали щеку, но представь что бы с ней было, не надень они колпачки.

— Ладно… — сдался Рон.

— Это не все. Ту рапиру оставь.

— Почему?

— Ты сломал парню нос. — Рон только хотел возразить, — И не возмущайся! — с явным сожалением Рон бросил рапиру на пол и первым направился к лестнице.

— Пока ребятки, — помахала им ручкой Вика.

— Жду завтра. — Кирилл отсалютовал трофейной рапирой и поспешил за товарищами.

— Какого хрена, Кирилл? Разве я не заслужил ту рапиру?

— Ту не заслужил, а вот эту заслужил. Это того, что ты кулаком вырубил. И остынь. Не мы придумывали эти правила. И единственное, что я тебе скажу — мы будем им следовать, иначе наши драки превратятся в кровавое побоище.

— Да о чем ты говоришь, мы гораздо лучше их…

— Тогда почему ты не смог справится с ними сам? — перебил его Кирилл. — Запомни — они не рискуют, потому, что тренировочным клинком не ранить, а настоящего носить нам не позволят. А вот они всегда таскаются со своими историческим цацками.

— Ой, да…

— Смотри. — Кирилл оттянул ворот футболки, обнажая левую ключицу. От нее, пересекая трапециевидную мышцу, вверх тянулся кривой уродливый шрам. — Вот мой первый шрам. Один из шпажистов нарушил правила. Это была настоящая сухая шпага. Он пробил мышцу, а потом разодрал ее, вынимая шпагу. Папик у него богатый был, вот сынок и баловался. Максимум что я получил — лечение за счет того самого папика, а урод уже благополучно закончил обучение. И я благодарен шпажистам, что они выгнали его с команды. Поэтому завтра, когда у тебя будут выкупать рапиру — будь учтивей.

Глава 9

Ричард

После работы мужчины — врачи часто захаживали к Эрику. Два бокала светлого по собственному рецепту Эрика и тарелка куриных крылышек с острым соусом — самое то, чтобы расслабится. Это, кстати, называлось медицинским набором. В темном баре было как‑то особо уютно. А то, что частенько случались драки, так порой врачи и сами были не против помахать кулаками. Особенно хирурги и травматологи, а еще совсем уж диким нравом отличался заведующий гинекологией.

— Дик, что у тебя с этой стервой? — спросил коллега у парня, как только они уселись за дальний столик в самом темном углу.

— С какой?

— С Корделией конечно.

— Джеф, разве можно так о девушке?

— Это я еще мягко. Поверь мне, не может она возле тебя спроста тереться. Чем‑то ты ей выгоден.

— Ха, скажешь тоже. Ну и чем же? Ни денег, ни связей, только отцовская пенсия, но она для мамы.

— Не знаю. — Джеф задумчиво глотнул пива. — Но, послушай моего совета, держись от нее подальше.

— Джеф, спасибо за заботу, вот только мне она кажется одинокой, совсем не той хищницей, что ты ее выставляешь.

— Как знаешь, я тебя предупредил.

А вот девушка, о которой говорили, коротала время совсем в другом месте. Вместе с подружками она сидела за столиком в элитном кафе огромного торгового центра. По всему было видно, что девушки не из бедных — и по пестрых шмотках, и по небрежной манере разговора с характерными жестами, да и по скучающе — осуждающих минах. Они были совершенно разными и в то же время чертовски похожими.

— Девчонки, я новые туфли купила, а вы даже не заметили, а еще подруги называются! — обиженно сказала рыжая.

— Ой, да чем ты похвастаться можешь, как обычно подделка, да еще и с прошлого сезона. — Осадила ее блондинка.

— А вот это видела? — рыжая бросила на стол глянцевый каталог «Золотого Клена» — издания, признанного законодателями моды этой планеты. — Посмотри на тридцать седьмой странице. От Бьярни.

— На Бьярни у тебя точно бы не хватило, — ковыряя синие листья салата сказала брюнетка.

— Ну я же не ты. У меня папа карточки не отбирает, да и парни у меня побогаче будут.

— Корди, это правда! — Блондинка с ужасом заглянула под стол, потом вновь в каталог. — Они, точно они. Да еще и эксклюзивная модель. — Блондинка с досадой бросила каталог в тарелку рыжей.

— Это как же стараться надо было, чтобы такие заработать…

— Ой, только не надо тут грязных намеков. Просто меня, в отличие от вас, родители любят.

— Вот сучка. И учится на дизайнера, и родители не скупятся, а у меня уже голова от этих фруктов пухнет. Ну почему у меня отец фермер!

— Скажи спасибо, что не медик, — сказала Корделия. — Недавно видела, как один интерн пальцем из раны гной выковыривал.

— Фу — у-у, — в один голос запищали девушки.

— И за что только отец тебя мучает… — сжалилась рыжая.

— Ничего, скоро я ему отомщу.

— Как? — сразу же оживились подружки.

— Отец об этом не распространялся, но однажды напился с друзьями, вот тогда я впервые и услышала, что он ненавидит некоего Гранта. Я заинтересовалась. Тем более что у меня одногруппник Грант. Сначала у мамы поспрашивала, потом у деда. В общем, более — менее четкую картину я получила только недавно.

— Корди, не тяни.

— А ты не перебивай. Когда отец только начал преподавать, а дед замом ректора был, папа подрался с одним интерном. Как раз перед квалификационными экзаменами.

— А это что еще такое? — спросила блондинка.

— Не парься, это только в медицине и только на этой дурацкой планете. Ни на одной другой экзамены после прохождения интернатуры не сдают. — А потом, поразмыслив, добавила. — Вроде… В общем Папа подрался с Артуром Грантом. Тот его так отделал, что папа два дня в капсуле пролежал. Дед конечно на экзаменах его зарезал, да так, что на Клене ему разве что санитаром светило стать, но парень нашел другой выход. Он пошел в армию и стал военным хирургом. Через четыре года его портрет уже вывесили на доске почета в нашем универе. А мой одногруппник — это его сын.

— И как же это твой папа позволил ему вступить?

— А тогда еще его отец жив был. Да и должность у него в военно — медицинском управлении была высокая.

— Так он умер?

— Вроде как убили его на одной из горячих планет. И зачем только было высовываться из управления? Сам виноват. Зато представляете, как папа взбесится, когда я с сыночком его старого врага встречаться начну. Да его кондрашки хватят. Будет знать, как у меня деньги и тачку отбирать.

— За месть!

— За месть! — все трое сдвинули разношерстные бокалы с гламурными коктейлями.

Но как совладать с Ричардом, Корделия не знала. С одной стороны все ее старания поразить Гранта красотой пропали втуне, а с другой несколько простых реплик о хирургии обратили на себя внимание. Как работать с парнем, который помешан на хирургии? К нему же только через работу и можно пробраться, но тогда просто невозможно перевести разговор на другую тему. Корделия бесилась, рвала и метала, но твердо шла к цели. Невольно она сама стала намного лучшим хирургом, а знания ее расширились и углубились. Но поняв тупиковость пути, она сменила тактику. Атака была назначена на ночное дежурство, когда они с Диком останутся наедине.

— Привет Корди. — Ричард плюхнулся на свободный диван в ординаторской, заложил руки за голову и начал беседу. — Слышал Хобсон на поправку идет. Поздравляю. Ты в последнее время из больницы не вылезаешь, разве это дело. Отдых ведь тоже нужен. Особенно активный, чтобы мышцы в тонусе были. — Но ответа не последовало, только тихий всхлип. — Эй, ты чего? — Дик наконец таки посмотрел в сторону коллеги.

— Ничего, — громко шмыгнув носом ответила Корделия.

— Эй — е-ей. — Дик встал со своего дивана и присел на корточки перед Корделией, чтобы заглянуть в ее опущенные глаза. Девушка вжалась в угол второго дивана. Она сидела, обняв колени, и время от времени всхлипывала. — Эй, Корди, что случилось? — Дик постарался взглянуть ей в глаза, но девушка только отвела голову. Тогда Дик уселся рядом. Корделия вновь всхлипнула, и это придало Гранту решительности. Неловким движением он обнял ее за плечи, а потом и прижал к себе. Девушка не стала сопротивляться, наоборот, она развернулась и, прижавшись к груди Дика, зарыдала в полную силу. Парню оставалось только обнимать ее и приговаривать глупые фразочки типа — Ну, ну все будет хорошо. — Вскоре Корделия затихла, но все еще жалась к груди Дика, а тот боялся пошевелиться, чтобы не потревожить ее.

— Слушай Джеф, ты к ней предвзято относишься. — Дик отхлебнул еще глоток.

— Вполне возможно, но я то видел, что она с парнями вытворяла. Поверь мне, она еще та штучка.

— Знаешь, вчера она полночи проплакала в моих объятиях.

— Кх — чего! — поперхнулся пивом Джеф.

— Вчера, когда дежурили, я в ординаторскую вхожу, а она рыдает. Ну, я ее и обнял, чтобы утешить.

— И чего рыдала?

— Понятия не имею. Она мне так и не рассказала. Но знаешь, она такой беззащитной казалась, такой одинокой.

— Брат, тебя спасать надо.

— Не неси чепуху, — отмахнулся Дик.

— Дик, ты уже на крючке. Все, как мокрая глина. Она что захочет, то из тебя и слепит.

— Джеф, тебя уже заносит.

— Что? Парень, да ты просто не знаешь женщин. Если они захотят, то ты под их дудочку спляшешь, как бы, не вертелся.

— И нет от этого спасения, — драматически воздел руки вверх Дик.

— Есть! Точно!

— Что‑то, мне твой взгляд внушает опасения…

— Не боись, мы тебе просто другую девушку найдем.

— Заносит, Джеф, заносит…

— Ты мне должен?

— Нет.

— А я напомню.

— Ладно, должен, должен.

— Вот, значит, пойдешь со мной на двойное свидание.

— Джеф… — скривился Ричард.

— Никуда ты от меня не денешься.

Глава 10

«Семь ветров»

— Джамал готов? — спросил капитан, нажав кнопку на широченном браслете.

— Готов кеп.

— Давай! — скомандовал Батыр. И «Семь ветров» сразу же тряхнуло.

— Что с радарами Мик?

— Пока слепы, — ответил коренастый японец. — Есть пустота, — объявил он через мгновение. — Сверяемся по звездах. Есть координаты, до точки примерно 8 часов ходу. Правильно рассчитали.

— Джамал, молодец. — Похвалил капитан подчиненного.

— Кеп еще раз сорвем кокон с корабля на полном ходу и нам крышка. Это я вам гарантирую.

— Так ты что же хотел, может, чтобы я торговую базу еще в карте отметил? Нет, так, если на патруль нарвемся, то поломка была. Все, давай отдохни и к встрече готовься. Твой клинок лишним не будет.

Местом встречи был старый навигационный спутник. Располагался он на краю мертвой системы. Красный карлик не дал жизни трем вращающимся вокруг него планетам. Когда‑то давно люди и таны оспаривали право на эту систему. Мудрые таны быстрее разобрались с ситуацией и выторговали себе взамен целую планету. Тоже мертвую, но богатую на тяжелые элементы. Люди же бросили попытки основать колонии на ближайшей к звезде планете после того, как погибла четвертая волна поселенцев. Терраформирование не дало результатов, низкая гравитация гробила здоровье и поселенцы становились слишком чувствительными к лунным фазам. Ко всему прочему добавлялись еще и страшные вспышки на звезде.

В память о том, что система является человеческой территорией и остался одинокий навигационный спутник. Еще примерно двести лет тому назад на нем был экипаж, но теперь его обслуживали роботы и залетные контрабандисты. Большой обсерваторный зал был излюбленным местом для проведения сделок. Главной причиной было то, что никто не рискнет стрелять внутри огромного стеклянного купола, а это было лучшей гарантией против обмана. Ведь ни пираты, ни контрабандисты не любили размахивать клинками. Уж очень много мастерства требовало это оружие.

В таких переговорах у капитана Маара было преимущество по имени Вито Горетти — лецитиец. Жители Лецитии — маленькой планетки, превзошли даже некоторых сайгаков в своей маниакальной тяге к силовым клинкам. Их школа фехтования была уникальной в своем роде. Слишком резкая, агрессивная, а главное — одна из немногих, где используется дага.

— Вито, — позвал капитан бойца через браслет. — Вито! — повторил он через корабельные динамики.

— Наверное опять ужрался скотина, — комментировал Мик.

— Возьми управление. — Батыр соскочил с капитанского кресла и направился выяснять отношения, а Мик, не спеша, занял его место. Все равно корабль шел на автопилоте.

В комнате лицитийца царил идеальный порядок. Даже три пустых бутылки стояли рядочком возле кровати. Сам Вито был гладко выбрит и одет в чистый комбинезон. Весь этот порядок совсем не вязался со стойким запахом крепчайшего алкоголя и громким храпом, который издавал человек.

Говорить капитан ничего не стал. Вместо этого он сразу ударил Вито в живот. Тот согнулся пополам, свесил голову с кровати и блеванул.

— Что, уже прилетели? — был первый вопрос Вито, после того, как он оклемался.

— Еще нет, у тебя семь часов, чтобы привести себя в норму.

— Понял, кеп.

— Ты чего опять нажрался?

— Я его видел.

— Ты опять о призраке?

— О нем самом. Сын ярости, друг смерти.

— Все, все, хватит с меня ваших лицетийских сказок.

— Два глаза горящих в ночи и тело зверя… — как заведенный продолжал Вито.

— Хрен с тобой, только не пей больше до встречи. — Для верности кеп прошелся по шкафчикам и конфисковал пол — ящика крепкого пойла. А как только он вышел, Вито запустил руку под подушку и выудил оттуда бутылку. Пойла на дне оставалось примерно на три пальца. Лицетиец осушил бутылку одним жадным глотком, после чего отправился на кухню.

Хотя команда и питалась в основном дешевыми полуфабрикатами, но идти на дело с пустым желудком было так же глупо, как и с полным. Нужно было набить пузо наперед, чтобы еда успела немного перевариться. Глаз Вито не открывал с того самого момента, как вышел из каюты. Зачем, ведь свет неприятно режет глаза, а дойти можно и держась за поручни безопасности.

— Привет Утр, — поздоровался лицетиец, едва завалился на камбуз. Когти катарца были еще одним преимуществом капитана в переговорах, но обычно доктор исполнял роль грузчика.

— Как ты меня узнал, если глаза не разул?

— По запаху. От тебя вечно разной медицинской дрянью несет. Ты что там у себя в лазарете купаешься в ней?

— Могу спросить у тебя то же самое, — потянул носом катарец. — У меня от твоего запаха спиртного нюх напрочь отбило. Что за повод хоть?

— Опять предвестника увидел.

— Так ты ж его почти каждую ночь видел и ничего.

— Утр, или призрак, или прыжок. И то и другое я одновременно не выдержу. На меня негативно влияют все эти магнитные волны от кокона.

— Вито, на то он и кокон, что волны в нем имеют строгую траекторию. Они вокруг корабля, и внутрь не попадают это научно доказано.

— Тогда пускай наука докажет, почему мне хреново во время прыжка.

— А ты займи себя чем‑то.

— Трескать без устали как ты? Нет, я с таким пузом, как у тебя на первый же клинок попаду.

— Ну, так тренируйся, — совсем не обиделся на пузо катарец. Он и сам считал его великоватым.

— Лицетийцу не нужны тренировки. Мастерство у нас в крови. Ладно, хватит. Что ты трескаешь?

— Галеты.

— Фу, у нас же полно полуфабрикатов.

— Они все жирные, а я много кушаю.

— Я лучше макарон с сыром разогрею.

К моменту стыковки Горетти был бодр, собран и готов к любой драке.

Корабль встречающей стороны уже висел на одном стыковочном рукаве спутника и мирно вращался вместе с ним. Маар лично провел стыковку. Как только корабль отстрелил тросы на магнитных присосках, стыковочная автоматика запустила по них рукав.

— Готов Джо?

— Готов кеп. — ответил второй помощник.

— Тогда иди, заработай нам парочку миллионов.

Джо подал знак и Вито первым шагнул в рукав. По дороге к обсерватории никаких неприятностей и неожиданностей не попалось. Пару раз натыкались на ремонтных роботов, похожих на бочонки на колесах, а так все в спутнике оставалось знакомо. Даже уровень кислорода не упал с последнего посещения, хотя сад на спутнике был давно мертв.

— Стайн! — насторожился Утр, тащивший позади всех тележку.

— Чего? — отозвался Джо.

— Сайгаки. Я чувствую их запах. — Люди тот же час принюхались, но не учуяли ничего нового.

— Не показалось? — переспросил Джамал. Ростом и силой он был как среднестатистический сайгак, но встречаться с ними в настоящем бою не спешил.

— Уверен.

— А люди?

— Откуда я знаю. Если и есть, вы мне их запах перебиваете.

— Все равно нам некуда деваться. Возможно, Клиф их для охраны нанял. Мы здесь для сделки. Пошли. — Встречающая делегация не обрадовала. Помимо старого знакомца Джо, действительно было еще два охранника сайгака. — Привет Клиф, а где Бун с Вильгельмом.

— Прирезали их.

— Кто? — удивился Джо.

— Да вот эти двое и прирезали. — Клиф указал большим пальцем на стоявших за его спиной сайгаков. — Слава Богу, Бун успел снести голову их шефу. Ребятам не чужд звон монет. Вот я и сумел их переманить.

— Повезло тебе.

— Да не то слово. Ну, потом поболтаем, а сейчас посмотри. Клиф хлопнул по крышке одного из двух стоящих перед ним ящиков.

— Утр, — позвал Джо. Сайгаки и без того пристально наблюдавшие за катарцем подобрались. — Успокойтесь ребятки, он просто товар проверит, — заверил их Джо.

Утр не спеша подошел к ящикам и, выпустив длинный коготь, вскрыл герметическую крышку. Первым же делом он вдохнул вырвавшийся наружу запах и удовлетворенно кивнул. После этого, засунул руку в ящик, ломая сушеные листья, и достал несколько листиков с самого дна.

— Я могу сделать анализы, но мне кажется, что товар хорош.

— Не то слово ребята, товар превосходен! Я вам гарантирую, — заверил их Клиф.

— Обойдемся без анализов, но второй ящик тоже вскрой. — Утр хлопнул герметической крышкой ящика и взялся за второй. Тот тоже его удовлетворил, а когда оба ящика были погружены на тележку, сдало терпение у Клифа.

— Ну?

— Не волнуйся, все при нас. — Джо достал из внутреннего кармана куртки длинный тонкий пенал. Щелкнул замок и крышка открылась. На мягкой подушечке лежала одна единственная ампула с красноватой, прозрачной жидкостью. Аккуратно, как дражайшее богатство Клиф взял ампулу. Далее он присел на четвереньки, расстелил белый платок и поставил на него ампулу. Из внутреннего кармана плаща он достал небольшой футляр. В нем было еще три коробочки. В одной была белая пудра, во второй стерильные иглы, а в третьей набор мелких инструментов. Один из инструментов оказался силовым резаком. Едва Клиф направил его на вершок ампулы, как тот отвалился на платок. После этого в ампулу была опущена игла. Клиф постарался опустить только кончик и прежде, чем вынимать встряхнул нависшую на ней каплю. После этого игла была опущена в пудру.

— Джо, что‑то я не наблюдаю реакции, — нервно произнес Клиф, вытащив иглу из пудреницы.

— Не спеши Клиф, — и действительно игла начала жечь пальцы. Клиф отбросил ее подальше, а она все продолжала накаляться, пока не превратилась в ярко — белую полоску. Жар был такой, что даже пол под ней начинал плавиться. — Вот видишь, я же говорил.

— Когда на кону такие деньги, кто не нервничает? — отшутился Клиф. Взяв из коробочки другой инструмент, он вновь запаял верхушку ампулы и поместил ее обратно в футляр. — Приятно… — начал было Клиф, но продолжить ему уже было не суждено. Из его груди торчал красный сайгацкий клинок одного из телохранителей.

— Оставьте ящики и уходите, — грубо коверкая слова сказал второй. Ответом ему стал яростный рывок Вито. Синий клинок Лицетийца столкнулся с желтым сайгацким. Сайгак замахнулся кулаком левой в лицо Вито, но его рука неожиданно натолкнулась на дагу. Вито успел разрезать кисть и предплечье противника почти до самого локтя.

Тем временем Джамал со вторым сайгаком завели свой танец. Сайгак был опытнее, и если б не неожиданность, что приключилась с его напарником, то наверное не стал бы так осторожничать.

— Ты труп, — улыбнулся Вито, смотря на то, как из руки противника ручьем льется кровь.

— И ты тоже, — сайгак не стал спасаться. Он замахнулся раненой рукой как плетью. Меч Вито звякнул, как стекло, наткнувшись на твердую кость, но все же отсек ее у самого локтя. От занесенного меча противника Вито прикрылся дагой. В тот момент, когда силовые поля клинков должны были встретиться, желтый исчез. Слишком поздно лицетиец понял замысел противника. Будь он на несколько сантиметров ближе к противнику и у его клинка не осталось бы пространства для материализации. А так желтое острие возникло непосредственно у его подбородка. Теперь лезвие противника проходило аккурат под дагой. Последнее, что успел Вито перед смертью, так это направить дагу в горло противнику. Два трупа повалились на металлический пол почти одновременно.

Джамалу же хватило сноровки отбиваться и ума не бросаться в яростную атаку. Когда сайгак отвлекся на смерть своего товарища, возможностью воспользовался катарец. Утр сделал единственный удар своей длинною рукой. Он напал со спины — резко вогнал острые, как бритва, когти в левый бок сайгака и так же резко вырвал небольшой кусок мяса. Сайгак зарычал от боли. На секунду он полностью открылся и Джамал упустил отличный момент покончить с ним.

Пока шла драка, Джо Стайн тоже не терял самообладания. В бой не лез, но и бежать не пытался. В этом бизнесе он видел довольно смертей. Прежде всего, Стайн связался по браслету с Мааром. И тот уже вышел на связь с капитаном другого корабля.

— Джо, Марков клянется, что ничего не знает об этом и просит убить гадов.

— Легко сказать кеп…

А сайгак уже начал шататься, еще немного и он свалится. Катарец и человек увеличили дистанцию, чтобы не попасть под отчаянный предсмертный рывок. Но парень оказался не так прост. Очень уж ему не хотелось помирать в одиночку. Он выхватил из поясного кармашка меленький шарик, который Утр сразу же опознал как плазменную гранату.

Катарец бросился на противника еще до того, как сайгак поднял чеку. В тот момент понял все и Джамал. Слава богу чека выдергивается зубами только в кино. В реальной жизни скорее выдернутся зубы. Сайгак попался ловкий, он успел выдернуть чеку, даже успел нажать на пусковую кнопку до того момента, как Утр схватил его за руку. Джамал же рубанул по эфесу противника — осколки рукояти вместе с пальцами сайгака посыпались на пол. После этого человек вогнал клинок в грудь сайгака и тот перестал пытаться разжать руку. Утр аккуратно вынул гранату, зажав кнопку своим пальцем, но успокоились контрабандисты только после того, как отыскали и вставили на место чеку.

— Капитан, все нормально. Наша взяла, — устало доложил Стайн. — Правда, Вито — мертв.

— А что с товаром?

— Товар цел.

— Оставляйте катализатор и уходите. Заберите ящики и Вито.

— Кеп, а катализатор почему.

— Маркович обещал груз руды за беспокойство.

— Руды? — удивился Джо.

— Да, если мы ничем не будем торговать, на официальном рынке, у кое — кого могут возникнуть вопросы.

Глава 11

Ричард, Тина

— Дамы, позвольте угостить вас обедом.

— О, Джеф, вы такой щедрый, так бы и треснула подносом. — Статная брюнетка действительно замахнулась подносом на нахала. — Было б не бесплатно, посмотрела бы я не тебя.

— Либи, мы же вроде все решили… — Джеф прикрылся собственным подносом и отступил на шаг назад.

— Так чего приперся? Между нами все кончено.

— Не претендую. Честно, Либи. И вообще, я к Тине пришел. — Джеф подмигнул рыженькой.

— Джеф, а ты не знаешь, что у девушек есть правило не встречаться с бывшими подруг?

— Знал, что у вас есть правило встречаться… Но сейчас не об этом. Возможно я и плохой парень. — Либи только хмыкнула под эту фразу. — Но я хороший друг. И сейчас мой друг, сам того не понимая, отчаянно нуждается в помощи.

— А мы то здесь причем, — наконец очередь подошла к девушкам и они начали выставлять тарелки с салатами на поднос.

— Вы что опять на диете? То‑то я смотрю такие злые. — Себе Джеф взял жареного картофеля, да пару пухлых, крестьянских сосисок. Присел он с девушками за один стол.

— Короче, Джеф, чего ты хочешь?

— Нет, сначала я обрисую ситуацию, а то вы меня быстро прогоните. Стерва нацелилась на Дика.

— Корделия? — удивилась рыжая.

— Она самая, Тина.

— Странно, что ж с него можно взять?

— Да ладно, может он ей действительно нравится, — предположила Либи, за что заслужила сразу два недоумевающих взгляда. — А что?

— Это же Стерва, даже если парень эй действительно понравился, для него это хорошим не кончится.

— Вот верно Тина говорит. — Джеф откусил кусок ароматной колбаски и запах специй защекотал девушкам носы.

— Изверг, — комментировала Либи. — Всегда только о себе и думает.

— Да, она именно такая.

— Я о тебе, идиот!

— А, вы о сосисках, так берите. — Джеф выхватил у Либи вилку, отрезал половину второй сосиски и передал ее Либи. Другую половину он хотел наколоть на вилку рыжей, но та не дала. Тогда Джеф наколол ее на нож и положил девушке в тарелку с салатом. — Так вот, Дик сдает позиции.

— И ты предлагаешь…

— Вот я и подумал, что две такие очаровательные, стройные, молодые девушки сумеют отвлечь Дика от ненужных мыслей. — Хотя Джеф и говорил об обеих девушках, но смотрел исключительно на Либи, а та в свою очередь не сводила глаз с куска сосиски на вилке.

— Вот поэтому мы с тобой и расстались, — не сводя глаз с сосиски, произнесла Либи.

— Почему?

— Потому, что тебе друзья всегда были важнее.

— Либ, ну соглашайся, мне позарез двойное свидание нужно. Иначе я друга не спасу.

— Что ж. Ладно, только я пойду с Диком, а ты Тиной.

— Либи, ты золото! — Джеф приподнялся, чтобы поцеловать девушку, но вместо этого его губы наткнулись на сосиску. Джеф не стал отказываться и стянул ее с вилки. Дальше обсуждались условия свидания. К вопросу девушки подошли основательно, словно готовили важное деловое соглашение. Джеф ушел, сияя улыбкой, которая слезла с его лица, едва он покинул столовую. Он надеялся, что Либи пойдет с ним. Да, она была красивее Тины. Выше, стройнее, шире в груди и бедрах. Не девушка — мечта. Но и по Тине сох не один рабой больницы. Джефу было немного обидно, но если Либи выбрала Дика, то он был только за. Они заслуживают друг друга. Джеф натянул дежурную улыбку, пускай это и далось ему тяжелее, чем обычно, и пошел терроризировать Дика.

— Ты ведь надеялась, что он откажется?

— О чем ты? — невозмутимо бросила Либи.

— О твоем Джефе. Ты ведь назло ему захотела с Диком идти.

— Не выдумывай. Мне нужен надежный парень, а не этот… Даже язык не поворачивается… Запомни подруга — парень должен быть с гарантиями.

— С гарантиями? Все равно, когда появится героический тип, бросишься на него как наркоман на дозу.

— Не брошусь.

— А ну да, у тебя же Джеф есть.

— Знаешь что, вот пройдет свидание, я тебя с пластическими хирургами познакомлю. Узнаешь, сколько они зарабатывают, напрочь о героях забудешь.

Хотя Ричард и обещал другу двойное свидание, но сопротивлялся долго. Впрочем, внезапными дежурствами, строчными операциями, Джефа было не взять. Он прочно держал в своих руках все информационные каналы больницы. Многочисленная агентура медсестер и молодых врачих докладывала ему о мельчайших изменениях графика.

— Да это цирк! — возмутился Дик, когда Либи с Джефом отошли.

— Нет, это боулинг, — поправила Дика Тина.

— От боулинга одно название осталось.

— Тише ты, они сейчас вернутся.

— Слушай, а давай убежим.

— Либи мне потом голову открутит.

— Еще пара часов косых взглядов и ядовитых подколов, и я сам загнусь.

— Что‑то долго их нет. — Тина запустила шар, и тот сошел с дорожки, едва пройдя половину.

— Наверное опять отношения выясняют.

— Не нравится мне это. Вот зачем Джеф пошел, со мной, если все время на Либи смотрит и зубами скрипит.

— А Либи? Она как только прижмется ко мне, как бы невзначай, так сразу же на Джефа косится. — Дик замахнулся и его шар с грохотом влетел в кегли. — Нет, куда они все же подевались?

— Послушай, Дик, а что у тебя с… — договорить Тина не успела так, как зазвонил мобильный Ричарда.

— Слушаю. Погоди, погоди… Так, спокойней. Ты где? Скоро буду.

— Передашь голубкам, что у меня, к сожалению, срочный вызов.

— К сожалению, а как же! — Фыркнула Тина, но Дик уже не слушал. Оставив девушку скучать в одиночестве, он поспешил к выходу.

Как угорелый, Ричард промчался через полгорода по первому же зову. Едва он позвонил в звонок, двери распахнулись, и Корделия бросилась в его объятья. Как воробей в путах забилось в груди сердце. — Я нужен ей, — пронеслось в мыслях. И почти сразу же. — Сволочь, ведь ей же плохо.

Как и прошлый раз Корделия жалась к Ричарду, ничего не говоря. Но на этот раз она почти не плакала. Дику пришлось проявить немного инициативы, чтобы попасть с лестничного пролета в квартиру. Вот так в обнимку стоять с девушкой, на которой только короткий домашний халатик, было немного неуютно. Дик хотел скрыть ее от посторонних глаз.

— Извини, — тихо произнесла Корделия.

— За что?

— Я, наверное, оторвала тебя от дел.

— Ничего подобного, у меня же сегодня выходной.

— Просто ты единственный, кому можно по — настоящему поплакаться.

— Я не против. У каждого случается.

— Похоже, я совсем забыла о гостеприимности. Чай будешь?

— Буду. — Но только чаем все не закончилось. Мало — помалу, слово за словом в Дике начала бушевать нешуточная страсть. Настоящей причиной которой была маленькая таблеточка, растворенная в его чашке. А когда Корди неожиданно поцеловала его, Ричард не успел опомнится, как оказался без одежды.

— Не думала, что ты настолько дикий, — подколола его Корделия.

— Извини, я обычно лучше себя контролирую.

— Уж извинятся тебе не за что.

В этот раз Дик впервые остался у Корделии. Они не афишировали своих отношений. Никто в больнице, даже Джеф, не знал об этом. А вот отец Корделии как‑то узнал. Примерно через неделю после начала их отношений, когда Дик мирно шагал на тренировку по рукопашному бою, возле тротуара притормозил длинный автомобиль с затонированными до черноты окнами. Стеклоподъемник с гудением опустил заднее стекло.

— Грант? — спросил мужской голос с темноты салона.

— А кто спрашивает?

— Садись, — прозвучало вместо ответа, и дверца тихонько открылась. Дик колебался не долго.

— Сер? — Ричард с удивлением узнал Пэйтона Барнаби — ректора своего университета.

— Да — да. Это я, тебе не показалось. Я здесь, чтобы поговорить с тобой о своей дочери.

— Сер, но она ведь взрослая девушка… — ректор поднял руку, жестом заставив Дика замолчать.

— Ты думаешь она тебя любит?

— Я не знаю сер, — честно признался Дик. — Возможно, я просто оказался ближе всех, когда она плохо себя чувствовала.

— Дик, ты, наверное, слышал о наших размолвках с твоим отцом? — тот неуверенно кивнул вместо ответа. — Твой отец был наивным и простодушным, как и ты. Сейчас, через столько лет, я не могу не восхищаться вашими поступками. Но и простить твоего отца я тоже уже не смогу.

— Спасибо, за честность, сер.

— Погоди, не перебивай, мне и так не легко дается этот разговор. Ты честный парень, как и твой отец. А вот Корделия пошла в меня, или возможно в мать, что еще хуже. Она не остановится ни перед чем, чтобы достичь желаемого. Вчера она заявила мне, что женится на тебе, если я не разблокирую ее карточки. На первый взгляд тебе может показаться, что это пустяк…

— Женитьба не пустяк, сер. — Заверил его Дик, хотя сам он о ней и не задумывался.

— Не о том речь, парень. Для человека моего положения и влияния непростительно позволять дочке делать что вздумается. Она старается сыграть на моих чувствах, но с ними я уже давно совладал. Но вот ведь незадача, ее произвол, случайно задевает мои планы. Например, тот, где она выходит за сына министра медицины. Да и вообще, как ко мне начнут относиться коллеги, если я с дочерью справиться не могу?

Поэтому, Ричард, я прошу тебя разорвать все отношения с моей дочерью. Ты согласен?

— Нет, сер.

— Что ж. Мне очень жаль это слышать. Но, я оставлю тебе неделю. Возможно, за это время она где‑то проколется, и ты сам ее бросишь. В противном случае… — Пейтон развел руками. — Извини. Пугать тебя бесполезно, сам все увидишь. Их свидание повторилось уже через неделю. За все это время Дик невольно приглядывал за Корделией, но так и не заметил в ее поведении ничего необычного. Возможно — не хотел, возможно — ему хватало проблем с Джефом, планирующим еще одно свидание, но как считал он сам, просто не было ничего стоящего внимания.

— Корди, звонят.

— Ну и что?

— Как и что, открыть надо.

— Не хочу, — капризно заявила девушка и покрепче обняла Дика.

— Не балуйся, нужно открыть.

— У, какой ты, — деланно надулась Корди, но все же поднялась, накинула свой короткий халат и пошла открывать. Едва Ричард успел натянуть штаны, как в спальню вошел старший Барнаби.

— Привет Дик.

— Сер, — Дик кивнул в ответ. Пейтон достал из кармана диктофон, совершенно не таясь, включил его и поставил на столешницу трюмо.

— Ну что голубки, не передумали встречаться?

— Нет, папа, я люблю Ричарда, — заявила Корделия.

— А ты парень?

— Не передумал.

— Ну, тогда поедете в санаторий. В Нюрбург.

— В Нюрбург? — ужаснулась Корделия.

— А что? Вполне приличный город. Только вы не в сам Нюрбург поедете, а в Дресстаун. Это почти рядом.

— Сер, а не расскажете нормально?

— На север поедете. Температура там выше ноля поднимается редко.

— Да я не о том. С какого перепугу нам туда ехать?

— А, так неделя ведь истекла парень. А еще, позавчера, Корделия заявилась ко мне на встречу с министром и устроила скандал. Теперь, чтобы показать ему, что я не потерял хватку, вы должны полгода отработать в Дресстауне. Думаю, это достаточно жесткое наказание.

— Я согласен, сер.

— А я нет! Я не хочу в эту глухомань.

— А куда ты денешься? Бумаги о переводе уже готовы. — Пейтон вынул из внутреннего кармана плаща небольшой планшет и передал его дочери. — Вот раньше тебе кроме зарплатной карточки мать немного подбрасывала. Я на это глаза закрывал, а теперь пусть только попробует, я и у нее отберу.

— Я не поеду! — у Корделии на глаза начали наворачиваться слезы.

— А что ты хотела дочка? Ты ж меня дураком выставила, шантажировать пыталась.

— Папа!

— Тогда бросай парня.

— Бросаю, — не задумываясь выпалила Корделия.

— Нет, этого мало. Вот тебе одна попытка. Придумай ему наказание. И если оно мне покажется слишком мягким — поедешь в Дресстаун.

— Уволь его и срежь на экзаменах.

— Ну, срезать — не проблема, а уволить за что?

— Недавно он операцию по — старому делал. Скальпелем и руками. Ничего рискованного, но повод все же есть.

— Корди… — только и выдавил Дик.

— Я же предупреждал парень. Готовься к увольнению.

Пейтон поднял диктофон и спрятал его в карман. — Пойду, министру похвастаюсь. А Дик еще долго смотрел на Корделию. Сначала она отворачивала взгляд, но немного позже ей надоело, и она взглянула на Дика дерзко, с вызовом. Не заметив ни тени сожаления в ее взгляде, Ричард горько улыбнулся и произнес — Ну ты и сука…

Глава 12

Ропосол, Эндрю

Планетарная служба безопасности не могла отказать представителю СБК. Что поделаешь, только Агентство развития человечества могло противостоять власти конфедералов. Обычно, размахивая этой самой маленькой буковкой «к», представитель мог подгрести под себя не только целый отдел в ПСБ, но и львиную долю бюджета. А полковник Пату не требовал ничего, кроме общих отчетов по проводимых операциях и писал на них критические рекомендации. Эти рекомендации глава читал сам, поскольку кроме критики были и советы, не менее половины которых, всегда приходились к месту. Вот почему глава так дорожил отношениями с полковником. Нет, лично они не встречались ни разу. Связь всегда осуществлялась через Ропосола. При первой встрече глава посчитал это за своеобразную оплеуху, но после смирился, хотя и не понял.

Иногда Пату затевал мелкие авантюры, которые приносили просто колоссальные результаты. Именно авантюры, поскольку во всех этих операциях самый лучший расчет всегда летел к чертям. Пату делал ставку на людей, на личность. Казалось он вообще не брал в расчет такие факторы, как финансы, техническое оснащение… Все это выбирали сами агенты. Главу это ставило в тупик, да и на лице сайгака иногда читалось совсем уж человеческое смущение, когда он передавал рекомендации шефа. Стоит заметить, что прикладным планированием всегда занимался Ропосол. Пату разрешил ему взять в помощники только одного агента и лично выбрал его.

Айра был еще крепким мужиком. Его лучшие годы остались позади, но он наотрез отказался переходить в отдел планирования, где его опыт мог бы пригодиться. Тем более что главенствовали там молодые умники. А вот с Ропосолом он ужился. Большую часть времени старшему агенту приходилось проводить в узкой длинной комнате. Почти все ее пространство занимал стол с интерактивным голопроэктором. Оставалось ровно столько места, чтобы пройти между столом и стеной. В любое время дня и ночи над столом висели десятки сжатых до величины теннисного шарика проектов. Они ждали своего часа. Сейчас же шарики жались в дальнем углу стола, а в центре развернулась масштабная схема связей негласного преступного короля Клена — Джефри Сазерленда.

Собрать схему было делом нетрудным. Ведь логически все должно было работать именно так. Труднее было доказать хоть одну из этих связей. Ропосол устал. В его голове царил полнейший бардак, а в глазах стоял дым. Неделя анализа имеющейся информации и черновые наброски операции негативно сказывались на его сознании. Тем более что и набросками их не назовешь.

Айра преспокойно дрых на мягких стульях у дальней стенки, а Ропосол все вертел голограмму. Даже сон ему уже не шел. Пускай он изгнанник, но слово «честь» — не забыл. Просто украсть деньги, как того хотел Пату он не мог. А по — другому не получалось.

— Авбр — р-р — р-р. — Когда Айра переутомлялся, он всегда говорил во сне и нес околесицу.

— Полностью с тобой согласен, — пробормотал Роп.

— Н — н-нр резгат, резгат.

— Резгат. — повторил сайгак. — Почти как «резать». Поздравляю Айра, ты прогрессируешь. Стоп, а что, если действительно отрезать? — Ропосол махнул рукой, и схема свободно закрутилась в воздухе. Разработка и производство оружия — отрезать. Небольшой кусок схемы отлетел и завис немного в стороне от основного массива. Сазерленд занимается ими лично, так что шансов никаких. А вот двое его подручных связаны настолько крепко, что сразу и не отделишь. Ропосол начал резать самые скрытые связи, пока не выделил несколько довольно самостоятельных блоков. Больше всего его заинтересовала сеть публичных домов и распространительная сеть наркотиков.

Публичные дома они на то и публичные, что там много известных людей, да и внедрятся туда надо или мажору, или проститутке. А в случай чего клиенты борделя сами сделают все, чтобы обелить его. А вот перевозка — дело другое. — Ропосол начал углубляться в схему. Она была более чем на две трети серой, то есть, недостающие части додумывались аналитиками.

— А чего ты схему покромсал? Мы же ее столько собирали, — спросил Айра, едва продрав глаза.

— Вот и дураки. Всю систему нам не повалить, так выведем же из строя хоть часть.

— Ново придание. Думаешь здесь такие дураки, что до этого не додумались? Ребята уже давно ее пощипуют. То один притон, то другой, то партия оружия, то обдолбаные проститутки. — В том и краса этой схемы, что слишком уж она универсальна. Наши потуги им как комариный укус.

— Айра, сейчас у нас другая цель.

— Ну да, деньги отобрать.

— Именно! Раньше ведь только за товаром гонялись.

— Хм, и то правда. Так что придумал?

— Теоретически здесь должна быть перевалочная база. — Ропосол указал на серый сегмент. Кого сюда можно внедрить?

— Так нужно еще знать, что за база.

— Базой займусь я, а ты подыщи мне агентов, под прикрытием, у которых дела под завершение идут, или, зашли в тупик.

— Шел бы ты воздухом подышал. — Посоветовал Айра, и немного поразмыслив, сайгак согласился. А человек, взъерошил волосы и, подойдя к столу, начал перебирать шариками проектов, что висели в самом краю проектора. Найдя, наконец, необходимые он потеснил текущую схему и развернул данные об агентах, за которыми наблюдал уже не первый год.

Нужный человек нашелся почти сразу.

— Бонус, бонус, бонус, — весело напевал Спирос, крутя баранку.

— Слушай, не гунди. — уныло проворчал Эндрю. Совсем недавно ему неплохо съездили по носу. Круги вокруг глаз уже начали наливаться цветом. Но пока еще были довольно бледными. Несмотря на то, что в их машине всегда была аптечка, а в ней лучшие препараты, Хартману это не помогло. Драка затянулась, а колоть дорогущий мивитин никто не собирался. Две ампулы этого чудо — препарата регенеративного свойства обошлись напарникам в десять кусков. Если бы хоть травма была опасной, а так ведь она была просто обидной.

Напарник поправил Хартману нос легким движением двух пальцев. Спирос, до того как пошел на работу к мистеру Биглю, часто выступал на подпольных боях, поэтому имел большой опыт в таких вещах. Правда бои не были целью Спироса, скорее они были средством. Спирос ложился тогда, когда ему говорили, не проявлял характер, поэтому Бигль и приметил его. Теперь бывший гладиатор работал с коллегами вне ринга, доходчиво объясняя строптивым бойцам, как делаются дела.

— Ты чего Эндрю, мы же по пять кусков заработали. А нос, так я тебе крем посоветую. За четыре дня не то, что опухоли, ни следа не останется, а синяки под глазами уже на третий день исчезнут.

— Деньги это хорошо, но обидно, Спирос.

— Понимаю… — посочувствовал напарник. Эндрю ему нравился, хотя и не прошел горнила ринга. Хартман был гораздо меньше горилл, что выступали в клетке, но драться умел — жестко, с яростным остервенением и нечеловеческой ловкостью. И при этом ни разу не заработал и синяка. Это было поводом особой гордости. Конечно с бойцами говорили не методом кулаков. Это было глупо. Обычно работали нейрошокерами, но иногда приходилось и пострелять.

— Вот зачем ты с Титаном на кулаках полез?

— Ты видел, как он на меня смотрел? Вот и захотелось показать, что я тоже еще что‑то могу.

— Молодец, блин, показал…

— Ну, извини, я же не знал, что к нему дружки припрутся. Да и разве ты их не уложил?

— Уложил, блин!

— Ну, хочешь, я тебе половину своей доли отдам?

— Не хочу, — немного успокоившись ответил Эндрю. Деньги были для Спироса тяжелым вопросом. — Ты лучше смотри, чтобы сестра в наш мир не влезла.

— Не переживай, она уже сама зарабатывает. Недавно одну ее картину за пятнадцать кусков взяли. — С неподдельной гордостью заявил Спирос.

— Так почему же ты не завяжешь? Полгода тому назад говорил, что только пока сестра на ноги не станет, — на самом деле Хартман понимал, что в их бизнесе не завязывают, но нерастраченная злость заставляла поддергивать Спироса. Возможно, Эндрю смог бы завязать, но Спирос знал слишком много.

— А что я могу Эндрю? Я же ничего не умею. Вот ты другое дело. Шел бы в гражданский флот, или механиком устроился.

— Сейчас, наверное, уже можно…

— Боишься, что тот коп тебя не забыл?

— Боюсь, — признался Эндрю.

— Зря ты его отделал.

— Не зря, он курсантку чуть не изнасиловал.

— Зря, — настаивал Спирос. — Хороший бы из тебя коп вышел. Правильный.

— Если бы не заступился за нее, то правильный бы уже не вышел. Кроме того, правильные копы живут еще меньше, чем мы.

— По круасану? — пока разговор не зашел на скользкую тему, Спирос соскочил на другую. В последнее время они часто разговаривали о перспективах, и разговор всегда неумолимо заканчивался смертью. Слава Богу, им никого не приходилось ликвидировать. Для этого у Бигля были другие парни.

— Можно и по круасану.

— Мне сходить? — обычно за круасанами ходил Эндрю, но учитывая его вид и чувствуя за это вину, Спирос вызвался сам.

— Сиди уж. — Эндрю достал телефон и, сделав выбор, сбросил сообщение пекарю. Но просто так прощать напарника Хартман не хотел. Поэтому весь оставшийся путь, он придумывал месть. Получилось мелочно. Перед тем, как выйти из машины Эндрю открыл бардачок и достал оттуда любимые затемненные очки напарника за семьсот кредитов. Главная их ценность была не в цене. Эти очки подарила Спиросу сестра. Он вечно таскал их с собой, но одевал очень редко. Когда Эндрю напялил их на опухший нос, Спирос скрипнул зубами, но не проронил и слова.

Круасаны напарники брали в маленькой живописной булочной. В любое время там было не протолкнуться. Хозяин использовал одну маленькую хитрость. Вытяжка из кухни была выведена на улицу возле входа. Поэтому большинство покупателей буквально вели в булочную за нос. Но и выпечка здесь была соответствующая. Ее вкус ничуть не уступал запаху. Несмотря на позднее время, в очереди стояло человек десять, никак не меньше. Все они были озлоблены долгим ожиданием, а фортель, который выкинул Эндрю, еще больше усугубил их состояние.

— Госс. — позвал Эндрю продавца из конца очереди. — Госс!

— Мистер Хартман?

— Да Госс, готов мой заказ?

— Готов, сер, — ответил Госс. И только теперь Эндрю решил нарушить очередь и принял от продавца два горячих бумажных пакета. В свою очередь Эндрю дал продавцу несколько банкнот скрученных вчетверо. А тот вместо кассового аппарата сунул их в задний карман джинсов. Народ в очереди сверлил Хартмана ненавидящим взглядом. Еще бы, в иные дни хвост очереди выглядывал далеко за пределы помещения булочной.

— Так, это мой, — заглянул в один из пакетов Эндрю и передал второй Спиросу.

— Очки на место положи, — заявил тот.

— Вот не пойму я тебя, как можно круасаны с персиковым джемом запивать сливовым соком?

— Я же о твоей бурде ничего не говорю. — Парировал Спирос.

— Это не бурда, а настоящий чай с высокогорных трав. — Дождавшись, пока Спирос запрокинет голову для глотка, Эндрю быстро отлепил от дна стакана с чаем толстую круглую наклейку и прицепил ее к своему телефону. После этого он добросовестно сжевал два круасана с вишневым джемом и выпил весь чай. Спирос возился со своими дольше.

— Ну что, за бонусом?

— Поехали, — разрешил Эндрю и вставил в уши затычки — наушники от телефона, он начал выбирать песню. Со стороны не было ничего необычного, а вот, если вчитаться в названия треков, получалась интересная картина. Если читать их все, подряд начиная с последнего — получалось: Ускорьтесь. Время завершения. Переносится. На конец недели. Ваши пожелания. Приняты к сведенью. Возражений не имеем.

Эндрю отодрал наклейку и в списке треков вновь оказались обычные композиции с именами исполнителей.

— Спирос, а что бы ты сделал, окажись вдруг свободным? — внезапно спросил Эндрю.

— Хватит мечтать.

— И все же.

— Купил бы ферму.

— Свиней разводить, или кроликов? — удивился Хартман.

— Нет, я сад заложил бы. Абрикосы, сливы, фарюки и, конечно же, персики.

— А яблоки, а вишни? Какой же без них сад?

— За яблоками и вишнями ухаживать по другому надо, да я и не интересовался какой грунт им больше подходит.

— А персикам какой подходит, ты значит интересовался?

— Вот я же и говорю, что хватит мечтать, — уклончиво ответил Спирос.

— Нет, друг, ты не прав. Мечтать нужно, хотя бы для того, чтобы не упустить свой шанс.

У Бигля было как всегда немноголюдно. Шеф уставал от толпы обдолбышей в клубе и орущих толстосумов вокруг арены под ним. В личном кабинете как обычно стоял Зигги — любитель быстро выхватывать пистолет. Но был там еще и новенький гладиатор. Этого Бигль казнил собственноручно тяжелой бейсбольной битой. Бигль считал, что адской боли от нйрошокера недостаточно для молодых. Она проходит быстро и так же быстро забывается, а синяки и ссадины еще долго будут напоминать бойцу об его ошибке.

— Спирос, Эндрю, — добродушно поприветствовал парней Бигль, хотя уже и видел их сегодня. — Поднимайся, скотина. — Бигль ткнул гладиатора лакированным носком. — Посмотри на этих джентльменов. Стоп, Эндрю, что это с тобой? Неужели таки попали?

— Да сер, неохотно признался Эндрю.

— Это моя вина, — сказал Спирос. — Я слишком Титаном увлекся, когда его дружки подоспели.

— Нет, что вы ребята. Никто же не знал, что эта зараза будет не сама. — Бигль вновь ткнул носком тушу бойца, — поднимись и посмотри, скотина, как выглядят стоящие ребята. Они сегодня Титана учили, — гладиатор приподнялся и даже смог изобразить на разбитом лице некое подобие удивления. — Да, того самого Титана. Вот только неожиданно появились его дружки. И знаешь, что сделали эти ребята? Они проучили и их. Вот это я уважаю и поэтому они получают сегодня бонус, а ты… Эндрю, не познакомишь этого поддонка со своим другом?

— С радостью, сер. — Эндрю достал из специального внутреннего кармана куртки жезл нейрошокера. Оружия совершенно негуманного и поэтому запрещенного на Клене. Поговаривали, что если человека долго им пытать, он сходил с ума. Хартман приблизился к гладиатору и быстро ударил его в руку, на которую тот пытался опираться. Парень взвыл от боли и повалился на землю, но Эндрю на этом не остановился. Он нанес еще два удара в лопатки и один по ягодницам. Собственно, это были касания, а не удары, но каждое такое касание производило взрыв боли.

— Чего остановился? — спросил Бигль.

— Больше он не выдержит, сер. Отключится.

— Слышал, дерьмо? Вот что значит профессионал. Ах, Спирос, как же я скучаю по тем временам, когда ты только пришел ко мне. Ты был настоящей находкой. Благодаря тебе я не слабо обогатился. Да и ты я думаю не жалуешься. Что поделать, нынешние бойцы — скот, они не умеют думать, как ты. А вот напарника ты неплохо натаскал. Молодец. Накину я тебе еще пару кусков.

— Спасибо мистер Бигль.

— Да что ты, Спирос, дорогой, для тебя все, что угодно. Ты заслужил.

— Мистер Бигль, сер, — Спирос нервно сглотнул и Эндрю понял, что сейчас тот сморозит глупость — Отпустите меня.

— Отпустить?

— Да сер, я ферму хочу…

— Господи, Спирос, что ты забыл на этой ферме? Нет бы попросить на курорт смотаться. Ферма, серьезно? — перебил напарника Хартман.

— Так ты что же в отпуск просишься? — переспросил Бигль. И после того, как Эндрю вывернул разговор, Спиросу ничего не оставалось, как просто кивнуть головой.

— О чем вопрос, ты же за одиннадцать лет ни разу не отдыхал. Два месяца тебе хватит?

— Вполне сер.

— А с тобой что делать? — спросил он у Хартмана.

— Я справлюсь сер, — заверил его Эндрю. — Справлялся же Спирос сам.

— Ну ладно, ребята, можете идти. Деньги уже на ваших счетах. Спирос, ты только координаты фермы оставь. И не забывай сестре привет передать…

— Конечно, сер.

— Что это было Эндрю? — начал напарник уже в коридоре.

— Сам думай. Трепаться одно, а то, что ты сделал — опасно. Думаешь он зря о сестре тебе напомнил?

— Что толку тогда просто мечтать?

— Просто не так надо было действовать. Строй свою ферму, но делай дело. Делай так, чтобы показать Биглю, будто ты уже стар для него. Делай мелкие ошибки. Так чтобы ему было выгодней другому поручить дело, но и чтобы в твоей верности он не сомневался. Дошло?

— Пожалуй ты прав, — тяжело вздохнул Спирос. На следующий день он поехал в отпуск. Еще через четыре дня ему позвонил Эндрю.

— Бигля повязали, — с ходу заявил он.

— Когда, как? — переполошился Спирос.

— Вчера, во время боя Титана и Длинного Джо. Замели всех, кто был в клубе.

— А ты что сбежал?

— Нет, у меня нос вспух, как баклажан — вот Бигль и приказал мне лечиться. Ко мне пока не приходили, но я, наверное, на другой континент переберусь. Тебе тоже советую ферму сменить.

— Да я и не на ферме — курорт сельского типа.

— Тогда лучше переведи деньги на счет сестры и смойся куда подальше. Я пока заглохну, но если проблемы будут — пиши на мой ящик. Помнишь?

— Помню. Я еще удивлялся зачем он тебе.

— Вот видишь, не зря мечтал. Реальный шанс.

— И я сделаю все, чтобы им воспользоваться. Тебе тоже советую.

Глава 13

Эндрю

Эндрю откровенно скучал. Четвертый день он не выходил из квартиры, ожидая когда же его наконец арестуют и начнутся нудные допросы. Но арестовывать не спешили, а на улице так же ярко светило солнышко. От этого становилось еще хуже. В конце концов, плюнув на все, Хартман скинул новый заказ в булочную и решил прогуляться до нее пешком.

Эндрю уже давно не жил обычной жизнью, не пил пива с друзьями, не водил девушек в рестораны. В том обществе, в котором он вращался последних полтора года, было принято проводить время иначе. Конечно ему повезло, что именно Спирос стал его напарником. За грудой мышц и воистину титановых костей скрывался вполне хороший, доброжелательный человек. Но даже этому человеку Эндрю не мог довериться до конца и это угнетало.

В булочной было как всегда людно. Хвост очереди торчал на улице и Эндрю извиняясь и работая локтями пролез внутрь. Какое же было его удивление, когда он не увидел Госса. Казалось парень торчал здесь круглые сутки.

— Зак. — позвал Эндрю второго знакомого продавца.

— Мистер Хартман. — поздоровался Зак.

— Я заказ оставлял, но обычно мне его Госс отдавал.

— Ваш заказ готов, а Госс уволился.

— Когда?

— Три дня уже… — Хотя и продавец и Эндрю были не против поболтать, но в очереди начали роптать. Зак виновато улыбнулся и передал Эндрю пакет. На улице Эндрю первым делом достал из пакета чай и незаметно провел пальцем по дну стакана. Наклейки не было.

Что же, оставалось только наслаждаться погодой и жизнью. Эндрю забрел в маленький парк неподалеку и уселся напротив большого фонтана. В нем не было бьющих струй, просто вода из меньшей чаши с мирным журчанием перетекала в большую, с той в еще большую и так далее. От воды тянуло холодом и сыростью, но солнечные лучики заставляли воду вспыхивать яркими бликами и, превращаясь в солнечных зайчиков, прыгали на случайных прохожих и отдыхающих. Эндрю достал еще теплый круасан с грушевым джемом и разломил пополам. Так запах становился сильнее, и казалось что сам круасан вкуснее. Эндрю откусил ароматный кусок и, прикрыв слезящиеся от солнца глаза, медленно зажевал.

— Пожалуй, сладкий фруктовый джем — лучшее изобретение человечества. — Эндрю открыл глаза и заметил возле себя человека в мятом деловом костюме, увлеченно жующего круасан. — Мой, правда, уже успел остыть, пока я видом наслаждался.

— Чего же вы ждали?

— Да так… — человек снял крышку с пластикового стакана, и у Эндю закрутило в носу от приятного, но терпкого запаха. — Видом наслаждался. А чего ждете вы?

— Сам не знаю.

— Не похоже, чтобы вас кто‑то здесь ждал. Поезжайте в столицу.

— На Землю что ли?

— Нет, в столицу Клена.

— И что мне там делать?

— Попробовать пряное мясо с фруктовым пивом. Есть там один ресторанчик. Вот — человек засунул руку во внутренний карман и достал оттуда визитницу. Отыскав в ней нужную карточку — передал ее Хартману.

— Спасибо, — поблагодарил Эндрю, разглядывая карточку. Внезапно его пальцы наткнулись на бугорок на обратной стороне карточки. Хартман развернул ее и увидел точную копию тех наклеек, что обычно были приклеены ко дну его стаканов с чаем.

— Эх, а я на море съездить хотел оттянуться.

— Решать вам, но прежде, настоятельно советую попробовать мясо.

Человек ушел, а Эндрю остался сидеть с недоеденным круасаном и отвратительным настроением. Нет, он знал, что впереди его ждет неприятный период жизни, но это должно было быть следствие, допросы…, но никак не новое задание. И вообще это было несправедливо. Он рассчитывал потратить кругленькую сумму, накапавшую на секретный счет от Конторы.

Сообщение на секретке было еще короче, чем обычно. Оно предписывало прибыть в столицу через десять дней и посетить ресторан, указанный на визитке, для получения дальнейших указаний. Так что Эндрю даже оставалось немного времени, чтобы развеяться.

— Ну, тогда не ждите, что я сдам поточные счета, — подумал Хартман. — и направился в авиацентр. В столицу он собирался добираться на собственном флаере. Но, увы, на флаер не хватило, на родстер тоже, а вот неплохой кабриолет, с жесткой складывающейся крышей, Эндрю приобрел. Машина оказалась действительно прекрасной — он добрался до побережья всего за три дня. Два дня заняла корабельная переправа на другой континент, а еще через четыре, он уже был в столице.

Как и маленькую булочную, к которой он привык, это место выдавал запах. Запах хоть и иного рода, но от него так же скручивало желудок голодными спазмами. Отличие было в том, что заведение находилось в полуподвальном помещении и не имело хвостатой очереди.

Эндрю сглотнул слюну, но это не сильно помогло. Инстинкты брали верх, и теперь «пожрать» стало первоочередным заданием. Спустившись к входу, Хартман толкнул тяжелую деревянную дверь и оказался в темном помещении. Возможно, это было просто впечатление после яркого дневного солнца, но свет от желтых светильников показался Эндрю слишком слабым. Впрочем, большой зал с маленькими столиками и толстыми квадратными колоннами был забит до отказа. На каждом столике стоял мини гриль и посетители сами жарили маринованное мясо, посыпая и поливая его специями, что теснились вокруг гриля. От всего этого стоял чрезвычайно насыщенный запах и, хотя многочисленные вытяжки работали на полную мощность, в зале было душно.

— У нас все занято, — прозвучало за спиной у Хартмана.

— Извините? — оглянулся тот.

— Занято, — повторил высокий желтолицый сайгак, похлопывая тяжелой деревянной палкой по ладони.

— Минутку. — Эндрю выставил левую ладонь перед собой, а правой вытащил карточку, что отдал ему незнакомец. Догадка оказалась верной. На чистой, до этого момента, стороне красовалась новая надпись. — Меня ждут в пятом кабинете, — прочитал он слово в слово.

Сайгак нахмурился, но опустил палку и достал миниатюрный планшет. — Проходите, — удовлетворенно кивнул он, сверившись со своей информацией.

— Куда? Я здесь впервые, — вместо ответа сайгак указал в дальний угол зала. В том конце был выход на лестничную площадку. Кабинет номер пять оказался за вторым дверным проемом второго этажа. Хартман аккуратно постучал.

— Входите, — донеслось изнутри. Эндрю отворил дверь и наткнулся на еще одного сайгака, только уже в костюме. Сайгак сидел в удобном кожаном кресле и снимал с гриля ароматные куски мяса. — Садитесь, Хартман. — Эндрю послушно сел напротив и тут же на его тарелку упали два куска зажаренного мяса. Еще, сайгак придвинул к нему глубокую миску с салатом из помидор, пдоа и лука, после чего выбрал еще одну тонкую бутылочку из многочисленных соусов. — Судя по досье, вам понравится. Сначала еда, потом дело.

Эндрю не стал себя сдерживать и отдал должное еде. Ему действительно понравилось. И мясо, которое оказалось неожиданно нежным и салат, и кисло — сладкий соус. А сайгак тем временем деловито выложил новую порцию мяса на гриль.

— Признаюсь, сер, мясо превосходное.

— А то, — подтвердил сайгак. — Извини, не называюсь. Так уж вышло. — Хартман понимающе кивнул. — Стиль работы тот же. Только на этот раз нужно искать финансовые нити. — Эндрю скорчил удивленную рожу, но перебивать не стал. — Именно. На этот раз устроишься в автомастерскую. Это перевалочный пункт наркосети. Заданий два. Второстепенное — собрать всю доступную информацию о сети. Основное — отобрать деньги. Нас интересуют крупные суммы налички.

— Я не совсем понимаю…

— В момент, когда сеть будет накрыта, у нас должны быть все счета, копия всей документации и тому подобное, но главное — наличка.

— Так это вроде как обычно…

— Нет, обычно в лучшем случае, нам достается товар и совсем немного налички, а счета исчезают. Система переводов настолько хороша, что нам не уследить. Основная масса денег уходит хозяину.

— Понятно, — кивнул Хартман.

— Ты в этом заведении в последний раз, так что ешь.

— Почему в последний?

— Потому, что оно мне нравится.

— А точнее?

— Когда выходить будешь, столкнешься с официантом…

— По чьей вине? — перебил Хартман.

— По его. Он извинится, а ты его в лицо ударишь. Завяжется драка, в которой ты немножко пострадаешь. Попадешь в больницу, где познакомишься с Ларсом.

— Фамилия?

— Понятия не имею. Он их после каждого задания меняет. Секретки, схроны — все через него. О деталях он осведомлен лучше. Ты, как наешься, прочитай, — сайгак положил на угол стола блокнот. Одна из его поверхностей была идеально зеркальной. — Только советую читать здесь при свете этой лампы. Под солнцем чернила сразу же исчезнут. Умники заверили меня, что восстановить их будет невозможно. Так, что блокнот можешь оставить себе.

Глава 14

Сергей, Эндрю

Два механика блаженно растянулись на длинных ящиках от древних гидравлических рессор позади ремонтного ангара. Тодд пошарил в карманах спецовки и выудил оттуда зажигалку. — Сигареты есть? — спросил он у напарника.

— Держи. — Пеп бросил в его сторону пачку, и та угодила точно в глаз.

— Твою… — заматерился Тодд, но кое‑как проморгавшись сел и поднял пачку. После того, как его сигарета задымилась, он бросил пачку в голову напарника. Тот даже не пошевелился и был прав. Пачка пролетела мимо.

— Больше сигарет не дам.

— Ну и не давай. Все равно их некогда курить при этом тиране малолетнем.

— Зато при этом тиране нам двойной оклад платят, — возразил Пеп.

— Это да, — улыбнулся Тодд. — У старшего аж зубы от зависти скрепят. И рожа такая, будто изжога неделю не проходит. Скоро вообще съеду в отдельную квартиру. Пускай сам аренду платит финансист недоделанный. Достали уже его нравоучения. Хотя о том, как мы кутили, я скучаю.

— Да и я, но я впервые без долгов в прошлом месяце оказался, а сейчас у меня даже лишние появились.

— Так что, может в клуб?

— Нет, я на тачку буду собирать. Или на байк, пока еще не решил.

— Ну и дурак. — комментировал услышанное Сергей.

— И чего это? — Пеп проигнорировал появление непосредственного начальства, продолжая лежать на ящике.

— Зачем тратить деньги на машину, которую ты не знаешь? Не лучше ли самому собрать?

— Собрать?

— Ну да, у нас вон, сколько лома уходит на свалку. Да, для клиентов он не годится, и возиться с ним долго, но если присмотреться, то можно найти и стоящие вещи. Вот скажи честно, насмотревшись на эти заводские убожества, ты еще хочешь покупать новую? Какой бы машина не была, ее все равно перебирать надо.

— Это правда, — согласился Пеп. — А чего ты хочешь?

— Я? — удивился Сергей.

— Я хочу транспортное средство, Тодд — квартиру. А чего хочешь ты?

— Я хочу… — Сергей едва не сказал правду, но вовремя остановился. — Лазерный пистолет. Типа ОСС или Вальтер ЛО-907. Маленький и удобный.

— Да, а казалось ты человек мирный… — пошутил Тодд и товарищ поддержал его смехом.

— Ладно, перекур закончен, пошли к флаерам.

— Пошли, — согласился Пеп. — Знаешь, а по лазер, лучше к Эндрю Хартману обратиться.

— А кто это?

— Да парень один из тех, что флаеры и истребители клиентам гоняют. Он похож на того, кто может достать.

В последнее время команду Сергея держали только на истребителях и люксовых флаерах. Справлялись они быстро, не в пример другим. Майк их ценил, даже Тодд с Пепом в последнее время не редко получали похвалы.

— Ну что ребята справляетесь? — пришел на очередную проверку Майк.

— Справляемся. Вот сейчас Сушку доделаем и за Бочку возьмемся, — ответил за всех Сергей.

— Ну, уж нет. Больше двойной ставки я вам не заплачу, так что доделывайте Сушку и валите домой. Если есть пожелания на внеочередной выходной, милости просим оставлять заявки.

— Майк, ты часом не заболел? — удивленно уставился на него Тодд.

— Тодд выходного не получит.

— Э, я ж за тебя переживаю, шеф.

— Так! — гаркнул Майк. — Доделывайте и марш отдыхать. И скажите спасибо Сергею, что людей из вас сделал. Хотя, завтра скажете. Они сами закончат?

— Закончат.

— Тогда пошли ко мне.

В последнее время они вошли в привычку у Майка. Уж очень ему нравилась работа молодого спеца. Знал бы он еще, какие усилия в действительности приложил Сергей, а самое главное для чего… — Знакомься, Сергей, это — Эндрю, — указал Майк на скучавшего в его кабинете человека.

— Привет. — Хартман кивнул в ответ.

— Эндрю у нас очень наблюдательный.

— И?

— И он заметил, что ты слишком интересуешься седьмым ангаром.

— Интересуюсь, — не стал отпираться Сергей.

— Почему?

— Потому, что это странно.

— Что именно?

— Я видел, как Лерой выносил из него пустые банки от фотополимерной краски.

— Это странно?

— Странно, что в ангаре, где стоят отремонтированные машины потребовалась краска. Но еще страннее то, что красили ею Сушку, которую мы ремонтировали. А конкретнее орудийные порты.

— А это ты откуда взял?

— Недодержали лампу. Краска на портах сильно уж блестела.

— И что ты об этом думаешь?

— А стоит?

— Не стоит парень, ей Богу не стоит.

— Да вот только поздно уже, — вклинился в разговор Эндрю.

— Подожди за дверью, — приказал Майк. — Вот что ты из парня хочешь? — спросил он у Хартмана, как только закрылась дверь.

— Он слишком много знает.

— Так ты что же убрать его советуешь? — Майк уперся в столешницу кулаками, его глаза сузились до двух щелочек.

— Нет. Нет конечно же. Просто догадываться и знать — две разные вещи. Пускай работает в седьмом ангаре.

— Не ожидал…

— Похоже, тебе не очень то и хочется?

— У парня талант к механике. Держать его в седьмом — напрасно гробить.

— Возможно, зато у меня закрылки больше при посадке не заклинит.

— Ах, вот, откуда у тебя эти мысли. — Эндрю согласно кивнул. Тогда опасность была пустяшная, но если в будущем контейнеры будут совать, куда попало и как попало, то проблемы могут выйти нешуточные.

— А давай дадим ему возможность выбора?

— Это как?

— Я предложу ему двадцать кусков за то, чтобы он молчал или увеличу зарплату вдвое, если станет работать в седьмом.

— Шефу не понравится.

— Марату это не обязательно знать. Главное чтобы ты не проболтался. Согласен?

— Согласен.

Сергей конечно же выбрал второй вариант к большому огорчению Майка. После краткого экскурса в настоящие положение дел, Эндрю взял Сергея в оборот и изложил основные проблемы и опасения пилотов.

— Сам понимаешь, что закрылок в таких истребителях вещь не настолько уж и важная. Это скорее летающий кирпич, но все же когда я почувствовал проблему в управлении, то немного пропотел.

— Я понял. Но меня что сразу же поставят главным?

— Уж на моих машинах — точно.

— Хорошо, тогда с тебя — одолжение.

— Да все, что угодно.

— Хочу лазер типа ОСС.

— Тип ОСС — оружие киллеров недоучек и богатеньких бездельников, — нахмурился Хартман — Зачем оно тебе?

— Помешан на лазерах. Почти так же, как и на истребителях.

— Не так‑то это просто… Я в городе недавно, но поспрашиваю. Система везде одинаковая. Вот только выложить придется в несколько раз больше.

— Ничего, деньги у меня имеются.

В том, что Сергей согласится, Эндрю не сомневался. На этого героя — мстителя у него были особые планы. Придется немного открыться и следовало бы продумать, как это сделать не будучи уверенным в том, что каждое твое слово не пишется. Впрочем, паранойя — первый навык, который прививают таким агентам, как он. Отрицать ее полезность — бессмысленно, ведь Эндрю она неоднократно спасала жизнь. Но случаются и исключения — вот парень почти достиг своей цели. И никто его не заподозрил, а ведь стоит только проверить его родственные связи. Нужно проследить, чтобы Сергей не хлопнул Марата раньше времени, а еще нужно не привязаться к нему, как привязался к Спиросу.

Глава 15

Эндрю

— Кубони! — позвал Хартман. — Кубони! — прокричал он громче. Человек остановился и осмотрелся по сторонам. На широкой улице торгового района было на ком остановить свой взгляд.

— Хартман! — наконец увидел он звавшего среди груженой покупками толпы. Молодые люди сблизились и пожали руки, как старые, добрые знакомые.

— Давно не виделись Ларс. Все химичишь?

— Так специальность у меня такая. А ты я вижу, вернее, слышу, уже не гнусавишь.

— Да и твой огнестрел уже прошел. Даже не хромаешь.

— Ну да… Слушай, а ты сейчас как занят?

— Да нет, свободен.

— Так может, чего удумаем.

— А что тут думать, давай по пиву.

— С пряным мясом? — подколол Ларс.

— А можно и с пряным. — Я тут недавно похожий ресторанчик нашел. Правда мясо там не такое вкусное, да и вместо пива подают слабенькую водку из батата.

— Из чего?

— Из батата.

— А что это?

— Понятия не имею. Наверное, растение какое‑то сайгацкое.

— Если судить по названию, то скорее катарское.

— Да фиг с ним, если едем, то пора ловить такси. Ресторанчик на другом конце города.

— А поехали, — согласился Ларс.

— Ты, кстати, где сейчас? — спросил Эндрю, когда они уселись в флаер.

— Работаю? — Хартман кивнул. — На молочном заводе. Почти по специальности. Что поделать, нету сейчас применения химикам моей квалификации, зато зарплатой не обижают.

— Ну, это самое главное. Я тоже почти по специальности. Гоняю флаеры из ремонтной мастерской клиентам. У нас элитное обслуживание. Клиентура со всего континента. Я даже уже пять раз старые истребители гонял. Переделанные под гражданку, конечно, да и не то это в атмосфере, но все равно приятно.

— А точно, ты же в армии пилотом был, — припомнил Ларс. — Погоди, это где же у нас такая мастерская есть?

— «Скорость».

— Название даже без претензии на оригинальность. — Хартман вновь согласился кивком. — Погоди, в заводском квартале есть остановка «скорость». Там какой‑то завод или склад…

— Да нет же… — повеселел Хартман. — это и есть «Скорость».

— Да ну! А я тогда через две остановки от вас. «Тевье» — молочные изделия.

— Так мы что же почти соседи?

— Получается что так.

Разговор, начавшийся в флаере, пошел веселее под бататовую водочку и мясо. Кстати, после расспросов официанта оказалось, что батат — Земной овощ. А после такого известия она пошла еще лучше. Хартман травил пилотские байки и ругал механиков. С большим удовольствием вспоминал марки и модели флаеров, истребителей, но не обмолвился об особом грузе даже, когда язык начал заплетаться. Аналогично вел себя и Ларс, вещая о технологиях изготовления молочного порошка. О том, что он приложил руку к изготовлению не одного килограмма другого порошка тоже белого, но гораздо более веселого, он тактично умалчивал.

— Знаешь, а я скучаю по больнице, — вдруг заявил Ларс и, опрокинув очередную стопочку, пьяно подпер кулаком подбородок, что совсем не добавило равновесия его тяжелой голове.

— С чего бы? — удивился Хартман и, прикрыв один глаз, налил себе да Ларсу еще по одной стопке, почти не разлив.

— С нее бы… — вздохнул Ларс.

— А, ты о той пышненькой брюнетке?

— Брюнетке? — настал черед Ларса удивляться.

— Ну да, о той докторше…

— Да я вообще‑то о медсестричке говорил. О блондинке.

— Не помню, — честно признался Хартман.

— И зря. Блондинки они… — Кубони изобразил в воздухе обеими руками непонятную фигуру. — Вот. — Ларс потянулся за бумажником и начал вытаскивать оттуда все имеющиеся в наличии визитки. Химик — молочник поочередно вглядывался в каждую карточку и хмурился.

— Че ты там ищешь?

— Ищу…

— Что?

— Эта, Блондинку.

— А?

— Ну… Стрип — бар.

— Какой?

— С блондинками.

— Похоже, пора завязывать, — заключил Хартман.

— Похоже, — согласился Кубони, взглянув в окно. — На дворе светло, а я карточек не вижу букв.

— Угу, — не понял, но на всякий случай согласился Эндрю.

— Ты где живешь, помнишь?

— Помню.

— И я помню. На. — Ларс сгреб в кучу все карточки и отдал их Хартману. — Клади в карман, чтобы я видел. — Для пущей серьезности, а может и действительно, чтобы лучше видеть, Кубони попытался пошире разуть глаза. В результате брови взлетели вверх, а глаза так и остались маленькими полосочками между век.

— Есть сер! — Хартман добросовестно спрятал все карточки во внутренний карман куртки и козырнул, попутно сбив на пол пустую бутылку. Она не разбилась, а со звоном покатилась по полу. Оба человека нахмурились и проводили ее взглядом, пока та не остановилась.

— Пора. Ты главное, когда приватный танец закажешь…

— Когда?

— В клубе. Бери блондинку. Брюнетки так не танцуют. Официант! — заорал Ларс. — Официант, такси.

— Счет, — поправил его Эндрю.

— Да, такси и счет.

Утро поприветствовало Хартмана быстро и больно. Сначала заорал будильник, на что болью отозвались уши и голова в целом. Удачная попытка выключить его привела еще и к мутящим ощущениям в животе и почему‑то боли в ноге. Дальше стало тише и не так больно, но оставалась еще и пытка выхода на кухню, где хранились похмельные таблетки. А как видел Эндрю, залитое солнечным светом помещение, обещало ярко поприветствовать его глаза.

Пытку пришлось вытерпеть, ведь лежать тоже было не очень просто. После этого Хартман осторожно проверил все карманы и вытряхнул их содержимое на журнальный столик. Сначала проверены были визитки. Стрип — бар был всего один. Остальные — обычная лабуда: рестораны, кофейни, стоматология, книжный, распродажи… После этого визитка полетела на столик. Сверху ее прижал телефон. Хартман включил плеер и пролистал список.

— Значит пойдем, посмотрим на девушек…

А девушки оказались самыми разнообразными. Конечно, Хартман помчался в бар не с самого утра, а следуя древним предрассудкам, дождался, пока на город опустится ночь. Так вот, девушки были не только блондинками, брюнетками и шатенками. Их волосы были раскрашены во все цвета видимого спектра. По одному цвету на одну девушку. Та же блондинка оказалась единственной. Эндрю не спешил заказывать приватный танец, пока он наслаждался слабеньким мохито за барной стойкой.

— Скучаешь? — спросила подсевшая справа молодая особа, в меру откровенном платье.

— Не трать времени, дорогая.

— Почему? — удивилась та.

— Я здесь только за эстетическим наслаждением.

— И что же меня выдало?

— Глаза.

— Глаза?

— Да, по ним всегда видно профессионала. Воспользуйся цветными линзами, не так заметно будет.

— А ведь и вправду, многие девочки пользуются. Спасибо за совет.

— Не за что. — Хартман переключился с проститутки на бармена. — Уважаемый, как тут у вас приватный танец заказать?

— Подходи к девушке и заказывай.

Хартман отыскал глазами блондинку. Та виляла задом перед каким‑то жиртрестом в дорогом костюме. Эндрю подошел поближе и когда их глаза встретились, поманил стриптизершу пальцем. Та вывернулась в нескольких неожиданных пируэтах и заслужила очередную купюру. После этого ее сменила девушка с длинными розовыми кудрями. Толстяк даже не заметил подмены, так ловко они поменялись местами, а его глаза следили отнюдь не за волосами.

— Я надеюсь, ты меня не на свидание решил позвать? — насмешливо спросила блондинка, грациозно кружа вокруг Хартмана.

— Друг советовал зайти.

— Не зря советовал.

— Еще говорил, заказать приватный танец. Советовал блондинку, говорил, что брюнетки так не танцуют.

— А, так это наш шалунишка Ларс.

— Он самый. Вот даже визитку мне всучил, — блондинка ловко отобрала визитку.

— Так что?

— Веди. — И блондинка повела Эндрю через длинную винтовую лестницу на второй этаж.

— Все электронные устройства сюда, — открыла она в стене довольно вместительную нишу. — Мы заботимся о сохранности репутации.

— Чьей?

— Всех: клиентов, девушек и заведения.

— Тогда ладно. — Хартман положил в нишу телефон. — Больше ничего. — Девушка закрыла нишу и, открыв дверь, поманила Эндрю внутрь. Визитку она положила на маленькую полочку, специально сделанную для пульта. А пультом настроила освещение и музыку.

— Заходи, не бойся…

— Признаться, я впервые на приватном танце, — сказал Хартман.

— Да? — на лице у девушки заиграла лукавая улыбка. — Будет весело… — Держась одной рукой за шест, девушка ухватила Хартмана за ворот футболки и потянула на себя, одновременно немного смещаясь в сторону от шеста. Когда же парень попробовал прикоснуться к ней, то полетел на кожаный диван от неожиданно сильного, но мягкого толчка. — Первое и единственное правило. Ты не можешь ко мне прикасаться, — она вскочила на шест и закружилась на нем, потом обхватив его ногами, закружилась уже головой вниз. Ее движения были плавными и хищными в одно и то же время. Тело было молодым, сильным и гибким.

Эндрю почувствовал сопротивление, сродни тому, что возникало у него на сеансах гипноза. Но в отличие от занятий, что он проходил в начале карьеры, этот гипноз был приятным. Очень приятным, несмотря на то, что в движениях чувственной девушки временами мелькал образ не то хищной кошки, не то змеи. Когда же девушка покинула шест и начала приближаться к дивану, шум крови в его висках заглушил остальные звуки.

Неожиданно девушка остановилась и что‑то сказала. — Что? — Переспросил Эндрю. Перед ним вновь стояла обычная полуобнаженная блондинка.

— Говорю наконец‑то, — и добавила для ясности. — Подтвердился твой статус. Эти карточки не всегда работают как надо, — девушка бесцеремонно плюхнулась рядом. — Бери пульт. Нажми одновременно один, семь и шесть. — Как только Эндрю исполнил рекомендацию, участок стены неожиданно превратился в сенсорный терминал. — Сам справишься?

— Постараюсь разобраться.

— Текущий проект, — подсказала блондинка.

— Это вся информация с визитки?

— Она самая.

— Я только в доверие начал входить, а у Ларса здесь… Зверь.

— Да он такой… — Эндрю сделал вид, что не услышал.

— У меня еще пара визиток, но я не знаю, есть ли на них что.

— Ложи туда же. — Но другие визитки оказались пустыми.

— Я закончил.

— Посмотри рекомендации, номер четырнадцать. Там смена схронов.

— А из гаджетов ничего нового?

— Рекомендаций не было.

— Так может слышала чего о новых игрушках, ты все же ближе к центру…

— Я оперативник. Просто раздробила одному козлу таз, неожиданно хрупкий попался, вот меня и сослали сюда задом вертеть.

— Страшная ты женщина.

— Не страшная, просто дура.

— Почему дура?

— Была бы умной, не пошла б в агенты. — Эндрю только горько вздохнул. В чем‑то девушка была права. Что толку иметь огромный счет без возможности им воспользоваться. Все чаще Хартман думал, что его деньги достанутся удивленным и одновременно огорченным родителям.

Глава 16

Сергей, Эндрю

Марат прилетел в мастерскую перед самым обедом, у владельца это было в порядке вещей. Нужно было спешить, пока он не исчез так же неожиданно, как и появился. К маленькому лазеру рука уже привыкла. Несколько дней назад он таки взял выходной и провел его в лесу. Вечером, когда полностью иссяк заряд портативного зарядного устройства, участок леса напоминал место проведения боевой операции. Не хватало только взрытой от гранат земли. А так — куча черных жженых дыр в стволах. Некоторые еще дымились, а самые свежие даже тускло светились красноватыми огоньками. Хорошо еще что деревья были живыми, да и в лесу было довольно сыро, иначе Сергей мог устроить настоящий пожар.

Еще раз сверившись с часами, Сергей направился в комнату отдыха. В обед она обычно пустовала, так как в мастерской, буквально за стенкой, была своя отличная столовка. Но, именно через комнату отдыха проходила лестница, по которой спускался со своего офиса Марат. Так начальству было удобней следить за тем, кто и сколько бездельничает.

Под лестницей прятался кофейный автомат. Вчера, Сергей выпил четыре чашки кофе, но Марат спустился вниз вместе с Майком, а у Сергея была смутная надежда не сесть за убийство. По идее боссы свыше сами замнут все, посчитав, что Марата убрали конкуренты. По крайней мере, Сергей на это надеялся. Сегодня он выбрал капучино и, опершись на автомат, начал слушать. Широкая лестница скрывала его от любопытных глаз, и он не собирался обнаруживать себя раньше времени. Шаги послышались на втором стакане. И как на зло, в это же время, открылась дверь со стороны соседнего ангара.

— Сергей! — позвал Эндрю. — Опять кофе хлещешь? — тот промолчал, надеясь, что Хартман исчезнет. Но Эндрю наоборот уверенной походкой направился к кофейному автомату. — Здрасьте, сер, — вежливо кивнул он спускающемуся Марату. — Сергей, ты чего прячешься?

— Да чувствую себя что‑то неважно. — Скорчив больную рожу ответил тот.

— А — а-а… — понимающе кивнул Эндрю. — Бывает, — и резко ударил Сергея в живот. Парень выронил пластиковый стаканчик и повалился на землю. Воспользовавшись его беспомощностью, Эндрю вставил в ухо Сергею маленькую пробку.

— Ты чего творишь? — еле выдавил Сергей и попробовал вынуть чужеродный объект из уха. Но тот внезапно зашевелился и полез дальше, как живой. — Эндрю схватил Сергея за руку, не давая тому поковыряться в ухе.

— Неужели так скрутило?

— Внимание, начинается чтение инструкции, — услышал механический голос Сергей.

— Кто это?

— Где? — изобразил удивление Эндю и даже оглянулся.

— Внимание, начинается чтение инструкции. Соблюдайте тишину, — вновь повторил голос.

— Я бы вечерком пивка хлебнул, ты как со мной?

— Что за хрень? — ничего не мог понять Сергей.

— Соблюдайте тишину. До начала чтения осталось десять секунд.

— Ладно, вижу тебе плохо, лучше отпросись у Майка. — Эндрю еще раз хлопнул Сергея по руке, когда тот попытался ковыряться в ухе и, как ни в чем не бывало, направился к выходу.

— Четыре, три, два, один, — звучал нечеловеческий голос.

— Для начала, не вздумай ковыряться в ухе, — прозвучало уже более эмоционально, но все еще нечеловечески. — Устройство довольно хрупкое. Ты же не хочешь, чтобы оно осталось там навсегда. Тем более что оно как‑то воздействует на твою барабанную перепонку. Звука вроде и нету, а ты его слышишь. После прочтения оно само вылезет и самоуничтожится. Ты тогда голову наклони, и оно выпадет.

Судя по всему, ты меня не узнал. Я Эндрю. Тот самый, что только что запихнул его тебе в ухо. А все потому, что тебе так хотелось завалить Марата. Месть дело не только святое, но еще и уголовно — наказуемое. Прошу не забывать. Марат пока нужен живым, я слишком долго здесь притирался, а если не станет его, начнутся изменения в налаженной схеме. Я надеюсь, что ты меня поймешь. На кону не единичная месть, а разгром целой ветви огромной преступной организации.

К сожалению, мы не можем общаться лично, так, как не знаем, слушают ли нас. Поэтому делай вид, что этого разговора не было. Если согласен не убивать Марата, а подождать — возьми в столовке шпинатовый салат и травяной чай. Пойми, я просто не дам тебе его убить. Позже я передам новые инструкции, а сейчас наклони голову.

— Чтение инструкции закончено, наклоните голову, — повторил тот же голос, но уже суше и не так эмоционально. Сергей поспешил исполнить приказ. В ухе неприятно зашевелилось, и через секунду оттуда на подставленную ладонь выкатился маленький блестящий шарик. Еще через секунду Сергей стряхнул его, потому, что он моментально накалился. Упав на пол, шарик рассыпался мельчайшими осколками, которых не особо то и было видно.

В столовке было почти пусто. Основная масса рабочих уже успела пообедать и коротала время возле своих рабочих мест оборудованных не намного хуже комнаты отдыха, но гораздо дальше от начальственного глаза. Настроение Сергея было плохим, а вкус салата и чая вообще опустил его ниже плинтуса. Но, как сказал ему проходящий мимо Хартман — Полезно для здоровья. Жизнь удлиняет.

Сам Эндрю остался довольным. Он уже смог несколько раз взглянуть в бумаги Майка и тот начинал доверять ему больше. Вот, куда пристроить Сергея, оставалось пока неразрешенным вопросом. То, что он механик от бога, это конечно хорошо, но вот в данной операции нужно совсем другое.

Но дело нашлось и для механика. Эндрю попросил сделать наброски на компе. Наброски предполагаемых мест хранения наркотиков в приспособленных для гражданских нужд истребителях и флаерах. А уж о том, как начальство будет доставать эти чертежи, он не беспокоился, и так было о чем. Блондинка предупредила его, что Ларс заметил проверяющего.

Об этих мифических гончих империи Сазерленда ходило немало баек. Все они сходились в одном — появился проверяющий — погиб агент. Самым обидным было то, что убрать проверяющего, значило завалить операцию. Именно поэтому проверяющие сильно вели в счете. Сволочи не гнушались убирать агентов даже по непроверенным слухам. Вернее, в основном, по них они и работали.

Система была простой. Проверяющий собирал и анализировал информацию, потом исчезал. И агенты начинали гибнуть. С ними работали уже другие люди. Таких называли корректорами. Правда работали корректоры по — разному. Одни тихо, а другие так, что содрогался весь город. Иногда агентам удавалось забрать корректора с собой. Это случалось крайне редко, ведь большинство агентов не специализировались на боевых и диверсионных действиях. Боевиков редко допускают к бумагам и терминалам. А излишние умения могут насторожить боссов.

Через неделю странный человек появился и в кабинете Майка. Он провел там два часа, после чего исчез бесследно.

— Что за хмырь? — спросил его Эндрю.

— Проверяющий… — ответил Майк севшим голосом.

— Понятно.

— Не думаю, — покачал он головой. — После одной такой проверки я получил свою должность… А вот моего предшественника «уволили».

— Есть чего переживать?

— Тебе вроде нет. А вот Сергеем он интересовался сильно. Жаль парня, не нужно было его в это втягивать.

— Ты прям так уверен? — удивился Эндрю.

— Ты же говорил, что работал в нашем бизнесе.

— Я на Бигля работал, а у него почти не убивали. Только ломали и калечили.

— Считай, тебе везло.

— Может предупредить парня, чтобы слинял?

— Тогда «уволят» меня. А возможно и тебя. Держи лучше язык за зубами и напейся.

— Напиться и держать язык за зубами? — переспросил Эндрю.

— Так будет легче. Я вот напьюсь.

— И когда все решится?

— Три дня максимум. — Внезапно запиликал телефон Хартмана. — Что там?

— Да реклама пришла. — Начал читать Эндрю. — Кубо 545ЛМ4 °C всего за 1700 кредитов. Изысканно тонкий и элегантный гибкий телевизор оптимально сочетает стильный дизайн корпуса и невероятные функциональные возможности. Матовое покрытие экрана надежно улавливает солнечные блики и делает просмотр телевизора комфортным даже в самый яркий и солнечный день. Проекционная четырехкратная подсветка АРК обеспечивает равномерное освещение экрана и невероятную глубину всех цветов, особенно черного.

Минимальное время отклика матрицы и высокая частота развертки делают просмотр динамичных сцен максимально комфортным: изображение плавное, непрерывное, без пятен. Удобный и продуманный пульт дистанционного управления работает в 4 режимах: указка, распознавание голоса, управление жестами, колесо. Возможна интеграция в пульт системы разумного дома. Кроме того, пользователи имеют возможность доступа к планетарной сети и удобного поиска необходимого контента при помощи удобного веб — обозревателя.

— Меня они достают, — высказался Майк. — Ставлю фильтр на такие сообщения.

— Почему, бывают интересные вещи. — Хартман держался, чтобы не показать Майку истинного смысла сообщения. Четыре четверки — смерть агента. Значит, Ларса больше нет. Такое сообщение могло прийти только из отдела, отслеживающего некрологи, поскольку прямого контакта не имел ни один агент их типа. Оставался миниатюрный шанс, что Ларс подстроил свою смерть, агентам создавались для этого условия, но обычно они просто не успевали.

Глава 17

Кирилл

Обычно, когда голубь нагадит на человека — тот успокаивает себя старинной приметой. Мол, к деньгам это. Но так делают не все.

— Ну что за день, сначала в дерьмо вступил, а теперь еще оно и сверху падает! — Кирилл яростно оттирал синий курсантский китель от голубиного помета. Нелепость ситуации состояла еще и в том, что голуби не летают над портом. Они просто хронически боятся рева двигателей. Но видать голубь, нагадивший на Кирилла, был глухим. Вообще Таврика 4 его поприветствовала сначала какашкой мопса в зале ожидания, а теперь, когда он стоял на взлетном поле — и воздушной атакой. Котовский уже месяц как окончил академию и все никак не мог найти работу по распределению. У Кирилла была привилегия выбору корабля, на котором ему придется служить последующие несколько лет. Такая привилегия предоставлялась только лучшим выпускникам Академии Торговли Дальнего Космоса. Кирилл принадлежал к лучшим, но у него абсолютно не было связей, в результате худших парней назначали на лучшие корабли: тяжелые класса А (настоящие гиганты), класса Б (средние и быстрые). Несмотря на эту несправедливость, мечта Кирилла сбывалась — он будет работать на корабле класса Б. «Семь ветров» был практически воплощением его мечты: корабль нестандартной сборки, способен нести четыре истребителя, предназначен для дальних прыжков и к тому же обладал достаточно вместительным трюмом.

— Красавец! — Вид трехсотметрового космического странника завораживал. Нос корабля переливался как радуга. Выступающая носовая броня была глубокого синего — почти черного цвета. — Сколько же посадок ты совершил? Какие атмосферы тебя опаляли? — Внешний люк был открыт, Кирилл нерешительно взошел по трапу. Нажимать кнопку вызова стало как‑то страшно. Медленно он протянул руку к гладкой броне внешнего люка. Она была холодной, несмотря на то, что погода стояла настолько солнечная, что глаза слезились.

— Надеюсь, мы подружимся. — Кирилл развернулся к закрытой двери внутреннего люка и уже без прежнего страха нажал на кнопку вызова. Люк не открылся, ответа не последовало, хотя по правилам его должны были контролировать с мостика. Но видимо дежурный занимался чем‑то другим. Почему тогда его не предупредила автоматика?

— Кто? — Металлический голос динамика прервал ход его мыслей.

— Ваш новенький, — ответил Кирилл, а сам подумал, — ну почему все корабельные динамики так искажают голос? Не в двадцатом же веке живем.

— Я тебя полное имя спрашиваю шутник. Или тебе охота возле люка оставаться?

— Кирилл Григорьевич Котовский.

— Заходи и жди там же — голос был не очень приятным, и не из‑за искажения, скорее из‑за надменного тона, который не скрыть никакими способами. Такой же был и у преподавателя Федеративного космического права. Он дважды срезал Кирилла на экзаменах. Приходилось пересдавать с комиссией.

Кирилл ждал, а к груди подступал какой‑то холодный и слизкий ком — не страх, скорее недовольство.

— Черт! Я договаривался о настоящем головорезе, а не о коротышке. — Перед Котовским стоял высокий мулат, со знаком капитана на майке. В академии намертво вбили в голову, что знаки отличия можно вешать только на куртку или китель. Кирилл был не против отступления от правил. Тем более что многие команды открыто на них плевали. Дело было в другом. Серебряные крылышки висели косо и оттягивали майку — смотрелось отвратительно. А уж замечания о росте всегда задевали Кирилла. Всю жизнь ему не хватало пары сантиметров…

— А разве в моей анкете упоминалось, что я кого‑то зарезал? Капитан, я владею клинком, а это всегда можно проверить, и если вы хотите…? — Мулат посмотрел на Кирилла с высоты и расплылся в ехидной улыбке. Кстати динамики оказались нормальными. Просто голос у капитана был с противным металлическим скрипом.

— Хорошо, иди за мной. — Батыр зашагал прочь, при этом он поднял левую руку и что‑то тихонько сказал в браслет, — ждем здесь, — они находились в полупустом грузовом отсеке.

Вскоре отсек наполнился людьми, все они, как и капитан были хоть немного, но выше Кирилла. Кроме, конечно, пузатого катарца. Но причиной комплексов этого народа обычно была ширина плеч, так, что его Кирилл не считал. А вот последнему вошедшему представителю человечества Кирилл завидовать не стал — тощий негр был настолько высок, что это был явный перебор.

— Вот с ним ты и покажешь, на что годен — прохрипел капитан.

— Морду ему набить? — спросил чернокожий.

— Изящней Джамал. Отрежь ему что‑то.

— Белоснежная улыбка озарила лицо Джамала, когда он достал свой клинок и включил его. Кирилл сглотнул слюну — красное лезвие противника было сантиметров на пятнадцать длиннее его собственного. А самое главное, никто не собирался драться на тренировочных клинках, как на то рассчитывал Кирилл.

Котовский порылся в сумке и достал свой клинок — оплетенный тонким льняным шнурком. Предмет его гордости и напутственный подарок Эйба. — Не убивай если возможно… — посоветовал тогда старик. До этого момента Кирилл не очень‑то верил, что его навык боя действительно пригодится.

Негр быстро крутанул восьмерку для разминки. Зеленое лезвие короткого клинка Кирилла выскочило из рукояти и тускло засветилось. Джамал не спешил, похоже, он сам и вся команда были уверены в победе. Да и разница в длине клинков была налицо. Джамал начал кружить вокруг парня, расслаблено покручивая клинок.

— Мож тебе настоящий меч дать, а то, что ты со своей зубочисткой делать будешь? — насмехнулся он.

— Обойдусь. — Кирилл немного нагнулся вперед и, опустив, отвел клинок назад. Негр стал кружить все ближе и ближе. Кирилл сменил тактику, он перенес вес на правую ногу, а левую немного выставил вперед и повернул клинок параллельно полу.

Настроение зрителей быстро упало и они начали издавать реплики вроде — Скучно! Джамал давай…

— Ну, сколько можно!?.

Джамал сделал прямой выпад. Кирилл отбил и отскочил влево, успев при этом рассечь негру правую ногу обратным движением. Пользуясь моментом, он тут же сделал режущий выпад, но Джамал успел его отбить. Клинки запели стеклянным звоном. Каждая атака Джамала встречала безупречную защиту. Кирилл не спешил нападать — он понимал, что его могут сильно ранить, но если он случайно убьет Джамала, то его точно грохнут на месте. Полдела было уже сделано, кровь медленно струилась из раны на бедре врага. Но из‑за удачно сложившихся обстоятельств бой окончился раньше. Нога Джамала подкосилась, когда он хотел сделать выпад сверху. Будь это виртуальная тренировка — Кирилл пробил бы противнику брюхо навылет. Но сейчас нужно было быть очень осторожным. Он стал вплотную к негру, своей левой схватил его за запястье правой руки, блокируя Джамалу любую возможность неожиданной атаки. А клинок расположил меж ногами, вплотную к паху. В отсеке все замерли. Негр судорожно сглотнул слюну. Кирилл почувствовал, что пора делать себе репутацию. Он ехидно улыбнулся, чуть — чуть пошевелил клинком и кожаные штаны затрещали. Негр со страху заорал.

— Не надо! Это же не обязательно. Все можно уладить мирно — это была настоящая паника.

— У тебя классный клинок. Сайгацкий?

— Да. Он твой.

— Молодец. Выключай.

Джамал нажал на кнопку и силовое лезвие исчезло. Кирилл отпустил негра, и отобрал клинок, поскольку тот был слишком напуган, чтобы возражать. Практической ценности клинок не представлял, но трофей — есть трофей. Да и команда смотрела на Кирилла с раскрытыми ртами.

— Парень, а ты ничего, — сказал капитан — умеет еще что‑то ваша бурса!

— Академия.

— Не важно. Держи, — капитан сунул Кириллу длинную, толстую сигару.

— Я не курю.

— С нами закуришь. Значит будем знакомы. Я — Батыр Маар, Мик Ямомото — старпом, Джамал — наш механик, Родриго Туаре — флорист, Джо Стайн — второй помощник, Махмуд Нозур — электромеханик, катарца зовут Утр Даош и он — наш док. Обходится без скальпелей — одними когтями. Как ты уже наверно понял комплект у нас полный, но отчаянные парни здесь в почете. Скоро сам увидишь. Пошли я тебя оформлю.

Кирилл мирно шагал за капитаном, служба на «Семи ветрах» уже не казалась воплощением мечты. Похоже, что капитану нужен был от него только один навык. И это совсем не ксеноторговля, как он надеялся. Команда была скорее простым сбродом. Вернее довольно талантливым сбродом. Никакого командного духа, хоть на носу корабля, чуть выше носовой брони, и красовался силуэт колючей ящерицы — символа одной из самых влиятельных организаций свободных торговцев. Слишком уж особое впечатление составляла эта привилегированная каста. Благо хоть корабль находился в приличном состоянии.

Пока Кирилл размышлял над новым испытанием, что подкинула ему судьба, они пришли в капитанскую каюту.

— Доставай свои «железки». — Кирилл снял с шеи серебряную цепочку с двумя металлическими пластинками. Одна содержала его личное дело, другая служила паспортом и медицинской картой. Капитан подошел к своему столу и включил компьютер, потом снял свои носители личных данных и сунул их в разъемы справа экрана, НЛД Кирилла он сунул в разъемы слева. Из‑под экрана тут же высунулась белая пластина, капитан приложил к ней свою руку, и она мигнула зеленым, потом к ней приложил руку Кирилл и она опять одобрительно мигнула. На экране появился контракт, капитан вновь приложил свою руку к пластине.

— Капитан я желаю прежде прочитать свой контракт, — тот недовольно поиграл жвалами, посмотрел на Кирилла, но все же уступил ему место.

— Ну что? Доволен?

— Не совсем.

— Чего?

— Здесь нет пункта о страховке.

— Ты первый из моих оболтусов, кто обратил на это внимание, но я не собираюсь тратить деньги на такое дерьмо, как страховка. Я надеюсь тебе это ясно!

— Вполне, как и то, что я не собираюсь подписывать контракт без страховки здоровья и жизни на срок моей службы на вашем корабле. В своем вызове вы указали, что контракт будет стандартным

— Думаешь побил Джамала и все можно? — разозлился кеп.

— Капитан, я просто знаю свою цену. Возможно эти парни хорошие головорезы, но у меня три специальности: пилотирование, ксеноторговля, электрика; а значит, я могу заменить половину команды.

Скрипя зубами, капитан выдавил — Садись и вноси эти пункты в договор. — Пока капитан раскуривал сигару, Кирилл успел внести строчку, которая позволяет ему неподчинение капитану, если его приказ кажется незаконным, а также пункты насчет страховки. Хотя о том, что капитан не выкинет на это ни кредита, он и не сомневался.

— Долго еще? — капитан был хмур.

Кирилл встал, прижал свою ладонь к пластине — контракт подписан, теперь он член команды.

Глава 18

Кирилл

— Поднимайся парень, есть робота, — слова подкреплялись громким стуком в дверь.

— Сейчас, только умоюсь, — стук прекратился, — Зачем стучать? Нажми кнопку вызова. — Кирилл сидел на кровати и поглаживал двухдневную щетину. Со стола на него смотрела мама. Мама и отец всегда заставляли Кирилла бриться, он ненавидел это занятие. Рядом с маминой фотографией стояла общая: отец, братья, Кирилл и сестра. Старший носил усы и был вечно небрит. — А черт с ним, не буду бриться.

Кирилл открыл шкаф, взял полотенце и пошел умываться. Каюта нравилась Кириллу, здесь было больше, чем самое необходимое. Справа от двери стояла кровать и тумбочка, слева шкаф и рабочий стол. В стенке над столом был вмонтирован монитор, справа и слева монитора несколько разъемов для носителей информации и дополнительного оборудования, а клавиатура пряталась под крышку стола. Кресло было оборудовано шлемом виртуальной реальности. Обычным торговцам такое не по карману, хотя контрабандисты не стали бы на такое тратиться.

Возвращаясь из душевой, Кирилл встретил Махмуда и Джамала. Джамал даже не поздоровался, еще бы — его клинок сейчас висит на стенке в каюте у Кирилла. Взгляд Махмуда доверия не внушал, но этот хотя бы поздоровался. Синюю курсантскую форму Кирилл оставил висеть в шкафу. Формы на «Семи ветрах» не носили, поэтому Кирилл натянул то немногое гражданское, что у него было. Все это не было предназначено для работы, но куда деваться, если ему даже комбинезона не выдали. Через минуту он уже стоял перед каютой капитана. Рука сама поднялась и трижды простучала по двери. И фиг с ним — со звонком.

— Заходи. — Капитан сидел в кресле и курил сигары, выставив ноги на настоящий деревянный стол. В этой позе было столько напыщенного позерства, что капитан казался скорее идиотом, чем бывалым мужиком. А, возможно, это было только испорченное настроение и капитан действительно выглядел круто, но портить стол, Котовский не стал бы никогда.

— Вызывали, капитан?

— Держи. — Капитан бросил Кириллу широкий браслет, — это переговорное устройство и ключ домой, плюс еще куча всякой хрени. Разберешься сам. А вот и твое первое рабочее задание. Ты видел эмблему ящерицы на носе.

— Да. Колючая ящерица — символ ассоциации свободных торговцев основанной в три тысячи…

— Я разве спрашивал что это за эмблема? — перебил его капитан. — Сотрешь ее. — Приказал он, выдержав театральную паузу.

— Зачем?

— Ты что хочешь иметь дело с ящерами за незаконное ношение?

— Но разве…?

— Этот корабль достался мне недавно, я не принадлежу к ящерам, а они, уж поверь мне, могут быть хуже любых пиратов.

— Ладно, но эта краска выдерживает атмосферное трение.

— Если экипаж не сообразительный, то корабль очень скоро окажется в долговой яме, или просто в жопе. Прояви смекалку, действуй! — капитан выпустил кольцо дыма, которое медленно — медленно поплыло к потолку.

Кирилл был зол, но направить эту злость решил в рабочее русло. Первым делом он зашел в двигательный отсек — Джамала на месте не было. В кают — компании тоже. Кирилл нашел его у себя в каюте.

— Джамал открой.

— Че те надо?

— Капитан дал мне задание, мне нужны инструменты — Джамал открыл.

— Что без отвертки ящики сосчитать не можешь.

— Мне нужно снаряжение для внешнего ремонта.

— Парень, ты что делать будешь?

— Эмблему нужно стереть.

— Пошли.

Настроение у Джамала быстро улучшилось. Он выдал Кириллу тросы, магниты и плазменный наждак. Осталось решить, как взобраться на высоту около 30 метров. Джамал побежал в кают — компанию рассказывать о новой шутке капитана. Но решение пришло само собой, да и не стал бы Кирилл советоваться с такой командой. Слава богу, когда он попросил еще инструментов, Джамал просто отдал ему ключ.

Когда Кирилл выбрался из корабля, в порту уже вовсю кипела робота. В ремонтном снаряжении и реактивным ранцем от скафандра поверх. Он был похож на неизвестную форму жизни — не обязательно разумную. Скафандр он не надевал — тот был слишком велик, даже если его подогнать по минимальному размеру. Да ранец и сам весил примерно сорок килограмм. В невесомости это ничего, а вот при нормальном притяжении такая дура на спине сильно мешала.

— Ну, как на учениях! — рюкзак рванул вверх. Кириллу очень повезло — брошенный ним магнит вцепился около самой эмблемы. Он выключил тягу и начал падать, а когда трос рвануло, у него возникло крайне неприятное ощущение — как у мухи под скрученной в трубочку газетой. Хорошо еще, что он опутал тросом все рабочие ремни, а не просто прицепил на питон пояса. Тогда бы его точно переломило пополам. Первой мыслью, после того, как натянулся трос, было — не выдержит, а второй — раздавит весом ранца. Трос выдержал, а ранец не раздавил, благо хоть лебедка поднимала весь этот вес. Скрипела, визжала, но поднимала.

Наждак медленно делал свое дело и меньше, чем через час, Кирилл обессилено стукнулся о вонючий бетон космопорта ранцем. Вниз лебедка его спускала значительно веселее. А вот электромагнитное крепление наверняка сломалось, от удара о выжженный бетон порта, когда Кирилл его отключил. Проверять он не стал. Сил не было, да и не хотелось. Ведь еще нужно было разнести барахло по местам.

Но награда не заставила себя ждать. Проходя возле кают — компании Кирилл услышал разговор.

— Капитан, да вы шутник.

— Парню понадобится часов пять, чтоб только добраться до эмблемы. И это если он умеет обращаться с магнитами.

— Не справиться!

— Точно.

Сначала Кирилл хотел просто заткнуть всем рты и показать работу. Но пришла мысль получше. Кирилл незаметно проскользнул возле дверей и помчался к себе в каюту. Там он выгреб все свои деньги, получилось примерно четыреста кредитов. Когда Кирилл вернулся, обсуждение все еще продолжалось.

— А может пари? — команда уставилась на Кирилла, как на придурка. — Так что? У меня есть четыре сотни, — он помахал деньгами в воздухе. Эффект произведен; сигнал — халява, а теперь только не останавливаться — Хотя нет вы же струсите. — Кирилл спрятал деньги и развернулся.

— Стой! — это был Стайн.

— Да. — Кирилл был поражен. Неужели этот немолодой человек способен клюнуть на такое.

— Вот мои четыре сотни, или ты трусишь? — Джо положил на стол две сотенные купюры и накрыл их своим разрядником.

— Я такой за сотню достану. — Кирилл брезгливо покосился на старый, видавший виды пистолет.

Джо заворчал, но вынул из кармана маленькое платиновое колечко с нежно голубым камнем, бросил его на стол, а деньги и разрядник забрал.

— А теперь может, накроешь его теми двумя сотнями, чтобы не укатилось.

— Не наглей парень, оно как минимум в три раза дороже. — Джо был прав.

— Ну…

— Хорошо. Условие одно — через час эмблемы не должно быть.

— Согласен. Жмем руки. — Кирилл и Стайн пожали руки — Капитан разбейте. — Капитан плюнул на пол и махнул рукой. Кирилл улыбнулся взял в руки колечко и начал всматриваться в камень.

— Я пожалуй я пойду отдохну, а вы смотрите.

— Не понял? — Стайн смотрел на Кирилла с явным недоумением.

— Пока вы эмблему проверите, кстати, один из рюкзаков для скафандров надо основательно заправить. — Команда ринулась смотреть на «чудо». Кирилл забрал деньги и, представляя рожу Стайна, когда тот увидит эмблему, пошел в свою каюту.

Последняя вещь, которую Кирилл сделал в тот день, это было письмо старому другу. Александр Турок служил в десанте, был в звании старшего сержанта и вот — вот должен был уволиться в запас. Друзьями, настоящими друзьями, Кирилл мог назвать только двоих людей. Александра и Михаила он знал с детства. Правда была еще его команда по фехтованию. По ним он тоже сильно скучал, но это немного другое. Вот этих двух чертей он знал почти с пеленок. Михаил на данный момент был аспирантом на физико — математическом факультете и щипал за зад первокурсниц во втором по значимости университете Земли. Александр служил на Атуме 4 и через неделю шел на дембель.

Глава 19

Александр

— Я выжат. — Антонио завалился на койку.

— Чего лейтенант взъелся‑то? — Спросил Гарри. — Два километра в полной броне с отключенными сервоприводами. Урод.

— Согласен, урод, — сказал Александр, взбираясь на второй ярус.

— Да секса у него долго не было, вот он нас всех и поимел. — Джек завалился на свою койку.

— А чего возмущаться? — Спросил Антонио. — Он же сам с нами бежал.

— Ага, с включенными, небось, — съязвил Гарри.

— Сам же знаешь, что нет.

— Заткнитесь оба и дайте мне гитару. — Сказал Джек со второй полки. Гарри пошарил под кроватью и достал оттуда обычную акустику.

— Держи.

Обычно Джек не играл. Ему просто нравилось мучить гитару, извлекая из струн совсем уж дикие звуки. Сначала ребята сердились на него, пару раз дали по морде, но потом привыкли. Вскоре эти звуки стали для них не просто какофонией, а сладкой колыбельной, от которой засыпаешь сразу. Вот и в этот раз только зазвенели медные струны, трое здоровых молодых людей полностью отключились.

Примерно через полчаса все трое так же разом проснулись от неожиданно ритмичных и приятных звуков. А позже Джон начал петь.

Тесный кубрик звездолета

Мы десант, а не пехота

Под ногами сто парсеков до Земли

Кто курил, а кто кемарил,

Крюгер штык любимый правил

В общем, отдыхали как могли.

Разговор вели лениво

То про баб, а то про пиво

И про то как капитан всех материл

Лишь Угрюмый, как обычно

тихо, молча, флегматично

Снова что‑то из пластита мастерил

Рядом Демон, строен, ладен

Быстр, умен и беспощаден

Весельчак и балагур, четвертый дан

Нежно тиская гитару

С Кабаном они на пару

Очень тихо напевали «Караван»

Звонко цокая подковкой

Просочился в кубрик ловко

Дядя Хартман — без пяти минут «кусок»

Сигареткой затянулся

И цинично усмехнулся

Мужики, «в ружье» — веселью вышел срок

Десантура встрепенулась

Коротко переглянулась

И Кабан слегка повел плечами вширь

Раз пошли такие речи

Кончен бал, погасли свечи

Это дело группы с позывным «Упырь»

Инструктаж был очень ярок

Адмирал наш не подарок

Временами старикан бывает крут

Так и светится на роже

Обнаружить — уничтожить

Диверсанты, братцы, пленных не берут

Наша армия что надо

Гасим звезды голым задом

Но из моды вышел ядерный удар

И поэтому пойдете

Только с тем, что унесете

Так сказал нам папа — адмирал

Что ж, спасибо и на этом

Зеков — целая планета

Нас лишь пятеро, но нам не привыкать

Упыри идут в крысятник

Значит будет все в порядке

Скоро будет все в порядке, вашу мать

— Джек?

— Чего?

— Мы сколько вместе служим? — спросил Гарри.

— Полтора года.

— Так какого хрена я только сейчас узнаю, что ты умеешь играть на гитаре. — Гарри зло пнул ногой верхнюю полку.

— Так я же говорил.

— Говорил он… — недовольно промычал Гарри.

— Считай это приятной неожиданностью.

— Ненавижу неожиданности.

Джек больше не играл и постепенно сон сморил всех. Тяжелый, крепкий сон, после физических нагрузок. Впрочем, продлился он недолго. Вскоре их комнатушку — коробку тряхнуло так, что Александр слетел со второго яруса на пол.

— Что за нафиг? — вскочил Антонио.

— Слезь с меня, — заорал Саня.

— Свет, — скомандовал Джек, но реакции не последовало. Гарри споткнулся о поднимающегося Александра и полетел головой в стену, заработав шишку на лбу. Но тот же час он поднялся и хлопнул рукой по настенному включателю. Тусклый свет осветил комнату всего на секунду и исчез.

— Одеваемся, — скомандовал Саня. Где, чей комбинезон ребята знали и без света. Тихо ругался Джек ощупывая ботинки, пытаясь понять где правый, а где левый. Остальные оделись и обулись без проблем.

— Заклинило, — заметил Антонио, отъехавшую всего на пару сантиметров дверь. Вновь тряхнуло, но на этот раз никого не застали врасплох.

— Вдвоем, — вновь скомандовал Саня и, протиснув толстые пальцы в щель, они с Антонио потянули. Что‑то в дверном механизме заскрипело, и дверь поддалась.

В коридоре тускло мерцали лампы. Еще четверо солдат в нижнем белье помогали открыть заклинившие двери своим товарищам.

— Одеться, — скомандовал Саня. — Всем одеться, — повторил он так, чтобы его услышали в комнатах. Пока солдаты одевались, Александр с Антонио открыли одни двери, Джек и Гарри другие, еще одна комната освободилась собственными силами.

— Доложить о наличии травм.

— Травмы отсутствуют, — дружно гаркнуло четыре глотки.

— Соблюдаем тишину, — была последняя громкая команда. Дальше Саня командовал жестами. Джека и Антонио он отправил вперед на разведку, остальные 17 человек взвода медленно следовали за ним вытянувшись цепочкой. Джек вернулся почти тот же час и тихо доложил.

— В оружейной два трупа. Неизвестный в штурмовой броне и наш лейтенант со штурмовой плазмой. Порешили друг друга, — подытожил Джек.

— Ант?

— Засел с плазмой.

Саня поднял руку и скомандовал движение. Быстро, но почти бесшумно взвод переместился в оружейную. Антонио сидел с толстой уродливой плазменной винтовкой возле двери, будто не замечая, как за его спиной один за другим солдаты заскакивают в оружейную. Но как только последний из них вошел, Антонио покинул коридор, устроился посреди комнаты и взял на мушку дверной проем.

Лейтенант лежал с продырявленной грудью. Из‑под него натекла целая лужа крови, но за себя он успел отомстить. Чужак лежал на спине, крепко сжимая свой изуродованный плазмой автомат. В его груди зияла нешуточная дыра. Плазма прожгла броню и начисто выжгла легкие. От этого вида и душного запаха солдаты едва сдерживали рвотные порывы, а кое‑кто даже крестился. Лейтенант не успел одеть свою броню. Она так и висела открытой, готовой принять в себя хозяина. Пока командир не даст команду, солдатам не видать ни брони, ни оружия. Остальные камеры были под замком, кроме одной. Лейтенантская броня получила сигнал о гибели хозяина от командного браслета и как старшему среди сержантов взвода, Александру предстояло взять командование на себя.

Саня поднес руку к индикатору и тяжелые бронированные створки открылись. Висевшая внутри броня ожила. Шлем поднялся выше, грудной блок пластин отскочил и поднялся параллельно полу, броня для плеч, предплечий раздалась вширь, а перчатки вспухли. Так же раздалась и немного присела броня для ног. Часть, защищающая спину, не отделилась от нее, но немного наклонилась назад. Александр ухватился за нагрудную пластину и, подтянувшись, вскочил в свои металлокерамические штаны. После этого просунул руки в рукава и попытался сжать кулаки. Это послужило сигналом сборки. Штаны и рукава сели в мгновение ока, а спинной блок и нагрудный сомкнулись легким клацаньем.

Наконец сел шлем и Саня увидел перед собой полупрозрачную командирскую панель. Такую панель, благодаря командному браслету, лейтенант мог вызвать в любой момент, но тогда это была настоящая голограмма. То, что он видел сейчас, было виртуальной проекцией видимой только ему одному. Александр ткнул пальцем воздух в то место, где должна была быть кнопка разблокировки камер. Тяжелые створки начали расходиться, и пока еще раскладывалась их броня, Саня отдал еще две голосовые команды. — Дополнительный энергозапас всем. Дополнительный боезапас всем. — После того, как на спине клацнул рюкзак с дополнительной батареей, а на груди появились три дополнительных магазина, Саня вышел с камеры и взял на мушку дверь, чтобы Антонио мог одеться.

— Командир, есть приказ, — обозвался радист.

— Показывай. — Перед Александром поплыли пакеты данных: карты базы и местности, сводка о ситуации и собственно приказ. Нужно было уничтожить колонну противника. У Александра аж челюсть отвисла до нижней стенки шлема. Не много ли от них требуется двадцать бойцов, еще не бывавших в настоящем деле, на пятнадцать единиц транспорта. Среди которых три скоростных танка, две БМП и два боевых флаера вертолетного типа. Нет, в условиях знакомой местности реально, но на эту базу их забросили всего‑то четыре дня назад.

— Доложи о потере командира. Сообщи, что я взял командование, — приказал он радисту и переключился на общий канал. — Сбрасываю карту местности. Ант догоняй. — Саня двинулся на выход и продолжил командовать на ходу, используя позывные вместо имен. Правда для Джека и еще пары ребят разницы не было. — Джек, Торт, в разведку. От маршрута сильно не отклонятся. — Индикатор Джека мигнул, подтверждая принятие приказа. Голосового подтверждения Саня и не требовал. Так их научил лейтенант. Нечего эфир засорять.

— Топ, у меня карта барахлит. Не вижу маршрута.

— Оз замени Торта.

На поверхности, за бункером Саня назначил еще двух разведчиков. В том числе и Торта, у которого карта перестала барахлить после того, как ему саданули кулаком по шлему.

— Топ, новая вводная, — отозвались сразу оба радиста.

— Ант, докладывай. Хит, не забывай о старшинстве.

— Лови. — Антонио сбросил новый пакет с данными. Саня тот же час обновил карту. — Сбрось остальным. — Новым приказом было освободить пленных офицеров. Также имелись приблизительные данные о силах противника. Приоритет этого задания был выше, но предыдущего не отменял.

— Злой, Ант, Фред, Папа. На вторую точку. Ознакомится с заданием. Разведать ситуацию, в бой не вступать. По прибытии доложить. Хит, выведи сообщения от Анта мне напрямую.

Следующий час солдаты бежали молча, изредка тихо бряцая амуницией и шурша перегретыми сервоприводами. До места, которое начальство предлагало в качестве засады, оставалось примерно полчаса. Но у радиста уровень зарядки батареи опустился до 70 %, а еще у двоих, как показывала командная панель, перегревались сервоприводы на ногах. Александр начал лучше приглядываться к местности. В основном она была холмистая, густо заросшая низким кустарником. Враг использовал местную дорогу и в месте, что предлагало начальство, встречался жиденький лесок.

— Оз займи холм. — индикатор утвердительно мигнул. — Торт, отметил второй. Видишь? — вновь утвердительно мигнул индикатор. — Джон, Саке соберите болванов и разместите их в предполагаемой точке. И возвращайтесь. Цель воздух. Землю на полный игнор.

— Один болван у Папы.

— Вам и четырех хватит. Зиг, заминируй дорогу, только сначала мне подсветишь на карту. Остальным рассредоточится по обе стороны дороги.

— Топ, мы на месте. Наблюдаем.

— В бой не вступать. На полчаса — час будем недоступны. Злой, за главного.

Оттенок здешнего кустарника был наиболее схож с броней десантников. Саня еще несколько раз корректировал места, где ребята расселись, сошелся с Зигом в точках минирования и приказал выключить все системы брони, чтобы их не заметили.

Через сорок минут появилась колонна. Первым из‑за холма выкатил танк. Он пронесся по дороге и скрылся за вторым холмом. Сане стоило больших усилий не детонировать взрывчатку. Но, когда появилась остальная колонна, он мгновенно собрался.

Два танка, пять грузовиков, БМП, опять три грузовика и еще одна БМП. Флаеров не было видно, но не было и Саке c Джоном. Александр понадеялся, что колонна их просто обогнала. За секунду до того, как танки миновали первую группу зарядов, Саня включил свою броню. На второй группе он их рванул. Танки смешно подпрыгнули. Один сошел с дороги и въехал в кусты, второй значительно потерял в скорости, но остался на дороге. Ближайший грузовик поцеловал его в попу, остальные ударили по тормозам.

Взвод начал забрасывать их гранатами. Александру несказанно везло. БМП оказался на первой группе зарядов и он детонировал их. И хотя колеса снесло напрочь, но днище этой машинки оказалось невероятно прочным. Из кустов дружно ударила плазма, выбив в боку БМП небольшую дыру. После чего подствольник отправил в нее гранату. Полыхнуло, и с дыры повалил густой черный дым. Второй БМП накрыли с двух рпг. Водители грузовиков оказались неожиданно хорошо вооружены. Их броня мало чем уступала десантной. Вот если бы у них еще вместо плазмы оказались огнестрельные автоматы, они могли бы пару человек ранить, а так только напугали, пока их не сняли бойцы Александра.

— Зуб, Шнур, проверьте грузовики.

— Оз, танк?

— На одной гусенице, но зараза вертит башней. Если там сканер, то меня накроет быстро.

— Арт достанет?

— Можно попробовать.

— Подсвети ему.

— Топ, он же меня тогда точно накроет!

— Исполнять. Подсвети на второй фазе. — Арт отстрелил управляемую ракету вслепую, по координатам Оза. Когда она набрала пиковую высоту и начала заваливаться, Оз включил лазерную подсветку. Башня дернулась точно в его сторону и Оз чуть не испортил штаны. Танкисты попытались сбить ракету пулеметом, вместо того, чтобы забрать снайпера с собой. Когда танку снесло башню, Оз неистово начал признаваться Арту в любви.

— Медикаменты и провизия, — доложил Шнур.

— У меня‑то же, но еще имеется пару ящиков с рпг, гранаты и боеприпас к огнестрелу. — добавил Зуб.

— Хит, достань мне Джона и Саке.

— Они недалеко, скоро войдут в зону покрытия вашей рации.

— Подай запрос начальству, что делать с грузовиками. Зуб, собери боезапас противника и раздели между нашими.

— Топ, командование говорит оставить грузовики. Напоминают об основном задании.

После минутной передышки, бойцы разгрузили один из рабочих грузовиков и перетаскали в него половину ящиков с вооружением. По приказу Александра отряд разделился на две группы. Первая группа под его руководством выступила сразу же. Второй было приказано дожидаться Джона и Саке, потом выдвигаться, соблюдая дистанцию. Командиром второй группы назначался Джон. Саня не сомневался, что противник знает об уничтожении колонны, и ожидал ответной реакции. А конкретно пару — тройку флаеров. Поэтому он и решил использовать транспорт противника. Риск был велик, несмотря на то, что навигационные маяки вроде бы и отключили.

— Топ, а у парней болванов не осталось?

— Нет, Зиг. Джон выставил все четыре. И был прав. Одного флаеры накрыли раньше.

— Жаль, — с досадой в голосе произнес Зиг. — Оставили бы им подарочек. — Саня и сам жалел, что ракетных ловушек больше не осталось, но активного болвана часто засекали. То, что они устранили основную угрозу, и так было огромной удачей.

— Хит, достань мне Анта.

— На связи.

— Что там у вас?

— Пятнадцать человек охраны в легкой пехотной броне на стенах. Вооружение из огнестрельных автоматов, две плазмы, пулеметчики на вышках, по пару гранат на поясе у каждого. Странные они какие‑то. Все одного телосложения и двигаются, как… Как роботы по четко заданной программе. Видел троих, что зевали одинаково.

— Так уж и одинаково?

— До мелочей. Автомат берет в левую, правой прикрывает рот и немного опрокидывает голову назад.

— Клоны с Гелиона?

— Похоже на то.

— Местность? — У Александра была довольно подробная карта, но ему было важно услышать личное мнение товарища.

— На двести метров перед базой ни единого кустика.

— Злой, накидай примерную карту расположения бойцов до начала атаки.

Грузовик бросили на дороге, все ровно кустарник был слишком мал, чтобы спрятать транспорт там. Еще десять минут солдаты бежали, прихватив с собой по пару рпг. Дополнительный припас к ним брать не стали. По прибытии бойцы разместились согласно предварительному плану Злого и стали дожидаться прибытия второй группы на позицию с другой стороны форпоста.

К их прибытию Саня набросал план атаки. Взвод делился на три группы. Первая расстреливает рпг, стараясь не столько нанести урон, как напугать противника. Вторая — бойцы с огнестрелом, снимают собственно охрану. Снайперы снимают пулеметчиков на вышках. Третья группа — в основном бойцы с плазменным и лазерным оружием сразу же бросаются в атаку. После двух выстрелов к ним присоединяется первая группа. Бойцы с плазмой должны будут занять территорию форпоста, а солдатам с лазерным вооружением следовало обыскать здания.

— Топ, мы на месте, — отрапортовал Джон, хотя Саня и так видел, как синие метки его отряда расползаются по склонам холмов на карте.

— Отдышались? — Александр заметил слишком быстрый пульс у нескольких солдат.

— Нормально, — отмахнулся Джон.

— Ждем, разбираем цели, — наступила мучительная тишина и у нескольких солдат пульс начал учащаться еще больше. Чтобы не нервировать парней дальше, Саня отдал команду. — Начали! — Тот же час, отключились сервоприводы вскочивших бойцов, и броня легла на них всей своей тяжестью. Бойки снайперских винтовок так и не щелкнули, не смотря на то, с какой силой солдаты давили на курок. Та же история случилась и с рпг и с другим оружием вообще. — На землю! — заорал Саня, но его крик заглушил чужой властный голос в динамиках.

— Отставить атаку, соблюдать спокойствие, и поздравляю с пройденным экзаменом. Сейчас к вам выйдет ваш лейтенант, так что вы сможете убедиться, что в оружейной была только кукла. Бойцы в грузовиках и БМП тоже были куклами, — голос повторял одно и то же самое несколько раз, пока не достучался до всех разгоряченных солдат.

Глава 20

Кирилл

Сирена вырвала Кирилла из сна. С трудом соображая, что происходит — он сел на кровати и зевнул. И тут его осенило — старт! Кирилл вскочил и начал собирать фотографии, открыл ящик сложил их туда и перетянул ремнями крепления. Потом снял со стенки силовой клинок Джамала, свой не вынимая из кобуры, и отправил их тоже в ящик — не хватало еще чтобы они включились во время тряски. Только он успел закрепить их, как корабль тряхнуло с такой силой, что Кирилл поцеловался со стенкой. На остальные вещи времени уже не было, и Кирилл нырнул в свое кресло, едва успев щелкнуть ремнями безопасности. Где‑то минуту низ находился параллельно дверям (а на них постельное белье), потом еще минута невесомости и включилась штучная гравитация.

Кирилл был в ярости. Он надел браслет — что давало ему доступ во все рабочие помещения, достал клинки, и в одних трусах пошел разбираться на мостик. В то же время из своей каюты вышел Родриго, но, увидев Кирилла, сразу же вспомнил, что что‑то забыл и вернулся на личную территорию.

Когда Кирилл ворвался на мостик, то капитан раскуривал новую сигару. При виде почти голого парня его рот расплылся в издевательской улыбке, но включенные силовые клинки быстро ее стерли. Теперь только легкое беспокойство читалось на его лице. То, что произвело такое неоднозначное впечатление на капитана — никак не отразилось на лице старпома. Мик был спокоен как доска.

— Может мне кто‑то объяснит почему меня не предупредили о старте? — скрипя зубами, спросил Кирилл.

— А разве ты сирены не слышал?

— Да я же вещи еле успел закрепить! — Кирилл вплотную пододвинулся к капитанскому креслу.

— Но успел же.

— А почему гасители не включили? Корабль чуть не развалился! Трясло как при девятибалльном по шкале Рихтера.

— Извини — забыл, — последнюю фразу капитан сказал с виноватым выражением лица. Это было как оплеуха, а самое обидное Котовский не мог ничего сделать.

— Но…

— Так! В свою каюту кругом марш! — Кирилл сделал крутой поворот, при этом резко поднял лезвие сайгацкого клинка вверх параллельно себе, не поднимая руки. При таком повороте конец клинка срезал капитану дымящийся кончик сигары. Тот заматерился и стряхнул еще горящий табак со штанов. Как будто ничего не замечая, Кирилл зашагал прочь, четко чеканя шаг босыми ступнями по металлическому полу и правильно поднимая руки со все еще не выключенными клинками. Кирилл нарочно пошел поближе к технике. В результате этой пародии на строевой шаг задымилось два пульта и заклинило двери.

К обеду Котовский уже ощущал муки совести и за сломанную технику, и за то, что в порыве ярости чуть не отрезал капитану нос. Их как рукой сняло за обедом, когда команда обсуждала последнюю моду на трусы.

Следующая планета назначения Клен. Крупная, богатая и чистая планета. Названа так на честь первого земного дерева что там прижилось. Планета пережила трехсотлетнюю терраформацию — самую успешную из всех произведенных на то время. Ввиду такого успеха штаб — квартиру Терраформкорп было перенесено на Клен. Но планета была интересна Кириллу по другому поводу. Клен был распределительным пунктом для дембелей десантной базы. База находилась на соседней планете Атум 4. Планеты с населением меньше полмиллиарда не носили личных имен в официальных документах, только имя системы и порядковый номер считая от звезды. На Атуме 4 была только десантная база, и там служил друг его детства.

Дни шли скучно. Кирилл занимался в маленьком спортзале и откровенно скучал. Джо не подпускал его к документации, Кирилл даже не знал, что за груз насеет «Семь ветров». Махмуд и Джамал не пускали его к технике, а о пилотировании вообще не шла речь. Он решил поработать в саду. Так называлось место где стоял генератор кислорода, и по желанию выращивались овощи. Такие генераторы бывают двух типов: «цветок» и «куст». «Цветок» — большое шарообразное растение примерно три кубических метра в объеме и с такими же корнями. «Цветок» использовали только на больших кораблях. На средних и малых использовали «куст». Это было трубчатое сооружение, покрытое водорослями. Содержался куст в закрытом бассейне, а воздух подавался через трубы соединенные с вентиляционной системой и фильтрами углекислого газа.

Закончилась его робота в саду так же быстро, как и началась. После нескольких замечаний Родриго выставил его вон. Тот же облом был и с библиотекой. Вместо нескольких тысяч носителей на корабле не было ни одного. За три дня выспавшись до «не могу», Кирилл как‑то остался ночью на кухне пить крепкий чай. Он выключил свет и стал перед иллюминатором. За ним, яркой россыпью лежали звезды. Как в жаркие летние ночи дома — яркая россыпь млечного пути. Не хватало только девчонок и диспутов на самые разные темы — от обсуждения зеленых шнурков и к поиску смысла жизни. В полночь по корабельному времени у Кирилла зазвенело в ушах, в то же время из‑под тумбочки выдвинулась небольшая ниша.

Кирилл уже собирался рассмотреть эту причуду, как заметил движение возле двери. Животное! Первый испуг от неожиданности прошел, но мурашки все же пробегали по спине. Он уже жалел, что выключил свет, ведь при свете звезд было совсем не просто разглядеть эту диковину, тем более что иллюминаторы были слишком маленькими, чтобы пропустить достаточно звездного света. Животное явно смотрело на Кирилла, он же смотрел на него. Существо зашипело, как кошка, а через минуту вышло из тени и звезды тускло осветили гордый силуэт.

Познания Кирилла позволили ему идентифицировать животное, как катарского тигра. Оно выходило из родной планеты катарцев и было там единственным представителем кошачьих. К катарцам животное относилось с опаской, а для людей ставало другом верным, как собака, но с упрямым и своенравным характером кошки. Тигр был ростом примерно семьдесят сантиметров на четырех ногах. Серая шерсть блестела в свете звезд, а на шее был ошейник. Кирилл ломал голову над тем, чей же это тигр, ведь никто из команды не казался любителем домашних животных. Тем более таких животных.

Тигр, не дождавшись ответной реакции, спокойно подошел к нише и начал есть. Закончив трапезу, он потянулся, оскалил острые клыки и начал вылизывать шерсть совсем, как кошка. Закончив сеанс личной гигиены, животное удалилось. Кирилл хотел осмотреть миску, но она уже втянулась, а как вынуть ее назад он не знал.

На следующий день корабль вышел на нужную позицию, чтобы совершить скачок. Объектов имеющих магнитное поле по близости не было. Корабль сгенерировал магнитную оболочку и начал движение со сверхсветовой скоростью. Во время такого полета желудок могло вывернуть, а движения ставали как у пьяного, но такой эффект проявлялся выборочно. Кирилл обычно чувствовал легкое волнение в желудке. Да и от жирной пищи на период скачка и, ближайшее после него время, отказывался. Он хоть и хотел расспросить о катарском тигре, решил не беспокоить свой желудок и провести эти полтора часа у себя в каюте. Когда прошло полчаса и тупое рассматривание потолка уже осточертело, корабль тряхнуло так, что Кирилл оказался на полу. Магнитное поле «Семи ветров» разрядилось.

— Только бы не врезались. — Кирилл вскочил с полу и помчался на мостик.

Капитан сосредоточенно смотрел на показания двигателей, старпом с невероятной скоростью клацал что‑то на своей клавиатуре. Остальные члены экипажа столпились возле дверей и не решались ни зайти, ни даже спросить что‑то.

— Есть пустота, — голос Ямомото был спокоен как всегда. Корабль еще раз тряхнуло, и сразу же толчок повторился. — По нам ведут прицельный огонь. Оружие — магнитные пушки. — Они временно выводили из строя аппаратуру и не причиняли вреда корпусу корабля. Такому оружию отдавали предпочтение пираты.

— Сколько их? — голос капитана дрогнул.

— Три, нет, пять класса Б.

— Уходим. — Команда помчалась в ангар. Капитан запрыгнул в истребитель, и тот закрылся переборками. Остальные члены экипажа полезли в шлюпку. Мик сел за штурвал, включил приборы и заматерился на непонятном языке.

— Перевес, не уйдем в прыжок. — Истребители и шлюпки могли совершать прямые прыжки, без расчета, примерно на десять тысяч километров. Это позволяло быстро скрыться от преследователей.

Джамал не раздумывая зарядил Кириллу в челюсть, и вытолкнул его бесчувственное тело из шлюпки.

— Идиот, он же на переборку, упал! Если она не закроется мы не взлетим. — Джо выскочил из шлюпки, и отбросил Кирилла от переборок.

Очнулся Кирилл с ужасной головной болью, но понял, что она ничто по сравнению с болью челюсти, когда захотел сглотнуть слюну. Корабль опять тряхнуло — Кирилл пришел в себя и сразу же забыл о боли. Переборки закрыты, значить уходить не на чем. Нужно увести корабль! Кирилл побежал назад на мостик.

Вести бой на таком корабле в одиночном режиме не просто. Обычно кораблем управляют пилот и канонир. Обязанности второго исполнял Ямомото. Кирилл активизировал вооружение — две огнестрельные турели и две плазмы. Плазменные пушки самые мощные, хоть дальностью не отличаются, но врезать ими можно конкретно. Турели поставил на автомат, отметив четыре цели, на пятого решил выйти сам.

— Ну, с Богом! — маневр, и четыре первые цели исчзли. Кирилл вышел на пятую и офигел. Вместо корабля, на экране был автоматический модуль, хоть радар по — прежднему определял его как корабль класса Б Один залп и модуль разлетелся на мусор. Для класса В они еще бы составили конкуренцию, но, скорее всего, ставка была сделана именно на то, что экипаж покинет корабль. Врежь по ним настоящая пиратская магнитка — половина оборудования отключилась бы сразу, не помог бы и защитный энергетический кокон. Но после атаки модули должны были отослать сигнал, а это значит, что скоро здесь будет компания. — Пора уносить ноги. — Одна проблема — магнитные пушки. Какими дрянными они бы не были, но вывели из строя ускоритель. Выход был только один — нужно отослать сообщение на ближайшую базу патруля.

— SOS. SOS. Это торговый корабль класса Б «Семь ветров». Был атакован пиратскими модулями, уничтожил, ожидаю компанию. Уйти в прыжок возможности не имею. — Дальше шли координаты и вектор движения.

Ближайшая база космического патруля конфедерации находилась недалеко, вопрос был в том, где находилась база пиратов. Но другого выхода Кирилл не видел. В ускорителях он не разбирался, поэтому оставалось только расслабиться и ждать компанию. Хорошую или плохую, пусть будет, что будет.

Следующие четыре часа длились целую вечность, а когда на радаре появились четыре корабля класса В, Кирилл уже нацелил турели и готов был врезать из плазмы. К счастью это были корабли патруля. Маленькие, маневренные и вооруженные до зубов.

Патруль предпочитал дальнобойные лазеры и пулеметы. Эмблема меч за круглым щитом была известна далеко за пределами Конфедерации четырех рас. Странно, но служба в патруле действительно меняла людей и других разумных. Уставное наказание за предательство — ссылка на планеты — колонии, проходящие процесс терраформации, неуставное — смерть. Нередко бывшие офицеры КПК, не дожидаясь расправы, сами уходили в мир иной — обязательно в парадном мундире. Но переоценивать их не стоило, как и все чиновники да служаки, большинство из них положительно относилось к взяткам.

— Корабль класса Б назовите себя.

— Торговый корабль класса Б «Семь ветров».

— И где же обещанная компания «Семь ветров»? Мы не любим таких шуток.

— Какие шутки офицер. Я на борту один, команда покинула корабль, а ускоритель выведен из строя магнитной атакой.

— Мы вас сканируем. Капитан не врите у вас два живых существа на борту. — Кирилла осенило. Тигр тоже на борту!

— Вообще‑то я не капитан — обычный матрос, а второе существо — корабельное животное, катарский тигр.

— Значит так — стыкуемся, я поднимаюсь к вам на борт, а дальше разберемся.

Трое патрульных поднялись на борт. Кирилл наконец‑то оставил пилотское кресло и смог размять ноги. Лейтенант расстегнул верхнюю пуговицу мундира и вальяжно уселся за стол, оставид подчиненных стоять за его спиной.

— Ребята найдите второе существо. А с вами, обычный матрос, мы побеседуем о недавних событиях. И если вы не против используем вот эту штуку. — Лейтенант достал из сумки, что висела у него на боку, портативный детектор лжи.

— Валяйте, меня сегодня уже ничем не испугаешь. — Кирилл знал процедуру. Он закатал левый рукав; лейтенант осмотрел браслет.

— Нет, давай мой. Уж знаем мы вашу братию, вы не то, что браслет взломаете, вы… Ай, да что я распинаюсь! Снимай давай. — Взамен Кирилл надел другой браслет из комплекта патрульного. Тот утвердительно кивнул и подключил к нему два проводка. Правой рукой Кирилл снял с шеи НЛД и передал их офицеру. После подключения носителей экран засветился, на нем появилась фотка Кирилла и две скачущие линии. Обмануть умную машину не представляло возможности и поэтому на все вопросы пришлось отвечать честно. Разговор получился даже какой‑то душевный.

— Товарищ лейтенант существо заперто в одном из складов. Добраться туда мы не смогли.

— А вы вообще что‑то можете?

— Товарищ лейтенант там заперто. И замок новой системы.

— Ну что капитан пойдем посмотрим, что за зверя вы прячете. — на этот раз лейтенант обращался к Кириллу.

— Я не капитан, да и не знаю как он прячется.

— Теперь капитан. Если существо действительно не обладает достаточным уровнем интеллекта, то ты последний кто добровольно остался на корабле в критической ситуации. — На слове «добровольно» лейтенант сделал очевидное ударение.

Через минуту вся компания стояла перед наглухо запертой кладовой. На браслет Кирилла дверь не отвечала, а сам, очевидно, выходить тигр не собирался. — Будем резать. — Лейтенант вынул из чехла свой клинок и с размаху ткнул им дверь. Клинок врезался в металл на несколько миллиметров и сколько не старался патрульный, но прорезать дверь больше не мог. — Они что из керамической брони?

— В каюте капитана должен быть запасной браслет. Ну, на капитанский допуск она должна отвечать.

— Браслет отвечает только на владельца, умник.

— Лейтенант, а ваши ребята случайно не говорили о каком‑то взломе?

— Мои ребята? Да вы что, капитан! Патруль конфедерации никогда не использует противозаконных методов. — Лейтенант конечно же врал. Но в случае непредвиденных ситуаций никто не сможет его в чем‑нибудь упрекнуть, даже используя детектор лжи.

— Так я пойду, поищу браслет?

— Думаю, в этом есть резон.

Похоже, Батыр Маар не опасался непредвиденных ситуаций. Кирилл вздохнул с облегчением, когда дверь открылась перед ним. Хоть ее не нужно взламывать. Теперь, в отсутствии капитана, он мог детальнее рассмотреть комнату, да и задача была соответственная. Комната была примерно в два — три раза больше его собственной. Особого бардаку не было, даже наоборот, только кровать не уложена, а с приоткрытой верхней полки шкафа торчат носки, явно не первой свежести. И это единственная деталь, что портила впечатление. Там браслета точно не было. Кирилл осмотрел рабочий стол — ничего, зато в нижнем ящике лежало два разрядника. Он обыскал все, даже в бар заглянул — там была куча пойла, но Кирилл отметил ящик армянского коньяка семидесятилетней выдержки. Как взятка чиновникам — вещь высочайшей ценности. Оставалась только полка с носками.

С психов Кирилл засунул руку на полку и выгреб все наружу. Результат был самым неожиданным. Под бельем была металлическая шкатулка с электронным замком, что реагирует на отпечаток пальца. Парень бросился к столу, достал оттуда разрядник и выстрелил в шкатулку. Голубая молния врезалась в металл и оставила на нем темное пятно. Замок издох, но шкатулка все же не открывалась; на внушительные доводы локтя, она не отвечала, но после знакомства с каблуком — хрюкнула и поддалась. Содержимое составляло две внушительные пачки кредитов и электронный ключ.

— Час от часу не легче. — Кирилл уже догадывался, что ключ от тайной ниши, но перспектива поиска не вдохновляла его. На ключе было темное пятно, как бы обрезанное, возможно оно появилось, кода ключ находился в замке? В таком случае пятно есть и на замке.

— Капитан, лейтенант вызывает вас. Тигр показался, теперь нужно оформить протоколы, — рядовой вывел Кирилла из задумчивого состояния.

— Да, конечно, пошли.

В кают — компании лейтенант как раз вычитывал второго рядового. — Значит заснул на посту, да я тебя на гауптвахту на месяц посажу. — Оказалось, что пока Кирилл рылся в каюте капитана, а прошло уже несколько часов, за это время рядовой, которого лейтенант приставил к двери, заснул. Тогда же тигр и покинул свою комнату. Рядовой проснулся от шума закрывающейся двери и успел просунуть в нее руку. Дверь открылась снова, а парень схватил первый попавшийся ящик, поставил его на дверную переборку и побежал докладывать, вот только лейтенант уже знал о тигре. Решив воспользоваться ситуацией, лейтенант пошел на кухню попить кофейку, вот как раз, допивая вторую кружку, он‑то тигра и увидел. Пока они друг другу скалились, прибежал рядовой — докладывать.

— Твоя кошка или на кухне, или в своей каюте, а теперь давай разберемся с твоим доступом.

Для таких ситуаций, как сложилась, в кают — компании был специально оборудован терминал. Если корабельный радар не улавливает сигнал капитанского браслета, то капитан выбирается из присутствующих на борту космонавтов, такой выбор должен быть подтвержден всеми членами экипажа и личностью соответствующего уровня допуску. Такими личностями могут быть чиновники конфедерации, офицеры патруля и флота, а также капитаны частных судов. Следует упомянуть, что такая процедура возможна, только в открытом космосе, на планетах и их орбитах корабль подчиняется праву наследства.

— Преступим. — Кирилл очень волновался, но пытался скрыть это. Он подошел к небольшой тумбочке возле стены и вдавил крышку, что на самом деле была сенсорным монитором.

— Начинаю поиск — сообщил компьютер — количество существ на борту — пять, из них членов экипажа — один, количество членов экипажа в зоне действия радара — один, капитан отсутствует. Приступить к смене капитана. — Справа появилась панель для опознавания рук, а слева приемник НЛД.

Кирилл снял свою цепочку, и вставил носители в приемник. На экране сразу же появилось его фото и забегали личные данные. Компьютер назвал полное имя Кирилла, основные данные, потом пригласил подойти поручителя. Лейтенант справился быстрее, после чего из «тумбочки» вылезла короткая труба. Кирилл снял и надел на нее свой браслет.

На несколько секунд браслет скрылся в темной нише, потом показался уже с серебряными крылышками на внешней стороне, что значило — капитан. Потом открылась еще одна ниша. Кирилл засунул туда руку и достал четыре значка: крыла капитана, монету торговца, молнию электрика и звезду пилота. После этого лейтенант посмотрел на парня как то по другому, как бы более уважительно.

— Парень, ты ведь недавно из академии?

— Примерно полтора месяца как.

— Когда ты успел изучить столько профессий?

— В академии.

— Редко встречаешь людей, что успели изучить в академии больше одной! Похоже, ты заслужил этот корабль.

— Спасибо лейтенант.

— Я бы поболтал, но пора возвращаться на базу. Так что удачи тебе капитан. — Лейтенант протянул Кириллу руку.

— Стоп! А мой ускоритель?

— Тьфу ты! Забыл. — Лейтенант поднял браслет, нажал на кнопку связи, — Ремонтную команду на борт.

— Лейтенант, а вы ничего не имеете против армянского коньяка семидесятилетней выдержки, — у лейтенанта, кажись, аж слюни потекли, а глаза начали гореть. Он быстро мотнул головой на рядовых. — Им тоже можно налить.

— Слушай мой приказ! — рядовые тут же вытянулись по стойке смирно. — Быстро на кухню и сообразить на стол, — через две минуты компания уже открыла бутылку коньяка.

— Ну, значит, за нового капитана! — все сдвинули рюмки. — Капитан, а ты хороший парень, будет из тебя толк. И из вас будет, когда‑то, — лейтенант критически посмотрел на рядовых. — Да расслабьтесь вы, неуставная ситуация. Сейчас можно. Но чтоб завтра ни слова, никому!

Дальше пошел разговор по душам. Рядовые еще держались, а лейтенант с капитаном быстро охмелели с непривычки. Оказалось лейтенант настоящий ковбой из Техаса, Грегори Альберт Хартман, что любит он домашний бурбон да вяленое мясо по отцовскому рецепту, вот только взять их на проклятом астероиде — базе негде. Да еще и брата давно не видел. Он после службы на флоте пошел копом на Клен. Да там такая каша заварилась… Дал какому‑то высокопоставленному чмырю в рожу и с работы полетел.

— Не пишет ведь зараза… — пьяно вещал лейтенант. — А может у него там финансовые проблемы. Это я свои каналы должен напрягать, чтобы узнать, что его чуть не посадили, что он в столицу переехал. А жизнь ведь в столице дорогая… Я бы помог. У меня ведь этих денег все равно некуда девать. Ну куда я их всуну на этом астероиде? А в отпуск к родителям на ферму. Вот зачем мне на ферме деньги?

— Незачем! — клюнул носом Кирилл.

— Вот. А он не пишет! Гад. Гордый ведь. Я бы тоже не писал. Так ведь я старший! А старший что?

— Что?

— Должен помогать младшему.

— Правильно. Мне старшие всегда помогали, когда вместе жили.

— А ведь пилотом был от бога, даже лучше меня. Представляешь? Эх мог бы в патруль пойти. Я бы ему помог, подмазал кого надо…

После окончания ремонта и пьянки одновременно, лейтенант с бутылкой коньяка и водки был забран на корабль патруля, а Кирилл остался ждать пока ему привезут деньги для Эндрю Хартмана. С мутной головой он добрался до мостика и сел не в пилотское кресло, в котором провел предыдущий бой, а в кресло капитана. Довольно улыбнулся, и тут же уснул.

Проснулся он уже через шесть часов, когда рядовой доставил шкатулку с кодовым замком для Хартмана и книгу для Кирилла.

— А где мне этого Эндрю искать?

— Там в книге записка. Лейтенант писал ее уже на трезвую, так что можете не волноваться. Разрешите идти?

— Погоди, водки хочешь?

— Я за штурвалом.

— С собой.

— С собой можно, — как‑то недоверчиво сказал рядовой — Чтоб не влетело только…

— А ты смекалку прояви.

Глава 21

Кирилл, Александр

После атаки прошли уже сутки. И все эти сутки корабль отходил в другом направлении от нужного курса. Кирилл просчитал нужную траекторию для ускорения к Клену. Выход к точке ускорения займет двадцать один час. За это время нужно еще сделать кучу дел.

Первым делом Кирилл разобрался с бумагами, перепроверил груз. Из товаров, которые там можно было выгодно продать, были только два ящика сушеных листьев юагро. Сильный наркотик для людей и изысканная пряность для танов и сайгаков. На Клене продажа листьев юагро считалась распространением наркотиков. Весь груз занимал только пятую часть трюма — ничего ценного. Интересной оказалась мастерская, где жил тигр. Огромное количество всевозможных инструментов, даже небольшая литейная печь.

Тигру похоже надоело одиночество и он начал сопровождать Кирилла в его исследованиях корабля. При ускорении Тор, а именно так было написано на его ошейнике, провел все время в пилотском кресле. Позже Кирилл понял, почему тигр всегда следует за ним. После смены капитана его ошейник больше не имел доступа к дверям. Кирилл исправил это дело, но кормить его пришлось самому, автоматическая система кормления отказала по неизвестным причинам.

Тор оказался на удивление умным животным. Он показал Кириллу тайник в комнате капитана, когда понял, что тот обыскивает комнату, то подошел к шкафу и рыком позвал Кирилла. Парень посмотрел на Тора, а тот в свою очередь посмотрел на дверь шкафа. Сначала Кирилл ничего не понял и продолжил рыться в письменном столе, но Тор снова зарычал и на этот раз Кирилл подошел к шкафу. Он его уже осматривал, но ничего не заметил. Теперь же выбросил всю одежду, но снова ничего. Тор рыкнул и как бы показал головой вверх. Кирилл осмотрел потолок шкафа — ничего, потом провел рукой по трубе на которой держались вешалки. И с тыльной стороны нащупал отверстие. Когда он вставил туда ключ — открылось днище шкафа.

— Спасибо Тор.

Тигр довольно рыкнул и прыгнул на капитанскую кровать, после чего потянулся, зевнул и свернулся калачиком. На дне шкафа было шесть миллионов кредитов и две старых флешки. Кроме этого, по комнатам Кирилл собрал около трех миллионов (два у капитана и семьсот штук у второго помощника), что уже само по себе являлось неплохим стартовым капиталом. Просмотреть флешки Кирилл не успел, только перебрался в капитанскую каюту. Одну сумку принес сам, а вторую притянул Тор.

Пришло время посадки.

— Космопорт Клена, это торговый корабль «Семь ветров». Разрешите посадку.

— Торговый корабль «Семьветров», это космопорт Клена. Посадку разрешаю.

После первой в жизни не тренировочной посадки, Кирилл мог выжать из своей майки стакан пота. Он быстро метнулся в свою комнату, сменил футболку и надел куртку, на знаковой планке которой уже красовались знак капитана и три специальности под ним. Офицера таможенной службы они с Тором встречали прямо возле входного шлюза.

— От имени правительства Клена приветствую вас на нашей планете, — оба вытянулись по стойке смирно и отдали друг другу честь.

— А можно без формальностей, давайте по существу.

— Ну, если по существу, то животные на планете должны быть в наморднике. — Тор сразу же исчез. — Дальше, значит, из оружия разрешены клинки — никакого огнестрельного, лазерного, плазменного и другого оружия без лицензии планетарных служб. Строже всего относятся к нейрошокерам. Они у нас тоже только по разрешению, хотя такого документа я еще в глаза не видел.

— А чего тогда клинки разрешены?

— Сайгаков у нас полно. Попробуй им запрети. Правительство лишних проблем не хочет — вот и разрешили.

— А где можно получить такое разрешение?

— Процедура очень сложная и займет около двух недель. Также вот, — офицер протянул Кириллу канцелярский планшет, — список товаров, продажа которых возможна только с разрешения правительства.

— Какая форма подтверждения?

— Вставьте носитель с личным делом, и приложите большой палец правой руки к нижнему правому углу. — Кирилл снял свои носители, выбрал личное дело и проделал всю нужную операцию, — спасибо, теперь еще это — таможенник пробежался пальцами по планшету и снова дал его Кириллу.

Договор об оплате портовых услуг Кирилл одобрил. Ничего лишнего. Сам еще добавил пункт о заправке реактивного топлива. Антиматерии и урановых батарей на корабле было предостаточно.

— Удачной торговли. О, да, тут еще сообщение вашему матросу.

— Давай. — Таможенник клацнул пару раз и протянул Кириллу планшет. Сообщение было от Александра. Он уже дембельнулся и сейчас находился на Клене у своего армейского товарища. Адрес прилагался. — Спасибо я передам. — Кирилла немного повеселила неосведомленность таможенника.

Как только чиновник покинул корабль, пришел Тор с намордником в зубах.

— Не сейчас Тор. Сначала душ. И не рычи, а то и тебя помою, — тигр только презрительно фыркнул.

Клен действительно был прекрасной планетой. Небоскребы были только в деловых частях, а в остальном — трех — пятиэтажные домики, разбросанные посреди лесов. К одному из таких домиков и прибыли Кирилл с Тором. Это был именно тот адрес, что оставил Саня. Таксист, сволочь, содрал сотню за проезд, но когда платишь три тысячи в сутки за стоянку корабля, это не так уж и много. Дом, вернее особняк, был обнесен высоким, кованым забором на каменной основе. Возле ворот дремал охранник, Кириллу пришлось его будить. Когда тот понял, что с него хотят, то сразу же пропустил новоиспеченного капитана.

— Умеют люди жить! — сказал Кирилл Тору, остановившись возле двух роскошных фонтанов.

— Пфхр — фыркнул Тор и начал стаскивать с себя когтями намордник.

— Н — дааа… И зачем тебе намордник при наличии таких когтищ? Не рви. — Кирилл расстегнул тесемки, снял намордник и спрятал его в карман.

— Извините, вы к кому? — симпатичная блондинка, чуть выше самого Кирилла, подошла так тихо, что даже Тор не заметил, или просто не счел ее стоящей внимания.

— Добрый день, мой друг оставил сообщение, что остановился у своего сослуживца, и я могу его найти здесь. Охранник вроде в курсе.

— А, так вы Сашин друг! Тогда, боюсь, вам придется подождать. Они с моим братцем приперлись где‑то под утро, в стельку пьяные и до обеда точно не проснутся.

— Ну, тогда может вы могли бы передать ему кое‑что?

— Конечно, если вы спешите, но могли бы остаться. Саша о вас рассказывал много забавного. Я бы с удовольствием поболтала. — Растерянность Кирилла легко читалась на его лице. — Я пиццу приготовила, а космонавты вроде редко едят настоящую еду.

— С удовольствием соглашусь. — Кириллу показалось, что раз он теперь капитан, то нужно иметь вид человека уверенного и властного. Единственным выходом, чтобы не казаться растерянным, для него было согласиться. Вообще‑то он умел производить впечатление, но из‑за новой для него роли, еще не знал, как себя правильновести.

— Вот и хорошо. Меня зовут Джустина. — Девушка подала ему руку. — Можно Джуси.

— Кирилл. — Наконец‑то. Обращение с девушками, все равно, что езда на велосипеде — никогда не забывается. Кирилл расслабился и стал собой. О том, что даже велогонщики падают с велосипедов, он как‑то не вспомнил.

Джустина провела Кирилла на кухню и даже пустила Тора. Последний нагло начал обнюхивать сначала стол, потом огромный холодильник.

— Тор, а ну успокойся. — Тигр отошел от холодильника, но все равно не сводил с него глаз.

— Это у него наверно на нашу рыбу такая реакция. Она всех кошек с ума сводит. Правда кость у нее как камень. — Джуси открыла холодильник, достала полуметровую, тонкую рыбину и бросила Тору. Тигр на лету побил ее когтями и прижал к полу.

— Ну что ты на меня уставился? — Тор, тем не менее, смотрел на Кирилла не мигая. — Дали, так ешь пока не отобрали, — у рыбы затрещали кости, а у Джустины от удивления глаза полезли на лоб.

— А как вы с Сашей познакомились?

— Я ему на ногу наступил, и мы подрались, — девушка засмеялась.

— Да я же серьезно.

— И я тоже. Знаете, как он меня тогда отходил! У меня одно ухо стало на сантиметр длиннее второго.

— Не может быть!

— Не может, потому, что уже было. Сейчас вроде оба одинаковые. — За время беседы две трети огромной пиццы исчезло. — Все, спасибо, не могу больше.

— Ну, это не так‑то уже и много. Антонио с Сашей после армии по целой съели.

— Так, когда уже этот охламон проснется?

— Пока проснется, вы еще чайку успеете выпить.

— Только при одном условии!

— И каком же?

— Переходим на ты. — Легкий флирт — вот чего давно не хватало Кириллу. Он разгрузит мозги лучше большинства терапий. Да и не имеет последствий алкогольного расслабления, хотя бывают варианты и похуже…

— Согласна.

Чай оказался крепким, не сладким, в общем, такой, как Кириллу нравилось. Джустина продолжала свой расспрос, а Кирилл уловил одну особенность — все вопросы касались не только его, но и Александра тоже. Похоже, придется отступить. Если девушке действительно нравится Санек, тогда нужно перетереть это с ним.

— Доброе утро, а — а-м — м-м. — Здоровый парень стоял у двери и, сморщившись, держался обеими руками за голову.

— Ну как голова? Не болит? — Джуси сказала это с издевкой, как можно громче.

— Ай, больно! Не кричи ты так! Лучше таблеток бы дала.

— Сам возьмешь.

Пока Антонио рылся в шкафчике в поисках спасительного препарата, таким же образом в комнату заплыл Александр.

— Кирилл, это ты или меня еще до сих пор глючит?

— Да ты, я вижу, хорошо погулял.

— Слишком хорошо…

— Держи. — Антонио бросил Александру банку с таблетками, предварительно проглотив две. — Ты рассказывал о хорошем спортсмене, а этот парень три вершка от горшка. Хорошие фехтовальщики обычно высокого росту, с длинными руками. И что это за котяра — переросток?

Тор явно еле терпел такую наглость. Он встал напротив Антонио и рыкнул во весь рот демонстрируя клыки.

— Прочь с дороги кошара. — Тор моментально обнажил когти, и повернул голову в сторону Кирилла.

— Сам решай. — За секунду штаны Антонио превратились в тонкие полоски, прицепленные к поясу.

— С тебя новые штаны. — Антонио показывал пальцем на Кирилла. Трусостью он явно не страдал.

— А я их тебе рвал? За слова нужно отвечать. Ты Тора обозвал, вот и расплата.

— Нормальный парень, но со штанами перебор.

— Кир, не серчай, у нас в десанте так принято было. — Кирилл мотнул головой и улыбнулся, Тор тоже успокоился, и только Джуси вздохнула с облегчением.

— Ну, мальчики, мне пора бежать. Только не подеритесь без меня, — девушка уже в дверях обернулась и сказала — пообещайте.

— Обещаем. — Хором ответили два голоса. Джустина улыбнулась и вышла прочь.

— Еще один слюни распустил, — поморщился Антонио.

Саня обошел стол, обнял могучей рукой Кирилла за плечи и тихонько сказал — Позаришься на Джуси — прибью.

— Спокойно, я уже увидел, что она к тебе не равнодушна.

— Что серьезно?

— И так, космонавт, какие планы на сегодня? — Антонио перебил парней.

— Вообще‑то я сделал карьеру. Теперь я капитан, и сегодня у меня по плану поиск команды. — Ребята явно не поняли шутка это или нет. Капитану Котовскому пришлось поведать ребятам всю историю.

— Да, подонки! Убил бы. — Александр треснул по столешнице кулаком.

— С другой стороны, у нас есть, что праздновать, — и в этом Антонио не ошибался. — Пойдем в «Атлантис». Это лучший клуб в регионе.

— Ненавижу клубы и клубную культуру. — Кирилл скуксился, левая бровь опустилась, а правая — наоборот, приподнялась. Такое выражение появлялось на его лице всегда, когда он был недоволен.

— А девушек любишь?

— Только красивых.

— Других там не бывает, — ответил Антонио.

— По крайней мере мы не видели, — добавил Санек.

— А вы там трезвыми бывали?

— Ну…

— Относительно…

Глава 22

Кирилл, Александр, Тина

Вечером ребята собрались в клуб. Тора оставили на Джуси, да он и не рвался никуда. Наверное, хотел быть поближе к холодильнику. Кирилл нарядился почти так же, как и на чистку корабля, взял родной клинок и наотрез отказался от всякого рода гламурных штучек, как крупные перстни Антонио. А его черную рубашку с кружевными манжетами, так вообще обозвал гламурной смертью. Саня нацепил на себя ожерелье — сборную солянку мистических амулетов самых разнообразных рас и культур. Он, как и Антонио, хотел быть модным, хотя раньше за ним такого не замечалось. Правда за три года в уставной одежде человек может и изменить свои взгляды.

Антонио снял столик, а за полчаса в клубе еще и пять девушек в придачу.

— Значит девчонки, это лейтенант Александр Турок — командир взвода и капитан нашего рейдера Кирилл Котовский.

— Капитан? А он тоже с вами в горячих точках был?

На этот раз ответил уже Саня — А как же, от него зависит жизнь трех десантных групп в воздухе! Он нас из такого ада вытаскивал!

— Капитан, а что же вы молчите?

— Знаете, девчонки, мы тут как раз хотели выпить за настоящих мужчин, которые либо пилоты, либо десантники, но вот видя вас, просто нельзя не выпить за божественную красоту. За красоту мои друзья! — Настроение, испорченное однообразностью звуков, что выдавали здесь за музыку, быстро вернулось в норму, а бутылка коньяка стала пустой. Ребята травили десантные байки, а Кирилл — басни из летного училища. Александр с Антонио резвились во всю, Кирилл уже определил девушку для обработки — низенькая, кудрявая брюнетка.

— Смотрите, кто вернулся! Неужели это мой старый друг, или же недруг… — Пять молодых Сайгаков стали перед столиком. Желтая кожа вместе с естественной сухостью организма делала их похожими на зомби, но за этой маской крылась необычайная сила и выносливость.

— Проблемы, Хачат? Десант отдыхает, не тебе вякать… — Антонио поднялся с дивана и теперь стоял перед глвным из сайгаков. Последний был примерно на полголовы выше.

— Этот тоже десантник? Не мелковат? — Хачат кивнул в сторону Кирилла.

— Он пилот, — вступилась за него одна из девушек прежде, чем Кирилл успел открыть рот.

— Придется вас проучить десантники.

Хачат хрустнул костяшками. У сайгаков на руках было по четыре пальца. Руки у них широкие с массивными суставами. Расклад получался хуже некуда. Пять прирожденных камнедробилок против двух людей. Кирилл не сомневался, что Антонио с Саней уложили бы троих, возможно даже четырех, три года десанта все‑таки. Но расклад был не в их пользу, а себя, в рукопашной он бойцом он не считал.

— Твой отец наверное чертовски рад иметь такого сына! — Иронично заявил Кирилл. Из уроков ксеноторговли он отлично помнил, что кровные и клановые связи для сайгаков священны.

— Что?

— Говорю, что твои предки должны быть ужасно горды таким храбрым воином, — намекнул Кирилл на отсутствие браслетов. Сайгак был самым старшим из группы, а у остальных не было браслетов тоже.

— Похоже, язык у тебя не в пример больше росту. — Хачат презрительно посмотрел на Кирилла.

— Так что, может, вызовешь меня на поединок? Или твой клинок висит на боку только для красоты? Может, ты просто не умеешь его включать? — Кирилл играл с огнем и молил Бога о том, чтобы все удалось.

— Поединки между разными расами запрещены в человеческой сфере влияния. — О, Кирилл знал это прекрасно. Возможны, конечно, лазейки сквозь планетарное законодательство, но Кирилл искренне надеялся, что Хачат струсит перед законом. А зря…

— Тогда отвали. — Сказано было не громко, но твердым и решительным голосом, как он разговаривал на разборках между фехтовальщиками, и соседние столики начали с интересом наблюдать за происходящим.

— Клетка. — Выдавил из себя почти оранжевый от злости сайгак.

— Остынь, решим все здесь и сейчас. — Антонио похоже занервничал.

— Что за клетка?

— По закону Клена любые мыслящие существа могут сойтись в поединке на клинках в специально отведенной зоне, — вот и та неожиданная лазейка.

— Ну, вот и прекрасно! — мысленно же Кирилл орал на себя — Идиот! Откажись, пока не поздно. — Но Эйб учил его, что отказаться от боя — значит проиграть. И тогда, проигрыш может стать стилем жизни.

— Кирилл, поединок может быть смертельным, — на этот раз заговорил Саня.

— Не может, — возразил Антонио.

— Ты хотел сказать, что если этот желтый дрын выйдет из клетки раньше, чем Кирилл истечет кровью, то ему ничего не будет, — поправил его Александр. — Да и покалечить он тебя может…

— Как‑то не достойно отступать после такого обвинения. — Хачат с удовольствием подстрекнул споривших.

— Я иду. — Вопреки внутреннему крику сказал Кирилл.

— Хотя бы возьми мой клинок. — Антонио протянул сайгацкий клинок. — Я знаю, что твой короче.

— Клинок должен быть подобран по посту.

— Пусть поставят Песню клинков. — Сказал сайгак своему товарищу и тот отправился к ди — джею.

— Ребята — так, чтобы слышали только друзья — Пусть поставит свою Песню, но когда начнется бой, пусть звучит рок — н-ролл или блюз. В лепешку расшибитесь, но пусть звучит старый добрый и чертовски быстрый рок — н-ролл или тягучий блюз.

— Зачем?

— Надо!

— Ну, пойдем труп, — обозвался сайгак.

— О нет, только после Вас, Ваше Мертвейшество.

В центре зала стояла на возвышенности клетка, величиною, примерно, с боксерский ринг и прутьями, что упирались в потолок. Вот только занята она пока была танцовщицами в соблазнительном белье. Кирилл кивнул ребятам и те мгновенно исчезли.

— Твои друзья бросили тебя. — Котовский не ответил, только улыбнулся. В это же время музыка стихла, и ди — джей вовсю заорал.

— Клетка! Человек против сайгака! Мне его жаль, честное слово. Что поделаешь, веселой смерти, — заиграла Песня клинков. Охранник открыл клетку и четыре полуобнаженные девушки мигом выпорхнули наружу. Кирилл театральным жестом пропустил Хачата вперед, потом вручил охраннику куртку и вошел сам.

В то же время ребята приближались к диджейской рубке. Это была комната на четырех колоннах под потолком, к ней вела широкая винтовая лестница. Перед ней парней остановил охранник сайгак.

— Сюда нельзя, — ребята переглянулись, потом одной рукой синхронно схватили охранника за руку, каждый со своей сторонни, а свободной врезали по морде. Потом, обмякшее тело, ребята прислонили к стенке и начали подниматься по лестнице в комнату к ди — джею.

Кирилл как мог отбивался от сайгака. Парень хорошо владел клинком, да и Песня клинков (жуткий вой под барабаны) щекотала нервы. У сайгака был просто чудовищной силы удар сверху, но пока он держал клинок одной рукой — Кирилл его выдерживал. Наступать не было когда — Кирилл едва успевал отбивать удары.

Ребята поднялись по лестнице. С охранником человеком разбираться не пришлось — он просто отошел в сторону и впустил ребят.

— Ди — джея не бить.

— Мы культурно. — Пообещали десантники.

— Там дружок костлявого, — охранник махнул головой в сторону клетки, подразумевая очевидно Хачата. Его парни скрутили не так легко, и пока Антонио спускал его по лестнице, чему охранник видимо очень порадовался, и даже пожал руку десантнику, Александр толковал с ди — джеем.

— Значит так, у тебя минута, чтобы включить рок — н-ролл, или блюз.

— У нас элитный клуб.

— А в морду? — как можно вежливее поинтересовался Александр.

— Да ни за что, это клуб, а не пивнушка. — Саня легонько пнул ди — джея кулаком в живот, от чего тот согнулся вдвое, потом взял его за волосы, разогнул и вопросительно кивнул головой. — У меня нет таких песен.

— В планетарной сети есть все. Бегом!

Кирилл обливался седьмым потом. Хачат уже понял, что удары сверху его слабое место. Последний раз он ударил, держа клинок обеими руками. Кирилл не выдержал этот удар и еле увернулся. Сайгацкий клинок разрезал переносицу и скользнул вниз по левой щеке к углу челюсти. Похоже это уверило сайгака в своей победе. Там более, что потеряв на мгновение зрение, Кирилл отчаянно завертел защиту и отскочил к самым прутьям.

— Нашел?

— Да. Рок — н-ролл.

— Включай! И дай мне микрофон. Что за фигня? Нет, парень это не рок — н-ролл. Хотя такое дерьмо и подходит для вашего клуба.

— Это рок — н-ролл.

— Ты идиот? Дай сюда. — Санек оттолкнул ди — джея от клавиатуры и быстро ввел поиск: Легенды рок — н-ролла и блюза. Нажал на какую‑то ссылку в центре монитора. Потом на еще одну, еще одну и еще одну — даже не глядя, что выбирает. И так, пока не послышался легкий бит ударных и ритмы бас — гитары. — Оно что ли? — Певец не спешил начинать и Александр уже засомневался в правильности своего выбора. Но наконец приятный и уверенный мужской голос запел четко выговаривая каждое слово:

Я уличный пес, подвал, в котором я рос,

Бывал со мною часто жесток.

Учил быть первым всегда, от ушей до хвоста

И ненавидеть хозяйский свисток.

Хачат удивленно остановился с поднятым клинком. Это спасло Кирилла от последнего не отбитого удара в жизни. На его лице появилась довольная ухмылка — левый глаз чуть сощурился, а левый уголок губ приподнялся. Браслет на руке тихонько пискнул, впуская в кровь коктейль из обезболивающего и прочей необходимой в экстремальной ситуации дряни. Даже глаза перестали слезится.

Мой первый педагог отдавал мне все, что мог,

Он был героем уличных драк

Он твердил, что только тот побеждает, в ком живет

Блюз бродячих собак.

— Эта песня для нашего друга Кирилла Котовского. Пусть тебе везет! — одновременно певец запел припев более энергично и эмоционально, нежели основной текст.

Удача за нас, мы уберем их на «раз»,

И это без сомнения так,

Нам дышится в такт, и ускоряет наш шаг

Блюз бродячих собак

Быстрый укол Хачат еле отбил. Режущим ударом снизу Кирилл разрезал Сайгаку левую ногу. После чего крутанул свой клинок вокруг сайгацкого, наклонил корпус в сторону и проткнул противнику правую руку.

Я не считал своих врагов, я не боялся их клыков,

Я не умел ходить с поджатым хвостом

Из всего, что в жизни есть, ценилась верность и честь,

Ну а все остальное — потом.

Клинок выпал из руки Хачата, и Кирилл наступил на него. Сайгак прижал раненную руку к себе, злобно посмотрел на Кирилла. Он не стал на одно колено и не наклонил голову, как должен был бы сделать зрелый воин. Зал затих в ожидании развязки. Кирилл поднял второй клинок и подошел к сайгаку вплотную.

И в каждом новом бою, в борьбе за шкуру свою

Со мною были друзья, это факт

Мы свято верили в то, что не забудет никто

Блюз бродячих собак.

— Я умру стоя!

— И рождает же вселенная таких идиотов. — подумал Кирилл поднялд вражеский клинок и резко взмахнул обеими, так, чтоб они только резанули чуть выше колен. Хачат не удержался и упал на четвереньки. В то же время видя, что другу ничего не грозит, Александр остановил музыку. — Ты дрался достойно, возьми свой меч и пусть эта схватка будет для тебя уроком. В наказание ты будешь почтителен со всеми людьми, как со старцами своего народа. — Кирилл бросил сайгацкий клинок и тот покатился к хозяину. Он не хотел, чтобы сайгак совершил ритуальное самоубийство, или отдал ему свою жизнь. Конечно не по своей воле, ведь он уже и так проявил полное неуважение к традициям своего народа. Но старшие воины семьи могли заставить его, и это могло вызвать неприятности. Слава Богу Великий совет не разрешал покидать свою зону влияния кланам с настолько архаическими традициями, но прецеденты все же случались.

— Ты поступаешь со мной, как может поступать только старший.

— А ты прошел уже посвящение воина?

— Нет, — это было удачей — двойной удачей, даже не смотря на то, что сайгаки и получают такой статус в довольно‑таки зрелом возрасте.

— Я капитан корабля, к тому же я мастер клинка среди людей.

— Извини мне мою дерзость, капитан. Возьми мой клинок в знак почтения, — Хачат склонил голову.

— Будет с тебя дело. — Кирилл вышел с клетки.

— Я тебя явно недооценивал, но и ты едва не ушел в мир иной. — Антонио махнул рукой возле раны.

— Пустяк. — Заговорил в Кирилле коктейль из нерастраченного куража, обезболивающего и адреналина.

— Зачем нужно было музыку менять?

— Они драться учатся под Песню клинков. Барабаны задают им ритм. Вот блюз они вряд ли слушают. Хотя песня была с явной примесью рок — н-ролла. Я бы даже сказал, что это был рок — н-ролл с примесью блюза. Но толком я в этом не разбираюсь. Главное песня сбила его с толку и мешала сосредоточиться. И еще — совсем не в тему. Какие нафиг бродячие псы?

— Вот сам бы попробовал найти за это время песню в тему. Держи. — Саня дал Кириллу бутылку водки, а сам развернулся в сторону диджейской рубки и махнул рукой. — Кроме того не соглашусь. Песня попала в точку!

Удача за нас, мы уберем их на «раз»,

И это без сомнения так,

Нам дышится в такт, и ускоряет наш шаг

Блюз бродячих собак

— А что? Все ровно лучше, чем та музыка, что крутят здесь. — Начал оправдываться Александр.

Нас ненавидели те, кто труслив в темноте

Они считали, мы мешаем им жить.

И лишь с учетом того, что десять против одного,

Нас в результате смогли победить.

— Помнишь, как в детстве сбитые колена самогоном протирали? — улыбнулся Кирилл, как только открыл бутылку. Он полил руку и вытер порез. В глазах потемнело от боли, но зато рана продезинфицирована. Похоже, действие препаратов заканчивалось. Тут же появились девушки и увлеченно начали щебетать всякие глупости.

И я дружу теперь с котом, я дверь не путаю с окном,

Мне доказали, что стар я для драк,

И все реже во сне, теперь приходит ко мне

Блюз бродячих собак.

Кирилл не слушал их, в отличие от основной массы как и Саня он понимал о чем поется в песне на этом старом языке. И ему было интересно, чем она кончится.

— Пропустите, разойдитесь, — девушка в белом халате пробивалась сквозь толпу.

Удача за нас, мы уберем их на «раз»,

И это без сомнения так,

Нам дышится в такт, и ускоряет наш шаг

Блюз бродячих собак

— Черт, сейчас тебя заберут в больницу.

Блюз бродячих собак

— Нет! — возмущенно запротестовали девушки. А народ постепенно втягивался и начинал неуверенно покачивается под необычные для этого заведения ритмы. Хотя песня уже и кончалась.

Блю — у-уз бродячи — их соба — а-а — а-а — ак

Наконец‑то медик пробилась сквозь толпу. Девушка оказалась симпатичной. Она деловито схватила Кирилла за голову и начала вертеть ею в разные стороны. Осветила карманным фонариком переносицу и без слов потащила за собой.

— Стой, стой. Куда ты меня тащишь?

— В машину! — девушка остановилась, зло посмотрела Кириллу в глаза — у тебя переносица разрублена, надо сшить.

— Тогда бегом, бегом. Десант, увидимся завтра, девушки, не скучайте! — браво отозвался Кирилл, чувствуя, что если он упадет здесь, то конец всей его репутации.

Скорая стояла прямо перед входом в клуб. Докторша запихнула Кирилла внутрь.

— Феликс, подвези меня домой, только езжай потихоньку пациента нужно сшить, — девушка уложила Кирилла на носилки и обработала лицо каким‑то раствором. Тот жутко шипел и резал так, что онемело пол лица. — Вот гадость! Мало того что пьяный, да еще и все лицо в спирте.

— Значит так! Я трезвый, а лицо в водке, потому что рану дезинфицировал.

— Трезвый бы в клетку не полез. Водкой? Мы что в каменном веке?

— Но я же…

— Замолчи. — Кирилл повиновался, а девушка ввела ему под кожу какой‑то препарат. В глазах медленно начало темнеть, а слова медика звучали как в дали.

— Ой, не тот шприц. Феликс что делать? Я вместо местного ввела общий наркоз.

— Во — первых, не признаваться доктору Це. Признаешься — интернатуру завалишь. Особенно после того шухера, что устроила Корделия.

— Так, где хирургия, а где скорая…

— Ты с Диком на свиданку ходила.

— Не с Диком, а с Джефом. — поправила его Тина.

— Ага, при Либи… Ну конечно, — не поверил водитель.

— Не важно, что с ним, что делать?

— Зашивать! — Девушка нервно продолжила процедуру. — Здесь по дороге мотель, я остановлюсь и договорюсь, чтоб его приняли, а ты быстрее заканчивай. Не волнуйся дочка, все будет в порядке. — Феликс свернул за угол и вышел с машины.

Тина быстро взяла себя в руки и закончила с лицом, а вот Феликс долго не возвращался.

— Нет, не возьмут без сознания. А если не взяли здесь, то и в других местах не возьмут.

— Неужели не пройду интернатуру? — Слезы навернулись на лицо. Тина готова была разреветься. Наука давалась очень не легко, кое‑что так и не понимала, просто зазубрила. Да еще и попала в интернатуру к доктору, у которого все студенты ее завалили. Не все, но большинство.

— Не реви. Это твой последний день. Нужно, чтобы он переночевал у тебя.

— Хорошо.

— Я не думал, что ты так быстро согласишься.

— Соглашусь. — Тина подняла голову и смешно шмыгнула носом.

— Обязательно приду посмотреть, с каким лицом Це будет подписывать твои бумаги.

Глава 23

Кирилл, Тина, Александр, Виктор

Утро Кирилл встретил в незнакомом доме. Проснулся он на раскладном кресле, а напротив, в кровати, спала чертовски красивая девушка. Утреннее солнце пробивалось сквозь занавески и золотом сверкало в пышных каштановых волосах. Один луч падал прямо на симпатичный носик, покрытый веснушками. Кирилл видел красивую картину, левый уголок губ начал подниматься.

— Ай! Ой! Вот зараза! — Вчерашняя рана дала о себе знать.

— Что, болит? — Тина вскочила с постели и куда‑то умчалась в одной футболке. Даже сквозь острую боль Кирилл отметил, что у нее отменные ножки. — Вот, держи, должно помочь, — девушка сунула ему в руку таблетку и стакан воды.

— У вас скорая больных, что и домой берет? — Кирилл глотнул таблетку и жадно запил.

— Не кривись, дольше заживать будет.

— Тебе легко говорить. — Кирилл отбросил плед и встал. — А куда девались туфли, футболка и куртка?

— Туфли в прихожей, а футболка постиранная. Куртки у тебя вчера не было.

— А как я вчера здесь оказался?

— Понимаешь… — Тина залилась краской — я вчера тебе вместо местного наркозу общий ввела.

— Тогда, мне кажется, я должен был бы, проснуться в больнице.

— У меня очень строгий куратор, а руководитель интернатуры вообще зверь. Один проступок и не видать мне отметки о прохождении интернатуры.

— Тогда с тебя завтрак. Где у тебя ванная?

— В коридорчик и направо. — Тина была удивлена.

— Кстати тебе идет, очень. — Кирилл рентгеновским взглядом осмотрел девушку. Тоненькая гранатовая футболка не скрывала линий тела. И прежде, чем Тина успела что‑то сказать — вышел из комнаты.

Лицо выглядело ужасно. Синий нос и огромные синяки под глазами. Зато таблетка, похоже, подействовала — Кирилл мог притронуться к лицу. Кое‑как он умылся, потом снял с веревок над ванной свою футболку и вышел. Тина была уже на кухне.

— Готовлю завтрак.

— Прекрасно, а у тебя нельзя футболку погладить.

— Расстели покрывало на столе. Утюг на окне. — После первой минуты глажки Тина сжалилась над ним и за пятнадцать секунд нормально погладила футболку.

— Похоже ты не очень самостоятельный мальчик.

— Я капитан торгового корабля! — возмущенно заявил Кирилл.

— Садись кушать, капитан. — Тина поставила на стол яичницу.

— Не сяду!

— Почему?

— Не сяду, пока не узнаю, с кем я буду завтракать!

— Тина Моэн, — сквозь смех сказала она.

— Очень приятно! Меня зовут Кирилл Григорьевич Котовский. Скажи пожалуйста, Тина, а с лицом ничего нельзя сделать? У меня сегодня пара деловых встреч…

— Можно, но препарат растянет время заживания от трех дней где‑то до шести — семи. И шрам останется. Если бы я его склеивала — было бы лучше, но у тебя кровотечение не останавливалось.

— Какой же капитан без шрама.

Разговор с Тиной был очень приятен, покидать ее не хотелось, но нужно было заняться настоящими делами. От Тины Кирилл позвонил Александру и через полчаса тот был у дома.

— Шикарный вид… — с одесским акцентом протянул Кирилл, смотря на действительно шикарный желтый кабриолет.

— Таки да, — в тон ему ответил Александр, любовно поглаживая обтянутый кожей руль. — Твоя куртка. Еле забрал ее у охранника. — Саня бросил куртку Кириллу.

— Ты сегодня занят?

— Да нет, а что?

— Нужна твоя помощь. Мне нужно собрать команду в кратчайшие сроки. — Кирилл засунул руку во внутренний карман куртки, достал оттуда пачку кредитов и сунул обратно.

— Хорошо, только сделаем еще одно дело. Антонио мне тачку за услугу одолжил. Нужно заехать за его братом.

— Тогда рванули. — Кирилл перепрыгнул дверцу и упал в мягкое кожаное кресло. — На Земле сейчас фиг такую роскошь купишь.

— А ты купи здесь и продай на Земле.

— Налоги на кожу, средства передвижения и роскошь сожрут всю прибыль. Еще в минусе останусь.

— Это здесь?

— Да вроде бы. — Приземистый четырехэтажный домик, был обвешан гирляндами из туалетной бумаги, а газон усеян пустыми и не очень пивными бутылками. Саня пнул ногой пустую жестянку, переступил несколько стекляшек, порванный презерватив и зашел внутрь.

— Комната 76. — Саня постучал. Дверь открыл «хорошо отдохнувший» вчера парень. — Виктор есть?

— Кто? — Саня заглянул в комнату: полный бардак, куча пива, две девушки.

— Ясно. — Александр уже хотел развернутся и уйти, но увидел под кроватью рупор. — Я одолжу, — он оттолкнул парня, зашел в комнату и поднял рупор, потом на всю громкость два раза сказал. — Виктор Тодескини спуститесь к желтому кабриолету возле входа. Вас ожидают родственники.

— Ты всю общагу разбудил.

— Главное, чтоб Вика разбудил. Пошли.

Пока ребята спустились с четвертого этажа, Виктор уже ждал их внизу.

— Это вы орали.

— Да.

— Какие же вы нафиг родственники?

— Антонио просил тебя забрать. Держи — Саня дал ему баночку с таблетками от похмелья.

— У тебя что выпуск был? — Кирилл рассматривал синюю курсантскую форму. — Необычное сочетание, — на левой груди рядом разместились две стрелки догоняющие друг друга по кругу и диск (значки флориста и инженера электронных систем).

— У тебя тоже. — Вик махнул рукой на значки закрепленные на куртке, потом бросил таблетку в рот и глотнул.

— Домой не спешишь? У нас еще есть дела.

— Да нет, я в машине отосплюсь.

— Ну, вот и хорошо, поехали.

Через час Кирилл с Александром уже вошли в здание информационного центра космопорта. Виктору дали отоспаться в машине. Отдел найма находился на втором этаже, и ребята сразу же направились туда. Проходя мимо стеклянных дверей, Кирилл обратил внимание на свое отображение. Лицом особо не поторгуешь, но отеки сошли полностью и естественный цвет вернулся.

Отдел представлял собой открытий зал с кучей рабочих столиков за двумя приемными стойками. Очередь возле стоек двигалась быстро и Кирилл сделал запрос на поиск экипажа. Подбор одного члена экипажа стоял восемь тысяч. У Кирилла с собой было максимум полторы. Плохо было то, что просмотреть список было невозможно. Выдавалась информация об первом космонавте одной специальности по заданным параметрам. Правда, в параметрах можно было хоть вес — хоть рост с цветом глаз указывать. Кирилл решил пойти другим путем.

— Саня, держи. — Кирилл вручил ему три сотни. — Коробку конфет и букет цветов. Не большой, но эффектный. — Пожалуйста, побыстрее. Смотри, — указал он взглядом сначала на сонного охранника — потом на проход в рабочую часть зала.

Александр утвердительно мотнул головой и пошел на выход, стараясь закрыть охраннику обзор прохода. Кирилл отошел чуть в сторону от стоек, дождался, пока охранник клюнет носом в очередной раз и решительным шагом пошел на рабочую часть зала. По дороге он снял куртку, свернул ее значками внутрь и повесил на руке так, чтобы прикрывала браслет. С пустого столика схватил чей‑то планшет и пошел дальше. Все рабочие места были пронумерованы и разделены стенками, за ними сидели исключительно девушки. Кирилл обращал внимание на обстановку на столе, а больше всего на фотографии.

Столик номер шесть понравился ему больше всего. Девушка одета в тусклые тона — явно низкая самооценка; на столе идеальный порядок — такие приходят в восторг от мелочных изменений в жизни (или же ненавидят их); фотография стариков — наверное родители, а значит в личной жизни не везет; на стенке плакат, где парень обнимает девушку — романтична и наивна. Кирилл закончил обход, но ничего лучшего не нашел. Возвращаясь, он положил планшет на тот же столик — хозяин еще не вернулся. Охранник тоже ничего не заметил. Через несколько минут вернулся Александр с коробкой конфет и букетом роз.

— Идеально, у нее как раз на столе ваза с розочкой.

— У кого?

— Столик номер шесть. Тебе нужно подойти…

— Стоп, стоп, стоп! Мне нужно подойти?

— Я бы сам подошел, но она выше меня, и к тому, же посмотри на мое лицо.

— Никуда я не пойду.

— Полсотни.

— Две.

— Сотня.

— Идет.

— Мне нужен электромеханик: до тридцати, чтобы знал хоть три энергосистемы класса Б, по возможности второй навык, без судимостей, не наркоман, не психопат. Бей на жалость, говори, что денег нет, что был атакован пиратами, теперь нужно чинить энергосистему. Говори, что сразу видно, что она настоящая женщина с доброй душой и должна помочь. Сделай суровое и правдивое лицо, стань на одно колено. Хотя нет, с коленом перебор.

— Я тебе не актер.

— Не достанешь данные денег не получишь.

— Да я тогда вообще туда не пойду.

— Смотри, охранник ритмично клюет носом. Разбудишь его — выгонят. Сними куртку, чтоб мускулы было видно. Красавец. Заметят, что посторонний на рабочей территории — выгонят, поэтому розы опусти вниз. — Говоря это, Кирилл показывал пальцем на охранника и медленно тянул Александра в сторону прохода, потом резко сделал шаг и сильно дернул. Саня сделал шаг, чтобы не упасть и еще два по инерции. Он оказался перед проходом и отступать уже было некуда. Он только бросил полный злобы взгляд на Кирилла. Но тот не испугался. Александр был довольно отходчив.

Кирилл посмотрел на свой браслет и засек время. Саня справился за шесть минут ровно. Но парня он нашел просто отличного: знание огромного количества энергетических систем, да еще и навык флориста.

— Проблем не было?

— Откуда ты знал, что нужно говорить?

— Дома за Михаилом наблюдал, плюс немного психологии.

— Да, этот черт с девушками умеет обращаться. Ладно, вот данные на твоего парня. — Саня сунул Кириллу распечатку.

— Он уже два года после академии, и с такими данными работает в баре. Что‑то здесь не так.

— Ладно, прячь бумагу и пойдем отсюда.

Вик все еще мирно дремал на заднем сидении, когда ребята подошли.

— Ну что прямо в бар?

— Могут понадобиться деньги. Поедем сначала на корабль.

Охрана космопорта разрешила заехать на территорию машиной. Мужики оказались мировые, за что Кирилл обещал им бутылку сливовой водки из своего бара. Вик уже проснулся и захотел осмотреть корабль. Кирилл с легкостью согласился, поскольку все еще не привык к новой роли, и ему было приятно такое внимание.

— Фу, здесь что‑то издохло. — Александр поморщил нос.

— Нужно срочно продуть вентиляционную систему. А еще осмотреть «Куст» если не хотите ставить новый кислородный генератор.

— Вик, я один на этом корабле. Со всем я не справлюсь, да и соответствующих навыков нет. — Кирилл почувствовал укол совести за такое состояние его дома.

— Генератор долго не протянет, — авторитетно заявил Виктор. — Этот запах мне еще со второго курса въелся.

— Починить сможешь?

— Если сейчас провести очистку, удобрений в воду подсыпать, то за три дня, я думаю, он будет в норме.

— Слушай, а давай я тебя на испытательный срок оформлю. Три дня, без занесения в личное дело. Плюс три сотни получишь.

— Пять.

— Хорошо, только деньги после работы.

— Да нет же, пять дней.

— А? — хотел было спросить что‑то Кирилл, да просто махнул рукой. — Пошли, я тебя оформлю. — Кирилл завел ребят к себе в каюту, сам сбегал в кладовку, за новым браслетом. Виктора оформили быстро, активировали браслет и корабль стал распознавать его как флориста. Когда тот вышел, Кирилл открыл шкаф и достал оттуда шкатулку для Хартмана. Из верхнего ящика письменного стола достал пачку кредитов.

— Деньги остались?

— Где‑то полсотни.

— Оставь себе — Кирилл отсчитал штуку и дал Александру — а это на непредвиденные расходы. Найдешь Эндрю Хартмана и передашь ему шкатулку от брата. — Кирилл схватил со стола книгу, открыл ее и встряхнул. Из книги вылетела записка, он подхватил ее на лету, еще до того, как она коснулась стола. Бегло прочитал ее, потом отдал Сане — Здесь адрес. Отдашь и свяжешься… Стоп, а как же нам связаться? У меня местного коммуникатора нет.

— Оформи меня, как Вика.

— У тебя что есть специальность?

— В десанте учат обращаться с захваченной техникой. У меня есть тактические навыки, командный опыт, даже диплом, если хочешь.

— А старпомом ко мне не пойдешь?

— Я дома три года не был.

— Ясно, тогда на три дня?

— Давай на пять, может задержимся. — Кирилл снова побежал за браслетом. На этот раз он взял четыре штуки, чтобы потом не бегать.

Глава 24

Кирилл, Джон

Саня высадил Кирилла возле бара. Он занимал первый этаж дешевой гостиницы и был отделан в шотландском национальном стиле. Кирилл подошел к здоровому рыжему бармену, заказал пива и осмотрелся вокруг.

— Извините, мне нужен Джон Беккет, вы не подскажете, где я могу его найти?

— Зачем он тебе? — бармен недоверчиво оглядел Кирилла, и остановился на значках. — Молод ты для капитана.

— Судьба бывает непредсказуема — сначала бьет, а потом ласкает.

— Хочешь предложить ему работу?

— Да. Кстати у вас отличное пиво.

— Ладно, подожди пару минут, он как раз должен подойти. Соседка попросила новый телик поклеить на стенку в прихожую. Говорит, если Джон поклеит, то долго работать будет. Это чем‑то вроде местного суеверия стало.

Кирилл уже допивал пиво, когда шум в дверях заставил его обернуться. Двое верзил пристали к молодому парню. Тот явно не хотел драться, но его провоцировали и, похоже, просто не оставляли выбора. Кирилл подумал, что парня сейчас согнут в бараний рог, но когда громила толкнул парня в очередной раз, тот ударил его открытой ладоней в живот так, что верзила согнулся пополам и упал на пол. Второй вынул из кармана что‑то. Один взмах рукой и это что‑то превратилось в нейрошокер. Вот это было уже совсем не честно. С действием этого небольшого телескопического жезла Кирилл был знаком на собственной шкуре по разборкам в Академии. И поэтому знал, что он способен вызывать адскую боль не только в месте касания как считалось. Боль бывала такой, что казалось, будто горит вся кожа, а если попадают в челюсть, то это острая боль всех тридцати двух зубов.

Кирилл поднялся со стула, достал свой клинок и двинулся на громилу. Тот уже успел свалить парня при помощи своего оружия и теперь просто добивал его ногами. Посетители бара не очень‑то спешили развести драчунов. Кирилл спокойно подошел сзади с включенным клинком. Молодой капитан хотел разрубить шокер, потом можно спокойно потолковать с громилой. Только он поднял свой клинок, как что‑то звякнуло, в глазах потемнело, клинок выпал из рук, и Кирилл рухнул на пол.

В чувство Кирилла приводили уже не в баре.

— Очнись, давай просыпайся. — Кирилл открыл глаза, и расплывчатое изображение начало восстанавливаться. Над ним склонились парень из драки и бармен.

— Где я?

— Эрик, он похоже в норме, — сказал парень бармену.

— Он хотел с тобой поговорить. — Эрик развернулся и покинул комнату.

— Значит ты Джон? — Кирилл поднялся с кровати. Башка сразу затрещала.

— Что случилось?

— Пока ты подошел к одному из этих придурков, второй очнулся и огрел тебя по башке.

— Не зря я слышал, как стекло бьется.

— Не знаю, что ты слышал, но огрел он тебя кулаком.

— Странно. Ну, впрочем, это не важно, как дело обстояло потом?

— Тот, что пинал меня, отвлекся и я ударил его, со вторым разобрался Эрик.

— Ты ударил его из положения лежа и вырубил? Я что‑то не совсем понимаю.

— Я шок. Могу накапливать в организме электрические заряды.

— Генетически измененный?

— Да.

— Вот почему ты после академии никуда не смог устроится. Таких, как ты не очень любят, — сказал Кирилл, а потом понял, что ляпнул лишнего. — У меня один вопрос. Ты измененный из Гелеона?

— Гелеон — планета генетически модифицированных людей, которые считают себя высшей расой. Я похож на того, кто считает себя выше других?

— Ну, насколько мне известно, не все там высшие. Большинство создается под определенную специализацию, а высшими считает себя только научная и военная элиты.

— Мой тип был создан во времена войны, как солдат. Вот только солдат из таких, как я не лучше, чем с остальных, а при работе с электричеством, имею преимущество. Тогда Гелеон всего лишь мелкой колонией был. Основные работы велись на Земле.

— Так ты не первое поколение?

— Нет.

— На сколько сложны твои изменения?

— Рецессивный ген, который есть у половины людей переведен в доминантный.

— Значит, если у меня есть тот же ген, его можно «включить» и я тоже буду всех током шарахать.

— Нет, ген можно активировать только во время слияния половых клеток.

— Других изменений нет?

— Нет.

— Дай свою медкарту. — Джон достал из внутреннего кармана куртки НЛД и подал их Кириллу. Тот достал карманный компьютер, вставил медкарту и просмотрел информацию.

— Хорошо, ты принят в команду.

— Но я еще не дал согласия.

— Хочешь еще два года ждать? Нет, ну тогда собирай вещи и через два часа жду тебя на двенадцатой посадочной площадке. — Джон не ответил, но Кирилл и так знал ответ.

— Капитан, вещи уже собраны, — парень открыл шкаф, достал оттуда дорожную сумку и рюкзак. Шмотки, что висели в шкафу, он просто запихнул в сумку, потом высыпал в рюкзак содержимое верхнего ящика стола. — Пошли.

— Оперативно.

— Только с Эриком попрощаюсь.

— Ну вот, я же говорил… Ты хороший малый, а теперь дуй отсюда, не умею я прощаться. — Бармен по — отцовски обнял Джона.

— Корабль еще несколько дней будет стоять в порту — можете еще встретиться.

— Капитан, это вам. — Эрик протянул корзинку с темными бутылками. — Эль, — пояснил он. — Если пиво понравилось, то это уж точно.

— Спасибо. — Кирилл взял у Джона рюкзак и, спрятав бутылки в нем, молодые люди вышли из бара. Дорога в порт заняла примерно час. От Александра вестей не было, поэтому Кирилл сразу занялся новым членом экипажа.

— Значит так, в твоей каюте еще шмотки прежнего хозяина. Делай с ними что хочешь. Можешь сложить в коробки и отнести в мастерскую, в кладовках уже места нет. Сейчас я тебя официально зарегистрирую, потом с системой разберешься сам. Еще проведешь инвентаризацию, наведешь порядок в кладовках. У тебя два дня.

— Ясно, — парень не возражал от такого объема роботы. Кирилл был приятно удивлен, вот только справится ли он. А возможно он просто не представляет что его ждет.

Сразу, после подписания контракта, Джон с головой ушел в работу. Кирилл зашел к Вику посмотреть, как тот справляется. Самый младший Тодескини мирно посапывал под аквариумом с кустом.

— Вик, Вик вставай.

— А? Да. — Давай дуй домой. Ты еще, похоже, после гулянки не оклемался.

— Не могу. Еще часов десять нужно за процессом восстановления следить.

— Джон, зайди в сад. — Кирилл вызвал нового электромеханика по браслету. — Это новый элмех, Джон. У него есть соответствующие навыки. Объяснишь, что нужно и дуй домой. Нет, лучше через полчаса зайди ко мне и поедем вместе. Мне еще Тора нужно у Джустины забрать.

— Кого?

— Увидишь.

На выходе Кирилл столкнулся с подоспевшим Джоном. — Вик — временный флорист. Помоги ему, он объяснит. — После этого Кирилл сразу отправился в свою каюту. Он достал старые флешки и вставил первую в отверстие под монитором. Она содержала информацию о строении корабля. Были описаны все системы. Вооружение числилось значительнее, нежели в действительности. На флешке Кирилл нашел также заметки специалистов, работавших с каждой системой. Он порылся в столе и нашел пачку чистых носителей. На один он записал данные о системе воздушного обеспечения, на второй — об энергосистеме. Не придется ребятам самим разбиратся — быстрее освоятся.

— Капитан, полчаса уже прошло. — Вик оборвал мысли Кирилла.

— Идем.

Глава 25

Александр, Эндрю

Тем временем Александр подъехал по указанному адресу. Длинный восьмиэтажный дом находился на окраине делового города. Саня поднялся на пятый этаж и долго жал на звонок двери номер пятдесят восемь. Никто не отвечал. Александр решил обратиться к соседям, но потом вспомнил, что перед входом в подъезд, под виноградной аркой сидели старушки. Обычно бабское радио знает все, что творится в пределах микрорайона. Значит то, что творится в собственном подъезде — они знают точно.

— Добрый день.

— Добрый, добрый… — Старушки критически осмотрели Александра.

— Я ищу Хартмана, Эндрю, его сейчас нет дома. Может подскажете где он? Может, где он работает? У меня для него очень важная посылка, Саня помахал в руках шкатулкой.

— Слышали, работает! Да этот бандит сроду нигде не работал, — высказалась, похоже, заводила.

— Да, да, да, — закухкудахтала еще одна, серьезно кивая головой.

— Не правда, — отозвалась третья — хороший парень, он мне как‑то сумку помогал нести от остановки. И за все время, пока тут живет, ни разу, гулянки не устраивал, а работал он в ремонтной мастерской «Скорость».

— Ой, да шо вы говорите. Сумку пронес и уже хороший, а то, шо аварию устроил ничего? Семь человек погибло!

— Стоп! — нервы Александра не были способны долго выдерживать такие психологические атаки. — Вы меня извините, но вам известно где он сейчас?

— Известно. В тюрьме, где ему и место! — высказалась заводила. И сразу же началась бранная перепалка.

— А когда его посадили?

— Да сразу же после аварии.

— Авария когда была?

— Да вчера вот только.

— Спасибо. — Александр развернулся и пошел прочь, не в силах больше слышать бабские споры. А бабульки принялись обсуждать Александра, и большинство пришло к выводу, что тот тоже бандит.

Саня не стал связываться с Кириллом. Он решил самостоятельно найти Эндрю. Первым делом он просмотрел газеты и новостные блоги в сети. Да, авария действительно была, вот, только никто не погиб. Преступники содержатся в местном отделении милиции.

Александр всегда считал, что самый простой путь и есть верным, а действовать он привык быстро и эффективно. Так и на этот раз он подошел к дежурному и заявил, что ему нужно встретиться с Эндрю Хартманом. Не понятно, за кого его приняли, но как только дежурный связался с начальством, из здания выбежал младший сержант и провел его к камерам.

— Оставь нас, — попросил Александр и сержант повиновался.

— Ну, вот и все. Вопрос можно?

— Валяй.

— А сколько за меня заплатили?

— В смысле?

— В прямом.

— Кирилл штуку дал, но по — моему мы говорим о разных вещах.

— Ты меня замочить должен?

— Нет.

— Зачем ты тогда тут?

— Тебе посылка от брата. — Александр просунул шкатулку сквозь прутья. Эндрю недоверчиво ее взял.

— А какой код?

— Сказали, что ты знаешь. — Эндрю ввел код — не то, — с третьей попытки шкатулка открылась. Внутри были деньги и письмо. Письмо Эндрю сунул в карман, быстро пересчитал деньги и грязно выругался.

— Что такое?

— Не хватает пяти сотен.

— Для чего?

— Для заставы. Если не заплатить тридцати штук, меня здесь грохнут.

— За что? За ту аварию?

— Да какую аварию?

— Точно грохнут?

— Точно, точно. — Эндрю сказал это как‑то обреченно.

— Давай деньги. У меня есть чем доложить. Когда выпустят выйди из участка, поверни направо, пройди два дома, снова поверни направо и беги прямо, сколько сможешь. — по памяти обрисовал маршрут Саня.

— Не очень верится…

— А у тебя есть другой выход?

— Вот деньги.

Эндрю не особо верил незнакомцу. Впрочем, возможно он из Конторы. Но скорее всего его просто не хотели мочить в участке. Как и всякий человек в безвыходной ситуации он жил никчемной, маленькой надеждой. И эта надежда давала силы, как реактор холодного синтеза. Ведь откуда у этого парня письмо брата, почему на шкатулке код школьной кладовки с химическими реактивами? Нужно верить, нужно выбраться отсюда, ведь он отвечает еще за одну жизнь.

— На выход, — охранник прервал мысли Хартмана. Эндрю получил назад свои вещи. Телефон сразу полетел в урну, бумажник и блокнот после тщательного осмотра отправились в карманы джинсов. Эндрю не исключал, что жучок ему могли спрятать и в одежде. Паранойя с силой била по висках.

Один дом Эндрю минул совершенно спокойно. Внутри все кипело, мысли мешались, но внешне он был естественно бледен и спокоен. Рука автоматически скользнула в задний карман и достала блокнот. Повертев блокнот в руках, Эндрю открыл его, полистал, а потом снова положил в задний карман. Совершенно незаметно за это время он успел осмотреть ситуацию позади себя в зеркалюную поверхность обложки. Сержант, что приводил незнакомца, явно следовал за ним. Когда Эндрю свернул за угол, то побежал так, как будто убегал от всех земных ужасов. Он успел пробежать один дом, когда сержант свернул за угол и пустился в погоню следом. Эндрю едва успел подумать какой смысл уходить от копа по прямой, как налетел на такси. Водила открыл заднюю дверцу и Эндрю, не раздумывая, вскочил внутрь.

— Куда едем?

— Сейчас увидишь, — такси подъехало к небольшой площади, — тебя ждут у фонтана. — Эндрю вышел, а таксист, не сказав ни слова, уехал.

Эндрю осмотрелся. Место было людным, значит, убить его точно не хотят. Фонтанов было три. Таксист вроде кивнул на средний. Хартман начинал немного верить в версию о Конторе, в конце концов, его только что спасли, возможно, и Сергею удастся помочь. Решительным шагом Эндрю направился к фонтану. С одной стороны несколько девушек брызгались водой, с другой стороны стояла группа киберпанков. Светящиеся из‑под кожи противным едковато — зеленым цветом татуировки вызывали у него отвращение. Чуть дальше сидели бабульки и что‑то деловито обсуждали. Наверное те самые татуировки. Около минуты Эндрю простоял у фонтана, потом нервы все же сдали и он, развернувшись, пошел в сторону стоянки такси.

— Эндрю. — Парень резко обернулся, позади него стоял незнакомец, что вытащил его из обезьянника.

— Ну?

— Садись. — Александр отошел чуть дальше от таксистов и запрыгнул в желтый кабриолет не открывая дверцы.

— Куда едем?

— Просто не стоим на месте.

— Тогда у меня есть вариант.

— Не раньше, чем расскажешь, за что тебя хотят убить. — Версия о Конторе пошатнулась, но возможно парень просто соблюдает режим секретности.

— Поехали в космопорт, по дороге расскажу.

— Рассказывай.

— А что можно рассказывать?

— Все.

— Меня раскрыли. Хотели ликвидировать. Просто удача, что я почуял корректора раньше. Он, кстати, в соседней камере сидел.

— А почему сидел ты?

— Попался, — пожал плечами Эндрю.

— Почему не рассказал кто ты.

— Не тупи. Среди копов всякие бывают. Грохнули б меня еще быстрее.

— И что все секретные агенты так просто информацию выкладывают?

— Ты же сам сказал, что можно говорить все.

— Над чем конкретно ты работал? — понял его заблуждение Александр.

— А тебе это нужно знать?

— А как же.

— Яустроился на одну из точек распределения наркотиков. В сеть Сазерленда. Мы уже собрали все доказательства, но…

— Стоп, ты не один работал?

— С напарником и информатором. Их тоже могли рассекретить.

— Продолжай.

— По глупому все вышло. Теперь я сам за себя. В порту есть камеры хранения, там новые документы, оружие, скелет.

— Скелет?

— Да, полная генетическая копия, чтобы следы замести, — подозрения вновь накрыли Эндрю. — Почему он переспросил о скелете? — думал он.

— С тебя причитается. Я помогу, и так уже засветился.

— Для начала сказал бы хоть кто ты.

— Я же говорил. Меня друг попросил тебе посылку передать. Он с твоим братом набрался и тот вдруг решил, что у тебя денежные проблемы, раз ты ему о переезде не сказал. Вот и проявил братскую заботу. И нет, я не из ваших, но и не с врагов.

— Мне понадобиться помощь, чтобы вынести все из камеры хранения — сказал Эндрю Александру.

— Без проблем.

Под камеры хранения в порту был выделен огромный зал на первом этаже. Эндрю попросил Александра идти вперед. Сам снова вытянул свой блокнот и осмотрел ситуацию позади себя в зеркальную поверхность. Подозрительных личностей не наблюдалось. Нужные Хартману камеры находились в конце зала. Там мало кто оставлял вещи, туда вообще мало кто доходил. Эндрю открыл камеру номер одиннадцать — двести сорок шесть и достал рюкзак. Потом снял свои НЛД и бросил их в туда. С маленького кармана рюкзака он достал новые и надел. Потом воровато осмотрелся по сторонам и достал два ствола.

— Ствол есть?

— Нет.

— Лазер или плазму? Есть еще разрядник.

— Давай лазер.

— НЛД гони.

— Зачем?

— Давай сюда. — Александр достал бумажник и вынул из него свои НЛД. Эндрю отлепил от рукоятки лазера маленький квадратик, приложил к личному делу Александра. Пришлось немного подождать, пока тот не стал зеленым. Потом отдал лазер и НЛД Александру.

— Что это было?

— Официальное разрешение на ношение данного оружия. — Эндрю отлепил квадрат от рукоятки плазменного пистолета и проделал то же со своим новым личным делом.

Квадраты он тоже бросил в камеру, потом достал из рюкзака новые шмотки.

— Посмотри, чтобы никого не было. — Александр выглянул из‑за угла. Камеры располагались параллельными рядами. Концы рядов упирались в стены, а центр разрывал широкий проход. Эндрю полностью разделся и одел то, что было в рюкзаке. Все свои вещи он запихнул в камеру хранения, даже блокнот, потом достал из рюкзака автоиньектор и разрядил его себе в шею. Шприц он тоже бросил обратно в камеру и закрыл ее. Из камеры ниже Эндрю вытянул огромную сумку.

— Ей, помоги. — Александр подошел и взялся за одну ручку. — Скажи как тебя зовут, чтобы проблем потом не было?

— Саня.

— Очень приятно. Пошли, сейчас нужно добраться к моей квартире. В течении двух часов со мной странные вещи будут творится, лицо изменится.

— Слушай, а как твое бюро называется? Такая секретность.

— Просто Контора. Значит к квартире можно…

— Да знаю я, где твоя квартира.

— Вот и хорошо. Открывай багажник. — За это время ребята уже успели подойти к машине. Сумку бросили в багажник, а Эндрю запрыгнул на заднее сидение. Александр успел заметить, что лицо у него осунулось, а щеки сильно обвисли.

К квартире они могли добраться быстро, но на улице было еще светло. Эндрю показал Сане дорогу к глухому парку. Трансформация лица доставляла сильные боли, и изредка с заднего сидения слышались стоны. Ребята подождали, пока она закончиться и только когда Эндрю пришел в себя, он объяснил, что собирается сделать.

— Думаешь выйдет?

— Стандартная схема. После ее задействования об агентах редко встречают какую либо информацию. Или агент, или его.

— Вроде пора.

— Ладно, я на тебя рассчитываю. Через два часа я буду никакой.

— А может, обойдешься без этой дряни? Что в ней?

— В 78 % случаев, предположительно, в квартире засада. А дрянь эта состоит в основном из синтетического адреналина. — Эндрю достал из рюкзака шприц, и ввел содержимое в вену. — Ждем пять минут. — За это время Эндрю проверил заряд ствола. Если перемещать боек из разных режимов, от самого слабого выстрела до предельно сильного, то на рукоятке в течение доли секунды высвечивается иное количество выстрелов. Плазма имела три режима: стандарт, бронебой и выжигательные. Эндрю выбрал бронебой, так батареи хватало на двадцать выстрелов.

Через пять минут Хартман вышел из машины, открыл багажник и одним движением вскинул сумку со скелетом на плече. — А эта штука хорошо действует, — свободной рукой, он достал из рюкзака небольшой шар и бросил его в карман, потом достал и очки. — Ну, вперед. — Лицо Хартмана приобрело более жесткие черты. Появились сильные залысины, немного увеличился нос. Теперь у Эндрю была квадратная челюсть, жесткая и густая черная щетина и волчий взгляд темно синих глаз из‑за кустистых бровей. Такой же взгляд был обычно у Александра, вот только глаза были светлее. Оба парня были темноволосые, но у Александра не было залысин. К тому же лицо Александра отличалось меньшей остротой линий, а тело меньшей стройностью. Эндрю был выше, немного уже в плечах. Он не имел телосложения крепко сбитого сельского парня, как Саня. Больше всего он походил на легкоатлета — профессионала. И все же было что‑то в них похожее. Возможно, служба в соответствующих структурах делает людей одинаковыми, возможно — воспитание, но ребята действовали четко и слажено.

За полчаса Эндрю уже стоял под деревом возле своего дома. Фонарь возле дерева был разбит, и темнота надежно укрывала его от чужых глаз. Чужих машин не наблюдалось. Подозрительных личностей не было, даже бабульки уже разбежались по домам. Эндрю посмотрел на часы и уселся прямо на траве под деревом. Пятнадцать минут ожидания — никого, если не считать влюбленной парочки и толпы ребятни. Эндрю встал и неспешным шагом направился в свой подъезд. Необычно большая сумка могла вызвать подозрение, но бегущий человек с большой сумкой вызвал бы больше подозрения.

Эндрю не воспользовался лифтом, он всегда ходил пешком. Соблюдая осторожность, он двигался почти бесшумно, наступая на ступеньки только носком. Препарат, который он себе ввел, предавал телу необычайную силу и ловкость.

Хотя Эндрю и имел достаточно надежную дверь, замок которой был сделан на заказ, он все же не вел себя беспечно. Сумку со скелетом поставил на пол, указательным пальцем с силой нажал на дугу, над переносицей — очки включились. Так они исполняли роль прибора ночного виденья, с детектором движения. Эндрю осмотрел лестницу — никого, потом достал ствол и шагнул внутрь своей квартиры.

Очки сразу же уловили движение возле ванной комнаты. Эндрю мог просто подойти к дверям и расстрелять их в упор. Вряд ли кто‑то спрятался бы в тесной ванной от хорошей порции плазмы. Но он предпочел не убивать сейчас, потому, что не хотел засветиться. Выстрелы плазменного оружия сопровождаются яркими вспышками. Эндрю аккуратно заглянул во все комнаты, потом открыл сумку, которая оказалась большим холодильником, достал оттуда скелет. По — сути это был не скелет, а репродукция тела — грубая, но вполне подходящая для того, что задумал Эндрю. Скелет он кое‑как прислонил к стенке напротив ванной, потом быстро открыл дверь и спрятался за нее. Раздалось три едва слышных шлепка. Со всем прогрессом человечества, профессиональные киллеры не нашли ничего лучшего, чем огнестрельное оружие с глушителем. В пулях уже не использовали пироксилиновый порох, а более мощное взрывчатое вещество, от чего размер пули уменьшился, а вместительность магазина увеличилась, но принцип роботы оставался тем же.

В комнате наступила полная тишина. Эндрю увидел, как из‑за двери показалась рука с оружием. Поскольку скелет все еще стоял, рука навела оружие на голову и спустила курок. Пуля похоже раздробила череп, противно скрипнули кости, только после этого скелет покосился и упал, а рука с оружием опустилась. Киллер сделал еще шаг — в тишине его обувь как‑то особенно громко шаркнула о пол. Когда он, наконец, согнулся над своей жертвой и зажег фонарик, чтобы осмотреть лицо жертвы, то понял свою ошибку. Эндрю со всего размаху влепил ему рукояткой по затылку. Фонарик выпал из рук убийцы и покатился по полу.

Эндрю осветил лицо корректора. Этого парня он знал, знал его репутацию — ни одной осечки. Своих жертв он фотографировал на антикварный Palaroid, который и сейчас висел у него на шее. Собственно‑то о нем и было известно только то, что он носит с собой этот антиквариат. Эндрю обыскал парня. Во внутреннем кармане, он нашел какие‑то конверты. В первом конверте находились фотографии Сергея, во втором — фотографии с его старым лицом. Эндрю скрипнул зубами от злости, хотел было ударить киллера каблуком по голове, но сдержался. В нынешнем состоянии он точно проломит ему череп, а это провалит конспирацию. Эндрю взял одну фотографию Сергея, остальные положил на место. Корректор не должен очнуться еще примерно полчаса. Хартман достал из кармана шар, и начал поворачивать его половинки против часовой стрелки. Меж двумя долями появилась голубая линия, а на ней цифры. Эндрю поворачивал до тех пор, пока на линии не высветилось десять ноль — ноль, после чего он просто сжал шар в руке — это активизировало обратный отсчет. Эндрю спокойно спустился по лестнице, так же спокойно вышел из дому, прошел темную арку, свернул за угол и бросился бежать. Александр ждал его в точно условленном месте, с разбегу Эндрю запрыгнул в машину, так, что прижал Саню к двери и заорал — Ходу! Быстро. — Очевидно Александр случайно нажал на вызов, когда Эндрю прижал его к двери, потому, что сразу услышал обеспокоенный голос Кирилла.

Глава 26

Кирилл, Тина, Александр, Эндрю

Кирилл отдал ребятам носители с технической документацией, потом они с Виком отправились к нему домой. Тот трижды засыпал в маршрутке. Джустин встретила ребят приветливо — Кирилла снова ждала огромная пицца, а также длинная тирада о том, что Джустина сделает с Антонио и Александром, за его шрам. Она была уверена, что виноваты эти двое, а попытка разъяснить все, только убедила в ее этом, и Кирилл просто махнул рукой.

Так, слово за словом, незаметно пролетел день. Часы подтверждали, что сегодня уже ничего не успеть.

— Саня ты как? — сказал Кирилл в браслет. В ответ только тишина, наверное кто‑то из них находился за пределами действия корабельной радиостанции. Ну, тогда есть еще одно приятное дело. — Тор, пошли. — Джуси, наверное, была с Виком. Нужно было бы попрощаться, но рыскать в чужом доме не хотелось. Да тогда Котовский уже и приятно провести вечер не успел бы.

Кирилл решил навестить прелестную медсестру. На углу ее дома он нашел цветочный магазин, и сразу же прикупил букетик красных роз. При выходе он посмотрел в витрину на свое отражение. Ну и рожа, лицо опять заплыло, но препарат от отека Тина разрешила принимать только утром. Перед дверью подъезда Кирилл почему‑то занервничал, осмотрел себя — вроде нормально. Парень выдохнул, как перед рюмкой водки и нажал на кнопку домофона. Послышалось четыре длинных гудка, прежде чем на экране появилось изображение.

— Да? — Тина похоже все еще отсыпалась после ночного дежурства. Пышные волосы были смяты с одной стороны и неестественно взъерошены с дугой.

— Привет спасительница. Пустишь? — Тина была удивлена, как‑то автоматически она сказала «да» и попыталась расправить волосы. Пока Кирилл поднимался, Тина успела привести прическу в некое подобие порядка.

— Тор, вести себя прилично. Здесь холодильник не обнюхивать. — Тор недовольно отвел взгляд от Кирилла, а тот в свою очередь позвонил в дверь.

— Привет, больной.

— Привет, доктор. Знакомься, Тор. — Тина согнулась над Тором.

— Какая милая кошка. — Тор рявкнул, обнажая пасть с острейшими клыками, и Тина сразу же отскочила.

— Извини, он катарский тигр, и не любит, когда его называют кошкой.

— Я вижу. Заходите, — уже как‑то с опаской сказала Тина. Кирилл вручил ей цветы и хотел поцеловать, но Тина демонстративно увернулась, и Кирилл попал в щечку носом, что вызвало адскую боль и слезы на глазах.

— Только познакомились, а ты меня уже до слез довела, — отшутился Котовский.

Тор, тем не менее, действительно вел себя прилично — весь вечер проспал на диване. Тина обиделась, что Кирилл не предупредил ее, и она не приготовилась. Хотя как это можно было сделать, если они не обменивались контактами, кроме того это дало повод для совместного приготовления ужина. Время проводили весело — брызгались водой, бросались зеленью. Так весело и легко Кирилл давно уже не чувствовал себя. После того, как Тина засунула ему за шиворот кубик льда, он начал ее щекотать, но на нее это не подействовало, зато, когда Тина защекотала его, он не знал куда деться. Кирилл вырывался, старался убежать от щекотки, но Тина наоборот прижала его к стенке. Не зная, что делать, Кирилл обнял ее за плечи и прижал к себе. Тина остановилась, ее щеки налились румянцем.

— Большинство парней считает приготовление пищи женским делом.

— Глупо, при чем здесь это? — подумал Кирилл. — Глупо, но как‑то по детски мило и наивно. — В голос же он сказал, — Но не я.

— Не ты…

— Да я вообще не похож на остальных, — сказал он, а сам подумал — если не сейчас, то когда? — он положил правую руку ей на талию, прижал к себе всем телом и поцеловал. Правая рука залезла под футболку, и начала медленно поднимать ее.

— Так, успокойся, — сказала Тина дрожащим голосом. Сначала попробовала вырваться из объятий, а потом, наоборот, прижалась к Кириллу. Парень знал, что если проявить настойчивость, то большинство девушек не устоит, но сейчас он решил не наглеть.

Ужин продолжили готовить, уже не буяня. Тина быстро накрыла стол, приглушила свет. Стол накрыли прямо на кухне. Незатейливый ужин оказался самым романтичным в жизни обоих. После того, как слова и еда с вином закончились, Тина снова оказалась в объятиях Кирилла.

Когда их губы почти сошлись в поцелуе, заорал браслет.

— Ходу! Быстро! — Вызов шел с браслета Александра.

— Что случилось? Саня отвечай. — Кирилл тряс свой браслет.

— Кирилл, потом. — В динамике грохнуло. Он захрипел так, что Кирилл сразу понял — Александр был рядом во время взрыва, а потом, отдаленный звук долетел и до открытых окон.

— Тор, за мной. Я вернусь, я обязательно к тебе вернусь, — последние слова он сказал Тине. На этот раз она не убегала от поцелуя. Кирилл схватил куртку и вылетел с Тором на лестничную площадку. — Ты на тачке? — спросил Кирилл в браслет.

— Да.

— Я там же, где и утром. Забери меня.

— Не сейчас.

— Забери, я сказал!

— Через полчаса на Площади Фонтанов.

— Вечно ты все по — своему делаешь, стервец.

К указанной площади Кирилл добрался за пятнадцать минут. Отдал таксисту сотню, даже спорить не стал.

— Я на месте, — сказал Кирилл в браслет. Саню он прождал еще где‑то минут двадцать. На заднем сидении кабриолета в конвульсиях бился незнакомый парень.

— Ты еще и кота своего притащил! — С негодованием сказал Александр. Тор сразу зарычал.

— Тор, не сейчас, запрыгивай на заднее. — Ттигр послушался, но все же недовольно смотрел на Саню. Кирилл сел на переднее, и Александр сразу же дал по газам. — Верх подними, слишком странная компания у нас. — Александр сбавил скорость и поднял верх. — Кто это?

— Хартман твой.

— Откуда ты его достал?

— Из тюрьмы, его убить хотели.

— Саня, у меня ну очень дурное предчувствие. Во что вы успели влезть? Вы что тюрьму подорвали? Что за взрыв я слышал?

— Выжигатель. Граната, что выжигает все в радиусе два — три метра. Не беспокойся — люди не пострадали. Давай, может сейчас на корабль, там я все и расскажу.

Охрана снова пустила их на территорию с машиной. Хартмана перенесли в одну из свободных кают, Александр отогнал машину на стоянку, а потом вернулся. Кирилл узнал всю историю с самого начала. Кое в чем Кирилл поступил бы так же, поэтому упрекнуть Александра он не мог, но ему все же не нравилось, что Эндрю находился на корабле. Если бы Кирилл знал всю историю, то никогда бы не привел его на корабль. Ведь ребят могли выследить, а это подвергало опасности всю команду. Хотя у Кирилла был только один полноценный член экипажа, но даже им он бы не рискнул. Теперь деваться уже было некуда, но выпускать куда‑нибудь Эндрю после того, как тот оклемается, Кирилл не собирался до следующей планеты. Александра он оставил приглядывать за Эндрю, а сам зашел в сад. Джон разместился на полу возле «куста» и что‑то читал.

— Что читаем?

— Изучаю энергетическую систему корабля. — Джон отложил читалку. Кирилл совсем забыл, что сбросил ему эту информацию перед уходом.

— Ну молодец. Тор! — Кирилл позвал четвероногого друга, и тигр мигом явился в саду. — Знакомься новый член экипажа, Джон, наш элмех. — Тор подошел к Джону, вдохнул его запах, потом довольно рыкнул и зашагал прочь в сторону кухни. Кирилл забыл, что хотя он сам ел, Тора не накормил. — Только не называй его котом, он очень обижается. И не смотри на меня так, я не сумасшедший. Тор, просто, очень умный. Спокойной ночи.

Кирилл зашел на кухню, с трудом отыскал синтетическую баланду на основе разных сортов мяса и приготовил ее для Тора. После чего, с чистой совестью, зашел в свою каюту и завалился спать.

— Кирилл, вставай, хорош спать! — Саня пытался поднять друга.

— Да какое «вставай»? Я только что лег!

— Уже утро, а лег ты ночью.

— Что серьезно?

— Да, вставай. — Кирилл с трудом поднялся с кровати.

— Че те надо?

— Выйти хочу, ты же все люки задраил капитанской командой.

— А это я, чтобы ты Хартмана не проворонил.

— Да нам вообще‑то вдвоем надо выйти.

— Успеете, а мне сейчас надо чашку чая и умыться.

— Открой люк!

— Зачем?

— Выйти надо.

— Это я уже слышал.

— Ты что вообще охренел?

— А ты как с капитаном разговариваешь?

— Я не собираюсь твои дурацкие приказы исполнять.

— А подставлять меня ты собирался, а корабль мой, а Вика с Джоном? Ты привел на корабль парня, на которого охотятся наемные убийцы. Ты всех подставил!

— Мне его на улице надо было оставить?

— Подождать, пока оклемается, а потом отпустить на все четыре стороны, но не приводить на корабль. Так, что он теперь до следующей планеты из корабля не выйдет.

— Кирилл, очень надо.

— А мне по — тихому убраться из планеты надо. И как ты мне прикажешь это сделать с одним членом экипажа? Не знаешь? Тогда зови его и рассказывайте, что натворили. — Кирилл встал с постели и начал одеваться, а Александр пошел за Хартманом. Через несколько минут состоялся разговор.

— Я благодарю за гостеприимство, но меня ждут дела снаружи. — Эндрю говорил четко и уверенно.

— Какие?

— Это личное. — Волчий взгляд Хартмана сверлил Кирилла насквозь. Так смотреть Эндрю учили специально. Редко, кто выдерживал, но Кирилл говорил с ним, не отводя глаз. Все равно этот взгляд улыбке Эйба по кровожадности и в подметки не годится.

— Мне все ровно. Ты вчера подорвал собственную квартиру. Не факт, что ребята не знают, как ты выглядишь теперь. Мы привезли тебя ночью, но если ты выйдешь из корабля днем, то я сам тебя пристрелю. — Кирилл нажал на кнопку на браслете — Тор, я у себя, подойди, — вызов на ошейнике Тора имелся, вот только поймет ли он? Кирилл не имел ни малейшего представления об этом. Тор показывал чудеса смекалки, вот только это может быть уже слишком.

— Капитан, мне нужно наружу, и я туда попаду.

— Не думаю. — Злой, волчий взгляд проходил сквозь карие глаза Кирилла, как воду. Взгляд Кирилла не отличался жесткостью или чем‑нибудь похожим, как у Эндрю. Там было одно спокойствие.

— А я думаю. — Эндрю навел на Кирилла свой ствол и демонстративно поставил боек на выжигание.

— Саня не дергайся. — Кирилл был спокоен, как удав. — Стреляй, — в это время дверь открылась и в комнату зашел Тор.

— А у вас есть смелость, Капитан.

— Какой же придурок стреляет в таком режиме в упор? Самому можно пострадать.

— Тогда я тебя руками порву. — Эндрю засунул ствол за пояс.

— Повали, не убивай.

— Это, как выйдет, — ответил Эндрю.

— Я не тебе. — Тор резко встал на задние лапы и уперся передними Хартману в лопатки. Эндрю упал на живот, пистолет покатился по полу. Хартман сразу же попробовал развернуться на спину, но тигр не дал. Тогда он попытался рукой достать пистолет, и почти успел, но Кирилл наступил на него прежде, а шея Эндрю оказалась между острыми, как бритва, зубами. Тигр держал Хартмана разумно — он не поранил шею, но и не предоставлял человеку возможности пошевелиться, да еще и когти вогнал в спину для надежности. Кирилл подобрал ствол и перевел в стандартный режим.

— Сейчас ты поднимешься, но не будешь дергаться. В отличие от тебя, я выстрелю. — Саня плюнул на все и уже не вмешивался. — Тор отпусти. — Тигр отпустил и медленно отошел от Хартмана. — Держись со спины.

— Зачем это тебе?

— А я любопытен, кроме того у тебя нет выбора. — Дело обстояло именно так, и Эндрю не стал противиться.

— Мой напарник мертв, но парень, который мне помогал — еще жив. У него личные счеты с Маратом Гаджиевым.

— Стоп. Меня все не интересует. Я уже понял, что ты хочешь помочь парню, но почему ты считаешь, что он еще жив?

— Вчера в квартире был киллер, у него я нашел фотографии мои и Серегины. Я знал его, когда дело сделано — он отдает заказчику фотографию мертвого.

— Он еще и фотографии распечатывает.

— Нет, он пользуется старым палароидом. Вернее пользовался — меня и Сергея он уже не сфотографирует.

— Ты же сказал, что у него были…

— У него были фотографии моя и Сергея живых.

— Ясно. У тебя план есть?

— Нет.

— Так куда же ты перся?

— На месте придумал бы. Опыт то есть…

— Фамилия у твоего Сереги есть?

— Соколов.

— Где его можно найти?

— Возможно, он не знает, что его засекли, тогда в мастерской, она как распределительный пункт наркоты.

— Что за мастерская?

— «Скорость». Огромная — почти с маленький завод.

— У тебя есть что‑то, что может помочь нам?

— Вы собираетесь найти его?

— Ну не могу же я оставить человека умирать.

— Когда идем?

— Ты что глухой? Ты никуда не идешь. Так, что там припасено?

— Две дозы физического усилителя, выжигатель, разрядник с лицензией, очки с ночным видением и детектором движения, отмычка для механических замков, ВД1 одна, ВД4 — восемь штук, ВД8 — восемь штук.

— Так, стоп. Что такое ВД.

— Дистанционная взрывчатка. Первая — мощная, для подрыва зданий, четвертая и восьмая — величиною с пуговицу. Ими обычно замки взрывают — четверка взрывает, а восьмерка выжигает маленькую и аккуратную дырочку. — Объяснение исходило от Александра, и Кирилл удивленно на него посмотрел.

— А ты откуда знаешь?

— Забыл, где я служил? Курс диверсионной деятельности у нас проходили все.

— Ясно. И что еще имеет наш друг?

— Только ручку. Ее я, пожалуй, заберу, это подарок.

— Хорошо. И где все это добро?

— В моем рюкзаке.

— Я принесу, — отозвался Саня и Кирилл утвердительно мотнул головой.

— А я тебя постерегу, — обратился Кирилл к Хартману, все еще не опуская ствол.

Когда Саня вернулся, содержимое рюкзака высыпали на стол. Да все было именно то, и именно столько, сколько сказал Эндрю. Пока шел переучет, Кирилл успел одеться. Конечно, одеваться свободной рукой было неудобно и опасно, но насчет безопасности Кирилл не волновался. Он знал, Тор не подведет. Тигр стоял за спиной Хартмана и следил за каждым его движением. Кирилл попросил Александра собрать все назад в рюкзак. Все, кроме ручки и разрядника. Универсальная ручка, пишущая на любой поверхности вещь хорошая, но слишком уж мирная среди диверсантских примочек.

— Можешь взять свою ручку.

— Спасибо. — Эндрю сделал шаг вперед и взял со стола ручку. В это же время за его спиной зарычал Тор, напоминая, что глупостей делать не надо.

— Разрядник я вижу, а лицензия где?

— Под ним. Можно? — Эндрю подался телом вперед, а Тор приготовился к прыжку.

— Да конечно. — Тор расслабился. Эндрю сделал снова шаг к столу, поднял разрядник. — Тор, если он выстрелит, убей его.

Эндрю натянуто улыбнулся, перевернул разрядник и отлепил от него маленький квадрат, потом попросил у Кирилла его НЛД. Кирилл посмотрел на Александра и тот утвердительно мотнул головой. Свободной рукой он снял свои НЛД и бросил их Хартману. Тот приложил квадрат к личному делу, потом бросил его на стол и протянул НЛД Кириллу. Капитан улыбнулся и взялся за цепочку левой рукой, в правой он все еще держал ствол. И только, когда он потянул цепочку на себя, то понял, что‑то не так. Почему Эндрю все это время держал ручку в той же руке, что и НЛД. Навыки фехтования сработали быстрее, чем Кирилл успел подумать. Инстинктивно он почувствовал колющий удар и отдернул руку. Ошибка состояла в том, что Кирилл не отпустил цепочку. В то же время прыгнул Тор. Он помешал Хартману ударить точно и кнопка ручки щелкнула о рукав куртки. При падении Эндрю выронил ручку и отпустил НЛД. Кирилл посмотрел на рукав — ничего. Когти Тора вновь впились в спину Хартмана, а сам он недовольно рычал. Кирилл подумал, что Эндрю не рискнет предпринимать сейчас что‑нибудь, и внимательнее осмотрел рукав. На этот раз он заметил маленькое пятнышко от прозрачной жидкости.

— Какой интересный подарок. Что это?

— Да пошел ты!

— Ладно, проверим на тебе.

— Стоп, не надо.

— Ну? Я очень внимательно слушаю.

— Там вещество, что вводит человека в гипнотический транс.

— Круто, и быстро действует?

— Через четыре минуты после введения.

— Чудненько, это я возьму, а сколько здесь зарядов?

— Тридцать. — Зло выдавил Эндрю.

— Значит уже двадцать девять.

— Да, — подтвердил он разочарованно.

— Ну, вот чего ты сердишься, нам точность просто необходима. Вот ты допустил неточность и я могу поспорить, что когти Тора тебе сейчас доставляют некоторое неудобство. Вот, а значит, во избежание таких неудобств, нам просто необходима точность. — Кирилл считал, что имеет полное право поиздеваться. — Посидишь под замком, а мы поищем твоего друга.

Кирилл попросил Тора отпустить Эндрю, и тот, с очень большой неохотой, да и только с третьего раза отошел в сторону. Хартмана оставили в каюте, где он ночевал, а Тора назначили охранником. Александр еще раз мысленно плюнул на все. Чтобы не быть виноватым он согласился во всем слушаться Кирилла. Тот, конечно же, не поверил ему, но деваться было некуда. Джона тоже взяли с собой. Кирилл решил, что если наркоторговцы узнают, что он помогал Хартману, то все ровно перебьют всю команду. К моменту их «вылазки» пришел Вик и Кирилл предоставил ему полную свободу действий на корабле везде, кроме кают.

Глава 27

Кирилл, Александр, Джон, Сергей

Перед уходом Кирилл испытал на Эндрю разрядник и обыскал его. Бумажник и блокнот не представляли ценности, но вот в заднем кармане он нашел фотографию. На обратной стороне было написано Соколов Сергей Владимирович. Вот с этой‑то фотографией Джон и отправился в кафе, что было по дороге Соколова к мастерской. Высовываться сам Кирилл не стал. Слишком уж приметная у него личность. Маленький, с синей опухшей рожей и длинным свежим шрамом.

Джон успел выпить восемь чашек кофе, но Сергей так и не показался — его или убили, или он на работу не пошел. За это время Александр успел прекрасно выспаться, а Кирилл с тупым упорством ждал новостей от Джона. Когда кофе перестало лезть в горло — Джон, ни с чем, вернулся в машину. Для страховки ребята припарковались через два дома от квартиры. Проколы совсем не огорчили Кирилла, он снова послал Джона погулять возле дома. Решено было дежурить весь день. Поскольку Беккета очень интересовала сложившаяся ситуация, пришлось поведать ему короткое изложение истории о посылке Эндрю Хартману. Рассказал Кирилл все так, будто и у Джона теперь не остается выхода, кроме как только участвовать во всем этом.

— Везет же мне… И так всю жизнь! — раздосадовался Джон.

— Везет тому, кто сам себя везет, — сделал философское заключение Кирилл — А тебе, друг мой, на боевой пост пора. — Тяжело вздохнув, Джон отправился пить очередную чашку кофе.

На этот раз Соколова он увидел. У парня был отличный зеленый Мустанг. Модели Джон не знал, но смотрелась тачка круто. Сначала решено было поговорить с Джоном у него дома, но Александр выступил против. Вместо того чтобы подавить его сопротивление, Кирилл еще раз раскинул мозгами и согласился. А потом решение пришло само собой. Вернее вышло из дома и направилось в небольшую забегаловку рядом.

Место было не из тех, где заказывают кофе, хотя сытно поесть нездоровой и жирной пищи можно было — Джон заказал пиво. Зеркало над барной стойкой давало отличный обзор. В этот обзор попадал и Сергей. Задача Джона была простой, как доска. Когда Сергей вышел в туалет, Джон отправился за ним. Не обращая внимания, на то, чем Сергей был занят, он протянул ему записку, потом развернулся, помыл в умывальнике руки и вышел. Когда он сел в машину, ребята двинулись дальше.

— Что было в записке, которую я передал? — спросил Джон.

— План действий, на сегодняшний вечер.

— Ночь уже.

— Тогда поспешим.

— И каков же план?

— Ну, сейчас мы заедем куда‑то поедим, а потом поедем на встречу.

— С Сергеем?

— С Сергеем.

Ребята по быстрому сожрали пару сандвичей, а потом поехали к глухому парку, на то место, что показал Александру Эндрю.

— Саня спрячься где‑то в кустах, смотри, чтоб за ним никого не было. Джон, водить умеешь?

— Плохо.

— Тогда стой возле меня и молчи. Наш клиент появится примерно через полчаса.

Кирилл ошибся, Сергей явился через пять минут. В левой руке, он не скрывая держал мини — лазер. Поскольку Саня наблюдал за ситуацией из ближайших кустов с разрядником наготове, Кирилл не нервничал. Сергей молча подал Кириллу руку, и так же молча пожал, потом достал из кармана листок и подал его Кириллу.

— Что все это значит? — было написано на листе. В записке Кирилл попросил Сергея не разговаривать, а писать все на бумаге. Кирилл опасался, что на Сергее могут быть жучки.

— Записку читал? — написал на листике Кирилл. Сергей кивнул, когда прочитал. Тогда Котовский продолжил. — Что ты знаешь про Эндрю? Жив?

— Мертв.

— Все так считают?

— Да. — На лице Сергея появилась заинтересованность.

— Он жив, но тебя тоже хотят пришить.

— Кто?

— Наркоторговцы, вас рассекретили. — Сергей недоверчиво глянул на Кирилла, а левая рука дернулась. Кирилл поднял руки вверх, сделал несколько успокаивающих движений, потом опустил, и написал. — Хотел бы тебя убить, то успел бы это уже десять раз сделать. — Потом отдал этот лист Сергею, с кармана вытянул еще один и тоже дал Сергею. После того, как Сергей прочитал второй листик, у него глаза полезли на лоб. Он отдал листики Кириллу и выразительно покрутил указательным пальцем у виска. Кирилл улыбнулся, развел руками, а потом показал указательным пальцем на Сергея, после чего провел им по шее. Тот с досады плюнул на землю, потом взял листок и написал.

— Почему я должен вам доверять?

— Я дарю тебе надежду. — Сергей глянул на Кирилла и утвердительно кивнул головой. Кирилл пожал Сергею руку, развернулся и сел в машину.

Сергей вернулся по той же дороге, что и пришел, а ребята дождавшись Александра, который не вылезал из кустов до последней минуты, поехали другой.

— Ну, теперь посвятишь нас в свой план?

— Нет.

— Это почему?

— Будешь знать конечную цель, будешь действовать по — своему, а это может только навредить.

— Гад!

— Ты тоже не ангел. Высади меня там, где подбирал недавно.

— Зачастил ты к своей медсестре. — Саня ехидно улыбнулся.

— Во — первых — она доктор, хоть и в интернатуре еще, а во — вторых ты ее просто не видел, там есть к чему спешить.

— Я думал у них это практикой называется.

— Да фиг его знает, может здесь не по земному методу врачей готовят, а может ты сам не прав.

— Если на то пошло, я бы хотел зайти к Эрику, — высказался Джон.

— Завтра сбор в десять, за мной чтоб подъехали оба. Джон присмотри за Саней, он, когда выпьет, то буйным становится.

— Так мне что с ним ехать? — спросил Александр.

— Да. — Саня пробурчал что‑то недовольно себе под нос, а тем временем, ребята оказались возле дома Тины. Кирилл вышел из машины и строго спросил. — Вам все ясно?

— Так точно, товарищ капитан — проорал Саня, а Джон просто улыбнулся.

— Ну, так почему вы еще здесь? — с улыбкой переспросил Кирилл.

На этот раз даже в дверь звонить не пришлось — Тина открыла сама. Пока он поднялся по лестнице, она уже ждала его перед своей дверью. Девушка была в одной футболке, той же в которой Кирилл впервые увидел ее в квартире. При виде этого заспанного чуда, рот Кирилла расплылся в улыбке, но глаза встретили суровый взгляд из‑под нахмуренных бровей, а надутые щеки идеально дополняли картину.

— Что?

— Исчезаешь, я слышу взрыв, потом возвращаешься, как будто ничего не было.

— Может, зайдем?

— Это моя квартира и я буду решать, будем заходить или нет.

— Извини.

— Заходи. — Кирилл зашел, и Тина закрыла за ним дверь.

— Не сердись, пожалуйста. Ты единственная на этой планете, к кому я могу зайти.

— И много у тебя таких единственных на других планетах?

— Ну, все! — твердо и сердито сказал Кирилл. Тина удивленно посмотрела на него. Кирилл схватил девушку, сильно прижал ее к себе и насильно поцеловал. Первые несколько секунд Тина сопротивлялась, от чего шрам на лице горел огнем, но чем больше Кирилл ослаблял хватку, тем больше Тина прижималась к нему. Когда Кирилл отпустил ее, то она просто повисла на нем.

— Я первый раз так за кого‑то волновалась.

— За меня не стоит волноваться, я всегда… — Тина отпустила Кирилла и сделала шаг назад. Ее недовольный взгляд заставил остановиться на половине предложения, не высказав мысль до конца.

— Ты говоришь мне не волноваться. Может ты забыл обстоятельства нашей первой встречи? — Тина демонстративно отвернулась. Кирилл обнял ее за пояс левой, правой поправил ее волосы и поцеловал в шею. — Я, наверное, схожу с ума. — Тина снова обернулась и обняла парня.

— Или просто влюбилась.

— Или влюбилась — прошептала Тина. — Наверное ты и есть мой героический тип.

Глава 28

Кирилл, Александр, Джон

Утром ребята забирали Кирилла.

— Ведем себя, как будто ничего не было…

— Ты руки не показывай.

— Да куда ж я их дену, они все время на руле. Тихо, идет.

— Привет, — поздоровался Кирилл.

— Привет — как‑то виновато ответили ребята.

— Так… Ну и кто вы после этого? Посмотрели на меня. Я сказал, посмотрели на меня! Я же просил не буянить.

— Мы не буянили, — огрызнулся Джон.

— Ага, а рожи в синяках просто так, от ветра. Значит, Александр просто мне помогает, а вот тебе я штраф влеплю. Процентов двадцать, а лучше тридцать.

— А почему так жестко. — Заступился за Джона Саня.

— А с тобой я вообще не разговариваю.

— Почему?

— Чтоб перегар меньше вонял. Поехали.

За двадцать минут дороги Кирилл оттаял и начал расспрашивать ребят. Оказалось, что в баре опять налетели на Джона, Саня не сдержался. Минут десять ребята молотили друг друга, а потом вынесли обидчиков на улицу и сложили рядышком. Напились они уже потом, по случаю победы над несправедливостью.

— Джон, как на Клене людей хоронят.

— В смысле?

— В прямом.

— Ну, кремируют, как обычно. Родителей моих кремировали. А об остальных я не интересовался.

— А чтоб в землю гробы закапывали.

— Да вроде есть кладбища…

— И часто там людей хоронят?

— Я не знаю.

— Ладно, поехали на корабль.

На корабле первым делом накормили голодающих Тора и Эндрю, потом Кирилл отдал несколько приказов и закрылся у себя в каюте. Вскоре к нему постучался Вик.

— Капитан, можно?

— Ну, заходи, раз тебе нужно. Что хотел?

— Спросить как вам моя работа? Пройду я испытательный срок?

— Ну, он еще не закончился. А ты что хочешь на меня работать? Со связями своего отца можешь на любой корабль устроиться. Да что там — ты и собственный купить можешь.

— Не хочу быть ему обязанным. Хочу сам добиться всего.

— Тогда три процента от прибыли тебя устроят?

— Да, конечно. — Регистрация прошла быстро и после нее Кирилл обрушил на Вика суровую реальность.

— У нас там, в одной каюте, бывший секретный агент сидит. Под замком сидит, так что не вздумай отпустить. Будешь его кормить и Тора тоже. — У Вика челюсть отвисла, он не мог понять шутит капитан или нет.

— А почему, он там сидит? — собравшись с мыслями спросил Вик.

— Да от наркодельцов убегал, случайно помогли, а теперь, если выйдет, нас засветит. Тогда сам понимаешь — всех перестреляют. Ну, ты не робей и поосторожней с ним.

— Не волнуйтесь, у меня четвертый дан дзюдо.

— Тогда приступай к роботе.

— А когда этих кормить?

— Когда сам будешь есть, только агенту столовых приборов не давай. Он и так опасен. Пускай руками жрет. — Вик в полном недоумении развернулся выходить.

— Вик — ты серьезно?

— Не понял? — Виктор остановился в дверях.

— Я тебе ситуацию обрисовал хоть и комично, но это правда. Опасность вполне реальна.

— Переживу.

— В том то и дело, что можешь не пережить.

— Все мужчины моей семьи служили в десанте. — Вик пожал плечами. — Наверное, без страха и риска невозможно повзрослеть. Если уж испугаюсь, то побегу к отцу. Поверьте, он сумеет защитить.

— Тогда свободен, — развел руками Кирилл — Я предупредил, — и Виктор вышел из капитанской каюты.

Час Кирилл продуктивно работал. Быстро он пересмотрел вторую флэшку и отметил, что на ней куча полезной информации: данные о планетах и вариантах торговли, полезные люди и данные на них. Среди людей Кирилл отметил торговца корабельным оборудованием. Он привлек внимание Кирилла тем, что находился именно на Клене. Этому торговцу бывшая команда продавала редкие металлы и сплавы достаточно выгодно, хотя Клен и имел собственные залежи. Кирилл подумал, что запас сплавов и руды в трюме скорее всего и предназначался этому торговцу.

— Саня зайди ко мне. — Александр явился через минуту.

— Если ты хочешь спросить, брать ли Вика в команду, то не вздумай.

— Спрашивать?

— Ты капитан или клоун? Хватит этой дурацкой иронии.

— Вообще‑то я его уже записал.

— Что ты сделал?!

— Он сам подошел ко мне и попросился в команду.

— А тебе не пришло в голову, почему он попросился в команду к новичку, с его‑то данными.

— Не темни.

— Отец, хотел его в десант отправить, у них это семейная традиция. После этого Вик вместе с Антонио должен был семейным ресторанным бизнесом управлять.

— Ну, сделал парень по своему, ну и что из этого. Кроме того, согласись, рестораны и десант — не вяжется.

— Традиция дурацкая, но слово Тодескини много значит для торговцев. Он запретил всем брать Вика в команду. И никто не взял — кроме тебя!

— Я откуда знал?

— Корабельные сообщения читать надо.

— Так, никому не рассказываем, что Вик уже в команде, поговорим с его отцом перед отлетом. Вику скажи, чтоб никому не говорил, пока.

— Сейчас просмотрите товар Генри Лоуренса. Мне нужны истребители, пушки и турели. Смотри, чтоб истребители могли вместить полный экипаж — человек восемь или девять. Можете включить в обсуждение Хартмана, он все же бывший пилот ВКС. Рассчитывайте на два миллиона. Приоритетно истребители и на все вам даю час. Потом со списком ко мне.

— А ты?

— А мне еще поработать придется, — после того, как Александр вышел, Кирилл подключился к планетарной сети и начал искать информацию о кладбищах.

Выбор истребителей шел в бурных обсуждениях. В каюте Хартмана включили камеру, и вывели картинку из кают — компании ему на экран, так, что он мог принимать участие в обсуждении, естественно не выходя из каюты. На счет Сергея ему сказали, что он жив и действует по плану капитана, вот только в свой план он не посвятил никого. Эндрю смог немного успокоится и дать несколько дельных советов. Из имеющихся товаров выбрали Сокола и Слона, магнитную пушку, две огнестрельные крупнокалиберные турели. Джон настоял на включении в список старого дальнобойного лазера. Парень заверил, что может снизить энергопотребление лазера в четыре раза, а такой дальнобойности в новых не достичь. Поскольку ребята уже освоились со своими должностями и знали инвентарь корабля, то на оставшиеся деньги от лимита включили в список необходимые инструменты и запчасти. Через час Александр заглянул к Кириллу.

— Держи. — Александр протянул Кириллу читалку со списком.

— Посмотрим, что вы здесь навыбирали. Ну СУ-578 (Сокол), я понимаю, но АН-990 (Слон) зачем. Он же неповоротлив.

— Зато у него вместительность 9 человек, вместе с пилотом. Эндрю сказал, что если поставить на него дальнобойные лазеры и пулеметы, то к нему просто невозможно будет приблизиться. От себя добавлю, если поставить на него ракетницу «Оса», то вообще будет непобедим. Я с таким стыкался.

— А вы не забыли, что мы просто торговцы? Нахрена нам столько вооружения?

— Так он вместительный.

— Ладно, бери Джона и поехали к этому торговцу.

Ангар Лоуренса находился на окраине города. Переднюю часть составляло торговое помещении, а заднюю — склад.

— Где, где я тебе его возьму. У меня со сплавами напряг, — орал в монитор здоровый седой мужик. — Ну, могу с других сделать, он же у тебя за неделю разлетится. Так все, всего хорошего! — зло рявкнул мужик и отключил связь.

— Ну что Генри, готова моя «Грета»? — спросил с издевкой лысоватый мужичек с большим носом.

— Ладно, что у тебя?

— Тона титановой руды.

— Издеваешься.

— Ладно тебе Генри, за последний год ты привык работать с рудами.

— Привози свою руду на мой склад.

Ребята не заинтересовались этой сценой, а вот Кирилл уже чувствовал прибыль.

— Саня, что такое «Грета» не знаешь?

— Универсальная ракетная установка. Шикарная вещь.

— Как думаешь, на «Семи ветрах» будет смотреться?

— Да она как минимум полтора миллиона стоит, а еще наценка за редкость. — Кирилл уже не слушал, твердым шагом он направился к Генри.

— Извините…

— Я занят, — грубо ответил Генри.

— А за грубость ты мне еще и «Грету» отдашь. — Генри удивленно посмотрел на Кирилла.

— Ты кто?

— Это не столь важно, как то, что у меня есть. — Кирилл протянул Генри планшет, предварительно включив список груза. Ожидания Кирилла полностью оправдались — глаза Генри расширились и жадно заблестели.

— И сколько ты за это хочешь? — Кирилл почти, что силой отобрал планшет и включил список необходимого.

— Это плюс «Грета»

— Идет, Когда груз?

— Да хоть сейчас забирай. Корабль «Семь ветров».

— Повтори.

— «Семь ветров», а что?

— Так ты и есть сводный брат Артура? — взгляд Генри светился каким‑то презрением.

— Извините, я совсем недавно стал капитаном этого корабля и никакого Артура я не знаю, но могу предположить, что он был капитаном «Семи ветров» и именно благодаря ему я сейчас с вами торгую.

— Пойдем парень, поговорим.

Генри провел Котовского в свой кабинет и начал свой расспрос. Кирилл поведал ему свою историю, с момента первого знакомства с кораблем. Генри не мог его ни в чем упрекнуть. В свою очередь, он рассказал историю настоящего капитана «Семи ветров». Он был удачлив, даже чересчур — смерть обходила его в сотнях дурных ситуаций, но нож в баре перерезал нить его жизни. Причем, совершенно случайно. Пьяница хотел прирезать дружка, но споткнулся и всадил нож в затылок Артуру.

— Цену ты назначил честную, мог бы с меня три шкуры содрать и я бы никуда не делся. Черт! Не вовремя эти «зеленые» за наши рудники взялись.

— А что с рудниками, я СМИ просматривал, ничего такого не видел.

— Да потому, что замять пытаются. А наши торгаши уже цены до небес взвинтили. Ладно, «Грета» изначально предназначалась «Семи ветрам», еще и десяток разных ракет получишь. Слона модифицируем, как пожелаешь.

— Грузите все, кроме истребителей, и можете забирать свои сплавы и руды. Слона до завтра сделаете?

— Запросто.

— Скорости и маневренности ему бы.

— По максимуму?

— Да.

— Тогда еще сто тысяч. Цена честная.

— Хорошо. Истребители перегоним своим ходом завтра. Ну, пошли.

Кирилл вышел из комнаты и отыскал в зале ребят. Они торчали перед здоровенным вездеходом, и в его сторону слышались только хорошие восклицания.

— Все, ребята, поехали на корабль.

— А у нас случайно не осталось денег на этого красавца?

— Не знаю, стоит ли его покупать?

— Точно стоит. Для торговли в отсталых мирах именно то.

— А на чем работает?

— На урановых батареях.

— Универсальная вещь. А сколько стоит?

— Пятьсот.

— Пятьсот тысяч! Да за эти же деньги можно истребитель купить. Все, поехали.

— Но…

— Денег нет.

Где‑то под вечер привезли покупки. Ребята быстро выгрузили свое и загрузили в грузовик сплавы. Монтажом вооружения занялся Джон, с Виком на подхвате, предварительно выслушав все указания Александра, так, как формально он за вооружение и отвечал. Кирилл выделил ему деньги на расчет с рабочими порта. Установить такое вооружение в условиях планетарного притяжения, без специального оборудования было невозможно. Лазер решили не монтировать, пока Джон не снизит энергопотребление. Когда начало темнеть, Кирилл дал приказ Сане и Джону собираться. Маршрут и инструменты, взятые с собой, вызывали сильную тревогу у ребят.

— Кирилл, зачем нам лопаты? — с подозрением спросил Саня. — Мы к Сергею едем?

— Едем мы точно не к Сергею, хотя кто его знает, может и к Сергею.

— Да куда мы все‑таки едем?

— На кладбище. — Ребята удивленно уставились на Кирилла.

— Капитан, вы меня пугаете, — высказался Джон

— Это хорошо, хорошо. — Остальную часть дороги ребята проехали молча, смутно догадываясь, что им предстоит.

Кладбище являло собой длинное поле в несколько десятков рядов. Между рядами росли тополя и каштаны, а по краях росли дубы ну и, конечно же, вездесущие клены. Сразу за дубами стоял высоченный металлический забор — метра три — четыре. Сверху забора были заостренные прутья — перебраться через него было невозможно. Кирилл попросил Александра съехать с дороги и ехать по полю вдоль забора. По мере отдаления от дороги дубы становились моложе и моложе, наконец‑то и исчезли вовсе, как и могилки за оградой. Заднюю стену, вместо забора составляла простая двухметровая сетка.

— Мы что полезем внутрь? — Спросил Джон, когда Саня остановился по просьбе Кирилла.

— Какой ты догадливый, — съязвил Кирилл.

— Почему тогда не въехали через передние ворота. — Спросил Александр.

— Чтоб никто не знал. Вот здесь сетка от диких животных натянута. По мере росту кладбища ее отодвигают, а забор удлиняют. Для нас это самый удобный вход.

— Так, мы тайно пробираемся на кладбище, ты сказал взять лопаты. Кого выкапывать будем? — не выдержал Александр.

— На месте увидишь. — Кирилл перебросил через забор лопаты, веревку, пластиковый мешок. — Чего стали? Перелазим. — И Кирилл первым перебрался через сетку.

Когда все перелезли, Кирилл, невзирая на возражения, роздал инструмент и направился к могилам. Лун у Клена было три. Две из них прекрасно освещали ночное небо. Освещение было настолько хорошим, что Кирилл без труда нашел нужную ему могилу. По древнему православному обычаю на захоронения, которым меньше года памятник не ставили, только деревянный крест. Перед одним таким Кирилл и остановился, потом достал из куртки распечатку, присветил фонариком и сверился с надписью на кресте.

— Да, сегодняшний. Лопаты в руки и поехали.

— Ты что серьезно? Это же вандализм, святотатство. — Сказал скривившись Александр.

— Мертвых оставьте мертвимы, думайте о живых. Вот я так и думаю. — Кирилл простелил на траве возле могилы пленку. — Землю кидать аккуратно, чтоб без следов, — потом, подавая пример, взялся за лопату. — Господи прости — перекрестился Кирилл и начал копать.

— Я не собираюсь мертвеца выкапывать — вертя в руках вторую лопату, сказал Джон.

— Хорошо, тогда будешь мертвеца в мешок запихать, — после этих слов Саня отобрал у Джона лопату и начал копать.

Робота шла довольно быстро, несмотря на то, а возможно и благодаря тому, что ребята чувствовали себя отвратительно. Могила была не глубокой, но вот сам гроб доставил насколько трудностей, поскольку был скорее похож на сейф, чем на гроб. Не разобравшись в том, как работают замки, ребята просто разрубили их клинком. Покойник не выглядел страшно, даже запах от него шел какой‑то приятный. Но само осознание того, что ребята делают, едва не выворачивало их желудки наизнанку. Могилу закидали быстро, убрали тоже, вот с перебрасыванием мешка с телом повозились дольше. Назад ребята ехали молча, не сказав дуг другу ни слова.

— Тебе машину долго на пользование дали? — спросил Кирилл.

— Мне ее почти, что подарили, — угрюмо ответил Александр.

— Хорошо, тогда труп до завтра побудет в багажнике. Не возражай пожалуйста, так надо.

— Не возражай… А ты хоть подумал, что будет, если в багажнике труп обнаружат?

— Кто?

— Копы.

— А ты не нарушай, не провоцируй их на проверку. — На этот раз Александр ничего не сказал. — Всем отсыпаться, завтра очень трудный день. Саня перегонишь «Сокола» на корабль, а мы с Джоном и телом слетаем в лес на «Слоне». — Джон криво улыбнулся. Похоже, его такая перспектива совсем не радовала.

Глава 29

Сергей

Верить незнакомцу полное самоубийство, но какой остается выбор? Сергей не знал, что ему делать, зато незнакомец знал, что он помогал спецслужбам. Откуда? Возможно, спецслужбы просто играются им и этот тоже оттуда. Но та строчка о надежде… Пожалуй придется играть в эту игру. — И пусть я буду победителем, — сказал Сергей, лежа на диване и пялясь в потолок.

Рано утром Сергей собрал рюкзак. В него он положил только деньги и пару фотографий, больше ничего. По дороге на работу, зашел в бюро личных документов. Из рабочих было только две девушки.

— Извините девушка, можно Вас?

— Да, конечно, чем могу помочь?

— Я потерял свои НЛД. Можно получить новые?

— Процедуру знаете? — тяжко выдохнула девушка.

— Да, приходилось уже как‑то менять.

— Ну, вот и хорошо. Пройдемте за мной.

Процедура заняла не больше получаса. Все, что требовалось, это только удостовериться в подлинности получателя. Раз на полгода каждый гражданин должен зайти в бюро и скопировать всю имеющуюся на НЛД информацию в общий банк данных. В случае потери их можно будет обновить. На космических кораблях тоже имеется такой банк на членов экипажа. При возобновлении проводилось сканирование ладони и сетчатки, кроме этого нужно было ответить на ряд вопросов: день рождения, пол, национальность…

После возобновления документов, он открыл бумажник и хотел положить новые НЛД, но подумал, что перепутает их со старыми и забросил в рюкзак. Следующей остановкой был магазин одежды. Там Сергей полностью переоделся и переобулся. Рюкзак сменил на сумку через плече, а старые вещи попросил продавца выбросить. Потом было агентство недвижимости. За двадцать минут Сергей остался без квартиры. Теперь все свое было с ним в буквальном смысле.

На роботе Майк опять наорал за опоздание. В последнее время он вечно был не в духе. Наверное, сказалась история с исчезновением Эндрю. Сегодня работали со старой «Вороной». С плохой скоростью никак не могли справится другие механики, и это сильно влияло на хорошую маневренность в условиях притяжения даже по нынешним меркам. «Ворона» идеально подходила для поставленной задачи. С истребителя было снято все вооружение, а гнезда для пушек закрывались наглухо. Вот в эти‑то гнезда и помещался товар. Теперь Сергей работал одновременно и на ремонте и на росфасовке наркотиков. Так было легче удостовериться, что пакеты не помешают каким‑либо системам. Тем более, что груза было много, пакеты с наркотой крепили даже под обшивкой. До обеда ребята справились с задачей. Сергей больше не работал со своими оболтусами. Ему назначили новую команду. Майк лично проверил истребитель, даже Марат заглянул пару раз. Потом ребят отпустили на обед. Сергей же обедать не собирался. После того, как рабочие разошлись, он переоделся, перебросил сумку через плече, достал свой лазер и поднялся в офис к Марату. Секретарша, по — видимому, хотела его остановить, но увидев в руке лазер, испуганно промолчала.

— Я же говорил никого не… — Марат не успел договорить, как дуло лазера ткнулось ему в лоб. — Спокойно парень, не глупи.

— Пора свести счеты Маратик.

— Какие счеты парень?

— Зуб за зуб, глаз за глаз, жизнь за жизнь.

— Что ты несешь?

— Ты убил копа. Тебя оправдали — наверно хорошо заплатил, но всему свое время. Выпей. — Сергей бросил на стол две дозы порошка.

— Ты что, его же нюхают.

— Выпей я сказал. — Марат высыпал порошок в стакан и залил минералкой. — Размешай сперва. — Марат поколотил в стакане ручкой и выпил. — Пошли.

— Куда?

— В ангар. — Марат выходил первым, а за ним Сергей со стволом. Взгляда на секретаршу хватило, чтобы понять, что она уже успела позвонить куда надо. Нужно было поторапливаться.

В мастерской никого не было. Сергей приказал Марату залезать в «Ворону», а сам подошел к пульту на стене и открыл потолок. Полеты над городом надо заказывать заранее, поэтому придется лететь низко над домами, чтобы не засекли радары. Опасно, но и жизнь опасна. Его брат прошел Тамасский конфликт, а погиб от выстрела накачанного наркотой бандита.

Наркотик начал действовать — Марат потерял волю к сопротивлению. Скоро он потеряет возможность двигаться, а потом следующие три часа его будет сильно плющить. Взобраться в кресло второго пилота у него хватило сил, но ремни на нем застегивал уже Сергей. Подмога не успела вовремя, Сергей успел благополучно взлететь. Настроение вдруг начало подниматься. Удачно прошел первый пункт плана, и Сергей вспомнил надпись корявым, трудно разборчивым почерком: «Я дарю тебе надежду».

Как известно, надежда умирает последней. А, в Сергее, она и не думала умирать, напротив, медленно переростала в веру. Теперь, опасно — низко маневрируя, между антенными вышками Сергей даже не припускал возможности неудачи. Ему просто было интересно, чем все это закончится. Курс лежал в глухие леса.

— Значит сначала обманный маневр. — Сергей озвучил свои мысли. За это время, он уже успел вылететь за пределы города, но он так же знал, что все полеты на планете отслеживаются. Сергей потянул штурвал на себя и поднялся на высоту отслеживания. Радары успели уловить его. Пятнадцать минут полета и Сергей снова опустился к деревьям. Кураж заставил его лететь так низко, что верхние ветки едва не касались брюха истребителя. Уже над деревьями он развернул истребитель на 90 градусов. Включил карту, ввел координаты. На экране появился вектор движения. Сергей выровнял нос истребителя по указанному курсу. Теперь оставалось самое трудное — пролететь три — четыре часа по этому вектору, не поднимаясь на высоту действия радара.

Время летит быстро, Сергей и не заметил, как подлетел к заданным координатам — слишком уж он был занят пилотированием. Место было выбрано удачно. Лес здесь был редким, так, что место посадки долго искать не пришлось. Сергей приземлился, открыл люк, вынул из‑под пилотского кресла спасательный набор и открыл: веревка, ракетница, компас, сухой паек, фляжка воды и нож. Сергей озадаченно почесал затылок. Он рассчитывал, что в наборе будет саперская лопатка или что‑то вроде нее. Она была нужна просто по зарез. Под передним сиденьем был закреплен точно такой же набор. Сергей вынул из него нож, и выбросил из истребителя. Чемоданчик ударился о валун близь стоящего дерева и разлетелся. Сергея это натолкнуло на мысль. Второй чемоданчик он взял в руки и выпрыгнул вместе с ним. Разлетевшийся чемоданчик не подлегал ремонту. Довольно крепкая металлическая конструкция имела замки из хрупкого пластика. Сергей достал нож и попробовал взломать завесы. Пришлось попотеть несколько минут, но высококачественная сталь оказалась крепче завес. Сергей был вполне доволен результатом, ножи он положил себе в сумку, одну фляжку отправил туда же, а во вторую насыпал наркоты, закрыл, взболтал и положил в целый чемоданчик. На место ножа, он всунул несколько энергетических батончиков, потом вынул компас и отправился будить Марата. Похоже, он немного переборщил с дозировкой — гад еле очнулся. Сергей силой вытащил его из истребителя, вручил в руки спасательный набор и глянув на компас заставил двигаться в нужном направлении.

Через полчаса пути Марат начал приходить в себя и его поглотила ярость.

— Ты хоть понимаешь, что сделал?

— Конечно, — совершенно спокойно ответил Сергей.

— Нет парень, ты не понимаешь! Ты попал! Ты конкретно попал! — для человека, который привык командовать, и держать людей за пустое место, роль пленника была невыносима.

— Успокойся, или успокою. — Опять спокойно сказал Сергей.

— Да я тебя уничтожу! — Марат бросил спасательный набор и не взирая на ствол, сделал шаг в сторону Сергея. Тот не дремал и смачно съездил Марату под левый глаз. Удар был достаточно сильным, чтоб отправить ублюдка на землю. Сергей наступил гаду на грудь и презрительно посмотрел.

— А ты ведь не привык, чтоб отбивались, не привык получать удары. Привыкай! Ближайшее время ты их много получишь. — Сергей весело подмигнул, принял ногу с груди Марата и сказал. — Вставай, твое дело нести набор — тот, что спасательный. Не будешь слушаться — буду бить. А если совсем плохо будешь себя вести — отстрелю тебе что‑то. Убивать пока не буду, не волнуйся.

Следующие два часа странная компания шла в идеальной тишине. Левый глаз Марата заплыл, а гематома налилась синевой. Один раз Сергей устроил привал. В течение получаса пленник и конвоир восстановили силы и двинулись дальше. По взгляду Марата, Сергей понял, что на следующий раз тот будет поумнее и не упустит своего шанса. От осознания опасности ситуации Сергей крепче сжал лазер и посерьезнел. К вечеру они подошли к широкой и мелководной реке. Уже порядочно стемнело, Сергей сверился с компасом — это были нужные координаты. Он приказал Марату собрать веток для костра. Естественно Сергей и не думал спускать с Марата глаз, поэтому все время держался на расстоянии, даже когда тот уже развел костер и уселся возле него.

— Можешь съесть два батончика. — Марат быстро исполнил такой приказ. — Выпей воды. — Марат достал из чемоданчика фляжку, и жадно сделал два глотка, и только потом до него дошло, что этот вкус он знает.

— Сволочь — Марат бросил в Сергея фляжкой и бросился сам. Помня, что бандит нужен живым, Сергей врезал ему заранее заготовленной палкой по лицу. Марата отбросило назад. Из губы потекла кровь, а чуть позже он выплюнул передние зубы и зло глянул на Сергея. На этот раз Соколов уже не улыбался, а безразлично ждал, пока Марат отключится. Фляжку с остатками наркотика, он поднял и закрутил. Вскоре бандит отключился. Сергей подбросил в костер сырых веток, и они приятно зашипели. Нахлынула ностальгия, он вспомнил, как отец водил их с братом в походы. Сергей встряхнул головой, стараясь отделаться от воспоминаний, на которые не было времени. Парень достал из чемоданчика веревку и связал ею бандита.

Сергей проверял узлы, а видел брата, возвратившегося из армии, потом училище на Клене. Брат забрал его сюда после назначения. Влад всегда был честным человеком: не любил врать, исполнял обещанное, верил в то, что делал. Он всегда был дня сергея авторитетом. Наверное отсюда и исходило желание поступать в высшую школу милиции, чтобы тоже быть милиционером, чтобы быть таким же, как и брат. Теперь то, что Влад отговаривал его как заведенный, вспоминалось с теплом.

Сергей разламывал чемоданчик, и вспоминал, как устраивался на эту работу. Наконец‑то завесы треснули и чемоданчик разделился надвое. Сергей подбросил еще веток, обложил костер камнями, что взял возле реки, потом поужинал, выпил чистой воды и, прислонившись к дереву, уснул.

Утром Сергей встал раньше. Часов у него не было, хотя о них стоило подумать наперед. Зато, когда он развязал Марата, не снимая веревки. На его руке он заметил часы. Было уже десять — необходимо было торопиться. Пинком он разбудил Марата.

— Сними веревки.

— Сам снимешь, они уже развязаны. — Марат напрягся, начал шевелиться и вскоре освободился от веревок.

— Видишь куски чемоданчика.

— Ну?

— Бери их и рой яму вон под тем деревом.

— Какую яму?

— Такую, чтобы тебе была впору. — Впервые в глазах Марата отобразился страх.

— Зачем? — Неуверенно спросил бандит.

— Вопросы буду задавать я, а там глядишь, отпущу тебя. Если конечно будешь хорошим мальчиком. — Ложь была явной, вернее ни тот ни другой не знали, зачем эта могила. Сергей думал, что она все‑таки для Марата. Вот не могут спецслужбы справиться с бандитом и решили его убрать. Марат тоже думал, что эта могила для него, но надеялся на то, что ему подарят жизнь и яростно начал рыть землю. Истинный план был скрыт для обоих.

Глава 30

Кирилл, Сергей, Джон

Сегодня Кирилл поднялся раньше. Зашел к Эндрю, потом разбудил ребят. Александр оказался особенно тяжелым на подъем без крика дежурного, а у Кирилла не получалось достоверно его сымитировать. Незатейливый завтрак не лез парням в горло, зато Кирилл съел двойную норму.

— Ну чего вы такие кислые?

— Мы вчера труп из кладбища украли — первым отозвался Александр — вопрос в том, зачем?

— Не волнуйся, сегодня его закопают. А самое главное что?

— Что?

— Ты не будешь брать в этом участия. — Кирилл по — дружески толкнул Александра в плече.

— Капитан, и все таки куда мы сейчас? — спросил Джон, ковыряя ложкой синтетический завтрак.

— Я же вчера говорил. Саня перегонит «Сокола» на корабль, а мы с тобой и телом слетаем в лес на «Слоне». — Ответ не прояснил ситуацию, но Кирилл заставил ребят натворить такого, что отступать было просто не разумно. — У вас десять минут. Жду вас в машине. — Кирилл бодрым шагом вышел из кухни.

— Что будем делать? — спросил Джон Саню.

— А что нам остается?

— Тебе хорошо говорить, тебе ведь не придется с трупом в лес лететь. — Пробубнил Джон. Саня ковырнул свое блюдо еще раз, потом взял и положил его в умывальник. Джон последовал этому примеру.

Генри встретил ребят довольно доброжелательно. Его дела вновь пошли хорошо. Вчерашний клиент, пробовал спихнуть титановую руду почти, что задаром.

— Генри, последнее предложение. Подумай хорошо!

— Да зачем мне твоя руда. У меня годовой запас высококачественных сплавов.

— Не возьмешь?

— Давай я тебе десяток ракет. Системы «Оса» Хорошие ракеты

— Десять? Да хотя бы двадцать!

— Извини, не могу ничего больше предложить. Остальное менять не стану, а то, что стану, тебе не нужно.

— Ладно, но забирать руду будешь сам, — мужичек погрозил пальцем.

— Хорошо! С тобой просто приятно иметь дело. — Генри обнял мужика правой рукой, но тот вырвался и зашагал прочь, а Генри рассмеялся. Потом, заметив ребят, подошел к ним.

— Рад приветствовать спасителей. Ну, скажите, ведь упустили вы вчера прибыль. Просчитались. Я бы ваш товар за любую цену взял бы.

— И не надейся Генри. Просто ты теперь нам должен и есть фундамент будущих торговых отношений. — Доброжелательно сказал Кирилл, и они с Генри пожали руки, как старые друзья. — Ведь ты бы нашел поставщика, а мне никогда бы не простил, такой цены.

— Верно мыслишь парень. — Сегодня Генри был в лучшем настроении, чем вчера. Можно сказать даже в противоположном. — Вы за истребителями? Они проверены, на «Слоне» то, что ты хотел стоит, баки полные.

— А лишнего пилота у тебя не будет часом.

— А что такое?

— На «Слоне» я полечу, а мой пилот сейчас руку потянул, летать не может.

— Ну, есть один, но он мне скоро нужен будет.

— Пусть сейчас перегонит, а потом Александр его сразу привезет.

— Хорошо.

— Можно в ангар заехать?

— Зачем?

— Да погрузим один мешок, хочу посмотреть, как на нем небольшие грузы можно транспортировать.

— А чего смотреть то? Заезжай, а пилота я сейчас позову. — Генри отошел, а ребята отправились к истребителям.

— Я уже думал, что ты меня заставишь лететь. — Сказал Александр.

— А ты что умеешь?

— Ага, как курица.

— Ну, тогда подгони машину, это у тебя куда лучше получается.

Только ребята успели занести тело в «Слона», как подошел Генри. Кирилл был доволен покупкой этого истребителя. Вход здесь был сзади. За люком следовал коридорчик с двумя рядами сидений, потом уже вход в кабину пилота. Тело, не вынимая из мешка естественно, закрепили на одном сидении, напротив сел Джон.

— Вот вам пилот. Над городом лететь запрещено, знаете? Так, что облетите над лесами, Винс летит за вами. Мне пора, извините. Генри пожал всем по очереди руки и зашагал прочь.

— Слушай парень. — Обратился Кирилл к пилоту. Мы в другую сторону полетим, испытаю жестянку, а ты через минут десять лети в порт. Посадишь на двенадцатую площадку. Корабль называется Семь ветров. Подождешь немного Александра, он тебя обратно отвезет. Саня дуй в порт. Все, пока. — Кирилл развернулся и зашел в истребитель.

Высоту Кирилл не набирал, летел низко над деревьями, как и Сергей. Летел немного выше, боялся зацепить дерево. Пилотировал он не хуже чем Сергей, даже немного лучше, но о полетах на такой высоте знал только теоретически. Беспокойство Кирилла передалось Джону.

— Капитан, почему вы высоту не набираете.

— Чтоб радары не засекли.

— А вы на такой высоте уже летали?

— Нет, но я о таких полетах читал.

— Чертовски обнадеживающе. — Джон рефлексивно вцепился руками в ремни безопасности.

Три часа полета дали о себе знать — пот катился с лица, а спина была и без того уже давно мокрой. Каждые несколько минут Кирилл сверялся с картой. Джон наоборот успокоился и отпустил ремни безопасности, даже соседство трупа перестало давить на сознание. Кирилл начал бояться, что неправильно ввел координаты в карту, но вскоре показалась маленькая речушка, а через десять минут она стала раза в двадцать шире. Прямо посредине этой реки Кирилл и совершил вертикальную посадку.

Когда он открыл люк, то увидел, что едва не просчитался. Уровень воды был на десять сантиметров ниже люка, но турбины находились на безопасной высоте.

— Джон, тело на плече, и за мной.

— Что сам?

— Сам, сам. — Кирилл спрыгнул в воду, а она была ему чуть выше колен. Он достал разрядник, потом, посмотрев на зеркальную поверхность, спрятал его назад. Если противник тоже будет в воде то это все равно, что стрелять в себя. Преодолевая сопротивление течения, он направился к берегу. Потом его одолела мысль, к тому ли берегу он идет. — Люди, ау. — Не очень громко крикнул Кирилл.

— Сюда. — Послышался голос чуть выше по течению.

Кирилл вышел на берег и направился на голос. Между деревьями он набрел на затушенный костер и средней глубины яму. В яме стоял побитый, замазанный кровью мужик.

— Помогите мне. Он сумасшедший! — Смешно зашепелявил мужик.

— Обязательно поможем. Я ведь здесь для этого. Вот, возьми. — Кирилл бросил незнакомцу блокнот и ручку. — Напиши кто ты, и к кому я могу обратиться, чтоб тебе помогли.

— Зачем? — Недоверчиво спросил Марат.

— Ты хоть свое имя напиши. — Марат взял ручку, щелкнул кнопкой и отбросил ее. Пока бандит разглядывал большой палец, Кирилл подобрал ручку и положил себе в карман.

— Что это было?

— Сергей. — Не обращая внимания на Марата, позвал Кирилл. — Выходи. — Слева зашелестела трава и Кирилл обернулся.

— Не дергайся. — Сергей держал в руке лазер, дуло которого смотрело на Кирилла.

— Пойди, помоги Джону мешок донести, и веди себя тихо. На вопросы отвечу потом. — В этих словах не было никакой твердости и власти, поэтому Сергей позволил себе возражать.

— Ответы здесь и сейчас. — Твердо произнес он.

— За последние сутки ты натворил таких делов, что единственный выход выплутаться — слушаться меня. Можешь спрятать лазер и помоги Джону принести мешок. — Кирилл вел себя спокойно, он посмотрел на часы, потом на Марата. Сергей понимал, что незнакомец прав, поэтому он отправился к истребителю. — Нужно развивать командный голос, а то ведь никто не слушается. — Сказал про себя Кирилл.

Когда ребята принесли мешок, Кирилл стоял на корточках перед Маратом и водил рукой у него перед глазами. Услышав глухой удар о землю, Кирилл обернулся. Джон стоял мокрый с ног до головы. Похоже, он успел искупаться, вместе с мешком. Кирилл подошел к ребятам и тихо прошептал каждому на ухо.

— Открывай мешок и раздевай труп. — У Джона полезли глаза на лоб, но Кирилл уже шептал на ухо Сергею — Раздевайся. Тихо и быстро — у обоих ребят были удивленные и возмущенные лица. Не собираясь слушать возражения, Кирилл сунул Джону перчатки, одними губами произнес — Бегом — Потом направился к Марату. Провел несколько раз рукой перед его лицом, но тот не отвечал. Зрачки были расширены, а сам бандит не реагировал на раздражители.

Ребята наделали уже много глупостей, поэтому делали то, что сказал Кирилл. Их немного остановило общее удивление. Когда Сергей сбросил куртку, а Джон вынул труп из мешка, оба парня остановились, но потом, похоже, догадались, для чего все это нужно и продолжили. Кирилл осмотрелся вокруг и увидел сумку. Бесцеремонно порывшись в ней, он вынул пачку кредитов и отбросил ее в сторону, потом достал НЛД и положил их в карман. Темпы, с которыми ребята работали, не удовлетворяли. Давя в себе тошноту, Кирилл помог Джону раздеть труп. За это время Сергей уже успел раздеться и стоял в одних трусах и ботинках. Кирилл показал пальцем на цепочку, кольцо на руке и ботинки. Ботинки и кольцо Сергей снял, но вот цепочку — отказался. Когда Кирилл показал пальцем на цепочку снова, то Сергей отрицательно покачал головой. Кирилл снова посмотрел на часы, времени на споры не было, поэтому он жестом приказал Сергею помочь одевать труп. Ребята двигались довольно быстро, тело уже не вызывало такого отвращения, как вначале. Когда труп был одет, Кирилл достал из кармана НЛД и спросил — Старые? — Сергей отрицательно помахал головой и показал на кошелек, что до сих пор валялся на земле. Кирилл поднял его и осмотрел, потом вместе со всем содержимым отправил в задний карман Сергеевых джинсов, которые теперь были на бездыханном теле. Жестами Кирилл приказал собрать вещи трупа.

Джон начал собирать, а Сергей подошел к своей сумке и вынул оттуда фотографии. В этот же момент Кирилл достал свой разрядник и пальнул в спину Сергею. Джон поднял голову, но действиям капитана уже не очень удивлялся. За несколько дней после подписания контракта он видел столько необычных вещей, вернее даже сумасшедших и непонятных, что удивляться было бы странно. Поэтому он ограничился простым «хмыком» и кивком головы. На этот раз он даже не бросил работу, а продолжил собирать вещи. Кирилл же в свою очередь отобрал у Сергея фотографии, положил их в карман своей куртки, потом снял его цепочку и надел на труп. Она была, очевидно, титановая. Кирилл видел, как меняют цвета титана под температурой. И сине — зеленый был в этом диапазоне. На цепочке висел достаточно большой зуб, который, скорее всего, принадлежал какому‑то хищнику. Он был покрыт мелкой резьбой. Жестами Кирилл объяснил, что Джон должен затащить Сергея в истребитель. Джон сложил вещи в мешок, свернул его трубочкой, потом взял Сергея под мышки и потащил к истребителю. Когда Джон удалился, Кирилл подтащил тело ближе к могиле и заговорил к Марату.

— Ты меня слышишь?

— Да. — Невнятно ответил тот. Кирилл посмотрел на часы — времени оставалось совсем мало, и скоро бандит должен был выйти из транса.

— То, что я расскажу тебе, случилось с тобой сегодня. Именно то, что я тебе расскажу. Сегодня утром Сергей заставил тебя копать себе могилу. Ты копал. Ты боялся, но копал, а он издевался над тобой. Ты хорошо запомнил эти шутки. Твоя ненависть росла, ты хотел его убить, ты копал и видел, как душишь его. Ты запомнил?

— Да. — Снова невнятно ответил Марат.

— Как Сергей шутил над тобой?

— Давай мясо, работай, глядишь, сам умрешь, и не придется тебя мочить. — Кирилл довольно кивнул головой. Воображения Марата рисовало ему то, что он мог бы сам говорить другим в такой ситуации.

— Запоминай дальше. Шуток всего было восемь, Сергей подошел к тебе и плюнул в тебя. Потом послышался звук, похожий на рык зверя, Сергей испугался и отвернулся. Ты воспользовался моментом и потянул его за ноги. Сергей упал и ударился головой, потерял сознание. Ты запоминаешь?

— Да.

— Когда я скажу «сало», ты — Кирилл посмотрел на часы, потом что‑то мысленно посчитал и продолжил. — Досчитаешь до шестисот и очнешься. Тело, что будет лежать возле могилы — Сергей, ты подумаешь, что секунда, которую он здесь лежит, длилась долго. Потом ты подбежишь к костру, схватишь самый большой камень и будешь бить им Сергея по лицу. Будешь бить до тех пор, пока не разобьешь лицо до неузнаваемости. Потом ты вспомнишь, какое оно было, когда он — Кирилл искал нужные слова, потом посмотрел на лицо Марата и сказал — бил тебя.

Что ты сделаешь, когда очнешься?

— Побегу к костру, возьму самый большой камень и сделаю из его лица фарш, потом вспомню его рожу, когда он бил меня.

— Потом ты возьмешь нужные вещи, остальные закопаешь вместе с телом. Тебе покажется, что следуя за потоком, ты выйдешь к людям. Что делать дальше решишь сам. — Кирилл посмотрел на часы. — Ты забудешь, что видел меня и истребитель, как только досчитаешь до сотни. Сало. — Кирилл нажал на секундомер.

— Один, два, три… — Марат начал медленно считать, а Кирилл бросился бежать к истребителю.

— Джон, заводи. — Сказал Кирилл в браслет.

— Сразу, как только дотащу тело. — Кирилл улыбнулся, похоже, парень привык таскать мертвого и к живому относился так же.

— Ты его хоть не утопил? — испуганно спросил он.

— Нет.

Кирилл подбежал к месту, где выходил на берег. Джон как раз затаскивал Сергея внутрь, но никак не мог справиться, и все время падал. Кирилл тоже успел два раза искупаться, но сразу же, как только добрался до истребителя, помог затащить Сергея, и пока Джон закреплял его ремнями начал взлет. Кирилл посмотрел на часы — времени хватает, чтобы скрыться без спешки. Только Джон успел приземлиться на свое сиденье, Кирилл увеличил мощность турбин до взлетной. Истребитель напрягся и заскрипел. Опоры сильно увязли в мягком дне и капитан занервничал.

Кирилл увеличил мощность вдвое — это было чревато последствиями. «Слон» напрягся и резко рванул вверх, а Кирилл, уже не видя ничего на ощупь, снизил мощность. Когда в глазах посветлело — истребитель медленно опускался на деревья. Кирилл выровнял его, еще немного снизил высоту и полетел над водой. Русло реки было достаточно широким, чтобы лететь над ним, не опасаясь зацепить деревья. Кроме того, на такой высоте можно было не опасаться быть замеченным радаром. Через несколько секунд Кирилл полностью пришел в себя. Посмотрел на часы — время еще и остаться должно. Он улыбнулся и вытер капавшую из носа кровь.

— Джон ты как? — ответа не было. — Слышишь?

— Да. Все нормально, просто голова трещит.

— Ага и кровь из носу.

— Нет, крови нету.

— Покрепче меня будешь, а как там наш пассажир?

— Приходит в себя.

— Ну, ты смотри там, чтобы он не буянил.

— Хорошо. — Кирилл с довольной улыбкой вильнул вправо, и летя над деревьями выровнял курс на ангар Генри. В это время Сергей начал приходить в себя.

— Где я?

— В истребителе.

— Что? — Сергей начал вспоминать, что с ним было. — Что‑то пошло не так?

— Все так, только нужна была твоя цепочка. — Ответил Кирилл. Сергей провел рукой по шее.

— Ах ты… — Сергей рванул с сиденья, но ремни остановили его. Одним движением Джон расстегнул свои, схватил Сергея за руку и послал ему хороший разряд. Сергея аж выровняло. От неожиданности он сильно грохнулся затылком о стенку.

— Тихо, или еще разряд хочешь?

— Вы из Гелеона?

— Нет. Я могу накапливать электричество, а капитан обычный человек.

— Зачем вам цепочка?

— Для полноты картины.

— Вы ее что, тоже на труп надели?

— Ну, а куда же еще?

— Но ведь у него другое лицо! Это просто идиотизм.

— Вот поэтому я капитан, а ты нет.

— Не понял?

— Не волнуйся, я обо всем позаботился. Единственное, что от тебя теперь требуется слушаться меня, пока не прибудем на другую планету.

— На какую?

— Пока не знаю. — Сергей умолк. Вид у него был хмурым.

— Эту цепочку мне подарил брат. На Патусе, когда воин — абориген проходит испытание ему дарят такой зуб. Такие испытания устраивают и для людей. Официально это запрещено, неофициально — пехотинцы проходят испытание перед уходом на дембель. Считается, что воин может обменять, отдать его смерти, и она отступит. Вранье это все — брат умер через день после того, как мне отдал его.

— Почему? Посуди сам — брат отдал зуб не смерти, а тебе. А мы отдали твой зуб, получается, что смерти. Даже в прямом смысле этого слова. Живи и радуйся! Только не очень бурно — Джон может тебя не понять.

— Чему радоваться? Одежда, деньги — ты ведь все в лесу оставил.

— Мы с тобой на брудершафт не пили. Не тыкай мне — это раз. Я взял пачку из сумки — два. Одежду тебе дам — три. Еще фотографии какие‑то.

— Какие фотографии?

— Те, которые ты из сумки вынимал.

— Ну, хоть что‑то останется.

— Во дурак! Объясняю еще раз. Тебя хотели убить, но ты остался жив. Деньги пропали? Так вроде не инвалид — заработаешь.

Глава 31

Кирилл, Тина, Ричард

Кирилл был доволен тем, что закончил все дела с криминалом. Оставалась мелочь, хотя и не совсем мелочь, или возможно совсем не мелочь — нанять команду, но с этим Кирилл собирался быстро разобраться. Огорчало одно — чем скорее он разберется с делами, тем быстрее улетит из Клена, а Тина останется здесь. А может продать корабль? Может бросить все?

— Лучше сразу иди в ларек хот — догами торговать. — Эти слова ему сказал однокурсник на втором курсе. Мелкий пакостник, но слова въелись и подстрекали его пахать как проклятый. Как результат он получил аж три специальности.

— Ты еще узнаешь, кто есть кто. — Сказал Кирилл в пустоту, хотя сам понимал, что этого человека он, скорее всего, никогда больше не увидит. Почти все жизненные обиды или прощены, или забыты, но не отомщены. Кирилл поднялся с постели — внутри заиграла здоровая спортивная злость. — Саня зайди. — Через несколько минут Александр зашел к Кириллу.

— Чего хотел?

— Как там наши заключенные?

— Представляешь, Сергей Эндрю не узнал. Тот же внешность поменял. Пришлось долго объяснять, кто есть кто. Вроде поверил.

— Это хорошо. Сможешь над браслетами поколдовать.

— Что именно?

— Нужно настроить браслеты так, чтобы они взрывались при сигнале или током били.

— Давай все по порядку, а то я тебя не совсем понимаю.

— Ну не будем же мы их взаперти все время держать. Нужно сделать им браслеты, только такие, чтоб они не разобрали. Туда электрошок или взрывчатку вмонтировать, а лучше и то и другое. На входном люке передатчик повесить.

— Я понял, но тогда через грузовой люк, через люки истребителей можно вырваться. Лучше установить один передатчик в центре корабля — постоянный. Сигнал есть — все хорошо, нету — бабах.

— Прекрасно. Сделаешь?

— Так, как ты хочешь?

— На твое усмотрение. Ты ведь все равно по — своему сделаешь.

— Хорошо. А какой заряд положить?

— Такой, чтоб корабль не разнесло. Возьми из тех, что в рюкзаке. И все оружие мне в комнату. Спрячем в сейф. — Александр кивнул и развернулся уходить, потом остановился.

— А ведь отметить надо.

— Не понял?

— Не каждый день наркобаронов надуваешь. — Кирилл криво улыбнулся.

— Ладно, сейчас пошлю ребят за продуктами.

— И боеприпасами.

— У меня в баре знаешь сколько боеприпасов.

— Я тебя и себя знаю. Нам мало может быть.

— Иди… умник… браслеты делай, без них отмечать не будем. — Александр засмеялся и вышел из каюты. — Джон, Вик, зайдите ко мне. — Проговорил Кирилл в браслет.

— Капитан. — Первым явился Вик.

— Значит, возьмешь Джона, и закупите продуктов. Надоело уже синтетику жрать.

— Полуфабрикаты. — Поправил его Вик.

— А разница?

— Ну, если именно эти полуфабрикаты, то никакой.

— Завтра устроим небольшой праздник в честь того, что наркоторговцев с носом оставили. — Кирилл увидел, что Вик хочет спросить. — Вот завтра всю историю и узнаешь — на последних словах в каюту зашел Джон. — Вот пятьсот кредитов. Продукты простые, без вкусовых излишеств.

— Лучше семьсот, тогда точно хватит.

— Держи. — Кирилл отсчитал еще две сотни, потом обернулся к Джону и протянул ему три сотенные купюры. — Премия, как, я и обещал. Поможешь Вику. Свободны. — Ребята развернулись и молча вышли вон.

Кирилл уселся в свое кресло, включил компьютер и начал повторно просматривать информацию из флешек. В первую очередь его интересовала торговля, но ничего интересного он не нашел. Еще на первом курсе Кирилл выработал в себе одно очень полезное свойство. Он никогда безотказно не полагался на авторитетов. Ньютон говорил, что если что‑то бросают вверх, то оно должно упасть вниз. Дядя Кирилла говорил, что глиняные тарелки для стрельбы редко падают на землю. Он не опровергал закон тяготения, просто считал, что в каждой ситуации есть куча нюансов, на которые не обращают внимания. Сейчас Кирилл подключился к планетарной сети, с целью найти новые торговые возможности — работа тяжелая, неблагодарная и просто скучная. Когда нервы сдали окончательно, Кирилл схватил куртку и отправился к Тине. Была возможность не застать ее, он ведь не знал графика ее работы. Возможно у нее дежурство. И все же он чувствовал, что выполнил свою рабочую норму и нуждается в отдыхе.

На удивление Тина была дома.

— Привет красавица.

— Хорошо, что ты зашел.

— Да я вообще носитель позитива.

— Нет, я серьезно. Завтра вручение дипломов. И ты идешь со мной. Отговорки не принимаются.

— А долго их вручать будут?

— Очень короткая процедура. До четырех часов управимся, а потом я вся твоя… — Тина закусила нижнюю губу и лукаво посмотрела на Кирилла.

— Очень хорошо, тогда у меня гулянка на корабле будет. После получения диплома сразу ко мне. И ты идешь со мной. Отговорки не принимаются.

— Это мои слова.

— Если их повторяют, значит они чего‑то стоят. Радуйся, что ты настолько умная, что придумала их. — Кирилл прижал Тину к себе и поцеловал.

Этой ночью, вернее вторую ее половину, Кирилл спал как младенец. Короткие мысли о том, что скоро он улетит, возможно никогда больше не увидит ее, молодой капитан гнал от себя как мог. Выбор он сделал, когда поступил в университет. А отступать его отучил Эйб. Жизнь продолжается, и кто знает, что там впереди. Помнится, была такая байка о Черчилле. Однажды его пригласили провести лекцию в университете. Черчилль сказал одну фразу — Никогда не отступай! — развернулся и ушел. Через пять минут он вернулся и сказал еще одну. — Если передумал — подумай еще раз и доведи дело до конца!

— Просыпайся. Вставай, не то опоздаем. — Тина стянула с Кирилла одеяло.

— Куда? — Кирилл разлепил глаза.

— На вручения диплома.

— У меня нечего одеть. — Кирилл натянул на себя одеяло.

— Я на прокат костюм взяла. — Тина снова сорвала с Кирилла одеяло. — И бритва у меня тоже есть. — Кирилл только открыл рот для возражения — И не надейся. Бегом бриться.

— У меня шрам будет болеть.

— Не ври, кремом мазал?

— Да.

— Бегом бриться! — Кирилл нехотя встал и поплыл на кухню. — Не туда! — Кирилл развернулся и пошел в ванную.

Несмотря на то, что Кирилл не очень любил костюмы, в большинстве он смотрелся хорошо. Костюм, который выбрала Тина, смотрелся идеально. — Хорошо угадала. Только галстук не очень. — К выбору галстука Кирилл ставился тщательнее, чем к выбору самого костюма или же это просто была она из причин не носить его вообще, но деваться уже было некуда. Дома на Земле у него было два костюма и семь галстуков — отец постарался не оставить ему выбора. Приходилось на праздники одеватся как полагается.

Через полчаса Кирилл уже поднимался по огромным ступенькам к зданию медицинского университета. На Тине было прекрасное темно — зеленое платье, Кирилл был в светло сером костюме. Клинок не шел костюму, но разрядник, со всеми ремнями удачно скрывался под пиджаком. И хотя Тина возражала, Кирилл все ровно взял его. Коридоры были полны студентами медиками. Толпы одетых в костюмы парней и девушек в шикарных платьях. По традиции планеты, вручение дипломов производилось, когда все они уже имели работу. К одной из этих групп пара и подошла. У всех было отличное настроение, ребята шутили и смеялись.

— Тина! Привет! — девчонки сразу полезли целоваться. Кирилл подал руку парням, не дожидаясь, пока его представят. Все ребята были, как минимум, на полголовы выше Кирилла и смотрели как‑то «сверху». Это раздражало, но к такому отношению он был готов и не подал виду. Стало жарко — Кирилл расстегнул пиджак. После знакомства с парнями его представили девушкам. Еще свежий шрам немного отпугивал их, но после того, как Кирилл сделал несколько комплиментов, рассказал пару анекдотов, на шрам внимание перестали обращать, а душа компании — высокий смазливый блондин, похоже обиделся, что внимание уделяют не ему.

— И на каком курсе учится твой парень, — вроде дружелюбно начал блондин.

— Извини парень, я уже закончил. — Засмеялся Кирилл.

— О, извини, просто ты такой…, вот я и подумал… — Это была издевка и компания ждала ответа.

— Не переживай не у всех получается.

— Что?

— Думать. — Девушки дружно захихикали.

— А ты у нас значит умник?

— А до тебя еще не дошло? — блондин явно не ожидал такой наглости. Компания затихла, чувствуя жаренное, а Тина вцепилась в руку Кириллу.

— Я же тебя в порошок сотру. — Сказал блондин с натянутой вежливой улыбкой и демонстративно хрустнул пальцами.

— Извини, я драк не люблю. — Кирилл откинул полы пиджака и засунул руки в карманы брюк. При этом показалась рукоятка ствола и часть ремней. Блондин улыбнулся Кириллу и тоже спрятал руки в карманы. На этом конфликт был окончен.

Еще полчаса шуток, приготовлений и наконец — начало. Бывшие студенты собрались во внутреннем дворе университета. Награждали лучших, среди которых оказался и блондин. Лучшим предоставлялось слово. Тина не попала в их число, хотя группа шутила, что она вообще единственная достойная говорить сегодня — одна из немногих, кто прошел интернатуру у доктора Це за семнадцать лет. И эти стены долго будут помнить ее имя так же, как и троих других. После того, как все дипломы были вручены, пришло время последнего слова. Это слово должен был произносить лучший студент.

— Сейчас что‑то будет.

— Да все будет нормально.

— Какое нормально, он уже поддатый…

— О чем это они. — Тихонько спросил Кирилл у Тины.

— Их сегодня двое. Тот, что поднимается — с моей параллели, другой — на год старше. Из хирургов они дольше учатся. Хороший парень, он должен был в этом году закончить, но его ректор завалил.

— Так чего он выступать будет?

— Он один из лучших студентов за всю историю университета.

— Но он же диплом не получает?

— Не знаю сама. Ситуация там довольно нелепая. Он теперь только фельдшером быть может, да и то на Клене его никуда не возьмут.

— А из‑за чего шумиха.

— Его завалили по указу ректора.

— Это я понял. Почему?

— Он с его дочкой переспал.

— Ну, так сам и виноват.

— Она его охомутала и переспала с ним, только чтобы родителям насолить.

— А парню получается ни за что влетело?

— Да, а самое главное, что его теперь ни в один университет не возьмут переучиваться. Даже на работу. Он в черном списке. Ректор об этом позаботился, у него крупные связи. Смотри, смотри. — Тина показала на сцену.

На сцену, шатаясь, вышел среднего росту русый парень. Пиджака на нем не было, галстук распущен. Диплом, или какой другой кусок пластика, вручал сам ректор. Руку парень ему не пожал. Ректор — седовласый крупный мужчина с небольшим брюшком деловито подошел к микрофону и гордо начал.

— Даниель Грант окончил наш университет свыше тридцати лет назад. Он был одним из лучших. Тогда я был еще простым преподавателем. Сегодня диплом получает его сын, который тоже является одним из лучших. Очень, очень жаль, что Ричард не смог закончить интернатуру. Я искренне верю, что это просто досадное недоразумение, и он не покинет медицину. Но все же я считаю, что он станет отличным примером для наших студентов. — Ректор сделал многозначительную паузу, во время которой, Дик демонстративно сплюнул. — Ведь своим примером он показал, как нужно учиться. — Ректор отошел от микрофона, а из толпы послышались жиденькие аплодисменты.

— Мне очень приятно было учиться в этом заведении. — Начал Дик, слегка глотая буквы. — Здесь были хорошие друзья, хорошие преподаватели. Не буду кривить душой, не все были хорошими — были и говнюки. Главный из них — наш многонеуважаемый ректор. — Ректор потянулся было в сторону Ричарда, но нужно было держать лицо, и он просто одернул полы пиджака. — Здесь вспомнили моего отца. Это заведение хорошо выучило его и он действительно был прекрасным военным хирургом. Но и он считал, что такого говнюка, как наш ректор, найти сложно. — Дик развернулся и направился прочь со сцены. Ректор, красный, как помидор смотрел ему вслед. Толпа молчала, не зная, как воспринимать эти слова. Кирилл захлопал. В разных частях толпы раздались редкие аплодисменты. Потом больше, больше, больше и вот вся толпа громыхала аплодисментами. Даже раздались крики и свист.

— Я должен его догнать. — Сказал Кирилл и рванул в сторону выхода.

— Куда? А я? — Кирилл вырвался из объятий Тины.

— Жду тебя там, где стояла твоя группа. — Кирилл начал работать локтями — пробиваясь сквозь толпу.

Придя в себя, все еще красный ректор, начал закрытие мероприятия. Кирилл успел догнать Дика в коридоре. Парню похоже действительно досталось. В руке у него была почти полная бутылка портвейна. Всего пару месяцев назад, даже меньше Кирилл тоже пил этот напиток, навсегда прощаясь со студенческой жизнью.

— Дик. — Парень развернулся.

— Ты кто?

— Кирилл. — Он подал Дику руку и тот пожал ее.

— Чего тебе? — Дик сделал большой глоток.

— Я слышал у тебя трудности с работой.

— Ну и?

— Не думал врачом на торговое судно пойти?

— А не возьмут. Для меня даже место уборщика в больнице закрыто.

— Ну, а ты пробовал?

— Слушай, мою анкету в порту на помойку спустили, а больницы…, сам догадайся.

— А пошел бы.

— А не пошел бы ты… — Дик пьяно хихикнул и сделал глоток.

— А ты не хами. Три процента от прибыли тебя устроят?

— Не понял. — В коридоре послышался стук каблуков. Вчерашние студенты расходились кто куда.

— Пошли. — Кирилл направился к месту, где стояла группа Тины. Дик потерялся по дороге.

— Ты меня бросил! — Тина сердито стукнула каблуком.

— Извини, пожалуйста. Ты ведь знаешь, что мне нужен доктор. А ты говорила, что парень хорош в своем деле. Думал его пригласить.

— У тебя и так проблемы, о которых ты мне обещал рассказать, а ты новых ищешь?

— Те я уже уладил и сегодня расскажу. — Он обнял Тину.

— Ну что? Едем к тебе?

— Погоди. — Кирилл оглянулся по сторонам. Дика не было видно. — А…, пошли. — Но не успели они завернуть за угол, как встретили Дика. Блондин, который доставал Кирилла, похоже, решил достать Дика.

— Жаль, только, что тебя теперь на работу не возьмут. Запомни сегодняшний день. Тебе аплодировали первый и последний раз. — Блондин протянул руку и издевательски похлопал парня по щеке. Кирилл и не успел увидеть, что произошло. Одновременно со звоном разбитого стекла раздался глухой шлепок. Дик сочувственно смотрел на разбитую бутылку, а присутствующие на растянувшегося в диковинной позе блондина.

— Хороший бросок. — Сказал Кирилл.

— Рукопашкой занимался.

— Долго?

— С детства. Отец учил, потом еще в клуб ходил. Твое предложение в силе?

— Да.

— Когда я могу увидеть капитана?

— Он перед тобой.

— Шутишь!

— Поехали на корабль, и я все расскажу.

— Ну, поехали.

— Саня, Саньок? — Проговорил Кирилл в браслет, что удачно прятался под рукавом.

— Да.

— Браслеты готовы?

— Ага.

— Одевай ребят, готовь ужин, праздновать будем.

— Ну, наконец‑то…

Глава 32

Кирилл, Александр, Ричард, Джон, Виктор, Эндрю, Сергей, Тина.

— Оружие есть? — Спросил Кирилл Дика.

— Зачем?

— Есть или нету?

— Нет.

— Хорошо. Вот, он наш красавец. — Кирилл мотнул головой в сторону своего корабля.

— Не плохой. — Сказала Тина.

— Слово эксперта. — С улыбкой прокомментировал Кирилл, за что получил сначала подзатыльник, а потом поцелуй.

— Войдя на корабль, Кирилл мимоходом отметил, что воздух внутри корабля даже чище, чем снаружи. Ребята хорошо постарались — повезло ему с ними. Первым делом, воспользовавшись состоянием Дика, Кирилл записал его в команду, потом переодевшись в более удобные шмотки, вместе со своими спутниками направился в кают — компанию.

— Все уже в сборе. — Кирилл критически осмотрел компанию. — Пушки сдать.

— У меня нету. — В один голос ответили Джон и Вик.

— А ты чего ждешь? Особое приглашение надо? — обратился Кирилл к Александру.

— Успокойся, я дверь запер, стволы спрятал.

— Черт с тобой. Значит, знакомьтесь с нашим доктором. Зовут его Дик, и наши тела в его руках. — Кирилл опустил голову и картинно отвел руку в сторону новоиспеченного доктора. Ребята дружно улыбнулись.

Стол организовали отличный. Оказалось, что Вик неплохой повар и Кирилл с чистой совестью, не теряя времени, возложил на него эти обязанности. Вик конечно был «рад». Первый тост, как водится, был за пьянку. Конечно, его обычно маскируют, говоря: «за встречу, за хорошую компанию» и т. д., но Кирилл решил не прятаться за красивые слова.

После закусывания и занюхивания первой рюмки, команда потребовала от капитана всей правды, которую он обещал рассказать, и Кирилл согласился. Начал он по шутке со своего дня рождения, но Александр сразу же его осадил, и Кирилл, уже не дурачась, рассказал все с момента своего появления на борту корабля. На истории о взлете все дружно смеялись, а вот на истории о походе в клуб, Кирилл, искоса поглядывая на Тину, начал сильно сглаживать прошедшее. Этот факт, не остался незамеченным со стороны Александра, и он выдал настоящую историю. Тина уже хотела прибить Кирилла, но пришла ее очередь рассказывать. Так из кусочков рассказов всех присутствующих и вышла реальная история. Эндрю с Сергеем согласились, что Кирилл действовал разумно и очень осторожно, но с трупом он явно переборщил. Кирилл вновь ответил библейской цитатой, что мертвые должны оставаться мертвыми, а беспокоиться нужно о живых. Так, за историей ребята накатили еще по несколько рюмок. И через несколько часов к концу истории Тина и Дик окончательно сдались. Тина сладко дремала на плече у Кирилла, а Дик откинулся на своем кресле.

— Ну, думаю, последний тост. — Кирилл нежно глянул на Тину пьяным взглядом. — За то, что собрало нас всех вместе. За лучший торговый корабль в жизни! За Семь ветров! — Кирилл поднял рюмку вверх и после того, как они дружно зазвенели, махнул ее залпом. Ребята повторили за ним. — Тебе что, приглашение особое требуется? — Эндрю задумчиво крутил в руках рюмку, но когда его окликнули — сразу же ее выпил. — На этом наш праздник души и траур печени, прошу считать закрытым. Стоп, траур еще завтра будет, но праздник закрыт! Разойдись по каютах, уберемся завтра.

Кирилл поднял спящую Тину, но тело плохо его слушалось. Поэтому, чтобы не уронить, он решил ее разбудить. Кирилл поставил девушку на землю и, полуспящую, повел в свою каюту. Команда тоже начала разбредаться по своим каютам. Уже у себя, когда Кирилл уложил Тину и хотел устроиться рядом, ему вспомнился Дик. Парень точно спал, когда все разбредались. Вот она тяжелая капитанская жизнь: управлять кораблем, заботиться о нем и растаскивать команду по каютам после пьянки. Мысли трезвого Кирилла были диковинны, но мысли пьяного просто уникальны. Самое интересное, что, не зависимо от состояния, он всегда помнил большую часть происшедшего. Забывались сущие пустяки. Вот и сейчас, внезапно проснувшаяся совесть, заставила его вернуться за Диком. Веки давили на глаза, ноги наливались тяжестью, но все же послушно перемещали Кирилла в сторону кают — компании. Добравшись Кирилл смачно зевнул, потянулся и увидел Эндрю.

— Почему не идешь спать? — Кирилл спросил Хартмана и толкнул Дика, в надежде, что тот еще сможет идти, но последний только заурчал что‑то невразумительное.

— Что из рассказанного — правда?

— Не понял? — Кирилл опять толкнул Дика.

— История слаженная, даже немножко вероятная, вот, только на «Семи ветрах» должен был прибыть груз сырья.

— Какого сырья? — безразлично спросил Кирилл и похлопал Дика по щеке. На этот раз он очнулся и, ничего не понимающими глазами, уставился на Кирилла.

— Сырья, для изготовления наркотиков. — Кирилл как будто попал под холодный душ. Он оставил Дика и подскочил к Эндрю. — Точно знаешь?

— Читал в докладах Ларса. Там упоминался список поставщиков. Есть ли на корабле что интересное из груза?

— Зараза! — Кирилл стукнул кулаком по столу, от чего Дик очнулся снова и сразу же уснул опять. — Два ящика листьев юагро. Значит, наши приключения только начинаются. — Кирилл хотел хорошо обдумать ситуацию, но хмель не хотел покидать организм и мешал мыслительному процессу. — Помоги Дока дотащить в его комнату. — Поскольку думалось туго, то капитан решил сперва доставить доктора в его «апартаменты». Хартман послушно подошел к доктору. Ребята закинули его руки себе на плечи и потащили в сторону свободных кают. Мысли складывались только в одно — нужен четкий план действий и как можно скорее. — По — пьяни думается туго, но завтра утром нужно все обсудить. В семь часов сбор в кают — компании. Тине ни слова.

— А остальным? — в голосе Эндрю не было доверия, но Кириллу было просто наплевать на это. Они уже оказались перед свободной каютой и дверь послушно отскочила в сторону.

— Помогай. — Вдвоем они забросили врача на койку. — Ты мне не веришь. А я и не против, выберемся из этого дерьма и на первой же планете можешь валить ко всем чертям. А пока, не советую делать что‑то без моего ведома. Этим ты подставляешь мою команду. Один неверный шаг и всем нам крышка. Еще раз напоминаю, что на тебя мне наплевать. Я тебя спас только потому, что так случилось. А Сергея от того, что ты, дружок, мог наломать много дров, а так, как мы случайно с тобой знакомы, то неприятности были бы у всех нас. Для меня имеет значение только команда и те, кто по — дружески принял меня на этой планете. Сейчас иди спать, а завтра в семь на кухне.

— В кают — компании.

— Почему?

— Ты сам так сказал.

— Во — первых — не тыкай мне, Во — вторых, судя, по моему состоянию, лучше на кухне, мне после пьянки крепкий чай помогает. Будем совещаться и лечиться.

В семь часов зазвенел будильник. Кирилл проснулся с жуткой головной болью. Антикварный, механический будильник был намертво прикреплен к рабочему столу, а до него еще надо было добраться. Кирилл застонал и, повернувшись, свалился с постели. Потом он поднялся, протер глаза и посмотрел в сторону шума, что вызывал такую боль в его голове. После того, как резкость окончательно навелась, Кирилл сделал несколько шагов и зло стукнул по будильнику кулаком.

Котовский снова завалился на постель и понял, что что‑то не так. Он приподнялся и, сморщившись от нового прилива головной боли, осмотрел комнату. Тины не было. Кирилл заволновался. — Плохо — подумал он — стоп, почему плохо? Она не должна узнать. Новый вопрос, что узнать? — Кирилл сел на кровать и увидел на столе записку. Одновременно с этим вспомнился вчерашний разговор с Хартманом. Поднявшись, он взял и развернул записку. — У меня смена начинается рано, не хотела тебя будить. Люблю! — Последнее слово было написано большими буквами и подчеркнуто. — А хорошо у них придумано — практика и сразу работа, не то, что у нас по полгода назначения ждут.

— Хорошо! — Кирилл быстро набросил на себя кое — какую одежду и направился на кухню. Эндрю еще не было, Кирилл решил заварить себе чай. После первого же глотка, по телу разлился жар. Процедура была не очень приятной, но по мере того, как заканчивалась бурая жидкость без сахара, Кирилл все больше чувствовал себя живым.

— Ну? — Кирилл поднял глаза и увидел в дверях Эндрю.

— И тебе доброе утро.

— Да какое оно доброе.

— Ничего, пройдет. Сейчас буди Сергея и доктора, потом встречаемся на кухне. — Кирилл поставил чашку на стол и вышел.

Поднять ребят было сложно, особо тяжело просыпался Александр. Кирилл решил поиздеваться и громким голосом объявил. — Рота подъем! — Александр развернулся, и вяло отмахнулся рукой. Он прекрасно помнил, что уже закончил службу.

— Убил бы, — шумно зевнув, выдавил он.

— Извини, что сомневаюсь в твоих способностях, но ты сейчас явно не в форме. Пошли лечиться.

— Отстань, я сплю.

— Ты, по — моему, все еще в команде. Исполняй приказ. Кроме того, мы, похоже, опять влетели. — Александр поднял голову и недоверчиво посмотрел на Кирилла. — Что смотришь, все уже должны быть на кухне. У нас совещание.

— А почему совещание на кухне?

— Потому, что лечиться надо всем. Все, пошли. — Александр натянул джинсы, обулся и, перекинув футболку через плече, направился к двери.

Когда Кирилл с Александром заходили на кухню, команда уже была там и лечилась, каждый по — своему.

— Док, а почему сушит? — спросил нового доктора Вик.

— Алкоголь обезвоживает клетки организма.

— А голова, почему гудит? — вопрос задал Джон.

— Потому, что так обезвоживает ваши мозги, что они становятся меньше и отстают от стенок черепной коробки.

— Ну, поскольку все уже здесь, то пора провести совещание. — Команда замолчала и все уставились на Кирилла. — Вчера, открылся один очень любопытный момент. Слово предоставляется Эндрю Хартману.

— И что я должен сказать? — спросил он Кирилла.

— Правду.

— На борту находится сырье для изготовления наркотиков. — Ребята удивленно загудели.

— От тебя никакого толку. Значит так, вчера Эндрю сказал мне, что в их лабораторию должен был придти груз сырья. Груз доставлялся на корабле «Семь ветров». — Кирилл посмотрел на ребят. После этих слов, он мог остаться без команды. — Одно из двух — сдаться или сражаться. Звучит пафосно, каюсь, но смысла не меняет. Любой из вас может уйти — и я просто разорву договор по согласию сторон, но с другой стороны, если до нас доберутся, то и до тех, кто уйдет тоже. Прежняя команда этого корабля оказалась замешана в торговле наркотиками, здесь нам не повезло, но выпала удача спасти этих двоих. — Кирилл указал на Эндрю с Сергеем. — Именно удача, ведь по — другому, наркоторговцы могли узнать о нас первыми. — Кирилл замолчал, давая ребятам время переварить услышанное.

— Можешь оформить меня официально, — сказал Александр. — Риск — дело благородное.

— Скорее жизненно опасное, — задумчиво произнес Виктор.

— Вот почему ты не пошел в армию, как хотел твой отец, — сказал Александр, за что Вик окинул его обжигающим взглядом.

— Так что же ты предлагаешь? — спросил Ричард.

— Вы, а не ты. И так будет до тех пор, пока ты член моей команды.

— Хорошо, что Вы предлагаете?

— Сначала я хотел бы узнать, кто хочет уйти.

— Глупо уходить, не оценив плана действий, — сказал Сергей.

— Вы двое не уйдете до следующей планеты, уж извините, а рассказывать план полностью я не собираюсь. Только то, что нужно для его реализации.

— Нет, тогда он может быть просто бредом и мы подпишем себе смертный приговор.

— А я верю, — отозвался Джон. — Ведь знай мы о том, что нам предстоит выкопать мертвеца, то ни за что не согласились бы. А именно это дало огромный шанс на твое спасение. Для всех, Сергей, ты сейчас мертв.

— Ладно, тогда пускай нам хотя бы будут известны общие черты плана.

— Я могу рассказать не много, но и это будет интересно. Нам нужно избавиться от груза и сделать это законным путем. Желательно, чтобы на нас обратили внимание средства массовой информации. Нужно узнать, где сейчас предыдущая команда и, в частности, капитан. Хотя лично я надеюсь, что этим ублюдкам сейчас нехорошо.

— Стандартно, разумно, немного злобно, но не решает главной проблемы — сказал Эндрю.

У Кирилла левый уголок рта медленно пополз вверх, а глаза хитро прищурились. — Нужно сделать так, чтобы ближайшие несколько лет у наркоторговцев просто не было времени заниматься нами. Нужно создать им проблемы.

— Вот только это неосуществимо. — Эндрю разочарованно покачал головой. — Контора этим уже не один год занимается.

Глава 33

Кирилл

— Если кто хочет уйти, то, пожалуйста, быстрее. Я должен знать, кому отдавать какие приказы. — Кирилл осмотрел команду. Ребята молчали. — Хорошо! Джон и Вик найдут информацию о старой команде. — Чтобы никто действительно не успел отказаться, он начал раздавать приказы. Дай он им несколько минут на размышление, то наверняка кто‑то бы захотел смыться. — Возьмите координаты нападения и просчитайте ближайшие к нему планеты. Потом пойдете в информационный центр порта и пересмотрите все сообщения СМИ этих планет. Или проверьте, может эта информация есть в планетарной сети. Никаких прямых запросов, не следите. Исполняйте. — Ребята молча вышли из кухни. — Эндрю с Александром, ко мне в каюту. Устроим военный совет. Док, Сергей у вас на подхвате. Нужно вычислить формулу одного вещества. Сможете?

— Смотря, что это за вещество.

— Оно вводит в гипнотический транс.

— Можно попробовать, но я не фармацевт. Прежде всего, нужно его исследовать.

— Тогда пошли ко мне.

В своей каюте Кирилл отдал ручку — шприц доктору и проинструктировал в использовании. Капитан позволил использовать половину оставшихся зарядов для исследования, а если ничего не выйдет, то оставшуюся половину нужно будет использовать с толком.

— Я так понимаю, снова будем кого‑то гипнотизировать? — спросил Эндрю, когда Сергей с доктором вышли.

— Угадал, а вот кого нам предстоит выяснить.

— Жаль, а то я уже думал, пострелять можно будет. — С притворной грустью произнес Александр.

— Не до шуток. — Отмахнулся от него Кирилл и упал на свою кровать. Посмотрев немного в потолок, он приподнялся и показал ребятам на кресла за дубовым столом. Когда они сели, Кирилл снова откинулся на постель и уставился в потолок. — Перед нами вопрос — что делать, и ми должны его решить. Ваши предложения.

— Да брось, я тебя с детства знаю.

— Саня, выражайся яснее.

— Именно! Не валяй дурака и рассказывай свой план. Он у тебя стопроцентно уже готов.

— Ладно. — Лицо Кирилла расплылось в самодовольной улыбке, как у человека, которого наконец‑то оценили по достоинствам. — Стратегическая цель — создать проблемы в их организации. Проблемы настолько большие, что они бы и забыли о нас.

— И какого рода должны быть эти проблемы? — заинтересовался Эндрю.

— Я планирую судебное разбирательство. — Эндрю и Александр переглянулись.

— И кто, с кем будет судиться?

— Мы не сможем остаться незамеченными.

— Представьте себе ситуацию. Бандит приходит в милицию и пишет явку с повинной.

— Ты, гений. — Утвердительно произнес Александр после некоторого молчания.

— Я знаю.

— Это не так‑то просто — сказал Эндрю — мелкая сошка не заинтересует милицию, ее легко убрать. Те, кто знает много — имеют гипноблоки. Если попробовать их разговорить, то они просто умрут.

— А как же Марат? У него гипноблока не было.

— Неужели ты считаешь, что там такие дураки? Гипноблоки прикрывают только отдельную информацию и работают очень выборочно.

— Вот, почему нужен ты. — Кирилл приподнялся и оперся на кулаки. — Ты знаешь структуру их организации. Не поверю, что ты не нарыл на них ничего.

— Кое‑что я знаю.

Кирилл встал и начал расхаживать по каюте взад — вперед. — Наш клиент должен быть настолько важным, чтобы не иметь блока. Так сказать из высшего бандитского сословия.

— Ты хочешь взяться за боса?

— А что все другие имеют блоки?

— Я могу назвать трех человек, которые, скорее всего, не имеют блока.

— Значит босс и еще двое.

— Босс не по зубам даже спецслужбам. По — факту у него много отставников наших работает.

Кирилл подошел к столу, оперся кулаками на него и посмотрел в глаза Хартману — Спецслужбы просто отрабатывают свои деньги, а мы спасаем свои жизни. — Кирилл резко обернулся к Эндрю спиной — а это обостряет ум, сноровку и другие необходимые качества.

— Театрально сказано.

— А без театра и не обойдется. Либо сыграем как профи, либо нас уроют. Ладно, шутки прочь. Кого ты советуешь?

— Шеф — Джефри Сазерленд. Большой меценат, уважаемый человек. О том, кто он на самом деле знают немногие. Даже в самой организации его могут и не знать, для большинства он просто шеф. Его советую не трогать.

— Уверен, что это он шеф?

— Процентов на девяносто.

— Двое других?

— Майк Гриффит — занимается поставками экзотического сырья и перевозкой оружия. Проституция — его основная ветвь на планете. В миру — глава туристического агентства.

— А босс у нас кто?

— В смысле?

— В смысле в миру.

— Глава наибольшей сети казино и клубов Клена.

— Кто третий?

— Роланди Эристов.

— Что за птица? — курирует лаборатории. Также занимается распространением наркоты и оружия на планете. Совладелец сети автомастерских.

— Как к ним можно добраться?

— Ты от меня невозможного требуешь.

— Не прикидывайся, ты этим точно занимался. — Вмешался в разговор Александр.

— Вот этим, как раз, я и не занимался. У меня была намного более тривиальная задача. Но я знаю, что Сазерленд часто обедает в ресторане «Луна». А этот ресторан охраняется, как планетарная тюрьма.

— Это ресторан семьи Тодескини. — С улыбкой произнес Александр.

— Значит, для Вика уже есть работа. А остальные?

— Не могу сказать.

— Значит, садимся за компьютеры и ищем о них информацию в планетарной сети. Саня о Роланди, а ты о Гриффите. Разойдись! — Ребята вышли, а Кирилл засел за свой компьютер.

В принципе он ему не нужен был, просто хотелось подумать, а спокойно думать он не умел. — Значит все просто. Напоить шефа препаратом из ручки и произнести несколько нужных слов. Да нет — полный бред. Возможно, препарат действует только при введении подкожно. Плюс напоить и проинструктировать нужно незаметно для охраны. — Идея была, остались детали. От них‑то все и зависело. Не думалось, и Кирилл откинулся на спинку кресла. После нескольких минут разглядывания потолка пришло озарение. — А я ведь еще не завтракал! — Кирилл встал и вышел на кухню.

Готовить не было никакой охоты, да и зачем? От вчерашнего — жратва осталась, а также перегар, боль в боку и голове. Кирилл вспомнил, что вчера они так и не убирались и пошел сразу в кают — компанию. Там, растянувшись во всю длину на диване, дремал Тор. — Вот гад! — Все мясное со стола исчезло. Кирилл смутно помнил, что оставалось, но должно быть больше. И уж точно не одни только салаты. Виновник мясного исчезновения лениво поднял голову, но не удосужился даже мяукнуть, повалившись обратно на диван. — Вот кошара! — Тор не отреагировал. В этот раз даже голову не поднял. Кирилл не стал ничего разогревать, просто придвинул к себе миску с картошкой и начал жевать. После вчерашних излишеств организм быстро насытился, но гениальной идеи не выдал. Поэтому Котовский решил заняться общественно полезным трудом и начал убирать со стола. Мысли приходили и отвергались, как вынесенные на кухню тарелки. Кирилл вытер стол, махнул тряпкой на Тора и тот попробовал оскалиться.

— Не пошла. — Мозгам нужен импульс. — Можно прочитать книгу подаренную лейтенантом.

Через пару минут Кирилл уже завалился на свою кровать и читал название книги «Сунь Цзы. Искусство войны». Книга была тонкой, бумажной. Сейчас их уже не издают. Принято использовать широкие портативные экраны, в простонародии — читалки, часто их маскировали под настоящие книги. За несколько веков человечество так привыкло к бумажной книге, что эта любовь к хрустящим новым или шуршащим желтым — уже постаревшим, но бумажным книгам, похоже, стала передаваться генетически. Кирилл и сам находил некоторое очарование в печатной книге. В перелистывании страниц существует какая‑то магия не присущая ни в одной электронной книге.

Книга была переведена на общечеловеческий с древнего китайского языка. Она была не трудной, маленькой и короткой, но еще до открывания Кирилл почувствовал, что это мудрая книга. Кое‑что можно было даже применить и сейчас. Например, завести воинов на такую территорию, где они не смогут отступить, и им придется сражаться насмерть. Тогда их силы удесятерятся. Ведь Кирилл именно так и старался вести себя со своими ребятами — предоставлял им выбор тогда, когда его уже не оставалось. Красочно разрисовывая последствия, а еще лучше, когда они сами представят, только нужно подтолкнуть к нужной мысли. По большому счету, книга не помогла придумать что‑то новое, но Кирилл отдохнул и голова стала легче.

— Меня выгнали. — В дверях стоял Сергей.

— Оштрафую.

— А я не член команды.

— Тогда спишу на землю. Шучу. Скажи мне, друг любезный, чем живут торговцы?

— Торгуют.

— Вот и поищи в сети, что бы нам такое прикупить на этой планете и где бы нам его продать.

— Я же механик!

— Вот «железо» и посмотри.

Следующими явились Джон с Виком.

— О команде информации нету, а капитан через два месяца выходит из тюрьмы.

— Объяснись, Вик.

— Мы нашли информацию, что капитан попал в систему Макаби.

— Сайгацкая?

— Да, а там он в розыске за контрабанду. Похоже, смог откупится, заработав только короткий срок на титановых шахтах.

— Уже легче — о нем можно забыть. Вик, договорись с отцом о деловом ужине. Скажи прямо, что я хочу продать ему листья юагро. Да, и не забудь сказать, что ты у меня работаешь. А Джон может отдохнуть после того, как поможет тебе с ужином.

Команда ведь так и не обедала. Каждый добросовестно выполнял свои обязанности. Несмотря на то, что всех изнутри терзали смутные сомнения. Единственный член команды, который не испытывал ничего, кроме сытого блаженства был Тор. Эндрю с Александром принесли свои подборки уже под вечер, но они действительно порадовали Кирилла.

Когда ужин был готов — все, кроме Дока собрались за столом.

— И так, всем приятного аппетита, приступим. — Кирилл подвинул к себе пюре. — Вик, будешь так готовить — разоримся на еде. Впредь — первое, второе и компот! — Кирилл говорил, чередуя свою речь с куском хлеба и ложкой еще чего‑то. — С отцом договорился?

— Завтра в восемь вечера в «Луне»

— Не хило! — прокомментировал Александр.

— И вкусно. — Добавил Виктор.

— Наша цель Майк Гриффит. Он любит бегать на закате в «Дубовом парке» — романтик хренов. — На этих словах в комнату забежал Грант. Он схватил тарелку, быстро набросал туда что видел, сунул в это месиво вилку, и с тарелкой в левой руке и куском булки во рту развернулся к дверям.

— Док, а может с нами как‑то — Дик обернулся и, указывая свободной рукой в сторону своей лаборатории, промычал что‑то нечленораздельное и скрылся, оставив команду в полном недоумении.

— Продолжим. Значит мне нужно, чтобы в его наушниках прозвучало то, что я захочу.

— Но, если он слушает радио, то это одно дело, а если запись — это невозможно. — Сказал Джон.

— А ты представь, что существуют весы, где на одной стороне слово «невозможно», а на другой стороне твоя маленькая и такая короткая жизнь. — Кирилл очень точно сострил и похоже, он перегнул палку, а это может привести к падению морального духа команды. — Я требую от вас столько, сколько стоит ваша жизнь. Поэтому я не хочу слышать, что вы не можете чего‑то сделать. Я хочу слышать, как это сделать. Что человек сумел сделать, то он может и поломать.

— А почему не можно просто улететь.

— Джон, а как же Эрик. Ведь если все раскроется, то пострадают наши родные и близкие.

— Ясно.

— Духом не падать! — Кирилл был весел, ведь он должен подавать пример, насколько это возможно. — Японцы всегда имели хороших шпионов — говорил Котовский, с аппетитом жуя кусок мяса, — так вот в середине промышленного века их интересовало все из‑за их технической отсталости. Американцы, а может и не они, сделали новейший водный насос. Перед презентацией его случайно повредили, вернее пробили. Так вот чтобы не отменять презентацию в дырку вкрутили болт.

— А при чем тут японцы?

— Жуй и дальше слушай. Японцам не удалось украсть чертежи, но их агент точно скопировал насос внешне. Результатом был новенький японский насос, где был такой же болт, но в японском насосе он играл далеко не последнюю роль. — На лицах команды появилась улыбка. — Я же не прошу вас сейчас же дать ответ. У вас целая ночь впереди. — Кирилл улыбнулся и ребята тоже. — Эндрю с Александром проверят беговую дорожку. Задача обшарить все кусты и т. д. Кроме этого не стоит забывать, Саня, что на тебе еще Роланди. — последнее слово было произнесено с явным грузинским акцентом.

— Я же тебе уже отчитался.

— Мало. Нет, отчет на уровне, не спорю, но подобраться к нему сложно.

— А шеф?

— Трудно. Да и эффект будет не тот. Нужен противовес. И все думают о наушниках. Все час отдыха и за работу.

Только когда Кирилл оставил команду со своими мыслями и рассуждениями, то понял ошибку, что может стоить ему авторитета. — Я надеюсь, Саня, ты меня правильно понял. Я не хочу, чтобы ты снимал с Эндрю его браслет. Сними все на камеру, а потом обсудите.

Глава 34

Кирилл

В своей комнате не было нужды изображать радость на лице. Кирилл упал на кровать и, заложив руки за голову, несколько минут тупо втыкал в потолок. Но дела не ждали все же пришлось собраться с мыслями и пойти к Доку. Хорошо, хоть перед ним не нужно разыгрывать веселье. Похоже, что он настолько поглощен работой, что не замечает ничего. А ведь это хорошо и для него, ведь только вчера напивался с горя.

По дороге он встретил Тора, который вышел из сытого транса, когда команда собралась за столом. Вик его уже накормил, и котяра шел опять в кают — компанию спать.

— Разжиреешь. Пошли лучше со мной. — И Тор послушно зашагал рядом, но возле медпункта начал принюхиваться, а когда двери открылись, то вообще зашипел и пулей полетел в обратную сторону. Кириллу и самому стало плохо от ударивших в нос запахов. А открывшаяся ему картина была еще интересней. Перед стойкой пробирок скорчился Дик. Рядом стояла полупустая тарелка. Левой он держал мензурку и аккуратно наливал розовую жидкость в кипящую колбу, а вот в правой была вилка и, судя по всему, ею недавно пользовались.

— Как ты в такой вони жрать можешь? — Дик поднял вилку вверх. Кирилл остановился и подождал, пока тот доцедит свою жидкость.

— А я нос заткнул. — И когда Док обернулся, то Кирилл увидел, что из его носа торчит два больших ватных тампона.

— И как успехи?

— Я знаю жидкость — ее используют для стимуляции. Вернее для внушения того, что лечение помогает. Иногда только от того, что человеку внушают, что он здоров он вылечивается.

— Так она законная?

— Нет. Это сильный концентрат. Саму жидкость выдают под строжайшим контролем. Да и дорогущая она. А концентрат вообще…

— Вообще?

— Да я не могу его воссоздать. Я жил с парнем, который был гением. Однажды он создал в кустарных условиях Т34.1

— А Т34.1 это что?

— Нейро — стимулянт. Он ускоряет реакцию и полностью убивает боль. Он его сделал, чтобы побить обидчика, да едва не убил. Если бы фармацевтические компании не начали бороться за него, то светило бы ему лет…

— Не важно.

— Короче, я смог сжать одну дозу в два кубика. — Док показал небольшую запаянную стеклянную ампулу.

— Почему в ампуле?

— Препарат дорогой, потому, что распадается от взаимодействия почти с любым веществом. А самое главное, что активны как раз именно побочные продукты распада. Но и они не вечны

— Быстро распадаются?

— Минут десять.

— А вкус у него есть?

— Он внутривенно вводится.

— Нужно знать, что у него за вкус.

— Тогда меня не беспокоить три часа.

— Пить будешь?

— Я похож на самоубийцу?

— Не понял.

— Без комплекса восстанавливающих препаратов, я от этого инвалидом могу стать.

— А тот на ком мы его используем?

— А его что жалко?

— Нет, но если он станет инвалидом, нам это помешает.

— Ничего ему с одного раза не будет. Ну, может немного чувствительность понизится.

— Хорошо. Но ты проверь все, чтоб не сильно его прижало. — Кирилл уже выходил из медпункта — да, а если смешать его с водой, то сколько надо, чтобы человек выпил?

— Примерно три ампулы на стакан.

— Тогда нам нужно примерно пол литра.

— Дом загипнотизировать?

— Не имеет значения.

— Реактивы нужны.

— Подсчитай сколько надо и заходи завтра. — Кирилл с хрустом потянулся — Спокойной ночи.

Утро было легким. Указания розданы, чай выпит. Сергей исполнил свою задачу, и Кирилл купил восемь мини буров — совершенных, экологически чистых и дорогущих по местным меркам. Время оставалось, и Кирилл, с легкой душой, помчался к Тине. Внезапно разбогатев, он немного изменился. Раньше, увлекшись красивой девушкой, он мог потратить последнюю десятку на красивую розу, но сейчас он действовал в рамках разумного — купил три прекрасные, на его взгляд, цветка, хотя мог позволить себе весь цветочный. Кирилл стал ходячей записной бухгалтера — четко помнил кому и сколько дал, где и сколько потратил, а также знал свои расходы на несколько дней и расходы корабля приблизительно на месяц вперед. Судя по его подсчетам, они должны будут обанкротиться примерно, через месяца четыре.

Прекрасным цветам не судилось быстро добраться до вазы. Они благополучно свалились со столика, на который были брошены. Куртка не долетела до вешалки, а футболка была просто брошена на пол.

Перед встречей Кириллу пришлось выбриться, только так Тина смогла загримировать его лицо. Он очень переживал, как воспримет Тодескини свежий, хоть и уже полностью затянувшийся шрам. Но Тина справилась, шрам выглядел старым, примерно лет на пять точно.

— У вас очень интересное предложение молодой человек.

— Моя работа — заинтересовать потенциального клиента. — Говорил Кирилл, смотря на лежащие перед собою три вилки и три ножа.

— Ну, может, закажем что‑то. — Тодескини сделал знак рукой, и официант поднес меню.

— Мистер Тодескини, ввиду особой специфики моего предложения, не могли бы мы найти более укромное местечко. Подальше от чужих глаз и ушей.

— Предлагаю покушать, а потом приступить к переговорам.

— Согласен.

— Так из чего хотите начать.

— С супчика.

— Не разбираетесь в столовых приборах?

— Нет. — Кирилл впервые пожалел, что не прослушал курс этикета. Почему‑то тогда ему показалось, что нужно поднажать на основы ксенолингвистики.

— Я буду касаться указательным пальцем к нужной вилке, а ей соответствует нужный нож. — В голосе хозяина ресторана проявилась отцовская опека, и как это расценивать Кирилл пока не понял. Возможно это было большим минусом в переговорах, а возможно он сумеет вывернуть все в нужную ему сторону.

— Согласен. — Кирилл не стал заказывать экзотических блюд и наедаться. Ростбифа и салата ему вполне хватило. Он вежливо попросил совета насчет вина, объяснив, что любит сладкие вина, а его идеалом является домашнее вино бабушки. Хмельное и сохраняющее вкус винограда.

— Да? Значит, предпочитаете молодые вина?

— Ввиду своего возраста предпочитаю пиво всем винам.

— Ну, это не только от возраста зависит! — Тодескини говорил с удовольствием. — У меня есть маленькая броварня и там варят пиво по старинным немецким и чешским рецептам.

— От недавнего времени предпочитаю ель.

— Можно заказать. — Предложил Тодескини

— Не соответствует еде, насколько я могу судить.

— Хорошо, тогда я думаю, что знаю, какое вино вам понравится. Что же вы не едите?

— Боюсь притупить торговые инстинкты вашими деликатесами.

— Тогда хватит. — Тодескини отодвинул от себя тарелку. — Не против, если вино нам подадут в кабинет?

— Отнюдь!

— Прекрасно. — Добродушно отозвался Тодескини. Но когда они зашли в кабинет и хозяин сам разлил по бокалам вино, то Кирилл понял, что имеет дело с человеком привыкшим диктовать свои цены. — Назовите свою цену.

— Два миллиона за два ящика. Разрешение для вас достать — пустяк.

— Я согласен. Отпустите моего сына.

— Я его не держу.

— Выгоните его.

— Не могу, он отличный работник.

— Продайте его.

— Вы готовы торговать сыном?

— Не надо иронии.

— Хорошо, я оцениваю вашего сына в восемь миллионов.

— Многовато я бы сказал, но вы получите эту суму. — Челюсть Кирилла отвисла, и, чтобы привести ее в движение, молодой торговец залпом осушил бокал вина.

— Мистер Тодескини, я не собираюсь торговать людьми.

— Я могу предоставить вам более квалифицированных специалистов.

— Да не надо мне никаких специалистов. У меня уже есть команда, и я ею доволен. Не собираюсь я ими торговать. Меня может черт — те куда еще занесет и я хочу иметь команду, которой смогу доверять. Если я сейчас продам вашего сына, то поставлю крест на капитанской карьере. Команда не будет мне доверять. Если наберу новую, то начнут ходить слухи. Не продам я вашего сына, и хватит об этом.

— А я ведь смогу сломать вас. Санкции, проверки и тому подобное…

— Попробуйте. — Кривая улыбка появилась на лице Кирилла. — По крайней мере, антигероем для вашего сына стану не я, а вы.

— Ну почему бы ему просто не пойти в армию, где из него выбьют всю дурь.

— Да потому, что парень он серьезный. Нет у него ненужной дури.

— В его возрасте. — Тодескини, отрицающее, махнул рукой.

— Я ведь не многим старше, а когда получил корабль, то быстро повзрослел. Я не могу похвастаться удачными сделками, но по себе чувствую, что изменился. Кроме того на вашем сыне будет лежать ответственность, а именно она заставляет взрослеть. Ответственность, а не обязанность. Давайте так. Я перепишу контракт с Виком на год. Ну, в общем, стандартно, но только через год он может покинуть корабль. Уговорите его до той поры, и он вернется, а пока хочет пускай работает на меня.

— Хорошо вывернули, молодой человек.

— Согласны?

— А куда я денусь. Не становится же врагом ему на всю жизнь. Пусть получит свой пряник. Плети его, похоже, не волнуют.

— А теперь к нашим баранам.

— Да согласен я на ваше предложение. Сразу еще был согласен. Мне ведь цена не столь важна. Главное престиж заведения. Некоторые клиенты за неделю здесь оставляют такую суму. Через три дня у меня будет разрешение.

— Может тогда еще по бокалу? С вином вы точно не прогадали — даже лучше чем у бабушки. — Тодескини засмеялся.

— Нет, тогда отведайте уж моего эля.

— Кирилл отпил глоток и немного удивился.

— Не слышу восхищения.

— Интересно, — Кирилл отпил еще один глоток. — Но пару дней назад я пил эль получше.

— Чье производство? Земля или Кловыри?

— Клен.

— Не может быть, лучший эль на Клене варят у меня! — заволновался Тодескини.

— Возможно это просто дело вкуса. — Успокоил его Кирилл.

— Возможно, но кто его варит?

— А вы обещаете не вредить этому человеку?

— Я бизнесмен…

— Вот и я о том же… — перебил его Кирилл.

— Обещаю, нет, клянусь не вредить ему.

— Это владелец маленького бара. Он варит его сам.

Когда Кирилл вернулся на «Семь ветров», Вик готовил соус к спагетти. Его лицо выражало… наверное жуткую изжогу.

— Что у нас на ужин? — Джон уселся за столик.

— Паста — без особого энтузиазма ответил Вик.

— Кислая?

— Почему кислая?

— Ну, ты же кислый.

— Да потому, что кончилась моя Одиссея.

— Почему?

— Сдаст меня Кирилл.

— Не думаю. Мне кажется он из тех, что всегда что‑то доказывают и не изменяют своим принципам. — Вик что‑то пробормотал. — Да не кисни ты раньше времени. Вернется — все узнаем.

За ужином все старались подбодрить Вика. Всегда больно, когда разбиваются мечты; свои или чужые — неважно. Правда некоторым субъектам это приносит радость — как предыдущей команде. Но среди нового экипажа «Семи ветров» таких не было. Каждый из ребят когда‑то о чем‑то мечтал и скорее всего мечты не сбылись. Мечты, как звезды, так близки и ярки и в то же время к ним невозможно прикоснуться. Каждый вдруг вспомнил о чем‑то своем — о том, что не сбылось. У кое — кого на лице появились улыбки и жуткая ностальгия о потерянном детстве. Потом пошли рассказы о полетах на зонтике, о попытках переделать пылесос на реактивный рюкзак. Стало весело — и все забыли о том, чем это веселье было вызвано.

Кирилл слышал смех и решил сам посмеяться. С серьезным лицом он зашел на кухню. Налил себе стакан воды и, став спиной к команде выпил, подождал, когда все взгляды упрутся ему в затылок и только после этого развернулся.

— Что? Чего вы на меня так уставились. — Кирилл повернулся и направился к двери. — Кстати, Вик, твой отец оценил тебя в восемь лимонов. — Кирилл развернулся и посмотрел на реакцию команды. Кое‑кто сочувственно смотрел на Виктора, а некоторые на капитана. — А вот наркотическую приправу он оценил только в два. Жаль, что не наоборот. Шесть лишних миллионов нам бы не помешало. — Кирилл улыбнулся своей однобокой улыбкой. Вик непонимающе поднял глаза, а Джон дружески толкнул его в плече.

— Я же говорил, что рано киснуть.

— Завтра подпишем контракт на год с возможностью продления. Может, за этот год, твой отец будет терроризировать только тебя. Всем спать, рано отчеты и предложения.

Глава 35

Кирилл, Александр, Джон, Ричард

Подъем был ранним. Как обычно распоряжения раздавались за столом.

— Док?

— Я собрал систему для производства. Нужны только реактивы и герметический контейнер.

— Контейнер должен… Ну, чтобы из него можно было получить нужный напор. От маленького до высокого. — Попросил Кирилл.

— Но в контейнере не должно быть ничего кроме данного вещества, или начнется распад.

— Тогда, чтобы можно было создать напор в определенное время. Сможешь сделать?

— Можно сделать два выхода. Через один будет нагнетаться газ и выталкивать жидкость через другой выход. Но только после открытия клапанов на обоих выходах.

— Супер! Возьми два таких контейнера и один протестируй.

— Таких не существует.

— Сделай. Как там, насчет пробраться в наушники.

— Можно залезть сильным магнитным сигналом.

— Как?

— Очень сильный сигнал создает рыпение в наушниках. Можно попробовать превратить это рыперние в некоторое подобие языка.

— Но его будут слышать все в радиусе действия прибора. Угадал? — спросил Кирилл

— Да.

— Отпадает. — Сказал Эндрю. Он бегает с двумя охранниками. Один впереди — второй позади, иногда оба позади, если он сильно ворчит. У обоих наушники в ушах.

— Не беда. На Клене бывают полоумные пророки?

— Не понял.

— Ну, мужики в рясах давно не мытые и не бритые, призывают возлюбить ближнего своего?

— Бывает, но чаще без ряс.

— А что с такими делают?

— Да ничего. Сначала предлагают успокоиться, и только, если это не действует, то забирают.

— Про наушники можете забыть. Доедайте и убираемся. — Ребята ели в кают — компании потому, что круглый стол кухни мог вместить только пятерых, в то время, как в кают — компании свободно помещалось десять. Кириллу нужен был экран, а здесь была большая плазма. — Саня, показывай, что наснимал.

Запись длилась три часа с рассмотрением всех ближайших кустов и завершалась пятнадцатиминутной пробежкой по маршруту. Доктор с Джоном были отправлены за покупками, остальная часть команды собралась перед экраном.

— Сколько у нас фонтанов?

— Я насчитал три.

— Я тоже.

— Там на третьей и восьмой минутах сразу за кустами еще по фонтану. — Пояснил Александр.

— С них можно пить? Или они просто декоративные?

— Декоративные.

— Нужны именно питьевые и еще чтобы на виду.

— Тогда только три.

— Прокрути пробежку еще раз. Эндрю, засеки, сколько от последнего фонтана до конца дорожки, Сергей — сколько от предпоследнего. Врубай. — Кирилл и сам включил свой секундомер на браслете и где‑то перед концом записи запустил его.

— Последний?

— Шесть минут четырнадцать секунд.

— Предпоследний?

— Восемь минут ровно.

— Когда Док все сделает, установите контейнер на предпоследнем фонтане. Подключите его параллельно. Так, чтобы фонтан работал самостоятельно и, можно было, дистанционно включить подачу вещества. Ясно?

— Да вроде. — Сказал Александр. — Имеется в виду, течет себе чистенькая водица и вдруг при нажатии одной кнопочки — уже с химикатом?

— Именно. На Роланди что‑то нарыли?

— Единственное место, где он бывает без охраны — кладбище. То самое кладбище.

— Интересно, готовьте лопаты. Шучу, шучу. Просто однажды нам уже повезло на нем.

— Губу закатай — съязвил Александр. — Днем, и не на краю кладбища, а в центре — живой и очень несговорчивый.

— И часто бывает?

— Каждое воскресенье.

— А сегодня?

— А сегодня четверг.

— Найти о кладбище все!

— Что «все»?

— Что мне может быть интересно. Список умерших за последний месяц в том числе.

— Вик, поедешь домой — нам машина понадобится — оставь. Заодно и с отцом поговоришь. Саня — отдыхай, а Эндрю ко мне в каюту. — Уже в комнате Кирилл задал вопрос. — Ты грим накладывать умеешь?

— Умею.

— Как долго будет держаться?

— Смотря, какой надо.

— Настоящего косматого пророка и старого деда.

— Есть наборы гель — кремов — любое лицо. Парик подогнать сложнее, а вот бороды — от настоящих не отличишь.

— Напиши, что надо для этих двоих перевоплощений. Как напишешь — пошли за этим Саню.

Кирилл дождался доктора и поставил перед ним новую задачу.

— Существуют ли газы, что вызывают у человека жажду?

— Конечно! — и доктор начал перечислять замысловатые названия.

— Стоп, стоп, стоп! Мне это не обязательно знать, просто скажи, какой из них действует быстрее всего.

— Ну, «прах» вызывает жажду за десять минут и через полчаса смерть.

— Смертельные сразу исключаем.

— Тогда минут двадцать — двадцать пять.

— Много. Понимаешь, я должен быть уверен, что он выпьет воду.

— Исключено.

— Идеи?

— Я не фармацевт, но мазь от Акитаманской чумы…

— Какой чумы? Забудь. Давай только по делу — без ненужных объяснений.

— Так вот она за пять минут такой сушняк вызывает.

— Ее втирать надо?

— Нет, тогда жечь начинает. Наносят легким слоем.

— Много надо?

— Самую малость.

— А какого она цвета?

— Розового, как крем, а что?

— Готовь мазь! Много.

Через минуту Котовский был уже у себя в комнате. Отыскал намордник и пошел за Тором. Одного слова было достаточно, чтобы котяра понял, что предстоит размяться. Кирилл направился в парк, где собирался поработать.

Парк действительно был хорошим, но состоял не только из дубов. Преобладали здесь, как и на всей планете клены. Парк ухожен — деревья на приличном расстоянии одно от другого. В таком месте и не хочется гадости делать. Кирилл еще раз прошелся по маршруту. В общем, ничего нового он для себя не узнал, только подтвердил уже сделанные выводы. Нервная дрожь прошла по спине и левый уголок рта пополз к верху. Сомнений Кирилл не чувствовал, или вернее они были, но парень полностью отвергал их. Такое отношение к проблемам выработалось еще в академии. Иногда потеря времени на душевные муки в стиле «быть, или не быть — вот в чем вопрос» губительна. Лучше остановиться на одном из существующих вариантов и действовать, чем просто упустить шанс. В жизни, как в тесте — когда не знаешь ответ — лучше писать наугад, чем оставить пустое место.

Вечер Кирилл провел в том же парке. Тор отказался есть хот — доги, а вот Кирилл съел с удовольствием, потом закусил несколькими пирожными, которые купил там же. Феерическое шоу — пробег Гриффита был назначен на завтрашний вечер. После этого Кирилл отправился на корабль.

— Все ли готово, господа хорошие? — спросил Кирилл у Эндрю с Александром, о чем‑то споривших в кают — компании.

— Доктор нас не пускает к себе.

— Скоро уже стемнеет. Пора бы ему закончить.

— По — моему ничего не получится, — сказал Эндрю.

— Хорошо, значит будем действовать не по — твоему, а по — моему. — Кирилл развернулся и направился к Доку, но Эндрю запротестовал. Он вскочил со стула и догнал капитана, схватил его за плече и развернул к себе. На что Тор угрожающе зарычал, но Кирилл сделал успокаивающий жест и тигр замер в ожидании.

— Откуда ты знаешь, что ему захочется пить?

— Я пророк. И еще — не Ты, а Вы. — Игнорируя последующую бурю негодования, Кирилл направился к Доку. — Док? Может отопрешь дверь? — Дверь послушно отскочила в сторону. Как капитан, Кирилл мог войти в любую дверь, но не хотел влезать в личное пространство и сферу ответственности команды.

— Почти готово. Вот этот контейнер. — Кирилл начал смеяться. — Ну, что было, — смутился Док.

— Хоть сэкономил. — Перед Кириллом была обычная герметическая жестяная банка из‑под варенья с пристроенным механизмом на крышке, в свою очередь из механизма торчало две тоненькие трубочки.

— Не совсем, пришлось компрессор купить.

— А где дистанционка?

— Вот. — Док передал Кириллу маленький пульт с одной кнопкой. — Нажать можно только раз.

— Почему.

— Действует за счет забора воздуха.

— Понял, а когда попадет воздух, то препарат начнет разлагаться. Спасибо. — Кирилл взял пульт. — А как я узнаю, что заработало?

— Можно нажать несколько раз.

— Хороши гарантии.

Кирилл сам порылся в кладовой и взял все необходимые инструменты. Кого с собой взять вопроса не возникало. Саню и Джона — они уже имеют опыт. Кирилл улыбнулся, вспоминая приключения на кладбище. А ведь будь он на их месте, то тоже относился бы ко всему так, как они. Смутное ощущение опасности заставило его нацепить и клинок, и разрядник. А зачем было брать ручку, он вообще не понимал. Кроме всего этого с ними поехал еще и Тор.

Заезжать в парк было запрещено, и поэтому инструмент сложили в рюкзаки и оставили Тора охранять машину. К намеченному фонтану добрались быстро, но пока не стемнело окончательно — не начинали работ. Боялись, что это привлечет не нужное внимание. С фонарями тоже разобрались — разбили мелкими монетами.

Фонтан представлял собой большую чашу на толстой ножке. Из центра этой чаши била тонкая струя, слегка наклоненная в сторону пешеходной дорожки. Кирилл постучал по чаше и она отозвалась тяжелым керамическим звоном. Кирилл постучал еще раз по ножке и на этот раз звон оказался металлическим. Капитан внимательно провел фонариком по ножке и сразу же выключил. Он достал из рюкзака прибор ночного виденья и отдал его Александру, пальцем показал на болты. Саня сразу принялся за работу. Джон и Кирилл, вытянув головы, как гуси, наблюдали каждый за своей освещенной стороной дорожки. Один раз со стороны Джона появились девушки, но видимо побоялись идти дальше по, не освещенной, дорожке и вернулись назад. Александр, тем временем, снял крышку и возился с трубами. Вот здесь и начались проблемы. Трубы оказались не гибкими, как рассчитывал Кирилл, а жесткими из твердого пластика. Саня отдал прибор ночного виденья Кириллу и демонстративно постучал по трубе. Кирилл самым кончиком клинка четыре раза проткнул трубу, вырезав при этом маленький квадрат. Из трещин сразу же потекла вода. Саня хотел пальцем вдавить квадрат внутрь трубы, но Кирилл остановил его, — А если он дырку закупорит? — дождаться пока вода перестанет течь не стали, не ждать же, пока вытечет вся вода города. Кое‑как подцепили краешек квадрата кончиком клинка и вода вытолкнула его наружу. Вставить в дырку трубку из контейнера и заизолировать стык гермолентой не составило труда. И так — одна часть плана завершена.

На следующее утро, Кирилл отправился покупать материалы для грима в большущий супермаркет. Там же он случайно забрел в детский отдел и вышел оттуда с тремя водными ружьями.

Так, как супермаркет находился в зоне действия корабельной антенны, то Кирилл вызвал Дока и спросил — А если твою мазь развести с водой примерно один к десяти, то жажду вызовет?

— Она вообще‑то продается с составом десять процентов активного вещества, а жажду вызывает вещество предотвращающее распад активных соединений. — Тут Кирилл впервые пожалел, что не посвятил никого в свои планы, но ведь и идея с водными ружьями пришла ему только сейчас.

— А ты очистить его не можешь?

— Зачем — его в каждой аптеке можно купить.

— А с водой его разводить можно? В такой пропорции как я сказал.

— Даже больше, а то язык от сухости может потрескаться.

— Не пить, в морду плеснуть. Примерно рюмку.

— Тогда можно.

— Дуй в аптеку и купи этой гадости примерно на пол литра. Деньги получишь потом.

— Ну все не так уж и плохо — успокаивал себя Кирилл. Вернувшись на корабль — первым делом он заставил Эндрю и Александра по два часа заниматься в спортзале в одной и той же футболке. Сам занялся подбором шмоток из вещей старой команды. Пока Саня потел в спортзале, Вик проходил инструктаж у Эндрю. В то же время Сергей подгонял и маскировал радио. Джон был послан в парк с не менее интересной задачей.

Глава 36

Кирилл, Александр, Джон, Виктор

Желтый кабриолет с тремя молодыми людьми заехал в глухой проулок на окраине рабочего города. Через двадцать минут он выехал оттуда уже только с двумя пассажирами, а еще через три грязный и вонючий бомж вышел из провулка и направился к парку. По дороге он приставал к людям с заклинаниями покаяться и тогда им будет уготована нирвана. Колесо сансары не раздавит никого из них. Так же он припадочно матерился и чуть не покусал двоих гомосексуалистов, мотивируя это тем, что в прошлой жизни он был сторожевым псом и в этой собирается стоять на страже морали. Они были так напуганы, что даже не додумались вызвать полицию. Потом его как будто ударило током. Бомж прижал руки к ушам, а потом бросился бежать. Этим бомжем конечно же был Кирилл.

Желтый кабриолет подъехал к парку. Саня и Джон хлопнули дверцами, к ним подошел Виктор и двое подростков. Последним был вручен пакет и зеленая купюра. Парни пожали друг другу руки и Джон с Виком, тот же час, отошли. Александр еще немного покрутился возле машины, потом нагнулся, отряхнул штанину и потрогал зачем‑то колесо. После чего быстрым шагом направился в парк. По дороге он трижды отвлекался. Один раз он бросил беглый взгляд на Вика. Но тот, похоже, и не заметил его. Он сидел на лавочке, прижимал руками наушники и казалось вовсю балдел от музыки. Второй раз он внимательно посмотрел на подростков, что стреляли из водных ружей, тренируясь с новым оружием. В третий он коротко кивнул Джону, сидевшему на лавочке. Возле него валялась пара пустых бутылок из‑под пива и одна была в руках. Напротив сидели бабульки и, не сводя глаз с него, тихо шептались. Казалось, что он составлял для них огромную опасность, поэтому, даже когда бабульки поворачивали головы, их глаза все равно смотрели на молодого человека. При виде такой картины у Сени сама собой появилась насмешливая улыбка. А остановился он примерно через десять минут ходьбы и плюхнулся на лавочку.

Легким движением Александр достал карманный компьютер и несколько раз нажал что‑то пальцем. Через минуту он прикрыв рот рукой, зевнул. — Внимание, работаем. — В то же время, Вик, на другом конце парка перестал трясти головой и, стянув наушники, осмотрелся по сторонам. Джон начал подбирать бутылки и бросать их в урну. Поскольку урна была далеко, то бутылки естественно бились. Бабульки насторожились, сбились в кучку, зашептались быстрее, а подростки, что стреляли из водных ружей, бросили свое занятие и подошли поближе к дорожке. В то же время Кирилл, имитируя приступ безумства бросился бежать к парку.

Майкл размял плечи, немного понагибался, попрыгал на месте. Потом он критически осмотрел своих охранников. — Ну что гамадрилы к пробежке готовы? — Гамадрилы не ответили, они молча жевали жвачки своими квадратными челюстями и подозрительно зыркали по сторонам. Гриффит любил их как собак. Тобишь, вообще терпеть не мог. Они же в свою очередь любили его как собака палку. Охранники предпочитали не разговаривать со своим босом.

У каждого из них было желание прикрыть тело боса в подозрительной ситуации. Нет, они вовсе не хотели расставаться с жизнью, просто их тешила мысль о том, как восемьдесят килограмм боса после хорошего тычка летят на землю, а сверху еще сто двадцать — сто тридцать килограмм охранника. Похоже, все‑таки Майкл чувствовал тихую ненависть охранников даже сквозь их каменные маски на лицах. Гриффит относился так только к своим охранникам. Другие его работники встречали отношение чуть помягче. Майкл не любил людей, но тщеславие заставляло его считаться с ними. Вернее он попросту любил, когда ему лизали зад. И заметил, что снисходительная улыбка иногда лучше, чем разнос по полной программе. Просто эта улыбка должна говорить — Ты идиот.

— Ну, побежали. И если ко мне подходят люди — вовсе не обязательно их бить. — Во владениях Майкла тоже был парк и даже намного лучше, чем городской, но там некому было оценить его костюм за три тысячи, кроссовки за пять и т. д. Майкл побежал, а гамадрилы за ним. В наушниках звучало местное радио, а слушал он банальную попсу. На каждом шаге Гриффит отмечал никчемность людишек, что собрались в парке. Иногда, встречая молодую семью, он сплевывал с отвращением — терпеть не мог детей и все эти сюсюканья его добивали. Когда же он встречал влюбленную пару, то думал — Ну — ну, посмотрю я как ты будешь себя вести, когда застанешь ее с другим, или ты, когда он найдет другую шалаву, а тебя пошлет нафиг.

Гриффит был одним из самых богатых людей Клена, одним из самых влиятельных и самых несчастных. И вот, когда его радио стоимостью несколько тысяч зашипело и захрипело — он просто выбросил его в урну, мимо которой пробегал. Гамадрилы вдруг схватились за наушники и затараторили что‑то в рукав, но потом быстро успокоились. Потом, как назло, двое прыщавых кровососов с гоготом пальнули ему в лицо из водных ружей. Мало того не простой водой, а какой‑то розовой, липкой жидкостью. Страшно матерясь — Гриффит сначала заорал, чтобы охранники догнали их и задушили, но когда один гамадрил просто и невозмутимо подал Гриффиту платок, то он выдал еще одну обойму ругани. Липкий след следовало смыть и Гриффит направился к ближайшему фонтану, но какой‑то урод в кожаной куртке обеими руками оперся на питьевой фонтан. Уже не прося помощи у охранников, Майк рванул его за плече и развернул на сто восемьдесят градусов. Похоже, парень почувствовал себя очень плохо, и от такой нагрузки на вестибулярный аппарат его просто стошнило прямо на кроссовки Гриффита. Парень был мертвецки пьян. Оставшись без опоры, он начал шататься из стороны в сторону, и Гриффит матерясь еще хуже, чем раньше отошел в сторону. Но вот парень случайно зацепил рукой фонтан и инстинктивно ухватился за него. Потом аккуратно развернулся и снова вцепился в раковину обеими руками. Больше Майкл трогать его не стал, но вместо него к парню подбежали две старушки и начали колотить сумками. От этого парня вырвало еще раз — уже в фонтан. Бабульки колотили парня сумками, а он, опершись обеими руками, стоял с серьезным лицом, обращая на них ровно столько же внимания, как статуя на голубей.

Майкл побежал дальше, и его злость росла. — Ну, если и здесь я кого‑то встречу, то просто застрелю. Возьму у гамадрила пистолет и застрелю. — Гамадрилы бежали следом и их квадратные рожи, всегда такие угрюмые, истощали детскую радость. Липкая зараза начала припекать, кроме этого сильно захотелось пить. Майк ускорился — и, слава богу, у следующего фонтанчика никого не было. Только он нагнул голову — струя вдруг взметнулась вверх и плеснула прямо ему в лицо. От злости Майкл со всей дури пнул ножку фонтана, от чего она загудела металлическим звоном. Но жажда взяла свое, и Гриффит жадно припал к струе. Напившись, он умылся, потом снял олимпийку, вытерся ею и бросил прямо возле фонтана.

— На сегодня… — Майклу на минуту показалось, что гамадрилы улыбаются. Но нет их рожи по — прежнему каменные, только глаза как‑то странно блестят, — хватит. Возвращаемся. — И уже не бегом, а простым шагом он направился обратно.

Кирилл бежал долго и у него началась отдышка, но похоже, он нашел место что искал. Подойдя к скамейке, где сидел пожилой мужчина, он тяжело плюхнулся рядом. Мужчина немного поморщился, но поняв, что бомж никуда не собирается идти, поднялся и зашагал вдоль дорожки, но тут бомж вдруг громко выругался, сказал, — Вик, будь готов заменить. — И сорвался бежать. На этот раз он бежал не по дорожке, а напрямик. Через десять минут он уже был возле Виктора, который отыгрывая роль, слушал тяжелую музыку и яростно мотал головой. Здесь он перешел на шаг.

Внезапно он развернулся, схватил за плечи девушку и почти закричал. — Еще можно спастись! — Девушка не ответила, у нее вообще отняло дар речи. Она со страхом смотрела в его безумные глаза. И тут вместо безумных, глаза стали ласковыми. — Ты спасешься. Иди! — И девушка подчинилась. Сначала она сделала несколько нерешительных шагов в сторону, не сводя глаз с бомжа — пророка, а потом быстро зашагала прочь. Пророк в свою очередь попробовал поймать еще нескольких человек, но это у него не получилось. Потом он увидел человека среднего роста, с пустыми глазами, медленно шагающего по дорожке. Сразу же за ним следовало два охранника. Человек, похоже, полностью погрузился в свои мысли и не замечал дорожки. Он шел как на автомате.

— Ты! — Закричал бомж. Охранники насторожились, а человек медленно повернул голову. — Иди сюда! — человек подчинился. — Ты грешен! Грешен! Грешен! Покайся! Делал ли ты то, что запрещают законы человеческие? Отвечай.

— Делал. — Тупо ответил человек. Бомж сделал шаг вперед и уверенно, так чтобы не слышали охранники, сказал.

— Сейчас ты поедешь домой и ляжешь спать. Что мы с тобой разговаривали, забудешь. Завтра пойдешь в милицию и все расскажешь! Расскажешь, что незаконно делал, кто тебе помогал. И доказательства с собой возьми. Никого больше не слушай. Иди. — И человек, в самом деле, пошел. Охранники, не слышавшие разговора, только странно смотрели то на бомжа, то на шефа. А бомж пошел и лег прямо на газоне. — Отстрелялись. — Сказал он. На его лбу блестели капельки пота. Кирилл устало закрыл глаза и раскинул руки.

После его слов Александр спрятал свок карманный компютор, а вик перестал мотать головой, они встали и направились к машине. Даже пьяный Джон наконец‑то нашел в себе силы оторваться от фонтана и, не обращая внимания на вновь оживших старушек, тоже направился к кабриолету.

Когда все трое уже были возле машины, Александр вновь потрогал колесо и Джон с Виком сели в автомобиль. Он все еще стоял — примерно минут пять, пока не подошли подростки, и не отдали водные ружья, которые тут же полетели в салон.

— Ну, че? Давай, как договаривались.

— По полтине. Держите. — Саня отдал деньги, потом достал из внутреннего кармана авторучку. — Протяните ладони. — Подростки переглянулись и протянули руки ладонями вверх. Водитель взял одного, за руку, прижал кнопку ручки так, чтобы она щелкнула, потом повторил операцию со вторым подростком. Через несколько минут они проснулись на лужайке в парку, совершенно не помня, что делали весь день и нашли в карманах, невесть откуда, взявшиеся деньги. Впрочем, последнее их не столько озадачило, сколько порадовало.

Глава 37

Кирилл, Тина, Александр

— Ну что? Удача пока нам улыбается. — Сказал Кирилл, вырезая кусок трубы из фонтана. Емкость от гипнотического вещества забрали, а дырку залепили гермолентой.

Вечером все с удовольствием уплетали за обе щеки. Молодец Вик, ухитрился‑таки, успел что‑то сварганить, быстро и не плохо. Вот только что это никто не мог идентифицировать, а спрашивать боялись. Мало ли сейчас вкусно, а как узнаешь, так наизнанку вывернет.

— Рискованно было, но спланировано хорошо и сыграно неплохо. Вот только боюсь, наследили, — оценил Эндрю.

— Мотивируй! — включился Кирилл.

— Вот, например, где куртка объекта?

— Саня забрал.

— И ты думаешь, никто не заметил? Ну да ладно, а ты? — Эндрю обернулся к Джону.

— А я то что?

— Да тебя бабки на всю жизнь запомнили.

— Вот тут‑то ты не прав, — возразил Кирилл. — Они не его запомнили, а то, как он себя вел. Хотя, возможно в чем‑то ты и прав, но пока начнут разбираться в мотивах этого чистосердечного сознания, пройдет как минимум три месяца, если его раньше не пристрелят. Если же до этого дойдет, то надо еще найти тех, кто был в парке в тот день. Ты веришь, что это реально?

— Ладно. Согласен. Да и с водными ружьями неплохо вышло.

— Если честно, то я сначала мазь хотел использовать.

— Я вот, всю ночь голову ломал, но так и не смог понять, — сказал Ричард.

— Какую мазь? — спросил Джон.

— Да я сам не вспомню. Док не надо — опередил лекцию Дика Кирилл — она жажду вызывает, кроме того разовая. Я хотел намазать ее на пирожные и как‑то их на Гриффита транспортировать.

— И бросались бы подростки у нас пирожными, а не стреляли из ружей, — все дружно заржали.

— Кстати, Джон, а как у тебя вышло так удачно вырвать?

— Мне Док таблетку дал.

— Я же вроде не просил инициативу проявлять.

— Не помешало ведь.

— Хорошо, но впредь спроси.

— Окей.

— Чудненько, вот теперь перейдем к новой проблеме, а если быть точным, то к ее разрешению.

— Ты, имеешь в виду Роланди? — на этот раз уже Саня произнес его имя с грузинским акцентом.

— Вах, именно!

— Значит, я достал список умерших за последний месяц. Вот только где они, я тебе не скажу. В сети нет обновляющегося плана кладбища.

— Ну, а куда Роланди приходит? — Саня отрицательно помотал головой.

— Только к кому.

— Значит, завтра нужно будет съэздит, пасматрет.

— Операцию проводим на кладбище? — спросил Сергей.

— Ты и Эндрю ничего не проводите. Ясно?

— Да ясно, что нам отсюда никуда не деться, но можно хоть в каютах не запирать. Все равно на нас эти браслеты.

— Нельзя, еще найдете способ их снять.

— Ладно, шеф, и все же? — переспросил Вик.

— Шеф?! А не плохо, вот только капитан лучше. — Ребята уже начали замечать, что Кирилл часто уходит от темы и говорит о чем угодно, но только не о том, о чем его спросили.

— Капитан, отвечай на вопрос, — с иронией произнес Александр.

— Да просто все. Повторяем прежнюю схему с поправкой на местность, объект и условия.

— И все? А как же оригинальность. — Александр явно был смущен.

— Ты ведь не повторялся, вот и работало все. Снаряд дважды в одну воронку не попадает, — прокомментировал Эндрю.

— Не Ты, а Вы. Успокойся, все пройдет нормально. А о снарядах — артиллерист хреновый значит. А сейчас всем спать, завтра ранний подъем.

— Уверен, что это здесь?

— Угу.

— Элизабет Вейс. Кто она ему?

— Мать.

— Что серьезно?

— Он с ней и отчимом рос. Об отце мы ничего не нарыли.

— Ладно, Санек, давай осмотримся.

— А что смотреть то?

Александр, конечно же, был прав. Кладбище было не очень разнообразным местом. Ровные ряды могил и деревьев. То тут, то там редкие посетители. Даже надгробные камни и статуи хоть и крутые, но какие‑то однообразные. Хотя чего выделываться на кладбище? Здесь крут не тот, у кого памятник дороже, а к кому приходят чаще. Второй раз Кирилл находился на этом кладбище, и если честно, то сейчас он чувствовал себя хуже, чем первый раз. Ведь тогда он не видел другого столь же надежного выбора. Сейчас же он собирался сыграть на позитивных качествах, которые остались у Роланди. Почему‑то он не мог отогнать от себя картину другого кладбища. Совсем не похожего на это, и надгробные камни там попроще, и лежат там родные люди…

— Не хорошо все это.

— Что именно? — переспросил Александр.

— Ну, хотя бы то, что возможно он сюда облегчить душу приходит, для него это место святое, а мы его опошляем.

— Когда того парня выкапывали, ты об этом не думал, ведь к нему возможно люди получше пришли бы.

— Спасибо, теперь на душе у меня еще гаже.

— Всегда пожалуйста. Ты лучше думай о своей шкуре. Так ведь ты нам советовал.

— Одно дело советовать, и совсем другое следовать советам. Вот ты когда делал так, как я тебе советовал?

— Не помню. — Просто пожал плечами Саня. — Давай пройдемся, что ли?

— Давай.

— Как будем зомбировать?

— Ну, можно прикинуться друзьями недавно погибшего парня. Подойдем с бутылкой, типа выпей за упокой.

— Ты точно расслабился. Какой недавно погибший! Сюда от конца кладбища два километра, нам пройтись оттуда на всех водки не хватит.

— Успокойся, идея еще сырая, на стадии разработки, все будет хорошо. Да и с километрами ты явно перегнул.

— Моя бы воля, просто убрал бы шефа. Один хороший выстрел. — Мечтательно сказал Саня. — Из гранатомета.

— Ну и шутки у тебя.

— Не, а че?

— Ищи военных.

— Не понял.

— Чтобы на плитах военный был, в форме. — Получасовой поиск таких в радиусе тридцати могил не дал результатов. Кирилл решил просто выписать имена. Потом вспомнил, что в браслет вмонтирована мини камера и просто сфотографировал десяток ближайших надгробий.

На корабль ребята вернулись часам к двум. Сразу же были отданы приказания Сергею и Хартману рыться в планетарной сети, отыскивать данные на покойников, раз уж все ровно сидят под замком. Док получил свое задание, а Александр пошел по швейным. Кирилл звонил Тине.

— Ты уже дома?

— Угу, — сонно ответила та.

— С ночной?

— Угу.

— Я приеду.

— Угу.

У Кирилла уже был свой ключ, поэтому он не стал будить Тину. Добросовестно приготовил полуфабрикаты для того, чтобы засунуть их в микроволновку, попытался убрать в квартире, вот только в ней и так царил полный порядок. От нечего делать он просто включил на кухне телевизор и начал переключать каналы. Даже не заметил, как уснул. А проснулся он от запахов, щекотавших его нос.

— Я что, спал?

— Немного, — сказала Тина, подсовывая ему тарелку. — Ешь.

— Ну, я, как бы сам хотел это приготовить.

— Тогда ты немного опоздал. Это продается готовым. Нужно только разогреть.

— Вот я и хотел разогреть, — обиженно сказал Кирилл.

— Не беспокойся, можешь помыть посуду.

— Ура! — И каково же было удивление Тины, когда Кирилл действительно взялся за мытье посуды.

— Не верю своим глазам.

— Почему?

— Парни редко моют посуду. В основном мотивируя тем, что это женская работа.

— Мы вроде уже это проходили… Да и на корабле приходится самому.

— Ой, да ладно, у вас там автоматические мойки.

— Ну чего ты привязалась. — Кирилл вытер тарелку и обнял Тину, шлепнув ее полотенцем по попе.

— Одного не могу понять.

— Чего?

— Ты такой милый, добрый, отзывчивый, как ты мог?…

— Мог что?

— Того…, то тело… — Кирилл расслабил объятья и отвернулся от Тины. Почему‑то заболел шрам.

— Легко. — Больше Кирилл не хотел разговаривать. Через час он вырвался от Тины, так и не дав ей ответ, что с его настроением и почему он уходит.

Кирилл хотел бежать, просто бежать. Болел шрам. Сейчас, когда все опасности были позади, его естество восстало против содеянного. Ведь кладбище, это место покоя, прощения. Ведь именно так он чувствовал себя на могиле брата. Кирилл вздрогнул, подумав о том, что кто‑то мог сделать такое с могилой брата.

— Сань, ты далеко? — проговорил Кирилл в браслет.

— Смотря, где ты?

— Я в парке — Кирилл огляделся по сторонам и обнаружил себя на той же алее, где он строил из себя бомжа — пророка. — Мне хреново. Возьми пива.

— Где сойдемся?

— Давай у фонтанчика.

— А…?

— Сам знаешь, у какого.

В парке было пусто. Кирилл упал на скамейку напротив уже знакомого ему фонтана. Странно, на Земле, в это время, все площади и парки забиты разного рода сбродом. Волосы, принимающие причудливые формы, светящиеся из‑под кожи татуировки. Еще у сброда побогаче — нанопирсинг. Вообще — жуткая штука. Кирилл просто ненавидел этих змей, что вили свои кольца меж дыр в ушах. Другой популярный вариант — пауки. Страшно видеть, как они вьют свои сети в ушных раковинах. Здесь этого пока не видно, а вообще место хорошее. В мегаполисах Земли звезд вообще не видно. В Киеве, Москве, Нью — Йорке, Пекине например, не видно, в других Котовский не бывал. А здесь, как дома, в том маленьком городке, где даже время, кажется, замерло еще в двадцатом веке — яркая россыпь Млечного пути через все небо. — Красиво! Красиво и, черт побери, от этого так тошно. Еще хуже, чем было у Тины. Зараза, да в этой прекрасной звездной тиши просто выть хочется. — Мысли, целый круговорот мыслей захватил Кирилла и он даже не заметил как подошел Александр.

— Давай. — Кирилл взял литровую бутылку и повернул крышку. — Вот видишь, а мне сейчас нельзя проявлять слабость, я ведь капитан, только ты‑то знаешь меня, знаешь, на что я способен. Помнишь, сколько планов у меня было?

— Что понесло?

— Да не то слово, мне паскудно, кричать хочется.

— А у меня, что меньше планов было?

— Да я не о том. Я просто много мог сделать, но не сделал, просто не довел дело до конца, когда мог.

— Да все изменилось вокруг нас. Мы обросли привычками, умениями, предрассудками. Но вспомни…

— Саня, ты как? В порядке? — перебил Кирилл — Или тебя тоже накрыло?

— Вспомни, что ты всегда говорил мне раньше, — продолжил Саня. — Нам ведь действительно просто нужно справиться со страхами, а насчет не доведенных до конца дел, так какие у нас были приоритеты? Оторваться, доказать другим, что мы что‑то значим. Что ты выбирал потратить ночь на подготовку дипломного проекта или девушек.

— Какой там дипломный, ты хоть понимаешь, куда мы влезли.

— По — моему ты не понимаешь. Вот твой диплом и ты его пишешь. Введение — ты получил корабль. Первая часть Соколов с Хартманом.

— Перестань нести ахинею. Ты хочешь сказать, что сейчас другие приоритеты, а раньше я не доводил дела до конца потому, что они были для меня не столь важны? Смешно!

— Блин, вот всегда не дадут шедевр закончить.

— Ахинею.

— Ну, может ты и прав. Кое‑что ты забыл сказать.

— Ну?

— Ты пообещал. Раз сказал, делай.

— Я никому ничего не обещал.

— Обещал, просто негласно. Я думаю, что ты был прав, когда выбрал двоих. Одного они проглотят. Слишком уж серьезная организация. Нельзя сейчас отступать.

— А что делать?

— Не знаю. — Александр пожал плечами — У тебя думать лучше получается, вот и думай. Я только в редкие минуты алкогольного опьянения несу некую ахинею, которая всегда тебе помогала.

— Какого опьянения? Тебе ведро пива надо, чтобы охмелеть.

— А я его выпил, пока сюда добирался.

— Звезды, как дома.

— Дома хорошо, давно там не был.

Глава 38

Кирилл

— Вик, тебе премию надо выписать. Готовишь изумительно. Ладно, что там у нас с военными?

— Три кандидата. Двоих я бы отбросил сразу. — Ответил Эндрю

— Почему?

— По годах не подходят. Деды по 70 лет.

— Ладно, а третий?

— Эйден Стюарт.

— Благородная фамилия.

— Как и смерть. Один остался прикрывать взвод от туземцев.

— И что тут благородного? Вообще, почему он погиб?

— Раса Делу очень сильна. Намного сильнее Сайгаков. Ввиду отсталости расы командование разрешило использовать только разрядники и клинки.

— Армейский разрядник на максимуме тоже убить может.

— Батареи не бесконечны, а на максимуме и то… пару выстрелов. Разрубили этого героя пополам.

— Да, действительно герой. Когда погиб?

— Лет двадцать назад.

— Как же тогда по годам?

— Можно сыном притвориться.

— Идея! Молодец. А сколько ему было?

— Двадцать семь. — Кирилл коротко кивнул.

— Как там насчет мундира.

— А зачем он, я могу свой надеть — Сказал Саня — десантный.

— Нет нужен мундир, не твой. Ты в каком звании?

— Старший сержант.

— Надо лейтенанта как минимум. Какие войска?

— Может связи?

— Джон, какой связи? Сын героя и войска связи?

— Тогда разведка, — сказал Эндрю.

— Дальнего космос, — добавил Сергей.

— Нормально. Мне нравится. А нашивки, лычки?

— Не волнуйся Кирилл. Все заказывается вместе с мундиром.

— И сколько.

— Две.

— Что две?

— Тысячи.

— Они что там охренели?

— Я же говорю, давай подчистим мою парадку. Уберем петлицы, аксельбанты — сойдет.

— Не сойдет. После завтрака выдам деньги. — Кирилл был зол — разорюсь, еще до первого полета, — на деле же две тысячи сейчас для Кирилла не очень много, но с таких растрат, как за этот месяц у Кирилла еще не было, впрочем и денег таких у него тоже не было. — Док?

— Да?

— А со спиртным пойдет эта наша жидкость?

— Нет, тогда молекулярная структура вещества изменится. Это, если смешать, если же ввести внутривенно, а потом принять на грудь, то на результат, это не повлияет.

— Нужна жидкость, спиртное, и чтобы в ней присутствовал препарат.

— Это просто невозможно.

— Придумай что‑то?

— Могу сделать безалкогольный имитатор, — после недолгих раздумий предложил Док

— Ну вот, проблема решена.

— Не совсем.

— Блин, оно же распадается.

— Именно, кроме того, вы ведь тоже должны выпить.

— Саня должен.

— Не важно, суть в том, что Александр не должен быть под воздействием напитка.

— Знаешь, Док, есть такие антикварные фляги — их полость разделяется надвое перегородкой. Снял корок и наливай из первого резервуара, провернул горлышко и уже льется со второго.

— Ну, про такие фляги, я слышу впервые, но сильно сомневаюсь в том, что отсеки в них герметичны.

— Можете не сомневаться.

— В смысле?

— Не герметичны, мы купим новую фляжку, даже несколько и Сергей над ней поколдует. Но продумайте все сразу. Из полностью прозрачных алкогольных жидкостей мне известна только водка или горилка, как называют ее у меня на родине. Вот ее вкус вам вряд ли удастся повторить. У жидкостей в обеих резервуарах должен быть один цвет.

— А здесь только несколько вариантов.

— Водка, коньяк, или скотч. Традиционные варианты, — сказал Саня.

— А цвет?

— Не существенно, — отмахнулся Док.

— Коньяк — самый мерзкий вкус, — сказал Кирилл.

— Ну, это смотря, какой коньяк, — возразил Эндрю.

— Не важно, — отмахнулся Кирилл — главное, что есть множество вариаций вкусов. Что скажешь, Док?

— Думаю, что‑то придумаю. Подобрать вкус, правда, будет трудновато.

— Тогда хватит жрать — марш за работу! Саня — костюм, Джон — по фляжку, и препараты, которые Док захочет. Деньги получите через пять минут, в моей каюте.

Сегодняшний день Кирилл хотел посвятить делу, которым собирался заниматься после академии. Продавать и покупать. Первым делом, он еще раз проверил информацию о планете на найденной флешке. Открыл голографическую карту вселенной и параллельно включил планетарную сеть. Из информации в сети следовало, что в близлежащей системе открыта новая группа астероидов, богатая серебряной рудой. Рудодобывающая станция концерна РАП уже направилась к месту добычи.

Кирилл просчитал траекторию полета. Если вылететь через три — четыре дня, потратить девять дней, чтобы миновать все гравитационные зоны, потом войти в ускорение, направившись прямо на четвертую планету системы Хоот (Даллас), то гравитационное поле планеты выбросит их примерно в восьми днях полета, можно попробовать сберечь импульс, выходя из ускорения, за четыре дня можно будет управиться. Правда магнитный кокон уже не будет защищать корабль, придется держать щиты на максимуме. А значит нужно прикупить урана. На Далласе, как раз, начинаются карнавалы, так, что можно будет выгодно продать пиво, ну не растут там зерновые, а там глядишь, какой‑то пьяный фермер продаст свой урожай фруктов. Потом еще тринадцать дней к базе РАПа.

Кирилл остался доволен проделанной работой, а главное, он управился быстро. Следующую половину дня, капитан провел в центральной торговой палате Клена и уже приметил кое — какой товар, но заключать сделок не стал. Все‑таки завтра у него тяжелый день. Завтра вся планета узнает, что он продал наркотиков на два миллиона кредитов, а сейчас, просто ужин с приятным, умным и полезным Тодескини.

Собственно роскошный ужин был не столько ужином, как репетицией. На этот раз Тодескини учил Котовского как нужно кушать глуцкие улитки в чесночном соусе. А после, за бокалом белого в кабинете они перешли к обсуждению деталей.

— Я думаю провести все в «Луне».

— Хорошая реклама для ресторана.

— Да, но могут быть проблемы.

— Проблемы?

— Да, ведь ксенофобией страдают все расы. Сайгаки вообще зациклены на силе и воинской чести. — При воспоминании о сайгаках Кирилл потер шрам.

— Мистер Тодескини, а не боитесь?

— Я же десантник. — И Кирилл впервые обратил внимание на то, что его собеседник, хоть и был в летах и немного оброс жирком, но все еще был довольно сильным и крепким мужчиной.

— Ясно. — Кирилл рассмеялся. — А если честно:

— Я думаю открыть еще два зала, где воссоздам этнические интерьеры, добавлю живых растений с родных планет Танов и Сайгаков.

— А катарцы?

— А эти вообще на нас похожи.

— Ага, такие же твердолобые, длинноухие и волосатые. Не понимаю, они ведь единственная известная разумному миру раса, которая не потеряла волосяной покров в ходе эволюции.

— Я слышал теорию о том, что их раса не первая, а холодный климат и волосяной покров они обрели в результате ядерной войны. И они действительно ближе к нам, чем к другим расам.

— Пусть будет по — вашему. Вернемся к сделке.

— Завтра, в десять ноль — ноль, к вам прибудет группа таможенников.

— Вы уже достали разрешение?

— А как же! — потом лукаво добавил — Связи…

— Они будут на бронированном фургоне. Грузите ящики и едете ко мне. А у меня — торжественный банкет, репортеры и оформление договора.

— Лучше бы в обратном порядке. Договор, репортеры и банкет.

— Можно и так.

Утром Кирилл поднялся рано. Джон и Вик были отправлены на кладбище — устанавливать скрытые камеры, покупка которых обошлась в круглнькую сумму. Док и Саня рапортовали о готовности, Сергей с Эндрю откровенно скучали. Еще раз, согласовав план работы на кладбище, Кирилл промычал что‑то о двух зайцах и нехорошей смерти. В конце концов, собравшись духом, он пошел встречать таможенников.

Бронированный фургончик заехал прямо в грузовой отсек, после снятия пломб и оценки товара, ящики были погружены. Дорога к ресторану заняла около получаса. Все это время таможенная охрана нервно сжимала свои автоматы. Вскоре такое настроение передалось и Кириллу. Наплечная кобура с разрядником заметно потяжелела. Но все обошлось без происшествий. В подземном гараже «Луны» ящики приняла до зубов вооруженная охрана Тодескини. Наверняка набранная из бывших десантников. Один из ящиков сразу же понесли в главный зал ресторана, где под пристальным вниманием видеокамер он был торжественно вскрыт. Настала очередь интервью.

— А не кажется ли вам, что разделение ресторана на залы для разных рас попахивает ксенофобией? — Сказал толстый лысоватый мужчина с кислой миной. По отсутствию в его руках микрофона и наличии портативного диктофона, Кирилл понял, что это газетчик или блогер.

— Может тогда вообще всем одеваться и кушать одинаково? Разумные существа имеют право чувствовать себя хорошо и родная обстановка в этом только поможет.

— Мистер Тодескини, скажите пожалуйста, как вам пришла в голову идея открытия новых залов? — спросила молоденькая блондинка.

— Я давно хотел расширить свое заведение, не упускать же такой возможности, когда удача сама идет тебе в руки. Удача в виде молодого смелого человека, чей товар вы только что видели, — множество взоров метнулось в сторону Кирилла и заскользили по нему как медицинские сканеры.

— Я еще не встречал таких молодых капитанов. В чем секрет вашего успеха? — спросил молодой катарец.

Кириллу в очередной раз пришлось рассказать историю получения им корабля. На этот раз тщательно отредактированную. Не рассказывать же прессе все. Журналюги без исключения слушали рассказ с огромным, нескрываемым любопытством. Еще бы — такой сюжет. На лице одних Кирилл видел удивление, другие завидовали, а третьи восхищались, четвертые же ни слову не верили. Сам же Кирилл нервничал, он знал, что ребята справятся без него, но все равно нервничал.

Глава 39

Александр, Джон, Виктор, Ричард

Места для скрытых камер выбирали тщательно. За полчаса Джон и Вик обошли территорию радиусом в триста метров и расставили шесть камер, еще две стояли на прямой от центральных ворот до могилы Элизабет Вейс. Прибывший через два часа Александр остался доволен. Специально для такого мероприятия взяли напрокат машину. В ней разместились Джон с Виком. GPS вместо дороги показывала картинки с двух камер на входе. Еще шесть камер передавали свой сигнал на планшет Вика. Последним к компании присоединился Док. Он отдал Александру его фляжку и провел короткий инструктаж. Потом еще передал каждому по маленькому баллончику, в каких содержат медицинские аэрозоли.

— На человека действует безотказно. Одна порция в лицо и он заснет сладким сном через три секунды.

— За три секунды еще можно пол обоймы разрядить, — возразил Александр.

— Нет — отрицательно покачал головой Док — он на основе слезоточивого газа. Жертва слепнет мгновенно.

— Хорошо придумано, — согласился Джон.

— Сам себе удивляюсь — во все тридцать два улыбнулся Док.

В отличие от Александра ребята были одеты в дешевые костюмы черного цвета. Обычно в таких ходили местные гробовщики. А вот Александр сменил привычную форму десантника. Вместо свободного и рационального темно — синего комбинезона на нем красовался сине — зеленый обтягивающий мундир разведки дальнего космоса. А берет, сменила форменная фуражка с высокой кокардой.

— Ну, мне пора.

— Рацию точно не берешь?

— Нет. — Александр отрицательно покачал головой — слишком рискованно. Охранники к могилке близко не подходят, но глаз у них я думаю натренированный.

— Ну, давай, удачи… — Александр вышел из автомобиля и хлопнул дверью, потом поправил непривычно жмущую фуражку и направился в сторону могилы Эндрю Стюарта.

Ждать пришлось долго — около часа. За это время Александр успел вспотеть, разозлиться и успокоиться, в результате чего, на его лице появилось выражения, которое точно походило на настоящую скорбь о дорогом родственнике. Но время шло. Роланди похоже плевал на то, что думает охрана и приказал ей оставаться в машине. На могилу матери он принес пышный букет роз. Поскольку Александр не знал, как долго тот будет оставаться на месте, то сразу же направился к могиле Элизабет. Он открутил крышку от фляжки и глотнул. Алкоголь обжег горло и он сморщился. Пойло, которое туда залил Док, он определить не мог, но то, что это было точно. Мысленно выругав Ричарда за то, что тот не налил и в его половину фляжки заменитель Александр замедлил шаг.

— Извините… — Роланди поднял голову и посмотрел на молодого широкоплечего человека в форме. Он не любил людей в форме.

— Да? — молодой человек смутился.

— По традиции… помянуть…, а я сам, — разведчик, как понял Роланди по эмблемам и нашивкам, демонстративно протянул вперед фляжку. — У меня где‑то стакан был, — разведчик зашарил по карманам и Роланди почувствовал от него легкий запах спиртного.

Наконец разведчик вытащил из одного кармана толстую таблетку шириной в запястье, легонько надавил на центр, и таблетка вытянулась в стакан. Разведчик вопросительно посмотрел на Роланди. — Те, кто хотят меня достать, знают что я ненавижу людей в форме, подвоха тут нету, — подумал Роланди и одобрительно кивнул, но все же решил быть настороже.

Разведчик налил стакан и передал его Роланди, потом достал второй, но, немного помявшись, не стал его раскладывать и бросил обратно в карман.

— Моего отца звали Эндрю Стюарт. Он был героем, — потом немного приподняв фляжку в символическом жесте, разведчик сказал. — Не чокаясь, — и сделал несколько больших глотков прямо из фляжки.

Роланди понюхал дурно пахнущее пойло и сразу же перехотел его пить, но и обижать разведчика не хотелось. Он тоже символически приподнял свой стакан и залпом влил в себя его содержимое. В отличие от запаха вкус оказался не таким уж и плохим. Относительно неплохим. Роланди немного поморщился.

— Меня зовут Алекс, Алекс Стюарт, — разведчик протянул руку.

— Роланди. — Не став называть своей фамилии пожал руку разведчику.

— Вы здесь к кому?

— К матери. — Разведчик коротко и сочувственно кивнул.

— А я отца почти не помню. Мне всю жизнь рассказывали, каким героем он был, как ценой своей жизни спас других.

— Тяжело жить в тени своих родителей — посочувствовал Роланди. Его голова почала немного кружится, похоже, пойло вставляет. — И почему этот разведчик не уходит, — подумал Роланди.

— В тени достойных родителей особенно тяжело, когда делаешь недостойные вещи, — неожиданно сказал разведчик и Роланди резко повернулся к нему лицом. В его голове мелькнуло подозрение, но потом накатила волна какого‑то стыда, и Роланди тупо уставился на надгробье. Разведчик тоже смотрел на надгробье, время от времени проверяя часы.

— Ты делал плохие вещи?

— Да. — Тупо ответил Роланди.

— Что это было? — спросил разведчик.

— Воровство, убийства, торговля наркотиками.

— Нужно рассказать, тогда станет легче.

— Да. — Снова ответил Роланди.

— Так расскажи, не жди, просто поедь сейчас прямо в полицейское управление и расскажи все, потом ответь на все вопросы полиции.

— Да. — Роланди развернулся и сделал шаг в сторону выхода.

— Стой — Роланди замер на месте не оборачиваясь. — Забудь, что видел меня и разговаривал со мной. Иди. — Ничего не ответив, Роланди направился к выходу, где его ждала охрана. А разведчик продолжал стоять на месте. Он еще немного посмотрел на надгробье, потом залпом выпил оставшуюся в фляжке жидкость, но когда он прятал ее во внутренний карман мундира, то что‑то в ней все же хлюпало. Александр развернулся и пошел в сторону центральной аллеи кладбища, где его тоже ждала машина и небольшой сюрприз.

На этот раз бесшабашная «операция» нового капитана обещала быть проще. Ну, по крайней мере, теперь от ребят не требовалось переодеваться и изображать из себя черт — те что, хотя бы тем, что сидели в машине. Но их все ровно била дрожь, как хорошего спортсмена перед важным соревнованием, а потом Вик сказал… — О — о!

— О — о? — Переспросил Джон

— Похоже компания.

— Кто там? — Док потянул планшет на себя, за что получил по рукам.

— Смотри на браслет. — Сказал Вик, и вскоре на браслете у Джона и Дока появились картинки с разных камер, на которых были двое мужчин в дорогих костюмах. Один седой в сером костюме, второй тощий брюнет в синем костюме.

— Интересно.

— Посмотри у этого рация, в рукав говорит, — прокомментировал Джон.

— У второго тоже. Вон ухо прижимает, чтобы лучше слышать, — добавил Док.

— Интересно, их только двое, или еще компания имеется, — подал идею Вик.

— Не важно, они точно за нашим клиентом следят. Нужно их нейтрализовать.

— Поднимем шум, спугнем клиента.

— Не совсем. Саня уже его напоил. — Просветил Вик ребят.

— Тогда нужно действовать. — Решительно заявил Док.

— Я могу вырубить кого‑то током. — Сказал Джон.

— Кого берешь?

— Синего.

— Хорошо, тогда я седого баллончиком вырублю. А Вик подъедет поближе, чтобы тела в машину спрятать, да и открой сразу багажник. — После этих слов Док открыл дверцу и решительным шагом направился в сторону Седого. Сразу за ним следовал Джон. Первым показался Синий и Док вильнул в сторону, чтобы обойти его стороной, а Джон немного замедлил шаг.

Синий делал вид, что смотрит на надгробье, но сам искоса посматривал на Роланди и Саню. Похоже, он немного нервничал и причиной этой нервозности был, невесть откуда взявшийся, разведчик. Что его связывало с объектом, Синий не знал, а старший напарник велел ждать и он старался не дергаться. Но Синего передернуло, когда к нему заговорил молодой человек в дешевом костюме.

— Извините, сер, вы, похоже заблудились?

— Почему?

— Меня зовут Брайан — Джон назвал первое имя, что пришло ему в голову, и протянул руку для пожатия. При этом он немного развернул ее ладонью вверх, чтобы было виндно, что на ней ничего нет. — Я один из младших смотрителей.

— Винсент — тоже соврал Синий и протянул свою руку. — Я… — больше он сказать не успел, раздался треск, в воздухе запахло озоном, и Синий рухнул на землю без сознания.

Доку повезло немного меньше. Когда он оказался в трех шагах от Седого, тот как будто прочитав его мысли, со скоростью тренированного стрелка выхватил маленький лазер из наплечной кобуры. Но Док тоже почувствовал опасность и в один прыжок одолел расстояние между ними, когда рука стрелка уже распрямилась, Док оказался немного слева, а его кулак врезался в плечевой нерв Седого. Тот обмяк и повалился на землю. Хотя его нервная система была временно выведена из строя, сознания он не потерял. Док подобрал лазер и быстро обыскал Седого, потом, неестественно вывернув его руку, помог подняться. Со стороны это выглядело, будто они шли под ручку и хотя на лице Седого не дрогнул ни один мускул, рука его болела адской болью.

— Твой лазер у меня, пошли, — приказал Док своему пленнику.

Джон обыскал Синего и нашел два ствола — плазму и Лазер, бумажник и еще кучу всякого хлама в карманах. Приподнявшись, Джон первым делом искал любопытные взгляды, но когда таковых не оказалось, он обратил внимание на то, что в его сторону, обнявшись под ручки, идут Док и Седой. Док коротко кивнул и Джон понял, что все в порядке. Еще раз, воровато, оглядевшись он заметил, что Роланди уже уходит и, взяв Синего за ноги, потащил к машине совершенно не заботясь ни о его дорогом костюме, ни о затылке, которым он сейчас мял газон.

Когда Джон дотянул Синего до машины, то Док со скучающим видом все еще держал под ручку Седого. Увидев, как тот напрягся при виде тела напарника, Джон сказал — он жив. — И деловито закинул свою добычу в багажник.

— Открой заднюю, — попросил Джона Док, потом бросил Вику — Выйди. — Вик повиновался. Потом отпустив седого, Док резко сделал два шага от него и, пригрозив лазером, сказал. — Садись. — Потирая затекшую руку Седой залез на заднее сидение, после чего Док достал из кармана баллончик и брызнул в него. Тот среагировал молниеносно. Открыв вторую заднюю дверцу, он выскочил наружу, сметая и троща всю технику Вика. Но, уже оказавшись вне автомобиля, он ухватился за дверцу, едва не падая. Вик бесцеремонно пнул его обратно, и на сидение упало уже бесчувственное тело. После чего Вик плюхнулся рядом, и зевая, начал засыпать. Видать тоже хапнул препарата. Джон и Док стояли далеко от машины, чтоб самим не надышаться.

Уже подходя к машине, Александр понял, что что‑то не так. Джон и Док стояли далеко от машины, а подойдя ближе, он увидел еще одного человека сидевшего на заднем сидении вместе с Виктором.

— Что за …?

— Наши гости — ответил Джон

— Мы не знаем, кто они. Подготовка вроде серьезная. — Начал объяснять Док, но Саня его перебил.

— Они?

— Еще один в багажнике, — сказал Джон.

— А…?

— Все живы. — Ответил на, еще не сформировавшуюся, мысль Александра Док. — Того, что в багажнике Джон вырубил током, а Вик случайно надышался, когда я в этого брызнул. — Док показал баллончик и демонстративно потряс им, держа двумя пальцами.

— Обыскивали? — задал вопрос Саня после некоторого раздумья. Он уже успел мысленно набросать приблизительный план действий.

— Того что в багажнике. — Ответил Джон и начал выгружать все на капот, но Александр остановил его жестом.

— Демонтируй камеры.

— Я только половину устанавливал. — Ответил Джон и Саня нахмурился.

— Вика привести в чувство можно? — Вместо ответа Док отрицательно покачал головой, что заставило Александра нахмуриться еще больше, но потом он увидел планшет Вика. — Ну‑ка. — Александр провел пальцем, и экран засветился, потом перебрав открытые программы на панели задач, Саня вывел на экран программу слежения. Чтобы быть уверенным, не запись ли это, Александр посмотрел на свои часы. Они показывали то же время, что и часы каждой из шести камер. — Возьми — Саня протянул планшет Джону — ищи и демонтируй. Быстро! — И Джон без вопросов взял сумку, планшет и пошел демонтировать камеры.

Док уже во всю шарил по карманах Седого. Все из его карманов летело на шоферское сиденье. Туда же он бросил и лазер, увидев который Александр очень заинтересовался и взялся его разглядывать.

— Блин. — Док дернулся и, ударившись о потолок авто, выскочил наружу. От неожиданности лазер в руках Александра принял боевое положение. Он даже не заметил, как снял его с предохранителя. Док стоял перед ним с растерянным лицом и тупо проговорил — еще одна! — В его руке была зажата белая ручка, копия той, что досталась от Хартмана. Похоже, он успел нажать на колпачок и препарат начал действовать. — Скажи, что мне делать. Прикажи принять препараты для сохранения нервной системы на мое усмотрение. — Выдавил Док, потом его лицо разгладилось, и он стал похож на стоячего мертвеца. Но Александр понял ситуацию правильно и командным голосом произнес.

— Прими препараты для восстановления нервной системы на свое усмотрение. — Док прошуршал по карманах, и достал несколько разных таблеток, после чего глотнул их не запивая. — Теперь сядь на переднее сиденье пассажира и поспи. Ровно десять минут, потом просыпайся бодрым и помни все, что случилось. — Док послушно обошел машину, и открыв дверцу плюхнулся на сиденье. Почти сразу же послышалось его мирное сопение, а Саня облегченно вздохнув продолжил обыск Седого.

— Что с Доком? — спросил подошедший Джон, но Александр глядя на полную сумку и отключенный планшет, задал свой вопрос.

— Все собрал. — Джон утвердительно кивнул. — Он ручку нашел. Такую же… — брови Джона поползли вверх.

— Ты имеешь ввиду…

— Имею, имею. Я Доку поспать сказал. Садись поехали.

— Кто они? — спросил Джон

— Могут быть из Службы безопасности конфедерации, но я думаю это слишком круто. Так, что или Агентство развития человечества или Планетарная служба безопасности. Или еще куча спецслужб, названий которых я просто не знаю.

Глава 40

Александр

В кабинете главнокомандующего внутренними войсками Клена стоял крик.

— Что!?! Да ты хоть понимаешь, что говоришь. Я тебя с костями сожру. Ты, букашка, смеешь мне угрожать?!

Главнокомандующий был человеком богатырского сложения, без обычного для человека его положения брюха. Он приподнялся со своего любимого кресла и, сейчас опершись кулаками на стол, демонстрировал своему гостю, сидевшему в кресле напротив, свое красное лицо, богатырский голос и то, как далеко может долететь его слюна. Но его гость — субъект среднего телосложения в безупречном костюме лишь время от времени вытирал лицо платочком, стирая долетевшие слюни Главнокомандующего. Крики, от которых сжимались все работники департамента, прервал обычный стук в дверь.

— Пшел вон! — заорал Главнокомандующий, но дверь отворилась, и в кабинет зашел еще один субъект среднего телосложения в безупречном костюме. Не обращая внимания на главнокомандующего, он улыбнулся и подошел к его гостю.

— Агенство, — вместо приветствия сказал вошедший и протянул руку сидевшему.

— Контора, — ответил тот и пожал руку вошедшего только тогда, когда встал и полностью выпрямился. Потом, не сговариваясь, оба агента посмотрели на Главнокомандующего. Лицо последнего начало принимать натуральную окраску и агенты чувствовали, что оно еще не раз сегодня будет краснеть и бледнеть. А Главнокомандующий понял, что ему не справиться с Агентством развития человечества и Планетарной службой безопасности одновременно. На ближайших полчаса в департаменте стало тихо. Когда пришло сообщение, от которого у всех полезли глаза на лоб, то секретарша Главнокомандующего даже решилась войти.

— Извините, — секретарша просунула свою крохотную головку в дверной проем, немного приоткрыв дверь.

— Позже. — Угрюмо ответил Главнокомандующий.

— Заходите, дорогая. — Сказал Контора. Главнокомандующий мысленно свернул наглецу шею, а на деле вздохнул и кивнул в знак согласия. Дверь приоткрылась, впуская в комнату героический бюст и, не менее, героические бедра.

— Со сто семьдесят шестого строчное сообщение.

— Зачитайте. — Сказал Агентство, не давая Главнокомандующему и рта открыть.

— В 15.00 в отделение явился Роланди Эристов и начал давать показания против себя, Джефа Сазерленда и других влиятельных граждан Клена. — У Главнокомандующего глаза полезли на лоб. Он понял, что его песенка спета.

— Мы не должны его потерять, как Гриффита. — сказал Контора. Агентство утвердительно кивнул головой.

— Останешься? — в свою очередь спросил Агентство.

— Конечно. Это внутренние разборки.

— Он твой. Если что… — Агентство протянул Конторе визитку. Коллега ему понравился, и он намеревался тесно сотрудничать с ним. Часто бывало, что планетарные службы безопасности ставили палки в колеса Агентству развития человечества.

— Хорошо, — ответил Контора, а взамен взятой визитки протянул свою. С этим человеком можно сотрудничать. Он не вел себя как крутой суперагент, не начал разбрасывать понты — люди Агентства часто так поступали, тормозя тем самым всю работу.

Когда секретарша и представитель Агентства закрыли за собой дверь, Контора еще раз прошелся по Главнокомандующему тяжелым взглядом. Тот выглядел уже не так браво, как в начале их беседы и Контора понял, что «клиент готов». Он достал свой телефон и несколькими кликами отправил целую купу оперативных команд. Потом, поставив телефон на стол, перевел его в режим голозаписи. Сам представитель ПСБ в запись не попадал, но ничего — на записи кроме проекции Главнокомандующего будет голос Конторы. Он встал, снял пиджак и повесил его на спинку кресла. Потом ослабил галстук и ремни наплечной кобуры, где был маленький лазер.

За все это время Главнокомандующий не сказал ни слова и даже не пытался покинуть зону работы голокамеры. Он просто смотрел, как Контора закатывает рукава и понимал, что последний не собирается уходить, и выгнать его теперь не выйдет.

— Приступим — сказал Контора — Допрос ведет старший оперуполномоченный агент Линч. Личный номер 564–13–49–87. Назовите себя. — Главнокомандующий понял, что контора обращается к нему и его тело пробила дрожь. Он ответил, потом снова и снова ответил. Машинально, не задумываясь, ведь спрашивали анкету. А потом прозвучал вопрос, от которого его бросило в пот. — Как давно вы работаете на Джефа Сазерленда.

— Семь лет — ответил Главнокомандующий после того, как Контора повторил вопрос несколько раз.

— Хорошо. Когда Сазерленд отдал приказ о ликвидации Майкла Гриффита?

— Он не отдавал. Я сам отдал такой приказ.

— Почему?

— Он пришел в отделение, принес кучу доказательств, как Роланди сегодня, и начал рассказывать все подряд. — Этот разговор был достаточно интересен и важен для целой планеты. Второй, уже не настолько важный, но тоже интересный разговор проходил в небольшой роще под столицей планеты.

— Ну, давай, давай дорогой. Просыпайся. — Седого хлестали по щекам, и он с трудом раскрыл глаза. Башка трещала, как после страшного перепоя. Последний раз Седой напился так на свадьбе у дочери.

— Шеф, вы как? — спросил Седого Синий.

— Да вроде ничего. — Седой осмотрелся. Похоже было, что они находились в лесу за городом. Руки и ноги были стянуты эластичными веревками. Самих пленников усадили спинами к стволу большого дуба. Трое стояли напротив, судя по всему, их лидером был тот Разведчик, что подходил к объекту.

— Оклемался? — спросил Разведчик Седого и тот послушно кивнул головой. — Док, принеси воды. — Один из троицы послушно пошел куда‑то и вскоре вернулся с бутылкой минералки. В этом человеке Седой опознал того, что оглушил его. — Кто вы? — снова спросил Разведчик. — Седой только угрюмо посмотрел на него. — Хорошо. Я, Саша, это — Ричард он же Док и Джон. — Седой хмуро улыбнулся, он не верил ни одному слову Разведчика. — Ясно. — Снова сказал Разведчик. Сейчас он был только в рубашке и начал закатывать рукава. — Служба в десанте научила меня одной вещи. Боли боятся все. Боль ломает все ментальные блоки, и в результате ты получаешь нужную информацию.

— Будешь пытать? — спросил Седой улыбаясь.

— Нет. Просто бить, — совершенно серьезно ответил Александр. И Седой понял — бить он умеет.

— Может, это попробуем? — Док достал ручку

— Нет, против своих средств они должны уметь защищаться. — И уже обращаясь к Седому — Я знаю, вы из спецслужб. Не знаю только из каких. Все, что мне нужно — цель вашего задания. Я хочу знать, зачем вы следили за Роланди?

— И зачем вам это?

— Нам угрожает опасность от его боса.

— А как зовут боса?

— Сазерленд. — Седой понял, что ребята хорошо осведомлены.

— Расскажите мне о том, что вам угрожает. И возможно я расскажу вам то, что интересует вас.

— Хорошо, но помни, я все ровно получу нужную мне информацию. Захочешь ты сам рассказать — хорошо, нет — я ее выбью из тебя.

— Рассказывай.

— Мы вляпались в нехорошую историю. Мой друг работал на корабле, который вез груз на Клен. По дороге корабль атаковали магнитными пушками автоматические буи с позывными кораблей. Команда покинула корабль, оставив моего друга погибать. Он решил дать бой и тогда выяснил, что атакуют не пираты, а буи. Патруль признал его право на корабль и груз. А один патрульный попросил передать брату посылку. Оказалось, что Эндрю Хартман работает на вашу ПСБ и попал в тюрьму, где его собирались грохнуть.

— Хартман? — переспросил Седой.

— Значит ты из ПСБ. — догадался Александр, а Седой мысленно выругал себя за несдержанность.

— Продолжай.

— Он буянить начал. Мол, без друга никак, его грохнуть хотят.

— Так Хартману вы помогли?

— Ну да, мы его с тюрьмы выкупили, потом помогли заваруху у него в квартире устроить. — На этот раз Седой не подал виду, но если это правда, то главный оперативник по этому делу жив, а значит уцелело еще пару ниточек ведущих к Сазерленду и его деньгам. В это хотелось верить, ведь ни о смерти Ларса, ни об исчезновении Эндрю в конторе толком ничего не знали.

— Как звали друга?

— Сергей Соколов — О нем Седой тоже слышал. Больно уж правдоподобной казалась информация. Но Соколов исчез. По оперативным данным он сорвался, хотел грохнуть непосредственного начальника, с которым у него были личные счеты, но тот грохнул его.

— Жаль, что вы его потеряли.

— А Кирилл — Голова. Если уж и ПСБ удалось обмануть… — Александр довольно засмеялся.

— Он жив? — удивленно спросил Седой.

— Конечно. Мы использовали вашу «ручку». Сейчас он жив и Эндрю тоже. А бос Сергея верит, что закопал его в лесу.

— Но ведь они могут проверить.

— Ну и что? Тело есть. — Пожал плечами Саня.

— Но лицо…

— Разбито камнем лично Маратом. Одежда на теле и документы принадлежали Сергею. Кроме того — даже вы не проверили.

— Ну, так и смывались бы, — сказал Седой, а сам подумал — Знали бы где тело — проверили б.

— На борту корабля оказались два ящика листьев юагро.

— Понятно, Сазарленд бы вас достал.

— Что вы предприняли.

— Это знание уже будет для вас лишним.

— А…

— Стоп. Теперь ваша очередь рассказывать.

— Хорошо — Седой решил рассказать то, что уже должно быть известно преступникам. А если парни говорят правду, то это их убедит в лояльности Седого.

— Вчера во время конвоя был убит Майкл Гриффит. — Александр громко выругался. — Он вдруг решил…

— Да знаю я, что он решил. Главное, чтоб Роланди теперь не убрали.

— А почему его должны убрать?

— Когда он говорить начнет.

— А с чего это он говорить начнет?

— А с чего Гриффит начал?

— Вы что идиоты, решили уничтожить самую крупную мафиозную структуру планеты, чтобы свои задницы прикрыть? — Седой похоже сам не верил в то, что только что сказал. Уж слишком дикой была идея. — Как вы до сих пор еще живы?!

— Благодаря вашей ручке и собственной смекалке.

— Мне нужно предупредить коллег.

— Нет.

— Если Роланди грохнут — пиши, пропало.

— Вот, что мы сейчас сделаем. Поедем в главное управление, вернее в ваш офис. Вдвоем, а ваш друг отправится к нам в гости на корабль. — Тут Синий вскочил на ноги. В его руках блеснул тонкий стилет. Он подскочил к Александру и сделал короткий замах снизу, целясь в живот. Левой Саня перехватил руку Синего у самого запястья, а правой — за локоть. Немного потянув руку противника влево от себя, Саня ее выпрямил, потом используя правую как точку опоры, он сильно потянул левой в сторону противоположную зоне сгибания сустава. Раздался хруст и сразу же крик, от которого заложило в ушах.

— Зачем же локоть было ломать? — спросил Седой. — Можно было просто вырубить. — Сам он попыток освободиться не делал.

— Буйный он. А так наука будет.

— Ну, хорошо. Так куда мы поедем?

— К большому и красивому зданию, где будет висеть табличка «Служба Безопасности Клена».

— Зачем тебе это. Мы же тебя посадим.

— Зато я буду уверен, что ты именно тот, за кого себя выдаешь. И все останутся живы.

— Я понял. — Седой умудрился подняться со связанными ногами. — Ну, куда прыгать?

— Погоди, сейчас Док вправит вашему дебилу локоть. — Александр кивнул и Док послушно взялся за дело.

— Заложите уши. — Посоветовал Док, но даже так было слышно, как орал Синий.

— Джон, скажи Вику, пусть подгонит машину. — Джон молча кивнул и удалился.

Седой полностью успокоился и теперь он верил, что ребята не причинят ему вреда. Он же уговорил Синего не дергаться, четко выполнять приказы конвоиров и заверил его, что с ним все будет в полном порядке. Александр понимал, что настоящий оперативный штаб Службы Безопасности Клена находится где‑то в другом месте. Скорее всего, под вывеской маленькой частной компании. Но рисковать не решился. Если Седой оказался бы не оперативником ПСБ, а каким‑то высоко — подготовленным наемником, то вполне мог привести его в ловушку. В официальном офисе дела пойдут медленнее, но надежнее.

Через пять минут после прибытия в офис Седой поставил всю службу на уши. Александра никто не пытался арестовать — только подозрительно косились и он таскался по всему зданию за Седым, как приклеенный. Но вот Седой роздал приказы, отчитался перед начальством и определил Александра на допрос, где последний четко в деталях рассказал обо всем, через что пришлось пройти молодой команде. Когда он управился, то была уже глубокая ночь.

Глава 41

Кирилл, да и все остальные

Когда Кирилл поднялся на борт своего корабля, то его еще изрядно шатало. Он старался не пить, но гостеприимству Тодескини нельзя было отказать. В результате вина всех возможных сортов быстро вскружили голову. Две вещи тревожили Кирилла. Прежде всего, он переживал, справляться ли его ребята. Потом, как назойливая муха не давала покоя мысль о том, почему на банкет не пришла Тина. Вот так навеселе и с тяжкими думами Кирилл прошел в свою каюту, переоделся и отправился на кухню. Вот там‑то его и ждал сюрприз. Эндрю развалился на диване и как‑то нагло смотрел на Кирилла.

— Ну что, капитан? Пришло время отплатить за гостеприимство? — Сказал Эндрю.

— Ты что, головой ударился? — Кирилл бросил на Хартмана удивленный взгляд и сразу же понял, что что‑то не так. — Где браслет? — Кирилл насторожился. Охранного браслета на Эндрю не было, а Кирилл был безоружен. Он быстро осмотрелся, подмечая любую вещь, которую можно было использовать в качестве оружия. Капитан понимал, что Эндрю боец намного опытнее и в рукопашной схватке у него будут все преимущества.

— Только спокойно. — Эндрю поднял руки в примиряющем жесте. — Ребята входите. — В комнату вошли два молодых человека, и Кирилл напрягся еще больше.

— Кирилл Григорьевич, мы представители АРЧ и СБК. Я прошу, вас, успокоиться и присесть. Наши намерения относительно вас достаточно мирные. Вы вполне можете чувствовать себя в безопасности, но вам придется ответить на несколько вопросов.

— Где моя команда? — нервно спросил молодой капитан.

— Успокойся. Все по своим каютам под домашним арестом. — Сказал Эндрю.

— Тор?

— В Саниной каюте. А сам он сейчас в главном офисе СБК.

— Удостоверения хоть покажите. — Уже почти мирно сказал Кирилл.

— Конечно, — спохватился представитель. Он протянул Кириллу раскрытое удостоверение, где на одной половине красовалась пластиковая карточка с фотографией, а на другой медная бляха со встроенным голографическим проектором. Бляха проецировала в воздухе три большие синие буквы АРЧ. Удостоверение второго гостя проецировало в воздухе три зеленых — СБК.

— Как ты на них вышел? Через планетарную сеть? — обратился Кирилл к Хартману. Он уже успокоился и начал заваривать чай.

— Я не делал таких попыток. Я действительно хотел отойти от дел. Преждевременная пенсия и хороший счет в банке. Эх, было бы круто.

— Так как же вы на нас вышли? Где мы наследили.

— Ваши ребята схватили двоих агентов СБК, когда те следили за…

— За Роланди, — договорил Кирилл вместо агента АРЧ. — Извините, а как к вам обращаться? Имен‑то на ваших удостоверениях не пишут.

— Смит, — ответил агент ПСБ

— Петренко, — сказал агент АРЧ.

— Вы что издеваетесь?

— Нет — засмеялся Эндрю. — Это их оперативные имена.

— А у тебя какое?

— Никакого, я по другой схеме работал. У меня даже жетона не было.

— Понятно. Может чаю? — Агенты быстро переглянулись.

— Не откажемся. — Ответил Петренко.

— Надеюсь, моим ребятам ничего не угрожает?

— Нет, они сами сдались, — заверил Смит.

— Вернее будет сказать, сдали агентов прямо в центральный офис, — улыбнулся Петренко. Похоже, что ситуация с проколом агентов ПСБ его забавляла.

— Хорошо. Тогда, что вам от меня требуется?

— Отчет. — Сказал Петренко и кивнул Смиту, а тот достал из кармана записывающее устройство и поставил его перед Кириллом на стол. В воздухе замерцали голубые линии обозначающие зону захвата голокамеры. Камера оказалась двусторонней. Смит настроил ее таким образом, чтобы Кирилл оказался в центре одной зоны захвата, а Петренко уселся напротив, точно в центре другой зоны захвата.

— Прежде, чем мы приступим, посторонние должны покинуть помещение. — Смит выразительно глянул на Эндрю, и тот, не сопротивляясь, поднялся с дивана, двинулся к выходу. — Погоди. — Смит бросил ему еще одну голокамеру. — Делай доклад. По полной форме. — Эндрю тяжело вздохнул и вышел.

Несмотря на приветливые рожи, агенты не церемонились. Допрос проводили часов, наверное, десять. Кирилл не запирался, рассказывал все, как оно и было, но агенты то и дело перебивали его, задавали другие вопросы, путали и делали все, чтобы поймать Кирилла на лжи. Но такой милости он им не сделал.

Через день все образумилось, и хотя агенты убрались восвояси, покидать корабль, ребятам было запрещено. О взлете и речи не шло, а посему, Кирилл заставил всех работать. Каждому пришлось выучивать схемы той части корабля, за которую он отвечал. Александр с Джоном подгоняли новое вооружение, и Сане не терпелось испытать его на деле. Вик наладил систему жизнеобеспечения и посадил в «саду» много зелени. Уже третий день он радовал ребят новым блюдом, но все опасались спрашивать, из чего Вик их готовит, так странно они выглядели.

Кирилл несколько часов на день проводил на виртуальном тренажере с программой фехтования. После того, как Док вычистил медпункт, и там перестало вонять, в расписание команды добавился рукопашный бой. Сергей разбирал и перебирал двигатели истребителей, а так же долго материл прежнего механика за то, что довел такое совершенное произведение искусства, как корабельный двигатель до столь плачевного состояния. От работы его почти нельзя было оторвать, и он стал полноправным членом экипажа. Так, как они все теперь находились под арестом спецслужб — официальным надзирателем на борту оставался Эндрю. Он тоже старался внести свою лепту или просто не скучать и тестировал систему управления кораблем.

Через неделю заключения Эндрю разрешил всем, кроме Сергея покинуть корабль и отдохнуть в городе, но предварительно прицепил к каждому НЛД маленький маячок. Эту неделю Кирилл думал только об одном, вернее — одной. Тина не отвечала на его звонки и электронные письма. Он сильно переживал. Маленькое колечко, что он выиграл у Стайна, он хотел подарить ей. Кольцо для Кирилла было символом, и он еще не дарил кольцо ни одной девушке. Впрочем, символ или нет, но жениться Кирилл не собирался. — Просто подарок. — Твердил он себе.

Сегодня Тина вроде должна была быть дома. Кирилл долго звонил, но никто не ответил. Его ключ почему‑то не сработал. Расстроившись, он начал спускаться вниз по лестнице и, когда он открыл дверь подъезда, то нос к носу столкнулся с Тиной. Она улыбалась, а в руках был букет цветов. Когда их глаза встретились, Кирилл расцвел в улыбке, а улыбка Тины наоборот померкла.

— Привет.

— Привет.

— Знакомый? — Кирилл непонимающе взглянул на невысокого патлатого парня с двумя дорожными сумками в руках.

— Да. Мой пациент.

— Привет. — Парень протянул свою руку и Кирилл автоматически пожал ее.

— Джефри — это Кирилл. Кирилл — это мой молодой человек Джефри. Он пластический хирург.

— О, не знал, что у тебя есть парень.

— Еще нет недели, как мы познакомились, но кажется, что знаем друг друга всю жизнь. — Парень обнял Тину и поцеловал в щечку.

— Знакомое ощущение. — Сказал Кирилл, и Тина зло сверкнула глазами. — Пусть вам везет и… спасибо за шрам… — Кирилл еще раз пожал руку Джефри и зашагал прочь.

— О каком шраме он говорил?

— Том, что на лице. Я оказывала первую помощь.

— Ну, пойдем? — Джефри нежно обнял Тину за талию.

— Да, конечно.

Кирилл шагал, не разбирая дороги. Такое всегда тяжело воспринимать. Кирилл почесал на лице шрам и подумал, что на этой планете он получил две раны. И если от первой остался только аккуратный тонкий шрам, то вторая была рваной и никакая медицина не в силе ее залечить. Но пройдет время, и рана срастется и от нее останется только уродливый, никому не видимый рубец.

— Спасибо за шрам… — повторил про себя Кирилл. Впрочем, он вспомнил о существовании обезболивающего и более твердым шагом направился к ближайшему ларьку за пивом. Кирилл не хотел никого тревожить, но полчаса спустя, он все равно связался с Саней, тот бросил отдых у Тодескини и сразу же примчался в парк к фонтанчику. Вскоре, после полуночи, под ностальгическим действием яркой россыпи млечного пути, из Кирилла вновь потекли «сопли», а потом они орали, по пару наиболее запомнившихся куплетов старых песен, без разбору, чтобы вспомнить, как хорошо было дома, как просто было в детстве. Проснулись они утром на лавочке от того, что птица, очень похожая на голубя, нагадила Кириллу на плече. Страдая жутким похмельем, ребята отправились на корабль.

Вик провел вечер в компании отца и старшего брата. И хотя он не был уверен, что куда‑то еще полетит, заставил брата и отца уважать свой выбор.

Джон провел вечер в компании Эрика, и ему снова пришлось драться с завсегдатаями бара, но благодаря урокам Дока он раскидал троих драчунов, ни разу не ударив их током. А Док подкинул в машину бывшего ректора маленькую коробочку с дистанционным управлением. При одном нажатии кнопки коробочка заполнила салон густым газом с очень сильным проносным действием, и когда ректор спохватился бежать в туалет, было уже поздно. Странной походкой он вернулся в машину и завел ее, намереваясь ехать домой. На проходной университетской стоянки Дик приветливо помахал ему, улыбаясь во все тридцать два. Потом он вернулся на корабль и пил скотч в компании Сергея и Эндрю. Больше всего повезло Тору. Он каким‑то образом выбрался из корабля и всю ночь шастал в районе порта, пугая охранников, а утром сытый и довольный вернулся к кораблю. Чуть позже Кирилл с Александром впустили его внутрь.

Глава 42

Пату, Ропосол, Кирилл, Александр

В старой антикварной лавке было только два посетителя — Старая толстая тетка и молодой парень. Владельцем был старый тан. Возраст у расы танов было очень трудно понять, так как руки у них развились еще под водой и сушу они осваивали намного позже, чем другие развитые расы. В результате на их синей коже, никогда не появлялись морщины, а осанка не менялась с годами. Единственное, что показывало их возраст, были рудиментарные усики. Предки танов захватывали ими пищу, но современные таны не могли ими даже пошевелить. У продавца усы свисали едва ли не до середины груди, что говорило о его преклонном возрасте. Вместе с узким разрезом глаз это делало его похожим на старого китайца. Впрочем, и устройство лавки многим напоминало древневосточный стиль.

Запел звонок и тан повернулся к двери. Уху тана были доступны частоты, которых не воспринимала ни одна раса конфедерации. Поэтому и настроил звонок таким образом, чтобы только он его слышал.

— Ты обманул меня старик! — еще с порога закричал вошедший сайгак. И хотя он не носил отличительных знаков воина, которыми они все так гордились, но его перекошенное от злости лицо, заставило посетителей моментально убраться из лавки.

— Не хорошо Ропосол, — с укором покачал головой тан.

— Извините арупПату, — обратился к тану сайгак и согнулся в поклоне почти вдвое. Но уже то, что он использовал приставку аруп, значившую — мудрый, говорило о его уважении к тану.

— Кажется мне, что ты не просто так выгнал моих посетителей.

— Да шеф, я говорил с Линчем.

— Ты с ним часто говоришь. Скажи лучше изолировать лавку или нет.

— Пожалуй, лучше изолировать. — Ответил Ропосол после некоторого раздумья.

— Хорошо. — Пату подошел к двери и закрыл ее. Потом набрал несколько цифр на щитке сигнализации и тот же час жалюзи полностью закрыли окна, а сканер, встроенный в потолок, прошелся по комнате, выискивая записывающие и подслушивающие устройства.

— Есть возможность возобновить проект «Торговец». — Выпалил Ропосол, как только сканирование завершилось, и старинная люстра вспыхнула зеленым.

— Я уже в курсе.

— Откуда?

— Секрет, но послушаем тебя, — тан покрутил ус. — Рассказывай.

— Они люди, торговцы. Все молодые и у всех уникальные способности. Один даже генно — модифицированный в четвертом поколении.

— Воин?

— Электрик, но умело применяет свои способности в бою.

— И что тебя натолкнуло на мысль, что эти торговцы справятся. — Пату продолжал крутить то один, то второй ус. Он был заинтересован и знал, что зря его заместитель не тревожил бы.

— Они вмешались в нашу операцию. Немного грубо, но эффективно катализировали процесс. В результате то, что мы с Айрой планировали провести за полтора года, они провернули за полторы недели. Правда деньги таки уплыли. Нам досталась только четверть миллиарда.

— Ты называешь это уплыли?

— Ну, мы с Айрой рассчитывали на три — четыре.

— Они не понадобятся. Нужно только склонить новый экипаж «Семи ветров» на свою сторону, а после вернуть все оборудование. Оно ведь еще на складе?

— По большей части. Кое‑что стянули другие кураторы.

— Ты ведь уже собрал на ребят все, что только можно?

— Конечно. — Ропосол довольно улыбнулся. — И что интересно, двоих из них мы уже вербовали.

— Да? И что же случилось?

— Они были пьяны и кидались на наших вербовщиков. После чего были признаны бесперспективными.

— Эти двое Котовский и Турок? — показал свою осведомленность Пату.

— Нет, Турок и Грант.

— Хм, а Котовского точно не вербовали? Хотя и этих зря забросили. Для людей спиртное это способ снять напряжение. Это, как для тана медитация. Я не вижу смысла в том, чтобы мешать человеку, привести себя в норму. Вербовщики выбрали не подходящее время.

— Но люди считают пьянство пороком.

— Вспомни себя в молодости. Разве ты не делал ошибок? Даже мудрецы не способны избежать ошибок молодости. — Ропосол снова склонился в знак согласия и уважения. Это синее существо, которое было ростом ему по пояс, он уважал намного больше, чем старейшин своего клана и героев своего народа. — Подготовь нам встречу.

— Можно утром. Отправлю Петренко и Смита, чтобы их подготовили.

Петренко и Смит откровенно издевались с ребят. То один проведет вилкой по тарелке, то второй уронит ложку на стол. Звонкие металлические звуки причиняли ребятам огромную головную боль.

— Да хватит уже, уроды. — Зло процедил Александр.

— Что ты говоришь? — нарочито громко переспросил Петренко и ребята поморщились от боли.

— Да хватит уже. — Попросил за ребят Вик. Он один не мучился похмельем.

— Жизнь не должна быть лишена приятных мелочей, — заявил Петренко.

— Нужно подкармливать свою темную сторону иначе она сожрет тебя, — добавил Смит.

— Кого мы ждем? — спросил Док, лениво покручивая два шарика в правой руке.

— Одного очень важного человека.

— Вернее очень важного тана, — поправил Петренко Смит.

— И что потом? — подал голос Вик и поставил чайник с водой.

— Потом мы отдадим вас ему.

— Как товар, — недовольно пробурчал Сергей, обрезая ногти силовым кинжалом.

— Вы о себе слишком высокого мнения. Вас же не существует. И если Пату скажет убрать — уберем. И спрячь кинжал — он тебе не поможет.

— Да что это вообще за крендель?

— Он сам вам скажет, если захочет.

Вскоре к кораблю подкатил старенький синий седан. Из него вышли трое. Тан, сайгак и человек. Человек учтивым жестом показал двум другим, чтобы следовали за ним. Через пять минут Эндрю завел гостей на кухню, где и ждала вся команда. При виде тана агенты повскакивали и подтянулись, как заправские солдаты. Но он миролюбиво кивнул и они расслабились.

— Внимание, пожалуйста, — сказал Эндрю, переключив ребят с созерцания важного тана на себя. — Перед вами полковник Службы безопасности Конфедерации Лип Пату.

— Мы что и конфедералам дорогу перешли? — подал голос Александр.

— Нет, но показали незаурядную подготовку в разных сферах, действовали решительно и слажено. — Тан заулыбался, обнажив свои белоснежные зубы. — Привет Тор, давно не виделись. — Тигр как будто вежливо рыкнул в ответ. А вот сайгака он удостоил лишь фырканья.

— Что вы имеете в виду, полковник? — Спросил Кирилл. — И откуда знаете Тора?

— Сейчас у вас есть два выбора. Вы выберете второй — работать на СБК. И третья буква в этой абревиатуре значит не Клен, а Конфедерация. А Тора я знаю, потому что сам кормил его из соски, когда тот был маленьким котенком.

— Значит вы знали и первого капитана «Семи ветров»?

— Он был нашим агентом.

— Вот так новость… — опешил Виктор.

— Не сомневаюсь, что история очень интересная, но первый вариант вашего предложения, я так понимаю, расстрел? — спросил Александр.

— Нет, всего лишь пожизненное заключение на спецобъекте СБК.

— Вы ведь и так все просчитали. Что с нас требуется?

— Прежде всего, закончите дела с АРЧ и СБК, той, что ПСБ, а потом мы полетим на космическую станцию, которой не существует, и вы пройдете там переподготовку. — Как по команде Смит и Петренко протянули ребятам электронные планшеты с договором о неразглашении.

— Отпечаток пальца, образец голоса и запись с НЛД.

— Но мы ведь должны все прочитать.

— Там сто стандартных страниц.

— Я люблю читать, — сказал Кирилл — для меня это такие маленькие радости жизни. — Он картинно забросил ногу на ногу и начал читать.

— Да, а я давно не подкармливал свою темную сторону, — с серьезным видом сказал Александр и, взяв второй планшет, начал читать.

— Саня.

— Да? — не отрываясь от планшета, сказал Александр.

— Как думаешь, ведь мы же еще обговорить это должны?

— Ну конечно, только после того, как все прочитают.

— А вы не стесняйтесь, — сказал Кирилл тану. — Чувствуйте себя как дома.

— О спасибо… — начал было Пату, который, как видно, не нуждался в подобном приглашении.

— Просто не забывайте, что вы в гостях. — Не дал ему договорить Кирилл.

— А не боишься так говорить?

— Не будем фамильярничать — давайте на «Вы» И встречный вопрос. А вам не страшно?

— Мне? — удивился Пату. — Со мною четверо вооруженных гуманоидов.

— А у нас Тор и Док. Правда, Тор, ты ведь смертельнее любого оружия? — Тор лениво поднял голову, осмотрелся и так же лениво зевнул — выставляя на показ два ряда острых как бритва зубов. — Позер. — Заключил Кирилл. — Но реакция у него все ровно лучше любого из нас. — Кирилл заложил руки за голову и картинно откинулся на спинку дивана.

Ропосол сделал шаг в сторону Кирилла, но Пату остановил его жестом. — Присмотрись.

— Да уж — диспозиция. — Он постучал пальцем по столу и тот отозвался металлическим гулом. — Руки убери, — посоветовал он Смиту, который небрежно оперся на стол. — Долбанет — указал он на Джона, что опирался о другой край стола. — С чем шарики, Док? — на что тот просто улыбнулся. — А у Вас, капитан, клинок за диваном. У механика силовой кинжал в руках. Да и котяра этот. Все?

— Не все, Ропосол. У флориста чашка кипятка в руках. А старпом может легко пнуть стул Петренко — посмотри, как он сидит. Кроме того у доктора еще иньектор в кармане. Единственная их ошибка — они недооценивают тебя. Все, кроме тигра. Он нацелился именно на тебя. Можно сказать патовая ситуация.

— Однако неприятно, когда твои мысли читают. — Кирилл разомкнул руки и сел нормально, уже не скрывая клинка.

— Их не получится контролировать, Ропосол. Сбегут — лишь только получат шанс. — Обратился тан к сайгаку. — Как насчет услуги за услугу? — обратился Пату Кириллу?

— Что‑то я не помню, какие услуги вы нам оказали.

— Мы за вами убрали. Подчистили видеозаписи, поменяли фонтанчик. Даже труп вернули на свое место, на кладбище. Плюс — мы вас отпускаем.

— Совсем?

— Совсем. Никаких обязательств и обвинений. Вы сами выбираете маршрут, торгуете, как хотите, а мы будем подбрасывать вам работенку исключительно, исходя из ваших возможностей.

— Горчицей вы нам зад уже мазали — теперь медом? У меня от меда изжога.

— Вам решать. Я даже вам пилота подарю. Эндрю?

— Что?

— Официально ты на пенсии. Отлетаешь с ними год — и делай что угодно.

— Значит не так уж мы и свободны?

— О, нет, вы можете его сразу выгнать.

— И выгоним, — подал голос Александр.

— Погоди, Саня. Давайте ваше задание.

— А куда вы собираетесь лететь?

— Даллас, система Хоот, а оттуда на новую рудодобывающую базу РАПа.

— Вечером пришлю подходящие варианты.

Глава 43

Кирилл

Пату таки соблазнил их. Шутка ли два миллиона за первое же задание. Да и выбор предоставил не малый.

— Так что берем? — спросил Кирилл, разглядывая планшеты.

— Мне море нравится, — сказал Сергей.

— Терпеть не могу, — парировал Джон. — Мне в воде труднее себя контролировать.

— Давайте вон ту варварскую планетку, — предложил Док.

— Думаешь торговля с отсталыми планетами легкое дело? — спросил Кирилл.

— А мне тоже нравится, — сказал Вик.

— Саня, а ты что скажешь?

— Что это все плохая идея.

— От чего так? Ты же вроде рисковый парень? — спросил его Эндрю.

— А тебя вообще не спрашивали. Более того тебя здесь вообще быть не должно.

— Ты же его сам все время поддерживал! — возмутился Кирилл.

— Тогда ему опасность угрожала… А сейчас нам угрожает!

— Тогда берем отсталую, — решил Кирилл. — Все по местам. — Экипаж поднялся и разошелся. Вик побрел в сад, а Джон с Сергеем в двигательный отсек. Кирилл, Александр и Эндрю направились в рубку.

— А ты куда? — спросил Кирилл Тора. Но тот нагло его проигнорировал и, обогнав всех, сам направился в рубку. — Тебя же здесь негде пристегнуть. — Говорил Кирилл, застегивая свои ремни, но Тор влез под кресло и просунул голову между ног Кирилла. Его голова смотрела немного выше головы Эндрю, что уселся ниже в пилотском кресле. — Как будто специально для тебя сделано, — сказал Кирилл. — Хотя, да, о чем я думал, конечно же, оно было специально для тебя сделано. Готовы? Тогда…

— Погоди, — прервал его Саня. — Видишь?

— Что это? — спросил Котовский, разглядывая список аудио файлов на своем мониторе.

— Да это то, что нынче крутят в том клубе, где мы отдыхали.

— Ненавижу их музыку.

— Мы там новую моду ввели. Теперь там все виды рок — н-рола.

— Да? Тогда слушают все. — Несколькими нажатиями, Кирилл включил колонки по всему кораблю. Мотнул список и ткнул наугад.

Back in the day yo as we learned

A man was not considered to be

Considered to be fully grown

Has he not gonna beyond the hills

Has he not crossed the 7 seas

Yeah, 7 seas at least!

— Хм, а песня кажется в тему.

Now all them jokers kept around

Just like the scarecrows in hometown

Yeah, scarecrows in hometown

From screen to screen they're travelin'

But I'm a wonderlust king

I stay on the run

Let me out

Let me be gone

In the world's beat up road sign

I saw new history of time

New history of time!!!

Through Siberian woods

Breaking up their neck

Chinese moving in building discotheques

Homemade sex toys and whatnot

Yeah, and why not?

Well at least it's something different

From what they got in every other airport

Ja ne evrei, no koje‑chto pohozge

sovrat ne dast ni Yura ni Seryozga!

Simple because I'm not a total gadjo

Da ja shut, ja tziratch, nu tak stozge?

I traveled the world

Looking for understanding

Of the times that we live in

Hunting and gathering first hand information

Challenging definitions of sin

I traveled the world

Looking for lovers

Of the ultimate beauty

But never settled in

I'm Wonderlust King!

And presidents

And billionaires

And generals

They'll never know

What I have owned!

What I have owned

I'm a wonderlust king!

В книге использованы песни:

Песня космодесантника — Александр Шишов

Блюз бродячих собак — Секрет

Wonderlust king — Gogol Bordello

Content

Макс Корбин
Семь ветров

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43