Павел Корнев, Василий Орехов

Морские твари

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

© П. Корнев, 2015

© В. Орехов, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2015

1

Эль Капитано

Город грехов Лас-Вегас, город-мечта, город-мираж посреди бесплодной пустыни Невада, как и полвека назад не засыпал ни на минуту, невзирая ни на какие глобальные катаклизмы и чужие войска на Западном побережье.

Циклопический гостиничный комплекс «Цезарь Палас» на Южном бульваре был переполнен постояльцами, как в лучшие времена. По понятным причинам теперь здесь останавливалось гораздо меньше американских плэйбоев, однако их место заняли стремительно разбогатевшие после Атлантических событий китайские, русские и арабские нувориши. Вместо Мадонны и Рики Мартина здесь выступали теперь Дима Билан и Ван Фэй.

Ближе к полуночи помпезные залы казино, клубов, дорогих ресторанов и эротических шоу, расположенных в «Цезарь Палас», заполнялись до отказа. Китайская военная администрация не стала уничтожать этот рассадник порока, справедливо рассудив, что интернациональным толстосумам и авантюристам необходимы относительно легальные методы сброса пара, и если закрыть традиционную игровую столицу, запрещенный бизнес просто перетечет в другое, тайное место, контролировать которое будет уже значительно сложнее.

Лас-Вегас не имел никакой промышленности и в лучшие годы. С момента основания его население, к XXI веку ставшее полумиллионным, занималось лишь обслуживанием и облапошиванием туристов. Даже с водой для нужд сити всегда были сложности. Единственным источником дохода для местных являлись туризм и игровые залы. Если бы Вегас лишился казино, подпольных боев без правил и розничного наркотрафика для нужд отдыхающих богачей, он в считаные месяцы превратился бы в разваливающийся на глазах город-призрак, как Нью-Йорк.

Однако в результате благоволения оккупационных властей мировая столица развлечений за отсутствием Нью-Йорка постепенно стала новым глобальным центром международной преступности, причем связанной не только с игорным бизнесом и наркотиками, но и с нелегальной торговлей оружием, которого осталось довольно много на разрушенных военных базах Восточного побережья США. Здесь можно было купить добытые в полузатопленных кварталах крупных городов востока Америки драгоценности и уникальные произведения искусства. Здесь можно было нанять головорезов любого гражданства и цвета кожи для незаконных операций в закрытых зонах соленых болот Коннектикута или в многочисленных анклавах и гетто Невады. Здесь по сходной цене можно было приобрести штурмовую винтовку, танк или боевой вертолет.

Российские военные в ходе переговоров с партнерами неоднократно поднимали вопрос об этой криминальной клоаке, однако у китайцев и без того имелась неподъемная масса проблем с Лос-Анджелесом и его беспокойным черным населением, а также с огромным потоком беженцев из Флориды и Техаса, поэтому игорную Мекку Пекин решил временно оставить в покое на самообеспечении – на манер Гонконга семидесятых. Китайский дракон умел терпеливо выжидать, лишние десять-двадцать лет никогда не играли серьезной роли в геополитических расчетах тысячелетней империи, поэтому однажды Гонконг упал прямо в его подставленную когтистую лапу как созревшее яблоко. То же самое неизбежно должно было произойти с мафиозным миром Лас-Вегаса, когда минусы его наличия станут перевешивать плюсы – только, в отличие от Гонконга, в данном случае дракон готов был беспощадно стиснуть пальцы, чтобы брызнуло во все стороны.

Время придет.

Особое место в шикарном комплексе «Цезарь Палас» занимал концертный зал «Колизей», некогда построенный специально для проведения регулярных шоу Селин Дион, Шер и Элтона Джона. Все три суперзвезды погибли во время Атлантических событий, так что «Колизей» временно осиротел. Но новые хозяева роскошного гостиничного комплекса, увешанные золотом и не гнушающиеся никакой грязи, если ее можно конвертировать в звонкую монету, быстро нашли подходящую замену.

Теперь в центре стилизованной античной арены располагался циклопический аквариум на несколько сотен тысяч галлонов воды, изготовленный из бронированного стекла. Под гигантской стеклянной шайбой была оборудована небольшая ВИП-ложа для любителей особого экстрима – драматические события проходящих здесь раз в месяц тайных морских боев разворачивались прямо у них над головой. Билет в эту ложу стоил совершенно запредельных денег, поэтому здесь можно было увидеть главным образом саудовских нефтяных шейхов, русских газовых олигархов, президентов китайских IT-компаний, европейских футбольных звезд и крупных колумбийских наркобаронов. Но даже менее дорогие билеты, на трибуны и стоячую галерку, стоили не меньше пятнадцати тысяч юаней. Внушительные ставки в тотализаторе вполне соответствовали стоимости билетов, так что организаторы этого чрезвычайно сложного, опасного и незаконного шоу охотно шли на конфликт с законом, поскольку получали с него баснословные барыши.

К полуночи несколько боев уже завершились. Публика возбужденно гудела, взбудораженная свирепыми схватками, зрители азартно обменивались впечатлениями. В разных местах зала то и дело взмывали серебристые облачка, состоявшие из купонов тотализатора – потерявшие свои ставки игроки давали волю чувствам, возмущенно швыряя проигравшие купоны в воздух. В аквариуме, в толще воды, мутной от крови, грациозно плавали, синхронно переворачиваясь, полторы дюжины обнаженных девушек разных цветов кожи – водных стриптизерш традиционно выпускали в бассейн между поединками, чтобы разгоряченная кровью аудитория не успела остыть, пока арену не подготовят для новой пары бойцов. Девушки умели задерживать дыхание на три минуты и двигались эффектно и слаженно, зачастую выдавая действительно первоклассное шоу. Но сегодня богатые прожигатели жизни явились сюда не за этим, так что на юные прелести очаровательных русалок публика едва обращала внимание.

Внезапно в глубине аквариума загрохотала тяжелая стальная решетка, и девушки разом прыснули в разные стороны, словно стайка потревоженных рыбок, начали быстро карабкаться наверх, выбираясь из воды по стальным лесенкам. Те, кому сразу взобраться на лесенку не позволила толкотня коллег, стали в панике выпрыгивать из воды, пытаясь уцепиться за нависшие над прозрачным бассейном массивные решетчатые мостки. Некоторым стриптизершам удалось подтянуться самостоятельно, некоторых поспешно втащили наверх за руки подруги – а потом огромная тень молнией прозмеилась в глубине гигантского аквариума, и над поверхностью воды с могучим всплеском взметнулась здоровенная иссиня-зеленая голова с вытянутыми крокодильими челюстями.

Девушки оглушительно завизжали. Морской гигант, превосходный экземпляр Pliosaurus brachydeirus, – или существо, чрезвычайно на него похожее, – беззвучно ушел на дно, оставив на поверхности расплывающееся кровавое пятно.

Юная мулатка, сумевшая ухватиться за металлическую ступеньку-перекладину, но так и не успевшая подтянуться, по-прежнему висела на мостках, изумленно выпучив глаза. Нижней половины тела у нее больше не было – та оказалась отхвачена пастью вынырнувшего на мгновение плиозавра, словно исполинскими ножницами. Сведенные жестоким спазмом пальцы девушки мертвой хваткой вцепились в металлический прут, а из ее распотрошенного живота с негромким плюханьем падали в бассейн куски разорванного кишечника.

Что ж, русалки прекрасно осознавали риски своей творческой профессии и знали, на что идут. Изредка организаторы водной битвы коварно выпускали в резервуар очередную пару чудовищных бойцов раньше, чем чирлидерши успевали его покинуть. Это придавало представлению дополнительную пикантную остроту, превращая его в настоящее гладиаторское шоу с реальной человеческой кровью. Стриптизерши смертельно рисковали, однако и денег получали за один вечер столько, сколько их сверстницы зарабатывали в Америке за полгода – проституцией в гарнизонах и лагерях для беженцев, работой в барах для иностранных войск и мытьем полов в китайских районных администрациях.

Глухо загремела под водой решетка с противоположной стороны, и в аквариуме появился новый комбатант. Шестиметровое тело второй твари, напоминавшей панцирную рыбу плакодерму, казалось более неповоротливым из-за покрывавших ее массивных костяных пластин. Однако из воды она выпрыгнула довольно резво и гораздо выше, чем предыдущая. Пасть ее напоминала скорее монтажные бокорезы, нежели ножницы, однако эта пасть оказалась столь же хорошо приспособлена рвать мясо – причем гораздо более жесткое, чем человеческое.

После того как панцирная рыба с утробным бульканьем погрузилась в бассейн, обдав тучей брызг удиравших по решетчатым фермам над аквариумом стриптизерш, на лестнице металлических мостков остались висеть над водой только две косо срезанные в запястьях женские кисти шоколадного оттенка, намертво, до крови из-под ногтей, впившиеся в перекладину. Еще несколько мгновений они покачивались на железном пруте, а затем одна за другой упали в резервуар.

Публика сладострастно и жутко застонала.

Описав широкий круг, огромная черная плакодерма попыталась уйти на глубину, но для двух хищных существ такого размера в резервуаре оказалось слишком мало места, чтобы не столкнуться. Плиозавр сразу ощутил присутствие серьезного противника. Ноздри ластоногого гиганта нервно вздувались и опадали, пробуя воду на вкус: где-то совсем рядом находилась драгоценная биомасса, большое количество биомассы, которую постоянно голодный морской хищник готов был немедленно включить в пищевую цепочку. Однако размеры этого живого объекта требовали соблюдать осторожность, чтобы не превратиться из охотника в дичь.

Будь плиозавр своим близким родственником, грозным исполинским лиоплевродоном, равных по силе врагов ни в океане, ни в этом аквариуме у него не нашлось бы. Однако молодой брахидейрус был примерно вдвое меньше среднего лиоплевродона, что позволяло ему без особых проблем помещаться в стеклянном резервуаре концертного зала «Колизей», но заставляло держаться начеку.

Плакодерма, разъяренная двухнедельным заточением в тесной цистерне, а потом коротким путешествием по узкой трубе в резервуар «Колизея», атаковала мгновенно, едва ощутив в пространстве рядом с собой что-то живое. В отличие от плиозавра, примитивная панцирная рыба никогда не утруждала себя идиотскими размышлениями, по зубам ли ей встреченная добыча. Хватай и рви!.. А потом разберемся, стоило ли вообще атаковать.

Чудовищная черная пасть, похожая на стальные челюсти гидравлического пресса, со страшной силой сомкнулась на хребте брахидейруса, вырвав из тела морской рептилии внушительный кусок плоти. Мгновенно впав от боли в боевое безумие, плиозавр извернулся и попытался схватить врага зубами, напоминавшими кривые малайские кинжалы. Однако те со скрежетом соскользнули по жесткому корпусу плакодермы, оставив на панцире рыбы-чудовища лишь глубокие белые царапины.

Один из зубов рептилии с треском сломался и канул на дно резервуара. Такие штуки чистильщики огромного аквариума по окончании турнирного дня подбирали и продавали коллекционерам. Точнее, вначале сломанные в бою зубы, кости и плавники скупали по дешевке оптовики, а в частные коллекции эти артефакты попадали уже пройдя через третьи-четвертые руки, и на этом этапе их стоимость уже могла достигать сотен тысяч новых рублей или юаней. Кому-то сегодня повезло…

Сдвинулся в сторону бархатный занавес, перегораживавший один из входов, и в зал неторопливо вошел высокий коренастый мужчина под сорок, одетый в черные джинсы и кожаную безрукавку. Он остановился в проходе, сузившимися глазами наблюдая развернувшуюся в прозрачном резервуаре яростную схватку двух монстров, потом все так же неспешно зашагал к одной из трибун.

Звали его Федор Матвеев. Местным деловым людям он также был известен как Эль Капитано. Когда-то он действительно был капитаном российской армии, боевым пловцом, командиром подразделения морского спецназа. После Атлантического инцидента командование в числе первых перебросило его в разрушенные стихией Штаты. Здесь, в боевой обстановке, у него имелись великолепные возможности для карьерного роста, и к настоящему моменту ему уже полагалось бы стать как минимум подполковником. Как минимум.

Да вот не срослось.

Двое китайцев с неприметной внешностью, сидевшие в секретной комнате над залом с аквариумом, сразу зафиксировали появление Эль Капитано. Четыре десятка экранов на стене перед ними демонстрировали самые потаенные уголки «Цезарь Палас», в том числе и вход в «Колизей», охраняемый двумя автоматчиками.

– Объект Семь в зоне наблюдения, – негромко доложил один из китайцев в гарнитуру хендс фри. – Точка Два.

– Принял, Точка Два, – удовлетворенно промурлыкало в наушнике. – Так я и думал. При любом контакте с Объектом Зеро докладывать немедленно.

– Слушаюсь, Точка Зеро. – Китаец покосился на начальника службы безопасности «Цезарь Палас», который отчаянно потел и маялся, сидя в углу на вращающемся стульчике. Огромный латиноамериканец давно был осведомителем китайской разведки, которая с его помощью приглядывала за нелегальным тотализатором в «Колизее». Однако сегодня представители спецслужб мало того что без приглашения вторглись в его святая святых, так еще и получили доступ к нескольким мониторам, на которых происходило то, чем начальник службы безопасности делиться со спецслужбами совершенно не собирался – скажем, выемка денег из игровых автоматов без согласования с руководством казино.

– Не дрожите так, Хосе, – дружелюбно обратился к нему второй разведчик. По-испански он говорил безо всякого акцента. – Уверяю, нас не интересуют ваши мелкие мошенничества. Потерпите, через пару часов мы уже вас покинем. – Он снова с безразличным видом развернулся к экранам. Дальнейшая судьба Хосе абсолютно его не интересовала, хотя китаец был абсолютно уверен, что вскоре она приведет его либо за решетку, либо в цистерну с одной из морских тварей. Скорее второе.

Тем временем Эль Капитано нашел себе свободное место на гостевой трибуне и, продемонстрировав стюарду с кобурой на боку контрамарку, опустился на скамью. Он не был фанатом морских боев и едва ли стал бы добровольно тратить чертову уйму денег на билет, но сегодня ему полагался бесплатный вход как номинальному тренеру одного из комбатантов, участвующих в сражениях.

На противоположной трибуне Матвеев нашел взглядом Бьерни Магнуссона, владельца своего сегодняшнего противника, и помахал ему кончиками пальцев. Лысый и бородатый швед с нацистской татуировкой на затылке оскалился и резко провел ребром ладони себе по горлу. Рефлекс нормальный.

В потемневшем от черной крови резервуаре два смертельных врага продолжали неистовую схватку, и два огромных плазменных экрана по обе стороны аквариума в увеличенном формате демонстрировали все ее детали. Плиозавр стремительно атаковал плакодерму, вращаясь вокруг нее с ловкостью морского котика, атакующего ламантина; панцирная рыба свирепо и тяжко огрызалась, пытаясь впиться в плоть брахидейруса, но после первого успеха никак не могла нанести противнику заметных повреждений. Огромные зеленые цифры в углу каждого экрана демонстрировали соотношение ставок: рептилия котировалась выше в пропорции 3: 8,5.

Матвеев покачал головой. Панцирные рыбы атлантов редко попадали в резервуар «Колизея», поэтому местные завсегдатаи не были способны как следует оценить мощь и опасность этого бойца. На предварительной видеозаписи из транспортной цистерны, демонстрировавшейся на экранах перед боем, она выглядела зловещей, но вместе с тем слишком тупой и неуклюжей, поэтому желающих ставить на нее было немного. Искушенным игрокам на тотализаторе водных боев не приходило в голову задуматься над тем, почему, собственно, плакодермы так редко участвуют в боях. Почему звероловам так редко удается добыть их живыми. Почему бесстрашные звероловы предпочитают вообще не связываться с этими коварными тварями.

Пока казалось, что черная рыба не способна всерьез противостоять стремительной хищной рептилии. Плиозавр понемногу терял кровь, однако плакодерма, похоже, выдыхалась быстрее. Она повисла в центре резервуара, крутя плавниками, и огрызалась короткими раздраженными бросками, словно мурена. Большинство зрителей готовы были бы поклясться, что от нескончаемого вращения соперника у тупой рыбины уже закружилась голова – если у рыб вообще может кружиться голова.

Брахидейрус уже снес плакодерме часть брюшного плавника и оставил в районе хвоста солидный кровавый укус с клочьями белесого мяса, торчащими из раны – в последний момент рыба яростно дернулась и выскользнула из мертвой хватки противника, не позволив ему вырвать из своего тела внушительный кусок. Пасть плакодермы свирепо раскрывалась, словно она возмущенно хватала ртом воду.

Цифры на экранах по ходу схватки то и дело менялись, соотношение ставок достигло 2,5: 12. Решив, что схватка близится к концу и дальше выжидать не имеет смысла, Матвеев сделал довольно аккуратную по местным масштабам ставку: две тысячи юаней на панцирную рыбу. Букмекер, окошечко кассы которого выходило прямо на трибуну, сохранил на лице бесстрастное выражение, хотя Эль Капитано прекрасно понимал, что именно этот пакистанец думает о его выборе.

Ну и ладушки. Надменный азиат никогда не терял отделение опытных боевых пловцов, вышедших против одной-единственной плакодермы. Та, правда, была побольше этой, метров двенадцать, и ею в открытом море напрямую управляли атланты. Однако Федор не сомневался, что и в автономном режиме эта машина для убийства способна за себя постоять.

Подгребая четырьмя огромными ластами, плиозавр вновь прянул в сторону панцирной рыбины, в очередной раз пытаясь оказаться у нее за спиной и впиться в шею. Казалось, что он играет и забавляется, уже окончательно поверив в собственную легкую победу. Брахидейрус вновь начал описывать крутую петлю вокруг скользкого рыбьего тела. Огромные черные челюсти в очередной раз клацнули впустую, и рептилия дернула гибким хвостом, уводя его из-под удара.

И в этот момент случилось то, чего Матвеев уже давно ожидал.

Всякий раз, как плиозавр начинал всем телом обтекать плакодерму, словно веселый усатый дракон из анимированной социальной рекламы китайской администрации Лас-Вегаса, та пугливо поджимала спинной плавник, опасаясь, что хищная рептилия повредит его у основания, выворотив своим весом, или порвет тонкую перепонку. В конце концов брахидейрус совсем перестал его опасаться, и, как выяснилось, совершенно напрасно. Потому что на этот раз плакодерма не только не убрала плавник, а, напротив, максимально растопырила его, неожиданно став похожей на огромного чудовищного ерша. Острые края плавника вонзились в тело плиозавра, и морская рептилия, по инерции завершая спиральное круговое движение, в четырех местах широко распорола себе брюхо острыми плавниковыми перьями, словно наткнувшийся на айсберг «Титаник».

От огромного количества хлынувшей крови вода в резервуаре сразу помутнела настолько, что сквозь нее стало невозможно что-либо разобрать. Ясно было лишь, что плиозавр, волоча за собой вывалившиеся клубки внутренностей, в панике метнулся на глубину, и панцирная рыба, сложив спинной плавник, со спокойным достоинством последовала за ним.

С оглушительным воем заработали очистные фильтры, однако быстро справиться с густой кровью и плавающими в ней кусками мяса и кишок они не могли. В мутной глубине аквариума угадывалось какое-то суматошное движение, было очевидно, что там происходит финальная часть трагедии, но разглядеть что-либо в деталях не представлялось возможным.

Когда вода вновь стала достаточно прозрачной, зрители сумели наконец разглядеть, что туша плиозавра неподвижно лежит на дне резервуара, а свирепая плакодерма парит над ним, неистово раздирая труп противника в клочья. Раскатисто прозвучал гонг, обозначая окончание схватки.

Эль Капитано пожал плечами и пошел получать выигрыш. Следующий бой был его, но торопиться не имело смысла: пока обезумевшую панцирную рыбу сумеют загнать обратно в цистерну, пока аквалангисты выволокут из резервуара труп дурака плиозавра, пока фильтры окончательно очистят воду, пройдет достаточно времени, чтобы не только сделать ставки, но и успеть выпить шампанского на подиуме перед аквариумом. Разумеется, шампанское в этом зале стоило бешеных бабок, но сегодня Матвеев на него уже заработал.

А во втором бою намеревался заработать примерно на полцентнера черной икры. Опять же по ценам зала «Колизей» конечно.

Фото следующей пары комбатантов уже появились на экранах: они крутились там в трехмерном изображении, позволяя игрокам оценить мускулатуру и прочие достоинства поединщиков. Долгожданный бой, уникальная схватка, украшение сегодняшнего вечера. Впервые на арене: человек против ихтиандра! Рукопашная, что особенно ценно для знатоков, готовых отдать любые деньги за билет. В роли человека выступает женщина, что добавляет происходящему освежающей пикантности.

Крепкую негритянку с короткой стрижкой, высокомерной ухмылкой и грубоватым, но привлекательным лицом Эль Капитано прекрасно знал. Только абсолютно отмороженная стерва вроде Банданы могла решиться на такой безумный поединок. Все в этом зале понимали, что один на один человек в схватке с чудовищным атлантом победить не способен.

Тем более когда в роли человека выступает женщина.

Второй соперник Федору тоже был хорошо знаком. Точнее, конкретно эту тварь Эль Капитано видел впервые в жизни, но с ее кошмарными собратьями-близнецами сталкивался в открытом море неоднократно.

Многие профаны ошибочно полагали, что именно так и выглядят загадочные атланты, разрушившие Новый свет. Однако Матвеев был в курсе, что уродливые ихтиандры – лишь еще одна генетически сконструированная боевая машина атлантов наподобие плиозавра или плакодермы, идеальный штурмовик, способный сражаться как голыми руками, так и любым трофейным человеческим оружием. Омерзительная пародия на человека, зеленая, двуногая, с чешуей и дряблой кожей, ихтиандр был создан по чертежам и трафаретам среднего землянина, чтобы этот искусственный монстр имел возможность использовать холодное и механическое огнестрельное оружие, чего не умели массивные морские твари, ластоногие и хвостатые, неспособные нажать на спусковой крючок или выдернуть чеку из гранаты.

Ученые полагали, что при создании ихтиандров атланты использовали захваченных живьем людей, искажая их тела и сознание направленными мутациями. Насильственное изменение уже сформировавшегося человеческого организма зачастую приводило к серьезному генетическому браку: получившихся в результате уродливых полулюдей-полуихтиандров, которых инопланетяне тоже не брезговали использовать в боевых вылазках, называли утопленниками.

Внешне отдаленно напоминавшие человека, двуногие амфибии с перепонками на руках и ногах были способны к прямохождению и могли до нескольких суток жить на суше, отвоевывая для своих глубоководных хозяев очередной кусок американских соленых болот. Хуже того, некоторое время они способны были жить даже в пресной воде, чего не мог практически никто из морских тварей. Поэтому в какой-то момент речное судоходство на Западном побережье Америки тоже оказалось под угрозой.

У капитана Матвеева с ихтиандрами были свои счеты – ничуть не меньшие, чем с панцирными рыбами. Вообще-то официально их называли «аквамены», но русские боевые пловцы, талисманом которых был старый фильм «Человек-амфибия», сразу окрестили этих тварей ихтиандрами. Китайцы называли их «каппа» – возможно, в мифологии Поднебесной тоже был подходящий персонаж-водяной, но азиатские партнеры решили, что больше всего двуногие земноводные штурмовики смахивают на японского водяного каппу, зеленого проказника с клювом, вежливого и дружелюбного, но способного быть страшным в гневе. Что касается американцев, то они легко приняли общепринятый термин «аквамены» – кажется, было у них что-то подобное в комиксах, какое-то Чудовище из Черной лагуны, выглядевшее почти так же.

Несмотря на то что внешне ихтиандры не казались серьезными бойцами, они уничтожили немало пловцов капитана Матвеева – именно за счет того, что умели пользоваться автоматами и гарпунными ружьями. Острые когти, широкие лягушачьи пасти, усеянные мелкими острыми зубами, и могучие жилистые мышцы делали их также весьма опасными рукопашниками. Надо быть Банданой, чтобы решиться на единоборство с ихтиандром. И, хотя аквамены попадали в резервуар «Колизея» еще реже панцирных рыб, об их опасности местная публика все же была наслышана. Поединок представлялся всем очевидно неравным, но страшно любопытным.

В связи с этим Матвеев, получив выигранные на плакодерме деньги, отделил от них шесть тысяч юаней и поставил на ихтиандра. Он, конечно, был тренером Банданы, но вполне отдавал себе отчет в том, что делает. Зачем зря валять дурака, если можно неплохо нажиться?

Эль Капитано не скрывался от взглядов зрителей и камер букмекеров, делая ставки, и это стремительно отразилось на цифрах, мерцавших на мониторах. На женщину в поединке с монстром и так ставили в соотношении 1,5: 7, но после того, как ее тренер еще до начала схватки неосторожно поставил на монстра и это было замечено, разрыв увеличился еще больше. Наставник, не верящий в успех своего подопечного – весьма прискорбный диагноз, и такой инсайдерской информацией, конечно, грех не воспользоваться.

Матвеева это нисколько не смутило. Он вернулся на свое место и принялся невозмутимо разглядывать арену боев – гигантский аквариум, вода в котором стараниями натужно гудевших фильтров постепенно очищалась.

В воде снова плескались нагие девушки, только теперь их было не больше полудюжины, и среди них не обнаружилось ни одной из тех, что в панике сбежали от плиозавра полчаса назад: видимо, сегодня шокированных смертью подруги стриптизерш невозможно было загнать обратно в резервуар даже под самой страшной угрозой – лишения дневного заработка. Однако в запасе всегда имелись другие дешевые девчонки, не присутствовавшие при том кровавом зрелище и в связи с этим уверенные, что снаряд два раза в одну воронку не попадает и сегодня проблемы обойдут их стороной. По крайней мере, им очень хотелось на это надеяться.

Эль Капитано нисколько не удивился бы, увидев, что Бандану выпустили на арену так же, как и остальных участников боев – через трубу, выходящую в нижнюю часть резервуара. Однако нет, организаторы тайного тотализатора решили выжать из этого события максимум зрелищности. Женщина-воин была спущена на тросе из-под купола зала. Отстегнув страховочную лонжу, она решительно зашагала по металлическим мосткам над водой к взревевшим от восторга зрителям.

На мониторах вновь появилось крупное изображение первого бойца, теперь уже в прямом эфире. Молодая негритянка была обнажена по пояс и босиком, ее торс с вызывающе торчащими изюминками грудей блестел от обильно втертого в кожу оливкового масла. На ногах у нее были прорезиненные штаны от гидрокостюма, на руках – кожаные перчатки без пальцев с рифлеными ладонями; на поясе висел подводный нож российских боевых пловцов «Игла» с лезвием из титанового сплава. Под мышкой Бандана несла укороченные ласты, при помощи которых удобнее маневрировать в ближнем бою.

Добравшись до края резервуара, девушка подняла ласты вверх, приветствуя публику. Зрители азартно завопили. В победу человека над акваменом мало кто верил, тем более если это баба, однако данное обстоятельство не мешало толстосумам с восхищением приветствовать эту бесстрашную гладиаторшу, решившую немного развлечь их собственной смертью.

Сев на мостки, Бандана быстро натянула ласты, опустила со лба на глаза подводные очки и с метровой высоты соскользнула в воду. Она тут же вынырнула, развернулась, продемонстрировав аудитории испещренную старыми шрамами спину и, подрабатывая ластами, повисла у прозрачной стенки резервуара.

Ее двоякодышащий противник все же прибыл на арену традиционным путем. Едва загрохотала в глубине тяжелая металлическая решетка, негритянка молниеносно выдернула из ножен смертоносную «Иглу» и нырнула навстречу врагу, пытаясь использовать фактор неожиданности.

Ошеломить ихтиандра оказалось не так просто. Он виртуозно уклонился от лобовой атаки, скользнул по дну, развернулся и, поскольку бежать было некуда, замер в толще воды, пытаясь оценить степень угрозы. Шоколадная девушка устремилась к нему, словно взбесившаяся торпеда, выставив перед собой «Иглу». У аквамена оружия не имелось, но это была единственная фора, которую получила Бандана. Острые зубы и когти на жилистых перепончатых лапах, а также способность несколько часов обходиться без воздуха более чем компенсировали морскому страшилищу отсутствие клинка.

Ихтиандр выбросил вперед растопыренную лапу, пытаясь схватить негритянку за руку с ножом. Та сумела вывернуться и сделать несколько быстрых выпадов, целя острием «Иглы» в морду штурмовику атлантов, однако тоже не достигла успеха. Из руки женщины-гладиатора, рассеченной когтями морской твари, начала вытекать, лениво разворачиваясь под водой крошечными мутными клубами, темная кровь.

Зрители взвыли. Такого ажиотажа этот зал сегодня еще не слышал.

Соединив пальцы крышей домика, Эль Капитано бесстрастно наблюдал за схваткой по одному из огромных мониторов. Цифры в углу монитора демонстрировали новое соотношение ставок: 1,5: 14 против человека.

В отличие от соперника, Бандане требовался атмосферный воздух. Разумеется, она была опытным боевым пловцом и умела задерживать дыхание на более долгий срок, нежели водные чирлидерши, однако интенсивные движения под водой заставляли ее организм сжигать больше кислорода, чем неторопливый синхронный кордебалет. Так и не сумев поразить аквамена ножом, негритянка всплыла на поверхность, тяжело дыша и отдуваясь. Монстр тут же последовал за ней, однако Бандана была начеку и сразу заметила поднимающееся со дна большое темное пятно. В бурлящем водовороте поединщики снова ушли на дно, причем в этот раз двуногая амфибия распорола противнице кожу на боку, и в воде вспухли новые мутные облачка крови.

Рев в зале превысил все возможные пределы. Матвеев задумчиво достал из нагрудного кармана короткую доминиканскую сигару-торпедо, содрал с нее целлофан, помял ее в пальцах, сунул в рот. Похлопал себя по карманам. Однако незадача! Забыл спички в номере. Наклонился к сидевшему впереди арабу, который уже давно окуривал его ароматным дымом бразильской сигариллы:

– Эй, амиго! Позволь прикурить!..

Полуобернувшись, впередисидящий указал себе на ухо: ни черта не слышу! Эль Капитано качнул сигарой, зажатой между двух пальцев. Араб сунул ему пижонистое «Зиппо».

Бензиновое пламя, конечно, заметно испортит тонкий вкус сигарного табака мадуро, но выбирать не приходилось. Матвеев старательно прикурил, вращая сигару так, чтобы пламя охватило весь ее торец, вернул зажигалку и с наслаждением выпустил в пространство густой ароматный дым.

К Федору тут же подгреб стюард и попытался что-то сообщить – видимо, важную информацию о том, что в зале курить запрещено. Однако курили и впереди Матвеева, и сзади, и сбоку в нескольких местах. Так что сдаваться он не собирался и тем же жестом, что и араб, указал на собственное ухо. Стюард бурчал еще полминуты, однако его действительно не было слышно за ревом толпы, поэтому вскоре он исчез.

Да, было время, и не так давно, когда курить в общественных помещениях в Штатах строжайше запрещалось. Однако Атлантические события многое перевернули с ног на голову, особенно после того, как Лас-Вегас стал мафиозной вотчиной и в него стеклись авантюристы со всего света, в том числе из крепко курящих Азии, Латинской Америки и России. Теперь заставлять кого-либо в этом зале не курить, тем более во время нелегальных морских боев насмерть, было просто смешно.

Стюард быстро вернулся, поставил перед Матвеевым толстостенную сигарную пепельницу и снова исчез. Ах вот в чем дело! Матвееву просто некуда было стряхивать обильный пепел, и стюард опасался, что он прожжет обивку сиденья или ковровое покрытие. Ну, что ж, Эль Капитано был серьезным человеком и не собирался заниматься мелким вандализмом. Он покорно обстучал сигару о край пепельницы, отделив малиново-серый диск прогоревшего табака.

Пока он отвлекался на араба, сигару и стюарда, противники в резервуаре успели сойтись в клинче еще пару раз. Бандане наконец удалось достать аквамена ножом и неглубоко рассечь ему бедро, а также повредить перепонку на ноге. Тем не менее аквамен тоже в очередной раз глубоко оцарапал соперника. Если негритянка будет терять кровь с такой скоростью, силы у нее быстро иссякнут.

Тем не менее Матвеев ухватил краем глаза и отметил про себя, что девушка всплыла второй раз, чтобы глотнуть воздуха. Это было важно. Такие штуки Эль Капитано пропускать не собирался.

Тренер ихтиандра Бьерни Магнуссон бесновался на трибуне вместе со всеми. Федор не хотел даже знать, каких усилий и денег стоило ему добыть неповрежденный экземпляр морского штурмовика. Однако был уверен, что скандинав вложил в эту авантюру последнее. Сейчас Магнуссону позарез требовались деньги, очень много денег, чтобы расплатиться с Папашей Паком за ту партию кокаина, которую люди Бьерни бездарно слили солдатам китайской военной администрации во время массовой облавы три недели назад. Поэтому он тут же охотно ухватился за предложенный Матвеевым эффектный бой: человек против ихтиандра. Если бы Бандана не решилась расправиться с подопечным Магнуссона при помощи одного только боевого подводного ножа, Бьерни пришлось бы выставлять аквамена против более серьезного противника вроде плиозавра, плакодермы или другого аквамена, а лишний риск был сейчас скандинаву совсем ни к чему.

Ихтиандр практически не показывался на поверхности, а негритянке приходилось периодически всплывать, чтобы провентилировать легкие. Тут было слабое место человека, опытный противник непременно этим воспользовался бы.

И аквамен в конце концов воспользовался. Когда очередная серия взаимных выпадов ни к чему не привела, Бандана вновь попыталась ненадолго покинуть место схватки, однако монстр не позволил ей это сделать, ухватив за лодыжку. Женщина в панике забилась на глубине двух метров, судорожно задергала ногой, пытаясь сбросить лапу морской твари, но аквамен держал ее крепко, пристально глядя на противника из-под воды огромными выкаченными глазами. Начиная испытывать жестокие муки удушья, Бандана рванулась из стороны в сторону, потом внезапно резко переломилась в поясе и, согнувшись пополам, попыталась от души полоснуть лезвием боевого ножа по выпученным глазам глубоководного монстра. Тот молниеносно прянул в сторону, и девушка наконец вырвалась из его мертвой хватки, пробкой вылетев на поверхность. Острые когти противника распороли гидрокостюм в клочья, оставив на лодыжке негритянки три длинные кровавые дорожки.

Ставки на человека понемногу опустились до совсем уже запредельно малых величин.

Теперь Бандана стала максимально осторожна и в клинч с противником старалась не входить, чтобы иметь возможность вынырнуть в любую секунду. Однако агрессия аквамена, поначалу ошеломленного новой обстановкой и напором противника, постепенно росла по мере того, как он убеждался, что человек по большому счету мало что может ему противопоставить. Теперь он сам непрерывно и яростно атаковал, а несчастной Бандане оставалось только неуклюже и беспорядочно отмахиваться ножом. Становилось очевидно, что долго девушка не продержится.

Дождавшись, когда негритянка всплывет в шестой раз, Матвеев поднялся со своего места и, солидно попыхивая сигарой, направился к окошечку букмекера. В принципе в более цивилизованных местах всякие ставки в тотализатор прекращаются с началом матча, боя или заезда, однако в современном мафиозном Лас-Вегасе плевать хотели на глупые условности прежнего мира.

Курить сигары Федора приучила Пакита, подруга родом с Кубы. Девушка и сама дымила как паровоз. Правда, она категорически отказывалась признавать настоящим сигарным табаком любой кроме кубинского кларо или колорадо, в соответствии с многовековой традицией элитных торседоров своей родины. Матвеев же быстро распробовал зрелый черный табак мадуро, характерный для Доминиканы и Никарагуа. Впрочем, табачные плантации по всему Карибскому региону оказались катастрофически разрушены Атлантическими событиями, так что сигары любых разновидностей стали коллекционной редкостью и стоили теперь на вес золота, а знатоки массово переходили на бразильские и индийские сигариллы. Однако в Лас-Вегасе можно было достать все, и Федор не видел ни одной веской причины отказывать себе в удовольствии, пока мог за него заплатить.

Эль Капитано он стал, кстати, тоже с легкой руки Пакиты. Кличка приросла мгновенно. До этого он был Хунхуз, «красная борода» в переводе с китайского. Рыжим Матвеев не был, просто так в Китае когда-то называли разбойников. Бороды он тоже не носил с тех пор, как познакомился с кубинской девчонкой: Пакита утверждала, что щетина колется и мешает целоваться. «С щетиной ты как кердо – боров», – говорила она.

Эль Капитано не хотел быть как кердо.

Разумеется, сигары Матвеев курил далеко не каждый день, а только после сытного ужина в ресторане или по другим особенным случаям. Но сейчас случай определенно был особенным.

Несмотря на свою внешнюю невозмутимость, Эль Капитано немного тревожился. Их план выглядел эффектным, но дерзким, и если бы Матвеев отправился в резервуар сам вместо черной девчонки, ему было бы гораздо спокойнее. Но нет, нельзя; тогда Магнуссон и его коллеги сразу заподозрили бы неладное. Несмотря на возраст, в котором чемпионы уже уходят из большого спорта, Эль Капитано все еще считался матерым морским коммандо, и по справедливости.

Добравшись до кассы, Эль Капитано проставился на Бандану ва-банк – выгреб все деньги, которые у него были с собой, включая остаток выигранных на плакодерме. Столь солидная сумма не могла пройти незамеченной для тотализаторного калькулятора, и рейтинг негритянки очень неохотно пополз вверх. Что ж, даже если какие-нибудь рисковые маньяки последуют примеру Эль Капитано и еще уронят пропорцию, его выигрыш в случае победы девки все равно окажется весьма солидным.

Вернувшись на свое место, Матвеев поймал пронзительный, полный ненависти взгляд Магнуссона с противоположной трибуны. Что называется, обнаружив в постели жены другого мужчину, обманутый муж наконец смутно заподозрил неладное. Изобразив на лице самую доброжелательную улыбку, на которую только был способен, Эль Капитано вежливо приподнял в адрес оппонента несуществующую шляпу.

Шестой раз. Такой был уговор: Бандана валяет дурака, изображает умирающего лебедя и старательно сбивает ставки до тех пор, пока не вынырнет в шестой раз. После шестого раза девка принимается за ихтиандра по-взрослому, примерно как в том рейде, когда она, совершая погружение с аквалангом в открытом море, ухитрилась отстать от ведущего с одним ножом, после чего нос к носу столкнулась с двумя акваменами. Вооруженный гарпунным ружьем Эль Капитано все-таки вернулся к месту схватки, ибо негоже бросать труп ведомого на съедение морским тварям, однако вместо мертвой объеденной Банданы неожиданно получил живую взбудораженную Бандану и две мертвые морские твари, безвольно покачивавшиеся на волнах.

Федор опасался, что усиленная кровопотеря резко ограничит подвижность его подопечной в резервуаре зала «Колизей». Однако увеличенное изображение на мониторах демонстрировало опытному глазу, что раны негритянки, выглядящие чудовищными, на самом деле просто глубокие царапины. Матвеева всерьез беспокоил лишь один укус аквамена, когда морская тварь едва не пропорола Бандане бицепс клыками.

Когда Эль Капитано вернулся на свое место, сделав последние ставки, ситуация в аквариуме уже разительно поменялась. Девушка внезапно словно обрела второе дыхание и стремительно атаковала ихтиандра то слева, то справа, не позволяя чудовищу сделать ответный выпад. Подводный нож уже дважды рассек аквамену предплечье и скулу, а теперь Бандана сосредоточенно пыталась достать врага прямым в корпус. Морская тварь явно не ожидала такой прыти от издыхающего соперника и малость подрастерялась. Трибуны бесновались, словно на финале Лиги чемпионов.

Аквамен наконец заработал туше в бок, прямо под левую руку, и в воду резервуара хлынула, растекаясь клубами, темная с прозеленью кровь рептилии. Рассвирепев от боли, штурмовик атлантов с удвоенной энергией заработал конечностями, пытаясь достать противника кривыми когтями, но переставшая играть в смертельные поддавки Бандана больше не собиралась давать ему ни единого шанса. Она крутилась вокруг аквамена, внезапно ставшего неповоротливым и неуклюжим, – по крайней мере, зрителям казалось, что аквамен стал неповоротливым и неуклюжим, потому что Бандана превратилась в настоящий вихрь, и противник не успевал парировать ее броски. «Порхать как бабочка и жалить как пчела», – вспомнился Матвееву девиз одного из легендарных американских боксеров прошлого века.

Несколько раз сердце Эль Капитано все-таки замирало на мгновение, когда девчонка слишком рискованно подныривала под острые когти и растопыренные плавники монстра. Не то чтобы Матвеев был как-то особо расположен к этой мужеподобной чике, с которой ему регулярно наставляла рога Пакита, однако у них была слаженная команда, и искать нового боевого пловца, если этот по собственной глупости выйдет из строя, категорически не хотелось.

Магнуссон уже осознал, что произошло, и если бы кто-нибудь догадался сейчас скопировать его злобную физиономию и потом продавать ее в виде масок на Хэллоуин, то, несомненно, озолотился бы. Ну, по крайней мере, озолотился бы в том, старом мире. Кому он сейчас нужен, этот Хэллоуин с его масками? На Восточном побережье нынче непрекращающийся Хэллоуин круглый год…

Бандана окончательно расправилась с ихтиандром после восьмого выныривания. Растянула незамутненное удовольствие, так сказать. Позволила зрителям подольше насладиться зрелище. Впрочем, учитывая, что абсолютное большинство ставок в этом зале было сделано против нее, едва ли финал схватки доставил аудитории подлинное наслаждение. В нескольких местах продырявленный ножом аквамен медленно погружался на дно с перерезанным горлом, теряя кровь и кишки из распоротого живота. Раскатистый гонг обозначил завершение боя.

Уцепившись за ступеньку-перекладину, Бандана подтянулась и села на мостки над резервуаром. Сняв ласты, она помахала ими публике, откликнувшейся озадаченным гулом, и, прихрамывая, неторопливо удалилась, скрывшись за железной дверью в дальнем конце мостков.

Да, сегодня у завсегдатаев морских боев вышел черный день: сначала плакодерма победила фаворита плиозавра, а потом сучка Бандана завалила грозного морского штурмовика. Многие наверняка потеряли кучу денег.

Оставив окурок сигары умирать в пепельнице, Матвеев встал и направился к выходу из зала.

2

Иван Доу

Почему я? Люди часто задаются этим вопросом и делают это, как правило, попадая в неприятности, серьезные или не очень.

«Господи, почему это происходит именно со мной?» – думают они, и точно так же думал Иван Доу, представительной наружности молодой человек лет двадцати пяти, подвизавшийся на ниве легальной, полулегальной, а зачастую и абсолютно нелегальной торговли оружием.

Тот факт, что в настоящий момент не он сидит примотанный скотчем к офисному стулу и залитый кровью с головы до ног, торговца оружием нисколько не утешал.

Всё еще было впереди. И не сегодня, так завтра.

Приступу меланхолии изрядно способствовала окружающая обстановка: просторный склад с посеченными пулями штабелями ящиков был погружен в полумрак, лишь моргала неровным светом одинокая трубка люминесцентной лампы. Под ногами хрустело мелкое стеклянное крошево.

Иван представил, во что превратятся подошвы его кожаных ботинок ручной работы, и шумно выдохнул.

Зря.

– Друг мой! – немедленно обратил на него внимание Марк Вилье, переступил через лужу крови, натекшую вокруг мертвого охранника, и недобро улыбнулся: – Ваши моральные терзания не вернут пропажи.

– Я верну аванс, – быстро произнес Доу, предпочтя финансовые потери выяснению отношений с представителем всемогущего синдиката.

Марк Вилье, худощавый господин средних лет в неброском сером костюме и со столь же неброской внешностью, торговца оружием откровенно пугал. И неспроста – рассредоточившиеся по складу крепкие парни с автоматами ловили каждое движение босса и были готовы не просто выполнить любой его приказ, но по возможности даже упредить его. А приказ действительно мог быть любым. Марк Вилье представлял организацию, которая не привыкла стеснять себя в выборе средств.

– Этого недостаточно, – покачал головой гангстер. – Совершенно недостаточно. Ты гарантировал поставку устройства для безопасного трафика через Мексиканский залив. Под твое слово мы закупили товар и зафрахтовали судно. Каждый день простоя обходится нам в кругленькую сумму.

– Ну… – протянул Иван Доу и обвел рукой разгромленный склад: – Полагаю, случившееся попадает под форс-мажор?

– Нет, – коротко ответил Вилье.

Торговец оружием ненадолго задумался, потом хмыкнул:

– Разберете меня на органы?

Стоявший у входной двери чернокожий громила вопросительно глянул на босса, но гангстер лишь качнул головой, не став просить подручного осадить наглеца.

– На органы, Джон, – холодно улыбнулся он, – продать тебя никогда не поздно. Просто отыщи пропажу. Даю сутки и ни часом больше.

Иван поморщился. Он не любил, когда его называли Джоном. Джон Доу – это обозначение на полицейском слэнге безымянного трупа в морге, а люди его профессии слишком часто заканчивали карьеру подобным образом, чтобы дразнить судьбу, представляясь этим именем. К тому же после Атлантического инцидента и введения русского миротворческого контингента «Иван Доу» звучало гораздо представительнее.

Торговец оружием в очередной раз вздохнул и обреченно произнес:

– Шансы уложиться в этот срок невелики.

– Мы не бросим тебя на произвол судьбы, – уверил его Марк, – но для тебя же лучше будет исправить все самому. Это понятно?

Иван кивнул. Намек был прозрачней некуда.

– Кристиан! – повысил он голос. – У тебя что-то есть?

Из будки менеджера выглянул неприметный светловолосый мужчина лет сорока в синем рабочем комбинезоне и покачал головой:

– Записи камер уничтожены. – Техник окинул внимательным взглядом вооруженных автоматами гангстеров и счел нужным уточнить: – Восстановить записи невозможно за отсутствием жесткого диска. Варвары!

– Чисто сработано, – с непонятной ухмылкой сказал стоявший наособицу чернокожий парень и потер приплюснутый нос.

Иван обернулся и язвительно заметил:

– Вот уж не думал, что он умеет говорить!

Луис Тонго – бритый наголо громила, огромный и угольно-черный, – поправил ремни перетянувшей белоснежную сорочку оперативной кобуры и сдержанно улыбнулся, но взгляд его остался холодным и злым. Торговец оружием в своем пошитом на заказ костюме, с ухоженными руками и дорогим маникюром никогда не нравился ямайцу, а после сегодняшней накладки его и вовсе хотелось придушить.

Проблемы – это плохо, решать проблемы обыкновенно поручали именно Луису.

Иван никакого внимания на недобрый взгляд не обратил. Попросил техника:

– Крис, подожди в машине, – а сам повернулся к Вилье: – Марк, так значит, у меня сутки?

– Сутки, – подтвердил гангстер. – Но не торопись особо, мы еще здесь не закончили.

Действительно, не закончили. Один из налетчиков схлопотал пулю в живот, и подельники бросили его, сочтя мертвым. А он был жив. Пока еще жив.

Иван взглянул на примотанного к стулу мексиканца и досадливо поморщился. Потом достал из кармана носовой платок, ухватил худощавого паренька за окровавленный подбородок и вздернул ему голову.

– Никогда его раньше не видел, – решил он несколько мгновений спустя.

– Избавься от него! – потребовал Марк.

Иван растерялся:

– А вы не собираетесь его допросить?..

– А похоже, что мы сможем это сделать? – хмыкнул гангстер. – Или ты предлагаешь отвезти его в больницу и подлечить?.. Ну же! Давай!

– Почему я?

– Он убил твоих людей и поставил в неловкое положение тебя самого. Разве этого недостаточно? Сделай это!

Иван Доу облизнул губы и натянул тонкие кожаные перчатки, потом усмехнулся:

– Вот прямо так, значит, да?

– Тебя что-то смущает, Джон?

– Свидетели, – бесхитростно ответил торговец оружием. – Убийство – это до сих пор убийство, даже при китайской администрации. Не хочу оказаться на крючке у военных властей из-за чьего-то слишком длинного языка.

А еще Иван не хотел нарываться на неприятности, отправляя на тот свет одного из бойцов картеля. Он предпочитал не сжигать за собой мостов. Сегодня работаешь с одной организацией, завтра с другой – ничего личного, просто бизнес.

Марк Вилье посмотрел на торговца оружием с нескрываемой усмешкой, но все же махнул рукой, отсылая своих людей на улицу. Трое парней с автоматами скрылись за дверью, внутри остался только чернокожий Луис Тонго.

– Это неправильно… – пробормотал Иван.

– Ты допустил небрежность, тебе ее и исправлять.

– Я не могу!

– Можешь. У тебя в кобуре пистолет, просто достань его и спусти курок, – потребовал Марк. – Или я решу, что ты замешан в этом деле сильнее, чем хочешь показать.

Иван вытащил из-под пиджака разукрашенный сложной гравировкой «кольт» девятнадцать-одиннадцать, продемонстрировал его и поинтересовался:

– Марк, представляешь, сколько он стоит? Золото двадцать четыре карата, ручная работа…

– Понты, – усмехнулся Луис Тонго, у которого под мышкой был точно такой же – девятьсот одиннадцатый, только без всякого золота.

– Ты заставляешь нас ждать! – нахмурился Вилье, начиная терять терпение.

Иван покачал головой, убрал пистолет в кобуру и направился к выходу, но дорогу ему немедленно загородил чернокожий гангстер.

– Тебе не разрешали уйти, – угрожающе произнес Луис Тонго.

– И в мыслях не было, – хмыкнул в ответ Иван Доу и неожиданно быстрым движением выдернул «кольт» из наплечной кобуры громилы. Большой палец привычным движением оттянул спицу курка, торговец оружием развернулся, вскинул пистолет и с десяти метров всадил пулю в лоб примотанного к стулу мексиканца.

Голова мотнулась, брызнула кровь. Иван вздохнул и протянул оружие обратно Луису, рукоятью вперед. Тот забрал пистолет и выжидающе посмотрел на босса, но Вилье лишь покачал головой.

– Джон, прошу: впредь избавь меня от своих перформансов! – поморщился он.

Иван Доу кивнул и поспешил на выход, но прежде чем успел распахнуть дверь, представитель синдиката вдруг произнес:

– И нет, Джон, не на органы.

– Что, прости? – обернулся торговец оружием.

– Мы давно не разбираем, как ты изволил выразиться, должников на органы. Теперь мы продаем их в «Цезарь Палас». Это гораздо эффективнее: по крайней мере, остальные видят, что их ждет в случае хронического неплатежа. Из тебя, Джон, получится отличный гладиатор. Ты принесешь немало денег, прежде чем тебя сожрут. Возможно, даже успеешь прославиться на новом поприще. А возможно, и нет. Неважно. Но в любом случае пожалеть о своей оплошности успеешь совершенно точно.

Стать звездой подпольного тотализатора в жизненные планы Ивана не входило. С обреченным видом он вздохнул и уточнил:

– Сутки?

– Сутки, – подтвердил гангстер.

Доу кивнул и вышел за дверь.

3

Эль Капитано

Перейдя из «Колизея» в главное здание «Цезарь Палас» по крытой пешеходной эстакаде, Эль Капитано обогнул застывшего посреди вестибюля у выхода огромного Давида работы Микеланджело (или, возможно, это была просто хорошая копия, в искусстве Федор разбирался так себе) и двинулся к легендарному бару «Морской конек».

За стойкой сидела эффектная девушка-латино: поглядывая на висевший над ее головой плазменный монитор, на котором транслировали футбольный матч, она лениво потягивала через соломинку «Текилу Санрайз» и слушала mp3-проигрыватель через крошечные наушники. В наушниках играли «Vaya Con Dios», на мониторе – питерский «Зенит» и московское «Динамо». После Атлантических событий американские лиги футбола, хоккея и бейсбола прекратили свое существование, а чемпионаты многих европейских стран серьезно пострадали, так что топовые игроки из Африки и Латинской Америки выстроились в очередь в российскую и китайскую премьер-лиги, превратив их в футбольные зрелища номер один и номер два соответственно.

Эль Капитано слышал от старожилов, что когда-то телеэкранов в помещении не было – бар предназначался исключительно для понтовой релаксации богачей. В принципе тут и без того имелось на что посмотреть: обстановка была шикарной до вычурности, везде виднелись ажурные барельефы и античные скульптуры, а посреди зала располагался огромный аквариум – не такой большой, конечно, как в «Колизее», ибо населен был другими обитателями моря, поменьше и не столь опасными. Однако новая реальность и здесь внесла свои коррективы. Спортивные состязания интересовали местных джентльменов удачи куда больше релаксации, поэтому пафосному «Морскому коньку» пришлось удовлетворять дешевые запросы новой клиентуры, чтобы не прогореть.

Матвеев опустился рядом со смуглянкой – та покосилась на него с неудовольствием, – заказал себе пива. Посмотрел на футболистов, мечущихся по зеленому газону.

– Девушка, – вкрадчиво проговорил он, – что вы скажете насчет того, чтобы бурно и технично переспать с богатым и солидным мужчиной?

– Мой парень как раз такой, как вы описали, – холодно отозвалась девушка, вытаскивая из ушей горошины наушников, в которых едва слышно плескались латиноамериканские ритмы. – Богатый, солидный и сексуально техничный. Мало того, он еще и чертовски вспыльчивый. И если вы будете делать мне непристойные предложения в публичном месте, мистер, он вспорет вам брюхо навахой и заставит сожрать все, что обнаружит внутри.

– А если я предложу вам, к примеру, тридцать тысяч за ночь? – уточнил Эль Капитано. – Это примерно в сто-двести раз больше, чем предложат другие клиенты. Такая сумма поможет вам перебороть ложную стыдливость?

– Долларов? – изумленно приподняла бровь латино.

– Ну что вы! Разве я позволил бы себе предложить даме доллары?! Юаней, разумеется!

– О, мой кабальеро! – застонала смуглянка. – Где у вас тут постель?!

– Вечером, – строго охладил ее пыл Матвеев. – Но конечно, это королевское представление все же стоило видеть. Зря ты не пошла со мной в зал. Одного человека я имел право провести с собой бесплатно.

– Я все равно не смогла бы спокойно на это смотреть. Она сильно пострадала?

– Всплыла кверху брюхом, – равнодушно поведал Капитано, принимая у бармена свой бокал с пивом. – Кровь фонтаном, кишки по всему аквариуму… А с чего это вдруг тебя так сильно волнует состояние морской твари?

– Марикон! Я про Бандану спрашиваю!

– Ну, пару царапин заработала, конечно, как и договаривались. Ей не привыкать. Без этого мы не смогли бы как следует обвалить ставки.

– Бедная чикита…

– Ты ее все еще любишь? – живо заинтересовался Матвеев.

– Уважаю, – проворчала девушка. – Безмерно.

– А кого ты больше любишь: ее или меня?

– Тебя я просто терплю. – Она бросила оценивающий взгляд на Эль Капитано, вольготно, по-мужицки раскинувшегося за стойкой, расставив ноги, и уточнила: – С большим трудом.

– Что же тебя заставляет?

– Сама теряюсь в догадках. Может быть, то, что ты умеешь подбирать для нашей команды нажористые заказы?

– Это умеют многие команданте, особенно корейцы. Если за это спать с каждым из них…

– Да, но у них обычно смертность личного состава под пятьдесят процентов. А мы с тобой уже третий год работаем, и потеряли только Чарли. Да и тот сам был виноват.

– Может, это оттого, что у других команданте больше личного состава? По теории вероятностей, у них оттого и процент потерь выше.

– Может. – Девушка потянула из бокала свою «Текилу Санрайз», по мере потягивания последовательно пронзив соломинкой все три слоя коктейля. – Значит, на мою долю приходится тридцать кусков?.. Славно, конечно. Но я же ни черта не сделала в этот раз. Просто сидела тут в баре…

– У нас все поровну, Пакиточка. Забыла первое правило команды? Все заработанное делим в равных долях.

– Это нечестно. Бандана рисковала больше всех.

– Бандана выполняла общий план. Она, кстати, полностью получит призовые деньги за схватку, я на них не претендую и тебе не предлагаю. Но кроме этого я сделал рискованную ставку из общего фонда, и теперь каждый получит свою долю выигрыша. Бандана, кстати, тоже, все по-честному.

– Кажется, я вспомнила еще одну причину, кроме размеров члена, по которой терплю тебя, локо фуриозо Капитано. С великим трудом, но терплю.

– Я патологически справедливый и умопомрачительно щедрый, совершенно верно.

– Расскажи это китайцам, которых ты вечно водишь за нос.

– Мне нечего рассказывать китайцам. Все мои сказки они знают наизусть.

– Тогда расскажи им то, что плел когда-то русской администрации. Когда тебя приняли под руки в Сиэтле.

– Ну ты и мымра! – поразился Матвеев. – Я же велел тебе навсегда забыть о том дурацком случае! Как в такой маленькой головке может умещаться столько змеиного яда?!

– Эй, русский медведь! Я тебя ни хрена не понимаю. Говори по-испански, по-английски или хотя бы по-китайски. Вот то, что ты сейчас изблевал, вот это «мрым» – это ведь наверняка что-нибудь вроде «пута мадре»?

– Примерно. Очень примерно.

– Ну так и говори человеческим языком: пута мадре! Нечего придумывать всякие рмы… мрме…

– Это ты человеческого языка не знаешь, пута мадре. Щебечешь на варварских диалектах латыни и путунхуа, ни в одном толком не разбираясь. А вот древние славянские группы индоевропейской языковой семьи…

Огромная и волосатая смуглая лапа легла сзади на его плечо. Матвеев неодобрительно покосился на лапу.

– Эль Капитано? – хрипло раздалось у него над ухом.

– Это зависит от того, кто спрашивает, – сдержанно ответил Федор, не сводя многозначительного взгляда с лапы.

Пакита ощетинилась, подалась вперед, сузила глаза, едва не оскалилась, в любую секунду готовая броситься на незнакомца.

– Папаша Пак хочет поговорить с тобой, Эль Капитано.

Громила оказался непонятливым и руки не убрал, поэтому Матвеев негромко проговорил:

– Ты педик?

На мгновение пальцы на его бицепсе напряглись, затем рука разжалась и исчезла из поля зрения.

– Так лучше? – насмешливо поинтересовались сзади.

– Значительно. – Эль Капитано наконец соблаговолил развернуться и окинул задумчивым взглядом стоявшего за его спиной метиса в гавайской рубашке и с бычьей шеей. Типичный ацтек. Дэнни Трехо явно приходился ему близким родственником – как минимум родным дядей по материнской линии. Дядей по отцовской линии определенно был гигантский орангутанг с Борнео. – Кто тебя учил хватать честных борзов за руки, чико? Запросто можешь остаться без руки.

Метис моргнул. В принципе русское сокращение БОРЗ для деклассированных элементов (без определенного рода занятий) в китайской зоне оккупации было не в ходу. Однако правильные люди здесь знали его и реагировали на него правильно. Российская администрация на территориях севернее сороковой параллели, в отличие от китайцев, вела с местными преступниками ожесточенную войну, так что на юге эти упрямые головорезы, отважно противостоящие диким и страшным русским, выглядели чуть ли не супергероями. Термин «борз» в Лас-Вегасе расценивался примерно как словосочетание «русская мафия» в прежней Америке: нечто суровое, жестокое, предельно опасное и абсолютно безбашенное.

– Передай Паку, что за призовыми деньгами я зайду позже, – проговорил Матвеев, не дождавшись ответа. – Совершенно внезапно. И за своим выигрышем к его букмекеру – тоже. Сегодня я не захватил с собой свой верный инкассаторский броневичок.

– Папаша хочет говорить с тобой не по поводу боев. У него к тебе небольшой частный разговор по другому вопросу.

– Частные разговоры – мое любимое занятие! – умилился Эль Капитано. – Я найду твоего босса где обычно? Сопровождающие мне особо не нужны, сам доберусь, спасибо.

– Где обычно, – отозвался громила. – Но я все-таки провожу тебя, борз. Все равно иду в ту же сторону.

– Нас, чико. Ты проводишь не меня, а нас, потому что девушка идет с нами.

– Девушка остается здесь. Папаша Пак желает говорить с тобой с глазу на глаз.

– Она мое доверенное лицо. Все, что Пак скажет мне, я тут же перескажу ей, едва выйду от него. Твой босс либо беседует с нами двумя, либо отправляется к черту – играть в свои детские секреты.

– Пак хочет говорить с тобой, а не с двумя. – Метис был непробиваем.

– Де чико, ты не особо умен, – вздохнул Матвеев. – Впрочем, при твоей профессии это и не требуется. Давай спросим босса, готов ли он говорить с нами обоими. Уверен, мне он не откажет.

Несколько секунд громила переваривал услышанное, потом нехотя дернул головой:

– Пошли. Если что, я постерегу твою телку в коридоре.

– Постережешь свою бабушку, – осадил Матвеев. – А эта телка в рукопашной один на один сломает тебе руку в трех местах быстрее чем за полминуты.

– Вот это мне и не нравится, – хладнокровно парировал метис. – Я отвечаю за безопасность босса.

– Давай все-таки сначала спросим у самого босса. Вдруг он готов рискнуть.

Метис снова завис на несколько секунд. Потом обреченно дернул головой:

– Пошли, борзы.

Войдя в лифт, громила вставил ключ в скважину под кнопочной панелью и, прикрыв панель корпусом, в определенной последовательности быстро нажал на ней несколько кнопок. Двери схлопнулись, и зеркальная кабина без промежуточных остановок стремительно вознесла их на верхний этаж Башни Августа, в охраняемый кучей народу пентхаус, который нынешний владелец «Цезарь Палас» Пак Хо Сан отвел себе под рабочий кабинет и личные апартаменты.

4

Иван Доу

Кристиан Липке ждал торговца оружием за рулем черного, полностью затонированного джипа «Гранд Чероки». Иван уселся на пассажирское сиденье и скомандовал:

– Поехали отсюда!

Техник завел двигатель, и автомобиль медленно покатил меж однотипных складов. Луч восходящего солнца резанул по глазам, мужчины, не сговариваясь, опустили козырьки и, также не сговариваясь, переглянулись.

– Все плохо? – спросил техник.

– Хуже не бывает, – подтвердил Иван. – Как тебе перспектива очутиться в набитом тварями аквариуме с одним только трезубцем?

Крис рассмеялся.

– Боюсь, все закончится не столь романтично, – сообщил он, закуривая. – Тебе пустят пулю в затылок и закопают в пустыне. И меня рядышком.

Иван Доу с интересом взглянул на помощника и уточнил:

– Это твои предположения или уже знаешь наверняка?

– Вилье приказал своему доберману избавиться от нас этим вечером.

– Ты успел поставить жучок? – догадался Иван.

– Ну, ты же мне именно за это деньги платишь, – хмыкнул Липке.

Торговец оружием откинулся на сиденье и с чувством выругался.

– Вот сволочь! Он обещал мне сутки!

– Эти ребята никогда не играют по правилам.

Иван кивнул. Верно, не играют.

Торговец оружием нервно оглянулся, но джип к этому времени уже выбрался на оживленную трассу, и «хвост», если он и был, затерялся в плотном потоке машин.

– Что делать? – спросил Кристиан. – Срочно брать билеты на Аляску?

– Достанут и там, – вздохнул Доу. – К тому же, как по мне, на Аляске слишком холодно. А камеры в полицейских участках так и вовсе просто ужасны.

– Доводилось побывать?

– Не без этого, – подтвердил Иван, мельком подумав, как причудливо иной раз извиваются линии судьбы. Из-за проблем с законом он некогда застрял на севере и встретил Атлантический инцидент в холодной камере за тысячи миль от Мексиканского залива, а его законопослушных маму и отчима накрыло цунами, смывшее в океан особняк в Майами, сам город и все Восточное побережье заодно.

Торговец оружием беззвучно выругался и попросил помощника:

– Отвези меня в центр. И будь на связи.

– Хорошо, – кивнул Липке, останавливаясь на перекрестке.

С внедорожником поравнялась патрульная машина временной администрации, китайцы в бронежилетах и с автоматами уставились на тонированный джип, но останавливать не стали и, понемногу набирая скорость, проехали дальше.

Иван выставил им вслед средний палец, Кристиан повернул на соседнюю улицу и покатил к центру Лас-Вегаса – самого беспокойного города в мире, и если кто-то возьмется утверждать обратное, приезжайте и убедитесь сами.

Мелькали за окнами автомобиля высотки отелей, то и дело попадались на глаза кафе и рестораны, сияли разноцветными огнями многочисленные казино – слава Всевышнему, Западное побережье Сухих Штатов, задыхавшееся от недостатка самого необходимого, не испытывало проблем хотя бы с электроэнергией, ибо исполинская Дамба Гувера по-прежнему исправно функционировала. Когда в реке стремительно поднялась пришедшая с востока морская вода, инженеры Дамбы просто на полную открыли водосброс, иначе плотину просто смело бы таким бешеным напором. Иван Доу поглядывал по сторонам без всякого интереса и вскоре попросил остановиться перед главным входом торговой галереи.

Но занимали его вовсе не покупки – конгломерат дорогих магазинов и бутиков он миновал без остановок, покинул его через одну из боковых дверей и поспешил прочь по глухому переулку. Имелись и более надежные способы избавиться от возможной слежки, но на них уже не оставалось времени. Часы неумолимо тикали, и так же неумолимо приближался дедлайн, а в его случае выражение «смертельная черта» не было преувеличением ни в малейшей степени.

Дыра в затылке и яма в пустыне – вовсе не то будущее, к какому стремился Иван.

Уже шагая по тротуару вдоль шумной дороги, торговец оружием достал из кармана предоплаченный телефон и набрал единственный забитый в его память номер. Никто не ответил. Но никто и не должен был ответить, важен был сам факт звонка.

Повернув на углу, Иван распахнул стеклянную дверь бистро, и остуженный кондиционером воздух окутал его холодным облаком. Торговец оружием уселся за свободный стол у окна, заказал кофе и пару пончиков. Недавние события полностью отбили аппетит, он мог бы просто попросить стакан воды, но не хотел дать официантке повод запомнить себя. У него и без того хватало проблем.

Когда принесли заказ, Иван на миг оторвался от экрана смартфона, кивнул сонной девушке и вновь принялся просматривать новостные сайты. Время шло, в бистро никто больше не заходил, и понемногу это начало действовать на нервы. Торговец оружием вовсе не был уверен, что известие о налете на склад уже не достигло заинтересованных лиц и его не списали в утиль.

У черных вестей быстрые крылья, или как-то так. Как правильно звучало это выражение, Иван не знал, хоть и считал себя стопроцентным американцем. Все же английский язык не был для него родным, и потому зачастую в словарном запасе торговца оружием возникали лакуны – незначительные, но досадные.

Убрав смартфон в карман, Иван с отвращением отодвинул от себя чашку остывшего кофе и совсем уже собрался подняться из-за стола, когда входная дверь распахнулась, и в заведение вошел лысоватый мужчина средних лет в поношенном сером костюме. Его сорочка казалась несвежей, брюки требовали глажки, и все же нечто неуловимое не позволяло с ходу причислить их владельца к разряду нерях. Скорее уж приходило на ум, что он малость не от мира сего, как те рассеянные гениальные ученые.

Неприметный лысоватый господин по фамилии Майлд числился в штате САБР – Североамериканского бюро расследований, спешно сформированного после Атлантического инцидента из уцелевших сотрудников ФБР и BATF (бюро по контролю за алкоголем, табаком и огнестрельным оружием). Русские и китайцы оспаривали управление организацией друг у друга с переменным успехом, и это обеспечивало ей достаточную степень автономии. А где автономия – там и разные темные делишки и секретные операции, превзошедшие эти самые темные делишки по части негативного влияния на карму всех причастных к ним людей.

Мир рушится быстро, люди гниют годами. Мысль эта напомнила Доу предсказание из китайских печений, он поморщился и мотнул головой.

Спецагент Майлд уселся напротив, придвинул к себе блюдце, макнул пончик в остывший кофе, откусил.

– Отличная выпечка! – широко улыбнулся он, прожевав.

– Не могу сказать того же о сегодняшней ночи, – поморщился Иван.

– Только не говори, что все сорвалось.

– Сорвалось?! – хмыкнул торговец оружием. – Если под словом «сорвалось» ты подразумеваешь мою скорую кончину, то да – все сорвалось!

– Какого черта, Иван? – нахмурился спецагент. – Прибор работает как часы! Я лично следил за его обкаткой! Как ты мог все запороть при таком раскладе?! Как, скажи на милость? Ты хоть понимаешь, чем я рисковал, снимая его с нашего катера береговой охраны?!

– Его украли.

– Украли?!

– Именно. Вломились на склад и перебили охрану. Вилье в ярости.

– Кто?!

– Картель, – с печальным вздохом ответил Иван.

– Латиносы? – хмыкнул Майлд и бросил надкусанный пончик на блюдце. – Что ж, Джон, наше сотрудничество было взаимовыгодным, жаль, не смогу принести на твою могилку цветов. Но ты же знал, что рано или поздно этим все закончится?

– Ты не выглядишь расстроенным, – отметил Доу, настораживаясь.

«Антиатлант», армейский прибор для отпугивания морских тварей, стоил серьезных денег, денег, которых им еще не заплатили. Майлд имел обыкновение убивать и за меньшее, но сейчас он лишь спокойно пожал плечами и поднялся из-за стола.

– Так или иначе, свое я получу, – бросил спецагент на прощание, но Ивана такое завершение беседы не устроило.

– Стой! – потребовал он. – У нас еще есть шанс все исправить!

– У тебя, ты хотел сказать? – с ленцой поинтересовался Майлд.

– У меня, да! Но понадобится твоя помощь!

Майлд с сомнением посмотрел на торговца оружием, вздохнул и вернулся обратно.

– Говори, – велел он.

Иван достал из кармана пластиковый пакет с грязным носовым платком.

– Это кровь одного из нападавших. Пробей по базе ДНК.

– Это не так просто.

– Не так просто мне будет спрятаться от синдиката. Отправь кровь на анализ, большего не прошу.

На лбу плешивого агента залегла глубокая морщина. Он оценил прозвучавшую в голосе собеседника угрозу и фыркнул:

– Рискнешь пойти против картеля?

– А у меня есть выбор?

Спецагент Майлд покачал головой. Сунул пакет с платком в карман, пообещал:

– Позвоню, – и зашагал на выход.

Иван Доу откинулся на спинку скамьи и пристально посмотрел вслед партнеру. Вопреки ожиданиям тот не стал устраивать скандала, он вообще повел себя насквозь неправильно, и эта неправильность наводила на нехорошие раздумья. Она пахла пылью неглубокой ямы, наспех выкопанной посреди раскаленной солнцем пустыни.

Иван кинул на стол мятую пятерку и отошел к зеркалу. Полюбовался безукоризненным отражением, поправил расстегнутый ворот сорочки, растянул губы в белозубой улыбке преуспевающего предпринимателя. Получился оскал раненого животного.

Но сдаваться он не собирался при любом раскладе.

5

Эль Капитано

Полтора часа спустя Матвеев и Пакита в глубокой задумчивости вернулись в бар «Морской конек». За стойкой на том же самом месте, где раньше сидела кубинка, теперь расположилась негритянка Бандана – уже одетая в топик змеиной кожи, юбку выше колен, крокодиловые сапоги и короткую кожаную курточку. Пакита с визгом бросилась ей на шею. Эль Капитано опустился рядом, испытующе посмотрел на негритянку, задержал внимательный взгляд на свежих шрамах на ее ногах и оголенном бицепсе – уже зашитых и залитых антисептиком.

– Куда вы провалились? – недовольно поинтересовалась Бандана. – Я со скуки выпила уже полбутылки эрготоу! Почему на мобилу не отвечаем?! Я думала, вас там уже давно закопали со всеми деньгами…

– Как самочувствие, чика? – спросил Матвеев, игнорируя ее вопросы. – Я правильно понял в зале, что ты так и не позволила аквамену цапнуть себя по-настоящему?

– Один раз позволила, – нехотя призналась девушка, понимая, что скрывать правду от командира бессмысленно, и машинально погладила изуродованный свежим шрамом бицепс. – Прости, тренер. Нелепо подставилась. Ступила! Но сразу после боя меня отлично подлатали за счет заведения. Там такие сексуальные медсестрички – м-м-м! Тебе точно понравились бы…

Пакита шлепнула ее по больному плечу – вроде бы ласково, но негритянка зашипела от боли.

– Дура, – хладнокровно подтвердил Эль Капитано. – Пута мадре. Если жертвовать каждому ублюдку кусок собственного мяса, оно быстро закончится. Я тебя мало гоняю, гуапа? Сегодня, так и быть, отдых, восстановление, сауна и секс, но завтра ты у меня умрешь на тренажерах в бассейне, малдита идиота!..

– Ладно, – проговорила Бандана, потирая пострадавшую конечность. – Придержи коней, ковбой. Призовые забрали?

– Нет, конечно, – отозвался Матвеев. – Ну, что ты как маленькая? Магнуссон непременно захочет отомстить по горячим следам и перехватить бабки. Да и других желающих поживиться призовыми деньгами в Лас-Вегасе достаточно. Мы придем за ними к Папаше Паку в другой день, совершенно внезапно. Свалимся как снег на голову, когда никто из местных бандидос не будет готов, а потом мгновенно растворимся с баблом в предрассветной туманной дымке.

– Где ж вы тогда шатались столько времени? Трахались небось в мужском туалете?..

– Беседовали с Папашей Паком. Он сделал мне довольно интересное предложение, от которого невозможно отказаться. – Эль Капитано достал из нагрудного кармана кубинскую сигару, презентованную понимающим Папашей, помял в пальцах, потом снова спрятал. – Вас, девчонки, это тоже касается самым непосредственным образом, Пакита уже в курсе. Короче, поехали домой, мухэр, обрисую ситуацию по дороге. Тут слишком публичное место. Допивай свои оставшиеся полбутылки, и стартуем. С эрготоу могу помочь, но тогда за руль придется посадить Пакиту, а это чревато.

– Не утруждай себя, папочка. Я заберу свои полбутылки с собой.

Они спустились в подземный гараж и направились к своей машине, стоявшей как раз под наклеенным на стене плакатом социальной рекламы оккупационных войск: добродушный бурый мишка и суровая панда, оба мультяшно антропоморфные и в армейском камуфляже, с двух сторон поддерживают под мятые крылья ошалевшего и насквозь промокшего американского орла с ногой в гипсе. Под плакатом имелась надпись на английском, испанском, арабском, русском и китайском: «ОКЕАН ДЛЯ ДРУЗЕЙ – НЕ РАССТОЯНИЕ!»

Заметив девушек в сопровождении Эль Капитано, от стены отделился здоровенный цыганистый бугай, который двинулся им навстречу. В руке у него была велосипедная цепь, с одной стороны обмотанная изолентой. Бугай радушно осклабился, заметив, что все смотрят на него. Из-за припаркованного мини-вэна с двух сторон вышли еще двое – с бейсбольными битами.

Эль Капитано чуть приотстал и оглянулся, чтобы посмотреть, как захлопываются створки капкана. Позади было четверо. Правильная стратегия: те, что подходят спереди, с длинномерными орудиями труда, лишь отвлекают огрызающихся жертв. Бить всерьез станут сзади. Лобная кость, как известно, настоящая каска, а вот затылочная слаба, подвижна и состоит из как попало скрепленных между собой деталей. Хорошим ударом по затылку человека можно убить – а вот сделать то же самое ударом по лбу сложновато.

Стало быть, сзади никого подпускать нельзя. Все как обычно.

– Бандана, ми корасон, как себя чувствуешь? – вполголоса поинтересовался Матвеев, на ходу наскоро разминая запястья. – Голова от кровопотери не кружится?

– Все в порядке, босс. – Девушка подняла руку, и в ней блеснула «Игла». – Готова прямо сейчас распотрошить еще пару-другую ихтиандров.

– Значит, работаем! Спина к спине, девчонки, под огнестрел не лезем, строго держим свои сектора. Пакита, детка, береги суставы пальцев, они у тебя проблемные. Команда, слушай мой приказ: до смерти никого не мочить! Папаша Пак не нанимался за нами бесплатно трупы утилизировать, это хороших денег стоит. Погнали!..

6

Иван Доу

Братья О’Райли не были родственниками, но их компанию иначе как «братья О’Райли» не называл никто и никогда. Ну в самом деле – если трое ирландцев вечно держатся вместе, двое из них рыжие как морковь и двоим же довелось появиться на свет с этой славной фамилией, то какое еще прозвище могло к ним прилипнуть?

И никого давно уже не удивлял тот факт, что одного из «братьев» звали Эйрин, Эйрин О’Райли. А если кто и удивлялся, то молча. Кому нужны неприятности на пустом месте?

Ведь именно на неприятностях «братья» и специализировались. Решали проблемы одних, создавали их другим. Не в силу особенной живости характера, а строго за наличный расчет. Эйрин, Патрик и Кевин были наемниками.

Штаб-квартирой им служил бар «Клевер» – небольшое заведение без вывески, с выкрашенной зеленой краской дверью. Хватало зеленого и внутри, особенно в сочетании с белым и оранжевым. Завсегдатаи любили выпивать в окружении цветов национального флага смытой в морскую пучину страны.

Свет в баре не горел, лишь светились лампы в дальнем от входа углу, откуда то и дело доносился костяной стук и отзвуки ударов потише. Патрик О’Райли и Кевин Ши играли в бильярд. Патрик пил «Джеймсон», Кевин отдал предпочтение «Гиннессу»; пиво выигрывало у виски с заметным отрывом.

Крепкие парни лет двадцати пяти были невысокими и коренастыми, отчаянно-рыжими и зеленоглазыми. Да и в остальном походили друг на друга, словно близкие родственники: жизнь обтесала их на один манер, как волны обкатывают гальку на морском берегу. Сбитые костяшки, свернутые носы, уверенные движения опытных бойцов.

Эйрин была слеплена из другого теста. Стройная и подтянутая, словно свитая из стальной проволоки плеть, со столь холодным взглядом серых глаз, что никому и в голову не приходило даже в шутку поинтересоваться натуральным цветом ее обесцвеченных волос, стянутых на затылке в короткую косицу.

Девушка протирала стойку бара. Когда зазвонил телефон, трубку взяла именно она. Молча выслушала сообщение и крикнула «братьям»:

– Заканчивайте!

– Чего это? – удивился Кевин. – Чем тебе бильярд помешал?

– Во-первых, у меня от вашего стука разболелась голова…

Патрик ухмыльнулся и немедленно выдал:

– Будь ты моей женой, это был бы чертовски сильный аргумент, но…

– Еще раз пошутишь так, получишь по зубам, – пообещала Эйрин и продолжила: – Во-вторых, звонил Иван, у него срочное дело.

– Джон Доу прорезался? – обрадовался Кевин и потер руки. – Чую, будет весело…

– Лишь бы не как в прошлый раз, – поморщился Патрик.

– Тебя тогда что-то не устроило?

– Рассрочка, – пояснил наемник. – Меня не устраивает рассрочка на наши услуги.

– На этот раз будет полная предоплата, – сообщила Эйрин.

– Похоже, дело намечается жаркое… – задумчиво протянул Кевин.

Девушка кивнула:

– Он упомянул контрагентов на букву «к».

– Его кинул картель?! – неприятно поразился Патрик. Связываться с мексиканцами ему не хотелось по той простой причине, что такие мероприятия никогда себя не окупали.

– Ивану придется раскошелиться, – согласился с напарником Кевин.

– Так и будет, – кивнула Эйрин.

Иван Доу прибегал к услугам наемников всякий раз, когда его взаимоотношения с контрагентами заходили в тупик, и считался постоянным клиентом, но на этот раз о скидках и рассрочках не могло идти и речи. Предоплата, наличный расчет и двойной тариф. Слишком высок риск засветиться и кончить жизнь с залитыми в бетон ногами на дне Мексиканского залива.

– Если он платит, мы в деле! – усмехнулся О’Райли и опрокинул в себя очередную рюмку виски.

– Хватит пить! – потребовала Эйрин. – Нам работать сегодня!

– Сильно его припекло, – фыркнул Кевин Ши.

– Иначе он бы и не обратился, – пожал плечами Патрик и направился в заднюю комнату. – Пойду проверю снаряжение.

Бутылку виски он как бы невзначай прихватил с собой.

Кевин запер входную дверь и отправился следом.

Иван Доу приехал в бар после пяти. Как обычно, в дорогом костюме, гладко выбритый и просто излучающий уверенность в себе, но Эйрин знала его слишком хорошо, чтобы не заметить в глазах торговца оружием странной растерянности. Следом прошмыгнул неприметный тип лет сорока в синем рабочем комбинезоне – Кристиан Липке, водитель, охранник и мастер на все руки. Он безмятежно кивнул и устроился за столом с ноутбуком.

Иван подошел к бару:

– Просто замечательно, что ты стоишь за стойкой, Эйрин, – с улыбкой произнес он, – иначе я бы не удержался и шлепнул тебя пониже спины!

– Просто замечательно, что я стою за стойкой, Иван, – заявила в ответ девушка, – это уберегло всех нас от совершенно ненужных осложнений.

– Не хотелось бы из-за такого пустяка лишиться денежного клиента, – добавил Кевин. – Да и труп закапывать – та еще морока. – Он перевел взгляд на Кристиана и с усмешкой добавил: – Два трупа.

– Ну, или так, – пожал плечами Доу и выложил на стойку пухлый газетный сверток. – Аванс.

– Аванс? – нахмурился наемник. – Я думал, речь шла о полной предоплате!

– Успокойся, – попросила Эйрин. – Остальное получим, когда появится ясность с заказом.

Кевин с недовольным видом поморщился, встал за кран и принялся наполнять бокал «Гиннессом».

– А когда появится ясность? – спросил он.

– Если она не появится до конца дня, то не появится вовсе, – сообщил торговец оружием. – И тогда мне конец.

– Но аванс невозвратный?

Иван Доу с выражением глянул на рыжего наемника и вздохнул:

– Приятно осознавать, что тебя окружают столь отзывчивые люди.

Кевин хохотнул и «срезал» излишки мелкой плотной пены, но прежде чем успел приложиться к пиву, торговец оружием забрал у него бокал и отставил в сторону.

– Хватит пить! – потребовал он. – Вам работать вечером!

– Может, мне еще «Боже, храни королеву» спеть? – разозлился ирландец. – Или «Правь, Британия, морями»?

Иван только покачал головой и повторил:

– Хватит пить!

– Да это просто кружка пива!

– Хватит, Кевин, – попросила Эйрин, закончив пересчет толстой пачки юаней.

Наемник недобро глянул на нанимателя и всплеснул руками:

– А еще говорят, что ирландцы и русские похожи! Что и те и другие много пьют!

– Выпьем после работы.

– Черт, Иван, тебе меня не понять! Мою родину смыло на хрен в море, а твоя на паях с Китаем попилила Штаты и закусила Канадой!

Доу почувствовал, что начинает злиться, и усилием воли заставил себя упокоиться. И у него это даже почти получилось.

– Я жил в Майами с десяти лет, – негромко заявил он. – Там жила моя семья. А где жила твоя семья, Кевин? На Западном побережье, так?

– Вы еще подеритесь, мальчики, – скучающим тоном произнесла Эйрин, нисколько не впечатленная перепалкой. – Кевин, позови Патрика.

– Двое на одного? – усмехнулся Иван. – Бесчестные ублюдки!

Ирландец в ответ выставил вверх средний палец и отправился за напарником.

– На этот раз ты влип серьезно? – поинтересовалась девушка.

Доу отпил пива из отвоеванного бокала и кивнул:

– Серьезней не бывает.

– Такое случается, когда начинаешь работать с картелями.

– С синдикатом, – покачал головой Иван. – Мексиканцы перехватили мою поставку синдикату.

– И ты остался крайним?

– Остался.

Вернулся Кевин, перетащил от ближайшего стола стул, уселся на него, выставив спинкой вперед. Патрик появился минуту спустя и сразу сунулся в бар, но Эйрин шикнула на него, велев забыть о выпивке.

– Только не говорите, что пьете с самого утра, – вздохнул Иван, только теперь обратив внимание на подозрительный блеск в глазах наемников.

– Мы не пьем с самого утра, мы пили утром, – поправил его Патрик и сразу перешел в наступление: – Ты ведь не предупредил заранее о своих планах на день!

Доу махнул рукой, хлебнул пива и сообщил:

– Люди из картеля забрали одну вещь, которую я уже продал синдикату. Ее надо вернуть или я покойник.

– Что за штуку? – спросил Кевин.

– Электронный блок.

– И для чего он нужен? – прищурился Патрик.

Торговец оружием закатил глаза и обреченно вздохнул.

– Блок нужен синдикату, и это главное, – только и ответил он.

– И что ты предлагаешь? – спросила Эйрин. – Мы не можем просто хватать людей из картеля на улице и выпытывать у них, где сейчас твоя игрушка.

– Мы и не будем, – поморщился Иван. – При налете на склад один латинос поймал пулю. Как только установят его личность, мой человек в полиции даст об этом знать. Пройдемся по связям.

– Целая войсковая операция намечается, – многозначительно заметил Патрик. – Это обойдется недешево.

– А еще он требовал от меня спеть «Боже, храни королеву», – добавил Кевин.

– Удваиваем цену! – тотчас откликнулся его напарник.

– Мальчики, не шумите, – попросила Эйрин. – Условия контракта мы еще обсудим…

В этот момент в кармане Ивана зажужжал предоплаченный телефон, торговец оружием выставил перед собой указательный палец, призывая всех к молчанию, поднес трубку к уху и произнес:

– Слушаю.

– Это не картель! – послышался взволнованный голос спецагента Майлда. – Джон, мать твою, это был не картель!..

– Не понял? – опешил торговец оружием.

– ДНК нет в системе, но частично образец совпал с кодом главы байк-клуба «Ацтеки» Алехандро Руа! Убитый – его брат или кузен! Джон, «Ацтеки» не работают с картелями!

– Это же хорошо? – пробормотал сбитый с толку Доу.

– Хорошо?! – прорычал спецагент. – Верни блок! Верни блок, или я сам тебя пристрелю! Понял, сукин ты сын?!

Иван Доу сунул замолчавший телефон в карман и в несколько глотков допил «Гиннесс». Не обращая внимания на озадаченные взгляды наемников, отошел к насторожившемуся помощнику и сказал:

– Байк-клуб «Ацтеки». Нарой на них, что сможешь.

Кристиан Липке кивнул и принялся шерстить закрытые базы данных, коды доступа к которым заполучил благодаря небескорыстному содействию спецагента Майлда.

– Планы поменялись? – спросила Эйрин, когда торговец оружием вернулся к стойке бара.

– Цель не картель, а байк-клуб «Ацтеки».

Патрик только пожал печами.

– Ну, это особой роли не играет, – но в голосе его прозвучало откровенное облегчение.

– Брось! – нахмурился Иван. – Разница есть, и принципиальная.

– Пострелять в любом случае придется, – резонно заметил Кевин.

– Я не собираюсь сбивать цену, – пожал плечами Доу, хотя именно это он и намеревался провернуть, – просто не надо выкручивать мне руки. Стандартные расценки плюс премия за срочность – это разумно, не так ли?

– Двойная премия, – отрезала Эйрин. – И так будет всякий раз, пока не научишься предупреждать нас заранее! Мы даже не знаем, где придется работать.

Кристиан Липке перенес свой ноутбук на стойку бара и предложил:

– Могу устроить виртуальный тур.

Наемники переглянулись, Кевин кивнул:

– Давай.

Помощник торговца оружием открыл карту и указал на одну из отметок:

– Гараж «Ацтеков» на самой окраине. Кругом только склады и мастерские, никаких гражданских с заходом солнца. – Он приблизил изображение нужного здания и продолжил инструктаж: – К гаражу примыкает двухэтажное здание офиса с отдельным входом. Подъехать туда можно с двух сторон, но с крыши трехэтажного здания через два дома простреливаются обе дороги.

– Возьмешь это на себя? – спросил Иван помощника, который во время службы в армии был марксманом: не полноценным снайпером, а стрелком поддержки, призванным увеличить дальность огневого поражения отделения до семисот-восьмисот метров.

– Дистанция подходящая, – кивнул Липке и переключился из режима карты в виртуальный тур. – Снимки сделала полиция в прошлом году перед очередной облавой, с тех пор что-то могло измениться, – сообщил он, демонстрируя сначала одну улицу с обшарпанными воротами гаражей, а затем и соседнюю. Потом показал непосредственно ангар с пристроенным к нему двухэтажным офисом.

– Сколько там может быть людей? – спросил Патрик некоторое время спустя.

– По данным предыдущих облав, от трех до семи человек, – сообщил Крис Липке. – Всего в банде от двенадцати до пятнадцати активных членов, но трое из них отбывают наказание, еще один недавно разбился на мотоцикле и одного подстрелили на складе.

– Нашел гада? – встрепенулся Иван.

– Да, смотри, – и техник вывел на экран фотографию молодого мексиканца. – Хуан Руис, кузен Алехандро. Не привлекался, поэтому в полицейской базе данных его нет. Я отыскал снимок в архиве оперативной разработки.

Торговец оружием присмотрелся к изображению и кивнул:

– Да, похож.

– Итак, в самом худшем раскладе нам придется иметь дело с десятком бойцов, – подытожил Патрик. – Планировка помещений известна?

– План старый, ничего более свежего найти не удалось, – сообщил Крис, и фотографии сменились схемой первого этажа. – Могу сделать 3D-модель.

– Да и так все понятно, – покачал головой Кевин. – Но втроем мы там завязнем. Надо заходить через офис и через гараж одновременно.

Эйрин оценивающе взглянула на торговца оружием и спросила:

– Иван, ты в деле?

Доу поморщился и повернулся к помощнику. Липке кивнул.

– Хорошо, – с обреченным вздохом согласился Иван. – Как предлагаете действовать?

– Мы возьмем на себя офис, – решил Кевин, – на вас гараж. Радиочастоты и мобильную связь подавим сами, Крис отрубит электричество и телефон. Дальше будет контролировать улицу и слушать полицейскую волну. Ты, Иван, главное не суйся вперед и прикрывай Эйрин.

– Да уж вперед не полезу, это точно, – поморщился Доу и предупредил: – Алехандро надо взять живым.

– Нереально, – сразу отрезал Патрик. – Возьмем, кого получится.

– Крис, покажи этого персонажа, – все же попросил торговец оружием.

Помощник вновь переключился на полицейскую базу данных.

– Да все эти латиносы на одно лицо! – бросил Патрик, поднимаясь со стула, и толкнул в плечо напарника. – Пошли.

– Куда это вы собрались? – насторожилась Эйрин.

– Осмотримся на месте, – пояснил О’Райли. – А ты пока распотроши бумажник нашего нанимателя.

Ирландцы отправились на выход, Иван Доу откинулся на спинку стула и скрестил на груди руки:

– С учетом изменившихся обстоятельств, думаю, заплатил достаточно.

Девушка улыбнулась:

– О, ты даже не представляешь, как сильно заблуждаешься!

Кристиан Ланке закрыл ноутбук и предупредил:

– Присмотрю за местом. Если получится, возьму под видеонаблюдение, а как стемнеет, запущу беспилотник.

– Ладно, иди, – с кислой миной отпустил его торговец оружием и едва удержался от обреченного вздоха. Переговоры намечались не из легких.

Темно-синий фургон «Шевроле» подъехал к гаражу «Ацтеков» в полной темноте с выключенными фарами и без габаритных огней. За рулем сидел Кевин Ши, остальные разместились в салоне.

Иван Доу поправил ремни бронежилета с надписью «S.W.A.T.» и нервно постучал пальцами по лежавшему на коленях «ремингтону» 870-й модели с коротким стволом. Ему было откровенно не по себе. Он привык продавать оружие, а не использовать его по назначению, и собирался придерживаться такой позиции впредь. Хотя бы просто потому, что это приносило несравненно больше денег.

Эйрин и Патрик всю дорогу молчали. Какая кошка между ними пробежала, Иван не знал, но подозревал, что дело в выпивке. Алкоголем от ирландцев так и разило, но ни перенести операцию, ни найти новых исполнителей торговец оружием уже просто не успевал.

Марк Вилье позвонил за день трижды, и, как он при очередном звонке отреагирует на отключенный от сети смартфон, Ивану не хотелось даже думать. Синдикат не привык к неуважению, всякое проявление неуважения неминуемо заканчивалось пыльной ямой посреди пустыни.

– Вижу вас, – прохрипела вдруг рация на разгрузке Эйрин.

– Доложи обстановку, – потребовала девушка.

– Внутри минимум четыре объекта. Цель на месте, – сообщил Кристиан Липке, занявший позицию с винтовкой и прибором ночного видения на крыше за несколько домов отсюда.

– Действуй по сигналу, – напомнила ирландка. – Конец связи.

Патрик распахнул боковую дверцу и первым выскочил на дорогу. Иван и Эйрин последовали за ним, прижались к стене гаража, замерли в тени.

– Ждите нас, – предупредил Кевин Ши, и наемники побежали в обход здания ко второму входу, придерживая болтавшиеся на ремнях универсальные пистолеты-пулеметы «Хеклер-и-Кох» сорок пятого калибра.

Иван подтянул ремень шлема и опустил на лицо бронестекло. Эйрин последовала его примеру, потом передернула затвор автоматического карабина M4 и молча указала на дверь рядом с ржавыми воротами. Доу кивнул.

Что замок придется сбивать именно ему, он знал и сам.

Совсем как в старые добрые времена – крутилась почему-то в голове фраза на русском, и это раздражало и сбивало с толку. На русском он начинал думать, лишь когда ситуация выходила из-под контроля.

Нервы у торговца оружием были напряжены до предела, поэтому, когда Эйрин вдруг ухватила его между ног, чуть не вскрикнул от неожиданности. Чудом сдержался.

– Ты слишком напряжен, – заявила девушка и слегка стиснула пальцы. – Не лезь вперед. Наделаешь глупостей – пожалеешь.

Иван сглотнул, так что судорожно дернулся кадык, и пообещал:

– Не наделаю.

Тогда Эйрин отстранилась от него и перешла к двери.

– И это все? – пробурчал Доу, последовав за ней. Ирландка не ответила.

Тремя тоновыми сигналами пропищала вдруг рация, девушка опустилась на одно колено, просунула под дверь гибкий щуп с видеокамерой на конце, и на мониторе немедленно возникло изображение гаража с разобранными автомобилями.

– Никого нет, – сообщила она, под тихое жужжание электроприводов направляя камеру из стороны в сторону.

Два тоновых сигнала – и сразу где-то неподалеку хлопнул негромкий взрыв. Это Кристиан Липке обесточил здание, дистанционно подорвав заранее заложенный заряд. Со стороны офиса грохнул выстрел; Иван, не дожидаясь команды, приставил пламегаситель дробовика к замку и утопил спуск.

Рявкнул «ремингтон», полетели щепки. Дверь резко распахнулась, и Эйрин тотчас закинула в гараж светошумовую гранату. С другой стороны здания донеслись выстрелы, а потом оглушительно хлопнуло в заставленном разобранными автомобилями ангаре, и стало уже не до того.

– Полиция! – крикнула Эйрин, заскакивая в темное помещение. Луч подствольного фонаря метнулся по стенам, Иван бросился следом, и в тот же миг из коридора выскочил покрытый татуировками мексиканец.

– На пол! – рявкнул Доу, но ослепленный ярким светом парень юркнул за ближайший автомобиль, высунул руку с пистолетом и открыл беспорядочную стрельбу.

Иван присел, инстинктивно уходя из зоны обстрела, а вот Эйрин не колебалась ни мгновенья и прошила парой очередей укрывший бандита кабриолет.

Автомобиль – хорошее укрытие от винтовочного огня лишь в фильмах: стрельба сразу оборвалась, а мексиканец распластался на полу. Стукнул по бетону вылетевший из руки пистолет, потекла кровь.

– Держи дверь! – приказала ирландка напарнику, поменяла магазин карабина и двинулась в обход машин. Иван высветил пустой дверной проем и замер, не зная, следовать за девушкой или оставаться на месте.

– Готов! – сообщила девушка пару секунд спустя.

Доу рванул к напарнице, но дверь контролировать не перестал, и потому молодой мексиканец, заскочив в ангар, прикрыл глаза ладонью и слепо повел зажатым в другой руке «узи». Иван успел утопить спусковой крючок первым. «Ремингтон» сильно толкнул прикладом в плечо, заряд картечи сбил парня с ног. Эйрин без колебаний добила его парой выстрелов, и тут вновь ожила рация.

– Кевин ранен! – крикнул Патрик. – Нужна помощь!

Девушка выругалась и рванула в коридор, Иван передернул помпу и бросился следом. Послышался звон разбитого стекла, и снова захрипела рация.

– Один уходит! – сообщил Кристиан Липке.

– Останови его! – потребовал Доу, забегая в комнатушку, насквозь пропахшую тяжелым ароматом марихуаны, с парой диванов и огромным телевизором. На пороге валялся изрешеченный пулями мексиканец.

Эйрин перепрыгнула через тело и кинулась на улицу, где Патрик возился с раненым напарником. Иван свернул в боковой коридор, луч фонаря прыгнул по стене, высветил перевернутый диван и распахнутое окно.

Доу выругался, выпрыгнул в глухой переулок и рванул вдогонку за беглецом. Налетел на перегородившую проход сетку, перевалился на другую сторону и, подхватив болтавшийся на ремне «ремингтон», запросил Липке:

– Где он?

– На улице, – ответил Крис.

– Живым! – выдохнул торговец оружием и бросился дальше.

Липке ничего не ответил. Зависший над домами октокоптер подсвечивал мексиканца инфракрасным фонарем, и тот был прекрасно виден в ночной прицел. Кристиан задержал дыхание и плавно потянул спуск. Винтовка SR-25 дернулась, интегрированный глушитель погасил вспышку и уменьшил шум выстрела до невнятного хлопка, а бандит покатился по земле с простреленным бедром.

Иван выскочил из проулка, когда тот уже перевернулся на живот и пытался дотянуться до обреза.

– Полиция! – заорал Доу, неким наитием узнав в подранке Алехандро Руиса. – Замри!

Но терять мексиканцу было нечего, и он решительным движением подтянул к себе дробовик. Иван замер со вскинутым «ремингтоном», не решаясь выстрелить и оборвать единственную ниточку к похищенному прибору.

– Брось, я сказал! – крикнул он.

Алехандро стиснул зубы и вскинул оружие. В тот же миг хлопнул негромкий выстрел; мексиканец дернулся всем телом и завалился на асфальт. Почти сразу бандит приподнялся и вновь потянулся за вылетевшим из руки оружием, но сорвавшийся с места Доу резким ударом приклада отправил его в забытье.

Вот так!

К тому времени, как черный «Гранд Чероки» заехал во двор ветеринарной клиники «Лесси», Иван Доу уже избавился от шлема, бронежилета и полицейской униформы и сидел у распахнутой боковой двери фургона; «ремингтон» лежал на соседнем кресле.

Кристиан Липке выбрался из машины, подошел к «Шевроле» и покачал головой:

– Ничего.

– Гадство! – выругался торговец оружием и обернулся к спеленутому по рукам и ногам мексиканцу, валявшемуся на полу. Через наложенные на раны повязки сочилась кровь, но жизни ранения не угрожали. Да и в любом случае отпускать бандита живым никто не собирался.

Иван перевел взгляд на дверь клиники и снова выругался. Ветеринар возился с Кевином уже битый час, но ни Патрик, ни Эйрин за все это время ни разу не вышли на улицу, а сам он просто не знал, с какой стороны подступиться к Алехандро.

Тик-так – утекало время. Тик-так…

– Подчистил там за вами, – сообщил Кристиан, заглядывая в фургон. – «Хвостов» не осталось.

Иван кивнул и посмотрел на смартфон, который так и вертел в руках, не решаясь включить.

– Какого черта там вообще произошло? – спросил он. – Нас ждали?

– Хочешь посмотреть? – предложил Липке. – Я сделал запись.

– Установил камеры?

– Ну да. – Техник вытащил из джипа ноутбук, раскрыл его и запустил запись с камеры наблюдения. Перемотал до нужного момента, и на экране появились две темные фигуры с надписями «S.W.A.T.» на бронежилетах. Ирландцы приблизились к входной двери, один достал фляжку, хлебнул и протянул напарнику. Тот откинул бронестекло шлема, и в тот же миг взорвалось изнутри дверное полотно.

– Выстрел из дробовика, – сообщил Липке. – Либо заметили на подходе, либо насторожились, когда выключился свет.

Иван кивнул, продолжая наблюдать за развитием событий. Кевин рухнул на спину, Патрик метнулся в сторону, но угодивший в бронежилет заряд дроби сбил его с ног. Оружия ирландец не выпустил; выскочивший на улицу мексиканец сразу поймал грудью несколько пуль и рухнул на порог, а перечеркнувшая дверной проем длинная очередь заставила отступить вглубь помещения остальных.

– Вот дерьмо, – пробормотал Доу, когда помощник остановил воспроизведение видеофайла. – Если бы не фляжка…

Кристиан пожал плечами и спросил, кивнув на мексиканца:

– Не допрашивали еще?

– У тебя все с собой?

– Да.

Иван решил не дожидаться возвращения наемников и махнул рукой:

– Приступай.

Эйрин и Патрик покинули ветеринарную клинику только через полчаса. Друг на друга они старались не смотреть.

– Что с Кевином? – спросил Иван Доу, отрываясь от ноутбука.

– Жить будет, – спокойно ответила ирландка и заглянула в фургон. – Он что-нибудь сказал?

– Все сказал, – подтвердил торговец оружием.

– Удивительно.

– Химия, – пожал плечами Иван и повторил вопрос: – Так что с Кевином?

– Поврежден левый глаз, лицо посекло дробью и щепками, – мрачно глянул на него Патрик. – Но какая тебе разница?

– Успокойся! – одернула напарника Эйрин. – С Кевином все в порядке, утром его перевезут в надежную клинику.

Кристиан Липке оторвался вдруг от ноутбука и сообщил:

– Отследил его! Он в казино «Феникс»!

– Кого – его? – удивилась ирландка.

– Мануэль Браво, адвокат, – сообщил Иван. – Это он нанял «Ацтеков».

Рыжий наемник сплюнул под ноги и заявил:

– С нас уже достаточно, нет?

– Послушай, – вздохнул Доу, – я не виноват в том, что Кевина подстрелили…

– Ты мог бы предупредить заранее! Мы бы тогда могли нормально подготовиться!

– Какого черта! – выругался Иван. – Вы в деле или нет?

Эйрин переглянулась с напарником и уверенно заявила:

– Мы в деле. Кто такой этот Мануэль Браво?

Кристиан Липке развернул к ним экран ноутбука и выдал краткое резюме:

– Адвокат, как-то связан с наемниками. Телефон, по которому с ним связывался Алехандро, сейчас зарегистрирован в сети казино «Феникс».

Патрик взглянул на часы, поморщился и забрался за руль.

– Поехали! – поторопил он остальных.

– А наш гость? – спросил Иван.

Ирландец беззвучно выругался и коротко бросил:

– Избавимся от него после.

Мануэль Браво, невысокий мексиканец средних лет, спустился на подземную парковку казино «Феникс» уже за полночь. Выйдя из лифта, он достал из кармана ключи от машины и направился к новенькому кабриолету «Грейт Волл» модели «ультраспорт», когда позади него возникли две темные фигуры. Патрик накинул на голову адвокату мешок, Эйрин ткнула электрошокером, а потом они забросили бесчувственную жертву в фургон и покатили к выезду со стоянки.

Кристиан Липке с надвинутым на лицо козырьком бейсболки поднял выроненные адвокатом ключи, забрался в спортивный автомобиль и поехал следом.

Когда преуспевающий адвокат очнулся на заброшенном складе рядом с окровавленным главарем «Ацтеков» и его вырвало, Иван Доу подумал, что и сам при подобных обстоятельствах не сохранил бы присутствия духа, но спросил без всякого намека на жалость:

– Вам известно, кто я, мистер Браво?

Адвокат окинул быстрым и неожиданно внимательным взглядом наемников и через силу улыбнулся:

– Полагаю, нет смысла говорить, что произошло недоразумение?

Иван указал на ирландку и произнес:

– Пару часов назад эта милая девушка едва не лишилась близкого друга, поэтому не советую испытывать ее терпение.

Мануэль облизнул пересохшие губы и спросил:

– Чего вы от меня хотите, мистер Доу?

– Если вы знаете, кто я, то знаете, чего я хочу.

– Ничем не могу помочь, – виновато улыбнулся адвокат. – Был заказ на ваше имущество, сейчас его уже нет в городе.

– Досадно. – Иван поднялся с корточек и достал из наплечной кобуры золоченый пистолет: – И я бы даже сказал, чрезвычайно прискорбно…

Вид броского до безвкусности оружия сработал, как он и предполагал. Мануэль закрылся скованными стальными браслетами руками и взмолился:

– Не стреляйте!

– Почему нет?

– Я знаю, зачем понадобился «Антиатлант», эта информация стоит гораздо дороже самого блока! Послушайте, мой клиент снарядил экспедицию в Нью-Йорк!

– Бред! – фыркнул торговец оружием.

После Атлантического инцидента Нью-Йорк фактически превратился в полузатопленный остров, отрезанный от континента многокилометровой полосой водного пространства, соленых болот и топей. Риск наткнуться там на морских тварей зашкаливал за все разумные пределы, к тому же объединенные русско-китайские силы во избежание мародерства объявили район закрытой зоной и выставили в городе совместный гарнизон. Нарушителей там не жаловали.

Но! Затопленные территории… Блок для отпугивания тварей…

– О, черт! – выругался Доу, сложив одно с другим. – Ладно, – произнес он, убрав пистолет в кобуру. – Ладно, – повторил и спросил: – Кто этот чудак, снарядивший экспедицию, и где его найти?

– Он отправился вместе с командой. Они уже выдвинулись на место.

Патрик усмехнулся и покачал головой:

– Сдается мне, нас дурят…

– Стойте! – взмолился Мануэль. – Я подслушал их разговоры, я знаю цель поездки! У меня есть записи! Они в телефоне!

– Никому нельзя верить, – хмыкнул торговец оружием, отыскал среди вещей адвоката телефон и вынес его помощнику.

Действовал он будто во сне и особо даже не удивился, когда Кристиан Липке воспроизвел запись подслушанного разговора.

Нью-Йорк, Дональд Маттесон, обрушенная Башня Трампа с частным хранилищем. Старинные монеты, предметы искусства, бриллианты в затопленном хранилище…

– Скажи, что это бред, – попросил торговец оружием.

Техник забил имя в поиск и вслух прочитал:

– Дональд Маттесон – известный предприниматель, коллекционер и меценат. Владелец компании по торговле бриллиантами. Проживал в Нью-Йорке, спонсировал ряд научных изысканий, в основном по морской тематике… так, это неважно… Считается пропавшим без вести во время Атлантического инцидента, когда город накрыло цунами.

– Что с его коллекцией?

– Пишут, оценивалась в двести миллионов долларов по старым ценам.

– А что с бриллиантами?

– Об этом ничего достоверно неизвестно, – сообщил Липке, – но Башня Трампа в самом деле обрушилась.

Иван присмотрелся к спутниковому фотоснимку Манхэттена и вернулся к адвокату.

– Откуда взялись бриллианты? – спросил он с порога.

Мануэль облизнул пересохшие губы и сообщил:

– По информации нанимателя, за несколько дней до катастрофы Маттесон распорядился перевезти бриллианты из банка в личное хранилище. Здание обрушилось, проникнуть внутрь можно только через затопленную канализацию. Они до сих пор в хранилище! Разбор завалов там не производился…

Иван вышел к помощнику и включил смартфон.

– Мистер Джон Доу! – обрадовался его звонку Марк Вилье. – А мы уже думали, что потеряли вас!

– Я выяснил, куда делся прибор…

Представитель синдиката с усмешкой перебил его:

– А нам стало известно, что один из охранников склада погасил своему букмекеру крупный долг. Двадцать тысяч юаней наличкой. Интригующее совпадение, не правда ли?

Иван Доу закатил глаза и едва подавил обреченный вздох. Люди никогда не поумнеют. До скончания веков охранники будут верить обещаниям подельников, что те просто свяжут их, наставят синяков и не причинят никого вреда. Безмозглые идиоты!

– Я выяснил, куда делся блок, – с нажимом повторил торговец оружием.

– Но не вернул его?

– Вас это заинтересует, господин Вилье. Просто выслушайте меня…

Господин Вилье не просто его выслушал, вскоре он приехал на склад и пожелал остаться с адвокатом наедине. Луис Тонго встал в дверях и скрестил на груди мясистые руки.

Патрик как бы невзначай расстегнул толстовку и выглянул во двор, где у машины курил водитель гангстера. Эйрин отошла к торговцу оружием и негромко спросила:

– Что происходит, Иван?

– Надеюсь, все будет хорошо, – вздохнул Доу, а тут же за дверью грохнули два выстрела.

Марк Вилье вышел со склада, оглядел собравшихся и спокойно произнес:

– Итак, блок вы не вернули…

Иван кивнул.

– У вас еще есть шанс это сделать, – улыбнулся вдруг представитель синдиката. – Как насчет поездки в Нью-Йорк?

Доу снова кивнул. Пыльная яма посреди пустыни пугала его несравненно больше гипотетической опасности сгинуть в пасти морских тварей или наткнуться на патруль миротворцев в закрытой зоне Нью-Йорк.

– Вот и отлично, – Вилье ободряюще похлопал торговца оружием по плечу.

– Тридцать процентов, – заявил Иван.

– Тридцать процентов от двухсот миллионов – это крайне много, – представитель синдиката враз растерял всю свою улыбчивость.

– Смею заверить, семьдесят процентов от двухсот миллионов – это гораздо больше, чем все потери из-за накладки с блоком.

– Двадцать и восемьдесят – более разумное соотношение. И еще нас крайне интересуют бриллианты. Не знаю, в каком состоянии находится антиквариат, а с камнями точно ничего не случилось.

– Хорошо.

– Но блок тоже придется вернуть, – заявил Марк Вилье и направился к выходу. – И не забудьте избавиться от трупов.

Доу с шумом перевел дух. Кристиан Липке вытащил спрятанный под ноутбук «глок» и с невозмутимым видом убрал его в кобуру. Очутиться в грязной пыльной яме посреди пустыни ему хотелось ничуть не больше нанимателя.

– Позволь поинтересоваться, – ядовито произнесла Эйрин, – на что ты нас подписал?

– Вы откажетесь от доли в… – Иван замялся, переводя допотопные доллары в юани, озвучил круглую сумму в сорок миллионов и уточнил: – Действительно откажетесь?

Патрик поморщился и признал:

– Мне это не нравится, но я в деле.

– Тогда избавься от трупов, – потребовал Доу.

– Я подстрахую, – вызвался помочь Крис и кинул торговцу оружием ключи от джипа. – Завтра заберу.

Иван и Эйрин покинули заброшенный склад и уселись в машину.

– Так и живешь над баром? – спросил Доу.

– Так и живу, – кивнула ирландка, – но лучше поедем к тебе.

– Завтра ты пожалеешь и превратишь мою жизнь в кошмар.

– Так и будет, – подтвердила Эйрин. – Это тебя остановит?

– Нет, – усмехнулся Иван, – ведь ты превратишь мою жизнь в кошмар в любом случае…

И черный джип плавно тронулся с места.

7

Влад Рогов

Влад Рогов был неправильным русским. Он пил не водку, а джин, сильно разбавленный тоником. Кондиционер номера в придорожном мотеле натужно гудел, но с уличной жарой не справлялся, было душно. На экране телевизора беззвучно сменяли друг друга ролики, на которых километровая волна накатывала на побережье, сметая все на своем пути. Изображение получалось рваным, большинство записей резко прерывалось, и это означало, что гигантская волна стала последним, что операторы сняли в своей жизни. Это были документальные свидетельства Атлантического инцидента.

Высокий, спортивного сложения русский лежал на кровати, молча смотрел на экран и время от времени прикладывался к стакану с джином. Когда зазвонил телефон, Влад с неохотой ответил, но тут же встрепенулся и переспросил:

– Нью-Йорк? Серьезно? Хорошо, сейчас приеду.

Он выключил телевизор, почистил зубы, затянул длинные светлые волосы в косицу, немного поколебался и ограничился длинными шортами и просторной футболкой, которая прикрыла поясную кобуру с компактным и плоским «ругером». Испещренные шрамами предплечья остались открыты, но своих боевых отметин Влад не стеснялся. Он влез в сланцы, надел темные очки и, задержав дыхание, шагнул из номера на солнцепек.

На улице было жарко. Жарко, душно и пыльно.

Лас-Вегас. Город, обязанный своему рождению одному лишь пороку. Царство азарта посреди раскаленной пустыни, после Атлантических событий – Лас-Вегас по-прежнему процветал, в то время как Восточное побережье Соединенных Штатов превратилось в соленое болото, а великое американское государство практически прекратило существование. Жажда азарта никуда не делась, а удаленность от водоемов манила людей безопасностью. Морские курорты разорялись, а посреди пустыни Мохаве царил вечный праздник. Только теперь свет неоновых вывесок притягивал не только любителей азартных игр, но и наемников.

Лас-Вегас был полезен, но Влад Рогов его не выносил. Его манило море.

И сегодня ему улыбнулась удача.

Влад спустился на первый этаж, пересек парковку и отпер дверцу малолитражки «Черри». Из салона пахнуло зноем и раскаленным пластиком, пришлось немного подождать, пока остынут сиденье и руль. Включать кондиционер Влад не стал, в этом не было никакого смысла, только отпустил все боковые стекла и выехал на дорогу.

Влад никогда не бывал в прежнем Лас-Вегасе и не знал, насколько изменился город после катастрофы, постигшей остальную Америку, но подозревал, что не слишком сильно. Суть осталась прежней, разве что на улицах прибавилось китайцев и баннеров с иероглифами. Да и с приходом русских все наверняка осталось бы по-прежнему. Деньги любят тишину, а русские ценили деньги ничуть не меньше китайцев.

Именно в царство денег Влад Рогов сейчас и направлялся. Но ехал он в «Цезарь Палас» не играть в блек-джек, не забрасывать монеты в одноруких бандитов и даже не делать ставки на подпольных боях, нет – он ехал работать. Точнее, о работе договариваться.

Когда пыльная малолитражка свернула на парковку казино, работник отеля отвернулся. Рогов усмехнулся, оставил машину на свободном месте и, ничуть не смущаясь своего расхристанного вида, направился в фойе, где его уже дожидался агент.

– Влад, где тебя черти носят?! – засуетился невысокий и смуглый грек, за небольшую комиссию искавший для русского наемника денежные контракты. – Прошлую работу упустил, эту тоже потерять хочешь?! Идем живее!

– Не суетись, Спирос, – улыбнулся Влад. – Откуда в Вегасе взяться другим хорошим аквалангистам?

– В Вегасе есть все! – отрезал агент. – Хороший или плохой – неважно. Важно, что – пунктуальный! И что у тебя за вид? Что за вид?!

Рогов покачал головой и, не обращая внимания на показную роскошь – все эти люстры, статуи, лепные потолки и узоры мраморных полов, зашагал вслед за греком, который чуть ли не вприпрыжку побежал к ресторану.

– Опаздываем! – нервно обернулся Спирос. – Шевелись!

Но в отдельном кабинете, где должна была пройти встреча, их встретил лишь бритый наголо чернокожий громила.

– Луис, где мистер Вилье? – поинтересовался грек.

– Сейчас подойдет.

Спирос переглянулся с аквалангистом, безмолвно пеняя ему за опоздание, и опустился в кресло. Влад уселся рядом, закинул ногу на ногу и с видом крайней беспечности принялся покачивать сланцем.

Средних лет худощавый мужчина в светлом костюме распахнул дверь десять минут спустя.

– Мистер Вилье! – немедленно вскочил на ноги Спирос. – Это человек, о котором я говорил! Прекрасный аквалангист, просто прекрасный! Лучшего не найти!

– Позже, – коротко бросил Марк Вилье. – Мы уходим.

– Но как же…

– За мной, Спирос. За мной!

Они спустились на подземную парковку и погрузились в белый лимузин. Телохранитель занял место рядом с водителем.

– Русский? – с некоторой даже ленцой спросил потенциальный наниматель, откидываясь на удобном сиденье. – И что, действительно хороший дайвер?

– Десять лет прожил в Таиланде, – спокойно ответил Влад. – Работал инструктором.

– В холодных водах погружаться доводилось?

– Не так часто, но да.

– Сталкивался с тварями?

– Приходилось, – подтвердил Влад, демонстрируя шрамы на предплечьях. – Под водой за себя постоять могу.

– Клаустрофобия? – спросил вдруг Вилье.

– Нет, нет! – замахал руками Спирос. – Никакой клаустрофобии!

– Никакой, – подтвердил Влад.

– Работать придется в затопленных коммуникациях, – сообщил наниматель. – Сможете провести новичков?

Рогов задумался, потом кивнул:

– Смогу, но желательно не больше трех. Иначе слишком сложно контролировать группу.

– Больше и не понадобится.

– Тогда нет проблем.

– Проблема есть, – улыбнулся мистер Вилье. – Работать придется в Нью-Йорке.

– Закрытая территория, – задумчиво произнес Влад. – Зона совместного патрулирования русских и китайских миротворческих контингентов.

– И?

Спирос пихнул аквалангиста коленом и решительно заявил:

– Это подразумевает соответствующую доплату за риск, только и всего.

– Пятьдесят тысяч юаней аванс, еще столько же по выполнении контракта, – объявил наниматель.

Грек спал с лица.

– Мистер Вилье, первоначально речь шла о доле в итоговом результате…

– Обстоятельства изменились.

Влад потер подбородок и спросил:

– А о чем, собственно, речь? Что требуется поднять со дна?

Наниматель покачал головой:

– Не имеет значения. Но ничего габаритного точно не будет, – и поставил вопрос ребром: – Вы согласны или нет?

– Согласны! – поспешно заявил Спирос, вновь пихнув наемника. – Разумеется, мы согласны, мистер Вилье! Подпишем контракт?

Владу оставалось лишь улыбнуться.

8

Иван Доу

Черный «Гранд Чероки» стоял на самом солнцепеке с закрытыми окнами и включенным на полную мощность кондиционером. Кристиан Липке с превеликим удовольствием переставил бы машину в тень, вот только именно на этом месте находилась ближайшая к штаб-квартире САБР «мертвая зона» камер уличного наблюдения.

Иван Доу до упора отодвинул пассажирское сиденье и дремал, но когда помощник отложил бинокль, приподнялся на одном локте, зевнул и спросил:

– Появился?

– Нет, – покачал головой Крис и спросил: – Как думаешь, когда они решат от нас избавиться?

Торговец оружием лишь рассмеялся:

– С какой стати?

– Двадцать процентов от двухсот миллионов – это немало.

– Пф-ф! – только и махнул рукой Иван. – Ты же знаешь этих умников из синдиката! Сорок миллионов легко усохнут до двадцати.

– Каким образом? – полюбопытствовал Липке, вновь поднеся бинокль к глазам.

– Во-первых, организация экспедиции обойдется в кругленькую сумму, а расходы мы делим пополам. Плюс антиквариат и произведения искусства – это не наличка, скупщики возьмут их с хорошим дисконтом. Уверяю, больше двадцати миллионов нам не светит. Даже с учетом бриллиантов.

Крис усмехнулся:

– Двадцать миллионов тоже немало…

– Не по меркам синдиката.

– Убивают и за меньшее, – остался при своем мнении Липке. – Быть может, нам стоит принять… меры?

– Предлагаешь кинуть синдикат? Серьезно?

– Двести миллионов или пусть даже сто миллионов – это хорошая сумма. Выйдем из бизнеса, уедем в Европу. Купить домик в Альпах, почему нет?

– Покойникам деньги ни к чему.

– Нью-Йорк далеко, никто не узнает, что там случилось.

Иван Доу посмотрел на помощника, поморщился и потребовал:

– Давай закроем эту тему.

Липке неопределенно хмыкнул, взглянул на часы и спросил:

– Ты уверен, что он появится? Мы так опоздаем в аэропорт.

– Он появится, – уверенно заявил Иван. – Не опоздаем.

Липке только пожал плечами. Минут через десять он вновь оторвался от бинокля и объявил:

– Идет!

– Действуем, как договорились, – напомнил Иван, нацепил на нос темные очки и выбрался из прохладного салона в жару раскаленной улицы. Перешел через проезжую часть и с лучезарной улыбкой зашагал навстречу Майлду.

Спецагент при виде торговца оружием замедлил шаг, нервно огляделся и расстегнул пиджак.

– Какого черта ты здесь забыл? – прошипел он.

– Вы не подскажете, как пройти на Стрип? – спокойно поинтересовался Доу.

– Что?!

– Если меня вдруг будут проверять на детекторе лжи, я совершенно искренне отвечу, что просто спросил дорогу, – улыбнулся Иван. – А знаешь, почему меня могут подвергнуть допросу на полиграфе?

Спецагент взглянул на черный джип, из приоткрытого окна которого высовывался блестевший на солнце металлом цилиндр, и оскалился:

– Хочешь застрелить меня, Джон? А ты подумал о последствиях? Тебе это с рук не сойдет!

– Я просто хотел спросить дорогу, – с невозмутимым видом ответил торговец оружием. Полюбовался на перекошенную злобной гримасой физиономию партнера, потом спросил: – Что не так с блоком?

– О чем ты?

– Сначала ты и глазом не повел из-за его похищения, а ведь потерял на этом кучу денег. Но как только стало известно, что блок увели обычные бандиты, тебя будто подменили. Ты взбесился, и мне хочется знать почему. Какую игру ты затеял?

– Никаких игр.

– Как часто стреляют в твоих коллег?

Спецагент кинул быстрый взгляд на джип, затем оценил расстояние, отделявшее его от собеседника, и нахмурился:

– Не понимаю, о чем ты!

– Что не так с блоком? – повторил Иван свой вопрос. – У меня нет времени на игры, мне придется вернуть его синдикату, но если с прибором что-то не так…

– Да все с ним нормально! – прошипел Майлд, по щекам и лбу которого катились крупные капли пота. Торговец оружием почему-то был уверен, что дело вовсе не в жаре.

– Блок побывал в чужих руках, теперь его разберут по винтикам, – предупредил он. – Если найдут какой-то подвох, меня разберут вслед за ним. А потом и тебя.

– Да ничего им не найти!

– И что именно им не найти?

– Слушай, Джон, перестань!

– Ты обратил внимание, что здесь нет камер наблюдения? – спокойно поинтересовался Доу. – Думаешь, это простое совпадение?

– Джон, не дури…

– Еще не поздно все исправить, – подался вперед Иван. – Но я должен точно знать, в чем подвох. Иначе…

Он многозначительно замолчал, Майлд еще раз взглянул на джип и сознался:

– Блок отправляет на спутник сигнал с координатами.

– Где сейчас прибор?

– Понятия не имею! Сигнал начнет приходить только после активации прибора, а этого еще не сделали!

Иван кивнул и вытянул руку.

– Что такое? – удивился спецагент.

– Ты знаешь что, – поморщился торговец оружием. – Мне придется подчищать за тобой дерьмо, так что не создавай лишних сложностей.

Майлд обреченно вздохнул, вытащил из кармана приемник спутниковых сигналов и вложил в ладонь Доу. Торговец оружием сунул его в карман пиджака и, не говоря больше ни слова, зашагал через дорогу.

Когда он распахнул дверцу и уселся на пассажирское место, Кристиан убрал из приоткрытого окна направленный микрофон, поднял стекло и без промедления тронулся с места.

– Не объявят нас в розыск?

– На всякий случай скинь запись в «облако».

– Уже.

– Вот и отлично…

Липке загнал джип на паркинг международного аэропорта Маккарран с опозданием в четверть часа, но на месте сбора к этому времени маячила лишь рыжая шевелюра Патрика О’Райли. Липке отправился оплачивать стоянку; Иван вытащил из багажника рюкзак и подошел к ирландцу.

– Где Эйрин? – спросил он наемника.

– Пошла припудрить носик, – ответил Патрик и вдруг заявил: – Нужны еще деньги.

– В смысле? – удивился Доу.

– Ты хоть представляешь, во сколько обходится лечение Кевина? А сколько уйдет на пластические операции?

– Подожди, Патрик, – выставил перед собой руку торговец оружием. – Я выплатил вам всю оговоренную сумму. И еще накинул сверху. Фактически я отдал все, что у меня было.

– Этого мало!

– Разве я не обеспечил тебя денежной работой?

– Деньги нужны сейчас.

– У меня одна мелочь осталась! – Доу достал бумажник и потряс его, звеня монетами. – Попробуй получить аванс с Вилье.

– Я хочу получить деньги с тебя! – резко бросил О’Райли. – Если бы ты дал нам нормально подготовиться…

– Так это я во всем виноват?

– А кто еще?

– А может, тебе просто не стоило предлагать Кевину выпить? – не сдержался торговец оружием. – Если бы он не откинул щиток, то не пострадал бы так сильно!

– Да что ты… – Патрик вдруг осекся и уставился за спину торговцу оружием.

За разговором они не заметили, как появилась Эйрин.

– Это правда, Патрик? – прищурилась ирландка. – Ты дал Кевину свою драную фляжку?

– Все не так!

– Ты дал ему фляжку, когда его подстрелили?!

Торговец оружием подхватил брошенный на пол рюкзак и отошел. Оказаться крайним в ирландских разборках хотелось ему меньше всего.

9

Влад Рогов, Иван Доу

Когда Влад Рогов выбрался из такси у паркинга первого терминала, разговор среди его будущих спутников шел на откровенно повышенных тонах. Ругались двое ирландцев: симпатичная девица с обесцвеченными волосами и рыжий как морковь крепыш. За ссорой безмолвно наблюдали пижон лет тридцати в светлом костюме и худой невзрачный мужичок, невесть с чего вырядившийся в синий рабочий комбинезон.

Сделав вид, будто собирается позвонить, Влад украдкой заснял всех присутствующих, зашел в базу и запустил программу распознавания лиц. Вскоре он уже знал, с кем именно свела его судьба, и знание это заставило его озадаченно почесать в затылке, поскольку доступные куски головоломки в единую картинку категорически не складывались.

Влад Рогов просто не понимал, что именно могло объединить пару вольных стрелков, торговца оружием средней руки и всемогущий синдикат.

В этот момент девица выхватила у рыжего ирландца фляжку и швырнула ее в урну. Прежде чем тот успел хоть как-то отреагировать, на паркинг въехал микроавтобус. Чернокожий громила, охранник мистера Вилье, распахнул боковую дверцу и велел всем лезть внутрь.

Влад подхватил выставленную на тротуар сумку и поспешил к автомобилю.

– Приветствую! – широко улыбнулся он, последним забираясь в салон.

– Ты еще кто такой, черт тебя дери? – не сдержался ирландец.

– Это наш аквалангист Влад Рогов, – подсказал Луис Тонго, захлопнул дверь и скомандовал водителю: – Поехали!

– Еще один русский! – простонал рыжий, нацепил на лицо темные очки и откинулся в кресле, до предела опустив его спинку.

Влад демонстративно выгнул бровь, но ирландец никак свое замечание не прокомментировал, а чернокожий гангстер не особо дружелюбно буркнул:

– Садись давай.

Микроавтобус выкатился с паркинга, обогнул пассажирский терминал, перед входом в который замер БТР китайского миротворческого корпуса, и выехал прямиком на летное поле. Там автомобиль остановился рядом с остроносым бизнес-джетом, Луис Тонго вновь распахнул дверцу и скомандовал:

– На выход!

– Полетим со всеми удобствами? – не сдержал удивления Иван Доу.

– Не беспокойся, мы выставим тебе счет, – ухмыльнулся гангстер и вытер каплю пота, скатившуюся со лба на широкий нос.

– А снаряжение? – спросил Влад Рогов.

– Получишь на месте, – сказал Тонго и поторопил наемников: – Быстрее!

В просторном салоне самолета их уже дожидался чернокожий парень, высокий и не слишком плечистый, похожий скорее не на бойца, а на баскетболиста с волосами, заплетенными в совершенно неуставные дреды.

Луис Тонго представил его:

– Кертис Палм, наш медик, – и плюхнулся в одно из кресел.

Медик снял с ушей солидные на вид наушники, поприветствовал наемников небрежным кивком и вернул их на место.

– Это все? – спросил пилот. – Больше никого не ждем?

– Никого, – подтвердил Луис Тонго.

Летчик задраил люк и ушел в кабину.

– Летишь с нами? – удивился Иван Доу.

– Лечу, – с недоброй улыбкой подтвердил Луис. – Имеешь что-то против?

– А мне-то что? – пожал плечами торговец оружием и уселся рядом с помощником.

Загудели двигатели, самолет вырулил на взлетную полосу, какое-то время дожидался команды на взлет, а потом, быстро набирая скорость, побежал по бетону. Легкий толчок – и земля осталась внизу.

Когда самолет закончил набор высоты и перестало закладывать уши, Луис Тонго поднялся из кресла и двинулся по салону с пластиковым пакетом в руках.

– Сдаем телефоны, на месте они вам не понадобятся.

Крис Липке выключил свой смартфон, кинул его в пакет и похлопал по планшету.

– Отдам в конце полета, – заявил он.

Чернокожий гангстер кивнул и отправился дальше. Влад Рогов сдал телефон последним и спросил:

– Как насчет инструктажа?

– Инструктажа? – хмыкнул громила, машинально потирая приплюснутый нос. – Будет тебе инструктаж. Работать придется в Нью-Йорке, в одном из частных хранилищ. Подобраться к нему можно только под водой, груз компактный. Что-то еще?

Аквалангист поправил забранные в косицу волосы и покачал головой:

– Да в общем-то все, – и сразу уточнил: – Летим напрямик?

– Хорошая шутка, – пробурчал Луис, не став напоминать, что воздушное пространство вокруг города закрыто для полетов, а нарушителей сбивают без предупреждения.

– Да, куда летим? – неожиданно поддержал русского Патрик О’Райли. – Что за секретность?

Чернокожий громила глянул на рыжего наемника с нескрываемым раздражением, но все же ответил:

– Через пять с половиной часов приземлимся в аэропорту Уилкс-Барре. Наслаждайтесь полетом.

Иван заглянул было через плечо помощника, который нацепил наушники и уставился на экран планшета, но в кресло напротив уселся аквалангист.

– Привет, – протянул он руку. – Влад.

– Джон, – неожиданно даже для самого себя представился торговец оружием и с некоторой даже усмешкой добавил: – Джон Доу.

– А я слышал, ты русский, – удивился Рогов.

– Одно другому не мешает, – улыбнулся Иван и отвел взгляд от шрамов на предплечьях аквалангиста.

– Думаю, русским надо держаться поближе друг к другу, – осторожно произнес Влад.

– Без обид, – поморщился Доу, – но я предпочту держаться самого себя.

О том, что разговоры о чувстве локтя обычно заканчиваются попытками залезть к нему в карман, торговец оружием говорить не стал, но Влад Рогов и сам оставил попытки завязать разговор и пересел к ирландке. Перекинулся с девушкой парой слов и почти сразу перебрался в хвост самолета к ее рыжему напарнику.

– Пытаешься найти друзей? – спросил Патрик, понимающе, но без всякого сочувствия. – Пустое дело.

Аквалангист кивнул и достал из рюкзака кружку и бутылку воды.

– Лучше заранее знать, что от кого ждать, – пояснил он мотив своих блужданий по салону.

– Скажу и так, – усмехнулся ирландец, – не поворачивайся ни к кому из них спиной.

– А к тебе?

– Тем более!

– За это надо выпить! – непонятно чему обрадовался Влад и наполнил кружку водой.

Патрик с недоумением проследил за тем, как русский засыпает в жидкость какой-то бесцветный порошок, и потянул воздух носом, уловив знакомый запах.

– Да ладно? Джин-тоник? – обалдел наемник. – Безалкогольный джин-тоник – это перебор даже для русского.

Влад протянул кружку собеседнику.

– Кто сказал, что безалкогольный? – усмехнулся он.

Патрик осторожно пригубил напиток и удивленно хмыкнул:

– Святая химия!

– Наука не стоит на месте, – подтвердил Рогов и достал из рюкзака еще один пакетик с растворимым коктейлем. – Лично я терпеть не могу пить в одиночестве, а ты?

– Следующие пять часов можешь на меня рассчитывать, – подмигнул в ответ рыжий, затем покосился на Эйрин и понизил голос: – Насыпай!

Бизнес-джет приземлился на посадочную полосу аэропорта Уилкс-Барре уже в сумерках, и наемников без всяких проверок и прочих формальностей погрузили в два гражданских «Хаммера». Влад Рогов оказался в одной машине с чернокожим гангстером и парой ирландцев. Луис Тонго самолично уселся за руль и направил автомобиль вслед за внедорожником, ехавшим первым.

– Теперь куда? – спросил аквалангист, пользуясь возможностью завязать разговор.

– В Блэксли. Это городок на границе затопленных территорий в получасе отсюда, – не стал отмалчиваться Луис Тонго.

– А там что?

Но миг словоохотливости уже прошел, и громила лишь пожал широкими плечами.

– Увидишь, – буркнул он и замолчал.

Влад развернулся к развалившемуся на заднем сиденье ирландцу, но Патрик О’Райли оказался к разговорам не расположен. Он помалкивал, усиленно жуя мятную жвачку. Впрочем, это не помешало напарнице уловить исходящий от него алкогольный дух.

– Ты когда успел напиться? – прошипела она.

Влад Рогов примирительно улыбнулся:

– Да это просто капелька джин-тоника!

Ирландка обожгла его недобрым взглядом, а Луис Тонго предупредил:

– Объявляю сухой закон. Первое нарушение обойдется в четверть причитающегося вознаграждения. Третьего предупреждения не будет.

Патрик не выдержал и вспылил:

– Какого черта ты раскомандовался?

Гангстер глянул на него в зеркало заднего вида и недобро улыбнулся:

– Потому что я главный.

– Разве не Иван? – прищурилась Эйрин.

– Нет, – коротко ответил Луис.

Дальше ехали молча. Вдоль обеих обочин тянулся изломанный гигантской волной лес: он еще не до конца залечил свои раны, всюду валялись вывороченные с корнями деревья. Вскоре автомобили подъехали к разрушенному городку, не снижая скорости промчались через него и очутились перед дорожной развязкой, где темнела громада армейского блокпоста.

Массивное сооружение щерилось огневыми точками; на собранных из серых железобетонных плит вышках помимо мощных прожекторов стояли крупнокалиберные пулеметы и автоматические гранатометы. И те и другие управлялись дистанционно. Вдоль обочин тянулся высокий земляной вал с густыми витками колючей проволоки поверху, под мостом темнели приземистые силуэты двух танков.

«Интерстейт 80» – гласил установленный уже после катастрофы щит. Дальше был еще один, но с куда более лаконичной надписью «Мины!». И уже непосредственно перед развязкой алел ярко-красный знак «STOP».

На шоссе внедорожники уходить не стали и сбавили скорость перед блокпостом, но и там обошлось без лишних формальностей. Один из караульных небрежным взмахом руки велел ехать за вывернувшим на дорогу бронетранспортером.

– Смотрю, у вас все схвачено, – протянул Влад Рогов.

Чернокожий гангстер только хмыкнул.

Дальше потянулось перепаханное поле с многочисленными табличками «Мины!», мелькнули ржавые останки бензоколонки «Эксон мобил», а через какое-то время впереди замаячил мосток через небольшую речушку. Там вновь засеребрились витки колючей проволоки – и на берегу, и в воде.

Перед речкой бронетранспортер замедлил ход, потом ускорился и резво проскочил на ту сторону. Внедорожники рванули следом, и вскоре по обочинам вновь потянулся лес. Над дорогой прогудел армейский ударный вертолет, завис на месте, потом ушел в сторону болот.

Метров через сто бронетранспортер замедлил ход и остановился рядом с перегородившим дорогу танком. «Хаммер», ехавший первым, не стал приближаться к «Армате», замигал поворотником и вывернул на обочину. Рядом с ним остановил автомобиль и Луис Тонго.

– Приехали, – объявил он.

– Куда именно приехали? – спросил Влад Рогов, распахивая дверь. Присутствие миротворцев действовало ему на нервы.

– Заказник «Ферн Ридж Бог», если тебе это о чем-то говорит, – усмехнулся чернокожий гангстер, стирая каплю пота с переносицы приплюснутого носа.

Эйрин принюхалась и решила:

– Пахнет болотом.

– До затопленных территорий около полумили, – сообщил Луис.

Рыжий ирландец при этих словах не удержался от ругательства.

– Где оружие? – спросил он, нервно озираясь по сторонам.

– Говорят, здесь безопасно, – пожал плечами громила, нацепил на блестящую лысину камуфляжное кепи и указал на платформу погрузчика: – Оружие там.

Влад Рогов вгляделся в сумерки и присвистнул:

– Ну надо же!

На погрузчик был установлен немалых размеров катер на воздушной подушке с двумя турбинами позади пассажирской кабины и объемной резиновой юбкой. Рабочие собирались сгрузить лодку на землю, а сидевшие на броне миротворцы делали вид, будто ничего необычного не происходит.

От второго «Хаммера» подошел Иван Доу. Он озадаченно огляделся и непонятно зачем уточнил:

– Мы отправимся в Нью-Йорк на этом?..

– Оптимальный вариант, как меня уверили, – спокойно заявил Луис Тонго.

Наемники кисло переглянулись. Идея пересечь затопленные территории посредством судна на воздушной подушке никакого энтузиазма у них не вызвала.

– Пошли разбирать оружие, – позвал всех Луис и зашагал к темноволосому курчавому парню в рабочем комбинезоне, караулившему выставленные прямо на обочину деревянные ящики. Был тот крепким и плечистым, с оружием обращался уверенно и, как отметил Иван Доу, с гангстером поздоровался за руку.

Парня торговец оружием видел первый раз, зато прекрасно знал двух стоявших поодаль ямайцев – мощного сложения чернокожих громил с автоматами. Блэк и Браун, костоломы на подхвате у синдиката.

Иван досадливо поморщился и уточнил:

– Эти тоже с нами?

Луис Тонго с усмешкой подтвердил:

– С нами, – и повторил: – Разбирайте оружие!

Первым на раздачу подошел Кристиан Липке. В дополнение к своей винтовке SR-25 и привычному «глоку» он получил боекомплект, шлем, разгрузку и бронежилет со спасательными надувными вставками. Остальным достались китайские автоматы NAR-10 под разрывные патроны 7.62×51 и реплики от «Норинко», «кольта» девятнадцать-одиннадцать сорок пятого калибра. Да еще Луис Тонго вооружился автоматическим гранатометом LG-6 с барабанным магазином на пятнадцать сорокамиллиметровых гранат. В руках громилы массивное оружие размерами как-то даже не поражало.

Гангстер забрал запасные магазины и упаковки осколочно-фугасных зарядов и начал рассовывать их по рюкзаку и подсумкам. Влад Рогов проследил за ним заинтересованным взглядом, покачал головой и пошел получать снаряжение сам. Помимо стандартного набора ему выдали непривычного вида автомат со странно-широким магазином. Еще три таких же остались лежать в ящике.

– Иван, видел когда-нибудь? – повернулся аквалангист к торговцу оружием и продемонстрировал патрон с гильзой обычного размера и тонкой пулей дюймов шесть длиной.

– Для подводной стрельбы, – определил Доу. – Китайский?

– QBS-06, – подтвердил Рогов. – Доводилось сталкиваться?

– Первый раз вижу, – соврал Иван, не став говорить, что именно он и продал партию этих автоматов синдикату.

Сам Доу вместо NAR-10 взял китайский же автоматический дробовик двенадцатого калибра с коллиматорным прицелом, барабанный магазин к нему на двадцать патронов и пять штук десятизарядных. Боекомплект весил едва ли многим меньше зарядов к гранатомету Тонго, и торговец с обреченным вздохом принялся набивать магазины и втыкать пластиковые гильзы в гнезда бандольеры.

– Двенадцатый калибр? – фыркнул Рогов. – Серьезно?

Иван покосился на него, но все же снизошел до объяснений:

– Я не собираюсь воевать с миротворцами, а против тварей на короткой дистанции дробовик куда эффективней. – Он достал один из патронов и продемонстрировал его аквалангисту: – FRAG-12, осколочно-фугасный. Дорогой, конечно, но контора платит.

Влад только покачал головой.

В этот момент рабочие спустили катер с транспортной платформы, забрались на него и установили на вертлюгу в задней части единый пулемет М249. У врезанной в крышу со стороны носа кольцевой турели они провозились несравненно дольше. Там смонтировали трехствольный крупнокалиберный пулемет GAU-19.

– Серьезный подход к делу, – пробормотал Влад, когда между пулеметными установками на крыше закрепили немалых размеров БПЛА с пятью несущими винтами.

Сразу после этого «Армата» рыкнула двигателем, развернулась и покатила к блокпосту. Бронетранспортер пропустил вперед автомобили и пристроился в конец колонны. Наемники и экипаж судна на воздушной подушке остались на дороге одни.

– Подходим на инструктаж! – созвал всех Луис Тонго и представил экипаж: – Энрике, наш капитан, Оскар – пулеметчик, Лора – оператор сонара и беспилотника.

Семейное сходство между седоусым невысоким дядькой, крепышом в рабочем комбинезоне и черноволосой девушкой обнаруживалось невооруженным взглядом.

Капитан с кислым видом оглядел наемников, указал на кабину катера, в бронированные стенки которой были врезаны бойницы из пуленепробиваемого стекла, и заявил:

– Предупреждаю сразу: кто начнет палить в воду, вылетит за борт! Бойницы для гранат! Кидать строго по команде! И вообще старайтесь ничего без команды не делать! – Он обвел строгим взглядом наемников и продолжил: – Знаю, вас интересует, почему нельзя стрелять. Отвечаю! Высокоимпульсные пули разрушаются при попадании в водную среду почти сразу. Никакого вреда тварям они не причинят, но в случае случайного рикошета наделают много бед. Ясно?

– А двенадцатый калибр? – приподнял ружье Иван.

– Быстро теряют убойную силу, поражает цель на дистанции метр – полтора максимум. Проще кинуть гранату. Но! Повторяю! Ничего не делать без команды! Наш катер чрезвычайно надежный, запас автономного хода у него четыреста миль, что в два раза превышает наш путь туда и обратно, поэтому единственное, что может стать проблемой – это бестолковость пассажиров.

– А твари? – спросила Эйрин.

– Твари? Твари могут доставить проблемы, – кивнул Энрике. – Наибольшую опасность представляет заболоченный участок, это около пятнадцати миль. Там у тварей идет размножение, и потому они атакуют всех подряд. На чистой воде и в городе их активность заметно ниже.

– Каковы шансы наткнуться на военных? – уточнил Рогов.

– Незначительные, – просто ответил капитан и зашагал к катеру: – Добро пожаловать на борт.

Внутри оказалось достаточно просторно, а кресла стояли не как в пассажирском транспорте, но развернутые к бойницам. Капитанское место с обычным автомобильным рулем было оборудовано в носовой части, там же располагалось навигационное оборудование и экран выключенного пока сонара. У бортов, в проходах и даже под сиденьями, громоздились гранатные ящики, короба с лентами для крупнокалиберного пулемета, пластиковые контейнеры с глубинными бомбами и даже емкости с напалмом. А в одном из боксов Иван Доу, к немалому своему удивлению, опознал упаковку самого настоящего «стингера». После этого вид пары российских «Шмелей», засунутых под соседнее кресло, как-то даже особо не поразил. Синдикат подошел к организации экспедиции со свойственным ему размахом.

Влад Рогов кинул свои вещи на соседнее сиденье и отправился проверять подводное оборудование. Он еще возился с баллонами, когда вновь заговорил капитан.

– И самое главное: не паникуйте! – продолжил свои увещевания седоусый Энрике. – Катер прекрасно защищен и рассчитан на преодоление волн до шести футов высотой. Крейсерская скорость пятьдесят миль в час, большинство тварей нас просто не догонит. И это не считая электрических разрядников и бронированного стекла!

Раздался шум моторов, катер вздрогнул и приподнялся с баллонов.

– С богом! – выдохнул капитан и судно, медленно набирая ход, соскользнуло с дороги на заболоченную обочину.

Тряски практически не ощущалось, лишь слегка вибрировал корпус да гудели турбины. Лодка легко перекатывалась через неровности, но поваленные деревья и торчавшие из высокой травы бетонные обломки капитан предпочитал огибать. Открытой воды пока не было, лишь изредка катер пересекал узенькие ручьи и притоки местной речушки, а в основном несся через высокие заросли камыша, легко подминая их под себя.

Понемногу воды прибавилось, она заблестела между проплешинами травы. Здесь в болото впадало множество пресных ручьев и речушек, топь была не слишком соленой, и все же наемники нервно ежились, всматриваясь в сгустившиеся сумерки.

Неожиданно послышался посторонний гул, и со стороны Уилкс-Барре появился армейский вертолет. Мощный прожектор скользнул по катеру и ушел в сторону. Никаких действий со стороны военных не последовало.

– Береговая охрана, – успокоил пассажиров капитан. – Высматривают тварей, мы им не интересны. Это открытая территория.

Вскоре судно полетело над чистой гладью воды, лишь изредка пересекая густо поросшие тростником и травой возвышенности, но капитан по-прежнему не рисковал увеличивать скорость из-за опасения пропороть резиновую юбку воздушной подушки сучьями поваленных деревьев, железными обломками и прутками арматуры, торчавшими тут и там.

Окончательно стемнело, и стало видно желтоватое зарево на севере. Время от времени в той стороне сверкали непонятные вспышки, и всякий раз после этого с небольшим запозданием докатывался рокот далеких взрывов.

– Строят дамбу, – пояснил Оскар наемникам.

Капитан включил прожекторы – не обычные, а инфракрасной подсветки – и принялся следить за дорогой через прибор ночного видения. Иван Доу тоже нацепил электронные очки на голову, но смотреть было особо не на что: катер к этому времени окончательно выбрался из заболоченных зарослей и помчался по водной глади. Лодка набрала скорость и заранее огибала сухие деревья, густо поросшие тростником холмики и развалины сметенных цунами строений, изредка встречавшиеся по пути.

– Самый опасный участок начинается, – предупредил Энрике и напомнил: – Заметите что-нибудь подозрительное, сами ничего не предпринимайте!

Впрочем, шансов первым обнаружить инопланетных тварей у наемников было немного: Лора уже включила сонар и внимательно всматривалась в мерцание монитора.

– Скажите, а насколько эффективны гранаты? – впервые нарушил молчание отрекомендованный медиком чернокожий парень с дредами на голове.

Ответил пулеметчик.

– Нормально глушат, – сообщил Оскар, – не хуже отравляющих веществ.

– А насколько эффективны отравляющие вещества? – с усмешкой поинтересовался Кертис Палм.

– Действуют, но не на всех, – подсказал Влад Рогов, внимательно разглядывая маркировки составленных к борту контейнеров и емкостей.

Оскар кивнул:

– Именно.

Иван отвернулся от бойницы и указал на контейнеры с горючей смесью.

– А не опасно с собой столько напалма возить? – спросил он у пулеметчика.

– Опасно, но если припрет, только напалм тварей в воде и удержит.

Влад Рогов кивнул, соглашаясь с этим утверждением, и в свою очередь спросил:

– Оскар, а почему более мощный пулемет установлен спереди?

– Если придется убегать, воспользуемся бомбами с регулируемым уровнем погружения и дистанционным подрывом, – ответил пулеметчик и рассмеялся: – Продолжаем вечер вопросов и ответов! Кого еще что беспокоит?

Но вопросы уже кончились.

Катер летел над водной гладью со скоростью легкового автомобиля, капитан заранее огибал торчавшие из воды препятствия, обычно – поваленные деревья и крыши. Вскоре по левому борту потянулся лесистый остров с поросшими камышом берегами, и Энрике изменил курс, уходя в сторону.

– Времени у нас полно, – оповестил он наемников, – поэтому напрямик через города не поедем, обогнем. Крюк не такой большой получится, зато спокойней.

– Вы в Нью-Йорк уже ходили? – поинтересовался Влад Рогов.

– Доводилось, – подтвердил капитан.

– И как там?

– Жутко.

– Так опасно?

– Нет, так жутко, – покачал головой Энрике. – Небоскребы из воды торчат, будто надгробия. Или зубы гнилые. Какие-то обрушились, какие-то уцелели. Стоят теперь без окон. Строили на совесть в прошлом веке, а большинство современных городов на побережье просто смыло.

– Но тварей в Нью-Йорке немного? – уточнил Иван Доу, припомнив прежние слова капитана.

– Немного, – подтвердил Энрике. – Больше миротворцев опасаться следует. У них с мародерами разговор короткий – за малейшее сопротивление расстрел на месте. Так что я настоятельно рекомендую в миротворцев не стрелять.

Луис Тонго смерил капитана мрачным взглядом и напомнил:

– Уговор у нас с вами был совсем другой.

– Я прекрасно помню, какой у нас был уговор! – резко бросил в ответ Энрике. – Я всего лишь призываю к благоразумию. Если увидите кого-то – не обязательно сразу открывать стрельбу. Город большой, миротворцев мало, если оторвемся, им нас не найти.

– К слову об «отрывать стрельбу», – повернулся Иван Доу к гангстеру. – Как поступим с конкурентами? Договариваемся или гасим без разговоров?

– Действовать будем по обстоятельствам, – ответил чернокожий громила.

– То есть как минимум предложим сдаться? – прищурился торговец оружием.

– Как минимум – не стреляем без приказа, – отрезал Луис Тонго. – Скорее всего они представляют уважаемых людей, а начинать войну не в наших интересах.

Ирландцы переглянулись, и Эйрин повысила голос, не скрывая возмущения:

– И мы просто позволим им уйти?!

– Мы не собираемся начинать войну, но должны окупить вложения в экспедицию, – успокоил ее гангстер. – Поэтому если не сумеем опередить конкурентов, должны убедить их… вступить с нами в переговоры и достойным образом компенсировать издержки, вызванные кражей блока…

– Какого еще блока? – удивился Влад Рогов. – И что за конкуренты?

Иван досадливо отмахнулся от аквалангиста и предположил:

– Компенсация в размере менее пятидесяти процентов от найденного не будет сочтена достойной?

– Повторяю: действуем по обстоятельствам.

– От пятидесяти до ста, – улыбнулась Эйрин. – Неплохо.

– Как говорят у меня на родине, – поморщился Влад, – не стоит делить шкуру неубитого медведя.

– Медведь давно мертв, – негромко рассмеялся Доу.

– Ты понимаешь, смысл высказывания не в этом…

– Множественные объекты по левому борту! – выкрикнула вдруг Лора. – Дистанция сто ярдов!

– Всем держаться! – скомандовал капитан и вывернул руль, уводя катер в сторону.

Ивана вдавило в кресло, когда судно резко поменяло курс и понеслось прочь от тянувшейся сбоку полоски полузатопленной земли. Ходовые турбины заработали на полную мощность, катер стремительно летел, покидая опасный район.

– Что это было? – спросил Луис Тонго капитана, стоило тому с облегчением перевести дух и начать понемногу сбрасывать скорость.

– На мелководье твари собираются в косяки. Предположительно для размножения. Не знаю. В любом случае они атакуют все, что движется. Повезло, что не заметили. – Энрике направил катер в обход небольшого островка.

Внезапно мутная вода по правому борту катера взбурлила, словно на дне заработал грязевой вулкан, и на поверхности показалась огромная тварь, поразительно схожая с вымершим миллионы лет назад чудовищным морским хищником мозазавром – широко известным массовой публике по голливудскому блокбастеру «Мир Юрского периода». Острая морда твари, до половины вынырнувшей из воды, накренилась и рухнула обратно в воду, вызвав высокий столб брызг. Несколько мгновений было непонятно, куда она подевалась, а затем катер сотряс страшный удар. Бронированное стекло выдержало, но лодку сильно накренило на другой борт, и наемники вылетели из кресел. Удержались на сиденьях лишь Энрике и Лора, пристегнутые ремнями.

Капитан хладнокровно прибавил газу, выравнивая катер и меняя направление движения. Судно начало разворот по широкой дуге, и сразу на экране сонара засветились движущиеся точки: одна, другая, третья!

И это не считая протаранившей лодку твари, которая взбила воду мощными ластами, разворачиваясь для нового броска. Оскар в один миг оказался рядом с бойницей, выкинул наружу гранату и быстро вернул бронестекло на место. Катер рванул вперед, фонтан воды и грязи взлетел в воздух далеко позади. Пулеметчик за это время успел выбросить за борт еще две гранаты, но причинили они подводным тварям хоть какой-то вред или рванули впустую, никто сказать не мог.

Капитан погнал судно прочь от острова. Он намеревался просто набрать скорость и оторваться от преследователей, но наперерез по экрану сонара уже спешили новые светящиеся точки.

Вновь взметнулось в воздух мощное тело морской твари, совсем немного разминулось с одной из турбин катера и, подняв фонтан брызг, рухнуло обратно в болото. Капитан глянул на экран сонара и вдруг начал сбрасывать скорость.

– Бомбы с красной маркировкой! – крикнул он, разворачивая лодку на месте. – Активируйте и за борт! Да не бойтесь, на боевой взвод они встанут только в воде!

Иван первым выхватил из пластикового короба увесистый металлический цилиндр, отогнул с торца прозрачную пластиковую крышечку и, утопив кнопку, выкинул взрывное устройство в бойницу. Остальные справились с секундным запозданием, и тогда Лора подала напряжение на свисавшую в воду электрическую проводку. Ходовые турбины загудели с новой силой, катер помчался прочь.

– Три, два, один, – отсчитал Энрике и дал команду помощнице: – Давай!

Девушка передвинула один из тумблеров, и вода за кормой выплеснулась к небу грязными фонтанами. Подкинуло и пару гигантских рыбин, они мелькнули в воздухе, рухнули обратно в воду и безжизненными тушами закачались на волнах.

Иван Доу с облегчением перевел дух, а когда сидевший по соседству аквалангист выставил перед собой ладонь, пересилил себя и хлопнул его по руке. Русский торговцу оружием не нравился, но в подобных обстоятельствах откровенное проявление чувств было бы непозволительной роскошью. Никогда не стоит забывать о такой непредсказуемой вещи, как «дружеский огонь»…

Но расслабились рано.

– Двое на хвосте, – объявила вдруг Лора.

– Оторвемся! – пробурчал капитан, и сразу катер встряхнул сильный удар. Лодка затряслась и перестала набирать скорость, словно теперь работала лишь одна из турбин.

Или так оно и было?

– Дерьмо! – выругался капитан, когда замигала красная лампочка на приборной панели, и попытался выжать все возможное из рабочей турбины, но катер двигался теперь далеко уже не так ходко как раньше. – По моей команде бросаем бомбы. Левый-правый, левый-правый. Поняли? Первый! – скомандовал он и почти без паузы добавил: – Второй!

Иван Доу оказался четвертым, он отправил в бойницу активированную бомбу и обернулся в ожидании скорых взрывов. Но взрывов не последовало.

– Лора? – забеспокоился капитан.

– Сейчас! – отозвалась девушка, пристально всматриваясь в экран сонара. – Сейчас, сейчас, – пробормотала она, выждала еще пару секунд и только потом подорвала бомбы.

За лодкой в шахматном порядке взметнулись грязные фонтаны воды вперемешку с илом и водорослями, разошлись по болоту круги, расползлись грязные пятна. Катер беспрепятственно помчался прочь.

– Ушли? – спросил Энрике, вытирая с лица пот.

– Ушли, – подтвердила Лора. – Что с ходовой?

– Что-то блокирует правую турбину, нужна остановка.

Луис Тонго нахмурился и спросил:

– Это надолго?

– Понятия не имею, – пожал плечами капитан, – ремкомплект есть, самое большее пару часов провозимся. Круг делать не придется, прямо по курсу скоро будет подходящий островок.

– А без ремонта никак не обойтись? – вздохнул гангстер.

Энрике мотнул головой.

– На половине тяги я в город не пойду. И скорость меньше, и маневренности никакой. А заклинит второй винт – там и останемся.

– Что это было вообще? – спросил Влад Рогов.

– А вот и узнаем…

10

Эль Капитано

Старый военный катер бывшей береговой охраны США аккуратно скользил в густом предутреннем тумане. Китайский водометный движитель, установленный на нем уже после начала Атлантических событий вместо обычного мотора с винтом, работал почти бесшумно, нарушая тишину лишь едва уловимым гудением и слабым плеском. Безусловно, для местных контрабандистов, у которых был арендован катер, водомет являлся жизненно необходимой штукой – он не только работал гораздо тише, что уже само по себе было немаловажно в запретной зоне, но с его помощью еще можно было преодолевать плотные участки водной растительности и даже узкие полоски суши, что рано или поздно непременно привело бы к повреждению традиционного корабельного винта.

Стоя у штормового леера, ограничивавшего верхнюю палубу с крупнокалиберным станковым пулеметом, Эль Капитано Федор Матвеев задумчиво пожевывал тлеющую сигару – подарок от Папаши Пака – и, прищурившись, пытался разглядеть открывающуюся перед ним панораму одного из величайших городов Земли, не так давно по историческим меркам провалившегося в морскую пучину.

Если бы в Нью-Йорке, как в каком-нибудь курортном карибском или средиземноморском городке, было запрещено строительство выше второго этажа, едва ли Матвееву удалось бы разглядеть в волнах хоть что-нибудь. Однако величественным небоскребам, хоть и потрепанным сейсмическими ударами, было наплевать и на десяток метров, на которые погрузилась в океан их тектоническая плита, и на плотный туман. Исполинскими сюрреалистическими рифами они темнели на горизонте, вырастая прямо из мутной холодной воды. Справа по курсу, задрав вверх руку подобно огромным портовым кранам на другом берегу Ист-ривер, темным пятном маячила вдали Статуя Свободы.

Эль Капитано поежился. В Нью-Йорке в это время года определенно было гораздо свежее, чем в южном Лас-Вегасе. Тем более в Нью-Йорке, полностью залитом водой. Туманы осенью и зимой и так были здесь обычным явлением, а теперь утренняя белесая мгла над стылой акваторией вообще стала неотъемлемой частью пейзажа местной запретной зоны, как в XIX веке в Лондоне. Матвеев, правда, читал вроде бы, что знаменитые лондонские туманы были просто угольной дымкой, ибо в то время все в Англии топили углем, и сотни тысяч печей создавали в тогдашней столице мира настоящий смог. Когда с угля местные жители перешли на мазут и газ, туманы в столице Британии быстро развеялись.

А вот в полузатопленном Нью-Йорке туманы теперь обосновались надолго.

Честно говоря, когда после победы Банданы над ихтиандром Федор с Пакитой отправились на разговор к Папаше Паку, Эль Капитано даже представить себе не мог, чем эта встреча закончится. Полагал, речь пойдет о рискованных играх с Папашиным тотализатором или с его бывшим дилером Бьерни Магнусоном. Возможно, всплыли какие-то серьезные проценты по старым долгам. Не исключено, что Паку понадобились опытные боевые пловцы для разовой акции или он решил уговорить Эль Капитано продать ему Бандану для регулярных гладиаторских выступлений в «Колизее». В общем, Федор настолько не придал значения этому вызову на разговор к крупному мафиозному боссу, что из гусарского озорства даже поволок с собой на встречу Пакиту, чего ни за что не сделал бы, если бы заранее знал, о чем пойдет речь. Ему вдруг показалось страшно забавным представить их друг другу: «Пакита, познакомься, это Пак. Пак, знакомься, это Пакита». Шутка на редкость, ага.

Ну, представил, чего ж. Пак даже нехотя приподнял верхнюю губу, продемонстрировав, что оценил шутку. А потом, угостив гостей редкостными в наше непростое время сигарами, приступил непосредственно к предложению, от которого невозможно отказаться.

Честно говоря, дослушав до конца, Матвеев предпочел бы взять продолжительную паузу, желательно на несколько дней, чтобы все как следует обдумать, тщательно все взвесить – и на всякий случай отказаться. Потому что уже первой вводной Папаши Пака «закрытая зона Нью-Йорк» было достаточно, чтобы не связываться с этим дурно пахнущим делом. Но потом последовала еще одна вводная, с процентовкой итогового гонорара и суммой аванса, и Эль Капитано с тревогой отметил, как Пакита сразу же закусила нижнюю губку от лютой жадности.

Нет, конечно, он истребовал у Папаши свои законные сутки на обдумывание заманчивого предложения, однако, выходя от Пака и глядя на мечтательную мордашку подруги, уже понимал, что ответит согласием, иначе его жизнь на ближайшие полгода превратится в ад. Пакита еще не преминет сообщить обо всем Бандане, и девки начнут пилить его с двух сторон в две пилы. Точнее, в одну двуручную: пока одна отдыхает, вторая тащит свою рукоять пилы на себя, и зазубренное полотно с треском вгрызается в кость.

Впрочем, даже четыре девки с двумя двуручными пилами крест-накрест не смогли бы сдвинуть с места такого носорога, как Эль Капитано, если бы он твердо уперся всеми четырьмя копытами – подобные случаи уже бывали. Однако главная проблема состояла в том, что Матвеев заколебался сам. Риск, разумеется, зашкаливал, но предложенная сумма вознаграждения вполне ему соответствовала и заставляла ноздри матерого боевого пловца трепетать от нежного аромата крутого навара. В конце концов, приходилось его команде когда-то браться и за более безрассудные миссии, которые стоили меньших денег, когда они еще не наработали солидный профессиональный авторитет. А на нынешнем этапе им троим как раз не помешал бы скромный, но уютный домик в Крыму или, к примеру, под Ханчжоу. Приключения приключениями, но дожить в Лас-Вегасе до старости могли позволить себе только очень солидные люди вроде Пака, которые имели под своим началом целые армии головорезов и могли быть уверены хотя бы на пятьдесят процентов, что их пенсионные накопления надежно защищены от огромного количества желающих наложить на них лапу.

В общем, тот день Матвеев с девчонками завершили тем, что глубокомысленно искалечили троих бандидос, которые сдуру решили поживиться призовыми деньгами и напали на них в подземном гараже отеля «Цезарь Палас». Ну, не то чтобы искалечили, конечно, просто надолго вывели из строя: такие переломы вполне лечатся со временем, в отличие от сопутствующего унижения и глубоких шрамов на душе. Остальные в панике разбежались, не дожидаясь, пока до них дойдет очередь. Затем команда Эль Капитано, слегка размявшись в драке, отправилась домой, но по дороге неизбежно зависла в другом баре, поскольку новую миссию требовалось обсудить со всех сторон, и ни в коем случае не на трезвую голову, чтобы ненароком не обнаружить в предложении Папаши Пака пугающих подводных камней. В итоге сесть за руль все-таки пришлось Паките, наименее пьяной из присутствовавших, что в очередной раз закончилось поцарапанной дверцей и разбитым подфарником, а дома – грандиозной семейной разборкой, плавно перешедшей в оргию.

Однако на следующий день все трое были трезвы как стеклышко и явились к Паку на инструктаж без опоздания.

В этот раз действовать предполагалось не автономно, а в большой общей группе. Пестрая кучка наемников вольготно расположилась в покоях Папаши Пака, и ни один из этих наглых типов Матвееву не понравился. Ему никогда не нравились другие наемники, кроме Пакиты и Банданы. Во-первых, они пожирали его кислород. Во-вторых, они регулярно оттяпывали себе лучшие заказы, а всякий юань в кармане конкурента Эль Капитано воспринимал как личное оскорбление. Наконец, перед миссией они всегда вели себя как отвязные супергерои, чтобы произвести впечатление на заказчика, однако слепо полагаться на кого-либо из этих крутых перцев во время миссии было очень плохой идеей: каждый думал только о собственной шкуре и своих деньгах. Не так уж редко кому-нибудь из них в ходе операции взбредало в голову искусственно сократить число союзников, претендующих на долю в гонораре. Собственно, Матвеев был настолько уверен в своих девчонках именно потому, что в их группе боевых пловцов не все базировалось на деньгах.

Тем не менее Эль Капитано вполне понимал, конечно, что втроем с девками им не провернуть такой масштабной и сложной махинации: спуститься с аквалангами в затопленный этаж нью-йоркской башни, забрать товар и под носом у международных патрулей благополучно слинять. Тут нужен был целый отряд, обеспечивающий ныряльщикам транспортировку и безопасность во время погружения. И, хотя Матвеев предпочел бы формировать его сам, у заказчика не было времени на такие глупости. Поэтому пришлось полагаться на тех уродов, которых предложил Пак.

В первую очередь это, конечно, были люди самого Пака. Этого следовало ожидать: кореец был тертым калачом, и в команде ему требовались проверенные глаза и уши, чтобы ни один камушек из товара невзначай не ушел на сторону.

Чего Эль Капитано не ожидал, так это того, что одним из соглядатаев окажется тот самый здоровенный метис с бычьей шеей и стрижкой бобриком на палец от черепа, который хватал его за руки в баре «Морской конек». Звали метиса Тремоло, что бы это ни означало – имя, фамилию или кличку. У Папаши Пака было много шестерок, но этот, похоже, считался среди них бригадиром, раз ему оказали такое крутое доверие. Папаша даже не стал придумывать для него какую-то особую легенду и представлять его незаменимым специалистом в каком-либо супернужном для команды деле – просто отрезал: «Этот идет с вами».

Матвеев пожал плечами, но ничего не сказал.

Вторым был скромный молчаливый кореец, который едва ли получил бы место в Папашиной гвардии из-за своего субтильного телосложения. Однако вся штука состояла в том, что его тоже звали Пак. Пак Вон Хе, если быть точным. Если верить Папаше – прекрасный специалист по сейфам и охранным системам. Это, конечно, еще ничего не означало; перефразируя одного русского классика, в Корее иметь фамилию Пак – все равно что не иметь никакой. Однако Матвеев почти не сомневался, что этот парень, являясь, скорее всего, родственником Папаши, будет в их группе его вторым незакрывающимся глазом.

Основной заказчик, для которого Пак снаряжал экспедицию, похоже, тоже желал иметь в команде соглядатая. Впрочем, ему следовало понимать, конечно, что его человека при случае утопят не задумываясь, списав все на атлантов или международные патрули. Поэтому, скорее всего, легенда долговязого ботана в очках была чистой правдой: его представили как доверенного секретаря покойного миллиардера, который в мирное время имел доступ к сейфу босса и теперь мог привести команду наемников именно туда, где этот самый сейф находится. Звали ботана Говард Хадсон, и он со всей очевидностью претендовал на звание самого тяжелого якоря на шее Эль Капитано из всей нынешней команды. Впрочем, сам мистер Хадсон утверждал, что в лучшие годы занимался любительским подводным плаванием, и даже козырнул слэнговыми дайверскими терминами «блэкаут» и «баблмейкер», исхитрившись упихнуть их в одну фразу. Федор нехотя поверил ему, хотя очки все же велел заменить на линзы. Мистер доверенный секретарь спорить не стал: невозможно спорить с очевидным фактом, что очки с маской для подводного плавания практически несовместимы.

Второй балласт в команде звали Каста. Имя и фамилию коротко стриженная девчонка с голубыми волосами называть не стала, хотя определенно была русской или по крайней мере с территории бывшего СССР, ибо в общении с Эль Капитано мигом перешла с ломаного английского на родной язык, заставив Пакиту и Бандану молча окрыситься. Хуже того, судя по проскальзывающим характерным словечкам, Каста была уроженкой Санкт-Петербурга. Эта горячая штучка, до Атлантических событий отсидевшая три года в американской тюрьме за хакерство, должна была на месте взломать электронные системы безопасности, буде таковые найдутся. Ценная пассажирка, конечно, и по-своему привлекательная внешне, но в жизни не державшая в руках ничего тяжелее компьютерной мыши и не погружавшаяся глубже ванной. Этот балласт неизбежно следовало опекать и лелеять, тем более что у девушки имелась еще одна важная задача: управлять ею же самой взломанным блоком «Антиатлант».

Армейская разработка специального устройства для отпугивания морских тварей была совсем новой, еще не пошедшей в серию. Когда-то при помощи таких низкочастотных звуковых генераторов пытались разгонять несанкционированные демонстрации. С демонстрациями что-то не заладилось – кажется, генераторы оказались слишком опасны для человеческой психики. Однако после Атлантического инцидента ученые вновь обратились к старой конструкции, обнаружив, что боевые твари обмениваются с атлантами и друг с другом упорядоченными низкочастотными сигналами.

Строго говоря, «Антиатлант» должен был не отпугивать чудовищ, а дезориентировать их, лишать связи с командованием и точного наведения на цель. В те времена, когда Матвеев служил в российской армии, таких штук еще не делали, поэтому он не был особо уверен в их эффективности. Он вообще никогда не был уверен ни в чем, чего не видел собственными глазами или не потрогал руками. Однако Папаша Пак сочился оптимизмом на этот счет и даже, по слухам, с большим риском выкрал специально для этой операции контрабандный прибор у одной из конкурирующих группировок, что в очередной раз заставило Эль Капитано серьезно задуматься о масштабе ставок в затеянной Папашей игре. Но идея воспользоваться хреновиной, которая не подпустит морских тварей к катеру его команды на расстояние прицельной автоматной стрельбы, все же не могла ему не понравиться как командиру этой самой команды.

Еще двое были сегодня на катере людьми в общем-то случайными. Через своих партнеров с Восточного побережья старина Пак нанял один из катеров рисковых контрабандистов, регулярно шнырявших по акватории Нью-Йорка в поисках поживы. Экипаж катера состоял из двух человек: капитана Фреда Бишопа, типичного морского волка, белоснежно седого и морщинистого шкипера с неизменной трубкой в углу рта, и первого помощника Мюрича Макфарлейна, внушительного и сурового парня, который по совместительству выполнял кучу других обязанностей – судового механика, штурмана, радиста, матроса, стрелка, кока, суперкарго и пес его знает кого еще. В закрытой зоне следовало смотреть в оба, поэтому за штурвалом сейчас стоял сам шкипер.

Короче, в случае прямого боестолкновения с морскими тварями или с международными патрулями твердо рассчитывать Матвееву следовало только на себя самого, на своих девок и, пожалуй, на здоровяка Тремоло. Все члены команды были, конечно, вооружены до зубов, но смогут ли в критической ситуации эффективно воспользоваться своим оружием – это большой вопрос. Пройдоха Пак в присутствии Федора высадил в тире своего дядюшки, или кто он там ему, почти два магазина патронов, измочалив «яблочко» мишени практически в лохмотья. Но в данном случае речь шла не о меткости, а о моральной способности пустить в ход огнестрел против живого противника. Матвеева терзали серьезные сомнения на этот счет, особенно в отношении Касты и мистера Хадсона.

Негромко тарахтя и булькая, катер с командой Эль Капитано понемногу продвигался к цели. Когда над головой лениво проплыл Бруклинский мост, шкипер решительно направил судно вглубь Манхэттена, по бывшей улице Бауэри, в одночасье ставшей каналом, в сторону Маленькой Италии.

Соленые болота возле Нью-Джерси плотно контролировались миротворцами, да и катер без воздушной подушки едва ли сумел бы их преодолеть, поэтому капитан Бишоп с самого начала миссии забрался мористее, собираясь проникнуть на территорию бывшего Нью-Йорка через бывшую Нью-Йоркскую бухту, которая ныне представляла собой единое целое с поглотившим город гигантским океаническим заливом.

С одной стороны, это был довольно рискованный трюк, потому что выходить в открытое море после Атлантических событий мог позволить себе только очень смелый или совершенно безрассудный экипаж.

С другой стороны, в этом маневре имелись свои плюсы, потому что военные тоже не горели особым желанием кропотливо патрулировать смертельно опасные воды, над которыми атланты порой сбивали даже реактивные самолеты. Армии хватало постоянных прорывов противника в глубь суши, которые морские твари осуществляли из бывшей Нью-Йоркской бухты с пугающей регулярностью и которые военным приходилось останавливать при помощи дальнобойной артиллерии и реактивных систем залпового огня. Так что при проникновении со стороны затопленного Лонг-Айленда для контрабандистов было меньше риска нарваться на боевые армейские корабли.

Бывшую Нью-Йоркскую бухту перекрывали несколько рядов минных заграждений, но они, по уверению капитана Бишопа, были рассчитаны на массивных глубоководных существ, а не на легкие водометные катера, поэтому притапливались военными на якорях в нескольких метрах от поверхности. Поскольку целью морских мин в бухте были живые организмы, все они оборудовались контактными взрывателями, так что можно было не опасаться, что адские машины отреагируют на магнитные поля катера, звук двигателя или перепад давления в водной толще при стремительном движении. Расходовать мощные боеприпасы на мелких мародеров и контрабандистов международная коалиция не считала жизненно необходимым. А вот крупное судно с соответствующей осадкой, решившее загрузить пару контейнеров золота из затопленных подвалов хранилищ на Уолл-стрит, безнаказанно пройти через минные заграждения не сумело бы.

Эль Капитано швырнул окурок сигары за борт, тот коротко пшикнул, упав в холодную воду, и закачался на волнах. Сунув руки в карманы, командир боевых пловцов молча наблюдал, как мимо проплывают огромные мрачные тени полуразрушенных небоскребов с выбитыми стеклами и почерневшими от сырости стенами. Вдали вздымались характерные, много раз виденные в кино характерные силуэты каменных гигантов – Эмпайр-стейт-билдинг, Крайслер-билдинг, здание Бэнк оф Америка…

Перегнувшись через борт, Матвеев разглядел под собой, под слоем мутной воды, крыши автомобилей, когда-то брошенных на затопленной улице. Зрелище было нереальным, сюрреалистическим – но за годы, проведенные в разрушенных Штатах, он уже привык к таким зрелищам.

Федор никогда не был в Америке до Атлантических событий. Однако прекрасно помнил, как они развивались. Во времена массмедиа необязательно находиться в эпицентре событий, чтобы знать о них все, что необходимо: в Интернете и телевизоре всегда найдется достаточно пищи для аналитического ума.

Как общеизвестно, все началось с того, что какая-то японская обсерватория обнаружила в Солнечной системе новый крупный астрономический объект. Или южнокорейская, не суть важно. Главное, что своего палача проморгали американцы – со всей своей вычислительной мощью и телескопом «Хаббл».

Почему-то большинство обывателей свято уверены, что пространство вокруг Земли тщательно мониторится, что зоркие обсерватории и чуткие спутники внимательно отслеживают любой космический мусор, попадающий в пределы орбиты Плутона, и немедленно информируют ученых и мировых лидеров о любом подозрительном куске камня, способном пересечься с орбитой Земли. Но на самом деле в обозримом космическом пространстве куда больше мертвых зон и слепых пятен, чем подробно изучаемых областей. Поэтому до сих пор новые кометы зачастую открывают одиночки, от нечего делать шарящие портативным телескопом по ночному небу, а не солидные научные коллективы.

Огромный астероид размером примерно с Мадагаскар, прибывший в Солнечную систему из глубокого космоса, был обнаружен уже на орбите Юпитера. Большинство прорвавшихся в систему блуждающих комет и астероидов, попадая в гравитационное поле этого газового гиганта, оказываются захвачены им и погибают, врезавшись в его поверхность. Однако Мадакаскар оказался крепким орешком, потому что внезапно резко изменил траекторию движения и, избежав смертельных объятий Юпитера, направился к Марсу.

Японцы (или корейцы?) зафиксировали этот маневр, однако их сообщение о такой гравитационной аномалии осталось незамеченным научным сообществом. Но потом из безвольного дрейфа в безвоздушном пространстве загадочный объект, похожий на вареную картофелину, быстро набрал мощное ускорение. Японцы (или корейцы) обнародовали эту сенсацию, и теперь за необычными перемещениями странного астероида наблюдала уже не одна сотня ученых в разных странах, а поисковая фраза «объект Эпиорнис», как тут же окрестили пришельца, стала самой популярной в интернет-браузерах.

Объект двигался быстро и достиг красной планеты несколько недель спустя. Он вышел на орбиту вокруг Марса и сделал полтора витка, словно изучая поверхность, после чего вновь изменил траекторию и направился к Земле. К этому моменту даже самые убежденные скептики были вынуждены признать, что астероид Эпиорнис явно кем-то управляется, и нас, вероятно, ожидает тот самый Контакт с большой буквы К, которого человечество жаждало с тех пор, как на Марсе были обнаружены несуществующие каналы.

Однако текущий Контакт имел больше сходства с сюжетами фильмов «День независимости» и «Район № 9», чем с сентиментальными «Инопланетянином» и «Близкими контактами третьего рода» Спилберга. Гигантская глыба чужого корабля вышла на околоземную орбиту и дамокловым мечом нависла над беззащитными континентами. Человечество разными способами пыталось выйти на связь с чужаками, но объект Эпиорнис хранил зловещее молчание. Ядерные, воздушные и военно-космические силы планеты были приведены в боевую готовность. Между тем управляемый астероид неторопливо полз по орбите над Арктикой, и жители Северного полушария могли отчетливо разглядеть его невооруженным глазом даже днем.

Трудно сказать, почему сорвалась массированная ядерная атака на объект Эпиорнис, когда тот внезапно провалился вниз, добравшись до западной части Атлантического океана. Возможно, виной всему стало традиционное недоверие между враждебными ядерными державами: Россия, Индия и Китай меньше всего желали, чтобы Штаты потом обвинили их в атомной бомбардировке над американской территорией, Великобритания, Франция и Израиль дожидались команды из Вашингтона, тоже не желая лезть в пекло поперед батьки, а американский президент тянул до последнего, прекрасно понимая, что гигантские раскаленные куски инопланетного корабля, воздушная ударная волна и радиоактивные осадки обрушатся на беззащитные крупные города Восточного побережья. Возможно, власти США просто выжидали, изо всех сил надеясь, что удар по поверхности планеты чужие нанесут уже после того, как минуют территорию Штатов; никто до самого последнего момента не мог поверить, что пришельцы поведут себя как самоубийцы и не просто пойдут на посадку, а на полной скорости рухнут в океан восточнее Чесапикского залива. Пара судорожно выпущенных американцами боеголовок все-таки взорвалась, одарив Восточное побережье ожидаемыми ударной волной и радиоактивными осадками. Кажется, они даже повредили корпус Эпиорниса. Впрочем, разрушить объект размером с Мадагаскар сложновато даже при помощи ядерного оружия.

Управляемый астероид рухнул в океан, развалившись от страшного удара на множество кусков и вызвав многометровую волну цунами, серьезно потрепавшую Восточное побережье США, Северную Африку, Мексику, Карибский регион и Средиземноморскую Европу. Ну, может быть, журналисты в погоне за сенсацией несколько преувеличили размеры Эпиорниса, и он был всего лишь с Исландию, ибо результаты его падения оказались далеко не столь катастрофичны, как обычно изображают в голливудском кино, а число жертв не превысило нескольких десятков тысяч человек, и те в основном в Африке и Латинской Америке.

На этом завершилось то, что вошло в мировую историю как Атлантический инцидент, и начались вызванные им Атлантические события – куда более ужасные и кровавые…

Эль Капитано вздрогнул от неожиданности, услышав, как что-то звучно проскребло по днищу катера. Перевел вопросительный взгляд на капитана Бишопа, невозмутимо крутившего штурвал в застекленной рубке: атланты?

– Мина, – хладнокровно прокомментировал шкипер, попыхивая трубкой. – Подвсплыла, сволочь. Брачок в якорной системе.

– Так она же могла взорваться! – недоверчиво отозвалась с кормы Каста, нервно тиская потными ладонями цевье помпового дробовика.

– Не взорвалась же, – безразлично заметил Бишоп.

Матвеев отвернулся. Капитан Бишоп нравился ему своим холодным фатализмом. Но работать он все же предпочел бы с более осторожными людьми. Да и оружие давать человеку вроде Касты определенно не стоило. К слову об оружии: помимо пистолетов, помповых дробовиков двенадцатого калибра и автоматов Калашникова сотой серии, Папаша Пак расщедрился на три АДС – российских же двухсредных автоматов. Созданное в компоновке «булл-пап» оружие, знакомое Федору по службе в армии, позволяло стрелять и под водой, и на суше – требовалось лишь зарядить его соответствующими патронами. Эти игрушки Матвеев решил придержать для себя, Пакиты и Банданы. Небольшая страховка на случай, если кто-то из подельников поддастся жадности и решит избавиться от них после подъема бриллиантов, решив, что автоматы для подводной стрельбы неэффективны на поверхности. В этом случае подонка будет ждать довольно неприятный сюрприз.

Итак, возвращаясь к Атлантическим событиям. Поначалу человечество решило, что гигантский транспортный корабль чужих потерпел ужасную катастрофу над океаном и сгинул в его глубинах. Однако когда экипажи торговых судов стали встречать в районе падения Эпиорниса огромных морских чудовищ, ученые предположили, что самоубийственные маневры управляемого астероида были обычной тактикой инопланетных колонистов-атлантов. Атланты – так назвали пришельцев из-за их приводнения в Атлантическом океане, причем в первый раз этот термин был употреблен безвестным пользователем на каком-то интернет-сайте, затем широко распространился по Сети и стал сетевым мемом, затем его подхватили телеведущие и в конце концов приняли в научных кругах.

Согласно некоторым выдвинутым гипотезам, биологическая цивилизация атлантов зародилась на неизвестной планете, покрытой водой или другой жидкостью со сходными физическими свойствами. По аналогии с именем астероида эту гипотетическую планету из неопознанной звездной системы стали называть Эпиорнис.

На пике своего развития цивилизация атлантов, судя по всему, открыла способ путешествовать меж звезд. Никаких следов разрушенного корабля в океане обнаружить не удалось, и это позволило ученым предположить, что космическая экспансия пришельцев осуществляется на гигантских кремнийорганических живых существах, способных преодолевать безвоздушное пространство. Внутри этих биологических астероидов с каменной шкурой атланты – или их мозги, или информация об их личностях, записанные для компактности на какие-то бионосители, – судя по всему, могут преодолевать сотни световых лет в поисках подходящей для колонизации планеты. После шоковой высадки в море корпус живого корабля распадается на куски, и из его активной органики атланты, далеко продвинувшиеся в генной инженерии, формируют новые тела для себя и своих чудовищных бойцов.

Местная биомасса тоже использовалась пришельцами по максимуму. Крупных морских хищников вроде кашалотов и акул атланты неизвестным способом брали под ментальный контроль и использовали в качестве оружия и транспорта, а из огромных косяков рыбы, кальмаров, креветок, моллюсков, водорослей, планктона конструировали огромных существ с немыслимыми свойствами, биологические подводные города, титанические плантации примитивных подводных полуживотных-полурастений наподобие актиний и другие странные живые сооружения, не поддающиеся человеческому разумению.

Судя по всему, инопланетяне умели полностью расшифровывать генетический код любого биологического вида, считывая и реконструируя даже те мертвые и неиспользуемые генетические комбинации, которые достались живому существу в процессе эволюции от его доисторических предков. Иначе трудно вообразить, откуда на вооружении атлантов могли взяться давно вымершие существа, обитавшие в океанах Земли миллионы лет назад, идеальные машины для убийства – плезиозавры, мозазавры, мегалодоны, панцирные рыбы, гигантские морские крокодилы…

Возможно, даже на этом этапе еще оставалась возможность договориться. Две абсолютно чуждые друг другу цивилизации вполне могли бы мирно уживаться на одной планете, ибо люди практически не освоили глубины океана, в которые стремились атланты, а сами атланты совершенно не интересовались сушей. Похоже, поначалу пришельцы даже не поняли, что на Земле существует разумная жизнь – либо не придали этому особого значения. Поэтому начавшиеся столкновения с человеческой расой определенно стали для них неприятным сюрпризом.

Матвеев вскинул голову, вновь вырванный из воспоминаний – на этот раз гулом далекого взрыва. Над акваторией в районе Трайбеки поднялся высокий столб воды, который словно бы нехотя подломился и рухнул обратно в залив. Несколько секунд спустя из глубины в конце перпендикулярной улицы поднялось продолговатое тело, которое безвольно заколыхалось на волнах.

– Атлант? – все-таки озвучил свою догадку Федор.

Капитан Бишоп вынул трубку изо рта и рассудительно проговорил:

– Подводные лодки и боевые пловцы здесь не встречаются. Стало быть, атлант. Ты же видишь, эта мина взорвалась, в отличие от нашей.

– То есть через минные заграждения они все-таки прорваться не могут? – с надеждой поинтересовалась Каста.

– Могут, – пожал плечами Бишоп. Он совершенно не заботился о том, чтобы успокаивать пассажиров. Впрочем, возможно, специально держал их в тонусе, чтобы не расслаблялись. – Эта мина теперь выбыла, и заменят ее в лучшем случае к вечеру. Так что в образовавшуюся дыру уже наверняка скользнула пара тварей, которые ошивались неподалеку. Иногда они вообще специально работают как камикадзе: одна бросается на мину, а остальные – в расчищенный проход… – Видимо, капитан все же почувствовал, что перегнул палку, потому что после паузы добавил: – Но я наблюдаю за сонаром, не беспокойтесь.

– Не беспокойтесь… – с тоской передразнила хакерша, понемногу отползая от борта. На катере контрабандистов посреди акватории, под поверхностью которой блуждали гигантские хищные существа, ей было очень неуютно.

Собственно, гигантские лиоплевродоны и жуткие панцирные рыбы атлантами не были, так их называли только для простоты и краткости. Морские твари были лишь генетически сконструированным оружием пришельцев. Самих атлантов никто никогда не видел – они обитали в глубине океана и практически не появлялись на поверхности, ни разу за все время не выйдя на контакт с людьми. Своими армиями они командовали дистанционно, при помощи мысленных команд. Не исключено, что некоторых высших инопланетян военные все же убили во время морских сражений, но поскольку их, вероятно, было сложно отличить от их же искусственных штурмовиков, имевших огромное количество форм и обличий, особой уверенности в этом не имелось.

Надо признать, что первыми после Атлантического инцидента атаковали люди. Американцы, разъяренные масштабными разрушениями, жаждали реванша: они восприняли беспардонные действия пришельцев, повлекшие массу жертв, как новое Одиннадцатое сентября. Инцидент сплотил нацию, и в район Чесапикского залива перебросили авианесущий флот. Ядерное оружие задействовать уже не стали, ибо палить из пушки по воробьям было поздно, но при помощи высокоточного оружия и крылатых ракет Штаты сумели уничтожить немало неповоротливых морских исполинов, беззащитных против воздушных атак.

Вся планета увлеченно следила за этой захватывающей бойней. Хитом продаж в «Стиме» стала компьютерная игра «Холокост атлантов», быстро переделанная предприимчивыми разработчиками из какой-то примитивной и дешевой морской стрелялки. Футболки с гигантским Ктулху, залезшим на Статую Свободы и на манер Кинг-Конга отмахивающимся от атакующих его вертолетов армии США, разлетались как горячие пирожки. В Голливуде был оперативно запущен очередной сиквел «Тихоокеанского рубежа».

А потом, несколько недель спустя, атланты каким-то образом воздействовали на тектонические разломы в Срединно-Атлантическом подводном хребте, и из-за чудовищного сотрясения земной коры на Восточное побережье ринулась волна цунами высотой в полтора километра.

То есть каким образом они это сделали, понемногу стало понятно, когда на побережье были замечены новые виды гигантских морских животных, способных генерировать мощнейшие ультразвуковые колебания и на расстоянии воздействовать на горные породы и твердые предметы, превращая их в труху и песок, а также дистанционно скручивать эсминцы и нефтяные платформы, словно мокрые половые тряпки. Атланты быстро обучались, и их преимущество перед людьми заключалось в том, что новое генетически сконструированное оружие не требовало десятилетий на разработку и внедрение в производство, а также умопомрачительного финансирования.

Порой у Матвеева мелькала предательская мысль, будто инопланетяне действительно достигли столь высокой ступени цивилизационного развития, пусть и не технологического, что с высоты своего величия просто могли случайно не заметить интеллекта примитивной по их меркам человеческой расы. А потом началась жестокая война на истребление, и устанавливать мирный контакт с оказавшимся разумным местным населением стало поздно.

Грандиозное цунами, какого мир не видывал со времен библейского потопа, обрушилось на Америку и со скоростью болида «Формулы-1» двинулось вглубь континента, оставляя после себя разрушения потрясающего масштаба. Вашингтон, Филадельфия, Майами, Бостон, Портленд перестали существовать. Нью-Йорк превратился в озеро с торчащими из воды башнями уцелевших небоскребов. Теряя мощность и высоту, исполинская волна-убийца прокатилась по центральным штатам и вдребезги разбилась о Скалистые горы. В других направлениях цунами разрушило Западную Европу, превратило в жидкую грязь Мексику и впервые за тысячелетия обводнило Сахару. К счастью, избежала страшного прямого удара густонаселенная Азия, однако побережья Китая, Японии, Австралии и Индонезии все же оказались истерзаны мощными океаническими афтершоками.

Несколько дней спустя, когда пришло время собирать камни, застывшее в ужасе от произошедшего человечество начало осознавать, что привычная геополитическая картина мира изменилась раз и навсегда. В грандиозной прелюдии к последовавшим Атлантическим событиям погибли и пропали без вести 150 миллионов человек, более полумиллиарда лишились крова и средств к существованию, что стало величайшей трагедией за всю историю существования рода человеческого. Экономика стран Атлантического региона была разрушена до основания. От совокупной армии стран НАТО уцелела едва ли десятая часть. Большая часть территории Северной Америки и Европы представляла теперь безбрежные соленые болота, сожравшие все источники пресной воды, леса и сельскохозяйственные земли. Многие населенные пункты и транспортные артерии, автомобильные и железнодорожные, оказались уничтожены. Фактически от Штатов осталась только относительная узкая полоска Западного побережья, куда хлынули несметные толпы беженцев с разрушенных территорий, сумевших пережить чудовищное цунами. Американское правительство не смогло справиться с гуманитарной катастрофой и рухнуло, отдав власть в руки многочисленных национальных банд и местных гангстерских князьков.

И, словно произошедших кошмаров оказалось недостаточно, из глубин Атлантического океана на полузатопленные территории бывших Соединенных Штатов обрушились полчища агрессивных морских тварей. Наконец атланты поняли, что на суше обитают многочисленные и злобные зверьки, которые способны причинить новым хозяевам планеты недопустимый ущерб. Молниеносно сконструировав новые виды хищных рептилий, способных дышать атмосферным воздухом, в том числе двуногих амфибий, умеющих пользоваться трофейным стрелковым оружием, пришельцы направили их на удержание земель, очищенных всесокрушающим валом искусственного цунами от бывших королей природы.

В отсутствие внезапно рухнувших геополитических гегемонов на первый план на мировой арене вышли страны БРИКС. Впрочем, Бразилия и ЮАР сами оказались довольно серьезно разрушены катаклизмом, и им хватало своих забот, так же как и Индии, не обладающей достаточно мощным военным флотом, и другим потенциально могучим игрокам вроде Аргентины, Турции, Саудовской Аравии, Египта, Ирана и Пакистана. Европа оказалась под протекторатом России, стремительно выдвинувшей на ее территорию войска для предотвращения гуманитарного кризиса и бандитского безвластия. Обескровленным стихией Японии, Австралии и Индонезии оказал помощь Китай, также как бы невзначай, для поддержания порядка, разместивший на их территории свои военные базы.

Проблемами агонизирующей Северной Америки тоже пришлось заниматься Китаю и России. Бросать останки некогда великого государства на произвол судьбы было никак нельзя: требовалось взять под контроль действующие и разрушенные ядерные объекты, крупные стратегические сооружения вроде Дамбы Гувера, ракетные шахты, армейские склады, секретные военные производства, чтобы они не попали под удар международных террористов или в руки сомнительным государственным режимам. Безусловно, новых мировых гегемонов не в последнюю очередь привлекала также соблазнительная идея надолго подмять под себя бывшего опасного конкурента, и на фоне широкомасштабной гуманитарной интервенции – не втоптать его в грязь, конечно, порождая у американцев мощные реваншистские настроения, но ненавязчиво, аккуратно сделать все возможное, чтобы военный и пассионарный потенциал Штатов не восстановился как можно дольше, вновь превратив их в могучего игрока на глобальной арене. Примерно так сама Америка поступила с Германией и Японией после Второй мировой войны.

Территории США, Канады и Мексики были поделены по сороковой параллели: север отходил под юрисдикцию российской оккупационной администрации, юг – китайской. Нью-Йорк и Вашингтон в силу чрезвычайной стратегической важности тех предметов и сведений, которые могли быть обнаружены в руинах этих двух бывших столиц мира, политической и экономической, решено было контролировать совместными усилиями Китая и России при участии других стран БРИКС. Новые союзники не слишком доверяли друг другу, как всегда и было, впрочем, во времена мировых войн.

Обе иностранные администрации, пытаясь завоевать доверие местных жителей, периодически осуществляли шумные гуманитарные программы и активно сопротивлялись слову «оккупационная», но местные между собой все равно не называли их иначе. Для американцев, воспитанных на абсолютном величии своей нации, которая при небольшом участии Британии победила Гитлера, первой триумфально высадилась на Луне и вроде бы вообще первой полетела в космос, множество раз победила в мировых первенствах по хоккею, решительно сокрушила медвежий коммунистический СССР и избавила мир от ужаса бен Ладена, наличие на своей территории войск двух главных в XXI веке противников США было оглушительной пощечиной и неимоверным унижением. Жители Штатов не сомневались, что русские и китайцы, казалось бы, восстанавливая экономику бывшего смертельного конкурента и защищая его от общего внешнего врага, на самом деле больше никогда не дадут Америке поднять голову – ибо сама Америка при случае поступала точно так же.

Командир подразделения боевых пловцов капитан Федор Матвеев был переброшен на разрушенное Восточное побережье в составе первой волны российского ограниченного контингента, введенного на территорию США. Тогда все было в новинку, и бойцам Федора приходилось нарабатывать навыки войны с океаническим противником собственной кровью. Большой кровью.

Подводные диверсанты Матвеева всегда находились на самых горячих участках фронта. Именно им, скрытно подведшим тактические ядерные заряды на позиции противника, удалось вывести из строя звено гигантских мегалодонов, едва не утопивших дистанционными виброударами флагманский крейсер «Адмирал Нахимов». Разумеется, у настоящих мегалодонов никогда не было специальных органов для генерации мощных низкочастотных колебаний, способных поражать врага на расстоянии, однако глубочайшие познания в генной инженерии позволяли атлантам не только воспроизводить давно вымерших животных, но и серьезно модернизировать их, придавая их организмам совершенно невероятные свойства.

Капитан Матвеев никогда не прятался за спинами своих ребят и лично вел их в бой, но учиться военному делу настоящим образом всегда предпочитал на чужих ошибках и оттого был жив до сих пор. Впрочем, учитывая, что градус конфронтации на фронтах борьбы с атлантами все время повышался, не исключено, что рано или поздно командиру подразделения пришлось бы все-таки упокоиться в глубине Атлантического океана рядом с большинством своих бойцов. Однако случился Норфолк, в результате чего Матвеев, видимо, на некоторое неопределенное время сохранил жизнь, хотя потерял все остальное – честь русского офицера, Родину, уважение сослуживцев и перспективную военную карьеру.

В Норфолке его подразделение в числе прочих обеспечивало безопасность при эвакуации главной атлантической военно-морской базы США. В силу стратегической важности операции ее контролировали представители всех стран БРИКС – и все равно информация несколько серверов с уникальной технической документацией ушла на сторону, в конечном итоге попав в руки арабов.

Жадная крыса, готовая продавать государственные секреты потенциальным врагам, явно сидела в штабе российского контингента. И она же, прикрывая свою задницу, когда утечка вскрылась, сделала все, чтобы свалить свою вину на другого. Капитан Матвеев, непосредственно занимавшийся погрузкой и транспортировкой серверов, подошел для этого идеально.

Поначалу военные дознаватели допросили его в качестве свидетеля. Однако Федор уже тогда почуял запах горелого. После допроса его отпустили, но Матвеев ничуть не сомневался, что, при соответствующем угле зрения на произошедшее, в следующий раз он уже может занять место основного подозреваемого. Его догадки подтвердились на следующий день, когда один из особистов, хороший друг Федора, абсолютно не веривший, что Матвеев способен на такое позорное преступление, по секрету шепнул ему, что в особом отделе решается вопрос о его задержании. Неизвестная крыса из штаба сфальсифицировала целую кучу доказательств его вины, и теперь единственным способом не сгнить в гарнизонной тюрьме было немедленное бегство.

Федор никуда бежать не собирался. Он хотел доказать в военном суде, что ни в чем не виноват. Однако дружественный особист уверил его, что дело абсолютно тухлое. В трибуналах не бывает присяжных; впрочем, даже они в свое время не слишком помогли, к примеру, капитану Ульману. А уж если высокопоставленный военный решил уничтожить подчиненного в закрытом армейском суде, то он скорее всего это сделает – слишком разные весовые категории.

Эль Капитано не мог сказать, почему он все-таки решился на побег. Видимо, сработало упоминание Ульмана – знаменитого козла отпущения, которого не спасли даже два суда присяжных, признавших его невиновность, и которому в итоге пришлось скрываться от правосудия при помощи боевых друзей, чтобы не оказаться перемолотым жерновами равнодушной судебной машины. Капитан Матвеев испугался не ответственности и тюрьмы – он испугался того, что не сможет ничего противопоставить тяжкому обвинению, того, что навсегда станет для бывших сослуживцев предателем и врагом. Глубокой ночью он вошел в воды Чесапикского залива и вдоль берега поплыл на юг, изо всех сил надеясь вернуться и доказать свою невиновность в более благоприятной ситуации.

Сейчас, про прошествии времени, вспоминая странную настойчивость своего приятеля-особиста, Матвеев с высоты прожитых лет догадывался, конечно, что все это могло быть неспроста. Не исключено, что крысу, подставившую Федора, следовало искать не в штабе, а гораздо ближе. Капитана Матвеева надо было непременно сплавить подальше, чтобы в ходе разбирательства случайно не всплыли какие-нибудь обстоятельства, свидетельствующие о его полной невиновности. Сам факт его бегства выглядел практически признанием собственной вины – что и требовалось крысе.

А тогда он плыл несколько суток подряд, счастливо избежав столкновения с патрулями и хищными морскими тварями. Он едва не утонул, когда на вторую ночь его унесло далеко в море. Изредка он выбирался на болотистый берег, подолгу отлеживался в грязи, пытаясь отдышаться и болезненно щурясь от въевшейся в лицо морской соли, поедал сырых крабов, копошившихся в зоне прибоя, а потом снова входил в океан. Затем он долго брел через соленые болота, совершенно потеряв ориентацию; запасенная пресная вода подошла к концу, и он в буквально смысле умирал от жажды, когда наконец пересек демаркационную линию и оказался на территории, контролируемой Китаем.

Здесь ему с его корявым английским удалось сойти за беженца, потерявшего память от шока после катастрофы, и китайская администрация отправила его в лагерь для перемещенных лиц на Западное побережье, где он от полной безнадеги, безденежья и безработицы прибился к местным бандитам, чрезвычайно заинтересовавшимся его навыками боевого аквалангиста. Какое-то время Матвеев, к тому времени уже ставший Хунхузом, таскал для них из затопленных городов всякие ценные грузы и сейфы, внимательно приглядываясь к их методам работы и тщательно наматывая на ус полученный опыт, а потом сбежал в Лас-Вегас, ставший к тому времени центром американского криминала.

Там уже под боевой кличкой Эль Капитано он сформировал собственную команду для особых операций, костяк которой составили Пакита и Бандана, по гроб жизни благодарные ему за спасение. Первую он технично выдернул из лап грязных бандидос в каком-то из притонов бывшей игровой столицы, когда они уже совсем собрались было посмотреть, какого цвета у нее внутренности; а вторую, во время одной из миссий, не менее технично – из Мексиканского залива, практически из пасти у дейнозуха, огромного морского аллигатора. На настоящий момент команда Эль Капитано состояла только из них троих, но деловая репутация в Лас-Вегасе у нее уже была неплохая…

– Сонар! – подал голос первый помощник Мюрич Макфарлейн.

– Вижу, вижу… – недовольно откликнулся Бишоп, стиснув зубами черенок трубки. – По местам стоять!

– Атлант прорвался? – мрачно осведомился Тремоло.

– Или давно сидел в бухте, – пожал плечами капитан. – Военные не вычищают ластоногих, которые проникают сюда, просто сбрасывают с вертолетов новые взведенные мины взамен сработавших, чтобы восстановить заградительный периметр. Охота потом затаившемуся в бухте плезиозавру выйти на берег в Джерси – его там встретят из дальнобойной артиллерии. Охота обратно в море – вот тебе новая мина в проделанном проходе. А в бухте они угрожают только контрабандистам и охотникам за приключениями. Нас международному командованию не жалко…

– Быстро идет, – заметил Мюрич. – С крейсерской скоростью. Прямо настигает.

– Вижу! – отрезал капитан Бишоп. – Ты еще здесь?! Пошел за пулемет, мазафака! Мистер Тремоло, готов к бою?

– Всегда, – откликнулся метис, одной ногой опершись о цистерну на корме, наполненную напалмовой смесью. После команды шкипера ему достаточно будет нескольких движений, чтобы обрушить за борт полыхающий поток. Как и всякий биологический объект, штурмовики атлантов панически боялись огня.

– Каста! – в свою очередь скомандовал Матвеев. – Прибор!

Перепуганная девушка-хакер уже откинула крышку ноутбука и торопливо колотила по клавиатуре, не дожидаясь приказа командира.

– Есть прибор! – пискнула она.

Воздетый на металлический шест высоко над рубкой катера шестиугольный экран-антенна едва уловимо завибрировал. Бишоп озабоченно сдвинул брови: «Антиатлант» пожирал солидную часть энергии движка. Об этом капитан, разумеется, был осведомлен с самого начала, но все равно испытал короткий укол паники, когда катер, преследуемый гигантским плезиозавром, начал постепенно терять ход.

– По бортам смотреть! – рявкнул Бишоп, досадуя на собственный испуг. До ближайших небоскребов оставалось еще около километра, так что в бою скорее всего придется маневрировать на открытой воде, где у морского чудовища будет преимущество. – Не проморгайте ублюдка!..

И, словно для того, чтобы его было проще не проморгать, ублюдок показался на поверхности.

Сначала из водных бурунов на поверхности неподалеку от катера появилась угловатая голова, похожая на башню небольшого танка. Она стала подниматься над водой на мощной шее, словно на гигантском домкрате, не переставая двигаться параллельным с катером курсом, и вскоре ее полускрытые прозрачными веками глаза бесстрастно наблюдали за удирающим катером уже с высоты двухэтажного дома.

Это был матерый эласмозавр, крупная ластоногая рептилия, одна из самых впечатляющих среди длинношеих плезиозавров, похожая на монстра из японского фильма «Легенда о динозавре». Скорее всего, именно встречи с последними выжившими особями из рода эласмозавров породили среди моряков древности легенды о морских змеях. На его бесстрастной морде лежала печать абсолютной уверенности в том, что через пару минут он без труда догонит и перевернет эту странную тарахтящую посудину, потревожившую его покой. Безупречный инстинкт убийцы, заложенный в эласмозавра природой и усиленный генной инженерией атлантов, вынуждал его яростно атаковать любое творение рук человеческих.

– Какой большой!.. – испуганно-восхищенно выдохнула Пакита, обеими руками впившись в леер и не сводя широко раскрытых глаз с чудовища. В отличие от Банданы, ей еще не доводилось сражаться в открытом море против океанических тварей, хотя она, конечно, видела их в аквариумах звероловов.

– Огонь! – заорал капитан, выкручивая штурвал. – Огонь, мазафака!

– Каста! – скомандовал в свою очередь Эль Капитано. – Давай, девочка!

Шестиугольная антенна уже вибрировала вполне ощутимо, порой даже размазываясь в пространстве от интенсивной мелкой дрожи. Повинуясь командам хакерши, сервомотор провернул мачту, на которой крепилась антенна, и чуть выгнутый экран уставился прямо на гигантскую рептилию. Было между ними что-то общее – огромная угловатая голова на многометровой шее и высокий шест с установленным на нем блоком «Антиатлант».

Получив мощный низкочастотный сигнал непонятной природы, плезиозавр озадаченно сбавил ход. Их курсы с катером начали ощутимо расходиться, а потом он и вовсе описал бессмысленную дугу, впустую потеряв время. Густой туман начал понемногу скрадывать в отдалении его очертания.

– Работает Папашина штуковина! – радостно крикнул искусный стрелок Пак.

Похоже, как и было обещано, после воздействия военного генератора эласмозавр потерял к преследуемому катеру всякий интерес, судорожно пытаясь сообразить, что за странный невнятный приказ пытаются транслировать ему хозяева-атланты.

– Отстает, – бесстрастно констатировал мистер Хадсон, бывший секретарь миллиардера Маттесона.

Разумеется, он тоже был на взводе, однако у него предельное возбуждение, видимо, выражалось полным ступором.

Внезапно загрохотал станковый пулемет, за которым скорчился первый помощник Макфарлейн. Дорожка фонтанчиков, вызванных попаданиями пуль, побежала по воде в направлении морского гиганта и вонзилась в его тело, разбрасывая далеко в стороны окровавленные куски плоти. Словно очнувшись, эласмозавр описал небольшую петлю и снова направился следом за катером.

– Отставить! – взвыл Матвеев. – Отставить огонь!..

– Капитан Бишоп распорядился! – отчаянно закричал Макфарлейн, на всякий случай все же прекратив стрельбу.

– К черту капитана Бишопа! Я отвечаю за огневой контакт! – прорычал Федор, мысленно проклиная все на свете. Нет ничего хуже двоевластия в боевой группе.

– Слушай командира, Мюрич, – нехотя проворчал Бишоп. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Теодор.

Метис Тремоло, едва не отправивший за борт груз напалма, замер на корме, ожидая подтверждения приказа от Эль Капитано. Федор покосился на него, но отдал команду синевласой хакерше Касте:

– Продолжай пудрить червяку мозги, детка. У тебя получается.

Собственно, работать «Антиатлант» до сих пор не переставал, просто нужно было непрерывно доворачивать антенну следом за перемещениями эласмозавра, чтобы тот не вываливался из поля действия прибора. Этим Каста и занялась, после чего исполинская морская рептилия снова принялась потерянно крутиться на месте. Новая разработка яйцеголовых ученых прекрасно работала.

– Успеем уйти в следующую стрит, – хладнокровно прокомментировал капитан Бишоп. – Ему достаточно места для маневра только на авеню и в парках. На стрит ему будет сложновато, слишком большой… – Он внезапно вскинул голову, прислушиваясь к новому рокочущему, похожему на тихий клекот звуку, понемногу выделившемуся из окружающего пространства. – А вот это плохо!

– Морской патруль? – озабоченно поинтересовался Эль Капитано.

– Хуже. – Не отрывая рук от штурвала, Бишоп глубокомысленно выпустил в пространство облако ароматного дыма. – Гораздо хуже. Воздушный.

Матвеев уже и сам сообразил, что неоднократно слышал этот звук на военной базе.

Боевой вертолет, убийца танков и малоразмерных катеров контрабандистов.

Темное продолговатое пятно, негромко рокоча, выделилось из тумана и пристроилось следом за стремительно плывущим эласмозавром. Некоторое время два рукотворных корабля, морской и воздушный, двигались с одинаковой скоростью, а между ними, старательно вытягивая шею, рассекал воду живой крейсер атлантов. А затем из тумана донеслись щелчки орудийных шарниров, после чего по ушам ударил оглушительный грохот заработавших вертолетных пушек.

Даже с такого расстояния через белесую дымку было видно, как крупнокалиберные пули вырывают из головы гигантской рептилии внушительные куски черепа и плоти. Продвижение эласмозавра замедлилось, вытянутая шея начала медленно погружаться в воду. Через несколько мгновений от головы морской твари осталось лишь кровавое месиво с осколками кости. Могучая шея внезапно подломилась и плашмя упала в воду бухты, подняв тучу брызг. Вертолет прошел над неподвижным телом, на всякий случай еще несколько раз крест-накрест прошив его цепочками пулеметных попаданий.

– Внимание на катере! – раздался громоподобный голос патрульного, пропущенный через усилитель. – Немедленно заглушить двигатель и лечь в дрейф! Иначе открываем огонь на поражение!

Несмотря на то что могущественная американская империя прекратила свое существование, английский все еще оставался языком межнационального общения – так греческий еще долго использовался в эллинистическом мире после крушения державы Александра Македонского, а искаженная примитивная латынь помогала объясняться представителям европейских народов многие годы после краха Римской империи.

Несмотря на недвусмысленные пощелкивания вертолетных орудий, снова доворачивавшихся в гнездах на нужный угол, капитан Бишоп двигателя не заглушил и в дрейф не лег. Напротив, заложил крутой вираж, так что всех наемников, расположившихся на палубе, швырнуло к левому борту, и нырнул в узкий венецианский канал, который когда-то являлся одной из манхэттенских стрит.

– Бишоп, не дури! – рявкнул Эль Капитано, прекрасно знавший, что такое модифицированный «Аллигатор» армии Российской Федерации, оборудованный тридцатимиллиметровыми автоматическими пушками и столь свирепыми штуками, как бронебойные ПТУР «Вихрь». Впрочем, на примере несчастного эласмозавра это уже было наглядно продемонстрировано и всем остальным присутствующим. – Вырубай тарахтелку на хрен, приплыли!

– Если бы я вырубал тарахтелку на каждый чих русских, – рассудительно заметил капитан, яростно вращая штурвал и не выпуская из стиснутых зубов трубки, – последние четыре года я бы сидел в тюрьме в Пасадене, а не рассекал по Нью-Йорку!..

Матвеев ничего не успел ответить, потому что вместо него капитану Бишопу ответили автоматические вертолетные пушки.

11

Иван Доу

Островок под вынужденную остановку капитан Энрике выбрал совсем небольшой и большей частью заболоченный, густо поросший высоким тростником. Сухая земля обнаружилась лишь в центре вокруг развалин заправочного комплекса и автомастерской. Здания сильно пострадали при цунами, но катер получилось загнать в частично уцелевшую мастерскую. Полностью судно в него не поместилось, наружу остался торчать нос с пулеметной установкой.

– Занимайте позиции! – приказал капитан, доставая ящик с инструментами.

Оскар распахнул лючки пулеметной турели и высунулся наружу, наемники разбежались по округе. Ямайцам приглянулось соседнее здание, вторая чернокожая парочка – Луис Тонго и Кертис Палм – заняли позицию на заправке, откуда просматривалась вся подъездная дорога, а ирландцы взяли на себя противоположную сторону. Кристиан Липке со своей винтовкой взобрался на крышу мастерской, и Ивану волей-неволей достался в напарники Влад Рогов. Торговец оружием этому обстоятельству нисколько не обрадовался, но никак не выказал своего раздражения и принялся вкручивать запалы в прихваченные из катера гранаты. Русский аквалангист занялся тем же.

– Думаешь, долго тут проторчим? – спросил Рогов между делом.

– Понятия не имею, – честно признался Иван. – Я даже не понял, что именно случилось с винтом.

– Полагаю, ничего хорошего, – вздохнул Влад.

Ничего хорошего? Капитан мог бы много чего сказать по этому поводу, но он был слишком занят, чтобы сотрясать воздух попусту. Подвесив под потолком мощный фонарь, Энрике отгибал порванную защитную сетку, из которой торчало нечто вроде уродливой каракатицы с мощным костяным клювом. Тварь измочалило в клочья, но свое дело она сделала – одна из лопастей не выдержала перегрузки при ударе и лопнула.

В конце концов, капитан натянул перчатки из плотной резины и попытался высвободить каракатицу, но та даже не шелохнулась.

– Ремонта на два-три часа, – по рации оповестил тогда Энрике наемников, спустился с лесенки и вытащил из аварийного набора пневматические кусачки. – Не расслабляйтесь.

Два-три часа – это если без осложнений, а за это Энрике поручится не мог.

Когда капитан сообщил о двух-трехчасовой задержке, Иван Доу взглянул на часы и выругался. Предполагалось, что катер подойдет к Нью-Йорку под прикрытием темноты, но теперь возникали серьезные сомнения в их способности уложиться в первоначальные сроки. Рассвет мог застигнуть судно еще на подходе к городу, а при таком раскладе шансы на встречу с патрульным вертолетом миротворцев возрастали на порядок.

– В крайнем случае можем переждать день здесь, – легкомысленно произнес Рогов.

Иван выразительно посмотрел на аквалангиста, но ничего не сказал. А сказать было что: пятнадцать минут, проведенные на ржавой бочке среди ветхих развалин в ожидании внезапного нападения морских тварей показались торговцу оружием целой вечностью, о том же, чтобы провести здесь без малого сутки, и речи идти не могло. Так и свихнуться недолго.

К тому же конкуренты опережают их самое малое на двенадцать часов, а много ли надо времени, чтобы обчистить хранилище?

Но ничего этого говорить Иван не стал. Подобные замечания и бросаются как раз для того, чтобы дать собеседнику выговориться, а идти на поводу у собеседника торговец оружием не собирался. Аквалангист ему не нравился, а если точнее – вызывал непонятную обеспокоенность.

Подхватив автоматический дробовик, в который предварительно воткнул магазин с картечью, Иван Доу прошелся по давшей им укрытие комнатушке и решил, что некогда она была кухонькой примыкавшего к заправке кафе. Он встал у двери, откуда просматривалась уходившая под воду дорога, и невольно поежился. Если аквалангист вызывал у него смутную тревогу, то этот остров не нравился категорически. Более того, заросли тростника, грязные лужи и заводи с мутной водой нагоняли самый настоящий ужас.

В случае серьезной поломки катера самостоятельно им отсюда не выбраться. Придется звать на помощь, но придет ли она?

Иван выглянул на улицу и окликнул помощника:

– Крис! Как там у тебя?

– Спокойно, – односложно отозвался с крыши Липке.

Тогда Доу заглянул обратно и предупредил Влада:

– Пойду пройдусь.

Аквалангист лишь кивнул.

Иван обошел развалины кафе и через растрескавшийся и занесенный грязью асфальтовый пятачок направился к заправке, где в темноте оконных провалов мерцали оранжевые огоньки сигарет.

– По времени укладываемся? – спросил он у Луиса Тонго, курившего перед окном.

– Пока да, – кивнул чернокожий громила. – Возьмешь у Кертиса таблетку успокоительного?

– Сам возьми, – огрызнулся торговец оружием и отправился дальше. На ходу он достал из кармана навигатор и попробовал обновить информацию, но координаты блока «Антиатлант» в системе не отобразились.

Не активировали его должным образом или еще не подошло время сеанса связи, – Доу не знал. Не стал и ломать голову по этому поводу; других забот хватало.

Впрочем, нервничал не он один. Когда Иван дошел до позиции ирландцев, Патрик и вовсе поднялся на ноги и попросил:

– Иван, смени меня, а то баба скоро весь мозг вынесет!

– Да не вопрос, – усмехнулся Иван.

Эйрин немедленно вскинулась и предупредила напарника:

– Не пей, понял?!

– Слушай! – вспылил Патрик. – Ты мне кто – мамочка?! Хватит уже!

– Выпьешь – сама пристрелю, даже негра просить не стану.

– Эйрин! – страдальчески сморщился рыжий. – Остынь уже! Хватит! Мы с Кевином всегда делали по глотку перед делом. Это традиция! На удачу!

– Как-то не слишком Кевину повезло, – хмыкнула девушка.

Ирландец выругался и вышел на улицу.

Иван присел рядом с пустым оконным проемом на какую-то доску и покачал головой:

– Возможно, Кевину как раз и повезло. Он в больнице, за ним приглядывают, кормят и поят. А мы?

– Откуда такое похоронное настроение? – повернулась к нему Эйрин.

– Не привык, наверное, – пожал плечами торговец оружием.

Ему и в самом деле было не по себе. Густой дух разогретой за долгий летний день топи смешивался с соленым запахом моря, стрекотали непонятные ночные насекомые, время от времени из темноты доносился далекий плеск воды. Тростник рос настоящей стеной, легкий ветерок раскачивал его, и под прикрытием этого шороха и беспрестанного движения к заправке могла подобраться целая армия кровожадных чудовищ. Никто не услышит их и не увидит, пока не станет слишком поздно. Так, по крайней мере, казалось Ивану.

– Почему ты не сказал о фляжке? – спросила вдруг Эйрин.

Иван вытянул ноги и положил на колени дробовик.

– Ну? – потребовала ответа ирландка.

– Хватит уже, а? – поморщился торговец оружием.

– Нет, не хватит!

– Как наниматель, – вздохнул Иван, – я не обязан отчитываться перед тобой.

– Как наниматель? Вот ты как заговорил?

Торговец оружием закатил глаза.

– Давай сменим тему? – предложил он. – Что ты думаешь о нашем аквалангисте?

Эйрин отпила воды из пластиковой бутылки и надолго задумалась.

– Красавчик и производит впечатление профессионала, – решила она наконец.

– С ним что-то не так.

– Иван! – рассмеялась девушка. – Ты просто привык быть единственным русским в компании! Ох эта загадочная русская душа! Ах я такой весь из себя таинственный!

Иван отвернулся от окна и вздохнул:

– Таинственный я не из-за национальности, работа отпечаток накладывает.

– Так что ты имеешь против Влада?

Но Доу сплетничать не собирался.

– Ничего, – честно сознался он.

– Думаешь, он работает на русскую разведку? Присмотреть за ним?

– Если он работает на русскую разведку, то присматривать за ним уже бесполезно. Нас давно ведут.

– Ты фаталист, Иван?

– Реалист, – возразил торговец оружием, достал плитку шоколада и отломил три дольки. – Будешь?

Эйрин покачала головой.

– Никакого сладкого после шести.

– Тебе не повредит, – рассмеялся Иван, и тут захрипела рация.

– Вижу движение на берегу, – сообщил Липке. – Ориентир – северная дорога.

Иван смахнул с лица пот и с дробовиком в руках присел у окна. Но кроме стены камышей ничего видно не было.

– Ничего толком не разглядеть! – тихонько выругалась Эйрин и запросила по рации Тонго: – Наши действия?

– Ждем! – ответил гангстер.

Может, ошибка? – подумал торговец оружием, и в тот же миг выплюнул короткую очередь крупнокалиберный пулемет.

Ошибка? Вот уж нет!

Капитан Энрике уже заканчивал снимать лопнувшую лопасть, когда прозвучал сигнал тревоги. Он выругался и приказал помощнице:

– Лора, поднимай аппарат!

– Чем грузить? – деловито поинтересовалась девушка.

– Напалмом, – решил капитан. – У меня еще возни на полчаса, не меньше.

Девушка подняла на крышу к беспилотнику жестяные контейнеры, и приникший к пулемету Оскар немедленно уточнил:

– Долго еще?

– Полчаса, – лаконично ответила Лора и встрепенулась: – Смотри!

Оскар проследил за ее взглядом и выругался:

– Вот черт!

Тростник раскачивался так сильно, словно от берега к развалинам пробирался некто дьявольски быстрый и большой.

Пулеметчик взял упреждение и открыл огонь.

Короткая очередь зажигательных патронов «рауфосс» прошлась по камышам, и те полыхнули огнем. Скрытая зарослями тварь забилась в агонии, но подбиралась она к катеру не в одиночестве – в тот же миг кинулись в атаку скрывавшиеся в тростнике амфибии, походившие на гигантских тритонов-переростков. Пулемет задергался на турели, и первую волну нападавших крупнокалиберные пули просто разорвали в клочья. Вот только развалины перекрывали линию стрельбы, и в других местах поддержать наемников огнем Оскар не мог.

Стоило только начаться стрельбе, Луис Тонго подхватил гранатомет, встал с ним у окна и скомандовал медику:

– Принеси с катера ручной пулемет! Быстро!

Кертис бросился исполнять приказ, а гангстер упер приклад в плечо и открыл стрельбу. Осколочно-фугасные заряды унеслись в заросли тростника и начали рваться там, вздымая в воздух комья мокрой земли и обрывки стеблей, прошивая осколками устремившихся к заправке амфибий, калеча их и отрывая конечности. Пятнадцать сорокамиллиметровых гранат вспахали болото, и из тростника не сумел выбраться никто.

Перезаряжая оружие, Луис решил, что продержаться до возвращения медика будет не так уж и сложно. Вот только Кертис никак не возвращался…

Когда из тростника на подъездную дорогу выскользнула приземистая коричневая амфибия с бугристой кожей, лягушачьей головой, длинными когтями и пастью, полной острых неровных зубов, Иван Доу на миг опешил. По спине пробежал холодок, поджилки затряслись, вид схожего с гротескным адским чудовищем стегоцефала вогнал его в ступор. Спасла ситуацию Эйрин: она без промедления открыла стрельбу короткими, расчетливыми очередями. Разрывные пули легко пробили чешуйчатые наросты на теле рептилии и разнесли ее внутренности в клочья, но прежде чем издохнуть, она доползла едва ли не до середины дороги.

Ирландка отступила от окна и выдернула из автомата опустевший магазин. Иван наконец сбросил оцепенение и пальнул в омерзительную рептилию, с треском выбравшуюся из камыша вслед за первой. Заряд картечи угодил стегоцефалу в бок, мощные лапы с перепонками подогнулись, и тварь рухнула на асфальт, пропахав мордой нанесенный наводнением толстый слой грязи. Следующие несколько выстрелов впустую иссекли тростник – торговец оружием не смог остановиться и в запале несколько раз пальнул наугад в заросли, где ему почудилось стремительное движение.

Не попал – миг спустя в воздух там взметнулось осклизлое округлое тело. Мощные задние конечности выбросили раздутую жабу ядовитой раскраски размером с кролика вертикально вверх, пришлось стрелять навскидку, и как ни странно, на этот раз Иван сшиб прыгуна первым же выстрелом.

Но тварь все равно успела плюнуть липким сгустком едкой слюны. Вязкая слизь угодила в стену и зашипела, выжирая в ней дыру. Доу в испуге отпрянул от окна. Ирландка отступила вглубь комнаты и выкинула на улицу ручную гранату. Грохнул взрыв, хлестнули по стенам осколки, метнувшуюся через дорогу амфибию отшвырнуло взрывной волной. Эйрин воспользовалась возможностью и расстреляла ее из автомата.

Отвлеклась от задней двери девушка лишь на миг, но как раз в этот момент внутрь ввалился огромный гребнистый крокодил не меньше семи метров длиной. Иван действовал на чистом инстинкте: машинально он до упора утопил спусковой крючок, и автоматический дробовик разом выплюнул остававшиеся в магазине патроны. Картечь сбила рывок хищной амфибии, крокодил забился на полу в агонии, а его мощный хвост изогнулся и стеганул торговца оружием по ногам.

Доу рухнул как подкошенный. Из распахнувшейся перед его лицом пасти монстра дохнуло нестерпимым смрадом, и торговец оружием без промедления рванулся в сторону. В следующий миг страшные челюсти сомкнулись, ухватив лишь воздух, а Иван выдернул из кобуры пистолет и практически в упор принялся всаживать в тупое рыло земноводного пулю за пулей.

– Сдохни, падла! – хрипло выдохнул он, когда крокодил наконец затих, мелко подрагивая короткими лапами.

Эйрин выкинула за окно очередную гранату и присела рядом с Иваном.

– Ты в порядке? – спросила она.

– Буду, – пообещал торговец оружием, перезаряжая дробовик. – Когда все закончится. – Лодыжки ныли просто невыносимо, но переломов не было, обошлось сильным ушибом.

Девушка перебежала к задней двери, укрылась за простенком и открыла огонь из автомата, а Иван собрался с силами и переполз к окну. Стараясь не высовываться, он поймал на прицел уже изготовившегося к рывку прыгуна и потянул спуск. Выстрел хлопнул сильнее предыдущих, осклизлую тварь разметало на куски. Доу по чистой случайности воткнул в дробовик магазин с осколочно-фугасными боеприпасами FRAG-12, но сейчас это оказалось весьма кстати. Торговец оружием оскалился и принялся всаживать в заросли тростника один разрывной заряд за другим…

Лора торопилась. Поднимать в воздух немалых размеров пентакоптер в одиночку совсем непросто, а уж когда над головой грохочет крупнокалиберный пулемет и едва ли не за шиворот сыплются горячие гильзы – непросто вдвойне.

Выбравшиеся из моря твари подбирались все ближе, Оскар скупыми очередями прошивал заросли тростника, и хоть где-то понемногу уже занимался пожар, огня было слишком мало, чтобы он стал надежной преградой для нападавших.

Настороженно косясь на заросли, Лора прицепила к летательному аппарату канистры с напалмом и начала запускать двигатели. На пробежавшего мимо чернокожего медика она не обратила никакого внимания, а тот без промедления забрался на крышу и уже принялся снимать с треноги М249, когда откуда-то сбоку выскочил облепленный прыгунами стегоцефал – не атакованный жабами, а скорее транспортирующий их к месту сражения.

От крупнокалиберного пулемета его прикрыла поваленная стена соседнего, почти полностью снесенного цунами строения, и Кертис выстрелил из подствольного гранатомета. Грохнул взрыв, амфибию разорвало на куски, прыгунов разбросало по сторонам, и они замерли на земле, сочась едкой слизью.

Замерли – но не все! Один вдруг взвился в воздух и плюнул ядом; сгусток кислотной слюны пронесся мимо медика и с мерзким шлепком угодил в Оскара. Тот вскрикнул и грудью навалился на турель. Шлема с забралом из бронестекла он не надел, стрелковые очки защитили только глаза, и лицо оказалось забрызгано ядовитой слизью.

Прыгун тяжело шлепнулся на грязный асфальт и сразу подобрал лапы для нового скачка, но Лора схватила автомат и прошила его длинной очередью. Разрывные патроны легко пробили студенистую плоть и рванули уже внутри тела; жабу с мерзким чавканьем развалило на две истекавших ядом части.

Кертис на всякий случай зашвырнул за стену ручную гранату, потом перебежал к пулеметчику и выволок его из турели на крышу. Уложив парня на спину, медик вколол обезболивающее средство и универсальный антидот, затем обрызгал пораженное ядовитой слюной лицо обеззараживающим спреем и принялся очищать покрасневшую кожу.

Он уже закончил вытирать слизь и потянулся за новой инъекцией, когда в кустах вдруг полыхнула вспышка, и что-то с сокрушительной силой ударило его в бок, опрокинув навзничь. Мир крутнулся перед глазами, а потом вспышка боли сменилась беспросветной чернотой…

Когда в зарослях тростника захлопали выстрелы, Лора бросилась на землю, выставила перед собой автомат и отправила в тростник заряд из подствольного гранатомета.

На ее призыв о помощи из мастерской выбежал капитан Энрике, он залег за обвалившейся стеной и принялся обстреливать заросли, подавляя огнем подбиравшегося к развалинам противника.

– Запускай! – крикнул он помощнице, меняя магазин. – Запускай беспилотник!

Лора отложила автомат и подтянула к себе блок управления, когда на открытом пространстве внезапно показался обнаженный человек с синюшно-бледной кожей, воспаленными прорезями жабр на впалой груди и неровным шрамом ото лба и до затылка. Это был тот самый «утопленник» – уродливый малоудачный эксперимент по превращению захваченного живьем человека в ихтиандра. Капитан обстрелял его, одна из пуль угодила в цель, вырвав из костлявой лодыжки полумонстра целый кусок плоти. Нога подломилась, утопленник рухнул на колено и вскинул на плечо трубу одноразового гранатомета.

Где-то наверху хлопнул приглушенный выстрел, простреленная голова штурмовика атлантов мотнулась, брызнула бесцветная кровь. Гранатометчик завалился на бок и затих – Кристиан Липке очень вовремя перебрался с одного края крыши на другой.

Все пошло наперекосяк, когда в рации прозвучал призыв о помощи. До этого Иван и Эйрин без особого труда удерживали прыгунов на расстоянии, но как только со стороны катера захлопали чужие выстрелы, в зарослях мелькнула тварь размером с корову. Походившее на соединенных в единое целое акулу и тираннозавра чудище было создано с одной лишь целью: рвать человеческую плоть.

Мешая поймать ее на прицел, в окна залетели сразу несколько сгустков едкой слизи, а потом неуклюжее на вид создание одним стремительным прыжком перемахнуло через дорогу и с разгона вломилось в дверь, начисто снеся прогнившие дверные косяки. Эйрин едва успела увернуться от широкой пасти, полной мелких, по-акульи острых зубов, и кувырком через спину ушла в сторону, оставив Ивана один на один с инопланетной страхолюдиной. Торговец оружием не растерялся и выстрелил монстру в голову, но разрывной боеприпас просто не успел встать на боевой взвод, а увесистая болванка хоть и заставила чудовище на миг замереть на месте, однако убить его оказалась не способна.

Доу выстрелил еще дважды и попятился; тогда открыла огонь Эйрин. Разрывные пули перечеркнули оскаленную пасть, ушли выше, и тотчас мощный взрыв разнес приплюснутую голову в клочья, когда одно из попаданий пришлось в пробившую лоб болванку FRAG-12.

– Вот черт! – выругался Иван, кинул за окно гранату и перебежал к задней двери: – Надо убираться отсюда!

– Давай! – хрипло выдохнула перепачканная в грязи с головы до ног ирландка.

Торговец оружием достал из рюкзака пузатый барабанный магазин на двадцать патронов, приладил его к дробовику и скомандовал:

– За мной!

Он первым выскочил на улицу и прочесал картечью противоположную обочину, где в зарослях тростника укрылись жабы-прыгуны. Эйрин выскочила следом и срезала очередью уже изготовившуюся к прыжку сухопутную акулу. Разрывные пули стеганули тварь по нижним конечностям, и та бестолково покатилась по земле, раскидывая грязь рудиментными отростками передних лап.

– Бегом! – крикнул Доу и рванул к развалинам заправки, откуда доносилась все более ожесточенная стрельба.

Ирландка бросилась следом и вдруг краем глаза заметила смазанное движение в темноте.

– Стой! – крикнула она, припадая к асфальту.

Торговец оружием резко развернулся, получил в грудь заряд мелкой дроби и завалился на спину, так и не успев сообразить, что именно произошло. Перед глазами вспыхнули искры, воздух никак не желал проваливаться в отбитые легкие, тело онемело, накатил страх смерти.

«Неужто все?» – мелькнуло в голове Ивана, и тут над ним захлопали частые выстрелы.

Эйрин поймала на прицел голого мужика с перетянутой крест-накрест бандольерами грудью и открыла ответный огонь. Утопленник выронил уже переломленный обрез курковой двустволки и скорчился на земле; сквозь жаберные щели хлынула бледная кровь.

Позабыв о нем, ирландка ухватила надсадно сипевшего Ивана за страховочную петлю бронежилета и только потянула его по грязи, как в голову ей прилетел сгусток ядовитой слюны. Опущенное на лицо бронестекло шлема уберегло от ожога, но зеленая слизь полностью перекрыла обзор.

Грохнул дробовик, заряд картечи разорвал прыгуна надвое. Доу поднялся сначала на одно колено, потом с хриплым выдохом распрямился и ухватил девушку за плечо.

– За мной!

Они так и ввалились на заправку к перезаряжавшему гранатомет Луису Тонго – перепачканные с ног до головы в грязи и ядовитой слизи.

– Какого черта?! – выругался чернокожий гангстер, но Иван пропустил его крик мимо ушей, сдернул с головы Эйрин шлем и откинул в сторону.

– Ты мой герой! – заявила ирландка и перебралась в угол подальше от дверного проема. – Утопленники подошли, – сообщила она Луису.

– Уже понял, – буркнул тот и перебежал к соседнему окну. – Долго нам не продержаться, надо уходить.

Иван Доу хотел было съязвить по поводу неоправданного пессимизма, но опустил взгляд на свой иссеченный дробью бронежилет и промолчал. Прижали их и в самом деле крепко.

12

Влад Рогов

Владу Рогову и Патрику О’Райли с позицией откровенно повезло: с одной стороны камыши шерстил крупнокалиберный пулемет, с другой – в болоте рвались осколочно-фугасные гранаты, которые с завидной регулярностью отправлял в изрядно поредевшие заросли тростника чернокожий гангстер. От наемников требовалось только без лишней суеты отстреливать рвавшихся через дорогу тварей, оставалось время даже поговорить.

– Полжизни отдал бы за глоток джин-тоника, – с тоской протянул Влад Рогов.

– Думал, русские предпочитают водку, – усмехнулся Патрик и сунул в рот сигарету, но вспомнил о судьбе напарника, выплюнул ее на пол и опустил на лицо бронестекло.

– Русские? – переспросил аквалангист. – Русские бывают разные, знаешь ли…

– Поразительно глубокая мысль! – хмыкнул рыжий наемник и выстрелил по тростнику, где ему почудилось движение.

– Правда жизни! – парировал Рогов и поддержал ирландца парой коротких очередей.

– Правда жизни… – рассмеялся Патрик и кивнул за окно. – А это как? Тоже правда жизни? Чего ради эти твари лезут сюда? Нас сожрать? Так подавятся же!

– Инстинкт самосохранения у них отсутствует начисто, – вздохнул Влад, втыкая в автомат новый двадцатизарядный магазин. – Но дело не в голоде, их натравили.

– Серьезно?

– Атланты тупые, сами по себе в стаи они не сбиваются. Мы просто оказались не в то время не в том месте.

– Думаешь, их направляет Ктулху? – рассмеялся Патрик.

Ответить русский не успел: захрипела рация и помощница капитана, сбиваясь и путая слова, взмолилась о поддержке.

Влад выругался и с автоматом наизготовку выскочил на улицу, коротко бросив на ходу:

– Патрик, позиция на тебе!

– Вот здорово! – фыркнул ирландец, перешел к окну и вскинул автомат, заметив на дороге двух голых мужиков – одного с гранатометом на плече, другого с автоматом в перепачканных грязью руках. Утопленники рванули к мастерской, и Патрик поторопился открыть огонь. Автоматчик поймал пару пуль и рухнул за кучу какого-то мусора, но сразу высунулся и принялся обстреливать заправку. Второй утопленник присел рядом и принялся готовить оружие к выстрелу.

Рыжий ирландец без промедления пальнул по их не самому ненадежному укрытию из подствольника, но навстречу осколочному заряду стремительным прыжком взвилась с земли ядовитая жаба-прыгун. Неуклюжая на вид тварь перехватила гранату в воздухе; взрыв разметал ее на куски, а утопленники не пострадали.

Патрик пригнулся и кинулся в дверной проем. Едва он выскочил на улицу, как в спину ударила взрывная волна, сбила с ног, покатила по земле. И без того перекошенное строение не выдержало толчка, крыша просела, а потом и вовсе обвалилась, взметнув при этом целую тучу пыли. Ирландец быстро подтянул к себе автомат, по-пластунски подобрался к бетонному основанию навеса и спрятался за него, прислонившись спиной.

Звон в голове понемногу утих. Патрик поменял магазин автомата, но прежде чем успел высунуться и оценить обстановку, из темноты выскочила Эйрин. Она укрылась за соседним блоком, бежавший следом Иван распластался рядом. Над головами прошла очередь трассирующих пуль, и торговец оружием крикнул нагонявшему их гангстеру:

– Падай!

Луис Тонго опустился на одно колено, выпустил три осколочно-фугасных гранаты по укрытию утопленников и скомандовал:

– За мной!

И наемники рванули к мастерской, где в звуки стрельбы вновь вклинился рокот крупнокалиберного пулемета.

Влад Рогов оказался у мастерской, когда беспилотный аппарат уже поднимался в воздух, а Лора отступила под прикрытие стен. Моментально оценив ситуацию, аквалангист перескочил через лежавшего на земле медика и забрался на крышу катера, но к этому времени за крупнокалиберный пулемет успел вернуться очнувшийся Оскар. Он утопил гашетку, ствольный блок немедленно завертелся, изрыгая пули пятидесятого калибра, и на крышу посыпались горячие гильзы, а свинцовая плеть стеганула по зарослям и вспахала землю.

В ответ захлопали одиночные выстрелы. Влад Рогов нырнул под крышу мастерской, снял с треноги М249 и пустился вниз.

– Энрике! Займись винтом! – крикнул он капитану, заправляя ленту, и вскоре уже два пулемета принялись прошивать пулями тростник, скашивая стебли словно серпом.

Беспилотник наконец набрал высоту. Ориентируясь на показания камер, Лора подвела его к огневым позициям утопленников и сбросила один из контейнеров с напалмом. Хлынула вниз огненная струя, движение летательного аппарата и ветер разметали ее по сторонам, заросли прочертила смертоносная полоса. Занялся пожар, темнота расцвела ослепительно-белыми языками жгучего пламени.

Впрочем, напалм накрыл лишь малую часть стрелков, и девушка направила беспилотник на второй заход. Вновь пролился с неба огненный дождь. Пентакоптер начал делать новый разворот, и тогда несколько трассеров прошили контейнеры с горючей жидкостью. В небе расцвела пламенная вспышка, горящие обломки рухнули на землю, и тростник запылал, дав наемникам столь необходимую передышку.

Капитан наскоро заменил поврежденную лопасть и, даже не став возиться с защитной сеткой, скомандовал общий сбор. Оглушенного падением с крыши чернокожего медика затащили в катер – пуля угодила в титановую пластину бронежилета, и Кертису посчастливилось отделаться то ли сломанным ребром, то ли и вовсе трещиной. В любом случае дышал он с трудом и распластался в проходе меж кресел, не в силах занять свое сиденье. Оскар также чувствовал себя не лучшим образом, антидот справлялся с ядом жабы-прыгуна не лучшим образом, и обожженное лицо сильно отекло.

– Блэк, Браун! – по рации вызвал Луис Тонго ямайцев. – Мы вас ждем!

В ответ – тишина.

– Где вы?

И вновь – никакого отзыва.

– Черт побери! – выругался гангстер и выскочил из мастерской. – Доу, Липке, за мной!

Долго искать ямайцев не пришлось. Они обнаружились в той самой комнатушке с обвалившейся крышей, где заняли позицию изначально. В вывороченном оконном проеме замерла массивная бездыханная туша огромного крокодила, в распахнутую пасть которого запросто пролез бы взрослый человек, но, судя по характеру ранений, ямайцы погибли от взрыва гранаты. Тварь – тоже; добраться до людей она не успела.

– Здесь больше делать нечего, – шумно выдохнул чернокожий гангстер и скомандовал: – Возвращаемся!

В катере он сразу забрался за пулеметную установку и, не став никому ничего объяснять, поторопил капитана:

– Отправляемся!

Капитан запустил двигатель и объявил:

– Готовьтесь! – А когда все расселись у бойниц, вывел катер из мастерской и погнал его вдоль прочертившей заросли полосы огня.

Мелькнула в темноте белесая плоть какой-то твари, Иван пальнул в нее картечью, и сразу открыли огонь остальные. Катер на всех парах проскочил опасное место, вылетел на ровную гладь заводи и помчался прочь, все увеличивая и увеличивая скорость.

Несмотря на звучавшие вдогонку выстрелы, все с облегчением перевели дух. Места себе не находил лишь Влад Рогов.

– Соберитесь! Еще ничего не закончилось! – предупредил он, пристально вглядываясь в ночную темень.

– О чем ты? – повернулся к нему Патрик.

– Утопленники, – пояснил аквалангист. – Утопленники – это не каппа… не водяные. Не ихтиандры, как их называют русские. Их переделали из людей, они не приспособлены перемещаться самостоятельно на большие расстояния, им нужны средства доставки.

– Средства доставки? – не понял Иван Доу. – Это еще что такое?

– Твари вроде кашалота, – пояснил Влад. – Подводные десантные катера.

– Левиафан, – подсказал капитан. – Жуткая тварь.

И тут встрепенулась наблюдавшая за экраном сонара девушка.

– Пуск по левому борту! – вскрикнула она.

Энрике немедленно кинул катер в сторону, одних наемников вжало в кресла, другие полетели на пол, а наперерез лодке длинными полосами бурунов вспухла мутная вода. Взметнулось в воздух вытянутое тело подводной твари, плюхнулось за кормой и начало быстро терять скорость, когда иссякла толкавшая ее вперед реактивная тяга струи.

Остальные живые торпеды промахнулись еще больше, а потом из воды поднялся горб истинного монстра. Катер сотрясла дрожь, завибрировала обшивка, загудело в головах, помутилось в глазах. Но расстояние было слишком велико, и удар инфразвука не привел к разрушительным последствиям, признаки его воздействия пропали столь же быстро, как и появились.

Луис Тонго развернул пулемет и прочертил спину подводного гиганта очередью в пару сотен патронов. Полетели ошметки разорванной пулями плоти, левиафан вздрогнул и резко ушел на глубину. Преследовать катер он не стал.

Поначалу наемники напряженно всматривались в ночную мглу, но понемногу успокоились и расслабились. Луис Тонго захлопнул лючки пулеметной турели, спустился к медику и спросил:

– Ты в порядке?

– В порядке, – выдохнул Кертис Пальм, впрочем, не слишком уверенно. Как бы то ни было, вскоре он поднялся на ноги и сделал пару уколов пострадавшему от яда Оскару, которого вновь начало тошнить. Самочувствие пулеметчика до сих пор оставляло желать лучшего, отек никак не спадал, а лицо горело огнем.

Когда все начали чистить униформу и приводить себя в порядок, Патрик не удержался и спросил:

– Эйрин, а где шлем?

– Пришлось выбросить, – поморщилась девушка и кивнула на пулеметчика. – Мне в отличие от некоторых хватило ума щиток не поднимать.

– Ты теперь меня этим всю жизнь попрекать будешь?! – вспылил ирландец и попросил торговца оружием поменяться с ним местами. – Пусть лучше на тебя эта собака злая рычит…

Вскоре заболоченный участок окончательно остался позади, и катер понесся по чистой воде. Только изредка в темноте попадались небольшие островки и верхние этажи обрушенных зданий.

Капитан держал путь в обход населенных пунктов, но потеря времени заставляла его подходить к ним куда ближе, нежели это предполагалось изначально. Небо на востоке понемногу светлело, и какое-то время спустя Луис Тонго не выдержал и перебрался в нос катера.

– Мы укладываемся до рассвета? – спросил он капитана.

Энрике смерил чернокожего громилу недовольным взглядом, хмыкнул и уверенно заявил:

– Укладываемся, – и указал вперед, где из темноты вырастали силуэты высотных зданий, частично разрушенных и вместе с тем прекрасно заметных на фоне рассвета. – Это Ньюарк.

Понемногу городская застройка приблизилась, и пришлось маневрировать, объезжая завалы. Когда впереди раскинулась гладь Пассаика, капитан плюнул на риск наткнуться на миротворцев и повернул к реке. Там не приходилось опасаться налететь на бетонную балку или поваленный столб уличного освещения, и появилась возможность увеличить скорость до предела.

Ньюарк особого впечатления на наемников не произвел. Еще толком не рассвело, катер мчался по реке, и высотные здания маячили где-то на периферии. Но когда затопленными железнодорожными путями они помчались через Джерси, картина изменилась радикально. Развалины придвинулись, солнце высветило черные провалы оконных проемов, обрушенные стены обнажали внутренние помещения, превратив дома в подобие препарированных мертвецов. Глубина местами не превышала полутора метров, тут и там из воды выглядывали ржавые крыши затопленных автомобилей.

– Дальше будет только хуже, – предупредил капитан и словно сглазил: до наемников вдруг донесся перекрывший шум двигателя гул вертолетных лопастей…

13

Эль Капитано

Тем временем другая экспедиция в закрытую зону Нью-Йорк с воздушным патрулем миротворческих сил уже пересеклась.

Дорожка пулеметных попаданий пробежала по палубе, с треском вонзаясь в металл. Зазвенело лопнувшее стекло рубки, едко потянуло сильно разогретой краской. Пакита, сидевшая на палубе в обнимку с автоматом Калашникова, едва успела стремительно сгруппироваться и откатиться в сторону, прежде чем крупнокалиберные пули разорвали пространство прямо у нее над ухом.

– Бишоп!!! – яростно взревел Эль Капитано. – Глуши к черту!..

Капитан Бишоп ничего глушить не собирался, он даже не соизволил ответить. Подстреленный патрульным вертолетом катер удирал перпендикулярно бывшей Пятой авеню. Со звонким щелчком треснул пробитый пулей щит-антенна «Антиатланта», оглушительно взвыл рикошет, отразившийся от какой-то металлической поверхности, и стена здания на ближней стороне улицы-канала брызнула кирпичной крошкой, которая обожгла Матвееву лицо – он успел лишь прикрыть глаза.

Вместо того, чтобы благоразумно сбросить скорость и лечь в дрейф, как было приказано, капитан Бишоп понемногу выкручивал штурвал, уводя катер вправо, в сторону нависших над улицей небоскребов. Матвеев тут же метнулся к рубке, намереваясь выволочь упрямого контрабандиста за шиворот.

– Твою мать, Бишоп!.. – слова застряли у Эль Капитано в глотке, потому что он увидел ярко-алые брызги артериальной крови, украсившие расколотое стекло рубки.

Капитан Бишоп привалился лбом к стеклу, и от его головы струился на пол кровавый ручеек. Вместо затылка у старого морского волка теперь была каша – примерно как у эласмозавра полуминутой раньше. Скорее всего, вертолет вел предупреждающий огонь, но в таком тумане недолго было и промахнуться – вернее, попасть точно в цель, даже не желая этого.

Впрочем, с мародерами, контрабандистами и прочими шакалами российские военные не церемонились еще во времена службы капитана Матвеева. Так что огонь запросто мог быть и прицельным.

Огромные окна небоскреба стремительно приближались. Они были монолитными, располагались параллельно направлению удара страшной волны цунами, некогда разрушившей город, и не пострадали во время Атлантических событий.

Матерясь по-русски, Матвеев скинул труп Бишопа с пульта управления и ухватился за штурвал, но уйти от столкновения не успел. С оглушительным грохотом катер врезался в стеклянную стену, превратив ее в шрапнель из осколков, обрушившуюся на палубу. Едва успевших прикрыть головы от стеклянного дождя наемников швырнуло вперед. Бандана, не удержавшись на ногах, кувыркнулась через борт и рухнула в воду. Пакиту тоже перебросило через борт, однако она перед столкновением с небоскребом успела намертво вцепиться обеими руками в леер и теперь повисла на нем, колотя пятками по железному боку катера.

Матвеев, которого в момент удара откинуло в сторону, все-таки добрался до пульта, вырубил наконец ходовую машину и выкрутил штурвал, так что во внутреннюю стену помещения катер врезался уже боком, сразу потеряв ход. Этаж был залит водой на достаточную глубину, чтобы катер не скреб днищем по полу, но в результате потолок навис над головами пассажиров так низко, что они в панике распластались по палубе. Крышу относительно высокой рубки с грохотом снесло несущей потолочной балкой верхнего этажа, когда крошечное суденышко нырнуло внутрь небоскреба – Эль Капитано едва успел убрать голову, чтобы ее тоже не смахнуло гигантским железобетонным клинком.

Сокрушив одну внутреннюю стену, катер некоторое время по инерции двигался правым бортом вперед, пока не уперся во вторую. Что-то жалобно трещало и лопалось у него внутри, из шпигата потянуло густым дымом – автоматическая вертолетная пушка пробила борт катера насквозь, и в машинном отделении, похоже, начался пожар. Бросив наконец носовой пулемет, первый помощник Мюрич Макфарлейн стрелой кинулся туда.

По иронии судьбы, полузатопленный этаж небоскреба, куда вломился неуправляемый катер, оказался неплохим убежищем. Возле окон метнулась по воде взад-вперед продолговатая тень – вертолет на бреющем полете прошел над улицей раз и другой, высматривая потерявшуюся дичь, однако ничего не обнаружил: похоже, бетонные стены и мощное тонированное стекло второго сохранившегося окна хорошо экранировали беглеца.

Убедившись, что катер окончательно остановился, Матвеев бросился к леерам и за предплечье вытянул Пакиту на палубу.

– Бандана за бортом! – прохрипела девушка.

– Вижу, вижу… – сосредоточенно пробормотал Эль Капитано, с неудовольствием ощущая, как палуба под ногами начинает неуловимо крениться. – Ничего, не растает. Кажется, нам сейчас придется присоединиться к ней…

Из люка в надстройке вынырнула мокрая и чумазая от копоти голова Мюрича Макфарлейна – первого помощника покойного капитана Бишопа и по совместительству судового механика.

– Ну что там?! – рявкнул Матвеев.

– Вода прибывает, – доложил Макфарлейн. – Корпус пробит, машина всмятку. Проводка искрит, горючее хлещет…

Перегнувшись через борт, Эль Капитано с досадой разглядел три огромные дыры в корпусе катера. Пулеметная очередь, перечеркнувшая рубку и убившая капитана Бишопа, зацепила борт и вырвала из него целые куски обшивки. Судя по всему, имелись пробоины и ниже ватерлинии, потому что палуба под ногами продолжала медленно, но неудержимо крениться.

– Откачать можно? – поинтересовался Федор.

– Я не волшебник, – пожал плечами Мюрич.

Матвееву немедленно захотелось со всей дури врезать ему по зубам, желательно ногой, потому что именно так мог бы ответить покойный капитан Бишоп. Если Макфарлейн перенял у бывшего босса не только манеру общения, но и другие отрицательные черты, ему лучше сразу утопиться вместе с катером, чем продолжать бесить командира подразделения.

– Отряд, слушай мою команду! – повысил голос Матвеев. – Покинуть судно!

Строго говоря, после смерти капитана главным на борту становился первый помощник. Однако Федору было накласть на такую субординацию. Он руководил операцией, и она уже практически сорвалась из-за того, что наемный капитан не вовремя вздумал взбрыкнуть. Разумеется, делиться полномочиями еще и с угрюмым кельтом, надеясь, что тот окажется более рассудительным, чем его бывший босс, Матвеев не собирался.

Наемникам, рисковым ребятам, которые на самом деле не любят лишнего риска и всегда весьма трепетно относятся к собственной шкуре, не пришлось повторять дважды. Эль Капитано еще не успел договорить, а Тремоло и Хадсон уже начали пинками выпихивать за борт тугие рулоны спасательных плотов. Ударившись о воду, плоты тут же разворачивались, автоматически наполняясь углекислым газом из портативных баллонов. Несколько мгновений – и на воде заколыхались три оранжевых резиновых прямоугольника. Бандана подплыла к ближайшему, ухватилась за скрипучий борт и, тяжко подтянувшись, перевалилась внутрь.

– Оружие не забываем! – с досадой рявкнул Матвеев. Все в этой миссии сразу пошло не так, спасибо бравому капитану Бишопу. Но сам-то Эль Капитано мог предвидеть такой ход событий. Черт, да надо было сразу настоять, чтобы Папаша Пак предоставил им катер без экипажа. – И снаряжение! И лодочные моторы!..

Он нырнул в грузовой отсек, уже частично залитый водой, и начал выбрасывать наружу акваланги и гидрокостюмы. Пакита наверху принимала их и кидала в направлении дрейфующих плотов. Хорошо тупица Хадсон сообразил ей помочь, а там и кореец подключился.

Матвеев, словно настоящий капитан корабля, покинул его последним. Правый борт к тому времени опустился настолько, что Эль Капитано просто шагнул с него в ближайший плот. Сидевшая на плоту мокрая Бандана уже содрала с себя всю одежду, включая крошечные трусики, и старательно отжимала ее, чтобы не заработать переохлаждение организма: температура воздуха едва ли превышала десяток градусов по Цельсию – затопление Америки сильно повлияло и на глобальное движение масс тропического воздуха, и на Гольфстрим. Сидевший в том же плоту Хадсон из деликатности старательно отводил взгляд; метис Тремоло с соседнего плота, напротив, внимательно и придирчиво изучал соблазнительные стати негритяночки, крайне заинтересованный происходящим.

– А когда сядет на брюхо, можно будет откачать воду? – безнадежно спросил Эль Капитано у Макфарлейна. Все, все пошло прахом из-за упрямства коммодора Бишопа. Ему-то хорошо, мерзавцу, – уже скопытился и больше ни о чем не сожалеет. А вот судьба его пассажиров теперь повисла на волоске. С патрулем еще можно было бы договориться, а вот с морскими тварями – получится едва ли. Самое обидное, что на борту гибнущего катера приходилось оставить наиболее эффективное против атлантов оружие – крупнокалиберный станковый пулемет и цистерну напалма. – Глубина до пола не больше пары метров, сядет на брюхо, если не провалится через перекрытия под собственной тяжестью. Сможем потом законопатить дыры в корыте и поднять его?

– Сильно сомневаюсь, – отозвался Мюрич. – Если погрузится палуба, откачивать будет бесполезно. Не поднимем никакими средствами. Но сначала нас все равно ждет фейерверк.

– Ясно, – хладнокровно констатировал Матвеев. – Значит, проехали.

Некоторое время Эль Капитано мучительно размышлял, не попытаться ли еще спасти блок «Антиатлант»: эта штука уже прекрасно себя зарекомендовала, и без нее определенно придется туго. Он несколько мгновений пристально смотрел на вывороченную из палубы железобетонной балкой здания стальную мачту, на которую был вознесен прибор, но в конце концов сдался: даже если резиновый плот выдержит тяжесть блока, для нормальной работы «Антиатланта» потребуется море энергии, которую не смогут дать слабые лодочные моторы, и высокий шест, на который необходимо водрузить прибор для максимальной дистанции воздействия. Да и сам щит антенны был расколот прямым попаданием крупнокалиберной пули, и теперь не имелось никакой гарантии, что его удастся оживить.

В общем, не срослось. Ну, ладно.

Горючее взорвалось, когда они на плотах свернули за угол. Взрывной волной вышибло еще одну внутреннюю офисную стену из гипсокартона, и гигантский язык горячего воздуха ласково огладил потерпевших крушение по головам. Впрочем, если бы не стена, последствия взрыва могли бы быть для них куда плачевнее. Все-таки прибывающая вода не успела залить искрящую проводку, а жаль – тогда бы у них еще оставался призрачный шанс реанимировать катер. Теперь же стало ясно, что он утрачен навсегда.

Использовать лодочные моторы в полузатопленном помещении было сложно – на поверхности воды плавала разбухшая офисная мебель, поэтому маневрировать на большой скорости так, чтобы не повредить плоты, оказалось бы трудновато, и наемники предпочли грести вручную. Слава богу, в воде не было полуразложившихся трупов: штурмовики атлантов пожирали любую органику, до которой могли дотянуться, либо собирали ее для переработки в биомассу, из которой затем формировались новые штурмовики.

Оглушенные, ошарашенные, деморализованные, наемники сплылись в кучу на трех плотах посреди какого-то обширного помещения, видимо, офисного опенспейса или конференц-зала, увешанного влажными бурыми водорослями. Так же, как и в других помещениях, на стенах здесь висели логотипы с названием компании, состоявшим из нескольких слов, определяющим среди которых было «фармасьютикл».

– Господа недоноски! – открыл импровизированное собрание Эль Капитано. – Поздравляю: катеру хана, и с комфортом нам теперь отсюда не выбраться. У нас есть два варианта: немедленно двинуть на моторках к границе закрытой зоны Нью-Йорк либо сначала выполнить миссию и только потом отправиться на выход. Никакого оружия, кроме стрелкового, у нас не осталось, поэтому в обоих случаях мы предельно уязвимы и для патрулей, и для морских чудовищ. – Он сделал паузу, чтобы до команды дошла вся серьезность ситуации. – Однако хочу напомнить, что наша цель – всего в паре километров на север. Возвращаться немедленно и без товара будет немногим безопаснее, чем возвращаться через несколько часов с товаром. Да и в любом случае прорываться через охранный периметр днем слишком рискованно, придется где-то отсиживаться до темноты. Что решаем, команда?

– Миссию надо завершать, – поднял руку молодой Пак. – Глупо было бы благополучно пережить смертельную опасность, чтобы тут же сдать назад.

– Если мы вернемся без товара, Папаша меня убьет, – заявил Тремоло. – Такой прокол с моей стороны не предусмотрен. Так что какая разница, здесь погибать или в Вегасе.

– Ты знаешь, Капитано, что ответим мы с девочкой, – сказала Бандана. – Ты босс, тебе и решать. Но лично от себя все же скажу, что возвращаться без денег смысла, по-моему, нет никакого.

– Я с вами нырять за сокровищами не нанимался, с уродами, – отрезал Мюрич Макфарлейн. – Я уже потерял катер и капитана. И хорошую работу. Я хочу домой. Денег за то, что я буду рисковать с вами головой, мне все равно сверх положенного не предложат.

– Это мой последний шанс, – просто ответил Хадсон. – Другого такого у меня уже не будет. У меня больше нет информации, за которую мне могут отвалить кучу бабла. Я за продолжение миссии.

– Аналогично, – отрезала Каста. – Я в этом рейсе такого страху натерпелась, что больше меня сюда ни за какие бабки не выманишь. И что же теперь, получается, я бесплатно рисковала?! Я хочу свои проценты!

– Большинством голосов, – резюмировал Эль Капитано. – Мастер Мюрич, мы можем выделить тебе плот, и плыви обратно сам. Но искренне не рекомендую. Во-первых, в случае непредвиденного шухера тебя некому будет прикрывать. Во-вторых, поскольку ты так и не доставил нас обратно, вторую часть денег не получишь. Впрочем, я так понимаю, теперь ты не получишь и первую часть денег, потому что они были перечислены покойному капитану Бишопу, который должен был не поровну, но по справедливости поделить их со своим первым помощником. Но если ты будешь с нами до конца и проведешь через патрули на обратном пути, с деньгами можно будет переиграть. – Он с сомнением потер белоснежную скрипящую щетину на подбородке. – Впрочем, нет. Плота я тебе все равно не дам. У нас слишком много оборудования и куча народу. На двух не уплывем. Значит, посидишь до вечера в этом небоскребе, пока не вернемся. Будут приставать атланты – карабкайся по лестнице на крышу, авось не достанут.

– Ну, черт с вами, – обреченно проговорил Макфарлейн, видимо, прикинув в уме перспективы возвращаться в одиночку или ждать на крыше небоскреба команду, которая еще может за ним и не вернуться. – Мертвого уболтаешь, босс. Но плоты же, мать его. Спасательные плоты в закрытой зоне Нью-Йорк. Лодочные моторы!.. Без тяжелого вооружения. Без напалма. Без сонара. Без коптеров…

– Я прихватила пару квадрокоптеров для разведки, – угрюмо проронила Каста. – Они небольшие…

– Отлично! Значит, с коптерами! – всплеснул руками Мюрич. – С коптерами, мать их дери! Теперь живем! Да нас перевернет первая же панцирная рыба, которая проплывет мимо и толкнет нас боком, с коптерами мы будем или без коптеров!..

– Варианты? – холодно осведомился Эль Капитано. – Нам все равно придется как-то возвращаться без катера. Связью пользоваться мы не можем, чтобы не засекли военные. Выбираться придется самостоятельно. Но можно сделать крюк к северу и по успешном возвращении получить хорошее бабло. А можно просто вернуться и продолжать сосать лапу в Вегасе…

– Ну, ладно, ладно! Сказал же: я в доле! – огрызнулся Мюрич Макфарлейн.

– Хорошо. Значит, работаем. – Матвеев пригнулся, пытаясь разглядеть в полузатопленное окно патрульный вертолет. – Сможем потом возвратиться тем же маршрутом, что и пришли сюда?

– Я бы не рисковал, – отозвался Мюрич, понемногу приходя в себя. – В открытом море на плотах нас реально растерзают в считаные минуты. Опять же минные заграждения. Не дай бог, напоремся на подвсплывшую мину: на катере нам бы просто вышибло борт, а на плотах нас всех взрывом в клочья порвет. Как минимум посечет осколками. Так что тем же маршрутом не стоит. Надо будет идти в Нью-Джерси, высаживаться на берег, а оттуда уже прорываться на большую землю пешком – через болота и колючую проволоку…

– Тут нас и повяжут военные, – качнул головой метис Тремоло. – Тепленькими.

– Зато, может быть, останемся в живых, – пожал плечами Макфарлейн. – Тоже еще не факт, конечно…

– Ясно. – Федор снова попытался выглянуть наружу. Клекот вертолетного винта за стеной не умолкал. – Интересно, ему что, недостаточно того, что мы тут громко взорвались? Он непременно хочет увидеть наши трупы? Настырный какой!

– Внутрь он, конечно, не полезет, – мрачно сказал кореец. – Если только…

Его слова заглушила длинная пулеметная очередь. В соседнем помещении с печальным звоном обрушился в воду каскад осколков, видимо, от еще одного чудом сохранившегося окна. По поверхности воды в направлении наемников резво побежала через распахнутые двери конференц-зала дорожка из высоких фонтанчиков пулевых попаданий.

– Мать!.. – заорал Эль Капитано, не слыша самого себя в чудовищном грохоте автоматической пушки, и принялся отталкиваться коротким веслом от стены, стремясь увести свой плот из зоны поражения.

Крупнокалиберные пули ударяли в потолок и стены, вырывая из них солидные клочья. Осыпанные древесной трухой наемники принялись усердно грести к центру опенспейса. Судя по всему, стрелок с вертолета не видел их внутри помещения и поливал здание свинцом просто для острастки, иначе сумел бы расстрелять все три плота за несколько секунд как уток на охоте.

– Он не уйдет, пока не выковыряет нас отсюда! – прокричала Бандана, и Федор скорее прочитал по губам ее слова, чем услышал в страшном грохоте.

«Можем попытаться уйти под водой! – беззвучно проартикулировал Матвеев, подкрепив свое предложение красноречивым жестом ладони – словно проплыла рыба, бодро работая хвостом. – В аквалангах!»

– Аквалангов на всех не хватит! – гаркнула негритянка. – И плоты придется тогда бросить! Без плотов далеко не уйдем!..

Внезапно обрушившаяся тишина ударила по ушам не менее звонко, чем пулеметный огонь. Тяжело дыша, наемники молча смотрели друг на друга, опасаясь, что сейчас в помещение влетит ракета класса «воздух – земля».

– Он уходит, – шевельнула губами Пакита.

Судя по звукам снаружи, вертолет заложил крутой вираж и начал удаляться в сторону Нью-Джерси.

– Небось нашел себе новую жертву, – проговорил Тремоло, тряся головой, чтобы избавиться от противного звона в ушах.

– Или еще классный вариант, – безжалостно дополнил Макфарлейн. – Внезапно начался прорыв атлантических штурмовиков, и военные собирают все силы, чтобы его остановить.

– А мы, соответственно, сейчас как раз торчим между океаном и Джерси?! – уточнил Хадсон. – То есть в самой опасной зоне, между атлантами и военными?..

– Так, народ! – взревел Матвеев. – Слушай мою команду! Срочно валим отсюда к чертовой матери, пока нам не поджарили задницу!..

Возвращаться через то окно, в районе которого случилась стычка с вертолетом миротворческих сил, желающих не нашлось. Поэтому все три плота по диагонали пересекли внутренние помещения здания и оказались у окон напротив, ведущих на соседнюю стрит. Каста собиралась выстрелить в окно из дробовика, но Тремоло молча отобрал у нее оружие, видимо, опасаясь, что от отдачи малышка перекувыркнется через голову, и сам хладнокровно высадил стеклянную стену в два выстрела. Выбравшись обратно на Пятую авеню, наемники запустили моторы и, чутко прислушиваясь к окружающему пространству, направились в сторону Центрального парка.

Теперь они крались у самых стен, чтобы в случае чего снова попытаться нырнуть под прикрытие железобетонных конструкций. Некогда это была одна из богатейших торговых улиц мира; сейчас о ее былом величии остались лишь воспоминания, хотя фактурные руины с потемневшей от влаги пестрой рекламой, там и сям торчавшие из воды, демонстрировали, что некогда здесь кипела жизнь.

Бандана искоса поглядывала в окна третьих и четвертых этажей, которые теперь оказались на уровне спасательного плота. Внутри было темно, сыро и мертво. Она помнила, как много лет назад, еще в прошлой жизни, приезжала сюда с мамой, как поразил ее огромный город, в котором улицы напоминали ущелья между гигантскими утесами. Особенно впечатлил ее тогда гигантский Утюг, Флэтайрон-билдинг – странное здание, построенное на узком клине свободной территории между Пятой авеню и косо врезавшимся в нее Бродвеем. При определенных ракурсах казалось, что Утюг состоит из одной-единственной величественной стены, вознесшейся над улицей. С замиранием сердца негритянка ожидала увидеть его вновь – но, увы, удар водной стихии во время Атлантических событий пришелся как раз в широкую стену Флэтайрона, и здание, не выдержав чудовищной динамической нагрузки, опрокинулось навзничь, вывороченное из фундамента.

Воткнув в уши горошины наушников, хакерша Каста пыталась прослушивать служебные армейские каналы. Встретившись взглядом с Матвеевым с соседнего плота, пожала плечами и развела руками: ничего. Не слышно ни о каком прорыве.

– Похоже, наш приятель все-таки поверил, что ухлопал нас в небоскребе, – рассудил Эль Капитано. – А потом обстрелял здание уже просто для очистки совести…

Они миновали еще пару кварталов, когда вдали внезапно снова возник тонкий клекот вертолетных винтов «Аллигатора». Нет, патруль так и не поверил, что с катером нарушителей удалось расправиться так легко – одной пулеметной очередью. А может быть, во второй раз его привлек грохот дробовика Тремоло.

Самое паршивое, что в густом тумане, среди высоких каменных стен, в которых теперь при отсутствии обычных городских шумов подолгу гуляло эхо от каждого случайного звука, определить местоположение вертолета было практически невозможно. Зловещий клекот доносился из каждой стрит.

– Разделились! – сквозь зубы скомандовал Федор. – Направление на парк держим, пытаемся оторваться!..

Моторные спасательные плоты тут же рассыпались веером. Судно, ведомое Эль Капитано, с пассажирами Банданой и Хадсоном, продолжило двигаться по Пятой авеню, прижимаясь к стенам. Плот под командованием бравого первого помощника Мюрича Макфарлейна, с экипажем из корейца и Пакиты, резко свернул на соседнюю улицу, и тут же пропал из виду портативный катер с Тремоло и Кастой. Теперь все три суденышка крались параллельными курсами в квартале-двух друг от друга, потеряв коллег из виду в сгущающемся тумане.

Эль Капитано пристально вглядывался вперед, пытаясь разглядеть какое-либо шевеление в белесой дымке. Без сонаров и локаторов было плохо, совсем плохо. Подозрительный клекот в неопознанном направлении не умолкал, хотя понемногу становился громче, и Матвеев уже начал подозревать, что к вертолету он не имеет никакого отношения. А вот что производит этот странный шум, какой-то водопад или огромное живое существо, следовало выяснить как можно скорее, чтобы потом не получилось неприятного сюрприза.

Сюрприз все-таки случился, хотя и не тот, которого опасался Матвеев, но все равно достаточно неприятный. Огромное темное пятно внезапно камнем упало с небес, перекрыв Пятую авеню, и стало ясно, что это все-таки вертолет – патруль явно не поверил в доблестную гибель контрабандистов в небоскребе и, не имея возможности выковырнуть их оттуда, просто продолжил патрулирование высоко над улицами, высматривая беглецов, откуда эхо и разносило шум вертолетных винтов по всему Мидтауну. Рано или поздно нарушители запретной зоны должны были покинуть свое убежище – и наконец они это сделали.

Эль Капитано так круто заложил правый вираж, что спасательный плот едва не опрокинулся, а Бандана и секретарь миллиардера Хадсон чудом не посыпались в воду. Суденышко круто свернуло за угол, и Матвееву оставалось уповать только на то, что «Аллигатору» маневрировать на узкой улице будет так же непросто, как и массивному эласмозавру. Спасательный плот действительно успел пролететь почти целый квартал, когда в конце улицы снова отчетливо послышался хищный клекот.

На следующем перекрестке Федор едва не столкнулся с Тремоло. Надеясь, что вертолет потеряет их в густом тумане, если все время менять направление, Эль Капитано снова ушел в бесчеловечно крутой вираж, на мгновение поставив плот на один борт, а Тремоло ни черта не понял, что происходит, потому что вместо того, чтобы тут же уйти в сторону, пристроился плоту Матвеева в хвост.

Эль Капитано заскрежетал зубами, но орать что-либо метису смысла не имело: холодный ветер все равно разорвал бы его слова в клочья и унес их в залив.

Следующая стрит была пошире предыдущих, поэтому Матвеев не стал в нее сворачивать, чтобы не дать вертолету шанс в ней поместиться. Сворачивать следовало через квартал, благо кварталы тут были совсем короткие.

Промчавшись мимо этой широкой улицы, Эль Капитано возблагодарил судьбу и всех армейских богов, каких только знал, потому что его плот внезапно проскочил прямо под носом у здоровенного катера на воздушной подушке, направлявшегося к острову Рузвельта. Не факт, конечно, что им повстречался патруль оккупационных сил, но врезаться в это чудовище на полном ходу в любом случае было бы малоприятно. А если бы чудовище врезалось в Матвеева, спасательный плот точно перевернулся бы.

Тремоло с синеволосой пассажиркой тоже успел чудом проскользнуть мимо, прежде чем нос чужого катера высунулся на Мэдисон.

Учитывая, что катер на воздушной подушке вряд ли был военным, складывалась довольно забавная комбинация, которой грех было не воспользоваться. На следующем перекрестке Федор все-таки свернул за угол, оставляя чужую команду один на один с воздушным патрулем. По крайней мере, ему очень хотелось надеяться, что он оставил их один на один.

Пока два спасательных суденышка одно за другим летели по водной глади очередной стрит, словно привязанные, Эль Капитано чутко прислушивался и удовлетворенно хмыкнул, услышав раскатившиеся через квартал оглушительные очереди вертолетных пушек. Ну, вот пусть другие мародеры, с катера на воздушной подушке, и разбираются с патрулем, если есть время и желание. Впрочем, про наличие того и другого спрашивать у них никто не будет, конечно. Приплыл в закрытую зону – помни, что тут каждый за себя и международный миротворческий патруль против всех.

Добравшись до очередного поворота, контрабандистские спасательные плоты снова вылетели на простор Пятой авеню. Слева обнаружился плот под управлением побледневшего от переживаний Мюрича Макфарлейна. Теперь все три экипажа параллельными курсами двигались на север, молясь своим бандитским богам, чтобы вертолету некоторое время было не до них – а вертолету, судя по доносившейся массированной канонаде, реально было не до них. Кажется, миротворцы наткнулись на достойного противника.

14

Иван Доу, Влад Рогов

Заслышав шум вертолета, капитан Энрике действовал молниеносно: катер резко ускорился и юркнул под эстакаду протянувшегося над дорогой моста. Там капитан закрутил его на месте, а когда судно потеряло ход, выключил все двигатели.

Резиновая юбка спала, лодка опустилась на баллоны и закачалась на воде.

– Тихо! – приказал Энрике. – Ни звука!

Сам поднялся со своего места, откинул лючки врезанной в крышу пулеметной турели и высунулся наружу. Гул вертолета стал более отчетливым, но никак не удавалось понять, удаляется он или приближается.

Патрик О’Райли попытался было что-то спросить, Луис Тонго тотчас приказал ирландцу заткнуться. Наемник смерил чернокожего гангстера выразительным взглядом, но отношений выяснять не стал. Так и сидели молча.

А гул никак не удалялся, словно вертолет кружил прямо над мостом, и понемногу все начали задаваться вопросом, а не дожидается ли он подкрепления?

Луис вытер выступившие на черной лысине капли пота и перебрался к капитану.

– Что будем делать? – не повышая голоса, спросил он.

– Ждать, – коротко ответил Энрике. – Ждать и не совершать резких движений.

– Нас не заметили?

– Заметили бы, открыли бы огонь. Или потребовали сдаться.

Громила кивнул и вернулся на свое место.

Уверенность капитана передалась остальным, и понемногу наемники расслабились. Лора попыталась напоить Оскара, но курчавый парень сделал лишь пару глотков: лекарства не лучшим образом справлялись с интоксикацией. Ирландцы по своему обыкновению начали тихонько переругиваться, и тогда Иван Доу указал помощнику на медика. Кристиан Липке все понял верно и перебрался к чернокожему парню с заплетенными в короткие косички волосами. Из наушников Кертиса доносился речитатив Фифти Цента, но Криса это нисколько не смутило, он осторожно похлопал медика по плечу и спросил:

– Не собираешься продолжить лечение?

Долговязый парень выпрямился в кресле, посмотрел на обожженное лицо пулеметчика и покачал головой.

– Антидот подействовал, теперь остается только ждать.

– Уверен? – с мягкой улыбкой уточнил Крис.

Кертис наморщил лоб и машинально выпятил губы, но немедленно взял себя в руки и уже без всяких колебаний ответил:

– Антидот, очистка пораженного участка, обильное питье. Все.

Липке уселся в соседнее кресло и как бы между делом уточнил:

– Так хорошо разбираешься в этом? Думал, специалисты по биохимии атлантов нарасхват.

– Специалисты по биохимии? – не удержался от смешка Кертис Пальм. – Это не про меня, я только прошел ускоренные курсы. Если одно – коли то, если другое – прижигай тем. Я специалист по людям, не по пришельцам.

– Ускоренные курсы? – задумчиво протянул Липке. – Первый раз слышу. Что за курсы?

Медику захотелось послать надоедливого собеседника куда подальше, но неожиданно Кертис ощутил неуверенность и даже страх. Он вдруг понял, что совсем не хочет знать, что именно скрывается за отстраненной полуулыбкой этого серого и невзрачного человечка. На спине выступила неприятная испарина, чернокожий парень бросил быстрый взгляд на гангстера, но Луис Тонго оказался полностью погружен в свои раздумья и ничего не заметил. Пришлось отвечать:

– Стандартные армейские курсы для медиков, – небрежно произнес Кертис Пальм. – Ускоренные. Без углубленного изучения предмета.

– Так ты военный! – расплылся в улыбке Кристиан Липке. – Кто бы мог подумать!

– Меня отсеяли, – смутился долговязый медик и мотнул головой, перетряхнув дреды. – Это важно?

– Но медицинское образование у тебя есть?

– Разумеется!

Крис тихонько рассмеялся и хлопнул собеседника по колену.

– Вот и здорово! – Он начал приподниматься из кресла, но сразу опустился обратно. – А где у нас такие курсы?

– В Калифорнии, – ответил Кертис, желая поскорее закрыть неприятную тему.

– В Калифорнии! Ну конечно! Где же еще? – протянул Крис и вдруг почувствовал чье-то присутствие за спиной. Он обернулся к бесшумно приблизившемуся Луису и спокойно улыбнулся: – Да?

– Все в порядке? – нахмурился чернокожий громила.

– Да, все хорошо, – подтвердил медик и вновь нацепил на голову наушники.

И сразу в кармане гангстера пискнул какой-то электронный прибор. Он вытащил непонятный сканер, взглянул на жидкокристаллический экран и выругался:

– Вот дерьмо!

– Тише! – потребовал капитан, но Луис его словно не услышал. Широко раздувая крылья приплюснутого носа, он оглядел наемников и объявил: – Я велел сдать все электронные приборы еще в самолете, так?

Иван Доу обменялся с помощником обеспокоенным взглядом и спросил:

– И что с того?

– У кого-то при себе активное средство связи. Выкладывайте все из карманов! Быстро!

Торговец оружием, который вовсе не горел желанием доставать на всеобщее обозрение приемник спутниковых сигналов, возмутился:

– Это уже не паранойя, это чистый бред!

– Слушай, ты… – двинулся к нему чернокожий громила, но его остановил Кристиан Липке.

– Не хочу показаться навязчивым, – со своей неизменной улыбкой произнес он, – но что за устройство воспроизведения музыкальных файлов использует наш медик? Не его ли это сигнал?

Луис Тонго обернулся и решительно ответил:

– Нет!

– Откуда такая уверенность? – немедленно подключился к разговору Патрик О’Райли.

Чернокожий громила оглядел наемников и сдался.

– Хорошо, исключим этот вариант, – пробурчал он, протягивая руку медику.

Кертис Палм с обреченным вздохом снял с головы наушники и отдал гангстеру компактный проигрыватель мультимедийных файлов.

– Но если кто-то что-то утаил, – угрожающе протянул Луис, – лучше сдайте сейчас.

– Да брось! – отмахнулся Иван Доу, скрывая за усмешкой охватившее его облегчение.

– Слушайте! – встрепенулся вдруг Энрике. – Вертолет улетает!

И в самом деле, гул понемногу удалялся и затухал.

– Надеюсь, он не высадил десант, – пробурчал Влад Рогов, нервно поправляя затянутые в косицу волосы.

– Сплюнь! – потребовал Иван Доу.

– Три раза через левое плечо? – подмигнул ему аквалангист. – А говорил, не русский!

Торговец оружием только поморщился и спросил капитана:

– Долго мы еще будем здесь прятаться?

Энрике пожал плечами, задумчиво расправил седые усы и спустился от пулеметной турели на свое место.

– Подождем еще немного, – решил он не торопить события.

С этим никто спорить не стал. Вертолет мог сделать круг и вернуться, а схлестнуться с миротворцами наемникам хотелось меньше всего.

– Иван, – окликнул вдруг аквалангист, – ты как вообще занялся торговлей оружием? Как приходят в этот бизнес?

Доу только рассмеялся в ответ:

– Америка – страна неограниченных возможностей!

– И все же? – не удовлетворился Влад таким ответом.

– Связи, знание языков и авантюрный склад характера, – отделался торговец оружием полуправдой.

– Так это у тебя семейное?

– Нет, – покачал головой Доу. – Сосед предложил. Поначалу мы в США не работали, но после известных событий баланс спроса и предложения нарушился, появились очень интересные ниши… Да и ответственность, так скажем, теперь не столь серьезная, как была раньше, когда Штаты сажали в тюрьму за одну только электронную переписку в данной области.

– Так ты работаешь не один? – непонятно зачем поинтересовался русский.

– Один, – коротко ответил Иван, не став вдаваться в детали.

Атлантический инцидент подарил возможность серьезно расширить бизнес, но одновременно многое забрал. Слишком многое, если уж начистоту.

– Просто если понадобится помощь, – забросил удочку Влад, – можешь рассчитывать на меня.

– Хорошо, – дежурно улыбнулся Иван, не рассматривая это предложение всерьез.

Понемногу над водой начала клубиться белесая дымка тумана и, не желая блуждать по разрушенному городу вслепую, Энрике завел двигатели и вывел катер из-под эстакады.

Наемники вновь расселись у бойниц с оружием в руках, но досылать раньше времени патроны в патронники капитан им запретил строго-настрого: емкости с напалмом и коробки с глубинными бомбами делали цену случайного выстрела чрезвычайно высокой. Вдоль затопленной дороги потянулись разрушенные здания, от многих остались лишь груды бетонных обломков и кирпича. Изредка по воде расходились круги и волны, но на мелководье крупным тварям делать было нечего, а мелкие на катер нападать не рисковали, и тот беспрепятственно мчался к Манхэттену.

Кристиан Липке вернулся на свое место, искоса глянул на Влада Рогова и подался к торговцу оружием.

– Ну? – тихонько спросил Иван. Шум мощных двигателей заглушал негромкий разговор, и быть подслушанным он не опасался.

– Ускоренные армейские курсы, – сообщил Крис.

– Этого и следовало ожидать, нет? – хмыкнул Доу, поправляя перепачканный грязью бронежилет.

– Армейские курсы в Калифорнии, – уточнил помощник. – Единственное место, где там в массовом порядке набирают местных, – это бывшая база ВМС США «Коронадо». Обучение организовано по программе «морских котиков». Узкоглазые не горят желанием пускать в расход собственных бойцов, отбор в боевые пловцы идет на постоянной основе.

– Не факт, что он из них, – с сомнением глянул на медика Иван Доу.

Долговязый темнокожий парень с нелепыми дредами впечатления опасного человека не производил. Но с другой стороны, не стоило забывать, сколь обманчивым бывает первое впечатление.

– Самый большой отсев именно на этой программе, – добавил Липке. – Иван, говорю тебе, дело нечисто. С какой целью понадобился второй аквалангист?

– На случай, если что-то случится с первым?

– А зачем делать из этого секрет?

– Не знаю, – вздохнул Иван. – Но в медицине он разбирается, так?

– Судя по состояния Оскара – разбирается.

– Вот и хорошо, – улыбнулся Доу. – Не беспокойся, я за ним присмотрю.

– Тогда на мне Тонго и Рогов?

– На тебе, – подтвердил торговец оружием и вздохнул. – Только умоляю, никаких превентивных мер!

Кристиан Липке с беспечной улыбкой кивнул, но Иван все же счел нужным добавить:

– Ничего не предпринимай, понял? Вообще ничего, не спросив меня!

– Хорошо, – легко согласился Липке.

В этот момент катер приблизился к спуску в затопленный туннель, и капитан направил катер левее. Луис Тонго немедленно поднялся на ноги и присоединился к нему.

– Куда дальше? – спросил чернокожий гангстер.

По ходу движения судна показался еще один мост, но по мере приближения к реке уровень воды повышался так, что пройти под аркой лодка уже не могла.

Энрике сбросил скорость и поделился своими соображениями:

– Думаю, стоит пересечь Гудзон в районе Ньюпорта и двинуться на север прямо через Манхэттен. Хотя по реке, конечно, мы доберемся куда быстрее…

Влад Рогов немедленно присоединился к разговору.

– Плохая идея, – безапелляционно заявил он. – В Гудзон заплывают такие монстры, которым наш катер на один укус. К тому же туман не укроет от тепловизора – посреди реки нас заметит первый же вертолет. Да и Манхэттен…

– Что ты имеешь против Манхэттена? – спросил Луис.

– Там глубже, – пожал плечами аквалангист, – а чем глубже, тем выше риск наткнуться на какую-нибудь действительно серьезную тварь.

Чернокожий гангстер потер широкий нос и посмотрел на капитана. Тот подтвердил:

– Так и есть.

– Если нам на север, то проще двинуться по этому берегу через Хобокен, – предложил Влад. – Скажите, куда конкретно плывем, и я проложу маршрут.

Луис вытер ладонью блестящую от пота лысину и посмотрел на торговца оружием, словно в ожидании подсказки. Иван Доу едва заметно качнул головой. Делиться информацией с русским ему по какой-то непонятной даже для себя самого причине не хотелось.

– Центральный парк, – объявил тогда чернокожий громила.

– Серьезно? – скептически поморщился аквалангист. – Центральный парк?

– Его южная часть, – с невозмутимым видом подтвердил гангстер и бесстрастно поинтересовался: – А что, с этим какие-то проблемы?

– Никаких проблем, – передернул плечами Рогов и вернулся на свое место. – Через Хобокен плывем до парка Гамильтон, там пересечем Гудзон и попадем прямиком в Адскую Кухню. До Центрального парка оттуда рукой подать.

– Что скажешь? – спросил Луис у капитана.

– Пойдет, – согласился Энрике с предложенным маршрутом и вывернул руль налево. – Смотрите в оба, – потребовал он некоторое время спустя. – Чем раньше увидите вертолет, тем проще будет спрятаться.

– В таком тумане разве что увидишь? – вздохнула Эйрин.

– Смотрите лучше! – буркнул капитан. – Хобокен не то место, где легко найти укрытие. Мне снаряд в борт не нужен.

И в самом деле, дома понемногу расступились, дальше катер помчался по водной глади, спрятаться от вертолета посреди которой было задачей ничуть не менее легкой, чем отыскать укрытие посреди реки. Местами громоздились кучи обломков, на них зеленели деревца и росла трава; больше ярких цветов нигде видно не было, одна только мутная вода, белесый туман и грязно-ржавые развалины.

Из окрестных зданий не уцелело ни одно, из воды торчал лишь второй этаж непонятного длинного сооружения, да перегораживал дорогу мост. Катер под ним не проходил, капитану пришлось искать объезд. Какое-то время судно двигалось вдоль железнодорожной насыпи, не в силах забраться на крутой склон, затем естественное препятствие скрылось под водой, и суденышко наконец перебралось на другую сторону.

На затопленных путях ржавели раскиданные цунами вагоны; где-то их перевернуло, где-то они устояли, и из воды торчали крыши и выбитые окна. Катеру приходилось лавировать, отыскивая путь, и наемники нервно посматривали в пустое небо. На открытом пространстве им было не по себе.

– По реке бы скорее добрались, – в сердцах пробурчал Луис Тонго.

Влад Рогов вскинулся и зло глянул на чернокожего гангстера, но ничего говорить не стал и развернулся обратно к бойнице.

Вскоре катер миновал прилегающую к затопленному вокзалу территорию, вывернул на узенькую улочку и помчался по застроенному четырех– и пятиэтажными кирпичными особняками району. Некоторые дома обрушились, завалив обломками проезжую часть, но большинство зданий устояло, и судну на воздушной подушке удавалось без проблем объезжать препятствия.

Открытое небо больше не напрягало своей бескрайностью; в случае появления вертолета у миротворцев всегда оставалась возможность укрыться за одним из особняков. Туман понемногу сгущался, Ивану надоело пялиться в его молочную белизну. Он перешел к медику, склонился над ним и хлопнул по плечу:

– Как, нормально?

– Нормально, – мотнул в ответ головой Кертис.

Тогда торговец оружием опустился на свободное сиденье рядом с Луисом и с усмешкой поведал чернокожему громиле:

– Из них с Владом получится неплохая команда. Оба без ума от косичек.

Тонго никак на шутку не отреагировал и спросил:

– Джон, ты чего-то хотел?

Доу кивнул.

– Что ты можешь рассказать о конкурентах? – прямо спросил он.

Гангстер поморщился и хмыкнул:

– С чего ты вообще решил, что я о них знаю больше, чем сказал?

Торговец оружием покачал головой.

– Мне прекрасно известно, как ведет дела синдикат. Договариваться с ворами? Черт, да такого никогда не бывало!

– Не шуми! – попросил Луис, вздохнул и сдался: – Хорошо. Есть подозрение, что в деле замешан Пак Хон Сан.

– Папаша Пак? Владелец «Цезарь Палас»?

– Он самый, – подтвердил чернокожий гангстер. – Доподлинно это неизвестно, но некие странные телодвижения с его стороны были. У нас есть свои источники.

– И открыто ссориться с ним вы не хотите… – сообразил Иван.

– Это плохо для бизнеса.

– Так мы гасим их или нет?! – поставил вопрос ребром Доу.

Луис Тонго посмотрел на собеседника как на неразумного ребенка.

– А сам как думаешь? – понизил он голос. – Если сможем спрятать концы в воду, гасим непременно. Если от свидетелей избавиться не получится, если их страхуют, то попробуем договориться. Но сам как думаешь, согласятся они поделиться добычей?

– Нет, – без колебаний ответил Иван.

– Вот ты и ответил на свой вопрос, – ухмыльнулся гангстер. – А решать буду я. Я, понял?

– Как скажешь, – не стал оспаривать приказ торговец оружием.

В том, что все завершится кровавой разборкой, он нисколько не сомневался, но особо по этому поводу не переживал. В конце концов, у них было неплохое преимущество: они знали о конкурентах, а те о преследователях – нет. Беспокоило Ивана совсем другое.

В этот момент катер покинул плотную застройку и вывернул на берег Гудзона. Самой реки почти не было видно из-за тумана, просматривалась только небольшая бухта и пустые причалы за ней.

Когда Иван Доу вернулся на свое место, помощник подался к нему и спросил:

– Ну что?

– Полная неопределенность, – вздохнул Иван, не став делиться своими подозрениями, что в случае столкновения с людьми Папаши Пака от наемников впоследствии попросту избавятся. Пока это были его подозрения, и только.

Кирпичные особняки окончательно остались позади, катер помчался вдоль каменной стены. Та отвесно вырастала из воды, ограничивая срезанный склон холма, наверху темнели развалины домов. А впереди уже маячила очередная транспортная развязка. Под реку уходил затопленный ныне туннель, несколько пролетов эстакады рухнули, и капитану пришлось изрядно покрутиться, выискивая проезд. На реку по совету Рогова он выворачивать не рисковал.

Сразу после развязки начался заросший деревьями холм, с виду не особо высокий, но отель на его вершине выглядел неповрежденным.

– Можно там остановиться, – предложила Эйрин.

– Мы не жить сюда приехали, – пробурчал Патрик.

Никто в перебранку ирландцев вмешиваться не стал; усилившийся ветер разметал туман над рекой, и наемникам открылась панорама города. Когда-то Нью-Йорк называли «Большим Яблоком», теперь же ему куда больше подходило прозвище «Гнилая Пасть». «Гнилая Пасть» – и никак иначе.

Далеко не всем небоскребам удалось пережить цунами, многие высотные здания оказались обрушены, какие-то полностью, большинство – частично, и теперь Нью-Йорк тянулся по противоположному берегу частоколом поломанных зубов. Раньше здания казались неровной стеной, теперь на глаза то и дело попадались прорехи обрушившихся высоток.

Только сейчас наемники поняли, по какой причине Влад Рогов отговаривал их от поездки по мертвому городу. С такими разрушениями путешествие по улицам Нью-Йорка было сравни блужданию в смертельно опасном лабиринте.

Катер по-прежнему несся вдоль холма, и это заставляло капитана нервничать и настороженно озираться по сторонам. В случае появления патрульного вертолета свернуть было бы просто некуда, открытым оставался лишь путь на реку.

Сбросив скорость до минимума, Энрике направил судно через проглядывавшие из воды обломки пешеходного моста, а когда лодка проплыла мимо непонятных развалин и впереди замаячила затопленная марина, он обернулся к Оскару и скомандовал:

– Давай за пулемет!

Курчавый парень закрутил бутылку с водой, кинул ее на пол и поднялся на ноги.

– Ты в порядке? – остановил его Влад Рогов.

Оскар осторожно нацепил на покрасневшее лицо стрелковые очки, поморщился и подтвердил:

– Да, порядок.

Он забрался в турель крупнокалиберного пулемета, и капитан объявил:

– Внимание! Пересекаем Гудзон!

Туман вновь сгустился, развалины небоскребов растворились в его белесой пелене, остались видны лишь руины обвалившегося и полузатопленного круизного терминала.

– Все чисто, – отчиталась Лора, изучив показания сонара.

Катер повернул на водную гладь и помчался по ней, рассекая клубившийся над рекой туман. Ветер гнал невысокую воду, но судно уверенно неслось к противоположному берегу, в царство мертвых небоскребов. Вот только река все тянулась и тянулась.

Иван Доу присмотрелся и спросил:

– Сколько здесь? Миля?

– Километра полтора, – предположил Влад Рогов, нервно потирая иссеченные шрамами предплечья.

Торговцу оружием захотелось поинтересоваться, какого черта аквалангист закатал рукава, но вместо этого он вздохнул:

– Много.

Впрочем, судно на воздушной подушке набрало хорошую скорость, и через пару минут капитан повел катер вдоль развалин круизного терминала, выискивая удобный заезд в город. В результате уйти с реки получилось лишь на пятьдесят седьмой улице; там Энрике сбросил скорость до минимума и остановил лодку у полукруглого здания с полностью выбитым фасадом, некогда стеклянным. Странное, пирамидальной формы строение, пострадавшее от цунами не столь сильно, прикрыло судно с другой стороны, и наемники с облегчением перевели дух.

Пусть вид заброшенных и частично обвалившихся небоскребов и действовал им на нервы, но находиться на открытом пространстве после недавней встречи с вертолетом было куда как неуютней.

– Куда дальше? – спросил капитан.

Луис Тонго взглянул на наручные часы и задумчиво потер переносицу. Задерживаться в разрушенном городе сверх необходимого гангстеру не хотелось, но и отправляться на место без предварительной разведки было слишком рискованно. Если конкурентам хватит ума выставить где-нибудь неподалеку наблюдателей, один-единственный выстрел из гранатомета поставит на плане преследователей большой и жирный крест. И хорошо если только на плане, а не на жизнях.

Поэтому с ответом чернокожий громила торопиться не стал. Вместо этого он развернул бумажную карту и принялся водить по ней коротким толстым пальцем.

– Я могу подсказать с маршрутом, – вызвался помочь Влад Рогов.

– Можешь, – спокойно кивнул Луис и перешел в нос кабины посоветоваться с капитаном, а когда аквалангист двинулся следом, обернулся и уточнил: – Но лучше не надо.

Влад возмущенно фыркнул и вернулся на место, а чернокожий громила передал карту капитану и пояснил свою идею:

– На следующем перекрестке уйдешь на параллельную улицу и остановишься где-нибудь, не добравшись до Пятой авеню. Проезжая часть там узкая, со стороны нас видно не будет.

– А что дальше? – не выдержал аквалангист.

– Дальше надуем лодки и отправимся на место, – пояснил Луис, который не собирался рисковать транспортным средством в случайной перестрелке. Одно дело – лишиться резиновых лодок и совсем другое – застрять в затопленном городе всерьез и надолго.

Хотя надолго – это вряд ли. Сожрут.

Гангстер глянул на мутную воду, плескавшуюся меж домами, и нервно передернул плечами. Пустыни нравились ему несказанно больше смертельно опасных акваторий. И как он резонно полагал, всем остальным тоже. По крайней мере, пока нет нужды копать себе неглубокую могилку.

– Все, давайте по местам! – распорядился Энрике, и его краснолицый помощник полез за пулемет.

Но только катер начал, понемногу набирая скорость, двигаться по затопленной улице, как впереди показался завал. Два небоскреба сложились навстречу друг другу и высоченной кучей строительного мусора полностью перегородили проезжую часть. Пришлось поворачивать на перекрестке, благо тот остался свободен.

– Чисто Венеция! – рассмеялся Патрик, разглядывая полузатопленные здания. Шутку никто не поддержал; тогда рыжий ирландец достал из кармана мятую пачку сигарет, страдальчески вздохнул и сунул ее обратно. – Надо срочно покурить! – заявил он во всеуслышание.

– Потерпишь, – буркнула Эйрин, которой, как и остальным, в мертвом городе было не по себе. Так и казалось, что вот-вот одно из уцелевших зданий обрушится, погребая под собой катер. И это не считая возможного нападения морских тварей и случайной встречи с миротворцами.

Когда судно приблизилось к госпиталю Рузвельта, капитан указал налево и обратил внимание наемников на высоченную арку, торчавшую из воды.

– Если загнать туда лодку, с воздуха нас точно не заметят.

– А высоты хватит? – засомневался ирландец.

– Неважно, – отрезал Луис. – Слишком далеко до места!

– Как запасной вариант, – пожал плечами Энрике.

Катер в один миг оставил арку позади и умчался дальше. Набирать полную скорость на узкой улице, где из воды частенько торчали макушки столбов, капитан не рисковал, и судно без лишней спешки двигалось по центру проезжей части. Энрике по возможности старался не приближаться к зданиям, опасаясь их случайного обрушения. Шум двигателя вполне мог стать причиной катастрофы, к тому же туман скрывал торчавшие из воды обломки и бетонные плиты, а лодка могла преодолеть далеко не все из них.

Тут и там маячили небоскребы со снесенными гигантской волной макушками, без стеклянных панелей они казались останками с содранной кожей, но наемники понемногу обвыклись и перестали обращать на них внимание. Жутко, конечно, плыть по затопленной улице мертвого города меж полуразрушенных высоток, но такова уж человеческая природа – вскоре на место страху и неуверенности пришел азарт.

Неважно, насколько хорошо здесь было раньше и как погано сейчас; важно, как хорошо станет, когда они получат свою долю. Вот тогда никакой воды, совсем никакой воды на десятки миль вокруг, разве что капелька содовой – разбавить виски.

И все же на сердце у Ивана было неуютно. Особенности загадочной русской души? Должно быть, так. Он мчался прямиком к богатству, а перед глазами стояла пыльная яма посреди пустыни Мохаве. И это нисколько не радовало, своим предчувствиям торговец оружием привык доверять.

Предчувствия подсказывали, что эта узенькая улочка вряд ли приведет их к чему-то хорошему, поэтому пока все пялились в бойницы, Иван занялся проверкой снаряжения. Магазины к автоматическому дробовику были давно набиты, и он достал из кобуры свой «кольт».

– Зачем вся эта мишура? – спросил Влад Рогов. – Позолота на пистолете, золотые часы… Запонки и заколка для галстука тоже золотые?

– Золотые, – кивком подтвердил Иван.

– И на кой ляд? Ты же не сутенер, так?

Доу вытащил магазин и оттянул затвор, проверяя, не попала ли внутрь грязь и вода, пока он валялся в луже.

– Если ты ходишь по грязной дороге, ты не можешь не выпачкать ног, – ответил он аквалангисту известной цитатой, но в глазах собеседника отразилось недоумение. Рогов этой песни не знал.

– С кем поведешься, от того и наберешься, – пояснил свое высказывание торговец оружием. – Мимикрия. Камуфляж. Защитная окраска.

– Помогает вписаться в компанию?

– Люди ждут чего-то такого, так зачем их разочаровывать? – пожал плечами Иван, помолчал и добавил: – Да и смотрится неплохо…

Влад Рогов рассмеялся, поправляя стянутые в косицу волосы.

– А можно мне за пулемет? – спросил вдруг Патрик О’Райли. – Хоть покурю!

Кристиан Липке достал из кармана упаковку никотиновой жевательной резинки и кинул ее ирландцу.

– Держи!

Рыжий наемник забросил в рот одну из пластинок и поморщился:

– Эрзац!

– Зато помогает, – улыбнулся Крис и кинул жевательную резинку аквалангисту. – Угощайся!

– Не курю, – покачал тот головой, но жвачку возвращать не стал и спрятал в нагрудный карман.

В этот момент капитан вдруг выругался, судно на воздушной подушке бросило в сторону, наемники едва удержались в креслах. Прямо перед носом катера промчались две надувные резиновые лодки – или плоты? – с погружными моторами. Они в один миг пересекли Пятьдесят восьмую улицу и умчались прочь; никто даже толком не разглядел сидевших в них людей.

В следующий миг катер выскочил на перекресток, пересек оставленный лодками пенный след и понесся дальше. Оскар на миг оставил пулемет, заглянул в кабину и крикнул:

– Вертолет!

Армейский вертолет промчался вслед за моторными лодками, но тотчас вернулся и направился за судном на воздушной подушке. Новая крупная цель показалась пилоту более значимой.

По правому борту протянулись фонтанчики брызг, капитан бросил судно в сторону, уходя от пулеметной очереди, и сразу вывернул руль обратно, когда пули хлестнули по кирпичной стене, выбив из нее красную крошку. Но покинуть затопленную улицу не получалось: дома примыкали вдруг к другу, ни проездов, ни проходов между ними не оставалось. Весь квартал – только вперед, только вперед – и никак иначе.

Пилот вертолета набрал высоту, и винтокрылая машина взмыла над крышами домов. Бортовые орудия могли заговорить в любой момент, и у Оскара не выдержали нервы. Парень развернул крупнокалиберный пулемет и выпустил по преследователю несколько пристрелочных очередей.

Пули прошли мимо, и все же пилот не стал рисковать и увел вертолет в сторону. Сразу вернулся, и вдогонку за беглецами устремился пакет неуправляемых снарядов.

В этот момент катер проплывал мимо дома, фасад которого немного отступал вглубь застройки, и капитан немедленно бросил судно в спасительную нишу. Взметнулись в воздух фонтаны взрывов, один снаряд угодил в здание, прикрывшее судно своим углом, и во все стороны полетели крупные осколки. С гулом и грохотом обвалилось сразу несколько перекрытий, рухнула в воду вывороченная стена.

Капитан вывернул обратно на середину улицы, и этот маневр застал пилота врасплох; Оскар успел открыть огонь первым. Очередь пришла впритирку с вертолетом, и тот в очередной раз скрылся за домами. Лодка на воздушной подушке начала набирать ход, но Энрике почти сразу направил ее к затопленному взъезду подземного паркинга.

– Держитесь! – крикнул капитан, разворачивая катер на месте.

Лодка помчалась в обратном направлении, и пилот, который намеревался перехватить нарушителей на пересечении улиц, отправился в погоню с изрядным опозданием. Пулеметы выплюнули вдогонку беглецам порцию раскаленного свинца, и сразу открыл ответный огонь Оскар. Уходя из-под обстрела, Энрике заложил крутой вираж и повернул на соседнюю улицу, ту самую, откуда появились моторные лодки. Вертолет вновь скрылся за домами, но планировка нарезанного на квадраты города не оставляла особых шансов запутать преследователя, а съездов внутрь квартала по пути, как назло, не попадалось, и приходилось нестись по затопленной проезжей части в надежде на чужую нерасторопность и непогоду.

Не сработало. Вертолетчик догадался срезать путь над крышами домов и настиг катер на следующем перекрестке. Он зашел в борт и открыл огонь из авиационной пушки. Энрике бросил лодку в сторону, снаряды взбили воду по ходу движения судна, лишь один угодил в кабину и взорвался. Рухнул на пол оглушенный капитан, заорал поймавший осколок в ногу Оскар, и только Лору от ударной волны и обломков прикрыла аппаратура.

Сильно запахло горелым, катер по инерции проскочил пересечение улиц и покинул зону обстрела, но дальше начал забирать вбок и едва не врезался в угол дома. Спас всех Влад Рогов: в один миг он метнулся к капитанскому мостику, перехватил руль и направил лодку дальше по улице.

Оскар, несмотря на пробитую ногу, остался за турелью и, когда на перекресток выскочил вертолет, прочертил его борт одной непрерывной очередью. Разрывные снаряды прошили легкое бронирование летательного аппарата, тот вильнул, каким-то чудом удержался в воздухе и, оставляя за собой дымный след, скрылся на соседней улице.

– Медика! – крикнула Лора, пытаясь привести в чувство контуженого капитана.

Серовато-бледный Кертис Палм ухватил сумку и поспешил на помощь. Он оттеснил девушку от раненого, присел рядом и принялся вспарывать окровавленную куртку.

– Не мешай! – потребовал медик.

Лора не стала навязываться, достала индивидуальный пакет и принялась накладывать повязку на пробитую ногу спустившегося вниз пулеметчика. Рана, к счастью, оказалась поверхностной.

– Куда ехать?! – рявкнул Влад Рогов. – Говорите, куда ехать! Быстрее!

– Гони! – крикнул в ответ Луис Тонго. – Просто гони отсюда и высматривай любое укрытие! Все смотрите!

Этот приказ никто оспаривать не стал; наемники прекрасно понимали, в какие неприятности они угодили благодаря случайной встрече. Заниматься в таких условиях подъемом драгоценностей – чистое самоубийство. К тому же требовалось оценить полученные катером повреждения. Принявшую на себя основной удар боковую панель вышибло взрывом, лобовое стекло пошло многочисленными трещинами, а большую часть навигационной аппаратуры изрешетили осколки, блок управления сонаром и вовсе курился легким дымком.

– Помогите мне! – потребовал медик.

Патрик и Кристиан ухватили раненого под руки и уложили в проходе меж сидений.

– Что с ним? – забеспокоилась Лора.

– Дышит, – успокоил девушку Кертис, прижимая к груди капитана ватный тампон. – Ранения средней степени тяжести, – пояснил он, резким движением головы откидывая упавшие на лицо дреды. – И еще закрытая черепно-мозговая травма, а это выше моих способностей. Единственное, что могу сказать – ему необходим полный покой.

– Дерьмо! – выругался Луис Тонго. – Покой – это последнее, что мы можем себе позволить!

Иван Доу в этом вопросе был всецело согласен с чернокожим гангстером. Они неслись по затопленному городу, стремясь забиться в нору поглубже, прежде чем начнется облава, и это было плохо само по себе, даже без учета конкурентов и морских тварей.

Торговец оружием вздохнул и перебрался к Эйрин.

– Ты как? – спросил он ирландку.

– Решил проявить заботу? – удивилась девушка. – С чего бы это?

– Нас чуть не взорвали.

– Но не взорвали же! – тряхнула Эйрин хвостом обесцвеченных волос. – Не беспокойся, Иван, я знала, на что шла, когда принимала твое предложение.

Доу кивнул и вернулся на свое место. Если начистоту, о себе он того же сказать не мог.

Впрочем, у него выбора не было.

Катер мчался по городу, нарезанному на неровные прямоугольники кварталов. Иногда приходилось огибать завалы небоскребов, иногда получилось срезать напрямик через дворы. Влад Рогов торопился как можно дальше убраться от места стычки с миротворцами, прежде чем начнется полноценная облава. А в том, что она вскоре начнется, никто не сомневался.

Место раненого Оскара за пулеметом занял ирландец. Он предупреждал всякий раз, когда начинал доноситься гул вертолетных винтов; тогда все замолкали, будто это могло хоть как-то помочь, а Рогов скидывал скорость и прижимал лодку к стенам зданий.

Понемногу сгустился и полностью затянул улицы непроницаемо белый туман. Какое-то время Влад вел лодку практически вслепую, а потом навстречу катеру вдруг выдвинулся мост, точнее, его торчащая из воды каменная балюстрада.

– Что за ерунда? – охнул Влад, сбрасывая скорость.

– Да это же Гранд Централ! – сообразил Луис Тонго. Он прищелкнул пальцами и потребовал: – Посмотри, возможно, получится укрыться внутри!

Аквалангист кивнул и направил судно к широкому фасаду массивного здания, на покалеченном портике которого белели обломки статуй. С огромными арочными окнами удар цунами обошелся столь же бережно – они зияли пустыми проемами. В один из них судно и протиснулось. Тихонько разошлись внутри невысокие волны – весь первый этаж оказался затоплен, сухо было лишь на втором, который находился чуть выше уровня воды. Боковые окна, как и витражи фасада, не перенесли натиска стихии, а вот стены и крыша уцелели, и в качестве укрытия разгромленный вокзал годился ничуть не хуже любого другого здания.

– Остановимся здесь! – решил чернокожий гангстер. – Надо оценить повреждения!

Влад Рогов выключил двигатели, и катер мягко пришвартовался к ограждению второго этажа. Приникшие к бойницам наемники какое-то время сидели без движения, но в разрушенном вокзале царили тишина и спокойствие, а водная гладь понемногу успокоилась и превратилась в зеркало, столь неподвижной она была в закрытом от ветра и течений помещении.

– Помогите вынести его! – попросил Кертис Пальм, склоняясь над раненым капитаном.

– А его можно перемещать? – всполошилась Лора.

– Нельзя оставлять его внутри! Ему нужен покой и свежий воздух! – заявил медик и указал на дымившийся монитор сонара. – Здесь же дышать нечем!

– Иван, помоги, – приказал Луис Тонго.

Сам чернокожий гангстер подхватил автомат и первым выскочил из лодки на второй этаж затопленного вокзала. Вслед за ним из кабины выбрался Влад Рогов. Эйрин покидать катер не стала и заняла позицию у вынесенной попаданием снаряда боковой панели. Ирландец и вовсе забрался за пулеметную установку: пусть кругом и царило спокойствие, все могло измениться в один момент.

Кристиан Липке закинул за спину винтовку и выволок наружу спасательный плотик. Когда он кинул его на пол и открыл баллон со сжатым воздухом, накачивая, гангстер скомандовал:

– Несите!

Бесчувственного капитана переложили на плотик, чернокожий громила заглянул обратно в кабину и попросил:

– Лора, займись приборами. Надо знать, насколько серьезны повреждения.

– Хорошо, – отозвалась девушка, с сомнением глядя на иссеченную осколками аппаратуру.

– Проще выкинуть, – пробурчал Оскар и протянул руку гангстеру, а когда тот подстраховал его, скрипнул зубами от боли и выпрыгнул из катера на второй этаж затопленного вокзала.

С насквозь пропитанной кровью штанины в воду сорвались крупные капли крови, и Луис попросил медика:

– Кертис! Обработай рану!

Пулеметчика уложили рядом с капитаном, медик раскрыл свой чемоданчик и принялся разрезать брючину.

Иван Доу огляделся по сторонам, оценил размеры давшего им приют строения и с облегчением перевел дух:

– Если нас здесь и найдут, то только случайно.

Его помощник перешел к одному из выбитых окон и покачал головой:

– Туман сгущается.

– Отойди от окна! – потребовал Влад Рогов. – На вертолетах наверняка установлены тепловизоры!

Липке вернулся вглубь помещения и сказал:

– Сейчас нас искать не станут.

– Зато днем станут, – нахмурился Луис Тонго.

– И что ты предлагаешь? – прямо спросил торговец оружием.

– Ничего, – передернул гангстер плечами, потер приплюснутый нос и поправился: – Не знаю, надо хорошо все обдумать.

– Это точно, – хмыкнул Иван и перешел к Патрику, который уже выбрался из катера и курил у ограждения этажа, стряхивая пепел на воду. – О чем задумался?

– Часы сперли, – указал ирландец на центр зала, где торчал пустой постамент.

– Часы?

– Вокзальные часы с опаловыми циферблатами, – пояснил рыжий наемник. – Миллионов двадцать по нынешним ценам на антиквариат, если не больше.

– Досадно.

– Наверняка миротворцы вывезли, – присоединился к ним Липке, достал пачку сигарет и взглянул на зеленый потолок. – Лепнины нигде нет. Обычные грабители такой ерундой заниматься бы не стали.

– Если миротворцы, значит, им здесь больше делать нечего, – усмехнулся Иван. – Так?

– Так, – кивнул Патрик и запрокинул голову, разглядывая едва заметные в темноте звезды и знаки Зодиака на потолке вокзала. Несмотря на царившую кругом разруху, Гранд Централ до сих пор поражал своим размахом.

Луис Тонго тоже посмотрел вверх, но с легким оттенком брезгливости. Меньше всего гангстера волновали былое великолепие вокзала и его нынешнее плачевное состояние. Ему хотелось как можно скорее определиться с дальнейшими планами, но для этого требовалось оценить полученные катером повреждения, а помощница капитана продолжала возиться внутри. Да и медик лишь тряс дредами, не в силах ответить, подлежит ли транспортировке его так и не пришедший в сознание пациент.

Это могло стать проблемой, и очень большой.

– Не расслабляйтесь! – предупредил вдруг наемников Влад Рогов. – Неизвестно, кто скрывается внизу!

– Здесь? – скептически поморщился Патрик О’Райли. – Внутри вокзала?

Аквалангист смерил ирландца насмешливым взглядом и улыбнулся.

– Ты забываешь о двух подземных уровнях, сейчас затопленных. Одному только богу известно, какие твари могли завестись в метро.

Рыжий наемник пожал плечами и демонстративно выкинул окурок в воду.

– Ерунда! – фыркнул он и забрался в кабину катера, а некоторое время спустя выбрался обратно с еще одним спасательным плотиком.

– Ерунда, – подтвердил Кристиан Липке, но сигарету в воду кидать не стал, а растер ее по полу подошвой ботинка.

А вот Луис Тонго отнесся к предупреждению аквалангиста всерьез.

– Оружие держите под рукой! – потребовал чернокожий громила. – Пока есть время, перекусим. И…

В этот момент с улицы послышался гул вертолета, и толщу тумана разрезал луч мощного прожектора. Он прошелся по затопленной улице и скрылся из виду.

– Ищут… – протянул медик, отрываясь от повязки, которую накладывал на ногу пулеметчика.

– К вечеру угомонятся, – спокойно заявил Луис Тонго.

– К вечеру? – скривился Рогов. – Мы потеряем здесь целый день?

– Сначала выясним, что с катером, потом решим, как быть дальше, – сказал гангстер.

Терять целый день впустую ему хотелось ничуть не больше, чем аквалангисту. За это время конкуренты успеют выпотрошить хранилище и убраться восвояси, оставив их с носом. Но и отправляться к Башне Трампа прямо сейчас было слишком рискованно. Один раз им повезло удрать от миротворцев, второй раз фортуна запросто может повернуться спиной.

– Надо отправить на место наблюдателей! – объявил гангстер некоторое время спустя. – Связь будем держать по рации.

– Идея не лишена смысла, – кивнул Иван Доу.

В числе прочего загруженного в катер оборудования было две надувные лодки – десятиместная и поменьше, рассчитанная на четверых, обе с погружными водометными двигателями, которые если и не могли считаться полностью бесшумными, то были весьма к этому близки.

– Куда придется плыть? – сразу спросил аквалангист.

– Тебе – никуда, – хмыкнул Луис Тонго. – Ты слишком… ценен для нас.

– Тогда кто? – прищурился Иван. – Или сам за это возьмешься?

– Нет, – покачал головой гангстер, не собираясь по доброй воле идти на подобный риск. – Что насчет Криса и Патрика?

Теперь скептически поморщился торговец оружием.

– Вряд ли есть смысл разбивать сработанные пары, – заявил он.

– Предлагаешь отправить ирландцев?

– Нет, лучше мы с Крисом займемся этим.

– С чего бы это? – насторожился чернокожий громила, заподозрив в невинном на первый взгляд предложении некий скрытый подвох. – Откуда такая самоотверженность?

– Расслабься, – улыбнулся Иван. – Без аквалангиста нам в хранилище не пробраться, да и на моторке болота не пересечь.

Луис пристально уставился на собеседника, потом перевел взгляд на ирландку и кивнул.

– Хорошо, так и сделаем. Отправляйтесь.

– Крис! – обернулся торговец оружием к помощнику. – Готовь лодку!

Липке только вздохнул и позвал за собой ирландца:

– Патрик, пошли, поможешь.

Вдвоем они вытащили из катера тюк с малой лодкой, а Иван оставил свой дробовик и вооружился запасным автоматом. Он начал рассовывать по кармашкам разгрузки магазины с боекомплектом, когда к нему подошла Эйрин.

– Иван, можно тебя на пару слов? – спросила она.

– Давай отойдем, – улыбнулся торговец оружием.

Влад Рогов посмотрел им вслед и нахмурился. Происходящее ему не нравилось, так он гангстеру и заявил.

– Мне это тоже не нравится, – пожал плечами Луис Тонго, – но их потеря не будет критична для реализации плана.

– План отправился псу под хвост! – выругался аквалангист.

– Случайность.

– Случайность?! – фыркнул Влад. – Действительно полагаешь, что мы пересеклись с теми лодками по чистой случайности? В затопленном городе, где на сотни миль вокруг только миротворцы?! Серьезно?

– Ты меня в чем-то обвиняешь? – нахмурился чернокожий громила, расправляя плечи. – Не много на себя берешь?

– Я просто не понимаю, что происходит. Это напрягает, – пошел Влад на попятную и взглянул на торговца оружием, который уединился с ирландкой в дальнем углу: они стояли полуобнявшись и мило улыбались друг другу.

– Личные отношения… – поморщился аквалангист.

– Вредят делу, – согласился гангстер, без особого, впрочем, осуждения. По здравом размышлении он решил, что стремление торговца оружием по каким-то своим причинам рискнуть головой ему только на руку. Особого подспорья в предстоящем деле от Джона Доу ожидать не приходилось, а вот экономия в случае его гибели могла выйти изрядной.

Иван Доу и Эйрин О’Райли стояли друг напротив друга, соприкасаясь руками, и улыбались.

– Иван, какого черта ты затеял? – мило поинтересовалась девушка.

– А что такое? – вопросом на вопрос ответил торговец оружием.

– Ты вызвался добровольцем! – обвиняюще произнесла Эйрин. – И обставил все так, что пошел на такой шаг из-за меня. А мы оба знаем, что это не так!

– Почему это? Ты считаешь меня таким бесчувственным?

– Иван, ты любишь только себя и деньги. И даже не знаю, что больше! – заявила в ответ ирландка. – Вы с Крисом что-то затеяли! Он всегда смотрит на людей, будто хочет выпить кровь, но последнее время такой взгляд появился и у тебя.

– Брось! – рассмеялся торговец оружием.

Но девушка и слушать ничего не стала.

– Попробуешь кинуть нас, оторву яйца! Ты понял?

Иван вздохнул.

– У меня и в мыслях не было кидать тебя и Патрика.

– А остальных?

– И остальных.

– И я должна тебе верить?

– Все, что делается, Эйрин, – подался Иван к ирландке, – направлено исключительно на то, чтобы синдикат не зажал нашу долю. У меня с ними сложные отношения, как тебе известно.

Девушка кивнула, но не преминула напомнить:

– Если ты решишь вдруг начать свою игру…

– Я заранее поставлю тебя в известность об этом, – уверил ее торговец оружием. – А пока присмотри за нашими загорелыми друзьями.

– Крис заразил тебя своей паранойей?

– Есть вероятность, что тот милый парнишка с косичками на голове – дублирующий аквалангист. Просто имей это в виду.

– Я не собираюсь ссориться с синдикатом.

– Надеюсь, и не придется.

– И не уверена, что приму твою сторону, – добавила Эйрин.

Иван покачал головой.

– Не припомню, чтобы ты хоть раз принимала чью-то сторону, кроме собственной.

– Давай просто поднимем ценности и отправимся домой.

– Идеальный вариант, – улыбнулся торговец оружием, отстранился от девушки и направился к помощнику. Пусть разговор и прошел не лучшим образом, он не сомневался, что зерна сомнений упали на благодатную почву. А большего пока и не требовалось.

Резиновую лодку к этому времени уже разложили и накачали, но Луис Тонго посмотрел на часы и предложил не торопить события.

– Отправитесь через час, – решил он. – Только займите место так, чтобы миротворцы не заметили. Держитесь подальше от окон.

– Разберемся, – спокойно кивнул Иван.

А вот Влад Рогов заметно нервничал.

– Не нравится мне это, – прямо заявил он. – Много вертолетов миротворцам в воздух не поднять, но что мешает им использовать обычные беспилотники?

Луис Тонго фыркнул и похлопал себя по камуфляжной куртке.

– Мы специально заказали форму с эффектом рассеивания теплового излучения, – пояснил он аквалангисту. – Шлем с опущенным бронестеклом закрывает голову и лицо. Риск обнаружения есть, но он не так велик, как можно подумать.

– Ну если так… – поморщился Влад и дальше отстаивать свою точку зрения не стал.

А Иван улегся в лодку и попросил гангстера:

– Будь добр, разбуди через час.

Луис недобро глянул на торговца оружия и пообещал:

– Не сомневайся даже, Джон… разбужу.

15

Эль Капитано

Стряхнув с хвоста чертов «Аллигатор» русских, увязший в перестрелке с чужим катером на воздушной подушке, команда Эль Капитано на трех моторных плотах старательно петляла по прилегающим улицам, чтобы сбить со следа возможного преследователя. Покрутившись среди комплекса зданий Рокфеллер-центра и проплыв над затопленным атриумом Музея современного искусства, наемники все-таки выбрались к Трамп-тауэр – цели экспедиции.

Трудно было поверить, что такая массивная и ребристая ступенчатая пирамида, выстроенная с учетом вероятных на Восточном побережье сейсмических толчков, могла быть разрушена ударом морской волны, пусть даже гигантской. Подавляющее большинство манхэттенских небоскребов не только устояли во время Атлантических событий, но даже, как совсем недавно убедился Эль Капитано, сумели сохранить часть стекол. Самое удивительное, что после удара стихии на Башне Трампа сохранились отдельные грушевые деревья, по замыслу архитектора высаженные на ступенях пирамиды после завершения строительства. Однако факт был налицо: как и говорил Папаша Пак, верхняя часть небоскреба была словно криво отбита гигантским молотом. Возможно, в верхнюю часть Трамп-тауэр врезался массивный сухогруз, танкер или крупный военный корабль, унесенный волной цунами с рейда Нью-йоркской бухты. В этом случае, конечно, уже никакая сейсмоустойчивость не могла спасти здание.

– Ты уверен, что апартаменты твоего бывшего босса не пострадали? – хмуро спросил Матвеев у Хадсона. – Смотри, тут же полздания своротило напрочь!

– Ну, не полздания, не надо преувеличивать, – бодро откликнулся мистер секретарь. – Максимум полтора десятка этажей. На месте апартаменты босса, не беспокойся… – Он озабоченно задрал голову, на всякий случай считая сохранившиеся этажи.

Огромные каменные завалы вокруг здания, торчавшие из воды подобно рифам, не давали в него проникнуть. Они высились вокруг стен как неприступные скалы необитаемого острова. Если в здание и врезался сухогруз, то определенно не один, а добрый десяток, причем с разных сторон одновременно. Или как минимум пара авианосцев. В принципе удобнее всего было бы высадиться на разрушенные этажи с вертолета, но Матвеев прекрасно понимал, что воздушное судно, в отличие от малозаметного водного, не имеет совсем никаких шансов безнаказанно добраться до центра закрытой зоны Нью-Йорк. В воздухе нарушителя собьют сразу. Путешествие к Трамп-тауэр на вертолете или гидросамолете стало бы совершенно неоправданным риском без малейшей надежды на успех.

– Такое ощущение, что верхние этажи тупо подрывали мощными направленными зарядами, – проворчал Федор. – Причем во все стороны сразу, чтобы завалить любые возможные подходы к зданию.

– Не исключено, – легко согласился секретарь Хадсон. – Всякие люди тут жили, включая нескольких миллиардеров. Могли и обезопасить милые сердцу безделушки в своих апартаментах после начала Атлантических событий, причем самыми радикальными способами. Тогда всем казалось, что проблемы скоро закончатся, Нью-Йорк вот-вот просохнет и вещи из Башни Трампа можно будет забрать. Но сначала следовало сделать так, чтобы их не забрали другие.

– Никогда не понимал удовольствия – будучи миллиардером, жить в одном из самых поганых городов мира, – Мюрич Макфарлейн сплюнул.

– У нашего старика были вполне комфортабельные апартаменты, – снисходительно пояснил Хадсон. – Если перемещаться по центральным улицам на машине с шофером из дома прямо в офис, в рестораны и на бродвейские шоу, не спускаясь в крысиное метро и не появляясь в бедных кварталах, вполне можно было жить и в Нью-Йорке. Мы ведь не предполагаем, я надеюсь, что миллиардеры и звезды стали бы жить в Квинсе, Гарлеме или, к примеру, Джамейке? Нью-Йорк большой город и в основной массе был удивительной помойкой, но местами – реальным парадизом на земле. Бейонсе, Роберт де Ниро и Джанет Джексон, к примеру, когда-то очень неплохо устроились в этом самом здании.

– Ладно. В любом случае полностью ребята свои богатства обезопасить не смогли, – заметил Матвеев, с грехом пополам высадившись на наклонную бетонную плиту возле самой стены, качнувшуюся у него под ногами, и озабоченно заглянул через узкую трещину между плитой и пустым оконным проемом в полузатопленный обширный зал с эскалаторами на первом этаже. Покачал головой. – Шкуродер! Одно неосторожное движение, и ты засыпан бетонными обломками. Но попытаемся просочиться. Выгружаем оборудование, плоты втаскиваем на плиту. Каждый берет по стволу, желательно такого калибра, чтобы его при всем желании невозможно было засунуть в задницу, а лучше по два, и шагаем наверх. В апартаменты миллиардера, за ключами. Лифты ведь оживить невозможно, я правильно понял? – Эль Капитано посмотрел на Хадсона.

– Невозможно, – согласился тот. – Да даже если бы и было возможно, я на лифте не поехал бы. Слишком велик риск застрять в нем навсегда. Ремонтную бригаду уже не вызовешь. – Секретарь миллиардера посмотрел на Матвеева. – А зачем нам наверху столько народу, да еще и с оружием? Карабкаться придется долго.

– Видишь ли, – снисходительно пояснил Федор, – морские черепахи, крокодилы и другие хищные амфибии предпочитают откладывать яйца на суше или на мелководье. Так что полузатопленное здание посреди залива для них – отличный инкубатор.

Хадсон побледнел и сразу перестал умничать.

– Вот, – удовлетворенно произнес Эль Капитано. – Итак, мистер Хадсон прокладывает дорогу. А мы все следим, чтобы по дороге его нечаянно не сожрали. Всем понятно?

– Я что, тоже с вами иду? – забеспокоился Макфарлейн. – Але, ребят, я на такое счастье не подписывался! Если бы катер не утонул, я бы остался его сторожить. С капитаном Бишопом. Давайте я лучше посторожу плоты!..

– Был бы у нас катер – ты остался бы его сторожить, – рассудительно заметил Матвеев. – Но катера у нас больше нет. Домой хочешь, а дома денег? Пошел наверх, ублюдок!

Повинуясь командам Матвеева, наемники быстро выгрузили оборудование, спасенное из сгоревшего катера, и принялись пропихивать его через «шкуродер» внутрь здания. Затем полезли в здание сами. Первой пошла Бандана как опытный истребитель морских тварей, которых запросто можно было обнаружить внутри. Эль Капитано пошел бы сам, но ему нужно было проследить за тем, чтобы снаружи не осталось никаких следов, которые мог бы обнаружить случайный патруль – если бы наемников застукали внутри здании, сбежать они уже не смогли бы. Метис Тремоло и кореец Пак быстро растянули маскировочную сетку и двумя кусками укрыли все три плота, а третьим – «шкуродер» в стене, через который предварительно пролезли внутрь. Теперь единственный вход в здание невозможно было обнаружить не только с воздуха, но и с воды – если не подплывать совсем вплотную.

Внутри было непроглядно сумеречно и сыро. Холл с эскалаторами не ушел под воду целиком, но мутная вода и бетонные глыбы снаружи заслонили большую часть поверхности окон, почти не пропуская внутрь и без того скудный дневной свет, а искусственное освещение, разумеется, давно не работало за отсутствием электричества. Через узкую трещину между стеной и обрушившимися блоками стенной облицовки наемники сумели спуститься на верхнюю часть одного из неподвижных эскалаторов, торчавшую над водой.

Эль Капитано поднял голову и тут же подобрался, натолкнувшись взглядом на напрягшуюся фигуру Банданы, которая стояла спиной к нему, сжимая в руках автомат Калашникова сто четвертой модели.

– Сглазил, – с досадой проговорила она, снимая оружие с предохранителя.

Эскалатор на дальнем конце холла кишмя кишел тварями, похожими на морских панцирных крокодилов. Там и тут виднелись кладки сероватых яиц, напоминавших страусовые. Завидев людей, твари атлантов начали одна за другой плюхаться в воду и устремляться к замершим у стены наемникам, словно торпеды.

– Бить наверняка, – вполголоса распорядился Матвеев, – патроны беречь. Других нам взять будет неоткуда.

С двух сторон отрывисто захлопали автоматы Касты и Мюрича.

– Отставить! – рыкнул Матвеев. – Сказал же!.. Не стрелять, пока не полезут на сушу!

Мало того, что в воде пули быстро теряли убойную силу, потому что их скорость гасилась в плотной среде, так еще и вести огонь приходилось по неудобным целям, напоминавшим распластавшегося на земле человека. Не зря бывалые люди предпочитают быстренько залечь, заслышав внезапную стрельбу – в такой позиции риск схлопотать пулю минимален.

Над поручнями эскалатора внезапно показалась зеленая голова с огромными выпученными глазами – уродливая пародия на человеческую. Желтые кошачьи зрачки сузились, оценивая обстановку. Затем на поручень легла когтистая кисть руки с перепонками между пальцев, а рядом – ствол «кольт коммандо» CAR-15.

– Ихтиандр! – гаркнул Эль Капитано и выстрелил в направлении крокодильего эскалатора, но двуногий монстр успел убрать голову за бортик. – А вот этих бьем сразу! Не даем высунуться!..

Аквамен все же сумел высунуться и едва не прострелил грудь Касте, пока наемники пытались переварить два противоположных приказа командира – стрелять и не стрелять по штурмовикам атлантов одновременно. Однако люди в любом случае были лучшими стрелками, нежели ихтиандры, начавшие осваивать огнестрельное оружие всего несколько лет назад. Перепончатые лапы и зеленая голова разлетелись вдребезги от множественных пулевых попаданий, «коммандо» упал в воду и камнем ушел на дно.

Привлеченные шумом, в конце зала показались еще два аквамена. У одного был винчестер, у другого – ручной пулемет. Едва ли они охраняли местную крокодилью ферму – просто случились рядом. Где одна атлантическая тварь, там всегда где-то рядом и другая. Наемники кинулись в разные стороны, когда длинная пулеметная очередь разорвала ступени эскалатора у них под ногами.

Эль Капитано залег на бетонном карнизе над эскалатором и открыл огонь по противнику короткими расчетливыми очередями. Огненная строчка по диагонали перечеркнула живот твари с пулеметом, и та мигом выбыла из стрелкового состязания. Высунувшись по пояс из своего укрытия, ихтиандр с помповым винчестером попытался снять Матвеева, но за мгновение до выстрела его достала Бандана, с ловкостью обезьянки вскарабкавшаяся на балюстраду у эскалатора и с громоподобным грохотом бабахнувшая из дробовика. Последний аквамен лишился головы, а вот Эль Капитано свою, напротив, сохранил.

Тем временем самые энергичные крокодилообразные рептилии уже достигли торчавших из воды ступеней эскалатора, на котором укрепились наемники, и полезли наверх. Ребята Матвеева наконец включили мозги и встретили наседавших тварей дружным залпом из всех стволов. Как и предсказывал командир, стрельба в упор оказалась гораздо эффективнее одиночного огня по площадям. Во-первых, нижняя часть головы и брюхо атакующих тварей, старательно карабкавшихся на ступеньки, не были защищены панцирем… ну и, собственно, этого оказалось вполне достаточно, чтобы не искать никакого «во-вторых». Крокодилья плоть разлеталась кровавыми брызгами, и вскоре в акватории первого этажа Башни Трампа не осталось ни одной живой твари, кроме людей. По воде лениво расползалось огромное кровавое пятно.

В противостоянии со свинцовым дождем биологические боевые машины атлантов неизменно проигрывали. Но когда этой агрессивной биомассы было слишком много, а так случалось очень часто, людей не спасал никакой свинцовый дождь. Эль Капитано пару раз был свидетелем такой самоубийственной банзай-атаки, в результате которой штурмовики атлантов, буквально закидав противника собственными трупами, сносили к черту оборонительные ряды людей. Основная проблема тут состояла в том, что атланты никогда не испытывали особой нехватки в живой силе, которой они затапливали чужие огневые точки. Биологическое оружие не стоило им ничего, оно росло само по себе, и росло быстро, поэтому сколько боевых тварей погибло во время атаки, инопланетян не волновало: они всегда могли наплодить новые полчища послушных монстров.

Оскалившись, секретарь Хадсон принялся поливать пулями кладки крокодильих яиц, и делал это до тех пор, пока Матвеев не велел ему прекратить истерику.

– Ладно, – хрипло произнес Эль Капитано, когда последняя морская тварь в холле Трамп-тауэр всплыла кверху брюхом. – Теперь все делаем очень быстро. Если даже нашу канонаду не услышал какой-нибудь патруль, то сюда все равно уже движутся собратья этих акваменов.

Бандана угрюмо кивнула. Подразделения морских тварей были ментально связаны между собой, и если одна группа штурмовиков погибала, к этому месту тут же устремлялись другие, чтобы разобраться, в чем дело, и покарать противника. Угроза повторного нападения атлантов была куда серьезнее, чем встреча с патрулем – Матвеев был уверен, что устроенная ими канонада вряд ли оказалась сильно слышна за пределами здания. Вот если бы дело происходило на пустынных улицах Нью-Йорка, многократно отраженный эхом от стен небоскребов и распространившийся по обширной водной поверхности звук стрельбы непременно услышали бы издалека.

– Команда аквалангистов остается здесь, – распорядился Федор. – Готовьтесь к погружению, готовьте оборудование. Если нагрянут морские гости, попытайтесь их остановить. Не получится – отступайте наверх, по лестницам они ползают плохо. Если заглянет на огонек миротворческий патруль, сдавайтесь ко всем чертям, не изображайте капитана Бишопа. Папаша Пак вас потом вытащит, скорее всего. Только нас не палите, и плоты тоже. В оба смотреть! Остальные с мистером Хадсоном – наверх за ключами…

«Остальными», кроме него самого и мистера Хадсона, оказались метис Тремоло, Мюрич Макфарлейн и голубовласая хакерша Каста.

Подъем вышел утомительным. Несколько нижних этажей Трамп-тауэр занимали отсыревшие офисы, несколько кафе, ресторан и отель, в помещениях которых могли скрываться водные чудовища. Выше пошли богатые апартаменты.

Эль Капитано опасался, что солидную дверь на пожарной лестнице, ведшую на элитные уровни, придется взрывать, и даже припас пару зарядов, однако та оказалась распахнута настежь и даже заклинена. Видимо, в тот момент, когда вал исполинского цунами уже вошел в Нью-йоркскую бухту, отсюда в панике бежали люди. Не факт, что сами миллиардеры и звезды, но в их апартаментах наверняка было полно обслуживающего персонала. Возможно, одним из этих беглецов был и мистер Хадсон. Хотя нет, едва ли кто-то из тех, кто пешком убежал из Трамп-тауэр, сумел пережить удар волны цунами полуторакилометровой высоты. Миллиардер Маттесон, босс Хадсона, не сумел вот, хотя убегал в машине представительского класса с личным шофером.

В любом случае путь в покои бывшего босса Хадсона был открыт, и наемники Папаши Пака спокойно проникли внутрь.

Брошенные апартаменты Маттесона будоражили воображение, однако Матвеев не сказал бы, что они так уж фантастичны, как ему представлялось в Лас-Вегасе. Скажем так: апартаменты миллиардера не превосходили потенциальный домик Эль Капитано в Крыму (или под Ханчжоу) во столько же раз, во сколько банковский счет миллиардера превосходил банковский счет Эль Капитано. Матвеев вполне понимал, конечно, что на каком-то этапе фантазия супербогатого человека, выстраивающего себе комфортную жизнь, неизбежно заканчивается – даже если не упрется в какие-нибудь золотые унитазы или бассейны с прозрачным полом на балконе пентхауса.

Бассейнов у миллиардера Маттесона не было. Да, имелась ванна-джакузи такого размера, что ее можно было перепутать с небольшим прудиком, но и только. Да, гигантская столовая сообщалась с кухней через широкую барную стойку – но у себя в домике Матвеев для понту сделал бы все примерно так же. Да, потолки оказались весьма высокими, да, было много свободного пространства, да, на стенах висели картины, даже издали источавшие аромат подлинности – но вот в общем-то и все. Современная промышленность создала множество дешевых отделочных материалов, на первый взгляд не отличающихся от благородных, а уникальные изыски дорогого дизайна обычно оставляли Федора равнодушным. Возможно, ковровое покрытие в спальне стоило неимоверных денег, но Матвеев не мог различить этого на глазок и, соответственно, совершенно не комплексовал по этому поводу.

Из окна, вероятно, открывался в свое время волшебный вид на Центральный парк и окрестности, но теперь там было огромное озеро – и, хоть этот пейзаж тоже представлялся довольно впечатляющим, Эль Капитано ни за что не заплатил бы за него бешеные деньги, как бывшие здешние обитатели.

Он помнил, что когда-то, еще в прежней жизни, вид на Центральный парк из окна квартиры при прочих равных условиях добавлял к стоимости недвижимости лишние сотни тысяч и даже миллионы долларов – тогда, когда доллар еще чего-то стоил. Чтобы легче было понять современному человеку: вид на Центральный парк стоил лишних сотен тысяч и даже миллионов юаней. Смешно звучит, конечно, в то время как шикарный особняк на берегу Байкала с видом на девственную сибирскую природу стоит всего полмиллиона новых рублей, Матвеев уже приценивался. Теперь элитная недвижимость в затопленном Нью-Йорке не стоит ничего вообще, хоть с видом, хоть без вида.

– Вот тут и обитали небожители, – благоговейно произнес Хадсон, шлепая по липкой зеленой грязи, в которую превратилось ковровое покрытие.

– Мне насрать, – лениво отозвался Эль Капитано, уже понявший, что элитным апартаментам поразить его воображение сегодня не удастся. – Где ключ от ячейки?

– Сейчас. – Хадсон бережно провел ладонью за одной из картин, висевших в холле, перепачкав руку плесенью. – Подлинный Веласкес, между прочим.

– Мне насрать, – снова констатировал Матвеев. – Слишком большой, поврежден сыростью, малотранспортабелен, продать будет сложно. Не интересует.

– А это Дега. Тоже подлинный. А еще где-то должна быть коллекция китайского фарфора и редких монет. Очень ценная…

Эль Капитано не выдержал.

– Ближе к делу! – прорычал он. – Сначала бриллианты, бонусами займемся, если останется время!

Секретарь миллиардера провел рукой за другой картиной и торжествующе воскликнул:

– Ага! Вот ключ.

Он протянул искомое Матвееву. Тот недоверчиво посмотрел на его ладонь: ключ от ячейки хранилища, содержавшей сокровище, мало чем отличался от ключа замка в питерской холостяцкой квартире Эль Капитано. Маленький, серебристый и плоский.

– Ячейка сто пятьдесят четыре, – произнес Хадсон. – Помните? Затопленное хранилище на подземных уровнях Башни Трампа.

– Я помню, – отозвался Федор. – Теперь все вниз.

Когда Матвеев вышел на лестницу, Тремоло беззвучной тенью оказался рядом.

– Капитано, – едва слышно произнес метис, чтобы не услышала Каста, которая уже начала спускаться, – присматривай за корейцем. Я его не знаю, он не наш. Не в курсе, кто его навязал Папаше, но Папаша явно обеспокоен. Велел глаз с него не спускать. Короче, присмотри во время погружения за корейцем, пока я буду наверху. Не давай ему совать нос в камешки, понял?

– Обычная процедура, – пожал плечами Матвеев. – Я не первый раз работаю. Расслабься.

– Нет, не обычная. – Тремоло взъерошил свои короткие волосы. – В общем, слушай меня, Капитано. Тебя в Вегасе выпасала китайская разведка. Плотно выпасала. Понимаешь теперь? Возможно, не конкретно тебя, а вообще всех крутых боевых пловцов, которых Папаша мог нанять на эту работу. У нас явно крыса где-то на самом верху, под боком у босса, которая сливает китайцам важную инфу. И что-то их в нашей экспедиции крайне возбудило. Настолько возбудило, что они, похоже, внедрили в нашу группу своего человека. Это не может быть никто, кроме корейца. В твоей команде я уверен как в себе. В себе уверен, как в твоей команде. – Он фыркнул. – Хадсон и его анонимный заказчик сами заинтересованы в Папаше, были бы связаны с китайцами – работали бы по другому алгоритму, официально, через миротворцев. Не стали бы пачкаться связями с криминалом Вегаса. Девчонка-хакер? Ну, нет…

– Да ты у нас знатный аналитик, – удивленно приподнял бровь Эль Капитано.

– А Папаша не приближает к себе дебилоидов, – безмятежно пояснил Тремоло. – Даже в уличные боевики не берет. Элитный боец Пака должен уметь мыслить быстро, здраво и нестандартно. Многих сбивает с толку, что я слишком большой и слишком похож на Дэнни Трехо, – а значит, такой же тупорылый дуболом. Но по правде сказать, Трехо тоже далеко не идиот. Перекинулся я тут с ним парой ласковых, он нынче пашет бригадиром у Тоси Кудзы, держит своих ребят в кулаке – говорят, до начала актерской карьеры у него был обширный опыт по ограблению магазинов, во всех тюрьмах Техаса успел посидеть по молодости лет…

– А скажи-ка мне, аналитик, почему же вы с Папашей ничего мне не сказали насчет того, что меня выпасает китайская разведка?

– Потому! – отрезал метис.

– А все-таки? – поощрил Матвеев.

– Это что-нибудь изменило бы?

– Лучше бы я знал об этом заранее.

– Тогда бы ты не поехал в Нью-Йорк.

– Нет, пожалуй.

– Это был бы совсем не деловой разговор.

– Понимаю. – Эль Капитано посмотрел вниз. – Где Хадсон? Уже спускается? Я его упустил из виду.

– Да вроде бы. – Тремоло похлопал себя по подсумку. – Вот черт! Фонарик забыл, когда ванную осматривали. Положил на полку под зеркалом… Я мигом!

– Если ты решил забрать подлинного Веласкеса, то забудь, – заявил Матвеев, начав спускаться. – Когда ты вырежешь его из рамы и свернешь в трубку, красочный слой растрескается и станет осыпаться. Мы с ребятами в Орландо уже пытались брать картины – ноль толку.

– Я не мародер, – криво ухмыльнулся метис. – У меня в этой миссии только одна цель – та, которую поставил босс. По мелочам я палиться не собираюсь.

– Тогда забирай свой фонарик и живо вниз. Когда мы с девками будем под водой, надо, чтобы кто-нибудь наверху страховал нас от прорыва тварей.

– О’кей, командир.

В дверях появился секретарь Хадсон. Зыркнул недобро на стоящую на лестнице парочку, неторопливо зашагал вниз. Тремоло задумчиво посмотрел ему вслед, потом сунул два пальца в узкий карман на плече и хлопнул себя по лбу:

– Карамба! Я просто сунул фонарик не в тот карман. Можно идти!

Спустившись в холл здания, где дожидалась команда аквалангистов, Эль Капитано начал натягивать прорезиненный гидрокостюм. В затопленное хранилище Трамп-тауэр, в котором босс Хадсона хранил бриллианты, должны были идти Матвеев со своими девчонками и взломщик сейфов кореец Пак. Помощь Пака была необходима: во-первых, непонятно, как обстояли дела с дверями в само хранилище, а во-вторых, ячейки скорее всего открывались двумя ключами одновременно – хозяйским и хранившимся у охранника. Такая система не позволяла злоумышленнику воспользоваться украденным или потерянным ключом от ячейки. У Матвеева имелся только один ключ – работу второго придется делать взломщику.

Хадсон под воду не пошел, это было договорено еще в Лас-Вегасе: внизу он все равно был без надобности, ибо заранее рассказал все, что знал. Секретарь, метис Тремоло, Мюрич Макфарлейн и хакерша Каста остались наверху – охранять этаж от нежелательных гостей с перепонками.

16

Иван Доу, Влад Рогов

Быстро покинуть убежище на вокзале у команды Ивана Доу не получилось. Окончательно рассвело, туман почти рассеялся, гул вертолетов доносился с пугающей регулярностью. Миротворцы прочесывали город, и покидать Гранд Централ в таких условиях было равносильно выбрасыванию белого флага: квартала не проплывешь – заметят.

Луис Тонго откровенно нервничал, он ходил по второму этажу затопленного вокзала, держась подальше от окон, свирепо посматривал на подельников и хрустел костяшками пальцев. Нервничал не он один; Лора то и дело дергала медика, требуя внимания к раненому. Капитан по-прежнему не пришел в себя, дыхание с хрипом вырвалось из его груди, а на повязках проявились алые пятна крови.

Наконец девушка не выдержала и перехватила гангстера.

– Мы так не договаривались! – заявила она. – Мы должны были доставить вас на место, а потом вернуть на Большую землю. Все должно было занять не больше дня!

– Уймись! – потребовал громила. – Думаешь, мне хочется торчать здесь? Ты так считаешь, да?

– Но Энрике нужна помощь!

– Нужна! – рыкнул чернокожий гангстер. – Но миротворцы просто расстреляют нас, если высунемся наружу! Надо дождаться ночи, без вариантов!

Девушка злобно посмотрела на него и отошла. А Луис вновь выглянул в окно и повысил голос:

– Джон, не пора уже?

Вновь начал сгущаться туман, невысокими белыми волнами он плыл над водой, затягивая погибший город. Его пелена понемногу дотягивалась до окон вокзала и сырой моросью забиралась внутрь.

Кристиан Липке выглянул на улицу и покачал головой:

– Рано.

– Рано? – нахмурился гангстер. – А если конкуренты уже потрошат хранилище?

Помощник торговца оружием только усмехнулся.

– Даже если так, вряд ли они решатся отправиться в обратный путь посреди дня. Перехватим.

– Да ты оптимист! – фыркнул Луис.

– Это плохо?

Гангстер придвинулся к собеседнику, которого превосходил ростом едва ли не на две головы, и спросил:

– Ты понимаешь, что вас ждет, если мы вернемся с пустыми руками? Ты отдаешь себе в этом отчет?

– Для начала надо вернуться, – спокойно парировал Крис.

Впрочем, тянуть с вылазкой он не стал и растолкал шефа уже через полчаса.

– Иван, пора выдвигаться.

Доу встрепенулся, сонно глянул на помощника и поднялся со дна лодки. Дневная дрема особого отдыха не принесла, лишь наполнила голову вязким туманом, точно таким, какой затягивал сейчас улицы Нью-Йорка. Торговец оружием зевнул, отошел к воде и опустился на корточки у края второго этажа. Врассыпную бросилась стая мелких рыбешек, Иван не обратил на них никакого внимания, умылся и махнул рукой:

– Поехали!

Патрик и Влад помогли вытащить надувную лодку на улицу, торговец оружием с помощником забрались в нее и оттолкнулись от стены вокзала.

– Ни пуха! – отсалютовал им на прощание аквалангист.

Иван помахал в ответ рукой, надел шлем и опустил бронестекло. Кристиан Липке включил двигатель, и под его негромкое бормотание лодка заскользила прочь. Туман окутывал людей со всех сторон, через него приходилось прорываться, словно через липкую паутину. И паутина эта укутывала весь город, бесконечные ряды разрушенных зданий с пустыми окнами, грудами обломков, давно потухшими рекламными вывесками и выцветшими плакатами.

А еще – тишина. В мертвом гордое царило полное безмолвие, лишь гудел водометный двигатель да расплескивала воду лодка. Но долго тишина не продлилась.

– Что ты затеял? – спросил Крис. – С чего ты решил сорваться с места? Это ведь все не просто так?

– Не просто, – подтвердил Иван и достал полученный от нечистого на руку агента САБР навигатор.

– Появился сигнал? – догадался Крис.

– Появился.

Помощник хмыкнул и спросил:

– И что это меняет?

Торговец оружием вздохнул.

– Сигнал появился, но почти сразу пропал, – сообщил он. – Что интересно – пропал он за несколько минут до того, как мы наткнулись на те моторные лодки.

– Вот как? – прищурился Липке. – Полагаешь, миротворцы прижали наших конкурентов?

– Полагаю.

– И вряд ли они отправились в Нью-Йорк на надувных лодках, верно?

– Именно.

– Иван, даже если миротворцы пустили на дно их катер, нам-то что с того? Ты ведь не собираешься нырять за блоком?

Торговец оружием только рассмеялся.

– Нет, не собираюсь. Пока не собираюсь. Но добраться до Большой земли на моторных лодках крайне затруднительно. Если наши конкуренты действительно лишились основного средства передвижения, у нас появляется неплохой козырь на переговорах.

– Не будет никаких переговоров, – хмыкнул Кристиан. – Либо мы, либо они. И это же касается синдиката.

– Ты так уверен, что Луису поручили избавиться от нас?

– Возможно, не сейчас. Возможно, только после возвращения.

– Ерунда.

– Один раз ему уже приказали вывезти нас в пустыню, – напомнил Липке. – Что изменилось с тех пор? Блок мы не вернули! Так, может, не стоит идти на убой? Давай выйдем из игры! Если сорвем куш, вполне сможем перебраться в Европу. Альпы не затоплены. Свежий горный воздух, фондю, лыжи. Чем не жизнь, а?

– Не жизнь, – спокойно ответил торговец оружием. – Для меня это не жизнь. Мне нравится эта работа. Я знаю всех, все знают меня. Меня уважают. Гнить в каком-нибудь захолустье, дожидаясь визита посланника синдиката? Крис, это не для меня!

– Адреналиновый наркоман!

– И потом: как отнесутся к этому остальные?

– Эйрин прислушается к тебе. Патрик прислушается к ней. Остальные… от остальных придется избавиться.

– Так дела не делаются.

– Лучше сыграть в ящик, плывя по течению? Синдикату мы не нужны.

– Посмотрим, – вздохнул Иван Доу, протирая бронестекло.

Мелкая морось оседала на одежде, встречный ветер налетал неуютной прохладой. Туман откровенно действовал на нервы.

Туман хорош, когда скрывает твое убежище, а когда ты плывешь через него на утлой лодочке, то в голову невольно закрадывается вопрос: а не скрывается ли в этой молочной белизне кто-то еще? Быть может, совсем рядом скользит страшный монстр, а ты и не узнаешь об этом, пока не станет слишком поздно…

Торговец оружием нервно поежился, откинул щиток и поднес к глазам окуляры тепловизора. Никого и ничего. Но расслабляться не стоило: скользящих под водной гладью хладнокровных тварей в тепловизор не разглядеть.

– Ты уверен, что нам стоит соваться в Башню, а не перехватить конкурентов с товаром? – нарушил молчание Кристиан Липке некоторое время спустя.

– Уверен, – подтвердил Иван Доу.

– Как скажешь, – вздохнул в ответ помощник. – Только время зря потратим, так я тебе скажу.

– Видно будет.

Удар стихии не оставил Башне Трампа ни единого шанса. Под натиском мощной волны небоскреб обломился и торчал теперь жалким огрызком прежнего величия. Пятьдесят восемь этажей стекла и стали превратились в двадцать этажей искривленных балок и растрескавшихся плит перекрытий. Соседнее здание и вовсе снесло подчистую, оно рухнуло, полностью завалив улицу между высотками, и теперь вокруг Башни громоздилась непроходимая груда обломков. Подобраться к ней вплотную и тем более попасть внутрь представлялось на первый взгляд делом совершенно нереальным, даже при наличии альпинистского снаряжения.

Кристиан Липке выключил двигатель, и потерявшая ход лодка закачалась посреди улицы, на удалении от торчавшей из воды арматуры.

– Что скажешь? – спросил он, когда торговец оружием внимательно оглядел в тепловизор соседние дома.

– Чисто, – ответил Иван и достал рацию. – Мы на месте, ищем пункт наблюдения.

Не став дожидаться ответа, он оборвал связь и осмотрелся по сторонам, оценивая масштабы разразившейся катастрофы. По уму стоило привлечь сразу несколько команд, одной контролировать оставшуюся от Башни гору обломков было не под силу.

– Не все так плохо, – не разделил сомнения торговца оружием Кристиан. – Кто бы ни собрался внутрь, они будут искать лучшую точку входа, а значит, сделают полный круг. Мы их заметим.

– Логично, – кивнул Иван, решив оборудовать наблюдательный пункт в угловом здании на другой стороне перекрестка. – А теперь поедем-ка проверим место на Пятой авеню, где включали «Антиатлант»…

Липке завел двигатель и развернул лодку.

Вскоре они обнаружили по левую руку высотное здание, как-то вдруг, неожиданно проявившееся из затянувшего улицу тумана. Все стекла в нем на уровне воды были целыми, кроме одного, высаженного целиком.

– Сбавь ход! – велел Иван. – Не так далеко метка сигнала. Похоже, здесь у наших приятелей случилась стычка с атлантами, и они решили укрыться в небоскребе, протаранив окно. Рисковые ребята!

Кристиан выключил двигатель, и лодка почти бесшумно заскользила по спокойной воде. Иван Доу осмотрел непроглядную белую пелену тумана в тепловизор и не заметил ничего подозрительного. Потом принюхался и спросил:

– Гарью пахнет?

– Не чувствую, – отозвался Липке.

Торговец оружием перегнулся через борт, обнаружил на поверхности воды радужное масляное пятно, вытекающее из разбитого окна, и вновь сверился с навигатором.

– Приплыли, – негромко проговорил он, разглядев полностью выгоревший нижний этаж небоскреба. Насчет причин возгорания сомнений у него не осталось ни малейших – стена здания вся была в пулеметных отметинах. Кажется, тут недавно случилась небольшая война.

– Мы ведь не полезем туда? – с тревогой спросил Кристиан.

– Почему? – удивился Иван.

– Потому что внутри уже гробанулось целое судно! – гаркнул Липке.

– Я должен знать, что случилось с «Антиатлантом», – отрезал Доу. – Может быть, его удастся эвакуировать. Ну, пошел – малый вперед.

Под ворчание Липке лодка аккуратно вошла в пустой оконный проем. Иван сразу узнал знакомую антенну – она торчала из воды, вознесенная над затонувшей палубой на металлической мачте.

– Удача! – обрадовался он. – Кажется, они бросили прибор на затонувшем катере. Теперь остается только… Ах ты ж, черт!

Обнаружив, что антенна драгоценного прибора расколота крупнокалиберной пулей, а основной блок и вовсе находится под водой в рубке затонувшего катера, Доу сразу понял, что попытка поднять и реанимировать замкнувшее устройство станет пустой тратой времени: восстановлению оно не подлежало.

– Ясное дело, – буркнул Крис Липке. – Исправный «Антиатлант» они бы тут не оставили.

– Черт с ним! – рявкнул торговец оружием. – Значит, они заплатят нам за него камешками! Давай выводи нашу посудину отсюда! У меня от этой вони голова разболелась.

Когда они выбрались наружу, Липке задумчиво произнес:

– Стало быть, транспорта у них больше нет…

– Похоже на то, – отозвался Доу. – И это наш козырь.

– Скорее джокер. Непонятно, что из этого получится…

Помощник хотел добавить еще что-то, когда под стеной небоскреба внезапно резко качнулась спокойная до того гладь воды.

Липке до упора выкрутил ручку газа, лодка прыгнула вперед, и стремительно поднявшаяся с глубины кистеперая рыбина пятиметровой длины самую малость промахнулась, чтобы не пропороть резиновый борт встопорщившимся гребнем. Нелепо взмахнув руками, Иван завалился на днище, но сразу перевернулся на живот, выхватил из ящика гранату и через плечо бросил ее в воду.

Фонтан брызг взметнулся, когда лодка уже умчалась прочь. Увязавшаяся за ней гигантская модифицированная латимерия от взрыва не пострадала, вновь растопырив жуткие шипы плавника. Кристиан резко увел лодку в сторону, а Иван схватил вторую гранату и швырнул ее – только на сей раз не назад, а по ходу движения.

– Гони! – крикнул он, цепляясь за страховочную ручку.

Липке до упора увеличил скорость, взяв самую малость правее того места, где упала граната. Взрыв вспенился прямо за моторкой, ее сильно качнуло, но Крис сумел удержать управление и погнал лодку на Коламбус-серкл, рассчитывая при необходимости укрыться внутри одного из выходивших на площадь огромных зданий. Впрочем, не пришлось – оглушенная кистеперая тварь всплыла брюхом кверху.

– Давай обратно к Башне! – распорядился торговец оружием, вынимая из ящика очередную гранату.

Кристиан зло глянул в ответ, но претензий предъявлять не стал и уже знакомой дорогой погнал лодку к Башне Трампа. Там немного покрутился, выискивая заезд во двор приглянувшегося Ивану особняка на другой стороне перекрестка, высадил Доу в одно из окон, сам привязал лодку и забрался следом.

В помещениях сильно пахло плесенью и сыростью. Если со стороны здание казалось просто заброшенным, то изнутри оно выглядело абсолютно мертвым и полуразложившимся. Именно такая мысль проскользнула у Ивана, когда он прошелся по дому, выискивая комнату с лучшим обзором. Будь его воля, он бы поднялся на крышу и расположился на свежем воздухе, но рисковать лишний раз не стоило, и в итоге торговец оружием встал с тепловизором у одного из выходящих на перекресток окон. Крис уселся на поваленный шкаф и распечатал сухой паек.

– Будешь? – спросил он, разламывая галету пополам.

– Давай, – согласился Доу, но только протянул руку, как захрипевшая рация выплюнула:

– Иван, где вы?!

А на заднем фоне – частые-частые хлопки выстрелов…

Когда состояние капитана ухудшилось и Энрике начал метаться в бреду, а его повязки пропитались кровью, медик только и смог, что сделать инъекции обезболивающего.

– Помоги ему! – прямо потребовала Лора. – Хоть как-нибудь!

Кертис раздраженно мотнул головой и заявил:

– Это все, что можно сделать в полевых условиях!

Девушке захотелось ухватить медика за дреды и со всего размаха врезать коленом по лицу, но рядом возвышался Луис Тонго, а чернокожий громила был не из тех, кто оставляет подобные выходки без последствий.

Лора выругалась и отошла к пулеметчику, который с забинтованной ногой курил на краю этажа и стряхивал пепел в воду. Гангстер пристально глянул ей вслед и негромко спросил:

– Насколько все плохо?

– От меня сейчас мало что зависит, – отозвался Кертис Палм.

– Плохо, – поморщился Луис. – От него живого даже больше проблем, чем от мертвого.

– Обычно так и бывает, – бросил проходивший мимо Патрик.

Гангстер резко обернулся, но рыжий ирландец уже отошел и присел рядом с рюкзаком. Покопался внутри, поднял голову и укорил напарницу:

– Зря ты так с фляжкой. Не помешало бы горло промочить.

– Перебьешься, – спокойно ответила Эйрин. – И держись подальше от Влада. Увижу, что пьете, даже руки пачкать не стану, скажу негру.

– Негру… – протянул наемник и с тоской оглянулся на катер, где с комфортом расположился аквалангист. – Это неполиткорректно, дорогуша! Правильно будет…

– Правильно будет не пить на задании, – перебила напарника девушка. – Усек?

– Отстань, – отмахнулся от нее Патрик. – Да не стану я пить, не стану! Успокойся.

Эйрин только фыркнула в ответ.

Рыжий наемник встал и кивнул на Лору и Оскара, разговор между которыми шел на повышенных тонах.

– Похоже на бунт на корабле, – заметил ирландец.

– Капитану стало хуже, – отметила девушка.

– Вернуться на Большую землю с пустыми руками из-за раненого? Не в этой жизни, – покачал головой наемник.

– Не все такие меркантильные, как ты.

– Я не о себе, – усмехнулся Патрик. – Я о нашем боссе. Если понадобится, он всех остальных со спокойной совестью монстрам скормит.

– Надеюсь, до этого не дойдет, – поморщилась Эйрин и вздохнула. – Все, начинается…

Луис Тонго и в самом деле обратил внимание на перебранку Лоры и Оскара. Оставив медика, он решительно зашагал к выяснявшим отношения членам экипажа, но разговор уже закончился. Пулеметчик демонстративно развернулся к воде, девушка выругалась ему в спину и зло глянула на гангстера.

– Мы должны были доставить вас на место и увезти обратно! – заявила она. – О том, чтобы оставаться здесь, уговора не было!

– Да перестань ты! – разозлился Оскар.

Он швырнул окурок за борт и обернулся к девушке. Но она с неописуемым ужасом смотрела уже не на него, а ему за спину.

Услышав позади шумный всплеск, пулеметчик как ужаленный крутанулся на месте и успел увидеть приплюснутую голову морского чудовища, прежде чем длинная шея твари грациозно и молниеносно изогнулась, а зубастая пасть с хрустом сомкнулась на плече Оскара и рванула его в воду.

Луис Тонго сдернул с плеча висевший на ремне автомат, но Лора перекрывала линию стрельбы, и первыми открыли огонь ирландцы. Эйрин уверенным движением вскинула дробовик, грохнул выстрел, болванка FRAG-12 угодила в морского змея, и взрывом из его тела вырвало изрядный кусок плоти. Тварь содрогнулась, но все же перетащила пронзительно голосившего пулеметчика через ограждение. Патрик выпустил по чудовищу длинную очередь, пули прошили мелкую чешую, хищник и жертва рухнули в воду и камнем ушли на дно.

– Оскар! – завопила Лора, подскочив к ограждению и наклонившись над водой.

– Стой, дура! – угрожающе рявкнул гангстер, но было слишком поздно. Из мутной глубины с огромной скоростью выскользнул гарпун, который пробил девушку насквозь – окровавленное острие показалось из спины.

Лора упала на колени, обеими руками ухватившись за торчащий из груди металлический стержень. Через палубное ограждение катера перепрыгнула человекоподобная амфибия, и Луис поспешно утопил спусковой крючок. Длинной очередью морскую тварь отшвырнуло обратно в воду, но на смену ей уже лезли новые – двуногие, зеленые, с перепонками на руках и ногах, уродливыми головами и широкими пастями, полными мелких острых зубов.

Одна из них бросилась прямо на чернокожего гангстера, и тот в панике изрешетил ее, потратив все оставшиеся в магазине патроны. Второго нападавшего Луис встретил выстрелом из кольта. Тяжелая пуля сорок пятого калибра не остановила ихтиандра, но прежде чем монстр успел дотянуться до человека, грохнула еще пара выстрелов. Амфибия пошатнулась, и тогда стрельбу открыл медик. По большей части Кертис выпустил длинную очередь в пространство, но два или три выстрела угодили в уродливую голову аквамена и полностью снесли ему затылок.

Ирландцам пришлось еще хуже – выбравшиеся из воды ихтиандры отрезали их от катера, и всякий случайный промах мог обернуться повреждением судна на воздушной подушке. Первую амфибию Эйрин встретила тычком приклада в морду и сразу отскочила назад, ускользая от замаха когтистой лапы и освобождая линию стрельбы напарнику. Рыжий наемник дважды выстрелил в живот противнику, рассчитывая сбить нападавшего с ног и вывести его из схватки. Угодившие в центр массы автоматные пули повалили ихтиандра на пол; за краткий миг передышки Эйрин отпустила дробовик с осколочно-фугасными боеприпасами болтаться на ремне и выхватила из кобуры пистолет, а Патрик тщательно прицелился и короткой очередью сбил обратно в воду амфибию, заскочившую на балюстраду.

Продолжая пятиться, ирландка перехватила пистолет двумя руками и парой первых же выстрелов прострелила голову бросившейся на нее твари. Патрик выпустил длинную очередь, целясь по ногам, дабы случайно не зацепить катер; одна из амфибий покатилась по полу, другая охромела, и Эйрин немедленно всадила в ее выпуклый лягушачий глаз пистолетную пулю.

И все бы ничего, только последний ихтиандр оказался вооружен подводным ружьем. Непривычно массивное оружие с негромким хлопком извергло короткий стальной гарпун – такой же, каким была поражена Лора. Острие гарпуна угодило в бронежилет ирландки и сбило ее с ног. Прежде чем магазин автомата опустел, Патрик дважды попал в амфибию, но даже с огромной дырой в боку тварь сумела устоять на ногах, занесла над головой разряженное оружие и бросилась на девушку. Вдогонку ей от катера прогрохотала короткая очередь; затылок ихтиандра расплескался водянистой кровью, амфибия рухнула к ногам Эйрин и замерла.

Высунувшийся из пулеметной турели Влад Рогов отложил автомат на крышу, раскрыл ящик с гранатами и принялся раскидывать их во все стороны, глуша подводных тварей. Разлетелись брызгами высокие фонтаны, и до закачавшегося на волнах катера добрались лишь те ихтиандры, что плыли на поверхности. Луис и Кертис быстро пустили их ко дну, изрешетив из автоматов.

– Эйрин! – присел рядом с напарницей Патрик О’Райли. – Ты как?

– Ерунда! – выдохнула девушка. Острие гарпуна соскользнуло с титановой вставки бронежилета и лишь оцарапало кожу.

– Быстрее несите Энрике! – заорал Влад Рогов и кинул в воду еще пару гранат. – Надо убираться отсюда!

– Иди! – подтолкнул Патрик девушку к катеру, а сам кинулся к спасательному плотику, на котором лежал капитан.

На помощь ему бросился медик, а Луис Тонго опустился рядом с Лорой, но та уже была мертва. Задерживаться у пробитого гарпуном тела гангстер не стал, тащить его с собой – тоже. Сентиментальностью он не отличался, к тому же резонно полагал, что возможность сожрать мертвое тело хоть немного, но отвлечет тварей от преследования.

Из мутно-бурой воды вынырнула голова контуженного подводным взрывом ихтиандра. Луис вскинул автомат, выпустил по ней короткую очередь в три патрона и попятился к судну на воздушной подушке, на ходу меняя полупустой магазин на новый.

– Быстрее! – вновь крикнул Рогов, выдергивая чеку из последней гранаты.

Эйрин забралась в кабину и сразу без сил повалилась на сиденье. По ее боку, понемногу пропитывая одежду, текла кровь, но времени на полноценную перевязку не оставалось. Ирландка просто закрыла длинный разрез на коже индивидуальным пакетом, подсунув его под бронежилет. Рана не выглядела серьезной и осложнениями на первый взгляд не грозила.

Патрик и Кертис подтащили к катеру спасательный плотик с капитаном, медик нырнул в кабину и наклонился через леер, готовясь принять раненого. В этот момент у дальней лестницы, что вела на подземные этажи, вдруг забурлила вода. Поднявшаяся высокая волна толкнула качавшееся на баллонах судно, чернокожий парень не удержался на ногах и с воплем рухнул между ограждением этажа и бортом.

Спас медика ирландец. Наемник ухватил его за страховочную петлю бронежилета и выволок наверх, прежде чем лодка качнулась обратно и едва не раздавила человека своим весом. Вода в дальнем конце вокзала бурлила все сильнее, всюду расходились мощные волны, и едва Луис Тонго затащил в катер бесчувственного капитана, катер оттолкнуло от ограждения второго этажа.

– Быстрее! – поторопил наемников аквалангист, и теперь в его голосе прорезался страх.

С затопленных этажей рвалось на поверхность нечто невообразимо огромное, поэтому Влад Рогов без колебаний оставил пулемет и спустился в кабину. Но едва он уселся на капитанское место и завел двигатели, то сразу понял, что вывести судно из затопленного здания будет совсем не так просто, как получилось заплыть внутрь. Высокие волны расходились по акватории вокзала и раскачивали катер, а проемы оконных арок были далеко не столь широки, чтобы рулевой мог позволить себе ошибку или даже простую небрежность.

В толще воды замелькали быстрые тени, и внезапно над водой взметнулись щупальца скрывавшегося на дне гигантского спрута. Судя по размеру конечностей, усеянных блюдцами присосок, их обладатель запросто мог утопить не только судно на воздушной подушке, но и ракетный катер.

– Патрик, за пулемет! – приказал Рогов, принимая командование на себя, а сам выбрался из капитанского кресла и принялся перебирать многочисленные банки, выставленные у одного из бортов. – Кто-нибудь, держите лодку!

Медик неожиданно ловко перехватил руль, но больше всех русского удивил чернокожий гангстер: громила сграбастал трубу реактивного огнемета и вытащил ее на крышу кабины. В борт ударила новая волна, Луис не без труда удержался на ногах, пристроил огнемет на плече и выстрелил по рвавшемуся с подземного этажа вокзала монстру. Заряд пронесся через все помещение, ушел под воду и рванул там, словно артиллерийский снаряд.

Щупальца оглушенного взрывом гиганта безвольно закачались на воде. Гангстер поспешно спустился обратно в кабину, в тот же миг катер резко качнуло и швырнуло на стену, но медик сумел справиться с управлением и отвел судно в сторону. Пользуясь моментом, Патрик устроился за крупнокалиберным пулеметом и принялся расстреливать обездвиженного монстра. Разрывные боеприпасы легко пронзали податливую плоть, во все стороны летели ошметки органики.

Влад Рогов наконец отыскал нужную банку, кинул ее в распахнутую дверь и вернулся за руль.

– Дай мне! – вытолкнул он с капитанского места медика и вызвал по рации торговца оружием: – Иван, вы где?! – Выслушал ответ и принялся разворачивать катер носом к проемам оконных арок.

– Что это было? – спросил Луис, понемногу приходя в себя. – Что ты выкинул?

– Понятия не имею, что это было, но синильная кислота ему точно по вкусу не придется, – ответил Рогов, ожидая, когда волнение наконец уляжется и появится возможность выплыть наружу без риска повредить резиновую юбку воздушной подушки.

– Дьявол! – выругался вдруг ирландец. – Ты перекрыл турбинами линию обстрела!

– Неважно! – спокойно ответил аквалангист, дождался промежутка между волнами и направил лодку вперед, в арку, на улицу. К спасению.

Волна все же ударила вдогонку, и корму катера ощутимо занесло, но к этому времени судно уже прошло через арку, и резиновая юбка лишь шаркнула по стене. Влад прибавил ходу, судно понеслось прочь от затопленного вокзала и очень скоро затерялось в накрывшей город туманной пелене.

Торговцу оружием с помощником пришлось заранее покинуть свое новое убежище, чтобы встретить катер, иначе Влад еще долго искал бы в тумане неприметный заезд внутрь квартала. Разглядев силуэт судна на воздушной подушке, Иван посветил фонариком, дождался ответного сигнала и велел сидевшему за мотором помощнику понемногу сдавать назад, указывая путь. Катер с трудом вписался в зазор между двумя зданиями и двинулся следом. Когда его пришвартовали к выбранному под наблюдательный пункт дому, ирландец и медик затащили в окно капитана, а Луис и Влад остались укрывать судно одноразовой маскировочной пленкой.

– А где Эйрин? – удивился торговец оружием, который из короткого сеанса связи знал о легком ранении ирландки.

– Черт! – выругался Патрик, вернулся к судну, заглянул в кабину и крикнул: – Эйрин!

Девушка не отозвалась, тогда наемник перескочил на лодку и потряс ее. Никакой реакции.

– Кертис, быстро сюда! – рявкнул рыжий.

Медик оставил капитана и прибежал на крик. Осмотрел бледную кожу Эйрин, оттянул одно веко, другое и вынес вердикт:

– Отравление.

– Так сделай что-нибудь, черт тебя дери! – вспылил ирландец. – Оскара ты откачал!

– Я понятия не имею, какой яд был применен, – предупредил медик, делая один укол за другим. – С Оскаром был конкретный антидот, а тут – откуда мне знать, какое лекарство использовать? Надо делать анализ крови, но здесь нет нужной аппаратуры. Поставить диагноз реально только на Большой земле!

– Без вариантов, – пробурчал чернокожий гангстер. – Мы не станем возвращаться с пустыми руками из-за девчонки.

– Что ты сказал?! – вскинулся Патрик.

– Без обид, – хмыкнул громила. – Ни ради девчонки, ни ради меня, ни ради кого бы то ни было еще. Или ты хочешь подписать себе смертный приговор?

– Дьявол! – выругался ирландец и одернул медика: – Эй, ты что делаешь?

– Вколол антигистаминное и универсальный антидот, – сообщил Кертис, нервно откинул с лица дреды и достал очередной шприц. – Попытаюсь нейтрализовать и вывести из организма токсины, но полной гарантии дать не могу.

– Сколько у нее осталось времени? – спросил тогда Иван Доу.

– Час, два часа, день… Откуда мне знать?! – вспылил медик.

– Но чем раньше мы доставим ее в больницу, тем лучше – так?

– Доу! – рыкнул гангстер. – Ты не слышал меня?

Торговец оружием обернулся к чернокожему громиле и спокойно заявил:

– Просто предлагаю заняться делом.

– После того фейерверка, что мы устроили в Гранд Централе? Серьезно?!

– Хватит собачиться! – неожиданно резко оборвал перепалку Кертис Палм. – Надо перенести ее в дом.

Лицо девушки понемногу порозовело, но в сознание она не пришла, кожа осталась сухой и холодной, а губы приобрели блекло-синий оттенок. Ирландку вытащили из кабины и уложили рядом с капитаном. Медик сделал тому дополнительный укол обезболивающего, но Энрике так и продолжил метаться в бреду. Полученные им ранения оказались серьезней, чем показалось первоначально.

– И что теперь? – спросил Иван Доу, прислонясь плечом к заплесневелой стене. Правой рукой он поглаживал пряжку ремня, нервные пальцы подрагивали совсем рядом с расстегнутой кобурой.

– Для начала – сохранять спокойствие! – отрезал гангстер. – Мы у цели, но соваться сейчас на улицу нельзя – стрельба могла привлечь внимание миротворцев.

– Мы не можем просто сидеть здесь и ждать, пока она умрет! – взорвался ирландец.

– Кризис миновал, – успокоил его медик. – Время в запасе есть.

– К черту вас! – выругался Патрик. – Давайте голосовать! Я за то, чтобы выдвигаться прямо сейчас!

– С каких это пор у нас тут демократия? – прищурился Луис Тонго.

– Поддерживаю! – сказал торговец оружием. – Мы и так потеряли слишком много времени.

– Согласен, – неожиданно присоединился к бунтарям Влад Рогов. – Неизвестно, сколько времени займет погружение, а ночью под водой делать нечего.

Гангстер переглянулся с медиком, посмотрел на хранившего молчание Липке и вскинул руку:

– Отлично! Но катер останется здесь, и кто-то должен присматривать за ним и ранеными. И этим кем-то будешь не ты, – указал он на ирландца, – и не ты! – предупредил громила торговца оружием. – Это не обсуждается. Не хочу вернуться и не обнаружить катера на месте.

– Так понимаю, оставаться мне? – усмехнулся Кристиан Липке.

– Именно! – подтвердил Луис.

– А почему не Кертису? – указал Иван на медика.

– А кто остановит кровотечение, если тебе оттяпает ногу какой-нибудь монстр? – недобро усмехнулся в ответ гангстер.

– Все верно, – поддержал громилу Липке. – Так будет лучше.

Без особо интереса наблюдавший за перепалкой аквалангист вздохнул и спросил:

– Где будем погружаться?

Гангстер подозвал его к окну и указал на едва различимый в тумане силуэт Башни Трампа, точнее – оставшегося от нее огрызка.

– Там.

– И что искать?

– Проход внутрь. Если не получится проникнуть с улицы, попробуем зайти через канализацию. Вопросы?

– Нет вопросов, – качнул головой Рогов. – Мне понадобится время проверить снаряжение.

– Приступай.

Аквалангист ушел на катер, недобро косящиеся друг на друга ирландец с гангстером отправились следом, выволокли наружу свернутую десятиместную лодку и принялись готовить ее к плаванию.

Иван Доу вопросительно взглянул на медика.

– Сделаю что в моих силах, – пообещал Кертис Палм, опускаясь на колени рядом с ранеными, и по его тону торговец оружием понял, что на многое рассчитывать не приходится.

Это его расстроило. Эйрин ему действительно нравилась.

К Башне Трампа наемники выдвинулись на десятиместной надувной лодке, прихватив с собой все четыре комплекта для подводного плавания. Пусть первое погружение Владу Рогову и предстояло совершить в одиночестве, но в случае, если получится отыскать проход внутрь, остальные планировали присоединиться к нему.

Четыре гидрокостюма, маски, ласты, аппараты с замкнутым циклом дыхания, дайверские ножи и фонари, китайские автоматы для подводной стрельбы и одно гарпунное ружье. Плюс водонепроницаемый бокс для обычного оружия, одежды, обуви и боеприпасов. Полный набор.

Когда, поплутав по кварталу, лодка вывернула на улицу и, понемногу теряя ход, выплыла на перекресток, Иван Доу поднял взгляд и заметил в одном из окон Кристиана Липке. И хоть туман вскоре разделил их непроглядной пеленой, интегрированный с тепловизором прицел позволял марксману при необходимости простреливать и перекресток, и значительную часть соседних улиц.

Вскоре начали попадаться торчащие из воды железные балки и бетонные плиты. Ирландец направил лодку подальше от горы обломков и выключил двигатель.

– Приплыли.

Влад Рогов нацепил на лицо маску, всунул в рот загубник и привычным движением перевалился за борт. Вода мягко толкнулась в спину и тут же раскинулась со всех сторон своим безбрежным царством. Аквалангист быстро осмотрелся, благо внизу оказалось на удивление светло и даже не пришлось включать фонарь, убедился в отсутствии опасности и, размеренно работая ластами, ушел на дно. Автомат из рук он при этом не выпускал – «гости» могли появиться в любой момент. Твари или конкуренты – неважно.

Глубина вокруг Башни оказалась невелика, дома ушли под воду на два или три этажа, и все же опуститься на самое дно не получилось – затопленные дороги и тротуар покрывали настоящие завалы обломков, разлетевшихся всюду при обрушении небоскребов. Стараясь держаться на удалении от них, Влад поплыл к Башне Трампа, но очень скоро путь ему перегородил настоящий лес перекрученных балок и поломанных плит. Аквалангист начал забирать левее, но сколько ни пытался приблизиться к высотке, нисколько в этом не преуспел. Под водой обрушенное здание оказалось даже неприступней, нежели наверху. Надежда оставалась лишь на подземные коммуникации.

Влад Рогов прекрасно понимал, что наемников это обстоятельство нисколько не порадует, но делать было нечего, и он отправился в обратный путь. Аквалангист уже поднимался к продолговатому силуэту днища надувной лодки, когда в воду вдруг рухнуло массивное тело, и во все стороны от него разошлась бурая муть крови. На миг Влад даже перестал работать ластами, а потом из лодки вывалился еще один человек. Не предпринимая никаких попыток спастись, бедолага стал медленно погружаться на дно, и волосы вокруг него развевались змеиными отростками медузы Горгоны.

Влад перехватил автомат и резко подался в сторону. Стоит ли ему подниматься на поверхность, он не знал…

Когда аквалангист ушел под воду, в лодке воцарилось молчание. Иван Доу положил дробовик на колени и принялся набивать магазины патронами с картечью. Рыжий ирландец время от времени включал двигатель, чтобы лодку не сносило с места погружения, и напряженно поглядывал на часы. Вынужденное ожидание выводило его из себя. Шансы спасти Эйрин таяли с каждой потраченной впустую минутой, но возвращение с пустыми руками и вовсе ставило на ее излечении большой жирный крест – все отложенные на черный день средства были потрачены на Кевина. К тому же не стоило забывать о синдикате…

Остальные нервничали ничуть не меньше, хотя и по совсем иной причине. Всех беспокоило возможное появление миротворцев. Погром в Гранд Централе вышел знатный, да и утром они наследили сверх всякой меры. Поиски наглецов, причастных к обстрелу вертолета, армейцы вот так сразу не бросят.

Нервы у наемников были натянуты до предела, и когда раздался хрип рации, вздрогнул не только сидевший к ней ближе других ирландец, но и все остальные.

– Умерли! – послышался из переговорного устройства голос Кристиана Липке. – Они умерли!

– Кто? – оторопело спросил Патрик. – О ком ты говоришь?

– Эйрин и капитан! – сообщил помощник торговца оружием. – Оба мертвы!

– Какого черта?! – зарычал наемник, бросил тангенту и вскочил на ноги, качнув своим весом лодку.

Навстречу ему поднялся гангстер.

– Остынь! – потребовал он.

– С дороги! – рявкнул Патрик и, сверкнув глазами, уставился на медика. – Что ты вколол им? Что ты вколол им, сволочь?!

– Ничего! – попытался оправдываться Кевин, но без особого успеха. Наемник ему не поверил.

– Очень удобная смерть! – оскалился ирландец. – Чрезвычайно удобная!

– Успокойся! Мы во всем разберемся! – попробовал урезонить наемника Луис Тонго.

Патрик в ярости толкнул его, чернокожий громила едва не упал, ему даже пришлось отступить, дабы удержать равновесие, а когда он выпрямился, в его руке невесть откуда возник пистолет. Все произошло столь быстро, что рыжий наемник не успел ничего предпринять, он просто стоял и хлопал глазами от удивления.

– Замри! – приказал Луис, нацелив ствол на возмутителя спокойствия. – А теперь медленно – медленно, я сказал! – расстегни кобуру…

Голова гангстера вдруг мотнулась, и тело безжизненным кулем повалилось за борт. В следующий миг от соседнего дома долетел хлопок выстрела, и сразу взвился с места медик. Он начал вскидывать автомат, и Доу без колебаний утопил спусковой крючок лежавшего на коленях дробовика. Направленный на чернокожего парня ствол плюнул огнем, массивная болванка осколочно-фугасного боеприпаса угодила в бронежилет и хоть и не взорвалась, но одной только силой удара отбила медику внутренности. Кертис кувыркнулся в воду и моментально пошел ко дну под тяжестью навьюченного на него снаряжения.

– Вот черт! – выругался Патрик О’Райли.

Вновь ожила рация.

– У вас все в порядке? – спросил Кристиан Липке.

Торговец оружием перебрался к передатчику, поднял тангенту и ответил:

– Да.

– Сейчас буду, – предупредил его помощник и прервал связь.

– Дьявол! – не выдержал ирландец. – Дьявол! Дьявол!..

– Никто не узнает, что тут произошло, – уверил его Иван Доу, немного подумал и поправился: – Никто не должен узнать, что тут произошло.

С этим утверждением Патрик спорить не стал, лишь указал на воду.

– А как быть с Владом? Он хороший парень, но…

– Он хороший парень, – вздохнул торговец оружием, – и к тому же единственный из нас разбирается в подводном плавание. Он нам нужен.

В этот момент из воды показалась голова аквалангиста, рыжий наемник кинул:

– Нужен, – и опустил автомат.

Когда над Иваном сомкнулась вода, ему вдруг стало до жути не по себе. Он никогда не питал пристрастия к погружениям, и теперь, впервые оказавшись в незнакомой стихии, откровенно растерялся. Сердце и вовсе зашлось в лихорадочном стуке – за последние годы понятия «подводное плавание» и «смертельная опасность» прочно сплелись в его сознании одно с другим.

Риск и в самом деле был чрезвычайно высок, именно поэтому так лихорадочно спешил Влад Рогов. Если кровь привлечет атлантов, автоматы не помогут отразить нападение. Даже слаженной команде боевых пловцов совсем непросто справиться с десятком тварей в их родной стихии, что уж говорить о плывших за ним новичках?

Оставалось лишь надеяться, что они достаточно удалились от Башни Трампа, а все кровожадные создания, наоборот, сплывутся как раз туда. И он даже какое-то время надеялся на это, а потом в свете фонаря мелькнул хищный силуэт немалых размеров рыбины.

Заранее оговоренным жестом отдав приказ готовиться к нападению, аквалангист ушел на дно и принялся разгребать нанесенный на асфальт ил в поисках канализационного люка. Спина холодела от ожидания смертельного удара, но ни отвлечься, ни передоверить свою работу кому-либо другому Влад не мог. Чем быстрее они спустятся в канализацию, тем больше будут их шансы выбраться из этой передряги живыми.

Кристиан Липке чувствовал себя под водой уверенней других, сказывалась армейская подготовка, и устремившуюся к ним рыбину первым заметил именно он. Автомат задергался в его руках, повалили пузыри, длинные пули словно миниатюрные торпеды устремились к цели, но подводный хищник ловко изогнул тело, уходя в сторону. Впрочем, маневр не помог – ирландец лишь с секундным запозданием подключился к стрельбе и неожиданно даже для себя самого поразил цель сразу два или три раза подряд.

Рыбина вздрогнула и медленно опустилась на дно – вероятно, одна из пуль пробила плавательный пузырь. Но вокруг уже нарезали круги новые твари. Они не приближались, будто чего-то ждали, и от их беспрестанного движения у Ивана закружилась голова.

Будь такая возможность, торговец оружием заорал бы в голос, поторапливая Влада, но возможности не было, поэтому он лишь сильнее стиснул подводное ружье и пытался удержаться на одном месте, не отплыть случайно в сторону и не превратиться в легкую добычу.

Влад уже отыскал люк канализации и подцепил его ломиком, когда из водной мути вынырнула покрытая костяными наростами акула. Огромная тварь, стремительно набирая скорость, устремилась в их сторону, создания поменьше бросились врассыпную, а Рогов ухватил запаниковавшего торговца оружием за плечи и пропихнул его в туннель. Остальные пловцы нырнули без всяких понуканий, и русский остался с подводным хищником один на один. Влад не стал хвататься за автомат и стрелять, а поступил единственно разумным образом: ухватился руками за края люка и одним движением втолкнул себя в его черный провал.

В тот же миг над головой промелькнула тень, вода упруго толкнула в спину, но Рогов подавил желание броситься наутек, всплыл под потолок туннеля и вернул массивный люк на место, перекрыв путь преследователям.

Оказавшись в безопасности, Влад осветил, насколько хватило мощности фонаря, затопленные коммуникации и постарался успокоить дыхание. Затем он собрал остальных, поручил водонепроницаемый бокс с оружием и боеприпасами Доу и Липке, ирландца поставил замыкающим, а сам поплыл во главе группы. Время от времени аквалангисту приходилось останавливаться и дожидаться остальных, и в одну из таких остановок, посветив назад, он не поверил собственным глазам. Из клубившейся в туннеле мути медленно выскользнуло покрытое щитками костяных наростов чудовище с вытянутой пастью, полной острых зубов.

Монстр плыл бесшумно, никто из отставших пловцов не замечал опасности, и когда Влад перехватил автомат, они откровенно растерялись. Рогов яростно махнул рукой, ирландец послушно ушел ко дну, а Кристиан ухватил торговца оружием за шкирку и, бешено работая ластами, потянул за собой.

Аквалангист открыл огонь; автомат задергался в его руках, длинные пули, оставляя за собой струи пузырьков, устремились к цели. Патрик О’Райли присоединился к стрельбе, но подводное чудовище лишь трясло головой, не собираясь отставать. Попадания не причиняли крокодилу видимого ущерба.

Накатила паника. Влад развернулся и бросился вслед за удиравшими Доу и Липке. Ирландец неожиданно для себя оказался с монстром один на один и рванул следом, но преследовавшая пловцов тварь стремительным броском оказалась рядом. Мощные челюсти сомкнулись на ноге наемника, в самый последний момент тому удалось отпрянуть, и острые зубы монстра отхватили лишь половину ласты.

Извернувшись, Патрик расстрелял остававшиеся в магазине патроны по выпуклым глазам рептилии, прикрытым лишь толстой прозрачной пленкой. Одно из попаданий пришлось точно в цель, хищник вздрогнул и бестолково задергал мощными лапами – по всей видимости, одна из пуль вошла внутрь черепа и повредила мозг.

Выяснять, насколько серьезно нанесенное им ранение, ирландец не стал и рванул прочь. Метров через десять он наткнулся на Рогова, который возвращался с подводным ружьем и, не останавливаясь, проплыл мимо. Аквалангист развернулся и устремился следом. В скором времени они настигли торговца оружием и его помощника, и уже все вместе свернули в ответвление, перегороженное запертой дверью.

Пытаться отпереть замок Влад не стал. Он прикрепил к замку магнитную мину, выставил таймер и вместе с остальными вернулся в туннель. Прокатился по воде отголосок взрыва, дверь не выдержала динамического удара и распахнулась настежь, позволив пловцам проникнуть в подвал здания. Узкий проход привел их на затопленную подземную парковку, где во мраке просторного помещения замерли утонувшие автомобили. Машины могли послужить укрытием для подводных хищников, и лучи фонарей лихорадочно заметались из стороны в сторону, пронзая яркими полосами толщу мутной воды.

Приступ неуверенности вскоре утих и сменился привычной настороженностью; команда пловцов, усиленно работая ластами, направились через просторное помещение к лестнице у противоположной стены. Внутренние помещения башни при ударе цунами практически не пострадали, лишь змеились по стенам зловещего вида трещины. Уже через пару минут Влад Рогов вынырнул из воды на полузатопленном лестничном пролете, выплюнул загубник и с наслаждением вдохнул свежий воздух.

Но облегчение не продлилось долго – на площадке выше замерло тело изрешеченного пулями еще одного панцирного крокодила…

17

Эль Капитано

Едва облачившиеся в акваланги пловцы из команды Эль Капитано в сопровождении взломщика Пака прямо из полузатопленного холла ушли на глубину, в холле воцарилась тишина. Разговаривать оставшимся наверху наемникам было не о чем – все трое были абсолютно разными малознакомыми людьми, не имевшими практически никаких точек пересечения.

Послонявшись с автоматом Калашникова наперевес вдоль дальней стены, под которой некогда были обширные кладки крокодильих яиц, а теперь остались только расколотая скорлупа и лужи мутной зеленой слизи, Хадсон снова направился к пожарной лестнице.

– Куда тебя понесло вдруг? – безразлично осведомился Тремоло, продолжая бездумно глядеть на едва заметно колышущуюся воду посреди зала.

– Живот прихватило, – пояснил секретарь.

– Гадь тут, – разрешил метис. – Все свои.

– Я не животное, – отрезал Хадсон. – Господи, как скрутило-то! Что за хрень я сожрал в самолете?! Кажется, застряну надолго… – Он посмотрел на уходящую ввысь лестницу. – Поднимусь-ка лучше на пару этажей, чтобы не устраивать вам тут газовую камеру…

– Охота тебе таскаться вверх-вниз, – неодобрительно заметил Тремоло, не сводя взгляда с поверхности воды. – Ноги небось не казенные…

Хадсон начал неторопливо подниматься, однако, скрывшись из глаз оставшихся за лестничным пролетом наемников, бросился наверх со всех ног, перепрыгивая через три ступеньки. Пара этажей уже давно осталась далеко позади, однако он продолжал лететь вперед, побагровев от натуги, и остановился, чтобы отдышаться, только на уровне, на котором они сегодня уже побывали. Задыхаясь, широким шагом миновал лобби апартаментов миллиардера, пересек гостиную и толкнул неприметную дверь в крошечную комнатку, плотно заставленную серверными шкафами. Приставив автомат к стене, чтобы не мешался, нырнул внутрь.

На стене висел простенький пульт с большими кнопками, ничем не отличавшийся от банального пульта для кран-балки или другого простейшего механического оборудования. Хадсон нажал черную кнопку, но автономный источник резервного питания оказался мертв.

Бывший секретарь на мгновение озадачился, но ничуть не расстроился и принялся потрошить электронные шкафы, выдергивая из них жесткие диски. Потом вытащил из-за пазухи небольшой нетбук и принялся с помощью переходника и шлейфа поочередно подключать диски к нему, запускать поисковую программу и с раздражением отбрасывать ненужный носитель данных в сторону, словно пустую жестянку.

– Йес! – яростно шепнул Хадсон, резко согнув руку в локте, когда наконец отыскал необходимый, и принялся торопливо колотить по клавишам. На монитор вывалились шрифтовые панели программы Bat; тогда секретарь воткнул в свободный разъем нетбука флэш-карту и начал скачивать данные, наблюдая за бегущими по монитору строчками расширенными от возбуждения глазами.

Негромкий щелчок пистолетного предохранителя над ухом заставил его мгновенно прийти в себя.

– А что это ты качаешь, приятель? – ласково поинтересовался метис Тремоло, который неслышно поднялся наверх вслед за Хадсоном. – Порнуху небось?

– Снимки моей дочки, – с надрывом произнес застигнутый врасплох Хадсон, едва совладав с голосом. – Это все, что у меня осталось от нее после Атлантических событий…

– Какая трагедия, – холодно посочувствовал Тремоло, держа за цевье автомат Хадсона, так неосторожно оставленный у двери. – Похожа на тебя? Дашь посмотреть?..

Повисла тяжелая пауза, прерываемая лишь едва слышным покрякиванием нетбука.

– Мне бы не хотелось, – проронил наконец Хадсон.

– Не сомневаюсь, – флегматично отозвался Тремоло. – Мне бы на твоем месте тоже не хотелось бы. Хорошо, что я не на твоем месте, верно?

– Сдохни!.. – обреченно выдохнул Хадсон.

– Непременно, – невозмутимо согласился метис. – Этого никто пока не избежал. Еще каких-нибудь пятьдесят лет – и непременно. А теперь я на всякий случай повторю свой вопрос. – Забросив чужой автомат за спину, он оттянул затворную раму пистолета, и та с лязгом встала на место, дослав патрон в патронник. – Что ты качаешь?

Хадсон угрюмо молчал.

– Хорошо, – покладисто согласился Тремоло. – Давай я сам отвечу. – Одним движением сбросив руки секретаря с клавиатуры, он развернул нетбук монитором к себе. – Да, примерно так я и думал. Ты ведь в курсе, что мистер Маттесон финансировал исследования по управлению поведением морских животных, верно? Для Пентагона в том числе. Очень перспективное направление военной мысли. Дельфины, транспортирующие мину прямо под брюхо вражеского крейсера или калечащие вражеских пловцов-диверсантов лезвиями штыков, укрепленных на шлемах. Кашалоты, способные нырнуть на пару километров и нанести маркер высокоточного торпедного наведения на подводную лодку, скрывающуюся на глубине, просто потершись о ее обшивку. Осьминоги, доставляющие прячущимся под водой боевым пловцам оружие и снаряжение. Сейчас это, конечно, никому уже не нужно, потому что властелинами океана являются атланты. Но если научиться перехватывать управление над морскими тварями, – принципы зоопсихологии-то и методы дрессировки примерно одинаковы, – можно много чего наворотить.

Метис в упор посмотрел на Хадсона. Тот угрюмо молчал.

– Скажем, можно начать воевать с инопланетянами на равных и потеснить их по всем фронтам, – продолжал Тремоло. – Побить их, так сказать, их же оружием. Это заманчиво, но особых денег не сулит. Можно, наоборот, продолжать направлять ярость морских тварей против людей – только теперь твари будут слушаться не атлантов, а тебя, и это можно будет неплохо монетизировать. За такие технологии заплатят куда больше, чем за чемоданчик с бриллиантами, если он вообще существует. Хорошо, что Маттесон не успел передать результаты исследований военным. Ты ведь на самом деле за этой информацией сюда ехал, а не за бриллиантами, верно?

Хадсон молчал.

– Нет, думаю все же, бриллианты существуют, – продолжил размышлять вслух Тремоло. – Они действительно там, в подвале, в хранилище. Ты собирался кинуть их нам, как кость, чтобы отвлечь внимание от главного – от куда более ценного товара. Полагаю, у тебя здесь подробные отчеты об исследованиях? Вон, смотри, даже с фотографиями и графиками! Если бы мне с самого начала не было велено босом внимательно присматривать за тобой, у тебя все могло бы получиться. Но не судьба. Скачивание завершено? Отлично! Давай-ка сюда флешку.

– Вам придется иметь дело с моим заказчиком, – мертвым голосом проговорил Хадсон. – А этого могущественного человека вам бы лучше не выводить из себя. Если он выйдет из себя, он одним щелчком пальцев уничтожит весь ваш мафиозный клан…

– А давай я скажу тебе еще одну важную вещь, – перебил его Тремоло. – Нет у тебя никакого могущественного заказчика, приятель, вот что. Точнее, заказчик – это ты сам и есть. Прикинул, обладателем какой драгоценной информации можешь стать, после того как твой босс откинул копыта, и быстренько вышел на деловых людей в Вегасе, чтобы помогли тебе организовать эту рискованную экспедицию. Естественно, морочил им голову, чтобы тебя невзначай не смахнули с шахматной доски за ненадобностью, сыграл простого посредника. Наскреб где-то неплохих денег, чтобы оплатить предварительные расходы. Кредит взял у китайцев, что ли? Тебе сразу ясно было, что бриллианты у тебя могут мягко отобрать по результатам миссии, так что особо рассчитывать на этот кусок не следовало при любом раскладе. А так – вроде бы чепуха, пара десятков файлов: улучил минутку, пока все отвлеклись, скачал быстренько, сунул в карман, никто и не заметил. И никто даже не догадался, что эта пара десятков файлов на самом деле стоит дороже, чем пара десятков бриллиантов в сейфе у миллиардера, ради которых вроде бы вся миссия и организована. Отличная операция прикрытия! На бриллианты ты, небось, даже претендовать не стал бы, по дороге обратно в Вегас просто потерялся бы где-нибудь на пересадке с флешкой в кармане, и ищи-свищи тебя, голубь. А то и еще круче: все бриллианты от имени заказчика пожертвовал бы Папаше Паку за то, чтобы тот по своим каналам помог подыскать солидного покупателя на файлы с исследованиями поведения морских животных…

Хадсон снова молчал.

– Я ведь сразу все понял, когда ты начал «искать» ключ. Ну какой идиот, ради всего святого, прячет ключ от банковской ячейки в собственной квартире, да еще и в очевидном для любого грамотного вора месте – за картинами?! Причем вор начал бы, пожалуй, с самих картин, раз там сплошные подлинники, так что хранить за ними ключ – идиотизм в кубе. Ты с самого начала держал ключ в руке, верно? Я тоже умею так прятать монету между пальцами, чтобы ее видно не было – у нас все пацаны в Коррехидоре так умели, примитивный фокус. А потом ты «нашел» ключ за картиной Дега, просто разжав пальцы и выронив его в ладонь. – Метис покачал головой. – На самом деле ты не искал никакого ключа. Тебе нужен был уважительный предлог подняться в апартаменты, чтобы оценить величину ущерба, нанесенного серверу босса, прикинуть возможность скачать информацию с сервера – да и просто возможность проникнуть внутрь: если бы квартира оказалась заперта, пришлось бы вскрывать дверь или взрывать ее, а самостоятельно ты бы этого сделать не смог. В общем, твои трюки с ключом от ячейки могли ввести в заблуждение только Эль Капитано, да и то вряд ли – он мужик головастый, думаю, тоже планирует разделать тебя по поводу твоего вранья, как тако, но чуть позже, после того, как добудет бриллианты…

Хадсон молчал.

– Короче, давай сюда флешку, и никто не пострадает. – Тремоло ткнул его стволом пистолета в висок.

Секретарь миллиардера молча вытащил флеш-карту из USB-порта, не глядя протянул метису. Тот бережно спрятал ее в нагрудный карман. Хадсон потянул было к себе свой нетбук, но Тремоло, предупреждающе поцокав языком, одним движением смахнул портативный компьютер на пол и ударил по нему каблуком. Корпус нетбука хрустнул, через широкие трещины в корпусе показались раздавленные внутренности хрупкой машинки.

– Это останется здесь, – дружелюбно пояснил метис, роясь в карманах. – Зачем нам дублирующая информация? Чтобы сюда забрался еще кто-нибудь и скачал ее еще раз, уронив стоимость уже имеющейся информации?.. Ага, вот он! – Тремоло наконец извлек из кармана диверсионный термитный пиропатрон. – Как чувствовал, что пригодится. – Он поднял обломки нетбука, открыл ближайший серверный шкаф и кинул его туда, сложил следом все выдернутые секретарем жесткие диски, активировал пиропатрон, швырнул его внутрь и поспешно захлопнул дверцу.

Внутри шкафа с коротким ревом взметнулось адское пламя, которое тут же угасло, оставив после себя за треснувшим от жара стеклом однородную спекшуюся массу, дышащую зноем.

– Так будет гораздо надежнее, – сказал Тремоло. – Согласен?

– Согласен, – раздался за его спиной спокойный мужской голос. – Все правильно сделал. А теперь давай сюда флешку.

18

Иван Доу, Влад Рогов

Расстрелянный крокодил недвусмысленно свидетельствовал о том, что конкуренты успели проникнуть в Башню первыми, но Влад Рогов панике поддаваться не стал и, когда следом всплыл ирландец, придержал его за плечо и приложил к губам указательный палец. Рыжий наемник заметил мертвого монстра, молча кивнул и сдвинулся в сторону, освобождая место для тащивших короб с оружием коллег.

– Твою мать! – хрипло выдохнул Иван Доу при виде дохлой рептилии. – Опоздали!

– Тише! – потребовал Рогов. – Они наверняка еще здесь!

– Думаешь?

– А ты бы стал покидать укрытие средь бела дня? – хмыкнул Влад. – Пошли!

Наемники поднялись из воды, без лишней спешки избавились от неопреновых костюмов и разобрали оружие.

– Главное – не шуметь, – вновь предупредил остальных Рогов. – Они могли разделиться, можем оказаться меж двух огней. Не стреляйте раньше времени! Надо накрыть всех разом. Ясно?

– Ясно, – буркнул мрачный как ночь Патрик О’Райли, вытащил из короба NAR-10 и достал патрон. – Давайте, чтобы потом железом не лязгать! – призвал он остальных последовать своему примеру.

Липке передернул затвор китайского автомата и первым двинулся вверх по лестнице, но его придержал аквалангист.

– Позволь мне, – попросил Рогов.

– Да без проблем, – пожал плечами помощник торговца оружием, пропуская русского вперед.

Ирландец зашагал следом, Иван Доу со своим автоматическим дробовиком двинулся замыкающим. На миг он отвлекся, чтобы застегнуть разгрузку с магазинами, и сразу уткнулся в спину Патрика – это Влад Рогов затормозил процессию, замерев у попавшейся на пути двери.

– Тише! – призвал он всех к молчанию и осторожно выглянул в коридор. – Вижу двоих!

– Что делают? – уточнил Крис Липке, встав у стены.

– Пасут затопленный вестибюль, в нашу сторону не смотрят.

– Где остальные? – тихонько выдохнул торговец оружием.

– Больше никого не видно. Возможно, спустились в хранилище.

– Всем скопом?

– Ну, мы же не знаем, сколько их было!

– Ладно! – решил Липке. – Выдвигаемся!

– Только не стреляйте раньше времени! – предупредил Влад Рогов, первым вступая в коридор. – А лучше – вообще не стреляйте, заложники нам не помешают!..

Он упер приклад автомата в плечо и, высоко поднимая ноги, чтобы случайно не споткнуться и не нашуметь, двинулся по коридору к поручням эскалаторов. Там пристально следила за мутной водой странная парочка: хрупкая на вид девчонка с голубыми волосами и внушительных размеров парень. Они были вооружены весьма популярными выше сороковой параллели автоматами Калашникова сотой серии и, хоть не казались крутыми головорезами, могли бы доставить немало проблем, если бы не забывали оглядываться и смотреть по сторонам.

Влад Рогов бесшумно ступал по затянутому плесенью полу, остальные в меру своих способностей старались ему подражать. На ходу аквалангист кивнул в сторону лестницы, уходившей на верхние этажи, – туда двинулся Липке. Торговец оружием не стал дожидаться отдельного распоряжения и по собственной инициативе взял на прицел лифтовой холл.

Тогда Влад остановился и тихонько шикнул:

– Пс-с-ст!

Крепыш начал было оборачиваться, но Рогов сразу потребовал:

– Замри!

– Один звук, и вы покойники! – предупредил Патрик О’Райли, и парень медленно поднял руки с автоматом над головой.

– Не стреляйте! – взмолился он. – Я вообще не при делах! Я просто моряк!..

– Заткнись! – прервал его причитания Рогов. – На колени! Оба! Автоматы на пол, руки за голову, пальцы сцепить!

Когда странная парочка выполнила это распоряжение, успевший проверить лифтовой холл Иван Доу забрал у пленников оружие и рюкзаки, обшарил карманы и отошел в сторону. Вид мутной воды, на поверхности которой плавали тела мертвых тварей, вызывал у него неприкрытую тревогу.

– Где остальные? – первым делом спросил Влад Рогов.

– А кто вам нужен? – поинтересовалась синеволосая девчонка. – Не очень-то вы похожи на миротворцев!

– Где остальные?! – с нажимом повторил вопрос аквалангист. – Говорите, или начну резать пальцы!

– Внизу! – испуганно выдохнул парень. – Они спустились в затопленное хранилище!..

Русский осмотрел разложенное на ступенях снаряжение и кивнул. Судя по всему, пленник не врал.

Но вот Кристиан Липке так не считал.

– Иван! – окликнул он шефа и указал на затянувшую пол плесень, посреди которой явственно выделялись отпечатки ботинок. – Семеро ушли наверх, но только пятеро спустились.

– Нет, скорее двое потом решили подняться снова, – поправил Доу помощника, изучив следы, и развернулся к пленникам. – Зачем? Решили обчистить апартаменты?

– Живот прихватило у чувака, – ответил пленный парень. – А второй пошел за ним присмотреть.

– Еще раз соврете, свяжу и сброшу в воду! – угрожающе произнес Влад Рогов.

– Если не хотите слышать правду, расскажите сначала, что именно хотите услышать, а мы вам потом перескажем, – язвительно произнесла девчонка.

– Захлопнись! – приказал ирландец и повернулся к Владу: – Если те и другие вернутся одновременно, мы окажемся между двух огней.

– Шансов не так уж много, – резонно отметил аквалангист.

– Но они есть.

– Есть, – признал Рогов и спросил у пленника: – Сколько человек ушли под воду?

– Четверо.

Кристиан Липке выглянул на лестницу и предложил:

– Мы можем заняться засранцами, а вы караульте пловцов.

– Хорошо, – кивнул Влад, – но поторопитесь.

– Непременно…

Торговец оружием и его помощник начали подниматься; затянувшая ступени плесень липла к подошвам и мерзко чавкала, но она же помогала выследить противника.

– Высоковато они гадить забрались, – обеспокоенно произнес Липке, выходя на нужный этаж. – И они уже были здесь раньше – смотри, сколько следов. Кто-то кому-то в этой группе парит мозги…

– Не без этого, – согласился Доу.

Они без лишней спешки двинулись по коридору и вскоре вышли к распахнутой настежь двери апартаментов. Откуда-то из комнат доносились обрывки разговора на повышенных тонах.

– Коллекцию делят, – решил Кристиан.

Иван приложил палец к губам и двинулся на звук голосов, даже не взглянув на подлинники картин знаменитых мастеров, развешанные по стенам. При необходимости он умел расставлять приоритеты.

Голоса доносились из приоткрытой двери в дальнем конце гостиной. Вламываться туда с оружием наперевес Доу не стал, решив прихватить конкурентов на выходе, и чем дольше он вслушивался в перебранку, тем явственней понимал, что причиной разногласий стала вовсе не коллекция антиквариата.

– Ты слышал это? – бесшумно выдохнул Липке, замерший рядом. – Иван, ты это слышал?!

Доу отмахнулся, и в тот же миг внутри серверной раздался негромкий хлопок. Сильно запахло горелым пластиком, потянуло дымом, и Кристиан Липке без промедления распахнул дверь.

– Так будет гораздо надежнее, – произнес стоявший к ним спиной здоровенный метис с бычьей шеей, придвигаясь к долговязому хлюпику. – Согласен?

– Согласен, – спокойно подтвердил Липке, взяв его на мушку. – Все правильно сделал. А теперь давай сюда флешку.

Хлюпик разинул рот от удивления, а вот метис оказался слеплен из другого теста; он никак не отреагировал на требование, лишь едва заметно повернул голову, скосив глаза на конкурентов, чтобы оценить степень угрозы.

– Папаша Пак очень расстроится, – заметил громила после паузы. – Слышь, покойник?..

– Флешку, – повторил Липке.

Подручный Пак Хон Сана оскалился, но на неприятности под дулом автомата нарываться не стал и кинул флеш-накопитель под ноги Липке. Пластиковый корпус флешки c пижонской золотой монограммой на боку поскакал по полу, вымазавшись в плесени, и Кристиан не удержался от недовольной гримасы.

– Скотина, – проговорил он, однако поднять флешку не побрезговал.

Тремоло резко развернулся, готовый сцепиться с отвлекшимся на мгновение Липке, но дуло автоматического дробовика двенадцатого калибра, которое Иван Доу сунул ему в рожу, начисто отбило у него всякое желание геройствовать. Он чуть наклонился и разжал пальцы, роняя выхваченный было пистолет.

– Умный мальчик, – усмехнулся Иван Доу. – А теперь автоматы…

Когда метис выполнил это распоряжение, торговец оружием обратил внимание на заварившего всю эту кашу хлыща.

– Теперь ты! – потребовал он.

Секретарь покойного миллионера двумя пальцами вытянул из поясной кобуры компактный револьвер тридцать восьмого калибра, положил на пол и без лишнего напоминания отодвинул его ногой в сторону.

– Руки за голову и медленно, очень медленно двигайтесь на выход, – скомандовал Иван.

Кристиан отошел, прикрывая шефа, но Доу полагаться на волю случая не пожелал и поспешно попятился сам, не сводя при этом дуло дробовика с массивного метиса, который вызывал у него нешуточное беспокойство. Указательный палец так и чесался утопить спусковой крючок, но торопить события не стоило.

– Мы можем договориться ко взаимной выгоде, – миролюбиво предложил подручный Папаши Пака, выйдя в просторную гостиную. – Никто не останется внакладе…

– Позже, – отрезал Иван и велел помощнику: – Присмотри за ними. Если дернутся – стреляй.

– Слушаюсь, босс, – ухмыльнулся Липке, а Доу отправился на поиски трофеев. Он умел правильно расставлять приоритеты, но и своего упускать не собирался.

Стоило торговцу оружием скрыться в соседнем помещении, бывший секретарь миллиардера облизнул пересохшие губы и заговорил:

– Послушайте, эти материалы слишком важны, их ценность для человечества невозможно выразить в денежном эквиваленте…

– Замолкни, – безразлично сказал Кристиан.

– Я к тому, – заторопился хлыщ, – что извлечь из них выгоду можно, лишь обладая нужными связями! Имена тех, кто готов заплатить за них, у меня в голове. Это даже не миллиарды, приятель, это абсолютная власть! Билет в высшую лигу!

– Продолжай, – бесстрастно произнес Липке после недолгих колебаний.

– Чем больше людей знает об этих материалах, тем выше риск остаться ни с чем! Избавься от остальных, и мы с тобой…

– Ах ты, сволочь! – не сдержался метис Тремоло.

– Заткнись, – потребовал помощник торговца оружием.

В соседней комнате раздался звон бьющегося стекла, а потом на пороге появился изрядно раздосадованный Иван Доу.

– Вот дерьмо! – выругался он. – Это не коллекция, а какое-то недоразумение! Крис, хозяин был ценителем живописи, можешь себе это представить?! Тут кругом одни клятые картины! И они все в долбанной плесени!..

Хлыщ снова заговорил:

– Основную ценность коллекции представляют бриллианты. Они сейчас как раз в затопленном хранилище …

Похоже, он уже окончательно сделал ставку на новую команду. Впрочем, если Тремоло был прав и он действительно с самого начала собирался отдать бриллианты, то по большому счету для него с появлением новых персонажей мало что поменялось в общем раскладе.

– Совсем ничего? – уточнил Липке у Ивана, игнорируя хлыща.

– Есть всякая шикарная мелочь, но этого даже близко не хватит, чтобы откупиться от синдиката!

– Бриллианты… – Хлыщ игнорироваться не желал, но Доу не дал ему договорить:

– Да. Вся надежда на бриллианты. Мы не должны их упустить!

Метис рискнул оглянуться и предложил:

– Парни, если мы договоримся, Папаша Пак прикроет вас от синдиката…

Иван Доу только фыркнул в ответ:

– Бетоном он нас прикроет!

– …и возьмет в долю, – упорно гнул свое здоровяк.

– Может, просто грохнуть его? – спросил Липке, с нехорошим интересом разглядывая бритый затылок метиса.

– Вы совершаете большую…

– Заткнись и шагай, – приказал торговец оружием. – Расцепишь пальцы – схлопочешь пулю в спину. И тебя, хитрожопый, это тоже касается.

Когда странная процессия спустилась в вестибюль, русский с ирландцем по-прежнему удерживали пленников на прицеле, при этом не спуская настороженных взглядов с мутной воды.

– Вы, двое! Становитесь рядом! – распорядился Иван Доу и спросил у аквалангиста: – Не слишком долго нет этих?..

– Понятия не имею, – пожал плечами Влад Рогов. – Возможно, у них внизу полно работы. Как все прошло?

– Как по маслу, – спокойно ответил торговец оружием, не став упоминать о флешке.

– Вы поднимались в апартаменты? – уточнил рыжий ирландец. – Что с коллекцией?

– Там одни картины! – ответил торговец оружием, машинально похлопав себя по карману. – Можно даже не подниматься…

– Серьезно? – нахмурился Патрик, разворачиваясь к собеседнику. – Ты же говорил…

Закончить фразу он не успел – Иван вскинул дробовик на уровень его груди. Сердце ирландца провалилось в район желудка, но прежде чем он успел хоть что-то предпринять, за спиной послышался незнакомый голос, мужской и грубоватый:

– Думаю, всем лучше стоять там, где они стоят, и воздержаться от резких движений.

– Золотые слова, – улыбнулся Иван Доу, по виску которого скатилась крупная капля пота, и О’Райли с облегчением сообразил, что Доу целится не в него.

19

Эль Капитано, Иван Доу, Влад Рогов

Спускавшиеся за бриллиантами аквалангисты из команды конкурентов вернулись другой дорогой. Они появились из лифтового холла, и потому четверку пловцов в гидрокостюмах, среди которых были две бабы, взяли на прицел лишь торговец оружием и его помощник. В ответ на них смотрели три ствола – у узкоглазого аквалангиста руки были заняты внушительным металлическим чемоданом-сейфом. Расклад все равно был дерьмовый, с какой стороны ни погляди.

Повезло ребятам Доу в одном: высокий крепыш средних лет с седой щетиной, субтильного вида кореец и две фигуристые девицы, негритянка и латиноамериканка, не ожидали наткнуться на чужаков, поэтому к перестрелке готовы не были, и тут запросто могла выйти ничья. Без потерь у противника не обойдется однозначно; к тому же кореец занят кейсом, а Патрик и Влад могли в один миг срезать поставленных на колени заложников и включиться в игру.

Пат.

Ивану сразу пришел в голову финал тарантиновских «Бешеных псов», когда ситуация, хоть и предельно дерьмовая, находилась под контролем до тех пор, пока все держали друг друга на мушке. Едва был спущен первый курок – история мигом пошла вразнос.

Сделав несколько глубоких вздохов, Иван Доу немного пришел в себя и с усмешкой произнес:

– Разве вы не должны были всплыть здесь?

Крепыш безмятежно отозвался:

– Срезали путь через шахту лифта. Удачно получилось, правда?

– Не то слово, – злобно пробурчал Кристиан Липке. – Ну и с кем имеем честь?

– Зовите меня Эль Капитано.

Прозвище это торговцу оружием ничего особенного не сказало, лишь вспомнилось предупреждение одного из клиентов о каком-то борзом русском наемнике с испанским погоняловом. Но, быть может, речь шла о ком-то ином?..

Иван тяжело вздохнул и осторожно произнес:

– Так вот, Эль Капитано, проблема в том, что у вас наши бриллианты…

– Тут такое дело, – ухмыльнулся поверх автомата Эль Капитано. – Это наши бриллианты.

Сгустившееся напряжение стало ощущаться почти физически, и Доу, на которого смотрел как минимум один ствол, вновь ощутил леденящий холодок между лопаток.

– А как вы собираетесь добираться до Большой земли? Вплавь? – Он облизнул губы, чувствуя, как все сильнее дрожат под тяжестью оружия руки. – Ваш катер, или что там за хрень у вас была, сгорел на Пятой авеню…

– Разберемся, – хладнокровно пообещал Матвеев.

– А как же! – хрипло выдохнул Липке. – Прямо сейчас и разберемся!

– Подождите! – крикнул вдруг метис. – Эль Капитано, надо договариваться!

– Самое время договариваться, когда стоишь на коленях, а к затылку приставлен ствол, – хмыкнул Федор.

– Дело не во мне! Ставки возросли! – рявкнул Тремоло и мотнул головой в сторону бывшего секретаря миллиардера, стоявшего на коленях рядом с ним. – Этот хорек нанял нас не из-за бриллиантов и антиквариата, а чтобы заполучить материалы научных исследований!

– Захлопни пасть! – с угрозой потребовал Липке.

– Нет! – вскинулся вдруг Влад Рогов. – Продолжай!

Слова метиса его чрезвычайно заинтересовали, и по мере того как Тремоло торопливо вводил всех в курс дела, аквалангист поглядывал на торговца оружием все более недобро.

Первым не выдержал Патрик О'Райли.

– Иван, всё так? – потребовал он ответа.

– Типа того, – безмятежно ответил Доу, не отводя взгляда от конкурентов. Соленый пот заливал глаза, нестерпимо хотелось вытереть лицо или просто тряхнуть головой, но цена подобной беспечности неминуемо оказалась бы слишком высока. Конкуренты следили за ним ничуть не менее пристально.

– И ты ничего нам об этом не сказал?! – возмутился ирландец. – Кинуть решил?!

– Патрик, дружище, – улыбнулся торговец оружием, – реши я от вас что-то утаить, эти двое получили бы по пуле еще наверху. Просто у нас нет ничего, кроме их слов. Сначала надо во всем разобраться…

– Это чистая правда! – немедленно встрял секретарь покойного миллиардера. – Эти исследования стоят целое состояние! Если мы договоримся, то каждый из нас станет юаневым миллионером! Я знаю людей, готовых…

– Папаша Пак скупиться не станет! – перебил его метис. – Никто из нас не знает мифических заказчиков этого секретаришки – я вообще думаю, что он работает один на свой страх и риск, и его солидные люди, якобы готовые дорого купить материалы научных исследований, такие же призрачные, как и его заказчик. А вот Папашу Пака наверняка знает каждый из вас. У нас есть бриллианты, информация и транспорт. Если мы договоримся и выберемся отсюда сообща, то реально разбогатеем!

– Проблема в том, – поморщился Иван Доу, – что бриллианты нужны нам, и делить их на всех мы не станем. Конец дискуссии. Какие-то научные файлы – ребята, это звучит несерьезно. Их нельзя измерить в каратах. Нашему нанимателю нужны камни, и он не из тех, кто вместо реальных камней возьмет цифры и таблицы.

– Совершенно не проблема! – заявил вдруг молчавший всё это время кореец. Он опустил металлический кейс на пол и поставил на него ногу, готовый пинком отправить его на середину комнаты. – По-моему, размен честный. Забирайте! Но с вас тогда в залог флешка!

– Какого черта ты творишь?! – прошипела Бандана. – Ты не можешь решать за всех!

– Я обязан отчитываться перед Папашей Паком, а не перед тобой! – отрезал кореец и потребовал: – Давайте сюда флешку!

– Крис! Отдай им эту хрень, – распорядился торговец оружием. – Патрик, проверь кейс.

Липке вытащил из нагрудного кармана флеш-накопитель, но его остановил Влад Рогов.

– Нет! – заявил вдруг аквалангист. – Это не равноценный обмен!

– Уймись, Влад, – потребовал Иван Доу. – Лучше синица в руке, верно? Как говорим в таких случаях мы, русские…

Но Рогов отрезал, переведя ствол на Липке:

– Крис, стой на месте!

Липке раздраженно выругался, не зная, как поступить. Готовое плюнуть смертью дуло калибра 7.62 неотрывно следило за ним, и сомневаться в серьезности намерений чокнутого аквалангиста не приходилось. Никто не станет блефовать в такой ситуации.

Но прежде чем дискуссия возобновилась, раздался громкий плеск, звякнул металл, и через комнату покатилось рубчатое яйцо осколочной гранаты.

Первым на опасность среагировал кореец. Ловким пинком, будто заправский футболист, он отправил начиненную взрывчаткой болванку обратно в воду. Патрик расстрелял всплывшего на поверхность ихтиандра, и тот погрузился на дно, но после того как взрыв взметнул в воздух фонтан грязной воды, в комнату полетели новые гранаты.

Подкрепление к расстрелянным командой Эль Капитано ихтиандрам все-таки прибыло.

Позабыв о выяснении отношений, наемники бросились в лифтовый холл, рассчитывая укрыться за его стенами. В отличие от тренированного Тремоло замешкавшийся при вскакивании с колен Говард Хадсон отстал от остальных и успел только появиться в дверном проеме, как в вестибюле прогремели взрывы. Секретаря миллиардера со страшной силой швырнуло вперед, шальной осколок угодил ему в спину и через легкое прошел навылет, брызнула кровь. Хадсон рухнул на пол и попытался ползти, но высунувшиеся из воды аквамены достали его трассирующими… Занявшие вестибюль ихтиандры открыли шквальный огонь, и никому даже в голову не пришло попытаться оттащить бедолагу вглубь помещения. Какое-то время он вяло подергивался, потом затих в растекающейся луже крови.

– Как у вас с патронами? – спросил Эль Капитано, не рискуя высунуться в дверной проем.

Неожиданное нападение пусть и ненадолго, но превратило былых соперников в вынужденных союзников, поэтому укрывшийся рядом с ним Патрик О’Райли честно признал:

– Мало. Надолго не хватит.

– Надо прорываться отсюда! – крикнул Влад Рогов, но идти на верную смерть никто не собирался.

– Можно подняться по лесенке в лифтовой шахте! – предложил Иван Доу. – Там должны быть лесенки! Черт, я сотни раз видел такое в кино!..

Эль Капитано парой выстрелов снял рискнувшего высунуться на открытое пространство ихтиандра и велел латиноамериканке, залегшей ближе к лифту:

– Пакита, проверь!

Девица проворно перекатилась к лифтовой шахте, заглянула внутрь и крикнула:

– Лестница есть, только придется вскрывать двери наверху!

Кристиан Липке в два кувырка перебрался к ней и потребовал:

– Не мешай!

Пакита слегка посторонилась, позволяя помощнику торговца оружием заглянуть в лифт, но менять позицию не стала и даже подсадила грубияна, помогая дотянуться до лестницы, хотя он особо в этом и не нуждался. Крис взобрался этажом выше и принялся возиться там, пытаясь раздвинуть дверцы шахты. Много времени у него это не заняло, и вскоре он выбрался на верхний этаж. Быстро проверил лифтовый холл, свесил голову вниз и крикнул:

– Чисто!

– Вперед! – скомандовал Эль Капитано. – Занимаем оборону наверху!

Матвеев, Влад Рогов, кореец и метис остались сдерживать противника, остальные наемники бросились к лифту. У распахнутых дверей немедленно началась толкотня, и сразу пронзительно завизжала Каста. Вынырнувший из воды ихтиандр ухватил синеволосую девчонку за лодыжку и неминуемо утянул бы вниз, не успей Доу всадить ему в голову заряд картечи, расплескавший мозги твари по стенам.

Каста стремительно взлетела вверх по лестнице, а вода под ней вдруг запузырилась, и над поверхностью начал клубиться явственно различимый голубой дымок. Запахло миндалем и чем-то еще, несравненно более отвратительным.

– Отрава! – предупредил остальных Иван Доу, карабкаясь наверх.

Непонятный газ быстро растекался по помещению, но, к счастью, оказался тяжелее воздуха и стелился по полу. Впрочем, все равно заслезились глаза и запершило в горле.

Влад Рогов закашлялся и рванул вдогонку за остальными. Эль Капитано выругался и воткнул в автомат последний магазин.

– Отступаем! – крикнул он метису и корейцу, которые, стоя по разные стороны двери, стреляли, не давая ихтиандрам приблизиться.

Для того чтобы вести прицельный огонь, корейцу пришлось поставить чемоданчик с бриллиантами на пол, и тот одним движением подхватила пробегавшая мимо Бандана.

Матвеев первым поспешил к лифту и потому не заметил, как попятившийся Тремоло воровато оглянулся, а потом, поняв, что они с корейцем остались в помещении одни, дважды выстрелил Паку Вон Хе в спину. Тот яростно вскрикнул, Федор обернулся, но метис уже отбросил разряженный автомат и бежал через холл.

Матвеев ничего не заметил, а вот оглянувшийся перед прыжком в шахту лифта Влад Рогов лицезрел расправу собственными глазами. Разборки в чужой команде его не касались, он даже оценил изящество, с которым метис избавился от претендента на долю в добыче, и все же задержался на лесенке, не став выбираться на этаж.

Тремоло только начал карабкаться следом, когда Рогов резким ударом каблука сначала в лицо, а потом и по судорожно вцепившимся в поручень пальцам отправил метиса в недолгий полет. Тот даже вскрикнуть не успел, сразу с головой уйдя под воду. Та моментально окрасилась красным, словно внизу были установлены шнеки мясорубки.

Тремоло все же вынырнул и даже ухватился за перекладину лесенки. Хрипло выдохнув, он начал подтягиваться, но сильный рывок из глубины сдернул его обратно. Лишь мелькнула напоследок над поверхностью смуглая рука.

Влад Рогов спокойно выбрался на этаж, вытянул из-за спины болтавшийся на ремне NAR-10 и стал дожидаться Эль Капитано, но тот все не появлялся и не появлялся. Ядовитая дымка клубилась все сильнее, она понемногу заполняла нижний этаж, обрекая всех оставшихся там на верную гибель, а Матвеева все еще не было.

– Где он?! – подскочила к аквалангисту негритянка.

– Кто? – вздрогнул Влад от неожиданности. – Метис?..

– Эль Капитано!

– Внизу.

– Сорвался?! – опешила Бандана, разглядев плававшие в бурой воде ошметки плоти.

– Нет, упал метис. Надышался газом и спикировал.

– Дерьмо! – выругалась негритянка и, отодвинув Рогова в сторону, приготовилась соскользнуть на лесенку, но в синей пелене ядовитого тумана внизу мелькнул внезапно силуэт человека.

Федор Матвеев скинул маску с алюминиевым баллоном воздушной смеси для подводного плавания и, отчаянно кашляя, взобрался наверх.

– Ну наконец-то! – с облегчением перевела дух негритянка.

Влад Рогов только покривился, втайне сожалея об упущенной возможности избавиться от еще одного неудобного персонажа, но что-либо предпринимать в этой ситуации уже было поздно. Вокруг стало слишком много свидетелей.

Негритянка потащила своего компаньона прочь, что-то торопливо шепча ему на ухо – Рогов расслышал только «Пакита, проныра!..». Влад, насколько смог, задвинул дверцы лифтовой шахты и бросился следом. Отравленный туман быстро поднимался, и это грозило самыми серьезными неприятностями.

Чудом выбравшиеся из смертельной ловушки наемники расположились на втором этаже гипермаркета. Несмотря на всю серьезность положения, сейчас их больше волновало не возможное нападение морских тварей, а поведение конкурентов. Друг на друга они смотрели волками.

Влад всеобщие опасения всецело разделял, но заговорил о другом.

– Ядовитый газ прибывает, – напомнил он о главной опасности. – Надо уходить наверх. Этаж-два, выше эта тяжелая дрянь не поднимется.

– Погоди! – остановил его Эль Капитано, выслушав, как латиноамериканка что-то прошептала ему на ухо. – Как поступим с тварями? Они нас теперь в покое не оставят, а патронов почти не осталось! Нам не продержаться и получаса.

– И что нам делать, по-твоему? – спросил Иван Доу.

– Прорываться, – ответил Матвеев. – Или можете оставаться, а мы пока поищем ваш замечательный катер на воздушной подушке. Где вы его оставили, кстати? Надеюсь, где-то поблизости?

– Пошел на хрен! – в запале Иван послал собеседника по-русски, заставив того удивленно вскинуть брови.

– Надо уходить! – поддержал конкурента Кристиан Липке. – Бриллианты у нас, делать здесь больше нечего! И чем быстрее мы свалим, тем лучше!

– Это слишком рискованно! – уперся Рогов.

– Ну так оставайся! – предложил Эль Капитано и вдруг совсем невпопад, другим тоном, спросил: – У тебя жвачка есть?

– Серьезно? Тебя сейчас волнует свежеть дыхания?! – опешил Влад.

– Да он просто издевается! – поддержал аквалангиста торговец оружием. – Слушай, может, хватит уже корчить из себя мачо?

– Мне нужна жвачка, – спокойно повторил Матвеев. – В зубах какая-то хрень застряла, отвлекает от главного. Не могу сосредоточиться. Это проблема?

– Да подавись! – Рогов выудил из кармана завалявшуюся там пластинку никотиновой жевательной резинки, которой угостил его Липке, и кинул ее наемнику.

– Благодарю, – спокойно ответил Федор, сунул жвачку в рот и принялся отдавать распоряжения: – Итак, прорываемся к нашим спасательным плотам. Они у нас замаскированы снаружи. Если спустимся по дальней лестнице, окажемся почти на месте. Только контролируйте дыхание, старайтесь особо не дышать этой дрянью.

– Места хватит всем? – уточнил Иван Доу.

– У нас три плота. На каждом уместится по три-четыре человека, если ужаться, то и больше. Но у нас уже есть потери, – напомнил Матвеев. – Все! Сначала мы с девчатами, дальше как хотите. Вперед!

Наемники нырнули в один из боковых коридоров в надежде сбить противника с толку, и отчасти им это удалось: на ихтиандров, вышедших наперерез противникам, они наткнулись лишь у самой лестницы вниз. Выбравшихся на этаж штурмовиков атлантов на ходу расстреляли из нескольких стволов. Перескочив через распростертые на полу тела человекообразных рептилий, Федор Матвеев с подругами бросились к лестничному пролету, но снизу внезапно прогремела автоматная очередь, выщербив из стены фонтанчики щебня и песка. Наемники прижались к стенам, и торговец оружием неожиданно для самого себя оказался в авангарде процессии.

Мешкать Иван не стал. Стоило только смолкнуть выстрелам, он сунулся на лестничную площадку и всадил заряд картечи в ихтиандра, дергавшего затвор автомата. Брызнула в разные стороны бурая кровь, ноги чудища подломились, и оно сползло на пол. Торговец заменил опустевший магазин на последний остававшийся в разгрузке – с осколочно-фугасными зарядами FRAG-12, – и посторонился, вновь пропуская вперед команду Матвеева.

Ядовитый туман к этому времени успел разойтись по всему этажу, но через пролом в стене внутрь задувал сквозняк, и хоть глаза наемников и слезились от едкого запаха, сознания никто не потерял. Бандана и Пакита, привыкшие работать в команде, синхронно расчертили несколькими расчетливыми очередями затянутый синей пеленой коридор впереди и бросились за кинувшимся в прорыв Матвеевым. Остальные припустили следом.

– Прикрывайте! – крикнул Эль Капитано, первым протискиваясь через замаскированный «шкуродер» на улицу.

Иван Доу подтолкнул Патрика, заставляя его лезть впереди остальных, а сам развернулся и прижался к стене. Неожиданно в туманной пелене торговцу оружием почудилось смазанное движение, а потом из ядовитой дымки вынырнула морда гигантского крокодила, туша которого перекрыла едва ли не весь коридор.

Первые же два попадания из дробовика снесли половину кошмарной морды, тварь забилась в агонии, хлеща по стенам жилистым хвостом и разбрызгивая нечистую кровь, и тогда через ее голову в коридор полезли ихтиандры, приехавшие на крокодиле как на огромном водном мотоцикле. Грохнул один выстрел, другой, с визгом срикошетила от стены пуля, и Доу немедленно открыл ответный огонь. И хоть стрелял он практически вслепую, разрывные боеприпасы собрали среди акваменов обильную кровавую жатву, разлетевшись во все стороны смертоносной шрапнелью.

– Иван! – Липке вдруг дернул его за рукав. – Уходим!

Доу бросил разряженный дробовик и вслед за помощником выбрался наружу. К этому времени все три спасательных плота уже столкнули на воду; Матвеев с подругами на первом даже успел отплыть от здания, а второй, с синеволосой девчонкой, Патриком О’Райли и первым помощником Мюричем Макфарлейном, только набирал скорость. Влад Рогов возился с двигателем третьего.

– Быстрее! – поторопил он торговца оружием.

Тот спрыгнул вниз, следом сиганул его помощник; каким-то чудом они удержались на плоту, не рухнув в воду. Аквалангист тут же врубил двигатель, и неповоротливое суденышко отправилось в свободное плавание.

Нагонять другие плоты Рогов не стал. Он заложил крутой вираж, прямым курсом направляясь к дому, во дворе которого их дожидалось судно на воздушной подушке. Рыжий наемник приказал рулевому Макфарлейну повторить этот маневр, и успевший набрать приличную скорость моторизованный плот очень скоро нагнал их, оставив Эль Капитано и его дам блуждать в тумане.

– Бриллианты! – разочарованно выдохнул Иван Доу. – У них бриллианты!

– Зато у нас флешка! – ответил Рогов, а в следующий миг шедший с ними борт о борт плот Патрика налетел на брошенную при погружении надувную лодку. Столкновение вышло неожиданно сильным, плот подбросило, люди не сумели удержаться на нем и попадали в воду.

И тогда с глубины взмыли затаившиеся там тени.

Синеволосая Каста попыталась закричать, но хватанула воды широко раскрытым ртом и издала лишь тонкий булькающий взвизг, моментально оборвавшийся, когда поднявшийся со дна трехметровый ракоскорпион вонзил ей в грудь страшные зазубренные клешни, покрытые длинными хитиновыми шипами, и потащил ее вниз. Сначала сквозь мутную воду было видно, как хакерша яростно бьется, безуспешно пытаясь вырваться и всплыть, но чем глубже она погружалась, тем больше размывались очертания ее тела и тем больше она напоминала неясный дергающийся силуэт в адском театре теней.

Макфарлейн тоже не продержался на поверхности и трех ударов сердца – его со всех сторон облепили отродья поменьше, выгрызая из тела сочные куски плоти. Видимо, маленькие твари сразу перервали ему какие-то важные сухожилия, потому что бывший первый помощник капитана Бишопа камнем пошел ко дну, не попытавшись даже шевельнуть ногами и оставляя за собой две широкие дымчатые полосы крови из поврежденных бедренных вен.

Патрик сидел на носу плота, поэтому при столкновении его швырнуло на несколько метров по ходу движения, и Доу тут же распластался на плоту в лихорадочной попытке выудить ирландца из воды. Липке вцепился в его ремень и рванул обратно, а в следующий миг ладони торговца оружием и наемника столкнулись с такой силой, что занемели пальцы. Какую-то долю мгновения казалось, будто случится чудо и Патрик уцепится за руку Ивана, но потом плот унесся дальше, оставив оглушенного О’Райли в тумане.

– Разворачивай! – крикнул Иван Доу, но Влад Рогов сделал вид, будто ничего не услышал.

Второй раз приказа возвращаться не последовало. У всякого благородного порыва есть свои пределы, а торговец оружием вовсе не был святым и уже сделал больше, чем мог.

– Черт с тобой, – хрипло выдохнул он, – гони к катеру. Дождемся их там.

– А стоит ли? – спросил Кристиан Липке и судорожно вцепился в ручку, когда плотик подкинуло на невесть откуда взявшейся волне. – Флешка у нас. Можем продать ее, раз она такая ценная.

– Я ничего не понимаю в научных исследованиях, – ответил торговец оружием, – зато кое-что понимаю в людях. Вернемся без камушков, и громилы синдиката скормят нас живьем морским тварям, без всяких гладиаторских боев. Им только дай повод…

– Так зачем тогда возвращаться?

– Не тебе решать, – отрезал Иван Доу. – Черт, надо было попытаться забрать кейс у девки!..

– Надо было, – хмыкнул аквалангист, направляя плот к показавшемуся из тумана угловому зданию на перекрестке. Потерявшее ход плавательное средство мягко толкнулось в стену, и наемники через выбитые окна поспешно забрались внутрь.

В тот же миг из тумана вынырнул второй плот. Он проскочил мимо, скрылся за углом, и сразу смолк негромкий гул его двигателя.

– На катер, быстро! – первым выскочил из комнаты Кристиан Липке.

Влад Рогов бросился следом. В том, что Матвеев со своими девками не станет дожидаться их, завладев судном на воздушной подушке, ни у кого сомнений не было.

Иван Доу рванул вдогонку за напарниками, поскользнулся на липкой плесени и едва не упал, а когда восстановил равновесие, с улицы донесся непонятный шум. Торговец оружием метнулся обратно к окну, выглянул наружу и сразу отпрянул вглубь комнаты. Из тумана вынырнул катер миротворцев, судя по расцветке и флагу – китайский.

Луч мощного прожектора скользнул по стене и остановился, наткнувшись на спасательный плотик. Распластавшись по стене, Иван приставными шажками пополз к двери и выскочил в коридор. До высадки десанта еще оставалось время вывести судно на воздушной подушке со двора, но буквально пару секунд спустя с другой стороны дома послышались пулеметные очереди.

Когда торговец оружием нагнал собратьев по несчастью, сильно накренившийся катер с простреленными плавательными баллонами медленно уходил под воду.

– Дерьмо! – выругался Липке, вскидывая NAR-10.

– Не стреляй! – оттолкнул его от окна Влад Рогов.

Помощник торговца оружием к этому времени и сам уже одумался и опустил автомат. Вертолет российских миротворцев набрал высоту и скрылся в тумане.

– Возвращаемся на плот! – заторопил всех Липке. – Надо убираться отсюда, сейчас здесь будут русские!

– Там уже катер. Китайский, – оповестил его Иван Доу и уже без всякой спешки поднялся в комнату, где они ранее устроили наблюдательный пункт. Там он взял приставленную к стене винтовку помощника и рассовал по кармашкам разгрузки запасные магазины, потом присел у тела Эйрин О’Райли. Но присел лишь на миг, сразу выпрямился и зашагал вниз.

У него внезапно появились серьезные вопросы к Кристиану Липке.

Эль Капитано с подругами появился, когда катер окончательно затонул и над поверхностью торчал лишь ствольный блок крупнокалиберного пулемета. Матвеев передал алюминиевый кейс Паките и попросил девиц подождать в соседней комнате.

– Ничего личного, – хищно ухмыльнулся он, – простые меры предосторожности. Заодно за окнами присмотрят. Кстати, где ваш третий?

– Да какая разница! – поморщился Кристиан Липке. – Нас ухватили за яйца! Русские утопили катер и сейчас пожалуют собирать спасшихся. Китайцы и вовсе уже здесь, Иван видел их судно на той стороне. И еще вопрос, предложат нам сдаться или похоронят прямо тут…

– Предложат, – уверенно заявил Влад Рогов. – Могу ручаться.

– Предложат, – согласился Матвеев. – Вопрос только, кому сдаваться. Лично я голосую за русских.

– Не думаю, что у нас есть выбор, – покачал головой аквалангист. – Китайцы уже здесь, рыщут под окнами. И они не будут ждать.

– У меня есть связи в российской администрации, – поведал Эль Капитано. – Русские не станут предъявлять нам обвинений. Надо просто продержаться до их подхода.

Влад Рогов только покачал головой:

– Ты собрался воевать с китайцами? Проще договориться!

– А ты что скажешь? – обратился Матвеев к помощнику торговца оружием. – Хочешь угодить на урановый рудник?

Липке от таких слов откровенно перекосило. Аквалангист заметил это и уверенно заявил:

– С помощью материалов Маттесона мы легко купим себе свободу.

– В самом деле? – усмехнулся Матвеев. – У меня есть надежные люди в русском миротворческом корпусе. Я там служил. Может, даже получится оставить себе часть бриллиантов.

Рогов рассмеялся.

– У тебя хорошая фантазия!

Федор уловил в голосе собеседника угрожающие нотки и слегка сдвинулся в сторону помощника торговца оружием.

– Я предлагаю дело, – сказал он Кристиану. – Что предлагает твой друг?

– Предлагаю сдаться китайцам без стрельбы и прочих глупостей, – прямо высказался Влад. – Уголовного преследования не будет, это я тоже гарантирую. И более надежно, чем Эль Капитано.

– Ты гарантируешь? – прищурился Матвеев. – Каким же образом?

– Я работаю на китайскую разведку, – сообщил Рогов, столь спокойно, словно признался в насморке. – Наши знают, что я здесь, и не позволят русским приблизиться. Материалы в обмен на свободу – неплохой для вас размен, на мой взгляд.

– Так это ты сдал нас китайцам?! – разозлился Липке. – И вызвал сюда их катер?! Вот сволочь!

– Материалы в обмен на свободу. И никто не пострадает. Убьете меня – пойдете на корм морским тварям. Давай сюда флешку.

Помощник торговца оружием поморщился и спросил:

– А бриллианты?

– Будут конфискованы, – отрезал Рогов. – Я не обещаю чудес. Только свободу.

– Подождем Доу, – решил Липке. – И предлагаю как следует подумать насчет бриллиантов. Эти карты памяти – они так часто выходят из строя…

Он сунул руку в нагрудный карман и нахмурился, но прежде чем успел вымолвить хоть слово, Федор Матвеев молниеносным неуловимым движением приблизился к нему и одной рукой нежно обхватил за талию, а другой – приставил к горлу нож боевых пловцов. Все произошло столь стремительно, что китайский агент на миг растерялся, не зная, что предпринять.

– Не дергайся! – потребовал Эль Капитано и, пятясь, потянул заложника за собой в заднюю комнату, где укрылись его подруги.

Влад Рогов с превеликим удовольствием пристрелил бы их обоих, но в дверном проеме нарисовалась вооруженная автоматом негритянка. Отступающие мужчины перекрыли ей линию стрельбы, и эта мимолетная заминка дала аквалангисту шанс укрыться за простенком.

Внезапно с противоположной стороны, из-за спины Рогова, грохнули два выстрела подряд. Пули угодили Липке в живот, чудом не угодив в Матвеева. Влад мигом высунулся и уже поймал Эль Капитано, лишившегося заложника, в прицел, но тот яростно пихнул захрипевшего Кристиана навстречу Рогову и, воспользовавшись коротким замешательством разведчика, выскочил из комнаты. В полумраке коридора над его плечом полыхнули дульные вспышки, и Владу пришлось спрятаться обратно. К счастью, стена оказалась капитальной, и его не зацепило.

Иван Доу, который подстрелил собственного помощника, перенес огонь на Бандану, но та, стоило Матвееву проскочить мимо нее, мгновенно ушла в тень и скрылась за поворотом коридора.

Влад выглянул из-за простенка и сообщил:

– Они ушли.

Пригибаясь, Доу нырнул в комнату, ухватил помощника за ногу и оттащил от двери. Нисколько не интересуясь самочувствием раненого, он нашарил в его нагрудном кармане флеш-накопитель и развернулся к китайскому агенту. Тот не сводил с Ивана настороженного взгляда. Настороженного взгляда и дульного среза автомата.

– Предложение об амнистии все еще в силе? – с невозмутимым видом поинтересовался Доу.

– Да, – коротко ответил Рогов.

Иван кинул ему пропахшую никотиновой жвачкой флешку в броском черном корпусе с золотой монограммой, поднялся на ноги и вытащил из кобуры «кольт». Прежде чем Влад успел вымолвить хоть слово, торговец оружием добил своего помощника выстрелом в голову и поспешил на выход.

– Давай убираться отсюда.

Настороженно заглядывая во встречавшиеся на пути дверные проемы, они пробежали дом насквозь и вернулись в комнату, через окно которой забрались внутрь. Там Рогов посигналил фонариком патрульному катеру, и вскоре оттуда отплыла спущенная на воду моторная лодка. Действовали китайцы, нисколько не опасаясь морских тварей; судя по обширным ярко-синим пятнам на воде и неприятному запаху, они тоже применили какие-то отравляющие вещества, чтобы не давать монстрам высунуться. Какие именно, Иван не знал и потому приложил все усилия, чтобы не сорваться в воду, выбираясь из окна.

Волновался он напрасно: в лодке его сразу уложили на дно, а потом аккуратно подняли на борт катера, обчистили карманы и спустили в трюм.

Влад Рогов за ним не последовал. Он поспешил в капитанскую рубку и потребовал от капитана, уже поставленного в известность о его полномочиях:

– Высаживайте десант! Цель – алюминиевый кейс, пленные – по обстоятельствам!

– Слушаюсь, чжунсяо

Капитан без промедления отдал распоряжения, и на воду спустили еще две надувные лодки. Но едва они отплыли от катера, из здания прогремели несколько одиночных выстрелов. Пули вздыбили воду вдали от катера, и все же капитан приказал открыть огонь на подавление.

Рявкнули зенитные орудия, стены здания брызнули обломками бетона, и тут же с соседней улицы на перекресток вывернул военный катер русского миротворческого корпуса.

– Прекратить огонь! – по-английски проревел громкоговоритель на преградившем путь лодкам катере. – Вы препятствуете спасательным работам миротворческих сил Российской Федерации!

Капитан обернулся за дальнейшими распоряжениями к Рогову.

– Нас ставили в известность о возможной активности русских в этом квадрате, – предупредил китаец.

Влад достал из кармана вычурный флеш-накопитель, задумчиво посмотрел на него и досадливо махнул рукой.

– Отбой! – скомандовал разведчик. – Пускай русские забирают своих ублюдков. Боюсь, Эль Капитано сильно переоценивает дружелюбие соотечественников. Все они пьянь и мразь. Одно слово – русня!..

Перестрелка с русскими из-за банальных бриллиантов выходила не только за рамки его полномочий, но и за границы здравого смысла. К тому же всегда оставалась возможность добиться возвращения драгоценных камней по дипломатическим каналам.

Надувные лодки начали поднимать на борт, а Влад спустился в трюм к взятому под стражу торговцу оружием.

– Почему? – холодно спросил он. – Почему ты застрелил своего человека?

Иван Доу откинулся на лавке, посмотрел в сторону и вздохнул.

– Я не слишком сведущ в медицине, но мертвецов повидал изрядно. Отравленного от задушенного как-нибудь отличу.

– Так он что, убил их?! – удивился Рогов. – Ирландку и капитана? На кой черт ему это сдалось?

– Хотел выйти из игры. Думал, сумеет забрать камни и спрятаться от синдиката, пока они будут резать меня на куски, – спокойно ответил Иван. – Все уши об этом прожужжал. Стоило бы мне насторожиться, когда так удачно подорвались гранатой ямайцы. Сначала Крис убрал подручных Тонго, потом устранил его самого, заодно сбросив за борт балласт. Все разыграл как по нотам.

– И ты решил отомстить за ирландку?

– В том числе, наверное… – отстраненно пожал плечами торговец оружием. – Просто так совпало. У Криса была мечта: дом в горах, спокойная жизнь, лыжи. А когда начинают убивать ради мечты, уже не останавливаются. Никто не останавливается. Рано или поздно он избавился бы и от меня. Не было никакой необходимости душить Эйрин. Он мог просто соврать о ее смерти. Мог, но не стал. Хотя знаешь… дело не только в этом. Не стоит нарушать правила игры, только и всего.

– У тебя есть правила? – удивился Влад.

Доу пристально посмотрел на него, потом нехотя кивнул.

– Есть. У всех должна быть грань, которую нельзя переступать. У меня есть правила, и у меня есть работа. Без правил и работы я никто. Иначе просто незачем жить. На стену полезу, сопьюсь или застрелюсь. Не хочу. – Торговец оружием тяжело вздохнул и спросил: – А ты? Как тебя-то угораздило продаться китайцам, русский?

– Четыре поколения моих предков жили в Китае. Белоэмигранты. Русская краснозадая мразь, сделавшая мою семью беженцами с родной земли, всегда была для меня вчетверо ненавистнее азиатов, – ответил Влад и направился на выход.

Иван его остановил:

– Так что насчет правового иммунитета?

– Ты его получишь.

– А мои вещи?

Влад Рогов отдал распоряжение одному из стороживших арестанта матросов, и тот принес пластиковый пакет с изъятыми у Ивана вещами.

– Здесь не все! – возмутился Доу, заглянув внутрь.

– Те безделушки, которыми ты набил карманы в апартаментах Маттесона, конфискованы, – уведомил торговца оружием Влад Рогов и покинул трюм.

Иван Доу без спешки рассовал по карманам свои вещи, потом взял бумажник и заглянул в отделение для мелочи, где среди банальных никелевых юаней затесалось несколько монет из коллекции покойного Маттесона. Никто из китайцев заглянуть сюда не догадался.

Серебряный доллар тысяча восемьсот четвертого года, несколько золотых дублонов, редкий пятицентовик с головой Статуи Свободы – пусть стоимость их и не могла сравниться с грузом бриллиантов, но несколько миллионов стартового капитала выступят серьезным подспорьем, когда придет время возобновлять бизнес. Бросать торговлю оружием Иван не собирался. Он нисколько не лукавил, говоря, что живет исключительно работой…

20

Влад Рогов, Эль Капитано

Два патрульных катера, китайский и российский, замерли друг напротив друга посреди залитого водой Нью-Йорка.

Влад Рогов выбрался на палубу, встал возле станкового пулемета. Прищурившись, посмотрел на бывших противников, которые стояли на другой палубе в двух десятках метров от него: увидев соотечественников Эль Капитано, они тут же сдались им вместе с бриллиантами. Китайский разведчик не испытывал к ним ненависти, хотя мог погибнуть по их милости. Но теперь охота закончена, и закончена в его пользу. Можно расслабиться и проявить великодушие, даже простить им уведенные из-под носа камешки. Опытный разведчик не имеет права поддаваться эмоциям. Да и не в камешках суть.

Противники, если судить по безмятежным лицам, тоже не держали на него зла. Игра есть игра, бессмысленно закатывать истерики, обдернувшись на мизере. Камешков им тоже не видать, как своих ушей, теперь бриллианты – собственность Российской Федерации. Эль Капитано и его криминальный гарем хорошо держали болезненный удар по самолюбию, и Рогов, распираемый честью четырех поколений белых офицеров в роду, не смог удержаться от того, чтобы не вскинуть два пальца к верхней брови, салютуя достойным соперникам.

Эль Капитано салютовать в ответ не стал. И, видимо, не потому, что смертельно обиделся. Ну да, Влад неоднократно слышал русскую поговорку «К пустой голове руку не прикладывают». Оскорбительно звучащая военная присказка означала всего лишь, что без головного убора честь в российской армии отдавать не принято, и этой присказке даже всерьез учили в китайской разведшколе – безусловно, было бы чудовищно нелепо проколоться во время ответственного задания на подобной чепухе.

Когда русский катер завел двигатель и начал уходить в направлении Нью-Джерси, Матвеев все-таки поприветствовал коллегу-аквалангиста, но по-другому: поднял над головой двумя пальцами какую-то мелкую вещицу и приветливо помахал ею в направлении китайского разведчика.

Пробившийся через сплошные тучи одинокий солнечный луч блеснул на ее металлическом корпусе, и похолодевший Рогов понял, что это флешка.

– Давэй, – сквозь зубы процедил он. – Найдите мне ноутбук. Живо! Да шевелите же задницей!..

Китайскому капитану явно не понравилось столь бесцеремонное обращение, да еще в присутствии его непосредственных подчиненных. Однако дисциплина и почтение к вышестоящему офицеру была впитана им с молоком матери. Ноутбук нашелся молниеносно; Влад дрожащими руками вытащил флеш-карту с бесценными научными материалами из нагрудного кармана и вставил ее в USB-разъем.

На флешке вместо презентаций и доков обнаружилось множество звуковых файлов. Рогов несколько мгновений тупо разглядывал их, не понимая, что происходит, а потом ткнул курсором в первый, и над акваторией разнеслась бодрая латиноамериканская гитарная музыка. Это была композиция «Nah neh nah» группы «Vaya Con Dios».

Будучи по происхождению русским, Влад не мог не оценить, с каким дивным лингвистическим сарказмом судьба назвала эту песню.

Он вырвал флешку из гнезда и одним движением разломил ее пополам по шву. Это удалось ему безо всякого труда: как выяснилось, та уже была один раз вскрыта, а потом слеплена снова жеваной никотиновой резинкой. Той самой, которую Рогов не так давно лично дал Эль Капитано по его просьбе.

– Разверните катер! – истошно закричал Влад. – Давэй! Преследуйте русских! У них материалы чрезвычайной государственной важности!..

Капитан китайского патруля молча смотрел на него, не двигаясь с места.

– Простите, чжунсяо, – проронил он наконец, – вы хотите, чтобы мы атаковали русских?

– Дзиба! – выматерился Рогов. – Ванбадань! Да, нам надо немедленно атаковать русских и забрать материалы!

– Это будет вооруженный конфликт, чжунсяо, – качнул головой капитан-давэй. – У нас нет полномочий развязывать военные конфликты с союзниками без санкции командования.

– У вас есть предписание всячески способствовать офицерам разведки Генштаба!..

– Если угодно сяньшэну, я свяжусь с нашим штабом в Калифорнии.

– Нет времени! – огрызнулся Влад. – Давэй, полнотой власти, дарованной мне Народным Китаем, я отстраняю вас от командования катером и занимаю ваше место на мостике! Патруль, слушай мою команду…

– Сожалею, чжунсяо, – перебил его давэй, – но на боевом корабле, который находится в открытом море, за все отвечает капитан. У вас и вашего ведомства нет полномочий отстранить меня до тех пор, пока мы не вернемся в порт. Русские вооружены лучше нас, и у них где-то неподалеку боевой вертолет. Это будет самоубийственная атака. Прошу вас, возьмите себя в руки. Иначе мы спровоцируем кровавый конфликт с союзником ценой наших жизней и безо всякой надежды на победу.

– Ванбадань, – устало пробормотал Рогов, из которого словно разом выпустили воздух. Проклятый Капитано его все-таки переиграл. Русские, разумеется, обыщут его, но укрыть от них флешку для него будет гораздо проще, чем чемодан с бриллиантами. Но ничего, китайская разведка непременно возьмет эту сволочь за жабры в Нью-Джерси или в Лас-Вегасе, когда чертов громила попытается сбыть информацию серьезным игрокам… А вдруг тот успеет скопировать или уничтожить драгоценные данные?.. – Дзиба пигуфака… Хотя бы не теряйте их из виду!

– Слушаюсь, чжунсяо, – невозмутимо откликнулся давэй. – Однако когда русские заметят, что мы их преследуем, нам придется как-то объяснить свои действия.

– Так не преследуйте ни хрена! Просто не теряйте их из виду! – снова взорвался Влад. – Чтобы никто ничего не смог незаметно передать или выкинуть с борта! Если у русских возникнут вопросы, скажете, что движетесь собственным курсом, установленным командованием!

– Слушаюсь, чжунсяо, – повторил давэй. И после паузы едва слышно добавил: – Лаовай цхао ни ма!

Чжунсяо Рогов все-таки услышал поразительное хамство капитана, но реагировать у него уже не было сил.

Эль Капитано в это время стоял на корме русского катера, приобняв за плечи обеих своих девчонок, и вдохновенно пояснял:

– Вот и все. Ловкость рук, и никакого мошенства. Когда вернемся на Большую землю, детка, я тебе взамен утраченной музыки куплю новый mp3-проигрыватель и закачаю туда всю «Вайю кон Диос», какую только найду в торрентах. Заслужила. Если бы ты не вытащила флешку из кармана у того кретина, мы бы сейчас имели довольно бледный вид.

– Обычная процедура, – отмахнулась Пакита. – Когда подсаживаешь человека, помогая ему выбраться из лифтовой шахты, он обычно так увлечен тем, как бы половчее ухватиться и влезть наверх, что теряет всякую осторожность. Особенно когда мужика-омбре подсаживает грудастая молодая чика – это дополнительно путает ему мысли. В такие моменты у этого петушка почку можно незаметно вынуть, не то что часы или бумажник.

– Гуапа, ну признайся уже, – попросил Матвеев. – Те громилы в баре Лас-Вегаса, у которых я тебя тогда отбил, когда мы познакомились, – они ведь не изнасиловать тебя пытались, правда же? Они поймали тебя за руку, когда ты у них что-то стащила, и хотели проучить?

– Та страница моей жизни давно закрыта, Капитано, – с достоинством заметила девушка. – Эста антигуа карретера. Но только не говори в связи с этим, что мои старые навыки не спасли нам сегодня задницу.

– Спасли, спасли, – согласился Федор. – Ту эрмосо куло. Иначе Папаша Пак непременно нам ее прищемил бы.

– И какой у нас теперь будет алгоритм? – Бандана на всякий случай понизила голос. – Мы отдадим ему флешку взамен бриллиантов или попытаемся продать ее сами, раз уж она стоит дороже камешков?..

Эль Капитано задумчиво молчал, глядя на буруны за кормой катера. Тогда, в здании Трамп-тауэр, когда во время атаки ихтиандров все ненадолго потеряли его из виду, он задержался, вернувшись к смертельно раненому корейцу, распростертому на лестнице. Два пулевых ранения в спину – сразу было ясно: не жилец. Даже если попытаться его транспортировать, сдохнет через пару часов, обнулив все усилия команды. Ничего не поделаешь, приятель, ты знал, куда едешь и на что подписываешься.

Матвеев поднял автомат.

– Эй! – подал голос полутруп. Он смотрел на Федора через сеточку ресниц. Ему явно было нестерпимо больно, но он изо всех сил, на грани обморока, держал себя в руках. – Со мной все?

– Все, – подтвердил Эль Капитано, направляя ствол ему в голову. – Ступай с миром, боец.

– Погоди… Не стреляй… – Каждое слово давалось умирающему с большим трудом. – Есть важное. Я разведчик…

– Я в курсе, – мягко сказал Матвеев. – Я знаю, что вы, китайцы, пасли меня еще с Вегаса. Не трать зря силы, отдыхай.

– Нет, – сказал Пак. – Китайцы. Нет. Наоборот. Я не кореец, я удмурт. Меня зовут Ерги Чорыгов. Майор ГРУ. Только не китайского… – Псевдокореец тяжко закашлялся, и на его губах выступила кровавая пена. Зато, казалось, говорить ему после этого стало легче. – Военная разведка Российской Федерации. Слушай меня, Эль Капитано… капитан Матвеев. Хадсон скачал с сервера миллиардера Маттесона очень важную информацию. Именно в ней была истинная цель миссии, а не в брюликах. И пасли мы его, а не тебя, как китайцы. Китайцы ничего не знали, но догадывались по оперативным данным, что вокруг Папаши Пака началась какая-то важная движуха, поэтому они упали на «хвост» ему и всем, кого он мог нанять. Меня сделали Паком, чтобы вы все думали, что я родственник Папаше, и никто из вас ко мне не цеплялся… – Он снова закашлялся, пустив из угла рта кровавую струйку. – Мало времени на детали. Короче, информация с флешки. Тот, кто ее получит, может научиться на расстоянии управлять морскими тварями. Это прорыв, Матвеев. Это победа над атлантами и в дальнейшем – господство над миром…

Эль Капитано задумчиво смотрел на него. За спиной раздавалось ядовитое шипение, и Федор, коротко оглянувшись через плечо, увидел, как выпущенный ихтиандрами газ медленно, густыми слоями поднимается по колодцу полузатопленного эскалатора, подбираясь к ним с удмуртом.

– Эта инфа ни в коем случае не должна попасть в руки китайцев, – продолжал тот, не замечая смертоносной пелены. Впрочем, в его состоянии уже было все равно. – Теперь на мировой арене на вершине пирамиды остались только мы с ними. Они нам пока союзники, но тем более ни к чему терять надежных союзников, укрепляя их настолько, чтобы они отважились сыграть собственную игру. Флешка должна попасть к нашим и только к нашим. Как угодно. Любой ценой. Смотри, у меня тут передатчик… – Майор Чорыгов мучительно двинул левой рукой в сторону внутреннего кармана. – Забери. При активизации автоматически вызывает российский патруль и устанавливает для него пеленг. Это для экстренных случаев. Штучка портативная и долго давать мощный сигнал не сможет, но пятнадцать минут я тебе гарантирую, а больше и не надо. Наши в курсе и активно рыщут по периметру закрытой зоны, дожидаясь сигнала. Активируешь, когда флешка будет у тебя, и тут же примчится кавалерия. Если при встрече возникнут какие-то осложнения или подозрения, скажешь командиру патруля, что действуешь по распоряжению Черного Лебедя ноль четыре двести пятьдесят семь е. Запомнил?

– Черный Лебедь, е, – послушно повторил Эль Капитано.

– Ноль четыре двести пятьдесят семь. Не забудь. Это важно.

– Так точно.

– Но сначала нужно вернуть флешку. Родине позарез нужна твоя помощь… – Чорыгов обессиленно откинул голову назад.

– Когда мне в свое время нужна была помощь, Родина на меня насрала, – негромко сказал Федор. – Тогда, в Норфолке, когда меня обвинили в передаче потенциальному противнику данных с серверов американской базы…

– Если ты доставишь командованию флешку, думаю, у тебя будет отличный шанс очистить свое имя…

Ядовитый туман уже почти достиг площадки, на которой лежал раненый разведчик, и Матвеев снова поднял ствол.

– Прощай, майор, – сказал он. – Я сообщу твоим, что ты погиб с честью.

– Я думаю, они сумеют выяснить, как я погиб. Но спасибо. Прощай, капитан…

Труп удмурта в течение часа наверняка оказался бы сожран морскими тварями, и все же Федор не сумел заставить себя выстрелить ему в лоб, разнося голову вдребезги, а аккуратно прострелил сердце.

Когда Матвеев взобрался по лесенке бетонного колодца лифтовой шахты наверх, Пакита шепнула ему на ухо, что вытащила флешку у Липке из кармана, когда подсаживала того наверх. Задача сразу упростилась, хотя девчонка, конечно, рисковала на грани фола. На всякий случай Эль Капитано отобрал у Пакиты флеш-карту с музыкой для ее mp3-проигрывателя, украдкой разломил обе флешки пополам и переставил карты памяти из корпуса в корпус, а потом аккуратно склеил половинки никотиновой жевательной резинкой, которую дал ему Рогов. Затем он планировал, особо не скрываясь, засунуть флешку секретаря Хадсона, в которой теперь был электронный носитель с латиноамериканской музыкой, обратно в карман Кристиану, чтобы тот не хватился пропажи и конкуренты не устроили обыск.

В этот момент Липке наверняка схватил бы его за руку, но это тоже входило в планы Матвеева. Ведь тогда Кристиан оказался бы абсолютно уверен, что Эль Капитано пытается вытащить у него флешку. Убедившись, что у вора ничего не вышло и флешка по-прежнему в кармане, Липке даже не стал бы ее проверять. И совершенно напрасно. Матвеев был хорошо знаком с методикой искусного отвлечения внимания, используемой иллюзионистами и мошенниками – жизнь в Вегасе научила.

Однако завершить акцию прикрытия Эль Капитано так и не успел. Когда Рогов признался, что он китайский разведчик, а Липке, сунув руку в карман, обнаружил пропажу флешки, Матвееву не осталось ничего другого, кроме как импровизировать. Именно поэтому он взял Кристиана в заложники, отчетливо понимая, что его блеф работает лишь до тех пор, пока горло Липке холодит лезвие ножа.

Кто-то из противников продырявил Липке, и его пришлось бросить, но это уже не имело значения. Рогов клюнул на приманку, и Федору с девчонками удалось скрыться – Влад полагал, что драгоценная флешка осталась в кармане у Кристиана, и в общем-то так оно и выглядело, потому что Матвеев, волоча заложника за собой, одной рукой ухитрился всунуть ему в карман фальшивую флеш-карту. Конкуренты больше не были нужны китайскому разведчику, жаждущему заполучить информацию, и он не стал их преследовать.

Теперь, на палубе русского патрульного катера, навсегда увозившего его с девчонками из закрытой зоны Нью-Йорк, бывший капитан Матвеев точно знал, что победил китайца русского происхождения не только ради себя и своих девок, но и ради Родины, которую он когда-то проклял, но о которой на самом деле так часто думал последние годы.

– Нет, чикита, – проговорил Эль Капитано, очнувшись от воспоминаний. – Эти данные мы продавать не будем. – Он повернулся к кубинке. – А скажи-ка мне, палома: что ты думаешь о России?

– Это где снег круглый год по пояс и черная икра столовыми ложками? – Пакита пожала плечами. – Я о ней не думаю.

– Совершенно напрасно. Теперь это твоя новая Родина. Тебе понравится в домике на берегу Байкала, обещаю. Там вода такая чистая и прозрачная, что лед зимой можно вставлять в окна вместо стекла. – Он покосился на Бандану. – Тебе, полагаю, тоже понравится, чика пеналь. Хотя лично ты, конечно, можешь валить на все четыре стороны. Но я бы не стал этого делать – у расстроенного Папаши Пака длинные руки.

– А в России он нас, типа, не достанет? – уточнила Бандана.

– В России, типа, не достанет. Я передам эти данные русской разведке – в обмен на гарантии безопасности и домик на берегу Байкала.

– Побрекито локо Капитано! – переполошилась Пакита.

– Все, не спорить! – повысил голос Матвеев. – Это слишком опасная информация, в которой заинтересованы слишком серьезные люди. Боюсь, если мы попытаемся ее продать, долго нам не прожить. Мы слишком много знаем. Хадсон был идиот, что влез в это дело, либо у него реально был могучий заказчик, способный его прикрыть. Но не думаю насчет заказчика, скорее идиот. Наш единственный шанс выжить – это сдать флешку какой-нибудь могучей спецслужбе, потому что эта информация слишком жжет руки, как бомба с зажженным фитилем. Предпочитаю родную Российскую Федерацию – тем более что мы и так уже у нее в лапах вместе с бриллиантами.

– Предлагаешь расслабиться и получать удовольствие? – криво усмехнулась Пакита.

– Да мы фактически и так уже это делаем. – Матвеев снова приобнял ее за плечи. – Уверен, из тебя выйдет отличная русская хозяюшка.

– Я не умею доить медведей.

– Я тоже. Значит, купим электрический доильник. Только медведи – это как-то слишком брутально даже для нас с тобой. Доить будем волков, их в Сибири много.

– Ты серьезно или прикалываешься?!

– Конечно, серьезно! Думаешь, почему мы, русские, такие суровые и крутые? Потому что вскормлены волчьим молоком.

– Марикон!..

По палубе вдруг забегали вооруженные солдаты. Далеко впереди, в конце улицы, раздался отчаянный булькающий полувой-полувсхлип, и над поверхностью воды начала подниматься огромная бугристая голова монстра, поросшая водорослями и ракушками. Величиной эта тварь была примерно вдвое больше того эласмозавра, который преследовал судно наемников в начале экспедиции. Однако российский патрульный катер, фактически боевой корабль в миниатюре, был вооружен куда солиднее катерка капитана Бишопа, и Матвеев совершенно не сомневался в исходе сражения.

Больше его уже ничто не могло обеспокоить – ни атаки морских тварей, ни подвсплывшие мины, ни китайские патрули, ни низкочастотные удары атлантов, ни возможные цунами.

Он возвращался домой.

Content

Павел Корнев, Василий Орехов
Морские твари

1 Эль Капитано

2 Иван Доу

3 Эль Капитано

4 Иван Доу

5 Эль Капитано

6 Иван Доу

7 Влад Рогов

8 Иван Доу

9 Влад Рогов, Иван Доу

10 Эль Капитано

11 Иван Доу

12 Влад Рогов

13 Эль Капитано

14 Иван Доу, Влад Рогов

15 Эль Капитано

16 Иван Доу, Влад Рогов

17 Эль Капитано

18 Иван Доу, Влад Рогов

19 Эль Капитано, Иван Доу, Влад Рогов

20 Влад Рогов, Эль Капитано