Виталий Поликарпов

Мировая элита. Кого пустят в клуб для избранных

© Поликарпов В.С., Поликарпова Е.В., 2015

© ООО «ТД Алгоритм», 2015

Предисловие. От Чингисхана до Путина

Сейчас весьма актуальной для всего мира является проблема современной мировой элиты, что вытекает из того эмпирического факта, согласно которому наступает конец неолиберализма и происходит переход от капитализма к новому, пока еще неизвестному общественному строю.

В многообразии теорий элит, разрабатываемых на протяжении последнего столетия, под элитой понимается слой или группа людей, обладающих высокими профессиональными качествами в той или иной сфере деятельности (политическая элита, научная элита и т. д.), занимающих в социальной иерархии высшее и привилегированное положение и оказывающих существенное влияние на власть или выполняющих властные функции[1].

Представляет немалый интерес численное количество представителей современной мировой элиты. Согласно исследованиям Д. Роткопфа, она представляет собой «суперкласс», насчитывающий примерно 6 000 человек и состоящий из 1000 миллиардеров, чей совокупный капитал почти вдвое превышает обобщенный капитал беднейших 2,5 миллиарда человек, руководителей государств, исполнительных директоров крупнейших компаний мира, медиамагнатов, нефтяных баронов, управляющих хедж-фондами, верхушки военных, предпринимателей в области новых технологий, выдающихся религиозных деятелей, некоторых ученых, художников, вождей террористических организаций и глав преступных синдикатов[2].

Для представителей глобальной элиты (людей с деньгами) характерен феномен «только для членов», свидетельствующий об их изоляции от остального общества. Американские исследователи Э.Ф. Венкат и Дж. Браунелл следующим образом описывают этот феномен: сегодня «во всех областях жизни происходит стремительное распространение феномена «только для членов», охватывающего буквально все – от частных банковских услуг до клиник, в которых принимают только по приглашениям»: «люди с деньгами все чаще проводят свою жизнь за закрытыми дверями».

Вместо того чтобы посещать мероприятия, привлекающие внимание СМИ, они устраивают частные концерты, показы мод и художественные выставки в своих собственных домах. Они ходят за покупками после того, как магазины закрывают свои двери для остальных покупателей, и имеют соседей (и потенциальных друзей), схожих по классовой принадлежности и достатку»[3]. Представители этого глобального класса имеют, например, «индийский паспорт, замок в Шотландии, место временного проживания в Нью-Йорке и частный остров в Карибском море».

Парадокс здесь состоит в том, что члены этого глобального класса «проводят приватные обеды, делают приватные покупки, приватно смотрят произведения искусства, все вокруг приватное». Таким способом они создают свой собственный жизненный мир для решения своей герменевтической проблемы, так как «богатые семьи не могут просто приглашать к себе и ждать, что они поймут, что значит иметь состояние в 300 миллионов долларов». Их контакты с миром заключаются в бизнесе и гуманитарной деятельности (защита окружающей среды, борьба с болезнями, поддержка искусства и пр.).

Представители глобального класса проводят свою жизнь преимущественно на лоне дикой природы, путешествуя по Патагонии, купаясь на пляжах частных островов. «Нельзя не заметить, – подчеркивает С. Жижек, – что базовой жизненной установкой этих сверхбогатых людей является страх: страх самой внешней социальной жизни. Главнейшим приоритетом этих «ультрадорогих персон», таким образом, является минимизация угроз безопасности – болезней, тяжких преступлений». Культура космополитического Запада – культура страха, невроза и эгоистического индивидуализма, культура Запада формирует эгоиста, который погружен в океан одиночества. Понятно, почему представители глобального класса являются полной противоположностью остальным людям. Перед нами две противоположности нового классового водораздела, присущего глобальному миру с его социальной несправедливостью и неравенством.

* * *

Несмотря на определенные различия, в истории общества существуют общие черты правящих элит, которые имеют постоянный характер. Этот характер весьма четко и рельефно проявляется на примере жизнедеятельности Чингисхана, создавшего, по существу, современный мир. Здесь весьма кстати описание личности Чингисхана, приведенное средневековым арабским историком Рашид-ар-дином в его «Повествовании о Чингиз-хане, относительно его похвальных свойств, душевных качеств, о его избранных обычаях…»[4] Согласно ему, Чингисхан исходил из разработанных к этому времени в Китае основных принципов общечеловеческой мудрости. У народа, у которого сын не слушается отца, младшие братья – старших, «муж не полагается на свою жену, а жена не следует повелению мужа», «великие не защищают малых, а малые не принимают наставлений от старших», – у такого народа воры, лжецы и всякие мошенники затмевали солнце на его собственном стойбище». Тот, кто умеет управлять семьей, сможет управлять и государством. «Каждый, кто в состоянии содержать в порядке свой дом, в состоянии содержать в порядке и целое владение», «каждый, кто может так, как это положено, выстроить в бою десять человек, достоин того, чтобы ему дали тысячу или туман (десять тысяч человек. – В.П., Е.П.)». Начальником достоин быть тот, кто понимает нужды подчиненных, «который сам знает, что такое голод и жажда, и судит по этому о состоянии других». Все это совершенно правильно, и сегодня правящей элите чаще следовало бы использовать на практике данные принципы.

Чингисхан считал, что управлять народами необходимо посредством наставлений (билик) и законов (яса), что делает монгольское государство упорядоченным и сильным. Это делается во имя того, чтобы подчинять и управлять «неупорядоченными и безрассудными народами» – именно Чингисхану для этого подали знаки своей милости высшие силы Неба. Во имя чего действует Чингисхан? Во имя того, чтобы члены его круга, его мужские потомки и их семьи, оделись в «затканные золотые одежды», чтобы они вкушали «вкусные и жирные яства», садились на красивых коней и обнимали «прекрасноликих жен». Столь же «красивую жизнь» должны получить те, кто служит хану. «Мои старания и намерения относительно стрелков и стражей, чернеющих, словно дремучий лес, супруг, невесток и дочерей, алеющих и сверкающих словно огонь, таковы: усладить их уста сладостью сахара своего благоволения и украсить их с головы до ног тканными золотом одеждами, посадить их на идущих покойным ходом меринов, напоить их чистой и вкусной водой, пожаловать для их скота хорошие травяные пастбища». Нет ни слова о том, что для этого необходимо работать, так как все это нужно взять у «неупорядоченных народов» силой, уничтожая непокорных – «если мы отправляемся на охоту, то убиваем много изюбрей», а если мы выступаем в походы, то уничтожаем много врагов»[5]. Такого рода сравнение военного похода с охотой отнюдь не является простой метафорой, так как окружающие народы, подобно лесу и степи, где в случае удачной «охоты» можно добыть все для прекрасной жизни правящей элиты. Хан и его войско, его «мужи», – это охотники, и «величайшее наслаждение и удовольствие для мужа состоит в том, чтобы подавить возмутившегося и победить врага, вырвать его с корнем и захватить все, что тот имеет, заставить его замужних женщин рыдать и обливаться слезами; в том, чтобы сесть на его хорошего хода, с гладкими крупами меринов; в том, чтобы превратить его прекрасноликих супруг в ночное платье для сна и подстилку, смотреть на их разноцветные ланиты и целовать их, а сладкие губы сосать!»[6].

Перед нами сформулированная Чингисханом цель деятельности правящей элиты, которая состоит, во-первых, в управлении обществом (власть), во-вторых, в достижении богатства, в-третьих, в обеспечении передачи собственности наследникам, в-четвертых, в прекрасной, идеальной жизни, когда можно вкусно поесть и наслаждаться любовью с прекрасными женщинами, в-пятых, в использовании роскоши чистой экологии, в-шестых, в различного рода развлечениях и отдыхе, в-седьмых, в удовольствии, получаемом от красоты произведений искусства[7].

Данная цель присуща практически всем элитам, начиная с элиты первобытного общества и кончая глобальной элитой современности, что и определяет их образ жизни, который выделяет эту специфическую социальную группу в противовес другим группам общества, не имеющим такого исключительного положения. Именно правящая элита живет в особом пространственно-временном континууме, ее менталитет отличается от менталитета остальных групп социума, принимаемые ею жизненно важные решения для судеб общества не исходят из его интересов. Образ жизни элиты представляет собою контраст по сравнению с образом жизни большинства людей, зачастую находящихся в нищете, лишенных элементарных жизненных условий.

* * *

Рассматривая представителей мировых элит, нельзя обойти вниманием личность В.В. Путина. Она давно вызывает интерес – с момента его первого прихода к власти в 2000 году и до наших дней появилось множество книг и статей, пытающихся дать ответ на вопрос «Кто вы, мистер Путин?», что заставляет авторов давать свою интерпретацию и личности В. Путина, и его деятельности. Диапазон этих толкований весьма широк, начиная с утверждения, что правительство В. Путина довело Россию до глубокого кризиса и поставило ее на грань катастрофы (В.И. Илюхин), и кончая тезисом, согласно которому именно уникальные способности В. Путина позволили поднять Россию из экономических руин и вернуть россиянам чувство собственного достоинства за свою страну (К. Хатчинс)[8].

Деятельность президента В. Путина рассматривается и в плане тайного управления обществом, что выражается в трактовке его шагов во внутренней и внешней политике с позиции эзотерического (тайного) знания. В этом смысле заслуживает особого внимания эзотерический подход западного мистика, поэта и литературного критика Жана Парвулеско к фигуре В. Путина, который создал привлекательный и соблазнительный образ Путин-2, отличающийся от реального Путина-1.

Парвулеско считает, что тайная история последних пятидесяти лет в России представляет собою историю теневого «перехода власти» от «тотальной политической власти партии» к «тотальной политико-административной власти спецслужб». Данный «переход власти» увенчался восхождением президента В. Путина, что стало высшей ступенью их качественного восхождения, конечным воплощением их собственной исторической эволюции. «Не является ли полное переворачивание новейшей истории России, то есть превращение империалистического государства Сталина в имперское православное, – отмечает Ж. Парвулеско, – «трансцендентальное» государство Владимира Путина, всего лишь высшим проявлением «внутренней революции» русских спецслужб на марше, на тайном марше к их собственной конечной, тотальной власти?».

Комментируя этот подход, отечественный исследователь А. Дугин пишет: «Хотя есть ли он вообще, этот Путин-1? Не спрашивают ли до сих пор себя аналитики всех мастей: “Who is Mister Putin?”, так и не находя ответа. Вот тут и начинается самое интересное – никакого Путина-1 нет. Его не было. И не будет. Мы имеем дело с маской, за которой скрыто нечто неизвестное. И даже если люди, которые видят президента, говорят с ним, взаимодействуют, зависят от него, работают с ним, скажут, что Путин есть, этот аргумент развеивается легко – не вам, друзья, судить о характере онтологических обобщений. То, что человек и президент по имени Владимир Владимирович Путин есть, никто не сомневается. Сомневаются лишь в том, кто он на самом деле? Какова его внутренняя сущность? Что у него на уме? А вот об этом с уверенностью сказать не может никто. Возможно, и он сам. Иногда «чужая душа – потемки», а своя – чистый мрак»[9] …

* * *

Авторы выражают искреннюю признательность за ценные советы и замечания в ходе работы над книгой профессору Южного федерального университета Г.А. Матвееву; ректору Института социальных и гуманитарных наук университета Хошимина, д.и.н., профессору Во Вану; декану факультета русской филологии Института русской филологии Института социальных и гуманитарных наук университета Хошимина, к.ф.н., доценту Фыонгу Ван Ви; профессору русского языка и литературы Пекинского университета Ли Цзишэню; китайским аспирантам Южного федерального университета Го Пэну и Лу Пин; вице-ректору Лиссабонского государственного университета Амалии де Мартинес-Лучао; ректору Католического университета Португалии, профессору Брагу де Крусу; декану факультета социально-гуманитарных дисциплин Католического университета Португалии Луизе де Абро.

С теплой благодарностью авторы также вспоминают беседы с член-корр. РАН Ю.А. Ждановым, д.ф.н., профессором В.Е. Давидовичем, д.э.н., профессором Института мировой экономики и международных отношений В.И. Марцинкевичем (оставившими после себя светлую память).

Немаловажную роль играют семейные предания и знания, которые своими корнями уходят к нашим предкам и родственникам – знатному казаку Войска Запорожского Нечитайло, представителям украинской и донской казачьей верхушки, деду (и прадеду) Н. Данилову, служившему в лейб-гвардии Николая II, полковнику авиации Г. Литвиненко, возившему в годы Великой Отечественной войны донесения Верховному главнокомандующему вооруженными силами Советского Союза И.В. Сталину, полковнику А.Ф. Поликарпову, закончившему Великую Отечественную войну начальником политотдела дивизии на фронте Г.К. Жукова и ставшему военным советником Главнокомандующего вооруженными силами ГДР в 50—60-х годах XX столетия, полковнику-чекисту М.Ф. Поликарпову.

Тайное управление обществом

История человеческого общества с самого начала формируется правящей элитой (в первобытном обществе к ней относились знахарь, шаман, колдун и военный предводитель) и тайными обществами (уже в первобытном обществе существовали «тайные союзы»). История свидетельствует о том, что явное и тайное управление поведением общества и человека представляют собою две стороны одной медали, причем сила управления правящей элитой, как показал К. Маркс в своей классическом произведении «XVIII брюмера Луи Бонапарта», состоит в ее тайном управлении, в непрозрачности принимаемых ею решений. Поэтому вполне естественно, что в истории цивилизации, имеющей достаточно сложную социальную структуру, немалую роль в управлении играют тайные организации и общества. «Историю цивилизации с самого начала, – пишет С. Сора, – формируют элиты и тайные общества. Со времен крестовых походов и вплоть до XXI столетия горстка семейств управляет ходом событий во всем мире и совместными усилиями, а также с помощью межродственных браков укрепляет свое положение и благосостояние»[10]. Именно тайное управление обществом присуще элитам и контрэлитам социумов Запада и Востока, а теперь и суперклассу глобального социума со всеми его постоянно развивающимися новейшими технологиями.

В Англии XVI столетия, когда правила династия Тюдоров, функционировал Тайный Совет (Privy Council), который под руководством короля управлял страной. Когда Елизавета I стала королевой после смерти своей сестры Марии, то она в первую очередь занялась его преобразованием, чтобы осуществлять свою деятельность в качестве протестантки. «Томас Кромвель в свое время сделал из него такой инструмент власти, который был способен функционировать в качестве эффективного правительства, и вот им Елизавета занялась сразу, буквально через несколько часов после того, как стала королевой Англии. Очень быстро она урезала его состав с 30 человек до 19 и сделала так, что одни члены Совета уравновешивали других, оставляя таким образом конечные решения в руках самой королевы. 10 человек из числа советников принадлежали к «консервативной партии» времен Генриха Восьмого – они безоговорочно принимали идею главенства английского монарха в делах Церкви, но в целом стояли за сохранение традиций. С другой стороны, девять советников были протестантами, вполне согласными с политикой Томаса Кромвеля и его питомца короля Эдуарда»[11].

Следует отметить, что в составе Тайного Совета не было ни одного священника, какой бы версии доктрины он ни придерживался. Этот «коллективный разум» Елизаветы I способствовал, по инициативе Томаса Грешэма, начатой ею модернизации страны, в которой немалую роль сыграла финансовая стабилизация создание в Лондоне крупнейшего в Северной Европе торгового и финансового центра, Королевской Биржи, что в течение полутора столетий привело к экономическому расцвету Англии и становлению Британской империи[12].

* * *

Ярким примером эффективности тайного управления обществом также может служить деятельность основанной в 1868 году самураем древнего рода тайной организации «Общество Черного Океана», «Геньеса» (разведка Японии), которое с началом прошлого века сменило «Общество Черного Дракона» (внешняя разведка Японии)[13]. В своем построенном на документальных фактах романе «Кованакадзуми» О.Г. Беляев описывает устами руководителя «Общества Черного Океана» Рехая Утиды его роль в развитии Японии эпохи Мэйдзи, превратившей страну в современное мощное государство: «Встретившись с хозяином, Рехай Утида поклонился ему и, присоединившись к свите монахов, медленно пошел по аллее из 250 каменных светильников. Затем все вошли в основные Ворота Карамон, украшенные изображениями китайских драконов, вырезанных из камня. Совершив обряд с поклонами, они вошли внутрь храма, стены и потолки которого были расписаны. Отслужив в память о почитаемом сегуне и выйдя из храма, монахи приблизились к пятиярусной пагоде и, поклонившись, отошли. Теперь самурай Утида остался со своим хозяином, одетым простым монахом, один на один… Он хорошо знал, кто только что стоял перед ним. Именно этот человек помог императору освободиться от сегуната, когда последний сегун не захотел менять политику страны. Именно он, настоятель монастыря Кованакадзуми, оставаясь в тени истории, разжег гражданскую войну между сторонниками и противниками сегуна. Тогда перед яростным сражением собрались на территории Каньэйдзи самураи, которые выступали за сохранение старых традиций и поклялись положить жизнь за власть военного правителя Японии. По совету того же настоятеля император назначил возглавлять войско его соратника и преданного друга Такамори Сайго, который и исполнил волю настоятеля. Но этим все не кончилось, и вскоре неожиданно Сайго сам поднял восстание против императора. Впоследствии Такамори Сайго был посмертно императором помилован, и в знак его заслуг и всех павших самураев в Уэно была воздвигнута статуя Сайго, доблестного военачальника, и рядом мемориал Сегибай, в память о верных сегуну самураях. Так завершилась война с примирением ко всем самураям, а настоятель монастыря Кованакадзуми стал негласным и никому не известным или малоизвестным в народе «серым кардиналом» уже Императорской династии»[14]. Все это было сделано, согласно мнению настоятеля монастыря Кованакадзуми, во благо Страны восходящего солнца, ее светлого будущего.

Благодаря этой гражданской войне, развязанной «Обществом Черного Океана», произошел переход императора Мэйдзи и всей Японии из «тени в свет» – от закрытой всему миру Японии к открытой стране. «Одним из главных последствий правления Мэйдзи стало появление на свет японской нации. Без этого Япония не смогла бы конкурировать с Западом. Японская нация была сконструирована всего за несколько десятилетий под непосредственным европейским влиянием»[15]. Это конструирование японской нации началось после кратковременной гражданской войны в 1868 году, когда сегунская армия потерпела поражение. «Когда в 60-х годах XX века Япония начала превращаться в супермощную экономическую державу, заговорили о «японском чуде». Но на самом деле «чудо» случилось еще в правление Мэйдзи. Основа послевоенных успехов Японии была заложена еще при нем»[16]. Таким образом, деятельность основателя тайной разведки «Общества Черного Океана» лежит в основе созданной новой политической конструкции Японии, которая позволила ей в XX столетии стать супермощной экономической державой. Только совсем недавно (в 2011 году) Япония стала третьей экономической державой мира, уступив второе место Китаю.

* * *

Весьма эффективной и самой таинственной организацией в истории человечества была SS (Schutzstaffeln) – охранные отряды НСДАП (национал-социалистической партии Германии), которую сами эсэсовцы называли «Черным орденом»[17]. Ведь SS охватывала все звенья духовной, научной, политической, экономической и военной жизнедеятельности Третьего рейха: от загадочной научной организации «Аненербе» до иностранных дивизий добровольцев, сражавшихся на стороне Гитлера. «Черный орден СС» занимался всеми важными проблемами – от «окончательного решения» еврейского вопроса и «кровавых» айнзацкоманд до выпуска фальшивой иностранной валюты, от боевой бригады немецких уголовников Оскара Дирлевангера до создания самой мощной в истории системы безопасности[18]. Анализ деятельности «Черного ордена СС» показывает, что он фактически представлял собою «государство в государстве», чья деятельность пронизывала все сферы жизнедеятельности Третьего рейха[19].

Именно в «Черном ордене СС» разрабатывался глобальный проект мирового господства нацистской Германии. Для этого ее предназначение, прежде всего, заключалось в укреплении гитлеровского режима внутри страны и в стремлении создать новую «Европейскую конфедерацию» во главе с фюрером. «Обе эти задачи СС должна была осуществить как замкнутая организация, действующая с беспощадностью и фанатизмом. Цементирующей связью в ней выступали суровые внутренние правила поведения, основанные на слепом послушании, принципе «вождизма», интегрированном с монолитным расистским мировоззрением»[20].

«Тайная государственная полиция располагала обширным штатом шпионов и информаторов, методично собирая материал на всех, кого она считала неблагонадежными. Операции гестапо проводились внезапно и тайно. Его агенты обладали неограниченным правом задержаний, арестов и приведения приговоров в исполнение. Генрих Гиммлер, создавая эту страшную организацию, имел в виду именно такой аппарат, который держал бы в устрашении сначала население Германии, а впоследствии всю Европу»[21]. Эта преступная организация опутала своей сетью миллионы людей, ее деятельность была весьма эффективной благодаря доносительству и подчинению вождям немцев, выполняющих функции важных колесиков в машине преследования, осуществляющей массовый тайный террор.

И хотя нацистская Германия потерпела сокрушительное поражение во Второй мировой войне, где решающую роль сыграл Советский Союз, разработанная в недрах «Черного ордена СС» концепция «Европейской конфедерации», которая основана на принципах добровольного сотрудничества, национально-этнических свобод и гибкого социализма, варьировавшегося в зависимости от национальной и культурной специфики регионов, и концепция «Европейской хартии» нашли свое воплощение в современном Европейском союзе[22]. Мы уже не говорим о том, что Америка стала использовать в своей информационно-идеологической войне принципы геббельсовской пропаганды. Таким образом, деятельность «Черного ордена СС» не прошла даром, она оставила свой неизгладимый отпечаток в послевоенной жизни Западного мира.

* * *

Мощной системой секретных разведывательных служб и закрытых мозговых центров обладает Америка – это входящие в разведывательное сообщество Америки ЦРУ, ФБР, АНБ, Министерство безопасности, «фабрики мысли» СМО, РЭНД и др. Национальный разведывательный совет США регулярно публикует доклады, посвященные основным тенденциям, выстраивает соответствующие стратегии. Председатель Национального разведывательного совета США Ч. Томас Фингар пишет о значимости этих докладов следующее: «Если вас устраивает то, к чему ведут события, вам, вероятно, захочется предпринять своевременные действия, чтобы сохранить их положительную траекторию. Если вас не устраивает то, к чему, по-видимому, они ведут, вам придется разработать и применять некоторые меры, чтобы их траектории изменить»[23].

Деятельность тайных обществ в современных условиях невозможна без различного рода «мозговых центров» («аналитические центры», «think-tanks», «фабрики мысли», «резервуары мысли»), вырабатывающих стратегию и тактику развития цивилизаций и социумов. Эти мозговые (аналитические) центры в качестве институтов современной политической системы возникли в США в начале XX столетия. «Однако если в начале XX в. функция американских мозговых центров сводилась скорее к обслуживанию органов государственной власти, то после Второй мировой войны, с созданием и развитием корпорации «РЭНД» и других подобных ей организаций, об аналитических центрах США стали говорить как о «четвертой ветви» власти»[24].

Чтобы иметь достаточно полное представление о социальной значимости выработки политических решений в виде рекомендаций американскими аналитическими центрами, приведем описание их функционирования одним из первых исследователей этих структур П. Диксоном в 1970 г.: «…Могущество этих центров закономерно возрастает – могущество, которому редко бросают вызов или хотя бы ставят его под вопрос… Они дают рекомендации в таких различных областях, как транспорт, природные ресурсы, оборона и внутренние программы социального обеспечения. Они распространяют свою деятельность также на политику и принятие решений правительством США. Во все большей и большей степени они проводят анализы и составляют планы для промышленности, муниципалитетов, органов власти штатов и иностранных государств. Фактически вряд ли найдется страна в так называемом свободном мире, которая за последний период своей истории не обращалась к услугам хотя бы одной американской «фабрики мысли», выполняющей самые различные функции, начиная с предоставления консультаций по общим вопросам до разработки какого-либо конкретного проекта»[25]. На настоящий момент Филадельфийский институт внешнеполитических исследований рассматривает уже более 5 тысяч «фабрик мысли» по всему миру.

Необходимо иметь в виду процесс постоянного развития аналитических центров Америки, что проявилось в создании так называемых «центров влияния» (advocacytanks), занимающихся не только исследовательскими программами, но непосредственно разрабатывающих проблемы воздействия на политический процесс. Так, Фондом «Наследие» в 1980 г. был разработан масштабный 20-томный план действии «Мандат на лидерство», положенный в основу стратегии администрации президента Р. Рейгана. Следовательно, этот «центр влияния» можно квалифицировать как одного из «творцов» «неоконсервативной революции»[26]. Принципы данной неоконсервативной революции были осуществлены на практике весьма рельефно Дж. Бушем, что привело с одной стороны к относительно краткосрочным положительным результатам на тот момент и к тяжелым последствиям для США в долгосрочной перспективе – послужило одной из причин глобального финансово-экономического кризиса, разразившегося в наши дни.

* * *

Свои тайные общества, оказывающие немалое влияние на развитие общества, издавна существуют и в Китае, задача которых состояла в решении насущных задач, обычно игнорировавшиеся властью. Самое интересное заключается в том, что участие в том или ином тайном обществе передавалось по наследству, становясь таким образом семейной традицией. «Однако среди сотен общественных организаций всегда существовали такие, которые преследовали националистические, военные, наконец, магические, оккультные цели и, несмотря на постоянное преследование правителей и наместников провинций, они продолжали свою деятельность, принимавшую временами форму разбойного противостояния, революций и восстаний»[27]. К древнейшим тайным обществам Китая относилось «Общество Белого Лотоса», которое подняло в 1796 году восстание против маньчжурской династии Цин, но было подавлено. Посвященные в «Общество Белого Лотоса» принимали участие в сложных ритуалах, пронизанных религиозным духом, изучали воинское искусство ушу (особенно прославилась школа боевых искусств монастыря Шаолинь). Этот монастырь был окружен цинскими войсками во время восстания и уничтожен почти полностью. Однако он затем был возрожден и положил начало одному из самых авторитетных тайных обществ «Триады»[28]. Многочисленные тайные общества, в том числе и «Триады», до сих пор контролируют государства, в которых проживают китайцы.

Необходимо иметь в виду и крупномасштабный характер функционирования китайских «мозговых центров», особенно «центров философских и социальных наук». Британский специалист по социально-политическим исследованиям М. Леонард, прибывший в Китай по приглашению Ван Лолиня – вице-президента Академии общественных наук при ЦК КПК, в книге «О чем думают в Китае?» приводит следующие впечатляющие цифры, относящиеся к сотрудникам китайских «аналитических центров»: «КАОН – академическое научное учреждение, ведущий центр философских и социальных наук. В его состав входят пятьдесят исследовательских институтов, разрабатывающих двести шестьдесят тем и направлений, и в них с полной нагрузкой трудятся четыре тысячи сотрудников… Все сообщество «яйцеголовых» Британии исчисляется сотнями; в Европе насчитывается лишь несколько тысяч такого рода ученых. Даже в Соединенных Штатах, наиболее «продвинутых» в области философских исследований, суммарный штат такого рода специалистов не превышает десяти тысяч. Но здесь, в Китае, в одном лишь научном учреждении – только в Пекине находится около десятка различных организаций подобного профиля – работают четыре тысячи научных сотрудников!»[29].

Если же принять во внимание наличие такого рода «мозговых центров» в других городах Китая и создание ста национальных научно-исследовательских университетов, то масштабный характер деятельности «мозговых центров», вырабатывающих политические решения, является громадным и уникальным. И все это вполне закономерно, так как Китай совершает восход в качестве новой сверхдержавы, а его планировщику необходимо в связи с этим принимать точные политические решения для последующего воплощения их в жизнь[30].

* * *

Данный краткий обзор значимости тайных обществ и организаций в управлении различными цивилизациями и социумами дает основания предположить, что возникшая в последние десятилетия особая глобальная элита – суперкласс, насчитывающий примерно шесть тысяч человек и состоящий из первых лиц крупнейших государств, руководителей наиболее преуспевающих международных корпораций, общественных и религиозных лидеров, вершит судьбами мира[31]. Эти представители глобальной элиты собираются на всемирных экономических форумах в Давосе и встречах Бильдербергской группы, т. е. они и образуют тайное правительство Запада, стремясь стать теневым мировым правительством.

«Каждый из членов этого суперкласса, – отмечает Д. Роткопф, – имеет возможность систематически оказывать воздействие на жизнь миллионов людей во множестве стран мира. Каждый из них активно пользуется своей властью и нередко укрепляет ее за счет налаживания отношений с другими членами суперкласса. В целом эпоха наследственной прижизненной власти осталась в прошлом, и, следовательно, сегодня исключительное положение большинства сверхвлиятельных людей недолговечно: по-настоящему отнести человека к суперклассу можно тогда, когда он продержался наверху как минимум достаточно долго, чтобы оставить след – то есть занять место в среде других членов суперкласса или как-то повлиять на нее, – примерно от двух до пяти лет»[32].

Не следует забывать того существенного обстоятельства, что любая власть для своего успешного управления обществом должна концентрировать в своих руках информацию, недоступную обычным людям[33].

Что связывает Киссинджера и Путина?

Итак, возникшая в последние десятилетия особая глобальная элита – суперкласс, насчитывающий примерно шесть тысяч человек и состоящий из первых лиц крупнейших государств, руководителей наиболее преуспевающих международных корпораций, общественных и религиозных лидеров, – вершит судьбы мира. Эти представители глобальной элиты собираются на всемирных экономических форумах в Давосе и встречах Бильдербергской группы, т. е. они и образуют тайное правительство Запада, стремясь стать теневым мировым правительством.

Один из долгожителей (несколько десятков лет) этих «сверхвлиятельных людей» – стратегический аналитик, дипломат и политик Г. Киссинджер, который является членом Бильдерберского клуба, Комитета-300, Совета по международной политике (Council on Foreign Relations – CFR) и других влиятельных международных организаций, являющихся, согласно мнению конспирологов, структурами мирового тайного правительства.

Нынешняя администрация Белого дома косвенно, а порой и напрямую пользуется как оперативными, так и долговременными рекомендациями Киссинджера. А когда Г. Киссинджер выпустил книгу «Нужна ли Америке внешняя политика?», он заехал в Москву, к В. Путину.

Относительно взаимоотношений Г. Киссинджера и В. Путина отечественный разведчик-аналитик И.Н. Панарин выдвигает следующее гипотетическое предположение: «А теперь я выскажу еще одну авторскую гипотезу, касающуюся вопросов обеспечения преемственности власти в России в конце XX века. Можно предположить, что именно Г. Киссинджер сыграл определенную роль, возможно, даже ключевую, в выдвижении В. Путина на роль лидера России.

Не случайно же сам В.В. Путин в своей первой книге 2000 года детально описывает процесс их знакомства, когда он был еще питерским чиновником…»[34]

Российские массмедиа также подчеркивают значимую роль Киссинджера в современной политике[35]. А. Пушков, ведущий на ТВЦ программу «Постскриптум», подчеркивает: «Генри Киссинджер, патриарх американской дипломатии… каждый год приезжает, встречается с Путиным…»

* * *

Кто же такой Генри Киссинджер? Взлет его карьеры начался при президенте Р. Никсоне, когда он был назначен и помощником президента по национальной безопасности, и государственным секретарем. До прихода в аппарат Белого дома Г. Киссинджер занимался научными исследованиями в Гарвардском центре международных отношений, временно размещавшемся в помещении Гарвардского семитского музея (не следует забывать, что Гарвардский университет является одним из мощных аналитических центров Америки). Наряду с этим он находился на службе у Нельсона Рокфеллера, самого серьезного соперника Р. Никсона на президентских выборах (к тому же он в 1964 году женился на помощнице Н. Рокфеллера).

Перед Второй мировой войной Г. Киссинджер в составе своей еврейской семьи прибыл в Америку, во время Второй мировой войны служил переводчиком в УСС (Управлении стратегических сил), потом поступил в Гарвардский университет, после окончания которого стал заниматься аналитическими исследованиями в основанном Рокфеллером и Морганом Совете по международным отношениям и читать лекции в Гарвардском университете. Затем волею причудливого и неожиданного стечения обстоятельств, уотергейтского скандала и рухнувшего авторитета президентской власти Г. Киссинджер предстал воплощением легитимности правительства Америки: общественный имидж Киссинджера вырос до колоссальных размеров и заполнил вакуум власти, образованный дискредитировавшим себя высшим лицом исполнительной власти. Он стал – для Вашингтона, средств массовой информации, мирового капитала – необходимой политической фигурой, которая олицетворяла авторитет и преемственность в период, когда доверие Америки подвергалось жестоким испытаниям.

Мощный потенциал стратегического аналитика Г. Киссинджера был замечен правящей элитой Америки, поэтому не случайно, что пришедший к власти президент Р. Никсон назначил его на пост помощника по национальной безопасности (1969–1975). Этот пост играет ключевую роль в администрации при подготовке различных вариантов внешнеполитических решений, предлагаемых на выбор президенту. Возможность подбирать варианты решений позволяет частично влиять на их выбор, поскольку именно помощник президента осуществляет предварительный отбор, определяя сам, какие варианты стоит предлагать, а какие – нет. Это был самый плодотворный период деятельности Киссинджера во внешней политике Америки. Его дипломатия совмещала в себе невиданную ранее интенсивность международных встреч – как публичных, между главами государств и внешнеполитических ведомств, так и секретных, в виде закулисных переговоров. По некоторым подсчетам, только за период 1969–1972 годов он совершил 29 поездок в 26 стран мира. Такое урегулирование проблем путем интенсивных двусторонних переговоров получило название «челночная дипломатия». Его прагматичный подход к международным отношениям в духе Realpolitik («реальной политики»), избавленной от излишней идеологизированности, позволил ему достичь разрядки в отношениях США и Запада в целом с Советским Союзом. В 1971-м было подписано Четырехстороннее соглашение по Западному Берлину, а в 1972-м – Соглашение об ограничении стратегических наступательных вооружений (ОСВ-1).

Более того, президент Р. Никсон назначил Г. Киссинджера также и на пост государственного секретаря (1973–1977). Практически это единственный случай, когда произошло совмещение таких двух важнейших постов американской администрации в лице одного человека – дипломата и политика Г. Киссинджера. В данном случае имеет значение тот факт, что Г. Киссинджер является доверенным лицом семейства Рокфеллеров, которое прекрасно знает механизмы функционирования их транснациональной империи и которое представляет собою «Макиавелли № 2», «мастера по закулисным переговорам» в современной дипломатии.

* * *

Это знание пригодилось ему как государственному секретарю, определявшему внешнеполитическую деятельность Америки во времена президента Р. Никсона, и как советнику президента Америки по национальной безопасности (оба они – члены СМО). В этом плане заслуживает внимания замечание А. Ситнина, заместителя начальника Управления внешней политики Администрации президента России в 2002–2005 годах, который пишет: «Следует сказать, что мы не совсем правильно понимаем себе организацию работы внешнеполитических ведомств Соединенных Штатов Америки. Они устроены по принципу бизнес-корпорации, аналогичной «Кока-Кола» или «Дженерал моторс». То есть люди, которые там работают, воспринимают это как обычный бизнес-проект по продвижению в данном случае товара особого рода, на то, что называется «emerging markets». Это огромный бизнес. Наверное, общая оценка его исчисляется в десятках миллиардов долларов. В основном, естественно, связанные, обслуживаемые бюджетом США. И на него работают, я думаю, сотни тысяч человек по всему земному шару. Остановить этот бизнес в одночасье так же невозможно, как и невозможно остановить работу крупной корпорации.

Говорить, что они к нам относятся хорошо или плохо, совершенно бессмысленно. Они относятся к нам так же, как «Кока-Кола» относится к «Пепси-Коле». Она с ней борется, но сказать, что сотрудники «Кока-Колы» любят или не любят «Пепси-Колу», – это абсурд. Скорей всего, они и сами, может быть, и не пьют ни того, ни другого». Другими словами, лидеры Америки и России могут сколько угодно симпатизировать друг другу, однако это ничего не изменит в функционировании громадной бизнес-машины. Все дело заключается в том, что люди получают очень серьезные деньги, поэтому остановить эту машину способен только какой-нибудь глобальный катаклизм. «Вот это, на мой взгляд, момент, который в значительной степени недопонимается. Мы имеем дело не с какой-то такой централизованной системой, с которой можно о чем-то договариваться, а имеем дело с такой своеобразной матрицей, которая работает, в общем-то, вне зависимости от того, какой уровень существует между первыми лицами».

Вся эта огромная машина распределяет значительные финансовые средства в виде грантов, денежных премий и других форм поощрения среди населения той или иной страны, формируя тем самым колоссальную и самодвижущуюся агентуру влияния. «И вот после крушения Союза выяснилось, что вся эта машина рассматривает полем своей деятельности уже не только окраины империи, но и собственно саму Россию». Иными словами, государственный департамент Америки – это мощная машина, оказывающая немалое влияние на мировую политику, эффективность которой определяется ее децентрализованным характером.

Следует также иметь в виду то существенное обстоятельство, что государственный департамент Америки выстроен по образцу секретного общества, чтобы осуществлять тайное управление мировыми процессами. Ведь именно при президенте В. Вильсоне полковник Э. Хауз (1858–1938) создал по образцу английской секретной службы МИ-6 разведку госдепартамента США. Более того, им в 1916 году был организован внутри внешнеполитической разведки государственного департамента Америки специальный секретный Аналитический центр, который находился в оперативном подчинении МИ-6 и финансировался из секретных фондов Банка Англии. «Аналитический центр идеологически подчинялся лондонскому обществу «Круглый стол», а, следовательно, глобалистам. Этот Центр, помимо аналитической деятельности, занимался организацией финансирования Троцкого-Бронштейна, развивавшего идею мировой революции.

Именно этот Центр стал разрабатывать идеологию глобализма, которая встретила осуждение и сопротивление со стороны большой части американского истеблишмента. По сути, именно тогда и началось условное разделение американской элиты на две группы: глобалистов (интернационалистов, троцкистов) и государственников (изоляционистов, сталинистов, националистов). Именно Аналитический центр Э. Хауза стал основой для формирования Совета по международным отношениям, который был учрежден американским банкиром Морганом в 1921 году при активнейшей поддержке госсекретаря США Э. Рут, семьи Рокфеллеров, финансовых домов Мэлона, Форда и Карнеги.

* * *

Роль и значение Г. Киссинджера в мировой политике наглядно проявились в 1973 году, когда началась арабо-израильская война и нефтяной кризис. Поскольку Америка поддерживала Израиль, постольку ее задачей номер один было скорейшее заключение перемирия, согласно которому воюющие стороны отойдут на свои предвоенные позиции, а затем последуют усиленные поиски разрешения конфликта дипломатическим путем. Однако у Израиля в силу внезапности нападения быстро закончились боевые припасы, поэтому Америка решила обеспечить его некоторыми видами вооружения. Ситуация осложнилась тем, что в начале октября 1973 года Советский Союз стал осуществлять массированные военные поставки сначала в Сирию, силы которой начали отступать, а затем в Египет и одновременно с этим привел в состояние боевой готовности военно-десантные войска, призывая другие арабские страны вступить в войну.

В этот же день Соединенные Штаты приступили к переговорам о возможности полетов большего числа самолетов El Al без опознавательных знаков для доставки дополнительных военных грузов в Израиль. Одновременно госдепартамент стал оказывать нажим на американских коммерческих перевозчиков, побуждая их начать чартерные перевозки военного снаряжения в Израиль. Киссинджер считал, что такое решение вопроса будет свидетельствовать об относительно сдержанной позиции США и поможет избежать отождествления Соединенных Штатов с Израилем. «Мы понимали, что необходимо беречь чувство собственного достоинства арабов», – позднее говорил Киссинджер. Но вскоре стали очевидны огромные масштабы советских военных поставок, и в четверг 11 октября американцам уже было ясно, что без военной помощи Израиль проиграет войну. Согласно формулировке Киссинджера и в еще большей степени Никсона, Соединенные Штаты не могли допустить, чтобы их союзник был побежден с помощью советского оружия. Более того, кто мог представить себе последствия сражения до последней капли крови?».

Вместе с тем на арабо-израильскую войну наложилось объявление делегацией ОПЕК в Вене 100-процентное увеличение цены на нефть, что могло вызвать в случае расширения военных поставок вооружения Америкой Израилю возмездие в виде «эффекта снежного кома». Иными словами, речь шла об использовании нефти в качестве оружия, причем оружия весьма сильного в мире, где нефть является фундаментом существования сообщества цивилизаций.

Опасаясь нефтяного эмбарго, Америка предприняла энергичные меры параллельно совещанию министров нефти арабских стран в Эль-Кувейте, когда сначала Киссинджер, а затем Никсон вместе с Киссинджером приняли четырех арабских министров во главе с саудовцем Омаром Саккафом, которого Киссинджер характеризовал как человека «спокойного и мудрого». «Встреча проходила в обстановке сердечности и, казалось, между ее участниками вырисовываются некоторые общие точки зрения. Никсон обещал прикладывать все силы к заключению перемирия, что позволит «вести работу в рамках резолюции 242», то есть той резолюции Организации Объединенных Наций, в соответствии с которой Израиль должен вернуться на исходные границы 1967 года. Государственный министр Саудовской Аравии, казалось, подтверждал, что Израиль имеет право на существование, пока будет находиться в границах 1967 года. Киссинджер пояснял, что возобновление американских поставок Израилю не следует воспринимать как действие, направленное против арабов, что это скорее вопрос отношений «между США и СССР»: Соединенные Штаты были вынуждены прореагировать на русские поставки вооружений. Положение, ранее существовавшее в регионе, добавил он, неприемлемо, и, когда война закончится, Соединенные Штаты возьмут на себя активную дипломатическую роль в достижении позитивного мирного урегулирования».

В итоге президент Р. Никсон пообещал Саккафу помощь Г. Киссинджера как посредника, что должно было являться, по-видимому, безусловной гарантией успеха. Он стремился убедить Саккафа и других министров, что, несмотря на свою национальность, Г. Киссинджер «не был подвержен давлению внутренних, то есть еврейских кругов». Далее Р. Никсон сказал: «Я понимаю, что вас смущает тот факт, что Киссинджер – американец еврейского происхождения. Американец еврейского происхождения может быть хорошим американцем, и Киссинджер – это хороший американец. Он с удовольствием будет работать с вами». Если Г. Киссинджеру было весьма неприятно и он еле сдерживал ярость, то Саккаф выглядел растерянным, ему пришлось ограничиться фразой: «Мы все в какой-то степени семиты».

* * *

После встречи Г. Киссинджер сообщил своему аппарату, что на совещании вообще не было никаких упоминаний о нефти, что арабы вряд ли будут использовать нефть в качестве оружия против Соединенных Штатов Америки. Однако это именно и случилось: «В субботу 20 октября в два часа ночи Киссинджер вылетел в Москву для обсуждения условий перемирия. Уже в самолете он узнал еще одну ошеломляющую новость: в ответ на продолжение военной помощи Израилю Саудовская Аравия, перешагнув установленный порог сокращения добычи, прекратила все до последнего барреля поставки нефти в Соединенные Штаты. Другие арабские страны уже поступили так же или готовились к этому. Нефтяное оружие теперь полностью вступило в игру, оружие, по словам Киссинджера, «политического шантажа». В результате существовавший почти тридцать лет послевоенный нефтяной порядок окончательно прекратил свое бытие, причем нефтяное эмбарго вызвало нефтяной кризис в Америке…

Не только введение нефтяного эмбарго потрясло Америку, президентство Р. Никсона было поставлено под сомнение Уотергейтским делом, переросшим в серию скандалов. «Развитие уотергейтской эпопеи во время октябрьской войны, жаркий интерес к ней всей страны, влияние ее на ход войны и введение эмбарго, на умы и чувства американцев – все это сплеталось в одно целое и придавало странную и сюрреалистическую окраску этой центральной драме, разыгрывавшейся на мировой арене». Результатом переплетения целого ряда обстоятельств фактическое руководство американской внешней политикой перешло к Г. Киссинджеру, который был помощником президента по вопросам национальной безопасности и стал только что и государственным секретарем. Ему удалось стать той политической фигурой, которая сумела сохранить авторитет и преемственность власти тогда, когда Америка чуть не лишилась доверия на мировой арене.

Это было время слишком большого числа событий, которые привели в замешательство средства массовой информации, общественное мнение и правительства многих стран, которые имели самые серьезные последствия для положения на Ближнем Востоке и для нефтяного бизнеса. «Эмбарго возвестило эру новых отношений в мире нефти. Как война была явлением слишком важным, чтобы отдавать ее на откуп генералам, так и решение нефтяных проблем, которые приобрели теперь такое колоссальное значение, не следовало предоставлять нефтяной отрасли. Нефть уже стала территорией президентов и премьеров, министров иностранных дел, финансов и энергетики, конгрессменов и парламентариев, регулировщиков и «царей», активистов и ученых мужей и в особенности Генри Киссинджера, который с гордостью заявлял, что до 1973 года мало смыслил в нефти и крайне мало в мировой экономике. Он предпочитал политику и большую стратегию. В первые месяцы введения эмбарго он неоднократно говорил своим помощникам: «Не докладывайте мне о баррелях нефти – для меня это как бутылки кока-колы. Я этого не понимаю!».

Тем не менее, как только в игру вступило нефтяное оружие, этот акробат от дипломатии делал больше, чем кто-либо другой, чтобы этот меч вложили обратно в ножны». Заслуга Г. Киссинджера в том, что дипломатическим путем он сумел «вложить меч – нефтяное оружие – обратно в ножны», предотвратив пожар новой кровопролитной войны.

Следует также отметить, что Г. Киссинджер внес значительный вклад в урегулирование дипломатических отношений между Америкой и Египтом, содействовал подписанию израильско-сирийского соглашения 1974 года.

С этого времени авторитет Г. Киссинджера как стратегического аналитика, политика и дипломата вырос неизмеримо, без него не обходилось и не обходится ни одно важное событие в мировой политике и международных отношениях.

* * *

Каким же образом Г. Киссинджер решал задачи, требующие фактически изменения конфигурации международных отношений? В данном случае Г. Киссинджер использовал изобретенную им «челночную дипломатию», которая оказалась гораздо эффективней традиционной дипломатии и которая носит тайный характер. Как-то раз во время интервью журналист попросил Киссинджера пояснить на примере, в чем ее смысл.

«О, это очень просто, – улыбнулся Киссинджер. – Допустим, я прихожу к Рокфеллеру и спрашиваю:

– Послушайте, Рокфеллер, вы хотите заполучить в зятья «крутого» сибирского мужика?

– Что за идея взбрела вам в голову, – недоумевает Рокфеллер. – Зачем мне это?

– А если он клиент швейцарского банка? – настаиваю я.

– Это другое дело, – говорит он.

Дальше – совсем просто. Я иду в банк и спрашиваю:

– Хотите, чтобы вашим клиентом стал «крутой» сибирский мужик?

– Этого еще нам не хватало! – возмущается директор банка.

– Ну а если он зять Рокфеллера? – говорю.

– Это меняет дело, – заинтересовывается директор банка.

Теперь наступает завершающий этап. Я приезжаю к «крутому» сибирскому мужику и предлагаю:

– Хочешь жениться на американке?

Он пожимает плечами:

– Зачем это мне?

Я снабжаю его дополнительной информацией:

– А если она дочь Рокфеллера?..

– Ну, это – совсем другое дело, – соглашается он.

Остается сущая ерунда.

Я посещаю дочь Рокфеллера и спрашиваю ее:

– Хочешь выйти замуж за клиента швейцарского банка?

– Эка невидаль! – отвечает она. – Таких клиентов вокруг – пруд пруди. Выбирай любого…

– Ну а если он «крутой» сибирский мужик?

Выражение ее лица меняется.

– Так бы сразу и сказал!».

Данная социальная технология косвенного управления предполагает тайную политику (и дипломатию), которая будет эффективной и приведет к определенным результатам только тогда, когда тайное управление социальными процессами является последовательным, когда оно длится определенное время и когда оно основано на знании закономерностей управления обществом.

* * *

Современный апологет Меттерниха, Г. Киссинджер стремится воссоздать миропорядок – новый Священный Союз – на основе консервативных антидемократических ценностей, хотя сам Г. Киссинджер открещивался от прямых аналогий с Меттернихом. В свое время помощник президента Никсона по национальной безопасности Г. Киссинджер стремился не допустить сближения Советского Союза и Китая «за счет перекрещивающихся договоренностей с обеими коммунистическими державами».

В этом плане заслуживает внимания недавний (начало 2012 года) визит в Москву Г. Киссинджера и его встреча с В. Путиным, целью которой, вполне вероятно, было не допустить союза России и Китая. Здесь следует иметь в виду факт публикации в печатном органе ЦК КПК «Женьминь жибао» статьи, где России предлагался союз с Китаем против Америки и НАТО. Необходимо учитывать, что Г. Киссинджер – великолепный дипломат, он мастер использовать в переговорах «мягкую» силу, причем он менее ангажирован, чем З. Бжезинский.

Ведь Г. Киссинджер теперь не тот, кем он был во время проведения информационной войны против Советского Союза вместе с глобалистами типа З. Бжезинского. Сейчас перед нами Г. Киссинджер, «активно содействовавший приходу к власти в России президента В.В. Путина, однозначно ставший на позиции государственников после событий 11 сентября 2001 года».

Именно по инициативе Г. Киссинджера в 2006 году министром обороны Америки стал государственник Р. Гейтс, именно доминировавшие в системе силовых структур его сторонники сумели блокировать попытки начать новую мировую войну. «Но очередная мировая бойня была единственным способом предотвращения финансового кризиса. А в связи с тем, что война не началась, крах банков, контролируемых глобалистами, стал практически неизбежным. За августом 2008 года последовал сентябрь, когда рухнули ключевые банки Уолл-стрит. Начался глобальный кризис».

Иными словами, Г. Киссинджер сыграл немалую роль в предотвращении новой мировой войны, которая окончательно решила бы проблему третьего передела мира. Не следует забывать, что Г. Киссинджер числится в списке бывших и нынешних членов «Комитета-300», представляющего собою, по мнению конспирологов, современную организационную форму мирового правительства. Но независимо от того, является Г. Киссинджер членом мирового правительства или нет, он, несомненно, обладает немалым политическим весом на глобальном уровне, чтобы оказывать влияние на происходящий третий передел мира с позиции государственников Америки.

* * *

Выше отмечалось, что благодаря деятельности стратегического аналитика, дипломата и политика Г. Киссинджера на протяжении почти нескольких десятилетий XX века изменилась конфигурация мира. Это изменение конфигурации мира включает в себя доктрину ядерного сдерживания, завершение войны во Вьетнаме, установление дружественных отношений между Америкой и Китаем, достаточно хорошие торговые и культурные отношения Америки с Советским Союзом, однако ядром стратегии информационной войны против Советского Союза является создание условий для появления диссидентского движения, что и привело к распаду нашей страны. «Можно смело утверждать, – пишет И. Панарин, – что у истоков развала СССР вторым после А. Даллеса стоял Г. Киссинджер».

Как считает И. Панарин, со временем Г. Киссинджер изменил свои представления о мире и России, а именно: в результате борьбы внутри американской политической элиты с позиции глобализма, которой до сих пор придерживается З. Бжезинский, он перешел на сторону государственников Америки. Это якобы обусловлено тем, что многие члены «Комитета-300» не в курсе дел относительно истинных тайных замыслов глобалистов (согласно наблюдениям И. Панарина, около одной трети членов «Комитета-300» входят в состав тайного сообщества глобалистов). Об этом говорит и то, что в августе 2008 года часть членов «Комитета-300» положительно отнеслась к вооруженному отпору Россией агрессии Грузии в Южной Осетии.

«В ближайшие годы произойдет раскол внутри «Комитета-300», – утверждает И. Панарин, – и глобалисты останутся в меньшинстве. Этот процесс начался в августе 2008 года. Истинная сущность профессора Мориарти (под ним подразумевается З. Бжезинский. – В.П., Е. П.) становится понятной. Именно по инициативе людей, вставших в августе 2008 года на сторону России, появляется великолепный фильм «Шерлок Холмс – 2010». Его уже посмотрели десятки миллионов людей во всем мире. И неслучайно он появился вслед за кинофильмом «Аватар».

Именно факт потери интеллектуальной власти в «Комитете-300» виртуальным профессором Мориарти (реальный – Збигнев Бжезинский) и станет определяющим при переходе к новой модели развития человечества. Информационные потоки мировой разведки раскроются перед многими членами «Комитета-300» в период с 21.03.2011 по 21.12.2012».

Следует отметить, что данное утверждение И. Панарина выглядит весьма парадоксальным и что оно было подвергнуто сомнению многими аналитиками и экспертами.

Однако И. Панарин продолжает строить свои предположения и утверждает: «Итак, позвольте мне высказать свою собственную гипотезу об эволюции взглядов Г. Киссинджера за 10 лет, с 1991 по 2001 год. Это было первое десятилетие без СССР, в развале которого режиссер-идеолог информационной войны против СССР Г. Киссинджер сыграл ключевую роль. С моей точки зрения, Г. Киссинджер, входящий в состав высшей элиты США, после распада СССР, в котором он сыграл важнейшую роль, несколько изменил свои взгляды. Такие случаи крайне редки в мировой политике, но тем не менее иногда они происходят. С моей точки зрения, ему открылись все негативные моменты глобализма… Конечно же, этот процесс не был одномоментным и занял несколько лет. Примерно с 1995 года начался процесс стратегического расхождения двух ключевых режиссеров-идеологов информационной войны против СССР: З. Бжезинского и Г. Киссинджера.

Сотрудник британской разведки МИ-6 З. Бжезинский, глубоко внедренный в высшую элиту США, является высокопоставленным идеологом глобализма. Его влияние на эту идеологию неоспоримо. Можно даже утверждать, что именно З. Бжезинский является наиболее последовательным интеллектуалом, занимающимся идеологическим обеспечением деятельности глобализма. З. Бжезинский родился на территории Польши, в семье сотрудников британской разведки, давно внедренных в дипломатические структуры Польши, и это не случайно. Как я уже отмечал, именно Польша является государством – «троянским конем», предназначенным для «рассечения» единства Европы и Евразийского пространства. Поэтому исторически глобалисты создали на территории Польши мощные центры, которые искали людей, из которых потом формировали специальные ударные спецотряды для борьбы против Третьего Рима. Этот процесс шел на протяжении последних 600 лет.

Концептуальная разница во взглядах З. Бжезинского и Г. Киссинджера проявилась в 1997–1998 годах, после появления их авторских трудов: «Великая шахматная доска» и «Дипломатия». Главный идеолог глобализма З. Бжезинский в своей книге «Великая шахматная доска» вновь призывал к необходимости расчленения России на несколько частей.

Несколько иным был взгляд Г. Киссинджера, очень высоко оценившего деятельность генералиссимуса Сталина»[36].

* * *

Перед окончанием срока действия администрации Дж. Буша-младшего Г. Киссинджер сделал следующий прогноз относительно будущего развития мирового сообщества цивилизаций. В своем интервью «Три революции» Г. Киссинджер говорит:

«Общенациональные дебаты о национальной безопасности, о необходимости которых говорят уже давно, все никак не начнутся. По сути, вопросы тактики затмили самую важную проблему, с которой столкнется новая администрация США, а именно: как «вычленить» некий новый мировой порядок из трех революций, которые сейчас одновременно происходят на нашей планете: это а) преобразование традиционной государственной системы Европы; б) угроза радикального исламизма, бросающего вызов исторически сложившейся концепции суверенитета; и в) смещение «центра тяжести» международных отношений с Атлантики к Тихому и Индийскому океанам.

По распространенному мнению, корнем разногласий между Европой и Америкой является гипотетическая доктрина однополярности, которой придерживается президент Буш. Но вскоре после смены администрации США станет очевидно, что главное разногласие между двумя сторонами Атлантики состоит в другом: Америка остается традиционным национальным государством, и ее население откликается на призывы чем-то пожертвовать ради национальных интересов, понимаемых намного шире, чем в Европе.

Государства Европы, истощенные двумя мировыми войнами, согласились передать Европейскому союзу важные аспекты своего суверенитета. Однако, как оказалось, узы политической верности, которые ассоциируются с национальным государством, автоматической передаче не поддаются. Европа переживает переходный период: она на полпути между своим прошлым, от которого стремится уйти, и будущим, которого еще не достигла.

В ходе этого процесса подвергся метаморфозе характер европейского государства. Поскольку страны больше не мыслят себя как имеющие индивидуальное будущее, но сплоченность Евросоюза пока не подвергалась испытаниям на прочность, большинство европейских правительств теперь намного менее способно просить свое население чем-то пожертвовать. Государства, дольше всего существующие как преемственные структуры, например Великобритания и Франция, наиболее охотно берут на себя международные обязательства, связанные с применением военной силы.

Все это видно на примере разногласий вокруг использования сил НАТО в Афганистане. После 11 сентября 2001 года Совет НАТО, действуя без каких-либо просьб со стороны ООН, призвал к взаимопомощи на основе 5-й статьи Североатлантического договора. Но когда НАТО приступило к практической реализации обязательств, касающихся военной сферы, многие союзники были вынуждены, подчиняясь ограничениям в законодательстве своих стран, сократить численность воинского контингента и сузить количество миссий, сопряженных с опасностью для жизни. В результате Североатлантический альянс находится в процессе перерождения в двухъярусную систему – этакую структуру с гибкими правилами членства, потенциальная способность которой к слаженным действиям не отвечает ее общим обязательствам. Со временем произойдет трансформация либо в одну, либо в другую сторону: общие обязательства будут пересмотрены или будет формально закреплена двухъярусная система, где политические обязательства и военный потенциал будут как-то уравновешиваться путем некой системы альянсов по доброму согласию.

В Европе традиционная роль государства уменьшается, поскольку так сознательно решили правительства. На Ближнем Востоке сужение роли государства заложено в том, как были основаны местные государства. Государства, которые стали преемниками Оттоманской империи, были учреждены державами-победительницами после окончания Первой мировой войны. Их границы, в отличие от границ европейских государств, отражают не рубежи расселения народностей или распространения определенных языков, а соотношение сил между европейскими державами, споры которых не имели прямого отношения к данному региону.

Сегодня этим и без того хрупким государственным структурам угрожает радикальный ислам, что выражается в фундаменталистском понимании Корана как основы некой универсальной политической организации. Джихадистский ислам отвергает национальный суверенитет, основанный на моделях светской государственности; он стремится распространять свое влияние на все районы, где значительная доля населения – мусульманского вероисповедания. Поскольку в глазах исламистов не имеет законного статуса ни структура международного сообщества, ни внутренние структуры существующих государств, эта идеология почти не оставляет места для западных концепций переговоров или равновесия в регионе, который жизненно важен для безопасности и благополучия промышленно развитых государств. Эта схватка имеет эндемический характер; мы не имеем возможности от нее отстраниться. Мы можем отступить из какой-то отдельно взятой области, например из Ирака, но это лишь вынудит нас оказывать сопротивление на других огневых позициях, которые, вероятно, будут для нас еще менее выгодными. Даже приверженцы идеи одностороннего вывода войск из Ирака говорят о том, что надо оставить там некий контингент, дабы предотвратить новое усиление «Аль-Каиды» и радикализма.

Эти преобразования происходят на фоне третьей тенденции – смещения «центра тяжести» международной политики с Атлантики к Тихому и Индийскому океанам. Как это ни парадоксально, такое перераспределение мощи благоволит части мира, где страны пока сохраняют черты традиционных европейских государств. Основные государства Азии – Китай, Япония, Индия, а со временем, возможно, Индонезия – смотрят друг на друга так, как участники европейской системы сил и противовесов в былые времена: как на конкурентов по определению, даже когда изредка участвуют в совместных делах.

В прошлом подобные перемены в структуре мощи обычно влекли за собой войны; так случилось после укрепления Германии в конце XIX века. Сегодня многие встревоженные комментаторы приписывают сходную роль Китаю, который усиливается. Верно, что в китайско-американских отношениях неизбежно будут содержаться классические элементы геополитического соперничества и конкуренции. Не следует упускать их из виду. Но есть и другие элементы, которые служат противовесами. Экономическая и финансовая глобализация, срочные задачи, касающиеся окружающей среды и энергетики, а также разрушительная мощь современного оружия – все это требует активно заняться международным сотрудничеством, особенно между США и Китаем. Если эти страны будут видеть друг в друге противников, обе они окажутся в том же положении, что и Европа после двух мировых войн, когда другие страны заняли то видное место, которое стремились занять европейские страны путем саморазрушительных конфликтов друг с другом.

Еще ни одному поколению человечества не приходилось иметь дело с несколькими различными революциями, одновременно происходящими в разных частях света. Попытка разработать единый, универсальный рецепт – это погоня за химерой. В мире, где единственная сверхдержава отстаивает прерогативы традиционного национального государства, где Европа застряла на промежуточной стадии, где Ближний Восток не вписывается в модель национального государства и находится на грани революции по религиозным мотивам, где государства Южной и Восточной Азии до сих пор практикуют принцип баланса сил, – как должен выглядеть в этом мире международный порядок, способный удовлетворить все эти разнородные перспективы? Какую роль следует играть России, которая декларирует понимание суверенитета, сравнимое с американским, и стратегическую концепцию баланса сил, сходную с азиатской? Годятся ли в этих обстоятельствах уже существующие международные организации? Какие реалистичные цели Америка может поставить перед собой и перед мировым сообществом? Достижимо ли внутреннее преобразование крупнейших стран? Каких целей следует добиваться сообща и в чем состоят чрезвычайные обстоятельства, оправдывающие односторонние действия?

Вот о чем нам следует дискутировать, а не о слоганах, разработанных с расчетом на целевые группы и попадание в заголовки газет» [Конец цитаты].

* * *

Фундаментальные тенденции, отмеченные Киссинджером, имеют ключевое значение для глобальной политики и мировой экономики. Ведь современная «рыночная экономика» представляет собою громадный всемирный пузырь, созданный по рецептам заигравшихся в экономику неолибералов. «Все это способствует уменьшению глобалистской эйфории, а также снижению активности мантрических танцев вокруг возведенного в культ постиндустриально-цифрового общества, зиждущегося на кредитно-долговых пузырях. Те государства, которые некоторое время назад добровольно отказались от собственных идей национального развития… начинают задумываться над самоидентификацией, источниками и векторами формирования стратегических приоритетов собственной внутренней и внешней экономической политики».

Все дело заключается в том, что усеченный суверенитет влечет за собой ограниченное пространство, необходимое для политических и экономических маневров. Знаменательно признание Г. Киссинджера, которое показывает то, что происходит в данный момент в мире, и особенно на Ближнем Востоке. (Это признание было сделано Киссинджером 16 января 2012 года.) «Соединенные Штаты минимизируют Китай и Россию, и последним гвоздем в их гроб будет Иран, который, конечно же, главная цель Израиля. Мы позволили Китаю увеличить свою военную мощь, дали России время, чтобы оправиться от советизации, дали им ложное чувство превосходства, но все это вместе быстрее приведет их к гибели. Мы, как отличный стрелок, не нуждаемся в выборе оружия, подобно новичкам, и, когда они попытаются, мы сделаем «банг-банг». Грядущая война будет настолько серьезной, что только одна сверхдержава может выиграть, и это будем мы. Вот почему ЕС так торопились, чтобы сформировать свою сверхдержаву, потому что они знают, что грядет, и, чтобы выжить, Европе придется быть единым целым сплоченного государства. Эта безотлагательность говорит мне, что они хорошо знают, чего ждать от нас. О, как я мечтал об этом восхитительном моменте».

Г. Киссинджер затем добавил: «Если вы обычный человек, то вы можете подготовиться к войне, переехав в сельскую местность, но вы должны взять оружие с собой, так как повсюду будут бродить орды голодных. Хотя элита будет иметь собственные убежища и приюты для специалистов, они должны быть столь же осторожными во время войны, как рядовые граждане, так как их убежища тоже будут под угрозой».

Сделав паузу в несколько минут, чтобы собраться с мыслями, г-н Киссинджер продолжил: «Мы говорили нашим военным, что нам придется взять на себя семь ближневосточных стран из-за ресурсов, и они практически завершили свою работу. Вы знаете, какого я мнения о наших военных, но я должен сказать, что они выполняли приказы излишне рьяно этот раз. Это всего лишь последняя ступенька, так как Иран действительно нарушает баланс. Как долго Китай и Россия будут стоять и смотреть, как Америка убирает их? Великий русский медведь и китайский дракон будут вынуждены пробудиться от спячки, и в это время Израиль должен будет бороться изо всех сил, чтобы убить как можно больше арабов – столько, сколько он сможет. Надеюсь, если все пойдет хорошо, половина Ближнего Востока станет израильской.

Наша молодежь обучалась за последнее десятилетие или около того в компьютерных играх, это интересно видеть по новым играм Call of Duty и Warfare 3, которые отражают именно то, что грядет в ближайшем будущем с его интеллектуальным программированием. Молодые люди в США и на Западе готовы, потому что они были запрограммированы, быть хорошими солдатами, пушечным мясом, и, когда им прикажут выйти на улицы и бороться с сумасшедшими китайцами и русскими, они будут подчиняться приказам.

Из пепла мы будем строить новое общество, и в нем останется только одна сверхдержава, и это будет глобальное правительство, которое выигрывает. Не забывайте, что Соединенные Штаты имеют лучшее оружие, которого не имеет никакой другой народ, и мы покажем это оружие миру, когда придет нужное время».

На недавно состоявшемся Петербургском международном экономическом форуме Г. Киссинджер заявил, что события в Ливии и Сирии являются частью большого стратегического плана Америки.

Это значит осуществление мирового порядка с американоцентричной точки зрения, что будет достигаться одновременно тремя различными путями:

1) создание собственно Американской империи как ядра среди близкого к хаосу окружения;

2) создание многостороннего однополярного мира во главе с Америкой;

3) форсирование глобализации с целью создания мирового правительства и Соединенных Штатов Мира, управляемых глобальной элитой.

Некоторые аналитики приходят к выводу о том, что в результате будет выстроен «четвертый Рим» – принципиально новый универсум, где все подчинено деньгам.

«Мир денег в некоем логическом пределе, – пишет А.И. Неклесса, – утверждает новую универсальность – унифицированную, анонимную власть над атомизированной и мистифицированной массой, представляющей собой не живое общество, а реестр, каталог, т. е. гротескный постсоциальный мир.

В этом мире жизнь определяется следующей формулой: что продано, что котируется на рынках, у кого сколько капитала. Тот не человек, кто не налогоплательщик, – а бытие определяется правом на кредит»[37].

* * *

Безусловно, В. Путина можно отнести к представителям «суперкласса», – но насколько Путин близок к «сверхвлиятельным людям» из мировой элиты? Немецкий политолог А. Рар утверждает, что Путин принадлежит к ней. Вот отрывок из его книги:

«…Молодой европейский комиссар по вопросам расширения ЕС Штефан Фуле задумчиво сидит в ресторане в историческом центре Страсбурга. Экс-президент Польши Александр Квасьневский организовал с ним небольшой разговор. Каких границ достигнет Европа в отдаленном будущем? В XX веке ошибочно предполагалось, что величина территорий и численность населения перестанут быть стратегическими факторами могущества государств. Финансовый кризис всем доказал обратное. Для того, чтобы утвердиться в будущем мире, Евросоюзу необходимо расширение. Украина должна вступить в ЕС!

А Россия? Вместе с Россией европейский внутренний рынок охватил бы 750 миллионов человек. Россия важна для генерирования благосостояния в Европе. И в который раз экономика должна стать в авангарде объединения общего цивилизованного пространства.

Российское правительство состоит из убежденных европейцев, в чем я лично мог убедиться на ужине с Путиным в Кремле»[38].

Следует, однако, отметить, что среди правящей элиты России В. Путин отличается достаточно неопределенным миропониманием. Прежде всего, надо вспомнить его неофициальный визит в сентябре 2005 г. на Афон – самое святое место для православных на планете. Не менее существенным является посещение В. Путиным знаменитого китайского монастыря Шаолинь как колыбели восточных единоборств. Эти «визиты» В. Путина в Грецию и Китай с посещением Святого Афона и буддийского монастыря Шаолинь «похожи друг на друга как две капли воды», «неясно только, какое из этих двух мест является для президента России предпочтительным»[39].

В этом нет ничего удивительного, так как В. Путин по своей сути является сотрудником секретной спецслужбы, что изначально предполагает скрытый смысл его мировоззрения, которое публично представляется как некоего рода двойственность, неоднозначность. Не случайно А. Пушков свою книгу, посвященную различным аспектам деятельности В. Путина, назвал «Путинские качели»[40].

Не подлежит сомнению, однако, что образ жизни Путина полностью соответствует образу жизни представителя «суперкласса», и мы постараемся доказать это в следующих главах книги.

«Только для членов»

Элиты мира, начиная с глубокой древности и кончая современностью, всегда жили в мире роскоши и комфорта, которые обусловлены их властью и богатством. Во все времена именно для удовлетворения потребностей представителей элиты создавались предметы роскоши и комфортные условия. Они показывают высокий статус и особое положение своих владельцев; в настоящее время предметы роскоши являются настолько дорогими, что они оказываются по карману лишь нескольким десяткам людей на всей нашей планете (самым дорогим драгоценным камнем является знаменитый алмаз «Куллинан», или «Звезда Африки», стоимостью 7,5 млрд долл., подаренный английскому королю Эдуарду VII и превращенный в сотню бриллиантов разных размеров)[41]. К предметам роскоши относятся еда и напитки, одежда и обувь, драгоценности, инструменты и автомобили, и прочие предметы, которые могут приобретать очень богатые люди и которые недоступны для подавляющего большинства людей.

Для современной элиты характерна роскошь, которая пронизывает всю ее повседневную жизнь в самых различных аспектах, демонстрируя богатство и власть. Это положение можно проиллюстрировать свадьбой между князем Монако Ренье III и «снежной королевой» Голливуда, великой актрисой, лауреатом премии «Оскар» и представительницей потомственной финансовой знати Филадельфии Грейс Келли. Само княжество Монако представляет собой город-государство с населением примерно 37 000 человек (из них коренных жителей всего 6000, остальные иностранцы из 100 стран мира) и занимает площадь 1,9 квадратных километра, что вдвое меньше Центрального парка в Нью-Йорке и равно по размеру лондонскому Гайд-парку. Оно «славится ярким солнцем, мягкими зимами, роскошными казино, дорогими ресторанами, кинозвездами, куртизанками, честолюбцами, яхтами, элитными ресторанами, шикарными отелями, безумно дорогими квартирами, ювелирными магазинами, банками, автогонками «Формула-1», почтовыми марками, дорогими ужинами, как в романах Скотта Фицджеральда, и отсутствием подоходного налога»[42]. Жители Монако занимают первое место в мире по доходам на душу населения, среди них нет бедных, уровень жизни превосходит французский. Резиденция князя Ренье III представляет собою расположенный на скале Ле-Роше дворец, его окна выходят на море, он имеет 225 комнат для личной жизни и официальных приемов.

Свадьба между князем Ренье III и Грейс состоялась в 1956 году, она длилась 8 дней, на ней присутствовали представители практически всех правящих монархий Европы, за исключением королевы Елизаветы (она прислала в подарок золотой поднос), которые преподнесли молодоженам горы золота, серебра, хрусталя, множество картин, антикварные картинные рамы, ювелирные изделия. Множество подарков Ренье и Грейс было от американцев, немцев, французов, местных жителей, среди которых были золотая рама, фарфоровые сервизы, ожерелье из рубинов и бриллиантов, керамические фигурки животных и пр. «Пресса довольно неделикатно оценила общую стоимость подарков в миллион долларов»[43].

Бракосочетание прошло в соборе, в котором было полно белой сирени и ландышей, резко контрастировавшими с красными шелковыми драпировками и красной ковровой дорожкой, протянувшейся от входа к алтарю. На Грейс было подвенечное платье, сделанное дизайнером по костюмам голливудской студии MGM Хелен Роуз, над этим нарядом цвета слоновой кости в стиле эпохи Возрождения трудилось около 40 белошвеек. На него ушло 23 метра тяжелой тафты, 23 метра шелковой тафты, 92 метра шелковой сетки и 274 метра валансьенских кружев для нижних юбок. «Шлейф составлял 3 метра 20 сантиметров. Кружевной лиф с длинным рукавом был украшен вышивкой, скрывавшей швы, и застегивался спереди на крошечные кружевные пуговицы. Надет он был на шелковый чехол телесного цвета. Верхняя юбка была в форме колокола без каких-либо складок впереди. Ее пышность сзади создавалась за счет складок у талии, отчего подол расходился вниз веером. Под юбкой были еще три нижние из тафты и кружев.

Фата, которую Роуз нарочно сделала такой, чтобы она не закрывала Грейс лицо, была украшена старинным кружевом, купленным студией MGM в музее, и вручную расшита маленькими жемчужинами. Фату дополняла кружевная шапочка, украшенная венком флердоранжа с жемчужными листьями. На самом конце фаты были прикреплены два миниатюрных голубка. В руке у Грейс был молитвенник, обтянутый тафтой того же цвета, что и ее платье, и украшенный крестом из жемчуга»[44].

Не случайно модный дизайнер Оскар де ла Рента характеризовал наряд Грейс как «икону», так как он от фаты до кружев и традиционного платья был создан для вечно юной невесты. Потом последовал прием, праздничное веселье в Монако, после чего молодожены взошли на борт яхты, чтобы отправиться в свадебное путешествие по Средиземному морю.

* * *

В настоящее время происходит значительный рост предметов роскоши в Китае – на наших глазах происходит рождение и развитие новой китайской аристократии, благодаря чему Китай стал ключевым потребителем предметов роскоши на мировом рынке. «Состоятельные китайцы идут в авангарде нового общества и новой экономики, зависящей от автомобилей, туризма, мясной диеты и других форм потребления, прежде запрещенных или, по крайней мере, строго нормированных… Китайские потребители все больше внимания уделяют признакам высокого статуса. Заметьте, например, что в 2003 г. КНР стала крупнейшим на планете покупателем самой дорогой машины в мире, стрейч-лимузина «Бентли-728», продающегося за 1,2 млн долларов, а «Cadillac» открывает в Китае 40 автосалонов… сегодня 5 млн. китайцев вполне готовы платить за машины самых дорогих марок»[45].

За годы реформ в Китае появился 1 млн миллионеров, предметами роскоши к 2010 г. владели 250 млн китайцев (даже если вся роскошь исчерпывалась единственной сумкой Lois Vuitton). Самые богатые китайцы предпочитают следующие бренды из существующих на Западе: в мире произведений искусства – Christies, в мире часов – Vacheron Constantin, в мире сигар – Davidoff, в мире дизайна готового платья – Giorgio Armani, в мире спиртных напитков – Hennessy, Chivas Regal, Dom Perignon, в мире яхт – Princess и в мире автомобилей – Ferrari, в мире ювелирных изделий – бриллианты De Beers.

Китай импортирует из-за границы не только брендовые товары, но и формы досуга, популярные у западной элиты – гольф, горнолыжный спорт, разгульный шопинг, любовниц как показатель высокого социального статуса (к 2000 году таких наложниц, или «вторых жен», насчитывалось несколько миллионов). Все это средний класс перенимает у представителей китайской элиты, что встречает определенное сопротивление у широких слоев общества в силу традиционной бережливости китайцев и воспитанного при Мао презрения к потребительству. Следует иметь в виду то, что и народ, и правительство Китая видят генерируемые необузданным консьюмеризмом проблемы (здесь немалую роль играет потребительское поведение Америки и других стран Запада) и принимают значительные меры, чтобы умерить его, так как «куда пойдет Китай, туда пойдет и мир»[46].

* * *

Роскошь и комфорт обеспечивают современному богатому человеку (представителю мировой элиты или элиты среднего класса) возможности жить вне шумных мегаполисов или изолироваться он них. Поэтому их дома представляют собою убежища, находятся на привычных путях миграции и являются целым своеобразным миром. В своей книге «Естественная история богатых» Р. Конниф описывает одно из таких роскошных и комфортных домов-убежищ, принадлежащее нью-йоркцу в Коннектикуте, где он проводит выходные. «Я открыл невзрачную дверь холла, поднялся по длинной лестнице и оказался на Тайм-сквер конца 1920-х годов. Там был театральный киоск, весь в огнях, и касса с покрытыми 24-каратным золотом пилястрами, внутри которой сидела билетерша-манекен ручной работы. Я вошел в вестибюль через стеклянные двери, на которых были медные таблички со старомодным курсивным логотипом Paramount Pictures, когда-то висевшие на подлинном кинотеатре 20-х годов. За буфетом с автоматом для попкорна и афишами к фильмам «Пожалуйста, не ешьте маргаритки» и «Король джунглей» находилось фойе с отделанным резным красным деревом камином и креслами, обтянутыми кожей. Далее был еще один вестибюль и лишь затем сам кинозал – фантастическое помещение в духе изящного искусства: шестиметровый потолок с кессонами, пилястры с каннелюрами и стены, обитые гобеленами. Огни рампы освещали кисточки занавеса. Свет погас, занавес поднялся, и шоу началось. Я то и дело замечал, как мерцает луч проектора, отражаясь от золотой фольги на рампе. Под полом располагались четыре сабвуфера Bose, каждый три с лишним метра в длину. Качество звучания гарантировало, что во время просмотра «Аполлона-13» возникнет ощущение, будто держишься за стабилизатор ракеты при старте. К сожалению, мы смотрели «Каспера» – фильм про дружелюбное, но скучное привидение.

Весь кинотеатр стоил около восьмисот тысяч долларов, и цель этих расходов, по крайней мере, в теории, заключалась в создании ощущения, противоположного тому, что испытывает домосед. Масштаб и театральность места должны способствовать успеху небольших киновечеринок для друзей хозяина. «Лоуренс Аравийский» с бабаганушем[47] в перерыве – да; «Молчание ягнят» с конскими бобами и кьянти – пожалуй, нет. «В этом зале вы перемещаетесь в другое время и пространство. Это храм, – сказал мне владелец, – и окно с видом на остальной мир». Но меня поразили другие слова, сказанные им о кинотеатре, оснащенном всевозможными электронными играми и джойстиком, которому позавидовали бы и боги: «Идея заключалась в том, чтобы не нужно было никуда выходить, и я хотел, чтобы моим детям тоже не приходилось никуда выходить»[48].

Современный мир богатыми (представителями элиты) воспринимается достаточно недружелюбным и опасным, поэтому они стремятся изолироваться от этого мира посредством дома как целого мира со всеми атрибутами окружающей социокультурной среды. «Я посетил один такой дом, – пишет Р. Конниф, – строящийся на вершине утеса над океаном южнее Лос-Анджелеса. В цокольном этаже расположен гараж площадью 6 тысяч квадратных футов для коллекции автомобилей хозяина, пародирующий автомагазин Frankie’s Motor Works. Здесь же воссоздан кусочек городского пейзажа: ювелирный магазин Kay’s Jewelers (с трехтонной сейфовой дверью), действующая закусочная Blossom Daisy Cafe, кинотеатр Rialto Theater и боулинг-клуб Beach Lanes Bowling Alley. Одна из стен, выходящая на запад, кажется продолжением склона скалы, но за этим декоративным фасадом скрыта спиральная водяная горка, ведущая в бассейн. По соседству другой домовладелец работал над проектом домашнего развлекательного комплекса, устроенного наподобие городской площади.

В дополнение к стандартному набору (театр, похожий на парижскую оперу, пиццерия с печью на дровах, бассейн олимпийской длины) он собирался построить собственный ночной клуб и римские бани с фригидарием, тепидарием и калидарием[49]. Возникает естественный вопрос, который задал сам владелец, разворачивая свои чертежи: может ли семья, живущая с таким размахом и в такой изоляции, оставаться нормальной?»[50]. Ясно, что представители мировой элиты имеют деформированную психику, у них рождается ненависть и к окружающему миру, и к самим себе.

* * *

В свете этого становится понятным присущий представителям элит современного мира феномен «только для членов», свидетельствующий об их изоляции от остального общества. Городом, который ярко демонстрирует данный водораздел, является, например, Сан-Паулу в Бразилии, имеющий 250 вертолетных площадок в самом центре. Они нужны для того, чтобы богатые люди не смешивались с простыми, что предполагает использование вертолетов. «Поэтому при взгляде на Сан-Паулу возникает ощущение, будто ты оказался в футуристическом городе из фильмов вроде «Бегущего по лезвию бритвы» или «Пятого элемента»: простые люди копошатся на опасных улицах внизу, на земле, а богатые перемещаются на более высоком уровне, по воздуху»[51].

Все это свидетельствует о способности мировой элиты извлекать выгоду благодаря скрытым опциям за чужой счет. Мировая элита облает «опциональностью» за чужой счет (за счет миллиардов людей планеты), причем представители не-элиты об этом не знают. «Эффект от переноса опциональности, – отмечает мыслитель и предприниматель Насим Николас Талеб, – тем опаснее, что современность производит все больше и больше людей… – так сказать, героев наоборот…. Правительственные чиновники на постоянном контракте, члены научного сообщества, журналисты (из тех, кто не развенчивает мифы), врачебный истеблишмент, менеджеры фармацевтических фирм и т. д.»[52]. Эти возможности мировые элиты использовали, в частности, для тайной подготовки двух мировых войн, используют сейчас для рукотворных кризисов, революций и войн.

Однако если на Западе феномен роскоши проявляется весьма рельефно, то в условиях российского общества данный феномен только начинает формироваться. Кроме того, на молодую российскую элиту накладывает свой отпечаток политический и экономический кризис в мире. Этот кризис может положить конец всем привилегиям – как мировой элиты, так и российской элиты, если она не сумеет приспособиться к возникающему на наших глазах новому общественному укладу.

Как живет элита

Самоизоляция от окружающего мира проявляется и в выборе представителями современной элиты мест для отдыха. Они предпочитают провести отпуск (отдых) в малолюдных местах, одним из которых является Абу-Даби – столица Объединенных Арабских Эмиратов. Здесь внимание привлекает гостиничный комплекс Qasr Al Sarab – затерянный мир в пустыне Лива, ему подобные миры находятся и под водой, и в горах, и в джунглях. Особенность этого места состоит в том, что человек попадает из настоящего времени в прошлое. Как подчеркивает М. Симонова, Qasr Al Sarab (на арабском это означает «дворец миражей») представляет собою роскошные ворота в прошлое, где путешественник может испытать все «прелести» жизни по-бедуински[53].

Когда гость просыпается утром на заре, то перед ним расстилается пелена, где небо и земля сливаются воедино. Потом появляются молочного цвета горы, которые постепенно становятся розовыми, потом почти оранжевыми и затем красными из-за песка красного цвета благодаря примесям железа. Если начнешь ходить по барханам (высота которых достигает 100 метров), то песок начинает «петь» таким образом, что мурашки пробегают по коже. К 8 часам утра воздух настолько нагревается, что пора затворяться в номере отеля с кондиционером.

Одним из развлечений сафари на внедорожниках по барханам пустыни является то, что на них взмываешь по песку на самый верх, притормаживаешь и скользишь вниз по отвесной стене бархана и почти перпендикулярно земле. Резкий поворот руля и обратно, человеку приходится нестись вниз, но уже в песчаном вихре, в это время душа уходит в пятки. «Развлечение это, конечно, не из серии «как оно было сотни лет назад». Но на привалах водители с удовольствием и со знанием дела поведают о том, как «живут» и движутся пески, как ориентироваться в пустыне, как здесь выживать, кого можно встретить и с кем лучше не встречаться. Последняя такая остановка будет на вершине бархана, на фоне заходящего солнца. Романтика… Неудивительно, что некоторые коренные жители не перебираются в городские коттеджи. Есть что-то затягивающее в жизни в песках»[54].

Понятно, что гость в Qasr Al Sarab может занять свое тело и душу: ему можно учиться стрелять из лука в соответствии со старинной техникой бедуинов, сидеть в бассейне, SPA-салоне, библиотеке, совершать «набеги» в разные города эмирата. Этот призрачный мир необходим для представителей мировой элиты, чтобы снять сильные стрессы. Поэтому он стремится выйти из бурной жизни мегаполисов, чтобы погрузиться в иное пространственно-временное измерение. Ведь в настоящее время происходит рост городов, точнее мегаполисов, которые представляют собою каменные джунгли, содержащие в себе скопление десятков миллионов человек.

Мегаполис привлекает человека рядом факторов: во-первых, своими возможностями, начиная заработком на хлеб и кончая возможностью стать повелителем мира; во-вторых, достижение «успеха» в области карьеры, материальных благ и пр.[55] Однако все достигается достаточно высокой ценой, так как жизнь в мегаполисе представляет собою множество стрессов, вызванных интенсивным шумом городского транспорта, повышенной скученностью людей, низким содержанием кислорода и солнечного света и т. д., человек чувствует себя одиноким, он теряет свою индивидуальность, становится «таким, как все»; немаловажным является и необходимость жить в бешеном ритме, лишаясь тем самым подлинной жизни[56].

В этом плане преимущество имеет представитель мировой элиты, в распоряжении которого находятся значительные финансовые средства, позволяющие ему осуществить то или иное желание или каприз.

* * *

Особое место в жизни элиты занимает питание. В начале XXI столетия и мировая элита, и элита среднего класса любят вкусные блюда кулинарного искусства, чтобы удовлетворить свои эстетические чувства, насладиться вкусом и ароматом. В настоящее время изысканная пища, редкие лакомства настолько дороги, что их удается отведать далеко не многим[57]. Перечислим эти самые дорогие лакомства: во-первых, самая дорогая икра Almas, которая стоит 2000 долл. за 100 г – она добывается из брюха белуг-альбиносов возраста 80—100 лет не более 10 кг ежегодно и ее вкус не совсем обычен, продается только в лондонском Prunier Restaurant расфасованной по 100 г в банках из чистого золота; во-вторых, выращиваемый на крошечном французском острове Нуармутье неповторимый по вкусу картофель La Bonnotte по цене 700 долл. за кг, потому что каждый его куст выращивается индивидуально; в-третьих, созданное по особому рецепту из 28 сортов какао-бобов мороженое Frozzen Haute Chocolate, которое стоит 25 000 долл. и которое подается в покрытом изнутри съедобным золотом бокале, причем мороженое следует есть специальной золотой ложкой с двумя бриллиантами, основание бокала украшено золотым браслетом с бриллиантами общим весом в 18 карат; в-четвертых, самая дорогая пицца Luis XIII («Людовик XIII») стоимостью 12 000 долл., которая печется из особой муки, а в ее тесто добавляется изысканная австралийская розовая соль с реки Мюррей, причем наполняется пицца икрой тунца, омара, лангуста и поливается несколько раз коньяком Lois XIII Remy Martin, цена которого составляет более 3000 долл. за бутылку; в-пятых, мраморное мясо, которое стоит 500 долл. за 1 кг и которое при обработке становится таким сочным и мягким, что японцы называют его «мясом, для которого не нужно зубов» (сейчас методами биологической науки создано выращенное из стволовых клеток мясо, цена которого превышает 3–4 млн долл. за 1 кг).

Немалое место в роскошной жизни представителей мировой элиты занимает мир звездных ресторанов. Следует иметь в виду то обстоятельство, отмечают У. Стадием и М. Гиббз в своей книге «100 легендарных ресторанов мира», что для представителей элиты рестораны представляют собою окно в общество, ведь звездные рестораны – излюбленные места встреч богатых и могущественных людей[58]. В связи с этим приведем описания нескольких знаменитых ресторанов современного мира, в которых осуществлены мечты представителей мировой элиты, недоступные для подавляющего числа обычных людей.

Первым таким рестораном является «Серебряная башня», находящийся в Париже и привлекающий к себе многих представителей мировой элиты. «В заведение «La Tour d’Argent» («Серебряная башня»), – этот самый старый, самый знаменитый и самый впечатляющий ресторан мира, – пешком никто не ходит… У дверей вас встретит швейцар в наполеоновской ливрее, которая, видимо, согревала императора в московскую зиму, а дальше лакей при полном параде проводит вас через petit trianon салонов. Практически все звезды, которые когда-либо блистали на кинематографическом небосклоне, представлены здесь фотокарточками с автографами на стенах, наряду с Де Голлем, Эйзенхауэром, Кеннеди, Никсоном, Пикассо, Шагалом, Дали, кого здесь только нет. Однако прогулка по галереям, где Тосканини соседствует с Боуи, королева Виктория – с Тиной Тернер, а Эйнштейн – со Шварценеггером – это куда больше, нежели обычное сентиментальное путешествие… «Серебряная башня» по-прежнему лучший на свете ресторан для свиданий. Посетители щеголяют в только что купленных на авеню Монтень шикарных нарядах, что редкость для Америки, все более заметно тяготеющей к стилю casual. «Башня» – именно то место, где дамы могут смело появиться в своих драгоценностях, наконец-то «выгулять» их…

Но если вы впервые окажетесь в этом ресторане, то возьмите утку. Caneton à la Tour d’Argent, или «выжатую утку», – это фирменное блюдо ресторана, его визитная карточка, и эта утка самая знаменитая в мире. Каждый гость, заказавший утку, получает сертификат с номером, достойный того, чтобы поместить его в рамку. Но не усмехайтесь. Теодор и Франклин Рузвельты едали здесь утку. Так же как и японский император Хирохито перед войной. И герцог Виндзорский, в последний раз отужинавший здесь незадолго до своего отречения. Здешние утки не простые, а с родословной…»[59] Понятно, что такая еда является самой дорогой в мире и приобрести ее могут немногие представители мировой элиты, обладающие несметным богатством.

В престижных западных ресторанах развлекаются и представители российской элиты. Самый дорогой ужин принадлежит по праву вечеринке детей российских миллионеров, которая была устроена летом 2011 года в итальянском клубе Billionaire – молодые кутилы выпили напитков и съели закусок на 120 000 долл., но скрылись, не оплатив счет[60].

* * *

В современной России тоже имеются ставшие уже знаменитыми рестораны, воспроизводящие атмосферу императорской старины и посещаемые не только новоиспеченными толстосумами, но также и элитными иностранцами. «Кстати, о диковинках: если вы хотите совершить путешествие во времени и оказаться в царской России, отправляйтесь, как это делает всякий именитый гость Москвы, в элегантное кафе «Пушкин», которое находится по соседству с рестораном «Night Flight», за углом, но свободно и от проституток «Night Flight», и от фейс-контроля «Галереи».

Кафе «Пушкин» – детище главного конкурента Аркадия Новикова, Андрэ Деллоса, русского эмигранта из Франции, который вернулся домой, чтобы удачно использовать московский ресторанный бум. В то время как Новиков продает секс бизнесменам, Деллос продает историю туристам… Между тем в кафе «Пушкин», работающем круглосуточно, уже успели отобедать и Бушы, и Клинтоны, и Спилберги, и представители других именитых фамилий. Гостям предлагают три варианта обеденных залов: это «аптека» внизу; два этажа дворцовых залов, отделанных панелями и фресками (где сидят звезды), один бальный зал, просторная «библиотека», где играют струнные квартеты; и открытая терраса-сад на крыше, откуда открывается вид на московские небоскребы, прежде всего «семь сестер», которые торчат, как свечи на свадебном торте, знаменуя собой торжество сталинской архитектуры.

В меню представлены блюда русской кухни девятнадцатого века, – так питались аристократы, за что и прогневали крестьян. «Пушкин» – это антипод другого заведения Деллоса, собственно, и позволившего ресторатору крепко стать на ноги, – фермерской фантазии «Шинок», где подают еду простолюдинов, как, например, свиные ребрышки с тушеной капустой, и где впервые была представлена tableau vivant («живая картина») – разумеется, за стеклом, чтобы не проникали запахи: сельчанки доят коров, а куры и свиньи шныряют вокруг них.

А вот что предлагается в обширном, на восьми страницах, меню кафе «Пушкин»: «русский салат» с креветками, морковью, зеленым горошком и майонезом; холодный лосось с икрой кефали и жареными грушами, манго и клубникой (цари любили сладкие соусы); огромный выбор солений – огурцы, помидоры, грибы, квашеная капуста, на зависть Нижнему Ист-Сайду; русские пирожки petite pates a la Russe (у царей были французские замашки) и пироги с мясом (с телятиной, бараниной), грибами или капустой (отлично идут в снежную московскую ночь); пельмени с лососем или свиным фаршем или грибами (изумительные на вкус); борщ с копченой гусиной грудкой (именно гусь в борще отличал царей от челяди)…

Самый «вкусный» в Москве ресторан, с еще более богатым интерьером, который даже не снился Андрэ Деллосу, это «Palazzo Ducale» («Палаццо Дукале») – пожалуй, самый изысканный итальянский ресторан. Хотите верьте, хотите нет, но именно здесь подают лучшую в мире (и самую дорогую) итальянскую еду в исполнении мастер-шефа Агостино де Монтиса, который обслуживает большинство самых важных банкетов в Кремле.

Владимир Путин в таком восторге от кухни Монтиса, что завсегдатаи в шутку предлагают назвать фирменную пасту заведения «спагетти Путин-эска»…

Ресторан можно назвать репродукцией Венецианского карнавала. Вы сидите на мягких шелковых подушках в гондолах, на тронах, на ораторских трибунах, в хорах, в окружении масок и изысканного антиквариата, среди искусственных каналов (хотя при таких деньгах, что сюда вложены, можно было соорудить и настоящие). Официанты одеты как придворные дожей, и никто не говорит ни по-итальянски, ни по-английски…

Женщины в зале роскошные, это те же модели из «Night Flight», но только уже сорвавшие джекпот, одетые полностью во все французское от кутюрье и щеголяющие драгоценностями из Нью-Йорка, – они ослепительны так же, как и интерьер. Мужчины-посетители куда более мрачные и серьезные – это бизнесмены-миллиардеры…

Такое меню, как в московском ресторане в «Палаццо Дукале», Лас-Вегасу стоило бы предлагать своим самым крутым игрокам, но Вегас, как правило, больше озабочен ценой и названием блюд»[61].

* * *

Представляет значительный интерес созданная Дэвидом Тангом система ресторанов «The China Club», которая является спасителем высокой китайской кухни. Сеть его заведений «China Club» в Гонконге, Пекине и Сингапуре, а также ресторан «China Tang» в Лондоне ныне представляют собой для мировой элиты образец элегантности, остроумия, присущей миру гастрономии. «В Гонконге заведение «The China Club» расположено в Центральном деловом квартале, в непосредственной близости от офисов брокеров и политиков. Во время ланча ресторан очень напоминает Уолл-стрит в восточной интерпретации. По вечерам это вылитый Голливуд, тоже в восточном варианте, с китайскими звездами от Гонг Ли до Джета Ли и, конечно, всеми заезжими звездами. На сегодня это самое гламурное место Гонконга, так что одевайтесь по высшему разряду. Половина тусовки – Восток, половина – Запад. В «The China Club» эти две половинки встречаются…

Если вы не слишком увлеклись созерцанием всех тех влиятельных мужчин и ослепительных женщин, что вас окружают, возможно, вам удалось изучить обширное меню… Начните с роллов с копченой зеленой фасолью, у которых есть только один минус: после них вы уже никогда не захотите есть спринг-роллы. Потом попробуйте кантонское барбекю, которое в свою очередь вызовет у вас отвращение ко всему, что вы увидите в Чайнатауне. Маринованный цыпленок, ароматизированный сушеными гребешками, – образец элегантнее утонченности, настолько он нежный и сочный. Именно в «The China Club» стоит попробовать суп из акульих плавников с соленой юннаньской ветчиной, свежим крабовым мясом и грибами; абсолютно деликатный вкус, причем божественный.

«The China Club» – идеальное место для того, чтобы попробовать экзотическую рыбу, о чем потом можно будет с гордостью рассказать своим друзьям. Выбирайте: коралловая леопардовая форель, горбатый морской окунь, куртусовый губан. Все приготовлено на пару с соевым соусом и зеленым луком. Если устали от такой утонченности, берите жареного кальмара с пюре из креветок и острой солью, после чего еще одним крепким напитком нейтрализуйте жгучий привкус. Возвращаясь на землю, стоит отметить, что в меню «Клуба», конечно же, есть утка по-пекински, с добавлением острых приправ…

В меню еще так много блюд, что придется, наверное, обедать в течение нескольких недель, чтобы все попробовать: морской огурец в разных вариациях, тофу, пресноводные креветки, голубь, перепелка, даже пресловутая свинина в кисло-сладком соусе… Десерты, вечная ахиллесова пята китайской кухни, здесь хороши настолько, что лучше просто не бывает: пудинг из свежего манго, охлажденное желе из женьшеня в сиропе из красных фиников, сладкий суп из зеленой фасоли. Только представьте себе, что все десерты обладают качествами афродизиаков, как, например, рог носорога, и вам сразу станет еще слаще. Для компенсации вкусовых ощущений Танг предлагает целую энциклопедию отменных коньяков, которыми можно завершить вечер или использовать их в качестве прелюдии к великолепным гаванским сигарам из клубных запасов»[62].

* * *

Не менее интересным является знаменитый ресторан в Токио «Kyubey» («Владыка морей»), который довольно часто посещают представители мировой элиты. «Стоит вам войти в этот зал, как вы сразу понимаете, что находитесь в царстве суши. И вот как выглядит погружение в этот мир суши: сначала вам, для очищения неба, дают салат из темно-зеленых морских водорослей, приправленных молодым имбирем. Салат очень бодрит, как и тот зеленый чай со льдом, в котором кофеин подобен кокаину. Вы начнете с одной порции суши (две никогда не подают) chu-toro; это тунец средней жирности, розовый, под полосками которого скрывается чувственный аромат, обволакивающий ваш рот. Возникает ассоциация с фуа-гра по диете Притыкина…

В антракте вам подают сладкий тончайший морской крем с молодыми креветками, осьминогами и гребешками. Впрочем, его сладость тут же гасится ika sushi, приправленным грубой морской солью кальмаром, таким нежным и мягким, что он мог бы растопить сердце Жюля Верна… Следом идет крохотная жареная голова креветки, как будто отсеченная яростным японским воином. Вы радостно приветствуете шипение масла, вслушиваетесь в эту оду жиру, столь желанному после обезжиренных изысков. И все-таки это всего лишь шепот, за которым следует писк еще содрогающегося тельца серой креветки с морской солью…

А потом вы получаете крохотную чашку пресного мисо-супа с мельчайшими моллюсками, каких никогда и не видели. Суп сменяет светло-розовый tom (жирная часть тунца), и все, что вам остается, это блаженствовать в рыбьем жире, который вы поглощаете. Теперь ваше небо готово к острым ощущениям, и шеф, который отчасти напоминает вам продавцов копченой рыбы в «Zabar», подает пеламиду, приправленную давленым чесноком… Можно сказать, что квинтэссенция «Kyubey» – это взрывы вкусовых ощущений, чередуемые смакованием послевкусия. И вот, словно ваши мысли были прочитаны, появляется «сэндвич» из редиса: две половинки молодого белого редиса, а между ними листик shiso (ароматическое растение, напоминающее бегонию), посыпанный кунжутом и сбрызнутый соевым соусом. Японский «биг-мак»? Почему бы нет?»[63].

Сейчас Европу и Америку захлестнула волна израильских обедов и ужинов, ближневосточная кухня стала подлинным трендом для ресторанов Нью-Йорка, Лондона и Москвы, не говоря уже о ресторанах Иерусалима. Мир без ума от израильской кухни, которая включает в себя «тахини, заатар, лабне, лимоны, маринованный манго, финики, миндаль, кардамон и, конечно, оливковое масло»[64]. Эта «революция вкусов» произошла благодаря вышедшему в 2012 году кулинарному бестселлеру звезды ближневосточной кухни Йотамы Оттоленги и его бизнес-партнера Сами Тамими «Иерусалим» – сборнику рецептов. В конце 2013 года журнал Time включил этот дуэт поваров в список «Богов кухни» вместе с шефом датского ресторана Noma, лучшего в мире, согласно авторитетам из Restaurant Magazine. Сегодня израильские продукты используются в ресторанах мира наряду с французскими, итальянскими и скандинавскими. «В Москве, где в отличие от других мировых столиц национальные кухни приживаются плохо, ближневосточная выстрелила. Всегда заполнена «Олива», громко открылись кошерный Noodless и «Одесса-мама», где кроме сала с чесноком подают форшмак и гефилте фиш. Хумус и фалафель ввели в меню «Ерник» и «Гараж». В новом аргентинском ресторане el Gauchito на Поварской израильский шеф Али Наим-Амали дополнил мясное меню блюдами с родины: на салат с булгуром, сушеной клюквой, петрушкой и лимоном и на баклажаны на гриле с тахини едут со всей Москвы»[65].

* * *

Все пиршественные обеды в знаменитых ресторанах представляют собою важное средство, при помощи которого элита различного уровня, в том числе и мировая элита, постоянно утверждает свой статус. Люди почти всегда обращают внимание на то, сколько потратил человек на ресторанное пиршество, чтобы укрепить свои социальные позиции и повысить социальный статус. Ярким примером служит самый дорогой обед (вернее – ланч) с самым крупным инвестором и миллиардером Уорреном Баффетом, за который анонимный покупатель в 2011 году заплатил 2,62 миллиона долл., а в 2012 году такой же обед стоил уже 3,43 миллиона долл. Сам У. Баффет известен своей благотворительностью и деньги за обед пошли в один из пяти благотворительных фондов, имеющий 37 млрд долл. Дело в том, что этот обед дает возможность пообщаться с миллиардером и его сотрудниками и войти в круг финансовой элиты, распоряжающейся миллиардами долларов и дающей путевку в жизнь перспективным проектам[66].

Для американского образа жизни элиты характерным является приглашение нужных людей на вечеринки в ресторане, чтобы получить определенные преференции. Так, накануне нового 1999 года двум нью-йоркским бизнесменам пришлось потратить 1,1 миллиона долларов на вечеринку для 250 друзей в ресторане на вершине Всемирного торгового центра. Во время коктейлей происходило световое шоу: знаменитые лица уходящего тысячелетия проецировались на фигуры мимов, которые с ног до головы были одеты в белое, а также было изображение умной головы одного из хозяев, соединенного с телом Томаса Эдисона, другого хозяина представили в облике Николая Коперника. Потом зачарованные гости отправились ужинать, их внимание было обращено на столы, каждый из которых был украшен двумястами розами, составленными в разных композициях и обсыпанными золотой пылью. «Конферансье объявил, что хозяева хотели бы подарить гостям кое-что особенное, и тут началось новое светопреставление – картины строительства Манхэттена проецировались на изысканные портьеры из парусов. Через две или три минуты под крещендо музыки темные экраны наконец поднялись, словно театральный занавес, обнажив сверкающий горизонт, а Фрэнк Синатра тем временем запел «I’ll Take Manhattan» («Я покорю Манхэттен»). Скромный подарок – кое-что, чем мы хотим поделиться с вами»[67].

Вот так представители современной элиты общаются друг с другом в звездных ресторанах, чтобы повысить свой социальный статус и стать еще богаче.

Дворцы и отели элиты

Одна из фундаментальных потребностей человека, независимо от того, простой человек или представитель элиты, – это самозащита, одной из форм которой выступает жилище, разновидностями которого являются хижина, дом, дворец, коттедж и пр. «В слове «дома» на всех языках кроется, – пишет ученый-этнограф Ю. Липс, – священный смысл. Борьба за существование «вне дома» означает нескончаемый поединок с окружающим миром. Холод, жара или дождь, влияние вещей и людей непрестанно ставят под угрозу планы, надежды и дела человека. Дома же человек чувствует себя в безопасности среди своих близких, он имеет возможность отдохнуть у своего уютного очага. Нет ни одного народа на земле, который бы не почитал за благо родной дом, каким бы скромным тот ни был»[68].

У самых древних племен домом считалась та территория, которую они занимали и на которой располагалось убежище, где семья укрывалась от ветра и дождя и где она проводит ночь. Это могли быть ветровые заслоны (переносные жилища) в жарких странах у собирателей и охотников или же пещерные жилища. В них просматриваются прообразы двух основных элементов позднейших типов домов: круглой хижины и прямоугольного дома[69].

Переход человечества от собирательства и охоты к земледелию оказал самое непосредственное влияние на дизайн возводимых домов, заполненных плетеными изделиями, керамикой, шерстяными одеялами и коврами, связанными с религией, мифологией и магией. «В доме, где небольшое количество утилитарных предметов наглядно демонстрирует определенный образ жизни, человек обретает уверенность, которая дарит ему комфорт и эстетическое наслаждение»[70].

Только после обеспечения себя пищей и удобным жилищем человек стал создавать сложные изобретения и произведения искусства. С развитием цивилизаций в долине Нила и области между Тигром и Евфратом стали строить дворцы для правителей (фараонов и царей), возникли первые города, выражающие различие между правящей элитой и простым народом. Это различие было зафиксировано в плотности застройки города в том же Древнем Египте: в отличие от плотной застройки домов бедняков, «широкие дворы богатых домов, широкие улицы, достигавшие 40 м в поперечнике, и, наконец, обширные храмовые ограды давали возможность для устройства аллей, разведения рощ и фруктовых садов внутри города»[71]. Поэтому город со стороны производил впечатление цветущего оазиса, в зелени которого высились обелиски и монументальные пилоны храмов. Стремление к большой площади дворцов характерно и для элиты Двуречья, что видно на примере дворца царя Саргона II (ум. в 705 году), чей дворец, построенный на платформе из «битой земли», занимает 17 га, вмещая в себя 209 внутренних дворцовых помещений; сама кубатура этой искусственной платформы составляет 1300 тыс. м3, немногим уступая кубатуре знаменитой пирамиды Хеопса[72]. Таким образом, элита двух мощных древних цивилизаций предпочитала жить в роскошных дворцах и домах, имеющих большие площади и удобно устроенных.

* * *

Еще большей роскошью характеризуются дворцы королей и императоров Франции и Китая, которые представляют собой некий земной «рай». В этом плане немалый интерес представляет возведенная для Людовика XIV роскошная резиденция Версаль, чье строительство обошлось в огромную денежную сумму (до 500 млн ливров) и стоило немало человеческих жертв. Так, известно, что только при постройке водопровода, предназначенного для знаменитых версальских каскадов и фонтанов, в течение трех лет было занято 22 тыс. солдат и 8 тыс. каменщиков. Работы обошлись в 9 млн ливров, в 10 тыс. человеческих жизней и так и не были завершены[73]. В Версале достигает высокого расцвета садово-парковое искусство, его сад представляет собою грандиозный регулярный парк во всей Западной Европе и служит образцом в других подобного рода сооружениях далеко за пределами Франции.

Большой версальский дворец построен в несколько тяжеловесных формах, однако после нескольких переделок приобрел монументальный и строгий вид. Непосредственно перед садовым фасадом дворца располагается «Водный партер» в виде двух восьмиугольных бассейнов, растянутых вдоль композиционной оси парка. По сторонам «Водного партера» на той же террасе цветники; с севера террасу замыкает бассейн Нептуна, а с юга – оранжерея, по сторонам которой спускаются две грандиозные лестницы. За дворцовой террасой простираются стриженые сады с затейливой паутиной аллей, среди которых сочным пятном выделяется партер с фонтаном Латопы и «Зеленый ковер» – главная аллея с партером имеет 300 м в длину и 50 м в ширину (в результате Версальский парк представляет сплошной массив зелени)[74]. К «Зеленому ковру» примыкает лесопарк с его Большим крестообразным каналом длиной 1,5 км, к которому сбегаются прямолинейные аллеи, собранные в геометрически правильные лучевые пучки. Перед нами образец планировочного искусства, который своим великолепием приводит в восхищение всех, кто его созерцает.

Весьма роскошными являются и интерьеры грандиозного Версальского дворца с их инкрустациями мрамором, лепниной, росписью, панелями стен и потолка, мебелью из позолоченной бронзы и серебра. Поражает Зеркальная галерея, где зеркала отражают расположенные напротив окна и парк; не менее впечатляют росписи на сводах, мраморные архитектурные детали с позолотой: «К зеркальной галерее примыкают Зал Войны и Зал Мира, каждый украшен овальным барельефом. В комнатах много позолоты, мрамора, фресок, зеркал и люстр. Они так же, как и другие парадные покои дворца, демонстрируют невероятную роскошь, являющуюся характерной чертой стиля Людовика XIV»[75]. Этот стиль по времени совпадает с последней фазой Ренессанса и часто отождествляется с барокко, чья пышность и изысканность сочетаются со сдержанностью и рационализмом.

* * *

Российская императрица Екатерина II и ее двор тоже наслаждались роскошью, комфортом и красивым местопребыванием своих дворцов, дач, оранжерей, садов и пр. Иностранные путешественники, архитекторы, художники, специалисты по устройству садов и парков восхищались прелестью Петергофа, Царского Села и другими дворцами и садами; они описывали роскошь и изящество зеркал и колоннад, картин и статуй, пышность и уютность покоев в Эрмитаже, импозантную архитектуру зданий, возведенных по планам знаменитого Кваренги. Особенно поразила Европу баснословная по своей роскоши поездка Екатерины, сопровождаемой придворными и посланниками иностранных держав, в южную Россию. Она обошлась государственной казне более чем в 10 миллионов рублей, не считая расходов Потемкина (отсюда и пошло выражение «потемкинские деревни»), сама поездка напоминала эпизоды из царствования римских императоров.

Роскошным великолепием поражает возведенный по распоряжению одного из блистательнейших и прославленных императоров в истории Китая Юнлэ, третьего императора династии Мин Пурпурный город (Запретный город – комплекс дворцов и садов), окруженный со всех сторон рвом и стенами (1407–1420 гг.). «Пурпурный цвет символизировал веселье и удачу и к тому же приписывался Полярной звезде, считавшейся в китайской космологии центром Вселенной. В режиме абсолютной власти всем многообразным составляющим администрации и государства подобало вращение вокруг недвижимой точки, каковую являл собой лично император – «Сын Неба», получивший полномочия на сохранение гармонии между миром природы и миром людей»[76]. Пурпурный город имел 720 000 м2 и находился в центре Пекина с его прямоугольной планировкой по оси «юг – север», расположившись к востоку от императорских прудов. «Вокруг Пурпурного города выросла красная кирпичная стена с четырьмя невысокими башнями по углам, тогда как в центре императорской резиденции на трехъярусной мраморной террасе, украшенной бронзовыми вазами, были построены три главных приемных зала: Тронный зал Высочайшего Согласия, средний зал Согласия и тронный зал охраняющего Согласия»[77]. Сказание утверждает, что в Запретном городе насчитывается 9999 покоев, тогда как на самом деле число комнат равно 8886 (число 9999 символизирует силу начала «ян» в самой высшей точке его подъема, противостоящего отрицательной силе «инь»). В запретном городе было много прекрасных садов и озер, которые благотворно влияли на императорскую семью.

Американская писательница Перл Бак в своем романе «Императрица», посвященном последней императрице династии Цин – деспотичной, жестокой и вероломной императрице Цыси, следующим образом описывает уютные места Запретного города: «Иногда после полудня, вместо того чтобы уединиться в библиотеке, она часами гуляла со своими фрейлинами, а ее евнух Ли Ляньинь ходил следом. Они ни разу не вышли за стены Запретного города, но и внутри этих стен было столько красивых уголков! Когда солнце поднималось высоко и не дул холодный ветер, она бродила вдоль высоких розово-красных стен по проходам, соединявшим дворцовые дворики. Императорский город опоясывали тройные стены. Войти в город можно было через ворота, выходящие на четыре стороны света. В огромных первых воротах было еще три небольших входа, ведущих к мостикам, дворцовым садам и тронным залам. Залы всегда смотрели на юг, а их цвета обозначали разные стихии. Даже теперь, в зимние холода, сады были прекрасны: северный бамбук зеленел под снегом, а индийский был покрыт алыми ягодами. У Ворот небесного спокойствия возвышались две колонны из белого камня, украшенные крыльями и фигурой дракона. К этим колоннам она часто приходила, а почему – и сама не могла объяснить. Разве что настроение у нее улучшалось»[78]. Понятно, что настроение в таком райском месте будет улучшаться благодаря эстетической выразительности и красоте садов и дворцов Запретного города.

* * *

Вполне логично, что современная мировая элита заботится о том, чтобы жизнь ее представителей протекала в удобных и комфортных жилищных условиях, поэтому она располагает различного рода прекрасными дворцами, коттеджами, поместьями, роскошными квартирами в кондоминимумах. Подобно другим животным, представители элиты и просто богатые люди при выборе места обитания ориентируются посредством особых сигналов, в основном культурных, как, например, стоящий в углу обширной комнаты шикарной квартиры концертный рояль Steinway или тот факт, что на той же улице живет кто-то из Фордов.

Вместе с тем существенными являются и биологические сигналы (например, наличие воды, больших деревьев или хорошего обзора), корни которых уходят во времена первых людей, живших в саванне. Людей притягивают дома с видом на водоем, потому что это успокаивает их так же, как когда-то испытывал это чувство наш предок возле озера или реки. Люди чувствуют себя комфортно рядом с ветвистыми деревьями, потому что наши предки в древности ночевали на них, спасаясь от хищников. Иными словами, все люди, очевидно, руководствуются одинаковыми сигналами при выборе места жительства. Однако только представители элиты и богатые люди могут получить то, к чему всех нас тянет.

Исходя из этих предпосылок, западный журналист Р. Конифф, специализирующийся на сравнительном описании поведения животных и поведения миллиардеров и других представителей элиты, пишет о родовом поместье семейства Черчиллей – дворце Бленем, где он брал интервью у лорда Джона Джорджа Вандербильтома Генри Спенсера-Черчилля, одиннадцатого герцога Мальборо.

«Когда богач решает построить дом своей мечты, он часто думает о чем-то вроде дворца Бленем, только лучше отапливаемом. Бленем – это необычайная смесь культурных и биологических сигналов, говорящих о высочайшем качестве места обитания, а также полезный пример сложной взаимосвязи дома с живущей в нем семьей. Впервые я увидел его, – пишет он, – на закате весеннего дня. Главная улица Вудстока – маленького английского городка в нескольких милях от Оксфорда – в конце поворачивает налево и заканчивается тупиком, огороженным высокой каменной стеной. Узкие ворота в центре стены еще были открыты, и я, проходя сквозь них, почувствовал, что попадаю в другое измерение: справа, посреди огромного частного парка, было озеро, в зеркале которого отражались три пролета великолепного каменного моста. (Как сказал по этому поводу Литтон Стрейчи[79]: «Над озером есть мост, от вида которого положительно возникает эрекция»…) Вдали стоит сам дворец: скопление колонн, арок и башен, камень светится, как мед на вечернем солнце, золотые купола крыш сверкают на фоне апрельского неба.

Можно утверждать, что это «лучший пейзаж в Англии», чем когда-то хвалился перед своей невестой Дженни Рэндольф Черчилль, семья которого по сей день владеет дворцом: три акра жилой площади (семь, если считать внутренний двор) посреди 2 100 акров парка, разбитого по проекту Ланселота Брауна Капабилити[80] и окруженного каменной стеной длиной в девять миль. Все вместе столь грандиозно, что король Георг III однажды заметил: «У меня нет ничего подобного».

Великолепие и зависть ходят рядом, и Бленем осуждали очень многие, в том числе такие язвительные критики, как, например, Александр Поуп[81] («самая неприветливая вещь, какую только можно представить, и самая эгоистичная…»)…

Только однажды за 300 лет Бленем оправдал себя, произведя на свет достойного дворца человека: Уинстон Черчилль, выдающийся политический деятель XX века – родился здесь. Он был внуком герцога, и свое чувство судьбы обрел именно здесь. «Мы обустраиваем свои жилища, – писал он, – а затем наши жилища обустраивают нас».

* * *

Современная элита (и старая элита тоже) живут в особом, выделенном пространстве и времени, которое отличается от расслоенного пространственно-временного континуума общества, в котором протекает жизнь неэлитных слоев социума. В этом плане заслуживает внимания концепция «абсолютного культурного релятивизма», абсолютизирующая несоизмеримость картин мира различных культур и соответствующих им пространств и времени. Примером может служить концепция французского социолога Ж. Гурвича, который строит модель социальной реальности, включающую глубинные уровни социального бытия, типы общественного взаимодействия, социальные группы, глобальные сообщества. Данная модель есть совокупность понятий о времени – иллюзорном, синкопированном, циклическом, медленно текущем, взрывном и пр. Социальная реальность выделяет свое собственное время и свои собственные временные шкалы как обычный моллюск[82].

Плюралистическая концепция социально-культурной темпоральности Гурвича вполне пригодная для описания роскошных поместий и дворцов мировой элиты XX в. и начала XXI в. В этом плане представляет интерес поместье Гитлера в Оберзальберге. Известно, что после смерти Гинденбурга 2 августа 1934 г. Гитлер объявил себя главой государства, верховным главнокомандующим рейхсвера и занял пост рейхспрезидента. Все это позволило ему сосредоточить в своих руках все бразды правления германским государством и приобрести несметные богатства. Не случайно, в своей первой речи в рейхстаге, после смерти Гинденбурга, Гитлер заявил, что он отказывается от жалования, которое полагается ему как рейхспрезиденту (оно составляло тогда 472 000 марок в год). «Захватив власть в Германии, Гитлер стал одним из богатейших людей. Его доходы исчислялись миллионами, и в президентском жаловании он, конечно, не нуждался. Книга Гитлера «Майн кампф», которая распространялась в обязательном порядке, приносила ему огромную прибыль»[83].

Известно, что Гитлер являлся совладельцем партийного издательства «Эгер», которое, пожирая одно издательство за другим, превратилось в крупнейший издательский концерн Германии. Оно, как монопольное предприятие, давало колоссальные дивиденды, причем Гитлер получал львиную долю этих дивидендов[84]. Он также бесконтрольно распоряжался партийной кассой национал-социалистской партии. По своей сути гитлеровская национал-социалистская партия представляла собою грандиозное капиталистической предприятие, ибо, кроме членских взносов и крупных пожертвований от немецких промышленников и банкиров, в партийную кассу шли доходы от эксплуатации различнейших предприятий, вплоть до поместий в Мекленбурге и Баварии.

Для выжимания прибылей был даже создан концерн гостиниц, разбросанных по всей Германии, под названием «партей-отель-концерн Фэрбер». Директором концерна был старый нацист Фэрбер, друг Мартина Бормана. Не довольствуясь своими огромными доходами, Гитлер, вопреки существовавшим до его прихода к власти правилам, приказал изъять из-под контроля высшей расчетной палаты «государственный фонд» и «представительский фонд» в целях беспрепятственного расходования денег на личные нужды, заявив при этом: «Я не позволю, чтобы эти старые склеротики предписывали мне, сколько я имею право тратить!..»

* * *

Гитлер скупил в Берхтесгадене на Оберзальцберге огромные участки земли и построил себе там роскошный замок, известный под названием «Бергхоф». Для постройки замка на Оберзальцберге были сравнены с землей жилые дома, пансионы, санаторий для парализованных детей, которых привозили туда со всех концов Германии для климатического лечения. «Замок Гитлера, с устроенными на почти неприступных склонах парками и дорогами, стоил около 100 миллионов марок. На постройку замка были затрачены не только народные деньги, но и человеческие жизни. Строительство велось на почти неприступных склонах, на большой высоте, без достаточных предохранительных мер, при взрывах вызывающих лавины и камнепады. Это создавало для рабочих каторжные условия труда и влекло за собой человеческие жертвы.

Замок «Бергхоф» был построен на высоте 1000 метров, на склоне Оберзальцберга – горы, расположенной у климатического курорта Берхтсгаден в Баварских Альпах. Замок состоял из 60 комнат, убранных дорогой мебелью, ценными гобеленами и картинами голландских, итальянских и немецких мастеров…

На первом этаже находилась столовая Гитлера. Ее стены были обшиты светлым кедром. Сервировка состояла из столового серебра, дорогого фарфора и хрусталя, стоившего миллионы. Она была взята из государственного сервиза, который еще до прихода Гитлера к власти был предназначен для правительственных приемов в Берлине. На столовом серебре были выгравированы, кроме германского орла, свастика и инициалы «А.Г.» (Адольф Гитлер). Стол был украшен подсвечниками, которые представляли собой отлитые из золота фигуры ангелов с чашами для свечей в руках.

На этом же этаже находились салон и гостиная Гитлера. В салоне выделялась печь из коричневого кафеля с рельефными фигурами девушек, державших национальные знамена, и юных барабанщиков. Там висела очень ценная старинная итальянская картина, изображавшая Колизей в Риме.

К салону с одной стороны примыкал зимний сад с террасой. С другой – огромная гостиная площадью в 200 квадратных метров, отделенная от салона портьерой. Из салона в гостиную вело несколько ступеней. У нижней ступени на подставке стояла голова Зевса, найденная при раскопках в Италии. Достопримечательностью гостиной было огромное окно, размером в 32 квадратных метра, которое целиком опускалось вниз. Гитлер всегда обращал внимание своих гостей на это окно, из которого открывался прекрасный вид на Альпийские горы и на город Зальцбург в Австрии…

Из вестибюля замка широкая мраморная лестница вела на второй этаж. В вестибюле висел портрет Бисмарка, который с наступлением вечера освещался прожекторными лампами.

На втором этаже находились апартаменты Гитлера, к которым примыкали комнаты его возлюбленной Евы Браун.

В апартаментах Гитлера одна из комнат представляла собой картинную галерею. Здесь же стоял шкаф большой ценности, так как он принадлежал Фридриху II. Облицовка шкафа была набрана из ценных пород дерева.

Кабинет Гитлера был отделан светло-коричневым деревом и обставлен мебелью из полированного клена. Над камином висел портрет Мольтке.

Комнаты Евы Браун также были убраны с исключительной роскошью.

Территория замка занимала около трех квадратных километров и простиралась на высоту до 1800 метров – до вершины горы «Кельштейн».

На вершине этой горы из серого гранита был построен чайный павильон с таким же названием, по своим размерам и архитектуре напоминавший средневековый замок. В павильоне имелся зал диаметром в 15 метров в рыцарском стиле. Высокие окна находились в нишах. В простенках между окон были позолоченные канделябры с большими восковыми свечами…

На территории замка были раскинуты альпийские луга и устроены заповедники для оленей»[85].

* * *

Наиболее роскошные усадьбы принадлежат семьям европейских монархов – в качестве примера можно привести ряд владений князя Монако Рене III, женой которого стала знаменитая «королева Голливуда» Грейс Келли (об их свадьбе речь шла выше).

Прежде всего, следует иметь в виду расположенный на скале Ле-Роше дворец князя Монако, чьи окна выходят на Средиземное море, который насчитывает 225 комнат, включает в себя небольшие личные апартаменты и большие парадные залы для официальных приемов[86]. Другими словами, дворец князя Монако представляет собой официальную резиденцию, где он проводил определенную часть своей жизни, связанную государственной деятельностью.

Для отдыха он использовал поместье Рок-Анжель на территории Франции, расположенное на высоте 914 метров над уровнем моря, откуда открывался потрясающий вид на княжество Монако. «Сам участок невелик, но за постоянно охраняемыми воротами в конце подъездной дорожки в окружении деревьев стоит современный каменный дом средних размеров. Здесь есть бассейн и три небольших дома, позднее превращенные в игровые помещения для внуков с качелями и каруселью»[87].

Сам дом представляет собою образец сельской идиллии, поскольку он имеет уютные гостиную, несколько спален для детей и несколько запасных комнат для внуков. В нем имеется современная кухня, оборудованная по последнему слову американской техники. Сад Рок-Анжеля насчитывает около четырехсот деревьев (яблонь, вишен, слив и абрикос), посаженных князем Ренье III, имеется приличных размеров огород, где растут помидоры и салат.

В этом поместье находился своего рода зоопарк, в котором жили две ламы, ручные гиппопотам и самка носорога, весом по две тонны. Помимо этих животных князь Ренье III приобрел целое стадо больших маньчжурских верблюдов, несколько дромадеров, африканского буйвола, двух лам гуанако и пару пони, которых он отправил в семейное поместье Шато-де-Марше, расположенное между Парижем и Брюсселем.

Это поместье находится у подножья Арденн, оно по площади в шесть раз больше самого Монако, т. е. оно равно примерно двенадцати квадратным километрам[88].

Мы уже не говорим о том, что в гараже князя Ренье III, расположенном на территории дворца, находилось несколько десятков автомобилей.

Можно сказать, что дворец и поместья князя Монако Ренье III и его жены Грейс с их тремя детьми дают большой простор для их жизни.

* * *

Конечно, эти владения семейства князя Монако не идут ни в какое сравнение с роскошью поместья какого-нибудь американского магната, например, Уильяма Рэндольфа Херста. В книге западного писателя Эдуардо Ли «Любовницы» следующим образом описывается роскошное поместье У. Херста, в котором он проводил время со своей любовницей, голливудской актрисой Мэрион Дэвис. «В течение десяти лет Мэрион и Херст жили на широкую ногу (как и ее семья за счет Херста) в той или иной из нескольких великолепных резиденций. В Нью-Йорке они имели несколько квартир и многоквартирных домов; в Голливуде – особняк в Беверли-Хиллз и несколько мест, созданных специально для поселения приезжих магнатов; в Санта-Монике – великолепный, построенный в георгианском стиле пляжный дом стоимостью семь миллионов (три – за строительство, четыре – за меблировку), известный как «Океанский дом», насчитывавший сто десять комнат с пятьюдесятью пятью ванными (именно здесь устраивались некоторые из самых роскошных приемов в истории Голливуда).

В Северной Калифорнии в лесу секвой процветало сказочное поместье под названием Уинтун, созданное в баварском стиле. А в двухстах пятидесяти милях к северу от Голливуда гордо высилось самое грандиозное из принадлежавших Херсту архитектурных сооружений – «Ла каса гранде» – захватывающий архитектурный анахронизм, выстроенный из «добытых грабежом» (за высокую цену) по всей Европе и за ее пределами частей замков, дворцов и древних построек. Этот «калифорнийский Версаль», как его стали называть, был расположен в Сан-Симеоне, в округе Сан-Луис-Обиспо. В период наибольшей посещаемости замка домоправительница Херста с гордостью признавалась, что одно только содержание большого дома обходилось в семь тысяч долларов в неделю.

Сооружение замка (Херст называл его своим «ранчо») началось около 1919 года. Хотя для заселения он был готов уже к 1925 году, ему предстояло остаться незавершенным – отчасти из-за странного суеверного убеждения Херста, что завершение строительства «ранчо» произойдет накануне его смерти. Главное здание с великолепным фасадом в испанском стиле и с двумя колокольнями по бокам уравновешивалось несколькими расположенными рядом виллами для гостей. Неограниченное богатство позволяло Херсту с корнем вырывать целые комнаты и здания в Европе и переправлять в Америку для полного восстановления там.

Внутреннее убранство являло собой невиданное ассорти из бесценных живописных полотен Рембрандта, Гейнсборо и других художников, античных статуй, гобеленов, английской мебели периода Реставрации, книг, георгианского серебра («Уильям Рэндольф загнал рынок в угол», – заметила Гедда Хоппер) и драгоценных ювелирных изделий, как античных, так и современных… Поодаль от главного дома, за великолепными садами, где, как писал фотограф Сесил Битон, «цветы казались неправдоподобными в своем упорядоченном изобилии», стоял греческий храм. Перенесенный со своего первоначального места, он служил фоном открытому плавательному бассейну… За теннисными кортами и полями для игры в поло находился зверинец, появившийся в 1926 году. В нем содержались триста диких животных и тысяча пятьсот птиц – каждый из них обладал правом постоянного хождения по территории, на что повсеместно указывали напоминающие знаки для тех, кто проезжал на автомобиле по дороге к замку»[89].

* * *

Заслуживают внимания предпочтения семьи Ротшильдов, чье состояние увеличивалось на протяжении более двух столетий и сейчас оценивается в 1,7 триллиона долларов. Один из патриархов этой семьи Ги де Ротшильд описывает свои вкусы в области жилища, представляющие собой утонченность и поистине королевскую роскошь. Он оставил своей родственнице Алике парижскую резиденцию и поместье в Ре, и вместе со своей женой Мари-Элен нашел себе полный истинно парижского шарма особняк на улице Курсель, когда-то принадлежавший принцессе Матильде, прославившейся своим меценатством в эпоху Второй Империи.

«Ре я покидал с сожалением, так как всегда обожал Нормандию. К тому же меня безумно трогал какой-то особый романтический дух этого поместья. Но, к счастью, на центральном паддоке конюшен Мотри, в трех километрах от Довиля, располагался замок XV века, когда-то принадлежавший одному из герцогов Нормандии.

При моем отце этот замок стоял практически заброшенным, иногда там жил наездами ветеринар. И хотя замок был не в очень хорошем состоянии, он на самом деле был подлинным сокровищем Ренессанса, сокровищем с двумя гранями: одна – со старинным коломбажем, другая – из древних камней, где в центральной зале хорошо сохранился потолок эпохи, каждая деревянная балка которого заканчивалась раскрашенной скульптурной головой одного из герцогов Нормандии. Там были представлены все герцоги Нормандии. Я решил реставрировать замок и занялся организацией серьезных работ и посадкой деревьев. Мари-Элен взяла в руки руководство всем декором замка.

Если бы не Феррьер, я, конечно же, проводил бы все свои уик-энды в Нормандии и никогда бы не стремился к тому, чтобы иметь поместье в Иль-де-Франсе.

Но Феррьер был, он существовал.

Вернее, он существовал когда-то. Вот уже двадцать лет в замке никто не жил. Понятно, как быстро заброшенный дом приходит в упадок… и Феррьер скоро получил прозвище «замок медленной смерти», как окрестил его один из старых слуг моих родителей. Так как мы с Мари-Элен были еще в ту пору «бродячей парой» – так прозвали нас наши друзья, ибо мы еще не успели закончить реконструкцию Мотри и купить особняк на улице Курсель, – мне пришла в голову идея: а что, если восстановить часть замка Феррьер для уик-эндов?..

В 1959 году, ровно век спустя после церемонии открытия замка моим прадедом, Феррьер возродился. Мы отпраздновали это новое рождение пышным балом. Тема родилась сама собой: замок Спящей Красавицы.

Гости входили в ворота и попадали в густой лес, пройдя который, они оказывались в парке. Здесь перед ними представал замок. Он слабо мерцал в ночи, загадочный и призрачный. Огромные паутины гигантскими серебряными нитями свисали с крыш. По озеру скользил призрачный корабль, он плыл в полной тишине, без экипажа, надувая свои паруса ветром далеких эпох.

И вдруг, словно по мановению волшебной палочки, замок проснулся от своего векового оцепенения: в окнах зажглись канделябры, зазвенела музыка, показались танцующие пары… На рассвете никто не хотел уходить, пришлось импровизировать для гостей завтрак»[90].

* * *

Через несколько лет после ряда праздников в Феррьере Ги Ротшильд закрыл замок Феррьер и приобрел роскошный и престижный замок Ламбер в Париже. Он хорошо знал роскошный особняк Ламбер благодаря тому, что его близкий друг Алексис де Реде снимал большую часть этого дворца. Он тридцать лет занимал в нем этаж, на котором находились самые пышные и роскошные залы и знаменитая Геркулесова галерея. Он занялся тщательной реставрацией этого архитектурного памятника, вернув жизнь его залам, реставрируя старинные полотна и занимаясь поисками утраченных картин и элементов декора. Так как некоторые панно из особняка Ламбер оказались в Лувре (например, панно из «Амурного кабинета»), то он заменил их на другие панно той же эпохи.

«Это – дворец для короля, который смог бы стать философом», – как-то написал Вольтер, живший одно время в этом дворце. Но я не был, – отмечает Ги де Ротшильд, – ни королем, ни философом!

Конечно же, во дворце Ламбер часто играл Шопен. И может быть, именно здесь он написал какие-то свои баллады или вальсы, посвященные моему прадеду или его дочери Шарлотте, единственной дочери Джеймса, которая была одной из лучших учениц Шопена… И несомненно, мои предки протежировали Шопену, принимали его, помогли ему завоевать популярность и славу во Франции…

Как известно, дворец Ламбер является одним из сокровищ архитектуры классицизма. Он построен гениальными создателями Версаля: Ле Во, Лебреном и Ле Сюером.

Квадратное здание имеет внутренний центральный двор и простирается на северо-восток одним из своих крыльев, выходящих на стрелку острова Сан-Луи, как нос корабля. Таким образом, оно выходит одной стороной на Сену, а другой – на сад во французском стиле. Парадные залы дворца, расположенные в обоих его корпусах, обрамляющих этот сад, занимают два этажа. Но если знаменитая Геркулесова галерея – названная так, потому что Лебрен изобразил на ее плафонах подвиги Геракла – и прилегающие залы были отреставрированы… Убранство салонов полностью соответствовало тем предметам искусства и старины, которые должны были там разместиться. Каждый предмет коллекций нашел во дворце Ламбер свое место, будто всегда и находился там»[91].

* * *

Одним из мировых центров современной финансовой элиты является Уолл-стрит, значимость которого в начале XX столетия выросла с ростом экономики Америки, притоком инициативных иммигрантов, которые сумели благодаря соединению своей предприимчивости, дешевой земли и возможностей нового континента обеспечить высокую прибыль компаний и корпораций. «В течение первых 30 лет XX столетия Уолл-стрит больше походила на логово спекулянтов, нежели на место мобилизации рискового капитала для предпринимателей. Недавно она с новой силой вернулась к этой традиции»[92]. В конечном счете все это обернулось Великой депрессией в начале XX века и глобальным финансово-экономическим кризисом в XXI столетии.

В результате произошла резкая поляризация американского общества и потеря эластичности его социальных артерий, сформировалась привилегированная верхушка, составляющая 20 % населения и представляющая собой образованных и владеющих собственностью индивидов с постоянно растущими доходами и богатством. В информационную эпоху успешно работают новые формулы успеха, когда менеджеры сумели добиться головокружительных зарплат и опционов на акции.

Сверхвысокое вознаграждение в качестве самовоспроизводящейся потребности топ-менеджеров приобрело иррациональный и абсурдный характер. Исследования показывают, что эти менеджеры стремятся для поддержания своего высокого социального статуса в условиях сверхконкуренции к крупным доходам, чтобы приобрести «статусные» дома и яхты.

«Таким образом, повышение доходов президентов компаний определяется не деловым талантом или выдающейся работоспособностью, а стоимостью предметов роскоши, во владении которыми они нуждаются, чтобы доказать свою причастность к бизнес-элите. В этом мирке плата за членство в «соответствующем» гольф-клубе может превышать 30 тысяч долларов в год; надо носить часы «Патек Филипп» ценой как минимум 17,5 тысячи долларов[93]; чтобы быть тут конкурентоспособным, топ-менеджер должен зарабатывать не менее 1 миллиона долларов в год»[94].

Понятно, почему расходы на роскошь, начиная дорогими сигарами и заканчивая загородными домами, растут в несколько раз быстрее, чем на все остальные расходы.

* * *

Исключением из этого правила является социальный статус самого богатого в мире компьютерного бизнесмена, миллиардера Билли Гейтса, который полностью поглощен делами компании Microsoft. Билл Гейтс делает за один рабочий день больше, чем многие люди успевают за неделю, ведь даже получасовую поездку на машине из своего особняка на озере Вашингтон до лагеря Microsoft в Редмонде он обычно проводит за разговорами по мобильному телефону. Более того, зачастую деловой разговор продолжается целый час уже после того, как он припарковался возле своего особняка, т. е. перед нами «многозадачный человек». Билл Гейтс обладает уникальной способностью решать одновременно «множество задач», может вести одновременно несколько различных разговоров на технические темы. Поэтому и принадлежащий ему в пригороде Сиэтла особняк несет на себе отпечаток его уникальной личности. «Особняк за пятьдесят миллионов долларов, расположенный на берегу озера, – отмечает Д. Деарлав, – был спроектирован тоже для того, чтобы служить многозадачным убежищем. Особняк снабжен подземным гаражом, в котором размещается коллекция «порше»; имеется частный пляж и кинотеатр. В столовой, которую называют павильоном, в любое время может разместиться до ста сотрудников Microsoft.

Наполовину дом, наполовину офис – он является испытательной моделью для всех видов мультимедийных разработок. Как декорация фантастического фильма или фильма про Джеймса Бонда, он представляет собой сочетание роскоши с самыми последними технологиями. Сюда входят экраны с высоким разрешением и сотни блоков памяти, связанные волоконно-оптическим кабелем, которые позволяют воспроизвести практически любой образ в мире. Все, что нужно сделать, – набрать название объекта на клавиатуре, и он появляется на экране»[95].

Именно сочетание в особняке Билла Гейтса роскоши с самыми последними технологиями выражает его поиск эффективного решения главной проблемы – оставаться в курсе перемен в технологиях, для чего необходимо не терять темп, невзирая на колоссальное напряжение, обусловленное управлением самой мощной компьютерной компанией. «В интервью, опубликованном в журнале Playboy, он заявил, что он бросил смотреть телевизор не потому, что ему это не нравится, а потому, что это не стоит того, чтобы занимать его время. В своем особняке у озера Вашингтон Гейтс собрал большую библиотеку, насчитывающую четырнадцать тысяч томов. Это действительно важно для человека, чье интеллектуальное любопытство может увлечь его в тысячи разных направлений. Он в курсе всех мировых новостей благодаря Economist, который он читает от корки до корки. Для того чтобы использовать свое время максимально продуктивно, он всегда приезжает в аэропорт в самую последнюю минуту. По этой причине у него зарезервировано собственное место парковки около штаба Microsoft в Редмонде»[96]. Это свидетельствует о высокорациональном подходе в организации своего личного времени, с чем коррелирует и его роскошный особняк, расположенный в живописном месте.

* * *

Не отстают от своих американских коллег и российские миллиардеры, чьи огромные миллиардные состояния дали возможность купаться в роскоши, проявляя свою плебейскую натуру. Примером может служить Б. Березовский, который за 14,4 миллиона долларов в сентябре 1997 года приобрел виллу, которую до этого снимали различные знаменитости.

«Clocher de la Garoupe – это большая шикарная вилла в Кап д`Антибе, что в самом сердце Лазурного побережья, расположившаяся на пятидесяти акрах земли с благоухающими садами, оливковыми деревьями и террасами, спускающимися к Средиземному морю. Величественное владение в итальянском стиле имеет солидную охрану у ворот. От изысканного входа территория простирается вглубь на целую милю. На ней расположены три значительных по размеру особняка (два для гостей и один для самого хозяина), откуда открывается прекрасный вид на побережье и море. Кроме того, здесь есть гимнастический зал, теннисный корт и большой бассейн. Сады, окружающие дома, с их ухоженными лужайками и живыми изгородями отвечают правилам торжественного английского официального стиля»[97].

Любой миллионер и миллиардер всегда мечтает о своем особняке в каком-нибудь уединенном и живописном месте, поэтому и наблюдается рост дорогих домов, вилл и коттеджей. Их дороговизна объясняется тем, что над ними часто работают именитые архитекторы и дизайнеры, что в их строительство вкладываются громадные деньги. Однако среди них имеются и поистине уникальные особняки и квартиры, поражающие своей размахом.

Таковым является необычный особняк, сооруженный в 2011 году где-то на берегу Цугского озера в Швейцарии, стоимостью в 12,2 млрд долларов. «Стоимость особняка невероятно высока, потому что он во всем уникален, но самое необычное – отделка. На дом, который строился целых 5 лет, ушли тонны (!) чистого золота, большое количество метеоритов, а также кости динозавров, среди которых есть и останки знаменитого тираннозавра»[98]. Самое интересное состоит в том, что по меркам миллионеров он не такой уж и большой: всего 8 комнат, суперэксклюзивный бар, гараж на 4 автомобиля, каменный винный погреб, большой подвал и терраса. Общая жилая площадь равна всего 725 квадратных метра, сам участок составляет 2442 квадратных метра.

Понятно, что расположение этого самого дорогого особняка в мире тщательно скрывается, также неизвестно имя его владельца[99].

* * *

Представители мировой элиты могут позволить себе приобретать и весьма дорогие квартиры, которые по своему комфорту и роскоши мало отличаются от особняков. Поэтому нет ничего удивительного в том, что существует и самая дорогая квартира в мире, хотя стоимость элитных квартир меняется практически ежегодно, цифры ценников имеют шесть, семь и даже восемь нулей.

С сентября 2010 года самой дорогой квартирой считаются двухуровневые апартаменты в доме La Belle Epoque в Монте-Карло (княжество Монако). «Они достались нынешнему владельцу, пожелавшему остаться неизвестным, за 306,5 млн долларов! Предполагается, что новым хозяином роскошной квартиры стал богатый арабский шейх»[100]. В свое время квартира подверглась эксклюзивной дизайнерской отделке, благодаря которой она стала уникальной – в ней новая и невероятно дорогая мебель, встроенная электроника для управления, охраны и развлечений (здесь десятки киноэкранов и мониторов во всех комнатах), специальные помещения с пуленепробиваемыми стеклами на случай нападения бандитов. Общая площадь этой квартиры равна 1625 квадратных метра, она состоит из двух секций, включающих в себя гостиную, спальни, кухню, гардеробную, кинозал и несколько ванных комнат. В квартире имеется собственный спа-салон, библиотека, бильярдная, игровая комната, джакузи и терраса с небольшим тропическим садом[101].

Эти уникальные апартаменты приобретены в аренду на 97 лет, так как такое богатство никто не отдаст насовсем.

Представители современной мировой элиты могут позволить себе иметь дорогое, роскошное и комфортное жилье. Дело в том, что корпорации представляют собой частную собственность акционеров, которые платят своим президентам сверхвысокое жалованье. В этой среде топ-менеджеров символы роскоши представляют собой предметы одноразового пользования – как только «статусные» дома исчерпают свою представительскую функцию, от них избавляются; со «статусными» женами разводятся в случае увядания их красоты.

Иррациональный характер такого рода суперэлиты бизнеса не признается открыто, здесь используются различного рода мифы о том, что создание богатства и деловой успех невозможны без крупных стимулов. Не удивительно, что эта бизнес-суперэлита яростно защищает «свободный рынок» и подвергает критике любые формы государственного вмешательства в экономику, объявляя их неэффективными и самоубийственными.

«Доказательством эффективности экономики свободного рынка эта элита считает собственные сверхдоходы. Благодаря своему богатству и покупательной способности она не нуждается в каких-либо общественных услугах: живет в собственных домах, особняках и ранчо с частной охраной; обслуживается в системе частного медицинского страхования; своим детям дает образование в частном порядке; путешествует на личных самолетах и яхтах. Короче говоря, отколовшись от гражданского общества, они получают возможность повысить качество своей жизни»[102]. Поэтому представители бизнес-суперэлиты считают излишним существование государства и наилучшим в нравственном плане мир частной собственности.

* * *

Вполне естественно, что эта суперэлита выступает застрельщиком гражданского сепаратизма, который все шире распространяется среди привилегированной верхушки американского общества. «В настоящее время около трех миллионов американских супербогачей проживают в более чем 20 тысячах закрытых сообществ, где царит приватизированный стиль жизни. Подобная тенденция достигает крайних форм своего воплощения в таких полностью самостоятельных и юридически зарегистрированных новых городах, как калифорнийские Хилден и Роллинг Хилз, жители которых объявили о своей политической независимости. Они освобождены от налогов штата (но не федеральных налогов), собирают собственные налоги и разработали с вою систему льгот»[103].

Такие города официально признаны как кондоминиумы, чьи жители не пользуются общественными институтами, не принимают участие в публичной жизни, они отчуждены от жизни общества. Эти кондоминиумы и закрытые сообщества выражают стремление их членов как политическое и культурное самоустранение, так и бегство от насилия американских городов, они ориентируются на идеальное общество. Как подчеркивают Э. Блейкли и М. Снайдер, «охраняемые территории – не просто убежища от городского насилия и быстро меняющегося общества. Это те социально-пространственные коммуны, о которых мечтали еще американские колонисты»[104]. Тем самым возникает общество, состоящее только из своих и исключающее всех посторонних, так как в условиях членства в кондоминиуме оговаривают минимальный возраст детей и вес собак, незваных гостей могут застрелить.

Таким образом, эти сообщества изолированы от всей остальной страны, представляя фактически гражданский бунт и усиливая тенденции сепаратизма, что в результате ведет к «разобщенному» обществу и его распаду со всеми вытекающими отсюда последствиями. В таком случае процветает культура юридического крючкотворства: именно в Америке судебные иски растут в семь раз быстрее роста населения, превращая американцев из «нации участников» в индивидуалистов и судебных жалобщиков: «Рост числа кондоминиумов и судебных исков, снижение чувства общности и участия в публичной жизни – звенья одной цепи. Американская цивилизация становится все более фрагментарной, поляризованной и разобщенной, поскольку шок от консервативной революции распространяется по всей общественной системе. Получение диплома все чаще доступно лишь студентам из состоятельных семей; падает и без того умеренная социальная мобильность»[105]. Фрагментарность американской цивилизации проявляется, в частности, в появлении такой оборотной стороны кондоминиумов, как кэмперсные городки, арендная плата в которых недоступна для низкооплачиваемых рабочих.

* * *

В современном глобализированном мире, когда множество представителей мировой элиты совершают различного рода поездки по всей планете, немалое значение принадлежит роскошным отелям – разнообразным luxury-отелям. Эти отели могут быть старинными и иметь свои традиции, обладать архитектурными красотами и дизайнерскими штучками, обеспечивать сверхкомфорт за немыслимые цены, давать возможность наслаждаться уникальным природным пейзажем, получать незабываемые впечатления и укрыться от шума повседневной жизни мегаполисов. Понятно, что эти отели являются лучшими в мире, самыми дорогими, самыми знаменитыми, самыми красивыми и, конечно же, самыми удобными и экологичными.

Наконец, существует самый дорогой номер в отеле Royal Penthouse Suite («Королевский пентхауз»), в котором останавливаются персоны королевских кровей, политики, звезды шоу-бизнеса, и который в сутки стоит 65 000 долларов. Этот номер находится на самом верхнем, девятом этаже гостиницы и занимает его полностью. «В нем 12 спален и 12 ванных комнат, гостиная и столовая, несколько гардеробных, бильярдная и несколько других комнат. Из больших окон и веранды открывается великолепный вид на Женевское озеро, Монблан и историческую часть города»[106].

Стоимость этого номера обусловлена его отделкой, в которой использован мрамор (в ванных комнатах), дорогие произведения искусства и золото. Каждая вещь в номере (статуэтки или предметы мебели) тщательно подобрана и имеет большую стоимость. Так, в номере расстелен настоящий шелковый персидский ковер размером 6х4 м, а также находится бильярдный стол Brunswick medalist 1930 года и рояль Steinway. В сумасшедшую стоимость номера входят также высокотехнологичная система безопасности, сейф с собственной системой безопасности, вертолетная площадка на крыше и обслуживание высочайшего уровня, когда круглосуточно выполняются любые капризы ВИП-персоны[107].

* * *

В нашей книге мы приведем несколько новелл о лучших отелях современного мира, которые написаны опытными, искушенными и даже профессиональными российскими журналистами ИД «Коммерсант»[108]. Одним из таких отелей является расположенный на юге Бали «Ritz Carlton Bali SPA», представляющий собою государство в государстве. Один из наших соотечественников Ф. Павлов-Андреевич называет его «Сладкая луна» и описывает следующим образом:

«В Ritz Carlton Bali SPA повсюду играет музыка. Эта мелодия всегда одна и та же – она играет здесь всегда, потому что мелодический код, изобретенный композитором, помогает выключить сознание и никогда не надоедает.

И действительно – не надоедает. Мелодия струится между фонтанами и над бассейнами. Бассейнами, в которых плавают толстые большегубые и пучеглазые золотые рыбы. Иногда эти рыбы начинают выпрыгивать из воды и даже демонстративно выбрасываться из своих фонтанов и бассейнов, прыгая в такт музыке по мраморным ступеням. Тогда рыб быстро излавливают и нежно, но настойчиво возвращают в бассейны и фонтаны – ведь они могут помешать вам читать меню…

Балинезийский массаж, как оказалось, сильнее шведского, приятней тайского и умнее шиацу – в нем есть все от этих трех плюс балинезийские масла-травы. Ту, что делает массаж, зовут Свами. Она ведет меня в свою келью – через заросли дивных кустов (и через все ту же непрекращающуюся мелодию), где у нее все устроено: фиолетовые стены, уже благоухает розовая ванна, и приготовлен для меня стол (на нем лежат). После массажа – нереально прекрасная ванна с розовыми лепестками. Потом – душ и растирание всего тела пятью волшебными кремами. Потом небывалый массаж лица и десятиминутный сон…

Вечером меня – который зачем-то оказался в Ritz Carlton Bali в единственном числе, без малейшего шанса медового месяца, – возвращают на виллу, где играет тихая-претихая музыка. Она почему-то уже мне знакома. Да, это та самая, которая никогда не надоедает. Я захожу в ванную (общей площадью 70 кв. м) и немею: меня ждет ванна с лепестками роз, а музыка доносится именно отсюда. После чего я чувствую на себе чей-то взгляд. И понимаю: это через стеклянную стену мне улыбается луна острова Бали, которая, собственно, в компании с медом и образует словосочетание «honey moon» – медовый месяц.

Намазывать мед на луну я обязательно когда-нибудь сюда приеду»[109].

В таком отеле человек обнаруживает экзотическую роскошь, новый опыт и новые ощущения.

* * *

Российские и зарубежные бонвиваны ныне предпочитают свежий остров-отель One & Only, приобретающий статус самого востребованного курорта среди представителей мировой элиты. Изложим все прелести этого отеля-острова глазами Анны Карабаш:

«Путь из адища большого города в открыточный рай One & Only at Reethi Rah не такой уж и обременительный…У лобби нас приветствовала меланхоличная и какая-то холеная белоснежная цапля. А также дворецкий на электромобиле, который по извилистой дорожке из белоснежного рассыпчатого песка доставил нас к нашей вилле с личным пляжем. С этих пор я практически не видела людей еще 10 дней – кроме персонала отеля и моего спутника, разумеется. Компанию мне неизменно составляли цветные рифовые рыбы, скаты, черепахи и прочие гады.

Это благостное безлюдье дорогого стоит и достигается вовсе не за счет отсутствия на острове других гостей. Тут еще, кроме нашей, 129 вилл, и как минимум 70 процентов из них очень даже обитаемые. Как сделать, чтобы гости не чувствовали себя на этом кусочке суши, как сельди в бочке, – своеобразное ноу-хау открывшегося два года назад острова-отеля One & Only at Reethi Rah… Все виллы – роскошные, но в хорошем смысле слова, без бреда вроде золотых унитазов. Если имеется бассейн – то из спокойного серого мрамора, минималистский, без всяческих глупых фонтанов. Вся отделка вилл – только из дорогих натуральных материалов: тик, раттан, красное дерево, скорлупа кокоса, нежный шелк. Каждая вилла – минимум 135 кв. м. Внутри кажется еще необъятней: потолки с бамбуковыми арками – как в кафедральном соборе, стен нет, только раздвигающиеся двери из тикового дерева, которые отделяют ванную и минимум два умывальника от спальни и гостиной с объективно великолепным видом на океанический горизонт, на котором волны сворачиваются в трубочку на рифе в 200 м от берега и белоснежной пеной бросаются на аквамариновую воду. И этот телевизор хочется смотреть вечно…

Иногда можно увидеть, как то к одному, то к другому столику за ужином или обедом присоединяется жизнерадостная синеглазая девушка славянского вида. Это специалист по well-being, диетолог и заодно инструктор по силовой йоге Дарина, которая и помогает гостям сделать грамотный выбор блюд: ничего не скажешь, великолепная аллегория диетической совести. Клиентов Дарины легко узнать, они любят подъехать к ресторану не на «багги», а на велосипедах…

Но главный специалитет в этом оздоровительном оркестре – занятия с мастером кундалини йоги японкой Коко… Полгода назад ее удалось заполучить на этот остров – и теперь сюда наладился поток гостей, которые специально приезжают «на Коко» и каждый день – кто по полтора, кто по три часа – занимаются с ней в деревянном открытом павильоне на сваях, прямо над океаническим прибоем.

– Кундалини – не самая спортивная, но самая духовная школа йоги, – говорила мне она каждый раз перед дежурным пением мантры, начинающей сессию, – она быстрее всего помогает освоить процесс медитации и на биохимическом уровне помогает совершить трансформацию личности.

– Что за трансформация? Не хочу я никакой трансформации, – говорила я.

– Ну и хорошо, – терпеливо отвечала японка.

На очередном занятии я вдруг поняла, что по ее велению «рассыпалась и стала каплей в океане». Даже нет: как будто бы мой организм стал тысяча сто девяносто седьмым прекрасным островом в Мальдивском архипелаге»[110].

Этот отель действительно заслуживает названия «прекрасный остров», так как он дает представителю мировой элиты тишину, безлюдье, прекрасное питание и возможность при помощи медитации «стать каплей в океане», что сильно воздействует на состояние здоровья индивида.

* * *

Значительный интерес представляет отель «Чанг Май», расположенный в северном Таиланде, особенности которого описала Ольга Волкова:

«Это не тот Таиланд, о котором сразу вспоминает человек, побывавший в Патайе или на Пхукете, – это совсем другой климат и другой пейзаж. Здесь, на севере, где горы и зелень, где часты рассветные туманы, мир похож на виды на старинных китайских рисунках. Хотя на самом деле тут поблизости вовсе не Китай – рядом Бирма и Лаос. Этот край две сотни лет принадлежал Бирме, что до сих пор чувствуется – в деталях архитектуры, даже в сувенирах.

Чанг Май провинциально уютен, впрочем, все положенные достижения цивилизации тут налицо: «Макдоналдс» имеется, есть и потрясающие воображение торговые улицы, на которых при желании можно одеться с ног до головы, а заодно и купить все для оформления дома в восточном этностиле – деревянная мебель, серебряные скульптуры, шелковые покрывала ручной работы…Тайские паломники и монахи не косятся на туристов-иноверцев, возжигающих свечи и ароматические палочки. Они буддисты, они толерантны, они не выказывают нетерпения, не высказывают насмешки, когда турист пытается узнать судьбу по гадательным палочкам у одной из статуй Будды… Палочки в основном обещают приятные вещи: «Вы будете много и тяжело работать, зато потом на вас свалится удача и богатство» или «Вас ждет встреча с человеком, который сумеет повернуть вашу жизнь к лучшему». Хочется в это верить – но трудно, особенно в свете того, что одной незамужней девице выпало предсказание скорого вдовства.

Не знаю, почему этот сезон дождей здесь считается полумертвым (в туристическом плане) сезоном? Дождь идет, но как по расписанию – с 16.00 до 17.00, а через пять минут солнце высушивает лужи, и от тропического ливня остаются воспоминания. И повышенная влажность – но, во-первых, не такая уж страшно повышенная, а во-вторых – влажность полезна для кожи: у тех народов, которые всю жизнь мокнут под дождем, лица без морщин. Может, именно поэтому нам так трудно определить, сколько лет тому или иному тайцу, а особенно тайке, – не то пятнадцать, не то пятьдесят.

Турист в Чанг Мае в основном не наш: нас манит море Пхукета и Патайи, а в северном Чанг Мае моря нет. Зато здесь есть стиль и вкус – те самые, полное отсутствие которых несколько раздражает в той же Патайе, чрезмерно перегруженной девочками, мальчиками, трансвеститами, секс-шопами, пип-шопами и прочими радостями, направленными куда-то ниже пояса. Да, Чанг Май – это не для всех. Это для искушенных, повидавших свет людей. Это часть азиатского путешествия – обычно здесь останавливаются на три-четыре дня, а потом едут дальше, познавать таинственный Восток»[111].

* * *

Многих представителей мировой элиты притягивает отель For Season Doha, находящийся в Дохе – городе чудовищно богатого арабского Востока, о чем идет речь в репортаже Екатерины Истоминой:

«В Дохе, «юном Дубае», уже есть привычно выложенные на поверхность международные ценности вроде «семерок» BMW, часов Chopard (одни из главных городских часов украшает логотип этого часового дома из Женевы) и кофеен Starbucks (для простых катарцев)… Летом 2005 года в Дохе открыли Four Seasons Hotel, сети, которая никогда не открывает своих отелей просто так и где попало. Если в городе есть отель сети Four Seasons, значит, у города большое будущее. Новенький Four Seasons Doha – добрый знак для Дохи.

Four Seasons Doha расположен в самом престижном районе Дохи – в Корнише (Corniche). Корниш – это широкая пляжная полоса, выступающая из центра в Персидский залив (хотя в Катаре, по понятным причинам, его называют не Персидским, а просто Заливом). От аэропорта до Four Seasons Doha – всего 15 минут на лимузине. Всего 15 минут на лимузине, и драгоценный гость утопает в садах Семирамиды, подкрепляемых одним итальянским рестораном, одним рестораном с интернациональной кухней, одним баром в староанглийском стиле, крутыми мраморными лестницами, пляжным комплексом “в стиле Бали”, а также комплексом SPA. Последний считается самым крупным на всем пространстве, подконтрольном «аравийской шестерке»…

Каждый сантиметр Four Seasons Doha заполнен очень нужными русскому консерватору вещами: каменными вазонами a la Большой Трианон, персидскими коврами, хрустальными люстрами величиной со слона, канапе и консольками в наполеоновско-египетском духе, искусственными, тщательно разрисованными валунами, самыми настоящими фонтанами, водопадиками, ручейками и всем прочим, что делает это пространство обжитым и похожим на зажиточный русский небоскреб – вроде жилого комплекса «Алые паруса»… Комплекс SPA, которым так гордятся в самом отеле, включает классический международный набор самых популярных процедур SPA – различные виды массажей, бань, струй в бассейнах. Стандартная пятизвездная коллекция без арабских специалитетов.

Огромное SPA – это козырная замена довольно скромным пляжным удовольствиям Four Seasons Doha (пляж отеля не так велик, как хотелось бы). Но, с другой стороны, оно – обратная сторона той самолетно-кочевой жизни, которую вынужден вести международный бизнесмен, оторванный, к примеру, от родного Штутгарта или Бостона. Сегодня его дом – это Four Seasons в Гонконге, завтра – Four Seasons в Провансе, послезавтра – Four Seasons в Женеве. А вот с недавнего времени и в Дохе»[112].

Этот шикарный отель рассчитан на удовлетворение практически всех тех потребностей, которые возникают у представителей мировой элиты, особенно у финансовой и деловой элиты, которым приходится много времени находится в перелетах по всему миру.

* * *

В журнале РБК за декабрь 2012 года дано описание открытого в Дубае нового элитного отеля в стиле «восточной сказки», который входит в один из крупнейших в мире элитных отелей Fairmont Hotel & Resorts. Это роскошный отель-дворец, получивший название Fairmont The Palm и построенный на искусственном острове, который повторяет очертания пальмы, причем основное здание похоже на старинный восточный замок. Каждый, кто войдет внутрь, оказывается в арабской сказке «Тысяча и одна ночь»: стены просторных комнат украшены витиеватым орнаментом, полы устланы коврами, ванные комнаты отделаны мрамором. Стилизованная под старину обстановка не скрывает, однако, модерновой «начинки» – ультрасовременной техники. В отеле 288 стандартных номеров, 21 резиденция, два президентских сьюта, 59 номеров и 11 апартаментов формата Fairmont Gold. Последнее представляет собою изюминку проектов компании, так называемый отель в отеле – для гостей этих номеров предусмотрено специальное обслуживание, они могут заказать персонального дворецкого. Здесь имеется бизнес-центр, семь переговорных, бальный зал на 600 человек и большая терраса с видом на Персидский залив[113].

Привлекает внимание новый отель «Playa Vik» на открытом всем ветрам атлантическом побережье Уругвая, который за хороший климат и высокий уровень жизни называют «южноамериканской Швейцарией». Этот отель представляет собой амбициозный проект Алекса Вика, уругвайского хотельера и страстного коллекционера современного искусства. Он напоминает снаружи океанский лайнер, роль носа которого выполняет вытянутый бассейн на террасе, нависающей над пляжем, внутри же он состоит из трех просторных сьютов и библиотеки, насыщенных произведениями искусства, и шести бунгало с собственными садами[114]. Весь интерьер отеля украшен шедеврами современного искусства, принадлежащими хозяевам, в том числе работами автора световых инсталляций Джеймса Таррелла и немецкого живописца Ансельма Кифера, которым могли бы позавидовать многие музеи мира, культовыми дизайнерскими объектами: кресло Vermelha братьев Кампана, скамья Iceberg от архитектора Захи Хадид и многое другое. Здесь путешественники очарованы открывающимся из панорамных окон видом на Атлантический океан, они, «уставшие от шума и хаоса городов, стремятся сюда за красотой, тишиной и покоем»[115].

Благодаря высокому искусству и уникальной архитектуре представители мировой элиты получают полное эстетическое наслаждение.

Элита и секс

Немаловажное значение в жизни мировой элиты, начиная с древней и кончая современной, играют секс, эротика и любовь, которые представляют собою самые дорогие человеческие привычки и существенную часть сладкой жизни. Именно эти перечисленные категории в качестве довольно дорогих излишеств делают жизнь большей части элиты приятнее и придают смысл процессу «зарабатывания» денег.

В свое время известный миллиардер Аристотель Онассис, у которого табуреты были обиты кожей с мошонки кашалота и который любил выходить на публику в сопровождении красивых женщин, четко сформулировал значимость романтической связи в мире мировой элиты: «Если бы не было женщин, деньги не имели бы значения»[116]. Данную формулу следует прочитывать в том контексте, что богатый, надменный, неприятный и даже уродливый человек благодаря своим деньгам, словно по волшебной палочке, становится неотразимым. Здесь деньги выступают в роли афродиазака (вещества, стимулирующего эротическое влечение), чтобы представитель элиты мог добиться желанной женщины. Аналогично звучит и утверждение эксцентричного американского баскетболиста Денниса Родмана: «Пятьдесят процентов жизни в NBA – это секс, другие пятьдесят – деньги»[117].

Несмотря на то, что основная цель представителей мировой финансово-экономической элиты состоит в накоплении все большего богатства, все же их природные склонности порой заявляют о себе. В своей книге «Естественная история богатых» Р. Конифф приводит в качестве примера известного американского миллиардера Арманда Хаммера, который содержал перед смертью в возрасте 92 лет по крайней мере двух любовниц.

Из других видных деятелей мировой элиты, отличающихся многочисленными сексуальными похождениями, можно назвать бывшего председателя Совета министров Италии С. Берлускони. 15 февраля 2011 года миланский судья открыл 2 судебных процесса по ускоренной процедуре: Берлускони обвинялся в пользовании услугами несовершеннолетних проституток и злоупотреблении служебным положением при освобождении одной из них, Каримы эль-Маруг по прозвищу «Руби-сердцеедка», из полицейского участка. Берлускони пояснил, что хотел помочь девушке найти работу, потому что она рассказала «тронувшую его историю». По словам Каримы эль-Маруг, она получила от премьер-министра 7 тыс. евро, в то время как итальянские СМИ указывают на куда более крупную сумму – 150 тыс. евро, а также драгоценности, часы, машину, полученные от главы правительства в качестве подарков[118].

Кроме того, политик обвинялся в организации оргий, известных под названием «бунга-бунга», которые он устраивал на своей вилле Аркоре под Миланом. Берлускони считал, что его неправильно поняли: «Это полный абсурд – подумать, что я мог заплатить за интимную связь с женщиной. Такого никогда не было в моей жизни. Я считаю это унизительным. Да, я люблю быть среди молодых людей, мне нравится их слушать, нравится окружать себя молодежью»[119].

В октябре 2012 года Берлускони в суде заявил, что на вечеринках, регулярно проводившихся на его вилле под Миланом, не было интима, обвинения в сексуальных связях с Руби (упоминалось о 13 свиданиях) также отрицал. 13 мая 2013 года прокуратура Италии потребовала для Берлускони шесть лет тюрьмы по «делу Руби». По мнению следствия, нет сомнений, что Берлускони использовал услуги несовершеннолетних проституток. За «вызволение» девушки из тюрьмы с использованием служебного положения обвинители просили пять лет, а за секс с несовершеннолетней за деньги – год, в сумме – шесть лет заключения. Также обвинение попросило для Берлускони пожизненного запрета занимать государственные должности.

24 июня 2013 года Берлускони был приговорен к 7 годам лишения свободы и пожизненному запрету занимать государственные должности по обвинениям в проституции несовершеннолетних и злоупотреблении служебным положением. В ноябре 2013 года миланский суд подтвердил законность приговора, однако адвокаты Берлускони продолжали подавать протесты, которые в конце концов были удовлетворены[120].

Не менее показательным является один недавний судебный процесс, из которого следовало, что султан Брунея и его брат Джефри (чья яхта «Титьки» длиной 181 фут оснащена двумя скоростными катерами «Сосок-1» и «Сосок-2») использовали часть своих миллиардов, чтобы покупать красивых женщин для гарема. За 3 тысячи долларов в день женщины, включая тех, что снимались для обложек Penthouse и Playboy, склонялись ими к непристойностям[121].

* * *

В современной России тоже существуют и гламурная проституция, и бордели такого уровня, что они превзошли стандарты Запада, примером чего служит московское кафе-секс «Night Flight». «Москва, где сегодня казино больше, чем в Вегасе, клубов больше, чем в Нью-Йорке, проституток больше, чем в Бангкоке, и суши больше, чем в Токио, словно по мановению волшебной палочки в одночасье превратилась в мировую столицу ночной жизни. Русские женщины, которые представлены в олимпийско-амазонском спектре от Верушки до Марии Шараповой, заслуженно считаются самыми красивыми и самыми корыстными. Здесь, в Москве, деньги говорят громче, чем где бы то ни было, поскольку именно этот голос глушили почти сто лет.

Сейчас настала пора компенсировать упущенное, и нигде в мире не отрываются с таким размахом, как в «Night Flight», храме удовольствий на Тверской, этой московской Пятой авеню, всего в нескольких шагах от Кремля и Красной площади. Вы не пропустите это место: перед входом целая армия крепких вышибал в черных дизайнерских костюмах услужливо распахивает дверцы «бентли», «хаммеров» и представительских «мерседесов», приветствуя куда более мелких мужчин в черных дизайнерских костюмах…

Все посетители сначала спускаются в бар, чтобы разжечь аппетит, хотя одиноким и нецеломудренным бывает очень трудно сконцентрироваться на еде после визита в этот ад. Диджей ставит любую музыку, от Синатры до технопоп, и она звучит, начиная с девяти вечера, когда заведение только открывается, и до закрытия в пять утра. Здешние мадемуазели совсем не те, что в «Авиньоне» (Авиньон не в смысле папской обители во Франции, а одноименный испанский бордель), а больше похожи на моделей «Вог». Таких девушек в изысканных дизайнерских нарядах, говорящих на университетском английском, вполне можно привезти к себе домой и представить маме, хотя даже самая любящая мать не поверит в то, что ее мальчик так высоко скакнул. В коммунистическую эпоху такие леди наверняка состояли на службе в КГБ, эдакие современные Маты Хари. Но сегодня КГБ уже нет, а с ним исчезла и возможность респектабельного заработка. Если врач на Украине зарабатывает триста долларов в месяц, неудивительно, что эти красотки ринулись на подпольные заработки в такие заведения, как «Night Flight» и десятки им подобных, где начальная ставка – от трехсот долларов за час (женщины такого калибра скоро будут требовать в десять раз больше, чем в Лондоне или Дубае, только дайте им время).

В отличие от Вегаса, «Night Flight» предоставляет услуги «на вынос». Здесь можно ограничиться только знакомством или же пригласить свою избранницу наверх, на романтический ужин, если вы были так предусмотрительны, что заранее заказали столик. Хотя здесь бывает очень много серьезных бизнесменов и иностранных дипломатов – выпускники Гарвардской бизнес-школы давно уже считают «Night Flight» своим московским клубом, – и верхний обеденный зал выглядит очень пристойно, а еда получает восторженные отзывы в местной прессе, все-таки многие жены держат ухо востро…

Винная карта сказочно богатая, предлагается большой выбор винтажных французских вин, но есть немало удачных находок из Южной Африки и Португалии. Начав пить, вы вряд ли сможете остановиться, и мало кому из посетителей удается противостоять дикому желанию спуститься вниз на дижестив. Сервис, как наверху, так и внизу, безупречен, персонал улыбается, причем искренне и приветливо. Никто не ухмыльнется, не пожурит вас за шалости. Шведы, которые управляют заведением, умеют соблюдать конфиденциальность.

По иронии судьбы в Швеции, стране свободной любви, проституция категорически вне закона и жестоко карается, причем наказывают как продавцов, так и покупателей секс-услуг. В общем, страна свободной любви не хочет, чтобы за любовь платили. Но здесь, в России, отношение к проституции совсем иное, и шведы из «Night Flight» подняли ее на новый уровень»[122].

* * *

Аналогичное «Night Flight» заведение – московский ресторан «Галерея», созданный ресторатором А. Новиковым, в котором проводится политика «фейс-контроля», когда могущественный швейцар оценивает, достойны вы переступить порог заведения или нет. Даже заказав столик, вы не сможете поесть, если ваш внешний вид не соответствует стандарту элиты, которую обслуживает самая умопомрачительная женская клиентура, обходя по этому показателю даже «Cipriani» и «Chow». В этом флагмане элитных ресторанов «работают» исключительно женщины модельной внешности (некоторые из них – девушки по вызову), которых чаще всего сопровождают некрасивые или уродливые мужчины.

В книге У. Стадиема и М. Гиббз «100 легендарных ресторанов мира» дается следующее описание этого ресторана, рассчитанного на представителей мировой элиты: «Галерея» выглядит современной брассери Монпарнаса в сердце старой Москвы. Напротив ресторана, через улицу, находится окруженный древними стенами монастырь с потрясающей византийской архитектурой и иконами девятого века. Сходите посмотреть перед началом обеда. Получите эстетическое удовольствие и ощущение перспективы, к тому же, если не пройдете фейс-контроль, будет не так обидно, все-таки приобщитесь к тому, что можно назвать по-настоящему прекрасным.

К счастью, в «Галерее» любят американцев, так что, если вы заказали столик из крутого (читай: безумно дорогого) отеля вроде «Балчуг Кемпински», фейс-контроль вам не страшен. Многие мужчины обедают здесь в одиночестве, в надежде встретить свою красавицу, которые обычно собираются стайками, хотя, в отличие от «Night Flight», не так откровенно выставляют себя на продажу. Как бы то ни было, но великая иллюзия романтики витает в этих залах.

И какие же это залы! «Галерея» напоминает кабинет из плюша и кожи, с шоколадно-коричневыми стульями и диванами, иссиня-черными лакированными столами, высокими потолками. Галерея фотографий (отсюда и название ресторана) чудо-женщин на стенах. Постойте-ка, неужели… удивляетесь вы, оглядываясь по сторонам и обнаруживая, что женщины в зале, как гостьи, так и официантки, точные копии тех, что на портретах. Во всяком случае, очень похожи. Только те, что на стенах, без сигар.

Кстати, сигары здесь курят многие, поскольку курение в порядке вещей. Москва не отличается строгостью – ни в сексе, ни в курении, ни в дискриминации…»[123]

* * *

Большее значение в индустрии секс-услуг для богатых, как было отмечено, имеет внешний вид девушек, которые должны быть похожи на топ-моделей. Безусловно, имеется связь между любовным наслаждением и восприятием красоты, что весьма рельефно проявляется в использовании женщинами косметики, начиная уже с древних времен. «И во многих уголках земли, где никто никогда и не слыхал слово «косметика», женщины, а нередко и мужчины продолжают до сих пор соблюдать свои собственные законы красоты как из чисто эстетического чувства, так из гигиенических и религиозных побуждений…

Как мужчины, так и женщины стараются придать своему телу, одежде и своему общему виду известную элегантность, и если цивилизованный мужчина по части ухода за красотой давно уже занимает второстепенное положение, то его более отсталые братья все еще соревнуются с прекрасным полом, стремясь превзойти женщин великолепием своего внешнего облика»[124].

В настоящее время на секс, эротику, любовь, красоту и косметику работает целая индустрия, включающая в себя парфюмерную и ювелирную промышленность, клиники эстетической хирургии, дома моды.

В книге М. Фог «Энциклопедия модных брендов» рассказывается о 125 модных брендах, которые получили международное признание: от Balenciaga и Chanel, давно ставших классикой стиля, до новейших, созданных современными дизайнерами. Мода постоянно находится в изменении, что выражается в выдвижении на первый план ярких цветов и принтов, тем более что доминирующее положение в индустрии мод занимают транснациональные корпорации, заставившие высокую моду перейти от изготовления одежды на заказ к массовому производству брендированных товаров[125].

Дома высокой моды Givenchy, Christian Dior и другие под влиянием глобализации теперь приглашают молодых продвинутых дизайнеров из разных стран мира. Самое интересное заключается в том, что Дома высокой моды являются убыточными, хотя распродажи растут, их основную клиентуру составляют жены российских олигархов и китайских нуворишей[126].

Использование брендов привело к тому, что они стали ценным коммерческим активом, позволяя тем самым расширять диапазон выпускаемых товаров, включающих в себя аксессуары, духи, косметику, мебель, текстиль и пр. Следует иметь в виду, что в начале XXI столетия быстро развивается индустрия товаров класса люкс, представляющая собою многомиллиардный бизнес с серьезными инвестициями, высокой конкурентностью и крупными игроками рынка. Эта машина по производству модной одежды и других аксессуаров эффективно использует PR в сфере моды, использующей дигитализацию и другие изощренные способы[127].

Одним из таких тонких способов воздействия на сознание человека является так называемая «шопинг-терапия», когда он погружается в мир самой модной одежды, ювелирных изделий и других предметов роскоши, включающих элементы старины, примеры которых приводятся в журнале Harpers Bazar, In Style и Top Beauty, иллюстрирующих образцы красивой жизни[128].

* * *

Одна из целей моды состоит в омоложении потому, что она стремится к молодому и свежему впечатлению, поэтому неудивителен интерес прекрасной половины человечества к ней. Каждая женщина способна при помощи тканей, цветов, фасонов, парфюма и косметики, «предназначенных» только для нее, создать свой имидж, свою красоту в соответствии с тем или иным идеалом красоты[129]. Уже в Древнем Египте сложился идеальный образ совершенной женской красоты, понятный и сегодня, спустя многие тысячелетия, – это несравненная египетская царица Нефертити, жившая в начале XIV века до н. э. Она обладала необычайно стройной фигурой, типичной для древнеегипетского стандарта красоты, у нее были полные, изящно изогнуты чувственные губы, длинная шея и смуглая кожа. Нефертити постоянно брила голову и носила парик, поверх которого находились небольшие конусообразные сосудики из глины, медленно, по каплям источавшие благовонное масло через маленькие отверстия внизу.

«Эта знаменитая египтянка умела элегантно и вместе с тем просто одеваться. В ту пору одежда знатных женщин стала более изысканной: легкие полупрозрачные одежды из льняных тканей, окружавшие женскую фигуру прозрачным колокольчиком, стали плиссировать (мелкие параллельные складки) в различных направлениях, что создало совершенно новую ритмическую структуру одежды. В моду вошли цветные (голубые, зеленые, красные, бирюзовые, желтые, коричневые и др.) калазарисы с расширяющейся книзу юбкой и бретельками (либо с одной бретелькой). На плечи набрасывали небольшие сеткообразные пелерины, затканные блестящими бусинками либо золотом и красиво задрапированные на груди»[130].

Смуглое лицо Нефертити удивительным образом гармонировало с изысканными прозрачными плиссированными калазирисами, которые настолько были тонкими, что сквозь них легко читать книжный текст. Она любила надевать широкое многоцветное ожерелье и драгоценные и полудрагоценные камни, самым любимым украшением было изображение опасной змеи-аспида, два из них в качестве царского знака находились у нее на лбу. Нефертити прекрасно разбиралась в косметике и умела ею пользоваться, что свидетельствует о ее способностях использовать умеренную и изысканную моду.

Весьма модной была Валерия Мессалина (25–48 гг. н. э.) – пятая жена римского императора Клавдия, которая довела уход за своим телом до уровня высокого искусства. «Эта похотливая красавица с золотисто-пепельными волосам и огромными глазами цвета морской волны, обрамленными очень длинными и густыми ресницами, с высокой упругой грудью и стройными, словно литыми, бедрами стала апофеозом разнузданного разврата в истории Рима»[131]. В ее распоряжении находились специальные несессеры, в которых находились серебряные четырехугольные зеркала, покрытые узорами на обратной стороне, гребни из слоновой кости, щипцы для завивки волос, золотые и серебряные шпильки и булавки в различных изящных коробочках, ножницы, баночки с румянами, помадами и белилами, алебастровые сосудики и флакончики из оникса с духами и притираниями и пр. «Валерия Мессалина отличалась особым, доходящим до крайности пристрастием к украшениям. Она отдавала предпочтение серьгам в виде маленьких полушарий (их Мессалина надевала по несколько штук одновременно) и в форме больших капель из очень дорогих индийских жемчужин. Но более всего обожала она появляться при дворе вся сплошь усыпанная жемчугом, под которым не было никакой одежды»[132]. Жизнь первой модницы и первой куртизанки Римской империи Валерии Мессалины закончилась трагически – по приказу ее супруга-рогоносца она была заколота преторианцем в знаменитом Лукулловом саду.

* * *

Большое внимание женской красоте, украшению женщины, принадлежащей к правящей элите, уделяли византийцы, которые наряду с духовной жизнью очень ценили телесную красоту. Красивыми считались женщины среднего роста, с мягкими формами, тонкой талией, достойной осанкой, нежной кожей лица, окрашенной легким румянцем, большими выразительными глазами и жемчужного блеска улыбкой (некрасивость они воспринимали как трагедию). Красота играла решающую роль при выборе невесты василевса (императора): в VIII–IX вв. устраивали специальные «конкурсы красоты» невест, на которые отбирали самых красивых девушек империи.

Женщины придавали весьма большое значение прическе и косметике, поэтому волосы являлись предметом их особой заботы. Иоанн Златоуст неоднократно говорит о причудливом плетении женских волос, Григорий Богослов и Синесий Киренский пишут о «златовидных волосах, блестящих и светящихся», вьющихся кольцами и уложенных так, что напоминают шатер или башню. «Греховные» заботы византийских женщин о своих прическах осуждались служителями церкви, требующими жить скромно. Большое распространение имели различные косметические средства – женщины румянились, подкрашивали глаза и ресницы, тело умащивали благовониями, особенно любили розовое масло. Так, византийская императрица Феодора являла собой живое произведение искусства – от голубоватых волос в золотой пудре до розовых ногтей на пальцах ног, сотни флакончиков с косметическими средствами покрывали ее туалетный цитрусового дерева столик, мыло ей привозили из Испании. Непременным атрибутом женского туалета были украшения из жемчуга, золота, серебра, бисера и драгоценных камней, людям нравилось «услаждать глаза блеском и красотой драгоценностей». Не только женщины, но и мужчины носили перстни со вставленными в них камнями, даже военная одежда, пояса, уздечки украшались золотом и драгоценными камнями. Кто не мог приобрести драгоценные украшения, носили всевозможные поделки, а также изделия из меди и бронзы.

Не отставала от Нефертити, Мессалины и Феодоры и императрица Цыси, чье красочное описание приводится в книге Перл Бак «Императрица»: «За три дня до того как сыну исполнился первый лунный месяц, Ехонала (девичье имя Цыси) отправилась в Восточный дворец, облачившись в новый атласный халат желтого императорского цвета. Желтый атлас украшала вышивка из ярко-красных цветов, а черный, атласный же головной убор сверкал жемчугами, лицо счастливой матери смазали растопленным бараньим жиром, умыли ароматной водой, напудрили и нарумянили. Особыми масляными чернилами подвели ее тонкие брови, а прекрасные губы искусно накрасили, и они стали еще глаже и краснее. Полные, нежные губы Ехоналы выдавали пылкое женское сердце. Руки счастливой матери украсили драгоценные кольца, а на большой палец был надет перстень из нефрита. Чтобы предохранить от ломки длинные полированные ногти, их покрыли щитками из тонкого золота, отделанного маленькими драгоценными камнями. Серьги из нефрита и жемчуга украсили уши. В пышном наряде, увенчанная головным убором, в туфлях на высоких каблуках, Ехонала казалась выше своего роста и выглядела, как богиня. Фрейлины захлопали в ладоши от восторга»[133].

* * *

Современные модницы, подобно своим предшественницам прошлых тысячелетий и столетий также стремятся украшать себя различными ювелирными изделиями из драгоценных и полудрагоценных камней. Сейчас весьма модной является тема фауны, которая будоражит ювелиров со времен «Мира животных» Chopard и которая получила новое прочтение – бабочки, жуки, змеи и лягушки из золота, бриллиантов и самоцветов, на циферблатах Harry Winston белое золото, перья павлина и фазана, бриллианты[134].

Немалый интерес представляет использование бабочки – аллегории души у древних, символ красоты и быстротечности жизни, – которая украшает женские часы калибра UN-13 Caprice Butterfly от Ulisse Nardin. Модель в корпусе из 18-каратного белого золота выпущена лимитированной серией в 28 экземпляров, на циферблате изящное насекомое с дивными крыльями, переливающееся всеми оттенками лазури – от василькового до глубокого синего. Возникает впечатление, будто бабочка села на циферблат, созданный в сложной технике выемчатой эмали champleve. Нежность росписи подчеркивает блеск 353 бриллиантов на циферблате и безеле.

Прозрачная задняя крышка дает возможность наблюдать за работой механизма, чье совершенство достойно драгоценного корпуса.

Часы снабжены кожаным ремешком с застежкой из белого золота, обладают запасом хода около 42 часов и водонепроницаемы на глубине до 50 метров[135].

Значительное внимание в начале XXI столетия мир эротики уделяет качественным парфюмерным изделиям и сексуальным техникам разжигания и сохранения любовной страсти, чтобы женщина могла получить наслаждение[136].

В литературе очень много пишут о сексуальной технике, однако фактически ничего не найдешь о поцелуях, без которых любовный опыт оказывается неполным. Ведь поцелуй, особенно первый, невозможно забыть, как и первую ночь любви, потому что он представляет собою первый шаг в мир чувственности. Его дарят только любимому человеку, он оказывается более интимным, чем секс: «Ни одна проститутка не согласится на поцелуй в губы. Свой поцелуй она подарит только любимому человеку, такая встреча с губами гораздо более интимна, чем половой акт», – отмечает К. Блан[137].

По своей природе поцелуй представляет собою сильное эротическое переживание, которое не только предваряет сексуальный опыт, но и подготавливает его. Не случайно древнеримский поэт Г. Катулл проявлял ненасытность в отношении поцелуев, умоляя свою подругу: «Дай мне тысячу поцелуев, и еще сотню, и другую тысячу, и сотню, и еще…»[138]

В современной науке установлено, что при поцелуе происходит обмен слюной, содержащей в себе существенную информацию о человеке и показывающей биологическую совместимость мужчины и женщины. Дело заключается в том, подчеркивает сексолог И. Панюкова, что слюна содержит в себе гормоны, энзимы и другие вещества, свидетельствующие о нашем возрасте, плодовитости, верности[139]. Существенным здесь является то, что слюна имеет запах, играющий фундаментальную роль в интимной жизни (не случайно в эротике немалое место принадлежит различного рода духам). Носогубная складка и верхняя губа – это зона, в которой интенсивно образуются феромоны (вещества, привлекающие лиц противоположного пола).

* * *

Немалую роль в современной эротической жизни играет белье, история которого насчитывает почти 5000 лет и цель которого корректировать форму тела. Критик моды и обозреватель Лесли Скотт пишет о значимости белья в жизни женщины следующее: «Ведь достаточно надеть что-нибудь сверхсексуальное с рюшечками под самый строгий деловой костюм, чтобы весь день ощущать себя роковой женщиной. Бюстье в сочетании с любимыми джинсами и стильным блейзером безошибочно сыграет роль неоднозначного послания на романтическом свидании»[140]. Она считает, что белье является необходимым компонентом сексуальных отношений, придавая им вполне определенную пикантность, поэтому ношение белья сродни еде. Ведь еда, подобно сексу, является фундаментальной потребностью человека, вписанной в культурную программу его функционирования.

Ношение белья, как и прекрасная еда, на бессознательном уровне благодаря спектру возможностей экспериментирования дарит человеку много радости. «Может быть, культура еды является для питания тем же, чем ношение белья для секса: восхитительным, расточительным прикосновением тайны и мастерства, которое делает секс более чувственным, менее чопорным и гораздо более радостным. В белье обнаженное человеческое тело становится возбуждающим, дразнящим, восхитительным. Белье играет ключевую роль в создании образа звезды бурлеска, завуалированной порнокоролевы, развязной танцовщицы стриптиза – потому что оно скрывает и показывает, моментально преображая человеческое тело в нечто бесконечно сексуальное и манящее»[141].

Более того, соблазнительность белья состоит не только в сексуальной притягательности, но в возможности порождать любовные фантазии. Белье способно преобразовывать женщину в нечто праздничное, поскольку она, как по мановению волшебной палочки, становится более живой и шаловливой версией себя будничной.

Сейчас наблюдается тренд нижнего белья, которое используется в качестве верхней одежды, причем пикантные вещицы вышли за пределы будуара. «Смелые цвета и принты, большие банты, цветочные розетки сзади, пышные слои тюля и кружева – новое поколение модных дизайнеров бросает на белье все силы, больше не считая его чем-то второстепенным или инструментальным»[142]. Целый ряд наиболее влиятельных модельеров (Дольче и Габбана и др.) заполняют подиумы платьями-комбинациями, кружевными накидками и иными «прозрачностями», пытаясь таким образом вписать самое сексуальное белье в повседневный шик. «Можно без преувеличения сказать, что белью по силам создать или разрушить весь туалет, а сегодня также преобразить фигуру, значительно расширяя спектр одежды, в которой женщина хорошо выглядит»[143].

В постмодернистском контексте современной эпохи белье похоже на некую путешествующую во времени сороку с истинно эклектичным вкусом. Примером служит представленный Марком Джейкобсом один из самых интересных гибридов нижнего белья, верхней одежды и нижнего белья как верхней одежды. Свободные гаремные шаровары, шлепанцы в арабском стиле, шоколадно-коричневый свитер в духе 70-х, шарф современного «хиппового денди», такая же хипповая сумка с бахромой и мультяшные «рожки» космической эры на голове манекенщицы – модное ассорти разных эпох, культур, направлений[144].

* * *

Начало XXI столетия тысячелетия характеризуется значительными изменениями в различных областях человеческой жизни. Налицо не только выдающиеся успехи в исследовании окружающего мира и социальные и научно-технические достижения, но и рост бесчеловечности и агрессивности, деградация нравственности, нарастающая опасность уничтожения и человеческого рода, и жизни на планете.

Сейчас некоторые психологи проповедуют новую модель любви, в которой любовь должна восприниматься как дополнительный бонус в мире комфорта и удовольствий. «Любимый человек должен быть удобен, – отмечает А. Гусев, – не напрягать, подходить по социальным и моральным параметрам, а иначе все это не любовь, а патологическая зависимость!»[145]. Таким образом, перед нами целая философия «безболезненных» любовных отношений – они должны быть комфортными, без всякой зависимости, что в общем-то представляет собою патологию.

В современной эротической жизни Запада проявляется ряд тенденций, на которые следует обратить внимание. Прежде всего это оргиастическая тенденция, для которой характерно принятие любых форм сексуальной активности (гомосексуализм, смена партнеров, групповой секс и т. д.). Другая тенденция – мистическое восприятие эротической стороны жизни (различные религиозно-мистические секты восточного толка). Исследователи отмечают также невротизацию культуры Запада, косвенным выражением чего служит тенденция роста сексуальной патологии нервного типа.

Все это присуще и представителям мировой элиты, а также, надо полагать, представителям элиты российской.

Элита и «искусство катастрофы»

Немалую роль в жизни современной мировой элиты играет искусство. Необходимо отметить, что проблемы искусства и связанной с ними эстетизации современного сложного общества являются существенными в условиях нарастания тенденции технизации. В современном мире происходит рост мегаполисов (Нью-Йорк, Токио, Дели, Мехико, Шанхай, Москва и др.), в которых наблюдается концентрация художественной культуры, сопровождаемая интенсификацией деятельности художников, архитекторов, писателей. Сейчас просматривается тенденция к всеобщей эстетизации, выражающаяся в синтезе различных видов искусства – живописи, скульптуры, архитектуры, музыки и др.

«Нетрудно понять, что сама логика всеобщей эстетизации, – отмечает В.П. Бранский, – не позволяет остановиться на стадии мегаполиса и требует двигаться дальше – к превращению в художественное произведение некоторого географического региона, страны в целом, группы стран и, наконец, земного шара. Поверхность последнего преобразуется таким образом, что из космоса наша планета может выглядеть наподобие пасхального яйца Фаберже»[146].

* * *

В настоящее время популярностью среди мировой элиты пользуется барокко, что выражается в выставках современного искусства. Так, в 2007 году Московским музеем современного искусства совместно с Крокин-галереей искусства был представлен проект «Барокко: симптоматика большого стиля». Цель данного проекта состоит в привлечении внимания к актуальности стиля «барокко» в контексте культурных и политических катаклизмов на рубеже 2-го и 3-го тысячелетий.

Дело в том, что просматривается аналогия нынешнего состояния культуры формам и смыслам барокко как стиля, как исторической эпохи и как культурно-философской идеи[147]. Этот стиль, выражающий новую концепцию природы и мира, отношений между людьми и предназначение искусства, в процессе своего формирования охватил не только высшие сферы светских и церковных властей, но и частную жизнь человека, который стремился получить наслаждение от созерцания красоты. «На протяжении XVII века Римская церковь, упрочившая свой авторитет после протестантского раскола и Тридентского собора, использует искусство в своей деятельности по распространению новых идеалов и культовых ценностей. А великие европейские монархии возлагают на художников задачу грандиозного, роскошного и убедительного образа королевской власти и государственного могущества»[148].

В эту эпоху произошло формирование политических стратегий абсолютных монархий, родился классический либерализм, осуществлялось колониальное порабощение Нового света, была разрушена гуманистическая картина мира на полях сражений Тридцатилетней войны, бушевала Контрреформация. «В то время, когда свирепствует голод, эпидемия чумы, войны, мятежи, даже революции, наблюдается поразительный художественный расцвет, результат утверждения католицизма и стремления суверенов, сторонников абсолютизма, и аристократической элиты (или купеческой в Соединенных Провинциях) продемонстрировать свою власть»[149]. Несмотря на этот противоречивый характер, именно роскошь воинствующей католической церкви, которой стремились подражать и светские владыки, уделявшие внимание изощренной помпезности придворных церемониалов и продуманных до мелочей программ триумфов и апофеозов, лежит в основе возникновения барокко – этого иррационального, эмоционально-напряженного и чувственного искусства. Особенностью барокко является сосуществование религиозного экстаза, эротической раскрепощенности и политической пропаганды[150].

Актуальность барокко состоит в том, что оно обнаруживается не только в эпоху эллинизма, пламенеющей готике, в рококо, в стиле модерн Гауди или в живописи Дали, но и в современности, утратив при этом часть своего содержания[151]. Последнее связано с масштабными своеобразными «возвращениями» исторических эпох в социокультурном пространстве, что относится и к барокко. «Барокко вернулось», – заявили два года назад историки Массимо Чьяволелла и Патрик Колман. Ну и как барокко – эпоха папы Урбана VIII, художника Рубенса и архитектора Борромини – действует в наше время? Самый точный ответ на этот вопрос оказывается и самым расплывчатым. Барокко проявляется не прямо, в виде метафоры и очень редко – стилизации… Театральность, точнее, практика смены декораций в зависимости от места действия. И шире: жизнь как многоцветный сон. Барокко – это искусство без героя. В барочной картине все равны, ибо составляют непрерывный узор мускулов и складок. Современный художник тоже избегает изображать героическое, ибо не находит его в жизни.

Появление героя отвлекает от задачи выживания в информационной войне, время от времени переходящей в религиозную. Скандал с карикатурами в газетах, борьба за прихожан. В пылу сражения уже не разобрать, кто варвар (а ведь обнаружит варварское в противнике – одна из главных задач классического мироощущения)»[152].

* * *

Характерной чертой барокко является складка, которая и используется в современном искусстве. Не случайно французский философ Ж. Делез написал книгу «Складка, Лейбниц и барокко», представляющую собой поэму в прозе, где и принципом, и следствием барочного мироощущения оказывается складка. Термин «складка», как известно, используется и на Западе, и в России для подчеркивания вычурности, пряности художественного произведения. «Мы видим элементы барокко в современной архитектуре, и особенно в извивах интерьеров Захи Хадид… Барокко как искусство продуманного ансамбля, синтеза живописи и архитектуры существует сейчас в жанре инсталляции и видеопроекции. Сновидение и вымысел как сюжетные константы барокко сейчас тоже востребованы… Первыми об этом говорили, конечно же, постмодернистские философы. Для них мир стал текстом, а язык – средством подавления свободной воли. Восприятие целого мира как текста подразумевает революционную возможность переписать его. Или хотя бы анализировать, выбирая практически любую глубину критической оптики»[153].

Весьма продуктивным является трансформация уже не активных изобразительных средств в реквизит театрального действия. Иными словами, присущие барокко театральная игра, искусный обман, конструирование параллельных, иллюзорных реальностей широко распространено в современном искусстве. Это связано с тем фундаментальным фактом, что современное общество есть общество потребления, в котором в соответствии с уровнями социальной иерархии используются разные системы декораций.

«Чаще всего исполнение человеком социальной роли невозможно без тщательно продуманных аксессуаров. Например, «высокие» кабинеты оформлены в стиле Наполеона III, элитные квартиры наполнены благородными сортами дерева и стилизациями под японский дизайн, на демократическом уровне процветает смычка авангарда с буржуазией в виде многочисленных вариаций в магазине ИКЕА. Впрочем, и здесь, в месте, где торжествует шведский социализм, лишняя завитушка обойдется в дополнительные тысячи рублей»[154]. Таким образом, барокко в современном искусстве тесно связано с роскошью (и наслаждением), которая в обществе потребления распространена не только в высших слоях, но и в среднем классе.

Необходимо иметь в виду то немаловажное обстоятельство, что элементы роскошного барокко в современном искусстве оказывают значительное воздействие на жизнь человека и общества благодаря беспрецедентно широкому распространению произведений искусства. В своей знаменитой книге «Мегатренды» американский футуролог Дж. Нейсбит подчеркивает, что «сегодня больше художников, и они создают больше произведений искусства, чем когда-либо в нашей истории»[155]. Иными словами, сегодня мир искусства состоит из огромного числа художественных произведений, чего никогда не было в истории человечества. Вполне естественно воздействие этого громадного мира произведений искусства на сознание и поведение индивидов и групп и моделирование им будущих состояний социума.

* * *

Современная культура на рубеже XX и XXI столетий, в контекст которой вписано искусство с его элементами барокко, погружена в пространственно-временные глубины нелинейного социума. «Смысл искусства определяется феноменом культурной памяти. Чем художник ближе к каким-то реликтовым слоям, тем он масштабнее как творец. На самом деле художник как бы все время вспоминает, пытается вспомнить… Если девятнадцатый век шел под парадигмой дарвиновской теории эволюции, то в двадцатом веке французский математик Рене Тома открывает теорию катастроф. Мы постоянно находимся внутри катастрофического пространства, и точки катастроф обнажат нашу память»[156].

Более того, так как бесконечный объективный мир, который отражается человеческим сознанием, представляет собой вихревое движение, носит катастрофический характер, то и деятельность и связанное с ним сознание человека катастрофичны по своей сути. Исследования того же Р. Тома аргументированно показывают катастрофическую природу человеческого сознания[157]. Понятно, что искусство современного мира (в том числе и элементы барокко в искусстве) тоже погружено в пространство катастроф.

Для современного искусства и на Западе, и на Востоке характерно также использование новейших методов электроники и компьютерных технологий. «Электронный дисплей с его красками одинаков для всех, как телекамера или компьютер, они не связаны ни с какими местными традициями и с помощью глобальных сетей связи могут впервые в истории человечества способствовать появлению всемирного искусства. Визуальное искусство – самое нематериальное из всех когда-либо видов искусства, его произведения могут изменяться с помощью компьютера до бесконечности практически любым человеком. Масштабы этих изменений, отдаляющих окончательный вариант произведения от оригинала… беспрецедентны. Все это ведет к стиранию граней между отвлеченным мышлением и художественным талантом»[158].

Новая социокультурная ситуация, которая сложилась сейчас как следствие развития науки и приложения на практике новейших технологий, дает возможность человеку проникнуть в сферу, недоступную обычным пяти органам чувств. «Так, мы можем видеть на экране монитора трехмерные модели внутреннего строения тела человека, наблюдать явления и процессы, недоступные «простому» зрению в силу своей быстротечности или, наоборот, большой замедленности, распространены также графическое представление абстрактных идей, изображения различного рода полей. Мы можем констатировать, что современная визуальная культура оперирует новыми образами, и это приводит к изменению человеческого видения мира в целом. В итоге натура, понимаемая как объекты действительности, которые наблюдает художник, также видится по-другому»[159].

В современном компьютерном искусстве успешно используется виртуальный мир, который можно подвергать различного рода трансформациям, что дает возможность человеку «путешествовать» на различных временных уровнях окружающего мира, видеть различного рода физические объекты на нано– и микроуровнях, многообразие биологических процессов (от клетки до органов), разнообразие состояний звездного неба и пр. «Цифровые технологии меняют наше сенсорное восприятие и когнитивный опыт присутствия в мире. Они делают возможным существование новых форм художественного видения, основанных на «проникновении» в натуру, новой образности, признаком которой становится исчезновение знакомых форм человека и предмета и появление не имевшихся ранее представлений о плоти материи»[160]. Компьютерные технологии значительно усиливают когнитивные функции искусства, позволяют художникам исследовать острые социальные, политические и биологические аспекты существования человека и социума, моделировать будущие состояния общества на основе расширения выразительных возможностей искусства.

* * *

Следует иметь в виду то немаловажное обстоятельство, согласно которому на искусство влияют не только компьютерные технологии, но и другие новейшие технологии (биотехнологии, робототехника и др.). В результате появились так называемые технобиологические произведения искусства, выражая, таким образом, завершение определенного исторического периода в развитии человечества и начало перехода на новый, более сложный уровень организации социума. Это сопровождается системной катастрофой, необходимой для последующего перехода всей социокультурной среды к новой фазе развития, так как «всякое развитие системы происходит в той ситуации, когда она оказывается на грани катастрофы» (Джон фон Нейман).

«Эта характеристика применима, – пишет Д. Булатов, – к нынешнему состоянию технической и социокультурной среды. Введем определение: под третьей модернизацией нами понимается очередной этап в становлении социально-экономического и культурного проекта модерна, который формируется в условиях радикализации и избыточности технологического и научного прогресса»[161]. В основе процесса Третьей модернизации лежат две долговременные тенденции, составляющие структурную революцию и в областях социально-экономической жизни, и в психофизической организации человека.

Первая тенденция – это цифровой этап информационной революции, выдвинувший на первый план интеллектуальное производство, быстро изменяющего и постоянно обновляющего техносферу и социальные и экономические конфигурации. Данный процесс характеризуется радикализацией, выражающейся в смене технологических парадигм, что прекрасно иллюстрируется на примере пяти поколений счетных устройств, приводимом Р. Курцвейлем: электромеханика, релейная техника, электронные лампы, транзисторы, интегральные схемы и т. д.[162] Уровень избыточности в этой области вычислительных мощностей характеризуется переходом к нанотехнологиям, которые оперируют принципиально новыми свойствами структур.

Вторая тенденция представляет собой использование биотехнологий и медицинских технологий (генная инженерия, имплантология, инженерия стволовых клеток, клонирование и пр.) для варьирования пластичности человека. «Эволюционный потенциал, заложенный в этом тренде, обеспечивает не только отрыв современного человека от некоторых присущих ему изначально биологических свойств, но и приобретение им качеств «нечеловеческого» характера и как следствие – изменение самого антропоморфного облика цивилизации. Эта тенденция радикализуется за счет практического освоения человека от прокреативной позиции в порождении себе подобных (и других живых существ), в которой еще сохранялась зона игры стихийных сил природы, к рационально контролируемому технобиологическому производству»[163].

* * *

С этими двумя тенденциями органически связаны так называемые «пределы сложности», в рамках которых возникли и функционируют современные художественные направления. Эти «пределы сложности» с необходимостью требуют устранения дисбаланса между развитыми информационными и биологическими технологиями и недостаточно развитыми гуманитарными технологиями. «Для устранения подобного дисбаланса система нуждается в усилении гуманитарных технологий, которое сопровождается активным моделированием физических технологий»[164].

Именно поэтому в области современного искусства для подобного моделирования появились технобиологические произведения искусства, полученные посредством развитых биомедицинских и информационных технологий.

Особенностью технобиологических произведений искусства является то, что их можно встраивать в ту или иную социальную конструкцию для синхронизации систем с разными временами. «Дело в том, что этап социализации технобиологических креатур можно определить как меру появления инноваций в системе (понятие термодинамического времени, по И. Пригожину). Такое время является синонимом движения, развития и возникновения чего бы то ни было. Это время неизменно приходит в противоречие с временем физическим… Эти два времени – термодинамическое (инновационное) и механическое (календарное) – не эквивалентны и чрезвычайно тяжело синхронизируемы»[165].

Существенным здесь является то, что технобиологические произведения искусства (креатуры) ставят человека в ситуацию сложной и постоянно идущей игры с ее локализацией новых соотношений мобильности и присвоения и изъятия дара подлинности. Иными словами, наличие технобиологических креатур ставит под вопрос дар аутентичности человека, т. е. под вопросом находится само существование человека.

Эта проблема аутентичности человека весьма четко схвачена современными западными исследователями – футурологами, философами, маркетологами и специалистами в области менеджмента. Так, в своей книге «Наше постчеловеческое будущее» Ф. Фукуяма пишет о готовности войти в постчеловеческое будущее, в котором биотехнологическая революция позволит постепенно изменить нашу сущность. Он пишет о двойственном характере этого постчеловеческого будущего: «Многие считают, что постчеловеческий мир будет выглядеть совсем как наш – свободный, равный, процветающий, заботливый, сочувственный, – но только с лучшим здравоохранением, большей продолжительностью жизни и, быть может, более высоким уровнем интеллекта. Однако постчеловеческий мир может оказаться куда более иерархичным и конкурентным, чем наш сегодняшний, а потому полным социальных конфликтов. Это может быть мир, где утрачено будет любое понятие «общечеловеческого», потому что мы перемешаем гены человека с генами стольких видов, что уже не будем ясно понимать, что же такое человек»[166]. Не исключена возможность тирании мягкого типа вроде описанной в «Дивном новом мире» Олдоса Хаксли.

* * *

В отличие от Ф. Фукуямы, который занимается возможными сценариями постчеловеческого будущего, конструируемого новейшими биотехнологиями, западные специалисты в области менеджмента и маркетинга Дж. Пайн и Дж. Гилмор, занимающиеся «экономикой впечатлений» и «культурой впечатлений», показывают дефицит аутентичности и человека и вещей в наше время. Они анализируют парадокс экономики впечатлений: чем более вымышленным кажется мир, тем больше люди требуют того, что является реальным[167]. Ведь нынешняя социальная и культурная реальность настолько коммерциализируется и изменяется, что индивидов все больше привлекает нечто личное и незабываемое, прежде всего, аутентичное.

Современный мир все более наполняется инсценированными впечатлениями и становится все более нереальным, потому индивиды хотят иметь дело с аутентичным, которое, по определению, есть нечто, что не изобретено и не сконструировано для того, чтобы получить прибыль. В обществе потребления, созданном современной капиталистической миросистемой, все в силу коммерциализации становится неаутентичным. Поэтому и в фукуямовском «постчеловеческом будущем» человек потеряет свою аутентичность, а, следовательно, потеряет и свое существование.

Следует иметь в виду то обстоятельство, что технобио-арт является очередным этапом развития современного искусства, когда происходит использование в технобиологических формах искусства биомехатроники, робототехники, био– и генной инженерии и других развитых технологий. В качестве примера можно привести известный проект Стеларка «Третье ухо», когда художник благодаря методам тканевой инженерии пересадил в собственное правое предплечье дополнительное ухо[168].

Само по себе «Третье ухо» слышать не может, но с имплантированной гарнитурой Bluetooth у него появляются другие, неожиданные для этого органа функции. Значимость мира технобиологических произведений искусства состоит в том, что он способен раскрыть множество неочевидного в использовании новых возможностей технологий. «Это свойство искусства hi-tech особенно ценно сегодня, на ранней стадии развития ряда высокотехнологичных трендов, когда неопределенности и непредсказуемости больше всего и когда требуется поощрять разные точки зрения, без которых существование как науки, так и искусства попросту невозможно»[169]. Иными словами, художник, подобно ученому, должен предвидеть дальше, чем прикладной взгляд ученого или технолога.

* * *

Следует иметь в виду тот существенный момент, что для современной мировой цивилизации характерны «мегариски», чьи последствия нашли свое выражение в мире произведений техно-ориентированного искусства. «Современное техно-ориентированное искусство не столько поддерживает технологические версии современности, сколько очерчивает их границы. Это значит, что в лучших произведениях современного технологического искусства мы видим не только то, что мастерски копирует природу, но то, что когда-нибудь обгонит ее, выйдя из ее феноменов, и тем самым резче, чем сегодня, проявит обоюдную остроту прогресса, который в аверсах всегда является добром, а в реверсах – неизменно угрожающим и нам, и себе злом»[170].

В произведениях современного техно-ориентированного искусства доминирует нематериальное над материальным, что выражает специфику общества знания, имеющего определенную корреляцию с так называемым «когнитивным капитализмом» (капитализмом знаний). Произведения современного технологического (постбиологического) искусства предвосхищают два основных сценария развития мирового сообщества цивилизаций посткризисного мира, а именно: общество коммунизма знаний и постчеловеческая цивилизация[171].

Рассмотрим последний сценарий в свете цифрового изобразительного искусства, выступающего в качестве тренда мирового искусства. Действительно, развитие такой продвинутой научной дисциплины, как наноэлектроника, вызвал рост интереса к одному из весьма перспективных направлений современной информатики – клеточным автоматам (клеточный автомат – это математическая модель самовоспроизводящегося организма, представляющая собой периодическую решетку, в которой состояние каждой клетки в следующий момент времени детерминировано состоянием соседних клеток). Это клеточные размерности сетки, правила изменений состояний клеток. Наибольшую известность приобрел клеточный автомат «Жизнь», созданный Дж. Конвеем, не говоря уже о вариантах трехмерных автоматов типа автомата А. Тернера. Существенным здесь оказывается то, что клеточные автоматы дали возможность выявить многие закономерности, имеющие свои аналогии в биологии, социологии и т. д. «Образ и принцип клеточного автомата находит свое выражение и в современном искусстве»[172].

Так, инсталляция «Propagaciones» аргентинского художника Леандра Нунеза получила 3-е место в конкурсе «Искусство и технология», который был организован испанской телекоммуникационной компанией «VIDA Telefonica» (2007, Барселона). В основе функционирования этой инсталляции лежит принцип автомата «Жизнь» Конвея, она состоит из 50-ти маленьких роботов, закрепленных на шестах. «Все роботы имеют равный диаметр и сделаны из одинаковых компонентов, но отличаются друг от друга. Их поведение (вращение, свечение) зависит как от того, что происходит с соседними роботами, так и от перемещения зрителей. Поэтому у зрителей возникает ощущение, что роботы взаимодействуют друг с другом в сложно организованном танце»[173].

Такого рода произведения техбио-арта не только усиливают когнитивную функцию искусства в целом, но и дают возможность исследовать острые социальные, биологические и политические аспекты будущего общества.

* * *

Произведения технобио-арта дают возможность выявить и аверсы, и реверсы когнитивного капитализма с его компьютерными технологиями. В ходе анализа феномена «когнитивного капитализма» А. Горц приходит к выводу о том, что капитализм знаний имеет шанс выжить, если он сумеет имеющийся в изобилии человеческий интеллект превратить в дефицит. Последнее достигается путем распыления знаний, созданием препятствий их распространению и обобществлению, принуждением носителей знания к рыночному сбыту. «Вследствие своих внутренних противоречий и непоследовательности, капитализм знаний представляется крайне неустойчивой, уязвимой, отмеченной культурными конфликтами и социальным антагонизмом формой общественного устройства. Но как раз эта неустойчивость и позволила ему развиваться в противоположных направлениях. Капитализм знаний – это не капитализм, подверженный кризисам, он сам и есть кризис, до глубин потрясающий общество»[174].

Этому капитализму знаний как самому кризису адекватно современное искусство, представляющее собою этику непристойности. В своем аналитическом эссе-размышлении «Современное искусство: этика непристойности» О. Аронсон рассматривает актуальные внутренние проблемы современного арт-процесса и затрагивает вопрос взаимоотношений искусства с обществом[175]. С позиции своего тотального радикализма он подвергает критике наблюдающийся сегодня возврат искусства к эстетике, что обусловлено его сближением с экономикой, кроме того, он показывает, что этическая сфера искусства тоже оказалась поглощена рынком, благодаря чему свою цену имеет непристойность в искусстве. Этот означает, что свобода самовыражения художника неадекватна тенденциям развития общества знания.

«Когда мы говорим об искусстве как опыте, то пытаемся указать, что есть некая логика (или этика непристойности): опьянение плотской (вещной) жизнью, извлечение возвышенного из профанного. Или, говоря словами Ницше, вера в тело, которая становится фундаментом веры в душу. Когда в фильме «Дневник сельского кюре», поставленном Брессоном по роману Бернаноса, главный герой, кюре, предстает перед жителями деревни обычным алкоголиком, который ничего не ест, кроме хлеба, и постоянно пьет вино, то он явно не «соответствует занимаемой должности». Он непристоен в качестве священника. Но следование хлебу и вину – не просто алкоголизм, но и причастие, путь веры. Следование этике непристойности – постоянная фальсификация моральных догм, указание на несоответствие действия и его привычной интерпретации… Сила и Ницше, и современного искусства в том, что оппозиция «истина – ложь» была разорвана, что не-истина была усмотрена в основании самих сил жизни»[176].

* * *

Сегодня, в начале XXI столетия, наступил «рай благополучия» для современных художников, когда их картины высоко оцениваются на рынке, хотя художественная ценность их произведений ничтожна. Поскольку очень «трудно удерживать ничтожность искусства в его ничтожности», постольку «куда проще наделить эту неотменимую, аффективную непристойность искусства чем-то сверхценным»[177].

Эта ничтожность искусства, этика его непристойности обусловлена тем, что в контексте «когнитивного капитализма» место искусства оказалось «при деньгах и при власти, завоевало безраздельную и беазальтернативную гегемонию»[178]. Эта гегемония обусловлена не просто поддержкой власти, она разделяется большинством участников художественного и общественного процесса (художниками, кураторами, владельцами галерей, журналистами). Однако все ожидания, что официальная система искусства способна генерировать пристойные произведения искусства, являются несбыточными[179].

В своей интересной книге «Продано! Искусство и деньги» Досси Пирошка следующим образом характеризует ситуацию, сложившуюся с произведениями искусства, которые сейчас стали символами элитного статуса: «На рынке искусства бум. Цены взрываются. Ликование на художественном рынке подобно танцу у жерла вулкана. Прилив новых денег, рейтинги вспыхивающих звезд, шумиха вокруг аукционных рекордов и все быстрее раскручивающаяся карусель ярмарок искусств накаляют страсти. Летом 2005 года была преодолена отметка, считавшаяся прежде недостижимой. И не только потому, что за одно это лето на аукционах было установлено пятнадцать мировых рекордов. Впервые общая стоимость современных работ превысила стоимость произведений импрессионизма и классики модернизма. Не великие имена прошедших столетий, а современные художники стали теперь звездами рынка искусства. За их картины платят, как за шедевры истории искусств. Никому не понятно, откуда берутся эти цены, мало кто разбирается в механизмах, их порождающих»[180]. Другими словами, среди элиты, особенно денежной элиты, сейчас модны произведения современных художников, многие из которых выполнены в духе этики непристойности и которые высоко котируются на рынке произведений искусства.

* * *

Вполне естественно, что цены на рынке искусства изначально растут не потому, что произведения становятся ценнее сами по себе, а потому что на рынок течет больше денег. Эксперт в области рынка произведений искусства П. Досси отмечает, что рост цен на художественном рынке, в принципе, не что иное, как увеличение суммы инвестированных игроками в искусство денег, что существуют разнообразные причины, по которым деньги устремляются на рынок искусства[181]. Во-первых, это оживление на биржах, ведущее к тому, что бьющая через край прибыль с акций инвестируется в искусство. С другой стороны, деньги бегут из рецессивных областей вложения и выплескиваются на рынок искусства. Грозящая инфляция также вынуждает наличные деньги укрываться в надежной гавани реальных инвестиций, к которым относят и художественные произведения.

«В 2005 году товарооборот аукционов, торгующих искусством, – пишет П. Доссси, – вырос более чем на четыре миллиарда долларов. Почти на 90 процентов художественных работ цены не превышали 10 тысяч евро, за общий прирост оборота в первую очередь ответственен верхний ценовой сегмент. Такая тенденция наблюдается уже несколько лет. Покупатели, способные выложить от 5 до 18 тысяч евро, трижды проворачивают свои деньги, прежде чем купить произведение искусства, – еще в 2003 году на выставке искусства Art Basel заметил галерист Матиас Арндт. Те же, напротив, кто может предложить за работу более 100 тысяч евро, покупают сразу. Число коллекционеров, тратящих на произведения искусства огромные суммы, продолжает расти. В 2005 году 477 работ было продано более чем за миллион долларов. Уже в первом полугодии 2006 года 454 работы преодолели миллионный барьер. Большая их часть ушла с молотка в Нью-Йорке. Там цены только за один год выросли почти на 50 процентов»[182].

Следует отметить, что, хотя окруженные ореолом эфемерной духовности и этикой непристойности произведения современных художников растут в цене, а произведения старых мастеров не очень котируются, тем не менее, сегодня за картины Винсента Ван Гога, Пабло Пикассо, Герхарда Рихтера или Нео Рауха платят миллионы долларов. «Все дело состоит в том, что сейчас сложился глобальный рынок художественных произведений с его громадными спекуляциями и концентрацией спроса на эти произведения. Ведь согласно отчету World Wealth Report за 2006 год, подготовленному консалтинговой фирмой Cap Gemini, стиль жизни так называемых HNWI, High Net Worth Individuals, то есть людей с большим состоянием, тоже все больше глобализируется. В результате не более 30–40 художников обслуживают своими работами вкусовые пристрастия всей мировой денежной элиты.

Торговля искусством все более перемещается из Европы в англо– американском и азиатском направлениях. Художественные ярмарки в Майами, Пекине и Сеуле угрожают былой монополии Базеля или Кельна»[183]. Особенно много произведений искусства стал приобретать Китай, в котором также ценятся произведения старых мастеров. Ведь сейчас Китай является абсолютным лидером по результатам продаж произведений искусства: его доля в 2011 году составила 30 % всех продаж, что дало ему возможность обойти Америку и Великобританию[184].

Здоровье и патологии элиты

Научные исследования последнего времени показали, что здоровье и патологии человека, в том числе и представителя элиты, в значительной степени зависит от образа жизни. В этом плане заслуживает внимания образ жизни богатых людей (представителей элиты), который французский писатель Питер Мейл назвал «сладкой жизнью». В своей весьма интересной книге «Сладкая жизнь» он пишет пространно о сладкой жизни, исследование которой ему было поручено журналом «GQ», следующее: «Мне думается, в каждом из нас дремлет генетическая предрасположенность к транжирству, готовая проснуться и громко заявить о себе, как только нам улыбнется фортуна и округлится банковский счет. Что, если не она, понуждает нас приобретать триста девяносто девятую пару туфель, второй вертолет, пятый особняк, очередную дюжину дизайнерских подушек для дивана, бочку икры или шестилитровый «мафусаил» шампанского? Какая во всем этом необходимость? Кому это надо? И зачем?

Изобретенные богатеями способы тратить деньги занимали меня уже давно. Помимо всего прочего, мне было любопытно, действительно ли то, что покупают они, так уж сильно отличается от того, что достается нам. В самом ли деле привилегированные классы получают за свои деньги нечто особенное, или их просто приятно возбуждает сама возможность потакать любым своим прихотям, не глядя на цену?.. И вот однажды судьба, расщедрившись, решила помочь мне в поисках ответа на этот важный вопрос. Мистер Мартин Бейзер из журнала «GQ», человек редкой доверчивости и больших возможностей, каким-то образом проведав о моем чисто научном интересе к тому, что называется «предметами роскоши», любезно благословил меня на подвиги. Действуй, сказал он, вливайся в ряды богатых. Живи их жизнью, только не забывай предварительно согласовывать все расходы с бухгалтерией и предоставлять в редакцию письменные отчеты о приобретенном опыте…

Меня никогда не посещает желание обзавестись собственной яхтой, скаковой лошадью, дворецким или крокодиловым кейсом с медными уголками и сейфовым замком, не говоря уж о таких безумствах, как виноградник в Бордо или коллекция импрессионистов. Я могу восхищаться всеми этими чудесными вещами, но вовсе не хочу владеть ими. Насколько мне известно, проблем от такой собственности куда больше, чем удовольствия. В конце концов становится непонятно, кто кем владеет.

Особенно ясно я осознал это пару лет назад, когда как-то вечером мы обедали в гостях у очень милой пары, страдающей избыточным богатством. Один из гостей – не исключено, что это был я, – случайно задел край тяжелой золоченой рамы, украшавшей довольно мутное произведение живописи. Немедленно сработала сигнализация, и, вместо того чтобы садиться за стол, хозяевам пришлось звонить в службу охраны и долго убеждать их, что в приезде вооруженного отряда нет никакой необходимости. За едой хозяйка поведала нам еще об одной проблеме, на этот раз касающейся столовых приборов. Все их роскошное фамильное серебро было, разумеется, застраховано на приличную сумму, но, к сожалению, по условиям полиса в промежутках между использованием оно должно было храниться в сейфе, а потому ложки, ножи и вилки после каждой трапезы приходилось тщательно пересчитывать и прятать под замок…

После нескольких подобных случаев я уже не испытывал ни малейшего желания провести остаток своей жизни среди богачей. Но тем не менее приходится признать, что среди множества досадных несовершенств и разочарований на их жизненном пути встречаются и утешительные призы – чрезвычайно приятные и на удивление быстро входящие в привычку. Попробовав хоть однажды настоящую белужью икру, вы вряд ли станете с прежним восторгом вкушать ее дальнюю родственницу – икру черного пинагора»[185].

* * *

Кратко изложим с позиции опыта П. Мейла основные «чрезвычайно приятные» и «быстро входящие в привычку» утешительные призы жизни представителей мировой элиты. Некоторые аспекты этой жизни мы уже затронули в предыдущих главах, но представляется целесообразным их повторить.

Во-первых, заслуживает внимания существование в Лондоне двух или трех неброских заведений, которые уже несколько поколений потакают одной из наименее афишируемых человеческих слабостей, а именно: пара джентльменских туфель. За пару вручную выкроенных, собранных и сшитых, учитывающих все особенности их ступней, причуды пальцев и капризы косточек, настоящих джентльменских туфель приходится платить не менее полутора тысяч долларов. «Сначала он (поставщик обуви. – В.П., Е.П.) предъявит их для осмотра. Два отполированных до блеска темно-коричневых шедевра на медных распорках, которые сами по себе выглядят как произведение искусства. Довольны ли вы своей новой обувью? Не просто довольны, вы в восторге! А едва надев их, вы тут же ощутите себя другим человеком. То же самое, наверное, чувствовала лягушка, превращаясь в прекрасного принца. Вы будто стали легче. Ваши новые туфли не только весят меньше, чем обычные, – ступня в них кажется гораздо уже и изящнее»[186]. Это именно джентльменские туфли, а не какие-то там изготовленные на производстве дешевые туфли в соответствии со стандартами и рассчитанные на менее богатую, неэлитарную публику.

Во-вторых, не менее существенным для обозначения социального статуса представителя элиты является наличие как можно более шикарного транспортного средства. Идея оказалась гораздо более живучей, чем можно было ожидать, которое издавна использовала элита. «Отпрыски индийского царского дома предпочитали разъезжать на спине слона с шофером и в балансирующем пентхаусе. В Европе в XVIII веке конкуренция между коронованными особами за самое впечатляющее средство передвижения достигла своего пика. Шестерки жемчужно-серых лошадей, кареты в стиле рококо, ливрейные лакеи, разряженные кучера, верховой эскорт – все было пущено в ход. По сравнению с парадным выездом того времени даже произведенная в Детройте в 1950-е годы представительская модель показалась бы бедной золушкой.

С тех пор ничего принципиально не изменилось. Любимчики фортуны и поныне предпочитают транспортные средства, которые, с одной стороны, обеспечивают им максимальную изоляцию от толпы, а с другой – привлекают как можно больше внимания»[187]. В этом лимузине имеются телефон, бар и механизм, позволяющий поднять стекло и надежно изолировать себя от шофера и его машинного отделения, а также часто устанавливают и телевизор. К тому же представитель элиты получает ни с чем не сравнимое удовольствие, когда с бокалом в руке наблюдаете сквозь стекло за тем, как в конце рабочего дня издерганные бизнесмены вступают в битву за свободное такси, когда он испытывает ощущение, что находится в уютном, защищенном от суровой реальности коконе. «Итак, надежно защищенные от плохой погоды, всех этих недотеп, спешащих по тротуару, и светских бесед с обслуживающим персоналом, вы передвигаетесь по жизни в своем собственном комфортном мирке»[188].

* * *

В-третьих, важным для представителя элиты является подходящий костюм, который сшит в дорогом ателье Лондона у портного Хейворда после ряда примерок. «Вам даже не надо глядеться в зеркало, чтобы понять, что он идеально сидит. Вам в нем удобно. Он кажется не новым, а уже приспособившимся к вашей фигуре… Одним словом, это талантливо задуманный и прекрасно сделанный костюм. И при этом еще удобный»[189]. Более того, в нем человек кажется немного стройнее и несколько выше, и если он не фанатик вечно меняющейся моды, то он будет со все возрастающим удовольствием носить его лет пятнадцать-двадцать. В данном случае элитный костюм нисколько не устареет, потому что Хейворд не шьет чересчур актуальную одежду, причем она стоит не меньше двух с половиной тысяч долларов.

В-четверых, в отличие от неэлитарной публики представитель элиты получает удовольствие, когда он лакомится грибами-трюфелями, выращиваемыми в Провансе преимущественно для миллионеров. «На этих неофициальных рынках (речь идет о Марселе. – В.П., Е.П.) начинается путь грибов, закачивающийся на столиках трехзвездочных ресторанов или на прилавках дорогих парижских магазинов деликатесов – таких как «Фошон» или «Эдьяр»… Итак, первоначальная цена – две тысячи франков. Когда, пройдя через руки нескольких агентов и посредников, грибы попадают на кухню какого-нибудь «Бокюз» или «Труагро», цена, вероятно, удваивается. Если вы уверенно чувствуете себя у плиты и способны приготовить трюфели сами, тогда по дороге домой вы всегда можете заглянуть, например, в «Фошон» и купить их по шесть тысяч франков за кило»[190]. Все дело в том, что гриб-трюфель пользуется заслуженным авторитетом в мире гастрономии, рассчитанной на представителей мира элиты.

В-пятых, представители современной элиты увлекаются антиквариатом, они платят бешеные деньги за старинные предметы на различных аукционах, к которым относятся стулья «Чиппендейл», китайский фарфор, антикварная кухонная утварь, стекло «Лалик» и комоды времен короля Георга. «Люди, входящие в просторные аукционные залы с зажатыми под мышкой глянцевыми каталогами, сильно отличаются от нас с вами… Если из любопытства вы все-таки решите присутствовать на этой оргии миллиардеров, советую вам сесть на руки и ни на мгновение не выпускать их из-под себя. Одно рассеянное почесывание уха – и вы можете стать счастливым обладателем чаши для кровопускания XII века и прилагающегося к ней счета, напоминающего закладную на дом»[191]. Понятно, что старинные предметы роскоши стоят немалых денег, так как красота стоит больших средств, которые имеются у элиты, что оригинальные произведения искусства не по карману неэлите.

* * *

В-шестых, представители элиты обладают богатствами, необходимыми для приобретения натуральной, теплой, легкой и удобной одежды, свидетельствующей о принадлежности к высшему слою общества. Таковой является одежда из кашемира, полученного от мериносов морозной Монголии. «На свете не существует натуральных волокон, согревающих надежнее, чем лучший в мире невесомый монгольский кашемир, а коза надежно укрыта сразу двумя его слоями: первым – более длинным и грубым и легким пуховым подшерстком – тем самым, который, возможно, когда-нибудь займет место и в вашем гардеробе. Он не только теплый и легкий, но еще и восхитительно нежный на ощупь… Тут уж главное не тепло, а красота. Человек опытный отличит кашемировый пиджак от обычного с расстояния в десять футов. Даже издалека видно, до чего он мягкий. У него нет ни одного острого угла. Женщины, которые сразу же замечают такие вещи, так и норовят вас погладить. С этим придется смириться, если вы хотите носить кашемир»[192].

Спрос на кашемир уверенно растет во всем мире, а потому купить изделия из него можно практически в любом приличном мужском магазине, рассчитанном прежде всего на элиту и расположенном в Лондоне, где вас встретят соблазны Берлингтонского пассажа. «Четыре главных кашемировых барона – «Берк», «Фишер», «Лорд» и «Пил» – предлагают каждый свой стиль, разумеется, всего лишь вариацию на классическую тему. Цены у них различаются, но не существенно. Дешевого кашемира в природе не существует»[193].

В-седьмых, в мире элиты большим спросом пользуется икра, причем в английском языке найдется не так уж много слов, которые напрямую ассоциировались бы с богатством, роскошью и блаженством. Исходя из этого, П. Мейл следующим образом описывает значимость икры для представителей элиты: «Икра. Ну, чувствуете? Едва произнеся это слово, вы ощущаете во рту божественный вкус и будто бы на мгновение оказываетесь в компании знаменитых мужчин и красивых женщин. Икра уверенно занимает место на самом верху рейтинга предметов роскоши вот уже две тысячи лет… Многие известные в древности кулинарные изыски вроде язычков жаворонков, мозгов фламинго, запеченных лебедей и павлиньих грудок остались в прошлом в результате изменения общественных вкусов или законов, но икра сумела сохранить свою популярность до наших дней. Эту популярность, правда, никак нельзя назвать широкой, поскольку наслаждаются ею немногие, но, согласитесь, если бы в «Макдоналдсе» можно было заказать черную икру на булочке с кунжутом, она потеряла бы большую часть своей прелести»[194].

Во Франции под икрой понимают осетровую икру, представляющую собой изысканный деликатес для избранных, зачастую недоступный для рядовых людей.

* * *

В-восьмых, представители мира элиты не знают проблем с жильем во время путешествий, когда они прибывают на отдых или на деловую встречу в Женеву и Нассау, в Ниццу и на Ибицу. Все дело в том, что у них, как правило, имеется второй дом или квартира в различных местах нашей планеты. «Теоретически второй дом, – отмечает П. Мейл, – вещь чрезвычайно удобная. Он всегда в вашем распоряжении. Он расположен в какой-нибудь симпатичной части света, где цены на недвижимость постоянно растут. Нежась на солнышке или несясь вниз по склону, вы про себя удовлетворенно повторяете, что сделали очень мудрое вложение… Не для вас эти изматывающие групповые туры или отели «все включено», в которых приходится селиться всему остальному человечеству. Вы не такой, как все. Вы – человек, у которого в кармане лежит ключ от дома за границей»[195].

В-девятых, шикарные представители высшего общества посещают самое дорогое бистро – парижский ресторан «Л’Ами Луи», который является настоящей находкой для тех, кто не стесняется своего аппетита. «Последние четырнадцать лет рестораном управляет солидный и основательный, как бифштекс, человек, которого, кстати, зовут Луи… Я всегда любил эти первые минуты в ресторане, когда с бокалом в руке вы, не торопясь, читаете список блюд и мысленно пробуете каждое на вкус. Что же заказать? Жареную утку? Морские гребешки, пропитанные чесночным духом? Запеченного фазана? Перепелку с виноградом? Со своего места я хорошо видел кухню, находящиеся в непрерывном движении белые фигуры поваров и блеск медных сковородок. До меня доносилось шкворчание жарящегося мяса и запах запекающегося в масле картофеля. Мимо промчался официант, высоко неся поднос с блюдом, охваченным пламенем. Телячьи почки flambé[196]. За ним проследовал Луи, бережно держащий пыльную бутылку. К нашему столику тоже приближался официант»[197]. В этом ресторане можно также заказать фуа-гра, считающееся местной классикой, а так как гусиную печень в ресторан поставляет уже второе поколение одной семьи, то результат, как говорят, заставляет восторженно ахать даже самых привередливых гурманов.

Наконец, П. Мейл описывает такое самое дорогостоящее удовольствие для представителя мира элиты, как любовница. «Женщина – это всего лишь женщина, но любовница – это непрерывная тренировка изобретательности и умения балансировать на канате. Связь с ней приносит не только физическое, но и интеллектуальное удовлетворение. Что очень удачно, поскольку в денежном выражении эта связь обойдется вам не намного дешевле, чем содержание породистого скакуна или сорокапятифутовой яхты»[198]. Именно такой образ жизни элиты наряду с политической и деловой деятельностью определяет в немалой степени здоровье и патологии элиты.

* * *

Прежде всего, следует определиться с понятием здоровья человека и связанного с ним понятия патология, чтобы можно было понимать значимость этих понятий в функционировании современной мировой элиты, принимающей судьбоносные решения для развития общества. Понятие здоровья является многозначным – в специальной литературе насчитывается свыше 100 определений и подходов к феномену человеческого «здоровья». Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) в своей деятельности исходит из данного в 1968 году следующего определения: «Здоровье является состоянием полного физического, духовного и социального благополучия, а не только отсутствием болезней и физических дефектов». По существу это определение воспроизводится и в последних специальных трудах, хотя оно имеет свои нюансы, играющие определенную роль в соответствующем контексте.

Так, американский ученый Е. Минард в своей небольшой монографии «Эволюция богов. Альтернативное будущее человечества» следующим образом определяет здоровье человека: «Здоровье» можно определить как функционирование психики и тела человека – не только отсутствие «болезней» (боли или бессилия), но и наличие у него достаточного количества энергии, энтузиазма и настроения для выполнения или завершения дела»[199]. В основном же обычно пользуются определение «здоровья», принятое ВОЗ, которое является адекватным сложившемуся положению дел.

Все больше людей сейчас сталкивается с проблемами состояния своего здоровья, что обусловлено целым рядом причин. Во-первых, стремительное вхождение в повседневную жизнь целого спектра достижений научно-технической революции, глобальная урбанизация, резкое увеличение скоростей и средств передвижения привело к постоянному напряжению и перегрузке нервной системы человека, острому дефициту времени, экологическим проблемам и другим негативным последствиям для нашего здоровья[200]. Именно проблемы экономики, экологии, этнических конфликтов, происходящий кризис старой системы ценностей, неуверенность в будущем, потеря смысла жизни и другие стрессы обрушиваются на нервную систему человека, подрывая его здоровье. Во-вторых, достигшая огромных, подчас фантастических успехов современная медицина переживает острый кризис в силу ее узкой специализации, доминирования фармакологических принципов коррекции человеческого организма и беспомощности хирургии в лечении хронических болезней.

Господство фармакологических принципов в поддержании здоровья индивида и лечении обнаруженных у него болезней привело к появлению огромного числа лекарственных препаратов, действующих, начиная субклеточными структурами и кончая регуляцией функций организма в целом. Результат оказался двойственным: с одной стороны, множество людей избавилось от многих болезней и эпидемий, вернуло себе здоровье и продлило себе жизнь, с другой – наблюдается аллергизация населения, появление лекарственных болезней, антибиотико-устойчивых штаммов болезнетворных микроорганизмов, которые вызывают тяжелые госпитальные инфекции.

Большие достижения хирургии, состоящие в проведении сложных операций с помощью лазерной техники без нарушения целостности организма пациента, в трансплантировании донорских и искусственных органов при полной замене утраченной функции, оказались неэффективными в лечении многих заболеваний, особенно хронических. В-третьих, сейчас человек погибает не столько от инфекций, сколько от болезней, в основе которых лежит неправильный образ жизни, тяжелые переживания, глубокая фрустрация, различного рода фобии, психическая травматизация. Согласно данным американской геронтологии, 98 % индивидов уходят из жизни в силу их болезней и только 2 % – по причине старости.

* * *

В настоящее время человек преждевременно умирает из-за психосоматических заболеваний – болезней души и тела. Основная причина психосоматических заболеваний состоит в дезадаптации человека, вызванной нарушением его приспосабливаемости к усложняющейся социальной жизни, предъявляющей к индивиду постоянно возрастающие требования, а также убыстряющимся темпом цивилизационных изменений. Адаптация человека к действительности, к ее запредельным темпам теперь в значительной степени зависит от его психических возможностей и его неограниченных притязаний. Сюда следует прибавить нарастающий лавинообразно поток информации, представляющей собою опасность для здоровья человека. Все это сказывается и на здоровье представителей мировой и национальной элиты, так как они не могут быть абсолютно изолированы от окружающей их социокультурной и природной среды (хотя они и стремятся отгородиться от нее различными способами).

Не случайно сейчас особое внимание обращается на проблему соотношения здоровья человека и качество окружающей среды, так как значимость влияния окружающей среды на состояние здоровья человека несомненна. Вполне естественно, что сейчас уделяется внимание формированию банка данных, имеющих отношение к состоянию здоровья членов общества, знание особенностей корреляции между состоянием здоровья индивидов и патогенным характером окружающей среды. Здесь основное место принадлежит эпидемиологии (науке о состоянии здоровья человеческой популяции), а также экологии, позволяющей производить мониторинг окружающей среды и служащей основой для выработки методов и средств сохранения здоровья человека и его популяции. Существенную роль здесь играет математика, которая позволяет рассчитать оптимальные варианты очищения медицински неблагоприятной среды для нашего здоровья.

Потребность в здоровой окружающей среде также тесно связано с ценностной ориентацией данного общества и входит неотъемлемым компонентом в определение качества жизни. Поэтому в специальной литературе используется понятие «качество окружающей среды», а именно: «Под качеством окружающей среды, при расширительном ее толковании, подразумевается относительно стабильная (территориальная и временная) обусловленность окружающей среды большим числом взаимосвязанных факторов из четырех основных областей: естественных и созданных человеком ресурсов и процессов в окружающей среде, средств и мер по осуществлению экологической политики и влияния окружающей среды на общественное развитие»[201]. И хотя такая дефиниция качества окружающей среды требует дальнейшей разработки системы стандартов, существенным является то, что здоровью человека угрожает не только низкое качество существующих общественных отношений, но и деградация (загрязнение), низкое и неудовлетворительное качество природной среды.

* * *

Не менее существенной является связь здоровья человека со смыслом жизни – здоровье человека (и рядового, и представителя элиты) в значительной мере зависит от существующих в обществе систем ценностей, определяющих смысл жизни. Ярким примером может служить влияние системы социальных ценностей и соответствующего смысла жизни на состояние здоровья американца (именно в Америке сконцентрирована большая часть миллиардеров, владеющих колоссальным богатством и входящих в мировую элиту). Зарубежные и отечественные социологи, экономисты, политики сейчас обращают внимание на следующие социальные ценности, из которых исходит американец и которые оказывают негативное воздействие на его здоровье: успех, богатство, высокий социальный статус, престиж, популярность, агрессивность, мужественность, бодрость, физическая красота, скорость действий и общения и пр.

Немалый вклад в рост числа различного рода патологий, особенно психических вносит усиливающаяся интенсивность использования времени, возрастающая торопливость, чтобы вписаться в общий поток жизни. Но наибольшее значение имеет ориентация американца на сугубо материальные ценности и потеря смысла жизни[202]. Оказывается, что американец не живет собственной жизнью, он создал всепроникающую технологическую культуру, но не обрел смысл жизни, что приводит к деградации его здоровья и росту психических заболеваний.

К американской цивилизации полностью относятся слова Е. Минарда о том, что бывали случаи в истории человечества, когда целые цивилизации «заболевали… в высшей степени нереалистичными взглядами на жизнь…»[203]. С этим солидаризуется американский интеллектуал З. Бжезинский, который в своей книге «Вне контроля. Мировой беспорядок на пороге XXI века» подчеркивает тупиковый характер развития американского общества потребления и считает необходимым изменить существующую систему социальных ценностей[204].

Сама деградация здоровья американца (и других представителей Запада), рост психических патологий в западном обществе, потеря смысла жизни являются «болезнями» пресыщенной и богатой цивилизации. Исследования показали, что именно смысл жизни играет немалую роль в замедлении процесса старения человека и получения им удовольствия, в случае же так называемых «эволюционных бездельников», которые относятся к «праздному классу», происходит ускорение старения.

В 2013 году было опубликовано экспериментальное исследование Б. Фредриксон и соавторов, согласно которому физиологические последствия получения удовольствия двух типов – гедонического (связанного с простым, кратковременным получением положительных эмоций) и эвдемонического, когда человек получает удовольствие благодаря достижению больших целей, обретению смысла жизни. «Оказалось, что реакция иммунной системы организма в случаях гедонизма или эвдемонизма совершенно разная»[205]. В первом случае краткое удовольствие влечет за собою негативное воздействие на иммунитет, провоцирует воспаление и снижает выработку антител, т. е. вызывает нечто подобное стрессу, что ведет к ускорению процессов старения. Во втором случае получение «истинного» наслаждения от служения высшим целям, осмысленной деятельности, наоборот, имеет мягкое противовоспалительное воздействие и стимулирует выработку антител, что продлевает жизнь человека. Данные положения в полной мере относятся к представителям различных элит, ведущих тот или иной образ жизни и принимающих решения в различных сферах функционирования социума как на региональном, так и на планетарном уровнях.

* * *

Немаловажным является и полученное представителями мировой элиты образование, оказывающее мощное воздействие на здоровье человека, несущего ответственность за приятые решения. Вот как описывает данную значимость образования во второй половине 1970-х годов представитель глобальной элиты Д. Роткопф, автор бестселлера «Суперкласс. Те, кто правит миром»: «В Колумбийском университете от нас требовалось усвоить «базовую программу», выстроенную вокруг двух главных курсов. Один – «гуманитарный» – сводился к обзору важнейших произведений литературы. Другой, «современная цивилизация», предполагал ознакомление с выдающимися работами в области политической философии и смежных дисциплин от греков до современной эпохи… Где-то в районе Макса Вебера и других критиков современности программа разнообразилась: разные профессора назначали разные тексты, поскольку теперь между ними было меньше согласия по поводу сравнительной важности тех или иных мыслителей.

На этом этапе чаще многих других в списках обязательного чтения фигурировала «Властвующая элита» Чарльза Райта Миллса – книга 1956 года, посвященная анализу институтов власти в Соединенных Штатах»[206]. Согласно основному тезису Ч. Миллса, высшие эшелоны бизнеса, государственной администрации и армии США формируются из очень малочисленного отряда «принимающих решения» и вдобавок во многом пересекаются между собой. Эта единая «властвующая элита» состоит из людей, вознесенных своим положением над обычными условиями, в которых живет обычный человек; эти люди занимают посты, наделяющие их полномочиями принимать решения с масштабными последствиями… Под их началом находятся важнейшие иерархические структуры и организации современного общества… Они занимают стратегические командные позиции в обществе, которые теперь замыкают на себя реальные механизмы достижения власти, богатства и славы и активно пользуются этими механизмами»[207]. Так как, по утверждению Ч. Миллса, члены элит достигли привилегированного положения одними и теми же путями, многие в этой однородной среде лично знакомы между собой, а также они нередко перемещаются между государственным аппаратом и бизнесом, то они представляют собой нечто вроде соединенного директората Соединенных Штатов Америки.

С тех пор произошли существенные изменения в мире, о чем свидетельствует появление Давоса, выступающего индикатором появления и возвышения суперкласса, то есть наднациональной властвующей элиты, играющей ту же роль в иерархии эпохи глобализации, какую элита США играла в своей стране в первое десятилетие ее существования в качестве сверхдержавы. Одним из первых этот феномен описал прославленный бывший глава «Citibank» Уолтер Ристон, человек, визионерский дар которого позволил ему разглядеть единое будущее информационного века и глобализации. В своей провидческой книге «Сумерки суверенитета», вышедшей лишь на год позже рождения Всемирной паутины в 1991 году, Ристон предрекал, что «люди, полностью включившиеся в информационную экономику, выиграют от нее больше всего… Они будут чувствовать большую близость со своими глобальными собеседниками, чем с теми из соотечественников, кто еще не стал частью глобального общения»[208].

* * *

Феномен здоровья человека взаимосвязан с типом социальных ценностей, что весьма четко просматривается на проблеме долголетия (явлении старения). В современных обществах отношение к старению определяется убеждением «Я должен стареть», которое представляет общепринятую социальную ценность, и поэтому оно имеет такую власть, что тело индивида следует ему. «Каждый раз, когда нам кажется, что мы лишены выбора, – пишет врач Д. Чопра, – действует какая-либо иллюзия. Тысячи лет назад величайший из индийских мудрецов Шанкара заключил: «Люди стареют и умирают потому, что они видят, как стареют и умирают другие». Нам понадобились столетия, чтобы начать воспринимать этот необычный взгляд. Старение как физический процесс кажется всеобщим и потому неизбежным… Эта физическая картина очень напоминает снашивание машин, поэтому мы не приемлем глубочайшую мысль Шанкары, что старение заложено в общественном убеждении»[209].

Однако существуют другие, несовременные и незападные общества, где индивиды ориентированы на другие социальные ценности, другие убеждения и поэтому стареют по-иному. В последние десятилетия антропологи обнаружили «примитивные» племена, чьи члены не имеют признаков старения, типичных для западного общества. Антрополог С. Итон перечисляет 25 племенных культур, у которых почти неизвестны сердечные болезни и рак, с которыми обычно ассоциируется старение. Д. Чопра считает, что существование такого типа обществ подтверждает его гипотезу о том, «что «нормальное» старение на самом деле – сочетание симптомов, порожденных ненормальными убеждениями»[210]. Установлен удивительный факт: у представителей многих аборигенных культур в разных местах земного шара (Венесуэле, на Соломоновых островах, в Тасмании, африканских пустынях) давление крови не повышается с возрастом. Это явно противоречит картине Западной Европы и США, где почти у каждого жителя кровяное давление возрастает на несколько единиц за десять лет и где половину населения следует лечить от гипертензии.

В современном обществе другим последствием старения является растущая глухота, причем это явление считается «нормальным» и неизбежным. Интересно, что глухота может обнаруживаться уже у молодых людей, например, около 60 % студентов колледжа в Теннесси страдают значительной потерей слуха. Около 25 миллионов американцев настолько потеряли слух, что им следует платить пенсию по инвалидности. В то же время представители некоторых племен бушменов в Ботсване, племени маабов в Судане даже в старости не страдают потерей слуха. Аналогично обстоит дело и с уровнем холестерина: если в развитых странах он повышается с возрастом, то у племен хаджи в Танзании и тарахумара в Мексике он редко поднимается, обычно оставаясь неизменным, что предохраняет организм от ранних инфарктов.

* * *

На основании такого рода данных Д. Чопра приходит к выводу о губительности образа жизни западных обществ, ориентированных на социальные ценности потребления: «Когда японцы, тайванцы или африканцы отклоняются от своих традиционных устоев (или социальных ценностей. – В.П., Е.П.), то наступление цивилизации и ее «лучшего» стиля жизни часто чревато катастрофой. Начинает расти уровень инфарктов, рака толстой кишки, гипертензии, что прежде было нашим «достоянием». Обычно уже во втором поколении не отмечается прежде высоких показателей здоровья»[211].

Следует иметь в виду, что обычное традиционное объяснение изменения в здоровье представителей незападной цивилизации только из-за смены диеты и стиля жизни неадекватно действительности. Исследования японских эмигрантов в Калифорнии показывают, что благодаря сильным культурным и духовным связям с Японией, культивирования своих родных ценностей, обычаев и общения на японском языке. т. е. их сознание осталось сугубо японским, у них сердце остается здоровым, несмотря на уровень холестерина в крови.

«Здоровье этим людям сохранила социальная связь, – подчеркивает Д. Чопра, – невидимая, но очень сильная. Они продолжают разделять традиционное японское сознание, являющееся расширенной формой разума, не могущей не оказывать влияния на здоровье… Социальная поддержка – это комплексное явление, включающее в себя взаимосвязь языка, культуры, состава семьи и социальных традиций, связывающих людей вместе… Вы разделяете расширенную личность, взаимосвязанную психику, которая не менее чувствительна и сложна, чем психика отдельного человека»[212].

Перед нами явление зависимости здоровья индивида от связи со своей социальной группой, своим обществом с присущим ему системой социальных ценностей (такого рода общность и есть «расширенная личность»). Как раз таки вера в свои социальные ценности заставляет человека сохранять здоровье и стареть в соответствии с принятыми в данном общественном укладе представлениями и убеждениями. Иными словами, система социальных ценностей, особенно вера, несет в себе веер возможностей, которые человек может использовать для поддержания своего здоровья и регулирования процесса старения. В пользу этого свидетельствуют последние исследования феномена отсутствия старения у японцев с острова Окинава, где генетика не является главной причиной, где приоритет отдается образу жизни с его постоянной физической активностью и социальным контактам[213]. Все дело здесь заключается в том, что именно социальные факторы, система социальных ценностей осваиваются индивидом в процессе социализации, интериоризуются и входят во внутренний его мир. Усвоенные им в ходе процесса социализации такие социальные и культурные ценности, как вера (она может быть религиозной и нерелигиозной), смысл жизни, уверенность или неуверенность в будущем, ценности коллективизма или индивидуализма, альтруизм или эгоизм и прочее, оказывают немаловажное влияние на здоровье и простого человека, и представителя элиты.

* * *

Представители мировой элиты живут в мире культуры, который включает в себя мораль (и нравственные ценности), религию, науку, искусство и другие сферы культуры. Прежде всего, заслуживает внимания значимость этических ценностей в жизнедеятельности мировой элиты, их происхождение, объясняющие поведение не только простого человека, но и представителя элиты. В этом плане заслуживают внимания многолетние исследования всемирно известного биолога Франса де Вааля поведения шимпанзе и обезьян бонобо, позволившие ему выявить явные зачатки этического поведения в сообществе приматов. Он пришел к фундаментальному выводу, согласно которому мораль является не чисто человеческим свойством – ее истоки необходимо искать в мире животных, так как эмпатия и другие проявления нравственности присущи и обезьянам, и собакам, и слонам, и даже рептилиям[214]. Анализ этических форм поведения в мире приматов влечет за собою глубоко философские проблемы, связанные с наукой и религией.

Ф. де Вааль считает, что все приматы, подобно человеку, нацелены на формирование общества, имеющего этические ценности: «В их поведении несложно различить стремление к тем самым ценностям, которые свойственны и нам. К примеру, известны случаи, когда самки шимпанзе тащили упирающихся самцов навстречу друг к другу, чтобы примирить их после ожесточенной схватки, и одновременно вырывали оружие из их лап… А для меня эти намеки на заботу об общественных интересах служат знаком того, что строительные кирпичики нравственности старше человечества, и что необязательно привлекать Бога, чтобы объяснить, как человек оказался там, где оказался»[215].

Как человеческий, так и животный альтруизм объединяет отсутствие неких далеко идущих мотивов, более того, человеку в ряде случаев трудно подавить в себе альтруистический импульс, что в процессе оказания помощи другим у нормального человека активизируются зоны в мозгу, связанные с наградой, т. е. делать добро оказывается приятно[216].

Теперь рассмотрим вопрос о значимости религии в человеческом обществе и о взаимоотношении религии и морали. Известно, что возникновение религии в обществе обусловлено тем фундаментальным фактом, что в отличие от животных человек осознает неизбежность собственной смерти. Однако исследования поведения приматов, слонов показали, что они обладают представлением о смерти и неизбежных потерях, что «человекообразные обезьяны знают о смерти – знают, что она отличается от жизни и что это навсегда», что «то же относится к некоторым другим видам животных, таким как слоны»[217].

Следует иметь в виду существование нескольких предположений о происхождении религии: одна исходит из страха смерти, другая – из опьянения, так как вино и пиво не только укрепляют тело человека, но и подпитывают воображение, позволяющее человеку вглядываться в «потусторонний мир», который находится по ту сторону сиюминутного существования. «В ранних религиях значительное место занимала польза, которую напитки брожения приносят здоровью человека, и вообще забота о его телесных качествах. Эффективной медицины не было, и умереть можно было от любой инфекции. Люди обращались к религии за утешением и молились об исцелении болящих»[218]. Это подтверждается установленным сегодня фактом, согласно которому имеется связь между верой, в том числе и религиозной верой, и здоровьем.

Представление о сверхъестественном существе, каковым является божество (или божества), появляется только тогда, когда возникли большие группы людей, где перестают работать межличностные механизмы в небольших группах. «Это, – отмечает Ф. де Вааль, – прекрасно сочетается с моими собственными мыслями о том, что мораль возникла раньше религии… Мы, люди, были уже моральными существами, когда еще бродили маленькими группками по саванне. Только с ростом масштабов общества, когда правила взаимности и репутация начали давать сбои, появилась нужда в Боге-морализаторе. Если посмотреть с этой точки зрения, то не Бог ввел мораль, а скорее наоборот… Назначение Бога – поощрять нравственные поступки. Мы сами наделили его способностью удерживать нас на прямом и узком пути добродетели, по которому идем еще со времен жизни в саванне»[219].

Однако следует иметь в виду то обстоятельство, согласно которому религиозность может быть одним из путей альтруистического поведения (здесь основным мотивом является чувство долга и желание следовать нормам своей религии), тогда как неверующие оказываются более чувствительными к состоянию других и поэтому их альтруизм основан на сочувствии.

* * *

Представители мировой элиты по-своему понимают цели и задачи человеческого существования и жизни людей в современном мире. В этом смысле заслуживает внимания проект «Глобальная инициатива Клинтона» (CGI), который в последние годы потряс мир элитных собраний: впервые представленный в Нью-Йорке (сентябрь 2005 года) на встрече бизнесменов и правительственных лидеров и экспертов, он оказал немалое влияние на «обсуждение решений главных мировых проблем».

На встречах CGI мировая элита формулирует различного рода глобальные проекты, оказывая немалое влияние на различные аспекты развития всего мира. Так, во время встречи 2006 года участники сделали 215 взносов на общую сумму 7,3 млрд долларов, все средства направлялись на решение таких проблем, как бедность, глобальное потепление и пандемии, – выбранные в качестве приоритетов CGI. Самым крупным был объявленный взнос в 3 млрд долларов сэра Р. Брэнсона, обязавшегося направить часть будущих прибылей своего транспортного бизнеса на борьбу с глобальным потеплением.

Приведя данные факты филантропической деятельности глобальной элиты, Д. Роткопф подчеркивает, что «CGI связана с определенным гештальтом – подъемом новых филантропов и новой эры активизма некоторых членов суперкласса и крупных компаний», что «этот тренд также отразился в учреждении Фонда Билла и Мелинды Гейтс, объединившего 30 млрд долларов от Билла Гейтса и Уоррена Баффета, двух самых богатых людей в мире»[220]. И это не случайность, так как мировая (глобальная и национальная) элита вынуждена принимать во внимание политическое пробуждение планетарных масс, недовольных существующей социальной несправедливостью.

На глобальном уровне имеется огромная социальная и классовая напряженность между весьма малочисленной группой глобальной элиты и остальным населением планеты в силу вопиюще неравного распределения власти и богатства в современном мире. Ведь совокупная стоимость капитала примерно тысячи миллиардеров, входящих в суперкласс, почти вдвое превышает обобщенный капитал беднейших 2,5 млрд человек.

Согласно Д. Роткопфу, этот фундаментальный факт есть проявление того, «что, несмотря на выросшую для некоторых групп человечества межклассовую мобильность, в мире по-прежнему существуют социальные и экономические классы»[221]. Поэтому мировая элита сильно рискует в практическом, политическом и моральном отношениях, что значительно влияет на здоровье ее членов.

Современная социально-политическая реальность генерирует бессмысленные травмы, которые разрушают символическую структуру идентичности субъекта (личности)[222]. К этим травмам, представляющим собой внешние грубые факторы, относятся внешнее физическое насилие (террористические акты, уличное насилие, изнасилования и пр.), природные катастрофы, землетрясения, цунами; деструкция материального субстрата внутренней реальности (опухоли головного мозга, болезнь Альцгеймера, органические поражения церебральной системы и пр.); деструктивные последствия социально-символического насилия (социальное исключение из общества), которые способны кардинально изменить и даже разрушить личность.

В итоге различного рода травмы приводят к появлению нового «посттравматического субъекта», тогда как старая идентичность стирается. Для новой идентичности личности характерны отсутствие эмоциональных привязанностей, глубокое безразличие и отстраненность, смерть переживается как форма жизни, лишенная эротического увлечения.

* * *

Перед нами порождаемая глобальным капитализмом новая форма болезни, которая сама по себе оказывается равнодушной к всевозможным различиям. В итоге террор концлагеря и органическое повреждение мозга человека способны вызвать одну и ту же форму аутизма, которой присуща искаженная логика грез. «Тот факт, – пишет С. Жижек, – что нападения 11 сентября были материалом социальных фантазмов задолго до того, как они произошли в действительности, представляет собой еще один случай искаженной логики грез (dreams): легко объяснить, почему малоимущие люди во всем мире мечтают стать американцами, но о чем мечтают обеспеченные американцы, скованные своим богатством? О глобальной катастрофе, которая уничтожила бы их. Почему? Этим и занимается психоанализ: объяснением того, почему нас, живущих благополучно, так часто посещают кошмарные видения катастроф»[223].

Все дело состоит в том, что в новой форме субъективности, которой присуще аутичное, безразличное, неэффективное участие, старой личности попросту нет ни в «снятом» виде, ни в виде какого-нибудь компенсаторного образования. Перед нами полное разрушение старой личности, когда это разрушение принимает «форму жизни» как форму отсутствия (стирание предыдущей личности, которая не заменяется новой): «Точнее, – подчеркивает С. Жижек, – новая форма – это не форма жизни, а скорее форма смерти – не выражение фрейдовского влечения к смерти, а скорее влечение смерти»[224]. Это означает, что человек не желает умирать в результате внешнего воздействия (террора, катастрофы и пр.), в отсутствие у него своего прошлого (старая личность уже стерта) его внутренний мир, его психика становятся опустошенными, эмоционально бесчувственными, безразличными. Вполне естественно, что в такого рода сложившейся ситуации успех представителей суперкласса носит психопатологический характер.

Ведь чтобы быть членом суперкласса, человек должен этого желать настолько сильно, что оттого он становится в определенной степени безумным, неуравновешенным индивидом. «Если затем провести еще одно исследование успешных и могущественных, – отмечает Д. Роткопф, – то выявленные их схожие черты не всегда будут соответствовать нашему представлению об уравновешенности. Это не значит, что наделенные властью индивиды – все без исключения буйнопомешанные. Напротив, подавляющее большинство отличается невероятно высокой результативностью»[225].

Эта результативность членов суперкласса (глобальной элиты) свидетельствует о том, что у них определенные психологические (патопсихологические) характеристики встречаются чаще, чем в остальной популяции вида Homo sapiens. В отличие от неудачливых индивидов, чьи собственные нервы мешают их успеху, успешные люди зачастую используют свои патологические черты для продвижения по социальной лестнице иерархически организованного общества.

* * *

Среди лидеров как членов суперкласса (глобальной элиты), согласно Д. Роткопфу, встречаются следующие три потенциальные, часто становящиеся реальными, психопатологии суперуспешности. Первая включает в себя часто встречающиеся «одержимые» личностные типы. Они составляют списки дел, являются трудоголиками, концентрируются на деталях и иногда занимаются микроменеджментом, который своей монотонностью докучает другим; самые продуктивные становятся великими учителями и командными игроками, непродуктивные – узкими специалистами и ориентированными на инструкции бюрократами. К этой группе относятся такие фигуры, как Наполеон Бонапарт, Махатма Ганди или Франклин Делано Рузвельт, которые и определяли социальную повестку дня.

Вторая группа состоит из так называемых личностей «нарциссического» типа, противоположного «одержимому» типу личности и способного вдохновлять людей и формировать будущее (Эндрю Карнеги, Джон Рокфеллер, Томас Эдисон и Генри Форд, которые открыли новые технологии и реструктурировали американскую промышленность).

В третью группу входят индивиды, у которых власть ассоциируется с искажением; т. е. те, кто наделен значительной властью, с намного более высокой вероятностью действуют более ориентированным на риск образом, что частично объясняет феномен нацеленности на успех и тенденцию ко все большей концентрации власти. «Эти люди становятся буквально зависимыми от эндорфинов, которые их мозг производит как следствие их высокого стресса и отдачи на работе. Управление страной, компанией, армией или церковью походит на экстремальный спорт, и когда ежедневно вы делаете высокие ставки, то каждый день вырабатываете эндорфины – и превращаетесь в зависимых от них. Следовательно, как сказал психиатр, когда политики оставляют свои кабинеты, они часто проходят через период депрессии, действительно похожей на ломку после прекращения приема наркотиков»[226].

В реальности большинство членов суперкласса сочетает в себе и «одержимость», и «нарциссизм» и «наркотическую» зависимость от мнения толпы. Таких индивидов приходится один на миллион населения планеты, причем в ряде случаев они способны быть лучшими и самыми яркими, однако в первую очередь неослабно пекутся о собственных интересах и преданны делу сохранения достигнутого ими статус-кво. «В итоге, – отмечает Д. Роткопф, – мы нарисовали следующую картинку члена суперкласса: это человек идиосинкразический, несовершенный, который стремится к успешной, постоянной развивающейся группе, сохраняющей многие характерные черты элиты прошлых эпох»[227].

* * *

В этом смысле представляет интерес книга британского политика, бывшего министра иностранных дел и врача Д. Оуэна «История болезни: Недуги мировых лидеров последнего столетия», в которой рассматривается взаимосвязь между состоянием здоровья мировых лидеров и проводимой ими политикой за последние сто лет, причем особое внимание уделяется гибрис-синдрому у них[228]. Существенным здесь является проблема того, как влияет состояние здоровья мирового лидера на принятие им государственных решений, играющих значимую роль в жизни той или иной страны.

Многим известен афоризм лорда Эктона: «Власть портит, абсолютная власть портит абсолютно». Поэтому он призывает мерить тех, в чьих руках находится власть, высшей мерой, строже остальных: «Я не могу принять ваш принцип, будто Папу и короля следует судить не так, как прочих людей, благосклонно исходя из презумпции их непогрешимости. Если здесь и допустима какая-либо презумпция, то противоположного свойства, направленная против властей предержащих»[229]. Это связано не только с патологиями, которые присущи ряду мировых лидеров XX столетия (Теодор Рузвельт, Вудро Вильсон, Франклин Рузвельт, Адольф Гитлер, Уинстон Черчилль, Бенито Муссолини, Дуайт Эйзенхауэр, Джон Кеннеди, Шарль де Голль, Ричард Никсон, Мао Цзэдун, Рональд Рейган, Маргарет Тэтчер, Леонид Брежнев, Юрий Андропов, Борис Ельцин, Джордж Буш-старший и др.), но и с гибрис-синдромом мировых лидеров. В последнем случае здоровье того или иного мирового лидера находится в норме, однако опьянение властью влечет за собой недальновидность, глупость, ввергающую в самообман. «Характерная черта гибрис-синдрома, – отмечает Д. Оуэн, – упорная приверженность порочному политическому курсу, обусловленная неспособностью признать, что при его выборе была допущена ошибка»[230]. Таких мировых лидеров, обуянных гордыней и властью, обычно называют «сумасбродными» и «безумными», хотя в медицине для этого используются другие термины.

* * *

Патологии мировых лидеров играют немалую роль в принятии важных государственных решений, иногда имеющих фатальные последствия для страны. Ярким примером служит принятие не всегда адекватных решений президентом Дж. Кеннеди, который скрывал от всех свое плохое состояние здоровья, хотя на вид он выглядел молодым, энергичным и полным сил человеком. Дж. Кеннеди страдал болезнью Аддисона (хроническая недостаточность коры надпочечников), постоянной острой диареей, рецидивами инфекции мочевыводящих путей. В силу своего недомогания Дж. Кеннеди принял, например, ошибочное решение о высадке на Кубу 17 апреля 1961 года десанта кубинских контрреволюционеров, что привело к полному фиаско в заливе Кочинос, а также потерпел крах на переговорах в Вене с Н. Хрущевым в начале июня 1961 года[231]. Иное дело, что Дж. Кеннеди сумел благодаря своей стратегии открытого противостояния успешно разрешить карибский ракетный кризис, избежав тем самым мировой ядерной войны с Советским Союзом.

Разрушение Советского Союза, как показал академик Е. Чазов в своей книге «Как уходили вожди. Записки главного врача Кремля», тесно связано со здоровьем Л. Брежнева, что весьма четко проявилось на XXV съезде партии: дизартрия, вялость, старческая шаркающая походка, «привязанность» к тексту, что характерно для человека с атеросклерозом мозговых сосудов[232]. Истинное состояние здоровья Л. Брежнева знал только узкий круг лиц, защитой его престижа занимался Комитет государственной безопасности, скрывая тем самым от общества данные медицины о состоянии дел.

Академик Е. Чазов пишет о том, что ради пользы страны и народа политическому лидеру не следует оставаться на своем посту более 10 лет: «Уйди Брежнев с поста лидера в 1976 году, он оставил бы после себя хорошую память… Но судьба сыграла злую шутку со страной и партией. Она оставила еще почти на 7 лет больного лидера, терявшего не только нити управления страной, но и критическую оценку ситуации в стране и мире, а самое главное, критическое отношение к себе, чем поспешили воспользоваться подхалимы, карьеристы, взяточники, да и просто бездельники, думавшие только о своем личном благополучии»[233]. В итоге Советский Союз был разрушен деструктивными силами, и на его пространстве, прежде всего в России, возникли многочисленные коллизии.

* * *

Проблема здоровья мировых лидеров, представителей мировой элиты и представителей суперкласса имеет существенное значение для международной политики и экономики[234]. В связи с этим сейчас все больший вес приобретают биотехнологии, генные технологии, используемые в современной медицине и открывающие блестящие перспективы в поддержании здоровья человека и лечении различных болезней. Им уделяется немалое внимание средствами массовой информации, что вполне понятно, ибо они имеют прямое отношение к качеству жизни. «Качество жизни каждого соотносится главным образом, – подчеркивает Ф.М. Сарагосса, – со здоровьем, образованием и участием в жизни общества. Я думаю, что только те правительства, которые вплотную займутся образованием (постоянным, интенсивным, заочным и т. д.) и здравоохранением (медицинское обслуживание, питание и окружающая среда), обретут в качестве компенсации – в рамках свободы и автономии – понимание и благодарность граждан»[235]. С качеством жизни неразрывно связано здоровье человека, что зафиксировано в его правах на жизнь и ее достойное обеспечение.

Биологические и генные технологии широко применяются в современной медицине, где выделятся несколько направлений, связанных со здоровьем человека, причем мировая элита не жалеет средств на их исследования и воплощения в жизнь. Во-первых, биотехнология позволяет получать белки растений, животных и человека, необходимых для получения широкого спектра лекарств: инсулина, соматотропина, интерферона, различного рода вакцин, гибридомы, моноклональных антител и многих биологически активных веществ. Полученные методами биотехнологии лекарства позволяют проводить селективную и высокочувствительную диагностику, профилактику и лечение таких заболеваний, как гепатит В, полиомиелит и др.

Во-вторых, биотехнологии позволяют осуществить направленный транспорт лекарств в организме человека, тогда как методы традиционного введения лекарств вызывают нежелательные побочные эффекты из-за нарушения функций нормальных клеток и тканей. Поэтому фармакология стремится разработать новые способы введения лекарств в организм, чтобы они оказывали воздействие только на пораженные участки.

В-третьих, генные технологии используются для диагностики и последующего лечения ряда наследственных болезней: миопатия, психические расстройства, аллергический диатез, болезни крови, тяжелые иммунодефициты и т. д. Известно, что генная технология дает возможность картировать человеческий геном, осуществлять диагностику с помощью генных зондов уже у эмбрионов. Это позволяет выявить более десятка серьезных заболеваний и точно установить характер мутации соответствующего гена.

В-четвертых, самым многообещающим представляется использование генной технологии в самой биологии, когда осуществляется клонирование организма. Она уже экспериментирует с самим человеком, как подчеркивают ведущие специалисты: «Это не фантастика: вполне осуществима сегодня идея взять всего одну клетку нашего организма и произвести на свет точную биологическую копию, клон. Абсолютно точную! Конечно, такой «двойник» будет моложе и станет совсем иной личностью. Без воспитания, образования и жизненного опыта прототипа. Однако он решит проблему пересадки больных органов: сердца, легких, почек, желез»[236]. И хотя клонирование человека строжайше запрещено в ряде стран мира, оно уже производится нелегально для богатых, представителей элиты. Таким образом, здоровье человека в наше время в значительной мере связано с применением биотехнологий, появившихся благодаря научно-техническому прогрессу.

* * *

Особое место в обеспечении здоровья человека принадлежит бионическим технологиям, которые дают возможность создавать запасные части для человеческого организма и продлевать жизнь. Необходимо принимать во внимание такую особенность бионики, как ее гибридный характер: ее проблемы находятся на пересечении биологии, физики, химии, инженерных наук, математики, электроники, психологии, логики и медицины. Она использует также достижения практически всех областей производства, начиная текстильной промышленностью и кончая микрогравировкой по металлу. Медицинская бионика взяла из других областей идею и технологию конструирования «запчастей» человеческого организма. Она применяет новые материалы – дакрон, нейлон, орлон, полиуретан, метилметакрилат, соединения тикониума и др. – для «ремонта» нашего организма в качестве заменителей. Последние не только занимают место поврежденной конечности или органа, но и могут даже дублировать функции «оригинала». Выполненные из неорганических в своей основе материалов, функционируют почки, несут кровь сосуды, работает сердце. Электронные водители ритма сердца (кардиостимуляторы), синтетические мышцы, чувствительные (сенсорные) окончания на кончиках пальцев теперь конструируются искусственным путем, и новинки технологического прогресса позволяют в принципе глухим избавиться от глухоты, слепым – видеть, а безногим – ходить. И действительно сейчас имеются определенные успехи в данной области, которая находится преимущественно в компетенции медицинской электроники.

Бионическая технология дает возможность улучшать здоровье человека по четырем направлениям: протезы, дающие индивиду бионическое зрение, бионический слух, бионические конечности; заменители типа искусственных суставов и костей, сердечных клапанов и кровезаменителей и пр., синтетические органы – бионические почки, бионическая поджелудочная железа, бионические легкие, бионическое сердце. Исследователи считают, что со временем будет возможность конструировать бионический мозг: «Что, если перед лицом неминуемой смерти мы могли бы передать все наши мысли, чувства и знания компьютеру – перенести всю нашу личность на бионический мозг, который сохранит ее до тех пор, пока ее не смогут передать другому человеческому телу?». Оказывается, что такой бионической основой может быть наше собственное тело, чему могут способствовать методы генной инженерии.

Именно методы генной инженерии служат научным исследованиям, которые способны помочь человеку вырваться из «тенет абсолютной зависимости от своего генома и его эволюции», что позволяет ему отменить программу старения[237]. Не следует также забывать бурное развитие нано-, био-, инфо– и когнитивных технологий (НБИК-технологии), которые позволят и обычному человеку, и представителю мировой элиты сохранять свое здоровье и избавиться от различного рода патологий[238]. Более того, сейчас благодаря динамичному развитию Интернета вещей (Internet of Things, IoT), который выступает фундаментом конвергенции технологий (НБИК), радикальным образом начинает изменяться жизненный мир и сама природа человека и его коммуникаций[239]. Это означает использование «умных вещей» в различных сферах повседневной жизни, в том числе для сохранения здоровья и лечения патологий и простого человека, и представителя элиты на качественно новом уровне.

Преступления элиты

Элиты мира в истории человечества приносили не только дары в виде свободы и прав человека, высокого уровня жизни ряда стран, развития личности и пр., но и совершали в соответствии с потребностями выживания человека и социума войны, чтобы иметь в своем распоряжении природные и социокультурные ресурсы. Историками установлено, что за 5 тыс. лет развития человечества погибло 4 млрд человек.

Необходимо иметь в виду противоречивый характер существования и развития всего человечества (никто не отменял такого фундаментального закона диалектики, как закон единства и борьбы противоположностей, выражающего жизненную значимость противоречия, отчеканенного в мировых религиях, а потом сформулированного в диалектике Гегеля, Маркса и других системах философии). В этом смысле примечательным является книга западного исследователя Н. Фергюсона «Империя. Чем современный мир обязан Британии», этого, по выражению Guardian, Лени Рифеншталь нового имперского порядка Джорджа Буша. В ней он рассматривает два следующих фундаментальных вопроса всемирной истории, а именно: во-первых, как архипелаг, лежащий на северо-западе Европы, получил громадную власть над всем миром; во-вторых, была ли империя благом – или злом[240]. Многие исследователи считают, что Британская империя в конечном счете представляет собою зло, так как на протяжении трех столетий она грабила свои обширные колонии, нанесла вред работорговлей африканцами, ущерб которой сейчас оценивается в 150 трлн фунтов стерлингов.

Именно Британская империя свободных людей превратилась в «империю рабов», она, несмотря на свои «благие намерения», пожертвовала общечеловеческим ради «фетиша рынка». Не только националисты и марксисты, но и либералы считают, что Британская империя эксплуатировала свои колонии, была нацелена на «максимизацию прибыли», что она должна была осуществить не принудительную, а свободную экономическую интеграцию с остальными частями мира. В результате Британия сумела бы сэкономить денежные средства, необходимые для модернизации отечественной промышленности[241].

Проанализировав все эти подходы, Н. Фергюсон приходит к выводу, что значимость Британской империи состоит в том, что она при помощи канонерок осуществила экономическую глобализацию мира и этим создала современный мир таким, каким есть: «Мир без империи – это мир без изящных бульваров Вильямсбурга и старой Филадельфии; мир без осевших уже оборонительных стен Порт-Ройала на побережье Ямайки; вообразить себе мир без империи – это значит сравнять с землей душную приморскую трущобу, коей является Фритаун (Сьерра-Леоне); снова наполнить алмазами «Большую дыру» в Кимберли; уничтожить миссию в Курумане; спустить город Ливингстон вниз по водопаду Виктория (который, конечно, вернул бы себе имя Мои-оа-Тунья). Без Британской империи не было бы ни Калькутты, ни Бомбея, ни Мадраса: индийцы сколько угодно могут их переименовывать, однако они остаются городами, заложенными и построенными англичанами»[242]. Возможно, что изменения в мире произошли бы и без Британской империи, однако они придали бы миру иной облик, так как «имперские отпечатки пальцев» весьма заметны в явлениях культуры и институтах.

В итоге Н. Фергюсон делает следующий вывод, что «издержки Британской империи существенно перевесили выгоду от нее», что «в конечном счете империя оказалась одним из Величайших Зол»[243]. В XX столетии Британская империя прекратила свое существование, передав эстафету Америке, которая теперь фактически представляет собой империю, чьи методы управления заокеанскими территориями изменились: вместо канонерок место заняли истребители Ф-15. «Но нравится нам это или нет, в наши дни империя так же реальна, как и в течение тех трехсот лет, когда миром правила Британия»[244]. Американская империя сегодня в многополюсном мире стремится утвердить свою гегемонию и идет для этого на любые преступления (достаточно в качестве примера привести Украину, которую Америка использует в своих целях против России).

* * *

Американская элита входит в мировую (теперь в глобальную) элиту и несет ответственность за совершенные ею преступления. Здесь можно привести следующую формулу деятельности мировой элиты в истории цивилизации: «благо = проклятье», в которой «проклятье» и есть сумма всех преступлений этой элиты. Понятно, что немаловажным для образа жизни мировой элиты являются ее преступления, совершенные во имя укрепления своей власти и увеличения богатства, ярким примером чего служит американская элита. Ее возникновение обусловлено экспансией Запада в заокеанские земли, лежащие в Азии и Северной и Южной Америке, которая приходится на эпоху Великих географических открытий.

Последняя представляет собою период кардинальных политических и экономических перемен, что сказалось на культуре и массовом сознании, вызванных освоением новых торговых путей и использованием знания и опыта азиатских цивилизаций. «Экспансия Запада была отнюдь не результатом индивидуальной предприимчивости или естественным следствием рыночной конкуренции, а результатом целенаправленных усилий государства – сначала королей Португалии и Испании, затем правительств Голландии, Англии, Франции и Дании. Осознанные усилия правительств, меры, последовательно проводимые Генрихом Мореплавателем, привели к прорыву португальцев в Южную Атлантику и позднее в Индийский океан. Европейцы, приходя в Азию и Америку, формировали новые рынки, создавая новую предпринимательскую культуру, но движущейся силой развернувшегося глобального процесса была отнюдь не частная инициатива. Вернее, частная инициатива становилась решающим фактором перемен благодаря тому, что на нее систематически и непрерывно работала постоянно растущая мощь государства»[245].

В итоге западные элиты почувствовали свою силу и стали обосновывать свое право переустраивать жизнь азиатских и американских народов по своим лекалам, соответствующим их представлениям и потребностям. Одним из последствий такого отношения западных элит является работорговля африканцами и ограбление Африки, что принесло им колоссальные выгоды. Африканская комиссия правды по вопросам мировых репараций и репортаций (г. Аккра, Гана. 1999 г.) подсчитала этот эффект, который составляет 777 триллионов долл. – число человеческих жизней, потерянных Африкой в период работорговли, а также стоимость золота, алмазов и других полезных ископаемых, отнятых у континента за время колонизации[246].

* * *

Вполне естественно, что в эпоху Просвещения было сделано открытие, согласно которому Запад представляет собой особую, противостоящую остальному миру цивилизацию. «Будучи историческим продуктом развития капиталистического общества, идея «западной» цивилизации представляла себя в качестве внеисторической реальности, изначальной системы норм и принципов, определяющих превосходство Запада над остальным миром, объясняющим и оправдывающим это превосходство»[247].

Необходимо иметь в виду, что это превосходство Запада (собственно западной цивилизации и выросшей в ее лоне североатлантической цивилизации) было на практике идеологически и психологически заложено испанскими и франкскими королевствами, провозгласившими право на монопольную исключительную легитимность, в то время как православный Восток был объявлен еретическим. Цивилизация Запада также присвоила себе право на основе юридических деклараций, правовых конструкций и подлогов (начало было положено в 778 году папой Адрианом, в письме которого королю франков утверждалось, что Константин Великий в IV в. якобы дал папе «вселенский примат») решать ситуации, связанные с перекраиванием территорий, грабежом других стран и другими преступлениями элит Запада. Отголоском этих двух фундаментальных принципов цивилизации Запада является заявление Барака Обамы об исключительности Америки, которая дает ей право вмешиваться во все дела других стран мира.

В этом плане история Америки (североатлантической цивилизации) представляет собою длинную цепь преступлений ее «элиты», одним из исторических корней которой выступает пиратство (достаточно вспомнить пирата Моргана, грабившего испанские галеоны с золотом и серебром и принесшего немалую прибыль казне английской королевы Елизаветы I, которая присвоила ему звание адмирала). «Американская же «элита», – отмечает М. Акимов, – порой согласна была обрекать на голод и чужое население, и свое собственное; набивая свои карманы, она жаждала удовлетворять свои прихоти, расплачиваться за которые вынуждены были другие люди, другие страны, в чьи дела вмешивалась окрепшая звездно-полосатая держава, убивая, грабя, применяя запрещенное оружие. Но, пожалуй, главным и непревзойденным ее достижением стало умение лгать, создавать виртуозную вязь подложной пропаганды, убеждать всех в обоснованности собственных амбиций и недоброкачественности чужих порядков, моральных норм и режимов. Все, что казалось не выгодным для продвижения «американских интересов», подвергалось очернению и агрессивному уничтожению»[248].

* * *

История человечества свидетельствует о том, что пытки представляют собою действия (наиболее ярко проявившиеся в деятельности испанской инквизиции) при помощи орудий, которые представлены в музеях пыток, голливудских фильмах и комиксах: растянутые на дыбе тела, запертые люди в специальные устройства, выворачивающие мышцы и кости, прижигание плоти раскаленными щипцами, выдирание ногтей, тиски для раздавливания рук и ног, выдавленные глаза и пр. Американский исследователь У. Блум отмечает, что Буш, Чейни и другие высокопоставленные чиновники администрации Буша-мл., которые защищают пытки, ссылаются на вышеперечисленные образы пыток, которые сейчас отсутствуют в арсенале американских спецслужб. Это необходимо для того, чтобы показать, что Америка не использует такого рода пытки в американских казематах Ирака, Афганистана и тюрьме Гуантанамо и других своих секретных тюрьмах. Он пишет: «Я составил длинный и страшный список применяемых методик, начиная с лишения сна, использования собак, имитации утопления, содержания раздетыми на ледяном полу и заканчивая применением электрошока, введением в задний проход различных предметов, удержанием в неудобных позах в течение многих часов кряду, а также еще 99 способов тотального унижения человеческого достоинства, многие из которых могли быть действительно позаимствованы у нацистов, японцев и иже с ними»[249].

Америка действительно позаимствовала многое из преступных методов нацистской и японской элиты первой половины XX века, не случайно исследователи говорят об американском «либеральном фашизме», имеющем нацистские корни ЕС. В специальной литературе имеется точка зрения, согласно которой у современного Европейского союза (Объединенной Европы) был свой предшественник, который в 1941 году во главе с фашистской Германией напал на Советский Союз (Большую Россию). В своей монографии «Гитлеровская Европа против СССР. Неизвестная история Второй мировой войны» российский исследователь И.Н. Шумейко показывает, что против Советского Союза воевала не только фашистская Германия, а «Объединенная (Гитлером) Европа» со всем своим экономическим и демографическим потенциалом.

«Взгляните на карту Европы в начале решающего периода той войны (июнь 1941 года), – пишет И.Н. Шумейко. – Все замазано в буквальном смысле коричневой краской. Оттенок потемнее – Германия и союзники: Италия, Финляндия, Венгрия, Румыния, Болгария. Посветлее – страны захваченные: Франция, Польша, Чехословакия, Югославия, Греция. Непокоренный остров – Великобритания, ну и… розовый восточный океан – СССР. Но одинаковый цвет Польши и Чехословакии замазывает одно важное различие. Поляки дрались, оставили немцам руины. Чехи передали всех себя в целости. Только заводы «Шкода» и «ЧКД» более чем удвоили мощность фашистского танкостроения… во Второй мировой войне на балансе «Объединенной (Гитлером) Европы» Польша, Югославия – это были захваченные хутора (сгоревшие), а Чехия, Франция – промышленные мегаполисы, доставшиеся «в рабочем состоянии»[250].

К тому же не следует забывать того факта, что Чехословакия, Польша, Румыния и Югославия представляли собой мини-империи, возникшие после Первой мировой войны из-за распада Австро-Венгерской империи и «поддерживаемые силовым полем Версаля»[251]. Именно танковая и авиационная промышленность мини-империи Чехословакии и империи-Франции производили тысячи «немецких» танков и самолетов, принимавших участие в войне с Советским Союзом.

* * *

В своей фундаментальной монографии И.Н. Шумейко показал, что входящие в «Объединенную (Гитлером) Европу» страны активно выступали против Советского Союза еще до Второй мировой войны и во время нее. Ведь задолго до 1968 года, когда советские танки вошли в Чехословакию, чешские танки Вермахта уничтожали советских солдат под Москвой и Сталинградом; латышские стрелки развязали геноцид русского народа за двадцать лет того, как Красная армия «советизировала» Прибалтику; за двадцать лет до Катыни поляки уморили в своих концлагерях десятки тысяч пленных красноармейцев; в гитлеровской Европе бойцов Сопротивления было гораздо меньше, чем добровольцев СС; на военную промышленность Рейха трудились добровольно десятки миллионов человек[252]. Война шла не просто против Советского Союза, она шла против советского варианта русской цивилизации как таковой, внесшей существенный вклад в мировую цивилизацию[253]. Война между нацистской Германией и Советским Союзом (Большой Россией) – это не просто война интересов (захват ресурсов), но прежде всего война социокультурных ценностей, мировоззрений.

Согласно социокультурным ценностям фашисткой Германии, господами мира являются арийцы, которые входили в «Черный орден СС» – элиту нацистской партии, и которые рассматривали славян, цыган, евреев и других неарийцев как «недочеловеков». Понятно, что германские войска в ходе войны с Советским Союзом осуществляли геноцид против них с бесчеловечной жестокостью. В этом смысле заслуживают внимания шокирующие воспоминания «Черный марш» Петера Ноймана, бывшего офицера СС, который с оружием в руках шагал по завоеванной земле нашей страны от границы до Кавказа и Сталинграда с целью восстановить «справедливость» в отношении великого немецкого народа[254]. Эта «справедливость» состояла в расширении «жизненного пространства» для немцев, в превращении захваченных народов в рабов, поэтому Петер Нойман весьма откровенно описывает, как войска СС грабили население, проводили карательные операции, допросы и казни партизан, убийства мирных граждан («этих дикарей» и «свиней», по выражению П. Ноймана) за то, что они защищали свою Родину. В его эсэсовской дивизии «Викинг» добровольно служило множество голландцев, фламандцев, валлонов, финнов, датчан и норвежцев[255].

Сам П. Нойман возмущался тем, что эти «проклятые» русские решительно отстаивали свою землю, что они не желали служить «тысячелетнему» рейху, поэтому он относился к страданиям казнимых войсками СС равнодушно, безразлично, безэмоционально. Это связано с тем, что принятые в «Черном ордене СС» ритуалы, клятвы и особые символы давали понять каждому эсэсовцу, что он является не просто членом элитного подразделения, что он, благодаря посвящению в секретный религиозный орден, в этом несовершенном мире «был высшим существом, существовавшим вне человеческих законов, вне законов Добра и Зла»[256].

* * *

Преступная нацистская элита Третьего рейха не только «воспитала» элитные войска СС в духе ненависти и презрения к советским людям как «недочеловекам», но и чрезвычайной жестокостью относилась к миллионам советских военнопленных. Эта жестокость не имеет прецедента в истории человечества: «Плен для советских людей обернулся голодом, холодом, болезнями, издевательствами и нечеловеческими муками»[257].

В этом плену были и нарушения психики, предательство и героизм, смерть, невыносимые страдания. В этом плане показательным является письмо родным советского военнопленного Ф.Е. Кожедуба: «Живу под открытым небом в яме, или пещере, или в подвале. Пищу получаем в день 200 г. хлеба, пол-литра вареной капусты и пол-литра чаю с мятой. Все несоленое, чтобы не пухли. На работу гонят палками и проволочными нагайками, а пищи не добавляют. Имеем миллионы вшей. Я два месяца не брился, не умывался и не переодевался. Из одежды имею нижнее белье, верхнее белье, шинель, пилотку и ботинки с обмотками. Погода холодная, слякоть, грязь. Ежедневно умирает 200–300 человек. Вот куда я попал, и дни мои остались считанные. Спасти меня может только чудо. Итак, прощайте, мои дорогие, прощайте, родные, друзья и знакомые. Если найдется добрый человек и перешлет мое письмо, то знайте хоть, где я погиб бесславной тяжелой смертью. Еще раз прощайте. Ф. Кожедуб…»[258]

Политика нацистов состояла в планомерном истреблении советских военнопленных самыми различными методами: около 100 тысяч военнопленных и 40 тысяч гражданских заключенных поместили на небольшой площади под Минском; они жили без пищи по 6–8 дней в состоянии животной апатии, вызванной голодом; пространство было настолько тесным, что они едва могли шевелиться и отправляли естественные нужды там, где стояли. Охраняла этот лагерь рота кадровых солдат, которые все время беспощадно применяли огнестрельное оружие.

Среди массы советских военнопленных немцы отбирали специалистов и отправляли в Германию для работы на промышленных предприятиях, где они подвергались различным пыткам. Эта ситуация хорошо описана русским генералом А.И. Деникиным: «В последнюю войну на востоке наблюдалось явление, до сих пор в истории международных войн небывалое… Очутившись в плену, русские с первого же дня попадали в невыносимые условия, неизмеримо худшие, нежели для пленных всех других воюющих держав. И не только в первое время, когда, может быть, трудно было организовать прием столь неожиданно большого числа людей, но и во все последние годы.

Их гнали по дорогам, не считаясь с расстоянием и человеческой возможностью, без пищи и питья. И когда кто-либо от чрезмерной усталости падал или, желая утолить невыносимую жажду, наклонялся над придорожной канавой, его приканчивала стража штыком или пулею… Их держали по многу суток под открытым небом во всякую погоду, иногда в снегу, в отгороженных колючей проволокой пространствах, в ожидании нехватавших транспортных средств. И тоже без всякой еды и, что хуже, – без воды… Ими набивали поезда, состоявшие из открытых платформ, на которых в спрессованном виде везли в стоячем положении без возможности шевельнуться по 3–4 дня. В этой дышавшей испражнениями человеческой массе среди живых стояли торчком и мертвые…

Мне рассказывал француз, вернувшийся из плена и лагерь которого находился по соседству с русскими, что, когда к их расположению подъехал один из поездов, русские военнопленные буквально закостенели, не могли двигаться. Немцы отрядили французов, которые стали переносить русских на руках и носилках. Живых клали на пол в бараках, мертвых сбрасывали в общую яму…

Часто случались эпидемии дизентерии. Больным никакой помощи не оказывалось, им предоставляли медленно умирать. Каждое утро немецкие санитары в специальной одежде и масках заходили в бараки и баграми вытаскивали трупы, которые сваливали, как падаль, в общие ямы. Около каждого русского лагеря в таких «братских» могилах нашли упокоение десятки тысяч русских воинов… При таких условиях, когда немецкое командование предложило этим людям, обратившимся в живые скелеты, нормальный военный паек своих солдат, чистое жилье и человеческое отношение, многие согласились одеть немецкий мундир, тем более что им было объявлено, что из них будут формировать части для тыловой службы и работы. Пусть, кто может, бросит в них камень…»[259].

* * *

Тем не менее, несмотря на нечеловеческие, экстремальные условия, в которых находились советские военнопленные, вынужденных предателей среди них было меньшинство – большинство предпочитало нравственную ответственность нравственной вине. Они не принимали от врага солдатскую пайку даже перед лицом собственной смерти, некоторые из них пытались бежать, только бы не служить врагу[260].

Советские люди ориентировались на принципиально иные социокультурные ценности, которые четко проявились во время блокады Ленинграда – величайшей трагедии XX столетия. В этом смысле сильнейшее впечатление производит книга С.В. Ярова «Блокадная этика. Представление о морали в Ленинграде в 1941–1942 гг.». В ее основе лежат обжигающие свидетельства очевидцев тех дней, кому-то из них удалось выжить, другие нашли смерть на разбитых бомбежками улицах, в промерзших домах, в бесконечных очередях за хлебом. Но все они стремились донести до нас рассказ о пережитых ими муках, о стойкости, о жалости и человечности, о том, как люди протягивали друг другу руки в блокадном кошмаре[261].

Самое потрясающее состоит в том, что в экстремальных условиях блокады нравственные правила не были окончательно размыты даже в «смертное время». Понятно, что в облике блокадников совмещались противоречивые характеристики, когда светлое перемешивалось с темным, когда необходимо было «не только выжить, но и сохранить человеческое достоинство»[262]. Они исчерпали свои эмоции, стали безразличными к обстрелам, к смерти, что размывало моральные стороны; самым страшным для них был голод. Однако они сохраняли в себе человечность в бесчеловечное время: «И никакие мортиры не смогли разрушить эту крепость человеческого духа – находился хотя бы один, кто, сам будучи голодным, поднимал упавших и утешал отчаявшихся. Город спасал себя великими и малыми делами – и самоотверженностью сотен людей, искавших сирот, и стаканом воды, переданным соседу»[263]. Перед нами предстает эстафета добра наших соотечественников, которая помогала выжить и сильным, и слабым в бездне блокадного ада. Именно нацисты – эти новоявленные «господа мира», для осуществления своих захватнических целей создали эту бездну ада, которая сохраняется в памяти России.

В своей книге «Нацисты: Предостережение истории» Л. Рис показывает бесчисленные преступления против человечества, совершенные нацистами разных рангов, злодеяния гитлеровцев в ходе войны против Советского Союза, и квалифицирует «нацизм» как «глобальную катастрофу»[264].

Это предостережение британского историка весьма своевременно, так как поднимающий голову на Украине «нацизм» может положить начало новому мировому порядку.

* * *

Следует отметить, что идеи Гитлера отнюдь не остались в прошлом – они в трансформированном, превращенном виде воплощены в жизнь. В своем монографическом исследовании «Гитлер» М. Штайнер пишет, что «государство, основанное в 1933 году, должно было приобрести свои определяющие черты в тот день, когда великий рейх, подобно США, стал бы державой, занимающей целый континент»[265]. И хотя разгром фашистской Германии Советским Союзом в Великой Отечественной войне не дал осуществиться мечте Гитлера о «континентальном государстве», его воплощенной на практике «Объединенной Европе-1» по некоторым параметрам соответствует нынешняя «Объединенная Европа-2» (эти индексы введены И.Н. Шумейко, чтобы избежать путаницы).

«Индексы мы вводим, – пишет он, – чтобы не путать с нынешней «Объединенной Европой-2», совпадающей с Европой Первой – по географии, набору наций и, как было показано выше, по некоторым политическим предпочтениям. Возможно, даже нынешним политикам, столь торжественно провозгласившим «О.Е.-2», будет и неприятно вспоминать об этом предшественнике. Да что ж поделаешь, была ведь «Объединенная (Гитлером) Европа». И к рождению ее, оказывается, тоже были причастны либералы и даже лауреаты Нобелевской премии мира!»[266].

Общим у этих двух «Объединенных Европ» является их антироссийский стереотип – Россия представляет собой варварскую угрозу для Запада, которую необходимо уничтожить.

* * *

Организованная нацистской элитой Германии «Вторая мировая война» представляет собою самую разрушительную в истории человечества войну, которая не только разорила народы Европы, но и посеяла между странами недоверие, превратила всю Европу в жестокий континент. В своей книге «Жестокий континент» западный историк Кит Лоу пишет о послевоенном пейзаже Европы следующее: «Представьте себе мир без общественных институтов. Это мир, где границы между странами как бы исчезли и остался один бесконечный ландшафт, по которому бродят люди в поисках уже несуществующих сообществ себе подобных. Никаких правительств в государственном масштабе и даже на местах. Нет школ и университетов, библиотек и архивов, отсутствует доступ к любой информации… Упразднены банки, в которых, собственно, нет никакого смысла, поскольку деньги потеряли свою ценность. Нет магазинов, ибо нечего продавать. Существовавшие ранее огромные предприятия уничтожены или демонтированы, как и большинство других зданий. Из орудий труда только то, что можно откопать среди обломков камня. Нет продовольствия.

Закон и порядок практически не существуют, потому что нет полиции и судов. В некоторых районах, похоже, стерлись границы понимания того, что хорошо и что плохо. Люди берут себе все, что хотят, не обращая внимания на то, кому это принадлежит, кроме того, само понятие «собственность» почти совсем не работает. Все принадлежит только тем, кто достаточно силен, чтобы удержать это «все» у себя, и тем, кто в состоянии это охранять ценой жизни. Мужчины с оружием в руках бродят по улицам и забирают все, что захотят, угрожая каждому, кто встает у них на пути. Женщины всех сословий и возрастов продают себя за еду и защиту. Ни стыда. Ни морали. Только выживание… Умышленное разделение общества посеяло необратимое недоверие между соседями, а всеобщий голод сделал человеческую мораль неуместной. «Европа, – утверждала газета «Нью-Йорк таймс» в марте 1945 г., – находится в таком состоянии, которое не в силах понять ни один американец». Это был «Новый темный континент»[267].

После войны по всей Европе прокатились волны мщения и возмездия, благодаря которым государства потеряли свои территории и имущество, правительства и социальные институты стали объектами безжалостной чистки, а целые народы подверглись террору из-за участия на стороне Германии в войне. «Самая жестокая месть постигла, – отмечает Кит Лоу, – отдельных граждан. Штатские лица из Германии по всей Европе подвергались избиениям, арестам, их использовали как рабскую силу или попросту убивали. Солдат и полицейских, сотрудничавших с нацистами, арестовывали и пытали. Женщин, которые спали с немецкими солдатами, раздевали, мазали дегтем и, обрив им головы, водили по улицам. Миллионы немецких, венгерских и австрийских женщин были изнасилованы. Не стерев ничего с грифельной доски истории, последствия войны только усилили неприязнь между народами и государствами, не угасшую и по сей день»[268].

Наряду с этим усугубились этнические конфликты, так как продолжали преследовать евреев уже после войны, национальные меньшинства повсюду опять стали политическими мишенями, причем в некоторых регионах это повлекло за собой такие же отвратительные зверства, которые аналогичны преступлениям, совершенные нацистами. «Одновременно после войны логическое завершение получила нацистская теория распределения по категориям и изоляция различных народов. В период 1945–1947 гг. 10 миллионов мужчин, женщин и детей были изгнаны из своих стран в ходе жесточайших этнических чисток, которые когда-либо видел мир. Эту тему редко обсуждают сторонники концепции «европейского чуда» и еще реже понимают: даже те, кому известно об изгнании немцев, мало знают о подобных депортациях среди представителей других национальных меньшинств по всей Восточной Европе. Культурное разнообразие, когда-то бывшее неотъемлемой частью европейского пространства до и даже во время войны, получило смертельный удар после ее окончания»[269]. И только потом Европа сумела вытащить себя из этой трясины хаоса и стать процветающим, толерантным континентом, что квалифицируется как чудо.

* * *

Ничем не лучше преступления японской военщины в Китае, куда Япония вторглась в 1936 году, и которые красочно описаны в фундаментальной книге военного историка Э. Бивора «Вторая мировая война»[270]. Японские дивизии в 1937 году начали неистовое наступление на столичный город Нанкин, соревнуясь друг с другом и сжигая все на своем пути. Японское командование планировало использовать горчичный газ и зажигательные бомбы против китайской столицы, бои должны были достигнуть такого же накала, как во время сражения за Шанхай. «Китайцы хорошо знали повадки своего врага, но даже они не могли представить себе той степени жестокости, до которой дошли японцы, овладев городом. 13 декабря китайские войска оставили Нанкин и сразу же неподалеку от города неожиданно попали в окружение. Японские войска вошли в город с приказом расстреливать всех пленных. Одно только подразделение из состава 16-й японской дивизии расстреляло 15 тыс. китайских военнопленных. А одна японская рота перебила 1300 пленных… Резня и насилие, учиненные японцами в отместку за неожиданно отчаянное сопротивление презираемых ими китайцев во время сражения за Шанхай, шокировали весь мир. Некоторые китайские источники сообщали, что число жертв среди мирного населения превышало 300 тыс. человек, однако более правдоподобно, что эта цифра – около 200 тыс. человек. Японские военные власти лживо заявляли, что военные убивали только китайских солдат, переодетых в гражданскую одежду, а число убитых не превышало 1 тыс. человек. Сцены резни в Нанкине были ужасны, трупы людей лежали и разлагались на каждой улице и практически в каждом общественном месте города, многие из них были изглоданы озверевшими собаками. Каждый пруд, ручей и река в городе были завалены разлагающимися телами…

В Нанкине японцы закалывали штыками беспомощных раненых китайских солдат. Японские офицеры заставляли пленных становиться на колени в ряд, а затем практиковались в умении владеть самурайским мечом, отрубая головы одному за другим… Йон Рабе, немецкий предприниматель из фирмы «Сименс», организовавший в Нанкине международную зону безопасности, проявив при этом большое мужество и гуманизм, писал в своем дневнике: «Я поражен поведением японцев. С одной стороны, они хотят, чтобы к ним относились как к великой державе, наравне с великими державами Европы, с другой же, проявляют такую грубость, жестокость и просто зверство, которое невозможно сравнить ни с чем, разве что со зверствами орд Чингисхана». Через двенадцать дней он писал: «У меня замирало дыхание и брала оторопь при виде женских тел с бамбуковыми палками, воткнутыми во влагалище. Даже женщин, которым было за семьдесят, постоянно насиловали»…

В тех редких случаях, когда японцы были вынуждены оставить город, они убивали всех «женщин для утешения», чтобы отомстить китайцам. К примеру, когда город Сюньчен, расположенный неподалеку от Нанкина, был на время освобожден от японских захватчиков, китайские солдаты обнаружили «здание, в котором лежали обнаженные тела десятков китаянок, убитых японцами, перед тем как их выбили из города. Вывеска над входной дверью в здание гласила: «Дом утешения великой Императорской армии»[271]. Теперь становится понятным, почему китайцы до сих пор ненавидят японцев, и почему китайский национализм выступает против действий Японии, стремящейся играть первую скрипку в Азии.

* * *

Нелишне заметить, что Америка после Второй мировой войны предоставила иммунитет ряду нацистских и японских палачей, пытавших пленных во время этой войны, взамен полученным методикам использования пыток. Вопреки заявлению Барака Обамы, согласно которому он отменил пытки, они продолжаются и сейчас: распоряжение президента относительно пыток, датированное 22 января 2009 года (№ 13491 «Обеспечение законности допросов»), имеет ряд лазеек, например, оно используется только «во время вооруженного конфликта». Следовательно, запрет не распространяется на использование пыток американцами вне вооруженного конфликта, но именно тогда и применяется большая часть пыток в мире. Одно из распоряжений Барака Обамы разрешает ЦРУ применять только те методы допроса, которые перечислены в обновленном боевом уставе сухопутных войск. «Вместе с тем использование этого боевого устава в качестве руководства по обращению с пленными и проведению допросов по-прежнему разрешает одиночное заключение, сенсорную депривацию, лишение сна, запугивание и доведение до отчаяния, применение психотропных средств, манипуляции с внешней средой, например, изменение температуры и шумовое воздействие, а также, возможно, использование стрессовых поз и сенсорной перегрузки»[272]. В общем можно утверждать, что американская элита имеет преступный характер, так как она использует весь арсенал пыток, в том числе и новейшие методы, чтобы обеспечить себе власть, богатство и статус мировой супердержавы.

Вместе с тем политическая, в том числе и правящая элита, обладает криминальным характером и внутри самого общества в силу необходимости сохранять свои привилегии, власть, богатство и высокий статус в конкретных социально-исторических условиях. «Между уровнем преступности и состоянием нравственно-правовых устоев политической и особенно правящей элиты общества, – пишет В.В. Лунеев, – обычно регистрируется значимая прямая корреляционная зависимость. Она отражает общую причинную базу коррелируемых явлений, связь их криминальных состояний, и главное, устойчивую взаимообусловленность. Криминологическая обстановка в стране оказывает существенное влияние на уровень криминальности элитарных кругов, а противоправное и иное отклоняющееся поведение последних является серьезным криминогенным фактором в структуре причин преступного поведения граждан. Поэтому есть основания полагать, что чем выше уровень преступности в обществе, тем выше уровень криминальности элитных групп, и наоборот: чем выше криминальность элиты, тем выше уровень преступности среди всего населения той или иной страны. С криминологической точки зрения последняя взаимосвязь является наиболее важной»[273]. Так, в той же Америке высокий уровень преступности, что выражается в большом числе заключенных, причем преступность охватывает и представителей элиты. Ярким примером является дело миллиардера Б. Мэдоффа, который построил крупнейшую в истории финансовую пирамиду, обманул вкладчиков (среди них оказались его родственники и друзья) на 65 млрд долл., за что этот «злой гений» от финансов получил 150 лет тюремного заключения[274].

* * *

В зависимости от исторических, национальных, религиозных, политических и других социокультурных традиций и предпосылок правового и противоправного поведения, в каждой стране взаимообусловленность уровней криминальности элиты и преступности всего населения может иметь значительные специфические черты. Однако в любом случае сохраняется прямая взаимозависимость криминальности правящей (управляющей) элиты и криминологической обстановки в стране в целом, что ярко выражено в русской пословице: «Рыба гниет с головы». Бывший министр юстиции США Р. Кларк сформулировал это следующим образом: многие преступления отражают разрыв, существующий между нравоучениями, исходящими от правящих кругов, и реальной практикой, что указывает на масштабы национального лицемерия[275].

«Существует ли в природе честное правительство?» – задает риторический вопрос Дж. Черч, исследуя коррупцию в правящих кругах Колумбии, Индии, Франции, Италии, Испании, Мексики, Эквадора, Кении, Республики Корея, Японии и других стран[276]. В результате исследований был получен однозначный вывод: можно говорить лишь о степени криминальности правящих и политических элит. Поэтому вполне естественно, что для характеристики криминального характера властвующей элиты человеческое общество изобрело ряд терминов: клептократия, лутократия и плутократия, которые включают в себя различные формы криминализации властной элиты.

Клептократия (от греч. klepto – краду и kratos – сила, власть, господство) в самом широком понимании означает использование власти для обогащения. Лутократию (от англ. loot – добыча, награбленное, грабить и греч. kratos) обычно интерпретируют как грабеж народа, осуществляемый властью. Под плутократией (от греч. plutos – богатство и kratos – сила, власть, господство), как правило, понимают такую форму государственного устройства, при которой власть в стране и формально, и фактически принадлежит богатой верхушке господствующего класса (клана, преступного сообщества). Последний термин в российском понимании, скорее всего, является синонимом олигархического режима. Эти термины отнюдь не покрывают современную криминальность властей и других правящих элит. Есть различные формы захвата и удержания власти, когда захват власти осуществляется современными политиками по форме вроде бы демократическим путем, а по сути посредством изощренных, грязных, серых, коррупционных, обманных и даже кровавых избирательных политических технологий[277].

Н.Ф. Кузнецова называет эту преступность элитно-властной[278], а американец Нил Шовер – «привилегированной» преступностью[279]. Последний термин неоднозначен, но в любом значении адекватен. Первое значение – преступность, совершаемая правящей элитой, т. е. людьми из высших, властных слоев общества. Второе значение, по крайней мере для нашей страны, – преступность, совершаемая людьми из коридоров законодательной, исполнительной и судебной власти, защищенных от уголовной ответственности той или иной формой неприкосновенности: иммунитет президентский, парламентский, депутатский, судейский, прокурорский, следственный, адвокатский, дипломатический. И если в большинстве стран эти иммунитеты как-то ограничены, то в России они, отмечает В.В. Лунеев, толкуются расширительно. Так, представителей правящей элиты весьма сложно привлечь к уголовной, административной ответственности, задержать, арестовать, подвергнуть обыску или допросу, он обладает неприкосновенностью и пр. «На федеральном, региональном и муниципальном уровнях таких привилегированных лиц – десятки тысяч. Кроме этого существуют иные нелегальные формы «должностной» и «денежной» неприкосновенности… лица из федеральной правящей, политической и экономической элиты России, как правило, не несут уголовной ответственности за совершение преступлений. Исключение составляют единицы»[280].

* * *

Политической и правящей элите «разрешено» совершать любые существующие преступления, что отчеканено в общеизвестной формуле «политика – дело грязное» и подразумевает функциональную криминальность элиты. Наиболее опасными функциональными, или «профессиональными», формами ее криминального поведения являются политический терроризм (насилие власти) и политическая коррупция (продажность власти)[281]. Они стали мировыми проблемами, поэтому международное сообщество в лице ООН давно озабочено криминальностью правящих кругов, особенно их коррумпированностью (продажностью). Восьмой конгресс ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Гавана, 1990 г.) в своей резолюции «Коррупция в сфере государственного управления» одобрил руководство «Практические меры борьбы с коррупцией»[282] и отметил, что проблемы коррупции в государственной администрации носят всеобщий характер и их пагубное влияние ощущается во всем мире[283].

На основании статистических и социологических данных, которые необходимы для выявления существующих взаимосвязей между криминальностью правящих элит и общей преступностью и которые являются неполными из-за особо высокой латентности криминального поведения правящих кругов и их корпоративной закрытости, В.В. Лунеев пишет о том, что уголовная юстиция занимается расследованием не более чем тысячной доли преступлений, реально совершаемых правящей элитой: «Это обусловлено рядом обстоятельств: 1) правонарушения правящих кругов обычно связаны с управленческой деятельностью ее субъектов, которая и при провозглашении открытости остается в значительной мере конфиденциальной; 2) в совершаемых элитой должностных преступлениях, как правило, нет прямых и непосредственных жертв, а также свидетелей, заинтересованных в обнародовании таких фактов; 3) «профессиональные» преступления в среде правящих элит различных стран совершаются с использованием изощренных высокоинтеллектуальных способов достижения противоправных целей и современных методов защиты от разоблачения; 4) лицам из правящих кругов, нарушавшим законы, даже в развитых демократических странах, в силу корпоративной солидарности всего истеблишмента, намного чаще удается избежать реальной уголовной ответственности, чем остальным гражданам»[284].

В результате правящая элита, как и элита преступного мира, оказывается вне рамок закона, что было еще в 1970 г. отмечено бывшим министром юстиции США Р. Кларк: «Нападения, изнасилования, даже умышленные убийства исчисляются тысячами и десятками тысяч, однако жертвами самого жестокого из всех существующих видов преступлений, наносящего тяжелый урон, делающего жизнь людей несчастной, пустой и искалеченной, становятся миллионы. Это – преступление власти, господствующей над беспомощностью… Это – преступление против людей, у которых нет прав, преступление общества, которое пытается поддерживать порядок без права»[285]. Фактически здесь речь идет о том, что главной опасностью была и остается преступность представителя правящей элиты, обладающего высоким должностным положением, интеллектом и богатством. «Респектабельная преступность белых и перламутровых воротничков», срастаясь с продажными представителями политической и правящей элит, законодательных, исполнительных и судебных властей, не только успешно использует имеющиеся возможности для своей преступной деятельности, но по своему усмотрению формирует их путем многообразных воздействий на политическую, экономическую и управленческую ситуацию в стране или регионе.

* * *

Такого рода преступность характеризует некоторых российских олигархов, особенно Б. Березовского, который благодаря коррумпировнному правительству и своему интеллекту неслыханно обогатился и одновременно значительно ослабил Россию[286]. Поэтому неудивительна крайне уничижительная характеристика российского олигарха, которую недавно дал бывший специальный помощник директора ЦРУ и вице-председатель Национального совета по разведке при ЦРУ во времена президента Р. Рейгана Герберт Мейер: «Российский олигарх – один из самых наглых, самовлюбленных и несимпатичных типов миллиардера в истории. Старое словечко нувориш для них выглядит слишком слабым. В жизни их волнуют исключительно их яхты, их самолеты и их любовницы – фигуристые блондинки-шопоголички, которых они держат в свои дорогих квартирах в Лондоне, в Нью-Йорке и на Ривьере и любят показательно выводить в роскошные рестораны»[287].

Эта характеристика в основном совпадает с той, которая просматривается в книге М. Холлингсуорта и С. Лэнсли «Лондонград. Из России с наличными. История олигархов из первых рук» при анализе деятельности Б. Березовского, М. Ходорковского и др. в Лондоне. Здесь к 2008 году обосновалось более 300 тысяч бывших советских и российских граждан, большинство из которых представляет собою выходцев из среднего класса. Среди них имелась весьма небольшая группа олигархов с их крупными состояниями. «В этом постоянном потоке доминировала крошечная, но намного более влиятельная группа – олигархи – те, кто в свое время получил доступ к российским государственным ресурсам, кто к концу 90-х годов, появившись неизвестно откуда, вошли в мировую элиту супербогатых людей. Некоторые из новых русских – миллиардеров и миллионеров – остались в России, большая же часть переехала за границу или обустроила там базу, перемещая сюда же и свои огромные активы. Немногие выбрали Израиль, Нью-Йорк или Швейцарию, большая часть предпочла Лондон. С начала нового столетия эта группа людей разбрасывала свое богатство, словно конфетти, способствуя превращению Лондона в ведущую мировую площадку сверхбогатства, стимулируя взлет цен на собственность и бешеные прибыли продавцов роскоши, демонстрируя пышность, невиданную с 1920-х годов»[288].

Некоторые из ультрабогатых олигархов, боясь арестов, выехали из России и обосновались в Лондоне, другие превратились в международных кочевников, перемещаясь из Москвы в Лондон, путешествуя по миру на своих личных самолетах и шикарных яхтах. «Многие сохранили отдельные жилища и здесь, и там. Русских олигархов привлекали довольно мягкая система налогообложения, уступчивая банковская система, спокойный образ жизни, необременительные законы города, элитарные школы, независимая юриспруденция»[289].

* * *

Основания для выезда олигархов в Лондон и другие зарубежные города мира были весьма существенными: в большинстве случаев они провели приватизацию обширных и ценнейших государственных активов России 90-х годов пиратскими, нелегальными методами. В итоге «шоковой терапии» были разграблены колоссальные богатства страны, когда небольшая кучка олигархов неслыханно обогатилась, а весь народ обнищал. Отчет Всемирного банка за 2004 год показал, что фактически всего тридцать человек контролировали 40 % от 225 миллиардов долларов выпуска продукции России в самых важных отраслях экономики, преимущественно в области природных ресурсов и автомобилестроении.

На основании этого отчета М. Холингсуорт и С. Лэнсли приходят к выводу о том, что большая часть была нелегально вывезена за границу: «Большую часть денег, скорее всего, тайно вывезли за границу, спрятав миллиарды долларов в лабиринтах оффшорных банковских счетов во многих налоговых оазисах – Швейцарии, Джерси, Британских Вирджинских островах и Гибралтаре. Огромная часть этих средств попала в британские банки и оказалась в их управлении. Деньги были спрятаны так, что их почти невозможно отследить»[290]. И хотя российские и британские силовые структуры пытались найти эти огромные средства, очень малая их доля была обнаружена и возвращена в Россию.

В России этим олигархам было трудно тратить приобретенные мошенничеством огромные богатства, так как их могли подвергнуть аресту силовые структуры или уничтожить путем заказного убийства. Они находились постоянно в центре внимания всего населения, которое относилось к ним с ненавистью. Иное дело в Великобритании или Европе, где можно путешествовать, не привлекая внимания, и тратить бесконтрольно деньги, не опасаясь привлечения к судебной ответственности. «Купив городские дома и загородные поместья стоимостью в несколько миллионов фунтов, они ведут жизнь сибаритов: загорают на Сент-Бартсе (курорт на Средиземном море, излюбленное место отдыха знаменитостей. – В.П., Е.П.), катаются на лыжах в Гштааде (знаменитый горнолыжный курорт в Швейцарии. – В.П., Е.П.) и делают покупки в Найтсбридже». Более того, живущие в Лондоне олигархи отказались от Парижа, так как жизнь там является «слишком немодной и деревенской». В отличие от Парижа, многолюдный Лондон представляет собою «деловой город с ресторанами и ночными клубами», где «русским намного проще нанять «роллс-ройс» и частный самолет»[291]. В Лондоне олигархи приобретают самые престижные и дорогие дома с золотыми почтовыми индексами SW1, SW3, W1 и W8; они предпочитают определенные места в графстве Суррей. В соперничестве с британской аристократией российские олигархи выбирают для своих отпрысков престижные школы и университеты. Главное же состоит в том, что именно Лондон позволил российским олигархам взойти на вершины мировой финансово-экономической элиты. За эту услугу Лондон получил весомые богатства, увеличил благополучие британской правящей элиты – за десятилетие, вплоть до 2008 года, сюда переместились триллионы фунтов стерлингов иностранного капитала[292].

Вместе с тем следует иметь в виду темный аспект гламура и богатства вторгшихся в Лондон российских олигархов, владеющих активами в миллиарды фунтов. «Приезд этих людей, возможно, изменил Лондон с точки зрения финансов, а кроме того, превратил британскую столицу в мрачный аванпост Москвы. Российских финансовых тузов приветствовали в Сити, их любят торговцы предметами роскоши и предприниматели в области недвижимости, однако они едва ли внесли гармонию в сообщество. Многие из русских находятся в состоянии войны как друг с другом, так и с российским государством»[293].

По словам М. Холлингсуорт и С. Лэнсли, российские олигархи за границей проявляют безжалостность в отношениях со своими партнерами; их слова ничего не стоят (любые договоренности нарушаются при первой же возможности); они действуют по законам джунглей; они задолжали огромные суммы друг другу и банкам.

* * *

Как показывает история преступности, особенно ее «респектабельной» части, преступники умело приспосабливают «под себя» многие процессы, состояния и события в обществе: демократию и автократию, революцию и контрреволюцию, войну и мир, реформы и контрреформы, нужду и достаток, победы и поражения, катастрофы и гуманитарную помощь пострадавшим. Они эксплуатируют политику, экономику, религию, идеологию, международные отношения, торговлю, производство, распределение и даже образование, науку и искусство[294]. Показательным примером является евромайдан, который привел к власти группу лиц, развязавшую по указке нынешней администрации Америки кровавую бойню на Юго-Востоке страны.

Вполне логично утверждение М.В. Максимова, согласно которому такие преступные режимы, как нацистский и вашингтонский, по мере своего развития принципиально не способны достигнуть человечности и утонченности, они все более становятся агрессивными и жестокими. Бесчеловечность и жестокость американской элиты обусловлены ее паразитическим характером – она использует доллар в качестве оружия, чтобы извлекать ресурсы из всего мира.

«Американская пропаганда, какой бы искусной она ни была, перестает быть действенным механизмом отвлечения нашего внимания от главного, от основного, то есть от ущерба, наносимого нашему миру «опасным больным» – вашингтонским американизмом. Болезнь его злокачественна, неизлечима, проявления ее различны, говорить о загнивании его капитализма поздно, поскольку он уже сгнил, а гигантский субъект, набитый трухой, представляет собой лишь пирамиду, банальную и пошлую финансово-мошенническую пирамиду, которая рано или поздно начнет разрушаться под действием нарастающей неустойчивости, поскольку таков закон жизни и никому еще не удавалось его обмануть. Вашингтонский же режим всеми силами хочет обмануть и само естество, саму жизнь, как он лгал людям, как умел оболгать целые страны, целые народы. Американская «элита» нынче на полном серьезе мечтает о большой войне, кровавой разрушительной катастрофе на чужой территории и всеми средствами провоцирует ее, круша стабильные режимы по всему свету и, главным образом, в демографически молодых и взрывоопасных регионах»[295].

Америка стремится установить свое господство в многополярном мире, который сейчас активно формируется, примером чего служит объединение БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южно-Африканский Союз).

Не случайно элита стран-участниц БРИКС 16–17 июля 2014 года в бразильском городе Форталезе подписали соглашение о создании нового Банка развития с первоначальным капиталом в 100 млрд. долл. как альтернативы МВФ и Всемирному банку, что на практике означает давно прогнозируемый крах доллара. Ведь ключевым звеном современного мира, где финансы подмяли под себя всю реальную экономику и жизнь человечества, является ФРС (Федеральная резервная система Америки), выпускающая главную резервную валюту мира. ФРС представляет собою независимую частную структуру Морганов и Рокфеллеров, которая действует в интересах нескольких семейств и игнорирует реальные потребности всего населения планеты. Она печатает пустые бумажные доллары, делая фактически деньги из воздуха, что в конечном счете приведет к колоссальной финансовой катастрофе и исчезновению самой Америки. ФРС, считает конгрессмен П. Рон, наносит вред и самой Америке, и всему мировому сообществу цивилизаций, поэтому необходимо «покончить» с ней путем ограничения ее права печатания денег и выстроить систему обеспеченных денег на основе золотого стандарта[296]. Только в этом случае можно будет изменить мировую экономику таким образом, чтобы она была способна обеспечить процветание будущих поколений.

* * *

В этой финансовой и геополитической войне элита России и других стран не-Запада должна, согласно точке зрения известного российского исследователя М. Хазина, использовать произошедший раскол в мировой финансовой элиты после «дела Стросс-Кана», когда бюрократия остановила попытки создания ФРС на мировом уровне[297]. После этого провала мировая финансовая элита обнаружила, что у нее в условиях кризиса нет ресурсов даже для сохранения глобальной инфраструктуры.

В этой ситуации появились две группы, сделавшие принципиально различные ставки на развитие мира. Первая группа, условно называемая М. Хазиным «процентщики», – это группа, стремящаяся любой ценой сохранить мировую финансовую систему и контроль над ее ключевыми институтами (МВФ, Мировой банк, ВТО) и не допустить развала мира на независимые валютные зоны.

Вторая группа (условно называемая «менялы») ориентируется на создание независимых валютных зон, чтобы регулировать межнациональные финансовые взаимодействия посредством золотого стандарта. Эта группа выступает за расширение Таможенного союза, а не усилия Брюсселя, против войны на Ближнем и Среднем Востоке[298]. Вторая группа мировой финансовой элиты заинтересована в том, чтобы Россия, Таможенный союз, Китай, Индия и Бразилия стали региональными центрами сил.

Вполне логична оценка американского экономиста и политолога, члена международной инициативы «Постглобализация» У. Энгдаль, согласно которой встреча глав БРИКС в Форталезе является одним из поворотных моментов истории, сравнимым с поражением Наполеона под Ватерлоо в 1815 году, подъемом британского, а затем и американского имперского доминирования в мире. Созданные на встрече государств БРИКС Новый банк развития и новый пул валютных резервов представляют собой «кристалл-зародыш» новой справедливой мировой экономической системы, что дает БРИКС возможность сформировать «народный консенсус», или «Консенсус Рио», который противоположен «Вашингтонскому консенсусу» и который бы «способствовал рациональному развитию национальных экономик, повышению уровня жизни всего населения, уменьшению власти коррумпированных олигархов»[299]. Не случайно в БРИКС стремятся вступить Аргентина, Индонезия, Турция и другие быстро развивающиеся страны, что создает значимый противовес Западу. Ведь «Большая семерка» ныне представляет собою клуб провалившихся экономик США, Великобритании, Италии, Франции, Канады и Японии и наполовину функционирующей экономики Германии.

Следует иметь в виду то обстоятельство, согласно которому фундаментом БРИКС служит их полный суверенитет, складывающийся из способности осуществлять независимую политику и наличие достаточного экономического веса. Вполне правомерно утверждение Ф. Лукьянова, что суверенность «составляет настоящий фундамент БРИКС, на который могут надстраиваться следующие этажи – экономический, геополитический, идейный», что «все страны, образующие БРИКС, потенциально представляют собой не просто быстро развивающиеся державы, а основные «полюса» многополярного устройства, региональные центры»[300], т. е. перед нами, как считают в мире, прообраз альтернативной Западу системы.

Послесловие. Мировая элита в лабиринте истории

Для понимания происходящих сейчас в мире процессов, которые характеризуются неопределенностью, нелинейностью и многомерностью, для понимания будущего существующих цивилизаций плодотворной является модель темпорального лабиринта. Понятие лабиринта является одной из сюжетных линий в истории человеческого общества, оно зафиксировано в древней мифологии практически всех существовавших цивилизаций и социумов. Сам лабиринт представляет определенного рода запутанный путь, изначально выстроенный вокруг оси координат в виде спиралей или меандров[301].

Для нашей проблематики существенным является положение о том, что лабиринт визуально представляется и как спиральный рисунок, и как танец. «Миф о лабиринте, – подчеркивает Д.С. Гусман, – один из древнейших, и, осмелюсь сказать, он похож на мифы всех древних цивилизаций, говорящие, что лабиринт – это труднопроходимый и неясный путь, на сложных и извилистых тропах которого немудрено затеряться»[302]. Эти мифы воплощены в разных формах: критские монеты с изображением лабиринта Дедала (280 год до н. э.); прекрасные римские мозаики-лабиринты в древней Коимбре (Португалия); каменные лабиринты в разных частях Северной Европы (в Скандинавии, на Кольском полуострове, на побережье Белого моря); петроглифы (изображения на камне) в виде лабиринта, обнаруженные в Европе (Ирландия, Дания, Швеция и Финляндия), у северных и южноамериканских индейских племен, в Пакистане, Индии, Африке и Австралии и т. д. Одним из самых древних лабиринтов (1200 г. до н. э.) является критский лабиринт, который, как и другие лабиринты, выражает психологическую реальность.

* * *

Сегодня эта психологическая реальность древнего лабиринта живет в реалиях современного общества с его новейшими технологиями и научными достижениями. «Если в древности говорили об инициатическом лабиринте как пути, проходя который человек мог реализовать себя, сегодня мы должны говорить о лабиринте материальном и психологическом. Увидеть материальный лабиринт нетрудно: окружающий нас мир, то, как мы живем и как себя проявляем, – все это часть одного лабиринта. Сложность в другом: тот, кто попадал в критские парки и дворцы, даже не подозревал, что вошел в лабиринт; так и мы в нашей повседневной жизни не осознаем, что находимся в лабиринте, который затягивает в себя человека. С психологической точки зрения смятение Тесея, жаждавшего убить Минотавра, имеет ту же природу, что и смятение человека, который растерян и испуган… Растерянность – еще одна болезнь, которая преследует нас в современном лабиринте на психологическом плане. Эта растерянность возникает оттого, что нам самим очень сложно решить, кто мы, откуда пришли и куда идем»[303]. Именно с точки зрения психологии современный человек блуждает в лабиринте жизни, и, хотя в нем не существует чудовищ и узких коридоров, его постоянно подстерегают различные ловушки.

Современный человек должен уметь на основе воли, разума и памяти противостоять страху, предрассудкам, неуверенности, которые обладают таким же могуществом и влиянием, как и Минотавр в критском лабиринте. «Древние говорят, что невозможно просто пройти лабиринт, и лучший способ передвижения по нему – это танец или шаги, которые описывают определенные фигуры: фигуры на поверхности, фигуры в пространстве, фигуры ритуальные и магические. В каком-то смысле по дороге жизни мы тоже должны продвигаться танцуя, определяя таким образом процесс эволюции»[304].

Следует иметь в виду то обстоятельство, согласно которому человек обладает врожденной способностью танцевать, причем танец присущ всем культурам мира, его ритмические движения связаны с музыкой.

В общем плане необходимо принимать во внимание то, что танец имеет нейрофизиологические основания[305], которые коренятся в окружающем человека физическом мире, что биоритмы человека и других биологических структур обусловлены динамикой «вихрей короны Солнца и созвездий Галактики», управляемых полями гравитации и потоками солнечной намагниченной плазмы, радиацией и космическими частицами[306]. Динамика упорядоченного космоса подчиняется гармонии ритмов (как цветомузыка света и звуков, зашифрованная в оккультной символике магов, пифагорейцев и гностиков), что проявляется в спектрах частот излучений, поглощения и изменения свойств нашей планеты, системы Солнца и Галактики. Существенным является то, что гармоники этих ритмов развиваются по спирали благодаря режиму резонанса, принципу золотого сечения и пропорциям музыкальной гаммы[307]. Это достигается автоподстройкой всех частей космического целого, состоящего из множества вихревых движений Вселенной.

* * *

Все это связано с лабиринтом, который присущ нашему существованию, историческим процессам, развитию цивилизаций и функционированию культур нашего мира. «Во многих традициях лабиринт также олицетворял мир, Вселенную, непостижимость, многообразие предлагаемых жизнью проблем и трудность выбора правильного решения, идею движения человека к истине, круговорот жизни, смерти и воскрешения»[308]. Согласно некоторым легендам, на спиралях каменных лабиринтов танцуют феи и эльфы при лунном свете, выражая этим символическую связь между различными реальностями.

Лабиринт – это комбинация слепых тупиков, не дающих никакого выхода, и развилок, где путешественник (человек, общество, цивилизация) должен совершить выбор своего пути среди многочисленных открывающихся перед ним возможностей. Иными словами, с одной стороны, имеются пути, не дающие возможности выбора, когда в конце пути путешественник натыкается на стену, а, с другой стороны, – перекрестки, дающие ему свободу и незавершенность, трудную свободу и опасную независимость, так как препятствия будут создавать ему собственный выбор, а не навязанный судьбой. «Путешествие в лабиринте – необходимый процесс метаморфоз, благодаря которому появляется новый человек»[309], т. е. путешествие в лабиринте и человека ведет к его обновлению или к смерти.

В плане нашей темы это означает, что цивилизация (или общество) фактически существует и развивается во время своего «путешествия» по лабиринту истории. Так как в лабиринте истории есть вход и выход, и есть также многочисленные тупики, то в нем любую цивилизацию ждет либо смерть в случае невозможности дать адекватный ответ на вызов эпохи, либо обновление, если такой ответ будет найден. Иными словами, если цивилизация не способна выжить и выйти из лабиринта истории, то она погибает, как это случилось с цивилизацией шумеров, древних египтян, этрусков, финикиян, майя, инков и др. В случае способности дать адекватный ответ на вызовы времени, что позволяет выжить, цивилизация выходит из лабиринта истории обновленной, примером чего служат китайская, индийская, японская, вьетнамская, еврейская, западная цивилизация.

Выживет цивилизация (общество) или она распадется, погибнет в лабиринте истории – это зависит от деятельности элиты: именно она либо осуществляет креативную, творческую деятельность, направленную на то, чтобы дать адекватный ответ на вызовы времени, способствуя обновлению цивилизации; либо как правящее меньшинство занимается собственным обогащением, сохранением своих привилегий и уже неспособна дать адекватный ответ на вызовы времени, что ведет к гибели цивилизации.

* * *

Эта проблема значимости элиты в существовании и развитии цивилизации (общества) четко показана А. Тойнби в его теории исторического развития.

В своем сборнике «Постижение истории» А. Тойнби на примере Римской империи описывает причины ее распада, дает критерии этого процесса, когда общество начинает пожирать само себя. В самом начале он анализирует историю взаимоотношений христианской церкви с варварами на северных окраинах Римской империи, в результате чего приходит к выводу о том, что христианская церковь является «внутренним пролетариатом», а варварские отряды – «внешним пролетариатом» эллинистического общества.

В итоге он приходит к следующему выводу: «На следующей ступени нашего исследования, анализируя три института – Римскую империю, отряды варваров и церковь – как связующие звенья между эллинистическим и западным обществами, мы обнаружили, что внутренний пролетариат эллинистического общества, создавший христианскую церковь, и внешний пролетариат, давший варварские военные отряды, возникли в результате распада эллинистической социальной системы в ходе смутного времени, когда само эллинистическое общество уже утратило творческую силу. Процесс этот в значительной мере определялся изменением положений правящего меньшинства. Творческое меньшинство, заключив некогда добровольный союз с нетворческими массами, пользовалось какое-то время их доверием ввиду очевидности выгод, дарованных обществу творческими усилиями избранных. Однако с течением времени правящее меньшинство утратило способность и право быть лидером, так как оно растратило творческую энергию и созидательный порыв. Это меньшинство, лишенное вдохновения, но продолжающее удерживать власть, оказалось неспособным управлять через доверие и пошло на нарушение общественного договора. Вместо того чтобы уступить власть, оно прибегло к силе. Эта политика привела к еще большему отчуждению большинства от правящего меньшинства… Неспособность лидеров продолжать игру с толпой, используя свойство мимесиса, тесно связана с неспособностью творчески ответить на специфический вызов»[310].

Правящая элита Римской империи погрязла в коррупции, в безжалостном ограблении провинций, в роскоши и наслаждениях, когда доминирующее место занимают деньги, что привело к ослаблению этических норм. Все эти явления, присущие неспособной к креативной деятельности правящей элите Римской державы привели к социальной импотенции и к гибели этой эллинистической цивилизации[311]. Данный вывод относится и к любым другим обществам (цивилизация), находящимся в стадии надлома, что и показывает всемирная история.

* * *

Другим критерием гибели цивилизации, чья элита оказалась неспособна найти творческий ответ на вызовы времени, чтобы обновить цивилизацию, являются осуществление великих проектов. На это обращает внимание А. Тойнби, когда показывает, что надломленные цивилизации, находясь на пути к распаду, демонстрируют привязанность к самым различным областям деятельности – от ярко выраженного интереса к искусству до увлечения различного рода механизмами[312].

Этот интерес обусловлен воспоминанием о днях роста цивилизации, когда гибнущее в лабиринтах истории общество питается иллюзией о процветании. В качестве примера можно привести деятельность деспота и узурпатора Максенция до войны 312 г., который решил обратиться к прошлому и воплотил в жизнь ряд великих проектов. «Максенций не только вернул былую гордость славным прошлым Рима, но и попытался придать городу новый облик, приказав воздвигнуть новый дворец у Аппиевой дороги, огромный ипподром на пятнадцать тысяч мест и новую базилику, ставшую самым величайшим его творением. Отделанная мрамором и украшенная изысканной лепниной, базилика, предназначенная для общественных собраний, стала одним из самых больших зданий города из тех, что имеют крышу.

Оставив таким образом о себе память в Риме, Максенций предпринял попытку укрепить свою власть в западной части империи и устранить соперников. Однако шел уже 312 г., Максенций опоздал»[313]. Осуществление великих проектов Максенцием привело к гигантским денежным расходам, репрессиям, к превращению Рима в нечто похожее на полицейское государство. Однако все это не помогло ему удержать власть в своих руках, его армии были разбиты Константином, что, в конечном счете, не спасло Римскую империю от гибели.

* * *

Проблема креативности элиты и способности цивилизации войти и выйти из лабиринта истории весьма актуальна и сейчас, особенно в условиях глобального финансово-экономического кризиса. Пока западная цивилизация в лице Америки и Европейского Союза не находят выхода из лабиринта истории, так как ее элита, преимущественно составляющая глобальную элиту, потеряла способность к творчеству, направленному на служение обществу, на осуществление глобального принципа социальной справедливости. В данном случае необходимо принимать во внимание живучесть древних основ, которые выступают фундаментом выживания цивилизаций в лабиринте истории. В своей небольшой, но емкой статье «Живучесть древних основ» Г. Померанц характеризует сложившуюся ситуацию следующим образом: «Я не закрываю глаза на открытый ящик Пандоры, из которого неизвестно что может выскочить и все опрокинуть. Клубок вопросов, требующих решения, все более запутывается. Но какие-то рамки культур, возникших в старое время, сохранились, и я вижу возможность двух плодотворных подходов к современности через призму древних традиций»[314]. Речь идет о двух типах цивилизаций, их культурных миров: Средиземноморско-Ближневосточной и Индийско-Тихоокеанской цивилизациях.

Первый подход основан на различении цивилизаций по их религиозно-философскому фундаменту. В этом случае их различие обусловлено логиками – в Средиземноморском регионе весьма рано утвердилась логика Аристотеля с ее законом исключенного третьего: S есть P или S не есть P, третьего не дано. Самое интересное состоит в том, что эта классическая, формальная логика Аристотеля определенным образом связана с резким делением на рабов и свободных. Тогда как большинство подданных восточных империй жило в мире третьей, неклассической логики, которая противоречит логике Аристотеля, когда люди были не совсем свободными и не совсем рабами.

«Впервые в средиземноморской Античности появился вполне свободный человек, обеспеченный законами от всякого посигновения на его личность и собственность. Эта внешняя свобода, в сочетании со свободой внутренней, которая возможна всюду, создала неповторимую культуру древнего Запада (замечу в скобках, что в VI–I веках до Рождества Христова все Средиземноморье было Западом сравнительно с Востоком, едва прикоснувшимся к морю в Египте и Палестине). Культуре древнего Запада мы до сих пор обязаны основами европейской философии, науки, права. Но оборотной стороной свободы эллинов и римлян было рабство, доведенное до логического предела; а всякая идея, доведенная до предела, становится нелепой и разрушительной. Рабы, ставшие говорящими орудиями, вымирали. На Востоке, не знавшем прав человека, могло существовать израильское право рабов; за какую цену человек ни был куплен, через семь лет он выходил на свободу; и до этого освобождался, если хозяин вышиб ему зуб, око или причинил другое увечье. Для эллинов и римлян А = А, раб есть раб. И нанести ему можно не сорок ударов, а сколько угодно»[315]. Данная классическая логика тесно связана с парадигмой атомизма, согласно которой общество состоит из атомов-индивидов.

* * *

Совсем иная ситуация сложилась в Индийско-Тихоокеанском регионе, где терпимость было включена в саму религию, что связано с иной логикой, присущей холистской парадигме (парадигма целостности).

«Это можно объяснить своеобразием логики, не признававшей исключенного третьего. Приведу пример. В индийской логике допускалось несколько логических предложений, абсурдных с точки зрения Аристотеля:

S есть P

S не есть P

S есть P, и не P

S не есть ни P, ни не P

S неописуем.

Я не думаю, что строго оформленная логика возникла прежде Брихадараньяки-упанишады (VII–VI вв. до Р.Х.), скорее логика зафиксировала сложившуюся структуру древней мысли, древней мудрости общества, в котором целое еще не распалось на атомизированные индивиды. Логика в Индии учитывает мистику целого, логика и мистика взаимодействовали; из мистического знака O (великая пустота, творящая пустота) родился арифметический нуль, превращающий единицу в 10, 100, 1000 и т. д.»[316].

На основе такой логики невыразимое находилось выше всякого имени, в том числе имени Бога; аналогично и в Китае неименованное Дао объемлет имеющее имя Дао. Поэтому никто не проклинал человека, идущего своим путем к вершине священного, это давало возможность мудрецам называть одну и ту же птицу разными именами, о чем идет речь в Ведах. «Диалог между верами был, но не было ожесточенной вражды. Фанатизм в Индии приобретал характер самопожертвования. Добровольно всходя на костер, индуистские вдовы или буддийские монахи доказывали глубину своей веры. Массового преследования еретиков и религиозных войн ни в Индии, ни в Китае не было»[317].

Иная ситуация была в цивилизации Запада с ее классической логикой Аристотеля, где существовал закон исключенного третьего, на чьей основе сформировано убеждение об однозначности истинности своей веры (A = A/B), толкающее тем самым к экспансии, необходимой для распространения истины. Вполне закономерно, что ислам осуществлял в Средние века экспансию и построил свой величайший халифат династии Аббасидов с центром в Багдаде, который простирался от Туниса до границ Индии и который по размерам не уступал Китайской империи; а затем основал в Индии великую Монгольскую империю[318].

Еще бóльшую экспансию осуществляло христианство в первые столетия после великих географических открытий, когда было завоевано почти полмира. Только потом завоевательный пафос христианства ослабевает и в результате Запад становится постхристианским. Поэтому с точки зрения ислама современный постхристианский Запад представляет собой религиозный вакуум, который Аллах велит заполнить. Нельзя пренебрегать данным фактором, так как он усиливает позицию исламского фанатизма и помогает им подчинить своей экспансии молчаливое большинство.

* * *

Второй подход живучести древних основ исходит из различия политических имперских и неимперских структур, что дает возможность одним цивилизациям выходить обновленными, возрожденными из лабиринта истории, другим цивилизациям погибать в этом лабиринте. «В рамках нового рассуждения Восток – сфера устойчивых имперско-конфессиональных цивилизаций: распадаясь, они восстанавливаются. Рушатся империи, но не имперский принцип. Происходят духовные сдвиги, но они существенно не меняют социального строя. Развивается внутренняя свобода личности, но никаких «прав человека» из этого не вытекает. Преемственность культуры сохраняется благодаря неприкосновенности написанного слова (в Китае) или своего рода табу на убийство брахмана (в Индии). В противоположность этому Запад – история прав личности, история экспериментов свободы, история независимого развития городов-республик, а в Новое время – наций-государств»[319].

Между XVI и XVII столетиями экспансия европейских морских держав постепенно теряла свой религиозный и приобретала глобальный торгово-колониальный характер. Результатом стало складывание и развитие в капитализме системы политической гегемонии Британской империи, чье мировое господство совпало со становлением и расцветом буржуазной миросистемы.

«Хотя о «совпадении», – подчеркивает Б. Кагарлицкий, – говорить не приходится. Британская гегемония была важнейшим условием формирования миросистемы – империя развивалась вместе с капитализмом, обслуживая его и обустраивая новое мировое экономическое пространство политически. Однако Британская империя появилась не на пустом месте, она опиралась в своей идеологии и практике на длительную историю древних и средневековых империй, хотя сама представляла собой явление совершенно нового порядка – первую в мире буржуазную империю. В свою очередь, американская модель мирового господства, заместившая британскую гегемонию после Второй мировой войны, была одновременно и отрицанием старой имперской практики, и ее продолжением в новой форме»[320]. Именно развитие британской и американской модели мировой гегемонии позволило охватить весь земной шар и подготовило современный, финансово-электронный этап глобализации.

* * *

Самое интересное состоит в том, что развитие транснациональных корпораций (ТНК) привело к ориентализации жизнедеятельности цивилизации Запада. Этот феномен можно объяснить с позиции общей социологической теории комплексных систем Н. Лумана, которая по-иному рассматривает современное сообщество цивилизаций. В этой универсальной социологической теории, адекватной современному информационному обществу, понятие мир рассматривается как сложная система, нагруженная смыслом, что позволяет ей видеть спектр возможностей, его пределы и выход за эти пределы.

«Мы вводим здесь понятие мира, – пишет Н. Луман, – как понятия для смыслового единства различия системы и окружающего мира и тем самым используем его как предельное понятие, недифференцируемое далее. Приведенное к такой точке зрения понятие мира не обозначает (какой бы то ни было всеобъемлющей, тотальной) совокупности вещей, какой-либо universitas rerum, которую нельзя было бы мыслить без различий. Понимаемый как изначальное и феноменологически, мир дан как непостижимое единство. Благодаря образованию систем и относительно него мир становится определимым как единство различия. В обоих отношениях справедливо, что понятие мира обозначает единство, актуальное лишь для смысловых систем, способных отличать себя от своего окружающего мира и на этом основании рефлектировать единство этого различия как охватывающего две бесконечности: внутреннюю и внешнюю. Таким образом, мир в этом смысле конституируется посредством от-дифференциации (здесь от-дифференциация означает фактор усиления контактов системы с окружающим миром в контексте динамики развития границы между ними. – В.П., Е.П.) смысловых систем, посредством различия системы и окружающего мира»[321]. Другими словами, здесь речь идет о конституировании мира при помощи от-дифференциации смысловых систем благодаря различию системы и окружающего мира. Существенным в таком случае является то, что этот мир неправомерно рассматривать как феноменальный мир, как нечто первоначальное, архаичное, так как он представляет собою завершающее единство, выстроенное на различии.

Здесь речь идет о новом, нетрадиционном подходе к понятию мира, когда элиминируется традиционное центрирование понятия мира в «центре» и использование понятия «субъекта»; когда происходит замена этих традиционных понятий. «Его замещает центрирование на различии; точнее, на различиях системы и окружающего мира, которые от-дифференцируются в мире и тем самым конституируют его. Каждое различие становится, таким образом, центром мира, и именно это придает миру необходимость – он интегрирует для каждого различия системы и окружающего мира все различия системы и окружающего мира, обнаруживаемые любой системой в себе и в своем окружающем мире»[322]. Следовательно, мир имеет мультицентричный характер, причем в данном случае каждое различие может содержать в себе другие различия в своей системе или в окружающем мире.

* * *

Используемое в универсальной социологической теории Н. Лумана данное понятие «мира» дает возможность исследовать связь его семантики с социально-структурной эволюцией социальной системы, которая основана на разработке различия системы и окружающего мира в плане эмерджентного уровня социальных систем. «Не следует забывать, – пишет Н. Луман, – что любое «либо… либо…» должно быть введено искусственно на основании, которого оно не касается. Всякое различие навязывает себя. Оно приобретает способность к операциям, способность стимулировать получение информации через исключение третьих возможностей. Этому принципу следует классическая логика. Логика мира, наоборот, может быть лишь логикой включенного исключенного третьего»[323]. Такого рода логика позволяет понять изменение цивилизации в результате появления новых возможностей, которые способен использовать для удовлетворения своих потребностей человек как психическая (и физиологическая) система, принадлежащая окружающему миру. Ведь «при помощи различия системы и окружающего мира возникает возможность понимать человека как часть окружающего мира общества комплекснее и в то же время свободнее, нежели при его понимании как части общества; ибо окружающий мир по сравнению с системой как раз и является областью различения, обнаруживающей более высокую комплексность и меньшую упорядоченность»[324].

Таким образом, человек обладает большей свободой в отношении его окружающего мира, в том числе свободой в сфере функционирования цивилизации (общества) со всеми ее опасностями в лабиринте истории.

* * *

В начале XXI столетия значительно возросла роль креативности человека и креативности элит в нестабильной и неопределенной ситуации перехода от современного, финансового капитализма к иному социально-экономическому строю. Согласно дефиниции американского экономиста Л. Туроу, капитализм пророс из алчности, которая представляет собою ось, вокруг которой крутится колесо турбокапитализма[325]. В этом турбокапитализме главным являются деньги и их приумножение, поэтому колоссальное значение имеет алчность, порождающая как успех, так и провалы. Вся история капитализма – это история технологического прогресса и материального пресыщения, нестабильности, катастроф и бедности. Имманентными признаками капитализма являются бумы и крахи, причем нынешний глобальный финансово-экономический кризис свидетельствует о конце капитализма как системы.

Продолжающийся глобальный финансово-экономический кризис ставит перед многими интеллектуалами вопрос том, что будет с мировым сообществом цивилизаций завтра. С нашей точки зрения, которая изложена в ряде монографий[326], вероятны следующие сценарии, которые порождены неадекватной деятельностью мировой элиты. В недалеком будущем произойдет либо дезинтеграция США как целостного государства, и они отправятся на пепелище истории вслед за Советским Союзом, либо они станут социалистическими, так как благодаря движению «оккупируй Уолл-стрит» Нью-Йорк станет очагом новой Октябрьской революции (возможна альтернатива в виде фашистского режима, выражающего интересы финансового капитализма). Во всяком случае, несомненно то, что «американский потребительский капитализм обречен», и Америке придется найти новую экономическую модель, что займет много времени.

Китай, в отличие от Запада[327], на основе своего опыта выживания в лабиринте истории на протяжении 5 тысяч лет, который придал ему цивилизационную устойчивость благодаря способности «растворять в себе и ассимилировать других»[328], благодаря деятельности своей элиты, будет продолжать свой экономический рост и осуществлять социальные реформы с целью создания общества «среднезажиточной семьи». Немалую роль здесь играет китайская стратегия «без риска», основанная на надежности и эффективности знания о войне, что требует детализации этого знания и тотального шпионажа[329]. Исследования показывают, что «по своей форме китайский тотальный шпионаж – это уникальная программа разведывательной деятельности, которая может показаться совсем фантастической, если учесть, что она возникла всего за каких-то десять-пятнадцать лет», что «едва ли кто может сегодня подсчитать численность обширной армии тайных слуг Поднебесной»[330]. К тому же следует принимать во внимание масштабный характер организации Китая, который на глобальном уровне сопоставим только с городом-государством Ватиканом[331].

* * *

Действительно, Ватикан для укрепления своего могущества на протяжении пяти столетий эффективно использовал секретную католическую службу, которая позволяла управлять христианским миром. Итальянский историк Э. Фраттини пишет о значимости этой службы следующее: «Впереди трудные времена, но они же будут и временами великих трудов для разведывательной службы. Ведь вместо коммунистов, бывших врагов Иоанна Павла II, появляются новые враги. Различные евангелистские секты приобретают все большее влияние в Латинской Америке, в результате чего католическая церковь несет большие потери; китайский исполин, где католики по-прежнему подвергаются преследованиям со стороны властей; теологи, пытающиеся отойти от директив Ватикана. Врагов много, и много операций предстоит еще провести агентам Священного Альянса»[332].

Следует иметь в виду, что сейчас влияние Ватикана ослабевает в силу ряда причин, хотя он и продолжает обладать немалым организационным и финансовым потенциалом, что необходимо принимать во внимание, когда речь идет о православно-католической модели.

В последнее время происходит сближение между православной и католической церквями, что продиктовано вызовами XXI столетия (наступление ислама на Европу, ослабление позиций Ватикана в мире и др.). «Это означает процесс очищения их исторической памяти, усилия по преодолению взаимной неосведомленности, которая, в сущности, есть причина предубеждений и непонимания. Это означает обмен данными им дарами, во время которого они учатся друг у друга и могут обогатить друг друга, поскольку их различия носят не взаимоисключающий, но взаимодополняющий характер»[333].

Здесь речь идет об экуменизме, что поможет Европе снова приобрести духовную и нравственную силу, позволяя ей дать адекватный ответ на вызовы XXI столетия. В данном случае следует иметь в виду рассуждения бывшего государственного секретаря США, представителя мировой элиты М. Олбрайт, которая рассматривает роль религии в международных отношениях и делает вывод о неразделимости религии и политики, о значимости на поле боя идей, а не оружия. Одновременно она предупреждает о том, что «чрезмерная концентрация в одних руках политической и религиозной власти может быть опасной»[334]. Следует также прислушаться к ее предупреждению, что в Европе примкнувшие к экстремистскому движению мусульмане переходят от умеренного ислама к его фанатичным формам[335].

* * *

Наконец, представляет значительный интерес будущее России, которая сейчас находится в режиме пятилетней бифуркации, что и обуславливает неопределенность ее положения в мире.

Нынешняя российская элита придерживается устаревшей и показавшей свою несостоятельность либеральной экономической (монетаристской) модели, которая и привела к глобальному финансово-экономическому кризису. Если Россия будет продолжать следовать либеральной экономической модели, то страна не сможет перейти к шестому технологическому укладу, не сможет адекватно ответить на вызовы XXI века, что приведет к ее исчезновению с карты мира.

Примечания

1

См. Большая универсальная энциклопедия: в 20 т. М., 2011. Т. 20. С. 116.

2

См. Роткопф Д. Суперкласс. Те, кто правит миром. М., 2010. С. 8–9.

3

A Life Behind Close Doors / Newsweek Special Edition. Issues. 2008. Executive Life. P. 6—10.

4

См. Кычанов Е.И. Завоеватель Вселенной: Чингисхан // Кычанов Е.И. Властители Азии. М., 2004. С. 414–416.

5

Там же. С. 415.

6

Там же. С. 415–416.

7

См. Макгрегор Н. История мира в 100 предметах. М., 2012; Вейнер Э. Скрытая власть. Как разбогатевшие государства и влиятельные инвесторы контролируют весь мир. М., 2012.

8

См. Илюхин В.И. Путин. Правда, которую лучше не знать. М., 2012; Хатчинс К. Путин. М., 2012.

9

Дугин А. Параллельная политология Жана Парвулеско // Парвулеско Ж. Путин и евразийская империя. СПб., 2006. С. 442.

10

Сора С. Тайные общества, которые правят миром. М., 2009. С. 9.

11

Тененбаум Б. Великие Тюдоры. «Золотой век». М., 2013. С. 191–192.

12

См. Травин Д., Маргания О. Модернизация: от Елизаветы Тюдор до Егора Гайдара. М., 2011. С. 19–24.

13

Это тайное общество осуществляло сбор разведывательной информации о Российской империи, влияло на антироссийский курс Японии и способствовало революции 1905 г. (См. Старков Б.А. Охотники на шпионов. Контрразведка Российской империи 1903–1914. СПб., 2006. Гл. 2).

14

Беляев О.Г. Кованакадзуми: По следу самурайского тигра. М., 2002. С. 5–7. Следует иметь в виду, что Сайго считается «последним самураем»: «Погибшему мятежному герою (Сайго. – В.П., Е.П.) были устроены пышные похороны, и многие из присутствовавших там воинских чинов пролили слезы, оплакивая кончину славного воина, ознаменовавшую конец тысячелетней эпохи самурайства» (Синицын А.Ю. Самураи – Рыцари Страны восходящего солнца. История, традиции, оружие. СПб., 2001. С. 260).

15

Мещеряков А.Н. Император Мэйдзи и его Япония. М., 2006. С. 7–8.

16

Там же. С. 5.

17

См. Хене Х. Черный орден СС. История охранных отрядов. М., 2004.

18

См. Тайны «Черного ордена SS»: сб. / сост. А. Колпакиди. М., 2006.

19

См. Фрай Н. Государство фюрера: Национал-социалисты у власти: Германия. 1933–1945. М., 2009. Раздел «Систематизация террора и расцвет СС».

20

Поликарпов В.С., Поликарпова В.А. Феномен человека – вчера и сегодня. Ростов-на-Дону, 1996. С. 477.

21

Бем Ю. О. Гестапо. Террор без границ. М., 2013. С. 5.

22

См. Таеге Г. Создание «Европейской Конфедерации» в планах СС // Тайны «Черного ордена SS»: сб. / Сост. Колпакиди А. М., 2006. C. 247–252.

23

Мир после кризиса. Глобальные тенденции – 2025: меняющийся мир. Доклад Национального разведывательного совета США. М., 2009. С. 3.

24

Беляева Н., Зайцев Д. «Мозговые центры» в России и в странах Запада: сравнительный анализ // Мировая экономика и международные отношения. 2009. № 1. С. 26.

25

Диксон П. Фабрики мысли. М., 2004. С. 71–74.

26

См. Беляева Н., Зайцев Д. Указ. соч. С. 26.

27

Гоголицин Ю.М. Тайные общества в истории человечества, или Кто правит миром. Ростов н/Д, 2010. С. 364.

28

См. Дельнов А.А. Китай. Большой исторический путеводитель. М., 2008. С. 547.

29

Леонард М. О чем думают в Китае? М., 2009. С. 20–21.

30

См. Бергсен Ф., Гилл Б., Ларди Н., Митчелл Д. Что следует знать о новой сверхдержаве. М., 2007; Фишмен Т. Китай Inc. Восход сверхмощного глобального конкурента. М., 2007; Поликарпов В.С. Перспективы взаимодействия Америки и Китая. Таганрог, 2009.

31

См. Роткопф Д. Указ. соч.

32

Там же. С. 8.

33

См. Kossecki J. Gry sil i interesow w historii. W., 1981. S. 18–19.

34

Панарин И.Н. Мир после кризиса. Что дальше? СПб., 2011.

35

Следует заметить, что Киссинджер – один из немногих политических деятелей, принявший, хотя и с оговорками, решения Путина по Украине. Подробнее см. Киссинджер Г. Понять Путина. Политика здравого смысла. М.: Алгоритм, 2014.

36

Панарин И. Мир после кризиса. С. 139–140.

37

Неклесса А.И. Четвертый Рим. Глобальное мышление и стратегическое планирование в последней трети XX века // Российские стратегические исследования. М., 2012. С. 35.

38

Рар А. Куда пойдет Путин. М., 2008. С. 26–27.

39

Челноков А.С. Болевые приемы Путина. Удушающий захват для России. М., 2012. С. 40.

40

См. Пушков А. Путинские качели. М., 2010.

41

См. Малютин А.О. Самые дорогие вещи мира. М., 2013.

42

Робинсон Дж. Принцесса Монако. М., 2014. С. 96.

43

Там же. С. 81.

44

Робинсон Дж. Принцесса Монако. М., 2014. С. 86.

45

Герт К. Куда пойдет Китай, туда пойдет мир: как китайские потребители меняют правила игры. М., 2011. С. 56–57.

46

Там же. С. 232.

47

Бабагануш – арабская острая закуска из баклажанов.

48

Конниф Р. Естественная история богатых. Екатеринбург, 2006. С. 325–326.

49

Фригидарий, тепидарий и калидарий – соответственно холодное, теплое и горячее отделения в римских банях.

50

Конниф Р. Указ. соч. С. 326–327.

51

Жижек С. Указ. соч. С. 7.

52

Талеб Насим Николас. Антихрупкость. Как извлечь выгоду из хаоса. М., 2014. С. 567.

53

См. Симонова М. Белое сердце пустыни // РБК. 2011. № 12. С. 172.

54

Там же. С. 172–174.

55

См. Навроцкая Н. Аборигены каменных джунглей // Наша психология. 2013. № 7–8. C. 30–31.

56

См. Там же. С. 33–35.

57

См. Малютин А.О. Указ. соч. С. 47.

58

Стадием У. 100 легендарных ресторанов мира. М., 2011. С. 9.

59

Там же. С. 143–148.

60

См. Там же. С. 54–65.

61

Стадием У. Указ. соч. С. 274–278.

62

Стадием У. Указ. соч. С. 283–289.

63

Стадием У. Указ. соч. С. 295.

64

Адлер Т. Еврейское счастье // Vogue. 2014. Август. С. 184.

65

Там же.

66

См. Малютин А.О. Самые дорогие вещи в мире. М., 2013. С. 65.

67

Конниф Р. Указ. соч. С. 87.

68

Липс Ю. История древних цивилизаций. М., СПб., 1998. С. 6.

69

См. Там же. С. 12; Пайл Дж. 6000 лет истории архитектуры и дизайна. М., 2012. С. 7–9.

70

Пайл Дж. Указ. соч. С. 10–11.

71

Бунин А.В. Градостроительство рабовладельческого строя и феодализма. М., 1979. С. 16.

72

См. Бунин А.В. Градостроительство рабовладельческого строя и феодализма. М., 1979. С. 38.

73

См. Поликарпов В.С. История нравов России. Восток или Запад. Ростов н/Д, 1995. С. 374.

74

См. Бунин А.В. Указ. соч. С. 357–358.

75

Пайл Дж. 6000 лет истории архитектуры и дизайна. М., 2012. С. 174.

76

Бегин Ж., Морель Д. За стенами Запретного города. М., 2003. С. 16.

77

Бунин А.В. Градостроительство рабовладельческого строя и феодализма. М., 1979. С. 194.

78

Бак П. Императрица. М., 1994. С. 59.

79

Английский историк, биограф, литературный критик (1880–1932).

80

Ланселот Браун, прозванный Капабилити («способный») (1716–1783) – английский ландшафтный дизайнер.

81

Английский поэт и прозаик, переводчик Гомера (1688–1744).

82

См. Бродель Ф. История и общественные науки. Историческая длительность // Философия и методология истории. М., 1977. С. 138.

83

Неизвестный Гитлер / О. Гюнше, Г. Линге; Авт. – сост. М. Уль, Х. Эберле. М., 2006. С. 27.

84

Так, книга Гитлера «Моя борьба» в 1930 г. была распродана в 54 000 экземплярах, в 1932 г. – в 90 351 и в 1934 – в 854 127 экземплярах. Финансовому управлению Гитлер сообщил о доходах за 1933 г. в сумме 1 232 335 марок, половину из которых он пытался задекларировать как расходы на свою профессиональную деятельность. В последующие годы издательство «Эгер ферлаг» за каждое переиздание книги начисляло Гитлеру от 1 до 2 миллионов марок. Так как Гитлер отказался от выплаты ему вознаграждений полностью, то его актив в издательстве в 1944 г. достиг 5 535 811 марок. Книга «Моя борьба» в качестве обязательной литературы выдавалась бесплатно не только «товарищам по партии», но нередко и молодоженам при бракосочетании.

85

Неизвестный Гитлер. С. 29–31.

86

Робинсон Дж. Принцесса Монако. М., 2014. С. 91.

87

Робинсон Дж. Принцесса Монако. М., 2014. С. 88.

88

См. Там же. С. 90.

89

Ли Э. Любовницы: Правдивые истории обольщения, власти и честолюбия. СПб., 2010. С. 285–287.

90

Ротшильд Г. де. Наперекор Сталину. М., 2013. С. 195–197.

91

Ротшильд Г. де. Указ. соч. С. 204–207.

92

Хаттон У. Мир, в котором мы живем. М., 2004. С. 146.

93

В. Прибыловский утверждает, что часы «Патек Филипп», принадлежащие В. Путину, стоят 20 тысяч долларов. См. Прибыловский В.В. Кооператив «Озеро» и другие проекты Владимира Путина. М., 2012.

94

Хаттон У. Указ. соч. С. 194.

95

Деарлав Д. Билл Гейтс: 10 секретов самого богатого в мире бизнес-лидера. М., 2009. С. 146.

96

Там же. С. 147.

97

Холлингсуорт М., Лэнсли С. Лондонград. Из России с наличными. История олигархов из первых рук. М., 2010. С. 94–95.

98

Малютин О.А. Указ. соч. С. 192. Интересно увлечение золотом, метеоритами и костями динозавров миллиардерами, так, недавно была спущена на воду яхта стоимостью более 6 миллиардов долл., при постройке которой были использованы эти материалы (владелец яхты неизвестен).

99

В. Прибыловский утверждает, что для В. Путина тоже был построен «неизвестный» дворец стоимостью более 1 миллиарда долларов. Его построили на берегу Черного моря, проект отделки зданий и дизайн интерьеров якобы был утвержден лично Путиным. Главным поставщиком отделочных материалов и предметов для внутреннего убранства стала американская компания «Medea Inv. LLC». См. Прибыловский В.В. Кооператив «Озеро» и другие проекты Владимира Путина. М., 2012.

100

См. Малютин О.А. Указ. соч. С. 194.

101

См. Там же. С. 195.

102

Хаттон У. Мир, в котором мы живем. М., 2004. С. 195.

103

Там же. С. 195–196.

104

Цит. по: Там же. С. 196.

105

Хаттон У. Указ. соч. С. 198.

106

Малютин А.О. Указ. соч. С. 196–197.

107

Там же. С. 197.

108

См. Лучшие отели мира / Сост. В. Башкирова, В. Завьялова. М., 2008.

109

Там же. С. 437–439.

110

Лучшие отели мира. С. 495–501.

111

Лучшие отели мира. С. 554–556.

112

Лучшие отели мира. С. 519–523.

113

См. Восточная сказка // РБК. 2012 (дек.). С. 192.

114

См. Бланкер М.-К. Край земли // Belle Decoration. 2014 (апр.). С. 179.

115

Там же.

116

Конниф Р. Естественная история богатых. С. 345; См. также: Мейл П. Сладкая жизнь. СПб., 2010.

117

Конниф Р. Указ. соч. С. 345–346.

118

Берлускони дал показания. Газета. Ru. 11.04.2011.

119

Процесс по делу Сильвио Берлускони стартовал в Милане. Первый канал. Wap-версия. 06.04.2011.

120

Известно, что С. Берлускони является другом В. Путина, однако никаких сведений о сексуальных похождениях Путина не имеется. Правда, желтая пресса упорно муссирует слухи об интимной связи Владимира Путина со знаменитой спортсменкой Алиной Кабаевой, кроме того, 31 января 2011 года Борис Немцов представил в Замоскворецкий суд Москвы маршрутный лист выполненного 19 мая 2008 года рейса частного самолёта Dassault Falcon 20, принадлежащего товарищу Путина, бизнесмену Геннадию Тимченко. Частный маломестный самолёт доставил в Сочи (где находился Путин) Кабаеву и ещё нескольких друзей Путина. Обо всем этом 1 февраля 2011 года сообщила газета «Коммерсантъ». Желтая пресса тут же провела собственное «расследование», в ходе которого якобы выяснилось, что в районе президентской резиденции Бочаров ручей под Сочи для Кабаевой был построен отдельный дом, где Путин регулярно навещал её, но убедительных подтверждений этой версии не приводилось.

121

См. Конниф Р. Указ. соч. С. 355–356.

122

Стадием У., Гиббз М. 100 легендарных ресторанов мира. М., 2011. С. 267–270.

123

Стадием У., Гиббз М. Указ. соч. С. 272–273.

124

Липс Ю. История древних цивилизаций. С. 49.

125

См. Фог М. Энциклопедия модных брендов. М., 2012. С. 22.

126

См. Там же. С. 22.

127

См. Баранова И. PR в сфере моды // Индустрия моды. 2013. № 1.

128

См. например: Harper’s Bazaar. Январь 2013, Июль 2014; In Style. Июнь 2014; Top Beauty (дек. 2013 – янв. 2014).

129

См. Нерсесов Я.Н. Они определяли моду. М., 2006. С. 3.

130

Нерсесов Я.Н. Указ. соч. С. 8–9.

131

Там же. С. 26.

132

Там же. С. 31.

133

Бак П. Императрица. М., 1994. С. 65.

134

См. Vogue. Август 2013. С. 96.

135

См. Гудкова В. Эффект бабочки // РБК. 2012 (дек.). С. 184.

136

См. Ходсон Ф., Хупер Э. Как доставить женщине настоящее наслаждение. Реализация сексуальных фантазий. М., 2005.

137

Тюленева Е. Слава поцелуям! // Psychologies (Психология). 2011. № 4. С. 80.

138

Катулл Г. Стихотворения. 2010. Цит. по: Тюленева Е. Указ. соч. С. 82.

139

См. Там же.

140

Скотт Л. Бельё. История и современность. М., 2011. С. 7.

141

Скотт Л. Указ. соч. С. 10–11.

142

Там же. С. 201.

143

Там же. С. 207.

144

См. Там же. С. 205.

145

Гусев А. Любовь бонусом // Наша психология. 2013. № 7–8. С. 98.

146

Бранский В.П. Искусство и философия: Роль философии художественного произведения в формировании и восприятии на примере истории живописи. Калининград, 1999. С. 552.

147

См. Барокко: симптоматика большого стиля // Диалог искусств. 2008. № 1.

148

История мирового искусства. М., 2006. С. 252.

149

Фронтизи К. История изобразительного искусства. М., 2005. С. 240.

150

См. Барокко: симптоматика большого стиля // Диалог искусств. 2008. № 1. С. 38.

151

См. Фронтизи К. Указ. соч. С. 11.

152

Дьяконов В. Сбежавшая складка. Барокко и современность // Диалог искусств. 2008. № 1. С. 42.

153

Дьяконов В. Указ. соч. С. 44.

154

Там же. С. 46.

155

Нейсбит Д. Мегатренды. М., 2003. С. 337. Ведь до недавнего времени философия и стили искусства были «исключительно привилегией небольшой элиты общества» (Понтинг К. Всемирная история. Новый взгляд. М., 2010. С. 11).

156

Arte и science. Принцип дополнительности. Беседа В. Пацюкова, В. Скерсиса и Л. Адашевской // Диалог искусств. 2010. № 2. С. 86.

157

См. Тома Р. Структурная устойчивость и морфогенез. М., 2002.

158

История мирового искусства. М., 2006. С. 659.

159

Югай И. Раскрытие реального в цифровом изобразительном искусстве // Диалог искусств. 2010. № 2. С. 97. Не случайно отечественные ученые Г.Г. Малинецкий и Т.С. Ахромеева отмечают неэффективность социальной технологии неоконсерваторов, пытающихся «вернуться назад» в опоре на религию: «Проблема в том, что с огромной вероятностью ни в России, ни в США эта социальная технология просто не срабатывает. Начиная с определенного уровня развития технологий, пройденного исторического пути, научных знаний, трудно заставить людей верить в Бога. Без этого же набор ритуалов, как бы они ни подавались, вероятно, не способен «держать» общество, как на это надеются многие» (Малинецкий Г.Г., Ахромеева Т.С. Пути регресса // Проблемы математической истории: Историческая реконструкция, прогнозирование, методология. М., 2009. С. 132).

160

Там же. С. 101.

161

Булатов Д. Технологическое произведение искусства // Диалог искусств. 2010. № 2. С. 89.

162

См. Kurzweil R. The Age of Spiritual Mashines: When Computers Exceed Human Intelligence. N.Y., 1999.

163

Булатов Д. Указ. соч. С. 89.

164

Там же. С. 90.

165

Булатов Д. Указ. соч. С. 90–91.

166

Фукуяма Ф. Наше постчеловеческое будущее: Последствия биотехнологической революции. М., 2004.С. 308.

167

См. Гилмор Дж., Пайн II Дж. Аутентичность. Чего по-настоящему хотят потребители. М., 2009.

168

См.: Искусство в эпоху постбиологии. Интервью ДИ с Д. Булатовым // Диалог искусств. 2010. № 2. С. 94.

169

Там же. С. 95.

170

Булатов Д. Указ. соч. С. 92.

171

См. Горц А. Нематериальное. Знание, стоимость и капитал. М., 2010.

172

Югай И. Раскрытие реального в цифровом изобразительном искусстве. С. 101.

173

Горц А. Указ. соч. С. 82.

174

Горц А. Указ. соч. С. 83.

175

См. Аронсон О. Современное искусство: этика непристойности // Диалог искусств. 2009. № 6. С. 72–74.

176

Там же. С. 74.

177

Аронсон О. Указ. соч.

178

Другая модальность существования искусства. На вопросы ДИ отвечает куратор, критик и теоретик современного искусства, почетный доктор University of Art & Design, Helsinki, создатель Manifesta Journal, основатель и главный редактор «Художественного журнала» Виктор Мизиано / Диалог искусств. 2009. № 6. С. 76.

179

См. Там же. С. 76–77.

180

Досси П. Продано! Искусство и деньги. СПб., 2011. С. 7.

181

См. Досси П. Продано! Искусство и деньги. С. 33.

182

Там же. С. 33–34.

183

Досси П. Указ. соч. С. 130.

184

См. Виноградова Ю. Искусство уехало в Китай // Эксперт. 2012. № 12. С. 82.

185

Мейл П. Сладкая жизнь. СПб., 2010. С.7—11.

186

Там же. С. 17–18.

187

Мейл П. Сладкая жизнь. С. 21–22.

188

Там же. С. 23.

189

Там же. С. 48.

190

Мейл П. Указ. соч. С. 51–52.

191

Там же. С. 66.

192

Мейл П. Указ. соч. С. 82–83, 85–86.

193

Там же. С. 87.

194

Там же. С. 89–90.

195

Мейл П. Указ. соч. С. 98–99.

196

Политое спиртом и подожженное блюдо (фр.).

197

Мейл П. Указ. соч. С. 214–215.

198

Там же. С. 28–29.

199

Минард Е. Эволюция богов. Альтернативное будущее человечества. М., 1996. С. 75.

200

Шепель В.М. Осознание самоценности жизни как духовная проблема России // Культурология. 1997. № 2–3. С. 92.

201

См. Маркович Д.Ж. Социальная экология. М., 1996. С. 151.

202

См. Гор Э. Земля на чаше весов. М., 1993. С. 243.

203

Минард Е. Указ. соч. С. 75.

204

См. Brzezinski Z. Out of Control. N.Y. a. etc. 1993.

205

Скулачев В.П. Жизнь без старости. М., 2013. С. 151.

206

Роткопф Д. Суперкласс. Те, кто правит миром. С. 25.

207

Цит. по: Там же. С. 25–26.

208

Цит. по: Роткопф Д. Указ. соч. С. 30.

209

Чопра Д. Нестареющее тело, вечный дух. Квантовая альтернатива старения. М., 1994. С. 58–59.

210

Там же. С. 59.

211

Чопра Д. Указ. соч. С. 60.

212

Там же. С. 60–61.

213

См. Уилкокс Б. Дж., Уилкокс Д.К., Судзуки М. Почему японцы не стареют. М., 2013. С. 8.

214

См. Вааль Ф. де. Истоки морали: В поисках человеческого у приматов. М., 2014.

215

Там же. С. 35.

216

См. Там же. С. 75–76.

217

Там же. С. 281.

218

Вааль Ф. де. Указ. соч. С. 284.

219

Там же. С. 313–314.

220

Вааль Ф. де. С. 388.

221

Там же. С. 9.

222

См. Жижек С. Указ. соч. С.159–160.

223

Жижек С. Указ. соч. С. 166.

224

Там же.

225

Роткопф Д. Указ. соч. С. 401.

226

Роткопф Д. Указ. соч. С. 403.

227

Роткопф Д. Указ. соч.

228

См. Оуэн Д. История болезни: Недуги мировых лидеров последнего столетия. СПб., 2011.

229

Цит. по: Там же. С. 14.

230

Там же. С. 15.

231

См. Оуэн Д. Указ. соч. С. 242.

232

См. Чазов Е. Как уходили вожди. Записки главного врача Кремля. М., 2012. С.53.

233

Там же. С. 54–55.

234

В связи с этим не случаен интерес к здоровью лидеров государств, который постоянно проявляется на уровне обыденных разговоров и в средствах массовой информации. Так, в конце 2014 года американский журнал «Нью-Йорк пост» и немецкое издание «Бильд» опубликовали материалы, в котором говорилось о том, что у Путина якобы обнаружен рак поджелудочной железы. По заявлению «Бильд», опухоль уже не удалить, так как она была обнаружена слишком поздно, а «Нью-Йорк пост» утверждал, что Путину осталось жить около трех лет, и поэтому он хочет расширить российские границы, как Сталин или Петр Первый. Д. Песков, пресс-секретарь Путина, опроверг эти утверждения, заявив, что со здоровьем у российского лидера все в порядке.

235

Сарагоса Ф.М. Завтра всегда поздно. М., 1989. С. 25.

236

Кучеренко В. Реформы здравоохранения // Социс. 1995. № 7. С. 13.

237

См. Скулачев В.П. Жизнь без старости. М., 2013. С. 145–146.

238

См. Хорост М. Всемирный разум. М., 2011.

239

См. Лукьянова Н.А. Интернет вещей: семиотическая конвергенция естественного и искусственного в коммуникациях // Информационное общество. 2014. № 3. С. 5.

240

См. Фергюсон Н. Империя. Чем современный мир обязан Британии. М., 2013. С. 15.

241

Интересно, что такой же вывод оказывается применим и к Португалии, которая стала в свое время империей, на содержание которой ушли немалые ресурсы и которые быстро иссякли, что привело к истощению и бессилию страны. «Можно даже задаться вопросом: не была бы Португалия сейчас счастливее и богаче, не доведись ей приобщиться древней славы, не попадись ей в руки богатства Индии, породившие лишь упадок, не будь её силы растрачены в борьбе, к которой страна не была готова и которая обернулась для нее нищетой и разрухой?» (Васко да Гама. Путешествия в Индию. М., 2012. С. 5).

242

Фергюсон Н. Указ. соч. С. 28.

243

Там же. С. 22.

244

Фергюсон Н. Указ. соч. С. 498.

245

Кагарлицкий Б.Ю. От империй – к империализму. Государство и возникновение буржуазной цивилизации. М., 2010. С. 204–205.

246

Эпиграф к книге: Доу Дж. Ф. История работорговли. М., 2013.

247

Кагарлицкий Б.Ю. Указ. соч. С. 436.

248

Преступления США. Americrimes. Геноцид, экоцид, психоцид как принципы доминирования. М., 2013. С.4.

249

Блум У. Смертоносный экспорт Америки – демократия. Правда о внешней политике США и многом другом. М., 2014. С. 98.

250

Шумейко И.Н. Гитлеровская Европа против СССР. Неизвестная история Второй мировой войны. М., 2009. С. 13–14.

251

Галин В.В. Политэкономия войны. Заговор Европы. М., 2007. С. 85.

252

См. Шумейко И.Н. Указ. соч.

253

См. Галин В.В. Указ. соч. С. 340–342.

254

Нойман П. Черный марш. Воспоминания офицера СС. 1938–1945. М., 2012.

255

См. Там же. С. 120.

256

Роланд П. Оккультные тайны Третьего рейха: темные силы, освобожденные нацистами. Ростов н/Д, 2011. С. 191.

257

Смыслов О.С. Плен. Жизнь и смерть в немецких лагерях. М., 2014. С. 3.

258

Цит. по: Смыслов О.С. Указ. соч. С. 111–112.

259

Цит. по: Смыслов О.С. Указ. соч. С. 162–163.

260

Подробно об этом см.: Там же. Раздел «Психология плена».

261

См. Яров С.В. Блокадная этика. Представление о морали в Ленинграде в 1941–1942 гг. М., 2012.

262

Там же. С. 5.

263

Там же. С. 598.

264

См. Рис Л. Нацисты: Предостережение истории. М., 2014.

265

Штайнер М. Гитлер. М., 2010. С. 332–333.

266

Шумейко И.Н. Гитлеровская Европа против СССР. Неизвестная история Второй мировой войны. М., 2009. С. 18.

267

Лоу К. Жестокий континент. М., 2013. С. 7–8.

268

Там же. С. 10.

269

Лоу К. Указ. соч. С. 11.

270

См. Бивор Э. Вторая мировая война. М., 2014.

271

Бивор Э. Указ. соч. С. 89–92.

272

Блум У. Указ. соч. С. 99.

273

Лунеев В.В. Преступность XX века: мировые, региональные и российские тенденции. М., 2005. С. 661.

274

Энрикес Д. Чародей лжи. М., 2014. Этот миллиардер-мошенник находится в более или менее нормальных условиях: «И тем не менее Мэдофф отбывает наказание в тюрьме общего режима. Это не стальные джунгли, не царство грубого, практически бесконтрольного насилия и порока, но и не комфортабельный санаторий с полем для гольфа, теннисным кортом и свободным посещением друзей и родных» (Там же. С. 16).

275

См.: Кларк Р. Преступность в США. М., 1975. С. 51.

276

См.: Черч Дж. Существует ли в природе честное правительство // РГ. 1996. 18 июля.

277

См.: Гевелинг Л.B. Клептократия. М., 2001; Грин Р. 48 законов власти. М., 2000 (эту книгу считают самой аморальной, самой скандальной, самой циничной и самой правдивой книгой о власти).

278

Кузнецова Н.Ф. Избранные труды. СПб., 2003. С. 550; Криминология: учебник / под ред. Н.Ф. Кузнецовой, В.В. Лунеева. М., 2004. С. 98.

279

Криминология / под ред. Джозефа Ф. Шелли. СПб., 2003. С. 343–376.

280

Лунеев В.В. Указ. соч. С. 664.

281

См.: Шабалин В.А. Политика и преступность // Государство и право. 1994. № 4. С. 43–52.

282

Практические меры борьбы с коррупцией. Руководство, подготовленное секретариатом ООН. A/CONF. 144/8. 29 May 1990.

283

Восьмой конгресс ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями. Куба, Гавана, 27 августа – 7 сентября 1990 г. ООН, Нью-Йорк, 1991. С. 150.

284

Лунеев В.В. Указ. соч. С. 665.

285

Кларк Р. Преступность в США. М., 1975. С. 54.

286

См. Хлебников П. Крестный отец Кремля Борис Березовский, или История разграбления России. М., 2001. С. 14–15.

287

Фролов А. «Наш ответ Мейеру» // Советская Россия. 7 августа 2014. С. 2.

288

Холлингсуорт М., Лэнсли С. Указ. соч. С. 17.

289

Там же.

290

Холлингсуорт М., Лэнсли С. Указ. соч. С. 21–22.

291

Там же. С. 22.

292

См. Там же. С. 19.

293

Холлингсуорт М., Лэнсли С. Указ. соч. С. 30.

294

См.: Преступления века. Популярная энциклопедия / авт-сост. А. Холл. Мн.—М. – Нью-Йорк, 1995.

295

Акимов М.В. Преступления США М., 2013. С. 564–565.

296

См. Рон П. Покончить с ФРС. М., 2014.

297

См. Хазин М. Глобальный кризис и Россия. 2014 год // Путин: в зеркале Изборского клуба (Книга вторая). М., 2014. С. 73.

298

См. Хазин М… Указ. соч. С. 73–74.

299

Энгдаль У. Альтернатива, с которой придется считаться // Российская газета. 23 июля 2014. С. 5.

300

Лукьянов Ф. БРИКС: Возможности и лимиты // Российская газета. 23 июля 2014. С. 8.

301

См. Бидерманн Г. Энциклопедия символов. М., 1996. С. 141; Santarcangeli P. Ksienga labiryntu. W., 1982. S. 136.

302

Гусман Д.С. Лабиринт // Человек без границ. 2010. № 3. С. 6.

303

Гусман Д.С. Указ. соч. С. 14.

304

Там же. С. 16.

305

Все искусство танца имеет своей основой заложенные природой физические способности (См. Баун С., Парсонс Л. Нейрофизиология танца // В мире науки. 2008. № 10).

306

См. Плахотнюк В.Н. Символика религий и культов. Большая энциклопедия символов и знаков. М., 2009. С. 304.

307

См. Там же.

308

Символы. Знаки // ред. группа: Т. Каширина, Т. Евсеева и др. М… 2007. С. 66.

309

Santarcangeli P. Op. cit. S. 179.

310

Тойнби А. Дж. Постижение истории. М., 1991. С. 336–337.

311

См. Kossecki J. Op. cit. S. 36–41; Робер Ж.-Н. Жизнь Древнего Рима через призму наслаждений. М., 2006. С. 24–39.

312

См. Тойнби А. Дж. Указ. соч. С. 338.

313

Бейкер С. Древний Рим. Взлет и падение империи. СПб., 2008. С. 344. Другие случаи великих проектов Древнего мира приведены в фундаментальном труде по истории искусства градостроительства (См. История градостроительного искусства. М., 1979. Т. 1).

314

Померанц Г. Живучесть древних основ. Война цивилизаций или очередная эпидемия социальной чумы? // Знамя. 2004. № 8. С. 181.

315

Померанц Г. Указ. соч. С. 181–182.

316

Померанц Г. Указ. соч. С. 182.

317

Там же. С. 182.

318

См. Кеннеди Х. Двор халифов. М., 2007; Беренстен В. Империя великих моголов. 2005; Hansen W. Pawi tron. W., 1980.

319

Померанц Г. Указ. соч. С. 185.

320

Кагарлицкий Б.Ю. Указ. соч. С. 7–8.

321

Луман Н. Социальные системы. Очерк общей теории. СПб., 2007. С. 279–280.

322

Там же. С. 280.

323

Луман Н. Указ. соч. С. 281.

324

Там же. С. 285.

325

См. Thurow L. Die Zukunft der Weltwirtsfchaft. F. am M., 2003. S. 56.

326

См. Поликарпов В.С. Горизонты третьего передела мира. СПб. – Ростов н/Д – Таганрог, 1997; Его же. Закат Америки. Ростов н/Д – Таганрог, 1999; Его же. Перспективы взаимодействия Америки и Китая. Таганрог, 2009; Его же. Збигнев Бжезинский. Сделать Россию пешкой. М., 2011; Поликарпов В.С., Поликарпова Е.В. Загадка Генри Киссинджера. Почему его слушается Путин? М., 2012.

327

Надо помнить о кардинальном мироотношенческом различии между Западом и Востоком: если Запад учит свое подрастающее поколение, что жизнь – это поле битвы, где индивид должен быть первым или смириться с тем, что его затопчут, то иначе обстоит дело на Востоке: если человек устал от погони за ускользающим зверем, то ему следует остановиться, сесть у края тропинки и ждать. Так, если дао угодно, зверь сам придет к тебе, а если нет – то зачем бегать? (См. Дао дэ Цзин. Книга о Пути и Добродетели. М., 2011).

328

Шуян Су. Загадочный Китай. Харьков – Белгород, 2007. С. 239.

329

См. Малявин В. О секретах китайской стратегии // Цзе Сюань. Военный канон в ста главах. М., 2011. С. 14–19.

330

Глазунов О.Н. Китайская угроза. М., 2010. С. 14.

331

См. МакГрегор Р. Партия: тайный мир коммунистических властителей Китая. М., 2011. С. 34.

332

Фраттини Э. Священный Альянс. Палачи и шпионы Ватикана. М., 2007. С. 570.

333

Православие и католичество: от конфронтации к диалогу: хрестоматия / сост. А. Юдин. М., 2005. С. 10.

334

Олбрайт М. Религия и мировая политика. М., 2007. С. 13.

335

См. Там же. С. 276.

Content

Виталий Поликарпов
Мировая элита. Кого пустят в клуб для избранных

Предисловие. От Чингисхана до Путина

Тайное управление обществом

Что связывает Киссинджера и Путина?

«Только для членов»

Как живет элита

Дворцы и отели элиты

Элита и секс

Элита и «искусство катастрофы»

Здоровье и патологии элиты

Преступления элиты

Послесловие. Мировая элита в лабиринте истории

Примечания