Максим Шахов

Захват с прикрытием

– Разрешите, товарищ генерал?

– Заходи, Логинов, заходи, – кивнул замдиректора ФСБ. Сказав еще пару фраз в телефонную трубку, он опустил ее на рычаг: – Садись, полковник. Ну как, отдохнул?..

– Да вроде того, – кивнул Виктор. Он только сегодня вышел на работу из отпуска.

То, что его сразу через голову непосредственного начальства выдернул к себе замдиректора, ничего хорошего не предвещало. Поэтому Виктор был внутренне собран и готов к любым неожиданностям. Замдиректора это тонко почувствовал.

– Что-то ты понурый, полковник. Не задался отпуск, что ли?

– Да нет, товарищ генерал. Отпуск задался, – одними уголками губ улыбнулся Виктор. – Просто я думаю, какой вы мне сюрприз приготовили на этот раз…

– Силен, бродяга, – тоже улыбнулся замдиректора. – Ну, раз ты такой умный, то неофициальную часть беседы вроде расспросов о рыбалке, шашлыках и курортных романах я опускаю. И сразу перехожу к официальной… – Тут замдиректора стер улыбку с лица. – Сперва хочу сообщить тебе, что за проведение операции в Одессе ты представлен к ордену. Вывезенный тобой с Украины чеченский боевик Вахид Елхоев дал ценные показания. Он и Лечи Абдарханов работали в Одессе по заданию МАБМ…

– Международной ассоциации братьев-мусульман?

– Да, – кивнул замдиректора. – МАБМ, в отличие от Аль-Каиды, не стремится к широкой известности и не рекламирует свою деятельность. Но в то же время МАБМ причастна практически ко всем громким терактам последнего времени. По сути, Аль-Каида и МАБМ – это два отделения глобальной мусульманской террористической сети. Только Аль-Каида поставляет исполнителей и делает громкие заявления для прессы, а МАБМ тихой сапой готовит необходимую инфраструктуру для проведения терактов и налаживает каналы финансирования. Именно поэтому о МАБМ так мало известно, хотя эта организация представляет ничуть не меньшую опасность, чем Аль-Каида. Благодаря тебе нам впервые удалось выйти на эмиссара МАБМ. Это арабский дипломат, по заданию которого чеченцы работали в Одессе…

– Его установили?

– Да, – кивнул замдиректора, – хотя это было непросто и потребовало много времени. Вахид Елхоев ведь был простым исполнителем, и все контакты с эмиссаром МАБМ поддерживал Лечи Абдарханов, которого ты, Логинов, ликвидировал…

Виктор почувствовал в словах замдиректора невысказанный укор и не сдержался:

– Извините, конечно, товарищ генерал, но если бы я его не ликвидировал, то рынок «седьмой километр» под Одессой превратился бы в братскую могилу…

– Да никто тебе ничего и не говорит! – чуть раздраженно оборвал Виктора замдиректора. – Но дело в том, что мы собирались взять этого дипломата-террориста в разработку и попытаться выйти через него на верховые звенья МАБМ.

– И что?

– А то, что пока мы его устанавливали, он навострил лыжи с Украины. Зовут его Фархад аль Латиф. В Одессе он работал третьим секретарем консульства. Сейчас уже сдает дела своему преемнику. И через неделю отбывает домой, якобы в связи с какой-то открывшейся болезнью для детального обследования и лечения…

– Видимо, руководство МАБМ решило перестраховаться, – предположил Виктор.

– Или отзывает Латифа за провал задания, – хмуро сказал замдиректора ФСБ. – Судя по тому, что до сих пор о МАБМ так мало известно, порядки у них строгие. Не исключено, что сразу по возвращении на родину его ликвидируют. И все концы в воду. Понимаешь, полковник? – пристально посмотрел замдиректора на Логинова.

– Вполне возможно, – кивнул Виктор. Потом вздохнул и спросил: – И что?

– Мы этого допустить не можем! – сказал, как отрубил, замдиректора. – Поэтому вчера директор ФСБ лично согласовал этот вопрос на самом верху. – Тут взгляд генерала уперся в потолок. – И получил негласную санкцию…

Логинов вздохнул снова и голосом висельника спросил:

– Санкцию на что, товарищ генерал?

– Конечно, на тайную экстрадицию Фархада аль Латифа в Россию! И поручить это ответственное задание мы решили тебе, полковник!

Логинов вздохнул в третий раз, очень глубоко, потому что ему страшно хотелось выматериться. Было похоже, что руководство ФСБ спало и видело его, Логинова, в украинской тюрьме. Виктор только благодаря счастливой случайности вырвался с Украины после выполнения задания по нейтрализации чеченских боевиков Лечи Абдарханова и Вахида Елхоева. И снова его посылали в пекло…

– Ну, что молчишь? – несколько удивленно, так, словно бы Логинов должен был прыгать на стуле от радости, посмотрел на Виктора замдиректора.

– Кхм-м, честно говоря, товарищ генерал, не знаю, что и сказать.

– И что, даже никаких соображений нет? Как-то на тебя, Логинов, отпуск разлагающе подействовал… – сокрушенно покачал головой замдиректора.

– Да нет, товарищ генерал, отпуск на меня подействовал нормально. Я просто пытаюсь вспомнить, сколько на мне с прошлого визита на Украину уголовных статей висит. Если к ним добавить еще похищение диппредставителя – а это по всем правовым нормам есть не что иное, как откровенный терроризм, – то сидеть мне в образцово-показательной колонии имени Януковича до конца жизни, не меньше…

– Логинов, – проникновенно посмотрел на Виктора замдиректора, – ты что думаешь, ты один такой умный, а все остальные так – погулять вышли? Я, конечно, тоже много пива пил в студенческие годы – не буду говорить с кем, – но преподаватели у нас хорошие были. Так что лекций мне по уголовному праву тут читать не надо! Понял?

– Так точно, товарищ генерал! – поднялся было на ноги Виктор.

– Да сиди ты, чего вскочил?.. Или ты думаешь, руководство не понимает ситуации? Ежу понятно, что снова посылать тебя на Украину крайне нежелательно… И не послали бы, если бы ты взял Лечи Абдарханова живым. Но сейчас ситуация сложилась просто критическая. По времени, я имею в виду. Посылать кого-то другого в Одессу – не меньший риск, поскольку человек не владеет обстановкой. А ты на этот раз будешь чувствовать себя там как рыба в воде…

– До первого постового милиционера, – хмуро сказал Логинов.

– Что?..

– Говорю, до первого постового милиционера, товарищ генерал. Или до первого бандита. У них ко мне тоже претензии имеются. И немалые…

Генерал крякнул, потом потянулся к графину и набулькал себе воды. Отершись платком, он сказал:

– Не зли меня, Логинов, ладно? Я все понимаю, но решение принято. На самом верху. Так что переиграть ничего уже нельзя. Операции присвоено кодовое название «Лейли экспресс»…

– Как-как?

– «Лейли экспресс», Логинов. «Лейли» по-арабски означает «ночной».

– А «экспресс» что означает?

– «Экспресс», Логинов, это «экспресс».

– И при чем тут экспресс?

– При том, чтобы никто не догадался, потому что операции присвоена высшая степень секретности! Достал ты меня, Логинов, в следующий раз в отпуск пойдешь года через три, я за этим лично прослежу! Понял?

– Так точно!

– Тогда свободен! В детали операции тебя введет мой помощник, он ожидает в приемной. Связь с центром только в самом крайнем случае и только лично со мной! Выполнишь задание, я, пожалуй, забуду, как ты мне только что хамил. Ну а, не дай бог, провалишься… – вздохнул замдиректора, – не дай бог, провалишься, Логинов, тогда будем думать, как тебя из украинской тюрьмы вытаскивать. Но ты на это лучше не рассчитывай, у нас отношения с Украиной сейчас хуже некуда. Так что ты постарайся не провалиться. В общем, удачи тебе, полковник! Жду от тебя только хороших новостей!

Большое здание Управления службы безопасности Украины по Одесской области выглядело весьма помпезно. Двое унылых милиционеров с дубинками привычно торчали по его углам, отпугивая бомжей и мелких торговок.

Павел Момот задумчиво курил, глядя в окно на Еврейскую улицу. Кабинет начальника управления «зет» находился на третьем этаже. Момоту было тридцать пять, он был одним из самых молодых полковников СБУ. Кличка у него была Мамонт, хотя в облике Павла абсолютно ничего от доисторического монстра не было.

Наоборот, это был моложавый, стройный, спортивного телосложения мужчина среднего роста. Правда, его светлые волосы в последнее время стали заметно редеть, но Павел по-прежнему нравился женщинам и в целом выглядел хоть куда.

Настроение у Мамонта было неважное. Дело было не в женщинах и даже не в работе. Дело было в общей обстановке в стране. С учетом того, что осенью должна была стартовать кампания по выборам в парламент, можно было ожидать новых катаклизмов. И втягивания СБУ в политические дрязги и разборки. Пока что Мамонт умудрялся оставаться в стороне от «заказных» кампаний. Но с приближением выборов ставки возрастут многократно. И его почти наверняка попытаются превратить в политического киллера – благо не замешанного в коррупции политика в Украине отыскать трудно. А раз так, то будут и заказы – накопать что-нибудь под того, замарать этого, искупать в дерьме тех…

Невеселые думы Мамонта прервал писк коммутатора. Звонил по прямому телефону начальник областного управления. Сняв трубку, Мамонт доложил:

– Слушаю, товарищ генерал!

– Зайдите, полковник!

– Есть!

Опустив трубку на рычаг, Мамонт негромко сказал:

– Началось, что ли?.. Ох, житие мое, житие… Не дадут до пенсии доработать, наверное, придется-таки в банк подаваться, буржуйские бабки от трудового народа охранять…

– Здравия желаю, – поднялся навстречу Логинову в приемной замдиректора ФСБ довольно полный мужчина лет шестидесяти пяти.

– Здравия желаю, – пожал протянутую руку Виктор.

– Следуйте за мной, – кивнул мужчина и направился к одной из дверей большой приемной.

К удивлению Виктора, за этой дверью оказался еще один коридор. Не тот, по которому Логинов всегда проходил к замдиректору, а тайный, о существовании которого знали, видимо, всего несколько человек. Что ни говори, а Лубянка умела хранить свои секреты – даже от сотрудников, работавших здесь всю жизнь…

Шедший впереди Виктора пожилой мужчина был одет в неброскую куртку и уже слегка помятые брюки. Рубашка была без галстука. Лицо у мужчины было невыразительным, но добродушным. В общем, походил он на какого-нибудь вышедшего на пенсию учителя. Ни дать ни взять – такой себе безобидный ботаник-пенсионер…

Но впечатление это было очень обманчивым. Добродушный с виду мужчина был опаснее гремучей змеи и коварнее арабского террориста. Он не представился, и это, видимо, не было случайностью. За жизнь у него было столько разных имен, что он, пожалуй, уже и не помнил, как его зовут на самом деле.

Логинов слышал об этом человеке, но видел его впервые. Это был легендарный Скорпион. Ветеран спецслужб, уникальный специалист по спецоперациям и ликвидациям, подчинявшийся непосредственно председателю КГБ. Когда-то на Лубянке даже была такая шутка: «Если к вам в резидентуру едет Скорпион, значит, ждите национального траура». Логинов слышал, что Скорпион еще в 91-м вышел на пенсию. Но, видимо, руководство посчитало, что оставлять его совсем без работы не стоит…

– Глаз меня выдал, да?! – вдруг оглянулся на ходу ветеран.

– Какой глаз?.. – попытался изобразить удивление Виктор, но сфальшивил.

Скорпион застал его врасплох и, явно довольный собой, констатировал:

– Не та у вас, молодых, подготовка. Я бы тебя, Логинов, за кордон на задание не послал. Ну да что с тебя взять, ты же из «Альфы», а работать под прикрытием – это совсем другое…

Логинов только плечами пожал – сказать было нечего. Правый глаз Скорпион потерял на задании. Каком – никто не знал. Но говорили, что с выколотым глазом Скорпион закончил работу и даже кровь за собой вытер. Именно по глазному протезу Виктор и догадался, что перед ним Скорпион. А тот это сразу почувствовал. Школа…

– Тут пришла директива из Киева, – сообщил начальник областного управления Мамонту, показывая скрепленные степлером листы – штук двадцать.

«О боже, – подумал Мамонт, – расстрельные списки, что ли? Уже?..» Но вида не подал. Наоборот, обозначил на лице неподдельный интерес. Мол, очень кстати, а то я без директив из центра уже и жить не могу, прям извелся весь в ожидании…

Приемчик, конечно, был дешевый, но на начальство действующий безотказно. Потому как оно, начальство, при виде такого лица поневоле теряет бдительность, и тогда ему намного легче вешать лапшу на уши…

– Ты о единой электронной информационной базе слышал? – спросил генерал. – На основании которой должны быть выданы паспорта нового образца.

– Это та, под которую МВД миллионы выделили, а они куда-то подевались? – спросил Мамонт.

– О ней самой, – кивнул генерал, явно обрадованный такой осведомленностью подчиненного. И даже перешел на «ты»: – Как раз о ней и идет речь в директиве, Паша. Деньги сейчас прокуратура ищет. А все наработки пока решили передать нам. СБУ то есть. Для практической оценки, так сказать.

– А там есть что оценивать? – удивленно спросил Мамонт. – Я слышал, что базу только начали «забивать».

– В масштабах Украины – да. А вот Киев и Киевская область охвачены почти на сто процентов. А Одесская область процентов на восемьдесят. В общем, держи. Я отписал бумаги тебе, ты парень в компьютерах продвинутый, изучишь и доложишь свои соображения. А там подумаем, как это реализовать на практике. Понял?

– Так точно! – радостно сказал Мамонт, поднимаясь.

Его худшие опасения на этот раз не подтвердились. Информационные технологии он любил и в отличие от своего начальства знал в них толк. Кроме того, что это было Мамонту просто интересно, он еще получал отличную возможность в будущем ссылаться на страшную занятость и таким образом «косить» от участия в «заказухе». Так что директива пришлась Мамонту очень по душе…

– Заходи, – кивнул Скорпион.

В конце тайного лубянского коридорчика располагалось аж три двери. За одной из них оказалась довольно просторная комната. Очень скромная – без офисных наворотов и евроремонтов. И без окон.

– Это мое логово, – предвосхитил догадку Логинова помощник замдиректора. – Вернее – нора, поскольку скорпионы-пенсионеры не любят света.

– Очень уютно, – кивнул Виктор, осматриваясь в поисках пепельницы.

– Я сам уже не курю, – снова угадал его мысли Скорпион, – но пепельницу еще держу. В столе. Сейчас достану.

Выставив Виктору пепельницу, Скорпион снял куртку, повесил ее в шкаф, потом прошел за стол и уселся на старомодный стул. Облокотившись и сцепив руки в замок, он вперился в Логинова своим единственным глазом и после паузы проговорил:

– Ну, что я тебе скажу, Логинов. Задание у тебя детское. Я бы этого Фархада аль Латифа умыкнул средь бела дня прямо посреди Дерибасовской. И никто бы ничего не заметил… Но мне за границу выезд заказан. До конца дней. Я даже когда на рыбалку в ближнее Подмосковье выбираюсь, за мной две машины с оперативниками ФСО тащатся.

– Наверное, вы знаете что-то такое, – с улыбкой пожал плечами Виктор.

– Я знаю достаточно, чтобы переписать учебник новейшей истории…

– И что, не хочется поведать правду в мемуарах?

– Не хочется, – серьезно сказал Скорпион. – Потому что есть вещи, которые не должны всплыть никогда. Конфуций как-то сказал: «Узнав правду утром, вечером можно умереть».

– Я знаю, – кивнул Виктор. – Мрачноватая мудрость.

– Но очень верная… Ты должен сделать все так, чтобы никто даже не догадался, куда подевался этот Фархад. Понимаешь?

– Само собой.

– Да ни черта ты не понимаешь! – вздохнул Скорпион. – Я смотрел твой отчет об операции с чеченскими боевиками…

– И что?

– Ты Рэмбо, Логинов, спецназовец. Варвар, одним словом. То же самое можно было сделать тихо и спокойно.

– Навряд ли, – обиделся Виктор. – У меня не было времени на подготовку.

– Дело не во времени. Дело в подходе. Спецоперация – это как хирургическое вмешательство. Если ты специалист, то ты одним коротким выверенным движением отсекаешь опухоль, и все. А если ты коновал, то ты по ходу почикаешь скальпелем все, что под руку попадется. Это ты и сделал прошлый раз в Одессе. В общем, я решил, что на этот раз тебя лучше от активных действий отстранить…

– Это как?

– А очень просто. Независимо от тебя в Одессу уже отправились двое спецов из центра «С».

– «Вымпеловцев»?

– Да. Причем ты с ними в непосредственный контакт входить не будешь. Просто в час «х» они получат от тебя условный сигнал. И «сделают» этого дипломата…

– И даже в случае, если я провалюсь, им ничего не угрожает, да?.. – прищурился Логинов. – Правильно?

– И где вас только учили… – сокрушенно покачал головой Скорпион. – Нет! Неправильно! В случае, если ты провалишься, ты подашь им другой условный сигнал. И они тебя моментально выдернут и переправят в безопасное место… Ладно, Логинов, оголяй свой мощный торс, пошли краситься. Пока будешь сохнуть, я тебя введу в план операции. Потом сфотографируем тебя на паспорт, и вперед. Билет на самолет тебя ожидает в аэропорту…

Изучив директиву, Мамонт не стал откладывать дело в долгий ящик и сразу позвонил начальнику управления:

– Это Момот, товарищ генерал. Мне понадобится системный администратор…

– Не понял? Бордель, что ли, под прикрытием собрался открывать? – не сразу въехал в тему замороченный начальник.

– Да нет, товарищ генерал! Это по поводу запуска терминала единой электронной информационной базы, по директиве!

– А-а… А по-русски ты можешь выражаться?

– Так точно! Могу, товарищ генерал. Мне нужен прикомандированный программист в количестве одна штука. Мощный компьютер тоже в количестве одна штука…

– Вот так бы сразу и сказал! Что еще?

– Ну и «шнурки», товарищ генерал, метров пятьдесят, чтоб с запасом.

– Не понял. А это еще зачем?

– Извиняюсь! Я имел в виду кабели для подключения компьютеров к сети.

– А, понял! Хорошо, я сейчас позвоню, дам команду. А ты организуешь приказы сам!

– Добро, товарищ генерал!

Двадцать минут спустя Мамонт уже открыл дверь в небольшой кабинет, в котором ютилась группа майора Петрова.

– Товарищи офицеры! – скомандовал тот.

Двое подчиненных майора и он сам встали по стойке «смирно». Мамонт вошел и кивнул:

– Вольно, орлы! Димон, заходи!

Из коридора в дверь просунулся молодой человек с печатью компьютерного гения на бледном челе и в очках. Под мышкой он держал внушительных размеров компьютерный системный блок.

– Это лейтенант Фокин! – представил молодого человека Мамонт. – Будет прикомандирован к нашему отделу вплоть до особых распоряжений. Так что прошу любить и жаловать… Не слышу!

– Мы просто в восторге! – мрачно произнес Петров, оглядывая Фокина. – К счастью, у нас как раз есть свободный подоконник, так что проходи смелее, лейтенант, располагайся, заодно и чаю попьешь…

– Отставить подоконник! – скомандовал Мамонт. – Довожу до сведения всех, что лейтенант Фокин ценный работник умственного труда, я его едва вырвал у непосредственного начальства, с большим скандалом. Поэтому в темпе освободите вот этот стол, майор…

– А я где буду сидеть? – круглыми от удивления глазами посмотрел на Мамонта Петров.

– Вам, майор, как оперативному работнику сидеть вообще-то не положено. Вам положено все время находиться в движении.

– Да пожалуйста! – начал собирать свои вещи явно обиженный Петров. – Я не против! И даже за! Только не требуйте от меня отчетов, потому что писать мне их теперь негде!

Мамонт пропустил слова Петрова мимо ушей. Повернувшись, он кивнул Фокину:

– Ставь блок. Вот тебе два помощника. Бери их и дуйте за остальным. И чтоб до обеда компьютер был уже подключен. Я лично проверю. Задача понятна?

– Так точно…

– Тогда вперед. Помогите Фокину перебраться, – кивнул Мамонт оперативникам.

Когда троица вышла, Мамонт посмотрел на надувшегося Петрова, который, громко сопя, в темпе освобождал ящики стола.

– Не спеши, успеешь…

Петров не ответил. Мамонт ухмыльнулся и присел на соседний стол, прикурив сигарету.

– Темный ты человек, Петров.

– Это типа, что я не понимаю значения компьютерного прогресса?

– Это типа, что ты не понимаешь значения тайных чисел.

– Это каких?

– Завтра у нас какое число?

– Ну пятое…

– Не ну, а пятое.

– Ну и что?

– А то, что пятого у нас плановый комиссионный обход по пожарной и прочим безопасностям.

– Ну и что?

– А то, что вы здесь набьетесь, как сельди в бочку, и будете изображать мозговую атаку на компьютер. И накурите побольше, понял?

– И что? Мне влепят выговор за курение в неположенном месте? Или заставят выставить столы в коридор?

– Ни то, ни другое, Петров. Поскольку наше управление будет внедрять тут ценную директиву из центра, генерал нас в обиду не даст. А я под это дело наконец вырву у управления «ка» соседний кабинет, который за стенкой. Хватит им жировать по два следака в кабинете, пусть уплотняются ради технического прогресса…

– А что, это может выгореть!

– Это выгорит обязательно!

– Ну, шеф, ну, голова! – произнес Петров, оглядываясь в тесной комнатушке.

– Только не нужно целовать меня в плечо через промокашку, – сказал с улыбкой Мамонт, поднимаясь. – Я этих нежностей не люблю с детства. Короче, Фокина не обижать и оказывать ему всемерную помощь. А я перед обедом еще загляну. Вот так, Петров! Бывай, не кашляй!

– Радикальный черный цвет, – сказал Скорпион, беря с полки тюбик с краской для волос.

– С зеленым оттенком? – ухмыльнулся Логинов.

– Зачем с зеленым, с нормальным. Это же не контрабанда с Большой Арнаутской. Это, Логинов, фирменный продукт лаборатории КГБ. Для себя берег, от сердца отрываю… Чего встал? Мочи в темпе голову!

Санузел, примыкавший к кабинету Скорпиона, был довольно просторным, но слишком старомодным. Глядя на громоздкую сантехнику, можно было предположить, что здесь, возможно, приводили в чувство холодной водой потерявших сознание на допросе красных маршалов – Блюхера, Егорова и многих других…

Впрочем, Логинов был не из слабонервных. Склонившись над раковиной, он открыл краны и сунул голову под струю воды. Скорпион тем временем натянул на руки перчатки и со сноровкой, которой мог позавидовать парикмахер, нанес краску на влажные волосы Виктора. Вся процедура заняла не более минуты. После чего Логинову пришлось натянуть на голову целлофановый пакет.

Скорпион стянул перчатки и засек время. После чего они вернулись в кабинет ветерана. Здесь Скорпион, не пользуясь записями, изложил план операции «Лейли экспресс». План был детальным и содержал несколько вариантов. Что и говорить – поработал Скорпион на славу.

– Вопросы? – наконец спросил ветеран.

– А что по связи?

– О связи после. Сейчас вопросы по плану.

– Вопросов по плану нет. Все ясно.

– Тогда по связи…

Связь со спецами из центра «С» тоже предполагала запасные варианты. Изложив их, Скорпион открыл стол и протянул Логинову лист с рукописным текстом:

– Это кодовая таблица. Экземпляр номер три. Первые два у спецов из «Вымпела». Уничтожишь перед посадкой в самолет. Вызубришь по дороге… – посмотрел на часы Скорпион. – Ну что, идем мыть голову.

Пять минут спустя Скорпион уже сфотографировал Логинова в новом обличье, переодев в белую рубашку. Потом ненадолго вышел, оставив Виктора в кабинете одного. Тот закурил, думая, насколько все-таки непредсказуема судьба. Два месяца назад он был уверен, что покидает Украину навсегда. И вот через каких-то три с половиной часа он снова окажется в Одессе…

– Паспорт будет минут через десять, – сообщил вернувшийся Скорпион. – Так что давай выгребай из карманов личные вещи и документы. И мобильный тоже…

Когда вещи Виктора перекочевали в громоздкий антикварный сейф, Скорпион вытащил из-под стола слегка потертую сумку через плечо.

– Тут все необходимое, даже пара трусов. Если я что упустил, купишь в Одессе. Вот телефоны, карточка и деньги. Карточка «Альфа-банка», у него есть отделения на Украине, так что никаких подозрений это не вызовет. На счету десять тысяч долларов. Но это на непредвиденные расходы. Отчет будешь сдавать мне, так что шиковать не советую. Ну вот и все, Виктор Петрович Гомельский. Кстати, не забудь, что ты за Ющенко, на наклейку обратил внимание?

– Да, – кивнул Виктор.

На слегка потертой сумке была присобачена такая же потертая наклейка – оранжевая подкова и восклицание «Так!». Этот штрих свидетельствовал, насколько скрупулезно подошел Скорпион к подготовке легенды Логинова. Наклейка бросалась в глаза. И любому при виде ее тут же становилось ясно, что владелец сумки если и не активный участник революции на Майдане, то, во всяком случае, политически продвинутый гражданин Украины. Но уж никак не сотрудник российских спецслужб.

Покончив с делами, Скорпион снова посмотрел на часы. В запасе оставалось еще несколько минут, и ветеран решил посвятить их нравоучениям.

– Вот смотрю я на вас, молодых сотрудников, и сокрушаюсь. Профессионализм сходит на нет…

– Это вы все насчет моей прошлой одесской командировки? – уточнил Виктор.

– И насчет нее тоже. Поверь, я провел десятки сложнейших операций по всему миру. И ни об одной из них не стало известно – никому. А ты такого наворотил в Одессе за день – что слон в посудной лавке. Разницу улавливаешь?

– Улавливаю. Но сравнение некорректное.

– Это почему?

– Да потому, что мы занимаемся разными вещами. Вы когда-то работали на сверхдержаву. И этой сверхдержаве было наплевать, сколько людей погибнет ради глобальной цели – построения коммунизма в мировом масштабе…

– Ну-ну?.. – прищурился Скорпион.

– Вы убивали президентов, диктаторов, политиков и кроили новейшую историю на свой лад. А я таких высот не достигаю. Я просто спасаю людей. И если я могу сохранить жизнь десятку невинных людей, мне глубоко наплевать, кто станет в той местности президентом. История сама все расставит по местам…

– Гляди какой гуманист выискался…

– Да нет, я никакой не гуманист. Я тоже убивал. И неоднократно. Но я убивал ради того, чтобы спасти жизни десяткам, сотням, а может, и тысячам людей. И буду спасать их и впредь, независимо от того, выглядит это профессионально или нет и что скажет об этом начальство…

– В прежние времена за такие разговоры ты бы сел, – констатировал Скорпион.

– Наверное, – пожал плечами Виктор. – Но сейчас времена другие.

– Смутные времена. И гнусные.

– Возможно, – снова пожал плечами Виктор. – Но, как сказал один бывший клиент Конторы, времена не выбирают – в них живут и умирают. И я просто живу так, как подсказывает мне совесть…

За пять минут до обеда Мамонт прошел по коридору к кабинету группы Петрова. Из-за двери доносились приглушенные вскрики:

– Ого! Вот это фактура!

– Классно он ее!

– А ну малехо вперед прокрути, а то скоро Мамонт припрется!

Полковник Момот тихонько приоткрыл дверь. Петров и двое его оперативников сгрудились у компьютера за спиной Фокина. Экрана монитора видно не было, но из колонок доносились весьма недвусмысленные звуки. Мамонт вздохнул, прикрыл за собой дверь и громко сказал:

– Я что, велел открыть здесь клуб для любителей порно?!

Петров резко развернулся, одновременно делая отчаянный знак Фокину свернуть картинку.

– Так это мы… просто проверяем подключение к Интернету, товарищ полковник!

– Ну и что, нормально подключились?

– Так точно! – вскочил свернувший приложение Фокин. – Скорость подходящая… Просто это самый простой способ ее проверить, товарищ полковник!

– Ну, раз скорость нормальная, – сказал Мамонт, – то к двум часам ты должен успеть подключиться к терминалу пограничников. И прокачать всех пересекших границу за последний месяц через базу. Задание понятно?

– Так точно!

– Тогда работайте!

Спустившись во внутренний двор областного управления, Мамонт уселся в служебный «БМВ» пятой серии. Выехав на Екатерининскую, полковник направил машину к зданию когда-то областного, а теперь апелляционного суда. Припарковавшись, он вытащил мобильник и позвонил:

– Я на стоянке, киса!

– Ага, я сейчас… – ответили в трубке.

Через пару минут по крыльцу зацокали каблучки. Куривший на крыльце охранник-милиционер проводил направившуюся к «БМВ» женщину плотоядным взглядом. Она того стоила.

Судье апелляционного суда Алене Халецкой было чуть за тридцать. Несмотря на недюжинный ум, это была роскошная женщина, словно бы сошедшая со страниц гламурного журнала. Будь Алена дурой, она бы давно вышла замуж за какого-нибудь одесского нового русского и помирала бы от скуки в его роскошном дворце на Большом Фонтане. Благо претендентов хватало.

Но Халецкая не была дурой, поэтому с ней было трудно. Их с Мамонтом бурный роман сопровождался частыми ссорами. Сейчас, правда, наметился относительно спокойный период, так что они даже решили вместе пообедать, не боясь выколоть друг другу вилками глаза.

– Привет, зайчик! – чмокнула Алена Мамонта в щеку, опустившись на переднее сиденье.

– Куда едем? – потянулся Павел к замку зажигания.

– Обед отменяется, – вздохнула Алена, вытаскивая из пачки длинную сигарету.

– А что случилось? – настороженно спросил Павел.

– Работа… Дай прикурить, сейчас расскажу.

Мамонт утопил кнопку прикуривателя и тоже потянулся за сигаретами. Прикурив, Алена глубоко затянулась.

– Что-то я вымоталась сегодня. А ты как?

– Нормально, – пожал плечами Мамонт. – Так что у тебя за пожар?

– Выношу постановления об объявлении в розыск.

– На кого?

– На бывших отцов города и области, – пожала плечами Алена. – МВД уголовными делами на них заставило мне весь кабинет. На трех «Газелях» сегодня привезли. Если папки завалятся, меня из-под них три дня вытаскивать будут с поисковыми собаками. Мрак, в общем!

– Почему мрак? – хмыкнул Павел. – Милиция наконец-то работает…

– Я тебя умоляю, Паша! Я же сейчас читаю эти дела! Никто не спорит, что если чиновник украл миллионы, то его надо посадить, чтобы другим неповадно было. Но эпизоды, по которым открывает дела МВД, курам на смех! Человек при зарплате в сто пятьдесят долларов отгрохал себе на седьмой станции дворец за десять миллионов, а они возбуждают дело о незаконной приватизации участка под дом! Анекдот, честное слово! У подавляющего большинства этих дел нет никакой судебной перспективы, это я как специалист тебе говорю!

– А что ты хотела от милицейского следователя? У него зарплата вообще ниже прожиточного минимума. Практически все, кто умел работать, давно разбежались по коммерческим структурам. А те, кто пришел, даже протокол толком составить не умеют. Их сверху давят, вот они и штампуют дела, изощряются в меру своих талантов.

– Какие там таланты? – вздохнула Халецкая. – Это просто имитация бурной деятельности. Обидно, что в результате почти все воры останутся на свободе. И выпускать их буду я, понимаешь?

– Работа у тебя такая, – пожал плечами Мамонт.

– Как меня это все достало!.. – вздохнула Халецкая, тыкая окурком в пепельницу. – Ты меня любишь, Паша?

– Смотря когда как, но в принципе да! – ухмыльнулся Мамонт.

– Тогда забери меня сегодня часиков в шесть после работы, ладно? Я хочу напиться и заняться с тобой разнузданным сексом где-нибудь на природе, на берегу моря, под звездами…

– Звучит заманчиво… Если бен Ладен не осчастливит наш дивный город своим визитом или не случится еще чего-нибудь непредвиденного, я буду как штык!

– Смотри, Паша, ловлю на слове! Если ты обманешь меня и на этот раз, будешь заниматься сексом со своим бен Ладеном!

– Фу, как пошло! Да и поздно уже мне менять ориентацию, киса.

– Тогда жду тебя ровно в шесть! Опоздаешь – убью! Не приедешь, ищи себе другую!

– За что я тебя люблю, так это за кроткий нрав и ангельский характер! – наклонился, чтобы поцеловать Алену, Мамонт.

– Не подлизывайся! – отмахнулась та. – Все, заяц, я побежала! До вечера!

– До вечера… – посмотрел вслед Алене Мамонт.

Все-таки она была обалденной женщиной. Во всяком случае, скучно с ней не было никогда.

По дороге в аэропорт Логинов окончательно вызубрил кодовую таблицу, после чего сжег ее в пепельнице служебной «Волги». Водитель просто приоткрыл окошко, ничего не говоря. Посадка прошла без приключений. К украинскому паспорту Виктора была приложена самая настоящая миграционная карта с позавчерашней датой. Пограничник забрал ее, таможенник удостоил сумку с оранжевой подковой только мимолетным взглядом.

Через тридцать минут Виктор был уже в воздухе, а еще через два с половиной часа обозревал с высоты птичьего полета живописную панораму окрестностей Одессы.

– Ну и?.. – спросил Мамонт, зайдя ровно в два в кабинет группы Петрова.

Фокин торчал в кабинете в одиночестве. Оперативники во главе с майором выехали в город.

– Тут такое дело, товарищ полковник… – начал было подниматься лейтенант Фокин, но Мамонт его остановил:

– Расслабься, не на плацу! – Подцепив стул, он присел рядом с лейтенантом и кивнул: – Ну? Рассказывай…

– В общем, я подключился к терминалу пограничников. Работает, кстати, слабовато. Я данные только из аэропорта и только за неделю еле-еле пока скачал… А вот электронная база просто супер! Не знаю, кто писал программы, но люди явно с головой. Данные погранцов база обработала за несколько секунд и сразу перегнала из Киева ответ. Вот у меня на экране отчет…

– А ну-ка, а ну-ка, – с интересом наклонился Мамонт.

Фокин чуть повернул к нему монитор:

– В принципе тут ничего сложного. Я же говорю, все сделано на совесть, для «чайника». Вторая колонка – данные паспортов, установочные данные можно получить, если щелкнуть мышкой. Только паспортов, по которым в базу успели забить данные, единицы…

Мамонт кивнул. Пользоваться базой действительно было несложно, задумка и вправду была стоящая. Только недоделанная. Из нескольких сотен паспортов, по которым были отправлены запросы, в базе фигурировали только около десятка. Напротив остальных стояла пометка «данные отсутствуют».

– Все понятно, – сказал Мамонт.

– Да нет, товарищ полковник, не все, – покачал головой Фокин. – Тут с одним паспортом какая-то непонятка. База напротив него пишет «error № 0017»… Я как раз пытаюсь разобраться, что это такое. Только справочная система что-то барахлит у них, явно не обкатанная. Я уже три запроса в Киев отправил.

– Ясно, лейтенант. Молодец, занимайся дальше. Разберешься, думай, как нам все данные погранцов охватить. Аэропорт – это капля в море. И если будет что интересное, сразу докладывай.

Ободренный похвалой нового временного начальника, Фокин забарабанил по клавиатуре, что тебе джазовый пианист. Мамонт вернулся к себе.

Благодаря отменной организации работы лично у Мамонта было не так много. В то время как многие начальники управлений целый день проводили в разговорах по трем телефонам одновременно, изводя себя и своих сотрудников бесконечными указаниями, напоминаниями, накачками и контролем, Мамонт покуривал в тиши своего кабинета, обозревая знакомый до последнего булыжника кусок Еврейской улицы.

Секрет был прост – подчиненные полковника четко представляли свой кусок работы и отвечали только за него. И знали, что могут сделать этот кусок и потом хоть в потолок плевать – шеф никогда не станет заставлять кого-то работать «за того парня».

Мамонт не производил замеров, но догадывался, что производительность труда в его управлении «зет» раз в пять выше, чем в других. По той простой причине, что раб, над которым ежесекундно торчит надсмотрщик с плеткой, все равно будет работать намного хуже, чем наемный рабочий, который может сделать свою работу и смыться в кабак.

Но были вещи, которые поручить подчиненным Мамонт не мог. Например, встречи с нештатными агентами. По большому счету, задача сотрудника спецслужб состоит именно в получении информации. И Мамонт это понимал, как никто другой. Среди его «барабанщиков» были весьма высокопоставленные люди. Как раз с одним из них Мамонт и хотел сегодня встретиться.

Однако не успел он войти в кабинет, как на столе зазвонил телефон. Внутренний, из кабинета группы Петрова. Слегка удивленный Мамонт подцепил трубку и буркнул:

– Слушаю тебя, Фокин!

– Товарищ полковник, я только что получил ответ справочной системы и узнал, что такое «error № 0017»! – почти проорал Фокин.

Ощущение было такое, что лейтенант по меньшей мере произвел мировой прорыв в компьютерной науке. Поэтому Мамонт воздержался от сарказма и спросил:

– И что это такое, Фокин?

– Я думаю, вам лучше посмотреть это лично!

Мамонт никогда не расхолаживал подчиненных. Даже если ради этого нужно было снова топать по коридору почти в самый конец крыла, чтобы узнать там какую-нибудь глупость. Подчиненный должен быть уверен, что его работа важна и нужна…

– Сейчас буду, лейтенант! – сказал Мамонт. – Жди.

– Уважаемые пассажиры! Просим вас пристегнуть ремни безопасности! Через несколько минут наш самолет совершит посадку в аэропорту Одессы! – объявила улыбчивая стюардесса «Внуковских авиалиний».

Логинов смотрел в иллюминатор. Справа огромной раскаленной полусковородкой сверкало море. Далеко впереди уже угадывались хаотично застроенные старые кварталы Одессы. На линии водораздела торчали портовые краны и башня выстроенной на морском вокзале гостиницы. «Отличная цель для террористов…» – чисто автоматически подумал Логинов.

– Вам помочь пристегнуться? – с улыбкой склонилась над ним сексапильная стюардесса.

– Времени маловато, – брякнул Логинов. – Разве что на обратном пути…

Шутка получилась грубоватой, но отменно вышколенная бортпроводница нивелировала неловкость:

– Что ж, будем рады снова видеть вас на борту!

Логинов вздохнул. Замдиректора ФСБ был прав. Отпуск подействовал на него разлагающе. Уже через несколько минут Виктору предстояло пройти контроль в аэропорту, а он находился в каком-то идиотски-расслабленном состоянии, словно был беспечным туристом.

Собранности не было и в помине. Наоборот, в голове витали какие-то обрывки из песни вроде того, что «акварели, что в Аркадии на пляже, не покажут в знаменитом ленинградском Эрмитаже». И что-то еще насчет «лунной панорамы». Мрак, в общем. Полная дисквалификация сотрудника спецслужб.

Логинов закрыл глаза, чтобы отбросить ненужные мысли по методике аутотренинга, но не тут-то было. Слева от него сидела пожилая женщина. Очень интеллигентная, но жуткая трусиха. Не успел Логинов толком нырнуть в астрал, как она его оттуда нагло выдернула:

– Извините, вы не можете посмотреть, я правильно пристегнула ремень?..

Логинов открыл один глаз:

– Правильно, все в порядке.

– Ой, я так боюсь! А скажите, вы умеете пользоваться этой штукой?

– Какой?.. – вынужден был открыть и второй глаз Виктор.

– Ну этой воздушной жилеткой. Вдруг нас не примут в аэропорту и нам придется совершать вынужденную посадку в море! Я ведь плавать совсем не умею…

– А-а… Я вам, конечно, помогу ее надеть. Только если нам придется совершать посадку в море, то жилетки нам скорее всего не понадобятся.

– Это почему?.. – с подкупающей наивностью спросила соседка.

– Потому, – решил не расстраивать ее Виктор, – что в этом случае на рейде нас будут встречать спасатели. На быстроходных катерах. С кругами, баграми, теплыми одеялами и горячими бутербродами.

– Вы шутите? – наконец заподозрила неладное соседка.

– Да нет. Просто пытаюсь вас успокоить. Расслабьтесь. Этот «Як», несмотря на свой возраст, намного надежнее любого «Мерседеса». Его еще в прошлом веке скопировали с американских прототипов – с учетом всех недоработок. И вообще – летать на самолетах намного безопаснее, чем ездить в той же маршрутке или переходить в Москве дорогу по «зебре». Реклама не врет.

– Какая реклама?

– «Летайте самолетами „Аэрофлота“ – их так мало осталось!»

Несколько секунд соседка смотрела на Виктора большими глазами, потом нервно улыбнулась:

– Спасибо, вы умеете успокоить. А вы что, летчик?

– Бывший, сельхозавиации, – вздохнул Виктор, поняв, что старушка теперь не отцепится от него до самой посадки. – Уволили по компрометирующим обстоятельствам…

В этот момент мимо них по проходу как раз продефилировала стюардесса, и Виктор окинул ее обтянутую короткой юбкой попку выразительным взглядом.

– Извините, – наклонилась к Виктору соседка, понизив тон, – а разве в сельхозавиации есть бортпроводницы?

– Бортпроводниц нет, – покачал головой Виктор. – Зато вокруг сельских аэродромов всегда уйма доярок. А они при виде летной формы прямо-таки теряют рассудок…

– Ну и что такое «error № 0017»? – спросил Мамонт.

Возбужденный Фокин вскочил, чтобы освободить полковнику место.

– Да сиди ты!

– Да нет, вы садитесь, почитайте!

Мамонт присел и проговорил:

– Так, так… Ага…

– Уже? – спросил Фокин и тут же щелкнул мышкой. – А вот что написано в ссылке!

Пробежав глазами несколько строк, Мамонт удивился уже по-настоящему. И быстро сказал:

– А ну-ка вернись в основное меню! Кто это к нам такой прибыл?

– Сейчас! – торопливо защелкал мышкой Фокин. – Только он еще не прибыл, товарищ полковник. Если я правильно понял, он прибудет только через полчаса. Я же говорю, этот терминал погранцов – полный отстой, все данные в куче!

– В смысле? – спросил было Мамонт, но Фокин уже вернулся в основное меню, и Мамонт все понял сам.

Если данные пограничников были верными, то человек, напротив паспорта которого база написала «error № 0017», находился еще в воздухе. На борту самолета, направлявшегося рейсом Москва – Одесса, лирически воспетом Владимиром Семеновичем Высоцким в знаменитой песне.

– Так! – быстро сказал Мамонт, покосившись на часы. – Это становится уже интересно! Ты, Фокин, просто молодец! Билл Гейтс тебе в подметки не годится. В общем, ордена не обещаю, но отгул как-нибудь дам…

– А я что говорил… – даже слегка зарделся польщенный Фокин.

Впрочем, Мамонт на него уже не смотрел. До посадки оставалось совсем мало времени. Поэтому Мамонт выдернул мобильник и подошел к окну.

– Алло! Слушаю, шеф! – ответил Петров.

– Ты где находишься?

– На Фонтане.

– На Большом или на Фонтанской дороге? – быстро уточнил Мамонт.

– На Большом. Пасем нашего мента-полковника. А он, скотина, шашлыком тут обжирается. Мы уже слюной все изошли…

– Уговорил, освобождаю вас от мучений! Сворачивайтесь и дуйте в темпе в аэропорт! Понял?

– Понял. А что случилось-то?

– Сворачивайтесь, я чуть позже перезвоню, объясню…

– Понял, шеф!

– Занимайся дальше, Фокин, – сказал Мамонт, отключив телефон и направившись к двери. – Может, еще какой «error» найдешь. Надеюсь, о том, что об этом не должна знать ни одна живая душа, напоминать не надо?

– Обижаете, товарищ полковник!

– Да я так, на всякий случай! А то еще не утерпишь, решишь похвастаться перед коллегами своими успехами.

– У нас это не принято. Фирма не та.

Вернувшись к себе, Мамонт быстро перезвонил в милицию. В отдел виз и регистраций. И под благовидным предлогом уточнил у его начальника один не совсем понятный момент. Опустив трубку, Мамонт задумчиво посмотрел на селектор.

Вообще говоря, по правилам он должен был немедленно доложить обо всем генералу. Во-первых, потому что информация была очень перспективной, во-вторых, потому что дело было не совсем по профилю управления «зет».

Только вот звонить начальнику Мамонт не стал. Он прекрасно понимал, что в этом случае и Фокина с компьютером, и дело с лаврами наверняка передадут управлению «ка». И тогда о вожделенном кабинете коллег можно позабыть. Да и орденами с Мамонтом никто делиться не станет, это к гадалке не ходи…

И Мамонт позвонил не генералу, а Петрову.

– Ты где?

– Так на Фонтане, шеф. На шестой на перекрестке торчим, пробка, как всегда, жуткая…

– Какая, блин, пробка! – рявкнул Мамонт. – Я же сказал – быстро в аэропорт! Мигалку, что ли, пропили?

– Нет! Вы ж не сказали, что с мигалкой!.. Выставляй дуру на крышу! Сдавай назад и по тротуару! – дурным голосом заорал Петров. – В сторону! В сторону, блин, а то я счас выйду, помогу!.. С этими революциями вообще, блин, страх потеряли! Жми в лоб на трамвай, не объедет, так назад сдаст! Вот так!.. Алло, шеф! Мы уже почти на Адмиралтейский проспект прорвались…

– Да слышу я, слышу.

– Так что там, в аэропорту, за тема такая срочная?

– Тема, Петров, очень перспективная… Ты звук сделай потише, твоим орлам это пока лучше не знать.

– Да все нормально! Я сам еле вас слышу!

Машина с воем понеслась по Адмиралтейскому проспекту, Мамонт ввел майора в курс дела:

– Наш вундеркинд Фокин накопал такое, что если мы это раскрутим, то ты, Петров, точно сразу полковником станешь…

– Вы это и в прошлый раз обещали, а я че-то все еще майор.

– Представление уже в Киеве, так что не рыдай.

– Да я и не рыдаю… И что конкретно?

– Конкретно, Петров, через полчаса, вернее, уже через двадцать шесть минут в аэропорту приземлится самолет из Москвы. На его борту находится один пассажир. Некто Виктор Петрович Гомельский, гражданин Украины, 1970 года рождения. Номер паспорта тебе не нужен, но дело как раз в нем.

– В чем?

– В номере паспорта.

– А конкретнее?

– Согласно данным базы, этот самый паспорт был комиссионно уничтожен МВД как испорченный. Интересно, да?

– Фальшивый, что ли? – предположил Петров.

– Навряд ли. С фальшивым никакой дурак летать на самолетах не будет. Я думаю, Петров, паспорт самый настоящий. И в этом вся фишка. Скорее всего старое руководство МВД таким образом подготовило себе почву для ухода в подполье. Об этом свидетельствует то, что данные об уничтоженных паспортах попали в базу…

– Не понял?..

– А что тут понимать? Если бы эти паспорта изъяли просто высокопоставленные спецы из ОВИРа, они, будь уверен, замели бы все следы, поскольку знают кухню изнутри. А вот министру и его первым замам вникать в детали некогда. У них для этого физически нет времени. Вот они и лопухнулись… Конечно, это только догадка, но в любом случае за этим стоит грандиозный служебный подлог. Так что если мы его раскрутим, а потом преподнесем начальству на тарелочке с голубой каемочкой, то внакладе не останемся. Главное – не слить информацию раньше времени, иначе у нас это дело с руками оторвут. Сейчас желающих отличиться на разоблачении бывших министров пруд пруди…

– Это понятно, шеф!

– Ну а если понятно, то встретишь этого Виктора Петровича Гомельского и очень аккуратно сядешь ему на хвост. Брать нам его нельзя, управление «ка» сразу себе зацапает… Ну а потом, когда мы выясним, где он остановится, будем думать, что делать дальше.

– Понял, шеф! Все будет тип-топ! Не сомневайтесь!

– Всего доброго! – кивнул Логинов своей надоедливой соседке, ловко обогнав ее по дороге к входу в здание аэропорта.

– Всего доброго! – с улыбкой кивнула старушка.

Переться на контроль первым Виктор не стал, поскольку первый пассажир поневоле привлекает к себе внимание. В очередь он встал пятым. И незаметно зафиксировал камеры наружного наблюдения.

Из-за этих камер риск быть опознанным существенно увеличивался. Но на переезд в Одессу другим видом транспорта у Виктора просто не было времени. Впрочем, риск был минимальным. Покраска волос существенно изменила облик Логинова.

Паспорт же гражданина Украины, как заверил его Скорпион, являлся абсолютно надежным, поскольку был получен «от официальных лиц неофициальным путем». Скорее всего партия документов попала в Россию перед выборами президента Украины и предназначалась для курьеров, неофициальных советников и других лиц, которым было нежелательно «светить» в разгар кампании свое российское гражданство.

Так что с пограничниками проблем не предвиделось. Но Логинов все равно был начеку. Его взгляд вроде бы бесцельно бродил по сторонам, на самом же деле он фиксировал мельчайшие подозрительные моменты.

У выхода из зоны контроля толпилась жиденькая стайка встречающих – радостные лица, приветственные взмахи руками… Ничего подозрительного. Чуть сбоку два милиционера с рациями – один явно с бодуна, рожа красная, потеет бедняга, несмотря на кондиционеры… Тоже все в пределах нормы. Вот у едва взявшей паспорт первого пассажира миловидной пограничницы зазвонил мобильный.

– Извините… Алло!.. Как-как, Андрей Данилович?.. Хорошо, я поняла!

Отключив телефон, девушка взглянула на первую страницу документа, щелкнула по компьютерной клавиатуре. Потом бегло просмотрела другие графы паспорта и протянула его владельцу:

– Всего доброго!

Все буднично и рутинно. Обычная жизнь аэропорта. И никому даже в голову не приходит, что через три человека состоится незаконное пересечение границы полковником ФСБ РФ, прибывшим в Одессу для выполнения спецзадания…

– Ты, Зайчук, в машине, на связи! Ты, Авдеев, со мной! – приказал майор Петров, едва оперативная «Мазда» остановилась у аэровокзала Одессы.

Мигалку с крыши убрали еще на подъезде. Так что теперь машина СБУ ничем не выделялась в ряду других, стоящих у бордюра. А вот время поджимало. Петров быстро нырнул в аэровокзал, мазнул взглядом по табло. Рейс Москва – Одесса, судя по нему, только что совершил посадку.

– Авдеев, давай к зоне контроля! – оглянулся Петров. – Жди там пассажиров с московского рейса. Только не светись, за углом где-нибудь пристройся. Если пойдут, сразу звони! Понял?

– Да!

– Двигай!

Авдееву было двадцать пять. Он был более-менее толковый оперативник, но звезд с неба пока не хватал. До Петрова ему, во всяком случае, было далеко. Впрочем, свой маневр Авдеев всегда выполнял четко.

Пройдя к выходу из зоны контроля, он убедился, что пассажиры с московского рейса еще не пошли. После этого Авдеев купил газету и присел на скамью. Место он выбрал с умом – сквозь неширокую щель он мог наблюдать за стойкой паспортного контроля. Его же видеть пассажиры не могли…

Майор Петров в это время уже вошел в кабинет начальника пограничного КПП аэропорта. Тот был занят разговором с сотрудницей, но при виде Петрова изобразил радушную улыбку.

– Проходите, проходите, майор! Каким ветром?

– Попутным! – сказал Петров, кивком здороваясь с сотрудницей пограничного ведомства и пожимая руку его начальнику. – У меня небольшое, но срочное дело, Андрей Данилович. Надо бы перекинуться парой слов…

Начальник КПП кивнул:

– Зина, оставьте нас на минутку, я вас потом вызову, договорим по этому приказу.

Едва Зина прикрыла за собой дверь, Петров быстро сказал:

– Нужна помощь, Андрей Данилович!

– Поможем, вы присаживайтесь, майор…

– Да некогда, Андрей Данилович! Только что у вас в аэропорту приземлился рейс Москва – Одесса…

– Да… – покосился на жидкокристаллический монитор начальник КПП. – Три минуты назад. Точно по расписанию.

– На борту самолета находится один пассажир. Он мне нужен!

– Организовать отвод его в комнату досмотров? Будете брать? – спокойно спросил привыкший ко всему Андрей Данилович.

– Да нет! Нам просто нужно его идентифицировать! – от возбуждения переступил с ноги на ногу Петров.

– Ну это без проблем, – повернулся к компьютеру начальник КПП. – Как его зовут-то?

– Виктор Петрович Гомельский, 1970 гэ-эр.

– Да, есть такой в списке, прилетел… Да вы присаживайтесь, майор. Вот сюда, я сейчас монитор к вам поверну, сами все и увидите, у нас нынче все компьютеризировано.

Петров наконец присел и прикипел глазами к экрану монитора. На него начальник КПП вывел картинку с камеры, установленной над стойкой паспортного контроля. Пассажиры рейса Москва – Одесса уже подходили к ней.

Начальник КПП тем временем взял в руки мобильный и позвонил. Когда шикарная пограничница за стойкой на экране поднесла трубку к уху, Андрей Данилович сказал:

– Катерина! На московском рейсе есть Виктор Петрович Гомельский. Когда будешь его проверять, выделишь в списке. Ясно?.. Виктор Петрович Гомельский… Тогда все!

– Ну что, порядок? – спросил Петров.

– Да. Она его выделит…

– Это как?

– Просто нажмет «инсёрт», и фамилия поменяет цвет на экране…

– Добрый день! С прилетом! Ваши документы, пожалуйста! – одарила Логинова улыбкой пограничница.

– Добрый день! Вот… – протянул Виктор свой паспорт с трезубцем.

Девушка открыла его и привычно щелкнула пальцем по клавиатуре. Потом с профессиональной сноровкой удивительно быстро пролистала документ до конца. Логинов в продолжение процедуры глуповато улыбался, изображая непринужденную радость вернувшегося из Москальщины «на батькивщыну» хохла.

– Пожалуйста! Всего доброго! – не стала ни секунды больше задерживать его пограничница.

– Дякую! – еще шире улыбнулся Логинов.

Это словечко он позаимствовал из слышанного в отпуске по FM-приемнику хита группы «Океан Эльзы». Собственно, его познания в украинском были не так чтобы очень широки, но при случае Виктор мог удивить даже записных украинофилов. Одна из его бабок была родом с Украины, и Логинов с детства запомнил несколько ее перлов вроде «найився як дурный мыла».

В нескольких метрах располагались стойки таможенного контроля. Правда, функционировала только одна из них. Плотный паренек с откормленной физиономией откровенно скучал. Мазнув взглядом по украинскому паспорту Виктора, он зафиксировал оранжевую подкову на сумке и чисто для проформы спросил:

– Оружие, наркотики, взрывчатые вещества перевозите?

– Нет, – заверил его Логинов.

– Крупные суммы в валюте?

– Откуда?

– Проходите…

Виктор закинул сумку на плечо и наконец пересек условную, но все-таки границу. Сказать было нечего, Скорпион поработал на совесть. Проникновение прошло «без шума и пыли».

Посмотрев на указатель, Виктор направился к выходу. Никаких оснований опасаться слежки не было, но он чисто автоматически продолжал фиксировать происходящее в здании аэровокзала.

И заметил молодого человека с газетой, который как раз кивнул сотруднице и отошел от стойки одной из авиакомпаний. Ничего странного в этом молодом человеке не было, и Виктор о нем сразу забыл…

– Ну как у вас обстановка в службе? – спросил Андрей Данилович.

От чая Петров отказался, и начальник КПП решил развлечь его разговором. Майор, косясь на экран, сказал:

– Да ниче, жить можно… – И вдруг умолк. И даже к монитору слегка наклонился.

– Что-то не так? – спросил Андрей Данилович.

– Да нет, все так, – беспечно ответил Петров. – Показалось просто… Обстановка у нас нормальная. Работаем помаленьку. А у вас как?

– А у нас все реорганизации. То «единый стол», то «единое окно». Мороки много, но пока справляемся…

Майор Петров с сочувственным видом кивал. На самом деле он сейчас не воспринимал того, что говорил ему начальник пограничного КПП.

Качество изображения с камеры, установленной над столом паспортного контроля, конечно, было не ахти, но Петров был товарищ глазастый. И несколько секунд назад он узнал в черноволосом мужчине у стойки полковника ФСБ РФ Виктора Логинова. Того самого, который пару месяцев назад разобрался в Одессе с чеченскими террористами, убив одного из них, а второго похитив…

Сам по себе факт возвращения Логинова в Одессу был весьма любопытным. С учетом же того, что полковник постарался изменить внешность, перекрасив волосы, это было любопытно в квадрате. То-то Мамонт обрадуется…

Впрочем, о случайном открытии Петрова пограничникам знать было вовсе не обязательно. Шефа можно было огорошить и попозже. Поэтому майор, изображая олимпийское спокойствие, лихорадочно соображал, как ему одной машиной и тремя людьми обеспечить качественную слежку за двумя фигурантами…

Однако оказалось, что ломал голову Петров зря. В тот самый момент, когда пограничница начала проверять паспорт Логинова, в нижней части монитора выскочил список с желтой строкой.

– Ну вот, – кивнул Андрей Данилович. – Принимайте, это и есть ваш Виктор Петрович Гомельский собственной персоной.

– Спасибо! – Порывисто поднявшись, майор быстро пожал руку начальнику КПП. – Вы нам очень помогли!

– Да не за что, майор, всегда к вашим услугам!

Едва вынырнув в коридор, майор Петров тут же перезвонил Авдееву:

– Наш клиент сейчас выйдет из зоны! Чуть выше среднего роста, черноволосый! Одет в…

– Да я вижу его, товарищ майор…

– Я ж тебе сказал не светиться раньше времени! – вскипел Петров.

– Да он меня не видит, все в порядке, – заверил шефа капитан.

– Только веди его очень осторожно, он не пальцем деланный, понял?

– Да!

– Тогда все! Я в машину!

Едва отключившись, Петров тут же набрал номер Мамонта:

– Шеф, мы его встретили! Гомельский – это Логинов!

– Что?! – опешил Мамонт. – Ты уверен?

– Конечно! Я его вести не могу, узнает! Так что думайте, что делать! Я пока постараюсь Авдеева с Зайчуком тасовать, но это ненадолго. Очень скоро Логинов их «сфотографирует»…

– Так… – выдохнул Мамонт.

– Все, я отключаюсь! А то у меня с Авдеевым связь по трубе! Рации светить – спалимся сразу! Как Логинов от аэропорта поедет, я сам вам перезвоню!

– Добро! Жду!

Отключив телефон, Петров ускорил шаг и вскоре уже нырнул в переднюю пассажирскую дверцу припаркованной на стоянке «Мазды».

– Ну как? – спросил Зайчук.

– Офигенно! – быстро посмотрел на выход из аэровокзала Петров. Успел он как раз вовремя, в этот момент Логинов появился в двери. Засечь майора он наверняка не успел. – Пересаживайся назад! – приказал Петров. – В темпе! Но не суетись! Вон наш клиент нарисовался!

Выйдя из здания одесского аэровокзала, Логинов сразу подвергся атаке бомбил. Три или четыре человека шагнули к нему по очереди с сакраментальной фразой: «Куда едем, шеф?» При этом извочичьих дел мастера вращали на пальцах помпезные брелоки с ключами от забубенных «Жигулей».

Логинов решил не рисковать. Скорпион предупредил его, что на автодорогах Украины из-за ликвидации ГАИ нынче ухо нужно держать востро. Номинально автоинспекция еще как бы продолжала существовать, однако на выполнении своих обязанностей по соблюдению порядка на дорогах обиженные гаишники окончательно «забили болт». И теперь дороги Украины зачастую напоминали трассы «Формулы-1».

Поэтому Логинов направился к автобусной остановке. Автобус все-таки машина большая. И смять его в лепешку не под силу ни одному Шумахеру. Экспресс по маршруту Аэровокзал – Греческая площадь как раз стоял под посадкой. Виктор даже успел перекурить. И заметил на стоянке того самого молодого человека с газетой. Он уже разжился где-то гамбургером и теперь поедал его, стоя у «Ауди А6». Логинов чисто автоматически отметил, что тачка у парня классная, и снова о нем забыл…

Уже перед самой посадкой в экспресс Виктор совершенно случайно опять посмотрел в ту сторону. И неожиданно увидел, как в «Ауди» садится совершенно другой мужчина. С животом, лысиной и огромным задом. Парня же с гамбургером и газетой уже не было. Он словно испарился.

Логинова это почему-то насторожило. Площадь перед аэровокзалом просматривалась как на ладони, так что бесследно исчезнуть на ней было нелегко. Садясь в автобус, Виктор окинул ее быстрым взглядом, но парня так и не обнаружил…

Зайчук обошел «Мазду» сзади и открыл дверцу. Петров тем временем перебрался на водительское место. Логинова на выходе из аэровокзала окружили бомбилы, поэтому майор поспешно отыскал в бардачке бейсболку и нацепил ее, готовый в любой момент начать преследование…

Впрочем, Виктор услугами частников пренебрег, отправившись к остановке рейсовых экспрессов. Петров слегка расслабился и бросил через плечо:

– Очки снимай!

– Что? – не расслышал как раз нырнувший на заднее сиденье Зайчук.

– Окуляры давай! Этот тип может меня узнать!

Зайчук поспешно протянул майору «дежурные» солнцезащитные очки и спросил:

– Так вы с ним знакомы?

– Да так, пересекались когда-то… – туманно ответил Петров.

Нацепив под бейсболку очки, он покосился в зеркало и удовлетворенно хмыкнул. Замаскировался он нормально. Мама, конечно, узнает, но и то не сразу. Ну а Логинов и подавно. Видел-то он Петрова мельком…

Дойдя до остановки, Виктор закурил. Петров вытащил мобильник и перезвонил Авдееву:

– Ты где потерялся?

– Да тут за углом, у фаст-фуда! Вы же сказали не светиться… Объект у экспресса.

– Я его вижу! Так что можешь мелкими шажками двигать к машине. Только невидимкой! Он не должен срисовать тачку!

– Понял!

Авдеев с гамбургером появился из-за угла и направился к стоянке. Майор Петров в этот момент уже звонил Мамонту:

– Алло, шеф! Объект ждет отправления рейсового экспресса!

– Понял!

– Так вы что-то надумали?

– Насчет чего?

Петров украдкой покосился в зеркало на Зайчука и сказал со значением:

– Ну насчет наблюдения вообще…

– А-а… Если ты, Петров, рассчитывал на пять бригад «наружки», то погорячился. Вести его будем сами!

– Так спалимся же, шеф!..

– Спалишься, пеняй на себя! Я уже выезжаю! Так что тебе всего-то и нужно, что аккуратно провисеть у него на хвосте с полчасика! А там двумя машинами поведем его! Понял?

– Понял… – вздохнул майор. – Только…

– Никаких только, Петров! Все! Работай! Конец связи!

Мамонт отключился, Петров вытащил из пачки сигарету. Зайчук с заднего сиденья поднес ему зажигалку и сочувственно спросил:

– Ругается Мамонт?

– Начальство, Зайчук, не ругается, – выпустил дым в окно Петров, – начальство проводит воспитательную работу…

Одновременно майор лихорадочно соображал, как не засветиться и в то же время не упустить Логинова. Вариант Петрову на ум приходил только один. Дать в дыню какому-нибудь бомбиле и, забрав у него ключи, завладеть второй машиной…

– Ты у окулиста давно был? – вдруг спросил майор, наклоняясь к бардачку «Мазды».

– На годовой комиссии, в феврале, а что? – проговорил Зайчук.

– И что, зрение в порядке?

– Ну да, по «единице»…

– Тогда держи бинокль, будешь наблюдателем. И смотри мне: если чего-то недоглядишь, пеняй на себя!..

Авдеев, улучив момент, когда Логинов отвернулся, наконец нырнул в «Мазду». Заметно нервничавший Петров недовольно пробурчал:

– И как ты только эту гадость ешь, капитан?

– Так я ж для конспирации, товарищ майор.

– А я читал, что в Америке от этих гамбургеров сорок процентов населения страдает ожирением, – подал голос с заднего сиденья Зайчук.

– Ну, нам с нашими зарплатами это не грозит, – хмыкнул Авдеев.

– Да хоть бы нам и тысячу баксов платили, я лучше шмат сала съем, – сказал Зайчук.

– Если бы мне из села каждый месяц сумки перли, я бы тоже сало ел…

В этот момент Логинов бросил окурок в урну и направился к входу в экспресс.

– Так, все, кулинарный диспут закончили! – оборвал подчиненных Петров. – Если мы этого товарища упустим, я вас на диету посажу обоих! Ты, Зайчук, смотри в оба в бинокль! Слишком близко ехать за автобусом нельзя! А ты, Авдеев, тоже варежку не разевай! Двери-то с твоей стороны, так что страхуй товарища! Если объект выйдет, двигает за ним Зайчук! Но по моей команде! Вопросы?

– Нет вопросов…

– Ну тогда с богом! – повернул ключ в замке зажигания Петров.

Мощный, но отлично отрегулированный движок «Мазды» негромко заурчал. Зайчук припал к окулярам бинокля:

– Вижу его! Он назад прошел!

Петров нахмурился, но промолчал. Через несколько секунд экспресс наконец тронулся. Зайчук подался чуть вперед и сообщил:

– Кажется, он оглядывается, товарищ майор!

– Кажется или оглядывается? – быстро спросил Петров.

– Оглядывается, точно оглядывается! – доложил после паузы Зайчук.

Петров потянулся было за телефоном, чтобы позвонить Мамонту, но передумал. Приглушенно выматерившись, он подался к окну, глядя на удаляющийся экспресс…

Уже садясь в экспресс, Виктор вспомнил, что бесследно исчезнувший парень с газетой был очень подтянутым. Явно занимался спортом. Причем не «косметическим» типа бессмысленного качания в спортзале на тренажерах, а циклическими видами. А может, и единоборствами…

Все это, конечно, могло быть просто совпадением, но Логинов в совпадения не верил. И в экспрессе специально уселся сзади. Автобус наконец тронулся. Виктор чуть повернулся и до самого поворота наблюдал за стоянкой аэровокзала.

С нее вслед за автобусом выехал «Мерседес». Однако он практически сразу обогнал автобус и был таков. Логинов почти успокоился, но все же периодически продолжал оглядываться.

И минут через десять Виктор таки вычленил в потоке машин «Мазду». Она то отставала, то приближалась, но экспресс не обгоняла. Учитывая плотность движения, это тоже могло быть случайностью. Но Логинов все-таки решил провериться.

Кто-то из пассажиров попросил водителя остановиться за оживленным перекрестком. И Виктор вышел тоже. Шагнув к табачному ларьку, он через плечо наблюдал за «Маздой». Стекла машины были сильно тонированными, так что Виктор мельком увидел только водителя в солнцезащитных очках и бейсболке.

Не снижая скорости, тот обогнул остановившийся экспресс и направил машину к следующему перекрестку. Логинов проводил «Мазду» взглядом. Когда она окончательно затерялась в потоке, он решил, что только зря потерял время. После чего быстро отошел от ларька и шагнул к бордюру, вдоль которого стояли машины бомбил.

Помня о беспределе на дорогах, Виктор выбрал внушительную «Лянчу». Все-таки не «жигуль», который складывается в гармошку от мало-мальски сильного удара.

– Свободен, шеф?

– Свободен, – отложил газету таксист. – Куда ехать?

– В центр.

– А конкретно?

– К железнодорожному вокзалу.

– Два с половиной червончика, – заломил цену бомбила.

– Пятнадцать, – оглянулся на другие машины Логинов.

– За пятнадцать никто не поедет. Разве что за два…

– Ладно, договорились, – решительно плюхнулся на сиденье Логинов.

Мамонту Петров все же по-быстрому позвонил:

– Алло, шеф! Объект сел в автобусе сзади! Наверняка будет проверяться по дороге!

– А ты что думал? Он натянет на глаза тюбетейку и будет дрыхнуть до Греческой?

– Да нет, но…

– Я уже еду, Петров, а ты меня отвлекаешь! Звони по существу! Я постараюсь подтянуться как можно быстрее!

– Понял!

Экспресс уже доехал до поворота, и майор плавно сдал назад от бордюра. Как только автобус скрылся из вида, «Мазда» рванула вслед за ним.

Через пару минут Петров уже пристроился метрах в пятидесяти за экспрессом. Навряд ли, конечно, Логинов мог покинуть автобус в этот сравнительно короткий промежуток времени, но от него можно было ожидать всего. Поэтому Петров покосился на Зайчука:

– Ну, что там видно в твоем бинокле?..

– Сейчас… Стекло бликует, товарищ майор… Ага! Он на месте!

– Оглядывается?

– Кажется, да!

– Понятно…

Транспортный поток был довольно плотным. С одной стороны, это было хорошо, поскольку позволяло «Мазде» затеряться среди множества машин, но, с другой, стабильно сохранять безопасную дистанцию в этих условиях было очень трудно.

Петрову то и дело приходилось выполнять рискованные маневры, но в общем и целом все шло нормально. До того самого момента, когда экспресс остановился за крупной транспортной развязкой на улице Мельницкой.

– Он, кажется, выходит! – вдруг сообщил Зайчук. – Точно! Выходит!

– Твою мать!.. – выдохнул Петров.

В этот момент «Мазда» двигалась в плотном потоке машин по кольцу, так что остановиться или хотя бы просто сбросить скорость майор не мог. Логинов же, едва выйдя из экспресса, шагнул к ларьку и повернулся к дороге. Остановиться в этот момент означало одним махом раскрыться.

Поэтому Петров даже не уменьшил скорость, а, наоборот, увеличил ее, обгоняя мигающий поворотниками экспресс.

Одновременно Петров приказал:

– Зайчук! Приготовься! Как остановлюсь, сразу выпрыгивай… Потом пехом сюда и садишься ему на хвост!

– Понял!

Остановиться Петров решился только в «мертвой» для Логинова зоне – метров через триста. Зайчук тут же выскочил из машины и перемахнул ограждение.

Майор в этот момент уже рванул к следующему перекрестку и повернул там направо. Пока Зайчук будет возвращаться к табачному ларьку, Петров хотел успеть обогнуть квартал по периметру и подстраховать своего «топтуна» на случай, если Логинов направится в другую сторону…

Расплатившись с бомбилой у железнодорожного вокзала, Логинов купил газету бесплатных объявлений. Потом направился к входу в вокзал. Здесь, со стороны Привокзальной площади, видимо, еще с дореволюционных времен традиционно толпились квартирные маклеры. Несмотря на столь презентабельное название, это были весьма затрапезного вида тетки и дядьки, изнывающие на солнцепеке от жары.

Выбор был широк. От места в курятнике с отдельным входом где-нибудь на берегу моря за пятнадцать гривен в сутки до квартир в центре с евроремонтом и всем необходимым. Логинов быстро определился и уже три минуты спустя направлялся в сторону Куликова поля с пожилым мужчиной, который представился Игорем.

– Квартира нормальная, – говорил тот на ходу. – Главное, что с газовой колонкой. Зажег и мойся себе на здоровье…

Логинов кивал. Еще с прошлого визита в Одессу он знал, что с горячей водой в последнее время здесь напряженка.

Убедившись, что Логинов от квартиры уже не откажется, Игорь задал наводящий вопрос:

– А ты отдохнуть или как?

– В командировку, – совершенно правдиво ответил Виктор.

– Так тогда тебе это, квитанции надо. Ничо, скажешь Бусе, она оформит. За «троечку»…

– За что?

– За три гривны.

– А-а… Разберемся.

– Так если ты в командировку, то, может, тебе того, девочку? Заплатишь мне сейчас, а она вечерком подъедет. Двадцать чисто минет, пятьдесят за час, двести пятьдесят за ночь. Ну так как?

– Не надо, – покачал головой Виктор.

– Чего так, нормальная девочка…

– Да я больше по мальчикам.

– Ну так бы сразу и сказал! Чего стесняться? Дело житейское… Актив, пассив? Можно и малолетку, но это будет дороже…

На следующем перекрестке Петров лихо повернул на красный свет. Благо гаишников в Украине сейчас днем с огнем не сыщешь, и даже на места мелких ДТП они выезжают только для того, чтобы сказать, что водителям лучше разобраться самим…

На третьем перекрестке светофора не было. «Мазда» юркнула в крайнюю правую полосу и начала приближаться к кольцевой развязке. Здесь Петров сбросил скорость, а метров за пятьдесят до ряда ларьков и вовсе остановился у бордюра.

Телефон молчал. Петров понимал, что Зайчуку на виду у Логинова не с руки куда-то звонить, поэтому набрал его номер сам:

– Ну что там у тебя?

– Его здесь нет!.. – нервно ответил оперативник. – Он пропал!

– Да не пори ты горячку! По сторонам внимательно осмотрись! Не мог он далеко уйти!

– Да я осмотрелся! Нет его!

– Может, во двор нырнул?

– Да смотрел я там! Нет его нигде, товарищ майор!

– Хорошо! Жди! Я сейчас!

Выскочив из машины, Петров выбрался на тротуар и внимательно осмотрелся.

Если бы Логинов направился в эту сторону, майор бы его засек. Но в этой стороне Логинова не было.

Петров быстрым шагом направился к углу. По дороге он заглянул в небольшой вагончик-магазинчик, но Логинова там не обнаружил. Дойдя до поворота, Петров увидел нервно оглядывающегося по сторонам Зайчука. В это время у Петрова зазвонил телефон.

– Я уже на Балковской! Сейчас подтянусь! – сообщил Мамонт. – Вы по какой улице едете?

– Мы уже приехали, шеф… – вздохнул Петров.

Буся оказалась доисторической еврейкой с большим носом, сплошь утыканным седыми волосами, и какой-то архисложной прической на немытой голове. Во рту ее торчал огромный костяной мундштук, а в нем папироса «Сальве» – одесская разновидность «Беломора».

Первым делом Буся затребовала у Логинова паспорт и внимательно его просмотрела. Потом записала данные в потертую тетрадь и выпроводила топтавшегося у двери Игоря, сунув ему комиссионные.

Сдаваемая внаем квартира располагалась на той же лестничной площадке, что и квартира самой Буси. Она была порядком обшарпанной, но уютной и вполне жилой. Телефон гудел, телевизор краснел светодиодом, холодильник урчал, газовая колонка шипела. Логинов удовлетворенно кивнул и отсчитал Бусе шестьдесят баксов за три дня.

Та придирчиво проверила купюры, после чего сунула их в лифчик и протянула Логинову ключи:

– Если заплатил Игорю за девочку, скажи, я у него деньги заберу. У него бикса трипперная. Если нужно, я тебе лучше сама все организую, по высшему разряду…

– Так, все! – замахал руками Логинов. – С девочками тему закрыли! Я работать приехал!

– Одно другому не помеха, – пыхнула на прощанье вонючей папиросой Буся. – Но нет так нет…

Закрыв за хозяйкой дверь, Виктор умылся, после чего быстро просмотрел газету бесплатных объявлений. Потом позвонил в пару офисов дилеров городской сотовой связи. Самый дешевый стартовый пакет стоил всего около сорока долларов. Была возможна доставка на дом, но Виктор отказался.

Вытащив из сумки врученный ему Скорпионом мобильный телефон «Киосера» стандарта CDMA, он поставил его на зарядку и вышел в город. Уже через двадцать минут он вернулся. Установив новую симкарту в телефон, Виктор включил его и набрал заученный номер.

– Алло! – ответил мужской голос.

– Мне дядю Федора!

– Слушаю…

– Здравствуйте, дядя! Это ваш племянник Виктор!

– Здорово, племяш! Здорово! Ну как ты?

– Да я вот только вернулся в Одессу из командировки, хочу узнать, как вы себя чувствуете.

– Отлично чувствуем. Тетя Вера рядом. Передает тебе привет. Ты к нам когда в гости заявишься?

– Точно не знаю. Раскопаюсь с работой, перезвоню.

– Хорошо, Витя, будем ждать. Звони в любое время, у тети Веры все равно бессонница…

Спецы из «Вымпела» находились уже в полной боевой готовности. Это радовало. Теперь оставалось только обеспечить им фронт работ. И Виктор позвонил в консульство. И сказал несколько условных фраз.

– Я понял вас, но я не владею этим вопросом, – проговорил майор Вилюйский. – Перезвоните минут через сорок второму секретарю, он будет на месте…

– А через двадцать нельзя? Я очень спешу!

– Попробуйте через двадцать. Я думаю, он уже освободится…

На нормальном языке это означало, что встреча Виктора с Вилюйским состоится в условленном месте номер два через двадцать минут. Поэтому Логинов быстро собрался и покинул квартиру.

Через три минуты Мамонт уже остановил свой «БМВ» на Мельницкой позади оперативной «Мазды». Петров с виноватым видом встретил его на тротуаре:

– Я же говорил, что надо что-то думать, шеф…

– Вот и думал бы! Неужели тремя людьми нельзя было не упустить одного человека?..

– Да так получилось, я же объяснил по телефону…

– И что мне с твоих объяснений?.. Ладно, проехали. У тебя соображения есть, куда он мог деться так быстро?

– Мог в один из этих домов успеть нырнуть, – опасливо покосился за спину Петров.

– Так что, трудно проверить?

– Почему трудно? Авдеев уже проверяет…

– Ясно, – оглянулся на дорогу Мамонт. – На ту сторону, я так понял, он перейти не мог?

– Нет.

– Тогда он или нырнул в эти дома…

– Или на чем-то уехал, – продолжил Петров. – Зайчук уже работает на остановке.

– Ну тогда пошли в машину, – сказал Мамонт. – Покурим пока. Нам с тобой здесь пока лучше не светиться…

Курили молча. Потом у Петрова зазвонил телефон.

– Зайчук… – без особого оптимизма сказал майор, вытащив телефон. – Я слушаю! Ну что там у тебя?

– Да тут такое дело, товарищ майор… Я бомбил поспрашивал, по-моему, они что-то знают!

– Что значит, по-твоему, что-то знают?

– Ну я спросил, не увез ли недавно кто-то из их коллег нашего клиента, и описал его…

– Ну?

– А они говорят, что не видели, некогда им, мол, на чужих клиентов таращиться. Но по лицам видно, что врут, просто сдавать своего не хотят…

– Ты им ксиву засвечивал?

– Само собой!

– Ясно. Тогда на всякий пожарный запомни номера их тачек и отойди в сторонку, я сейчас подойду… – велел Петров и отключился.

– Ну что там? – спросил Мамонт.

– Совсем, блин, народ страх потерял с этими революциями! Бомбилы вроде что-то видели, но говорить не хотят… Ничего, сейчас устрою им дискотеку на майдане!

– Только не перестарайся!

– Все будет тип-топ, шеф! Не впервой!

Условленным местом были предварительные железнодорожные кассы на Среднефонтанской. Летом, в разгар сезона, это было весьма оживленное место. После визуального контакта Вилюйский вернулся в машину и направил ее во дворы. Виктор чуть выждал, убедился, что «хвоста» за майором нет, и двинулся следом.

Машина была не с дипломатическими, а с обычными номерами. Поэтому жильцам дома, у одного из подъездов которого припарковался начальник службы безопасности консульства, даже в голову не приходило, что практически у них на глазах происходит тайная встреча сотрудников спецслужб. И затевают они ни много ни мало похищение арабского дипломата…

– Привет, – сказал Виктор, пожав руку Вилюйскому в машине.

Майор был кряжистым мужчиной лет сорока.

– Здравия желаю! – кивнул Вилюйский. – Не думал, что вас опять пришлют…

– Да я сам не думал. Но начальство в очках, ему видней.

– Так-то оно так, – покачал головой майор. – Но мало ли что… Ладно, к делу. Я записи в сейфе оставил, только камеру взял.

– Правильно, – кивнул Виктор.

– Установить нам удалось следующее. Проживает этот Фархад аль Латиф на Торговой в съемной квартире. Машину на ночь оставляет у дома. На работу выезжает ровно в двадцать минут девятого. Обедает в одном и том же кафе на Екатерининской…

Виктор слушал, кивая. Поработали люди Вилюйского нормально. В памяти цифровой видеокамеры хранились соответствующие фотографии, так что отыскать места пребывания араба можно было, даже не зная точных адресов. Выслушав майора до конца, Виктор задал пару уточняющих вопросов и кивнул:

– Спасибо, хорошая работа. А что по машине?

– Вот доверенность, – сунул руку в карман Вилюйский.

– Настоящая?

– Само собой. Только давайте я своей рукой и своей ручкой данные паспорта впишу… Вот. Теперь порядок, – щелкнул ручкой майор. – А вот ключи.

– А машина где?

– На охраняемой стоянке. Вот талон. Предъявите охраннику и вперед. Стоянка здесь, на Среднефонтанской, я подвезу.

– Отмечу в рапорте вашу четкую работу, – сказал Виктор. – Если все пройдет нормально, конечно. А с бензином что?

– Если не слили, должен быть полный бак.

– Ну тогда поехали…

Зайчук ждал Петрова за ларьками.

– Не разбежались твои бомбилы?

– Нет.

– Ну показывай тогда!

– Вон те три мужика, что у «пятерки» разговаривают… – осторожно высунулся из-за угла Зайчук.

– Ага! – прищурился Петров. – Ясно. Ну тогда двигай к нашим машинам.

– Может, я подстрахую лучше, товарищ майор, лбы-то здоровые…

– А толку с их здоровья? – презрительно ухмыльнулся Петров. – Иди к машинам, я сам с ними разберусь.

Пару секунд спустя майор уже вынырнул из-за ларьков и, оглядываясь по сторонам, торопливо приблизился к троице бомбил.

– Мужики, в аэропорт не подкинете по-быстрому?

– Мужики на зоне, – повернулся к Петрову внушительный детина лет тридцати в спортивных брюках и майке, надетой специально для того, чтобы все желающие могли обозревать на его мощном плече дегенеративную наколку. – А тут пацаны, понял?.. За «двоечку» подкинем.

– В смысле, за две гривны? – прикинулся «валенком» Петров.

– Ты че, с Урала, не знаешь, скоко у нас бензин стоит? Две гривны в Одессе уже не ходят! За два червонца!

– Ладно, поехали, – сокрушенно посмотрел на часы Петров.

Бомбила незаметно подмигнул коллегам – учитесь, мол, как разводить лохов. И кивнул в сторону убитого «Форда Скорпио»:

– Садись!..

Петров опустился на переднее сиденье, водила тяжело плюхнулся в водительское кресло и сунул ключ в замок зажигания.

– Один момент! – совсем другим тоном сказал Петров, коснувшись ладонью его руки.

– Не понял?.. – уставился на него водила.

– Сейчас поймешь! Налоговая! – проговорил майор, выуживая из кармана «левое» удостоверение. – Прошу предъявить лицензию на занятие частным извозом!

Парнишка только ухмыльнулся:

– А кто тебе сказал, что я занимаюсь извозом? Ты попросил, я вошел в положение!

– Да нет, ты попался на незаконной предпринимательской деятельности, браток!

– Чего ты паришь?.. Я твоих денег не брал, вон у меня свидетели. Так что вали-ка ты из моей тачки подобру-поздорову! Понял?..

С этими словами детина протянул к майору правую руку. Наверное, дверцу ему хотел открыть. Только Петров очень не любил, когда к нему руки протягивают. И тут же среагировал.

Удар был не то чтобы очень сильным, но филигранно точным – аккурат в подбородок бомбиле. Тот даже не дернулся, просто сразу обмяк, словно тряпичная кукла. Майор непринужденным жестом фокусника извлек сзади из-за пояса наручники и пристегнул жертву к рулю.

Удар он нанес расчетливо, и к этому времени бомбила уже более-менее начал приходить в себя. Петров деловито вытащил мобильный и сказал:

– Ну ты и попал. Незаконный извоз плюс нападение при исполнении. А это уже реальный срок! Сейчас я вызову подкрепление, и мы твою тачку изымем. А после приговора продадим на аукционе! Много за эту телегу, конечно, не дадут, но компенсировать судебные издержки хватит… – Бомбила как в тумане посмотрел на своих коллег, и Петров предупредил его: – Не надейся, что они помогут. Я таких штабелями кладу. Короче, спекся ты…

После ударов в голову соображать трудно. И бомбила всю эту лапшу принял за чистую монету. Его гонора не осталось и в помине.

– Слышь, начальник, давай как-то договариваться, – сказал он.

Стандарт CDMA позволял пользоваться всеми преимуществами современной связи, в том числе и Интернетом. Забрав на стоянке машину, а это оказалась неприметная «девятка», Логинов перезвонил спецам из «Вымпела»:

– Алло, дядя Федор! Это снова Витя!

– Да!

– Тут у меня случайно оказались фотографии Катиного жениха. Я вам их перешлю. Заладится у них или нет, а к свадьбе лучше готовиться заранее… Правильно?

– Правильно, Витя.

– Ну тогда перезвоните, как получите…

После этого Логинов подключил камеру к телефону и перегнал «вымпеловцам» фотографии Фархада у дома, кафе и ночного клуба, в котором он бывал регулярно. Вскоре телефон зазвонил.

– Алло, Витя! Фотографии получили! Тете Вере очень понравились, только она спрашивает, где это Катя его фотографировала?

– Первые две на Торговой, еще две на Екатерининской, остальные на Преображенской.

– Понятно, племянник, спасибо!

– Да не за что! Фотографии интересные, а вы это дело, я знаю, любите. Так что рассматривайте пока…

– Хорошо, Витя. Мы посмотрим. Звони.

Отключившись, Логинов еще раз просмотрел фото и стер их из памяти камеры. «Вымпеловцы» информацию получили и теперь могли заняться изучением подходов и отходов. Дело оказалось непростым – все места, где появлялся Фархад, располагались в центре и были людными. Но никто и не говорил, что задание будет легким…

Сам Виктор отправился к консульству. Рабочий день у дипломатов ненормированный, но навряд ли Фархад аль Латиф будет теперь надрываться на работе. Дела-то он сдает, да и здоровье у него как бы надломленное неожиданно обнаружившейся болезнью…

– Значит, пассажира этого повез Сергей на «Лянче»? Правильно? – спросил Петров.

– Да.

– Номера ты не помнишь, так?

– Не помню… Но он здесь часто торчит, когда заказов нет, у нас же все поделено!

– Я рад за вас. А телефон у него есть, мобильный?

– Есть! Точно есть!

– А какой?

– Не знаю! Но у Бормана должен быть!

– А Борман – это кто?

– Ну, Васек, вон он у своей «пятеры» стоит…

– Не знал, что Бормана Васей звали, – хмыкнул Петров. – Ладно, тебя-то как зовут, не Герингом часом?

– Жорой!

– Тогда так, Жора. Сейчас я с тебя сниму браслеты…

– Ага!

– Ключики ты на всякий случай оставляешь в замке зажигания и идешь к своему Васе. И через минуту приносишь мне в клюве телефон этого Сергея. Скажешь, что клиенту нужна именно «Лянча». И не дай бог этот Вася что-то заподозрит и перезвонит Сергею! Тогда ты точно у меня сядешь, Жора! Мужиком или пацаном, но зону потопчешь, это я тебе устрою по-любому! Уяснил?

– Да!

– Тогда вперед и с песней! – сказал Петров, расстегивая наручники. – И не вздумай что-нибудь вытворить! Все равно ничего не получится, а бить тебя я буду тогда уже по-настоящему! В общем, старайся не расстраивать меня, Жора! Я беспредельщик…

Поначалу Логинов, памятуя о ликвидации ГАИ, вел машину предельно осторожно. Угодить в аварию в его планы не входило. Однако довольно скоро Виктор уяснил для себя, что большинство водителей ведут себя на дороге абсолютно вменяемо и без необходимости правила не нарушают. Опасаться нужно было только придурков, но их хватало и в Москве…

Минут через двадцать Виктор припарковал «девятку» наискосок от консульства, в котором трудился Фархад аль Латиф. На тротуаре перед двухэтажным старинным особняком стояли две иномарки с дипномерами. Одна из них была «Дэу», которой пользовался Фархад.

Логинов приготовился ждать. Для начала он откинул спинку водительского кресла, потом потянулся за цифровой камерой. Эта штука имела такое увеличение, что надобность в бинокле отпадала начисто. Поскольку у консульства имелся милицейский пост, то Логинов встал довольно далеко – метрах в сорока, у какого-то гастронома.

Едва он включил камеру, как ворота, закрывавшие арку посреди особняка, начали открываться. На улицу вынырнул угловатый джип «Мерседес Гелендваген» и остановился перед проезжей частью, мигая поворотниками. Логинов навел камеру на его лобовое стекло и потыкал в кнопки. Изображение увеличилось. Лицо водителя было бесстрастным, словно у мумии. Рядом с ним на переднем сиденье сидел Фархад аль Латиф…

– Ну что, принес? – посмотрел Петров на Жору, вернувшегося от «пятерки».

– Ага! Ноль шийсят семь, триста сорок, пятьдесят, восемьсят! – выпалил бомбила.

Он находился в эйфорическом состоянии, знакомом только тем, кто хоть ненадолго, но оказывался закованным в наручники. Самое большое счастье на свете – это свобода. Но по-настоящему понимаешь это, когда оказываешься за решеткой…

– От-лич-но, – проговорил Петров, быстро забив номер в память мобильника. – Молодец, Жора. Так и быть, я с тебя расстрельную статью снимаю…

– Ну так че тогда, я свободен?.. – спросил бомбила таким тоном, что сразу было понятно – сегодня он напьется, отмечая «откидку», причем до посинения.

– Не спеши, успеешь, – чуток охладил его пыл Петров, тыкая в кнопки мобильного. – Пока побудешь заложником…

– Кем?..

– Заложником, ты че, телевизор не смотришь?

– Да смотрю вообще-то. И это… надолго?

– Пока я Сергея не выцеплю… Все, тихо, вызов пошел!

– Алло! – отозвался в трубке бомбила.

– А мне Сергея!

– Слушаю…

– Мне нужна машина, по городу до вечера помотаться! Вы свободны?

– Где-то через полчаса освобожусь. А вам куда надо?

– Да по городу…

– Я в смысле – где вас забрать?

– А-а… На Дальницкой. У кафе «Медуза».

– Хорошо. Таксу новую знаете?

– Да!

– Ну тогда я минут через сорок буду. Прямо у кафе и встану.

– Добро! – сказал Петров, отключившись. Потом повернулся к Жоре: – Зови своих гавриков в машину!

– Зачем?..

– Затем, что сорок минут у нас есть. Я вам как раз лекцию успею прочитать насчет обязанностей гражданина и человека…

– А если они не захотят?.. – покосился в зеркало на коллег по бизнесу Жора.

– Захотят они по-любому, – заверил бомбилу Петров. – Просто для них же будет лучше, если по-хорошему. Так что ты постарайся их уговорить. Двигай, а я пока начальству отзвонюсь…

– Так! – невольно вырвалось у Логинова.

Ошибки быть не могло. Он достаточно изучил лицо Фархада, чтобы принять за него кого-то другого. Поэтому Виктор быстро отложил камеру и завел двигатель «девятки».

«Мерседес» тем временем втиснулся в поток машин и быстро поехал по Карантинной улице. Виктор стартовал следом. Джип свернул на Канатную. Логинов не отставал.

Ситуация была непонятной. Джип, судя по всему, был персональным авто руководителя консульства. У третьих секретарей личных водителей не бывает. А Фархада навряд ли могли произвести в консулы перед самым отъездом на родину…

Здесь явно было что-то не то. И Логинов почувствовал знакомое возбуждение. Начальство не зря торопилось с его отправкой в Одессу. Похоже, Фархад аль Латиф на прощанье что-то затевал. И вскоре Виктор получил косвенное подтверждение этому.

Водитель джипа начал проверяться. Сперва он довольно рискованно проскочил через перекресток на желтый сигнал светофора перед самым трамваем, потом свернул с Канатной только затем, чтобы обогнуть по периметру квартал и вернуться на то же место…

Благо опыта Логинову было не занимать. Поэтому все эти маневры не стали для него большой неожиданностью. Не без труда, но он все же не отстал.

«Хвоста» в «Гелендвагене», кажется, не заметили. И, вернувшись на Канатную, джип, уже не сворачивая, направился в сторону Фонтана.

– Ах, Юра-Юра-Юра, я такая дура, что в тебя влюбилась!.. – захлебывалась в колонках Глюкоза.

Петров, развалившись в кресле, барабанил в такт песне пальцами по подлокотнику. Мобильник зазвонил, Петров поднес его к уху:

– Да! Порядок?.. Понял. Снимаюсь… – Отключив телефон, майор велел Жоре: – Сделай тише! Ну что, господа таксисты, вам крупно повезло, Сергей ваш нарисовался. Вы все уяснили?

Бомбилы вразнобой закивали головами.

– Так что такое для гражданина помощь правоохранительным органам? – оглянулся Петров.

Вася Борман шмыгнул носом:

– Это того… типа долг и почетная обязанность.

– Правильно! – удовлетворенно кивнул майор. – Только без «типа».

Ловко расстегнув браслеты, которыми были скованы сидевшие сзади двое бомбил, Петров сунул наручники в чехол и сказал:

– Ну все, пока. Обниматься не будем. Свободны!

С этими словами майор вынырнул из «Форда». И вдруг услышал донесшуюся с заднего сиденья приглушенную фразу:

– Так а это, простой нам кто компенсирует?..

Петров быстро наклонился в салон:

– Тут кто-то что-то сказал? Или мне послышалось?

– Все нормально! – замахал головой Вася Борман, тыкая локтем в бок соседа. – Никто ниче не говорил!

– Ну тогда ладно… – захлопнул дверцу Петров.

Миновав ряд ларьков, он свернул за угол и минуту спустя уже сел в «Мазду».

Канатная улица плавно перешла в Сегедскую, потом в Фонтанскую дорогу. «Гелендваген», похоже, и не думал сворачивать. Логинов нахмурился. Транспортный поток становился все менее оживленным. «Вести» джип было все труднее и труднее.

Виктор кое-как продержался на «хвосте» у «Мерседеса» до улицы со странноватым названием Дача Ковалевского. Здесь джип вдруг резко сбросил скорость, свернул на Карла Либкнехта и неожиданно нырнул в парковую зону.

– Приехали… – невольно вырвалось у Логинова.

Сворачивать в парк было нельзя – уж тут бы «девятку» срисовал даже слепой. Поэтому Виктор остановил машину у какого-то ларька и поспешно нырнул в кусты. Парк оказался очень большим и носил имя 411-й береговой батареи. О том, чтобы прочесать его вдоль и поперек, не могло быть и речи. Поэтому Логинов полагался исключительно на интуицию.

В течение пяти минут он пересек несколько аллей. Потом за кустами неожиданно проглянул обелиск. Виктор начал выбираться к нему и вдруг увидел сквозь ветви блеснувший черным боком «Гелендваген».

– Ага! – подался назад Виктор.

Камеру он предусмотрительно прихватил с собой. Заняв удобную позицию, он осторожно навел объектив на консульский внедорожник. И вскоре рассмотрел, что водитель в машине сидит один.

Диспозиция теперь стала более-менее понятна. Неподалеку от обелиска была оборудована парковочная площадка. Специально для машин тех, кто приезжал возложить цветы и почтить память героических защитников Одессы. Сейчас на ней стоял только консульский джип. Фархада аль Латифа у обелиска видно не было…

Стараясь особо не высовываться, Логинов принялся осматривать окрестности. Судя по всему, Фархад приехал на конспиративную встречу с кем-то. Уж слишком тщательно было выбрано место…

Засечь момент встречи Логинову так и не удалось. Но прогулка в парк не была напрасной. В какой-то момент Виктор вдруг увидел Фархада аль Латифа. Тот неожиданно вынырнул из какой-то аллеи и в хорошем темпе направился к джипу.

Виктор навел на него объектив. В руке Фархад нес пакет. Из него чуть выглядывал термос. Самый обычный. Это становилось уже интересно. Навряд ли араб брал с собой на десятиминутную прогулку по парку кофе или чай. Что-то с этим термосом было не так…

Виктор много бы отдал за то, чтобы узнать, куда теперь поедут арабы, но он прекрасно понимал, что никак не успеет вернуться к «девятке» и проследить за джипом. Несколько секунд он колебался. Потом решительно вытащил телефон. По плану Скорпиона, «вымпеловцев» полагалось использовать только по прямому назначению – для проведения «хирургических» силовых акций. План был, конечно, хорош. Спецы из отряда «С» являлись эдакой козырной картой, тузом в рукаве, который в критической ситуации должен был спасти положение. Только вот план не предусматривал, что Фархад аль Латиф поедет в парк имени 411-й береговой батареи, чтобы со всеми мерами предосторожности забрать там загадочный термос.

– Алло!

– Дядя Вася! Это Виктор!

– А-а, как у тебя дела, племянник?

Судя по звукам улицы, «вымпеловцы» как раз изучали подходы к какому-то объекту из перечня. Это слегка упрощало дело.

– Я так понял, вы фотографии рассматриваете в парке, – сказал Виктор. – Не окажете одну услугу родственнику, раз все равно выбрались на улицу?

– Да попробуем, раз надо… А в чем дело?

– Да Катин жених куда-то запропастился и на звонки не отвечает! Вот она и волнуется! Вы не можете проехать к его работе, это на Карантинной, и посмотреть, на месте его машина или нет?

– Да, если это так важно для Кати, то в принципе можем…

– Это очень важно! – заверил Логинов. – Только не перепутайте, Катин жених сегодня на другой машине. На джипе! Если увидите джип там, сразу сообщите мне, хорошо? А я Кате сам перезвоню…

– Хорошо, Витя.

Мамонт повернул голову и сказал:

– Кажется, он…

На стоянку перед кафе «Медуза» завернула черная «Лянча». Едва она остановилась, Мамонт распахнул дверцу и бросил:

– Я пошел, Авдеев. Будь начеку…

– Есть, товарищ полковник!

Приблизившись к «Лянче», Мамонт распахнул пассажирскую дверцу:

– Добрый день! Вы Сергей, правильно?

– Да! Садитесь… Куда ехать? – обрадовался бомбила, что клиент нарисовался так быстро.

Мамонт опустился на сиденье и извлек из кармана навороченное удостоверение.

– СБУ! Ехать пока никуда не надо, Сергей, так что заглушите, пожалуйста, двигатель. И не волнуйтесь, у нас к вам претензий нет. Просто нас интересует один ваш клиент. Ситуация понятна?

В отличие от Петрова Мамонт редко прибегал к силовым методам. Однако его корректная манера давала ничуть не худшие результаты. Просто Мамонт излучал такую спокойную уверенность в своих силах, что даже самые бескрышные клиенты понимали – с этим дядей шутить себе дороже…

Сергей это тоже понял и тут же повернул ключ зажигания, заглушив мотор. В отличие от недалекого Жоры он был образованным товарищем, закончившим в свое время политех.

– Какой клиент вас интересует? – спросил бомбила.

– Тот, которого вы взяли на перекрестке Балковской и Мельницкой. Было такое дело?

– Было.

– Тогда, чтобы избежать путаницы, я вам его опишу. А вы скажете, он это или нет. Понятно?

– Да…

Мамонт выдал краткий словесный портрет Логинова. Таксист выслушал его и кивнул:

– Да, я его отвез недавно на вокзал…

– Куда?! – опешил Мамонт.

– На железнодорожный вокзал…

– Это точно?.. – быстро спросил Мамонт.

– Да, конечно.

– Так… Секунду! – Вытащив телефон, Мамонт поспешно перезвонил Петрову, сообщил, что все в порядке, и велел по-быстрому ехать к «Медузе». – Извините… Значит, вы отвезли этого человека к Центральному железнодорожному вокзалу… А где именно вы его высадили там?

– На Среднефонтанской.

– Ага! А конкретнее?..

Среднефонтанская улица в своем роде была уникальной. Одна ее половина шла по одну сторону железнодорожных путей и вокзала, вторая – по другую. С учетом примыкавших к этим основным улицам аппендиксов, Среднефонтанских улиц фактически было штуки четыре, не меньше.

– Так у вокзала, перед переходом.

– В смысле, со стороны Привоза?

– Да.

– Ясно. А куда он пошел, вы случайно не обратили внимания?..

В течение пяти-семи минут Мамонт выпытал у бомбилы все, что тот мог сообщить о Логинове. Как раз в тот момент, когда на стоянку перед «Медузой» завернула «Мазда» с Петровым и Зайчуком, Мамонт счел опрос законченным и подобрал ноги:

– Ну что же, спасибо вам большое, не буду больше задерживать… По правилам я обязан взять с вас расписку о сохранении тайны. Но я не формалист. Тем более мне почему-то кажется, что о нашем разговоре и об этом человеке вы сейчас забудете и не проговоритесь никогда и никому. Или я не прав?

– Правы.

– Тогда удачи! Если вдруг вы нам понадобитесь, вам позвонят и договорятся о встрече. Но это навряд ли… Счастливо!

– Всего доброго!

Не задерживаясь у «Медузы», бомбила тут же отъехал. Мамонт прошел к «Мазде» и уселся на заднее сиденье.

– Ну что, шеф? – спросил Петров. – Порядок?

– Как сказать… Он отвез клиента на жэдэ вокзал. И высадил со стороны Привоза. Ясно?

– А то! Зайчук, давай к вокзалу!

– Привет доблестному МВД! – сказал Петров, заходя в кабинет начальника отделения транспортной милиции по железнодорожному вокзалу «Одесса-Главная». За столом сидел молодой капитан, заместитель начальника. – А шеф твой где? – спросил Петров, пожимая капитану руку.

– В отпуске! Я за него! – радостно сообщил капитан.

– Да, не повезло тебе… – поскреб затылок Петров.

– Почему?

– Да я его приехал арестовывать. Не возвращаться же теперь с пустыми руками, начальство не поймет! Так что, наверное, придется тебя… – присел на стол Петров.

– За что?.. – побледнел капитан.

– Да мало ли за что? Хоть бы за то, что у вас спекулируют билетами, а ты спекулянтов покрываешь!

– Какими билетами? Где? – заерзал на стуле капитан. – Я об этом ничего не знаю!

– Да ну? Организовать по-быстрому контрольную закупку?.. – хмыкнул Петров, пристально глядя в глаза милиционеру.

Тот потянулся к узлу форменного галстука. Бедняге сразу стало не хватать воздуха. Петров сжалился:

– Ладно. Шутка. Хотя в каждой шутке есть доля правды. Вы все у нас под колпаком ходите… Короче, мне помощь нужна.

– Какая? – с готовностью спросил капитан. – Билеты достать? Так бы сразу и сказали! Мы ж никогда не отказывали!

– С билетами у нас порядок, – махнул рукой Петров. – Своих девать некуда. Я хочу кино ваше посмотреть.

– Какое кино?

– С камер наружного наблюдения.

– Да нет проблем! – вскочил на ноги капитан. – Идемте!

Пару минут спустя Петров уже сидел в затемненной комнате, заставленной мониторами. Капитан приказал оператору оказать майору всяческое содействие, потом спросил:

– Мне остаться или лучше не мешать?

– Да нет, занимайся своей работой, – кивнул Петров. – Я потом загляну…

– Понял!

Минуту спустя спекулянты билетами спешно покинули свои «рабочие» места и приземлились в вокзальном кафе. Вплоть до особых указаний им велели «зашхериться» и изображать обычных граждан…

Джип выехал с парковочной площадки и направился к улице Карла Либкнехта. Логинов проводил его взглядом, потом сунул компактную камеру в карман и решительно направился в ту сторону, откуда появился с термосом Фархад. Особого смысла в этом как бы не было, но Виктор в данном случае полагался на удачу. Ведь самые громкие успехи спецслужб, как правило, были вовсе не результатом тщательно спланированных операций, а являлись последствиями счастливых случайностей…

Виктор грубо прикинул время, которое могла занять пешая прогулка Фархада. Потом поделил его пополам и выставил на таймере. Секунды замелькали в обратном отсчете, Виктор двинулся по аллее, из которой вынырнул с термосом араб.

Народа в парке было мало. Оглядываясь по сторонам, Виктор прошел по аллее до конца, но так ничего стоящего и не обнаружил. Однако время на таймере еще не истекло, поэтому Логинов двинулся по грунтовой тропинке. Вскоре за деревьями проглянула синяя черепица. Это было, видимо, какое-то кафе, поскольку с той стороны доносились едва слышная музыка и приглушенные голоса.

Виктор посмотрел на часы – таймер отсчитывал последнюю минуту. В общем-то, можно было поворачивать, но Логинов любое дело привык доводить до логического конца. Он двинулся дальше по тропинке и вскоре был за свою последовательность вознагражден.

По мере приближения к синей черепичной крыше музыка и голоса становились все явственней. И в какой-то момент Виктор вдруг разобрал вскрик на английском. Это было уже интересно. И Логинов, перестав обращать внимание на таймер, двинулся вперед…

Синяя черепичная крыша оказалась навесом. Под ним были расставлены столики, чуть в стороне готовились барбекю. Расположенный в укромном уголке парка пятачок был приспособлен оборотистыми бизнесменами под площадку для корпоративных пикников.

Сейчас здесь отдыхали около полутора десятка иностранцев. Одеты они были не в форму, но Логинов быстро понял по обрывкам разговоров, что это экипаж какого-то судна. За кустами виднелся микроавтобус, на котором моряков доставили на пикник.

Логотип фирмы на нем Логинов толком не рассмотрел, зато сделал открытие поважнее. Экипаж был интернациональным. Сперва Виктор заметил одного индуса, потом негра и, наконец, двух молодых мужчин-арабов.

После этого Виктор чуть приблизился и принялся оглядывать столики. Через минуту он увидел то, что искал. Термос, почти точно такой же, как тот, что выглядывал из пакета Фархада аль Латифа.

Теперь все встало на свои места. Кто-то из моряков был курьером Международной ассоциации братьев-мусульман. И переправил в термосе на берег какую-то посылку для Фархада аль Латифа.

На всякий случай Виктор сделал несколько крупных планов арабов, индуса и негра. Скорее всего курьером был кто-то из них. После этого Логинов подобрался к микроавтобусу поближе и наконец смог прочитать название фирмы – устроителя пикника и контактный телефон.

По дороге к «девятке» Виктор перезвонил по этому номеру и ловко выяснил название судна. После звонка в справочную службу порта он узнал, что сухогруз «Лакоста» стоит на ближнем рейде в ожидании выгрузки.

Выйдя из здания вокзала, Петров отошел в сторону и позвонил Мамонту:

– Порядок, шеф!

– А конкретнее?

– Логинов, скорее всего, снял квартиру у привокзальных маклеров! Я тут стою у входа и вижу мужика, с которым он уходил!

– Ну так веди его сюда!

– Думаю, не стоит, шеф!

– Не понял?

– Я тут вокзальных ментов слегка закошмарил, так что они за мной наверняка следят… Пусть лучше Зайчук этого маклера аккуратно выцепит, его вокзальные не знают.

– Хорошо… Даю ему «трубу».

Петров быстро описал Зайчуку клиента. Чтобы не светиться, машины поставили чуть поодаль от вокзала, у здания Управления железной дороги. Но появился Зайчук быстро. Примерно через пару минут он вынырнул из подземного перехода и направился к группе маклеров.

Сработал Зайчук нормально. Сперва чуть потолкался в общей группе, потом отвел клиента в сторонку, вроде бы для того, чтобы обговорить условия и поторговаться. Полминуты спустя заметно поникший старик уже шел с Зайчуком к подземному переходу.

Петров выдержал паузу и двинулся влево, в сторону Привоза. Когда он кружным путем добрался до «БМВ», Мамонт уже выяснил, где и у кого снял квартиру Логинов.

Маклера отпустили, и Мамонт с Петровым провели короткое рабочее совещание. Поскольку Авдеева с Зайчуком Мамонт отправил в «Мазду», говорили без опаски.

– Ну что, Петя, Логинова мы таки достали! – удовлетворенно проговорил Мамонт. – Теперь начинается самое интересное – вторая часть мармезонского балета. Ты к подвигам готов?

– Всегда готов, шеф, – без особого энтузиазма ответил Петров.

– А что так хмуро?

– А чему радоваться? Заниматься-то всем придется нам двоим, правильно?

– Правильно, Петров. Зришь в корень. На этом этапе Зайчука с Авдеевым привлекать уже нежелательно.

– Ну вот… Вы начальник, значит, уродоваться придется мне одному. Причем за бесплатно. Правильно?

– Нет, неправильно. Уродоваться будем вместе, Петров. Дело того стоит. Во-первых, речь идет о наших с тобой персональных задницах, потому как Логинов знает о нас такое, чего начальству лучше не знать. А во-вторых, если ты забыл, речь идет об афере с бланками якобы уничтоженных паспортов. Если мы это дело раскрутим, то ты сам скоро будешь большим начальником.

– Ну тогда чего резину тянуть? Зайчука с Авдеевым отпускаем, а сами двигаем прямиком на съемную хату к Логинову. И ставим его перед альтернативой – или он садится за незаконное пересечение границы, или сдает нам с потрохами того, кто перекинул россиянам паспорта. Нормальный ход?

– В принципе – да. Только вот ход этот, Петров, преждевременный.

– Это почему?

– Потому что незаконное пересечение Логиновым границы – это дело скользкое…

– В каком смысле?

– В правовом, Петров. Тут есть нюансы. Во-первых, паспорт у него вроде как настоящий, во-вторых, преступление это несерьзное. В Украине с полмиллиона незаконных мигрантов, и у трети из них поддельные паспорта. И ни одного еще не посадили. Самое большее, что сейчас угрожает Логинову, это штраф и принудительная депортация…

– Да?.. – недоверчиво посмотрел на Мамонта майор.

– Да, Петя. Повесь себе в туалете Уголовный кодекс с комментариями, его иногда полезно читать… Короче, для того чтобы заставить ФСБ сдать нам поставщика бланков, мы должны накопать под Логинова что-нибудь более серьезное. Типа от восьми до пятнадцати без права досрочного освобождения. Вот тогда это будет предложение, от которого на Лубянке не смогут отказаться. Понятно?

– Понятно… А мы это накопаем?

– Я думаю, да! – кивнул Мамонт. – Потому что если Логинова снабдили подлинным паспортом и изменили ему внешность, то приехал он вовсе не для того, чтобы прогуляться по Привозу и подышать свежим воздухом на Приморском бульваре. Наверняка задание у него очень серьезное…

– Думаете, от восьми до пятнадцати?

– Возможно, даже от десяти до пожизненного, – серьезно сказал Мамонт. – Так что все теперь зависит только от нас…

Сев в «девятку», Логинов посмотрел на часы. Потом развернулся и поехал к центру Одессы. В районе железнодорожного вокзала он решился позвонить «вымпеловцам»:

– Алло! Это Витя! Ну что там, Катиного жениха не нашли?

– Нет. Но если он появится, мы его увидим. Присели тут на лавочке с тетей, воздухом дышим…

– Понял! – сказал Виктор и тут же отключился.

Джип должен был добраться до Карантинной уже по-любому. Выходило, что Фархад отправился вовсе не в консульство. Логинов приглушенно выматерился и направил «девятку» к Торговой. Рано или поздно, но на работе или дома араб появится. И Виктор его снова поведет…

Но вышло все по-другому. Консульский «Мерседес» Логинову неожиданно попался на Садовой. Ехал он навстречу, поэтому Виктор без труда увидел, что Фархад аль Латиф сидит на переднем сиденье внедорожника.

Тут Логинову пришлось резко и вовсе не по правилам развернуться. К счастью, перед выездом на Преображенскую образовался приличный затор. Благодаря этому Логинов смог прицепиться к «Гелендвагену», а через пару минут уже свернул за внедорожником на улицу Бунина.

По всему выходило, что джип возвращается в консульство и самое интересное Виктор уже пропустил. Раздосадованный Логинов все же не отставал. К его удивлению, внедорожник не свернул вниз, в сторону Карантинной улицы, а поехал в самый конец Пушкинской.

На Привокзальной площади водитель описал полукруг, а потом в нарушение всех правил въехал на тротуар и остановился только у турникета, преграждавшего проезд к платформам.

Несколько секунд спустя Логинов вдруг осознал, что его миссия завершилась полным провалом. Фархад аль Латиф вытащил из внедорожника несколько чемоданов и при помощи водителя потащил свой скарб к поезду…

– Ну как? – спросил Петров. – Нормально?

Мамонт окинул его критическим взглядом:

– Вполне.

Петров пригладил парик на висках и вздохнул:

– Жарко только в нем…

– Искусство, Петя, требует жертв.

– Не вам же париться.

– Не стони! Меня Логинов знает слишком хорошо. И расколет хоть в парике, хоть в парандже. Ну что, поехали! Привыкнешь к своим локонам по дороге…

– Поехали, шеф…

Мамонт тронул «БМВ» и направился к железнодорожному вокзалу. Авдеева с Зайчуком они сразу отправили на «Мазде» в управление, а сами заскочили домой к Мамонту, чтобы прихватить необходимое снаряжение и антураж.

Наверное, в нормальных странах всякие шпионские штучки хранились непосредственно в спецслужбах и состояли на строгом учете. Но Украине до нормальной страны было еще очень далеко. Поэтому необходимое для работы снаряжение и спецтехнику сотрудники спецслужб зачастую добывали себе сами. Благо «прижать» состоятельного спонсора при современном правовом беспределе было не проблемой.

Об этом, само собой, прекрасно было осведомлено начальство. И даже пыталось упорядочить процесс, требуя, чтобы все спонсорские презенты ставились на баланс СБУ в обязательном порядке. Только Мамонт был не такой дурак, чтобы сперва придушить спонсора, потом поставить купленный им диктофон на баланс, а в конце еще и заплатить за него бухгалтерии из собственного кармана в случае порчи или утери.

Поэтому его квартира давно превратилась в небольшой, но весьма представительный склад шпионского инвентаря. Объяснялось это тем, что коварное начальство периодически организовывало внезапные комиссионные набеги на управления. И в ходе этих массовых зачисток ставило на баланс все, что попадалось под руку. Даже сугубо личные вещи сотрудников вроде CD-плееров…

Квартиру Логинов снял совсем рядом с вокзалом. Прямо напротив трамвайной остановки «Куликово поле». Буквально в двух минутах ходьбы, за углом, располагалось российское генконсульство. Так что, в случае чего, Логинову потребовалось бы всего несколько секунд, чтобы оказаться на территории РФ и стать недосягаемым для правоохранительных органов Украины. Поэтому действовать нужно было предельно осторожно.

Мамонт высадил Петрова на улице Ямчитского, сам проехал чуть вперед и припарковал «БМВ» во дворе под окнами налоговой администрации. Благо машин у этого почтенного заведения было натыкано столько, что затеряться среди них трудностей не представляло…

Логинова словно чугунной сковородкой по голове огрели. Такого он не ожидал никак. Впрочем, посыпать голову пеплом было некогда. Быстро припарковав «девятку», Виктор нырнул через турникет вслед за арабами и почти сразу увидел их у подозрительно нарядного поезда.

Логинов даже испугался, что Фархад решил умотать за кордон, но все было не так уж безнадежно. Поезд оказался столичным экспрессом Одесса – Киев. До отправления его оставалось что-то около пятнадцати минут. Судя по торчавшей у вагонов публике, билеты были очень дорогими, так что шанс вскочить в последний момент на подножку экспресса у Логинова был. И Виктор поспешно направился к кассам.

С тех пор как Петров навел на билетную мафию страха, прошло достаточно много времени. И мафия уже работала в обычном режиме – как часы. Опытный наблюдатель у касс тут же вычленил Логинова из толпы и шагнул ему навстречу:

– Билет нужен?

– Да… – с подозрением посмотрел на мужчину Логинов.

– Все нормально. Могу помочь… А куда, на когда?

– На Киев. На тот, что сейчас отправляется!

– А-а, нет, – махнул головой мужчина. – На столичный экспресс за три дня мест нет.

Виктор развернулся к кассам.

– Бесполезно, – сказал мужчина.

– Может, кто сдал, – пожал плечами Виктор.

– Если кто сдал, то мы уже продали… Можем организовать на девять вечера, на обычный, но придется раскошелиться, направление дефицитное.

– На девять поздно, – мотнул головой Виктор.

Сообразив, что пытаться достать билет только время терять, он вышел к платформам. Фархад аль Латиф как раз дождался своей очереди и предъявил разодетой почище стюардессы проводнице билет с диппаспортом.

После этого они с водителем исчезли в вагоне с баулами. На перроне Фархад так и не появился. Примерно через минуту водитель покинул вагон и отправился к джипу. Логинов, стоя в стороне, на всякий случай дождался отправления экспресса.

Потом швырнул в урну окурок и вернулся в «девятку». Словно по закону подлости, у нее топтался гаишник. Впрочем, Виктор ситуацию разрулил быстро. Сунув на ходу в права двадцатку, он быстро протянул документ работнику жезла и свистка:

– Там у меня талон на стоянку!

Заинтригованный гаишник даже забыл козырнуть. Открыв документ, он заметно обрадовался.

– Сейчас проверю удостоверение по компьютеру, – со значением сказал он и направился к своей машине.

Виктор спокойно двинулся следом. Ясно, что на виду у толпы брать деньги никто не будет. В машине гаишник извлек свою честно заработанную купюру и почти сразу протянул документ Виктору:

– Все в порядке! Счастливого пути! И не нарушайте больше!

– Постараюсь… – пообещал Логинов.

Отъехав от вокзала, он припарковался уже по правилам, перезвонил со своего мобильного и кодовой фразой велел Вилюйскому срочно прислать за ним машину. Поскольку консульство находилось совсем рядом, то уже через десять минут Логинов въехал на «Волге» с затемненными стеклами на его территорию, а еще через пять минут был в комнате спецсвязи и звонил замдиректора ФСБ…

– Ну что, полковник, у вас для меня хорошие новости?

– Не очень, товарищ генерал, – вздохнул Виктор и кратко описал ситуацию.

– Так… – проговорил генерал. – Значит, мы все-таки опоздали.

– Или все-таки успели, – сказал Виктор. – Это как посмотреть.

– Да как ни смотри, но упускать этого Фархада мы просто не имеем права!

– Это понятно. Только если он прямо с экспресса отправится в Борисполь на самолет, то мы уже ничего не сможем сделать.

– Это навряд ли. Билеты на международные авиалинии бронируются заранее. Так что в Киеве он несколько дней будет по-любому. Понимаешь, Логинов?

– Так точно!

– Тогда действуй! Задача остается прежней. На все остальное тебе дается карт-бланш! Деньги у тебя есть. «Вымпеловцы» сейчас получат команду своим ходом как можно скорее добраться до Киева. Связь обговори с ними прямо сейчас. Ну и помощь нашего посольства тебе гарантирована. Только с одним «но»…

– Каким, товарищ генерал?

– Использовать его сотрудников для оперативных мероприятий нельзя! В Киеве СБУ их еще с выборов под колпаком держит. Понятно? Поэтому рассчитывать можешь только на свои силы! Удачи, полковник!

– Спасибо, товарищ генерал! Она мне очень пригодится…

– Кто там? – прокуренным голосом спросила через дверь Буся.

– Я из гражданского актива Одессы! – сунул к глазку самый настоящий бейджик Петров. – Вы наняли милицию охранять ваш покой! Вы довольны ее работой? Вы платите дорожные сборы! Вас удовлетворяет качество дорог? Вы наняли коммунальные службы оказывать вам услуги! Вы их получаете?

Последний вопрос задел Бусю за живое. Щелкнув замком, она поспешно распахнула дверь:

– Какое там получаю? Горячей воды уже полгода нет!

– Надо бороться! – быстро проговорил Петров. – Вливайтесь! Вместе мы сила! Вот здесь все адреса! Приходите, звоните, участвуйте в акциях! Держите!

На шее Петрова висела сумка с логотипом «гражданского актива». Из нее он извлек пару листовок и всучил Бусе. Потом Петров быстро оглянулся на площадку, посмотрел на дверь квартиры, которую снял Логинов, и доверительно спросил:

– Соседи сознательные? Привлечь к борьбе стоит?

Буся кивнула:

– Сознательные. Только нет их, недавно ушли…

Петров удовлетворенно кивнул и спросил:

– У вас лично предложения по улучшению жизни города имеются?

– Да! Я хочу, чтоб из крана шла горячая вода!

– С этим мы боремся! – заверил Бусю Петров. – А другие проблемы есть?

– Да! Соседи через стену включают по ночам музыку! Я уже десять раз жаловалась в милицию, а участковый даже не пришел…

– Хорошо, вот вам бланк, опишите вкратце свою проблему. И тогда мы ею обязательно займемся…

– Зачем писать? – заколебалась Буся. – Я же все сказала.

– Да вы не бойтесь, гражданка! Ваши данные вписывать необязательно. Это вроде как анонимный опрос… Заполняйте, вот вам запасной бланк. Только пишите, пожалуйста, разборчиво, не торопитесь. Я зайду минут через десять, пока другие квартиры обойду. Все ясно? – спросил Петров. – Тогда пишите, чтобы я успел забрать…

С этими словами майор поскакал по лестнице наверх. Но, едва за Бусей закрылась дверь, он тут же остановился. Несколько секунд Петров прислушивался, потом на цыпочках сбежал вниз и припал ухом к Бусиной двери.

Судя по звукам, хозяйка снятой Логиновым квартиры усаживалась за стол, чтобы заполнить бланк «гражданского актива». Петров облегченно вздохнул. Игорь, привокзальный маклер, дал о Бусе довольно ценную информацию.

В частности, он сообщил, что она всегда начеку. И на каждый шорох в подъезде бежит к дверному глазку. Именно поэтому Петрову и пришлось выдумать способ, как хотя бы на время нейтрализовать бдительность Буси.

Сейчас предстояло самое главное. Поскольку на каждой площадке было только по две квартиры, Петров мог не опасаться, что кто-то из соседей захватит его врасплох…

Майор Вилюйский ждал Логинова у себя.

– Держите! – с порога протянул ему ключи от «девятки» Виктор. Потом посмотрел на часы. – Я возьму «Волгу» минут на пять, мотнусь за вещами, тут совсем рядом. А вы за это время согласуйте с консулом выделение мне машины одного из его замов…

– В каком смысле?..

– В прямом! Мне нужно авто с водителем и дипномерами, которое смогло бы добраться до Киева часа за четыре – четыре с половиной! Через десять минут машина должна быть готова к выезду!

– Я, конечно, попробую…

– Это приказ центра! – оборвал майора Виктор. – Консулу сейчас звонят из Москвы. Так что ваша задача чисто техническая! Чтоб у водителя были деньги на бензин, достаточный опыт и все такое! Выполняйте!

Быстро покинув кабинет начальника службы безопасности консульства, Логинов выскочил в служебный двор, скрытый от глаз посторонних высоким забором. Опустившись на заднее сиденье «Волги», Виктор велел:

– Поехали! Здесь рядом, во дворы! Я покажу!

Водитель поспешно отложил «МК в Украине» и завел двигатель. Пару минут спустя «Волга» с дипломатическими номерами нырнула во двор налоговой с тыла – со стороны улицы Ямчитского. Ее появление стало для Мамонта полной неожиданностью, поскольку свое внимание он сосредоточил на въезде во двор со стороны Куликова поля.

И Мамонт позвонил Петрову только тогда, когда Логинов уже выскочил из «Волги» и вошел в подъезд…

Приблизившись к двери снятой Логиновым квартиры, Петров извлек тонкий фонарь со специальной лампой. И быстро проверил дверь на предмет «контролек». Логинов был тертый калач и вполне мог присобачить на входе какой-нибудь незаметный при обычном освещении волосок или еще что-нибудь в этом роде. «Контрольки» не оказалось.

Это Петрова слегка насторожило. Что, если Логинов в квартире, а Буся просто соврала, чтобы Петров не беспокоил ее жильца?.. Однако, быстро прокрутив в голове этот момент разговора, Петров пришел к выводу, что хозяйка сказала правду. Ложь майор бы почувствовал.

Петров быстро поднялся на полпролета и позвонил Мамонту:

– Его нет! Хозяйку я отвлек! Даете «добро» на проникновение?

– Замок сложный?

– Турция, – презрительно хмыкнул Петров.

– «Контрольки»?

– Нет! В крайнем случае подумает на хозяйку! У нее второй комплект ключей есть стопудово! – нетерпеливо проговорил Петров. – Ну так что?

– Давай! Только осторожней!

– Само собой! Главное, чтобы вы вовремя меня предупредили, если нарисуется Логинов!

– Я его увижу издали! – заверил Петрова Мамонт.

– Ну тогда я пошел!

Турецкие замки майор в душе презирал. Спустившись к двери квартиры, он в три секунды нащупал правильное положение отмычки и провернул ее. Замок приглушенно щелкнул, майор нырнул в дверь и тут же притворил ее за собой.

Несколько секунд Петров стоял неподвижно, потом прошел на кухню и быстро в ней осмотрелся. Через тридцать секунд майор прошел в комнату. Логинов даже не успел толком распаковаться. На столе лежала газета бесплатных объявлений, там же валялось зарядное устройство для мобильника…

Под столом стояла раскрытая наплечная сумка. С оранжевой подковой и полустертым восклицанием «Так!». Петров наклонился к ней, чтобы прикинуть, к какой из вещей лучше присобачить миниатюрный микрофон.

При этом взгляд Петрова скользнул по лежащей на столе газете. Страница была раскрыта на главе «телефонизация». Майора это заинтересовало. Он окинул страницу взглядом и заметил три едва заметных точки. Стояли они напротив номеров дилеров CDMA…

Петров поспешно извлек из кармана сигаретную пачку и ручкой со стола записал на ней отмеченные номера. Едва он это сделал, как в кармане завибрировал мобильник. Петров быстро вытащил его и увидел, что звонит Мамонт.

– Алло!

– Логинов уже в подъезде, Петя! – выдохнул Мамонт.

– Что?! – оторопел Петров.

– Уходи в темпе!

Петров сглотнул слюну и быстро огляделся по сторонам. Этаж был второй. Если Логинов вошел в подъезд, то через несколько секунд он будет у двери, какой там уходи…

Окно тоже отпадало. Оставалось только попытаться спрятаться. Втиснуться под диван было нереально. Поэтому Петров метнулся к платяному шкафу и распахнул его.

В это время на площадке протопали ноги, за стенкой в квартире Буси звякнул звонок. Маклер Игорь не соврал, Буся среагировала на шум в подъезде своевременно, поскольку дверь открыла практически мгновенно:

– Это вы?..

Взбежав по ступенькам на второй этаж, Логинов позвонил в дверь Буси. Та словно бы стояла под дверью, поскольку тут же ее распахнула:

– Это вы?..

– Да, – сказал Виктор. – Хорошо, что вы дома…

– А что случилось? – насторожилась Буся.

– Да ничего. Просто начальство срочно отзывает меня из командировки…

Лицо Буси приняло ожесточенное выражение, словно у героических защитников Одессы. Было ясно, что выцарапать обратно у нее арендную плату удастся, только погладив старушку раскаленным утюгом…

– Да вы не волнуйтесь, – невольно улыбнулся Виктор. – Я не собираюсь требовать у вас назад деньги, просто сейчас занесу ключи, так что не отлучайтесь пока никуда. Это быстро, хорошо?

Буся облегченно вздохнула. Игорь найдет ей жильца если не сегодня, то завтра. И она поимеет вместо шестидесяти сто долларов за три дня. Неплохая прибавка к пенсии!

Враз подобрев, Буся в приливе человеколюбия даже решила не подвергать Логинова стандартной процедуре для отъезжающих – очном пересчете ложек. Даже если и прихватит жилец кое-что из столовых приборов, черт с ним. На пару ложек Буся, так и быть, раскошелится…

– Хорошо! Я буду ждать! – кивнула хозяйка.

Логинов прошел к своей съемной квартире и открыл дверь. Распаковаться он толком не успел, так что и собирать особо было нечего.

Войдя в комнату, Виктор направился к столу и протянул руку за зарядным устройством. И вдруг замер. Память на детали у него была профессиональная. И он сразу обратил внимание на то, что ручка лежит не так. Виктор точно помнил, что оставил ее в выемке на развороте газеты бесплатных объявлений. А сейчас ручка лежала на краю стола…

Быстро оглянувшись, Логинов втянул носом воздух. Нюх у него, конечно, был не таким, как у служебных собак, но запахи других людей, если они пользовались парфюмами или сильно потели, Виктор уловить мог.

Петров был не дурак, чтобы пользоваться парфюмами, и потел в пределах нормы. Поэтому его запаха в квартире Логинов не почувствовал. А вот то, что дверца платяного шкафа чуть приоткрыта, Виктор заметил почти сразу.

В следующий миг он уже двинулся к шкафу. Заняв удобную позицию, Виктор секунду выждал и резко распахнул дверцу…

Услышав голоса в подъезде, Петров понял, что у него появилось несколько драгоценных секунд. Поспешно прикрыв дверцы платяного шкафа, он метнулся на кухню.

Платяной шкаф был слишком ненадежным убежищем. На кухне же Петров присмотрел кое-что получше – не зря он потратил на ее осмотр целых полминуты.

Над проходом из прихожей в кухню была устроена ниша. Из достаточно прочных досок. Со стороны кухни ниша закрывалась дверцами. Петров успел заглянуть в нее и знал, что она пуста.

Майор распахнул дверцы и подтянулся на руках. Ниша по высоте была достаточной, но забираться в нее все равно было очень неудобно. Однако Петров был парнем спортивным и находился в отличной форме, поэтому пару секунд спустя он уже втиснул свое тренированное тело наверх. После этого майор не без труда развернулся и попытался как можно плотнее притворить за собой дверцы изнутри. Как раз в тот момент, когда он этим занимался, в замочную скважину вставили ключ…

В шкафу было пусто.

– Ай да Буся! – покачал головой Виктор.

Наверняка ревизию в квартире провела хозяйка. Логинов на всякий случай быстро заглянул в санузел и на кухню, после чего вернулся в комнату. Сунув зарядное устройство и газету с ручкой в сумку, Виктор сходил на дорогу в туалет и наконец покинул квартиру.

Хозяйка торчала у открытой двери своей квартиры. Едва Логинов вышел на площадку, она окинула его подозрительным взглядом, но ни вилок, ни половника у него из карманов не выглядывало. И все же Бусю терзали смутные сомнения.

– Не надо закрывать! – быстро проговорила она. – Я сразу и приберусь за вами!

– Да там, собственно, прибирать нечего… Но как знаете! – пожал плечами Виктор. Пройдя к хозяйке, он вручил ей ключ и сказал: – Всего доброго!

– До свидания! Если что, всегда рады приютить!

– Спасибо!

Закинув сумку на плечо, Виктор сбежал вниз, вынырнул из подъезда и быстро сел на заднее сиденье «Волги».

– В консульство!

Логинов начал спускаться по лестнице, Буся захлопнула дверь своей квартиры и быстро вошла в съемную. На первый взгляд все было на месте. Мебель цела, занавески не сняты, допотопный телефон стоит на полке…

Облегченно вздохнув, Буся быстро прошла на кухню. Года три назад после отъезда одной очень приличной с виду семьи с Урала Буся недосчиталась одной кастрюли, пары тарелок и еще чего-то. Посуду жильцы, наверное, просто на море забыли, вряд ли на Урал повезли кастрюлю. Но с тех пор в каждом клиенте прижимистая Буся видела потенциального клептомана.

Поэтому, пройдя на кухню, она открыла ящик стола и окинула взглядом свое добро. Столовые приборы вроде бы были на месте, но Буся решила проверить для полного успокоения еще и посуду. В тот самый миг, когда она наклонилась, собираясь распахнуть створку стола, откуда-то сверху донесся странный звук.

Буся удивленно подняла голову. Звук повторился. Ощущение было такое, что в нише над входом жужжит попавшая в паутину огромная муха. Только вот жужжание было подозрительно ритмичным.

Буся невольно отступила к окну – всяких ос, пчел и прочих трутней она боялась. В детстве на Привозе в арбузном ряду ее укусила оса, и Буся едва не умерла тогда от анафилактического шока. Жужжание не прекращалось. Буся наклонилась и вооружилась веником. Потом приблизилась к нише, распахнула одну дверцу и тут же подалась назад.

Сверху высунулся Петров и быстро произнес:

– Вы платите ЖЭКУ за ремонт дома! Вы довольны состоянием перекрытий? Я провалился сверху, представляете?

– Пред-став-ляю… – произнесла Буся и вдруг грохнулась замертво на пол.

Петров наконец вытащил из кармана жужжащий в режиме вибровызова мобильный и ответил так некстати позвонившему Мамонту. Тот быстро спросил:

– Ты в порядке? Почему не отвечаешь? Логинов только что отъехал на консульской «Волге»!.. Ты ему «жучок» сунул?

– Не успел!

– Как не успел?..

– Обычно! Скажи спасибо, что я спрятаться успел!

– Вот черт! Опять он потерялся!

– Он не потерялся, шеф! Он съехал!

– Что?!

– Он съехал с квартиры. Но это еще не все проблемы. У меня тут его хозяйка, кажись, ласты завернула!

– Что?.. Как?

– Да как-как?.. Натурально! Некогда объяснять! Счас проверю пульс, старушенция она крепкая, может, еще и выкарабкается…

Консульская «Ауди А8» преодолела около пятисот километров от Одессы до Киева за четыре с небольшим часа. Благо трасса находилась в удовлетворительном состоянии.

Виктора уставший водитель высадил при въезде в город, в микрорайоне Теремки. В условленном месте, на берегу небольшого озера, Логинова ожидал сотрудник посольства. Это был подтянутый молодой человек, очень аккуратно одетый, но с абсолютно невыразительным лицом.

Сидя в «девятке» с распахнутой дверцей, он слушал «Русское радио-Украина». Впрочем, Виктора сотрудник посольства заметил издали. Тот приблизился к машине и сказал:

– Извините, как вода? Купаться можно?

– Я только в море купаюсь! – ответил условной фразой на пароль сотрудник посольства. – Прошу!

Логинов сел на переднее сиденье и быстро огляделся. Высотные дома микрорайона Теремки возвышались за дорогой. По берегам озера торчали рыбаки, в воде плескались ребятишки. Тут и там за камышами проглядывали машины, на противоположном берегу кто-то жарил на костре шашлыки, и свежий ветерок доносил их аппетитные запахи. Идеальное место для кратковременного отдыха жителей огромного мегаполиса. И для конспиративных встреч…

– «Хвоста» не было? – спросил Виктор.

– Нет, конечно. Я проверялся… Машина эта чистая, – не стал терять времени сотрудник посольства. – Оформлена по гендоверенности, но не на вас, конечно. Поэтому нам пришлось доверенность по-быстрому подделать. Вот она…

Парень протянул Логинову заламинированный лист с голограммой. Виктор окинул его быстрым взглядом. Данные его украинского паспорта были впечатаны без ошибок.

– Насколько этот документ надежен?

– Процентов на девяносто. Выявить, что это подделка, можно только связавшись с нотариусом. Но он сейчас в отпуске, контора закрыта…

– Ясно, – кивнул Виктор. – Дальше?

Парень развернул довольно компактный лист:

– Это спутниковая съемка Киева. Мы находимся вот здесь… Вокзал вот. Проехать лучше по проспекту. Вот так и так.

– Ясно.

– А вот здесь находится посольство интересующей вас страны. Визуальные ориентиры – прямо напротив универсам «Фуршет». Чуть сбоку возводится высотное здание. Коробка уже стоит, сейчас ведутся отделочные работы. Охрана стройки с виду не очень надежная. Но с двумя собаками, правда, необученными. В общем, в крайнем случае здание можно использовать… А вот стартовый пакет CDMA, который вы просили.

Виктор кивнул и положил конверт на торпеду.

– Что вас еще интересует? – спросил сотрудник посольства.

– С кем из ваших сотрудников я могу связаться в случае необходимости?

– Связь у вас будет со мной. Вот моя карточка, звоните в любое время. Посольство находится по адресу Воздухофлотский проспект, 27. Консульский отдел – улица Кутузова, 8. Торгпредство – улица Спасская, 24/15. В случае необходимости вы можете укрыться на любом из этих объектов. Только хотя бы за минуту до этого перезвоните мне, чтобы я успел дать охране команду.

– Понятно! – кивнул Виктор. – Спасибо!

– Столичный экспресс прибывает на первый путь через… пятьдесят три минуты, – сказал сотрудник посольства, быстро посмотрев на часы и выбравшись из машины. – Выезд к проспекту вон там…

– Понял! – кивнул Виктор. – Консульская машина вон за той двадцатипятиэтажкой. Справа.

– Не волнуйтесь. Я найду, – кивнул сотрудник посольства. – Удачи!

Ловко спрыгнув вниз, Петров склонился над Бусей. К его немалому удивлению, арендодательница дышала. Пощупав пульс, майор пришел к выводу, что ее жизни ничего не угрожает, мало того, Буся в любой момент может прийти в себя.

Петров резко разогнулся и покинул квартиру. Уже в подъезде он стащил с себя бейджик и сунул его в сумку, повернув ее так, что логотип гражданского актива Одессы теперь не просматривался.

За время службы в СБУ Петров, в случае необходимости, научился почти мгновенно перевоплощаться. Вот и сейчас в нем уже ничто не напоминало гражданского активиста, вошедшего в подъезд несколько минут назад. Выйдя на улицу, майор повернул к «БМВ» и через четверть минуты уселся рядом с Мамонтом.

– Ф-фух! – выдохнул он, поспешно достав сигарету. – Дай прикурить, а?..

По давно сложившейся традиции, Петров в официальной обстановке обращался к Мамонту исключительно на «вы». В неофициальной же мог позволить себе и панибратство.

Мамонт к этому относился абсолютно спокойно. Он также отлично понимал, каких усилий Петрову стоило выпутаться из возникшей форсмажорной ситуации. Поэтому Мамонт быстро достал зажигалку и услужливо поднес ее подчиненному со словами:

– Так что там с хозяйкой, я не совсем понял…

– Спасибо! – кивнул Петров, прикурив. Потом дважды затянулся и успокоил шефа: – Да все нормально с хозяйкой! Просто в обморок брякнулась… Спрятаться мне пришлось на антресоли.

– Где?..

Петров быстро объяснил. И хмыкнул:

– Оно даже к лучшему, что так с ней получилось. Фиг ей кто поверит! Все будут думать, что у старухи просто глюки… А вот с Логиновым что теперь делать, я не знаю. Он сказал хозяйке, что начальство срочно отзывает его из командировки…

– Это точно?..

– За дословное воспроизведение не ручаюсь, но смысл был такой.

– Странно, – задумчиво произнес Мамонт. – Что же должно было случиться, чтобы он так поспешно умотал? И даже не побоялся засветиться на консульской «Волге»?

– Может, в России какой теракт крупный? И его срочно отозвали? Ты радио не слушал?

– Да нет, если бы в России был теракт, меня бы уже предупредил оперативный дежурный, – покачал головой Мамонт. – Но в принципе эту версию можно принять за основу.

– Какую версию? – уточнил Петров.

– Что Логинова срочно куда-то отозвали. А поскольку он так спешил, возникает вопрос: куда он опаздывал? На персонально присланный за ним «Боинг»?

Петров посмотрел на часы:

– Вряд ли. Самолетов на Москву в ближайшее время нет. А вот скорый поезд отходит через двадцать минут! Проверим, шеф?!

– Проверим! – кивнул Мамонт.

Через несколько секунд «БМВ» уже ехал к железнодорожному вокзалу.

– Внимание, будьте осторожны, на первый путь прибывает столичный экспресс сообщением Одесса – Киев! – донеслось по трансляции. – Нумерация вагонов начинается с головы поезда!

Логинов с газетой в руке прошел немного вдоль здания вокзала и остановился неподалеку от одного из выходов на перрон. Справа уже показался локомотив. Сбросив скорость, он проплыл мимо Виктора и остановился напротив подземного перехода.

Десятый вагон поезда оказался метрах в двадцати слева, так что Виктору даже не пришлось менять позицию. Другие встречающие засуетились, отчего на платформе возник обычный бедлам.

Логинов не суетился, поскольку успел провести подготовительную работу. На стоянке неподалеку от главного входа в вокзал он приметил машину с дипномерами. Код ее номера соответствовал коду страны, интересы которой представлял на Украине Фархад аль Латиф. Водитель – пожилой араб – как раз прошел мимо Виктора в направлении десятого вагона.

Логинов понял, что никаких конспиративных встреч на вокзале у Фархада не запланировано, и нырнул в здание. В окно он видел, как через несколько минут водитель и Фархад с баулами вышли из поезда. Виктор отправился к «девятке».

Минуты через три машина с дипномерами отъехала от вокзала. Проследить за ней оказалось несложно, поскольку водитель никуда не спешил и правила, в отличие от своего одесского коллеги, не нарушал.

Двадцать минут спустя дипмашина припарковалась у нового высотного здания на бульваре Леси Украинки. Виктор сворачивать к дому не стал, просто проехал чуть дальше и остановил «девятку» у бордюра.

У дома стояло около десятка иномарок. Практически все с желтыми дипномерами. Над подъездом висел то ли болгарский, то ли белорусский флаг, издали разобрать было сложно. Виктор понял, что дом облюбовали дипломаты и именно в одной из его квартир Фархад аль Латиф проведет несколько дней до отлета на родину…

Капитан, исполнявший обязанности начальника отделения милиции по станции Одесса-Главная, решил перекусить. Однако по дороге с ним случилась небольшая неприятность.

Замаскировавшийся париком Петров увидел его, нагнал и незаметно подкрался сзади в коридоре, ведущем к сервисным кассам. Уткнув указательный палец в правую почку капитана, он негромко сказал:

– Не двигаться! Вы арестованы! Права вам зачитают в камере…

Капитан быстро оглянулся. Петров расплылся в довольной улыбке. Милиционер узнал его:

– Ну и шуточки у вас!

– Это так, для разрядки и снятия стресса. Думаешь, легко в этом парике в такую жару?

– Выполняете задание? – сразу посерьезнел капитан.

– Государственной важности! – заверил мента Петров. – Есть сведения, что Кивалов попытается вывезти в Россию свои припрятанные миллионы! Только об этом никому!

Капитан даже в лице переменился. Экс-председатель Центризбиркома был одесситом. Согласно опубликованным записям его телефонных разговоров времен «помаранчевой» революции, за электронные коды доступа к базе данных президентских выборов он то ли получил, то ли должен был получить астрономическую сумму. И капитан сразу сообразил, какие перспективы открывает участие в поиске этих миллионов…

– Само собой! – кивнул он. – Какая нужна помощь?

– Нужно по-быстрому просмотреть данные «Экспресса»!

– Да, конечно, – кивнул капитан и повел Петрова к своему кабинету.

Система «Экспресс» показала, что Логинов на скором московском поезде не едет. Во всяком случае, ни его настоящая фамилия, ни нынешняя «украинская» в базе не значились…

– Так-так-так, – сказал Петров. – Пошли-ка снова в зал видеонаблюдения, капитан…

На этот раз среди многочисленных мониторов, установленных в комнате видеонаблюдения, Петров чувствовал себя намного увереннее. По его командам оператор пульта наблюдения в ускоренном режиме прокручивал куски записей за тот отрезок времени, когда Логинов исчез из поля зрения эсбэушников.

Просмотрев очередную запись, Петров давал новую команду, а сам смотрел на монитор, на который в режиме реального времени транслировалась посадка на скорый московский поезд. Там Логинов так и не появился. А вот на одной из записей майор его вдруг разглядел.

– Стоп! – вскрикнул он. – Давай назад! Стоп! Теперь давай в нормальном режиме!

Петров просмотрел кусок, на котором Виктор появился у перронов. Потом велел дать запись с камеры, установленной внутри вокзала. Здесь майор увидел, как Логинов довольно долго беседовал с каким-то мужчиной…

Петров покосился на капитана и наконец решительно вытащил мобильник. Когда Мамонт ответил, он сказал:

– Шеф, я тут напал на очень интересное кино! Подойти лично можете? Добро! Сейчас встречу…

Все это время Мамонт сидел в «БМВ», припаркованном на Среднефонтанской, только той, что проходила со стороны Куликова поля. Петров встретил его на входе в вокзал и проводил в комнату видеонаблюдения.

Здесь он показал полковнику кусок записи у касс. Потом спросил:

– Ну что будем делать?

– Капитан! – повернулся Мамонт к милиционеру.

– Да!

С такими высокопоставленными сотрудниками спецслужб, как Мамонт, милиционеру довелось сталкиваться впервые. Поэтому он заметно нервничал. Мамонт поманил капитана пальцем и указал на монитор:

– Мы догадываемся, кто этот человек. Вы его, я думаю, тоже знаете. Я должен с ним как можно скорее побеседовать! В вашем кабинете!

Мамонт указал на наблюдателя у касс, который заговорил с Логиновым. Капитан замялся:

– Но-о…

– Мне нужно с ним поговорить! – с нажимом произнес Мамонт. – Не играйте с огнем! Если бы я хотел что-то накопать под вас, то вы бы об этом даже не догадались!

Проехав чуть дальше, Логинов припарковал машину за перекрестком и вышел. Место было довольно людное. Практически под домом Фархада располагалась станция метро «Печерская». Рядом стояло здание Центризбиркома Украины, на площади перед которым разворачивались чуть ли не основные события «оранжевой» революции. Сейчас о тех днях напоминал только спешно возведенный по периметру решетчатый забор.

Логинов пришел к выводу, что наблюдение лучше всего вести из машины. При помощи оптики. Потому что площадь перед избиркомом из окон облюбованного дипломатами дома просматривалась как на ладони. И сидеть на лавочке у памятника Лесе Украинке, ожидая, пока Фархад выйдет из подъезда, было бы весьма опрометчиво.

Но для первого раза Логинов рискнул и прошелся через площадь к дому пешком. Это позволило не только осмотреть подходы, но и увидеть, как водитель-араб в одиночестве покинул подъезд высотки и уехал. Фархад аль Латиф остался в квартире один. Без машины. А это означало, что в город он скорее всего выйдет пешком.

Ситуация складывалась очень удачно, и Виктор направился к «девятке», чтобы как можно скорее связаться с «вымпеловцами»…

– И все! Он ушел на перрон… – развел руками наблюдатель билетной мафии.

– Понятно, – сказал Мамонт. – Может, вы что-то забыли? Подумайте еще раз.

– Нет. Я рассказал все. Практически дословно, – заверил Мамонта собеседник.

– Ну что же, тогда большое спасибо!

– Так я что, могу быть свободен?

– Конечно. Всего доброго!..

– До свидания!

Здесь Мамонт специально выдержал паузу. Как практический психолог он знал, когда и что нужно сказать, чтобы это крепко-накрепко отложилось в голове собеседника. Только когда наблюдатель был уже у самой двери и взялся за ручку, Мамонт неожиданно окликнул его:

– Одну секунду!

– Да?.. – нервно оглянулся наблюдатель.

– На прощанье один совет. Вам лучше забыть этого человека. А еще лучше – начисто стереть встречу с ним из своей памяти. Это в ваших же интересах. Я достаточно ясно выражаюсь?

– Да! – кивнул наблюдатель. Он тоже был практическим психологом, работа у него была такая. И в людях человек билетной мафии разбирался не хуже Мамонта. Поэтому он прекрасно понимал, что, когда человек такого калибра, как Мамонт, дает тебе совет, этим советом обязательно нужно воспользоваться. – Я уже забыл! И о нашем разговоре тоже!

– Вот и замечательно! – подвел черту Мамонт.

Вынырнув в коридор, наблюдатель кивнул топтавшемуся у двери капитану:

– Порядок! Они просто перепутали одного человека!

– Да?..

– Да! Пошел я работать, а то, считай, полдня сегодня насмарку!

Вслед за наблюдателем в коридор вышел Мамонт. И тоже кивнул капитану:

– Спасибо! Я в зал видеонаблюдения…

Пока Мамонт в кабинете капитана беседовал с наблюдателем билетной мафии, Петров времени зря не терял. По его приказу оператор «скинул» на компакт-диск все записи, на которых в свой последний приезд на вокзал фигурировал Логинов. Когда Мамонт появился в комнате, оператор уже заканчивал запись.

– Ну что тут? – спросил Мамонт.

– Порядок! – заверил его Петров. – Еще пару минут и можем сниматься!

Вскоре эсбэушники покинули вокзал и направились к «БМВ». Мамонт завел двигатель и сказал:

– Логинов очень хотел уехать в Киев. И именно на столичном экспрессе! Мысли на этот счет есть?

– И даже догадки! – кивнул Петров. – Он кого-то вел, шеф! И этот кто-то обязательно должен быть на записях! Я так думаю! Только придется над этими записями посидеть!

– Мысль верная! – кивнул Мамонт. – Но на это сейчас нет времени…

– Думаете, Логинов направится в Киев?

– Уверен! Я думаю, он спешил потому, что очень хочет встретить этот столичный экспресс на киевском вокзале! Понимаешь, Петя?

– Да я-то понимаю… Только генерал нас в Киев фиг отпустит! Правильно?

– Правильно, – кивнул Мамонт. – Отпустить он нас, конечно, не отпустит. А вот послать может…

– Зачем?..

– Все-таки ты, Петров, темный человек, – вздохнул Мамонт, вытаскивая служебный мобильный телефон, звонки по которому прослушать было невозможно. – Учишь тебя, учишь… Алло! Товарищ генерал! Это полковник Момот!..

– Да слышу я. Что там у тебя?.. – недовольно проговорил генерал, явно чем-то занятый.

– Тут такое дело! Я сегодня встречался со своим информатором. Он сообщил, что якобы кто-то из доверенных лиц Кивалова был в Одессе, чтобы забрать из тайника большую сумму денег…

– Так! – уже с интересом произнес генерал.

– К сожалению, информация несколько запоздала. По данным того же источника, доверенное лицо Кивалова сегодня уже покинуло Одессу на столичном экспрессе. Я тут с Петровым на вокзале только что просмотрел записи посадки и изъял их нелегально…

– И что?..

– Будем анализировать. Но поезд уже в пути, опоздали мы, товарищ генерал. Поэтому я и звоню. Мне ориентировку киевским коллегам как направлять – самому, неофициально или через вас?

– Какую ориентировку? Ты что, с ума сошел? Киевские и так на нашем горбу всю жизнь выезжают! Это наше дело, и точка! Так, Момот! В темпе в управление, я сейчас же дам команду подготовить приказ о твоей командировке!

– Какой командировке, товарищ генерал? У меня же внедрение базы…

– База подождет! Ты что, Момот, не понимаешь, что такого шанса выйти на миллионы Кивалова у нас может больше не быть? Ближайшим же рейсом вылетаешь в Киев, билет тебе забронируют! Ясно?

– Так точно!.. – подмигнул Мамонт Петрову. – Только самолет отпадает, товарищ генерал! Ближайший рейс только поздно вечером. Чтобы быть в Киеве к прибытию столичного экспресса, придется ехать на машине.

– Значит, поедешь на машине! Все, жду тебя!

– Тогда впишите в приказ майора Петрова. Без него мне в Киеве не справиться.

– Впишем! А ты чтоб через пять минут был в управлении, полковник!

– Есть! – сказал Мамонт и отключился. – Ну как?

– Я мысленно аплодирую вам, шеф!

– Учись, Петя, пока я жив!

В следующий миг Мамонт врубил спрятанные под радиаторной решеткой «БМВ» маяки и с воем развернулся на Среднефонтанской. Распугивая водителей, машина помчалась к областному управлению СБУ…

На этот раз Виктор позвонил «вымпеловцам» на мобильный. План Скорпиона такого не предусматривал, поскольку эти разговоры мог при желании прослушать даже школьник. Но другого вида связи на этом «транзитном» этапе придумать было сложно.

– Алло! – ответил знакомый голос «дяди Федора».

– Вы скоро подтянетесь? – спросил Виктор.

– Часа через два-три, если все будет нормально.

– Ясно, – сказал Виктор. Он не знал, на чем добираются в Киев «вымпеловцы», но точно не на «Мерседесе». – Тогда перезвоните мне, как доберетесь. Секунду, зеркало поверну… – После этих слов Виктор продиктовал задом наперед свой новый киевский номер в стандарте CDMA и спросил: – Ясно?

Шифр был нехитрый, и «дядя Федор» ответил:

– Да. Я записал…

– Ну тогда все! Постарайтесь не затягивать!

Закончив разговор, Виктор пересел на заднее сиденье «девятки» и установил под задним стеклом цифровую камеру в пакете. Направив ее на подъезд высотки и отрегулировав изображение, Виктор закрыл жидкокристаллический экран и окончательно замаскировал камеру.

Идущий от нее кабель он подсоединил к своему телефону «Киосера» и получил возможность наблюдать за подъездом по его дисплею. После этого Виктор уселся поудобнее и закурил.

Он не знал, что предпримет в ближайшее время Фархад аль Латиф. Однако Виктор был настроен разобраться с дипломатом-террористом сегодня же. События развивались слишком непредсказуемо, так что тянуть с похищением араба было нельзя…

Довольный, как слон, Петров шел по трассе со скоростью около ста шестидесяти километров в час. Не так часто выпадала ему возможность прокатиться с ветерком на «БМВ» Мамонта. Было еще светло, но фары машины были включены. При езде с такой скоростью это была вовсе не лишняя предосторожность. Встречные машины проносились слева словно метеоры.

Мамонт на дорогу не смотрел. На его коленях стоял открытый ноутбук. Трогая встроенную мышку, полковник уже третий час просматривал записи камер наружного наблюдения с железнодорожного вокзала.

Записи были скверными. Но Мамонт не зря дружил с компьютерной техникой. При помощи специальных программ он за это время привел запись с камеры, установленной на перроне, в божеский вид. После чего вычленил несколько кадров, увеличил их и сохранил в виде фотографий.

Петров был «чайником». Поэтому к колдовству шефа над компьютером он относился с благоговением и старался не отвлекать его. Только когда Мамонт наконец откинулся на спинку кресла и с хрустом потянулся, майор спросил:

– Ну что, шеф? Получилось что-то?

– Я думаю, получилось! – кивнул Мамонт. – Ого! Мы что, уже под Киевом?

– Не совсем. Сто кэмэ примерно осталось!

Мамонт потер уставшие глаза и сказал:

– Тогда тормозни где-нибудь, Петя. Сходим в туалет.

Через пару километров майор резко сбросил скорость и остановился в живописном месте, где кусты подходили совсем близко к обочине трассы. Сходив по очереди в туалет, эсбэушники поменялись местами. Мамонт сел за руль, а Петров устроился на пассажирском сиденье.

– Открывай ноутбук, Петя, – сказал Мамонт, трогая машину с места. – Открыл?

– Да.

– Теперь два раза щелкай по опции «картинки».

Петров щелкнул.

– Ну?..

– Теперь просматривай их по очереди…

Петров открыл первую картинку. На ней крупным планом вполоборота был запечатлен оглянувшийся Фархад аль Латиф. Майор посмотрел на него и спросил:

– Это кто?

– Это, Петя, человек, за которым, судя по всему, следил Логинов.

– Точно?..

– Абсолютно. Не зря же я три часа торчал за ноутбуком. Логинов следил именно за ним. Я очень тщательно просмотрел все записи. Больше подходящих кандидатур нет…

– Ясно, – сказал Петров. – Рожа у него какая-то нерусская. Иностранец?

– Скорее всего, – кивнул Мамонт, не отрывая взгляда от дороги. – Но сейчас это не главное. Главное, что уже через час с небольшим этот товарищ прибудет в Киев. А Логинов скорее всего будет его встречать…

– А если не будет?

– Если не будет, Петя, ничего страшного. Этот товарищ является объектом повышенного интереса Логинова. Поэтому нам нужно просто очень аккуратно сесть ему на хвост. А Логинов рано или поздно появится… Все ясно?

– Да.

– Тогда внимательно изучи остальные фото. Упустить этого человека мы не имеем права. Он по-любому выведет нас на Логинова. Но следить за ним придется очень осторожно. Сто процентов, что на хвост ему сядет кто-то еще. Он едет в десятом вагоне. Прикинь, как лучше его «окольцевать», а пока найди в бардачке все, что может понадобиться. Езды нам осталось минут сорок-пятьдесят…

Видеонаблюдение результатов пока не принесло. Между тем на Киев уже начали опускаться сумерки. Виктор подумал, что так и батареек не хватит… И в этот самый момент Фархад вдруг появился на крыльце. Вход в дом был ярко освещен, так что идентифицировать араба было несложно даже на сравнительно небольшом экране телефона. Фархад был одет в светло-зеленую куртку и темные брюки. На плече его висела небольшая сумка.

Судя по форме одежды, направлялся Фархад вовсе не на встречу с послом, чтобы отчитаться о проделанной работе. Виктор напрягся, поскольку араб вполне мог тут же свернуть за угол и направиться в другую сторону. Однако Фархад двинулся в сторону метро – прямо к Виктору.

Пока он пересекал не очень большую площадь перед Центризбиркомом, Виктор свернул свое шпионское оборудование и приготовился к любому развитию событий. Фархад направился к подземному переходу. Виктор поспешно покинул «девятку» и двинулся за ним.

Араб свернул в метро. Виктор сделал то же самое. Метро не лучшее место для слежки, но в свое время Логинова обучали премудростям ремесла настоящие профессионалы. И уроки, полученные в Лесном институте имени Ю.В. Андропова, не прошли зря.

Логинов сел вслед за арабом в поезд, направлявшийся к центру. Через две остановки Фархад вышел и перешел по переходу к смежной станции. Проехав по другой ветке пару остановок, араб снова вышел и стал дожидаться встречного поезда. Логинова спасло чутье. Он постарался не засветиться и в самый последний момент нырнул в соседний с арабом вагон.

Фархад аль Латиф, вроде бы ничего не заметивший, уселся на одном из центральных сидений. По сторонам он не оглядывался и выглядел довольно спокойным. Логинов же здорово нервничал. Он прекрасно понимал, что еще пара таких проверок – и Фархад его обязательно «срисует». Даже самому квалифицированному «топтуну» работать в метро в одиночку очень сложно…

К счастью, Фархад больше пересадок не делал. Поезд миновал несколько станций и неожиданно вынырнул из тоннеля. Шум сразу поутих. За окном виднелись едущие чуть ниже уровня путей автомобили. И Виктор с небольшим опозданием сообразил, что это мост через Днепр…

– Давай, Петров! Только на этот раз сделай все как положено! – напутствовал подчиненного Мамонт.

– Все будет тип-топ, шеф! – заверил полковника майор.

Открыв дверцу, он вынырнул из «БМВ» на Привокзальную площадь, о которой так задушевно спел когда-то Гарик Кричевский. Впрочем, с того времени площадь очень изменилась. Капитализм смел бабок, торговавших здесь из сумок водкой и нехитрой закусью. Теперь нехитрой закусью здесь торговал «Макдоналдс», а горячительными напитками – куча магазинов и ларьков.

Петров был все еще в парике. Предосторожность была не лишней, поскольку на вокзале вполне мог тусоваться Логинов. До прибытия столичного экспресса из Одессы оставалось всего несколько минут.

Майор нырнул в вокзал и прошел к одному из выходов. Он уже собирался выйти на перрон, как вдруг увидел Логинова. Тот с газеткой стоял у самой двери.

Петров развернулся и позвонил Мамонту:

– Шеф, это я! Логинов торчит прямо на перроне! Что делать?

Первоначально их план состоял в том, чтобы сунуть радиомаяк в багаж человека, которым так интересовался Виктор. А потом спокойно вести его с безопасного расстояния и ожидать появления Логинова.

– Так… – задумчиво сказал Мамонт. – Сейчас подумаю.

– Думайте быстрее, шеф. Скоро поезд прибудет! – нервно проговорил Петров.

– Ладно, не будем рисковать, – решил Мамонт. – Логинов не такой лопух, чтобы не заметить, как ты суешь радиомаяк его клиенту. Да и не стоит тебе светиться рядом с ним. В общем, наблюдай пока за Логиновым…

Фархад аль Латиф сидел в поезде метро между каким-то жутко воняющим водкой мужчиной и толстой теткой с двумя сумками, от которой ощутимо разило потом. Но Фархад не обращал на это внимания. Настроение у араба было приподнятым. Сидевшая напротив него девушка с восхитительной грудью бросала на симпатичного араба откровенные взгляды.

Фархад тоже улыбнулся ей. Однако большего он себе сейчас позволить не мог. Ему предстояло выполнить последнее задание перед возвращением на родину. В сумке Фархада находился термос, который он получил от курьера МАБМ в Одессе, на Фонтане. Этот термос Фархад должен был передать сейчас кому-то, кого он не знал и не должен был знать. Конспирация в МАБМ была поставлена на совесть. Именно это позволяло организации избежать тех огромных потерь, какие несла в последние годы Аль-Каида.

Два месяца назад Фархад аль Латиф убедился в правильности такой политики на собственном опыте. СБУ, спецслужба Украины, каким-то образом вышла на след двух чеченцев, организовавших в Одессе перевалочную базу для доставки в Россию отравляющих веществ. Несколько компактных баллонов с сильнодействующим газом при применении в большом городе могли унести жизни тысяч людей. Но в тот раз все сорвалось. Один из чеченцев был убит, второй пропал без вести. Баллоны попали в руки СБУ…

Однако благодаря конспирации Фархад аль Латиф благополучно избежал разоблачения. Немного выждав, руководство МАБМ все же решило под благовидным предлогом отозвать Фархада из Украины. А в самый последний момент ему неожиданно поручили доставить этот самый термос в Киев. Причем Фархаду даже не сообщили, что в нем.

Фархад, конечно, спрашивать не стал. Но кое-какие мысли на этот счет у него были. Проанализировав ситуацию, он пришел к выводу, что его отзыв и доставка этого термоса – звенья одной цепи…

Петров нырнул в толпу, отошел к стенке и быстро доложил по телефону Мамонту:

– Шеф, Логинов идет в город.

– За своим клиентом?

– Нет!

– Ладно, двигай за ним!

Майор проследил за Логиновым и вскоре увидел, как тот сел в синюю «девятку». Услышав об этом, Мамонт быстро спросил:

– Он уезжает?

– Нет… Похоже, ждет клиента.

– А народа там много?

– Где, в «девятке»? – не понял Петров.

– Нет! Возле нее!

– А-а… Много, ходят все время туда-сюда…

– Тогда рискнем! Двигай в темпе за жвачкой! Понял?

– Да…

Сунув телефон в карман, майор купил в ларьке пластинку жевательной резинки и торопливо сунул ее в рот. Впрочем, разжевать ее как следует Петрову не удалось, поскольку в этот момент из вокзала уже показался Фархад.

Петров поспешно вытащил липкий мякиш изо рта и на ходу запрессовал в него радиомикрофон. Проходя мимо «девятки» Логинова, Петров чуть притормозил и незаметно прилепил жвачку под блок-фару.

За углом он позвонил полковнику. Мамонт велел майору возвращаться в машину. Через пару минут «девятка» тронулась с места. Поехала она за «Фольксвагеном» с дипломатическими номерами, куда погрузился с вещами Фархад.

Поскольку прилепленный Петровым радиомаяк работал как часы, Мамонт стартовать за Логиновым сразу не стал. Только пропустив несколько машин, он выехал со стоянки и направился следом на безопасном расстоянии.

Расслабившийся Петров с чувством выполненного долга лениво глядел по сторонам. Мамонт же внимательно следил за дорогой, чтобы вовремя успевать перестраиваться из ряда в ряд.

Через три светофора он вдруг сказал:

– Не понял… А это что еще такое?..

– Где, шеф? – посмотрел на Мамонта Петров.

– Да вон, – кивнул куда-то вперед Мамонт. – Хочешь, Петров, я тебя обрадую?

– Ну?

– Кажется, мы не одни такие умные. За Логиновым следит кто-то еще…

Пару минут спустя Петров убедился, что Мамонт прав. За «девяткой» Логинова двигался верткий «Сеат». Водитель в плотном потоке чувствовал себя как рыба в воде и умудрялся сохранять безопасную дистанцию, так что Логинов преследования засечь не мог…

– Может, это наши, местные?.. – высказал предположение Петров.

– Не думаю, – покачал головой Мамонт. – «Наружка» СБУ так не работает, почерк не тот.

– Менты? Может, они его тоже как-то вычислили по паспорту?

– Одной машиной «наружка» МВД тоже не работает. Черт, это становится уже интересно…

Вскоре четверка следящих друг за другом машин выбралась на бульвар Леси Украинки. «Фольксваген» с дипномерами на площади свернул к новому высотному дому. «Девятка» Логинова сворачивать не стала, просто проехала чуть дальше и припарковалась. «Сеат» обогнал ее и на следующем перекрестке свернул направо.

Мамонт быстро оглянулся. «Фольксваген» остановился перед подъездом высотки. Вряд ли это была промежуточная точка поездки. А значит, и Логинова всегда можно будет отыскать поблизости…

– Рискнем! – сказал Мамонт.

Он решил проследить за «Сеатом». Все-таки город большой, и исключать, что «Сеату» просто оказалось по пути с Логиновым, было нельзя…

То, что заключалось в термосе, видимо, представляло для МАБМ такую ценность, что для благополучной и быстрой доставки его в Киев разработали сложную операцию. Отзыв Латифа был всего лишь частью этой операции. Видимо, с учетом прошлого провала руководство МАБМ пришло к выводу, что хранить отравляющие вещества на промежуточных точках слишком рискованно. И решило прибегнуть к «конвейерному» способу, когда ОВ передаются от курьера к курьеру сразу и таким образом очень быстро продвигаются по цепочке к цели.

Фархад догадывался, что конечной целью была Москва. Каким образом термос попадет туда, он не знал. Свою же часть работы Фархад почти выполнил. Сперва доставил термос в Киев, потом повесил на условном сайте в Интернете объявление с номером своего мобильного. И около часа назад получил шифрованное смс-сообщение. Шифр был нехитрым – несколько слов по-арабски, но написанные латиницей. Для европейца это была тарабарщина. Для Латифа – инструкция о месте встречи.

Фархад быстро собрался и покинул гостевую квартиру посольства на бульваре Леси Украинки. Метро в Киеве было довольно простым – три пересекающиеся треугольником ветки. Фархад перед выходом внимательно посмотрел схему и наметил маршрут.

Составной частью этого маршрута была проверка на предмет возможной слежки. Своих людей азам конспирации МАБМ обучала на нелегальных курсах. Поэтому технику этого дела Фархад знал. И заранее наметил станцию, на которой пересядет на встречный поезд.

Правда, из-за незнания арабом Киева станция пересадки оказалась довольно людной. Но осматривался Фархад внимательно и ничего подозрительного не заметил. Времени на повторную проверку у него уже не было. И вот теперь араб ехал к нужной станции. Называлась она «Университет» и располагалась практически в центре.

Поднявшись, Фархад еще раз улыбнулся девушке с восхитительной грудью и приготовился выйти из вагона. Еще какой-то час, и все девушки Киева будут его. Перед отлетом Фархад собирался пуститься во все тяжкие и развлечься как следует, благо деньги у него есть.

На родине такого уже не будет. Там с девушками проблемы: во-первых, красивых таких нет, во-вторых, все по исламу. Хочешь кого-то – женись. Нет – иди в публичный дом. А там цены кусаются. Ну а путаны такие, что без паранджи с ними лучше дела не иметь…

«Сеат» свернул направо и по крайней правой полосе поехал к следующему перекрестку. На фоне того, как ловко он маневрировал по дороге от вокзала, это сразу бросилось в глаза. Мамонт, чтобы себя не обнаружить, тоже сбросил скорость.

«Сеат» еще дважды свернул вправо – сперва на светофоре, а потом в какой-то двор. Мамонт проехал мимо. «Сеат», видимо, направлялся к той самой новой высотке, у которой остановился дипломатический «Фольксваген», только подбирался к ней с тыла.

Едва дома закрыли «БМВ», Мамонт резко остановился и сказал, выбираясь из машины:

– Я за ним пешком! А ты чуть отъезжай и жди! Если он появится, сядешь ему на хвост!

Вернувшись по тротуару немного назад, Мамонт нырнул во дворы и вскоре убедился, что был прав на все сто процентов. «Сеат» действительно встал неподалеку от высотки.

Из него выбрался черноволосый уже заметно полысевший мужчина лет тридцати пяти и поспешно направился к той самой высотке. Мамонт проследил за ним, пока не увидел, что он скрылся в подъезде, у которого стоял знакомый «Фольксваген». Кроме него, у дома было еще несколько машин, практически все – с желтыми дипломатическими номерами.

Мамонт был так удивлен всеми этими непонятными событиями, что едва не проморгал появление Логинова. Тот двигался к дому через площадь перед избиркомом, оглядываясь по сторонам. Мамонт поспешно ретировался обратно во дворы и позвонил Петрову:

– У тебя жвачка осталась?

– Да, тут в бардачке есть… А что?

– Я торчу у «Сеата». Он на сигнализации, но хозяин далеко. На всякий случай сунем маяк и ему. Понял?

– А ему – это кому? – уточнил Петров.

– Спроси что-нибудь полегче! Жду!

Петров себя долго ждать не заставил. Петляющей походкой пьяного он вывалился из-за угла и вошел в визуальный контакт с Мамонтом. Тот курил на лавочке, расположившись так, чтобы заблаговременно засечь появление лысого владельца «Сеата». Мамонт незаметно кивнул: мол, давай.

Петров направился к машине и очень натурально изобразил «занос», вроде как случайно на нее налетев. «Сеат» тут же запиликал сигнализацией. Петров чертыхнулся и двинулся дальше. Еще пару раз пискнув, сигнализация умолкла.

Петров скрылся за соседним домом, вслед за ним снялся с поста Мамонт. Пару минут спустя они уселись в «БМВ». Петров прикурил сигарету и посмотрел на шефа:

– Так что будем делать? А то я уже не пойму, за кем мы следим…

– Сейчас разберемся, кто за кем будет следить, – пообещал Мамонт, вытаскивая телефон. Покопавшись в памяти, он набрал какой-то номер.

– Здорово, Мамонт! – ответил абонент. – Как там Одесса, стоит?

– Стоит, Семен, чего с ней станется? Привет! Как твои дела?

– Как сажа бела… Ты чего хотел?

– Помощь нужна, оперативная.

– Я вообще-то в отпуске. А что конкретно?

– Так ты не в Киеве? – потух Мамонт.

– В Киеве. Отсыпаюсь, жду гостей, вернее, гостью…

– Ну, тогда мы сейчас будем! – обрадовался Мамонт. – Через пару минут жди!

– Стоп! Стоп! Мы – это кто?

– Мы – это мы с Петровым! Помнишь такого?

– Да кто ж его забудет… – хмыкнул Семен. – Ладно, жду. Только предупреждаю заранее, мужики. Ночевать я вас не оставлю. У меня на сегодня запланировано рандеву. И пить до упаду я тоже не могу, разве что чисто символически – по бутылке на брата…

– Да мы вообще по работе! – сказал Мамонт. Отключив телефон, он велел Петрову: – Сейчас подкинешь меня в одно место тут рядом и сразу вернешься. Если что, проследишь за этим «Сеатом». Ферштейн?..

Двери открылись, Фархад вместе с несколькими пассажирами покинул вагон и направился к эскалатору. Девушка с роскошной грудью здорово выбила его из колеи. Вместо того чтобы лишний раз провериться перед передачей термоса, араб невольно прикипел взглядом к ногам едущей на несколько ступенек впереди школьницы. То есть даже не к ногам, поскольку в таком ракурсе все желающие могли обозревать трусики девчушки.

Фархад даже задышал чаще. Только когда лента эскалатора выгнулась и вынесла его наверх, в фойе, араб наконец совладал с собой. Вытащив мобильный телефон, Фархад набрал номер, с которого ему пришло смс-сообщение. И наконец услышал голос того, кому ему предстояло передать термос.

– Алло!

– Я уже на месте, – по-арабски сообщил Фархад.

– Хорошо! – тоже по-арабски сказал собеседник. – Ты на станции «Университет»?

– Да!

– Тогда выходи и сразу спускайся в переход. Перейдешь на другую сторону – и прямо. На следующей улице – налево. Там через два квартала увидишь клуб «Бабуин»…

– Как?

– «Бабуин». Зайдешь внутрь и сядешь за любой столик. Я скоро буду там. Все ясно?

– Да!

– До встречи!

– До встречи! – ответил по-арабски Фархад.

Лет десять назад Семен Флеров был одним из самых талантливых молодых сотрудников Одесского УСБУ. Его оперативные комбинации отличались оригинальностью и практически стопроцентной эффективностью. Мамонт, хоть и работал в другом управлении, довольно часто общался с Семеном. И даже неоднократно пытался наставить коллегу на путь истинный.

Мамонт был не таким талантливым, как Семен, но зато он уже тогда отличался циничной практичностью. Семен же был романтиком от спецслужб, его увлекала оперативная игра, изящные комбинации и нестандартные ходы. На реалии же в самой спецслужбе он почти не обращал внимания. А реалии в СБУ были примерно такие же, как в милиции. То есть если какой-нибудь молодой талантливый опер вычислял серьезного преступника, то в победных рапортах он числился последним. А впереди по ранжиру шла куча разнокалиберных начальников, к данной операции имевших весьма отдаленное отношение…

Увы, Семен советам Мамонта в свое время не внял. В результате на его успехах как на дрожжах выросла до полковников и даже до генералов целая группа товарищей среднего командного состава. Сам же Семен застрял в майорах. Поэтому, когда подвернулся случай, он перевелся в Киев. Однако и здесь дела у него, судя по всему, шли не блестяще. Во всяком случае, подполковника он получил только весной…

– Привет! – бодро проговорил Мамонт, когда Семен открыл ему дверь.

– Здорово! Заходи…

Мамонт прошел на кухню и посмотрел в окно. Семен тем временем выставил на стол две рюмки.

– Ты что предпочитаешь в это время суток?

– А-а?.. – оглянулся Мамонт. – Нет-нет, Семен! Я по делу…

– Пошел к черту со своими делами, я в отпуске! – махнул рукой Семен, доставая из холодильника водку.

Однако Мамонт был настроен решительно. Вытащив сигареты, он спросил:

– Помнишь рассказ Марка Твена?

– Какой еще рассказ?

– Тот, в котором говорится, что раз в жизни удача стучится в дверь каждого человека, но очень часто человек сидит в это время в соседнем кабаке…

– Ты это о чем?.. – нахмурился хозяин.

– Все о том же, Семен! С твоими талантами ты уже давно должен быть генералом…

– Да хватит об этом! – нервно махнул рукой Семен и принялся торопливо отвинчивать пробку на водочной бутылке.

Но Мамонт перехватил его руку и сказал, глядя прямо в глаза:

– Не сейчас… Сперва выслушай меня. Если то, что я предложу, не устроит тебя, тогда я сразу уйду, а ты хоть залейся!

– Ты можешь говорить не загадками?

– Могу. Только убери эту чертову бутылку и сядь. Я хочу предложить тебе одно дело, Семен. Если провернуть его по уму, можно прыгнуть сразу на несколько ступенек вверх…

– Ну?.. – наконец сел Семен. – Я тебя внимательно слушаю…

– Дело у меня такое, Семен… – посмотрел на коллегу Мамонт. – Я тебе сто раз говорил, что ты идиот. Говорил?..

– Ну говорил.

– Вот, – кивнул Мамонт. – А ты меня не слушал. И что мы имеем в сухом остатке?

– Что?

– Я – бездарь, для которого, если откровенно, было бы большой честью просто таскать за тобой ноутбук, чтобы ты в него записывал свои гениальные оперативные комбинации, сейчас кто?..

– Кто?

– Полковник, начальник управления, первый номер в списке руководящего резерва СБУ. А ты, Семен, где?

– Где?

– В заднице! Вот где! Подполковника еле-еле получил и квартиру эту сраную! И это при том, что для страны ты сделал столько, что тебе памятник надо при жизни поставить…

– А ты откуда знаешь? – как-то нехорошо посмотрел на Мамонта хозяин.

– О чем?.. – не понял Мамонт.

– О том, о чем спрашиваешь…

Тут до Мамонта наконец дошло, что Семен ведет себя как-то странно. Вопросы эти тупые, глаза какие-то бегающие, да и руки снуют по столу туда-сюда… «Черт! Спился он, что ли?» – пронеслась в голове полковника догадка. Он быстро окинул лицо Семена пристальным взглядом, но явных признаков алкоголизма не обнаружил…

– Слушай, – задушевно сказал Мамонт, наклоняясь через стол к Семену, – ты часом не того?..

– Чего? – тупо, словно даун, спросил Семен.

Мамонту вдруг стало все ясно. Он вздохнул и сказал:

– Ты, Семен, это… Если присел на наркоту, так и скажи. Я тебе помогу, без разговоров. Через неделю будешь как новый…

Логинов из подземки поднялся пешком – по ленте неработающего эскалатора. Это позволяло не зависеть от толпы и в случае необходимости ускорить ход или, наоборот, притормозить.

В фойе станции «Университет» Фархад с кем-то быстро переговорил по телефону. После чего довольно уверенно нырнул в подземный переход. Виктор пропустил вперед стайку подвыпивших парней и тоже начал спускаться по ступеням. Араб в переходе свернул влево. Виктор рискнул и вышел на правую сторону неширокой улицы.

Он не прогадал. Выйдя из перехода, араб начал подниматься вверх по противоположному тротуару. При этом он не оглядывался. Логинов облегченно вздохнул. Фархад явно не догадывался о том, что его ведут.

Стемнело уже окончательно, и Виктор подумал, что если бы «вымпеловцы» были под рукой, то операцию можно было бы закончить прямо сейчас – в считаные секунды. Уж очень подходящим было место.

Вдоль тротуаров росли кусты, освещение улицы оставляло желать лучшего. Загнать в какой-нибудь дворик машину и мгновенно сунуть туда араба было делом техники…

Размышления Логинова были прерваны самым неожиданным образом. Он вдруг обнаружил, что Фархад исчез. Самым натуральным образом. Причем вместе с троицей шедших за ним подростков.

– Что за черт?.. – подался к проезжей части Виктор.

И до этого Фархад и подростки периодически скрывались за кустами, но только для того, чтобы снова появиться в поле зрения Виктора. А тут прямо полтергейст какой-то…

– Ты это о чем, Мамонт? – уставился на гостя Семен. – Вообще, что ли, от руководящей работы отупел? Какие наркотики? Мне что, водки мало?

– Да? – искренне обрадовался Мамонт. – Ну и слава богу! Показалось, значит! Бывает… Ну, раз такое дело, наливай! Хлопнем по рюмашке!

Семен пожал плечами, потянулся к бутылке и наполнил рюмки. Мамонт чокнулся, торопливо опрокинул свою дозу и вместо закуски закурил.

– В общем, Семен, я сейчас занимаюсь очень перспективным делом. Напал, можно сказать, на золотую жилу, – подмигнул хозяину полковник. – И разрабатываю ее втайне от начальства…

Семен тоже не стал закусывать. Прикурив, он пристально смотрел на Мамонта сквозь сигаретный дым. Тот закивал:

– Я уже приступаю к теме, Семен… В общем, – кивнул себе за спину Мамонт, – я сейчас веду одного типа с настоящим поддельным паспортом…

– Это как? – уточнил Семен, выпустив струю дыма.

Мамонт торопливо объяснил, не упоминая имени Логинова и вообще не конкретизируя. Напоследок сказал:

– Понимаешь, куда ниточка тянется?

– Можно догадаться.

– Ну вот! Дело это, конечно, в масштабах страны яйца выеденного не стоит, но тема, согласись, очень актуальная! Потому как о том, что прошлый режим был насквозь преступным, нынешняя власть раструбила по всему миру и публично обещала наказать преступников по всей строгости законов, а вот конкретных фактов до сих пор практически не накопала. Дошло уже до того, что ОБСЕ, если ты не в курсе, недавно ненавязчиво так поинтересовалась – почему это в Украине не расследуются темные дела прошлой власти?.. Так что если я эту «паспортную» аферу быстро раскручу и преподнесу на блюдечке через голову начальства нашему шефу Турчинскому, то лавры комиссара Каттани мне обеспечены. Буду мелькать по всем каналам и с прищуром говорить, что справедливость – мое ремесло…

– Да, от скромности ты, Мамонт, не умрешь…

– А зачем мне умирать? – удивился Мамонт. – Нет, я, конечно, твоих интеллектуальных высот не достигаю, но то, что я не тупее своего начальства, это однозначно. А раз так, то этим надо пользоваться. Времена сейчас смутные. Кто знает, как все обернется? Может, завтра придется из службы линять. И что? Охранником в банк подаваться? Не хочу, Семен! Понимаешь? Не хочу в охранники… А вот если у меня будет раскрученный имидж, то я смогу пристроиться на какое-нибудь теплое местечко – или депутатом в парламент, или экспертом какой-нибудь ОБСЕ по вопросам борьбы с преступностью.

– Ну и?.. – вздохнул Семен, покосившись на бутылку. – Что ты хочешь из-под меня?

– Из-под тебя, Семен, я ничего не хочу! – заверил хозяина Мамонт. – Вернее, хочу, но взаимообразно…

– Ой, блин! – решительно потянулся к бутылке Семен и плеснул водки в рюмки. – Ты ж пока не звезда телеэкрана, чтоб так долго говорить ни о чем! Давай к теме, Мамонт, а?

– Давай! – согласился гость, поспешно беря свою рюмку. – Я просто хочу, чтобы ты как следует прочувствовал момент, Семен. И снова не упустил свой шанс… Кстати, за это и выпить не грех!

Поставив пустую рюмку, Мамонт наклонился к Семену:

– Дело в том, что моя золотая жила только что раздвоилась. А может, и растроилась. Короче, один я ее уже не потяну. Поэтому я предлагаю войти тебе в долю. На очень простых и выгодных условиях. Объект моей заинтересованности, который с настоящим фальшивым паспортом, следит за каким-то иностранцем, скорее всего дипломатом. А поскольку он парень серьезный, то я могу гарантировать, что этот иностранец занимается у нас какими-то очень-очень нехорошими делами. Подтверждение этому – контрнаблюдение, которое я только что выявил. Мой клиент следит за иностранцем, а за ним следит еще кто-то, похоже, тоже иностранец. То есть дело принимает крайне нежелательный оборот. Моего клиента могут элементарно хлопнуть еще до того, как я поймаю его за руку и заставлю сдать всех фигурантов «паспортной» аферы. Понимаешь? О том, что ты гений в сфере технологий прослушки-подглядки-слежки, знают все. Поэтому подключайся и бери этих иностранцев в разработку. Они твои. С потрохами. Мне главное вовремя выдернуть целым своего клиента. А ты потом делай что хочешь – лучше всего лови их с поличным и с докладом – прямо на дачу к Турчинскому. Вот и все! Самое смешное, что все фигуранты у тебя буквально под носом, вон там! – кивнул в сторону окна Мамонт.

– В смысле? – почему-то насторожился Семен.

– Да в прямом! – вскочил на ноги Мамонт и показал на новую высотку, располагавшуюся практически напротив. – Клиент моего клиента только что поселился в одной из квартир этого дома! Поэтому мой клиент околачивается где-то рядом! А контрнаблюдатель тоже вошел в этот дом, только чуть позже! Здорово, да?..

– Да, – сказал Семен, – просто замечательно!

В тот же миг в позвоночник Мамонта уперлось что-то круглое и холодное. В кухне пронзительно щелкнул взведенный курок пистолета…

Инструкции было четкими. Фархад вышел из здания станции и тут же увидел вход в подземный переход. Освещен он был кое-как, но это был центр Киева, поэтому Фархад смело спустился по ступенькам и перешел на другую сторону проспекта. Тут выходов из перехода было два, но араб, помня инструкции, вышел из левого.

Не очень широкая улица поднималась вверх. Метрах в двухстах впереди она была освещена яркими огнями какого-то то ли ресторана, то ли супермаркета. Фархад поправил на плече сумку с термосом и двинулся по тротуару к следующему перекрестку.

Ему оставалось только дойти до него, свернуть и оказаться у клуба. А там уж передать термос будет несложно – хотя бы в туалете…

Дома вдоль улицы были старые, вероятно, еще позапрошлого века постройки. Двух-, трех-, четырехэтажные максимум. Людей в них проживало мало, поэтому и прохожих почти не было.

Фархад как раз проходил мимо одного из них, когда его обогнали три парня. От них разило дешевой выпивкой, так что араб даже слегка поморщился. И тут его неожиданно сильно толкнули в плечо.

Фархад не успел опомниться, как оказался в тускло освещенной арке старинного дома. Парни с угрожающими лицами обступили его, прижав к стенке. В руке одного из них Фархад увидел нож. Приставив его к горлу араба, грабитель сказал:

– Мобилу и кошелек! Быстро!

То, что Семен Флеров жил чуть наискосок от здания Центризбиркома, отнюдь не было случайностью. В том смысле, что это был ведомственный дом. Его по заказу КГБ в свое время спешно возвели к какой-то там годовщине революции.

Дом был непростой. Корпуса его образовывали чуть неправильной формы квадрат. Промежутков между корпусами не было вообще. Попасть во двор можно было только через несколько узких арочных въездов. Учитывая, что с тыла к этому архитектурному ансамблю вплотную примыкала большая воинская часть, в которой было под завязку всяких военных припасов, в течение считаных минут как бы жилой с виду дом мог быть превращен в самую настоящую неприступную цитадель, расположенную почти в центре Киева…

Сейчас, конечно, с организацией цитадели было бы сложнее. Потому как многие сотрудники КГБ-СБУ на заре рыночных преобразований свои квартиры быстро продали, купив на вырученные деньги по две-три не в столь престижных и менее приспособленных к долговременной круговой обороне домах. Но половина обитателей дома-крепости по-прежнему являлась сотрудниками спецслужб.

И вот Мамонт вдруг осознал, что сам влез в ловушку. Он стоял с приставленным к позвоночнику пистолетом и понимал, что на выстрел обязательно отреагируют с полдесятка соседей Семена. Так что если Мамонт даже сможет уйти, то совсем ненадолго и недалеко…

– Где у тебя пистолет? – спросил Семен.

– Под мышкой. А зачем он тебе? – сказал Мамонт для придания разговору задушевности.

– Да мне-то он не нужен. Я о тебе беспокоюсь, Мамонт…

– В каком смысле?

– Ну надо же тебе из чего-то застрелиться!

– Ты думаешь?..

– А чего тут думать? Ты пришел склонить меня к измене, а за это полагаются трибунал и расстрел. Но как офицер офицеру я не могу отказать тебе в небольшой привилегии…

– Какой привилегии?.. – хрипло спросил Мамонт.

– Застрелиться, конечно. Искупить позор кровью, Мамонт. Ты прямо сейчас или, может, еще выпить хочешь напоследок?

Мамонт протяжно вздохнул:

– Нет, ну ты нормальный, Семен?

– А в чем дело?

– О какой измене ты говоришь? Я тебе что, на колумбийскую мафию предложил работать? Я тебе, Семен, предложил разоблачить преступников, только сделать это так, чтобы не начальство опять на твоем горбу выехало, а ты наконец получил по заслугам. Какая, в задницу, тут измена, а?..

– Не надо вилять, Мамонт. Я тебе даю шанс. Умри по-офицерски…

– Да не хочу я умирать! С какого хрена? Я что, присягу нарушил? Нет! Не клялся я в верности начальству! А народу моему даже лучше будет, если генералом стану я, а не какой-нибудь папенькин сынок…

– Ну как знаешь, Мамонт, – как-то нетерпеливо проговорил Семен, оглядываясь на дверь. – Тогда придется тебя сдать…

С этими словами Семен обезоружил гостя и подтолкнул в глубь квартиры:

– На пол, предатель…

– Ты точно с ума сошел, Семен! Одумайся, пока не поздно…

Однако Семен взял в прихожей телефон и, вернувшись на кухню, принялся набирать номер. Судя по всему, ему было жалко Мамонта, поскольку делал он все не спеша, вроде как через не могу…

Легкомысленное настроение Фархада сыграло с ним злую шутку. Когда он разговаривал в фойе метро по телефону, из-за стекла на него обратили внимание трое подвыпивших парней.

– Счас бы на дискарь завалиться и до утра поколбаситься! – говорил один из них. – Так бабок нет…

– А я вижу бабки, пацаны!

– Где?..

– За стеклом!

Парни дружно повернулись и сразу оценили навороченный мобильник Фархада.

– За такой сто баксов без базара дадут на Караваевых…

На Караваевых Дачах располагался радиорынок, где вполне открыто за треть цены молодые грабители сбывали мобильные телефоны.

– Да и бабла у него должно быть немерено. Фронец явный…

– Берем на гоп-стоп?

– Где, здесь? Крыша съехала?

– Да нет. Пусть отойдет…

– А если он тачку поймает?

– Да не базарьте вы! Счас посмотрим, как карта ляжет! Отвернитесь пока…

В другой раз Фархад обязательно обратил бы внимание на увязавшихся за ним от метро парней и насторожился бы. Но слишком близко была цель. И Фархад, хотя и слышал шаги идущей сзади троицы, не придал этому значения.

Да и парни вели себя вполне непринужденно, всю дорогу переговариваясь на нейтральные темы и нарочито смеясь. И только когда впереди появилась подходящая для ограбления подворотня, троица нагнала араба.

Толчок – и богатый иностранец оказался зажатым у стенки. Один из парней быстро достал нож и приставил его к горлу жертвы:

– Мобилу и кошелек! Быстро!

За все время пребывания на Украине Фархад нападению подвергся впервые – Аллах как-то миловал. Да и инструктировали их насчет мест, где не стоит появляться…

И тут вот в самом конце пребывания он вдруг оказался зажатым грабителями и с ножом у горла. Араб, конечно, был напуган, но не настолько, чтобы потерять способность соображать. И в голове Фархада молнией пронеслась мысль: «Телефон отдавать нельзя!» Он просто не помнил номера человека, с которым ему предстояло встретиться. Даже мысли не было продублировать его, записав в блокноте, поскольку это противоречило бы законам конспирации.

– Сорри! Ай доунт спик рашен! – выдохнул Фархад, чтобы выиграть время.

По всем инструкциям, которыми пичкали дипломатов, нужно было не оттягивать время, а спокойно и без резких движений выполнять требования грабителей. Вроде как в анекдоте, который рассказывала Фархаду одна одесская девушка легкого поведения: если вы не можете совладать с насильником, то следует расслабиться и попытаться получить удовольствие…

На удовольствие Фархад не рассчитывал. Зато прекрасно понимал, что любой ценой должен вырваться из этой мрачной подворотни и передать термос по назначению…

– Занято в управлении! – казалось, через вечность меланхолично сообщил Семен и опять принялся не спеша набирать номер СБУ.

Мамонт лежал в проходе из кухни в прихожую. Квартиры в ведомственном доме были большими, не зря они так ценились на рынке столичной недвижимости. И Мамонт понял, что если он быстро метнется к двери, то, может, успеет выскочить в подъезд. А там уже как карта ляжет…

Недолго думая, Мамонт вскочил и рванул на выход. Стрелять Семен не мог, поскольку входная дверь из кухни не просматривалась. Но он вскочил и даже крикнул:

– Стой, стрелять буду!

Мамонт был уже у входной двери. Вцепившись в колесико замка, он крутанул его и дернул дверь. Она не поддалась…

– Черт! – рыкнул Мамонт и дернул защелку второго замка.

Семен на «волкодава» не тянул, но даже он успел вынырнуть из кухни, пока Мамонт разбирался с замками. Мамонт рванул дверь, Семен вскинул пистолет:

– Стой!

– Пшел в жопу! – выдохнул Мамонт, бросаясь в проем.

И тут уже Семен выстрелил. Мамонт инстинктивно дернулся и замер в дверном проеме с распростертыми руками…

– Сорри! Ай доунт спик рашен! – сказал иностранец.

И вид у него при этом был такой, словно он не понимал происходящего.

– Во дает фронец! – хмыкнул самый пьяный из парней и ухватил Фархада одной рукой за воротник куртки, а второй ощупал карманы. – Мобила где? О, вот же она!

Троица грабила не впервые. И знала, что иностранцы редко сопротивляются. Поэтому своим «сорри» Фархад парней и рассмешил, и расслабил. Последний маневр самого пьяного грабителя привел к тому, что он оттеснил своего напарника с ножом в сторону и прикрыл своим телом от него жертву.

И тут Фархад вдруг сделал то, чего от него никто не ожидал. Чуть повернув голову, он изо всех сил впился зубами в руку грабителя, которой тот держал его за воротник.

– А-а! Блядь! – взвыл тот от боли, отдергивая покалеченную руку и непроизвольно подаваясь назад.

При этом грабитель наступил на ноги своему вооруженному ножом напарнику. Фархад же, словно американский футболист, в этот миг буквально протаранил третьего грабителя и выскочил из подворотни.

– Стой, падла! – донеслось ему вслед.

Но араб, само собой, и не думал останавливаться. Выскочив на дорогу, он свернул к метро и помчался обратно к станции, поскольку видел там милиционеров и понимал, что туда грабители не сунутся…

– Осечка, – как-то без сожаления сказал Семен.

– Ос-се-сечка?.. – качнулся застывший в проеме Мамонт, оглядываясь.

– Ага, – кивнул Семен, почему-то не делая попытки передернуть затвор.

Вместо этого он направился к двери, деловито отодвинул впавшего в ступор Мамонта и выглянул. Увиденное за дверью привело Семена в некоторое замешательство, хотя ничего такого там не было – абсолютно пустое пространство.

Семен задумчиво почесал пистолетом за ухом, потом прикрыл дверь и посмотрел на Мамонта. Выглядел тот не ахти – бледновато как-то. И веко дергалось.

– Где они?.. – одними губами спросил Семен.

– Кто?.. – тоже практически беззвучно спросил потерявший голос Мамонт.

– Те, кто тебя послал…

Глаза Мамонта, и так расширенные, на миг увеличились до размера чайных блюдец. После чего полковник приглушенно закаркал, что в данном случае означало истерический смех.

– Ты чего? – обеспокоенно спросил Семен. – Может, тебе того, валерьянки?

– Нет… – махнул головой Мамонт. – Так ты подумал… О господи… – Дальше последовало все то же карканье.

Впрочем, пришел в себя Мамонт довольно быстро. Проведя рукой по лицу, он дернул головой и спросил хоть и хриплым, но уже вполне нормальным голосом:

– Так ты подумал, что меня подослали?

– А что я должен был подумать, если ты нес какую-то ахинею о золотых жилах и моргал, как дурак?

– Кто, я моргал?

– А кто – я?

– А-а… Ну моргнул раз, так это ж чтоб тебя подбодрить. Ты какой-то мрачный сидел.

– А чего веселиться, когда к тебе вдруг как снег на голову падает непонятно откуда возникший знакомый и начинает делать провокационные намеки? – хмуро сказал Семен.

– Какие, на хрен, намеки? Я тебе все сразу выложил, – искренне возмутился Мамонт.

– Да?.. – пристально посмотрел на него Семен. – Значит, я тебя не так понял…

– А как меня еще можно было понять?

– Ладно, – оглянулся на дверь Семен. – Не ори, пошли на кухню поговорим…

В полтергейсты Логинов не верил. Равно как и в йети, привидения, а также телепортации и телекинезы. Поэтому он сразу заподозрил неладное и метнулся в обход куста к проезжей части.

В этот самый миг с противоположной стороны улицы донесся вопль, после чего по тротуару затопали ноги, и на дорогу выскочил Фархад аль Латиф. Логинов успел спрятаться за кустом, араб повернул и прямо по пустыннной проезжей части помчался к станции метро. При этом он оглядывался через плечо, так что бежать за ним было крайне нежелательно, и Виктор даже не стал высовываться из своего укрытия.

– Стой, падла! – выскочил вслед за арабом на проезжую часть парень из троицы, которую Логинов пропустил вперед себя в переходе.

– Ты куда? Сваливаем! – донеслось от противоположного тротуара.

– Он же мне палец чуть не откусил! Убью фронца! – выдохнул преследователь.

Впрочем, Фархад был уже слишком далеко. Преследовать его не имело смысла. Двое парней поспешно пересекли проезжую часть. Один из них сказал:

– Уходим через проходняк! Счас менты будут тут!

Вход в проходной двор располагался в нескольких метрах от куста, за которым прятался Логинов.

– Не чешись, пошли! – поторопили парни своего товарища. – И мобилу спрячь…

– Я его все равно найду и урою! – сплюнул на дорогу покалеченный Фархадом грабитель.

Тут из-за куста внезапно возник Логинов. Выглядел он достаточно интеллигентно. Поэтому парни его ничуть не испугались, просто слегка удивились, откуда он здесь взялся.

Логинов быстро огляделся по сторонам и перевел взгляд на руку укушенного грабителя. Тому это не понравилось. Проходя мимо, он процедил:

– Че, козел, уставился? Вали, пока цел! Понял?

– Понял! – кивнул Логинов.

В следующий момент он левой рукой отвесил малолетнему грабителю выверенную затрещину. Упасть тот не упал, но на несколько секунд в его голове все помутилось. В английском боксе такое состояние называют «грогги».

Не мешкая, Виктор рывком притянул грабителя к себе и сунул руку в его левый карман, куда пацан только-только успел положить украденный «Сименс».

– Это его телефон? – тряхнул Логинов пацана.

Грабитель кивнул:

– Д-да!..

Двое его подельников только теперь отошли от шока. Такого с ними еще не бывало. Чтобы какой-то одинокий прохожий вот так внаглую грабил их самих – это же вообще беспредел! Парни бросились к Логинову. Один из них выхватил нож:

– Стоять! Попишу! Телефон, быстро!

Логинов несильно ткнул укушенного грабителя коленкой в пах и отпустил.

– Ы-ы-ы!.. – замычал тот, перегибаясь напополам.

Логинов же шагнул прямо навстречу вооруженному ножом противнику. Телефона в его руке уже не было, он его быстро спрятал.

Грабитель махнул ножом. Логинов легко уклонился. В этот момент его попытался ударить сбоку третий грабитель. Но удара не получилось, потому что цель куда-то ушла. А вот кулак Логинова врезался в ребра нападавшего, отчего тот плюхнулся на колени.

– По домам! И быстро, пока я добрый! – снова двинулся на вооруженного парня Виктор.

Тот отчаянно замахал ножом, отступая:

– Не подходи! Пацаны, сваливаем! Быстро!

– Примем на грудь для снятия стресса? – спросил на кухне Семен.

– Примем… А у тебя-то что за стресс? Ты-то знал, что пистолет не выстрелит.

– У каждого свой пистолет, – сказал Семен. – У виска. И никто не знает, когда он выстрелит…

– Не понял?..

– Сейчас объясню! – пообещал Семен и опрокинул свою рюмку.

Закусывать уже традиционно не стали. Семен Флеров прикурил сигарету и кивнул на окно.

– Ты просто слабо представляешь, что здесь творилось зимой. У оранжевых в каждом детском садике в округе ночевали боевые дружины из бывших бойцов спецназа, ОМОНа и тому подобное… А бело-синие на базах отдыха за городом держали бригады настоящих бандитов, крепко сколоченные и закаленные в криминальных войнах. А теперь посмотри, чем это закончилось…

Мамонт посмотрел. Здание Центризбиркома мирно дремало на площади, флаг понуро свисал на флагштоке, бассейн без воды зеленел мхом. О разворачивавшихся здесь зимних баталиях напоминал только спешно сооруженный забор с пиками поверху, но и он выглядел теперь довольно мирно.

– А ведь с каждой стороны было очень много желающих решить все враз и силовыми методами, – продолжил Семен. – Но СБУ к такой ситуации была готова. И мы всех пассионариев крепко держали за жабры…

– И ты к этому приложил руку?.. – понял Мамонт.

Семен словно бы не слышал вопроса. Задумчиво затянувшись, он сказал:

– Это называлось операция «За стеклом». Неофициально, поскольку официально такой операции не было. Во время выборов ее частично реализовали.

– Частично?

– Да. Операция изначально была задумана как бы модульной. Поэтому задействовали только те модули, которые понадобились… – глядя за окно невидящим взглядом, проговорил Семен.

Мамонт заерзал на стуле. Он понимал состояние Флерова. Семен вместе с коллегами фактически спас страну от распада и гражданской войны, но вынужден был это скрывать…

– Это! Я в общих чертах понял! – быстро проговорил Мамонт. – Остальное лучше прочитаю в твоих мемуарах, когда их издадут! Ты же мне, надеюсь, подаришь экземпляр с дарственной надписью?..

Семен посмотрел на Мамонта и вдруг улыбнулся:

– Боишься, чтобы у твоего виска не появился лишний пистолет?

– Да! Ну их в баню, эти секреты! Своих девать некуда!

– Да секретов-то никаких нет, – пожал плечами Семен. – Мы просто держали под колпаком всех, кто мог принять решение на применение силы. И как только возникала опасность, следовало предупреждение… И только потом, когда миновала опасность, операцию свернули. А все материалы уничтожили…

– Теперь я понял, чего ты боишься. Все, за кем вы следили, знали об этом, да?

– Естественно. В том-то и заключался фокус. И оранжевые, и бело-синие отлично знали, чем занимаются их противники, и знали, что противники отлично знают, чем занимаются они… Сейчас все материалы уничтожены полностью. Об этом тоже знают все, но каждый боится, что на него какой-то кусок компромата оставили.

– Но я ведь тебе ни на что такое намеков не делал, – сказал Мамонт. – Или у страха глаза велики?

– Ты просто этого не понял, – посмотрел на Мамонта Семен.

– Да?

– Да. Эти дома, – кивнул на расположенные через дорогу высотки Семен, – строились как элитные. Там сейчас живут многие депутаты.

– Ну и что?

– Во время революции каждый из них в любой момент мог оказаться «за стеклом», – сказал Семен. – Теперь понял?

– Вон оно в чем дело! Эти дома – нереализованные «модули», да? Они что, построены по типу американского посольства в Москве?

Американское посольство в Москве было настоящим шпионским шедевром.

Обычные с виду строительные конструкции были спроектированы как части прослушивающих устройств.

– Технология другая, – пожал плечами Семен. – Но принцип ты угадал верно…

– Так это же то, что надо! – обрадовался Мамонт. – Революция, слава богу, закончилась, чего добру пропадать, верно?..

– Революции не было. Благодаря СБУ, – сухо уточнил Семен.

– Ну тогда тем более! Мы ж не для себя лично, а для безопасности страны! Ну так как, Семен? Каким будет твой положительный ответ?..

Выслушав его, Мамонт торопливо распрощался и ушел.

Помятая троица грабителей скрылась в проходном дворе. Логинов развернулся и направился к метро. Он понимал, что шансов снова сесть на хвост Фархаду у него практически нет.

Так оно и оказалось. Фархад словно сквозь землю провалился. Не было его ни в освещенном фойе, ни внизу на станции, куда Виктор на всякий случай спустился.

Тут в его кармане завибрировал мобильник. Не Фархада, а личный Виктора. В московском метро за редким исключением мобильники не работали. В Киеве телефоны работали почти везде. Звонили «вымпеловцы».

– Мы только что прибыли! Нам устраиваться или как?

– Наверное, не стоит, – после паузы сказал Виктор. – Лучше в темпе раздобудьте машину. И ждите моего звонка. Ясно?

– Может, с машиной не стоит торопиться? – спросил «вымпеловец».

Быстро раздобыть машину спецы управления «С» могли только одним способом – угнав ее. А это если и следовало делать, то непосредственно перед операцией.

– Стоит, – решительно сказал Виктор. – Ситуация такова, что тянуть нельзя.

– Понятно. Тогда мы сейчас этим займемся. Только багаж получим…

Для прослушки было достаточно простой санкции начальника того или иного управления, а получить ее было несложно. Семен быстро собрался и отправился на работу. Ему повезло, со своим начальником Семен столкнулся в коридоре:

– Здравия желаю!

– Привет, а ты что тут делаешь? – несколько удивился начальник. – Ты же в отпуске…

– Появилась одна перспективная тема, – понизил голос Семен. – Информатор один подкинул срочную информацию.

– Насчет чего?

– Лучше у вас поговорить… – огляделся по сторонам Семен.

– Ну пошли…

Фархад аль Латиф мчался в сторону станции метро «Университет». Сердце бухало в его груди, но опасность, судя по всему, миновала. Преследования не было. Убедившись в этом, Фархад перешел на быстрый шаг, поскольку вступать в контакт с милицией в его планы не входило.

У метро он взял такси и быстро сказал:

– В центр!

– Куда конкретно? – уточнил таксист, тронув машину с места.

– На Майдан…

– Ясно.

Езды к Майдану было всего ничего. Однако из-за пробок дорога заняла около пяти минут. Фархад расплатился и вышел из такси, смешался с толпой. Оглядевшись по сторонам, он убедился, что никто не обращает на него внимания, и наконец облегченно вздохнул.

Фархад решил позвонить агенту МАБМ, чтобы предупредить его о своей задержке, и сунул руку в карман. И вдруг обнаружил, что телефона там нет. В первый момент араб решил, что обронил трубку в такси, и быстро оглянулся. К его счастью, таксист никуда не собирался уезжать. Припарковавшись, он в ожидании клиентов развернул газету…

– Так что за информация? – спросил начальник управления у Семена Флерова, когда они зашли в кабинет.

– Представители Совета национальной безопасности и обороны тайно контактируют с западными дипломатами…

– Так! – подался к Семену начальник управления. – И что?

Совет нацбезопасности и обороны контролировал Петр Порошенко – основной конкурент Юли Тимошенко в команде Ющенко. В ситуации, когда СБУ руководил ближайший человек из окружения Тимошенко Турчинский, любые сведения о Петре Порошенко и СНБО были на вес золота.

– Информатор предполагает, что целью этих контактов является попытка людей СНБО убедить западных дипломатов повлиять на лидеров своих стран…

– В каком смысле?..

– В том, чтобы лидеры западных стран вынудили Ющенко отправить Тимошенко в отставку!

– Так! – быстро сказал начальник управления и тут же повернулся к телефону. – Надо немедленно доложить об этом Турчинскому…

– Я думаю, это преждевременно! – быстро сказал Семен.

– Почему?

– Потому что Турчинский наверняка направит на проверку этой информации большие силы. А у Порошенко контрразведка не дремлет. Я предлагаю другой вариант!

– Какой?

– По сведениям моего источника, эти контакты люди Порошенко проводят очень осторожно, в неформальной обстановке. Как правило, в ходе частных визитов. А ведь многие западные дипломаты живут в доме на площади Леси Украинки, том самом… В общем, я предлагаю задействовать модуль операции «За стеклом». Рано или поздно люди Порошенко в этом доме появятся. И тогда мы выложим Турчинскому не предположения, а конкретные записи…

– А ты голова, Флеров! Тогда я отзываю тебя из отпуска!

– Зачем? – пожал плечами Семен. – Я ведь живу напротив. Дайте только санкцию, и я уже сегодня поставлю в квартире терминал. Просмотреть записи и вычленить нужные – дело нехитрое. Самое главное, что никто ни о чем даже не догадается. А как только люди Порошенко попадутся, я вам тут же доложу…

Начальник управления даже руки потер от возбуждения. И одарил Семена еще одной похвалой:

– Ты явно засиделся в подполковниках, Флеров! Если управишься с этим делом, я подумаю, как передвинуть тебя в свои заместители! Как только появится вакансия, сразу представлю тебя…

Троица грабителей скрылась во дворах. У метро появляться было опасно, поэтому парни вынырнули к автобусной остановке и сели в экспресс. Настроение было скверное, ехали молча. Вышли на конечной.

– Ну, че будем делать, пацаны? – спросил старший из парней.

– Выпить бы чего… – шмыгнул носом тот, у которого Логинов забрал мобильный Фархада.

– А на какие шиши? Телефон-то тю-тю… Ты че, не мог смыться от этого гоблина? – зло проговорил парень, получивший от Виктора болезненный тычок по ребрам.

– Да пошел ты!

– Ты кого послал?.. А?..

– Так, все, замяли! – быстро сказал старший из парней. – У меня есть пятерка. Давайте пару «рваных», хоть пивка попьем…

Наскребя по карманам необходимую сумму, парни купили двухлитровую бутыль «Оболони» и пристроились с ней на сломанной лавочке в темном сквере. Открытая бутыль пошла по кругу.

Только вот настроение от выпитого у парней отнюдь не улучшилось. Осознание того, что их самих сегодня ограбили, вызывало тупую злобу. Разговор не клеился, в любой момент грозя перерасти в выяснение отношений внутри компании.

В этот момент из-за угла показался прохожий. Молодой парень лет двадцати трех, одетый в темные брюки и светлую рубашку с галстуком, видимо, задержавшийся допоздна на работе сотрудник какой-то компании.

Троица повернула головы. Парень был в отличном настроении и даже что-то насвистывал себе под нос. Грабитель, получивший от Логинова по ребрам, зло сказал:

– Он еще и свистит, падла!

В следующий миг грабитель спрыгнул с лавочки и метнулся через кусты наперерез парню…

Переговорив с «вымпеловцами», Логинов огляделся по сторонам. Люди на станции метро спешили к своим поездам, поэтому на него никто не обращал внимания. Виктор присел на скамейку и вытащил телефон Фархада – навороченный «Сименс» с огромным цветным дисплеем. Логинов «Сименсов» не любил, но разобрался с его меню за несколько секунд.

Фархад не стер ни данных о последнем телефонном разговоре, ни последнее смс-сообщение. Логинов вывел текст на экран. В первый момент он решил, что это какая-то тарабарщина. Потом пригляделся и хмыкнул.

В последние годы, в связи с эскалацией исламского терроризма, всех сотрудников Управления по борьбе с терроризмом обучали на спецкурсах арабскому языку. Логинов в этом деле преуспел, поскольку отличался большими способностями.

Конечно, вести светскую беседу на метафизические темы с каким-нибудь эмиром или сочинить хвалебную оду нефтяному шейху он навряд ли смог бы. Но на чисто бытовом уровне словарный запас Виктора был вполне достаточным. И он в минуту уяснил содержание смс-сообщения.

Неизвестный абонент писал Фархаду, чтобы тот через час был на станции метро «Университет» и связался с ним. Несколько секунд Логинов раздумывал. Судя по информации о последнем звонке, Фархад созвонился со своим абонентом и договорился о встрече. И все было бы просто отлично, если бы не эти чертовы грабители…

Какое-то время Логинов колебался. Возникшая у него идея была слишком рискованной, поскольку основывалась она на одном допущении. Память у Логинова была дай бог каждому, но и он не помнил номера телефонов, которые были занесены в память его мобильного. Зачем?..

И Виктор предполагал, что Фархад тоже номера своего абонента не запомнил. Потому что в этом случае он скорее всего данные о связи с ним стер бы. А раз так, то у Виктора появилась уникальная возможность вступить в «радиоигру» с абонентом Фархада…

Решаться нужно было как можно скорее, поскольку у Фархада наверняка имелись запасные варианты связи. Конечно, на то, чтобы задействовать запасной вариант, требовалось некоторое время, но тянуть все равно было нельзя…

– Черт!.. – вздохнул Логинов, поднимаясь со скамейки.

Он понимал, что риск слишком велик. Скорпион на его месте на такое бы не пошел. Ветеран просто вернулся бы на площадь Леси Украинки и дождался бы «вымпеловцев». А при появлении Фархада скомандовал бы им «фас!». И все!

После этого можно было с чистой совестью отправляться в аэропорт. И все были бы довольны.

Замдиректора получил бы связанного бантиком Фархада аль Латифа. Логинов – очередное поощрение. ФСБ – ценного «языка». Ветеран Скорпион – моральное удовлетворение от успешного проведения спланированной им «хирургической» операции…

Только Логинов был не Скорпион. И он прекрасно понимал, что ценность Фархада весьма относительна. Судя по тому, как развивались события, Латиф был только винтиком в механизме МАБМ.

Намного важнее была посылка, которую Фархад получил в Одессе. Скорее всего именно для ее передачи араб отправился на вечернюю встречу. И теперь не вернется к себе на площадь Леси Украинки, пока не передаст ее своему контрагенту. Что в термосе, Логинов мог только гадать. Но он был уверен, что, если содержимое термоса попадет по назначению, погибнут люди, очень много людей…

И Виктор отбросил все сомнения. Выбравшись по эскалатору наверх, он вынырнул на улицу, вытащил свой телефон и быстро написал сообщение на арабском латиницей. Состояло оно из нескольких слов: «Меня ограбили забрали телефон смогу быть через час где встречаемся?»

– Слышь, ты че, вообще ухи поел, в галстуке тут ходить? – шагнул наперерез прохожему грабитель.

– Что-что?..

– А-а, так ты еще и глухой!

Парень в галстуке огляделся по сторонам, но улица была пустынной.

– Ты даун, да? – хмыкнул он, глядя на грабителя с перекошенной в беспричинной злобе физиономией.

В этот миг из кустов неожиданно выскочили еще двое грабителей. С такими же злобными лицами, как и у их дружка. Парень развернулся к углу.

– Стоять, сука! Кто даун, а?! – метнулся к нему первый грабитель.

Парень в галстуке оттолкнул его и бросился за угол. Однако озверевшая троица настигла его, сбила на тротуар и принялась пинать ногами, вымещая свою злобу за так неудачно сложившийся вечер.

Когда парень потерял сознание, к нему наклонился первый грабитель и плюнул в окровавленное лицо:

– Так кто даун, сука?!

В следующий миг грабитель уже шарил в карманах своей жертвы. В одном он нашел мобильник, в другом – небольшой кошелек. Старший из грабителей тем временем оглянулся и сообщил:

– Кто-то едет! Сваливаем!

Несколько секунд спустя троица скрылась за углом. Машина свернула в какой-то двор перед сквером. Грабители успокоились и заговорили наперебой:

– Классно мы его уделали, да?

– Я ему, кажется, ребра сломал, запомнит нас, гнида!

– А че там за мобильник? Дай гляну!

Мобильник оказался так себе, но даже это не могло испортить настроение троице ублюдков.

– Старье, но двадцать баксов за него дадут! Ты че сам присосался, дай другим пивка хлебнуть!

В этот момент грабитель, завладевший кошельком жертвы, открыл его:

– Пацаны! Гляди, вот это фишка!

– Чего там?

– Двести баксов! Прикиньте, какого я карася тормознул!

– Оп-па! Гуляем! – разнеслось над пустынной улицей.

Закончив разговор с Логиновым, Андрей, как звали одного из «вымпеловцев», посмотрел на напарника. Тот курил у задней части большого двухэтажного автобуса компании «Автолюкс», на котором они только что прибыли в Киев.

– Велел срочно найти колеса… – сообщил Андрей.

Его напарник Денис пожал плечами и затоптал окурок.

– Значит, будем искать. Пошли за багажом.

Задача, которую поставил Логинов, была не из легких. Они только прибыли в незнакомый город, еще даже толком не успели осмотреться, а им уже предстояло совершить угон и быть готовыми к проведению захвата. Но на то и создавался «Вымпел», чтобы выполнять самые трудные задачи.

Андрей с Денисом получили свои большие сумки и покинули платформу «Автолюкса». Из-за этих сумок им и пришлось ехать автобусом. Там было спецснаряжение, которое в аэропорту светить было нельзя.

По этой же причине «вымпеловцы» отказались от идеи добираться в Киев на вполне приличной «пятерке», которой они пользовались в Одессе. По времени такое путешествие было бы даже несколько короче, но слишком уж велик был риск попасть по дороге или на въезде в Киев в какой-нибудь «Перехват» или «Капкан». А вот в автобусах багаж никто не проверял…

– Ну что? – спросил у напарника Денис. – Сдаем в камеру хранения?

– Зачем время терять? – сказал Андрей. – Лучше пошли к стоянке такси. Она большая, наверняка там найдется твой или мой брат…

– Логично, – хмыкнул Денис, поправляя сумку. – Ты это только что придумал?..

Выйдя из кабинета начальника, Семен отправился в подвал СБУ. Там располагался склад спецтехники. Сунув в окошко распоряжение, Семен расписался в прошнурованном журнале и получил на руки обычный с виду ноутбук. Правда, стоил он подороже иной крутой иномарки, но об этом знали немногие.

Полчаса спустя Семен уже развернул дома настоящий шпионский терминал. Ноутбук, едва загрузившись, затребовал пароль. Семен ввел его. После этого ему пришлось ввести еще несколько паролей. И только тогда загрузилась нужная программа.

Далее все было просто. Семен ввел команду. Встроенная антенна ноутбука выдала кодовый сигнал. И невидимая паутина шпионских «жучков» и микрокамер в высотке напротив ожила.

Программа за несколько секунд протестировала их все и сообщила, что система работает нормально. Семен тут же ввел команду на глобальный съем информации. С этой секунды ноутбук стал принимать и записывать на жесткий диск сигналы всех датчиков.

Даже для его сверхмощного процессора это была очень трудная задача, и на экране высветилась надпись, предупреждающая о том, что система работает в нештатном режиме, в связи с чем возможна потеря информации.

Семен щелкнул по клавише «ОК» и принялся поочередно выводить на экран картинки с камер. Проблема заключалась в том, что он не знал, в какой квартире находятся интересующие Мамонта люди.

Для идентификации Мамонт «сбросил» со своего телефона несколько фото не очень хорошего качества. И Семен щелкал мышкой, пока на экране не возникал человек, похожий на изображенного на фото. После этого Семен на глаз определял, он это или нет.

Конечно, компьютер с этой задачей справился бы за доли секунды, но программа такой возможности не предусматривала. На экране мелькали картинки из быта дипломатов и депутатов: дипломат на кухне, депутат на унитазе, дипломат в постели с любовницей, депутат, с азартом играющий на компьютере в детскую стрелялку…

Пожалуй, из этих кадров можно было сделать потрясающую фотовыставку. Однако Семен Флеров не был фотографом. Он был сотрудником спецслужб и отдавал себе отчет, что широкой публике этих любопытных кадров не увидеть никогда. А он на такое насмотрелся до зевоты и давно потерял свежесть восприятия.

Поэтому он фиксировал только лица и, если они не казались похожими на фото, сразу отключал камеры.

– Извините! – наклонился к окошку Фархад, быстро вернувшись к такси. – Мой телефон! Я его, кажется, обронил!

– Да?.. Счас глянем, – пожал плечами таксист.

Сперва он посмотрел сам, потом открыл дверцу и обследовал переднюю часть салона с клиентом, даже коврик слегка задрал. Телефона не было. Фархад вздохнул и посмотрел на таксиста:

– Он мне очень нужен!

– А я при чем?.. – развел руками тот. – Был бы – отдал бы. Мне он без надобности, у меня вон свой есть…

– Я выплачу вознаграждение, – на всякий случай сказал араб.

– Да пошел ты в задницу! – не выдержал таксист. – Я у клиентов телефоны не тырю! Даже если они вообще никакие! На фига мне эти неприятности? Ты его где-то в другом месте посеял!

Фархад вздохнул. Таксист был прав. В горячке Фархад просто не заметил, что грабитель успел выхватить у него из кармана телефон. Теперь это стало очевидным.

– Извините, – сказал Фархад и поспешно захлопнул дверцу.

– Да на хрен мне твое «извините»? – заорал вдогонку таксист. – Ты мне, блин, своей предъявой всю нервную систему испортил, вон руки даже дрожат… Как теперь клиентов возить, а? И кто мне моральный ущерб компенсирует?

Фархад от греха подальше скрылся в толпе. Отойдя метров на пятьдесят, он оглянулся. Ситуация была скверная. Термос он от грабителей спас, а вот телефон не смог. И теперь лишился связи с агентом МАБМ в Киеве…

Сообщение дошло практически сразу. Дождавшись отчета, Логинов прикурил сигарету и прошелся вокруг станции метро. Поскольку людей здесь было много, то он не привлекал к себе внимания.

Ответа все не было. Виктор начал нервничать, когда его телефон трепыхнулся и пискнул в кармане. Быстро вытащив его, Логинов прочитал полученное сообщение.

– Ага! – быстро сказал он.

Сообщение в переводе с арабского означало примерно следующее: «Там же в „Бабуине“ я может задержусь жди». Уловка Виктора сработала, «радиоигра» завязалась. Теперь по всем канонам ремесла следовало успех развить. То есть сперва максимально усыпить бдительность адресата, а потом заманить его в ловушку…

Но Логинов снова поступил против всех канонов. В меню «неотправленных» сообщений в его телефоне хранилась очень хитрая эсэмэска. Большая, но абсолютно бессмысленная – набор каких-то символов. Не теряя ни секунды, Виктор отправил ее по тому же номеру…

Телефон в руке Логинова дернулся, Виктор мазнул взглядом по дисплею и удовлетворенно хмыкнул. Бессмысленная эсэмэска дошла по назначению. Как только абонент откроет ее, вирус мгновенно активируется. И блокирует программное обеспечение телефона.

Теперь пришло время действовать. Логинов подошел к группе подростков и спросил:

– Как мне попасть к «Бабуину»?

– Куда?

– К «Бабуину» вроде, – проговорил Виктор, не очень уверенный, что правильно произвел обратный перевод названия с арабского на русский.

– Не знаем…

Логинов оглянулся и задал тот же вопрос каким-то девушкам. Те в ответ только засмеялись, но слова Виктора услышал какой-то мужчина.

– Вам «Бабуин» надо? Клуб?.. – спросил он.

– Да!

– Это на Богдана Хмельницкого. Поднимитесь вверх, а там повернете…

– Спасибо большое! – торопливо сказал Виктор.

В следующий миг он уже направился к подземному переходу. Логинов чувствовал кураж. Мало кому удается непредвиденные форсмажорные обстоятельства обратить в свою пользу. Виктору же это удалось.

В результате молниеносной оперативной комбинации он не только выведал место встречи агентов МАБМ, но и лишил контрагента Фархада связи. Это был высший пилотаж оперативного искусства.

Однако даже самая блестящая комбинация не застрахована от случайностей. Теперь все зависело от Фархада. Логинов надеялся, что араб обязательно появится в «Бабуине», поэтому он быстро добрался до клуба, огляделся по сторонам и нырнул внутрь…

Депутатско-дипломатский дом на площади рядом с Центризбиркомом был очень большим. Но Семену Флерову повезло. Просматривать квартиры он начал с первого этажа. А Фархад поселился в гостевой квартире своего посольства на четвертом этаже.

Увидев его голого в ванной, Семен не сразу признал в принимающем душ арабе нужного человека. Только когда тот смыл пену, Семен прощелкал фотографии на своем мобильнике и удовлетворенно хмыкнул. Несомненно, это был тот самый человек, за которым следила ФСБ.

Теперь оставалось только отыскать того, кто осуществлял контрнаблюдение. И сделать это нужно было как можно быстрее. Несмотря на то что Семен уже прекратил «съем» информации с нескольких десятков камер и микрофонов, сверхмощному ноутбуку по-прежнему не хватало ресурсов. И изображение того же Фархада в ванной периодически «замерзало»…

В квартире Фархад был один. Вполне могло оказаться, что второй фигурант уже побывал у него в гостях и, предупредив о слежке, покинул дом, но это следовало проверить. И Семен двинулся дальше. Второго фигуранта он отыскал в квартире на шестом этаже.

Тот сидел на кухне и нервно курил. Конечно, сделанное с потолка изображение оставляло желать лучшего, но чувствовалось, что этот человек что-то напряженно обдумывает.

Семен пощелкал мышкой и отключил остальные квартиры. Теперь ноутбук принимал сигналы только из двух квартир, а также с лестничных площадок. Изображение перестало «замерзать», и Семен для удобства расположил пять уменьшенных картинок из квартиры Фархада в верхнем ряду, а пять из квартиры второго фигуранта – в нижнем. Теперь он мог одновременно наблюдать за передвижениями обоих, в случае необходимости включая тот или иной звуковой канал.

С чувством выполненного долга Семен поднял руки вверх и потянулся. И в этот самый миг кто-то позвонил в его квартиру…

Едва «вымпеловцы» приблизились к большой стоянке, как их атаковали бомбилы.

– Куда едем?

– Если за город, по счетчику!

– Такси надо?..

«Вымпеловцы» молча оглядывались по сторонам. Вроде как искали машину, которая должна была их ждать.

– Так че? Поехали? Или как? – не унимался невысокий кряжистый паренек. – Я уже шабашу, если по дороге, дешевле возьму!

– Видишь кого-то? – невозмутимо спросил Андрей, поворачиваясь к напарнику.

– А ты?

– «Семерка» слева. По-моему, это он…

– Я тоже его заметил! – кивнул Денис. – Пошли…

– Так че, пацаны, не едете?.. – проговорил бомбила вслед «вымпеловцам».

Те не спеша приблизились к красной «семерке». Возле нее торчал несуетливый парень лет двадцати восьми.

– Привет! – сказал Андрей. – В Борисполь отвезешь?

– Здорово! – кивнул парень. – За ваши деньги хоть в Париж…

– Ну, так далеко нам не надо, – покачал головой Денис, внимательно глядя на бомбилу. – Ты в хоккей, часом, не играл, а то лицо что-то знакомое…

– Нет, – махнул головой парень, направляясь к багажнику. – Так вы хоккеисты?

– А что, не видно?

– Да почему, видно. Локаут в НХЛ кончился, я слышал?

– Точно, – кивнул Андрей. – «Спорт-экспресс» читаешь?

– Не только. Я и трансляции смотрю… Вот сюда ставьте. А вы в какой команде играете?

– Да мы пока в университетской, в Торонто. Слыхал?

– А че ж не слыхать? – кивнул бомбила, поправляя сумки и закрывая багажник. – Слыхал, конечно… Пятьдесят баксов с вас за доставку в Борисполь!

– Сколько?.. – спросил Андрей.

– Можно двести пятьдесят гривен. Они вам в Канаде все равно будут не нужны.

– И то правда! Ладно, поехали!

В «Бабуине» было душновато. Но Логинову было все равно. Стараясь не привлекать к себе внимания, он незаметно осмотрелся и подошел к администратору:

– Добрый вечер! Куда я могу присесть?

– Добрый вечер! Да куда хотите… Вы один? – спросила девушка.

– Да! В одном экземпляре! – улыбнулся Виктор.

– Ну тогда можете вон туда!

Указанный администратором столик стоял на виду, поэтому Виктор сказал:

– Я лучше к полке присяду, книги новые посмотрю…

– Пожалуйста, можете обратиться к продавцу-консультанту, она покажет вам новинки!

– Да-да, обязательно…

Клуб «Бабуин» по ходу дела торговал книгами. Справа при входе за большим столом было оборудовано компьютерное место продавцов-консультантов. Логинов уяснил это все с ходу и решил сыграть в интеллектуала-книголюба.

Присев за столик у книжной полки, он взял первую попавшуюся книгу и начал ее вроде как с неподдельным интересом листать. На самом деле Виктор осматривался в зале. Место он выбрал очень удачно, так что в течение минуты-другой смог незаметно оглядеть всех присутствующих.

Результат был плачевным – Фархада аль Латифа в «Бабуине» не было…

Семен Флеров невольно вздрогнул. Зная, насколько распространено на Украине незаконное наблюдение, он не мог исключать, что кто-то следит и за ним. Поэтому звонок в дверь его здорово насторожил.

Быстро закрыв ноутбук, он поднялся и сунул сзади за пояс пистолет. После этого Семен тихо выскользнул в прихожую. В этот момент звонок снова прозвучал, причем на этот раз позвонили нетерпеливо – трижды.

В отличие от большинства людей, за которыми Семену приходилось следить, он не мог себе позволить установить систему видеонаблюдения. Для подполковника СБУ это было слишком дорогое удовольствие. Поэтому приходилось пользоваться более примитивными мерами предосторожности.

Глазок на двери был снабжен поворотной крышкой – чтобы кто-нибудь не выстрелил сквозь него Семену в глаз. Для начала Семен прикрыл глазок рукой, приложив ее наподобие окуляра к правому глазу, и только после этого осторожно отодвинул крышку в сторону. Если за дверью стоял киллер, он не мог понять, что кто-то смотрит на него, поскольку глазок как был, так и остался темным.

И Семен действительно увидел за дверью киллера, у него даже сердце забухало в груди…

Некоторое время Фархад колебался. Теперь попытаться связаться с агентом МАБМ он мог только через Интернет. Но этот способ был одноразовым. И прежде чем агент догадается войти в «паутину» и прочтет новое сообщение Фархада, пройдет очень много времени. А за это время, как показал недавний случай, может произойти все, что угодно…

Так рисковать драгоценным термосом Фархад не мог. Поэтому он двинулся к Крещатику и снова взял такси.

– К «Бабуину»!

– Куда-куда?

– К «Бабуину», – повторил Фархад.

– А это где у нас? – почесал затылок таксист.

– Тут недалеко, – начал объяснять Фархад. – Если выйти из метро «Университет», то нужно подняться вверх и повернуть налево…

– А, на Богдана? – кивнул таксист. – Тогда найдем…

Поездка заняла несколько минут. На улице Богдана Хмельницкого располагалось немало консульств и посольств. Теперь Фархад понял, почему агент МАБМ назначил ему встречу именно в этом клубе.

– Ага, – наконец кивнул таксист. – Вижу, вон «Бабуин», буду теперь знать…

Фархад быстро рассчитался и вышел из такси. У каждого иностранного представительства располагался пост милиции, так что окрестности «Бабуина» были, наверное, одним из самых безопасных мест в Киеве. Но наученный горьким опытом, араб все равно преодолел расстояние до входа как можно быстрее.

Здесь он притормозил. Снаружи клуб выглядел не очень презентабельно. К собственно зданию примыкала большая терраса. Народа там было много, но агент МАБМ велел Фархаду войти внутрь. Араб миновал фойе, повернул в зал и огляделся…

Довольный водила уселся за руль своей «семерки» и завел двигатель. Не каждый день доводится возить в Борисполь хоккеистов, играющих за океаном, хоть и в университетских командах… Да и пятьдесят баксов на дороге не валяются.

– Со временем у нас как? – деловито спросил таксист.

– Нормально. С запасом, – заверил его Андрей. – По дороге еще заедем в какой-нибудь универсам, презент купим…

– Так тут рядом «Фуршет» есть, можем прямо счас! – с готовностью кивнул куда-то за угол бомбила.

– Да нет, мы покажем где.

– Ну как знаете… – пожал плечами бомбила и тронул «семерку» с места.

Он, конечно, слышал о «Вымпеле», но если бы ему кто-то сейчас сказал, что его пассажиры являются действующими сотрудниками этого легендарного подразделения, бомбила бы расхохотался. В его представлении «Вымпел» был эдаким подобием милицейского ОМОНа, только в десять раз круче.

На самом деле «Вымпел» и ОМОН были, как говорят в Одессе, две большие разницы. В «Вымпеле» работали сперва головой, а потом уж кулаками и оружием. Характерной иллюстрацией этого была проведенная бойцами отряда операция в Анголе. Там во время войны кубинским войскам очень досаждали юаровские спецназовцы.

Прибыв на место, «вымпеловцы» разработали план, после чего дали спецназу противника себя обнаружить. И начали отходить. Вскоре юаровские спецназовцы обнаружили брошенное «вымпеловцами» в спешке снаряжение и оружие. При его осмотре произошел взрыв огромной мощности. Потери противника были столь велики, что об этом отряде юаровского спецназа в Анголе больше не слышали. Задача командования была выполнена без единого выстрела и без непосредственного контакта с противником, так что потерь «Вымпел», само собой, не понес…

Андрей и Денис действовали примерно по той же схеме. Бомбила был уверен, что везет в аэропорт не очень удачливых спортсменов, отправлявшихся на заработки за океан. «Семерка» вскоре въехала на Южный мост и по нему переехала на левый берег. По сторонам замаячили высотные дома новых микрорайонов.

Супермаркетов здесь хватало. Андрей указал на один из них:

– Вон к тому магазину, шеф, заверни!

Бомбила кивнул. Пару минут спустя «семерка» уже припарковалась на большой стоянке супермаркета. Освещена она была кое-как, что и привлекло в ней «вымпеловца».

Денис наклонился с заднего сиденья вперед и спросил:

– Сам сходишь?..

Бомбиле было даже невдомек, что это всего лишь отвлекающий маневр. Он так ничего и не понял. Рука Дениса внезапно коснулась его шеи, и водила тут же отключился…

Официант принес заказ. Логинов кивнул ему с самым приветливым видом, хотя на душе, что называется, кошки скребли. Недавнего куража не осталось и в помине. Его сменила досада на себя. Впопыхах Виктор пошел на слишком большой риск и ошибся в расчетах. И теперь ситуация была чревата самыми неожиданными осложнениями…

Еще раз окинув клуб взглядом, Виктор покосился на часы. «Вымпеловцы» вот-вот должны были обзавестись колесами. И направлять их теперь следовало прямиком к площади Леси Украинки. И ехать туда же самому…

Самое хреновое заключалось в том, что захват теперь мог сорваться. Если Фархад успел связаться со своим контрагентом, дело могло принять вовсе скверный оборот. По его, Виктора, вине…

Прав был Скорпион, нельзя Логинова посылать за кордон. Потому что он ковбой, спецназовец. И вместо того чтобы расколоть орех с Фархадом аккуратным «хирургическим» поворотом ножа, он этот орех сдуру бахнул молотком. И попробуй теперь Фархада в этой лепешке отыщи…

Еще раз покосившись на часы, Логинов для вида поковырялся вилкой в тарелке – чтобы не расстроить местного шеф-повара, а заодно не привлечь к себе нездорового внимания персонала. Управившись с этим, Виктор уже собрался было вскинуть руку, чтобы официант принес ему счет. И тут у него зазвонил телефон. Это были «вымпеловцы».

– Алло! Это я! С машиной почти решили! Нам с хозяином на сколько договариваться, чтобы он нас не побеспокоил раньше времени?

– Да, я думаю, до утра… – сказал после паузы Виктор. – Если не получится за это время, все равно придется искать другую машину.

– Ясно! Тогда ждем звонка! Минут через пятнадцать будем готовы.

– Хорошо, я перезвоню… – сказал Виктор.

И в этот самый миг в клуб «Бабуин» вдруг вошел Фархад аль Латиф…

Киллер нетерпеливо протянул руку к кнопке, чтобы позвонить в третий раз. Но Семен Флеров решил взять инициативу в свои руки. Он быстро открыл оба замка и распахнул дверь.

– Ты что, спишь? – осведомился киллер. – Сколько тебе можно звонить?

– Заходи! – усмехнулся Семен.

Сердце в его груди уже слегка успокоилось. В квартиру вошла женщина лет тридцати. Она действительно была киллером, поскольку мужчин убивала наповал – одним своим видом.

Суперкороткая стрижка «под мальчика» очень подходила к ее скуластенькому личику со слегка вздернутым носиком. Одета она была в нечто лилово-воздушно-легкое и напоминавшее порядком изодранный собаками сарафан – в общем, очень модно.

Окинув своими большими зелеными глазами слегка растерянного Семена, женщина капризно скривила губки:

– Не поняла. А где цветы? Или что – прошла любовь, завяли помидоры?

– Ой, извини, Лена! Замотался! – проговорил Семен, задом сдавая на кухню.

Там он быстро сунул пистолет в стол и схватил стоявший в вазе букет. Появившись в прихожей, Семен чмокнул гостью в щеку и протянул цветы:

– Вот!..

– Какой-то ты сегодня странноватый, – покачала головой гостья. – Но цветы ничего… Поставь куда-нибудь пока.

Семен метнулся за вазой на кухню, Лена разулась и прошла в комнату. Ее взгляд сразу наткнулся на ноутбук.

– Ты что, себе второй компьютер купил?.. – крикнула гостья, направившись прямиком к столу. – Сейчас посмотрим, что за аппарат…

Семен едва разрыв сердца не получил, войдя в комнату и увидев, что Лена собирается открыть секретный терминал.

– Стой! – крикнул он с порога.

Лена невольно вздрогнула.

– Его нельзя трогать! Он это… устанавливается…

– В каком смысле устанавливается? – спросила Лена, оглянувшись через плечо.

По роду занятий она была прожигательницей жизни. Папа-банкир не скупился, и Лена брала от жизни все, но с умом. Три месяца девушка путешествовала на яхте по Средиземноморью, теперь вот отдыхала от отдыха в Киеве, закрутив легкий роман с Семеном. Увлечение компьютерами давно осталось в прошлом, но с тех пор Лена слишком хорошо разбиралась в предмете, чтобы ей можно было навешать лапши на уши…

– Да из Интернета новую версию… – торопливо и невнятно проговорил Семен, быстро подходя к гостье.

Поставив вазу на стол, он обнял Лену сзади, как бы невзначай заблокировав ей руки.

– Новую версию чего?.. – спросила та.

– Да этого… – тихо проговорил Семен, целуя Лену в ухо. – Я так соскучился…

Девушка вздрогнула:

– Прекрати!.. Мы же собирались…

Впрочем, что они собирались, Лена так и не сказала. Семен понимал, что, для того чтобы заставить гостью забыть о ноутбуке, действовать надо решительно. И, целуя Лену в ухо, Семен одновременно сунул руку под складки ее сложного наряда…

Интерьер клуба «Бабуин» был весьма оригинальным. Все стены были уставлены полками с самыми разнообразными книгами. Потолок же был художественно оклеен англоязычными газетами прошлого века. Араб немного подождал, пока к нему подойдет администратор, но так и не дождался. Поэтому Фархад сел за свободный столик у колонны.

Официант завернул к нему по дороге:

– Вам, может, что-то сразу принести?

– Да, кофе, – кивнул Фархад.

– Натуральный, капуччино, эспрессо?

– Натуральный, пожалуйста!

Официант кивнул и побежал с подносом дальше, Фархад сунул сумку под стол к колонне и наконец огляделся. Судя по надписям на разложенных на столе буклетах, клуб «Бабуин» позиционировался как клуб интеллектуалов. Словно бы в подтверждение этого к пианино вышел слегка взлохмаченный мужчина музыкальной наружности. Минутой позже к нему присоединились контрабасист со своим громоздким инструментом и гитарист. Публика разразилась одобрительными восклицаниями. Официант принес кофе. Фархад заказал ему еще какой-то салат и минералку.

Трио повтыкало штеккеры в розетки и слегка побренчало на своих инструментах, настраиваясь. Народ сопровождал эти приготовления подбадривающими репликами. Сама импровизированная сцена располагалась за колонной, так что музыканты от столика Фархада почти не просматривались. Но арабу это было и не нужно. Его больше интересовали посетители…

Голова водителя «семерки» безвольно склонилась на грудь, тело обмякло. Он бы плюхнулся на баранку, но Денис его придержал. Андрей уже выходил из машины.

– Сейчас! – сказал он.

Распахнув багажник, «вымпеловец» быстро отыскал в своей сумке замаскированный под обычный канцелярский корректор шприц-тюбик. Закрыв багажник, Андрей вернулся в салон и сделал бомбиле укол. После этого он позвонил Логинову:

– Алло! Это я! С машиной почти решили! Нам с хозяином на сколько договариваться, чтобы он нас не побеспокоил раньше времени?

– Да, я думаю, до утра… – сказал после паузы Виктор. – Если не получится за это время, все равно придется искать другую машину.

– Ясно! Тогда ждем звонка! Минут через пятнадцать будем готовы.

– Хорошо, я перезвоню.

Андрей отключил телефон и сказал:

– Давай перетащим его на мое сиденье, а потом я быстро схожу за водкой, для правдоподобия!

Бесчувственного бомбилу пересадили на место пассажира. После этого Андрей сходил в супермаркет и купил водки. Сев за руль, он выехал со стоянки и осторожно направил «семерку» в глубь квартала. В огромном дворе, окаймленном двадцатиэтажками, «вымпеловцы» приметили детский городок, выполненный в псевдосказочном стиле.

Сейчас там детей не было и в помине. Двумя большими группами сидела молодежь, люди постарше выпивали по углам. Остановившись за деревянным забором, Андрей сходил на разведку. Вернувшись, он сказал:

– Порядок! Берем!

Бесчувственного бомбилу вытащили из темной «семерки» и затащили на территорию еще более темного детского городка. Здесь таксиста очень удобно уложили в деревянном домике и облили водкой. Чекушку с остатками пойла протерли и сунули бомбиле в руку. Вряд ли его кто здесь найдет до утра, а если и найдет, то какой-нибудь алкаш. И вряд ли удивится…

Вернувшись в машину, Андрей отъехал за соседний дом и остановился, включив освещение салона.

– Надо хоть посмотреть, как меня зовут… – сказал он, раскрывая барсетку бомбилы.

Денис прикурил сигарету и поинтересовался:

– Фотка удачная?

– Как вылитый, – сказал Андрей. – Еще и с усами…

– А ну-ка дай!

Бомбилу «вымпеловцы» выбирали по одному простому критерию – внешнему сходству с одним из них. Чтобы можно было воспользоваться имеющимися документами. Водитель «семерки» цветом волос и формой лица смахивал на Андрея. Поэтому ему и не повезло.

Денис взял в руки водительское удостоверение, посмотрел на фото, потом перевел взгляд на товарища. Через некоторое время он сказал:

– Нормально! При ночном освещении бояться нечего!

Андрей быстро просмотрел остальные документы, чтобы в случае чего не попасть впросак. Милиционеры иногда задают контрольные вопросы, так что свой адрес по прописке или год и место рождения желательно знать.

– Вроде все, – наконец сказал Андрей, складывая документы обратно в барсетку. – Сейчас только надену майку, а то бомбилы в таких шмотках не ездят…

Когда Андрей заканчивал переодеваться, позвонил Логинов.

До этого встречи Семена Флерова с Леной носили налет эдакой благовоспитанности, что ли. Семен отдавал себе отчет в том, насколько шикарная женщина встретилась ему, и оттого чувствовал себя скованно даже в постели.

Сейчас же у него просто не было другого выхода, как вульгарно изнасиловать свою гостью, словно дешевую шлюху в подъезде. Поэтому он слегка помял Лену, а потом резко наклонил ее, задрав нижнюю часть наряда, и буквально сорвал трусики.

– О, Семен!.. Ты что? – выдохнула Лена, не ожидавшая такого обращения.

Впрочем, Семен уже вошел в роль насильника, и остановить его было невозможно. Да, если честно, Лена и не хотела его останавливать. Семен своим варварским пылом не на шутку ее завел. И она уже дрожала от возбуждения, словно осиновый лист…

Следующие десять минут в комнате раздавались только охи и стоны. Казалось, Семен разбудил вулкан. Было уже непонятно, кто кого насилует, но более захватывающего полового акта у Семена не было в жизни.

– А-а!.. – наконец протяжно вскрикнула Лена, впиваясь ногтями в бок Семена.

Тот еще пару раз дернулся и, вконец обессиленный, обмяк, повалившись боком на пол. Около полуминуты они тяжело дышали, лежа рядом друг с другом. Потом Лена повернула голову и спросила:

– Что это было, а?.. Ты же мне трусики порвал…

Семен смущенно пробормотал:

– Извини, я просто соскучился, я куплю…

Лена чмокнула его и засмеялась:

– За что извини? Это было просто супер! Правда! Как-нибудь еще трахнешь меня так?

– Зачем как-нибудь? – сказал Семен. – Я тебя прямо сейчас трахну. Ну чуть попозже…

– Да? Ловлю на слове! – сказала Лена, поднимаясь. – Я в ванную! Жди!

Едва девушка вышла из комнаты, Семен вскочил с пола и подошел к столу. Под шум воды из ванной он быстро «свернул» шпионскую программу. Десять изображений исчезли с экрана, но компьютер продолжал записывать их на жесткий диск…

При виде араба Логинов испытал довольно сложное чувство, которое трудно описать словами. Но в данном случае его чувства ровным счетом никакого значения не имели. Работать надо было.

Виктор налонился над тарелкой и принялся с расстановкой потреблять кулинарный шедевр «бабуиновского» шеф-повара. Со стороны казалось, что этот процесс доставляет ему истинное удовольствие. Однако, если бы кто-то в этот момент спросил у Логинова, что он ест, он бы ответил не сразу.

Логинов незаметно, но очень внимательно наблюдал за Фархадом. Тот явно был здесь впервые. Оглядевшись, араб присел за столик у колонны. Потом перекинулся парой слов с пробегавшим мимо с подносом официантом…

Логинов продолжал наблюдать за арабом, пока вдруг не обнаружил, что неподалеку от него на импровизированной сцене уже изготовились к увеселению публики члены джаз-бенда. Или джаз-банды – это Логинову было все равно. Главное, он уяснил за это время, что Фархад аль Латиф тоже незаметно оглядывает посетителей. А это означало, что араб со своим контрагентом связи не имел и о «радиоигре» Логинова даже не догадывается.

«Ты гений, Логинов!» – скромно подумал о себе Виктор. После чего вытащил телефон и позвонил «вымпеловцам»:

– Вы управились?

– Да!

– Как раз вовремя! – сказал Виктор. Потом быстро объяснил, что им нужно как можно скорее быть у «Бабуина». – Как прибудете, сразу позвоните. Только паркуйтесь по правилам, тут постов много…

– Понятно. Едем!

Отключив телефон, Логинов облегченно вздохнул. Он рассчитал все верно. И теперь ему оставалось только дождаться «вымпеловцев» и дать им наводку на Фархада. Самое главное, что араб был со своей сумкой. И даже от греха подальше спрятал ее под стол…

После короткого вступления трио наконец заиграло. Народ в «Бабуине» затих. Джазовая композиция сопроводилась бурными амплодисментами. Фархад тоже пару раз хлопнул в ладоши, чтобы не выделяться. К джазу араб был равнодушен.

Все это время Фархад незаметно оглядывался по сторонам. В «Бабуине» было много иностранцев. Из них Фархад попытался вычленить арабов, однако сделать это оказалось не так-то легко. Ярко выраженных внешне земляков Фархада в зале не было. Зато в «Бабуине» было около десятка мужчин размыто-восточной наружности. То есть они вполне могли оказаться и арабами, и кавказцами, и турками, и даже какими-нибудь басками…

К тому же зал был очень большим, неправильной формы, так что рассмотреть всех посетителей с места не представлялось никакой возможности. Фархад помрачнел. Немного подумав, он решил дождаться антракта и побродить у полок с книгами. Он надеялся, что тогда-то агент МАБМ обратит на него внимание…

Наконец джазовое трио решило прерваться. Музыканты отправились к стойке, Фархад хлебнул минералки и поднялся. Осматривая полки, он прошел по периметру кафе к импровизированной сцене, потом завернул в закуток, который все это время находился вне поля его зрения.

Там за несколькими столиками сидели исключительно молодые девушки. Одна из них курила сигару. Поскольку агент МАБМ вряд ли пошел бы на переодевание со сменой пола, Фархад задымленный закуток покинул.

Внешне он оставался спокоен, но араба охватывало все большее беспокойство. Вернувшись за столик, Фархад проверил сохранность сумки, оставленной под столом, и заказал еще кофе. Он находился в клубе уже около получаса. За это время агент МАБМ должен был появиться в «Бабуине» по-любому.

Однако Фархад не заметил среди новых посетителей никого, кто мог бы быть человеком МАБМ. Либо он все-таки был здесь, но слишком хорошо маскировался, либо из-за утери Фархадом телефона агент что-то заподозрил и на встречу не явился…

Логинов вошел в роль ценителя джаза и даже пару раз негромко крикнул:

– Браво!..

Фархад хлопал вяло, и Виктор его душевное состояние отлично понимал: араб волновался, поскольку контрагент в зале так и не появился. Хотя это был еще вопрос. Не исключено, что он в зале был, но просто не мог связаться с Фархадом из-за неприятности с телефоном.

Трио прервалось. Фархад поднялся и двинулся вдоль полок с книгами. При этом он старался ни на миг не выпускать из поля зрения своего столика, под которым оставил сумку.

Виктор сделал вид, что увлеченно просматривает какую-то книгу. Фархад миновал его, заглянул в закуток зала и вернулся на свое место. Его вид выдавал все возрастающее беспокойство. Логинов же, наоборот, все больше успокаивался.

Его план сработал не то что на сто, а, кажется, на все сто пятьдесят процентов. Агенты МАБМ потеряли друг друга, встреча явно сорвалась, а на улице Фархада с его загадочной сумкой поджидали «вымпеловцы»…

Логинов дождался, пока Фархад начнет расплачиваться. Потом позвонил и сказал:

– Наш друг скоро пойдет к вам в гости. Встречайте как следует. Покажите ему наше гостеприимство. У него сумка через плечо. Не потеряйте ее…

– Ясно! – ответил один из «вымпеловцев». И даже пошутил: – Переходим на прием!

Джазовое трио от души исполняло какую-то ударную композицию. Народ в «Бабуине» внимал джазменам, Фархад же пришел к выводу, что стал причиной серьезного сбоя в операции МАБМ. Тянуть дальше было нельзя. Дождавшись окончания композиции, араб подозвал официанта, расплатился и спросил:

– Откуда у вас можно позвонить?

– Там в фойе таксофон.

– А карточку где можно взять?

– В кассе.

– Спасибо!

Закинув сумку на плечо, Фархад вышел в фойе «Бабуина». Сунув в низкое окошко деньги, он получил сдачу и телефонную карточку. Таксофон располагался в углу, за шторой. Араб снял трубку и набрал замысловатый международный номер.

Это был номер экстренной связи с МАБМ, и его Фархад знал наизусть, хотя пользовался этим номером первый раз в жизни. На другом конце ответили по-арабски.

– Мне нужен дядя Али! – быстро произнес Фархад.

– Его нет.

– Передайте, когда он появится, что звонил Саладдин!

В трубке возникла пауза.

– Саладдин? – переспросил собеседник Фархада.

– Да! Саладдин! Мне очень нужно с ним поговорить!

– Извините, секунду… – ответил собеседник Фархада. Около минуты в трубке не раздавалось ни звука. Фархад даже испугался, что связь прервалась. Однако он ошибся. – Алло! Саладдин! – послышался в трубке другой голос.

– Да!

– Дяди Али нет. Но я его управляющий. Что передать дяде?

– Я просто хотел сказать, чтобы дядя не волновался. У меня просто небольшие неприятности.

– Что за неприятности?

– Меня обокрали. На улице. Теперь я остался без телефона и не знаю, как передать привет дядиному знакомому. Потому что его номер остался в украденном телефоне. Вот!

– Так ты сейчас в полиции?

– Нет. Я звоню из клуба, в котором договорился встретиться с дядиным знакомым. Но его тут, кажется, нет. Или он меня просто не узнал… В общем, сообщите дяде, что я очень хочу передать его привет, но из-за украденного телефона не знаю, смогу ли.

– Хорошо, Саладдин. Я все передам дяде. А ты перезвони минут через пять, может, дядя успеет вернуться. По этому же номеру…

Логинов проводил Фархада взглядом. Музыканты сыграли еще одну вещь и снова прервались. Логинов уткнулся в какую-то книгу, джазмены пили у стойки кофе, переговариваясь со знакомыми почитателями своих талантов. Очень домашняя была атмосфера в «Бабуине». И вряд ли кто-то предполагал, что в нескольких метрах отсюда происходит похищение дипломата…

Времени прошло уже достаточно, а «вымпеловцы» все не отзванивались. Виктор покосился на мобильник, а тот словно только этого и ждал – завибрировал.

– Алло! – расслабленно сказал Виктор. – Порядок?

– Его не было…

– Да?..

– Да.

– Ладно, сейчас посмотрю… – собрался было подняться Виктор, но в этот момент Фархад вдруг появился в зале. – Ага! Наш друг вернулся. Тогда ждите, я предупрежу!

Отключив телефон, озабоченный Логинов посмотрел на араба. А тот на этот раз прошел прямо к стойке и уселся на высокий табурет. Бармен принял заказ, араб покосился на часы…

Виктор сообразил, что араб чего-то ждет. Почему же он не вышел из клуба?.. Впрочем, сейчас гадать было уже поздно. Виктор немного подождал, потом позвонил «вымпеловцам» и негромко сказал:

– Алло! Наш друг, возможно, ждет такси. Или еще что. Короче, возможны варианты. Не исключено, что придется импровизировать.

– Ясно. Попробуем…

– Если совсем что-то из ряда вон, просто проводите его. А уже по дороге что-нибудь решите…

Примерно через пять минут Фархад рассчитался, поднялся и снова направился к выходу из клуба. На этот раз Логинов был начеку. И даже умудрился опередить араба, заняв с незажженной сигаретой позицию перед зеркалом в фойе…

– Алло! Это Саладдин!

– Да! Слушай, Саладдин! – быстро проговорил человек, представившийся прошлый раз управляющим. – Я успел переговорить с дядей и рассказал ему о твоих неприятностях. Дядя очень расстроен, что так все получилось. Очень…

– Но я же…

– Для дяди очень важно, чтобы ты обязательно передал его привет. Он очень надеется на тебя, Саладдин! Очень!

– Да! Но как…

– Перезвонишь по этому телефону, но из другого места и не раньше утра. До этого времени дядя свяжется со своим знакомым, и тогда я тебе сообщу, где и как ты с ним встретишься. Ясно?

– Ясно…

– Но до того будь начеку! Дядю очень встревожило сообщение о том, как у тебя украли телефон. Это плохие люди. И они теперь могут узнать, где ты живешь. Поэтому не возвращайся домой, пока не передашь привет дядиному знакомому! Ты все понял?

– Да!

– Тогда все, Саладдин. Жду твоего звонка. Дядя верит, что ты не подведешь его…

– Да, я ведь всегда…

– Ты никогда не подводил его, но в этот раз случай особый, – торопливо перебил Фархада собеседник. – Это дело для дяди особой важности. Поэтому не позволь злым людям помешать тебе. Не позволь им сделать это любой ценой! Все!

– Я не позволю! – успел произнести Фархад, прежде чем его собеседник повесил трубку.

Араб действительно преисполнился решимости выполнить задание МАБМ во что бы то ни стало. Ему недвусмысленно дали понять: содержимое термоса представляет такую ценность, что ради его сохранности Фархад должен идти на самые крайние меры…

– Пи! Пи! Пи! – вдруг раздалось за спиной Фархада.

Он невольно вздрогнул и повернулся всем телом. Оказалось, что это всего лишь пищит таксофон, напоминая Фархаду о забытой карточке. Араб поспешно вытащил ее и сунул в карман. Потом вынырнул из-за шторы и направился к туалету…

Когда Фархад нырнул за штору к таксофону, Виктор неспешно прошел к выходу и попросил прикурить у торчавшего там охранника в довольно безвкусном прикиде. Тот оказался некурящим, но Логинову это было только на руку. Он вернулся в фойе, огляделся и неторопливо прошел к входу в зал.

За это время Виктор успел подслушать кое-что из телефонного разговора Фархада. Но особого толка в этом не было, поскольку Фархад в основном ограничивался невнятными «да», «ясно» и тому подобным. Однако последняя фраза араба Логинова заинтересовала, тем более что произнес Фархад ее довольно разборчиво и решительно.

– Я не позволю! – отчеканил араб и тут же опустил трубку на рычаг.

Логинов вошел в зал и попросил зажигалку у мужчины, сидевшего за крайним столиком. В левой руке Виктор держал телефон, чтобы мгновенно сбросить вызов «вымпеловцам». Однако Фархад свернул в туалет…

Логинов вернулся в фойе и позвонил «вымпеловцам» со своего мобильного. Те, ясное дело, сидели в машине на нервах. Поэтому Виктор постарался их успокоить:

– В общем, у меня порядок. Скоро подъеду, с нашим другом… Очень скоро, я его жду, он вот-вот появится. А у вас как дела? Ага, ага… – Таким макаром Логинов проговорил с «вымпеловцами», пока из туалета не появился Фархад. Тут Виктор двинулся ему навстречу и сказал в трубку: – Добро, добро! Я уже выезжаю! Ага! До встречи!

Все это Логинов провернул очень натурально. И даже охранник, слышавший весь его разговор, не мог ничего заподозрить. Поболтал человек в ожидании, пока освободится туалет, да и пошел по своим делам…

В тот самый момент, когда Фархад наконец вышел из «Бабуина» на улицу, Логинов закрыл за собой дверь туалета. И ухмыльнулся своему отражению в зеркале. Мол, знай наших. Что бы ни говорили Скорпионы, но нынешнее поколение фээсбэшников свой хлеб тоже ест не зря. Кое-что соображает в проведении спецопераций…

«Семерка», захваченная «вымпеловцами», имела на крыше пластмассовую пирамиду с «шашечками». Поэтому стоявшая неподалеку от входа в клуб машина не привлекала к себе особого внимания.

Когда Фархад наконец появился в дверях «Бабуина», Андрей быстро огляделся по сторонам и негромко сказал:

– Работаем по «единице»!

– Понял! – кивнул сидевший сзади Денис.

Он подобрал ноги и приготовился быстро вынырнуть из машины. «Единица» на жаргоне означала «вариант № 1». Заключался он в том, что Денис выходил из машины и изображал бурную радость от неожиданной встречи со знакомым. Фархадом то бишь. Само собой, в приливе чувств обнимал его. И усаживал в машину.

«Вымпеловцы» обладали достаточной квалификацией, чтобы таким вот макаром умыкнуть человека даже средь бела дня. Совершенно незаметно для окружающих. А в Киеве давно стемнело.

Фархад аль Латиф миновал топтавшегося у открытой двери охранника и двинулся по дорожке к тротуару. Слева от дорожки располагалась летняя площадка клуба, укрытая навесом и имевшая вход также и с этой стороны.

Денис открыл дверцу и вышел из машины. Фархад его пока не видел, поскольку из-за угла летней площадки просматривалась только передняя часть «семерки».

Андрей тем временем снова огляделся по сторонам. Улица Богдана Хмельницкого была более-менее освещена, но это, конечно, был не Крещатик.

Фасады посольств и диппредставительств были подсвечены фонарями. Вдали, в стороне центра, ярко светились витрины магазинов. А вот тротуары и проезжая часть в районе «Бабуина» не то чтобы утопали в темноте, но просматривались так себе. То есть силуэты людей и машин в тени деревьев угадывались, но не более того. Удачное было место, что и говорить…

Денис закрыл дверцу и направился к углу летней площадки. Время он рассчитал так, чтобы «случайно столкнуться» с арабом на пересечении тротуара и дорожки. Их разделяли считаные метры, когда случилось то, чего не мог предвидеть ни Логинов, ни «вымпеловцы».

– Фархад, привет! – вдруг донеслось из-под навеса. – Это ты? Какими судьбами?

Денис за дословный перевод с арабского поручиться не мог, но смысл сказанного был примерно таким. Секунду спустя из-под навеса вынырнул очень симпатичный черноволосый парень и обнял Фархада…

– Привет, Мустафа! – удивленно повернул голову Фархад.

Мустафа был иорданцем, но они с Латифом стажировались в Англии в одном университете. Фархад обнялся с бывшим однокашником и сказал:

– Привет, привет, Мустафа! А ты совсем не изменился!..

– А зачем мне меняться? – подмигнул Фархаду Мустафа. – Идем, я тебя кое с кем познакомлю…

С этими словами иорданец приобнял Фархада и увлек его под навес летней площадки. Там, за одним из ближних столиков, сидели три молоденькие цветущие девицы. Что называется, кровь с молоком.

– Девушки! Знакомьтесь, это мой друг Фархад! Тоже дипломат! – проговорил Мустафа уже по-русски, подводя Фархада к столу.

– Лера! Очень приятно!

– Вика!

– Олеся!.. А Фархад тоже из Иордании? – дружно защебетали подвыпившие девчушки.

– Нет, Фархад из соседней страны! – быстро проговорил Мустафа, пододвигая Фархаду стул. – Присаживайся! Тебя что, в Киев перевели?

Фархад, еще полминуты назад горевший желанием во что бы то ни стало выполнить задание МАБМ и даже умереть, если это потребуется, покорно плюхнулся на стул. Уж слишком неожиданно все произошло.

А Мустафа и вправду ничуть не изменился. Он, как и девушки, был слегка навеселе и находился в самом что ни на есть прекрасном расположении духа. Быстро раздобыв за соседним столиком еще один стул, иорданец присел рядом с Фархадом и плеснул ему коньяка из графинчика:

– За встречу!

Девушки пили шампанское. Фархаду пришлось чокнуться с каждой из них. Все выпили, Мустафа пододвинул Фархаду блюдечко с дольками лимона и повторил свой вопрос:

– Так тебя в Киев перевели, в посольство?

– Да нет, – покачал головой Фархад. – Я уезжаю…

– В отпуск?

– В резерв МИДа, – неопределенно ответил Фархад.

– А-а, идешь на повышение? – кивнул Мустафа. – А я из Украины ни за что не уеду, даже если мне предложат сразу стать послом в США! Разве можно куда-то уехать от такого золота? – кивнул иорданец на девушек.

Мустафа происходил из высокопоставленной семьи. Деньги для него значения не имели, карьера дипломата тоже. Мустафа был жизнелюб. И, вкусив во время учебы благ западной цивилизации, он по достоинству оценил все их преимущества. Мустафа стал плейбоем, благо и средства, и внешние данные для этого у него были.

– Так ты уже сдал дела? – быстро спросил Мустафа.

– Да, – кивнул Фархад. – Кое-что нужно только доделать в Киеве…

– Ну так это просто отлично! Тогда едешь с нами в «Мандарин Плаза»!

– Куда?

– В «Мандарин Плаза»! Там сегодня играет ди-джей Глобус. Чумовая вечеринка! Море драйва! Полный отпад! Тебе понравится!

Фархад вдруг подумал, что если бы слова Мустафы слышали родители и многочисленные иорданские родственники, то у них бы наверняка случилось по инфаркту на брата. В одетом в драные джинсы и пеструю рубаху, с зализанными гелем длинными волосами Мустафе не было ничего от правоверного мусульманина. Это был продукт совсем другой – западной цивилизации. Исчадие ада, в общем…

Однако, несмотря ни на что, Фархад испытывал к иорданцу симпатию. Мустафа был искренен во всех своих проявлениях. И не сделал лично Фархаду ничего плохого. Он был просто заблудшей овцой. И именно во имя спасения таких вот братьев и сестер во всем мире и работала МАБМ…

Денис сделал еще пару шагов и остановился, вытащив мобильный. Тыкая пальцем в кнопки, он наблюдал, как Фархад уселся за столик на летней площадке «Бабуина», потом несолоно хлебавши вернулся в «семерку».

– Знакомого встретил, – сообщил он Андрею. – Тоже араба. Мустафой вроде зовут…

Андрей сдержанно выругался. И сообщил по телефону Логинову о случившемся. Тот от крепких выражений воздержался, коротко сказав:

– Хорошо. Я понял. Ждем. Только глядите в оба…

Выйдя из туалета, Виктор вернулся в зал. С его места столик на летней площадке, за который уселся Фархад, не просматривался. Джазмены уже вернулись к сцене, чтобы продолжить концерт.

Виктор расплатился, потом взял недопитый стакан с соком и вышел на летнюю площадку, изображая, что ведет деловой разговор по телефону. Там он вроде как невзначай присел за угловой столик.

Джазмены в зале заиграли, Виктор, потягивая сок, кивал головой, вроде как соглашаясь со своим телефонным собеседником. Наконец он сказал:

– Хорошо, договорились… Да, я завтра займусь этим вопросом. Пока!

Коньяк проник тоненькой струйкой в желудок Фархада, и внутри начало разливаться успокоительное тепло. Девушки щебетали наперебой, Мустафа шутил и смеялся. Фархад тоже улыбался, кивал и даже что-то говорил, хотя происходящее воспринимал словно сквозь туман.

Он чисто автоматически отметил, что девушки просто восхитительны. В меру глуповаты, но свежи и прекрасны, как только-только начавшие распускаться бутоны роз. Мустафа знал толк в девушках. И знал, как их очаровывать. Фархад из-за этого ему даже тайно завидовал, когда они вместе стажировались в Лондоне…

Но с тех пор прошло три года. Вроде бы не очень много, но за это время Фархад очень изменился. И внешне, и внутренне. Слишком много пришлось пережить Фархаду.

Возвратившись после стажировки домой, Фархад аль Латиф подал документы в МИД. Пока их рассматривали, араб был предоставлен самому себе. После свободной жизни в Лондоне на родине это оказалось серьезным испытанием. Скучная мусульманская действительность уже не могла удовлетворить араба. Ему хотелось праздника, но денег на светские развлечения у Фархада не было.

И он стал посещать дрянной тайный притон, где в рабстве содержали изможденных проституток. После одного из посещений Фархад вышел на грязную восточную улочку и направился восвояси. В это время сверху донесся крик охранника:

– Хозяин! Он убил Таню, она задушена!

– Догоните его! Немедленно!

Фархада словно ледяной водой окатили. Таней звали толстую проститутку, у которой он только что был. Продажная любовь в исполнении Тани навряд ли стоила денег, которые выложил хозяину притона араб. Но убивать проститутку за это Фархаду даже в голову не приходило…

Поставив стакан на столик, Виктор покинул летнюю площадку «Бабуина». Выйдя на тротуар, он огляделся и направился к «семерке». Открыв дверцу, он спросил:

– Свободен, дядя Федор?

– Это смотря куда ехать, племянник! – хмыкнул Андрей.

– Ты смотри, признали… – сказал Виктор, усаживаясь на переднее сиденье.

Андрей покосился на Дениса. Потом проговорил:

– Нам по плану вообще-то не положено вступать в контакт…

– Планом много чего не предусмотрено, – пожал плечами Виктор. – Наш друг собирается ехать со своим знакомым и девушками в ночной клуб.

– Понятно… И что будем делать? Может, вырубим в этом «Бабуине» свет и выдернем его под шумок? Чего за ним целую ночь таскаться?

– Думаю, не стоит, – сказал Виктор. – Милиции тут много, да и время пока терпит. Пусть клиент дойдет до кондиции. В общем, я пока смотаюсь за своей машиной. А то как бросил ее у метро, так и стоит. А вы, если я не успею подъехать, сядете нашему другу на хвост… Ясно?

– Ясно. А если он передумает ехать в этот ночной клуб?

– Тогда действуйте по обстановке, – пожал плечами Виктор. – Не мне вас учить. В любом случае вести его придется кому-то из вас. Я уже засветился. Вопросы?

– Все понятно…

– Ну тогда я пошел, – взялся за ручку Виктор. – Если что, звоните…

– За ним! Догнать, собаку! – разнесся над ночной восточной улицей крик.

Фархад в страхе бросился прочь. Он не убивал проститутку Таню, но вступать в объяснения с хозяином притона было бессмысленно. Одноглазый Карим весил центнера полтора. Его тело было сплошь покрыто вьющимися курчавыми волосами, руки свисали едва ли не до колен.

Этот гиббон не зря держал в страхе проституток. При виде его даже посетителям притона становилось не по себе. Фархад понимал, что если его поймают, то его обезображенный труп уже никто и никогда не найдет…

Он несся по вонючим восточным улочкам, позади топали в ночной тишине тяжелые шаги охранников Карима. Фархад был так напуган, что даже не мог сказать, сколько продолжалась погоня – несколько минут или полчаса.

Ему удалось убежать. С трудом выбравшись из лабиринта кривых улочек, он дошел до какого-то бара и взял такси. Только оказавшись дома, Фархад почувствовал себя в относительной безопасности, но все равно уснул лишь под утро.

Проснувшись в обед, араб поел и решил отправиться в МИД, чтобы узнать, как продвигается рассмотрение его документов. Надев костюм с галстуком, Фархад вышел на улицу. И едва не обмер. На углу он увидел старый «Мерседес», в котором сидел одноглазый Карим.

Фархад быстро повернул в другую сторону. Однако не успел он пройти и нескольких шагов, как к нему от лавочки шагнул кряжистый араб с обритой головой и страшным шрамом на лице. Фархад буквально обмер от страха.

Но лысый громила просто поздоровался и сказал:

– Скажи, почтенный, я приехал с юга и ищу своего родственника, он примерно твоего возраста, но человек простой и одевается просто… – Далее громила описал одежду Фархада, в которой тот был накануне в притоне, и спросил: – Он вроде живет где-то здесь. Ты его случайно не знаешь?

– Нет, – мотнул головой Фархад.

– Ну извини еще раз, – стараясь походить на воспитанного провинциала, проговорил громила. – Он и вправду человек простой, откуда тебе его знать…

Фархад кивнул и поспешил скрыться в толпе. Сердце выскакивало у него из груди. Он сообразил, что люди Карима успели найти таксиста и теперь прочесывали район…

– Шеф! Кажись, Логинов появился!

Мамонт быстро поднял голову и вздохнул:

– Наконец-то!

Спуститься за Виктором в метро или послать за ним Петрова Мамонт не рискнул. И вот уже около часа полковник находился в состоянии, близком к прострации.

В голову лезли черт знает какие мысли – что Логинов ушел с концами, что он оставил машину специально и все в том же роде… Самое главное, что и Семен тоже не отзывался.

И вот наконец их ожидание было вознаграждено. Мамонт быстро огляделся и спросил:

– Иностранца не видишь?

– Вроде нет… – покачал головой Петров. – Может, он его уже того…

– Чего того?.. – нервно спросил Мамонт.

– Исполнил, – пожал плечами Петров. – Зря он, что ли, за ним в такую даль тащился?

– Не болтай ерунды! – так же нервно проговорил Мамонт. – Логинов не ликвидатор!

– А чеченца на «седьмом километре» кто грохнул на мусорке?

– Тогда у него не было другого выхода! И вообще – если бы он его тогда не грохнул, мы бы с тобой сейчас здесь не сидели! Все, заводи, он куда-то спешит!

Встреча с громилой со шрамом и обритой головой стала для Фархада настоящим ударом. Он понимал, что его жизнь повисла на волоске, но в полицию он обратиться не мог, поскольку в этом случае на его карьере можно было поставить крест. А может, и на свободе…

В МИД Фархад все же съездил. Там ему сказали, что документы его уже рассмотрены. Теперь остались сущие формальности – обычная проверка на благонадежность в МВД и Министерстве безопасности. Фархад покинул здание МИДа в ужасном состоянии.

Он почти достиг своей цели. Но из-за кошмарного ночного происшествия все его многолетние усилия оказались напрасными. Домой возвращаться было нельзя. Там рыскали громилы Карима. Некоторые из них видели Фархада и могли опознать даже в костюме с галстуком.

Фархад был в отчаянии. Он не знал, что делать. Бродил, словно в тумане, по центру города и даже подумывал о самоубийстве, поскольку это было все же лучше, чем попасть в руки к Кариму или в ужасную местную тюрьму.

И тут, совершенно случайно, Фархад встретил Барраха. Они когда-то учились в одной школе. Баррах сразу увидел, что с Фархадом происходит неладное.

– Ты зря отчаялся, брат! – неожиданно сказал он сразу после приветствия.

– Что? – даже вздрогнул Фархад. – С чего ты взял, что я отчаялся?

– Аллах открыл мне глаза, – блаженно улыбнулся Баррах. – Я тоже решил несколько лет назад, что моя жизнь кончена. А теперь я счастлив. Мы просто не понимаем, что ничего не происходит просто так. На все воля Аллаха. И если он поставил нас в трудное положение, то только для того, чтобы указать верный путь. В минуту отчаяния я встретил Учителя. Учитель дал мне надежду, указав нужную дверь. Мы просто не замечаем ее в суете. А она ведь совсем рядом. Рано или поздно каждый находит ее. И стучится. Если хочешь обрести покой, пойди к Учителю. И Аллах откроет тебе дверь… – Далее Баррах сказал, где искать Учителя, и тут же растворился в толпе, словно его и не было…

Поначалу встреча со старым знакомым не на шутку напугала Фархада. Тот словно бы прочитал все потаенные мысли аль Латифа. Но, бесцельно побродив по городу пару часов, Фархад сам не понял, как оказался в районе, где жил загадочный Учитель.

Баррах сделал то, в чем так остро нуждался Фархад. Он дал аль Латифу надежду. И Фархад постучался в дверь Учителя. В этот момент он вовсе не был уверен, что поступает верно, но слишком нужна была ему хоть какая-то опора…

– Аллах всемилостив! – сказал открывший дверь толстяк с круглым добродушным лицом. – Я не спрашиваю, как ты нашел эту дверь, но если Аллах направил тебя, то входи…

И Фархад тут же отбросил все сомнения. И вошел. Учитель ни о чем не расспрашивал его, даже не узнал имени. Он просто провел Фархада в небольшую затемненную комнату без мебели и предложил сесть на подобие циновки. Сев напротив Фархада, хозяин сказал:

– Приветствую тебя, брат. Я рад за тебя. Ты избран Аллахом. Я знаю это, потому что и сам был призван им. Ничего не говори, слова не имеют значения. Оставайся здесь, пока Аллах не откроет тебе дверь. Молись, и ты почувствуешь это. Стены растворятся в сиянии славы его, и божественная музыка наполнит тебя. Свет войдет в тебя и наполнит радостью. И ты воспаришь над садами его и станешь частью его. И тогда ты поймешь, что ты плоть от плоти его…

Сказав это, Учитель оставил Фархада. Он вышел, неслышно притворив за собой дверь. Когда его шаги затихли, Фархад огляделся. Честно говоря, он был растерян.

Баррах подарил ему надежду. Учитель же наговорил такого, что Фархад даже усомнился в душевном здоровье добродушного толстяка. При других обстоятельствах он бы тут же покинул этот дом, поскольку находиться в гостях у душевнобольного хорошего мало…

Но идти Фархаду было некуда. Приближалась ночь. А у его дома рыскали громилы Карима. Попасть к ним в руки было намного хуже, чем находиться под одним кровом с сумасшедшим. И Фархад остался…

Выйдя из машины «вымпеловцев», Виктор быстро добрался до метро и спустился в подземку. Людей было совсем мало. Сделав одну пересадку, он вышел на «Печерской» и вскоре вынырнул из подземного перехода на площади Леси Украинки.

«Девятка» стояла на месте, ничего подозрительного Виктор не заметил. Усевшись в машину, он запустил двигатель и сразу развернулся. «Вымпеловцы» позвонили ему пару минут назад, когда он поднимался на эскалаторе.

Они сообщили, что Фархад с компанией только что погрузился в такси и отъехал от «Бабуина».

В поезде подземки Виктор по компактной схеме Киева наметил кратчайший маршрут к «Бабуину». Теперь его нужно было корректировать, поэтому Виктор связался с «вымпеловцами». Те изучали Киев по схеме в пути из Одессы, поэтому в лабиринте центральных улиц более-менее ориентировались.

Следуя их подсказкам, Виктор вскоре выбрался к проспекту Бажана. А еще через несколько минут он выехал на Южный мост и вслед за «вымпеловцами» направился на левый берег…

Фархад поначалу не собирался молиться. Он просто сидел в затемненной комнате, в которую привел его Учитель. И был счастлив уже тем, что уж тут-то люди Карима не могли добраться до него наверняка…

Фархад не знал, сколько он так просидел. Звукоизоляция затемненной комнаты была почти полной, так что снаружи не доносилось ни звука. Поэтому Фархад не мог сказать, когда началось ЭТО.

Просто в какой-то момент он услышал ГОЛОС. Это не был голос в обычном понимании этого слова, поскольку в комнате по-прежнему не раздавалось ни звука. ГОЛОС звучал в голове Фархада. Сперва совсем тихо, потом чуть громче и настойчивей:

– Молись… Молись… Молись… Молись…

Эта странная галлюцинация наверняка напугала бы Фархада, но одновременно или даже чуть раньше он начал ощущать непонятную легкость во всем теле и тихую радость. От волнений и страхов Фархада в один миг не осталось и следа. Они словно бы растворились в воздухе…

Фархад испытал ни с чем не сравнимое облегчение. ГОЛОС не пугал его. Он звучал в голове божественной музыкой. И Фархад принялся молиться. Время, проведенное за границей, стерло из его головы многие молитвы, но Фархад все равно, хоть и путаясь, шептал священные тексты. И чувствовал, как с каждым словом его тело наполняется все большей легкостью, а душа – радостью.

Фархад впал в непередаваемое эйфорическое состояние. Он покачивался с полуприкрытыми глазами, и молитва его становилась все громче. А стены комнаты тем временем постепенно осветились странным неземным светом. И в этом свете они растворились.

А потом Фархад почувствовал, что он куда-то летит. Все выше и выше. Не было уже ни темной комнаты, ни стен. А был яркий волшебный свет, в котором порхало невесомое тело Фархада, и розовый туман, сквозь который внизу проглядывали неземной красоты сады.

И Фархаду было так хорошо, что, казалось, все его тело пело от радости…

«Девятка» с Логиновым развернулась и направилась к проспекту Бажана. Благодаря прилепленному Петровым на вокзале радиомаяку, следить за Виктором было несложно.

Петров вел «БМВ» на безопасном расстоянии, Мамонт по схеме выяснял, куда они едут. Когда вдали показались огни Южного моста, полковник пробормотал:

– Не понял, неужели он и вправду в аэропорт едет?

– Что, шеф?

– Это самая короткая дорога в Борисполь, – сообщил Мамонт.

– Думаете, он в Москву собрался?

– Посмотрим… Если собрался, придется его расстроить.

– Будем брать?

– Ничего другого не остается…

В «БМВ» повисла тишина. И Мамонт, и Петров понимали, что взять Логинова задачка не из легких. А если он действительно успел выполнить свое задание, то сопротивляться будет до последнего…

Фархад очнулся от легкого прикосновения. Он открыл глаза и увидел над собой добродушное лицо Учителя. Тот присел рядом с аль Латифом на жесткую циновку и сказал:

– Приветствую тебя, брат. Я вижу, Аллах открыл тебе свою дверь. Ничего не говори, слова теперь не имеют значения. Теперь ты один из избранных. Не каждому дается такое счастье. Но Аллах отметил тебя своей печатью. Теперь ты плоть от плоти его. И другие избранные узнают тебя. Иди и ничего не бойся. И помни – если другой избранный постучит в твою дверь, значит, его послал Аллах. И направил к тебе его ГОЛОС ВСЕВЫШНЕГО.

Фархад поднялся с циновки, и добродушный толстяк проводил его к двери. Странные чувства, нужно признаться, испытывал Фархад. Уже у самой двери он оглянулся, но Учитель словно бы прочитал его мысли:

– Не спрашивай меня ни о чем. Слова теперь не имеют значения. Теперь ты будешь напрямую общаться с Аллахом. Или через ГОЛОС ЕГО, или через другого избранного. Аллах всемогущ, и только он знает, что делается в этом мире и для чего…

Фархад покинул дом Учителя. На улице стояла глубокая ночь. Несмотря на все волшебные приключения, Фархаду было немного страшно ехать домой. Но он запомнил слова Учителя – «иди и ничего не бойся». Поэтому Фархад отыскал такси и поехал в свой район.

Правда, на всякий случай араб велел таксисту проехать мимо своего дома и остановиться только через квартал. Ничего подозрительного Фархад не заметил, расплатился и пешком вернулся домой. Никто его не ждал. И Фархад перестал бояться.

Аллах был с ним. Едва коснувшись головой подушки, Фархад уснул. А утром проснулся от того, что кто-то стучался в его дверь. На миг вчерашние страхи вернулись, Фархад вскочил с кровати и метнулся к окну. Однако там ничего подозрительного видно не было – ни старого «Мерседеса» Карима, ни его громил.

Фархад прошел к двери и спросил:

– Кто?

– Слова не имеют значения… – сказал гость.

Фархад сглотнул слюну, потом решительно распахнул дверь. На пороге стоял мужчина лет сорока, ухоженный, но просто одетый. Он посмотрел в глаза Фархада, и тот невольно отступил. Мужчина прикрыл за собой дверь и сказал:

– Аллах всемилостив! Я слышал голос ЕГО. И он направил меня к тебе, брат…

Мужчина объяснил Фархаду, что избранные и помеченные печатью Аллаха создали свою организацию. Называется она Международной ассоциацией братьев-мусульман. Организация работает во благо Аллаха. И каждый избранный автоматически становится ее членом…

– Теперь ты наш брат! – сказал мужчина. – Но об этом никто не должен знать. Мы работаем во славу Аллаха. И дьявол боится этого. Америка и ее союзники во всем мире стали орудием его. Неверных слишком много, брат. И чтобы выполнить свою миссию, мы должны ничем не выделяться. Я знаю, что ты избранный, но другие не должны узнать об этом никогда. Поэтому ты должен жить как прежде. Грехи твои простятся. Ибо ты отныне все будешь делать по воле Аллаха. Ты помечен печатью его. И грехи твои не имеют значения, поскольку грешить ты будешь для борьбы с Сатаной.

Так Фархад аль Латиф стал агентом МАБМ. Ни Карим, ни его громилы у дома Фархада больше не появлялись. А через несколько дней Фархада пригласили в МИД, чтобы сообщить, что проверка закончена и он может приступать к работе.

И Фархаду даже в голову не пришло, что все случившееся с ним было тщательно спланированной операцией МАБМ. Начиная от мнимой смерти проститутки Тани и кончая обработкой «веселящим» газом и специальной инфразвуковой системой в доме «учителя».

МАБМ была серьезной организацией и в процессе вербовки новых членов использовала все эффективные приемы, которые за тысячелетия изобрели многочисленные конфессии, тоталитарные секты и спецслужбы. Поэтому никто из завербованных не догадывался, что стал жертвой банальных мистификаций. Фархад даже не знал, что «наводку» на него, как и на многих других начинающих дипломатов, дал ответственный работник МИДа, в обязанности которого входил подбор кадров…

– Сейчас узнаем, во сколько начало! – сказал Мустафа и вытащил мобильный. Несколько секунд спустя он уже общался с администратором «Мандарин Плаза».

Девушки, кончавшие уже вторую бутылку шампанского, болтали наперебой. Лера – невысокая девушка с кукольным личиком, черной челкой и шикарными бедрами – придвинулась поближе к Фархаду и рассказывала:

– Я в мае была в Одессе, ходили в Аркадию на дискотеку. Народа было мало, но мне понравилось. Только море было холодное…

– Море в Одессе всегда холодное, – кивнул Фархад, невольно косясь на обнаженный пупок девушки.

– Глобус заболел! – громко объявил Мустафа. – Вместо него будет играть какой-то Памперс! Начало в десять… Едем?

– Фу! – вскрикнула Вика. – Памперс – полный отстой! Я его слушала в «Сотке»! От его латин-хауса мутит!

– Нет, Памперс отпадает однозначно! – поддержала подругу Олеся.

– Предлагаю поехать в «Максиму»! – вдруг сказала Лера.

– Это ж на левом берегу, чего переться в такую даль?

– Там прикольно, я была как-то с подругами. И толпы почти нет, на ноги никто не наступает…

Минуты три девушки спорили, пока Мустафа не решил:

– Ладно, едем в «Максиму», все равно на такси…

– На двух такси, в одно мы не поместимся!

– Поместимся! – сказал Мустафа и снова взялся за мобильный. Позвонив в службу такси, он сказал: – Через пять минут будет «Линкольн»! Так что готовимся!

Девушки дружной стайкой отправились в туалет «припудрить носики». Мустафа попросил у официанта счет, потом повернулся к Фархаду:

– Ну как тебе Лера?..

– Персик!.. – кивнул аль Латиф.

Однако Мустафа уловил в его ответе некоторую скованность.

– Ну так не теряйся! Или тебе Олеся больше нравится? Выбирай кого хочешь!

– Да нет, все в порядке…

– У тебя что, неприятности?

– Какие неприятности, уезжать просто не хочется.

– Мне бы тоже не хотелось! – приобнял Фархада Мустафа. – Иногда я даже подумываю о том, чтобы остаться здесь навсегда…

Слушая Мустафу, Фархад думал, что делать. Термос в сумке не давал ему расслабиться, особенно после разговора с человеком МАБМ. С другой стороны, Фархаду все равно нужно было где-то пересидеть до утра. А компания Мустафы была для этого идеальным прикрытием. И Фархад решил ехать со всеми в «Максиму»…

Обещанный Мустафой «Линкольн» на поверку оказался «Ниссаном», но просторным, так что три девушки и Фархад расположились на его заднем сиденье без особого труда. Мустафа сказал водителю адрес, и такси тронулось с места.

Жаркий обнаженный бок Леры многообещающе прижимался к боку Фархада. Но к другому боку Фархад прижимал сумку с термосом. Эта двойственность не давала ему настроиться на легкомысленную волну компании.

Девушки всю дорогу смеялись. Фархад по большей части молчал. Поездка оказалась не очень долгой. Пробок уже не было, такси вскоре выбралось на проспект, пересекло Днепр и помчалось мимо новых микрорайонов к «Максиме».

Клуб располагался в пристройке к двадцатипятиэтажке. Компания покинула такси и вскоре оказалась в диско-зале. От звуков акустической системы зал мерно подрагивал, разговаривать можно было, только наклонившись друг другу к уху.

Девушки тут же с жизнерадостными визгами устремились на танцпол. Фархад с Мустафой уселись за столик. Посетителей и вправду было мало. Фархад сунул свою сумку за стул под стенку и почувствовал себя несколько раскованней.

Мустафа сделал заказ, потом прикурил сигарету и повернулся к танцполу. Лера, Олеся и Вика в облаке дыма изгибались у зеркальной колонны в такт музыке. По краю сцены бегал парень странного вида в белом пиджаке и лыжной шапочке, выкрикивая призывы к публике ринуться на танцпол и протяжно подвывая в микрофон.

В общем, вечеринка была как вечеринка. Мустафа оглянулся на Фархада и подмигнул ему. Мол, как тебе?.. Фархад кивнул…

«Ниссан» завернул на большую стоянку перед «Максимой». «Семерка» проехала чуть дальше и припарковалась у противоположного бордюра. Вход в клуб был ярко освещен, так что «вымпеловцы» без труда разглядели, как компания из двух арабов и трех девушек скрылась в клубе.

– Мы на месте! – позвонил Виктору Андрей. – Наш друг с компанией пошли развлекаться!

– Понял! И где это?

– За «Макдоналдсом». Справа от клуба казино. Его вывеску с пивной кружкой за три километра видно…

– Ага! Ясно… Вижу кружку! Я через пару минут подтянусь.

Сбросив скорость перед транспортной развязкой, Виктор повернул и по спирали путепровода подъехал к клубу «Максима». Место, несмотря на уже довольно позднее время, было на удивление оживленным.

На площади у метро, кроме клуба, располагались пара казино, несколько ночных магазинов и большой рынок. Рынок, правда, был закрыт, но людей по площади шлялось множество. В основном подвыпивших жителей окрестных многоэтажек, которым, как всегда, не хватило водки…

– Ага! Понятно! – повеселевшим голосом сказал Мамонт, откинув на лоб импортный прибор ночного видения.

– Что понятно? – повернул голову Петров.

– Он настроил камеру. Наблюдает…

– За кем?

– Я думаю, за входом в клуб, – кивнул Мамонт.

– А может, за какой-то тачкой?

– Да нет, – покачал головой Мамонт. – Он устроился надолго. Я думаю, мы на правильном пути, Петров. Клиент Логинова, наверное, в этом клубе. Он его дождется и… – умолк Мамонт.

– И что? – посмотрел на него Петров.

– И посмотрим… – чтобы не спугнуть удачу, не стал договаривать Мамонт. – Черт, Семен как в рот воды набрал…

– Так позвоните ему!

– Он сказал, что сам позвонит. Да и бог с ним, главное, что мы опять сели Логинову на хвост. Теперь он у нас в руках. А Семен пусть остальными занимается, нам они без надобности… Давай-ка, Петров, переезжай вон туда, а то кто его знает, сколько нам придется тут торчать. А там никто на нас внимания не обратит…

Логинов, оценив обстановку, проехал чуть дальше и припарковал «девятку» у ряда ларьков на тротуаре. Машин здесь было наставлено великое множество, поскольку стоянки были просто не в состоянии вместить автомобили жителей окрестных многоэтажек.

Вход в «Максиму» располагался далеко, но у Виктора была под рукой цифровая камера. Наведя ее на выход из клуба и отрегулировав увеличение, он перезвонил «вымпеловцам»:

– Можете сниматься. Встаньте где-нибудь поблизости. У кого есть желание культурно развлечься?

– Тетя Вера не прочь размять свои старые кости! – пошутил Андрей.

– Ну, тогда пусть красится и вперед…

«Семерка» отъехала и нырнула за один из домов. Вскоре на тротуаре появился Денис. Перейдя через дорогу, он миновал стоянку перед клубом и после краткого осмотра секьюрити был впущен внутрь.

Логинов наклонился и прикурил сигарету от прикуривателя. Пряча огонек в кулаке, он посматривал на экран камеры. Народ «Максиму» толпами не атаковал, так что упустить Фархада было практически невозможно. Да и «тетя Вера» вот-вот должна была выйти на связь…

Денис ленивой походкой пересек большую стоянку перед клубом и повернул к входу. Здесь его встретили два секьюрити в одинаковых рубашках и галстуках.

– Добрый вечер!

– Привет! – с улыбкой кивнул Денис.

– Вы к нам отдохнуть?

– Ага! Оттопыриться слегка решил…

С чувством юмора у секьюрити оказалось неважно. Они тут же обеспокоенно принялись обшаривать фигуру посетителя глазами. Вроде бы пытались понять, нет ли у него в кармане какой-нибудь пакости вроде связки петард.

– Так вы в стриптиз-бар или куда?

– На дискотеку вообще-то…

– Проходите, – не очень уверенно кивнул секьюрити. – Касса налево.

– Спасибо!

«И где их только берут?» – недоуменно подумал Денис. У охраны клуба было неважно не только с юмором, но и с элементарной подготовкой. Стояли они так, что если бы у Дениса был какой нехороший умысел, то он смог бы нейтрализовать охранников в секунду.

Вскоре Денис уже входил в дрожащий диско-зал. Народа тут было немного, и «вымпеловец», несмотря на затемнение, сразу увидел сидящего за столом Фархада.

Оглядевшись по сторонам, Денис выбрал место, с которого просматривался выход. Вскоре он уже потягивал через трубочку сок и писал смс-сообщение, поскольку звонить при таком грохоте по телефону было бессмысленно…

Лежащий на переднем сиденье мобильник дернулся и засветился. Логинов взял его в руки и прочитал сообщение от Дениса. Оно было кратким: «Дурдом а не диско я уже оглох наш друг сидит я тоже».

«Понял ждем», – написал Логинов в ответ. Потом перезвонил Андрею. Тот ответил сразу:

– Алло!

– Тетя Вера мне телеграммку прислала.

– Я тоже только что получил…

– Ясно. Тогда бди.

– Бдю… Мы друга на выходе встретим?

– Да нет. На входе.

– В смысле?

– Отгуляют, поедут по домам. Тогда и сработаем. На опережение…

– Ясно.

Логинов отключил телефон и бросил его на сиденье. Ему, как и «вымпеловцам», затяжная охота на Фархада начала надоедать. Но брать араба при свидетелях было нельзя. Разве что в самом крайнем случае…

Логинов осторожно прикурил новую сигарету и посмотрел на экран камеры. К входу в «Максиму» приближались какие-то посетители. В отличие от большинства, прибыли они не на собственной машине и не на такси, а шли со стороны остановки маршруток.

Логинов сделал затяжку, троица посетителей приблизилась к ярко освещенному входу. И тут Виктор их узнал. В первый момент он не поверил собственным глазам. Однако, наклонившись к камере и быстро увеличив изображение, он убедился, что не ошибся.

К входу в клуб шли трое парней, ограбивших Фархада аль Латифа у метро «Университет». А потом ограбленных Логиновым…

Памятуя о недавнем невезении, троица грабителей на этот раз решила не рисковать. Очистив и сбросив кошелек жертвы, парни вынырнули на проспект и остановили маршрутку. На ней они от греха и милиции подальше уехали на левый берег и уже там в круглосуточном обменнике продали сто долларов.

Тут же троица отметила успех бренди-колой и обсудила планы на ночь. Легко добытые деньги жгли парням карманы. В другой раз они закатились бы на какую-нибудь крутую дискотеку в центре, но там они сегодня слишком наследили. И у милиции наверняка были их приметы…

– Поехали в «Максиму»! – предложил старший из парней. – Там нас точно не торбанут.

– Да ну, там телок почти нет, я был пару раз. Считай, одни вумены со своими лысыми папиками.

– Да нормально, кого-нибудь зацепим. Едем!

– Так далеко ж. За тачку знаешь скоко слупят?

– Тут маршрутка ходит. За пятерку доберемся…

Надергавшись на танцполе, девушки решили передохнуть. На столике их уже ожидала бутылка шампанского, заказанная щедрым Мустафой. Девушки выпили пузырящегося напитка, Вика снова потащила Леру танцевать. Олеся, уже порядком захмелевшая, осталась.

Обняв Мустафу, она начала с ним целоваться. Араб был не против и даже сунул руку под стол. Фархад воспитанно отвернулся и принялся оглядывать танцпол. И тут его словно молнией пронзило.

Он вдруг увидел тех самых парней, которые украли у него телефон у метро «Университет». Троица как раз вошла и теперь стояла у бара, оглядываясь по сторонам и щурясь от моргающей над головами танцующих вспышки.

Парни высматривали подходящих девушек, чтобы подсесть к ним. Но Фархад об этом, конечно, не знал. И появление троицы в «Максиме» стало для него сигналом опасности. От расслабленности араба не осталось и следа. «…не позволь злым людям помешать тебе. Не позволь им сделать это любой ценой!» – промелькнули в голове Фархада сказанные по телефону слова человека МАБМ.

Араб быстро наклонился и выудил из своей сумки термос. Мустафа с Олесей были слишком заняты друг другом, чтобы обращать внимание на то, что происходит за столиком. Поэтому они не заметили, как араб сунул термос себе за пояс под куртку.

Прикрыв бок полой, Фархад покосился в сторону бара. Грабители его пока не заметили. Двое парней уже обогнули танцпол и присели рядом с какими-то девушками. Третий повернулся к бару и что-то на пальцах объяснял бармену, поскольку расслышать слова в реве музыки было нелегко.

Фархад нервно прикурил сигарету. Пару минут он решал, что делать. Наконец грабитель у бара взял три бокала с пивом и отправился к своим товарищам. Фархад чуть выждал и поднялся. В этот момент Мустафа с Олесей наконец прервали затяжной поцелуй.

– Ты к девушкам?.. – подмигнул Фархаду Мустафа.

– В туалет, – махнул головой тот.

В этот момент Олеся капризно поморщилась и нетерпеливо повернула лицо Мустафы к себе. Парочка снова слилась в поцелуе. Фархад вынырнул из затемненного угла, в котором стоял столик, и двинулся к выходу. При этом он пошел не напрямик, а в обход, чтобы не попасть в яркий свет огней танцпола…

– Мать-перемать!.. – вырвалось у Виктора.

Быстро схватив телефон, он по привычке ткнул пальцем в кнопку списка вызовов и только потом сообразил, что поговорить с Денисом вряд ли получится.

Пришлось писать смс-сообщение. В отличие от продвинутой молодежи, строчившей эсэмэски двумя пальцами вслепую, Логинов писал довольно медленно. На то, чтобы нащелкать и отправить сообщение, ему потребовалось около полутора минут. Слава богу, хоть дошла эсэмэска быстро. Денис практически сразу ответил: «Понял вижу их».

Пока Логинов возился с мобильником, сигарета в пепельнице истлела. Виктор прикурил новую и перезвонил Андрею:

– Прогревай двигатель! У нас форсмажор. Возможно, придется сработать здесь под таксиста!

– Что за форсмажор?.. – уточнил «вымпеловец», тут же повернув ключ зажигания.

Объяснять, что к чему, Андрею было некогда, да и не телефонный это был разговор. Поэтому Логинов сказал:

– В клубе новые гости. У нашего друга сегодня с ними был конфликт. Так что возможны осложнения!

– Так мне, может, сразу туда подъехать?

– Нет. Я позвоню… – сказал Виктор. – Жди!

Нервно затянувшись, он посмотрел на экран камеры. Осложнения действительно были возможны. От появления в клубе милиции до стычки Андрея с местными таксистами, которым могло не понравиться, что кто-то решил внаглую перехватить у них клиента…

Денис наклонился к стакану и потянул через соломинку сок. Троица парней, о которых предупредил его Логинов, пока вела себя на редкость миролюбиво. Но Денис знал, что от компаний тинейджеров можно ожидать чего угодно. Могут и дармовым «косячком» угостить, а могут и наброситься всей толпой – в зависимости от настроя юных душ в текущий отрезок времени. Да и Логинов предупредил, что у одного из троицы при себе нож.

Так что Денис был начеку. Однако пока причин для резких телодвижений не было. Парни постояли у бара, оглядываясь по сторонам, потом двое из них подсели к девушкам на другой стороне танцпола, а третий остался у стойки. Самое главное, что Фархада они даже не заметили.

А вот араб троицу хоть и не сразу, но засек. После этого он повозился под столом. Денису это здорово не понравилось. Рассмотреть он толком ничего не смог, но было очень похоже, что араб что-то быстро сунул себе за пояс. «Пальбы только не хватало…» – пронеслось в голове Дениса.

Он хотел уже отправить Логинову сообщение о том, что Фархад, похоже, вооружился, но не успел. Араб дождался, пока последний из троицы двинется от бара к расположившимся возле девушек товарищам, и тут же поднялся.

Денис от написания эсэмэски воздержался, поскольку Фархад двинулся прямо к нему. «Вымпеловец» лениво потягивал сок и сонно смотрел на танцпол. На самом деле он был готов к любым неожиданностям. Но Фархад, хоть и прошел в метре от него, навряд ли видел Дениса.

Все внимание араба было приковано к парням. Когда до входной двери Фархаду было уже рукой подать, один из троицы тоже неожиданно направился к выходу с дискотеки. Араб нырнул в нишу и быстро оглянулся. Его лицо в этот миг Денису очень не понравилось…

Фархад обогнул последний столик и оказался в трех метрах от ниши, в которой располагалась входная дверь дискотеки. И в этот момент араб вдруг увидел, что один из грабителей поднялся, что-то прокричал на ухо товарищу и быстро двинулся за Фархадом. Сердце араба едва не выпрыгнуло из груди.

Он быстро дошел до темной ниши и тут снова оглянулся. Один из грабителей болтал, сидя рядом с девушками, второй направлялся к нему с бокалами. Но третий с сосредоточенным лицом быстро пробирался к арабу.

Фархад не знал, что и думать. Вынырнув с дискотеки в коридор, он посмотрел в сторону выхода и понял, что никак не успеет незамеченным покинуть клуб. Грабитель в ярко освещенном коридоре заметит его по-любому…

В трех метрах располагалась дверь туалета, и Фархад устремился туда. Нырнув за большую зеркальную дверь, араб миновал умывальник и писсуары. Дверь последней кабинки была распахнута настежь.

Фархад нырнул в нее и закрылся на фиксатор. Сердце колотилось в его груди как бешеное, он перевел дух и поправил за поясом термос. Приглушенная музыка дискотеки на несколько секунд стала громкой – кто-то вошел в туалет. Фархад замер, прислушиваясь к шагам.

Шаги приблизились. Фархад облизнул губы и осторожно наклонился. В щели под дверью промелькнули довольно приметные кроссовки. Фархад их узнал.

В туалет за ним вошел один из троицы грабителей…

Денис за время пребывания на дискотеке выяснил одну вещь, на которую мало кто из посетителей обращал внимание. Одна из стен дискотеки, как раз та, вдоль которой проходил коридор, была стеклянной. Стекло было очень толстым и сильно тонированным.

Однако, прикрыв глаза от светомузыки и чуть прищурившись, коридор через него худо-бедно можно было видеть. Именно так Денис разглядел, что Фархад аль Латиф нырнул в туалет. А несколько секунд спустя вслед за ним туда же вошел один из троицы парней…

Денис тут же двинулся следом, поскольку ситуация стала критической. Войдя в туалет, он окинул помещение быстрым взглядом. Ни араба, ни парня видно не было, но кто-то поспешно прикрыл дверцу предпоследней кабинки…

Денис быстро оглянулся и мгновенно выполнил армейское упражнение, известное по команде «Упал! Отжался!». Секунду спустя «вымпеловец» снова находился в стойке и поворачивался к писсуару.

С пола он увидел ноги Фархада. Тот стоял в той самой предпоследней кабинке, дверь которой так поспешно закрылась. На заднем плане проглядывали ноги парня. Он находился в той же кабинке, но в какой-то странной позе.

«Быстро араб его уделал! Брать будет непросто!» – промелькнуло в голове Дениса. Одновременно он принюхался, но запаха пороховых газов не уловил. Видимо, оружие араба было не огнестрельным…

Грабитель вошел в соседнюю кабинку и с грохотом прикрыл за собой дверь. Фархад решил не мешкать. Тут же отщелкнув фиксатор, он выскользнул из своей кабинки и повернул к выходу из туалета.

И только здесь увидел, что дверь соседней кабинки приоткрыта. Стоявший в ней грабитель вдруг повернул голову и встретился взглядом с арабом. Парень мгновенно узнал Фархада, и в его глазах зажглась звериная злоба.

Фархад аль Латиф, не задумываясь, бросился на врага. Распахнув дверцу, он врезался в грабителя и буквально вмял его в угол за унитазом. Порядком захмелевший парень даже не успел толком развернуться в тесном пространстве кабинки.

Его голова со стуком врезалась в кафельную стенку. Грабитель мгновенно обмяк, а Фархад уже железной хваткой сжимал пальцы вокруг его шеи.

Он был готов задушить противника, но в этот миг рев музыки снова ворвался в туалет. Это отрезвило араба. Быстро повернувшись, он поспешно прикрыл дверь кабинки.

Араб был готов к самому худшему. Однако, судя по звуку шагов, в туалет вошел один человек. И направился он не к кабинкам, а почти сразу завернул к писсуарам. Фархад оглянулся на грабителя. Тот в нелепой позе торчал в углу между стенками и унитазом и признаков жизни не подавал.

Араб прикрыл полой куртки термос и вышел из кабинки. Стоявший у писсуара молодой мужчина даже не повернул головы, когда араб прошел мимо него к выходу.

Араб распахнул дверь. Дружков грабителя в коридоре не было. Фархад повернул и направился к выходу из клуба. Торчавшие там секьюрити оглянулись. Один из них молча открыл арабу дверь. Фархад аль Латиф тоже не стал прощаться.

Окинув взглядом освещенную стоянку, он инстинктивно направился к темнеющим справа кустам. Вдоль них тянулось ограждение, но калитка была открыта. Дойдя до нее, Фархад наконец оглянулся.

Секьюрити переминались у двери с ноги на ногу и о чем-то лениво разговаривали. Фархад быстро миновал калитку и направился по вымощенной плиткой дорожке прочь. И тут его вдруг окликнули…

Дверь предпоследней кабинки распахнулась. Денис расслабленно стоял у писсуара, даже головы не повернул, когда Фархад прошел мимо него к выходу из туалета.

И только когда дверь за арабом закрылась, он мгновенно преобразился. Двумя прыжками Денис оказался у предпоследней кабинки. Заглянув в нее, он быстро прикрыл дверь, запрыгнул на нее, перегнулся вниз и повернул фиксатор.

Теперь хоть милиция появится здесь не скоро…

По дороге от писсуаров к кабинкам Денис успел на ходу прикрыть разделявшую два помещения дверь – чтобы никто не увидел его странных маневров, если бы вдруг зашел в туалет. Теперь Денис дверь, чтобы не было никаких подозрений, снова открыл, одновременно позвонив Логинову. Но у того оказалось занято.

– Черт! – пробормотал Денис и включил автодозвон.

Логинов не выпускал мобильник из руки, но Денис не отзвонил. Одновременно Виктор неотрывно наблюдал за выходом из клуба. Коридор «Максимы» не просматривался, а вот торчавшие за стеклянной дверью секьюрити были отлично видны.

В какой-то момент они вдруг расступились, и Логинов увидел Фархада. Виктор тут же набрал номер Андрея. Тот ответил сразу же:

– Да!

– Клиент выходит! Подъезжай!

– Понял! – ответил Андрей, стартуя с места. – А куда подъезжать?

Вопрос был не праздный. Клуб «Максима» был большим, и такой же большой была огороженная вокруг него территория. В заборе имелось целых три прохода. Один вел на улицу Декабристов, второй – к рынку, третий – к остановке.

– Он к остановке идет! – быстро сказал Виктор. – Работаем! Если что, я тебя прикрою!

– Понял!

– Такси надо? – донеслось от пешеходной дорожки.

Фархад быстро повернул голову. За кустами на тротуаре стояли двое мужчин. Обычные таксисты, караулившие клиентов. Однако Фархад сейчас был слишком взвинчен, и этот окрик показался ему подозрительным.

Не отвечая, он ускорил шаг. Дорожка вывела его на тротуар. Посмотрев по сторонам, Фархад быстро пересек проезжую часть и нырнул в проезд между закрытым рынком и большой остановкой. Араб совершенно не ориентировался в этом районе, просто инстинктивно выбирал темные места, где его трудно было заметить.

На остановке, за ларьком, раздавались пьяные голоса. Араб повернул вправо и вдруг увидел пешеходный тоннель, проходящий под спиральной веткой путепровода. Фархад быстро дошел до него и спустился вниз по ступенькам.

Его шаги гулко зазвучали под сводами. Справа светились дежурными лампами закрытые на ночь киоски, слева вдоль стенки темнели сложенные и опутанные цепями прилавки.

Фархад оглянулся. Погони пока не было. Он ускорил шаг и вскоре увидел проглянувшую впереди и слева автотрассу. Несмотря на позднее время, по ней то и дело проносились машины…

Араб сообразил, что если остановить одну из них, то раствориться в огромном городе не составит для него труда. И в этот миг слева из-за прилавка кто-то вдруг выглянул…

Андрей вывел «семерку» из укрытия и начал сворачивать на улицу Декабристов. Тут ему пришлось пропустить с ревом несущиеся друг за другом «БМВ» и «Мазду». Наконец он повернул и включил правый поворот.

Торчавшие перед перекрестком таксисты покосились на залетного коллегу. Сперва они подумали, что он хочет припарковаться в ряду их машин, но «семерка» проехала дальше.

– За сало права купил!.. – крикнул вслед Андрею один из таксистов.

Дело было в том, что «семерка» собиралась повернуть на одну из развязок путепровода, а движение по ней было строго односторонним.

Но сейчас Андрею было не до соблюдения правил и не до таксистов. Логинов как раз позвонил и кричал ему по телефону:

– Он уже у тротуара, не чешись, давай!

Но «дать» Андрей ничего не мог. Движение здесь было оживленным круглые сутки. И от моста по развязке к улице Декабристов неслись сразу две машины. Свернуть в этот момент означало угодить в неминуемую аварию.

Андрей был вынужден остановиться и ждать. Фархад же, пропустив машины, тут же перешел дорогу и нырнул за рынок.

Андрей наконец повернул, миновал въезд в «Максиму» и свернул в проезд между остановкой и рынком. Однако Фархада там уже не было.

«Вымпеловец» выругался, проехал дальше и в самый последний момент заметил юркнувшего в подземный переход араба…

– Он ушел в переход! – быстро проговорил Андрей в трубку.

– Какой переход? – уточнил Виктор.

– Под развязкой!

– Ясно…

– Так мне бросать машину и за ним?

– Нет! Жди! За ним тетя Вера пойдет!

Видимо, чисто инстинктивно араб выбрал самый безопасный путь от клуба. Он направился по тропинке через декоративные кусты к остановке. Пойди он к улице Декабристов или к рынку, Андрей успел бы его перехватить. А так, пока он ехал по улице Декабристов и стоял у поворота, пропуская встречные машины, араб оказался уже почти у проезжей части развязки.

– Он уже у тротуара, не чешись, давай! – крикнул Логинов, позвонив Андрею.

Но было слишком поздно. Фархад пропустил машины и шагнул на проезжую часть, почти сразу скрывшись в тени рынка. Логинов понял, что блицкрига не получилось, и бросил камеру на сиденье.

В следующий миг «девятка» Виктора тронулась с места. Повернув влево, он начал огибать рынок по часовой стрелке, чтобы перехватить араба, если он направится к «Макдоналдсу». В принципе при некотором везении Андрей мог и сам нагнать Фархада. Его машина наконец свернула и направилась к остановке.

Едва Андрей позвонил, Логинов ответил:

– Да!

– Он ушел в переход! – сообщил «вымпеловец».

Логинов быстро уточнил, в какой переход, и тут же перезвонил Денису. Закончив короткий разговор, он миновал рынок и быстро обогнул «Макдоналдс». Резко повернув направо, Логинов поехал по автотрассе. Метров через сто он вдруг увидел араба.

Тот быстро приближался к подземному переходу. До араба было рукой подать – «девятка» проехала от него в каких-то десяти метрах. Только вот автотрассу от тротуара отделяло высокое ограждение.

Поэтому Виктор увеличил скорость и промчался под мостом путепровода. Включив правый поворот, он свернул и по дуге спиральной развязки начал взбираться на мост. Только здесь, сбросив скорость, Виктор смог перезвонить Андрею.

– Выбирайся по путепроводу на другую сторону! Наш друг идет туда…

Наконец телефон Логинова освободился. Денис быстро сообщил:

– Наш друг вырубил в туалете одного из парней! Он не вышел?

– Вышел! – сказал Логинов. – Двигай следом! Его Андрей сейчас встретит!

– У него за поясом оружие! Осторожно! – уже по дороге к двери предупредил Денис, но Логинов быстро отключился.

Выскочив из туалета, Денис направился по ярко освещенному коридору к выходу. Шел он достаточно быстро, но в пределах разумного. Секьюрити оглянулись и расступились.

– Пока! – бросил им Денис.

Вынырнув из клуба, он огляделся по сторонам, но не заметил ни Фархада, ни машины с Андреем. «Вымпеловец» снова набрал номер Логинова. Но у того опять оказалось занято.

Денис, не зная, куда идти, притормозил и прикурил сигарету. Логинов позвонил сам. «Вымпеловец» быстро ответил:

– Да!

– Наш друг ушел в переход под развязкой! Это за остановкой, понял?..

Денис повернул голову и сказал:

– Да…

– Двигай за ним. Только без нервов. Метро не работает, так что никуда он не денется… Мы тебя подстрахуем на машинах.

– Понял!

Фархад вздрогнул и инстинктивно подался вправо. Из-за прилавка на него смотрели два круглых немигающих глаза. Принадлежали они огромной лохматой псине со свалявшейся шерстью.

Фархад сглотнул слюну, не в силах оторвать взгляда от этой местной разновидности собаки Баскервилей. Однако псина оказалась намного миролюбивей своих двуногих сородичей. Убедившись, что Фархад не собирается посягать на ее спальню из картонных коробок, она зевнула и опустилась за прилавок.

Когда Фархад проходил мимо, собака уже закрыла глаза и мирно засопела. Фархад опять ускорил шаг. Прежде чем вынырнуть на другой стороне тоннеля, он снова оглянулся.

Если кто-то и собирался преследовать его, то наверняка потерял след. Быстро поднявшись по ступеням, Фархад направился по дорожке к трассе. Метрах в ста справа она ныряла под огромный мост путепровода. На противоположной стороне трассы под ним была устроена довольно большая автостоянка. За ней виднелись микроавтобусы, возле них стояли какие-то люди.

Подойдя чуть ближе к автотрассе, Фархад понял, что остановить машину в этом месте он не сможет. Ограждение было очень высоким. Поэтому араб повернул к подземному переходу. Одновременно это был и вход в метро, но время было слишком поздним, и подземка работать уже прекратила.

Спустившись вниз, Фархад повернул. В конце перехода у входа на станцию метро слонялся охранник в униформе. Несколько подростков покупали что-то в круглосуточном ларьке, в углу спал бомж. Фархад дошел до зоны метро и повернул вправо.

Выбравшись наверх, он быстро направился к мосту путепровода и вскоре нырнул в его тень. Здесь Фархад оглянулся. На другой стороне трассы было пустынно. Только в двухстах метрах позади в «Макдоналдсе» за освещенными окнами виднелись фигурки поздних посетителей.

Фархад прошел еще несколько метров и вдруг увидел, как из тоннеля, в котором обитала вполне миролюбивая собака Баскервилей, вынырнул какой-то мужчина и быстро направился к переходу. Мужчина явно спешил и вертел головой по сторонам.

Это не был один из грабителей, но арабу почему-то показалось, что этого мужчину он сегодня уже где-то видел. Сердце Фархада забилось сильнее. Мужчина быстро приближался к подземному переходу. Араб, незаметно наблюдая за ним, нырнул под мост путепровода.

Однако, как только мужчина торопливо скрылся в переходе, араб остановился и, оглядевшись по сторонам, метнулся назад к опоре моста…

Сунув телефон в карман, Денис направился к остановке. Вход в тоннель был закрыт ларьками и навесами. Поэтому «вымпеловец» сперва прошел мимо.

Наконец заметив в просвете между ларьками вход, он быстро вернулся и спустился по ступенькам в трубу. Фархада видно не было, и Денис побежал. На выглянувшую слева огромную лохматую псину он отреагировал спокойно.

В «Вымпеле» Дениса научили контролировать свои эмоции. Поэтому он просто повернул голову и приготовился к нападению. Однако ни на кого нападать псина не собиралась.

Денис приблизился к выходу и здесь замедлил шаг. Поднявшись по ступенькам, он оглянулся по сторонам и наконец увидел Фархада. Тот был уже на другой стороне автотрассы и приближался к мосту путепровода.

Денис понял, почему Андрею не удалось перехватить араба – тот шел очень быстро. Звонить на виду у Фархада «вымпеловец» не стал.

Только сбежав по лестнице подземного перехода на пролет вниз и оказавшись в «мертвой» зоне, он вытащил мобильник, позвонил Логинову и быстро сообщил:

– Он идет к мосту! Встречайте на той стороне!

– Встречаем! – так же быстро ответил Логинов.

Денис спрятал мобильник и повернул в переход. У ларька переговаривалась стайка подростков. Денис миновал их и быстрым шагом направился к противоположному выходу.

Кольцо вокруг араба сжималось. На другой стороне моста к Денису подтянутся Логинов с Андреем на двух машинах. И уж тогда взять Фархада будет делом техники…

Опора моста путепровода была весьма массивной. Араб без труда спрятался за ней и замер. Находясь в тени, он мог наблюдать за происходящим вокруг, самого же его разглядеть было практически невозможно. Прошло несколько томительных секунд ожидания, и из подземного перехода наконец вынырнул мужчина, показавшийся Фархаду знакомым.

С такого расстояния араб его сразу узнал. Это был тот самый молодой мужчина, которого Фархад совсем недавно видел в туалете у писсуара. Выбравшись из перехода, мужчина быстрым шагом направился к мосту. Фархад прижался к опоре и замер.

В принципе поведение мужчины особых подозрений не вызывало. Это был скорее всего обычный посетитель клуба, который напоследок сходил в туалет, а сейчас направлялся домой. По эту сторону трассы сразу за мостом располагался огромный район многоэтажек. Пешком до него было минуты три хода. На такси же по лабиринтам транспортной развязки ехать пришлось бы минут пять…

Однако сегодняшний день был слишком богат на неприятные сюрпризы. Поэтому Фархад аль Латиф не собирался рисковать. Замерев у опоры, он дождался, пока мужчина пройдет мимо и скроется под мостом за автостоянкой.

На другой стороне трассы из перехода вынырнула стайка подростков, покупавших в круглосуточном ларьке пиво. Громко переговариваясь, они двинулись к «Макдоналдсу». Фархад аль Латиф высунулся из своего укрытия и убедился, что мужчины под мостом уже нет.

В следующий миг араб отделился от колонны и направился назад. Но не к подземному переходу, а вправо. Путепровод, как и положено, имел четыре спиральных съезда к автотрассе. Под каждым из них был устроен пешеходный тоннель. Как раз к тоннелю, расположенному по эту сторону трассы, и направился араб.

Вытоптанная к нему людьми тропинка частично проходила в тени моста. Оставшиеся пару десятков метров Фархад преодолел за несколько секунд. Этот тоннель не имел ступенек. Фархад быстро нырнул в него и оглянулся.

По автотрассе с гулом проносились машины. За ней стайка подростков подходила к установленному на высокой опоре знаку «Макдоналдса». Других людей поблизости видно не было. Фархад аль Латиф облегченно вздохнул.

Наконец-то ему удалось оторваться от возможных преследователей…

Вынырнув из перехода, Денис араба не увидел. Впрочем, это было и понятно. У Фархада была большая фора, так что за это время он как раз должен был пройти под мостом и нырнуть за автостоянку.

Денис направился следом. Попав в тень моста, он миновал забор, за которым плотными рядами стояли автомобили. На углу виднелась освещенная будка, в ней двое охранников пили чай.

Миновав эту будку, Денис посмотрел по сторонам. Слева за мостом была оборудована большая площадка, на которой сейчас стояли всего два или три микроавтобуса с табличками. Возле них разговаривали какие-то люди. Фархада среди них не было.

Денис прошел дальше. Вдоль тротуара тянулся ряд ларьков, за ними располагался навес остановки. Здесь тоже стояло несколько человек. Но Фархада не оказалось и тут.

Денис не удивился. По эту сторону моста также был подземный переход с входом в метро и тоннель под спиральным съездом с путепровода. Араб мог нырнуть в них…

Денис повернул за навесом остановки и быстро спустился в переход. Араба там не оказалось. Денис выбрался наверх по противоположной лестнице и на всякий случай посмотрел на другую сторону трассы. В принципе Фархад мог вернуться по переходу и туда.

Но там его не было, и Денис решил, что араб снова воспользовался тоннелем и направляется сейчас за насыпью развязки к высоткам. Поэтому Денис в хорошем темпе двинулся к тоннелю, нырнул в него и вскоре оказался на другой стороне.

Пространство до самых многоэтажек просматривалось как на ладони. Спрятаться здесь было практически негде. Но Фархад словно сквозь землю провалился…

Тут Дениса охватило волнение. Примерно на полпути к ближайшей высотке располагался довольно большой павильон. Фархад мог находиться как раз за ним. И Денис двинулся туда.

Однако по дороге он позвонил Логинову и быстро сказал:

– Я его, кажется, потерял. Сейчас проверю за павильоном!

Убедившись, что никто его не преследует, Фархад развернулся у кафельной стенки тоннеля. Освещения в нем не было вообще. Противоположный конец темной трубы выходил прямо на берег какого-то большого водоема. За полосой камышовых зарослей ртутной рябью поблескивало огромное водное пространство. За ним, на дальнем берегу, светилась красными огоньками громада ТЭЦ. Однако на таком расстоянии она казалась игрушечным песчаным замком, который малолетний архитектор украсил на ночь елочной гирляндой…

Не очень подкованный в географии Киева Фархад решил, что из тоннеля открывается вид на Днепр. Араб ошибался. Это было озеро Вырлица. Впрочем, в настоящий момент Фархаду это было все равно.

В тоннеле был приличный сквозняк. Он приносил ощутимые запахи озера, но не только. Удобное месторасположение, а также отсутствие торговых точек и охраны привели к тому, что тоннель местные жители и гости столицы в основном использовали в качестве бесплатного туалета. А поскольку в дневные часы окрестности этой станции метро были одним из самых оживленных мест Киева, то находиться в тоннеле долго без противогаза было нелегко.

Отерев выступившие от запаха мочи слезы, араб быстро прошел к противоположному концу тоннеля. Здесь он осторожно выглянул и осмотрелся. По берегу проходила асфальтированная дорожка. В этот поздний час абсолютно пустынная. Пространство за ней до самой воды на несколько десятков метров представляло собой лениво покачивающиеся камыши высотой в человеческий рост. Справа, за сходящей на нет насыпью моста путепровода, торчали многочисленные башни многоэтажек. Фархад решил выйти к дороге и поймать такси. Учитывая количество населения, проживающего в окрестных высотках, такси здесь должны были проезжать каждую минуту…

Проехав над автотрассой по мосту, Виктор снова включил правый поворот и по дуге начал спускаться вниз. Здесь он специально сбросил скорость до минимальной. С высоты развязки пешеходный сектор с этой стороны моста просматривался как на ладони.

Виктор видел и микроавтобусы на площадке, и остановку, и даже пьющих чай в освещенной будке под мостом охранников автостоянки. Единственное, чего он не видел, так это Фархада. Это было странно, Денис предупредил, что араб вот-вот вынырнет с этой стороны.

Логинов, медленно спускаясь вниз, продолжал осматриваться. Но Фархад как сквозь землю провалился, и Виктор заподозрил неладное. Араб просто не мог успеть выбраться из-под моста и где-нибудь спрятаться или тормознуть машину.

Тут было что-то другое. Виктор был примерно на середине развязки, когда из-под моста вынырнул сам Денис. Двигался он достаточно быстро, но не оглядывался и не суетился.

В этот миг Виктор понял, что араб их перехитрил. Как именно, Виктор пока не знал. Однако он тут же переключил передачу и рванул к автотрассе. Несколько секунд спустя «девятка» уже во второй раз нырнула под мост.

Тусклые лампы одна за другой промелькнули над головой Виктора, наконец громада моста осталась позади. Логинов прикипел глазами к правой обочине. Она была абсолютно пустынной. И только далеко у входа в тоннель мелькнул какой-то силуэт.

Рассмотреть его толком Виктор не мог. Однако интуиция подсказала ему, что он на правильном пути. Снова включив правый поворот, он по спирали развязки направил «девятку» наверх…

Оказавшись на мосту, Логинов пропустил пару машин и против всяких правил поехал по обочине встречной полосы вниз, к берегу озера. Правда, включив на всякий случай аварийки. Вообще-то подобные маневры были нежелательны, но гаишники вряд ли выискивали по ночам мелких нарушителей…

В общем, Виктор решил рискнуть и не прогадал. Затаившаяся в засаде милицейская машина не стартовала с воем ему наперерез, и встречные машины тоже идти на таран не стали.

Спускаясь по обочине с моста, Виктор разглядел внизу одинокую фигуру. Кто-то довольно быстро двигался от тоннеля к дороге. И Логинов был на девяносто процентов уверен, что это Фархад аль Латиф.

В этот миг у Виктора зазвонил телефон. Он быстро приложил трубку к уху и услышал голос Дениса:

– Я его, кажется, потерял. Сейчас проверю за павильоном!

– Не стоит! Он с этой стороны, на берегу! Подтягивайтесь! Я его попробую взять с хода! Сообщи дяде! Все!

Вынырнув из тоннеля, Фархад аль Латиф повернул вправо и направился по асфальтированной дорожке вдоль берега. Он был уверен, что теперь все в порядке. Ему оставалось только преодолеть полторы сотни метров до того места, где дорога начинала подъем на мост путепровода. И поймать машину, которых на мост въезжало довольно много.

Двигаясь по дорожке, Фархад увидел, как по обочине с моста съехала мигающая аварийными огнями «девятка». И хотя двигалась она по встречной полосе, ничего такого уж необычного в этом не было. Едва спустившись вниз, машина свернула и остановилась у съезда к озеру.

Фархад, конечно, прикипел к машине глазами. Однако из нее тут же вынырнул владелец и сразу заглянул под капот. Узнать с такого расстояния и с такого ракурса Логинова араб, конечно, не мог. Зато он рассмотрел, что в машине больше никого нет.

Это араба почти успокоило. Тем более что владелец тут же вооружился инструментами и начал ковыряться в моторе. Араб продолжал приближаться к машине, но глядел уже не на нее.

Он осматривался по сторонам. И именно поэтому Фархад обратил внимание на то, чего Логинов просто не видел. По мосту спустился большой «БМВ». На фоне других машин двигался он как-то медленно. Араб невольно обратил на это внимание и продолжил за машиной следить.

Как оказалось, не зря. «БМВ» проехал немного вперед и остановился у обочины, в тени пустынной остановки. Из него никто не вышел. Зато за задним стеклом вдруг мелькнул едва заметный зеленоватый огонек…

Денис остановился и тут же повернул назад. На ходу перезвонив Андрею, он быстро сказал:

– Наш друг за дорогой на берегу! Там племянник, подтягивайся!

Денис снова направился под мост. Он пытался понять, как оказался на берегу Фархад, поскольку чувствовал свою вину. Но еще удивительнее было, как Логинов смог прочувствовать ситуацию и оказаться в нужном месте в нужное время…

Впрочем, сейчас это все уже не имело значения. Они работали командой и за успех, как и за неудачу, отвечали все вместе. Поэтому Денис спешил, чтобы успеть подстраховать своего напарника Логинова и отрезать Фархаду путь к автотрассе.

Араб оказался вовсе не таким простым орешком, как казалось вначале. Поэтому и ожидать от него можно было чего угодно…

Спустившись с моста по обочине встречной полосы, Виктор вдруг увидел съезд к озеру, вполне благоустроенный. Он тут же свернул в него, но почти сразу же вынужден был остановиться. По доброй традиции еще советских времен проектный съезд кто-то совсем не по проекту перегородил двумя внушительными бетонными блоками.

Остановившись перед ними, Виктор быстро посмотрел влево. Идущий к дороге человек находился еще довольно далеко. Виктор выбрался из машины и открыл капот «девятки».

Этот маневр позволил ему не только осмотреться, но и окончательно убедиться, что по берегу к нему приближается именно Фархад аль Латиф, поскольку на пару секунд араб попал в свет пронесшейся на мост машины.

Логинов сразу успокоился. Многочасовая охота на дипломата-террориста наконец подошла к своему логическому завершению. И торопиться сейчас было крайне нежелательно.

Берег в этот поздний час был абсолютно пустынен. Проезжавшие мимо автомобили перед въездом на мост, само собой, увеличивали скорость. Так что нежелательных свидетелей Виктор мог не опасаться…

Деваться Фархаду было просто некуда. Логинов наклонился в салон и взял из-под сиденья какой-то ключ. Не затем чтобы вооружиться, а просто чтобы его ковыряние под капотом выглядело как можно естественней.

Логинов не зря прошел школу «Альфы». Поэтому даже самый подготовленный противник, не имея огнестрельного оружия, имел против Виктора очень мало шансов. В ближнем же бою этих шансов практически лишался и противник с огнестрельным оружием.

Так что задача Виктора была довольно простой. Дождаться приближения Фархада аль Латифа к «девятке» и попросить у него закурить. Ну или спросить, как пройти в библиотеку, поскольку это уже не будет иметь ровным счетом никакого значения…

Фархад невольно вздрогнул. На скоротечных курсах МАБМ он не мог, конечно, постичь все премудрости тайных войн, поскольку для этого требовалось слишком много времени. Но азы на этих курсах в голову учеников вбивали крепко.

Поэтому Фархад сразу сообразил, что из «БМВ» кто-то ведет наблюдение при помощи прибора ночного видения. Именно он давал такой зеленоватый отблеск…

Фархад аль Латиф остановился, словно на стену налетел. Потом развернулся и бросился обратно по дорожке вдоль озера. Он не знал в тот момент, что предпримет, но в его висках стучала фраза: «…не позволь им сделать это любой ценой!»

Араб мчался по дорожке так быстро, как мог. Однако, оглянувшись, он обнаружил, что копавшийся в моторе «девятки» человек несется за ним еще быстрее. Расстояние между ними неумолимо сокращалось…

Поскольку оружия у преследователя видно не было, Фархад понимал, что шанс спастись и на этот раз у него есть. Фархад собрал все силы и ускорил бег.

А потом снова оглянулся. Расстояние между ним и его преследователем не сократилось, но и не увеличилось. Их разделяло метров тридцать – тридцать пять. И тут Фархад со всей очевидностью осознал, что оторваться от преследования ему не удастся…

Логинов вошел в роль незадачливого автомобилиста и, склонившись над теплым движком «девятки», следил за Фархадом. Тот, кажется, не придал свернувшей к озеру машине никакого значения. Во всяком случае, темпа движения араб не замедлил, а это было главное.

Расстояние между Фархадом и Виктором быстро сокращалось. И теперь главным было, чтобы араб не разглядел Логинова и не вспомнил, что некоторое время назад они вместе «наслаждались» звуками джаза в «Бабуине».

Поэтому Виктор и не высовывал голову из-под капота. И не заметил ни съехавшего с моста «БМВ», ни того, что эта машина остановилась у противоположной обочины в тени остановки…

Фархад вдруг резко остановился. А мгновение спустя он уже несся прочь. Все произошло буквально в секунду.

Раздумывать, что послужило причиной бегства араба, Логинову, естественно, было некогда. Да и работали в такие мгновения рефлексы. Поэтому Виктор тут же рванул следом.

Их разделяло метров пятьдесят. Но Логинов был намного более физически подготовлен, нежели Фархад. Поэтому уже за первые несколько секунд погони он это расстояние значительно сократил.

Араб оглянулся и совершил нечто вроде спурта. Теперь расстояние уже не сокращалось, но Логинов отлично понимал, что долго бежать с такой скоростью Фархад не сможет.

В мгновения смертельной опасности даже самый обычный человек способен бегать и прыгать за пределами мировых рекордов.

Только вот такие чудеса очень непродолжительны по времени. На запредельных режимах организм исчерпывает резервы за несколько секунд.

И Фархад это, видимо, интуитивно почувствовал. В какой-то момент он вдруг метнулся по травяной полосе вправо и влетел в одну из протоптанных в камышах тропинок.

Логинов вынужден был чуть притормозить. Несколько секунд спустя он тоже влетел в камыши, причем двигаясь наперерез Фархаду…

«…не позволь им сделать это любой ценой!» – простучало в висках араба. И Фархад вдруг понял, что нужно делать. Прошлый раз Международная ассоциация братьев-мусульман пыталась переправить морским путем через Одессу несколько баллонов с химическим оружием в виде газа.

Что привезли морем в термосе на этот раз, Фархаду не сообщили. Но не нужно было быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять – это тоже ОВ, то есть отравляющее вещество, причем огромного поражающего эффекта.

Фархад аль Латиф осознавал, что не сможет уйти, но и сдаваться он не собирался. Резко свернув вправо, он помчался через камыши к берегу. Благо дорожек здесь было протоптано великое множество.

Этим маневром араб застал своего преследователя врасплох и выиграл несколько драгоценных мгновений. Но тропинка, на которую он свернул, петляла, поэтому и скорость араба стала меньшей. Преследователь быстро сориентировался и даже смог срезать угол. Так что расстояние между ними все равно сократилось и сейчас составляло уже каких-то двадцать метров.

Араб мчался через камыши, за ним невесомой дымкой взлетал в ночное небо пух. Сзади приглушенно топали шаги Логинова. Чем ближе к берегу, тем отчетливее становились очертания на фоне искрящейся воды, так что потерять араба Виктор не боялся.

Фархад же теперь был нацелен только на одно: во что бы то ни стало достичь берега Днепра. И успеть бросить открытый термос в воду. И тогда огромная река, питающая водой миллионные города неверных, превратится в настоящую Реку Смерти…

Мамонт долго выжидал этого мгновения. И все-таки добился своего. После петляний по развязке Логинов спустился к берегу озера и встал у съезда. Петров, сидевший за рулем, по команде полковника проехал чуть дальше и остановился.

Быстро перебравшись назад, Мамонт включил прибор ночного видения. Поскольку Логинов ковырялся под капотом «девятки», Мамонт понадеялся, что не будет замечен.

Прибор ночного видения у него был импортный, но не слишком дорогой, без хитроумных напылений. И в момент включения края линз прибора ненадолго «загорались» характерным зеленоватым светом. В данном случае это было неважно. Так решил Мамонт и не слишком-то ошибся.

Логинов действительно предательского свечения не заметил. Правда, его заметил Фархад, но Мамонту это сыграло только на руку. Араб бросился наутек, Логинов помчался за ним. И Мамонт понял, что дело в шляпе…

– Наконец-то! – крикнул он. – Разворачивайся! Давай к той обочине!

Майор Петров тут же тронул машину с места и совершил по широкой дуге левый поворот. Едва он остановился у противоположного бордюра, как Мамонт выскочил из машины, сунув Петрову прибор ночного видения и дав на прощанье краткие инструкции:

– Я за ними!

– А я?..

– А ты жди! Вдруг они на ту сторону развязки перебегут, тогда рванешь наперерез! Подстрахуешь меня, в общем! Все!

– Осторожнее, шеф! – крикнул вслед Мамонту обеспокоенный Петров.

До воды было уже рукой подать. Ее ртутный блеск был уже совсем близко…

Фархад аль Латиф в последнем отчаянном рывке достиг берега и выхватил из-за пояса термос. Левой рукой он скрутил пластмассовую крышку-колпачок и тут же бросил ее. Пальцы араба уцепились за металлический ободок самой обыкновенной с виду пробки.

Фархад рванул ее и невольно вскрикнул. Это был не предсмертный вопль отравленного человека, а крик отчаяния. Пробка в стеклянном горлышке термоса, казалось, засела намертво, Фархад даже ноготь обломал, а она не сдвинулась…

То ли ее специально так вдавили из соображений безопасности, то ли это произошло само собой из-за температурных перепадов. Только пальцы араба оказались не в силах выдернуть пробку из горлышка.

– А-а!.. – взвыл в отчаянии Фархад.

Логинов несся на него через камыши, неумолимо приближаясь, а он не мог совладать с какой-то пробкой…

И тут Фархад с рыком «Аллах акбар!» вдруг вцепился в пробку зубами. Ухватив термос обеими руками, араб коротко дернул головой и тут же рухнул в воду замертво…

Виляя по тропинке, Фархад приближался к берегу. За время бега по камышам Виктору удалось снова значительно сократить расстояние. Теперь спина араба мелькала в каких-то двадцати пяти метрах впереди.

Даже если бы у воды Фархада ожидал замаскированный катер, он все равно не успел бы отчалить. Логинов понимал, что развязка приближается. И теперь главное было сработать без огрехов – как в «Альфе» когда-то учили.

Виктор приготовился к решающему броску. Араб наконец выскочил на берег, развернулся и вдруг что-то выхватил из-за пояса. Логинов приготовился к выстрелу, но выстрела не последовало.

В руках араба Виктор неожиданно увидел термос – тот самый. Фархад практически мгновенно сорвал с него пластмассовую крышку и попытался выдернуть пробку.

Все это произошло настолько быстро, что Логинов даже среагировать толком не успел, просто ощутил мгновенно пробежавший по коже мороз и шевеление волос на голове. И тут Фархад вдруг вскрикнул:

– А-а!..

И Виктор увидел, что пробки в руке араба нет.

– Стоять! Руки! – заорал он, чтобы оказать на противника психологическое давление.

Но Фархад с отчаянным рыком вдруг уцепился в пробку зубами. На этот раз Логинов среагировать успел. Его тренированное тело автоматически сделало то, что требовалось в данной критической ситуации.

Огнестрельного оружия у Виктора не было. А вот ключ, взятый для правдоподобия из-под сиденья «девятки», он по-прежнему сжимал в правой руке…

И Виктор метнул этот ключ. Чисто технически прием был абсолютно тривиальным. Что метание ножа, что метание гаечного ключа требует практически идентичных навыков. А навыки в «Альфе» прививать умели – на всю оставшуюся жизнь.

Брошенный со вращением гаечный ключ молнией рассек воздух и врезался Фархаду в лоб. Тот дернул головой, на миг замер, потом разом обмяк и плюхнулся спиной в воду.

Логинов выскочил на берег, прикрыв рот и нос ладонью. Действия араба не оставляли сомнений в содержимом термоса, так что предосторожность была вовсе не лишней. Даже микроскопическое нарушение герметичности термоса могло привести к утечке ОВ…

Андрей к преследованию араба подключился по звонку Логинова. На своей «семерке» он двигался за машиной Виктора по развязкам, но с некоторым опозданием. А потом Андрей «девятку» и вовсе потерял из вида.

В этот момент ему перезвонил Денис и быстро сообщил, что Логинов берет араба на берегу озера. Андрей в этот момент как раз спускался по развязке к автотрассе.

Быстро сориентировавшись, он повернул не под мост, а влево, на одну из «разгрузочных» дорог, шедших параллельно автотрассе вдоль многоэтажек. Через сто пятьдесят метров «семерка» снова повернула влево и вскоре выбралась на еще одну «разгрузку». По ней мимо павильона Андрей выбрался прямиком к тому месту, где дорога спускалась с моста путепровода.

На противоположной ее стороне Андрей увидел «девятку» Логинова с поднятым капотом. Пропустив несколько машин, Андрей пересек разделительную полосу и лихо остановил «семерку» на обочине в нескольких метрах от машины Логинова.

Здесь он быстро осмотрелся. Метрах в семидесяти позади стоял какой-то «БМВ». Но сейчас Андрею было не до посторонних машин. «Девятка» была пустой. Логинов ее явно бросил впопыхах. И Андрей тоже не стал медлить.

Заглушив мотор, он быстро покинул «семерку», обогнул ее и скользнул с обочины вниз, на берег озера. Выглядело это вполне естественно – ехал человек, приспичило ему, вот он и нырнул к озеру по естественным надобностям…

Сделав несколько шагов, Андрей на миг остановился. С берега сквозь камыши доносились приглушенные голоса. Андрей быстро направился туда. А вскоре он уже разобрал, что один из голосов принадлежит Логинову.

Андрей свернул в камыши. Двигался он очень осторожно, поскольку ситуация выглядела весьма подозрительно. Толкать речи на берегу озера Логинову было незачем. Если только не случилось чего-то экстраординарного.

По мере приближения к берегу Андрей все больше мрачнел. Теперь голоса слышались более-менее отчетливо. И Андрей окончательно понял, что Логинов попал в ловушку…

Весь противоположный берег озера Вырлица занимали какие-то предприятия. Благодаря их ночному освещению, отраженному водой, Логинов отчетливо видел и Фархада, и термос.

Араб лежал на мелководье навзничь, раскинув руки. Между его ног из воды больше чем наполовину выглядывал термос. Он беспокойно покачивался на поднятых арабом волнах, но выглядел вполне мирно.

Пробку, насколько можно было судить чисто визуально, арабу выдернуть так и не удалось. Логинов быстро наклонился и дотянулся до термоса свободной правой рукой. Левой он по-прежнему продолжал прикрывать рот и нос.

Осторожно приблизив термос к лицу, Виктор слегка расслабился. Пробка плотно, почти по самый металлический ободок сидела в стеклянной горловине. Никаких перекосов или сдвигов Логинов не заметил…

Наконец отняв левую руку от лица, он облегченно вздохнул и осторожно опустил термос на траву. Потом встал на колени и дотянулся рукой до штанины Фархада аль Латифа.

Управляться с потерявшим сознание человеком очень трудно в одиночку даже физически сильному атлету. Поэтому Логинову стоило немалых трудов подтянуть араба поближе и, ухватив за воротник куртки, приподнять над берегом.

В этот момент сзади раздались торопливые шаги, зашуршали камыши. Логинов решил, что это подоспел кто-то из «вымпеловцев», и бросил через плечо:

– Помогай!

Однако вместо помощи Логинов вдруг услышал торжествующий голос:

– Служба безопасности Украины! Не двигаться! Ты спекся, Логинов!

– Прорвемся! – махнул рукой Петрову Мамонт и тут же нырнул с насыпи к озеру.

Насыпь была хоть и невысокой, но на ее фоне Мамонта рассмотреть Логинову было нелегко. Да и не до того было сейчас Виктору.

В данный момент он гонялся в камышах за арабом. Мамонт не видел пока ни араба, ни Виктора, но звуки над озером распространялись слишком хорошо, поэтому и особых затруднений Мамонт не испытывал.

В полусогнутом состоянии он пронесся по траве метров пятьдесят, а потом свернул в камыши. Топот погони почти затих, зато от берега донеслись невнятные крики.

Ориентируясь по ним, Мамонт вскоре оказался за спиной Логинова. Тот стоял на коленях над водой и вытаскивал на берег вовсе не сопротивляющегося араба. Это несопротивление дипломата Мамонту очень не понравилось.

Впрочем, изменить ничего уже было нельзя. Мамонт выскочил на берег с пистолетом наготове.

– Помогай! – негромко крикнул ничего не подозревающий Логинов.

Мамонт быстро оценил ситуацию. Нянчиться так с трупом Логинов вряд ли бы стал. А раз так, то ситуация была самой что ни на есть выигрышной. Трупа, слава богу, не было, зато нападение на дипломата в наличии имелось.

А это, товарищи присяжные заседатели, не незаконная миграция. Это статья посерьезнее. Точнее, несколько статей – тут вам и от восьми до пятнадцати, и от десяти до пожизненного. Все, как говорится, в одном флаконе. Гремучая смесь, от которой станет плохо руководителю любой спецслужбы мира…

– Служба безопасности Украины! Не двигаться! Ты спекся, Логинов! – с торжеством воскликнул Мамонт.

Логинов на миг замер. Это для него, конечно, был удар.

– Ты, что ли, Мамонт?.. – спросил Виктор, не поворачивая головы.

Он уже приподнялся на одно колено с телом Фархада в руках, и как раз в этой крайне неудобной позе его прихватил Мамонт. Впрочем, Логинову потребовалось всего несколько мгновений, чтобы оценить такой головокружительный поворот. В следующий миг он разжал руки и показательно поднял их. Тело Фархада снова плюхнулось в воду, взметнув брызги.

– Я, Логинов, я! – засмеялся Мамонт. – Думаешь, я куплюсь?.. Да нет, брат, сам его будешь вытаскивать. Не усугубляй, полковник, тащи на берег гражданина дипломата, а то, не дай бог, захлебнется, тогда я тебе помочь уже ничем не смогу!

Осознав, что его хитрость Мамонт разгадал, Виктор не стал тянуть время, быстро наклонился и выволок Фархада на берег по пояс.

– Так ты хочешь мне помочь?.. – наконец оглянулся Виктор.

– Да! – кивнул Мамонт. – Небезвозмездно, конечно, Логинов, небезвозмездно. Сам понимаешь, времена сейчас на Украине тяжелые…

– Сколько ты хочешь? Только предупреждаю, больше миллиона за меня не дадут!

– Фу, как пошло! Я не торгую честью, Логинов! Вспомни девиз «Альфы»: «Жизнь – родине, честь – никому!»

– А чем ты торгуешь?

– Ничем. Но в память о наших былых совместных корнях я, так и быть, готов совершить небольшой ченч. Я не против, Логинов, обменять перспективное, но малоприятное для меня дело о твоем нападении на дипломата на перспективное и приятное во всех отношениях дело о бланках украинских паспортов…

– Каких еще паспортов?

– Не включай дурака, Логинов! Не в твоем положении это делать! Не та ситуация! Короче, так. Или я сейчас же получаю информацию по этим паспортам, или я звоню прямо Турчинскому, и ты завтра становишься самым известным сотрудником спецслужб в мире!

– Допустим, обмен состоится, – кивнул Виктор. – А с этим ты что будешь делать?

– Не боись, его я тоже пристрою, когда ты мне сообщишь, почему ФСБ его так невзлюбила!

– А ты заматерел, Мамонт! Тот ли это мальчик с печальным взглядом, которого я гонял по полосе препятствий в Балашихе до рвоты и соплей? Решил одним махом прыгнуть в дамки, да? Стать национальным героем?.. – хмыкнул Логинов.

– Короче! – вытащил мобильный Мамонт. – Хватит трепаться. Или ты звонишь своему начальству, или я звоню Турчинскому!

В этот момент телефон у Мамонта задергался сам…

Наконец Андрей смог разглядеть силуэты на берегу. Логинов стоял к нему лицом. Вполоборота к нему расположился какой-то франтоватый тип с пистолетом…

– Не боись, его я тоже пристрою, когда ты мне сообщишь, почему ФСБ его так невзлюбила! – с некоторой издевкой проговорил этот тип, обращаясь к Логинову.

При этом он не только контролировал безоружного Логинова, но и не забывал поглядывать себе за спину – на камыши. Андрей вынужден был остановиться.

Огнестрельного оружия у него не было. Имелись только кое-какие спецсредства, но на таком расстоянии применять их было слишком рискованно. Франтоватый тип, Андрей это понял сразу, обладал неплохой подготовкой. Такого голыми руками не возьмешь – пять раз подстрелит…

И в этот миг у Мамонта зазвонил телефон. Беседа вышла нервной, и это сыграло с Мамонтом злую шутку. Он потерял бдительность, а Андрей этим подарком тут же воспользовался.

Пока Мамонт выяснял отношения с Халецкой, «вымпеловец» ужом прополз по камышовой тропинке к берегу. И возник за спиной Мамонта в тот самый момент, когда тот закончил разговор…

– Если это Турчинский, я согласен! – быстро сказал Логинов.

Мамонт как-то смущенно проговорил:

– Да нет, это не Турчинский… Секунду! Алло!

– Ты сволочь, Паша! – донеслось из трубки. – Я тебя ведь предупреждала! Предупреждала?!

– Я все объясню, Аленка! – Мамонт торопливо защелкал клавишей, уменьшая громкость, но слишком тихо было над озером, поэтому Логинов слышал и дальнейшее:

– Что ты объяснишь?!

– Я все объясню, все! Только чуть попозже! Хорошо?

– Нет, не хорошо! Ты ублюдок, Паша! И свои объяснения засунь себе в задницу! Понял? Ты знаешь, куда я сейчас еду?..

– Аленка, давай потом… – попытался было успокоить Халецкую Мамонт, но та словно бы и не слышала его:

– Я еду в ночной клуб! Мы с Ириной выпили два пузыря водки, потому что ее благоверный оказался таким же козлом, как и ты, и ушел к семнадцатилетней! Вы все козлы, Паша! Все! Поэтому в клубе мы с Ириной напьемся, снимем малолеток и будем трахаться с ними до утра! Знай это, Паша! Все!

Халецкая отключилась, Мамонт вздохнул, с трудом возвращаясь к реальности.

– Проблемы? – сочувственно спросил Виктор.

– Да нет, все нормально, – тряхнул головой Мамонт. – Так, значит, мы остановились на том…

– Мы остановились на том, – перебил Мамонта Виктор, – что ты сейчас тихо и спокойно кладешь пистолет на траву! Чтобы обойтись без членовредительства, значит…

По лицу Мамонта пробежала тень досады. Он мгновенно понял, что Логинов не блефует. Брошенная через плечо Виктором фраза «Помогай!» говорила о том, что у Логинова есть сообщник.

Именно поэтому Мамонт во время разговора и поглядывал по сторонам. Только вот звонок Алены разом выбил его из колеи. И расплата не заставила себя ждать…

– Кладу!.. – сказал Мамонт, опуская руку и поворачивая пистолет горизонтально.

В тот же миг он вдруг кувыркнулся в сторону – так, как его когда-то сам Логинов учил на базе в Балашихе. Вернее, собрался кувыркнуться, потому что подкравшийся во время телефонного разговора Андрей тут же бросился сзади на полковника и провел контрприем.

– А-а!.. – взвыл от боли Мамонт.

Все-таки руководящая работа не способствовала тому, чтобы находиться в форме. Более тренированный Андрей провел подсечку, оседлал Мамонта и вывернул руку болевым приемом.

– Тихо! – проговорил он, приставив свободной рукой пистолет Мамонта к его же лбу. – Люди спят!..

– Я же тебя предупреждал, Мамонт, – негромко сказал Виктор, оглядываясь по сторонам. – И что теперь с тобой делать, а?..

– Лучше всего сработать под утопленника! – быстро нашелся Андрей. – Никто ничего не заподозрит! Берем?..

– Прорвемся! – махнул рукой Мамонт и нырнул к озеру.

Петров обеспокоенно посмотрел ему вслед. Логинов был слишком опасным противником, чтобы так рисковать. Впрочем, Мамонт был начальником, а начальству всегда виднее.

Поэтому Петров принялся дисциплинированно выполнять приказание. То есть ждать звонка Мамонта и заодно его прикрывать. Звонить Мамонт пока не звонил.

Петров собрался было по-быстрому закурить, как вдруг слева, от квартала многоэтажек, через дорогу стартовала «семерка» с шашечками на крыше…

Петрова она поначалу вовсе не взволновала. Такси тут ездили туда-сюда все время. Но это конкретное такси пересекло дорогу и остановилось неподалеку от «девятки». Из машины выскочил мужчина и быстро скатился с насыпи к озеру.

Петров быстро пристроил на голову прибор ночного видения. За Мамонтом он следить уже не мог, поскольку полковник довольно быстро скрылся за камышами. А вот водителя «семерки» Петров видел отлично.

А тот, вместо того чтобы с ходу расстегнуть ширинку и заняться обычным в случае таких вот экстренных остановок делом, двинулся к камышам. Это Петрову не понравилось совсем. Навряд ли среди киевских таксистов имелись чересчур культурные особи, которые для отправления естественных надобностей забирались так далеко от дороги. Хотя все могло быть…

Петров быстро выскользнул из «БМВ» и тоже спустился к озеру. Водитель «семерки» уже нырнул в камыши и скрылся из вида. Петров, вертя головой из стороны в сторону, крался по берегу, пока не расслышал голоса, один из которых явно принадлежал Мамонту.

Приподнявшись, он вдруг увидел в той стороне «таксиста». Тот осторожно крался к говорившим через камыши. Петров выматерился и метнулся вперед. Однако у водителя «семерки» была слишком большая фора. Поняв это, через пару десятков метров Петров выхватил мобильник и на бегу позвонил Мамонту…

Запоздалая попытка Мамонта отпрыгнуть результата не принесла. Андрей находился слишком близко. Он легко стреножил Мамонта и завладел его оружием.

Логинов удовлетворенно хмыкнул и сказал:

– Я же тебя предупреждал, Мамонт. И что теперь с тобой делать, а?..

– Лучше всего сработать под утопленника! – быстро оглянулся Андрей. – Никто ничего не заподозрит! Берем?..

– А что, это мысль! – посмотрел на Мамонта Виктор. – И все проблемы решатся…

– Ты не сделаешь этого, Логинов! – не очень уверенно сказал Мамонт.

– Это почему?.. – наклонился к пленнику Виктор.

– Потому что весь район оцеплен! Тут несколько групп спецназа! И сотрудники в штатском…

Все это в устах Мамонта прозвучало не очень убедительно. Логинов быстро понял, что он врет, и хмыкнул:

– А из воды сейчас вынырнет атомная подлодка «Гетьман Скоропадский» Днепровской флотилии, да?.. Ты работал на свой страх и риск, Мамонт!

– Да нет, я работал с прикрытием!

– Ты что-нибудь подозрительное видел? – посмотрел на Андрея Логинов.

– Нет… – мотнул тот головой. – Машина только на обочине стояла…

– Тогда быстро проверь! – приказал Виктор. – Но без шума!

Андрей живо вскочил с Мамонта и двинулся через камыши к дороге. И тут прямо перед ним неизвестно откуда возник человек с пистолетом и прибором ночного видения на голове.

– Тихо! – криво ухмыльнулся он. – Оружие на землю, а то мозги вышибу!

Петров позвонил Мамонту, но у того оказалось занято. Майор включил автодозвон и ускорил шаг. Он слышал, что Мамонт на берегу с кем-то нервно разговаривает по телефону. В какой-то момент Петров увидел сквозь просвет в камышах, как водитель «семерки» метнулся вперед…

Петров понял, что предупреждать Мамонта уже бесполезно. Отключив дозвон, майор сунул телефон в карман, выхватив вместо него компактный электрошокер. В правой руке Петров сжимал пистолет, так что теперь он находился во всеоружии.

Судя по донесшимся с берега звукам, Мамонта быстро и благополучно разоружили. Но Петров был слишком опытным, чтобы раньше времени поднимать шум. Он давно усвоил, что в работе оперативника главное не столько быстрота, сколько внезапность.

Поэтому Петров очень осторожно приближался к месту событий на берегу. И его расчет оправдался. Прямо навстречу Петрову от берега начал пробираться водитель «семерки». Причем уже с пистолетом в руке.

Но это Петрова не пугало. Он осторожно шагнул в сторону и присел. Увидеть его было практически невозможно. Когда же водитель «семерки» приблизился к майору почти вплотную, тот выпрямился и сделал шаг навстречу противнику.

– Тихо! – одними губами сказал майор. – Оружие на землю, а то мозги вышибу!

Противник Петрову попался опытный. Он изобразил, что отпускает пистолет, а другой рукой сделал короткое движение, чтобы выбить оружие у Петрова. Но майор был начеку. Пистолет он отдернул и заблокировал бьющую руку включенным электрошокером.

Нападавший дернулся и плюхнулся под ноги Петрову. Тот быстро завладел вторым пистолетом и через несколько секунд уже выскочил на берег. Логинов такого «ковбойского» варианта не ожидал никак и даже невольно вздрогнул.

– Руки! Отошел к берегу! Ну! – целясь в Виктора сразу из двух стволов, скомандовал Петров.

Логинов вынужден был подчиниться. Петров посмотрел на лежащего на траве Мамонта:

– В порядке, шеф?

– Да! – кивнул Мамонт, быстро поднимаясь.

– Тогда держите! – Петров бросил Мамонту один из пистолетов и тут же метнулся назад: – Я счас, у меня там клиент без присмотра остался…

– Ну что, Логинов? – спросил Мамонт, посмотрев на Виктора. – Доигрался? Теперь на тебе еще и покушение на жизнь сотрудника правоохранительных органов висит…

– Да кто на тебя покушался?.. – скривился Виктор.

– А топить меня кто собирался, а?..

– Ты что, шуток уже не понимаешь? – пожал плечами Логинов. – Совсем ты испортился, Мамонт…

– Пошел в задницу! У нас за такие шутки дают пожизненное, понял?

– Понял, – кивнул Логинов. – Ладно, я согласен на твой обмен, только с одним условием.

– Каким?

– Этого фрукта, – кивнул Виктор на Фархада, – мы забираем…

– С ума сошел? Об этом не может быть и речи! – помотал головой Мамонт.

В этот момент Петров, пыхтя, вытащил на берег закованного в наручники и находящегося без сознания Андрея. Мамонт с Логиновым тревожно переглянулись.

– Что с ним? – быстро спросил Мамонт.

– Электрошок. Скоро очухается…

– А-а… – успокоился Мамонт. – В общем, Логинов, об этом не может быть и речи. Он же иностранец.

– Он террорист!

– Это ФСБ так считает?

– Это так и есть! Видишь термос?

– Ну?

– Он получил его сегодня в Одессе на конспиративной встрече у какого-то моряка. А только что пытался вылить содержимое в воду! Понял?

– ОВ? – нахмурился Мамонт, приближаясь к термосу.

– Лучше не трогай, – сказал Виктор. – Это наше дело, понял?..

– Не уверен… – почесал пистолетом за ухом Мамонт. – Теракт в Киеве – это покруче паспортов… Знаешь что, Логинов, пожалуй, я тебя по старой дружбе отпущу! Прямо сейчас, без всяких обменов! Петров!

– Да!

– Надень-ка по-быстрому на иностранца наручники! И не спускай глаз вот с этого термоса! А ты, Логинов, в темпе забирай своего человека и вали, пока я добрый!

С этими словами Мамонт вытащил телефон.

– Ты куда собрался звонить? – быстро спросил Виктор.

– Турчинскому, конечно! – хмыкнул Мамонт.

– Не делай этого! Давай договариваться! – сказал Логинов.

Петров в этот момент уже дисциплинированно снял наручники с Андрея и двинулся с ними к Фархаду. А Мамонт позвонить снова не успел. Его телефон задергался. Мамонт быстро посмотрел на дисплей и ответил:

– Алло!

Денис специально двинулся к берегу озера кружным путем – под мостом путепровода. Просто в этой ситуации важно было перекрыть Фархаду возможные пути отступления.

Поэтому первую часть пути «вымпеловец» преодолел очень быстро. Вынырнув же из-под моста, он убедился, что арабу прорваться к автотрассе не удалось, и заметно успокоился.

Денис направился к тоннелю. Он понимал, что Логинов с Андреем уже, наверное, взяли араба, так что особо торопиться ему вроде как некуда. Но свой маневр «вымпеловец» привык отрабатывать до конца. Поэтому он хоть и заметно сбросил скорость, но бдительности не терял.

Ни по дороге к тоннелю, ни в нем Денис ничего подозрительного не приметил. А вот выйдя на берег Вырлицы, «вымпеловец» сразу сообразил, что произошло нечто непредвиденное.

За камышами на берегу было как-то слишком людно. Денис быстро пригнулся и метнулся к ближайшей из протоптанных тропинок. Очень осторожно он начал пробираться к месту действия. И вскоре уяснил, что ситуация просто-таки критическая.

Логинова и Андрея захватили вооруженные люди, судя по всему – сотрудники СБУ. Денис понимал, что нужно спешить. Приближаясь к берегу, он вооружился обычной с виду авторучкой. Но эта штука была способна выстреливать на расстояние до десяти метров струю газа.

Примерно на этом расстоянии и был Денис, когда Мамонт собрался звонить руководителю СБУ Турчинскому. Логинов нервно сказал:

– Не делай этого! Давай договариваться!

Денис приготовился к выстрелу, хотя с такого расстояния это было несколько авантюрным. Однако было совершенно ясно, что, если о событиях у озера станет известно начальству эсбэушников, это будет конец…

И тут Денису помог случай. Мамонту кто-то позвонил. Тот ответил. Пока он слушал своего собеседника, Денис смог беззвучно приблизиться к берегу еще метра на три-четыре.

Теперь позиция была вполне приемлемой. Денис, словно на спецтренировке, тщательно прицелился и плавно утопил кнопку. Авторучка с коротким «пш-ш…» выплюнула струю газа. Заряд предназначался для араба, но на украинца он подействовал тоже.

Мамонт только и успел, что дернуть головой, и тут же плюхнулся в траву…

– А вот и я! – вошел в комнату Семен.

Он успел побывать в ванной, и теперь на поясе у него было повязано полотенце. В одной руке Семен держал бутылку шампанского, в другой – бокалы. Лена, подставив под голову руку, с плотоядной улыбкой ожидала его в постели. Свое загорелое гибкое тело она целомудренно прикрыла тонким одеялом, но от этого выглядела ничуть не менее сексуально и возбуждающе.

Семен едва успел поставить бутылку на пол, как оказался в объятиях этой амазонки. Бокалы с глухим стуком упали под диван, и любовники снова сплелись в жаркий узел страсти и вожделения…

На этот раз стоны были потише, но раздавались они в комнате почти полчаса. Семен уже ничего не стеснялся. А Лена отдавалась ему страстно и с бесстыдством. Это был не тот слегка пресноватый секс, каким они занимались до этого. Это было совсем другое.

После они пили шампанское и снова занимались сексом при свечах. На улице давно стемнело, но ощущение времени любовники как-то потеряли. Совершенно случайно посмотрев на часы, Лена вскрикнула:

– Что?! Уже одиннадцать?!

– Сколько?.. – тоже удивился Семен.

Лена тем временем вскочила и бросилась в ванную:

– Маман меня убьет!

– А что случилось?

– Да я ей обещала сегодня…

Что Лена обещала своей маман, утонуло в шуме воды. Тут сам Семен вспомнил, что тоже кое-что обещал Мамонту, но заниматься этим ему было как-то недосуг…

– Не делай этого! – предупредил Мамонта Логинов. – Давай договариваться!

Ситуация стала критической, и он был готов на самые крайние меры, хотя ему очень не хотелось к ним прибегать. Впрочем, Мамонту снова позвонили, и он начал слушать собеседника. А секунду спустя полковник СБУ вдруг дернулся и без видимых причин начал оседать на траву.

Логинов тут же прыгнул на Петрова. Тот как раз надел наручники на араба, поэтому к нападению оказался не совсем готов. Логинов выбил ногой пистолет майора, но Петров был парень тертый.

Он тут же нырнул Логинову под ноги. Они упали и сцепились. Логинов попытался вывернуть майору руку, но тот пребольно боднул Виктора в переносицу. Неизвестно, чем бы закончилась эта возня в партере, но тут на помощь Логинову подоспел Денис.

Он ударил Петрова по голове, и тот обмяк, уткнувшись головой в траву. Логинов вылез из-под него и потрогал переносицу:

– Блин, кажется, цела… Называется, чисто сработали, черт бы побрал этого Мамонта!..

– Какого мамонта? – не понял Денис.

– Вон того, – кивнул головой Виктор. – Мой старый знакомый, еще по КГБ…

Операция и вправду получилась грязноватой. На берегу озера в живописных позах лежало четыре человека. Из выпавшего телефона Мамонта доносился взволнованный мужской голос:

– Алло! Мамонт! Алло! У тебя все в порядке?

– Выключи его на хрен!.. – нервно махнул головой Логинов, а сам двинулся к Андрею.

После нескольких пощечин тот начал приходить в себя. Логинов оглянулся и спросил у Дениса:

– С кем Мамонт хоть разговаривал? Не с Турчинским?

– Нет! – махнул головой Денис, держа в руке мобильный Мамонта. – Семен какой-то…

– Ну и слава богу! Так! Возьми у того красавца, что меня бахнул, ключи и сними наручники с араба. Этих двоих по-быстрому сцепи за ноги и забери телефоны, пейджеры и все такое! И не чешись!..

Андрей наконец сел и тупо огляделся по сторонам:

– Меня что, подстрелили?..

– Электрошокером погладили. Все, вставай и двигай к дороге, глянь, что там. Только не так, как в прошлый раз. Сразу отзвонишься, а мы тут пока управимся! Понял?

– Да!.. – несколько виновато кивнул Андрей, поднявшись на ноги.

– Тогда двигай! – хлопнул его по плечу Виктор.

Шаги Андрея затихли. Логинов подошел к Фархаду. Араб по-прежнему лежал на берегу, но его ресницы подрагивали. Логинов рывком поднял его:

– Хватит придуриваться!

Араб не очень уверенно поднялся, испуганно глядя на Виктора. На его лбу вздулась приличная шишка, наверное, и сотрясение мозга было. Вряд ли в таком состоянии араб был способен на подвиги, но рисковать Виктору не хотелось.

Вывернув кисть араба сковывающим болевым захватом, он осторожно поднял с травы термос и повернулся к Денису:

– Ну что там?.. Все?

– Да! Удостоверения берем?..

– Ничего не берем! Браслеты затяни потуже! Телефоны и оружие в озеро! И уходим!

Денис кивнул и быстро наклонился. Сотрудники правоохранительных органов и бандиты хорошо знают, что если ногу в районе голеностопа туго затянуть наручником, то каждый шаг в такой колодке дается с неимоверным трудом. Ну а если таким образом сцепить браслетами за ноги двух человек, то на преодоление олимпийской дистанции в сто метров им понадобится около часа, не меньше…

Денис сжал наручник на ноге Мамонта, и от боли тот пришел в себя. Хитрая авторучка была не оружием, а спецсредством. И выстреливаемый ею газ предназначался не для поражения противника наповал, а для кратковременной его парализации.

Денис тут же вскинул пистолет, но Мамонт не собирался на него нападать. Быстро оглянувшись, он окликнул Виктора:

– Логинов! Тебе подсунули «красную селедку»! Понял?

– Расскажешь это Турчинскому! – хмыкнул Виктор. – Может, он тебе поверит!

– Ну-ну, Фома неверующий!..

В это время Денис уже затянул наручник на ноге Петрова и собрался закинуть в озеро вещи офицеров СБУ. Однако Логинов почувствовал, что Мамонт не врет.

– Стой! – велел он Денису. – Бери этого красавца…

Денис поднялся и принял у Логинова Фархада и термос.

– Так что тебе сказал по телефону Семен? – спросил Виктор, приседая возле Мамонта. – И кто он такой?

В первый миг Мамонта такая осведомленность Логинова насторожила, и по его лицу пробежала тень озабоченности. Впрочем, он тут же понял, откуда Логинов узнал имя звонившего, и улыбнулся:

– До него тебе не добраться… Даже не думай!

– Он сотрудник СБУ? – догадался Виктор. – Вы с ним вместе вели меня?

– Да! – кивнул Мамонт. – Он сотрудник СБУ с очень большими возможностями. И он выяснил, что тебя увели по ложному следу…

– Пока, зая! – послала Лена Семену воздушный поцелуй, поскольку уже по-быстрому накрасилась. – Это было просто отпадно! Я завтра позвоню!

– Пока! – махнул рукой Семен.

Когда Лена скрылась в лифте, он прикрыл дверь и вошел в слегка разгромленную комнату. Быстро оглядев ее, Семен невольно покачал головой и с улыбкой поднял разорванные трусики Лены. Фетишистом он не был, но на этот раз решил оставить интимный предмет туалета на память о столь восхитительном вечере.

Только сунув трусики в шкаф, Семен увидел, что Лена забыла цветы. Но бежать за ней было уже поздно. Отодвинув вазу в сторону, Семен открыл ноутбук и вывел на экран изображения двух квартир.

Квартира Фархада оказалась пустой. Второй фигурант был дома. Семен несколько раз щелкнул мышкой, чтобы посмотреть, чем занимался после душа Фархад и куда он подевался.

Изображения в верхнем ряду вернулись к началу записи. Функции ускоренного просмотра программой предусмотрено не было, так что «перематывал» изображение Семен вручную.

Переодевшись после душа, араб ненадолго присел за включенный компьютер. Потом приготовил себе поесть, поел и снова ненадолго подошел к компьютеру.

Семен сообразил, что араб ждал какого-то сообщения в Интернете.

Он собрался было попытаться отследить переписку араба, как вдруг увидел, что тот быстро встал и двинулся в прихожую. Несколько секунд спустя в квартиру вошел второй фигурант!..

– Чего ты хочешь, Мамонт? – быстро спросил Логинов.

– Для начала поговорить с Семеном. Пока он не поднял шум…

– Где его телефон?.. – быстро оглянулся на Дениса Логинов.

– Вон! – кивнул на траву «вымпеловец».

Логинов протянул трубку Мамонту, в этот момент ему позвонил Андрей от дороги.

– Да!

– Все чисто! «БМВ» только стоит пустой…

– «БМВ» ваш? – спросил Виктор у Мамонта.

– Да! – кивнул тот.

– Ясно! – сказал Логинов в трубку. – Жди, у нас тут небольшая задержка! Если что, сразу звони…

Виктор отключил телефон, Мамонт уже набрал номер Семена.

– Ты куда пропал? – с ходу спросил тот. – У тебя все в порядке?

– Более-менее… Так наш друг упаковал чемоданы?.. Что?.. Когда?.. – Мамонт быстро посмотрел на часы. – Слушай, ты можешь прямо сейчас подъехать на левый берег? Куда?.. Здесь у озера станция метро, не знаю, как она называется, но рядом «Макдоналдс»… Да, наверное, «Харьковская»… Через сколько? Хорошо. Встречаемся в «Макдоналдсе». Только, когда будешь подъезжать, на всякий случай перезвонишь. Если я не скажу, куда мы с тобой в Одессе ходили ужинать, сразу обо всем доложишь начальству! Понял?.. Да, тут у меня небольшие проблемы со старыми друзьями. Не поделили кое-что… Все, Семен, жду!

– Так что за ложный след? – спросил Виктор.

– Сними-ка с меня наручники и поехали в «Макдоналдс». Там и поговорим…

Семен развернул изображение из прихожей квартиры Фархада на весь экран и включил звуковой канал. Впрочем, толку от этого было мало. Хозяин и гость общались по-арабски, а Семен арабского не понимал.

Однако по жестам и поведению догадаться о сути разговора было несложно. Самое главное, что сразу понял Флеров, это то, что два араба незнакомы.

Ситуация была довольно любопытной. Спустившийся с шестого этажа араб явно набивался под каким-то благовидным предлогом к Фархаду в гости и даже принес с собой какое-то восточное лакомство в яркой упаковке. Фархаду гость был явно ни к чему, но правила дипломатического этикета вынудили его что-то сказать и сделать приглашающий жест.

Действие переместилось в гостиную. Фархад предложил гостю сесть и включил телевизор. После чего отправился на кухню – выкладывать в вазочку рахат-лукум и готовить чай. И тут началось самое интересное. Такого Семен, честно говоря, не ожидал…

Запись из гостиной, сделанную во время отсутствия Фархада, Флеров просмотрел дважды, после чего быстро прокрутил остальное. Но там ничего интересного уже не было. Фархад вернулся из кухни с подносом. После этого они с гостем чинно попили чай, ведя дипломатическую беседу.

Уже минут через шесть-семь гость вроде как невзначай посмотрел часы и подобрал ноги. Вроде как куда-то заспешил. Фархад особо возражать не стал.

Хозяин проводил гостя в прихожую, где они показательно-тепло расстались…

Время было позднее, и в круглосуточном «Макдоналдсе» на «Харьковской» было не более десятка посетителей. Двое из них – Логинов с Мамонтом – расположились поодаль от остальных любителей фаст-фуда, поскольку разговор был не для чужих ушей.

– Так что за «красная селедка», Мамонт? – спросил Виктор, едва они присели за столик.

Мамонт посмотрел на стоянку, где друг напротив друга стояли «девятка» и «БМВ». Петров, уже получивший сегодня по голове, был готов к любым неожиданностям. Поэтому Мамонт наконец выложил информацию Логинову:

– Тебя вели не только мы. Тебя вели и сообщники этого типа…

– Что?.. Меня вели сообщники Фархада?

– Да! От вокзала за тобой следил некий… некий гражданин, – решил раньше времени не злоупотреблять конкретикой Мамонт. – Вернее, он следил не за тобой, а за приехавшим из Одессы Фархадом. В общем, это было контрнаблюдение, и он тебя вычислил. После чего немедленно предпринял кое-какие меры…

– Какие меры?

– Он подсунул Фархаду «куклу», – хмыкнул Мамонт.

– В смысле?

– В криминальном. Он подменил термос. На точно такой же. Так что все это время ты, Логинов, гонялся за «пустышкой»…

– Не может быть! Фархад хотел вылить содержимое термоса в озеро!

– Правильно! Потому что он даже не догадывался о подмене! Его использовали втемную, для отвлечения внимания…

– И где сейчас настоящий термос?..

– Я не знаю, – покачал головой Мамонт. – Правда. Но догадываюсь, что он уже на пути в Россию…

То, что случилось в квартире Фархада, заставило Семена Флерова сосредоточиться на его госте. Флеров быстро просмотрел записи из его квартиры и вскоре выяснил, что этот человек собрался ехать сегодня в Москву…

Семен быстро включил изображение в режиме реального времени. Араб явно вот-вот должен был покинуть квартиру. Семен поспешно оделся и выскочил с ноутбуком из дома.

Его машина стояла у подъезда. Отключив сигнализацию, он выехал со своего двора и вскоре припарковался на другой стороне бульвара, неподалеку от высотного дома.

Здесь он снова развернул свой терминал. Как и предполагал Семен, араб ожидал машину. Вскоре к дому подъехало такси, и диспетчер по телефону сообщила об этом клиенту.

Араб, которого, как выяснил Семен, звали Сулейманом Закери, закинул на плечо довольно вместительную дорожную сумку и спустился вниз. Семен по-быстрому сложил ноутбук и приготовился.

Он не исключал, что по дороге или на вокзале Сулейман Закери с кем-то быстро встретится, так что ухо нужно было держать востро.

Такси тронулось с места и выехало на бульвар. Семен старался не отставать, поскольку предполагал, что встреча, если она произойдет, будет практически мгновенной.

До вокзала ничего неожиданного не произошло. Чтобы выиграть время, Семен в самый последний момент обогнал такси и припарковался у входа первым. На вокзале он вел Закери довольно плотно, но никакой мгновенной встречи не зафиксировал.

Сулейман Закери, посетивший сегодня чисто по-соседски Фархада аль Латифа, сел в вагон транзитного поезда и до самого отправления на перроне не появился.

Семен Флеров проводил поезд взглядом и вытащил телефон. Ситуацию следовало срочно обсудить с Мамонтом…

– Ты сволочь, Мамонт, – сказал Логинов. – Речь идет о тысячах жизней. А ты устраиваешь какие-то позорные торги…

– Я сволочь? – уставился на Логинова Мамонт. – Да если бы не я, то этот термос ушел бы с концами. А ты или сел бы в нашу тюрьму, или в лучшем случае приволок бы своему начальству этого араба, который ничем не смог бы вам помочь!

– Ладно, – кивнул Логинов. – Насчет сволочи я погорячился… Но такими вещами не торгуют. Во всяком случае, настоящие офицеры спецслужб…

– Ты отстал от жизни. Сейчас, Логинов, торгуют всем. Просто я не такой дурак, чтобы позволить результатами своей работы торговать начальству и политикам. Лучше я продам их сам, чем на них сколотит себе имя какой-нибудь начальственный бездарь…

– В чем-то ты, конечно, прав, – вынужден был согласиться Логинов. – Только в те времена, когда мы с тобой вместе месили грязь в Балашихе…

– Нас учили, не задумываясь, подставляться под пули, чтобы другие получали за это ордена и генеральские погоны, – криво ухмыльнулься Мамонт. – Только я с тех пор поумнел, Логинов. И предлагаю сделку. На первоначальных условиях. Информацию по паспортной афере за информацию о термосе. Плюс свободный выезд для тебя и твоих людей…

– И как ты себе это представляешь? Я имею в виду чисто технически? – потянулся за телефоном Логинов.

– Я себе это представляю очень просто. Мы даем информацию тебе, а чуть позже, когда термос уже будет на границе, Семен докладывает обо всем начальству. И оно связывается с вашими уже официально. За это я получаю улики по паспортной афере, а Семен, к примеру, какой-нибудь российский орден…

– Какой еще орден?

– Да любой! Суть не в ордене, а в том, чтобы дело получило огласку и Семена не смогли обойти, как всегда.

– Ясно. Значит, детали паспортной аферы тебе, орден и паблисити Семену. Все?

– Ну и нам с Петровым тоже можно по какой-нибудь «Анне на шею», – тронул Мамонт свой распухший от газа нос. – В качестве компенсации морального ущерба. Все равно каким-нибудь вашим губернаторам уйдут к юбилеям…

– Да, Мамонт, губа у тебя не дура, – тоже тронул Логинов свой нос. – А мне тогда что, орден Богдана Хмельницкого за то, что твой Петров жахнул меня в переносицу?

– Тебе, Логинов, свобода, она будет подороже всяких побрякушек.

– Ладно, – вздохнул Логинов. – Звоню начальству…

Семен вошел в «Макдоналдс» и направился к столику, за которым сидели Логинов с Мамонтом.

– Привет, – кивнул он, отодвигая стул. – А что это у вас с носами?

– Да так, – хмыкнул Мамонт, – на берегу развлекались… В общем, дело такое, Семен. Это полковник ФСБ Логинов. Он только что переговорил со своим начальством. Условия сделки оно, хоть и со скрипом, одобрило…

– Что за условия?

Логинов быстро ввел Семена в курс дела. Потом наклонился и сказал:

– Считай, внеочередное звание, российский орден и утечка информации в прессу о твоем вкладе в разоблачение террористов обеспечены. Так где термос?!

Семен посмотрел на Мамонта. Тот кивнул:

– Выкладывай… Термос изначально предназначался для переправки в Россию. Пусть они этим и занимаются.

Семен кивнул:

– Хорошо. Термос, как я предполагаю, находится в поезде Варшава – Москва. В багаже некоего Сулеймана Закери…

– Это точно?.. – сузил глаза Логинов. – Или это только предположение?

– Сулейман – дипломат одной из арабских стран. У него квартира в том же доме, в котором сегодня поселился Фархад аль Латиф. У меня есть записи видеонаблюдения. На них видно, как Закери сперва проник в квартиру Фархада и подменил термос, а потом упаковал его в свой дипбагаж. После этого он сразу позвонил, чтобы забронировать место на ближайший поезд до Москвы. Но места были только на ночной поезд Варшава – Москва. Самое интересное, что у него был заранее куплен билет на завтрашний, то есть уже на сегодняшний вечерний экспресс до Москвы. Но он решил поторопиться… Я за ним проследил до вокзала. Никаких подозрительных контактов до самой посадки у него не было. В поезд я, правда, не заходил…

– Ясно! – быстро сказал Виктор. – И когда отправился поезд?

– Около часа назад. Границу он пересечет под утро…

– В каком пункте?

– Точно не скажу, – пожал плечами Семен. – Но в справочной железнодорожной это, наверное, можно узнать.

Сулейман Закери никак не мог уснуть. Сказывалось напряжение трудного дня. Да и кондиционер в вагоне международного поезда барахлил.

В очередной раз отерев вспотевший лоб полотенцем, араб поднялся и набулькал себе в стакан воды. Утолив жажду, он накинул куртку, сунул термос во внутренний карман и только после этого отпер дверь.

Поскольку ехал араб один, то каждый раз, идя в туалет, ему приходилось вот так подстраховываться – брать с собой деньги и документы, лежавшие в куртке, а также термос.

В принципе вероятность быть обворованным в вагоне СВ была малой, но все же была. В этом и заключалось главное неудобство путешествий поездом. Но зато это был самый надежный способ переправки термоса.

При поездке на машине, да еще после упразднения на Украине ГАИ, вполне можно было попасть в ДТП. А даже самая легкая авария была чревата разгерметизацией термоса. Что в этом случае произойдет, Закери даже думать не хотелось…

Именно поэтому переправка термоса в Москву была изначально запланирована именно по железной дороге. И в багаже дипломатов, что исключало возможность досмотров и практически гарантировало доставку смертельного содержимого в столицу России…

– Ну что, пусть живет дружба братских народов! – поднялся Виктор.

Пожав Мамонту и Семену руки, он поспешно покинул «Макдоналдс» и направился к стоящей на стоянке «девятке». Семен проводил его взглядом и спросил:

– Мамонт, ты уверен, что мы поступили правильно?

– В смысле насчет Фархада этого? Они завтра оформят его задержание в России как лица, нелегально пересекшего границу. А нам с ним возиться – мороки не оберешься с его дипстатусом. Да и видел он лишнее…

– Да нет. Я имею в виду другое. Ты уверен, что они выполнят свои обещания?

– Если политики не вмешаются. То есть на девяносто девять процентов. Но после Беслана политиков в России к борьбе с терроризмом не подпускают. А профессионалы спецслужб отлично понимают, что без сотрудничества с коллегами, в том числе и из СБУ, террористов не сдержать. Турчинские приходят и уходят, а мы с тобой, Семен, остаемся. Так что под утро доложишь начальству и отдыхай. На этот раз тебя не обойдут… Только пробей мне сперва адрес одного человечка…

Мамонт продиктовал Семену имя бывшего сотрудника ОВИРа, которое ему на салфетке нацарапал Логинов. Семен спросил, прежде чем позвонить:

– А это кто?

– Это человек, который занимался «левыми» бланками паспортов.

Семен перезвонил по спецномеру и назвал пароль. Несколько секунд спустя он продиктовал Мамонту адрес, номер машины и другие данные. Тот торопливо записал их и сказал:

– Ну все, Семен, мы погнали!

– Ты что, собираешься его брать прямо сейчас?

– Да нет, я собираюсь проследить, чтобы он спешно не выехал на лечение в Россию! Сейчас это стало модным! – поднялся Мамонт.

– Думаешь, его могут предупредить из Москвы? – спросил Семен, двинувшись вслед за Мамонтом к выходу.

– Не исключаю. Поэтому мы с Петровым лучше до утра подежурим у его дома. Как говорится, доверяй, но проверяй… Удачи! – быстро пожал на улице Семену руку Мамонт и двинулся к «БМВ».

– Давай на правый берег! – сказал Логинов, усевшись в машину. Одновременно он вытащил телефон и позвонил сотруднику российского посольства, который встретил Виктора в Киеве. – Добрый вечер! Это я… Да! Где нам можно по-быстрому оставить на ответственное хранение багаж для переправки диппочтой?.. Одно место… Минут через двадцать!.. На Спасской? Хорошо! Едем в наше торгпредство, – сказал Логинов, отключив телефон.

Примерно через полчаса «девятка» уже стояла на территории российского торгпредства, расположенного на Подоле. Фархада аль Латифа передали охранникам. Теперь дипломатом-террористом предстояло заняться службе безопасности посольства. Детали его переправки на территорию России были уже вне компетенции Логинова и «вымпеловцев».

Теперь их целью был Сулейман Закери и его дьявольский багаж. Поскольку исчезновение Фархада могло обеспокоить МАБМ, замдиректора ФСБ не исключал, что Сулейман в самый последний момент может изменить маршрут или даже передать термос кому-нибудь другому. Допустить этого было нельзя.

И вскоре «девятка» спешно покинула территорию торгпредства. Перебравшись через Московский мост на левый берег, Логинов с «вымпеловцами» отправились вдогонку за поездом с Сулейманом…

Сулейман Закери был дипломатом небольшой, но очень богатой нефтью арабской страны. Это карликовое государство в странах СНГ имело лишь одно посольство, и располагалось оно в Москве. При этом его глава являлся по совместительству также послом в Украине, Белоруссии и странах Прибалтики. Но диппредставительство имелось только в Киеве. Это был небольшой консульский отдел, который занимался в основном проблемами студентов. Их на Украине училось очень много, так что работы хватало…

Закери в поте лица трудился в Киеве в должности второго секретаря консульства, что предполагало частые поездки в столицу России. Именно поэтому его и решено было задействовать в операции по доставке термоса в Москву.

Изначально Закери планировал проделать путь новым столичным экспрессом Киев – Москва. И даже заблаговременно запасся билетами. Однако обнаруженная им слежка за Фархадом принудила Сулеймана срочно связаться по телефону экстренной связи с координатором МАБМ.

В результате Закери пришлось тайно проникнуть в квартиру Фархада и подменить термос. А далее ничего не подозревающего аль Латифа МАБМ использовала уже исключительно в качестве подсадной утки. Закери же не оставалось ничего другого, как срочно поменять билеты и выехать в Москву, пока Фархад отвлекал на себя внимание…

Закери находился в поезде третий час. От телефона, с которого он общался с Фархадом, давая ему инструкции, Закери давно избавился. Поэтому опасаться ему было вроде как нечего, поскольку даже в случае задержания Фархад не мог сообщить о нем ничего конкретного…

И все же араб никак не мог уснуть. Впервые за несколько лет работы на МАБМ он едва не попал в поле зрения спецслужб. Фархад явно где-то совершил ошибку и провалился. И, если бы не контрнаблюдение, засветиться мог и сам Закери…

Эта мысль не давала дипломату уснуть. И он переворачивался с боку на бок, пока поезд не сбавил хода. Небольшие остановки случались и раньше. Но тогда поезд просто пропускал встречные составы.

Сейчас же стоянка должна была быть долгой, поскольку Закери слышал, как проводница вышла в коридор с включенной рацией. В спящем вагоне было слышно, как начальник поезда проводит радиоперекличку вагонов…

Единственную полноценную остановку по дороге к российской границе варшавский поезд делал в Конотопе – и то всего-то на пять минут. Поэтому Логинов с Денисом по очереди гнали «девятку» по ночной трассе на максимальной скорости.

Благо гаишников по дороге не попадалось вообще, а трасса была практически пустой. Благодаря этому в Конотоп фээсбэшники прибыли за полчаса до поезда.

Семен сообщил Логинову не только вагон, но и место Сулеймана. Точнее, даже два места, поскольку араб выкупил полностью СВ-купе в восьмом вагоне.

Провинциальный Конотоп спал. Вокзал же для такого заштатного города оказался на удивление оживленным. Вот только в вокзальной кассе никого не было. Денис сходил к дежурному по вокзалу. Тот зевая сообщил, что кассирша, должно быть, отлучилась в туалет, но скоро будет.

Появилась она только минут за десять до прибытия варшавского поезда, когда у кассы уже собралась небольшая очередь любителей ночных поездок. Логинов первым наклонился к окошку:

– Мне два билета на варшавский до Москвы, пожалуйста… Купе.

Кассирша с ловкостью пианистки отстучала на клавиатуре цифры и буквы, зашуршала оберткой карамельки и, сунув ее в рот, сказала:

– Куфе нет, токо СВ остались…

– А какой вагон? – быстро спросил Виктор.

– Восьмой…

За окном поплыли пригороды какого-то города. Свет фонарей начал вычерчивать на потолке купе косые полосы. Закери чуть приподнялся и выглянул в щель неплотно прикрытой занавески. Вскоре за окном показалась довольно большая станция.

Чтобы прочитать надпись на вокзале, нужно было встать. Закери делать это поленился. Он так и сидел, опершись головой о стену и наблюдая за ярко освещенной платформой.

К поезду быстро подошли два молодых человека с большими сумками. Обычные пассажиры, на которых Закери не обратил внимания. Проводница о чем-то поговорила с ними, потом с грохотом откинула крышку и пустила в вагон.

В тамбуре затопали ноги. Один пассажир сразу прошел мимо купе Закери, второй задержался возле проводницы. Начала разговора араб толком не слышал, а вот последнюю фразу проводницы не расслышать было трудно…

Логинов на миг заколебался. Впрочем, выбора у него не было. С липовой доверенностью можно было кататься по Киеву, но пересекать границу на «девятке» было самоубийством. На границе «липовые» документы не проходят – персонал подготовленный, да и средства технического контроля имеются…

– Хорошо, давайте два в восьмом! – сунул Виктор в окошко свой с Андреем паспорта.

Дениса изначально собирались подсадить в восьмой вагон к Сулейману, Логинов же с Андреем должны были страховать его из другого вагона. Но теперь все смешалось…

Сразу после Виктора Денис купил себе билет отдельно. Отойдя от кассы, он сказал:

– У меня четвертое купе.

– У нас шестое, – посмотрел на билеты Виктор.

У Сулеймана были выкуплены третье и четвертое места. То есть второе купе. Денис покачал головой:

– Опасно, слишком близко. Не дай бог, высунется в коридор, может вас опознать…

Виктор кивнул:

– Придется изобразить опоздавшего. Сяду в другой вагон, а вы постоите на стреме, пока я прошмыгну…

– Может, к начальнику поезда обратиться? – спросил Андрей. – Поезд-то наш, российский. Можно до границы в его купе пересидеть…

– А смысл? – сказал Логинов. – Все равно перед границей нужно в свой вагон идти, чтоб пограничники украинские шум не подняли… А это намного опаснее. Лучше сразу залечь в своем купе и не высовываться. В общем, вы заходите первыми, быстро проводите разведку и связываетесь со мной. А я сажусь по обстановке. Ясно?

– Да.

– Ну тогда идем, на перроне по-быстрому осмотримся, чтоб не сплоховать…

– Доброй ночи! – кивнул Денис сонной проводнице восьмого вагона варшавского поезда. – А мы к вам!

– Здрасьти! Билеты! – буркнула девушка сверху недружелюбно.

Видимо, все запасы профессиональной доброжелательности она растратила по дороге на иностранцев. И посадка в каком-то Конотопе двух соотечественников ее вовсе не вдохновляла. Только убедившись, что билеты действительно в ее вагон, девушка откинула стальной лист, преграждавший путь в тамбур.

Денис с Андреем живо нырнули в вагон. На то, чтобы достучаться до маячившей в тамбуре девушки и показать ей билеты, им потребовалось около трех минут. А ведь еще нужно было позвонить Логинову.

Андрей с ходу прошел в вагон и окинул взглядом коридор. Денис, как более фотогеничный, задержался в тамбуре и спросил, мазнув взглядом по перекошенному бейджику проводницы:

– Таня, а нельзя мне отдельное купе, а? А то я, извиняюсь, жутко храплю. Неудобно перед попутчиками…

Проводница на игривый тон Дениса не повелась. Зевнув, она отрезала:

– Занимайте места согласно билетов! Свободных купе нет! Подушку на голову положите…

– Да? А мне в кассе сказали, что вроде второе купе должно скоро освободиться у вас. Я заплачу, не сомневайтесь!

– Какое освободится? Я же говорю, все занято! Во втором вообще едет дипломат до Москвы! – нервно проговорила девушка.

Денис быстро поднял руку и сказал:

– Все-все! Зачем же кричать? Извините…

Наконец-то ему удалось выцарапать нужную информацию – Сулейман находился в поезде, а не вышел на каком-нибудь полустанке по дороге к Конотопу, чего можно было опасаться…

– Какое освободится? Я же говорю, все занято! Во втором купе вообще едет дипломат до Москвы! – раздраженно выкрикнула проводница.

То, что речь шла о нем, Закери почему-то встревожило. Казалось бы, глупость, но нервы араба были слишком напряжены. И он почувствовал смутное беспокойство, даже сердце учащенно забилось.

– Все-все! Зачем же кричать? Извините… – проговорил второй пассажир и прошел к своему купе.

Теперь Закери чутко прислушивался к происходящему. А его глаза беспокойно шарили по перрону. И в какой-то момент араб вдруг увидел, как вдалеке к поезду метнулся какой-то человек.

Он промелькнул очень быстро, да и расстояние было большим, но Закери почему-то показалось, что этого человека он уже где-то видел. Сердце в груди араба забилось, как бешеное.

Он поспешно подался к окну, чтобы еще раз взглянуть на этого человека, но больше его не увидел, только больно стукнулся головой о деревянную раму. Беспокойство араба возросло настолько, что он быстро сел, хотя и не знал толком, что будет делать…

В этот момент от головы поезда донесся гудок. Состав вот-вот должен был тронуться, и Закери оперся локтями о столик, наклонившись к окну. Чуть раздвинув занавески, он припал к щели.

Перрон медленно поплыл за окном. Закери надеялся, что увидит показавшегося ему подозрительным человека еще раз и посмеется над своими подозрениями. Но перрон был практически пуст. Закери смотрел во все глаза, но так никого похожего и не увидел.

И тогда он вдруг понял, что этот человек сел в поезд, поскольку больше никуда подеваться он не мог…

Андрей специально задержался в коридоре, поэтому отлично слышал, что сказала проводница. Он сразу нырнул в купе и позвонил Логинову.

– Ну?.. – нервно спросил Виктор.

– Порядок! Он на месте!

– Ясно! – сказал Виктор и тут же стартовал из своего укрытия к поезду.

Проводники торчали в открытых дверях вагонов, но стальных листов, прикрывавших лестницы, не открывали. Логинов подбежал к одиннадцатому вагону и показал проводнику билет:

– Пустите! Я опаздываю!

– Какой вагон?

– Восьмой!

– Так и идите в восьмой! Тут что, проходной двор?

Виктор чертыхнулся и помчался к десятому вагону. Там его тоже не хотели пускать, но локомотив уже загудел, и Виктор внаглую запрыгнул на площадку.

– Вы что, с ума сошли?

– Нет, я просто опаздываю! – протиснулся в тамбур Виктор.

– По ногам как по бульвару ходют! – недовольно пробормотала проводница.

Впрочем, Виктор уже нырнул в коридор и направился к девятому вагону. Поезд тронулся, Виктор вышел в противоположный тамбур и позвонил Андрею:

– Я еле сел… А у вас что?

– Нормально. Денис в коридоре торчит. Дверь второго купе закрыта…

– Ну, тогда я пробираюсь.

– Ага, если что, Денис сразу сбросит вам вызов. И осторожнее с проводницей!

– А что такое?

– Да нервная она какая-то, месячные, наверное. Орет как резаная…

– Похоже, у них у всего поезда месячные, – сказал Логинов. – Понял. Постараюсь с ней тихо. Ждите…

Сулейман Закери присел и провел рукой по мгновенно вспотевшему лбу. В купе и так было довольно душно, сейчас же араба бросило в пот почище, чем в сауне. Но Закери, конечно, слышал русскую поговорку насчет того, что у страха глаза велики, поэтому и попытался взять себя в руки.

И взглянуть на ситуацию объективно, откинув свои страхи и домыслы. В принципе каких-либо фактов у него не было. Только ощущение, что он уже где-то видел промелькнувшего на перроне человека. Однако человек этот сел не в его и даже, судя по всему, не в соседний вагон. А раз так, то о какой опасности могла идти речь…

Только Сулейман начал немного успокаиваться, как вдруг услышал раздраженный голос проводницы:

– Шестое купе! Нанялись вы седня, что ли? Никогда в этом Конотопе никто не садился, а тут поперли, как будто Москва резиновая! Сто рублей давайте за постель и чай с лимоном!..

Сулейман невольно вздрогнул, потом быстро вскочил и припал ухом к двери купе. Через некоторое время он уяснил, что в восьмом вагоне появился еще один пассажир. Причем пришел он явно из какого-то другого вагона. А поскольку Сулейман не слышал его шагов в коридоре, то выходило, что пришел он как раз с той стороны, в которой сел в поезд показавшийся Закери знакомым мужчина…

Логинов нырнул в рабочий тамбур восьмого вагона и покосился на мобильный, который держал в руке. Денис вызова не сбрасывал, а это означало, что дверь второго купе закрыта. Видимо, Сулейман Закери спал, так что можно было тихо «просачиваться» на свое место…

Виктор открыл дверь и вошел в коридор восьмого вагона. В левой руке он держал билет с паспортом, правой придерживал на плече свою сумку с подковой и надписью «Так!». Проводница возилась в рабочем купе, что-то недовольно бормоча себе под нос. Виктор изобразил на лице виноватую улыбку и просунулся в открытую дверь:

– Здрасьти! А я к вам! Фух, чуть не опоздал…

Проводница как раз вытаскивала из мешка постели. Быстро оглянувшись, она зыркнула на билет и украинский паспорт Логинова и тут же помрачнела. Видимо, своих – россиян с украинцами – она считала пассажирами второго сорта, поэтому церемониться не стала:

– Не поняла! Я уже начальнику поезда отчиталась о пассажирах!

Прозвучало это так, словно Логинову теперь следовало бежать в тамбур и прыгать с поезда на ходу. Чтобы, значит, не нарушить образцовую отчетность восьмого вагона. Однако Виктору скандалы сейчас были ни к чему. Поэтому он только смиренно вздохнул:

– У меня просто машина сломалась, так вышло…

– Ладно, – вроде как сжалилась проводница, – давайте! – Почти вырвав из рук Виктора паспорт с билетом, она мазнула по ним взглядом и сказала: – Шестое купе! Нанялись вы седня, что ли? Никогда в этом Конотопе никто не садился, а тут поперли, как будто Москва резиновая! Сто рублей давайте за постель и чай с лимоном…

Виктор решил в пререкания не вступать, только спросил:

– А гривнами – это сколько?..

– Двадцать пять!

Вряд ли, конечно, постель и помойный чай стоили пять долларов даже в международном сообщении, но Виктор быстро выудил из кошелька деньги и протянул проводнице.

– Спасибо! – кивнул он и развернулся.

– Постель возьмите себе и попутчику! – окликнула его проводница. – И не бегайте за чаем, у меня кипяток кончился! Утром будет!

Логинов против такого ненавязчивого сервиса снова возражать не стал. Постели в данной ситуации пришлись как нельзя кстати. Взяв их так, чтобы в случае чего ими можно было быстро прикрыть лицо, Виктор выскользнул в коридор и двинулся в вагон.

Денис дисциплинированно торчал с мобильником у окна напротив третьего купе, готовый в любой момент предупредить Логинова. Виктор обменялся с ним взглядом и ускорил шаг.

Но проскочить опасную зону ему так и не удалось. В тот самый момент, когда он практически поравнялся со вторым купе, сбоку приглушенно щелкнул замок и дверь отъехала в сторону…

Сулейман Закери истекал потом, но боялся пошевелиться, чтобы не выдать себя шорохом. Он стоял, прижавшись ухом к двери своего второго купе, и чутко прислушивался к происходящему в вагоне.

А там вроде бы ничего особенного и не происходило. Подсевшие в Конотопе пассажиры стойко общались с грубившей им на каждом шагу проводницей и вроде как потихоньку укладывались спать. Вроде бы все выглядело естественно, но Закери не давали покоя два момента.

Первый – тот самый загадочный пассажир, промелькнувший на перроне, а потом пришедший в восьмой вагон. Второй – слова проводницы о том, что в Конотопе никто никогда не садился, а тут вдруг поперли…

Самым простым было, конечно, выглянуть в коридор и посмотреть на этого пассажира. Но тогда Сулейман неминуемо выдал бы себя. Так рисковать он не мог.

Сулейман никак не мог решить, как действовать в этой ситуации. И в какой-то момент у него даже промелькнула мысль позвонить координатору МАБМ. Хотя шаг был явно неуместным, Сулейман все же вытащил телефон, но увидел, что сети нет. И тут он вдруг понял, что можно предпринять.

На тайных курсах МАБМ обучала своих людей элементарным азам шпионского ремесла. Преподаватели были достаточно квалифицированными. Все они прошли школу спецслужб.

И именно по совету бывшего сотрудника САВАК Сулейман все эти годы возил с собой давно устаревший радиоприемник-плеер. Пользовался им араб крайне редко, да и не для увеселений рекомендовал возить с собой эту вещь инструктор.

Дело в том, что приемник этой устаревшей модели плеера имел очень широкий диапазон приема. И даже ловил волны, на которых вели радиопереговоры спецслужбы…

И Сулейман вдруг сообразил, что, поскольку мобильная связь отключилась, то сотрудники СБУ, если таковые действительно едут в поезде, теперь будут вынуждены общаться между собой исключительно при помощи раций…

Логинов поспешно прикрылся пакетами с постельным бельем и тут же услышал:

– Извините, а что это была за станция?..

Голос явно принадлежал москвичу, и Виктор быстро посмотрел через плечо. На его счастье, открылась дверь не второго, а первого купе. В коридор вышел пожилой мужчина в спортивном костюме, с сигаретой. Щурясь после темноты купе, он смотрел за окно.

– Конотоп, – сказал Виктор.

– Ясно, – вздохнул мужчина. – Значит, уже не поспим, граница скоро. Я бы эту проводницу с поезда сбросил, Верка Сердючка вылитая…

– Зато не скучно! – быстро сказал Виктор, направившись дальше.

Денис пропустил его и тут же от греха подальше прикрыл собой. Логинов нырнул в открытую дверь шестого купе.

Пожилой мужчина еще немного повыглядывал в окно и двинулся в нерабочий тамбур курить. Денис все еще добросовестно изображал вдумчивое общение со своим мобильным телефоном, когда в коридое появилась проводница.

Сунув «вымпеловцу» постель, она бесцеремонно отстранила его и направилась к шестому купе. Логинов уже собирался прикрыть дверь и доложиться замдиректора, так что ее неожиданное появление слегка спутало его планы.

– Вы ж гражданин Украины? – с ходу спросила проводница.

– Я?.. А, ну да! – поспешно кивнул Виктор.

– Идемте!

– Куда?..

– Куда-куда? Миграционную карту получите! Первый раз, что ли, в поезде едете? Граница скоро!

– А вы не могли ее сами принести?.. – начал закипать Логинов.

– Гляди какой умный! А расписываться за нее будет кто, Пушкин?

Логинов в этот момент был полностью солидарен с пассажиром из первого купе. Эту самую Таню действительно очень хотелось сбросить с поезда. На полном ходу…

– Ладно, идемте, – поднялся Виктор.

Проводница снова бесцеремонно отстранила Дениса да еще и проговорила при этом:

– Вы что тут, до утра торчать собрались? Нечего мне закрывать проходы, спать ложитесь!

Денис от комментариев благоразумно воздержался. Виктор прошел за проводницей в рабочее купе, расписался в какой-то тетрадке и только после этого получил российскую миграционную карту.

– И смотрите – испортите, с поезда ссадют! – напутствовала его напоследок Таня. – Бланков больше нету, вас таких пол-Украины в Москву на заработки ездит, карты печатать не успеваем…

Сулейман быстро отошел от двери и, стараясь не шуметь, открыл свою сумку. Эта сумка у него была специально предназначена для частых поездок по маршруту Киев – Москва – Киев. В ней были сложены все необходимые в пути вещи, так что на сборы у Сулеймана уходили считаные секунды. В этот раз он просто сунул в сумку термос…

Сейчас термос торчал у ползунка открытой «молнии». Сулейман осторожно выставил его и начал искать плеер. Последний раз он вытаскивал его сто лет назад, так что толком даже не помнил, где он лежит.

После двух минут поисков Сулейман отер взмокший лоб и едва подавил вздох. Плеера в сумке не было!..

Быстро сунув на место вещи, Закери в отчаянии прикусил губу. Казалось, сам Аллах ополчился против него в эту ночь!..

Однако затем Сулейман торопливо протянул руку к боковому кармашку сумки и осторожно открыл его «молнию». В следующий миг его лицо разгладилось.

Плеер оказался в кармашке. Закери вытащил его и присел на свою постель. Он слишком давно не пользовался этой штукой и уже подзабыл, как плеер включается.

Все это время осторожный араб возился в темноте. Теперь же ему поневоле пришлось включить светильник, расположенный над изголовьем. Чертов тумблер щелкнул в тишине спящего вагона пистолетным выстрелом. Закери с замиранием сердца несколько секунд прислушивался, не произойдет ли чего в ответ в коридоре, но там по-прежнему было тихо.

Наконец араб сосредоточился на плеере. Для начала он полностью убрал уровень звука и только после этого осторожно передвинул ползунок включения.

Однако плеер на это никак не отреагировал. Сигнальный светодиод даже не моргнул. Араб подергал ползунок туда-сюда, пока не сообразил, что проблема в питании. Открыв плеер, он увидел, что батарейки испорчены – из них даже вылился электролит…

Некоторое время араб растерянно смотрел на испорченные элементы питания. Он был близок к отчаянию, но тут вдруг вспомнил, что в сумке у него лежит походная электробритва. Ею Закери более-менее регулярно пользовался, поэтому батарейки там были нормальные.

Примерно через полминуты араб благополучно вставил в плеер элементы питания. На этот раз красный глазок сигнального светодиода загорелся. Араб переключил ползунок диапазонов, установив его в нужное положение, и чуть повернул регулятор громкости. В тот же миг купе наполнилось грохотом…

Сулейман инстинктивно дернул регулятор назад и только потом понял, в чем дело. Поезд как раз въехал на железнодорожный мост. За окнами мелькали освещенные фонарями фермы.

Закери дождался, пока грохот прекратится, и снова осторожно включил плеер. Из динамика донеслось едва слышное шипение. Араб взял со стола микронаушники и подключил их к плееру, после чего шипение прекратилось. Звук динамика автоматически отключился, теперь можно было увеличить громкость.

Араб сделал это и сунул один из микронаушников в левое ухо. Второе он на всякий случай оставил свободным, чтобы контролировать происходящее в коридоре.

После этого Сулейман, как и учил его на курсах бывший сотрудник САВАК, начал плавно в ручном режиме сканировать диапазон. Занятие это было довольно трудоемкое и утомительное, поэтому Сулейман устроился поудобнее.

Ни за первым, ни за вторым прогоном он ничего не услышал. Но минуты через три на самом краю диапазона Сулейман вдруг явственно услышал обрывок фразы:

– Второй, ответьте…

Голос сразу показался Закери знакомым, но он по инерции перекрутил ручку настройки дальше. Вскинувшись, он тут же вернулся назад и со второго раза все-таки попал на нужную волну…

Во второй раз мимо двери Сулеймана Виктор прошмыгнул благополучно. Наконец оказавшись в своем купе, он велел Андрею:

– Закройся! Я начальству доложусь…

Андрей осторожно высунулся в коридор, привлек внимание Дениса и показал ему жестом, что они будут звонить, поэтому пусть тот будет начеку. Денис кивнул – мол, понял.

Андрей, стараясь не шуметь, прикрыл дверь и повернул фиксатор. Виктор вытащил телефон и покачал головой:

– Два сектора всего… Хоть бы успеть!

Покрытие мобильных операторов вдоль железных дорог было неважным. Виктор быстро набрал номер замдиректора ФСБ и негромко доложил:

– Мы с ним в вагоне! Подсели в Конотопе! Часа через полтора-два будем дома! Связи, наверное, пока не будет, я на одном секторе звоню!

– Ясно! Молодцы! Тогда удачи! Действуйте по обстановке! Жду звонка с грани…

На этом месте разговора телефон пискнул, и связь прервалась. На дисплее появилась надпись «Только „SOS“. Виктор посмотрел на Андрея:

– Заслужили скупую похвалу начальства. Так что гордись, боец…

В этот момент из коридора донеслись голоса. Виктор умолк, Андрей быстро подался к двери и после паузы негромко сказал через плечо:

– Денис с пассажиром разговаривает, который курить ходил…

– Ясно, – сказал Логинов и снова посмотрел на дисплей мобильного. Надпись «Только „SOS“ сменилась словами „Нет сети“. Виктор покачал головой и сказал: – Телефоны сдохли. Доставай рации…

– Второй, ответьте! – снова услышал Сулейман. – Вы что там, перепились, ответьте штабному вагону! Третий, вы меня слышите?

– Да, штабной, слышу вас!

– Сходите, пожалуйста, во второй! Гляньте, что там!

Сообразив, что попал на частоту раций экипажа поезда, Сулейман начал крутить ручку настройки дальше. В коридоре все уже затихло, так что Сулеймана от эфира никто не отвлекал.

И минут через пять он вдруг наткнулся на странный писк. Сулейман затаил дыхание. Последовала пауза, после которой араб снова услышал такой же короткий писк…

Не будь араб на курсах МАБМ, он просто не обратил бы на эти звуки внимания, приняв их за обычные помехи в эфире. Но бывший агент САВАК свое дело знал. И он на всю жизнь вбил в головы учеников звуки, с которыми работают рации с встроенными шифраторами.

В этот миг Сулейман Закери окончательно понял, что ему ничего не почудилось. Он действительно где-то видел севшего в Конотопе пассажира. И этот пассажир был сотрудником СБУ или какой-то другой спецслужбы. За Сулейманом, как и за Фархадом, следили, именно поэтому он где-то и видел подсевшего в Конотопе пассажира.

Подсознательно Сулейман до этой минуты не верил, что он провалился. Вернее, не хотел верить. Однако теперь это стало совершенно очевидно. Таких совпадений просто не бывает…

Сулейман понял, что нужно срочно предпринимать какие-то меры. В принципе с его дипстатусом он имел реальную возможность оставить спецслужбы с носом. Только вот следовало как-то избавиться от термоса. Если термоса не будет, то и предъявить Сулейману какое-либо обвинение будет невозможно…

Выдернув из уха наушник, Сулейман Закери метнулся к двери купе и прислушался. В коридоре восьмого вагона все было тихо. Но Сулейман понимал, что эта тишина очень обманчива. Агенты спецслужб наверняка контролировали все передвижения по вагону…

Смахнув со лба пот, Сулейман вернулся на постель и сел. Потянувшись к бутылке, он дрожащей рукой отвинтил пробку и прямо из горлышка жадно попил воды.

Сулейман Закери не был ни героем, ни фанатиком. Он работал на МАБМ, можно сказать, по расчету. В вопросах вербовки Международная ассоциация братьев-мусульман проявляла гибкость. Точно так же, как спецслужбы, МАБМ сперва определяла «болевые точки» кандидата.

Ахиллесовой пятой Сулеймана было завышенное самомнение. Поэтому он был уверен, что его совершенно несправедливо не продвигают по служебной лестнице и всячески обходят. При вербовке МАБМ на этом ловко сыграла. И Сулейман, которому был обещан быстрый карьерный рост, не колеблясь, стал членом могущественной тайной организации.

Закери действительно был неглуп, поэтому он не верил ни в загробную жизнь, ни в другие постулаты ислама. И теперь он думал только о том, как спасти свою шкуру.

Время у араба было. Но не очень много. Вскоре поезд должен был подойти к границе. Видимо, там Закери и собирались взять с поличным.

Сулейман наклонился и достал из сумки термос. В университете он изучал международное право и в законах ориентировался неплохо.

Быстро вытащив носовой платок, Сулейман тщательно протер поверхность термоса. Теперь, когда его отпечатков не стало, он мог заявить, что термос в купе кто-то подбросил, когда он ходил в туалет.

Но, кроме дактилоскопической, существовали и другие виды экспертиз. Одорологическая, например. Любой мало-мальски тренированный пес, понюхав термос, безошибочно выделит Сулеймана даже из тысячной толпы. Да и микроскопические волокна того же носового платка, оставшиеся на термосе, в руках спецслужб станут мощной уликой.

Сулейман все это прекрасно понимал, поэтому лихорадочно искал способ, который позволил бы ему избавиться от термоса, одновременно уничтожив на нем все следы. И в какой-то момент араб вдруг понял, что надо делать…

На время Андрей вынырнул в коридор, а Логинов с Денисом провели в шестом купе шепотом блиц-совещание. К счастью, Денис в четвертом купе ехал один, что существенно облегчало организацию наблюдения.

– Короче, так, – сказал Виктор, – до границы далеко, так что в коридоре тебе торчать не стоит, а то эта перепуганная проводница и так, наверное, весь вагон перебудила… По-быстрому стели и ложись, но дверь оставишь приоткрытой. Если что, сразу сообщаешь по рации. Все ясно?

– Да!

– Тогда вперед! Андрей, пока ты будешь укладываться, подежурит в коридоре…

Сулейман Закери быстро наклонился к своей сумке и вытащил оттуда пухлый ежедневник. Такими ежедневниками снабжали всех ответственных сотрудников диппредставительства. Он в какой-то мере дублировал ежедневники представительств коммерческих компаний и содержал массу полезной справочной информации о стране пребывания – от телефонов экстренного вызова до календаря местных официальных и религиозных праздников.

Праздники Сулеймана в настоящий момент интересовали меньше всего. Его интересовала первая страница. Открыв ее, Закери прикипел глазами к цветной карте Украины.

Отыскав Конотоп, Закери провел пальцем по черной линии железной дороги. Из его груди вырвался вздох облегчения. Все-таки Аллах был на его стороне!

Грохот, который так напугал араба, когда он включал плеер, сослужил ему неплохую службу. Он подсказал Сулейману, что нужно делать. Термос следовало выбросить в речку! Вода в течение нескольких секунд уничтожит все следы. И тогда уж ни одна спецслужба не сможет привязать термос к Сулейману.

Большая река, через которую поезд проехал вскоре после Конотопа, называлась Сеймом. Но, к счастью Закери, до границы с Россией поезду предстояло пересечь еще аж пять безымянных притоков Десны!

Ближайший из них проходил возле городка Кролевец. И, судя по всему, до него оставалось всего несколько километров…

Закери быстро вскочил и рывком раздвинул шторы. Подавшись к стеклу, он увидел впереди россыпь мигающих огоньков. Наверное, это и был Кролевец.

В следующий миг Сулейман Закери уже вцепился в ручку окна. Собравшись с силами, он резко потянул ее вниз. Однако окно не сдвинулось даже на миллиметр. Между тем огоньки быстро приближались. Из груди Сулеймана Закери вырвался приглушенный вздох. Это чертово окно нужно было открыть во что бы то ни стало!..

И араб снова налег на ручку, на этот раз задействовав все мышцы тела. Однако результат был тем же. Окно не поддавалось ни в какую, и потные руки Закери в какой-то момент просто сорвались с ручки.

Араб, не мешкая, метнулся к постели и схватил с нее полотенце. Накинув его на ручку, Закери предпринял последнюю отчаянную попытку. Он даже попытался задействовать вес своего тела и при этом задел стоящую на столе бутылку с водой.

Но окно так и не сдвинулось даже на миллиметр. Стук упавшей на пол пластиковой бутылки отрезвил Закери. Он понял, что окно открыть не удастся. Сулейман присел на постель и нашарил бутылку. Когда он ставил ее на стол, поезд загрохотал по мосту через первый по счету приток Десны.

Этот мост был не таким длинным, как тот, что проходил через Сейм, но пятнадцати секунд было бы вполне достаточно, чтобы избавиться от термоса.

Сулейман только вздохнул и снова потянулся за ежедневником. Судя по масштабу, до следующего притока было около двадцати километров. То есть что-то около пятнадцати минут.

За эти пятнадцать минут нужно было успеть что-то придумать. Сулейман торопливо открыл бутылку и хлебнул воды. После этого он окинул взглядом пол и потолок купе. В них, конечно, имелись какие-то люки, но, даже открыв один из них, вряд ли можно было выбросить термос в реку.

Сулейман снова повернулся к окну. У него мелькнула мысль просто разбить его. В принципе это была идея.

Ездил он довольно часто и пару раз был свидетелем «невинных шалостей» малолетних хулиганов, которые развлекались метанием камней по окнам поезда.

Однако даже беглый осмотр показал, что выбить окно без инструментов не удастся. Стекло было не только толстым, но и двойным. Без молотка тут было не обойтись…

Араб вздохнул и покосился на дверь. Он окончательно понял, что, если он хочет выпутаться, ему придется как-то выйти из купе. По-другому не получится…

Логинов с Андреем для вида расстелили постели и даже переоделись в спортивные брюки, но ложиться никто, конечно, не стал. Виктор нацепил микрогарнитуру рации, то есть сунул в ухо микронаушник и прицепил к воротнику мини-микрофон.

Он сидел под окном, облокотившись о стол, Андрей же пристроился у приоткрытой на пару миллиметров двери. В поезде все успокоилось, но это не означало, что сотрудникам ФСБ можно было расслабиться. Слишком опасным был человек, ехавший во втором купе.

Каждые десять минут Виктор выходил на связь. Прикрыв рот ладонью, он негромко говорил:

– Второй, как обстановка?

– Без изменений… – однообразно отвечал Денис, поскольку в поезде вообще ничего не происходило.

– Понял, конец связи…

Сулейман Закери еще раз посмотрел на карту, потом выглянул в окно. Судя по мельканию деревьев посадки, поезд по-прежнему шел со скоростью километров восемьдесят в час. А значит, второй по счету приток Десны он должен был пересечь через каких-то десять минут…

Сулейман начал собираться. Сперва он надел куртку, потом сунул в ее внутренний карман термос. Поскольку в вагоне хоть и из рук вон плохо, но все же работал кондиционер, наглухо были закрыты окна не только купе, но и коридора.

А вот окно в туалете было приоткрыто. Именно это и было нужно Сулейману. Подавшись к двери, он замер.

Подсевшие в поезд в Конотопе пассажиры, оказавшиеся сотрудниками спецслужб, на счастье Сулеймана, расположились в дальних купе. Закери же собирался воспользоваться туалетом, который находился со стороны рабочего тамбура, сразу за купе проводников.

Поэтому ему не нужно было проходить мимо подсевших агентов, а это давало большие шансы на успех. Теперь главное было четко рассчитать время…

Выждав ровно семь минут, Сулейман Закери торопливо пробормотал слова молитвы. Хоть он и не верил в загробную жизнь, но сейчас помощь Аллаха ему была нелишней. Постояв секунду-другую у двери, араб тихо открыл защелку и осторожно потянул ручку в сторону.

Как ни старался он не шуметь, открыть дверь тихо не получилось. Дверь громко щелкнула. Араб быстро отодвинул ее и тут же вынырнул из купе.

Его взгляд мазнул по пустому коридору. Агенты не решились торчать на виду, и это дало Сулейману необходимую фору по времени. Не прикрывая за собой дверь, араб устремился к туалету.

И тут произошло то, чего Сулейман Закери предвидеть просто не мог…

– Первый! Объект в коридоре! – вдруг услышал Виктор.

Логинов тут же повернулся к Андрею и сделал знак. Тот кивнул и припал к щели. Однако шестое купе было расположено слишком далеко от второго, так что видеть Сулеймана Андрей пока не мог.

– Идет в другую сторону! – шепотом сообщил Денис.

В этом и заключалось преимущество микрогарнитуры – можно было говорить совсем тихо, на качество связи это не влияло. Так же шепотом Денис сообщил:

– В коридор вышел второй проводник… Так! Объект остановился у бака с водой! Кажется, он хотел пойти в туалет, но проводник его опередил… Черт!

– Что?! – быстро спросил Виктор.

– Он оглянулся на мое купе уже второй раз!

– Думаешь, заметил что-то?

– Навряд ли. Но он явно нервничает!

Логинов на миг задумался. В принципе если тебе приспичило в туалет, а туда кто-то заскочил перед твоим носом, то нервничать вполне естественно…

– Что он делает? – спросил Виктор.

– Пьет воду…

– Что?!

– Пьет воду возле бака…

Тут Логинов понял: здесь что-то не так. Когда человеку сильно хочется в туалет, вряд ли он станет пить воду…

И Виктор вдруг заволновался. Интуиция подсказывала ему, что Сулейман Закери вышел в коридор не просто так. Араб что-то задумал. Но что?..

– Второй, что делает объект? – быстро спросил Виктор.

– Пьет… – доложил Денис и тут же торопливо добавил: – Первый! У него, кажется, что-то в куртке!

Логинов мгновенно сообразил, что араб взял с собой термос. Это было, в общем-то, понятно. Но все равно происходящее Логинову очень не нравилось…

Он чувствовал, что Сулейман решил что-то предпринять. Виктор быстро поднялся и шагнул к двери. В этот миг Денис сообщил:

– Первый! Объект пошел в тамбур!

Логинов колебался недолго. В следующий миг он приказал:

– Андрей! Давай за арабом! Он в тамбур идет!

Не успел Сулейман сделать и двух шагов по направлению к туалету, как впереди со щелчком открылась дверь спального купе проводников. Из него наперерез арабу в коридор вышел молодой мужчина в спортивных брюках и футболке.

В первый миг Сулейман решил, что это конец. Но мужчина, даже не посмотрев на араба, торопливо направился по коридору в конец вагона. Тут уже до Сулеймана дошло, что мужчина очень заспанный. Да и вряд ли агенты могли спрятаться в купе проводников…

Сулейман с некоторым опозданием понял, что это второй проводник, спавший все это время. Опасаться его было нечего, но планы Сулеймана он спутал, поскольку направился прямиком в туалет.

Закери незаметно оглянулся через плечо. В коридоре по-прежнему никого не было, но он уловил какое-то движение за приоткрытой дверью четвертого купе.

Сулейман понял, что агенты не дремлют. Идти мимо них в другой туалет было слишком опасно. Возвращаться Сулейман не стал, поскольку его взгляд очень вовремя наткнулся на аппарат с водой. Араб шагнул к нему и нацедил в стакан воды.

Поднеся его ко рту, араб снова как бы невзначай оглянулся. В коридоре по-прежнему никого не было, но из темноты четвертого купе за ним явно кто-то следил. Сулейман это не столько увидел, сколько почувствовал.

Глотая безвкусную воду, он молил Аллаха, чтобы проводник как можно скорее покинул туалет. Но в этот самый момент поезд вдруг загрохотал по мосту. До второго притока Десны он добрался даже немного раньше, чем предполагал Закери.

Торчать в коридоре дальше было бессмысленно. Закери поставил стакан на место. Он собирался вернуться в свое купе, но в последний момент изменил решение…

У Андрея рации с демаскирующей микрогарнитурой не было, поскольку комплектов у «вымпеловцев» было только два. Именно поэтому Виктор и послал его за Сулейманом. Андрей тут же открыл дверь и вынырнул в коридор.

В Конотопе на вокзале они успели прихватить кое-что из антуража. Теперь бутылка вина пришлась как нельзя более кстати. Держа ее в руке, Андрей двинулся вслед за Сулейманом.

Араб как раз скрылся в тамбуре, и Андрей быстро двинулся в конец вагона. Он был уже у бака с водой, когда дверь туалета наконец открылась. Из нее вышел облегчившийся проводник и сонно моргнул на Андрея.

– Ресторан работает? – спросил тот, протискиваясь мимо него.

– Работает, – подался чуть в сторону проводник. – Только он в другой стороне…

Уже поставив стакан на место, Сулейман Закери вдруг понял, что возвращаться в купе нельзя. Коридор был пустым. В этой ситуации агенты вполне могли решиться на захват, не дожидаясь остановки на границе…

Поэтому в самый последний момент Сулейман развернулся и направился в сторону рабочего тамбура. До двери было всего два метра, но когда араб оглянулся, закрывая ее, он мельком увидел в коридоре молодого мужчину с бутылкой спиртного.

Сердце Сулеймана заколотилось. Он не ожидал, что агенты среагируют так быстро. Нырнув в грохочущий переход, араб пару секунд спустя оказался в тамбуре девятого вагона.

Здесь он быстро оглянулся, но своего преследователя сквозь грязные окошки не увидел. У Сулеймана промелькнула мысль, что, может, это был вовсе и не агент…

Однако мешкать Закери не собирался. Он тут же нырнул в девятый вагон. Тут туалет оказался свободным, дверь болталась в такт покачиваниям поезда. Но окно было закрыто.

И Закери метнулся дальше. Он помнил, что третий приток Десны располагался на карте почти рядом со вторым. По времени это должно было соответствовать десяти-двенадцати минутам езды поезда.

Поэтому цель у Закери была одна: оторваться от агентов, нырнуть в подходящий туалет, затаиться в нем до следующего моста и наконец избавиться от термоса…

Кое-как разминувшись с проводником, Андрей вышел в тамбур. Ни в нем, ни в следующем тамбуре Сулеймана не было. И только войдя в девятый вагон и поравнявшись с купе проводников, Андрей наконец увидел араба.

Тот находился уже в конце вагона и как раз оглянулся. Андрей решил слегка усыпить бдительность террориста. Мгновенно оценив ситуацию, он навалился плечом на стенку и громко сказал, обращаясь к двум закусывающим проводницам:

– Приятного аппетита! У вас, пардон, штопора нет?..

Поздний ужин, видимо, не обошелся без некоторой толики спиртного. Ближняя к Андрею проводница с раскрасневшимися щеками быстро окинула «вымпеловца» оценивающим взглядом:

– Угощаете?

– А вы приглашаете? – в тон ей ответил Андрей.

Проводница быстро переглянулась с напарницей:

– Берем молодого человека в компанию?

Вторая проводница пожала плечами. Ее подруга тут же подвинулась, освобождая Андрею место.

– Приземляйся, только дверь прикрой…

Однако Сулейман как раз скрылся в тамбуре, и Андрей быстро сказал:

– Чуть попозже. Ждите…

С этими словами «вымпеловец» двинулся по коридору дальше. Проводницы снова удивленно переглянулись. Ближняя поднялась и выглянула вслед Андрею:

– Может, за другом пошел?..

Миновав туалет девятого вагона, Сулейман поравнялся с купе проводников и увидел там двух девушек-проводниц. Разложив на столе снедь, они кушали.

Сулейман быстро пошел дальше. Вагон ощутимо болтало из стороны в сторону, но Закери не собирался сбрасывать скорость. Он понимал, что агенты обязательно будут следить за ним, и времени у него остается все меньше и меньше.

Пройдя через вагон, Закери оглянулся. У купе проводников уже стоял тот самый молодой мужчина с бутылкой вина.

– Приятного аппетита! – отчетливо расслышал Сулейман его голос в спящем вагоне. – У вас, пардон, штопора нет?..

Что ответили проводницы, араб не слышал, поскольку уже нырнул за дверь. В этой двери имелось окошко. Сулейман увидел через него, что молодой мужчина по-прежнему стоит у купе проводников.

Араб на миг заколебался. Дело в том, что дверь второго туалета девятого вагона тоже болталась в открытом состоянии. И араб, едва вынырнув к нему из коридора, почувствовал легкий сквозняк.

Это было как раз то, что нужно – туалет с открытым окном. Но прятаться в нем фактически на виду у молодого мужчины с бутылкой было слишком рискованно.

В принципе он мог и не быть агентом. Но агенты спецслужб его вполне могли разговорить…

Андрей шел довольно быстро, но, оказавшись в десятом вагоне, он Сулеймана не увидел. Тревожно оглянувшись, «вымпеловец» перешел на бег.

Буквально через несколько секунд он оказался в противоположном тамбуре и быстро перебрался в одиннадцатый вагон. Но и здесь араба не оказалось. Совершив еще один спурт, Андрей вскоре нырнул в следующий вагон и окинул взглядом его коридор.

Сулеймана Закери он не увидел и окончательно понял, что араб где-то спрятался. Не теряя времени, «вымпеловец» развернулся и быстро двинулся назад.

Уже в одиннадцатом вагоне он встретился с Денисом. Тот как раз вышел в тамбур. Андрей знаком показал, чтобы тот быстро прикрыл за собой дверь, и сказал:

– Он где-то зашхерился!

– Точно?

– Да! В двенадцатом его нет! Я бы увидел!

Денис тут же передал по рации слова Андрея Логинову. Потом быстро спросил у напарника:

– Значит, он в десятом или одиннадцатом вагоне? Так?

– Я думаю, да! – кивнул Андрей.

Денис тут же доложил об этом Логинову.

Сулейман Закери не стал рисковать. Время до следующего притока у него имелось. Поэтому он быстро нырнул в тамбур и вскоре оказался в десятом вагоне.

Там проводники спали, дверь их купе была закрыта. Недолго думая, Сулейман перешел на бег. Промчавшись по коридору, он нырнул за дверь и быстро оглянулся. Его рывок оказался успешным. Преследователей видно не было.

Сулейман быстро подался к туалету и распахнул дверь. Из его груди едва не вырвался вскрик. Окно в туалете было приоткрыто!

На ширину ладони, не больше. Но этого было вполне достаточно, чтобы выбросить в реку не очень большой термос. Закери тут же нырнул за дверь и торопливо закрылся.

Сердце в его груди бухало, но на этот раз не от испуга, а от осознания того, что он перехитрил всех и теперь ему уже ничто не сможет помешать…

Логинов сидел в купе до последнего. И только когда Денис сообщил, что они потеряли Сулеймана, Виктор выскочил в коридор и быстро направился к рабочему тамбуру.

– Значит, он в десятом или одиннадцатом? – уточнил он по дороге.

– Да! – после короткой паузы доложил Денис.

Интуиция Логинова не обманула. Сулейман Закери действительно что-то задумал. Теперь счет пошел на секунды…

– Он мог спрыгнуть? – спросил Виктор.

Ответ последовал почти тут же:

– Навряд ли! Все двери закрыты!

В принципе одно другому не мешало. Виктору как-то пришлось кататься на подножке поезда с закрытыми дверями и ничего – благополучно попал внутрь. Точно так же можно было и спрыгнуть, сперва захлопнув за собой дверь…

– Тогда так! – быстро сказал Виктор. – В темпе двигайте назад и проверяйте по дороге все наружные двери и двери туалетов. Я иду навстречу!

Конечно, Сулейман мог спрятаться и в каком-то пустом купе. Хотя билеты в кассе Конотопа имелись только в восьмой вагон, Логинов отлично знал, что в любом поезде существует неприкосновенная бронь. Так повелось еще с советских времен…

Но сейчас выяснять у начальника поезда, что и где, было преждевременно. И Виктор быстро перешел в девятый вагон. Ужинавшие там проводницы, увидев его, немало удивились – столько симпатичных мужчин, проходящих через их вагон, они видели впервые.

– Куда это они все?.. – спросила раскрасневшаяся девушка.

– А я знаю? – пожала плечами ее напарница. – Наливай…

Вторая проводница повернулась за спрятанным «мерзавчиком». Логинов к этому времени был уже в конце коридора. Перейдя в десятый вагон, он первым делом проверил обе двери тамбура. Они оказались закрыты на замки.

Виктор нырнул в вагон и тут же попытался открыть дверь туалета. Та не поддалась. Виктор мазнул взглядом по торчавшему на ней клочку бумаги с надписью «Извените. Туалет времено ни работает».

Надпись показалась Виктору подозрительной. Три ошибки для пяти слов было многовато. Ясно, что проводники набираются не из выпускников филфака, но в школе-то их чему-то учат. Уж не иностранец ли это писал?..

Сулейман Закери подался к окну туалета и выглянул. Никаких огней впереди по ходу поезда видно не было. Впрочем, железнодорожный мост мог быть и неосвещенным.

До него оставалось минут семь-десять. Сулейман оглянулся на дверь. Выглядела она хлипковатой, но запор был достаточно массивным. Главное, что агенты не знали, где именно находится Закери…

Тут взгляд араба наткнулся на ряд вертикальных щелей в нижней части двери. Сулейман понял, что их можно использовать для контроля передвижений агентов.

Когда в коридоре раздались шаги, араб быстро вскочил на унитаз. Дверь вагона скрипнула, Закери, придерживаясь за поручень, низко наклонился. В вентиляционных прорезях промелькнули ноги в легких туфлях и спортивных брюках. Араб узнал эти брюки. Мимо туалета торопливо прошел тот самый молодой мужчина с бутылкой…

Логинов сделал три шага в десятый вагон. Убедившись, что коридор пуст и увидеть его никто не сможет, он на цыпочках метнулся назад и бесшумно опустился на пол у туалета. В нижней части двери имелся вентиляционный люк с прорезями. Через них-то Логинов и увидел, что в туалете никого нет.

В следующий миг он уже поднялся и торопливо двинулся к противоположному тамбуру. Вынырнув из коридора, Виктор тронул ручку туалета. Эта дверь тоже оказалась запертой.

Виктор быстро оглянулся через окошко в вагон и тут же присел, поскольку лечь в тесной выгородке, к тому же частично занятой мусорным баком, было невозможно.

От увиденного Виктор на миг замер. Дело было в том, что почти одновременно с ним кто-то присел в туалете, чтобы тоже выглянуть наружу через вентиляционные отверстия!..

Мужчина с бутылкой хлопнул дверьми и ушел в следующий вагон. Через некоторое время мимо затаившегося Сулеймана торопливо прошел еще один человек. Он был тоже в спортивных брюках.

Сулейман дождался стука двери из тамбура и облегченно вздохнул. Он сбил агентов со следа. Теперь, пока они будут проверять поезд до конца, он успеет избавиться от злосчастного термоса…

Сидеть на корточках на унитазе было очень неудобно. Сулейман встал и размял затекшие ноги. Снова выглянув в приоткрытое окно, он рассмотрел далеко впереди несколько тусклых огоньков.

Сулейман решил, что пора готовиться. В туалете была очень удобная полка – с круглой выемкой, в которую араб и поставил термос. Теперь он был под рукой, и швырнуть его в окно было делом секунды…

Увлекшись этими приготовлениями, араб не расслышал шагов в вагоне. Когда дверь приглушенно скрипнула, он замер и быстро оглянулся. Поскольку агенты ушли в голову поезда, это, видимо, был кто-то из пассажиров десятого вагона. Или проводник…

Последняя мысль вдруг испугала нервничавшего Сулеймана. Ведь у проводника был специальный ключ, которым он мог легко открыть дверь. И Закери быстро присел, чтобы проверить свое предположение…

Логинов на миг замер, потом быстро выпрямился и нырнул в тамбур десятого вагона. Дверь за собой он до конца не закрыл, оставив небольшую щель для контроля. Виктор, конечно, не видел лица закрывшегося в туалете человека, но было ясно, что это Сулейман Закери. Потому что никто другой просто не стал бы марать руки о пол…

Через грязные стекла перехода Виктор сразу увидел Дениса. Тот посмотрел в ту сторону, где Андрей проверял дверь тамбура, и тут же доложил:

– Первый! В одиннадцатом чисто!

В тот же миг Денис повернул лицо к двери и тоже увидел Виктора. Тот не стал ничего говорить, просто энергично махнул рукой. Денис нырнул в переход.

Виктор в этот миг подался назад, к оставленной приоткрытой двери. И расслышал в туалете какой-то короткий противный писк. В первый миг он не понял, что это, но почти сразу в его голове мелькнула догадка.

Он вспомнил, что именно с таким писком открываются окна в наших изношенных донельзя вагонах…

Увиденное в вентиляционных прорезях заставило Сулеймана вздрогнуть. Одновременно с ним в тесной выгородке за дверью туалета присел какой-то мужчина. Он был не в железнодорожной форме, так что это был никакой не проводник.

Сулейман мгновенно понял, что это третий агент, севший в поезд. Человек этот быстро разогнулся и тут же вышел в тамбур. Однако дверь за собой не закрыл…

Араб понял, что его вычислили. Закери снова посмотрел на дверь. В отличие от двери купе она не имела предохранителя, так что открыть ее снаружи было делом минуты. А до моста минимум минут пять…

Сулейман Закери не был ни героем, ни фанатиком, но в этот момент, чтобы спасти свою шкуру, он был готов на все. Резко развернувшись, араб уцепился за ручку окна…

Логинов мгновенно осознал, что игры в кошки-мышки закончились. Сулейман Закери понял, что его выследили, и теперь был готов на все.

Логинов метнулся к наружной двери тамбура. В этот момент Денис распахнул дверь из перехода, и в тамбур ворвался грохот. Логинов махнул рукой:

– Держи дверь! Он там!

Денис не столько расслышал слова Виктора, сколько понял приказ по жесту. В следующую секунду «вымпеловец» нырнул в тесную выгородку.

Логинов в это время уже выхватил из кармана многофункциональный нож. Поскольку оружия в эту командировку ему не выдали, то он сам позаботился о кое-каком снаряжении. И очень кстати.

Поездного ключа у Виктора, конечно, не было, но его вполне могли заменить небольшие плоскогубцы, имевшиеся в ноже. Быстро открыв их, Виктор сунул инструмент в круглую прорезь и крепко сжал выступающий треугольник. В следующий миг он провернул нож. Замок поддался, но не щелкнул. Снова провернув, Виктор все же открыл его до конца.

Стоявший в тамбуре за его спиной Андрей вовремя не сориентировался, и Виктор, резко подавшись назад, наступил ему на ноги. Правда, даже не обратил на это внимания. Распахнув дверь, Логинов тут же высунулся наружу и увидел такое, что даже ему стало немного не по себе…

Окно, хоть и со скрипом, открылось. В туалет ворвался свежий ночной воздух, слегка приправленный чадом солярки. Сулейман Закери схватил термос и сунул его обратно во внутренний карман куртки. Потом быстро вскочил на унитаз.

В тамбуре что-то происходило, так что нужно было спешить. И Сулейман Закери решительно высунулся в окно. Слегка прищурив глаза от ветра, он пошарил правой рукой по покатой крыше вагона и наконец нащупал какой-то выступ.

За дверью затопали чьи-то ноги, ручка снова дернулась. Медлить дальше было нельзя, и Сулейман Закери полностью вылез из туалета.

Он почти дотянулся второй рукой до выступа на крыше, когда поезд ощутимо тряхнуло на стыке. Левая нога араба соскочила с опущенного окна, правая едва удержалась, и Сулейман фактически завис над несущейся внизу насыпью на кончиках пальцев одной руки…

Сулейман Закери явно не был каскадером. Выглянув из мчащегося поезда, Виктор увидел, что араб одной рукой еле держится за выступ на крыше. Левая нога Сулеймана нелепо дергалась в воздухе, правая была готова соскользнуть с опущенного окна туалета.

Было ясно, что араб вот-вот сорвется и улетит к чертовой матери под откос. Учитывая, что термос был при нем, это могло обернуться настоящей катастрофой. И Виктор тут же метнулся на помощь арабу.

– Держись! – заорал он, подаваясь к окну туалета.

Он хотел дотянуться до штанины Сулеймана и поддержать его. Однако араб, видимо, истолковал этот жест по-своему. С перепугу араб отчаянно дернул ногой…

Сердце Сулеймана сжалось в комок. Он из последних сил держался за выступ и пытался левой ногой снова нащупать опору. Но пальцы его слабели с каждой секундой, так что любой толчок поезда стал бы роковым…

Но Сулейману повезло. Поезд не тряхнуло, зато в какой-то момент из двери тамбура высунулся Логинов. Мгновенно оценив ситуацию, он крикнул:

– Держись!

И тут же подался к окну туалета. Закери, расслышав крик, скосил глаза. Увидев протянутую руку Виктора, араб решил, что тот хочет сбросить его с поезда. Волна животного страха накрыла араба…

И пару секунд спустя он вдруг оказался на крыше. Причем и сам не знал как. Испуганно глядя на проносящийся внизу откос, араб перевел дух. На миг он решил, что самое страшное уже позади, но тут вдруг увидел, что Логинов уже карабкается на крышу вслед за ним.

С глухим рыком Сулейман подался к краю крыши и ударил своего преследователя по руке. Впрочем, удар вышел несильным. Сулейман боялся сорваться и второй рукой крепко держался за выемку вентиляции вагона.

Логинов махнул рукой в ответ, но в его положении отбиваться было крайне сложно. Сулейман понял это, подался чуть ближе и изо всей силы рубанул Виктора по руке ладонью.

На этот раз удар получился чувствительным. Сулейман понял, что еще немного, и его преследователь сорвется…

Посмотрев на застывший на крыше вагона темный силуэт, Логинов понял, что какое-то время обессиленному арабу потребуется на восстановление. Быстро оглянувшись, Виктор крикнул Андрею:

– Помогай!

В следующий миг Виктор подпрыгнул и вцепился левой рукой в продольный выступ крыши. Андрей обхватил его за ноги и подсадил.

Только убедившись, что выступ не сгнил от старости и дождей, Логинов отпустил правую руку, которой держался за поручень вагона.

– Давай! – крикнул он Андрею.

«Вымпеловец» поднял Виктора, тот подтянулся и протянул правую руку к какой-то стойке. В этот миг темный силуэт неожиданно метнулся по крыше к Виктору.

Не успел Логинов толком сориентироваться, как араб ударил его ребром ладони по руке. Виктор отдернул ее и попытался ткнуть пальцами в какую-нибудь болевую точку араба. Только в его положении это было непросто.

Фактически он висел на одной согнутой левой руке, хотя Андрей и продолжал его придерживать за ноги в районе щиколоток. Араб снова размахнулся и резанул воздух ладонью. На этот раз удар получился более чувствительным – у Виктора даже кисть на миг онемела.

Ситуация стала критической, но тут справа раздался вопль Дениса:

– Стоять, не двигаться!

Сулейман Закери снова замахнулся, чтобы ударить Логинова по руке, но в этот миг слева донесся неожиданный громкий крик.

Закери быстро оглянулся и тут же ощутил на своем лице капли влаги. Он так и не понял, что это было, но дыхание у него вдруг перехватило. Ощутив мгновенные спазмы, Закери ухватился рукой за горло и закашлялся. Одновременно его глаза наполнили слезы, из носа тонкой струйкой что-то стекло на верхнюю губу.

Сквозь слезы Сулейман увидел, что на крышу из туалета пытается взобраться еще один агент. Воевать с двумя преследователями в таком состоянии было нереально. Сулейман приподнялся на дергающейся крыше и в полусогнутом состоянии побежал в другой конец десятого вагона. Пару раз он споткнулся и с трудом удержался на ногах.

Однако спазмы уже отступали. Закери наконец отнял руку от горла и смахнул с глаз слезы. Оглянувшись, он увидел, что один из агентов уже на крыше. И подтягивает другого…

И тут же взгляд Сулеймана вдруг наткнулся на арочный мост. Он виднелся примерно в километре-полутора впереди по ходу поезда в конце плавного изгиба железнодорожной насыпи. В свете выткнувшейся из-за облаков луны мост этот выглядел игрушечным, но Сулейман понимал, что до него осталось не более минуты езды…

Помощь оказалась как нельзя более своевременной. Араб быстро повернул голову и увидел, что его вроде как окружают. Денис успел справиться с замком туалета и уже сидел на его окне, перекинув одну ногу наружу.

Едва араб повернул голову, как Денис нажал кнопку на своей хитрой ручке. На этот раз ее шипение утонуло в стуке колес.

Впрочем, и эффект был далеко не таким, как в случае с Мамонтом. Ручка была одноразовым спецсредством и перед каждым применением требовала перезарядки.

Оставшегося в капсуле сжиженного газа едва хватило, чтобы «доплюнуть» до Сулеймана. Всего несколько брызг попали ему на лицо.

Араб вздрогнул, потом надсадно закашлялся. Логинов не стал мешкать. Уцепившись правой рукой за стойку, он дернулся всем телом и закинул правую ногу на выступ крыши вагона.

Одновременно Денис встал на окно и тоже начал взбираться наверх. Кашляющий Сулейман подался назад. Потом кое-как поднялся на ноги и в полусогнутом состоянии побежал в темноту – к концу десятого вагона…

Перед мостом поезд несколько сбросил скорость, и теперь вагон болтало уже не так сильно. Сулейман чуть разогнулся и бросился в конец поезда.

Ему кровь из носа была нужна фора, чтобы продержаться до речки. Пока агенты оказались на крыше, араб успел добежать почти до конца десятого вагона. Здесь он невольно притормозил и оглянулся.

Агенты уже бежали за ним. Делать было нечего, и Сулейман бросился вперед. Перепрыгивая на крышу девятого вагона, он от страха даже зажмурился, но ничего страшного не произошло.

Приземление прошло благополучно, Закери даже не упал. Окрыленный этим успехом, он уже смелее помчался дальше.

– Стой! Ложись! – донеслось сзади.

Но араб только увеличил скорость. Он уже слегка пообвыкся и теперь инстинктивно не приседал при каждом толчке крыши. Да и скорость у поезда была намного меньшей.

Мост был уже совсем близко. И словно в подтверждение этого локомотив загудел – один раз и второй. Сулейман снова оглянулся и увидел, что его преследователи сильно сократили дистанцию.

Один из них был уже на крыше девятого вагона, второй как раз прыгал. Но и до речки было уже рукой подать. Сулейман рванулся дальше по вагону, одновременно нащупывая в кармане термос.

Секунд через десять-пятнадцать поезд должен был оказаться на мосту…

Сулейман, заметно покачиваясь, побежал по вагону в конец поезда. Логинов попытался быстро подтянуться наверх, но правая нога вдруг сорвалась с выступа крыши.

Однако благодаря страховке Андрея Виктор на крыше удержался. «Вымпеловец» крепко держал обеими руками голеностоп Виктора.

– Толкай! – крикнул тот.

Андрей поднатужился, и секунду спустя Логинов наконец влез на крышу. Вскочив, он увидел, что Денис никак не может дотянуться второй рукой до выступа, и тут же бросился ему на помощь.

Пару секунд спустя он благополучно ухватил «вымпеловца» за рукав и рывком помог ему взобраться наверх. Денис тут же вскочил на ноги, и они бросились за Сулейманом.

Араб бежал не очень быстро, так что уйти шансов у него не было. Но от отчаяния он мог в последний момент просто спрыгнуть с поезда.

– У тебя что-нибудь из спецсредств осталось?.. – заорал Виктор.

– Только микрошприц! – крикнул через плечо Денис.

– Попробуй в него попасть!

Денис на бегу вжикнул «молнией» и сунул руку в карман. Само собой, что оставлять спецсредства в купе было нельзя, поэтому обе ручки, под которые были замаскированы орудия похищения людей, «вымпеловец» прихватил с собой.

Одну он успел выбросить, вторая лежала в кармане. С виду это был обычный китайский ширпотреб. Ручка была вполне рабочей, только стержень в ней был укорочен больше чем наполовину. За счет этого в верхней массивной части ручки и удалось расположить замаскированный шприц.

Отвернув на бегу нижнюю часть ручки и бросив ее вместе со стержнем, Денис дважды нажал кнопку. Поскольку стержня не было, хитрый механизм после второго нажатия со щелчком выдвинул из оставшейся части ручки иголку.

Денис перехватил спецсредство поудобнее. В полости иглы содержалось несколько миллиграммов курареподобного вещества. Получено оно было синтетическим путем и было сильнее курары в десятки раз. Именно поэтому спецшприц и не требовал никакого поршня. Было достаточно простого укола иглой, чтобы вещество из ее полости поступило в кровь и почти мгновенно парализовало объект похищения…

До моста оставалось метров двести или чуть больше. Поэтому Сулейман на бегу распахнул полу куртки, чтобы удобнее было выхватить термос. Он уже собирался сделать это, как вдруг произошло что-то странное.

Ощущение было такое, будто под лопатку араба ужалила оса. И тут же Сулейман ощутил странную слабость в ногах. Так и не успев толком ничего понять, он кулем рухнул на крышу девятого вагона.

Мышцы как-то странно дергались, но каким-то отчаянным усилием Закери все же сумел перевернуться на бок и почти дотянулся рукой до внутреннего кармана. Он до последнего надеялся выбросить термос.

Но в этот миг на него уже прыгнул первый из агентов и крепко ухватил за ноги. Закери попытался вырваться, но ноги уже не слушались его совсем. И только слабеющая и дрожащая рука еще тянулась к внутреннему карману в тщетной надежде на спасение…

Денис быстро сократил дистанцию. Прыгнув на крышу девятого вагона, он уже приготовился к броску, но в этот момент Сулейман оглянулся. Денису пришлось повременить, поскольку при таком положении тела внезапно парализованный араб вполне мог и с поезда упасть…

Араб оценил ситуацию и, повернувшись, помчался дальше. Теперь Денис мешкать не стал. Коротко взмахнув рукой, он метнул хитрую ручку в цель. Вообще-то для метания ручка предназначена не была. Однако в «Вымпеле» учили метать что угодно. В принципе Денис мог и черенком веника угодить точно в лоб противнику с шести-семи метров…

Провернувшись пару раз, ручка воткнулась арабу аккурат под левую лопатку. Денис специально туда не целился, но таковы уж были наработанные рефлексы.

До сердца иголка, конечно, не достала, но эффект был примерно тот же. Сулейман вдруг споткнулся и пропахал носом крышу. Подергивая конечностями, он перевернулся на бок и едва не скатился вниз. Но в этот миг Денис в прыжке ухватил его за ноги.

– Молодец! – услышал он над ухом.

Логинов уже был тут как тут. Быстро наклонившись, он выдернул иголку из тела араба и швырнул ее в речку, поскольку поезд как раз въехал на мост…

Рука Сулеймана, упрямо тянувшаяся все это время к термосу, наконец безвольно упала вдоль тела.

– Готов! – констатировал Денис.

Логинов приподнял полу куртки араба, вытащил термос и осторожно потряс его у уха. Его лицо разгладилось.

– Слава богу, цел! – кивнул он.

– И что теперь? – оглянулся Денис.

Вопрос был резонный. Втащить парализованного араба в вагон было серьезной проблемой. В этот момент у Логинова задергался мобильный. Сеть уже появилась, и звонил Андрей.

– Да! – сказал Логинов, прикрыв свободное ухо.

– Как вы? – тревожно спросил Андрей.

– Нормально!

– Ясно… Тут от топота на крыше проводники проснулись! По рации уже докладывают начальнику поезда!

– Так! – нахмурился Виктор. – По-быстрому найди этого начальника и представься! И смотри, чтобы он не успел связаться с местными властями! Понял?

– Да!

Виктор отключился, присел рядом с Денисом на крышу и нервно закурил. Андрей перезвонил уже через пару минут.

– Ну что? Переговорил? – быстро спросил Виктор.

– Да! Порядок!

– Точно? Не стукнет он в транспортную милицию?

– Нет! Я ему при мне предложил перезвонить на Лубянку, если сомневается! – хмыкнул Андрей. – И он сразу потух!

– Тогда так! – сказал Виктор. – Двигай в наш вагон и пакуй вещи! Как будем сходить, я тебе позвоню!

– Хоть бы карту какую-нибудь! – вздохнул Денис. – Куда идти, хрен его знает…

– Строго на северо-восток! – пожал плечами Логинов.

– Так ни огонька впереди… И телефоны не пашут.

– Отставить разговорчики в строю! – шутливо прикрикнул Виктор. – Для бешеной собаки тридцать километров не крюк!

С поезда они десантировались перед станцией с символическим названием Дружба. После чего в хорошем темпе совершили полуторачасовой марш-бросок в северо-восточном направлении.

Сумки с вещами еще у станции бросили в посадке, оставили только то, что бросать было нельзя, а также ручную кладь араба. Тот уже окончательно отошел от паралича и целый час топал своими ногами.

Судя по времени, отмахали они уже километров пятнадцать и должны были находиться на территории России. Только вот проверить это было проблематично.

Если сперва они сознательно держались подальше от дорог и населенных пунктов, то теперь ни того, ни другого им просто не попадалось.

Однако менять направление Логинов не рисковал – можно было невзначай опять забрести на Украину. Пройдя еще около километра, они выбрались на опушку леска.

Тут шедший впереди Андрей доложил по рации:

– Первый, ура! Вижу дорогу!

– И как обстановка?

– Тихо!

– Тогда жди! Сейчас подтянемся!

Через три минуты Логинов с Сулейманом и Денисом увидели на пригорке Андрея. Подойдя к нему, все трое улеглись. Внизу и вправду виднелся изгиб дороги, причем не грунтовки, а асфальтированной.

– Давай на разведку! – кивнул Виктор Андрею.

Тот кивнул и тенью метнулся в обход пригорка. Где он подобрался к дороге, они не увидели. Но минут через пять Логинов услышал доклад по рации:

– Первый, мы дома!

– Уверен?

– Да! Тут за поворотом указатель «Петровка – 10 км»!

– Ну и что?

– Как что? На Украине написали бы «Петривка»!

– Логично… Жди!

Десять минут спустя они уже миновали знак и бодро двигались в сторону этой самой Петровки по дороге. Настроение у всех, кроме Сулеймана, было отличное. До того самого момента, когда от левой обочины вдруг донеслось:

– Стой! Не двигаться! Руки вверх!

От правой обочины команда прозвучала чуть иначе:

– Стий! Ани руш! Рукы догоры!

Остановившись и подняв руки, Логинов покосился на Андрея и прошипел:

– Петровка, говоришь?! Твою мать!

Им приказали лечь прямо на дорогу и закинуть руки на голову, после чего из кювета вынырнул боец и по очереди обыскал всех. Не найдя ничего похожего на оружие, он крикнул:

– Чисто!

От обочин выскочили еще два бойца в полевом камуфляже, с короткоствольными автоматами. Один из них, видимо, старший наряда, включил рацию и проговорил:

– Капкан-1, на связи Капкан-7! Ответьте!

Тянуть дальше было нельзя, и Виктор подал условный сигнал. В следующую секунду он бросился на ближайшего бойца и сбил его на землю, выкрутив руку. «Вымпеловцы» тоже сработали четко. Их «подшефные» секунду спустя уже мирно лежали на дороге.

Виктор быстро оглянулся, и тут его взгляд наткнулся на блестящую под луной кокарду старшего наряда. Виктор удивленно сказал:

– Не понял… Вы чьи будете, орлы?..

– Федеральная пограничная служба! – простонал старший с выкрученной на затылок рукой. – Район оцеплен для отработки, так что вам все равно не уйти!

– Вот блин, – тут же отпустил старшего Денис и даже для вида отряхнул его камуфляж. – А чего ж вы по-хохляцки орали?

– Положено так, по инструкции… – удивленно проговорил старший, держась за плечо и не понимая толком, что происходит.

– Ну тогда – выбачайтэ! – хмыкнул Логинов и уже серьезно добавил: – Федеральная служба безопасности! Управление по борьбе с терроризмом! Попросите-ка своего «Капкана-раз» прислать за нами какой-нибудь транспорт! И побыстрее! Ф-фух! Ну и командировочка выдалась…

Content

Максим Шахов
Захват с прикрытием