Кэт Шилд

Счастливое сердце

Роман

Cat Schield

A Merger by Marriage

A Merger by Marriage © 2014 by Catherine Schield

«Счастливое сердце» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Глава 1

Закинув руку на кожаную спинку дивана, Джейти Стоун неторопливо смаковал фирменный коктейль Рика, задумчиво разглядывая Виолетту Фонтейн в черном мини-платье с длинными рукавами и глухим воротником, под которым нельзя было рассмотреть даже ключиц. Спереди платье казалось весьма и весьма скромным. Но сзади… Широкий V-образный вырез тянулся до самой талии, открывая золотистую кожу и подчеркивая изящество фигуры тонкими полосками черной ткани. Дизайн явно предлагал зрителям сосредоточить все внимание на округлых, плотно обтянутых тканью формах пониже спины, и Джейти не стал упрямиться, послушно наслаждаясь соблазнительным видом.

Мысленно лаская роскошные изгибы, Джейти невольно стиснул пальцы. До того как они познакомились шесть лет назад, он всегда был черствым и прагматичным, но после встречи с Виолеттой безуспешно искал и никак не мог найти ягодиц лучше, чем у нее. Хорошо, хоть сама она так и не поняла, как сильно его впечатлила. Иначе потерей любимого бармена дело бы не ограничилось.

Когда речь заходила об изысканных смесях всевозможных напитков, Рику, главному мастеру «Стиля Фонтейна» не было равных, и Джейти мог смело притворяться, что ходит сюда едва ли не каждый день именно затем, чтобы переманить великого мастера обратно к себе в «Титан».

Допивая «Грязный мартини», Джейти усмехнулся. Ну и кого он, собственно, пытается обмануть? С тех пор как Рик уже почти год назад сменил место работы, сам он повадился ходить сюда лишь ради Виолетты, которая каждый день, точно в одиннадцать пятнадцать совершала привычный обход, попутно общаясь с клиентами. У хозяйки «Стиля Фонтейна» всегда было много работы.

– Выпьешь еще? – приветливо улыбнулась проходившая мимо официантка.

– Конечно. – А почему бы и нет? Он кивнул в сторону Виолетты: – «Грязный мартини» и бокал ее любимого напитка.

Шарлин проследила за его взглядом:

– Ты же знаешь, что она не пьет на работе.

– А вдруг именно сегодня она захочет сделать для меня исключение?

– Возможно. – Но, судя по тону, Шарлин явно не разделяла его надежд.

– Ты же скажешь, что я хочу, чтобы она лично принесла мне коктейль?

– Конечно. – Давно выучившая ритуал официантка сухо улыбнулась.

Пару минут спустя пришла Виолетта и умелым движением поставила перед ним бокал.

– Рик сказал, что сегодня ты предпочитаешь мартини.

– Составишь мне компанию?

Виолетта покачала головой и ее бриллиантовые сережки закачались в такт движению.

– Я на работе.

– А я – твой лучший клиент.

– Ты приходишь ради Рика, а не ради моего заведения.

– Я прихожу ради тебя, – едва слышно выдохнул Джейти, и Виолетта уставилась на него широко раскрытыми глазами. Неужели она до сих пор так ни о чем и не догадалась? Все официантки уже давно поняли, что ходит он сюда далеко не ради одной только выпивки.

Джейти в очередной раз старательно напомнил себе, что любит податливых фигуристых блондинок, а высокая худощавая Виолетта, унаследовавшая сложение от матери-танцовщицы и пышные вьющиеся каштановые волосы от отца, совсем не в его вкусе. Ее сильный характер был старательно выработан его собственным дядей, Тиберием Стоуном, некогда заменившим ей отца. Тиберий винил отца Джейти в том, что сам он остался без наследства…

– Уж пару минут ты точно можешь мне уделить, – настаивал он, жестом приглашая устроиться рядом с ним на диване.

Слегка приподняв бровь, Виолетта пристально на него посмотрела и устроилась на кушетке напротив, закинув одну стройную ножку на другую. Сегодня она собрала длинные волосы в высокий хвост, открывая четко очерченные скулы, придав своему более чем современному образу какие-то ретрочерты, и Джейти в очередной раз ею залюбовался.

Устроившись поудобнее, Виолетта подперла рукой подбородок, явно дожидаясь, когда он заговорит первым.

Пригубив коктейль, Джейти задумчиво разглядывал красавицу поверх бокала, только сейчас заметив темные круги у нее под глазами. Что ж, похоже, последовавшие за убийством Тиберия недели дались ей непросто. И работала она как проклятая.

– Тебе бы следовало немного отдохнуть, – осторожно заметил Джейти, отлично понимая, что лезет не в свое дело.

– И чем же ты мне предлагаешь заниматься? Сидеть дома и плакать? – Поняв, что взяла неверный тон, Виолетта глубоко вздохнула и продолжила уже значительно спокойнее: – Я знаю, что большинство именно так и делают, когда теряют родителей, но я решила, что, работая, я отдам Тиберию должное гораздо лучше, чем если стану просто сидеть и рыдать.

Джейти кивнул:

– Думаю, он бы одобрил твои действия.

Джейти и сам носил второе имя Тиберий в честь младшего брата матери, но по-настоящему ему удалось познакомиться с дядей лишь совсем недавно. Сам он вырос в фамильных владениях Стоунов в Майами, а Тиберий почти никогда не покидал Вегас, да и натянутые отношения между Тиберием и отцом Джейти, Престоном Родесом, сводили на нет любую возможность общения.

Вражда между Престоном и Тиберием зародилась четверть века назад, когда, если верить тому, что Джейти удалось по крупицам выведать у друзей семьи, Престон обвинил Тиберия в растрате имущества «Корпорации Стоунов» и уговорил Джеймса Стоуна лишить сына наследства. А еще через пять лет, когда Джеймс умер, Престон заставил жену, Фиону Стоун, которая по воле отца так и не взяла фамилию мужа, вынудить совет директоров назначить его председателем и генеральным директором.

– Спасибо, что пришел сегодня утром на поминки. Я знаю, вы с Тиберием были не слишком близки, но в последнее время он часто говорил, что жалеет, что все эти годы держался в стороне и так и не успел по-настоящему с тобой познакомиться.

Почувствовав, как что-то сжимается в груди, Джейти глубоко вздохнул:

– А я и не знал, что Тиберий так думал.

Когда Джейти приехал в Лас-Вегас заняться местной ветвью семейного бизнеса, его мнение о Тиберии было полностью сформировано отцом и дедом, но, увидев, как сильно им восхищается Виолетта, и наслушавшись лестных отзывов местных бизнесменов, он начал подозревать, что, если дядя действительно совершил то, в чем его обвиняли, у него были на то серьезные причины.

– Когда речь заходила о вашей семье, он действительно был чрезвычайно упрям, – смущенно улыбнулась Виолетта, – а твоего отца и вовсе ненавидел.

– Думаю, это чувство было взаимным.

Виолетта ненадолго задумалась:

– Знаешь, в последнее время Тиберий несколько раз говорил, что ты сумел бы правильно распорядиться «Корпорацией Стоунов».

Джейти почувствовал новый приступ сожаления. Ему так и не довелось близко сойтись с дядей, а теперь уже слишком поздно.

– Я ухожу из компании.

Странно. Он еще никому ничего не говорил о своем намерении. Даже троюродному брату Бренту, с которым был невероятно близок. Джейти задумчиво покрутил бокал в пальцах. Неужели Рик добавляет в свое зелье сыворотку правды? Отставив коктейль, Джейти посмотрел на удивленную Виолетту.

– Но почему? – спросила она.

– Два месяца назад мне исполнилось тридцать, и теперь я могу распоряжаться оставленным матерью вкладом и тридцатью процентами акций «Корпорации Стоунов». Получив все это, я внимательно присмотрелся к финансам компании и понял, чем в последнее время занимался отец.

– И чем же?

– Он взял слишком много кредитов, вкладывая их в разрозненные дела, и в итоге наши ресурсы так растянулись, что еще немного, и они лопнут.

– Я ничего об этом не знала, – мягко заметила Виолетта. Отлично, только жалости ему не хватало! – А с отцом ты разговаривал?

Джейти не привык ни с кем делиться своими тревогами и заботами, но, с другой стороны, Виолетта – это не просто какой-то абстрактный, а совершенно особенный человек, через которого он связан с той частью своей семьи, которую уже никогда не сможет узнать. Наверное, именно из-за этой связи рядом с ней он не чувствовал себя таким одиноким.

Снова взяв бокал, Джейти ответил:

– Он не станет меня слушать. Да и в любом случае ему принадлежит контрольный пакет, и я никак не могу повлиять на текущую политику компании.

– А что ты станешь делать, когда уйдешь из «Корпорации Стоунов»?

Джейти никогда не любил без лишней необходимости вскрывать карты, но перед неназойливой заботой Виолетты оказалось чертовски сложно устоять. Можно подумать, у нее впереди целая вечность, которую она готова потратить, внимательно его слушая. Ну и ладно. Глупо упускать возможность посоветоваться с такой опытной бизнес-леди, раз уж она сама предлагает все обсудить. Да и просто поговорить с ней всегда приятно… Это если забыть о прекрасном теле и сосредоточиться на разговоре.

– Я уже прощупал почву и теперь собираюсь начать собственное дело. Дядя прекрасно справился и без семейного бизнеса, значит, я тоже справлюсь.

– А ты уверен, что оно того стоит? Тиберий всю жизнь жалел, что позволил твоему отцу выгнать его из компании.

– Выгнать? Его поймали на воровстве и уволили.

Лицо Виолетты помрачнело.

– Его оклеветали. – Она явно верила тому, что говорила. – Твой отец.

Выпрямившись, Джейти задумался. Любой нормальный человек на его месте яростно отмел бы подобное обвинение, но он-то успел досконально изучить финансовое состояние компании и знал, что отец говорит акционерам далеко не все. А значит, врет. Да и в любом случае Джейти слишком хорошо успел насмотреться, как Престон обращался с его матерью, чтобы считать отца достойным подражания или просто порядочным человеком.

Но Джейти всегда был искренне предан семье и не собирался вот так запросто верить любым обвинениям.

– Если это правда, мне тем более следует проститься с компанией и отцом.

– Или ты можешь остаться и бороться за свои права.

Как же решительно она настроена! Но даже ценя боевой дух Виолетты, Джейти не собирался менять решения, к которому шел уже несколько лет. Финансовые отчеты оказались лишь последней каплей.

– Мне ненавистна одна мысль, что я ничего не могу сделать и вынужден просто стоять и смотреть, как он разваливает дело, которое дед старательно создавал.

– Я отлично тебя понимаю. А эти твои планы… Ты уедешь из Лас-Вегаса?

А она против? При одной мысли, что он больше не сможет каждый день с ней видеться, Джейти сразу мрачнел, но неужели и Виолетта не хочет с ним расставаться?

В надежде разгадать ее мысли, Джейти пристально посмотрел Виолетте в глаза, но сумел разглядеть лишь вежливое любопытство. Что ж, значит, за ее вопросом ничего не стоит. Она всегда была невероятно открыта и никогда не прятала своих мыслей и чувств, совсем не пытаясь оградиться от окружающего мира. От его боли и разочарований.

И в том числе именно поэтому Джейти никогда и не пытался ей навязываться.

Вскоре после приезда в Вегас он встретил ее с дядей на каком-то благотворительном мероприятии, но как бы привлекательна ни была двадцатитрехлетняя девушка, он старательно пытался не обращать на нее внимания, помня как о застарелой вражде между своим родным и ее приемным отцами, так и о собственном образе плейбоя.

До того как перебраться в Лас-Вегас, Джейти успел прославиться безрассудством в высшем обществе Майами, тратя львиную долю времени и денег на быстроходные яхты, дорогие машины и недоступных женщин, совершенно не заботясь о чувствах окружающих и бросаясь в любые авантюры, лишь бы позлить отца.

А Виолетта произвела на него такое сильное впечатление, что ему совершенно не хотелось впутывать ее в семейные распри и интриги. Да и в любом случае она ему не подходила. Она наверняка стала бы ждать от него того, что он не в силах был дать. Безграничное доверие и тихую радость. Чтобы оправдать ее ожидания, Джейти пришлось бы выпустить чувства за пределы старательно возведенной крепости и столкнуться с жестокой реальностью, полной боли и разочарований. Она бы наверняка сумела выманить его из тщательно обустроенной пещерки на свет божий и заставила бы искать счастье. Но разве смог бы он справиться с этой задачей, раз в детстве его ни к чему подобному не готовили?

Отец свято верил, что любое вставшее на пути препятствие нужно уничтожить, и старательно вдалбливал эту идею сыну, а мать, изнывавшая от любви к бессердечному мужу, превратившему ее жизнь в настоящий ад, начала искать утешение в наркотиках и алкоголе как раз тогда, когда уехал Тиберий, и к двенадцати годам Джейти привык обходиться без родителей, совсем не общался с дедом, а о дяде почти ничего не знал. Так же как и о родственниках со стороны отца. Единственным человеком, проявлявшим к нему хоть какой-то интерес, была бабушка, разрывавшаяся между Майами, Виргинией и Кентукки.

Семья, любовь, забота… Все эти понятия так и остались для Джейти какими-то смутными образами, не имеющими никакого отношения к реальности.

Познакомившись с Виолеттой, он вдруг понял, какой бывает нормальная жизнь, и, насмотревшись на ее любовь к сестрам, матери и Тиберию, невольно захотел оказаться в кругу избранных и на себе ощутить всю силу этой любви. Однако при всем желании он не мог заставить себя погрузиться в ее мир и признаться в своих чувствах. Так же как не мог теперь просто так уйти.

Поэтому едва ли не каждый день он отправлялся в «Стиль Фонтейна», часами просиживая в баре и мечтая о Виолетте, но совершенно не представляя, как к ней подступиться.

– Я не знаю, что ждет меня впереди, – ответил он наконец. – А ты будешь по мне скучать?

Явно не ожидавшая такого вопроса Виолетта удивленно взглянула на него. Обычно они не обсуждали ничего личного, но сегодня Джейти решил сменить правила игры и слегка приоткрыться.

– Мне будет не хватать твоей деловой хватки, – сухо ответила она, явно не желая продолжать разговор.

– Виолетта… – Не давая девушке уйти, Джейти схватил ее за руку, и от этого простого прикосновения по всему его телу прокатилась волна желания. – Мне действительно жаль Тиберия.

Слегка сжав тонкие пальцы, он огромным усилием воли заставил себя разжать руку, борясь с внезапным порывом усадить ее себе на колени и подставить плечо, на котором она смогла бы вволю выплакаться. Но об этом не могло быть и речи. До подобной близости им было бесконечно далеко. Что одновременно его и радовало, и огорчало едва ли не до безумия.

– Спасибо. – За простым словом явно стояла настоящая благодарность. Джейти заметил, как она быстро смахивает закипевшие в уголках глаз слезы. – Я ужасно выгляжу.

– Ты прекрасна.

Простое утверждение из уст сложного мужчины. И совершенно неожиданное. Сходив в бар за салфеткой, чтобы вытереть слезы и собраться с мыслями, Виолетта вернулась к столику Джейти.

– Ты в порядке?

Кивнув, она с облегчением вздохнула, радуясь, что перед ней снова собранный и жесткий бизнесмен. Но как ей теперь забыть выглянувшего на краткий миг из-под привычной маски Джейти?

Она уже давно привыкла, что от одного его взгляда все ее гормоны сходят с ума, но с этим еще как-нибудь можно было справиться. В конце концов, она современная девушка со здоровым сексуальным аппетитом. И если она не злоупотребляет своими возможностями, это еще не значит, что ей не интересно. Просто она осторожна.

Но вот замиравшее от одного взгляда Джейти сердце не на шутку ее тревожило. Не стоит мечтать ни о какой романтике с настолько эмоционально закрытым человеком. Ничем хорошим это не закончится. Или мало ей примера собственной матери, до умопомрачения любившей женатого человека, который вскоре ею пресытился и оставил без какой-либо поддержки с маленьким ребенком на руках? Но Люсия Аллен до сих пор любила Росса Фонтейна. Несмотря ни на что.

Но сама Виолетта была слишком умна, чтобы пойти по стопам матери. Не успев додумать эту мысль до конца, она сразу же устыдилась. Так нельзя. Она любила маму. Все из-за того, что ей пришлось слишком быстро повзрослеть, и если бы не Тиберий, у нее и вовсе не было бы детства.

Он обожал маму и полностью взял на себя всю ответственность за нее и ее дочь. Стал главой их семьи. Фактически. Но не юридически. Люсия свято верила, что однажды Росс к ней вернется, и упрямо отказывалась выходить замуж за своего благодетеля.

Насмотревшись на все это в детстве, Виолетта твердо решила, что отдаст сердце лишь тому, кто действительно будет готов разделить с ней свою жизнь. И морально, и юридически. Что же касается Джейти, он успел отлично зарекомендовать себя в деловом мире, но в личных отношениях он ни перед кем полностью не раскрывался.

Да и вообще, он никогда не давал ей никаких оснований считать, что думает о ней не только как об удачливом конкуренте, переманившем его лучшего бармена.

Но сегодня все было иначе. Сегодня он спросил, станет ли она скучать, если он уедет.

Даже отбросив ненужные мысли, Виолетта все равно не смогла забыть, как от его прикосновения быстрее забилось сердце. Только что в этом удивительного? Разве можно не испытывать желание, когда к тебе прикасается темноволосый красавец со стальными мышцами, четко очерченными бровями и бездонным океаном голубых глаз?

Наверное, все из-за того, что она инстинктивно чувствовала: сейчас Джейти нужна помощь, а она всегда была хорошей девочкой и любила помогать всем вокруг. Но он никогда не был частью ее окружения.

– Я лучше пойду, у меня еще много дел, – сказала Виолетта, но ноги почему-то не хотели ее слушаться. Сегодня между ними что-то неуловимо изменилось, и ей совсем не хотелось уходить.

– Мне тоже пора, – вздохнул Джейти, взглянув на часы. – Если тебе что-нибудь понадобится, всегда можешь на меня рассчитывать.

– Как скажешь. – При всем желании она не могла представить, что ей может от него потребоваться. К тому же Виолетта уже давно научилась со всем справляться самостоятельно, да и как иначе, если мать пасовала перед малейшими трудностями? Правда, в шесть лет, когда они перебрались к Тиберию, жить стало гораздо проще и веселее, но все равно. – Очень любезно с твоей стороны.

На мгновение голубые глаза потеплели, но не успела Виолетта еще как следует к ним присмотреться, как настоящий Джейти снова спрятался за привычной маской.

– Любезность тут ни при чем. Мы одна семья.

Ничего себе.

– И как же ты это определил?

– Все просто. Ты – дочь моего дяди.

– Формально это не так.

– Ты правда думаешь, что для Тиберия это важно?

– Нет. – Склонив голову к плечу, она пристально разглядывала Джейти. – Но я думала, это важно для тебя.

– Почему?

Виолетте пришлось потратить не один год, чтобы научиться вести переговоры, и она всегда тщательно продумывала свои слова, но почему-то с Джейти ей совершенно не хотелось наперед продумывать ходы, и она честно призналась:

– Не знаю.

– Но почему-то же ты это сказала.

Виолетта задумалась. Она никогда не любила говорить о детстве, но Джейти был сегодня так добр…

– Мне не нравилось расти незаконной дочерью Росса Фонтейна, семья которого старательно делала вид, что меня вообще не существует.

– Но теперь же все изменилось. Генри Фонтейн не только признал тебя, но и назначил управляющей отелем, а в перспективе ты вполне можешь стать генеральным директором компании.

Виолетта кивнула:

– Я стараюсь все время об этом помнить, но порой во мне просыпается одиннадцатилетняя девчонка, которую дразнили за то, что она упрямо называла себя дочкой Росса Фонтейна, когда все видели, что он и знать обо мне не хочет.

– Да, я отлично понимаю – тебе пришлось нелегко.

Что-то ей слабо в это верилось. Единственный наследник огромной «Корпорации Стоунов» рос среди родных и близких, четко осознавая, кто он и где его место в этом мире. Возможно, между его родителями было и не все гладко, а отец плохо руководил компанией, но все это еще можно исправить.

– Значит, ты действительно думаешь, что мы одна семья? – Она надеялась, что в ответ Джейти улыбнется, но она явно ошиблась.

– Я так и не успел близко познакомиться с дядей, – пояснил он. – И мне искренне жаль, что я упустил эту возможность. Ты же знаешь его лучше, чем кто-либо еще, и через тебя я чувствую с ним некую связь.

Виолетте потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что он пытается наладить с ней отношения. От подобной неожиданности у нее даже слегка закружилась голова.

– Твой дядя был мне отцом во всех отношениях, кроме юридического. Думаю, мы можем считать друг друга двоюродными братом и сестрой.

– Я тоже так думаю, – кивнул Джейти. – Приятного вечера, Виолетта.

Больше не пытаясь до нее дотронуться, он ушел, и Виолетта вдруг почувствовала какое-то непонятное разочарование. Как же быстро она начала привыкать к его рукам… Но как теперь можно вообще думать о чем-то подобном, если они договорились считать друг друга братом и сестрой?

Продолжив привычный обход, Виолетта постаралась представить, что бы обо всем этом сказали сестры. Целеустремленная Харпер, выросшая в традиционной семье, наверняка посоветовала бы что-нибудь разумно-консервативное. Сестренка, которая была младше самой Виолетты всего на пару месяцев, тем не менее являлась настоящим прагматиком и реалисткой и наверняка бы сказала, что не стоит сближаться с трудным человеком со сложными семейными отношениями.

Разумом Виолетта отлично понимала, что именно так ей и следовало бы поступить, но сердце упрямо отстаивало точку зрения Скарлетт, которая недавно сказала, что за регулярными посещениями Джейти явно стоит нечто большее, чем просто желание вернуть хорошего бармена. И она не сомневалась, что, если Виолетта поближе с ним познакомится, между ними наверняка вспыхнет пламя.

Теперь Виолетта и сама больше в этом не сомневалась. Когда он поймал ее за руку, ей стоило огромного труда, чтобы удержаться и не поцеловать этого красавца.

Виолетта резко себя одернула. Так. Хватит. Не стоит даже думать об этом.

Или в том-то все и дело, что рядом с Джейти у нее не получается ясно мыслить?

Они знали друг друга шесть лет, и порой Виолетта ловила за привычной маской сурового бизнесмена отблески тоски и боли, сразу же чувствуя острое желание помочь и утешить, но при этом она отлично понимала, что такой человек никогда открыто не признается в слабости и ничего от нее не примет. Со слов Тиберия она знала, что детство Джейти было далеко от идеального, что его отец – одержимый жаждой власти безжалостный делец, пренебрегавший женой и заставивший тестя отречься от собственного сына. Через знакомых Тиберий знал, как постепенно угасала сестра, губившая себя алкоголем и наркотиками, но ничего не мог сделать. Но Виолетта так и не поняла, почему Фиона не развелась с Престоном, предпочитая сносить все его выходки и полное безразличие, вместо того чтобы попытаться найти свое счастье.

Завершив обход, в три утра Виолетта добралась до кабинета, где ее еще ждали горы отчетов.

На третьем этаже для административного персонала отвели несколько специально оборудованных кабинетов, но сама Виолетта бумажной работе предпочитала живое общение и непосредственное наблюдение. Этому она научилась еще у Тиберия, неотрывно следуя за ним по пятам, пока он совершал привычный обход «Счастливого сердца». Как всегда, при воспоминании о стареньком отеле с казино что-то болезненно дрогнуло в груди. Построенному в шестидесятых «Сердцу» с низкими потолками и протертыми коврами не хватало современного блеска, роскошных номеров и дорогого меню, а его завсегдатаи заказывали дешевые напитки в кредит, но именно это место стало для нее настоящим домом.

И поэтому она так удивилась, когда Генри Фонтейн предложил ей заняться семейным делом, а Тиберий открыто поддержал это предложение. Он же знал, как сложно ей было расти среди роскошных отелей и казино династии Фонтейн. Скарлетт, другой внебрачной дочке Росса, было легче. Ее детство прошло далеко от Лас-Вегаса.

Сама же Виолетта с возрастом все больше и больше переживала из-за своего положения, и если бы не Тиберий, всеми силами старавшийся ей доказать, что она невероятно умна и способна, она бы, скорее всего, никогда бы так и не смогла осознать, что способна быть счастливой и без одобрения Фонтейнов.

Может, именно поэтому она так и переживала за Джейти? Ведь если бы его дед не умер, когда ему было всего десять лет, Престон никогда бы не смог заполучить «Корпорацию Стоунов» и выгнать шурина. И тогда компания осталась бы в руках законных владельцев. Тиберия и Джейти.

Наверное, Джейти все еще слишком переживал после поминок, поэтому и вел себя необычно. Иначе с чего бы ему вдруг делиться своими тревогами о судьбе «Корпорации Стоунов»? Они знали друг друга шесть лет, и пусть ее сердце начинало биться быстрее от одного его взгляда, сам он ни разу не давал ей повода предположить, что думает о ней не только как о деловом конкуренте.

Так стоит ли удивляться, что подобный разговор совершенно выбил ее из колеи? Да и сам Джейти… Успел ли он пожалеть о случайной откровенности?

Виолетта задумалась. Всего за два года он успел полностью изменить «Титан», радикально пересмотрев дизайн и добавив огромное поле для гольфа на заднем дворе. Но что ждет «Корпорацию Стоунов» с его уходом? Тиберий так и не простил поверившего клевете отца, но это не мешало ему тревожиться о судьбе компании. И он наверняка бы не захотел, чтобы Джейти из нее ушел.

– Но меня-то все это не касается, – выдохнула Виолетта, отчетливо сознавая, что уже невольно начала продумывать все возможные варианты.

Тиберий точно захотел бы, чтобы она помогла его племяннику. Они мало общались, но в последнее время он стремился наладить с ним прочную связь. А уж взять себя в руки, успокоиться и как-нибудь справиться с не в меру буйными гормонами она сумеет.

Окончательно все решив, Виолетта пошла к себе в номер, где ее ждали горячий душ и мягкая кровать.

Глава 2

Виолетта задумчиво разглядывала книжные полки в кабинете юриста, а рядом с ней безутешно рыдала Люсия, за последние недели уничтожившая несколько коробок бумажных платочков.

Глядя на мать, она в очередной раз почувствовала неловкость за то, что так быстро пережила все пять ступеней горя, тогда как мама прочно обосновалась на четвертой – впала в затяжную депрессию и явно не собиралась из нее выходить.

– Давайте вернемся к «Счастливому сердцу», – продолжал Джон Мальком, адвокат Тиберия. – Как вам, вероятно, известно, за казино числится огромный долг.

Виолетта кивнула, осторожно сжимая материнскую руку и радуясь, что умевший распоряжаться деньгами Тиберий оставил Люсии достаточную сумму, чтобы ей больше никогда не пришлось думать о хлебе насущном.

– Но я не понимаю, откуда он взялся. Пока я там работала, казино приносило солидный доход, да и последние пять лет все шло прекрасно. Тиберий всегда был умен и умело вел дело. Так откуда взялся долг?

– Тиберий заложил «Сердце», чтобы купить акции.

– Но зачем? Он же никогда не верил в Уоллстрит и говорил, что там играют лишь одни неудачники.

– Он собирался купить акции частной компании.

Еще лучше. Виолетта устало потерла виски:

– Мы можем просто перепродать эти акции и погасить долг?

– К сожалению, нет.

– Почему? – Тиберий никогда не совершал непродуманных ходов. – Какие акции он скупал?

– «Корпорации Стоунов».

Виолетта резко подалась вперед. Она точно не ослышалась?

– Но зачем?

– У него были свои причины. – Джон явно не собирался делиться тайнами покойного клиента.

Не в силах представить, почему Тиберий скрывал от нее нечто настолько важное, Виолетта попыталась вспомнить последний разговор с Джейти.

– И много у него акций?

– За три месяца ему удалось выкупить восемнадцать процентов.

Виолетта почувствовала, как в ней разгорается любопытство. Тиберий скупал акции и пытался наладить отношения с Джейти… Есть ли между этим какая-то связь? Вместе у них было бы сорок восемь процентов «Корпорации Стоунов». Если бы они заполучили еще три процента, то смогли бы противостоять Престону…

Неужели Тиберий к этому и стремился?

– Он завещал акции Джейти?

Мальком удивленно на нее посмотрел:

– Нет. Он завещал их тебе.

На ее месте любой нормальный человек, унаследовавший восемнадцать процентов акций компании мультимиллиардера, наверняка бы пустился в пляс. Или хотя бы улыбнулся. Но только не Виолетта. По сравнению с погибшим человеком для нее все эти деньги ровным счетом ничего не значили.

– А почему мне, а не маме?

– Потому что он верил, что ты сумеешь правильно ими распорядиться.

– Отлично. Сперва Скарлетт наследует склад полный секретных документов, а теперь еще и это, – выдохнула Виолетта. – Какие еще сюрпризы оставил нам Тиберий?

– Теперь предлагаю перейти к условиям наследования.

Ну а как же без этого? Она искренне любила человека, так и не ставшего ее законным отцом, но при этом отчетливо понимала, что он был весьма и весьма своеобразен. А порой и до невозможности скрытен и осторожен.

– Эти акции нельзя продать, пожертвовать или подарить, – последние слова сопровождались насмешливой улыбкой, – пока не умрет Престон Родес.

Тиберий сделал все, что в его силах, чтобы эти акции не попали к его зятю.

– Если к тому времени они вообще еще будут что-то стоить, – едва слышно выдохнула Виолетта.

– И еще. – Мальком не обратил на ее слова ни малейшего внимания. – Ты не член семьи, так что у тебя нет права голоса.

Виолетта резко выпрямилась. И почему он просто не оставил акции Джейти? Не успела она додумать вопрос, как ответ пришел сам собой. Они просто не успели достичь нужной близости, в конце концов, Тиберий же не знал, что его убьют, и думал, что у него впереди еще достаточно времени.

– Спасибо за помощь.

Распрощавшись с адвокатом, Виолетта отвезла маму домой и заодно решила осмотреть домашний кабинет Тиберия. Как оказалось, не зря.

Ей удалось найти десять так или иначе связанных с этими акциями папок. В двух хранились бумаги на купленные акции, а в остальных была информация на родственников, с которыми Тиберий так и не успел связаться. Просматривая записи, Виолетта чувствовала, как все сильнее разгорается ее интерес. Она ясно видела, что заполучить оставшиеся три процента было весьма непросто, но, хорошенько подумав, она нашла вполне возможный вариант. Вот только какой ей прок от акций, если у нее все равно нет права голоса и от них никак нельзя избавиться?

Что же ей теперь делать? Или, точнее, что бы Тиберий хотел, чтобы она теперь сделала?

При одной мысли, что придется погружаться в интриги вокруг «Корпорации Стоунов», ей стало дурно. К чему все это? Она и так довольна своим местом под солнцем Лас-Вегаса. Фактически возглавив «Стиль Фонтейна», Виолетта нашла свое счастье, и ей уже даже было не важно, кто из них с сестрами победит в назначенном дедом соревновании и станет генеральным директором. Она отлично понимала, что Харпер намного умнее, она получила подходящее образование и гораздо лучше разбирается во всех тонкостях дела, да и в любом случае она законная наследница. По рождению. Так же как Джейти – законный наследник «Корпорации Стоунов».

Но как же помочь ему занять место в кресле генерального директора? Сам он вряд ли захочет принимать ее помощь, но сейчас это не важно. Важно лишь завершить начатое Тиберием и вернуть компанию законному владельцу.

Но как?

Отыскав ответ, Виолетта застыла на месте. Как же все просто. И сложно. Она к этому не готова. Это безумие.

Или безумие – это именно то, что нужно в их отчаянном положении?

И был лишь один способ все выяснить и во всем разобраться.

Джейти уже собирался уходить, когда увидел Виолетту. Только сейчас заметив стиснутые от напряжения кулаки, он постарался немного расслабиться. Джейти уже давно чувствовал, что ему нужно с кем-то поделиться своими заботами и тревогами из-за отцовских махинаций, и Виолетта отлично для этого подходила. Он ей доверял. И стоило ему только выговориться, как на душе сразу же стало легче.

Но последние пять дней в баре она не показывалась. То ли была слишком занята, то ли целенаправленно от него пряталась. Досадно, если верным окажется именно второе предположение.

Не стоило тогда переходить черту. Заявив, что они одна семья, он разом перевел их отношения на совершенно новый уровень. До этого они были всего лишь обычными знакомыми, но теперь… Даже чувствуя, что отчаянно нуждается в ее поддержке и одобрении, Джейти все равно не хотел от нее зависеть.

К счастью, стоило Виолетте только войти в бар, как она сразу же начала искать его взглядом. Сегодня на ней было обтягивающее черное платье до колен, с таким глубоким вырезом, что Джейти лишь огромным усилием воли заставил себя сосредоточиться на ее лице.

– Хорошо, что ты пришел.

Джейти не стал отвечать, что приходит сюда каждый вечер.

– Отлично выглядишь.

– Спасибо. – Виолетта слегка удивленно моргнула, словно комплимент сбил ее с мысли, а вспыхнувший на ее щеках румянец можно было разглядеть даже в царившем вокруг полумраке. Приятно осознавать, что их притяжение взаимно.

Стоило ему только это понять, как ему сразу же захотелось погладить нежную кожу и сорвать поцелуй со спелых губ. Что ж, похоже, те пять дней, что они не виделись, лишь подлили масла в огонь его желания. Джейти уже буквально видел, как целует мягкие груди, ласкает соски, заставляя Виолетту стонать и извиваться под его прикосновениями…

Так, хватит. Он и так слишком много времени проводил, в мельчайших подробностях представляя, как станет заниматься с ней любовью.

– Ты меня слушаешь?

Тряхнув головой, Джейти постарался отогнать навязчивые образы:

– Извини, я отвлекся. У тебя сегодня новые духи?

– Тиберий подарил их маме на Рождество, но после его гибели она больше не в силах ими пользоваться, а мне аромат нравится. Вот она мне их и отдала.

– Очень приятные.

– Спасибо. – Слегка прищурившись, она несколько секунд пристально его разглядывала. – Адвокат Тиберия огласил завещание.

Джейти постарался сосредоточиться на разговоре:

– Он завещал все вам с матерью?

– Да. Но вот содержание этого наследства стало для меня полной неожиданностью.

– Дом, счет в банке, отель. – Перечисляя, Джейти загибал пальцы. – Что-то еще?

– Восемнадцать процентов акций «Корпорации Стоунов».

Это заявление стало для него полной неожиданностью.

– А где он их взял?

– Заложил «Счастливое сердце» и скупал все акции, до которых смог дотянуться.

– Но зачем?

– Чтобы отобрать компанию у твоего отца.

– Восемнадцати процентов для этого слишком мало. После смерти матери ему достались ее тридцать процентов, и, учитывая все остальные акции, принадлежащие нашей семье, у него есть контрольный пакет, и он может единолично распоряжаться компанией.

– Да, но тебе уже тридцать, и теперь ты сам можешь распоряжаться своим наследством.

– Верно. Так ты думаешь, что дядя хотел, чтобы мы с ним действовали сообща? – Джейти старательно вспоминал тот вечер, когда Тиберий пригласил его на ужин. – Но мне он ничего не сказал.

– Мне кажется, сперва он хотел поближе с тобой познакомиться.

Впервые за очень долгое время Джейти ощутил настоящее возбуждение. Если к его акциям добавить наследство Виолетты, ему останется заполучить всего три процента, и тогда он сможет взять дело в свои руки и исправить нанесенный отцом ущерб.

– Сколько ты за них хочешь?

Улыбаясь, Виолетта пристально за ним наблюдала, но при этом вопросе она сразу посерьезнела.

– Вот здесь-то и начинаются трудности.

Джейти мгновенно насторожился, но сразу же расслабился. Перед ним Виолетта. Честная, преданная Виолетта, которая искренне хочет ему помочь.

– И какие же?

– Согласно завещанию Тиберия, я не могу ни продать, ни подарить, ни пожертвовать эти акции. – Она посмотрела на него так, словно ждала, что он вот-вот завоет от тоски. – Иначе, я бы обязательно отдала их тебе.

Жаль, конечно, но это не так уж и важно.

– Тогда ты можешь отдать мне свое право голоса. – Всего восемнадцать процентов. Этого мало. Но раз Тиберий сумел их заполучить, то он и сам наверняка сможет раздобыть оставшиеся три процента.

– Не могу. Согласно правилам, установленным твоим дедом, право голоса есть лишь у членов семьи. А я в вашу семью не вхожу, значит, у меня и голоса нет.

– Тогда к чему все это? – устало выдохнул Джейти. – Раз у тебя нет права голоса, мы ничего не можем сделать.

Но если подумать… И у него, и у отца по тридцать процентов. Если не считать акции Виолетты, остается еще двадцать два процента. Если удастся их выкупить или заручиться поддержкой их владельцев…

– К тому, – Виолетта бесцеремонно оборвала его мысли, – что если бы я входила в вашу семью, то могла бы голосовать.

– Но ты в нее не входишь.

– Но могла бы.

Джейти пристально на нее посмотрел. Она явно пыталась донести до него какую-то мысль.

– И как же?

– Мы можем пожениться.

Если бы Виолетта с размаху огрела его молотком, он и то бы меньше удивился.

– Пожениться?

– Разумеется, только де-юре. – Она слегка улыбнулась. – В завещании на этот счет никаких запретов.

– Тиберий знал, что этого никогда не случится, вот и не подумал добавлять этот пункт.

– И откуда ему было это знать?

– С моих слов.

Виолетта прищурилась:

– Вы с ним меня обсуждали?

Джейти кивнул:

– Когда я только приехала в Вегас, Тиберий прослышал о моих похождениях в Майами и боялся, что я начну за тобой ухаживать, а потом брошу. Я сказал, что буду держаться на расстоянии.

– Как благородно.

– Не очень. – Если она будет настаивать на своей сумасшедшей затее, лучше уж сразу играть в открытую. – Такое обещание выполнить несложно. Ты совсем не в моем вкусе.

Сжав губы, Виолетта несколько секунд пристально его разглядывала:

– А ты – не в моем. – Вот только его пожирающие глаза явно утверждали обратное. – Так что нам обоим будет легко притворяться.

Джейти старательно сохранял невозмутимый вид. Всю правду ей точно знать не следует, ведь он твердо решил, что между ними никогда ничего не будет. В ее обществе и поддержке он нуждался гораздо больше, чем в очередной мимолетной любовнице в кровати. Не стоит рушить едва зародившиеся отношения из-за обычной похоти.

– Верно. – Только сам он этой уверенности совсем не разделял. – А когда все закончится, мы разведемся.

– Разумеется. После ежегодного собрания. Оно в конце августа?

– Да. Двадцать пятого.

– Всего через полтора месяца.

Джейти задумался:

– Твоим родственникам не понравится, если ты выйдешь за меня без брачного договора.

– У меня пока еще ничего нет, кроме акций Тиберия и пенсионного вклада. Мы можем составить самый простой договор, где будет значиться, что в случае развода каждый из нас останется с тем, что у него было до брака.

Неужели все действительно так просто? Но почему же он тогда так упорно сопротивляется?

Разумеется, Джейти никогда не стремился обзаводиться женой, наслаждаясь свободной холостяцкой жизнью, а в Вегасе всегда было полно привлекательных дам, жаждущих с ним поразвлечься и шикарно провести выходные, но на этом все всегда и заканчивалось. Никаких обязательств и лишних проблем.

Но с Виолеттой все было иначе. Она жила и работала в Вегасе, так что их связь обязательно бы привела к ненужным сложностям. И наверняка закончилась бы разбитым сердцем. Его.

Но они же не собираются жениться по-настоящему.

Главное об этом помнить, и тогда все будет в порядке.

– Ну так как? – спросила Виолетта.

– Ты уверена, что хочешь выйти за меня замуж? – Чувствуя, как быстрее забилось сердце, Джейти еще раз напомнил себе, что это всего лишь деловая сделка.

– Хочу выйти за тебя замуж? Нет, конечно. – Она нервно рассмеялась. – Но я чувствую, что должна закончить начатое Тиберием. И буду рада помочь вернуть то, что по праву принадлежит тебе.

Пристально посмотрев на Виолетту, Джейти сумел прочесть на ее лице лишь готовность к самопожертвованию.

– Я понял, что ты хочешь отдать Тиберию долг, но не уверен, что это лучший выход из положения.

– Нет у меня перед ним никакого долга.

Что ж, похоже, она говорит правду. Но в этом-то и проблема.

– Как скажешь. Но еще ты хочешь, чтобы эти акции приносили тебе стабильный доход. Верно?

Несколько секунд она молча его разглядывала.

– Ты сам сказал, что твой отец отвратительно распоряжается компанией. Если все останется как есть, вполне возможно, эти акции очень скоро совсем обесценятся, а из тебя наверняка получится отличный генеральный директор. Будем считать, что я просто хочу уберечь свое имущество.

Ладно. Джейти слегка расслабился. Но ему все равно лучше отказаться, иначе они оба рискуют обжечься. Но упускать такую отличную возможность сблизиться с Виолеттой… просто немыслимо.

Так же немыслимо, как и жениться. Она и так ему слишком нравится.

– Тогда по рукам.

Джейти уже хотел было встать на одно колено и сделать предложение по всем правилам, но тут она заговорила:

– Думаю, чем быстрее мы все сделаем, тем лучше. Чтобы не передумать.

– Насколько быстро? В субботу?

– Может, прямо сейчас? – Явно заметив его удивление, Виолетта слегка смутилась. – Или слишком быстро?

– Быстровато. – Но если начать все оттягивать, он наверняка совершит какую-нибудь глупость. И тогда она поймет, как сильно он ее хочет. – Но это мелочи. Женимся у тебя или у меня?

– Лучше где-нибудь на нейтральной территории. Например, в «Тоннеле любви».

Джейти слегка расслабился. Она явно воспринимает все это как обычную деловую сделку, и ему следует поступить так же.

– Как романтично, – улыбнулся он.

– Хорошо. – Она взглянула на телефон. – Я забронировала часовню на полночь.

– Не сомневалась, что я соглашусь?

Она небрежно пожала плечами:

– А зачем тебе отказываться от такой выгодной сделки?

Но мысли Джейти сейчас были бесконечно далеки от любых дел и сделок. Вместо этого он, как и положено жениху, представлял, что сотворит со своей будущей женой.

– Доверишь мне выбирать номер для медового месяца?

В глазах Виолетты ясно читалась смесь ужаса и удивления.

– Может, я выразилась недостаточно ясно, но брак де-юре подразумевает полное отсутствие секса.

– Даже в брачную ночь? – не удержавшись, усмехнулся Джейти.

– Мне послышалась, или ты говорил, что я совсем не в твоем вкусе?

– Ну, думаю, раз ты собираешься стать моей женой, мне придется сделать для тебя исключение.

– Очень любезно, но я предпочитаю оставить все в рамках простого делового соглашения.

– Ладно, как скажешь.

– Так всем будет проще.

Ну конечно. С ней по определению ничего не может быть просто. И не стоит об этом забывать.

Глава 3

Ладно, в конце концов, естественно, что накануне свадьбы невеста сильно волнуется и даже немного боится. Особенно когда у нее такой чертовски сексуальный и невероятно загадочный жених, а выходит она за него, одновременно поддавшись внезапному порыву и тщательно все взвесив и продумав.

Пригладив купленное утром белое кружевное платье, Виолетта ускорила шаг, покрепче прижимая к себе сумку и папки с бумагами, собранными Тиберием на владельцев акций «Корпорации Стоунов».

И как только Джейти удалось уговорить ее провести эту ночь у него? Разумеется, спать они будут в разных комнатах, но все равно…

Приставать он не станет. Она же не в его вкусе. Виолетта до сих пор не смогла избавиться от легкой досады. Услышать такое из уст прославленного бабника… Так чем же именно она ему не угодила? Что с ней не так?

Вроде бы он интересуется только женщинами. Молодыми и одинокими. Так что же его не устраивает? Рост? Она слишком худая? Или, наоборот, толстая? Недостаточна красивая? Не сексуальная?

Ладно, не важно. Все равно их брак – обычная деловая сделка и ничего больше. И не стоит об этом забывать.

Стоило ей выйти из отеля, как она сразу же увидела дожидавшегося у машины Джейти. Он беззаботно о чем-то болтал с портье, и она успела несколько секунд полюбоваться его расслабленной позой и веселой улыбкой, но стоило ему только ее заметить, как он сразу же собрался и посерьезнел.

А она-то надеялась, что в его глазах зажжется радость!

– Точно вовремя, – вместо приветствия, объявил Джейти и шагнул вперед, чтобы забрать у нее сумки.

Что ж, похоже, он привык ждать женщин. Да и неудивительно, наверняка они гораздо дольше прихорашивались да и вообще всячески старались набить себе цену. Сама же Виолетта так нервничала, что побоялась подводить глаза трясущимися руками, и вместо этого просто быстро нанесла тени и прошлась кисточкой по щекам. А про помаду вспомнила, лишь когда взгляд Джейти сосредоточился на ее губах.

– Черт. – Ну разве можно идти в таком виде под венец? Порывшись в сумочке, она сумела отыскать лишь блеск для губ. – У меня нет губной помады.

– А она тебе и не нужна. – Услужливо открыв дверцу, Джейти посторонился, да так резко, словно боялся к ней приблизиться.

– Без нее я чувствую себя не до конца одетой.

– Поверь мне, ты прекрасно одета.

Он смеется? И почему она не умеет читать мысли? Хорошо бы наверняка знать, о чем думает человек, который вот-вот станет твоим мужем.

– Интересно, что еще я забыла взять? – задумчиво протянула Виолетта. – Как обычно, в последнюю секунду появилась куча дел, и я даже боялась, что опоздаю.

– И что я передумаю?

– Ну, такая мысль меня действительно посетила. А тебя?

– Нет. Знаешь, мне кажется, ты самый надежный человек из всех моих знакомых. – Джейти говорил так, словно знал о ней гораздо больше, чем мог почерпнуть из их не слишком-то близкого общения.

Джейти завел мотор, и они тронулись с места.

– Почему ты так говоришь?

– Потому что в городе всем известна твоя репутация. Если ты с кем-нибудь о чем-нибудь договариваешься, то всегда выполняешь свои обязательства. Несмотря ни на что.

Чувствуя, как загорелись щеки, Виолетта прижала к ним ладони:

– Можно подумать, я одна так делаю.

– И ты всегда готова помогать и почти никогда не просишь ничего взамен. – Джейти уверенно вел машину. – Поэтому порой люди начинают злоупотреблять твоей щедростью и благородством.

Неужели он считает, что именно этим сейчас и занимается? Злоупотребляет ее щедростью?

Ладно, не важно. В любом случае она уже настроилась идти до конца.

– Ты говоришь так, словно я какая-то безотказная дурочка.

– Я пытался сделать тебе комплимент.

– Ну конечно. «Ты безвольная тряпка, о которую можно без конца вытирать ноги». – Виолетта скривилась. – Лучшего комплимента для невесты сложно придумать.

Джейти резко выдохнул:

– Ладно, запомню на будущее, что на лесть ты отзываешься колкостями.

– Вот и хорошо. Я всегда предпочитала простую правду сладким вымыслам. – Виолетта внимательно смотрела на Джейти, и когда тот остановился на светофоре и тоже на нее посмотрел, спросила: – Тебе это не нравится?

– Вовсе нет.

– Ну и замечательно. Просто думай обо мне как о деловом партнере, и все будет отлично.

Джейти едва заметно кивнул, и уже через десять минут они добрались до «Тоннеля любви». Сама Виолетта уже однажды была здесь, когда ее подруга на следующий же день после окончания колледжа навсегда связала свою судьбу с отцом родившегося через два месяца ребенка, но Джейти смотрел так, словно никогда не видел голубых потолков с купидонами и звездами.

Джейти заглушил мотор перед будкой с надписью «Окно приема свадебной часовни», и они быстро заполнили все необходимые бумаги. В Лас-Вегасе всегда было легко пожениться. Наверное, даже слишком легко.

Еще через пять минут началась церемония бракосочетания, и у Виолетты зазвенело в ушах. Неужели она действительно выходит замуж за Джейти Стоуна? Она задумчиво переводила взгляд с сидевшего в будке человека на своего жениха, пока они оба повторяли слова клятвы, но до конца поверила в реальность происходящего, лишь когда Джейти вытащил два платиновых кольца и осторожно надел одно из них ей на палец.

Краешком глаза она уловила бриллиант в два с половиной карата, окруженный россыпью мелких бриллиантов и оранжевой филигранью, но стоило Виолетте только почувствовать на пальце непривычную тяжесть, как она сразу же успокоилась, окончательно уверившись, что поступает правильно.

– А теперь очередь невесты, – объявил священник.

Послушно взяв прохладное кольцо, Виолетта повторила слова любви и преданности и, не глядя жениху в глаза, быстро надела ему на палец кольцо.

– Отныне я провозглашаю вас мужем и женой.

Ее сердце едва не выпрыгнуло из груди. Они это сделали! Хорошо это или плохо, но пути назад больше нет.

– А теперь вы можете поцеловать невесту.

Внутренне напрягшись, она стала ждать первого поцелуя Джейти. Каким же он будет? Страстным? Или нежным и ласковым? Обнимет ли он ее и зацелует до потери чувств или станет неторопливо, но настойчиво добиваться ответа? Но каким бы ни был этот поцелуй, Виолетта точно знала, что он будет потрясающим. И совершенно незабываемым.

Но вместо этого Джейти просто ухватил ее за подбородок и быстро чмокнул в уголок губ.

Едва не плача от разочарования, Виолетта машинально выполнила все оставшиеся формальности, желая, чтобы все поскорее закончилось.

Когда они наконец-то выехали из «Тоннеля любви», Виолетта молча уставилась на украшавшее руку кольцо.

И как ему только удалось так быстро раздобыть кольца? Да еще и такие необычные…

– Это кольцо моей бабушки, – ответил Джейти на ее невысказанный вопрос. – А это – моего дедушки. – Он поднял левую руку. – Я как раз успел за ними съездить, пока ты собиралась.

В ответ Виолетта лишь молча на него уставилась. Он отдал ей свое семейное наследие. Виолетта всегда верила, что драгоценные камни хранят энергетику владельцев, а Харпер над ней смеялась, но как иначе можно было объяснить снизошедшее на нее спокойствие в ту самую секунду, как это кольцо оказалось у нее на пальце?

Но они же женились не по любви! У нее просто нет права принимать столь ценный подарок.

– Что-то не так? – осторожно спросил Джейти.

– Мы могли бы купить кольца прямо в часовне.

– А зачем, раз уж у меня были эти, бесполезно пылящиеся в сейфе?

– Но это же кольцо твоей бабушки!

Джейти пристально на нее посмотрел:

– Верно. Так что, надеюсь, как только в нем отпадет необходимость, ты сразу же мне его вернешь.

– Разумеется.

Злясь, что он не понимает всей важности своих действий, Виолетта устало вздохнула. Ладно, к чему спорить? Все равно через пару месяцев это кольцо снова вернется в сейф.

Сидя в машине и бездумно глядя в проплывающее за окном небо, Виолетта задумалась. Ее наконец-то оставило державшее последние дни напряжение, но вместе с ним закончилась и уверенность, и она вдруг резко осознала, что теперь замужем за практически незнакомым человеком. Который к тому же явно не захочет перед ней открываться. Да ей и самой не следует слишком с ним сближаться, это не приведет ни к чему хорошему.

Не стоит забывать, что, несмотря на только что произнесенные клятвы, они всего лишь деловые партнеры, преследующие свои собственные интересы. Джейти хочет вернуть семейное дело, а она – закончить начатое Тиберием и сохранить ценность акций.

Обычная деловая сделка.

– Что с тобой? – снова спросил Джейти.

– Ничего, а что?

Они стремительно мчались к ранчо Джейти, раскинувшемуся на огромной территории сразу за городом. Сперва Виолетта не хотела так далеко уезжать от отеля, но потом решила, что последние дни и так пахала как проклятая и ей жизненно необходим хороший ночной отдых.

– Ты уже пятнадцать минут ничего не говоришь. Это на тебя не похоже.

– Мы совершили настоящее безумие.

– Точно. – Джейти свернул с трассы. – Ты уже раскаиваешься?

– Нет. – И это действительно было правдой. – У нас обязательно все получится. Нам просто нужно заполучить еще три процента акций до ежегодного собрания. С бумагами Тиберия мы обязательно справимся.

Джейти кивнул:

– Так или иначе, к осени мы уж точно разведемся.

Виолетта напряглась. Как же неприятно сознавать, что он так стремится от нее избавиться.

Но что это с ней? Они же сразу об этом договаривались! У нее нет права мечтать о чем-то большем.

– Тогда нам лучше сразу же взяться за работу. Я захватила с собой все бумаги Тиберия. Он собирался пообщаться еще с восемью акционерами, и четверо из них выглядят весьма и весьма многообещающе.

– Завтра с утра ими и займусь.

«Займусь». В единственном числе. Так, хочет он того или нет, но, прежде чем возвращаться к себе в отель, Виолетта заставит его понять, что это их общее дело. Раз уж они теперь женаты, она проследит, чтобы ему не пришлось противостоять отцу в одиночку.

– Я верю, что все обязательно получится.

Джейти искоса на нее взглянул:

– Ты всегда оптимистично настроена?

– Ты говоришь так, словно это что-то плохое.

– Нет. Но при этом еще и не слишком реалистичное. Неужели ты никогда не из-за чего не переживаешь?

– Переживаю. Но не из-за будущего. – Виолетта подставила лицо теплому ветру. – Мы сами создаем будущее, выбирая из безграничных возможностей, так зачем переживать из-за того, чего еще нет?

Джейти ничего не ответил, и Виолетта несколько минут молчала, но потом все же решила закончить начатый разговор:

– Ты каждый день ходишь в бар и с мрачным видом о чем-то думаешь. О чем?

– Меня заботит не будущее, а прошлое. Все то, что я хотел бы изменить, но над чем не властен.

Радуясь, что он все-таки ответил, Виолетта осторожно спросила:

– А конкретнее?

– Я не хочу об этом говорить.

Вздохнув, Виолетта замолчала. Она отлично знала, что у него было трудное детство, но, когда Джейти только перебрался в Лас-Вегас, Тиберий сразу ее предупредил, что ей лучше держаться подальше. В конце концов, он не голубь со сломанным крылом или сбитый машиной котенок. Он взрослый человек, который только и делает, что использует нужных ему людей, а потом вычеркивает их из своей жизни.

Виолетта не сомневалась, что Тиберий верно оценил собственного племянника, но что-то ей подсказывало, что это еще далеко не все, и если копнуть поглубже, в нем можно найти много нового и интересного.

– Значит, тебе сложно отпустить прошлое. Но неужели ты думаешь, что это хорошо?

– Обдумывая прошлое, я понимаю, как мне избежать повторения подобных ситуаций в будущем.

Виолетта задумалась о собственной жизни. Можно ли из нее что-то почерпнуть? Сколько же мужчин хотели, чтобы она была для них одновременно группой поддержки, внимательным психологом, финансовым советником и личным тренером на дороге к счастью? Пожалуй, их было даже слишком много. И чему же они ее научили? Да ничему. И вот она снова нашла себе такого мужчину. Только на этот раз умудрилась еще и выйти за него замуж.

Они наконец-то добрались до ранчо, и Джейти остановил машину у массивного дома среди тропических цветов и растений пустынь.

– Как же здесь тихо, – выдохнула Виолетта, шагая по мощеной дорожке среди подсвеченных столбиков, гостеприимно ведущей к парадному входу. Вот только для девушки, буквально выросшей в казино и стриптиз-клубах, тишина была чем-то совершенно непривычным и едва ли не враждебным. – И красиво.

– Это ты еще просто не видела, какой роскошный вид открывается из окон на рассвете. – С этими словами Джейти повел ее в дом, где устроил краткую экскурсию.

Двухэтажный холл, огромная гостиная, объединенная со столовой… Такие большие помещения наверняка могли бы показаться холодными и неприветливыми, но сводчатые потолки, грамотно поставленное освещение и песочные тона придавали этому месту необыкновенный уют и очарование. Из гостиной же можно было попасть через стеклянные раздвижные двери во внутренний дворик или на оборудованную по последнему слову техники кухню, сопоставимую по размерам со всем ее номером в отеле.

– Жаль, я не умею готовить, – вздохнула Виолетта, осторожно погладив гранитную столешницу.

– Не умеешь? – удивился Джейти, открывая бутылку шампанского и доставая бокалы.

– Совсем чуть-чуть, так что у меня не получится отдать должное всему этому великолепию. – Она взяла протянутый бокал.

Сколько же всего случилось за последнее время. Акции Тиберия, сумасшедший договор с Джейти, стремительная свадьба… А теперь они совсем одни. У него дома. Виолетта вдруг почувствовала, что ее так и тянет совершить какую-нибудь глупость. Например, потребовать настоящего поцелуя, а не того недоразумения, которым он наградил ее в «Тоннеле любви».

– За нашу выгодную сделку, – объявил Джейти, легонько стукая бокалом по ее бокалу.

– За то, чтобы отобрать у твоего отца «Корпорацию Стоунов». – Чувствуя, как голова кружится от одной только близости прекрасного мужчины, Виолетта едва пригубила шампанское.

– Уже полвторого, показать тебе твою спальню?

– И что мне там делать? – Виолетта неторопливо подошла к окну. – Ходить кругами? Не знаю, как ты, но сама я редко ложусь раньше трех. – Углядев в саду бассейн, она махнула в его сторону: – Я могу искупаться?

– Чуть больше часа назад этот дом стал наполовину твоим. Тебе не нужно спрашивать разрешения.

Вздрогнув, Виолетта сразу же забыла о ночном купании.

– Мы договаривались совсем не об этом, да и вообще совсем скоро мы разведемся, и каждый пойдет своей собственной дорогой. Мне не нужна половина твоего дома.

– Думаю, нам стоит пересмотреть договор. Возможно, после развода мне потребуются алименты.

– Тебе? Зачем?

– Потому что, если мы проиграем, отец точно выгонит меня из дела, а под его руководством акции скоро совсем обесценятся. – Скрестив руки на груди, Джейти уперся бедром о столешницу. – Ты же, как генеральный директор Фонтейнов, будешь стоить миллионы.

Не зная, смеется он или говорит серьезно, Виолетта не стала уточнять, что место генерального директора должно достаться ее сестре.

– Мне как-то и в голову не приходило, что в итоге мне придется тебя содержать. Наверное, нам стоит аннулировать брак, пока…

– Пока мы еще можем? – От его тона у нее по спине побежали мурашки.

– Перестань. – Виолетта постаралась немного расслабиться. – Мы только что поженились, и это наша первая брачная ночь, но это еще не значит, что…

Черт, о чем она вообще говорит?

– Это еще не значит, что нам нужно давать волю нашим инстинктам, – закончил за нее Джейти.

– Именно.

– Даже если эти инстинкты подстегивают шампанское и любопытство?

Отставив бокал, Виолетта только сейчас заметила, что он опустел.

– Думаю, тебе пора показать мне спальню. – И, чувствуя, как загорелись щеки, поспешно добавила: – Мою собственную.

– Тогда пошли наверх.

Виолетта старательно пыталась списать легкое головокружение на выпитое шампанское, но что-то ей подсказывало, что дело не в алкоголе, а в самом Джейти, с которым ей сегодня предстоит ночевать в одном доме.

Интересно, а далеко ли находится его собственная комната?

Черт, и почему она сейчас себя чувствует какой-то не в меру впечатлительной девственницей на первой вечеринке, а не деловой женщиной в обществе коллеги?

Ладно, главное думать головой, и тогда все будет хорошо.

– Вот. – Когда они поднялись наверх, Джейти открыл одну из дверей и жестом пригласил ее внутрь просторной комнаты с королевских размеров кроватью, трюмо и двумя креслами у электрического камина.

– Очень мило, – улыбнулась Виолетта. – Спасибо.

– Это я должен тебя благодарить, ведь если твоя сумасшедшая идея сработает, я смогу спасти «Корпорацию Стоунов». Если у нас действительно все получится, я до конца жизни буду у тебя в долгу. – Подавшись вперед, Джейти легонько поцеловал ее в щеку. – Спокойной ночи, Виолетта. Я прослежу, чтобы утром тебя ждал свежезаваренный зеленый чай.

Неужели он знает, что она не пьет кофе? Подумав, она вспомнила, что действительно когда-то обсуждала с ним все преимущества и недостатки чая и кофе. И он запомнил.

– Очень любезно с твоей стороны. И еще. – Привстав на цыпочки, Виолетта ухватилась за крепкие мужские плечи, стараясь не думать о разумности своих действий. – Ты так и не поцеловал меня как следует.

– Это упущение всегда можно исправить.

С этими словами он склонил голову, накрывая ее губы своими.

Затаив дыхание, Виолетта почувствовала, как каждая клеточка ее тела ожила от одного прикосновения мужских губ, а из груди невольно вырвался стон, и как бы в ответ Джейти слегка сжал ее язык зубами и легонько потянул, заставляя выгнуться и прижаться к нему всем телом.

Реальный поцелуй оказался намного лучше, чем ее самые смелые мечты.

Крепко обняв Виолетту, чтобы она не могла убежать от сладкой ласки, Джейти пустил в ход язык. Теплый. Влажный. Умелый. Действуя неторопливо, он методично ее изучал, а Виолетта чувствовала, как ее решимость сохранять их брак на строго деловом уровне и обходиться без секса с каждой секундой неумолимо тает.

Джейти ухватил ее поудобнее, легонько прикасаясь большими пальцами к ее груди, и, стараясь хоть как-то унять вспыхнувшее в ней пламя, Виолетта заерзала в его объятиях.

– Так лучше? – спросил он, наконец-то отрываясь от ее губ.

А разве в этом могут быть какие-то сомнения?

Глубоко дыша, Виолетта пошатнулась на нетвердых ногах и моргнула, только сейчас осознав, что они все еще стоят на пороге ее спальни. И как ему только удалось так легко перевернуть весь ее мир с ног на голову?

– Теперь я действительно чувствую, что вышла замуж.

– После правильной брачной ночи ты ощутишь это еще лучше, – задумчиво прошептал Джейти, причем его губы вновь оказались в опасной близости от ее собственных.

Не зная, шутит он или говорит серьезно, Виолетта ухватилась за крепкие плечи и чуть отстранилась, чтобы разглядеть его лицо, и увидела, что Джейти внимательно на нее смотрит. Но что он пытается увидеть? Что зацеловал ее едва ли не до потери сознания?

Скользнув рукой по спине, Джейти положил ладонь ей на поясницу и осторожно прижал к себе, заставляя почувствовать напрягшуюся плоть. У Виолетты задрожали ноги. Ведь больше всего на свете она сейчас хотела наполниться им до краев, наслаждаясь умелыми ласками сильных рук.

Черт, ну и зачем она вообще попросила себя поцеловать?

– Джейти, я…

Но не успела она еще придумать, что именно будет говорить, как он мгновенно закрылся.

– Не нужно ничего объяснять. – Отступив на шаг, он слегка улыбнулся: – Я помню, что наш брак – это всего лишь деловая сделка.

Но сама-то она успела об этом позабыть! Ей вдруг стало невыносимо стыдно.

– Дело не в этом. Или в этом. Просто, честно говоря, я не так уж и хорошо тебя знаю и совсем не привыкла так быстро прыгать к кому-нибудь в постель.

– Ты знаешь обо мне больше, чем все те женщины, с которыми я встречался.

Неужели? Так она все же чем-то отличается от того бесконечного потока женщин, что успели скрасить ему ночи? Так, хватит. Не стоит об этом думать, лучше уж пусть между ними все остается исключительно на деловом уровне.

– Думаю, нам обоим будет проще, если мы станем держать себя в руках. – И кого она сейчас пытается убедить? Его? Или саму себя?

– Тогда советую воздержаться от повторных просьб себя поцеловать.

– Это был всего лишь поцелуй. – Чувствуя, что начинает оправдываться, Виолетта крепко сжала кулаки. – Что в этом такого?

– А то, что когда я начинаю нечто подобное, то всегда предпочитаю доводить начатое до конца.

Почему он так напряжен? Неужели ему никогда и никто не отказывал?

– Разве, целуя женщин, ты всегда рассчитываешь на продолжение в постели?

– Да. Во всяком случае, с тех пор, как закончил школу.

Он намеренно хочет ее разозлить своей самодовольной улыбочкой?

– Это ты таким образом говоришь, что не утруждаешь себя простыми поцелуями, если не собираешься заниматься сексом?

– Нет. Это я говорю, что после моих поцелуев женщины почти никогда не отказываются от секса.

Неужели для него действительно все сводится к одному сексу?

Скрестив руки на груди, Виолетта нахмурилась:

– Тогда я рада оказаться среди меньшинства твоих знакомых женщин.

– Только не забывай, что ты мне не просто знакомая. Ты моя жена.

Схватив Виолетту за левую руку, Джейти поднял ее на уровень глаз, пристально посмотрев на бабушкино бриллиантовое кольцо и не понимая, почему так разозлился. Может, все дело в неудовлетворенном желании? Раньше он как-то никогда не думал, что собственную брачную ночь ему придется провести в одиночестве. Это если забыть, что он вообще никогда не думал, что у него будет брачная ночь. До этого дня он еще ни разу не задумывался о женитьбе.

Но раньше никто и не спрашивал после головокружительного поцелуя, что в нем такого особенного. Стоило Джейти только заключить Виолетту в объятия, как ему сразу же захотелось сорвать с нее всю одежду и сполна насладиться нежным телом.

– Я твой деловой партнер, – резко ответила Виолетта.

Черт, как же она красива, когда карие глаза горят гневом, а щеки пылают от возмущения. Отлично понимая, что им нельзя ссориться, Джейти постарался взять себя в руки:

– И ты сделала мне огромное одолжение. – Он слегка наклонил голову. – И, кажется, я начал понимать, почему ты предпочитаешь не вмешивать в наши отношения еще и секс. Между нами и так искры летят.

– Именно. И нам обоим будет проще, если мы станем четко придерживаться плана.

– Плана, за исполнение которого можно взяться сразу же после хорошего ночного сна.

– Тогда до утра.

Выйдя за дверь, Джейти услышал, как за ним щелкнула задвижка.

Спустившись в свою спальню, он, не включая света, вышел через стеклянные двери на террасу и застыл, глубоко вдыхая пустынный ночной воздух.

Интересно, Виолетта понимает, что еще чуть-чуть – и он, не сумев с собой справиться, набросился бы на нее? Сперва она заявилась на свадьбу в воздушном кружевном платье, затем немного пофлиртовала, беззаботно смакуя шампанское, а потом объявила, что он еще и не поцеловал ее как следует на свадьбе. Так она целенаправленно пыталась свести его с ума или действительно ни о чем таком не думала?

Что-то ему подсказывало, что верно второе. Вот только сам он загорался от одного взгляда огромных прекрасных глаз.

И что же ему все-таки теперь делать?

Одно дело каждый день приходить в бар и мечтать о несбыточном, наслаждаясь краткими разговорами и отлично понимая, что рано или поздно она устанет от его скрытности. В конце концов, она же сама сказала, что ничего о нем не знает. Да и сам он никогда и никого к себе не подпускал.

Но даже несмотря на это, она знала о его прошлом гораздо больше многих его знакомых. Тиберий рассказал ей об алкогольной зависимости его матери, и она вполне могла представить, каким было его детство. А рано или поздно она наверняка начнет его расспрашивать, и тогда он закроется еще больше и окончательно отдалится.

Любовь и близость не для него. Он просто не знает, как к ним подступиться.

Услышав внизу всплеск, Джейти оторвался от мрачных мыслей и как раз успел увидеть, как Виолетта грациозно ныряет с одной стороны бассейна, чтобы вынырнуть на противоположной, а затем вновь пересекает водную гладь в вольном стиле.

Целых пятнадцать минут он наблюдал, как она целеустремленно и сосредоточенно плавает в бассейне. Что ж, похоже, она такая во всем. Собранная, сосредоточенная, готовая на все ради поставленной цели. Стоит ей только на что-то решиться, как ее уже ничто не остановит.

Дав выход переполнявшей ее энергии, Виолетта легла на воду, и только тогда Джейти осознал, что она полностью обнажена. Выругавшись, он резко оттолкнулся от перил и стремительно спустился вниз, направляясь к домику у бассейна.

Он часто устраивал грандиозные вечеринки, но порой гости забывали взять купальники, так что в запасе у него хранились купальные принадлежности всех цветов и размеров. Но пока он отыскивал подходящее бикини, Виолетта уже вылезла из бассейна и завернулась в полотенце.

– Когда следующий раз решишь искупаться, – заявил он, протягивая удивленной Виолетте купальник, – я бы посоветовал тебе подобающе одеться.

– Извини, – выдохнула она, принимая бикини. С длинных темных волос вода струйками стекала на влажное полотенце. – Я думала, ты уже спишь.

Что ж, похоже, она действительно смутилась.

– Так же как и ты, в этот час я обычно еще работаю.

– Спасибо за купальник. Сегодня я тебя больше не потревожу.

Она издевается? Или действительно думает, что он сможет заснуть, когда у него перед глазами так и стоят ее соблазнительные округлости? Сжав зубы, Джейти смотрел, как завернутая в полотенце Виолетта уходит, и лишь когда она скрылась в доме, он вздохнул и пошел к себе, чувствуя, что еще немного – и, забыв обо всем на свете, он подхватит ее на руки и унесет к себе в спальню.

Но этому не бывать. Поэтому остается лишь радоваться, что им не нужно спать в одной комнате.

Иначе он бы точно на нее набросился.

Но одним сексом все не ограничится. Рано или поздно она обязательно сумеет выведать все его секреты, и сам он станет жить в вечном страхе, что очередная нелицеприятная подробность из его прошлого приведет ее в такой ужас, что она раз и навсегда вычеркнет его из своей жизни.

И тогда он снова останется один. Но при этом уже больше никогда не сумеет скрывать своих чувств как прежде.

Нет. К этому он не готов.

А значит, у него нет выбора.

Нужно держаться от нее подальше.

Глава 4

Отыскав в восемь утра Джейти в комнате, которую он окрестил игровой, Виолетта, затаив дыхание, замерла на пороге.

Джейти в старых джинсах и хлопковой черной рубашке нагнулся над видавшим виды бильярдным столом и непринужденным движением руки отправил очередной шар в лунку, при этом одновременно внимательно изучая разложенные на столе бумаги. Только сейчас Виолетта заметила рядом с его босыми ногами пустой чемоданчик Тиберия.

Черт, ну что за жизнь? Вот как ей сохранять строго деловые отношения с человеком, который уже с утра пораньше так напоказ выставляет свою мужественность? Особенно после того, как она до утра не могла заснуть, вспоминая о поцелуе, которого вообще не должно было быть, и одновременно жалея, что успела завернуться в полотенце раньше, чем он пришел к бассейну.

Когда она уже наконец сможет разобраться в собственных чувствах и выбрать верное направление?

– Ты уже попила чаю? – не оборачиваясь, спросил он.

Только сейчас Виолетта поняла, что слишком долго молча его разглядывает.

– Да. Твоя экономка заваривает потрясающий чай. – Виолетта решила не спрашивать, почему у него на кухне хранится четыре вида зеленого чая. Она уже и так поняла, что здесь бывает множество всевозможных гостей. – Нашел что-нибудь полезное?

– Дядя старательно собирал копии всех документов и методично описывал все сделки, поэтому я точно могу сказать, кто и что ему продал. Но вот о том, кто отклонил его предложение, нет ни слова.

Приблизившись, Виолетта увидела, что он создал два списка. Она на собственном опыте знала, что Тиберий любит фиксировать мельчайшие подробности, порой эта дотошность себя оправдывала, но большинство деталей не стоили потраченного на них времени.

– Дай посмотрю. Возможно, я смогу чем-то помочь.

Виолетта решила подождать разрешения, но Джейти явно о чем-то задумался и, кажется, вообще не услышал ее слов.

Ну и ладно. Хочет он того или нет, но она твердо решила, что примет самое активное участие в каждом этапе воплощения их плана. Пробежавшись взглядом по списку, она увидела, что Джейти выделил всех родственников, поддерживающих Престона.

– Тебе стоит знать, что три года назад Тиберий основательно поругался с Полом. – Речь шла о двоюродном брате матери Джейти. – Они не поделили комиксы, которые вроде как вместе купили на деньги Тиберия, когда им было по десять лет. Книжка осталась у Пола, но он так за нее и не заплатил, а теперь она стоит тысяч десять.

Виолетта задумчиво покачала головой. Сколько бы эти комиксы сейчас ни стоили, глупо спорить из-за такой ерунды, но Тиберий никогда не забывал былые обиды. Так же как и Джейти.

– Спасибо. – Джейти сделал пометку рядом с именем Пола.

– А ты неплохо поработал, – заметила Виолетта, разглядывая разобранные по стопкам документы, а потом взяла пять папок и отложила их в отдельную стопку. – Что? – спросила она, заметив его пристальный взгляд.

– У меня своя система.

– Я вижу. Но так стало еще лучше. – Открыв верхнюю папку, она указала на статью со всевозможными сплетнями о его троюродном брате. – У Кейси сейчас одновременно скандальный развод, дорогостоящая любовница, явно мечтающая стать очередной миссис Кейси Стоун, и неудачные вложения. Думаю, наличность окажется ему весьма кстати.

Джейти лишь покачал головой:

– Отец столько ему помогал, что он вряд ли захочет продать мне свои акции. Да и голосовать за меня не станет.

Виолетта уже открыла рот, чтобы возразить, но, увидев упрямое выражение лица Джейти, решила не спорить и взялась за следующую папку:

– Твоя двоюродная бабушка Гариет недавно встретила человека, уговорившего ее поддержать его благотворительный фонд в Новом Орлеане. – Увидев загоревшееся в глазах Джейти любопытство, Виолетта придвинулась чуть ближе: – Я действительно могу тебе помочь. И я очень хорошо знала Тиберия.

– Спасибо, но ты и так уже мне достаточно помогла. – Отстранившись, Джейти кивнул на дверь: – Попроси Паулину покормить тебя завтраком, а потом я отвезу тебя обратно в «Стиль Фонтейна».

Прикусив язык, Виолетта не стала протестовать.

– Сначала нам нужно кое-что обсудить.

– И что же? – уточнил он, скрестив руки на груди.

– Как ты предлагаешь мне это объяснить? – спросила она, указывая на бриллиантовое кольцо.

Несколько секунд Джейти молча разглядывал ее руку.

– Как хочешь.

Сжав зубы, Виолетта глубоко вдохнула и попробовала зайти с другого конца:

– А как ты сам собираешься объяснять нашу внезапную свадьбу?

– При необходимости я скажу, что мы уже целый год тайно встречаемся.

– И все?

– Не думаю, что детали кого-то заинтересуют.

– Ты серьезно? – Как можно настолько недооценивать любопытство? – Ты правда не думаешь, что все захотят узнать, как и когда мы познакомились?

– Не захотят.

– Неужели у тебя нет ни одного человека, которому ты о себе рассказываешь?

Разве так бывает? Но в чем тогда дело? Он сам старательно всех отталкивает или просто никто не хочет связываться с таким угрюмым типом?

– Работающие на меня люди понимают, что им не стоит лезть в мои личные дела, а те, с кем я общаюсь вне работы, не лезут в мои деловые сделки. Проще говоря, мне вообще не придется никому ничего объяснять.

– Тогда тебе повезло, – усмехнулась Виолетта. – Но у меня есть две сестры и мать, которые, узнав, что я вышла замуж, захотят услышать все сочные подробности.

Джейти наконец-то полностью сосредоточился на разговоре:

– Но у нас нет никаких сочных подробностей.

Борясь с желанием хорошенько его встряхнуть, Виолетта засунула руки в задние карманы джинсов.

– Ты не против, если я расскажу им правду?

– А они смогут сохранить ее в тайне?

И он еще спрашивает?

– Я полностью им доверяю. Но если ты против, я могу сказать, что ты годами обо мне мечтал, но не смел открыто заявить о своих чувствах, боясь гнева Тиберия.

Джейти натянуто улыбнулся:

– Никто в это не поверит.

– Ну почему же? Скарлетт обязательно поверит. – Раз разумные доводы не действуют, может, хоть так что-то получится? – Она и так свято верит, что ты каждый день торчишь в баре лишь из-за меня.

– И как же она это определила? – невозмутимо спросил Джейти.

– По тому, как ты на меня смотришь.

– И как же я на тебя смотрю?

Нахмурившись, Виолетта постаралась вспомнить точные слова сестры:

– Она говорит, что у тебя голодный взгляд.

Джейти отлично собой владел, но Виолетта могла бы поклясться, что его зрачки слегка расширились. Похоже, если она и не попала в точку, все равно оказалась весьма близка к истине. Так неужели, невзирая на все его слова, она все-таки его интересует?

– Твоя сестра явно обожает всевозможные драмы. Готов поспорить, что сама она в кого-то влюблена и только и делает, что подыскивает пару всем окружающим.

– Наверное, ты прав.

Но, строго говоря, он даже не попытался отрицать ее утверждение! Так, ладно, пожалуй, на сегодня хватит. Если надавить чуть сильнее, он наверняка снова закроется. И почему у нее такое чувство, словно она пытается приманить дикое животное? Если она не хочет все испортить, нельзя торопиться.

– Ты завтракал?

– Час назад.

Виолетта постаралась скрыть разочарование:

– Тогда я быстро что-нибудь съем и через полчаса буду готова.

– Думаю, я пока могу сделать перерыв и выпить кофе.

Подхватив с бильярдного стола пустую чашку, он пошел к двери, и Виолетта последовала за ним. Неужели она все-таки сумела отыскать верный подход? И если она и дальше станет делать вид, что не ищет его общества и не желает охотиться за акциями, он сам станет к ней приходить? Странно даже. Обычно все ее мужчины любили, когда она сама принимала решения.

Но с Джейти все было иначе.

– Потрясающий вид, – через полчаса заметила Виолетта, любуюсь раскинувшейся за огромным окном пустыней, далекими горами и бесконечно голубым небом. – А по океану ты не скучаешь? Наверное, родившись в Майами, сложно привыкнуть к пустыне.

– Сперва я действительно думал, что возненавижу песок и жару, но горы все искупают. А когда мне не хватает воды, я всегда могу покататься на лодке по водохранилищу.

За совместным завтраком Джейти попробовал ее яйца и утащил с тарелки половину фруктов. Последние пятнадцать минут он был необычайно приветлив и очарователен.

– Звучит так, словно ты нашел идеальное сочетание двух миров. – Она бросила в рот очередную виноградину. – А почему ты все же живешь на ранчо, а не где-нибудь возле «Титана»?

– Моя бабушка выросла на лошадиной ферме в Кентукки. – Поймав Виолетту за руку, он пристально посмотрел на кольцо, которое совсем недавно надел ей на палец. – Выйдя замуж за дедушку, она переехала в Майами, но все равно сохранила за собой несколько отличных скакунов и с пяти лет брала меня с собой на тренировки. Я до сих пор помню, как она легко и непринужденно перелетала на лошадях через препятствия.

Окунувшись в счастливые воспоминания, Джейти слегка расслабился и улыбнулся, а Виолетта удивленно на него уставилась. Он впервые поделился с ней счастливым моментом.

Раньше Виолетте казалось, что трудное детство заставило его полностью закрыться, лишив возможности чувствовать, но, может, все с точностью до наоборот? Может, он так остро все воспринимает, что пытается от всех это скрыть?

– Она настояла, чтобы я научился ездить верхом, – продолжал Джейти, не подозревая о ее мыслях. – Летом она забирала меня на ферму в Кентукки, и мы часами просиживали в седле, а когда я стал достаточно хорош, чтобы выступать, она начала отправлять меня на соревнования. Но с ее смертью все закончилось.

Она умерла, когда ему было всего десять, и, слыша искреннюю любовь и теплоту в его голосе, Виолетта даже боялась представить, что должен был испытать ребенок, когда умер единственный любивший его человек. Виолетта помнила, как сложно Тиберий переживал утрату матери и что он взял их с Люсией на похороны, где им были совсем не рады.

– А у меня в детстве не было ни дедушек, ни бабушек, – вздохнула Виолетта. – Мама в семнадцать уехала из Цинциннати и больше никогда туда не возвращалась, а про моего отца ты и так все знаешь.

– Зато я никогда не встречал родственников отца. Его родители умерли, когда он был совсем маленьким.

– Тиберий мне это говорил, но я как-то никогда не задумывалась, что Престон не общается со своими родственниками. Он же из Калифорнии? А ты никогда не хотел с ними познакомиться?

Как только речь зашла о Престоне, Джейти сразу же закрылся, став таким же далеким, как и видневшиеся за окном горы.

– Нет, – резко ответил он.

Что ж, похоже, разговор окончен.

– Думаю, мне пора ехать.

– Согласен.

Дожидаясь, пока Виолетта сходит за вещами, Джейти старательно вспоминал разговор, особое внимание уделяя выражению ее лица. Ему так понравился совместный завтрак, что вместо того, чтобы кратко объяснить преимущества жизни на ранчо перед городской жизнью, он зачем-то предался сентиментальным воспоминаниям и позволил ей увидеть, как сильно на него повлияла бабушка.

Но как же она все-таки торопится верить людям… Неужели она правда ждет, что он станет строго придерживаться первоначального плана и не даст воли рукам? Что ж, это возможно, лишь если сама она будет находиться где-то далеко-далеко. Настолько далеко, что он даже при всем желании не сумеет до нее дотянуться.

– Я готова, – объявила Виолетта, спускаясь по лестнице.

Джейти в очередной раз невольно залюбовался женственной грацией и красотой, подчеркнутой простым цветастым платьем на бретельках, демонстрирующим изящные плечи. Ярко-розовые туфли на высоком каблуке привлекали внимание к стройным ножкам, а собранные на затылке волосы оттеняли линию шеи. Джейти почувствовал, как у него потекли слюнки.

Когда она наконец-то спустилась, Джейти отобрал у нее сумку:

– Не думаю, что нам стоит жить вместе.

– Тогда кто нам поверит, что мы женаты?

– Мы оба много работаем. Такой мелочи никто не заметит.

Виолетта сжала губы:

– Так у нас ничего не получится.

– Давай все обсудим, когда я вернусь в город.

Она задумчиво глянула на его собственную сумку:

– А куда ты собираешься?

– В Северную Каролину. – Чем скорее он добудет оставшиеся три процента акций «Корпорации Стоунов», тем быстрее сможет занять место генерального директора. И тем быстрее закончится эта видимость брака. Пока он еще не успел сделать ничего такого, что навсегда изменит их отношения.

– А кто там живет?

– Мой троюродный брат Брент. У его отца болезнь Альцгеймера, и за последние месяцы ему пришлось взять все дела в свои руки. Ему принадлежат несколько тысяч акций. Мне их не хватит, но каждая новая акция приближает меня к цели.

– Не помню, чтобы на него было что-нибудь в бумагах Тиберия.

Распахнув перед Виолеттой дверцу машины, Джейти едва не заскрипел зубами, когда до него донесся сладкий аромат ее духов.

– А его там и нет. – Бросив сумки в багажник, он уселся за руль. – Я не знаю, почему Тиберий его пропустил.

Стоило им только тронуться с места, как Джейти заметил, что ветер играет юбкой Виолетты, открывая стройные загорелые бедра, и ему не осталось ничего иного, как представлять, как он скользит рукой по гладкой коже, подбираясь к ее самому сокровенному месту. Теплому, влажному, готовому его принять…

Джейти осознал, что подъехал к трассе, лишь когда недалеко от них промчался грузовик, и резко надавил на тормоза.

– Ты в порядке? – спросил он, поворачиваясь к Виолетте.

– Да. А ты?

Нет.

– Думаю, нам будет удобнее с крышей. – Нажав на кнопку, он подождал, пока крыша автомобиля встанет на место, задумчиво разглядывая бабушкино кольцо на пальце Виолетты.

Да, определенно, если он хочет пережить ближайшие месяцы, ему стоит держаться от нее подальше.

Полностью сосредоточившись на ближайших планах, Джейти смотрел лишь на дорогу, а Виолетта, видимо уловившая его состояние, задумчиво любовалась пейзажами, поминутно хватаясь за вибрирующий смартфон.

– У тебя всегда так? – не выдержав, спросил он.

– Что? – Виолетта удивленно моргнула, словно он отвлек ее от важных размышлений.

– Телефон. Стоило нам сесть в машину, как все сразу же принялись тебе звонить и писать.

Виолетта сухо улыбнулась:

– Это сестры. Они как-то не привыкли, чтобы я так надолго исчезала.

Джейти внутренне напрягся, не желая даже самому себе признаваться, что завидует. Каково это – иметь кого-то, кто искренне о тебе заботится и переживает?

– Наверное, они волнуются. Почему ты не отвечаешь?

– Вечером я им написала, и они знают, что со мной все в порядке. Я написала, что переночую у тебя.

Она специально его провоцирует? Зря. Стоит его чувствам однажды вырваться на свободу, как они оба утонут в них с головой.

– Ты сказала, что мы поженились?

– Такие новости лучше сообщать лично.

– Тогда чем же, по их мнению, мы занимались?

– Тем же, чем ты занимаешься с большинством своих гостей женского пола.

Нет, она точно нарывается.

– А зачем ты хочешь, чтобы твои сестры думали, что мы вместе спим?

Несколько секунд она ничего не отвечала, а потом устало заметила:

– Думаю, нам нужно кое-что обсудить.

– А разве мы именно этим и не занимаемся?

– Ты собираешься приводить к себе женщин, пока мы женаты?

От такого вопроса Джейти нестерпимо захотелось заключить ее в объятия и крепко поцеловать. Себя трогать она не позволяет, но при этом еще хочет, чтобы он и от всех других отказался?

– Я как-то об этом еще не думал.

– Я знаю, что наш брак – простая формальность, но я бы предпочла, чтобы до развода ты ни с кем не встречался.

– Думаю, пару месяцев я сумею продержаться.

– А что, если ты не сумеешь перекупить акции или заручиться поддержкой их владельцев до ежегодного собрания?

– Что именно ты хочешь знать?

– Наша цель – сделать тебя генеральным директором, и, возможно, до ближайшего собрания нам не хватит времени. Но быть твоей женой не так уж и плохо, и, думаю, при необходимости я сумею выдержать еще год.

Целый год сходить с ума, мечтая о близости с собственной женой?

– Как бы все ни сложилось, осенью мы все равно разведемся.

– Хорошо, – кивнула Виолетта с непроницаемым лицом.

На этом разговор увял, но, к счастью, они уже добрались до города и буквально через полчаса подъехали к отелю.

– Открой багажник, я сама возьму сумку, – попросила Виолетта, прежде чем он успел выключить мотор. И в эту секунду Джейти вдруг необычайно остро ощутил, что совсем не хочет расставаться со своей женой и куда-то лететь.

Но что это с ним? Их брак – всего лишь видимость, и ему никогда не дождаться ночи страстной любви… Но при этом она каким-то непостижимым образом вдруг стала ему гораздо ближе, чем просто случайная знакомая, какой в общем-то всегда и была, если не считать едва ощутимую связь через Тиберия.

– Когда с Брентом станет что-нибудь понятно, я тебе обязательно позвоню, а пока держи. – Он протянул ей ключи.

– Зачем? – Она удивленно уставилась на протянутую руку.

Потому что ему приятно было думать, что она станет спать в его доме. После того как искупается нагишом в его бассейне.

– Потому что теперь это наш общий дом, и, если мне вдруг что-нибудь понадобится из собранной Тиберием информации, ты всегда сможешь просмотреть бумаги.

– Так-так-так, – улыбнулась Виолетта. – Значит, ты не только согласен принять мою помощь, но еще и позволишь одной разгуливать по нашему дому?

– А не стоит? Ты собираешься рыться в моих трусах?

– А ты именно там хранишь самые страшные тайны?

Нет. Все самое страшное заперто у него в голове.

– Можешь проверить.

– И тебя это совсем не волнует?

Как ни странно, его это действительно нисколько не тревожило.

– А что ты надеешься там отыскать?

– Не знаю. Но ты такой скрытный, что, что бы я ни нашла, мне все равно будет интересно посмотреть.

Подмигнув, Виолетта наконец вылезла из машины и вытащила из багажника сумку.

Отлично, они женаты меньше суток, а он уже чувствует, как его защита трещит по швам, а сквозь трещины пробивается солнечный свет, от которого он старательно прятался целых восемнадцать лет.

Вздохнув, Джейти поехал в аэропорт, стараясь сосредоточиться на поездке и хоть на время забыть о молодой жене, от которой каким-то непостижимым образом вдруг начал заражаться оптимизмом. Решив, что отцу не стоит знать о его поездках, Джейти велел секретарше забронировать билеты на обычные самолеты, вместо того чтобы, как всегда, брать частный самолет компании.

Подъезжая к аэропорту, он наконец получил сообщение, что ему забронированы билеты из Вегаса в Шарлотт, из Шарлотта в Атланту, оттуда в Луисвилл и, наконец, в Нью-Йорк. Четыре города за шесть дней. Джейти очень надеялся, что эта поездка окажется не напрасной.

Глава 5

Виолетта сразу же пошла к себе в кабинет, и, судя по тому, что никто не кидался к ней в панике, за последние полдня не случилось никаких чрезвычайных происшествий, но она все равно хотела как можно быстрее войти в курс дела.

Устроившись с чашкой чая в кресле у окна, она быстро просмотрела отчет, окончательно убедившись, что все в порядке. Отлично. Значит, теперь очередь за сестрами.

«Я вернулась».

Она отправила это сообщение и Харпер, и Скарлетт, и от них обеих едва ли не мгновенно пришел ответ.

Скарлетт писала, что уже бежит, а Харпер плакалась, что освободится лишь через двадцать минут, и умоляла ничего не рассказывать Скарлетт, пока она сама к ним не присоединится.

Обреченно вздохнув, Виолетта отложила телефон и постаралась расслабиться.

Но вместо этого она сразу же начала задавать себе глупые вопросы.

Неужели она действительно вышла замуж за Джейти? А потом потребовала, чтобы он как следует ее поцеловал? От одного воспоминания о волшебном поцелуе по ее телу пробежала сладостная дрожь.

– Немедленно выкладывай все подробности, – с порога объявила Скарлетт.

Только открыв глаза, Виолетта поняла, что успела смежить веки.

– Харпер просила сперва ее дождаться.

– Ты серьезно думаешь, что я готова сидеть тут еще целых двадцать минут ничего не зная? – Сестрица уселась рядом с Виолеттой. – Выкладывай.

Что ж, похоже, все рассказать будет гораздо труднее, чем она думала.

– Давай все-таки подождем. Не хочу два раза все объяснять.

Черт, да она и один раз не хочет этого делать!

– Да что тут объяснять? – небрежно отмахнулась Скарлетт. – Ты наконец-то поддалась искрящей между вами химии. Но как все прошло? Великолепно? Из него получился неутомимый любовник? У него же такие крепкие руки, а губы как у…

Виолетта невольно рассмеялась:

– Скарлетт!

– Что? Харпер сразу же начнет отчитывать тебя за излишнюю поспешность, и я так и не узнаю горячие подробности.

– А никаких горячих подробностей и не было.

– Ты серьезно? – Сестренка явно разочаровалась. – А я-то думала, вы там настоящий фейерверк устроили.

– Ничего этого не было.

– Тогда почему ты краснеешь?

Дотронувшись до лица, Виолетта поняла, что у нее действительно горят щеки.

– Он поймал меня купающейся нагишом в его бассейне.

– И?… – С горящими глазами Скарлетт подалась вперед.

– И вручил мне купальник, сказав, чтобы когда мне в следующий раз вздумается искупаться, я не забыла его надеть.

Отстранившись, Скарлетт удивленно ее разглядывала:

– Но ты же написала, что провела с ним ночь.

– Да, только не так, как ты себе вообразила. Я просто переночевала у него дома.

Не успела Скарлетт ответить, как в кабинет ворвалась Харпер:

– Что я пропустила?

– Ничего, – едва ли не с отвращением выплюнула Скарлетт. – Похоже, ей вообще нечего рассказывать.

– Неужели? А как насчет этого? – Усевшись рядом с сестрами, Харпер указала на кольцо, красовавшееся у Виолетты на пальце.

– Ты помолвлена! – воскликнула Скарлетт, хватая Виолетту за руку.

– Не совсем.

– Это кольцо весьма смахивает на обручальное.

– Я вышла замуж. Ночью мы с Джейти поженились в «Тоннеле любви».

– Поженились? – Скарлетт недоверчиво на нее уставилась.

– С Джейти Стоуном? – Харпер лишь головой покачала. – А дедушка знает? Ты хоть представляешь, как он отнесется к твоему браку с конкурентом?

– Я ему обязательно все объясню, и он меня поймет.

– Так что же все-таки случилось? Когда я сказала, что он в тебе заинтересован, ты явно не хотела никакого развития.

– Все действительно вышло не совсем так, как ты думаешь.

– Но вы поженились, – заметила Харпер, – значит, что-то все-таки случилось.

– Все сложно.

– А Рик, случайно, ничего не подсыпал в свои знаменитые коктейли? – прищурилась Скарлетт. – Проще говоря, не была ли ты пьяна?

– Я была совершенно трезвой. Так же как и он.

– Значит, ты просто провела ночь в его доме. С ним?

– Нет. Это не такой брак.

– А какой?

– Мы заключили деловую сделку. Несколько дней назад мы с мамой ходили к адвокату, и он объявил, что Тиберий скупал акции «Корпорации Стоунов».

– А я думала, после того, как Престон с ним обошелся, он не хочет иметь ничего общего с родственниками, – заметила Скарлетт.

– Скорее раньше он просто ничего не мог сделать. Престону принадлежали акции, доставшиеся в наследство как лично ему, так и те, что остались на имя Джейти, но самолично распоряжаться ими он начал лишь два месяца назад, когда ему исполнилось тридцать.

– Сколько акций удалось заполучить Тиберию?

– Восемнадцать процентов.

– А сколько принадлежит Джейти?

– Тридцать. Так же как и Престону. Остальные двадцать два процента в разных пропорциях принадлежат остальным Стоунам.

– И какое все это имеет отношение к вашему браку? – Скарлетт явно решила свернуть разговор в интересующее ее русло.

– Очевидно же, что Тиберий оставил ей свою долю, – недовольно отмахнулась Харпер.

– Это я и так поняла, но зачем выходить замуж за Джейти, когда можно было просто продать ему акции?

– Потому что, согласно завещанию, до смерти Престона эти акции должны оставаться у меня.

– Ладно, но даже в этом случае тебе не обязательно было выходить за него замуж. Ты могла просто за него проголосовать.

– Голосовать могут лишь члены семьи.

– А теперь ты член семьи. – Скарлетт в восторге захлопала в ладоши. – Просто потрясающе.

– Но даже если у тебя есть восемнадцать процентов, а у Джейти – тридцать… – начала Харпер.

– Нам не хватает еще трех процентов, – перебила ее Виолетта. – Джейти как раз поехал уговаривать нескольких родственников отдать ему или акции, или голоса, чтобы мы смогли распоряжаться «Корпорацией Стоунов» и выгнать оттуда Престона.

– И ты все это узнала несколько дней назад? – нахмурилась Харпер. – А вы не слишком торопитесь? Мне кажется, вам обоим следовало бы сперва подумать.

– Ты просто не видела, как он на нее смотрит, – улыбнулась Скарлетт. – Готова поспорить, он и так устал ее ждать.

Виолетта почувствовала, как у нее снова загораются щеки.

– Да никак он на меня не смотрит. Но в любом случае мы подписали договор, что после развода каждый останется при своем. Говорю вам, это обычная деловая сделка. Формальный брак, за которым ничего нет.

– И долго он продлится? – вкрадчиво улыбнулась Скарлетт. – Если вы ночь за ночью станете спать в одном доме… Думаю, ты и недели не продержишься.

– Мы не собираемся вместе жить.

– Не собираетесь? – Скарлетт явно не ожидала подобного поворота.

– Многие женатые пары живут раздельно, – вмешалась Харпер. – Например, мои родители.

И именно из-за этой раздельной жизни с супругой Росс заводил бесконечные романы, принесшие ему двух дочерей, с которыми он не желал иметь ничего общего. Или сперва начались романы, а раздельная жизнь пришла потом? Виолетта никогда не спрашивала у Харпер, что она сама об этом думает. За последние пять лет сестры стали невероятно близки, но некоторые темы все равно никогда не поднимались.

– А ты уверена, что знаешь, что делаешь? – спросила Харпер. – Я хочу сказать, насколько хорошо ты знаешь Джейти?

– Хуже, чем будет знать его через месяц, – улыбнулась Скарлетт.

Виолетта вздохнула:

– Не знаю, как объяснить, но я чувствую с ним некое родство. Пусть до недавнего времени Тиберий с ним и не общался, но он столько рассказывал о сестре и детстве Джейти, что порой мне кажется, что я очень хорошо его знаю.

– Наверное, я поняла. Порой у всех возникает чувство, что ты очень хорошо знаешь человека, хотя на самом деле никогда раньше с ним не встречался, – осторожно начала Харпер, – но в жизни всякое бывает. Будь осторожна.

– Я понимаю, что еще очень многого о нем не знаю, но не думаю, что он станет меня обманывать.

Харпер покачала головой:

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Я тоже, – прошептала Виолетта. – Я тоже на это надеюсь.

Здорово. Джейти отлично знал, что ему не стоит поддаваться позитивному настрою Виолетты, но все-таки повелся на очаровательную улыбку и горящий в карих глазах огонь, а теперь вынужден был за это расплачиваться. Сидя в кожаном кресле со стаканом отличного виски в руках, Джейти окинул взглядом отделанный красным деревом кабинет троюродного брата, стараясь ничем не выказывать своего разочарования.

– Извини. – Брент выглядел так, словно на его плечах покоится тяжесть всего мира. – Отец продал все акции Престону пять месяцев назад, но, если хочешь, я готов уступить тебе ту сотню, что он подарил мне на восемнадцатилетие.

– Спасибо за предложение, но я бы предпочел, чтобы ты остался их владельцем и помог мне убедить остальных акционеров, что мой отец не справляется с возложенными на него обязанностями. – Теперь понятно, почему Тиберий не стал создавать на него отдельную папку. К чему утруждаться ради какой-то жалкой сотни? – А ты не знаешь, почему твой отец продал их моему? Они же никогда особо не ладили.

– Это еще слабо сказано, – усмехнулся Брент. – Отец прямо-таки ненавидел Престона, считая, что именно он свел твою мать в могилу.

Отец Брента, Тед, приходился Тиберию и Фионе двоюродным братом, но был близок как родной. И когда Тиберия выгнали из дома, Тед всячески старался его защитить и прямо сказал Фионе, что ее муж перешел все дозволенные рамки, но она яростно отстаивала супруга.

– Тогда зачем он продал ему акции?

– Престон убедил его, что твоя мать хочет собрать для тебя побольше акций.

– Тед забыл, что она умерла восемнадцать лет назад?

Брент нахмурился:

– Я об этом узнал, лишь когда полностью взял дела в свои руки.

– Его состояние ухудшается быстрее, чем ты думал?

– Он уже почти никого не узнает.

Отец и сын были так близки, что Джейти всегда невольно им завидовал.

– Извини. Я даже не могу представить, как тяжело тебе приходится.

Тед всегда был невероятно умным человеком и дальновидным бизнесменом, и наверняка Бренту невыносимо смотреть, как с каждым днем отец все больше отдаляется.

– Всегда тяжело, когда такой интересный и всесторонне развитый человек забывает, как зовут его собаку или где находится кухня.

Джейти почувствовал какую-то щемящую боль в груди.

– Я могу что-нибудь для тебя сделать? Как-нибудь помочь?

– В этом-то все и дело. Никто ничего сделать не может. – Одним глотком Брент прикончил остатки виски. – Но я все равно ценю твое желание помочь. Ты не просто родственник, ты настоящий друг.

Между ними был всего год разницы, и они уже в детстве заложили основы той близости, что теперь их связывала. Джейти хорошо помнил, как мать часто брала его с собой к любимому двоюродному брату в Шарлотт, в старинный дом в неоклассическом стиле, где она могла жить без алкоголя и наркотиков. Только здесь мама всегда улыбалась, поминутно норовила обнять сына и всячески его баловала мороженым и прогулками по музеям и зоопарку. Эти поездки всегда были для Джейти настоящим чудом, но, к сожалению, чудеса не вечны.

– Может, расскажешь, в чем дело? Зачем тебе вдруг понадобились акции?

– Я хочу стать генеральным директором «Корпорации Стоунов».

– Серьезно? И как же ты собираешься этого добиться?

– Последние полгода Тиберий по-тихому скупал акции.

– Чертов сукин сын! – с восторгом воскликнул Брент. – Так вы действовали заодно?

Джейти покачал головой:

– Я ни о чем даже не догадывался. Ты же знаешь Тиберия.

– Как всегда, никому не показывает карт. Но после того, как с ним обошелся Престон, его сложно в чем-то винить. Сколько он собрал акций?

– Восемнадцать процентов.

– А с теми тридцатью, что теперь наконец-то твои, тебе не хватает всего трех процентов.

– Все немного сложнее, – возразил Джейти, стараясь отогнать образ обнаженной Виолетты, плавающей в его бассейне. – Тиберий оставил эти акции не мне.

– Ты серьезно?

– Спасибо папочке, мы с дядей никогда не были слишком близки, но в последние месяцы мы все-таки начали общаться. – Джейти в очередной раз пожалел, что так слепо верил всем отцовским словам о Тиберии.

– Так кому теперь принадлежат эти акции?

– Его неофициальной приемной дочери. – Джейти помахал перед собой рукой с обручальным кольцом. – Вчера мы с ней поженились.

Джейти нечасто удавалось по-настоящему удивить находчивого и остроумного Брента. Но сегодня ему это удалось. Пятый раз в жизни.

– Ты женился на… Как ее зовут?

– Виолетта Фонтейн.

– Тиберий взял на себя заботу о ней и о ее матери, верно? Но я думал, ее фамилия Аллен.

– Она оказалась незаконной дочерью Росса Фонтейна, и когда он умер, ее дед, Генри Фонтейн, глава целой сети преуспевающих отелей, нашел ее в Вегасе и изо всех сил постарался восполнить упущения своего сына. Теперь она должна унаследовать место генерального директора империи Фонтейнов.

– И вместо того, чтобы просто перекупить акции, ты на ней женился? – недоверчиво уточнил Брент. – Если у тебя так плохо с деньгами, мог бы у меня одолжить.

Год назад Брент продал начатое им дело и пока еще никак не распорядился этими четырьмя миллиардами.

– Согласно завещанию Тиберия, она не может никаким образом передать эти акции другому человеку, пока жив Престон.

– Узнаю старину Тиберия, – с восхищением выдохнул Брент. – И пока ты не взял ее в жены, она не являлась членом нашей семьи и не могла голосовать.

На Брента всегда можно было рассчитывать.

– Вот, собственно, и все.

– Знаешь, когда Престон обо всем узнает, дело примет не слишком красивый оборот.

– Именно поэтому я и должен поговорить с как можно большим числом родственников, пока он еще ничего не знает.

– Жаль, я не могу тебе помочь.

– Мне тоже.

Брент всегда отличался деловой хваткой и незаурядным интеллектом и многому научился у Теда. Джейти почувствовал очередной приступ зависти. И почему плохое случается только с хорошими людьми, когда такие подонки, как Престон, живут без хлопот и забот?

– А куда ты дальше направляешься?

– В Атланту.

– Старина Скип. Мне тебя заранее жалко.

Глава 6

Опустившись в бар, Виолетта сразу же напомнила себе, что не стоит рассчитывать на встречу с Джейти. Наверняка он еще не вернулся, а даже если и вернулся, то все равно она сегодня сильно задержалась и он вряд ли бы ее дождался. Последние пару дней они почти не общались, но она знала, что ему так и не удалось раздобыть новых акций.

Быстро совершив привычный обход, она вдруг обратила внимание на разговаривающего с менеджером человека. И, узнав его, замерла на месте. Престон Родес? Что он тут делает?

Отец Джейти явно еще не успел ее заметить, но если бы она бросилась прятаться, наверняка бы привлекла к себе ненужное внимание. Глубоко вдохнув, Виолетта выпрямила спину и пошла вперед.

– Добрый вечер, – поздоровалась она, сомневаясь, что сможет притвориться, что не знает, с кем говорит. Лично они никогда не встречались, но Виолетта много раз видела его фотографии в газетах, да и с Джейти имелось определенное сходство. – Вы – Престон Родес?

– Мисс Фонтейн. – Отец Джейти с силой сжал протянутую руку, явно желая с первой секунды показать свое превосходство. – Или, раз мы теперь одна семья, я могу называть вас просто Виолеттой?

Виолетта честно постаралась скрыть удивление, но, судя по смешку Престона, ей это плохо удалось. Черт. А она и не знала, что Джейти все рассказал отцу.

– Мистер Родес… – начала она, стараясь подавить раздражение. Разве сложно было предупредить, чтобы эта встреча не стала для нее такой неожиданностью?

– Престон. Или, если хочешь, можешь называть меня папой. Я же знаю, что раньше тебе некого было так называть.

– Престон. – На этом все приличные слова, какие ей хотелось сказать этой твари, испортившей жизнь и самому дорогому для нее человеку, и даже собственному сыну, заканчивались.

– Предлагаю выпить и получше познакомиться.

Схватив Виолетту за руку, Престон потащил ее к одному из столиков, заставив почувствовать себя ребенком, которого собираются наказать.

– Шампанского, – коротко бросил он одной из официанток. – Должны же мы отпраздновать наше новое родство.

От одной мысли, что она теперь действительно состоит в родстве с этим человеком, Виолетте стало плохо.

– Я не пью на работе.

– Глупости. Сегодня особый случай.

– Может, лучше дождаться Джейти?

– Мой сын сейчас слишком занят, – холодно улыбнулся Престон. – Бегает по всей стране, нанося визиты родственникам. Видимо, решил сообщить радостную новость каждому лично. Но молодую жену с собой не взял. Почему?

Ну почему она никогда не умела притворяться? Тиберий постоянно говорил, что из нее никогда не получится хороший игрок, а блефовать она не сумела бы даже ради спасения собственной души.

– У меня сейчас слишком много работы, и я не смогла поехать.

– Так ты осталась без медового месяца? «Корпорации Стоунов» принадлежит отличный отель на Каймановых островах. Могу забронировать вам номер.

– Не стоит беспокоиться.

– Но мне совсем не сложно.

Тут официантка принесла шампанское и бокалы, и у Виолетты появилась пара секунд, чтобы прийти в себя. Нужно успокоиться, взять себя в руки и самой повести разговор. Зачем он пришел? Он никогда ничего не делает просто так, значит, узнал об отъезде Джейти и захотел поговорить с ней наедине. Виолетта почувствовала нарастающий страх и резко себя одернула. Как бы ни был могущественен этот человек, он все равно не может ей ничего сделать.

Разлив шампанское, Престон протянул ей бокал:

– За молодых. Пусть ты будешь так же счастлива с моим сыном, как была счастлива со мной его мать.

Решив, что это благословение больше смахивает на проклятие, Виолетта едва пригубила шампанское.

– Спасибо. – Она отставила бокал. – А теперь, если вы меня извините, меня ждут дела.

Но не успела она встать, как Престон накрыл ее руку своей:

– Давно ты с моим сыном?

– Относительно.

– Похоже, вы оба умеете отлично хранить тайны, иначе ваша свадьба не стала бы для всех полной неожиданностью.

– Джейти весьма скрытен. К тому же мы возглавляем конкурирующие отели, и он хотел сперва убедиться, что наши отношения действительно серьезны.

– И вам действительно удалось сохранить все в секрете. Никто и не подозревал, что вы встречаетесь, а тем более любите друг друга. – Подавшись вперед, Престон прищурился: – Ведь ты же любишь моего сына?

Виолетта слегка помедлила с ответом. Престон явно понял, что что-то в их отношениях не чисто.

– А разве может быть иначе? Джейти потрясающий человек.

Явно заметив, что она уклонилась от прямого ответа, Престон улыбнулся.

– Уверен, ваши чувства взаимны. Хорошо. Я бы очень расстроился, если бы ты вышла за него из неправильных побуждений.

– Это каких же?

– Ради денег.

Приподняв бровь, Виолетта огляделась по сторонам:

– Похоже, что я нуждаюсь в деньгах?

– Насколько я понимаю, все это принадлежит «Отелям Фонтейна», а не тебе лично.

– В любом случае деньги Джейти мне не нужны.

– Хорошо. Знаешь, я готов защищать сына любой ценой.

Ну конечно.

– Я не собираюсь ему вредить.

– Хорошо, – повторил Престон. – Так ты собираешься перебраться к нему на ранчо?

Ему снова удалось застать ее врасплох.

– Этого мы еще не решили.

– Когда люди живут порознь, их сложно назвать мужем и женой.

– Мы как-нибудь сами разберемся.

– Тогда советую поторопиться. Иначе могут возникнуть вопросы.

– Да кому какое дело до наших отношений?

– Мне очень даже есть до них дело. – Престон уже даже не пытался притворяться вежливым. – Я знаю, что он женился на тебе, чтобы заполучить купленные Тиберием акции. Но даже с ними у него всего сорок восемь процентов. Слишком мало, чтобы бросить мне вызов.

Виолетта совсем растерялась. Как он сумел так быстро разгадать их план? Но разве стоило ждать чего-то иного?

– Виолетта, ты выглядишь весьма встревоженной.

– Мне не о чем волноваться.

– Есть. Ведь вы с Джейти поженились, чтобы объединиться против меня.

– Не понимаю, о чем вы говорите.

– Ну конечно. Но знай, что, как только я докажу, что вы не женаты в настоящем смысле этого слова, я обвиню вас в мошенничестве и отберу все акции.

– Это не в вашей власти.

– Возможно. А возможно, и нет. Но в любом случае я точно сумею втянуть акции в судебное разбирательство, чтобы успеть избавиться от сына так же, как я избавился от шурина. – Не успела Виолетта опомниться, как Престон продолжил: – Пей. Вы с моим сыном теперь в одной лодке, и вас ждет незабываемое приключение. Надеюсь, ты понимала, на что шла.

Не дожидаясь ответа, Престон встал и ушел, и в ту же секунду у нее завибрировал мобильник.

Джейти писал, что его самолет только что сел, и просил через час быть на ранчо.

Раньше дорога из Лас-Вегаса никогда не казалась Джейти длинной, но раньше у него никогда и не было таких женщин, как Виолетта. Так, хватит. Их ждет обычная деловая встреча. Ничего больше.

С ногами усевшись на диване, Виолетта обхватила колени руками и, о чем-то задумавшись, невидящим взглядом смотрела в холодный камин. Когда она наконец-то заметила Джейти, в ее глазах мгновенно зажглась радость, почти сразу же сменившаяся тревогой.

– Выглядишь уставшим. Садись, я налью тебе чаю.

– Лучше пива.

– Чай поможет расслабиться.

– Пиво тоже. И оно вкуснее.

– Ладно. – Вернувшись через минуту с двумя бутылками и поймав его вопросительный взгляд, она пояснила: – Тебе не стоит пить в одиночестве.

Джейти сразу же захотелось ответить, что он и так все время пьет в одиночестве, но, решив, что не стоит ее отталкивать, промолчал и, потянув за руку, усадил рядом с собой.

– Чем занималась, пока меня не было? – спросил он, закидывая руку на спинку дивана у нее над плечами и мечтая зарыться лицом в шелковистые ароматные волосы.

– Работала и до недавнего времени все шло замечательно. А тебе так и не удалось заполучить новые акции?

Джейти сразу насторожился.

– Что случилось?

Не отвечая, она невидящим взглядом разглядывала бутылку.

– Виолетта?

– У нас неприятности.

– И какие же?

– Твой отец все знает.

Джейти тихо выругался.

– Как ты это определила?

– Он сам ко мне пришел и заявил, что, если мы женаты не по-настоящему, он обвинит нас в мошенничестве.

Джейти внутренне напрягся. Как он посмел угрожать Виолетте?

– Я сам с ним разберусь. – Основательно приложившись к бутылке, он постарался успокоиться. – Он просто пытается нас напугать и выиграть время, чтобы самому заручиться поддержкой остальных акционеров.

– Но он сказал, что, если акции втянуть в судебное разбирательство, по ним нельзя будет голосовать на ежегодном собрании. А потом он поступит с тобой так же, как и с Тиберием.

– Не переживай, он мне ничего не сделает. Он не сумеет никого на меня натравить, а даже если и попытается выгнать из компании, что с того? Я же и сам собирался уходить, пока не узнал о завещании Тиберия. – Джейти нестерпимо захотелось притянуть к себе Виолетту и крепко обнять, защищая от всего мира. – Если бы он захотел, то мог бы прямо сейчас выгнать меня из «Корпорации Стоунов». Но он не хочет. Боится потерять поддержку остальных акционеров.

– Наверное, ты прав, – неуверенно согласилась Виолетта. – Но зачем напрашиваться на судебное разбирательство и рисковать твоей репутацией, когда этого легко избежать?

– И как же?

– Сделаем вид, что женаты по-настоящему. Я поселюсь у тебя, будем вместе куда-нибудь ходить и старательно изображать влюбленных, а ты пока продолжишь охоту за акциями.

Возможно, для нее все это действительно просто, но только не для него. Джейти отлично понимал, что стоит им только притвориться настоящими супругами, как он очень скоро сделает ее своей настоящей женой. Вот только ради чего? Чтобы развестись через месяц? Если он действительно сделает ее своей, то уже никогда не отпустит.

– Отличная идея, – выдохнул он, понимая, что совершает самый безумный поступок в жизни.

* * *

Собирая чемодан под бдительным взглядом Скарлетт, Виолетта старательно отмалчивалась.

– Ладно, ответь всего на один вопрос, – вздохнула сестра. – Ты дашь ему возможность перевернуть твой мир с ног на голову?

– Тогда, боюсь, я безнадежно в него влюблюсь и не переживу развода.

– А что, если при этом ты поймешь, что он тоже безнадежно в тебя влюблен?

– Похоже, Джейти прав. Ты так счастлива с Логаном, что не успокоишься, пока не подыщешь всем знакомым подходящую пару. – Виолетта покачала головой. – У нас с ним все совершенно иначе.

– Глупости. Ты просто боишься. И я тоже боялась, пока не начала верить самой себе и Логану и не поняла, что думать нужно не только головой, но и сердцем. Просто попробуй и посмотри, что из этого выйдет.

– Джейти не хочет подпускать меня к себе. И каждый раз, когда я пытаюсь подобраться к нему чуточку ближе, чувствую себя так, словно бреду по пояс в болоте, еле-еле продвигаясь вперед.

– Но все же продвигаясь.

– А что, если он раскроется передо мной лишь для того, чтобы я поняла, что его так сильно ранили, что он уже никогда не сможет принять любовь, не говоря уж о том, чтобы полюбить в ответ?

– Если кто и сумеет его исцелить, то только ты.

Неужели сестренка права и из деловой сделки действительно может вырасти крепкий длительный брак?

Попрощавшись с сестрами и пригласив их на вечеринку во вторник, Виолетта поехала на ранчо, и когда она туда добралась, экономка сказала, что Джейти пошел в конюшню, и она из любопытства решила взглянуть, чем он там занимается.

Джейти предпочитал называть свое владение «ранчо», но на самом деле ему принадлежала первоклассная площадка для тренировки лошадей мирового уровня, а конюшня представляла собой настоящее произведение архитектурного искусства с огромным фойе, на стенах которого от пола до потолка красовались фотографии дорогих даже на вид лошадей, запечатленных в изысканных позах или стремительно перелетавших барьеры, а посреди всего этого великолепия стояла бронзовая статуя лошади с наездницей, и Виолетта сразу же задумалась, не послужила ли моделью для этого изваяния бабушка Джейти.

Далее следовало несколько кабинетов, а за ними начиналась сама конюшня, вот только в ней не было и намека на жару, шум и неприятный запах, которые ожидала встретить Виолетта. Мощный кондиционер поддерживал температуру около двадцати градусов, одновременно справляясь не только с такими неизбежными в подобных местах ароматами, как запахи сена, пота и навоза, но даже с пылью, а тишину нарушало лишь мерное похрапывание лошадей и редкий топот копыт.

Ступая по чисто выметенному бетонному полу, Виолетта с любопытством оглядывалась по сторонам и за первым же поворотом увидела Джейти. Беззаботно что-то насвистывая, он бинтовал лошади колено.

– Привет, – поздоровалась она, не решившись приблизиться к огромному животному ближе чем на три метра.

– Дай мне еще пару минут, и я устрою тебе экскурсию, – пообещал Джейти, улыбнувшись.

– Не торопись.

Они не виделись целых пять дней, и теперь Виолетта жадно любовалась мужественной фигурой в темно-синем поло, коричневых бриджах для верховой езды и высоких сапогах. Стараясь списать дрожь в коленях на общую усталость, Виолетта вздохнула. И почему себе врать гораздо сложнее, чем сестрам? Сколько еще можно отрицать, что она без ума от своего мужа и мечтает оказаться в его кровати?

– Ты готова?

Пока она пыталась разобраться в собственных чувствах, Джейти закончил работу.

– Конечно.

Неторопливо шагая между стойлами, Джейти начал знакомить ее с лошадьми.

– Знаешь, раньше я как-то не думала, что ты серьезно занимаешься подготовкой скакунов. Сколько тут лошадей?

– Пятьдесят для выступлений, они все стоят в этом ряду, а за манежем стойла с лошадьми на продажу, жеребыми кобылами и жеребятами. Всего их там сорок.

– Значит, для тебя это не просто хобби.

– Не совсем. Всем здесь заправляет Вик, он же и общается с клиентами, Ральф занимается тренировками, Сид – продажами, а Бонни – лечением и кобылами. Проще говоря, я здесь совершенно не нужен.

Но, судя по тому, как каждые пять минут кто-нибудь спрашивал его совета или делился местными новостями, Джейти явно был сердцем и душой этих конюшен.

– Это Мило. – Джейти небрежно отпихнул любопытный нос, пытавшийся залезть к нему в карман. – Угощение сперва надо заработать, наглая ты скотина.

– Он твой?

– Нет, он принадлежит невероятно талантливой десятилетней девочке, но я тренирую его уже два года.

Джейти впервые полностью расслабился и повеселел, и Виолетта старательно отвела глаза, чтобы снова не попросить о какой-нибудь глупости вроде настоящего поцелуя.

– На нем действительно ездит маленькая девочка? – Виолетта сосредоточилась на гнедой спине высотой в метр семьдесят пять от пола. – Но отсюда так высоко падать…

– Она в седле с трех лет, и у нее отличная посадка, совсем как у моей бабушки. И еще она отлично чувствует лошадь. Они с Мило – настоящая команда, если хочешь, завтра можешь посмотреть на них в деле.

– С удовольствием.

Открыв денник, Джейти надел на коня недоуздок и вывел его в проход.

– Подержишь, пока я схожу за седлом и уздечкой?

– Я? – выдохнула Виолетта, с ужасом разглядывая огромное животное. – Но я никогда не общалась с лошадьми.

– Представь, что это большой-большой котик. – Джейти всунул ей в руку веревку. – Подуй легонько ему в ноздри, чтобы познакомиться.

Услышав такой совет от кого-нибудь другого, Виолетта решила бы, что это шутка, но сейчас у нее просто не было выбора, и она послушно дунула, получив от лошади ответное дуновение, а к тому времени, как вернулся Джейти, она набралась храбрости и легонько дотронулась до лошадиного носа ладонью.

– Я смотрю, вы уже успели подружиться. – Осторожно уложив седло на пол, Джейти протянул ей щетку: – Поможешь?

– Конечно, – уверенно заявила она, хотя совсем не чувствовала этой уверенности, но стоило ей только прикоснуться к теплой коричневой шкуре, как она сразу же почувствовала умиротворение. Теперь понятно, почему Джейти так тянет к лошадям. Рядом с ними сразу чувствуешь себя увереннее и спокойнее. – Кажется, я начала понимать, что такое настоящий дзен-буддизм.

– Именно поэтому я и хожу сюда каждый день. Стоит мне пару часов провести с лошадьми, и я готов горы свернуть, не говоря уж о том, чтобы справиться с обычными проблемами.

Закинув седло Мило на спину, Джейти одним движением затянул подпругу, и, седлая коня, он все время говорил всякие глупости, убаюкивая и успокаивая лошадь мелодичным голосом. Виолетта вдруг поймала себя на том, что мужской голос успокаивает не только лошадь, но и ее саму.

– Подай, пожалуйста, уздечку.

Виолетта вдруг очнулась и поняла, что если она и дальше станет так просто проводить с ним время, то окончательно попадет под его чары, а потом ей придется столкнуться с жестокой реальностью. Но стоит ли оно того?

– Держи.

Завороженно наблюдая, как сильные мужские руки умело застегивают упряжь и оглаживают лошадь, Виолетта почувствовала, как по ее телу пробегают волны жара.

Оставшись с Джейти, Виолетта задумалась. Раньше ей казалось, что он полностью закрыт и отчаянно нуждается в спасении, но, насмотревшись на его общение с лошадьми и работниками конюшни, она ясно поняла, что это не так и он отлично справляется с собственной жизнью. Но он все же принял ее помощь и взял в жены. Зачем?

Любуясь слаженной работой мужчины и лошади, легко и непринужденно проделывавшими явно какие-то очень сложные элементы конкура и выездки, Виолетта впервые в жизни поняла, что значит сходить по кому-то с ума.

– Ты был неподражаем! – воскликнула она, когда Джейти бросил повод и похлопал Мило по шее.

Спешившись, он еще раз приласкал лошадь.

– Это его заслуга. – Но блестящий от испарины лоб явно противоречил этому утверждению.

– Не верю.

Их взгляды встретились, и его улыбка сразу угасла.

– Знаешь, я тебе соврал. – Джейти полностью закрылся, но продолжал так же пристально ее разглядывать.

– Как?

– Когда сказал, что…

– Босс, если вы закончили с Мило, давайте я его заберу, – предложил подошедший конюх. – Бонни сейчас у Пули и хочет, чтобы вы тоже взглянули на жеребенка. Она боится, как бы не пришлось звать ветеринара.

– Ты занят, а я обещала Харпер прийти пораньше, чтобы мы успели обсудить кое-какие дела. – Не самая лучшая отговорка, но ей просто необходимо немного побыть в одиночестве, чтобы разобраться в своих чувствах и понять, чего же она все-таки действительно хочет от Джейти. – Давай поговорим, когда я вернусь.

Поймав ее за руку, Джейти не дал ей сдвинуться с места и, прижавшись губами к уху, прошептал:

– Твоя сестра права. – Он обдал ее жарким дыханием. – Я действительно схожу по тебе с ума.

Резко отстранившись, Джейти передал повод подошедшему конюху и ушел.

Он сходит с ума?

По ней?

Вот и хорошо.

Сама-то она уже давно ни о чем, кроме него, думать не в силах.

Глава 7

Постоянно думая о Виолетте, Джейти так и не сумел толком сосредоточиться на работе и уже к двум вернулся домой. Когда она пришла на конюшню, Джейти обрадовался, а потом, проминая коня, старательно красовался, проделывая самые сложные элементы и чувствуя себя каким-то не в меру возбудившимся подростком.

А сама Виолетта смотрела на него такими глазами, что ему безумно захотелось забросить ее на плечо и без лишних слов отнести в спальню. Может, она все-таки готова пересмотреть их соглашение?

Перепрыгивая через две ступеньки, Джейти взбежал наверх и остановился у приоткрытой двери в пустую и темную спальню Виолетты. Включив свет, он замер на пороге. Комната была не просто пуста, но и выглядела нежилой.

Странно. Если бы ее машина не стояла в гараже, Джейти решил бы, что она передумала и вернулась к себе в отель, но машина-то осталась. Может, она решила перебраться в другую комнату? Быстро осмотрев остальные четыре комнаты для гостей, Джейти так и не сумел ее отыскать. И куда же она делась?

Спустившись к себе, Джейти вышел на террасу и сразу же услышал приглушенный плеск. Вот оно что! Виолетта снова решила искупаться. Достав плавки, Джейти быстро переоделся и, вешая костюм в шкаф, наконец-то понял, в какую спальню она перебралась.

В его собственную.

Ранее полупустой шкаф внезапно заполнился разными платьями, всевозможными кофтами, юбками и джинсами, а полки для обуви едва вмещали переполнившие их туфли и сандалии. Пристальнее осмотрев тумбочки у кровати, он вдруг обнаружил, что там появилось кружевное белье, вязаные топики и шарфики, а ящички в ванной так и распирало от обилия баночек с кремами и склянок с духами.

Ничего себе.

Неторопливо спускаясь вниз, Джейти старательно подбирал слова, чтобы заговорить с Виолеттой об этом неожиданном повороте. Одно дело притворяться супругами, живя в одном доме, но делить с ней комнату… А тем более кровать…

Остановившись у бассейна, он вновь невольно залюбовался неторопливыми грациозными движениями.

– Я нашел в своей комнате твои вещи. Что это значит?

– Я подумала, что кто-то из слуг может шпионить по приказу твоего отца, и решила, что все должно выглядеть достоверно, – не глядя ему в глаза, ответила Виолетта.

– Ты слишком его переоцениваешь.

– Советую тебе искупаться, а все обсудить мы и потом успеем.

Решив сразу же во всем разобраться, Джейти нырнул в бассейн и поплыл к Виолетте, и, лишь оказавшись совсем рядом, разглядел, что она полностью обнажена. Поперхнувшись, Джейти закашлялся, и Виолетта участливо положила руку ему на плечо:

– Ты в порядке?

– Кажется, мы уже обсуждали купания нагишом.

Не отвечая, она просунула пальцы под резинку его плавок и легонько потянула вниз. От этого мимолетного прикосновения Джейти сразу же почувствовал, как по всему его телу разливается желание, и едва не застонал.

– Советую тебе тоже попробовать. – Резко отпустив резинку, Виолетта подалась в сторону, и из-за брызг он на пару секунд потерял ее из виду.

Протерев глаза, Джейти бросился за ней в погоню и поймал у самого края бассейна, вспомнив, что она полностью обнажена, лишь прижав ее к бортику.

– Поцелуй меня, – улыбнувшись, потребовала Виолетта, обвивая его бедра ногами. – Нежно и неторопливо. Или грубо и жадно. Мне все равно как, только бы забыться.

Мгновенно накрыв ее губы своими губами, Джейти сразу же дал понять, что больше отступать не намерен. И Виолетта с готовностью принимала все его ласки, отвечая с не меньшим пылом, впившись ногтями ему в плечи и хриплыми стонами подстегивая и так бушевавшее в нем пламя. А когда она покрепче ухватилась за него ногами и начала ритмично тереться о его напрягшуюся плоть, Джейти буквально зарычал.

Слизывая воду с ее шеи, он втянул в себя сладкий аромат женской кожи с примесью хлорки, и Виолетта с готовностью выгнулась, как бы предлагая всю себя. Ухватив девушку под ребра, Джейти приподнял ее так, что ее великолепные груди всплыли на поверхность, а ноги обвились вокруг его талии, и припал губами к твердому соску, посасывая и покусывая нежную плоть до тех пор, пока Виолетта не начала прерывисто дышать и извиваться в его объятиях.

Джейти чувствовал, как гибкая женщина буквально дрожит от его умелых ласк и настойчиво трется о него бедрами, не получая желаемого. Виолетта вдруг резко ослабила хватку и ушла под воду, и сразу же за этим он почувствовал, как она снова хватается за его плавки и на этот раз стягивает ненужную сейчас ткань, чтобы дотронуться до его напрягшейся плоти. Стоило прохладной воде прикоснуться к чувствительной головке, как Джейти зашипел сквозь зубы, а еще секунду спустя приглушенно застонал от прикосновения женских пальцев.

Жадно припав к ее губам, Джейти напрочь забыл о всевозможных приемах и ухищрениях, переполняемый всепоглощающей жаждой сделать ее своей, и Виолетта ответила с не меньшей жадностью, мастерски распаляя его и так сводящее с ума желание.

– Я хочу тебя, – выдохнула она, вновь раздвигая бедра и прижимаясь к его напрягшейся плоти.

– Презервативы, – прорычал Джейти, упираясь в ее горячее нутро и огромным усилием воли удерживая себя на месте.

– Я на таблетках, – прошептала она и резко выгнулась, загоняя его в себя раньше, чем он успел до конца осмыслить сказанное.

Джейти годами мечтал об этой секунде, но даже его самые смелые помыслы не шли ни в какое сравнение с великолепием обнаженной Виолетты в его руках. Ухватив ее за бедра, он вошел еще глубже, тщательно контролируя собственные движения, чтобы мгновенно не зайти за грань и превратить эту минуту в нечто незабываемое для них обоих.

– Ты восхитительна, – выдохнул он, на секунду отрываясь от ее губ.

Время замедлилось, а весь мир сузился до судорожно вдыхаемого воздуха, теплой женщины в руках и прохладной воды вокруг них.

– Насколько же реальность лучше всех моих фантазий! – прошептала Виолетта, щекоча ему ухо.

– Ты мечтала об этой минуте?

Лаская руками нежное тело, Джейти непрерывно целовал ей губы, шею и плечи, а сама Виолетта крепко обвила его ногами, слегка покачиваясь в воде.

– С тех самых пор, как ты впервые пришел в наш бар.

– Потеряв Рика, я обрел самое дорогое, что у меня есть, – признался он в ответ на ее искренность.

– Врешь, – игриво рассмеялась Виолетта, потеревшись о его грудь горячими сосками.

– Нет. И ты наконец-то в моих руках.

Все убыстряющее трение дарило ему незабываемое телесное наслаждение, но улыбка на ее губах стала настоящим бальзамом на его израненную душу. Чувствуя, как Виолетта напряглась, Джейти лишь огромным усилием воли сумел сдержать собственную разрядку и пристально наблюдал, как с каждым движением она взлетает все выше и выше, как ее глаза широко распахиваются, а все тело содрогается от мощной волны наслаждения, и лишь тогда позволил себе испытать оргазм.

Его накрыло невероятно мощное наслаждение, и не успел Джейти удивиться тому, что сумел столько сдерживаться, как все сразу же поплыло у него перед глазами, и он понесся в бесконечность, ведомый тысячей световых лучей, безжалостно пронзавших его тело.

Придя в себя, Джейти обнаружил, что у него болит грудь. Интересно, с чего бы это? Легкие так перенапряглись или сердце бьется слишком быстро?

– Лучший в мире секс, – прошептала Виолетта. – Я, конечно, не сомневалась, что ты отличный любовник, но ты все равно превзошел все мои ожидания.

Сам Джейти не был готов делиться переполнявшими его чувствами, поэтому решил просто согласиться:

– Точно. Лучший в мире секс.

Пристально на него посмотрев, Виолетта улыбнулась:

– Мне все еще нельзя купаться нагишом?

Не в силах устоять перед обворожительной улыбкой, он лишь покачал головой:

– Думаю, мне стоит сжечь все местные купальники.

Обычно Виолетта завтракала с сестрами по средам, но сегодня они с Джейти наконец-то устраивали свадебный прием, который явно обещал затянуться до поздней ночи, и еженедельный совместный завтрак решили перенести на вторник.

Порой казалось, что они с сестрами и не слишком-то хорошо ладят и совсем не подходят друг другу, но, учитывая, что они познакомились всего пять лет назад, они были невероятно близки. Возможно, даже ближе, чем если бы выросли вместе, ведь у каждой из них были свои детские травмы, вылившиеся в безумную потребность найти близких людей.

Поделившись новостями и, разумеется, во всех подробностях обсудив их отношения с Джейти, Виолетта повернулась к Скарлетт:

– Кажется, ты говорила, что у тебя ко мне какое-то дело.

Переглянувшись с Харпер, сестра вытащила из ящика стола две папки и одну из них протянула Виолетте:

– Я тебе уже немного рассказывала об унаследованных от Тиберия документах. В этих говорится о Престоне Родесе.

С любопытством открыв папку, Виолетта сразу же увидела старую вырезку из газеты о наводнении в пригороде Лас-Вегаса, а рядом с ней фотографию семи суровых парней. Под ними была бумажка с женским именем и контактами. Чарити Раймс.

– Что это?

– Мы с Грэйди думаем, что человек, выдающий себя за Престона Родеса, на самом деле родился вблизи Лас-Вегаса и по документам погиб во время наводнения тысяча девятьсот семидесятого года.

Переглянувшись с Харпер, Виолетта поняла, что та тоже не слишком-то верит в гипотезу Скарлетт.

– Так газетчики ошиблись? Утонул не какой-то там Джордж Барнс, а Престон Родес? Но как это возможно?

– Мне кажется, что отец Джейти, которого на самом деле зовут Джорджем Барнсом, стал называться Престоном Родесом после того, как настоящий Престон погиб при наводнении.

– Весьма смелое предположение, – заметила Харпер.

– Но зачем ему это? – допытывалась Виолетта.

– Судя по тому, что удалось разузнать Тиберию, Джордж Барнс был типичным малолетним преступником, который рано или поздно плохо бы кончил, а перед Престоном Родесом были открыты все дороги, и его ждало светлое будущее. Осиротевший парень из богатой семьи покинул родную Калифорнию и подался на Восточное побережье, собираясь там учиться. Ты только представь, как легко Джорджу было занять его место.

Задумчиво разглядывая старые газетные вырезки, Виолетта с каждой секундой все больше убеждалась, что в словах Скарлетт есть разумное звено. Ей хватило всего одной встречи с этим человеком, чтобы понять, что он без зазрения совести способен назваться чужим именем, чтобы завладеть состоянием, но чем все это может обернуться для Джейти? Что он сделает, узнав, что отец не просто плохо управляет большой компанией, но сознательно долгие годы изображал того, кем на самом деле не является?

– И что ты предлагаешь мне со всем этим делать? – устало спросила Виолетта, откладывая папку.

– Тебе стоит поговорить с Чарити Раймс. Недаром же Тиберий ее отыскал.

– А кто она? – спросила Харпер.

– Журналистка, писавшая о серийном убийце шестидесятых, которого так и не сумели поймать.

Решив, что все это меня не касается, я не стала вдаваться в подробности, но теперь все изменилось. Ты вышла за Джейти, а значит, теперь он часть нашей семьи. – Скарлетт протянула ей вторую папку. – Не знаю, захочешь ли ты все это читать, но раз ты теперь с Джейти, я решила, что должна дать тебе возможность самой решать.

– Тиберий собирал информацию о Джейти. – Но почему он не хранил эту папку дома? – Ты ее прочитала?

– Сперва хотела, но потом решила, что мне не стоит лезть в чужие тайны.

Взяв папку, Виолетта удивилась ее тяжести. Похоже, Тиберий не просто описал трудное детство и юношеские выходки, а методично собирал все сведения о племяннике, видимо надеясь, что так им проще будет наладить отношения.

Прочитав эту папку, она сможет проследить за развитием и становлением его характера, правда, самому Джейти это вряд ли понравится. Но, возможно, если они открыто поговорят о самых болезненных этапах его жизни, это поможет ему исцелиться. А исцелившись, он наверняка сможет открыться для любви.

Но стоило ей только об этом подумать, как Виолетта сразу же себя одернула. Неужели она правда думает, что, если сумет залечить его раны, он в благодарность никогда ее не оставит? В конце концов, они прожили в браке меньше двух недель, а она уже потихоньку начала учиться им управлять. Лучше уж пускай он сам рассказывает ей о себе что и когда захочет.

– Мне не стоит это читать. – Виолетта протянула папку Скарлетт, но та лишь отмахнулась:

– Оставь себе. Если хочешь, можешь все это сжечь или отдать Джейти, мне она не нужна. – Скарлетт украдкой глянула на погрузившуюся в телефон Харпер. – Я и так храню больше секретов, чем мне бы того хотелось.

Виолетта сразу поняла, что сестренка так и не решилась отдать Харпер папку, собранную на ее мать и способную полностью изменить ее жизнь.

– Мне нужно идти, – объявила Харпер, на секунду отрываясь от телефона.

Когда она ушла, Скарлетт повернулась к Виолетте:

– Знаешь, я действительно устала от всех этих секретов.

– Так что же ты все-таки узнала о ее матери?

– Давай я тебе все расскажу, а ты поможешь мне решить, стоит ли обо всем рассказывать самой Харпер.

– Хорошо. Что же такого сделала ее мать?

– Однажды, когда ее муж надолго уехал по делам, у нее был краткий роман.

– У Пенелопы? – Виолетте просто не верилось, что эта строгая дама способна на нечто подобное.

Открыв папку, Скарлетт показала черно-белую фотографию молодой Пенелопы Фонтейн, страстно обнимавшей некоего красавца.

– Похоже, жизнь с нашим отцом могла толкнуть даже самого консервативного человека на необдуманные поступки.

– Харпер наверняка смутится и удивиться, когда все узнает, но это же было так давно… Почему ты думаешь, что это известие должно потрясти ее до глубины души?

– Потому что она родилась через девять месяцев после того, как сделали эту фотографию.

Виолетте потребовалось несколько секунд, чтобы осознать смысл сказанного.

– Ты думаешь, что…

– Что на самом деле Харпер – не Фонтейн.

– Ты уверена?

– К сожалению, да. Но как мне ей все это рассказать?

Виолетта сразу поняла, что эта новость сломит сестру.

– Тебе не стоит ничего ей говорить.

Харпер всю жизнь готовилась занять место во главе семейной компании, и Виолетта не сомневалась, что из нее получится отличный генеральный директор.

Сама Виолетта была не менее амбициозна, чем Харпер, и узнай она все год назад, наверняка бы обрадовалась, но как-то так получилось, что чем дальше, тем она больше задумывалась не о карьере, а о личной жизни. Наверное, с тех самых пор, как Джейти повадился приходить к ним в бар.

Да и Скарлетт, решившая поделить свою жизнь между Лос-Анджелесом и Лас-Вегасом, явно не слишком рвалась занять кресло генерального директора.

Как бы подтверждая мысль Виолетты, сестра кивнула:

– Я тоже так думаю. Не стоит ей ничего знать.

Глава 8

– Потрясающе выглядишь, – Ухватив Виолетту за руку, Джейти повел ее наверх У них оставалось еще пятнадцать минут до прихода гостей.

– Глупо нервничать, правда? – Свободной рукой она пригладила подол розового шифонового платья.

– Конечно. – Джейти легонько поцеловал нежные пальчики. – Все гости – наши друзья, а я не отойду от тебя ни на шаг.

Виолетта слегка приободрилась:

– А я точно хорошо выгляжу?

– Ты великолепна. – Ну как можно одновременно быть такой красивой и неуверенной в себе?

– Этому платью целых три года.

– Но выглядит оно совершенно новым.

– Просто я еще ни разу его не надевала.

Что ж, женщин с их причудами насчет одежды ему никогда не понять.

Выйдя на открытую террасу, откуда открывался отличный вид на украшенные в честь праздника крошечными лампочками пальмы, Джейти достал шампанское:

– У меня есть тост. – Он протянул Виолетте бокал: – За тебя. Спасибо, что вышла за меня замуж. Как же давно для меня никто ничего не делал, искренне желая мне помочь, а не преследуя какие-то свои интересы! Твой незамутненный взгляд на мир и желание видеть во всем только хорошее помогли мне стряхнуть внутренние оковы и впустить в жизнь солнечный свет. И теперь не так уж и важно, что случится через месяц. Я готов принять будущее, каким бы оно ни было.

Тост вышел неуклюжим и глупым, но Виолетта глядела на него широко распахнутыми глазами и, кажется, этого не заметила. Джейти вдруг необычайно остро ощутил, что именно ее вера дала ему сил и помогла расправить крылья.

– Рада, что сумела тебе помочь, – Виолетта легонько стукнула бокалом по его бокалу, – и, надеюсь, это еще не предел.

– Мне нужно, только чтобы…

– А вот и наши молодожены, – объявил застывший на пороге Брент.

Досадуя, что им не дали договорить, Джейти представил ему Виолетту и, поймав одобрительный кивок, расслабился и взбодрился. Мнение Брента было действительно важно для него. А все остальные пусть катятся к черту.

Следом за Брентом начали собираться и остальные гости. Помимо родственников и друзей они с Виолеттой пригласили многих деловых партнеров, и теперь Джейти радовался, что они должны изображать счастливую пару, потому что при всем желании не сумел бы отойти от жены и на два шага. Но спустя буквально полчаса от сладкого цветочного аромата женских духов у него закружилась голова, и ему приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы держать себя в руках, ограничиваясь лишь подробными фантазиями, что и как он сделает, как только все гости разойдутся и они наконец-то останутся одни.

– Ты жену ни на шаг от себя не отпускаешь, – игриво пожаловалась Скарлетт, – а нам с Харпер нужно с ней поговорить.

Вздохнув, Джейти отпустил Виолетту и продолжил развлекать гостей в одиночестве, но вся радость и оживление сразу же куда-то исчезли, и теперь он хотел, чтобы все просто побыстрее закончилось.

Через долгих пятнадцать минут, тянувшихся целую вечность, Виолетта наконец-то вернулась.

– Я успел соскучиться, – выдохнул он после короткого поцелуя.

Остаток вечера прошел легко и непринужденно, и когда гости наконец-то начали расходиться, Джейти чувствовал себя самым счастливым человеком. И стоило им только остаться вдвоем, как он сразу же взял молодую жену на руки и понес в спальню.

Явно не ждавшая ничего подобного, Виолетта запротестовала, лишь когда он остановился у самой кровати.

– Ты с ума сошел? Мне еще нужно убраться и поблагодарить начальницу службы доставки. Отпусти меня.

– К счастью, она уже двадцать минут как ушла. – Джейти осторожно уложил ее на постель.

– Мы же и так целых четыре дня были совершенно одни, – напомнила Виолетта, расстегивая пуговицы на его рубашке.

Стащив тоненькие бретельки платья с хрупких плеч, Джейти потерся лицом о ее шею, полной грудью вдыхая аромат, что весь вечер кружил ему голову, и одновременно вспоминая, как два дня назад…

Расстегнув ширинку, Виолетта уже залезла ему в штаны, и от умелых ласк Джейти сразу же сдавленно застонал сквозь стиснутые зубы.

– Не торопись, – приказал он, хватая тонкие запястья и закидывая их на подушку. – У нас еще вся ночь впереди.

– Но я хочу тебя прямо сейчас. – Она неторопливо потерлась о него бедрами. – И мы оба готовы. Зачем ждать?

Затем, что последние четыре дня он методично знакомился с ее телом, но отыскал еще далеко не все способы дарить ей наслаждение. От малейших прикосновений между ними летели искры, и Джейти ясно осознавал, что у него еще никогда не было ничего подобного. Порой Виолетте достаточно было мельком взглянуть на него с порога комнаты, и он мгновенно загорался, но вместо того чтобы, как обычно, быстро насытиться страстными ласками, он с каждым днем чувствовал, что желание становится лишь сильнее и уже мешает сосредоточиться на работе. Не говоря уж о том, чтобы помнить, что женились они в первую очередь для того, чтобы заполучить контрольный пакет акций и сместить Престона с должности генерального директора.

– Хочешь продолжения? – спросил он, быстро раздеваясь.

– Конечно. – Голодными глазами она наблюдала, как он стаскивает брюки, а потом берется за ее платье.

– Отлично. – Теперь на ней остались лишь бюстгальтер без бретелек и шелковые стринги. – Развернись лицом к изголовью.

На мгновение в ее глазах мелькнуло удивление, но она все равно послушалась и, обернувшись через плечо, игриво спросила:

– Так?

– Именно.

Устроившись за ней, Джейти залюбовался прекрасными формами. Он еще не успел как следует познакомиться с ней со спины, и пора было исправить это упущение. Первым делом расстегнув застежку бюстгальтера, Джейти легонько поцеловал оставшиеся на коже отпечатки и начал ласкать узкие плечи, чувствуя, как Виолетта дрожит от его прикосновений.

Помогая ей расслабиться, Джейти осторожно дотрагивался до лопаток, массировал затылок и гладил изящные предплечья. Припав губами к тонкой шее, он почувствовал, как она выгибает спину и настойчиво трется о его напрягшуюся плоть.

– Неплохо, – выдохнула Виолетта, вытягивая руки, чтобы обхватить его за бедра, – но что могу сделать для тебя я?

– Просто наслаждайся.

Утопая в сладкой истоме, Виолетта не стала спорить, надеясь, что сперва он осыплет поцелуями все ее тело и лишь потом дойдет до настойчиво пульсирующего между ног сгустка желания.

– У тебя потрясающая спина. И я обожаю твои ямочки. – Чтобы слова не расходились с делом, Джейти сразу же уделил внимание и им.

– Знаешь, некоторые мои части требуют твоего немедленного внимания.

– И какие же? – уточнил он, целуя ее в шею.

– Груди.

Послушно проведя руками по бокам, Джейти сперва легонько прошелся пальцами по напрягшимся соскам и лишь затем взял груди в свои ладони.

– Так лучше?

– И намного.

– А где бы ты еще хотела меня ощутить?

Резко вдохнув, Виолетта слегка прикусила губу, чувствуя, как его руки скользят по ее животу и останавливаются на бедрах.

– Здесь. – С этими словами она вновь о него потерлась.

Ухватив сильную руку и дрожа от возбуждения, Виолетта сама направила его туда, где больше всего в нем нуждалась.

Встав на колени, Джейти слегка подтолкнул ее, заставляя широко раздвинуть ноги, и Виолетта застонала от прикосновения прохладного воздуха к разгоряченной плоти.

– Так нечестно, – выдохнула она спустя несколько секунд, все сильнее распаляясь от предвкушения.

– Что именно? – Слегка повернув ее, Джейти потерся губами о ее губы, не давая того глубокого поцелуя, что помог бы ей хоть на секунду отвлечься от пульсирующего внизу живота желания.

– Поставил меня в эту позицию, а преимуществом не пользуешься.

– Не пользуюсь? – Он слегка куснул ее в основание шеи. – А что же мне, по-твоему, нужно делать?

Виолетта вновь настойчиво потерлась о него бедрами, вырывая у Джейти хриплый стон, и когда его пальцы наконец-то погрузились в ее разгоряченное тело, она едва не закричала от наслаждения.

– Какая ты горячая, – выдохнул он. – И влажная.

– Так действуй. – С этими словами Виолетта нагнулась вперед и уронила руки на матрас.

Зарычав сквозь зубы, Джейти крепко ухватил ее за бедра и наконец-то вонзился в нее одним мощным движением, заставив ее приглушенно застонать.

Он осторожно поцеловал ее в шею:

– Все хорошо?

– Отлично. Восхитительно. – Глубоко вздохнув, она рассмеялась. – Лучше не бывает. А теперь продолжай.

Джейти с готовностью задвигался, и Виолетта почувствовала, как в ней с небывалой скоростью нарастает наслаждение, и стоило ему погрузиться в нее лишь чуть глубже, как ее сразу же накрыл оргазм.

– О да!

Явно воодушевленный ее быстрой реакцией, Джейти продолжил заполнять ее собой в стремительно ускоряющемся ритме, и Виолетта вдруг с огромным удивлением почувствовала, что ее тело и не думает, как обычно, спускаться на золотом облаке на землю, а вместо этого в ней нарастает новая волна наслаждения.

Но прежде чем она успела до конца все осознать, Джейти еще два раза глубоко в нее вошел, содрогнулся от мощной разрядки и, смеясь, повалился ей на спину.

Крепко обняв ее за талию, он перекатился на бок, заставляя развернуться, и, снова оказавшись сверху, смахнул ей волосы с лица и пристально посмотрел в глаза.

– У тебя было целых два? – с восхищением спросил он.

– Думаю, да, – улыбнулась она.

– Ты самая поразительная женщина, с которой я когда-либо был.

А сама она еще никогда не встречала мужчину, который бы так искренне восхищался ее талантами в постели, заставляя почувствовать себя настоящей богиней. Это притом, что она вообще всегда была довольно скромной и застенчивой.

– Просто ты потрясающий любовник.

Джейти резко отстранился:

– Не надо.

– Ты о чем? – Почему он вдруг так расстроился?

– Перестань прибедняться.

Виолетта немного смутилась.

– Я смущаюсь, когда меня открыто хвалят.

– Но почему?

– Наверное, мне кажется, что я этого не заслуживаю.

– Глупости.

Она слегка пожала плечами:

– С трех лет я знала, что мой собственный отец не хочет иметь со мной ничего общего. И я думала, что сама в этом виновата.

– Но ты же знаешь, что это не так.

Потупив глаза, Виолетта старалась не смотреть на его недовольное лицо.

– Теперь знаю, но дорога к этому знанию была долгой, и, чтобы легче было по ней идти, мне пришлось выковать крепкую броню.

– Но со мной она тебе не нужна.

Джейти поцеловал ее так нежно и ласково, что у нее сразу же защемило сердце. Как же просто влюбиться в такого человека! Жаль только, что сам он ее помощи не примет.

Их тела сплелись в объятиях, а губы легонько соприкасались, но сейчас они ни о чем не говорили. Тихая радость, переполнявшая их после вспышки необузданной страсти, связывала надежнее любых слов.

Проснувшись в пять утра, Виолетта легонько погладила спящего мужчину и накинула халат, решив воспользоваться своим законно заработанным правом купаться голышом.

Спустившись к бассейну и наслаждаясь мимолетным прикосновением прохладного воздуха, Виолетта нырнула в теплую воду. Плавание уже давно стало для нее не только способом обеспечить телу необходимую физическую нагрузку, но и своеобразным подспорьем в раздумьях.

И в школе, и в колледже она входила в сборную по плаванию, и даже если и не была лучшей пловчихой, все равно работала изо всех сил, надеясь добиться отцовского внимания. Разумеется, он никогда не обращал на ее усилия ни малейшего внимания и ни разу не пришел на соревнования, но в итоге она все-таки сумела понять, что виновата во всем не она, а отец. И твердо решила, что сама никогда никого не подведет и не оставит в беде.

Виолетта снова вернулась мыслями к папке, собранной на Престона Родеса. Завтра Джейти ее увидит.

Выбравшись из бассейна, она быстро приняла душ и вернулась в спальню. Сбросив халат, она осторожно, чтобы не разбудить Джейти, залезла под одеяло, но он вдруг ее обнял и крепко прижал к себе.

– От тебя пахнет хлоркой.

– Не ври, я приняла душ.

– Легкий запах все равно остался. Вот уж не думал, что у тебя еще остались силы.

– Чтобы окунуться, силы не нужны. Иногда приятно просто полежать на воде, любуясь пейзажем и размышляя.

– И о чем же ты думала?

– О предстоящем собрании.

Джейти целовал ее в шею, но при этих словах слегка отстранился:

– Я не хочу, чтобы ты о нем переживала. Это моя битва. Ты и так уже достаточно сделала.

– Это и моя битва тоже. – Виолетта не сомневалась, что он просто пытается ее защитить, но ей все равно было больно это слышать. – Не закрывайся. Я могу помочь.

– Мой отец – моя проблема.

– Мы женаты. Так что теперь он наша общая проблема.

– Женаты только на бумаге.

– Не надо.

Вздохнув, Джейти перекатился на спину, но, не желая так просто сдаваться, Виолетта уселась сверху, глядя ему прямо в глаза.

– Ты никогда не сдаешься? – спросил он, кладя руки ей на бедра.

Положив левую руку ему на грудь, так чтобы они оба видели бриллиантовое кольцо его бабушки, Виолетта спросила:

– А ты этого хочешь?

Они оба понимали, о чем она спрашивает. Снять ли ей кольцо и уйти или остаться и бороться за их союз?

– Ты задаешь сложные вопросы.

– Я знаю. Но мы отличная команда и нужны друг другу.

– Я тебе нужен?

– Неужели тебя это удивляет? – Рядом с ним она чувствовала себя частью чего-то гораздо большего, чем каждый из них был поодиночке. – С тобой спокойно и безопасно. И я знаю, что всегда могу на тебя рассчитывать.

– Никогда бы не подумал, что тебе нужна помощь.

– Я готова помогать всем и каждому, но иногда очень хочется, чтобы и у меня кто-то был. – Она посмотрела ему прямо в глаза. – И я бы хотела, чтобы этим кем-то был именно ты.

– Ты же знаешь, что всегда можешь на меня рассчитывать.

Виолетта улыбнулась.

Пусть это совсем и не похоже на страстное признание в любви, но она точно знала, что Джейти никогда не нарушит этого обещания. Жаль только, что на большее он не способен.

Обычно Джейти быстро завтракал на кухне, но следующим утром он обнаружил тарелки с фруктами, беконом, яйцами и вафлями за уютным, но почти не используемым столиком у камина.

Однако только стоило Виолетте вручить ему папку с материалами, собранными на отца, как у него сразу пропал аппетит.

– Этого не может быть, – выдохнул он, откладывая папку.

– Возможно. А возможно и нет.

– Ты все прочитала?

– Дважды.

– Но это же бред. Отец рассказывал о родителях и детстве в Лос-Анджелесе. Не может он быть каким-то головорезом из Лас-Вегаса.

– Это была моя первая мысль, когда Скарлетт мне все это показала.

– Кто еще знает?

– Харпер, но тебе не о чем волноваться. Она умеет хранить тайны.

– Тебе действительно обязательно рассказывать сестрам все, что ты обо мне знаешь? – раздраженно выдохнул Джейти.

– Они никому ничего не скажут.

Глубоко вздохнув, он заставил себя успокоиться, отлично понимая, что злится не из-за Виолетты и ее сестер, а из-за того, что не хочет всему этому верить.

Ведь если отец не просто непомерно жаден и честолюбив, а действительно пал так низко, что способен выдавать себя за другого, то не передалась ли эта подлость и его сыну?

Не виноват ли он сам в смерти матери? Ведь он вел себя тогда так вызывающе и всячески старался доказать, что ему никто не нужен… А она умерла от передозировки. Но была ли эта передозировка случайной? Может, если бы он старался вести себя получше и вовремя пришел в тот день домой, она все еще была бы жива?

Виолетта уже давно вернулась в «Стиль Фонтейна» и успела обсудить все неотложные дела со Скарлетт, когда ей наконец-то позвонил Джейти:

– Привет, жена. Я хочу извиниться.

Чувствуя легкое головокружение, Виолетта наконец-то расслабилась:

– Не нужно.

– Ты, как всегда, необычайно терпелива и как никто меня понимаешь, но я все равно обязан загладить свое плохое поведение этим утром.

– И что ты предлагаешь?

– Будь у себя в номере через пятнадцать минут, хорошо?

– Ладно.

Попрощавшись с мужем, Виолетта велела помощнице перенести все встречи, назначенные на ближайшие три часа, и побежала к лифту.

Оказавшись у себя в номере, она сразу же заказала стейк с овощами, побрызгала духами на все самые притягательные для Джейти изгибы своего тела и надела весьма соблазнительный пеньюар. И не прогадала. Стоило Джейти только переступить порог ее номера, как он сразу же сгреб ее в охапку и потащил в спальню.

Через полчаса, все еще не успев отдышаться после невероятно мощного оргазма, Виолетта устроилась верхом на собственном муже.

– Знаешь, а я могу и привыкнуть. – С этими словами он притянул ее к себе и наградил долгим чувственным поцелуем.

– Ко мне сверху? – игриво улыбнулась Виолетта.

– Просто к тебе.

Ее сердце болезненно дрогнуло. Он еще никогда так близко не подходил к разговору о совместном будущем. Прикусив губу, Виолетта осторожно выдохнула:

– А почему бы и нет?

– Думаю, нам нужно это обсудить.

– Хорошая идея, – осторожно заметила Виолетта, мечтая, чтобы этот разговор состоялся прямо сейчас.

Как раз в эту секунду в дверь постучал официант с заказанным обедом, и, надев брюки, Джейти пошел открывать, а сама Виолетта накинула халат и быстро причесалась. Когда же она вышла в гостиную, ее уже ждал сервированный на двоих столик со свечами.

– Пахнет аппетитно, – объявил Джейти, отодвигая для нее стул.

Виолетта уже успела выучить, что он любит мясо с кровью и приготовленные на пару овощи.

– Для тебя я выбирала все самое лучшее. А на десерт будет…

– Слаще тебе ничего не бывает.

– Клубника со сливками.

Джейти с таким энтузиазмом набросился на еду, что Виолетта не решилась приставать с назойливыми вопросами. Они немного поговорили о бизнесе, а потом Джейти пристально на нее посмотрел:

– Знаешь, я потрясен. Ты до сих пор не спросила, решил ли я звонить Чарити Раймс или нет. Готов поспорить, ты уже умираешь от любопытства.

– Ну, не могу сказать, чтобы я совсем об этом не думала, – Виолетта старательно подбирала слова, – но я просто не представляю, как сложно тебе решиться.

– А как бы ты поступила, если бы узнала, что Тиберий совершил нечто ужасное?

Законный вопрос, но сама она слишком верила в Тиберия, чтобы усомниться в его честности.

– Я бы хотела сказать, что не задумываясь сдала бы его полиции и никогда бы об этом не жалела, – она легонько сжала ему руку, – но на самом деле мне кажется, что я бы никогда себе этого не простила.

Джейти легонько прикоснулся к ее ладони губами:

– Давай после ужина позвоним Чарити Раймс.

Быстро расправившись с легким десертом, они устроились на диване в обнимку.

– По-твоему, мой отец заслуживает тюрьмы? – спросил Джейти, поигрывая пояском ее халата.

– Если он действительно выдает себя за того, кем на самом деле не является, то да.

Закрыв глаза, Джейти еле слышно вздохнул:

– Звони.

Набрав номер, Виолетта устроилась так, чтобы Джейти мог слышать весь разговор.

– Да? – К их удивлению, ответил мужской голос.

– Здравствуйте, мне нужна Чарити Раймс.

– Вы ее подруга?

– Не совсем. Меня зовут Виолетта Фонтейн. Пару месяцев назад она разговаривала с моим отцом о своей книге, и мне бы хотелось узнать, что именно она ему сказала.

– А отца спросить вы не можете?

Виолетта едва не потребовала, чтобы незнакомец передал телефон Чарити, но что-то заставило ее сдержаться и спокойно ответить:

– Он умер. – Она не стала уточнять, что ему в этом помогли.

Несколько секунд мужчина молчал, но потом все же заговорил:

– Мне жаль вашего отца, но сейчас Чарити не сможет вам помочь. Она попала в автокатастрофу.

– Она не пострадала?

– У нее пара сломанных ребер и травма головы.

Наблюдая, как Джейти принялся расхаживать по комнате, Виолетта даже боялась представить его разочарование.

– Надеюсь, она быстро поправится. Могу ли я перезвонить ей через несколько дней?

– Лучше оставьте свой номер, и она сама с вами свяжется.

– Спасибо.

Глава 9

– Собери лошадь. Левое плечо.

Маленькая наездница послушно выполнила команды.

– Рыси по малому кругу. Чувствуешь?

Ответом ему послужила счастливая улыбка.

Джейти пристально наблюдал за манежем, но все равно ни на минуту не мог забыть о ежегодном собрании акционеров, до которого оставалась всего неделя. И о том, что ждет его самого. Его и Виолетту.

Раскрыться перед ней оказалось не так уж и сложно. Ее позитивный настрой, полное отсутствие всякого притворства и поразительная способность отвлекать его от самых мрачных мыслей стали настоящим бальзамом на его израненную душу.

И, кажется, она смирилась с тем, что у него есть тайны, которыми он никогда не станет делиться. Джейти отлично видел, что сама она полностью перед ним раскрывалась, и понимал, что с его стороны нечестно что-то скрывать, но ничего не мог с собой поделать. Но что, если рано или поздно она устанет от этой неравности в отношениях и уйдет?

Джейти отлично помнил, что они договаривались развестись сразу после собрания, и пока не решил, как предложить продлить их брак. Слишком уж он успел к ней привыкнуть.

Каким-то непостижимым образом ей удалось помочь ему раскрыться для счастья. Но счастлива ли сама Виолетта? И имеет ли он право и дальше злоупотреблять ее щедростью, когда не способен дать ничего взамен?

Закончив урок, Джейти поехал в город и до вечера пытался найти ответы на эти бесконечные вопросы, безуспешно пытаясь решить, что делать дальше. И чем больше он размышлял, тем сильнее убеждался, что безнадежно влюблен в Виолетту. И хочет счастья.

А вечером он, как обычно, отправился в бар.

– Привет, муж, – поздоровалась Виолетта, усаживаясь к нему за столик. – Чем тебя сегодня порадовал Рик?

Только сейчас он осознал, что выпил полбокала, совершенно не чувствуя вкуса.

– Не имею ни малейшего представления.

– Дай попробую. – Выхватив бокал, Виолетта пригубила напиток. – Сливовый джин, сироп из красного вина, яичные белки, лимонный сок, розовая вода и бальзам. Обожаю это сочетание.

Виолетта задумчиво облизнула губы, и Джейти сразу почувствовал, как в нем просыпается желание. Странно даже. Только он успевал свыкнуться с мыслью, что какая-либо ее привычка неизбежно будит в нем желание, как он сразу же находил в ней новую, и при этом еще более сексуальную.

– Один клиент хочет, чтобы я посмотрел на лошадь в Кентукки, – без всяких предисловий объявил Джейти. – И я подумываю, чтобы заодно заехать на фамильную ферму рядом с Луисвиллом.

– Наверняка родственники тебе обрадуются.

– Поехали со мной.

Смена обстановки пойдет им только на пользу, а заодно он сможет показать, где прошли самые счастливые моменты его детства.

– С удовольствием. Когда?

– Завтра.

– Хорошо, нужно только перенести все дела. А давно ты там был в последний раз?

– Полгода назад. Я стараюсь приезжать хотя бы пару раз в год.

– Похоже, там действительно здорово. Я еще никогда не видела тебя таким счастливым.

– Прямо уж и никогда? – улыбнулся Джейти. – Тогда советую повнимательнее присмотреться ко мне этой ночью.

– Как скажешь.

После практически бессонной ночи радости и счастья они устроились в частном самолете, предоставленном клиентом, и направились в Кентукки.

– Спасибо. – Виолетта приняла протянутую стюардом мимозу и поудобнее устроилась в мягком кожаном кресле. – У Фонтейнов тоже есть пара частных самолетов, но до этого им далеко. Кто твой клиент?

– Принцесса из королевской семьи Дубая. Она обожает лошадей и конкур.

– А я и не знала, что у тебя такие связи, – с восхищением выдохнула Виолетта.

– Мы когда-то случайно познакомились в Майами и подружились. Она знает репутацию моей бабушки и, собираясь потратить на лошадь шестизначную цифру, часто со мной советуется.

– Я впечатлена. – Виолетта игриво глянула поверх бокала. – И немного возбуждена.

– Вот и замечательно, – улыбнулся Джейти.

Фамильная ферма находилась всего в часе езды от конюшни, и уже через пятнадцать минут после того, как самолет приземлился, ему на шею бросилась троюродная сестра Саманта.

– Как я рада тебя видеть! – Наконец-то перестав его душить, сестрица повернулась к Виолетте: – Я – Саманта.

– А я – Виолетта. Приятно познакомиться. Джейти всю дорогу только о тебе и рассказывал.

– Я тоже очень рада с тобой познакомиться.

Ухватив Виолетту под руку, Саманта повела ее к своему джипу, а Джейти пошел следом, чувствуя себя так, словно у него гора с плеч свалилась. А ведь они еще даже до фермы не добрались!

– Как у вас тут все? – спросил он, когда Саманта вывела машину на трассу.

– Отлично. У Гарцующей Дивы чудесный жеребенок, и мама даже считает, что он лучший за последние десять лет. – Вот это новость. Ведь за последние десять лет из их конюшен «Бритон Грин» вышло целых три чемпиона страны. – А что скажешь о шестилетке Кэла Рутледжа?

– Хорошие ноги. Отличный ход. Но вот характер…

– А что с ним?

– Жутко ленив.

– Соответствует своей цене?

– Я бы предложила тридцать пять и посмотрела, что они ответят. – С Самантой всегда было сложно торговаться. – А готова ли твоя принцесса присмотреться к другим лошадям?

– У тебя есть кто-то на примете?

– В конюшнях у Роджера Симмонса стоит хорошая восьмилетняя кобыла. Она отлично показала себя на манеже, но ей нужен умелый наездник. Роджер никак не может найти подходящего.

– Что ж, посмотрим и на кобылу. Еще кого-нибудь посоветуешь?

– Если будешь настаивать, я тебе весь месяц заполню смотринами местных талантов, – рассмеялась Саманта.

– К сожалению, месяца у меня нет.

Добравшись до фермы, они пообедали с Самантой и ее матерью, Филлис, которая уже несколько месяцев назад продала свои акции Тиберию, и пошли смотреть лошадей.

– Ты ездишь верхом? – спросила Саманта у Виолетты, знакомя их со своими питомцами.

– Чуть-чуть. Джейти меня учит.

– Для новичка у нее отличная посадка.

– Тогда предлагаю устроить конную прогулку.

– Не получится. У меня в четыре встреча с Кэлом. Но я готов и один туда отправиться, а вы гуляйте.

Виолетта с радостью осмотрела бы окрестности с лошадиной спины, но сюда она приехала, чтобы побольше времени провести с Джейти.

– Может, завтра покатаемся? Перед отъездом?

– Как скажешь.

Попрощавшись с Самантой, они сели в машину и отправились на встречу.

– Теперь понятно, почему любовь к лошадям у тебя в крови. В них есть что-то такое бесконечно земное и при этом вечное.

– Они помогают не забывать о реальности. Хорошим наездником может быть лишь тот, кто всегда помнит, что даже самая послушная лошадь может внезапно взбрыкнуть.

– Да, наверное, всем нам нужно время от времени жить лишь настоящим. – Сама же она чем дальше, тем больше пыталась угадать, что ждет ее после ежегодного собрания акционеров.

– Ты сейчас обо мне говоришь? – осторожно спросил Джейти.

– Скорее о самой себе. Знаешь, в последнее время я очень много думала о будущем. – Внимательно вглядываясь в его лицо, Виолетта для ясности добавила: – О нашем будущем.

– Да, я тоже о нем думал. – Немного помолчав, он продолжил: – Собрание через неделю. Мы договаривались, что после него каждый из нас пойдет своей дорогой.

– Я не хочу разводиться, – прошептала Виолетта и, затаив дыхание, стала ждать ответа.

На мгновение он оторвался от дороги и посмотрел ей прямо в глаза:

– Я тоже. – Ухватив ее за руку, он легонько поцеловал ей ладонь. – Ты – самое лучшее, что случалось со мной когда-либо.

– А ты – самое лучшее, что было в моей жизни. – Она только сейчас поняла, что если бы уже не любила его где-то в самой глубине души, то никогда не предложила бы пожениться.

– Но ты точно понимаешь, на что идешь? – спросил Джейти, все еще сжимая ее руку в своей. – Я не самый простой человек.

– Я знаю. – Возможно, она никогда не узнает всех его тайн и секретов, но, по крайней мере, она всегда сможет быть рядом и помогать по мере сил. – И я знаю, что ты открыл мне далеко не все.

– И ты готова с этим жить?

– Я постараюсь.

Этот разговор снял между ними последнее напряжение, и какое-то время они ехали молча, просто наслаждаясь близостью друг друга. А покончив с делами, они вернулись на ферму и устроились в обнимку под теплым пледом.

– Знаешь, я бы хотела, чтобы мы еще раз сюда приехали, но погостили подольше, – вздохнула Виолетта. – Я так рада, что наконец-то встретила твоих родственников, и хотела бы поближе с ними познакомиться.

– Думаю, ваши чувства взаимны.

– Тебе повезло, что у тебя есть такая семья, – вздохнула Виолетта. – До встречи со Скарлетт и Харпер у меня никого, кроме мамы и Тиберия, не было.

– Про Фонтейнов я знаю, но разве с мамиными родственниками ты не общаешься?

– Переехав в Лас-Вегас, она утратила с ними связь. Пару раз я про них спрашивала, но каждый раз она так расстраивалась, что я о них больше не заговаривала. – И что-то ей подсказывало, что мама бежала из не слишком счастливого дома в надежде на лучшую жизнь.

– Мне жаль, что ты росла не зная близких.

– Все было не так уж и плохо. В конце концов, мне же не с чем было сравнивать. По-настоящему я начала переживать, лишь когда, закончив колледж, оказалась у подруги на свадьбе. – У нее было целых шесть подружек, а к алтарю счастливую невесту вел под руку отец. – Кроме меня, все остальные гости были членами семьи.

– Ты расстроилась, что на нашей свадьбе совсем никого не было?

– Чуть-чуть. Но больше всего мне не хватало Тиберия. Раньше я мечтала, что именно он поведет меня к алтарю.

– Тогда предлагаю после собрания акционеров пожениться еще раз. Но теперь по всем правилам. В кругу родных и близких.

– Но ты не обязан для меня этого делать, – выдохнула Виолетта. Но как же приятно, что он все-таки такое предложил!

– Не обязан, но я хочу это сделать. Для нас обоих. Нам нужно начать все сначала. – Он легонько поцеловал ее в лоб. – Тебе не кажется, что настоящий брак заслуживает настоящей свадьбы?

Слегка отстранившись, Виолетта пристально посмотрела на Джейти, чувствуя, как от его улыбки дрожит ее сердце.

– Звучит разумно.

Глава 10

Сидя в кабинете, Джейти изучал план переустройства тренажерного зала, когда ему позвонила помощница.

– С вами желает поговорить мистер Родес.

До собрания оставалось всего три дня, а Джейти так и не сумел собрать недостающие акции.

– Привет, отец.

– Сын, неужели ты действительно рассчитывал меня обыграть?

– А как ты думаешь?

– Я думаю, что обыгрывал противников куда как умнее тебя.

– Не сомневаюсь.

– Тогда ты, наверное, не удивишься, если я скажу, что собираюсь продать «Титан».

– Не удивлюсь. – Джейти с самого начала понимал, что с отцом будет сложно бороться и что в итоге кто-то из них будет вынужден покинуть компанию. Но как бы все ни сложилось, он готов был идти до конца.

– Думаю, мы сумеем подыскать тебе что-нибудь подходящее, – продолжил Престон. – Насколько я помню, управляющий «Платинового Макао» собирался уже в этом году выйти на пенсию.

– Не сомневаюсь, что у тебя и без меня найдется толпа желающих на теплое местечко. А я как-нибудь и сам справлюсь.

– Наверняка твоя жена сумеет подыскать тебе должность в «Отелях Фонтейна».

– Вполне возможно. Фонтейны хотят купить и сровнять с землей «Счастливое сердце», а на его месте выстроить совершенно новое здание. И им нужен человек, способный руководить работой от начала и до конца.

Снова ложь. На самом деле он совершенно не представлял, что станет с «Сердцем» после смерти Тиберия, но отца нужно было сбить со следа хотя бы временно.

– Да, с женой тебе повезло, с этим не поспоришь.

– Что-то еще? – Глянув на часы, Джейти глубоко вздохнул и улыбнулся. Совсем скоро его ждет ставший уже традиционным поздний ужин с Виолеттой в ее номере. – Если нет, то у меня назначена встреча.

– Это все. До встречи в Майами.

– Жду с нетерпением. – Не прощаясь, Джейти повесил трубку.

Быстро подмахнув бумаги на переустройство тренажерного зала, Джейти вышел из кабинета. Как бы он ни любил «Титан» и ни гордился проделанной за шесть лет работой, он с самого начала отлично понимал, что рано или поздно им придется расстаться.

И теперь нужно сделать выбор. Либо остаться в компании и безропотно подчиняться отцу, либо уйти и начать собственное дело. Джейти не сомневался, что, создав новую компанию, получит больше денег и возможностей для развития, но при этом он ни на минуту не мог избавиться от мысли, что так он предаст деда, который наверняка бы хотел, чтобы его внук развивал «Корпорацию Стоунов».

Что ж, похоже, ему все-таки придется покинуть Лас-Вегас. В последнее время Джейти всерьез задумался о покупке недвижимости в Калифорнии, Аризоне и на Карибах, а значит, отныне вся его жизнь будет проходить в бесконечных разъездах, и постоянный офис в Вегасе ему уже не понадобится.

Но что тогда ждет их с Виолеттой? Они решили не разводиться, но, может, это не слишком разумно? Ведь она почти сумела заразить его своим позитивным настроем и верой в победу… Ладно, нужно будет обязательно сегодня все это обсудить.

Когда Джейти добрался до «Стиля Фонтейна» и поднялся в номер Виолетты, она написала, что немного задержится. Вздохнув, он задумчиво посмотрел на заваленный бумагами стол. Вчера они несколько часов просматривали папки Тиберия на всю их семью, в надежде найти что-то полезное и продумывая свои дальнейшие действия. Только к чему это все? Отца уже не победить.

Но был ли у них шанс с самого начала? Престон Родес, или, согласно теории Скарлетт, Джордж Барнс, всегда был бессовестным ублюдком и недрогнувшей рукой расправлялся с противниками. Он сумел уговорить Джеймса Стоуна выгнать единственного сына, довел собственную жену до самоубийства, а чтобы заручиться поддержкой акционеров, не гнушался прибегать к шантажу…

Что ж, похоже, кому-то уже наконец пора дать ему отпор. И почему бы этим не заняться его родному сыну, которого сам Престон назначил своей следующей жертвой?

Не желая начинать вечер с разговоров об отце, Джейти сгреб разбросанные бумаги, отнес их в домашний кабинет Виолетты и уже собирался вернуться в гостиную, но тут заметил собственное имя на лежавшей на столе папке.

Он резко замер.

У Виолетты была папка и на него.

Только чему он так удивляется? Раз уж Тиберий собирал досье на Престона, то почему он должен был обойти стороной его самого? И, разумеется, унаследовавшая все это Скарлетт поделилась документами с сестрой.

Внутренне содрогаясь от ужаса, Джейти открыл заветную папку и на первой же странице увидел полицейский протокол о смерти мамы. От передозировки.

На первой же странице черным по белому красовалась его самая страшная тайна.

Но как давно об этом знает Виолетта? Неужели она с самого начала старательно делала вид, что готова терпеливо дожидаться его признаний, а на самом деле в мельчайших подробностях знала о его самых сокровенных тайнах и позорных секретах?

Она его предала.

За протоколом следовало психиатрическое заключение о его собственном состоянии, сделанное после неудачного прыжка через отцовский «феррари» на велосипеде, закончившегося сломанными ребрами и тяжелым сотрясением мозга. Прыжок состоялся ровно через месяц после смерти матери, и врачи попытались списать все на обычную в таких случаях депрессию и назначили лечение, но никакие таблетки не помогли ему избавиться от гнетущего чувства вины.

На несколько минут Джейти вновь почувствовал себя двенадцатилетним ребенком, только что узнавшим о самоубийстве матери, но стук в дверь вернул его к реальности.

Тряхнув головой, он заставил себя успокоиться и пошел открывать. Впустив услужливого официанта, Джейти дождался, пока он сервирует обеденный стол аппетитными блюдами, не глядя подмахнул счет и хотел уже закрыть дверь, но тут из лифта вышла Виолетта.

– Какой аромат! – жизнерадостно объявила она и, привстав на цыпочки, легонько поцеловала его в губы.

Но Джейти и не подумал ответить на ее приветствие, так что она быстро отстранилась и слегка нахмурилась.

– В чем дело? – спросила она, закрывая дверь.

– У тебя и на меня есть папка.

На мгновение она виновато отвела взгляд:

– Тиберий собрал по папке на всех нас.

– И все это время ты мне врала.

– Неправда.

– Ты с самого начала все знала и притворялась, – устало выдохнул Джейти.

– Скарлетт дала мне папку, но я никогда ее не открывала. Вся моя вина в том, что я сразу же не вручила ее тебе.

– И ты правда думаешь, я поверю, что ты так и не удовлетворила свое любопытство, прочитав все, что дядя на меня собрал?

– Но если бы я это сделала, зачем мне было постоянно расспрашивать тебя о прошлом?

– Чтобы я поверил, что ты – идеальная для меня женщина. Там же все написано. Отчет психиатра, где говорится, что до смерти матери я отчаянно добивался ее любви, и когда она выбрала не меня, а отца, я начал буянить и отвратительно себя вести. И чем больше я нарывался, тем меньше у меня оставалось шансов заслужить хоть чью-нибудь любовь. А потом появилась ты, отлично зная, что больше всего я хочу именно того, что пугает меня до безумия, и сделала все мыслимое и немыслимое, чтобы добиться моего доверия.

Замерев на месте, Виолетта смотрела на него широко раскрытыми глазами.

– Если ты правда думаешь, что я пыталась тобой управлять, ты меня совсем не знаешь.

– А ты не пыталась? Сперва предложила нам пожениться, а потом заявила, что отец угрожал подать на нас в суд, если мы не станем вести себя как положено настоящим супругам.

Теперь пришел ее черед злиться.

– Я вышла за тебе замуж, чтобы помочь.

– Верно, только помогала ты не мне, а самой себе.

Та его часть, что успела отогреться от ее сочувствия и оптимизма, безумно хотела поверить словам Виолетты, но слишком уж долго он тщательно оберегал свое сердце от всего мира. И уже просто ничего не мог с собой поделать.

– Сегодня я разговаривал с отцом, и он сказал, что собирается продать «Титан». Я уезжаю из Лас-Вегаса по делам. – Сначала он собирался сообщить эту новость как-нибудь помягче, но сейчас у него уже просто не было сил для подобных разговоров.

– И долго тебя не будет?

– Долго. Я собираюсь продать ранчо и уехать насовсем.

Виолетта так вздрогнула, словно он ее ударил.

– Вот так запросто? Даже ничего со мной не обсудив?

– А зачем? Согласно нашему первоначальному договору, сразу же после собрания акционеров я подам на развод.

– Может, мы все-таки все обсудим?

– Нам нечего обсуждать. Твоя жизнь и карьера в Лас-Вегасе, а меня тут ничего не держит.

– Ты так ничего и не понял? – мягко спросила Виолетта.

– А что я должен был понять?

– Что я тебя люблю.

– Жаль, что ты это сказала, – сухо ответил Джейти.

– Не сомневаюсь, что ты об этом жалеешь, – кивнула Виолетта.

Небрежным движением он вырвал у нее сердце и, вымазав в грязи, бросил под ноги, но она ни за что не покажет, что он выиграл. Пусть его маска безразличия ко всему вокруг и сумела пару раз ее обмануть, но она уже давно научилась украдкой под нее заглядывать и успела хорошо изучить скрывавшегося под ней невероятно чуткого и уязвимого человека.

Но как же больно слышать такие слова! А еще больнее сознавать, что прямо сейчас он пытается окончательно замкнуться в себе и обрасти скорлупой, через которую уже никто и никогда не сумеет до него достучаться. Но где-то в глубине души Виолетта понимала, что на самом деле он этого совсем не хочет. Если она и успела его чему-то научить, так это тому, что в одиночестве нет ничего хорошего.

– Я не останусь на ужин, – бросил Джейти и начал открывать дверь.

– Подожди. – Быстро сбегав в кабинет, Виолетта вернулась с папками на Джейти и Престона. – Возьми их себе.

Джейти посмотрел так, словно готов был разразиться очередной гневной тирадой, но все же молча взял бумаги. Выпрямив спину, словно желая показать, что его ничто не в силах оскорбить, он выдохнул:

– Прощай, Виолетта.

И ушел.

Дождавшись, пока за ним закроются дверцы лифта, Виолетта захлопнула дверь и, упав на пол, крепко зажмурилась и обхватила колени руками, пытаясь хоть немного успокоиться.

Когда через полчаса ей наконец-то удалось собраться с силами и перебраться на диван, она сразу же отправила сообщение.

«Я все испортила. Сижу у себя в номере и мечтаю о сочувствии».

«Уже иду. У меня по бутылке красного и белого», – сразу же отозвалась Харпер.

Скарлетт ответила лишь через минуту:

«Несу шоколад».

Улыбнувшись, Виолетта смахнула с лица слезы. Как же ей повезло, что у нее есть целых две замечательных сестры, готовые все бросить и примчаться по первому зову.

Харпер пришла через пятнадцать минут, и к этому времени Виолетта уже переоделась в спортивный костюм и почти успокоилась.

– С какой начнем? – спросила сестра, высоко поднимая бутылки.

– С красной, – объявила Виолетта и пошла искать штопор.

– А что значит этот нетронутый ужин?

– Что мы с Джейти расстались быстрее, чем успели поесть.

– Что?! – воскликнула Скарлетт, входя в незапертую дверь. – Но как? У вас же все было замечательно!

Стоило Скарлетт дойти до кухни, как и Виолетта, и Харпер молча на нее уставились.

– Мы это обязательно обсудим, но не могла бы ты сперва объяснить, почему ты так одета?

Скарлетт удивленно на них посмотрела:

– А разве это не очевидно? Это же гаремный наряд принцессы Леи из «Звездных войн»!

– И ты так разгуливала по бару? – уточнила Виолетта, представляя, какой ажиотаж произвела сестренка среди мужской половины посетителей.

– Ты смеешься? Я надела его для Логана.

– Извини, не хотела портить тебе вечер.

– Не переживай. Логан отлично понимает, что я никогда не оставлю сестру в трудную минуту.

Виолетта снова расплакалась, и Харпер поспешила ее обнять.

– Вы – лучшие в мире, – сквозь слезы выдохнула Виолетта.

С бокалом в руках Виолетта устроилась на диване между сестрами и принялась изливать им свои горести.

– И как он только не понимает, что ваш союз больше всего помог именно ему? – с жаром спросила Харпер.

– Он слишком привык к тому, что все пытаются им манипулировать. И именно поэтому он так упорно пытается от всех закрыться и не дает к себе приблизиться.

– И ты все еще его защищаешь?

– Она все еще его любит, – мягко поправила Скарлетт. – А если кто и виноват, то только я. Мне не следовало давать тебе эту папку.

– Ошибаешься. Я должна была или сразу передать ему документы, или уничтожить. Но только не оставлять на столе.

– Но ты же не виновата, что он так остро отреагировал, – возразила Харпер.

– Знаете, пусть я туда и не заглядывала, но я почему-то все равно чувствую, что предала его.

– Ты слишком рациональна. – Скарлетт покачала головой. – Лучше плачь и ругайся.

– Ты же знаешь, что я никогда так не делаю, – улыбнулась Виолетта.

– Тогда, может, просто возьмешь и все забудешь?

– Вряд ли. Слишком уж мы сблизились за последнее время. А еще мы говорили о будущем и решили дать нашему браку шанс вырасти в нечто настоящее.

– Тогда еще не все потеряно.

– Ошибаешься. Престон продает «Титан», и Джейти больше ничто не держит в Лас-Вегасе.

– Ублюдок, – выдохнула Скарлетт. – Знаешь, я считаю, что ради Джейти мы должны выяснить всю правду о его отце.

Еще вчера Виолетта бы запротестовала, заявив, что Джейти сам должен все решить, но теперь его чувства в расчет не шли.

– Сегодня я разговаривала с Чарити Раймс. Я как раз собиралась рассказать все Джейти, но теперь…

– Выкладывай, – потребовала Скарлетт. – Что она знает и что от нее хотел Тиберий?

– Она собирала материалы о серийном убийце, который в шестидесятых врывался в дома и нападал на целые семьи, но полиция так и не сумела его поймать.

– И при чем тут Престон?

– Оказывается, среди его жертв была семья по фамилии Родес. Выжил лишь их десятилетний сын, Престон, гостивший в ту ночь у друга.

– Ужас, – выдохнула Харпер.

– Чарити писала о жертвах в своем блоге, и Тиберий случайно на нее вышел, когда искал на Престона информацию.

– Отлично, но нам-то это все зачем?

– После разговора с Тиберием Чарити заинтересовалась Престоном и нашла школьный альбом его выпуска.

– И?…

– И пообещала прислать мне фотографию.

– И прислала?

– Не знаю. После разговора с Джейти я как-то совсем не думала о почте.

– А где твой телефон?

– В кабинете.

Три сестры дружно бросились в кабинет, и Виолетта открыла письмо Чарити.

– Он совсем не похож на отца Джейти, – разом объявили Скарлетт и Харпер.

Виолетта почувствовала, как у нее закружилась голова. Теперь она может спасти Джейти. Но хочет ли он, чтобы его спасали? А тем более она?

– Нужно идти в полицию, – объявила Харпер.

– В какую? Престон же в Майами живет, местное отделение нам ничем не поможет. – Скарлетт отобрала у Виолетты телефон. – Отправлю-ка я это Логану. Он точно придумает, как поступить.

Через двадцать минут жених Скарлетт уже сидел на диване напротив трех сестер и пристально их разглядывал.

– Кажется, я сказал, чтобы ты больше туда не лезла, – прорычал он, сосредоточившись на Скарлетт.

– А я ничего и не делала. Телефон Чарити я дала Виолетте еще до твоего предупреждения.

Логан вздохнул и повернулся к Виолетте:

– С Джейти ты все это обсуждала?

– Сейчас мы с ним не в тех отношениях, чтобы вообще что-то обсуждать.

Это сообщение явно стало для Логана новостью.

– Но он должен все знать.

– Сомневаюсь, что он мне сейчас ответит. Может, сам ему позвонишь?

– Ты его жена. Будет лучше, если ты сама все скажешь.

– Я женщина, на которой он женился, чтобы добраться до акций фамильной компании, – поправила Виолетта. – А сегодня он узнал, что у меня есть папка, в которую Тиберий тщательно собирал на него досье. Папка, которую я ни разу не открывала. – Последние слова она добавила, увидев, что Логан помрачнел еще больше.

– Все эти папки давно следовало сжечь, – объявил он, недовольно глянув на невесту.

– Что сделано, то сделано, – невозмутимо заявила Скарлетт. – А нам пора двигаться дальше. Престон Родес – мошенник, и мы должны его разоблачить.

Завернувшись в полотенце, Джейти задумчиво разглядывал оккупировавшие его шкаф женские вещи. Бесконечные платья, юбки, брюки и кофточки… И это если не считать двадцати пар туфель и кучи сумочек, драгоценностей на столе, нижнего белья в тумбочке, едва уловимого аромата на простынях и косметики в ванной.

– Черт.

Вчера ему не удалось заснуть, и он весь вечер просидел в гостиной, поочередно разглядывая пустой бассейн и изучая документы, собранные Тиберием на Престона. И чем дальше он читал, тем хуже себя чувствовал. Несколько раз он порывался закрыть папку, но каждый раз вспоминал о Виолетте и понимал, что дальше притворяться нельзя. Отец – мерзавец, и его давно пора остановить.

Незаметно для себя задремав, Джейти резко проснулся, еще помня, как во сне гнался за Виолеттой по казино и звал ее по имени, но она неизбежно от него ускользала. Потерев гудящие виски, он вздохнул. Он потерял лучшую в мире женщину, не сумев дать ей той близости, что она заслуживает. А огромная кровать посреди спальни как бы всем своим видом напоминала о тех радостях, которыми он больше уже никогда не насладится. Он уже никогда не сможет прикоснуться к нежному телу своей жены, не услышит приглушенных стонов, не почувствует, как она на пике оргазма впивается ногтями ему в плечи, не увидит счастливой улыбки после страстных объятий…

Он может сжечь простыни, выбросить матрас и даже мебель поменять, но былых ошибок уже никогда не исправить. А при мысли, что, честно поделившись всеми своими переживаниями, наверняка сможет добиться ее прощения, становилось лишь хуже.

Он слишком долго бережно хранил свои тайны, чтобы теперь хоть с кем-то ими делиться.

Прикрыв глаза, Джейти на несколько секунд даже обрадовался, что отец продает «Титан». Все равно он бы теперь не смог нормально жить в Вегасе, а сменив обстановку, он, возможно, еще и сумеет оправиться и заново научится жить в одиночестве.

Но как же сложно выкинуть Виолетту из жизни, когда он открылся перед ней так, как еще никогда и ни перед кем не раскрывался…

Или он все преувеличивает и благодаря папке Тиберия она и так сразу все про него знала?

Валявшийся на тумбочке телефон зазвонил, и, недовольно нахмурившись, Джейти взял трубку:

– Да?

– Джейти? – после секундной паузы спросил мужской голос. – Это Логан Вульф.

Имя специалиста по охране, связанного с семьей Фонтейн, сразу же заставило его насторожиться.

– И чем я могу тебе помочь?

– Я бы хотел с тобой встретиться. Нам нужно кое-что обсудить, но это не телефонный разговор.

– Если это касается Виолетты, нам не о чем говорить. Между нами все кончено.

За его словами последовало короткое молчание.

– Вообще-то речь пойдет о твоем отце.

– Я не знаю, что он замышляет, но пусть катится к черту. С ним у меня тоже все кончено. Так же как и с «Корпорацией Стоунов». И со всем остальным. – Понимая, что сам себя накручивает, Джейти глубоко вздохнул и постарался успокоиться. – Прошу прощения. У меня сегодня выдался трудный день.

– Да, я понял, – отозвался Логан, и в его голосе звучало искреннее сочувствие. – Я уже в курсе. Но должен сказать, что как бы ужасно ты себя сейчас ни чувствовал, тебе все равно не стоит вычеркивать из жизни такую восхитительную женщину, как Виолетта.

– Ты даже не представляешь, что я сейчас испытываю.

– Поверь, я отлично это представляю, – усмехнулся Логан, и Джейти почему-то сразу же ему поверил. – Мы со Скарлетт едва не потеряли друг друга из-за того, что я слишком остро кое на что отреагировал. И если бы она меня за все не простила, сейчас бы я был самой несчастной на свете скотиной.

Джейти чувствовал, как с каждой секундой утихает душившая его ярость.

– Слишком поздно. Между нами все кончено.

– Ты правда так думаешь или это в тебе страх говорит?

Джейти нечего было на это ответить.

– Я знаю, что между тобой и Престоном не все гладко, – через несколько секунд продолжил Логан, – но он все равно твой отец. Так ты хочешь со мной встретиться и все узнать?

– Нет. Я ему ничего не должен.

– Как скажешь. Удачи тебе.

С этими словами Логан отключился, а Джейти остался гадать, так ли уж крепко он со всем порвал, как ему казалось всего пару минут назад.

Глава 11

Стоило Виолетте только выйти из здания аэропорта Ла-Гуардиа в Нью-Йорке, как она мгновенно увидела присланный дедом лимузин и совсем скоро оказалась перед главным зданием «Отелей Фонтейна».

Не дожидаясь, пока водитель откроет ей дверцу, она сама выбралась из машины и едва не побежала к твердыне Фонтейнов. Чувствуя, как бешено бьется сердце, она прошла мимо охраны, зашла в лифт и нажала на кнопку двадцатого этажа. За последние пять лет она успела побывать здесь несколько раз, но тогда она просто приходила в гости к деду, а все деловые разговоры обычно происходили по видеосвязи.

– Проходите, мисс Фонтейн, – поздоровавшись, улыбнулась секретарша. – Вас ждут.

– Здравствуй, дедушка. – Она сразу же бросилась на шею Генри Фонтейну.

– Моя дорогая. – Крепко сжав ее в руках, он слегка отстранился. – У тебя был такой расстроенный голос… Что случилось?

– Я столько всего сделала не так, что даже не знаю, с чего начать.

– Начинай откуда хочешь, а я буду внимательно слушать. – Аккуратно усадив ее на кожаный диван, словно она была хрупкой фарфоровой куклой, Генри позвал секретаршу: – Джейн, будь любезна, налей Виолетте чаю.

Пару минут спустя Виолетта уже держала чашку травяного чая, наслаждаясь живым теплом и приятным ароматом.

– Боюсь, в последние дни я сама не своя.

– Просто расскажи, что случилось.

– Как ты уже знаешь, я вышла за Джейти Стоуна, чтобы проголосовать по доставшимся мне от Тиберия акциям. – Виолетта ясно видела, что дед с трудом сдерживается, чтобы не высказать все, что он думает о ее поспешности. – Все началось как простая деловая сделка.

– А потом ты влюбилась.

Виолетта кивнула:

– Он очень скрытен и совсем не умеет доверять. Но порой казалось, что мне все же удавалось до него достучаться.

– А теперь ты в себе разуверилась.

– Скарлетт отдала мне несколько папок с унаследованными от Тиберия документами. А вообще, у нее этих папок множество. На всех нас. Даже на тебя.

– Думаю, что когда я вошел в твою жизнь, – улыбнулся Генри, – Тиберий захотел убедиться, что я не причиню тебе вреда. И мне это нравится. Приятно сознавать, что в детстве у тебя был такой хороший защитник.

Дед не стал добавлять, что его собственный сын вел себя хуже некуда и полностью его разочаровал.

– Просматривая документы, Скарлетт нашла папки на Джейти и его отца. Как я уже говорила, Тиберий хотел отобрать у Престона «Корпорацию Стоунов» и убедиться, что Джейти совсем не походит на своего отца.

– И Джейти узнал об этой папке?

– Скарлетт отдала эту папку, и мне следовало сразу же передать ее Джейти, но все случилось так быстро, что я совсем о ней забыла. А потом он нашел ее у меня на столе и решил, что я все прочитала и обманом заставила взять себя в жены. Вот только папка попала ко мне уже после того, как мы поженились, и я ее даже не открывала.

– Мне жаль, что между вами все так запуталось. Чем я могу помочь?

– Джейти пошел против Престона, и теперь он хочет его за это наказать и продает «Титан», но, думаю, Джейти уже все равно. В конце концов, до того, как я узнала про акции Тиберия, он сам собирался уйти из «Корпорации Стоунов». Как только «Титан» продадут, Джейти уедет из Вегаса.

– Все равно не понимаю, чего ты от меня хочешь, – осторожно сказал Генри.

– Я надеюсь, что ты можешь незаметно разузнать, кто собирается его купить, и как-то задержать сделку. Чем дольше Джейти пробудет в городе, тем больше у меня шансов спасти наш брак.

– А если он все-таки решит уехать?

– Мое место рядом с ним.

Дед пристально ее разглядывал:

– Ты уверена, что хочешь именно этого?

– Конечно. Я люблю его, и, что бы он там ни говорил, я ему нужна.

– Ты понимаешь, что будет, если ты уйдешь из «Стиля Фонтейна»?

– Я лишусь последней возможности когда-либо занять кресло генерального директора «Отелей Фонтейна». – Виолетта грустно улыбнулась. – Я уже год как перестала мечтать об этой должности. Твоей наследницей должна стать Харпер, у нее потрясающий ум и выдержка, и она всю жизнь готовилась занять это место.

– Знаешь, тебе удалось по-настоящему меня удивить.

– Я знаю, что достаточно способна и ответственна, чтобы справиться с управлением всей компанией, но в последнее время я слишком хорошо поняла, какой отдачи требует такая работа. И к этому я не готова.

– Ценю твою прямоту, и, должен признать, с тех пор, как я основал нашу компанию, мне действительно пришлось тратить все время и силы на ее развитие, пожертвовав отношениями и с женой, и с сыном.

– Спасибо, что сумел меня понять. Я боялась, что ты разочаруешься, когда узнаешь, что я добровольно отказываюсь от всех лежащих передо мной перспектив.

– Ты невероятно умная, чуткая и талантливая женщина. И с той самой минуты, как ты стала частью нашей команды, я всегда гордился тем, что ты – моя внучка. Я с самого начала опасался, что ты слишком привязана к Лас-Вегасу и не захочешь переезжать в Нью-Йорк, но теперь вижу, куда зовет тебя сердце. Будь по-твоему, но помни: что бы ни случилось, ты всегда будешь частью семьи Фонтейн.

– Спасибо.

– Какие у тебя планы на вечер?

– Пройдусь по магазинам, а потом вернусь в номер.

– А я пока наведу справки о «Титане» и к шести буду ждать тебя на ужин.

Целуя деда на прощание, Виолетта почувствовала, как завибрировал телефон.

Наконец-то.

Стоило Джейти только выбраться из самолета в Майами, как он сразу же заметил поджидавший его «Порше-911».

– И что ты тут делаешь? – с наигранным недовольством спросил он, крепко обнимая Брента и дивясь внезапному наплыву эмоций.

– Решил, что моральная поддержка тебе не помешает, – усмехнулся брат, явно не ожидавший такой открытой демонстрации чувств.

– И ты чертовски прав.

– А Виолетта приехать не смогла?

– Она… – Ну что тут можно сказать? – Мы расстались.

– Как? Вы же были без ума друг от друга.

– Такие истории лучше рассказывать за бутылкой. – Обойдя машину, Джейти уселся на пассажирское место. – Я забронировал номер в «Мариотте».

Брент уселся за руль:

– А почему не в «Кобальте»?

Именно там должна была состояться завтрашняя встреча акционеров.

– Про это тоже лучше рассказывать за бутылкой, – скривился Джейти.

– Похоже, нас ждет долгий вечер, – вздохнул Брент, заводя мотор.

Добравшись до места, Джейти быстро закинул вещи в номер, и они устроились в баре. Начав историю с отца, он постепенно дошел до самого болезненного места.

– Знаешь, – вздохнул Джейти, впервые озвучивая гнетущие его мысли, – я изо всех сил пытался бороться с отцом, но все равно рад, что ухожу из компании.

– Серьезно? Когда мы в последний раз виделись, ты был так решительно настроен… Это же твое наследие.

– Это наследие навсегда запятнано. Как я смогу сидеть в кресле генерального директора, не думая обо всех жизнях, что разрушил отец, лишь бы дорваться до власти?

– Значит, ты сдаешься?

– Нет. Просто я готов двинуться дальше. – Джейти кривовато улыбнулся. – Не хочешь, случайно, купить тридцать процентов «Корпорации Стоунов»?

– Тебе принадлежит сорок восемь.

– Лично мне только тридцать. Остальные – Виолетте.

– Но если вы разведетесь, она больше не сможет голосовать.

– Верно. – Джейти сразу же насторожился. – Так тебе интересно?

– Если правильно взяться за дело, компанию еще можно спасти. И я думал, что ты хочешь быть тем, кто за нее возьмется.

– А что ты скажешь теперь, когда знаешь, что я не стану этого делать?

– Скажу, что тогда сам все сделаю.

Джейти такая перспектива весьма порадовала, но им в любом случае не хватало акций.

Брент принялся рассказывать о своих планах насчет «Корпорации Стоунов», и в процессе они успели пропустить еще по паре бокалов, а потом брат резко сменил тему:

– Ты уже достаточно пьян, чтобы сказать, что все-таки случилось у вас с Виолеттой?

– Нет. – Джейти выдавил из себя улыбку. – Но все равно расскажу.

Вкратце изложив историю с папками Тиберия, Джейти подытожил:

– Она меня обманула.

– И как ты это определил?

– В этой папке были все самые грязные подробности моей жизни. – Кроме одной. Самой отвратительной. – И она точно знала, как заставить меня…

Полюбить себя.

Ведь именно это и произошло.

Как бы ни было грустно теперь об этом думать.

– Заставить тебя что? – уточнил Брент.

– Заставить меня доверять себе.

– Мне кажется, она вполне заслуживает доверия.

– Именно. Она кажется вполне надежной. – И ведь она действительно всегда была невероятно тактична и неизменно его поддерживала. Джейти уткнулся лбом в ладони. – Черт.

– Похоже, ты уже и сам все понял.

Ну и что с того, что у нее была эта папка? Да пусть бы она ее хоть наизусть выучила! Он же сам старательно от нее отгораживался, а она, невзирая ни на что, день за днем пыталась до него достучаться. А когда он слегка приоткрывался, она наверняка сразу же начинала надеяться на нечто большее.

Какой же он все-таки эгоист, и как долго он всех отталкивал, старательно лелея детские травмы! Он же сам никому не давал любить себя! Даже Виолетте.

– Знаешь, на сегодня мне выпивки хватит. – Если он в таком же состоянии явится на собрание, отец от него живого места не оставит. – Пойду я лучше в номер.

– Как скажешь. – Брент пристально на него посмотрел. – Ты точно в порядке?

– Нет. Но душ, аспирин и здоровый сон помогут мне пережить завтрашнее собрание.

А уж что будет потом, еще никому не известно.

Приехав в Майами всего за пару часов до собрания, Виолетта сразу же направилась в «Кобальт», где с ходу заметила пыль по углам и десятки огрехов в работе персонала.

Зная, что Джейти не ждет ее присутствия, и совершенно не представляя, как он отреагирует на ее появление, она надеялась слиться с толпой, но, подойдя к залу собрания, сразу же поняла всю тщетность своих надежд. На собрании оказалось всего семь человек, и они сразу же с удивлением к ней повернулись. Но сейчас ее интересовал лишь один человек.

Сидевший рядом с Брентом Джейти явно не обрадовался ее появлению, но она надеялась, что все изменится, когда он поймет, зачем она пришла. Собрание уже началось, так что Виолетта просто устроилась на ближайшем стуле, дожидаясь, когда Престон закончит читать отчеты. Все акционеры уже месяц назад получили эти бумаги по электронной почте, и никто особо не вслушивался в его слова, но ему явно нравилось звучание собственного голоса.

Пока Престон методично перечислял достижения компании, свершенные под его мудрым руководством, и вкратце обрисовывал дальнейшие направления развития, Виолетта полностью сосредоточилась на его сыне. Неподвижно застыв с непроницаемым лицом, Джейти казался каким-то каменным истуканом. Ее сердце болезненно дрогнуло. Сложись все иначе, она сейчас сидела бы рядом с ним, молча поддерживая и ободряя…

Наконец Престон закончил, и пришло время голосования. Акционеры должны были заполнить бюллетени и бросить их в урну, а затем неторопливо пообщаться за уже накрытым столом, пока независимый наблюдатель станет подсчитывать голоса, но все с самого начала понимали, что балом безраздельно правит Престон и все будут голосовать за него.

Заполнив бумагу, Виолетта слегка помедлила, надеясь столкнуться с Джейти у урны.

– Я думал, ты проголосуешь удаленно. – Джейти несколько секунд пристально ее разглядывал, а потом легонько поцеловал в щеку, и у нее снова дрогнуло сердце.

– Я хотела быть здесь, рядом с тобой.

– Очень мило. – На мгновение его глаза потеплели, но тут Престон громко засмеялся, и Джейти вновь полностью закрылся.

Затаив дыхание, Виолетта ждала, что муж вот-вот скажет, что соскучился и она не зря примчалась через полстраны, но он молчал. Какая же она все-таки дура… И зачем только было мечтать о радостном воссоединении, полном романтики?

– Пойду проголосую.

– Иди.

Виолетта пошла к урне, и, глядя ей в спину, Джейти сразу же захотел броситься следом и молить о любви. Разве одно ее присутствие не говорит яснее всяких слов, что она готова бороться за их отношения? Но честно ли с его стороны раз за разом брать, ничего не давая взамен?

Ни на секунду не отрывая от Виолетты взгляда, Джейти смотрел, как она опускает бюллетень в урну и передает какие-то бумаги наблюдателю. А потом, быстро обернувшись, выходит из зала через вторую дверь.

И, увидев, как за ней закрылась дверь, Джейти вдруг почувствовал, что весь мир разбивается вдребезги. Ну вот и чего ради, спрашивается, он как истукан стоит на месте, вместо того чтобы бежать за любимой? Даже если она прочитала папку и все знает, что с того? Так, наверное, даже лучше… Она знала всю правду и все равно вышла за него замуж… А сам он, вместо того чтобы бороться за полностью преобразившую его жизнь женщину, строит из себя какого-то упрямого осла.

Небрежно отмахнувшись от направившегося к нему двоюродного дяди, Джейти бросился в коридор, но Виолетты там уже не было. Решив, что она пошла в ресторан, где их ждали накрытые столы, Джейти бросился вниз и как раз успел увидеть, что она выходит сквозь стеклянные двери на улицу.

И так засмотрелся ей вслед, что не заметил Брента.

– Фэбээровцы арестовали Престона. Ты знаешь, в чем дело?

Джейти сразу же вспомнил про Джорджа Барнса и журналистку.

– Возможно. Где они?

Но не успел Брент ответить, как появился сам Престон в сопровождении двух агентов в форме.

– Вы знаете, кто я такой? – прорычал Престон.

– Вообще-то именно это мы и собираемся выяснить, – усмехнулся один из агентов.

Заметив сына, Престон презрительно скривился:

– Думаю, за все это нужно благодарить именно тебя.

– К сожалению, нет, – покачал головой Джейти. И ему действительно было жаль. – Похоже, тебе наконец-то пришла пора за все платить.

– Скажи секретарше, чтобы вызвала адвоката, – бросил Престон, когда его уже выводили на улицу.

– Ты же не станешь этого делать? – осторожно спросил Брент.

– И не подумаю.

Джейти уже собирался бежать за Виолеттой, как его вновь остановили. На этот раз наблюдатель.

– Простите, это только что вывели мистера Родеса?

– Да.

– А как же результаты голосования?

– Все акционеры сейчас в ресторане. Думаю, вам стоит сообщить им о случившемся.

– Хорошо. Но вам следует знать, что они проголосовали за смещение вашего отца с должности.

Застыв на месте, Джейти напрягся. Он точно не ослышался?

– Расскажите об этом ему, – выдохнул он спустя пару секунд, указывая на Брента и улыбаясь как идиот. – А меня ждут дела.

Глава 12

Виолетта неторопливо разбирала чемоданы, когда в ее номер в «Стиле Фонтейна» ворвался ее собственный муж.

– Привет. Как долетел?

– Лучше не бывает. – Резко ослабив галстук и стянув пиджак, он огляделся по сторонам, словно выбирая, куда бы их бросить. – Но мне не нужно, чтобы меня спасали.

– Уже не нужно, – мягко отозвалась Виолетта, осторожно отбирая у него галстук и пиджак и аккуратно вешая их в шкаф.

Она вдруг поняла, что все будет хорошо. Джейти не стал спрашивать, зачем она к нему приходила, а просто принял все как данность. И Виолетта почувствовала какой-то внутренний покой и умиротворение.

Но стоило ей вновь повернуться к мужу, как она увидела, что он уже снял рубашку и теперь взялся за ботинки. Залюбовавшись прекрасным телом, Виолетта вздрогнула. Неужели они последний раз любили друг друга всего неделю назад? Но когда же она успела так изголодаться по его рукам и поцелуям?

– Во время голосования фэбээровцы арестовали отца. – Джейти бросил носки рядом с рубашкой и расстегнул брюки. – Случайно, не знаешь, что у них там случилось?

– А ты не стал дожидаться развязки?

– Я гнался за женой и не мог отвлекаться на такие мелочи. – Теперь на Джейти уже ничего не осталось, и, скрестив руки на груди, он стоял перед ней во всем своем великолепии. – Может, ты меня просветишь?

Неужели он правда думает, что она способна сосредоточиться на серьезном разговоре, любуясь подтянутым мускулистым телом?

– Может, сперва примешь душ, а поговорим уже после?

– Я бы предпочел начать с разговора.

Ну и ладно. В эту игру вполне можно играть и вдвоем. Пока она расстегивала платье, Джейти невозмутимо ее разглядывал, но стоило тонкому шелку полететь на пол, как его зрачки слегка расширились.

– Чарити Раймс мне все-таки перезвонила, – начала Виолетта, расстегивая бюстгальтер и стаскивая трусики. – После разговора с Тиберием она заинтересовалась Престоном и отыскала его школьную фотографию.

Судя по всему, Джейти внимательно слушал ее слова, но над собственным телом он был не властен. Желая раздразнить его еще больше, Виолетта потянулась к высокой прическе и начала неторопливо вытаскивать шпильки, пока густая грива темных волос не обрушилась ей на плечи и грудь, щекоча чувствительные соски, отчего они сразу же напряглись. Джейти судорожно сглотнул.

– И когда она прислала мне на почту эту фотографию, мы окончательно убедились, что твой отец не может быть Престоном Родесом.

– И ты позвонила в ФБР?

– Скарлетт предложила подключить Логана. У него же там связи.

Нагнувшись, Виолетта подобрала платье, а когда она выпрямлялась, ей даже показалось, что Джейти сдавленно зарычал, но, когда она вновь на него посмотрела, он был совершенно спокоен. Если не считать чуть сильнее поднявшегося члена.

– Он мне звонил, – хрипло выдохнул Джейти. – Но я не стал ничего слушать.

– Я подумала, что тебя стоит предупредить и что тебе будет проще разговаривать не со мной, а с Логаном.

– Я так на тебя злился…

– Я знаю.

Чувствуя острую потребность хоть на секунду остаться наедине с собой и собраться с мыслями, Виолетта начала аккуратно складывать одежду на стул.

– У тебя была папка и на меня. – Подойдя поближе, Джейти остановился прямо у нее за спиной. – Я решил, что ты меня предала.

– Я знаю, – не оборачиваясь, повторила Виолетта. – Но я не думала, что ФБР так быстро его арестует. – Джейти ухватил ее за плечи, и она поспешила объяснить: – Я знаю, что он твой отец, но у него нет права руководить компанией Стоунов.

– Мне не нужно, чтобы меня спасали, – вновь повторил Джейти, когда она наконец-то повернулась. – Ни ты, ни кто-либо другой.

– В этом-то и проблема, – выдохнула Виолетта, вкладывая в эти слова всю накопившуюся злость и отчаяние. – Ты думаешь, что можешь жить, от всех отгородившись, в своем крохотном мирке. – Она со всей силы ударила его ладонями в грудь, заставив отступить на два шага. – Но ты ошибаешься. – Она грозно помахала пальцем у него перед носом, и он отступил еще на шаг. – Тебе нужна я. Признай это уже наконец, скотина ты эдакая. Просто признай.

Остановившись, Джейти легонько провел пальцами по щеке Виолетты, которая только сейчас поняла, что плачет.

– Ты мне не просто нужна.

Взяв ее на руки, Джейти пошел в спальню, бросил ее на кровать и повалился сверху.

– Ты мне не просто нужна, – повторил он. – Я жить без тебя не могу. И клянусь, я сделаю все, чтобы отныне ты всегда была рядом.

А потом он стал ее целовать. Нежно, страстно, почтительно, вкладывая в эти поцелуи все свои чувства и уже больше не пытаясь ничего утаить. Прижав Виолетту к матрасу всем телом, он жадно ласкал ее руками и губами, пока она не начала извиваться и тереться о него бедрами.

– Не заставляй меня больше ждать, – выдохнула она.

– Не буду, – послушно отозвался Джейти, широко раздвигая ей ноги и входя одним мощным движением, от которого у нее сразу же перехватило дыхание и все поплыло перед глазами.

– Наконец-то! – улыбнулась она и, задвигавшись в едином с ним ритме, выдохнула: – Я люблю тебя.

Сплетя пальцы с ее пальцами, Джейти пришпилил ее руки к подушке и, все так же ритмично двигаясь, нежно поцеловал в губы и прошептал:

– Ты – самое дорогое, что у меня есть.

От этого признания Виолетта сразу же достигла пика наслаждения, а когда она постепенно пришла в себя, увидела, что Джейти пристально ее разглядывает. Заметив, что она на него смотрит, он улыбнулся и вновь задвигался, явно желая, чтобы она в мельчайших подробностях разглядела, как на его лице сменяются все оттенки наслаждения, пока он сам улетает в небеса.

Упав на кровать, Джейти глубоко вздохнул, и Виолетта вдруг заметила, что сегодня он выглядит гораздо моложе своих тридцати лет. Или, точнее, поправила она себя, выглядит именно так, как ему всегда и следовало бы выглядеть, если бы жизнь не омрачали вечные заботы и тревоги.

– Я остаюсь, – объявила она, легонько погладив его по щеке.

– Я так и понял, когда увидел все эти чемоданы.

– Ничего ты не понял. Я остаюсь с тобой. Куда бы ты ни отправился, я всегда буду рядом. И буду до конца бороться за наш брак.

– Тебе уже не за что бороться, – улыбнулся Джейти. – Я понял, как сильно ошибался, пытаясь тебя оттолкнуть, и отныне сделаю все, что в моих силах, чтобы провести с тобой остаток жизни.

– Молодец. Мне кажется, ты сделал правильный выбор.

– Ты тоже. – Джейти перевернулся на бок, наслаждаясь непривычным ощущением счастья и гармонии с собой и миром вокруг.

– Расскажешь, чем закончилось голосование?

А она разве не знает?

– Как ни странно, мы победили.

– Серьезно?

– Да. Как потом выяснил Брент, Кейси не голосовал.

– И почему же?

Виолетта уже немного научилась управлять лицом, но Джейти сразу понял, что она что-то знает.

– Если помнишь, он только что развелся, и эти четыре процента акций остались у его бывшей жены.

– Но раз она больше не член семьи, то и проголосовать по ним не могла.

– Да, а без них у нас с отцом равное количество акций.

– И как же ты тогда все-таки выиграл?

– Отличный вопрос. Может, сама на него и ответишь?

– Я? – Виолетта удивленно похлопала ресницами, но не удержалась и улыбнулась. – Ну ладно. Год назад Кейси купил роскошное гнездышко для своей новой возлюбленной, но как-то забыл упомянуть его в описи имущества, когда они с женой делили все совместно нажитое. Вот я и просветила Британи, а потом посоветовала не вспоминать о домике, если Кейси согласится отдать ей акции «Корпорации Стоунов».

– И он согласился? Акции же должны быть гораздо дороже? Или он ей целый дворец отгрохал?

– Он мечтал побыстрее обвенчаться с новой избранницей и готов был пойти на определенные жертвы. Ну а Британи с радостью перепродала эти акции мне.

– Так теперь эти четыре процента твои?

– Да.

– Но не могла же ты все это провернуть за один день. Значит, когда я сказал, что нет смысла дальше бороться, ты стала действовать у меня за спиной?

– Но ты же не соглашался принять мою помощь.

– И теперь понял, как сильно ошибался.

– Вот и хорошо. Отныне можешь всегда прислушиваться к моим советам.

– Обязательно. – Джейти крепко обнял жену и потерся носом о ее шею, вдыхая сладкий аромат. – Даже и не знаю, как тебя благодарить.

– А тебе и не нужно меня благодарить. Я – твоя жена и всегда буду тебя поддерживать.

– Тогда тебе стоит знать, на что ты идешь.

– А по-твоему, я этого не знаю? Я не читала папку Тиберия, но понимаю, что в прошлом ты часто ошибался и, возможно, никогда так и не сумеешь до конца пережить детские травмы.

– Ошибки бывают разные. И не все из них можно простить.

– Не верю.

И откуда у нее только берутся силы всегда надеяться на лучшее? Вздохнув, Джейти решил, что она должна все знать.

– В тот день, когда мама умерла…

– Ты не обязан мне ничего рассказывать, – легонько поцеловав его в губы, выдохнула Виолетта.

– Обязан. Ты была права. Мне действительно пора отпустить прошлое, но я не сумею этого сделать, пока не поборю собственный страх. И мне нужно, чтобы ты все знала. – Поцеловав Виолетту, Джейти закрыл глаза. – Она умерла из-за меня.

После такого заявления Виолетта резко дернулась, но вместо того чтобы отстраниться, лишь крепче к нему прижалась.

– Утром она обнаружила, что я без разрешения взял ее кредитку и купил видеоигр на пятьсот долларов. Игры ее мало волновали, но, когда я начал врать, она вышвырнула их в окно, а потом запретила мне ехать на выходные во Флориду, куда мы с друзьями как раз собирались на экскурсию в студию «Юниверсал». Я еще никогда не видел, чтобы она так злилась.

Воспоминания были такими ясными, словно это случилось вчера, а не восемнадцать лет назад.

– Я понимаю, почему она разбушевалась, а ты расстроился, но при чем тут ее смерть? Ты ни в чем не виноват.

– Я ее расстроил. Сказал, что ненавижу ее и понимаю, почему отец не выносит ее общества. – И как у него только язык тогда повернулся? – А потом взял рюкзак и сделал вид, что пошел в школу, а сам убежал с друзьями на «Юниверсал».

– Без разрешения?

– Без. Я решил, что через пару часов она успокоится и вообще не заметит моего отсутствия. В пять она уже была мертва, но ее нашли лишь на следующий день.

– Тебе было всего двенадцать! А она искала спасения от жестокого мужа в бутылке. Как ты можешь себя в чем-то винить?

– На похоронах я услышал обрывки чужих разговоров и понял, что если бы вовремя вернулся после школы, то еще успел бы ее спасти.

– Джейти, – Виолетта едва не плакала, – твоя мама была серьезно больна и употребляла наркотики. Передозировка могла произойти когда угодно. Ты ни в чем не виноват.

Осторожно выдохнув, Джейти почувствовал, как вина перестает давить на плечи. Похоже, искренняя любовь и безграничная поддержка помогут ему со временем оправиться.

– Я люблю тебя. – Он впервые произнес эти слова вслух.

Счастливо улыбнувшись, Виолетта заплакала и крепко обняла мужа:

– Ты просто не представляешь, как я ждала этих слов.

– Я долго к ним шел. Но до твоего появления вокруг меня было слишком много тьмы, чтобы я сразу сумел осознать свои чувства.

– Но все это в прошлом. А впереди нас ждет счастливая жизнь в Майами.

– Никакого Майами не будет.

– Почему? Раз Престон попал за решетку, «Корпорация Стоунов» теперь твоя.

– Ошибаешься. Перед голосованием мы с Брентом поговорили и решили, что семейное дело должен возглавить именно он.

– Но… но это же именно твой дед основал компанию!

– Да. И с Брентом у руля она вновь возвращается в семью.

Виолетта пристально на него посмотрела:

– А что станешь делать ты сам?

– То, что собирался делать с самого начала. Открою собственный бизнес.

– Ясно. И куда мы поедем?

– Никуда. Я решил продать акции «Корпорации Стоунов» и выкупить «Титан».

– Понятно. Но зачем ограничивать себя одним отелем, когда ты мог бы управлять целой сотней?

– Затем, что мне никогда не нравилась бумажная работа, а Лас-Вегас я искренне полюбил и мне нравится держать руку на пульсе событий.

– Знаешь, а я тебя понимаю. Сама я поговорила с дедом и отказалась от гонки за кресло генерального директора, чтобы всегда быть рядом с тобой.

– А я всегда буду рядом с тобой.

– Вот и хорошо, – улыбнулась Виолетта. – А раз мы оба любим Лас-Вегас, значит, здесь и будем растить детей и встречать старость.

И в ответ на эти слова Джейти еще крепче обнял любимую жену, понимая, что именно так и хочет прожить свою жизнь. Их общую жизнь.

Content

Кэт Шилд
Счастливое сердце
Роман

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12