Джонни Груэлл

Новые истории Тряпичного Энди

Дорогой Джонни!

Увидев на полке в магазине твои книги о Тряпичной Энн и куклы рядом, я не раздумывая купила их. А когда прочитала «Введение» к «Тряпичной Энн», сразу же поднялась на чердак и достала куклу, которую посылаю тебе сейчас вместе с письмом.

Эта игрушка принадлежала моей маме. Маленькой девочкой она играла с тряпичной куклой. Мама очень ею дорожила, я уверена в этом, ведь она сохранила её для меня.

Хочу рассказать тебе о смешных моментах той волшебной детской жизни, когда тряпичная кукла стала и моим другом.

Соседский мальчик удивлял нас, выходя во двор попробовать на вкус червей. Весь мир в то время казался голубым и воздушным. А если было грустно, я со старенькой маминой куклой пряталась в беседке, и вместе мы немного плакали. Я до сих пор могу ощущать объятия её мягких тряпичных ручек (да, мне казалось она меня обнимает) и могу слышать её спокойный голос (в моём воображении она умела говорить), который нашёптывал мне что-то на ухо.

Как ты пишешь в своей книге о Тряпичной Энн, «Волшебная Страна, должно быть, наполнена тряпичными куклами, мягкими, с болтающимися тряпичными ручками и ножками. Вместе с нашими детьми они пускаются в прекрасные приключения, удобно усевшись на руках малышей». Я искренне верю в то, что Волшебная Страна действительно существует и добрые тряпичные куклы пришли оттуда. Как ещё объяснить их удивительный дар – приносить столько радости и счастья?

С благодарностью Тряпичной Энн

У всех знакомых мне маленьких девочек есть твоя книга о Тряпичной Энн и кукла – её героиня. И за то счастье, которое ты им дал, позволь мне подарить тебе самую важную для меня куклу – куклу, которую я любила больше всех на свете.

Пусть этот подарок из Волшебной Страны докажет тебе, что все желания обязательно сбудутся, и, если возможно, добавит ещё больше радости в твою жизнь.

Моя мама называла куклу Тряпичным Энди, и я всегда знала его под этим именем. Когда я прочитала название на обложке твоей книги, я поняла – это настоящее чудо!

Познакомь Тряпичного Энди с Тряпичной Энн, дорогой Джонни. Позволь ему приумножить счастье в твоём доме.

Искренне твоя, «мама» Тряпичного Энди

Уилтон, штат Коннектикут, 1

2 января 1912 года

Дорогой Джонни!

Твоё письмо пробуждает множество приятных воспоминаний и возвращает меня в детство.

Когда мне было четыре года, рядом с нами жила маленькая девочка по имени Бесси. Не могу вспомнить её фамилию. Когда моя мама сшила Тряпичную Энн для меня, мама Бесси сделала то же самое для своей дочери, чтобы мы могли играть вдвоём. Как я помню, между нашими домами не было забора.

Думаю, что куклу Бесси сшили спустя день после появления Тряпичной Энн, хотя не могу с уверенностью сказать, какая игрушка появилась на свет первой. Куклу Бесси назвали Тряпичным Энди. Имена наших новых друзей звучали очень похоже.

Мы играли с ними почти всё время. Потом семья Бесси переехала, мне тогда исполнилось лет восемь или девять. У наших тряпичных кукол были похожие лица. Мама, которая сшила первую куклу, возможно, раскрасила обеих. Я только не помню, как был одет Тряпичный Энди… Но ему часто приходилось носить платья поверх мальчишеских нарядов, когда мы решали, что Тряпичный Энди и Тряпичная Энн должны стать на время сёстрами.

И я точно помню, Джон, что когда-то давно рассказывала тебе истории о Тряпичном Энди.

Не странно ли, что две старые тряпичные куклы встретятся вновь спустя долгие годы? Я бы хотела, чтобы «мама» Тряпичного Энди откликнулась, наверное, мне следует с ней как-то связаться. Возможно, существуют способы найти её.

В любом случае, мне кажется, у тебя есть сюжет книги о другой тряпичной кукле. У Тряпичного Энди, вероятно, накопилось огромное количество удивительных историй за всю его длинную жизнь.

С любовью, твоя мама

Доктор Энди

Тряпичному Энди, Тряпичной Энн, дядюшке Клему и Хенни-голландцу никогда не давали лекарств.

Потому что у них на их нарисованных личиках не было настоящих ртов. И лекарства некуда было наливать.

Иногда Марселла подносила к их губам ложечку с лекарством, но никогда не проливала его на тряпичные лица, только если случайно.

Но французская кукла имела прекрасный, почти настоящий ротик. Он был всегда открыт, и кукла даже показывала зубки, когда улыбалась.

Улыбка светилась и в очаровательных карих глазах француженки, которые открывались и закрывались, если её наклоняли вперёд и назад.

Игрушечное лекарство для кукол помогало почти от всех недугов.

Оно вылечивало круп, корь, коклюш и любую другую болезнь, которая случалась у кукол по желанию маленькой хозяйки.

Несколько дней все куклы лежали в постельках с «корью» и каждые полчаса принимали микстуру.

Куклам она очень нравилась, потому что Марселла сама пробовала её на вкус, перед тем как поить «больных». Она же должна была знать, что средство им поможет.

Поэтому куклам на самом деле доставалось столько же микстуры, сколько самой хозяйке.

Чудодейственное лекарство изготавливалось по старинному рецепту.

Он гарантировал спасение куклы от любой болезни.

Микстуру делали из коричневого сахара и воды. Может быть, и вы давали это средство своим куклам?

Лекарство также легко превращалось в «чай» и «газировку», если куклы в это время не были больны.

Но у Энди, Энн, дядюшки Клема и Хенни рты были нарисованы. Поэтому они страдали другими недугами. Тряпичные куклы могли вывихнуть ручку или ножку, мучиться от головной боли и – самое страшное – иногда у них болели зубы.

Куклы и понятия не имели, что с ними приключилось, до тех пор, пока Марселла не забинтовывала «больную» руку, ногу или голову и не объясняла подробно, что произошло.

Но Тряпичный Энди, Тряпичная Энн, дядюшка Клем или Хенни чувствовали себя одинаково счастливыми с перевязанной из-за зубной боли головой и без волшебного компресса.

Зубов-то у них не было, а значит, они не могли болеть. Но им нравилось радовать Марселлу, и они притворялись, что на самом деле очень страдают. Ведь они любили свою маленькую хозяйку.

Сегодня француженка совсем захворала. Все началось с «крупа», затем он перешёл в «корь», потом в «коклюш» и под конец стал настоящей «тропической лихорадкой», которая мучила куклу целый час.

Приступ начался внезапно.

Француженка тихо сидела на одном из маленьких красных стульев, улыбаясь Тряпичному Энди своей прекрасной улыбкой и показывая ямочки на щеках. Она предвкушала, как весело они будут играть и развлекаться совсем скоро, когда в доме все уснут.

Тут Марселла и обнаружила у французской куклы «круп» и уложила её в кроватку.

Француженка закрыла глаза, когда её положили (так уж она была устроена), но по-прежнему улыбалась, показывая ямочки на щеках.

Марселла положила в лекарство в два раза больше сахара, чем обычно, и налила несколько капель в открытый рот французской куклы.

Потом она давала по одной «ложке» микстуры почти каждую минуту.

Но во время лечения «тропической лихорадки» девочку позвали к ужину, и ей пришлось оставить кукол одних.

Марселла больше не играла с ними тем вечером. Куклы ждали её там, где она их оставила. Но их маленькая хозяйка и взрослые хозяева, видимо, пошли спать.

Тряпичный Энди спрыгнул со стула и завёл музыкальную шкатулку.

– Давайте начнём с весёлого танца! – воскликнул он.

Он подхватил француженку и кружился в танце по полу детской, пока не обнаружил, что её нежные карие глазки закрыты. Они так и не открывались с того момента, как Марселла положила её «больную» в кроватку.

Куклы собрались вокруг Тряпичного Энди и француженки.

– Я не могу поднять реснички! – пожаловалась она.

Тряпичный Энди попытался ей помочь своими мягкими тряпичными ручками, но у него ничего не получилось.

Все вместе они потрясли её немного. Это иногда помогает, когда куклы не могут открыть глаза.

Потом потрясли ещё немного. Бесполезно – глаза оставались закрытыми.

– Это, должно быть, из-за липкой, сладкой «микстуры»! – предположил дядюшка Клем.

– Я тоже думаю, что всё случилось из-за лекарства! – ответила француженка. – Эта «микстура», кажется, протекла внутрь моей головы, я до сих пор её чувствую!

– Думаю, она засохла и мешает твоим глазам открываться! – сказал Тряпичная Энн. – Что же нам делать?

Энди и Энн ходили из угла в угол по детской, пытаясь найти решение. Они наморщили лобики ручками. Так думать получалось гораздо лучше.

Наконец у Тряпичного Энди возникла идея.

– Я придумал план! – закричал он и подбежал к стоящим около француженки куклам. – Мы должны перевернуть её вверх тормашками. Тогда «лекарство» выльется через дырочку – я видел однажды, она спрятана в её волосах!

– Меньше слов – больше дела! – поторопил кукол дядюшка Клем.

Он взял француженку за пояс и перевернул вверх ногами.

– Может быть, уже готово? – спросила Тряпичная Энн, когда дядюшка Клем держал куклу перевёрнутой уже больше пяти минут.

Но когда француженку снова поставили на ноги, её глаза по-прежнему не открывались.

А в это время Энди сидел в углу, размышляя так напряжённо, как только могла его тряпичная голова.

Он думал и думал до тех пор, пока его веревочные волосы не выпрямились от напряжения и не задергались.

«Если лекарство не выливается через дырочку в голове, когда мы держим француженку вверх тормашками, – представил себе Тряпичный Энди, – то, выходит, оно очень густое и липкое и не может протечь в маленькую дырочку».

И он продолжил усердно решать проблему.

Наконец Энди повернулся к остальным и громко сказал:

– Кажется, я могу придумать только один способ помочь ей открыть глаза. Нужно снять её волосы, и голову промыть изнутри водой.

– Почему же я сама не догадалась? – спросила себя Энн. – Именно это нам и нужно сделать!

Тряпичная Энн ухватила француженку за ноги, а Энди – за кудрявые волосы, и они начали тянуть в разные стороны.

Другие куклы встали за Тряпичным Энди и Тряпичной Энн, и все вместе сильно-сильно потянули в разные стороны. Раздался громкий треск, и волосы француженки оторвались от головы. Куклы этого не ожидали и кубарем покатились по полу.

Смеясь, они поднялись и поставили француженку на ноги. А потом внимательно осмотрели её голову изнутри.

Так и есть, липучее «лекарство» загустело и не давало кукле поднять веки.

Тряпичный Энди засунул руку в голову куклы и нажал на её глаза, чтобы они открылись.

Получилось! Но теперь глаза не хотели закрываться. Француженка попробовала несколько раз.

Тряпичный Энди побежал на кухню, принёс чашку тёплой воды и тряпку.

Мокрой тряпочкой он аккуратно оттёр всю микстуру и внутри, и снаружи головы француженки. Кроме сладкого «лекарства» там оказались ещё крошки печенья и крекеров.

Их Энди вычистил тоже. А потом взял клей и надёжно прикрепил мягкие кудряшки обратно к голове куклы.

Теперь с красивой причёской француженка выглядела как новая.

– Большое всем спасибо! – поблагодарила она, качаясь вперёд-назад, чтобы ещё и ещё раз с удовольствием открыть и закрыть глаза.

Тряпичный Энди снова завёл музыкальную шкатулку и, подхватив француженку за талию, беззаботно закружился по комнате. Так они танцевали, пока петухи, живущие по соседству, не закукарекали и не наступило утро. Поняв, что хозяева могут вскоре проснуться, куклы закончили игры и расположились там, где Марселла оставила их вечером.

Так она и увидела своих кукол, войдя утром в детскую. Француженка лежала в постели, и глаза её были закрыты. Она улыбалась лучезарной счастливой улыбкой. Легко быть счастливой, когда у тебя есть верные и находчивые друзья.

А девочка так никогда и не узнала, как Тряпичный Энди вылечил французскую куклу от настоящей кукольной болезни.

Где улыбка Тряпичного Энди?

Улыбка Тряпичного Энди исчезла!

Не совсем, конечно, но большая часть её куда-то делась. И теперь Энди улыбался только половинкой нарисованного рта.

Посмотришь слева – Энди улыбается. Посмотришь справа – нет.

В этом не было его вины, и половинка улыбки совершенно его не смущала.

Он чувствовал себя таким же счастливым и весёлым, как всегда. И, возможно, даже не узнал бы о пропаже. Однако куклы рассказали ему, что у него осталась только часть широкой солнечной улыбки.

Но и Марселла была совершенно ни при чём. Откуда ей было знать, что Дики (её младший братишка) угощал Тряпичного Энди апельсиновым соком и смыл правую половинку улыбки? А ещё оставил на щеке Энди большое жёлтое пятно.

Марселла очень расстроилась, когда она увидела, что сделал Дики.

Дики, наверное, тоже пожалел бы о своём поступке, но ему было всего два года, и он пока мало о чём жалел.

Он только поплакал немного, когда Марселла не позволила больше поить Энди соком и забрала его.

Вечером перед сном маленькая хозяйка обнимала и целовала Тряпичного Энди дольше, чем других кукол. Куклы понимали, почему она так делает, и были счастливы за него. Они всегда радовались, когда кого-то из них больше целовали и обнимали. И никогда не завидовали друг другу.

А ещё в тот вечер Марселла повесила по малюсенькому чулочку на спинку кроватки каждой куклы.

Как вы уже, наверное, догадались, был канун Рождества. Девочка очень надеялась, что Санта-Клаус увидит маленькие чулочки и положит в них какой-нибудь подарок для каждой куколки.

Уже ночью, когда дом затих, француженка рассказала Тряпичному Энди, что большая часть его улыбки стёрлась.

– Правда?! – удивился он. – Я всё ещё чувствую её! Она должна быть там!

– Но она исчезла! – подтвердил дядюшка Клем. – Это всё апельсиновый сок!

– Но я по-прежнему чувствую себя счастливым, – сказал Тряпичный Энди. – Так давайте поиграем во что-нибудь весёлое! Есть идеи?

– Я думаю, нам нужно попробовать отмыть твоё лицо! – сказала практичная Тряпичная Энн. Она всегда была как мама для других кукол, когда они оставались одни.

– Ничего не получится… – засомневалась француженка. – Я помню, как однажды на моё хорошенькое белое платьице тоже пролили апельсиновый сок. И пятно никак не отстирывалось!

– Очень плохо! – сказал Хенни. – Мне уже не хватает улыбки Энди, когда я гляжу на него!

– Тогда тебе надо всегда смотреть слева, чтобы видеть мою улыбку! – весело хихикал Энди. – Я хочу, чтобы вы поняли, – продолжал он, – я всё равно улыбаюсь, видна вам моя улыбка или нет!

Сказав это, Энди схватил за руки дядюшку Клема и Хенни и ринулся к двери детской. За ними побежали и другие.

Тряпичный Энди хотел прыгнуть и скатиться кубарем по ступенькам. Ведь он знал, что ему, дядюшке Клему, Энн и Хенни не будет больно. Они же были мягкими и не могли ничего себе сломать…

Но добежав до дверей, куклы так неожиданно затормозили, что свалились в кучу. В дверях стоял человек и с удивлением и интересом наблюдал за происходящим.

Куклы попадали, кто как успел. Они же не хотели позволить человеку узнать, что игрушки могут разговаривать и двигаться, как люди.

Куклы свалились друг на друга, а Энди, бежавший впереди, заскользил по полу прямо под ноги человеку.

Раздался весёлый смех. Пухлая рука взяла Тряпичного Энди и перевернула его.

Энди увидел весёлое круглое лицо с маленьким красным носом и румяными щеками, длинная борода была белая как снег.

Маленький, толстый человек зашёл в детскую, поднял кукол с пола и стал их внимательно разглядывать. А куклы рассматривали его. Потому что они никак не ожидали встретить кого-то в доме ночью. Незнакомый гость двигался легко и бесшумно. И встреча была совсем неожиданной.

Маленький человек с белоснежной бородой посадил кукол в ряд. Потом он достал из кармана бутылочку и тоненькую кисточку. Он окунул кисточку в бутылочку и дотронулся ею до лица каждой игрушки.

Наверное, он нарочно оставил Тряпичного Энди напоследок, чтобы все куклы могли видеть, что случится. И вот весёлый белобородый гость в красном кафтане дотронулся до лица Тряпичного Энди своей волшебной кистью, и пятно от апельсинового сока исчезло. А вместо него вернулись яркий румянец и лучезарная улыбка.

Гость повернул Энди лицом к друзьям, и тот увидел, что у всех на лицах появились свежие краски, куклы выглядели совсем как новые. Даже треснутая когда-то голова Сьюзан стала целой.

Хенни-голландец был так удивлён, что покачнулся назад и сказал: «Скрип!»

Услышав это, незнакомец взял Хенни в руки. Потом он дотронулся кисточкой до его спины, как раз там, где был механизм, который помогал Хенни говорить «мама», когда он был ещё новой куклой. И случилось чудо! Маленький весёлый гость покачал Хенни вперёд-назад, и голландец снова стал говорить «мама».

Перед уходом странный добрый гость положил что-то в чулочек каждой куклы.

Уже у двери он обернулся, посмотрел на кукол и весело погрозил им пальцем. А потом удалился так же тихо, как вошёл.

Тряпичный Энди слышал, как он смеётся, спускаясь по лестнице.

Энди прокрался на цыпочках сначала к двери, а потом на лестничную площадку. Жестом позвал друзей за собой.

С верхней площадки игрушки следили, как весёлый человек с белоснежной бородой достаёт красивые вещи из большого мешка и укладывает их перед камином.

– Он не знает, что мы следим за ним, – были уверены куклы.

Но закончив работу, он быстро обернулся и засмеялся, глядя на них. Ведь волшебный гость знал, что за ним наблюдают.

Снова весело погрозив им пальцем, человек с бородой повесил на плечо свой большой мешок и со свистом, похожим на ветер за окном, вылетел в каминную трубу.

Куклы тихонько вернулись в детскую и уселись, чтобы поразмыслить над произошедшим. И тут они услышали: «Динь, динь, динь» – звон маленьких колокольчиков на санях. Он становился всё слабее и слабее и исчез где-то вдали.

Не говоря ни слова, полные счастья и восторга, куклы забрались в свои кроватки. Они легли так, как устроила их маленькая хозяйка вечером, и накрыли уголками одеялец свои румяные щёчки.

Тряпичный Энди лежал тихо-тихо, его глаза-пуговки счастливо смотрели в потолок, а сам он снова улыбался во весь рот широкой весёлой улыбкой – не половинкой, как совсем недавно.

Деревянная Лошадка

Санта оставил целую кучу игрушек.

И среди них деревянную Лошадку, покрытую кантонской фланелью. На Лошадке были нарисованы чёрные пятнышки. Таких лошадок называют ещё серыми в яблоко.

Вместе с деревянной Лошадкой появилась и замечательная красная повозка с жёлтыми колёсами. Она просто сияла.

Лошадка была запряжена в повозку. Кожаная упряжь блестела ярким лаком, и Лошадка гордо красовалась на красной платформе с четырьмя металлическими колёсиками.

Правда, у деревянной Лошадки глаза были нарисованы так далеко друг от друга, как у верблюда. Поэтому всем, кто смотрел на неё прямо, Лошадка казалась одноглазой. Зато у неё были мягкие кожаные уши и шёлковая грива и хвост.

На Лошадку было приятно смотреть. Куклы трогали её шёлковую гриву и ощупывали блестящую лакированную упряжь, когда остались одни в детской.

У новой игрушки был странный голос. Поначалу куклы почти не понимали слов. Но когда Лошадка перестала смущаться, то заговорила хорошо и внятно.

– Я в первый раз пробую говорить, – объяснила она, познакомившись с куклами. – И мне кажется, что слова идут из моего живота, а не из головы!

– Тебе понравится в детской! – сказал Тряпичный Энди. – Мы так весело проводим время! Я уверен, ты полюбишь наш дом!

– Не сомневаюсь в этом! – ответила деревянная Лошадка. – Там, откуда я пришла, лошади молча стояли на полках и только изредка махали хвостами.

– Попробуй, можешь сейчас пошевелить хвостом? – спросил Хенни.

Лошадка неожиданно поехала по полу детской, и если бы Тряпичная Энн не оказалась на её пути, то Лошадка могла бы врезаться в стену. А так она врезалась прямо в Энн, опрокинула её и остановилась. А колёса повозки придавили тряпичные ноги.

Лошадка замерла и стояла спокойно, пока Тряпичный Энди, Хенни и дядюшка Клем отодвигали повозку, освобождая ноги Энн.

– Мой хвост шевелился? – спросила она, когда Тряпичная Энн встала и начала поправлять чулочки.

– Попробуй ещё раз! – ответила Энн. – Я не успела посмотреть!

И улыбнулась своей весёлой тряпичной улыбкой. Чтобы ни случилось, Тряпичная Энн никогда не теряла самообладания.

Лошадка и повозка подались назад и повалили Хенни на спину, заставив его сказать «Мама!» скрипучим голосом.

Дядюшка Клем, Тряпичная Энн и оловянный солдатик пытались остановить неумелую игрушку, ведь она уже выехала из детской прямо на лестничную площадку.

Куклы толкали Лошадку обратно в комнату.

– Это весело, – сказала она. – Я двигаюсь то вперёд, то назад, когда хочу помахать хвостом!

– Я думаю, это потому, что ты долго стояла на полке без движения, – предположил Тряпичный Энди. – Попробуй двинуться вперёд!

Дядюшка Клем, который стоял как раз перед мордой Лошадки, отпрыгнул в сторону так поспешно, что потерял равновесие и упал.

Но деревянная Лошадка не покатилась вперёд, как ожидал дядюшка Клем. Вместо этого она пару раз ударила сама себя хвостом по спине.

– Ура! Теперь ты помахала хвостом! – хором воскликнули куклы, как будто деревянная Лошадка сделала что-то по-настоящему замечательное.

– Это легко! – сказала Лошадка. – Если я хочу двигаться вперёд или назад, мне надо всего лишь помахать хвостом, и я поеду на своих блестящих колёсиках. Сейчас я попробую с помощью хвоста прокатиться туда-сюда!

Но вместо того чтобы ехать вперёд, деревянная Лошадка крутилась за своим хвостом.

– Я просто хотела увидеть свой хвост! – объяснила она. – А теперь я поеду вперёд!

И тут же покатилась по комнате.

Когда Лошадка научилась ловко передвигаться на своих колёсиках, Тряпичный Энди крикнул:

– Все на борт! – и легко запрыгнул ей на спину. Дядюшка Клем, Тряпичная Энн, Хенни и Сьюзан забрались в красную повозку.

Деревянная Лошадка поняла, как это весело. Она кружила и кружила по детской. Её блестящие колёса и прекрасные жёлтые колёса повозки громко скрипели. Так громко, что ни одна из кукол не услышала тихие голоса маленьких куколок, которые не могли сами забраться в повозку. Наконец, когда гружённая куклами повозка проехала совсем близко, Тряпичный Энди заметил крошек. Они грустно стояли рядом и пропускали всё веселье. Энди свесился в их сторону, схватил куколок своими сильными тряпичными руками, поднял и усадил на спину коня.

– Ура! – крикнули куклы, когда увидели, с какой ловкостью Тряпичный Энди сделал это. – Как в шоу «Дикий Запад»!

– Теперь мы можем веселиться все вместе! – сказал Тряпичный Энди.

– Браво! – воскликнул дядюшка Клем. – Чем больше мы даём радости друг другу, тем больше веселья и счастья у всех нас!

Деревянная Лошадка кружила и кружила по детской, ей очень нравилось слышать радостный смех кукол. И она думала про себя: «Как я счастлива, что буду жить в такой весёлой компании!»

Вдруг, когда она проезжала мимо двери, с лестницы послышался шум. Деревянная Лошадка встала как вкопанная. Тряпичный Энди и куколки от неожиданности полетели через её голову на пол, а куклы из повозки оказались на спине коня.

Игрушки замерли, не желая, чтобы кто-то узнал, что они живые.

– Ха! Ха! Ха! Ха! Я так и знала, что у вас тут весело! – сказал кто-то задорно.

Куклы узнали голос француженки и снова ожили. Ах, в каком чудесном костюме она вернулась, как развевались за спиной её волосы, когда она вбежала в детскую.

Тряпичный Энди как раз хотел снова залезть на Лошадку, когда француженка его опередила. Она легко запрыгнула на спину Лошадки. Деревянная Лошадка рванула с места, а кукла, как балерина, балансировала на одной ножке. Так они и понеслись по детской. А Тряпичный Энди и куколки бежали следом. Потом дядюшка Клем помог куклам снова забраться на спину Лошадки.

Когда деревянная Лошадка наконец остановилась, все воскликнули хором:

– Так чудно мы давным-давно не веселились!

Деревянная Лошадка была счастлива от шёлковой гривы до сверкающих колёсиков:

– Так чудно я никогда не веселилась!

Куклы смотрели на Лошадку с любовью. Ведь она доставила им столько радостных минут просто потому, что они ей нравились. А вы, конечно же, знаете, что самое большое счастье в мире – это дарить счастье другим.

«Ангелы» на снегу

– Ура! Как хорошо снова вернуться домой! – воскликнул Энди, вытягивая тряпичные ножки поближе к кукольной плите и потирая тряпичные ручки, чтобы согреться.

Куклы смеялись. Ведь они знали, что в кукольной плите никогда не бывает огня.

– Мы так счастливы снова тебя видеть! – сказали они Тряпичному Энди. – Мы очень-очень скучали по тебе!

– Ну, – ответил Энди, все так же потирая ручки над маленькой плитой, – я тоже скучал по всем вам. Сколько раз я мечтал, чтобы вы были рядом и веселились и радовались вместе со мной.

Тут дядюшка Клем решил спросить, зачем Энди сушит руки над кукольной плитой, в которой нет и никогда не было огня.

Тряпичный Энди улыбнулся и облокотился на спинку стула.

– И правда, – сказал он, – я не задумывался об этом, просто хотел высушить руки и согреться.

– Где же ты так промок и замёрз? – спросила француженка.

– Ах, столько всего со мной случилось! – ответил Тряпичный Энди. – Сначала я насквозь промок и потом совсем замёрз!

– Замёрз?! – хором воскликнули куклы.

– Да, верно! – засмеялся Энди. – Вот взгляните сюда! – Он засучил рукав рубашки и показал место, где была пришита рука. – Нитка немного порвалась! – улыбнулся он.

– Как же это могло произойти, милый Энди?! Ты зацепился за гвоздь? – спросил Хенни-голландец, взяв его за ручку.

– Рука замёрзла! – просто ответил Тряпичный Энди.

Куклы собрались около него, чтобы потрогать тряпичную руку.

– Сейчас уже всё хорошо! – засмеялся он. – Но вы бы видели, как это произошло! Я совсем превратился в ледышку, а когда Марселла пыталась разогнуть мою руку, она – хлоп! – и оторвалась.

Тогда меня положили в кастрюлю с тёплой водой, чтобы вата внутри меня растаяла. А потом я висел над кухонной плитой в бабушкином доме.

– Но как же так получилось, что ты сначала промок, а затем стал ледышкой? – встревожилась Тряпичная Энн.

– Прямо через дорогу от бабушкиного дома есть чудесный пруд, – объяснил Тряпичный Энди. – Летом его берега покрыты прекрасными цветами, а маленькие зелёные лягушки сидят на водяных лилиях. По ночам они квакают хором, а мерцающие звёзды отражаются в зерка ле воды. Но когда мы с Марселлой ездили к бабушке на прошлой неделе, бабушка встретила нас на санях. Сейчас зима и вся земля замёрзла. Чудесный пруд затянут льдом и покрыт белым-белым снегом. Там так красиво!

Бабушка подарила Марселле новые санки, красные, с блестящими полозьями.

Мы немного посидели за чаем в доме, а потом пошли на пруд кататься на санках.

Было очень весело! Один берег пруда высокий, как горка. Мы скатились с него прямо на лёд – быстро-быстро, аж дух захватывало.

Чтобы стало ещё веселее, Марселла перевернула санки. Мы упали прямо в снег. И вывалялись в нём. Потом Марселла учила меня рисовать ангелов на снегу!

– О, расскажи нам, Тряпичный Энди, как рисовать ангелов! – закричали куклы.

– Это очень легко! – ответил Энди. – Марселла легла на спину на снег и вытянула руки над головой. Потом она стала опускать и поднимать руки, разгребая ими снег на льду, вот так. – Тряпичный Энди лёг на пол и показал куклам, как нужно делать. – А когда она встала, на снегу остался отпечаток её туловища и ног, и там, где она двигала руками, – «крылья ангела»!

– Должно быть, и правда похоже на ангела! – сказал дядюшка Клем.

– Да-да, получилось очень красиво! – ответил Тряпичный Энди. – Марселла нарисовала ещё много маленьких «ангелов», укладывая меня в снег и двигая моими ручками. Вот так я и промок. Сначала я упал с саней, потом рисовал на снегу «ангелов». Моя вата пропиталась водой, и я стал тяжёлым и неповоротливым! Мы долго играли, и наконец бабушка позвала внучку домой съесть прекрасный свежий пончик. И Марселла, решив, что через минуту вернётся, оставила меня лежать на санках. Я лежал, и лежал, и лежал. Лёд потихоньку сковывал мои ручки и ножки. А потом вата внутри меня начала трещать, замерзая.

Я оставался на санках до самого заката. Прилетели синички, сели рядышком и беседовали со мной на своём прекрасном птичьем языке. А я смотрел вверх. Солнце клонилось к горизонту, и небо становилось сначала красновато-золотистым, затем багровым и наконец тёмно-синим. Уже было совсем темно, когда я услышал, что кто-то идёт по снегу, потом я увидел жёлтый свет фонарика. Это была бабушка.

Она повезла санки к дому, но не увидела на них меня, пока не подошла к освещённому кухонному окну. Тогда бабушка забрала меня с собой в дом.

– Он замёрз и твёрдый, как доска! – сказала она Марселле.

Марселла не сказала, почему оставила меня. Но как я понял позднее, она сильно промочила башмаки и чулки, поэтому бабушка заставила её переодеться и не разрешила больше выходить на улицу.

Как бы там ни было, – закончил Тряпичный Энди, – когда Марселла попыталась выпрямить мою замёрзшую ручку, некоторые нитки порвались. И вот теперь рука болтается. Пока мы гостили у бабушки, я почти всё время был мокрым и замёрзшим. Но это не мешало мне радоваться, и я хотел бы, чтобы всем было радостно вместе со мной.

И Тряпичный Энди снова склонился над кукольной плитой, потирая свои тряпичные ручки.

Дядюшка Клем принёс из мусорной корзины несколько жёлтых и красных листочков бумаги. Он разорвал их на кусочки и положил в топку плиты. Теперь было похоже, будто из неё вырываются языки пламени!

В детской зазвенел весёлый, задорный смех кукол. Тряпичный Энди отвернулся от плиты и, подхватив Тряпичную Энн за талию, закружился с ней по полу детской. Они кружились так быстро, что не заметили, как выскочили прямо на лестницу. Не удержавшись, куклы покатились кувырком вниз. «Бам! Бум! Бам!» – весело стучали по ступенькам их тряпичные головы. Смеясь, они остановились где-то посередине лестницы.

– Кто последний – тот деревяшка! – крикнула Тряпичная Энн, вскакивая на ноги. И, придерживая тряпичными ручками юбочку, побежала наверх к остальным.

– Ура, Тряпичной Энн! – благородно сказал Тряпичный Энди. – Она выиграла!

Он, как всегда, не стал портить веселье мелкими обидами и спорами.

Поющая ракушка

Многие годы на полу в бабушкином доме лежала большая морская ракушка. Её гребешок из рожек был шершавым на ощупь, но тем более красивой и гладкой она была изнутри.

Марселла частенько рассматривала ракушку. Её восхищали переливающиеся цвета, которые можно было увидеть, заглянув внутрь.

А однажды бабушка подарила ракушку Марселле.

– Положи её перед дверью комнаты, ветер не будет дверью хлопать и прищемлять пальцы! – смеялась бабушка.

Марселла так и сделала. Положила ракушку у двери в детскую. Когда всё в доме стихло, куклы стали рассматривать новую игрушку, пытаясь угадать, кто она.

– Кажется, у неё есть рот! – сказал Хенни. – Может быть, она умеет говорить?..

– Осторожно, у неё есть зубки! – предупредила француженка. – Она может кусаться!

– Я не верю, что она укусит, – возразил Тряпичный Энди, встав на колени и заглянув в ракушку. – Марселла никогда бы не положила её сюда, если бы она была злой!

С этими словами Тряпичный Энди засунул тряпичную ручку в ракушку.

– Она не кусается! Я знал, что она не укусит! – крикнул он. – Только пощупайте, какая гладкая она изнутри!

Куклы по очереди трогали ракушку и удивлялись, какая она гладкая внутри и шершавая снаружи. С помощью дядюшки Клема и Хенни Тряпичный Энди перевернул ракушку, чтобы куклы смогли заглянуть в неё.

Она переливалась и поблескивала разноцветными крапинками: кремовыми и бледно голубыми – и была похожа на драгоценный камень. Энди почти засунул свою тряпичную голову в самую глубину ракушки и что-то услышал.

– Она шепчет! – удивлённо сказал он, выпрямляясь.

Куклы заглядывали в ракушку, чтобы убедиться: действительно шепчет! Но вот понять, что она хотела им сказать, не могли.

Наконец Тряпичный Энди предложил куклам лечь на пол и притаиться.

– Если мы будем вести себя тихо-тихо, то наверняка сможем разобрать, что она говорит! – объяснил он.

Куклы улеглись на пол, прямо перед переливающимся «ртом» раковины, и стали слушать. В тишине её шёпот стал яснее и понятнее.

Вот история, которую рассказала ракушка маленьким куклам той ночью.

– Давным-давно я жила в глубоких водах синего океана и лежала на жёлтом песке морского дна. Шелковистые морские водоросли росли возле моего домика и тянулись длинными стеблями к поверхности воды.

В саду водорослей весело играли юркие разноцветные рыбки.

В глубине океана всегда царил покой. Даже когда наверху бушевали штормы, бросая огромные волны, там, где жила я, было тихо и спокойно.

Много раз рыбки-малютки и другие крохотные жители океана прятались в моём красивом домике, спасаясь от злых и хищных обитателей глубин. Я была счастлива, давая им защиту.

Они не покидали меня до тех пор, пока я не шептала им, что опасность позади и можно снова продолжать весёлые игры.

Маленькие морские коньки с изящно изогнутыми телами проплывали надо мной или отдыхали на моём домике. Как прекрасно было лежать и рассматривать, как их завитые хвостики переплетаются с водорослями. Мне очень нравилось разговаривать с ними и видеть, как они добры друг к другу, как кормят своих малышей и ласково поглаживают их своими симпатичными носиками.

Но однажды к тому месту, где я жила, спустился водолаз. Тысячи моих маленьких друзей кинулись в разные стороны, чтобы скрыться в морских глубинах. А водолаз подобрал меня со дна и, сильно оттолкнувшись, поднялся на поверхность.

В лодке он вылил из меня воду. И я увидела, как вместе с ней в океан вернулись крошечные существа, которые до этого, оказывается, прятались во мне.

Тряпичный Энди даже подполз ближе к ракушке, так ему стало интересно.

– Смогли ли те маленькие создания целыми и невредимыми вернуться в море? – спросил он взволнованно.

– О да! – прошептала в ответ ракушка. – Человек бросил меня на дно лодки, а мои маленькие жители уже были в воде, и им ничего не грозило!

– Я так рад! – сказал Энди со вздохом облегчения. – Должно быть, он был добрым человеком!

– Да, несомненно! – ответила прекрасная раковина. – Я оказалась среди других ракушек в лодке, потом к нам попала ещё одна, и ещё одна, и ещё… Мы перешёптывались и размышляли о том, куда плывём. А на берегу нас продали разным людям. Так я появилась в бабушкином доме много-много лет назад.

– Ты жила там, когда бабушка была совсем маленькой девочкой, правда? – спросила Тряпичная Энн.

– Да, – ответила ракушка. – Я жила там с тех самых пор, когда бабушка была маленькой девочкой. Она часто играла со мной и слушала, как я пою.

– Энн умеет играть на пианино песню «Питер, Питер, тыквоед» одной рукой, – сказал дядюшка Клем, – но ни один из нас не может петь. Ты споёшь нам? – спросил он ракушку.

– Я всегда пою, – ответила она. – Я не могу не петь. Но моё пение – тайна, и поэтому я пою очень тихо. Прислони своё ушко к моему рту и послушай!

Куклы по очереди подносили ракушку к уху и услышали её тихое, нежное пение.

– Удивительно, её голос звучит будто издалека! – воскликнула француженка. – Так поют эльфы! Должно быть, ракушка поёт песни эльфов и русалок!

«Как странно, что можно быть одновременно грубой и шершавой снаружи и такой прекрасной и нежной внутри!» – задумался Тряпичный Энди, а вслух сказал:

– Наверное, очень приятно уметь так сладко петь!

– Да, это правда! – ответила ракушка. – И я счастлива, что всё время пою.

– Мы будем рады, если тебе всегда будет хорошо! – сказал Энди. – Хотя ты не можешь играть с нами, но мы будем знать, что ты счастлива, потому что любишь петь и прекрасно поёшь. И мы от этого тоже будем счастливы.

– Я расскажу секрет моего пения, – сказала ракушка. – Когда кто-то подносит меня к уху и слушает, он слышит музыку своего сердца, его пение. Вы поняли, какие мелодии звучат во мне? Я пою только для тех, кто полон радости и любви, для тех, кто слышит музыку своей души, как если бы она была моей.

– Как бескорыстны и добры твои слова! – воскликнул Тряпичный Энди. – Мы очень рады, что ты теперь с нами! Да? – спросил он, поворачиваясь к куклам.

– Да! – ответили все, даже самые маленькие куколки.

– Поэтому ракушка такая красивая внутри! – сказала Тряпичная Энн. – Тот, кто добр и бескорыстен, может носить грубую одежду, но в сердце своём он будет всегда прекрасен, как прекрасна эта ракушка. Бескорыстные души дарят радость, делясь своим солнечным светом и отражая счастье других!

Content

Джонни Груэлл
Новые истории Тряпичного Энди

С благодарностью Тряпичной Энн

Доктор Энди

Где улыбка Тряпичного Энди?

Деревянная Лошадка

«Ангелы» на снегу

Поющая ракушка