Э. Н. Бондаренко, Д. В. Иванов

Конфиденциальная информация в трудовых отношениях

Рецензенты:

Ю. П. Орловский, доктор юридических нацк, профессор, заслуженный деятель науки РФ

A. M. Рабец, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ

© Э. Н. Бондаренко, 2012

© Д. В. Иванов, 2012

© ООО «Юридический центр-Пресс», 2012

Принятые сокращения

ВС РФ – Верховный Суд Российской Федерации

ГК РФ – Гражданский кодекс Российской Федерации

Гостайна – государственная тайна

Закон об информации – Федеральный закон от 27.07.2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»

Закон о персональных данных – Федеральный закон от 27.07.2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных»

КоАП РФ – Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях

СЗ РФ – Собрание законодательства Российской Федерации

ТК РФ – Трудовой кодекс Российской Федерации

УПК РФ – Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации

ФЗ РФ – Федеральный закон Российской Федерации

ФЗ-5485–1 – Закон РФ от 21 июля 1993 г. № 5485–1 «О государственной тайне»

Предисловие

Темпы развития России характеризуются значительными экономическими и политическими преобразованиями. Это сопровождается существенными изменениями законодательства, направленного на адекватное правовое регулирование происходящих реформ. В сфере трудового законодательства определенным итогом изменений явилось принятие Трудового кодекса Российской Федерации, по-новому регулирующего трудовые и непосредственно связанные с ними отношения. В условиях рынка и конкуренции возникают проблемы, связанные с обеспечением безопасности не только физических и юридических лиц, их имущественной собственности, но и информации, имеющей коммерческое значение, иных сведений, в частности, о результатах интеллектуальной деятельности: секретах производства, служебных секретах производства и др.

Информация – важнейший продукт общественного производства, постоянно наращиваемый ресурс человечества; сегодня это наиболее ценный и ходовой объект в международных экономических отношениях. На международном уровне сформировалась система взглядов на информацию как на ценнейший ресурс жизнеобеспечения общества, имеющий социальное значение.

Практика применения ГК РФ, ТК РФ, федеральных законов «О государственной тайне» от 21 июля 1993 г. № 5485–1, «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ, «О персональных данных» от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ, «О коммерческой тайне» и других нормативных правовых актов показала несоответствие их отдельных положений, очертила круг вопросов, требующих более четкого законодательного регулирования, выявила пробелы в законодательстве, т. е. отсутствие должного правового регулирования отдельных групп трудовых правоотношений. Последнее, в частности, проявилось в сфере правового регулирования коммерческой и служебной тайны в трудовых отношениях.

С принятием законов, непосредственно посвященных регулированию общественных отношений в сфере информации, Трудового кодекса Российской Федерации, содержащего главу 14, а также введением в действие части четвертой ГК РФ возник ряд проблем, связанных с необходимостью определения основополагающих понятий в данной области, согласования подходов к регулированию этих отношений в различных отраслях законодательства. Что касается трудового права, то, очевидно, можно констатировать на этот счет наличие определенного пробела в науке. Отсюда целесообразность и необходимость исследования поставленных вопросов.

Глава 1

Понятие, виды и источники правового регулирования конфиденциальной информации

1.1. Понятие конфиденциальной информации

В условиях рынка и конкуренции возникают проблемы, связанные с обеспечением безопасности не только физических и юридических лиц, их имущественной собственности, но и информации, имеющей коммерческое значение, иных сведений, в частности, о результатах интеллектуальной деятельности: секретах производства, служебных секретах производства и др.

Информация обладает рядом присущих ей свойств.

Полезность информации состоит в том, что она создает субъекту выгодные условия для принятия оперативного решения и получения эффективного результата.

В свою очередь, полезность информации (особенно коммерческой) зависит от своевременного ее доведения до субъекта предпринимательства. Например, из-за несвоевременного поступления полезных по своему содержанию сведений упускается возможность заключить выгодную торговую или иную сделку. Результат – время упущено, информация теряет свою полезность.

Критерии полезности и своевременности тесно взаимосвязаны и взаимозависимы с критерием достоверности оцениваемой информации. Недостоверные сведения сводят к нулевому эффекту своевременность и кажущуюся их полезность для субъекта предпринимательства.

Ценность информации – это комплексный показатель ее качества, мера пригодности для принятия решений в конкретной сфере. Отсюда коммерческая ценность информации – это показатель ее пригодности (полезности) для принятия решений в коммерческой деятельности. Ценность информации складывается из достоверности, актуальности, полноты, полезности и своевременности информации.[1]

Для предпринимательской деятельности, а значит, и для трудовых отношений (т. е. предпринимателя – работодателя), особое значение имеет коммерческая информация. В зарубежной экономической литературе предпринимательская информация рассматривается не в качестве средства достижения положительного результата (прибыли), а, прежде всего, как условие, способствующее или препятствующее его наступлению (например, в законодательстве Великобритании[2] иностранные юристы выделяют такое понятие, как «бизнес-информация»).

По мнению английских правоведов (Ли, Мартина, Хейда), в рыночной экономике информация также является товаром, и ее получение, хранение, передача и использование должны подчиняться законам товарно-денежных отношений. Каждый собственник имеет право охранять свои интересы и защищать необходимую информацию, получая при этом определенную свободу предпринимательства. Право на тайну означает ограничение государственного вмешательства в экономическую жизнь предприятия и защиту его интересов при взаимодействии с другими субъектами рыночных отношений. Главное назначение бизнес-информации – обеспечивать предприятию экономические преимущества в конкурентной борьбе.[3]

Информация как понятие имеет различные аспекты изучения. В переводе с латинского «informatio» – разъяснение, изложение, уведомление, истолкование, представление, иначе говоря, сведения о чем-либо, являющиеся объектом сбора, хранения и переработки. Такое определение дается в экономическом словаре.[4]

В конце 50-х годов один из основоположников кибернетики – Норберт Винер определил информацию как «обозначение содержания, полученного из внешнего мира в процессе нашего приспособления к нему и приспособления к нему наших чувств. Процесс получения и использования информации является процессом нашего приспособления к случайностям внешней среды и нашей жизнедеятельности в этой среде».[5] В данном определении ученый впервые затрагивает проблему неполноты получаемой индивидом информации, с одной стороны, и необходимость защиты сведений от «случайностей внешней среды» – с другой.

Правовое понятие информации дано в п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ[6] (далее – Закон об информации): информация – сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления. В п. 1 ст. 5 указанного Закона говорится о том, что информация может являться объектом публичных, гражданских и иных правовых отношений. Надо сказать, что предполагаются некоторые изменения терминологии, предусмотренные проектом Федерального закона № 404643–5 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона „Об информации, информационных технологиях и о защите информации“, рассмотренного в первом чтении Государственной Думой РФ 6 октября 2010 г., а именно слова „конфиденциальная информация“ заменить словами „информация, в отношении которой установлено требование об обеспечении ее конфиденциальности,“ либо словами „информация ограниченного доступа“.[7]

Информация может свободно использоваться любым лицом и передаваться одним лицом другому лицу, если федеральными законами не установлены ограничения доступа к информации либо иные требования к порядку ее предоставления или распространения. Таким образом, термин «информация» становится универсальным, он обозначает любые сведения о ком-либо или о чем-либо, получаемые из любого источника в любой форме: письменной, устной, визуальной и т. п. В данном определении сведения понимаются как реальные объекты социальной жизни: лица, предметы, факты, события, явления, процессы. Эти сведения могут служить и объектом познания, и ресурсом пополнения информационной базы: с одной стороны, сведения могут быть получены в результате исследования окружающей действительности и приобщены к уже существующей объективной системе знаний о мире, а с другой – быть объектом поиска, производимого конкретным потребителем для достижения его целей.

Кроме того, при взаимодействии информации и общества происходит изменение социальных регуляторов (морали, права), а также структурное изменение всего общества под воздействием технических и технологических процессов. Повсеместное внедрение информационных технологий и основанных на них информационных телекоммуникационных сетей привело к формированию глобального межгосударственного информационного виртуального пространства, в котором информация вращается в непривычной для традиционного права электронной форме.

Таким образом, усиление информационной зависимости человека от растущего объема потребляемой информации требует упорядочения и системной организации самой информации, в том числе с помощью норм права.[8]

Родоначальником отдельного информационно-правового направления сначала советского, а ныне российского правоведения стал А. Б. Венгеров. Он выделил определенные признаки (свойства) информации, принципиально значимые для правового опосредования отношений по поводу информации (информационных отношений). К ним, в частности, относятся известная самостоятельность информации по отношению к своему носителю; возможность многократного использования одной и той же информации; ее неисчерпаемость при потреблении; сохранение передаваемой информации у передающего субъекта (этим признаком информация принципиально отличается от вещных материальных объектов); способность к сохранению, агрегированию, интегрированию, накоплению, «сжатию»; количественная определенность; системность.[9]

Качество современного уровня правового регулирования отношений по поводу информации во многом определяется степенью учета законодателем этих признаков (свойств).

Первое российское легальное определение понятия «информация» было дано в Федеральном законе «Об информации, информатизации и защите информации» от 20 февраля 1995 г. № 24-ФЗ,[10] в ст. 2 которого говорилось, что информация – это сведения о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах независимо от формы их предоставления. В действующем Федеральном законе «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ определение информации, как выше говорилось, представлено в более общем виде. Информацией являются любые сведения (сообщения, данные) независимо от формы их предоставления.

Пункт 3 ст. 5 Закона об информации содержит классификацию информации в зависимости от порядка ее предоставления или распространения. Так, по этому основанию информация подразделяется на свободно распространяемую; предоставляемую по соглашению лиц, участвующих в соответствующих отношениях; информацию, которая в соответствии с федеральными законами подлежит предоставлению или распространению; информацию, распространение которой в Российской Федерации ограничивается или запрещается, например, информация, составляющая государственную или коммерческую тайну. В п. 2 этой статьи приводится разделение информации в зависимости от категории доступа к ней. По этому основанию информация может быть общедоступной; ограниченного доступа.

Основы правового режима информации ограниченного доступа были установлены в ст. 10 Федерального закона от 20 февраля 1995 г. № 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации». Часть 2 ст. 10 определяла два базовых типа информации ограниченного доступа: информация, отнесенная к государственной тайне (т. е. секретная), и конфиденциальная информация.

Отдельную категорию охраняемой законом информации в российском законодательстве составляют конфиденциальная информация и персональные данные.

Ограничение доступа к информации устанавливается федеральными законами в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (п. 1 ст. 9 Закона об информации). Таким образом, конфиденциальной может быть любая информация, могущая повлечь указанные последствия. Конфиденциальная информация может выражаться не только в секретах производства, сведениях, недоступных для других, но и быть тайной. Российское законодательство устанавливает различные виды тайны: государственную, коммерческую, служебную, профессиональную, иную, а также персональные данные. Регулированию отношений, связанных с персональными данными, посвящен специальный Федеральный закон «О персональных данных», принятый 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ[11] (далее – Закон о персональных данных).

Конфиденциальная информация определена в п. 7 ст. 2 Закона об информации через требование не передавать такую информацию третьим лицам без согласия ее обладателя. Надо сказать, что ее режим довольно резко критикуется в литературе как весьма неопределенный. Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» использует лишь самые общие нормативные установки, например: «Федеральными законами устанавливаются условия отнесения информации к сведениям, составляющим коммерческую тайну, служебную тайну и иную тайну, обязательность соблюдения конфиденциальности такой информации, а также ответственность за ее разглашение» (ч. 4 ст. 9).[12]

Само слово «конфиденциальность» в переводе с латинского означает «доверие» (т. е. передавая такую информацию, мы надеемся на ее сохранность и нераспространение, так как ее разглашение может нанести сторонам определенный ущерб). Это определение небезупречно. Вряд ли можно согласиться с определением конфиденциальной информации опять-таки через информацию с ограниченным доступом, не содержащую государственную тайну,[13] во-первых, потому, что такое определение оказывается в замкнутом круге: нельзя определять подобное подобным; во-вторых, государственная тайна – это тоже конфиденциальная информация.

Возникает вопрос и о соотношении конфиденциальной информации и информации ограниченного доступа. Понятие информации, находящейся в ограниченном обороте, очень «молодое» даже по меркам российского информационного права, пишет С. В. Комлев. Впервые это понятие было введено в Федеральный закон «О кредитных историях». Несмотря на то что смысловое содержание понятия информации, находящейся в ограниченном обороте, активно использовалось и ранее, законодатель официально ввел его в российскую правовую систему только в начале 2005 г. Согласно ч. 4 ст. 7 указанного законодательного акта совокупность информации, содержащейся в титульной, основной и дополнительной (закрытой) частях кредитных историй, является ограниченно оборотоспособным объектом. Представляется не только достаточно удобным, но и обоснованным и возможным распространить этот термин на весь спектр информации, хоть и не относящейся к государственной тайне, но свободное распространение которой нанесет существенный вред общественным отношениям. Под информацией, находящейся в ограниченном обороте, следует понимать информацию, обладатель которой принимает меры к ее охране и защите и свободное распространение которой может нарушить права и свободы человека или затронуть его законные интересы, а также может нанести вред экономическим интересам организации.

К информации, находящейся в ограниченном обороте, относятся сведения, составляющие:

1) коммерческую тайну; 2) аудиторскую тайну; 3) банковскую тайну; 4) налоговую тайну; 5) тайну страхования; 6) тайну связи; 7) тайну завещания; 8) адвокатскую тайну; 9) врачебную тайну; 10) тайну усыновления ребенка; 11) содержание кредитных историй физических, юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Из приведенного перечня видно, что информация, находящаяся в ограниченном обороте, встречается во многих сферах общественной жизни. Информация, находящаяся в ограниченном обороте, характеризуется следующими признаками: она не является государственной тайной; в информации содержатся сведения, свободный оборот которых может нанести ущерб обладателю данных сведений или лицу, сведения о котором содержатся в информации. Собственник или законный обладатель принимает меры по охране и защите информации.[14]

Надо сказать, что действующее законодательство, точно не определяя конфиденциальную информацию, тем самым затрудняет и понимание соотношения безусловно близких и взаимозависимых категорий, в том числе конфиденциальной информации и информации ограниченного доступа, коммерческой, служебной, профессиональной, иной тайны, секретов производства, служебных произведений. Этому препятствует разнобой терминологии различных нормативных правовых актов, регулирующих рассматриваемые отношения, а в некоторых случаях и коллизия некоторых норм законов, о чем более подробно ниже, когда речь пойдет о конкретных видах конфиденциальной информации. Анализируя нормативные правовые акты, имеющие прямое отношение к рассматриваемому вопросу, можно констатировать, что информация разделяется на 1) общедоступную; 2) информацию ограниченного доступа (терминология ст. 7 и 9 Закона, которая, как можно судить по тексту, тождественна сведениям конфиденциального характера (терминология Указа Президента РФ от 6 марта 1997 г. в ред. Указа Президента РФ от 23 сентября 2005 г.). В свою очередь, информация ограниченного доступа (сведения конфиденциального характера) подразделяется на персональные данные, коммерческую, служебную, профессиональную и иные тайны. Особняком стоит государственная тайна, хотя она, разумеется, представляет собой конфиденциальные сведения.

Заслуживает внимания мнение Е. К. Волчинской, которая полагает, что можно выделить несколько условий, необходимых и достаточных для установления режимов конфиденциальности:

– заинтересованность субъекта в ограничении доступа к информации, свидетельствующая о том, что конкретная информация представляет для него ценность (в моральном, материальном или ином аспекте);

– наличие интереса (права) других субъектов на получение и/или использование этой информации, т. е. обладатель, реализуя свой интерес, не должен нарушать законные права других субъектов на получение информации;

– право ограничивать доступ к информации может распространяться только на информацию, полученную законным путем, в том числе самостоятельно, по договору, в дар и т. д.;

– информация, доступ к которой ограничивается, не должна быть общеизвестной;

– обладатель информации, к которой он хочет ограничить доступ, должен обеспечить необходимые меры защиты этой информации – установить режим тайны.[15]

Указом Президента Российской Федерации от 6 марта 1997 г. № 188 (в редакции Указа Президента РФ от 23 сентября 2005 г. № 1111 установлен перечень сведений конфиденциального характера:.

1. Сведения о фактах, событиях и обстоятельствах частной жизни гражданина, позволяющие идентифицировать его личность (персональные данные), за исключением сведений, подлежащих распространению в средствах массовой информации в установленных федеральными законами случаях.

2. Сведения, составляющие тайну следствия и судопроизводства, а также сведения о защищаемых лицах и мерах государственной защиты, осуществляемой в соответствии с Федеральным законом от 20 августа 2004 г. № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации.

3. Служебные сведения, доступ к которым ограничен органами государственной власти в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и федеральными законами (служебная тайна).

4. Сведения, связанные с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами (врачебная, нотариальная, адвокатская тайна, тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных или иных сообщений и т. д.).

5. Сведения, связанные с коммерческой деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и федеральными законами (коммерческая тайна).

6. Сведения о сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца до официальной публикации информации о них.[16]

Согласно ст. 5 Закона «О коммерческой тайне» от 29 июля 2004 года к сведениям, которые не могут составлять коммерческую тайну, относятся перечисленные в п. 1–11:

1) содержащихся в учредительных документах юридического лица, документах, подтверждающих факт внесения записей о юридических лицах и об индивидуальных предпринимателях в соответствующие государственные реестры;

2) содержащихся в документах, дающих право на осуществление предпринимательской деятельности;

3) о составе имущества государственного или муниципального унитарного предприятия, государственного учреждения и об использовании ими средств соответствующих бюджетов;

4) о загрязнении окружающей среды, состоянии противопожарной безопасности, санитарно-эпидемиологической и радиационной обстановке, безопасности пищевых продуктов и других факторах, оказывающих негативное воздействие на обеспечение безопасного функционирования производственных объектов, безопасности каждого гражданина и безопасности населения в целом;

5) о численности, о составе работников, о системе оплаты труда, об условиях труда, в том числе об охране труда, о показателях производственного травматизма и профессиональной заболеваемости и о наличии свободных рабочих мест;

6) о задолженности работодателей по выплате заработной платы и по иным социальным выплатам;

7) о нарушениях законодательства Российской Федерации и фактах привлечения к ответственности за совершение этих нарушений;

8) об условиях конкурсов или аукционов по приватизации объектов государственной или муниципальной собственности;

9) о размерах и структуре доходов некоммерческих организаций, о размерах и составе их имущества, об их расходах, о численности и об оплате труда их работников, об использовании безвозмездного труда граждан в деятельности некоммерческой организации;

10) о перечне лиц, имеющих право действовать без доверенности от имени юридического лица;

11) обязательность раскрытия которых или недопустимость ограничения доступа к которым установлена иными федеральными законами.[17]

Отнесение информации к конфиденциальной осуществляется в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, а именно ст. 9 Закона об информации. В соответствии с ним «Федеральными законами устанавливаются условия отнесения информации к сведениям, составляющим коммерческую тайну служебную тайну и иную тайну обязанность соблюдения конфиденциальности такой информации, а также ответственность за ее разглашение» (п. 4). Понятие конфиденциальной информации достаточно широкое, поскольку к этой категории, надо полагать, относятся все виды информации ограниченного доступа, защищаемой законом, – коммерческая, профессиональная и другие тайны, а также некоторые иные сведения, в отношении которых установлен режим конфиденциальности.

Перечень сведений, составляющих конфиденциальную информацию, не подлежит расширенному толкованию. Поэтому произвольное отнесение кем-либо к разряду конфиденциальной другой, не предусмотренной перечнем информации не влечет за собой правовых последствий. Общедоступной информацией являются общеизвестные сведения и иная информация, доступ к которой не ограничен. Установлению правового режима общедоступной информации посвящена ст. 7 Закона об информации. К общедоступной информации относятся общеизвестные сведения и иная информация, доступ к которой не ограничен. Общедоступная информация может использоваться любыми лицами по их усмотрению при соблюдении установленных федеральными законами ограничений в отношении распространения такой информации. Обладатель информации, ставшей общедоступной по его решению, вправе требовать от лиц, распространяющих такую информацию, указывать свое имя в качестве источника такой информации.

В п. 1 ст. 6 Закона об информации дано понятие «обладатель информации», под которым понимается физическое, юридическое лицо, Российская Федерация, ее субъект, муниципальное образование, которые либо своими силами создали информацию, либо приобрели на основании закона или договора право предоставлять или ограничивать возможность других лиц получать и использовать определенную информацию. Обращает на себя внимание, однако, что из этого перечисления выпадают организации без образования юридического лица, что отнюдь небезразлично для трудовых отношений, т. к. эти организации могут быть работодателями (ст. 20 ТК РФ).

Предметом обладания являются сведения независимо от формы их предоставления.

В прежнем законодательстве субъект, осуществляющий права собственности в отношении информационных ресурсов, информационных систем, технологий и средств их обеспечения лишь в части владения и пользования ими, а также реализующий полномочия распоряжения в пределах, установленных Законом, именовался владельцем указанных объектов.

С точки зрения трудового права небезынтересно определить, при каких обстоятельствах как та, так и другая сторона трудового договора может обладать конфиденциальной информацией, и какого именно вида.

Исходя из содержания ст. 6 Закона об информации, работодатель – безусловный обладатель как производственной, технической, экономической, организационной и другой конфиденциальной информации, так и информации, касающейся работника, необходимой работодателю в силу исполнения работником своей трудовой функции (ст. 65, 88 ТК РФ). Работник также может быть обладателем производственной и прочей информации, во-первых, потому, что она может быть доверена ему работодателем как необходимая для выполнения трудовой функции, во-вторых, работнику могут принадлежать результаты интеллектуальной деятельности, созданные в процессе трудовой деятельности, как-то: изобретения; полезные модели; промышленные образцы и т. п. (ст. 1225 ГК РФ). Кроме того, в силу главы 14 ТК РФ и Закона «О персональных данных» от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ работник – физическое лицо является субъектом персональных данных (п. 1 ст. 3).

Однако при этом надо иметь в виду следующее.

Согласно главе 70 части четвертой ГК РФ, в отличие от недействующего ныне Закона об авторских правах 1993 г., по-иному решаются вопросы авторских прав на служебные произведения. В свое время в ст. 14 Закона об авторском праве служебные произведения делились на произведения, созданные «в порядке выполнения служебных обязанностей» и «в порядке служебного задания» работодателя. Эти два положения отличаются друг от друга тем, что при выполнении служебного задания работнику дается прямое указание о создании определенного произведения, причем такое указание может не вытекать из его служебных обязанностей и находиться за рамками таких обязанностей. В п. 1 ст. 1295 ГК РФ понятие служебного произведения сужено таким образом, что под него подпадают лишь произведения, созданные в пределах установленных для работника трудовых обязанностей, и взаимоотношения работника и работодателя по поводу служебного задания должны регулироваться дополнительным соглашением.

Любые условия, касающиеся взаимоотношений между работником (автором) и работодателем по поводу служебного произведения, могут быть согласованы как в трудовом, так и в ином договоре (абз. 1 п. 2 ст. 1295 ГК РФ). Хотя служебные произведения создаются в рамках трудовых отношений, следует согласиться с мнением В. А. Дозорцева, что трудовой договор в этом случае является основанием заключения гражданско-правового договора, поскольку субъективные гражданские права, включая право на получение автором вознаграждения от работодателя, могут предоставляться только по гражданско-правовому договору.[18]

Если продолжать рассматривать фигуру обладателя информации, то необходимо сказать, что в Законе об информации появляется особый субъект правоотношений в сфере информации – оператор информационной системы. Определение его понятия впервые дано в Законе «О персональных данных», в п. 2 ст. 3 которого сказано, что оператор – государственный орган, муниципальный орган, юридическое или физическое лицо, организующие и (или) осуществляющие обработку персональных данных, а также определяющие цели и содержание обработки персональных данных. По общему правилу, оператором считается собственник используемых при этом технических средств, хотя в ч. 5 ст. 14 Закона об информации содержится исключение из этого правила, сделанное в отношении государственных информационных систем: при создании такой системы ее оператором может быть и лицо, с которым этот собственник заключил договор об эксплуатации информационной системы. Если информационная система не является государственной или муниципальной, то порядок ее создания и эксплуатации определяется ее оператором (ч. 6 ст. 13 Закона об информации). Поэтому прежде чем привлечь оператора к оказанию услуг по эксплуатации информационной системы и заключить с ним соответствующий договор, важно ознакомиться с его внутренними правилами или положениями (которые обычно включаются в условия договора и поэтому имеют юридическую силу для сторон).[19]

Исходя из содержания п. 2 ст. 3 Закона об информации, работодатель, независимо от того, физическое он или юридическое лицо, является оператором, поскольку он обладает определенными информационными сведениями, в частности о работнике, и, как минимум, осуществляет деятельность по их обработке.

С учетом высказанных соображений можно предложить для обсуждения следующее определение понятия конфиденциальной информации.

Под конфиденциальной информацией следует понимать легально полученную информацию, которая в силу закона или иного акта, имеющего юридическое значение, доступна строго определенному кругу лиц и в отношении которой установлен режим определенного рода секретности.

1.2. Виды и основные источники правового регулирования конфиденциальной информации

Статья 4 Закона об информации устанавливает, что законодательство Российской Федерации об информации, информационных технологиях и о защите информации основывается на Конституции Российской Федерации, международных договорах Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона и других регулирующих отношения по использованию информации федеральных законов.

Основные направления правовой регламентации информационных отношений – конституционное и гражданско-правовое. Как продолжение свободы мысли и слова, которая закреплена в ч. 1 ст. 29 Конституции РФ, ч. 4 ст. 29 Конституции РФ закрепляет право каждого свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется соответствующим федеральным законом. Этому праву корреспондирует общая обязанность органов государственной власти и местного самоуправления, располагающих такого рода информацией, предоставлять ее по соответствующим запросам. Возможные исключения из этого общего правила должны обязательно иметь форму федерального закона (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ). Статья 42 Конституции РФ говорит о праве каждого на достоверную информацию о состоянии окружающей среды. Статья 19 Основ законодательства РФ «Об охране здоровья граждан» конкретизирует это установление закреплением определенного механизма реализации прав граждан на информацию о факторах, влияющих на их здоровье.

27 июля 2006 г. был принят Федеральный закон № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»,[20] который регулирует отношения при осуществлении права на поиск, получение, передачу, производство и распространение информации, при применении информационных технологий, а также при обеспечении защиты информации, за исключением отношений в области охраны результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации.

Федеральным законом от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных», целью которого является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, установлено, что законодательство Российской Федерации в области персональных данных основывается на Конституции РФ и международных договорах РФ и состоит из настоящего Федерального закона и других определяющих случаи и особенности обработки персональных данных федеральных законов.

На основании и во исполнение федеральных законов государственные органы в пределах своих полномочий могут принимать нормативные правовые акты по отдельным вопросам, касающимся обработки персональных данных, которые не должны содержать положения, ограничивающие права субъектов персональных данных. Указанные нормативные правовые акты подлежат официальному опубликованию, за исключением нормативных правовых актов или отдельных их положений, содержащих сведения, доступ к которым ограничен федеральными законами.

Нельзя обойти молчанием Федеральный закон «О коммерческой тайне» № 98-ФЗ,[21] принятый 29 июля 2004 г. и приведенный в соответствие с частью четвертой ГК РФ в ред. Закона от 24 июля 2007 г. Поскольку условие о коммерческой тайне – одно из возможных условий трудового договора, в соответствующей части работы мы останавливаемся на нем более подробно.

Иные федеральные законы также могут регулировать деятельность, касающуюся информации, информационных технологий и защиты информации в том или ином аспекте. Так, глава 13 Кодекса РФ об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ (в ред. от 26 июля 2006 г.) устанавливает ответственность за административные правонарушения в области связи и информации.

В соответствии с Федеральным законом РФ от 27 декабря 1991 г. № 2124–1 «О средствах массовой информации»[22] (с изм. и доп., вступающими в силу с 10.11.2011) поиск, получение, производство и распространение массовой информации, учреждение ее средств, владение, пользование и распоряжение ими, изготовление, приобретение, хранение и эксплуатация технических устройств и оборудования, сырья и материалов, предназначенных для производства и распространения продукции средств массовой информации, не подлежат ограничениям, за исключением предусмотренных соответствующим законодательством РФ. В числе нормативных правовых актов, частично регулирующих рассматриваемые отношения, можно назвать и Закон от 22 октября 2004 г. № 125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации».[23] Пользователь архивных документов имеет право использовать, передавать, распространять информацию, содержащуюся в них, а также копии архивных документов для любых законных целей и любым законным способом.

По ходу изложения материала мы будем обращаться и к другим законам Российской Федерации.

Кроме того, приняты и иные нормативные правовые акты в данной области.

Указ Президента РФ от 20 января 1994 г. № 170 «Об основах государственной политики в сфере информатизации» (в ред. от 9 июля 1997 г.) установил, что основными направлениями государственной политики в сфере информатизации являются: обеспечение единства государственных стандартов в сфере информатизации, их соответствие международным рекомендациям и требованиям. Выше приведен Указ Президента Российской Федерации от 6 марта 1997 г. № 188 (в редакции Указа Президента РФ от 23 сентября 2005 г. № 1111), которым установлен перечень сведений конфиденциального характера.

«Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации» (утв. Президентом РФ 7.02.2008 № Пр-212 (РГ 16.02.2008) представляет собой совокупность официальных взглядов на цели, задачи, принципы и основные направления ее обеспечения и служит основой для формирования государственной политики и подготовки предложений по совершенствованию правового, методического, научно-технического и организационного обеспечения информационной безопасности Российской Федерации, а также для разработки ее целевых программ.

Российская Федерация является участником международных договоров, касающихся информации, информационных технологий и защиты информации. В качестве примеров можно привести следующие документы: Европейская конвенция об информации относительно иностранного законодательства (ETS № 62) (заключена в Лондоне 7 июня 1968 г.); Соглашение о межгосударственном обмене научно-технической информацией и Соглашение об обмене экономической информацией (заключены в Минске 26 июня 1992 г.); Соглашение о сотрудничестве в области информации (заключено в Бишкеке 9 октября 1992 г.); Соглашение об обмене информацией в области внешнеэкономической деятельности (заключено в Москве 24 сентября 1993 г.); Конвенция о сотрудничестве в области культуры, образования, науки и информации в Черноморском регионе (заключена в Стамбуле 6 марта 1993 г.); Соглашение о сотрудничестве в формировании информационных ресурсов и систем, реализации межгосударственных программ государств – участников Содружества Независимых Государств в сфере информатизации (заключено в Москве 24 декабря 1999 г.); Конвенция о преступности в сфере компьютерной информации (ETS № 185) (заключена в Будапеште 23 ноября 2001 г.); Соглашение между Министерством информационных технологий и связи Российской Федерации и Министерством экономики и труда Федеративной Республики Германия о сотрудничестве в области информационных технологий и связи (заключено в Ганновере 11 апреля 2005 г.); Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Союза Мьянма о взаимной защите секретной информации (заключено в Москве 3 апреля 2006 г.) и др.[24]

Подводя краткий итог проделанному исследованию, можно сделать следующие выводы.

Отношения по поводу информации, и, что для нас важно, конфиденциальной информации, регулируются правом. При этом информация как таковая и конфиденциальная информация являются предметом регулирования различных отраслей права и разноотраслевых нормативных правовых актов, важнейшее место среди которых занимает Конституция РФ.

Россия – субъект международных правоотношений по поводу информации.

Легальное понятие информации и конфиденциальной информации в последние годы подверглось существенному изменению. Тем не менее, можно констатировать, что определение понятия конфиденциальной информации отсутствует; более того, содержание этого понятия в различных федеральных законах противоречиво.

Конфиденциальная информация может быть предметом трудового договора, и с учетом ее значения для субъектов трудового договора и для государства, в этом качестве она заслуживает быть предметом исследования.

Обладателями конфиденциальной информации всегда являются работодатель и работник, причем последний обладает не только сведениями о себе (персональными данными), но в силу трудового договора может хранить секреты производства и иные тайны.

Виды конфиденциальной информации. Выше уже говорилось, что в законодательстве насчитывается около сорока видов тайны (некоторые авторы говорят о тридцати,[25] другие – вообще «об обилии тайн в российском законодательстве…»[26]), точнее, видов конфиденциальной информации (потому что далеко не в каждом нормативном правовом акте говорится именно о тайне. Во многих случаях речь идет о сведениях, сохранять которые вменено в обязанность определенных лиц. Ниже об этом будет сказано более подробно). Имея в виду возможность любого вида конфиденциальной информации, связанной с трудовыми отношениями, войти в число условий трудового договора, мы, тем не менее, останавливаемся лишь на тех, о которых говорится в Трудовом кодексе РФ, а именно государственной, служебной, коммерческой и иной охраняемой законом тайны (ст. 57, 81, 243 ТК РФ). Повторим, все эти виды тайны относятся к конфиденциальной информации; однако заметим следующее.

Как говорилось выше, существует значительное количество источников, регулирующих правоотношения, связанные с конфиденциальной информацией, но в них либо вовсе отсутствует, либо нет единого определения понятия того или иного ее вида (например, коммерческая тайна).

Кроме того, и это, возможно, главное, Трудовой кодекс оперирует понятиями тех или иных видов тайны, но не определяет их. Между тем совершенно ясно, что в качестве условия трудового договора любой вид конфиденциальной информации должен быть предельно конкретизирован. В противном случае вменять в обязанность и требовать ее исполнения от субъекта трудового договора нет оснований. Поэтому определения данных понятий должны быть даны для целей трудового законодательства. В настоящей работе предпринята попытка дать определение коммерческой и служебной тайны и показать их как возможные условия трудового договора. Государственная тайна, как было уже сказано, определена в законе. Что касается так называемой «иной» тайны, то под ней мы подразумеваем профессиональную тайну, и некоторые ее разновидности будут ниже рассмотрены в том качестве, в каком это соответствует цели работы.

Итак, ориентируясь на Трудовой кодекс, мы последовательно останавливаемся на государственной тайне; служебной тайне; коммерческой тайне; профессиональной тайне.

Государственная тайна

Государственная тайна – это защищаемые государством сведения в области его военной, внешнеполитической, экономической, разведывательной, контрразведывательной и оперативно-розыскной деятельности, распространение которых может нанести ущерб безопасности Российской Федерации.[27]

Государственная тайна связана с понятием безопасности государства. Носителями сведений, составляющих государственную тайну, являются материальные объекты, в том числе физические поля, в которых сведения, составляющие государственную тайну находят свое отображение в виде символов, образов, сигналов, технических решений и процессов.

Система защиты государственной тайны – совокупность органов защиты государственной тайны, используемых ими средств и методов защиты сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей, а также мероприятий, проводимых в этих целях.

Доступ к государственной тайне рассматривается как процедура оформления прав граждан на доступ к сведениям, составляющим государственную тайну, а для предприятий, организаций, учреждений – на проведение работ с использованием таких сведений.

В целях обеспечения защиты государственной тайны на территории страны Правительством Российской Федерации принято Постановление Правительства РФ от 6 февраля 2010 г. № 63 «Об утверждении Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне»,[28] в котором, в частности, говорится: «Граждане, которым оформляется допуск к государственной тайне, представляют собственноручно заполненную анкету (форма 4), документы, удостоверяющие личность и подтверждающие сведения, указанные в анкете (паспорт, военный билет, трудовую книжку, свидетельство о рождении, свидетельство о заключении (расторжении) брака, диплом об образовании и т. п.), а также справку об отсутствии медицинских противопоказаний для работы со сведениями, составляющими государственную тайну. Форму и порядок получения справки устанавливает федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в области здравоохранения и социального развития» (ст. 28). Допуск граждан к государственной тайне предусматривает:

а) принятие на себя обязательств перед государством по нераспространению доверенных им сведений, составляющих государственную тайну;

б) письменное согласие на частичные, временные ограничения их прав в соответствии со ст. 24 Закона Российской Федерации «О государственной тайне»;

в) письменное согласие на проведение в отношении их полномочными органами проверочных мероприятий;

г) определение видов, размеров и порядка предоставления социальных гарантий, предусмотренных законодательства Российской Федерации;

д) ознакомление с нормами законодательства Российской Федерации о государственной тайне, предусматривающими ответственность за его нарушение;

е) принятие руководителем организации решения (в письменном виде) о допуске оформляемого гражданина к сведениям, составляющим государственную тайну (ст. 7).

Правовой институт государственной тайны имеет три составляющие:

– сведения, относимые к определенному типу тайны (а также принципы и критерии, по которым сведения классифицируются как тайна);

– режим секретности (конфиденциальности) – механизм ограничения доступа к указанным сведениям, т. е. механизм их защиты;

– санкции за неправомерное получение и/или распространение этих сведений.[29]

К средствам защиты информации отнесены не только собственно средства, защищающие информацию от несанкционированного доступа, от утечки по техническим каналам и т. п., но и защищенные технические средства, т. е. технические средства с реализованными в них средствами защиты, а также средства, позволяющие контролировать эффективность защиты информации, т. е. эффективность функционирования средств защиты.

Средства защиты информации должны иметь сертификат, удостоверяющий их соответствие требованиям по защите сведений соответствующей степени секретности.

Перечень сведений, составляющих государственную тайну, – это совокупность категорий сведений, в соответствии с которыми сведения относятся к государственной тайне и засекречиваются на основаниях и в порядке, установленных федеральным законодательством.[30]

В ст. 5 Закона РФ «О государственной тайне» дан перечень сведений, могущих составлять государственную тайну.

1. Сведения в военной области (о содержании стратегических и оперативных планов, о планах строительства Вооруженных Сил РФ, о разработке, производстве, утилизации ядерных боеприпасов, о дислокации, степени готовности, защищенности режимных и особо важных объектов и т. д.);

2. Сведения в области экономики, науки и техники (о содержании планов подготовки России и ее отдельных регионов к возможным военным действиям, о силах и средствах гражданской обороны, об объемах и планах государственного оборонного заказа, о достижениях науки и техники, имеющих важное оборонное или экономическое значение, влияющих на безопасность государства, и т. д.);

3. Сведения в области внешней политики и экономики (о внешнеполитической, внешнеэкономической деятельности РФ, о финансовой политике в отношении иностранных государств);

4. Сведения в области разведывательной, контрразведывательной и оперативно-розыскной деятельности (о силах, средствах и результатах разведывательной и оперативно-розыскной деятельности, о методах и средствах защиты секретной информации, об организации и о фактическом состоянии защиты государственной тайны, о защите Государственной границы России и т. д.).

В число сведений, которые не подлежат отнесению к государственной тайне, входят данные о чрезвычайных происшествиях и катастрофах, угрожающих безопасности и здоровью граждан, о состоянии экологии, здравоохранения, санитарии, демографии, образования, культуры, сельского хозяйства, а также о состоянии преступности, о привилегиях, компенсациях и социальных гарантиях, о фактах нарушения прав и свобод человека и гражданина и др.

Должностные лица, принявшие неправомерные решения о засекречивании перечисленных сведений либо о включении их в этих целях в носители сведений, составляющих государственную тайну, несут уголовную, административную или дисциплинарную ответственность в зависимости от причиненного обществу, государству и гражданам материального и морального ущерба. Граждане вправе обжаловать такие решения в суд.

Трудовое законодательство также содержит нормы, направленные на защиту государственной тайны.

В Законе «О государственной тайне» и Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне» установлен особый правовой статус лиц, допущенных к работе со сведениями, составляющими государственную тайну.

К источникам правового регулирования трудовых отношений лиц, допущенных к государственной тайне, относятся, прежде всего, ФЗ-5485–1, Постановление Правительства РФ от 6 февраля 2010 г. № 63 «Об утверждении Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне,»[31] Постановление Правительства РФ от 18 сентября 2006 г. № 573 (ред. от 6 июня 2008 г.) «О предоставлении социальных гарантий гражданам, допущенным к государственной тайне на постоянной основе, и сотрудникам структурных подразделений по защите государственной тайны» (вместе с «Правилами выплаты ежемесячных процентных надбавок к должностному окладу (тарифной ставке) граждан, допущенных к государственной тайне на постоянной основе, и сотрудников структурных подразделений по защите государственной тайны»).

Служебная тайна

Служебная тайна была определена в ст. 139 ГК РФ через признаки: 1) когда информация имеет действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности ее третьим лицам, 2) к ней нет свободного доступа на законном основании, и, 3) обладатель информации принимает меры к охране ее конфиденциальности. Сведения, которые не могут составлять служебную или коммерческую тайну, определяются законом и иными правовыми актами. С введением в действие Части четвертой ГК РФ ст. 139, как известно, утратила силу. В ТК РФ в связи с этим изменений не произошло. О служебной тайне говорится в Указе Президента РФ от 6 марта 1997 г. № 188 «Об утверждении сведений конфиденциального характера»: служебные сведения, доступ к которым ограничен органами государственной власти в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и федеральными законами (служебная тайна). О порядке отнесения сведений к служебной (в частности) тайне сказано в законе «Об информации…»:

Статья 9. Ограничение доступа к информации. Федеральными законами устанавливаются условия отнесения информации к сведениям, составляющим коммерческую тайну, служебную тайну и иную тайну, обязательность соблюдения конфиденциальности такой информации, а также ответственность за ее разглашение.

Еще одну разновидность конфиденциальной информации, которая могла быть отнесена к служебной тайне (если бы она имела четкие признаки определения), имеет в виду Федеральный закон от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ (в ред. от 29 марта 2008 г.) «О государственной гражданской службе Российской Федерации»,[32] в п. 7 ст. 15 которого в числе основных обязанностей госслужащего значится: не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую федеральным законом тайну, а также сведения, ставшие ему известными в связи с исполнением должностных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство. К служебной тайне принято относить информацию о деятельности государственных органов (управления, контролирующих, правоохранительных и т. д.) и их служащих, представляющую не коммерческий, а государственный интерес. Руководитель государственного органа несет ответственность за охрану служебной тайны и устанавливает состав информации, доступ к которой ограничивается в интересах обеспечения реализации функций государственного органа.

Аналогичная обязанность есть и у муниципальных служащих: не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую федеральными законами тайну, а также сведения, ставшие ему известными в связи с исполнением должностных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство (п. 6 ст. 12 Федерального закона от 2 марта 2007 г. № 25-ФЗ «О муниципальной службе в Российской Федерации» (ред. от 21.11.2011).[33] Руководителем муниципального органа определяется состав служебной тайны, ограничение распространения которой диктуется служебной необходимостью. Служебную тайну составляет несекретная информация, которая касается деятельности муниципального органа и доступ граждан к которой ограничивается в интересах обеспечения функций муниципальным органом.

Часть четвертая ГК РФ ввела новое понятие: служебный секрет производства. Согласно ст. 1470 Закона: 1. Исключительное право на секрет производства, созданный работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя (служебный секрет производства), принадлежит работодателю. 2. Гражданин, которому в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя стал известен секрет производства, обязан сохранять конфиденциальность полученных сведений до прекращения действия исключительного права на секрет производства.

Возникает неизбежный вопрос о соотношении служебной тайны и служебного секрета производства. Между этими понятиями есть общее. Как то, так и другое может быть содержанием трудовых обязанностей работника, заключившего трудовой договор с работодателем. И служебная тайна, и служебный секрет производства – конфиденциальные сведения, за разглашение которых наступает юридическая ответственность.

Однако, на наш взгляд, это разные понятия, и служебная тайна как таковая сохраняет свое значение для трудовых отношений.

В гражданском праве термин «служебный» применяется в ином, более широком смысле, когда в некоторых случаях «служебными» называются такие объекты, которые созданы в связи с трудовой функцией работника, хотя и вне рамок этой трудовой функции, считают некоторые специалисты в области гражданского права. Так, по трудовому праву авторские произведения (и исполнения) могут быть служебными, а изобретения служебными считать нельзя. Результаты трудовой деятельности относятся к «служебным» только в том случае, если работник обязан был создать их по трудовому договору. Иные результаты – в рамках трудового права – нельзя именовать «служебными», хотя они могут возникнуть в связи с выполнением работником его трудовой функции.[34]

В ст. 1295 ГК РФ предусмотрено, что авторские права на произведение науки, литературы или искусства, созданное в пределах установленных для работника (автора) трудовых обязанностей (служебное произведение), принадлежат автору, в то время как исключительное право на такое произведение принадлежит работодателю (если трудовым или иным договором между работодателем и автором не предусмотрено иное). Но исключительное право, в отличие от других авторских прав, с самого момента создания служебного произведения в соответствии с законом считается переданным работодателю (п. 3 ст. 1228 ГК РФ).[35]

Наконец, служебная тайна, в отличие от служебного секрета производства, может не иметь (и чаще всего не имеет) отношения к личности работника, достоянием которого она стала в силу занятия определенной должности, и он, как правило, дает подписку в той или иной форме о ее неразглашении.

В настоящее время имеются два наиболее известных законопроекта о служебной тайне, один из которых был разработан Минэкономразвития РФ и обсуждался в октябре 2003 г.,[36] другой представлен от имени группы депутатов Государственной Думы РФ и был внесен в Думу сначала в декабре 2004 г., затем в апреле 2006 г. Текст проекта Федерального закона «О служебной тайне» доступен в Справочной правовой системе «КонсультантПлюс» (проект № 124871–4).

Понятие служебной тайны в депутатском законопроекте хотя и недостаточно совершенно, все же отработано лучше: «Сведения, составляющие служебную тайну (служебная тайна), – конфиденциальные сведения, образующиеся в процессе управленческой деятельности органа или организации, распространение которых препятствует реализации органом или организацией предоставленных ему полномочий либо иным образом отрицательно сказывается на их реализации, а также конфиденциальные сведения, полученные органом или организацией в соответствии с их компетенцией в установленном законодательством порядке».

Законопроект Минэкономразвития РФ, в отличие от депутатского законопроекта устанавливает степени конфиденциальности сведений, отнесенных к служебной тайне (ст. 8): документам, содержащим сведения, составляющие служебную тайну, присваивается гриф «Конфиденциально» или «Для служебного пользования». Гриф «Конфиденциально» налагает на лица, получившие доступ к соответствующим документам, обязанность не ссылаться на них, не публиковать и не разглашать в иных формах, не комментировать их содержание и факт их существования. Правом доступа к документам с грифом «Конфиденциально» обладают все должностные лица органа государственной власти или органа местного самоуправления, где создан указанный документ, а также иные лица, получившие доступ к документу в соответствии с настоящим Федеральным законом. Гриф «Для служебного пользования» отличается тем, что правом доступа к документам с таким грифом пользуются только лица, определенные руководителем органа власти по представлению уполномоченного должностного лица.

Что касается положений обоих законопроектов о режиме передачи и доступа к служебной информации, а также общих норм о контроле и ответственности, то здесь значительной специфики и каких-либо особенно оригинальных положений не наблюдается.[37] Для трудового права соображения авторов законопроектов, конечно, интересны, однако нельзя не отметить, что данные законопроекты не рассчитаны на трудовые отношения.

Обобщая положения, содержащиеся в нормативных правовых актах, и стремясь выделить тайну как служебную, можно попытаться определить ее следующим образом. Служебная тайна – это конфиденциальные сведения, полученные в результате трудовой деятельности работника или ставшие ему известными в связи с исполнением должностных обязанностей, в том числе касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство, в соответствии с нормативно определяемым перечнем, не относящиеся к государственной тайне, доступ к которым ограничен органами государственной власти федеральными законами.

Коммерческая тайна

В Трудовом кодексе РФ коммерческая тайна упоминается в ст. 57, 81,243.

Закон, регулирующий отношения, связанные с коммерческой тайной, претерпевший значительные изменения в связи с введением в действие Части четвертой ГК РФ,[38] – Федеральный закон РФ от 29 июля 2004 г. № 98-ФЗ «О коммерческой тайне».[39]

Коммерческая тайна, безусловно, отличается от государственной тайны: она не определена перечнем, поскольку всегда разная применительно к различным организациям. Сроки действия коммерческой тайны определяются в каждом конкретном случае лицом, подписавшим документ, в виде определенной даты, или «бессрочно», или «до заключения контракта». Государственная тайна подлежит защите со стороны государства соответствующими органами, а коммерческая тайна – службой безопасности предприятия. При этом следует иметь в виду, что коммерческие секреты могут быть государственными секретами, однако государственные секреты не могут быть коммерческой тайной, поскольку в противном случае шла бы торговля государственными интересами.[40]

Понятие «коммерческая тайна» сравнительно недавно появилось в российском законодательстве, точнее, это произошло 12 июня 1990 г., когда был принят Закон «О предприятиях и предпринимательской деятельности».[41]

В литературе по поводу определения понятия «коммерческая тайна» высказывались различные мнения: экономист М. Г. Лапуста,[42] авторы экономических словарей А. Н. Азрилиян,[43] Б. А. Райзберг[44] и другие ученые.

Однако законы, принятые позднее, изменили ситуацию в этом вопросе.

Федеральные законы «О коммерческой тайне» в ред. от 24 июля 2007 г. № 98-ФЗ, «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ[45] и вступившая в силу с 1 января 2008 г. ч. 4 ГК РФ ввели новые понятия и изменили содержание прежних, относящихся к данному вопросу. Статья 139 ГК РФ, определявшая коммерческую тайну, утратила силу. В п. 1 ст. 3 Закона «О коммерческой тайне» она определяется как «режим конфиденциальности информации, позволяющий ее обладателю при существующих или возможных обстоятельствах увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ, услуг или получить иную коммерческую выгоду». Статья 1225 главы 69 части четвертой ГК РФ в числе результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации называет секреты производства (ноу-хау). Они признаются как сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и др.), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны (ст. 1465).

Что же касается трудового законодательства, то в нем в связи с введением в действие части четвертой ГК РФ изменений, касающихся коммерческой тайны, не произошло.

В Трудовом кодексе не содержится собственного определения понятия коммерческой тайны (в необходимых случаях субсидиарно применялись действовавшая ранее ст. 139 ГК РФ и определение, которое было дано в первоначальной редакции Закона «О коммерческой тайне»). Поэтому следует уяснить содержание понятия «секреты производства (ноу-хау)» и соотнести его с понятием «коммерческая тайна», которое наряду с ним осталось в законодательстве и, что для нас особенно важно, – в Трудовом кодексе РФ.

При анализе указанных определений интересующих нас понятий можно прийти к следующим выводам.

Прежде всего, обращает на себя внимание несоответствие в определении коммерческой тайны по Закону «О коммерческой тайне» и по соответствующим статьям части четвертой ГК РФ. Согласно п.1 ст. 3 закона № 98-ФЗ коммерческая тайна – это режим конфиденциальности информации (а не сама информация). В п. 2 этой же статьи коммерческая тайна, по сути дела, отождествляется с секретами производства: «информация, составляющая коммерческую тайну (секрет производства)…». Из содержания же ст. 1465 ГК РФ следует, что любая информация, в отношении которой введен режим конфиденциальности, относится к секретам производства. В литературе справедливо отмечается, что в связи с этим широко использующиеся в законодательстве и в практической деятельности выражения «сведения, относящиеся к коммерческой тайне», «информация, составляющая коммерческую тайну» стали некорректными. Даже определения ст. 3 Закона № 98-ФЗ, пишет О. А. Яковлева, содержат внутреннее противоречие. С одной стороны, коммерческая тайна, как уже было сказано, определена как режим конфиденциальности (п. 1 ст. 3). С другой стороны, в п. 2 той же статьи определяется термин «информация, составляющая коммерческую тайну (секрет производства)». Если в последнее определение подставить значение термина «коммерческая тайна» из п. 1 ст. 3 Закона № 98-ФЗ, получается бессмыслица: «…информация, составляющая режим конфиденциальности информации…». В связи с этим представляется целесообразным соответствующее изменение действующих нормативных актов, в частности Закона № 98-ФЗ, ст. 183 Уголовного кодекса РФ, Трудового кодекса РФ и еще целого ряда нормативных актов.[46]

Кроме того, «если сегодня Закон регулирует отношения, связанные с отнесением информации к коммерческой тайне, ее передачей и охраной конфиденциальности, то с 1 января 2008 г. предметом данного Закона являются отношения, связанные только с установлением, изменением и прекращением режима коммерческой тайны в отношении секретов производства (ноу-хау)», считает В. Н. Лопатин.[47] Таким образом, сфера отношений, регулируемых Законом «О коммерческой тайне», значительно сокращается. Иным образом теперь определяется и характер информации, составляющей коммерческую тайну. Часть 1 ст. 1 Закона «О коммерческой тайне» в новой редакции указывает, что данный Закон регулирует отношения, связанные с установлением, изменением и прекращением режима коммерческой тайны в отношении информации, составляющей секрет производства (ноу-хау). Вряд ли можно признать удачной эту формулировку. По мнению Р. Е. Головацкого и Я. Карнакова,[48] новые нормы существенно сужают сферу действия Закона, ограничивая ее защитой лишь секретов производства, что само по себе является несколько странным. Ведь в таком случае в число конфиденциальной не попадает информация, которая не связана с производственной деятельностью, но которую на практике относят к конфиденциальной (например, сведения о заседаниях органов управления организации, о заказчиках, партнерах, методах изучения рынка и т. д.).

Действующая редакция закона рассматривает секреты производства как одну из разновидностей информации, составляющей коммерческую тайну, что представляется более логичным.

Можно констатировать, что единообразного определения понятия коммерческой тайны в действующем законодательстве нет. Очевидно, в трудовых отношениях должно применяться определение понятия коммерческой тайны, данное в Законе № 98-ФЗ, поскольку данный закон, в отличие от ГК РФ, содержит нормы, регулирующие трудовые отношения, и согласно ст. 5 ТК РФ в этой части включается в трудовое законодательство.

Статья 139 ГК РФ определяла коммерческую тайну как информацию, обладающую набором специфических признаков, позволяющих отнести ее к таковой. Федеральный закон от 29 июля 2004 г. «О коммерческой тайне» характеризует коммерческую тайну как информацию, которая обладает конфиденциальностью, но не разъясняет сам термин «конфиденциальность». Между тем то значение, которое ему придается в обыденной жизни, позволяет его трактовать как «секретность», «неизвестность третьим лицам».

Секретность информации, безусловно, обеспечивается рядом мер, препятствующих разглашению такой информации, несанкционированному ознакомлению с нею третьих лиц. В связи с этим конфиденциальность – секретность, действительно, следует рассматривать, прежде всего, как режим охраны информации, позволяющий ее обладателю увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ, услуг или получить иную коммерческую выгоду.

Определение режима коммерческой тайны содержится в ст. 3 Закона «О коммерческой тайне»: это комплекс правовых организационных и иных мер, направленных на сохранение в тайне сведений, составляющих коммерческую тайну, т. е., по сути, опять-таки практически то же самое, что и конфиденциальность.

Анализируя дефиниции, можно констатировать, что по Закону № 98-ФЗ коммерческая тайна – это правовой режим охраны информации, инструмент ее защиты, близкий, например, к патентованию – режиму охраны таких патентоспособных объектов, как изобретения, полезные модели, промышленные образцы. Такое определение, однако, противоречило бы ст. 139 ГК РФ, которая рассматривала коммерческую тайну как саму информацию, а не как режим ее охраны, но эта статья, как уже сказано, отменена Федеральным законом от 18 декабря 2006 г. «О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», чем законодатель устранил противоречие. В то же время, определяя коммерческую тайну как режим конфиденциальности информации, позволяющий ее обладателю при существующих или возможных обстоятельствах увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ, услуг или получить иную коммерческую выгоду закон в словосочетании «режим коммерческой тайны» допускает, на наш взгляд, некоторую скрытую тавтологию.

В новой редакции закона термин «секреты производства» трактуется весьма широко. Под информацией, составляющей коммерческую тайну (секреты производства), понимаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и др.), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности.

Вряд ли это удачная попытка законодателя увязать коммерческую тайну с введением в части четвертой ГК РФ нового правового института – секрета производства (ноу-хау). Тем более, с одной стороны, признается исключительное право на секрет производства, обеспечиваемое ответственностью за его нарушение (ст. 1472 ГК РФ), а с другой – тот же секрет производства охраняется в режиме коммерческой тайны, за нарушение которого также предусмотрена ответственность (ст. 14 Закона «О коммерческой тайне»). Выходит, что лицо, разгласившее секрет производства, дважды будет нести ответственность за одно и то же деяние, что противоречит общеправовым принципам, ст. 50 Конституции РФ и правовым позициям Конституционного Суда РФ.[49]

Согласно ст. 5 Закона «О коммерческой тайне» режим коммерческой тайны не может быть установлен лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, в отношении определенных, перечисленных там сведений.

В то же время государственные и муниципальные предприятия в процессе приватизации и до его начала не могут относить к коммерческой тайне данные о размерах имущества предприятия и его денежных средствах, о вложении средств в доходные активы (ценные бумаги) других предприятий, о кредитных, торговых и иных обязательствах предприятия.[50]

Итак, коммерческая тайна – это преднамеренно скрываемые по коммерческим соображениям экономические интересы и сведения о различных сторонах и сферах производственно-хозяйственной, управленческой, научно-технической, финансовой деятельности фирмы, охрана которых обусловлена интересами конкуренции и возможными угрозами экономической безопасности фирмы.

Обладателем коммерческой тайны является физическое или юридическое лицо, обладающее на законном основании информацией, составляющей коммерческую тайну, и соответствующими правами в полном объеме.

Таким образом, право на коммерческую тайну – это фактор обеспечения определенной свободы предпринимательства, защиты своих интересов во взаимоотношениях с государством и другими субъектами рыночных отношений. Право на коммерческую тайну – это ограничение государственных возможностей вмешиваться в экономику.

Относя определенные сведения к категории коммерческой тайны, работодатель, прежде всего, должен иметь в виду, что под предлогом охраны коммерческой тайны могут скрываться сведения и документы, свидетельствующие о фактах злоупотреблений, бесхозяйственности и других нарушений, а также то, что в условиях рынка чрезмерно засекречивать информацию не всегда выгодно с экономической точки зрения.

Трудовое законодательство «реагирует» на коммерческую тайну, содержит определенные нормы о правах и обязанностях субъектов коммерческой тайны.

Согласно действующему трудовому законодательству в трудовой договор может быть включено условие о том, что работник обязан не разглашать сведения, составляющие государственную, коммерческую, служебную, иную тайну (ст. 57 ТК РФ). В случае нарушения этого условия он может привлекаться как к материальной, так и к дисциплинарной ответственности. Так, согласно п. 6 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут по инициативе работодателя, а работник уволен в связи с разглашением им охраняемой законом тайны (государственной, коммерческой, служебной и иной), ставшей известной работнику в связи с исполнением трудовых обязанностей.

В литературе высказываются предложения, что в организации должен быть принят локальный акт, содержащий перечень информации, составляющей коммерческую тайну, обладателями которой являются сам работодатель и его контрагенты, и работник должен быть ознакомлен с ним под расписку, например, Положение о сохранности коммерческой тайны предприятия или Перечень сведений, составляющих коммерческую тайну.[51]

Формально работодатель может принять такой локальный акт без согласования с профсоюзом. Однако, имея в виду, что на момент вступления в силу Трудового кодекса РФ вообще не предполагалось принятие такого рода локального акта, следует внести соответствующие изменения в ТК РФ и предусмотреть обязательный учет мнения профсоюза в данной ситуации.[52]

В обязанности работодателя входит создание работнику необходимых условий для соблюдения им установленного режима коммерческой тайны. Организация труда работника и создание необходимых условий для исполнения им своей трудовой функции являются обязанностями работодателя. В связи с этим работодатель должен обеспечить работника необходимым оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для работы с информацией, составляющей коммерческую тайну. А если необходимость оформления допуска к коммерческой тайне возникла после заключения трудового договора, должна быть, на наш взгляд, применена ст. 74 ТК РФ.

Профессиональная тайна

Классификация видов конфиденциальной информации, особенно видов тайны, в определенном смысле условна, что отмечают некоторые авторы. Так, А. О. Куликов пишет, что разновидностями служебной тайны являются налоговая тайна, тайна следствия и др.[53] Высказывается также мнение, что под иной охраняемой законом тайной понимается служебная, профессиональная тайна.[54] В ч. 2 ст. 61 Основ законодательства об охране здоровья граждан говорилось: «Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении профессиональных, служебных и иных обязанностей…» (выдел, авт.).[55] В ныне действующем законе[56] врачебной тайне посвящена ст. 13, содержание которой, в основном, идентично прежнему понятию. «Соблюдение врачебной тайны. 1. Сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну. 2. Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных частями 3 и 4 настоящей статьи».

До недавнего времени ни в юридической литературе, ни в законодательстве не существовало определение понятия «профессиональная тайна». Ныне, определяясь с профессиональной тайной, мы, прежде всего, ориентируемся на п. 5 ст. 9 Закона «Об информации…», согласно которому информация, полученная гражданами (физическими лицами) при исполнении ими профессиональных обязанностей или организациями при осуществлении ими определенных видов деятельности (профессиональная тайна), подлежит защите в случаях, если на эти лица федеральными законами возложены обязанности по соблюдению конфиденциальности такой информации. Таким образом, профессиональная тайна – сведения, связанные с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с законодательством.

Профессиональные тайны типологически сходны. Это производные тайны, т. е. не собственная информация обладателя, а информация, полученная из чужих рук, обусловленная профессиональной деятельностью субъекта права вне зависимости от ее специфики. Юридическое значение имеет не столько специальность профессионала (если соответствующий вид деятельности не урегулирован федеральным законом), сколько сам факт получения информации в связи с профессиональной деятельностью. Все профессиональные тайны, в том числе не урегулированные нормами права, признаются законодателем в качестве тайны, разглашение которой имеет юридические последствия.

Общность всех профессиональных тайн (как можно судить, в понимании законодателя) прежде всего определяется тем обстоятельством, что составляющую их информацию невозможно получить и использовать иным образом, кроме как в связи с профессиональной деятельностью и с согласия первоначального субъекта тайны. Важная отличительная черта этого вида тайны – сложный характер их правовой защиты: информация защищается не только от вмешательства посторонних лиц, но и от ее неправомерного использования самим профессионалом.[57] К профессиональным тайнам, вне зависимости от того, называются ли они так в том или ином законе, по нашему мнению, основанному на вышеприведенной статье Закона «Об информации…», относятся банковская (ст. 6 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. «О банках и банковской деятельности»), врачебная (ст. 61 Основ законодательства об охране здоровья граждан), тайна связи, адвокатская тайна (ст. 8 Федерального закона от 31 мая 2002 г. «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»), аудиторская (ст. 8 Федерального закона от 7 августа 2001 г. «Об аудиторской деятельности»), нотариальная (ст. 16 и 28 Основ законодательства о нотариате) и другие виды тайны. Некоторые из них мы рассмотрим.

Банковская тайна

Банковская тайна – это информация о счетах, вкладах, операциях по счету и иных сведениях о клиентах. Банковская тайна регулируется Федеральным законом от 2 декабря 1990 г. № 395–1 «О банках и банковской деятельности» (в ред. от 21.11.2011).

Согласно ст. 26 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. № 95–1 «Банковская тайна» кредитная организация, Банк России, организация, осуществляющая функции по обязательному страхованию вкладов, гарантируют тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов. Все служащие кредитной организации обязаны хранить тайну об операциях, счетах и вкладах ее клиентов и корреспондентов, а также об иных сведениях, устанавливаемых кредитной организацией, если это не противоречит федеральному закону. Справки по операциям и счетам юридических лиц и граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, выдаются кредитной организацией им самим, судам и арбитражным судам (судьям), Счетной палате Российской Федерации, налоговым органам, таможенным органам Российской Федерации и органам принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц в случаях, предусмотренных законодательными актами об их деятельности, а при наличии согласия руководителя следственного органа – органам предварительного следствия по делам, находящимся в их производстве.

В соответствии с законом № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем»,[58] в который введена ст.5.4 (Федеральный закон РФ от 23.07.2010 № 176-ФЗ), при проведении идентификации клиента, представителя клиента, выгодоприобретателя, обновлении информации о них организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, вправе требовать представления клиентом, представителем клиента и получать от клиента, представителя клиента документы, удостоверяющие личность, учредительные документы, документы о государственной регистрации юридического лица (индивидуального предпринимателя).

Банк России, организация, осуществляющая функции по обязательному страхованию вкладов, не вправе разглашать сведения о счетах, вкладах, а также сведения о конкретных сделках и об операциях из отчетов кредитных организаций, полученные им в результате исполнения лицензионных, надзорных и контрольных функций, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами.

Аудиторские организации не вправе раскрывать третьим лицам сведения об операциях, о счетах и вкладах кредитных организаций, их клиентов и корреспондентов, полученные в ходе проводимых ими проверок, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами.

Уполномоченный орган, осуществляющий меры по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, не вправе раскрывать третьим лицам информацию, полученную от кредитных организаций в соответствии с Федеральным законом «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем», за исключением случаев, предусмотренных указанным Федеральным законом.

При сравнении определения понятия банковской тайны, данного в законе от 2 декабря 1990 г. № 395–1 и в ст. 857 ГК РФ, ученые усматривают различия, которые могут иметь значение и для субъектов трудовых отношений, обязанных хранить тайну. Согласно ст. 857 ГК РФ «Банковская тайна»: 1. Банк гарантирует тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте. 2. Сведения, составляющие банковскую тайну, могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям, а также представлены в бюро кредитных историй на основаниях и в порядке, которые предусмотрены законом. Государственным органам и их должностным лицам такие сведения могут быть предоставлены исключительно в случаях и порядке, которые предусмотрены законом (п. 2 в ред. Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 219-ФЗ). 3. В случае разглашения банком сведений, составляющих банковскую тайну клиент, права которого нарушены, вправе потребовать от банка возмещения причиненных убытков. Иными словами, ст. 857 Гражданского кодекса РФ, давая понятие банковской тайны, включает в него тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте, следовательно, операции по счету но не по вкладу. Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» не детализирует понятие «операции», используя его в неопределенном виде («любые операции»).

Часть 1 ст. 26 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» включает в понятие банковской тайны тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов.

В то же время ст. 26 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» гарантирует тайну по операциям, по счетам и вкладам своих клиентов и корреспондентов и не связывает тайну с лицами, заключившими договор банковского счета или вклада, т. е. сведения, составляющие банковскую тайну по ст. 26 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», значительно шире.

Из вышеизложенного видно, что даже в самом понятии банковской тайны имеются противоречия.[59]

В литературе высказано, как представляется, абсолютно правильное соображение о том, что для нормального функционирования экономики институт банковской тайны не менее важен, чем институт коммерческой тайны. Не следует путать коммерческую тайну самих банков как коммерческих организаций и банковскую тайну. Принципиальное отличие между ними заключается в способе отнесения тех или иных сведений к категории конфиденциальной информации. Обладатель коммерческой тайны сам определяет, какая информация подпадает под эту категорию (за исключением случаев, установленных законом). Перечень сведений, являющихся банковской тайной, определен законом и одинаков для всех банков и других кредитных организаций.

Относительно субъектов, имеющих право на банковскую тайну, существует два принципиально отличных подхода. Законодательство целого ряда стран (Германия, Люксембург) исходит из принципа так называемой абсолютной банковской тайны, согласно которому предоставление банком государственным (в том числе правоохранительным) органам сведений о банковских операциях своих клиентов недопустимо. В большинстве государств (США, Норвегия, Великобритания) специализированные органы (в основном, налоговые) имеют доступ к банковской информации, в том числе (при выполнении ряда условий) к информации, составляющей банковскую тайну. Такой подход имеет гораздо больше сторонников, особенно в последнее время. Это связано в первую очередь с необходимостью борьбы с финансированием международного терроризма и транснациональных преступных организаций, а также контролем за своевременностью и полнотой налоговых выплат.[60]

Действующим законодательством четко определен круг лиц (субъектов), имеющих право на получение сведений, составляющих банковскую тайну. За разглашение банковской тайны Банк России, организация, осуществляющая функции по обязательному страхованию вкладов, кредитные, аудиторские и иные организации, уполномоченный орган, осуществляющий меры по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, а также их должностные лица и их работники несут ответственность, включая возмещение нанесенного ущерба, в порядке, установленном федеральным законом.

Предполагается ужесточить ответственность за сохранность банковской тайны. В проекте Федерального закона № 12065–5 ст. 13 Федерального закона «О внесении изменений в ст. 13 Федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" и отдельные законодательные акты Российской Федерации», часть девятую изложить в следующей редакции:

«За разглашение банковской тайны Банк России, организация, осуществляющая функции по обязательному страхованию вкладов, кредитные, аудиторские и иные организации, уполномоченный орган, принимающий меры по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, а также их должностные лица и их работники несут ответственность, включая возмещение нанесенного ущерба, в порядке, установленном федеральным законом».[61]

Более того, за неправомерное обращение с банковской тайной предусмотрена уголовная ответственность по ст. 183 УК РФ. Эта же статья устанавливает уголовную ответственность за нарушение коммерческой тайны. Это, безусловно, придает определенное сходство данным видам тайны как наиболее важным объектам защиты, имеющим коммерческую ценность. Только коммерческая тайна защищается непосредственно на предприятии, а банковская, имеющая вторичный по отношению к коммерческой деятельности характер, – в кредитном учреждении. Именно это дает основание утверждать, что банковская тайна является одним из видов профессиональных тайн, связанных с профессиональной деятельностью кредитного учреждения.

Врачебная тайна

Врачебная тайна определяется ст. 13 «Соблюдение врачебной тайны» закона от 21.1 1.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно которой сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну. В данной статье установлены и другие важнейшие положения.

Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных частями 3 и 4 настоящей статьи.

С письменного согласия гражданина или его законного представителя допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну другим гражданам, в том числе должностным лицам, в целях медицинского обследования и лечения пациента, проведения научных исследований, их опубликования в научных изданиях, использования в учебном процессе и в иных целях.

Предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя допускается:

1) в целях проведения медицинского обследования и лечения гражданина, который в результате своего состояния не способен выразить свою волю, с учетом положений пункта 1 части 9 статьи 20 настоящего Федерального закона;

2) при угрозе распространения инфекционных заболеваний, массовых отравлений и поражений;

3) по запросу органов дознания и следствия, суда в связи с проведением расследования или судебным разбирательством, по запросу органа уголовно-исполнительной системы в связи с исполнением уголовного наказания и осуществлением контроля за поведением условно осужденного, осужденного, в отношении которого отбывание наказания отсрочено, и лица, освобожденного условно-досрочно;

4) в случае оказания медицинской помощи несовершеннолетнему в соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 20 настоящего Федерального закона, а также несовершеннолетнему, не достигшему возраста, установленного частью 2 статьи 54 настоящего Федерального закона, для информирования одного из его родителей или иного законного представителя;

5) в целях информирования органов внутренних дел о поступлении пациента, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что вред его здоровью причинен в результате противоправных действий;

6) в целях проведения военно-врачебной экспертизы по запросам военных комиссариатов, кадровых служб и военно-врачебных (врачебно-летных) комиссий федеральных органов исполнительной власти, в которых федеральным законом предусмотрена военная и приравненная к ней служба;

7) в целях расследования несчастного случая на производстве и профессионального заболевания;

8) при обмене информацией медицинскими организациями, в том числе размещенной в медицинских информационных системах, в целях оказания медицинской помощи с учетом требований законодательства Российской Федерации о персональных данных;

9) в целях осуществления учета и контроля в системе обязательного социального страхования;

10) в целях осуществления контроля качества и безопасности медицинской деятельности в соответствии с настоящим Федеральным законом.

«Врачебная тайна – многогранное этически-нравственное и юридически-философское понятие, касающееся отношений врача с пациентом и обществом. Обращаясь за медицинской помощью, человек должен быть уверен в том, что сведения, полученные медицинскими работниками, не станут достоянием неопределенно широкого круга лиц. Праву лица на неразглашение сведений, составляющих врачебную тайну, корреспондирует соответствующая обязанность медицинских и иных работников. Разглашение врачебной тайны может повлечь для потерпевшего определенные негативные последствия».[62]

В науке замечают, что термин «медицинская тайна» более точно отражал бы действительность, ведь если помощь оказывается в лечебном учреждении, то обязанность обеспечить тайну несет это учреждение.[63] Однако термин «врачебная тайна» сложился исторически, применяется в других государствах и прочно укоренился в научной литературе и в текстах нормативных правовых актов, поэтому оправданно впредь до внесения в законодательство изменений относительно данной терминологии использовать вышеуказанные категории как синонимичные. К сведениям, составляющим врачебную тайну, в Российской Федерации относят как собственно медицинские данные, так и информацию, не являющуюся по характеру медицинской, но относящуюся к личной жизни пациента и его семьи.

Субъектом врачебной тайны является любое лицо, которому она стала известна в связи с исполнением им своих служебных или профессиональных обязанностей: все медицинские работники, включая фармацевтов, имеющие высшее (врачи), среднее (сестры, фельдшеры) медицинское образование и не имеющие такового (няни, сиделки, санитары), другие работники медицинских учреждений, не относящиеся к медицинскому персоналу (шоферы, обслуживающий персонал).

Пункт 2 ст. 13 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан запрещает разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, лицам, которым эти сведения стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей.

В связи с этим Фондом обязательного медицинского страхования издан Приказ от 25 марта 1998 г. № 30 «О соблюдении конфиденциальности сведений, составляющих врачебную тайну».[64] Необходимость издания данного Приказа возникла в связи с введением обязательного медицинского страхования граждан и, соответственно, увеличением круга лиц, которые получили доступ к информации, составляющей врачебную тайну.

Также Приказом Фонда обязательного медицинского страхования от 27 октября 1999 г. разработаны и утверждены Методические рекомендации «Обеспечение права граждан на соблюдение конфиденциальности информации о факте обращения за медицинской помощью и связанных с этим сведениях, информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и отказ от него».[65] В настоящих Методических рекомендациях предложен механизм обеспечения установленных комментируемым Законом прав граждан на конфиденциальность информации о факте обращения за медицинской помощью, о состоянии здоровья, диагнозе и иных сведений, полученных при его обследовании и лечении, а также информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и отказ от него в системе обязательного медицинского страхования.[66]

С согласия гражданина или его законного представителя допускается передача сведений, составляющих врачебную тайну другим гражданам, в том числе должностным лицам, в интересах обследования и лечения пациента, для проведения научных исследований, публикации в научной литературе, использования этих сведений в учебном процессе и в иных целях. В ситуациях, когда представители средств массовой информации требуют от врачей предоставления информации медицинского характера относительно известных лиц (актеры, политические деятели и т. п.), если нет согласия самого пациента или его законного представителя, такая информация не может быть предоставлена, иначе это будет нарушением действующих правовых норм.

Тайна связи

Тайна связи установлена ст. 63 Федерального закона «О связи» от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ, согласно которой: 1. На территории Российской Федерации гарантируется тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи. Ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи, допускается только в случаях, предусмотренных федеральными законами. 2. Операторы связи обязаны обеспечить соблюдение тайны связи. 3. Осмотр почтовых отправлений лицами, не являющимися уполномоченными работниками оператора связи, вскрытие почтовых отправлений, осмотр вложений, ознакомление с информацией и документальной корреспонденцией, передаваемыми по сетям электросвязи и сетям почтовой связи, осуществляются только на основании решения суда, за исключением случаев, установленных федеральными законами. 4. Сведения о передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи сообщениях, о почтовых отправлениях и почтовых переводах денежных средств, а также сами эти сообщения, почтовые отправления и переводимые денежные средства могут выдаваться только отправителям и получателям или их уполномоченным представителям, если иное не предусмотрено федеральными законами.[67] О тайне связи говорится также в ст. 15 «Тайна связи» Федерального закона от 17 июля 1999 г. № 176-ФЗ «О почтовой связи»: Тайна переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений, входящих в сферу деятельности операторов почтовой связи, гарантируется государством. Осмотр и вскрытие почтовых отправлений, осмотр их вложений, а также иные ограничения тайны связи допускаются только на основании судебного решения. Все операторы почтовой связи обязаны обеспечивать соблюдение тайны связи. Информация об адресных данных пользователей услуг почтовой связи, о почтовых отправлениях, почтовых переводах денежных средств, телеграфных и иных сообщениях, входящих в сферу деятельности операторов почтовой связи, а также сами эти почтовые отправления, переводимые денежные средства, телеграфные и иные сообщения являются тайной связи и могут выдаваться только отправителям (адресатам) или их представителям. Должностные и иные лица, работники организаций почтовой связи, допустившие нарушения указанных положений, привлекаются к ответственности в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.[68]

В литературе отмечается, что Федеральным законом «О связи» введено, но не раскрыто понятие «тайна связи» (ст. 63). Там же определено, что ознакомление с информацией, передаваемой по сетям электросвязи, осуществляется только «на основании судебного решения, за исключением случаев, установленных федеральными законами».[69] Об этом пишет А. В. Юшкевич: «Действующее законодательство не содержит четкого определения понятия „тайна связи“, а также не указывает, какие гарантии предоставляет это конституционное право, в ст. ст. 63, 64 Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ „О связи“. Считаем необходимым сформулировать определение тайны связи; указать перечень сведений, составляющих понятие „тайна связи“; регламентировать порядок предоставления соответствующих сведений; установить перечень обязательных гарантий, которые должен предоставлять оператор связи; предусмотреть меры ответственности за нарушение тайны связи».[70] В ч. 4 ст. 63 Закона лишь уточняется понятие тайны связи. Она должна охватывать сведения об адресных данных тех, кто пользуется почтовыми услугами, об их «почтовых отправлениях, почтовых переводах денежных средств, телеграфных и иных сообщениях… а также сами эти почтовые отправления, переводимые денежные средства, телеграфные и иные сообщения». Информация обо всем этом может выдаваться только отправителям (адресатам) или их представителям. Адресные данные пользователей услуг почтовой связи – это информация о гражданах (фамилия, имя, отчество, почтовый адрес), а также о других пользователях услуг почтовой связи (наименование и почтовый адрес), адресатом является гражданин или организация, которым адресованы почтовое отправление, почтовый перевод денежных средств, телеграфное или иное сообщение.

Право на тайну связи обеспечивается, во-первых, тем, что данная статья содержит в себе декларацию о том, что тайна переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений, входящих в сферу деятельности операторов почтовой связи, гарантируется государством. Данное положение берет свое начало в предписаниях ч. 2 ст. 23 Конституции РФ о том, что каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Во-вторых, ограничение этого права допускается только на основании судебного решения. В-третьих, комментируемая норма содержит предписание, что все операторы почтовой связи (т. е. организации почтовой связи и индивидуальные предприниматели, имеющие право на оказание услуг почтовой связи) обязаны обеспечивать соблюдение тайны связи.

Ограничение этого права, т. е. перлюстрация частной корреспонденции и прослушивание телефонных переговоров, допускается только на основании судебного решения. Данное конституционное установление гарантируется положением ст. 13, 185 УПК, ст. 8 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»,[71] ст. 9 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», ст. 64 Федерального закона «О связи» и др.

В целях обеспечения тайны связи в п. 4 ст. 63 Закона о связи определен круг лиц, имеющих право получать сведения о передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи сообщениях, о почтовых отправлениях и почтовых переводах денежных средств, а также сами эти сообщения, почтовые отправления и переводимые денежные средства. К ним отнесены отправители и получатели, а также их уполномоченные представители.[72]

Исключения из указанного общего правила могут устанавливаться только федеральными законами.

Нарушение тайны сообщений граждан необходимо отличать от правомерного ограничения тайны телефонной, телеграфной, почтовой и иных видов связи на основании действующего законодательства. Такое ограничение согласно ст. 23 Конституции РФ допускается только на основании судебного решения.

«Несмотря на то, что ст. 23 Конституции Российской Федерации до пускает ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных отправлений только на основании судебного решения, п. 3 ст. 63 Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ "О связи" предусматривает возможность ограничения этих прав также в случаях, предусмотренных федеральными законами. Учитывая, что Конституция Российской Федерации имеет прямое действие и обладает высшей юридической силой, полагаем, что включение в ст. 63, 64 Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ "О связи" дополнительных ограничений прав, предусмотренных ст. 23 Конституции Российской Федерации, как то: "в случаях, предусмотренных федеральными законами", является явным противоречием Основному Закону Российской Федерации. Возможность ограничения рассматриваемого права только на основании судебного решения подчеркивалась также в ряде решений Верховного Суда Российской Федерации. Так, в силу п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 1993 г. № 13 "О некоторых вопросах, связанных с применением статей 23 и 25 Конституции Российской Федерации" по результатам рассмотрения материалов судьей выносится мотивированное постановление о разрешении провести оперативно-розыскные или следственные действия, связанные с ограничением права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений или с проникновением в жилище, либо об отказе в этом».[73]

Федеральный закон от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ «О связи» не устанавливает субъектов, которым гарантируется тайна связи, поэтому возможно сделать заключение, что гарантии распространяются на всех пользователей услуг связи: и юридических, и физических лиц, как являющихся гражданами, так и не являющихся таковыми.[74]

Правомерное ограничение тайны переписки возможно в процессе осуществления уголовно-процессуальной деятельности; также установлено ограничение, предусмотренное в ч. 3 ст. 25 Федерального закона от 22 октября 2004 г. № 125-ФЗ «Об архивном деле в РФ». Согласно указанной норме ограничение на доступ к архивным документам, содержащим сведения о личной и семейной тайне гражданина, его частной жизни, а также сведения, создающие угрозу для его безопасности, устанавливается на срок 75 лет со дня создания указанных документов. Согласно п. 3 ст. 9 Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 307-ФЗ «Об аудиторской деятельности»[75] аудиторская организация, индивидуальный аудитор не вправе передавать сведения и документы, составляющие аудиторскую тайну, третьим лицам либо разглашать эти сведения и содержание документов без предварительного письменного согласия лица, которому оказывались услуги, предусмотренные настоящим Федеральным законом, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Таможенные органы, их должностные лица, иные лица, получившие доступ к указанной информации в силу закона или договора, не вправе разглашать, использовать в личных целях либо передавать третьим лицам (в том числе государственным органам) информацию, составляющую государственную, коммерческую, банковскую, налоговую или иную охраняемую законом тайну, и другую конфиденциальную информацию, за исключением случаев, установленных Таможенным кодексом РФ (ст. 10 ТК РФ).[76]

Глава 2

Конфиденциальная информация в трудовом договоре

2.1. Конфиденциальная информация как производное, обязательное или дополнительное условие трудового договора

Поскольку трудовой договор является основанием возникновения соответствующего правоотношения, прежде всего, формируются его условия, которые трансформируются в права и обязанности субъектов возникшего правоотношения. В Трудовом кодексе содержанию трудового договора посвящена ст. 57. В действующем ТК РФ эта статья изложена в редакции Федерального закона от 30 июля 2006 г., значительно изменившей ее содержание. Она состоит из двух частей. Первая часть – сведения о работнике и работодателе; вторая часть – собственно содержание, условия трудового договора, в свою очередь, состоит из двух групп условий: обязательных и дополнительных.

Заметим, что в литературе высказаны различные точки зрения по поводу классификации условий трудового договора. Некоторые авторы, глубоко исследующие содержание трудового договора, выделяют иные его условия. Так, О. В. Смирнов писал: «Учитывая неоднозначность и многообразие существующих условий трудового договора, наука трудового права выделяет среди них 2 группы условий: необходимые и факультативные. Необходимые (или конститутивные) – это такие условия, которые обязательно должны содержаться в любом трудовом договоре. Отсутствие их свидетельствует об отсутствии самого трудового договора. Факультативные же условия не являются обязательно присущими ему, они могут составлять, а могут и не составлять конкретное содержание трудового договора».[77] Анализируя содержание трудового договора с точки зрения теории договорного права, Е. Б. Хохлов говорит о существенных, обычных, необходимых и случайных условиях трудового договора.[78]

Надо сказать, что линия исключительно договорного содержания трудового договора законодателем не выдерживается, и к обязательным условиям ст. 57 относит, в частности, такие, содержание которых предрешено на более высоком, чем индивидуальный, юридическом уровне (оплата труда в бюджетных организациях, компенсации за тяжелую работу и работу с вредными условиями труда и др.). Поэтому представляются убедительными соображения о том, что целесообразно было бы дать перечень существенных условий, мыслимых законодателем в трудовом договоре, и необходимых (обязательных), а также дополнительных (факультативных).

Обязательные и дополнительные условия различаются между собой не порядком установления (он один и тот же: по соглашению), а значением для существования трудового договора. Трудовой договор может считаться заключенным лишь в том случае, когда согласованы обязательные условия. При этом надо иметь в виду, что согласовываются только договорные условия. Те, что предусмотрены законодательством, распространяются на стороны в силу юридического факта заключения трудового договора.

Перечень обязательных условий, названных в ст. 57 ТК РФ, не является исчерпывающим и может быть расширен за счет условий, предусмотренных в других нормативных правовых актах.

Например, в соответствии с Федеральным законом от 29 июля 2004 г. № 98-ФЗ «О коммерческой тайне» трудовым договором с руководителем организации должны предусматриваться его обязательства по обеспечению охраны конфиденциальности (ч. 6 ст. 11), что делает их обязательным условием трудового договора с руководителем.

Дополнительные – это условия, также включенные в трудовой договор по соглашению сторон, однако последний может существовать и без них (классический пример дополнительного условия – испытательный срок). В то же время, если соглашение по поводу дополнительных условий их сторонами достигнуто и они включены в содержание договора, то становятся столь же юридически обязательными для выполнения обеими сторонами.

У дополнительных условий трудового договора все-таки несколько иная правовая природа: они включаются в него не в определенном, можно сказать, почти императивном порядке, а по усмотрению сторон. В Трудовом кодексе дан примерный перечень таких условий. В целом же стороны свободны в выборе дополнительных условий договора.

Н. А. Бриллиантова и В. В. Архипов пишут, что с введением в ТК РФ нового термина меняются привычные и вполне логичные положения теории трудового права, а именно: если стороны трудового договора не пришли к соглашению по какому-либо хотя бы одному необходимому его условию (равно как и по дополнительному, если оно было включено в проект договора), договор считается незаключенным…

Закон не указывает правовых последствий судьбы трудового договора, если стороны так и не смогли договориться о приведении его в соответствие с требованиями трудового законодательства.[79]

Как следует из ст. 57 Трудового кодекса РФ, по соглашению сторон в трудовой договор могут также включаться права и обязанности работника и работодателя, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, локальными нормативными актами, а также права и обязанности работника и работодателя, вытекающие из условий коллективного договора, соглашений. Невключение в трудовой договор каких-либо из указанных прав и (или) обязанностей работника и работодателя не может рассматриваться как отказ от реализации этих прав или исполнения этих обязанностей. В первой главе настоящей работы рассматривались виды конфиденциальной информации, и из содержания главы явствует, что обязанность соблюдения того или иного вида конфиденциальной информации может вытекать отнюдь не только из трудового договора, но и из закона либо локального акта. Таким образом, если содержание трудовой функции работника составляет работа с конфиденциальной информацией или она может (должна) быть ему известна в силу характера его работы, такая трудовая функция является условием трудового договора, привнесенным в его содержание из нормативных правовых актов. В науке такое условие, в отличие от договорного, принято называть производным.[80] Это условие не обязательно должно быть тайной: государственной, служебной, коммерческой, иной, под которой, по нашему убеждению, законодатель имеет в виду профессиональную тайну. Те или иные сведения могут носить закрытый, конфиденциальный характер (причем временно), но не относиться к тому или иному виду тайны, как, например, сведения служебного характера государственных или муниципальных служащих.

При заключении трудового договора работник, разумеется, должен быть поставлен в известность о содержании трудовой функции, включающей в себя конфиденциальную информацию, и об обязанности ее не разглашать. Порядок заключения трудового договора зависит от того или иного вида конфиденциальной информации.

Если работник заключает трудовой договор о работе, связанной с конфиденциальной информацией, определенной как таковая в нормативном правовом акте, и он соглашается на такую работу, то условие о неразглашении конфиденциальной информации является, по принятой в трудовом праве терминологии, производным.

С одной стороны, секретность всегда связана с законодательным ограничением прав: на неприкосновенность частной жизни, тайну переписки, телефонных переговоров, выезд за границу и т. д. Но каждый человек, как предусмотрено в законе, заключая соответствующий договор, добровольно идет на эти ограничения, сознательно соглашается и на проверочные мероприятия, которые могут проводить по отношению к нему компетентные органы. С точки зрения трудового права это есть нормативное ограничение трудовой правосубъектности. Такие работники обладают специальной трудовой правоспособностью. Это мировая практика, и ущемление прав человека здесь не усматривается. Более того, законом устанавливаются компенсации, льготы, надбавки к зарплате и пенсии за специфические ограничения.

С другой стороны, граждане имеют право обращаться в суд в том случае, если засекречивание тех или иных сведений считают необоснованными. Так, согласно ст. 15 Закона РФ «О государственной тайне» граждане, предприятия, учреждения, организации и органы государственной власти Российской Федерации вправе обратиться в органы государственной власти, на предприятия, в учреждения, организации, в том числе в государственные архивы, с запросом о рассекречивании сведений, отнесенных к государственной тайне.

Итак, работа с государственной тайной является производным условием трудового договора. К числу производных относится и условие о работе со служебной тайной либо сведениями, которые таковыми законодателем не названы, но являются конфиденциальной информацией. О разновидностях таких сведений, например персональных данных, говорилось выше.

Напомним, что четкого определения служебной тайны законодательство РФ не содержит, о чем достаточно подробно уже было сказано. Не имеет смысла повторять доказательства этого. Скажем только, что в ст. 9 Закона «Об информации…» говорится, что именно федеральными законами устанавливаются условия отнесения информации к сведениям, составляющим коммерческую тайну, служебную тайну и иную тайну, обязательность соблюдения конфиденциальности такой информации, а также ответственность за ее разглашение. В то же время существующее ныне определение понятия служебной тайны, пусть и не вполне совершенное и не учитывающее специфику трудовых отношений, содержится в Указе Президента РФ от 6 марта 1997 г. № 188 «Об утверждении сведений конфиденциального характера».[81] Это «служебные сведения, доступ к которым ограничен органами государственной власти в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и федеральными законами (служебная тайна)». При исследовании вопроса о природе такого условия трудового договора, как служебная тайна либо иные сведения конфиденциального характера, установленные как таковые законом либо руководителем организации, важно констатировать, что данное условие не является договорным. Оно – это условие – привносится в трудовой договор, как правило, из закона или локального акта. Иными словами, работник, осведомленный работодателем (нанимателем) о необходимости соблюдать обязанность по неразглашению определенных сведений, добровольно принимает решение о заключении (отказе от заключения) трудового договора. «ТК не ограничивает возможность включения в трудовой договор условия о неразглашении служебной или коммерческой тайны случаями, предусмотренными законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Такое условие в соответствии с ч. 3 ст. 57 ТК РФ может предусматриваться (по соглашению сторон) в трудовом договоре с любым работником независимо от характера трудовой функции, обусловленной договором, если исполнение трудовых обязанностей связано с использованием сведений, составляющих коммерческую или служебную тайну».[82] Это верно не только по отношению к дополнительным условиям трудового договора.

Персональные сведения тоже в силу закона являются видом конфиденциальной информации. Если работник по роду своей деятельности занят в основном работой с персональными данными (например, работники кадровой службы), то такие сведения, по нашему мнению, могут быть отнесены к служебной тайне. Ведь они являются сведениями ограниченного доступа (ст. 9 Закона «Об информации…»), при этом ограничение установлено федеральными законами; данные сведения – конфиденциальны (п. 10 ст. 3 Закона «О персональных данных»). Иным работникам данные сведения могут быть доступны только в какой-то части, и не постоянно, а в связи с выполнением определенных поручений (юрисконсульт, доказывающий в суде правомерность увольнения, предположим, беременной женщины). Однако и такие сведения, как представляется, также соответствуют понятию «служебная тайна».

Профессиональная тайна, как мы полагаем, также может входить в содержание трудовой функции работника как производное условие содержания трудового договора. Выше говорилось, что согласно п. 5 ст. 9 Закона «Об информации…» под профессиональной тайной следует понимать информацию, полученную гражданами (физическими лицами) при исполнении ими профессиональных обязанностей или организациями при осуществлении ими определенных видов деятельности, если на эти лица федеральными законами возложены обязанности по соблюдению конфиденциальности такой информации. Речь шла также о банковской, врачебной и тайне связи. Но, разумеется, только этими видами профессиональная тайна не исчерпывается. Приведем несколько примеров, когда профессиональная тайна определяется непосредственно законом. Тем самым доказывается, что содержание трудовой функции работника, заключающейся в работе с профессиональной тайной, не может быть предметом соглашения между сторонами трудового договора. Мы не говорим здесь о том, что конфиденциальные сведения, доверяемые работнику для работы, могут составлять лишь ее часть. В таком случае, конечно, обо всех остальных «составных частях» трудовой функции должно быть достигнуто соглашение. Нам важно привести аргументы о том, что условие о тайне (и других конфиденциальных сведениях) может быть, – и на самом деле является, – условием отнюдь не только дополнительным, но и производным, и обязательным.

Так, согласно ст. 26 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. № 395–1 «О банках и банковской деятельности»[83] кредитная организация, Банк России, организация, осуществляющая функции по обязательному страхованию вкладов, гарантируют тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов. Все служащие кредитной организации обязаны хранить тайну об операциях, счетах и вкладах ее клиентов и корреспондентов, а также об иных сведениях, устанавливаемых кредитной организацией, если это не противоречит федеральному закону.

При всех проблемах правового регулирования банковской тайны, о которых упоминалось в соответствующей части работы, для решения вопроса о природе исследуемого условия трудового договора как производного важно следующее. Содержание понятия банковской тайны определено вышеприведенным законом. Поэтому трудовая функция работника, имеющего с ней дело, предопределена законом и не может быть изменена сторонами.

Аналогичные аргументы можно привести в доказательство врачебной тайны как производного условия. Врачебная тайна определяется ст. 13 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22.11.2011 № 323-ФЗ как информация о факте обращения за медицинской помощью, состоянии здоровья гражданина, диагнозе его заболевания и иные сведения, полученные при его обследовании и лечении.

Тайна связи установлена ст. 63 Федерального закона «О связи» от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ.[84] О тайне связи говорится также в ст. 15 «Тайна связи» Федерального закона от 17 июля 1999 г. № 176-ФЗ «О почтовой связи». Согласно ст. 102 Налогового кодекса РФ налоговую тайну составляют любые полученные налоговым органом, органами внутренних дел, органом государственного внебюджетного фонда и таможенным органом сведения о налогоплательщике, за исключением сведений: 1) разглашенных налогоплательщиком самостоятельно или с его согласия; 2) об идентификационном номере налогоплательщика; 3) о нарушениях законодательства о налогах и сборах и мерах ответственности за эти нарушения; 4) предоставляемых налоговым (таможенным) или правоохранительным органам других государств в соответствии с международными договорами (соглашениями), одной из сторон которых является Российская Федерация, о взаимном сотрудничестве между налоговыми (таможенными) или правоохранительными органами (в части сведений, предоставленных этим органам); 5) предоставляемых избирательным комиссиям в соответствии с законодательством о выборах по результатам проверок налоговым органом сведений о размере и об источниках доходов кандидата и его супруга, а также об имуществе, принадлежащем кандидату и его супругу на праве собственности.

Так, дело о нарушениях законодательства о налогах и сборах рассматривалось в ФАС Московского округа. Организация обратилась в суд с заявлением о признании незаконным решения налогового органа о взыскании налога, пени и штрафа. Суд первой инстанции установил, что налоговый орган не обосновал сумму недоимки и обязал налоговый орган сделать сверку. Однако налоговый орган отказался делать ее, равно как и рассекречивать содержание оспариваемого решения, ссылаясь на налоговую тайну. Кассационный суд указал на то, что неисполнение обязанности по уплате налога в установленный срок является нарушением законодательства и информация об этом не представляет тайны, тем более что сведения о задолженности были предназначены в данном случае не для третьих лиц, а для этой же организации и касались только ее (Постановление ФАС Московского округа от 09.12.2003 № КА-А40/9826–03).[85]

Аудиторская тайна выделена в самостоятельную категорию конфиденциальных сведений на уровне федерального законодательства, как говорилось.

Перейдем к обоснованию следующего принципиального положения. Условие трудового договора о неразглашении государственной, служебной, коммерческой, иной тайны и вообще конфиденциальной информации может быть не только дополнительным, как сказано в ст. 57 ТК РФ, не только производным, – доказать это здесь была сделана попытка, – но и обязательным, хотя как таковое оно в ст. 57 Трудового кодекса РФ не фигурирует. Как представляется, это относится, главным образом, к служебной и коммерческой тайне.

В настоящей работе отдельно рассматривался вопрос о понятии служебной тайны и состоянии ее правового регулирования. Близко к служебной тайне примыкают конфиденциальные сведения, обязанность неразглашения которых установлена для государственных и муниципальных служащих. По мнению авторов Комментария к Трудовому кодексу РФ под редакцией К. Н. Гусова, эти сведения могут быть отнесены к служебной тайне.[86] Несмотря на то, что Закон № 79-ФЗ впервые закрепляет ряд мер, направленных на реализацию принципа информационной открытости гражданской службы, ст. 15 Закона № 79-ФЗ вводит определенные рамки этого принципа, устанавливая, что гражданский служащий обязан хранить государственную и иную охраняемую законом тайну и не разглашать служебную информацию[87] (п. 7 ст. 15 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации»[88]).

Орган государственной власти вправе относить к служебной тайне сведения, полученные им в процессе управленческой деятельности, если их распространение может воспрепятствовать либо иным образом отрицательно сказаться на реализации полномочий, предоставленных ему федеральными законами, законами субъектов РФ, иными нормативными правовыми актами. Сюда же относятся сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство. Требование о неразглашении гражданским служащим этих сведений прямо вытекает из конституционного права граждан на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ст. 23 Конституции РФ). Часть 1 ст. 24 Конституции РФ определяет, что сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Правовой режим этих сведений определяется в Федеральном законе от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных».[89]

Аналогично решается вопрос относительно конфиденциальных сведений и для муниципальных служащих (ст. 12 Закона «О муниципальной службе в Российской Федерации» от 2 марта 2007 г.).[90] Руководителем муниципального органа определяется состав служебной тайны, ограничение на распространение которой диктуется служебной необходимостью. Служебную тайну составляет несекретная информация, которая касается деятельности муниципального органа и доступ граждан к которой ограничивается в интересах обеспечения функций муниципальным органом.[91]

Как видно, служебная тайна или сведения конфиденциального характера, близко к ней примыкающие, могут быть установлены на разном правовом уровне. Установленные законом представляют собой производные условия, которые рассмотрены выше. Но обладателем информации может быть не только законодатель. Согласно ст. 6 Закона «Об информации…» 1. Обладателем информации может быть гражданин (физическое лицо), юридическое лицо, Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование. 2. От имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования правомочия обладателя информации осуществляются соответственно государственными органами и органами местного самоуправления в пределах их полномочий, установленных соответствующими нормативными правовыми актами. 3. Обладатель информации, если иное не предусмотрено федеральными законами, вправе разрешать или ограничивать доступ к информации, определять порядок и условия такого доступа. Таким образом, обладателем информации может быть руководитель организации (ст. 273 ТК РФ). Он и устанавливает режим конфиденциальности той или иной информации. Иными словами, заключая трудовой договор (служебный контракт), работник (государственный или муниципальный служащий) должен включить в число его обязательных условий – именно обязательных, ибо без соблюдения данной обязанности рассматриваемый договор невозможен, – условие о конфиденциальной информации.

Условие о коммерческой тайне также может входить в число обязательных условий трудового договора, если ее сохранение входит в содержание трудовой функции работника.

Не вдаваясь в детали, уточним, что согласно п. 2 ст. 3 Закона № 98-ФЗ коммерческая тайна отождествляется с секретом производства: «информация, составляющая коммерческую тайну (секрет производства)». Поэтому есть основание и секрет производства в ракурсе условия трудового договора рассматривать наравне с коммерческой тайной. Что касается служебного секрета производства, то он может быть предметом соглашения сторон трудового договора в смысле обязательного условия его содержания в том случае, когда работник выполняет задание работодателя, заведомо являющееся секретом производства. Если же работнику в связи с выполнением трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя стал известен секрет производства (ст. 1470 ГК РФ), то в этом случае речь должна идти о дополнительном условии трудового договора о его неразглашении.

Сведения, относящиеся к коммерческой тайне, устанавливает ее обладатель, т. е., как правило, руководитель организации. При этом он должен иметь в виду, что ряд сведений ни при каких обстоятельствах не могут представлять коммерческую тайну (ст. 5 Федерального закона от 29 июля 2004 г. № 98-ФЗ «О коммерческой тайне»). При заключении трудового договора работодатель обязан: 1) ознакомить под расписку работника, доступ которого к информации, составляющей коммерческую тайну, необходим для выполнения им своих трудовых обязанностей, с перечнем информации, составляющей коммерческую тайну, обладателями которой являются работодатель и его контрагенты; 2) ознакомить под расписку работника с установленным работодателем режимом коммерческой тайны и с мерами ответственности за его нарушение; 3) создать работнику необходимые условия для соблюдения им установленного работодателем режима коммерческой тайны (ст. 11 Закона «О коммерческой тайне»).

Если работник отказывается от включения в трудовой договор условия о неразглашении коммерческой тайны и оформления допуска к сведениям, составляющим коммерческую тайну при приеме на работу, предполагающую доступ к таким сведениям, работодатель может отказать ему в заключении трудового договора. Если необходимость оформления допуска к коммерческой тайне возникла после заключения трудового договора и необходимо внести соответствующие изменения в трудовой договор с работником и предусмотреть в нем условие о неразглашении коммерческой тайны, а работник отказывается от изменения трудового договора, возникает вопрос, как быть в этой ситуации. Очевидно, в таком случае следует руководствоваться ст. 74 ТК РФ, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника. Введение режима коммерческой тайны вполне может рассматриваться как изменение организационных условий труда с соблюдением процедуры такого изменения. При отсутствии другой предложенной работы, а также в случае отказа работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с п. 7 ст. 77 ТК РФ. При этом необходимо иметь в виду, что при возникновении трудового спора, исходя из ст. 56 ГПК РФ, работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение существенных условий трудового договора явилось следствием изменений в организации труда или в организации производства и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по п. 7 ч. 1 ст. 77 Кодекса или изменение существенных условий трудового договора не может быть признано законным.[92]

Статья 10 Закона «О коммерческой тайне» позволяет определить тот объем работы, который необходимо осуществить предпринимателю в целях охраны его коммерческой тайны. Первое: определить перечень информации, составляющей коммерческую тайну фирмы, принять локальный акт, например, Положение о коммерческой тайне. Второе: ограничить доступ к информации, составляющей коммерческую тайну. Третье: вести учет лиц, получивших доступ к информации, составляющей коммерческую тайну, и (или) лиц, которым такая информация была предоставлена или передана. Четвертое: урегулировать отношения по использованию информации, составляющей коммерческую тайну, с работниками на основании трудовых договоров и с контрагентами на основании гражданско-правовых договоров.[93]

Таким образом, условие о конфиденциальной информации может быть и обязательным условием трудового договора.

Дополнительные условия, в число которых согласно ст. 57 ТК РФ входит условие о неразглашении охраняемой законом тайны, как выше говорилось, не влияют на существование трудового договора, т. е. они могут быть включены в его содержание, но неотъемлемой частью трудового договора не являются. Факультативность условия о неразглашении охраняемой законом тайны, по нашему мнению, подтверждается следующим. Во-первых, в Трудовом кодексе условие о неразглашении тайны распространяется на всех работников, которым, надо полагать, тайна (любая: служебная, коммерческая, профессиональная), или любые иные конфиденциальные сведения стали известны. Закон не связывает обязанность неразглашения конфиденциальных сведений (как дополнительного условия трудового договора) с определенными категориями работников. Если бы работа с конфиденциальной информацией составляла основное содержание трудовой функции, то, с одной стороны, данное условие никак не могло быть дополнительным, с другой стороны, трудно представить организацию, в которой все без исключения работники имеют дело только с секретами (не имеются в виду отдельные специфические организации). Разумеется, и в этом случае работник должен быть поставлен в известность о том, что данные сведения, как минимум, ограниченного доступа, и дать расписку об их неразглашении. Такое соглашение между работником и работодателем может быть заключено сразу, при формировании содержания трудового договора и его подписании, или позднее – отдельным соглашением, приложенным к трудовому договору. Во-вторых, и это достаточно четко выражено в п. 2 ст. 11 Закона «О коммерческой тайне» (хотя, полагаем, данное положение можно отнести ко всем видам конфиденциальной информации, кроме государственной тайны), доступ работника к информации, составляющей коммерческую тайну, осуществляется с его согласия, если это не предусмотрено его трудовыми обязанностями. Мы понимаем это так, что работник по ходу своей работы у конкретного работодателя, не связанной ни с какими секретами, периодически или эпизодически соприкасается с конфиденциальными сведениями. Чтобы обезопасить себя от их возможного разглашения, работодатель заинтересован включить соответствующее условие в трудовой договор.

Таким образом, представляется доказанным, что условием трудового договора может быть любая информация, отвечающая признакам конфиденциальности (п. 7 ст. 2 Закона «Об информации…»).

Конфиденциальная информация может быть не только дополнительным, как об этом сказано в ст. 57 ТК РФ, но и обязательным условием трудового договора. Кроме того, она может быть и производным условием, имеется в виду ч. 4 ст. 57 ТК РФ: «По соглашению сторон в трудовой договор могут также включаться права и обязанности работника и работодателя, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, локальными нормативными актами, а также права и обязанности работника и работодателя, вытекающие из условий коллективного договора, соглашений».

2.2. Персональные данные в трудовом договоре

В действующий ТК РФ впервые в истории трудового законодательства включена отдельная глава (14) «Защита персональных данных работника», состоящая из шести статей (85–90). Статья 85 ТК РФ формулирует два основных для данной главы понятия: персональные данные работника; обработка персональных данных работника. Персональные данные – информация, необходимая работодателю в связи с трудовыми отношениями и касающаяся конкретного работника. Обработка персональных данных – получение, хранение, комбинирование, передача или любое другое использование персональных данных работников.

Структурное выделение в Трудовом кодексе РФ персональных данных вызвано необходимостью упорядочения отношений по получению и использованию работодателем информации о работнике личного характера и установления правил защиты этой информации от неправомерного использования. Положения данной главы основываются на Конституции РФ, согласно ст. 23 и 24 которой каждому человеку гарантируется право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, при этом сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Конституция РФ, в свою очередь, восприняла положения международных актов, согласно которым право на неприкосновенность частной жизни, личную тайну относятся к числу основных прав человека: Всеобщая декларация прав человека 1948 г. (ст. 12), Конвенция о защите прав человека и основных свобод (ст. 8), Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г. (ст. 9), Директива Европейского сообщества № 95/46/ЕС прямо определяет персональные данные как любую информацию, относящуюся к идентифицированному лицу или к лицу, которое может быть идентифицировано. Иными словами, указывается на «информацию об идентифицируемом лице», а не на «идентифицирующую информацию», как в российском Законе.[94]

Следует обратить внимание на то, что определенные сведения о персональных данных работодатель имеет право требовать, а работник обязан их предоставить (ст. 65 ТК РФ; Постановление Госкомстата РФ от 5 января 2004 г. № 1 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты», которым утверждена форма Личной карточки работника[95]). Иные сведения можно получить только с согласия работника, что нередко важно для него самого в целях реализации прав (в том числе на льготы) и интересов; например, о членстве в профсоюзе, инвалидности, беременности. Работодатель не имеет права запрашивать информацию о состоянии здоровья работника за исключением тех сведений, которые относятся к возможности выполнения работником трудовой функции (ст. 88 ТК РФ).

Общие требования к обработке персональных данных и гарантии их защиты закреплены в ст. 86 ТК РФ. Согласно ст. 87 ТК РФ защита персональных данных от неправомерного их использования или утраты должна быть обеспечена работодателем за счет его средств в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ или иными федеральными законами.

Порядок хранения и использования персональных данных работников устанавливается самим работодателем с соблюдением требований Трудового кодекса РФ и иных федеральных законов.

Защита персональных данных предусмотрена законом как на стадии их получения (п. 8 ст. 86 ТК РФ), так и на стадии передачи (ст. 88 ТК РФ), хранения и использования (ст. 89 ТК РФ).

Работники, которым в установленном законом порядке переданы сведения о персональных данных работника, обязаны не допускать их разглашения. В случае нарушения этого правила, когда сведения, составляющие врачебную, семейную и другую тайну, становятся достоянием других лиц, виновные несут за это ответственность.

В советском трудовом законодательстве правовой регламентации подвергались отдельные аспекты защиты персональных данных работника. «Институт защиты персональных данных работника в ТК РФ был в значительной степени рецептирован из западного законодательства. Другой причиной, вызвавшей появление в ТК РФ гл. 14 «Защита персональных данных работника», стало изменение стратегического подхода к правам человека на уровне Конституции РФ, которая провозгласила права и свободы человека высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав человека и гражданина – обязанностью государства (ст. 2). «Этому способствовало и то, что с середины 90-х гг. XX в., как уже отмечалось, начала формироваться комплексная отрасль законодательства «информационное право», одним из основных направлений которой стала защита персональной тайны».[96] Действующий Трудовой кодекс, как считают некоторые авторы, «с одной стороны, содержит требование уважать неприкосновенность личной сферы работника, но, с другой стороны, не содержит и запрет работодателю тотально «мониторить» работника».[97]

К числу нормативных актов, входящих в правовую базу регламентации отношений по защите персональных данных работника, относятся также Федеральный закон РФ от 27 июля 2006 г. «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», Налоговый кодекс РФ (ст. 24), Федеральный закон РФ от 27 июля 2006 г. «О персональных данных», Перечень сведений конфиденциального характера, утвержденный Указом Президента РФ от 6 марта 1997 г., и другие нормативные правовые акты, касающиеся отдельных категорий работников, например, Федеральный закон о государственной гражданской службе Российской Федерации от 27 июля 2004 г.

Между работником и работодателем складывается особое правоотношение в рамках единого трудового правоотношения по поводу информации, содержащей персональные данные работника, позволяющие идентифицировать его в качестве такового. Отсюда следует, что работодатель имеет не только обязанности, о которых говорилось выше, но и право на получение определенной информации о работнике, объем которой предусмотрен федеральным законодательством, указами Президента РФ, постановлениями Правительства РФ. Соответственно, у работника возникает обязанность представить такую информацию, которая должна быть полной и достоверной. Согласно ТК РФ (ст. 86) порядок обработки персональных данных, а также права и обязанности работников регламентируются локальными нормативными актами.[98] Развивая эту мысль, выскажем следующие соображения.

Действительно, с развитием соответствующего законодательства отношения в сфере конфиденциальной информации все более приобретают некий обособленный, самостоятельный и, как представляется, межотраслевой характер. Имея в виду, прежде всего и главным образом, трудовое право, нельзя не заметить, что применительно к его сложному и неоднородному предмету, эти так называемые информационные отношения могут входить в состав как индивидуального трудового правоотношения (уместно вспомнить характерное название ст. 5 Закона «Об информации…»: «Информация как объект правовых отношений»), так и, очевидно, быть самостоятельным видом отношений, связанных с ним. Информационное отношение «встроено» в трудовое как его элементарная часть, потому что между работником и работодателем существуют как отношения по персональным данным работника, так и отношения, связанные с государственной, служебной, коммерческой тайной, которые могут составлять основное содержание трудовой функции. Что касается информационных отношений как самостоятельного вида отношений, связанных с трудовыми (наряду с отношениями по трудоустройству у данного работодателя, социальному партнерству и др.), то в пользу такой идеи говорит элементарный анализ состава этого правоотношения.

На уровне Федерального закона «О персональных данных» и в целях его применения впервые в отечественной практике определены следующие основные понятия:

– персональные данные – любая информация, относящаяся к определенному или определяемому на основании такой информации физическому лицу (субъекту персональных данных), в том числе его фамилия, имя, отчество, год, месяц, дата и место рождения, адрес, семейное, социальное, имущественное положение, образование, профессия, доходы, другая информация;

– оператор – государственный орган, муниципальный орган, юридическое или физическое лицо, организующие и (или) осуществляющие обработку персональных данных, а также определяющие цели и содержание обработки персональных данных;

– обработка персональных данных – действия (операции) с персональными данными, включая сбор, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), использование, распространение (в том числе передачу), обезличивание, блокирование, уничтожение персональных данных;

– распространение персональных данных – действия, направленные на передачу персональных данных определенному кругу лиц (передача персональных данных) или на ознакомление с персональными данными неограниченного круга лиц, в том числе обнародование персональных данных в средствах массовой информации, размещение в информационно-телекоммуникационных сетях или предоставление доступа к персональным данным каким-либо иным способом;

– использование персональных данных – действия (операции) с персональными данными, совершаемые оператором в целях принятия решений или совершения иных действий, порождающих юридические последствия в отношении субъекта персональных данных или других лиц либо иным образом затрагивающих права и свободы субъекта персональных данных или других лиц;

– информационная система персональных данных – информационная система, представляющая собой совокупность персональных данных, содержащихся в базе данных, а также информационных технологий и технических средств, позволяющих осуществлять обработку таких персональных данных с использованием средств автоматизации или без использования таких средств;

– конфиденциальность персональных данных – обязательное для соблюдения оператором или иным получившим доступ к персональным данным лицом требование не допускать их распространения без согласия субъекта персональных данных или наличия иного законного основания.[99]

Федеральным законом «О персональных данных» регулируются отношения, связанные с их обработкой федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов РФ, иными государственными органами, органами местного самоуправления, не входящими в систему органов местного самоуправления муниципальными органами, юридическими и физическими лицами с использованием средств автоматизации или без их использования, если обработка персональных данных без использования таких средств соответствует характеру действий (операций), совершаемых с персональными данными с использованием средств автоматизации.

Права граждан в области информации защищены Федеральными законами: ст. 81 ТК РФ, 237 УК РФ, 495, 498, 726, 732, 774, 804, 840, 853, 1031, 1032 и другими ГК РФ, регламентирующими вопросы предоставления различной информации покупателю о товаре. Кроме вопросов предоставления информации, ГК РФ регулирует отношения, связанные с конфиденциальностью информации, отношения по поводу возмещения вреда, причиненного вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге) в случаях приобретения товара (выполнения работы, оказания услуги) в потребительских целях и возмещением убытков, вызванных разглашением служебной или коммерческой тайны.

Федеральным законом от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации»,[100] как выше уже говорилось, к основным обязанностям гражданского служащего отнесено требование не разглашать сведения, составляющие государственную или иную охраняемую федеральным законом тайну, а также сведения, ставшие ему известными в связи с исполнением должностных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство (ст. 15).

Квалификационный справочник должностей руководителей, специалистов и других служащих (КСДС), разработанный Институтом труда и утвержденный постановлением Минтруда РФ от 21 августа 1998 г. № 37 (действующий с дополнениями и изменениями в ред. от 14.03.2011), предусматривает, во-первых, что этот нормативный акт предназначен для решения вопросов, связанных с регулированием трудовых отношений, обеспечением эффективной системы управления персоналом организаций независимо от форм собственности и организационно-правовых форм деятельности. Во-вторых, предусмотрена регламентация трудовых функций специалистов, непосредственно связанных с использованием персональных данных работников или выполнением работ на их основе. К таким должностям относятся: заместитель директора по управлению персоналом, начальник отдела кадров, менеджер по персоналу, главный специалист по защите информации и др.[101] Данные положения имеют значение для рассматриваемого вопроса, поскольку права и обязанности по сохранению конфиденциальной информации могут входить в содержание трудовой функции.

Обработка персональных данных должна осуществляться на основе принципов:

– законности целей и способов обработки персональных данных и добросовестности;

– соответствия целей обработки персональных данных целям, заранее определенным и заявленным при сборе персональных данных, а также полномочиям оператора;

– соответствия объема и характера обрабатываемых персональных данных, способов обработки персональных данных целям обработки персональных данных;

– достоверности персональных данных, их достаточности для целей обработки, недопустимости обработки персональных данных, избыточных по отношению к целям, заявленным при сборе персональных данных;

– недопустимости объединения созданных для несовместимых между собой баз данных информации.

2.3. Ответственность сторон трудового договора за невыполнение обязанностей по сохранению (неразглашению) конфиденциальной информации

В современном обществе информация является одним из наиболее значимых элементов бизнеса, да и любой продуктивной деятельности. Информация зачастую является не только источником сведений о фирме или проекте, но и товаром, который продают и покупают. Потеря даже части такой информации ведет к большим неприятностям, вплоть до потери бизнеса или банкротства фирмы, а если речь идет о государственной тайне, то еще более серьезным – драматическим или трагическим последствиям. Поэтому информационной безопасности уделяется столь значительное внимание законодателя.

Известно, что обеспечить исполнение правовой нормы можно посредством использования позитивных и негативных способов. К позитивным относится поощрение, стимулирование, к негативным – юридическая ответственность.

Мы остановимся на таком способе обеспечения выполнения обязанностей по сохранению (неразглашению) конфиденциальной информации, как ответственность сторон трудового договора, исходя из следующего соображения. Если какие-то виды конфиденциальной информации как одно из условий трудового договора могут устанавливаться не только централизованно, но и на уровне организации, то ответственность за невыполнение этого условия установлена законом, причем федеральным, что является действенным средством сохранения конфиденциальной информации.

Однако прежде надо определить, что является основанием ответственности в рассматриваемых правоотношениях.

Согласно устоявшемуся в общей теории права учению о юридической ответственности ее основанием является (действительное или предполагаемое) правонарушение. Ответственность всегда конкретна: это ответственность определенного лица за доказуемое нарушение точно обозначенной нормы права при обстоятельствах, заранее предусмотренных законом или другими нормативными актами.[102]

Правонарушение в области отношений, связанных с информацией, – это разглашение информации, под которым понимаются способы ее раскрытия, действия, в результате которых сведения становятся известными определенным лицам (предоставление информации) либо неопределенному кругу лиц (распространение информации). Правонарушение (точнее, один из элементов его состава – противоправность), определяется по-разному. В Законе «Об информации…» – через нарушение позитивной нормы. В п. 7 ст. 2 дается понятие конфиденциальной информации: обязательное для выполнения лицом, получившим доступ к определенной информации, требование не передавать такую информацию третьим лицам без согласия обладателя; а в п. 1 и 2 ст. 9 говорится об ограничении доступа к информации: ограничение доступа к информации устанавливается федеральными законами в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Обязательным является соблюдение конфиденциальности информации, доступ к которой ограничен федеральными законами. В законе «О персональных данных» – аналогично. В соответствии с п. 10 ст. 3 данного Закона конфиденциальность персональных данных – обязательное для соблюдения оператором или иным получившим доступ к персональным данным лицом требование не допускать их распространения без согласия субъекта персональных данных или наличия иного законного основания.

Закон же «О коммерческой тайне» содержит состав правонарушения, сформулированный как «разглашение информации, составляющей коммерческую тайну, – действие или бездействие, в результате которых информация, составляющая коммерческую тайну, в любой возможной форме (устной, письменной, иной форме, в том числе с использованием технических средств) становится известной третьим лицам без согласия обладателя такой информации либо вопреки трудовому или гражданско-правовому договору» (п. 9 ст. 3).

Условие о неразглашении установленной законом тайны в большинстве случаев включается в трудовой договор до его подписания. Однако иногда необходимость в таком условии возникает уже в ходе осуществления работником его должностных обязанностей. По соглашению сторон условия трудового договора могут быть изменены или дополнены.

Указанное условие трудового договора может быть предусмотрено в отношении государственной, коммерческой, служебной или иной тайны. Помимо этого, в целях охраны конфиденциальности именно коммерческой тайны ст. 11 Закона № 98-ФЗ устанавливает дополнительные обязанности как для работодателя, так и для работника. В целях охраны конфиденциальности информации работодатель обязан: ознакомить под расписку работника, доступ которого к информации, составляющей коммерческую тайну, необходим для выполнения им своих трудовых обязанностей, с перечнем информации, составляющей коммерческую тайну, обладателями которой являются работодатель и его контрагенты; ознакомить под расписку работника с установленным работодателем режимом коммерческой тайны и с мерами ответственности за его нарушение; создать работнику необходимые условия для соблюдения им установленного работодателем режима коммерческой тайны.

Работник обязан: выполнять установленный работодателем режим коммерческой тайны; не разглашать информацию, составляющую коммерческую тайну обладателями которой являются работодатель и его контрагенты, и без их согласия не использовать эту информацию в личных целях; передать работодателю при прекращении или расторжении трудового договора имеющиеся в пользовании работника материальные носители информации, содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну.

Разглашение определенных видов профессиональной тайны также выражено, как правило, вполне конкретно. Например, разглашением налоговой тайны признается, в частности, использование либо передача другому лицу производственной или коммерческой тайны налогоплательщика, ставшей известной должностному лицу (привлеченному специалисту или эксперту) при исполнении им своих обязанностей (п. 2 ст. 102 НК РФ). К разглашению налоговой тайны приравнивается также утрата документов, содержащих сведения, составляющие налоговую тайну (п. 4 ст. 102 НК РФ).

Законом предусмотрена ответственность за нарушение исключительного права на секрет производства (ст. 1472 ГК РФ).

В отличие от договора об отчуждении исключительного права на секрет производства лицензионный договор разрешает использовать ноу-хау в определенных пределах. При предоставлении права использования секрета производства лицо, распорядившееся своим правом, обязано сохранять конфиденциальность секрета производства в течение всего срока действия лицензионного договора (ст. 1469 ГК РФ). «Законодатель, установив такую, безусловно, справедливую обязанность контрагента, к сожалению, упустил из виду существенный момент – разъяснить, что значит "сохранять конфиденциальность"? Обеспечение конфиденциальности есть трудоемкий, довольно затратный процесс, предполагающий принятие охранных мер, препятствующий получению информации третьими лицами. Таким образом, из буквального толкования закона следует, что лицензиат – лицо, которому предоставляется соответствующее право в отношении ноу-хау, получивший право использовать ноу-хау, скажем, на месяц, обязан впоследствии годами и даже десятилетиями ограничивать доступ ко всем ресурсам, продуктам, остаточной и производной информации, которые образовались в процессе использования ноу-хау либо полностью их уничтожить, обезопасив себя, таким образом, от перспективы возмещения убытков лицензиару (обладателю исключительного права на ноу-хау)».[103]

Для обеих сторон лицензионного договора большое значение имеет обеспечение сохранения соответствующей информации в тайне. Для лицензиара разглашение этой информации будет означать прекращение его исключительного права, для лицензиата – невозможность воспользоваться конкурентными преимуществами, появляющимися у него в результате использования секрета производства, неизвестного его конкурентам. Однако в силу специфики объекта охраны обеспечить конфиденциальность информации, полученной по лицензионному договору, не всегда легко. Даже если лицензиат сам принимает все необходимые меры для обеспечения конфиденциальности полученной информации, она часто становится доступной и его работникам.

Информация сохраняется в памяти людей, и предотвратить ее последующее использование не всегда возможно. Приобретенный опыт становится частью квалификации работника, а запрет работнику использовать его профессиональные знания и навыки во многих случаях означал бы запрет трудиться по своей профессии. В то же время применение такими лицами знаний, приобретенных ими в результате ознакомления с чужим секретом производства, не только ослабляет конкурентные преимущества правообладателя за счет получения доступа к информации третьих лиц (например, работники, владеющие такой информацией, могут перейти от лицензиата к другим конкурентам лицензиара), но и увеличивает риск раскрытия секрета производства. Универсального средства решения этой проблемы пока нет, но значительно снизить риски можно, приняв комплекс мер, включая принятие внутренних документов на предприятии, определяющих порядок работы с соответствующей информацией, организацию доступа к информации, включение необходимых положений в трудовые договоры и т. д.

Исключительное право на секрет производства, созданный работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя (служебный секрет производства), принадлежит работодателю (п. 1 ст. 1470 ГК РФ). В целом это правило не отличается от предусмотренных ГК РФ в отношении иных результатов интеллектуальной деятельности. Но есть и важная особенность: на работника возлагается обязанность сохранять конфиденциальность полученных сведений до прекращения действия исключительного права на секрет производства независимо от того, создал ли такой работник результат интеллектуальной деятельности или соответствующие сведения стали известны работнику лишь в связи с выполнением своих служебных обязанностей.[104]

Что касается государственной тайны, то законодательство Российской Федерации о государственной тайне основывается на Конституции Российской Федерации, Законе Российской Федерации «О безопасности»[105] и включает Закон «О государственной тайне», а также положения других актов законодательства, регулирующих отношения, связанные с защитой государственной тайны. Нарушение законодательства о государственной тайне может представлять собой состав дисциплинарного или административного проступка, гражданско-правового правонарушения, уголовного преступления. Привлекать к юридической ответственности можно, если нарушена юридическая обязанность. Причем, как выше было сказано, должно быть нарушение точно обозначенной нормы права при обстоятельствах, заранее предусмотренных законом или другими нормативными актами. Поэтому большое значение имеет установление в законах и других нормативных правовых актах, а также, добавим, в трудовом договоре четкой обязанности неразглашения конфиденциальной информации. Неправомерные действия, являясь правонарушениями, влекут наступление юридической ответственности, в рамках которой на виновное лицо возлагается обязанность претерпеть неблагоприятные последствия. Бездействие (воздержание лица от совершения действия, пассивное правомерное или противоправное деяние), как и действие, может быть противоправным, т. е. социально вредным (а в уголовном праве – общественно опасным) деянием, выразившимся в несовершении общественно полезного действия, которое лицо могло и должно было совершить в силу возложенных на него юридических обязанностей. Такие обязанности могут возникать из закона (например, обязанность работодателя обеспечить защиту персональных данных от неправомерного их использования или утраты); договора, в том числе трудового (в котором могут быть предусмотрены обязанности по обеспечению конфиденциальности охраняемой законом тайны); профессиональных обязанностей, установленных, например, в должностной инструкции. Необходимо внести дополнение в ст. 21 ТК РФ в части обязанностей работника и указать следующее: «…хранить вверенные ему в связи с исполнением трудовых функций сведения конфиденциального характера, в том числе государственную, служебную, коммерческую и иную тайну работодателя, в отношении которых установлен соответствующий режим». Нарушение именно этой обязанности работником дает право работодателю уволить работника за разглашение охраняемой законом тайны.

По Закону «О государственной тайне» должностные лица и граждане, виновные в нарушении законодательства Российской Федерации о государственной тайне, несут уголовную, административную, гражданско-правовую или дисциплинарную ответственность в соответствии с действующим законодательством (ст. 26: ответственность за нарушение законодательства Российской Федерации о государственной тайне).[106] Эта норма носит отсылочный характер и конкретизируется в соответствующих федеральных законах.

Трудовое законодательство также содержит нормы, направленные на защиту государственной, служебной, коммерческой и иной тайны. Об этом говорится в ст. 37, 81, 243 ТК РФ.

Согласно ст. 37 ТК РФ участники коллективных переговоров, другие лица, связанные с ведением коллективных переговоров, не должны разглашать полученные сведения, если эти сведения относятся к охраняемой законом тайне (государственной, служебной, коммерческой и иной). Лица, разгласившие указанные сведения, привлекаются к дисциплинарной, административной, гражданско-правовой, уголовной ответственности в порядке, установленном ТК РФ и иными федеральными законами.

Статья 81 Трудового кодекса содержит такое основание увольнения по инициативе работодателя, как разглашение охраняемой законом тайны (государственной, коммерческой, служебной и иной), ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, в том числе разглашение персональных данных другого работника. Статья 243 предусматривает полную материальную ответственность, если имеет место разглашение сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами. Из перечисленных статей вытекает, что трудовое законодательство устанавливает за названное правонарушение как дисциплинарную, так и материальную ответственность. Попытаемся рассмотреть данные виды ответственности применительно к исследуемому вопросу, главным образом, в проблемном аспекте, не останавливаясь на общеизвестных положениях о понятии и порядке привлечения к дисциплинарной и материальной ответственности.

Прекращение трудового договора. Это так называемое дисциплинарное увольнение, предусмотренное подп. «в» п. 6 ст. 81 ТК РФ. При увольнении за разглашение коммерческой тайны необходимо соблюсти ряд обязательных правил. Во-первых, для того чтобы иметь возможность применить к виновному работнику меры дисциплинарного взыскания, необходимо, чтобы режим коммерческой тайны был законным образом установлен, в том числе разглашенные сведения были отнесены к коммерческой тайне, надлежащим образом защищены, а также правильно переданы работнику. Во-вторых, чтобы увольнение было законным, необходимо соблюсти требования, установленные ст. 192–193 ТК РФ. Таким образом, перед увольнением работодателю необходимо затребовать от работника письменное объяснение, а если таковое не будет представлено в течение двух рабочих дней, то составить соответствующий акт, вынести приказ, с которым ознакомить наказанного работника.

В случае оспаривания работником увольнения по подп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ суд, руководствуясь п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», истребует от работодателя доказательства, свидетельствующие о том, что:

1) сведения, которые работник разгласил, в соответствии с действующим законодательством относятся к государственной, служебной, коммерческой или иной охраняемой законом тайне либо к персональным данным другого работника;

2) разглашенные сведения, составляющие охраняемую законом тайну, стали известны работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей;

3) работник обязывался не разглашать указанные сведения.

Что касается государственной тайны, по действующему Трудовому кодексу РФ работник может быть уволен и по п. 10 ст. 83: прекращение допуска к государственной тайне, если выполняемая работа требует такого допуска.

Основание, предусмотренное п. 10 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса РФ, не ново для российского трудового законодательства. В период действия КЗоТ РФ оно применялось в качестве дополнительного основания расторжения трудового договора в соответствии со ст. 23 (ч. 2) Закона РФ «О государственной тайне» и ст. 254 (ч. 2) указанного Кодекса. В первоначальной редакции Трудового кодекса РФ оно было включено в число оснований прекращения трудового договора по инициативе работодателя (п. 12 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ), но Федеральным законом от 30 июня 2006 г. № 90-ФЗ было отнесено к основаниям увольнения по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, и перенесено из ст. 81 в ст. 83 Трудового кодекса РФ, в ее ч. 1 п. 10.

Допуск к государственной тайне является одним из способов ее защиты, поскольку в результате проверочных мероприятий выявляются претенденты, наиболее отвечающие установленным требованиям, обеспечивающим сохранность государственной тайны.

Наличие такого условия в трудовом договоре означает, что работник не только принял на себя определенные обязанности, но и согласился претерпевать определенные ограничения, одним из частных проявлений которых в том числе является возможность его увольнения в случае прекращения допуска к государственной тайне.

Формулировка п. 10 ст. 83 Трудового кодекса РФ вызывает определенные нарекания со стороны правоприменителей. Так, возможность применения предусмотренного ст. 23 Закона РФ «О государственной тайне» дополнительного основания расторжения трудового договора в связи с прекращением допуска к государственной тайне прямо увязывается с наличием условия об этом в трудовом договоре. Конструкция же п. 10 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса РФ в качестве условия применения рассматриваемого основания увольнения предусматривает положение о том, что выполняемая работником работа должна требовать допуска к государственной тайне. Связь с трудовым договором, его договорными условиями указанная норма Трудового кодекса РФ не содержит. Это лишний раз подтверждает, что условие о государственной тайне является не договорным, а производным.

Прекращение допуска к государственной тайне свидетельствует о невозможности продолжения выполнения трудовой функции, связанной с работой с секретными сведениями, причем деловые качества работника ставятся под сомнение как в случаях однократного нарушения работником предусмотренных трудовым договором обязательств, связанных с сохранением государственной тайны, так и, частично, в случае наличия у гражданина медицинских противопоказаний для работы с использованием сведений, составляющих государственную тайну. Во всех остальных случаях прекращение допуска к государственной тайне связано с возникновением обстоятельств, часть которых может не зависеть от воли работника. Например, выезд близких родственников на постоянное место жительства в другое государство не зависит от решения работника, однако является основанием для прекращения допуска к государственной тайне.

Именно по этой причине законодатель, видимо, и принял решение о перенесении рассматриваемого основания прекращения трудового договора из оснований увольнения по инициативе работодателя в число оснований прекращения трудовых отношений по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, и возложил на работодателя обязанность сохранить работнику работу. Согласно названной норме прекращение трудового договора по основанию, предусмотренному п. 10 ч. 1 ст. 83 Кодекса, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.[107]

Работник увольняется также и по основаниям абз. 2, 4 ч. 1 ст. 84 ТК РФ, если налицо соответствующие юридические факты.

Приведем примеры из практики Верховного Суда Российской Федерации по применению законодательства о государственной тайне в трудовых отношениях.

Завертайло В. В. с 1 июня 1998 г. проходил службу в таможенных органах в должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам отдела по борьбе с особо опасными видами контрабанды Дальневосточной оперативной таможни с оформлением допуска к государственной тайне.

8 апреля 2003 г. по результатам служебной проверки его допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, был прекращен.

Приказом 41-к от 14 апреля 2003 г. он был уволен с работы по п. 12 ст. 81 Трудового кодекса РФ в связи с прекращением допуска к государственной тайне.

Из материалов дела усматривается, что истец Завертайло В. В. 1 июня 1998 г. заключил контракт на прохождение службы в таможенных органах в должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам по борьбе с особо опасными видами контрабанды Дальневосточной оперативной таможни. 20 августа 1998 г. он заключил договор об оформлении допуска к сведениям, составляющим государственную тайну.

Порядок допуска к государственной тайне регламентировался действовавшей тогда Инструкцией «О порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне», утвержденной Постановлением Правительства РФ № 1050 от 28 октября 1995 г., в соответствии со ст. 22 которой решение о допуске гражданина к особой важности или совершенно секретным сведениям оформляется распоряжением руководителя организации с отметкой в графе 8 карточки формы 3 и заверяется его подписью и печатью организации.

В отношении истца этот порядок был соблюден.

В соответствии с п. 6 этой же Инструкции вторая форма допуска устанавливается для граждан, допускаемых к совершенно секретным сведениям.

Согласно заключению по результатам служебной проверки в отношении Завертайло В. В. следует, что истец, обладая служебной информацией о планируемых оперативными подразделениями ДВОТ операциях по пресечению контрабанды, регулярно информировал об этом конкретных заинтересованных участников внешнеэкономической деятельности, в результате чего запланированные мероприятия своей цели не достигали.

В ходе служебной проверки было установлено, что из содержания телефонных переговоров истца с вышеуказанными заинтересованными лицами следует, что Завертайло В. В. систематически передавал им информацию о предстоящих мероприятиях, которые должны проводиться работниками Дальневосточной оперативной таможни, сообщал дату выезда сотрудников, номера автомашин, на которых будут следовать сотрудники таможни. Поскольку такие сведения в соответствии с развернутым перечнем сведений, подлежащих засекречиванию, относятся к секретным сведениям, а следовательно, составляющим государственную тайну, В. В. Завертайло законно и обоснованно был лишен допуска к государственной тайне и уволен по основаниям п. 12 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (прекращение допуска к государственной тайне, если выполняемая работа требует допуска к государственной тайне).

В соответствии со ст. 23 Закона РФ «О государственной тайне» однократное нарушение лицом взятых на себя обязательств, предусмотренных договором, связанных с защитой государственной тайны, влечет прекращение допуска лица к государственной тайне. Субъективная сторона данного проступка может выражаться как в умысле, так и в неосторожности. Виновность Завертайло В. В. в нарушении защиты государственной тайны полностью доказана материалами служебной проверки. Материалы служебной проверки в полном объеме исследованы Приморским краевым судом, и им дана объективная правовая оценка.

Расторжение с истцом трудового договора (контракта) в связи с прекращением допуска к государственной тайне соответствует требованиям ч. 2 ст. 23 Закона РФ «О государственной тайне».

Решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам кассационной жалобы истца не имеется.[108]

Еще пример из практики Верховного Суда Российской Федерации на предмет незаконного доступа к государственной тайне.

Заявление о признании действий главы администрации края незаконными удовлетворено правомерно, поскольку действующим законодательством предусмотрено, что должность заместителя главы администрации края в силу своего служебного положения и статуса требует оформления допуска к секретным и совершенно секретным сведениям и сведениям особой важности, а лицо может ее занять только после проведения проверочных мероприятий органами безопасности.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что Б. на должность заместителя главы краевой администрации в нарушение законодательства был принят без оформления соответствующего допуска к государственной тайне, что является недопустимым как в силу занимаемого служебного положения и получения фактического допуска к секретным сведениям, так и в связи с тем, что занимаемая им должность заместителя главы администрации края включена в Номенклатуру должностей работников, подлежащих оформлению на допуск к особой важности, совершенно секретным и секретным сведениям по аппарату администрации края, согласованную с УФСБ РФ по Алтайскому краю в установленном порядке и утвержденную 3 октября 2000 г. главой администрации края.

Такой вывод основан на правильном применении законов Российской Федерации от 5 марта 1992 г. «О безопасности» (действовавшего до принятия Федерального закона от 28 декабря 2010 г. № 390-ФЗ «О безопасности» и Закона от 21 июля 1993 г. «О государственной тайне» (с последующими изменениями и дополнениями), а также утвержденной Постановлением Правительства РФ № 1050 от 28 октября 1995 г. «Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне» (в редакции № 475 от 8 августа 2003 г. и № 637 от 15 ноября 2004 г., ныне утратившей силу), согласно которым установленные ими положения в интересах обеспечения безопасности Российской Федерации и защиты государственной тайны обязательны для исполнения всеми органами власти, предприятиями, учреждениями, организациями, должностными лицами и гражданами Российской Федерации, взявшими на себя обязательства либо обязанными по своему статусу исполнять требования законодательства Российской Федерации о государственной тайне. При этом сами руководители названных учреждений и организаций в силу своего служебного положения и статуса допускаются к секретным сведениям только после проведения проверочных мероприятий органами безопасности, заключение с ними трудового договора (контракта) до окончания проверки компетентными органами не допускается; ответственность за организацию защиты сведений, составляющих государственную тайну возлагается на их руководителей в соответствии с действующим законодательством (ст. ст. 20, 26 Закона РФ «О государственной тайне», п. 6 Инструкции).

В нарушение данных требований законодательства глава администрации Алтайского края Евдокимов М. С. заключил с Б. 28 апреля 2004 г. трудовой договор без предварительного оформления соответствующего допуска Б. к государственной тайне.

При таком положении суд правомерно признал указанные действия Евдокимова М. С. как главы администрации края незаконными.[109]

Привлечение к полной материальной ответственности за разглашение названных выше сведений возможно на основании п. 7 ст. 243 ТК РФ, однако статья носит отсылочный характер: ответственность наступает в случае разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами.

При изучении законов, регулирующих отношения, связанные с конфиденциальной информацией, выяснилось следующее.

Закон «Об информации». В нем содержится несколько статей, содержание которых касается ответственности за нарушение его норм. Статья 8. «Право на доступ к информации», п. 7: в случае, если в результате неправомерного отказа в доступе к информации, несвоевременного ее предоставления, предоставления заведомо недостоверной или не соответствующей содержанию запроса информации были причинены убытки, такие убытки подлежат возмещению в соответствии с гражданским законодательством.

Статья 9. «Ограничение доступа к информации», п. 4: федеральными законами устанавливаются условия отнесения информации к сведениям, составляющим коммерческую тайну служебную тайну и иную тайну, обязательность соблюдения конфиденциальности такой информации, а также ответственность за ее разглашение.

Статья 17. «Ответственность за правонарушения в сфере информации, информационных технологий и защиты информации», п. 1: нарушение требований настоящего Федерального закона влечет за собой дисциплинарную, гражданско-правовую, административную или уголовную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Из п. 7 ст. 8 Закона вытекает, во-первых, что причиненные в результате противоправных действий убытки возмещаются по нормам гражданского права. Для субъектов трудовых правоотношений это не может иметь значения, так как их отношения регулируются трудовым законодательством. Во-вторых, в рассматриваемом пункте не говорится об ответственности за разглашение конфиденциальной информации, а согласно ст. 243 Трудового кодекса РФ не какое-нибудь иное правонарушение, а именно и только разглашение охраняемой законом тайны есть основание привлечения к полной материальной ответственности. Перечисленные в п. 7 ст. 8 нарушения могут повлечь дисциплинарную (ст. 192 ТК РФ) и (или) ограниченную материальную ответственность. Если по данному пункту субъектом ответственности и будет выступать сторона трудового договора, то, скорее, работодатель, и не в трудовых, а публичных или гражданско-правовых отношениях.

Статья 9 (п. 4) является отсылочной; установление конкретной ответственности она адресует федеральному законодателю.

Статья 17 Закона устанавливает виды юридической ответственности за его нарушение: дисциплинарную, гражданско-правовую, административную или уголовную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Как можно видеть, материальной ответственности среди этих видов нет, хотя трудовые отношения, безусловно, в данном Законе имеются в виду. Это следует из ст. 5 (Информация может являться объектом публичных, гражданских и иных правовых отношений) и других статей Закона.

Федеральный закон «О персональных данных», которые, как неоднократно говорилось, тоже относятся к конфиденциальной информации, – включает ст. 24 «Ответственность за нарушение требований настоящего Федерального закона»: лица, виновные в нарушении требований настоящего Федерального закона, несут гражданскую, уголовную, административную, дисциплинарную и иную предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность. Указание на иную ответственность дает основание предполагать и материальную ответственность. Это, конечно, имеет определенное значение, но не решающее. Мы имеем в виду, что работник, причинивший материальный ущерб, при наличии всех условий материальной ответственности, названных в ст. 233 ТК РФ, может быть к ней привлечен и в данном случае. Но не к полной, а к ограниченной.

Федеральный закон «О коммерческой тайне», претерпевший значительные изменения в связи с введением Четвертой части Гражданского кодекса РФ, о чем выше говорилось, утратил некоторые конкретные положения об ответственности. Так, не действуют с 1 января 2008 г. подп. 4 и 5 п. 3 ст. 11: не разглашать информацию, составляющую коммерческую тайну, обладателями которой являются работодатель и его контрагенты, после прекращения трудового договора в течение срока, предусмотренного соглашением между работником и работодателем, заключенным в период срока действия трудового договора, или в течение трех лет после прекращения трудового договора, если указанное соглашение не заключалось; возместить причиненный работодателю ущерб, если работник виновен в разглашении информации, составляющей коммерческую тайну, ставшей ему известной в связи с исполнением им трудовых обязанностей. Кроме того, не получили законодательного закрепления нормы, содержащиеся в ст. 9 «Порядок установления режима коммерческой тайны при выполнении государственного или муниципального контракта для государственных или муниципальных нужд» и ст. 2 «Охрана конфиденциальности информации в рамках гражданско-правовых отношений» Федерального закона № 98-ФЗ, что при их признании утратившими силу с 2008 г. привело к пробельности законодательства о коммерческой тайне и декларативности его норм. При этом при исключении нормы ст. 12 в Законе остались положения, напрямую связанные с ней, что также не ведет к улучшению правопонимания и правоприменения в этой сфере.

Кроме того, ст. 14, в п. 1 которой перечисляются виды юридической ответственности за нарушение закона, не содержит такого вида, как материальная ответственность, хотя в законе есть ст. 11, распространяющаяся именно на субъектов трудовых отношений: охрана конфиденциальности информации в рамках трудовых отношений. Конечно, это не значит, что работник, причинивший материальный ущерб, не несет материальную ответственность; несет, но ограниченную. Правда, некоторые ученые считают иначе. «Полная материальная ответственность работника в указанном случае может наступить при наличии следующих условий: если обязательство работника не разглашать указанные в п. 7 ч. 1 ст. 243 сведения обусловлено заключенным с ним трудовым договором; если материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный разглашением таких сведений, прямо предусмотрена федеральным законом.

Обязанность не разглашать государственную, служебную, коммерческую и иную охраняемую законом тайну допустимо включать в трудовые договоры только работников, которым она может быть известна в силу трудовых обязанностей.

В трудовые договоры работников, имеющих в связи с выполнением ими трудовой функции доступ к охраняемой законом тайне, целесообразно включать условие о возмещении ими ущерба работодателю, возникшего в результате действий работника, и после расторжения трудового договора».[110]

Еще мнение. «Отметим, что работник сейчас и после 2008 г. возмещает ущерб в соответствии с п. 7 ст. 243 ТК РФ в полном размере причиненного ущерба (полная материальная ответственность). Вопрос об ответственности работника, разгласившего коммерческую, служебную и иную тайну, регулируется Трудовым кодексом РФ». По мнению автора, данное положение Федерального закона «О коммерческой тайне» убрали, чтобы как-то унифицировать законодательство, поскольку в нормативных правовых актах существуют различные нормы, посвященные этому вопросу. В любом случае, говоря об ответственности работника, связанного трудовыми отношениями, превалирующее значение имеет именно Трудовой кодекс РФ. Данная норма Федерального закона «О коммерческой тайне» не совсем точно соответствовала Трудовому кодексу РФ. Следовательно, отмена указанного положения ни на что не влияет.[111]

Надо признать, что основной ущерб от разглашения коммерческой тайны выражается в упущенной выгоде.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества.

В связи с этим возникает вопрос: возможно ли в качестве санкции применить к работнику, разгласившему вопреки трудовому договору коммерческую тайну, взыскание в виде возмещения причиненного им ущерба в размере суммы, равной прямому действительному ущербу? Как показывают результаты анализа законодательства, применение подобной санкции практически невозможно. В качестве обоснования данной позиции можно привести следующие аргументы.

Во-первых, под понятием «прямой действительный ущерб» понимается уменьшение, ухудшение или понижение ценности уже имеющегося имущества (реальная оценка себестоимости имущества, отраженная в смете, балансе или других документах бухгалтерской отчетности).

Во-вторых, определение реальной стоимости информации, составляющей коммерческую тайну, – вопрос более чем сложный, даже если размер такой стоимости включен в раздел «нематериальные активы» баланса организации. Оценку стоимости такой информации производит сам обладатель коммерческой тайны, ибо пока не существует сколько-нибудь отработанной методики определения стоимости информации, в том числе информации, составляющей коммерческую тайну.

В-третьих, в бухгалтерской документации должна проставляться оценка имущества (в денежном выражении), отражающая наличие не реального имущества, а того, что подразумевается под этим в будущем, т. е. возможные денежные суммы, которые могут быть получены в результате реализации обладателем коммерческой тайны своих прав по использованию и распоряжению такой информацией. Однако и эти расчеты должны быть подтверждены соответствующими материалами с обоснованиями указанных сумм. Фактически в данном случае речь идет о неполученных доходах в связи с использованием такой информации.

Как показывает практика, в отдельных случаях техническая ошибка, допущенная при отражении производственных операций (например, неправильная запись в инвентаризационной описи цены имеющихся в наличии товаров), может привести к расхождению учетных данных в бухгалтерских документах. Суды проводят тщательную проверку причин возникновения подобных обстоятельств, обращая особое внимание на установление того факта, понесло или не понесло предприятие реальный ущерб. В частности, в ряде судебных решений указывалось, что до тех пор, пока ошибочно заприходованные по заниженной цене товары не реализованы, предприятие ущерба не понесло.

Согласно ст. 246 ТК РФ размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества. Следовательно, размер ущерба должен быть подтвержден документально.

Таким образом, применительно к оценке стоимости информации, составляющей коммерческую тайну, можно говорить лишь о доходах, которые еще не получены. Отсюда становится понятным, что в соответствии со ст. 238 ТК РФ («Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат») с работника невозможно взыскать вообще какую-либо сумму, возмещающую причиненный им в связи с разглашением коммерческой тайны ущерб.

Как правило, материальная ответственность работника за ущерб, причиненный работодателю, носит ограниченный характер и не превышает его среднего месячного заработка (ст. 241 ТК РФ). Однако в соответствии с п. 3 и п. 7 ч. 1 ст. 243 ТК РФ на работника может возлагаться полная материальная ответственность (если нарушение режима охраны коммерческой тайны или неправомерное использование информации, составляющей коммерческую тайну, носило умышленный характер).

Имея в виду, что основной ущерб от разглашения коммерческой тайны выражается в упущенной выгоде, гражданско-правовой договор о неразглашении коммерческой тайны в этих случаях, на наш взгляд, неуместен, вопреки мнению отдельных авторов.[112] Мало того, что ущерб был причинен в рамках трудовых отношений, когда действовали щадящие нормы трудового права, так надо принимать во внимание п. 1 ст. 15 ГК РФ, согласно которому «лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере». Кроме того, согласно ч. 1 ст. 238 Трудового кодекса РФ возмещение ущерба, причиненного работодателю работником, происходит в размере прямого действительного ущерба и неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Вряд ли можно согласиться и с мнением, согласно которому «в случае умышленного или неосторожного разглашения этой информации при отсутствии в действиях такого работника состава преступления он несет дисциплинарную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Следовательно, лицо, состоящее в статусе работника в соответствии со специальными нормами Закона о коммерческой тайне, может нести либо уголовную, либо дисциплинарную ответственность, что входит в частичное противоречие с нормами ТК РФ, которые предусматривают еще и административную и материальную ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба (п. 7 ч. 1 ст. 243 ТК РФ).[113] В ч. 5 ст. 5 ТК РФ, как известно, закреплен приоритет ТК РФ в сравнении с иными федеральными законами: содержится недвусмысленное положение о том, что если вновь принятый федеральный закон, содержащий нормы трудового права, противоречит настоящему Кодексу, то этот федеральный закон применяется при условии внесения соответствующих изменений в настоящий Кодекс.[114]

Пункт 7 ст. 243 ТК РФ отсылает к федеральным законам, в которых ясно должен быть установлен вид юридической ответственности; а когда речь идет о полной материальной ответственности, то она должна быть названа конкретно. Это исключительно важно для работника. Тем более что мы имеем примеры этого, причем в Трудовом кодексе. Так, в трудовом договоре с руководителем нужно предусмотреть его обязательства по обеспечению охраны конфиденциальности информации, обладателем которой являются организация и ее контрагенты, и ответственность за обеспечение охраны ее конфиденциальности (п. 6 ст. 11 Федерального закона № 98-ФЗ). Согласно ст. 277 ТК РФ руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. Законодатель использует термин «убытки», присущий гражданскому законодательству а не «прямой действительный ущерб», который используется в трудовом праве. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством. Под убытками в соответствии с общим правилом (ч. 2 ст. 15 ГК РФ), понимаются как расходы, так и неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Прямое указание в законе на возможность привлечения руководителей организаций к полной материальной ответственности делает нецелесообразным включение в трудовой договор условия об этом.

Действуют также и другие федеральные законы, нормы которых регулируют данный вопрос. Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (ст. 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами (ст. 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах».[115]

На практике основные убытки, как выше говорилось, состоят как раз из упущенной выгоды, а реальный ущерб нередко ограничивается стоимостью бумаги, диска или дискеты. Для того чтобы виновный работник понес ответственность не по трудовому законодательству, а по гражданскому (т. е. возместил и реальный ущерб, и упущенную выгоду), некоторые специалисты рекомендуют помимо трудовых договоров заключать с работниками договоры гражданско-правового характера о неразглашении информации, представляющей собой служебную, коммерческую или иную тайну. Такая точка зрения является довольно спорной, поскольку согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено иное. А иное (возмещение только реального ущерба) как раз и предусматривает ст. 238 ТК РФ.

Теперь рассмотрим ответственность бывшего работника за разглашение коммерческой тайны.

До 1 января 2008 г. обязанность работника сохранять информацию, составляющую коммерческую тайну, даже после увольнения была закреплена ст. 11 Закона № 98-ФЗ. При этом срок, в течение которого не допускалось разглашение информации, составляющей коммерческую тайну, обладателями которой являются работодатель и его контрагенты, после прекращения трудового договора должен был устанавливаться соглашением между работником и работодателем. Такое соглашение могло быть заключено в период срока действия трудового договора или в течение трех лет после прекращения трудового договора, если ранее оно не заключалось.

В связи с введением в действие части четвертой ГК РФ указанные нормы были исключены из Закона № 98-ФЗ. Вместе с тем режим коммерческой тайны (в части четвертой ГК РФ – секрет производства или ноу-хау) с 1 января 2008 г. только ужесточен. Таким образом, согласно ч. 2 ст. 1470 ГК РФ гражданин, которому в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя стал известен секрет производства, обязан сохранять конфиденциальность полученных сведений, как выше уже говорилось, до прекращения действия исключительного права на секрет производства. По смыслу ст. 470 ГК РФ для того, чтобы работник не мог разгласить секрет производства (аналог коммерческой тайны) даже после увольнения, необязательно заключать отдельное соглашение. В данном случае режим коммерческой тайны должен будет соблюден в силу данного Закона.

Вместе с тем порядок привлечения к ответственности за разглашение конфиденциальных сведений после увольнения существенно отличается от аналогичной процедуры в отношении работника, который еще не уволен. В последнем случае речь идет о материальной ответственности работника, применяемой в установленном гл. 39 ТК РФ порядке. Ущерб, причиненный бывшим работником, будет взыскиваться в судебном порядке, как это указано в гл. 59 ГК РФ.

Работодатель может понести ущерб не только в случае разглашения работником сведений, составляющих коммерческую тайну, но и в случае, когда работник (или бывший работник) использует такие сведения в собственных целях, не передавая их третьим лицам (например, заключив новый трудовой договор либо организовав собственный бизнес). Между тем из буквального толкования п. 9 ст. 3 Закона № 98-ФЗ следует, что о незаконном разглашении речь может идти только в том случае, когда сведения становятся известны третьим лицам. Однако подп. 2 п. 3 ст. 11 Закона № 98-ФЗ закрепляет за работником обязанность не только не разглашать информацию, составляющую коммерческую тайну, но и не использовать ее без согласия законного обладателя в собственных целях. В случае, когда в собственных целях полученную информацию использует уволенный работник, взыскание причиненного ущерба в судебном порядке не вызывает затруднений, так как обязательность возмещения убытков, причиненных незаконным использованием секрета производства в собственных целях, прямо предусмотрена ст. 1472 ГК РФ. В случае с работником, который еще не уволен, правомерен следующий вопрос: в каком порядке следует взыскивать ущерб – в порядке, установленном ТК РФ или гражданским законодательством? Следует поддержать высказанное в литературе мнение: «На наш взгляд, в данном случае вполне можно руководствоваться гл. 39 ТК РФ, но при возложении на работника полной материальной ответственности следует ссылаться не на п. 7 ст. 243 ТК РФ (разглашение коммерческой тайны – в этом случае о разглашении говорить сложно), а на п. 3 ст. 243 ТК РФ (умышленное причинение ущерба). Умысел может быть как прямым, так и косвенным. Работник совершает определенные действия с умыслом, а следовательно, может нести материальную ответственность в полном объеме, как это установлено гл. 39 ТК РФ».[116]

Продолжая анализ других федеральных законов, к которым, предполагается, отсылает п. 7 ст. 243 ТК РФ, обратимся к закону «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (ст. 68): «лица, виновные в нарушении законодательства Российской Федерации о государственной гражданской службе Российской Федерации, привлекаются к ответственности в порядке, установленном настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами».

Закрепленная комментируемой статьей норма носит бланкетный характер, отсылая правоприменителя к положениям различных федеральных законов, устанавливающих основание и порядок применения самых разных видов юридической ответственности: дисциплинарной, материальной, гражданско-правовой, административной и уголовной. В Законе не определены основание и порядок привлечения гражданских служащих к материальной ответственности, поэтому действуют положения ст. 73 Закона о том, что федеральные законы, иные нормативные правовые акты РФ, законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ, содержащие нормы трудового права, применяются к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной данным Законом. Материальная ответственность гражданских служащих должна наступать на общих основаниях в соответствии с разделом XI ТК РФ.

Гражданский служащий обязан возместить государственному органу причиненный прямой действительный ущерб. Трудовым законодательством (ст. 241 ТК РФ) установлено, что правонарушители несут ограниченную материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка (месячного денежного содержания гражданского служащего). Полная материальная ответственность, когда причиненный ущерб возмещается гражданским служащим в полном размере, наступает в случаях и порядке, предусмотренных ст. 243 ТК РФ.[117]

Таким образом, получается, что Трудовой кодекс РФ отсылает к федеральному закону, а федеральный закон – к Трудовому кодексу РФ.

Некоторые проблемы есть, по нашему мнению, и при применении законодательства о дисциплинарной ответственности за разглашение коммерческой тайны. Увольнение работника в связи с разглашением охраняемой законом тайны (в том числе коммерческой), ставшей известной работнику в связи с исполнением трудовых обязанностей, возможно, как известно, по п. 6 ст. 81 Трудового кодекса РФ. Под разглашением сведений, составляющих коммерческую тайну, следует понимать сообщение указанных сведений третьему лицу в любой форме. Статья 11 Федерального закона «О коммерческой тайне» разграничивает обязанности работника по соблюдению режима коммерческой тайны и неразглашению информации, составляющей коммерческую тайну. Нарушение режима коммерческой тайны может рассматриваться как дисциплинарный проступок и является основанием для применения к работнику дисциплинарного взыскания. Несоблюдение режима коммерческой тайны, даже если в результате этого соответствующая информация стала известной третьим лицам, не может являться основанием для увольнения работника по подп. «в» п. 6 ст. 81 ТК РФ, так как в ней речь идет о разглашении охраняемой законом тайны (государственной, коммерческой, служебной и иной), ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.[118] Закон запрещает не только разглашать информацию, составляющую коммерческую тайну без согласия работодателя, но и использовать ее в личных целях. Данное деяние является дисциплинарным проступком и влечет применение к работнику мер дисциплинарной ответственности, но не может служить основанием для расторжения трудового договора с работником.

Меры дисциплинарной ответственности к гражданским служащим применяются в соответствии со ст. 57, 58 Закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» в случаях совершения ими дисциплинарного проступка, т. е. за неисполнение или ненадлежащее исполнение гражданским служащим по его вине возложенных на него должностных обязанностей.

Согласно ч. 1 ст. 57 Закона за совершение дисциплинарного проступка к гражданскому служащему могут быть применены: замечание, выговор; предупреждение о неполном должностном соответствии; освобождение от замещаемой должности гражданской службы; увольнение с гражданской службы по основанию, в частности, разглашения сведений, составляющих государственную и иную охраняемую федеральным законом тайну, и служебной информации, ставших известными гражданскому служащему в связи с исполнением им должностных обязанностей.

Служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий освобожден от замещаемой должности гражданской службы и уволен с гражданской службы в случае: разглашения сведений, составляющих государственную и иную охраняемую федеральным законом тайну, и служебной информации, ставших известными гражданскому служащему в связи с исполнением им должностных обязанностей (подп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 37).

Обращает на себя внимание, что дисциплинарная ответственность госслужащего может наступить за разглашение не только охраняемой законом тайны, но и служебной информации, ставшей известной гражданскому служащему в связи с исполнением им должностных обязанностей. Это еще раз подтверждает мысль о том, что условием содержания трудового договора может быть не только охраняемая законом тайна, но и конфиденциальная информация в более широком понимании.

Итак, ответственность за нарушение законодательства об информации установлена на федеральном уровне. Она является разноотраслевой, в том числе и трудоправовой. Ответственность за нарушение законодательства об информации в трудовом праве нуждается в совершенствовании, в частности, должна быть предусмотрена ответственность за разглашение не только охраняемой законом тайны, но и других видов конфиденциальной информации. Норма п. 7 ст. 243 ТК РФ оказывается недействующей, так как нет федеральных законов, предусматривающих полную материальную ответственность (за исключением руководителей), к которым она отсылает. Дисциплинарная ответственность за разглашение служебной и коммерческой тайны также нуждается в совершенствовании.

Глава 3

Конфиденциальная информация в отношениях социального партнерства

3.1. Стороны и участники отношений коллективных переговоров

Разглашение охраняемой законом информации при определенных обстоятельствах может иметь место не только в индивидуальных трудовых правоотношениях, но и в иных, непосредственно с ними связанных.

Главным образом, это касается отношений социального партнерства.

Проблеме информирования сторон переговоров уделяет большое внимание МОТ.

Рекомендация МОТ (1967 г.) № 129 «О связях между администрацией и трудящимися на предприятии» в п. 1 Раздела 1 «Общие соображения» гласит:

Пункт 3. Эффективная политика связей должна обеспечивать такое положение, чтобы до принятия администрацией решения по важным вопросам об этом давалась информация и между заинтересованными сторонами происходили консультации, поскольку передача такой информации не причиняет ущерба ни одной из сторон.

В подп. 2 п. 15 Раздела II «Элементы политики связей на предприятии» говорится следующее:

«В частности, администрация должна предоставлять информацию относительно следующих вопросов:

a) общие условия занятости, включая условия найма, перевода и увольнения;

b) описание обязанностей, подлежащих исполнению на различных работах, и место конкретной работы в структуре предприятия;

c) возможности профессионального обучения и перспективы продвижения по работе на предприятии;

d) общие условия труда;

e) правила техники безопасности и гигиены труда и инструкции по предупреждению несчастных случаев и профессиональных заболеваний;

f) процедуры, установленные для рассмотрения жалоб, а также правила и практика, регулирующие их применение, и условия, дающие право прибегать к ним;

g) социально-бытовое обслуживание персонала (медицинское обслуживание, здравоохранение, столовые, жилищные условия, условия отдыха, условия для хранения сбережений и банковское обслуживание и т. д.);

h) системы социального обеспечения или социальной помощи, существующие на предприятии;

i) положения национальных систем социального обеспечения, распространяющиеся на трудящихся в силу того, что они работают на предприятии;

j) общее положение предприятия и перспективы или планы его дальнейшего развития;

к) разъяснение решений, которые могут прямо или косвенно повлиять на положение трудящихся на предприятии».[119]

В п. 7 Раздела II «Средства содействия коллективным переговорам» Рекомендации МОТ 1981 г. № 163 записано: «При необходимости должны приниматься соответствующие национальным условиям меры, чтобы стороны имели доступ к информации, необходимой для компетентного ведения переговоров.

2) Для этой цели:

a) предприниматели частного и государственного секторов должны по просьбе организаций трудящихся представлять информацию о социально-экономическом положении производственного подразделения, в рамках которого ведутся переговоры, и предприятия в целом, необходимую для компетентного ведения переговоров; если разглашение части этой информации может нанести ущерб предприятию, ее предоставление может быть обусловлено обязательством считать ее в необходимой мере конфиденциальной; предоставление информации могло бы определяться соглашением, заключенным между сторонами, ведущими коллективные переговоры;

b) государственные органы должны представлять необходимую информацию об общем социально-экономическом положении страны и соответствующей отрасли в той мере, в какой разглашение такой информации не наносит ущерба национальным интересам.»[120]

В содержании этих документов обращает на себя внимание, во-первых, то, что предусмотрена обязательность обеспечения сторон информацией, необходимой им для ведения коллективных переговоров; во-вторых, обязанность по обеспечению информацией представителей работников возлагается только на представителей работодателя (об экономическом положении организации) и государственные органы – о социально-экономическом положении государства; в-третьих, указание на перечень вопросов, по которым администрация должна информировать представителей работников.

В российском трудовом законодательстве правоотношения, возникающие в связи с коллективными переговорами, включают права и обязанности сторон по получению информации.

Об этом специально говорится в ч. 8 ст. 37 ТК РФ: стороны должны предоставлять друг другу не позднее двух недель со дня получения соответствующего запроса имеющуюся у них информацию, необходимую для ведения коллективных переговоров. Участники коллективных переговоров, другие лица, связанные с ведением коллективных переговоров, не должны разглашать полученные сведения, если эти сведения относятся к охраняемой законом тайне (государственной, служебной, коммерческой и иной). Лица, разгласившие указанные сведения, привлекаются к дисциплинарной, административной, гражданско-правовой, уголовной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Как можно заметить, в данной статье нет конкретизированного перечня сведений, которые вошли бы в содержание понятия «необходимая информация для ведения коллективных переговоров». Однако несомненно, что в силу ч. 1 ст. 10 ТК РФ к такой информации должны быть отнесены сведения, перечисленные в Рекомендациях МОТ. Кроме того, в коллективном договоре обязанность работодателя по предоставлению информации может быть конкретизирована путем утверждения конкретного перечня.[121]

Помимо упомянутых сведений, в Трудовом кодексе РФ называются и иные, которые представители работников имеют право получать от работодателя, причем независимо от проведения коллективных переговоров, Такой вывод вытекает из ТК РФ: ст. 41 «Содержание и структура коллективного договора», ст. 46 «Содержание и структура соглашения», ст. 53 «Основные формы участия работников в управлении организацией» и др., по вопросам, например, реорганизации или ликвидации организации; введения технологических изменений, влекущих за собой изменение условий труда работников; экологической безопасности и охраны здоровья работников на производстве.

Поскольку в ст. 37 ТК РФ говорится о сторонах, предоставляющих друг другу информацию, и об участниках коллективных переговоров, других лицах, связанных с ведением коллективных переговоров, которые не должны разглашать полученные сведения, имеет смысл уточнить, кто к ним относится.

О сторонах. Согласно ст. 25 ТК РФ сторонами социального партнерства являются работники и работодатели в лице уполномоченных в установленном порядке представителей. Органы государственной власти и органы местного самоуправления являются сторонами социального партнерства в случаях, когда они выступают в качестве работодателей, а также в других случаях, предусмотренных трудовым законодательством.

Таким образом, стороной в отношениях социального партнерства признаются работники как коллективный субъект, а не трудовой коллектив, который как таковой фигурировал в КЗоТ 1971 г. (Глава XVA. «Трудовой коллектив»).[122] Не будем подробно останавливаться на этом вопросе, лишь скажем, что не все ученые признают такую смену терминологии оправданной.[123] Тем не менее трудовой коллектив как легальный субъект отношений в трудовом законодательстве отсутствует.

Представителями работников в социальном партнерстве являются: профессиональные союзы и их объединения, иные профсоюзные организации, предусмотренные уставами общероссийских, межрегиональных профсоюзов, или иные представители, избираемые работниками в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом. Универсальными представителями работников, имеющими право представлять интересы работников в рамках социально-партнерского взаимодействия любого уровня, являются профсоюзы, наделенные соответствующей функцией Федеральным законом от 12 января 1996 г. № 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности».[124]

Иные представители вправе выступать от имени работников в отношениях социального партнерства исключительно на уровне организации. Законодатель не называет «иных представителей», но в литературе этот вопрос не остался без внимания. Причем вопрос о том, какой именно представитель будет участвовать в социальном партнерстве от имени работников, зависит от желания работников, представительности профессионального союза и уровня системы социального партнерства. На уровне организации законодатель наделяет первичную профсоюзную организацию и иные представительные органы, избираемые работниками, равными правами.

Если в организации работодателя профсоюзная организация создана, то ориентация только на первичную профсоюзную организацию при определении представительного органа работников не совсем оправданна. К числу иных представителей правомерно отнести производственные советы, инициативные группы, советы трудовых коллективов и др. Конвенция МОТ № 135 «О защите прав представителей трудящихся на предприятии и предоставляемых им возможностях» (1971 г.) устанавливает принципы взаимоотношений между различными представителями работников на основе их сотрудничества. Более полной реализации этого принципа способствовало бы закрепление в Трудовом кодексе возможности формирования представительного органа работников из числа профсоюзных активистов и членов иных представительных органов. Это способствовало бы конкретизации ч. 2 ст. 31 Кодекса.[125] Порядок и процедура их избрания определяется самими работниками. Что касается подтверждения легитимности такого рода представителей, то здесь следует применять общие подходы, закрепленные в ТК РФ. Так, собрание работников считается правомочным, если на нем присутствует более половины работающих. Конференция считается правомочной, если на ней присутствует не менее двух третей избранных делегатов (ст. 399, 400 ТК РФ). Соответственно, полномочия должны подтверждаться протоколами собрания или конференции работников.[126]

Высказан и более широкий взгляд на проблему представительства интересов работников в отношениях социального партнерства. И хотя этот вопрос нас интересует только с точки зрения того, кто конкретно может «иметь дело» с информацией в социально-партнерских отношениях, это мнение представляется интересным и перспективным. «ТК РФ, – пишут С. П. Маврин и А. К. Свиридов, – не должен был ограничивать полномочия общего собрания (конференции) лишь избранием представителя или, как говорит закон, представительного органа работников. Выход из данной ситуации видится в закреплении права на ведение коллективных переговоров и заключение коллективных договоров не просто за аморфной массой работников, инициировавших созыв общего собрания (конференции) и поприсутствовавших на нем, а за общественным объединением, созданным на общем собрании (конференции) работников с целью реализации права на ведение коллективных переговоров, заключение коллективных договоров и получение информации о выполнении коллективного договора (абз. 10 ч. 1 ст. 21 ТК РФ). Такое объединение, подчиняясь в своем создании и деятельности требованиям Федерального закона от 19 мая 1995 г. № 82-ФЗ (в ред. от 2 февраля 2006 г.) «Об общественных объединениях», действительно представляло бы собой субъект права, способный легитимно действовать в отношениях по социальному партнерству на началах, характерных для профсоюзов».[127] Кроме того, в литературе справедливо отмечается необходимость четкого размежевания в законодательстве качественного состава участников профсоюзных органов с внесением положений о недопустимости вхождения представителей работодателей в профсоюз работников.[128]

Итак, подчеркнем, что на локальном уровне как субъекты права фигурируют работники непосредственно или в лице представителей, в числе которых может быть как профсоюзный орган, так и иной представитель работников. На более высоком уровне социально-партнерских отношений представлять интересы работников могут только профсоюзные органы.

Это, во-первых, соответствует положениям Конвенции МОТ № 135 «О защите прав представителей работников на предприятии и предоставляемых им возможностях», в соответствии с которой в национальном законодательстве могут устанавливаться исключительные полномочия профсоюзов.

В соответствии с Конвенцией МОТ № 135 «О защите прав представителей работников на предприятии и предоставляемых им возможностях» под представителями работников понимаются:

– представители профессиональных союзов, назначенные или избранные профессиональными союзами или их членами;

– выборные представители, избранные работниками предприятия в соответствии с национальным законодательством или коллективными договорами.

Конвенция предусматривает, что функции непрофсоюзных представителей не могут включать деятельность, признанную исключительной прерогативой профессиональных союзов в соответствующей стране.

Во-вторых, ч. 3 ст. 29 ТК РФ определяет, какая деятельность является исключительной для профессиональных союзов.

В-третьих, отчасти это, очевидно, можно объяснить сложившейся за десятилетия организованной деятельностью профсоюзов и наличием в их составе юридической службы.

Что касается работодателей, то их интересы согласно ст. 33 и 34 ТК РФ представляют руководитель организации, работодатель – индивидуальный предприниматель (лично) или уполномоченные ими лица в соответствии с Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами. Получить полномочия на представительство от руководителя может любое лицо. В основном эти полномочия получают лица, традиционно относимые к «администрации», т. е. выполняющие определенные организационно-управленческие функции по отношению к другим работникам.

Индивидуальный предприниматель действует без представителя либо через уполномоченное лицо.

В некоторых случаях представительство интересов работодателя оказывается вне пределов компетенции руководителя. Если в организации одновременно функционируют единоличный и коллегиальный исполнительные органы, следует опираться на положения устава, определяющие компетенцию органов управления. Если упоминания о представительстве в системе социального партнерства нет, работодателя представляет лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа. Полномочия могут быть переданы управляющей организации или управляющему (ст. 69 Закона об акционерных обществах, ст. 42 Закона об ООО), которые будут действовать от имени общества, если иное не предусмотрено уставом.

В случае признания организации банкротом и открытия конкурсного производства или введения внешнего управления руководитель организации-должника отстраняется от должности; прекращаются и полномочия иных органов управления организации. Управление делами должника возлагается на внешнего управляющего или конкурсного управляющего (ст. 94, 96, 126, 127, 129 Закона о банкротстве). В этом случае внешний управляющий или конкурсный управляющий представляет интересы работодателя при заключении либо изменении коллективного договора, реализации права работников на участие в управлении организацией.

При заключении коллективного договора в филиале, представительстве, ином структурном подразделении интересы работодателя может представлять по доверенности (в соответствии с приказом или уставом организации) руководитель структурного подразделения либо иное уполномоченное лицо.[129]

Представителями работодателей на более высоком, чем локальный, уровне могут быть соответствующие объединения работодателей. «В отличие от локального, на иных уровнях социального партнерства работодатели не могут выступать независимо друг от друга. При отсутствии единой позиции всех работодателей, участвующих в коллективных переговорах, проведении консультаций и т. д., утрачивается смысл взаимодействия с представителями работников».[130] Представителями работодателей – федеральных государственных учреждений, государственных учреждений субъектов Российской Федерации, муниципальных учреждений и других организаций, финансируемых из соответствующих бюджетов, являются соответствующие федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, иные государственные органы, органы местного самоуправления. «Поскольку участие в социальном партнерстве, в том числе в коллективно-договорном регулировании трудовых отношений, неразрывно связано с распоряжением имуществом, то представлять работодателей – государственные и муниципальные предприятия, а также организации, финансируемые из соответствующих бюджетов, могут органы исполнительной власти, органы местного самоуправления, уполномоченные на представительство законодательством или работодателями (ст. 34 ТК РФ). Постановлением Правительства РФ от 10.08.2005 № 500 „О наделении федеральных органов исполнительной власти правом представления работодателей при проведении коллективных переговоров, заключении и изменении отраслевых (межотраслевых) соглашений на федеральном уровне“ установлено, что федеральные органы исполнительной власти имеют право представлять работодателей – подведомственные указанным органам организации при проведении коллективных переговоров, заключении и изменении отраслевых (межотраслевых) соглашений на федеральном уровне».[131]

«Данное право необходимо для того, чтобы государственные органы (органы местного самоуправления) могли осуществлять своевременный контроль за принимаемыми на себя унитарными предприятиями и учреждениями обязательствами, обеспечить надлежащий уровень трудовых прав работников.

При этом в отношении казенных предприятий и учреждений при осуществлении социального партнерства государственные органы и органы местного самоуправления обладают правами, равными с правами объединений работодателей.

Подобное дополнение представляется крайне актуальным, поскольку органы, финансирующие государственные и муниципальные предприятия, могут иметь собственные интересы и должны быть полноправными участниками процессов социального партнерства».[132]

Правовое положение объединений работодателей определяется Федеральным законом от 27 ноября 2002 г. «Об объединениях работодателей».[133] Этот закон, в свою очередь, соответствует актам международного трудового права. В соответствии со ст. 2, 3,5 Конвенции № 87 Международной организации труда «Относительно свободы ассоциаций и защиты права на организацию» «Трудящиеся и предприниматели, без какого бы то ни было различия, имеют право создавать по своему выбору организации без предварительного на то разрешения, а также право вступать в такие организации на единственном условии подчинения уставам этих последних».

Организации работодателей создаются с целью представительства и защиты интересов работодателей, участия в коллективно-договорном регулировании. Они независимы от государства и от организаций трудящихся, обладают правом на самоуправление, могут объединяться в федерации и конфедерации и приобретать права юридического лица.[134] Конвенция МОТ № 98 «О применении принципов права на организацию и на ведение коллективных переговоров» (1949 г.) в ст. 2 предусматривает, что организации трудящихся и предпринимателей пользуются надлежащей защитой против любых актов вмешательства со стороны друг друга.[135]

Согласно ст. 3 Закона объединение работодателей признается самостоятельной формой некоммерческой организации, основанной на членстве работодателей (юридических и (или) физических социальном партнерстве // Трудовое право. 2006. № 11. лиц). Важно подчеркнуть, что, будучи созданным для представительства интересов работодателей, объединение выступает их представителем (ст. 33 ТК РФ), а не стороной социального партнерства. Это ярко проявляется при заключении различного вида соглашений. В данном случае отношения «работодатель – объединение работодателей» строятся по гражданско-правовой модели представительства, т. е. от имени и в интересах стороны соглашения – работодателей – действует объединение, однако правовые последствия возникают лишь для представляемых. Обязательства по обеспечению соответствующих условий труда, соблюдению социальных гарантий для работников несут работодатели, от имени которых заключено соглашение, у них возникают обязанности, связанные с действиями представителя (ст. 8 Закона об объединениях работодателей).[136]

Объединениями работодателей могут считаться лишь организации, в наименовании и учредительных документах которых прямо указано, что они являются объединениями работодателей. Соответственно, их единственная цель – представительство и защита интересов работодателей в системе социального партнерства (ст. 2 Закона). Право объединений работодателей на независимость, самоуправление и самостоятельную деятельность не может нарушаться и нормативными правовыми актами, в т. ч. принятыми на уровне субъекта РФ. Нормативный правовой акт субъекта РФ не может устанавливать дополнительные по сравнению с федеральным законом обязанности объединений работодателей и ограничивать их права, а также предусматривать иной порядок их создания и деятельности.

Это утверждение основано на положениях ст. 6 ТК о разграничении полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов РФ. В соответствии с указанной статьей к полномочиям федеральных органов отнесено установление основ социального партнерства, которые, несомненно, должны включать и определение правового статуса одного из участников системы социального партнерства – объединения работодателей.

В связи с этим законы субъектов РФ об объединениях работодателей признаны утратившими силу. Действует лишь Закон Московской области от 26 апреля 2000 г. № 26/2000–03 (ред. от 23 ноября 2007 г.) «О деятельности объединений работодателей в сфере социального партнерства в Московской области».[137]

Заметим, что в литературе высказываются критические оценки определения понятия «объединение работодателей», данного в законе. Так, А. А. Кирилловых пишет, что определение, которое дается в норме специального закона (Закона об объединениях работодателей), в некоторой степени противоречит общему определению, содержащемуся в Трудовом кодексе РФ, и фактически противоречит положениям Закона о некоммерческих организациях. В Трудовом кодексе РФ речь прямо идет об объединении работодателей не как о самостоятельной форме некоммерческой организации, а как о некоммерческой организации, которая может быть создана в одной из форм, предусмотренных Законом о некоммерческих организациях. В итоге правоприменителю приходится ориентироваться не на конкретную форму юридического лица, указанную в специальном законе, а обращаться к нормам ТК РФ и Закона о некоммерческих организациях, где определены основные формы некоммерческих организаций.[138]

В ст. 37 ТК РФ в отношениях по поводу информации названы участники коллективных переговоров, другие лица, связанные с ведением коллективных переговоров. В социально-партнерских отношениях, в том числе коллективных переговорах, помимо собственно сторон, «в число субъектов (участников всех связей, составляющих содержание социального партнерства) необходимо включить их представителей, органы социального партнерства – двух– и трехсторонние комиссии всех уровней, а также иные совместно образованные социальными партнерами примирительные органы для разрешения коллективных трудовых споров (примирительные комиссии, трудовые арбитражи), исполнительные органы государственной власти и органы местного самоуправления».[139] Кроме перечисленных лиц, к числу участвующих в отношениях по поводу информации относятся эксперты, специалисты, посредники. В плане интересующего нас вопроса о конфиденциальной информации в коллективных трудовых отношениях, как представляется, следует акцентировать внимание на том, что права и обязанности по предоставлению информации предусмотрены законом именно для сторон, но ответственность за разглашение полученных сведений, если они относятся к охраняемой законом тайне, возлагается на всех участников коллективных переговоров. Лица, виновные в разглашении указанных сведений, привлекаются к дисциплинарной, административной, уголовной, гражданско-правовой ответственности в порядке, установленном Кодексом и иными федеральными законами. Таким образом, вопрос упирается в ответственность.

3.2. Ответственность участников коллективных переговоров за разглашение конфиденциальных сведений, охраняемых законом

Ведение коллективных переговоров невозможно без полной и достоверной информации представителей сторон о финансово-экономическом положении организации, отрасли, региона и т. д., о перспективах их развития, положении работников, условиях их труда. Установление ответственности за разглашение информации ограниченного доступа, ставшей известной в ходе коллективных переговоров, является гарантией защиты прав и интересов лица, предоставляющего такую информацию. Такая гарантия должна обеспечивать прежде всего интересы работодателя и объединения работодателей, поскольку именно данные субъекты практически всегда оказываются владельцами такой информации.

Заметим, что речь идет об ответственности за разглашение тайны, а не об ответственности за иные действия (бездействие) в процессе отношений социального партнерства. В то же время исследование проблемы ответственности, очевидно, логично начать с рассмотрения ст. 54 ТК РФ «Ответственность за уклонение от участия в коллективных переговорах, непредоставление информации, необходимой для ведения коллективных переговоров и осуществления контроля за соблюдением коллективного договора, соглашения». Имеет смысл воспроизвести ее содержание: «Представители сторон, уклоняющиеся от участия в коллективных переговорах по заключению, изменению коллективного договора, соглашения или неправомерно отказавшиеся от подписания согласованного коллективного договора, соглашения, подвергаются штрафу в размере и порядке, которые установлены федеральным законом.

Лица, виновные в непредоставлении информации, необходимой для ведения коллективных переговоров и осуществления контроля за соблюдением коллективного договора, соглашения, подвергаются штрафу в размере и порядке, которые установлены федеральным законом».

В ст. 37 и 51 ТК РФ отсутствуют требования достоверности и полноты предоставляемой информации, поэтому необходимо использовать норму ст. 22 ТК РФ, в соответствии с которой работодатель обязан предоставлять представителям работников полную и достоверную информацию, необходимую для заключения коллективного договора, соглашения и контроля за их выполнением.

Поскольку речь идет именно о сторонах, а сторонами являются работники и работодатели в лице уполномоченных в установленном порядке представителей, в определенных случаях органы государственной власти и органы местного самоуправления (ст. 25 ТК РФ), можно говорить об административной и гражданско-правовой ответственности. Это понятно: ни работники как коллективный субъект непосредственно и в лице представителей, ни работодатель как таковой (юридическое лицо), не могут быть субъектами уголовной и дисциплинарной ответственности, которые носят исключительно личный характер.

В литературе неоднократно отмечалось, что ст. 54 ТК РФ носит отсылочный характер. КоАП РФ предусматривает в качестве субъекта административной ответственности только работодателей и их представителей, но не работников и их представителей. Такое положение законодательства не осталось без внимания ученых. Односторонний характер ответственности не соответствует принципам социального партнерства.[140] Юридическая ответственность профсоюзов законом не установлена. Если говорить о причинах этого, то, например, Е. Б. Хохлов полагает, что, с одной стороны, это объяснимо самим фактом социального статуса профсоюзов и, более того, необходимо для обеспечения социально значимых интересов граждан и общества в целом,[141] но, с другой стороны, государственная опека профессиональных союзов должна иметь пределы и менять формы своего выражения – в противном случае, полагает автор, мы никогда не сможем приблизиться к тому «духу капитализма», о котором говорили сто лет назад В. Зомбарт и М. Вебер.[142] Что касается иных представителей работников, осуществляющих деятельность в виде коллективных субъектов, не относящиеся к профессиональным союзам, они по действующим нормам КоАП РФ не могут являться субъектами административной ответственности ввиду отсутствия у них статуса юридических лиц. В качестве специальных субъектов ответственности могут выступать лишь руководители таких представительных органов (председатель СТК и т. п.). Применительно к профсоюзам в законодательстве лишь самым общим образом установлено, что за невыполнение своих обязательств по коллективному договору, соглашению, организацию и проведение забастовки, признанной судом незаконной, профсоюзы и лица, входящие в их руководящие органы, несут ответственность в соответствии с федеральными законами (ст. 31 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности»). К профсоюзным работникам, осуществляющим функции представительства в сфере социального партнерства, применяется также ответственность согласно уставу профсоюза.[143]

Как вариант трудоправовой ответственности рассматривается отзыв представителей, механизм которого необходимо регламентировать в нормах ТК РФ или в актах локального нормотворчества, предоставив органу, уполномочившему таких лиц на представительство, право на отзыв.[144] На представительный орган работников возлагается ответственность за убытки за счет своих средств, лишь в том случае, когда им объявлена и не прекращена забастовка после признания ее незаконной (ст. 417 ТК РФ). Согласно ст. 37, 419 ТК РФ лица, виновные в нарушении трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, в том числе в разглашении конфиденциальной информации, привлекаются к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом и иными федеральными законами, а также привлекаются к гражданско-правовой, административной и уголовной ответственности в порядке, установленном федеральными законами. Надо иметь в виду, что формально получателем информации ограниченного доступа являются профессиональный союз, объединение профессиональных союзов, орган исполнительной власти или орган местного самоуправления, в то время как разглашение информации осуществляется их представителями. К числу таких лиц могут относиться и субъекты трудовых правоотношений с работодателем или представительным органом работников. В этом случае возможно привлечение их к трудоправовой ответственности: дисциплинарной или материальной (ст. 243 ТК РФ). Мнение о том, что на представителя работников в этом случае может быть возложена гражданско-правовая ответственность на основании п. 1 ст. 1472 Гражданского кодекса РФ (часть четвертая) от 18 декабря 2006 г. № 230-ФЗ по причине, что в рамках коллективных переговоров представители сторон не исполняют трудовые, а равно служебные и должностные обязанности, представляется ошибочным, если лицо, разгласившее конфиденциальную информацию, состоит в трудовых отношениях с представляемым.[145] Трудовой кодекс не дает оснований для других выводов.

Не исключена для них и административная ответственность. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает таковую за непредоставление информации, необходимой для проведения коллективных переговоров и осуществления контроля за соблюдением коллективного договора, соглашения работодателем или лицом, его представляющим, в срок, установленный законом (ст. 5.29), а также за разглашение информации, доступ к которой ограничен федеральным законом (за исключением случаев, если разглашение такой информации влечет уголовную ответственность), лицом, получившим доступ к такой информации в связи с исполнением служебных или профессиональных обязанностей (ст. 13.14). Заметим по этому поводу следующее.

1. Субъектами ответственности в том и другом случае могут быть как рядовые работники, так и должностные лица. Под должностным лицом в соответствии со ст. 2.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях понимается лицо, постоянно, временно или в соответствии со специальными полномочиями осуществляющее функции представителя власти, т. е. наделенное в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся в служебной зависимости от него, а равно лицо, выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных организациях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации. Иными словами, «КоАП связывает административную ответственность должностных лиц с их служебным положением, выполнением функций организационно-распорядительного или административно-хозяйственного характера либо с особым правовым статусом лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность».[146]

2. Неубедительным представляется мнение о том, что обязанность, предусмотренная ч. 8 ст. 37 ТК РФ, возлагается на участников коллективных переговоров вне связи с каким-либо трудовым распорядком. По сути, считает Д. А. Сторожук, это особого рода социальная функция, реализуемая в течение незначительного периода (периода коллективных переговоров), по окончании которого лицо возвращается к своей обычной деятельности. Участвуя в коллективных переговорах, субъект действует не как чей-то работник, а как представитель одной из сторон этих переговоров, в связи с чем сомнительной выглядит перспектива привлечения виновного лица к дисциплинарной и административной ответственности.[147] Думается, что участник коллективных переговоров, достоянием которого стала конфиденциальная информация (если это, конечно, не эксперт, специалист, посредник, выполняющий свои обязанности в данном процессе по гражданско-правовому договору), действует именно как «чей-то работник», в связи с чем он и мог стать представителем той или иной стороны. Трудовой кодекс предусматривает обязанность участия в коллективных переговорах (ст. 36), а также гарантии и компенсации лицам, участвующим в коллективных переговорах (ст. 39). Что касается «социальной функции», то, поскольку трудовое законодательство регулирует социально-трудовые отношения, ярчайшим примером которых являются отношения по социальному партнерству, социальная функция ему имманентно присуща и проявляется в конкретных нормах.

Закон устанавливает и ответственность работодателя как субъекта отношений, связанных с охраняемой законом тайной, и ответственность работодателей как членов объединения работодателей, и объединения работодателей.

Работодатель несет ответственность по ст. 54 ТК РФ, в части второй которой предусматривается ответственность лица, виновного в непредоставлении информации, необходимой для ведения коллективных переговоров и осуществления контроля за соблюдением коллективного договора. Статья 5.29 КоАП расширяет состав соответствующего правонарушения, предусматривая также ответственность за нарушение установленного законом срока проведения переговоров и необеспечение работы комиссии по заключению коллективного договора, соглашения в определенные сторонами сроки, и уточняет состав субъектов ответственности, недвусмысленно относя к ним не только представителей сторон (ст. 54 ТК РФ), но и «самих» работодателей: «Непредоставление работодателем или лицом, его представляющим, в срок, установленный законом информации, необходимой для проведения коллективных переговоров и осуществления контроля за соблюдением коллективного договора, соглашения, влечет предупреждение или наложение административного штрафа в размере от одной тысячи до трех тысяч рублей».

Статья 14 Закона «Об объединениях работодателей»[148] устанавливает, что объединение обязано предоставлять профессиональным союзам и их объединениям, органам исполнительной власти, органам местного самоуправления имеющуюся у объединения работодателей информацию по социально-трудовым вопросам, необходимую для ведения коллективных переговоров в целях подготовки, заключения и изменения соглашений, контроля за их выполнением, в том числе информацию ограниченного доступа, т. е. составляющую охраняемую законом тайну (служебную, коммерческую и иную). Положение статьи о предоставлении информации соответствует п. 5 ст. 10 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации»,[149] который предусматривает, что федеральными законами могут устанавливаться случаи обязательного предоставления информации. Административная ответственность предусмотрена только за неправомерное непредоставление информации. Объективная сторона данного правонарушения охватывает как непредоставление информации вообще, так и предоставление информации по истечении установленного срока.[150]

Объединение работодателей помимо обязанностей перед иными субъектами социального партнерства несет ряд обязанностей перед своими членами, часть которых предусматривает названная статья, а часть – уставы объединений работодателей. К таковым относится обязанность предоставлять своим членам информацию о заключенных объединением работодателей соглашениях и тексты этих соглашений. Так, нарушение или невыполнение членом объединения работодателей обязательств, предусмотренных соглашениями, заключенными объединением, влечет за собой ответственность в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, указанными соглашениями. Прекращение работодателем своего членства в объединении не освобождает его от ответственности, предусмотренной законодательством, соглашениями за нарушение или невыполнение обязательств, предусмотренных соглашениями, заключенными в период членства работодателя в объединении.

Гражданско-правовая ответственность возможна в случае причинения стороне коллективных переговоров имущественного вреда, что наиболее вероятно при разглашении коммерческой тайны. О понятии и содержании этого вида конфиденциальной информации достаточно подробно говорилось выше. Исключительное право на секрет производства (который, как правило, является коммерческой тайной, – на то он и секрет), созданный работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя (служебный секрет производства), принадлежит работодателю (п. 1 ст. 1470 ГК РФ). Поэтому разглашением этой тайны ущерб наносится работодателю. Причинителем ущерба может быть любой участник переговорного процесса как с той, так и с другой стороны, а также лица, участвующие в нем по гражданско-правовому договору.

Если представить возможность причинения материального ущерба со стороны работодателя другой стороне – работнику или работникам (например, посредством разглашения персональных данных), то очевидна имущественная ответственность работодателя за действия третьих лиц – своих работников, причем в полном объеме (в гражданско-правовом смысле, т. е. за убытки), в соответствии с ч. 1 ст. 402 ГК РФ: «Действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника. Должник отвечает за эти действия, если они повлекли неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства». Причем если работодатель – юридическое или физическое лицо, занимающееся предпринимательской деятельностью, он несет ответственность независимо от вины, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, т. е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (ч. 1 ст. 401 ГК РФ).

Что касается ответственности работников и их представителей за разглашение охраняемой законом тайны, то в литературе ставится вопрос о возможности применения в этом случае ч. 2 ст. 1068 ГК РФ, согласно которой юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.[151] Гражданин – субъект трудовых правоотношений несет ответственность, в том числе и материальную, по нормам трудового права, как выше уже говорилось. Применение данной статьи ГК РФ к профсоюзному органу представляется сомнительным хотя бы потому, что лицо, разгласившее сведения, является работником не этого органа, а работодателя.

Взыскание убытков с органов государственной власти и органов местного самоуправления имеет более четкие правовые основания по сравнению с профессиональными союзами и их объединениями. В соответствии со ст. 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием. Также ст. 1069 ГК РФ предусматривает, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению.

Уголовная ответственность возлагается на лицо, разгласившее конфиденциальные сведения, в соответствии со ст. 183, 272 и 283 УК РФ.

Согласно ст. 183 Уголовного кодекса РФ незаконные разглашение или использование сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, без согласия их владельца лицом, которому она была доверена или стала известна по службе или работе, наказываются штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на срок до трех лет.

Обращает на себя внимание, что уголовная ответственность предусмотрена за незаконные действия относительно коммерческой, налоговой или банковской тайны, являющихся, по нашему убеждению, разновидностями профессиональной тайны (имеются в виду налоговая и банковская тайна). Во-первых, по-видимому, нет необходимости доказывать, что другие виды профессиональной тайны не менее важны, чем названные в УК РФ, и их разглашение может принести неменьший ущерб. Во-вторых, виды тайны, за разглашение которых может наступить юридическая, в том числе уголовная ответственность, названные в Трудовом и Уголовном кодексах РФ, не вполне совпадают. Трудовой кодекс предусматривает юридическую, в частности, уголовную, ответственность за разглашение государственной, служебной, коммерческой, иной тайны, а УК РФ – за разглашение государственной, коммерческой, налоговой и банковской, а также за неправомерный доступ к компьютерной информации. Конечно, трудно сказать, чем руководствовался законодатель, «игнорируя» уголовную ответственность за разглашение некоторых видов конфиденциальной информации, но не исключена весьма прозаическая причина, заключающаяся в законодательной технике.

Статьей 272 УК РФ установлена ответственность за неправомерный доступ к компьютерной информации. Возникает вопрос о соотношении понятий «разглашение» и «неправомерный доступ». Понятие разглашения информации применительно к коммерческой тайне понимается как действие или бездействие, в результате которых информация, составляющая коммерческую тайну, в любой возможной форме (устной, письменной, иной форме, в том числе с использованием технических средств) становится известной третьим лицам без согласия обладателя такой информации либо вопреки трудовому или гражданско-правовому договору.[152] Неправомерность предполагает завладение информацией не в установленном законом порядке, вопреки воле собственника или иного законного владельца (самовольное, без необходимого разрешения, согласия, с нарушением установленного порядка и т. д.). Под доступом к информации понимается возможность получения информации и ее использования (приобретение и использование возможности просматривать, получать, вводить, изменять или уничтожать информацию либо влиять на процесс ее обработки, распоряжаться информацией). Понятно, что в том и другом случае конфиденциальная информация становится известной лицам, которые не имеют права ею владеть. Тем не менее в Трудовом кодексе юридическая ответственность установлена именно за разглашение указанных сведений.

Статья 283 УК РФ устанавливает ответственность за разглашение государственной тайны. Разглашение сведений, составляющих государственную тайну, лицом, которому она была доверена или стала известна по службе или работе, если эти сведения стали достоянием других лиц, при отсутствии признаков государственной измены, наказывается арестом на срок от четырех до шести месяцев либо лишением свободы на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового. То же деяние, повлекшее по неосторожности тяжкие последствия, наказывается лишением свободы на срок от трех до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Трудовой кодекс предусматривает обязанность каждой из сторон переговоров предоставлять другой стороне (другим сторонам) имеющуюся у них информацию, необходимую для коллективных переговоров. Такая информация должна быть предоставлена не позднее двух недель со дня получения соответствующего запроса. Данный запрос необходимо составлять в письменной форме и направлять его другой стороне (сторонам) способом, позволяющим зафиксировать факт его получения другой стороной (вручение уполномоченному лицу под расписку, направление почтовой связью с уведомлением о вручении и т. п.).

Процедура предоставления информации. Стороны должны предоставлять друг другу не позднее двух недель со дня получения соответствующего запроса имеющуюся у них информацию, необходимую для ведения коллективных переговоров (ст. 37 ТК РФ). Заметим, что Рекомендация МОТ 1967 г. № 129 «О связях между администрацией и трудящимися на предприятии» возлагала обязанности по предоставлению информации только на работодателя. Данная статья не конкретизирует форму запроса (письменная или устная), хотя очевидно, что устная форма неприемлема, поскольку не дает возможности доказать факт получения запроса работодателем при обращении представителей работников в юрисдикционный орган с требованием привлечь работодателя к административной ответственности за уклонение от предоставления информации. Поэтому предлагаем зафиксировать в ст. 37 ТК РФ письменную форму запроса.

В законах субъектов РФ о социальном партнерстве имеется разнообразие норм, регулирующих процедуру предоставления информации. Так, в законе г. Москвы указано, что стороны обязаны своевременно предоставлять друг другу информацию, позволяющую предотвращать конфликтные ситуации в области социально-трудовых отношений и связанных с ними экономических отношений, а в законах Белгородской и Сахалинской областей – 10-дневный срок получения информации после поступления соответствующего запроса.[153]

Федеральный закон о профсоюзах (ст. 17)[154] закрепляет право профсоюзов на бесплатное получение информации, однако круг субъектов, на которых распространяются нормы законов субъектов РФ о социальном партнерстве, шире, поскольку охватывает не только профсоюзных, но и иных (не профсоюзных) представителей работников, а также представителей работодателей. Следует оценить положительно нормы о 10-дневном сроке и бесплатности предоставления информации для всех участников коллективных переговоров.[155]

Таким образом, законодатель установил юридическую ответственность для обеих сторон коллективных переговоров, однако реально ее несет работодатель (объединение работодателей).

Выводы

Отношения по поводу информации и конфиденциальной информации регулируются правом. При этом информация как таковая и конфиденциальная информация являются предметом регулирования различных отраслей права и разноотраслевых нормативных правовых актов, важнейшее место среди которых занимает Конституция РФ.

Россия – субъект международных правоотношений по поводу информации.

Легальное понятие информации и конфиденциальной информации в последние годы подверглось существенному изменению. Тем не менее можно констатировать, что единое определение понятия конфиденциальной информации отсутствует; более того, содержание этого понятия в различных федеральных законах противоречиво.

Конфиденциальная информация может быть предметом трудового договора, и, учитывая ее значение для субъектов трудового договора и для государства, в этом качестве вполне может и должна быть предметом исследования.

Работодатель и работник всегда являются обладателями конфиденциальной информации, причем работник обладает не только сведениями о себе (персональными данными), но в силу трудового договора может знать и обязан хранить секреты производства и иные тайны.

Условием трудового договора может быть любая информация, отвечающая признакам конфиденциальности (п. 7 ст. 2 Закона «Об информации»), а не только охраняемая законом тайна (государственная служебная, коммерческая, иная).

Конфиденциальная информация может быть не только дополнительным, как об этом сказано в ст. 57 ТК РФ, но и обязательным условием трудового договора. Кроме того, она может быть и производным условием – имеется в виду ч. 4 ст. 57 ТК РФ: «По соглашению сторон в трудовой договор могут также включаться права и обязанности работника и работодателя, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, локальными нормативными актами, а также права и обязанности работника и работодателя, вытекающие из условий коллективного договора, соглашений».

Профессиональная тайна – сведения, связанные с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с законодательством. В книге рассматриваются различные виды профессиональной тайны и их значение в трудовых отношениях.

Ответственность за нарушение законодательства об информации установлена на федеральном уровне. Она является разноотраслевой, в том числе и трудоправовой.

Ответственность за нарушение законодательства об информации в трудовом праве нуждается в совершенствовании, в частности, должна быть предусмотрена ответственность за разглашение не только охраняемой законом тайны, но и других видов конфиденциальной информации.

Норма п. 7 ст. 243 ТК РФ оказывается недействующей, так как нет федеральных законов, предусматривающих полную материальную ответственность (за исключением руководителей), к которым она отсылает. Кроме того, следует признать, что материальная ответственность за разглашение конфиденциальных сведений возможна, как правило, не за реальный ущерб, а за упущенную выгоду. Законодатель должен учесть это при конструировании соответствующего вида ответственности.

Дисциплинарная ответственность за разглашение служебной и коммерческой тайны также нуждается в совершенствовании.

Примечания

1

Зенин И. А., Моргунова Е. А., Погуляев В. В. Что такое информация и как ее защищать // Закон. 2002. № 12. С. 15–19.

2

См.: Власова О. Законодательство Великобритании: охрана коммерческой тайны и другой конфиденциальной информации //Хозяйство и право. 1998. № 8. С. 111–116.

3

Информационные технологии в бизнесе. СПб., 2002. С. 15–27.

4

Краткий экономический словарь / Под ред. А. Н. Азрилияна. М.: Институт новой экономики. 2006. С. 286–287.

5

Винер Н. Кибернетика и общество. М.: Изд-во иностр. лит., 1958. С.31.

6

СЗ РФ. 2006. № 31 (ч. 1). Ст. 3448.

7

Справочная система «КонсультантПлюс».

8

Ковалева Н. Н., Холодная Е. В. Комментарий к Федеральному закону от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» // Справочная система «КонсультантПлюс».

9

Российская юридическая энциклопедия. М.: Издательский дом ИНФРА-М, 1999. С. 382–383.

10

СЗРФ. 1995. № 8. Ст. 609.

11

СЗ РФ. 2006. № 31 (ч. 1). Ст. 3451.

12

Шевердяев С. Н. Конституционно-правовой режим информации ограниченного доступа // Конституционное и муниципальное право. 2007. № 1.

13

Королев А. Н., Плешакова О. В. Комментарий к федеральному закону «Об информации, информационных технологиях и о защите информации // Справочная система «КонсультантПлюс».

14

Комлев С. В. Российское законодательство об информации, находящейся в ограниченном обороте // Правовые вопросы связи. 2005. № 1.

15

Волчинская Е. К. Коммерческая тайна в системе конфиденциальной информации // Информационное право. 2005. № 3.

16

СЗ РФ. 1997. № 10. Ст. 1127.

17

СЗ РФ. 2004. № 32. Ст. 3283.

18

Дозорцев В. А. Интеллектуальные права: Понятие. Система. Задачи кодификации: Сб. ст. / Исследовательский центр частного права. М.: «Статут», 2003. С. 297–298.

19

Хохлов Е. Б. Комментарий к новому закону об информации // Корпоративный юрист. 2007. № 1.

20

СЗ РФ. 2006. № 31 (ч. 1). Ст. 3448.

21

Там же. 2004. № 32. Ст. 3283.

22

Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. № 7. Ст. 300.

23

СЗ РФ. 2004. № 43. Ст. 4169.

24

Королев А. Н., Плешакова О. В. Комментарий к Федеральному закону от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» // Справочная система «КонсультантПлюс».

25

Лопатин В. Н. Концепция развития законодательства в сфере обеспечения информационной безопасности Российской Федерации (проект). М., 1998. С. 155.

26

Шевердяев С. Н. Конституционно-правовой режим информации ограниченного доступа // Конституционное и муниципальное право. 2007. № 1.

27

Закон РФ от 21 июля 1993 г. № 5485–1 «О государственной тайне» (ст. 2) //СЗ РФ. 1997. № 41. С. 8220–8235.

28

СЗ РФ. 2010. № 7. Ст. 762.

29

Государственная тайна в Российской Федерации / Под ред. М. А. Вуса. СПб.: Издательство Санкт-Петербургского университета, 2000. С. 19–20.

30

Закон РФ от 21 июля 1993 г. № 5485–1 «О государственной тайне» (ст. 2).

31

СЗ РФ. 2010. № 7. Ст. 762.

32

СЗ РФ. 2004. № 31. Ст. 3215.

33

СЗ РФ. 2007. № 10. Ст. 1152.

34

Гаврилов Э. П. Права на служебные результаты интеллектуальной деятельности и секреты производства //Хозяйство и право. 2007. № 10.

35

См., напр.: Авторские права на служебные и иные произведения, созданные на средства других лиц (ст. 1295–1298). Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации (поглавный) / Под ред. А. Л. Маковского. М.: Статут, 2008.

36

http://eschool.sibirp.ru/ibs/editor/uploads/files/mod_structure_41/semi№arl_13

37

Шевердяев С. Н. Конституционно-правовой режим информации ограниченного доступа // Конституционное и муниципальное право. 2007. № 1.

38

Федеральный закон от 18 декабря 2006 г. № 231-ФЗ «О введении в действие Части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»// СЗ РФ. 2006. № 52 (ч. 1). Ст. 5497.

39

СЗ РФ. 2004. № 32. Ст. 3283.

40

Соловьев Э. Я. Коммерческая тайна и ее защита. М.: Издательство «Ось-89»,2001.С. 5.

41

В связи с принятием части первой Гражданского кодекса Российской Федерации данный Закон утратил силу с 1 января 1995 г.

42

Справочник директора предприятия / Под ред. М. Г. Лапусты. М.: ИНФРА-М. 1998. С. 635.

43

Краткий экономический словарь / Под ред. А. Н. Азрилияна. М.: Институт новой экономики, 2006. С. 286–287.

44

Райзберг Б. А., Лозовский Л. Ш., Стародубцева Е. Б. Современный экономический словарь. М.: ИНФРА-М, 2004. С. 177.

45

СЗ РФ. 2006. № 31 (ч. 1). Ст. 3448.

46

Яковлева О. А. Коммерческая тайна по-новому // Финансовые и бухгалтерские консультации. 2009. № 4.

47

Лопатин В. Н. Ноу-хау вместо коммерческой тайны // Информационное право. 2007. № 1.

48

Головацкий Р. Е., Карнаков Я. Коммерческая тайна: новеллы правового регулирования // Корпоративный юрист. 2007. № 6.

49

Головацкий Р. Е., Карнаков Я. Коммерческая тайна: новеллы правового регулирования // Корпоративный юрист. 2007. № 6.

50

Постановление Правительства РСФСР от 5 декабря 1991 г. № 35 «О перечне сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну»// СП РФ. 1992. № 1–2. Ст. 7.

51

Хныкин Г. В. Локальные нормативные акты трудового права. Иваново, 2004. С. 63 и др.

52

Пресняков М. В. Социально-трудовые гарантии работника в связи с допуском к сведениям, составляющим коммерческую тайну // Право и экономика. 2007. № 1.

53

Куликов А. О. О коммерческой и служебной тайне // Хозяйство и право. 1996. № 11.

54

Комментарий к Федеральному закону «О государственной гражданской службе Российской Федерации» / Под ред. Э. Г. Липатова, С. Е. Чаянова. М.: ЗАО Юстицинформ, 2006.

55

Хохлов Е. Б. Комментарий к новому закону об информации // Корпоративный юрист. 2007. № 1.

56

Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» СЗ РФ, № 48, ст. 6724.

57

Пилипенко Ю. С. Особенности профессиональных тайн // Законодательство и экономика. 2008.№ 3.

58

Федеральный закон от 07.08.2001 № 115-ФЗ (ред. от 08.11.2011) «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» СЗ РФ, 13.08.2001, № 33 (ч. I), ст. 3418.

59

Майоров Р. А. Институт банковской тайны: понятие и проблемы практического применения // Гражданское право. 2008. № 2.

60

Пронин К. В. Защита коммерческой тайны. М.: ГроссМедиа, 2006. С. 54.

61

Проект ФЗ РФ № 12065–5 (ред., принятая ГД ФС РФ в I чтении 23.05.2008) // СПС «КонсультантПлюс».

62

Меркулова С. Н. К вопросу о толковании судами термина «Врачебная тайна» // Российский судья. 2007. № 5.

63

См.: Малеина М. Н. Защита личных неимущественных прав советских граждан. М., 1991. С.80.

64

Сборник законодательных актов и нормативных документов, регламентирующих обязательное медицинское страхование в РФ. Т. 7. ФФОМС. М., 1998.

65

Письмо Федерального фонда обязательного медицинского страхования от 29 октября 1999 г. № 5470/30-З/и «О методических рекомендациях». Документ опубликован не был // Справочная система «Консультант-Плюс».

66

Жданович Т. Г., Михеева Е. А. Комментарий к Основам законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан (постатейный). Подготовлен для системы «КонсультантПлюс», 2007. С. 161.

67

СЗ РФ. 2003. № 28. Ст. 2895.

68

СЗ РФ. 1999. № 29. Ст. 3697.

69

Волчинская Е. К. О законопроектах в информационной сфере, находящихся на рассмотрении в Государственной Думе // Информационное право. 2008. № 1.

70

Юшкевич А. В. Актуальные вопросы соблюдения тайны связи // Правовые вопросы связи. 2008. № 1.

71

СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3349.

72

Вайпан В. А. Тайна связи // Право и экономика. 2006. № 8.

73

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. № 3. С. 2.

74

Юшкевич А. В. Актуальные вопросы соблюдения тайны связи // Правовые вопросы связи. 2008. № 1.

75

СЗ РФ. 2009. № 1.Ст. 15.

76

Кайль А. Н. Комментарий к Федеральному закону от 17 июля 1999 г. № 176-ФЗ «О почтовой связи» (постатейный). Подготовлен для системы «КонсультантПлюс». 2007.

77

Трудовое право: Учебник / Н. А. Бриллиантова и др.; под ред. О. В. Смирнова, И. О. Снигиревой. М.: ТК Велби, Издательство «Проспект», 2007. С. 227.

78

Курс российского трудового права. Т. 3: Трудовой договор / Науч. ред. тома Е. Б. Хохлов. СПб.: Издательство Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2007. С. 222 и след. – См. также: Хныкин Г. В. Локальные нормативные акты и трудовой договор // Корпоративный юрист. 2005. № 2.

79

Бриллиантова Н. А., Архипов В. В. Необходимые условия трудового договора: проблемы их отражения в трудовом договоре // Современное право. 2007. № 4.

80

См., напр.: Гусов К. Н., Толкунова В. Н. Трудовое право России: Учебник. М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2003. С. 187; Лушникова М. В., Пушников A. M. Курс трудового права: В 2 т. Т. 2: Учебник. М.: Велби, издательство «Проспект», 2004. С. 128.

81

СЗ РФ. 1997. № 10. Ст. 112.

82

Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации / Отв. ред. Ю. П. Орловский. М.: Контракт; ИНФРА-М, 2005. С. 180.

83

СЗ РФ. 1996. № 6. Ст. 492.

84

СЗ РФ. 2003. № 28. Ст. 2895.

85

Смирнова Е. Е. О налоговой тайне // Налоговый вестник. 2008. № 1.

86

Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации / Под ред. КН. Гусова. М.: Проспект, 2008.

87

Нуртдинова А. Ф., Ноздрачев А. Ф., Чиканова Л. А. Кадровику госслужбы МЦФЭР, 2006 // Справочная система «КонсультантПлюс».

88

СЗ РФ. 2004. № 31. Ст. 3215.

89

Комментарий к ФЗ «О государственной гражданской службе РФ» / Под ред. В. А. Козбаненко. СПб.: 000 «Питер Пресс», 2008.

90

СЗ РФ. 2007. № 10. Ст. 1152.

91

Колесников А. В., Макаров А. О., Осипова И. Н. Комментарий к Федеральному закону «О муниципальной службе в Российской Федерации» от 2 марта 2007 года. Подготовлен для системы «КонсультантПлюс». 2007.

92

Постановление Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» // Бюллетень ВС РФ. 2004. № 6.

93

См.: Козлов В. В. Сохранение коммерческой тайны в организации // Управление персоналом. 2008. № 7.

94

Зайцева О. Б. Персональные данные работника и их передача работодателю в связи с трудовыми отношениями // Трудовое право. 2003. № 7. С.18.

95

Бюллетень Минтруда РФ. 2004. № 5.

96

Лушников A. M. Защита персональных данных работника: сравнительно-правовой комментарий гл. 14 Трудового кодекса РФ // Трудовое право. 2009. № 9. С. 93–101; № 10. С. 77–82.

97

Киселев А. В. Трудовой кодекс России в свете европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Подготовлен для системы «КонсультантПлюс» по состоянию на 1 ноября 2010 г.).

98

Лушников A. M. Защита персональных данных работника: сравнительно-правовой комментарий гл. 14 Трудового кодекса РФ // Трудовое право. 2009. № 9. С. 93–101; Бородин И. И. Правоотношения по коллективным переговорам по заключению коллективного договора // Трудовое право. 2008. № 7.

99

Богатыренко З. С. Новейшие тенденции защиты персональных данных работник в российском трудовом праве // Трудовое право. 2006. № 10.

100

СЗ РФ. 2004. № 31. Ст. 3215.

101

Бюллетень Минтруда РФ. 1998. № 12; Квалификационный справочник должностей руководителей, специалистов и других служащих. Изд-е офиц. 4-е изд., доп. М.: Инст. Труда, 2005.

102

Общая теория государства и права: Академический курс в 3 т. Т. 3. М.: ИКД «Зерцало-М», 2001. С. 468.

103

Корчагина Н. П., Моргунова Е. А., Погуляев В. В. Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации / Под ред. В. В. Погуляева. М.: ЗАО Юстицинформ, 2008 // Справочная система «КонсультантПлюс».

104

См. Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации / Под ред. А. Л. Маковского. М.: Статут, 2008 // Справочная система «КонсультантПлюс».

105

Федеральный закон от 28.12.2010 № 390-Ф3 «О безопасности» // СЗ РФ, 2011, № 1,ст. 2.

106

СЗ РФ. 1997. № 41. Ст. 8220–8235.

107

См.: Щур Д. Л., Щур-Труханович Л. В. Прекращение трудового договора: комментарий к главе 13 Трудового кодекса РФ // Подготовлен для системы «КонсультантПлюс», 2008; Головина СЮ. Правовое регулирование труда отдельных категорий работников: Учеб. – практ. пособие. М.: Дело, 2003. С. 149.

108

Определение Верховного Суда РФ от 02.09.2003 № 56-Г03–17 // Справочная система «КонсультантПлюс».

109

Определение Верховного Суда РФ № 51-Г05–12 от 20.05.2005 // Справочная система «КонсультантПлюс».

110

Гусов К. Н., Полетаев Ю. Н. Ответственность по российскому трудовому праву: Науч. – практ. пособие. М.: ТК Велби, Издательство «Проспект», 2008. С. 218–219.

111

Соколова Г. А. Условия трудового договора, направленные на охрану коммерческой и служебной тайн // Налоговый вестник. 2007. № 4.

112

См., напр.: Гаврилов Э. П. Ответственность работников, разгласивших служебную или коммерческую тайну// Российская юстиция. 2000. № 3. С. 15.

113

Бриллиантова Н. А., Архипов В. В. Об охраняемой законом тайне в трудовых отношениях // Законодательство и экономика. 2010. № 1. С. 33–40.

114

Бондаренко Э. Н. Проблемы ответственности работника за разглашение конфиденциальной информации // Российский ежегодник трудового права. 2008. № 4 / Под ред. Е. Б. Хохлова. СПб.: Юридическая книга, 2008. С. 239–242.

115

СЗ РФ. 1996. № 1. Ст. 1.

116

Сальникова Л. Сохранение коммерческой информации в тайне // Финансовая газета. 2008. № 41.

117

Комментарий к ФЗ «О государственной гражданской службе РФ» / Под ред. В. А. Козбаненко (Председатель редакционного совета Д. А. Медведев). СПб.: 000 «Питер Пресс», 2008. Справочная система «КонсультантПлюс».

118

См. также: Пресняков М. В. Социально-трудовые гарантии работника в связи с допуском к сведениям, составляющим коммерческую тайну // Право и экономика. 2007. № 1.

119

Рекомендация № 129 Международной организации труда «О связях между администрацией и трудящимися на предприятии». Конвенции и рекомендации, принятые Международной конференцией труда. 1957–1990. Т. П. Женева: Международное бюро труда, 1991. С. 1521–1524.

120

Рекомендация № 163 Международной организации труда «О содействии коллективным переговорам».

121

Орловский Ю. П., Нуртдинова А. Ф., Чиканова Л. А. 500 актуальных вопросов по Трудовому кодексу Российской Федерации: комментарии и разъяснения: Практ. пособие / Отв. ред. Ю. П. Орловский. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт-Издат, 2007. С. 248.

122

Указ Президиума ВС РСФСР от 05.02.1988 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР»//Ведомости ВС РСФСР 1988. № 6. Ст. 168.

123

См., напр.: Лушников A. M., Лушникова М. В. Курс рудового права: В 2 т. Т. 1. 2003. С. 336; Чуча СЮ. Становление и перспективы развития социального партнерства в Российской Федерации. 2001. С. 39.

124

СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 148.

125

Васильев В. А. Представительство сторон в коллективных трудовых спорах // Трудовое право. 2008. № 6. С. 5.

126

Куренной A. M. Взаимодействие работодателя и его социального партнера на уровне организации // Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2010.

127

Маврин С. П., Свиридов А. К. Новации Трудового кодекса и социальное партнерство в Российской Федерации // Российский ежегодник трудового права. 2006. № 2 / Под ред. Е. Б. Хохлова. 2007. С. 158–164.

128

См.: Васильев В. А. Представительство профсоюзами интересов работников при наличии одной, двух и более первичных организаций // Трудовое право. 2007. № 4.

129

Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации / Под ред. Ю. П. Орловского. 2009. С. 611.

130

Права работодателей в трудовых отношениях / Под ред. А. Ф. Нуртдиновой, Л. А. Чикановой. 2009. С. 354.

131

СЗ РФ. 2005. № 33. Ст. 3428.

132

Коршунова Т. Ю. О представителях работников и работодателей в

133

Федеральный закон от 27.11.2002 № 156-ФЗ «Об объединениях работодателей»//СЗ РФ. 2002. № 48. Ст. 4741.

134

Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XIX. М., 1960. С. 278–284.

135

Там же. С. 292–297.

136

Права работодателей в трудовых отношениях / Под ред. А. Ф. Нуртдиновой, Л. А. Чикановой. С. 360.

137

Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации / Под ред. Ю. П. Орловского. С. 132.

138

Кирилловых А. А. Проблемы правового статуса объединений работодателей в системе некоммерческих организаций // Законодательство и экономика. 2010. № 2. С. 31–40.

139

Чуча С. Ю. Становление и перспективы социального партнерства в Российской Федерации. 2001. С. 21.

140

Куренной A. M. Взаимодействие работодателя и его социального партнера на уровне организации // СПС «КонсультантПлюс». 2010. С. 46; Избиенова Т. А. Некоторые вопросы участия представителей работников в разрешении коллективных трудовых споров // Трудовое право. 2011. № 2.

141

Курс российского трудового права: В 3 т. Т. 1. Общая часть / Науч. ред. Е. Б. Хохлов. СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского университета, 1996. С. 468.

142

Хохлов Е. Б. Роль профсоюза в современной России: проблема взаимосвязей // Кадровик. Трудовое право для кадровика. 2008. № 12.

143

Парягина О. А. Совершенствование правового регулирования ответственности сторон социального партнерства в сфере труда // Журнал российского права. 2009. № 10. С. 30–41.

144

Васьков B. C. Проблемы правового регулирования ответственности профсоюзов // Спорт: экономика, право, управление. 2008. № 1. С. 3.

145

Сторожук Д. А. Комментарий к Федеральному закону от 27.11.2002 № 156-ФЗ «Об объединениях работодателей» (постатейный) // «СПС КонсультантПлюс». 2009. С. 59.

146

Гусов К. Н., Полетаев Ю. Н. Ответственность по российскому трудовому праву: Науч. – практ. пособие. М.: ТК Велби, издательство «Проспект», 2008. С. 123.

147

Сторожук Д. А. Комментарий к Федеральному закону от 27.11.2002 № 156-ФЗ «Об объединениях работодателей» (постатейный) // СПС «КонсультантПлюс». 2009. С. 59.

148

СЗ РФ. 2002. № 48. Ст. 4741. Федеральный закон от 27.11.2002 № 156-ФЗ «Об объединениях работодателей».

149

СЗ РФ. 2006. № 31 (ч. 1). Ст. 3448.

150

Сторожук Д. А. Комментарий к Федеральному закону от 27.11.2002 № 156-ФЗ «Об объединениях работодателей» (постатейный) // СПС «КонсультантПлюс». 2009. С. 59.

151

Сторожук Д. А. Комментарий к Федеральному закону от 27.11.2002 № 156-ФЗ «Об объединениях работодателей» (постатейный) // СПС «КонсультантПлюс». 2009. С. 59.

152

Федеральный закон от 29.07.2004 № 98-ФЗ «О коммерческой тайне» от 29.07.2004 // СЗ РФ. 2004. № 32. Ст. 3283.

153

Закон г. Москвы от 11.11.2009 № 4 «О социальном партнерстве в городе Москве» // Ведомости Московской городской Думы. 2010. № 12. Ст. 333.

154

Федеральный закон от 12.01.1996 № 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» // СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 148.

155

Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации / Под ред. К. Н. Гусова. М.: Проспект, 2008. С. 376.

Content

Э. Н. Бондаренко, Д. В. Иванов
Конфиденциальная информация в трудовых отношениях

Принятые сокращения

Предисловие

Глава 1 Понятие, виды и источники правового регулирования конфиденциальной информации

1.1. Понятие конфиденциальной информации

1.2. Виды и основные источники правового регулирования конфиденциальной информации

Государственная тайна

Служебная тайна

Коммерческая тайна

Профессиональная тайна

Банковская тайна

Врачебная тайна

Тайна связи

Глава 2 Конфиденциальная информация в трудовом договоре

2.1. Конфиденциальная информация как производное, обязательное или дополнительное условие трудового договора

2.2. Персональные данные в трудовом договоре

2.3. Ответственность сторон трудового договора за невыполнение обязанностей по сохранению (неразглашению) конфиденциальной информации

Глава 3 Конфиденциальная информация в отношениях социального партнерства

3.1. Стороны и участники отношений коллективных переговоров

3.2. Ответственность участников коллективных переговоров за разглашение конфиденциальных сведений, охраняемых законом

Выводы

Примечания