Ошо

Беседы о Гераклите: тайный смысл древней философии

Ошо Беседы о Гераклите: тайный смысл древней философии. – СПб.: ИГ «Весь». – (Ошо-классика).

ISBN 978-5-9573-2839-1

OSHO The Hidden Harmony. Talks on Heraclitus

OSHO является зарегистрированной торговой маркой и используется с разрешения Osho International Foundation; www.osho.com/trademarks

Все права защищены.

Публикуется на основе Соглашения с Osho International Foundation, Banhofstr/52, 8001 Zurich, Switzerland, www.osho.com

Глава 1

Скрытая гармония

Скрытая гармония лучше явной.

Противоположности ведут к согласию. В противоречии рождается чистейшая гармония.

В изменении все обретает умиротворение.

Люди не понимают, как то, что противоречит себе, находится в согласии с собой.

Гармония – в том, чтобы отклониться назад, как это делают лук и лира.

Имя луку – жизнь, а работа его – смерть.

* * *

Я люблю Гераклита уже много жизней. По сути, он – единственный, кого я когда-либо любил, конечно же, не считая Мукты, Симы и Ниты!

Гераклит поистине замечателен. Если бы он родился в Индии или в любой другой стране Востока, то прославился бы, как Будда. Но в греческой истории, в греческой философии он остался чужаком, посторонним. В Греции он известен не как просветленный, но как Гераклит Непонятный, Гераклит Темный, Гераклит Загадочный. А отец греческой философии и западной мысли Аристотель и вовсе не считал его философом. Аристотель сказал: «Он не более чем поэт», – но даже это он признавал с трудом. Так, позже в одной из своих работ Аристотель написал: «Должно быть, с Гераклитом что-то не так, вот почему он говорит так невразумительно, говорит парадоксами». Аристотель полагал, что Гераклит был немного эксцентричным, немного сумасшедшим, а ведь Аристотель довлеет над всей западной философией. Если бы Гераклит был признан, то вся история Запада была бы совершенно иной. Но он не был понят вообще. Он отдалялся все больше и больше от основного течения западной мысли и западной философии.

Гераклит был как Гаутама Будда, Лао-цзы или Басё. Греческая почва была абсолютно не для него. На Востоке он бы превратился в прекраснейшее дерево: принес бы пользу миллионам, миллионы нашли бы свой путь благодаря нему. Но для греков он был лишь странноватым, эксцентричным, непонятным, чужим, он не был своим. Вот почему его имя осталось в стороне, во мраке, и постепенно он был забыт.

В то время, когда родился Гераклит, человечество достигло высшей точки, периода трансформации. С человечеством это происходит так же, как с отдельно взятым человеком: бывают моменты, когда происходят изменения. Каждые семь лет тело меняется, и так продолжается все время: если вы доживете до семидесяти лет, ваша биофизическая система изменится десять раз. И если вы сможете воспользоваться этими промежутками, когда тело меняется, будет очень легко двигаться в медитацию.

Например, в четырнадцатилетнем возрасте впервые становится важным секс. В теле происходят биохимические изменения, и если в этот момент вас ввести в пространство медитации, будет очень и очень просто двигаться в этом пространстве, потому что тело не застыло, старое ушло, а новому еще только предстоит появиться – это промежуточное состояние. В двадцать один год снова происходят глубокие изменения, потому что каждые семь лет тело полностью обновляется: старые клетки умирают, на смену им приходят новые. В двадцать восемь лет это происходит вновь, и так продолжается всю жизнь. Каждые семь лет наше тело достигает точки, когда старое уходит, а новое приходит. И между старым и новым – переходный период, во время которого все подвижно. Если вы хотите привнести в жизнь какое-то новое измерение, то это – наиболее подходящий момент.

Точно так же это происходит с историей человечества. Один раз в двадцать пять столетий наступает кульминация, развитие достигает своего пика. И если вы сумеете этим моментом воспользоваться, то сможете легко стать просветленным. В другое время это не так легко сделать, потому что только на пике река сама течет в нужном направлении, все подвижно, ничто не устоялось.

Двадцать пять веков назад в Индии родились Гаутама Будда и Махавира, в Китае – Лао-цзы и Чжуан-цзы, в Иране – Заратустра, а в Греции – Гераклит. Они и есть вершины. Никогда ранее такие вершины не достигались, а если и достигались, то не стали достоянием истории, потому что история начинается с Иисуса.

Вы не знаете, что происходило тогда, двадцать пять столетий назад. И снова этот момент наступает, и снова мы находимся в текучем состоянии: прежнее теряет смысл, прошлое не имеет никакого значения, будущее неопределенно… И снова человечество достигнет вершины, той самой вершины, которая была достигнута во времена Гераклита. И если вы хоть немного осознанны, то сможете воспользоваться этим моментом – сможете просто выпасть из круговерти жизни. Когда все изменчиво, трансформация случается легко. Когда все неподвижно, трансформация трудна.

Вам повезло, что вы родились в такое время, когда все вновь находится в текучем состоянии. Нет ничего определенного, все старые правила и заповеди стали бесполезными. Новая система еще не установилась. Скоро она установится: человек не может вечно пребывать в состоянии неопределенности, потому что быть в состоянии неопределенности небезопасно. Все снова устроится, этот момент не будет длиться вечно, всего несколько лет.

Если вы сможете воспользоваться им, то вам удастся подняться на вершину, достичь которой в другое время очень и очень сложно. Если вы упустите этот момент, то другой такой возможности снова не будет еще две с половиной тысячи лет.

Помните: движение жизни – циклично, все движется циклично. Ребенок рождается, наступает молодость, потом старость, затем – смерть. Это движение подобно смене времен года: приходит лето, за ним следует сезон дождей, потом – зима, и так продолжается по кругу. То же происходит с уровнями сознания: каждые две с половиной тысячи лет цикл завершается, и перед началом нового цикла есть брешь, через которую можно сбежать; эта «дверь» открыта лишь несколько лет.

Гераклит – поистине редкое цветение, это одна из наиболее высоко поднявшихся душ, одна из тех душ, которые подобны Эвересту, высочайшей вершине Гималаев. Попробуйте понять его. Это трудно, вот почему его называют Гераклит Непонятный. Он не непонятный. Понять его трудно: чтобы понять его, необходимо стать совсем другими – в этом проблема. Поэтому проще назвать его непонятным, а затем забыть о нем.

Люди делятся на две категории. Если вы хотите понять Аристотеля, вам не нужно менять себя, вам просто нужна информация. Школа может предоставить информацию о логике, философии, вы сможете обзавестись некоторыми знаниями и понять Аристотеля. Вам не нужно меняться, чтобы понять его, вам нужно лишь несколько пополнить ваши знания. Ваше существо остается тем же, вы остаетесь тем же. Вам не нужен другой уровень сознания, в этом нет необходимости. Аристотель ясен. Если вы хотите понять его, достаточно лишь небольшого усилия; любой, кто имеет средний уровень развития ума и интеллекта, поймет его. Но путь понимания Гераклита будет тернистым и тяжелым, потому что, сколько бы знаний вы ни собрали, они не особенно помогут; даже очень и очень образованный человек здесь не поможет. Вам понадобится другое качество существования, в этом и заключается трудность, вам понадобится трансформация. Вот почему его называют темным.

Он не темный! Это вы находитесь ниже того уровня бытия, на котором его можно понять. Когда вы достигаете его уровня, внезапно весь мрак вокруг него рассеивается. Гераклит – один из самых светлых людей, он не непонятный, не темный – это вы слепы. Всегда помните об этом, потому что, говоря, что он – темный, вы перекладываете ответственность на него, вы пытаетесь избежать трансформации, которая возможна при встрече с ним. Не говорите, что он темный. Скажите: «Мы слепы» или «Наши глаза закрыты».

Солнце здесь: вы можете стоять перед солнцем с закрытыми глазами и говорить, что солнце темное. А иногда случается так, что вы стоите перед солнцем с открытыми глазами, но света так много, что ваши глаза на какое-то время слепнут. Света слишком много, он невыносим; внезапно – темнота. Глаза открыты, солнце здесь, но его слишком много для ваших глаз, поэтому вы видите темноту. И это – тот самый случай: Гераклит – не темный. Либо вы слепы, либо ваши глаза закрыты, либо есть третий вариант: когда вы смотрите на Гераклита, он так светится, что ваши глаза просто утрачивают способность видеть. Он невыносим, этот свет для вас слишком яркий. Вы не привыкли к такому свету, поэтому вам придется подготовиться, прежде чем вы сможете понять Гераклита. Когда он говорит, кажется, что он загадывает загадки; кажется, что ему нравятся загадки, потому что он говорит парадоксами.

Все, кто познал, всегда говорят парадоксами. Этому есть причина – они не загадывают загадки. Но что они могут поделать? Если жизнь парадоксальна, что они могут поделать? Чтобы избежать парадоксов, можно создать красивые, стройные теории, но они будут ложными, они не будут соответствовать жизни. Аристотель – очень красивый и стройный, он выглядит, как возделанный сад. А Гераклит – загадочный, он как дикий лес.

С Аристотелем нет проблем – он избегал парадоксов, он создал красивую, стройную доктрину – и она привлекательна. Вы испугаетесь, столкнувшись лицом к лицу с Гераклитом, потому что он открывает дверь в жизнь, а жизнь парадоксальна. Будда парадоксален, Лао-цзы парадоксален; все те, кто познал, обречены быть парадоксальными. Что они могут поделать? Если парадоксальна сама жизнь, они вынуждены быть верными жизни. А жизнь нелогична. Она – Логос, но не логика. Она – космос; это не хаос, но и не логика.

Слово «Логос» необходимо понять, потому что Гераклит часто использует его. И различие между Логосом и логикой тоже необходимо понять. Логика – это доктрина о том, что является истинным, а Логос – это сама истина. Логос экзистенциален, логика – не экзистенциальна; логика – интеллектуальна, умозрительна. Постарайтесь понять. Если вы видите жизнь, то скажете, что смерть тоже существует. Как можно избежать смерти? Если посмотреть на жизнь, она содержит в себе смерть. Каждое мгновение жизни – это также и мгновение смерти, их невозможно разделить. И это становится загадкой.

Жизнь и смерть – не разные явления; они – две стороны одной медали, два аспекта одного явления. Если вы проникнете вглубь, то увидите, что жизнь есть смерть, а смерть есть жизнь. В момент своего рождения вы начинаете умирать. И если это так, тогда в момент смерти вы снова начнете жить. Если в жизни содержится смерть, то в смерти должна содержаться жизнь. Они являются частями друг друга, дополняют друг друга.

Жизнь и смерть – как два крыла или как две ноги: вы не можете передвигаться только на правой или только на левой ноге. В жизни вы не можете быть только правым или только левым, вам приходится быть и тем и другим вместе. Имея доктрину, вы можете быть правым, можете быть левым. Доктрина никогда не соответствует и не может соответствовать жизни, потому что она по необходимости вынуждена быть чистой, стройной, ясной, а жизнь – не такая, жизнь безгранична.

Один из величайших поэтов мира, Уитман, как-то сказал: «Я противоречу себе, потому что я безграничен».

С помощью логики вы можете получить лишь крошечный ум – вы не сможете быть безграничными. Если вы боитесь противоречий, то не можете быть безграничными. Тогда вам придется выбирать, тогда вам придется подавлять, тогда вам придется избегать противоречий, вам придется скрывать их – но если вы спрячетесь, разве они исчезнут? Если не смотреть на смерть, вы что, не умрете?

Вы можете избегать смерти, можете повернуться к ней спиной, вы можете совершенно о ней забыть… Мы не говорим о смерти, это считается признаком дурного тона. Мы не говорим о ней, мы избегаем ее. Смерть приходит каждый день, она случается повсюду, но мы избегаем ее. Когда человек умирает, мы стараемся поскорее завершить все дела, связанные с ним. Мы располагаем кладбища за городом, поэтому туда никто не ходит. А еще мы там делаем надгробья из мрамора и пишем на них прекрасные слова. Мы приходим и оставляем на могилах цветы. Что мы делаем? Мы пытаемся приукрасить смерть.

На Западе умение скрывать смерть стало профессией. Существуют специалисты, которые помогают вам избежать ее: они делают мертвое тело красивым, как будто оно все еще полно жизни. Что вы делаете? Разве это может как-то помочь? Смерть существует. Вы находитесь в пути на кладбище, где бы оно ни находилось, вы в конце концов тоже окажетесь там. Вы уже в пути, стоите в очереди, ожидая своего часа, просто стоите в очереди за смертью. Куда вы можете сбежать от смерти?

Но логика пытается быть ясной, и, чтобы быть ясной, она избегает. Она говорит: жизнь есть жизнь, смерть есть смерть, они существуют отдельно друг от друга. Аристотель говорит, что А это А и никогда не В. Это стало фундаментом всей западной мысли – избегать противоречий. Любовь это любовь, ненависть это ненависть, любовь никогда не равна ненависти. Это глупо, потому что каждая любовь всегда заключает в себе ненависть, должна заключать, такова жизнь. Вы любите человека, и вы ненавидите того же человека, у вас нет выбора, это неизбежно. Если пытаться этого избежать, то все станет фальшивым. Вот почему ваша любовь стала фальшивой: она не правдива, не подлинна. Она не может быть искренней, она – лишь видимость.

Почему видимость? Потому что вы избегаете противоположностей. Вы говорите: «Ты мой друг, а друг не может быть врагом. А ты мой враг и не можешь быть моим другом». Но это – две стороны одной медали, за врагом скрывается друг, а за другом скрывается враг. Вторая грань сокрыта, но она существует. Но для вас это будет слишком. Если вы увидите обе грани, это будет невыносимо. Если вы увидите в друге врага, то не сможете любить его. Если вы увидите во враге друга, то не сможете ненавидеть его. Вся жизнь превратится в загадку.

Гераклита называют Загадочным. Это не так, он просто верен жизни. Какой бы она ни была, он просто отражает ее. У него нет теории жизни, он не создатель систем, он просто зеркало. Какой бы ни была жизнь, он показывает ее. Ваше лицо меняется – зеркало показывает это, вы любите – зеркало показывает это, в следующее мгновение вы наполняетесь ненавистью – зеркало показывает и это. Зеркало не говорит загадками, оно говорит правду.

Аристотель – не зеркало, он похож на застывшую фотографию. Она не меняется, не движется с потоком жизни. Вот почему Аристотель говорит, что в Гераклите есть какой-то дефект, дефект в самом его характере. По мнению Аристотеля, ум должен быть ясным, систематичным, рациональным; логика должна быть целью жизни, а противоположности не должны смешиваться. Но кто их смешивает? Не Гераклит. Они уже смешаны. Гераклит не в ответе за них. И как их можно разделить, если они сами по себе смешаны в жизни? Да, в своих книгах вы можете попытаться это сделать, но такие книги будут ложью. Логическое утверждение по своей сути будет ложным, потому что оно не может быть жизненным утверждением. А жизненное утверждение предполагает нелогичность, потому что жизнь от начала до конца противоречива.

Посмотрите на жизнь: противоречия окружают нас повсюду. Но в них нет ничего плохого, проблема в том, что они невыносимы для вашего логического мышления. Вот если вы обретете мистическое прозрение, то они станут прекрасными. В самом деле, красота не может без них существовать. Если вы не можете ненавидеть того же человека, которого любите, то в вашей любви не будет напряжения. Она будет мертва. Не будет полярности – все станет банальным. Что происходит? Если вы любите человека, утром вы любите, а после полудня возникает ненависть. Почему? В чем причина? Почему в жизни так происходит?.. Потому что, когда вы ненавидите, вы отделены, между вами вновь устанавливается первоначальная дистанция. Прежде чем вы влюбились, вы были двумя отдельными существами. Когда вы влюбились, вы стали единством, вы стали общностью.

Вы должны понять это слово – «community», общность. Оно прекрасно, оно означает общее единство. Вы становитесь общностью, принадлежите общему единству. Но общность может быть прекрасна несколько мгновений, а потом она начинает походить на рабство. Прекрасно принадлежать единству в течение нескольких мгновений, оно поднимает на высоту, на вершину – но невозможно все время находиться на вершине. Кто тогда будет жить в долине? Да и вершина прекрасна лишь потому, что существует долина. Если вы не можете снова переместиться в долину, тогда вершина утратит свою «вершинность». Только на фоне долины вершина становится вершиной. Если вы соорудите там дом, то забудете, что это вершина – и вся красота любви будет потеряна.

Утром вы любите, а после полудня вас переполняет ненависть. Вы переместились в долину, вы переместились в исходное положение, в котором находились до того, как влюбились, – теперь вы снова индивидуальность. Быть индивидуальностью – тоже прекрасно, потому что это – свобода. Быть в долине – тоже прекрасно, потому что это – расслабление. Пребывание в темной долине успокаивает, помогает восстановить баланс. И вы снова готовы двигаться к вершине, к вечеру вы снова любите. Это – процесс расставаний и встреч, он повторяется снова и снова. Когда после мгновений ненависти вы снова влюбляетесь – это как новый медовый месяц.

Если изменений нет, жизнь статична. Если вы не можете двигаться к противоположности, все становится банальным и скучным. Вот почему слишком культурные люди становятся скучными: они все время улыбаются и никогда не злятся. Их оскорбляют, а они улыбаются, их хвалят – они улыбаются, их осуждают – они улыбаются. Они невыносимы. Их улыбка опасна, и она не может быть очень глубокой, она остается только на губах, это – маска. Они не улыбаются, а лишь придерживаются правил. Их улыбка уродлива.

Вы всегда обнаружите поверхностность в тех людях, которые всегда любят, никогда не испытывают ненависти, никогда не злятся, потому что, если не двигаться к противоположности, откуда возьмется глубина? Глубина приходит через движение к противоположности. Любовь есть ненависть. По сути, вместо слов «любовь» и «ненависть» лучше использовать единое слово «любовененависть». Любовные отношения – это любовененавистные отношения, и это прекрасно!

Нет ничего дурного в том, чтобы ненавидеть, потому что через ненависть вы приобретаете любовь.

Нет ничего дурного в том, чтобы злиться, потому что через гнев вы приходите к умиротворению.

Вы замечали? Каждое утро над этим местом, громко шумя, пролетают самолеты. И когда самолет исчезает вдали, воцаряется глубокая тишина. До самолета такой тишины не было, нет. Или вы идете по улице темной ночью, внезапно появляется машина. На полной скорости она проносится мимо. Ваши глаза ослепляет свет, но потом темнота становится сильнее, чем до появления машины.

Все живет благодаря противоположностям, через напряжение противоположностей – и становится значительнее. Отойди подальше, чтобы приблизиться, двигайся в обратную сторону, чтобы снова оказаться ближе.

Любовные взаимоотношения – это когда вы снова и снова попадаете в медовый месяц. Но медовый месяц заканчивается и все успокаивается, а это означает, что все умерло, потому что все, что спокойно, – мертво. Жизнь остается жизнью лишь в непрерывном движении, все замершее – уже в могиле. Ваши банковские счета – это ваши кладбища, там вы умерли. Если вы полностью замерли, то вы больше не живете, потому что жить – это значит, по сути, двигаться от одной противоположности к другой.

Болезнь – это не что-то плохое: через болезнь возвращается здоровье. Все элементы гармонично дополняют друг друга – вот почему Гераклита называют Загадочным. Лао-цзы понял бы его очень глубоко, но Аристотель не смог понять его. И, к сожалению, Аристотель встал у истоков греческой философии, а греческая философия, к еще большему сожалению, стала основой западной мысли.

Каково же послание Гераклита, его глубочайшее послание? Поймите его, чтобы следовать дальше.

Он не верит в вещи, он верит в процессы, процесс – это его Бог. Если вы внимательно посмотрите, то увидите, что в этом мире не существует ВЕЩЕЙ; все есть процесс. На самом деле, экзистенциально неверно использовать слово «быть», потому что все «становится». Ничто не пребывает в состоянии «быть», ничто!

Вы говорите: «Это – дерево». В тот момент, когда вы это говорите, оно уже подросло – ваше утверждение уже ложно. Дерево никогда не статично, тогда как можно говорить, чем оно является? Оно все время чем-то становится, становится чем-то еще. Все растет, все движется, все пребывает в процессе. Жизнь – это движение. Она подобна реке – все время в движении. Гераклит говорит: «Нельзя войти в одну и ту же реку дважды», – потому что к тому времени, как вы ступите в нее второй раз, она уже поменялась. Это – течение. Возможно ли дважды встретиться с одним и тем же человеком? Невозможно! Вчера утром вы тоже были здесь – но разве я тот же? Разве вы – те же? Обе реки изменились. Возможно, завтра вы снова будете здесь, но вы не найдете меня, здесь будет кто-то другой

Жизнь меняется. «Лишь изменение вечно», – говорит Гераклит. Лишь изменение остается неизменным. Все остальное меняется. Он верит в непрекращающуюся эволюцию. Все находится в состоянии эволюции. Так и есть. Быть – значит становиться. Оставаться там, где вы есть, значит двигаться: вы не можете оставаться на месте, ничто не статично. Даже горы, Гималаи, не статичны – они движутся, быстро движутся. Они рождаются и затем умирают. Гималаи – одни из самых молодых гор на Земле, и они продолжают расти. Они еще не достигли своего пика, они очень молоды – каждый год они вырастают на один фут. Есть старые горы, которые уже достигли своего пика, теперь они уменьшаются, они стары, их спины согнуты.

Стены, которые окружают вас, – в них каждая частичка пребывает в движении. Вы не можете видеть этого движения, потому что оно едва уловимое и очень быстрое. Теперь физики соглашаются с Гераклитом, не с Аристотелем, запомните. Всякий раз, когда наука приближается к реальности, она вынуждена соглашаться с Лао-цзы и Гераклитом. Теперь физики заявляют, что все находится в движении. Эддингтон сказал, что единственным словом, несущим в себе ложь, является слово «покой». Ничто не находится в покое, ничто не может «быть». Это слово ложно, оно не соответствует никакой реальности. Слово «быть» существует лишь в языке. В жизни, в существовании нет «быть», все «становится». Сам Гераклит, говоря о реке, о том, что нельзя войти в одну и ту же реку дважды, подчеркивает: даже если вы это сделаете, вы будете тем же и в то же время не тем же самым человеком. Лишь внешне вы будете выглядеть прежним. Не только река изменится, вы тоже изменитесь.

* * *

Однажды к Будде пришел человек и плюнул ему в лицо. Он хотел оскорбить Будду, но тот лишь вытерся и спросил:

– Ты хочешь еще что-нибудь сказать? – как будто тот сказал что-то.

Этот человек был озадачен, потому что меньше всего он ожидал такой реакции. Он ушел. На следующий день он пришел снова, потому что всю ночь не мог уснуть. Он ощущал, что сделал что-то неправильно, чувствовал себя виноватым. На следующее утро он пришел, склонился к ногам Будды и сказал:

– Прости меня!

А Будда ответил:

– Кто теперь простит тебя? Человека, в которого ты плюнул, больше нет, и того человека, каким ты был, когда плевал, тоже больше нет – так кому прощать и кого? Забудь об этом, теперь с этим ничего не поделаешь. Назад не вернуться – с этим покончено!.. Потому что нет никого, обе стороны мертвы. Что поделать? Ты – новый человек, и я новый человек.

* * *

В этом – глубочайшее послание Гераклита: все течет, все изменяется, все движется, ничто не статично. Как только вы начинаете цепляться, вы упускаете реальность. Ваше цепляние становится проблемой, потому что реальность изменяется, а вы цепляетесь.

Вчера вы любили меня; а теперь злитесь. Цепляясь за вчерашний день, я говорю: «Вы должны всегда любить меня, потому что вчера вы любили меня и говорили, что будете любить всегда – что же произошло сейчас?» Но что вы можете сделать? Вчера, говоря, что всегда будете любить меня, вы не лгали, но это также не было и обещанием – это было просто настроением, а я слишком доверился настроению. В тот момент вы чувствовали, что всегда-всегда, вечно будете любить меня, и это не было неправдой, помните. Это было истиной того момента, таким было ваше настроение тогда, но теперь этого настроения больше нет. Того, кто это говорил, больше нет. А раз его нет, значит нет, ничего не поделаешь. Нельзя заставить любить. Но именно этим мы и занимаемся, причиняя себе страдания. Муж говорит: «Люби меня!» Жена говорит: «Люби меня, ведь ты обещал – или ты забыл о тех днях, когда ухаживал за мной?» – но те дни ушли. Этих людей тоже больше нет. Двадцатилетний юноша… вспомните – вы все тот же человек? Столько всего произошло. Течение Ганга унесло слишком много воды – вас там больше нет.

* * *

Жена Муллы Насреддина говорит мужу:

– Ты меня больше не любишь, ты меня больше не целуешь, ты меня больше не обнимаешь. А помнишь, как ты ухаживал за мной? Ты меня кусал, и мне это безумно нравилось! Разве ты не можешь снова укусить меня?

Насреддин встал с постели. Жена спрашивает его:

– Ты куда?

– В ванную, за зубами, – отвечает Насреддин.

* * *

Нет, нельзя войти в одну и ту же реку дважды. Это невозможно. Не цепляйтесь – цепляясь, вы создаете ад. Цепляние – ад, а не цепляющееся сознание все время пребывает в раю. Оно изменяется с настроением, принимает настроение, принимает изменение; нет никакого недовольства или жалоб, потому что такова жизнь, таково положение вещей. Вы можете с этим бороться, но не можете изменить.

У молодого человека, естественно, свои настроения, потому что у молодости свое время и свои настроения. Как то же самое может быть у старика? Старик будет выглядеть очень глупо, если его настроения будут такими же. Как старик может говорить те же слова? Все изменилось. В молодости вы романтичны, неопытны, мечтательны. В старости все мечты ушли. В этом нет ничего плохого, потому что, когда уходят мечты, вы приближаетесь к реальности – теперь у вас больше понимания. В вас меньше от поэта, потому что вы теперь не мечтаете, но в этом нет ничего дурного. Мечтательность была настроением, временем года, и оно поменялось. Человек должен следовать тому состоянию, в котором он пребывает в конкретный момент времени.

Будьте верны себе в своей изменчивости, потому что это – единственная реальность. Вот почему Будда говорит, что нет никакой личности. Вы – река. Нет никакой личности, потому что нет ничего, что бы оставалось в вас неизменным. Будду выгнали из Индии, потому что индийский ум, особенно ум брахманов, индуистов, верит, что есть вечное «Я» – «атма». Они всегда говорили, что есть что-то постоянное, а Будда говорил, что неизменны только изменения, нет ничего постоянного.

Почему вы хотите быть чем-то постоянным? Почему вы хотите быть мертвым?.. Потому что лишь мертвое может быть неизменным. Волны приходят и уходят, поэтому океан живет. Если волны остановятся, в океане остановится все. Он станет мертвым. Все живет благодаря переменам. Изменения означают смену полярности. Вы движетесь от одного полюса к другому – так вы снова и снова становитесь полными жизни и свежести. Днем вы усердно трудитесь, а ночью – расслабляетесь и засыпаете. Утром вы снова полны жизни и свежести. Вы когда-нибудь обращали внимание на эти полярности?

Работа противоположна расслаблению. Если вы усердно трудитесь, то становитесь напряженными, уставшими, изнуренными, но потом вы опускаетесь в глубокую долину отдыха, глубокое расслабление. Поверхность остается далеко, и вы движетесь к центру. Вы больше не отождествлены с тем, кем являетесь на поверхности, больше нет имени, нет эго; вы ничего не берете с собой с поверхности. Вы просто забываете, кто вы, и наутро чувствуете себя свежим. Это забвение позитивно, оно приносит свежесть. Попробуйте три недели не спать – вы сойдете с ума, потому что забудете движение к противоположности.

Если прав Аристотель, это значит, что если вы не будете спать вообще, не будете двигаться к противоположности, то станете просветленным. Но в таком случае вы сойдете с ума. И именно из-за Аристотеля на Западе так много сумасшедших людей. Если люди не прислушаются к Востоку, к Гераклиту, то рано или поздно весь западный мир сойдет с ума. Это неизбежно, потому что полярность утеряна. Логика же подскажет что-то иное. Логика порекомендует отдыхать весь день. Целый день предаваться отдыху, чтобы ночью вы смогли погрузиться в глубокий сон – это логично. Это логично – предаваться отдыху! Это то, чем занимаются все богатые люди – они весь день отдыхают, а потом страдают от бессонницы и говорят: «Я не могу заснуть». Они упражняются в отдыхе целый день, лежа на кроватях, развалившись в мягких креслах, отдыхая, отдыхая, отдыхая. А потом ночью внезапно обнаруживают, что не могут уснуть. И в этом они следуют Аристотелю, их поведение очень логично.

* * *

Однажды Мулла Насреддин отправился к врачу. Кашляя, он вошел в кабинет, и врач сказал:

– Ваш кашель уже не такой плохой.

Насреддин ответил:

– Конечно, он обязан быть лучше, я ведь всю ночь упражняаврарлвалвралвралвраллся.

* * *

Если весь день упражняться в отдыхе, ночью отдых будет невозможен. Вы будете без конца ворочаться: это всего лишь физическое упражнение, которое выполняет тело, чтобы появилась возможность для отдыха. Нет – в жизни не найдется человека, заблуждающегося больше, чем Аристотель. Двигайтесь к противоположности: усердно трудитесь днем, тогда ночью ваш сон будет глубже. Глубже погружайтесь в сон, и наутро вы обнаружите, что способны выполнить гигантский объем работы, что обладаете неиссякаемой энергией. Отдых приносит энергию, работа, наоборот, приносит отдых.

Ко мне приходят люди и спрашивают: «У нас бессонница, мы не можем спать, подскажите, как нам расслабиться?» – это аристотелианцы.

Я отвечаю им: «Вам не нужно расслабляться. Просто отправляйтесь на прогулку, на длительную прогулку, бегайте как сумасшедшие – два часа утром и два часа вечером, и покой придет сам. Он всегда приходит! Не нужны техники для релаксации, нужны техники активных медитаций, а не релаксации. Вы и так уже слишком расслабленны; вот о чем говорит бессонница – вы уже слишком расслабленны, и релаксация не нужна».

Жизнь все время движется от одного полюса к другому. Гераклит говорит, что в этом и заключается секрет, скрытая гармония. Это и есть скрытая гармония. Гераклит очень поэтичен, иначе не может быть. Он не может быть философом, потому что философия подразумевает здравый смысл. Поэзия может быть противоречивой; поэзия говорит о тех вещах, говорить о которых философам будет стыдно – поэзия более правдива. А философы лишь ходят вокруг да около, никогда не попадая в центр; говорят обиняками. Поэзия же бьет точно в цель.

Если вы захотите найти параллели Гераклиту на Востоке, то они есть среди мастеров дзен, поэтов дзен, особенно в поэзии, известной как хайку. Один из величайших мастеров хайку – Басё. Гераклит и Басё очень близки; они будто переплетены друг с другом, образуя практически единое целое. Басё ничего не писал в философском стиле, он писал короткие семнадцатисложные хайку, всего три строчки, просто короткие стихи. Гераклит тоже писал фрагменты, он не создал никакой системы, как это сделали Гегель или Кант, он не стремился к созданию системы – это просто мудрые изречения. Каждый фрагмент обладает завершенностью, как бриллианты, каждый из которых имеет свою собственную, совершенную именно для него огранку, и нет нужды сопоставлять их. Он говорил как пророк.

Прием создания мудрых изречений совсем исчез на Западе. Только Ницше снова использовал его в своей книге «Так говорил Заратустра», которая состоит из мудрых изречений. Но после Гераклита был один только Ницше. На Востоке все, кто достиг просветления, писали в таком стиле. Таков стиль Упанишад, Вед, Будды, Лао-цзы, Чжуан-цзы, Басё: просто изречения. Они такие короткие, что вам необходимо проникнуть в самую суть, чтобы понять их. И, пытаясь понять их, вы изменитесь, ваш же интеллект не справится с ними. В одной из своих хайку Басё говорит:

Старый пруд.

Лягушка прыг…

– всплеск воды.

И все! Он все сказал. Это так живописно: можно увидеть старинный пруд, лягушку, сидящую на берегу, и… прыжок лягушки. Можно увидеть всплеск, услышать звук воды. Как говорит Басё, все уже сказано. Это и есть жизнь: старый пруд… прыжок лягушки, звук воды – и тишина. Это то, чем являетесь вы, то, чем является все, – и тишина.

Так же говорит Гераклит в своем фрагменте о реке. Сначала он использует звуки воды; прежде чем что-то говорить, он использует звуки воды, затем следует изречение: «Нельзя войти в одну и ту же реку дважды». Он поэт, но не обычный – из тех, кого индусы всегда называли «риши». Есть две разновидности поэтов. Первый тип – это те, которые продолжают грезить и создают поэзию из своих грез – Байрон, Шелли, Китс. И есть второй тип поэтов, риши, которые перестали грезить, – они смотрят на реальность, и из реальности рождается их поэзия. Гераклит – поэт-риши, он больше не грезит, он встретился с существованием. Гераклит – первый западный экзистенциалист.

Теперь постарайтесь проникнуть в суть его изречений.

Скрытая гармония лучше явной.

Почему? Почему скрытая гармония лучше явной? Потому что явное лежит на поверхности, а поверхность может ввести в заблуждение, она может быть возделана, обусловлена. Внутри вы экзистенциальны, а на поверхности – социальны. Брак лежит на поверхности, любовь находится внутри. Любовь – это скрытая гармония, а брак – гармония явная.

Просто сходите в гости к кому-нибудь из друзей. Если вы в окно увидите, что муж с женой ссорятся, вы увидите, как уродливы их лица. Но как только вы войдете внутрь, все изменится: они станут такими вежливыми, будут так ласково разговаривать друг с другом. Это – очевидная гармония, это гармония, которая лежит на поверхности. Но глубоко внутри гармонии нет, это всего лишь игра, это делается напоказ. Подлинный человек может показаться негармоничным на поверхности, но он всегда будет гармоничен внутри. Даже если он противоречит самому себе, в этих противоречиях будет скрыта гармония. А тот, кто никогда не противоречит себе, кто абсолютно последователен на поверхности, не будет иметь подлинной гармонии.

Есть последовательные люди: если они любят, то любят, если ненавидят, то ненавидят – они никогда не позволяют противоположностям встречаться и смешиваться. Они имеют ясное представление о том, кто враг, а кто друг. Они живут на поверхности и создают последовательность. Но их последовательность – ненастоящая: глубоко внутри бурлят противоречия, но на поверхности им как-то удается с ними справиться. Вы знаете таких людей, потому что сами такими являетесь! На поверхности вы как-то справляетесь, но это не работает. Не зацикливайтесь особо на том, что происходит на поверхности. Идите глубже и не пытайтесь выбирать между противоположностями. Вам придется принять все. И если вам удастся принять обе крайности, не цепляясь, не привязываясь ни к одной из них, если вам удастся принять обе крайности, если вы сможете любить и оставаться свидетелем, ненавидеть и оставаться свидетелем, тогда свидетельствование и станет скрытой гармонией. Тогда вы узнаете, что все это – изменения погоды, смена времен года, настроения, которые просто приходят и уходят, и увидите в них гештальт.

Это немецкое слово «гештальт» прекрасно. Оно означает, что между изображением и фоном существует гармония. Они только кажутся противоположностями, но в действительности это не так. Например, в небольшой школе вы видите учителя, который пишет белым мелом на черной доске. Черный и белый – противоположны. Да, для аристотелианских умов они противоположны: черный есть черный, белый есть белый – это полярности. Но почему этот учитель пишет белым по черному? Не может он написать белым по белому? Не может он написать черным по черному? Может, но это бесполезно. Черный должен служить фоном, на котором выделяется белый. Они контрастны, между ними есть напряжение. Они противоположны – и в этом скрытая гармония. На черном фоне белый кажется белее – и в этом гармония. На белом он просто исчезнет, потому что не будет напряжения, не будет контраста.

Помните: Иисус исчез бы, если бы евреи не распяли его на кресте. Они создали гештальт: крест был как школьная доска, на которой Иисус стал смотреться белее. Иисус исчез бы без следа, он остался лишь благодаря кресту. И именно благодаря кресту он проник в человеческие сердца больше, чем Будда, больше, чем Махавира. Почти полмира влюблены в Иисуса – и все из-за креста. Он был белой линией на черной доске. Будда – это белая линия на белом фоне. Нет контраста, нет гештальта; фон – того же цвета, что и изображение.

Если вы только любите и не можете ненавидеть, в вашей любви не будет смысла. В ней не будет напряжения, не будет огня, не будет страсти; она будет холодной. А ведь в любви должна быть страсть. Страсть – прекрасное слово, потому что в страсти есть напряжение. Но когда любовь превращается в страсть? Когда тот же самый человек способен также и ненавидеть. Сострадать по-настоящему может лишь тот человек, который способен злиться. Если он не может злиться, тогда его сострадание абсолютно бессильно – просто бессильно! Он беспомощен, вот отчего появляется сострадание. Он не может ненавидеть и поэтому любит. Если же вы любите, несмотря на ненависть, появляется страсть. И тогда на фоне проявляется изображение, и все это становится гештальтом.

Гераклит говорит о глубочайшем гештальте. Очевидная гармония, на самом деле, не гармония. Подлинная гармония скрыта. Поэтому не старайтесь быть последовательными на поверхности, лучше найдите последовательность среди глубоких противоречий, найдите гармонию среди глубочайших противоположностей.

Скрытая гармония лучше явной.

Вот чем религиозный человек отличается от моралиста. Моралист – это человек, гармоничный только на поверхности, а религиозный человек гармоничен внутри. Религиозный человек не может избежать противоречивости, моралист же всегда последователен. На моралиста можно положиться, на религиозного человека – нет. Моралист предсказуем, религиозный человек – никогда. Никто не знает, как поведет себя Иисус, даже его ближайшие ученики не знали, не могли предсказать его поведение. Этот человек непредсказуем. Он говорит о любви, а затем берет хлыст и выгоняет из храма всех менял. Он говорит о сострадании, ясно говорит о «любви к своему врагу» – и переворачивает вверх дном весь храм. Он бунтарь. Человек, говорящий о любви, оказывается непоследовательным.

Бертран Рассел написал книгу «Почему я не христианин». В своей книге он затрагивает все эти противоречия: «Иисус непоследователен и выглядит невротичным. То он призывает возлюбить врага своего, то начинает злиться – не только на людей, но и на деревья: он даже проклинает фиговое дерево. Голодные, они подошли к фиговому дереву, но для инжира это был совсем не сезон плодоносить. Они посмотрели на дерево, но на нем не оказалось плодов – и, как говорят, Иисус его проклял. Что он за человек? И еще говорит о любви!»

В Иисусе заключена скрытая гармония, но, будучи современным Аристотелем, Бертран Рассел не способен ее найти. Он не может ее найти, не может ее постичь. Хорошо, что он не христианин, очень хорошо. Он не может быть христианином, потому что не может быть религиозным. Он – моралист, каждый поступок должен быть последовательным, но – чему, кому? Кому он должен следовать? Прошлому? Одно мое утверждение должно согласовываться с другим – почему? Это возможно, только если река не течет.

Вы наблюдали за рекой? Иногда она движется влево, иногда вправо, иногда течет на юг, иногда на север. Вы увидите, что эта река очень непоследовательна – но в этом скрыта гармония: река достигает океана. Как бы она ни текла, ее цель – океан. Иногда ей приходится двигаться на юг, потому что уклон земли идет на юг, иногда ей приходится двигаться в прямо противоположном направлении, на север, потому что теперь уклон ведет на север. Но каждое направление ведет к единой цели – река течет к океану. И вы всегда видите, что она его достигает.

Подумайте о последовательной, логичной реке, которая говорит: «Я всегда буду течь на юг, потому что как же я могу течь на север? Люди скажут, что я непоследовательна». Эта река никогда не достигнет океана. Реки Рассела и Аристотеля никогда не достигнут океана, они слишком последовательны, слишком поверхностны. Им неведома скрытая гармония – то, что благодаря противоположностям можно двигаться к одной и той же цели. Одна и та же цель может быть достигнута благодаря противоположностям. Они ничего не знают о такой возможности, они не знают, что такая возможность вообще существует.

Скрытая гармония лучше явной.

Но будет трудно, вы постоянно будете испытывать трудности. Люди ожидают от вас логичности, а скрытая гармония не является частью общества. Она – часть космоса, но не общества. Общество – это искусственное явление. Оно выработало целый план, как будто бы ничто не меняется. Общество придумало мораль, своды правил, как будто бы ничто не движется. Вот почему моральные нормы существуют на протяжении столетий. Все постоянно меняется, а мертвые правила остаются. Все меняется, а так называемые моралисты все время читают проповеди о тех вещах, которые уже потеряли всякую актуальность – но зато они последовательны по отношению к прошлому. Потерявшие актуальность вещи продолжают существовать…

Например, во времена Магомета в арабских странах женщин было в четыре раза больше, чем мужчин, потому что арабы были воинами и непрерывно воевали, убивая друг друга, они были убийцами. А женщины никогда не занимались такими глупостями, поэтому их выживало в четыре раза больше, и что было делать? Если во всем обществе женщин в четыре раза больше мужчин, тогда понятно, что мораль с трудом может существовать в таких условиях. Возникнет множество проблем. Поэтому Магомет придумал правило, согласно которому каждый мусульманин мог жениться на четырех женщинах… и они по-прежнему следуют этому правилу.

Теперь это уродливо, но они утверждают, что следуют Корану. Ситуация изменилась, теперь все иначе: женщин теперь не в четыре раза больше, но они продолжают следовать этому правилу. То, что было прекрасным решением в определенный исторический момент, теперь уродливо, совершенно уродливо. Но они так и будут следовать этому правилу, потому что магометане очень последовательные люди. Они не могут ничего менять и снова посоветоваться с Магометом тоже не могут: его нет. При этом мусульмане очень хитры: они закрыли двери для любого другого пророка, который мог бы снова прийти. Иначе он что-нибудь сделает, внесет какие-нибудь изменения. Так что Магомет – последний, дверь закрыта. Даже если в нее захочет войти сам Магомет, он не сможет этого сделать. Потому что они закрыли дверь. Так происходит всегда. Моралисты всегда закрывают дверь, потому что новый пророк может нарушить спокойствие, потому что новый пророк не может следовать старым правилам. Он будет жить в моменте. У него будет свой собственный порядок, согласующийся с данной реальностью, но где гарантия, что она будет согласоваться с прошлым? Нет никаких гарантий, и никогда не будет. Поэтому любой моральный устой закрывает дверь.

Джайны закрыли свои двери: они говорят, что Махавира последний, теперь больше не будет ни одного тиртханкара. Магометане говорят, что Магомет последний, христиане утверждают, что Иисус – единственный Единородный Сын Божий, других нет – все двери закрыты. Почему моралисты всегда закрывают двери? Это просто мера безопасности, ведь если явится пророк – человек, живущий от момента к моменту, – он перевернет все вверх дном, он породит хаос. У вас все как-то налажено: церковь, мораль, свод правил – все четко, вы просто следуете правилам. На поверхности вы достигаете очевидной гармонии. И вдруг снова приходит пророк и переделывает все по-новому, всюду сеет беспокойство; он начинает все создавать заново.

Моралист – это человек, живущий на поверхности. Он живет ради правил, не правила существуют для него. Он – для писаний, а не писания для него. Он следует правилам, но не следует осознанности. Если вы идете за осознанностью, свидетельствованием, то достигаете скрытой гармонии. Тогда вас уже не тревожат противоположности, вы можете ими пользоваться. И, научившись однажды пользоваться ими, вы получаете секретный ключ: через ненависть вы можете сделать свою любовь еще более прекрасной.

Ненависть – не враг любви. Это та самая соль, которая делает любовь прекрасной, это фон для любви. Затем через гнев можно усилить свое сострадание, и они не будут противоречить друг другу. В этом заключается смысл слов Иисуса, когда он говорит: «Возлюби врага своего». Вот в чем смысл: люби своих врагов, потому что они – не враги, они – друзья, они могут быть полезны. В скрытой гармонии они сливаются, становятся единым целым.

Злость – враг, так используй его, преврати в друга! Ненависть – это враг, воспользуйся им, преврати в друга! Позволь своей любви становиться глубже с их помощью, преврати их в почву, и они станут почвой.

В этом – скрытая гармония Гераклита: люби врага, используй противоположности. Противоположность – не противоречие, а лишь фон.

Противоположности ведут к согласию.

В противоречии рождается чистейшая гармония.

Никто не превзойдет Гераклита…

Противоположности ведут к согласию.

В противоречии рождается чистейшая гармония.

В изменении все обретает умиротворение.

Люди не понимают, как то, что противоречит себе, находится в согласии с собой.

Гармония – в том, чтобы отклониться назад, как это делают лук и лира.

Имя луку – жизнь, а работа его – смерть.

Конечно, рационалисту покажется, что Гераклит говорит загадками, как-то непонятно. Но так ли это? Если вы способны увидеть, то увидите, что он кристально ясен, он предельно ясен. Но если вы привязаны к рациональному мышлению, становится трудно, потому что Гераклит говорит, что в дисгармонии рождается чистейшая гармония, что противоположности приносят согласие…

Из жизни исчезнет вся «соль», если разрушить противоположности. Просто представьте себе мир, в котором нет зла. Вы думаете, в нем будет добро? Просто представьте себе мир, в котором нет грешников. Думаете, все будут святыми? Святой не может существовать без грешника, святому необходим грешник. В этом есть гармония, скрытая гармония: это две полярности. А жизнь прекрасна только благодаря существованию обеих. Бог не может существовать без Дьявола. Бог вечен, и Дьявол тоже вечен.

Люди приходят ко мне и спрашивают: «Почему? Если Бог существует, то откуда столько страдания, зла, негатива? Почему так происходит?» Все потому, что Бог не может существовать без них, они служат ему фоном. Один Бог, без Дьявола, будет лишен вкуса. Он будет просто безвкусным – от него может стошнить, съесть его будет нельзя. Такой безвкусный, тошнотворный Бог. Ему известна эта скрытая гармония, он знает, что не может существовать без Дьявола, поэтому перестаньте ненавидеть Дьявола – используйте его. Если Бог пользуется им, то почему бы и вам не сделать то же самое? Если Бог не может существовать без него, то как вы можете? Настоящие святые, те святые, у которых есть глубина, подобны Гурджиеву.

Алан Уотс написал о Гурджиеве: «Это самый святой мошенник из всех мне известных!» Это так: он – мошенник, но самый святой. Сам Бог является таким мошенником, самым святым. Если вы уберете Дьявола, одновременно с этим вы убьете и Бога. Для игры необходимы два участника.

Когда Адама искушал Дьявол, это сам Бог искушал его. Это был тайный сговор. Змий находится на службе и у Бога, и у Дьявола. Само слово «дьявол» прекрасно; оно происходит от санскритского корня, который означает «божественный». Слово «божественный» происходит от того же корня, что и дьявол, оба слова берут начало в одном корне (англ. divine – «божественный», devil – «дьявол»). Будто бы у них один корень, но разные ветви: одна ветвь ведет к дьявольскому, другая – к божественному, но корень один и тот же: «dev». Здесь точно должен быть тайный сговор, иначе игра не может продолжаться. В этом должна быть глубокая гармония – это и есть суть сговора. Так, Бог говорит Адаму: «Ты не должен есть плоды этого Древа познания». Здесь начинается сговор, начинается игра, возникают первые правила.

Христианство упустило множество прекрасных вещей, потому что оно пыталось создать очевидную гармонию, и на протяжении двадцати столетий христианские богословы мучились из-за Дьявола: «Как его объяснить?» В этом нет необходимости, это очень просто, и Гераклит это знает. Это очень просто, нет необходимости объяснять. Но христиане мучились, потому что если Дьявол существует, то значит Бог должен был создать его, иначе откуда ему взяться?

Если Дьявол существует, значит Бог позволяет ему существовать, иначе как он может существовать? Если Бог не может уничтожить Дьявола, то такой Бог становится бессильным, его нельзя назвать всемогущим. Если же Бог создал Дьявола, не зная, что тот станет Дьяволом, тогда он не всеведущий, не всезнающий. Он создал Дьявола, не зная, что это будет причинять беспокойство всему миру. Он создал Адама, не зная, что тот вкусит плод жизни, несмотря на запрет! Значит он не всеведущий, не всезнающий. Если есть Дьявол, тогда Бог не может быть вездесущим, потому что кто тогда присутствует в Дьяволе? Значит, он не может быть везде, по крайней мере, его нет в сердце Дьявола. Если же Бог присутствует в его сердце, тогда зачем вообще осуждать бедного, несчастного Дьявола?

Этот сговор – скрытая гармония. Бог запретил Адаму есть яблоко только для того, чтобы искусить его. Это – первое искушение, потому что каждый раз, когда вы говорите: «Не делай этого», возникает искушение. Дьявол появляется позже, а первое искушение исходит от самого Бога. А в Райском саду были миллионы деревьев, и если бы Адама предоставили самому себе, то он бы, скорее всего, никогда не нашел там Древо познания – это практически невозможно, невероятно!

Даже сейчас нам известны еще не все деревья на Земле. Многие деревья до сих пор остаются неизвестными, неклассифицированными, многие виды до сих пор еще не открыты. А эта планета ничто по сравнению с Эдемом, садом Бога, где растут многие миллионы деревьев, они бесчисленны. Предоставленные самим себе, Адам и Ева никогда бы не нашли Древо познания, это Бог соблазнил их. И я настаиваю на том, что искушение исходило от Бога, а Дьявол – лишь партнер в игре. Бог искусил: «Не ешьте», – и Древо сразу стало известным, и, должно быть, возникло желание. Почему Бог запрещает? В этом что-то должно быть. Богу это не запрещено, сам он ест эти плоды, а нам запрещено – ум начинает работать, игра начинается. И затем, просто как партнер в игре, появляется Дьявол, Змий, и говорит: «Съешьте его! Потому что если вы отведаете этот плод, то станете подобными Богу». А быть подобным Богу – глубинное желание человека.

Дьявол пошел на эту хитрость, потому что он в курсе сговора. Он не подошел прямо к Адаму, он приблизился к нему через Еву – потому что если вы хотите соблазнить мужчину, то можете сделать это только через женщину, напрямую соблазна для него не возникнет. Любой соблазн возникает через секс, любой соблазн возникает через женщину. Женщина более важна в этой игре Дьявола, потому что невозможно сказать «нет» любящей тебя женщине. Можно сказать «нет» Дьяволу, но женщине?.. Дьявол является в виде змия. Это всего лишь фаллический символ, он символизирует сексуальный орган, потому что ничто не сравнится со змеем в своем сходстве с мужским органом секса, они в точности похожи. А приходит этот соблазн через женщину, потому что как можно сказать «нет» женщине?

* * *

Мулла Насреддин организовал для своей страдающей от астмы жены поход в горы. Но жена не хотела идти, она отказывалась и говорила:

– Боюсь, что горный воздух будет вреден.

Мулла Насреддин ответил:

– Дорогая, не волнуйся. В мире нет ни одной горы, которая сравнилась бы по вредности с тобой! Так что не переживай!

* * *

Невозможно не согласиться с женщиной, которую ты любишь, поэтому женщины так легко стали вступать в сговор с Дьяволом. И тогда возник соблазн, Адам откусил от яблока с того дерева, от плода познания – и вот поэтому вы больше не в Эдеме… и эта игра продолжается.

В этом скрыта глубокая гармония. Бог не может существовать один. Это как электричество только с положительным полюсом, без отрицательного, – только мужчина, без женщины. Он это уже пробовал раньше, но не преуспел. Сначала он сотворил Адама, но его ждала неудача, потому что с одним Адамом игра не заладилась, ничего не происходило. Затем он создал женщину, и первой женщиной, которую он сотворил, была не Ева. Ею стала Лилит, которая, по всей видимости, была сподвижницей женского движения за освобождение. Она начала создавать проблемы, когда сказала: «Я так же независима, как и ты». И первая проблема возникла в первый же день, когда они собрались ложиться спать: у них была лишь одна кровать, одно спальное место. Нужно было решить, кто будет спать на кровати, а кто на полу. Лилит просто заявила Адаму: «Нет уж! На полу спишь ты!» Вот отсюда и пошло движение за освобождение. Адам не послушал ее, и Лилит исчезла. Она пришла к Богу и сказала: «Я не собираюсь играть в эти игры».

Вот таким образом на Западе исчезает женщина – Лилит исчезает, а вместе с ней – вся красота, изящество, все. И вся игра оказалась в опасности, потому что некоторые женщины говорят: «Не любите мужчин».

Я читал памфлет, в котором говорится: «Убивайте мужчин! Убейте всех мужчин! Потому что если на Земле будут мужчины, то женщины никогда не получат свободы». Но если вы убьете всех мужчин, сможете ли вы сами остаться? Для игры необходимы оба.

Лилит исчезла, игра не могла продолжаться, поэтому Бог сотворил женщину. Вот почему на этот раз он решил воспользоваться костью мужчины: если бы женщина снова появилась самостоятельно, то это опять повлекло бы за собой неприятности. Поэтому он взял ребро Адама и сотворил женщину. И – как результат – это противоположности и в то же время единство. Их двое, но все же они происходят от одного тела. В этом и заключается суть: их двое, две противоположности, и все же они принадлежат одному телу, глубоко внутри – корень один, глубоко внутри они – одно тело. Вот почему, когда они сливаются в любовных объятиях, они становятся одним телом. Они приходят к тому состоянию, когда Адам был один, они становятся единым целым, встречаясь и сливаясь.

Противоположности нужны для игры, но глубоко внутри существует единство. Эти две вещи необходимы, чтобы игра продолжалась: противоположности и, тем не менее, гармония. При абсолютной гармонии игра исчезнет – потому что с кем тогда вы будете играть? Если же будет полная дисгармония, полное противоречие, никакой гармонии, тогда игра тоже исчезнет.

Гармония в противоречии, единство противоположностей – ключ ко всем тайнам.

В изменении все обретает умиротворение.

Люди не понимают, как то, что противоречит себе, находится в согласии с собой.

Дьявол находится в согласии с Богом, а Бог – в согласии с Дьяволом, вот почему существует Дьявол.

Гармония – в том, чтобы отклониться назад, как это делают лук и лира.

Музыкант играет смычком на лире, на поверхности – противоречие. На поверхности – столкновение, борьба, вражда, разногласие, но из всего этого рождается прекрасная музыка.

Противоположности ведут к согласию.

В противоречии рождается чистейшая гармония.

Имя луку – жизнь, а работа его – смерть.

А работа его – смерть, предельный результат. Смерть и жизнь – тоже одно.

Имя луку – жизнь, а работа его – смерть.

Поэтому смерть не может быть на самом деле противоположностью – она должна быть лирой. Если имя смычка – жизнь, тогда имя лиры должно быть смерть. И между ними возникает чистейшая гармония жизни.

Вы находитесь строго посередине между смертью и жизнью, вы – ни то ни другое. Вы – музыка, возникающая между смычком и лирой. Вы – столкновение и встреча, слияние и гармония и то самое прекрасное, что рождается из них.

Не выбирайте!

Если вы начнете выбирать, то ошибетесь. Если вы станете выбирать, то привяжетесь к чему-то одному, отождествитесь с чем-то одним. Не выбирайте!

Позвольте жизни быть смычком, а смерти – лирой, тогда вы станете гармонией, скрытой гармонией.

Скрытая гармония лучше явной.

Достаточно на сегодня.

Глава 2

В глубоком сне даже бодрствуя

Люди так рассеянны и невнимательны

в минуты бодрствования

к тому, что происходит вокруг,

как будто они все еще пребывают во сне.

Глупцы, хоть и слышат,

уподобляются глухим,

о них говорится в высказывании, что,

присутствуя, они отсутствуют.

Не следует действовать и говорить

подобно спящим.

Для всех бодрствующих существует один общий мир,

а для каждого спящего – свой собственный.

Все, что мы видим, когда бодрствуем, есть смерть,

а когда спим – сон.

* * *

Гераклит затрагивает глубочайшую проблему человека: даже бодрствуя, люди пребывают в глубоком сне.

Вы спите, когда спите, но вы также спите, когда бодрствуете. Что это значит? Об этом говорит Будда, об этом говорит Иисус, об этом говорит Гераклит. Вы выглядите бодрствующими, но это лишь видимость, глубоко внутри ваш сон продолжается.

Даже сейчас вы видите сны: тысяча и одна мысль крутится в вашей голове без остановки, но вы не осознаете того, что происходит, вы не осознаете того, что вы делаете, не осознаете того, кем вы являетесь. Вы двигаетесь, как люди двигаются во сне.

Должно быть, вы встречали людей, которые двигаются, что-то делают во сне, а затем снова погружаются в сон. Есть такое заболевание – сомнамбулизм. Многие люди среди ночи встают с постели, их глаза открыты, они могут ходить! Они могут передвигаться, могут отыскать дверь. Они идут на кухню, что-нибудь съедают, возвращаются и ложатся в кровать. Если же утром вы спросите их об этом, они ничего не вспомнят. Самое большее, что они могут восстановить, если постараются, – то, что той ночью им снился сон, в котором они просыпались и ходили на кухню. Но это было, в лучшем случае, сном, им даже это трудно вспомнить.

Многие люди совершали преступления в таком состоянии. Многие убийцы, оказавшись на скамье подсудимых, говорят, что они не знают, не помнят, чтобы когда-либо совершали что-то подобное. Они не обманывают суд, нет. Теперь психоаналитики выявили, что эти люди не обманывают, не говорят неправду, они абсолютно честны. Они совершили убийство, но сделали это, пребывая в глубоком сне, как будто это было во сне. Такой сон глубже, чем обычный. Такой сон как опьянение: вы в состоянии двигаться, что-то делать, немного осознавать происходящее, но при этом быть пьяными. Вы не знаете в точности, что происходит. Что вы сделали в прошлом? Можете ли вы с точностью вспомнить, почему вы сделали то, что сделали? Что с вами произошло? Были ли вы в сознании, когда это происходило? Вы влюбились, не понимая – почему, разозлились, не понимая – почему. Конечно, вы находите оправдания, логически обосновывая все, что делаете, но разумное объяснение и осознанность – не одно и то же.

Осознанность означает, что все происходящее в данный момент совершается с полным пониманием, вы в этом присутствуете. Если вы присутствуете, зло не может случиться. Оно может случиться, лишь когда вы пребываете в глубоком сне. Когда вы непосредственно присутствуете, находитесь в моменте, в вашем существе начинается трансформация, потому что, когда вы присутствуете, осознанны, многие вещи становятся просто невозможными. Все, что называется грехом, невозможно, если вы присутствуете. Так что, по сути, есть лишь один грех – неосознанность.

Слово sin (грех) происходит от слова miss (упускать). Оно не означает «делать что-то неправильно», оно просто означает упускание, отсутствие. Корень слова «грех» на иврите означает «упускать». Он присутствует в ряде английских слов: misconduct (плохо вести себя), misbehaviour (проступок, неправильное поведение). Упускать означает «не быть здесь», «делать что-то, отсутствуя», это – единственный грех. А единственная добродетель – это когда, делая что-то, вы пребываете в ясном сознании – то, что Гурджиев называет самовспомнанием, Будда говорит «быть правильно осознающим», Кришнамурти называет это осознанностью, а Кабир – сурати. Присутствовать – это все, что нужно, ничего более. Вам не нужно ничего менять; даже если вы попытаетесь что-то изменить, то не сможете.

Вы пытались многое изменить в себе. Вам это удалось? Сколько раз вы принимали решение больше не злиться? Что случалось с вашим решением? Наступает момент, и вы вновь оказываетесь в той же ловушке: вы злитесь, а когда злость проходит – снова раскаиваетесь. Это превратилось в порочный круг: вы злитесь и потом раскаиваетесь, после чего снова все это повторяется. Помните, даже когда вы раскаиваетесь, а вас в этом нет, такое раскаяние – тоже часть греха. Вот почему ничто не меняется и вы остаетесь прежним. Вы не оставляете попыток, принимаете решения, даете клятвы, но ничего не происходит – вы остаетесь прежним. Вы в точности такой же, каким были в момент рождения, не произошло даже малейшего изменения. Не потому, что вы не пытались или недостаточно старались – вы пробовали снова и снова, но терпели неудачу, потому что дело – не в усилии. И если вы начнете прилагать еще больше усилий, это не поможет. Это вопрос бдительности, а не старания.

Если вы бдительны, многие вещи просто отпадают, вам не нужно их отбрасывать. В осознанности многие вещи невозможны. Таково мое определение, других критериев не существует. Вы не сможете влюбиться, упасть в любовь (англ. fall in love – «влюбиться», что дословно переводится как «упасть в любовь»). Если вы осознанны, то упасть в любовь будет грехом. Вы можете любить, но это будет похоже не на падение, а на восхождение.

Почему мы говорим «упасть в любовь»? Это падение: вы падаете, не поднимаетесь. Когда вы осознанны, падение становится невозможным, даже в любви. Это невозможно, просто невозможно. В осознанности это невозможно – вы поднимаетесь в любви. А восхождение в любви в корне отличается от падения в любовь. Падать в любовь означает грезить. Вот почему влюбленных людей видно по глазам: они опьяненные, мечтательные, как будто спят глубже остальных. Это видно по глазам, потому что их глаза – более сонные. Те, кто поднимается в любви, сильно отличаются. Можно заметить, что они больше не грезят, они видят реальность и растут в ней.

Падая в любовь, вы остаетесь ребенком. Поднимаясь в любви, вы становитесь более зрелыми. Постепенно любовь перестает быть отношениями, она становится состоянием вашего бытия. И тогда нет разделения на то, что вы любите и чего не любите, – вы просто любите. Что-то происходит, вы дарите этому свою любовь. Вы прикасаетесь к камню и делаете это так, будто прикасаетесь к телу возлюбленной. Вы смотрите на дерево и смотрите так, будто перед вами – лицо возлюбленной. Это становится состоянием бытия. Вы не то чтобы влюблены – теперь вы есть любовь. Это – восхождение, не падение.

Любовь прекрасна, когда вы поднимаетесь благодаря ей. И любовь становится грязной и уродливой, когда вы падаете в нее. Рано или поздно вы обнаружите, что она ядовита, что она превращается в оковы. Вы порабощены ею, ваша свобода уничтожена, ваши крылья подрезаны, теперь вы более не свободны. Падая в любовь, вы становитесь чьей-то собственностью: вы владеете и позволяете другому владеть вами. Вы становитесь вещью и пытаетесь превратить в вещь того, в кого влюблены.

Посмотрите на мужа и жену: они оба уподобились вещам, они больше не личности. Оба пытаются владеть друг другом. Владеть можно вещами, но людьми – никогда. Как можно владеть человеком? Как можно управлять человеком? Как можно превратить человека в собственность? Невозможно! Но муж пытается владеть женой, и жена пытается делать то же самое. Тогда происходит столкновение, и оба становятся, по сути, врагами, тогда они начинают разрушать друг друга.

* * *

Однажды Мулла Насреддин пришел на кладбище и пожаловался управляющему:

– Я точно знаю, что на этом кладбище похоронена моя жена, но не могу найти ее могилу.

Управляющий открыл картотеку и спросил:

– Как ее звали?

– Госпожа Мулла Насреддин.

Тот снова посмотрел и ответил:

– Госпожи Мулла Насреддин нет, есть только Мулла Насреддин. Извините, кажется, в картотеке допустили ошибку.

Насреддин ответил:

– Нет-нет, это не ошибка. Где могила Муллы Насреддина? Дело в том, что все записано на мое имя.

* * *

Даже могила его жены!

Обладание… Ни один человек не оставляет попыток обладать – возлюбленной, любовницей. Это уже не любовь. В действительности, когда вы обладаете человеком, вы ненавидите, разрушаете, убиваете его, вы – убийца. Любовь должна дарить свободу, любовь и есть свобода. Любовь будет делать вашего возлюбленного все более и более свободным, любовь подарит крылья и откроет бескрайнее небо. Она не может стать тюрьмой, заключением. Но вам незнакома такая любовь, потому что она случается, только когда вы осознанны. Такое качество любви приходит, только когда есть осознанность. Вам знакома греховная любовь, потому что она возникает из сна.

И так во всем, что бы вы ни делали. Даже если вы пытаетесь сделать что-то хорошее, то причиняете вред. Посмотрите на благодетелей: они все время причиняют вред, это самые опасные люди в мире. Социальные реформаторы, так называемые революционеры – самые опасные люди. Но трудно увидеть, в чем состоит их вред, потому что они очень хорошие люди, они всегда делают другим добро, но таким образом они лишают человека свободы. Если вы позволите им сделать для вас что-то хорошее, то станете их собственностью.

Они начнут с массажа ваших стоп, но рано или поздно вы обнаружите, что их руки добрались до вашей шеи. Начиная с ног, они заканчивают шеей, потому что они неосознанны, они не ведают, что творят. Они научились одной хитрости: если хочешь кем-то обладать, сделай добро. Они даже не осознают того, что прибегают к этой хитрости. Но они причиняют вред, потому что все, абсолютно все, что ведет к обладанию другим человеком, как бы это ни называлось, какую бы форму ни приобретало, – нерелигиозно, греховно. Ваши церкви, ваши храмы, ваши мечети – все они совершили против вас грех, потому что все они стали собственниками, все захватили власть.

Любая церковь – против религии, потому что религия – это свобода. Почему тогда так происходит? Иисус пытается дать вам свободу, крылья. А что случается потом, откуда возникает церковь? Это происходит, потому что Иисус живет на совершенно ином уровне бытия – уровне осознанности, а те, кто его слушает и следует за ним, живут на уровне сна. Они интерпретируют все, что слышат, интерпретируют, пропуская через свои сны. Поэтому все, что бы они ни делали, становится грехом. Христос дарит вам религию, а затем люди, пребывающие в глубоком сне, превращают ее в церковь.

* * *

Говорят, что однажды Сатана, дьявол, сидел под деревом в глубокой печали. Мимо проходил один святой. Он посмотрел на Сатану и сказал:

– Мы слышали, что вы никогда не отдыхаете, всегда устраиваете какие-нибудь неприятности то тут, то там. Что же вы делаете здесь, под деревом?

Сатана пребывал в отвратительном настроении. Он сказал:

– Сдается мне, что моя работа перешла к священникам, мне нечего делать, я остался совсем без работы. Иногда я даже подумываю о самоубийстве, потому что священники очень хорошо справляются и без меня.

* * *

Священники так преуспели, потому что обратили свободу в заточение, истину – в догмы, они все перевернули с уровня осознанности на уровень сна. Постарайтесь понять, что это, в действительности, за сон, потому что если вы можете это почувствовать, значит, вы уже начали становиться более бдительными, вы уже на пути к выходу. Что это за сон? Как он случается? Каков его механизм? Как он работает?

Ум всегда находится либо в прошлом, либо в будущем. Он не может быть в настоящем, для ума совершенно невозможно присутствовать в настоящем. Когда вы в настоящем, ума больше нет, потому что ум означает мыслительный процесс. Как можно думать, находясь в настоящем? Вы можете думать о прошлом – оно уже стало частью памяти, ум может его перерабатывать. Вы можете думать о будущем – оно еще не наступило, ум может о нем грезить. Ум способен делать две вещи: либо перемещаться в прошлое, для этого достаточно места, потому что пространство прошлого безбрежно – вы можете двигаться дальше, и дальше, и дальше. Либо же ум может переноситься в будущее – и снова бесконечное пространство, можно бесконечно воображать и мечтать. Но как ум может функционировать в настоящем? Здесь нет пространства для движения ума.

Настоящее – это просто разделительная линия, вот и все. У него нет пространства. Оно отделяет прошлое от будущего, как обычная разделительная линия. Вы можете быть, но не можете думать в настоящем, для думания необходимо пространство. Мыслям нужно место, они подобны вещам – запомните это. Мысли – это тонкие вещи, они материальны; мысли не духовны, потому что измерение духовности начинается там, где заканчиваются мысли. Мысли материальны, это очень тонкая материя, а любой материи необходимо пространство. Невозможно думать в настоящем; как только появилась мысль, вы уже оказались в прошлом.

Вы видите, как встает солнце. Вы смотрите и говорите: «Какой прекрасный восход!» – это уже прошлое. Когда встает солнце, нет пространства даже для того, чтобы сказать: «Как красиво!» Потому что как только вы произносите эти два слова – «Как красиво!» – это переживание уже стало прошлым, ум уже фиксирует это в памяти. Но именно тогда, когда солнце встает, в момент восхода, как можно думать? Вы можете быть вместе с восходящим солнцем, но не можете думать. Для вас места достаточно, но не для мыслей.

В саду растет прекрасный цветок, и вы говорите: «Прекрасная роза», – теперь вы не вместе с розой, не в этом моменте, теперь это уже воспоминание. Когда есть цветок, есть вы, оба присутствуете друг для друга, как можно думать? О чем можно думать? Как вообще возможно думание? Для него нет места. Это пространство такое узкое – по сути, пространства вообще нет – вы и цветок даже не можете существовать вдвоем, потому что для двоих нет места, только для одного.

Вот почему в присутствии вы становитесь цветком, а цветок – вами. Вы – тоже мысль, и цветок – тоже мысль, существующая в уме. Когда думания нет, тогда что есть цветок? И кто – тот, кто наблюдает? Наблюдающий становится наблюдаемым. Внезапно границы стираются. Внезапно вы проникли, проросли в цветок, а цветок пророс в вас. Внезапно вы не двое – одно.

Если вы начали думать, значит, снова стали двумя. Если вы не думаете, где тогда дуальность? Когда вы сосуществуете с цветком, не думая, это диалог, не двалог, а диалог. Когда вы сосуществуете со своим возлюбленным, это – диалог, не двалог, потому что двоих нет. Сидя рядом с возлюбленной, держа ее руку, вы просто существуете. Вы не думаете о днях минувших, ушедших, не думаете о будущем, приближающемся, наступающем – вы здесь, сейчас. И так прекрасно быть здесь и сейчас, так глубоко, что ни одна мысль не может проникнуть в эту глубину. И узки ворота, узки ворота настоящего. Даже двое не могут войти в них, только один. В настоящем думание невозможно, мечтание невозможно, потому что мечтание – не что иное, как думание картинками. И то и другое – материально.

Когда вы находитесь в настоящем, не думая, впервые в жизни вы оказываетесь духовными. Открывается новое измерение, это измерение – осознанность. Оттого, что вам было незнакомо это измерение, Гераклит говорит, что вы спите, вы неосознанны. Осознанность означает быть в моменте настолько полно, что нет никакого движения к прошлому, никакого движения к будущему – всякое движение останавливается. Это не означает, что вы становитесь неподвижным. Начинается новое движение, движение в глубине.

Есть два вида движения. В этом значение креста Иисуса: он показывает два направления движения, перекресток. Одно движение линейно: вы двигаетесь по прямой, от одной вещи к другой, от одной мысли к другой, от одного сна к другому. От А вы движетесь к В, от В – к С, от С – к D. Вот как вы движетесь – по прямой, горизонтально. Это движение времени, это движение тех, кто пребывает в глубоком сне. Вы можете передвигаться, как челнок, туда-сюда – по прямой линии. Вы можете переместиться из пункта В в пункт А, или из А – в В, по прямой. Но существует и другой вид движения, в совершенно ином измерении. Это движение – не горизонтальное, а вертикальное. Вы не передвигаетесь из пункта А в пункт В, из В – в С, вы перемещаетесь от А к более глубокому А, вы двигаетесь вглубь.

Когда прекращается думание, начинается новое движение. Теперь вы падаете вглубь, это можно сравнить с пропастью. Глубоко медитирующие люди рано или поздно подходят к этой точке. Потом они начинают бояться, потому что чувствуют, что перед ними разверзлась бездна, вы чувствуете головокружение, вам становится страшно. Вам хочется ухватиться за старое движение, потому что оно – знакомо, а новое похоже на смерть. Вот в чем состоит значение креста Иисуса: это смерть. Переход из горизонтали в вертикаль и есть смерть – настоящая смерть.

Но это является смертью лишь с одной стороны, с другой стороны – это воскресение. Вы умираете, чтобы родиться, умираете для одного измерения, чтобы родиться в другом. В горизонтали вы – Иисус, в вертикали вы становитесь Христом.

Если вы движетесь от одной мысли к другой, то остаетесь в мире времени. Если вы движетесь в момент, а не в мысль – то это движение в вечность. Вы не статичны – ничто не статично в этом мире, ничто не может быть статично – только новое движение, движение без мотивации. Запомните эти слова. На горизонтальном уровне ваше движение обусловлено мотивацией. Вы должны чего-то достичь – денег, престижа, власти или Бога, вы обязательно должны чего-то достичь, есть мотивация. Мотивированное движение означает сон.

Немотивированное движение означает осознанность – вы движетесь, потому что движение – это чистая радость, вы движетесь, потому что движение – это жизнь, вы движетесь, потому что жизнь – это энергия, а энергия – это движение. Вы движетесь, потому что энергия – это источник наслаждения, не из-за чего-то другого. В этом нет цели, вы не стремитесь чего-то достичь. По сути, вы никуда не движетесь, вы вообще не движетесь – вы просто наслаждаетесь энергией. За пределами движения цели нет. У движения есть свой внутренний смысл, внешнего смысла в нем нет. Будда тоже живет, Гераклит живет, я здесь живу, дышу, но это – другая разновидность движения… немотивированное движение.

Кто-то спросил меня несколько дней назад: «Почему вы помогаете людям в медитации?»

Я ответил ему: «Это приносит мне наслаждение. Нет никаких „почему“ – я просто наслаждаюсь». Как кому-то нравится сажать в землю семена, ждать появления цветов, так я наслаждаюсь, когда вы расцветаете. Это – садоводство. Когда кто-то расцветает, для меня это – чистый восторг. Поэтому я делюсь. Никакой цели нет. Если вы потерпите неудачу, меня это не огорчит, если вы не расцветете, это тоже нормально, потому что цветение не может быть насильственным. Нельзя силой раскрыть бутон – либо так вы убьете его. Это может походить на цветение, но это не цветение.

Весь мир движется, существование движется в вечность, ум же движется во времени. Существование движется в глубину и в высоту, а ум движется назад и вперед. Ум движется горизонтально – это сон. Если вы можете двигаться в вертикали – это осознанность.

Будьте в моменте. Перенесите все свое существо в момент. Не позволяйте вмешиваться прошлому, не разрешайте входить будущему. Прошлого уже нет, оно мертво. Иисус говорит: «Пускай мертвые хоронят своих мертвых». Прошлого больше нет! Почему вы так из-за него беспокоитесь? Почему вы продолжаете пережевывать его снова, и снова, и снова? Вы что, сошли с ума? Его больше нет, оно существует только в вашем уме, это всего лишь память. Будущего еще нет. Чем вы заняты, размышляя о будущем? Как можно думать о том, чего еще нет? Как можно строить какие-то планы? Что бы вы ни делали, они не реализуются, и тогда вы впадаете в отчаяние, потому что у целого есть собственный план. Почему вы пытаетесь создать свои собственные планы вопреки ему?

У существования есть свои планы, оно мудрее вас – целое должно быть мудрее части. Почему вы претендуете на то, чтобы быть целым? У целого – своя судьба, своя реализация. Почему вы беспокоитесь из-за него? Все, что вы ни сделаете, будет грехом, потому что вы будете упускать момент, этот момент. Если же это войдет в привычку – а именно так и происходит: если вы начинаете упускать, это приобретает форму привычки, – то, когда снова придет будущее, вы снова упустите его, потому что в тот момент оно уже не будет будущим, оно будет настоящим. Вчера вы размышляли о сегодняшнем дне, потому что для вчера это было завтра, теперь это сегодня, и вы думаете о завтра, а когда наступит завтра, это уже будет сегодня – потому что все, что существует здесь и сейчас, не может существовать где-либо еще. Если же вы устроены так, что ваш ум постоянно обращен к завтра, то когда вы будете жить? Завтра не наступает никогда. Вы будете по-прежнему упускать, и это – грех. Таково значение корня слова sin на иврите. Как только появляется завтра, появляется время. Вы совершили грех по отношению к существованию, вы упустили. Это превратилось в устойчивую систему: подобно роботу, вы продолжаете упускать.

Ко мне приезжают люди из дальних стран. Находясь там, они думают обо мне, очень интересуются мной, читают, думают, мечтают. Когда они приезжают сюда, то начинают думать о своих домах; не успев приехать, они тут же едут обратно! Они начинают думать о своих детях, женах, работе, о том и об этом, о тысяче и одной вещи. Я вижу всю эту глупость. Они снова вернутся туда и тогда будут думать обо мне. Они упускают, и это – грех.

Пока вы здесь, со мной, будьте здесь, со мной; будьте тотально здесь, со мной, чтобы суметь научиться новому способу движения, чтобы вы смогли передвигаться в вечности, не во времени.

Время есть мир, а вечность есть Бог. Горизонталь – это мир, вертикаль – это Бог. Обе встречаются в одной точке – где распят Иисус. Обе встречаются, горизонталь и вертикаль, в одной точке – эта точка здесь и сейчас. Из здесь и сейчас вы можете отправиться в два путешествия: первое – путешествие в мир, в будущее; второе – к Богу, вглубь. Становитесь все более осознанными, все более бдительными и чувствительными к настоящему.

Что вы станете делать? Как это может оказаться возможным? Вы пребываете в таком глубоком сне, что и это можете превратить в сновидение. Вы можете сделать это объектом ваших размышлений, превратить в мыслительный процесс. Вы можете создать из-за этого такое напряжение, что оно не позволит вам быть в настоящем. Если вы слишком много думаете о том, как быть в настоящем, эти размышления не помогут. Иногда вы будете испытывать сильное чувство вины… из-за того, что иногда движетесь в прошлое – а это будет случаться: это так долго было привычкой. Иногда вы будете думать о будущем – и в вас моментально появится чувство вины из-за того, что вы снова согрешили. Не вините себя; осознавайте этот грех, но не становитесь виноватыми, это – очень и очень тонкий момент. Если вы начнете винить себя, значит вы все упустили. Теперь старая модель поведения начинает работать уже по-новому: теперь вы испытываете чувство вины, потому что упустили настоящее. В этот момент вы уже думаете о прошлом, так как то настоящее – уже не настоящее, оно стало прошлым, и пока вы вините себя за это, вы продолжаете упускать.

Поэтому запомните одну вещь: каждый раз, когда вы вспоминаете, что погрузились в прошлое или в будущее, не создавайте из этого проблем, просто вернитесь в настоящее, не создавая никаких проблем. Все нормально! Просто вернитесь назад в свою осознанность. Вы будете упускать миллионы раз, это не случится прямо сейчас, мгновенно. Это может произойти, но из-за вас не происходит. Модель вашего поведения настолько долго существовала в строго фиксированной форме, что невозможно ее изменить прямо сейчас. Но не беспокойтесь, Бог никуда не торопится, вечность может ждать бесконечно долго.

Не создавайте из-за этого напряжения. Всякий раз, как вы почувствуете, что упустили, вернитесь, вот и все. Не вините себя: это ловушка ума, он снова играет в игру. Не сожалейте об этом: «Я снова забыл». Просто когда вы подумаете об этом, вернитесь к тому, чем вы заняты в этот момент: если вы принимаете ванну – вернитесь, если вы обедаете – вернитесь, если гуляете – вернитесь. Почувствовав, что вы не здесь и сейчас – вернитесь, просто вернитесь. Не создавайте чувство вины. Если вы чувствуете себя виноватым, то упускаете момент.

Есть грех, но нет вины – вам сложно это понять. Если вы чувствуете, что делаете что-то неправильно, то мгновенно начинаете винить себя. Ум очень и очень хитер. Если появилось чувство вины, значит, началась игра, фон новый, а игра – старая. Ко мне приходят люди и говорят: «Мы постоянно забываем». Они так печальны, когда говорят: «Мы постоянно забываем. Мы стараемся, но помним об этом лишь несколько секунд. Мы остаемся бдительными, помним о себе, но потом снова теряемся – что делать?» Ничего нельзя сделать. Дело не в действии. Что вы можете сделать? Единственное, что можно сделать, – не создавать чувство вины. Просто вернитесь.

Просто вернитесь… но не с серьезным лицом, не прикладывая огромных усилий, а с легкостью, не создавая из этого проблем, потому что у вечности нет проблем. Все проблемы существуют в горизонтальном плане, и эта проблема тоже будет существовать в горизонтальном плане. Вертикальному плану неведомы никакие проблемы, лишь чистый восторг. Без тревог, без мучений, без волнений, без вины. Будьте простыми и возвращайтесь.

Вы будете упускать много раз – это само собой разумеется. Но не надо из-за этого переживать – так есть. Вы будете много раз упускать, но суть не в этом. Не придавайте большого значения тому, что вы много раз упускали, придавайте большое значение тому факту, что вы много раз возвращались. Помните об этом. Акцент должен быть не на том, что вы много раз упускали, а на том, что вы много раз вновь обретали самовспоминание. Порадуйтесь этому. Упускание, конечно, должно быть. Вы – человек, и много-много жизней прожили в горизонтальном плане, так что это естественно. Красота заключается в том, что вы много раз возвращались. Вы сделали невозможное – порадуйтесь этому!

За двадцать четыре часа вы упустите момент двадцать четыре тысячи раз, но двадцать четыре тысячи раз вы вернетесь обратно. Теперь начнет функционировать новый образ действий. Вы столько раз возвращались домой, теперь постепенно новое измерение пробивает себе путь. Вы все дольше и дольше сможете пребывать в осознанности, все реже и реже будете двигаться назад-вперед. Временные интервалы перемещения туда и обратно будут постоянно сокращаться. Вы будете все меньше забывать и все больше вспоминать, это – вхождение в вертикаль. И вдруг однажды горизонталь исчезнет. Осознанность обретает глубину, и горизонталь исчезает.

Это имеют в виду Шанкара, веданта и индуизм, называя этот мир иллюзией… потому что, когда осознанность становится совершенной, этот мир – мир, созданный вашим умом, – просто исчезает. Вам открывается новый мир. Майя исчезает, иллюзия исчезает. Иллюзия существует, потому что вы спите, вы бессознательны. Это все походит на сон. Ночью вы погружаетесь в сновидение, и когда вам снится сон, он кажется очень реалистичным. Вам когда-нибудь приходила во сне мысль: «Это невозможно»? Во сне происходит невозможное, но вы не сомневаетесь в его реальности. Во сне вы всему верите: никто, даже Бертран Рассел, не является во сне скептиком. Нет! Во сне каждый подобен ребенку, веря во все, что происходит. Вам является жена и внезапно превращается в лошадь. Ни на одно мгновение вы не задумываетесь: «Как такое возможно?»

Сон – это доверие, это вера. Невозможно усомниться во сне. Как только вы начнете сомневаться во сне, правила будут нарушены. Если вы усомнитесь в нем, сон начнет таять. Если хотя бы раз вам удастся вспомнить, что происходящее – сон, внезапно это станет для вас потрясением. Сон пошатнется, и вы станете полностью пробужденными.

Мир, который вы видите вокруг, – не реален. Не то чтобы он не существовал. Он существует, но вы видите его сквозь сон, между вами и миром – бессознательность. Вы смотрите и по-своему его интерпретируете. Вы как будто пьяны.

* * *

Как-то раз изрядно выпивший Мулла Насреддин подбегает к закрывающимся дверям лифта, кое-как успевает заскочить внутрь. Лифт переполнен, и все люди, находящиеся в нем, по запаху тут же понимают, что Мулла Насреддин пьян. Он пытается изобразить, что трезв, поворачивается лицом к двери, но ничего не видит своими пьяными, сонными глазами. Он пытается удержаться на ногах, но и это ему не удается. Насреддин приходит в замешательство: он чувствует, как все смотрят на него и понимают о том, что он мертвецки пьян. Тут он внезапно забывает, где находится, и говорит:

– Должно быть, вы хотите знать, по какому поводу я вас всех здесь собрал.

* * *

Увидев вокруг столько людей, он вообразил, что это именно он созвал их всех и теперь они хотят знать, по какому поводу. К утру он придет в себя и посмеется над собой, как вы смеетесь над ним сейчас.

Все будды в момент пробуждения начинали смеяться. Их смех подобен рычанию льва. Они смеются, но не над вами, а над вселенской шуткой. Раньше они жили во сне, были целиком одурманены желаниями, и через призму желаний смотрели на существование. И это не было истинным существованием, потому что они проецировали на него свои сновидения.

Вы воспринимаете существование как экран, и проецируете на него свои умы, и видите то, чего нет, и не видите того, что есть. А ум для всего найдет объяснения. Если появляется сомнение, ум находит объяснение. Он создает теории, философии, системы, просто ради комфорта, чтобы все было правильно. Все философии существуют, чтобы сделать жизнь удобной, чтобы внешне все было хорошо, правильно, но в действительности все не так до тех пор, пока вы спите.

* * *

Ко мне пришел один человек. Он переживал из-за своей прекрасной дочери. Он был очень обеспокоен:

– Каждое утро она чувствует слабость, я консультировался со всеми врачами, но они говорят, что с ней все в порядке. Что делать?

Я ответил ему:

– Ступай к Мулле Насреддину. Он самый мудрый в наших местах, он знает все, потому что я ни разу не слышал, чтобы он говорил «Я не знаю». Ступай.

Он ушел, а я пошел вслед за ним – послушать, что скажет Насреддин. Тот закрыл глаза, поразмышлял над проблемой, затем открыл глаза и сказал:

– Вы даете ей молоко перед сном?

Отец ответил:

– Да.

Насреддин объяснил:

– Вот, я и нашел источник проблемы: если дать ребенку молоко, ночью он без конца ворочается с боку на бок, молоко взбалтывается и превращается в творог, из творога получается сыр, из сыра – масло, из масла – жир, из жира – сахар, из сахара – алкоголь. Ясное дело, утром ее мучает похмелье.

* * *

Вот что такое все эти философии: какие-то объяснения, объяснения необъяснимых явлений, претензии на знание о том, что неизвестно. Но они делают жизнь удобной. С ними легче спать, они – как транквилизаторы.

Запомните, это отличает религию от философии: философия – это транквилизатор, а религия – это шок; философия помогает вам крепче спать, а религия выводит вас из состояния сна. Религия – это не философия, она – способ вывести вас из вашей неосознанности, в то время как все философии – это способы, помогающие вам лучше спать, они дарят вам сны, утопии.

Религия забирает у вас все сны, все утопии. Религия ведет вас к истине, а истина возможна, только если вы не спите. Спящий ум не способен увидеть истину. Спящий ум и истину превратит в сон.

Вы когда-нибудь замечали такое: вы заводите будильник, утром вам нужно встать в четыре часа, чтобы успеть на поезд. Когда будильник срабатывает, ваш ум создает видение: вы сидите в храме и слышите звон колоколов – хорошее объяснение. Будильник больше не представляет собой проблемы, он не может вас разбудить, вы мгновенно нашли ему объяснение. Ум очень изворотлив.

Сейчас психоаналитики озадачены тем, как это происходит, как ум может работать настолько быстро, настолько оперативно. Это так трудно! Ум должен заранее это придумывать. Как вы вдруг оказываетесь в храме, где звонят колокола? Срабатывает будильник, и сразу же, прямо во сне, у вас находится объяснение. Вы пытаетесь избавиться от будильника, вам не хочется вставать, не хочется подниматься с постели холодной зимней ночью. Ум говорит: «Это не будильник. Ты находишься в храме». Объяснение найдено, и вы продолжаете спать.

Вот чем занимаются философии, вот почему их так много – потому что каждому необходимо свое объяснение. То объяснение, которое помогает уснуть кому-то другому, не поможет вам. Об этом и говорит Гераклит в своем изречении.

Теперь постарайтесь его понять. Он говорит:

Люди так рассеянны и невнимательны в минуты бодрствования к тому, что происходит вокруг, как будто они все еще пребывают во сне.

Во сне вы не осознаете происходящего. А понимаете ли вы, что происходит вокруг, когда вы бодрствуете?

Было проведено множество исследований. Девяносто восемь процентов информации, поступающей в ваш мозг, никогда в него не попадает – девяносто восемь процентов! Только двум процентам позволяется проникнуть внутрь, да и эти два процента тоже обрабатываются умом. Я что-то говорю, а вы слышите что-то другое. Я говорю что-то еще, а вы обрабатываете это таким образом, чтобы ваш сон не был потревожен. Ум немедленно предоставляет вам свою трактовку. В своем уме вы находите место для этой информации, и ум впитывает ее, она становится частью ума. Вот почему вы продолжаете упускать Будд, Иисусов, Гераклитов и других. Они продолжают общаться с вами, они не перестают говорить вам о том, что что-то обрели, что-то пережили, но когда они говорят вам об этом, вы мгновенно интерпретируете их слова. У вас есть свои собственные уловки.

Гераклит весьма докучал Аристотелю, и тот решил, что в характере Гераклита, должно быть, имеется какой-то изъян, вот и все – кончено! Вы определили его в отдельную категорию, потому что он вам не подходит, беспокоит вас. Должно быть, Гераклит тяжелым грузом давил на ум Аристотеля, потому что Аристотель движется по горизонтали, в этом он мастер, а этот человек пытается бросить вас в пропасть. Аристотель движется по ровной поверхности логики, а этот человек пытается столкнуть вас в нечто загадочное. Здесь необходимо объяснение. Аристотель говорит: «У этого человека есть какой-то изъян, какой-то биологический, физиологический, „характерологический“ изъян. Иначе отчего бы он настаивал на парадоксах? Отчего бы он настаивал на загадках? Отчего бы он стал утверждать, что существует гармония между противоположностями? Противоположности есть противоположности. Между ними нет никакой гармонии. Жизнь есть жизнь, смерть есть смерть. Нужно ясно разделять вещи, не смешивая. Кажется, этот человек всем морочит голову».

То же самое чувствовал Лао-цзы. Он говорил: «Кажется, что, кроме меня, кругом одни мудрецы. Кажется, что все, кроме меня, так умны – а я дурак!» Лао-цзы – один из величайших, мудрейших людей на свете, но, находясь среди вас, он чувствует себя дураком. Лао-цзы говорит: «Кажется, что все так ясно мыслят, а у меня в голове полная неразбериха». То, что Аристотель говорит о Гераклите, Лао-цзы говорит о самом себе.

Лао-цзы говорит: «Когда кто-то слушает мои наставления, не используя ум, он становится просветленным. Если же кто-то пропускает мои идеи через ум, то он находит свои собственные объяснения, которые не имеют ко мне никакого отношения. Когда кто-то слушает, совсем не слушая, – есть такие люди, которые слушают, не слушая, – когда кто-то слушает так, как будто вовсе не слушает, тогда он смеется над моей глупостью». Большинство людей принадлежит к третьему типу. Лао-цзы говорит: «Если большинство не смеется над вами, значит вам необходимо осознать, что вы говорите что-то неверное. Если же большинство смеется, только тогда в ваших словах есть истина. Когда большинство думает, что вы глупец, только тогда существует вероятность того, что вы мудрый человек, в иных случаях это невозможно».

Аристотелю мысли Гераклита кажутся неразберихой. Вам тоже так покажется, потому что Аристотель захватил все университеты, все колледжи по всему миру. Теперь везде учат логике, а не мистике. Повсюду вас учат быть рационалистами, не мистиками. Всех учат быть понятными. Если вы хотите быть понятными, тогда вам придется двигаться по горизонтали, где А – это А, В – это В, и А никогда не В. Но в мистической бездне вертикали границы пересекаются и сливаются: мужчина – это женщина, женщина – это мужчина, правильное неверно, неверное правильно, темнота – это свет, свет – это темнота, жизнь есть смерть, а смерть – жизнь. Все границы пересекаются и сливаются. Поэтому Бог – тайна, а не силлогизм. Те, кто предъявляет доказательства существования Бога, по сути, делают невозможное: не может быть доказательств существования Бога. Доказательства существуют на горизонтали.

Таково значение доверия: вы падаете в эту пропасть, переживаете ее на своем опыте, просто исчезаете в ней – и тогда вы знаете. Вы знаете лишь тогда, когда ум отсутствует, никогда не раньше.

Глупцы, хоть и слышат, уподобляются глухим, о них говорится в высказывании, что, присутствуя, они отсутствуют.

Где бы вы ни были – это точно то место, в котором вас нет. Вы можете быть где-то еще, но не там, где вы находитесь. Где бы вы ни были, вас там нет.

В древних тибетских писаниях говорится, что Бог неоднократно приходит к вам, но никогда не застает вас там, где вы находитесь. Он стучит в вашу дверь, но хозяина нет – он всегда где-то еще. Вы в своем доме, в себе или где-то еще? Как Бог может найти вас? Не нужно идти к нему, просто будьте дома, и он сам вас найдет. Он ищет вас так же, как вы ищете его. Просто будьте дома, чтобы, когда Бог придет, он смог вас найти. Он приходит, стучится в дверь миллионы раз, ждет у двери, но вас никогда нет дома.

Гераклит говорит:

Глупцы, хоть и слышат, уподобляются глухим, о них говорится в высказывании, что, присутствуя, они отсутствуют.

Это и есть сон: отсутствовать, не быть в моменте, быть где-то еще.

* * *

Однажды Мулла Насреддин сидел в кофейне и говорил о своей щедрости. А когда он говорит, он сильно преувеличивает, как и любой другой человек, а потом забывает, о чем говорил. Потом кто-то сказал ему:

– Насреддин, если ты такой щедрый, почему ты никогда не приглашаешь нас в свой дом? Ни разу – даже на легкое угощение. Что ты на это скажешь?

Он так разволновался, что напрочь забыл о своей жене и ответил:

– Пойдемте, прямо сейчас!

Чем ближе они подходили, тем трезвее становился Насреддин. Он вспомнил про свою жену и испугался – к нему шли тридцать человек. Уже возле дома он сказал:

– Подождите здесь, вы все знаете, что у меня есть жена. У вас тоже есть жены, так что вам это знакомо. Подождите. Сначала я войду и попытаюсь ее уговорить, а потом позову вас.

Так он ушел и пропал.

Они все ждали и ждали, а он никак не возвращался. Тогда они постучали в дверь. Насреддин во всех подробностях рассказал жене о случившемся, о том, что он перестарался, рассказывая друзьям о собственной щедрости, и был пойман на слове. Жена ответила:

– Но у нас нет ничего, чтобы накормить тридцать человек, и в столь поздний час купить что-либо тоже невозможно.

Тогда Насреддин сказал:

– Сделай вот что: когда они постучат в дверь, просто пойди и скажи им, что Насреддина нет дома.

Когда они постучали, жена вышла и сказала:

– Насреддина нет дома.

Они возразили:

– Странно, ведь мы пришли вместе с ним, он вошел внутрь, и мы не видели, чтобы он выходил. Мы все ждали здесь на ступеньках, тридцать человек, он должен быть дома. Пойди и найди его. Наверное, он где-то спрятался.

Жена вернулась в дом и спросила:

– Что делать?

Насреддин заволновался.

– Подожди! – сказал он и пошел к ожидающим его людям. – Что вы такое говорите? Он же мог выйти через заднюю дверь!

* * *

Такое возможно, и это происходит с вами каждый день. Он совершенно забылся, вот что произошло – в своей логике он забыл себя. И его логика, и его аргументы правильны, но что значит: «Вы ждете у парадного входа, а он мог выйти через заднюю дверь»? Логика верна, но Насреддин совсем забыл, что он сам же это и говорит.

Вы не присутствуете. Вы не присутствуете в настоящем ни для мира, ни для самих себя. Это и есть сон. Тогда как вы можете слышать? Как вы можете видеть? Как вы можете чувствовать? Если вы не присутствуете здесь и сейчас, все двери закрыты. Вы – не живой человек, вы мертвы. Вот почему Иисус снова и снова говорит своим слушателям: «Имеющий уши да услышит меня, имеющий глаза да увидит меня!»

Гераклит, должно быть, встречал многих людей, которые слушают, но не слышат, которые смотрят, но не видят, потому что их дома абсолютно пусты. Хозяина нет дома: глаза смотрят, уши слушают, но хозяина внутри нет. Глаза – это всего лишь окна, они не могут видеть, пока вы не смотрите через них. Как окно может видеть? Вы должны стоять у окна, только тогда вы сможете видеть. Как? Это всего лишь окно, оно не может чувствовать. А если вы там, это все меняет.

Все тело подобно дому, а ум все время пребывает в разъездах, хозяин постоянно где-то путешествует, и дом пустует. А жизнь стучится в ваши двери – можно называть ее Богом или как угодно иначе, имя не важно, назовите ее существованием – она стучится в дверь, она постоянно стучится, но вас там никогда не оказывается. Это и есть сон.

Не следует действовать и говорить подобно спящим.

Действуйте, говорите с полной осознанностью, тогда вы обнаружите в себе колоссальные изменения. Сам факт того, что вы осознанны, меняет ваше поведение. Теперь вы не можете согрешить. Не потому что вам приходится контролировать себя, нет! Контроль – плохая замена осознанности, очень плохая замена, он не очень эффективен. Если вы осознанны, вам не нужно контролировать свой гнев, в осознанности гнев никогда не возникает. В осознанности многие вещи просто исчезают, все те вещи, которые связаны с негативом.

Это подобно свету: когда в доме горит свет, как в нем может существовать темнота? Она просто сбегает. Когда ваш дом освещен, как в нем можно споткнуться? Как вы можете начать стучаться в стену? Свет горит, вы знаете, где дверь, и просто идете к двери, вы можете и выйти, и войти. В темноте вы спотыкаетесь, идете на ощупь, падаете. Злость – не что иное, как спотыкание, зависть – не что иное, как блуждание впотьмах. Все то, что неправильно – неправильно не само по себе, а потому, что вы живете в темноте.

Если Иисус захочет, он может быть злым, он может это использовать. Вы не можете пользоваться злостью – она использует вас. Если Иисус чувствует, что это может принести благо, он может воспользоваться всем, чем угодно, он – мастер. Иисус может злиться, не будучи злым. Многие люди работали с Гурджиевым, а он был ужасным человеком. Если он злился, его гнев был страшен, он походил на убийцу. Но это была всего лишь игра, просто игра, просто ситуация, которая могла кому-то помочь. И тут же, не проходило и секунды, он смотрел на другого человека и улыбался. Потом он смотрел на первого человека и снова становился злым и грозным.

Это возможно. Когда вы осознанны, то можете пользоваться всем. Даже яд становится эликсиром, когда вы осознанны; когда же вы спите, даже эликсир становится ядом, потому что все целиком зависит от того, бдительны вы или нет. Действия не имеют никакого значения. Действия не важны. Вы, ваша осознанность, ваше пребывание в осознанности, внимательности – вот что имеет значение. Что именно вы делаете – не важно.

* * *

Однажды к великому буддийскому мастеру, Нагарджуне, пришел вор. Он буквально влюбился в Нагарджуну, потому что никогда раньше не видел такого прекрасного человека, такой безграничной милости. Вор спросил мастера:

– Есть ли какая-то возможность и для моего роста? Только я сразу должен предупредить вас: я – вор. И второе: я не могу оставить это занятие, так что не выставляйте мне это в качестве условия. Я сделаю все, что вы скажете, но я не могу перестать быть вором. Я пытался это сделать много раз, но ничего не получалось, и я решил бросить эти попытки. Я принял свой жребий, что мне суждено остаться вором, так что не говорите об этом. Я хочу прояснить это с самого начала.

Нагарджуна ответил:

– Чего ты боишься? Кто собирается говорить о твоем воровстве?

Вор сказал:

– Но всякий раз, когда я прихожу к какому-нибудь монаху, религиозному проповеднику или святому, они всегда говорят: «Сначала прекрати воровать».

Нагарджуна рассмеялся и сказал:

– Значит, ты, должно быть, ходил к ворам, иначе почему их это так заботит? Меня это не беспокоит!

Вор был счастлив и сказал Нагарджуне:

– Тогда хорошо. Кажется, теперь я смогу стать учеником. Вы – тот мастер, который мне нужен.

Нагарджуна принял его в ученики и сказал:

– Теперь ты можешь идти и делать все, что захочешь. Лишь одно условие ты должен выполнять: будь осознан! Иди, забирайся в дома, забирай вещи, воруй. Делай все, что хочешь, это меня совсем не волнует, я – не вор. Но делай это с полной осознанностью.

Вор не понял, что попался в ловушку. Он сказал:

– Тогда все отлично. Я попробую.

Три недели спустя он вернулся и сказал:

– Вы – хитрец, потому что если я осознан, то не могу воровать. Если я ворую, исчезает осознанность. Я оказался в тупике.

Нагарджуна сказал:

– Не говори больше о том, что ты вор. Меня это не заботит, я – не вор. Теперь решай сам! Если ты хочешь быть осознанным, тогда решай. Если не хочешь, то решение все равно за тобой.

Тот ответил:

– Но теперь это трудно. Я слегка ощутил этот вкус, и он так прекрасен – я оставлю все, что ты скажешь: Несколько ночей назад я впервые смог пробраться в королевский дворец. Я открыл сокровищницу, я мог стать самым богатым человеком во всем мире, но ты следовал за мной, и мне пришлось быть осознанным. Когда я стал осознанным, внезапно не осталось никакой мотивации, никакого желания. Когда я стал осознанным, бриллианты показались камнями, обычными камнями. Как только я утрачивал осознанность, сокровище было на месте. Я ждал и проделывал это много раз. Когда я становился осознанным, становился подобным Будде, то не мог даже прикоснуться к ним, потому что это все выглядело глупо, нелепо – просто камни, что я делаю? Теряю себя из-за камней? Но затем я терял осознанность, и они вновь становились прекрасными, полная иллюзия. В конце концов, я решил, что они того не стоят.

* * *

Как только вы познали осознанность, ничто не может превзойти ее – вы познали величайшее блаженство жизни. Затем внезапно многие вещи просто отпадают, становятся глупыми, нелепыми. Мотива нет, желания нет, сны растаяли.

Не следует действовать и говорить подобно спящим.

Это – единственный ключ.

Для всех бодрствующих существует один общий мир, а для каждого спящего – свой собственный.

У снов очень личный, сугубо личный характер! Никто не может проникнуть в ваш сон. Вы не можете разделить сон со своим возлюбленным. Мужья и жены спят в одной постели, но сны видят порознь. Невозможно разделить сон, потому что он – ничто, как можно поделиться ничем? Как мыльный пузырь, он совершенно не экзистенциален, им невозможно поделиться, вы вынуждены видеть сны в одиночестве.

Вот почему из-за спящих, столь многих спящих, существует так много миров. У вас есть свой собственный мир. Если вы спите, то живете в окружении ваших собственных мыслей, концепций, грез, желаний. Как только вы кого-то встречаете, два мира сталкиваются, приходят в противоречие друг с другом – такова ситуация. Понаблюдайте!

Понаблюдайте, как разговаривают муж и жена: они вообще не разговаривают. Муж думает о работе, о зарплате, жена думает о нарядах на Рождество. Внутри каждый из них имеет свой собственный мир, но их личные миры где-то встречаются – или, скорее, сталкиваются, – потому что наряды жены будут зависеть от зарплаты мужа, а зарплата мужа обеспечит наряды жене. Жена говорит: «Дорогой», – но за этим словом, «дорогой», кроется мысль о нарядах, она думает о них. Слово «дорогой» не означает того, что о нем написано в словаре, потому что каждый раз, когда женщина говорит «дорогой», это всего лишь прикрытие, и муж мгновенно пугается. Конечно, он этого не показывает, потому что, когда кто-то говорит «дорогой», нельзя показывать испуг. И он отвечает: «Да, дорогая? Как ты?» Но он боится, потому что думает о своей зарплате, знает о приближающемся Рождестве и чувствует опасность.

* * *

Жена Муллы Насреддина говорит ему:

– Что случилось? Я плакала, рыдала, слезы катились по моим щекам, а ты даже не поинтересовался, почему я плачу.

Насреддин ответил:

– Довольно! Такие вопросы слишком дорого обходятся. В прошлом я совершал эту ошибку очень много раз, твои слезы – это не слезы, это платья, новый дом, новая мебель, новая машина, многие вещи скрываются за этими слезами. Эти слезы – лишь начало.

* * *

Диалог невозможен, потому что внутри существуют два различных мира… Возможен только конфликт.

Сны – дело личное, истина – нет. Истина не может быть личной, она не может быть моей или вашей, истина не может быть христианской или индуистской, истина не может быть индийской или греческой. Истина не может быть личной. Сны – да. Все личное – запомните – принадлежит миру снов. Истина – это открытые небеса, она для всех, она едина.

Вот почему Лао-цзы говорит, что язык может отличаться: когда говорит Будда, его язык отличается, когда говорит Гераклит, у него другой язык – но говорят они об одном и том же, указывают на одно и то же. Они не живут в своем мире. Их личный мир исчез вместе с их грезами, желаниями – вместе с умом. Ум имеет собственный мир, но у сознания нет своих миров. Пробужденные имеют один общий мир… Все, кто бодрствует, имеют один общий мир – существование. А все спящие и грезящие имеют каждый свой собственный мир.

Ваш мир должен быть отброшен – это единственное, от чего я прошу вас отречься. Я не говорю вам оставить жену, не говорю уйти с работы или отказаться от денег, отказаться от чего-либо, нет! Я просто говорю вам оставить ваш личный мир снов. Вот что для меня означает саньяса. Старая саньяса отказывалась от мира, от видимого. Человек отправлялся в Гималаи, бросал жену и детей – в этом нет никакого смысла. Не мир нужно оставить. Как его можно оставить? Даже Гималаи принадлежат этому миру. Настоящий мир, от которого необходимо отказаться, – ум, личный мир снов. Если вы отречетесь от него, то, оказавшись на рынке, вы будете в Гималаях. Если вы не отречетесь от него, то и в Гималаях создадите вокруг себя свой собственный мир.

Как можно сбежать от самого себя? Где бы вы ни оказались, вы будете с самим собой. Куда бы вы ни направились, вы будете вести себя одинаково. Ситуации могут отличаться, но как вы сможете измениться? Вы будете спать и в Гималаях. Какая разница от того, будете ли вы спать здесь, в Пуне, или вы будете спать в Бостоне, или вы будете спать в Лондоне, или в Гималаях? Где бы вы ни были, вы будете грезить. Отбросьте сны! Станьте более бдительными. Внезапно сны исчезнут, и вместе с ними исчезнут все несчастья.

Все, что мы видим, когда бодрствуем, есть смерть, а когда спим – сон.

Это поистине прекрасно: когда вы спите, то видите сны, иллюзии, миражи, ваше собственное создание, ваш собственный мир. Когда вы просыпаетесь, что вы видите? Гераклит говорит: «Когда вы просыпаетесь, то видите повсюду смерть». Может быть, поэтому вы не хотите видеть. Может быть, поэтому вы грезите и создаете вокруг себя облака из снов, чтобы не пришлось столкнуться лицом к лицу со смертью. Но помните: человек становится религиозным только после того, как встретится со смертью, никак не раньше.

Когда вы встречаетесь со смертью, когда вы сталкиваетесь с ней лицом к лицу, когда вы не избегаете ее, не уклоняетесь, не убегаете, не создаете вокруг себя облако, когда вы смотрите ей в лицо, встречаетесь с ней, с фактом смерти, внезапно вы осознаете, что смерть есть жизнь. Чем глубже вы движетесь в смерть, тем глубже вы движетесь в жизнь, потому что, как говорит Гераклит, противоположности встречаются и сливаются, они – одно.

Если вы пытаетесь убежать от смерти, помните: вы будете убегать и от жизни тоже. Поэтому вы выглядите такими безжизненными. В этом парадокс: убегая от смерти, вы становитесь мертвым – встречая лицом к лицу, принимая смерть, вы становитесь живым. В момент, когда вы сталкиваетесь со смертью так сильно, что начинаете чувствовать, что умираете, – не только снаружи, но и внутри тоже чувствуете смерть, прикасаетесь к ней – наступает кризис. Это крест Иисуса, кризис умирания. В момент, когда вы умираете в одном мире – мире горизонтальном, мире ума, – вы возрождаетесь в другом.

Воскресение Иисуса – явление не физического плана. Христиане без нужды создали вокруг него столько гипотез. Оно – не воскрешение этого тела, оно – воскрешение этого тела в другом измерении, воскрешение другого тела, которое никогда не умирает, в другом измерении. Это тело временно, а то тело – вечно. Иисус воскресает в ином мире, мире истины, личный мир исчез.

В этот последний момент Иисус говорит, что он обеспокоен, встревожен. Даже такой человек, как Иисус, умирая, волновался – так должно быть. Он говорит Богу, он кричит: «Что ты делаешь со мной?» Он хотел бы зацепиться за горизонтальный мир, хотел бы ухватиться за жизнь – даже такой человек, как Иисус.

Поэтому не вините себя, вам тоже хотелось бы за что-то зацепиться. Это – проявление человеческого в Иисусе, он более человечен, чем Будда или Махавира. Это свойственно человеку: при встрече со смертью он беспокоится, кричит, но не возвращается назад, не падает. В то же мгновение он осознает, о чем просит. Тогда он говорит: «Исполнится воля твоя!» – и расслабляется, сдается. В тот же миг колесо поворачивается – он больше не в горизонтали, он вошел в вертикаль, в глубину. Там он воскресает в вечности.

Умрите для времени, чтобы воскреснуть в вечности.

Умрите для ума, чтобы ожить в сознании.

Умрите для мысли, чтобы родиться в осознанности.

Гераклит говорит: «Все, что мы видим, когда бодрствуем, есть смерть».

Вот почему мы живем в мечтах, снах, транквилизаторах, наркотиках, опьянении – чтобы не столкнуться с этим фактом. Но вам необходимо встретиться с этим фактом. Если вы встретитесь с ним лицом к лицу, этот факт обернется истиной, если же будете избегать, то будете жить во лжи. Если встретиться с этим фактом, он становится дверью в истину. Смерть – факт, это нужно принять. Истина станет жизнью, вечной жизнью, изобилием жизни, жизнью, которой нет конца.

И тогда смерть перестает быть смертью. Тогда жизнь и смерть – одно, как два крыла, – это и есть скрытая гармония.

Достаточно на сегодня.

Глава 3

Мудрость едина и уникальна

Каждому присуще

познавать себя

и быть умеренным.

Умеренность – величайшая из добродетелей.

Мудрость заключается в том,

чтобы говорить и действовать из истины,

осознавая природу вещей.

Слушая меня, но не Логос,

будет мудрым признать,

что все едино.

Мудрость есть одно —

познать разум, управляющий

всем через все.

Мудрость едина и уникальна —

она не желает и желает

называться именем Зевса.

* * *

Нужно прояснить некоторые моменты, прежде чем мы начнем разбирать эти сутры Гераклита.

Первое: познать себя – самое сложное. Так не должно быть. Наоборот, это должно быть самым простым. Но по многим причинам это не так. Это стало так сложно, вы столько вложили в собственное невежество, что кажется почти невозможным повернуть назад, вернуться к источнику, встретиться с собой.

Вся ваша жизнь, как она есть, какой она одобряется обществом, государством, церковью, основана на незнании себя. Вы живете, не зная себя, потому что общество не хочет, чтобы вы знали себя. Это опасно для общества. Человек, знающий себя, обречен на бунтарство.

Знание – это величайшее восстание, я имею в виду знание себя, не те знания, которые собраны в Писаниях, не те знания, которые получены в университетах, но знание, которое появляется, когда вы сталкиваетесь со своим существом, когда вы приходите к себе полностью обнаженными, нагими, когда вы видите себя такими, какими вас видит Бог, а не такими, какими вас хочет видеть общество. Когда вы видите ваше исконное существо в его тотальном диком цветении – а не как что-то цивилизованное, обусловленное, окультуренное, отполированное.

Общество хочет превратить вас в робота, а не революционера, потому что робот может принести пользу. Управлять роботом просто, но почти невозможно управлять человеком, познавшим себя. Как можно управлять Иисусом? Как можно доминировать над Буддой или Гераклитом? Это не принесет результата, они не подчинятся диктату. Они будут двигаться из своего собственного существа. Они будут как ветер, как облака, как реки. Они будут дикими – конечно, прекрасными, естественными, но опасными для фальшивого общества. Они не будут соответствовать. Будда всегда будет оставаться неуместным, Иисус будет обречен на распятие, если только мы не создадим в мире естественное общество.

Общество хочет доминировать, привилегированные классы хотят доминировать, угнетать, эксплуатировать. Для них будет лучше, если вы останетесь совершенно не знающими себя. Это – первая трудность. Человеку приходится рождаться в обществе. Родители – часть общества, учителя – часть общества, священники – часть общества. Общество вездесуще, оно окружает вас повсюду. И кажется действительно невозможным – как из этого выбраться? Как найти дверь назад, к природе? Вас оградили со всех сторон.

Вторая трудность возникает из вашей сущности, потому что вы тоже захотите угнетать, доминировать, вы тоже захотите обладать, иметь власть. Человека, познавшего себя, невозможно поработить, и он также не сможет превратить кого-то в раба. Невозможно угнетать человека знания, и человек знания не может никого угнетать. Над ним нельзя доминировать, и он сам не будет доминировать. В том измерении доминирование просто исчезает. Им нельзя обладать, как и он не будет никем обладать. Он будет свободным и поможет быть свободными другим. Эта трудность гораздо более серьезная, чем первая. Можно избегать общества, но как избежать своего собственного эго? Вы боитесь – потому что человек знания просто не мыслит категориями обладания, доминирования, власти. Он невинен, как дитя. Он хочет жить совершенно свободно, и ему хочется, чтобы и другие жили в тотальной свободе.

Этот человек станет свободой здесь, в вашем мире рабства. Вы бы хотели, чтобы вас не эксплуатировали? Да, скажете вы, вам хотелось бы, чтобы вас не эксплуатировали. Вам бы хотелось не быть заключенным? Да, вам бы хотелось не быть заключенным. Но хотите ли вы также еще одной вещи: не превращать в заключенных других? Не доминировать, не угнетать и не эксплуатировать? Не убивать дух, не превращать человека в вещь? Это трудно. И запомните: если вы хотите доминировать, будут доминировать и над вами. Если вы хотите эксплуатировать, будут эксплуатировать и вас. Если вы хотите, чтобы другие были вашими рабами, вы сами будете порабощены. Это две стороны одной медали. В этом состоит трудность познания себя. В противном случае, познание себя было бы проще всего. Необходимости прилагать какие-либо усилия просто не должно быть.

Усилия нужны для этих двух вещей, они и являются преградами. Просто понаблюдайте за этими двумя препятствиями и начните отбрасывать свои собственные. Первый шаг – доминирование, эксплуатация, и вдруг вы сможете выбраться из ловушки общества.

Проблема – в эго, из-за него вы не можете познать себя. Эго наделяет вас ложными образами того, кем вы являетесь, и если носить эти образы длительное время, появляется страх. Он возникает из-за того, что, если образ будет разрушен, ваша личность тоже будет разрушена. Вы создаете фальшивое лицо и начинаете бояться: если исчезнет это фальшивое лицо, кем же вы тогда будете? Вы сойдете с ума, ведь вы столько в него вложили. Думая о себе, каждый использует очень возвышенные и очень фальшивые слова. Никто с ними не соглашается, никто их не поддерживает, и тогда ваше эго решает, что неправы все остальные.

* * *

Я был знаком с одним стариком, очень пожилым человеком. Он почти полвека прожил в одном доме, в провинциальном городе, никогда не выезжал за его пределы, да и в сам город тоже не выходил. Все время он проводил в своем доме, такой закрытый, погруженный в свой мир человек: ни друзей, ни жены – вечный холостяк, детей нет, родители умерли, совершенно один. Люди считали, что он слегка чудаковат, немного не в себе. Никто его никогда не навещал, он тоже не ходил ни к кому в гости. Но однажды он поверг в шок весь город, всех соседей: он переехал в другой дом, рядом со старым. Все соседи собрались и стали спрашивать:

– Что случилось?

Полвека он прожил в одном доме, и отчего так неожиданно?..

Тот ответил:

– Представляете, кажется, в моих жилах течет цыганская кровь.

* * *

Таков его образ. Не важно, согласны вы с ним или нет, но он считает себя цыганом. Точно так же каждый из вас носит свой собственный образ.

Тогда возникает первая проблема: если вы хотите познать себя, вам необходимо отбросить ваши фальшивые образы, вы должны увидеть себя таким, как есть, а в этом не так уж и много красоты, вот в чем беда. Красоты в этом нет, вот почему вы создали такие прекрасные образы – чтобы спрятаться. Если вы увидите себя полностью обнаженным, эта картина не будет радовать глаз. Потому что вы увидите злость, зависть, увидите ненависть и еще миллионы собственных недостатков. Вы мните себя потрясающим любовником, а в вас открываются ревность, чувство собственничества, ненависть, злость и прочий всевозможный негатив. Вам кажется, что вы очень красивы, но, погрузившись в себя, вы столкнетесь с уродством и тут же отвернетесь.

Вот почему на протяжении тысячелетий будды все время учат вас: «Познайте себя», – но никто их не слушает. Познать себя кажется таким трудным делом. Почему? Потому что вам придется столкнуться с уродствами. Все эти уродства реальны, через них нужно пройти. Внутри вас – прекрасное существо, но это прекрасное существо находится не снаружи, оно – внутри. И чтобы достичь его, нужно пройти через все внешнее. Невозможно этого избежать, бежать некуда, через это нужно пройти. Нужно пройти через все уродство, весь негатив, ненависть, зависть, жестокость, агрессию. Если вы готовы, достаточно созрели для того, чтобы пройти через оболочку, только тогда вы достигнете центра. Тогда картина меняется.

В центре вы – Бог.

Снаружи вы – мир, а мир уродлив. Снаружи вы не более чем общество в миниатюре, а общество уродливо. На периферии вы – Наполеон, Гитлер, Чингисхан, Тамерлан, все политики, все безумцы этого мира. Снаружи вы – все это в миниатюре. В вас – вся история агрессии, жестокости, гнета, рабства. Снаружи, запомните, вы – та история, что принадлежит миру. Здесь присутствует все, так должно быть, потому что ум не принадлежит вам, он – продукт, порожденный обществом. В уме содержатся все семена прошлого, все болезни прошлого, все уродство прошлого, потому что ум принадлежит коллективному. Бывают моменты, когда вы можете видеть и наблюдать в себе своего собственного Чингисхана или Гитлера. Бывают моменты, когда вы чувствуете желание кого-нибудь убить или разрушить весь мир.

Нужно быть очень мужественным, чтобы пройти через эту оболочку, быть свидетелем. И если вы сможете пройти сквозь эту оболочку, это общество, эту историю, тогда в центре вы – сам Бог. Тогда возникает безграничная красота, и эта красота не тронута обществом, она находится не на периферии. Тогда вы становитесь такими же невинными, как новорожденный ребенок, свежими, как утренняя капля росы, незагрязненными. Но чтобы этого достичь, нужно пройти сквозь все уродства. Нужно пересечь всю историю человечества. Этого нельзя просто избежать.

Это то, чем вы все время занимались. Поэтому познание себя стало таким трудным и вам хочется его избежать. Единственный способ избежать его – закрыть глаза, не видеть, создать о нем свой собственный сон. Посмотрите на то, какими бы вы хотели себя видеть – на все идеалы, утопии, прекрасные образы. Соорудите небольшую нишу на поверхности – красивую, нарядную, – и не смотрите на оболочку, повернитесь к ней спиной.

И тогда Гераклит говорит: «Познайте себя», – потому что это единственная мудрость. Вам страшно выйти из своего красивого убежища, потому что рядом с ним – вулкан, и извержение может начаться в любой момент. Поэтому люди говорят о самопознании, обсуждают его, пишут о нем, создают системы, но никогда не пробуют его реализовать. Даже те, кто постоянно говорит о познании себя, всего лишь говорят, спорят, обсуждают его, но никогда не пробуют по-настоящему действовать. А самопознание – это экзистенциальный опыт, не теория. Теории здесь не помогут. Теории тоже станут лишь частью ваших декораций. Они не растопят лед. Они не смогут прорваться через внешнюю оболочку, не приведут вас в центр.

Вы слушаете людей: если они говорят, что вы – Бог, то вы очень счастливы, если говорят, что вы – вечные души, вас это очень-очень радует. Но и эти теории вы тоже приукрасите. Они тоже станут такими же уловками, ухищрениями и не помогут. Попутешествуйте по Индии: там все знают, что каждый человек – частица Бога, каждый есть брахман, и посмотрите, как они живут, на уродливость их жизни! Люди, говорящие о Боге… посмотрите на их жизнь, и вы не обнаружите в ней ни грамма, ни крупицы того, о чем они говорят. Они говорят так не для того, чтобы убедить вас, они делают это, чтобы убедить самих себя. При этом они остаются на поверхности и тоже боятся двигаться.

Есть страх. Этот страх нужно отбросить. Запомните: прежде чем вы придете к предельному блаженству, вам придется пройти через долгие страдания. Прежде чем вы постигнете бесконечное, вечное, вам придется пройти через временное, через всю историю человечества. Она встроена в вас, она присутствует в каждой клетке вашего тела, каждой клетке ума и мозга, ее не избежать. В вас заключено все прошлое, оно – внутри вас, и его нужно преодолеть. Это кошмар, очень-очень длинный кошмарный сон, длиной в миллионы лет, но его необходимо пройти – в этом и состоит трудность.

Страдание нужно отстрадать. В этом состоит значение Иисуса на кресте. Пройдя через страдания, он получает воскрешение, через страдания вы достигнете самопознания. Так что не пытайтесь избежать их, они неизбежны. Чем больше вы избегаете, тем больше возможностей упускаете. Встретьтесь с ними лицом к лицу! Это единственное, что с ними можно сделать. Чем чаще вы открыто смотрите на них, тем скорее они исчезают. Наступает момент, когда вы полностью готовы встретиться с ними, какими бы они ни были, и отбрасываете все представления о себе. Даже в этот один миг, момент глубокой бдительности, вы можете достичь центра. Но в один этот миг вам придется вынести страдания всего прошлого человечества, всей истории, вам придется выстрадать все, что когда-либо случалось.

Говорят, и, возможно, вы об этом слышали, что, когда человек тонет в воде – в море или в реке, за долю секунды он вспоминает все свое прошлое с момента рождения, от родовых схваток матери – в один миг, как вспышка, проносится вся жизнь. Это так. То же самое происходит, когда вы приходите в момент самадхи, предельной смерти, когда эго полностью умирает. Такое случается! Но за один миг вы проходите через страдания всего прошлого человечества, не только ваши собственные. Это – крест. Вы переживаете все прошлое человечества, потому что теперь вы выходите за пределы человечества. Вам необходимо пройти через все то, что пережило человечество. Вам придется это отстрадать. Это ужасно, это – предельное страдание. Но лишь тогда вы достигаете центра и блаженство становится возможным.

Познание себя трудно, потому что вы не готовы пройти через какие-либо страдания. Вы думаете о самопознании категориями транквилизатора, вам кажется, что самопознание – это транквилизатор. Люди приходят ко мне и говорят: «Даруй нам мир, тишину». Если кто-то обещает подарить вам тишину и покой без страданий, он вас обманывает, и вы легко попадетесь в его ловушку, потому что это то, что вам хотелось бы получить. Таков подход людей типа Махариши Махеш Йоги на Западе. Они не дают вам медитацию как таковую, они дают вам транквилизаторы… Потому что медитация обречена на движение через страдания, это не игра.

Вы должны двигаться через огонь, и только в этом огне ваше эго будет отброшено. Когда вы смотрите на все уродство эго, оно автоматически отпадает.

Но Махариши Махеш Йоги и другие ему подобные говорят, что нет необходимости страдать: «Я дам вам технику, практикуйте ее всего по десять минут утром и вечером, и она успокоит ваше существо. Вы почувствуете бесконечный мир, все станет чудесно, и всего за несколько дней вы станете просветленными».

Но не так все легко – это требует большого напряжения. Хитрость не поможет. Не тратьте свое время на хитрости. Если петь мантру по десять минут в день, как можно стать просветленным?

Вы прошли сквозь всю историю и подошли к точке, которая находится здесь, вы пришли в этот момент. Вы прошли сквозь миллионы лет – кто захочет двигаться обратно?.. Потому что медитация означает возвращение к источнику. Вы пришли к этому моменту сквозь время, вам придется идти назад, вам придется вернуться, достичь того первоисточника, откуда началось все путешествие. Думаете, просто напевая мантры десять минут каждое утро, вы достигнете просветления?

Кого вы хотите обмануть? Вы обманываете себя. Вы подошли к настоящему моменту не благодаря напеванию мантр. Человечество шло миллионами неправильных путей – блуждая, упуская, совершая грехи, убивая; войны, эксплуатация, гнет, доминирование. Вы были частью всего этого, вы несете за это ответственность. Думаете, что если вы будете десять минут в день петь мантру, это снимет с вас ответственность, вы выйдете за ее пределы? Вы называете пение мантр трансцендентальной медитацией? Кого вы обманываете, как вы думаете?

Трансценденция возможна, но не с помощью таких простых трюков. Трансценденция возможна только через крест. Трансценденция возможна только через страдание. И если вы готовы, то можете пережить страдание всего прошлого в один момент – но это будет настоящий кошмар. Вот почему нужен мастер, потому что вы можете совершенно сойти с ума. Это – движение по опасной местности. Самопознание – это величайшее явление, но также и величайшая опасность. Вы можете один раз оступиться и сойти с ума. Вот почему к буддам не прислушиваются. Вы тоже знаете, что это опасно, движение вглубь себя опасно! Мастер нужен, чтобы следить за каждым вашим шагом, иначе вы упадете в пропасть, вы будете оглушены, ум попросту сломается, и починить его будет трудно.

В этом – суть проблемы, поэтому человек слушает Гераклита, Лао-цзы, Будду, Иисуса, но сам никогда не пробует достичь трансцендентного. Лишь немногие совершают попытки. Если вы готовы попробовать, вам необходимо осознавать, что за этим стоит. Просто желание быть счастливым не поможет, желание познать истину – может помочь, но не желание быть счастливым, потому что человек, желающий быть счастливым, будет искать транквилизаторы, наркотики. Медитация тоже станет для него наркотиком. Он хочет крепко спать, он хочет не беспокоиться о происходящем. Ему хотелось бы иметь уединенный мир, сотканный из его снов – конечно же, прекрасных снов, не кошмаров. Это все, чего он хочет.

Но тот, кто ищет истину, не должен мыслить категориями счастья. Счастлив он или несчастлив – неважно. «Я должен знать истину. Даже если она причинит боль, даже если она приведет в ад, я готов через это пройти. Куда бы она ни вела, я готов к этому».

Существует два типа людей. Одни ищут счастья – это мирской тип. Они могут отправиться в монастырь, но это их не изменит, потому что и там они будут просить счастья, удовольствия, удовлетворения. Только теперь они будут делать это иначе – через медитацию, молитву, Бога. Они стараются стать счастливыми, все более и более счастливыми. Люди второго типа – есть только два типа людей – ищут истину. И вот в чем парадокс: тот, кто ищет счастья, никогда его не найдет, потому что счастье невозможно до тех пор, пока вы не постигнете истину. Счастье – лишь тень истины, само по себе оно – ничто, просто гармония.

Когда вы чувствуете единство с истиной, все становится на свои места, все складывается воедино. Вы чувствуете ритм. Этот ритм и есть счастье. Нельзя искать его напрямую.

Искать необходимо истину. Счастье находится, когда найдена истина, но счастье не является целью. Если же вы ищете непосредственно счастье, то будете становиться все более и более несчастными. И, самое большее, ваше счастье станет просто опьянением, чтобы забылось несчастье, – более ничего не произойдет. Счастье – всего лишь подобие наркотика, это ЛСД, марихуана, мескалин.

Почему на Западе появились наркотики? Этот процесс очень и очень рационален. Они должны были появиться, потому что в поисках счастья люди рано или поздно неизбежно приходят к ЛСД. То же самое ранее происходило и в Индии. В Ведах люди получили сому, ЛСД, потому что искали счастья, они не были настоящими искателями истины. Они искали все больше и больше наслаждения и пришли к появлению сомы. Сома – это предельный наркотик. Всякий раз, когда общество, человек, цивилизация ищут счастья, в какой-то момент это обязательно приводит к наркотикам, потому что счастье – это поиск наркотика. Поиск счастья – это поиск забвения, и наркотик поможет вам сделать это. Вы забываете себя, тогда страдания нет. Вас нет, как может быть страдание? Вы пребываете в глубоком сне.

Поиск истины лежит в прямо противоположном измерении: ни удовлетворения, ни удовольствия, ни счастья, но «какова природа существования? что истинно?» Человек, ищущий счастья, никогда его не найдет; самое большее – он найдет способ забыться. Тот, кто ищет истину, найдет ее, потому что, чтобы найти истину, ему самому придется стать истиной. Чтобы найти истину в существовании, сначала нужно найти ее в своем собственном существе. Человек станет все лучше и лучше вспоминать себя.

Вот два пути: забывание себя – мирской путь, и самовспоминание – божественный путь. Парадокс заключается в том, что тот, кто ищет счастья, никогда его не находит, а тот, кто ищет истину и совсем не беспокоится о счастье, обязательно его находит.

Гераклит говорит, что это нужно понять в первую очередь: единственное, чего стоит искать, – это самопознание, самопознание должно быть единственной целью, потому что без знания себя любые другие знания не имеют смысла. Можно изучить все, кроме самого себя, но какой прок от этих знаний? В этом нет никакого смысла, потому что, если сам знающий – невежда, какое значение может иметь то, что он знает? Что может дать его знание? Когда вы сами остаетесь в темноте, вы можете окружить себя миллионами огней, но они не наполнят вас светом. Несмотря на них, вы останетесь во мраке. Вы будете жить во мраке, будете двигаться во мраке. К такому типу знаний относится наука. Вы знаете миллион и одну вещь, но не знаете самого себя.

Наука – это знание обо всем, кроме самопознания, кроме знания о себе. Сам ищущий остается в темноте. От этого нет особой пользы. Религия в своей основе – самопознание. Вы должны светиться изнутри, темнота должна исчезнуть изнутри, тогда, куда бы вы ни двигались, ваш внутренний свет будет освещать ваш путь. Куда бы вы ни шли, что бы вы ни делали, все будет освещено вашим внутренним светом. Это движение в свете дарит вам ощущение ритма, гармонии, которые и есть счастье. Тогда вы не спотыкаетесь, не ссоритесь, нет конфликта. Тогда вы движетесь легко, вы движетесь танцуя, тогда все есть удовлетворение. Тогда вы не просите о чем-то сверхъестественном. Тогда вы счастливы. Вы просто счастливы в своей обыкновенности.

До тех пор, пока вы не будете счастливы в своей обыкновенности, вы не будете счастливы никогда.

Вы счастливы просто дышать, счастливы просто быть, есть, снова идти спать. Вы счастливы. Теперь счастье ни от чего не зависит, оно есть вы. Человек, знающий себя, счастлив не из-за чего-то, его счастье беспричинно. Это – не что-то, происходящее с ним, это его естественный способ существования. Он просто счастлив. Куда бы он ни двигался, его счастье с ним. Если вы бросите его в ад, там он создаст вокруг себя рай, рай придет туда вместе с ним. А если вас, невежественных, отправить в рай, вы создадите там ад, потому что вы носите свой ад с собой. Куда бы вы ни шли, большой разницы не будет, потому что вы носите с собой свой собственный мир. Этот мир – внутри вас, он – ваша темнота.

Эта внутренняя темнота должна исчезнуть, именно в этом и заключается самопознание.

Второе, о чем говорит Гераклит, – что сделать это будет легко, если вы будете достаточно осознанны, чтобы не впадать в крайности. Оставайтесь посередине – золотая середина… Вот что Будда называет «маджхим никай», срединный путь. Оставайтесь в середине, не переходите к крайностям, потому что, двигаясь к крайности, вы думаете, что двигаетесь к противоположности. Но противоположность не является в точности противоположностью, она – дополнение целого. В этом суть всего учения Будды.

Понаблюдайте за собой и за другими людьми. Один человек слишком часто предается сексу: потворство своим желаниям приносит скуку, восторг утерян, теперь ему просто скучно. Тогда он начинает задумываться о воздержании, потому что перестал потакать своим желаниям. Теперь он вообще не интересуется сексом, ему хочется стать монахом, он хотел бы уйти в монастырь, принять обет брахмачарьи. Это – движение к крайности, и снова он потакает своим желаниям. Крайность – это потворство своим желаниям. Секс не означает потворства своим желаниям, переход от крайности к крайности есть потворство своим желаниям. Есть лишь одна форма потакания своим слабостям – потворство крайностям. Он потворствовал своим слабостям сначала в одном крайнем проявлении, а теперь движется к другой крайности, и это тоже потакание своим слабостям. Рано или поздно он пресытится. Католические монахи теперь сыты по горло, поэтому они начинают вступать в браки. Они переусердствовали. Нужно знать, когда остановиться, середина – правильный выбор пути.

Если вы можете оставаться в середине, ум исчезает – потому что ум живет в крайностях. Вы едите слишком много, потом голодаете, затем продолжаете наедаться. Первое глупо, и второе тоже глупо. Телу не нужно слишком много еды, и голодание ему тоже не нужно. Ему необходима середина, требуется правильное количество пищи. Сначала вы едите слишком много, переполняя тело, и оно становится тяжелым бременем. Носить его становится для вас бременем, пребывание в этом теле перестает быть блаженством. Потом вы кидаетесь в другую крайность – вы голодаете. Это тоже разрушительно. Почему вы не можете быть в середине? Почему вы не можете потреблять правильное количество пищи и выбирать правильное питание? Почему вы не можете пребывать в середине? Если оставаться в середине, ум исчезает.

В крайностях ум может существовать, потому что уму необходимо все время думать. Когда вы едите слишком много, то начинаете думать о голодании, когда поститесь – начинаете думать о еде. Но когда вы находитесь точно посередине, в балансе, о чем тогда думать? Человеку, пребывающему в середине, не о чем думать. Когда он голоден, он ест – и все! Когда он хочет спать – спит, и все! О чем тут думать? Когда вы не спите, то потом думаете о сне, сон становится рассудочным явлением, подключается ум. Вы не едите или едите слишком много, потом вам приходится об этом думать, это проникает в ваш ум. Вы либо пресыщаетесь сексом, либо становитесь брахмачарьей. В обоих случаях секс становится рассудочным. Он проникает в ум, и ум постоянно думает о нем.

Мысль существует благодаря крайностям.

Каждый раз, когда вы пребываете в середине, нет смысла в размышлениях, думать не о чем. В середине мысли исчезают. Когда вы по-настоящему пребываете в гармонии, вы попадаете в ритм. Вы удовлетворяете потребности, вы – не их раб, не их враг. Вы не пресыщаетесь и не становитесь аскетом. Вы просто остаетесь в середине. Все становится спокойным. Это Гераклит называет умеренностью, сдержанностью, балансом.

Во всем должен быть найден баланс. Баланс приблизит вас к истине, потому что истина – это предельный баланс. Когда в вас есть баланс, внезапно двери открываются.

Теперь попытайтесь понять эти сутры:

Каждому присуще

познавать себя

и быть умеренным.

Умеренность – путь к познанию себя. Понаблюдайте за своим умом, и вы увидите, что он постоянно настаивает на крайностях, он наслаждается крайностями, упивается ими. Когда же вы находитесь просто посередине, ум не занят, у него нет работы.

* * *

Кто-то спросил одного мастера дзен:

– Каков ваш путь?

Он ответил:

– Когда мне хочется есть, я ем. Когда мне хочется спать, я сплю – вот мой путь. Я никогда не ем, когда не хочу есть, и никогда не воздерживаюсь от еды, когда голоден – вот мой путь!

Задавший вопрос ответил:

– Но это не очень похоже на путь – мы все так делаем.

Мастер засмеялся в ответ:

– Если бы вы все так делали, у вас не было бы нужды приходить ко мне.

* * *

Вы едите либо слишком много, либо слишком мало, и ум имеет склонность всегда находить повод для страданий. Это же чудесно, ум просто прекрасен – он так умело находит причины, чтобы быть несчастным! Он создает все ваши страдания, потому что в блаженном состоянии ум умрет. Он против любого блаженства. Вы пребываете в страдании: он все время советует вам, что делать, если что-то не так. И он предлагает что-то прямо противоположное. Будьте бдительны: когда ум предлагает вам что-то противоположное, не следуйте его советам! Всегда находите золотую середину. Не слушайте ум, вы должны знать, где остановиться.

Лао-цзы сказал: «Я дарю вам три сокровища. Первое сокровище – любовь. Второе сокровище – никогда не впадать в крайности. Третье сокровище – быть естественным». Он говорит, что все само о себе позаботится. Почему все будет само о себе заботиться, если вы последуете этим трем советам? Ум – настоящий мастер в изобретении страданий.

Однажды ко мне пришел юноша и сказал: «Я бы хотел жить на одной воде». Зачем? Почему на одной воде? Он уже страдает – он слишком много ел. Теперь это стало для него адом, и он хочет создать для себя новый ад, потому что как это возможно – жить на одной воде? Это будет еще одним адом. А потом из этого ада вы перейдете в следующий ад. Из ада в ад – таков путь ума. Где-то между двумя адами есть рай, но ум всегда обходит его стороной.

Между двумя адами существует рай, поэтому нужно хорошо знать, где остановиться. Прямо посередине остановитесь! Не ешьте слишком много и не голодайте. И в результате у вас не получится стать эгоистами, потому что, только переедая, вы можете быть эгоистичными.

* * *

Мулла Насреддин все время говорит о своей способности много есть, и я много раз слышал, как он сказал:

– Я могу съесть девяносто девять качори!

Тогда я ответил ему:

– Почему не сто?

Он ответил:

– Что вы обо мне думаете? Я что, стану врать из-за одного качори? Я должен соврать?

* * *

Хвастовство – люди хвастаются тем, сколько могут съесть, потом они хвастаются тем, как долго могут голодать, но это то же самое хвастовство. Преступники хвастаются, и ваши так называемые святые – тоже. И те, и другие – в одной лодке, потому что хвастовство и есть лодка.

* * *

Я слышал об одном заключенном, который вошел в тюремную камеру. В камере уже был другой заключенный, который спросил новичка:

– Сколько тебе предстоит тут пробыть?

Это был матерый волк.

Молодой, новичок, ответил:

– Всего пятнадцать лет.

Первый сказал:

– Тогда располагайся поближе к двери: тебе скоро выходить. Я пробуду здесь еще четверть века.

* * *

Если вас заключили в тюрьму на двадцать пять лет, вы – великий преступник. А какие-то пятнадцать? Вы только начинающий, любитель. Даже преступники хвастаются тем, сколько могут натворить и сколько уже натворили. Если они совершают одно убийство, то заявляют, что их было семь. Святые делают то же самое. Тогда в чем отличие? В Индии святые официально объявляют о том, сколько дней они постились в прошлом году.

* * *

Однажды ко мне пришел мужчина вместе со своей женой. Жена рассказала мне:

– Он очень, очень щедрый человек, он уже потратил на пожертвования один лакх рупий.

Мужчина посмотрел на жену и поправил ее:

– Не один лакх, а один лакх и десять тысяч рупий.

* * *

Вы даете и не даете одновременно, потому что если это эго самоудовлетворяется за счет пожертвования, то на самом деле вы ничего не даете. Эго не способно делиться. Эго никогда не может быть щедрым. Это не в его природе. Эго всегда удовлетворяется противоположным. Знайте об этой ловушке.

Гераклит говорит:

Каждому присуще

познавать себя

и быть умеренным.

Умеренность – величайшая из добродетелей.

Это действительно так. Я никогда еще не сталкивался с чем-то лучшим, чем умеренность. Ничто с ней не сравнится. Почему? Почему она – величайшая добродетель? Потому что она просто разрушает ваше эго, а эго – это единственный грех. Из-за эго вы упускаете божественное. А если вы обыкновенны, находитесь в середине, чем вы можете похвастаться? Вы можете похвастаться тем, что потребляете надлежащее количество пищи? Вы можете похвастаться, что занимаетесь сексом ровно столько, сколько нужно? Можете ли вы чем-либо похвастаться, придерживаясь во всем середины? Нет, это невозможно. Предавайтесь без меры сексу, и тогда вы сможете похвастаться, что даже в пятьдесят можете заниматься любовью трижды в день. Либо станьте брахмачарьей, примите целибат и хвастайтесь, что вы девственник и никогда ни с кем не были близки. Но точно посередине – чем вы можете хвастаться? Точно посередине нечем хвастаться. А когда нечем хвастаться и нечего предъявлять, эго не подпитывается. Просто быть обычным, быть в середине – это величайшая добродетель.

Быть обычным – величайшая добродетель, потому что, когда вы обыкновенны, не о чем заявлять – в этом мире или ином, – эго исчезает. Эго питается за счет дисбаланса, за счет крайностей. Эго выживает в полярностях, в середине оно исчезает. И в каждой области, в каждой сфере жизни помните: просто остановитесь посередине, и скоро вы обнаружите, что ум остановился, эго остановилось. Нечего заявлять – оно исчезает. А когда оно исчезает, вы становитесь добродетельными. Теперь открыта дверь в божественное. В середине вы встречаетесь с ним – уходя в крайности, вы упускаете его.

Мудрость заключается в том,

чтобы говорить и действовать из истины,

осознавая природу вещей.

Гераклит в точности как Лао-цзы. Он говорит:

Мудрость заключается в том,

чтобы говорить и действовать из истины…

Попробуйте, потому что познание истины будет долгим путешествием. Потребуется серьезная подготовка. Прежде чем истина снизойдет на вас, вам придется стать средством передвижения, вам придется стать совершенно пустым, чтобы гость мог прийти, потому что только ваша пустота может стать хозяином. Что делать прямо сейчас? Если вы ищете истину, тогда, как говорит Гераклит, говорите истину и действуйте из истины. Если вы говорите истину, то говорить особо нечего, вы автоматически будете становиться более и более молчаливыми.

* * *

Однажды в женском клубе не успела одна дама выйти за порог, как остальные принялись ее обсуждать. Одна говорит:

– Она кажется очень милой, но болтает без умолку, мне казалось, она никогда не замолчит.

Еще одна участница клуба продолжает:

– А то, что она говорит – правда?

– Я бы так не сказала, – подключилась третья, – потому что столько правды просто-напросто не существует!

* * *

Если вы хотите быть истинными, вы станете молчаливыми, потому что девяносто девять процентов ваших разговоров – просто неправда, и это автоматически отпадет. Есть два типа молчания: первый дается вам при помощи усилий, такое молчание – ненастоящее. Вы можете отрезать себе язык, но и это не будет молчанием. Вы можете закрыть рот, но это не будет настоящим молчанием, потому что внутри эта болтовня никогда не прекращается. Истинное молчание приходит, если вы начинаете говорить истину. Говорите только то, что вам достоверно известно как истина, иначе не говорите. Тогда что вам останется сказать? Немного… и тогда на вас опускается молчание, которое имеет совершенно иную природу. Это – не вымученное молчание. Оно приходит не по принуждению, а потому что не о чем говорить.

А когда вам не о чем говорить, сначала вы становитесь молчаливыми с людьми, вы меньше говорите и больше слушаете. Затем ваше внутреннее говорение тоже постепенно прекращается, потому что если вы не можете говорить неправду другим людям, как вы сможете продолжать говорить о ней внутри? Все это становится абсурдным. Вы так много говорите внутри, потому что это – лишь репетиция для внешнего говорения. Если вы можете слушать других и говорить немного, только истину – то за что вы можете ручаться, о чем вы можете сказать: «Я в этом уверен», – к вам придет тишина… не вымученное молчание, не выработанная тишина, а молчание, которое приходит естественно.

Гераклит говорит: «Говорите истину и действуйте из истины, действуйте только таким образом, чтобы это шло из вашего ощущения истины». Сначала это будет трудно, потому что вся жизнь основывается на лжи. Вначале вы будете все время чувствовать, будто бы движетесь не в такт с остальными, но вскоре все опять образуется – возникнет новый образ. Но промежуточный период будет трудным.

Сначала просто понаблюдайте, сколь многими способами вы лжете. Вы улыбаетесь, не чувствуя улыбки изнутри. Это – ложь. Не улыбайтесь, потому что это жестоко по отношению к губам, к лицу. А если продолжать делать это долгое время, вы совершенно забудете ощущение улыбки, подлинной улыбки. Только маленькие дети знают, вы же абсолютно забыли, что такое подлинная улыбка. Вы просто улыбаетесь, это лишь мимика, фальшь. Вы улыбаетесь из вежливости. Вы улыбаетесь, потому что люди ожидают от вас улыбку. Вы улыбаетесь, не зная, что делаете. Зачем вы принуждаете свои губы? Если ваша улыбка стала фальшивой, что еще может оставаться в вас истинным? Ваши слезы, они тоже стали фальшивыми. Вы плачете, когда положено плакать, в остальных случаях вы подавляете слезы.

Понаблюдайте, в скольких миллионах проявлений вы стали ненастоящими. Вы говорите то, что не имеете в виду на самом деле. Вы используете слова совершенно неосознанно, а потом из-за них попадаете в ловушки. Вы говорите кому-нибудь: «Ты прекрасен». Возможно, с вашей стороны это было лишь вежливостью, но вы затронули другого человека, что-то всколыхнули в нем. У этого человека может возникнуть ощущение, что вы действительно так думаете. Отсюда возникают ожидания, но вскоре за ними последуют разочарования, потому что вы это сказали просто так, не считая этого на самом деле. Теперь вы в ловушке: вы должны оправдать ожидания. Теперь вы чувствуете себя обремененным.

Будьте правдивыми, и ваше бремя уменьшится. Будьте правдивыми, не порождайте вокруг себя ложных ожиданий, иначе вы окажетесь в заключении, пойманными в ловушку! Говорите конкретно то, что имеете в виду, и всегда добавляйте: «Я так думаю в данный момент. Я ничего не могу сказать по поводу следующего момента, потому что кто знает, что произойдет в следующее мгновение? Я люблю тебя в данный момент, но как я могу говорить о следующем мгновении?»

Только просветленный человек может что-то говорить о следующем моменте, потому что он достиг той точки, в которой все вечно. Но как вы можете говорить о следующем моменте? Ваши настроения меняются. Сейчас вы чувствуете «Я люблю» и в данный момент можете сказать: «Я буду всегда, вечно любить тебя». Это истинно только для данного момента, как вы можете что-то утверждать о следующем мгновении? В таком случае будьте бдительны и вносите в утверждение условие: «Это то, что я чувствую только в данный момент. Никто не знает, что будет дальше. Я не могу ничего обещать».

Все ваши обещания лживы – как вы можете обещать? Потому что обещание означает, что вы постигли кристально чистый центр. Как вы можете сдержать обещание? Вы говорите женщине: «Я буду всегда, вечно любить тебя». Как вы можете сдержать это обещание? Всего через несколько дней вы почувствуете, что восторг исчез, любви больше нет – и что делать? Теперь вам приходится фальшиво улыбаться. Вы вынуждены целовать эту женщину, вам приходится заниматься с ней любовью из-за обещания, данного раньше. Теперь все становится фальшивым. Вы становитесь неискренними. Теперь вы испытываете чувство вины, если не выполняете его. Если вы его выполняете – это лживо, вы играете. Это не сможет сделать вас счастливым, это лишь вызовет беспокойство и обремененность. Это не может быть осуществлено и поэтому приведет к отчаянию. И чем больше вы будете заставлять себя любить эту женщину, тем больше вы будете мстить, потому что эта женщина стала для вас петлей на шее. Теперь вы чувствуете: «Было бы хорошо, если бы она умерла». Теперь вы чувствуете: «Будет хорошо, если она по какой-нибудь причине уйдет». Теперь вы начнете искать путей бегства, и все – из-за обещания! Обещание, которое дается в один момент и на всю жизнь, невозможно для выполнения. Вы живете моментами. В вас пока еще нет вечного центра, есть лишь подобная колесу движущаяся оболочка. Вот таким образом вы попадаете в ловушки.

Вы не можете любить, не можете смеяться, не можете плакать – все в вас лживо, а вы при этом ищете истину. Нет, это невозможно. Вы должны быть правдивыми, чтобы встретиться с истиной, потому что только подобное может встретить подобное. Лживый человек не может постичь истину, только правдивый человек может ее постичь.

Будьте бдительны, не обещайте! Просто скажите, что в данный момент вам так кажется. Конечно, это даст вам ощущение беспомощности, для эго это невыносимо. Эго может сказать: «Я буду… всегда… вечно…» Вы почувствуете беспомощность из-за того, что не можете дать даже такое обещание, но это так. Я знаю, даже если в течение одного мига вы сможете тотально любить другого человека, это изменит вас, это подарит вам вкус истины. Но будьте правдивыми. Говорите то, что думаете. Если вы не знаете, если ситуация приводит вас в замешательство, не говорите вообще или просто скажите о своем замешательстве, выразите его. Прежде чем действовать, полностью осознайте, что это действие подарит вам более истинное существо. Будьте подлинными!

Вы продолжаете делать миллионы вещей, которых не хотите делать. Кто вас заставляет? Вы просто плывете по течению, никто не заставляет вас делать все эти вещи. Почему вы их делаете? Вы не осознаете. Это просто цепочка: вы делаете что-то одно, из этого возникает второе. Одно ведет к другому, и так продолжается дальше. Когда же вы остановитесь? Каждый момент подходит для того, чтобы остановиться. Просто станьте бдительнее и начните выпадать из цепи порожденной вами лжи.

Конечно, вы будете чувствовать себя очень униженно, неловко, беспомощно. Но такова истина – почувствуйте ее. Плачьте, когда вам хочется плакать, когда это исходит из вашего сердца. Не останавливайтесь, не говорите: «Я – мужчина и не должен быть сосунком, не могу вести себя, как девчонка». Не говорите так. Никто не является и не может быть абсолютным мужчиной. Мужчина также является женщиной, а женщина – мужчиной. Внутри они встречаются и смешиваются. Плачьте, потому что если вы не можете искренне плакать, то не сможете и улыбаться. Тогда вам станет страшно. Когда вам захочется смеяться, вы будете бояться, что могут появиться слезы, они так подавлены в вас, что вы не можете смеяться. Когда вы не можете смеяться, то не можете и плакать, это превращается в порочный круг. Когда вы чувствуете злость, будьте злыми и принимайте последствия, но будьте истинно злыми.

Вот что я заметил: если вы по-настоящему злитесь, никто не обижается на истинный гнев – никто! Но ваш гнев бессилен, мертв. Если вы – отец, и злитесь на своего ребенка, то проявляйте гнев в его полную силу, и ребенок никогда не будет испытывать к вам враждебность. Но вы злитесь и тут же улыбаетесь, а ребенок это легко распознает, потому что ребенок невинен, его глаза ясны, в них больше ясности, чем в вас. Он легко распознает фальшь – что вы злитесь, но при этом улыбаетесь. Он никогда не сможет вас простить, потому что вы лжете. Ничто не причиняет ребенку большей боли, чем ложь. Будьте подлинными! Если вы хотите ударить ребенка, ударьте, но не лгите. А когда почувствуете раскаяние, попросите прощения, и в этом тоже будьте искренни.

Если муж ни разу ничего не сказал жене в гневе, он также не сможет любить, потому что все будет оставаться фальшивым, поверхностным. Если вы не можете выразить глубокий гнев, как вы сможете выразить глубокую любовь? Если вы так боитесь злиться, это означает, что вы не уверены в любви. Вы боитесь, что все может рассыпаться, отношения могут разрушиться, и поэтому боитесь. Но тогда эти отношения немногого стоят. Если они не могут пройти через гнев и вызреть, они немногого стоят. Отбросьте их, пока они не превратились в обязательства, будьте правдивыми.

Вам придется пройти сквозь истину со страданиями, но эти страдания необходимы. Через страдания вы станете более зрелыми, ваше внутреннее существо станет более закаленным. Вы придете к остроте и ясности, которые возникают только при встрече, при столкновении с фактами лицом к лицу. Когда вы злитесь, будьте истинно злыми, тогда вы сможете быть и истинно прощающими. Когда вы не хотите чего-то давать, просто скажите: «Я не хочу это давать», – но не ищите оправданий. Не ищите оправданий, потому что в каждый момент времени вы создаете новый шаблон поведения, и этот шаблон может так в вас укорениться, что вам придется следовать ему. Выйдите из него, каждый момент подходит для этого.

Гераклит говорит:

Мудрость заключается в том,

чтобы говорить и действовать из истины,

осознавая природу вещей.

Посмотрите на природу вещей. Наблюдайте естественное и отбрасывайте искусственное. Искусственное может выглядеть красиво, но в нем нет жизни. Наблюдайте естественное и всегда следуйте за природой. Никогда не двигайтесь за искусственным. Цивилизация искусственна, общество искусственно, все кажется искусственным.

* * *

Я знал одного человека, старого профессора в отставке, он был моим соседом. Люди думали, что он немного не в себе, как это неизбежно должно быть с профессором философии в отставке. Я же не даю оценок, поэтому я слушал его, но никогда ничего о нем не думал. Но однажды мне пришлось задуматься, потому что, когда я проходил мимо его дома, он поливал цветы из лейки, у которой, как я заметил, отсутствовало дно. У лейки не было дна! Не было воды, а он всем своим видом изображал, что поливает растения. Я спросил:

– Эй, что вы делаете? У вашей лейки нет дна!

Он ответил:

– Да, я знаю, но это не важно – все равно эти цветы искусственные.

* * *

Вся ваша жизнь стала искусственной – пластмассовые цветы. На расстоянии они выглядят хорошо, но если подойти поближе, то видно, что они из пластмассы. Конечно, они не так скоро умирают. Они не могут умереть, ведь они – пластмассовые. Но то, что не может умереть, не является живым.

Настоящий цветок должен преодолеть миллионы опасностей. Как робок настоящий цветок… как хрупок! Утром он распускается, такой хрупкий! Вопреки всему миру. Дуют ветра, льет дождь, но вопреки всему этому существует хрупкий цветок – это красота. А к вечеру его уже нет. Вы не найдете его снова, его больше не будет, но он – живой. Утром он распустился во всем своем великолепии, а к вечеру завял, исчез, превратился в пыль, но он жил. Ваши пластмассовые цветы мертвы, поэтому они не могут умереть. Все живое непременно умрет, только мертвое никогда не умирает.

Запомните: не бойтесь смерти, не бойтесь, что что-то может исчезнуть. Ложь никогда не умирает. Истина умирает миллионы раз, но снова и снова возрождается. Помните об этом. Ложь подобна искусственному цветку, она непоколебима.

Вот почему непоколебим брак. Брак, организованный родителями, более прочен, организованный обществом – еще более прочен. Любовь хрупка, как утренний цветок, к вечеру она уходит. Никто не знает, как она приходит, как уходит. Это – загадка. В браке же нет ничего загадочного, он – чистый расчет. Вы идете к астрологу, он находит карту и делает вычисления. Родители, конечно, мудрее вас, у них есть житейская мудрость, они многое знают. Они все решают, принимая в расчет то, о чем любящий никогда и не подумает, – деньги, престиж и миллионы других вещей. Они думают о прочности. Но когда кто-то влюбляется, он не может думать ни о чем другом.

Запомните одну вещь: мертвое никогда не умирает, в нем есть прочность, но оно – мертво. Всегда существует вероятность, что живое в любой момент может исчезнуть, вот в чем проблема живого, но оно живо, и ради этого стоит рисковать.

Будьте правдивыми. Будет очень много трудностей, но каждая из них сделает вас более зрелым. Если вы правдивы, если вы говорите и действуете из истины – вы готовитесь к тому, чтобы истина спустилась к вам. Когда вы достигаете определенной зрелости, перед вами внезапно открываются двери. Иного пути не существует.

Слушая меня, но не Логос,

будет мудрым признать,

что все едино.

Гераклит говорит: «Слушая меня», – я бы тоже сказал: «Слушая меня, будет мудрым признать, что все едино». Если вы слушаете Логос… Логос означает закон, Дао, базовый, первейший слой существования – Логос. Вы ничего о нем не знаете. Вы никогда не погружались на такую глубину. В вас он тоже есть, возле центра, но вы живете на периферии и поэтому не знаете о нем. Гераклит говорит: «Слушая меня» – то есть слушая Будду, Гераклита, Лао-цзы, – «вам следовало бы признать, что все едино». Но это пока еще не ваш опыт.

Отсюда появляется доверие, шраддха, вера. А религия не может существовать без доверия, потому что вы не знаете предельного, что оно собой представляет. И нечего здесь доказывать, и нечего спорить об этом. Если вы знаете – вы знаете, если не знаете, то не знаете. Что с этим делать? Существует лишь одна возможность – слушать Гераклита, не только то, что он говорит, но и само его существо, то, чем он является, – и вы придете к пониманию одной вещи – что в этом многообразии, в этой бесконечной множественности мира существует единство, за всем этим кроется единство.

Вы слушаете меня… вы слушаете из многих, очень многих измерений. На периферии вы иногда чувствуете, что я противоречу себе, но если вы будете слушать не только мои слова, но меня, мое присутствие, вы никогда не почувствуете никакого противоречия. А если вы чувствуете – не просто думаете, – то постепенно вы начнете чувствовать, что я все время говорю одно и то же. Говорю ли я об этом, прибегая к Гераклиту или Иисусу, Будде, Лао-цзы, Чжуан-цзы, что бы я ни говорил, я всегда говорю об одном и том же. Язык отличается, слова отличаются, но не Логос всего этого.

Слушая меня, но не Логос,

будет мудрым признать,

что все едино.

Когда вы сможете слушать сам Логос, тогда вы будете просто знать; и не будет нужды осознавать его. Тогда вы будете просто знать, и не будет нужды доверять.

Доверие необходимо, потому что вы не знаете, и вам нужен кто-то, кто знает. Вам нужна рука кого-то, кто знает, кто может перенести вас из известного в неизвестное, перенести вас в неизведанное. А без доверия это невозможно, иначе как вы пойдете со мной в неизвестное? Если вы не доверяете мне, как вы сможете отправиться со мной в неизвестное? Вы всегда будете держаться в пределах известного. Вы скажете: «Вот до этого места я знаю и я в безопасности, а за его пределами – дикая природа. А кто вы такой, чтобы вести меня в дикую природу? И почему это я должен вам доверять?»

На границе, где встречаются известное и неизвестное, нет иного пути, чем доверие. Между вами и мастером должна быть любовь, ничто меньшее не подойдет, потому что только любовь может доверять. Это должны быть отношения от сердца к сердцу, из глубины в глубину. Это должно быть близостью.

Вот почему я продолжаю настаивать на саньясе и инициации. Пока вы не будете доверять мне, полностью доверять, вы будете цепляться за известное, вы будете цепляться за ум, будете цепляться за эго – а какой в этом смысл? Вы должны сделать со мной хотя бы один шаг, не спрашивая «почему?». Любовь никогда не спрашивает «почему?», потому что любовь доверяет.

Маленький ребенок должен доверять своему отцу. Отец берет его за руку, и ребенок следует за ним. Он не беспокоится: куда бы ни шел отец, ребенок следует за ним, он счастлив. Его не беспокоит, что произойдет дальше. Это и есть доверие. Если ребенок останавливается и спрашивает: «Куда ты идешь и куда ты ведешь меня? И что ты считаешь доверием, как я могу доверять тебе?», – то он мгновенно перестает расти – нет возможности для роста. Ребенок должен доверять матери и отцу.

Мастер – не кто иной, как отец, ведущий вас в неизвестность. Вы снова учитесь ходить, снова учитесь исследовать и искать, вы снова куда-то движетесь, не зная, что это и куда вас ведут.

Это имеет в виду Гераклит:

Слушая меня, но не Логос,

будет мудрым признать,

что все едино.

Мудрость есть одно —

познать разум, управляющий

всем через все.

Мудрость едина и уникальна —

она не желает и желает

называться именем Зевса.

Зевс – это главный бог. А мудрость одновременно желает и не желает называться главным богом. Это парадоксально и сложно понять умом.

Будда говорит, что бога нет – без желания. Будда говорит: «Не нужно поклоняться мне, найдите свой собственный свет», – не желая объявлять о своей мудрости, своем сознании, не желая быть главным богом. В следующий момент он говорит: «Придите и сдайтесь мне», – он тут же противоречит самому себе. Почему это так? Потому что тот, кто достиг, кто прибыл, не имеет эго, и ему трудно на что-то претендовать… желаний нет. Мудрость не желает объявлять себя главным богом, и это так. Нет эго, чтобы претендовать на что-то, и это так, это факт, который тоже нельзя отрицать.

Так что же делать? Если Будда говорит: «Я – не главный бог», – он говорит неправду. Если он говорит: «Я – главный бог», – это привносит некий оттенок эго. Что ему остается делать? Каждый из двух путей порождает трудности. Если он говорит: «Я – бог», – вы можете подумать, что он эгоист. Если он говорит: «Я совсем не бог», – это неправда. Поэтому иногда он говорит «да», а иногда «нет». Вы должны найти баланс между этими двумя ответами. Где-то в середине он – и то и другое. Он – не бог, потому что он – больше не эго, некому требовать, и он – бог именно потому, что нет эго, именно потому, что некому требовать.

Мудрость едина и уникальна —

она не желает и желает

называться именем Зевса.

Отсюда возникают все противоречия всех просветленных людей. Они вынуждены мгновенно противоречить всему, что говорят, потому что они говорят что-то уникальное, единое. А уникальное и единое невозможно выразить ни на одном языке, потому что язык существует за счет двойственности. Если они говорят: «Я – свет», – тогда кто будет темнотой?.. Потому что язык основан на двойственности: свет означает «не темнота». Но тот, кто достиг, одновременно является и светом, и темнотой. Он – и то, и другое, все двойственности вместе, это и есть тайна. Из-за этой тайны Аристотель говорит: «Этот человек, Гераклит, – с изъяном. Либо у него неполноценный ум, либо характер, потому что он говорит абсурдные вещи».

Артур Кестлер приехал на Восток, чтобы посмотреть на людей, достигших самадхи, и сообщает: «Они безумны, они нелепы, потому что говорят абсурдные вещи. Они что-нибудь скажут и тут же сами себе противоречат».

Мудрость безгранична, она содержит в себе все противоположности. Вам нужно чувствующее сердце, чтобы проникнуть в эту нелепость, это и есть доверие. Доверие – это средство для постижения абсурдности просветленного человека – и тогда внезапно все сходится. И внезапно через всю эту нелепость вы видите единое, уникальное.

Достаточно на сегодня.

Глава 4

Бог – это день и ночь

Бог – это день и ночь, зима и лето,

война и мир, удовлетворенность и желание.

Морская вода одновременно и чиста, и грязна:

рыбам – пригодна для питья и целительна,

человеку же непригодна для питья и губительна.

Природа дня и ночи одна.

Путь вниз и путь наверх —

один и тот же.

Даже спящие – действующие и содействующие

участники происходящего во Вселенной.

У круга начало и конец едины.

* * *

Бог – это не человек. То, что люди всегда воспринимали Бога как человека, породило тысячу и одну трудность. Все проблемы, с которыми сталкивается теология, – на самом деле пустяки, возникшие из-за того, что Бога считают человеком.

Бог не человек и не может им быть. Пусть это проникнет в вас как можно глубже и станет дверью, открытием. Трудно принять, что Бог – это не человек, а что-то еще, особенно тем, кто был воспитан в иудаизме, христианстве, мусульманстве; это становится для них замыканием. Думать о Боге как о человеке антропоцентрично. В Библии сказано, что Бог создал человека по образу и подобию своему, но в действительности, кажется, все точно наоборот: человек создал Бога по своему подобию. При этом все люди разные, поэтому в мире так много богов.

Так случилось, что когда христианские миссионеры впервые добрались до Африки, у них возникли проблемы: они изобразили Бога белым, а Дьявола черным, и чернокожие оскорбились. Они не хотели слушать христиан, потому что с самого начала образ не соответствовал. Тогда одного из миссионеров осенило: он просто поменял цвета, сделав Бога черным, а Дьявола – белым. Чернокожие были счастливы, это они могли принять. Чернокожий неизбежно будет изображать Бога по своему образу, китаец – по своему, индус – по своему. Мы изображаем Бога как собственное отражение, что естественно. Хоть и совершенное, ваше изображение не может быть Богом. Вы – лишь часть, крошечная часть, атом существования. Как можно передать целое посредством изображения части? Целое превосходит часть, оно бесконечно огромно. Если вы будете цепляться за атом, если вы будете цепляться за часть, то упустите целое.

Бога невозможно постигнуть с помощью вашего образа. Скорее, наоборот, вам необходимо отбросить ваш образ, вам нужно стать без-образным. Тогда, и только тогда вы становитесь зеркалом, и целое отражается в вас.

По мере того как человек все дальше и дальше продвигался в своих изысканиях, становилось все более и более очевидным, что наличие Бога в человеческом образе создает определенные проблемы: в этом случае вы постоянно находитесь в конфликте с остальными богами. Вот почему существуют иудейский бог, индуистский бог, мусульманский бог, христианский бог. Это же полный вздор! Как Бог может быть христианским, индуистским или мусульманским? Но, тем не менее, различные боги существуют, потому что у евреев свое представление о боге, у индусов – свое, и конфликт неизбежен. Индусы думают, что Бог разговаривает на санскрите, англичане думают, что он – английский джентльмен.

* * *

Разговаривали как-то англичанин и немец. Немец говорил:

– Мы все всегда тщательно планируем, но почему каждый раз мы терпим поражение?

Англичанин ответил:

– Да вы обречены на поражение. Вот мы, например, перед тем как начать сражение, молимся Богу, и он заботится о нас. А вы обречены на поражение, никогда вам не победить.

Немец возразил:

– Но мы тоже так и делаем, мы тоже молимся.

Тогда англичанин рассмеялся и сказал:

– Разве Бог понимает по-немецки?

* * *

Для англичанина Бог – англичанин. Для Адольфа Гитлера он, скорее всего, ариец, – так должно быть, потому что мы создаем Бога по образу и подобию своему.

* * *

Недавно я читал мемуары одного армейского священника. Он был приписан к армии Монтгомери. И вот однажды, когда солдаты приготовились к наступлению, стало так пасмурно, туманно и холодно, что, казалось, даже двигаться невозможно. В своих мемуарах тот священник написал, что генерал Монтгомери подозвал его и сказал:

– Молитесь Богу и немедленно сообщите ему, что мы, его солдаты, готовы выступить вперед. А он что делает? Он что, вступил в заговор с врагом? Скажите ему, чтобы он немедленно это прекратил!

Священник удивился: такой человек, как Монтгомери, и что он такое говорит?

И возразил:

– Но это будет выглядеть некрасиво. Нехорошо так говорить Богу.

– Выполняйте мой приказ! – закричал Монтгомери. – Вы мой священник, прикрепленный к моей армии, и должны делать то, что говорю я. Идите и молитесь немедленно!

* * *

Такое случается. Это выглядит абсурдно и нелепо, но это случается все время, со всеми людьми, с каждым. Если вы воспринимаете Бога как человека, этого не избежать. Тогда вы начинаете общаться с ним как с человеком, но он – не человек. Именно из-за того, что вы воспринимаете Бога как человека, в мире существуют миллионы атеистов. Атеист – не против Бога, он – против вашего восприятия Бога как человека, потому что вся эта теория глупа. Только подумайте, на какие мучения вы обрекаете своего Бога: немцы молятся о своей победе, англичане – о своей, и каждый думает, что Бог – с ними, на их стороне.

Я слышал:

* * *

Однажды Джунаиду, суфийскому мистику, приснилось, что он умер, и одновременно с ним умер величайший грешник города. Они оба пришли к вратам рая и постучались. Грешника приняли, а святому отказали. Это очень сильно его ранило. Он всегда ожидал, что его примут с распростертыми объятиями, но что произошло на самом деле? Прямо противоположное. К тому же он знал того человека, которого так торжественно приняли. Когда церемония завершилась и грешника отправили в покои, святой сказал:

– У меня есть лишь один вопрос к Богу: что ты делаешь? Я постоянно молился, двадцать четыре часа в сутки, днем и ночью…. Даже в моих снах я называл твое имя и воспевал его!

Бог ответил:

– В этом-то и дело – ты так мне надоел, что я даже боюсь тебя теперь, когда ты оказался здесь, на небесах. Что ты тут будешь делать? С земли, издалека, ты ни на минуту не оставлял меня в покое сутками напролет! А он – хороший человек, поэтому мы и веселимся. Он никогда не докучал мне, никогда не надоедал, никогда не эксплуатировал мое имя, не создавал для меня никаких проблем.

* * *

Сама идея, что Бог – человек, глупа. Он не может быть человеком, потому что должен быть тогда всеми людьми одновременно – как он сам может быть человеком? Он не может быть кем-то, потому что он – все, и он не может быть где-то, потому что он – везде. Его невозможно определить, а персонализация – это определение. Его невозможно ограничить, а как человек он становится ограниченным. Личность – это лишь волна, которая приходит и уходит, а он подобен океану. Он безграничен и вечен. Личности приходят и уходят, они – лишь формы. Они есть, и вот уже их нет. Формы меняются. Одни формы постоянно меняются на противоположные, а он не имеет формы. Его нельзя описать, нельзя сказать, кто он. Он – все. Но как только вы говорите: «Он – все», – возникает проблема: как с ним общаться? В этом нет необходимости, с ним невозможно общаться как с человеком. Вы должны общаться с ним в совершенно ином измерении – измерении энергии, измерении сознания, а не личности.

Бог – это энергия.

Бог – это абсолютная осознанность.

Бог – это блаженство, экстаз. Неопределимый, безграничный. Ни начала ни конца. Всегда и всегда, вечный, вне времени, за пределами пространства, потому что Бог означает все.

У всего не может быть личности – это то, что в первую очередь нужно понять, очень глубоко, до глубины души понять. Не просто интеллектуально, но настолько полно, насколько это возможно, потому что если вы сможете постичь, почувствовать, ощутить Бога как тотальность, тогда ваша молитва изменится. Тогда ваша молитва не будет глупой: он не может быть на вашей стороне, он – на стороне каждого. Он с вашим врагом настолько же, насколько с вами, и его столько же в святом, сколько и в грешнике, потому что он – все! Он равно присутствует в темноте и в свете. Он охватывает все. Все противоположности в нем встречаются, смешиваются и становятся одним. Из-за идеи, что Бог – это человек, нам приходится создавать Дьявола в качестве противоположности Бога, потому что как иначе объяснить весь негатив? Приходится создавать кого-то, на кого можно было бы свалить все неприятности. Тогда ваш Бог тоже становится фальшивым, и ваш Дьявол фальшив, потому что отрицательное и положительное существуют вместе, не по отдельности. А вы все, что вам нравится, возлагаете на Бога. Это – ваше разделение обязанностей.

А Бога невозможно разделить, он – неделим.

Первое: Бог – не человек. Помните, вы – тоже не человек. Это невежество, это невежество относительно самих себя: вот почему вы выглядите, как человек. Если двигаться глубже, постепенно личность становится размытой, и наступает момент, когда вы не знаете, кто вы. Иногда бывает, что, если вас внезапно будят – возможно, вы это замечали много раз, – вы вдруг не знаете, где вы, утро сейчас или вечер, ваш ли это дом, что это за город. На какой-то момент все становится размытым, нет ощущения времени, нет ощущения пространства и вы не знаете, кто вы. Почему такое случается? Потому что в глубоком сне вы движетесь к центру, конечно, неосознанно, но в центре нет личности, там существует безличная энергия. Если же кто-то внезапно будит вас, вы должны двигаться из центра к периферии в такой спешке, что нет времени собрать личность воедино. В такой внезапной спешке вы просто теряете личность. Это – ваша реальность, то, чем вы на самом деле являетесь.

В глубокой медитации вы будете все больше и больше осознавать неопределимое, безграничное. Сначала это будет выглядеть как нечто размытое, это может даже напугать вас: что происходит? Вы теряете разум? Сходите с ума? Если вы испугаетесь, то упустите. Не бойтесь, это естественно. Вы двигаетесь из определенного в неопределимое. Между ними будет пространство, в котором все будет размытым.

Вот почему мастера Дзен говорили: «Прежде чем кто-то ступает на путь, реки – это реки, горы – это горы. Когда кто-то ступает на путь, реки – больше не реки, горы – больше не горы. А когда кто-то достигает цели, реки – снова реки, горы – горы». Что они имеют в виду? Они говорят о том, что приходит момент, когда все становится неясным. В этот момент нужны будут школа и мастер, потому что, когда все становится размытым, вы снова как маленький ребенок – беспомощны: не знаете, кто вы, отождествление потеряно, не знаете, куда идете, что происходит – нужна школа. В этом состоит значение ашрама, монастыря, где многие люди существуют на разных уровнях и могут помогать друг другу. А мастер существует на высочайшем уровне, нет нужды бояться, вы всегда можете обратиться к нему.

Когда ваша личность утрачена, мастер остается для вас единственным источником душевного равновесия, потому что вы будете не в себе. Многие люди работают в одиночестве, и многие сходят с ума. На Востоке можно найти множество людей, которые кончают жизнь самоубийством. Они работали без мастера, оказались на той территории, где все размыто, и не знают теперь, куда идти. Они забыли, откуда пришли, и не знают, куда идти. Они не знают, кто они. Они совершенно безумны. Они лучше вас, но они – безумны. А теперь они не могут ступить и шага, потому что кто будет идти и куда? В этот момент необходим мастер.

Одно из важнейших дел, что совершил в своей жизни Мехер Баба – он жил рядом с Пуной и был одним из величайших мастеров – и что никто до него не делал: он многие годы путешествовал по Индии, просто устанавливая контакт с такими сумасшедшими людьми. Ничего не делал, кроме одного: перемещаясь от одной деревни к другой, общался с такими сумасшедшими людьми – они находятся в лучшем положении, чем вы, но нуждаются в некоторой помощи, просто в толчке. Нужен толчок, чтобы реки снова стали реками, горы – горами, они получают новое отождествление.

Старое отождествлялось с формой, новое будет отождествляться с бесформенным. Старое отождествлялось с именем, новое будет – с отсутствием имени. Старое отождествлялось с этим миром, новое будет – с тем миром. Но между ними двумя можно долго висеть, если нет школы, нет мастера, который помог бы вам и вытащил оттуда. Можно войти в эту дикую местность, но самостоятельно выйти будет трудно. Иногда кто-нибудь выходит случайно, но не в этом суть – как правило, практически невозможно выйти оттуда.

Я видел много сумасшедших людей. Каждый раз, когда кто-то подходит ко мне и говорит, что хочет все сделать сам, я сильно переживаю, потому что он не знает, о чем говорит. Это создает проблему. Я не могу принуждать к чему-либо, потому что чем больше заставляешь, тем сильнее люди удаляются. Я могу лишь сказать: «Хорошо, делай что хочешь», – но я сильно переживаю, потому что знаю, куда он, сам того не ведая, движется. Бог – это энергия, и если вы не готовы, она может быть разрушительной. Бог – такая роковая, беспредельная энергия, что, если ваш механизм не готов, вы попросту сломаетесь. Поэтому вопрос не только в том, чтобы познать Бога. Более глубокий вопрос – как подготовиться, прежде чем говорить «Теперь приди», прежде чем вы сможете пригласить его, потому что вы так малы, а он так безграничен. Это похоже на каплю воды, которая призывает океан. Океан может прийти в любой момент, но что тогда случится с каплей? Капля должна достичь такого качества, такой поглощающей способности, что океан попадает в каплю и растворяется в ней, а она остается невредимой. Это – величайшее искусство, это искусство – религия, йога, тантра, можно назвать его как угодно.

Не смотрите на Бога исходя из своих теорий: иудейских, христианских, индуистских. Отбросьте их! Это – цепляние за периферию, за знание. Вы цепляетесь за все, чему вас научили, но научить Богу невозможно, никто не может научить ему. Конечно, его можно как-то обозначить, показать тонкими, символическими способами, но научить ему нельзя. Все, что вы знаете о Боге, – неверно, и я говорю «все» – без исключений. Все, что вы знаете, – неверно, потому что эти знания исходят из учений. Кто-то научил вас какой-то концепции, теории, а Бог – не концепция и не теория, Бог – это гипотеза. Нет ничего похожего, он – очень своеобразен.

Отбросьте все теории, и только тогда вы будете готовы сделать первый шаг. К Нему вы идете обнаженными, безо всяких взглядов – без одежды. Вы идете к Нему свободными, не имея никаких представлений о Нем. Вы идете к Нему пустыми, потому что это – единственно возможный способ: будучи пустыми, вы становитесь дверью, в которую Он может войти. Требуется только восприимчивость, без идей, философий или доктрин – вот о чем говорит Гераклит. Эти слова прекрасны.

Послушайте:

Бог – это день и ночь, зима и лето,

война и мир, удовлетворенность и желание.

Никогда никто не произносил таких удивительных слов ни до, ни после него.

Бог – это день и ночь, зима и лето,

война и мир, удовлетворенность и желание.

Многие говорили о Боге, но никто не сравнится с Гераклитом. Были люди, которые говорили: «Бог есть свет», – но что тогда делать с темнотой? Тогда вам необходимо объяснять, откуда берется темнота. Многие говорили: «Бог – это день», «Бог – это солнце, свет, источник света», – но откуда тогда приходит ночь? Откуда берутся темнота, дьявол, грех? Откуда? И почему люди говорили о Боге как о свете?

Здесь дело в психологии. Человек боится темноты и хорошо себя чувствует, когда светло. Это – часть вашего страха. Почему вы называете Бога светом? Коран говорит, что Бог – это свет, Упанишады говорят, что Бог – это свет, Библия говорит, что Бог – это свет. Была только одна маленькая школа, в которой обучался и готовился к принятию божественного Иисус, это была школа ессеев. Только в этой школе говорили, что Бог есть тьма, ночь. Но они никогда не говорили, что Бог – это свет, они двигались к другой крайности. При этом ессеи – прекрасные люди.

Попытайтесь понять этот символ: свет – и – тьма. Вы не боитесь света, потому что можете видеть. Никто не может на вас напасть. Вы можете защититься или сбежать, можете побороться за себя или спастись бегством. Вы можете что-либо делать, все известно. Свет – символ известного, с известным вы не испытываете страха.

Темнота – неизведаннное. В сердце зарождается страх, вы не знаете, что происходит вокруг. Все возможно, а вы – беззащитны. Свет – безопасность, темнота небезопасна. Свет напоминает жизнь, а темнота – смерть. Вам страшно, вы боитесь – не только психологически, но также и биологически, потому что на протяжении тысячелетий человек жил в темноте, в ночи, в дикой природе – лесах, пещерах, и ночь была проблемой, потому что нападали дикие животные, а человек был беззащитен. Именно поэтому, когда был открыт огонь, он стал первым богом. Он стал защитой, безопасностью. Днем все в порядке, но ночью вы не знаете, где вы, ночью все исчезает.

Поэтому человек склонен отождествлять Бога со светом. Свет обладает некоторыми прекрасными свойствами. Он теплый, он – источник энергии, жизнь невозможна без солнца, ничто не может существовать без солнца. Вся жизнь, глубоко внутри, – это солнечная энергия, энергия, исходящая от солнца. Вы едите ее, пьете ее, живете ей. Если Солнце просто исчезнет, остынет, в течение десяти минут с лица Земли исчезнет вся жизнь – в течение десяти минут, потому что лучам необходимо десять минут, чтобы дойти до нас. Если солнце умрет, то в течение десяти минут старые лучи еще будут приходить, но вскоре, когда новые лучи перестанут приходить, и все просто умрет. Мы даже не успеем осознать, что происходит, никто не узнает, что мы умерли. Вся планета умрет – деревья, звери, птицы, человек – все! Жизнь существует благодаря Солнцу, оно теплое, приветливое.

У темноты есть своя красота. Темнота – бесконечна. У света всегда есть предел. Темнота не имеет границ. Свет, глубоко внутри, – возбуждение, он волнует вас, темнота совершенно не вызывает в вас возбуждения. Свет – теплый, темнота – холодная, холодная, как смерть, таинственная. Свет приходит и уходит, темнота остается. Вот почему ессеи называли Бога темнотой, ночью, потому что свет приходит и уходит, а темнота остается, темнота – вечна. Свет – эпизод, он проходит. Вы можете получить свет, но не можете получить темноту, она вне вашей власти. Вы можете включить и выключить свет, но невозможно включить и выключить темноту. Она вне вашей власти, так и есть! Светом можно управлять. Если темно, вы можете внести свет, но вы не можете внести темноту, не можете управлять темнотой, она вне вашего контроля. Вы включаете свет, но знаете, что свет не вечен. Когда источник энергии иссякнет, то свет уйдет, а темнота – вечна, она существует всегда. Она существует безо всякой причины, беспричинно. Она всегда была и всегда будет. Поэтому ессеи выбрали темноту в качестве символа Бога, и лишь один Гераклит выбирает и то, и другое.

Выбор одной крайности по-прежнему остается логичным, рациональным, в этом есть здравый смысл. Выбирать и то, и другое – иррационально, это сбивает ум с толку. Бог – это день и ночь, вместе, без выбора – зима и лето, война и мир. Таким людям, как Лев Толстой, Махатма Ганди, Бертран Рассел, будет трудно, если Бог – это и война, и мир. Они думают, Бог – мир, война создается людьми. Война уродлива, ее мог выдумать только Дьявол, Бог – это мир. Толстой не согласится, Ганди не согласится, что Бог – это и война тоже. Гитлер не согласится с тем, что Бог – это еще и мир, для него Бог – война. Ницше тоже не согласится, что Бог – это также и мир, для него Бог – это война.

Есть те, кто выбирает. Гераклит не принадлежит к их числу, он – сознание без выбора. Он – не для того, чтобы выбирать, он – для того, чтобы просто говорить то, что есть. Он не привносит в это свою собственную мораль, свой ум, он просто отражает, он – зеркало. Ганди, Толстой, Раскин – те, кто выбирает. У них есть свои собственные представления, которые они приписывают Богу. Они навязывают идею мира, что Бог – это мир. Тогда получается, что война – от Дьявола. Но это невозможно.

Что такое мир без войны? Возможен ли мир без войны? Не будет ли мир без войны просто мертвым? Просто подумайте: войны нет, только мир – что это будет за мир? Он будет холодным, он будет темной ночью, мертвым. Война придает насыщенность, яркость, остроту, жизнь. Но если есть только война, без мира, тогда тоже придет смерть. Если вы выбираете одну противоположность из двух, если выбираете один полюс, все будет мертво, потому что жизнь существует только между полюсами – как война и мир, оба; избыток и нужда; удовлетворение и неудовлетворенность, оба. Голод, нужда, желание, страсть, мир, избыток, удовлетворение… Цель и средство – оба. Это трудно постичь, но это – истина.

Это Бог в вас желает, и он же отрицает в вас любые желания. Это – полное принятие. Бог – страсть в вас, Бог же становится вашим просветлением. Бог – ваша злость, он же – ваше сострадание. Нечего выбирать! Но взгляните на этот факт: если нечего выбирать, и все есть Бог, ваше эго просто исчезает, потому что оно существует в выборе. Если выбирать нечего и все есть так, как оно есть, тогда Бог – и то и другое. Вместе с выбирающим, с выбором исчезает эго. Тогда вы принимаете, тогда вы просто принимаете! И когда вы голодны, и когда вы сыты – это одинаково прекрасно.

Это трудно для ума. Ум спотыкается, чувствует себя сбитым с толку, теряет устойчивость, голова кружится – как будто вы стоите на краю пропасти. Почему такое случается? Потому что уму нужен четкий выбор: либо одно, либо другое. А Гераклит говорит: «Не то и не это – оба». Спросите Махавиру, спросите Будду, они скажут: «Желание? Оставьте желание! Станьте лишенными желаний! Выбирайте! Станьте удовлетворенными, глубоко удовлетворенными; оставьте неудовлетворенность!» Гераклит проникает еще глубже. Он говорит: «Бог – и то, и другое!» Если вы можете почувствовать, что Бог – это и одно, и второе, то все благословенно, все становится святым. Тогда и в голоде тоже появляется удовлетворенность. В желании тоже есть отсутствие желаний. Тогда в гневе тоже есть сострадание. Если же вы не познали гнев, в котором есть сострадание, который есть сострадание, вы совсем не узнали и жизнь. Если вы не познали тьму, которая также является светом, прохладу, которая также – тепло, если вы не познали всего этого, вы упустили высочайший пик наслаждения.

Там, где встречаются противоположности, случается экстаз, предельный, предельное слияние со Вселенной – где встречаются противоположности. Бог – это одновременно мужчина и женщина, война и мир.

А человек оказался в затруднении, потому что он все время выбирает. Общество всегда остается однобоким, все общества и цивилизации были однобокими, потому что в них все держится на выборе. Мы создали общество, ориентированное на мужчину, на войну. Женщину вычеркнули: она не может ничего дать, она – темнота, она – мир, она – тишина, она – пассивность, сострадание, не война. Женщина – это удовлетворенность, не желание. Мужчина – это желание, возбуждение, приключение, война. Он все время куда-то идет, всегда чего-то достигает, что-то ищет, находит, исследует. Мужчина – это бродяга, женщина – домашний очаг. Но когда они оба встречаются – бродяга встречает очаг, – встречаются изобилие и нужда, активность и пассивность – возникает величайшая гармония, скрытая гармония.

Мы создали общество, ориентированное на мужчину, отсюда – войны, а мир – фальшивый. Наш мир – лишь промежуток между двумя войнами, он – ненастоящий, он – лишь подготовка к другой войне. Обратитесь к истории: первая мировая война и вторая мировая война, промежуток между ними – не мир. Это лишь интервал для подготовки к следующей войне. Это не настоящий мир, это просто подготовка. А если мир не настоящий, то и война тоже не будет настоящей.

В прошлом война была прекрасна, теперь же она уродлива, потому что у нее нет противоположности. В прошлом воины были прекрасными людьми, теперь воины просто уродливы. Война ничего вам не дает, наоборот, она – приключение, она ведет вас к вершине существования, вы полностью вкладываетесь в нее. Воины были прекрасны: они встречали смерть лицом к лицу, они шли на фронт навстречу смерти. Теперь воинов нигде и не увидишь, они прячутся в танках, бросают бомбы, не зная, кого уничтожат. Можно ли назвать человека, сбросившего атомную бомбу на Хиросиму, воином? Что это за воин? Он бросает атомную бомбу, в один миг убивает тысячи людей, не зная, кого убивает, кто его враг… убивает маленьких детей…

Я видел одно изображение, которое мне прислали из Японии. Маленький ребенок поднимался по лестнице в свою комнату, где он собирался сделать уроки и лечь спать. Очень маленький ребенок – он нес сумку с учебниками, думал о домашней работе, собирался сделать уроки и затем лечь спать. Он поднимался по ступенькам, когда упала бомба. Его тело полностью сгорело, он превратился просто в пятно на стене, вместе с учебниками, с сумкой… размышления о домашней работе, о следующем дне, завтрашнем утре – все сгорело. А тот, кто сбрасывал бомбу, не осознавал, кто погибнет. Потом он отправился домой и хорошо выспался. Он справился со своей работой, спрятавшись при этом сам. Что это за война? Она стала уродливой. В старые времена стать воином было одним из лучших вариантов для максимального развития своих способностей. Но теперь это – ничто, простая механическая функция: нажимаешь кнопку, бомба падает и убивает – вы никому лично не противостоите. Война без настоящего мира тоже становится фальшивой. А когда война фальшива, как может быть настоящим мир?

Мы все время выбирали. Мы создавали общество по мужскому образцу. Мужчина стал центром, женщина была выброшена из центра. Это – однобокость. Теперь появились женщины, которые думают о создании общества по женской модели, в котором мужчина будет выброшен из центра. Это тоже будет однобоко. Бог – сочетание мужского и женского, не нужно выбирать. Мужское и женское противоположны: темнота и свет, жизнь и смерть. В этом есть противоположности. Необходимо искать скрытую гармонию. Те, кто познал скрытую гармонию, постигли истину.

Бог – это день и ночь, зима и лето,

война и мир, удовлетворенность и желание.

Морская вода одновременно и чиста, и грязна:

рыбам – пригодна для питья и целительна,

человеку же непригодна для питья

и губительна.

Все хорошо и все плохо – это зависит от обстоятельств. Иногда война – это хорошо, иногда мир – это плохо, все зависит от обстоятельств. Иногда мир – не что иное, как проявление бессилия, тогда в нем нет ничего хорошего. Это мир, но он не хорош. Иногда война – не что иное, как безумие, тогда война не хороша. Необходимо наблюдать и видеть, без предубеждений. Не всякая война плоха, и не всякий мир хорош, и нельзя предпочитать одно другому. Для Ницше любая война хороша, для Ганди хорош любой мир. Оба они впадают в крайности. А Бог – и то, и другое.

Гераклит говорит:

Морская вода одновременно и чиста, и грязна…

Для рыб она – жизнь, для вас же может стать смертью. Поэтому не создавайте абсолютных идей, оставайтесь гибкими. И помните: что-то может быть хорошо для вас сегодня, а завтра может не быть хорошо, потому что жизнь постоянно меняется, нельзя войти в одну и ту же реку дважды. Даже если вы войдете в нее, вы те же и не те. Все движется, это поток, так что не оставайтесь неподвижными. Это одно из заболеваний человеческого ума: вы становитесь неподвижными, вы теряете гибкость, а гибкость – это жизнь.

Посмотрите на ребенка: он гибок, посмотрите на старика: он стал негибким. Чем более вы гибки, тем более живы, свежи и молоды. Становясь все более негибкими… вы умираете. А что значит гибкость? Гибкость – это когда вы откликаетесь на каждый момент без какого-либо заранее подготовленного решения, откликаетесь на каждый момент не через заранее составленное мнение, а сразу, мгновенно. Мгновенность и есть гибкость. Вы смотрите на ситуацию, осознаете ситуацию, чувствуете ситуацию – и после этого действуете. Действие рождается из встречи ситуации и вас, а не из устаревшего понимания.

Природа дня и ночи одна.

Война и мир – единое целое; желание и отсутствие желаний – едины. Это одно и то же явление: мир – это неактивная война, война – активный мир. Природа мужчины и женщины одна: женщина – неактивный, пассивный мужчина, мужчина – это активная женщина. Вот почему они привлекают друг друга: если взять их по отдельности, они – половинки. Если они становятся одним, тогда создается целое, половинки встречаются и становятся одним целым. Это единство и есть поиск.

Если их разделить, как это делали в прошлом все религии – католики, джайны, буддисты, все они полностью разъединяли мужчин и женщин, – то все эти религии так и останутся половинчатыми, они не могут быть всеобъемлющими, не могут принять целое. Их круг – это половина, а половина круга – вовсе не круг, потому что круг, чтобы быть кругом, должен быть целым, а полкруга – далеко не круг. Вот почему все христианство оказалось уродливым, джайнизм оказался уродливым, буддизм оказался уродливым. Вы не должны разделять, вы должны принять все в совокупности.

Красота – в единении, уродство – в разрозненности. Единство прекрасно, в нем завершенность – круг стал целым.

Природа дня и ночи одна.

День сам по себе становится ночью, ночь превращается в день. Можно ли разделить, где день, а где ночь? Можно ли провести разделительную линию? Разделительной линии нет – день постепенно превращается в ночь, ночь постепенно превращается в день. Это как колесо. Если вы сможете увидеть все противоположности в виде колеса, вы выйдете за пределы. Тогда вы больше не будете мужчиной, больше не будете женщиной, потому что вы превращаетесь в женщину, а женщина превращается в мужчину, и это происходит много раз. Если вы понаблюдаете за собой в течение двадцати четырех часов, то сможете отследить, в какие моменты вы были женщиной, а в какие – мужчиной, вы сможете увидеть, когда вы пассивны, а когда – активны. Когда вы пассивны, вы – женщина, когда активны – мужчина. Оба они скрыты внутри вас.

Теперь психология признает, что человек бисексуален: каждый мужчина одновременно является женщиной, каждая женщина одновременно является мужчиной. Различие носит лишь количественный характер, не качественный, различается степень присутствия. Если вы – мужчина, это означает, что вы, возможно, на пятьдесят один процент мужчина и на сорок девять процентов женщина – вот и все различие. Вот почему возможно поменять пол – различие лишь в степени. Лишь небольшое гормональное изменение, и ваш пол поменяется. Нет необходимости даже менять гормоны: изменения произойдут, если вы просто перестроите свою психологию. Это случилось с Рамакришной. Чтобы достичь божественного, он испробовал все пути. Даже когда он достиг, он все равно продолжал исследовать каждый из путей, чтобы просто проверить, каждый ли путь приведет его к божественному.

В Индии существует один поистине прекрасный путь. Этот путь принимает Бога как единственного мужчину, а вы становитесь женщиной, его возлюбленной. Неважно, кто вы – мужчина или женщина, – это не имеет значения: Бог – мужчина, а вы – женщина, Бог – Кришна, а все – его возлюбленные. Поэтому те, кто следует этому пути, начинают вести себя, как женщины. Они не могут использовать мужскую одежду, они вынуждены одеваться, как женщины. Они спят вместе с изваянием Кришны. Они полностью забывают, мужского они пола или женского, как бы то ни было, они становятся женственными. Каждые четыре недели в течение пяти дней они ведут себя так, будто у них менструация. Поначалу это лишь игра, но постепенно начинают происходить изменения.

С Рамакришной случилось так, что он полностью превратился в женщину. Это остается загадкой. Как такое возможно? Месячные действительно начались! Каждый месяц три или четыре дня у него текла кровь. Его грудь стала женственной, она увеличилась, его голос изменился, он стал женственным; он начал ходить, как женщина. Он следовал этому пути в течение шести месяцев и полностью превратился в женщину. Это остается загадкой, доктора – свидетели того, что у него шла кровь, появились менструации. Ум целиком изменил тело. Он достиг, двигаясь по этому пути, и потом оставил его, начал что-то другое, но даже после этого в течение года его тело оставалось неизменным. Потребовался год, чтобы вернуться, снова стать мужчиной.

Внутри вас присутствуют оба, все зависит от того, как расставить акценты. Гераклит пришел к осознанию этого:

Природа дня и ночи одна.

Путь вниз и путь наверх —

один и тот же.

Рай и ад – едины, Бог и Дьявол – едины, потому что так должно быть: два полюса одного и того же явления.

Даже спящие – действующие и содействующие

участники происходящего во Вселенной.

Даже спящие ответственны. Что этим хочет сказать Гераклит? Он говорит, что ответственность – не индивидуальна, карма – не индивидуальна, она – общая.

Даже спящие – действующие и содействующие

участники происходящего во Вселенной.

Это – редкое понимание сути вещей. Я полностью согласен с Гераклитом. Это – редкое понимание, потому что в Индии всегда верили, что карма индивидуальна, но это – тоже цепляние за эго. Почему? Когда эго нет, а вы настаиваете, что никакого эго нет, отчего тогда карма будет индивидуальной? Если карма индивидуальна, тогда вы не можете оставить эго. Тогда оно будет искусно цепляться, потому что я должен следовать своей карме, ты – своей, где же мы встретимся? Я стану просветленным, а ты останешься невежественным – где мы встретимся?

Если осознать прозрение Гераклита, то становится понятно, что индивидуальностей нет, нет островов; человек – не остров, мы – часть единого целого. Тогда даже карма не является индивидуальной. В таком случае здесь сокрыто множество смыслов, тогда открывается многозначное измерение. Это означает, что если кто-то где-то совершит убийство, то в этом есть и мое участие. Даже если я сплю – я спал и ничего не знаю об этом человеке, никогда о нем не услышу, но кто-то где-то в Гималаях совершил убийство, и если мы не индивидуальны, то я становлюсь соучастником, я тоже несу ответственность. Тогда не так-то легко снять с себя ответственность: «Я не совершаю убийство, я – святой».

Ни один святой не является святым, потому что в нем сокрыт грешник. Глупо заявлять: «Я святой, потому что я не совершаю убийств, ограблений, не грешу». Но в мире есть грешники, и если мы – одно целое, один большой континент, не острова, но связаны между собой, тогда как вы можете совершить грех без меня? Нет, это невозможно. И как я могу стать просветленным без вас? Это означает, что всякий раз, когда совершается грех, в это вовлечены все. И когда бы ни случалось просветление, в это вовлечены все.

Вот почему каждый раз, когда кто-то становится просветленным, многие сразу же следуют за его пробуждением, становятся просветленными, потому что он создает возможность для целого. Это выглядит примерно так: если у меня болит голова, то больна не только голова, заболевает весь мой организм – мои ноги тоже это чувствуют, мое сердце тоже это чувствует, как и моя рука, потому что я одно целое. Боль может быть сконцентрирована в голове, да, но все тело ощущает эту боль. Будда становится просветленным, это просто место концентрации, вот и все, потому что нет никакой индивидуальности. Это просто фокусировка, но будет вибрировать все целиком. Существование подобно паутине. Если тронуть паутину в любом месте, то он завибрируета целиком. Есть место, на котором сфокусировано прикосновение, это так, но вибрирует целое. Такова суть, и вы должны ее понять. Каждый раз, делая что-то, не только вы вовлечены в это – целое участвует в этом. Ваша ответственность огромна. Не только вашей собственной кармой вы должны быть ограничены, вся история мира – ваша биография.

Даже во сне я сотрудничаю, содействую, поэтому каждый шаг должен быть очень, очень ответственным и бдительным. Если вы совершаете грех, вы втягиваете в этот грех целое, не только себя, потому что вы не отдельны. Если вы медитируете, если становитесь осознанными, чувствуете блаженство, то вы ведете к вершине целое. В фокусе можете находиться вы, но всегда вовлечено целое.

Помните: что бы вы ни делали, Бог делает это; кем бы вы ни были, Бог является этим; и кем бы вы ни стали, Бог будет становиться этим. Вы не одни, вы – судьба целого.

Даже спящие – действующие и содействующие

участники происходящего во Вселенной.

У круга начало и конец едины.

Если нарисовать круг, конец и начало встретятся – только тогда круг завершен. Если вы станете кругом, целым, полным, в вас встретятся начало и конец. Вы будете подлинно истоком и наивысшей точкой мира. Вы будете альфой и омегой. И пока вы не станете ими, будет некоторая незавершенность, а пока что-то не завершено, вы остаетесь несчастными. Единственное несчастье, которое я когда-либо знал, – это быть незавершенным. Все существо стремится быть завершенным, ему необходима завершенность, и незавершенность становится мучением. Незавершенность – единственная проблема. А когда вы становитесь завершенными, конец и начало встречаются в вас. Бог как источник и Бог как высшее цветение встречаются в вас.

Поразмышляйте над этими небольшими фрагментами. Каждый фрагмент может стать безграничным созерцанием, каждый фрагмент может дать вам понимание себя и реальности. И это – не философские утверждения, это – прозрения Гераклита, он знает, он пришел к пониманию. Он не теоретизирует, он прикоснулся к реальности, проник в ее суть. Каждый фрагмент является завершенным, здесь нет системы. Эти фрагменты – как драгоценные камни, каждый со своей огранкой, в каждом камне – своя завершенность. Вы просто проникаете в один из фрагментов и, пройдя через него, можете стать совершенно другим, один такой фрагмент может стать дверью в бесконечность.

Помедитируйте, поразмышляйте над Гераклитом, что он говорит. Он может оказать на вас колоссальное воздействие. Он может стать вашим преображением.

Достаточно на сегодня.

Глава 5

Так глубоко ее значение

Давайте не делать случайных предположений

о величайших материях.

Многознание не учит пониманию.

Ищущие золото

много земли перекапывают,

а находят мало.

По какой бы дороге вы ни пошли,

границ души отыскать невозможно,

так глубоко ее значение.

* * *

Вся философия – не что иное, как случайные предположения.

Если вы хотите избежать настоящего знания, если вы хотите избежать экзистенциального, то нет ничего лучше философии. Спасайтесь в философии, и вы сможете избежать всего, всего того, что создает проблемы. Философия – дешевое решение. Без проникновения, без встречи с реальностью лицом к лицу вы просто теоретизируете, а теории – это не более чем просто слова. Аргументы, логические обоснования, объяснения – не более чем уловки. Ничто не решается, потому что вы остаетесь неизменными.

Философы – наиболее заблуждающиеся люди в мире, потому что они думают, что знают все, совсем ничего не зная. Гераклит смеялся над Пифагором, одним из величайших философов, известных когда-либо миру. Много раз Гераклит говорил: «Если бы, философствуя, кто-то мог стать знающим, Пифагор был бы первым знающим в мире», – потому что Пифагор путешествовал по всему миру, по всему известному в то время миру. Он даже побывал в Индии, жил в Египте, объездил мир вдоль и поперек. Он накопил много знаний.

Пифагор был современником Гераклита, и он более известен, чем Гераклит. Пифагор – целая веха в истории философии. Он многое знал, ничего при этом не зная. Чем он занимался? С помощью писаний, учителей, школ, ашрамов, секретных обществ он накапливал знания. Когда вы приобретаете знания, они становятся частью вашей памяти, но вы остаетесь нетронутыми. Они не затрагивают вашего сердца, ваше существо даже не осознает, что вы собрали в своей памяти. До тех пор, пока не было затронуто и не преобразилось ваше существо, знание – невежество, притом более опасное, чем обычное невежество, потому что обычный невежда знает, что он невежествен, а философ думает, что обладает знаниями. И однажды, когда вы станете рабом знаний, вы начнете думать, что ваши знания наделяют вас Знанием. Конечно, вы знаете очень много, но глубоко внутри не было познано ничего, ничто не изменилось, вы не поднялись на более высокий план бытия.

Истинное же знание состоит в постижении более высоких уровней бытия, более высоких планов бытия – не больше знания, но больше бытия. Быть больше, а не знать больше – вот истинный путь. Знать больше, но не быть больше – ложный путь. Философы говорят о вещах. У них нет ни малейшего представления о Боге, мокше, освобождении, других мирах, рае и аде. Они не просто говорят, они говорят с большой уверенностью, но не способны убедить в этом. Они не обманывают никого, кроме самих себя.

* * *

Говорят, что однажды, прогуливаясь по кладбищу, Мулла Насреддин наткнулся на одну могилу. Это была могила городского философа, который умер всего несколько дней назад. На могиле было написано: «Я сплю, я не мертв».

Мулла громко засмеялся и сказал:

– Ты обманываешь только себя и больше никого!

* * *

Но философ постоянно обманывает самого себя. Вместо знания он полагается на информацию. Только знание, постигнутое экзистенциально, подлинно. Например: вы можете собрать много информации о любви, ни разу не испытав влюбленности. Целые библиотеки заполнены такого рода знаниями, вы можете пойти и собрать все, что было сказано о любви, но «о любви» не значит «любовь», «о Боге» не значит «Бог». «О любви» значит, что вы все ходите и ходите кругами, никогда не проникая в центр. Любить – это совершенно иное.

Вы можете теоретизировать по поводу того, что есть любовь, можете сделать выводы относительно природы любви, но если вы никогда не любили, какая польза от этого знания? Что из него можно извлечь? Что с его помощью можно найти? Можно обмануть себя. Зная о любви, вы можете начать верить, что знаете любовь, а если такое случится, это будет означать, что вы закрыли двери для влюбленности. Полюбить – опасно. Знать о любви – очень умно и хитро. Полюбить – значит изменить себя, полюбить – значит столкнуться с миллионом трудностей, потому что взаимодействовать с живым человеком значит двигаться в неизвестность. Никто не знает, что произойдет в следующий момент. Вы оказываетесь выброшенными из своего укрытия, вы – под открытым небом, каждый момент будет нужно решать новые проблемы, преодолевать новые трудности. Так должно быть, потому что проблемы и трудности – это шаги. Делая эти шаги, вы растете. Если вам становится страшно и вы убегаете, то остаетесь незрелыми.

Любовь – это возможность расти, но рост всегда болезнен, потому что что-то должно быть разрушено, прежде чем вы сможете что-то создать. Прошлое нужно разрушить, прежде чем родится будущее. Рост – каждый раз как боль, через которую проходит мать, давая рождение ребенку. Рост каждый раз означает, что вы постоянно даете рождение самому себе, каждое мгновение рождается ребенок. Этот процесс не прекращается, он бесконечен, у него нет остановок. Вы можете немного отдохнуть, но путешествие бесконечно. Вы должны постоянно давать рождение себе самому, и каждый момент будет приносить боль. Но если вы видите, что из боли рождается новая жизнь, если вы принимаете ее, и не просто принимаете, а приветствуете ее, это – прекрасно, потому что так человек растет. Нет другого пути для роста.

Любовь принесет вам боль, любовь заставит вас страдать, потому что через любовь человек растет. Никогда не было никакого роста без страдания. Таково значение креста: Иисус страдает, тотально страдает. Когда он страдает тотально, он и возрождается тотально, воскресает. И тогда он – больше не человек, он становится богом. Он так глубоко любил человечество, что любовь к человечеству превратилась в крест.

Вы боитесь любить отдельного человека. Как вы будете расти? Вы можете обмануть свой ум – отправиться в библиотеки, собрать информацию о любви и о любящих и можете многое знать, не зная при этом абсолютно ничего. Это случается во всех сферах жизни. Каждый раз, когда заходит речь о великих материях, вы впадаете в заблуждение. Молиться – трудно, стать священником – легко. Священник – человек, собравший всю информацию о молитвах, но молиться трудно. Это как смерть, потому что пока вы не умрете, как вы сможете пригласить божественное войти в вас? Пока вы не станете пустыми, как оно сможет прийти в вас?

Серен Кьеркегор сказал: «Сначала, когда я стал молиться, я много говорил с Богом. Затем постепенно я пришел к пониманию всей глупости того, что делал. Я говорил, но как речь может быть молитвой? Молитва может быть только глубоким слушанием, не говорением. Вы должны молчать, чтобы услышать Бога. Ваше молчание должно быть таким глубоким, чтобы тихое, безмолвное слово Бога смогло проникнуть в вас. Только в молчании может открыться божественное». Молитва – это не говорение, это слушание: сознательное, пассивное, открытое, готовое – готовое, как чрево. Молитва женственна, а священник – явление мужское. Священник агрессивен: он что-то делает. Молитва – это вовсе не делание, это просто восприимчивость, открытость. Дверь открыта, и вы ждете. Это бесконечное терпение и ожидание. Священник агрессивен. Этому можно научиться: быть священником – искусство, этому можно обучиться. Молитва – не искусство, вы никоим образом не можете ей научиться. Вы можете научиться ей только в жизни. Не существует школ, университетов, которые могли бы научить вас молитве – только жизнь.

Вы идете по жизни, вы много страдаете, растете и постепенно чувствуете свою полную беспомощность. Постепенно вы чувствуете, что все эгоистические притязания глупы, потому что – кто вы? Вас бросает из стороны в сторону, оттуда – сюда, вы просто дрейфуете, дрейфующий на море кусок дерева… кто вы? Когда вы чувствуете: «Я – никто», – это первое семя молитвы упало в вас. Когда вы чувствуете: «Я беспомощен, я не могу ничего сделать, потому что я так долго что-то делал, делал, но, кроме страданий, ничего не происходит, ничего не получается в результате моих усилий», – вы становитесь бессильным. В этот момент беспомощности молитва делает второй шаг. Не потому что в своей беспомощности вы начинаете требовать от Бога: «Сделай это для меня, потому что я не могу этого сделать», – нет! Если вы по-настоящему беспомощны, вы не можете даже требовать и желать, потому что вы приходите к пониманию: «Что бы я ни сказал, будет неправильно. Что бы я ни спросил, будет неправильно. Я сам неправильный, значит все, что проходит через меня, пойдет не так», – поэтому вы говорите: «Да исполнится воля твоя… не слушай меня, просто делай то, что ты хочешь, и я готов следовать за тобой». Это – молитва, но не священничество. Вас могут обучить быть священником, есть учебные заведения, которые готовят священников. Обучают каждому жесту молитвы: как сидеть, как кланяться, какие слова использовать, какие – нет.

* * *

Лев Толстой написал небольшую притчу…

Случилось так, что к архиерею пришел один человек и сказал:

– Я знаю трех святых старцев. Они живут на острове, и они постигли Бога.

Архиерей возразил:

– Как так? И я ничего об этом не знаю? Я поеду и встречусь с ними.

Он взял лодку и добрался до маленького острова. Островок был настолько мал, что на нем росло только одно дерево, оно было покрыто красивой листвой, и все три старца сидели под этим деревом.

Едва увидев их, архиерей понял: «Это абсолютно необразованные крестьяне – и кто распустил все эти слухи? Как же наивны люди, раз поклоняются им!» Когда он вышел из лодки, все три крестьянина припали к его ногам. Архиерей был очень счастлив. Он спросил:

– Вы и есть те трое святых, о которых говорит вся округа?

– Мы не знаем, – ответили крестьяне. – Люди приходят к нам, мы не можем препятствовать этому. Мы знаем только то, что мы полностью довольны жизнью. Мы знаем только то, что нет больше желаний, нет больше амбиций. Жизнь – это просто бесконечное блаженство, и мы наслаждаемся ею. Больше мы ничего не знаем. Мы простые необразованные крестьяне…

Архиерей был счастлив! Он спросил:

– Какую молитву вы произносите?

Трое святых стали смущенно переглядываться. Наконец один из них ответил, что у них нет специальной молитвы:

– Мы сами придумали молитву. Мы не знаем молитвы, признанной церковью. Но мы расскажем, как мы молимся… Раз Бог триедин, и нас тоже трое, то молимся мы так: «Трое вас, трое нас, помилуй нас!» Больше ничего мы не знаем.

Архиерей был очень разгневан:

– Христианам не пристало так поступать! Как вы посмели придумать такую глупую молитву? Я расскажу вам правильную молитву, одобренную церковью.

– Мы будем тебе очень признательны, но пусть она будет покороче, потому что мы необразованные и не сможем запомнить что-то длинное.

– Вы должны будете запомнить ее!

– Мы постараемся…

Архиерей произнес всю молитву целиком. Она была действительно длинная, и, когда он закончил, один из святых сказал:

– Тебе придется повторить молитву хотя бы три раза, потому что нас трое. Будь добр, сжалься над нами, чтобы мы могли запомнить ее.

Архиерей повторил молитву три раза; крестьяне молча слушали. Архиерей был очень доволен. Старцы снова припали к его ногам, и он сказал:

– Вы хорошие люди, но запомните эту молитву, которой я вас научил.

И затем архиерей сел в лодку и уплыл. Когда же он был на середине озера, он увидел что-то похожее на облако, стремительно приближающееся к лодке. Он не мог понять, что это такое. Потом разобрался – это трое святых бежали к нему по воде. Они кричали:

– Подожди! Мы забыли молитву, поэтому подумали, что было бы хорошо догнать тебя. Сжалься над нами, повтори ее еще хотя бы три раза…

Но, увидев, как старцы ходят по воде, архиерей подумал: «Наверное, я зря потревожил этих прекрасных людей».

Он ответил:

– Простите, что я вмешался. Продолжайте свою старую молитву, ибо она была услышана. А моя молитва – пока нет. Моя молитва – это умственный разговор с воображаемым Богом, а ваша молитва исходит из самого сердца. Ваша молитва – это не просьба о чем-то, ваша молитва – это просто благодарность за то, что вы чувствуете себя такими довольными. У вас ничего нет, но вы чрезвычайно удовлетворены. Ваше блаженство всеобъемлюще. Поэтому вы можете как угодно выражать свою благодарность. Вам не нужно учить никакой одобренной церковью молитвы. Наоборот… Я чувствую себя несчастным; я потратил всю свою жизнь на чтение, изучение священных писаний, накопление знаний. Но я не могу ходить по воде. А ваша простая молитва была услышана.

* * *

Молитве нельзя научиться. Вы должны идти по жизни с открытыми глазами, с понимающим сердцем, тогда вы придете к молитве. Это будет ваша молитва. Она будет исходить из вашего сердца, изливаться из вашего сердца. Слова мало что значат, главное – сердце, которое стоит за ними. Но вы можете многому научиться с помощью ума: вы можете полностью забыть сердце, потому что сердце растет благодаря опыту, а ум растет благодаря мышлению. Но мышление не растет, оно мертво. В уме вы можете продолжать ходить по кругу. Ум – лишь компьютер, биологический компьютер, он накапливает информацию. Это же может сделать обычный компьютер, и он справится с этим даже лучше, чем ваш ум. Но сердце – не компьютер. Сердце кардинально отличается от ума: оно не накапливает, у него нет памяти, оно просто живет от момента к моменту, оно откликается на каждый момент.

* * *

Я был знаком с одним человеком, это был мой коллега в университете. Он все время болел, с ним все время что-то было не так. Я сказал ему:

– Почему ты не сходишь к врачу? Почему не проконсультируешься с ним по поводу своего здоровья? Ты все время жалуешься то на одно, то на другое.

И он пошел. На следующий день он пришел ко мне и сказал:

– Врач говорит, что мне придется наполовину отказаться от сексуальной жизни.

Я удивился и спросил:

– И что ты решил?

Он ответил:

– Да, мне придется последовать его совету.

И тогда я спросил:

– От какой половины: от мыслей или разговоров? Я знал этого человека: у него не было никакой сексуальной жизни, но он говорил и думал о сексе.

* * *

Есть люди, у которых нет религиозной жизни. Они говорят о ней, думают о ней, но религиозной жизни у них нет. Послушав их разговоры, вам может показаться, что они религиозны. Религия никак не связана с мыслями и разговорами, религия – это нечто, связанное с жизнью. Либо вы живете ею, либо не живете. Это образ жизни – не философия, не теории о высоких материях, но глубокое родство с тем, что являет собой жизнь.

Просто понаблюдайте за своим умом, как он использует возможности, которые могли привести вас к религиозности. Вы видите цветок и начинаете думать о нем, говорить о нем – вы не проживаете этот момент. Цветок здесь, раскрывает свои лепестки – необычайно прекрасное явление, чудо.

Ученые говорят, что жизнь – это чудо. Нет никакой причины для того, чтобы она была. Из многих миллионов планет и звезд только на этой крохотной Земле, и то всего несколько тысяч лет, существует жизнь. Никто не знает, почему, никто не знает, как долго она просуществует, никто не знает ее цели, ее предназначения, ее источника. Самое большее, что могут сказать ученые, – что это просто чудо, возможно – случайность. Нечего сказать. Цветок – это чудо, потому что он живой. В этой мертвой вселенной – миллионы планет, миллионы звезд, просто камни, камни, камни, бесконечные камни, и – маленькое семя превратилось в растение, и растение празднует. Появился цветок, а вы начинаете просто думать, говорить о нем. Вы говорите: «Как красиво!» – и упускаете всю красоту, потому что если это действительно прекрасно, то вы станете молчаливыми. Каждый раз при встрече с чем-то необыкновенным вы пребываете в таком непостижимом изумлении, в таком удивлении… как вы можете говорить? Говорение все оскверняет. В этот момент говорить просто глупо, вы упускаете.

Вы просто остаетесь в молчании, вы пьете, вы вкушаете этот момент. Вы позволяете цветку прорасти в вас. Неуловимо дуальность субъекта и объекта утрачивается. Вы – более не субъект, а цветок – более не объект, границы встречаются и сливаются. Внезапно цветок оказывается внутри вас, а вы – внутри цветка, потому что жизнь едина. Вы – тоже цветок, сознание – это цветение. Вот почему в индуизме его символизирует лотос: цветение цветка. А цветок – тоже сознание, живое. Встретив цветок, не начинайте говорить и думать. Тогда вы узнаете, что такое цветок. Вы можете не суметь сказать, что вы знаете, можете не суметь создать на основе своего знания теории. Это трудно: когда вы знаете, трудно создать вокруг этого теорию. Знание необъятно, опыт так огромен – и теории кажутся такими узкими. Вы можете быть не способны философствовать, но не это главное. Вы знаете, это – главное.

Эта точка – перекресток, на котором расходятся философы и религиозные люди. Философы продолжают говорить и думать, а религиозные люди продолжают углублять свой опыт. Наступает момент, когда они полностью растворяются. Философ в конечном итоге становится чистым эго, а религиозный человек просто теряется. Невозможно найти, где он.

Если вы это понимаете, тогда эти фрагменты станут для вас очень и очень значимыми, какими они и являются.

Давайте не делать случайных предположений

о величайших материях.

Что может сделать ваш ум? Такой маленький, крошечный.

* * *

Говорят, однажды Аристотель прогуливался по берегу моря и увидел человека, который чайной ложкой зачерпывал воду из моря и выливал ее в маленькую ямку, сделанную в песке на берегу. Аристотель был погружен в свои собственные проблемы. Он не заинтересовался – один, два раза он проходил мимо и видел этого человека, но тот был так поглощен своим делом, что Аристотелю в конце концов стало любопытно – что он делает? Он не мог больше сдерживаться, а тот человек был так увлечен: он подходил к морю, наполнял ложку, выливал воду в ямку, снова шел… Наконец Аристотель сказал:

– Постойте! Я не хочу вас беспокоить, но что вы делаете? Мне ужасно интересно…

Тот человек ответил:

– Я собираюсь перелить в эту ямку весь океан.

Аристотель – даже Аристотель – засмеялся и сказал:

– Вы занимаетесь глупостями! Этого не случится. Вы просто лишились рассудка и впустую тратите свою жизнь! Только посмотрите на безбрежность океана и на свою маленькую ямку. И вы хотите чайной ложкой перелить в нее океан? Да вы сумасшедший! Идите домой и отдохните.

Человек засмеялся еще громче, чем Аристотель, и сказал:

– Да, я так и сделаю, потому что моя работа выполнена.

Аристотель воскликнул:

– Что вы имеете в виду?

Человек ответил:

– То, что вы заняты тем же самым делом, и даже еще более глупым. Посмотрите на свою голову: она еще меньше, чем моя ямка. И посмотрите на божественное, на существование: оно безбрежнее, чем этот океан. Посмотрите на свои мысли – они больше моей ложки?

Человек ушел, громко смеясь. Аристотеля это потрясло. Никто не знает, произошло это на самом деле или нет, потому что Аристотель не изменился. Возможно, эту историю придумал Гераклит, я так подозреваю. Или даже возможно, что сам Гераклит и был этим человеком, это тоже мое предположение.

* * *

На что способен ум? Если подумать, то это кажется абсурдным. Как можно понять такую безграничность с помощью головы? Все усилия кажутся тщетными. Отбросьте голову и просто посмотрите! Не смотрите с помощью ума, и тогда вы тоже безбрежны. Только оттого, что вы смотрите с помощью ума, вы стали такими маленькими. Только из-за узости вашей головы, вы тоже стали узкими. Отбросьте голову! – и просто смотрите на существование без головы! Это означает: не думая, будучи абсолютно бдительными, но без единой мысли в голове. Не теоретизируя, но проживая.

Давайте не делать случайных предположений…

Все наши предположения случайны. Что вы можете сказать? Кто-то спрашивает: «Есть ли Бог?» Что вы ответите? Если сказать «да» – это тоже предположение: разве вы познали? Если сказать «нет» – это тоже предположение: разве вы познали? Как вы можете что-то сказать? Если вы скажете «да», то окажетесь неправы. Если скажете «нет», окажетесь неправы.

Вот почему будды пребывают в молчании. Если вы спросите Будду о Боге, он ничего не скажет. Он просто останется в молчании, как будто вы ни о чем и не спрашивали. О Боге он никогда не скажет ни единого слова. Он понимает, что вопрос глуп. Он также знает, что, ответив на глупый вопрос, вы сами окажетесь глупцом. Он остается в полном молчании, не говоря ни «да», ни «нет», потому что и то, и другое – предположения. Что можно сказать? Христианские теологи глупо выглядят перед Буддой. Они даже пытаются доказать, пытаются предоставить доказательства существования Бога. Они предоставляют логические обоснования существования Бога. Но разве Бог нуждается в логической поддержке с вашей стороны? Разве целому нужны от вас какие-либо доказательства? Разве вы – судья? Что вы можете доказать? Все, что вы докажете, можно опровергнуть тем же самым умом, потому что логика – обоюдоострый меч: вы можете доказывать, а можете опровергать. Логика – не возлюбленная. Логика – проститутка. Кто платит, для того она и работает.

Я знал одного человека – юриста. Это был выдающийся, известный, всемирно известный авторитет в юриспруденции, но он также был очень забывчивым, рассеянным человеком. Однажды он выступал в суде Тайного совета Лондона в защиту одного индийского махараджи. Это было большое дело. Он забылся и в течение целого часа выступал против собственного клиента. Даже судья забеспокоился. Адвокат его оппонента не мог поверить в происходящее: «Что он будет делать?» – потому что он заготовил те же аргументы, которые теперь использовал его противник. Все перевернулось с ног на голову, весь суд не мог поверить в происходящее. И никто не смел прервать речь настолько авторитетного человека – только его собственный ассистент неоднократно пытался тянуть его за рукав и объяснять, что тот творил. Когда он закончил, ассистент прошептал ему на ухо: «Что вы наделали? Вы испортили все дело. Мы не против этого человека, мы за него!»

Юрист обратился к судье со словами: «Ваша честь, эти аргументы могли бы быть использованы против моего клиента. Теперь я их опровергну». Он начал их опровергать и выиграл дело.

Логика – проститутка. Вы можете привести аргументы в доказательство существования Бога и использовать те же аргументы, чтобы доказать, что его нет. Например, все мировые религии, все священники, епископы, папы, теологи – все они использовали в качестве основного доказательства, первого доказательства существования Бога то, что всему требуется создатель: «Вы видите мебель и знаете, что какой-то плотник сделал ее. Если вы посмотрите на картину, то подумаете, что неизбежно должен был быть какой-то художник. Как картина может существовать без художника? И такому огромному творению, работающему так четко, существующему в таком порядке, требуется создатель. Творение подразумевает наличие создателя».

Теперь послушайте атеиста. Он говорит: «Если это верно, тогда кто создал создателя? Потому что если у всех вещей должен быть создатель, если картина не может существовать без художника, тогда кто создал художника? Если же вы скажете, что художник никем не создан, тогда вы – глупец. Потому что уж если такая маленькая вещь, как картина, не может существовать без создателя, тогда как может не быть создателя у художника?»

Ваша логика работает против вас. Если же вы скажете: «Да, Бог создан другим Богом», – тогда это бесконечное возвращение к началу, снова и снова… Бог В создал Бога А; Бог С создал Бога В, и так до бесконечности. В конце концов, вопрос останется тем же, ответа не будет. Кто создал Бога Z? Вопрос остается. Логика ни на что не дает ответов. Один и тот же аргумент может работать как за, так и против.

Гераклит говорит:

Давайте не делать случайных предположений…

Не делайте никаких предположений, все теории – предположения.

…о величайших материях.

Лучше не делать никаких предположений.

Многознание не учит пониманию.

Вы можете многое узнать об этих предположениях, каждое из которых является случайным, и стать великим пандитом, вы можете стать великим знатоком. Во-первых, все это предположения, во-вторых, вы накапливаете весь этот мусор и становитесь великим ученым, люди будут вас уважать и думать, что вы знаете, но знаете ли вы? Говоря о Боге, приводя аргументы за и против, приходите ли вы к какому-либо заключению? Теисты, атеисты – все в одной лодке.

* * *

Говорят, что Мулла Насреддин когда-то работал паромщиком – управлял паромом. Как-то раз один священник переправлялся на другой берег. Когда они были на середине реки, священник спросил Насреддина:

– Ты когда-нибудь чему-нибудь учился, Насреддин?

– Нет, – ответил Насреддин. – Я ничего не знаю. Я никогда не ходил в школу.

– Тогда можно сказать, что половина твоей жизни прошла даром, потому что как можно человеку жить без учения?

Насреддин ничего не ответил. Потом поднялся шторм, и паром пошел ко дну. Тогда Насреддин спросил:

– О великий ученый муж, вы когда-нибудь учились плавать?

– Нет, я никогда не учился плавать… – ответил священник.

– Значит, вся ваша жизнь прошла даром, потому что я уплываю!

* * *

Учение не может стать плаванием, существованию нужен опыт. Процесс обучения не может стать познанием. Познание – это что-то, что вы испытали на собственном опыте, к чему пришли. Познание всегда подлинно, учение всегда заимствованно. Другие могли знать, могли не знать, вы не можете решать – вы просто принимаете это на веру. Помните: вера не поможет, она – часть учения. Доверие – совсем другое. Вы что-то попробовали на вкус, и отсюда возникло доверие. Если вы не пробовали, то доверия нет, есть лишь поверхностная, искусственно вызванная вера. Вы принимаете на веру, но эта вера заимствованна, мертва. И чем больше вы будете принимать на веру, тем более мертвыми будете становиться. Доверие – совершенно иное. Это – не вера и не неверие. Оно никак не связано с верой или неверием, и вообще с умом. Люди говорят: «Мы верим в Бога», – и есть люди, которые говорят: «Мы не верим».

* * *

Однажды к Шри Ауробиндо пришел человек и спросил:

– Вы верите в Бога?

Шри Ауробиндо ответил:

– Нет.

Этот человек не мог поверить своим ушам, потому что он пришел из очень-очень далекой страны, чтобы задать свой вопрос, и полагал, что Шри Ауробиндо должен верить в Бога, но тот ответил: «Нет».

Тогда он воскликнул:

– Что вы такое говорите? Я не верю своим ушам. Я пришел издалека, чтобы послушать того, кто знает.

Ауробиндо ответил:

– Но я ничего не сказал о знании. Я не верю, я знаю.

* * *

Вера – дешевый заменитель познания, а на самом деле, даже и не заменитель. Вы не верите в солнце – вы знаете. Я здесь – вы не верите в меня, вы знаете. Вы сидите там – вы не верите, что сидите, вы знаете. Вы верите в Бога, вы не знаете.

Невежество может превратиться либо в веру, либо в неверие, но невежество остается невежеством. Необходимо познание. Вы должны знать одно очень тонкое отличие: я не использую слово «знание», я использую слово «познание», потому что познание – это процесс, а знание уже завершено. Знание подобно вещи, оно закончено. Им можно обладать, оно в ваших руках, вы можете использовать его, оно завершено. Познание – это процесс, река. Оно движется, движется без остановки. Им нельзя обладать, о нем нельзя сказать, что оно закончено. Существование – нескончаемо, как познание может быть завершено? Можно ли прийти к точке, где вы сможете сказать: «Теперь я все познал»? Никогда такой момент не наступит.

Чем больше вы узнаете, тем больше дверей открывается. Чем дальше вы течете, тем больше тайн готово вам открыться. Чем больше вы узнаете, тем больше становитесь способными познавать, и этому нет конца. Вот почему я использую слово «познание», а не «знание». Знание мертво, оно – в прошлом, уже лежит в могиле. Познание – всегда в настоящем. Оно продолжается, оно подобно реке. Гераклит согласится со мной. С познанием он согласится, а со знанием – нет.

Знание – приготовленный продукт, познание – сырой. Оно все время в процессе приготовления, все время в становлении. Оно постоянно меняется, течет, принимает новые формы, новые очертания, и невозможно закончить его, потому что вы – его часть. Кто может завершить его? Вы можете стать познавающим, но никогда не можете стать знающим.

То же самое верно о любви, то же самое верно о молитве, о медитации, обо всех важнейших материях. По сути, использовать слово «любовь» – тоже нехорошо, так как в нем не отражается процесс любви. Использовать слово «молитва» – нехорошо, молитва мертва, а «моление» дает ощущение потока, движения, «живости». Использовать слов «опыт» – нехорошо, потому что это слово статично, а опыт – это процесс. Медитация – нехорошо… Язык все время дает ощущение мертвых вещей, а жизнь не мертва. Даже если вы подойдете к реке и скажете: «Река есть», – это нехорошщо: даже о реке вы говорите «есть». Река никогда не «есть», она все время движется, преображается.

Ничто не есть, все течет, все обретает новые формы и имена, все перетекает из одного в другое. Проживание опыта, познание, переживание любви, моление, медитирование – помните: жизнь – это процесс, а не вещь. Это движение из одной вечности в другую. Она всегда в середине, всегда в середине, и вы всегда в середине. У нее нет конца, это живое движение.

Учение может обеспечить вас лишенными жизни продуктами, но только жизнь даст вам процессы. Вы ничем не можете обладать в жизни, вы не можете обладать даже собой. Если же ваш ум стремится к обладанию, то вы становитесь знатоком. Поэтому я и настаиваю на отсутствии чувства собственничества, настаиваю на уме без чувства собственничества. Не считайте ничто своим. Не считайте своим даже вашего ребенка, он – не вещь. Не считайте своей вашу возлюбленную, она – не вещь. Ничем не обладайте – вы не можете! Если же вы будете обладать, вы убьете, разрушите. То же происходит и с процессом обучения: мы хотим обладать.

Люди приходят ко мне и говорят: «Мы бы хотели познать Бога». Но зачем? Почему вы хотели бы познать Бога? Вы хотите стать знающим. Вы и им хотите обладать. Его вы тоже хотите выставить на обозрение, чтобы показать, что вы обладаете не только мебелью, машиной и домом, но и Богом: «Он здесь, вы можете прийти и посмотреть. Я поймал его». Вы бы хотели и Бога тоже превратить в товар, и вы это уже сделали.

Нет, вы не можете обладать. Познанием невозможно обладать. Учением можно обладать. Познанию невозможно научить, вы должны прорасти в него. И это небезопасно, потому что какая может быть безопасность в процессе? Только в мертвых вещах есть безопасность. Это всегда опасно, потому что вы все время движетесь от известного к неизвестному, от света к темноте, от дня к ночи. Вы все время движетесь от жизни к смерти. И если вы сможете найти тайную скрытую гармонию, которая выходит за пределы обеих, движется внутри обеих и при этом выходит за пределы и той, и другой, тогда вы придете к пониманию истины.

Именно это имеет в виду Гераклит, говоря о важнейших материях:

Многознание не учит пониманию.

Вы видели людей, которые очень много знают, но ведут себя очень глупо? Это происходит почти всегда: тот, кто слишком много знает, становится все менее и менее осознанным. Он действует, исходя из своего знания, а не из реальной ситуации. Он становится нелепым, ведет себя глупо, потому что для мудрого поведения нужен отклик, а он все время действует из мертвого прошлого. Он все время действует из готовности, подготовленности. Он никогда не бывает неподготовлен.

* * *

Я слышал об одном выдающемся профессоре философии. Он что-то изучал в своем кабинете, когда в сильном возбуждении зашла его жена и сказала:

– Что ты делаешь? Разве ты не видел эту газету? Тут говорится, что ты умер!

Профессор, даже не взглянув ни жену, ни на газету, ответил:

– Тогда позаботься о том, чтобы мы не забыли послать цветы – потому что каждый раз, когда кто-то умирает, нужно посылать цветы.

* * *

Он даже не слушал. Человека знаний невозможно удивить, нет. Он уже знает. Его нельзя поразить, он утратил способность удивляться. Он больше не ребенок: он знает, знает все.

* * *

Я слышал – не могу ручаться за это, потому что я об этом только слышал, – один приятель рассказал мне, что однажды он сидел с Муллой Насреддином, и они воодушевленно беседовали обо всем, как вдруг собака Муллы Насреддина подошла и сказала:

– Кто-нибудь видел сегодняшнюю газету?

Приятель был в шоке, он не мог в это поверить!

Мулла дал собаке газету, и, когда она ушла, этот приятель пришел в себя и спросил:

– Какое чудо – эта собака читает?

Мулла возразил:

– Не будь глупцом, она всего лишь рассматривает картинки.

* * *

Есть люди, в которых полностью отсутствует чувство чудесного и таинственного. Их невозможно поразить, невозможно удивить. Что с ними? Они всегда готовы. Они знают, а когда вы знаете, как вы можете удивляться? Ребенок удивляется, это имеет в виду Иисус, говоря: «Пока вы не станете подобными детям, вы не войдете в царство Божье». Почему? Потому что удивление – это дверь, а удивляться может только невинное сердце. Если вы способны иметь невинное сердце, вы удивляетесь, все становится для вас чудом. Простая бабочка – и та такое таинство!..

Чжуан-цзы сидел под деревом, и две или три бабочки порхали друг за другом. Он написал небольшое стихотворение и сказал: «Мне кажется, что эти бабочки – цветы. Те цветы, что когда-то упали на землю, вернулись, теперь они вернулись назад, на дерево». Цветы падают на землю и после исчезают. Чжуан-цзы говорит: «Теперь они бабочками вернулись назад на дерево». Такой человек войдет в царство Божье, но не вы. Если кто-то спросит что-нибудь о бабочках, вы тут же откроете книгу и сможете рассказать о бабочках все, что написано в книге. Вы думаете, все, что можно выразить словами, охватывает целое? Все, что было сказано, – было ли этим сказано все? Нет ли чего-то, что осталось недосказанным и что все время остается недосказанным, что никто никогда не сможет сказать? Если вы думаете, что ничто не остается недосказанным, тогда как вы можете чему-то удивляться? Вы утратили ощущение чуда.

Этому столетию известно больше, чем любому другому, и это столетие находится дальше от Бога, чем какое-либо из предыдущих – горы знаний, библиотеки разрастаются все больше и больше, люди столько всего знают. Даже маленькие дети: мы принуждаем их знать – не двигаться к познанию, не развивать их удивление, чтобы они становились все более и более непостижимыми, чтобы они все глубже проникали в таинство, чтобы их могли волновать цветы, бабочки и камни. Нет. Мы забиваем их умы знаниями, и Гераклит говорит:

Ищущие золото

много земли перекапывают,

а находят мало.

Эти знатоки, пандиты, перекапывают много земли, но мало находят. Они сносят целую гору и находят мышку. Чего они добиваются? Они подобны золотоискателям: слишком много усилий, но все, что они получают, лишь кажется ценным. Вот почему он использует слово «золото» – потому что какой ценностью обладает золото? По сути, что это за ценность? Ценность, которой вы его наделяете, – лишь условность. Это мы наделяем золото ценностью, в самом золоте нет подлинной ценности. Если бы не человек, думаете, золото имело бы какую-то ценность? Животным все равно, птицы не думают о нем. Если перед собакой положить золото и кость, она выберет кость: ей безразлично ваше золото. Какая в нем ценность? Есть в нем какая-либо подлинная ценность? Нет никакой ценности, лишь социальная проекция. Если вы думаете, что оно ценно, оно становится ценным. Если вы думаете о чем-то, что оно имеет ценность, оно становится ценным. Золотоискатели перекапывают много земли и мало чего находят. Это то, что происходит с теми, кто ищет знаний, а не опыта, ищет истину, а не жизнь… но жизнь и есть истина! Все истины, которые вы можете выкопать из теорий и знаний, – мертвы.

По какой бы дороге вы ни пошли,

границ души отыскать невозможно,

так глубоко ее значение.

Постарайтесь понять три слова: первое слово – «известное», то есть то, что мы уже знаем; второе слово – «неизвестное», то есть то, чего мы еще не знаем, но существует возможность, что узнаем в будущем. Наука делит существование на эти два слова: «известное» и «неизвестное». Известное мы познали, неизвестное познаем, нужно лишь время. Религия делит мир на три слова, не два: известное, неизвестное и непознаваемое.

Непознаваемое неисчерпаемо. Неизвестное станет известным, тогда известное снова может стать неизвестным. Такое случалось много раз. Многие вещи были известны, а потом становились неизвестными, потому что общество теряло к ним интерес. Это случалось много раз. Если вы отправитесь назад и расспросите людей, которые изучают глубокое прошлое, они скажут, что практически все, что мы знаем, уже было когда-то раньше известно, а затем забыто.

Колумб не был первым человеком, открывшим Америку, многие открывали ее до него, а затем Америку снова теряли. В Махабхарате, одном из древнейших индийских писаний – ему как минимум пять тысяч лет, а возможно и больше, – есть упоминание Мексики: Арджуна имел много жен, одна из них была мексиканкой. Америка упоминается во многих других писаниях мира. Колумб не был первооткрывателем, он заново открыл ее. Во многих писаниях мира содержится упоминание самолета: мы не впервые изобрели самолет. Он был изобретен, но мы потеряли к нему интерес, открытие было утрачено. Я еще не встречал ничего, что было бы открыто впервые. Все уже было когда-то открыто и утеряно. Это зависит от общества: если в обществе есть интерес – хорошо, в противном случае открытие теряется.

Известное станет неизвестным, неизвестное станет известным. Но есть и третье измерение: непознаваемое. Наука не верит в непознаваемое. Она говорит: «Непознаваемое – не что иное, как неизвестное». А религия говорит, что это – абсолютно иное измерение: оно всегда будет оставаться непознанным, потому что внутренняя природа такова, что ум не может охватить ее. Безграничное, вечное, безначальное, бесконечное, целое. Целое никак нельзя постичь через часть, потому что как часть может постичь целое? Как может ум постичь то, откуда он возникает? Как может ум познать то, куда он уходит? Это невозможно! Это просто невозможно. Как мы можем познать то, откуда мы приходим? Мы подобным волнам – как волна может постичь целый океан? Она может утверждать, что постигла, потому что океан никогда ничего не опровергает – он просто смеется. Это как ребенок, что-то доказывающий родителям, а они смеются.

Существует непостижимое – непознаваемое.

Гераклит говорит:

По какой бы дороге вы ни пошли,

границ души отыскать невозможно,

так глубоко ее значение.

Как вы можете познать себя? Каждая религия говорит: «Познай себя!» Но как вы можете по-настоящему познать себя? Тогда кто будет познавающим, а кто будет познаваемым? Потому что знания держатся на разделении. Я могу знать вас, вы можете знать меня, потому что я становлюсь объектом, а вы становитесь познавающим – но как вы можете познать себя? Если же вы попытаетесь познать, то объект, который вы познаете, не будет вами. Познающий будет все время отдаляться. Знания всегда будут классифицироваться как объект, а вы – как субъект.

Например, вы можете познать свое тело. Поэтому все знающие всегда говорили, что вы – не тело, потому что его можно познать. Вы можете познать ум. Вот почему те, кто знает, говорят, что вы – не ум, потому что ум становится объектом, а вы познающим. Вы отступаете, продолжаете отодвигаться назад, вы – едва уловимое состояние. Вы тут же выходите за пределы всего, что познаете. Как только что-то стало известным, вы отдаляетесь от него. Если вы говорите: «Я познал себя», – что вы имеете в виду? Кто познал кого? Познанное вами – вы сами? Или тот, кто познал, – вы сами? Если вы – тот, кто познал, значит, вы по-прежнему остаетесь неизвестным. Самопознание невозможно.

Но почему все время говорят: «Познай себя»? Люди так говорят, потому что только через усилие познать себя вы придете к измерению непознаваемого. На этом настаивают: «Познай себя», – не потому, что вы можете познать, не обманывайтесь. Никто никогда не познал, никто никогда не познает. Все те, кто познал, познали и то, что великое, безграничное, предельное остается непознаваемым.

Все настойчиво говорят: «Познай себя!» Я тоже настаиваю: познайте себя! Просто чтобы привести вас к той точке, когда вы внезапно осознаете, что это – двери в непознаваемое. Только совершая усилия для самопознания, вы узнаете непознаваемое. Я не имею в виду того, что, когда вы узнаете непознаваемое, вы будете его знать. Нет! Вы войдете в него. Это никогда не знание, это – прыжок. Вы прыгаете в море и теряетесь в нем. Не потому, что вы знаете, – вы становитесь им. Конечно, в какой-то очень, очень слабой степени вы знаете, но в то же самое время вы не знаете.

Поэтому Гераклит выглядит парадоксальным, он выглядит неполноценным, слегка сумасшедшим. Но такова природа вещей, такова глубина вещей, таково глубинное значение вещей – и ничего нельзя поделать. Из-за этого и получается, что, когда вы движетесь в непознаваемое, не будучи готовыми принять его, вы можете сойти с ума. Это такой парадокс, что вы не можете ни в чем разобраться. Это такая глубина, что вы никогда не достигнете ее дна. Это такая бесконечность, что чем больше вы в нее погружаетесь, тем больше теряетесь. Вы никогда не сможете обладать ею, обладать могут только вами.

Богом невозможно обладать, вы лишь можете позволить ему владеть вами. Это все, что можно сделать. Вот почему это – подчинение. Вы позволяете ему обладать, вы готовы к тому, чтобы вами владели. Для этой готовности вы должны быть готовы потерять свой рационализм, разум, потому что это – чистое безумие. Ничто не ясно, все становится запутанным и размытым. Все выглядит размытым и запутанным, потому что вы пытались прояснить ситуацию. Это невозможно. Жизнь содержит в себе все парадоксальное.

По какой бы дороге вы ни пошли,

границ души отыскать невозможно,

так глубоко ее значение.

Вы можете пройти все дороги, но никогда не достигнете цели. Все пути смешиваются между собой, и вы никогда не достигнете цели. Почему? Потому что у жизни нет цели. Она – празднование. У нее нет цели, она никуда не идет. Она просто наслаждается движением, никуда не двигаясь. Это забава, игра. Не нужно принимать ее всерьез, иначе вы упустите ее. Будьте искренними, но не серьезными. Искренность – это одно, серьезность – нечто другое. Если вы серьезны, то вы мыслите категориями задач, средств и целей, путей и достижений, вы амбициозны. Серьезность – это амбиция, это болезнь. Возможно, вы переместили свое внимание с этого мира, но ваш амбициозный ум теперь думает о другом. Серьезность не религиозна. Серьезный человек автоматически станет философом, он начнет думать. Серьезность идет из головы. Вот почему у серьезного человека, у мыслителя, лицо становится вытянутым. Он даже не может смеяться, не может улыбаться, не может веселиться, потому что все время думает: «Чего с помощью этого можно добиться?» Он превращает жизнь в средство, а жизнь сама по себе есть цель.

Искренний человек совершенно иной. Искренность исходит из сердца. Он правдив, но не серьезен. Он ищет, но у него нет цели. Он ищет так же, как что-то ищет ребенок: если находит – хорошо, не находит – тоже хорошо. Ребенок бежит за собакой и на середине пути находит бабочку, он меняет направление. Он начинает бежать за бабочкой, а потом где-то по пути встречается цветок. Ребенок забывает про бабочку, цветок полностью завладевает его вниманием. Он не серьезен, но очень искренен. Каждый раз, когда что-то завладевает его сознанием, он полностью погружается в это – это и есть искренность. Теперь он забыл и бабочку, и собаку, цветок для него – все. Когда вы можете обратить на что-то все свое внимание – это искренность. А когда вы применяете свое внимание только в качестве средства, значит вы хитрите. На самом деле вы хотите достичь цели, и это только средство. Вы эксплуатируете. Вы используете путь, чтобы достичь цели. Для ребенка путь – цель. Для религиозного человека тоже путь – это цель.

Где бы я ни был – это и есть цель.

Кем бы я ни был – это и есть цель.

В этот момент вся моя жизнь сливается воедино надо мной, больше некуда двигаться. Нужно просто праздновать целостность этого момента.

Вот что значит религиозное существо – необеспокоенное, никуда не идущее, только если на утреннюю прогулку. Это другое. Вы проходите один и тот же путь, идя на работу, а потом отправляетесь на утреннюю прогулку. Путь тот же, дом тот же, все то же самое, вы те же, ноги те же, но когда вы отправляетесь на утреннюю прогулку, все по-другому. Религиозный человек просто идет на утреннюю прогулку, нерелигиозный человек идет куда-то: в офис, в магазин – идет к цели. Мирской человек ориентирован на цель, какова бы она ни была, даже если это Бог, мирской человек ориентирован на цель. Не-мирской человек не ориентирован на цель. Не-мирской человек живет здесь и сейчас, все сходится для него здесь и сейчас. И это здесь и сейчас становится бесконечностью. Вы идете к ней всеми возможными путями, но она по-прежнему остается недостижимой. В этом также есть красота. Если бы мы могли достичь, все было бы потеряно. Если бы могли познать себя, что тогда? Тогда вы бы просто сами себе наскучили. Нет, такая скука никогда не возникает, потому что это непрерывный процесс, бесконечный, от одной бесконечности к другой.

Запомните эти слова – не умом, позвольте им проникнуть глубже и поселиться в вашем сердце:

Давайте не делать случайных предположений

о величайших материях.

Многознание не учит пониманию.

Ищущие золото

много земли перекапывают,

а находят мало.

По какой бы дороге вы ни пошли,

границ души отыскать невозможно,

так глубоко ее значение.

Достаточно на сегодня.

Глава 6

Здесь тоже есть боги

Когда несколько посетителей неожиданно увидели, как Гераклит греется возле кухонного огня, он сказал им: здесь тоже есть боги.

Я исследовал самого себя.

Время – ребенок, передвигающий фишки в игре.

Королевская власть принадлежит ребенку.

Фанатизм – священный недуг.

* * *

Есть два пути поиска истины: первый – позаимствовать знание, второй – искать самостоятельно. Конечно, взять легко, но все, что вы берете, никогда не является вашим, а то, что не ваше, не может быть истинным. Это условие должно быть выполнено: истина должна быть вашей.

Возможно, я познал истину, но я не могу передать ее вам. В каждом акте передачи она становится ложью. Такова природа истины. Поэтому никто не может дать ее вам, вы не можете позаимствовать ее, не можете украсть ее, купить ее – вы должны ее познать. А пока вы не познали, ваши знания не являются знанием, это лишь место, куда вы прячете свое невежество. Вы обманываете себя, вы целиком заблуждаетесь.

Первое, что нужно запомнить, – то, что истина – это явление, которое нужно прожить. Кто может жить за вас? Вы должны жить за себя, никто не может вас заменить. Кто может любить за вас? Слуги не сделают этого, друзья не помогут – вы сами должны любить. Жан-Поль Сартр говорит где-то, что рано или поздно наступит время, когда люди будут нанимать слуг, чтобы те любили вместо них. Конечно, богатые уже на пути к этому. Рано или поздно те, кто сможет себе это позволить, не будут забивать себе этим голову. Зачем напрягаться, когда все может сделать слуга? Вы можете найти прекрасного, замечательного слугу, и он сможет любить вместо вас. У вас есть множество других, более важных дел, любовь можно оставить слугам.

* * *

Однажды Мулла Насреддин сказал мне:

– Меня очень интересует счастье моей жены.

– И что ты для этого делаешь? – спросил я.

– Я нанял частного детектива, чтобы выяснить его причины, – ответил он.

* * *

Но разве кто-то может любить вместо вас? Нет, такой возможности не существует. Вы не можете быть живыми при помощи заместителя, не можете любить при помощи заместителя – вы также не можете достичь истины при помощи заместителя. Такова природа вещей. Невозможно перехитрить ее или оказаться умнее. Человек делал попытки: «Есть тот, кто знает; мы можем получить это от него, можем позаимствовать». Но истина должна быть прожита. Это не что-то внешнее, это внутренний рост. Это не вещь, это не объект, это – ваша субъективность.

Истина – это субъективность, как тогда можно получить ее от кого-то другого, из писаний, из вед, коранов или библий? Нет, Иисус не особо поможет, как и Будда. Вы должны пройти через истину, короткой дороги нет. Вы должны скитаться, страдать. Много раз вы будете падать, много раз вы будете ошибаться, много раз вы собьетесь с пути – будет так. Возвращайтесь снова и снова, начинайте поиск снова и снова. Много раз вы будете сбиваться с пути. Много раз вы будете ходить по кругу, возвращаться на то же место снова и снова. Будет казаться, что нет никакого прогресса, но – продолжайте поиски. Продолжайте поиски и не чувствуйте себя отчаявшимися и подавленными. Сохраняйте надежду – этим качеством должен обладать ищущий.

Ищущий доверяет, он надеется. Он может ждать, он может ждать бесконечно. Он обладает терпением и продолжает искать. Притом что не каждый шаг ведет к цели, иногда он движется в абсолютно противоположном направлении. Но, даже двигаясь в противоположном направлении, он учится, даже ошибки являются частью учения. Никто не сможет научиться, если будет бояться ошибиться. Если кто-то очень боится, что собьется с пути, тогда путешествие становится невозможным. Вот почему ум говорит: «Спроси пробужденных, тех, кто знает, получи понимание у них». Но тогда это – товар, бывший в употреблении, но нет такого понятия, как истина, бывшая в употреблении, – это просто ложь. Истина, бывшая в употреблении, – это ложь. Истина, чтобы быть истинной, должна быть первичной, подлинной. Истина должна быть свежей, вы должны сами достичь ее, она всегда девственна.

Гераклит говорит:

Я исследовал самого себя.

Он говорит: «Я не говорю чего-то, что я слышал, я исследовал самого себя. Это не что-то, чему я научился, это то, что я вырастил сам. Это рост, это субъективность, это мой личный опыт». Когда это ваш опыт, он трансформирует вас.

Иисус говорит: «Истина дарит свободу». Но вы знаете много истин, и они не подарили вам свободу. Напротив, они стали вашими узами, они сковывают вас, как кандалы. Истина дарит свободу – ложь становится тюрьмой.

Поэтому Гераклит говорит:

Фанатизм – священный недуг.

Человек, знающий себя, никогда не страдает фанатизмом, он не сектант, никогда не одержим какой-либо теорией. Он никогда не заявляет, что он один прав, потому что, когда кто-то знает истину, он знает, что истина многогранна, он знает, что существуют миллионы способов смотреть на нее. Каждый раз, когда кто-то приближается к ней, все, что он видит – индивидуально. Так никогда не было раньше и так никогда не будет снова, потому что этой индивидуальности никогда раньше не было, она является абсолютно уникальной. Поэтому каждый взгляд, каждая встреча с истиной уникальны. Они несравнимы.

Человек, познавший себя, также познал то, что путей – миллионы, миллионы ипостасей у истины. Как он может стать фанатичным? Как он может сказать: «Только моя истина истинна, только мой бог – это Бог, ваш бог – фальшивый бог»? Это язык того, чья истина заимствована. Вы видите, как миллионы религиозных людей по всему миру провозглашают истину. Они не пришли к этому знанию, они не искали сами, иначе как бы они смогли упустить? Как они могут упускать такой многогранный опыт, феномен истины? Как они могут говорить: «Только моя истина», – ведь когда кто-то постигает, что никакого «Я» нет, как он может делать такие заявления? Как возможен фанатизм?

По-настоящему религиозному человеку нечего утверждать. Он соглашается. Он не толерантен, потому что когда вы говорите: «Я терпим», – присутствует нетерпимость. Он не говорит: «Я – христианин, ты – индуист. Да, я человек терпения, я терпим. Вы тоже можете быть правы. Я прав, и вы тоже можете быть правы. Я терпим по отношению к вам». За терпимостью всегда скрывается нетерпимость, само слово нетерпимо. Поэтому когда человек говорит: «Я терпим», – знайте, что он нетерпим, он прячется за этими словами. Что вы подразумеваете под своей терпимостью? Вы думаете, что вы где-то выше, и проявляете терпимость по отношению к тем, кто находится ниже, жалея их. Или, на худой конец, христианин скажет: «Да, есть много путей, но мой путь – лучший. Да, люди достигали и другими путями, но мой путь – это самый главный путь». Это тоже нетерпимость. К чему такие заявления? Зачем это «Я»? Зачем это эго?

Поэтому религии стали такими враждебными. Они убивали, лишали жизни, совершали всевозможные грехи. Они здесь, чтобы даровать человеку свободу, вывести человека за пределы всех грехов, притом сами они совершили все возможные грехи. Религии лишили жизни больше людей, чем кто-либо еще, они породили больше несчастий и раздоров, борьбы и конфликтов, чем что-либо еще на этой Земле. Эта Земля так уродлива из-за такого количества церквей, храмов, мечетей. Они не объединили, но разделили человечество. Они не сделали человечество единым. Они говорят о любви, но породили ненависть. Они говорят о мире, но создают всевозможные поводы для существования насилия. Они питают насилие и говорят о мире. Почему? Причина – не в религии, причина – в фанатизме.

Гераклит говорит:

Фанатизм – священный недуг.

Заболевания плохи, а когда они еще и священные – это, конечно, еще хуже. Когда недуг выглядит так, будто он священный, вы думаете, что это идеальное здоровье. Когда кто-то утверждает: «Я – единственная истина» – а это утверждение может быть сделано очень тонко, – тогда появляется уродливость. Эти сумасшедшие люди даже своих богов заставили говорить вещи, кажущиеся абсурдными. Магометане заявляют: «Бог говорит: „Я – единственный бог, а Магомет – единственный пророк“». Что вы имеете в виду? Бог что, истощил себя в Магомете? Тогда Бог очень беден. Тогда как же Махавира? А как же Будда? Как насчет Иисуса, Кришны, Лао-цзы, Гераклита? И как же тогда вы, кто днем раньше, кто позже станет пророком? Как насчет целого? Магомет прекрасен, но магометане утверждают, что он – единственный пророк, и появляется уродливость. Иисус замечательный, но христиане говорят, что он единственный единородный Сын Божий. Почему единственный единородный сын? Тогда кто все вы – незаконнорожденные дети? Если он – единственный законный сын, тогда что есть все существование? Откуда взялись вы, если он один произошел от Бога? Тогда кто ваш отец?

Нет, потенциал Бога безграничен. От него могут появиться миллионы Иисусов, и он остается все тем же, он не истощается, именно это означает «всемогущий». Если бы у него был только один сын, он, скорее, был бы немощным, нежели всемогущим. Он продолжает творить, и его творческий потенциал никогда не иссякает – это и есть бесконечность. Но христиане утверждают, что Иисус – единственный сын. Зачем делать такие заявления? Чтобы они могли назвать свою книгу единственной книгой. Слово «библия» означает «книга». Они не дали ей названия, потому что для них это единственная книга, все остальное – вздор. А как насчет Упанишад? Как насчет изречений Будды? Как же «Тао Тен Чинг» Лао-цзы? Почему Библия должна быть единственной книгой? Она прекрасна, но когда она становится единственной книгой, то приносит лишь вред.

Это священный недуг. Когда вы заявляете о вашей истине, что она есть целое, что она – это все, значит, появилось эго. Истине не нужны никакие заявления. Она просто есть, во всей своей красе. Вы можете видеть ее, но она вас ни к чему не призывает. По сути, истина никогда не пытается никого направить на путь истинный. Она помогает, она любит вас, ей бы хотелось, чтобы вы трансформировались, но она не прилагает никаких усилий, чтобы направить вас на верный путь. Но индуисты пытаются обратить христиан в индуизм, христиане пытаются сделать индуистов христианами. Зачем эти усилия? Потому что они верят, что у них есть единственный и неповторимый ключ, а все остальные отправятся в ад. Когда люди начинают обращать в свою веру, они все понимание делают очень узким.

Путь бесконечен, потому что ведет к бесконечности.

Когда цель бесконечна, как может путь быть таким ограниченным? На самом деле, любой религиозный человек не является ни христианином, ни индуистом, ни мусульманином. Вот чем я помогаю вам быть: не христианами, не индуистами, не мусульманами. Почему вы не можете просто быть? Что заставляет вас нести на себе ярлык секты? Если вам хорошо, если вы любите Иисуса, это прекрасно. Если вы любите Будду, это хорошо – но зачем становиться фанатиком? Зачем становиться предубежденным? Ваша любовь прекрасна, и если она помогает вам, это хорошо – двигайтесь с ней. Но вокруг миллионы людей, которые идут другими путями. Позвольте им двигаться, помогайте им, куда бы они ни шли, помогайте им. Помогайте им идти по их пути, пусть они занимаются своим делом. Не принуждайте их и не пытайтесь обернуть в свою веру. Если они смотрят на вас и что-то чувствуют, и хотят поменять свой путь, это их выбор. Вот почему Гераклита совсем забыли – потому что он никогда не создавал вокруг себя секты. У него были последователи, но он никогда не создавал секты и никогда ничего не заявлял. Он никогда не говорил: «Это – единственная истина».

Почему это привлекает? Когда кто-то говорит: «Это – единственная истина», – почему это привлекает? Вы очень неуверенны и растерянны, поэтому, когда кто-то утверждает, что его истина – единственная, вы думаете: «Должно быть, он знает, иначе как бы он мог заявлять об этом?» Заявление превращается в искусное воздействие, он выглядит авторитетно. Но хорошо запомните: человек знания, человек понимания – всегда сомневающийся. Он не такой убедительный, потому что он видит истину и чувствует, что ее нельзя выразить – он сомневается. Вы найдете в его словах поэзию, но не найдете утверждений. Вокруг него неуловимый аромат, который дает вам ощущение уверенности, но эта уверенность не исходит из его утверждений. Его утверждения всегда полны сомнений, прежде чем что-то сказать, он сомневается – потому что знает: все сказанное не может быть истиной. Он знает: то, что он пытается сделать, – опасно. Это рискованно, потому что слова разрушают: слыша слова, вы наделяете их своим собственным смыслом.

Человек понимания сомневается. Он не знает, что случится с его словами. Неизвестно, во что вы превратите его слова, при этом каждое отдельное слово может стать для вас очень-очень значимым или вызовет серьезное напряжение с вашей стороны. Он сомневается, он наблюдает за вами, смотрит вокруг, пытается найти центр вашего существа и потом что-то говорит. Чтобы это никогда не вызвало неверного толкования, чтобы не сбило вас с толку, чтобы его слова смогли помочь и не оказали на вас губительного воздействия – он сомневается. Но человек, чье знание заимствовано, никогда не сомневается. Он очень, очень уверен. Просто пойдите и послушайте христианских миссионеров: они кажутся такими уверенными, что их уверенность свидетельствует об их глупости. Откуда такая уверенность? Они ничего не знают, их научили, научили всему.

Одно время я посещал теологический колледж, христианский теологический колледж. Я наблюдал за тем, как там готовят попов и священников, и был поражен – все это кажется настолько глупым. Они отрабатывают даже жесты: как стоять за кафедрой, что говорить, как это говорить. Когда нужно повысить голос, когда перейти на шепот, как поднимать руку и когда именно это делать – всему учат. Они похожи на актеров. Они ничего не знают, но никогда не сомневаются, потому что их обучили. Обучение не может сделать вас религиозными, дисциплина не может сделать вас религиозными, учеба не может сделать вас религиозными. Вы можете стать актером, можете стать очень искусным актером. Вы можете стать настолько искусным, что будете обманывать не только других, но и самих себя.

Если спросить психоаналитиков, они найдут ответ: человек, чувствующий себя неуверенно внутри, всегда создает уверенность снаружи. Он боится своей собственной внутренней неуверенности, поэтому цепляется за определенные утверждения. Человек, уверенный внутри, не беспокоится: он может сомневаться, он может позволить себе сомневаться, страха нет. Он может сказать: «Возможно», – ему нет нужды быть уверенным. Он может сказать: «Бог – это лето и зима; Бог – это ночь и день; Бог – это насыщение и голод; Бог – это покой и беспокойство», – он может быть парадоксальным. Парадокс используется лишь для того, чтобы вы почувствовали, что человек не делает никаких заявлений, он просто пытается озвучить факт. А если это сложный факт, пусть будет так. Если факт противоречив, пусть и высказывание будет противоречивым – пусть оно будет правдивым отражением. Вы не можете попросить человека знаний быть таким парадоксальным. Он абсолютно уверен в том, что такое Бог: Бог – это день, и ни в коем случае не ночь, Бог – это свет, и ни в коем случае не тьма; Бог – это хорошее, и ни в коем случае не плохое; Бог – это мир, и ни в коем случае не война. Когда Бог – это одновременно война и мир, где тогда вы? Вы не уверены, вы сомневаетесь.

Гераклит говорит:

Я исследовал самого себя.

Поэтому он так парадоксален. Всегда ищите парадоксы. Вы всегда будете находить их, если человек исследовал самого себя, что еще ему остается делать? Если существование парадоксально, что ему остается делать? Он вынужден преподносить его таким, какое оно есть. Но пойдите к миссионеру – он никогда не искал. Он многое выучил, может цитировать писания. Но на самом деле он не умеет делать ничего, кроме цитирования писаний. А вы прекрасно знаете, что и дьявол очень искусен в цитировании писаний – он идеальный миссионер.

Когда несколько посетителей

неожиданно увидели, как Гераклит

греется возле кухонного огня,

он сказал им:

здесь тоже есть боги.

Он никогда не ходил в храмы, потому что если вы – человек восприятия, если ваши глаза открыты, если вы можете слышать и чувствовать, то зачем нужда ходить в храмы? Здесь тоже есть боги.

Бог – не человек. Бог – это все, что есть. Бог – это существование.

Просто представьте такую картину – Гераклит греется у костра: потрескивание дров, восходящие к небу языки пламени, тепло… Видимо, это была холодная зимняя ночь. Неожиданно пришли посетители и спросили: «Что ты делаешь?» А он ответил: «Здесь тоже есть боги». То, что он говорит, – тоже молитва; согреваться у костра – это молитва, если огонь становится божественным явлением.

* * *

Это напоминает мне об одном мастере дзен, Иккью. Он путешествовал и остановился на одну ночь в храме. Ночь была очень, очень холодной, и он развел огонь. Но, не найдя нигде дров, он взял статую Будды – деревянную статую, которая была в храме, – и сжег ее. Настоятель храма спал глубоким сном… вдруг шум, огонь – это Иккью ходил туда-сюда. Настоятель открыл глаза – и его охватил ужас, он не мог в это поверить, потому что это был буддийский монах, и не просто монах, но очень известный мастер. Настоятель соскочил с кровати, подбежал и закричал:

– Что ты делаешь? Ты сжег Будду!

Иккью вытащил небольшую деревяшку и начал искать останки Будды. Статуя почти полностью сгорела – ничего не нашлось.

Настоятель спросил:

– Что ты ищешь? Его больше нет.

Иккью ответил:

– Я ищу кости – у Будды должны были быть кости.

Настоятель засмеялся и сказал:

– Теперь я абсолютно уверен, что ты безумец. Какие кости могут быть у деревянного Будды?

Иккью сказал:

– Тогда принесите двух оставшихся Будд тоже, потому что ночь длинна и холодна, Будде внутри меня нужно немного тепла. Эти Будды – всего лишь деревяшки, так что не беспокойтесь. Здесь, внутри меня, есть кости и настоящий Будда, и этому Будде нужно немного тепла. А эти Будды – никчемные, у них нет костей, так что не беспокойтесь.

Настоятель выгнал его из храма. Ночь была очень холодная, но есть люди, которые станут поклоняться деревянному Будде и выгонят настоящего Будду. Утром он вышел, чтобы посмотреть, что стало с Иккю: тот сидел возле храма рядом с камнем и молился ему. Всходило солнце, это было прекрасное утро, и Иккью где-то собрал цветов. Он положил эти цветы на камень и теперь молился. Настоятель подбежал и спросил:

– Что ты делаешь? Ты окончательно сошел с ума! Ночью ты сжигаешь Будду, а теперь молишься камню.

Иккью ответил:

– Здесь тоже есть бог.

* * *

Гераклит говорит: «Здесь тоже есть боги».

Если вы способны чувствовать, то каждый момент – божествен, все божественно, все существующее свято. Если вы не способны чувствовать, идите в храмы, мечети и церкви, но и там вы ничего не найдете, потому что вы сами нуждаетесь в изменениях, место не нужно менять. Место остается прежним: в храме, вне храма, везде есть Бог. Это вы не можете видеть и поэтому меняете места: из дома вы отправляетесь в храм в поисках Бога.

Вам нужны внутренние изменения.

Смена обстановки не поможет. Вам нужна психологическая переориентация. Вам нужен абсолютно новый взгляд на вещи, тогда внезапно целый мир превращается в храм, и ничего больше.

Для Гераклита огонь стал символом. Огонь – действительно прекрасный символ. Гераклит говорит, что огонь – основная субстанция жизни. Это так! Теперь физики соглашаются с Гераклитом. Они соглашаются с тем, что электричество – основа всего существования, что все сущее – не что иное, как разновидности электричества. Гераклит говорит, что это огонь. Какая разница? «Огонь» – намного более красивое слово, чем «электричество». Огонь дает больше ощущения жизни, чем электричество, огонь более дикий, чем электричество. Когда вы говорите, что электричество – основа, это выглядит так, будто вселенная в каком-то смысле механистична, потому что электричество стало ассоциироваться с механизмами. В таком случае Бог выглядит как инженер, а электричество – это огонь.

Индуисты назвали этот базовый элемент праной, энергией, но энергия и есть огонь. Когда вы энергичны, живы, вы наполнены огнем, объяты пламенем. Генри Бергсон назвал основой всего – силу жизни. Те, кто искал, так или иначе оказывались возле огня. Глубоко внутри существования есть огонь. Огонь – это жизнь. Заратустра прав: он сделал огонь верховным богом. Должно быть, он соглашался с Гераклитом, они были современниками – Заратустра и Гераклит. Огонь стал главным богом для последователей Заратустры.

Огонь многое скрывает внутри себя. Вам придется понять феномен огня, этот символ, потому что это – способ выражения, просто метафора. Гераклит хочет указать на что-то глубинное, когда говорит, что огонь – это основа. Посмотрите на огонь зимней ночью, сядьте у огня и просто смотрите, просто чувствуйте его тепло. Холод – это смерть, тепло – это жизнь. Мертвое тело – холодное, живое тело – теплое, и вы должны постоянно поддерживать определенный уровень тепла. В человеке существует внутренний механизм, который поддерживает тепло на определенном уровне, потому что жизнь возможна только в пределах нескольких градусов. Человеческая жизнь существует только между девяноста пятью и ста десятью градусами Фаренгейта, только в пределах этих пятнадцати градусов. Есть другие формы жизни, которые существуют при других температурах, но человеческой жизни отведен промежуток только в пятнадцать градусов.

* * *

Мулла Насреддин был сильно болен, у него был жар, очень сильный жар. Врач измерил его температуру и сказал:

– Сорок с половиной.

Мулла открыл глаза и спросил:

– Каков мировой рекорд?

* * *

Потому что эго всегда думает в терминах мировых рекордов. Насреддин думал: «Может быть, я не смог никого обойти в чем-то другом, возможно, мне удастся побить мировой рекорд по температуре», – но свыше ста десяти никаких рекордов нет, потому что тогда человек просто исчезает, вы не способны выдержать так много огня. И ниже девяноста пяти вы исчезаете: когда так много холода, воцаряется смерть.

Вот почему мы говорим «теплое приветствие», а не «холодное приветствие»; «горячая любовь», а не «холодная любовь» – потому что холод символизирует смерть, а тепло символизирует жизнь. Солнце – это источник, солнечная энергия – это огонь. Просто понаблюдайте: вечером все становится печальным. Даже деревья, птицы полностью замолкают; никаких песен, все песни исчезают. Цветы закрываются, и вся земля ждет утра. А утром солнце еще не взошло, а земля уже готовится приветствовать его. Птицы начинают петь еще до восхода – это знак приветствия. Цветы снова распускаются, все снова оживает, приходит в движение.

Огонь – это очень и очень многозначительный символ. Если понаблюдать за огнем, можно увидеть непрерывное восходящее движение. Вода течет вниз, а огонь поднимается вверх – поэтому индуисты говорят об «огне кундалини». Когда вы поднимаетесь вверх, вы не похожи на воду, вы подобны пламени. Когда ваше внутреннее существо меняется, вы чувствуете, как пламя движется вверх. Вода, даже вода, соприкасаясь с огнем, начинает испаряться, двигаться вверх.

В одном очень-очень старом тибетском писании сказано, что мастер подобен огню, а ученик – воде. Если ученик очень глубоко соприкасается с мастером, то меняется качество ученика, он приобретает качество огня – подобно воде, которая при нагревании начинает испаряться. Без огня вода движется вниз. В присутствии огня происходит моментальное изменение. При температуре выше ста градусов огонь делает воду готовой к движению вверх, измерение меняется.

Огонь всегда движется вверх. Даже если перевернуть лампу вверх дном, пламя будет подниматься вверх, пламя не может идти вниз. Огонь – это усилие для достижения высочайшей вершины, омеги. Еще одна вещь: если понаблюдать за огнем, то его можно видеть лишь несколько секунд, доли секунды, затем он исчезает. Чем выше вы поднимаетесь, тем больше вы растворяетесь; чем ниже вы спускаетесь, тем более плотными становитесь. Понаблюдайте за водой: если она движется все ниже, ниже и ниже, то становится все холоднее и холоднее, потом замерзает, превращается в лед. Тогда она подобна камню, все движение останавливается, она мертва. Когда вода замерзает, она мертва, в ней больше нет жизни. Вам придется растопить ее огнем, тогда снова возникнет движение. Вам придется нагреть ее так сильно, чтобы температура достигла ста градусов, тогда она начнет двигаться вверх.

Есть три стадии: отсутствие движения – это когда вы заморожены, движение вниз – это когда вы как вода; первая стадия – лед, вторая – вода, а третья – когда вы испаряетесь, тогда вы движетесь вверх. В вас почти одновременно существуют все три стадии. Какая-то часть в вас подобна огню, движется вверх, очень маленькая часть, крошечная… Именно поэтому вы пришли ко мне, иначе вам это было бы не нужно.

Почему вы пришли ко мне? В вас должна быть очень маленькая часть, которая движется вверх, и эта часть чувствует, будто бы все ваше существо тянет ее вниз – это причиняет страдание. Вы знаете, что что-то в вас движется к божественному. Бывают моменты, когда вы чувствуете себя птицей, вы можете просто взлететь, но только в отдельные моменты. Но даже в такие моменты большая часть вас висит камнем. Одна часть висит камнем. Почти девяносто процентов вас подобны льду. Девять процентов вас движутся, как вода, вниз. В сексе, в гневе, в ненависти – вы движетесь вниз, но, во всяком случае, лучше двигаться вниз, чем не двигаться совсем. Поэтому, если я чувствую, что значительная часть вашего существа заморожена, я советую влюбляться, заниматься сексом, потому что это, по крайней мере, растопит вас. Конечно, вы не взлетите вверх, а будете двигаться вниз, но, по крайней мере, какое-то движение – уже хорошо. А как только появилось движение, можно поменять направление, поменять измерение. Но замороженность…?

Посетите монастыри, если хотите увидеть идеальные образцы замороженного льда. Отправляйтесь в католические или джайнские монастыри. Там вы найдете вместо людей отличные замороженные куски льда, потому что они против секса, против еды, они против всего. Они просто отрицают и всегда отрицали. А если вы отрицаете, ваша жизнь постепенно утрачивает огонь, потому что огонь – это положительная сила. Если вы отрицаете, то становитесь холодными. Отрицание – способ самоубийства. Вы медленно умираете, убиваете себя по частям, а потом становитесь замороженными. Но это – не достижение, в действительности – это падение.

Я говорю людям: «Если вы заморожены, двигайтесь в секс, это поможет». Конечно, это не приведет вас к предельному, но одно случится точно: вы начнете двигаться. Когда вы любите человека, испытываете, чувства к нему, ваша биоэнергия приходит в движение. Поэтому в сексе вы чувствуете сильное возбуждение – это огонь начал работать, и когда вы занимаетесь любовью, температура вашего тела поднимается. Любовь как лихорадка, временная лихорадка, порожденная вашим умом. Поэтому после любви вы глубоко расслабляетесь, в вас появляется течение. Если вы способны достичь сексуального оргазма, возникает полное течение, и ваша биоэнергия движется. Те, кто не способен на глубокий оргазм, – проблемные люди, в том числе и для медитации, потому что если они не могут двигаться вообще, как тогда они смогут двигаться вверх?

Первое – это движение само по себе. Второе – необходимость направить это движение вверх. Так много людей не могут двигаться, они боятся, они заморожены. Вы можете отчетливо увидеть, что их тела – замороженные предметы. Вы прикасаетесь к ним и чувствуете, что их тела холодны. Вы приветствуете их рукопожатием и чувствуете, будто пожимаете руку мертвой ветке, движение отсутствует. Вы берете их руки в свои и не ощущаете никакого обмена энергиями. Такая рука – как мертвая ветвь. Она не дает, не берет, не общается. Вы можете понаблюдать за людьми: даже за тем, как они ходят, за их лицами, движениями, и поймете – оргазмичны они или нет.

Первое, что должен узнать о вас мастер, – оргазмичны вы или нет. Если вы оргазмичны, если все ваше тело вибрирует, когда вы занимаетесь любовью, и эти вибрации такие глубокие, что на секунду вы буквально исчезаете, – то, конечно, тогда вы становитесь просто потоком, от макушки головы до пальцев ног энергия движется как поток, внутри вас не остается кусков льда, все тает. После занятия любовью вы засыпаете, как ребенок, потому что энергия пришла в движение. Вы долго играли, устали, но это очень приятная усталость. Эта усталость – расслабленность, теперь вы можете расслабиться, и тело становится живым. Именно потому секс так привлекателен, что ваше тело по-настоящему пытается найти способ быть оргазмичным, быть рекоподобным, не замороженным.

Когда вы заморожены, вы не можете быть в отношениях. Когда вы заморожены, вы заперты внутри себя, вы создаете заточение, и из этого заточения нет пути к Богу. Вам придется растаять. И прежде чем вы достигнете божественного, прежде чем вы сможете быть в отношениях с божественным, вам придется наладить отношения с другими людьми в этом мире, потому что, когда вы находитесь в отношениях с другими людьми – то есть когда вы любите, заботитесь, – тогда ваше тело тает, оно течет. Когда оно течет, можно делать следующий шаг.

Если энергия течет, очень просто разогреть тело изнутри. Все медитации – это способы дать вам тепло, больше тепла, чем может дать секс. Медитации, особенно те, что мы проводим здесь, направлены на то, чтобы разжечь в вас огонь. С помощью дыхания, быстрого хаотичного дыхания, разжигается огонь, потому что дыхание дает вам все больше и больше кислорода, а когда становится больше кислорода, появляется больше огня. Без кислорода нет огня. Даже если горит пламя, оно горит благодаря кислороду. Если не будет кислорода, огонь автоматически погаснет. Вам нужно больше кислорода, потому что ваше тело слишком заморожено. В вас недостаточно жизни, в вас недостаточно тепла.

Ко мне приходят люди – особенно замороженные – и говорят: «Нам не нравится эта динамическая медитация». Она им не нравится, потому что они заморожены и слишком много вложили в свою замороженность. Они не влюбляются, но считают себя брахмачарьями, принявшими целибат, – они просто заморожены, куски льда. В их жизни нет движения, но они считают себя лишенными привязанностей. Конечно, есть непривязанность, которая приходит, когда вы начинаете течь вверх, но она – абсолютно иная. А здесь есть непривязанность, которая возникает, когда вы вообще не течете. Конечно, мертвец лишен привязанностей, мертвец соблюдает целибат, мертвец полностью мертв. Вы можете быть непривязаны как мертвец – как раз это и случается во всех монастырях по всему миру. А можете быть лишены привязанностей совсем по-иному – качественно, диаметрально противоположным образом. Это когда вы становитесь настолько полными жизни, что огонь достигает той точки, когда вода перестает течь вниз и начинает течь вверх.

В вас нужно разжечь больше огня, вы должны превратиться в пекло. Поглощайте больше кислорода, делайте больше усилий, позвольте телу столько движения, сколько возможно, привнесите энергию, пульсирующую энергию. Она уже есть, вам просто нужно заставить ее пульсировать. Живите, как пламя, горящее одновременно со всех сторон. Только тогда вы однажды обнаружите, что ваша энергия течет вверх, что вы стали пламенем. Тогда вы сможете увидеть себя на какой-то миг, а потом вас просто не станет. Тогда вы внезапно растворитесь в космосе, сольетесь с божественным. Это символ огня – вы можете видеть его всего несколько секунд, потом он исчезает.

Будда постоянно исчезает. Посмотрите на меня: если вы способны видеть, то увидите, что я постоянно исчезаю. Лишь до определенного предела вы можете видеть. Поэтому вокруг пробужденного человека видна аура. Эта аура – не что иное, как исчезающий огонь, постоянно исчезающий огонь. До определенного момента его можно видеть, это и есть аура. За пределами этой ауры ничего нет, она исчезает.

Гераклит очень и очень прав в определении этого символа. Это не философское изречение, но в греческой истории философии считается, что Гераклит делает предположение, как и все остальные – Фалес, Анаксагор, Анаксимен, – что он, как и другие греческие философы, предлагает один из элементов… Есть четыре элемента: Земля, Вода, Огонь и Воздух – в связи с этим появлялись философы, которые полагали, что основной элемент – Земля, другие говорили, что основной элемент – Вода, третьи – Огонь, четвертые – Воздух. Гераклит называет основным элементом Огонь, но не нужно понимать его так же, как понимают Фалеса, нет. Это – не утверждение. Это не утверждение из философской темы или теории, он не выдвигает никаких доктрин. Он – поэт, а вовсе не философ. Он использует символ, и этот символ означает гораздо больше, чем просто слово «огонь».

Понаблюдайте за огнем снаружи, понаблюдайте за огнем изнутри, и станьте, насколько это возможно, пламенем.

Поэтому:

Когда несколько посетителей

неожиданно увидели, как Гераклит

греется возле кухонного огня,

он сказал им:

здесь тоже есть боги.

Я исследовал самого себя.

И я говорю это не просто оттого, что это говорили другие, – я сам это познал.

Он говорит:

Время – ребенок,

передвигающий фишки в игре.

Королевская власть принадлежит ребенку.

Королевская власть принадлежит ребенку, а время – это ребенок, передвигающий фишки в игре, – всю идею лилы, игры, он выражает всего в нескольких предложениях. Жизнь подобна игре – не превращайте ее в бизнес, иначе вы ее упустите. Вы упускаете, потому что превращаете ее в бизнес, а это – игра. Вот и играйте, а не думайте о том, что можно из нее извлечь. Будьте как ребенок: он просто играет, не думая о том, что он извлечет из этой игры. Маленькие дети, даже если проигрывают, прыгают и чувствуют себя очень счастливыми. Проигрыш – не проигрыш, если это игра, поражение – не поражение, если это игра. В ином случае, если это бизнес, даже победа становится поражением. Спросите Наполеонов, Александров: даже победа – это поражение. Что вы находите в конечном счете? Победа за вами, но ничто не было достигнуто. Вы так стремились к этой цели и теперь достигли ее, но чувствуете лишь разочарование – и вся ваша жизнь потрачена зря.

Помните, что вы потеряете свою жизнь, если будете стремиться к каким-то целям, потому что у самой жизни нет цели. Это игра безо всякой цели. Она никуда не направляется, просто наслаждается.

Это труднее всего понять, потому что ум математически точен. Он говорит: «А какой смысл, какая тогда цель?» Нет ни цели, ни смысла. Тогда ум тотчас же говорит: «Если нет никакого смысла, тогда зачем жить, почему бы не покончить с жизнью?» Но посмотрите: если смысл есть, тогда все становится уродливым, тогда это будет похоже на бизнес. Если есть цель, то жизнь утрачивает поэзию.

Поэзия существует, потому что нет цели. Зачем цветет роза? Спросите розу, она ответит: «Не знаю, но цвести – это так прекрасно, поэтому какая необходимость знать? Само по себе цветение, по своей природе, так прекрасно». Спросите птицу: «Зачем ты поешь?», – и она будет просто сбита с толку нелепостью ваших вопроса. Пение так прекрасно, это такое благословение – зачем поднимать такой вопрос? Но ум ищет цели, ум целеустремлен, он не может просто наслаждаться. В будущем необходимо чего-то достичь, должна быть достигнута какая-то цель, тогда ум чувствует себя хорошо. Если достигать нечего, он терпит фиаско. Но все усилия на то и направлены – пусть он потерпит фиаско!

Нет никакой цели, никакого назначения.

В этот момент все существование празднует – все, кроме вас. Почему бы не поучаствовать?

Почему бы не стать похожим на бесцельно цветущий цветок?

Почему бы не стать похожим на бессмысленно текущую реку?

И почему не быть как океан – ревущий, просто наслаждающийся?

Поэтому Гераклит и говорит:

Время – ребенок,

передвигающий фишки в игре.

Королевская власть принадлежит ребенку.

Каждый ребенок – король. Просто понаблюдайте за ребенком: каждый ребенок – король, император. Посмотрите на его движения: даже если на ребенке нет одежды, с ним не сравнится ни один император. Почему ребенок так прекрасен? Все дети, без исключения, прекрасны. В чем красота ребенка? Он все еще не испорчен умом, который ищет цель, смысл, значение. Он просто играет, не задумываясь о завтрашнем дне.

* * *

Маленький ребенок приходит домой. Его мама очень рассержена:

– Я слышала от соседских детей, что ты бросил грязь в рот маленькой девочки, тебя за это наказали и ты простоял весь день за дверью класса!

Он говорит:

– Да.

Мама приходит в ужас и кричит:

– Зачем? Почему ты бросил в нее грязью?

Тот пожимает плечами:

– Ну, рот был открыт.

* * *

«Зачем?» – бессмысленный вопрос. Уже достаточно того, что у него в руках оказалась грязь, рот был открыт – и что ему оставалось делать? Это просто случилось.

Мы спрашиваем: «Зачем?» «Зачем» не соотносится с ребенком, это так, как случилось! Рот был открыт! Рот был открыт, а у него была грязь. Он на самом-то деле и не делал этого. Мы напрасно его наказываем – это случилось само собой, просто так произошло. Просто так совпало, что девочка стояла с открытым ртом. Он не вкладывал в это никакого смысла, не хотел причинить никакого вреда, не собирался обидеть ее. Он просто воспользовался возможностью, он получил наслаждение. Но мы спрашиваем: «Зачем?»

Пропасть разделяет ребенка и взрослого, они существуют на разных полюсах. Ребенок не понимает, о чем говорят взрослые, потому что он живет в абсолютно ином измерении – измерении игры. А взрослые не понимают, что делает ребенок, потому что взрослый – это бизнесмен, он живет в мире «зачем», причин, мотивов. Они никогда не встречаются, не могут встретиться, нет возможности для понимания – если только взрослый снова не станет ребенком. Только святой, истинный мудрец, может понять ребенка, потому что он сам – ребенок. Поэтому он и способен понять.

* * *

Я читал дневник маленького ребенка. Двадцать пятого декабря в дневнике было записано: «Дядя Джо подарил мне пневматическое ружье. Дядя Джо – лучший в мире дядя. Никогда еще в мире не было и не будет такого замечательного дяди. Но сейчас идет дождь, и я не могу выйти на улицу. Мне бы хотелось прямо сейчас отправиться на охоту».

26-е декабря: «Дождь не кончается, я не нахожу себе места».

27-е декабря: «Дождь до сих пор не закончился, я в отчаянии, чувствую агрессию и жестокость».

28-е декабря: «Все еще льет дождь – застрелил дядю Джо».

* * *

Таков мир маленького ребенка. Он движется без цели, играючи. Игры самой по себе достаточно.

Если вы можете снова стать ребенком, вы всего достигли. Если вы не можете снова стать ребенком, вы все упустили. Мудрец – дважды рожденный ребенок. Дети, рожденные один раз, – не настоящие дети, потому что им еще предстоит вырасти. Именно второе рождение – подлинное рождение, потому что когда кто-то рождается во второй раз, то это он сам дарит рождение самому себе. Это – трансформация, он вновь стал ребенком. Он не спрашивает зачем и почему, он просто живет. Что бы ни предлагал момент, он движется с этим. У него нет планов, нет проектов. Он живет, ничего не требуя, и это – единственный способ жить, иначе ваша жизнь – лишь видимость, вы не живете. Для ребенка ничто не является ни хорошим, ни плохим, нет ни Бога, ни Дьявола, ребенок принимает все. Мудрец точно так же принимает все. Поэтому он может сказать, что Бог – это и зима, и лето; Бог – это и мир, и война; Бог есть и дьявол, и доброта – и то, и другое. Для мудреца снова исчезает мораль, стираются все различия, все свято, и каждое место – сокровенно.

* * *

Как-то я остановился в одной христианской семье. Мама разговаривала с ребенком и внушала ему:

– Это нехорошо, не нужно так громко молиться – ты почти кричишь. Молитвы не нужно выкрикивать. Бог слышит тебя, не надо так сильно кричать.

Но ребенок ответил:

– Но тут говорится: «Да будет услышано имя твое».

Ребенок живет в другом пространстве.

Мать очень рассердилась. Я сказал ей:

– Не мешай ему, не мешай его детству, еще слишком рано. Пусть он следует своим путем в молитве – он наслаждается этим, и именно это наслаждение имеет смысл, а не форма. Он скачет и выкрикивает имя Бога – это так прекрасно! Зачем ты учишь его?.. Ведь именно так и должно быть: если вы наслаждаетесь, тогда это становится молитвой. Если вы не наслаждаетесь, если это становится порядком, кем-то навязанным извне, тогда вы чувствуете, будто вас заперли в тюрьму. Пусть он кричит, пусть прыгает – я могу засвидетельствовать: Бог слышит его. Вопрос не в том, кричит он или нет, а в том, наслаждается ли он.

* * *

Если человек может испытывать блаженство, ему не нужно молиться, молитва – лишь дешевый заменитель. Тому, кто пребывает в блаженстве, не нужно медитировать. Тот, кто пребывает в блаженстве, может жить от момента к моменту блаженно, он сделал все, что может быть сделано. Все свято и священно. Можно есть пищу так, что это становится молитвой. Можно любить человека так, что это становится молитвой. Можно выкапывать ямки в саду так, что это становится молитвой. Молитва неформальна – это то качество божественного, которое вы привносите во что-либо.

Королевская власть принадлежит ребенку.

Почему? Потому что королевская власть означает невинность. Бог приходит к вам, когда вы невинны. Когда вы хитрите, дверь закрыта. Никогда не разрушайте чью-либо невинность, никогда не порождайте сомнений в ком-то, кто невинен, потому что невинность – это королевская власть. Никогда не порождайте сомнений в ком-либо, потому что как только разрушается доверие и теряется невинность, тогда становится очень и очень тяжело – это как разбитое зеркало.

В этом и состоит проблема мастера: вы все похожи на разбитые зеркала, потому что где-то на жиненном пути ваше доверие было разрушено. Вы не можете верить, в вас зародили сомнения, у вас очень развитый, сложный, сомневающийся ум. В этом и проблема. Ничего с вами не может случиться – никакой Бог не придет, нет! – пока в вас не будет возрождено доверие. Вы как разбитое зеркало, и вы упорствуете в том, чтобы им оставаться. Вы думаете, что сомнение – ваша богатство, но оно – ваша бедность.

Сердце ребенка – королевская власть. С невинностью к вам приходит огромная власть. И когда я говорю «доверие», когда все мастера в мире говорят: «Верьте», они имеют в виду – «Станьте невинными». Но вы настаиваете на том, что вы будете сомневаться, будете спорить и сначала находить рациональные объяснения. Вы настаиваете на том, что сначала вы должны быть в чем-то уверены, и только тогда сделаете шаг – но в этом-то и проблема, именно это и есть проблема. Если вы можете сделать шаг в темноте, доверяя, все становится возможным. Но вы не можете сделать такой шаг. Посмотрите: чего вы достигли, сомневаясь, куда вы пришли со своим разбитым зеркалом? Вы стали зависимыми от него, потому что оно так долго было с вами.

* * *

Мулла Насреддин учил своего сына житейской мудрости. Это был маленький ребенок, замечательный ребенок. Насреддин сказал ему забраться вверх по лестнице. Ребенок послушался. Ему всегда нравилось лазать, и он очень удивился желанию отца, потому что Мулла всегда говорил ему: «Не лезь на дерево, не лазай по лестнице». Ребенок был ужасно счастлив. Он полез вверх, долез до вершины, и тогда Мулла сказал:

– А теперь прыгай.

Ребенок начал сомневаться, но Мулла сказал:

– Я – твой отец, чего ты боишься? Прыгай!

Ребенок прыгнул… а Мулла отошел в сторону. Ребенок упал, закричал, заплакал:

– Что ты сделал со мной?

Мулла ответил:

– А теперь запомни: не верь никому, даже своему отцу. Такова жизнь, и я готовлю тебя к ней. Никому не верь, даже своему отцу. Ты выучил хороший урок: не доверяй!

* * *

Так каждый отец, мать, учитель, школы, университеты готовят вас. Не доверяйте никому, потому что этот кто-то может оказаться нечестным, он может оказаться мошенником, обмануть вас. Но в этом-то и проблема: даже если весь мир будет обманывать вас, вы ничего не потеряете. Но если вы будете сомневаться, то потеряете все. Настоящий обманщик – это сомнение, потому что, в конечном счете, вы упустите Бога. Бог проходит через двери невинности. Можете ли вы доверять чему-либо в своей жизни? Если поискать, вы не найдете никого и ничего, чему бы вы могли доверять.

* * *

Однажды к великому мистику Нагарджуне пришел человек. Этот человек хотел найти Бога. Нагарджуна спросил его:

– Ты любишь кого-нибудь? Ты доверяешь кому-нибудь?

Пришедший ответил:

– Я никому не доверяю и никого не люблю, кроме своей коровы.

Нагарджуна сказал:

– Этого достаточно. Всецело верь в то, что твоя корова – это Бог: люби ее, доверяй ей, корми ее, заботься о ней и приходи ко мне через три месяца.

Пришедший удивился:

– Неужили это возможно? Неужели достаточно одной любви и доверия к корове?

– Не беспокойся, – ответил Нагарджуна. – Приходи ко мне через три месяца.

Через три месяца этот человек вернулся полностью преображенный. Он спросил мистика:

– Что за чудо ты сотворил? Я до сих пор не могу в это поверить, но это произошло: просто доверяя корове, любя ее и заботясь о ней, я испытал что-то, что сделало меня совершенно другим человеком. Я заново родился! Но как такое могло произойти? Я лишь доверял корове…

Нагарджуна сказал:

– Это не вопрос доверия к корове, это вопрос доверия.

* * *

Если вы можете доверять хотя бы чему-то маленькому, дверь становится шире. Познав вкус доверия, вы стали более способными доверять. И тогда вы можете совершить последний прыжок…

Время – ребенок,

передвигающий фишки в игре.

Королевская власть принадлежит ребенку.

И что касается времени – у Гераклита тоже нет никакой точной теории. О времени он тоже говорит, что оно подобно ребенку, передвигающему фишки в игре: день и ночь они перемещаются. Гераклит не верит, что время куда-то движется. Оно движется, но движется по кругу. Оно не линейно, оно как колесо. И это нужно понять: все ученые думают, что время линейно, что оно движется по прямой; а все, познавшие суть, говорят, что оно – колесо, оно не линейно, оно циклично. Кажется, на то есть причины. Ученые не видят целого, они видят лишь часть. Ученый ум – особый ум, специализированный. Ученый может видеть лишь часть, но он делит и эту часть, чтобы увидеть еще более мелкую часть. Ученый все время делит, поэтому он не может увидеть целое. Сам предмет науки делает его способным более четко видеть часть. Он видит все более и более четко, но все меньше и меньше. Его взгляд становится четким и проникающим, но объект становится все меньше и меньше. Ученый доходит до атома, мельчайшей части, и со временем он придет к моменту, к наимельчайшему.

Если смотреть на маленький фрагмент круга, он будет напоминать линию, но круг огромен – как параллели на Земле. Мы сидим здесь, и если нарисуем линию, вы подумаете, что она – прямая, но вы ошибетесь, потому что как можно нарисовать прямую линию на круглой Земле? Если рисовать линию дальше, продолжить ее, она станет окружностью, она охватит всю Землю. Поэтому все линии – лишь части, фрагменты безбрежного, огромного круга.

Наука не может увидеть целое, вот почему время кажется линейным. Религия видит целое – наука упускает лес, она смотрит на дерево; религия упускает дерево, смотрит на лес. Когда вы смотрите на целое, все есть круг. Все движется по кругу, и время тоже – круговое движение. Это игра, она никуда не идет, просто движется. Если вы сможете увидеть, что время никуда не идет, просто движется по кругу, тогда все напряжение ума, направленное на достижение чего-либо, уходит. Тогда любое достижение цели в будущем становится бесполезным, бессмысленным – тогда вы начинаете наслаждаться моментом.

Жизнь – это не усилие, направленное на достижение, это празднование.

Фанатизм – священный недуг.

Но даже это не нужно превращать в теорию, потому что как только вы создадите теорию и скажете: «Это верно», – вы начнете обращать в это людей. Как только вы говорите: «Это верно», – ваше эго принимает это. Теперь это не вопрос правоты, вы правы. Как вы можете ошибаться? И тут появляется священный недуг. Даже со мной помните: что бы я ни говорил, не превращайте это в утверждение. Что бы я ни сказал, не превращайте это в верование, не останавливайтесь на этом. Что бы я ни сказал, противоположное тоже верно. Помните об этом, потому что, если вы скажете, что противоположное – неправильно, то превратитесь в фанатика. Вот тогда и возникает фанатизм.

Если я говорю, что Бог – это зима, помните, что Бог – также и лето. Есть моменты, когда я говорю, что Бог – это зима, потому что так нужно. Есть моменты, когда я говорю, что Бог – это лето, потому что так нужно. Некоторым я говорю, что Бог – это зима, некоторым говорю, что Бог – лето, не создавайте вокруг этого теорий. Я же еще и поэт. Нет необходимости верить в то, что я говорю, вы просто должны быть чем-то, что я говорю. Пусть это станет в вас трансформацией, а не теорией. Не выстраивайте на основе этого теорию, выстраивайте жизнь, живите этим! И если вы будете жить этим, то поможете и другим жить этим.

Только проживая, вы действительно помогаете; не через разговоры, не через изменение, не через общение и делание людей более просветленными, нет! Это очень трудно уловимое зло. Будьте просветленными, и внутри вас будет свет, люди будут приходить и питаться им, нет нужды лезть из кожи вон. А если кто-то идет своим путем, не пытайтесь остановить его. Кто знает? Тот путь может оказаться для него как раз правильным. Может быть, вам он покажется неправильным, но кто вы, чтобы решать? Не решайте и не судите, потому что фанатизм – это священный недуг. Всегда, когда кто-то становится религиозным, он может заболеть религией. Всегда, когда кто-то становится религиозным, он становится подверженным этому недугу – фанатизму. Очень трудно найти религиозного человека, который не был бы фанатиком.

* * *

Однажды я видел, как Мулла Насреддин выпивал в баре, и спросил его:

– Насреддин, что ты делаешь? Только вчера ты говорил мне, что бросил пить, стал абсолютным трезвенником, и чем ты занимаешься?

Насреддин ответил:

– Да, я абсолютный трезвенник, но не фанатик же.

* * *

Кем бы вы ни были, оставайтесь гибкими. Не окружайте себя жесткими рамками, оставайтесь подвижными и текучими. Нарушать дисциплину тоже иногда нужно. Жизнь больше вашей дисциплины, и иногда нужно действовать против своих собственных правил, потому что Бог – это одновременно и лето, и зима.

Не становитесь жертвой фанатизма. Будьте религиозными, но не будьте индуистами, мусульманами, христианами. Пусть вся Земля будет вашей церковью, пусть все существование будет вашим храмом. Когда Бог доступен весь, целиком, зачем довольствоваться фрагментом? Зачем говорить «христианин», зачем говорить «индуист»? Если вы можете быть просто человеком, зачем навешивать ярлыки? Отбросьте все ярлыки, отбросьте все верования. Доверяйте, доверие в корне отличается от верований. Доверяйте жизни, куда бы она ни вела. Двигайтесь с ней и помогайте другим идти их собственным путем. Занимайтесь своим делом, и пусть другие занимаются своим. Оставайтесь открытыми.

Если вы сможете оставаться открытыми, помогающими, заботливыми, ничего не навязывающими другим, то увидите, что люди начали впитывать вас, что люди черпают в вас помощь. Но не пускайтесь напрямую служить им, потому что служение, сострадание, любовь, забота – все вторично. Не набрасывайтесь на них, не заставляйте их двигаться к божественному, потому что насилие было бедой всей прошлой истории. Из-за этого насилия христиане, индуисты, мусульмане боролись, убивая друг друга. Достаточно этого, не нужно это сейчас!

Теперь Земля стала единой. Весь Земной шар стал просто маленькой деревней. Пусть человечество тоже станет единым – единым в поиске, но не в верованиях… единым, потому что все является божественным.

Всегда помните Гераклита:

Здесь тоже есть боги.

Я исследовал самого себя.

И:

Королевская власть принадлежит ребенку.

Фанатизм – священный недуг.

Достаточно на сегодня.

Глава 7

Сухая душа – мудрейшая и лучшая

Юноша должен вести пьяного мужа,

который спотыкается и не понимает,

куда идет,

ибо душа его – влажна.

Души получают удовольствие, становясь влажными.

Сухая душа – мудрейшая и лучшая.

* * *

Как я говорил вчера, человеческое сознание может следовать двумя путями. Первый – путь воды, течение вниз, другой – путь огня, движение вверх. Это символы, вода и огонь, они полны смысла.

Когда вы течете вниз, то становитесь все более и более неосознанными. Когда вы течете вверх, то становитесь все более и более осознанными. Движение вверх – сознание, вниз – бессознательность.

Гераклит называет течение сознания вниз состоянием влажности, а подъем сознания – состоянием сухости. Влажность и сухость зависят от огня и воды. Он еще говорит, что дух, человеческая душа, получает удовольствие в состоянии влажности.

Все удовольствия находятся внизу. Где бы вы ни искали удовольствий, вы будете двигаться вниз, потому что удовольствие означает бессознательность. Удовольствие означает пребывание в определенном состоянии, где вам неведомы тревоги, не потому что тревоги исчезли, а потому что вы неосознанны. Мир остается прежним, тревоги поджидают вас, усиливаясь, не уменьшаясь, потому что с течением времени они увеличиваются. Ваши проблемы остаются прежними и даже становятся более сложными. Когда вы неосознанны, все растет: оно не ждет, когда появится ваше сознание. Ваши страдания растут, ваши мучения растут, поджидая вас. Вы бессознательны и потому не осознаете этого. Когда бы вы снова ни вернулись в сознание, вам придется столкнуться со всеми проблемами, от которых вы убегали.

Удовольствия – это бегство. Поэтому удовольствия того не стоят. По сути, это не удовольствие, а разновидность самоубийства. Вы сбегаете от проблем, поворачиваетесь к ним спиной, но так их не решить. Вам придется вернуться назад, потому что однажды вы станете сознательными, бессознательность не может быть вашим постоянным состоянием. Вы можете нырнуть в бессознательное, но как долго вы можете оставаться под водой? Несколько секунд – и вы снова на поверхности. Вы не можете оставаться долго в бессознательном состоянии. Алкоголь, наркотики, секс или что-то, в чем вы становитесь неосознанными, в чем вы на мгновение теряете свои беспокойства, забываете о них, это – забытье, но забытье не может быть постоянным состоянием.

Так что это никак не поможет, удовольствие не поможет. Вы вынуждены снова и снова возвращаться, и тогда это превращается в порочный круг. Когда вы возвращаетесь, то обнаруживаете, что мучение поджидает вас, все тревоги, проблемы, они, скорее, увеличились – вы пугаетесь, нервничаете. Вы дрожите и боитесь всем существом, и тогда вы снова и снова сбегаете. Чем чаще вы сбегаете, тем большими становятся проблемы. Чем с большими проблемами вы сталкиваетесь, тем больше алкоголя вам нужно. Количество опьяняющего вещества должно постоянно увеличиваться, потому что вы привыкаете к нему. Вы принимаете какое-то количество наркотика: в первый день вы чувствуете бессознательность. Несколько дней спустя вы уже не бессознательны, вы по-прежнему в сознании, тревоги по-прежнему стучатся в ваши двери, вы можете их слышать – и вам нужно больше. Но большее количество скоро тоже становится недостаточным. Так вы можете дойти до точки… В Индии пробовали: есть несколько сект, которые работали с алкоголем, наркотиками, такими веществами, как марихуана, мескалин. На Западе это явление новое, поэтому Запад так забеспокоился. На Востоке же это одно из древнейших явлений.

Особая тантрическая секта работала с наркотиками, пытаясь найти путь достижения осознанности с помощью наркотиков, и они его нашли: постепенно вы так привыкаете, что ничто не может лишить вас сознания. На этот случай у них есть ядовитые змеи – один укус, и человек умирает. Когда никакие наркотики на них не воздействуют, тогда они подносят к своему языку змею, чтобы змея укусила их за язык. Обычно человек умирает в тот же миг. Они делают это, чтобы прийти в бессознательное состояние при помощи самой ядовитой вещи – но даже это на них не действует. Наступает момент, когда человек полностью поднимается над миром наркотиков, его невозможно сделать бессознательным, ничто не работает. Если такой человек укусит вас, вы тут же умрете. Все его тело пропитано ядом.

В древнеиндийской истории есть упоминание об особых женщинах, которых сегодня бы назвали женщинами-детективами. У каждого короля были красивые девушки, которых с детства растили таким образом, что все их тело становилось ядовитым. Их называли вишканья – ядовитые девушки. Они были очень красивы. Король мог засылать этих девушек во вражеский стан, к вражескому королю, а они были настолько прекрасны, что тот не мог устоять. Как только они целовали короля, он умирал. Они были полностью пропитаны ядом. Одного поцелуя было достаточно…

Наступает момент, когда не действует ни один наркотик. Эти тантрики двигались к осознанности с помощью наркотиков. Когда на вас не действует ни один наркотик, это значит, что вы уже интегрированы и теперь можете двигаться к высотам, не боясь упасть, потому что вас нельзя лишить сознания, ваше сознание кристаллизовалось. Но обычно с помощью наркотиков не идут к сознанию, этот путь очень опасен. Обычно человек ищет бессознательности, немного забытья в этом мире тревог, страданий, беспокойства, в этом мире, похожем на ад. Человек хочет забыться. Все ваши удовольствия – просто забытье.

Гераклит говорит, что это – влажное состояние сознания. Это слово прекрасно – он называет эти души влажными душами. Он также говорит, что душам нравятся удовольствия. Почему? Потому что удовольствие – это движение вниз. Не нужно никаких усилий: вам не нужно ничего делать, вы просто погружаетесь. Это как с горки вниз – бежать легко. Не нужно никаких усилий, сама сила гравитации помогает вам двигаться вниз. Двигаться вверх трудно, поэтому вы ищете удовольствий, вы никогда не ищете блаженства.

Блаженство наверху – удовольствие внизу.

Удовольствие – это забытье, блаженство – вспоминание.

Гурджиев говорит, что единственный способ стать более интегрированным – это самовспоминание, и все мастера в мире настаивали на том, чтобы быть более и более осознанными. Чем более осознанными вы становитесь, тем больше сухости возникает внутри. Буквально, вы становитесь все более сухими, все более осознанными, все более сознательными и бдительными. Осознанность – это огонь, вот почему вы становитесь все более и более сухими.

Послушайте эти слова и постарайтесь понять их. Они очень помогут вам на том пути, по которому вы идете:

Юноша должен вести пьяного мужа,

который спотыкается и не понимает,

куда идет,

ибо душа его – влажна.

Представьте эту картину, вообразите ее:

Юноша должен вести пьяного мужа,

который спотыкается и не понимает,

куда идет,

ибо душа его – влажна.

Это очень символично. Когда вы пьяны, вы падаете, регрессируете, снова становитесь маленьким мальчиком – но это возвращение не является ростом. Вы должны стать похожими на маленького мальчика, но не регрессируя, а вырастая. Вы должны стать, как мальчик, не падая назад, а двигаясь вперед. Падая, вы станете незрелыми, падая, вы ничего не приобретете, вы упустите, при падении вся внутренняя система разрушается. Тогда внешне вы выглядите как взрослый, а внутри похожи на маленького мальчика, это не детскость, а инфантильность; не невинность, а хитрость. И эта хитрость так глубока, что вы обманываете не других, вы разыгрываете самого себя, играете с собственным сознанием, со своим собственным будущим, вы разыгрываете хитроумные трюки со своими собственными возможностями. Вы падаете, регрессируете.

Вы несете в себе все пройденные вами стадии. Некогда вы были в матке. Часть вас все еще остается в этом состоянии, потому что вы не можете это отбросить. Вы просто растете, и все, что было в прошлом, становится вашим фундаментом. В вас существует все не только из этой жизни, но и из других жизней; не только из человеческих жизней, но и из жизней животных, растений. Все существует, ничто не теряется. Вы несете в себе все прошлое – вы и есть ваше прошлое. Все прошлое здесь, и вы можете откатиться назад в любой момент. Это как лестница: можно спуститься обратно. А когда вы пьяны, вы спускаетесь. Вы станете не только как ребенок, вы можете также стать как растение. Просто посмотрите на пьяницу, лежащего в придорожной канаве: он вообще не похож на человека. Он регрессировал, он живет растительной жизнью, вы даже не можете сказать, жив ли он. Как можно сказать, что он человек? Что за человечность он демонстрирует сейчас? Чем он отличается от дерева? Единственное отличие – что дерево находится в лучшем состоянии, потому что оно, по крайней мере, не пьяно. А этот человек откатился назад, он стал похожим на дерево.

Вы можете находиться в состоянии такого опьянения… На Западе для обозначения такого состояния используют слово «окаменеть». Это очень удачно – вы становитесь похожими на камень. Это – последнее. Вы даже не овощ. Вы подобны камню, все возможности утрачены. Вы вернулись к самой первой ступени лестницы – к самому низу. Миллионы лет вы регрессировали, но это можно сделать и в считаные секунды. Тогда вы становитесь беспомощным, беспомощным в негативном смысле – слабоумным. Вы ведете себя как идиот, не ведаете, что творите. Вас нет, на самом деле вы отсутствуете, ваше присутствие потеряно. Внутри этого момента не существует центра. Это состояние влажности – отсутствие центра. Вы стали водой, центра нет, и вода растекается повсюду – без направления, без внутренней цельности. Если в этот момент вы умрете, вы даже не осознаете, что умерли. Что бы ни происходило в этот момент, вы не будете знать. Вас нет. Это состояние отсутствия ума. Вы полностью опустились, вы достигли дна.

Это легко – и души наслаждаются этим, потому что все легкое приносит вам удовольствие. Не требуется никаких усилий. Вам не нужно следовать пути, с вашей стороны не нужны никакие действия. Вам не нужно переживать, не нужно думать – вы просто падаете. Фактически, вот что значит выпасть. Вы выпадаете из всех усилий эволюции. Вы больше не являетесь частью растущего существования, вы – больше не часть непрерывно эволюционирующей божественности. Вы все потеряли. Это состояние – худшее из возможных. И это случается не только с помощью одурманивающих средств, это случается многими способами, и об этом тоже необходимо помнить. Вы можете не принимать никаких опьяняющих веществ, можете не принимать наркотики, но есть множество искусно замаскированных наркотиков – любое «падение» может стать наркотиком.

Вы можете непрерывно повторять мантру, без осознанности, просто напевать ее. Если постоянно повторять мантру без осознанности, она становится опьяняющей, делает вас бессознательными. Вы будете испытывать большое удовольствие, но не блаженство. Вы падаете. В Индии это тоже использовалось на протяжении тысячелетий, тысячелетиями люди непрерывно повторяли мантры. Если вы приедете и посмотрите на них, то обнаружите, что они окаменели, под действием мантры они стали бессознательными. Конечно, они ни о чем не беспокоятся, потому что для беспокойства вам нужна осознанность. Они счастливы, но их счастье подобно смерти – застывшее, каменное. Их счастье не похоже на распустившийся цветок, их счастье – это стоячий водоем, не текущая река. Они вовсе не движутся, все внутреннее движение прекратилось.

Я говорил с вами о двух типах движения: одно – вертикальное, другое – горизонтальное. Они остановили горизонтальное движение, но не начали вертикальное. Они просто подобны мертвецам, заживо похороненным в своих собственных телах, их тела стали могилами. Вы можете приехать и найти их в большом количестве возле Тибета, в Гималаях. Вы найдете множество людей, просто сидящих и повторяющих мантры. Непрерывное повторение породило в них такую скуку, что они стали безжизненными, потеряли всякую чувствительность. Они не стали более живыми из-за этого, они стали менее живыми. Они могут стать настолько безжизненными, что могут лечь на гвозди, потому что в их теле нет чувствительности, они высохли внутри. И вот от этого – более глубокое опьянение, чем от любого когда-либо изобретенного алкоголя, потому что они владеют своим собственным алкоголем, они могут создавать его внутри себя.

Неосознанно непрерывно распевая слово, вы регрессируете. Если пение необходимо, тогда его нужно делать осознанно, вы должны оставаться свидетелем. Если вы поете «Аум, Аум, Аум», то должны оставаться свидетелем этому. Пение должно выполняться телом, а вы должны оставаться свидетелем. Если свидетель теряется, то пение опьяняет – оно превращается в наркотик. Есть и другие варианты. Политики тоже находятся под воздействием наркотика. Власть, престиж опьяняют. Поэтому, когда кто-то получает власть, он теряет свое сознание. Власть разлагает, и разлагает полностью, потому что власть – это наркотик. Когда вы обладаете властью, вы уже не в своем сознании. Тогда вы начинаете делать то, чего раньше не могли даже вообразить. Вы сами не можете поверить, что способны на такое.

Почитайте об Адольфе Гитлере, о том, что он наделал. А ведь он никогда не курил, был противником алкоголя, он был идеальным саньясином! Вставал рано утром, ложился спать рано вечером, не пил, не курил… вегетарианец, он не ел мяса. И что он наделал! Такой совершенный Джайна, каких стоит поискать, – и что он наделал! Но он принимал сильнейший наркотик. Поэтому сигареты были не нужны, они – ничто. Не было нужды пить, потому что он и так был опьянен властью.

Те, кто наблюдал за Адольфом Гитлером, говорят, что, только он начинал выступать, все ощущали, как происходило преображение. Вначале он был Адольфом Гитлером, постепенно он становился совершенно бессознательным – как будто загипнотизированный своей собственной речью: глаза становились неживыми, как будто его там не было, как будто кто-то завладевал им, он был одержим! Затем его одержимость и опьянение, его «влажность» немедленно заражали других. Он мог очень легко создать безумие. Он был настолько невротичен, был настолько харизматичным невротиком, что все вокруг него становилось невротичным, он был магнетически невротичным человеком. Он был переполнен своим собственным алкоголем, и люди становились одурманенными. Так он вел всю немецкую расу к суициду.

Власть – это наркотик, сильнейший из известных миру наркотиков. И это прекрасно: политики всегда против наркотиков, и они же самые заядлые наркоманы, находящиеся в состоянии сильнейшего наркотического опьянения! Но вы можете сделать и свои собственные наркотики. Например, богатство: просто посмотрите на разбогатевшего человека – его больше нет, он совершенно отсутствует! Он двигается, усердно трудится, но не знает, что делает. Он совершенно бессознателен. Есть также индивидуальные наркотики. Вы можете стать художником, можете стать поэтом, и это может стать вашим опьянением. Все, в чем вы забываетесь, все, в чем вы теряете осознанность, все, с чем вы сливаетесь, что бы вы ни делали, если потеряно свидетельствование, – это наркотик. Гераклит называет это влажным состоянием.

И:

Души получают удовольствие, становясь влажными.

Не требуется ни усилий, ни напряжения, ни столкновения с реальностью. Вы просто прячетесь. Вы прячетесь, сбегаете, прячете голову в песок, как страус. А когда ваши глаза закрыты, вы ничего не видите, и вы счастливы. Вот это вы и называете счастьем. Но такое счастье не может продолжаться, оно – сиюминутно.

Когда вы влюбляетесь в человека, вы чувствуете себя очень-очень счастливыми. Это наркотик. Это наркотик, который создают гормоны внутри вашего тела, это биологический наркотик. Природе приходится пользоваться им, потому что она не может положиться на вас. Подумайте: если не будет ничего вроде любви, мир прекратит свое существование, потому что просто секс смешон. Если нет любви, то секс кажется просто смешным! Кто будет заниматься сексом, если в этом не участвует какое-то опьяняющее вещество?

Любовь – всего лишь приманка. В действительности природа стремится к воспроизводству. Но на вас нельзя положиться: если вы не влюбитесь, то не станете размножаться. Вы влюбляетесь – это природа играет с вами. Природа дает вам некий наркотик, высвобождает его в вашем теле. Она снабдила ваше тело железами, вырабатывающими наркотик. Это природный, биологический, гормональный наркотик. Поэтому всякий раз, когда кто-то влюбляется, посмотрите: он даже по-другому ходит. Его больше нет здесь, он полностью отсутствует, живет в фантазиях, в желаниях и мечтах, он не живет в реальности. Сам того не зная, он напичкал себя наркотиками. А спустя несколько дней любовь уходит – потому что ни один наркотик не может действовать вечно: к тому времени, когда заканчивается медовый месяц, любовь тоже заканчивается. Тогда вы начинаете сталкиваться с реальностью. И тогда появляются неприятности, потому что все, что вы обещали, вы обещали, не будучи в сознании. Теперь вы должны выполнять то, что наобщелали во влажном состоянии, в состоянии бессознательности. Теперь вы должны выполнять эти обещания, теперь груз давит сильнее. Каждый любовный роман, в конце концов, становится уродливым. Почему? Каждый брак разбивается о камни. Почему? Потому что это явление – неосознанное. Если вы любите осознанно, тогда любовь может длиться вечно, потому что с осознанностью все вечно. С бессознательностью все преходяще.

Если вы можете любить осознанно, не как жертва биологических хитростей, не как жертва природы, но сознательно любить, тогда вы не падаете в любовь, но поднимаетесь в любви. Тогда любовь сама по себе становится интегрирующей силой, не дезинтеграцией. Тогда сама любовь становится осознанностью. Тогда в отношениях вы становитесь все более и более осознанными. Вы заботитесь о другом человеке, а не используете его. Вы заботитесь, делитесь, но не владеете. Вы даете другому свободу, и через освобождение другого вы дарите свободу себе самому. Вы становитесь партнерами в наивысшем путешествии. Вы помогаете друг другу, потому что есть ловушки, путь долог, а путешествие – вечно. Очень хорошо быть с кем-то, с кем можно разделить любое страдание, с кем можно разделить любую боль, с кем можно разделить любые мучения, с кем можно разделить все блаженство, с кем можно разделить каждый момент тишины; с кем можно поговорить, кому можно рассказать, что с вами происходит, на чью помощь вы можете положиться, что бы с вами ни произошло, на чью любовь можно положиться, в какой бы ситуации вы ни оказались – хорошей или плохой, в гневе или в счастье, в грусти или в блаженстве. Вам не нужно ничего скрывать от того, кого вы любите: вы можете оставаться открытыми и уязвимыми. Как бы ни сложились обстоятельства, любовь – безусловна, она не зависит от условий.

Осознанная любовь – совершенно иное явление. Она случается редко, но каждый раз, когда это происходит, это одна из прекраснейших вещей, возможных в этом мире.

Но обычно ваша любовь – всего лишь наркотик. Я наблюдаю это каждый день: приходит пара, они говорят, что глубоко любят друг друга, но не проходит и недели, как они приходят снова и говорят, что все рушится. Всего неделя! Лишь неделю назад вы себе и представить такого не могли – их глаза, их лица светились любовью, их тела были наполнены чем-то незнакомым, они были пьяны. Всего неделя – и все кончено! Что это за любовь? Это вовсе не любовь. Вы были одурманены природой, природа сыграла с вами злую шутку.

Природа хочет, чтобы вы занимались сексом. Она окружает секс царством грез, потому что сам по себе секс уродлив. Он действительно смешон! Только подумайте: без любви вы вступаете с кем-то в сексуальные отношения. Это просто уродливо. Поэтому проститутки уродливы. Какими бы красивыми ни были их тела, они не могут быть красивы, потому что сам акт, без любви, делает всю их жизнь уродливой, грязной. Вы способны мириться с сексом только благодаря любви. Благодаря любви секс тоже кажется прекрасным, в противном случае позы, жесты секса – все уродливо. Но под действием наркотика вы не осознаете, что происходит. Под действием наркотика вы никогда не смотрите на себя. Весь мир выглядит смешно, но не вы.

* * *

Как-то раз Мулла Насреддин проходил курс психоанализа. Когда его привели к психоаналитику, тот задал ему несколько вопросов – простой тест для определения типа личности. Психоаналитик нарисовал линию и спросил Насреддина:

– На что эта линия, по-вашему, похожа?

– Конечно же, на прекрасную женщину! – ответил Насреддин.

Психоаналитик слегка смутился и нарисовал окружность:

– А что вам напоминает это?

– Конечно же, прекрасную женщину – обнаженную…

Когда врач нарисовал треугольник, Насреддин закрыл глаза и говорит:

– Нет, нет, нет, не делайте этого!

– Но что напоминает вам эта картинка?

– Эта женщина делает что-то непристойное.

– Кажется, вы слишком озабочены сексом…

– Что? Я!? Я озабочен сексом – или вы? Кто рисует на бумаге такие отвратительные картинки – вы или я???

* * *

Вы видите весь мир, но не видите себя. Это состояние увлажненности: когда человек совершенно неосознан, забыл о том, кто он, что он делает, почему он это делает.

Когда вы начинаете медитировать, то сначала приходите в состояние сильной растерянности, потому что впервые вы осознаете: что вы делаете? почему вы это делаете? зачем? Раньше вы не осознавали. Вы сильно теряетесь, потому что ваши глаза впервые открываются для реальности. А затем, если вы не сбежите, то постепенно почувствуете, что взрываетесь – не просто сбиты с толку, а становитесь безумными! Вы всегда были сумасшедшими, но не осознавали этого. Теперь вы начинаете осознавать, и с сумасшествием придется встретиться лицом к лицу. А если вы отвернетесь от встречи с ним, то не сможете расти. Бегство – не рост, а все разновидности наркотиков – это бегство. Когда вы находитесь в бессознательном состоянии, то можете верить, что делаете что-то значимое, но это просто слепая вера, беспочвенная. Только когда вы становитесь осознанными, вы узнаете, что совершали абсолютно бессмысленные поступки. Это ни к чему не привело. Все, во что вы верили, было лишь самообманом.

Я слышал…

* * *

Как-то раз в три часа ночи Мулла Насреддин постучался в дверь таверны. Хозяин таверны, естественно, очень рассерженный, выглянул из окна и сказал:

– Убирайся, кто бы ты ни был! Сейчас не время, ты не получишь выпивки!

Насреддин ответил:

– Кто пришел за выпивкой? Я здесь, чтобы забрать костыли. Когда вы закрывались, я их забыл, а, как вы знаете – и весь мир об этом знает, – я не могу ходить без костылей. Теперь мне нужно возвращаться домой, так что верните мне мои костыли!

* * *

Он все время ходил на костылях, не зная, что может обходиться без них, он верил в них. Будучи в неосознанном состоянии, он забыл костыли в таверне и всю ночь бродил по городу. А теперь, начиная возвращаться в сознание, он просит вернуть ему костыли, потому что, как он говорит: «Весь мир знает, что я не могу ходить без костылей».

Ваши верования – ваши костыли. Вы не можете без них ходить, не можете без них жить. Вы и подумать не можете, как вы будете без своих верований, они – ваши костыли. Становясь осознанными, вы просто не можете подумать, что так долго просуществовали в таком состоянии.

Но во влажном состоянии ума такое случается. Вы ничего не контролируете. Оно просто продолжает происходить, а вы продолжаете реагировать. Женщина смеется над вами, а вы влюблены. Вы начинаете говорить с ней и ценить ее, и из-за того, что вы ее цените, она начинает влюбляться в вас. Теперь начали действовать гормоны. Теперь вы находитесь в состоянии наркотического опьянения. Скоро вы начнете осознавать, и вам придется из него выбираться. Когда вы снова выходите из него – это болезненно. А вы не выносите боли, это слишком, это невыносимо. Рано или поздно, просто чтобы утешить себя, чтобы снова одурманить себя, вы найдете другую женщину. Все повторяется по кругу… человек, находящийся под воздействием наркотика, ни во что не верит.

* * *

Однажды я спросил Муллу Насреддина:

– Как развиваются ваши отношения с дочерью банкира? Я был знаком и с банкиром, и с его дочерью, и быть с этой девушкой в отношениях казалось трудной задачей, почти невыполнимой. Но Насреддин сиял от счастья.

Он ответил:

– Недавно появились некоторые сигналы, намеки, признаки. Все складывается хорошо.

Тогда я спросил:

– Что произошло? Она начала тебе улыбаться или что-то еще?

Он ответил:

– Нет, не совсем, но вчера вечером она сказала: «Я последний раз говорю тебе „нет“!»

* * *

Когда кто-то опьянен, он интерпретирует все по-своему. «Я последний раз говорю тебе „нет“!» Когда вы находитесь не в сознании, вы не знаете, что значит «да», что значит «нет». Вы ничего не знаете, вы просто дрейфуете. Этот дрейф и есть состояние влажности.

Юноша должен вести пьяного мужа,

который спотыкается и не понимает,

куда идет,

ибо душа его – влажна.

Души получают удовольствие, становясь влажными.

Все вы получаете удовольствие, становясь влажными, потому что сделать это легче всего. Единственное удовольствие в том, что это очень легко. Вам не нужно ничего делать, вы просто оставляете себя и плывете по течению. Вы приближаетесь к земле, и гравитация тянет вас вниз. И вы чувствуете себя очень-очень счастливо, потому что нет напряжения, нет усилий – ничего нет!

Ко мне приходят люди и говорят, что не могут рано утром подняться на медитацию. Даже такое усилие кажется вам чрезмерным. А если вы не можете подняться утром с кровати, чтобы помедитировать, что вы вообще можете? Что, по-вашему, вы можете сделать? Вы не хотите прикладывать никаких усилий, но ваши запросы очень высоки. И тот, кто не способен встать рано утром, чтобы помедитировать, просит: «Помогите мне! Я не хочу снова возвращаться в этот мир», – но никто не приходит в этот мир. Если вы живете, дрейфуя, если вы живете, все время падая вниз, – выбирая самое легкое, выбирая путь наименьшего сопротивления, выбирая путь, на котором нет ни испытаний, ни борьбы, а только падение, выбирая жизнь, основанную на гравитации, – тогда вам не нужно прилагать никаких усилий, чтобы приходить. Нет нужды приходить, вы будете приходить, потому что так люди и приходят в этот мир: влажное состояние ума будет всегда вращаться вокруг этого мира. Только сухие души могут взлететь в небо, потому что на сухой душе не сказывается эффект гравитации; тяготения вниз не существует для сухой души. Тогда что же значит быть сухим?

Быть сухим значит не терять бдительность. Что бы вы ни делали, делайте это осознанно – все абсолютно! Я не говорю: «Не делайте того и не делайте этого». Просто будьте более бдительными, что бы вы ни делали, и затем постепенно каждое действие будет помогать вам становиться все более и более сухими. Тогда к вам приходит независимость. С осознанностью вы автоматически становитесь независимыми.

Вы любите человека, но все же это не зависимость. Вы любите человека, вы заботитесь, вы делитесь своим существом, отдаете все, но все же это не зависимость – это что-то очень, очень личное. Ничто не сравнится с любовью без зависимости – это самое прекрасное цветение. Любовь и независимость: это означает, что она охватывает обе полярности. Это парадоксально, потому что вы можете быть независимыми без любви или можете быть влюблены без независимости. Это легко – выбрать одну крайность, одну полярность. Выбрать сразу обе полярности – независимость и влюбленность, – что это значит? Это означает, что вы бдительны. Делая то, что необходимо делать, но оставаясь бдительными, вы независимы. Тогда вы можете жить в этом мире и не быть частью этого мира. Тогда вы можете быть в мире, но мир не будет в вас.

Сухость приходит по мере того, как вы отрезаете пути для засыпания, вы закрываете двери падению вниз, вы закрываете двери для удовольствий, вы не ищете удовольствий. Запомните: счастье не есть удовольствие. Счастье – это другое явление, это состояние бытия.

Удовольствие – это забытье, счастье – это вспоминание.

А когда вспоминание становится абсолютным, когда вспоминание настолько абсолютно, что нет возможности падения из него, тогда появляется блаженство. Между блаженством и удовольствием и есть счастье.

Не просите удовольствий, потому что если вы просите об удовольствиях, то будете становиться жертвой движения вниз, гравитации. Посмотрите на человека, имеющего чрезмерное пристрастие к еде; когда он ест, просто понаблюдайте за ним. Вы увидите, что он совершенно бессознателен, потому что сколько раз, миллионы раз, он решал не есть слишком много? И снова при виде еды он забывает и придумывает оправдания: «Один раз, только один раз сейчас… в следующий раз я не поддамся…»

* * *

Мулла Насреддин сидел на диете, и врач сказал:

– Это последний раз. Если вы не послушаетесь меня, можете быть уверены, что вам придется покинуть тело. Вы умрете, потому что ваше сердце не может больше выносить такую ношу, – у него уже было два сердечных приступа.

На следующий день он ел – ел столько, что четверым мужчинам этого было бы более чем достаточно. Вдруг он посмотрел на жену и произнес:

– Что ты там сидишь? У тебя недостаточно силы воли даже для того, чтобы помешать мне нарушить мою диету.

* * *

Жена! Даже за это ответственна его жена: это у нее недостаточно силы воли, чтобы остановить его.

Никто не может остановить вас. Ничья воля не сможет вам хоть как-то помочь. Скорее, наоборот, она будет разрушительна. Кто-то слишком много вас останавливает, тогда вы начинаете действовать наперекор этому, вы реагируете. Течение вверх нельзя вызвать чьим-то усилием. Это очень тонкое и деликатное явление, которое необходимо понять: если люди слишком стараются сделать вам добро, окружают вас со всех сторон заботой, они вынудят вас двигаться вниз, потому что ваше эго будет сопротивляться. Это очень непросто, потому что те, кто хочет помочь вам двигаться вверх, не могут принуждать вас силой, они могут вам только советовать. Это все, чем я занимаюсь. Иногда я даже вижу, что это можно остановить, но не могу остановить. Я вижу, что вы делаете шаг вниз, и я могу поговорить с вами, я могу сделать вас осознанными. Я могу сказать: «Остановись, и это многое изменит», – но нельзя этого говорить, потому что если я скажу слишком много, тогда я помогу вам двигаться вниз. Вы сделаете шаг даже раньше, потому что вмешается ваше эго. Я могу только советовать вам. Я могу отвлечь ваш ум. Я могу дать вам игрушку, играя с которой, вы забудете, что собирались сделать шаг – ваш ум переключится. Но я не могу сказать: «Нет, не делай этот шаг». Если я скажу «нет», то, практически уверен, вы сделаете наоборот.

В этом и проблема. Мастер должен вам советовать. А в современном мире это становится все труднее и труднее. В старые времена было легче, потому что людей учили быть послушными, теперь их учат быть непокорными. В старые времена людей учили быть дисциплинированными, теперь их учат быть непослушными. Теперь непокорность выделяет вас, а дисциплинированность просто делает частью толпы. Быть дисциплинированным значит быть консерватором, быть непокорным значит быть революционером.

В старые времена было просто, потому что мастер мог сказать: «Нет», – и мог быть уверен в том, что этого «нет» будет достаточно. Простое «нет» может сэкономить вам много жизней которые бы вы потратили на ненужную борьбу. Но теперь это невозможно, теперь это трудно. Вас приходится уговаривать такими хитрыми способами, чтобы вы никогда не почувствовали, что вас уговаривают. Вас нужно отвлекать такими искусными способами, чтобы вы не поняли, что вас куда-то ведут. Даже если вы начинаете понимать, что кто-то вас направляет, вы сопротивляетесь и делаете прямо противоположное. Это порождает совершенно новое явление в мире, это – нововведение современной эпохи. Поэтому достижение предельного стало все более и более трудным – ненужная, пустая трата энергии. Я могу видеть, я вижу, как вы делаете шаг в темноте, я могу понимать, что вы упадете и покалечитесь, но даже тогда я не могу сказать: «Не делай этот шаг», – потому что вы не послушаете меня. Если я скажу «нет», этот шаг станет для вас еще более привлекательным.

Так пал Адам. Бог сказал: «Нет, не ешь плод с этого дерева!» И Адам согрешил, нарушил запрет, потому что Бог сказал «нет». Теперь, если Бог создаст еще один Эдем, он не повторит ту же ошибку. Скорее, наоборот, будет неплохо сказать: «Ешь плоды только с этого дерева, с других – запрещено!» Тогда у Адама не будет соблазна, тогда он не пойдет конкретно к тому дереву. Современный Адам находится в совершенно хаотичном состоянии сознательности – слишком влажный, падающий, как мертвый груз, постоянно падающий в долину, текущий вниз. Конечно, чтобы вытащить его наверх, потребуются усилия.

Души получают удовольствие, становясь влажными.

Сухая душа – мудрейшая и лучшая.

Вся мудрость заключается в том, чтобы стать сухой душой. Но постарайтесь понять: стать сухим – не значит стать бесчувственным; сухим не значит безразличным, сухим не значит холодным, равнодушным – нет. Стать сухим просто означает, что вы станете осознанным. Вы проявляете заботу, глубокую заинтересованность, но эта заинтересованность не становится беспокойством. Вы проявляете заботу. Вы делаете для других столько, сколько можете – для вашей жены, друга, дочери, сына, вашего мужа, отца, матери, – что бы вы ни делали, вы делаете это полностью осознавая. Вот и все. Тогда что бы ни происходило, вы принимаете это. Нет разочарований. Вы делаете все возможное, откуда тогда взяться разочарованию? Тогда разочарований нет. Тогда вы не чувствуете беспокойства, что вы должны были сделать то или другое. Нет, вы сделали все, и с этим покончено! Вы выходите чистыми из любых отношений, не грязными.

Но обычно, если душа влажная, из каждых отношений вы выходите грязными. Отношения не очищают вас, они делают вас грязными. На самом деле, не отношения делают вас грязными, а ваша влажность. Так же, как если вы выйдете на прогулку в мокрой одежде – по возвращении вы будете очень, очень грязными, потому что грязь будет прилипать, и не потому, что дорога была грязной, но потому, что ваша одежда была мокрой. То же самое происходит и внутри: если ваша душа влажная, из любого действия вы будете выходить грязными – просто потому, что к ней липнет вся грязь. Если вы сухи, ничто не липнет. Пыль есть, но она не может к вам прилипнуть. Будда живет в том же мире, что и вы, но вы чувствуете, как каждый день становитесь грязными. Будда остается свежим, как будто он только что принял ванну, он чистый. Чистота зависит от сухости, а сухость появляется, когда вы становитесь более осознанными.

Когда вы осознанны, то внутри вы становитесь как пламя. Пламя горит все время; даже когда вы спите, пламя горит. Обычно, даже когда вы не спите, вы ходите, как сомнамбулы. Но когда пламя горит и вы бдительны, бдительны к каждому моменту, бдительны ко всему происходящему вокруг, бдительны – не в виде концентрации, потому что если вы концентрируетесь, то становитесь бдительными к чему-то одному и бессознательными относительно целого – просто бдительными; появляется проход, все двери открыты, все измерения открыты, вы просто бдительны, так же, когда вы спите; эти двери остаются открытыми и свежий воздух продолжает течь. Глубоко внутри вас горит пламя, и это пламя высушивает всю влагу, всю бессознательность.

В этом – значение просветления. Это не достижение какого-то бога (его нет) или кого-то, кто ждет вас. Скорее, это превращение в бога, потому что когда вы осознанны, вы – бог; когда вы совершенно осознанны, вы – совершенный бог.

Бог – абсолютно сухое состояние существа.

Если вы станете даже слегка сухими – «Сухая душа – мудрейшая и лучшая», – тогда вы начнете становиться мудрее, потому что вся глупость остается в состоянии бессознательности.

* * *

В суде разбиралось дело с участием Муллы Насреддина, и судья сказал:

– Что? Снова вы? Но я не ожидал увидеть вас сегодня. Сначала вы пришли из-за неправильной парковки, потом вы пришли за превышение скорости, затем вы пришли, потому что у вас отказали тормоза, потом вы пришли, потому что ночью у вас не горели фары, после вы пришли из-за вождения в нетрезвом состоянии. А теперь из-за чего вы здесь? Ведь в прошлый раз я лишил вас прав!

Насреддин стыдливо потупил взгляд и сказал:

– Я нарушил правила при переходе дороги, ваша честь.

* * *

Машина не нужна. Если у вас все забрать, чтобы потом вы подумали: «Из-за этого я неосознан», – это не поможет, тогда вы начнете нарушать правила при переходе дороги. Вы будете делать что-то другое, потому что останетесь прежними. Люди думают, что из-за своих жен они запутались в жизни. Они бросают своих жен и сбегают в Гималаи – но это равносильно лишению прав. Это не поможет, потому что вы не можете сбежать от себя. Вы останетесь теми же и в Гималаях и снова создадите такую же ситуацию. Проблема в вас. Вы найдете новую жену, вы найдете что-то еще, и возникнет та же проблема. Нужна сухая душа – это и есть Гималаи: сухость, бдительность.

Чем бы вы ни занимались, возьмите за правило не делать это сквозь сон. Наблюдайте каждое действие, каждую мысль, каждое ощущение. Наблюдайте и двигайтесь. Каждое мгновение ценно – не растрачивайте его на сонливость. И если вы используете каждое мгновение как возможность стать более сознательными, сознание постепенно прорастет. Однажды вы вдруг обнаружите, что внутри горит свет. Если вы усердно трудитесь для этого, однажды утром вы проснетесь новым человеком – сухим, непривязанным; любящим, но нисколько не вовлеченным; пребывающим в мире и при этом остающимся наблюдателем на холме. Это тот парадокс, который необходимо осуществить: оставаться в мире и при этом наблюдать с горных вершин; одновременно быть в мире и не быть в нем. Это – мудрейшая и лучшая душа. У вас есть потенциал. Так же, как каждое семя может стать деревом, вы можете стать Буддой, Гераклитом, Иисусом. Но для этого вы должны усердно трудиться. Работы вполсилы будет недостаточно. Вы должны полностью закипеть: сто градусов жары, и после этого происходит испарение.

Вода – влажная, течет вниз. Тепло – сухое, в тепле даже вода течет вверх. С пламенем осознанности даже все, что вам казалось неверным, станет правильным. Любовь кажется сетью, заточением; с осознанностью она становится освобождением, свободой. Злость без осознанности – разрушительная сила, губительная сила, она причиняет вам боль, она вас медленно убивает, она – яд. С осознанностью та же энергия преображается, становится состраданием. То же излучение исходит от вашего лица, но не от гнева – от сострадания. Течет та же кровь, химия тела – та же, но в нее проник новый инородный элемент, и меняется вся химия.

Так простые металлы превращаются в золото. С бессознательностью вы – простой металл, с осознанностью вы станете золотом, вы трансформируетесь. Нужен лишь огонь осознанности. Нет ничего, чего бы вам не хватало, у вас есть все. С огнем осознанности устанавливается новый порядок. Запомните: вы ни в чем не испытываете недостатка, у вас есть все, что было у Будды. Не хватает лишь одного – но это тоже спит внутри вас глубоким сном. Вы должны просто пробудить это – лишь немного усилий, чтобы пробудить, немного усилий, чтобы стать более бдительными.

И запомните: усилия нужны прямо сейчас. Гераклит верит в усилия. Мастера дзен не верят ни в какие усилия, Гераклит верит в усилия, но глубоко внутри ни одно усилие не является усилием, потому что вы должны прийти к состоянию, где нет усилий.

На Западе существует очень много неправильных толкований по поводу мастеров дзен, потому что они говорят об отсутствии усилий. Но вы видите, что двадцать лет человек должен пробыть с мастером дзен, усердно работая, чтобы достичь отсутствия усилий. У Гераклита усилия – это основа, и если вы прилагаете настоящие усилия, за этим автоматически последует отсутствие усилий. Когда вы все сделали, вы становитесь опытными. Вы становитесь настолько опытными, что нет необходимости что-то делать – оно случается само. Если вы стремитесь к осознанности, постепенно не будет необходимости что-то для этого делать – она здесь, она – как дыхание. Но для вас, какие вы есть сейчас, Гераклит будет более полезным, чем мастера дзен. Мастера дзен появились на пике развития школы, школы буддизма. Тысяча лет больших усилий, и тогда расцвели мастера дзен. Мастера дзен – это просто итог долгих усилий, долгого путешествия. Растение полностью готово, только тогда оно расцветает. В цветении нет усилий. Что вы делаете? Ничего не требуется – дерево готово и цветет само по себе. Но требуются длительные усилия, чтобы подготовить дерево. Спросите садовника, сколько он работал. А вы просто смотрите на цветок и думаете: «Не нужны никакие усилия. Он появился сам».

Дзен – это кульминация длительных усилий, которые начались при Будде. Гераклит – это только начало. И в этом беда: греческий ум полностью упустил Гераклита, не смог его понять, и кульминации так никогда и не произошло – цветения никогда не было. Греческий ум идет по совершенно другому пути. Он никогда не слушал Гераклита, и цветение так и не случилось. Семена были потеряны, они не дали всходов. Но также именно поэтому я выбрал Гераклита – это сделает целое завершенным. Я говорил о мастерах дзен, и это может ввести вас в заблуждение, потому что это – конец. Я должен говорить о Гераклите, чтобы вы поняли и начало, потому что в вас должен произойти рост от начала до конца. Вы должны пройти путь от Гераклита до Басё, от семени до цветка.

Станьте сухой душой, не становясь бесчувственными. Если вы становитесь бесчувственными, вы упускаете. Тогда вы просто сухие, без осознанности. Тогда огонь не превращается в осознанность; тогда огонь просто иссушает вас. Это не поможет. Жизнь автоматически высушивает людей таким образом. Посмотрите на старых людей – они высохли. Посмотрите на ребенка – он влажный. Старый человек высох. Просто жизнь высушила из него всю влагу, в результате борьбы за жизнь он становится нечувствительным; просто чтобы защититься, он становится замкнутым – не это цель. Вы должны быть подобны ребенку – живыми, изящными, грациозными, подвижными – и в то же время сухими, как старый человек.

Вот что говорят о Лао-цзы – прекрасная история о том, что Лао-цзы был рожден уже стариком. Когда он родился, ему было восемьдесят два года, он жил в матке своей матери восемьдесят два года. Это прекрасное явление! Говорят, что он родился с седыми волосами – восемьдесят два года, конечно! Ребенок и уже не ребенок… очень, очень старый, абсолютно сухой. С самого детства он был осознанным. Смысл в этом – что он был совершенно осознанным с самого начала.

О Будде говорят, что первое, что он сделал после появления на свет – прошел семь шагов. Первым делом! Он должен был быть очень старым. Первым делом, только выйдя из матки. Он родился стоя и затем проделал семь шагов… с совершенной осознанностью. Его мать не могла в это поверить. Все это было настолько абсурдным, что, как говорят, она умерла просто-напросто от шока. Потом рассказывают, что всякий раз при рождении Будды мать умирает. Это уже слишком, это невероятно, это непостижимо!

Но эти истории кое-что показывают. Это не буквальные истины – они символичны, метафоричны. На Востоке никогда не спрашивайте об истории. Люди на Востоке никогда не верили в историю. Они верят в мифы и утверждают, что история бесполезна. Что такое история? Просто компиляция из газет, мусор; старые газеты, только и всего. Они никогда не верили в историю, они верили в миф. Они говорят, что миф – это суть; история находится только на периферии, это события. Миф – самая суть всего, что существует в центре.

Будьте как дети и будьте как старики – сухими, все желания познаны, закончены; все опыты пройдены, закончены; вы обошли весь мир, достигли наконец себя, своего дома – будучи чувствительными, как дети, и сухими, как старики. Это все, что представляет собой мудрость. Так человек становится мудрым.

Достаточно на сегодня.

Глава 8

Человек не рационален

Хотя Логос существует вечно,

люди не понимают его —

ни прежде чем услышат о нем,

ни впервые услышав.

Мы должны позволить тому,

что едино для всех, направлять нас.

И все же, хотя Логос един,

большинство людей живут так, как если бы

они имели свой собственный разум.

Человеческая природа не имеет подлинного понимания.

Только божественная природа обладает им.

Человек неразумен.

Разумно только то,

частью чего он является.

Божественное ускользает от человека

из-за своей невероятности.

Хоть и тесно связан с Логосом,

человек продолжает настраивать себя против него.

Как можно скрыться от того,

что никогда не принимает никакой формы?

* * *

Логос – логика всего, это логика самого существования. Логос – это высший закон. Это то же самое, что Лао-цзы называет «Дао», что Упанишады и Веды назвали «Рит»: космическая гармония, где противоположности встречаются и исчезают, где два становятся одним, где не существует полярности, где растворяются все парадоксы, исчезают все противоречия. То, что Шанкара называет Брахмой, Гераклит называет Логосом.

Человеческий ум логичен, человеческая логика основана на полярностях. Это сродни тому, когда вы стоите на одном берегу реки и не видите другого, и все, что вы думаете о береге, принадлежит только этому берегу; но у реки два берега, она не может течь, имея лишь один берег. Другой может скрываться в дымке, он может быть так далеко, что вы его не видите, но второй берег есть. Другой берег не является противоположным этому, потому что в глубине реки они встречаются. Они – одна земля, они оба поддерживают реку, как две руки или как два крыла. Река течет между ними, река – это гармония их обоих. Но вы стоите на одном берегу и не видите другой, поэтому вы просто верите в этот берег и создаете систему, которая основана на знании об этом береге. А когда кто-то говорит о другом береге, вы думаете, что он вам противоречит, вы думаете, что он привносит что-то иррациональное, таинственное. Тот, другой, неизбежно будет противоположным, потому что только напряженность между противоположностями может поддерживать реку. Но противоположность не означает враждебности, противоположность – это глубокая дружба, это вершина любви.

Это та проблема, которую нужно решить. Если вы сможете разрешить ее, то вы сможете понять Гераклита, вы сможете понять тех, кто пробудился, кто познал другой берег. Что бы они ни говорили, будет противоречивым, потому что они постигли и то, и другое. Они постигли и зиму и лето, и день и ночь, и жизнь и смерть, и любовь и ненависть, и вершину и долину.

Когда кто-то говорит о вершине, совсем не упоминая о долине, его утверждения будут очень разумными, вы сможете их понять, они просты, они последовательны. Когда кто-то говорит о долине, не упоминая вершины, он тоже будет разумным. Все философы логичны, их можно легко понять. Чтобы понять их, вам нужно лишь немного поучиться, потренироваться, вот и все – лишь обучение. Но всех мистиков понять трудно. По сути, чем больше вы пытаетесь их понять, тем более загадочными они становятся, потому что они говорят о вершине и о долине вместе. Они предпочитают говорить о долине и о вершине одновременно.

В Упанишадах говорится: «Он далеко и близко». Что это за утверждение? Он либо далеко, либо близко. Но видящий мгновенно говорит: «Он далеко», – и добавляет: «Он близко». Он – самый большой и самый маленький. Он – атом и целое. Он внутри вас и снаружи. Гераклит говорит, что Бог – это лето и зима. Лето? Хорошо, вы можете это понять. Только зима? Тоже хорошо, вы можете это понять. Но и зима и лето вместе? Тут вы чувствуете головокружение. Тогда ум говорит: «Это утверждение противоречиво».

Человеческая логика ищет непротиворечивые утверждения, а Логос противоречив. Он использует противоречия так же, как архитектор использует противолежащие кирпичи для сооружения арки: он помещает кирпичи напротив друг друга. Противоположение создает напряжение и силу, на такой арке можно воздвигнуть высокое здание. Но вы не кладете кирпичи в противоположном направлении – логичные, последовательные: или вершина или долина, или этот берег или тот, не оба – но тогда здание упадет, так невозможно сделать арку. Необходимо напряжение противоположностей, чтобы создать силу. Поэтому существуют мужчина и женщина, они – противолежащие кирпичи жизни. Сама их противоположность создает ситуацию для существования жизни. Они – два берега, чтобы река могла течь. Но в тот момент, когда вы говорите о вершине и о долине вместе, это становится выше вашего понимания.

Человеческая логика – последовательна.

Логос божественного – противоречив и, тем не менее, последователен.

Человеческая логика избирательна. Она пытается понять часть, и в попытке понять часть избегает всего, что этому противоречит. Она попросту хочет забыть обо всем, что противоречиво. Но божественное – это все. Оно не выбирает, оно включает в себя все. Оно безгранично, оно не частично, оно тотально. В этом состоит различие между религиозным и философским подходами. Философский подход логичен, поэтому Аристотель говорит, что человек – разумное существо. А Гераклит говорит, что человек – неразумен, потому что сам ваш разум делает вас неразумными. Как только вы выбрали часть, вы полностью исказили целое. Теперь только эта часть есть в вашем уме. В жизни эта часть всегда рядом с противоположностью, никогда не изолированно.

Человеческая логика говорит, что Бог – мужского пола; также есть некоторые верующие, которые полагают, что Бог – это женщина, но Логос должен включать в себя обоих. Поэтому в индуизме есть такое понятие, как ардханаришвар, означающее, что Бог – это одновременно и мужчина, и женщина. Это верное понимание, оно исходит из Логоса. Оно выглядит противоречиво. Должно быть, вы видели статуи Шивы, где он наполовину – мужчина, наполовину – женщина, у одной половины есть грудь – это половина женская, а вторая половина – мужская. Такая статуя выглядит абсурдно, но она отражает истину. А все ваши статуи Бога в виде мужчины или Бога в виде женщины – нелогичны. Они не правдивы, потому что как может Бог быть мужского пола? Откуда тогда возникает женщина? Кому тогда достается женское начало? Из какого источника возникает женщина?

Вы говорите о Боге как о «нем», это неверно. Есть люди, которые говорят о Боге как о «ней», это тоже неверно. Он – это «он» плюс «она», но тогда ум не может понять. Но интеллектуальное понимание вообще не является пониманием. Вы сможете понять, только когда попытаетесь понять из всего вашего существа, не только умом, потому что внутри вас тоже встречаются эти два противоположных полюса. Вы – тоже ардханаришвар, вы тоже – и он, и она вместе. Вы не мужское и не женское начало.

Если вы способны понять свою собственную целостность, если вы открываете свою целостность вселенной, чтобы встретиться с ней, вы сможете постичь. Это – мистическое видение. Это – Логос.

Так что же делать? Обычно вас учат быть либо мужчиной, либо женщиной. С самого начала мы учим мальчика: «Ты мальчик – веди себя как мальчик», а девочку: «Ты девочка – веди себя как девочка». Это усиливает различие, и полюса расходятся… В лучшем мире мы будем учить каждого ребенка: «Ты – оба», – различие только в акцентах. «Ты не мальчик и не девочка, ты – оба», – различие только в акцентах. Тогда вся идея цивилизации будет другой. Тогда не будет стоять вопрос вражды между мужчиной и женщиной. Тогда не будет проблемы, кто над кем доминирует. Тогда вы сможете увидеть целостность вашего существа, а целостность прекрасна. Часть же – всегда уродлива.

Это как будто вы вырвали дерево и обрезали корни. Как долго дерево сможет оставаться живым? Вы взяли видимое – дерево видимо, а корни невидимы – и обрезали корни. Дерево устремляется вверх, а корни устремляются вниз – вы совершили нечто логичное. Вы говорите: «Нет! Как могут параллельно существовать эти два измерения? Дерево должно двигаться вверх, а если корни устремляются вниз, тогда это – две разные вещи. Нужно отрезать их!» Так и случилось.

Мужчина – это видимая часть дерева, женщина же подобна корням. Поэтому все старые учения говорят, что женщина – это земля, а мужчина – небо. Но они вместе: мужчина укоренен в женщине, а женщина постигает все большие высоты благодаря мужчине, они – одно. Ад и рай – не две, а одна и та же лестница.

Гераклит говорит: «Путь наверх и путь вниз – один и тот же». Тогда ад и рай не могут существовать обособленно. Это Логос: видеть всю лестницу. Тогда Бог и Дьявол – не два. Но теологи не согласятся, они скажут, что вы все смешиваете, что это собьет людей с толку, и они не поймут, кто есть кто. Но люди уже сбиты с толку, они сбиты с толку из-за фальшивой логики человеческого ума, который мыслит частями. На самом деле, все есть все.

* * *

Однажды Мулла Насреддин вручал призы на выставке собак. Одно его сильно возмущало: как одеты люди. Поэтому он сказал:

– Посмотрите! Куда катится этот мир? Посмотрите на того человека со стрижкой, с сигаретой и в брюках, с двумя щенками. Я в замешательстве: как определить, мужчина это или женщина, мальчик или девочка?

Вдруг кто-то из толпы говорит:

– Это девушка, она – моя дочь.

Мулла Насреддин стал извиняться:

– Искренне прошу простить меня. Если бы я знал, что вы – ее мать, то не стал бы так говорить.

А та женщина вдруг и отвечает:

– Я не мать, я – отец.

* * *

Сейчас происходит движение полов навстречу друг другу. В одежде, в образе жизни – движение навстречу. Это очень хороший знак. В одежде люди начинают выбирать унисекс – это очень хороший знак! Нет необходимости создавать различия. Реальность – это целое без различий.

Разграничения создаются умом, и это вызвало проблемы, потому что вы – и то, и другое вместе. Но если ваше сознание зафиксировано на том, что вы – мужчина, тогда что вы будете делать с вашей женщиной внутри? А женщина есть. Иногда женщине хочется плакать и рыдать, но вы не можете плакать и рыдать: вы – мужчина и должны вести себя как мужчина. Вы не прислушиваетесь к природе, вы прислушиваетесь к теориям, придуманным людьми, что вы – мужчина. Но природа наделила ваши глаза слезными железами: если бы природа предполагала, что мужчина никогда не будет рыдать и плакать, тогда не должно было бы быть слезных желез. Если бы природа предполагала, что мужчина не должен чувствовать, тогда не должно было бы быть никакого сердца. Но мужчина чувствует столько же, сколько и женщина. Только он подавляет свою женственность, он все время подавляет ее, и это создает внутренний конфликт. Вместо того чтобы использовать противоположные полюса для создания течения, вместо того чтобы использовать противоположные полюса в качестве напряжения, порождающего живость, вы подавляете полярность, и это умерщвляет вас, убивает вашу чувствительность; потому что мужчина, если он не является также и женщиной, тогда он – половина, он искалечен, половина его подавлена. И это подавленное существо возьмет реванш. Рано или поздно, он сойдет с ума, потому что подавленная часть свергнет доминирующую.

Политика – не только нечто внешнее, политики создали политику внутри вас. Они породили раскол, заставили вас бороться с самим собой. А женщина в таком случае постоянно подавляет мужскую часть. И эта часть в ней прорывается. Она появляется снова и снова, потому что она там! Вместо того чтобы создавать гармонию из этих двух противоположных нот, вы воюете, вы боретесь, сражаетесь. Ситуация была бы прекрасной, если бы вы смогли создать гармонию, тогда внутри вас зародилось бы существо высшего порядка.

Запомните, рост всегда диалектичен.

Это слово – «диалектичный» – нужно понять. Оно противоположно рациональному. Мышление – это линейный процесс, от одного шага к следующему, но план остается тот же: от А к В, план остается тот же. Поэтому мышление очень и очень скучно. В нем отсутствуют противоположные признаки, поэтому оно становится скучным.

Просто понаблюдайте: сидят двадцать человек, одни мужчины, и вдруг внезапно заходит женщина – атмосфера мгновенно меняется. Эти двадцать человек слегка заскучали: одни мужчины, они же неизбежно будут скучать, если, конечно, они не гомосексуалисты. Если же это здоровые люди, они неизбежно будут скучать. Входит женщина, и в то же мгновение атмосфера меняется. Перемену можно увидеть в их лицах: они начинают улыбаться, становятся более вежливыми, не сквернословят, ведут себя прилично. Просто входит женщина, и все меняется. Неуловимый процесс протекает внутри: появление женщины становится появлением в глубине их существа, появлением их внутренней женщины. Они становятся целым. На мгновение они больше не части. Посмотрите на двадцать женщин, сидящих, болтающих между собой без умолку. Но появляется мужчина – и мгновенно происходит преображение.

Если постоянно продолжается что-то одно, одно и то же состояние, это превращается в скучный процесс. Диалектика означает движение через противоположное. Тезис – антитезис – синтез: это и есть диалектика. Одно против другого, тогда есть вызов, напряжение, и через эти напряжение и вызов прорастает третья реальность – синтез. Синтез всегда лучше, он ведет к более высокому плану.

Мышление движется горизонтально, диалектика движется вертикально.

Если у вас нет врага, если в своей жизни вы ничему не противостоите, вы упустите всю соль жизни. Если вы ничему не противостоите, вы будете безвкусными, вы будете как мертвый камень, не как цветок, потому что только из противоположности возникает движение, энергия, вызов… тогда вы растете. Когда мужчина встречает женщину, запускается диалектический процесс. Поэтому любовь так прекрасна, она является такой великолепной возможностью для роста. Постоянно находиться в отношениях с кем-то – это вызов. Быть в отношениях только с самим собой – это скука: нет противоположности, если только вы не обнаружили противоречия внутри собственного существа; только тогда вы сможете двигаться в одиночестве.

Это значит, что когда мужчина становится цельным внутри, ему не нужна женщина. Когда женщина становится цельной внутри, ей не нужен мужчина. Наступает момент, когда Будда движется в одиночестве, Махавира движется в одиночестве, тогда нет необходимости. Не потому, что женщина плоха, просто они нашли свою внутреннюю женскую часть, теперь диалектика проникла в их существо, нет нужды создавать ее снаружи. Теперь внутри постоянно сосуществуют тезис, антитезис, синтез. Теперь Будда и Махавира растут в одиночестве, но они все равно используют ту же диалектику.

Вся жизнь диалектична. Логос диалектичен, а мышление – однообразный процесс. Вы можете думать в таких категориях: диалектика – гетеросексуальна; ум, интеллект – гомосексуален. Ум гомосексуален. Поэтому на Западе процветает гомосексуализм, потому что Запад принял Аристотеля, ум. Гераклит гетеросексуален, он содержит противоположности. Если вы будете прислушиваться к интеллекту, вы будете гомосексуальны. Если вы будете слушать интеллект, тогда все качество, которое возникает из противоположности, из напряжения, будет утрачено. А когда оно теряется, жизнь становится скучной. Когда оно теряется, жизнь теряет интерес, энтузиазм, надежду, возможности. Все теряется, потому что все возможности открываются с помощью противоположностей.

Когда вы в первый раз влюбляетесь, вы встречаете противоположность. В тот же миг вам кажется, будто у вас выросли крылья, вы можете летать, в вашем сердце рождается поэзия. Что происходит? Противоположность что-то в вас создала. Только тишина не так прекрасна, только звук не так прекрасен, но встреча звука и тишины очень, очень прекрасна, она – музыка. Встреча тишины и звука – это музыка.

Понаблюдайте, как кто-нибудь играет на ситаре, пианино или любом другом инструменте. Что происходит? Что он делает? Он занят диалектическим процессом. Он создает звук, а между двумя звуками он оставляет долину, тишину. Чем выше пик, тем глубже будет долина. Он создает звук, он создает вершину, он движется все выше, и выше, и выше, он достигает кульминации, и вдруг… пауза, тишина. Если вы слышите только звук, упуская тишину между двумя звуками, вы не обладаете музыкальным слухом. Когда вы слышите и звук и тишину, одновременно и вершину и долину, тогда вы приходите к встрече с новым явлением: каждая вершина создает долину, каждая долина порождает вершину. Они движутся вместе, как инь и ян, движутся по кругу, и это – музыка, это – скрытая гармония.

Логос диалектичен, он гетеросексуален. Бог создает мир, потому что нужна противоположность – Бог не может существовать в одиночестве, мир не может существовать в одиночестве. Если вы будете слушать только мир, вы не познаете внутреннюю музыку существования. Пресытившись миром, вы можете оставить его и слушать только Бога – но тогда вы снова упустите гармонию. Когда вы слушаете мир и Бога вместе, когда мир становится противоположным полюсом, когда мир становится одним берегом, а Бог – другим, тогда река течет, ее течение потрясающе прекрасно, и вы слышите гармонию.

Тот, кто слышит гармонию между этим миром и Богом, является саньясином.

Тот, кто оставляет этот мир, пускается в крайности. Он логичен, рационален, но не диалектичен. Поэтому пойдите и посмотрите на людей в магазинах, на рынках – они унылы, потому что… у них есть только этот мир. Они как-то работают, тянут свою лямку, с трудом переставляя ноги, потому что они там – что остается делать? Поэтому они что-то делают. Но вы не услышите в них музыки: нет противоположности, нет молитвы, нет медитации, нет тишины. Поэтому рынок стал просто звуком – это какофония.

Отправляйтесь в Гималаи, в монастыри, там тоже есть люди. Те же лавочники, которые оставили этот мир, сидят там. Они тоже, как вы увидите, безжизненны, они тоже унылы, на них скапливается пыль, они мертвы. В магазинах вы найдете мертвых людей, в храмах и монастырях – тоже. Это те же люди, только находящиеся в другой крайности. И в монастыре, и на базаре не хватает гармонии.

Гармоничный человек имеет сложную структуру, его простота очень и очень сложна, потому что его простота содержит в себе свою противоположность. Гармоничный человек обладает глубоким состраданием, но может и разозлиться. Он абсолютно независим, но может и любить; он любит – и остается независимым. В нем встречаются долина и вершина. В нем встречаются звук и тишина. Если вы обладаете музыкальным слухом и сердцем, тогда вы увидите гармонию в таком человеке. Такие люди редко встречаются, потому что они сами становятся Логосом. Такие как Кришна, Лао-цзы, Будда, Гераклит, Иисус – они живут в Логосе, они сами – миниатюрные Логосы. Работа их существа такая же, как и у самого существования, в их существах отражается само существование. Они ничего не отвергают, они принимают все.

Тот, кто что-то отвергает, не знает, что делает. Если человек отвергает звук, он вместе с этим отвергает и тишину, потому что они существуют вместе. Вы когда-нибудь встречали тишину без звука? Потому что тишина имеет свой собственный звук. Если ночь совершенно тиха, на дорогах нет машин, никто не движется, все погрузилось в сон, понаблюдайте и послушайте: вы обнаружите, что ночь имеет свое собственное звучание – очень трудно уловимый, но свой звук. Когда вы погружаетесь все глубже внутрь, во внутреннюю ночь, где все звуки дня остановились, там тоже слышится звук. В индуизме он называется Аумкар – звук предельного, Аум. Он слышен. Он там. Когда на вас опускается предельная тишина, на вас также спускается предельный звук – сразу же! Они вместе, они не могут быть порознь. Они две стороны одной медали – тишина и звук. Да, Бог – это тишина, и звук тоже. Это Логос.

Теперь постарайтесь понять эту сутру. Она имеет очень глубокий смысл.

Хотя Логос существует вечно,

люди не понимают его —

ни прежде чем услышат о нем,

ни впервые услышав.

Потому что это вопрос не слуха или его отсутствия. Это вопрос внутреннего роста.

Я могу говорить с вами о Логосе, могу пытаться вам объяснить, возможно, вы даже получите рациональное представление о нем – но это не даст вам понимания. Это все равно, что рассказывать о сексе маленькому ребенку. Вы можете говорить, можете заставить говорить всех ваших Фрейдов и Вильгельмов Райхов – ребенок, возможно, даже выслушает, но разве он способен это понять? Если ребенок очень разумен, он поймет это умом, но для понимания секса нужен биологический рост, требуется определенная зрелость желез и гормонов. Чтобы понять секс, ребенок должен достичь того момента, когда он захочет секса, только тогда он сможет понять, иначе никак.

* * *

Я шел по улице, а впереди меня шли два маленьких мальчика. Одному из них было около семи, а второму около восьми лет. Младший спросил того, что постарше:

– Я хожу в школу с девочкой. Семь раз я помог ей нести портфель, книги и все такое, три раза я ходил для нее за мороженым. Как ты думаешь, мне теперь нужно ее поцеловать или нет?

Второй поразмыслил и сказал:

– Как мне кажется, ты сделал уже достаточно. Не нужно больше ничего делать.

* * *

Для ребенка так оно и есть! Вы не можете говорить с ребенком о сексе. Сначала должно возникнуть сексуальное желание, сначала ребенок должен стать готовым к сексу. Такая же проблема и с религией. Вы не можете говорить с кем-то прежде, чем возникнет желание.

Религия в точности похожа на секс. Секс – это желание встретиться с противоположностью на уровне тела, а религия – это желание встретиться с противоположностью на уровне существа. Это желание. Это жажда. Когда она возникает, только тогда о ней можно говорить. Вы можете задавать умные вопросы – это ничего не значит. Вы можете спрашивать, существует Бог или нет, – не в этом суть. Вы испытываете жажду? Возникло ли в вас желание встретиться с противоположностью на уровне существа – не на уровне тела или ума, а на уровне существа – вашего, целого? Вы готовы для такого прыжка? Тогда возможно понимание.

Поэтому Гераклит говорит:

Хотя Логос существует вечно…

Логос присутствует везде – в деревьях, в камнях, в небе, везде! Внутри вас, вокруг вас присутствует Логос, потому что вся жизнь существует благодаря противоположностям. Он диалектичен, он обогащается за счет противоположностей. Он движется через антитезис, движется выше – к синтезу, а затем синтез опять превращается в тезис. Снова создается антитезис, снова – более высокий синтез. Жизнь продолжается, двигаясь по такому пути. Везде так. Это действительно так, и не о чем спорить – таков путь существования. Запомните: Гераклит не спорит, он просто утверждает. Я тоже не спорю, просто констатирую факт. Так есть! Поэтому он говорит: «Я исследовал…», – и он нашел эту диалектику, диалектический процесс существования. Это – глубочайшее прозрение. Оно верно – незачем спорить о нем. Так существует существование.

…люди не понимают его —

ни прежде чем услышат о нем,

ни впервые услышав.

Пока вы не изменитесь, пока вы не станете открытыми для внутреннего, пока вы не будете стараться не только познать интеллектуально, понять умом, но и чувствовать, существовать с этим, впитывать и переваривать это, как пищу, чтобы оно могло течь в ваших жилах, смогло стать частью вашего существования, только тогда…

Это – не теории. Вам нужен внутренний рост, прежде чем вы сможете это понять.

Мы должны позволить тому,

что едино для всех, направлять нас.

Тогда что нужно делать? Если вы не способны понять до того, как услышали это, и не способны понять после, что тогда делать? Гераклит предлагает прекрасную вещь. И она может действительно помочь вам. Он говорит:

Мы должны позволить тому,

что едино для всех, направлять нас.

И все же, хотя Логос един,

большинство людей живут так, как если бы

они имели свой собственный разум.

Логос – един для всех, Логос – всеобщая основа, Логос – всеобщий континент. Вы думаете, что вы – острова, отделенные от всех, и тогда вы следуете за собственным умом. Это единственно возможная глупость: собственный разум – это глупость, величайшая глупость. Существование целостно, разум тоже, он принадлежит целому, поэтому вам нужно искать всеобщее.

Это то, о чем говорят мастера дзен: «Станьте обычными, станьте простыми. Не пытайтесь быть особенными». Чем более простыми вы становитесь, чем более обычными вы становитесь, тем более способными вы становитесь для понимания Логоса. Не пытайтесь быть особенными, исключительными, потому что чем больше вы будете пытаться, тем больше будете становиться похожими на остров, закрытый, запертый в самом себе, как в пещере. Тогда вы теряете связь с существованием. Вы обрубаете свои корни, становитесь выкорчеванными. Так произошло на Западе: чувство выкорчеванности. Никто не знает, где его корни. А когда вы чувствуете себя выкорчеванным, вы становитесь эгоистом, тогда вы существуете как вещь в себе – а этого не должно быть!

Существование все пронизано связями, мы движемся друг в друга. Когда я говорю с вами, что я делаю? Я непрерывно двигаюсь в вас. Когда вы слушаете меня, вы даете позволение, вы открываете мне двери. Вы дышите, и существование входит в вас, вы открываете глаза, и солнце проникает в вас – каждый момент, двадцать четыре часа в сутки, вы – перекресток. Миллионы точек встречаются, миллионы линий пересекаются в вас. Вы не отдельны! Только подумайте, можете ли вы существовать отдельно? Можете ли вы существовать полностью изолированно? Несколько секунд – и вы умрете. Вы – пористое существо, существование входит и движется сквозь вас. Вы подобны комнате: воздух проникает внутрь, солнце постоянно приходит и уходит, поэтому комната остается чистой и свежей. Если вы закроетесь, то умрете.

Чем более вы открыты, тем сильнее существование будет течь через вас. А чем сильнее будет течь существование, тем более вы будете способны понять, что такое Логос.

Вас нет. Есть целое. Вы – фальшивое существо. Поэтому все пробужденные так настаивают на покорности. Не боритесь с существованием, потому что вы не знаете, что делаете, с кем боретесь. Как можно бороться с существованием? Это все равно, что волна станет бороться с океаном, лист – с деревом, это глупо! Не пытайтесь двигаться против течения, это только обессилит вас. Вы устанете и впадете в отчаяние, потому что не сможете добиться успеха.

Вы не добьетесь успеха, противясь существованию. Поэтому и вы, и все остальные такие неудачники. Спросите успешных людей – и они тоже неудачники, глубоко внутри они упустили. Ваши Наполеоны, ваши Гитлеры, ваши Ротшильды, спросите их: они – неудачники, они потерпели поражение. Чего они добились? Они боролись, пытались двигаться против течения, хотели выделиться тем или иным образом – и они просто разрушили себя. Пытаться выделиться – самоубийство, это постепенное самоубийство, медленное отравление всей системы. Сдайтесь существованию, двигайтесь с ним, куда бы оно ни шло – волей-неволей, куда бы оно ни шло.

«Волей-неволей» – хорошее выражение. «Волей» означает: идет это согласно вашей воле или нет, «неволей» означает: противоречит это вам или нет. «Волей» означает волю, а «неволей» – против воли. Волей-неволей, куда бы оно ни шло, вы сдаетесь, вы течете с ним. Плыть, не нужно даже плыть.

Зачем иметь свою собственную цель? Отчего не двигаться в соответствии с судьбой целого? Почему вы так озабочены достижением чего-то лично своего? И как вы можете этого достичь? Вы не можете достичь – это просто невозможно. Только целое имеет судьбу, не вы. Только целое куда-то движется, не вы. Если вы можете сдаться целому, все достигнуто, потому что вы становитесь целым и судьба целого становится вашей судьбой, цель целого становится вашей целью. А цель находится не где-то в другом месте, целое счастливо прямо сейчас, целое пребывает в блаженстве прямо сейчас. Только вы беспокоитесь. Только вы обеспокоены, потому что вы не течете вместе с рекой. Вы пытаетесь что-то выгадать для себя. Но кто вы такой? Как, по-вашему, это может быть возможно? Вы просто потерпите неудачу.

Человек всегда терпит неудачу, только Бог успешен.

Послушайте:

Мы должны позволить тому,

что едино для всех, направлять нас.

Ищите общность в вещах, выискивайте простое: чем проще – тем правдивее, чем необычнее – тем фальшивее. Будьте обычными, тогда вы становитесь ближе к основе, тогда вы ближе к истине. Если вы можете быть совершенно обычными, что еще нужно? Каждый момент становится таким благословением. Какие могут быть проблемы, когда вы абсолютно обычны? Вы едите, и принятие пищи – это благословение. Вы спите, и сон – это благословение. Вы прогуливаетесь на солнце, что еще вам может быть нужно? Вы дышите – что еще нужно для счастья? Вы любите – о чем еще вы просите? Все уже дано, а вы пытаетесь быть особенными. Придерживайтесь общих правил, не пытайтесь быть исключением, иначе вы будете страдать.

Ад – для всех выдающихся людей. Они могут заниматься политикой, искусством, литературой, где бы они ни были; ад – для всех гениев, для всех выдающихся людей, для всех эгоистов. Эго – это ад, оно причиняет вам страдания, потому что вы без нужды начинаете со всеми конфликтовать. Вы никогда не расслаблены, тревога становится для вас образом жизни, с эго вы все время будете в тревоге. Эго – это дискомфорт, это гвоздь в обуви, он постоянно причиняет неудобства, но вы хотите быть исключительными. И что…

* * *

Я сидел с Муллой Насреддином, когда его жена прошла мимо нас. Он сказал:

– Смотри! Вот идет удивительная женщина.

Я спросил:

– Что значит «удивительная»?

Он ответил:

– Она пытается носить обувь четвертого размера, имея ноги шестого размера, – это удивительная женщина!

* * *

Она страдает, но пытается быть неординарной.

В Китае это произошло с миллионами женщин: чтобы стопы были маленькими – просто это выглядит незаурядно, – использовались железные туфли. Китаянки долго страдали, всю свою жизнь, потому что они были практически искалечены. Но длинные стопы были уделом рабочих, бедняков, не богачей. Кажется, что жизнь – это удел бедных, а не богатых людей. Поэтому чем выше статус женщины, королева… королевы в Китае тысячелетиями даже не могли ходить, настолько у них были маленькие стопы. Это было невозможно… потому что длина стопы должна быть пропорциональна телу. Ваши стопы не могут быть маленькими, потому что природа знает лучше вас. Но они пытались, они пытались улучшить природу, усовершенствовать природу. Они долго страдали. Все страдание человека в этом, его можно свести к одному закону: если вы будете пытаться выделиться, вы будете страдать. Тогда ничто вас не удовлетворит, везде вы будете находить только неудовлетворенность.

* * *

Мулла Насреддин попал в больницу – он был болен. Там он создал вокруг себя ад: невозможно найти никого, кто бы жаловался больше, чем Мулла Насреддин, он – это одна бесконечная жалоба. Вся больница лишилась покоя – медсестры, врачи. Чтобы скорей отделаться от него, они обращались с ним как можно внимательнее, только чтобы он выздоровел скорей и ушел. Когда он поправился, настал день его выписки, он снова начал жаловаться. Врач услышал шум и спросил сестру:

– На что он жалуется на этот раз? Теперь и жаловаться-то не на что – его сегодня выписывают.

Сестра ответила:

– Теперь он говорит: «Как я могу быть здоровым, если не все лекарства закончились? Пока все лекарства не закончились, как меня можно считать здоровым? Здесь что-то не так».

* * *

Ум эгоиста автоматически становится таким. Он ищет, что не так. А кто ищет, тот находит – вы найдете больше, чем хотели найти. Такова проблема всего мира: что бы вы ни искали, вы обязательно найдете. Если вы пытаетесь найти недочеты… а эго всегда пытается найти недочеты, потому что эго нуждается в постоянном дискомфорте, оно существует в дискомфорте. Когда все хорошо, эго исчезает. Чжуан-цзы говорит: «Когда туфли не жмут, о теле забываешь, о ногах забываешь». А когда все забыто, как можно цепляться за эго? Эго требует, чтобы туфли все время давили – вы должны помнить, кто вы такой. Поэтому эгоист не способен любить, не может медитировать, не может молиться, потому что если он по-настоящему молится, то все удовлетворяет – и тогда эго исчезает. Эго означает самосознание. Когда что-то не так, только тогда есть самосознание. Когда все хорошо, самосознания нет.

Ищите обычное, наблюдайте за обычным – не старайтесь выделиться.

Но мы хотим быть особенными. Ко мне приходят люди. Если я говорю им: «Просто сидите в молчании, не стоит сильно беспокоиться о медитации и о молитве, и со временем это прорастет», – они говорят: «Как, просто сидеть?..» Им нужно что-то особенное. Если я говорю им: «Встаньте на голову», – тогда все хорошо. Вот почему в мире процветает так много учителей, которые учат людей стоять на голове, – всем нравится что-то трудное, неудобное. Под видом йоги люди пытаются изобразить нелепые позы. Просто нелепые! Чем более нелепые, тем лучше, чем труднее… если вы не можете их выполнить, тогда эго получает вызов. Так выполни их! Принимая нелепые позы, вы думаете, что делаете что-то значительное.

Жизнь сама по себе значительна – нет нужды усовершенствовать ее.

Если бы природа хотела, чтобы вы сидели или стояли на голове, вы были бы созданы такими. Прислушайтесь к природе и следуйте за ней, не создавайте конфликта с природой, просто следуйте за ней, и скоро вы достигнете глубокой тишины, которая приходит, когда человек становится обычным.

* * *

Всего несколько дней назад – в Индии это вечный вопрос – ко мне пришел молодой человек и спросил:

– Следует ли мне жениться?

Я ответил ему:

– Будь обычным. Почему бы и не жениться?

Но он не хотел. Не жениться – это что-то особенное. Жениться – обычное дело, иметь детей – настолько обычно, стать хозяином дома – настолько обычно. Он сказал:

– Но все великие люди оставались неженатыми.

Тогда я сказал ему:

– Если ты хочешь быть великим, иди к кому-нибудь другому. По мне, так это болезнь. Вот если ты хочешь быть обычным, тогда приходи ко мне… Просто посмотри внутрь. Закрой глаза и скажи мне, чего бы ты желал.

Он ответил:

– Конечно, я хочу жениться, но это кажется таким обычным: растрачивать жизнь на обычные вещи.

* * *

Но вся жизнь состоит из обычных вещей. Величие – не в вещах, величие – в том качестве, которое вы привносите в жизнь, в обычные вещи.

Просто посмотрите, как Иисус ужинает со своими друзьями: он выглядит более обыкновенным, чем сидящий под деревом бодхи Будда. Но обычные действия настолько прекрасны; пить, есть с друзьями так прекрасно, что никто не может быть так прекрасен, даже сидя под деревом бодхи. Иисус имеет особенность быть обыкновенным.

Будда оставался королем даже под деревом бодхи. Он был рожден особенным, неординарным. Он жил как принц, он воспитывался как принц. Это стало его содержанием – даже под деревом бодхи он не был нищим. Если вы подойдете поближе, то сможете это ощутить. Вы можете не заметить Иисуса на улице, но вы не можете не заметить Будду. Но я говорю вам: Иисус ближе к Логосу. С Буддой так получилось, потому что он был так воспитан, все его прошлое было таким. Но сколько человек могут родиться принцами, сколькие могут быть так воспитаны? Иисус более человечен, но во всей своей человечности он божественен, потому что эта обыкновенность заключается в том, чтобы быть как все.

Ко мне приходят джайны и буддисты и говорят: «Но этот Иисус – он ест и пьет так же, как обычные люди; он живет с обычными людьми. Как вы можете говорить, что он достиг тех же высот, что и Будда, и Махавира?» Но я говорю вам, что он – в точности такой, каким надлежит быть человеку. Махавира и Будда могут быть особенными, но не каждый может быть особенным, в этом нет необходимости. Для них это было естественно, поэтому хорошо, что они следовали своей природе. Но миллионы людей, многие миллионы, не могут сидеть под деревом бодхи, ничего не делая. Им придется двигаться в мир, работать, заниматься делами, обычными делами.

И если нет способа достичь Логоса естественным путем, тогда он будет только для избранных. А это выглядит несправедливо: тогда кажется, что существование поддерживает лишь немногих. Но помните, если существование благоволит только немногим, если оно избирательно, тогда зачем вообще давать вам рождение? Нет, природа никогда не выбирает любимчиков – она для всех, для всех, кто готов поучаствовать. Блаженство – для всех, если вы готовы участвовать. Иисус – сын плотника, бедняка. Так должно быть для миллионов людей. Кто-то – сын плотника, кто-то – ювелира, кто-то – сапожника, такова жизнь! А мы прожили, слишком долго прислушиваясь к выдающимся людям, именно из-за этого возникло столько ненужных страданий.

Живите обычно, найдите простое и не пытайтесь быть непростыми, иначе само ваше усилие обрубит корни, связывающие вас с Логосом. Логос – един для всех, и все же большинство людей живет так, как если бы имело свой собственный разум. Если вы будете жить в согласии с единым, если будете следовать единому, не пытаясь стать индивидуальностью, вы станете ближе к Логосу и сможете его понять.

В этом заключается парадокс: те, кто пытается быть неповторимой индивидуальностью, упускают – упускают всю индивидуальность и всю неповторимость. А те, кто остается с обыкновенным, с такой обыкновенностью, что и говорить-то не о чем, те, кто никогда не борется за то, чтобы быть индивидуальностью, достигают величайшей индивидуальности, какую это существование только может вам предложить. Те, кто остается обычным, становятся самыми неповторимыми. Неповторимость приходит как дар, без вашего участия, вы за это не боролись. Человеческая природа не имеет настоящего понимания, оно есть только у божественного. Да, все есть так, как должно быть.

Мы приходим из целого и возвращаемся к целому. Неизвестными мы приходим, неизвестными – уходим… не зная, откуда приходим, не зная, куда мы уходим. Процесс совершенно непостижим. Как у вас может быть собственный разум?

Это немного трудно, нужно очень глубокое понимание. Это один из важнейших вопросов, оставленных Гераклитом. Сознание тоже едино. Так же, как рыбы живут в океане, в едином океане, мы существуем в едином сознании. Ваше сознание и мое сознание – не отдельные два центра, но два центра одного. Поэтому иногда вы тоже чувствуете общее пространство.

Кому-то грустно. Он не сказал вам ни единого слова. Вы сидите рядом и внезапно чувствуете, как в вас растекается грусть. Кто-то счастлив, просто счастлив, он ничего вам не говорит, но внезапно вы чувствуете, как в вас проникает счастье. Если двадцать человек сидят счастливые, и вы приведете туда грустного человека, через несколько минут он почувствует перемену, его настроение изменится. С грустными людьми вам становится грустно. С вытянутыми лицами вы становитесь вытянутыми лицами. Со счастливыми людьми вы становитесь счастливыми. Поэтому, наслаждаясь игрой с детьми, вы вновь превращаетесь в детей. Играя с детьми, вы вдруг забываете обо всех тревогах, обо всем мире – вы становитесь ребенком. Это очень освежает. Как это происходит? Это происходит, потому что сознание – общее явление. Когда вы играете с ребенком, вы должны стать ребенком, потому что ваша встреча с ребенком происходит в едином пространстве.

Из-за этого на Востоке настаивали на том, что даже просто быть рядом с мастером, рядом с пробужденным – очень и очень ценно, просто быть рядом, в присутствии. На Западе не могут понять: «Что значит „в присутствии“?» На Востоке говорят: «Мы идем получать даршан». Даршан означает встречу с мастером; спрашивать не о чем, нужно просто быть в присутствии. Есть еще одно специальное слово для обозначения такого состояния – сатсанг – пребывание рядом с истиной. Если вы сидите в молчании рядом с мастером, рано или поздно вы растворитесь друг в друге. Сознания встретятся. Мастер проникает в вас, вы проникаете в мастера. Если вы ничего не делаете, просто находитесь рядом с мастером, однажды вы сможете достичь – не прикладывая даже ни малейших усилий. Это тоже возможно, но тогда вам нужно быть очень, очень открытыми. Просто сидя в молчании, не делая, не создавая барьеров, расслабленно, вы можете достичь. Многие достигли, потому что сознание – это океан, а мы – рыбы в нем. Все воздействует на всех.

Все, что происходит в этом существовании, затрагивает всех остальных. Не только сейчас – то, что случалось в прошлом, тоже влияет. И не только это – все, что произойдет в будущем, тоже влияет, потому что в этот момент происходит кульминация всего существования. Прошлое, будущее, настоящее достигают наивысшей степени и сходятся в одной точке.

Нет никакой возможности для отдельного разума. Те, кого называют очень талантливыми, гениальными, тоже это чувствуют. Спросите Эйнштейна или Мадам Кюри: они тоже это чувствуют. Эйнштейн говорит, что все свои открытия, он совершил тогда, когда его не было, когда внезапно им что-то овладевало – всеобщее сознание. Спросите поэтов: они скажут, что, когда что-то происходит, их нет. Они становятся передаточным звеном – ими овладевает общее сознание.

Мадам Кюри получила Нобелевскую премию. Нобелевскую премию нужно было дать единому пространству. Она прилагала всевозможные усилия, чтобы найти решение определенной химической проблемы и не могла найти способ. Она боролась и боролась в течение двух лет, и вот однажды ночью, усталая, она заснула. И во сне что-то произошло – потому что во сне вы более открыты. Во сне вы не эгоистичны, во сне вы – никто, во сне вы не цепляетесь за самосознание.

Поэтому утром вы чувствуете себя свежими, более молодыми, обновленными, потому что вы пребывали в едином пространстве. Вы двигались к сознанию, к океану. Вы не цеплялись за собственный разум. На несколько секунд вы упали в целое, и целое оживило, освежило вас.

Ночью что-то произошло. Она встала, подошла к столу и записала решение, над поиском которого работала годами. Потом она уснула и к утру совершенно забыла, что произошло ночью. Утром она приняла ванну, позавтракала, сделала все необходимое, потом подошла к столу… и была просто поражена – там было решение! Но кто это сделал? Она была одна в комнате, приходила только прислуга, но прислуга не могла этого сделать. Она основательно задумалась: «Что происходит?» Но потом присмотрелась – это был ее почерк! Он немного отличался от обычного, потому что это было ночью, во сне… Тогда она закрыла глаза и попыталась вспомнить, что произошло. Она увидела все как во сне: как она встала, что-то было в ней, она записала это…

Единое сознание – вы напрасно заявляете, что оно ваше. Оно никогда не было вашим. Оно вечно плавающее. Оно окружает вас повсюду. Станьте более пористыми, станьте более позволяющими, полностью отпустите себя, потому что только целое может понять целое. Как часть может понять целое? Как атом может понять целое? Но целое может течь через часть, если часть позволяет ему… Вот зачем нужна медитация: позволяя целому течь, вы полностью исчезаете со сцены… а затем вдруг становитесь целым.

Человеческая природа не имеет подлинного понимания.

Только божественная природа обладает им.

Человек неразумен.

Разумно только то,

частью чего он является.

Не вы, но океан вокруг вас, то, что заключает вас в себе, окружает вас – не вы; то, что внутри вас и вокруг вас, но не вы, потому что «вы» – всего лишь иллюзия.

Человек неразумен.

Разумно только то,

частью чего он является.

Божественное ускользает от человека

из-за своей невероятности.

Вы сомневаетесь, не можете поверить, не можете доверять, поэтому божественное ускользает от вас – из-за своей невероятности.

Есть только один барьер – и это сомнение. Есть только одна дверь – и это доверие. Если вы доверяете природе, все складывается правильно. Если вы сомневаетесь в природе, все приходит в беспорядок.

Почему так трудно быть естественным? Трудность только одна: если вы естественны, вы не можете быть кем-то – другой трудности нет. Возникает влечение – вы следуете за ним; брахмачарья, целибат, становится борьбой с природой. Вы голодны – вы едите; голодание становится конфликтом с природой. Когда вы не чувствуете голода, но вынуждены продолжать есть, это тоже борьба с природой. Когда вы не хотите заниматься любовью, но продолжаете это делать, потому что это нужно жене, из-за общества… и то, и это – вы идете против природы. Природа означает просто следовать внутреннему существу, что бы оно ни чувствовало, когда ваше эго ничего не навязывает ему. Это разрушит и пошатнет ваше эго.

Живите как животное, лишь с одним отличием – бдительно. Вот и все. Живите как животное, лишь с одним отличием – осознанно.

Не боритесь с природой, просто свидетельствуйте ее и следуйте ей. Куда бы она ни вела – это хорошо. Все цели, проецируемые вашим умом, фальшивы. За что бы вы ни взялись, вы не сможете добиться успеха. В конечном счете, природа добивается успеха, потому что только целое может быть успешно. Так зачем с самого начала вступать в ненужную борьбу? Но я вижу людей, которые борются миллионами способов, они впадают из одной крайности в другую, но продолжают бороться.

На Востоке – а в прошлом и на Западе – люди боролись с сексом. Они говорили, что в сексе есть что-то дурное – потому что в сексе вы становитесь такими же естественными, как животные, и все проповедники всегда говорили, что вы не должны уподобляться животным. Что плохого в том, чтобы быть животным? Посмотрите на них, сходите в лес и посмотрите! Не ходите в зоопарк, потому что там вы не увидите настоящих животных, они испорчены людьми. Отправляйтесь в дикие места.

Что не так с животными? Они такие красивые, в них нет ничего уродливого, но все моралисты, все так называемые религиозные люди учат вас: «Не будьте животными!» Ваше эго чувствует, что это хорошая цель. Как вы можете быть животным? А секс целиком переносит вас в животное состояние. В сексе вы чувствуете себя животным. Вы не чувствуете себя так ни в чем другом, потому что вы все изменили, отполировали. Вы все приукрасили, окультурили, обработали – все! Вы едите, но вы превратили прием пищи и все, что его касается, в такой ритуал, что это уже, кажется, никак не связано с голодом – кажется, что это не имеет отношения к голоду. То, что вы едите, – не питательно, это видимость, фасад. Все фальшиво, кругом искусственные цветы. Но когда вы движетесь в любовь, занимаетесь любовью с мужчиной или женщиной, вы становитесь настоящими животными.

Вы и это попробовали скрыть. Поэтому люди занимаются любовью по ночам. Только человек занимается любовью ночью. Животные занимаются любовью днем. А если заниматься любовью днем, она будет глубже, потому что когда в небе солнце, вы гораздо более остро все чувствуете. Ночь предназначена для отдыха, но человек занимается любовью ночью, потому что животные делают это днем, а должно быть какое-то отличие. Что это за эгоистичные усилия? В темноте, даже не включая свет, потому что в темноте вы не осознаете истинную животную сущность своего поведения. Вы не издаете звуков, занимаясь любовью. По сути, вы занимаетесь любовью так, будто это необходимо сделать и закончить как можно быстрее – в течение нескольких секунд все закончено. Вас научили быть против этого – и ваше эго чувствует себя прекрасно.

Сейчас на Западе колесо совершило полный круг. Со времен Фрейда и Вильгельма Райха людей все больше и больше учили сексу. Теперь на Западе имеет место новое явление: если вы не занимались любовью хоть один день, то чувствуете себя виноватыми. Кажется, что вы испытываете вину, чем бы вы ни занимались. Раньше вы занимались любовью и испытывали чувство вины: зачем вы занимаетесь любовью? к чему это животное начало? когда вы выйдете за его пределы? когда вам этоперестанет быть нужным? Теперь на Западе, если вы не хотите заниматься любовью, вы устали, тогда вы чувствуете себя виноватыми, потому что сделали что-то не так – вы вынуждены это делать.

Вы вынуждены что-то делать, вы не можете позволить природе иметь свой собственный порядок вещей. По мне, и то и другое – одинаково, нет никакой разницы.

В прошлом женщинам не было позволено иметь оргазм, потому что как женщина, такая чистая, может иметь оргазм? Женщина – это богиня, она и должна вести себя, как богиня. Поэтому в прошлом женщины просто терпели секс, просто лежали, как мертвые тела, как трупы. Даже если заниматься любовью с трупом, он будет немного шевелиться, но не женщина-богиня! Такие чистые от природы, невинные, они не ведают, что происходит, просто мужчины втягивают их в это. Поэтому они ложились с закрытыми глазами – потому что если женщина будет смотреть, создастся впечатление, что ей любопытно, интересно – глаза должны быть закрыты. Теперь же на Западе в ходу противоположное… Теперь, если женщина не может достичь оргазма, это проблема, что-то не так. Теперь грех – не достигать оргазма. А прежде грехом было иметь оргазм.

Поэтому на Востоке, а в прошлом также и на Западе, женщины совершенно забыли, что способны достичь оргазма. Они полностью забыли, что благодаря сексу возможен наивысший экстаз, а если вы неподвижны… и если природе позволить, тогда во время занятия любовью любовники станут абсолютно дикими: они будут кричать, будут издавать звуки, обезумеют – а это так похоже на животных. Они будут в таком экстазе. А если вы можете достичь экстаза в любви, тогда вскоре этот экстаз откроет дверь для высшего экстаза. Тогда вы выходите за пределы, и только тогда случается настоящая брахмачарья. Это не что-то, что можно вызвать в себе силой, это случается по воле самой природы.

Если человек следует природе, он достигает.

Не нужно делать никаких приготовлений для достижения высшей цели – природа уже все подготовила. Вы – семя, и в вас содержится полная программа, если вы дадите природе возможность. Это точно как семя: мы опускаем семя в землю, а в нем уже содержится полная программа – вся структура дерева, каждого его листика, который появится в будущем, каждого цветка, который распустится в будущем. Семя содержит все схемы – нужно просто дать природе возможность.

Вы должны поливать, вы должны заботиться – хорошая почва, удобрения, и это все! Вам больше не нужно ничего делать. Не нужно учить семя: «Веди себя хорошо! Делай то и это, и никогда не поступай по-другому, иначе ты никогда не станешь деревом». Если вы будете учить семя, в мире перестанут существовать деревья, потому что семена сойдут с ума, не зная, что делать. Семена зависят от вселенского сознания, а не от собственного разума.

В человеке заложена программа быть богом – ни больше ни меньше, просто быть богом. Человек – семя Бога, потому что человеческое сознание – это только начало. Оно должно расти, расти, расти и прийти к той точке, в которой оно становится вселенским. От вас ничего не требуется: никакого обучения, никакого кредо, никакой догмы, никакой религии. Природы достаточно! Вы просто должны дать ей возможность. Вы должны быть восприимчивыми к ней и двигаться с доверием, потому что только в доверии вы можете двигаться.

Если семя скажет: «Где гарантия того, что если я оставлю свою оболочку, которая меня защищает, то я вырасту в дерево? Где гарантия? А если гарантии нет, я буду цепляться за свою оболочку», – что тогда будет?

Если птица в яйце скажет: «Как мне выбраться? Кто даст мне гарантию того, что это будет лучший мир, чем тот, в котором я уже нахожусь?» – что тогда будет? Оболочка, скорлупа – это безопасность, они защищают. Птица прекрасно защищена яйцом – но это не жизнь. Это подобно смерти; конечно, она полностью защищена, но это защищенность могилы. А кто даст гарантию? Нет никого, кто бы дал вам гарантию, вам приходится доверять.

Семя доверяет и растворяется в земле, превращается в прекрасное дерево, цветы; оно наслаждается существованием, впадает в экстаз.

Птица вылупляется из яйца, покидает знакомое ради неизвестности, расправляет крылья и летит в бескрайнее небо. Никто не знает, что будет. Без всякой видимой цели, без умысла, плана, она просто расправляет крылья, впадает в экстаз на ветру, движется, летит к дальнему краю неба – движется в неизвестность.

Так случится и с вами. Вы – семя, вы – яйцо, вы – возможность. Гераклит попадает точно в цель, подходит к тому самому месту, где вы упускаете:

Божественное ускользает от человека

из-за своей невероятности.

Из-за ваших сомнений вы упускаете. Доверяйте, и вы сможете достичь. Больше ничего не нужно – только доверие, чтобы природа могла раскрыться.

Хоть и тесно связан с Логосом,

человек продолжает настраивать себя против него.

Как можно скрыться от того,

что никогда не принимает никакой формы?

Существование есть всегда, всегда, всегда. Оно никогда не принимает конечной формы. Как можно от него спрятаться? Оно постоянно, вечно. Как с ним можно бороться? То, что вы делаете, просто нелепо, абсурдно. Бороться глупо! Единственная мудрость заключается в отпускании, в смирении. Тогда начинает происходить все прекрасное. Оно происходящее – не делающееся.

Вы можете возвести заграждения, но не сможете затормозить его. Вы можете убегать от него, можете закрыть на него глаза, но не сможете ничего изменить – оно уже есть, это факт! Только вы упускаете, потому что сидите с закрытыми глазами… сомнение закрывает ваши глаза, сомнение закрывает ваше сердце, сомнение – как будто вы спите, одурманенные сомнениями.

Карл Маркс сказал: «Религия – опиум для народа». На самом деле верно точно противоположное: сомнение – это опиум, не религия.

Сомневаясь, вы упускаете истину. Доверяя, вы позволяете ей достичь вас и позволяете себе достичь ее.

Больше и больше медитируйте на доверие. Впитывайте ощущение доверия. Вибрируйте с доверяющим сердцем. Пойте, танцуйте, молитесь с доверяющим сердцем, и скоро вы увидите, что в итоге вознаграждается только доверие.

Сомнение может убить. Оно отрицательно, оно не может дать вам жизнь. Сомнение – это смерть.

Доверие – это жизнь. По мере того как доверие растет все больше и больше, все более полная жизнь открывается перед вами.

Достаточно на сегодня.

Глава 9

Солнце каждый день новое

Эта Вселенная,

единая для всех,

не создана ни богом, ни человеком,

но всегда была, есть и будет —

вечный огонь,

попеременно то вспыхивающий,

то угасающий.

Фазы огня – желание и насыщение.

Солнце каждый день новое.

* * *

Никакого бога как отдельного создателя мира нет и быть не может, потому что творение, творец и творчество – одно и то же, они не отдельны. Существование едино – как тогда могут творец и творение быть отдельно друг от друга? Существование само по себе божественно. Нет никакого творца, который бы создавал его. Оно само и есть творец. Оно само и есть творчество.

Гераклит – не дуалист. Все, кто постиг, не могут не знать, что дуальность существует из-за ума, потому что ум не может видеть одно, он может видеть только два. Когда он что-то воспринимает, он разделяет. Для ума необходимы две части. Если он видит творение, то тут же думает о творце, потому что «как творение возможно без творца?» Но если этот ум столкнется с творцом, тогда он опять начнет размышлять, что должен быть какой-то другой творец – «иначе как может существовать этот творец?»

Ум – это постоянное движение назад. Он не прекращает разделять. Поэтому ум никогда не достигает конечного состояния. Философия верит в ум, поэтому она тоже никогда не приходит ни к какому заключению. Необходимо видеть все целостно, не привнося ум, потому что ум – фактор дуальности: он разделяет. Разделение – природа ума. Если вы говорите «день», тогда ум немедленно добавляет «ночь», потому что «разве может быть день без ночи?» Если вы говорите «любовь», тогда ум добавляет «ненависть» – «разве может быть любовь без ненависти?». Если вы говорите «жизнь», ум говорит «смерть». «Разве может быть жизнь без смерти?» Но жизнь и смерть едины – одно явление, одна энергия. Жизнь – реализация этой энергии, а смерть – новое расслабление. Жизнь – обретение формы, смерть – новое движение в бесформенность. Конец и начало встречаются. Жизнь не отдельна от смерти, смерть не отдельна от жизни – они встречаются и сливаются. Даже сказать, что они сливаются – неправильно, потому что ум тут же добавляет: «Для того чтобы была встреча, нужны двое». А это не встреча, это – одно явление.

Гераклит говорит, что желание и насыщение – это два. Вы чувствуете голод, потом едите, и затем следует удовлетворение. Вы когда-нибудь наблюдали, что голод и насыщение – одно и то же? Они должны быть одним, потому что одна и та же вещь – пища – преображает и то, и другое. Пища становится мостом между голодом и насыщением, желанием и отсутствием желаний. Если они действительно отдельны, между ними нельзя протянуть мост. Если они действительно разные, тогда мост невозможен. Тогда голод останется голодом, а сытость останется сытостью. Где они встретятся? И как они встретятся? Но они встречаются. Ум думает, что голод противоположен насыщению. Просто постарайтесь это понять. Погрузитесь в это глубже. Ум говорит, что голод отличен от насыщения, но, как только вы насытились, снова запускается цикл, который принесет чувство голода, а когда вы голодны, запускается цикл, который приведет к насыщению. Это два явления или одно? Когда вы едите, исчезает голод, но в тот момент, когда голод исчезает, запускается новый цикл.

Утро нового дня – начало вечера. Новое рождение – начало смерти.

Но вы не видите так далеко. Каждое утро вы начинаете испытывать чувство голода, вы едите и получаете удовлетворение. Вечером вы снова голодны, вы едите и достигаете насыщения – но вы никогда не видите, что эти два явления – суть одно. Одно помогает вызвать другое. Если вы никогда не испытываете чувства голода, сможете ли вы насытиться? Возможно ли насыщение, если вы никогда не голодны? Если вы никогда не голодны, не думайте, что вы окажетесь в состоянии насыщения – насыщение не может возникнуть без чувства голода. Если нет утра, не думайте, что всегда и всегда будет вечер – вечера вообще не будет. А если нет смерти, не думайте, что будет вечная жизнь – жизни не будет вообще… потому что смерть порождает ситуацию, порождает энергетическое явление. Каждая жизнь приносит смерть, каждая смерть снова приносит жизнь.

Уму кажется, что это два явления, потому что ум не способен видеть внутреннюю суть противоположностей. Когда вы видите не из ума, не с точки зрения логики, когда вы просто смотрите внутрь явления как такового, в его целостность, двойственность исчезает, остается только одно.

Такова ситуация с Богом-творцом и вселенной-творением. Ум обманывает не только обычных людей – великие теологи тоже попадают в его ловушку. Они тоже говорят: «Бог сотворил мир». Это утверждение – наивное, незрелое. Никто не создавал существование, оно есть, оно просто есть, потому что если вы привнесете творение, то возникнут миллионы проблем. Поэтому теология и создает все больше проблем, не имеющих решения. А они порождают теорию, гипотезу, чтобы решить множество проблем. Ничто не решается. Наоборот, вокруг гипотез возникают новые вопросы. Они пытались решить проблему существования, привнеся Бога – Бог сотворил его. Тем самым они породили миллионы проблем и оказались не способны решить их. Ступив однажды на ложный путь, вы будете продолжать упускать, потому что одно ведет к другому. Есть зависимость: если что-то ложно, оно приведет к еще одному ложному утверждению. Пока вы не начнете движение к истине с исходной точки, вы никогда не достигнете, потому что начало – это конец.

Теология привносит Бога, чтобы решить ряд проблем, потому что проблемы есть: «Кто сотворил этот мир?..» Возникает любопытство: «Такое прекрасное явление – кто его сотворил?» Ум начинает раздражаться, должен быть ответ на вопрос: «Кто сотворил?» Но первое, что нужно спросить, – верен ли сам вопрос. Никогда не поднимайте вопрос, не спросив сначала: «Уместен ли вопрос?» А каков критерий уместности вопроса? Критерий таков: если природа вопроса такова, что, независимо от ответа, его можно задать снова – этот вопрос неуместен, неверен. Вы спрашиваете: «Кто создал мир?» Кто-то говорит: «Бог!» Вы можете снова задать тот же вопрос: «Кто сотворил Бога?» Вопрос нисколько не изменился. Тот же вопрос по-прежнему правомерен. Тогда кто-нибудь говорит: «Бог А сотворил мир», – тогда вы спрашиваете: «Кто сотворил Бога А?» Он отвечает: «Бог В сотворил Бога А», – вы спрашиваете: «Кто сотворил Бога В?» Он отвечает: «Бог С сотворил Бога В», – но вопрос остается неизменным, значит, все ответы ложны.

Если вопрос нисколько не меняется, значит, вы ничуть не приближаетесь к истине. А если все ответы на вопрос ложны, тогда, пожалуйста, еще раз подумайте над вопросом. Сам вопрос должен быть неверным в своей основе, иначе как могут быть неправильными все ответы? По крайней мере, один ответ должен быть верным – но ни один ответ не оказался верным. Индуисты, мусульмане, христиане – все предлагали ответы, но вопрос остается прежним. Тысячи лет работы над вопросом «кто сотворил мир?» – и ни одного удовлетворительного ответа. Это означает, что в самом основании, с самого начала вы избрали неверный путь исследования, неверный подход с самого начала.

Поэтому, имея дело с вопросом, первым делом исследуйте сам вопрос с точки зрения, уместен ли он.

Этот вопрос – «Кто создал существование?» – неуместен по ряду причин… потому что тогда возможен вопрос: «Зачем создал? Какая была необходимость? Почему он не мог обойтись без создания? Какое желание им владело? Если же Бог сотворил вселенную, тогда почему существует так много несчастий, страданий – необъяснимых страданий?»

Ребенок рождается инвалидом, слепым, больным – почему? Если Бог – творец, разве он не может исправить модель мира? Или ваш Бог слегка невротичен, и страдания доставляют ему удовольствие? Он садист, ему нравится мучить? Миллионы людей погибают в войнах, их убивают, сжигают на кострах, травят в газовых камерах, а он – творец, и это его совершенно не беспокоит! Он даже не может помешать Гитлеру убивать миллионы евреев – без необходимости, без какой-либо причины. Что это за творец? Если Бог создает такой мир, тогда он должен быть Дьяволом, потому что мир не кажется настолько уж хорошим. Бог не может действовать из добра, он кажется несовместимым с добром. Бог означает «добро», но этот мир не демонстрирует никаких признаков доброты – эксплуатация, насилие, войны, убийства, несчастья, муки, страдания, напряжение, сумасшествие… Зачем было создано это творение? Если Бог несет ответственность за это, тогда он – величайший преступник.

Возникают подобные проблемы, и теологи не способны их разрешить. Тогда им приходится создавать новые ложные теории. Тогда они говорят, что есть еще и Дьявол, и что это – его рук дело. Но они попадаются в свою же собственную ловушку. Сначала они придумывают Бога, что Бог сотворил мир; затем они вынуждены придумывать Дьявола, потому что не могут объяснить мир через доброту. Мир выглядит настолько порочным, что им приходится придумывать Дьявола. Тогда возникает вопрос: «Кто создал Дьявола?» Это продолжается бесконечно. Они прилагают такие усилия, которые ни к чему не ведут, бесплодные. Никто не читает их огромные книги по теологии – никто! Потому что если вы начнете, то никуда не придете, а они все продолжают, и продолжают, и продолжают. Это как заезженная пластинка: они продолжают повторять одно и то же, а вы продолжаете задавать один и тот же вопрос, а они продолжают ходить по кругу. Вся теология – это хождение вокруг да около. Ни одна проблема не была решена. Самое бесполезное произведение, которое когда-либо создавал человек, – это теология. Она начинается со слов: «Бог сотворил мир».

Такие люди, как Гераклит, Гаутама Будда, Лао-цзы, Заратустра, не говорят о подобных вещах. Они просто говорят: «Существование – это Бог. Никто не создавал его. Нет творца, ответственного за это, так что не задавайте ненужных вопросов и не тратьте впустую свое время на ненужные ответы». Существование есть, Бог неотделим от него. Бог – это существование, все целиком, не отдельное существо, не человек, а целое. Оно появляется само по себе… и растворяется. Гераклит говорит, что оно есть огонь. Огонь – это прекрасный символ. Он наделяет вас динамической энергией, показывая, что существование – это динамическая, диалектическая энергия, она движется самостоятельно. Когда вы говорите «энергия», это что-то значит. Когда вы говорите «Бог», вы начали движение в направлении, которое никуда вас не приведет.

Энергия – это истина.

Вы можете чувствовать ее здесь и сейчас: вы – энергия; поющие на деревьях птицы – энергия; деревья, что тянутся к небу, – энергия; движение звезд, восход каждого дня – все есть энергия. Энергия – это не хорошо и не плохо. Энергия всегда нейтральна. Поэтому не нужно придумывать Дьявола, не нужно ничего объяснять – энергия нейтральна.

Если вы несчастны, это из-за вас, не из-за Бога или Дьявола. Если вы несчастны, это вы неправильно обращаетесь с энергией. У вас будет счастье и блаженство, если вы будете двигаться с энергией. Если вы движетесь против нее, вы сами несете за это ответственность. Помните, если нет Бога, тогда вы отвечаете за все происходящее. А если вы ответственны, тогда существует возможность трансформации. Если ответственность лежит на Боге, тогда как человек трансформируется? Бог кажется уловкой ума, чтобы переложить ответственность на кого-то другого, потому что ум всегда перекладывает ответственность на кого-то другого. Что бы ни происходило, вы всегда перекладываете ответственность на кого-то другого. Если вы злитесь, значит, кто-то вас обидел – он породил гнев. Если вам грустно, значит, это кто-то наводит на вас грусть и печаль. Если ваши планы рушатся, значит, кто-то преграждает вам путь. Всегда ответственен кто-то другой, никогда не вы. Таков подход ума: сделать ответственным кого-то другого. Тогда вы свободны от ответственности. Но… вот почему вы несчастны.

Ответственность на вас. Если вы принимаете ее как вашу, вы можете что-то сделать. Если она чья-то еще, что вы можете сделать? Если кто-то другой порождает грусть, вы навсегда останетесь грустным, ведь что вы можете с этим поделать? Вас окружают миллионы других: если это другие делают вас несостоятельным, тогда ничего нельзя поделать. Вы так и останетесь несостоятельным, такова ваша доля – потому что как вы сможете изменить других? Если ответственность лежит на вас, вы немедленно становитесь хозяином. Теперь вы можете что-то сделать. Вы можете изменить себя, можете изменить свое отношение. Вы можете посмотреть на мир с других ракурсов и почувствовать, что если вы ощущаете себя несчастными, значит, вы изгой в этой тотальной энергетической системе. Вот и все, что значит этот грех: вы изгой, не знающий, как двигаться в этой тотальной энергетической системе. А энергетическая система нейтральна. Если вы следуете за ней, вы будете счастливы. Если вы не следуете за ней, вы будете несчастны. Это – Логос, Рит, Дао.

Например: если вы испытываете жажду и не пьете воду, вы будете несчастны, потому что в этой энергетической системе вода дает вам удовлетворение, жажда исчезает. Если вам холодно, вы двигаетесь ближе к огню, потому что в этой энергетической системе огонь – источник тепла, жара. Но если вы отодвигаетесь от огня, когда вам холодно, вы будете страдать. Никто не виноват. Если вы хотите пить, вам жарко, и вы подвинетесь ближе к огню, то окажетесь в аду!

Я слышал…

* * *

Умер один человек, великий грешник. Все знали, что он отправится в ад. Это было настолько понятно, настолько очевидно, что вопросов по этому поводу не возникало. Когда процессия – потому что это был не только великий грешник, но и очень известный лидер, очень богатый человек (потому что грех имеет большой успех, он приносит доход в этом мире); поэтому тысячи людей следовали за процессией, и все осознавали, что этот человек отправится в ад, но все же это был очень влиятельный человек, – когда процессия направлялась к кладбищу, груженный углем грузовик случайно выехал на дорогу и последовал за процессией. Грузовик ехал по своим делам, просто так совпало… Мулла Насреддин, участвовавший в процессии, воскликнул:

– Я был абсолютно уверен, что он отправится в ад, но я и представить себе не мог, что ему придется самому снабжать себя углем!

* * *

Ад горячий, это огонь. Но я вам скажу: вы сами снабжаете себя углем.

Такова природа вещей: если вы будете идти против природы, вы будете страдать. Несчастье означает, что вы двигаетесь против природы, страдание – хороший индикатор, если вы понимаете. Оно показывает, что где-то вы ошибаетесь, только и всего. Исправьте положение! Несчастье – это помощь. Страдание, тревога, напряжение указывают на то, что где-то что-то идет не так. Вы не с целым. Где-то вы начали свое собственное движение – и это приведет вас к страданию. Гераклит говорит: «Индивидуальный разум ложен». Разум принадлежит целому. Не будьте слишком умными. Вы не можете быть умными самостоятельно. Если вы двигаетесь вместе с существованием, вы будете разумны, у вас будет четкость восприятия, вы будете мудрыми. Если вы двигаетесь сами, вы будете глупцом.

Глупец тот, кто полностью закрылся в себе, как в пещере. Он совершенно не контактирует с общей энергетической системой. Это – глупость. А мудрый человек – тот, кто вообще не закрыт, воздух течет через него, космос течет через него. У него нет барьеров, нет закрытых дверей. У его существа нет своего личного пространства. Он порист. Если вдруг он чувствует себя несчастным, то сразу же исправляется, он немедленно принимает этот сигнал. Это симптом! Это как болезнь: когда вы неестественно обращаетесь со своим телом, возникает какое-нибудь заболевание. Это заболевание – друг. Оно как бы говорит: «Посмотри на свое поведение! Измени свой образ жизни! Где-то ты идешь против природы». Если три-четыре дня воздерживаться от еды, вы почувствуете головокружение, почувствуете голод, почувствуете печаль. Все тело говорит вам: «Поешь!» – потому что тело нуждается в энергии.

Помните всегда: энергия нейтральна, поэтому качество вашего существа полностью зависит от вас. Вы можете быть счастливы, можете быть несчастны – вам выбирать. Больше никто не отвечает за это.

Когда вам хочется есть, ешьте. Когда вам хочется пить, пейте. Когда вам хочется спать, спите. Не сопротивляйтесь природе. Немного вы можете ей посопротивляться – сколько дано свободы. Если вы хотите голодать, вы можете голодать несколько дней, но с каждым днем вы будете чувствовать себя все слабее, и слабее, и слабее, каждый день вы будете все больше и больше страдать. Если вы не хотите дышать, вы можете задержать дыхание на несколько секунд, но лишь на секунды – лишь на столько вы свободны. Но это немного, скоро вы начнете задыхаться, чувствовать, что умираете, если не будете нормально дышать.

Страдание существует для того, чтобы указывать, что где-то вы свернули не туда, сбились с пути. Немедленно возвращайтесь! Если вы начнете прислушиваться к телу, прислушиваться к природе, к своему внутреннему существу, вы будете все более и более счастливыми. Станьте хорошим слушателем природы. Слушайте Логос. Слушайте тех, кто пробудился для Логоса, и вы увидите, что они всегда, всегда естественны. Они никогда не сопротивляются, не борются с течением, а просто текут вместе с ним, и в этом их блаженство.

Нет Бога, который бы нес за все ответственность.

Мы создаем Бога из собственного страха, нужды, по необходимости. Мы чувствуем себя настолько беспомощными в своих страданиях, настолько бессильными, настолько слабыми в своей боли, что из страха создаем Бога, которому можно молиться, которому можно сказать: «Не заставляй меня так страдать», – которого можно восхвалять и чувствовать, что от нашей хвалы он будет все более и более к нам благоволить. Вы думаете, Бог страдает от предрассудков? Думаете, если вы молитесь, он всегда будет на вашей стороне? А если не молитесь – не будет?

* * *

Родители говорят маленькому ребенку:

– Если ты будешь плохо себя вести, Бог тебя накажет.

В прошлом это всегда срабатывало. Каждый раз, когда он плохо себя вел или делал что-то, что родители считали дурным, они прибегали к этой хитрости: «Бог накажет тебя, он разозлится», – и это всегда помогало. Но на этот раз ребенок рассмеялся и сказал:

– Я не боюсь Бога – он меня даже не знает.

Родители отвечают:

– Это что-то новое! Ты раньше никогда так не говорил. Почему ты решил, что он тебя не знает?

Ребенок ответил:

– Вот уже две недели я не молюсь, и ничего не произошло. Значит, либо он думает, что я умер, либо совершенно про меня забыл. Так что теперь не нужно переживать об этом. Теперь я свободен! Что еще это может значить: две недели – и никаких знаков…

* * *

Мы создали Бога по собственной потребности. Не Бог создал вас – вы создали Бога. Это ваша потребность, потому что вы беспомощны. Тогда вы проецируете все, чего вам не хватает, на него. Если вы немощны, то говорите, что он всемогущ. Если вы невежественны, то говорите, что он всезнающ. Если вы слепы и идете на ощупь в темноте, то говорите, что он всеведущ. Это – обман ума. Все, чего не хватает вам, вы проецируете на него, и тогда вам кажется, что баланс восстановлен. «Теперь я могу помолиться этому всемогущему, всевидящему, вездесущему существу, и оно мне поможет».

Это – обман. Только вы сами можете себе помочь. Конечно, природа будет с вами, если вы будете с ней. Никакая другая молитва не годится. Это – единственная молитва. Для меня молитва – это ощущение, это движение с природой. Если вы хотите говорить – говорите, но помните, ваши разговоры не повлияют на существование. Они повлияют на вас, и это может оказаться полезным, но молитва не заставит Бога пересмотреть свои взгляды. Она может изменить вас, но если она не меняет вас, значит это обман. Вы можете молиться годами, но если она не меняет вас, отбросьте ее, выбросьте ее, она – мусор, больше не продолжайте посторять ее. Молитва не поменяет Бога. Вы всегда думаете, что если вы будете молиться, то Бог изменит свое отношение, он будет более благосклонным, он немного повернется в вашу сторону. Никто вас не слушает. Это бескрайнее небо не умеет слушать. Это бескрайнее небо может быть с вами, если вы будете с ним – другого способа молиться не существует.

Я тоже предлагаю молиться, но молитва должна быть исключительно энергетическим явлением, не явлением преданного и Бога, но энергетическим явлением. Вы просто замолкаете, просто открываетесь. Вы воздеваете обе руки к небу, ладонями кверху, голова поднята, и вы просто чувствуете, как существование течет в вас. По мере того как энергия, или прана, будет течь вниз по вашим рукам, вы почувствуете легкую дрожь. Будьте как лист, дрожащий на ветру. Позвольте ей, помогите ей. Потом пусть все ваше тело вибрирует от энергии, и просто позвольте происходить тому, что происходит. Вы снова чувствуете течение вместе с землей. Земля и небо, верх и низ, инь и ян, мужское и женское – вы парите, смешиваетесь, полностью отбрасываете себя. Вас нет. Вы становитесь одним… сливаетесь. Через две-три минуты – или когда вы почувствуете, что наполнились до конца – склонитесь к земле и поцелуйте ее. Вы просто становитесь проводником, чтобы божественная энергия соединилась с энергией земли.

Эти две стадии нужно повторить еще шесть раз, чтобы разблокировать каждую чакру. Можно сделать больше повторений, но если сделать меньше, вы будете ощущать беспокойство и не сможете уснуть. Лучше всего делать такую молитву ночью, в полумраке и сразу после нее лечь спать, либо утром, но после нее необходимо пятнадцать минут отдыха. Отдых необходим, иначе вы себя будете чувствовать, как будто вы пьяны, в оцепенении.

Такое слияние с энергией и есть молитва. Она меняет вас. А когда вы меняетесь, меняется все существование, потому что вместе с вашим отношением для вас меняется все существование. Не потому, что существование действительно меняется – оно остается неизменным – просто теперь вы течете вместе с ним, нет противодействия. Нет борьбы, нет битвы – вы подчинились ей. Иначе все – обман. А человек все продолжает изобретать…

Я слышал…

* * *

Однажды раввин приехал в деревню на лошади. Он направлялся в какой-то другой город. Очень уставший, он хотел немного отдохнуть, и поэтому отправился в гостиницу, а лошадь оставил снаружи под деревом, дал ей немного сена, чтобы она тоже могла поесть и отдохнуть. Мулла Насреддин, пьяный, сидел под соседним деревом. Лошадь была прекрасна. Он подошел поближе, чтобы рассмотреть ее. Когда он стоял возле лошади, мимо проходил человек, занимающийся торговлей лошадьми. Эта лошадь была очень редкой, действительно прекрасной. Он спросил Насреддина:

– Это твоя лошадь?

Пьяный, с приятным ощущением от того, что «такая прекрасная лошадь принадлежит ему», Насреддин кивнул.

Но одно влечет за собой другое. Тот человек продолжил:

– Я бы хотел ее купить. Сколько ты просишь за эту лошадь?

Теперь Насреддин попался. Он запросил нереальную цену, чтобы избежать проблем.

– Две тысячи рупий, – ответил он.

Эта лошадь не стоила больше пятисот рупий, никто бы не дал за нее две тысячи, таким образом инцидент был бы исчерпан. Но случилось так, что торговец ответил:

– Хорошо, вот – две тысячи рупий.

Теперь Насреддин влип. Но две тысячи рупий… Он подумал: «Раввин – внутри, ничего не знает, почему бы не взять эти две тысячи рупий? Никто не видит, и нет проблем». И он ответил:

– По рукам, – взял две тысячи рупий, а торговец забрал лошадь.

Как только лошадь увели, появился раввин. Насреддин растерялся, не зная, что теперь делать – с двумя тысячами рупий, и он был настолько пьян, что даже не мог убежать. Тогда он с трудом начал соображать, но нашел-таки решение. Он опустился на четвереньки, как будто он лошадь, и положил в рот соломы. Раввин не мог поверить в происходящее. Он спросил:

– Что ты делаешь? Ты сошел с ума?

Насреддин сказал:

– Сначала выслушай мой рассказ. – Теперь его ум работал быстро, он превратился в теолога: сначала он придумывал один ответ, затем другой вопрос, и в результате попался в свою же ловушку. Он ответил: – Двадцать лет назад я был молод и согрешил с одной женщиной. И что сделал Бог? Он так разозлился, что наказал меня, превратив в лошадь – твою лошадь, раввин. Двадцать лет я служил тебе, но сейчас, кажется, срок наказания истек, и я снова возвращен в человеческое тело.

Раввин и сам начал дрожать от страха при виде того, как был наказан грешник – кто не без греха? Раввин и сам грешил, со многими женщинами, и при виде происходящего задрожал. Он упал на колени и начал молиться. Но была одна прозаическая проблема, которую надо было решить. Он сказал:

– Ладно, но мне нужно ехать в другой город, что же делать?

Насреддин предложил:

– Рынок недалеко: ты можешь пойти и найти себе лошадь.

Так раввин отправился на рынок и увидел свою лошадь у продавца лошадей! Он снова задрожал. Он подошел к лошади и сказал ей на ухо:

– Как, Насреддин! Когда ты успел?

* * *

Ум все время играет в игры: создает бога, потом молится, потом его наказывают, потом отправляют в ад или в рай, все это – просто игра воображения. Нет ни бога, ни ада, ни рая; есть только вы и существование, энергия, бесконечная энергия. Если вы с ней, то и она с вами. Это состояние Будды, Гераклита: тотально с тотальностью. Тогда проблемы нет. На самом деле, тогда нет того, кто мог бы создавать проблемы. Тогда есть блаженство – когда вас нет, есть блаженство. В противном случае, если вы сопротивляетесь ему, отдаляетесь от него, действуя самостоятельно, руководствуясь своим собственным умом, тогда вы окажетесь в беде. В этом случае любые выдуманные вами объяснения и логические обоснования ничтожны – просто плод воображения.

Все ваши церкви, храмы, мечети держатся на бесплодном людском воображении. Все ваши боги и статуи, все ваши молитвы – плоды вашего воображения. Вы создали их, потому что несчастны. Но это не поможет. Ваши храмы, мечети, церкви – нет! Ваши попы и священники, раввины – нет! Они не помогут. Они эксплуатируют ваше воображение, и это хороший бизнес. Вы должны отбросить фантазии. Вы должны почувствовать, что страдание приходит, когда вы не в ладу с природой, а счастье приходит, когда вы в гармонии с ней.

Ад означает пребывание не в ладу с Логосом. Рай означает гармонию с Логосом. Это – скрытая гармония. Если вы можете найти ее, вы наполняетесь блаженством. Если не можете найти, тогда вы несчастны – никто другой не виноват.

Вы должны искать и находить. Бога нет, но все божественны. Все существование божественно, праведно, но Бога нет. Поэтому не тратьте попусту свое время и не высматривайте наверху кого-то, кто должен вам помочь. Помощь придет, но нет никого, кто бы дал ее вам – вы должны ее взять сами. Но это тяжело, трудно, потому что для этого вам придется измениться. Чтобы быть в гармонии с природой, вам потребуется радикальная трансформация. Чтобы избежать такой радикальной трансформации, вы создаете всевозможные объяснения.

Теперь постарайтесь проникнуть в эти прекрасные строки.

Эта Вселенная,

единая для всех,

не создана ни богом, ни человеком,

но всегда была, есть и будет —

вечный огонь,

попеременно то вспыхивающий,

то угасающий.

Эволюция и инволюция – процессы достигают вершины, а затем исчезают в долине, волны поднимаются, чтобы коснуться неба, а затем движутся назад в глубины океана – попеременно.

Гераклит говорит: мир – это энергия, существование – это огонь. Попеременно оно то проявляет, то не проявляет себя. Как день и ночь: днем вы работаете, бодрствуете, а ночью – отдыхаете. Так, есть периоды, когда у существования день, а есть периоды, когда существование погружается в ночь… сотворение и разрушение, эволюция и инволюция, день и ночь, лето и зима, жизнь и смерть.

Сейчас идет период творения. Скоро начнется период разрушения. В индуизме его называют пралайя, когда все исчезает. В индуизме относительно этого есть красивая теория – Гераклит кивнул бы в знак согласия. В индуизме считается, что Брахма, творец, имеет свой собственный день – день, состоящий из двадцати четырех часов, двадцатичетырехчасовой цикл: двенадцать часов – день, двенадцать часов – ночь. Его двенадцатичасовой день – это наше творение, миллионы и миллионы лет, многие эры. Затем наступает ночь Брахмы, и все исчезает, засыпает, отдыхает – конечно же, все устало. Чтобы обновить себя, вернуться, все погружается в небытие. Существование принадлежит дню, небытие – ночи. Время от времени существование исчезает, энергия отдыхает. Когда она отдохнет, снова настает день, восходит солнце, все появляется снова, все начинается снова. Это цикл. Половина цикла – проявление, половина – непроявление.

Так растет, растет, растет дерево, а потом умирает – но не умирает полностью. Оно сохраняется в семенах, становится непроявленным, перемещается в незаметное. Семена падают на землю, дерево исчезает, но в нужное время семена снова прорастут, и все дерево снова появится. Так происходит – не потому что есть какой-то контролер, бог, или человек, или кто-то еще – никого нет. Энергии самой по себе достаточно. Ей не нужен контроль, ей никто не нужен. Энергия обладает своей собственной внутренней дисциплиной. Это кажется абсолютно правильным, потому что если вы понаблюдаете, то почувствуете, что так и происходит. Вы чувствуете голод, принимаете пищу, и голод исчезает. Куда делся голод? Он стал непроявленным, он переместился в семена, стал незаметным. Он не на периферии, он снова вернулся в центр. Затем, спустя несколько часов, вы снова чувствуете голод, он вернулся. Вы принимаете пищу, голод исчезает. Куда он уходит? Если бы он полностью исчезал, тогда он не мог бы вернуться. А он возвращается снова, и снова, и снова. Он уходит снова, и снова, и снова – попеременно.

Днем вы бодрствуете. Куда делся сон? Он переместился в семена, стал незаметным, он внутри вас, следит, когда наступит подходящий момент стать проявленным – к ночи он снова становится проявленным. Тогда куда девается ваш день? Вы когда-нибудь замечали? Когда вы спите, куда девается весь дневной мир? Рынок, политика, личность – все исчезает, вы ушли в семена. Но утром солнце поднимается, и вы поднимаетесь. Откуда вы возвращаетесь? Из непроявленного снова в проявленное, это центробежное и центростремительное движение. Лотос закрывается и открывается… попеременно.

Это энергетическое явление, в нем нет личности, оно безлично. Безличное прекрасно; если в чем-то есть личное, тогда оно становится уродливым. Все религии стали уродливыми, потому что они сделались личностными, поставив внутрь личность. Эта личность – воображаемое явление, созданное вами. Поэтому существуют тысячи богов, и у каждого есть собственное представление о Боге. А когда у вас есть собственное представление о Боге, представления других людей выглядят неверными, отсюда возникает конфликт, спор. И ваша идея Бога не может быть правильной, потому что вы сами неправы. Тот, кто прав, не нуждается в Боге.

Посмотрите на Будду, на Гераклита – им не нужен никакой Бог. Г. Дж. Уэллс писал о Будде, что он – самый безбожный человек и в то же время – самый божественный. Можно ли найти более божественного человека, чем Будда? Или более безбожного? Он никогда не говорит о Боге, потому что он не проецирует. В нем нет страха, из которого появлялись бы проекции, он бесстрашен. Тогда Бог исчезает – причина в вашем страхе. А когда Бог исчезает, все существование к вашим услугам для наслаждения и празднования.

Энергия – это восторг. Блейк сказал, что энергия – это восторг.

Когда нет Бога, вы свободны, тотально свободны. Когда есть Бог, который манипулирует вами, вы никогда не сможете быть свободными, вы сможете быть лишь марионетками, все нитки от которых – в его руках. Все религиозные люди становятся марионетками, потому что за все отвечает кто-то другой.

По-настоящему религиозный человек тотально свободен.

Религиозность – это свобода.

А с Богом не может быть никакой свободы. Какая может быть свобода, если существует творец? Потому что в любой момент он может изменить свое решение, кажется, он немного не в себе, в любой момент он может изменить свое решение и сказать: «А ну исчезни!» Если Бог может сказать: «Да будет свет», – и появится свет, в любой момент он может сказать: «Да не будет света». И что тогда? Свет исчезает. Тогда вы, должно быть, всего лишь марионетки. Складывается впечатление, что он играет в шахматы, а вы – фигуры на доске, и он делает с вами все, что ему заблагорассудится. Все это выглядит уродливо.

Если нет свободы, не может быть и сознательности, потому что сознательность растет там, где больше свободы.

Полная свобода возможна, только если нет никого контролирующего, манипулирующего, нет никакого надсмотрщика – только тогда есть свобода. Но свобода пугает вас. Вы не хотите быть свободными. Вы хотите быть рабами – поэтому вы создаете бога. Если нет бога… например, коммунисты пытались создать религию без бога. Но человек так боится, что не может жить без богов, поэтому коммунизм создал своих собственных богов. Ленин стал богом, теперь они поклоняются ему. Теперь Ленин – не простой смертный, он – бог. Вы не можете избежать, потому что боитесь.

Только тот, кто совершенно не боится, бесстрашен, тот, кто пришел к согласию с существованием, тот, кто понял, что быть с существованием, течь с ним, значит быть в блаженстве, может жить без Бога, может жить без чьей-то проекции на существование, может жить без фантазий – может жить с истиной. Жить с истиной трудно. Жить во лжи легко. Поэтому вы окружаете себя ложью. Девяносто девять процентов того, что вас окружает, – ложь. Но вам с ней уютно, комфортно, это удобная ложь. Истина неудобна, потому что она требует радикальных перемен. А это – самая радикальная перемена, которая может случиться с человеком, – то, что он живет без Бога. Если же вы можете жить без бога, вы становитесь богом, становитесь божественным. Если вы продолжаете воображать себе бога, вы остаетесь рабом. Если над вами есть хозяин, вы будете рабом. Когда хозяина больше нет, вы сами стали богом.

Я говорю вам: Бога нет, но каждый – Бог, каждый божествен. Нет никого, кто контролирует, потому что в таком случае все существование было бы уродливым, оно было бы рабством, огромным концентрационным лагерем, оно было бы тюрьмой. Нет Бога: жизнь – это свобода. Значит, вы можете выбирать! Если вы хотите быть несчастными, будьте несчастными, это ваш выбор. Если вы хотите быть счастливыми, будьте счастливыми, это ваш выбор. Если вы счастливы в своем несчастье – хорошо. Есть люди, которые очень, очень счастливы в своих несчастьях, потому что с помощью несчастья они привлекают сострадание. Используя страдания, они просят сочувствия, используя страдания, они выпрашивают любовь. Но кто полюбит несчастного человека? Если только это не Будда, никто не сможет любить несчастного человека. Вы находитесь на пути самоуничтожения. Если вы просите любви, используя страдания, то можете получить немного сочувствия, но не любви. И это скромное сочувствие вам дадут, испытывая сильное недовольство, потому что кто готов дарить любовь несчастному человеку? Он сам нуждается, он сам несчастлив. Поэтому люди так много говорят о своих несчастьях. Послушайте их: девяносто девять процентов разговоров – о несчастьях, они преувеличивают свои несчастья, делая их как можно больше. Это невозможно, потому что вы так малы, что не можете вынести такие огромные страдания, но вы просите о сочувствии.

Человек боится свободы. Страх свободы глубоко укоренен в вас, потому что вместе со свободой приходит небезопасность, со свободой приходит неизвестное, со свободой вы не знаете заранее, что произойдет. С Богом и судьбой все известно. Вы можете спросить астролога, можете отправиться к хироманту, и они расскажут вам о вашем будущем. Когда Бога нет, нет судьбы. Астрологи оказываются бесполезными. О будущем ничего нельзя сказать. Будущее остается открытым – ничто не зафиксировано, все подвижно и текуче. Со свободой вы становитесь текучестью. С богом, руководящим вами, вы в безопасности: кто-то присматривает за вами, и этот кто-то лучше вас знает, что делать и чего не делать.

В этом смысле прозрение Гераклита глубже, чем Иисуса. В этом смысле Гераклит проникает в суть лучше, чем Иисус или Магомет, – его прозрение так же глубоко, как у Заратустры, у Будды, у Махавиры, потому что Иисус все время говорит понятиями Бога, творения, отца, сына. Может быть, из-за незрелости евреев, может быть, из-за людей вокруг него, он вынужден говорить такими терминами. Но Гераклит не беспокоится о вас, он говорит конкретно то, что является истиной. Ему все равно, сможете вы понять или нет: он просто констатирует истину. Если вы хотите понять, вы должны вырасти. Он не снизойдет до вас, вам придется идти к нему.

Мой подход – в точности такой же. Я буду говорить точно то, что чувствую. Если вы хотите понять меня, вы должны расти навстречу мне.

Я не собираюсь спускаться вниз, чтобы говорить с вами вашими понятиями, потому что это никогда не приносит пользы. Из-за этого Иисус упустил всю суть, и родилось христианство, которое представляет собой не что иное, как новую редакцию иудаизма, ничего нового: немного измененный то тут, то там иудаизм, ничего нового, потому что Иисус полностью использовал терминологию иудаизма. Как можно из старого мира создать новый? Он пошел на компромисс – потому что Иисус никогда не задумывался о том, что это превратится в новую религию. Он оставался евреем, он умер евреем, он никогда не был христианином. Он даже не представлял, что станет чем-то новым, он жил среди единоверцев. И он использовал гнилые слова из прошлого – отсюда у христианства такое уродливое лицо.

Гераклит абсолютно свеж. Вот почему греческий ум совсем не мог его понять – потому что у него нет корней в прошлом.

Когда я умру, куда вы меня поместите? В Индии вы не найдете никаких моих корней. Я родился джайном, но вы не найдете в джайнизме моих корней, просто не сможете найти никаких корней. Если вы говорите в точности то, что вы поняли, что вы осознали, тогда корней нет, потому что истина не имеет корней в обществе, ее корни – в существовании, но не в обществе.

Поэтому такой человек, как Гераклит, становится загадочным, и даже гениальный Аристотель говорит: «Гераклит абсурден. Он загадывает загадки, а философия должна что-то решать, не загадывать загадки». Он не загадывает никаких загадок. Он выглядит загадочным, потому что констатирует свежее явление, с которым он столкнулся. Для этого он не прибегает к старым, бывшим в употреблении, подержанным терминам.

Он говорит:

Эта Вселенная,

единая для всех,

не создана ни богом, ни человеком,

но всегда была, есть и будет —

вечный огонь,

попеременно то вспыхивающий,

то угасающий.

У этой энергии есть своя, внутренне ей присущая система. Это космос, не хаос, и в ней нет начальника. Энергия плюс свобода, но при этом есть дисциплина, эта дисциплина – внутренняя гармония, скрытая гармония. Никакого хозяина, и все же нет хаоса, никто не руководит, и, тем не менее, все так прекрасно регулируется – нечего улучшать. Это – скрытая гармония. Если есть руководитель, который управляет, можно быть уверенным, что все везде пойдет не так. А это такой прекрасный космос, потому что в нем нет руководителя.

Это будет трудно понять. Религиозные люди говорят: «Как этот мир может стать космосом, если нет никого, кто бы им управлял? Без руководителя все разладится!» Но Гераклит скажет: «Да, именно из-за того, что нет руководителя, ничто не может разладиться». Когда вы управляете, вы нарушаете работу. Трудно найти кого-то, кто бы портил работу сильнее, чем руководители, – они все портят. Об этом говорит Лао-цзы: «Когда не было правителей, все было прекрасно, когда не было законов, не было преступлений, когда не было мудрецов, не было и глупцов. Все двигалось в своей космической красоте. Затем появились правители и сказали, что необходимы правила. Вместе с правилами появился беспорядок, потому что противоположность всегда присутствует. Потом появились мудрецы и сказали, что человек должен быть дисциплинированным. Тогда человек стал непослушным, и все пошло не так. Потом появились законы, законы, все больше законов, а человек становился все более и более преступным.

Вот о чем говорит Гераклит. Он говорит в точности то же самое, потому что если нет никого, кто бы контролировал, как в таком случае вещи могут выйти из-под контроля? Энергия сама по себе обладает изначально ей присущим, внутренним ориентиром.

Прислушайтесь к этому и в отношении своей жизни тоже. Если вас направляет ваше внутреннее видение, если вы можете слышать свое сердце, то никакая дисциплина не будет нужна. Вы можете двигаться в абсолютном доверии, и все будет хорошо. Но оттого, что вы не можете слышать собственное сердце, вам приходится слушать многочисленных манипуляторов, которые все время манипулируют. Они говорят: «Делай это!» – они так много говорят: «Делай то! Не делай этого!», – что вы растеряны, вы не знаете, что делать. Одна религия учит одному, другая – другому. Одна мораль говорит, что это нравственно, другая мораль говорит, что это безнравственно. Вы попросту сбиты с толку. Вы не можете найти свое собственное сердце, откуда появляется внутренний, природный, спонтанный ориентир. Чем больше вас учили, тем более растерянными вы становились.

Гераклит говорит, что все приводится в движение внутренней гармонией. Кто руководит этими деревьями? Кто учит их: «Теперь пора цвести»? Кто говорит облакам: «Теперь пора подойти поближе и пролиться, вы должны принести дождь»? Никто. Запомните, если есть кто-то, то все пойдет не так, потому что – как можно управлять такой махиной? Даже если бы был Бог, возможно, он бы свихнулся… Просто подумайте о необъятности мира, громадности мира, бескрайности мира! Даже Бог давно бы уже свихнулся, сошел с ума, просто исчез из этого мира, или же мир бы рухнул. Он может оставаться космосом только потому, что гармония не навязывается сверху, она прорастает изнутри.

Есть два вида дисциплины: одна навязывается извне – кто-то говорит «Делай так!», – а другая дисциплина приходит изнутри. Вы чувствуете, что будете естественным, вы чувствуете, куда ваше существо течет, и двигаетесь за своим чувством, тогда появляется внутренняя дисциплина. Внешняя дисциплина – это обман, поэтому она создает в вас смятение и разлад. Тогда внутреннее и внешнее начинают противоречить друг другу, они начинают враждовать.

* * *

Всего несколько лет назад ко мне пришел один человек и сказал – с чем согласятся все религиозные люди:

– Я снова и снова становлюсь жертвой внешних обстоятельств, снова и снова я забываю о внутреннем.

Тогда я спросил его:

– Пожалуйста, дайте мне конкретный пример – что ты имеешь в виду?

Он ответил:

– Например, внутри я знаю, что должен хранить верность своей жене, но я снова и снова влюбляюсь в других женщин.

Тогда я сказал ему:

– Кажется, ты запутался. Ты не знаешь, что значит внутреннее, а что – внешнее. Жена – это внешнее, а вы полагаете, что она – внутреннее. Ты любишь свою жену?

Он ответил:

– Конечно, нет. Если бы я любил ее, разве бы я влюблялся в других?

* * *

В таком случае жена – это внешнее, навязанное обществом, навязанное вашим собственным эго притворство, которое вам необходимо для поддержания имиджа хорошего мужа. Это внешнее, а он заявляет, что внутреннее. Когда вы влюбляетесь в другую женщину – чего вас никто не заставляет делать, скорее, наоборот, все мешают вам, – это внутреннее! Но общество совершенно сбило вас с толку, оно запутало вас. Внешнее, говорит оно, – это внутреннее – оно вас полностью дезориентировало. Внутреннее, утверждает оно, – это внешнее.

Вы начинаете поститься и думаете, что это – ваш внутренний голос, но это – ваша религия, ваши писания, ваши священники. Тогда ваш внутренний голос говорит: «Ты голоден, поешь!» А вы думаете, что это – внешнее, что это Дьявол искушает вас. Какая глупость! Священник искусил вас соблюдать пост. Дьявола нет! Священники – единственные демонические силы в мире. Приходит голод, это – внутреннее. Все тело, каждая клетка говорит: «Поешь!», – а вы говорите: «Это внешнее. Кто-то испытывает меня, какие-то злые силы». Или: «Это – желание, тело, а тело – враг, моя душа постится». Душа постится? Душа никогда не нуждается ни в какой еде, как она может соблюдать пост? Вы насилуете несчастное тело. Но есть и естественный пост, он бывает у животных. Нет никакого священника, никакой священник их не учит, но это случается. Если вы понаблюдаете за собакой: когда она плохо себя чувствует, то не станет есть, это – внутреннее. Пост собаки – внутренний. Какая нелепость! Пост же человека практически всегда внешний. Только собака можете соблюдать внутренний пост, потому что она в контакте с природой, а вы – нет.

Ни одно животное не заставишь есть, если оно болеет. Если вы заставите его поесть, его вырвет. Это прекрасно. Телу это не нужно, оно болеет. Вся энергия нужна для исцеления тела, но эта энергия будет направлена в другую сторону, если вы примете пищу, потому что эта энергия потребуется для переваривания пищи – это будет лишней нагрузкой. Тело находится в не очень хорошем состоянии, вся энергия необходима для самоисцеления, а если подбросить в тело пищу, энергии придется разделиться. Вся энергия должна быть направлена на исцеление, но ее отвлекают: сначала будет необходимо переварить пищу. Если во время болезни вы просто слушаете внутреннее и не едите, это прекрасно. Иногда вы не испытываете голода, тогда не ешьте. Но не давайте клятвы: «Я буду соблюдать пост несколько дней», – потому что кто знает? Вдруг вечером вы проголодаетесь? Следуйте за природой. Когда природа хочет, чтобы вы постились, поститесь. Когда природа хочет, чтобы вы ели, ешьте.

Необходимо отыскать внутреннее, потому что общество целиком сбило вас с толку. Что есть внутреннее, а что – внешнее? Возникла ужасная путаница. Почти всегда вы думаете, что внешнее похоже на внутреннее, а все, что вам кажется внутренним, неизбежно оказывается внешним, потому что это сделали священники. Священники – разрушительная сила.

По моему мнению, есть только одна религия, суть ее в том, чтобы отыскать внутренний голос, внутреннего проводника. Человек, который помогает вам в поисках вашего внутреннего проводника – мастер. Он помогает вам – не для того, чтобы вы создали для себя внешнюю дисциплину, он просто помогает вам найти внутреннюю гармонию, которая и является источником дисциплины. Такая дисциплина привлекательна, потому что она – не навязана. Такая дисциплина обладает своей собственной красотой, потому что она всегда свежа. С такой дисциплиной вы не можете сбиться с пути, потому что вы не можете чувствовать к ней отвращение. Она – вы, ваше самое сокровенное существо. То же самое происходит в гораздо больших масштабах во всем космосе.

Фазы огня – желание и насыщение.

У огня есть две фазы: желание, когда вы голодны… В индуизме это называется джатхарагни, огонь голода. Когда вы голодны, в вашем желудке ощущается настоящее жжение, если вы голодны по-настоящему. Оттого что вы находитесь в таком плохом состоянии, вы не знаете, когда хотите есть, а когда нет. Каждый день вы принимаете пищу в час дня, поэтому каждый день в час дня приходит голод. Это голод имеет психологическую основу. Тогда вы не ощутите огня в желудке, это просто из-за часов. Часы говорят, что уже час, и ум говорит: «Пришло время проголодаться». Вы сразу чувствуете голод. Это – проекция. Это ложный голод. Если вы подождете полчаса, он автоматически исчезнет. Как настоящий голод может так легко исчезнуть? Настоящий голод будет становиться все больше и больше. Огонь будет все усиливать жжение в желудке. Вы начнете чувствовать боль в желудке, ощущение жжения по всему телу. Вы почувствуете жар. Телу необходимо насыщение, тело требует, ему нужна энергия. Но если это ложный голод, то он исчезнет. Когда стрелки часов передвинутся на цифру два, голод исчезнет.

Наблюдайте! Почувствуете настоящий голод – тогда ешьте. Наблюдайте! Почувствуете настоящую сонливость – тогда спите. Потребуется несколько месяцев, чтобы это установилось, потому что вся цивилизация, культура, общество, образование – все они способствовали тому, чтобы вы ушли с правильного пути. Правильный путь всегда естественен – это Логос.

Фазы огня – желание и насыщение.

Это две фазы огня, внутреннего огня, биоэнергии. Вы испытываете голод, вы едите, чувствуете удовлетворение. Это удовлетворение – тоже фаза огня. Огонь утих, теперь пламени нет, оно исчезло. Это пралайя, разрушение, инволюция. Затем снова наступает другая фаза. Круг движется, колесо движется: снова наступает фаза голода, снова удовлетворение. Вы чувствуете желание, влечение, затем удовлетворение. Вы чувствуете любовь – и удовлетворение.

Вы не можете любить двадцать четыре часа в сутки, потому что огонь имеет две фазы. А мужья и жены пытаются сделать невозможное: они хотят любить друг друга двадцать четыре часа – и тогда все идет не так. Это невозможно, ведь вы не можете есть двадцать четыре часа в сутки. Любовь – это пища. Вы можете есть двадцать четыре часа? Вы должны делать перерывы, чтобы усвоить пищу, израсходовать энергию, тогда тело снова становится голодным. Как можно любить двадцать четыре часа в сутки? Если вы попробуете сделать невозможное, то будете в плохой форме. Чем усерднее вы будете применять силу, тем более фальшивым все будет становиться.

Поэтому мужья и жены теряют всю красоту любви. Все становится фальшивым и натянутым. Когда они были влюбленными, все было прекрасно, потому что иногда они встречались, и был голод, которому было необходимо насыщение. Иногда им приходилось ждать день или два до прихода возлюбленной, тогда был голод. Когда есть глубокий голод, любовь дает глубокое удовлетворение. Когда мужья и жены цепляются друг за друга двадцать четыре часа в сутки, находятся рядом друг с другом, как тени, тогда голода нет. Конечно, тогда нет и удовлетворения. Вся красота исчезает. Помните об этом: если вы любите, оставляйте человека иногда одного, чтобы возникал голод. Это необходимо, иначе это будет любовь по расписанию.

* * *

Однажды Мулла Насреддин пришел домой и увидел, как его лучший друг целуется с его женой. Он закричал:

– Что!? Я не верю своим глазам. Это моя обязанность, при чем здесь ты?

* * *

Муж не может поверить, потому что любовь становится обязанностью. Когда любовь превращается в обязанность, она мертва. Тогда это внешнее принуждение, а все внутреннее утрачено. Любовь – это голод, не обязанность. Тогда она имеет фазу удовлетворения. Когда любовь удовлетворена, вы чувствуете полное блаженство, все хорошо, вы можете благословить все существование и получить его благословения. Все просто чудесно… но необходимо пройти через голод.

Гераклит говорит, что человек – это весь космос в миниатюре. То же самое верно и о целом: целое тоже проходит две фазы. Когда целое голодно, тогда есть активная деятельности и творение. Все растет, появляется проявленное, цветут деревья, люди любят, рождаются дети – все пребывает в динамике. Затем, удовлетворенное, существование переходит в фазу насыщения – все исчезает. Ни деревьев, ни земли, ни звезд, ни солнца – огонь отдыхает.

Солнце каждый день новое.

Это одно из самых глубоких изречений Гераклита.

Солнце каждый день новое.

Голод новый каждый день. Любовь новая каждый день. Жизнь новая каждый день. Говорить «каждый день» – нехорошо: каждое движение, каждый жест, каждое мгновение – все новое. Откуда тогда возникает старое? Почему тогда вам становится скучно? Если все так ново, и вы не можете войти в одну и ту же реку дважды, не можете дважды увидеть один и тот же восход, если все так ново и свежо, тогда почему вы становитесь мертвыми и скучными? Потому что вы не живете из своей внутренней гармонии. Вы живете из ума. Ум стар.

Каждое солнце новое, каждое утро новое… Но ум стар. Ум – это прошлое. Ум – это накопленная память. Если вы смотрите через ум, он все делает мертвым и старым, и тогда все выглядит пыльным, грязным – в этом виноват ум. Отложите ум в сторону, отложите в сторону воспоминания! Если вы сможете оставить воспоминания, вы увидите, что ваша жена каждый день новая, потому что только из-за воспоминаний вы думаете, что прожили с этой женщиной тридцать лет и хорошо ее знаете. Кто знает? Никто никогда не знает. Мы остаемся незнакомцами, вечными незнакомцами. Как можно знать другого человека? Можно знать вещь, но не человека, потому что вещь может быть исчерпана. Хотя теперь ученые говорят, что даже вещи нельзя познать, потому что они тоже неисчерпаемы.

Как вы можете знать человека? Человек – это свобода. Каждое мгновение он меняется. Если нельзя войти дважды в одну и ту же реку, как можно снова встретить одного и того же человека? Если даже реки так изменчивы, то сознание, поток сознания не может быть старым. Если вы отложите в сторону ум, если не будете смотреть старыми глазами, тогда ваша жена новая – каждый жест нов. Тогда в вашей жизни есть неизменно продолжающееся удивление, непрекращающаяся живость. Сегодня вы чувствуете голод, этот голод нов. В этот же день, когда вы едите, эта пища новая, потому что в существовании ничто не может быть старым. Существование не имеет прошлого. Прошлое – часть ума. Существование всегда в настоящем – новое, свежее, всегда подвижное, это динамическая сила, диалектическое движение, подобно реке, оно течет.

Если это понимание случится с вами, то вам никогда не будет скучно. Скука – самое тяжелое заболевание. Оно убивает глубоко, оно – медленное отравление. Со временем вам становится так скучно, что вы превращаетесь в мертвый груз для самих себя. Тогда исчезает вся поэзия жизни. Тогда не цветут цветы, не поют птицы. Вы уже погребены, вы уже в могиле. Говорят, что люди умирают в возрасте около тридцати лет, а хоронят их около семидесяти. Даже тридцать кажется слишком долго; должно быть, это высказывание пришло к нам из древности, теперь оно уже неверно – около двадцати лет. А может, даже и это слишком долго. Ко мне приходят молодые люди, юные – восемнадцать, двадцать лет – и говорят: «Нам скучно». Они уже состарились. Вы их научили, вы уже сделали их умы обусловленными. Они уже умирают. Даже не побыв молодыми, они умирают.

Помните: молодость – это качество бытия.

Если вы можете смотреть на мир без участия ума, вы останетесь молодыми навечно, навсегда.

Даже в своей смерти вы будете молодыми, возбужденными от приближения смерти, очень заинтересованными – великое приключение, кульминация, сейчас открывается дверь в бесконечность. Голод закончился, теперь наступает удовлетворение. Вы движетесь к отдыху. Теперь вы превратитесь в семя, это семя будет отдыхать, спать в течение многих, многих лет. А после вы прорастете, снова откроете глаза, но это никогда не бывает одинаково.

Ничто никогда не одинаково. Все постоянно меняется. Только ум стар и мертв. Быть способным смотреть на жизнь без участия ума – это медитация.

Достаточно на сегодня.

Глава 10

Природа любит прятаться

Было бы не лучше,

если бы с людьми происходило то,

чего они желают.

До тех пор, пока вы не начнете ожидать неожиданного,

вы никогда не найдете истину,

потому что ее тяжело найти

и тяжело достичь.

Природа любит прятаться.

Владыка, чей оракул – в Дельфах,

не говорит и не утаивает,

но подает знаки.

* * *

У существования нет языка… и если вы зависите от языка, то не будет никакого общения с существованием. Существование – это тайна, его нельзя объяснить. Толкуя его, вы упускаете. Существование можно прожить, но не продумать. Оно больше похоже на поэзию и в меньшей степени – на философию. Оно – знак, оно – дверь. Оно показывает, но ничего не говорит.

Поэтому через ум нет дороги к существованию. Если вы думаете о нем, вы можете все думать и думать, все о нем и о нем, но никогда не достигнете его, потому что именно мысли и являются барьером.

Смотрите! Видьте! Чувствуйте! Прикасайтесь! Тогда вы приблизитесь. Но не думайте. Как только появляются мысли, вы сбиваетесь с пути, вы живете в своем собственном мире. Мысли – это собственный мир, он принадлежит вам. Тогда вы отгорожены, закрыты, замурованы в самом себе. Не думая, вы больше не существуете, вы больше не заперты. Не думая, вы открыты, вы становитесь пористыми, существование течет в вас, а вы течете в него.

Но ум имеет склонность к толкованию. Прежде чем что-то увидеть, вы уже это объяснили. Вы слышите меня: еще до того, как я что-то сказал, вы уже думаете об этом. Так слушание становится невозможным. Вам придется научиться слушать. Слушание означает, что вы открыты, уязвимы, восприимчивы, но без каких-либо мыслей. Мышление – принудительное действие. Слушание – пассивно: вы будто становитесь долиной и принимаете, вы становитесь как матка и принимаете. Если вы способны слушать, тогда природа говорит – но это не язык. Природа не пользуется словами. Чем же пользуется природа? Гераклит говорит, что она использует знаки. Вот цветок: какой знак заключен в нем? Он ничего не говорит, но можно ли сказать, что он на самом деле ничего не говорит? Он многое говорит, но не использует слова, это бессловесное послание.

Чтобы услышать бессловесное, вам придется стать бессловесными, потому что только тождественные вещи могут слушать друг друга, только тождественные вещи могут взаимодействовать друг с другом.

Сидя возле цветка, не будьте человеком, будьте цветком. Сидя под деревом, не будьте человеком, будьте деревом. Купаясь в реке, не будьте человеком, будьте рекой. И миллионы знаков будут вам даны. Но это – не общение, это – общность. Тогда природа говорит, говорит на тысяче языков, но без слов. Она говорит миллионами способов, но вы не можете обратиться к словарю или спросить философа, что она имеет в виду. Как только вы начали думать, что она подразумевает, вы тут же сбились с пути.

* * *

Один из посетителей Пикассо, ученый муж, критик, посмотрел на его картины и сказал:

– Они прекрасны, но что они значат? Например, вот эта картина? – Он указал на картину, непосредственно перед которой они стояли: – Что она означает?

Пикассо пожал плечами и сказал:

– Посмотрите в окно, что означает вон то дерево? И та поющая птица? А в чем значение восхода солнца? Если все это существует, ничего не имея в виду, почему мои картины не могут существовать безо всякого значения?

* * *

Почему вы спрашиваете, что значит та картина? Вы хотите истолковать ее. Вы хотите наделить ее лингвистическим шаблоном. Вы хотите общения, но не общности. Нет, она ничего не значит. Она существует в своем полном великолепии. Она есть значение, но она ничего не значит. Значение экзистенциально. Смотрите, наблюдайте, чувствуйте, двигайтесь в нее, позвольте ей двигаться в вас – но не задавайте вопросов. Если вы задаетесь вопросами, идите в университет – войти во вселенную вы не сможете. Если же вы хотите войти во вселенную, не спрашивайте… нет никого, кто мог бы вам ответить. У вас будет совершенно иное качество бытия, только тогда вы соприкоснетесь с ней.

* * *

Об одном мастере дзен рассказывают – это очень редкое и невероятное явление, умом его не понять, – что он писал в королевском дворце картину, а король все время спрашивал:

– Она закончена?

А тот отвечал:

– Подождите еще немного, подождите еще немного.

Прошли годы, и король сказал:

– Прошло уже очень много времени. Ты даже не позволяешь мне войти в комнату, – потому что мастер запирался в комнате и рисовал там, – а я старею. Меня все больше и больше волнует, чем ты занимаешься там, в комнате. Картина еще не готова?

Мастер ответил:

– Картина готова, но я наблюдаю за вами – вы не готовы. Картина была давным-давно готова, но вопрос не в этом. Пока вы не будете готовы, кому мне ее показывать?

Существование здесь, всегда ждет, наготове. В каждый момент, на каждом повороте, прямо за углом, оно всегда, всегда ждет. Это бесконечное терпение, ожидание, но вы не готовы.

Рассказывают, что король достиг состояния готовности, и художник сказал:

– Хорошо, время пришло.

Они вошли в комнату – туда больше никого не пускали. Картина была поистине великолепна. Было трудно сказать, была ли это картина – настолько реальной она выглядела. Художник изобразил на ней холмы, долины, они выглядели почти объемными, как будто существовали в реальности. Вдоль холмов была нарисована маленькая тропинка, ведущая куда-то вглубь. Теперь – самая невообразимая часть истории. Король спросил:

– Куда ведет эта дорога?

Художник ответил:

– Я сам еще не ходил по ней, но подождите, я схожу и посмотрю.

Он встал на тропинку и исчез за холмами, и так и не вернулся.

* * *

Вот что значит тайна.

Она говорит многое, не говоря ничего.

Если вы двигаетесь в природу, чтобы узнать, куда она ведет, не стойте снаружи и не задавайте вопросов, потому что ничего нельзя сделать, вы должны двигаться в нее. Если вы двигаетесь, вы никогда не вернетесь, потому что это само движение в существование… вы теряете свое эго, вы исчезаете. Вы достигнете цели, но никогда не вернетесь, чтобы рассказать об этом. Художник не вернулся. Никто не возвращается. Никто не может вернуться, потому что чем более экзистенциальными вы становитесь, тем более вы становитесь потерянными.

Существование открывает для вас миллионы дверей, но вы стоите снаружи и хотите извне что-нибудь о нем узнать. У природы нет внешней стороны. Я хотел бы повторить эти слова: у природы нет внешней стороны, все – внутри… потому что как что-то может существовать вне природы? Все является внутренним. А ум пытается сделать невозможное, он пытается стоять снаружи, наблюдать – и увидеть, в чем ее значение. Нет, вы должны участвовать. Вы должны двигаться в нее и стать одним, раствориться, как облако, – в неизвестности.

Теперь послушайте эти слова Гераклита:

Было бы не лучше,

если бы с людьми происходило то,

чего они желают.

Почему? Почему это было бы не лучше? Потому что все, чего бы вы ни пожелали, будет заблуждением, потому что вы сами – заблуждение! Как вы можете хотеть, желать чего-то истинного? Чтобы желать чего-то истинного, прежде всего, вы сами должны быть истинными. Из-за невежества все, чего бы вы ни пожелали, будет уводить вас все глубже и глубже в ад, потому что желание – часть вас, оно исходит из вас. Как может появиться что-то другое? Все, что появится, будет вами. Вот почему ваши желания создают все больше и больше проблем. Чем больше вы желаете, тем больше проблем создаете. Чем больше ваших желаний исполняется, тем в большем затруднении вы оказываетесь. Но дороги назад нет, вы должны двигаться дальше и дальше вперед. Поэтому все, кто познал, настаивают на том, что для встречи с существованием, прежде всего, нужно стать вне желаний.

Нет ничего плохого в том, чтобы желать, само по себе желание прекрасно… если это – желание будды. Но когда желаете вы, как вы можете желать чего-то, что приведет вас к блаженству? Никак – потому что желание исходит из вас, оно – часть вас, ваше продолжение. Если вы заблуждаетесь, желание тоже будет заблуждением. Оно будет повторять вас снова и снова – конечно, в разных ситуациях, в разных мирах, на разных планетах, в разных жизнях, но ваше желание будет повторять вас. Ваше желание не может трансформировать вас. Поэтому я говорю людям: «Если вы хотите принять саньясу, если вы хотите совершить прыжок в неизвестное, не раздумывайте – оставьте это мне!» Почему я делаю акцент на том, чтобы оставить это мне? Просто чтобы вы не желали этого. Пусть это будет чем-то, не исходящим от вас, потому что все, что появляется из вас, – это вы, видоизмененные, по-разному раскрашенные, но это будете вы.

Если вы – бизнесмен и желаете мокши, это превратится в бизнес, иначе не может быть. Вы будете искать выгоду – в другом мире, конечно, но все, что возникает в вашем уме, будет исходить из вашего прошлого. Нужен разрыв, нужен полный разлом, непреодолимая пропасть.

Вот что означает поход к мастеру и покорность. От чего вы отказываетесь? Вы отказываетесь от своих желаний – от чего еще вы можете отказаться? У вас больше ничего нет. Вы говорите: «Теперь я не буду желать. Теперь вы скажете мне что-то, и я это сделаю». Вы позволяете чему-то другому проникнуть в ваше прошлое. Если вы скажете: «Да, я уверен. Я готов принять саньясу», – саньяса будет бесполезной. Если саньяса случается из вашей уверенности, она бессмысленна. Но в этом и проблема: сначала вы хотите быть уверенными, сначала вы хотите об этом поспорить. Ваш ум хочет подготовиться к ней.

Ко мне приходят люди и говорят: «Пока в нас не появится желание, как мы можем совершить прыжок?» Но именно в этом и заключается проблема. Ваши желания на протяжении многих жизней непрерывно появлялись из вас. Это ведет в никуда – иначе не может быть. Вы можете видеть цель? Вы ошибаетесь, вы желаете, желание оказывается ошибочным. Вы ошибаетесь, вы верите, ваша вера оказывается ошибочной. Вы слышали о короле Мидасе? Все, к чему он прикасался, превращалось в золото. Все, к чему прикасаетесь вы, даже если это золото, мгновенно превращается в пыль. Вопрос не в правильности или неправильности желания. Вопрос в правильном или неправильном бытии. Вопрос не в том, правильное это действие или неправильное. Нет ни правильных, ни неправильных действий, нет ни верных, ни неверных желаний. Есть только желающее существо. Если оно невежественно, то все, возникающее из него, будет неправильно. А если желающее существо не невежественно, тогда из него рождается что-то совершенно иное.

Запомните: бытие, и только бытие имеет значение – больше ничто.

Было бы не лучше,

если бы с людьми происходило то,

чего они желают.

Перестаньте желать! Из-за своих желаний вы жили в аду. Перестаньте хотеть! Перестаньте хотеть – и двери открыты. Желание порождает ум. Постарайтесь понять природу желания. Желание означает проекцию вашего прошлого на будущее, а будущее неизвестно, и все, чего бы вы ни пожелали, будет из прошлого. Все желания будут снова и снова повторять прошлое. Как вы можете желать неизвестного? Как вы можете желать того, что находится в будущем? Вы не знаете его. Будущее неизвестно, прошлое известно. Если вы желаете, это будет из прошлого.

* * *

Мулла Насреддин лежал на смертном одре. Кто-то спросил его:

– Если бы вы снова родились, вы бы хотели что-то изменить или прожили бы жизнь точно так же?

Мулла долго размышлял. Потом он открыл глаза и сказал:

– Только одно: я всегда хотел делать пробор на голове посередине, это было бы единственным изменением. Я делал пробор справа, но всегда хотел иметь пробор посередине. В остальном все было бы так же.

* * *

Это выглядит глупо, но так и есть. Подумайте, если вам дать еще один шанс, что вы сделаете? Все изменения, которые вы захотите внести, будут не серьезнее тех, о которых просит Мулла: это будет пробор посередине головы. Вам бы хотелось иметь другую женщину, но что это меняет? Вы бы хотели изменить профессию. Что это меняет? Это будет не более чем пробор посередине.

Вы не можете просить из прошлого, а будущее неизвестно. Продолжая просить из прошлого, вы движетесь по порочному кругу. Этот круг – мир, сансара, приход и уход, новое рождение и новая смерть. Снова и снова вы делаете то же самое. Ни одного существенного изменения! Их и не может быть, потому что все, о чем вы думаете, вы думаете из известного. Известное – ваше прошлое. Что же делать? Не желать. Позвольте будущему прийти без ваших желаний относительно него. Будущее придет – его не нужно желать. Оно уже идет. Вам не нужно навязывать ему свои проекции. Будьте пассивны, ничего не делайте для него. Разрешите ему прийти! Не просите ничего от будущего – в этом значение отсутствия желаний. Это не движение из мира, не отречение от мира и не уход в Гималаи, все это – незрелые поступки.

Уход, отречение означает не-желание, ожидание безо всяких желаний. Просто ждать: «Что бы ни случилось, мы будем это свидетельствовать». Если вы можете ждать без желаний, все с вами произойдет – и тогда это случится из тотальности, из целого, из самого Бога. Если вы просите, желаете, это случится, но случится из вас. Тогда вы движетесь внутри себя, никогда не позволяя существованию случиться с вами, вы закрыты.

Было бы не лучше,

если бы с людьми происходило то,

чего они желают.

Гераклит говорит: «Хорошо, что с вами не случается то, чего вы желаете». В этом – единственная возможность вашего пробуждения. Поэтому он говорит, что это хорошо, потому что если каждое желание будет исполняться, вы будете находиться в состоянии полной комы, потому что не будет беспокойства. Вы хотели богатства – здесь богатство. Вы хотели прекрасных женщин – здесь прекрасные женщины. Вы хотели успеха – и успех здесь. Вы хотели лестницу в небеса – и лестница здесь. Вы будете в коме, вы будете во сне. Если все будет исполняться, вы никогда не попытаетесь найти истину, не будет никаких недостатков в вашей жизни… но только страдание, дукха, несчастье, ад, который вы создаете вокруг себя, помогают вам пробудиться. Они толкают вас к пробуждению.

В индуистской мифологии говорится, что на небесах, где живут боги, все желания исполняются моментально, безо всякой задержки. В индуистском рае существуют деревья, исполняющие желания, – калптарус. Вы просто садитесь под такое дерево и загадываете желание; один миг – и оно исполнено. Без малейшего промедления: вы просите красивую женщину – и она здесь. Но эти боги, должно быть, живут в грезах. Они живут в состоянии наркотического опьянения, в дурмане.

В индуизме говорится, что из рая нет дороги к истине. Это прекрасно. Считается, что если бог захочет полного освобождения, ему придется спуститься на землю. Почему? Потому что на небесах нет несчастья, нет страданий, которые могли бы кого-то пробудить. Это долгий мирный сон, в котором мечты постоянно сбываются. Когда выполняется любое желание, зачем тогда открывать глаза? Даже боги должны спуститься на землю, только тогда они смогут получить освобождение. Это редкое понимание. Христиане не имеют подобных представлений, их рай – это конец. Но в индуизме говорят, что это не конец, что это лишь прекрасное, приятное состояние сна. Приятное, превосходное… долго, очень долго – тысячи лет оно может продолжаться, но это состояние сна. Если боги должны получить свободу, им приходится падать на землю. Почему на землю? Потому что на земле есть страдания, боль, муки… поможет только страдание. Только оно может вывести вас из оцепенения.

Гераклит прав:

Было бы не лучше,

если бы с людьми происходило то,

чего они желают.

То одно, то другое идет не так. Это прекрасно! Если ничто не идет не так, если все что есть – такое, как хотелось бы вам, тогда кто захочет истины? Кто станет искать существование? Кто тогда захочет свободы, тотальной свободы, мокши? Никто!

Используя наркотики, человек пытается быть похожим на богов в индуистском раю. Вы употребляете марихуану, гашиш или ЛСД и оказываетесь в состоянии сна, прекрасного сна, вы сидите под древом желаний. Наркотики направлены против истины, потому что истине необходимо пробуждение: пробуждение от прошлого, пробуждение ото сна, пробуждение от ваших желаний – чтобы увидеть всю ложь, которой вы себя окружили, и отбросить ее. Отбросить ее без каких-либо усилий – просто увидеть, что это неправильно, и отбросить.

Запомните: если вы прилагаете большие усилия, чтобы отбросить ее, то сами эти усилия делают вас уродливыми. Понимание не нуждается ни в каких усилиях. Вы понимаете, видите реальность – и отбрасываете! Разве вы не видите, что страдаете из-за своих желаний? Разве здесь есть о чем спорить? Разве есть что-то, в чем нужно убеждать? Разве вы не видите – это так очевидно, – что своими желаниями вы создали ад, тогда зачем прикладывать усилия? Непосредственно в момент понимания – почему бы сразу не отбросить их? Если вы можете отбросить сразу же, тогда в вас есть красота, есть святость. Такую святость не найти в так называемых монахах. По всему миру среди католических, индуистских, джайнских монахов вы не найдете такой святости, потому что они стараются отбросить. Их усилия показывают, что они все еще цепляются, иначе зачем усилия? Они хотели бы перестать желать, но это – снова желание. Отсюда и усилия. Они не пришли к моменту понимания, к моменту истины.

Все, что я стараюсь с вами сделать, – это привести вас к моменту понимания, где усилия не нужны. Это понимание настолько яркое, настолько горящее, что все просто сгорает. Вы видите, и ваше видение становится отбрасыванием.

Это возможно – это случилось со мной, это может случиться и с вами. Во мне нет ничего выдающегося, я обычный человек. Если это случается со мной, с обычным человеком, почему и не с вами? Просто начните настойчивый поиск понимания. Понимание – это трансформация, изменение, открытие. Понимание дарит свободу.

Послушайте эти слова:

Было бы не лучше,

если бы с людьми происходило то,

чего они желают.

До тех пор, пока вы не начнете ожидать неожиданного,

вы никогда не найдете истину,

потому что ее тяжело найти

и тяжело достичь.

Пусть эти слова проникнут в ваше сердце:

До тех пор, пока вы не начнете ожидать неожиданного,

вы никогда не найдете истину…

Потому что истина не может быть вашим ожиданием.

Все, чего вы ожидаете, будет ложью. Все, чего вы ожидаете, будет проекцией. Все, чего вы ожидаете, будет частью вашего ума. Нет, истину невозможно ожидать. Она застает вас врасплох. По сути, она приходит тогда, когда вы ее даже не ждете. Это внезапное просветление.

Ожидание означает, что известное вам проецируется в будущее, в неизвестное. Поэтому я говорю, что если вы христианин, или индуист, или буддист, или джайн, вы будете упускать, ведь что значит быть христианином? Это ожидания христианина. Это бог глазами христианина. Это концепция, философия. Что значит быть индуистом? Это система верований. Она наделяет ожиданиями: вы ожидаете бога, вы ожидаете истину; истина будет такой, бог будет таким, вы представляете лицо, фигуру, форму, имя.

Ваше ожидание – барьер. Потому что бог непредсказуем, истина непредсказуема. Об этом никогда не теоретизировали, это никогда не было высказано, это невозможно выразить словами – никто никогда не мог, и никто никогда не сможет. Он остается непредсказуемым! Он – незнакомец. Каждый раз, когда Бог будет стучаться в вашу дверь, вы не увидите знакомого лица, нет. Он неизвестен, он незнакомец. Вы никогда об этом не думали, никогда об этом не слышали, никогда об этом не читали. Просто незнакомец… Если же вы не можете принять незнакомца, если вы просите известного, истина – не для вас.

Истина – это незнакомец.

Она приходит без предупреждения. Она приходит, когда вы не ожидаете, не ждете.

Запомните, что люди медитируют, медитируют и медитируют – это обязанность, но истина никогда не случается в медитации. Она случается вне ее. Но медитация помогает: она делает вас бдительными, делает вас наблюдательными, делает вас более осознанными и сознательными. И тогда внезапно где-то – это случается в такие неожиданные моменты, вы и предположить не можете, почему Бог выбирает такие неожиданные моменты…

Монахиня несет воду, бамбуковая ручка ломается, глиняный горшок падает на землю, вода выливается… внезапно она пробудилась. Что произошло? Сорок, пятьдесят лет она медитировала, и ничего не происходило, потому что медитация означает, что вы ожидаете, вы высматриваете что-то, что должно произойти. Ваш ум присутствует, работает – очень тонко, очень, очень трудно уловимо, вы можете даже оказаться не способны определить, где он. Вы можете думать, что теперь все погрузилось в тишину, нет мыслей, но это – тоже мысль. Вы чувствуете абсолютную тишину, но даже это чувство, что сейчас здесь абсолютная тишина и теперь скоро откроется дверь – это мысль. Когда вы становитесь абсолютно молчаливыми и нет даже этой мысли, что «я пребываю в молчании» – вот это означает, что вы, скорее всего, не медитируете. Это парадокс: медитируйте как можно больше, чтобы создать мгновение немедитативной медитации.

Так случилось с той монахиней. Неся воду, она не думала о Боге, бамбук был старым, и она думала о бамбуке. Она держала его и так и эдак, переживала, что он может в любой момент поломаться. А горшок – из глины, и он разобьется! Ее совсем не было возле двери, а дверь была открыта, потому что она медитировала на протяжении сорока лет. Поэтому дверь была открыта, а ее там и в помине не было… внезапно бамбук ломается, горшок падает, разбивается, вода выливается. Это шок! На какое-то время даже это беспокойство растворяется. Теперь все, что должно было произойти, произошло. Теперь она находится в немедитативном моменте, и появляется Бог. И это случилось.

Это всегда происходило так – в такие моменты, когда человек совсем не ожидает. Когда вы ожидаете, вы упускаете, потому что вы присутствуете в своем ожидании. Когда вы не ожидаете, это случается, потому что вас нет, никого нет. Когда ваш дом совершенно пуст, так пуст, что вы даже не осознаете: «Я пуст», – потому что даже этого достаточно для беспокойства, когда отброшена даже пустота, он приходит.

До тех пор, пока вы не начнете ожидать неожиданного…

Отбросьте все ваши представления о Боге. Все представления фальшивы. Возможно, вы слышали, как индуисты говорят, что христианские представления ложны, христиане говорят, что индуистские представления ложны, джайны говорят, что ложны и христианские, и индуистские представления, буддисты говорят, что джайны, индуисты и христиане не правы, а я говорю – все представления ложны. Это не значит, что мое представление верно, – нет! Представление само по себе ложно, потому что оно создает теорию о неизвестном, которое невозможно. Все теории ложны – без исключения. Все теории ложны – категорично, абсолютно, включая мою, – потому что непредсказуемое остается непредсказуемым.

До тех пор, пока вы не начнете ожидать неожиданного,

вы никогда не найдете истину,

потому что ее тяжело найти

и тяжело достичь.

По сути, нетрудно достичь, нетрудно познать. Именно из-за вас самих трудно достичь и трудно познать, потому что как отбросишь ум? Ум очень хитер: он остается, даже когда его отстраняют. Ум говорит: «Хорошо, меня здесь не будет», – но это тот же ум. Ум говорит: «Хорошо, пусть Бог постучится в дверь. Меня нет», – но это тоже ум. Ум говорит: «Я буду медитировать». Ум говорит: «Я отброшу все мысли». Ум говорит: «Посмотри! Я отбросил все мысли! Посмотри! Я пуст». Но это тоже ум. Это проблема: что бы вы ни делали, ум всегда рядом.

Осознайте главное – никакие усилия не помогут. Просто осознавайте главное – ум существует в утверждениях… Осознайте главное! Почему я говорю: осознайте главное? Потому что если вы осознаете главное, утверждать нечего. Если вы не осознаете главного, то ум может заявить: «Я здесь и ничего не утверждаю». Осознайте главное! Нужна пустота, а не утверждение «я пуст». Нужна осознанность, а не заявление «я – осознанность», потому что везде, где появляется «я», вы оказываетесь в ночной темноте ума. Когда «я» нет, светло, все ясно – чистота, осознание, бесконечность. Вы можете видеть далеко и широко, вы можете видеть целое.

Так что единственное, что можно сделать, – наблюдать хитрости ума и не пытаться делать противоположное. Например: ваш ум наполнен мыслями. Не пытайтесь бороться с ними, потому что этот борец – ум. Если же вы боретесь, ум заявит о противоположном. «Посмотри! – скажет он, – я отбросил все мысли. Ну и где же твой бог? Где просветление?» Не делайте противоположного, не создавайте борьбы, потому что в борьбе появляются утверждения. Вы просто наблюдайте и расслабляйтесь. Просто наблюдайте и наслаждайтесь хитростями ума. Просто наслаждайтесь ими! Как он прекрасен! Какой обманщик! Какой изворотливый! Как он приходит, и приходит, и приходит, снова и снова! Индусы всегда сравнивали его с хвостом собаки. Двенадцать лет вы можете держать его выпрямленным, но как только вы оставляете свои усилия, он снова закручивается.

* * *

Однажды в разговоре со мной один маленький ребенок сказал:

– Мы очень стараемся переубедить нашего друга – он не верит в Санта-Клауса.

Спустя некоторое время он же говорит:

– После семи дней борьбы он наконец сдался и сказал: «Ну ладно, я верю».

Но на следующий день друг того мальчика снова сказал: «Не-а, не верю».

Я спросил:

– А что случилось? Ты же буквально на днях говорил, что убедил его. Теперь-то что нужно?

Он ответил:

– Да он снова смошенничал – мы его убеждаем, а он мошенничает снова и снова.

* * *

Такова природа ума. Вы ничего не можете с этим поделать – такова природа ума. Поймите это, вот и все. Понимания достаточно. Иначе достичь трудно. Вы можете двигаться дальше и дальше вперед, а ум будет с вами, как тень, и все, что вы будете говорить, будет заявлением ума. Поэтому все, кто познал, говорили: «Тот, кто заявляет, что он познал, не познал. Тот, кто говорит, что он достиг, не достиг». Почему? Потому что само заявление опасно.

До тех пор, пока вы не начнете ожидать неожиданного,

вы никогда не найдете истину,

потому что ее тяжело найти

и тяжело достичь.

Природа любит прятаться.

Это игра в прятки. Она прекрасна такая, какая есть! Природа не лежит на поверхности, она скрывается в центре. Природа подобна корням деревьев – самое главное скрыто глубоко под землей. Никогда не думайте, что дерево – самое главное. Дерево – всего лишь периферия, на которой появляются листья, цветы и плоды, это периферия. Настоящее дерево существует под землей, в темноте. Оно скрыто в темном чреве земли. Вы можете срубить дерево – появится новое. Но подрубите корни – и все исчезнет.

Вы – не на поверхности вашей кожи, это периферия. Вы глубоко, скрыты под землей. Бог тоже находится не на поверхности. Наука продолжает узнавать все больше и больше о поверхности, все больше узнавать о коже. Но как глубоко ни продвигается наука, она никогда не проникает в настоящую глубину, потому что она изучает снаружи. Снаружи вы можете получить знания только о коже. Настоящее же сокрыто внутри, в находящейся глубоко внутри сокровищнице. В вас оно тоже сокрыто в находящейся глубоко внутри сокровищнице. Вы живете на периферии, вы упускаете его. А существование имеет центр – и этот центр сокрыт.

Природа любит прятаться.

Почему? Почему природа любит прятаться? Потому что это – игра. В детстве вы, должно быть, играли в прятки. Для Гераклита существование – это игра, это лила. Существование прячется, и это прекрасно, а вы должны искать. И через эти попытки найти вы растете.

Есть два типа людей. Одних я называю не-открывателями: они остаются на периферии, а других – открывателями, они движутся к центру. Люди, живущие на периферии, – мирские люди. Рынок – это периферия; политика – это периферия; успех, достижения – это периферия. Этот тип людей – не открыватели, не искатели приключений. Даже если они отправятся на Луну, это не будет приключением, потому что они останутся на периферии. Настоящее приключение религиозно. Оно – в движении к самому центру существа. Сначала вы должны двигаться внутрь себя, потому что вы – мир в миниатюре. Вы движетесь к своему центру и из этого центра получаете первый проблеск того, как устроен мир.

Истинное сокрыто.

На периферии есть волны, на периферии есть мечты, на периферии есть только внешнее. Глубоко внутри, в самом сердце существования, находится скрытое. Гераклит называет это скрытое гармонией.

Двигайтесь к существу, к центру, к самой земле. Всегда ищите корни. Пусть вас не вводит в заблуждение листва. Но вы одурачены листвой. Если женщина прекрасна снаружи, вы влюбляетесь, вы влюбляетесь в листву. Но эта женщина может и не быть прекрасной внутренне, она может быть совершенно уродливой – и тогда вы в ловушке. Есть внутренняя привлекательность, когда внутри горит свет, когда свет просачивается и на периферию, вы не видите, откуда он появляется. Вы можете видеть прекрасную и вместе с тем уродливую женщину. И вы можете видеть противоположное: уродливая женщина и в то же время прекрасная. Когда уродливая женщина прекрасна, вы не можете найти источник, где он располагается, потому что кожа на виду, форма и физиология непривлекательны – что-то внутреннее привлекает вас. Когда встречается женщина, прекрасная и снаружи, и внутри, – это совершенно непостижимо. Вот тогда и появляется харизма. Иногда вы чувствуете вокруг человека харизму. Харизма означает, что есть некоторая скрытая гармония между поверхностью и центром, в этом случае личность обладает магнетизмом, чем-то божественным.

Эта встреча периферии и центра и есть скрытая гармония.

Природа любит прятаться.

Почему? Потому что только в том случае, если она будет прятаться, игра сможет продолжаться и продолжаться, иначе игра остановится. Игра продолжается, это вечная игра.

Помните также и об этом: даже если вы нашли, игра продолжается, но тогда она имеет другое качество. Никогда не думайте, что, когда вы найдете сокровенный центр, игра остановится. Нет, игра продолжается. Теперь уже сознательно много раз вы движетесь из скрытого центра, сознательно вы даете природе еще один шанс спрятаться – но теперь сознательно. Это похоже на двух играющих детей – первый знает, где спрятался второй. Он ищет повсюду, кроме того самого места, бегает и бегает вокруг, чтобы игра была качественной. Он знает, где вы прячетесь, он может просто подбежать и поймать вас, но он будет бегать и бегать вокруг.

Будды продолжают играть, но игра меняется. Теперь они знают, теперь нет беспокойства. Теперь нет желаний, теперь нечего достигать. Теперь это простая игра. У нее нет цели… она просто продолжается.

Поэтому есть две возможности: игра без знания – это то, что происходит с вами… И в силу своего невежества вы принимаете игру всерьез. Серьезность превращается в болезнь. Из-за нее вы становитесь грустными. Ко мне приходят люди: если они медитируют, но не достигают, то они очень серьезны, очень огорчены. Я говорю: не надо расстраиваться, так как единственное, что нужно понять, что это – игра! Не нужно торопиться, чтобы закончить ее. Это не бизнес. Пусть она продолжается как можно дольше. Зачем так торопиться? Зачем так напрягаться? В этом бесконечность, в этом вечность, спешить некуда. Всегда будете вы, всегда будет игра – всегда была и всегда будет.

Смотрите на мир проще! Смотрите на мир просто!

Он всегда рядом, его можно найти в любой момент. Но зачем так торопиться? Расслабьтесь – если вы сможете расслабиться, то быстрее достигнете центра. Если вы торопитесь, то остаетесь на поверхности, потому что торопливое, напряженное состояние ума не может двигаться к более глубоким сферам бытия. Только терпение поможет вам постичь суть, самую суть.

Природа любит прятаться.

Прекрасно, что природа любит прятаться. Природа – не эксгибиционист. Такое впечатление, что листва – просто способ спрятаться. В цветке искусно прячется Бог. Если вы будете просто смотреть на цветок, вы упустите.

Один английский поэт, Теннисон, сказал и был абсолютно прав: «Если я смогу понять цветок в его тотальности, я пойму Бога». Он прав! Если вы сможете понять камешек на берегу во всей его тотальности, вы поймете Бога, потому что все это – укрытия. Цветок – укрытие. Камешек – тоже укрытие. Он прячется везде – миллионы форм. Где бы вы ни были, он здесь, во всех формах вокруг вас. Любая форма может стать дверью. Как только вы готовы войти, когда вы не ожидаете, когда вы не желаете, когда вы ни о чем не просите, ничего не проецируете, вдруг открывается дверь.

Владыка, чей оракул – в Дельфах,

не говорит и не утаивает,

но подает знаки.

В Дельфах есть один древний греческий храм, люди приходили туда к дельфийскому оракулу с вопросами. Но оракул в Дельфах никогда ничего не говорил, он просто подавал знаки. Гераклит использует это в качестве иносказания. Он говорит, что Бог, абсолют, целое, никогда не говорит «да» или «нет», он просто подает знаки. Он поэтичен. Он показывает вам символы. Не пытайтесь их толковать. Если вы станете толковать, то упустите. Просто наблюдайте, и пусть этот знак глубже проникнет в вас и запечатлеется в вашем сердце. Не пытайтесь сразу же найти значение, потому что кто должен найти это значение? Если его найдете вы, оно будет исходить от вас. Просто позвольте знаку, символу запечатлеться в вашем сердце, и однажды жизнь раскроет его значение. Вы просто живите с ним, пусть он просто будет с вами.

Например, вы приходите ко мне и спрашиваете: «Как продвигается моя медитация?» Вы спрашиваете меня, я улыбаюсь. Я дал вам знак. Что вы теперь будете с ним делать? Вы можете его истолковать. Это первое, к чему склоняется ум. Вы будете думать: «Ага, он улыбается, это означает, что я достигаю, он говорит „да“, значит все хорошо. Я – на правильном пути». Ваше эго чувствует удовлетворение. Если вы пребываете в хорошем настроении, то ваше толкование будет таким. Если у вас плохое настроение, то вы подумаете: «Он улыбается – не говорит „да“, просто вежлив со мной, а я двигаюсь в никуда».

В обоих случаях вы упускаете, потому что если бы я мог сказать «да», то сказал бы. Я бы не стал причинять вам столько беспокойства – отправлять на поиски объяснения. Если бы я мог сказать «да», то сказал бы. Если бы я мог сказать «нет», я бы так и сказал. Но я просто улыбнулся. Я не сказал ни «да» ни «нет». По сути дела, я ничего не сказал – я дал вам знак. Не ищите ему объяснение. Просто позвольте этой улыбке проникнуть глубже в ваше сердце. Позвольте ей там остаться. Вспоминайте о ней время от времени и возвращайте ее обратно в сердце. Пусть она растворится в вас, не пытайтесь найти значение, и это поможет вашей медитации. Однажды в состоянии глубокой медитации вы внезапно начнете улыбаться точно так же, как я, потому что этот момент станет моментом понимания. Тогда вы можете рассмеяться, потому что вы поймете, каково было значение.

Жизнь неуловима. Невозможно использовать «да» или «нет». Жизнь настолько неуловима, что если вы скажете «да», то сделаете ее фальшивой, если вы скажете «нет», то сделаете ее фальшивой. Язык очень беден. Он знает только две вещи: да и нет. А жизнь очень богата: она знает бесконечные состояния, положения между да и нет – бесконечные оттенки. Это спектр многих миллионов оттенков. Да и нет очень бедны – ими ничего не передашь. Да и нет означают, что вы поделили жизнь на черное и белое, но в жизни есть миллионы оттенков – это радуга…

Черный и белый, на самом деле, – не цвета. Кроме черного и белого, все цвета существуют. Вы должны это понять. Черный – это отсутствие всех цветов, это не цвет. Когда нет никакого цвета, пустота – это чернота. Это не цвет как таковой. Поэтому в природе вы не найдете черного цвета. Его немного. Он – отсутствие. А белый – это тоже не цвет, это смесь всех цветов. Если вы смешаете все цвета, получится белый. Это не цвет. Белый – это один полюс, черный – другой. Присутствие всех цветов – белый, отсутствие всех цветов – черный. Между этими двумя полюсами существуют настоящие цвета – зеленый, красный, желтый и все их оттенки, миллионы оттенков.

Когда я улыбаюсь, я не говорю «белое» или «черное», «да» или «нет» – я даю вам цвет в его многообразии, настоящий цвет. Не пытайтесь толковать, потому что если вы будете интерпретировать, то скажете либо «черный», либо «белый», а это – ни то, ни другое. Это находится где-то посередине, и так трудно уловимо, что слова не могут этого выразить. Если бы слова могли это выразить, я бы сказал вам словами. Я бы не стал вас без надобности тревожить.

Вы приходите ко мне и что-то говорите, а я не отвечаю. Иногда случается так, что вы приходите повидаться со мной, а я даже не задаю вопросов, просто забываю о вас. Я спрашиваю других и просто не обращаю на вас внимания. А вы будете искать в этом значение. Зачем? Не надо толковать. Просто пусть этот жест глубоко проникнет в вас. Однажды в очень, очень медитативном настроении значение раскроется. Я сажаю в вас семена, без слов и теорий.

Когда я уйду, пожалуйста, помните обо мне как о поэте, не как о философе.

Поэзию нужно понимать иначе, вы должны любить поэзию, не толковать ее. Вам необходимо повторять стихи много раз, чтобы они смешались с вашей кровью, вашими костями, проникли в ваш спинной мозг. Вы должны напевать стихи много раз, чтобы прочувствовать все нюансы, все самые неуловимые оттенки. Вам нужно просто сесть и позволить поэзии проникнуть в вас, чтобы она стала живой. Вы впитываете ее и потом забываете, а она проникает все глубже, и глубже, и глубже – и меняет вас.

Пусть меня вспоминают как поэта. Конечно, я не пишу стихотворений словами. Я создаю поэзию в более живых формах – в вас. Это то, что делает само существование.

Гераклит говорит:

Владыка, чей оракул – в Дельфах,

не говорит и не утаивает,

но подает знаки.

Знак не нужно интерпретировать. Знак нужно прожить. Ваш ум будет искушать вас найти ему толкование. Не позволяйте уму искушать вас. Просто скажите ему: «Это не твоя сфера деятельности, это не для тебя. Играй с другими вещами. Пусть это проникнет глубже в мое существо». Это то, что я пытаюсь сделать, когда говорю с вами.

Я не говорю с вашими умами – я говорю с вами как с существами, как существами света, как инкарнациями богов, как возможностями, как бесконечным потенциалом. Я обращаюсь к вашему будущему, не к прошлому. Ваше прошлое – мусор, выбросьте его. Я обращаюсь к вашему будущему – непредсказуемому, неизведанному. Постепенно вы станете способны слушать эту музыку, музыку неизведанного, музыку, в которой исчезают все противоположности и рождается скрытая гармония.

Да, природа любит прятаться, потому что природа – это тайна. Это не вопрос, не загадка, которую нужно разгадать. Это тайна, которую нужно прожить, которой нужно наслаждаться, которую нужно праздновать.

Достаточно на сегодня.

Глава 11

Нельзя дважды войти в одну и ту же реку

В одни и те же реки мы входим и не входим.

Нельзя дважды войти в одну и ту же реку.

Все течет, все изменяется.

Все бежит, ничто не стоит.

Прохладное становится теплым, теплое охлаждается,

влажное высыхает, высохшее увлажняется.

Недуг делает приятным здоровье,

зло делает приятным добро,

голод – насыщение, усталость – отдых.

Нет разницы – быть живым или мертвым,

бодрствующим или спящим, молодым или старым.

Один аспект сменяет другой,

а тот вновь возвращается к предыдущему,

внезапным неожиданным переходом.

Оно распадается,

а затем снова сливается воедино.

Всему свое время.

* * *

В одни и те же реки мы входим и не входим… Потому что внешнее – запомните, только внешнее – остается неизменным. Все остальное меняется и течет. В этом – фундаментальное отличие обычных религиозных концепций от подлинных религий. Индуисты говорят: то, что меняет внешность, – майя, а то, что никогда не меняется, что постоянно, – это Брахма. Гераклит говорит противоположное: то, что остается постоянным, – это внешнее, майя, а то, что меняется, есть Брахма. Понимание Будды такое же: изменение – единственное постоянство, изменение – единственное вечное явление. Только изменения остаются неизменными, больше ничего. Мое ощущение такое же.

В поиске постоянной истины вы ищете не что иное, как ваше эго. В поиске постоянного Бога чего вы ищете? Так или иначе, вы ищете постоянства. Вам бы хотелось постоянства, чтобы, если этот мир изменится, вам ничто не угрожало. Ваш ум говорит: «Ищи божественное, тогда не будет перемен, ты будешь жить вечно».

Обычные религиозные концепции – индуизм, иудаизм, христианство – по сути, самолюбование. Почему вы говорите, что изменения – это внешнее? Потому что вы боитесь перемен. Перемены похожи на смерть. Вы бы хотели чего-нибудь постоянного, на что можно было опереться. Вы бы хотели дом, который был бы всегда. В этом мире вы не найдете такого дома, который бы существовал вечно. В этом мире вы не найдете отношений, которые бы длились вечно. Тогда вы создаете отношения с Богом, потому что Бог неизменен – и с Богом будете неизменны вы. Но этот поиск, это желание, это стремление к пребыванию в вечности – в этом проблема! Почему вы хотите быть? Почему бы НЕ быть? Почему вы так боитесь не быть? Если вы боитесь небытия, несуществования, пустоты, смерти – вы не можете познать истину. Человек познает истину, когда он готов отбросить себя тотально, совершенно.

Поэтому Будда говорит: «Души нет. Вы – не самость, не атма. Вы – анатма, не-самость. В вас нет ничего постоянного, ничего прочного, вы – поток, река». Почему Будда настаивает на не-самости? Он настаивает, потому что если вы примете небытие, если вы примете несуществование, тогда нет страха смерти, тогда вы сможете полностью отбросить себя. А когда вы полностью отбрасываете себя, открывается видение. Тогда вы способны знать. С эго вы не можете знать, только в отсутствии самости, в глубокой пропасти, в отсутствии эго присходит понимание – тогда вы становитесь зеркалом. С эго вы будете все время давать объяснения, вы не сможете познать истину. С эго вы будете все время присутствовать и искусно находить толкования, но ваши толкования не есть истина. Вы – посредник всех искажений. Проходя через вас, все становится фальшивым. Когда вас нет, отражается истина.

Каким-то образом вы должны прийти к пониманию: пониманию не-самости, неизменного потока, отсутствию материи как таковой – это просто река, которая течет и течет. Тогда вы – зеркало, ясность. Тогда некого беспокоить, некому толковать, некого отвлекать. Тогда существование отражается в вас как есть. Это отражение существования, как оно есть, и есть истина.

Второе: если вы хотите быть всегда, вечно, значит, вы не прожили и мгновения. Тот, кто прожил жизнь истинно, подлинно, тот, кто наслаждался ею, всегда готов умереть, всегда готов уйти. Тот, кто не наслаждался и не праздновал, тот, кто не прожил момент, жизнь, всегда боится уйти, потому что «пришло время уходить, а я еще не все сделал». Страх смерти – это не страх смерти, а страх чего-то недоделать. Вы умираете, но вы ничего, абсолютно ничего не изведали в жизни – ни зрелости, ни роста, ни цветения. С пустыми руками вы пришли, с пустыми руками вы уходите. Вот в чем страх!

Тот, кто жил, всегда готов умереть. Его готовность – не вынужденное отношение. Его готовность подобна цветку. Когда цветок расцвел, он послал свой аромат во все бесчисленные уголки существования, насладился моментом, прожил его: танцевал на ветру, поднимался против ветра, смотрел на небо, наблюдал восход солнца – прожил его, к вечеру он ощущает полноту жизни, и цветок готов упасть на землю, назад, отдыхать. И это всегда прекрасно! Когда вы пожили, отдых прекрасен. Это так! Цветок просто падает на землю и засыпает. Без напряжения, без крика, без попыток ухватиться.

Вы цепляетесь за жизнь, потому что ваша жизнь не состоялась. Вы не поднимались против сильного ветра. Вы еще не узнали утра, как пришел вечер. Вы никогда не были молоды, а старость уже стучится в дверь. Вы никогда не любили, а смерть приближается. Это состояние неудовлетворенности и приближающаяся смерть порождают страх. Будда говорит, что, если вы жили, вы всегда будете готовы умереть. И эта готовность не будет чем-то, навязанным извне. Это будет то, что нужно вам, естественная потребность! Как вы рождаетесь, так и умираете. Как приходите, так и уходите. Это – колесо существования. Вы прожили свою часть бытия, теперь настал черед части небытия. Вы существовали, теперь существовать не будете. Вы поднимались, проявлялись, теперь будете двигаться в непроявленное. Вы были видимыми, телесными, теперь вы будете двигаться без тела в невидимое. Вы прожили ваш день, теперь ночь – и вы будете отдыхать. Что в этом не так?

Поиск чего-то неизменного, постоянства показывает, что вы остаетесь нереализованными. Стремление обладать вечной душой – это цепляние. Вы знаете, что смерть придет, что поделаешь? Тело распадется, исчезнет, теперь вы живете надеждой, что должна остаться некая душа, которая и будет существовать вечно. Помните: те, кто боится, всегда верят в бессмертную душу.

Посмотрите на эту страну: вся страна верит в то, что душа вечна, но в мире не найти более трусливой нации. Это неслучайно. Почему индусы так трусливы? На самом деле, если они знают, что душа никогда не умрет, они должны быть самыми смелыми – потому что смерти не существует! Они не перестают говорить о бессмертии, но если вы понаблюдаете за их жизнью, то увидите, что они боятся смерти больше, чем кто-либо. В противном случае, как можно объяснить тысячелетнее рабство этой страны? Очень немногочисленный народ – Англия не больше маленькой индийской провинции – три миллиона человек смогли поработить страну с пятидесятимиллионным населением. Это кажется просто невозможным! Как это случилось? Потому что эта страна труслива. Они не умеют воевать, они боятся смерти. Они говорят о бессмертии, и это не случайно, на то есть причины.

Всякий раз, когда кто-то слишком много говорит о бессмертии, это означает, что он боится смерти, что он трус. Индия не жила из-за жрецов. Индия не жила жизнью из-за жрецов. Они учили людей отречению, поэтому каждый готов, не успев пожить, отречься. Тогда входит страх. Если вы жили, жили в полную силу, по максимуму, страх смерти исчезает. Только тогда действительно исчезает страх смерти, никогда раньше. Если вы отрекаетесь от жизни, если вы не любите, если вы не едите, если вы не наслаждаетесь и не танцуете; если вы просто отрекаетесь и осуждаете, говоря: «Это все материально. Я против этого»… то кто это «Я», которое говорит: «Я против этого»? Это эго.

Не найти больших эгоистов, чем так называемые духовники. Они все время осуждают материальное. Они все время говорят: «Что? Вы попусту растрачиваете свою жизнь. Пить, есть и веселиться – вот ваша религия. Вы – обуза для земли. Вас нужно отправить в ад». Кто осуждает? Что плохого в том, чтобы «есть, пить и веселиться»? Что в этом дурного? Это первая часть жизни. Так должно быть. Вы должны есть, пить и веселиться. Вы должны праздновать. Только тогда, когда ваше празднование достигло максимума, вы готовы уйти, вы готовы удалиться без сожаления, без жалоб. Вы прожили свой день, теперь настала ночь. Если же день был так прекрасен – вы поднимались на волнах к небу и делали все, чего требовал от вас момент, – тогда и отдых, возвращение к земле прекрасно.

Индия отрекалась, а религия, которая отрекается, – фальшива. Религия, которая делает вас способными праздновать по максимуму, – истинная религия. В этом ее красота: если вы проживаете жизнь, отречение приходит автоматически. Оно случается – такова природа. Если вы хорошо питаетесь, приходит насыщение. Если вы много пьете, жажда исчезает. Если вы хорошо жили, исчезает цепляние за жизнь. Так должно быть. Таков закон, таков Логос. Если вы не жили хорошо, тогда вы все время будете цепляться, все время будете мечтать о том, как жить. Если вы отреклись от этой жизни, вам придется проецировать другую жизнь. Вам нужна вечная душа, иначе что вы будете делать? Вы упустили эту жизнь, а другой жизни нет. Вам нужна вечная душа. Вы должны верить и утешать себя: «Ну ладно, тело умирает, но зато душа никогда не умрет».

Если вы послушаете Будду, Гераклита и меня, то убедитесь, что душа умирает раньше, чем умирает тело – потому что душа состоит из более эфемерного вещества, чем тело. Тело более материально – по крайней мере, ему нужно семьдесят лет, чтобы умереть, а душа умирает каждый момент. Понаблюдайте: утром ваша душа одна, после полудня – другая. Утром вы были счастливы, это была другая душа, к полудню она ушла, ее уже нет. Да, Гераклит прав:

В одни и те же реки мы входим и не входим.

Это только видимость, что днем ваша душа та же. Только видимость. Где та душа, которая была счастлива утром: вы могли петь вместе с птицами, могли танцевать с восходящим солнцем? Где та душа? К полудню вам уже грустно, на вас уже опустился вечер. В середине дня уже наступила ночь – вы печальны. Та же это душа? Когда вы ненавидите и когда любите, вы думаете, это та же самая душа? Когда вы подавлены и когда достигаете вершины радости – это та же душа? Нет, так только кажется. Это похоже на то, как если вы приходите к Гангу: утром, днем и вечером кажется, что это один и тот же Ганг, но это не так. Он постоянно течет.

Гераклит любит символ реки, Будда любит символ огня. Символ огня даже еще более неуловимый. Пламя кажется одинаковым, но это не так. Каждый миг оно исчезает, старое уходит, а новое появляется. Будда говорит, что вечером вы зажигаете свечу, а утром гасите, но никогда не думайте, что это – та же самая свеча. Это невозможно. Она горела, горела, горела всю ночь. Всю ночь пламя исчезало, исчезало, исчезало, а новое пламя постоянно появлялось. Но различие между ними есть: старое пламя уходит, новое приходит, между этим промежуток; это различие настолько трудно уловимо, что вы его не видите.

Будда говорит: «Рожденная душа не умрет – она уже мертва. Человек, каким вы были рождены, и человек, каким вы будете, когда умрете, – не один и тот же». Будда говорит: «Это одна и та же жизнь, но не одна и та же сущность». Пламя вечером и пламя с утра представляют одно и то же непрерывное действо – совокупность огней, – но не ту же сущность. Ганг выглядит тем же, но не тот же. Все изменяется…

Природа реальности – изменение.

Постоянство – это иллюзия.

А это – более глубокое понимание, чем в индуизме. Самое глубокое из когда-либо достигнутых… потому что ум хотел бы иметь постоянное пристанище, постоянную опору, постоянные корни. Постоянство фальшиво, оно возникает из-за одинаковости вещей. Ваше лицо остается одинаковым вечером и утром, поэтому мы думаем, что вы – тот же самый человек. Вы были здесь вчера, позавчера, ваше лицо кажется тем же, но являетесь ли вы сами теми же? Когда вы пришли встретиться со мной сегодня утром, вы были другими, вы уже изменились. А когда вы уйдете, вы не будете тем же человеком, потому что послушали меня, и что-то новое проникло в вас. Ваше «Я» уже поменялось. Новые реки впадают в Ганг, новые речушки, новые ручьи. Я впал в вас. Как вы можете оставаться прежними? Вы никогда не будете прежними. Это невозможно. Каждое мгновение миллионы потоков впадают в ваше сознание. Вы идете по дороге и видите, как улыбается цветок, – цветок изменяет вас. Холодный ветерок приходит и дарит вам прохладное омовение – этот ветерок изменяет вас. Потом восходит солнце, и вы чувствуете тепло – солнце изменяет вас.

Каждое мгновение все меняется. Нет ничего постоянного.

Что произойдет, если вы сможете это понять? Если вы можете понять, то это становится самой подходящей ситуацией, чтобы отбросить эго. Когда все меняется, зачем цепляться? И даже цепляясь, вы не можете заставить изменения остановиться. Невозможно остановить реку. Она течет! Остановить невозможно. А оттого, что мы любим все останавливать, делать постоянным, мы создаем вокруг себя ад. Ничто нельзя остановить. Сегодня утром я люблю вас – но кто знает, что случится завтра утром? Вам бы хотелось остановить любовь, чтобы такой же, как сегодня, она была и завтра. Если вы цепляетесь и останавливаете, вы – мертвы. Никто ничего не знает о завтрашнем утре, оно неизвестно, непредсказуемо.

Вы можете ожидать только того, что является постоянным. Если ничто не постоянно, то ожидание отпадает. Когда нет ожидания из-за того, что все постоянно движется, движется и движется, как вы можете быть разочарованы? Если вы ожидаете, тогда есть разочарование. Если вы не ожидаете, тогда нет и разочарования. Вы ожидаете, потому что думаете, что все постоянно. Ничто не постоянно.

В одни и те же реки мы входим и не входим.

Только внешность та же – как у реки, так и у вас.

Нельзя дважды войти в одну и ту же реку…

Потому что река никогда не будет прежней. И вы тоже никогда снова не будете прежними. Поэтому каждый момент уникален, неповторим. Такого никогда не было и никогда не будет снова. Это прекрасно! Это не повторение, это совершенная свежесть. Вы упустите свежесть, если у вас цепляющийся, стремящийся к обладанию ум и если вы ищете чего-то постоянного. Просто попробуйте подумать: если вы имеете постоянное «Я», это «Я» будет твердым, как скала. Но даже скалы меняются. «Я» не может быть как цветок. Если у вас будет постоянное «Я», если у вещей будет постоянное «Я», субстрат, тогда все существование будет скукой, оно не сможет быть празднованием.

Празднование возможно, если каждый момент приносит вам что-то новое.

Если каждый момент приносит вам что-то из неизвестного, если каждый момент – это проникновение неизвестного в известное, тогда жизнь – это восторг, без ожиданий. Тогда жизнь – это непрекращающееся движение в неизвестное. Ничто не может вас разочаровать, потому что, прежде всего, вы никогда не ожидали, что что-нибудь все время будет одинаковым.

Почему в мире так много разочарований? Потому что все ожидают постоянства. А постоянство – не в природе вещей. С этим ничего нельзя поделать. Вы должны вырасти и отбросить идею постоянства. Вы должны вырасти и стать течением. Не уподобляйтесь несокрушимым скалам, будьте как хрупкие цветы. Ваша Брахма – всего лишь несокрушимая скала. Абсолют Гегеля и Шанкара – неподвижные скалы. Но нирвана Будды, понимание Гераклита подобны хрупким цветам, изменчивы. Наслаждайтесь чем-либо, пока оно есть, и не просите большего.

Вы влюблены – празднуйте, пока это есть! Не начинайте делать приготовления, чтобы так было всегда, иначе в приготовлениях вы упустите момент. А к тому времени, когда все будет готово, цветок уже умрет. К тому времени, когда вы готовы наслаждаться, момент уже ушел. Никто его не вернет, пути назад нет. Река движется вперед и вперед, и каждый миг приносит вас к новым берегам.

Это проблема: беспокойство человека, мучения из-за того, что ум думает о берегах, которых больше нет. Ум хочет проецировать берега, которых больше нет, в будущее, а каждый миг река достигает новых берегов – неизвестных, непредсказуемых. И это прекрасно. А если исполнить ваше желание, вся ваша жизнь станет уродливой.

Только подумайте: индуисты, джайны используют такое понятие как мокша – такое состояние сознания, в котором ничто не меняется. Задумайтесь всего на мгновение – ничто не меняется, и ставшие просветленными люди, согласно джайнам и индуистам, останутся в этой совершенно неизменной мокше, ничто не меняется, вообще ничто – это будет полнейшая скука. Вы не сможете повлиять на нее. Она будет абсолютной. Невозможно представить более скучную ситуацию: сидящий Бог, сидящие вы, и ничто не меняется, даже сказать нечего. Даже одно мгновение покажется вечностью – такая скука. Нет, для Гераклита, Будды и Лао-цзы душа существования – это изменение. А изменение делает все прекрасным.

Молодая женщина – вы бы хотели, чтобы она вечно оставалась такой же молодой, такой же. Но если это произойдет на самом деле, вам станет скучно. Если это случится на самом деле, и молодая девушка при помощи какого-то биологического способа, какой-то научной хитрости… и это возможно! Рано или поздно, человек настолько глуп, что, возможно, он найдет какую-нибудь биологическую хитрость, введет в тело какие-нибудь гормоны, и у человека будет все время один и тот же возраст. Двадцатилетней девушке будет все время двадцать, двадцать, двадцать – вы сможете любить эту девушку? Это будет искусственная девушка. Она будет оставаться прежней, но не будет смены времен года, ни лета, ни зимы, ни весны, ни осени. Эта женщина будет мертва! Вы не сможете любить такую женщину, это будет ужасно. Вам захочется сбежать от этой женщины на край света.

Времена года прекрасны, благодаря сезонам вы каждый момент становитесь новыми, каждый момент – новое настроение, каждый момент – новый оттенок бытия, каждый момент – новые глаза и новое лицо.

Кто вам сказал, что старая женщина некрасива? Старая женщина будет уродлива, если попытается выглядеть по-прежнему молодо, тогда она будет уродлива. Тогда ее лицо будет раскрашено… помада, одно, другое, тогда она будет некрасива. Но если старая женщина принимает свой возраст как нечто естественное, как должное, тогда вы не найдете лица прекраснее, чем у старухи, – морщинистое, сморщившееся за долгие годы, закаленное; в нем много опыта, зрелость, взрослость.

Старый человек становится прекрасным, если он прожил жизнь. Если он не жил, тогда ему хочется цепляться за какие-то моменты в прошлом, которого больше нет. Такой человек уродлив: когда молодость прошла, а вы пытаетесь показать, что молоды, когда секс ушел – должен был уйти, если вы жили, – а вы все еще ищете что-то, что хорошо в свое время, что прекрасно лишь в определенные моменты жизни. Но влюбленный старик – это нелепо, смешно! Он так же смешон, как не влюбленный юноша…

Поэтому говорят «грязный старикашка». Это хорошее выражение. Каждый раз, когда старик думает о сексе, это грязно, это демонстрирует лишь то, что он не вырос. Секс был хорош в свое время, но теперь старик должен готовиться к уходу, теперь он должен быть готов умереть, теперь ему следует делать приготовления, потому что скоро корабль будет готов, и он отправится к неизвестному берегу. Ему следует сейчас к этому подготовиться, а он ведет себя, как юноша или даже как ребенок. Нет ничего более уродливого, чем притворяться чем-то, что прошло, жить в прошлом. Это глупо!

Все прекрасно в свое время, для всего есть свое время. Никогда не нарушайте ход событий. Это то, что я называю смешным – никогда не нарушайте естественный ход событий. Будьте честны в каждом моменте: в молодости будьте молодыми, в старости будьте старыми. Не смешивайте, иначе вы создадите путаницу, а путаница уродлива. На самом деле, с вашей стороны не нужно никаких действий, вам нужно лишь следовать природе. Все, что делаете вы, идет не так. Делать самому – неправильно… просто теките.

В одни и те же реки мы входим и не входим.

Нельзя дважды войти в одну и ту же реку.

Нельзя снова стать молодым, если вы стары. Вы не можете снова стать ребенком, если достигли юности. Если вы находитесь в поре молодости и пытаетесь быть ребенком, значит, вы отстаете в развитии. Это говорит только об одном: что когда вы были ребенком, вы упустили, отсюда уныние. Даже старики мечтают о детстве. Они упустили всю свою жизнь, потому что упустили первый шаг. Когда они были детьми, должно быть, они думали о том, чтобы стать взрослыми, большими, сильными, быть как папа, быть как окружающие взрослые. В детстве они, должно быть, думали об этом и упустили детство, и теперь, в конце жизни, они снова просят детства. Они говорят, пишут стихи о том, как прекрасно детство, какой это рай.

Эти люди упустили. Упустив рай, вы говорите о нем. Если вы прожили его, тогда о нем нет разговоров. Если вы прожили рай своего детства, тогда ваша юность будет прекрасна. Ее фундаментом будет тот рай, который вы прожили в детстве. Она будет изящна и красива. Когда вы прожили молодость, ваша старость становится пиком, Гуришанкаром, Эверестом. И седые волосы на старой голове – как снег на вершине высокой горы. А когда все ушло, все изменилось, все реки пройдены, вы берега знакомы, вы можете отдохнуть. Впервые нет беспокойства. Вы можете быть собой. Некуда идти, нечего делать – вы можете расслабиться!

Если старик не может расслабиться, это означает, что он не прожил жизнь. Если вы не можете расслабиться, как вы можете умереть? А те, кто не может умереть, создают образ вечной души, вечного Бога. Хорошо усвойте: единственное изменение – это Бог. Изменение – единственное, что постоянно в этом мире, только изменение вечно. Все остальное меняется, кроме самого изменения, только изменение является исключением, все остальное меняется.

Все течет, все изменяется.

Все бежит, ничто не стоит.

Вы должны быть готовы! Это то, что я называю медитацией: вы должны быть готовы. Когда что-то уходит, вы должны быть готовы. Вы должны отпустить. Вы не должны жаловаться, не должны устраивать сцен – когда что-то уходит, оно уходит.

Вы любили женщину, любили мужчину, потом наступает момент расставания. И этот момент показывает подлинного человека. Если вы жалуетесь, сопротивляетесь, показываете нежелание, злитесь, становитесь жестокими, разрушительными, то вы совсем не любили этого человека. Если вы любили его, расставание будет красивым. Вы будете благодарны. Теперь пришло время расстаться, вы можете попрощаться от всего сердца, если вы любили человека. Вы будете благодарны! Но вы никогда не любили – вы думали о любви, вы делали все, но не любили. Теперь настал момент расставания, и вы не можете сказать красивое «прощай», потому что теперь понимаете, что упустили суть, упустили время; вы никогда не любили, и этот мужчина, эта женщина уходит. Вы начинаете злиться, становитесь жестокими, агрессивными. Момент прощания обнажает все, потому что это – кульминация. А потом вы всю жизнь будете жаловаться на эту женщину: она разрушила вашу жизнь. Вы будете продолжать жаловаться. Поэтому вы всегда будете чувствовать обиду. Любовь должна превратить вас в цветок. Но так происходит, насколько я могу видеть происходящее вокруг, по всему миру, она всегда ранит.

Пока кто-то с вами, любите, потому что следующий шаг никому не известен, приходит расставание. Если вы по-настоящему любили человека, вы расстанетесь красиво. Если вы любили жизнь, то и с жизнью расстанетесь красиво. Вы будете благодарны. Ваши последние слова перед переправой с этого берега на другой будут полны благодарности за то, что жизнь так много вам дала, жизнь подарила вам столько знания. Жизнь сделала из вас того, кем вы являетесь. Были несчастья, но было и блаженство. Были страдания, но было и счастье. Если вы прожили и то и другое, вы будете знать, что страдание существует для того, чтобы привести вас к блаженству. Ночь существует, чтобы подарить вам новый день. Это гештальт – потому что блаженство не может существовать без страдания, поэтому страдание существует. Вы будете благодарны не только за моменты блаженства, но также и за страдания, потому что без них блаженство невозможно. Вы будете благодарны жизни за все. Вы не будете выбирать, потому что тот, кто прошел через жизнь, вырос, познал, что такое жизнь в ее страдании, в ее блаженстве, придет к осознанию того, о чем говорит Гераклит: Бог – это зима и лето, Бог – это жизнь и смерть, Бог – это день и ночь. Бог – это страдание и блаженство… одновременно!

Тогда вы не скажете, что страдания были напрасны. Если кто-то говорит, что страдания были напрасны, он не вырос. Тогда вы не скажете: «Я бы предпочел лишь моменты блаженства. Мне бы не хотелось страдать, это было напрасно». Если же вы так говорите, значит, вы ребенок, вы незрелы. Вы просите невозможного. Вы просите гор, вершин, без долин. Вы просто глупы. Это невозможно, это не в природе вещей. Долина должна существовать вместе с вершиной. Чем выше пик, тем глубже будет долина. Тот, кто это понимает, счастлив с ними обоими. Бывают моменты, когда вам хотелось бы спуститься с вершины в долину, потому что долина дарит покой. Вершина великолепна – это восторг, это кульминация. Но после восторга и кульминации чувствуется усталость – тогда есть долина. Двигаться в темноту долины, отдыхать, быть забытым, полностью, как будто вас нет… И то, и другое прекрасно: страдание и блаженство, и то и другое. Если кто-то говорит: «Я выбираю только блаженство, я не выбираю страдание», – он не созрел, он все еще не познал, что такое реальность.

Все течет, все изменяется.

Все бежит, ничто не стоит.

Прохладное становится теплым, теплое охлаждается,

влажное высыхает, высохшее увлажняется.

Недуг делает приятным здоровье,

зло делает приятным добро,

голод – насыщение, усталость – отдых.

Не выбирайте! Вы выбираете и попадаетесь в ловушку. Откажитесь от выбора, позвольте жизни течь во всей ее тотальности. Половина невозможна. Это та нелепость, за которую цепляется ум. Он хочет половину. Вы предпочитаете быть любимыми, но не хотите, чтобы вас ненавидели – но любящие также и ненавидят. Вместе с любовью приходит ненависть. А если любящий не может ненавидеть, то он не может и любить. Любовь означает сближение, ненависть – отдаление. Это ритм. Вы сближаетесь – вершина, затем расстаетесь, возвращаетесь к своим индивидуальностям. Вот что означает момент ненависти. Он вновь создает вас, делает готовыми к новому сближению.

Жизнь – это ритм. Это всего лишь центробежный и центростремительный ритм. Все распадается и соединяется, распадается и соединяется.

* * *

В одной мусульманской стране король влюбился в женщину. А эта женщина любила другого, она была влюблена в раба, раба самого короля. Королю было трудно понять, почему эта женщина не обращает на него никакого внимания, хотя он король, и любит ничтожного раба! Король может, не раздумывая, разделаться с этим человеком, как с куском грязи! Но так случилось. Жизнь полна тайн. Математический расчет к ней неприменим. Никто не знает. Вы можете быть королем, но не можете силой вызвать любовь. Он может быть рабом, но любовь превратит его в короля. Никто не знает! Жизнь загадочна. Она – не арифметика и не экономика.

Король перепробовал все, но чем больше он старался, тем больше обрекал себя на неудачу. Тогда он очень сильно разозлился. Но он был действительно влюблен и боялся убить того раба. Он мог бы убить его, одного слова было бы достаточно. Но он боялся, что это причинит боль женщине. А он по-настоящему любил эту женщину, поэтому все еще больше усложнялось – что делать? Это может ее ранить, она может покончить с собой, она так безумно влюблена. Поэтому он спросил мудреца. Этот мудрец, должно быть, походил на Гераклита. Все мудрецы похожи на Гераклита, Гераклит – совершенный мудрец. Тот мудрец сказал:

– Все, что ты делал, – неправильно.

Потому что король всеми возможными способами пытался держать их порознь. Он сказал:

– Это неправильно. Чем больше ты будешь их разделять, тем больше они будут хотеть быть вместе. Держи их вместе, и скоро все закончится. Держи их вместе так, чтобы они не могли разлучиться.

Король спросил:

– Как это сделать?

Тот ответил:

– Приведи их обоих, заставь заниматься любовью и свяжи цепями. Не позволяй их разъединять.

Так и было сделано. Их приковали цепями к колонне, когда они занимались любовью, нагими. Но если вы прикованы к женщине или к мужчине цепями, как долго вы сможете любить эту женщину или этого мужчину? Вот почему в браке любовь исчезает. Вы скованы цепями, узами, вы не можете убежать. Но это был эксперимент.

Через несколько минут они начали ненавидеть друг друга. Через несколько часов они испачкали друг друга – потому что вы не можете терпеть, кишки должны двигаться, урина должна выводиться из мочевого пузыря. Что делать? Несколько часов они сдерживались, чувствуя, что это будет нехорошо. Но есть точка, за пределами которой вы не можете ничего сделать. Кишки зашевелились, мочевой пузырь опорожнил себя, они испачкали друг друга и возненавидели еще больше. Они закрыли глаза, они не хотели больше видеть друг друга. И это длилось двадцать четыре часа – марафон! Через двадцать четыре часа их освободили. Говорят, что больше они никогда не виделись. Они сбежали из дворца, как только их отпустили, и скрылись в разных направлениях. Они никогда больше не виделись.

* * *

Все стало уродливым. Браки становятся уродливыми, потому что они следуют принципу этого мудреца.

Должен быть ритм сближения и расставания, пребывания вместе и в одиночестве. Если вы можете свободно сближаться и снова отдаляться, возникают голод и насыщение. Если вы, не переставая, едите двадцать четыре часа в сутки, тогда не будет ни голода, ни насыщения. Ешьте и затем голодайте! Английское слово для обозначения утренней еды, breakfast, очень удачное. Оно означает «прервать пост»: всю ночь вы постились. Вы должны голодать, если хотите наслаждаться едой. В этом – скрытая гармония противоположностей.

Прохладное становится теплым, теплое охлаждается,

влажное высыхает, высохшее увлажняется.

Недуг делает приятным здоровье…

Так что иногда очень и очень хорошо поболеть. В этом нет ничего плохого. Здоровый человек неизбежно иногда будет болеть. Но у вас другие убеждения: вы думаете, что здоровый человек никогда не должен болеть – это очень глупо. Это невозможно. Только мертвый человек никогда не болеет. Здоровый человек должен иногда болеть. Пройдя через болезнь, он снова обретает здоровье, тогда его здоровье – свежее. Проходя через болезнь, проходя через противоположное, он опять становится новым. Вы когда-нибудь наблюдали? После длительной лихорадки, когда вы выздоравливаете, в вас появляется свежесть, девственность, все тело кажется обновленным.

Если вы будете оставаться здоровыми непрерывно на протяжении семидесяти лет, ваше здоровье будет похоже на болезнь, на смерть, потому что оно никогда не обновлялось, никогда не освежалось. Противоположность всегда дарит свежесть. Оно станет затхлым, если вы никогда не будете болеть, ваше здоровье станет тяжелой ношей. Иногда заболеть – прекрасно. Я не говорю о том, чтобы оставаться вечно в постели, это тоже было бы плохо. Постоянно болеть – это плохо. Все, что становится постоянным, – плохо. Все, что движется и перетекает в другое – хорошо, в этом есть жизнь.

Из-за подобных изречений Аристотель и назвал Гераклита немного неполноценным – неполноценный характер, неполноценная физиология, как-то биологически неполноценный… потому что кто станет говорить, что болезнь – это хорошо? Аристотель логичен. Он говорит, что здоровье – это хорошо, а болезнь – плохо, что болезней необходимо избегать, и если получится совсем избежать их, это будет великолепно. Этим и занимаются ученые всего мира – пытаются полностью искоренить заболевания. Они следуют за Аристотелем. Но я говорю вам: чем больше наука пытается избежать болезней, тем больше их появляется.

Существует масса новых заболеваний, которых не было в мире раньше. Когда вы закрываете одну дверь для болезни, природа сразу же должна открыть другую – потому что без болезни невозможно здоровье, вы делаете глупость. Вы закрываете одну дверь, больше нет малярии, нет чумы – но где-то в другом месте должны были открыться две двери. Если вы будете помешаны на закрывании дверей – а наука закрывает все двери – тогда возникнут более опасные заболевания, потому что, если вы закроете миллион дверей для болезней, природа будет вынуждена открыть очень, очень большую дверь, чтобы сбалансировать миллионы. Так появляется рак. Вы излечиваете легкие заболевания, но создаете заболевания неизлечимые. Рак – новое явление, его раньше не было в мире, и он неизлечим. Почему он неизлечим? Потому что природа отстаивает свой закон. Вы все время лечитесь от всех болезней, поэтому должно быть создано что-то неизлечимое, иначе человечество будет мертвым. Без болезней никто не будет здоров. И это, кажется, произойдет. Похоже, что однажды рак будет излечен, но тогда природа мгновенно создаст что-нибудь еще более неизлечимое.

И запомните: в этой схватке наука не может и не должна победить. Природа всегда будет победителем. Природа мудрее, чем все ваши ученые вместе взятые.

Посмотрите: отправьтесь в примитивное общество, где не существует медицины, где нет врачей, нет науки, которая бы лечила их. Они менее больны и более здоровы. Болезни распространены, но не неизлечимы. До сих пор еще существуют некоторые примитивные общества, которые абсолютно не верят в медицину. Они ничего, в действительности, не делают, по сути, все, что они делают, – это утешают пациента. Мантры, магические приемы – это не лекарства: они просто помогают пациенту пережить это время, потому что природа излечивает сама. Говорят, что если выпить лекарство от простуды, то она вылечится через семь дней, а если не пить – то через неделю.

Природа излечивает сама. На самом деле, природа лечит. Нужно дать ей время, необходимо терпение. Английское слово, обозначающее больного человека, прекрасно (англ. patient — «пациент»; «терпеливый»). Оно означает, что необходимо терпение, что нужно ждать. В действительности, функция врача – помочь пациенту быть терпеливым. Когда ему дают лекарство, это утешает его, он думает: «Теперь что-то делается, скоро меня вылечат». Ему помогают ждать. Врач больше ничего не может сделать. Поэтому работает так много «патий» – гомеопатия, аллопатия, аюрведа – работают тысячи патий, даже натуропатия. Натуропатия означает не делать ничего или делать что-то, что, по сути, ничто. Поэтому даже Сатья Саи Баба имеет успех. Необходимо утешение – работу делает сама природа.

Гераклит не неполноценный, а вот Аристотель – да. В его психологии и биологии чего-то недостает. Но весь западный ум следовал и продолжает следовать за Аристотелем. Если же вы дойдете до самого логического конца, который заключается в том, чтобы сделать человеческое тело абсолютно здоровым, безо всяких болезней, логическим завершением будут пластмассовые органы. Обычное сердце, естественное сердце, должно иногда болеть, уставать, утомляться, требовать отдыха. Пластмассовое сердце не нуждается в отдыхе, оно никогда не устает. А если случится какая-то неполадка, вы можете просто заменить эту часть. Вы можете просто отправиться в пункт технического обслуживания и заменить эту часть, можете носить с собой запасные части. Рано или поздно, все тело – если Аристотель будет иметь успех до самого конца, а Гераклита не будут слушать, не вернут назад в человеческое сознание, – если Аристотель не остановится, логическим завершением будет пластмассовое тело с запасными частями, в венах будет течь не кровь, а какой-нибудь химический состав, который можно выкачать и залить новый.

Но что это будет за человек? Конечно, не будет болезней, но и здоровья тоже не будет. Представьте себе такого человека: что у вас все из пластмассы – пластмассовые почки, пластмассовое сердце, все пластмассовое, пластмассовая кожа, внутри вы тоже полностью из пластика – вы будете здоровы? Вы когда-нибудь сможете хорошо себя чувствовать? Нет, вы не будете болеть, это так. Комары не будут вас кусать – вы можете медитировать, не отвлекаясь на них, они не смогут вас укусить. Но вы будете заключены в капсулу и полностью отрезаны от природы. Не нужно дышать, потому что все может работать на аккумуляторах. Просто вообразите себя полностью заключенными в некий механизм – вы будете здоровыми? Вы никогда не будете болеть, это так, но и здоровы вы никогда не будете. И каждый раз, влюбляясь, вы не сможете положить свою руку на сердце, потому что там нет ничего, кроме пластмассы. Это случится, если Гераклита не услышат. Аристотель неполноценен, а не Гераклит. Аристотель неправ, не Гераклит.

Недуг делает приятным здоровье,

зло делает приятным добро…

Он становится все более и более трудным. Мы можем даже нехотя согласиться: сказать «хорошо, да, без болезни не будет здоровья», но дальше он говорит, что зло делает приятным добро, Бог становится приятным благодаря Дьяволу, благодаря грешникам так прекрасны святые. Если грешники исчезнут, исчезнут и святые. Если же есть настоящий святой, он неизбежно должен быть также и грешником. Для этого существуют только две возможности. Я становлюсь святым, а ты становишься грешником. Это то, чем занимаются религии. Просто разделение труда – ты выполняешь работу грешника, а я делаю работу святого. Но в лучшем мире, в мире, более ориентированном на Логос, а не на логику, хорошо ли заставлять кого-то другого быть грешником, а себя заставлять быть святым? Хорошо ли быть святым за счет кого-то другого? Нет. Тогда в лучшем мире святой также будет и грешником. Конечно, он будет грешить очень свято, это так, это становится все труднее. Тогда он будет похож на Гурджиева: одновременно и грешник, и святой.

Гурджиев – это поворотная точка в истории человеческого сознания. После Гурджиева представление о святости должно быть совершенно иным, оно не может оставаться прежним, старым. Гурджиев стоит на повороте, после которого должен возникнуть новый святой. Поэтому Гурджиева сильно недопонимали, потому что существовали убеждения, что святой должен быть святым, а он был и тем, и другим… Это было трудно понять: «Как человек может быть и тем и другим? Либо он святой, либо грешник». Поэтому о Гурджиеве ходили различные слухи. Некоторые полагали, что в нем было больше дьявольского, чем в ком-либо другом, что он был посланником дьявола. Некоторые считали его величайшим мудрецом из всех когда-либо родившихся. Он был и тем, и другим, и слухи обоих типов правдивы, но и лживы тоже. Последователи думают, что он был мудрецом и пытаются скрыть греховную часть, потому что не могут постичь, как он мог быть и тем, и другим. Поэтому они лишь говорят, что это были только слухи, что это утверждают те люди, которые не понимают. Также есть его противники. Они не могут поверить в его мудрую часть, говоря: «Как такой грешник может быть святым? Невозможно! Обе эти части не могут соединяться в одном человеке». Но в этом вся суть – они обе сосуществуют в одном человеке.

Вы можете сделать только одно: можете подавить одно и изображать другое. Вы можете подавить одно в бессознательном, а другое вынести на поверхность, но тогда ваш святой будет очень поверхностным, а ваш грешник будет скрываться очень и очень глубоко внутри. Либо вы можете сделать прямо противоположное: вынести грешника наверх и подавить святого – этим занимаются преступники. Единственная возможность сделать это – подавить грешника в себе, но этот грешник будет на кого-то воздействовать в другом месте, потому что мы едины.

Гераклит говорит: «Личный разум фальшив». Мы суть одно. Сознание – это сообщество, мы существуем в одной сети. И если я подавлю грешника в себе, то этот грешник всплывет где-то в более слабом звене. Рам – святой, тогда грешник всплывает в Раване. Они едины, это одно явление. Иисус – святой, тогда Иуда, его ученик, который любил его больше всех, становится грешником.

Святые ответственны за грешников, а грешники помогают святым быть святыми.

Но это не хорошо. Если я подавляю что-то в своем сознании так глубоко, что это проникает в коллективное бессознательное… потому что ум таков: сознательный ум – лишь первый слой, который выглядит индивидуальным, кажется личным. Есть и более глубокий слой подсознания, он тоже имеет некий оттенок личного, потому что находится в такой близости от сознательного ума. И есть третий слой коллективного бессознательного, который совсем не является личным, он общий и, на самом деле, вселенский.

Поэтому если я что-то подавляю, тогда сначала это проникает в мое подсознание и создает мне проблемы. Если я подавляю по-настоящему глубоко и буду продолжать подавлять, буду использовать приемы и уловки, чтобы подавить так сильно, что оно просто выпадет из моего подсознания и начнет двигаться в коллективное бессознательное, тогда где-то кто-то, какой-то слабовольный человек, получит это. Из-за того, что я так сильно подавляю, где-то оно неизбежно всплывет на поверхность. Тогда я – Рам, а кто-то становится Раваной. Тогда я – Христос, а кто-то становится Иудой. На днях один из присутствующих здесь саньясинов написал мне письмо, в котором говорится: «Вы – Иисус, а я – Иуда». Но я могу ответить ему, что это невозможно, я – оба. С Христом это было возможно, со мной – нет. Я не допускаю такой возможности.

Что за представление о святом, в таком случае, у меня в уме? Святой, который не подавляет противоположное, но использует его, который не противится ничему, но создает новый порядок вещей. В этой более высокой гармонии даже зло становится добром. В такой гармонии святой использует даже бракованные детали. Великое искусство – быть обоими. Это величайшее искусство, потому что тогда вы вынуждены искать скрытую гармонию в противоположностях. Тогда вы – ни то ни другое, но оба. Даже яд можно использовать как эликсир, но в таком случае вам придется быть очень и очень осторожными. Нужна большая осознанность, чтобы использовать яд в качестве эликсира, чтобы использовать зло как добро, Дьявола – как Бога. Это то же, что Гераклит подразумевает под скрытой гармонией. Он говорит:

Недуг делает приятным здоровье,

зло делает приятным добро,

голод – насыщение, усталость – отдых.

Нет разницы – быть живым или мертвым,

…добро и зло, болезнь и здоровье, грешник и святой.

Нет разницы – быть живым или мертвым,

бодрствующим или спящим, молодым или старым.

Один аспект сменяет другой,

а тот вновь возвращается к предыдущему,

внезапным неожиданным переходом.

Это колесо – инь и ян, добро и зло, мужское и женское, день и ночь, лето и зима. Это колесо, все движется, одно сменяет другое и возвращается снова. Это вечное повторение.

Оно распадается,

а затем снова сливается воедино.

Мы уже раньше встречались, теперь мы встречаемся вновь. Мы уже встречались! Потом природа распадается, затем снова сливается воедино. Таково значение первого фрагмента: «В одни и те же реки мы входим и не входим». Мы снова встречаемся, но мы – уже не те. Мы раньше встречались…

Эта идея охватила одного из величайших гениев прошлого века – Фридриха Ницше. Она настолько завладела им, что он совершенно сошел с ума – идея повторения, вечного повторения. Он говорит, что все случалось ранее, случается теперь, случится снова… не в точности то же самое, но все-таки то же. Кажется весьма странным, если подумать, что вы уже много раз слушали меня раньше и слушаете снова. Это выглядит причудливо, странно, вам некомфортно от самой этой идеи. Но это так, потому что природа собирает людей, потом разъединяет, чтобы потом снова соединить.

Ни один уход не является последним. Ни одно единение не окончательно. Соединение – лишь подготовка для разделения. Разделение – снова подготовка к соединению. И это прекрасно! Это прекрасно.

В одни и те же реки мы входим и не входим.

Оно распадается,

а затем снова сливается воедино.

Всему свое время.

Это – вершина сознания Гераклита. Пусть она глубоко проникнет в вас. Пусть она движется в вашей крови и в вашем сердце. Пусть она станет биением.

Всему свое время.

Многие вещи подразумеваются: вам не нужно прилагать больших усилий. Даже чрезмерные усилия могут быть преградой, потому что ничто не может появиться, пока не настанет его время – всему свое время. Слишком большие усилия могут быть опасны. Слишком большие усилия могут быть попыткой получить что-то, когда его время еще не настало. Это не означает, что не нужно прикладывать никаких усилий… потому что если не прикладывать вообще никаких усилий, это может не прийти даже в назначенный срок. Нужны правильные усилия. Что делает фермер? Он наблюдает за временами года… Когда придет пора сеять, он начнет сеять – никогда не раньше, никогда не позже. Фермер просто ждет нужного момента, а затем сеет и ждет. Он делает все, что необходимо делать, но без спешки.

Поэтому те страны, которые долгое время жили за счет сельского хозяйства, никогда не торопятся. Страны, которые стали технологичными, всегда спешат – потому что с использованием технологий можно получать что-то вне сезона. Страны, занятые сельским хозяйством и занимавшиеся им на протяжении тысячелетий, никогда не спешат, они никогда не думают о времени. Вот поэтому в Индии каждый день происходит так, что кто-то говорит: «Я приду в пять», – и не приходит вообще. Или он говорит: «Я приду ровно в пять», – и приходит в десять вечера…

Фермер не считает часы. Он говорит: «Приду вечером». Вечер может означать что угодно – четыре часа, шесть часов, восемь часов. Он говорит: «Приду утром». Утро может означать что угодно – он может прийти в четыре часа утра или в десять. Он не делит время на часы. Он не может. Не может, потому что он должен жить в соответствии с временами года. Год разделен на сезоны – лето, зима – он должен ждать. Ему нельзя торопиться. Что можно сделать с семенами? Они не послушают вас. Вы не можете послать их в школу, вы не можете их научить. Они не беспокоятся, никуда не торопятся, просто ждут в земле. А когда приходит время, они прорастают. Они не беспокоятся о вас. Вы не можете убедить их, вы не можете поговорить с ними – они живут в своем ритме. Фермер становится глубоким ожиданием.

Станьте как фермер. Если вы сеете семена просветления, понимания, медитации, будьте как фермер, не как техник. Не спешите. С этим ничего нельзя сделать. Все, что можно сделать, вы делаете – и ждете. Не делайте слишком много. Когда вы делаете слишком много, это может стать замаскированным неделанием. Само ваше усилие может стать преградой.

Всему свое время.

И не просите результата. Он приходит в свое время. Если это случится сегодня – хорошо. Если не случится, человек понимания, разума, ясности знает, что время еще не созрело. Когда время созреет, это произойдет. Он ждет, не ведет себя как ребенок.

Инфантильность заключается в том, что вы просите чего-то немедленно. Если среди ночи ребенку понадобится игрушка, он хочет ее немедленно. Он не может уяснить, понять, что нужно дождаться утра, что магазины закрыты. Он думает, что это – лишь отговорки. Она нужна ему немедленно, прямо сейчас. Он думает, что это все уловки, чтобы отвлечь его ум, – что сейчас полночь и магазины не работают – какая связь? Почему магазины не работают ночью? Что не так в полночь? И он знает, что к утру уже обо всем забудет. Это хитрые люди: если он заснет, то к утру уже забудет. Он хочет ее сейчас же. Незрелая страна, цивилизация, незрелая и инфантильная, тоже хочет всего незамедлительно – кофе быстрого приготовления, любовь быстрого приготовления и медитация быстрого приготовления. Чем и занимается Махариши Махеш Йоги: мгновенно, прямо сейчас – занимайтесь по десять минут и через пятнадцать дней вы – просветленный… Выглядит глупо.

Нет, природа не следует за вами или за вашими требованиями. Природа идет по своему пути. Всему свое время. Ждите. Совершите усилие и ждите. Не требуйте незамедлительных результатов. Если вы просите, само ваше прошение будет откладывать событие все дальше и дальше. Если вы можете ждать, ждите терпеливо, пассивно и все же бдительно, наблюдая, как фермер, и вы достигнете. Если вы будете торопиться, то упустите. Если вы очень строго придерживаетесь времени, то не сможете двигаться в медитацию, потому что медитация – это безвременье. Всегда помните: когда вы будете готовы, это произойдет. А готовность появляется в свое время.

Ко мне приходит юноша и говорит: «Я очень, очень напряжен». Для молодого человека естественно быть напряженным. Он говорит: «Я бы хотел быть непривязанным». Но он просит о чем-то не вовремя. Для молодого человека естественно испытывать привязанность. Пока вы не пройдете через страдание привязанности, вы не сможете дорасти до непривязанности. Если же вы будете форсировать непривязанность, то испортите себе всю жизнь, потому что когда было нужное время для привязанности, вы его упустили. Вы пытались притворяться и форсировать непривязанность. А потом, когда приходит время для непривязанности, когда вы стареете, подавленная часть по-прежнему витает над вами, как дымка, вы видите, что приближается смерть, вам становится страшно. Подавленная часть говорит: «Когда же настанет время для меня? Я хотела любви, я хотела привязанности, хотела вовлеченности и преданности в отношениях – а теперь не осталось времени!» Так подавленная часть пробивает себе путь, и старик превращается в глупца, начинает искать отношений. Он все упустил. Он упустил нужное время.

Помните: идите в ногу со временем.

Когда приходит время быть напряженным, будьте напряженными! Что в этом плохого?.. Потому что если вы не напряжены, как вы сможете отдохнуть? Если вы не злитесь, как вы сможете испытывать сострадание? Если вы не влюбляетесь, как вы сможете из этого вырасти? Всему свое время. Все приходит само. Так всегда было, и так всегда будет. Существование огромно, вы не можете навязать ему свой путь. Вы должны наблюдать, куда оно движется, и следовать за ним.

Вот чем невежественный человек отличается от мудреца. Невежественный человек всегда пытается заставить реку течь в нужную ему сторону. У него всегда есть план. Мудрый человек не имеет своих собственных планов. Он просто наблюдает, куда течет река, и течет вместе с ней. У него нет эго, которое бы толкало его, нет конфликта с природой. Он не пытается завоевать природу, он понимает, что это глупо, что ее нельзя завоевать. Как часть может завоевать целое? Нет, мудрый подчиняется целому, становится тенью. Он идет туда, куда движется природа. Он как белое облако, плывущее по небу, он не знает, куда плывет, но не беспокоится… не беспокоится, потому что знает, куда бы ни принес его ветер, это и будет целью. Цель – не установленное явление. Куда бы ни вела вас природа, если вы позволите ей, если останетесь в состоянии отпускания, куда бы она ни привела, это будет блаженством.

Цель везде. Каждый миг – это миг экстаза, нужно только позволить ему случиться. Просто позволяя – отпуская, сдаваясь, вы можете отдыхать, зная, что:

Всему свое время.

Достаточно на сегодня.

* * *

Для получения более подробной информации посетите сайт www.OSHO.com

Это комплексный многоязычный сайт, где вы сможете найти книги Ошо, беседы с Ошо в аудио– и видеоформате, библиотеку архивных текстов Ошо на английском языке и на хинди, а также обширную информацию об Ошо-Центре медитации и отдыха.

Веб-сайты:

http://OSHO.com/resort

http://OSHO.com/allaboutOSHO

http://OSHO.com/shop

http://www.youtube.com/OSHO

http://www.oshobytes.blogspot.com

http://www.Twitter.com/OSHOtimes

http://www.facebook.com/pages/

OSHO.International

http://www.flickr.com/photos/oshointernational

Связаться с «OSHO International Foundation» можно по следующим адресам:

www.osho.com/oshointernational, oshointernational@oshointernational.com

Об авторе

Книги Ошо не поддаются классификации. Его многочисленные беседы охватывают все темы – от поиска человеком смысла жизни до самых насущных социальных и политических проблем современного общества. Ошо не писал книг – его книги представляют собой аудио– и видеозаписи импровизированных устных обращений к слушателям со всего мира. Он говорил: «Помните: все, что я говорю, не только для вас… Я также беседую и с будущими поколениями».

Лондонская газета «Sunday Times» назвала Ошо одним из «тысячи создателей двадцатого века», а американский писатель Том Роббинс охарактеризовал его как «самого опасного человека со времен Иисуса Христа». Газета «Sunday Mid-Day» (Индия) включила Ошо – наряду с Ганди, Неру и Буддой – в десятку людей, изменивших судьбу Индии.

Сам Ошо о своей работе сказал, что он помогает создавать условия для рождения человека нового типа. Он часто называл этого нового человека «Зорба-Будда», который способен наслаждаться как земными радостями, подобно греку Зорбе, так и тихой безмятежностью, как Гаутама Будда.

Все беседы и медитации Ошо проникнуты мировоззрением, включающим в себя как вечную мудрость всех времен и народов прошлого, так и высший потенциал науки и технологии настоящего и будущего.

Ошо также известен своим революционным вкладом в науку внутренней трансформации. Его подход к медитации учитывает ускоренный темп современной жизни. Уникальные «Активные медитации» Ошо призваны, прежде всего, освободить тело и разум от стресса, чтобы затем было легче перенести в повседневную жизнь состояние покоя и свободного от мысли расслабления.

Существуют два автобиографических произведения автора:

«Автобиография духовно неправильного мистика» и «Проблески золотого детства».

Ошо-Центр медитации и отдыха OSHO® Meditation Resort

Расположение. Расположенный в ста километрах к юго-востоку от Мумбаи в процветающем городе Пуна, Индия, Ошо-Центр медитации и отдыха является прекрасным местом для того, чтобы провести здесь отпуск. Центр протянулся более чем на сорок акров по живописной местности, являющейся жилым районом. Прекрасные сады и леса раскинулись на территории Центра.

Уникальность. Ежегодно Центр принимает тысячи посетителей из более чем ста стран. Единственный в своем роде, Центр предоставляет возможность получить уникальный личный опыт нового образа жизни – жизни в большей осознанности, радости и творчестве. Центр предлагает большой выбор часовых и годовых программ. Ничегонеделанье и отдых являются одной из них!

Все программы базируются на идее Ошо о «Зорбе-Будде» – качественно новом человеке, который способен как творчески участвовать в повседневной жизни, так и расслабляться в тишине и медитации.

Медитации. Полное ежедневное расписание для каждого посетителя Центра включает в себя разные методы медитации – как активные, так и пассивные, как традиционные, так и революционные, в том числе «Активные Медитации» Ошо. Медитации проводятся в Аудиториуме Ошо – самом крупном зале для медитаций в мире.

Мульти-институт. Индивидуальные занятия, курсы и семинары охватывают все: от творчества и искусства до холистических методов лечения, трансформации личности, проблем взаимоотношений, проживания важных жизненных этапов, духовного консультирования, эзотерических наук и дзен-подхода к спорту и отдыху.

«Basho Spa». Роскошный спа-салон «Basho», окруженный тропическими деревьями, предлагает отдых в бассейне под открытым небом. Просторные джакузи, сауны, тренажерный зал, теннисные корты – все это усиливает впечатление от потрясающе красивой обстановки салона, оформленного в уникальном стиле.

Кухня. Разнообразные кафе и рестораны на территории Центра предлагают вкусные вегетарианские блюда западной, азиатской и индийской кухни – большинство овощей выращены органическим способом на собственной ферме коммуны. Хлеб и торты пекут в собственной пекарне Центра.

Ночная жизнь. На территории Центра проводится много различных мероприятий – вам будет из чего выбрать. Танцы всегда находятся у посетителей в приоритете! Среди других популярных мероприятий – медитации под звездами в полнолуние, различные шоу, музыкальные представления и медитативные вечера. Либо вы можете приятно провести время, общаясь с отдыхающими в кафе «Plaza», или прогуливаться по садам, наслаждаясь сказочными видами.

Удобства. Вы можете приобрести все необходимые вещи и средства гигиены в «Галерее». Здесь вы также сможете купить разные товары, относящиеся к учению Ошо – их ассортимент очень велик. Кроме того, на территории «Галереи» находятся банки, туристические агентства, интернет-кафе. Для тех, кто любит шопинг, Пуна предлагает большой выбор товаров, начиная с традиционных этнических индийских вещей и заканчивая продукцией знаменитых брендов.

Проживание. Вы можете выбрать проживание в элегантных номерах Пансиона Ошо или остановиться на более долгий срок в Гостиной Ошо (эту возможность предоставляет программа пакета услуг на территории Центра). Либо вам будут предложены такие варианты, как комнаты в отелях или посуточная аренда квартир.

www.osho.com/meditationresort

Content

Ошо
Беседы о Гераклите: тайный смысл древней философии

Глава 1 Скрытая гармония

Глава 2 В глубоком сне даже бодрствуя

Глава 3 Мудрость едина и уникальна

Глава 4 Бог – это день и ночь

Глава 6 Здесь тоже есть боги

Глава 7 Сухая душа – мудрейшая и лучшая

Глава 8 Человек не рационален

Глава 9 Солнце каждый день новое

Глава 10 Природа любит прятаться

Глава 11 Нельзя дважды войти в одну и ту же реку

Об авторе