алекс

Unknown

В сборник вошли повести, которые были рассказаны в разное время непосредственными участниками тех событий.

2014

Геннадий Эсса

Дикие игры домашних детей (сборник)

© ООО «Написано пером», 2014

Голубые облака

1

Данил выскочил из аудитории и помчался по коридору института к выходу. Времени оставалось совсем немного, какой-то час, а ему надо было еще доехать до центра города, найти нужный офис, где сегодня должен проходить кастинг, заполнить анкету и ознакомиться с условиями мероприятия.

Как назло, трамвая долго не было, и Данил заметно нервничал, выходя на рельсы и выглядывая этот нерасторопный транспорт.

Наконец он появился. Данил заскочил в заднюю дверь и тут же был зажат в угол толпой народа. Люди возмущались, высказывая претензии ни в чем не повинному кондуктору.

Данил поглядывал на часы. Время неумолимо бежало вперед, а трамвай полз как черепаха, останавливаясь перед каждым светофором.

Почему-то ему казалось, что водитель специально подстраивается под красный свет и тянет время. Данил достал из сумки журнал, протиснулся между толпившимися пассажирами и стал листать страницы, чтобы хоть как-то успокоиться. Он уже прочитал целую статью, а трамвай все полз и полз. Данил посмотрел в окно — еще далеко… Тогда он закрыл глаза и представил, что опоздал, его не пускают в этот незнакомый офис, перед ним закрывается дверь и рушатся все его надежды… Но вот показалась долгожданная остановка. Расталкивая всех, он стал пробираться к выходу. Дом он нашел сразу, но вход в офис перепутал — заскочил совсем в другую дверь. Здесь ему объяснили, что надо зайти с обратной стороны дома, и вот он уже на месте...

Незаметная металлическая дверь с желтой ручкой… Он потянул ее на себя и оказался в богато обставленном фойе. Здесь уже расположились на диванах человек десять. Данил окинул их взглядом и присел в сторонке, в свободное кресло.

Времени еще оставалось минут десять, и он снова открыл журнал, чтобы не выдавать своего волнения, повертел его в руках, наблюдая за присутствующими, и стал листать уже прочитанные страницы.

Вышла девушка, раздала анкеты для заполнения. За это время подошло еще человек пять. Данил заполнил анкету своим размашистым почерком, поднялся, отдал ее девушке и хотел было вернуться на свое прежнее место в кресло, но оно уже было занято каким-то парнем. Данил окинул его надменным взглядом, отошел в угол и присел на корточки.

Отсюда даже лучше было видно всех, кто сидел в очереди. Он незаметно рассматривал каждого, видя в них своих конкурентов на этом кастинге, и в сердцах желал им полнейшего провала.

Сегодня здесь должна была проходить фотосессия. О ней Данил узнал случайно, из рекламы в газете. Заинтересовавшись этим, он два дня назад позвонил и получил приглашение на пробы. Здесь никто ничего не обещал, но Данил хотел испытать свои возможности в этом незнакомом деле. Для него это было что-то абсолютно новое, а эксперименты он любил еще с детства.

Прошло еще около получаса, когда первого человека, наконец, пригласили. Данил вошел четвертым.

Это было большое, просторное помещение с софитами и прочими осветительными приборами. Мужчина лет сорока внимательно посмотрел на него и сказал:

— Так, молодой человек, проходите сюда. — Он указал на кресло. — Садитесь. Для начала я сделаю портретную съемку, а потом, по результатам просмотра, пригласят снова, но это будет уже в следующий раз. Условия здесь для всех одинаковые, поэтому ожидание вас не должно огорчать.

«А может, и не пригласят», — про себя подумал Данил, усаживаясь в кресло.

Фотограф развернул его к свету, поправил голову, сделал несколько снимков. Потом попросил сесть по-другому, потом еще и еще…

— Результаты узнаешь дня через два, — сказал он по завершении съемки.

Покрасневший от горячих ламп Данил вышел в фойе, ловя на себе любопытные взгляды присутствующих. Он посмотрел на того самого парня, что занял его место в кресле, и вышел на улицу.

Теперь спешить было некуда. Он шел медленным шагом, заглядывая в витрины магазинов. Только сейчас, когда все было позади, Данил расслабился.

«Не так все и просто, — думал он. — Ребята собрались тоже модельные. Еще бы, сюда корявых не приглашают…»

Он взглянул на себя в витринное стекло, поправил рукой волосы. Надо было направляться в сторону дома: через два дня в институте предстоял зачет.

Придя домой, он задержался у зеркала и долго рассматривал свою внешность на предмет пригодности для той неизвестности, куда так стремился влезть.

«Вроде ничего, — подумал он. — При всех делах... И морда нормальная, и уши на месте. А того раздолбая, что занял место в кресле, я все равно обойду, пусть он и симпатяга, но я не хуже».

Данил действительно был красивым молодым человеком, с голубыми глазами и светлыми волосами. Особенно привлекательно было его смуглое от рождения тело. Такое необычное сочетание давало ему большое преимущество перед многими конкурентами.

Он уселся на диван, включил телевизор, пощелкал каналы и, не найдя ничего путного, направился на кухню перекусить, а потом решил позаниматься.

Ничего в голову не лезло, и он вытянулся на диване, закрыв глаза. В памяти всплыла эта студия и молодые люди, с кем пришлось недавно встретиться. Ему очень хотелось, чтобы через два дня прозвенел звонок именно в его квартире и он получил приглашение на следующие пробы. Он понимал, куда идет, но не представлял дальнейшей своей деятельности.

Данил был по природе впечатлительным человеком и реагировал на всякие события очень тонко, однако относился ко всему философски.

Зная цену себе, он не напрягал свое существо пустыми мыслями и переживаниями, хотя сегодняшние пробы его почему-то сильно взволновали. Такое с ним было три года назад, когда он поступал в институт. А потом, даже сдавая экзамены на курсах, волновался очень мало. Все как-то шло своим чередом. Самое главное, Данил все делал вовремя и не торопясь, без паники и нервотрепки. Многие из группы ему даже завидовали, а он всегда был невозмутимым и уверенным. Что-то получалось у него легко, а что-то нет, но он старался добиваться всего своими силами, не рассчитывал ни на кого. Ну а если не получалось, значит, это было не его, и он об этом уже никогда не жалел. О своих планах Данил никогда и никому не говорил, даже родителям, и не заводил ненужных друзей. Это было не в его стиле. У него было только два друга и одна подружка, они учились на другом факультете. С ними он общался больше всего.

В семье Данил был единственным ребенком, и родители с самого детства уделяли ему много внимания. В школе он слыл обыкновенным середнячком по успеваемости и ничем не отличался от остальных своих сверстников: получал иногда взбучку от отца за двойки, где-то хулиганил, где-то проявлял свои способности, но всегда выделялся своей аккуратностью и точностью. Сам следил за своей одеждой и внешностью — это был его конек. Бог наградил его высоким ростом, и Данил это использовал в свою пользу, поддерживая себя всегда в форме. В институт поступил сам, без всяких блатов, правда, не в тот, что советовали родители. Выбрал сам и поступил... Впереди его ждала профессия инженера-механика.

2

Воскресным днем Данил позвонил своей подружке по институту с предложением отдохнуть. В понедельник должен быть зачет, поэтому ему захотелось немного расслабиться. Он решил погулять с девушкой в парке, и они встретились спустя час.

Веселая и добродушная Настя уже давно была влюблена в красавчика Данила, но он удерживал все отношения только на дружеском уровне, не более: не позволял себе ничего лишнего, живя по принципу «чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей», как у Пушкина. Настя бесилась, хотела с ним интимных отношений, а Данил хладнокровно относился ко всему происходящему, к ее желаниям, хотя были моменты, когда он позволял себе расслабиться и одаривал ее такими жаркими поцелуями, что девушка была готова на все и сразу. Однако это ее желание в самый последний момент обламывалось. Порой она его ненавидела, но, замечая, как на него обращают внимание другие девчонки, не могла себе позволить отпустить такого парня от себя, прощая ему все на свете. Ей было очень приятно ходить с ним вместе, когда на них было сосредоточено внимание большинства прохожих, и она этим гордилась.

Она радовалась своему приложению, которое шло рядом, и ни за что не хотела с ним расставаться. Поэтому любые предложения Данила она принимала с большой охотой, даже когда времени у нее было в обрез.

В этот вечер они просто гуляли по парку. Он угостил Настю мороженым, они посидели на лавочке, поговорили о предстоящих зачетах. Поздним вечером Данил проводил ее домой, немного задержавшись в подъезде, чтобы расцеловать ее милое личико, и отправился готовиться к завтрашнему зачету.

В институт Данил пришел раньше всех. Немного волновался, поэтому решил себя не мучить и пошел сдавать одним из первых.

Преподавательница дала ему несколько вопросов, на которые ему предстояло ответить, и Данил, усевшись за последний стол, начал готовиться.

Сложного для него ничего не было, уже минут через пятнадцать он был готов, но отвечать пока не торопился: хотел послушать, как она принимает у других. В конце концов, зачет — не экзамен, решил Данил и уже следующим вызвался отвечать.

Преподаватель окинула его внимательным взглядом.

Он не любил такого пристального внимания к своей персоне, но тут ничего не поделаешь, и Данил, немного смущаясь, выпалил ответы на все вопросы. Преподавательница внимательно его слушала, перелистывая зачетную книжку.

Данил взглянул на нее и улыбнулся.

— Все, — сказал он, ерзая на стуле.

— Ну и молодец! — удовлетворенно кивнула она головой. — Вижу, учил. Вопросов задавать больше не буду — зачет.

Данил одарил ее снова своей очаровательной улыбкой и встал, сунув в карман зачетку.

— Я свободен?

— Конечно, но лекции пропускать не рекомендую.

Данил смутился и, окинув взглядом притихших однокурсников, которые не сводили с него взгляда, направился к выходу.

Решив подождать всех остальных, он вышел в сквер у института и расположился на лавочке.

Каково было его удивление, когда он увидел того самого парня, который на кастинге так нагло занял его место в кресле. Он даже привстал от такой неожиданности. Парень проходил мимо по аллее, и Данил его остановил, чтобы узнать, как он прошел первый тур.

— Привет, — сказал он и подошел к молодому человеку.

Парень сделал удивленное лицо, будто первый раз его видит, и прошел мимо.

Сначала Данил подумал, что ошибся, хотя на лица у него была очень хорошая память.

— Вот козел! — прошептал Данил. — Звезда несбывшихся надежд...

Вдруг парень остановился, развернулся и направился к Данилу.

— Ты меня не помнишь? — спросил Данил.

— Понятия не имею. Ты что-то перепутал. Что хотел?

Этому молодому человеку было лет восемнадцать, не больше.

Данил никогда его не видел в своем институте, видно, парень случайно проходил мимо.

Данилу стало перед ним неудобно, он даже покраснел:

— Ну, извини, ошибся. Бывает...

Но это был именно тот самый парень. Данил ошибиться не мог.

Парень еще раз окинул его взглядом, развернулся и пошел прочь.

Данил опустился на лавочку и закурил.

Курил он очень редко, больше угощал купленными сигаретами, но сейчас закурить ему захотелось как никогда.

Он отбросил мысли об этой встрече и стал дожидаться ребят с зачета.

Вскоре появились и однокурсники. Они вышли все вместе и направились к своему излюбленному месту, туда, где их ожидал Данил.

В группе было ребят и девчонок поровну, поэтому вниманием обделен никто не был, но многие девчонки тянулись почему-то именно к Данилу.

Он никогда не использовал свою внешность и не считал ее какой-то особенной. Данил понимал, что многим нравится, но старался делать так, чтобы никто на него не обижался, а тем более не увлекался серьезно. Только с подружкой Настей у него складывались совсем другие отношения, порой даже приближающиеся к любовным. Но он жил по принципу «не живи, где е… не е… где живешь», и это у него срабатывало.

Данил никогда не давал повода обсуждать себя и сам не лез в душу другого человека. Он всегда держал полный нейтралитет.

Ребята решили отметить сдачу зачета, посидеть в кафе, и Данил, как всегда, был душой компании и заводилой.

— Самый правильный у нас Данил, — выпив немного вина, сказала одна из однокурсниц. — Не подъедешь... И самый первый все сдает...

— Да ладно, уж я-то проще некуда, — протестовал смущенный Данил.

Ребята его уважали, и он, проводя с ними большую часть своего свободного времени, старался особенно не выделяться и держаться на равных.

После первого курса по его инициативе стали отмечать на природе все мероприятия, связанные с учебой. Второй курс был отмечен вообще плаванием на пароходе по Неве. Третий только начался, но все уже рассчитывали на фантазию Данила.

А тут на днях он выписал телефончик фотостудии, сотрудничающей со многими модными изданиями, в том числе и зарубежными, которые через кастинги отбирают кандидатов для работы в журналах и модельных агентствах. Вот так все и началось... Данил не колебался и сразу двинул по адресу.

Бог его не обидел ни лицом, ни телом, и Данил старался это использовать для своего блага. Это был его основной козырь в жизни.

В таких делах он никогда ни с кем не советовался, принимая решения только самостоятельно. Родители не лезли в его личную жизнь, считая, что парень уже взрослый, умный и все может решить сам.

Он с нетерпением ждал звонка из студии и готов был даже пропустить занятия ради этого своего эксперимента.

У него колотилось сердце от этой затеи. Что будет дальше и вообще получится ли что-нибудь с этим? Эта мысль стала его посещать очень часто, особенно в последнее время.

3

Звонок раздался неожиданно. Данил схватил трубку:

— Слушаю! — В его голосе было волнение.

Звонили из фотостудии, приглашали Данила на следующий день.

Данила устраивало любое время, но оно было назначено на вечер.

Он с трудом высидел лекции в институте и помчался домой...

Данил явился в студию, как и в прошлый раз, раньше назначенного времени. В фойе он не увидел ни одного человека, а время подходило к назначенному. Молодой человек, скрывая волнение, сидел в кресле, перелистывая журналы. Наконец появился фотограф.

— Ну что, готов? Ты один из немногих, кого выбрали. Проходи вот в эту комнату, там займутся твоей личностью. — Он указал на дверь слева. — Начинаешь делать успехи, — заметил он.

Данил вошел в комнату. Судя по принадлежностям на столе перед большим зеркалом, это была гримерная. Его встретила немолодая женщина. Она взглянула на него и пригласила сесть к столу.

— Сейчас я из тебя буду делать куколку, — сказала она, накрывая его плечи большой белой простыней.

Данил уселся поудобнее и стал наблюдать за ее действиями в зеркало.

В первую очередь она занялась его волосами.

— Я сделаю тебе прическу под твой типаж, — сказала она. — Если даже она тебе не понравится, неважно. Это для фото. А если что — будем менять в процессе дальнейшей работы.

С головой пришлось провозиться около получаса. Затем гример взялась за лицо Данила, выложив перед ним целый арсенал косметики.

Через несколько минут он уже заметил, как начала меняться его внешность. Мастер подвела Данилу глаза, нанесла приличное количество грима, сделала помадой яркие губы, потом стала наносить на лицо какие-то штрихи карандашами…

Данил смотрел на себя и поражался, как он меняется на глазах. Никогда бы он не подумал, что можно так измениться с помощью всех этих штучек, которые женщины так обожают.

— Куда меня так? — спросил он.

— Решат специалисты после съемок, — ответила женщина, не переставая конструировать новый образ.

— Только в «Мурзилку».

— Может, и в «Мурзилку». На что сгодишься, — равнодушно ответила она, заканчивая свою работу. — После съемки зайдешь, я с тебя все это смою.

Она вывела его из гримерной комнаты и подвела к фотографу.

В фойе он увидел еще несколько человек и того самого парня, которого назвал тогда козлом у института. Естественно, парень его даже не узнал в новом образе.

Данил прошел мимо, бросил снова презрительный взгляд в его сторону и направился к фотографу.

— Вот, — сказал фотограф, увидев Данила, — совершенно другое дело.

Он усадил его сначала в кресло, потом попросил раздеться до пояса и расположиться на диване, полулежа, потом еще и еще, все новые и новые позы, а сам в это время щелкал своим фотоаппаратом, делая пробные снимки.

— Что-нибудь получится? — наконец не выдержал Данил.

— Не знаю, но думаю, что да. — Можешь одеваться. Ты, я вижу, смущаешься… Молодой человек, если собираешься связаться с такой работой, то отбрось все свои комплексы. Может, все удастся, и на тебя будут смотреть тысячи глаз. Для начала это пока все, а в дальнейшем, если тебя одобрят, придется, может быть, сниматься и раздетым. Тогда ты себе вообще принадлежать не будешь. Тебе будут платить за твое тело. Как ты на такие дела смотришь?

— А вообще перспектива какая-нибудь у меня есть? Я первый раз с этим связался, — спросил покрасневший Данил.

— Здесь все в первый раз. Я тебе ничего говорить не буду. Тут через меня много мальчиков и девочек проходят, а вот как дальше у них складывается, я толком и не знаю. Главное, чтобы сразу попасть в хорошие, так сказать, руки, ну, в журнал приличный, дорогой, или что там еще у них... Если промахнешься, можешь сильно загрузиться.

— А вы посоветуете? Вы же знаете эту кухню…

— Трудно в таких случаях советовать. Пока работай, но знаю точно: в зарубежку попасть — очень хорошо, а в мелкие не советую. Сплошной обман. Думай сам. Здесь тебе никто не сможет что-то сказать конкретное. Но сначала надо хорошо поработать. — Последнее слово он произнес особенно четко.

— Ну, а на ваш взгляд как?

— Самое главное — не теряй голову. А вообще, ты парень симпатичный, ты и на фото получаешься неплохо, спрос должен быть. Пока не торопись. Я думаю, мы с тобой еще встретимся здесь.

Удовлетворенный услышанным, Данил попрощался и вышел. В фойе уже не было того парня, к которому возникла неприязнь, и он направился в гримерку.

Женщина занималась другим молодым человеком.

— Иди к раковине и смывай с себя все, — сказала она.

Когда Данил принял прежний вид и вытерся полотенцем, заметил, что в кресле сидит тот самый «козел».

Данил взглянул на него в зеркало и увидел удивленное лицо. Теперь парень его узнал.

— «Мурзилка» тоже по тебе скучает — с иронией произнес Данил. — Вы его пожирнее выкрасите, может, куда-нибудь и сгодится.

Парень поднял на него глаза, но промолчал.

— Иди, иди, — сказала гримерша, — и жди результатов, нам не мешай, тоже мне, нашелся умник.

Довольный, что наконец поддел конкурента, Данил покинул студию.

Ему теперь предстояло серьезно обдумать то, что сказал фотограф.

Он пришел домой, выпил кофе и завалился на диван. В голове крутился разговор, который как бы предупреждал обо всем, чего он себе даже и не представлял. Данил погрузился в размышления:

«Если пробьюсь — будет классно, если нет, значит, не судьба, пробоваться никогда больше не буду, — решил он. — Потом эти журналы... Если порно, значит, меня может увидеть кто-нибудь из своих… Позор! А если зарубежное что-то… Смогу ли я так? Может, стоит попробовать? Сам себя накручиваю... Черт знает что. Каждый думает в меру своей испорченности. А вообще, можно выбрать для себя свое направление и работать. Вот дурак, размечтался, когда еще ничего и нет…»

Он встал, разделся и стал себя изучать в зеркале, поворачиваясь в разные стороны.

«Какая там она, эта модельная жизнь?.. Остается только догадываться. Отымеет какой-нибудь дядька во время работы... Пропала моя задница… — Он повернулся еще раз спиной к зеркалу и похлопал себя по упругим ягодицам. — Зато деньги... Ну, до этого не дойдет, это точно! Да, попка? Правильно сказал фотограф: не теряй голову. Но если все и получится — тут решать только самому, не пойду же я к родителям за советом. Решай, Даня, решай и думай!»

Он повертелся еще перед зеркалом, потом пошел в комнату и, голый, завалился на диван. Он лежал и осматривал свое тело, представляя, что с ним здесь не молодая красавица, а целая толпа специалистов, которая снимает, гримирует и подсказывает, каким боком лучше повернуться к камере. Тут и осветители, и какой-нибудь руководитель проекта, и еще какие-нибудь консультанты… Кошмар! Надо было принимать решение, но он отложил все на потом и не торопился. До этого еще далеко, надо пройти все пробы.

Был хороший вариант демонстрировать одежду. Он и эту попытку не исключал, дожидаясь своего часа.

Так Данил ничего и не решил. Надо было ждать следующего звонка, если, конечно, он еще будет.

Теперь он начинал замечать, что стал каким-то мнительным, у него стала пропадать решительность, что была раньше.

«Интересно было бы знать, кто просматривает все эти снимки и кто принимает решение? А впрочем, какое это имеет значение, самое главное, чтобы был конечный результат. — Данил понимал, что уже на этой стадии кто-то делает на нем деньги, и ждал своего звездного часа. — Думаю, что-нибудь решится в ближайшее время…»

4

На следующий звонок Данил отреагировал более спокойно, хотя, чего там скрывать, он его ждал. Очень ждал…

Опять это знакомое фойе с диванами, фотограф, который при виде его уже сам первый поздоровался и, улыбнувшись, сказал:

— Снова делаешь успехи, молодой человек.

Данил застенчиво улыбнулся.

— Сейчас немного освобожусь и займусь твоей персоной, — сказал он.

На этот раз он провел его в самую дальнюю комнату. Это было тоже помещение для съемок. Данил не ожидал, что в этой студии столько комнат. И все их ему придется, по всей вероятности, пройти.

Он уже более уверенно прошел и опустился на кожаный диван.

— Делаешь успехи, — повторил фотограф. — Вчера приходили представители одного из журналов, кстати, зарубежных. Ты и еще один паренек им приглянулись. Так что дерзайте на пару.

Данилу не терпелось узнать, кто этот второй, но он сдержался: всему свое время. И вообще, почему парень, а не девушка? Эта мысль его не покидала теперь ни на минуту. Но это пока еще только разговоры, и углубляться в подробности не стоило. В конце концов, всегда можно отказаться или согласиться.

— Возможно, вам придется скоро подписать с ними контракт, — продолжал фотограф, настраивая свою аппаратуру. — Кстати, сегодняшние съемки оплачивают уже они, но это вас ни к чему пока не обязывает. У вас пробы, а им нужны ваши снимки в разных ракурсах.

— Что, девчонок они не подобрали? — не выдержал Данил.

— Ты что думаешь, мы — это одна студия, которая работает для них? Их множество: и здесь, и в Москве, и еще где-то. Они и выбирают лучших для себя повсюду. Я, например, знаю, что в Праге есть очень серьезная организация, которая сотрудничает с этими журналами. Ты не представляешь, какие там крутятся деньги. Ну, ладно, давай поработаем. Сегодня я тебя особо не задержу, отснимем все быстро.

— Что надо делать? — спросил Данил и поднялся.

— Так, садись на диван и приподними правую ногу. Вот так. — Фотограф подошел к Данилу, поправил ему ногу. — Смотри вот на этот софит… — Он несколько раз щелкнул, потом попросил сменить позу на другую, третью. — Так, что-то уже получается. А вот когда тебе еще наложат грим, будет вообще замечательно. Но пока без него. Им нужен твой натуральный портрет. С тобой должны познакомиться именно по фотографиям. Ты получаешься замечательно, а это для журналов очень важно.

— Это благодаря вашим стараниям, — заметил Данил.

— От тебя тоже многое зависит. Важны и твои врожденные черты лица, и твое раскрепощение во время съемок, и еще куча всего. Ты меня понимаешь?

— Наверное, вы правы, — согласился Данил.

— Ну, вот и все, собирайся. Хорошо, что парень, а бывают и девушки, — сказал фотограф.

— Что, и вот так? — удивился Данил.

— С ними сложнее. А представляешь, была бы вместо меня какая-нибудь баба, ты бы тоже стал теряться... Из своей практики знаю. Ну, в принципе, разницы нет, кто с тобой работает. Это все в будущем деньги, и неплохие, ты мне поверь, я тебе уже об этом как-то говорил.

Данил пожал плечами.

— Снова ждать? — спросил он уже перед уходом.

— Снова, как всегда, но я думаю, все произойдет быстро. — Фотограф улыбнулся и впервые за все время общения пожал ему руку. — До встречи. А ты, я тебе скажу, молодец! — Он хлопнул его по плечу и проводил до двери.

Данил вышел в фойе и опустился в кресло, чтобы прийти в себя. Здесь уже сидело три человека: две девушки-красавицы и тот самый парень, с которым Данил тогда встретился у института.

«Неужели это и есть второй, про которого говорил фотограф? — подумал Данил, окидывая парня взглядом. — Вообще, в нем что-то есть, симпатяга, даже красавчик. Ну и ну... А эти девчонки... Они не представляют, что сейчас им придется раздеваться перед мужиком. А может, они по другой теме... Да какая разница, мы все одинаковые», — сделал заключение Данил.

Он еще раз посмотрел на них, заметив, что и они тоже обратили на него внимание.

— Отстрелялся, — сказала одна из них.

— Еще как, — улыбнулся Данил.

— Что говорят?

— Ничего не говорят конкретного.

— Вам точно что-нибудь скажут, — вставил парень.

Пригласили следующего. Девушка поднялась и скрылась за дверьми.

Парень подсел к Данилу.

— Ну, что на сегодня они приготовили? — спросил он.

— Если ты комплекс, то тебе там делать нечего.

Парень с удивлением посмотрел на него.

— В смысле?

— В прямом. Раздеться сможешь?

— Запросто.

— Значит, я в тебе ошибся. У тебя все получится. Дерзай и будешь звездой!

— Кстати, меня зовут Артем, — протянул он Данилу руку. — Встречаемся уже в который раз и не познакомились до сих пор.

— Ты же на улице никого не узнаешь, — заметил Данил, припоминая тот самый случай.

— Извини, что-то тогда нашло, — попытался оправдаться Артем.

— Конечно, звезда ведь!

— Да ладно, прекрати.

— Хорошо, заметано, — согласился Данил.

— Подождешь нас, посидим где-нибудь с девчонками? Они ничего!

В дверях показалась та, что зашла после Данила.

— Что говорят специалисты? — поинтересовался Артем.

— Зайдешь — узнаешь, — сказала она. — Твоя очередь.

Артем ушел к фотографу, а девчонки тихо стали обсуждать, что происходит за дверьми.

— А у тебя как? — обратилась вдруг к Данилу та, которая только что вышла.

Данил пожал плечами.

— Да не скромничай, — сказала другая. — Такие красавцы всегда проходят.

— Я думаю, что мы вам конкуренцию не составим. У нас разные половые категории.

Девчонки рассмеялись.

Минут через двадцать появился Артем.

Данил с интересом устремил на него свой взгляд.

— Все шоколадно, — сказал он и подсел снова к Данилу. — А ты можешь заходить, — пригласил он вторую девушку. — Мы вас подождем. Ничего, что так нагло?

— А красавцы все наглые, — заметила первая. — Наукой доказано.

— Ну что? — улыбнулся Данил, обращаясь к Артему.

— Да нормально все. Значит, он про тебя мне там говорил? Что есть еще один парень, на которого положили глаз издатели этой кухни.

— Он тоже мне говорил, что есть один, которым интересуются. Не ты ли это? — в свою очередь спросил Данил.

— Значит, это ты и я, — заключил Артем. — Представляешь, нами уже заинтересовались неизвестные личности. Это неспроста, как думаешь? А эти девчонки тоже с хорошей перспективой. — Он показал глазами в сторону сидящей напротив девушки. — Давай дождемся вторую да посидим где-нибудь в кафе.

Данил взглянул на своего нового знакомого. Глаза Артема светились надеждой, что Данил его поддержит.

— Давай посидим, — согласился Данил.

Через полчаса появилась вторая девушка.

— Что-то долго он тебя там мучил, — сказала подружка, — или ты его.

Следом вышел фотограф.

— О, весь звездный бомонд в сборе! А давайте я вас всех вместе сфотографирую, так просто, для себя, — неожиданно предложил он.

— Раздеваться будем? — спросил Артем с насмешкой.

— Часто нельзя, — ответил фотограф, — привыкнешь.

— А редко — отвыкнешь, — вставила одна из девушек.

— Нет, я так просто, для коллекции. Вы уж больно все привлекательные.

5

Противников посидеть в кафе не оказалось, и они расположились за дальним столиком, заказав себе пиво. Здесь и произошло их первое знакомство.

Одну звали Инной, другую — Жанной. Рослые, стройные и красивые девчонки были под стать ребятам. Все вместе они составляли великолепную модельную компанию, на которую даже здесь, в кафе, многие сразу обратили внимание.

Выяснилось, что и девчонки проходят все просмотры специалистов без проблем. Остальные давно отсеялись, многие еще на первых пробах. Кто ими заинтересовался — они не знали, да и рано, наверное, было, но оставалось уже совсем немного до того дня, когда в их жизни должны были произойти большие перемены…

Они весело общались в кафе, узнавая друг друга всё ближе.

Данилу не хотелось, чтобы разговор снова зашел о съемках, но получилось именно так. Они даже обсудили фотографа, назвав его импотентом, потому что он никак не реагировал на их тела, а только щелкал своей аппаратурой да менял им позы.

— Мне бы такую работу, — наконец призналась Инна.

— Голых посмотреть?

— Зачем, и себя показать можно.

— Я представляю, заходит человек на съемку, а там фотограф голый, — смеялся Данил. — Вот прикол!

— Ничего ты не понимаешь, — сказала Жанна.

— А что, давайте что-нибудь придумаем? — предложил вдруг Артем.

— Ну и что ты хочешь предложить? — поинтересовалась Инна.

— У меня дома фотик есть профессиональный, может, продолжим съемки на дому, а? Просто так, для памяти, для истории.

— Совсем крыша съехала, — удивился Данил такому предложению, но девчонки тут же поддержали Артема.

— Было бы прикольно! Может, нам когда-нибудь придется вместе сниматься, — загорелась уже и Инна.

— Я за! — сказала, улыбаясь, Жанна.

— А у тебя что-то не так? — спросил Артем, обращаясь к Данилу.

— Да все у него так, просто тормозит, — вступилась за него Жанна.

— Интересно, как это все будет выглядеть? — спросил Данил после некоторого молчания.

— Можем сразу оговорить условия общения, — продолжала Инна. — Без всякого интима. Уговор? Мне известны случаи, когда приглашают в гости, а потом все и начинается.

— Это неинтересно, — заулыбался Артем.

— Какой ты быстрый. Тебе все с первого раза подавай?

— Хорошо, я могу и подождать. Ну что, рискнем? Ты как, Даня?

— Да согласен я. Просто пошутил. — Данил почувствовал, как кровь хлынула к его лицу.

Все было решено, и они, допив пиво, взяли такси и поехали к Артему.

Расположившись в большой комнате, они ждали указаний Артема. Тот распоряжался уверенно: достал фотоаппарат, включил свет, музыку...

— Освещение, правда, не то, но что-то получиться должно, — сказал он. — Как будем сниматься?

— Давайте сначала по одному, потом попарно, а потом все вместе, — предложила Жанна.

Фотографировались долго. У Артема не сразу получалось со съемкой, и он постоянно перенастраивал фотоаппарат.

Фотоснимки с Жанной и Данилом получались отменные.

— Вы смотритесь очень даже ничего, — заметила Инна. — Это уже о чем-то говорит.

— Ни о чем не говорит, — возразила покрасневшая Жанна. — Все обычно. Я посмотрю, какие фотки получатся у вас.

Инна посмотрела на Артема и улыбнулась.

— Не волнуйся, — заверил Артем, — у нас тоже получатся отличные, если Даня специально не запорет.

Данил взглянул на Артема и Инну.

— Буду стараться, — заверил Данил. — Хватит нас снимать, давайте сами располагайтесь. Мне не терпится снять вас.

— Ты уж постарайся, — попросила Инна.

— Постарается. — Жанна подсела к Данилу и мило улыбнулась. — А мне понравилось, — прошептала она. Ты получаешься действительно замечательно.

— Ты тоже, — улыбнулся Данил и стал настраивать фотоаппарат.

Теперь уже снимал Данил, прилагая все свои старания. У него получалось тоже очень хорошо.

— Инка, договариваемся, что этот мальчик мой, — предупредила Жанна свою подружку и взглянула на Данила.

Данил ее обнял, а Артем, увидев в этом хороший кадр, попросил их на мгновение замереть и сделал еще несколько снимков.

— В таком случае этот мальчик мой.

— Быстро вы нас разделили, — удивился Артем.

— Ну, если ты против, — надула губы Инна, — то мне остается только сожалеть.

— Ты меня не поняла, — возразил Артем. — Я только за такие отношения. Просто никогда не думал, что такое бывает.

— Как видишь, бывает, — ответил Данил. — Я лично не против таких отношений, правда, Жанна? Мы не против, — тут же поправился он.

Данил вернулся только под вечер. Дома его встретили родители.

— Что-то в последнее время ты задерживаться стал, — сказала мать.

— Такие сейчас дети — взрослее взрослых, — добавил отец.

Родителям не нравилось, что Данил связался с фотостудией, которая забирает у него много времени. Иногда им казалось, что он и вовсе забросил учебу. Родители никогда не вмешивались в его дела, но тут не выдержали. Эти поздние приходы домой, ночные звонки и длительные разговоры совсем не об учебе начинали их настораживать. Данил пытался родителей успокаивать, мол, все нормально, тревоги напрасны, но они упорно стояли на своем.

Он прошел в свою комнату и улегся на диван, включил музыку.

Сегодняшний день ему очень понравился. Ну конечно, такого в его жизни еще не было никогда! Эти девчонки не давали ему покоя, особенно Жанна, которая так смело им завладела. Таким расслабленным, как сейчас, он еще никогда не был. Вот что значит женщины!

Ничего не хотелось делать. Данил просто лежал и смотрел в потолок, чувствуя полное удовлетворение.

Завтра надо было опять идти в институт, но к обеду: не было двух первых пар. Ему так этого не хотелось, но Данил в нужный момент всегда умел взять себя в руки и отбросить ненужные мысли, которые сбивали его с намеченного пути. Так, незаметно для себя, он уснул...

Уже поздно вечером его разбудил звонок Артема.

На завтра намечалась встреча с представителем модельного агентства.

— Где ты откопал такую контору? — удивился Данил.

— Один знакомый только что позвонил, — объяснил Артем.

— Я его знаю? — спросил Данил.

— Конечно. Это фотограф со студии. Тебе он дозвониться не смог.

Данил взял свой мобильный. Действительно, был пропущен один звонок.

— О чем речь?

— Завтра вечером встреча, адрес у меня.

Отсидев, как положено, все занятия, Данил направился в сторону дома. Каково было его удивление, когда по дороге он встретил Жанну! Оказалось, что она учится в его институте на менеджера, а здание ее факультета находится недалеко от дома Данила, но как-то так получалось, что встретиться им до сих пор ни разу не пришлось.

Она широко улыбнулась и, чмокнув Данила в щеку, взяла его за руку.

— Ты куда? — спросила она.

— Я здесь недалеко живу, иду домой, — объяснил растерянный Данил.

Жанне захотелось, чтобы он пригласил ее к себе, и она приложила к этому максимум усилий. Данил согласился:

— Хорошо, давай, только недолго. У меня сегодня на вечер одно мероприятие намечается.

— Можно я с тобой?

— Да ты не подумай ничего такого, не с подружками. Просто деловая встреча. Ревнуешь, что ли? Кстати, с фотостудии не звонили?

— Пока нет.

— Мне тоже, — вздохнул Данил.

— Позвонят, вот увидишь. У меня такое чувство, что именно нас четверых куда-нибудь еще и пристроят.

— В журнал поработать? Если только распространителями, — пошутил Данил.

— Может быть, и в журнал, но не распространителями. Неспроста же у нас идет все так гладко.

Данилу очень хотелось поделиться с Жанной и сообщить, что им звонил фотограф, но он сдержался. Всему свое время.

Он провел ее в свою комнату, усадил в кресло и помчался на кухню приготовить кофе.

— Ты сегодня один? — спросила она.

— Да, мои все на работе, один я бездельник. — Данил улыбнулся и, подсев к Жанне, обнял ее за плечи.

Жанна сразу преобразилась в ненасытную любовницу, одаривая его глубокими поцелуями. Она просто обожала Данила и сейчас, когда они наконец были вдвоем, дала своим чувствам волю.

— Ты самый прекрасный на свете, — зашептала она ему прямо на ухо, щекоча его своим язычком.

Данил понял, что на сей раз секса не избежать, и тоже решил расслабиться, раз выпала такая возможность. Он продолжал нежно обнимать и ласкать Жанну, которая, затаив дыхание, ждала от него все новых и новых порывов.

6

У входа в модельное агентство молодых людей встретила женщина средних лет. Артему как особому критику женской внешности она сразу не понравилась. У нее было далеко не свежее, какое-то прокуренное лицо. Он искоса посмотрел на Данила и скривился.

— Мы видели ваши фотографии, — сказала женщина, — и хотели посмотреть на вас вживую. К тому же наши партнеры из фотостудии порекомендовали обратить на вас особое внимание.

Данил вскинул брови, а Артем, всегда такой шустрый и находчивый, именно сейчас почему-то засмущался.

— Мы к вашим услугам, — сказал Данил. — Можете посмотреть. Только как-то непривычно нам приходить на такие смотрины...

— Извините, конечно, но я полагаю, что у нас к вашим персонам могут возникнуть некоторые предложения, поэтому увидеть заранее своих, возможно, будущих сотрудников было бы неплохо, — сказала она.

Женщина провела их в помещение и пригласила присесть.

— Сразу представлюсь, меня зовут Алла Борисовна, арт-директор модельного агентства, — сказала она.

— Данил.

— Артем. — Теперь он разглядел эту женщину. С виду грубоватая, но конкретная и не такая уж отвратительная, как показалось в начале.

— Да, теперь мне все понятно. Такие же, как и на снимках, но, ребята, если мы с вами и завяжемся, придется еще много работать. Вы вообще представляете, что такое модельный бизнес?

Молодые люди переглянулись.

— Конечно, — ответил Артем. — Мы отчасти с ним знакомы.

— Я за вас рада, но вы ничего не представляете. Это большая работа, которая забирает массу времени. Командировки по городам, подиумы и тысячи глаз зрителей. И это я еще не все рассказала.

Алла Борисовна выложила несколько глянцевых журналов.

— Ознакомьтесь. Это не все наши работы, только часть.

Она достала сигарету и закурила.

Данил полистал журнал и отложил в сторону.

— Теперь представляем, — ответил Данил.

— Ничего вы не представляете, — задумчиво произнесла она, выпуская дым. — Все подробности я вам потом расскажу. Мы сейчас набрали уже около двадцати парней и девушек, коллектив у нас смешанный. Будем работать. Нам из отобранных надо всего троих ребят и четырех девчонок, поэтому, если все получится, то вы можете к нам попасть в основной состав. Мы с вами заключим договор. В случае успеха будете для начала просто моделями, потом топ-моделями, потом пойдут контракты и так далее. Будет хорошая карьера, материальный стимул. Ну, вы мальчики не маленькие и все понимаете. У нас многие молодые люди поднялись до больших высот. Но это в будущем, и у каждого свой подход к делу. — Она еще раз внимательно посмотрела на Данила и Артема. — Мы вас приглашаем завтра для просмотра. С вами поработают гримеры и стилисты, а там уж как Бог даст. Согласны?

Ребята снова переглянулись.

— Давайте попробуем, — согласился Артем.

— В таком случае ждем вас завтра в шесть вечера здесь, а пробовать не надо, надо только работать.

Молодые люди вышли на улицу и молча двинулись в сторону остановки.

— Что скажешь? — наконец спросил Артем после долгого молчания.

— Думаешь, что-то из этого может получиться путное?

— Черт его знает… Попытка не пытка. Попробуем, почему бы и нет.

— Слушай, а тебе не кажется, что мы постепенно загружаемся в этот омут? Я знаю, что там такие дела творятся — мама не горюй! — предупредил Данил.

— Давай договоримся: если кто-то из нас не пройдет, то бросаем на пару это дело, будем долбиться на фотостудии, — предложил Артем.

— А если пройдем?

— Тогда вперед! Что за вопрос?! — Артем взял Данила за плечи и развернул к себе.

— Заметано! — ответил Данил и улыбнулся. — Мне лично это интересно.

Не стоит читателя погружать в подробности отбора кандидатов в модельное агентство — это не так уж и важно. Самое главное, что наши герои выдержали все испытания, которые длились почти три месяца, и стали одними из первых, на кого делало ставки агентство.

Алла Борисовна была довольна и пригласила всех, кто прошел отбор, к себе в кабинет для подписания контрактов.

Набралось шесть человек, которые должны были присоединиться к уже работающим здесь моделям, чтобы составить единый коллектив.

Алла Борисовна достала бланки контрактов и предложила подписать.

— Ну что, делаем решающий шаг в своей жизни, — сказал Артем, беря в руки контракт.

— У вас все получится, — поддержала директор. — Скоро едем в Москву к одному известному модельеру. Там будет проходить неделя моды. У нас с ним договор, так что готовьтесь, мальчики, — предупредила она.

Данил с Артемом были единственными ребятами из нового пополнения, еще было четыре девушки, высокие, как и они, но худые до ужаса. Такие агентству, по всей вероятности, и требовались.

— Набирают какой-то суповой набор, — заметил Артем. — Одни кости да кожа... Вот теперь и будем общаться с такими. Сами влезли, самим и разгребать придется. Они костями греметь, а мы рожи свои корчить, — ворчал он. — Хорошая компания подбирается.

— Смотри, не натри о них свое достоинство, — смеялся Данил.

— По-твоему, я его на помойке нашел? — Артем критично относился к своим будущим партнершам.

Почему-то такие темы всегда сопровождались у Данила смехом или улыбкой, в которых Артем что-то замечал, но никак не мог понять, что именно.

— Ты с Жанкой общаешься?

— Конечно, и регулярно. А ты?

— Да что-то Инку не поймешь, — сказал Артем. — То ей некогда, то у нее проблемы какие-то, то что-то вроде месячных.

— Врет она все. Плохо удовлетворяешь. А?

— Дурак ты. Неделю назад так отделал, что самому дурно стало.

— Хочешь, я ей позвоню и все улажу? — успокоил Данил.

— Не стоит, сам в состоянии разобраться. В таких делах помощники не нужны. Ты подумай, что нам делать дальше. У меня учеба начинает отходить на последний план. Меня это начинает очень напрягать.

— Я не знаю, — пожал плечами Данил. — Мои предки тоже ворчать начинают.

— Вот и у меня такая же история.

После подписания контракта ребята вышли в хорошем настроении, пошли сразу в кафе, чтобы отметить такое событие.

— Ну что, попробуем себя на новом поприще, — сказал Артем, поднимая рюмку с коньяком.

— Что-то у нас все очень гладко получается, — заметил Данил. — А вдруг на роду нам написано другое предназначение, совсем не то, что мы выбрали? Институты, заводы, фирмы разные… Может, нас совершенно другая жизнь поджидает? А?

— Не знаю, не знаю. Пока масть прет — надо дерзать. Какие наши годы! А девчонки вроде и ничего. Почему-то мне сначала показалось, что слишком худые.

— Притрутся, не беспокойся. Еще и нравиться будут, и любовь возникнет... Да нормальные они бабы, — заключил Данил. — Тебе, что, с ними спать, что ли?

— Ты хоть понял, что сказал? Любовь... Работать надо, а не на баб глазеть! Вот, кстати, давай договоримся, что на работе никаких с ними связей.

— Еще, может, они с нами не захотят.

— Видел я, как они поглядывают на нас, — возразил Артем, — Но я с тобой согласен: никаких порочащих связей. Будем общаться только между собой. С ними никакой карьеры не сделаешь, это точно!

Данил одобрительно кивнул головой.

— Но я бы хотел, чтобы наши отношения тоже никогда не портились. Еще неизвестно, что на фотостудии предложат, — продолжал Артем. — Там разберемся.

— А что, могут испортиться?

— Это я так просто, на всякий случай. А на студии, я уверен, нас не забыли. — Он подсел к Данилу и заглянул ему в глаза. — Ты знаешь, порой мне кажется, что я знаю тебя целую вечность.

Данил повернул голову и увидел счастливые, сверкающие глаза своего друга.

— Мы же с тобой на данный момент кое-что уже представляем. Не правда ли? — сказал он тихо, чтобы за соседними столиками не услышали.

— Ты сильно себя любишь, — заметил Артем.

— Ровно так же, как и ты себя.

— Об этом мы еще поговорим. Ты, как всегда, торопишься...

Данил взял руку Артема и сжал ее, моргнув при этом глазами в знак одобрения его признания.

7

Данил понимал, что занятия в институте уходят на второй план. Он так увлекся новыми предложениями, что даже сам стал беспокоиться об учебе.

Иногда он себя ненавидел за то, что Бог дал ему такую смазливую внешность, на которую все кидаются, а с другой стороны — ненавидел за слабость к соблазнам совершенно другой жизни, которая его постепенно поглощала. Он прекрасно понимал, что пройдет время и он станет ненужным на этом модельном поприще, придут на его место другие молодые люди, поэтому твердо решил институт не бросать и любыми путями его закончить. Как жизнь повернется — неизвестно, а образование надо получить обязательно.

Артем тоже учился, и у них с Данилом был на эту тему долгий разговор, в результате чего друзья приняли решение: брать от молодости все, но не упускать того, чего уже достигли.

Вскоре снова прозвенел телефонный звонок, но теперь уже с фотостудии, и друзья появились в офисе. По приглашению также пришли и Жанна с Инной.

С последней их встречи прошло около недели, и им было о чем поболтать в ожидании руководителя. Они сидели в фойе, обсуждая последние новости. О предложении, поступившем из модельного агентства, разговор не заводили, да и ни к чему. Здесь у них были другие намерения и планы.

Появился тот самый знакомый фотограф. Увидев ребят, он улыбнулся и подсел к ним.

— Молодые люди, — сказал он, — есть предложения от некоторых журналов для ваших персон. Это касается и ребят, и вас, девочки. Нужно будет сделать несколько откровенных снимков для редакторов, и если вы их устроите, то вам повезло — в дальний и счастливый путь!

— А что за журналы? — поинтересовалась Инна.

— Журналы эротического содержания.

— Порнуха?

— Ну, зачем так грубо. Это их работа. Вы тут посидите, обдумайте это предложение, и если решите, то наш администратор подпишет с вами договор на пробы, а там уже дело будет за ними, — объяснил фотограф. — Советую!

— Осваиваем новую профессию, — сказал Артем, подвигаясь поближе к Инне. — Ты-то как?

— Ну, если это будет стоить денег, да еще и с вами, то я согласна.

— Что примечательно — неплохих денег, — добавил Данил.

— Хорошая у вас работка. — Данил взглянул на фотографа.

Фотограф лишь улыбнулся.

Съемки продолжались около часа.

— Когда ждать результатов? — спросил Данил.

— Думаю, что скоро. У нашего руководителя очень неплохие знакомые в этих издательствах, и ему выгодно продать ваш материал, сами понимаете, тем более он заинтересован в вас еще и сам.

Молодые люди вышли, а фотограф пригласил девушек на съемку, и ребята остались вдвоем.

— Ну, что там? — на ходу спросила Жанна.

— Скоро станем звездами, — улыбнулся Данил и опустился на диван в фойе. — Подождем их или как?

— Конечно, — присаживаясь рядом, сказал Артем. — Не страшно?

— А чего тут страшного? Любовь, работа, в ближайшем будущем — деньги…

— Короче, лепят из нас звезд индустрии, а это надо отрабатывать на практике. — Артем засмеялся. — Непосильным трудом и потом.

— Вот и тренируйся на стороне, — предложил Данил.

— Освоим новую роль, — сказал Артем. — Глядишь, что-то и получится.

— А я думал, что уже получается.

— Любовь, что ли?

— Не знаю, может быть.

— Сейчас девчонки увековечат свои прелести, а потом давай что-нибудь придумаем опять. Пойдем в сауну, оторвемся по полной программе, — предложил Артем.

— Нет, — впервые отказался от предложения Данил.

— А что так?

— Не знаю, но не хочу. Мне надо отдохнуть. Представляешь, у меня голова кругом идет. Фотосессии, модельное агентство, эти съемки... Что-то я совсем запутался. Мне кажется, нам надо выбрать одно какое-то направление.

— Последнее?

— Я не знаю. Эти последние съемки мне не очень нравятся. — Данил взглянул на своего друга. — Не люблю я свои чувства раскрывать перед чужими, перед читателями. Мы же не знаем, кто покупает эти журналы. Может, какие-нибудь извращенцы или больные люди.

— Но это же деньги, — попытался возразить Артем.

— Ну и что? Ради денег я не на все еще соглашусь. Деньги сводят с ума людей, и они становятся безрассудными существами. Ты меня должен понять. Я так не могу. Артем, ты замечаешь, как смотрит на тебя в последнее время Инка? Мне кажется, она в тебя влюбилась. Вот этому и надо радоваться. Пусть лучше все происходит в узком кругу, а не на страницах журналов. Если ты предлагаешь сауну, то я согласен пойти, но только вдвоем. Не стоит брать девчонок с собой. Такие групповухи мне очень не нравятся. Наши отношения с ними могут испортиться из-за всего этого.

Артем внимательно слушал рассуждения своего друга и поглядывал на двери.

— Может, ты и прав, — потер он лоб. — Но я хотел...

— Твои желания для тебя должны осуществляться. Если ты хочешь пригласить Инну, то пожалуйста. Я в обиде не буду. Отдохни с ней, расслабься и приди в норму. Мне будет очень приятно тебя видеть в следующий раз.

— Но я хотел...

— Прости меня, но я не пойду, если пойдут все, — решительно сказал Данил.

— Хорошо, хорошо. Я понимаю тебя, — согласился Артем.

Наконец появились девчонки.

— Вы что такие красные? От яркого света или как? — заметил Данил.

— И от того, и от другого, — ответила Инна и повисла на шее Артема.

— И что он вам сказал?

— Ждет нас светлое будущее. Короче, то же самое, что и вам.

— У вас все получится, — сказал Артем. — И светлое будущее, и сумасшедшие перспективы, и даже любовь.

— Конечно, — перебила Жанна. — После таких тренировок у нас точно все получится.

8

Алла Борисовна позвонила Артему и пригласила его с Данилом в агентство.

Она встретила их в своем кабинете, усадила перед собой и сказала:

— Готовы, молодые люди, приступить к работе? Вижу, что готовы, но вначале с вами надо будет немного поработать. Мы заинтересованы в ваших персонах, поэтому постараемся приложить максимум усилий, чтобы получить положительный результат. Сегодня у нас в городе проходит конкурс дизайнеров высокой моды. Победители будут демонстрировать свое творчество в известных модных журналах. Я бы хотела вас видеть и в таких журналах, и на подиуме с выдающимися профессионалами своего дела, и в работе с теми, кто на данный момент что-то из себя уже представляет.

Данил слушал ее длинную речь и не представлял, как все это будет совмещаться с учебой.

«Придется меньше гулять и отдыхать», — сделал он вывод для себя и посмотрел на Артема, который невозмутимо слушал Аллу Борисовну и в знак согласия послушно кивал головой, изредка поглядывая на друга.

— Начнем работу с сегодняшнего дня, — сказала она. — Главное научиться правильно ходить. Да-да, именно ходить. Так, как ходят все, на подиуме не пойдет. С вами уже сегодня начнут заниматься. Кроме того, вам надо будет постоянно поддерживать свои тела в форме, для этого придется походить в тренажерный зал и бассейн. Но качки нам не нужны. Нам нужны стройные и красивые ребята. Ну, последнего вам не занимать, а вот по поводу тела надо будет постараться. Что вы не качки, слава Богу, вы, честно говоря, просто прелесть, но, не обижайтесь, поработать придется. Для начала подпишем договора, пока временные. Вам выдадут абонементы в зал, в бассейн, и можете приступать к своему совершенствованию. А пока займемся отработкой своей походки.

— Вот дура, — выразил свое мнение Данил уже на улице. — Видела б она наши тела, в обморок бы упала сразу, вешалка старая!

— Даня, она права. Надо постоянно себя держать в форме, — вздохнул Артем. — Тогда и подиум твой, и девчонки, соответственно.

Данил с таким удивлением посмотрел на Артема, что тот даже рассмеялся от своих слов:

— Ну и умный ты, как я погляжу!

Над походкой пришлось поработать серьезно. На это ушла целая неделя.

Теперь Артем и дома перед зеркалом прохаживался, отрабатывая свои движения. Вскоре он так изменился, что уже не узнавал себя.

«Не дай Бог так пройти по улице, — думал он. — Сразу скажут, что голубой».

Данил тоже дома отрабатывал свою походку, из-за чего произвел странное впечатление на своих родителей.

— Никто нас сюда не тащит, сами пошли, так что принадлежать теперь будем не себе, а какому-нибудь модельеру, — признался как-то Артем своему другу.

— Я не пылаю особым желанием принадлежать кому-то, — возразил Данил.

— Даже мне?

— А тебе ровно так же, как и ты мне.

— О, я согласен. Ну, а если серьезно, конечно, заманчив твой ответ. Будем пробоваться, — сказал Артем и слегка хлопнул Данила по заднему месту.

На следующем этапе с ними работал уже стилист. Та же группа новичков из десяти человек дружно проходила все этапы совершенствования, но Артем и Данил себя держали обособленно, договорившись заранее никаких связей ни с кем не иметь, хотя поводов было как никогда... Девчонки были хороши собой и не обделяли мальчиков вниманием. Было все взаимно, но не выходило за рамки приличия, хотя и возникало огромное желание покутить с новыми подружками.

Когда они впервые увидели друг друга после того, как стилист с ними усердно поработал, был легкий шок. Молодые люди быстро входили в свой новый образ, который менялся с каждым показом. Стилист их предупредил об этом сразу, поэтому к косметике надо было привыкать с самого начала.

Данил подошел к зеркалу, скорчил лицо и высунул язык. Хорошо что гример уже ушел.

— Ну и рожа! — выдавил он сквозь зубы.

— А мне нравится, — сказал Артем. — Надо иногда преображаться. Представляешь, смотрят тысячи глаз, а у тебя манерная походка, модная одежда, грим и подиум... Это все не для каждого, так что гордись, пока молодой!

— Нашел чем гордиться. Мы скоро с тобой станем обыкновенными бабами-шлюхами. Смотри, как она меня разукрасила, покруче попугая будет!

— Значит, садись на ветку и чирикай.

— Сам ты попугай, — огрызнулся Данил.

Появилась Алла Борисовна. Она всегда появлялась неожиданно.

— Вот теперь другое дело, на себя стали похожи. Значит так, молодые люди, завтра встречаемся в десять, приводим себя в порядок, и я вас свожу с модельером. Репетируем до тех пор, пока все не будет выглядеть профессионально. Вы меня поняли?

Она улыбнулась и, хлопнув Артема, который стоял ближе к ней, по плечу, удалилась.

— Тоже мне мамаша нашлась, — буркнул Данил. — Может, еще и сиську даст…

Артем опустился в кресло и стал наблюдать за Данилом, который усердно смывал грим.

На следующий день после короткой консультации с модельером началась подготовка к демонстрации одежды. И снова на их лица лег этот ненавистный грим, и снова эта показательная походка, и подиум…

— Мне, кажется, что мы и без этой акварели выглядим неплохо, — заметил Данил. — А эта оголтелая тетка все красит и красит... Лучше бы себе рожу накрасила. У нее прыщи на носу.

— А ты уже и это заметил?

— Еще бы! Когда ее физиономия передо мной целый час вертится, как тут не заметишь? — не унимался Данил.

— Все, закончил?

— Кончил, кончил...

— За-кон-чил, — протянул Артем.

Модельер с помощниками быстро привели молодых людей в соответствующий вид, облачив их в модные одежды, и ребята вышли на подиум. Кроме них здесь было еще парней десять. Они были уже не новички, поэтому все внимание сосредоточилось на наших героях, появившихся здесь впервые.

Пришлось пройти по подиуму раз двадцать, чтобы отточить все движения. Алла Борисовна осталась довольна. Она внимательно наблюдала за парнями, изредка поглядывая на модельера. Видно было, что ей все очень нравится.

С этого момента начиналась подготовка к Москве, где намечался показ высокой моды.

Уже под вечер молодые люди просто валились с ног. Уставшие, но удовлетворенные, они сидели в гримерке друг напротив друга:

— Да, черт возьми, модная индустрия — это серьезно, — наконец проговорил Артем уставшим голосом. — Вспомни, сколько человек отсеялось с самого начала, а мы с тобой пролезли. Это кое о чем тебе говорит? Если все будет, как задумали, смотри, появимся на обложках модных журналов.

— Что-то вроде «Крокодила» или «Вокруг света».

— Ты сам прекрасно понимаешь, о чем я говорю, — попытался выразить обиду Артем.

— Тебе лишь бы журналы и девки. Они и сейчас нас вниманием не обделяют. Я лично до того устал, что могу здесь сейчас завалиться и уснуть, — сказал Данил.

— Помечтай, помечтай... Ты любишь такие вещи. Полежать, поспать...

— И не только это, — согласился Данил. — Ты знаешь, что я еще очень люблю?

— Жанку свою.

— И ее тоже, — согласился Данил. — Я еще много чего люблю.

— Я думал, ты скажешь, что многих любишь. — Артем внимательно посмотрел на Данила.

— Нет, ты не угадал. Многих я как раз и не люблю, — возразил он.

— А я люблю только двоих, ну и, конечно, своих предков еще.

— Ты можешь даже не говорить, кого, — догадался Данил. — Это Инка и работа, о которой всегда думаешь. Правильно?

— Ну и что такого? Угадал, думаешь, и все?

— Я ничего не думаю, я догадываюсь.

В конце недели предстояла поездка в Москву.

9

Данил, как всегда, пришел на вокзал раньше всех.

Он стоял с сумкой в стороне, наблюдая за суетливой толпой, маячившей у него перед глазами, ощущая некоторое волнение по поводу предстоящих событий в Москве, Данил растерянно смотрел по сторонам, пытаясь увидеть своего друга, который тоже обещал подъехать пораньше.

Первый раз выехать в составе моделей, конечно, страшновато, но Данил был уверен, что все у него получится. Он был уверен и в Артеме, с которым его уже полгода связывала совместная деятельность.

Группа, с которой они уезжали на показ одежды, состояла из двадцати человек. Алла Борисовна была во главе всех.

Все реквизиты были отправлены заранее, сам модельер — специалист по мужской молодежной одежде тоже был в Москве и должен был их там встречать. С моделями ехали три женщины: стилист, арт-директор и дизайнер.

Минут за двадцать до отправления все были в сборе, и Алла Борисовна раздала билеты на поезд.

Ехали, как положено, в купе, по два и четыре человека. Данилу с Артемом досталось двухместное, о котором своевременно позаботился Артем.

— Едем как белые люди, — сказал он Данилу.

— Ну, ты же у нас молодец! Отдохнем хоть по-человечески.

Уже в купе Данил, бросив сумку на полку, сказал:

— Что-то волнуюсь малость. Видели бы меня однокурсники, обалдели бы сразу!

— Нормальное состояние, главное, на подиуме расслабляйся, иначе на лице будут отражаться все твои мучения. Помни, наша мама говорила, что все будет о’кей!

— Да знаю я… Ты стал уже как педагог. Все учишь и учишь, а сам, поди, трясешься, как карась на крючке.

— Где ты только такие выражения находишь? — удивился Артем.

— Сами прут... Вот вижу тебя и не могу не сказать что-нибудь такое, чтобы на себя обратить внимание.

— Да я на тебя и без того внимание обращаю, — сказал Артем. — А у тебя все какие-то попугаи да караси. Ты лучше скажи, тебе нравятся наши отношения?

— Тебя что-то смущает? — удивился Данил.

— Да нет. Просто как-то интересно все получается... У нас с тобой прямо любовь...

— Это не любовь, это дружба. Если тебя что-то не устраивает, ты скажи прямо, я тебя пойму.

— Все устраивает. Иногда меня к тебе так и тянет. Я не знаю, как тебе объяснить, но готов для тебя на все...

— Ну, например?

— Не знаю, как сказать... Ну, на все…

— Понятно. Я тоже, — признался Данил. — Ты не обидишься, если я тебе скажу?

— На тебя? Никогда. Говори.

Данил уставился в окно и некоторое время молчал, потом развернулся в Артему и улыбнулся.

— Это все? — удивился Артем.

Данил пожал плечами.

— Все, — выдохнул он.

— Доходчиво и понятно. Если мы будем друг с другом разговаривать на языке вздохов, то понимать перестанем себя уже через несколько минут.

— Это неправда, — возразил Данил. — Я тебя понимаю, даже когда ты молчишь или просто смотришь на меня.

— Ты талант!

— Такой же, как и ты. Мы слишком много уделяем друг другу внимания.

— Вот давай будем уделять еще больше. Почему получается так, что если человеку что-то нравится, он не всегда может себе позволить? Мне лично плевать на чье-то мнение. У меня своя жизнь, я не собираюсь афишировать свое личное перед кем бы то ни было. С тех пор как повстречал тебя и девчонок, моя жизнь просто перевернулась с ног на голову. У меня стало сносить крышу. Может, это оттого, что на нас многие внимание обращают? Мы же с тобой не корявые какие-нибудь пацаны... Наградил Бог нас такими мордашками, что теперь девки прохода не дают. Да и ребята, кстати, засматриваются, ты когда-нибудь замечал это?

— Да, знаю, — согласился Данил. — Порой даже противно все это.

— Ты философ!

Поезд медленно тронулся и, набирая скорость, помчался в сторону Москвы.

Артем сидел у окна и всматривался в мелькающие за окном столбы и деревья.

— Что грустишь? — спросил Данил, подсаживаясь рядом.

— Двери закрыл? — взглянул на него Артем.

— Конечно.

— Не подведем нашу старушку, отдадимся модельному бизнесу сполна. — Он тихо засмеялся и высунул язык. — Вот выйду на подиум и покажу его всем на удивление. Алка будет в шоке от моей выходки.

— Хорошо что только язык.

— Балбес ты, — обнял Артем Данила. — Все же хорошая наша мамаша! Не подведем, а?

Через час они сидели в вагоне-ресторане и пили кофе. Рядом арт-директор Алла Борисовна, с одним из парней, дальше — другие ребята.

«Старая вешалка, уже закадрила парня, — подумал Данил. — Хорошая у нее работка…»

Ребята молча разглядывали присутствующих.

— Идем отдыхать, — предложил Артем. — От кофе портится цвет лица.

Данил посмотрел на друга такими глазами, что тот не выдержал и рассмеялся.

— Я тебе перестаю узнавать, — сказал Данил. — Может, перейдем на траву? Мясо тоже вредно для здоровья.

— Лучше не надо, — заулыбался снова Артем. — Пошли в купе.

Дорога предстояла долгая, и надо было немного отдохнуть, чтобы быть в форме.

От резкого толчка Артем открыл глаза и взглянул на спящего Данила.

Поезд подходил к Ленинградскому вокзалу Москвы.

— Подъем, — скомандовал он и толкнул Данила в бок.

— Что, уже? Вот мы с тобой вырубились!

На вокзале их встречали. Автобус отвез в отель, и на сегодня уже ничего не планировалось, кроме отдыха, а завтра предстояла работа, и так целую неделю.

Не будем утомлять нашего читателя подробностями. Можно только сказать, что все прошло на очень высоком уровне.

Довольные своей работой, они собирались в обратный путь.

Модельер был в восторге и по такому случаю организовал небольшой банкет, на котором приглашал молодых людей поработать с ним еще. Алла Борисовна тоже не скрывала своего удовлетворения и уже планировала новые контракты. У нее в голове было столько планов, что, казалось, не хватит целой жизни.

10

Как-то при очередной встрече Артем спросил Данила, устраивает ли его такая работа, на что тот ответил положительно, тем более что у него получается совмещать свое увлечение с учебой.

Однако не все было так гладко. За время его отсутствия звонили из деканата, был разговор с родителями, что Данил в последнее время стал часто пропускать занятия в институте, поэтому по возвращении из Москвы его ждали большие неприятности.

Хотя родители и не лезли в жизнь своего сына, но тут пришлось вмешаться.

— Ну и как ты это можешь объяснить? — строго спросила мать.

— А чего тут объяснять? Что пропустил, то нагоню, а в остальном у меня все в порядке.

— Какой дурак надоумил тебя связаться с этими твоими студиями, просто не знаю... Сам, наверное, бездельник, и тебя сбивает с верного пути.

Данил не сказал про полученный гонорар, может, это и сгладило бы конфликт, хотя вряд ли. Родители стояли на своем, и деньги здесь были ни при чем. Они бы не одобрили их, так как особой нужды в материальных благах у них не было.

Отец, как всегда, молчал, но Данил чувствовал, что он тоже обеспокоен новым увлечением сына.

— Что там тебе светит, сын? — спросил он. — Какая-то карьера в будущем?

— Ну, что касается карьеры — это еще вопрос, а пока молодой, должен же я реализоваться. А институт — это для жизни, про которую я не забываю. Третий курс закончу без хвостов. Обещаю!

Данил тоже переживал, как и родители, но его уже так затянула модельная работа, что отказаться от нее он не мог и поэтому в который раз дал себе слово совмещать все свои дела с учебой, чего бы это ему ни стоило.

Не лучшим образом обстояли дела и у Артема, хотя он уверял своего друга в противоположном. Его родители просто стали запрещать заниматься этими съемками. Артем чувствовал, что обстановка в доме накаляется, и решил немедленно увидеться с Данилом для разговора.

Они встретились в парке уже под вечер. Некоторое время сидели на скамейке молча.

Первым заговорил Артем. Он изложил другу обстановку, сложившуюся дома. Стало понятно, что он в растерянности.

— Ты же говорил, что у тебя все совмещается. Что ты решил? — спросил Данил.

Артем пожал плечами:

— Я думаю, что родичи так просто не оставят меня в покое и будут каждый день долбить, пока все это не прекратится.

— У меня не лучше, — вздохнул Данил, — но бросать я не собираюсь. Надо будет улаживать все дела и на работе, и дома, и в учебе. Я, например, никогда не делюсь с родителями. Если бы не этот звонок из деканата, пока мы были в Москве, ничего такого и не было бы. Как меня начинает доставать уже эта учеба, если бы ты только знал!

— Бросить хочешь?

— Нет, но надо как-то решать проблему. А если ты, не дай Бог, бросишь это модельное занятие, я тебя просто убью. — Данил взглянул на Артема. — Я тебя прошу оставить эти мысли. Только начало все получаться, столько мы с тобой испытали, столько времени было потрачено... Не напрасно ведь!

— Да не собираюсь я ничего бросать! — взорвался Артем. — С чего это ты взял?

— По тебе видно. Уж я тебя наизусть знаю.

— Я тебя тоже, — улыбнулся Артем.

— Вот и хорошо.

— Пока ничего хорошего я не вижу, кроме денег.

— Значит, все будет нормально?

— Короче, так! — решительно произнес Артем. — Оставляем все на своих местах, наверстываем упущенное и ничего не бросаем.

— Вот это разговор! Вот за это я тебя уважаю еще больше.

Они долго сидели, обсуждая свои дела, и разошлись очень поздно.

Дома мать старалась не разговаривать с Данилом. Она держала на сына обиду за все произошедшее.

Данил прошел в свою комнату и, завалившись на диван, взял учебник, накрыл им лицо и уснул.

На следующий день с самого утра Данил умчался в институт.

Как выяснилось, страшного там ничего не было, просто позвонила староста от имени деканата и спросила у матери, почему он пропускает лекции.

«Вот тварь, ей-то какое дело до всего этого? Тоже мне, мамаша нашлась. Сует свой нос не в свои дела и хочет казаться такой правильной и пушистой», — злился про себя Данил. А не она ли до сих пор мечтает о близкой дружбе с ним? Обойдется теперь. Данил решил поиздеваться над этой девушкой в отместку за ее чрезмерную заботу о его личности.

— Я попрошу мне домой больше не звонить никогда, забудь мой телефон! — выпалил он старосте группы.

— Но Даня, я просто хотела узнать, где ты находишься… — взмолилась та, чувствуя, что отношения их начинают портиться, а она теряет такого привлекательного молодого человека, который всегда украшал ее второстепенную личность, когда находился рядом.

Староста понимала, что теперь он будет ее игнорировать, и это отразится на их отношениях уже навсегда. Это ведь он был всегда самым заводным, придумывая увлекательные мероприятия для ребят. Ее звонок домой Данилу казался ей теперь отвратительным...

11

Данил сидел дома, перелистывая конспекты. В голову ничего не лезло.

Родители с ночевкой уехали на дачу, и эта тишина в доме очень сильно на него давила.

За окном стало темнеть, и Данил включил телевизор. Как всегда, ничего интересного он там не нашел. Все программы его раздражали. Он взглянул на телефон. Ему хотелось позвонить Артему, но потом он решил, что этого делать пока не стоит. Пусть обдумывает их вчерашний разговор. Появилось желание позвонить Жанне, но и эту мысль Данил оставил.

«Если кто-то мне и звонил, пока я был в Москве, то родители наверняка об этом не скажут, — рассуждал он. — Жанна точно звонила. Надо будет с ней связаться в ближайшее время».

Он прошелся по комнате, взглянул на себя в зеркало.

«Ну что, звезда подиума и журналов, — обратился он сам к себе, — проблемы у тебя, братец? А сколько их еще впереди? — Он провел ладонью по лицу, взлохматил свои волосы. — Вот так будет лучше. Стоять мне вместо пугала в огороде да ворон пугать! Когда все это, наконец, кончится...»

Он подошел к окну. На улице уже совсем стемнело, но Данил решил выйти и прогуляться.

Он долго искал ключи от квартиры, наконец, нашел: почему-то они оказались в кармане отцовской куртки, а не на привычном месте.

— Это от нервов, все начинаю забывать и путать. Вот поэтому и учеба не идет, — вслух рассуждал он. — Я медленно становлюсь идиотом.

Данил вышел на улицу и, к своему большому удивлению, увидел у подъезда Артема, который сидел на лавочке.

— А ты чего здесь? — растерялся он.

— Хотел зайти к тебе, да дома телефон забыл, вот сижу и жду, пока кто-нибудь зайдет в подъезд. — От Артема сильно разило спиртным.

— Ты что, выпил?

— Я не выпил, я напился, — промычал Артем. Он еле держался на ногах.

— Молодец! Тебе такому домой идти нельзя.

— Да я и не дойду. Я на улице ночевать сегодня буду. Смотри, какая ночь теплая... — Артем уселся на траву. — Все, не трогать меня, я буду сейчас спать...

— Прямо здесь? Да тебя полиция заберет, — удивился Данил.

— Они алкашей не берут, тем более у меня в кармане ни гроша нет... Я все пропил.

— Пойдем ко мне. — Данил поднял его, взял его под руку и повел в подъезд.

— Ты хочешь меня со своими предками познакомить? Они будут от меня далеко не в восторге. Смотри, как я вымазал свои джинсы.

— Я один дома, — сказал Данил, помогая Артему подниматься по лестнице. — Где же это ты так набрался?

— Всех послал и немного выпил.

— Что-то незаметно, что немного. Это ты с кем так погулял неплохо?

— Один. Купил и выпил. Тебе-то какая разница?

Данил завел Артема в квартиру и закрыл за собой дверь.

— Знакомь со своими... Пусть видят, какой алкаш у тебя дружбан, — не успокаивался Артем.

— Я тебя таким никогда не видел, — признался Данил. — Со своими поругался?

— Тебе не все равно, поругался или не поругался? Я спать хочу…

— Может, сначала в душ сходишь? — предложил Данил.

— Иди ты со своим душем. Я спать хочу. Где мне можно упасть? Я могу и в коридоре, мне все равно.

Артем, не раздеваясь, рухнул на диван. Данил стянул с него обувь и сел рядом.

Данил снова взял свои конспекты, повертел их в руках и, вспомнив, что завтра нет занятий, а только практика, отложил в сторону.

На кухне он заварил крепкий чай, чтобы дать Артему, и принес в комнату поднос.

Друг его спал мертвым сном, посапывая в подушку. Поняв, что ему не до чая, Данил решил чаевничать в одиночестве, надев наушники и включив музыку. Облокотившись на спинку дивана и прижав ноги Артема, который тут же зашевелился, поворачиваясь на спину, Данил закрыл глаза и почему-то вспомнил их поездку в Москву. Было тогда и весело, и немного страшно, но их там ждал успех. А это было самое главное! Он взглянул на неподвижное тело, которое издавало негромкий храп, и стал вспоминать все подробности той поездки. Эти приятные воспоминания вдруг слегка взбудоражили его. Данил постарался отвлечься, включил телевизор. Шла какая-то муть. Он отключил звук, чтобы экран только освещал комнату, и взглянул на часы — было почти двенадцать. Надо было тоже укладываться спать. Он попытался расшевелить Артема, но было бесполезно. Тогда Данил стянул с него джинсы, футболку и, подвинув к стенке, разделся и лег сам.

Часа через два во сне он почувствовал, как снова зашевелился Артем. Данил открыл глаза.

— Сушняк мучает? — спросил Данил.

Артем непонимающим взглядом смотрел на него.

— Ты откуда здесь взялся?

— Это ты откуда? Я здесь живу.

Артем окинул взглядом комнату и, убедившись, что действительно находится у Данила, стал выяснять здесь свое появление. Данил ничего объяснять не стал — все равно не вспомнит, прикрыл друга пледом и предложил продолжить сон.

— Вода есть? — спросил хриплым голосом Артем.

— Чай холодный есть. — Данил поднялся и подал ему налитый с вечера бокал.

Артем уселся на диване и залпом его осушил.

— Легче стало? Ты чего это вчера так набрался? Что за повод такой?

— Со своими поругался, — ответил Артем.

— Знаешь, у меня тоже некоторые проблемы, но я их решаю другим путем.

— Да они уже достали меня своими нравоучениями. Я по дороге два стакана водки треснул и сразу к тебе.

— Ну, ты даешь! Может, прохладный душ?

— А кто дома?

— Тебе повезло — никого. Были бы предки, не пустили б тебя такого.

— Ну, ты же пустил, — не унимался Артем.

— Короче, бери полотенце и дуй в ванную. Найдешь? Думаю, не заблудишься. Есть что-нибудь будешь?

— Ты с ума сошел, какая еда… У меня башка трещит…

Артем, покачиваясь, ушел в ванную.

— Двери не закрывай! — уже вдогонку крикнул ему Данил. — Уснешь еще там, спасателей надо будет вызывать.

— Как скажешь. — Артем высунул голову из-за двери. — А ты что, не спасатель разве?

Данил поправил простыни на диване и пошел на кухню за чаем. На обратном пути подошел к дверям ванной и прислушался — бежала вода.

Он расположился в комнате и взглянул на часы. Три часа ночи, с ума сойти! А этот неугомонный Артем все еще в душе. Надо было его поторопить.

Данил приоткрыл дверь в ванную:

— Ты еще долго будешь отмокать?

— Все, иду, иду. Воды жалко?

— Времени много, уже четвертый час пошел...

— Нормально. Сейчас танцы устроим. Все, выхожу, спасатель тоже мне нашелся...

Данил усадил Артема на диване.

— Попей чаю, — сказал он, — я специально крепкий заварил.

— Ты за мной ухаживаешь прямо как за барышней, — начал приходить в себя Артем.

— А как же, ты ведь у меня в гостях. Утром я тебя буду пивом опохмелять. Пойдет?

— Я знал, что у меня есть хороший друг, — уже более бодрым голосом заговорил Артем. — Не бросишь меня в беде?

— Ну, не такая это и беда, но подлечиться тебе утром надо будет. Давай, допивай чай и будем спать. Ты мне уже надоел.

— Кто, я?

— Твои разговоры, — тут же поправился Данил.

12

Уже под утро Артем снова стал ворочаться. Он проснулся и, положив руку на грудь Данила, склонился над ним.

Данил открыл глаза.

— Доброе утро, страна, — сказал Артем, потягиваясь в постели. Сейчас он был совсем уже другим человеком, трезвым и, как обычно, ласковым.

— Давай еще немного поспим, время только семь… — взмолился Данил.

— Я тебе хочу что-то сказать, — прошептал Артем.

— Ну, говори, только быстро, я хочу еще немного поспать, — раздраженно повторил Данил.

— Быстро не получится, — улыбнулся Артем.

— Ну, говори тогда медленно.

— У меня болит голова, и я хочу свою подружку.

— Слушай, это у тебя похмельный синдром начался. Ты с ума сошел! Что это на тебя нашло? Еще не все выветрилось из головы?

— Я Инку хочу, понимаешь?

— А ты меня понимаешь, что я спать хочу? Всю ночь с тобой провозился... Ты понимаешь?

— Я уже трезвый и говорю это тебе совершенно осознанно. Просто я так хочу.

— Ты сошел с ума. Где я тебе ранним утром Инку найду? Позвонить?

— А, ладно, — махнул рукой Артем и уронил голову на подушку.

В понедельник Данил ушел на занятия в институт. Голова кружилась, будто после бурной пьянки, и он просиживал занятия, как в тумане, не находя себе места. Он до сих пор был под впечатлением от последней встречи с Артемом. Пропустить занятия было нельзя, и он напрягал все силы, чтобы выдержать это испытание. Он сидел за последним столом, подперев руками свою отяжелевшую голову, и бросал сонные взгляды на преподавателя. Не помогало даже то, что он выпил дома несколько чашек крепкого кофе. На его состояние сразу обратили внимание девчонки и с усмешкой поглядывали, путаясь в догадках, но Данил делал вид, что не замечает их, и предавался воспоминаниям.

— Трудно после бессонной ночи? — интересовался сосед по парте.

— То, что со мной произошло этой ночью, никому не понять, — стал фантазировать Данил. — Кому расскажешь, не поверят.

— Девчонка?

— Нет, — покачал он головой.

— Неожиданные гости?

— Нет, не угадаешь.

Сосед пожал плечами.

— Так кто же? Друг?

— Вот видишь, ты и догадаться не можешь, — вздохнул Данил. — Отстань и ни о чем не спрашивай. Все равно не скажу.

Под конец последней пары он чуть не уснул за столом, если бы не сосед, который толкнул его локтем в бок.

— Не спи, замерзнешь, — прошептал он. — Хорошо, наверное, погулял? Как ее зовут?

Данил поднял на него свои полусонные глаза, промолчал и отвернулся.

Последняя пара тянулась дольше всех. Он уже начинал ерзать на стуле, и только долгожданный звонок спас его существование.

Он схватил сумку и быстро удалился из аудитории.

Данил вошел в свою комнату и, как подкошенный, рухнул на разобранный еще с ночи диван. Он попытался заснуть, но не получалось. Тогда он вставил в уши наушники, включил на полную громкость музыку, пытаясь расслабиться. Это тоже не помогало. Данил сел за стол, включил компьютер и тупо уставился в экран. Он даже не заметил, как в комнату вошел отец. Он присел рядом и взял сына за плечо. Данил вздрогнул и выпрямился.

— Что с тобой в последнее время творится? — спросил он. — Мать озабочена твоим творчеством. С чем ты связался, объясни мне, если не можешь объяснить матери?

— Па, все нормально. Что вы как за маленьким за мной ходите? Я достаточно взрослый человек и распоряжаюсь своей жизнью сам.

— Мы беспокоимся только об одном: чтобы у тебя было все нормально в институте.

— Да нормально у меня все в институте, — заверил Данил. — На занятия хожу. Могу кое-что пропустить, но не во вред учебе.

— Мы не лезем в твою личную жизнь, не выбираем тебе друзей, но обеспокоены занятиями. В субботу у нас был Артем?

— Да. Ночевать оставался.

— Как у него дела, учится?

— Конечно.

— Волнуется мать за тебя…

— Я с ней поговорю, па.

— Мать хотела и с Артемом тоже поговорить, чтобы вы бросили это пустое дело. Он у тебя самый близкий друг, и вы друг на друга сильно влияете. Может, вам заняться чем-то другим?

— Все нормально. Еще немного — и вы увидите наши результаты.

— Мы с матерью смотрели ваши последние фотографии. Они какие-то интимные.

— Какие-какие?

— Ну, интимные…

Данил рассмеялся. Он встал из-за стола и подошел к окну.

На улице моросил мелкий дождь.

— Па, с нами работают профессионалы. Это все пробы. Ты бы видел те фотки, которых я домой не приносил еще! Это только пробы для различных журналов. Их просматривают спецы, потом они, возможно, заключат договора на сотрудничество.

— О, как это будет не скоро. Но хотели бы мы с матерью посмотреть на это ваше творчество.

— Почему не скоро? Наши снимки уже очень многих устраивают. За это платят хорошие деньги.

— Пока я еще ничего не видел.

— Я могу вам денег дать, если у вас нет.

— Не нужны нам твои деньги, оставь их себе, но учебу подтяни.

— Вот ездил на показ моды в Москву, хорошо заплатили, я приоделся. Что ты думаешь, эти шмотки на стипендию куплены? — Данил кивнул в сторону шкафа. — Здесь и десяти моих стипендий не хватит. Я же у вас денег не прошу ни на что. Может, если дела пойдут так и дальше, еще и вам помогать буду.

— Да ты сам себя обеспечь. Нам ничего от тебя не надо. Мы и сами как-нибудь проживем. — Отец встал, хлопнул сына по плечу. — Бог дал нам такого сына, так используй свой талант по назначению. Надо же было вам с Артемом встретиться в этой жизни…

— А что, нормальный парень... Красивый?

— Да, красивый, только в разнос не пойдите. — Отец вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

Данил постоял еще немного у окна, потом подошел к зеркалу и взглянул на себя. Он любил иногда собой полюбоваться и лишний раз убедиться в своей привлекательности.

— В разнос мы с Артемом не пойдем, — вполголоса произнес он и взглянул на рядом лежащий телефон.

Сегодня он не хотел больше никого слышать, даже Артема, и, сунув трубку под подушку, вытянулся на своем диване.

«Надо будет познакомить его мать с родителями, — подумал Данил. — Да и повод вскоре намечается подходящий — через месяц мой день рождения. Обязательно приглашу Жанку с Инной. Пусть все увидят, какие у нас девчонки-красавицы».

Его озарила эта мысль. Данил быстро встал, открыл шкаф и пересчитал оставшиеся от гонорара деньги. Их хватало, чтобы провести хороший вечер с друзьями.

13

В фотостудии они появились через три дня по приглашению администратора.

— Ну, мальчики, будем работать, — сказал все тот же фотограф. — Но сегодня у нас еще и гости. — Он представил еще одного фотографа — молодую женщину.

— Вами заинтересовалась рекламная фирма, будем делать пробы.

Женщина сидела в кресле, наблюдая за молодыми людьми. Артем искоса на нее поглядывал. Его смущало ее присутствие.

— Давайте сделаем так, — сказала женщина, — пусть ребятами сначала займутся гримеры, надо что-то сделать с волосами, подвести глаза, губы, немного грима на лицо. Нам нужны яркие личности.

Фотограф отправил молодых людей в соседнюю комнату, чтобы там занялись их внешностью. Через двадцать минут они предстали совершенно в другом виде.

— Вот, теперь другое дело, — сказала женщина и начала руководить съемками.

Привычные к такой работе ребята выполняли все указания нового специалиста.

После часовой работы она тяжело опустилась в кресло и удовлетворенно сказала:

— Молодые люди, я попрошу сейчас подписать небольшой контракт для использования ваших лиц на рекламных плакатах. Прочитайте все внимательно. Наше агентство просмотрело ваши прошлые работы и решило с вами сотрудничать. Мы выпускаем рекламные плакаты для косметических фирм, а также снимаем и монтируем видеоролики. Но пока мы бы хотели, чтобы вы сосредоточились именно на плакатах.

— Они в городе будут? — спросил Артем.

— Да, причем на больших стендах и растяжках.

В жизни молодых людей наконец начала осуществляться мечта. Теперь их сможет видеть весь город, и не только. Это было приятно!

— Слушай, Данька, меня уже это обхаживание начинает доставать, — признался Артем. — Сколько можно еще делать пробы? Так и будут нас пробовать постоянно.

— А ты как хотел? Пробы — это та же работа. Они нас пробуют и тут же что-то делают. Результат ведь уже есть какой-то, не замечаешь разве? Так что терпи. Бог терпел и нам велел.

Через полмесяца затишья позвонил Артем.

— Нас можно поздравить! — звучал радостный голос в трубке. — Мы в городе!

— Не понял? — растерялся Данил.

— Да весь город обклеен нашими плакатами!

— Да, ладно! И что мы с тобой рекламируем?

— Косметическую фирму. Духи, гель и прочее... Ну, мужскую косметику, короче.

— Где ты видел?

— Завтра пойдешь в институт, сам увидишь.

Данилу не терпелось увидеть все быстрее, и он стал одеваться, чтобы выскочить на улицу и убедиться самому.

— Ты это куда на ночь глядя? — спросила мать.

— Пойду, погуляю. Ма, пошли со мной.

— Мне собираться долго. Иди сам, но быстро, завтра тебе в институт.

— Па, может, ты со мной сходишь на свежий воздух?

— Никогда не приглашал, а тут смотри на него… Что случилось? — удивился отец.

— Одному скучно. Пойдем?

Отец стал собираться, и вскоре они уже прогуливались по центральной улице.

Как назло, ничего не попадалось, и Данил начал подумывать, не подшутил ли Артем над ним. И только у большого парфюмерного магазина он увидел огромный плакат на все окно со своим изображением. Его сердце заколотилось с такой силой, что он не выдержал и потащил отца на другую сторону улицы, к магазину.

В соседнем окне был другой плакат, с изображением Артема. На плакатах была реклама мужской косметики с названием фирмы. Обидно, что отец даже не сразу обратил внимание, только когда Данил сам показал.

— Па, смотри, вон Артем!

Отец поднял голову и замер, переводя взгляд на другой плакат. Он долго всматривался в лица, потом произнес:

— И кто же вас так разукрасил?

— Что, не нравится?

— Почему, очень даже ничего... Есть сигарета? — спросил он.

Отец не курил, а тут разволновался. Он еще долго смотрел на эти плакаты, потом взял Данила за руку и сказал:

— Без грима вы бы смотрелись намного лучше.

— Па, ничего ты не понимаешь. Это так надо. Что, плохо? Мне лично очень нравится.

— Да нормально, даже очень, — удовлетворенно произнес отец. — Так вот почему ты мать пытался вывести погулять.

— Конечно, — улыбнулся Данил.

— Это что, по всему городу?

— Вероятнее всего.

— Ну, вы даете, мальчики. Можно сказать, становитесь знаменитыми.

— До звезд нам еще далеко. Но главное — начало уже есть.

Данил позвонил Артему из института.

— Как обстановка у тебя? — спросил он.

— С ума можно сойти. Вся группа на ушах. Про тебя все спрашивают.

— У меня примерно то же, — сообщил Данил. — Все с тобой познакомиться хотят, предатели!

— А мои — с тобой, — отвечал радостный Артем.

— Негодяи просто!

Больше всего не давали прохода девчонки. Они сразу окружили Данила и допытывались, как это все могло произойти.

— Конечно, такой красавчик не пропадет! — говорили они.

Ему было неудобно перед однокурсниками. Даже преподаватели на него стали смотреть по-другому.

Через неделю было приглашение сняться для мужского журнала, и они снова появились на студии.

Как всегда неожиданно позвонила и Алла Борисовна, арт-директор модельного агентства, и тоже поздравила ребят, объявив, что у них начинается совершенно новая жизнь, но чтобы они, самое главное, не теряли голову и работали над собой.

— Что они за нас все так беспокоятся: не потеряли головы, не потеряли головы... Как потеряем — так и найдем. Тоже мне, хлопотливые какие нашлись! — возмущался Артем. — Они начинают мне надоедать.

Жанна с Инной забросали ребят звонками, но встретиться пока не было времени.

У Данила была теперь одна задача: красиво отпраздновать день своего рождения, и он, пользуясь случаем, пригласил девчонок на запланированную дату.

Это была суббота.

14

Мать с раннего утра хлопотала на кухне, отец умчался в магазин. К двенадцати часам стол был накрыт, и Данил, который принимал непосредственное участие в подготовке, устало опустился в кресло в своей комнате.

Приглашенных было немного: Артем с матерью и девчонки — Жанна и Инна, в общем, все свои.

Данилу не терпелось позвонить Артему, но он сдерживал себя, выжидая время.

Ровно в два в дверь позвонили — это пришли Артем с матерью. Данил их встретил, как полагается, по-джентльменски: представил родителям и усадил на диване на самое почетное место.

Мать Артема была немногословна. Она окинула взглядом комнату и, посмотрев на Данила, сказала:

— Вот сколько раз ты к нам приходил, а я с тобой толком так и не смогла познакомиться и поговорить. Недавно видела ваши лица в городе. Как к этому отнеслись родители?

— Нормально, — ответил Данил. — Это же обычная реклама.

— Вот и Артем мне о том же, а мне не нравится.

— Я просто с этим никогда не сталкивалась, — сказала мать Данила. — Главное, чтобы это все не мешало учебе.

— Артем совсем запустил институт. Ты бы, Даня, повлиял на него, — попросила мама Артема. — Он очень изменился в последнее время, совершенно меня не слушает.

— Ну, хватит, мама. Не для этого сюда пришли, — сказал Артем и направился на балкон. — Пойдем, покурим, — предложил он Данилу.

— Что это она на тебя наезжает? — спросил Данил, когда они вышли.

— Да ну ее... Запарила уже. Боюсь, при девчонках опять начнет.

— Успокойся, все будет хорошо. — Данил сжал руку Артема. — Как сам?

— А что со мной сделается? Живу тихо, скучаю.

— Наверное, по съемкам скучаешь?

— Как догадался?

— По глазам вижу.

— Да, поздравляю тебя с днюхой! Поцелую потом. — Он вынул из кармана коробочку и протянул Данилу. — Это от меня.

Данил тут же ее открыл и с удивлением обнаружил золотой перстенек.

— Спасибо, — тихо произнес он, — давно мечтал. Следующий ход мой.

— Я себе такой же купил, — сказал Артем, улыбаясь, и показал ему палец с перстнем.

— Весь гонорар потратил?

— Какая тебе разница? Главное, мы с тобой теперь окольцованы, и надолго. Ты не против?

— С тобой — нет, — уверенно ответил Данил.

Он хлопнул друга по плечу, но тут раздался звонок в дверь.

— Это девчонки, — догадался Данил и пошел их встречать.

Жанна и Инна с шумом ввалились в квартиру с цветами, шампанским и большой коробкой конфет. Они не сдерживали своих эмоций и начали выплескивать их в адрес именинника еще в коридоре.

Данил проводил их в комнату.

— Хорошие девочки, — одобрила мать Артема. — А вот где чья?

— Мам, ты как всегда, — недовольно бросил Артем.

— А что тут такого? — сказала с улыбкой Жанна. — Это мой мальчик. — Она обняла Данила за шею и поцеловала.

Артем прижал к себе Инну.

— Ну, а это моя подружка, — признался Артем.

— В таком случае все за стол, — предложил отец.

Данил включил тихо музыку, чтобы было веселее, и подсел к Жанне.

— За именинника! — поднял бокал с шампанским Артем. — Меня с ним свела судьба, и, думаю, не напрасно. Мы кое-что еще сможем. Да, Даня?

Потом родители долго обсуждали их увлечение, пока отец не поставил в этом разговоре точку.

— Они ребята взрослые и знают, что делают, — сказал он.

Празднование кончилось ближе к девяти вечера. Артем проводил мать на такси, а сам вернулся. Они прошли в комнату Данила и долго еще сидели, увлеченные разговорами.

Жанна не отходила от Данила ни на шаг, и уже перед уходом он предложил ей остаться на ночь, но она отказалась. Ей было неудобно перед его родителями.

Они вчетвером вышли на улицу и вместе бродили по городу, наслаждаясь свежим воздухом и красотами города.

Проводив девчонок по домам, Артем предложил Данилу остаться у него.

— Отец в командировке, — сказал он. — Есть желание — пошли ко мне.

После такого подарка Данилу было трудно отказать своему другу. Он позвонил домой и предупредил, что будет сегодня ночевать у Артема.

15

Утром их разбудил настойчивый звонок Аллы Борисовны.

Артем протер глаза, вспоминая, что сегодня воскресенье, и, недовольный, потянулся к телефону. Алла Борисовна их сегодня приглашала снова поработать, ссылаясь на то, что скоро предстоял показ мужской одежды и возможность подписания контракта на дальнейшую деятельность.

Артем взглянул на Данила, который спал, отвернувшись к стене, встал, оделся и прошелся по комнате.

Было только девять часов утра. Он тихо приоткрыл дверь и выглянул в коридор — мать уже ушла по делам. Артем вышел в коридор и направился в ванную. Когда он вернулся обратно в комнату, Данил уже проснулся, но лежал в постели и ждал Артема.

— Доброе утро, — сказал Артем, присев рядом на кровати. — Одеваться будешь? Время уже вставать.

— Кто звонил? — спросил Данил.

— Наша мать родная, Алла.

— Не спится старушке-погремушке.

— Как ты ее называешь? Погремушка? Почему?

— Да просто так. Она меня начинает немного раздражать.

— Глупенький. Это же, может быть, наше будущее. Она звонила и просила сегодня появиться для прогона программы. Там что-то опять у них намечается.

Данил потянулся к Артему.

— Давай еще поваляемся, — сказал он. — Так неохота вставать.

— Времени мало, вставай, я сейчас поставлю кофе — и вперед. — Он потеребил Данила по волосам и направился на кухню.

Алла Борисовна их уже ждала. На студии собралось человек пятнадцать молодых людей, которые с любопытством поглядывали на вошедших ребят. Данил это чувствовал: реклама дала свои результаты.

Работа началась: гримеры, стилисты и сама Алла Борисовна готовили молодых людей к работе.

Артем с Данилом понимали, что не только они одни такие красавцы и не только на них двоих делается ставка, поэтому выкладывались на каждом просмотре изо всех сил. Другие молодые люди тоже старались выйти вперед, но у наших героев было больше преимуществ. Начало было положено хорошее, теперь надо было не упускать очередной шанс и двигаться только в намеченном направлении. Они прекрасно чувствовали свою маленькую популярность, были одержимы новыми победами и готовы на все, чтобы любую конкуренцию зарубить на корню. Для этого надо было работать и на фотостудии, и здесь. Не зря же еще утром арт-директор предупредила, что сегодня может появиться возможность подписания кое-каких контрактов.

Ближе к обеду появились три человека, две женщины и один мужчина. Они сидели в сторонке и наблюдали за всем происходящим на подиуме. Алла Борисовна изредка к ним подсаживалась и о чем-то вела разговор.

Только около трех часов дня она дала всем немного времени для отдыха и подозвала к себе Артема.

— Ну, что, красавчик, — сказала она, — готов пообщаться с представителями модного журнала?

Артем терпеть не мог, когда его называли красавчиком. Он взглянул на нее укоряющим взглядом и моргнул в знак согласия.

— Я один? — спросил он.

— По очереди, не все сразу, — ответила Алла Борисовна.

Разговор был конкретным, в результате которого Артем подписал несколько бумаг.

Алла Борисовна пригласила еще одного парня, потом еще одного…

Артем подошел к Данилу.

— Если эта вешалка тебя к ним не пригласит, я откажусь от всех дел, — промолвил Артем.

— Не выдумывай, — возразил Данил. — Что еще за фокусы?

Артем не сводил глаз с Аллы Борисовны, которая весело что-то объясняла гостям и обсуждала кандидатов, которых предлагала. Данил поднялся и направился в раздевалку. Через минуту туда вбежал Артем.

— Ты куда ушел? Иди быстро к Алке! Она тебя ищет.

— Да пошла она в жопу!

— Ты что, обиделся? Ты у нее самый лучший, она тебя просто на закуску оставила. — Артем заметил, как глаза у Данила засветились.

Появился Данил.

— Даня, где ты ходишь? — закричала она через весь зал. — Иди сюда. Тебя люди уже заждались.

Данил подошел и с гордым видом оглядел гостей.

— Это тот самый молодой человек, про которого я в прошлый раз вам говорила.

Мужчина смотрел на Данила оценивающе. Одна из женщин раскрыла папку и достала бумаги.

— Наслышаны, — сказала она, — я его еще из московского показа помню, и еще был один…

— Это был Артем, он уже все подписал, — пояснила Алла Борисовна.

— Приглашаем вас сняться в нашем модном журнале, — сказала женщина. — Журнал рекламирует моду ведущих фирм России.

Данил взглянул на стоящего в стороне Артема и сжал кулаки наудачу.

Подписавших договора о сотрудничестве с журналом оказалось пятеро, все были парни. Алла Борисовна всех распустила, назначив очередную встречу, а отобранных ребят немного задержала.

— Господа! — сказала торжественно она. — У меня такое предчувствие, что скоро я вас потеряю. — В глазах ее промелькнула грусть. — Но я рада, что вы идете дальше. Мы все одна команда и еще не раз будем встречаться на подиумах страны. Я на вас надеюсь и знаю, что все у вас будет хорошо. — Она подошла к Данилу и обняла его за плечи. — Я к вам очень привыкла, и мне будет трудно с вами расставаться, но я вас жду всегда и приглашаю для дальнейшего сотрудничества. У нас впереди много интересной выездной работы, да и здесь тоже хватит дел для всех.

Она торжественно пожала каждому руку и распрощалась.

16

Впереди была сессия, и Данил с Артемом решили сдать ее без всяких проблем, для чего надо было на время друг с другом расстаться. Связь была только по телефону, и еще были редкие встречи на съемках для журнала.

Через месяц Артем первым позвонил Данилу и сообщил, что со студенческими делами полностью рассчитался и теперь был свободен.

— Звонков никаких? — поинтересовался Данил.

— Пока нет. Алла Борисовна тоже не звонит. Может, самим о себе напомнить?

Оказалось, что в городе ее нет. Настроение совсем испортилось, и ребята заскучали.

Данил приехал к Артему, чтобы построить планы на лето. Хотелось поехать на море, за границу. Возможности для этого были отличные, и они решили потихоньку начать готовиться, чтобы провести лето вместе со своими подружками.

Однако все их планы одним махом были нарушены приглашением в редакцию журнала.

— Кажется, мы с тобой отдохнули, — сказал расстроенный Данил, открывая дверь редакции.

— Мы же сами этого хотели, — сказал Артем. — Вот свое и получили, дурачки.

Съемки, проходившие здесь, отличались от всех предыдущих, и приходилось во многом перестраиваться. Требований было гораздо больше, поэтому в этот раз уходило много времени на всю работу.

Множество консультантов раздражали Данила. Артем тоже был от них не в восторге.

— Они что, решили над нами поиздеваться? — сказал он, выходя на улицу после очередного посещения фотостудии в редакции.

— Терпи и делай, что говорят. Посмотрим, что будет из этого. Раз уж так получается, деваться некуда...

Работа продолжалась дней пятнадцать, и вот наконец настал долгожданный финал. Оставалось только ждать результатов.

Обещанные гонорары были выплачены сполна, и, казалось, теперь ничто не могло помешать заслуженному отдыху. Впереди их ожидало море и горячий песок. Но мечтам опять не суждено было сбыться...

Звонок с фотостудии поставил крест на их планах и на этот раз. Теперь их ждали представители эротического мужского журнала.

— Мне такая жизнь начинает надоедать, — как-то признался Артем, но Данил его только подбадривал на большие дела.

Новый контракт и дальнейшее сотрудничество с этим изданием сулили большие деньги. Успокаивало только одно: журнал зарубежный и фотографии, которые будут публиковаться в нем, вряд ли смогут попасть в Россию. По условиям контракта предлагались откровенные съемки.

Наши герои имели уже некоторый опыт в этом плане, поэтому учить их особенно не пришлось, если не считать консультаций руководителя съемок. Все это не очень устраивало ребят, но гонорары…

На эту работу ушло еще около двух недель.

После стольких недель изнуряющих съемок ребята решили посидеть в ресторане. Можно было отдохнуть в спокойной обстановке, и они пригласили своих подружек

— Да, мальчики, вы делаете успехи, — восхищались девчонки. — Нам вас уже не догнать.

— А мы разве соревновались? — поинтересовался Артем.

— Конечно, ребятам намного проще, — сделала заключение Инна. — Нам кажется, что мы вас скоро можем даже потерять. С этой вашей работой мы вас практически не видим.

— Глупости какие, — возразил Данил и прижал к себе Жанну. — Я тебя никогда и никому не отдам. Ты же знаешь это! Вы знаете, почему мужья изменяют своим женам? — вдруг спросил он. — Потому что они их не устраивают в сексе. А ты меня, Жанка, устраиваешь во всем.

— У тебя есть планы на будущее?

— Никаких планов пока нет, — признался Данил. — О чем ты говоришь? Мне просто хорошо проводить с тобой время, и ты это прекрасно знаешь. — Он поцеловал свою подружку и предложил выпить шампанского.

— А что касается жен, — продолжил начатую другом мысль Артем, — то любовницы, естественно, лучше. Жена не может позволить того, что позволяет подружка, из-за моральных устоев или из-за скромности, чтобы не предстать перед мужем в каком-то неправильном, извращенном свете.

— Ты что хочешь этим сказать? — тут же поинтересовалась Инна.

— Абсолютно ничего, и давайте сменим тему. Я говорил тебе сегодня, что тебя люблю? — Артем взял Инну за руку.

— Сегодня еще нет, — улыбнулась Инна и прижалась к Артему.

— Так вот, говорю. Ты у меня самое хорошенькое создание в мире. Самое главное, что у меня с Данилом есть такие классные девчонки, как вы, а это уже что-то значит.

— Я лично рада, что со мной такой мальчик, как Даня, — сказала Жанна.

— Спасибо за это. Я тоже рад, — согласился Данил.

— Я тоже Артемку никому не отдам, — подтвердила Инна и потащила его танцевать.

— Снова началась дележка, — пробормотал Данил. — Вот скажи мне, пожалуйста, что ты больше всего хочешь? Только правду.

— Что я хочу? О, это сложно, — ответила Жанна.

— Очень сложно? Интересно, и что же?

— Тебя. А ты?

Данил придвинулся ближе к Жанне и, склонившись, прошептал:

— Хочу купить себе машину. Посоветуй, какую?

— Красную. Это мой любимый цвет. А меня не хочешь?

— Какую марку? С цветом потом разберемся.

— Это ты сам решай. Я думаю, что плохую ты не купишь, у тебя вкус имеется. А меня все-таки не хочешь?

— Надо будет сказать Артему. Я ему еще не говорил о машине. — Данил сделал вид, что не слышал последних слов Жанны.

— Данька, я тебя убью! Ты что, действительно меня не слышишь?

— Так, с машиной разобрались. Что ты спрашивала? — Данил уставился на Жанну.

— Я не спрашивала, а говорила, что я тебя убью.

— Это за что же так жестоко? За машину?

— Я тебя еще раз убью. Я про себя спрашивала.

— А-а... А я думал...

— Ну, говори быстрее. — Жанна посмотрела на своего молодого человека. — Данька, хватит дурачиться.

— Ты про себя? — заулыбался Данил. — Я был бы не я, если б тебя не обожал. Зачем ты спрашиваешь?

— Мне всегда приятно, когда ты говоришь обо мне.

— Хочешь, еще раз скажу, что тебя люблю? Еще тысячу раз скажу!

— Значит, ты Артему пока не говорил про машину? — Жанна обняла Данила.

— Нет, не успел. Но я думаю, он тоже может себе это позволить. Последний гонорар у нас был приличный.

Жанна с восхищением посмотрела на Данила.

— Я так влюбилась, что и дня уже не представляю без тебя, — прошептала она. — Я все сделаю, чтобы ты остался только со мной. Не пропадай надолго, а то вы с Артемом как загрузитесь на несколько недель, так дозвониться до вас просто невозможно. Где я еще такого сумасшедшего найду, как ты?

— Я и так с тобой, — улыбнулся Данил. — Ты меня очень даже устраиваешь. Я ведь здесь, рядом.

— Если что не так, ты сразу мне говори, — улыбнулась Жанна.

— И ты поможешь? — по-доброму усмехнулся Данил. — Жанка, прекрати, все нормально.

После танца Артем с Инной вернулись за столик.

— Можно Артему про машину сказать? — прошептала на ухо Жанна.

— Можно, не секрет.

— О чем шепот? — поинтересовалась Инна.

— Артем, а ты в курсе, что Даня собирается покупать машину?

— А ты? — захлопала в ладоши Инна.

— Что, серьезно?

— Я тебе еще не успел об этом сказать. Вот хотел посоветоваться. Ты сам-то как?

— Идея хорошая, прав только нет.

— У меня есть, — сказал Данил, — и тебе сделаем. Надо будет только на вождение походить. Есть такая возможность.

— Да умею я водить.

— Тогда остается только технический вопрос. Я тебе помогу, — заверил Данил и пожал другу руку.

— Ну, все, Инка, будут теперь наши мальчики нас на машинах катать.

— Значит, мы с вами видеться будем еще реже. — Жанна загрустила.

17

Артем немного задумался.

— То, о чем ты говорил вчера, это серьезно?

— Ты о машине?

— Ну да.

— Да, хочу купить тачку, пока есть деньги. Хоть вещь будет.

— Думаешь, что гонораров больше не получим?

— Да не в этом дело. Давно у меня была такая мысль. Что касается водительских прав — я тебе обещал, помогу, как только скажешь.

— Давай на следующей неделе.

— Ты тоже машину хочешь? А так бы на одной...

— Конечно. Чем я хуже тебя! — Артем хлопнул Данила по плечу. — Я на тебя надеюсь. Ты когда с Жанкой встречаешься?

— Сегодня договорился на вечер.

— А я один буду отдыхать. Устал что-то за последнее время.

Данил встретил Жанну в восемь, как договаривался, обнял свою ненаглядную и они пошли гулять по парку.

— Может, ко мне пойдем? Я тебя со своими родителями поближе познакомлю, — предложил Данил. — Тогда на дне рождения все как-то поверхностно получилось.

— А удобно будет?

— Нормально, тем более они тебя уже немного знают.

Родители встретили гостью очень тепло. Мать сразу предложила кофе, отец сидел в стороне и оценивающе смотрел на подружку сына.

Девочка она была действительно красивая. Данил не отходил от нее ни на минуту. Они посидели с родителями около получаса и уединились в другой комнате.

— Она у нас останется? — поинтересовалась мать, когда Данил на минутку вышел на кухню.

— Ты не будешь против? — спросил Данил.

Мать понимала своего взрослого сына, поэтому одобрительно улыбнулась.

— Ну вот, все в порядке, — сказал Данил, вернувшись в свою комнату и прикрывая за собой дверь. Он подсел к Жанне и, обняв за плечи, повалил на диван.

— Ты что, спятил?! Сейчас зайдут родители.

— Ты же меня не оставишь сегодня ночью одного, — зашептал Данил.

— Это будет зависеть от многих обстоятельств, — лукаво ответила Жанна.

— Да? — удивился Данил. — От каких, например? Если я не буду к тебе приставать сейчас? Так? Ты на это не рассчитывай. Я сегодня хочу провести ночь с тобой, а не как всегда, в одиночестве.

Жанна расплылась в улыбке и, обхватив руками шею Данила, стала одаривать поцелуями.

— Ты сумасшедшая девчонка, ты меня задушишь…

— Зато ты никому не достанешься.

— Это твое твердое решение?

— Конечно.

— Тогда сделай так, чтобы твои слова не расходились с делом.

Через неделю Артем уже получил права. Осталось только дождаться, когда Данил скажет, что пора ехать в автосалон.

18

Рано утром Данил позвонил Артему:

— Ну что, автолюбитель, готов ехать?

— Не рано ли? А девчонок возьмем?

— Нет. Давай сначала купим, оформим, а уж потом позвоним. Пусть это будет для них сюрпризом.

В автосалоне пришлось пробыть почти до обеда. Оформление заняло больше времени, чем они ожидали. Наконец молодые люди выехали на двух машинах «Форд Фокус» за пределы стоянки и остановились. Артем направился к Данилу и, весь светясь от счастья, сел в его машину.

— Звонить-то будем?

— Конечно. Жанка уже ждет меня, но я ей ни о чем еще не говорил.

— Я тоже Инне не сказал. Давай назначим им встречу в одном месте. Пусть подтягиваются, а мы заедем на мойку и наведем марафет нашим коням.

Жанна с Инной прибыли в условленное место, не зная, что их ожидает в ближайшие минуты.

Через некоторое время к ним подъехали два «Фокуса»: один красного цвета — Данила, другой синего — Артема. Девушки даже не обратили на них внимания — так были увлечены своими разговорами.

Ребята незаметно вышли из машин, и подошли к своим подружкам.

— Заждались?

— Где вы ходите, мы вас уже полчаса здесь дожидаемся!

— Куда поедем? — спросил Данил. — Хотите на шашлык?

— Это еще куда?

— За город, на природу. Мы уже все купили.

Инна посмотрела на молодых людей.

— Что-то не видно ваших покупок.

— Покупки в машинах! — торжественно объявил Артем и, взяв Инну за руку, подвел к машине. — Садись, не стесняйся!

— Не поняла... Это что, ты уже купил себе машину?!

— Садись, едем!

Сзади раздался визг Жанны.

— Данька, и ты купил машину?! — Она в восторге прыгнула к нему на шею. — Такую, какую я хотела! — Жанна бегала вокруг машины, хлопая в ладоши. — Ура, мальчишки, какие вы молодцы! Данька, как я тебя люблю! Ты точно самый сумасшедший из всех, кого я встречала в своей жизни!

Они выехали за город и расположились в небольшом лесочке.

— Есть одна проблема, — сказал Артем, — Шашлык купили, а мангала-то у нас нет. Собирайте камни, будем строить сами.

Вскоре манящий запах шашлыка стал распространяться вокруг места их стоянки.

Счастливые девчонки не находили себе места и не давали покоя своим молодым избранникам. Они расселись по машинам, включили громко музыку и наслаждались.

Данил сидел рядом с Артемом на камнях и наблюдал, как они радуются.

— Как дети… — приметил он.

— Пусть радуются. Я тебя хотел спросить, Данил, пока мы одни... Теперь наши отношения заканчиваются?

— Ты так этого хочешь? — спросил Данил.

— Наоборот, нет. — Артем подвинулся поближе к Данилу. — Знаешь, есть вещи, которые касаются только тебя и меня. Неизвестно, что у нас еще впереди, мы должны держаться вместе.

— Не дурак, все понимаю. Честно сказать, мне нравятся наши отношения, так зачем себя в чем-то ограничивать?

— Интересно, что думают о нас подружки?

— Мне лично без разницы, главное, что они нас, по-моему, даже любят. А что касается наших интересов, вспомни, что мы творили раньше, до них? А что творили они? Все это нормально для молодых людей. Я так думаю. Просто сейчас немного все по-другому, но это не меняет абсолютно ничего. Главное, что мы с тобой есть, и они есть тоже. Живем дальше, время покажет и подскажет все остальное.

— Ты знаешь, я очень счастлив, что в этой жизни встретил именно тебя, — признался Артем. — Мне очень хотелось бы, чтобы эти отношения никогда не кончались.

— Да и ты не промах. Мне тоже в жизни повезло с тобой. А тут еще и девчонки классные... Давай, раздувай огонь, сейчас потухнет. Вон еще сколько мяса остается. Девчонки, идите к нам!

— Фу, как надымили, — отмахиваясь от дыма, сказала Инна.

— Это не дым, это облака, — пояснил Артем.

— Какие же это облака?

— А вот посмотри сквозь этот дым. На фоне неба самые обыкновенные голубые облака, — сказал Артем.

— Таких облаков не бывает.

— Бывает. Вот мы и сами как эти облака. То появляемся, то пропадаем. Нас как будто и нет, а мы ведь есть...

— Интересная мысль, — сказала Жанна. — Это что же получается, вы, как и эти облака, можете исчезнуть?

— Никуда мы от вас не исчезнем, — заверил Данил. — А если растворимся в этом синем небе, то пусть думают, что все это была просто сказка, похожая на любовь.

— Фантазеры вы, мальчишки!

19

Данил медленно прогуливался по темной аллее. Ему не хотелось сидеть в этот теплый летний вечер дома, и он решил немного проветрить мозги. Данил хотел позвонить Артему, но вскоре раздумал. Ему нужно было остаться наедине с собой, поразмыслить о своей жизни, подвести кое-какие итоги всего происходящего.

Он прикурил сигарету и, заложив руки назад, шел, поглядывая на светящиеся рекламные щиты.

Родители снова уехали на дачу. Сам Данил терпеть не мог туда ездить, но не потому, что там надо было работать, просто его это мало интересовало. Однако иногда ездить все же приходилось, и ничего здесь поделать было нельзя. Правда, сегодня родители уехали сами, ему надо было только их завтра к вечеру привезти обратно. Настроение было какое-то непонятное. Он чувствовал себя одиноким и не находил места. Захотелось позвонить Жанне, которая не отказалась бы от встречи, но потом Данил все же решил не изменять своему желанию на сегодняшний вечер и остался один.

Уже поздно вечером он вернулся домой и расположился на своем диване. Ничего не хотелось делать. Было лень даже включить телевизор. Так одетый он и заснул.

Утром его разбудил телефонный звонок. Он показался ему очень знакомым и обнадеживающим. Данил вскочил и схватил трубку. Звонила Алла Борисовна и приглашала его с Артемом к себе в офис.

Они встретились на улице у офиса в надежде на очередной прогон перед предстоящим выездом для показов.

— Еще целый месяц впереди, а наша мамаша что-то рано спохватилась, — заметил Данил.

— Она тебе ничего там не наговорила? — спросил Артем.

— Да нет. Сказала появиться в обязательном порядке к пяти.

— Странно... Ну, пойдем.

Они вошли в офис и столкнулись с множеством молодых людей, которые суетились и громко болтали, обсуждая свои дела.

Артем с Данилом проскользнули в кабинет Аллы Борисовны. Ее на месте не оказалось. Видимо, она была в зале. Ребята расположились за столом в ожидании своего арт-директора.

— О, смотри, — сказал Артем, — буклеты с нашими физиономиями. — Он взял несколько рекламных листков и подал Данилу.

— Это не повод нас сюда приглашать, — ответил Данил, рассматривая цветные, шикарно выполненные буклеты, которых на столе лежало несколько пачек.

В коридоре послышался стук каблуков.

Действительно, через мгновение дверь распахнулась и вошла Алла Борисовна. Увидев ребят, она улыбнулась. Молодые люди в знак уважения встали.

— Сидите, сидите, — сказала она и прошла к столу.

— Что сегодня за мероприятие? — спросил Артем.

— А мероприятие такое… Мероприятие торжественное, — начала Алла Борисовна. — Вы многих ребят здесь не знаете и знать не можете. Это мое молодое пополнение. Но пригласила я вас по другому поводу. Дело в том, что вышел очередной мужской журнал высокой моды. В нем около полусотни страниц, и вы к нему имеете непосредственное отношение.

Данил вскинул брови, а Артем с интересом следил за Аллой Борисовной, которая достала из ящика стола несколько экземпляров, протянула по одному ребятам и попросила просмотреть.

Данил сразу увидел себя, потом Артема... Одежду, которую они демонстрировали в Москве и на других площадках, запечатлели фотографы как одну из самых лучших. Таких страниц с их участием в журнале набралось больше двадцати.

— Теперь вы понимаете ваше здесь присутствие? — сказала она.

Было приятно видеть свое изображение в столь богато оформленном и красивом журнале.

— Во дают спецкоры! — произнес Артем, просматривая журнал до конца. — И когда они все это успевают?

— Работа у них такая. Потом возьмете по одному экземпляру на память, — сказала она. — Я вас всех сегодня и собрала по этому поводу, чтобы отметить такое событие. А молодежь, которая здесь, пусть на вас смотрит и учится. Сегодня у нас здесь небольшой шведский стол, и я вас очень хотела видеть. Надо это дело отпраздновать.

Данил с Артемом чувствовали, как все внимание присутствующих было теперь обращено к ним, но смущаться не приходилось: множество выходов на подиум в последнее время вселяли в них уверенность.

Алла Борисовна проводила этот вечер на высоком уровне. Здесь было и шампанское, и водка, и хорошая экзотическая закуска. В конце праздника она сообщила, что скоро предстоит большая работа с выездом в Прагу.

Ребята видели, с каким азартом смотрели на них остальные присутствующие, и им это было приятно. Алла Борисовна не отходила от них ни на шаг. Потом, уже в конце встречи, она сказала Данилу и Артему:

— Работы будет много, и я вас прошу показать лицо нашей фирмы во всей красе, как вы это умеете делать, но теперь уже за рубежом.

— Мы как всегда, — ответил Артем.

— Я в вас верю. Вы же мои самые дорогие мальчики-звездочки. Я тут недавно узнала, что вы еще и снимаетесь в фотожурналах.

Данил в один миг покраснел и взглянул на своего друга.

— Да пробуем кое-что… — ответил Артем.

— Ну и молодцы! Если возможности позволяют — надо действовать. Куйте деньги, пока молодые. Время быстро пролетает, не заметите, как вас сменят другие.

20

Данил пришел домой около десяти вечера. Родители ужинали.

— Что-то сегодня рановато, — заметил отец. — С подружкой поругался?

— С чего ты взял? С ней невозможно ругаться.

— Помой руки и садись к столу, — пригласила мать.

Данил положил журнал, который принес с собой, на край стола и направился в ванную. Через минуту он услышал восторженные возгласы матери. Она явно была в восхищении, обнаружив фотографии своего сына: вместе с отцом они увлеченно их рассматривали. Данил еще некоторое время постоял за дверями, прислушиваясь к их разговору, потом вышел.

— Данька, неужели это ты?!

Он удовлетворенно улыбнулся.

— Ой, смотри, тут и Артем есть, — обнаружил отец. — Когда вы все успеваете?

Данил сел за стол. Он наблюдал, как родители это все воспринимают. Результат был колоссальный!

— Я же говорил тебе, чтобы ты не лезла в жизнь нашего ребенка, — сказал отец. — Парень он у нас взрослый и сам разберется во всем. Что надо, мы ему давно дали. А подружка твоя видела?

— Нет еще, завтра покажу.

— Вот видишь, какая на тебе здесь одежда, — заметила мать, — а ты как ходишь? В джинсах и ботасах...

— Ма, ну это же одежда для показа. Кому понравится, пусть приобретает, а меня и эта устраивает.

— Вот опять ты лезешь не в свои дела, — заметил отец.

— Да ладно тебе, — отмахнулась мать, подвигая Данилу тарелку с ужином.

Ночью Данил долго не мог уснуть. В голову лезли разные мысли, но на этот раз только хорошие. Они теперь с Артемом ждали выхода фотожурнала. Фотограф подготовил много материала с их участием, эти снимки одобрило одно из издательств и уже приступало к выпуску номера. Было интересно увидеть себя, только теперь в другом образе. Любопытно им было увидеть и эротическое издание, но это уже в Праге.

Колесо закрутилось еще быстрее. Теперь надо было лишь не сбавлять оборотов.

Утром позвонил Артем и предложил вчетвером встретиться в городе без машин, посидеть где-нибудь в ресторане. Он уже успел позвонить девчонкам, зная, что Данил от такого предложения не откажется, и они с радостью согласились.

О журнале ребята решили умолчать, но подружки оказались намного проворнее и купили его в киоске.

В этот вечер Инна только и делала, что танцевала с Артемом. Данил предпочел сидеть и болтать с Жанной.

— Когда вы уезжаете в Прагу? — спросила она.

— В середине августа. Я тебе обязательно что-нибудь привезу.

— Лучше себя привези, мне больше ничего не нужно, — отвечала расстроенная Жанна. — Я не представляю, как буду без тебя.

— Хорошо, и себя привезу тоже, — согласился Данил. — Ты меня прямо уже сейчас провожаешь. Еще почти месяц впереди.

— Это я так, напоминаю о себе, чтобы ты меня не забывал.

— Тебя невозможно забыть, — признался Данил и обнял девушку. — Такие девочки не забываются.

— Запомни, дорогой, все, что происходит у меня с тобой, — это только для тебя. Я тебя просто обожаю! Где найдешь еще такого мальчика ненормального и красивого?! Где бы ты ни был, я всегда буду тебя ждать.

— Вон еще один танцует.

— Артем, что ли?

— Ну да. Ччем плох?

— Он мне тоже очень нравится, но ты лучше, ты же мой! Я к тебе привыкла и никому не отдам, ты уж мне поверь.

Данилу было приятно слушать эти признания, и он налил еще по бокалу вина.

— Тогда за нас! — сказал он.

— Что-то ты меня в последнее время забывать стал. Когда встретимся в другой обстановке?

— Сейчас немного разгребу дела и тебе обязательно позвоню, — заверил Данил. — Были планы съездить на море, но чувствует мое сердце, что они не сбудутся. Поедем в следующем году. Я особенно не переживаю, самое главное теперь Прага. Надо отработать хорошо.

— Вернетесь? — улыбнулась Жанна.

— Конечно. Вы же нас будете ждать.

Жанна снова прижалась к Данилу.

Вернулись к столу Артем с Инной.

— Я вижу, вы тут так мило разговариваете, — сказал Артем, садясь за стол. — И о чем шла речь?

— Жанка не хочет меня отпускать в Прагу, — выпалил Данил. — Потом желает… Что ты желаешь?

— Бессовестный, все рассказал.

— Ну, это же хорошо! А ты меня нет? — обратился Артем к Инне.

— Глупенький… Ты для меня самый незаменимый и желанный, — ответила Инна, нежно посмотрев на Артема.

— Вот видишь, и Инна тоже тебе намекает, — сделал заключение Данил.

— Конечно. Но у вас как всегда нет места для встречи, и все разговоры получатся пустыми, — произнесла Жанна и взглянула на Данила с надеждой, что, может, он что-то придумает и для них.

— Ты права, друг мой, вариантов на данный момент у нас нет, — согласился Артем. — Такие вещи на скорую руку не делаются, могут появиться дети.

Девушки громко рассмеялись.

— Раньше все решалось, а сейчас почему-то нет, — заметила Инна. — Давайте лучше выпьем за наших мальчиков-фантазеров.

Поздно вечером они расходились по домам. Данил ушел вместе с Жанной, Артем решил Инну увести к себе.

— А мы так и будем бродить по ночному городу? — спросила Жанна.

— Почему же, мы поедем ко мне.

Они поймали такси и поехали к Данилу.

На следующий день после обеда Жанна была уже дома и звонила своей подруге. Ей очень хотелось похвастаться.

— Как ночка? — поинтересовалась она.

— А вы где были?

— Догадайся сама.

— Все понятно. Ну и как?

— Бедный мой мальчик. Он меня будет теперь полжизни вспоминать.

— Так же, как и мой.

— Ну, видишь, как складно все получается, а мы переживали. Они скоро в Прагу уедут, долго теперь не увидимся. Будет им о чем вспомнить.

Дни пролетели быстро. Ежедневные прогоны на подиумах, стилисты, модельеры. Все проходило, как во сне. Пока не было учебы в институте, молодые люди выкладывались полностью.

Девчонки пришли в аэропорт проводить своих ненаглядных.

Им было грустно, что расстаются с любимыми, и они этого не скрывали. Группа, уезжающая в Прагу, приехала на заказном автобусе за час до отправления. Артем сразу увидел стоящих в стороне подружек и толкнул Данила.

— Девчонки уже здесь, — сказал он.

Прощались быстро — не оставалось времени. Впереди была регистрация, досмотр и самолет...

— Ты мне позвонишь? — печальным голосом произнесла Жанна, не выпуская из своих объятий Данила.

— Конечно, и привезу тебе зарубежный сувенир, как обещал, и себя тоже.

— Лучше сам быстрее возвращайся. Помни, что я тебя жду.

Артем тоже слушал пламенные речи из уст Инны и был на седьмом небе от счастья.

Как было обидно подружкам, что у них так получилось неудачно с модельной карьерой, а тут их любимые молодые люди, и все у них так гладко и хорошо... Но об этом жалеть теперь было ни к чему — у них были два таких замечательных модельных парня, и девчонки радовались их успехам.

Жанна с Инной стояли в стороне и наблюдали за всем происходящим. Ребята сдали сумки и, обернувшись на своих подружек, счастливые, помахали им на прощанье. Через некоторое время самолет, набирая скорость, помчался по взлетной полосе...

— Мне что-то сейчас так грустно и очень нехорошо, — вдруг призналась Инна. — Кажется, на целую вечность мы с ними расстаемся.

Девчонки стояли у ограды аэропорта и смотрели, как самолет развернулся, еще сильнее заревел, разогнался и взмыл вверх...

Больше они своих ребят не видели никогда. Самолет разбился где-то над Прибалтикой. Экипаж и все пассажиры погибли. Страшную весть девчонки узнали из новостей в тот же вечер. Это был настоящий шок в их молодой и беззаботной жизни.

Потом они часто встречались вдвоем и всматривались в небо, в котором когда-то ребята видели те призрачные голубые облака. Теперь в этих облаках они видели совершенно другую картину, наполненную страхом и ужасом...

Из их глаз катились слезы, а счастливые лица Артема и Данила в фотожурналах напоминали о прекрасных днях и замечательных молодых парнях, которых они так сильно любили...

Они, как в сказке, появились и растворились высоко в небе, в тех самых облаках, о которых когда-то говорили своим любимым...

Комедия в трех актах

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

По перрону мчались трое молодых людей с сумками на плечах, разгоняя всех провожающих на своем пути. Им было куда спешить: поезд, на который они перед самым отправлением случайно купили билеты, уже медленно отходил от перрона, и проводники готовились закрыть двери вагонов.

Молодые люди бежали, размахивая руками, кричали проводнице последнего вагона, чтобы она нажала стоп-кран, но она в недоумении смотрела на эту сумасшедшую троицу и не знала, что делать.

Наконец один из бежавших, размахивая билетами, схватился за поручень вагона, закинул в тамбур свою сумку и протянул руку бегущему следом другу, подтягивая его за собой.

Третий бежал немного позади с рюкзаком и пакетом. Силы начали покидать его, он стал отставать.

— Бросай пакет, ну его к черту! — закричали ему друзья. — Бросай, тогда еще, может, и догонишь!

Он бросил пакет, и по перрону рассыпалось его содержимое — яблоки и свертки с продуктами. Теперь он уже был почти у последнего вагона, ему протянули руки те двое и затащили его в тамбур на глазах изумленных провожающих.

— Вы что, совсем с ума спятили? — раскричалась перепуганная проводница.

Молодые люди, обессилевшие от такой пробежки, сели на пол в тамбуре, чтобы перевести дух. Проводница закрыла двери и взяла их билеты.

— Слава тебе, Господи, что вы не в моем вагоне едете, — обрадовалась она, возвращая им билеты. — Ваш вагон впереди, можете идти, и не возвращайтесь больше сюда.

— Мамаша, дай передохнуть, — сказал рыжий парень с голубыми глазами.

— Какая я тебе мамаша? — возмутилась проводница. — Нашелся тоже мне, сынок. Идите в свой вагон. Весь состав рассмешили.

— Зато едем, — сказал другой, черненький.

— Спать меньше надо, — сказала проводница, — тогда за поездом бегать не будете.

— Да мы только билеты купили, — пояснил третий, русоволосый парень. — Кассирша говорит, нет билетов, а потом вдруг раз — и есть. Мы даже сдачу у нее не взяли, пусть подавится.

— И куда же вы все так спешите?

— За хорошей жизнью, — ответил рыжий.

— Да, это стоит того, — согласилась проводница и немного смягчилась. — Ну, передохнули, теперь идите в свой вагон. Я не хочу иметь из-за вас неприятности, когда будет проверка. А жизнь везде хороша, в ней надо только разобраться, — заметила она. — Так что дерзайте, искатели приключений!

Молодые люди перевели дух и стали пробираться к своему вагону.

Они перешагивали через сумки в проходах, толкались между суетливых пассажиров, которые размещались по своим местам.

— Это какой вагон? — наконец спросил русоволосый.

— Восьмой, — ответила какая-то бабка.

— Проскочили, — сказал он. — Пошли назад.

— Так и будете здесь болтаться, — возмущался какой-то старик. — Не видите, как здесь тесно? Билеты смотреть надо заранее.

Молодые люди развернулись и друг за другом пошли в обратную сторону, выслушивая претензии пассажиров.

— Ну чего вы тут ходите, места не найдете? — возмущались люди.

Наконец они нашли свой пятый вагон.

Подошла проводница и, проверив их билеты, указала на места.

Рыжий сразу упал на полку, вытянулся и сказал:

— Вот так до конца и буду ехать. Сил моих больше нет. Легче пешком дойти было.

— А вы до следующей станции или дальше?— поинтересовалась соседка — старушка, которой предстояло ехать с этой компанией.

— Нет, бабуля, мы до упора, — ответил черненький.

— Да как же пешком, столько верст впереди? — удивилась она.

— Он у нас скоростной парень, — пояснил русоволосый. — Любит километры наматывать пешком.

— Да? Надо же! Наверное, спортсмен?

— Да, он спортсмен, только неизвестно, по какому виду спорта.

— Вот я в молодые годы тоже много ходила, — начала рассказывать бабушка. — Денег на дорогу не было, вот и приходилось ходить…

— У него деньги есть. У него хобби такое — больше пешком.

— Интересные вы ребята, — заметила бабуля, всматриваясь в их лица. — Наверное, домой едете.

— Нет, из дома, — пояснил черноволосый. — Надоело на одном месте сидеть, вот и решили в большой город съездить, счастья попытать.

— Молодцы, надо и это. — Она улыбнулась, наблюдая, как молодые люди расползались по полкам.

Через час первым подал признаки своего существования черноволосый молодой человек. Он чуть было не кувырнулся с верхней полки на перепуганную бабку, которая выскочила в проход вагона и стала креститься, благодаря Всевышнего, что осталась невредима.

Сначала на стол упал его ботинок, а когда старушка подняла голову, то с ужасом увидела, как молодой человек быстро ползет вниз прямо на нее.

Она успела убрать со стола свою кружку, когда тело с грохотом и громким матом опустилось в проход.

— Господи, сынок! — залепетала она. — Не ушибся ли, бедненький?

Черноволосый с вытаращенными глазами, не понимая, что с ним произошло, поднялся, огляделся, убрал со стола свой ботинок и виновато улыбнулся.

— Не ушибся, — ответил он. — Немного задремал. — Он взглянул на своего рыжего друга, который истерично смеялся.

— Серега, ты что ржешь? — спросил он. — Я чуть стол не сломал, а ты…

— Главное, башка целая, — сказал Сергей, поднимаясь с полки. — Надо и Ваньку будить, иначе он меня придавит.

Старушка немного успокоилась и села на свое место.

— Вы уж, ребята, поосторожней, — сказала она. — Так и убиться можно.

Сергей стал толкать Ивана, который что-то бурчал и ворочался.

— Не привыкший народ к поездам, — объяснил старушке Сергей. — Ездить приходится редко, больше на тракторе.

Подошла проводница справиться о пострадавшем.

— Все нормально, — сказал черноволосый, которого звали Славой. — Если за поездами бегаем и догоняем, то разве проблема с полки упасть?

Вскоре появилась лохматая, сонная голова Ивана.

— Вставай, весь цирк проспишь, — сказал Сергей.

— А что за грохот был? — спросил Иван. — Вагоны подсоединяли?

— Что-то вроде этого. Славка с полки свалился. Давай вставай, — сказал Сергей. — Чай будем пить. Еды у нас нет. Яблоки и продукты, что дала мать, на перроне остались благодаря Славке, так что будем сидеть на воде.

Иван аккуратно спустился вниз и присел рядом со старушкой.

— Замаялся, бедный, — сказала она.

— Еще бы. Попробуйте за поездами погоняться. До сих пор ноги трясутся. — Он взглянул на любопытную соседку. — Да, в нашей глуши кроме коров с быками ничего и нет. А на молоке долго не протянешь.

— Так уж и одни коровы? — переспросила старушка.

— Много коров и один пастух, — пояснил Славка. — Теперь едем в город, покорять новые просторы. Вот я, например, ничего не умею делать, поэтому пойду на стройку. Там, говорят, таких, как я, много. Научусь кирпичи класть, мастером стану. Обратно приеду — дом буду строить.

— Молодец, — похвалила старушка. — Ну, а ты, хлопчик, кем хочешь стать?

— Я? — Сергей призадумался. — Я личность творческая, мне бы что-нибудь ближе к продуктам.

— Да торгашом он хочет стать, продавцом, — пояснил Славка. — Все о супермаркете мечтает. Тоже мне, нашелся творческий работник.

— У нас есть большие магазины. Там много людей работает, — сказала старуха и обратилась к третьему парню, Ивану: — А ты кем хочешь стать, милок?

— Не знаю. Куда возьмут. Может, пойду на завод, а может, в порт.

— Грузчиком, — добавил Сергей. — С его способностями или чего носить, или чего не носить. Он у нас талант.

— Работники везде нужны. Это дело хорошее, — сделала заключение старуха. — И надолго, сынки, едите?

— Как повезет, может, и на всю жизнь, — ответил Иван. — Главное устроиться. Я люблю большие города, они меня с детства тянут к себе. Наша деревня мне поперек горла встала: ни девчонок, ни клуба нормального. А в городе я себе найду занятие.

— Это точно, — согласился Славка. — Он больше, чем наш райцентр, ничего в жизни не видел. Большие города его как магнитом к себе тянут. Где мы потом его искать будем…

— С таким азартом, как вы стремились в этот поезд, у вас наверняка получится. Вот ты, милок, на что годен в работе? — допытывалась старуха.

— Я? — удивился Иван. — Да на все. Я мастер на все руки.

— Он может петь и танцевать, — снова вставил реплику Сергей.

— И не только, — обиделся Иван. — Могу работать. В прошлом году с отцом на ферме крышу полностью перекрыли, правда, она стала протекать по весне, но все же...

— Он еще за поездами неплохо бегает, — добавил Славка.

— Вы их, бабушка, не слушайте. Я умею все. А вот куда устроиться, не знаю. Буду везде себя предлагать. Я трудностей не боюсь. Сами знаете, в большом городе легко потеряться, главное, себя не потерять. А работу я найду.

— Вот молодец мальчик! И сколько же тебе, соколик, годков? — не унималась старушка.

— Нам всем по восемнадцать, — сказал Славка. — Молодые еще, кровь с молоком… Подрастающее поколение, так сказать.

— Особенно ты, — добавил Иван. — Молоко с кровью у кого хочешь выпьет. Вампир, короче, он по натуре.

Бабушка покачала головой.

— Это ужасно! — сказала она, искоса поглядывая на Славку.

— Ну а ты, рыженький? — обратилась она к Сергею.

— Я тоже умею работать, — гордо заявил он. — Но больше меня привлекает общество. Ну, люди, понимаете. Я люблю, когда много людей.

— Особенно девчонок, — добавил Иван. — Бабник он.

— Дурак ты. На себя посмотри, труженик нашелся. Половых дел мастер.

— Ты что, строитель? — не поняла старушка.

— Да, он строитель, только строит тех, кто ему нравится.

Старуха ничего не поняла и обратилась к третьему — Славику.

— Я не знаю. В большом городе мы будем впервые. Мы же все деревенские, — признался парень. — Вечерами танцы, днем работа. Я работал на конюшне, потом в кузнице с дедом. Так что у нас биография невесть какая. Работы в деревне мало, вот и решили в город податься, денег подзаработать.

— В таком случае я желаю вам удачи. Только, сынки, смотрите, город — дело серьезное. Будьте внимательнее, — предупредила их старушка и уставилась в окно. — Утром уже приедем. Держитесь там за руки, народа много, чтобы не потерялись.

— Хорошо, — тут же согласился Сергей. — Я буду держаться за Ваньку, а ты, Славка, за меня. Где мы тебя потом искать будем?

Славка громко рассмеялся.

— А меня искать не надо, — сказал он. — Все деньги у меня, и я не пропаду. А вот что вы будете без меня делать — это как раз интересно.

Ночью молодые люди от души храпели на весь вагон. Даже полуглухая старуха не сомкнула глаз. Она вытащила клубок ниток и готова была связать что угодно, только бы отвлечь свое внимание от этого концерта.

Утром, когда поезд подходил к вокзалу, молодые люди второпях стали собираться. Сумки падали с верхних полок, и старушка схватилась за сердце.

— Ой, сынки, не уроните мою, там варенье для внучки! — закричала она недовольным голосом. — Вы что, первый раз в поезде? Зачем так торопиться? Поезд еще не остановился, а вы уже к выходу рветесь.

— Дела зовут, бабуля, — ответил радостный Сергей. — Нам ни минуты в этой жизни терять нельзя.

Он кинулся в туалет и стал стучать кулаком в дверь, орать, чтобы там поторопились.

— Туалет не работает, — сказал курящий в тамбуре пассажир. — Санитарная зона.

— Они что, совсем с ума посходили? — ругался парень — А мне что теперь делать?

— Терпи, друг мой, терпи.

Сергей почувствовал издевательский тон и вспылил:

— Ну-ка, дядя, выйди, я между вагонов схожу! Я по-маленькому.

Мужчина взглянул него как на ошалелого и вышел из тамбура, хлопнув дверью.

Довольный Сергей вернулся на место.

— Открыто? — спросил Славка.

— Закрыто.

— А ты как?

— Видишь, терплю. Бог терпел и нам велел, — ответил Сергей.

— Не дотяну, — прошептал Славка и посмотрел на друзей помутневшими глазами.

— Терпи, коза, а то мамой будешь, — шутил теперь уже Иван. — Он точно не дотянет. У него в глазах уже все бултыхается.

Поезд, как назло, медленно подползал к перрону. Толпа народа, полиция, охранники вокзала — все сразу бросилось в глаза Славки.

«Да, попал, — подумал он. — Хоть в штаны лей».

Он первым выскочил из вагона и помчался по незнакомому вокзалу. Куда бежать, он не знал, и мчался сломя голову за ближайший угол, где было меньше всего народа.

Друзья ждали его у выхода из зала ожидания. Они закурили и с любопытством стали поглядывать по сторонам.

Наконец появился Славка.

— Пометил город? — спросил Сергей. — Как тебя только менты не загребли.

— Они таких не забирают, — смеялся Иван. — Им порядочные люди нужны.

— Как мы, например.

— Что-то вроде этого. А вот и они, братки. Славка, они точно за тобой. Ты там ничего не затопил?

Славка побледнел. Наряд из трех полицейских направлялся именно к ним.

— Документы! — сказал один из полицейских.

Молодые люди стали рыться в сумках.

— Смотри, мамка сало положила! — воскликнул Иван. — Вот сумасшедшая! И колбасу сунула, а я и не знал. Ехали голодные всю дорогу.

— Вы давайте документы, молодые люди, — уже строго сказал другой полицейский. — С колбасой потом разбираться будете.

Проверив паспорта, они подозрительно окинули взглядом молодых людей.

— Из деревни, что ли?

— Да, из деревни, — ответил Иван, пряча паспорт в куртку. — На работу приехали, город будем покорять.

— Ну и ну, — удивился третий. — Несет же в город кого попало. — Специалисты?

— Еще какие. На все руки мастера.

— Оно и видно. — Полицейские козырнули и пошли прочь.

— Хорошо, что не замели, а то грызть бы мне твое сало на нарах, — сказал Славка. — Пошли отсюда быстрее.

Они двинулись по залу ожидания, озираясь по сторонам и удивляясь большому скоплению людей.

— Встречай своих покорителей! — выкрикнул Сергей. — Мы тоже не последние люди на этой земле! Да здравствует наша деревня и ее обитатели! Кажется, мы попали в нужный нам город...

АКТ ПЕРВЫЙ

Сергей устроился в огромный супермаркет подсобным рабочим и сразу приобрел кличку Рыжий.

Заведение обещало большие перспективы местным сотрудникам и никаких — приезжим. К последней категории относился и Сергей. Но он не унывал: цель у него была одна — подзаработать денег и купить себе авто, приехать в деревню и раскатывать, соблазняя своих подружек. О своей мечте молодой человек не говорил друзьям и хранил ее в себе как заветную тайну.

Он работал с усердием, чтобы обратили на него внимание, но среди множества работников выглядел обыкновенной серой мышкой.

«При такой должности, как у меня, я ничего не заработаю, — размышлял он в минуты перекура, поглядывая на таких же, как и он сам, грузчиков. — Даже в нашей деревне некоторые больше зарабатывают и лучше выглядят. Надо рваться хотя бы на склад или в какой-нибудь кабинет. Эти алкаши вертелись бы у меня, как пчелы в ульях».

После работы Сергей приходил домой, на съемную квартиру, и от усталости валился с ног.

— У меня складывается такое впечатление, что ты там работаешь один, — замечал Славка. — Ты себя угробишь этой работой, так нельзя напрягаться. Любовные перспективы у тебя полетят сразу к черту. Кому ты будешь нужен такой дряхлый? Девки любят таких как я или как Ванька.

— А я и не напрягаюсь, — оправдывался Сергей. — Всю работу выполняем поровну. У нас бригада.

— Смотри ты, как заговорил, — поддевал его Иван. — Из тебя бригадира не получится, это точно. Говорил тебе, иди со мной в киоск работать. Работа непыльная, с народом общаешься не меньше, чем ты. Себя надо показывать лучше в маленьком коллективе, там заметнее. Народ другой, понимающий, иногда и сочувствующий.

— Конечно, одни бабки. Те всегда сочувствуют, им больше заняться нечем. А у тебя коллектив подобрался очень приличный: ты да приезжая тетка. Она тебе конкуренцию не составляет? И куда у вас можно выдвинуться? Только в сторожа или дворники. А что, прихвати и их должности — миллионером станешь. Торгашом я не хочу работать, пусть бабы там крутятся. Мне массы нужны. Я с народом един.

— О, заговорил как, — снова возмутился Иван. — В деревне был един со стадом коров, а здесь ему народ подавай.

— Нет, мелкое производство не для меня, — решительно ответил Сергей.

— У нас коллектив хоть и маленький — два человека вместе со мной, но крепкий, а у тебя одни алкаши. Смотри, сопьешься, лечить тебя мы со Славкой не будем.

Сергей глубоко вздохнул и сел к столу.

— Завтра твоя очередь готовить, — предупредил Славка.

— Я с работы что-нибудь принесу. — Сергей встал и заглянул в холодильник. — Ну вы и жрете! Как слоны!

— Как в прошлый раз, одну морковку принесешь? Сам ее и грызи, а мы люди серьезные. Я — строитель, Ванька — продавец. Связались мы с тобой, видно, зря. Нашел бы работу другую. В больших заведениях редко начальству на глаза попадаешься, а в таких, как мы, только перед ним и крутишься.

— Может, у меня перспектива большая, — возразил Сергей.

— Пока незаметны твои перспективы. Завтра твоя очередь готовить, — напомнил Иван. — Смотри только, не как в прошлый раз, иначе мы тебя съедим. Когда я голодный, я злой.

Сергей поужинал и улегся на диван, отвернувшись к стене.

— Устал, бедолага, — сочувствовал ему Славка. — Сейчас вырубится и захрапит.

Постепенно Сергей стал заводить себе на работе друзей.

В город никто из молодых людей не выходил, маршрут у всех был один: работа — дом и обратно. Причин на это было две. Первая — недостаточно денег, тем более что первая зарплата у всех получилась совсем маленькая, а надо было еще платить за квартиру. Во-вторых, никто не знал город, а самое главное, молодые люди работали по разным графикам. Если Славка уходил работать в ночь, то Иван возвращался и спал, а вот Сергей работал исключительно днем — в самое трудное время, когда народу просто тьма и некогда даже перекурить. Да еще заведующая, не любившая рыжую масть, старалась загрузить его работой так, что у него не оставалось времени передохнуть. Но когда эта заведующая однажды сама пришла с выкрашенными в рыжий цвет волосами, Сергей просто засиял.

— Не думай, что будут поблажки, — сразу предупредила она. — Мой рыжий цвет — явление временное. У меня хобби: перекрашиваться каждый месяц.

— Получается, май — это рыжий месяц, — приметил Сергей, — а значит, и мой.

— Твой месяц испытательный. Будешь плохо работать — выгоню, — предупредила она. Заметив, что с его лица исчезла улыбка, добавила: — Ну ладно, иди работай, майский красавец.

— То-то, — буркнул Сергей. После обеда он спрятался в подсобке, где ему девчонки-кассирши навели такую прическу, что сами со смеха чуть не попадали.

Глянув на себя в зеркало, Сергей смеялся минут пять: волосы торчали дыбом в разные стороны, да еще для устойчивости обильно были политы лаком. Это было ужасно!

— Теперь можешь идти в зал, — подталкивали его девушки. — Заведующей на глаза не попадайся, если что — мы не при делах.

Сергей потряс головой, чтобы его рыжие перья были еще пышнее, взял тележку с продуктами и покатил ее в зал, чтобы выложить товар.

Первым, на кого он наткнулся, был охранник. Раскрыв рот от удивления, он обошел рыжее чудо стороной и долго смотрел ему вслед. Потом пришел в себя, схватил рацию и стал передавать начальству замеченное безобразие.

Девчонки за кассами хихикали, наблюдая за Сергеем, который довольно умело вел тележку между многочисленными покупателями и выкладывал товар, поражая всех своим видом. Он больше следил, чтобы не наехать на ноги людям, и вдруг уперся в чей-то живот.

Подняв голову, он увидел перед собой заведующую. У нее было такое лицо, что Сергей понял: пора увольняться.

— Дайте проехать, — сказал он. — Видите, человек работает.

— Тебя откуда вынули? — произнесла растерянная заведующая. — Или током шибануло? Ты посмотри на себя, попугай!

Сейчас Сергею показалось, что ее рыжая прическа зашевелилась от негодования.

— А что? — удивился он. — На улице ветер, попал в бурю.

— Я тебе сейчас такую бурю устрою, что штиля тебе долго не видеть! Ты что, собрался мне всех покупателей разогнать?

— Вы насчет прически? Так это реклама, — пояснил он.

— Какая это реклама, извращенец?! — Она выдернула из его рук тележку и покатила сама. — Иди отсюда и приведи себя в порядок, пока не вышвырнула за дверь. Лоботряс!

— Вы катите, а я буду выкладывать, — предложил Сергей. — Быстрей управимся.

— Иди, куда я тебя послала! — прошипела она. — Через пять минут зайдешь ко мне в кабинет. — Она бросила тележку и пошла прочь.

Через пять минут Сергей стоял в кабинете заведующей и выслушивал претензии к своему внешнему виду.

— Ты себя в зеркало видел? — кричала она. — Пугало ты огородное! Одни — алкаши, другие — неформалы… Ты к какой группировке принадлежишь? Что же мне так не везет с этими грузчиками… — сокрушалась она. — Думала, хоть ты парень порядочный, а что вижу? Это просто какой-то кошмар! Растопырил перья, ходишь, как не знаю кто... У тебя с головой проблемы?

Сергей взглянул в висевшее на стене зеркало.

— Проблем нет, — ответил он. — Мне лично нравится.

— Немедленно приведи себя в порядок. На тебя как на идиота все смотрят. Девчонки смеются.

— Что-то не так? А они пусть смеются, они мне просто завидуют.

— Ты у меня будешь пожизненно на испытательном сроке! — кричала заведующая, но потом успокоилась и села за стол. — Что ж так не везет-то… — сокрушалась она. — Одного выгнала за то, что в шортах ходил, светил своими худыми ногами, другого — за то, что к молодым клиентам приставал, а этот вообще сумасшедший. Выйди из кабинета, чтобы глаза мои тебя не видели. Немедленно намочи голову и расчешись, клоун ты бездарный.

— А те испытательный срок не выдержали? — поинтересовался Сергей. — Вы их уволили?

— И ты не выдержишь. Ну откуда вы только беретесь? Это у себя в деревне так ходить будешь, а здесь город, большой цивилизованный город. Ты это понимаешь?

— Я недавно видел молодых людей, они были выкрашены в разные цвета, как петухи.

— Это что, намек? Теперь ты тоже покрасишься? Немедленно приведи себя в порядок!

Сергей облегченно вздохнул и вышел из кабинета.

— Получил? — спросила кладовщица, которая столкнулась с ним в коридоре.

— Ей очень понравилось, сказала, что и себе такую же прическу сделает, — ответил Сергей и присел на ящики.

— Сумасшедший дом! — замахала руками кладовщица и скрылась на складе.

«Так и карьера может обломаться, — подумал Сергей. — Никто меня не понимает. Я хочу, чтобы на меня внимание обращали, можно сказать, рекламу создаю бесплатную, а они…»

Сергей немного посидел в раздумьях, потом все же решил исправить старания девчонок, пошел в туалет и намочил голову. Волосы послушно легли на место. Он пригладил их ладонью, взглянул на себя в осколок зеркала на стене и сморщил лицо.

— Ну и ну, — протянул он. — Значит, буду вечно на испытательном сроке... С этой директрисой так ничего и не заработаешь. Сейчас на самую трудную работу зашлет, она это может.

Он вышел в зал и приступил к своим обязанностям.

— Что случилось? — улыбнулась Наташка, кассирша, принимавшая непосредственное участие в его прическе.

— Никто ничего не понимает, — вздохнул Сергей. — Вот и эта бестия все испортила.

— А пот почему льется?

— Это не пот, это вода с волос, потеть надо в другом месте, — ответил Сергей.

— И в каком же?

— Потом скажу, давай работай, не отвлекайся. Допустишь недостачу или обсчитаешься, она и тебя не пожалеет. Какой-то зверь, а не тетка.

Сергей обходил зал, раскладывая продукты, потом подошел к охраннику. Тот покосился на него и с усмешкой сказал:

— У нас заведующая хорошая женщина, понимающая.

— Вот и радуйся, пока она тебя здесь еще держит, — огрызнулся Сергей. — Мне терять нечего, магазинов много. Вот дослужусь до заведующего — свои порядки заведу. Самый эксклюзивный магазин будет во всем городе. Пойдешь ко мне работать?

— Доживи сначала до конца своего испытательного срока, а потом мечтай, — сказал охранник и, чтобы не услышать от него еще что-нибудь неприличное, отошел подальше в сторону.

Наташка подменилась на перерыв и направилась в подсобку пить кофе. Сергей ее догнал и схватил за руку.

— Не приставай, кругом камеры слежения, — предупредила она.

— Я с тобой, тоже отдохну немного.

— Иди, я сейчас подойду, — сказала она и направилась в туалет, но он оказался закрытым. — Ну, что ты за мной ходишь? Я руки помыть хочу. Иди, я сейчас подойду.

— Мне тоже надо руки помыть. Я за тобой буду, — сказал Сергей и встал за ее спиной.

Туалет долго не открывался. Сергей не выдержал и постучал кулаком в дверь.

— Выходи, чего застрял? Мешок цемента съел, что ли? — громко крикнул Сергей, и Наташка рассмеялась.

— Откуда ты только такие выражения берешь? — спросила она.

Дверь открылась, и перед ними предстала заведующая

— Это опять ты? Я тебе покажу мешок цемента! — нервно сказала она. — Снова без дела болтаешься?

— Мы хотели только руки помыть, — стал оправдываться Сергей.

— Смотри, какой чистюля! Иди и работай, бабник. Даже в туалет за девчонками ходишь! Так и волочишься за каждой юбкой.

Сергей окинул Наташку взглядом с ног до головы.

— Ты же в джинсах, — сказал он, когда заведующая ушла. — Не права кормилица. Юбки я здесь не вижу. Заходи и нос затыкай, — предупредил Сергей. — Там вонь, наверное, стоит неимоверная.

— Так, где потеть-то надо? — смеялась Наташка, разливая кофе.

— Когда сексом занимаешься, — ответил Сергей и покраснел.

— А на работе?

— Ешь — потей, работай — зябни, — выпалил он поговорку. — Это не для меня. За такие деньги я здесь потеть не собираюсь.

— Где же таких взять, которые потеют? — задумчиво произнесла Наташка.

— Ну, я, например.

— Ха-ха, ты? Интересно.

— Я потею хорошо, когда занимаюсь любимым делом, — пояснил Сергей. — Ну, конечно, кроме работы.

— Ой, рыжий… Мне бы твои заботы, — вздохнула девушка.

— А у тебя есть заботы? У тебя семья, дети сопливые? Муж голодный?

— Я не про это.

— А у тебя муж есть, кстати? — не отставал уже Сергей. — Может, я к тебе в гости соберусь, так чтобы неприятностей не было.

— Нет у меня ни мужа, ни сопливых детей. Вот привязался! Пей свой кофе и иди работай, а то заведующая тебя точно выгонит.

— А я думал, что ты замужем.

— Индюк тоже думал. Идем работать, болтун, — сказала Наташка и направилась к выходу, но Сергей снова схватил ее за руку.

— Так что, может, попотеем?

— Попотеешь ты за тачкой, а я на кассе, — улыбнулась Наташка.

В зале Сергей услышал громкий голос заведующей.

— Вот воет, будто у нее любимая кошка сдохла, — сказал он.

Наташка снова рассмеялась и заняла свое рабочее место. Сергей взял тачку и направился на склад.

— Ну что, мать, грузи провиант, народ голодный, — сказал Сергей и врезался коляской в стол кладовщицы.

— Осторожно, рыжий, прешь как бык, — возникла кладовщица.

— На корову, — добавил Сергей.

— Сам ты корова... И какая я тебе мать? Я года на три всего старше тебя, — обиделась кладовщица. — Нашелся тоже мне, сынок.

— А что, неплохой сынок, — заметил Сергей.

— Пока ничего хорошего я в таком сынке не вижу.

— Так и не увидишь, надо штаны снять.

— Ах ты, похабник! — возмутилась кладовщица. — Грузи свою коляску и дуй отсюда. Да смотри, не придави свое хозяйство на поворотах.

Сергей нагрузил доверху тележку и покатил снова в зал. Проходя мимо кассы, где работала Наташка, Сергей сказал:

— Занимай очередь, а то тут девки вперед тебя залезут.

— Какую еще очередь? — не поняла Наташка.

— Как какую? Потеть.

Наташка погрозила ему пальцем и продолжила работу.

Теперь Сергей старался с заведующей не сталкиваться и, объезжая тележкой покупателей, поглядывал по сторонам.

Заведующая была женщиной сорока лет от роду, впитавшей много руководящих замашек. Порой она казалась надменной и суровой. Она строго относилась не только к Сергею, гоняя его за работу, но и от кассиров требовала четкого выполнения своих обязанностей. Успевала все: и поощрить добрым словом, и отчитать за промахи в работе. Сергей теперь уже не старался находить с ней общий язык — работал сам для себя и особенно не выкладывался. Заведующей это не нравилось. До него она с одним уже распрощалась, но тот в конце концов перед уходом ее просто при всех послал. Это слышали все, и потом много ходило разных разговоров по этому поводу. Она решила пересмотреть свое отношение к сотрудникам, но у нее ничего не получилось, поэтому ее все так же недолюбливали и худо-бедно работали, лишь бы она не раскрывала свой рот.

Сергея она взяла на работу сразу: была горящая вакансия, да и местные вряд ли пошли бы работать подсобными рабочими на такую зарплату. Сергею она обещала ее повысить после месячного испытательного срока. Он понимал, в чем заключался этот испытательный срок, но в свете последних событий решил, что ему светит здесь далеко не солнце, поэтому не собирался особенно себя проявлять: работал, не прогибаясь, в меру своих возможностей. Заведующая на него порой кричала, хотя кричала она на всех, и никто уже не обращал на это внимания. Такую позицию занял и он, стараясь быть ближе к сотрудникам, чем к этой, как он ее называл за глаза, крашеной жабе.

Больше всего Сергею нравилась кассирша Наташка. Она сразу обратила на него внимание, как он только появился, и стала подкалывать его по разным пустякам. Эти приколы Сергей воспринимал как внимание к своей особе и общался с ней абсолютно на разные темы. Ее подружка Светка, работавшая за соседней кассой, тоже обратила на него внимание, и Сергею этого было уже достаточно: выбор у него появился.

Однажды, когда у девчонок был перерыв, он подсел к ним за стол и стал засыпать разными пошлыми вопросами, думая, что они его пошлют куда подальше, но, на удивление, Светка с Наташкой поддержали его в разговоре и сами стали донимать Сергея.

Обе девчонки тоже были не местными и снимали комнату недалеко от работы еще с одной своей подружкой. Они разузнали от самого Сергея все о его происхождении и планах и однажды пригласили к себе в гости.

— Не боишься? — спросила Светка. — Мы голодные на мужиков.

— А чего бояться?

— Нас трое — ты один, — пояснила она.

— Ну и что? Думаете, не справлюсь?

— А если мы с тобой справимся? — смеялась Наташка. — Вот возьмем и изнасилуем тебя.

— Меня? — удивился Сергей. — Вот здорово! Будет, наверное, интересно. Я думал, что обычно наоборот получается.

— Ты думал? Нечего думать. Мы не из тех, кто ломается. Ты как?

Вечером Сергей рассказал своим друзьям о разговоре.

Молодые люди долго смеялись. Славка сразу предложил Сергею компанию. Иван воздержался.

— Найдете на свою задницу приключений, — предостерег Иван.

— Там одна Наташка только чего стоит, — возразил Сергей. — Девка в соку, руки рабочие, намекать не надо, сама знает, что делать.

— Вот сходите, потом расскажете. Я вас дома подожду.

— Это тебе не овощи продавать, баклажаны всякие да морковку, — смеялся Сергей. — Работать с одной напарницей не скучно? Совсем испортишься.

— Ванька, от тебя, кстати, постоянно пахнет картошкой, — поддержал друга Славка. — Гнилой. Ты бы хоть чаще в душ ходил. Мы люди интеллигентные, строители и подсобники, не то что ты, торгаш.

— С Сергеем-то мне все ясно, а у тебя на стройке что, медом пахнет? Кирпичи да песок... Смотри, надорвешь себе пупок, и отвиснет у тебя на пол шестого, — не сдавался Иван. — Такие дома не нужны. Будущая жена сразу выгонит. Чем потомков делать будешь? — обрушился он на Славку. — Вот скажи мне, сколько при тебе уже этажей построили? Ты никогда о работе не рассказываешь.

— Я в подвале работаю, — пояснил Славка.

— Вот-вот, и я о том же. Одно мужичье кругом.

— У нас и тетки есть, — возразил Славка. — Я познакомился с одной крановщицей, такая тема!

— Смотри, кран не завали там, — предупредил Сергей.

Поздно вечером Сергей лежал на диване и мечтал, как обойдется с сотрудницами. Рядом, прижавшись, спал Славка.

Иван с самого начала забил себе место на раскладном кресле, которое скрипело при каждом его шевелении.

Сергей повернул голову и тихо позвал друга.

— Ванька, спишь?

— Сплю, — ответил тот бодрым голосом.

— Ну, спи, спи. А мне не спится.

— О доме думаешь?

— О девчонках, дурак. Что мне о доме думать, я еще денег не заработал.

— С твоими замашками ты их никогда не заработаешь. Здесь город, а не наша деревня.

— Это точно, — согласился Сергей. — Тут девчонок много, не то, что у нас. Помнишь Клавку с фермы?

— Какую еще Клавку?

— Ты что, совсем перевоплотился в городского? Клавка! Ты же с ней одно время мутил.

— Это Славка мутил, а я ее любил, если ты про соседскую девку.

— Ее вся деревня любила, и я тоже, — продолжал Сергей.

— Она тоже куда-то в город уехала работать, еще полгода назад.

— Вот она мне иногда снится, — сообщил Сергей. — Как увижу кассиршу Наташку, так сразу представляю Клавку.

— Очень похожи?

— Не похожи, но что-то есть. По-моему, у них руки одинаковые.

— У всех руки одинаковые: левая и правая.

— Ты точно деревня. Я другое имел в виду.

— Хорошо, что я вас со Славкой не поддержал, — обрадовался Иван. — Если твои девки такие же, как та Клавка, то я вам не компания. Смотри, оторвет в порыве страсти что-нибудь. Клавка ненасытная была, ей всегда было мало. А тут у тебя таких сразу три.

Сергей взглянул на лежавшего рядом Славку и толкнул его локтем.

— Спит, сил набирается на завтрашний день.

— Я хочу познакомиться с нормальной девчонкой, — мечтательно произнес Иван.

— Рано еще о серьезных отношениях думать, — ответил Сергей. — Денег не накопил. Неужели ты собираешься привезти домой из города жену?

— А может, я здесь собираюсь остаться навсегда. Найду подружку, она меня и заберет к себе.

— Нужен ты ей будешь. — Сергей повернулся набок в сторону друга. — Здесь своих женихов как собак нерезаных. Какая дура поедет с тобой в деревню? Местные с тобой даже разговаривать не станут, если только развлечься. Мои девчонки тоже приезжие. Думаешь, приехали личную жизнь устраивать? Ты ошибаешься. Они приехали зарабатывать.

— Смотрите не пропадите, когда пойдете к ним в гости, — предупредил Иван.

— Ты же меня знаешь. Завтра договорюсь, и со Славкой двинем на ночь. Смотри сам сюда никого не приведи в наше отсутствие.

Иван усмехнулся.

Славка начал ворочаться и открыл глаза.

— Все трепетесь, работники торговли, — пробурчал он и закинул на Сергея ногу.

— О, уже тренируется, — заметил Сергей. — Сначала ноги, потом и сам заберется на меня. — Он подвинул Славку к стене и продолжил: — В нашем магазине ни одного порядочного человека нет. Мужики — алкаши, тетки все старые. Эти две молодухи еще что-то из себя представляют, а остальные — полный отстой.

— Когда собираетесь идти?

— Завтра буду решать все вопросы, — решительно сказал Сергей. — О тебе замолвить слово?

— Ни в коем случае. Я сначала посмотрю, что там у вас получится, а потом решу.

С утра заведующая искала Сергея.

— Опять проспал этот негодник! — возмущалась она. — Понаедут кто попало, потом с ними мучайся. Как появится, сразу пусть найдет меня, — передала она охраннику.

Сергей проспал на целый час. Его друзья ушли рано на работу и не разбудили, как это делали раньше, думая, что он работает в другую смену.

Он открыл глаза, обнаружил, что друзья ушли, и с испугом посмотрел на часы. Собрался Сергей быстро, на ходу застегивая пуговицы.

В магазине он подбежал сразу к Наташке и справился об обстановке.

— Искала она тебя, приказала, чтобы немедленно зашел, — сказала Наташка.

— Выгонит, — решил Сергей. — Эта тетка точно меня теперь выгонит. Прощай, карьера подсобного рабочего!

— Тебя не выгонит, работать некому. Нас еще может, кассиров у нее много.

Он некоторое время постоял перед дверью и решительно вошел.

В кабинете раздался визг, и он моментально выскочил в коридор.

«Опять влип, — подумал Сергей, потирая лоб. — Надо же было ей в это время переодеваться».

Через минуту высунулась голова заведующей.

— Бесстыдник! Пошляк! — обрушилась она на него. — Прежде чем заходить, стучаться надо. Тебя этому не учили? Может, у меня совещание идет, а ты вваливаешься, как к себе домой. Кто тебя только воспитывал!

— Родители, — пробурчал Сергей.

— У вас все хамы? Впервые такого вижу. Стучаться надо. Понял?

— У вас же не было совещания, — возразил Сергей.

— Да какая тебе разница! — вспыхнула заведующая с новой силой. — У меня могут быть и личные дела, приемы посетителей…

— Так никого из покупателей еще в магазине нет, какие посетители?

— Вот бестолковый. Иди работай, и чтобы сегодня на глаза не попадался!

Заведующая уже и забыла, зачем вызывала Сергея. Она опустилась на стул и округлила глаза.

— Какой ужас, — зашептала она. — Этот нахал меня сведет с ума. Надо от него избавляться.Заведующая поправила на голове прическу, уселась на стул и приняла деловой вид.

Заведующая поправила на голове прическу, уселась на стул и приняла деловой вид.

В дверь постучали.

— Заходите, — сказала она.

Дверь открылась и вошел Сергей.

— О боже! — воскликнула она. — Что же это такое творится? Что тебе еще надо?

— Вы меня вызывали, — спокойным голосом сказал Сергей и рухнул перед ней на стул. — Я пришел.

— Лучше бы ты не приходил! — застонала она. — Что тебе надо?

— Вам что-то от меня надо. Мне сказали, что вы меня ждете. А мне от вас ничего не надо.

— Я тебя не жду, я тебя вызывала. Это разные вещи.

— Правда?

— Правда, правда. Ты почему сегодня опоздал? — Она взяла себя в руки и сурово посмотрела на молодого человека.

— Я проспал, — коротко, но откровенно ответил Сергей.

— Как это проспал? А работа? Должен быть порядок везде. Ты не маленький, воспитывать я тебя не собираюсь.

— Мне только девятнадцатый год, — напомнил Сергей.

— Ты что, надо мной издеваешься? — подскочила заведующая в кресле. — Ты уже вон какой верзила!

Сергей встал.

— Хорошо, — спокойно сказал он. — У вас сейчас нет настроения со мной разговаривать, я зайду через полчаса.

— Не надо! — уже заорала заведующая. — Катай свою тележку, и чтобы я тебя больше в своем кабинете не видела! Ты меня понял?

— Заходить к вам больше не надо? — переспросил Сергей.

— Нет! Больше сюда никогда не заходи.

Сергей сделал удивленное лицо и направился к двери.

— Постой, — остановила она его. — Может, ты уволишься? — предложила она. — Я тебя полностью рассчитаю, без всякого обмана и отработки. Все до копеечки отдам.

— Не могу бросить производство, — ответил Сергей. — Вы же без меня не справитесь, пропадете. На мое место никто не придет из порядочных.

Заведующая снова подскочила в кресле.

— Вон отсюда! — зашипела она. — Иди в зал и работай. Был бы ты моим сыном, я бы тебя просто убила.

— Вот поэтому я и не ваш сын, — ответил Сергей, пряча улыбку от разъяренной женщины. — У меня папа и мама есть.

— Уйди с глаз моих! — замахала она руками.

Сергей вышел из кабинета и снова столкнулся с кладовщицей.

— Серьезный разговор был? — спросила она. — Я слышала, как она на тебя кричала.

— Кто, заведующая? Не может быть, — возразил Сергей. — Я с ней кофе попил, мы неплохо посидели, обсудили текущие дела... А ты подслушивала? Смотри мне!

Он заметил, как кладовщица изменилась в лице.

— Да, да, — спокойным голосом продолжил Сергей. — Заведующая отличная женщина, знает свое дело. Я ей обещал всяческую поддержку в продвижении торговли. Люблю деловых. Ну, я пошел?

— Иди, — растерялась кладовщица и поспешила в комнату отдыха, где обычно собирались кассиры во время перерыва.

К обеду слух о том, что Сергей общался с заведующей и пил с ней кофе, знал весь коллектив.

Наташка и Светка как-то по-особенному посматривали на Сергея и шептались.

Сергей катил тележку с продуктами по залу, замечая взгляды сотрудников в свою сторону. Даже старый охранник уступил ему дорогу, расталкивая покупателей.

Через час к нему подошла Наташка.

— Что-то хотела? — спросил Сергей.

— Хотела.

— Ну не здесь же, — удивился Сергей. — Пригласите домой, там и поговорим. На рабочем месте никаких предложений не принимаю.

— У тебя совсем крыша съехала! — возмутилась девушка.

Сергей ладонью погладил себя по голове.

— Вроде все на месте.

— Я не об этом. Зачем тебя вызывала наша жаба?

— Нельзя так говорить про своего начальника, — заметил Сергей и принял деловой вид. — Она женщина и требует к себе уважения и внимания.

— И ты ей его уделил?

— Короче, когда встречаемся? Я с друзьями приду. Назначай время.

— Ты что, и правда с ней кофе пил в кабинете?

Теперь Сергей понял, что кладовщица разнесла его треп на весь магазин. Ему стало нехорошо, и он забеспокоился.

«Если об этом узнает заведующая, — мелькнула мысль в голове, — то это конец. А она узнает обязательно».

— Кто сказал? — решил выяснить Сергей.

— Все говорят. Она же тебя терпеть не может.

— Теперь уже может, — решительно возразил молодой человек, понимая, что отступать уже некуда. — Женщины могут все. Где эта кладовщица? Я ей…

— Ее заведующая вызвала к себе.

— Все, конец! — вырвалось у Сергея.

— Кому, кладовщице? — не поняла Наташка.

— И ей тоже. Держи мою коляску, — сказал Сергей и решительным шагом направился в раздевалку.

— Ты куда? — удивилась Наташка.

— Прощай, милая. Я очень сожалею, что у нас ничего не получилось, а я так хотел принести тебе и твоим подружкам много радости и счастья.

Наташка смотрела вслед Сергею и ничего не могла понять.

В раздевалке сидели двое грузчиков и разливали по стаканам вино.

— Буду третьим, — подсел к ним Сергей.

— Ты будешь четвертым, — ответил один из них.

— Почему? — вскинул брови молодой человек.

— Потому что троих мы уже послали.

Сергей удивленно посмотрел на них.

— Иди и работай, не видишь, у нас обед.

— Работайте сами. Я уже отработал свое.

Он быстро переоделся и направился в зал, чтобы попрощаться с девчонками.

Наташка сразу закрыла кассу.

— Что происходит? — спросила она.

— Ничего, — вздохнул Сергей. — Пойду на другую работу. Ваша заведующая слишком привлекательная женщина, а я не сдерживаюсь. Понимаешь, нравится она мне и все тут…

Наташка раскрыла рот, услышав это.

— Не могу я женщине морочить голову, замечая, как она при этом страдает. Не обучен быть эгоистом. Уйду, пусть она успокоится и войдет в норму. Ты разве не видишь, что она неравнодушна ко мне?

Теперь Сергей увидел, как глаза у Наташки расширились от его речей.

— Да-да, милочка. Такие сейчас женщины пошли, любвеобильные. Она мне просто прохода не дает. Может, это любовь, может, просто намеки, — продолжал рассуждать Сергей. — Сам запутался. А тут ты еще со своими подружками. Мне столько сразу не потянуть.

— Заведующая идет, — зашептала Наташка. — Она идет сюда.

Сергей почувствовал, как его всего передернуло и похолодела спина, но он взял себя в руки и обернулся.

— Ты уже уходишь? — спросила заведующая. — Может, зайдешь ко мне?

— Да, я сейчас, — ответил Сергей. — Вы будете у себя в кабинете?

— Да, жду тебя там.

Заведующая кинула на молодого человека строгий взгляд и направилась в свой кабинет.

— Вот видишь, как все получается, — вздохнул Сергей. — Любовь — дело тонкое.

Наташка не могла вымолвить ни одного слова. Она завертела головой, увидела любопытный взгляд своей подружки Светки и захлопнула рот.

— Ну, я пошел, — сказал Сергей. — Ждет ведь...

Сергей направился в кабинет заведующей, чувствуя на себе любопытные и растерянные взгляды сотрудников.

Он постучал в дверь и вошел.

— Вот теперь ты правильно сделал, — улыбнулась заведующая.— Умнеешь с каждым часом. Ты куда собрался?

— Домой.

— А работать кто будет? Грузчики куда-то все подевались, никто найти их не может, все стоит. Ты их не видел?

— Где-то болтаются. Вы же набираете кого попало, так, кажется, говорили.

— А где взять нормальных? Я одна и мне не справиться со всеми. Садись, потом домой пойдешь. — Заведующая встала и открыла шкаф, достала папку. — Пиши, — протянула она ему чистый лист бумаги. — Пиши, я буду диктовать. Прошу перевести меня на должность ответственного за торговый зал…

Сергей поднял на нее глаза и отложил ручку.

— Вы меня с кем-то перепутали, — сказал он. — Я хочу написать заявление об увольнении.

— Это потом напишешь, — ответила заведующая. — Пока пиши, что я тебе говорю. Ты, парень, хоть и при своем, но мне нравишься. Из тебя будет толк, ты мне поверь. Пиши, я подпишу сразу.

Сергей размашистым почерком написал заявление о переводе и встал.

— Найди мне этих бездельников-грузчиков и можешь идти отдыхать. Завтра утром соберем собрание, я тебя представлю в новой должности. Обязанности потом расскажу. Это не сложно, но работать надо будет по-другому. Да смотри, завтра не проспи, — предупредила заведующая. — Твоя должность этого не позволяет. На работу теперь надо будет приходить пораньше. Ты меня понял?

Сергей растерянно смотрел на заведующую.

— Я на тебя надеюсь, — добавила она, встала и проводила молодого человека до дверей.

Сергей еще раз оглянулся, взглянул на ее сосредоточенное лицо и открыл дверь.

— Найди только мне этих грузчиков, кладовщица совсем сбилась с ног. Ей товар разгружать надо.

— Сейчас будут, — коротко ответил Сергей и вышел.

Он прошел в подсобку, где недавно видел работников склада, и открыл дверь.

— Третьего уже не надо, — весело пробормотал один из мужиков. — Бормотуха закончилась. Хочешь, после работы пойдешь с нами, студент?

— Я с вами никуда не пойду, это раз, — серьезно сказал Сергей. — Сейчас вы встаете и летите на склад работать — это два. Теперь я вами лично займусь. Хватит дурака валять.

Мужики вытаращили на него глаза, переглянулись.

— Да-да, — подтвердил свои слова Сергей. — Займусь непосредственно. Вы у меня будете летать как пчелки.

— Говорил, надо было налить ему стакан, — засмеялся другой грузчик. — У человека белая горячка началась. А ты вообще кто такой?

— Кто я? С этой минуты я ваш начальник, ответственный за торговый зал, и попрошу без лишних вопросов.

— В таком случае я директор, — смеялся другой.

— А, вот они где! — Сергей услышал за спиной голос заведующей. — Мы их ищем, а они прохлаждаются. Быстро все по своим местам! Вы слышали, что вам ваш начальник сказал?

Грузчики переглянулись.

— Указания, которые будет вам давать Сергей, выполнять беспрекословно, — сказала она. — А сейчас быстро за работу! Построже с ними надо, не понимают, когда по-хорошему, — обратилась заведующая к молодому человеку.

Теперь уже и Сергей нахмурился и взглянул на работников.

— Я два раза повторять не буду, — с угрозой добавил он. — Если еще хоть раз замечу вас выпившими, выгоню к чертовой матери.

Заведующая взглянула на Сергея и шепнула:

— Ты мне всех не разгони, с кем работать будем?

— Найдем, — ответил Сергей.

Грузчики поспешили по своим рабочим местам.

— Ты сильно на них не наезжай, разбегутся, — попросила она. — Другие придут не лучше. Профессия такая, свободная.

— Будем исправлять, — ответил Сергей и, пропустив заведующую вперед, направился за ней.

— Завтра не опаздывай, — напомнила она и направилась в кабинет.

Сергей прошелся по залу и направился к Наташке.

— Тебя еще не выгнали? — спросила она. — Я так переживаю за тебя. Думала, хоть один нормальный парень появился, и тот с нашей жабой не поладил. Ты с ней осторожней будь, она тетка резкая.

— Я сейчас ухожу домой, — тихо ответил Сергей.

— Я так и знала, — с сожалением в голосе произнесла Наташка. — С ней добра ждать не приходится. Мы со Светкой тоже подумываем перейти на другую работу.

— Но я вернусь, — добавил Сергей.

— Что-то я опять ничего не понимаю... То уйду, то вернусь... Говори яснее.

— Если я останусь, то вы пересмотрите свое решение?

— Об уходе?

— Ну да.

Наташка заулыбалась.

— Если ты останешься, то пересмотрим обязательно. Куда мы без тебя. Только не забудь сказать, куда уйдешь работать, может, и мы к тебе переберемся. Кто-то, кстати, в гости обещал, — напомнила девушка.

— Я обещал, значит, приду. Завтра встретимся на работе.

— Так она тебя выгнала или…

— Она меня повысила в должности, — сообщил Сергей.

— Стал старшим подсобником работать?

— Нет, старшим по залу, или как там, заведующим, что ли...

— Нет здесь такой должности — старший по залу. Есть старший кассир.

— А заведующий залом есть?

— Была такая должность, теперь уже давно нет.

— Поэтому все здесь и распустились. Я буду заведующим залом с завтрашнего дня.

Наташка громко рассмеялась.

— Сразу пробуйся на должность заведующего магазином, чего так мелко копаешь? Ты вообще прикольный парень. Я с тобой обязательно встречусь. Ну, заходи, когда будет свободное время, расскажешь, как устроился.

Сергей вышел из супермаркета и оглянулся на двери.

«Черт побери, — подумал он и присел на скамейку. — Что же это получается? Может, она просто пошутила? Наташка не верит, и я сам тоже ничего не понимаю… — Он тяжело вздохнул и встал. — Сейчас приду домой, расскажу пацанам, они тоже смеяться будут. Ладно, завтрашний день покажет», — успокоил он сам себя.

— Что-то ты сегодня рано, — заметил Иван.

— А ты чего развалился на нашем диване? Своего места нет?

— Выгнали с работы?

— Хотели, потом подумали и решили, что такой специалист, как я очень нужен, и оставили с повышением.

— Они сделали большую ошибку, — возразил Иван. — Развалится ваш супермаркет с твоим участием. Но хоть будешь потом гордиться, что какой-то след оставил в этом городе.

— Сегодня у нас будет праздник, — объявил Сергей и прогнал Ивана с дивана.

— Девчонки придут?

— Нет. Повода их сюда приводить пока нет. Праздник будет просто так. У меня хорошее настроение.

Иван удивился.

— Неплохо было бы, если б твое настроение было всегда хорошим, — заметил он.

— Тогда бы у тебя денег не хватило. Сегодня спонсирую стол я, — сообщил Сергей.

— Домой уезжаешь?

— Хуже. Должность обмывать будем. Только на многое не рассчитывай. Денег у меня мало, поэтому обойдемся пивом.

— Новую тележку на работе дали? С моторчиком?

Сергей посмотрел на друга и улыбнулся.

— Что-то вроде этого.

Славка пришел поздно. Он взглянул на стол и присел рядом.

— Кто-то зарплату получил? — спросил он.

— Сергея с работы поперли, решил отметить это дело.

— Ты уезжаешь? — удивился Славка.

— Ты его не слушай. Повода для застолья особого нет, просто решил немного расслабиться. Присаживайся к столу.

Славка помыл руки и сел рядом с Сергеем.

— Что случилось? — настороженно спросил он.

— Теперь, когда мы все вместе, я хочу вам сообщить, что меня повысили в должности.

— Ты же со своей начальницей не ладишь. И она тебя повысила?

— Женщин понимать надо. Тоже мне, колхозники… Они же создания тонкие, чувствительные, к ним подход нужен особый.

— И с какой стороны ты к ней подошел? — смеялся Иван. — Сзади?

— К ним можно подходить с любой стороны, только смотря в каких ситуациях.

У Славки вытянулось от удивления лицо.

— Ничего себе заговорил! И с какой стороны подошел ты?

— Я подошел спереди, что привязался.

— Этот метод давно устарел, — вздохнул Иван.

— Кто о чем. Короче, я теперь буду работать начальником над всеми женщинами в зале.

— Попали девки! — продолжал смеяться Славка. — Смотри не сломай себе какой-нибудь орган. В вашем супермаркете кроме замороженных бычьих хвостов ничего вкусного нет. Свои не дадим, не рассчитывай. Придется домой тебе ехать по инвалидности. Там, я слышал, пастух совсем спился, как раз заменишь.

— Дурак ты. Какой пастух, какой орган? Меня назначили заведующим торговым залом в нашем супермаркете.

Друзья переглянулись.

— Так-так-так… Больше никто не требуется? Директор не нужен? — не верил Славка.

— Эх вы, лоботрясы! Ничему не верите. Можете прийти и посмотреть.

— Вань, а Вань, представляешь, я теперь буду спать с начальником, — заметил Славка.

— Будешь много болтать, переедешь на пол, — добавил Сергей, потом обнял друга за плечи и сказал: — Пошутил я.

— Мы так и поняли, — воскликнули друзья. — А то: начальник... Из нас начальник может получиться только на нашей ферме, и то на заднем дворе.

Сергей начинал понимать, что все превращается в шутку, поэтому не стал больше ничего доказывать и спорить.

К завтрашнему дню надо было хорошо подготовиться, чтобы предстать в новой должности как положено.

АКТ ВТОРОЙ

— Куда ты прешь, не видишь, мешки несут?! — в истерике кричал прораб молодому человеку, который поднимался по лестничному маршу на двадцатый пятый этаж строящегося дома.

Навстречу ему двигалась вереница гастарбайтеров, которые на своих спинах тащили мешки с цементом.

— Что, подъемника нет? — возмутился Славка. — Людей только мучаете.

— Сломался подъемник, отойди в сторону, не мешай.

Славка задрал голову вверх, чтобы увидеть, когда, наконец, это шествие закончится. Конца видно не было.

— Обычно вверх все несут, а не вниз, — догадался молодой человек.

— Вверх понесешь ты. — Прораб оттолкнул его в сторону, чтобы он не мешал. — Давайте, ребята, давайте! — подбадривал он. — Починим лифт, будет проще.

— У вас что, склады на самой крыше? Что они сверху вниз тащат? — доставал Славка прораба, который лихо руководил шествием.

— Подъемник перемкнуло, и он проскочил нужные этажи, понятно тебе? Ушел на самый верх, а спускаться на нем уже не получилось. Так там и остался. Дым с двигателя повалил — и все, встал. Когда его починят, я и не знаю. Ты случайно не электрик?

— Я строитель, и некогда мне опасными глупостями заниматься. Ты хочешь, чтобы меня током убило? У меня еще мама есть.

— Тоже мне, строитель нашелся. Болтаешься тут под ногами, только всем мешаешь. Вот куда ты сейчас идешь, бездельник?

— Мастера ищу. Сказали, он где-то наверху.

— Горе ты мое, — вздохнул прораб. — Нет его там. Через три этажа будет крыша, понимаешь?

— А меня послали на двадцать пятый этаж, велели передать, чтобы он жене позвонил срочно.

— Дурень, в доме пока построено двадцать два этажа. Ты даже не знаешь, что ты строишь. Где ты видел здесь столько этажей?

— Выходит, они надо мной подшутили?

Прораб покачал головой.

— Эх ты! Больше месяца на стройке — и до сих пор не сосчитал этажи в доме. Тоже приезжий?

— Местный, — отрезал Славка.

— Ну-ну…

Славка пропустил спускавшихся вниз подсобников с мешками и пристроился сзади.

Подсобники кряхтели, спускаясь вниз. У каждого на спине было по мешку цемента.

— Мужик, передохни, — посоветовал Славка мужчине, идущему в самом конце.

Подсобник обернулся, смахнул свободной рукой с лица пот и сказал:

— Это ты отдыхать можешь. Мой приехал сюда деньга заработать.

— А-а-а, понятно. Тогда зарабатывай. Смотрите, снова не проскочите нужный этаж. Прораб у нас старый, цифры иногда путает.

Мужчина посмотрел на молодого человека и прижался к стене.

— Моя больше не может, — пролепетал он на ломаном русском языке. — Все, сила совсем нету.

— Давай помогу, — предложил Славка. — Так и домой не вернешься, рассыпешься где-нибудь по дороге. — Он подставил ему спину, чтобы мужчина переложил свой мешок к нему.

— Прораба ругать будет.

— Сам ты прораба, клади, говорю.

Мужчина положил на спину молодого человека тяжелый мешок цемента, и Славка почувствовал, как у него подкосились ноги.

— Ни хрена себе мешочек! — возмущенно выдавил он из себя. — Забирай его обратно, мне столько не платят, чтобы такую тяжесть носить.

Подсобник снова взвалил на спину мешок и стал спускаться дальше.

Славка присел на ступеньки и с сочувствием проводил взглядом вереницу людей.

«Надо профессию менять, — подумал он. — Строительство — это не для меня. Вот для них она в самый раз. Приехал народ, заработал деньги, уехал. Потом другие приехали, заработали — уехали... Смотришь — дом готов. Так можно строить. Вот как наш прораб: только руками водит да орет, а получает больше всех, это тоже еще пойдет... Надо менять профессию непременно. Может, с Сергеем поговорить? Он теперь начальник, пристроит куда-нибудь к себе в супермаркет охранником. Сегодня ночью, когда ляжем спать, я и спрошу у него», — решил Славка.

Он поднялся и поспешил вниз.

— Кто меня отправил на самый верх? — набросился Славка на рабочих, которые, заметив его уже внизу, громко рассмеялись.

— Мастера не нашел?

— Здесь всего-то этажей…

— А что ж ты их с земли не считаешь? Должен быть двадцать пятый этаж, но только через пару месяцев. Нет там мастера?

— Да пошли вы, — махнул рукой Славка. Его впервые так прикололи.

— Ты знаешь, только ты ушел, мы вспомнили, что не на тот объект тебя отправили. Тот дом стоит справа. Так что давай туда чеши, только к вечеру вернись.

— Вам надо, вот вы и идите.

— Мастеру надо. Он тебе, может быть, потом всю жизнь будет благодарен. Может, у его жены проблемы, или она рожает, не дай бог.

Славка вспомнил, что надо держаться ближе к начальству, как говорил Сергей, тогда будет светить перспектива, и он согласился идти на соседний объект, который был уже почти готов. Там действительно было двадцать пять этажей.

— Дай закурить, — попросил Славка у какого-то парня.

Он затянулся сигаретой и присел, чтобы перевести дыхание.

— Это в последний раз, — предупредил он, поднялся и направился в нужном направлении.

Через полчаса он достиг самого верхнего этажа и тяжело опустился на ступеньки лестничного марша.

— И чего сидим? — спрашивали его девушки-маляры. — Помог бы.

— Мне бы кто помог, — ответил Славка.

— А тебе чего помогать? Сидишь, бездельничаешь.

— Ничего себе! — возмутился молодой человек. — Если посчитать, сколько я за целый день этажей пробежал, вы столько до своей пенсии не пройдете.

— Бедненький, — пожалели они его. — И чего же ты все бегаешь?

— Мастера ищу. Мне он срочно нужен.

— Мастера? Какого? Их у нас несколько человек.

— Мастера монтажников, Валеру.

— Так он не здесь.

У Славки закружилась голова.

— Как не здесь?

— Он с утра был на другом объекте. Тут отделочные работы идут, и ему здесь делать нечего.

Славка даже подскочил.

— Ты поняла, что сказала? Это что ж получается, я в такую даль перся, а его и здесь нет?

— Я-то поняла, а ты все еще не соображаешь. Тоже мне, тугодум. Наверное, у него работаешь? Там все такие непонятливые парни.

— Я понятливый. Не понимал, сюда бы не пришел.

Девушки рассмеялись.

— А толку от тебя? Вот мы раньше на других объектах работали, так там ребята были намного сговорчивее.

— У нас тоже нормальные, — заверил Славка. — Я, например.

— Тебя еле до верхнего этажа хватило, а ты говоришь...

Он широко улыбнулся и его глаза засияли.

— Это Валера, — вздохнул Славка. — Я его по голосу узнаю.

— Какой умный. Откуда ему здесь взяться?

Славка встал и направился по длинному коридору искать мастера. Он нашел его в одной из дальних комнат с девушкой. Они любезно разговаривали между собой.

— Валера, — обрадовался Славка. — Я тебя уже полдня ищу по всей стройке. Тебе звонили.

— Я скоро вернусь, — сказал Валера и махнул рукой, чтобы Славка исчез.

— Меня срочно послали. Я все дома облазил, чтобы тебя найти.

— Я сказал, потом.

— А вдруг что-то срочное?

Мастер развернулся к молодому человеку и сквозь зубы процедил:

— Исчезни с глаз моих. Не видишь, что я с человеком разговариваю? Подожди на улице, внизу.

— Где? Внизу? — Удивлению Славки не было предела. — Я лучше здесь постою.

— Уходи, — шептал мастер, с ненавистью глядя в сторону молодого человека. — У меня срочных дел нет.

— Короче! — вспылил Славка. — Меня послали к тебе, чтобы ты позвонил домой. Может, у тебя проблемы, может, жена рожает... Давай вниз. Я без тебя на объект не вернусь.

Валера вытаращил на парня удивленные и одновременно растерянные глаза. Его лицо покраснело, и он уже открыл было рот, как девушка спрыгнула с подоконника и направилась к выходу.

— Вы все такие, — нервно сказала она. — Что ты мне тут заливал, что жены нет? Она у тебя беременная к тому же, а ты, подлец, мне здесь лапшу вешаешь! — Громко хлопнув дверью, она ушла.

Валера смотрел ненавистным взглядом на Славку и не мог от злости произнести ни слова.

— Ты долго добирался до этого этажа? — наконец спросил он.

— Примерно полчаса.

— Зато спустишься за минуту. — Валера открыл окно и схватил Славку за руку. — Я тебя просто выброшу сейчас в окно. Если поймает кто-нибудь, считай, тебе повезло.

Славка принял негодования мастера всерьез и уперся ногами в пол.

— Ты с ума сошел? — закричал он. — Я летать не умею!

— Это ты ненормальный! Неужели не видно, что я с девушкой?

— А жена? Она звонила, мужики мне сказали…

— Нет у меня жены, ты это понимаешь? Нет и никогда не было. Я уже давно добиваюсь руки этой подружки, а тут пришел ты и всю мою личную жизнь поломал. Кретин!

Славка растерялся.

— Тогда кто звонил? — зашептал он.

— Ты трубку брал?

— Нет, пацаны брали.

— Идиоты. Что вы все лезете не в свои дела? — возмущался Валера. Он отпустил руку Славки и оперся на стену.

— Испачкаешься, стена грязная, — тихо сказал Славка.

— Иди ты…

В голосе мастера было разочарование и обида.

— В таком случае я сам выпрыгну, раз поломал твою личную жизнь, — сказал Славка и, вскочив на подоконник, схватился руками за раму.

— Куда?! — закричал Валера и бросился к молодому человеку.

— Не трогай меня. Иди вниз, подберешь меня там.

— Ты что, дурак?

— Ты же меня сам хотел выкинуть в окно. Я и без тебя управлюсь с этим нехитрым делом. — Славка посмотрел вниз, и у него закружилась голова.

Валера схватил его за куртку и втащил обратно.

— Мне жертвы на объекте не нужны, понял? — Он прижал Славку к стене и взглянул на его бледное лицо, полное решимости совершить необдуманный поступок.

— Черт с ней, с этой подружкой, — сказал Валера и отпустил куртку Славки. — Пошли вниз.

Он пропустил Славку вперед и пошел следом за ним.

— Это мать, наверное, звонила, — слышал Славка за спиной его голос. — Вы тут такую панику подняли. Я бы пришел да позвонил.

— Я не знал. Прости. Пацаны сказали, что звонила жена, мол, наверное, рожает.

Валера взял за плечо молодого человека и развернул к себе.

— Кто рожает? Я тебе еще раз говорю, что нет у меня жены, тем более беременной. Я давно добивался руки этой девушки, а ты…

— Извини, — еще раз повторил Славка.

— Может, и хорошо все получилось, — вздохнул Валера. — А ты на самом деле мог в окно из-за этого пустяка выпрыгнуть?

— Ты же сам хотел меня выбросить.

— Я пошутил.

— Ничего себе шуточки. А я бы смог. — Славка отвел глаза в сторону. — Чего ради начальника не сделаешь.

— Дурак ты…

— Я знаю, — согласился Славка. — Умный бы не пошел тебя искать по всем объектам, а я пошел. Думал, что-то серьезное.

— Он думал... Меньше думай, больше работай, тогда толк будет.

— У тебя ко мне есть претензии?

— Это такая поговорка. К тебе претензий у меня нет. Ты молодец.

— Ты только что говорил, что я дурак.

— Это я сгоряча. Извини меня тоже.

— Так и будем друг перед другом извиняться, — уже улыбнулся Славка. — Хватит! Я иду вниз, мне работать надо.

Они быстро стали спускаться и вскоре оказались на улице.

— Никому не говори, — попросил Валера. — Не надо.

Славка обернулся и взглянул на мастера.

— Заметано. Я не такое трепло, как у нас некоторые.

— Вечером зайди в вагончик, поговорим, если не торопишься, — предложил Валера. — Сам приезжий?

— Да.

— Если хочешь, задержись, поболтаем. Но я не настаиваю, смотри сам.

Славка вернулся в свою бригаду и продолжил работу. Он молча делал свое дело и замечал, как поглядывают на него работяги, которые решили над ним пошутить.

Вечером он быстро переоделся и направился к мастеру в вагончик.

— Можно? — Славка просунул голову в дверь.

— Да заходи, чего стучишься? Уже никого нет, все по домам разошлись.

— А ты чего тут один?

— Теперь уже не один. Садись. Устал сегодня по этажам бегать, меня искать? — с улыбкой спросил Валера.

— Если бы знал, что все так получится, даже с места не сдвинулся бы, — ответил Славка, не желая вспоминать сегодняшний день. — Хочешь, я сделаю все, чтобы она к тебе вернулась? — предложил он.

Валера покачал головой.

— Может, все и к лучшему. Не стоит ничего предпринимать.

— А то я мигом все улажу.

Валера снова улыбнулся.

— Я тоже приезжий, — сообщил он.

Славка удивился:

— Откуда?

— Какая разница? Тоже в свое время приехал заработать денег, так здесь и остался. Был монтажником, потом бригадиром. Вот сейчас мастером поставили.

— Молодец. Ты меня обнадеживаешь, — сказал Славка, подвигая стул поближе к столу. — Значит, и у меня есть какие-то шансы…

— Здесь перспективы маленькие. Все схвачено и разделено между своими. Ты же видишь, кто тут работает. У нас хоть еще есть русские в бригаде, а так везде узбеки да таджики. Им нормально, а наших не устраивает зарплата. Те за гроши согласны, а местный на такую работу не пойдет за такие деньги. Вот и приходится с ними мучиться.

— Ну, ты же не ушел, остался?

— Ты тоже хочешь остаться?

— Я не знаю. Как получится. Поддержка нужна, — вздохнул Славка.

— Можешь считать, что она у тебя уже есть. Я постараюсь что-нибудь предпринять.

— С чего вдруг такая милость? — удивился Славка.

Валера пожал плечами:

— Просто подумалось, что ты исполнительный человек, раз меня по всем объектам искал. Нам сейчас бригадир нужен, пойдешь?

— Ты и вправду на меня не обижаешься? — спросил Славка.

— Сначала хотел просто растерзать, а потом смотрю, парень-то нормальный. А подружки — это не проблема. Только прошу тебя, больше никого не слушай. Тут есть такие люди гадкие, подставят в любой момент, и не заметишь, как влипнешь.

— Они везде есть. У нас в деревне зоотехник, молодой человек, так тот не к бабам пристает, а к животным.

— К кому?

— К животным. Он их так любит, что готов с ними на ферме даже жить. Зоофил какой-то.

— Работа у него такая, — согласился Валера. — Ты что-то не так понял.

— А ты?

От неожиданного вопроса Валера раскрыл свои и без того большие глаза еще больше.

— А что я?

— Про зоотехника — это я так просто. Хотел тебя на откровенный разговор вывести, — ответил он.

— Какой еще откровенный? — не понял Валера.

— Мне показалось, что там, на объекте, где я тебя нашел, ты мне хотел что-то сказать.

— Там я тебя хотел просто убить, — ответил мастер.

— Потом сжалился?

— Нет. Просто подумал, что этого делать не стоит. Поживи еще немножко. — Валера заулыбался. — Какие-то разговоры у нас все с намеками... — Он встал и выглянул в окошко. — Хочешь быть бригадиром?

— Из меня бригадир может и не получиться, — вздохнул Славка. — Молодой еще.

— Из тебя получится.

— Чем буду обязан?

Валера закусил губу и снова покачал головой.

— У вас в деревне все такие или только ты? — спросил он.

— Наверное, только я,— согласился молодой человек. — Знаю одно, что за добро надо платить добром.

— Это работа, и все зависит от тебя. Если потянешь — будешь бригадиром.

— Наверное, — теперь уже согласился Славка.

Валера положил свою руку ему на плечо.

— Только никому, понял? У меня с руководством неплохие отношения. Начальник давно просит меня подобрать человека на должность бригадира, но подходящего пока не было.

— Я еще молодой, — возразил Славка.

— И я не старый. Мне двадцать пять всего.

— Слушай, я эту цифру возненавидел за сегодняшний день.

— Понимаю. Двадцать пятый этаж — это сильно, — согласился Валера, — но все же мне двадцать пять.

— В таком случае мне только девятнадцатый. Кому я нужен? Начальник твой не позволит.

— Мне нужен, и все он позволит, главное, правильно преподнести кандидатуру, — заверил Валера. — Готовься принимать бригаду. На неделе решим все вопросы.

— Если в бригаде гастарбайтеры будут, мы друг друга не поймем. Я языками не владею.

— Нет, будут те, кто тебя сегодня засылал ко мне, — пояснил Валера.

— Вот я на них и отыграюсь. Попали ребята. — Славка потер руки. — Я быстро порядок наведу.

— Всегда делай все правильно, и тебя поймут, — посоветовал мастер. — Они просто пошутили над тобой, а ты поверил.

— И сломал тебе всю личную жизнь, — добавил Славка.

— Забудь. Ничего ты мне не сломал. Она прекрасно знает, что у меня никого нет. Ей нужен был только повод. Все получилось правильно. Ну, ты принимаешь мое предложение?

Славка пожал плечами.

— Получится ли у меня? Я боюсь обещать.

— У тебя все получится. Я тебе помогу.

Славка вышел из вагончика, когда уже начинало темнеть. Он взглянул на темные силуэты строящихся домов, потом огляделся и быстро зашагал в сторону остановки.

— Мы думали, что ты по две смены решил вкалывать, — сказал Иван, когда появился Славка.— Мы давно поужинали, оставили тебе немного. Садись, доедай остатки и будем отдыхать.

Сергей сидел на диване, склонив голову.

— Проблемы в первый же день твоего повышения? — подсел к нему Славка.

— Устал очень. Оказывается, при должности, даже маленькой, приходится нести ответственность. Замотался сегодня совсем. У тебя как?

— Потом скажу, когда спать ляжем, — шепнул Славка. — У меня тоже кое-что, кажется, начинает получаться.

Сергей взглянул на друга.

— По-моему, мы здесь останемся теперь надолго, — сказал Сергей и взглянул на Ивана. — Еще бы этого олуха пристроить в хорошие руки, вопрос был бы решен окончательно. Что у тебя?

— Потом.

Славка набросился на еду.

— У вас там совсем не кормят? — спросил Иван.

— Это не торговля. Наши носят все с собой, — ответил Славка. — Вам хорошо: там кусок колбасы откусил, в другом месте сыр отгрыз…

— Бери с собой тоже обеды. Хочешь, я тебе буду приносить с работы что-нибудь? — предложил Сергей. — Голодным работать нельзя.

— Я тоже могу, — сказал Иван. — У меня в магазине один балбес целую коробку консервов оставил. Я ему звоню, чтобы приехал и забрал, а ему все равно.

— Считай, что ты голодным больше не будешь. — Сергей встал и открыл холодильник. — Вот тебе колбаса, хлеб. Чтобы завтра забрал с собой. Нам голодный друг не нужен. Голодные по ночам зубами щелкают.

— Давай я ему соберу с вечера, иначе забудет, — вызвался Иван и стал заворачивать продукты.

Славка сидел и наблюдал, как за него переживают его друзья. Ему было до того приятно, что он не выдержал и сказал:

— С первой получки устроим банкет за мой счет.

— Я Сергею давно говорил, давайте посидим прилично. Наготовим, купим бутылку, расслабимся.

— Я за! — воскликнул Сергей.

— Только скинемся, — добавил Иван. — Нам твои пожертвования не нужны. Мы все зарабатываем.

Славка улыбнулся.

— Значит, решено.

Он доел оставленный ему ужин и направился в ванную.

Иван потушил свет и улегся на свое скрипучее кресло-кровать.

Славка повернул голову к Сергею.

— Что хотел сказать? — прошептал Сергей. — Что у тебя на работе?

— С мастером разговаривал. Правда, попал в неловкое положение, сдал его девушке, с которой он там мутил. Так получилось, я не знал. Наши мужики подставили.

— Теперь уволит?

— Ты знаешь, нет. Наоборот. Я с ним общий язык нашел сразу.

— И что?

— Предлагает в бригадиры пойти.

— В какие еще бригадиры? Чем заниматься? Ты же недавно только устроился.

— А ты? Как у тебя получилось с твоей начальницей? Она неспроста тебя повысила в должности. Не намекала ни на что?

— В каком это смысле? — не понял Сергей.

— Хватит вам болтать, — раздался голос Ивана. — Днем наговоритесь.

— А мы уже давно спим, — приподнял голову Славка. — Это тебе кажется.

— Проспите завтра всю свою работу, и я вместе с вами.

— В каком смысле? — уже совсем тихо спросил Сергей.

— Должности так просто не раздаются, отметиться надо будет.

— Никакого намека с ее стороны нет, — твердо заявил Сергей. — Такую бабу еще не так просто раскрутить, но я не собираюсь с ней завязываться. Что за глупости? К ней муж на джипе приезжает. Кто я для нее…

— Значит, у вас с кадрами напряженка, — сделал заключение Славка.

— Как и у вас. — Сергей пытался разглядеть глаза друга. — А твой мастер что-то от тебя хочет?

— Он же мужик, а у тебя баба. Разные вещи. Он хочет, чтобы его человек был бригадиром, и все.

— Может быть и такое, — согласился Сергей.

— Честно говоря, я что-то даже боюсь с этими бригадирскими делами связываться.

— В таком случае таскай на горбу мешки и кирпичи.

— Там командовать надо.

— А ты не переживай. У меня тоже иногда речь пропадает, когда надо что-то скомандовать, теряюсь. Нужен опыт. Вот я его постепенно и набираю. У тебя тоже все получится, вот увидишь. Пусть мы и деревенские, но зато крепкие.

— У Ваньки как на работе? — спросил Славка. — Что-то уж быстро нам подфартило. Я думал, заработаю немного и домой…

— Я, наверное, еще задержусь. Сейчас и зарплата другая будет. — Сергей натянул на себя одеяло. Время покажет.

— В таком случае мне тоже некуда спешить после такого предложения. Посмотрю, как пойдут у меня дела. А Ванька?

— Ты пока ничего у него не спрашивай. Пусть сам все решает. Он парень умный, у него тоже получится.

— Давай спать, — предложил Славка. — Только не складывай на меня свои ноги. Я могу и не выдержать.

Сергей отвернулся в другую сторону и укрылся с головой.

АКТ ТРЕТИЙ

Иван вставал раньше других.

Он открыл глаза и взглянул на своих друзей, которые, прижавшись друг к другу, крепко спали.

«Сейчас устрою им подъем, как в армии», — подумал он, поглядывая в зеркало и вытирая лицо полотенцем. Иван присмотрелся к своему изображению и усмехнулся: «Везет же людям, а я в продавцы поперся… Что я там потерял?»

Иван вернулся в комнату, решил оставить затею с подъемом и стал собираться. У Славки выходной, Сергею на работу только к обеду.

Небольшой магазинчик, где работал Иван, стоял на отшибе, и покупатели не так часто сюда заходили. Основная категория — местные старухи: кто за молоком, кто за хлебом…

«Надо что-то решать», — подумал Иван, взглянув на напарницу, которая больше болтала с покупателями, чем работала. Средних лет женщина, тоже недавно устроилась. Сначала Ивану она очень не нравилась, но потом как-то они пригляделись друг к другу, и он нашел с ней общий язык.

Он окинул взглядом полупустые прилавки и присел рядом с ней.

— Что-то наш хозяин не очень ассортимент расширяет, — вздохнул Иван. — Так много не наработаешь. Я, наверное, покину это гиблое место. Ты и сама без меня сможешь справиться. Надоели мне эти старики со своими капризами. Надо что-то искать новое. Я человек с перспективами, поэтому буду что-то решать. Мои друзья давно определились, только я один без дела остался.

— Это ты-то с перспективами? — удивилась напарница. — Радуйся, что хозяин хоть что-то тебе платит.

— Вот ты и радуйся. Если я уйду, тебе радостней будет вдвойне. Представляешь, как веселиться будешь?

— Для приезжих здесь никакой перспективы нет, — согласилась женщина. — Вот я тоже никак не определюсь. Туда сунулась, сюда — никакого толка нет.

— Замуж тебе надо за местного, тогда все и наладится. Женщинам намного проще. — Иван встал и вышел на улицу. — Никого, ни одной души.

— А ты хотел, чтобы с утра уже очередь стояла?

— Хотел. Может, все из-за тебя? — Иван взглянул на продавщицу. — Может, в тебе негатив, потому и люди не идут?

— Во мне? — удивилась та. — Это ты такой непутевый. С тех пор, как ты здесь появился, все и пошло кувырком. Я вот одна работала — и народ был, и план был, и все остальное…

— Нет, тебе надо замуж, — подтвердил свои предположения Иван.

— Что ты ко мне привязался? Я женщина гордая и под любого мужика не лягу. На себя посмотри. С тех пор как ты здесь, мы план сделать никак не можем. Подумай лучше о себе. А замуж мне ни к чему.

Иван рассмеялся.

— У вас одно на уме: как что, так сразу под кого-то надо ложиться. Может, создадим семью вместе, так, на пару дней, а потом я уволюсь, а ты будешь вспоминать прекрасно проведенные дни мимолетного замужества, а?

Женщина поправила на голове косынку.

— А я правда ничего выгляжу? — спросила она. — Мне ведь всего тридцать пять…

Иван удивленно посмотрел на нее.

— Я думал…

— Лет тридцать? — догадалась она.

— Нет, я думал, что... Ну, ладно, то, что я думал, пусть останется при мне. У каждого должно быть свое мнение.

— Ну, Ванечка, скажи, — стала приставать к нему продавщица.

— Скажу, когда уходить буду, чтобы твоя реакция не отразилась на моей физиономии. Ну, так что? Даю ровно один день на обдумывание предложения.

— Обойдешься. Я же сказала, что гордая.

Этот разговор мог бы иметь продолжение, но тут на улице перед магазином остановилась иномарка.

— О, приехал, — заметила женщина. — Вечно нашего хозяина приносит не вовремя.

— Пока хозяин будет здесь, ты обдумай мое предложение, а потом скажешь. Времени даром не теряй. Я шефа беру на себя. А женскую натуру я знаю — она долго не может быть в одиночестве, климакс начинается и прочее…

— Умный ты слишком, как я посмотрю, — возразила женщина.

В магазин зашел маленький толстенький хозяин.

— Ну, как торговля? — спросил он.

Он приезжал всегда под вечер, чтобы забрать выручку, но сейчас его привели какие-то срочные обстоятельства.

— Работа кипит, еле очередь разогнали. — Иван с раздражением взглянул на мужчину. Он его терпеть не мог за маленький рост и полноту. — Народа нет, продукты еще не завозили… Уважаемый, по-моему, точка совсем не раскрученная.

Напарница вытаращила глаза на Ивана и еле сдерживалась от смеха.

Иван разговаривал с начальником смело и открыто, понимая, что скоро оставит это место и ничего не потеряет.

— Ты же только недавно мне о другом говорил? — удивился хозяин.

— Это я так, для успокоения.

— Так возьми и раскрути, — тут же предложил он. — У меня таких магазинов с десяток наберется, а этот самый слабый.

— Знал бы раньше, не устраивался бы на эту точку, — сожалел Иван.

— Работай, работай, — похлопал хозяин парня по плечу. — Все будет хорошо.

— Что-то пока не видно. Место менять надо, здесь оно непроходное. Люди совсем не заходят.

Напарница с удивлением слушала их разговор.

— Это уж не твое дело. Работай. Я тебе плачу не из выручки, а зарплату. Тебе какая разница?

— Хотелось бы, чтобы очередь стояла.

— Вот и создавай.

— Каким это образом?

— Подумай. Я тебе предлагаю этим заняться. Мне поможешь — сам поднимешься.

Иван переглянулся с напарницей, и она ему подмигнула.

— Хорошо, — нерешительно произнес Иван. — Подумать можно. В свободное от работы время.

— Вот и думай, только дома. Как надумаешь, скажешь.

— Я сегодня ночью и начну.

Хозяин с любопытством взглянул на парня, протянул ему свою визитку и сказал:

— Если что надумаешь, звони. Это мой личный.

— А если…

Толстячок закусил свои губы.

— А если — быть не должно. Завтра вечером заеду за выручкой. Остальное все нормально у вас здесь?

— Все просто замечательно!

На следующий день Иван не вышел на работу.

Напарница названивала ему целый день, но телефон был отключен. Вечером приехал хозяин, и она ему об этом сообщила.

— Найду тебе другого, — успокоил он женщину. — Не пропадешь. А выручка сегодня совсем маленькая, — заметил он. — Народу не было вообще?

— Да откуда ему здесь взяться, когда кругом столько больших магазинов. Надо какой-нибудь особенный товар завезти, что ли, чтобы очередь была…

Хозяин уже направлялся к выходу, как вдруг появился Иван.

— Ну и где ты болтался все это время? — спросил хозяин. — Уже вечер, а ты только заявился!

Иван протянул ему большой лист бумаги.

— По моим расчетам все можно сделать! — радостно выпалил Иван.

— Что сделать?

— Магазин раскрутить. Я все просчитал. — Глаза его светились. — Ознакомьтесь с проектом, шеф.

Хозяин с удивлением выпучил на него глаза.

— Ты почему сегодня не был на работе, объясни мне? — потребовал он.

— Мы же вчера разговаривали о раскрутке магазина. Я все учел и описал. Расчеты реальные, можно прямо с завтрашнего дня начинать раскручивать.

— Да? А кто тебя просил?

— Так вы же вчера мне сами предложили раскрутить точку. Вот я и постарался.

Хозяин в недоумении повертел в руках бумаги.

— А здесь что?

— Проект. Ну, план действия.

— Занимайся лучше своим делом, — предложил хозяин. Он сунул бумаги в портфель. — Я такого раскрутчика быстро уволю. Тоже мне, специалист нашелся. За сегодняшний день тебе прогул. Понятно?

Хозяин хлопнул дверью и ушел.

— Ну что, бизнесмен? — усмехнулась женщина. — Провалился твой план? Ему неинтересно, что ты там напридумывал.

— Ничего я не напридумывал, все реально. Короче, вывод один: доработаю до зарплаты и двину в другое место. С этим мерином ничего не получится. Ты же видишь, какой он тормоз.

Иван присел на стул.

— Зато себе сегодня заработал прогул, академик, — подковырнула напарница.

Молодой человек положил на прилавок его визитку.

— Когда уйду, верни обратно хозяину, — вздохнул он, но потом взял и разорвал на мелкие кусочки. — Не обеднеет, наделает себе еще. Такое барахло нужно только ему.

— Иди домой, успокойся. Я сама доработаю, но приходи завтра обязательно.

— Я еще подумаю, — тихо ответил Иван. — Мои друзья как-то сразу определились, а я все болтаюсь в неизвестности. Как я ненавижу этот магазин… — выразил Иван свое неудовольствие. — Ничего здесь толкового никогда не будет. У этого хозяина таких точек много, и наверняка есть раскрученные, а эта так себе... Вот и я тоже — так себе, с тобой вместе. Ты никогда не задумывалась об этом?

— А чего думать? Работай, и все…

— Меня самолюбие задевает, я так не могу. Сидим здесь, как два дурака, и смотрим друг на друга. Чего хорошего?

— Ну, я, например, на тебя не смотрю, — возразила напарница. — Я работаю. А ты смотришь на меня?

— Мне на себя даже некогда посмотреть, не то что на тебя. Ну, ты не обижайся. Постараюсь завтра без опоздания явиться, — заверил Иван.

— Тебе точно надо что-то другое искать.

— Ничего я искать больше не буду, уеду домой.

— В свою деревню?

— Хотя бы и в деревню. Большие города не для каждого. Вот Славка, мой друг, быстро поднялся. Серега тоже... Из грузчиков сразу в заведующие залом в большом магазине. А я…

— Значит, там хозяин с умом.

— Там хозяйка, — поправил Иван.

— Тем более. Приглянулся, а дальше сам знаешь, как все это делается.

— Ты это о чем? — не понял Иван.

— Любовь или отношения там какие, и все в порядке. А с этим толстым… Что он может?

— Ты думаешь, что все именно так и делается, как ты говоришь? — удивился Иван.

— А почему бы и нет?

Иван покачал головой.

— Нет, там все по-другому, — ответил он. — Там люди с головой. Они перспективных сразу замечают. А этот бугай дальше носа ничего не видит.

— Это ты-то перспективный? Вот объясни мне, в чем она, твоя перспектива, заключается? В любовных похождениях? Ты мне это уже предлагал, но я тебе могу пообещать, что с этим ты продержишься недолго. Я сама, как ласточка, в воздухе парю…

Иван улыбнулся.

— Что, разве не так? — спросила напарница.

— Я по поводу ласточки…

— А что?

— Ничего. Надо что-то придумывать, — еще раз вздохнул Иван. — А вообще, если с умом, мы же с тобой многое сможем вместе.

Женщина удивленно посмотрела на молодого человека.

— Ты так думаешь?

— Конечно, почему бы и нет? Вот найду подходящее местечко и тебя к себе заберу.

— Найди сначала.

Иван досидел до конца рабочего дня и только после закрытия магазина направился домой. Уже стемнело, а он шел медленно, вдыхая прохладный воздух и обдумывая сегодняшний свой поступок.

«Прогул я уже заработал, — размышлял он. — Хозяин считает меня за идиота — это раз. Мои бумажки читать не будет. Зачем ему это надо, у него и без того все нормально. Что я лезу не в свои дела? Таких, как я, надо просто гнать — это два. У него сейчас есть хорошая возможность это сделать. Ни один из нормальных бизнесменов не позволит совать чужому свой нос в его дело. Да и черт с ним, я сам давно подумывал уйти в другое место. Здесь уже ловить нечего. С таким, как этот толстяк, ничего не получится. А вообще, зачем я лезу, чего мне надо? Платит зарплату — и хорошо… Вечно меня куда-то тянет. Сам дурак. А с другой стороны, все, что ни делается, к лучшему. Завтра начинаю поиски другой работы. — Иван решительно зашагал вперед к дому. — Все идет как надо!» — успокаивал он сам себя.

Неожиданно зазвонил телефон, и Иван взглянул на экран, пытаясь рассмотреть номер, но он был неизвестный.

«Опять пацаны прикалываются», — подумал он и сбросил вызов.

Уже на лестничной площадке звонок повторился еще раз.

Иван остановился перед самой дверью в квартиру и прислушался. В квартире было тихо. Обычно в это время по вечерам у них звучала музыка.

Телефон настойчиво зазвонил снова.

— Слушаю! Кто это еще? А, добрый вечер. Дома. Сейчас? Так уже поздно. Хорошо, я подойду к магазину. Что случилось? Хорошо.

Оказалось, звонил хозяин. В голову полезли сразу самые дурные мысли.

«Работу мы закончили по времени, — размышлял Иван, выскакивая из подъезда обратно на улицу. — Все закрыли и выключили. Деньги он забрал». Молодой человек перебирал в голове все, что касалось работы, и пытался найти зацепку, которая заставила хозяина позвонить ему в такой поздний час.

У магазина он сразу увидел его машину и направился к ней. Там никого не оказалось. Иван огляделся, взглянул на темные окна магазина и решил подождать. Вскоре появился хозяин.

— Садись, — сказал он и указал на машину.

Иван растерянно взглянул на толстяка и сел на заднее сиденье.

— Сзади ездят президенты, — заметил хозяин. — Садись вперед.

Иван пересел.

— Что случилось? — не терпелось узнать Ивану.

Хозяин завел машину, и они поехали.

— Потом к дому подброшу, — сказал он.

Иван искоса поглядывал на своего шефа, пытаясь определить по выражению лица его замысел, но задавать вопросы не смел, потому что шефу постоянно кто-то звонил, и он отвечал на звонки, умело управляя машиной одной рукой.

— Вот так всегда, — сказал он, закончив очередной разговор. — И отключить телефон нельзя — нужные люди звонят. А вообще, мне давно все надоело. Трудно стало работать, — откровенничал хозяин.

— Мы куда? — задал долгожданный вопрос Иван.

— Едем ужинать, — спокойно ответил хозяин. — За целый день я даже не перекусил ничего, совсем замотался.

«Я-то причем здесь?» — подумал Иван.

Хозяин припарковал машину у кафе и взглянул на Ивана.

— Идем, — сказал он. — Посидим, мне с тобой поговорить надо. Я просмотрел твои бумажки.

Иван покраснел. Ему почему-то стало стыдно за те расчеты и предложения, которые он отдал хозяину. Ивану казалось, что это сущий бред, хотя он еще вечером гарантировал себе успех. Что путного может предложить простой деревенский парень жирному городскому хозяину, у которого все давно налажено в его бизнесе?

Ивану стало стыдно за свой поступок, и он засмущался.

— Вы уже прочитали? — удивился Иван. — Я там такую ерунду насочинял.

Хозяин взглянул на молодого человека.

— Это точно, но мне кое-что понравилось. Молодые мозги лучше соображают, сам понимаешь. Заходи.

За столом Иван старался не смотреть на хозяина. Тот с огромным аппетитом поглощал ужин.

— Ты ешь, ешь, не смотри на меня, — сказал хозяин. — Я сам когда-то в съемной квартире жил и знаю, что это такое. Хотел поговорить о тебе. Ну, не о тебе конкретно, а о твоих предложениях. Ты парень с башкой, как я заметил. То, что ты мне передал на бумаге, меня совершенно не заинтересовало, но навело на размышления. Мне твоя напарница, Люська, говорила, что ты не местный. Но меня и это не интересует, главное, чтобы был добросовестный человек. Ты откуда?

Иван подробно рассказал о своем появлении в городе.

— Ну, это неважно, главное, что ты сообразительный парень. Ты мне нравишься, — признался хозяин.

— Я многим нравлюсь, — ответил Иван.

— Ты меня не понял. У меня был помощник в моем деле, но он сейчас занимается уже своим бизнесом. А мне одному трудно. Ты меня понимаешь?

— Нет. — Иван покачал головой и уставился на толстяка, пытаясь определить его намерения.

— Я почитал твои бумаги. То, что ты предлагаешь, не пойдет. Ты многого еще не знаешь, но в тебе что-то такое есть, и ты мне подходишь. Говорить много не буду, завтра у меня много дел. Предлагаю сотрудничество.

Иван поднял на него глаза.

— В каком смысле?

— В обыкновенном. Подними мне точку, где сейчас работаешь, и я тебе предложу сотрудничество на другом уровне. Это будет сложно, ответственно, денежно и интересно. Все, что от меня надо будет для раскрутки магазина, я сделаю. Признаться, мне этот магазин не особенно нужен. Я знаю, что место неудачное, но все же...

Хозяин посмотрел на молодого человека каким-то располагающим взглядом, и у Ивана на лице промелькнула улыбка.

— Я не смогу, — тихо выдавил из себя Иван.

— Зачем тогда мне давал свою писанину?

— Хотел, чтобы вы поняли, что все можно сделать.

— Вот и берись. Я и сам знаю, что можно, но для меня не так важен этот объект, как другие. Поэтому тебе и карты в руки. Дерзай, парень!

— У меня может не получиться.

— Ну, если у тебя такое настроение, тогда, конечно, не получится. Ты знаешь, скольких мне стоило трудов все это раскрутить?

Теперь Иван смотрел на толстяка с уважением и вообразил себя его помощником.

— Я представляю, — ответил Иван.

— Ничего ты не представляешь. Берешься за дело? Я буду помогать. Мне самому это надо.

Иван опустил глаза и задумался.

— А если не получится?

— Будешь работать — все получится. Не боги горшки обжигают. Ну как? Времени для обдумывания я не даю, поэтому жду ответа сейчас. Что вы все такие мнительные? Смелее надо быть в жизни.

— Берусь, — уверенно ответил Иван.

— В таком случае по рукам. — Он протянул через стол свою руку. — Самое главное, не надо ничего бояться. Я тебя сразу приметил, как только ты появился у меня. Тут до тебя много людей было, но все какие-то временные.

— А я постоянный?

— Мне кажется, что да.

— И вы всем предлагали?

— Никому ничего я не предлагал, — покачал головой хозяин. — Это не в моих правилах. Потом появился ты, потом эти бумаги… Они меня не заинтересовали, но я понял, что ты парень с мозгами и с тобой можно иметь дело. Я никогда не лез ни к кому в личную жизнь, но если касается работы, то спрашиваю конкретно. Чтобы тебе начать все это дело, нужна поддержка. Я тебе ее обещаю, потому что это и в моих интересах. Если все у нас получится, то добро пожаловать ко мне в компаньоны. Я буду очень рад такому сотрудничеству.

Иван за этот вечер раз десять краснел и бледнел. Он не мог поверить, что до этого дойдет, а тут непосредственное предложение от самого хозяина…

— Я согласен, — решительно повторил он. — Будем пробовать.

— Пробовать ничего не надо, надо делать, — поправил хозяин.

— Значит, будем делать.

— Вот это разговор! Начинаешь с завтрашнего дня. — Он посмотрел на часы. — Нет, уже с сегодняшнего.

Хозяин подвез Ивана к самому подъезду.

— Извини, что задержал, — сказал он, выглядывая из окна машины. — Твой какой этаж?

— Шестой.

— Высоко забрался.

— Вариантов других не было. Как говорится, высоко летаешь — больно падать. — Иван улыбнулся.

— Смотря куда падать. — Хозяин тоже усмехнулся. — Ну, ладно, отдыхай, днем ты нужен будешь мне со свежими силами и ясными мозгами. Я тебе времени на обдумывание не дам. Приступай немедленно.

Иван постоял у двери в квартиру и прислушался. В квартире тихо звучала музыка.

«Опять Славка что-то новенькое принес, — подумал он. — Тоже мне, меломан нашелся. Он, наверное, никогда не успокоится со своей музыкой».

Иван тихо открыл дверь и вошел.

— Ну что, братцы, приуныли? — спросил Иван.

Славка сразу выключил магнитофон и взглянул на Сергея, который вытянулся на диване.

— И где мы болтаемся так поздно? — спросил Сергей. — Был бы я твоим отцом, давно бы выпорол.

— Если бы ты был моим отцом, я бы не родился, — ответил Иван. — Ужин оставили или как в прошлый раз?

— Это все Славка, он его тогда слопал.

— Не ври, ели вместе, — возразил Славка.

— Я так понимаю, что и сегодня у меня облом с едой.

— Ты неправильно понимаешь, — ответил Сергей. — Ужин на кухне в холодильнике. Что так поздно?

— Работы было много.

— Да ну? Откуда же у тебя появилось много работы? В прошлый раз к тебе приходили только бродячие кошки.

— Ты со своей директрисой сначала разберись, потом лезь в мои дела, — раздражался Иван.

— Хватит вам, — остановил их Славка. — Перед сном ругаться вредно — кошмары сниться будут.

— У нас и так жизнь как кошмар, — заметил Иван.

— У тебя проблемы? — Славка поднялся с кресла. — Пойдем к нам на стройку, в мою бригаду.

— Чтобы ты мной командовал? Ни за что! Это противоречит моим жизненным принципам.

— Значит, что-то у Ваньки наклюнулось, — догадался Сергей. — Колись, паршивец, мы не чужие люди. Влюбился?

— Вот этого мне только сейчас не хватало, — возразил Иван. — Любовь теперь уходит на второй план, есть дела поважнее.

Друзья снова переглянулись.

— Хорошо, — вздохнул Сергей. — Давайте в таком случае подведем итог нашего пребывания здесь.

— Не рано ли? — Славка подсел к Ивану. — Я за тебя рад, — сказал он. — Можешь ничего не говорить, но мы чувствуем, что у тебя что-то получается.

— До конца года поработаю и назад, в родные пенаты, — сказал Сергей.

— А что так-то?

— Домой хочу.

— К маме, — добавил Иван.

— И к папе тоже.

— Никуда ты не поедешь, — заверил Славка. — Там тебе, так же как и нам всем, делать нечего. Посмотри на себя, каким ты стал? А каким был? Это тебе не грязь месить по бездорожью, здесь цивилизация.

Сергей надул губы.

— Грязь можно и обойти, а если что — и сапоги есть.

— Когда нам тебя провожать? — Славка прошелся по комнате, поглядывая на друзей. — Надо же будет накрыть стол. Ты уж продукты закупи для своих проводов. Как там твоя заведующая поживает?

— С мужем разошлась. Такой слушок прошел, — ответил Сергей.

— Это она из-за тебя разошлась, — предположил Иван. — Запудрил тетке голову, вот она с ума и сходит.

— Она для меня старая.

— Зато опытная. Быстро научит, куда и как.

Сергей рассмеялся:

— Да я ее еще сам научу!

— Научи меня, — попросил Иван.

— И меня тоже, — присоединился Славка.

— А тебя чего учить, ты с ним спишь, ночью тренируйтесь, — возразил Иван, чувствуя, что их разговор превращается в шутку.

— Дурак! Так неинтересно. — Славка подошел к Сергею и положил свою руку ему на плечо. — Ты никуда не уедешь от нас, я прав? — тихо спросил он.

— Мы же хотели на год, не больше.

— Видишь, как все оборачивается. Кто мог подумать, что здесь закрутятся такие дела? Ситуация меняется прямо на глазах. Тебе придется пересмотреть свои убеждения. Мы тебя в отпуск отправим, но не больше, понял?

— Да понял он все лучше нас, просто хочет поломаться перед нами, — сказал Иван. — А на свою начальницу тебе все же необходимо обратить внимание. Она на такие жертвы пошла, а ты…

— Отстаньте вы от меня, — махнул Сергей рукой. — Я тут недавно в гости к одной кассирше заходил. Прелесть девчонка! Наташкой звать. Тоже живет с двумя подружками.

— Это к которым мы в тот раз не пошли? — вспомнил Славка.

— Они самые.

— Еще раз повтори? — не понял Славка.

— Что?

— Про подружек. Ты не замечаешь никакой связи?

Сергей пожал плечами.

— Нет, а что?

— А то. Нас трое, их трое. — Иван подошел к своему креслу. — Считать научись, работник торговли.

— Ты думаешь, стоит? — Сергей путался в догадках.

— Я не думаю, я знаю. Тебе как самому заядлому бабнику немедленно надо будет с ними поговорить. Скажи, что есть молодые люди, у которых давно все трещит от бездействия.

— Все, не мешайте отдыхать. У меня завтра очень сложный день. — Иван улегся на свое скрипучее кресло и накрылся одеялом с головой.

— Ты правда никуда не поедешь? — уже в постели спросил у Сергея Славка.

— Куда я без вас, — прошептал Сергей.

— Познакомишь с кассиршей? Молодая хоть или такая же, как и твоя заведующая?

— Молодые все трое.

— В таком случае та, что тебе больше всего понравится, будет моей. Хорошо?

— Славка, я сейчас тебе что-нибудь оторву. Не треснешь?

— Та, что будет самая молодая, — моя, — сказал Иван, высовываясь из-под одеяла.

— Ты спи. Лично распределять буду. — Сергей приподнялся на локтях. — Так ты ничего и не сказал о своих успехах на работе.

— Все нормально, — пробурчал Иван. — Сейчас еще рано о чем-то говорить. Вы тоже не сразу раскололись. А насчет девчонок — это неплохое предложение. У Славки одни мужики на стройке. У меня единственная напарница, и то полуживая, так что, Серега, вся надежда на тебя.

Молодые люди стояли у незнакомого подъезда в полной нерешимости.

— Ты ничего не перепутал? — спросил Иван. — Мы туда пришли?

— Ничего. Я уже был однажды здесь. Ты что, хочешь, чтобы тебя сразу с цветами встречали?

— Какой этаж? — Славка задрал голову вверх.

— А бес его знает. Тридцать третья квартира, — ответил Сергей.

— И номер какой-то несчастливый. У них точно мужей нет?

— Зайдешь — спросишь. — Сергей шагнул в подъезд. — Наташка моя, — сразу предупредил он.

— Что-то мне расхотелось идти к ним, — сказал Иван. — Тетки незнакомые, все как-то подозрительно…

— Если хочешь, можешь нас здесь подождать. Идем, Славка, за мной. Все оговорено конкретно.

Иван медленно двинулся следом.

— Идет, — оглянулся назад Сергей.

— Куда он денется.

Радостная Наташка открыла дверь.

— А вот и мы! — сказал Сергей, заглядывая через ее плечо в квартиру.

— А вот и я! — смеялась она.

— И все? А где подружки?

— Заходите, мальчики.

Иван вошел последним и прикрыл дверь.

Подружки сидели на кухне и курили.

— Какие гости к нам пожаловали! — воскликнули они.

Сергей быстро освоился и стал представлять своих друзей.

— И заметьте, — сказал он, — каждый имеет определенную ценность и перспективу в своей профессиональной деятельности.

— Это мы еще посмотрим, что за ценности у вас и какие перспективы! — смеялись девчонки. — Может, вы себя просто нахваливаете.

Иван сделал удивленное лицо, но понял, что сегодня будет что-то интересное…

Молодые люди сидели друг перед другом и молчали.

— Редко так у нас получается, чтобы выходные были у всех в один день, — после долгого молчания нарушил тишину Славка. — Иван, когда домой поедешь?

Сергей взглянул на друга.

— По-моему, уже никогда, если только в гости к родне, — ответил Иван.

— В таком случае у нас всех есть возможность туда съездить, — сказал Сергей. — Когда наметим это мероприятие?

— На следующей неделе. Пойдет?

— Решено!

По перрону вслед за отправляющимся поездом мчались трое молодых людей. Расталкивая пассажиров, Сергей кричал проводнице последнего вагона, чтобы она нажала стоп-кран.

Женщина изумленно смотрела на молодых людей, которые на ходу закидывали свои сумки в тамбур и заскакивали сами.

— Совсем с ума посходили! — недоумевала проводница. — Что за привычка бегать за поездами? А, это вы снова! — узнала она молодых людей, которые когда-то таким же образом садились к ней в вагон.

— Снова, — ответил Славка, переводя дыхание.

— Все так и бегаете за поездами?

— Билетов не было. Перед самой отправкой только появились, где тут успеешь, — стал объяснять Иван.

Проводница окинула их взглядом и улыбнулась.

— Что, искатели приключений, уже назад едете? Не получилось у вас здесь, в большом городе? Давайте ваши билеты… Вам в другой вагон, проходите и не стойте в проходе, мешаете.

— Да, большие города не для каждого, — согласился Сергей.

— Ничего, дома тоже у вас работа найдется, — обнадежила женщина. — Не всем везет в жизни.

Иван открыл рот и хотел было возразить, но Славка толкнул его, чтобы он проходил вперед. Иван окинул взглядом проводницу и улыбнулся.

— С нами не соскучишься, — сказал он. — Скоро назад поедем.

— Опять следом за поездом бежать будете?

— Как получится. Все зависит от обстоятельств. Я так полагаю, нам лучше на самолетах летать, — сказал Сергей.

— Это точно, — согласилась проводница. — Уж их вы никогда не догоните.

Дикие игры домашних детей

1

— Нет, это просто невыносимо! — возмущалась учительница. — Ты когда наконец возьмешься за ум? Тебе пятнадцать лет, а все дурью маешься. Девчонки уже над тобой просто смеются, какие ты вытворяешь выкрутасы. И скажи мне, когда, наконец, я увижу твоих родителей? Они что, твой дневник совсем не смотрят? Сколько можно им писать приглашения, чтобы они в конце концов появились в школе? — Учительница поправила на носу очки и села на стул. — Тебе последнее предупреждение. Еще раз пропустишь математику — я тебя поведу к директору. Садись, бездельник…

Олег сел за парту и, склонив голову к своей соседке, прошептал:

— Ты тоже надо мной смеешься?

— С чего ты взял? — удивилась она. — Больше слушай эту жабу. Она тебе еще не то наговорит.

Олег поднял руку.

— Ну, что тебе еще, Карлетов?

— Наталья Петровна, а что вы в воскресенье делаете?

— Не поняла? — Учительница подняла на него глаза. — В каком это смысле?

В классе раздался хохот.

Олег взглянул на ребят:

— Я хотел вас пригласить в воскресенье в парк.

— Это еще что за новость? Тебе бы все что угодно, только не учить уроки! Что это за выходки?

— Сходите, Наталья Петровна и увидите, чем Карлетов там занимается! — выкрикнул кто-то из учеников. — Мы видели и нам понравилось.

— И чем же он там занимается? Чем ты меня хочешь удивить, Карлетов?

— Вот вы сами и увидите.

— Я бы хотела для начала увидеть твоих родителей, — строго сказала учительница.

— Сходите, сходите, — поддержали Олега девчонки. — Вы его в двенадцать часов можете увидеть в парке, там, где на скейтах катаются и на велосипедах прыгают.

— Очень интересно. Мне больше делать нечего. Одни ваши тетради чего стоят... Садись, Карлетов. Ты все понял? Еще раз — и ты у директора. Надоело мне с тобой нянчиться. Скоро будешь выше меня ростом, а занимаешься сплошной ерундой. Лучше бы математику учил. Обязательно спрошу в следующий раз. Садись и помалкивай, тоже мне, кавалер нашелся…

Олег молча опустился на свое место.

— Смотри, допрыгаешься, — заметила соседка. — Наша жаба тебя никогда не поймет. Видно, подумала, что ты ее на свидание решил пригласить.

— Ну сейчас! Тебя вот могу куда-нибудь пригласить, — буркнул Олег. — А эта обойдется. Пусть ее пенсионеры приглашают, в компанию, кому за пятьдесят.

— И куда же ты меня можешь пригласить, если постоянно со своими пацанами торчишь?

— Там и девчонки есть.

— Такие же, как и вы? Пацанки?

— Такие же, как ты, — сказал Олег, потом добавил: — Красивые.

Соседка толкнула его локтем.

— Болтун ты, Карлетов.

— Я правду говорю.

Учительница встала и направилась к Олегу.

— Если я еще услышу разговоры — выгоню из класса! Это невыносимо. Ты мне срываешь урок своей болтовней!

— Так вы придете к двенадцати часам в парк? — успел спросить Олег, пока она не отошла от парты.

— Сиди и занимайся. Вот исправишь все свои неуды, тогда будем разговаривать.

Она вернулась на свое место. Олег проводил ее взглядом и снова стал шептаться с соседкой.

— Нет, я правду говорю, красивая ты.

— Дурак, — ответила Юлька.

— Потому что правду говорю? А сама-то ты как думаешь?

— О чем? Все, не болтай, опять сюда смотрит, — шепнула соседка и уткнулась в книгу.

— Сама придешь в парк? — не унимался Олег.

— Я и так каждое воскресенье тебя там вижу. Свернешь когда-нибудь себе шею своими дурацкими увлечениями. И так весь побитый.

— А мне нравится.

— И друзья у тебя сумасшедшие. Особенно тот черноглазый.

— Ромка, что ли?

— Я не знаю, как его там, но он вообще какой-то безбашенный, летает на своем велосипеде, в воздухе переворачивается... Сколько ему?

— Так же, как и нам с тобой, пятнадцать. Он из соседней школы. Что, влюбилась?

— Дурак ты.

— Вот заладила: дурак, дурак…

— Так, Карлетов, мое терпение кончилось. — Учительница встала и хотела еще что-то сказать, но прозвенел звонок. — На следующем уроке буду всех спрашивать. Тебе сегодня повезло. Смотри мне, тебя первого спрошу, готовься.

В коридоре Олег догнал учительницу.

— Наталья Петровна, вы не обижайтесь, я правду говорю. Приходите, хоть скрасите свою одинокую личную жизнь.

Учительница от возмущения вскинула брови:

— Ну, ты и нахал, Карлетов! Готовься к следующему занятию. Будет снова двойка — поставлю вопрос на педсовете о твоей успеваемости.

— Так вы придете? — еще раз спросил он.

— Зачем?

— Ну, посмотрите. Приходите, а то я у вас как козел отпущения.

Наталья Петровна строго взглянула на Олега.

— Когда родители в школу придут? — спросила она.

— Придут скоро. Все некогда им сказать.

— В таком случае жди меня в гости. Я сама к ним приду и расскажу о твоей успеваемости. Вот как можно на тебя положиться? Такой взрослый парень, а занимаешься не пойми чем. Когда, наконец, ты за ум возьмешься?

Олег вернулся в класс и сел за парту. Подошли мальчишки и окружили его.

— Здорово ты ее пригласил в парк! Только куда ей понять, у нее в башке одни цифры! — смеялись они. — А мы придем. Что там будет на этот раз?

— Будем соревноваться команда на команду, — объявил Олег.

— Видели мы уже тебя. Особенно когда ты носом вниз летел.

— И Юлька видела? — спросил он про соседку по парте.

— Ну да. Она так переживала и визжала, что постоянно привлекала к себе внимание.

— Да ладно. Она никогда туда не ходит.

— Всегда ходит. На вас, экстремалов, любит посмотреть. Просто ты ее не видишь, там же такая толпа…

Начался следующий урок, и Юлька вернулась на свое место.

— Придешь в воскресенье? — спросил Олег.

— Делать мне больше нечего, — бросила она безразлично. — Кончай болтать, на математике не выгнали — выгонят на литературе.

— Опять спрашивать будут?

— А ты как думал? Выучил Горького?

— «Мцыри», что ли?

— Сам ты «Мцыри». Это Лермонтов.

— А что тогда? «Горе от ума»? Так это все я из своей жизни знаю. Я такое могу рассказать, что этому Грибоедову и в голову бы не пришло написать. Ему до меня еще дорасти надо.

— Да, видно, у тебя проблемы и с литературой. О «Войне и мире» слышал?

— И про это я знаю. Толстой вроде как…

— Хоть это знаешь. Но спрашивать будут совсем не Толстого.

Олег озадаченно почесал затылок.

Для Олега сегодняшний день прошел удачно, если не считать математики. Но голова его была занята совсем другими мыслями. Грандиозные планы, которые он строил в начале недели, должны были осуществиться в воскресенье.

Он пришел домой, бросил сумку и уселся за компьютер в поисках нужного сайта.

Тихо вошла бабушка.

Она никогда не спрашивала его об учебе, считая, что раз человек ходит в школу, значит, у него все в порядке.

— Олег, кушать иди, — сказала она.

— Ты накладывай, я сейчас.

Бабушка вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Олег проверил свою почту в интернете, написал несколько сообщений и позвонил своему другу Ромке, договорился о завтрашней встрече вечером, чтобы потренироваться перед соревнованиями.

Глянув на стоящие в углу два скейта, он бодро произнес:

— Ну что, кони, поработаем в выходные? Нам предстоит большое испытание.

Олег подмигнул своему изображению в зеркале и пошел на кухню.

2

Очередной день в школе прошел как обычно. Соседка Юлька в конце занятий привязалась к нему, настаивая, чтобы он привел родителей в школу.

— Это тебя наша жаба подговорила? — спросил Олег.

— Я же хочу как лучше. Ты все запустил. Твои родители ни разу на собраниях не были, — объясняла она.

— Не были и не будут, — сухо ответил Олег.

— Почему?

— Я так хочу. Лучше пошли ко мне после уроков, я свои фотографии тебе покажу, — предложил он.

— Если только недолго, — согласилась она. — Завтра контрольная, надо позаниматься.

Дома их встретила бабушка.

Олег провел Юльку в свою комнату, увешанную плакатами и собственными фотографиями.

— Это все ты? — удивилась она, рассматривая снимки на стене.

— Я, — гордо ответил Олег. — Это у нас просто гонки, вот это разные фигуры я показываю на скейте, а здесь с трамплина прыгаю, — увлеченно рассказывал он.

Снимки Юльку впечатлили. На них Олег выделывал различные финты, даже катался по перилам с высоких горок, переворачиваясь в воздухе, и многое другое...

— Свернешь голову когда-нибудь, — предупредила она.

— Я же в шлеме и в комбезе. Ничего не будет. А вообще, тебе какая разница?

— Тебя здесь прямо не узнать, — сказала Юля, глядя на большую фотографию. — Ты где-то конкретно занимаешься?

— Нет. Мы сами по себе. У нас своя компания. Одни на скейтах, другие на великах.

— Экстремалы, короче, — сделала она вывод.

— Что-то вроде этого, — пожал плечами Олег.

Она обошла комнату.

— Значит, ты здесь живешь?

— Ага.

— А где занимаешься? Что-то не видно ничего напоминающего о школе.

— Учебники, тетради? А это вон там, под столом, — показал Олег.

Вошла бабушка и попросила Олега помочь на кухне.

— Девочка из твоего класса? — спросила она.

— Да. Вместе учимся, — пояснила Юлька.

— Даже за одной партой сидим, — добавил Олег.

— Если честно, меня классная послала к вам, — сказала Юлька. — Хотела пригласить родителей в школу. Она пишет Олегу в дневнике, чтобы хоть раз появились, а они так и не приходят.

Олег растерялся.

— Так ты за этим ко мне пришла? — спросил он раздраженно.— А я думал, посмотреть фотографии.

— Нет у него родителей, — сказала бабушка, присаживаясь на стул. Эти слова, как гром среди ясного неба, прозвучали в комнате, и наступила тишина. Олег даже побледнел. Он посмотрел на Юльку.

— Погибли они. Еще два года назад, в автокатастрофе. Олег живет со мной. А я больной человек, нет у меня сил ходить по школам.

Юлька и сама растерялась. Она взглянула на Олега и опустилась на край дивана.

— Некому у меня в школу ходить, понимаешь, — занервничал Олег. — Бабушка не может. Теперь ты все про меня знаешь. Довольна? Можешь передать учительнице.

— Я не знала, — почти шепотом произнесла Юлька. — Извините. А ты почему в школе не сказал об этом?

— Ты что? Зачем? От этого мне легче не будет. И чужое сочувствие мне не нужно.

— Извини, — еще раз, уже с чувством вины, повторила Юлька.

— Олег, пойдем, поможешь. — Бабушка вышла из комнаты.

Юлька посмотрела на Олега, и их взгляды встретились. Она встала и подошла к нему.

— Какая я дура, — прошептала она.

— Почему? Ты красивая.

— Ты опять за свое. — Улыбка промелькнула на ее лице.

— Пойду помогу. А ты уйти хочешь?

Юлька пожала плечами.

— Тогда подожди меня, я сейчас. Хочешь, пока в интернете полазай.

Олег вышел, а Юлька стала разглядывать самую большую его фотографию, где он в полной экипировке, в шлеме, на скейте завис в воздухе.

«Какая я дура, — подумала Юлька в очередной раз. Ей стало до того жалко Олега, что она закусила нижнюю губу и еле сдержалась, чтобы не появились слезы. — Идиотка… Лезу не в свои дела. Никогда больше с этой жабой связываться не буду, что бы она ни просила. Тем более я, кажется, ему даже нравлюсь. Дура дурой!»

Вернулся Олег.

— Изучила мою биографию? — спросил он.

— Карлетов, я ничего не знала, прости меня, пожалуйста.

— Зачем кому-то об этом знать? Это мои проблемы. Только, прошу, никому не говори. Ты придешь в воскресенье?

— Да, наверное.

— Можно я тебя сегодня провожу?

— Конечно, — тут же согласилась Юлька. — И вообще, пойдем погуляем.

— Хорошо. Только я штаны переодену. — Олег тут же переоделся в джинсы и яркую футболку. — Ну, я готов.

Юлька следила за каждым его движением.

— А что у тебя с коленками? — спросила она, заметив, что они все побитые.

— Падаю иногда, вот и бью их, — объяснил Олег.

— Больно же.

— Ну и что? Я привык.

— Карлетов, я тобой просто поражена.

— Ерунда. Пойдем погуляем.

Юлька попрощалась с бабушкой, и они с Олегом вышли на улицу.

— Завтра контрольная, — напомнил Олег.

— Ты все равно заниматься не будешь, а я успею еще подготовиться. Но списывать, как в прошлый раз, не дам.

Олег улыбнулся.

Он вернулся домой уже вечером. С Ромкой встретиться не получилось, его не отпустили родители. Он пообещал в следующий раз тайком сбежать на тренировку, и ребята договорились на следующий день.

Юлька была поражена тем, что узнала сегодня от бабушки Олега. Она не могла себе простить, что так подставилась: хотела посодействовать в воспитании своего одноклассника, а получилось так неудобно. У нее возникло к нему что-то вроде жалости, но потом она все отбросила, вспоминая до мелочей его характер, и даже загордилась своим соседом по парте.

Дома она долго не могла прийти в себя. Перед ней стоял его образ, побледневшее после слов бабушки лицо и растерянность.

«Зато как он гордится своим увлечением! — думала Юлька.— Хвастунишка, любит показывать свои фотографии. Да, правильно делает, молодец! Чем мальчишке еще можно гордиться? Любит экстрим, не жалеет свои ноги — бьет коленки до крови, а ходит даже не прихрамывая. Ему больно, а он терпит. Настоящий мужчина!»

Почему-то именно сейчас ее взгляд упал на телефон, и рука сама потянулась к нему. Юлька набрала номер Олега.

— Алло! Кто это? Почему молчите? — послышался голос в трубке.

Она помолчала, прижимая трубку к щеке, потом тихо спросила:

— Ты уже дома?

— А, это ты, Юлька, — узнал Олег. — Нет, я не дома, это автоответчик. Передавайте информацию, придет хозяин, прослушает.

— Не ври. Это же домашний телефон.

— Ну, дома. Что случилось?

— Ничего, просто так, — сказала она и хотела положить трубку, но Олег ее опередил:

— Готовишься к контрольной?

— Нет.

— Почему? Ты же собиралась. Как же я у тебя списывать буду?

— Не знаю. Думаю…

— Думаешь? О чем думаешь? Прийти ли в воскресенье или нет?

— Смотреть, как ты там убиваешься? Я больше никогда туда не пойду.

— Ну, как хочешь…

В трубке послышались гудки.

Юлька села в кресло и, откинув голову назад, закрыла глаза.

3

Юлька все же пошла в воскресенье смотреть соревнования.

Народу было много. Она купила себе напиток и, толкаясь среди собравшихся, пробиралась к тому месту, где скейтбордисты показывали свое мастерство.

Юлька пролезла вперед, расталкивая толпу, и вдруг заметила Наталью Петровну. Ее можно было увидеть сразу. Она стояла среди молодежи, которая столпилась у ограждения, и растерянно вертела головой. Вокруг молодые люди визжали, размахивая шарами, флажками и шарфами. Строгая учительница стояла среди них как каланча. Юлька решила пробраться к ней и двинулась вдоль ограждения, расчищая себе локтями дорогу.

— Здравствуйте, Наталья Петровна!

Учительница вздрогнула и посмотрела на нее сквозь очки, которые постоянно носила на кончике носа.

— А, это ты, — сказала она. — Решила вот выйти погулять. Погода хорошая. А ты пришла на Карлетова посмотреть? Он, помнится, что-то говорил об этих мероприятиях.

— Я тоже пришла просто прогуляться. Нужно больно на него смотреть. Детский сад какой-то.

— И я о том же. Лучше бы в школе подтянулся, бездельник.

Юлька взглянула на учительницу, и ей стало обидно за Олега.

— А что, давайте посмотрим, раз он приглашал, — предложила она.

— И где он тут? Все в шлемах да в костюмах каких-то странных…

— Вон он, в синей форме и белом шлеме.

Юлька сразу узнала Олега и чуть не проболталась, что узнала по одежде, которую видела у него дома.

Участники стали показывать свое мастерство: змейку, прыжки, переворачивания доски в воздухе...

— Здорово! — восхищалась Юлька.

У каждого участника были свои болельщики. Они выкрикивали их имена и всячески поддерживали.

Олег стоял в стороне и ждал своей очереди. За него никто сегодня почему-то не болел, и когда он вышел на стартовую линию, вокруг было молчание.

Он наклонил голову, устанавливая свой скейт, и посмотрел в сторону соперников.

Юльке стало невыносимо обидно за то, что его никто не поддерживает и он один в этом круговороте разгорающихся страстей. Болельщики затихли, кто-то даже начал свистеть и что-то выкрикивать. У Юльки сжалось сердце, и она взглянула на учительницу, но ее равнодушный взгляд ни о чем не говорил.

Юлька сжала кулаки и что было сил закричала:

— Олег, вперед! Я с тобой!

Он поднял голову, растерянно посмотрел по сторонам, но среди множества посетителей не смог увидеть, кто кричал.

Юлька заметила, как он вдруг воодушевился, набрал полную грудь воздуха и помчался по дистанции, которая представляла собой горки, змейки, узкие пространства и несколько трамплинов, на которых надо было показать свое мастерство.

— Олег, давай! — кричала Юлька. — Ты молодец!

Наталья Петровна посмотрела на свою ученицу, поправила очки и строго сказала:

— Веди себя прилично. Ты в обществе находишься. Допрыгается Карлетов, шею себе свернет… Я такое видеть не могу. Куда только смотрят его родители? Этот самокат я бы сразу уничтожила! Наделают для детей смертельных игрушек, они и рады лихачить. Надо математикой увлекаться. Безопасно, по крайней мере…

Юлька покосилась на учительницу. Она поняла, что Наталье Петровне абсолютно все безразлично, и незаметно скрылась в толпе.

Она поспешила к финишной линии и встала в толпе болельщиков, ожидая Олега.

Он резко остановил перед ней свой скейт, развернулся и от удивления раскрыл рот.

— Я знал, что ты придешь, — сказал Олег, переводя дыхание. — И голос твой слышал.

Он снова направился на стартовую линию. Теперь предстояло задание еще сложнее: надо было разогнаться, взлететь на трамплин и перевернуться в воздухе, не отрываясь от скейта.

Первый участник сразу упал. У второго получилось очень неплохо. Потом еще один, другой, третий…

Олег вышел на старт, взглянул на высокий трамплин, поправил на голове шлем. Он быстро разогнался, взлетел с трамплина в воздух и перевернулся, не отрываясь от скейта. Но приземление у него вышло очень неудачное. Олег не рассчитал и полетел на землю. Он зацепился ногой за доску и плюхнулся всем телом, сбивая расставленные фишки.

У Юльки замерло сердце. Расталкивая всех, она бросилась к нему.

— Ты не ушибся? — спросила она, пытаясь его поднять.

Олег снял шлем и, преодолевая боль, улыбнулся:

— Да нет, все нормально.

— Идем, я тебе помогу, — сказала она, протягивая руку, и Олег, опираясь на нее, отошел в сторону.

Локти были содраны о деревянный настил и кровоточили.

— У меня платок есть, — спохватилась Юлька и стала искать его в сумке.

Перевязав ему руку, она спросила:

— Я думаю, ты на сегодня закончил это убийственное мероприятие?

— Что-то у меня не получилось сегодня, — сказал он. — Теперь Ромка меня обойдет.

— Пусть обходит. Ты бы лучше себя поберег. Зачем тебе все это?

Подошла и учительница.

— Так, Карлетов, — сказала она строго. — Я увидела, чем ты занимаешься, поэтому настаиваю на приходе твоих родителей в школу немедленно. Мне самоубийцы не нужны. Ясно, почему тебе математика не лезет в голову. Ты уже все мозги себе поотшибал. — Она фыркнула и ушла.

— Не обращай ты на нее внимания, — успокоила Юлька. — Она ничего не понимает.

Подъехал Ромка. Он поднял ногой свой скейт так ловко, что Юлька даже удивилась.

— Ну, ты чего сегодня расслабился? — спросил его друг.

— Не знаю. Нога как-то подвернулась, — ответил Олег.

— В выходные идем на стройку?

— Как договорились, — ответил Олег и посмотрел на свою одноклассницу.

— На какую еще стройку? — спросила она.

— Это что, твоя подружка? — Ромка загадочно взглянул на смущенную девчонку.

Олег тоже посмотрел на нее.

— Секрет или как? — засмеялся Ромка. — Ладно, все с тобой понятно. Давай, колись.

— Его, его, — не дав опомниться Олегу, ответила Юлька. — А про тебя он мне как-то тоже говорил. Ты же Ромка?

— Короче, как договорились. Лечи свои раны, потом встречаемся. — Ромка встал на скейт. — До встречи, красавица.

Олег проводил его тоскливым взглядом.

— Облажался я сегодня, — вздохнул он. — С самого утра все не заладилось. Бабка наорала под руку, что я в магазин не успел сбегать. Все надоело…

— А вот так себя калечить не надоело?

— Я люблю экстрим, понимаешь? Мне себя не жаль, и жалеть меня некому. Я живу сам по себе, по своим законам и правилам.

— Зря ты так говоришь. — Юлька присела рядом с Олегом. — Человек не может жить сам по себе. Он же не на острове, где никого нет.

Олег улыбнулся и положил на землю шлем.

— Хочешь пару философских фраз? — спросил Олег.

— Ты их тоже знаешь? Удивительно…

— Вот, например, чтобы человек вырос успешным, важно помогать ему одерживать победы.

— Ну и?

— Меня это не касается. Мне никто не помогает, поэтому я всего должен добиваться сам.

— У тебя рука болит? — спросила Юлька, не желая слушать, о чем говорит Олег.

— Болит.

— Давай я тебя домой провожу.

— Мне еще переодеться надо. Ты меня не жди.

— Иди, переодевайся. Я буду здесь.

Олег поднялся, посмотрел в сторону соперников, которые все еще продолжали соревнования, и, прихрамывая, направился в раздевалку.

Олег нес в одной руке скейт, в другой руке была рука Юльки. За спиной у него висел рюкзак.

Они медленно шли по парку, часто останавливаясь и разглядывая заманчивые аттракционы.

— Я легко мог бы спрыгнуть вон с той вышки, — сказал Олег, указывая на деревянную пирамиду. — Или с карусели на ходу. Не веришь?

— Верю, верю. Что тебя все куда-то тянет? Шею хочешь свернуть? А зачем вам на стройку?

— Мы там с друзьями соревнуемся, кто быстрее на какой этаж залезет, — объяснил Олег.

— По лестнице, что ли?

— Зачем? По лестнице и дурак заберется. По стене.

Юлька даже остановилась.

— Как по стене?

— Очень просто, руками и ногами. А потом еще кто перепрыгнет с одной сваи на другую.

— Вы что, все там сумасшедшие?

— Почему, нет. Ромка разве похож на сумасшедшего? И я вроде тоже нормальный.

— И много вас там таких нормальных?

— Человек десять будет. Даже девчонки есть. Правда, пока только две.

— Короче, вы занимаетесь всем тем, от чего родители хватаются за головы.

— Они об этом не знают, — улыбнулся Олег.

4

Есть категория людей, которым нравятся сильные эмоции и адреналин, они любят пощекотать себе нервы. Обычно они выбирают опасные профессии: спасателей, альпинистов, пожарных. Или довольствуются хобби вроде прыжков с парашютом, горных и водных походов, дельтапланеризма и прочих. Эти люди на самом деле здравомыслящие, они не стремятся создавать себе по-настоящему опасных ситуаций, четко следуют правилам безопасности и умеют рассчитывать допустимый риск.

Однако в пятнадцатилетнем возрасте все просчитать просто невозможно, и молодыми людьми движет неведомая им внутренняя сила и чувство риска — просто ради того, чтобы показать свое «я».

На перемене Юлька стояла в стороне и наблюдала за Олегом. Она удивлялась его увлечениям, о которых узнала вчера, и у нее не укладывалось в голове, как он может все это творить за спиной у взрослых. Но никто его не контролирует, поэтому неизвестно, как далеко он зашел в этих дурацких увлечениях.

Он обзавелся такими же сумасшедшими друзьями, и кто кого там подначивал на эти поступки, было неизвестно. Скорее всего, они сами друг перед другом показывали свои способности. Теперь она понимала, почему Карлетов на уроке физкультуры бегает в трико, а не как все, в шортах. Ему было стыдно показать свои вечно разбитые колени. Другие, может быть, этим гордились бы, но Олег был не из таких. Он никогда не рассказывал о своих «восхождениях», не делился со школьными друзьями, хотя мало чем отличался от всех остальных. Он был всегда сдержанным в эмоциях, но когда чувствовал себя совершенно свободным, в кругу друзей, давал оторваться своим фантазиям.

Юлька стояла у окна, незаметно поглядывая на него, и удивлялась. Только сейчас она начала замечать, что этот мальчишка — довольно привлекательная личность. Он никогда ни с кем не спорил, но всегда придерживался своего мнения. Для него оно было первостепенным. Он не навязывал свои идеи, когда что-то затевали школьные друзья, а если ему что-то не нравилось, он, молча, по-английски, как говорится, уходил и возвращался в свою компанию экстремалов.

Учительница его увлечение не одобрила и при встрече в школе не обмолвилась ни словом об увиденном в парке.

Юлька сказала Олегу, что и Наталья Петровна смотрела их соревнование.

— Значит, приглашение приняла, — улыбнулся он и этим был уже счастлив.

— А что толку? Она стояла, как отмороженная, и только возмущалась вашему мероприятию.

— Самое главное, что она видела, — сказал Олег. — Может, отвяжется от меня с вызовами родителей.

Юлька в ответ пожала плечами.

— А ты зачем ко мне тогда приходила в парк? Снова по ее наводке? — с укором спросил Олег.

Юлька покраснела. Она чувствовала, что поступила в прошлый раз очень неправильно, и уже не старалась оправдываться.

— Зато про тебя многое узнала.

— Вот этого тебе не стоило делать, — сказал Олег. — Если кто в классе узнает, что у меня нет родителей, я сразу переведусь в другую школу или вообще ее брошу.

Юлька вздрогнула и побледнела от такого заявления.

— Карлетов, — сказала она. — Я клянусь, что никто и никогда об этом не узнает, пока не скажешь сам.

— Я об этом не собираюсь никому говорить, — твердо заявил Олег. Он посмотрел с усмешкой на одноклассницу и молча пошел в класс.

Тут к Юле подошли подружки, окружили и стали засыпать вопросами.

— А он ничего. Говорят, экстремал!

— Откуда я знаю, — возразила Юлька. — Мне-то какое до этого дело?

— Вы же сидите вместе.

— Ну и что? Мне он вовсе и не нравится. Это вы всё глаза на него пялите.

— Давай местами поменяемся, — предложила одна. — Лично мне он очень нравится, я б хотела с ним сидеть.

— Смотри на него со стороны. Так лучше видно, — почему-то встревожилась Юлька.

— Ну, девочки, давайте не будем ссориться из-за какого-то парня, — вступилась другая.

— Вовсе он и не какой-то! — тут же возразила Юлька. — Он отличный парень.

— Ха, все ясно — влюбилась!

— Глупые вы. Он не в моем вкусе, — старалась оправдаться Юлька.

— Почему-то все говорит об обратном.

Только звонок на урок заставил их прекратить спор.

— Наталья Петровна пришла мне мораль читать, — прошептал Олег. — Как она уже надоела со своими нравоучениями…

Юлька с удивлением посмотрела на Олега.

— Я сегодня хотела поговорить о поведении ребят вашего возраста, — сказала учительница и поправила на носу очки. — Среди подростков, да что уж, будем честными — и среди взрослых нередка ситуация, когда человека на риск толкает вовсе не сила, а слабость, и неважно, реальная она или вымышленная. Проще говоря, желание доказать, что ты чего-то стоишь. А уж поводов для заниженной самооценки, зачастую, кстати, выдуманных, у подростков хоть отбавляй. Это, можно сказать, возраст такой специальный. А дальше как в детском стишке: «Я пошел бы на руках, чтобы все сказали: «Ах!» Безумные поступки служат средством, которое помогает поднять самооценку. Такая ситуация как раз и является самой опасной. Тихий подросток, которому не хватило силы и ловкости стать первым в футбольной команде, может, казалось бы, ни с того ни с сего решиться пройтись по карнизу многоэтажки, «на слабо» залезть в электрический щиток или совершить особо опасный трюк на скейтборде.

Юлька заметила, как у Олега сжались кулаки. Он опустил голову и его руки задрожали. Положив свою ладонь на его кулак, Юлька улыбнулась.

Олег поднял на нее глаза и встал.

— Наталья Петровна, можно выйти? — попросился он.

— Карлетов, все, что я говорю, касается и тебя тоже.

— Можно выйти? — повторил Олег.

— Ну, выйди, — разрешила учительница.

Олег подхватил сумку и направился к выходу.

— Я так понимаю, то, что я сейчас говорю, тебе не нравится? — спросила она, пытаясь его остановить.

— Нет, не нравится. У каждого на этот счет есть свое мнение.

Олег прикрыл за собой дверь, прижался к ней с другой стороны и закрыл глаза, прислушиваясь к голосу учительницы.

Он вышел на улицу, взглянул на окна — и в одно мгновение ему очень захотелось влезть на стену, на третий этаж, где были окна их класса, и пройтись перед всеми по тому самому карнизу, о котором говорила классная.

Он уселся под деревом прямо на землю и задумчиво посмотрел на школьное здание.

Олег уже тысячу раз пожалел, что пригласил тогда учительницу в парк. Может, и не было бы этой темы на злополучном классном часе.

Он потер лоб, пригладил свои волосы и лениво встал. Домой ему идти не хотелось, но он боялся, что учительница может прийти к ним, и бабушка обязательно откроет дверь. Сам он никогда бы ее не пустил. Олег хотел, чтобы учительница не знала о его семейном положении, а тем более чтобы, не дай Бог, когда-нибудь еще и упрекнула.

Он достал телефон и позвонил Ромке.

Как всегда, его номер был недоступен. Олег уже много раз говорил ему, чтобы тот следил за балансом, но Ромка мало об этом думал, а когда нужно было ему самому и не оказывалось на сотовом денег, он звонил с домашнего.

Олег с досадой сунул телефон в карман и медленно двинулся в сторону дома. По дороге он заходил во все магазины подряд, просто бесцельно поглазеть, и явился домой лишь два часа спустя.

У парадного на скамейке сидела Юлька.

Олег подошел и молча встал напротив нее.

— Так и будешь стоять? — спросила она.

— Буду.

— Чего ты обиделся?

— Я не обиделся. Просто мне не хочется слушать ее рассуждения.

— Ты считаешь, Наталья Петровна не права?

— А ты? — задал встречный вопрос Олег.

— Права.

— Ты тоже хочешь сказать, что я слабак?

— Карлетов, прекрати. — Юлька встала.

— Карлетов да Карлетов... Надоело уже все! — вспылил Олег.

— Ты можешь со мной спокойно поговорить? — тихо спросила Юлька.

Олег опустился на скамейку.

— Я и так спокоен. — Он пытался взять себя в руки.

— Что с тобой творится? Я так за тебя там, на соревнованиях, переживала. Откуда мне было знать, что Наталья придет?

— Да я не про нее… — махнул рукой Олег. — Плохо мне что-то в последнее время. Сам не свой хожу.

— Ты успокойся. Тебе надо отдохнуть. Хочешь, в выходные сходим погулять? — неожиданно предложила она.

— В воскресенье я встречаюсь с друзьями, — ответил Олег.

У Юльки сразу испортилось настроение.

— Тогда вместе сходим к твоим друзьям, — предложила она.

— Ничего не получится. Ты потом меня тоже своими нравоучениями замучаешь.

— Ты собираешься по стенам лазать и по крышам бегать?! — теперь уже вспылила Юлька. — Ты понимаешь, что это ненормально?

Олег взглянул на нее.

— Все ненормально, — ответил он. — А я не хочу, как все…

— Какой же ты еще ребенок…

— Хорошо, пойдем со мной, раз тебе так хочется, — неожиданно для Юльки, согласился Олег. — Только потом мне ничего не говори.

— Нет, увольте меня от ваших затей. Вы там калечитесь, а я что делать должна? То же самое? Или потом тебя по частям собирать?

— Не хочешь — не надо, — уже спокойно ответил Олег. — А мы там не калечимся, и собирать меня не придется.

— Олег, я тебя не понимаю.

— Меня никто не понимает, кроме бабушки.

— Конечно. Она же не знает, чем ты занимаешься. Знала бы — удивилась или сошла с ума от этих твоих увлечений.

Олег пристально посмотрел на Юльку.

— Слушай, что ты вообще от меня хочешь? Перевоспитать? Хватает одной училки. Как она меня уже достала, ты не представляешь! Я вот смотрю иногда на нее, и мне ее просто жалко. Такое убожество. Ты сама посмотри вокруг: люди — как индюки, все надутые, замкнутые. Все о чем-то думают, решают какие-то проблемы. А у меня их просто нет.

— А учеба?

— Если ты считаешь, что учеба — это проблема, ты глубоко ошибаешься. Для меня это — ни-че-го. Положено среднее образование получить — получу. Надо будет работать — буду. Все, что от меня зависит, буду делать, но жить и увлекаться тем, чем хочу, мне никто не запретит. У меня взгляды на жизнь совсем другие.

— Можно тебе вопрос задать? — спросила Юлька. — Можешь не отвечать, если не захочешь, но я хотела узнать, что с твоими родителями случилось?

Олег сразу сник, опустил голову и некоторое время молчал.

— Олежек, прости... Не отвечай...

— Почему же, я могу сказать... Погибли они два года назад. Мне тогда тринадцать лет было, я был в лагере. Они ехали на машине ко мне и разбились. Насмерть разбились из-за одного дурака, который скрылся. Достаточно?

— Извини, что я лезу к тебе в душу, — виновато призналась Юлька.

— Можешь теперь сказать об этом нашей жабе. Пусть пожалеет сироту.

— Никому я говорить не буду, с чего ты взял? Я просто сама хотела узнать о тебе больше.

— Теперь ты знаешь все, — ответил Олег. — В тебе от этого тоже жалость ко мне появилась? Я ни в чьем сочувствии не нуждаюсь, понятно? Зачем тебе все это?

— Мне все понятно, но я не хотела тебя жалеть. Ты и сам за себя можешь постоять.

— Ну конечно, я же для вас всех такое дерьмо…

— Ты просто дурак. — Юлька поднялась и взяла сумку. — Не хочешь меня проводить?

— Пошли, — сухо ответил Олег.

— Понимаешь, я люблю риск, — начал он объяснять Юльке. — Не знаю, почему, но мне кажется, что когда я рискую собой, я самоутверждаюсь.

Юлька шла рядом и старалась его не перебивать, внимательно слушала.

— Когда я чувствую, что мне трудно, или если я в чем-то ошибусь и мне становится больно или страшно — стараюсь назло всем это преодолеть.

— Я понимаю, — поддержала Юлька.

— Ничего ты не понимаешь, — оборвал ее Олег.

— А что ты любишь?

— Я?

— Ну да, ты.

— Не знаю. Пацанов своих люблю из компании, музыку…

— Какую?

— Не знаю... Любую.

— Значит, никакую.

Олег удивленно посмотрел на Юльку.

— Давай о другом. Я вот хочу еще научиться с парашютом прыгать.

— У тебя получится. Я знаю. А девчонки тебе нравятся?

— Девчонки? — Олег задумался. — Ты знаешь, не задавался таким вопросом.

— А ты им нравишься, как думаешь?

— Я? Нет.

— Почему так категорично? Может, и нравишься.

— Кому? Не тебе ли?

— Почему ты так решил?

— Да потому что ты первая меня об этом спрашиваешь.

— Ты мне не нравишься, — сказала Юлька и опустила глаза.

— Врешь ты все. — Олег взял ее за руку. — Что ты во мне нашла? Рожей вышел?

— И рожей тоже.

— Я каждый раз замечаю, как ты смотришь на меня в школе.

— Как?

Олег пожал плечами.

— Ну, как? — переспросила Юлька.

— Неравнодушно. Это что, твое сочувствие ко мне проявляется?

Юлька остановилась.

— Карлетов, если ты еще хоть слово скажешь на эту тему, я на тебя обижусь навсегда.

— Давай на другую тему, — предложил Олег. — Вот смотри, в жизни надо каждому найти свою цель. И эти цели, кстати, не всегда совпадают с мнением взрослых. И не имеет смысла переделывать человека под себя, если взрослые не хотят вырастить самого несчастного и неспособного человека на свете.

— Ты это к чему?

— Ну, правильная мысль? — спросил Олег.

— Правильная, — согласилась Юлька.

— Так вот, своей цели я добиваюсь сам. Спасибо бабушке, что она меня кормит и содержит. Все остальное я осуществляю своими силами. На скейт, эту форму и все остальное для себя я сам заработал. У меня всегда водятся деньги. Хочешь, приглашу в кафе?

— И как же ты зарабатываешь? Научи.

— Это мое личное дело.

— Ну интересно, как?

— Пусть это останется моим секретом. Я даже под пытками не скажу. Это моя личная жизнь, в ней только я хозяин.

— А вот вырастешь — кем станешь?

— Это что-то из школьной программы, — улыбнулся Олег. — Ну, не космонавтом же. Вот когда вырасту, видно будет.

Недалеко от них остановилась иномарка и посигналила. Олег вздрогнул и посмотрел на дорогу.

— Извини, что не до дома проводил, мне пора, — сказал он.

— Это тебя? — удивилась Юлька, всматриваясь в водителя.

— Пока, до завтра, — махнул рукой Олег и направился к машине.

Она стояла в растерянности, поглядывая на сидящего за рулем человека.

5

На следующий день после уроков Олег пригласил Юльку в кафе-мороженое.

Он со смущенным видом подошел к ней на перемене, дождавшись, пока она останется одна.

— У меня горло может заболеть, — ответила Юлька, и Олег растерялся. — Я даже не знаю…

Он некоторое время стоял молча, потом быстро нашелся:

— У меня тоже, но я могу рискнуть.

Она улыбнулась.

— Карлетов, ты находишь выход из любой ситуации, — сказала она.

— Так что?

— Я пошутила. Пойдем, но только если ты до конца занятий не получишь ни одной двойки.

— Так, что у нас там осталось? Математика и физкультура… — задумался Олег.

— Она тебя может вызвать, — предупредила Юлька.

— Не получу, — категорически заявил Олег.

Прозвенел звонок, и все зашли в класс. Только сейчас Юлька поняла, что Олег решил пропустить урок математики.

— Где снова этот Карлетов? — спросила Наталья Петровна, заметив, что его нет на месте.

— Кажется, его вызвал директор, — соврала Юлька.

— Наконец-то, — вздохнула математичка. — Пусть вправит ему мозги.

— Зря вы так, Наталья Петровна, он же старается, — вступилась она.

— Я и вижу, как он старается. Ему повезло. Мне очень хотелось его сегодня вызвать к доске. Он обещал подготовиться.

— Он подойдет. Его недолго директор задержит.

Юлька с тревогой поглядывала на одноклассников, которые устремили на нее свои взгляды.

— Давайте сегодня поговорим о теореме Пифагора, — начала учительница, но тут открылась дверь в класс и просунулась голова дежурного по школе.

— Извините, Наталья Петровна, директор вызывает Карлетова.

Юлька покраснела и опустила голову.

«Попал, — подумала она. — Что сейчас будет?»

— Так он уже у него, — сказала учительница.

— Нет там никого. Как появится — пусть обязательно зайдет.

Наталья Петровна взглянула на Юльку.

— Зря ты выгораживаешь его, — сказала учительница. — Этому бездельнику давно пора прочистить мозги. Где Карлетов, кто знает? — обратилась она к классу.

— Может, заболел? — снова пыталась выкрутиться Юлька.

— Так, все понятно. Сбежал! Теперь уже я сама пойду к нему домой, раз родители о нем не беспокоятся. Совсем распустился.

На физкультуре Олег появился одним из первых.

— Ты куда пропал? — спросила Юлька.

— Я не стал рисковать. Эта жаба мне больше двойки не поставила бы, — объяснил Олег. — У нее лимит на хорошие отметки.

Юлька рассказала о сложившейся ситуации, и Олег ее, на удивление, поддержал:

— Молодец, хоть ты меня понимаешь.

— Наверное, я сама займусь твоим воспитанием, — сказала она. — Бабушка с тобой не справится.

— А целоваться будем?

Юлька покраснела.

— Обойдешься.

— Так как же ты меня собираешься воспитывать? Мне нужен особый подход, ласка.

— Как собаке, что ли?

— Я команды твои буду выполнять, — смеялся Олег. — За палкой бегать, сумку носить.

— И тявкать, — добавила Юлька.

— Если хочешь, и потявкаю, — согласился Олег.

— Да, Карлетов, ты неисправим.

— Я знаю, поэтому лучше брось эту затею. Горя со мной хлебнешь. А если еще и не получится? Представляешь, какая ответственность на тебя ложится? До конца жизни совесть будет мучить, что искалечила своим воспитанием человеку жизнь.

— Нет, не будет, — ответила Юлька.

— Тогда я согласен. Значит так, сначала научимся целоваться, потом займемся моим моральным воспитанием. А у тебя времени много?

— На тебя хватит.

— Я подумал, что тебе много надо будет времени. Уроки же за двоих учить придется. Слушай, может, ты вообще ко мне переберешься? Диван у меня широкий, поместимся.

— Нет, Карлетов, ты действительно тяжелый человек. Сейчас будем на уроке физкультуры лазать по канату, потом прыгать через козла. Вот с этого и начнем.

На удивление всем, Олег залез по канату без помощи ног до самого потолка. Учитель был в восторге!

— Во дает! Молодец! — восхищался он.

Когда он, прыгая через козла, сделал головокружительное сальто, все были просто в восторге.

— Ты где научился? — спросил его физрук.

— Дома, через табуретку, — ответил Олег, и все засмеялись.

— Он еще не то может, — сказала Юлька.— Только я вас прошу, больше ничего не надо, иначе он на голую стену залезет без страховки, на одних руках.

— Ты с каждым разом меня удивляешь! — Учитель был очень доволен своим учеником. — Только, прошу, в следующий раз приходи на урок, как все, в шортах, а не в трико.

Олег взглянул на Юльку.

— Ему в трико удобней, — ответила за Олега Юлька.

— Нет. Форма для всех должна быть единая, — настаивал учитель.

— Теперь придется и физкультуры избегать, — шепнул Юльке на ухо Олег.

— Сильно побиты колени? — спросила она.

Он отвел Юльку в сторону и задрал штанину: колени были перебинтованы какими-то серыми бинтами и кровоточили.

— Ты с ума сошел! — отшатнулась она. — Ты зачем так все запустил? А еще по стройкам прыгать собрался Тебе же очень больно!

— Я тренирую свою волю, — ответил Олег.

— Ты дурак! Зачем ты мучаешь себя? Тебе же больно ходить. С такими ранами надо в больницу!

— Мне надо не в больницу, а с тобой в кафе после уроков, — ответил Олег.

— Все. С этой минуты я тобой сама займусь капитально. И не спорь со мной. У тебя же колени не будут работать после таких травм. Они никогда не заживут.

— Целоваться будем?

— Если будешь меня слушать, — смягчилась Юлька и огляделась по сторонам, чтобы никто не услышал. — С учителем я поговорю, чтобы он не приставал к тебе с формой. А лечить тебя буду сама. После уроков идем в аптеку.

— Нет, в кафе.

— В аптеку, за мазью и бинтами. Эти у тебя совсем грязные. Заражение может быть.

— В кафе.

— Ну хорошо, в кафе, а потом в аптеку. Я сама все куплю и перевяжу, как надо.

— А целоваться?

— Ну что ты за человек?! Заладил одно и то же…

Олег взглянул на одноклассницу преданными глазами.

— Я не думал, что ты такая, — сказал Олег. — Сижу столько с тобой за одной партой — и не замечал.

— Чего ты не замечал?

— Что ты такая.

— Ну, хватит, Карлетов, — остановила она его. — Иди лучше посиди, ты же еле ходишь.

— Заметно?

— Незаметно, но мне больно смотреть на тебя.

— Хочешь, я сейчас такое сальто покажу?! А хочешь, на шпагат сяду?

— Ты и это умеешь? — удивилась она.

— Я еще много чего умею, — ответил Олег.

— Потом покажешь. Иди, посиди.

Олег отошел в сторону и без рук сделал сальто в воздухе.

— Карлетов! — вскрикнула Юлька. — Ты себе шею сломаешь!

— Не сломаю.

Олег сел на скамейку.

Подошел к нему учитель, пока все осваивали канат и козла.

— Тебе за школу выступать надо, — сказал он. — Я даже не знал, что у нас такие таланты. Ты один всех можешь победить на наших будущих соревнованиях. Я тебя запишу в нашу команду. У нас скоро будет большой турнир между школами. Только ходи в форме на физкультуру, директор требует.

— Не могу, — признался учителю Олег.

— Почему?

— У меня ноги не успевают заживать.

— Ты болеешь? Что у тебя с ногами? Я сейчас на тебя смотрел, что-то незаметно, чтобы ты хворал.

— Хотите, покажу?

— Ну, покажи.

— Пойдемте в раздевалку. Не хочу, чтобы все видели.

Учитель в недоумении пожал плечами.

— Если ты так считаешь… — сказал он.

Они вошли в раздевалку, и Олег спустил с себя трико.

— Что это?! — удивился учитель, увидев перебинтованные колени и ноги все в синяках и ссадинах.

— Это мое хобби, — ответил Олег.

— Ты вообще нормальный человек? — не выдержал физрук.

— Вполне.

— Кто это тебя так? Родители издеваются? Надо в полицию заявить за такое обращение с детьми.

— Никуда не надо заявлять, — сказал Олег. — Это все мои увлечения.

— Мазохизмом?

— Вы тоже меня не поймете…

— Я тебя освобождаю от посещения урока физкультуры, пока не приведешь себя в порядок.

— А он никогда не приведет себя в порядок, — сказала появившаяся в дверях Юлька.

Олег быстро надел трико.

— Стучаться надо, — сказал он.

— Что это с ним?

— Он экстремал, — пояснила она. — То есть сумасшедший.

— Но не до такой же степени, — возразил учитель. — Родители знают?

Олег взглянул на Юльку.

— Бабушка не знает, — ответил Олег.

— А родители?

— Нет у него родителей, — выдала Юлька.

— А тебя за язык никто не тянет! — психанул Олег и направился к выходу.

— Все будет нормально, — заверила она. — Скоро он будет здоров. Только вы не говорите классной. И про родителей тоже. Классная не знает ничего про него, — попросила Юлька физрука.

— Нечего ей знать, — уже в дверях сказал Олег и задел плечом Юльку. — Целоваться будем, болтушка? — шепнул он на ходу.

— Не говорите никому, — еще раз попросила она учителя.

— Никому, — ответил физрук. — А ты, парень, хоть немного береги себя. На тебе места нет живого, — посоветовал он Олегу.

Олег ушел в зал, а Юлька еще задержалась у физрука.

— Не говорите, пожалуйста, я вас очень прошу. Он что угодно может сделать. Олег непредсказуемый человек.

— Я понимаю… — растерянно произнес учитель.

Когда физрук и Юлька вернулись в спортивный зал, там одноклассники уже окружили Карлетова, который им показывал, как надо садиться на шпагат.

— Он и это умеет? — прошептал удивленный учитель.

— Он все умеет, — сказала с гордостью Юлька. — Только ничего не говорите про него, я вас прошу.

— Ему же больно с такими битыми ногами. Как он все это может делать?

— Карлетов может все! Он универсальный человек.

6

После уроков уставшие Олег и Юлька вышли из школы. Олег поглядывал по сторонам, чтобы не встретиться с классной. Ребята вышли за территорию школы и оказались в парке.

Олег замедлил шаг.

— Ты что там творил? — удивлялась Юлька. — Учитель был просто в шоке от тебя.

Олег опустился на скамейку.

— Да, сегодня я действительно устал, — признался он.

— Ноги болят?

— Ерунда, пройдут.

— Нет, не пройдут. Слушай, ты посиди здесь, отдохни, а я сейчас сбегаю в аптеку, это через дорогу.

— Не стоит, — остановил ее Олег. — Что ты за мной как за инвалидом ухаживаешь? Не люблю, когда ко мне такое внимание.

— Я хочу, чтобы ты был здоров. Сиди, я знаю, что надо купить.

— Ты что, влюбилась в меня? Что ты так за мной ухаживаешь? Я и сам могу себя вылечить.

— В такого дурака? — фыркнула она. — Карлетов, ты слишком много говоришь.

— В кафе зайдем?

— Зайдем. Сиди, я сейчас.

— А поцелуемся?

— Ты что, больной? Вот заладил…

— Больной. Ты же по мою душу в аптеку бежать собралась. Поцелуемся?

— Тебе, Карлетов, на стены лазать нельзя, — сделала заключение Юлька. — Тебе по потолкам ходить надо. — Она наклонилась к нему и чмокнула в щеку. — Доволен? Теперь сиди, я сейчас.

— Денег дать? — крикнул он ей вслед.

Юлька перебежала дорогу и скрылась в толпе.

Олег погладил ладонью щеку. Она у него словно горела. Он стал дожидаться свою одноклассницу, одновременно вспоминая, где здесь находится поблизости кафе-мороженое.

Вскоре появилась Юлька. В одной руке она несла пакет с бинтами, ватой, разными лекарствами, а в другой — торт-мороженое.

— Это я купила, чтобы ты не ходил в кафе, — сказала она. — Торт дома съешь.

— Куда столько бинтов? Ты что, меня всего перевязывать собралась? А торт зачем? Мы же…

— В следующий раз, а сейчас поднимайся и пошли в гости, — скомандовала она.

— К кому, к тебе?

— К тебе. И пошли быстрее, пока торт не растаял. — Она протянула Олегу руку, но он поднялся сам.

— А я тебя не приглашал к себе домой, — удивился Олег.

— Я приглашаю себя к тебе домой. Бабушку угостим, а я тобой займусь.

— Тебе что, это доставит удовольствие?

— Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Понял?

— Ты знаешь, у меня в комнате адский беспорядок, — признался Олег.

— Вот и будем наводить порядок вместе. Надо за тебя браться основательно.

— Тоже мне, воспитательница нашлась, — вздохнул Олег и взял портфель у Юльки. — Вот неси этот торт сама теперь.

Дошли они быстро. Олег жил недалеко от школы, поэтому торт не успел растаять.

Бабушка встретила их радостно. Она поставила торт в холодильник и принялась готовить чай.

— Ты когда-нибудь в комнате убираешься? — спросила Юлька, перешагивая через лежавшую на полу подушку. — Йогой занимаешься, что ли? — спросила она.

— Почему?

— Ну, на полу спишь, раз подушка здесь.

— Здесь я занимаюсь уроками, — пояснил Олег. — А йогой я занимаюсь в постели. — И добавил: — По ночам.

— Сказать бабушке про внука, на котором живого места нет?

— Скажи. Она тебе не поверит, — ответил Олег. — Я дома паинька. А тебя в таком случае больше не приглашу никогда.

— Даже если поцелую? — заулыбалась Юлька.

— Давай лечи, — перевел Олег разговор на другую тему. — Штаны снимать? Ты ведь будешь меня бинтовать и мазать.

— Где у вас вода теплая? Надо все обработать и промыть. У тебя там столько всего, а бинты просто так снять не получится, надо чтобы отмокли.

— Я сам воду принесу.

Олег вышел и долго не возвращался. Юлька успела даже кое-что в комнате прибрать, заправить диван и разложить книги по полкам.

Потом она собрала целую кучу непонятных вещей, похожих на какие-то радиодетали, и сложила у двери.

Олег появился в майке и шортах.

— Куда ты пропал? А где твои бинты на ногах?

— Я в душе был. Смыл водой, — ответил Олег.

Юлька взглянула на его ноги, и ей чуть не стало плохо.

— Ты их просто содрал! Теперь у тебя открытые раны! Иди сюда, ложись на диван.

Олег послушно улегся и вытянул ноги.

— А локти какие? Обо что ты все время бьешься? Такое впечатление, что ты участвуешь в каких-то мероприятиях, где постоянно калечат друг друга.

— В нормальных мероприятиях. А бьюсь о землю, она же круглая, — ответил Олег и, приподняв голову, стал наблюдать, как Юлька старательно обрабатывает ему раны на коленях и мажет мазью.

— Не больно? — спросила она.

— Больно. Я сейчас закричу, — улыбаясь, ответил Олег, хотя ему было действительно больно, и он стиснул зубы и терпел.

— Придет бабушка, и ты получишь от нее за свои болячки.

— Лежачих не бьют.

— Много ты знаешь. Лежи и не шевелись, я сейчас твои синяки и раны смажу, к утру легче будет.

Юлька старалась не причинить лишней боли Олегу и постоянно на него поглядывала.

— Тебе врачом надо быть, — заметил Олег. — А я врачей терпеть не могу.

— Тебя никто и не заставляет их терпеть. А кем я хочу быть, тебе не обязательно знать.

— Давай поцелуемся, — снова пристал к ней Олег.

Юлька взглянула на Олега.

— Все тридцать три удовольствия хочешь сразу? Растянулся здесь, за ним, как за маленьким ребенком, а он еще пытается приставать.

— Тебе неприятно?

Юлька наклонилась к его лицу.

— Лежи и не двигайся, — зашептала она и снова поцеловала его в щеку.

Олег быстро обхватил ее за шею и прижал к своим губам.

Юлька не ожидала такого порыва. Вырвавшись, она покрутила пальцем у виска и присела рядом.

— Не умею я целоваться, — признался Олег.

— Ничего себе не умею… Ты меня чуть не проглотил. В школе это не проходят.

— В школе и на диванах не лежат, — заметил Олег. — Ну, что, перебинтовала? А то мне некогда... Жить буду?

— Ты уходить собрался?

— Да. С тобой на кухню, — улыбнулся Олег. — Только надо штаны надеть, чтобы бабушка, не дай Бог, не упала от моего вида.

Юлька подала ему спортивные штаны с лампасами.

— Правильно надень, не перепутай, где перед, где зад…

— Эти штаны универсальные. У них перед и спереди, и сзади.

— Ох, и болтун ты, Карлетов…

— Я правду говорю. Юля, ты знаешь, мне особенно двигаться нельзя. Сними с меня шорты, а то сил моих больше нет, а я штаны надену.

— Может, тебе еще что-нибудь снять? — спросила Юлька и покраснела.

— Остальное я и сам когда-нибудь сниму.

— Ну, ты и хам, Карлетов! Делай все сам тогда, — обиделась она.

— Я же пошутил. Что ты меня слушаешь. Давай я тебя еще раз поцелую, и пойдем.

— Ты что, так любишь целоваться? — недоумевала она.

— Только с тобой.

— Обойдешься. Все хочешь за один раз.

7

На кухне Олег ухаживал за своей гостьей.

— Тебе удобно ходить? Может, туго бинты наложила? — беспокоилась Юлька.

Олег взглянул на сидящую за столом бабушку, потом на свою одноклассницу и нахмурил брови, чтобы Юлька не проболталась.

— А что у него? — спросила бабушка. — Он же мне ничего никогда не говорит.

— У него все нормально.

— А в школе? Я больная, мне нельзя много ходить. До школы я просто не дойду.

Юлька взглянула на Олега и снова увидела его хмурое лицо.

— У него все будет хорошо, вы не волнуйтесь, — сказала она.

— Вот видишь, ба, а ты все беспокоишься, что я мало времени уделяю урокам.

— Он теперь будет заниматься как положено, — заверила Юлька.

— Целоваться понравилось? — шепнул Олег, присаживаясь за стол.

— С чего ты взял?

— Я же просто так ничего делать не буду, даже уроки.

— Будешь. Я тебя перевоспитаю.

— Значит, и целоваться научишь, — ответил Олег.

Ребята пили чай с бабушкиными пирожками.

Бабушка задумчиво посмотрела на них и сказала:

— У Олега друг есть, Данил. Совсем безбашенный человек. Вот Олег и еще несколько ребят с ним связались и мотаются где попало.

— Все, пожаловалась, — сказал Олег. — Бабушка, это к делу не относится.

— Это тот, что на машине тогда был? — спросила Юлька.

— Нет. Это не он. Зачем тебе знать про него? И вообще, тебе лучше не лезть в мои дела.

— Ты с этим Ромкой когда встречаешься? Что вы там на стройке задумали?

— Во-первых, это не стройка, а старый дом под снос. Во-вторых, ничего не задумали. Это все у нас запланировано заранее. Мы там тренируемся.

— По стенам бегать? У тебя же проблемы. — Юлька показала глазами на ноги.

— Это совсем не проблема, — ответил Олег. — Я испытываю себя на прочность.

— Когда вы встречаетесь? Я с тобой пойду.

— Вот привязалась. Тебе там делать нечего.

Юлька наклонила голову к Олегу и шепнула:

— Условия те же: поцелую.

— Нет. Это не для тебя. И без всяких условий. Тебе не стоит туда ходить.

— Почему?

— Не стоит и все. У нас там свои заморочки.

— Но ты же говорил, что у вас в компании девчонки есть…

— Ну и что? Они туда не ходят. Это не для них.

Юлька больше спорить с Олегом не стала.

— Хорошо, но тебе надо вылечить свои болячки, — сказала она.

— Тебе надо, ты их и лечи.

— А ты будешь дальше свои ноги калечить?

— Юля, ну если так у меня получается… Я же не виноват. Это в большей степени от скейта. Плохо у меня еще разворот в воздухе получается.

— На земле больше разворачивайся, — посоветовала она. — Спасибо за пироги, очень вкусные, — поблагодарила она бабушку. — Я пойду.

— А торт?

— Спасибо. Торт вам, бабушка.

Олег пошел проводить Юльку до двери.

В коридоре он остановил ее, взяв за руку.

— Еще придешь? — тихо спросил он.

— Перевязки делать?

— Нет, просто так.

— И ты, конечно, этого хочешь?

— Хочу. У тебя здорово получается. Я завтра в школу не опоздаю, это точно.

— Хорошо, завтра после уроков пойдем сразу к тебе, только я прошу, не сломай себе за вечер еще что-нибудь. Иначе мне тебя будет не склеить.

Олег улыбнулся и подставил ей свою щеку.

— Обойдешься, — сказала Юлька. — В один день слишком много тебе подарков.

— Я буду примерным. Ну?

— Какой ты паршивец. — Юлька поцеловала Олега и вышла.

Олег вернулся на кухню.

— Помочь, бабуля?

— Иди уроки делай, бездельник. Хорошая девочка приходила. Она у вас в школе учится?

— Я с ней за одной партой сижу, — пояснил Олег.

— Хорошая девочка, — хвалила бабушка. — Она с тобой будет теперь заниматься?

— Я с ней буду заниматься, — буркнул Олег.

— Чему ты ее научить можешь? На своем самокате ездить?

— Это скейт, а не самокат.

— Какая разница? Все равно на чем убиться. Или по заборам лазать?

— Не по заборам, а по стенам.

— Ой, Олег, допрыгаешься. Свернешь себе шею. Я ведь не вытяну тебя тогда.

Олег подошел, обнял бабушку и поцеловал.

— Бабуль, ты же знаешь, что кроме тебя у меня никого нет. Ты не переживай. Еще гордиться мной будешь.

— Дай-то Бог. Иди уроки учи.

8

К выходным ноги у Олега немного зажили.

Юлька на неделе еще раз приходила, чтобы сделать перевязки. Как-то после занятий Олег незаметно исчез, чтобы встретиться с друзьями.

Он забежал домой, швырнул сумку на диван, схватил со стола пару пирожков и умчался в условное место, где они всегда встречались.

Собралось человек пятнадцать. Всем ребятам было примерно от четырнадцати до шестнадцати лет. Самый старший был Данил — ему было семнадцать.

Данил не считал себя заводилой, но все к нему прислушивались и вместе с ним обсуждали любое мероприятие.

Данил гордился тем, что за свою жизнь уже несколько раз прыгал с парашютом, а в Прибалтике с местными экстремалями прыгнул на резинке с моста. Он об этом всегда так интересно рассказывал, что Олег и его близкий друг Ромка решили сделать то же самое, поэтому допытывались, где находится аэроклуб.

— Вас не возьмут, — сказал Данил. — Вы еще совсем молодые.

— Да мы выше тебя ростом! — возмутился Ромка.

— Ну и что? Мозгов у вас-то нет.

— У тебя возьмем, когда ты башкой об асфальт треснешься и они у тебя высыпятся, — ответил Олег.

— Не дождешься. Да и знакомых у вас там нет. Там с восемнадцати лет записывают.

— А ты?

— У меня знакомый инструктор работает, — ответил Данил.

— И как же его зовут, этого твоего инструктора? Я там вроде всех знаю, — спросил Ромка.

— Кирилл. Он старшим инструктором работает уже много лет.

Олег взглянул на друга.

— А ты откуда знаешь там всех? — шепотом спросил Олег.

— Теперь знаю. Мы оба теперь знаем, к кому обратиться, — к Кириллу, — улыбнулся Ромка.

— Молодец! — хлопнул Олег Ромку по плечу. — Этот олух нам еще и про мосты расскажет.

Среди собравшихся были и две девчонки, их общие подружки. Они постоянно приходили в их компанию просто так, посмотреть, чем занимаются ребята.

— Есть предложение, — сказал Данил. — Завтра устроим на стройке небольшие соревнования. Надо будет без страховки подняться по стене. Вот кто выше залезет, с тем поедем кататься на катере по реке.

— А сам-то полезешь? — спросил Олег.

— Полезу. Это мое, — с гордостью ответил Данил. — Я уже поднимался до третьего этажа, да сторож прогнал. Сейчас там все заброшено и никого нет. Воля! Вот и покажете, кто что умеет.

Олег с Ромкой снова переглянулись.

— Может, сами сегодня сходим? — предложил Олег. — Посмотрим, что за стены нам предстоит брать.

— На катере захотелось покататься?

— Нет. Я и так не поеду. Я для себя.

— Можно попробовать.

Если бы Ромка не был азартным парнем, он наверняка отказался от такого рискованного мероприятия, но он, как и Олег, был заводным и любил опасные трюки.

Правильно говорят, что у детей и подростков отсутствует чувство страха. У наших героев его тоже не было. Может, это потому, что пока все удачно складывалось: их было просто не удержать на месте. Этим летом они на спор прыгнули с прогулочного корабля в воду и наперегонки плыли до берега прямо в одежде.

На берегу их арестовала полиция, которая получила сигнал с корабля, и их поставили на учет в отделе по делам несовершеннолетних, пригрозив, что в следующий раз им так все просто не сойдет.

Но основным увлечением у них был скейтбординг. Они занимались им самостоятельно и добились больших успехов. Многие смотрели, что они творят на горках и в воздухе на своих скейтах, и у всех замирало сердце. Ребята были просто звездами в этом деле.

Лазание по стенам было заманчиво, но больше всего им теперь хотелось прыгнуть с парашютом. А тут еще Данил, сам того не желая, подсказал имя инструктора, и у Олега с Ромкой появилась надежда осуществить свою мечту.

Все разошлись, а Олег и Ромка пошли на стройку, где должны были завтра показать свою сноровку.

Олег подошел к старому пятиэтажному кирпичному дому, который готовили к сносу, и задрал голову вверх.

— Ерунда, — сказал он. — По кирпичам залезть можно. — Он похлопал ладонью стену и взглянул на Ромку, который уже снимал с себя рубашку.

— Полезешь?

— А что, запросто. Думаешь, один Данил может?

— Штаны изорвешь, видишь, кирпичи колотые, острые, — предупредил Олег.

Ромка без лишних слов скинул джинсы и остался в одних плавках.

— Смотри, как надо, — сказал он и стал забираться по стене, цепляясь руками за кирпичи и ставя ноги на небольшие выступы.

У Олега заколотилось сердце от азарта. Его руки сами стали расстегивать пуговицы на рубашке.

— Я тоже! — крикнул он снизу и стянул с себя штаны.

Только сейчас, когда Олег глянул на свои забинтованные колени, они сразу заныли, напоминая о травмах.

— Может, не стоит? — кричал Ромка. — Пусть ноги заживут.

— Стоит. Не твои ноги. Эти не заживут — новые вырастут, а если нет — у меня есть кому лечить.

— Смотри сам. — Ромка уже добрался до второго этажа и уселся в оконном проеме. — Хорошая тема для тренировок, — заметил он. — Ты только не торопись, кирпичи ломаются прямо под ногами. Прижимайся плотнее к стене. — Он взглянул на свою грудь и живот и заметил несколько ссадин. — Опять мать будет ругать… — расстроился Ромка.

— А ты не показывай. Лечись втихаря. Она же не проверяет твое тело, если сам не скажешь, — переводя дыхание, говорил Олег.

— Не спеши, давай руку. — Ромка протянул руку Олегу.

Олег уселся в проеме рядом.

— Ничего особенного, — сказал Ромка. — Сейчас полезу дальше, до третьего этажа. — Он взглянул на перебинтованные ноги друга.

— Болят?

— Нет. Ерунда. Мы с тобой с парашютом обязательно сиганем, — улыбнулся Олег, поглаживая свои забинтованные колени.

— Ты дальше не лезь. Жди меня здесь, — сказал Ромка.

— Давай, ползи, человек-паук.

Ромка выглянул из проема.

— Данил до какого поднимался? — спросил он.

— До третьего.

— Значит, я до четвертого...

Ромка посмотрел вниз и своими цепкими пальцами ухватился за стену. Теперь он поднимался медленнее, и вся его энергия передавалась Олегу.

Олег следил за каждым его движением и переживал не больше самого Ромки. Через пять минут Ромка уже был в окне третьего этажа.

— Как дорога? — крикнул Олег.

— Нормальная, — ответил сверху Ромка, — А на земле нас уже ждут.

Олег посмотрел вниз и увидел двух женщин, которые размахивали руками и грозились вызвать полицию.

— Все, прекращаем. — Ромка спрыгнул внутрь. — Эти клуши сейчас точно ментов наведут. — Спускаемся быстро вниз.

Они сбежали по лестнице и выскочили на улицу.

— Вот сейчас заберем ваши вещи и отведем куда положено! — пригрозили женщины. — Нашли развлечение. Вы что, совсем с ума сошли?

— Мы занимаемся альпинизмом, — сказал Ромка, собирая все вещи в кучу.

— Куда только смотрят ваши родители!

— И школа никуда не смотрит. Распустили совсем детей. Они от учебы уже на стены лезут, — ответил Олег, сдерживая смех.

— А ты вообще весь подранный, хочешь еще и голову сломать?

Олег с Ромкой оделись.

— Мы же вам не мешаем, — сказал Ромка.

— Нечего здесь лазать. Дом скоро рухнет, а вы так и останетесь под ним.

Женщины еще долго обсуждали подростков, а ребята постарались побыстрее покинуть это место.

— Можно и до пятого долезть, — сделал вывод Ромка. — Завтра я покажу этому парашютисту и четвертый, и пятый…

— Я думаю, что тоже смогу. Как мне эти колени надоели, — сокрушался Олег. — Я тоже до пятого завтра с тобой дойду.

9

Вечером Олегу не сиделось дома. От дневных лазаний по стенам он был в восторге, если не считать того, что колени снова заныли от боли.

Он несколько раз выходил на кухню, потом заходил в комнату бабушки.

— Ну что ты маешься? — спрашивала она, наблюдая за внуком. Бабушка отложила в сторону свое вязание.

— Ба, можно я позвоню? — спросил Олег.

В его голосе прозвучала застенчивость и робость.

— Девочке, которая приходила?

— Ну да.

— Пусть приходит. Еще не поздно, — согласилась бабушка. — Она хорошенькая. Наконец-то ты стал разбираться в людях.

— Серьезно, можно?

— Говорю тебе, пусть приходит. Мне бы очень хотелось, чтобы у тебя были хорошие друзья, а не те оболтусы, с которыми ты водишься.

— Ба, ты у меня самая классная подружка! — радостно сказал Олег.

Он схватил телефон и начал набирать номер.

Он быстро дозвонился, и Юлька взяла трубку.

— Как дела? — спросил Олег.

— Ноги проходят? — тут же услышал он встречный вопрос.

— Без тебя они очень болят. Может, придешь? Еще разок перевязку сделаешь, а? Давай. А я тебя встречу.

Он сразу повеселел, глаза засветились от мысли о том, что Юлька дала согласие.

— Придет?

— Сейчас придет. Она тут недалеко живет. Я ее встречу.

Олег быстро надел джинсы, закусив от боли губы, потом свою любимую яркую футболку и поспешил на улицу.

Он вышел из подъезда и вдруг вспомнил, что сказал Юльке о ногах. Олег быстро перестроился и сменил походку на хромую.

Юлька увидела его издалека.

— Мог бы и не выходить, — сказала она. — И так еле ходишь. Сильно болят?

— Нормально болят.

— Говорила я тебе, что это добром не закончится. Я тут из дома хорошее средство взяла, сейчас буду тебя лечить. Калека ты мой, калека…

Олег взял ее за руку и взглянул в глаза.

— Только не здесь, — категорически сказала она.

— Что не здесь?

— Я же знаю, чего ты хочешь.

— Нет, ты не угадала, — ответил Олег.

— Так, что же?

— Поцеловать тебя.

— А говоришь, не угадала, — улыбнулась она. — Смотри, как привык.

— Сделаешь еще перевязку? Завтра с ребятами встречаюсь, надо быть в форме.

— И, конечно, полезешь на стену…

— Нет, что ты! Какие стены с моим здоровьем, — возразил Олег.

Он шел рядом с Юлькой, забыв о ногах, и она это заметила.

— Уже прошло? — спросила она. — И хромота куда-то делась. Симулянт ты.

— С тобой у меня все проходит моментально, — улыбался Олег. — Ты как колдунья.

— Врунишка ты.

— Я просто хотел тебя видеть, — признался Олег.

— Так бы и сказал, а то голову морочишь, — немного обиделась Юлька.

— Нет-нет, перевязать обязательно надо, — затараторил Олег. — Для этого я тебя и позвал. У меня точно не получится.

Юлька молча покачала головой.

Бабушка радушно ее встретила и сразу пожаловалась.

— Ты знаешь, он опять ходил сегодня куда-то с друзьями.

Юлька взглянула на Олега.

— Мы здесь у парадного сидели, — соврал Олег.

— Ты уж мне не говори, где вы сидели. Я тебя за время нашего общения изучила полностью.

— Ба, Юля сказала, что мы чуть позже пойдем гулять. Можно?

— Олег! — Юлька дернула его за руку. — Хватит сочинять.

Он провел ее в свою комнату.

— Кофе будешь?

— Я не за этим пришла. Где бинты, что остались с прошлого раза?

Олег включил тихо магнитофон и достал из шкафа пакет с бинтами и лекарствами.

— Я тут хорошее средство принесла. Сейчас им обработаем твои травмы. От него и синяки быстро проходят.

— Опять штаны снимать?

Юлька покраснела.

— Конечно, снимать, о чем это я. — Олег снял джинсы и сел на кровать.

— Бинты прилипли. Где перекись водорода? А, вот. — Юля смочила бинты и осторожно их размотала. — Немного проходят. Ты бы хоть жалел себя немного, — посоветовала она. — На тебе живого места нет.

— Есть, — возразил Олег. — Показать?

— Дурачок, — ответила Юлька.

— Ты не отвлекайся. Тоже мне, Айболит…

— Тебе, я вижу, приятно, когда за тобой так ухаживают.

— Конечно, особенно ты. — Олег потянулся к Юльке и хотел снова ее поцеловать.

— Карлетов, если ты еще раз позволишь себе такую выходку, то я тебя лечить не буду и вообще больше не приду.

— Почему?

— Потому что ты не знаешь меры.

— Ты обещала там, на улице, что позволишь мне это сделать вместо наркоза. Я же должен отблагодарить тебя.

— Мне твоя благодарность ни к чему.

— Да? Опять поручение классной выполняешь?

— Ну, не обижайся. — Юлька подставила щеку, но Олег поцеловал ее в ухо.

— Все, готово?

— Еще синяки твои надо смазать. Потом полежишь немного, чтобы все впиталось. И перед сном еще раз их помажь.

— А ты?

— А я уйду домой. Не стану же я с тобой здесь всю ночь сидеть.

— Я тяжело больной человек, а любимая девушка меня бросает в трудную минуту… — заныл Олег.

— С чего ты взял, что любимая? Ты что-то заговариваться стал, — засмущалась Юлька и начала складывать остатки бинтов в пакет. — Это до следующего раза. Теперь ты должен пойти на поправку, если, конечно, завтра не полезешь на какую-нибудь вышку.

— Не полезу, — заверил Олег.

— Обещаешь?

— Не знаю.

— Вот то-то и оно. Я тебя прошу, сделай, как я говорю. А что у тебя с руками? — Юлька заметила на венах следы от иголок в местах сгиба.

— Не обращай внимания. Ты все заметишь, ничего от тебя не скроешь.

— Я тебя прошу, на стены не лазай.

— Ну, я постараюсь, — ответил Олег. — Кофе будешь?

— Не буду, пойду домой.

— Тогда я тебя провожу, — вызвался Олег. — Помоги мне надеть джинсы.

— Может, еще и застегнуть?

— Если можешь.

— Сделай это сам, хорошо?

Олег оделся.

— Погуляем?

— Проводи тогда меня.

— Значит, погуляем.

Они вышли на улицу. Уже стало темнеть.

— Мы с тобой договорились, — напомнила Юлька. — Никаких больше приключений.

— Ни в коем случае! — воскликнул Олег и в один миг заскочил на спинку скамейки. Удерживая равновесие, он лихо прошелся по ней.

У Юльки замерло сердце.

— Ты же убьешься! Что ты творишь?

Олег спрыгнул на землю.

— Хочешь, сальто сделаю? — спросил он, и не успела Юлька открыть рот, чтобы запретить, как Олег подскочил, точно мячик, и перевернулся в воздухе.

Она остановилась и замерла.

— Тебе не ноги надо лечить! — воскликнула она. — У тебя как раз с ними все в порядке. Тебе голову лечить надо.

— Голова тоже в порядке, — ответил Олег и взял ее за руку. — Напугалась? Я бессмертный.

— Ты дурной, — сделала она заключение.

— Тогда поцелуй меня, а то я сейчас на руках уйду туда, к луне.

Она схватила его за руку.

— Откуда ты взялся, такой сумасшедший?

— Кстати, насчет шпагата. Я однажды увидел по телевизору, как делали девчонки, и решил тоже научиться. Растягивал себя дней десять подряд. До боли... И получилось.

— Вот ты упертый. Всегда добиваешься того, что задумаешь?

— Почти.

— А почему не всегда? — спросила Юлька.

— Потому что с такой, как ты, мне трудно сладить. Все время выпрашиваю поцеловать. Тебе не нравится — ты скажи, я отстану.

Юлька потянула Олега за руку и остановилась.

— Нравится, — прошептала она.

Он обнял ее за плечи, прижал к себе и коснулся губами ее губ.

— Так пойдет? — тихо спросил он.

— Пойдет, — прошептала она.

Олег провел по ее губам языком и почувствовал, как забилось его сердце.

— Оно у тебя сейчас выскочит, — сказала Юлька.

— Это у тебя оно выскочит.

Она обняла его за шею и прижала к своему лицу.

— Это у нас оно выскочит, — зашептала Юлька. — Только я тебя прошу, брось ты все эти свои увлечения.

— Понимаешь, не могу. Это для меня все, — отвечал Олег. — Мне нужен адреналин, острые ощущения, я хочу преодолеть страх, боль — все, чего так боится каждый.

— Ты просто дурачок.

— Я знаю, и рад, что ты меня понимаешь.

— Я тебя никогда не пойму, — продолжала шептать она. — Для меня это дико, когда человек калечит сам себя. А ты как раз этим и занимаешься.

Олег снова коснулся ее губ.

— Ты знаешь, мне кажется, я тебя люблю, — шептал Олег.

— Мне тоже кажется, что я тебя люблю.

Их губы снова соединились и долго не могли разомкнуться.

10

— Девчонки, видели Карлетова? — закричала вбежавшая в кабинет математики одна из Юлькиных одноклассниц.

— Что он опять натворил?

— У него рука в гипсе.

Юлька побледнела.

Она медленно поднялась с места и направилась к выходу.

В коридоре среди множества суетливых учеников она стала искать глазами Олега.

«Нет, не может быть, — подумала она. — Если это так, значит, он в воскресенье все же ходил с друзьями лазать по стенам на стройке. Но он же обещал!..»

Ее глаза увлажнились, когда она увидела Олега в конце коридора. На левой руке действительно был гипс. Она бросилась к нему навстречу.

— Что случилось? — Ее голос задрожал. Она ощупывала его руку. — У тебя гипс до самой шеи. Скажи мне, что с тобой?

Олег виновато пожал правым плечом.

— Ключицу сломал, — сказал он.

Из глаз Юльки брызнули слезы.

— Значит, ты все же пошел туда? Ты меня обманул?

Олег в ответ улыбнулся.

— Так получилось, — ответил он.

— Но ты же мне обещал! На тебе уже живого места нет. Что ты с собой делаешь?

— Это пройдет, — успокаивал он. — Обыкновенный перелом.

— Как это вышло?

— Ну, со стены сорвался. Зато до четвертого этажа долез.

— Что ты за человек? — Она взяла его за куртку и оттащила в сторону, к окну. — Олежек, ну что ты за чудо такое? Ты когда-нибудь убьешься. Я тебя ненавижу за твои поступки.

— А я тебя люблю.

Он виновато улыбнулся. Ему стало приятно, что Юлька так за него переживает.

— Я бессмертный, — ответил он.

— Только Кощей может быть бессмертным, а ты человек.

— Прости, так получилось. Обещаю, что больше не буду.

— Теперь-то куда, когда наполовину весь в гипсе. «Я больше не буду»… Теперь точно не будешь.

— А хочешь, перевернусь в воздухе с одной рукой?

Юлька поняла, что это он может сделать запросто, причем прямо здесь, в школьном коридоре, при всех, поэтому еще ближе притянула его к себе.

— Ты ненормальный! Как же так получилось?

— Кирпич, на который встал ногой, обломился, и я полетел вниз, — объяснил Олег. — Все очень просто.

— А если бы головой?

— Я умею падать.

— Ничего ты не умеешь, кроме поцелуев, — возразила Юлька.

— Это уже радует. Тебе понравилось? Правда нравится? Жаль, что теперь обнять тебя смогу только одной рукой.

— Ну и болтун ты. Пошли в класс.

Наталья Петровна посвятила целых двадцать минут обсуждению поступка Карлетова. Она приводила множество выдуманных и реальных примеров, до чего может довести такое поведение любого подростка.

В классе началась настоящая дискуссия. Кто-то поддерживал Олега, это были в основном ребята. Девчонки же больше осуждали его поведение.

— Я не знаю, что с тобой делать, — вздыхала учительница. — Родители твои совершенно распустили тебя. Они все спихнули на школу, а сами никакого участия в твоем воспитании не принимают. Что же они за люди такие? Почему ты, Карлетов, их не приводишь в школу? Вот вам пример, ребята, родительской безответственности.

Тут Юлька не выдержала. Она взглянула на сидящего с опущенной головой Олега и вскочила с места.

— Вы зря говорите, Наталья Петровна, о безответственности его родителей.

— Сядь, — строго сказала учительница. — Сядь и не кричи с места. Если хочешь что-нибудь сказать, подними руку. Это школа, а не базар!

— Нет у него родителей! Понимаете, нет, и некому за них приходить к вам в школу!

В классе наступила мертвая тишина. Все посмотрели на Олега.

— Как — нет? — недоуменно спросила Наталья Петровна.

— Вот так, нет и все! — не унималась Юлька. — Погибли они у него несколько лет назад.

Олег взглянул на свою заступницу, своей рукой коснувшись Юлькиной руки. Глаза его наполнились слезами от обиды.

Учительница опустилась на стул.

— Карлетов, что она говорит? Это правда?

— Правда, Наталья Петровна, — продолжала Юлька, — и зря вы на нем всегда так сосредотачиваете внимание. Он хороший парень, вы это знаете. И еще я всем хочу сказать, что я его люблю.

Наталья Петровна встала и подошла к их парте.

— Садись, Юля, — уже тихим голосом сказала учительница.

Она положила руку на плечо Олега. Он поднял на нее глаза.

— Прости меня, Карлетов, — сказала она. — Я ведь не знала ничего об этом. Прости.

— Ничего, я привык, — ответил Олег.

— Что ж ты мне раньше не сказал? Ты же уже взрослый парень и должен как-то реагировать на сложившуюся ситуацию. — Наталья Петровна взглянула на Юльку. — Я рада, Олег, что у тебя такой замечательный друг, — сказала она. — Ты, Карлетов, прости меня.

Она вернулась к своему столу.

— Вот ведь как бывает, ребята. Столько лет мы с вами вместе, а про одноклассника ничего не знаем.

Олег встал из-за парты.

— Можно я выйду? — сказал он сдавленным голосом.

— Да, конечно, конечно, Олег, выйди.

Он сжал губы, взглянул на растерянную соседку и вышел из класса.

Олег не успел даже подойти к окну в коридоре, как из его глаз брызнули слезы. Он зажмурил глаза, пытаясь сдержать свои эмоции, но был не в силах.

Карлетов стоял и тихо ревел. Он готов был сейчас выброситься из окна от обиды и из-за всего того, что переживал в эти минуты.

Хлопнула дверь класса, и Олег обернулся. В коридоре стояла Юлька. Опустив голову, она медленно подошла к Олегу.

— Я не хотела, Олег, — еле сдерживаясь, прошептала Юля и поцеловала его в мокрую от слез щеку.

Он улыбнулся сквозь слезы и молча кивнул головой.

— Это правда, что ты сказала там при всех? — спросил он.

— Да. Я еще раз могу повторить это. Я тебя люблю. Самое интересное, что все ребята поняли. Представляешь, поняли мои к тебе чувства.

— Я тоже тебя люблю, только не проси меня о невозможном.

— Хорошо, — согласилась она. — Ты же неисправимый, я это давно знаю.

— Хочешь, приходи сегодня ко мне? Бабушка про тебя спрашивает всегда. Ты ей очень понравилась.

— Нам всего по пятнадцать, а у нас уже такие разговоры… — заметила Юлька и прижалась к его загипсованному плечу.

— Ну и что? Это же нормально... Разве нет?

Юлька молча закивала головой.

— Ты, наверное, прав. Только скажи заранее мне, что еще надумал. И еще... Хотела давно у тебя спросить, да все случай не подворачивался... Помнишь иномарку, на которой тебя мужик какой-то увозил? Кто это?

— Давай потом, — вздохнул Олег. — Не хочу ни о чем сейчас вспоминать.

— Ты с ним больше не виделся? Почему у тебя все вены исколотые?

— Давай потом как-нибудь.

Прозвенел звонок, и одноклассники, все до единого, окружили Юльку и Олега в коридоре.

11

Олег еле досидел до конца уроков, чувствуя, как на него поглядывает весь класс с сочувствием и даже жалостью. Он старался не поднимать глаза и не замечать даже учителей. Учителя же проявляли снисхождение: Олега сегодня никто не спрашивал и не вызывал к доске. Он не удивлялся: это наверняка классная разнесла по всей учительской, а может, даже и по школе.

Юлька сидела молча. Олег чувствовал, как она сама переживает.

В конце последнего урока она предложила вместе сделать уроки и пригласила его к себе, но Олег отказался.

— Ну что с тобой опять? — спросила она. — Я виновата, понимаю…

— В чем ты виновата? Рано или поздно всё равно все бы узнали. Наталья Петровна рвалась ко мне домой, чтобы повидаться с родителями. Она однозначно пришла бы, а бабушка все ей и рассказала бы.

— Но это не было бы так официально, при всех, перед всем классом, как сделала я…Они вышли из класса, и Юлька почувствовала взгляды одноклассников в свою спину.

Они вышли из класса, и Юлька почувствовала взгляды одноклассников в свою спину.

Ребята перешептывались и о чем-то рассуждали. Легко было понять, о чем там шла речь.

Юлька прошла гордой походкой мимо подружек и специально громко, чтобы слышали все, крикнула:

— Олег, подожди меня, я сейчас журнал в учительскую занесу, и пойдем!

Олег отошел в сторону, к окну. Все его тело ныло. Казалось, каждая клеточка его организма болела, отдаваясь в голове.

Он дождался Юльку, и они вышли из школы.

— Давай сумку помогу нести, — вдруг предложила Юлька.

Олег с удивлением взглянул на нее.

— Я не такой уж и беспомощный, чтобы за меня это делать, — ответил он. — Лучше ты давай свою.

— Я сама.

Юлька взяла его за руку, и они пошли по аллее.

— Хочешь, пошли ко мне? — предложил Олег. — Ты же уроки хотела поучить.

— Хотела. Пошли, — тут же согласилась Юлька. — Грустно тебе сегодня?

— Ты знаешь, этот день для меня был самым страшным, не считая дня смерти родителей. Только тогда я был маленьким, а сейчас все понимаю.

— Ну, хватит. Опять заводишься — оборвала она его.

— Да нет. Просто как-то обидно немного за себя. У всех все есть, а я сам по себе.

— А я?

— Ты?

Юлька посмотрела на Олега и улыбнулась.

— Хочешь, я тебя поцелую? Прямо здесь, при всех. Пусть видят. И пусть потом болтают.

— Что, серьезно? За что?

— А просто так. Хочу и все. — Она остановилась, потянулась к Олегу и поцеловала.

— Мне даже обнять тебя нечем. Сломал одно крыло, а второе…

— Я уже представила, как бы ты сейчас мог меня обнять, и мне этого достаточно.

Они медленно шли в сторону дома Олега и молчали.

— Ты теперь, я думаю, решил свою жизнь изменить. Ты вообще кем хочешь стать?

— Каскадером, — ответил Олег.

— От тебя я другого ответа и не ожидала. Каким ты был сумасшедшим, таким и остался.

— Это разве плохо?

Юлька пожала плечами.

— Не знаю, может, и хорошо, только себя надо хотя бы немного в этой жизни беречь. Все это потом с возрастом даст определенные последствия.

— Я не доживу до того возраста, — ответил Олег.

— Дурак ты. Такой взрослый, а говоришь такую чушь. Конечно, если ты себе найдешь какое-нибудь новое хобби, то да…

— Я хочу научиться прыгать с парашютом, — признался Олег.

— А еще что?

— С моста мечтаю прыгнуть, со скалы на резинке или с высокого дома.

— Это ты запросто. У тебя все получится. Но ты забыл, что я тебе сегодня уже сказала там, в классе.

Олег удивленно посмотрел на Юльку.

— Забыл, забыл, но напоминать я тебе специально не буду, — сказала она.

— Помню я все. Ты сказала, что меня любишь. Да?

— Да, но я не думала, что ты такой упертый.

— А ты нет?

— Причем тут я? — удивилась Юлька.

— Притом. Ты влюбилась в меня, что ли? В такого, как ты говоришь, сумасшедшего?

— Я и не думала, — согласилась она. — А что, не надо было? И потом, нам всего по пятнадцать лет, а мы говорим о таких вещах…

— Тебе неприятно?

— А тебе?

— Очень приятно, — улыбнулся Олег. — Пусть все знают и завидуют нашим отношениям.

Юлька даже немного покраснела. Она еще сильнее сжала его ладонь.

— Ноги болят? — спросила она. — Еще надо их бинтовать?

— Надо, — широко улыбнулся Олег. — Только не говори бабушке о моих болячках. Она и так переживает. Всю ночь сегодня плакала.

— Это из-за твоей ключицы?

— Из-за нее. Мне и без того от нее влетело.

— Как ты мог? Все твои друзья… — стала сокрушаться Юлька. — Брось ты их.

— Никогда, — покачал головой Олег. — Ромка мой самый лучший друг. Я его давно знаю. Данил, хоть и старше, все умеет. Ты не представляешь: он в моем возрасте с моста прыгал в Неву.

— Врет он все.

— Нет, не врет. А что он на велосипеде вытворяет?! Я так не смогу даже на своем скейте.

— Я видела, как ты летал на скейте в воздухе и переворачивался. Ты безумец!

— Вот то же самое он делает на велосипеде. Хочу купить себе такой же.

— А деньги? Бабушка дает?

— Откуда такие деньги у нее... Один мой скейт стоит три тысячи. А форма, а шлем... Хочу купить еще крутой мотоцикл, спортивный. А деньги — нет проблем. Деньги я всегда найду, — заверил Олег.

— Как, скажи?

— Вот отгадай, сколько сейчас у меня в кармане?

— Рублей сто есть.

— Нет, не угадала. — Олег сунул руку в карман и вытащил пять помятых тысячных купюр. — Это на карманные расходы. Может, посидим где-нибудь?

— Пошли делать уроки, — сказала Юлька. — Деньги спрячь. Подрабатываешь, что ли?

— Что-то вроде этого.

— А что за мужик тогда ждал тебя в машине? — вдруг снова вспомнила Юлька.

— Как-нибудь потом. Это неинтересно, — ответил Олег, стараясь перевести разговор на другую тему.— Уроки — так уроки.

— Ты мне обещал о нем рассказать, — не отставала она.

Олег глубоко вздохнул.

— Ну, друг это мой… — сказал он.

— Он вдвое старше тебя. Олег, расскажи, где ты нашел такого друга?

— Это он меня нашел.

— И у вас много общего?

— У меня с ним коммерческие отношения.

— Это он деньги тебе дает? За что? Ты что-то скрываешь, — стала догадываться она.

— Конечно. Это моя тайна.

— Теперь я понимаю, откуда у тебя все эти скейты, одежда... Он твой спонсор?

— Где ты сейчас найдешь дураков? — Олег открыл дверь в подъезд. — Заходи. При случае расскажу, только не приставай.

Они поднялись в квартиру, и Олег позвонил в дверь. Открыла бабушка.

— А у нас гости, — сразу объявила она.

Олег заглянул в комнату.

— Здрасьте, Наталья Петровна… — растерянно казал он.

Юлька замерла.

— Долго из школы идешь, — заметила учительница. — Я уже полчаса здесь сижу, а ты только появился.

Олег вошел в комнату. За его спиной стояла Юлька.

— А, вы вдвоем? — удивленно произнесла учительница.

— Здравствуйте, — тихо проговорила Юлька.

— Эта девочка к нам ходит заниматься с Олегом, — пояснила бабушка. — Хорошенькая. Может, Олег немного изменится с ней… Они уроки вместе учат.

Олег взглянул на Юльку.

— Да, уроки учим. Она мне очень помогает, — подтвердил Олег.

— Ну, я вам все рассказала, — сказала Наталья Петровна бабушке и встала.

Она подошла к Олегу и потрепала его за волосы.

— Про тебя сказала только хорошее, — прошептала она. — Не подведи.

Олег одобрительно улыбнулся и пошел проводить учительницу до двери.

— Это ваша классная руководительница? — спросила бабушка Олега, когда он вернулся. — Она тебя не хвалила, но и ничего плохого не сказала. Наталья Петровна хотела бы тебя видеть немного другим.

— Меня все хотят видеть другим, — облегченно вздохнул Олег. — Но я не могу всем угодить. Не успеваю перестраиваться.

— Ой, Олег, Олег! — всплеснула руками бабушка. — Когда ты будешь уже взрослым… Ладно, идите обедать.

— Сейчас, — ответил Олег и, посмотрев лукаво на Юльку, тихо сказал ей: — Может, сначала…

— Что, опять поцелуемся? — прошептала Юлька.

— Да нет, — заулыбался Олег. — Мной сначала займешься, перебинтуешь?

— Идем обедать. Делай все по порядку.

12

Уже несколько дней Юлька усердно наседала на Олега, чтобы он рассказал ей о таинственном мужчине, который его часто встречает.

— Завтра скажу, — уже согласился Олег. — После уроков. Но ты меня за это будешь ненавидеть.

— Это так страшно? — удивилась Юлька.

— Для меня нет. А тебе этого лучше не знать.

— Я так хочу. Я хочу знать про тебя все.

В этот день после уроков они снова вышли из школы вместе.

Олег остановился на крыльце и взглянул на стоящую в стороне иномарку.

— Юля, можно, я тебя сегодня провожать не буду? — сказал Олег. Он посмотрел на нее и виновато улыбнулся.

Юлька тоже заметила машину.

— Тебя ждут?

— Да, меня ждут.

— Можно с тобой?

— Нет-нет, ты иди домой, — запротестовал Олег. — Это за мной. Кое-что необходимо сделать. Для этого мне просто необходимо тебя оставить.

— Олег, ну что за дела? — обиделась Юлька и схватила его за руку.

— Так надо. Я обещал тебе все рассказать, значит, расскажу. А сейчас мне надо уехать. — Он убрал ее руку и направился к машине.

Юлька смотрела ему вслед и не понимала, что происходит.

«Может, это родственник… — мелькнуло у нее в голове. — Что я к нему привязалась со своим любопытством?..» Олег открыл заднюю дверь и обернулся на стоящую в оцепенении растерянную Юльку. Автомобиль быстро тронулся с места и скрылся за поворотом.

Юлька проводила его взглядом, пытаясь запомнить номер, но он тут же вылетел у нее из головы. Она медленно опустилась на ступеньки и долго смотрела на поворот, куда машина увезла Олега.

Подошли одноклассницы и подсели рядом.

— Кто это был? — спрашивали они. — Мы тоже часто видим, как Олег уезжает на этой машине.

— Ничего особенного, — взяла себя в руки Юлька. — Это его родственник. Они уехали по делам.

— Крутой родственник, — заметили девчонки. — Машина очень дорогая.

— Ну и что? А Карлетов разве плохо одевается? Вы бы видели его в парке по выходным, где собираются скейтбордисты. Знаете, что он там вытворяет? Он тоже крутой парень.

— Я его зимой на катке как-то видела, — сказала одна из одноклассниц. — С тех пор представляю, на что способен Олег. Говорят, он ключицу сломал где-то на стройке. Со стены сорвался.

У Юльки замерло сердце.

— Откуда вам знать? Он даже мне об этом не говорил.

— А мы знаем. У нас тоже есть один знакомый экстремал. Вот он и рассказал.

— А еще что он говорил?

— Они на велосипедах с трамплина в реку прыгают с высокого берега.

— Ну, это уже вранье, — сказала Юлька.

— Это правда. У них компания такая. Сами себе приключения ищут и к себе никого не подпускают. Секта экстремалов. Они, говорят, японским многоборьем еще занимаются. Мы же все видели, как он легко шпагат делает.

— А как кувыркается! Никто из наших так не сможет.

Юльку от таких подробностей просто трясло.

— Неправда все это. Он хороший парень, — вступилась она.

— Никто и не говорит, что плохой. Все девчонки из параллельного класса по нему с ума сходят.

— Я этого не знаю.

— Сама-то сохнешь, — заметили подружки.

Юлька взглянула на девчонок.

— А вам будто он не нравится? — спросила она.

— Мне нравится, — тут же призналась одна из девчонок — Только он на меня внимания не обращает. Тебе повезло, Юлька.

— Ничего не повезло. Просто сижу с ним вместе за одной партой, и только.

— Да ладно… Мы же видим, что ты с него глаз не сводишь. На перемене бежишь к нему, даже если он с мальчишками стоит. После уроков идете вместе. Он хоть раз тебя куда-нибудь приглашал?

— Никуда он не приглашал, — отнекивалась Юлька.

— Мы видели, как ты к нему в подъезд заходила. Что вы там делали? Целуется хоть хорошо?

— Вот чего пристали? — Юлька взяла сумку и хотела уйти. — Не целуется он. Ему еще рано.

— Конечно. Ты уж нам не рассказывай. Такой мальчик — и не целуется? Я бы сама с ним поцеловалась.

— Так поцелуйся, потом расскажешь! — психанула Юлька и пошла прочь.

Она быстро удалилась от школы и замедлила шаг. Вчера они шли здесь вдвоем, а сейчас она ощутила полное одиночество. Ей стало до того обидно за себя, что она чуть было не расплакалась. Юлька подошла к дому Олега и остановилась, вглядываясь в окна его квартиры. Она села на скамейку у подъезда и решила его дождаться, во сколько бы он ни пришел домой.

Открыв учебник, Юлька стала листать его, чтобы быстрее прошло время ожидания.

Было около пяти вечера, когда у подъезда остановилась та самая иномарка. Из нее вышел Олег, махнул рукой водителю, и тот уехал.

— А ты чего здесь? — удивился он.

— Тебя жду.

— Ты еще дома не была?

— Нет.

У Олега был уставший вид.

— Пойдем ко мне, — пригласил Олег. — Ты, кстати, сама бы могла зайти. Бабушка тебя уже хорошо знает.

— Ты куда ездил? Что это за человек? Он мне очень не нравится, — завалила она его снова вопросами. — Ты обещал мне про него рассказать.

— Пойдем домой. Я есть хочу как волк.

— Слушай, волк, ты обещал рассказать.

— Юлька, ну зачем тебе знать? Может, это мой секрет.

— Не расскажешь — не пойду больше к тебе.

— А кто меня лечить будет? Ты так все хорошо делаешь, — взмолился Олег. — Я очень устал, надо немного привести себя в порядок. Идем.

Они вошли в парадную, и Юлька развернула Олега к себе лицом:

— Ты обещал…

Пользуясь удобным случаем, он обнял ее одной рукой и поцеловал.

— Потом.

— Нет, сейчас.

— Что, прямо здесь? Я же говорю, тебе это будет неинтересно.

— Мне про тебя все интересно знать, — призналась она. — Ну, Олежек, расскажи…

— Хорошо, — сдался Олег. — Расскажу, только пошли домой.

Юлька сидела на диване напротив Олега и смотрела ему в глаза.

— Допрос начинается? — улыбнулся Олег. — Может, не стоит? Ты внедряешься в мою личную жизнь. Тебе не кажется, что это слишком? У меня же должны быть свои секреты.

— Почему ты тогда в школе сказал, что я буду тебя осуждать, если узнаю о твоих отношениях с этим человеком?

— Потому что это мое личное дело.

— Кто этот мужчина?

— Ну, врач он, понимаешь?

— Нет, не понимаю.

Олег подсел к Юльке и взял ее за руку.

— Он работает в больнице и занимается коммерцией.

— И что из этого? Ты-то причем здесь?

— Как тебе сказать… — Олег замялся. — Он заведующий отделением, где лечатся богатые и блатные. У него частная клиника, он состоятельный человек.

— Ну и что?

— Все.

— Олег, ты обещал.

— Закрывай уши и слушай, — улыбнулся Олег. Он сжал руку Юльки, и она почувствовала, какая у нее горячая ладонь.

— Дело в том, что у меня очень редкая кровь. С такой группой крови, как у меня, мало людей не только в стране, но и в мире. Она у меня четвертая отрицательная. Такая группа встречается редко, она очень ценная и дорогая. — Олег взглянул на Юльку и увидел, как по ее побледневшему лицу покатились слезы. — Вот и все.

— Ты дурак, Олег, — всхлипывая, пробормотала Юлька. — Как ты можешь себя продавать? У тебя и так кровь хлещет из всех болячек…

Олег разжал свою руку и опустил голову.

— Мне больше ничего не остается делать, — прошептал он.

Она обняла его за шею и прижала свое мокрое от слез лицо к его щеке.

— Ты понимаешь, что ты дурак? Я так тебя люблю... Зачем ты продаешь свою кровь?

— Она нужна людям. Врач ее перепродает за границу.

Юлька смотрела на Олега. У нее кружилась голова.

— Он на тебе делает сумасшедшие деньги. Четвертая отрицательная группа крови стоит очень дорого за границей.

— Мне все равно. Он меня не обижает, — ответил Олег.

— Как этот негодяй тебя нашел?

— Не знаю. Случайно.

— Это не случайно. Таких случайностей не бывает. Он знает, что у тебя нет родителей и вступиться за тебя некому, поэтому и вычислил, как жертву. Он платит тебе копейки, а сам имеет сотни, а то и тысячи. Ты подумал об этом?

— Я знаю одно: донорство полезно для организма.

— Ничего ты не знаешь. Ну что ж ты такой простак?! Я запрещаю тебе с ним встречаться.

— Мне? Почему? — удивился Олег.

— Потому что не хочу, чтобы у моего мальчика качали кровь. Сколько он у тебя ее берет?

— Я не знаю. Но после всего этого я целый час сплю.

Юлька прижала Олега к себе.

— Не хочу. Не хочу, тысячу раз не хочу, чтобы ты это еще когда-нибудь делал!

— Значит, мне придется опуститься на самое дно. Мне больше некому помочь. Бабушкиной пенсии не хватает на мои запросы. Ты не забывай, что я и ей помогаю.

13

С тех пор прошло три месяца. За все это время Юлька не замечала, чтобы за Олегом приезжала иномарка, хотя подозревала, что Олег встречается с тем врачом. У Олега, как всегда, водились деньги. Он хорошо приоделся. Купил красивый, не из дешевых, джинсовый костюм, обувь. Несколько раз приглашал ее в парк погулять, они там сидели подолгу в кафе. Олег угощал Юльку всем, чего только душа ее желала.

Как-то она осмелилась спросить про врача, хотя заранее знала, что ответит на это Олег.

— Ты за это время видела нас вместе? Нет. Вот больше и не увидишь.

Ей не терпелось узнать, откуда тогда у него снова деньги, но она не посмела.

Колени у Олега перестали болеть и полностью зажили. Гипс с руки сняли, и он целую неделю разрабатывал свою левую руку и плечо.

— Можно я тебя обниму? — однажды сказал он.

— Это входит в разминку твоей руки? — спросила Юлька. Она не хотела отказывать Олегу ни в чем, потому что успела втрескаться в него по уши.

В классе теперь никто не сомневался, что у них роман. Девчонки постоянно шептались, а среди мальчишек Олег приподнялся, да и сам стал каким-то более рассудительным и деловым.

Друзья ему немного завидовали, что на него запала одна из самых красивых девчонок в классе. Олег теперь в открытую провожал ее домой, мог при всех пригласить погулять или где-нибудь посидеть.

Юлька успокоилась, что Олег наконец пересмотрел свои взгляды на экстремальные выходки, и уже старалась не говорить на эту тему. Но она ошибалась…

Через неделю она пригласила его на свой день рождения. Он пришел с букетом цветов и большим медведем.

— Может, это и старомодно, но у меня на большее фантазии не хватило, — признался он еще в коридоре Юлькиной квартиры и чмокнул ее в щеку.

— Заходи. Я тебя с родителями познакомлю, — сказала радостная Юлька. — Честно говоря, я думала, что ты засмущаешься и не придешь.

— Почему? — удивился Олег.

— Значит, ошиблась. Я тебя ждала.

— Я знаю, — ответил Олег.

— Много ты знаешь, — возразила она. — Ну, проходи.

Юля представила его родителям и другим родственникам, которые прибыли на торжество в честь ее дня рождения.

— Я его таким и представляла, — сказала мать. — Усаживай гостя к столу.

— Юля много нам про тебя рассказывала, — сказал отец. — А сколько в ее комнате рисунков с твоим изображением!

Олег удивленно вскинул брови.

— Ты еще и рисовать умеешь? — спросил он Юлю.

— Ой, садись, — растерялась она.

— Я хочу посмотреть. Давай, показывай.

— Не выдумывай. Пап, ну кто тебя просил?

— Пусть покажет. На ее рисунках ты очень похож, — добавила мать.

Юльке ничего не оставалось делать, как проводить его в свою комнату.

На стене висело около десятка портретов, нарисованных карандашом и красками.

— Это я? — спросил он.

— Ты. Я тебя по памяти рисовала. Похож?

— Раз рисовала ты, значит, похож, — согласился Олег, всматриваясь в каждый рисунок. — У тебя хорошая память на лица.

— Тебя разве можно не запомнить, — призналась она.

— Может, я к тебе и во снах прихожу?

— Очень часто.

Олег заметил, как Юлька в очередной раз покраснела.

— Ну, пойдем, нас ждут.

— Стой! — Он взял ее за плечи и прижал к себе. — Ты мне тоже снишься, — шепнул он ей. — Тоже очень часто.

Она взглянула на Олега.

— С днем рождения, что ли…

— Спасибо. Я рада, что ты здесь. Я тебя так ждала. Сама торт испекла.

— Вот это новость! Ты еще и готовить умеешь?

— Нет, только торты.

— На тортах тоже можно прожить, — шептал Олег, не выпуская Юльку из своих объятий. — Ты как думаешь?

— Думаю, что можно.

— А у меня новость есть, даже две, только никому в классе не говори.

— Хорошая и еще хорошая, да? Давай с первой хорошей, — улыбалась она.

— Они обе просто отличные. Первая — сегодня я совершил свой первый прыжок.

— Откуда?

— С парашютом.

— Ты что, с дуба рухнул?! — Юлька растерянно опустилась на стул.

— Не с дуба, а с неба, с самолета.

— Ты все же попал в этот клуб?

— Да. И уже хожу около месяца.

— Все начинается сначала… — Юлька опустила голову. — Когда же это все закончится? Как тебя туда взяли, тебе только шестнадцатый год?

— Для них семнадцать. Я им наврал. Инструктор Кирилл меня прекрасно понял и взял под честное слово.

— Ну, ты, конечно, выложился весь. Добился своего? Теперь тебе скейт не нужен — слишком низко, стены и стройки — слишком несовременно, а высота — вот это да! Я правильно тебя поняла? Ты что, в лепешку теперь хочешь разбиться? Ты просто ненормальный!

— Я знаю, но по-другому не могу.

— А какая вторая новость? — с тревогой смотрела на него Юлька, ожидая нового удара.

— В воскресенье еду покупать мотоцикл.

Юлька закрыла руками уши. Олег склонился над ней.

— Я тебя буду катать и гонками заниматься — это моя давнишняя мечта.

Юлька закрыла глаза, чувствуя, как Олег дышит ей в лицо.

— Значит, и с этим уродом-врачом ты связь не прекратил? — зашептала она. — Только, пожалуйста, не ври.

Олег поцеловал ее и услышал шаги в коридоре.

— За нами идут, — сказал он и поднял ее со стула.

— Зачем ты мне все это сказал? Праздник мой решил испортить?

— Нет. Я сказал тебе честно. Ну, хочешь, я уйду?

— Иди… — Она выдержала паузу. — Иди за стол. Кому я торт готовила…

Она взяла Олега за руку и повела в зал.

— Понравились рисунки? — спросила мать. — Мне очень. Ты на них так похож.

Олег улыбнулся.

— Юля много о тебе говорила. Ты вроде скейтбордингом занимался? Любишь экстрим и адреналин? — стал расспрашивать отец. — Правильно, что ты все это бросил. Это очень опасно.

— Ничего он не бросил, — ответила Юлька, усаживая Олега рядом с собой. — Теперь он с парашютом прыгает и гонками на мотоцикле заниматься собирается.

За столом все сразу замолчали и переглянулись.

— Да-да. Он сегодня прыгнул с парашютом первый раз, — заверила Юлька. — А мотоцикл покупает на днях.

— Балуют тебя родители, — заметил отец.

Олег взглянул на Юльку. Сейчас он понял, что ее родители про него ничего не знают.

— Да уж... Есть немного.

— И надо тебе это? — спросила мать.

— Давайте лучше отмечать день рождения, — предложил отец. — Они сами разберутся.

— Нет, я бы своему сыну не позволила этим заниматься, — не успокаивалась мать.

— И правильно, — поддержал Олег, сжимая под столом руку Юльки. — Голову сломать можно. Вторая вряд ли вырастет.

— Вот удивляюсь я некоторым родителям, как это они так могут…

— Родители тут ни при чем, — сказал Олег. — Школа, кстати, тоже.

Юлька подвинула Олегу торт.

— Сама готовила, — протяжно произнесла она, намекая, чтобы Олег замолчал и не дискутировал.

Она знала, что он на эту тему может говорить бесконечно.

— Шампанское будет молодой человек? — спросил отец.

— Конечно. За вашу дочку как не выпить.

— Они еще молодые, не наливай! — запротестовала мать.

— Ты помолчи, — остановил ее отец. — Они ребята взрослые, и за день рождения им можно выпить. Это же шампанское.

14

К началу нового учебного года за плечами Олега было около десятка прыжков с парашюта. Он буквально жил в этом клубе: уходил утром и возвращался домой только вечером.

С мотоциклом у него не получилось: бабушка категорически была против, и Олег впервые в жизни ее послушал — сделал, как она хотела. Но зато он записался на картинг и, быстро освоив технику, уже не уступал бывалым ребятам. Дважды переворачивался, бился сам, ремонтировал машину и снова мчался по трассе.

Юлька на лето уехала в деревню, и он с нетерпением ожидал с ней встречи. Что он ей мог сказать про мотоцикл? Ему даже было как-то неудобно, что он тогда, на дне рождении, заверил, что его покупает, а тут вдруг передумал…

Олег ждал встречи с Юлей в первый день учебы, спустя три летних месяца.

Олег стоял у входа в школу, повзрослевший и симпатичный, незаметно поглаживая наспех забинтованную левую ногу, которую повредил на последних тренировках по картингу.

Мимо проходили одноклассники. Они останавливались, удивлялись друг другу, замечая, как они все повзрослели, и заходили в школу.

На крыльце появилась Наталья Петровна.

Она увидела Карлетова и сразу подошла к нему.

— А ты чего? — спросила она.

— Жду, — ответил Олег.

— Все уже в классе, кроме тебя.

Олег забежал в школу и помчался по коридору. Он широко распахнул двери и, влетев в класс, взглянул на свою парту. Юльки не было.

От такого поворота событий Олег мгновенно побледнел и растерялся.

— А… где?

— Она перешла в другую школу, ее родители переехали в соседний район, — сказала учительница.

— Как в другую… — прошептал Олег, оглядывая одноклассников и пытаясь найти Юльку. Он не верил услышанному.

— В другой школе она. На днях ее мать забрала туда документы.

— Где эта школа?

Наталья Петровна объяснила подробно, понимая состояние Карлетова.

— Проходи и садись, — сказала она.

— Я сейчас. — Олег выскочил из класса и помчался по адресу.

Школа, где теперь училась Юлька, была далеко, но он пробежал это расстояние так быстро, что уже через полчаса стоял у ее стен.

— Юля! — закричал он что было сил на весь школьный двор. — Юля, это я, Карлетов!

Из окна высунулась учительница и погрозила пальцем.

— Ты что кричишь?

— Юля! — снова крикнул Олег, не обращая на учительницу внимания.

Он стоял внизу и внимательно просматривал каждое окно в надежде ее увидеть.

— Молодой человек, что вы орете под окнами? — возмущалась учительница. — Если вам кто-то нужен, дождитесь перемены. Сейчас идут уроки, вы мешаете.

Олег опустил на землю сумку и не отрывал глаз от окон. Набрав полную грудь воздуха и с шумом выдохнув, Олег присел на скамейку у входа в школу.

Только через полчаса прозвенел звонок, и первой, кого он увидел, когда распахнулась дверь школы, была Юлька.

Он стоял и смотрел, как она бежала к нему, растерянная, но счастливая. Олег расставил широко руки, чтобы подарить ей свои объятия, но она остановилась за несколько шагов от него.

Они стояли и молча и смотрели друг на друга.

— Прости, что так получилось… — прошептала она.

— Я тебя нашел, — улыбался Олег.

Юлька бросилась к нему и прижалась к его груди. Ее плечи заметно вздрагивали. Юля плакала от радости.

— Ну, ты что? Брось эти дела. Я же тебя нашел.

— Олег, какой ты стал взрослый… — зашептала она, поднимая на него наполненные слезами глаза.

— Я тебя нашел, представляешь?

— Как ты? Расскажи…

— Я опять ногу разбил, на тренировке, — пожаловался он. — Нужна твоя помощь.

— Ты просто сумасшедший. Каким был, таким и остался, — сказала Юлька, вытирая слезы. — Ты не можешь без приключений. Экстремал ты мой любимый…

— Поможешь мне перебинтовать ногу?

Она улыбнулась.

— Как бабушка? — спросила она.

— Бабушка совсем сдала. Уже неделю лежит в больнице. Ей очень плохо.

Юлька снова прижалась к Олегу, чувствуя, как бьется его сердце.

— Я приду к тебе, чтобы перебинтовать ногу… Сегодня, сейчас... Хочешь?

Олег заметил, как все обращают на них внимание.

— Хочу, — громко сказал он. — Хочу сейчас!

Он обнял дрожащие плечи Юльки и прошептал:

— Я люблю тебя.

— Ты все такой же, не изменился.

— Куда мне меняться. А ты стала еще лучше. Знаешь, у меня есть к тебе предложение.

— Какое?

— В воскресенье едем со мной за город. Там есть большой мост. Мы будем с него прыгать.

Юлька растерялась.

— Там будут все наши, Данил, Ромка и другие ребята…

— Ты с ума сошел!

— С тобой — да.

Внук

1

Игорь сидел на диване и смотрел на мать безразличным взглядом, а она все не унималась, пытаясь вдолбить ему свои соображения:

— Ты уже взрослый и должен разбираться в людях, — говорила она, присаживаясь рядом с сыном. — Среди родственников тоже находятся те, с которыми приходиться обходиться по-особенному.

— Ты опять за свое? — Игорь отвернулся. — Как ты можешь говорить о бабушке так плохо? Она же твоя мать!

— Я с ней всю жизнь не ладила. Она никогда меня не посвящала в свои дела, отвергала, как могла…

— Вот представь… — вздохнул Игорь. Ему ее разговоры до того стали надоедать, особенно в последнее время, что он готов был просто бежать из дома. — Вот представь, если я о тебе так буду говорить, когда ты будешь старой, как она.

— Обо мне ничего плохого ты никогда не скажешь, потому что я всегда желала тебе добра, — возразила мать, чувствуя полное непонимание своего сына. — В последнее время ты сильно изменился, я тебя просто не узнаю.

— Каким был, таким и остался. Чего ты вечно все выдумываешь?

— Игорек, ты уже взрослый человек, оканчиваешь школу. Тебе пора научиться разбираться в родственных отношениях, в людях, в конце концов…

— Ни в чем я не хочу разбираться, — возразил Игорь. — Вот окончу школу и уеду куда-нибудь подальше, чтобы никого не видеть и ничего не слышать.

— А институт? Ты же собирался на филологический!

— Пойду в медицинский. Мне не надо помогать в выборе моей будущей профессии. — Игорь поднялся с дивана и взглянул на мать. — Ты на меня не обижайся, я еще сам ничего не решил. Может, ты и права, пойду на филолога. Только давай не будем обсуждать своих родственников.

— Мы же не при людях, так, между собой.

— Еще не хватало при людях! Но мне все равно неприятно, когда ты говоришь о своей матери так, будто она тебе всю жизнь строила козни.

— Я говорю правду. — Мать тоже встала. — Ты видел свою бабку, когда тебе было года три или четыре. Ты помнить ее не можешь, да и она тебя никогда взрослого не видела. Давно забыла, что где-то есть у нее внук.

— С тех пор у меня остались от бабушки очень хорошие воспоминания, — возразил Игорь. — Вот возьму и поеду к ней.

— Да какие у тебя о ней воспоминания, ты тогда пешком под стол ходил! Да и не примет она тебя. Ты для нее совершенно чужой человек. Я знаю ее отвратительный характер, не примет, даже не мечтай. Она старая, беспомощная и болеет. Нужен ты ей там больно...

— А может, и примет.

— Я была у нее в прошлом году. Она со мной и разговаривать не стала. Пришлось жить у двоюродной сестры. Я тогда даже пожалела, что поехала туда к ней. Она от старости стала просто ненормальной.

— Слушай, мама, почему ты всегда так нехорошо говоришь о ней? — с раздражением в голосе спросил Игорь. — Она что-то тебе должна?

— Плохо ты ее знаешь. Да и откуда тебе знать, что она за человек.

— Ну, и что за человек? Может, я действительно, чего-то недопонимаю?

— У нее был муж, твой дед, ты его совсем не знаешь. Он умер, когда ты только родился. Дед был писателем и коллекционером.

— Ну и что?

— А то, что у моей матери, твоей бабки, водятся неплохие деньги. После его смерти неожиданно все пропало. Куда она все подевала? А там были великолепные картины знаменитых художников, дорогие книги, которые сейчас стоят огромных денег. Рукописи писателей и, возможно, много драгоценностей.

— И где это все?

— Вот и я хотела бы это знать, — сказала мать. — Пойдем-ка, я тебя кормить буду.

Они прошли на кухню. Игорь сел за стол и уставился в окно.

— Так вот, я всю жизнь пыталась разгадать эту тайну, но от нее разве чего-нибудь добьешься… Она сказала, что все сдала в библиотеки и музеи.

— Правильно сделала, — одобрил Игорь.

Мать села напротив сына и посмотрела ему в глаза.

— Я же для тебя хотела все это оставить. Представляешь, какое было бы наследство…

— Мне ничего не нужно. Поступлю в институт и буду зарабатывать сам. Чужое добро — это просто нелепо.

— Дурачок ты…

— Конечно, я не знал деда, но то, чем он занимался, неплохая штука. Ты не знаешь, на коллекционера нигде не учат?

— Не учат, ими становятся, когда имеют большие деньги. У твоей бабушки они есть или были когда-то.

— Ну, вот и все. Давай на этом и остановимся.

— У нее есть еще и квартира. Огромная квартира в центре большого города.

— Вот и отлично. Стоит ей только позавидовать.

— Когда-то я хотела оставить ее за собой, но вышла замуж за твоего отца и мы перешли жить к нему. Квартира бабушки теперь мне не принадлежит.

— Мать, у тебя какие-то корыстные цели, — заметил Игорь. — То тебе ее состояние нужно, то квартира…

— Она меня просто кинула. Я ей этого простить никак не могу.

— Успокойся, давай лучше будем обедать.

Мать поставила перед сыном тарелку и снова уселась напротив него.

— Ничего ты не понял, а говоришь, что уже большой. Только и знаешь, что по девчонкам бегать.

— Ты опять лезешь не в свои дела. — Игорь нахмурил брови. — Ты слишком плохо отзываешься о своей матери, а это грешно.

— Надо же, как заговорил, — сердито ответила мать. — Ничего ты не понимаешь, а я думала…

Она встала и подошла к окну.

— Мам, ну не обижайся. Мне неинтересно то, что ты говоришь, понимаешь.

— Конечно, когда все потеряно. К моей матери в последнее время стали наведываться какие-то дальние родственники. Они наверняка ведут с ней разговоры о наследстве. Если за свою жизнь я так и не узнала, куда делось все наследство моего отца, то теперь и квартира уходит прямо из-под носа. Я не могу ее понять. Она прекрасно знает, что где-то есть у нее внук, который является прямым наследником всего того, что есть у нее.

Игорь пообедал, ушел в свою комнату и включил негромко музыку. Весь разговор с матерью у него тут же вылетел из головы. Он стал названивать однокласснику, чтобы договориться вместе провести вечер.

2

На следующий день, когда Игорь вернулся из школы, мать снова заговорила о бабушке.

Игоря это начинало раздражать окончательно.

— Ты дашь мне окончить школу?! — вспылил он. — У меня скоро экзамены, и я не интересуюсь, у кого и что когда-то было. Понимаешь, мне это совершенно неинтересно. И квартиры мне не надо, и чужого наследства. В институте общежитие дают, так что на первые пять лет я буду обеспечен жилплощадью.

— Игорек, я бы хотела, чтобы теперь и ты сделал попытку. Все мои старания ни к чему не привели. Бабушка старенькая, ей, кажется, уже девяносто лет, поэтому поезжай после школы к ней.

— Она меня не примет, ты же сама сказала. Она меня совсем не помнит. Да и у меня другие цели в жизни.

Мать покачала головой, призадумалась и вышла из комнаты, хлопнув дверью.

Игорь разложил на столе учебники, уставился в конспекты, но почему-то стал вспоминать бабушку, у которой был давно, в детстве.

«Мать с ума сходит, — подумал он. — Что ей надо от старого человека? Живет себе старуха — и пусть живет. Видно, мать ей поднадоела за всю жизнь, вот она ее и послала подальше».

В последнее время мать пыталась еще несколько раз поговорить с сыном на эту тему, но он категорически все отвергал.

В конце апреля она решила испытать судьбу еще раз и поехала к бабушке, чтобы выяснить отношения, но вскоре вернулась ни с чем.

— Что-то ты быстро приехала, — заметил Игорь. — Бабушка жива?

— Она еще всех нас переживет, — раздраженно ответила мать. — Я про тебя ей говорила, но она и слушать ничего не желает. Собирается пустить в свою квартиру квартирантов, говорит, что ей денег не хватает. Врет она все, есть у нее деньги. Она всю жизнь от меня их прятала.

— Так ты же сама говорила, что она тебе ни в чем не отказывала, — возразил Игорь. — У тебя было всегда то, чего не было у других.

— Я знаю, что у нее есть сбережения, и большие, а квартирантов она хочет пустить, чтобы мне голову заморочить.

— Чтобы ты от нее отстала, что ли?

— Игорь, от тебя я никогда не слышала ни одного слова в свою поддержку. Ты взрослый, через месяц получишь аттестат, а рассуждаешь, как ребенок.

— Мама, я не хочу с тобой ссориться, но мне неинтересно все это. Оставь бабушку в покое. Пусть человек спокойно доживает свой век.

— Я не могу понять, почему она ко мне так относится, — стала рассуждать мать. — Всю жизнь ломаю голову — и не пойму. Что же она за человек? Самое главное тебе не сказала: к ней приезжала какая-то тетка, доказывала свое родство, значит, хочет завладеть ее квартирой.

— Может, действительно родственница, — согласился Игорь, — какая-нибудь дальняя. Бабушке виднее, а тебя, как я понял, она в очередной раз отвергла.

— Я больше к ней никогда не поеду. Пусть ее хоронят квартиранты или неизвестно какая родня. Я с ней на этот раз поругалась основательно. Больше моей ноги там никогда не будет.

— Тебе виднее, — согласился Игорь. — Меня она не помнит, да я и сам не собираюсь с ней встречаться. У меня своя жизнь начинается.

— Ты лучше готовься, чтобы в институт поступить, — строго сказала мать. — Вот тогда у тебя и будет своя жизнь, как ты говоришь.

Вечером позвонил одноклассник и предложил встретиться.

— Завтра последний звонок в школе, — сказал он. — Какие планы на дальнейшую жизнь?

Игорь пожал плечами.

— Не знаю. Мать все сватает филологический, а мне он и даром не нужен. Хочу хоть раз в жизни сделать что-то наоборот.

— И что решил?

— Не знаю.

— Что больше всего тебе не нравится? — спросил друг.

— Терпеть не могу медицину. Крови до смерти боюсь. Как увижу скорую помощь, меня в дрожь кидает.

— Вот и иди туда.

Игорь усмехнулся.

— Я себе не враг, — ответил удивленный Игорь. — Если это не мое, зачем себя испытывать? А ты сам-то куда?

— Я в военное училище, — гордо ответил друг.

— Вот представь, я буду врачом, и, не дай бог, ты попадешь ко мне. Я же тебя ни за что не вылечу, а только искалечу.

— С чего это я к тебе попаду? — удивился приятель.

— Ну, я так, к примеру. Вот тогда я тебе и припомню твои пожелания, которые ты мне сейчас выдаешь. Нет, медицинский— это не мое. Туда, говорят, и конкурсы большие. Мне что-нибудь попроще, в гуманитарный.

— Тогда в педагоги.

Игорь удивился.

— Да, — вздохнул он. — Тогда лучше в медицинский. Из меня педагог, как из тебя…

— Короче, пробуй куда захочешь, главное поступить. Мои предки настаивают на военном училище.

— Ты знаешь, у меня иногда возникают такие желания, — стал признаваться Игорь, — сдать документы туда, где самый большой конкурс, и все на свете провалить. Пойду в армию, потом что-нибудь закончу и буду работать, зарабатывать деньги. Мне эта школа так надоела, что об учебе не хочется думать вообще.

Друг пожал плечами.

— Может, ты и прав, — согласился он. — Врача из тебя не получится, педагога тоже, поэтому решай все сам. Самое главное— не потеряйся. Мы дружим почти с первого класса, поэтому будет интересно когда-нибудь встретиться.

— Куда мы денемся, — заверил Игорь. — Значит, в медицинский, говоришь, большой конкурс?

— Я слышал, что да.

— В таком случае мне именно туда, — решил Игорь.

3

Бывает же такое в жизни: то, на что никогда не рассчитывал, сбывается.

Игорь уехал в большой город поступать в институт, тот самый, медицинский, в надежде провалить все экзамены, и… поступил. Он с недовольным видом переступил порог приемной комиссии, где ему объявили, что он уже является студентом.

«Так тебе и надо, — в сердцах подумал он. — Целых шесть лет, и эта анатомия, которую терпеть не мог в школе… Надо же такому случиться!»

Он готов был развернуться, забрать документы и бежать домой.

Игорь растерянно огляделся по сторонам, еще раз убедился, что не ослышался насчет зачисления: несколько раз прочитал свою фамилию в списках и отошел в сторону.

— Тебе не повезло в этом году? — спросила подошедшая к нему милая девушка. — А я поступила, — радостно сообщила она. — Второй раз документы сдаю, и вот она — удача!

— Не повезло, — согласился Игорь, бросая на нее растерянный взгляд.

— Ничего, не расстраивайся. В следующем году поступишь. Это, действительно, сложный институт.

— Я и не хотел в него поступать, — признался Игорь. — Я до смерти крови боюсь, а здесь, говорят, еще и с покойниками надо будет возиться.

— Это же интересно!

— Чего интересного? Я не какой-нибудь там Джек-потрошитель. Я про себя все знаю.

Радостная девушка мило заулыбалась.

— Значит, знал бы больше, — ответила она. — Не переживай, я целый год готовилась поступить сюда, и вот получилось.

— А я не готовился. Все, что знал со школы, им и выложил.

— Ну, ты же понимаешь, что этого недостаточно. Я даже нанимала репетиторов.

— А мне хватило и школьных знаний, а теперь не знаю, что мне делать. Дело в том, что меня тоже приняли.

Девушка округлила глаза:

— И ты не рад?

— Радоваться нечему, — с грустью ответил Игорь. — Теперь вся моя жизнь пойдет наперекосяк. У меня были совсем другие планы на жизнь.

— Я тебя не понимаю. Ты какой-то странный человек. Все радуются, а ты наоборот…

— Это точно, наоборот, — согласился Игорь. — В мои планы поступление не входило. И зачем меня понесло в эту сторону? Представляешь, иду, смотрю — медицинский, думаю, дай зайду… Конкурс большой — веская причина для провала. Будет чем перед матерью оправдаться… И в армию. У меня друг в военное поступает.

— Так же, как и ты?

— Нет, он человек серьезный. У него это задумано еще с детства. Ему просто деваться некуда — предок военный. Хочешь не хочешь, а он с родословной сапог.

Девушка его слушала очень внимательно.

— Везет же вам, ребята. Вас в первую очередь берут везде.

— Везет, только не мне, — вздохнул Игорь. — Ну, ладно, поступить — это еще ерунда, главное, чтобы быстрее теперь выгнали. В первый же семестр нахватаю двоек, или… как там… неудов — и я свободен. Это один из вариантов, чтобы решить все свои проблемы.

— Странный ты человек, — удивлялась девушка. — Тебя как зовут?

— Игорем.

— Странный ты, Игорь… Вокруг столько эмоций: одни радуются, другие плачут, а ты ни то, ни се.

— Это точно, странный, — снова согласился он. — А ты радуешься? И как такую радостную зовут?

— Лена.

— Аленка, что ли?

Лена посмотрела на него совсем уже другим взглядом.

— Ладно, жертва будущей медицины, страдай и дальше. Может, из тебя получится какой-нибудь хороший тракторист или кочегар… Страдай, а я пошла.

Игорь не ожидал от девушки такого заключения, посмотрел ей вслед и направился снова в приемную комиссию.

— Общага будет? — спросил он женщину, которая оформляла документы.

— Чего? — не расслышала она.

— Ну, где жить бедному студенту, которого случайно приняли в институт?

Женщина посмотрела на молодого человека, сделала удивленное лицо и сказала:

— Если ты попал случайно, то можешь случайно и уходить. Пусть твое место займет другой. А общежитие мы предоставляем с третьего курса.

— И правильно, — одобрил ответ Игорь. — Гнать надо таких нерадивых студентов, как я, останутся только те, кто истинно предан Гиппократу.

Женщина еще больше удивилась красноречию молодого человека и даже приоткрыла рот.

— Да, из таких, как ты, и получаются одни невропатологи.

— Или гинекологи, — добавил Игорь.

— Уходите, молодой человек, из приемной, — попросила женщина. — Если завалили экзамены, нечего голову морочить, а то общежитие ему…

Игорь послушно развернулся и вышел на улицу.

— Значит, общежитие с третьего курса, — пробубнил он. — Так, надо что-то решать, и немедленно.

Он достал блокнот и стал искать адрес, который перед отъездом ему дала мать. Почему-то первым на глаза ему попался именно бабушкин.

В большом городе ему было трудно ориентироваться, он потратил на поиски уйму времени. Но все-таки нашел.

4

Игорь немного постоял у старого пятиэтажного дома, оглядел маленький дворик перед подъездом и решился подняться в квартиру на втором этаже, как было указано в блокноте.

На лестничной площадке первого этажа он столкнулся со стариком, который, приметив незнакомца, поинтересовался, кого парень тут ищет.

— Здесь никто не сдает комнату? — почему-то решил спросить Игорь.

— Комнату? — старик почесал затылок. — Вряд ли ты, молодой человек, что-то здесь найдешь, — ответил он. — Тут живут старые и почтенные люди. Они этими делами не занимаются.

— Может, кому-нибудь опекун нужен? — не растерялся Игорь. Ему не хотелось раскрывать, что он ищет родственницу. Он боялся, что бабушка его не примет, учитывая ее отношения со своей дочерью.

— В опекунах здесь тоже никто не нуждается, — ответил старик. — Студент, что ли?

— Почти студент.

Старик покачал головой.

— Так не бывает, — сделал он заключение.

— Студент медицинского института, могу оказать помощь в любое время и при любых обстоятельствах, — выпалил Игорь. – Знаю много вариантов, куда и кого послать.

Старик призадумался, потом посмотрел наверх и тихо сказал:

— Есть тут одна старуха. Она очень старая и какая-то непонятная для нас, соседей. Помнится, она как-то говорила, что хочет найти себе помощницу. Ты же не помощница?

Игорю показалось, что он ведет разговор именно о его бабушке.

— Помощники бывают лучше помощниц, — пояснил Игорь.

— Есть одна старушка, иди за мной. — Старик развернулся и направился на второй этаж. – Она очень сложный человек, но искала, как мне помнится, женщину.

Игорь сразу понял, что старик ведет его к бабушке, и когда они остановились перед ее дверью, с тревогой взглянул на старика.

— Она что, здесь живет? — У Игоря в памяти сразу всплыл адрес, который он недавно прочитал в своем блокноте. — Ей сколько лет? — попытался уточнить Игорь.

— Столько ты не проживешь, молодой человек, — сухо ответил старик и нажал на звонок.

— Кто? — послышался грубый старческий голос за дверью.

— Степановна, это я, открой на минутку, разговор есть.

— Вечно ты не вовремя, — заворчала старуха. — Сейчас, подожди. У тебя постоянно срочные дела… Что на этот раз?

Щелкнул дверной замок, и Игорь увидел в дверях худощавую, но еще бойкую старуху с папиросой во рту и мусорным ведром в руках.

— Чего хотел? — спросила она, выпуская дым изо рта.

— Вот этот молодой человек хотел с тобой поговорить.

— Еще какой-нибудь гуманитарий? — прищурила она глаза.

— Я простой студент, — представился Игорь. — Вы мусор собрались вынести? Я вам помогу. — Он схватил ведро и помчался во двор, к контейнеру.

— Черт возьми, ну и бабка… С такой никто не уживется. С характером! — бормотал на ходу Игорь. — С этой я общий язык точно не найду… Что девяносто лет — и не скажешь, проспиртованная какая-то. Сейчас отдам ей ведро — и на вокзал. Правильно мать говорила, а я не верил. Эта любого пошлет.

Игорь вернулся в подъезд и стал подниматься по ступенькам.

Послышался разговор Степановны со стариком. Игорь остановился и прислушался.

— Кто это? Что за парень-то? — спросила она.

— Хочет быть опекуном, — ответил старик.

— Что? Каким еще опекуном? Я сама любого опекать могу, — гудел грубый голос старухи.

— Он студент, в медицинском учится.

— Врач?

— Наполовину, — отвечал старик. — Студент.

Игорь начинал понимать, что раскрываться перед старухой пока не стоит. Может, сейчас попрет и все на этом кончится. Пусть будет так, как объяснил старухе сосед-старик.

Он поднялся и поставил перед ней пустое ведро.

— Ну, я пошел, — сказал старик и поспешил вниз.

— Студент?

— Начинающий, — растерялся Игорь.

— Абитуриент?

— Нет, уже студент.

— Что ты мне голову морочишь, — сказала она и потушила папиросу. — Если ты такой добрый, пойдем, поможешь мне одну вещь переставить. Тоже мне, опекун… — Она с подозрением посмотрела на молодого человека и велела входить.

Через мгновение Игорь оказался в комнате, уставленной старинной мебелью. Ее было немного, но она была расставлена со вкусом старой мещанки. Стол был покрыт белой скатертью, которую уже давно никто не стелет. На столе огромная старинная хрустальная ваза, на тумбочке подсвечники со свечами, а на полу огромный лохматый ковер.

— Разувайся, — сказала она приказным тоном. — Мне надо передвинуть шкаф к другой стене. Ты мне, молодой человек, уж помоги, раз пришел. У вас что, благотворительная акция?

Она провела его в другую комнату. Игорь заметил, что там, дальше, есть еще две комнаты.

«Ничего себе квартирка, — подумал он. — Все как до Революции, даже шторы на дверях висят с побрякушками».

— Большая у вас квартира, — сказал Игорь, осматривая стены с многочисленными фотографиями.

Степановна глубоко вздохнула:

— Квартира большая, да сил моих больше нет. За ней ведь ухаживать надо.

— Вам лет восемьдесят будет, — сказал Игорь.

— Мне девяносто три года, молодой человек. Неприлично женщин о возрасте спрашивать. Помоги мне вот этот шкаф передвинуть к той стене.

Игорь напряг все силы, чтобы сдвинуть шкаф, а старуха стояла в стороне и наблюдала.

— Он полный доверху? — спросил Игорь. — Совсем неподвижный.

— Это чистое дерево, не то, что нынешняя мебель. У меня все такое, добротное. А ты, я посмотрю, слабоват в этом деле. — Она подошла и тоже уперлась руками. Шкаф медленно стал ползти по паркетному полу и вскоре встал на место.

— Да, сейчас такую мебель не делают, — согласился Игорь, оглядывая комнату.

Степановна присела в резное кресло и перевела дыхание.

— Чего стоишь, в ногах правды нет. Садись. — Она указала на стул, обтянутый богатой материей. — Садись, садись, не стесняйся. Сейчас немного передохну и угощу тебя чаем. Правду говорят, что студенты всегда голодные?

— Нет, неправда, — возразил Игорь.

— Как неправда? Ты же подработать пришел. Я тебе заплачу. Принеси мне с кухни пепельницу и папиросы, — попросила она.

Игорь положил перед ней пачку папирос и снова сел на стул, поглядывая по сторонам.

— Сам куришь? — спросила она.

— Очень редко.

— А я всю жизнь, с самой Революции.

Игорь почувствовал, как от удивления вытянулось его лицо. Он быстро прикинул в уме, сколько же лет ей было в то время: получалось, что во время Революции этой Степановне было пятнадцать лет.

Он почесал затылок и уставился на дымящую папиросой старуху.

— Вы как сама история, — выразил он свое восхищение.

— Какая я тебе история? — возмутилась Степановна. — Расскажи лучше ты мне свою историю. Как попал сюда?

— Приехал поступать и поступил случайно в медицинский. Теперь студент, на свою голову.

— Молодец! — похвалила Степановна парня. — Врачи нужны были всегда. Помню, в гражданскую войну мой отец воевал и был ранен, так его врач-белогвардеец спас от смерти.

— А наши врачи как же? — удивился Игорь.

— Наших вообще не было. Откуда у молодой республики могли быть врачи? Это потом уже стали появляться, а тогда не было.

— И он выжил?

— Да, выжил. Жил долго во Франции, потом в Польше.

— И вы были с ним?

— Конечно. Где же быть семье, если не с отцом. Помотала тогда нас жизнь… Мои предки из буржуйских. Во времена Сталина пришлось уехать в Прибалтику. Там родилась у меня дочь.

— Интересно, — сказал Игорь и поудобнее расположился на стуле.

— Ничего интересного, — ответила Степановна. Она резко поднялась и направилась на кухню. — Идем за мной. Сейчас я тебя настоящим английским чаем буду угощать. Коньячок будешь?

— Нет-нет, спасибо, — отказался Игорь.

— И опять молодец! Иди, руки мой, опекун.

— Да не опекун я, — признался Игорь. Ему уже надоело слышать это слово. — Это я так, просто ляпнул.

— Ну, иди, иди, — смягчила свой голос старуха. — А я пока на стол накрою.

5

Чай пили молча.

Степановна выложила на стол пряники, похвасталась, что пекла их сама, поставила варенье, и Игорь заметил, что посуда тоже какая-то особенная, старинная.

— У вас все вещи такие интересные? — спросил он.

— Ничего особенного, — сказала она. — Им просто много лет.

— И вы их сохранили?

— Это моя молодость и история моих родителей, — вздохнула старуха. — Ну, ты не отвлекайся. Вот смотрю я на тебя, хороший ты мальчик. Сколько же тебе лет?

— Скоро будет восемнадцать.

— Уже взросленький, молодец! Как величать-то тебя?

–— Игорем. — Он с тревогой взглянул на старуху, подумывая, что это имя ей о чем-то говорит, но она не проявила никакого интереса.

— Молодец, Игорь, — повторила она.

Ему было приятно слушать говор Степановны, и он немного успокоился.

— Так кого ты искал в нашем доме? — после некоторого молчания спросила старуха и снова закурила папиросу.

— Никого. Случайно зашел, а вообще хотел снять где-нибудь в этом районе комнату. Общежитие дают только с третьего курса. Вы не знаете, кто сдает?

— Ой, откуда же мне знать… Я на улицу выхожу редко, с соседями не разговариваю, поэтому ничего и не знаю.

— Вообще не разговариваете ни с кем?

— С кем тут поговоришь? Одно старье кругом, — призналась Степановна.

Игорь удивился ее откровенному разговору. Он взглянул на бабушку, даже хотел признаться ей, кем является для нее на самом деле, но решил не торопиться.

«Она и так меня приняла неплохо, — подумал он. — Может, и сама что-нибудь предложит».

Он внимательно всматривался в ее лицо, хотелось найти сходство с матерью, но мать на Степановну была совершенно не похожа. «Значит, она похожа на своего отца», — решил Игорь.

Наконец, он встал и с надеждой посмотрел на старуху.

— Мне пора, — вздохнул он. — Надо идти, дела.

На самом деле идти ему было абсолютно некуда.

Он еще раз оглядел столовую и поблагодарил старого человека. Степановна поднялась, чтобы проводить Игоря.

— Немного скрасил мое одиночество, — сказала она уже у самых дверей.

— Скучно жить в такой квартире одной, — ответил Игорь. — Пустили бы кого-нибудь к себе.

— Что ты! — всплеснула руками старуха. — Найти порядочного человека в этом городе трудно, почти невозможно. Приезжает ко мне тут одна родственница иногда, этого мне достаточно, а чтобы чужой…

— Тоже верно. Ну, я пошел. Спасибо вам за чай и гостеприимство.

— Я благодарная бабка, — ответила Степановна. — Ты мне помог, я тебя угостила. Все по-человечески. Ну, иди, сынок.

Игорь услышал, как за спиной захлопнулась тяжелая толстая дверь, и сердце у него замерло. Он прижался к стене на лестничной площадке и закрыл глаза.

«Какой же я дурак! — подумал он. — Как теперь мне прийти к ней и признаться, что я ее внук? Теперь она уж точно не поверит. Надо же было мне встретить этого старика, он мне все планы спутал! Что делать? Да ничего, кажется, все получается, как надо. Иду в институт, забираю документы и возвращаюсь домой. За что боролся, на то и напоролся».

Он открыл глаза, убрал волосы с лица и стал спускаться вниз.

Во дворе он вздрогнул, когда его окликнула из окна старуха.

— Игорек, ты прости меня, старую, у меня совсем все из головы вылетело. Ты говорил, что ищешь комнату?

Игорь оглянулся, стал искать глазами окна Степановны. Она высунулась из открытого окна и довольно улыбалась.

— Может, найду, — сказал он, задирая голову. — Мой институт находится здесь недалеко. Мне хотя бы на годик.

— Ты хороший мальчик, и я, наверное, решусь взять тебя к себе.

От такого заявления он растерялся и почувствовал, как ноги его задрожали.

— Если вас мое присутствие не затруднит, я согласен. Что мне надо будет сказать матери, сколько это будет стоить?

— Пока ничего не говори, договоримся. Когда придешь?

— Завтра, после занятий.

— Ну и молодец!

Степановна закрыла окно и скрылась за шторой.

Радостный Игорь вылетел со двора и, оглядываясь по сторонам, направился в сторону института.

6

В аудитории было много студентов-первокурсников. Игорь занял место за длинным столом, за которым разместилось еще несколько человек. Он вглядывался в каждого студента, пытаясь определить своих будущих сокурсников.

— Привет, студент! — услышал он голос справа.

Игорь повернул голову и увидел радостную Лену.

— А, это ты! Ну, привет, студентка, — смущенно ответил он.

— Помнится, ты говорил, что заберешь документы…

— Вот посижу немного, посмотрю на вас и пойду. Я не выдержу шесть лет сидеть на одном месте. Для меня это будет невыносимое испытание.

— Тоже правильно, — согласилась Лена. — Тут многие так и делают, особенно после первого семестра.

— Я и до конца семестра не дотяну. Если ты сюда два года стремилась, то ты выдержишь. А я… Я случайно оказался на этой улице, у этого института… Жалею об одном: не успел прочитать его название и сдал документы. Теперь каюсь.

Лена громко рассмеялась.

— Чудак какой-то… Я таких еще не встречала. Другие, наоборот, стремятся, а этот случайно… Везет же людям!

— Мне не везет никогда, — вздохнул Игорь, но тут же вспомнил вчерашний разговор со старухой, которая его пригласила и обещала комнату. — Может, только иногда везет, но не в учебе. Представляешь, бессонные ночи перед экзаменами, переживания, зачеты… Зачем это нормальному человеку надо?

— Ты хочешь сказать, что все здесь идиоты? И я тоже?

— Ты — нет. — Игорь внимательно посмотрел на соседку. — А вот остальные проявятся в процессе обучения.

— Философ ты, — сделала заключение Лена. — Тебе действительно надо идти и пахать.

— Вот и я о том же. Ты не можешь мне подсказать, куда лучше?

— Иди в каменоломни. Там хорошо платят.

— Серьезно, что ли? А где это?

— Откуда я знаю, захочешь — найдешь. Будешь булыжники таскать на своей спине, туннели долбить в горах. Романтика!

— Ха! В таких местах только заключенные работают.

— Так они денег не получают, а ты будешь. Правда, завалить может, но ты парень грамотный, выберешься, где твоя не пропадала.

Игорь начинал понимать, что его ненужный разговор заходит далеко и совсем не в ту сторону, поэтому огляделся по сторонам, посмотрел на Лену и улыбнулся:

— Я боюсь только одного: что из меня получится очень плохой врач, — признался он.

— Об этом пока рано думать. Для этого ты и пришел сюда учиться. Если что, есть еще и товарищи, которые помогут разобраться.

— Товарищи?

— Конечно, я, например.

Молодой человек еще раз взглянул в милое личико девушки и улыбнулся.

— Пожалуй, я тогда останусь, — согласился он.

После занятий они вышли вместе из института.

— Действительно, я странный человек, — признался Игорь. — Все у меня получается, но как-то по-особенному. Вот сейчас надо идти к одной старушке, которая обещала сдать комнату. Я не представляю, о чем с ней сейчас говорить. Если не получится что-то, значит, ночевать мне в переходе.

— У тебя все получится, — заверила Лена. — Ты особенный. В институты поступаешь случайно… Получится. А мне родители сняли на первое время комнату у каких-то людей, которые, как, оказалось, выпивают и даже дерутся. Не знаю, что делать. Плохо, что еще стипендии нет.

Игорь улыбнулся.

— Стипендию еще надо заработать.

— Ты ее точно заработаешь, — подбодрила Лена Игоря. — Давай, двигай к своей бабульке, она, наверное, тебя заждалась.

Игорь медленно двинулся в сторону родственницы, обдумывая все до мелочей.

У дома он остановился, хотел выкурить последнюю сигарету, Но почему-то сжал ее в кулаке, сломал и выбросил. Игорь тревожно посмотрел на зашторенные бабушкины окна и шагнул в подъезд. Он поднимался медленно: его сердце так стучало, что, казалось, оно просто гремит.

Вот она, ее толстая старинная дверь. Он снова остановился, с площадки глянул вниз, но внезапно щелкнул замок у соседей, и он быстро подошел к бабушкиной двери и нажал на звонок.

Из дверей напротив вышел вчерашний старик. Заметив молодого человека, он улыбнулся и сказал:

— Хоть соседка и странная, но тебе комнату все же сдала. Видишь, как все удачно получается.

Игорь пожал плечами и тревожно взглянул на двери, которые никто не открывал.

— А где Степановна? — спросил он.

— Вера Степановна должна быть дома. Она редко выходит на улицу днем, больше по вечерам.

— По вечерам? — удивился Игорь.

— Представляешь, да. Она всегда, в любую погоду выходит и идет гулять, — стал объяснять старик. — Поэтому ее многие из соседей не понимают.

— А что тут такого, правильно делает. Перед сном всегда надо дышать свежим воздухом, — одобрил Игорь. — А сейчас она где?

— Как придет, спросишь. Кто ее знает, — ответил старик и ушел к себе.

Игорь не стал больше звонить. Настроение у него сразу испортилось. И так было понятно, что хозяйки нет дома. Он еще немного постоял на площадке и пошел вниз, на улицу.

Во дворе было тихо. Здесь не было слышно того шума, что издавали потоки машин, мчавшихся по проходящей рядом дороге: тихий и уютный дворик, который к вечеру наполнялся немногочисленной малышней на детской площадке и стариками, выходившими на улицу посидеть.

Игорь с сожалением взглянул на окна квартиры Веры Степановны и направился под арку, которая выводила из двора.

«Вот и все, — мелькнула страшная мысль в голове. — Исчезла старушка, а следом и все мои надежды. Этому городу приезжие не нужны».

Игорь шел медленно, опустив голову. Прохожие толкали его со всех сторон, спешили по своим делам, но он уже не обращал ни на кого внимания.

— Что голову повесил, двойку получил? — вдруг услышал он знакомый голос.

Игорь поднял голову и увидел Степановну. Она остановилась и, взяв его за руку, отвела в сторону.

— В институтах оценок не ставят, — улыбнулся Игорь. Он окинул ее своим растерянным взглядом, заметив, что старуха одета тоже по-особенному, по старинке, но со вкусом. На ней была кофточка с рюшками, в которых ходили давно, длинная юбка и старинная сумочка в руке. Все это выглядело очень изящно. — Я проходил мимо и не ожидал вас увидеть.

— С занятий? — спросила она и поправила на шее большую старинную брошь.

— Сегодня был первый день занятий, — вздохнул Игорь. — Голова кругом идет.

— Тебе отдыхать надо, — сказала она.

Игорь молча покачал головой.

— Я смотрю, ты парень серьезный, поэтому пойдем ко мне. Понравится — останешься. В моей квартире комнат много, будешь помощником.

— Вы из магазина? — обрадовался Игорь.

— Я из аптеки. Что-то сердце в последнее время стало немного шалить. Идем домой.

— Вот здесь ты будешь жить, — сказала Вера Степановна, открывая дверь в одну из комнат. — Условие у меня одно… Да, меня можешь называть Верой Степановной.

— Я на любые условия согласен, — прервал старуху Игорь. Он оглядел небольшую комнату с кроватью и картинами, которыми были увешаны стены. — Здесь все останется так, как есть.

— Да я не об этом. В тебе я не сомневаюсь, ты мне сразу понравился, умный, рассудительный мальчик. Мне просто нужен в доме покой — это самое главное. Я человек старый, поэтому не хочу, чтобы у меня были из-за тебя переживания.

— Переживания? — удивился Игорь. — Вы за меня не переживайте. Я буду жить тихо, как мышь.

— Этого тоже не надо. Живи нормально.

— Во сколько будет обходиться мне ваша комната? — спросил Игорь и подошел к стене с картинами. — Оригиналы?

— Здесь все настоящее, — сказала Вера Степановна. — Кровать — и та из дерева. Такую мебель сейчас не делают. Все, что ты увидишь в этой квартире, стоит больших денег. Я не боюсь тебе это говорить, потому что вижу в тебе порядочного молодого человека. Будь умницей, время скажет свое слово.

Игорь оторвал глаза от картин и обратился к старухе, которая закурила папиросу и присела на стул:

— Сколько будут стоить ваши услуги?

— Молодой человек, я никогда и никому свои услуги не предлагала. Это низко и не в моих правилах. Наш род, который ведется с давних времен, всегда был гордым и справедливым. Мы никогда не унижались ни перед кем. Мои предки были в свое время очень богаты, и мой муж был при великих делах. Теперь я осталась одна и берегу традиции своего рода.

Игорь внимательно слушал старуху, которая готова была посвятить его во все подробности своего существования.

— И все же, Вера Степановна…

— Это тебе сосед сказал мое имя? — спросила она. — Я тебе его не говорила.

«Вот память у бабки, — подумал Игорь. — Если я хоть слово скажу о своей матери, ее дочери, она меня просто вышвырнет за дверь. За что же я ей так приглянулся?»

— Сосед сказал, — согласился Игорь. — Он сказал, когда я в первый раз от вас выходил.

Игорь покраснел. Ему стало стыдно, что он врет старому человеку, который откровенничает перед ним, рассказывая о себе разные подробности.

— Вещей у тебя много? — спросила старуха и поднялась со стула.

— Вот мои вещи. — Игорь показал свой рюкзак.

— И все?

— Я же студент.

— Ну и что? Молодой человек должен привлекать к себе женщин. Так не пойдет. Ты должен съездить домой и привезти свои вещи. Этот город все же что-то из себя представляет, поэтому и люди в нем должны соответствовать его облику.

— Я понимаю, — согласился Игорь. — На неделе я съезжу домой и все привезу. У меня все так быстро получилось, что я просто растерялся.

— Ничего, притрешься, — ответила старуха. — Я оставляю тебя, чтобы ты освоился, и приглашаю на обед в столовую через полчаса.

Игорь проводил взглядом хозяйку, присел на стул и закрыл глаза.

Кровать была убрана в особом стиле, и он побоялся к ней даже притронуться.

«Наверное, еще ее предки спали на ней, — подумал Игорь. — Может, какой-то граф или великий художник… — Он глубоко вздохнул. — Теперь буду на ней спать я: выходит, и из меня что-нибудь может получиться».

Он открыл глаза, подошел к большому окну и раздвинул плотные шторы. На улице было еще светло. Игорь услышал, как где-то в глубине квартиры Вера Степановна шаркала тапками. Он взглянул на покрытый вышитой скатертью стол с вазой и фотографией в рамке, подошел поближе и взял в руки старое фото, стал внимательно всматриваться в почтенного пожилого человека, пытаясь найти в себе сходство с ним.

«Наверняка какой-то мой родственник, — подумал он. — А эта ваза… Ей не меньше ста лет будет. Такие шедевры сейчас не делают даже лучшие мастера. — Он провел ладонью по белоснежной скатерти с вышитыми на ней красными розами и посмотрел снова на кровать. — Интересно, можно ей пользоваться не только ночью, а еще и днем? Может, у хозяйки свои правила? Кто их поймет, этих мещан... А если у меня появятся друзья? А они обязательно будут… Смогу ли я их пригласить? Сказал бы сразу, что родственник, может, и повернулось бы все по-другому. Тогда она меня или поперла бы сразу, учитывая старания моей матери, или, может, наоборот, приютила бы, как родственника. Вот размечтался! — спохватился Игорь. — Теперь уже отступать некуда. Надо идти в одном направлении. — Он взглянул на дверь. — И чего я жду? Когда она меня пригласит к столу? Надо позвонить матери и все ей объяснить, пусть денег вышлет, эти заканчиваются. А если она ляпнет что-то про меня? У них и так отношения натянутые, а тут еще и я со своим враньем… Нет, стоп, я же ничего не наврал, — стал успокаивать себя Игорь, сев за стол. — Так уж получилось. Думаю, если все раскроется в ближайшее время — извинюсь и уйду. И куда же я пойду? Короче, надо искать подход к старухе. Она меня приняла как родного, может, что-то почувствовала?»

Игорь выложил из кармана последние деньги и пересчитал. Сумма его совсем не радовала. Он сгреб их и, сунув в карман, поднялся и направился к хозяйке.

Выйдя из комнаты, Игорь прислушался и направился на кухню. Веры Степановны здесь не оказалось. Тогда он вышел в коридор и тихо постучал в одну из комнат — никого. По длинному коридору он прошел дальше, постучал в следующую, потом еще в одну… Никого. Он направился к самой дальней двери, удивляясь, какая это огромная квартира. Игорь остановился и приложил ухо к двери. За дверью была бабушка. Она кряхтела и тихо стучала молотком в стенку.

— Вера Степановна, вам помочь? — спросил Игорь. Он затаил дыхание и посмотрел на дверь.

— Ступай, сынок, на кухню, я сейчас приду, будем ужинать, — послышался доброжелательный бабушкин голос.

Игорь направился на кухню, и хозяйка появилась тут же.

— У вас такая огромная квартира, — восхищался Игорь. — Я еле вас нашел.

— В ту комнату, где я была, никогда не заходи, — приказным тоном сказала Вера Степановна. Она строго взглянула на молодого человека. — Это личная, очень личная комната, — подчеркнула она.

Игорь растерялся. Ему стало неудобно, что он без разрешения расхаживал по ее квартире, но он быстро нашелся и сказал:

— Я хотел сходить в магазин и купить продуктов. И хотел узнать еще одну вещь…

— Ты мне будешь помогать по хозяйству в меру своего свободного времени, а я — тебя кормить, — сказала старуха. — Если ты будешь хорошим мальчиком, то мы поладим.

Удивленный Игорь кивнул головой в знак согласия.

— Если что, вы на меня можете рассчитывать, — сказал он.

— Садись к столу, — уже другим тоном сказала хозяйка. — Доставай ложки, привыкай к новой обстановке. Как будет у тебя свободное от занятий время, расскажешь про себя. У меня еще одно условие: ты видел квартиру, поэтому прошу сюда никого не приглашать.

— Хорошо, — тихо ответил Игорь, а сам подумал, что с такой бабкой ему до общежития будет не дотянуть.

После сытного ужина Вера Степановна, закурив папиросу, села к окну.

— Посуду я помою сама, — сказала она. — Мне тоже двигаться надо. В моем возрасте большинство уже горизонтально живут, а я в форме. Мне еще на кладбище прогулы не ставят, поэтому будем делать все вместе. А тебе надо учиться — это самое главное.

— Вы со мной как с родным, — заметил Игорь.

Вера Степановна взглянула на молодого человека и улыбнулась.

8

На лекции в институте рядом с Игорем снова оказалась Лена.

— Ты это специально делаешь или просто совпадение? Четвертый день подряд ты оказываешься рядом со мной.

— Это просто совпадение, — улыбнулась девушка. — А ты в совпадения не веришь?

— Теперь уже верю.

— Ну, хочешь, я пересяду.

Лена поднялась, но Игорь схватил ее за руку.

— Не хочу. Мне начинают нравиться эти совпадения. Ты как, разобралась с жильем? Тоже что-то снимаешь или у родственников обосновалась?

— Нет у меня здесь родственников. С одной девушкой сняли комнату. Я тебе уже, кажется, говорила.

— Значит, я забыл.

— А ты?

— У меня примерно такая же история. Хозяйка у меня какая-то странная. Квартира у нее огромная, мне кажется, целый этаж занимает. Столько комнат!

— И чем же она странная? Радуйся, раз у нее живешь. Сколько платишь?

— Нисколько.

— Как нисколько?

— Очень просто. Не плачу вообще ничего.

— Родственница?

— Ой, ты знаешь, тут такая история получилась… Расскажу как-нибудь потом, — отмахнулся Игорь.

— После занятий?

— Ты, как и все женщины, любопытная. Хорошо, после занятий.

— Мне бы такую хозяйку найти. А девушка, что со мной живет, вообще какая-то расслабленная. У нее на уме одни мальчики.

Игорь посмотрел на Лену и улыбнулся.

— А у тебя, наверное, девочки? — догадалась Лена.

— Разве это плохо?

Лена пожала плечами.

После занятий Игорь пошел провожать Лену до дома.

Лена некоторое время молчала, потом остановилась и взглянула на Игоря.

— Ты мне хотел что-то рассказать, — сказала она.

— Потом, при случае расскажу. Сейчас сам хочу во всем разобраться. Запутался окончательно. Самое странное для меня та комната, в которую она не хочет, чтобы я заходил. Старуха там проводит много времени, закрываясь на ключ.

— Мистика какая-то. Тебе не страшно? Может, там какое-нибудь колдовство?

Игорь улыбнулся.

— Нет там никакого колдовства. Мне мать когда-то говорила, что у нее в давние времена было огромное состояние благодаря покойному мужу. Скорее всего, она там хранит ценные вещи или какие-нибудь архивы.

— Ты же говорил, что вся ее квартира обставлена старинными дорогими вещами.

— Говорил, но меня они совершенно не интересуют. Они интересовали только мою мать. Ее корыстные цели всегда были мне противны.

— И все же интересно увидеть твою хозяйку, — сказала Лена.

— Бабка как бабка. За девяносто лет, но такого не скажешь. Курит всю жизнь одни папиросы и пепел стряхивает в огромную хрустальную пепельницу. В доме все под старину. Есть картины, не знаю, каких художников, но очень красивые. Говорит, что еще ее предки собирали. Ты знаешь, я чувствую там себя каким-то приниженным.

— Ты зря так говоришь. Она же тебя ни в чем не упрекнула, а, наоборот, создает все условия.

— В ее доме я заниматься не могу. На меня давит со всех сторон эта старина. Мне проще в библиотеке или даже на улице посидеть.

— Давай будем вместе заниматься в библиотеке, — вдруг предложила Лена.

Игорь удивленно посмотрел на девушку.

— Ты что, серьезно? Я же с тобой ничего не выучу, — признался он.

— Почему?

— Буду смотреть только на тебя.

— А ты смотри в книгу.

— Наверное, не смогу.

— Почему?

— Потому что ты мне нравишься.

Игорь тут же покраснел и отвел глаза в сторону.

— А ты мне нет, — отрезала Лена.

— Это не важно, — не растерялся Игорь. — А что ты вообще ко мне привязалась? В институте кроме меня еще пара сотен ребят бродит.

— Не бродит, а учится, — поправила Лена.

— Какая разница. У меня друг в группе один есть, хочешь, познакомлю?

— Нет, не хочу.

— Значит, и я тебе нравлюсь, — решительно сказал он.

— Ты такой самоуверенный.

— Я же вижу.

— Значит, глазастый.

Игорь пожал плечами.

— Вот и пришли, — сказала Лена. — Вон в том доме я живу.

— Это уже радует. Ну, я пошел.

— Иди.

Игорь развернулся и, махнув Лене рукой, перешел на другую сторону дороги.

Он уселся на лавочку недалеко от своего дома, открыл учебник и стал листать. Из головы не выходил разговор с Леной.

«Дура какая-то, — подумал он. — Из дремучей деревни, наверное, где кроме быков и коров ничего и нет. Напринимают в институт кого попало, потом лепят из них специалистов-врачей, страшно в поликлиники идти. Представляю ее в роли врача какой-нибудь сельской больницы. Не дай бог попасть к ней на прием: она не вылечит, а искалечит. Может, ей посоветовать в сельскохозяйственный институт перевестись? Пусть быков кастрирует — это для нее. Хотя на личико она ничего. Видно, при свете строгали. Стружки, наверное, было больше, чем сама весит. Привязалась тоже мне, кукла из села. Ужас! Два года поступала и поступила… Видно, всех преподов достала, решили принять, чтобы на третий год не появлялась. А я, дурачок, перед ней стелюсь, признаюсь… Все, больше этого не будет, правда, Игорь?»

Он встал и направился в сторону дома.

На следующий день Игорь специально высматривал Лену, чтобы сесть на лекции в другое место, подальше от нее.

Лена вошла в аудиторию, окинула всех взглядом и направилась на свободное место, села и разложила конспекты. Игорь облегченно вздохнул, но продолжал поглядывать в ее сторону. Она не обращала на него никакого внимания.

Игорь вдруг почувствовал, что ему не хватает Лениного присутствия. После перемены он сам подсел к ней.

— А, это ты? — удивленно посмотрела она. — Только что пришел?

— Да, — соврал Игорь. — С хозяйкой ее приданое перебирал. В золоте все руки испачкал.

Лена посмотрела на молодого человека и улыбнулась.

— Сейчас таких буржуев уже и нет, — сказала она.

— Как же нет? Моя хозяйка, например.

— Болтун ты, Игорь, — сделала заключение девушка. — Видела я тебя, где ты сидел, так что не надо… А то он в золоте руки испачкал…

Игорь покраснел и виновато потупился.

— Сегодня проводить тебя? — спросил он.

— Тебе же некогда этим заниматься, — ответила она. — У тебя старуха с наследством.

— Я все дела отложу и пойду тебя провожать, можно?

— Не стоит. Делай лучше свои дела.

— Ты на меня обиделась?

— Почему, нет. У меня тоже сегодня много дел после занятий. Я с подружкой собралась на фитнес.

— А я?

— А ты хозяйское наследство перебирай, — улыбнулась Лена.

— Хочешь, я отложу все свои дела?

— Игорь, сегодня я правда не могу. Мы на фитнес записались, чтобы форму поддерживать. Тебе же нравятся красивые девчонки.

— Кому ж они не нравятся, — согласился Игорь.

— Вот я и хочу быть такой.

— Так ты для меня это делаешь? — удивился он.

— Ну, может и не для тебя… Как получится.

— В таком случае идите на свой фитнес. Когда встретимся?

— Давай завтра в институте.

9

Домой Игорь пришел расстроенный, и Вера Степановна сразу это заметила.

— Говорила я тебе, больше заниматься надо, — твердила она, чувствуя его настроение. — Институт — это тебе не какой-нибудь ликбез. Я помню, в свое время старалась хорошо учиться. Сейчас молодежь пошла легкомысленная, ей все равно, что будет дальше, а мы стремились к вершинам познания.

Игорь молча слушал бабушку, а сам думал совсем о другом.

— На выходные хочу поехать домой, — вздохнул он.

— К родителям захотел, пожаловаться?

— Да нет, просто проведать надо. Уже четыре месяца прошло, мать беспокоится.

— С матерью приезжай, хоть познакомишь. Я про тебя многое ей расскажу.

— Я в чем-то провинился? — удивился Игорь.

— Нет, просто расскажу, какой ты хороший парень. Разве не так? А все-таки почему настроение такое? Учеба?

— Хуже, Вера Степановна, — ответил Игорь. — Девушка.

— Ты не расстраивайся. С ними надо быть осторожным. Вот помню я себя, как кружила голову молодым людям. Где только с ними ни была, что только ни делала, а вышла замуж совсем за другого.

— По любви?

— Любовь иногда приходит после. Сама не знаю, почему, но потянуло меня к нему. Я даже не знала, чем он занимается. Оказалось, писатель. Без копейки денег, без угла, жил где-то в номерах. Сколько я с ним перетерпела… Но не бросила. Потом оказалось, что люблю. Так и прожили мы вдвоем большую часть своей жизни. Дочь нажили, сына. Сын, правда, в десять лет заболел и умер, а дочь осталась.

Игорь вздрогнул, слушая ее признания. Ему показалось, что вот-вот она заговорит о нем самом. Он попытался сменить тему разговора, но Вера Степановна так разошлась, что остановить ее было невозможно. Игорь наблюдал за каждым ее движением. Она рассказывала так, будто хотела излить свою душу близкому человеку.

Игорь боялся услышать о своей матери что-то плохое, но бабушка ни слова о ней не сказала. Она только негодовала, что ее дочь стала такая непутевая.

— Я с ней не хочу видеться вообще. Она испортила всю мою жизнь своими выходками в молодости, — продолжала Вера Степановна. — Потом позарилась на мое добро после смерти мужа. Она меня просто похоронила и не видела ничего перед собой кроме нажитого нами за долгие годы и того, что досталось мне в наследство.

Игорь не находил себе места. Он покраснел, не понимая, как мог вызвать ее на такой откровенный разговор, не подавая никакого повода.

— Вот приедешь, я покажу тебе свой семейный альбом. В нем есть все, от моих прадедов до внука, которого я видела, когда ему было три года. Больше я его никогда не видела. Мать, то есть моя дочка, стала прятать его от меня в отместку за то, что я ей во всем отказала.

— Может, вы друг друга не так поняли? — спросил Игорь.

— Я все поняла правильно, — ответила Вера Степановна. — Я ей тогда многое высказала. Она делала несколько раз попытки завладеть моим добром и даже квартирой. Ты сам видишь, какая она большая. Чтобы ее содержать, у меня достаточно средств, но хозяйничать уже не хватает сил. Я уже старая.

— Вы выглядите очень даже неплохо для своего возраста, — преподнес комплимент Игорь.

Старуха закурила и подсела к Игорю.

— По мелочам никогда не расстраивайся, — предупредила она. — В жизни столько всего случается, и если ты будешь обращать на все внимание и так реагировать, то никогда не доживешь до моих лет.

— Мужики и так меньше женщин живут, — заметил Игорь.

— Правильно! Потому что они слишком близко к сердцу все принимают. Если тебя девчонка любит, значит, сама пойдет на контакт. Если только голову морочит — гони подальше или преврати все в шутку и поиздевайся над ней в свое удовольствие. Сама отсохнет.

Игорь от услышанных слов вскинул брови.

— Я не знаю… — тихо произнес он.

— Что ты как баба?! А кто должен все знать? Откровенного человека сразу видно. Я любого разоблачу, мне только на него разочек взглянуть.

— Ну, у вас большой жизненный опыт, — возразил Игорь. — Я пока так не смогу.

— Приведи в гости, я посмотрю, — решительно сказала она. — Я не позволю, чтобы какая-то девка морочила моему мальчику голову.

Игорь искоса взглянул на старуху. Его поразили ее слова.

— Да-да, можешь пригласить, я буду не против. Ты уже взрослый, и я вспоминаю себя в этом возрасте. Какая я была заводная… Скольким молодым людям заморочила голову — пальцев не хватит. А ты, я вижу, скромный какой-то.

— Времена другие, Вера Степановна.

— Это не времена другие, а люди пошли с комплексами. Таким быть нельзя. Бери от жизни все, и тогда в старости ни о чем жалеть не будешь.

— Вы ни о чем не жалеете?

— Жалею только о двух вещах. Первая — быстро жизнь проходит. Не успела, кажется, и моргнуть, как года дали о себе знать.

— А вторая?

— Вторая — это мало парням голову кружила. Какие кавалеры около меня крутились! А я строила из себя невинную принцессу. К чему было так себя вести… Вот только сейчас начинаю понимать. Ну, иди, отдыхай, — наконец успокоилась бабушка. — А то и тебе голову уже заморочила. Ты когда собираешься уехать?

— На выходные.

— Вот и хорошо, только возвращайся. — Вера Степановна похлопала Игоря по плечу. — Я тебя буду ждать.

Игорь улыбнулся и направился в свою комнату.

Он набрал телефон Лены и сообщил о своем решении ехать на выходные домой.

— Один поедешь? — спросила девушка.

— Нет, с другом.

— А вернешься когда?

— Мы только на два дня, туда и обратно.

— Завидую я тебе, а до моего дома надо лететь на самолете несколько часов. Приедешь — позвонишь?

— Нет.

— Почему?

Игорь почувствовал, что голос у Лены сразу изменился.

— Некому мне звонить.

— А мне?

— Я же сказал, что с другом поеду, — повторил Игорь, вводя девушку в заблуждение.

— Что-то я ничего не пойму. — Ее голос немного задрожал от волнения.

— У меня друг один, и ты это знаешь.

— Игорь, ну скажи мне правду, — умоляла Лена.

— Значит, слушай меня внимательно. Я еду с другом — это раз. Друг у меня один — ты, это два… — Игорь не успел договорить, как в трубке прозвучало громкое и радостное «ура!».

— Игорешка! — кричала Лена в трубку. — Я тебя убью.

— А я думал, люблю, — произнес довольный Игорь.

— И убью, и люблю, — радовалась Лена на том конце провода. — Давай встретимся. Я никогда не ездила, тем более в гости в другой город.

— Кстати, моя хозяйка хотела с тобой повидаться.

— С чего это? Ты ей про меня что-то уже наговорил?

— Она сама вычислила по моему настроению, что у меня какие-то нелады.

— Ты о наших отношениях? Глупенький, у нас же все хорошо.

— Придешь? Я тебя встречу.

— Встречай! — обрадовалась Лена.

10

Игорь направился к Вере Степановне.

Старуха сидела на кухне, курила и читала газету.

— Что пишет пресса? — спросил Игорь и подсел рядом.

— Что они могут писать, сплошное вранье. Пишут, что уровень жизни поднялся. На самом-то деле все не так…

— Это точно, — поддержал Игорь, замечая, что у хозяйки хорошее настроение. — Вера Степановна…

— Пусть приходит, — ответила старуха, будто знала, о чем хочет ее спросить Игорь. — Я же чувствую, с каким вопросом ты ко мне подсел.

— Я хотел…

— Пусть приходит, — повторила она. — Я сразу определю, с кем ты связался.

— Я не об этом, — возразил Игорь.

— В таком случае можешь идти и делать свои уроки. Ужин готовится, позову.

— Она ненадолго. Я хотел, чтобы Лена посмотрела, как я устроился.

— Ее Лена звать?

— Мы вместе учимся.

— Иди встречай, у меня ужин поспеет к твоему возвращению.

Игорь поймал лукавый взгляд Веры Степановны и встал.

— Я хотел матери позвонить. Она беспокоится, как я устроился.

— Так позвони, что тебе мешает?

— А в выходные хочу смотаться домой.

— Смотайся. — Старуха отвечала коротко на все его вопросы.

Он ушел в свою комнату и опустился в кресло, крутя в руках телефон.

Сейчас Игорь размышлял, как он все расскажет матери, когда приедет домой. Если он скажет, что живет у родной бабки, то она непременно сунет нос и все испортит.

«Значит, надо опять врать, — подумал он и скривился. — Как же мне поступить? Матери пока говорить ничего не стоит, — решил он. — Надо будет самому как-нибудь разобраться и представиться Вере Степановне. Это будет сложно. Вообще-то Степановна и так принимает меня как родного… Может, о чем-то догадывается? Она же определила по моему настроению, что я хочу пригласить Лену. А может, подслушала? Да нет, не может быть. В ее возрасте и с таким положением это было бы просто низко. А впрочем, какая теперь разница… Через полчаса здесь будет Лена, и все встанет на свои места».

Игорь удивлялся своим размышлениям. Как так получилось, что почти совсем незнакомая девчонка так быстро влезла в его жизнь?

Лена ему нравилась. Такая изящная, симпатичная, а еще — решительная. Он попытался вспомнить, как все начиналось, но мысли спутались, когда он услышал шаги в коридоре. Игорь взглянул на часы, схватил куртку и поспешил на улицу.

— Матери звонил? — остановила его в коридоре Вера Степановна.

— Вечером позвоню, — ответил Игорь. — Может, она еще на работе.

— А кем она у тебя работает?

Игорь растерялся.

— В проектном институте. — Тут уже он сказал правду.

— Ученая, что ли?

— Нет, инженер.

— Ну, давай, спеши, а то не встретишь свою подружку, — подтолкнула его к двери хозяйка.

У Игоря даже на сердце стало легче от того, что на этот раз он сказал правду. Он улыбнулся и выскочил на площадку.

Лену он встретил на их месте, где обычно они проводили свободное время. Она увидела Игоря и заулыбалась.

— Ты все рассказал про меня своей хозяйке? — спросила она.

— Про тебя сразу все не расскажешь, — заулыбался Игорь. — Но она больше сама догадалась.

— Неужели это так? Смотри, какая она у тебя всевидящая.

— Ей за девяносто лет, но она еще любому фору даст. Таких старух я и сам не встречал никогда, поэтому захотел, чтобы и ты убедилась в этом.

Лена с усмешкой покачала головой.

— Болтунишка ты, — сказала она и взяла Игоря под руку. — Веди в свои хоромы.

— Ты только не пугайся того, что там увидишь, — предупредил Игорь.

— Там очень страшно?

— Там очень красиво. Все под старину. Я уже немного начинаю привыкать к такой обстановке.

Он обнял девушку за талию, и они зашагали в сторону дома.

Вера Степановна открыла дверь, пропустила молодых людей в коридор и стала внимательно всматриваться в девушку своего квартиранта.

— Я примерно ее такой и представляла, — сказала старуха. — Проходите. Игорь еще уроки не делал и не ужинал. Ты ему компанию составишь?

Игорь взглянул на хозяйку, и на его лице показался румянец.

— С уроками у меня все в порядке, — возразил он, помогая Лене снять куртку. — Вера Степановна, в институтах не бывает уроков, там занятия, — поправил он.

— Какая разница, уроки или занятия, ты со мной не спорь. Провожай свою подружку сразу на кухню.

Лена осмотрелась. Квартирная обстановка начала удивлять ее еще в коридоре.

Игорь взял ее за руку и повел на кухню. Здесь Лена еще больше удивилась, когда увидела на столе бутылку вина и фрукты.

— Это еще откуда? — спросил Игорь.

— В наши времена принимали гостей красиво. А ты студент, что с тебя взять. Вот я и решила вспомнить молодые годы.

Игорь усадил Лену на красивый резной стул и сам сел рядом.

— Так и будешь сидеть? — спросила хозяйка. — Вы уж извините меня, но компанию я вам не составлю. Мне надо еще кое-что сделать, поэтому, Игорь, распоряжайся сам. Где и что взять, ты прекрасно знаешь.

Старуха вышла из кухни и направилась в дальнюю комнату, куда было запрещено заходить Игорю. Он услышал, как хлопнула дверь и повернулся ключ в замке.

— Странная старушка, — прошептала Лена.

— А ты как хотела? Она за мной как за ребенком ухаживает.

— Она твоя родственница?

Игорь огляделся по сторонам.

— Такие вещи сейчас здесь говорить нельзя. — Игорь разлил в хрустальные бокалы вино. — Я не понимаю, как все так быстро у нас получилось… — тихо сказал он.

— А что получилось?

— Все. Недавно мы были совсем незнакомы, а сейчас… Это благодаря тебе.

— Что-то не так? — удивилась Лена.

Игорь улыбнулся.

— Наверное, все так и должно было случиться, — согласился он. — Я помню, как ты сама ко мне подошла еще там, в приемной комиссии. Что тебя подтолкнуло?

— Абсолютно ничего. Я еще в школе любила общаться с красивыми и умными молодыми людьми. У меня были и остались очень хорошие друзья, они разлетелись в разные стороны, но я с ними связь не теряю. Тогда были самые хорошие годы в моей жизни. Теперь институт…

— И новые друзья?

— Теперь мы все стали уже взрослыми, и я лично смотрю на жизнь по-другому.

— Я тоже, — добавил Игорь.

— Когда сдали экзамены и я увидела себя в списках зачисленных на первый курс, меня будто подменили, — продолжала Лена и отпила немного вина. — Я была настолько рада случившемуся, что не знала, куда себя деть. А тут смотрю — симпатичный и обеспокоенный молодой человек, вот и подошла. Помнишь, как ты раскаивался, что тебя тоже приняли в институт?

— Куда угодно, но не в медицинский. Я крови боюсь. Мертвецов боюсь. Я не умею разговаривать с больными. Они все такие нервные и капризные.

— Тогда не надо было сдавать документы в этот институт.

— Я специально, чтобы не поступить. У меня были совсем другие планы.

— Ну а сейчас планы изменились?

Игорь посмотрел на девушку и обнял ее.

— Кажется, да.

— Интересная у тебя хозяйка. Ты говоришь, что ей за девяносто?

— Ей девяносто три.

Лена сделала удивленное лицо.

— Да-да, — зашептал на ухо Лены Игорь. — Эта старушка еще нас всех переживет. Она себе не отказывает в хорошем вине за обедом. Аристократическая кровь. У нее муж был очень богатым человеком. Ты еще не была в моей комнате. Живу, как в Эрмитаже, среди картин и старинной мебели. Представляешь, сплю на кровати, а не на диване. Кровати лет двести, и она ни разу не скрипнула — чистое дерево.

— Прямо-таки и не скрипнула? — улыбнулась Лена.

— Ну, поскрипывает иногда, — признался Игорь. — Поскрипывает, когда мне совсем невмоготу.

— И правильно делает, что поскрипывает, — снова улыбнулась Лена. — Любой человек должен как-то удовлетворять свои потребности. — Она посмотрела в глаза Игоря и коснулась своим пальчиком кончика его носа. — Молодец!

— Ужинать будешь? — спросил Игорь.

— Нет, я не хочу.

— Хозяйка обидится.

— Ну, если только ради хозяйки. Давай понемногу.

Они поужинали, и Игорь проводил Лену в свою комнату. Девушка была в восторге от увиденного.

— Я никогда в жизни еще не видела такой красоты, — призналась Лена, осматривая картины на стенах, великолепную старинную посуду в серванте и статуэтки. — Такую мебель не выпускают уже лет сто, не меньше, — шептала Лена.

— Да и старушка не из молодых. Это все переходит у них по наследству, — пояснил Игорь.

— Все же молодцы люди, что сохраняют традиции своего рода. Таких в наши времена нет.

Игорь усадил Лену в старинное богатое кресло и присел рядом на подлокотник.

— Тебе нравится? — спросил он.

— Очень. А это та самая кровать, которая иногда скрипит?

Игорь склонился над девушкой и впервые поцеловал ее в щеку.

— Она самая. Ты извини, я матери забыл позвонить, — спохватился Игорь.

Он набрал номер телефона.

— Мама, это я. Как у вас там? У меня хорошо. Хозяйка нормальная. В институте? Нормально. Хотел приехать на выходные. Нет, нет, я ее не видел. Время будет — обязательно найду бабушку и схожу к ней в гости. Пусть лучше будет так, как получилось. Мне кажется, ты зря так говоришь о ней. Обязательно схожу. Можно я с другом приеду? Только, мам, мы всего на два дня. Скоро сессия начинается, придется много готовиться. Ну, пока.

Игорь отложил телефон.

— На выходные уедем? — спросила Лена.

— Да. Надо немного развеяться.

— А кого ты должен был увидеть? — приставала Лена.

— Бабушку свою. Она в этом городе живет.

— Так что же ты не пошел к ней сразу жить? Старики своих внуков всегда любят.

— Я тебе обещал, потом все рассказать, — снова зашептал Игорь. — Не здесь.

— Это большой секрет?

— Не секрет, но не здесь. Пойду тебя провожать и все расскажу.

— Мы вместе поедем к твоей матери? — не отставала Лена.

— Сегодня у нас что за день?

— Четверг.

— Значит, послезавтра надо будет сорваться с занятий и уехать.

— Может, один поедешь? Мне неудобно как-то…

— Все удобно, — ответил Игорь и прижал Лену к себе. — Пусть посмотрит на меня, каким я стал за это время, и на тебя заодно.

— А ты у меня спросил?

— Куда ты денешься? — улыбнулся Игорь.

Лена сделала возмущенное лицо, но в глубине души радости ее не было предела. Она обняла молодого человека и коснулась губами его губ.

— Они у тебя такие сладкие, — прошептала она.

— Твои тоже, — прошептал Игорь.

11

За дверью послышались шаги, и Игорь настороженно взглянул на Лену.

— Опять что-то придумала, — прошептал он.

— Хорошая у тебя хозяйка, — заметила Лена. — Что ты так против нее настроен?

— Ничего я не настроен. Я знаю, что бабка отличная, просто всегда напоминает о себе в самый неудачный момент.

— Зря ты так говоришь. Какой неудачный момент, в самый раз.

В дверь тихо постучала Вера Степановна.

— Не помешала? — послышался ее голос.

Игорь глянул на Лену, соскочил с кресла и открыл дверь.

— Скучаете, молодые люди? — спросила она, прищуривая глаза.

— Не совсем. — Игорь распахнул дверь. — Проходите, составите нам компанию.

Вера Степановна вошла в комнату, огляделась и устремила свой взгляд на девушку.

— Давно хотела, чтобы Игорь познакомился с какой-нибудь красавицей, — сказала она. — Он все учит и учит свои уроки, никуда не выходит. Одинокий какой-то.

Игорь хотел возмутиться, но старуха продолжила:

— Был бы мой внук, я б его быстро научила жизни. — Она пожала плечами. — Разве поймешь сейчас нынешнюю молодежь… Я по себе знаю. В те года меня было просто не удержать.

— Сейчас намного сложнее, — ответил Игорь, чувствуя, как краснеет. — Молодежь совсем затюканная. Что поделаешь, времена…

Вера Степановна заулыбалась и покачала головой.

— Не скажи, не скажи. Люди разные бывают и в нынешние времена. Я правильно говорю? — обратилась она к девушке.

— Совершенно правильно. Игорь на занятия времени не жалеет. Он и в институте с книгами не расстается, — сказала Лена.

Игорь не выдержал и громко рассмеялся.

— Да, — сказал он. — Книги для меня самое важное в жизни. Скоро анатомию будем изучать, покойников резать — чем не жизнь?

— Бог с тобой, — перекрестилась Вера Степановна. — Этого делать нельзя. Это большой грех — измываться над усопшими.

— К сожалению, это так, — подтвердила Лена. — В медицинском это в порядке вещей.

— Ну и нашли вы себе занятие, — разволновалась хозяйка.

— А я не только покойников, я и крови боюсь, — ответил Игорь. — Наверное, буду бросать это варварское заведение.

— Я тебе брошу! — тут же возразила старуха. — Поступил — теперь расхлебывай. Но только в моем доме ни слова о своих учениях не говори. Я в бога верю.

— Это же святое дело — лечить людей, — сказала Лена, заметив, что старуха с тревогой поглядывает на Игоря.

— Дело-то святое, но такие страсти, которые вы мне здесь говорите, я не переношу.

— Договорились, не будем, — заверил бабушку Игорь.

— Ты к нам еще придешь? — неожиданно спросила Вера Степановна Лену.

— Если можно, — среагировал тут же Игорь. — Она придет, если мы вам мешать не будем.

— Смотри, какой разговорчивый стал, — заметила старуха. — Лена, тебе у меня нравится?

— Очень. Все так необычно. Я никогда не бывала в такой обстановке. Здесь всюду старина, даже атмосфера другая.

— Вот видишь, Игорек, твоя девушка это сразу заметила, а ты?

— Вера Степановна, вы забыли, какие были у меня глаза, когда я впервые у вас оказался?

— Ну, хорошо, — согласилась старуха. — Пойдемте, я вам кое-что покажу. — Она поднялась и повела молодых людей в ту самую комнату, которую всегда закрывала на ключ. — Это кабинет моего мужа. Я стараюсь его никому не показывать. Получается, что вы — исключение. Я много времени провожу одна в этом кабинете, вспоминая свои ушедшие годы. Вы не представляете, как я любила своего мужа…

Она достала из кармана своего халата длинный старинный ключ и открыла дверь.

В большой просторном кабинете посередине стоял старинный письменный стол, покрытый зеленой тканью. На столе большая настольная лампа и письменный прибор. На стенах, украшенных красивейшими и дорогими картинами, висели старинные часы. На противоположной стороне — большой книжный шкаф с книгами в золотом переплете.

Молодые люди стояли в дверях растерянные и с удивлением поглядывали на хозяйку.

— Проходите, — пригласила она. — Садитесь, я вам хочу показать несколько фотографий, которые мне очень дороги. Это моя семейная реликвия, она мне очень дорога.

— Вот это да! — вырвалось у Лены. — Какое здесь богатство!

— Именно богатство, — согласилась Вера Степановна. — Этим книгам и картинам цены нет. Они очень старые, поэтому ценные и дорогие. Мой муж был писателем и любил собирать такие вещи. Многие из них привезены из-за границы, а некоторые и наши собственные.

Она усадила молодых людей в шикарные мягкие кресла и достала альбом.

— Это наш семейный, — сказала она с волнением в голосе. — Здесь все, кто мне был близок в моей жизни, начиная от прадедов и кончая внуками.

Игорь с тревогой взглянул на старуху, потом на Лену.

Вера Степановна раскрыла толстый старый альбом и положила на стол.

— Это мои предки, — сказала она и начала медленно переворачивать листы. — Это мой муж. Я с ним много прожила счастливых лет. Он был очень знаменит в свое время. Те книги, что вы видите на полках, написал он. Его уважали и любили. Я с ним прошла все его творческие мучения, пока он не достиг вершин. Потом была слава и уважение. Это приходит с кропотливым трудом, через долгие годы. Он, бывало, даже не спал ночами — все писал свои книги. Мы были богатыми людьми в свое время… Но жизнь идет, и он меня покинул навсегда, оставив огромное наследство из своих коллекций и книг. А вот мои сестры и братья. Их уже нет в живых. Одна я задержалась на этом свете, но чувствую, что и мой конец недалек.

— Вы еще долго проживете, — сказал растроганный Игорь.

— Зачем ты так говоришь? — возразила старуха. — Мне хватит небо коптить на этом свете, скоро надо и на покой.

— Повезет же вашим наследникам, — восторгалась Лена, не скрывая своих чувств.

— Вот в том-то и дело, что нет у меня наследников, — с огорчением ответила Вера Степановна.

— А дети, а внуки?

Старуха перевернула еще несколько листов альбома.

— Сын мой, вот он на фотографии, умер в десять лет. А вот дочка…

Игорь взглянул на фотографию и вздрогнул. Он увидел свою мать.

— С дочкой у меня нелады давно, — вздохнула Вера Степановна. — Она прятала всю жизнь от меня моего единственного внука. Помню его совсем маленького, когда было ему года три или четыре. Вот он.

Вера Степановна показала фотографию, которую Игорь никогда не видел раньше. Он взглянул на Лену и покраснел.

— Я его уже почти и не помню. Дочь моя совсем испортилась, стала выбивать у меня мое наследство и хотела даже сдать в дом престарелых. Как я могу с таким человеком общаться? Я ее не так воспитывала, это она сама уже стала такой алчной.

— И давно вы не виделись с дочерью? — спросила Лена.

— Полгода как она ко мне не приезжает. Да и не надо. Я просила, чтобы внука показала, привезла с собой, но она категорически отказалась.

Лена внимательно всматривалась в фотографию внука Веры Степановны, потом перевела взгляд на Игоря.

— Бывают же люди, — согласилась девушка.

— Бывают, — вздохнула Вера Степановна. — Даже такие жестокие, как она.

— А как звали вашего внука? — не унималась Лена.

— Вот тебе это надо? — попытался остановить ее Игорь. — Это чужая жизнь.

— А вот как его, Игорьком. Он, наверное, сейчас такой же. — Старуха взглянула на молодого человека, и Игорь заметил, как заблестели у старухи глаза.

— А Игорь чем-то похож на этого младенца, — заметила Лена.

— Ничего и не похож, — возразил Игорь. — Дети — они все одинаковые.

Вера Степановна снова взглянула на Игоря.

— Я знаю, что он похож, — сказала она. — Поэтому у меня и отношение к нему другое.

Игорь заерзал в кресле и отвел глаза в сторону.

— Вам без наследников трудно. Помочь некому, никто не придет, не пожалеет… — сказала Лена.

— Ты не права, дочка, — ответила Вера Степановна. — Помогать мне не надо, я и сама управляюсь, а вот наследника на мое состояние нет, это точно. — Она аккуратно закрыла альбом и положила на полку. — Еще мой покойный муж говорил, какая жестокая у него дочь. Он так и не увидел своего внука ни разу, да и она на похороны не пришла, все не могла себе найти места от жадности. Потом стала редко появляться, но каждый раз всячески пыталась завладеть всем этим добром. И я ее просто прогнала.

Вера Степановна встала и подошла к книжным шкафам.

— Вот самое главное мое богатство, — она погладила дорогие позолоченные переплеты книг и устало улыбнулась. — Вся эта дележка в наше время, к сожалению, в порядке вещей, молодые люди. Мы нужны, пока живы. Где у людей только совесть…

12

— Можно мы еще немного побудем дома? — спросил Игорь.

— Да ради бога, сколько вам угодно, — ответила Вера Степановна, закрывая на ключ кабинет мужа.

Молодые люди вернулись в комнату и сели друг перед другом. Долгое молчание только накаляло обстановку, и Игорь решил ее разрядить.

— Ты устала? — спросил он у Лены.

Девушка улыбнулась.

— Я вижу, что устала. Нудная старуха, правда?

— С чего ты взял? Обыкновенная, нормальная.

— Почему она решила, что я похож на какого-то младенца, а ты ее поддержала? Что за бред?

— Ты только на меня не обижайся. — Лена подвинулась поближе к молодому человеку и взяла его за руку. — Это действительно так. Я смотрела на ту фотографию и представляла этого малыша в твоем возрасте. Он должен быть таким же, как ты.

Игорь выдернул свою руку и встал.

— Я не ожидал, что ты до этого додумаешься.

Лена виновато посмотрела в его глаза.

— Игорек, давай прекратим весь этот разговор, — попросила она.

— Мне этот разговор противен, — ответил Игорь.

— Хорошо, хорошо. Может, я и не права, прости меня.

Игорь сел рядом с Леной и обнял ее.

— Я идиот, — прошептал он. — Может, ты как раз и права.

— Оставим этот разговор. Уже поздно и мне надо домой. Ты меня проводишь?

— А может, останешься?

— Я не поняла? — удивилась Лена.

— А что тут понимать? Оставайся. Я так хочу.

Лена прижалась к Игорю и погладила его лицо ладонью.

— Ты, как всегда, торопишься. Мне надо домой.

— Тебя кто-то ждет?

— Никто не ждет, — призналась Лена. — Просто неудобно получится.

— Я тебя понимаю. Давай я пойду сейчас к Вере Степановне и все улажу.

— И что ты скажешь? Привел девушку и хочешь с ней провести время, так, что ли? Она тебя приняла очень хорошо, зачем ты хочешь все опошлить? Я не хочу быть распутной в твоих глазах, да и в ее тоже. Мне этого не надо.

— Но я же тебя люблю… — сказал Игорь и запнулся.

— Повтори еще раз, — попросила Лена.

— Кажется, я тебя люблю, — повторил Игорь и прижался к девушке.

— Кажется или любишь? — переспросила она.

— Наверное, люблю.

— А точнее, без лишних слов?

— Я знаю, что я кретин и меня нужно ненавидеть за все, но я тебя…

— Все, молчи, — Лена приложила свой палец к его губам. — Больше ничего не говори. — Она повернула его голову к себе и поцеловала. — Я, кажется, в тебя тоже влюбилась, — прошептала она.

— Тебе тоже кажется?

— Нет, мне не кажется, я влюбилась в тебя.

Игорь потянулся к ней губами, и они слились воедино.

— Какая ты сладкая девочка, я и не думал, что такие бывают.

— Ты можешь с кем-то сравнить?

— В том-то и дело, что нет. Мне стыдно признаться, но у меня до тебя никогда не было девушки, — сказал Игорь. — Я все время с матерью своей воевал.

— Я это уже поняла.

— Только не подумай, что я какая-то там тундра.

— Я ничего не думаю, — продолжала шептать Лена, не отпуская из своих объятий молодого человека. — Я поняла тебя еще там, в приемной комиссии. Ты помнишь тот случай?

— Наверное, это был не случай, — шептал Игорь. — Это было явление, в которое представляла ты.

— И ты.

Игорь снова улыбнулся, но тут раздался стук в дверь, и он вздрогнул. Пришлось быстро встать и открыть дверь.

— Вы еще не спите? — послышался из-за двери голос Веры Степановны.

Игорь взглянул на Лену.

— Почему мы должны спать? — удивился он.

— Игорек, можно тебя на минутку?

Игорь вышел.

Лена осталась сидеть, не отводя взгляда от дверей.

— Помоги мне убрать цветы с окна, — попросила Вера Степановна. — Твоя подружка уже отдыхает?

— Она собирается домой, я ее провожу, — ответил Игорь.

— Разве она не останется?

Молодой человек с усмешкой посмотрел на старуху.

— Ей домой надо, — решительно ответил Игорь.

— Ну и молодежь пошла. Смотри, потеряешь такую хорошую девчонку, — предупредила Вера Степановна.

— Серьезно? Что мне надо делать? — спросил Игорь, переставляя горшки с цветами.

— У современной молодежи совсем мозгов нет! — всплеснула руками Вера Степановна. — Иди сейчас к своей любимой. Я видела, как она на тебя, оболтуса, смотрела. Любит она тебя.

— Ей можно остаться?

— Тебе все можно. Я хочу, чтобы у тебя было все хорошо. Поедешь домой — передавай привет матери. Хорошего она сына вырастила.

Игорь растерянно смотрел на Веру Степановну и не знал, что сказать в ответ.

— Мы вам мешать не будем, — наконец сказал он. — Мы тихо посидим.

— Вот дурак! С такими девушками не сидеть надо.

— Она вам понравилась?

— Если бы не понравилась, сразу бы выпроводила. В моем доме лишних людей не бывает.

Игорь на радостях обнял старуху и поцеловал в щеку.

— Если это так, то я постараюсь не подвести.

— Иди, Ромео, — махнула она рукой и подтолкнула его к выходу.

Игорь вошел в свою комнату, прикрыл тихо за собой дверь и замер.

— Что с тобой? — спросила Лена.

— Ничего. Я в себя прийти не могу. У меня хозяйка просто сумасшедшая.

— Ты такой же, — ответила Лена. — Вы случайно не родственники?

Игорь закусил губу и отрицательно помотал головой.

— Теперь я представляю, что она за человек, — сказал он. — Завидую таким.

— Никогда и никому не завидуй, — возразила Лена.

— Я не в том смысле.

— Каждый человек на этой земле как отдельная вселенная.

— Это ты вселенная, а я маленькая звездочка, которая мерцает и гаснет. — Игорь подошел к окну. — Видишь вон ту звезду? — показал он. — Это я и есть.

Лена стояла рядом и всматривалась в небо.

— Ты не звезда, — сказала она. — Ты — Игорь, который для меня многое стал значить.

Игорь склонил голову над Леной, прижал к себе ее плечи и почувствовал, как бьется ее сердце.

— Останешься? — тихо спросил он. — Я все уладил.

— А ты меня спросил?

— Вот и спрашиваю. Останешься?

Лена посмотрела в горящие глаза молодого человека и прижалась к его груди.

— Ты хочешь?

— Хочу.

— Я тоже.

13

Игорь открыл глаза. Рядом, прижавшись к нему, спала Лена. Он медленно убрал с ее милого личика прядь волос и улыбнулся.

«Бывает же такое, — подумал он. — Кажется, все недавно началось, а уже постель… Что она скажет мне, когда проснется? Может, я что-то сделал не так, был слишком настойчив в своих желаниях? А она? Она же сама этого захотела… Что она во мне только нашла…»

Он прижал девушку к себе, чмокнул ее в лоб, и Лена открыла глаза.

— Мне, кажется, мы проспали занятия, — прошептала она и протянула к нему руки. — Сколько сейчас времени?

— Не знаю, — тихо ответил Игорь. — Сейчас это не важно. Может, пропустим сегодня все?

— Сегодня зачет по анатомии, — напомнила Лена. — Ты же знаешь, какая кобра его принимает. Она ведь наших отношений не поймет.

— А мы и не скажем.

— Надо вставать. Хочешь, я тебя подниму?

— Не надо. Давай еще минут пять поваляемся.

Лена улыбнулась и, перевернув Игоря на спину, улеглась на него своим горячим телом.

— Я тебя люблю, — зашептала она, всматриваясь в ясные глаза молодого человека. — Ты был неотразим. Я никогда и ни с кем не была так близко, а теперь, наверное, мне никто не будет нужен, кроме тебя.

Игорь обнял девушку, прижал к себе и стал целовать.

— Надо собираться, — повторила Лена.

— Ты можешь немного помолчать? Я не хочу тебя так просто отпускать. Ты меня понимаешь?

— Я тоже, но давай отложим все на потом. Мы же не первый раз встречаемся.

— О чем ты говоришь? Ты мне подарила сумасшедшую ночь.

— Я тебя люблю, милый мой мальчик.

— Я тебя тоже люблю, милая моя девочка. — Игорь откинул одеяло в сторону и увидел стройную белоснежную фигурку Лены. — Нет, я тебя так просто отпустить не смогу. Давай повторим все сначала.

Лена окинула взглядом обнаженное тело Игоря, провела ладонью по его бедрам, чувствуя, как нарастает его возбуждение, и снова его обняла.

— Пусть все останется незаконченным, — сказала она. — Я тебе обещаю, будет еще лучше, чем было сегодня ночью.

— Это и я тебе обещаю.

Игорь встал с кровати и подошел к окну. Потом обернулся и посмотрел на девушку смущенным взглядом.

— Я знаю, что ты сейчас думаешь про меня, — сказал он.

— Что же?

— Что я обыкновенный пошляк. Рисуюсь тут перед тобой в таком виде...

— Да, ты пошляк, но необыкновенный. Такого я и люблю. Тебя это устраивает?

— Конечно.

Теперь уже Лена встала, подошла к Игорю и обняла его.

— А я пошлячка, раз с тобой таким стою тут. Ты согласен?

— Все, — остановил он ее размышления. — Я иду на кухню готовить кофе. Моя хозяйка, наверное, уже по делам умчалась. Не сидится ей дома в последнее время.

Игорь оделся, прихватил полотенце и направился в ванную.

Вера Степановна оказалась дома и хлопотала у плиты. Она взглянула на своего постояльца и улыбнулась.

— Выспались? — спросила она.

— Да, — сухо ответил Игорь. Ему было неудобно перед ней, и он поспешил скрыться за дверью ванной.

— Не ври, не выспались, — вдогонку поправила его Вера Степановна.

Игорь обернулся и покраснел.

— Ты мне не ври, — повторила она. — С такой девочкой не уснешь.

— Это точно, — сознался он.

На лекции Лена сидела с девчонками в стороне и что-то обсуждала. Игорь изредка поглядывал в их сторону, пытаясь поймать взгляд Лены. Наконец их взгляды встретились, и они улыбнулись друг другу.

— Ты сегодня какой-то особенный, — заметил его друг.

— Домой собираюсь на выходные смотаться, — ответил Игорь. — Надо с предками пообщаться.

— Говорят, ты неплохо устроился с жильем.

— Как и все остальные. Хозяйка — бабка: туда не ходи, свет не жги, дверями не хлопай… У тебя разве не так?

— Почти так, но я слышал, что ты живешь у родственников, и очень богатеньких.

— И кто же тебе такого наговорил? — удивился Игорь.

— Не помню, но кто-то сказал. Да ты, по-моему, сам как-то проболтался. Никто не мог сказать, кроме тебя. Вспомни.

— Да пошутил я. Где ты встречал в последнее время таких людей? Если они и есть, то наверняка к себе не пускают, у них всего в достатке.

— Убедительно, — согласился друг. — Я тоже не поверил. Тем более старуха… У нее ничего за душой нет. Вот мы вдвоем снимаем комнату — у хозяев нищета полнейшая.

— Ты же сам говорил, что там одни алкоголики живут.

— Их целая семья.

— Какая разница. Вот этим деньги точно нужны — чтобы бухать. — Игорь еще раз взглянул на Лену и снова улыбнулся ей.

— Нравится? — заметил друг.

— Нормальная девчонка, — пожал плечами Игорь.

— У нее есть ухажер на втором курсе, — предупредил друг.

— И откуда тебе это известно? — удивился Игорь.

— Да видел однажды с каким-то кренделем.

— А меня видел с кем-нибудь?

— Тоже видел.

— В таком случае я и тебя видел с одной из наших. Тоже нравится?

— Я со многими общаюсь, — заверил друг. — С которой из них?

— Отвали со своими глупыми вопросами, — остановил друга Игорь. — Лекция начинается. Кстати, потом зачет. Ты готов?

— Я всю ночь готовился, — ответил друг.

— Представляешь, я тоже. — Игорь снова взглянул на Лену.

14

После зачета Лена подошла к Игорю.

— Когда ты успел так подготовиться? — спросила она. — Ты отвечал превосходно.

— Ночью, — ответил молодой человек.

Она удивленно покачала головой.

— Если ты так будешь готовиться всегда, ты станешь отличником, — улыбнулась Лена.

— Я буду стараться. Ты тоже отвечала как следует.

— Тоже старалась! — рассмеялась девушка.

— Слушай, у меня есть идея! — воскликнул Игорь. — Нам надо больше заниматься вместе. У нас начинает кое-что получаться.

— Какой ты догадливый! — Лена сжала его ладонь. — Я сегодня не смогу прийти к тебе, — сообщила она.

— Почему? Мы же завтра должны ехать к моей матери.

— К завтрашнему дню я должна подготовиться, — ответила Лена. — Завтра встретимся. Всё как запланировали.

Ночью Игорю не спалось. Он прижимался к подушке, на которой спала Лена, и вдыхал ее запах. Ему казалось, что подушка пахнет тем чудесным созданием, которое сегодня утром покинуло эту постель. Он долго ворочался, потом встал и отправился на кухню.

Вера Степановна сидела у окна и смотрела на темный двор.

— Не помешаю? — спросил он и сел рядом.

— Не спится?

— Нет…

— А где же твоя Лена? Почему она сегодня не пришла? Она тоже снимает где-то комнату?

— Да. Она живет с подружкой, — ответил Игорь.

— Я видела тебя сегодня утром, — сказала Вера Степановна, поглядывая на Игоря. — У тебя было отменное настроение. Что сейчас случилось? Почему не спишь? Завтра тебе надо ехать к матери. Передавай ей огромный привет, да не забудь. Скажи ей, что хорошего сына воспитала. А вообще, пусть тоже приезжает ко мне в гости. Квартира большая, погостить сможет.

— Хорошо, Вера Степановна, — ответил смущенный Игорь. Он встал и направился в свою комнату.

— Тебя утром разбудить? — крикнула она ему вдогонку.

— Я сам встану, — ответил Игорь и плотно закрыл за собой дверь.

Он даже не разделся. Завалился на кровать, перебирая в памяти прошедший день.

«Что-то со мной творится непонятное, — почему-то возникла в его сознании мысль. — Такого не может быть! Только недавно начал учиться, случайно познакомился с девчонкой, а она влезла в мою душу, будто мы знакомы целую вечность. Нет-нет, это не я с ней познакомился. — Игорь открыл глаза. — Она первая ко мне тогда подошла. Это я ясно помню. Чего она запала на меня тогда? Может, вид у меня был совсем неадекватный? Этого тоже не может быть. На дураков не западают. Значит, я ей приглянулся… У меня с ней за такое короткое время отношения перешли в довольно интимные.… А Вера Степановна? Она ее приняла как родную. Да, что-то мне не очень понятно с хозяйкой, с ее отношением ко мне. Она за все время, пока я у нее проживаю, не взяла ни копейки. Пусть я и ее внук, но она же этого не знает. Может, догадывается? Бред какой-то. А Лена? Она тут при чем?»

Игорь закрыл глаза.

Он моментально провалился в какую-то яму, и его понесло, погружая в сладостные воспоминания. Сейчас он видел сон, который еще недавно был явью: Лена, с ее стройной и горячей фигуркой, осторожно прижимается к нему в ожидании чего-то неизвестного. Ее глаза, которые он увидел даже в темной комнате, и желание близости, которое выдавало ее дыхание… Потом ее горячие и проникающие поцелуи…

Игорь улыбнулся во сне и перевернулся на другой бок. Теперь сон не оставлял его.

Лена, Леночка… Он помнил все до мелочей, помнил и желал увидеть в своем сне, как она сама прижимала его горячее тело к себе, стараясь ему помочь проникнуть в себя. А потом бесконечное блаженство… И финал… Потом снова…

Игорь вздрогнул и открыл глаза, взглянул на закрытое плотной шторой окно, через которое ничего не было видно, даже светящейся на небе яркой луны. Он вдруг обнаружил, что лежит в джинсах и носках, и, вскочив, стал раздеваться. Все это он делал под впечатлением своего сна, который не выходил из головы. Игорь разделся и плюхнулся на кровать поверх одеяла. Его тело охватила мелкая дрожь. Он лежал, тупо уставившись в потолок, но глаза со временем сами стали закрываться и… опять Лена. Она стоит перед ним у окна, стройная, обнаженная, похожая на ангелочка, и манит к себе пальцем. Игорь подходит к ней, обнимает за плечи, прикасается своими губами к ее еще совсем юной груди и нежно ласкает ее. Она прижимает его голову к себе, и снова повторяется все сначала: постель, несказанное блаженство и прерывистое дыхание...

Игорь открыл глаза и посмотрел на будильник.

«Проспал! — мелькнула мысль. — Что же такое со мной происходит в последнее время?»

Он схватил телефон и стал набирать номер Лены, но в дверь постучала Вера Степановна.

Игорь окинул комнату растерянным взглядом и стал шарить глазами в поисках джинсов.

Стук повторился.

— Я уже встал! — крикнул Игорь.

— Как всегда, — услышал он голос хозяйки. — Он любит поспать.

Игорь сразу понял, что она не одна, и прислушался.

— Ты сегодня никуда не успеешь, засоня!

— Все, все, я уже в пути! — кричал Игорь, натягивая джинсы.

Он выскочил из комнаты и столкнулся с Леной.

— Ты здесь откуда? — растерялся он.

— Я тебе звонила, а ты не отвечал, — сказала она, поправляя его растрепанные волосы.

— Ему нужна девушка. Такая, как ты, — заметила Вера Степановна. — Он же парень.

— Никто мне не нужен! — выпалил Игорь. — Я сейчас умоюсь и в дорогу.

— Что-то ты слишком долго спишь, — сказала с усмешкой Лена.

— Сон хороший приснился.

— Мать? — спросила старуха.

Игорь покачал головой, забросил на плечо полотенце и обернулся:

— Лена.

— Вот и я говорю, что ему нужна такая, как ты, — повторила Вера Степановна.

Игорь усмехнулся и скрылся в ванной.

Через пятнадцать минут он уже стоял у двери с сумкой и прислушивался к разговору хозяйки и Лены на кухне.

«Кажется, они нашли общий язык, — подумал Игорь. — Бабы всегда находчивее мужиков».

— Я готов! — громко объявил он.

Вышла Лена в сопровождении Веры Степановны.

— Вернешься — у меня с тобой будет разговор, — предупредила хозяйка.

— На тему?

— Житейскую. Еще поговорим.

Игорь взял Лену за руку и направился к двери.

— Будем в понедельник, — сказал он, и они шагнули за порог.

15

В электричке долго ехали молча.

Лена смотрела в окно, наблюдая за осенним дождем, который лил не переставая. Глаза ее были грустны. Вдруг Лена вздрогнула: Игорь дотронулся до ее руки.

— Что с тобой? — спросил он.

— Не знаю, — ответила Лена. — Все как-то необычно получается. Зачем я еду к твоим родителям?

— Не к родителям, а только к матери, — поправил Игорь.

— Какая разница? Зачем я еду туда? Ты желаешь меня показать ей? Зачем?

— Ленка, что с тобой случилось? Что за настроение?

— Ты все от меня скрываешь, — обрушилась на него девушка. — Я же вижу, что в твоей жизни что-то не так. Ты обещал мне все объяснить, но молчишь.

Игорь ладонями повернул ее миленькое личико к себе и чмокнул в губки.

— Я тебе все объясню, — прошептал он. — Только по возвращении.

— Почему?

— Я считаю, что так будет лучше.

— Ты меня не любишь? Ты обещал мне рассказать обо всем еще раньше…

— Лена, я тебя умоляю, зачем ты такое говоришь? Это к тебе совсем не относится. Это мое, в крайнем случае — наше с матерью общее. А тебя я люблю, и очень. Точка!

Она посмотрела в глаза молодого человека и поняла, что он говорит искренне.

— Я тебе верю, — прошептала она. — У нас все так далеко зашло, что я и сама не ожидала. Я не думала, что на такое способна. Появился ты — и я совсем потеряла голову. Меня воспитывали по-другому.

— Ну, хватит, Лена. Ты самая замечательная девчонка из всех, кого я когда-либо встречал.

— Не врешь? А у тебя их было много?

— Ты до сих пор меня не поняла? У меня никого не было, ты первая.

— Что скажет твоя мама?

— Я ей звонил и говорил про тебя. Она сказала, чтобы мы приезжали только вместе.

— А эта Вера Степановна… — Лена заметила, что Игорь изменился в лице. — Эта старушка кем тебе приходится? У нее к тебе особое расположение.

— А ты заметила, что и к тебе тоже?

— Ты уходишь от ответа, — возразила Лена.

— Давай потом все расскажу, не спеши.

— Ты не знаешь женщин, — вздохнула Лена и, отведя свой взгляд, снова уставилась в окно. — Они любопытные, а когда касается их лично, то вдвойне.

— Тебя лично? — удивился Игорь.

— Да. Ты мой парень, значит, и меня. — Лена внимательно посмотрела на Игоря.

— Меня это радует, — согласился он. — Лена, я все объясню, когда мы вернемся.

— Это принцип?

— Ну чего ты добиваешься?

— Я хочу как можно больше о тебе знать.

— Ты про меня уже почти все знаешь.

Игорь задумался, пытаясь собраться с мыслями.

— Нет, не все.

Он взял Лену за плечи и развернул к себе.

— Если ты так хочешь, я могу тебе рассказать все, но ты потом возненавидишь меня, мою мать и долго будешь жалеть, что со мной связалась.

— Что ты говоришь, Игорек?

— Я не хочу ничего тебе говорить только потому, что боюсь, ты меня бросишь.

— Это что-то страшное?

— Это очень неприятная история.

— И ты в ней замешан?

— Еще как. Если я тебе расскажу все, чего ты от меня добиваешься, то ты возненавидишь меня и мою мать навсегда, — еще раз повторил он эту странную фразу.

Лена растерянно заморгала глазами.

— Ты этого хочешь? — не успокаивался Игорь.

— Может, я еще больше тебя буду любить! — в отчаянии ответила Лена.

— Я стану тебе противен, потому что я обыкновенный врун. Хочешь, выйдем и поедем обратно? Так мне будет даже легче.

Лена посмотрела на молодого человека непонимающими глазами и, взяв его за руку, прошептала:

— Я тебя никуда не отпущу.

Игорь попытался улыбнуться, но получилась какая-то гримаса. Он опустил голову и замолчал. Лена подвинулась к нему поближе и обняла.

— Если хочешь, не говори, — тихо сказала она. — Ты меня таким, каким я тебя знаю, устраиваешь.

— Теперь ты становишься, как и я, вруньей… Ты знаешь, иногда я себя просто ненавижу. Мне бывает очень стыдно, но я ничего не могу поделать с собой, потому что вины моей в этой истории нет вообще.

— Игорек, тогда лучше помолчи и ничего не говори, — попросила Лена.

— Я тебе уже слишком много сказал. Что ты теперь обо мне будешь думать? Я подлый и негодяй…

— Игорь, прекрати. Я ничего не желаю слышать, — остановила его пыл Лена.

Игорь вздохнул и отвел глаза в сторону.

— Я тебе обещал, значит, расскажу все, что у меня на сердце, но только после возвращения, согласна? А потом сама решай, нужен я тебе или нет.

— Ты любой мне нужен. Я тебя никому не отдам, ты это понимаешь?

— Почему? Ты же меня не знаешь. Почему ты так говоришь?

Лена подняла на него глаза:

— Потому что ты дурак. — Девушка покраснела и положила свою голову ему на плечо. — Скоро уже приедем. С мамой-то познакомишь?

— Куда я денусь…

16

Игорь заметно волновался. Чем ближе они подъезжали к дому, тем более неузнаваемым он становился.

— С тобой все хорошо? — наконец не выдержала Лена, замечая его состояние.

— Все, — коротко ответил Игорь.

— Может, нам не стоило приезжать? По крайней мере мне?

Молодой человек промолчал. Они вышли на автобусной остановке.

— Здесь уже недалеко, — сказал он и, взяв девушку за руку, повел за собой.

Мать встретила сына и его подружку у дверей квартиры. Она обняла Игоря, стала целовать и даже расплакалась.

— Что же ты мне так долго не сообщал о себе? — запричитала она. — Я и не знаю, куда позвонить… Ты же обещал…

— Все хорошо, мама. Это Лена, про которую я тебе говорил.

Мать окинула девушку взглядом и улыбнулась.

— Я знала, что у тебя хороший вкус, — сказала она.

— Это не я, а она меня нашла.

— Вот и хорошо. Заходите.

Лена растерянно посмотрела на мать Игоря, потом на него самого.

— Заходи, — пригласил Игорь Лену. — Будь как дома. — Он проводил ее в свою комнату, а сам вышел к матери.

Мать усадила сына за стол на кухне и начала засыпать вопросами.

Лена огляделась и подошла к фотографиям, висевшим на стене. Здесь был Игорь с друзьями, какие-то футболисты на плакатах и мать. Ее фотография висела в стороне. Лена подошла поближе и стала внимательно рассматривать.

Именно сейчас она вспомнила те самые фотографии, которые показывала Вера Степановна.

«Не может быть! — прошептала она. — Выходит, старуха о ней говорила? Почему же она так плохо отзывалась о своей дочери? Ничего не понимаю…»

Неожиданно открылась дверь, и появился Игорь. Он подошел к Лене и обнял ее за плечи.

— Фотографии смотришь? Теперь ты понимаешь… — прошептал он.

— Нет, ничего мне непонятно.

— Это и есть моя мать, — ответил Игорь.

— А Вера Степановна?

— Это моя бабушка, но она этого не знает. Она меня видела давно, когда я был маленьким, и не помнит совсем.

— Я так не думаю, — возразила Лена. — Ты заметил, как она к тебе относится? Как к внуку!

— Нет, — вздохнул Игорь. — Она меня не знает. Пойдем на кухню, мать обед приготовила.

Лена опустилась на диван и потянула Игоря к себе.

— Ты же живешь у нее… Как же все получилось?

Игорь вынужден был рассказать девушке всю свою историю, упомянув и про мать.

— Тебе надо заявить о себе Вере Степановне, — решительно сказала Лена.

— Чтобы она меня выгнала? Она решит, что мать меня к ней подослала.

— Разве ты не видишь, что бабушка о чем-то догадывается? Она тебя принимает, как родного, даже платы за жилье не берет, все позволяет, такую богатую квартиру запросто доверяет…

Игорь приложил палец к губам, чтобы Лена разговаривала потише.

— Вот это меня больше всего и тревожит, — Игорь взглянул в глаза Лены и улыбнулся. — Ты меня теперь возненавидишь? Да, я этого заслуживаю. Здесь ты будешь права. Выходит, что я каждый день вру своей родственнице, чтобы она меня не вышвырнула из квартиры. Я так уже больше не могу, но как мне признаться ей во всем, даже не знаю.

— Глупенький, я просто тебя люблю.

Игорь глубоко вздохнул и подал Лене руку.

— Пойдем, нас мать ждет. Она что-то вкусное приготовила. Только давай договоримся, что завтра утром уедем.

— Как скажешь.

— И еще хотел тебя об одной вещи попросить: не говори пока Вере Степановне ничего.

— Ты сам скажешь?

— Скажу, когда придет время.

За столом мать сидела молча, поглядывая на сына.

— И давно вы дружите? — наконец спросила она.

— Мам, это имеет принципиальное значение? — спросил Игорь.

— Мне интересно. Ты же вообще ничего мне не рассказываешь. Как устроился? Живешь у бабушки?

— Нет, — раздраженно ответил Игорь и взглянул на Лену. — Я снимаю комнату в другом районе. Там ближе до института.

— Я же просила тебя ехать к ней. Что ж ты такой упрямый?

— Мы обязательно к ней сходим, — заверила Лена.

— Я, Лена, о другом. Игорь знает, о чем я хотела сказать.

— Мама, прекрати. Если у тебя сложности в отношениях, то я тут ни при чем.

— Ты совсем изменился. Неужели тебе ничего не надо? Мне ничего не досталось, так хоть тебе что-то перепадет.

— Мне ничего не надо, мама. Что надо, то я нашел, — ответил Игорь и сжал руку Лены. — У меня другие планы на жизнь.

— Значит, мои старания коту под хвост! — раздраженно ответила мать.

— Не стоит все усложнять. Если ты считаешь, что бабушка — это предел твоих мечтаний, то зря. Она еще полна сил и жива-здорова.

— Ты ее видел?

— Видел.

— Что она тебе наговорила про меня?

— Ты не волнуйся, она ничего не сказала. Она живет по своим правилам, и нечего лезть в ее жизнь.

— Она хороший человек, — добавила Лена, чтобы поддержать Игоря.

— Так значит, вы вместе ее видели?

— Да, мы к ней заходили, — ответила Лена. — Она нас приняла очень хорошо.

— Что же это такое творится на белом свете? — негодовала мать. — Я всю жизнь бьюсь, чтобы она переписала свое наследство мне или внуку, а он ничего не хочет. Ты, Игорь, делаешь большую ошибку в жизни. Ты мог бы себя обеспечить до конца дней своих.

— Мама, прекрати. Я же сказал, что мне ничего не нужно. Давай оставим этот разговор и никогда не будем к нему больше возвращаться. Мне это совсем неинтересно.

— Да, видно, ты ничего не понял, — вздохнула мать.

Игорь встал. Поднялась и Лена.

— Мы очень устали с дороги, — сказал он. — Спасибо за обед, мы пойдем отдохнем. Завтра утром уже в дорогу.

— Что так быстро? Я думала, у вас каникулы… — всплеснула руками мать.

— Мы на выходные и обратно.

— Спасибо за обед, — поблагодарила Лена и пошла за Игорем в комнату.

Игорь тяжело опустился в кресло и закрыл глаза. Он чувствовал дыхание Лены, которая сидела рядом и внимательно смотрела в его лицо.

— Игорешка, ты просто прелесть.

Он открыл глаза.

— Да ну… Видишь, как все нескладно получается в моей жизни, — сказал он.

— И ты из-за этого так переживал?

— А ты бы как поступила? Я не признался Вере Степановне, что я ее внук, ослушался мать, которая, по существу, засылала меня, чтобы я был рядом с бабушкой. Как мне теперь ей все объяснить?

— Милый, не ломай голову. Время все расставит на свои места.

— Нет, я так не могу. Ты не представляешь, как мне стыдно перед тобой за свою мать.

— Выбрось все из головы. Скажи лучше, тот малыш, которого Вера Степановна показывала на фотографии, — это был ты?

— Кто же еще…

— Я так и поняла. Когда увидела те фотографии, что-то во мне зашевелилось. Почему-то я еще тогда сравнила тебя с тем ребенком.

— Теперь я большой кретин.

— Ты маленький дурашка, — улыбнулась Лена и прижалась к его щеке. — Ты самый лучший, самый честный и хороший.

— Все?

— Нет, не все. Ты самый любимый и вкусный.

— За это я себя и ненавижу.

— Ты ничего плохого не сделал.

— Как мне теперь признаться Вере Степановне?

— Не спеши. Мы еще подумаем.

— Слушай, Ленка, что ты во мне нашла тогда?

— Ничего. Просто захотелось поделиться своей радостью с первым попавшимся человеком. Им оказался ты.

— А потом?

— Что потом? Потом я в тебя влюбилась, — призналась Лена.

— Просто так взяла и влюбилась?

— Разве так не бывает?

— Нет.

— Как видишь, бывает. Я человека сразу вижу.

— Да? — удивился Игорь. — Что же ты во мне увидела такое особенное, за что можно просто так влюбиться?

— Сказать честно? Представляешь, ты появился в одном из моих снов. Я тебя обнимаю, целую, раздеваю…

Игорь с удивлением слушал откровения девушки и растерянно моргал глазами.

— А потом? Только честно.

— Потом у нас с тобой была прекрасная ночь.

Игорь усмехнулся.

— Я и представить себе не мог, что влезу так глубоко в твое сердце, — признался Игорь и прижал Лену к себе. — А про сон ты ведь сочинила, правда? Слушай, давай все-таки завтра утром уедем.

— Давай, — согласилась Лена. — Но тебе сейчас надо пойти к матери и все с ней обсудить. Не говори, что живешь у бабушки, просто расскажи про свои дела. Она же тебя ждала. Дай мне постельное белье, я застелю диван, а ты иди.

17

В электричке Лена снова долго молчала. Она тайком поглядывала на Игоря и радовалась: у него было совершенно спокойное лицо.

— Я рада за тебя, — сказала она и прижалась к его плечу. — Наконец я стала тебя узнавать.

— Я совсем плохой был? — спросил он, прижимая девушку к себе.

— Ты был нормальный. Сам себе что-то накрутил, навыдумывал и попусту переживал.

— Мне казалось, что ты меня не поймешь. Я совсем не такой, как моя мать. Грех такое говорить о родителях, но я вынужден тебе в этом признаться, причем, заметь, только тебе: я ее просто ненавижу.

— Игорек, нельзя так говорить, она же твоя мать, — возразила Лена.

— Я лучше ее знаю. Откуда у нее такая алчность, жадность к чужому добру?

— Тебе этого ничего не надо?

— Мне ничего не надо. Я сам все наживу. У меня руки и ноги есть.

— В таком случае я тебе буду помогать, — откровенничала девушка.

Игорь взглянул на Лену.

— После всего этого ты меня не оставишь? Если мать такая, значит, у нее и дети должны быть такие же. Я не прав?

— Ты не прав, — подтвердила Лена. — Я буду всегда с тобой. Ты этого хочешь?

— Конечно, хочу. Ты такая милая… У меня будто камень с сердца свалился. Спасибо тебе, что ты меня понимаешь.

— Тебе тоже спасибо.

— За что?

— За то, что ты сегодня мне подарил очередную замечательную ночь. — Лена засмущалась, но не стала отводить своего взгляда от молодого человека, как это делала раньше. Она смотрела в его лицо ясными глазами. — Ты не забыл, что сегодня было? Ты с каждым разом меня все больше и больше поражаешь.

Игорь глубоко вздохнул.

— В следующий раз, когда я приеду домой, заберу все свои вещи и больше не вернусь к матери.

— Куда ты пойдешь, студент несчастный? — удивилась Лена.

— Я не знаю, но возвращаться домой не хочу. Мне все становится противным. Признаюсь Вере Степановне, кем я ей прихожусь на самом деле, и пусть гонит куда подальше.

— А я?

— Ты устроилась без проблем, тебе легче. Может, я что-то не так сделал… — стал размышлять Игорь. — Может, действительно, надо было признаться сразу, кто я есть на самом деле. Я трус, я не смог…

— Она все поймет, ты не переживай, — успокаивала Лена. — По-моему, старуха от тебя в восторге.

— Да, в восторге, пока ничего не знает. Она всю жизнь конфликтовала с моей матерью, а тут появился я, отпрыск. Она будет считать, что я такой же, как и моя мать.

— Давай объясним ей вместе, — предложила Лена Игорю свою поддержку.

Игорь взглянул на Лену.

— Оставь это мне. Сам как-нибудь разберусь. Это наше, семейное.

— А расхлебывать приходится тебе.

— Получается, что так.

Поездка подходила к концу.

За окном показалась станция. Поезд медленно подошел к перрону и остановился. Молодые люди вышли из душного вагона и вдохнули полной грудью свежего воздуха.

— Ты сейчас куда? — спросил Игорь.

— Домой, — ответила Лена. — С тобой, к тебе домой.

— Вера Степановна неправильно поймет.

— Она поймет правильно. Я не хочу, чтобы ты натворил глупостей.

Игорь улыбнулся.

— Останешься у меня? — тихо спросил он.

— Как захочешь.

— Может, вообще к нам переберешься? — неожиданно предложил он.

— Уладь сначала свои дела дома, потом приглашай.

— Так ты же обещала мне в содействии.

— Поехали, — решительно сказала Лена и взяла Игоря за руку. — Поехали. Я сама с Верой Степановной поговорю.

— О чем ты будешь говорить?

— Скажу, что я тебя люблю, и она поймет.

— А что я тебя люблю, тоже скажешь?

— Это ты скажешь ей сам.

Игорь закинул на плечо сумку, взял за руку Лену и они зашагали по платформе.

— Что-то вы быстро вернулись, — встретила молодых людей у порога Вера Степановна. — Я ждала тебя, Игорь, только завтра. Мать видел?

— Видел, — сухо ответил Игорь.

— Что так?

— Как? — не понял Игорь.

— Настроения у тебя нет, нет радости от вашей встречи.

— Все нормально. Можно Лена у нас побудет немного? — попросил он.

— Конечно. Заходите.

Игорь провел Лену в свою комнату и рухнул в кресло.

— Я с ума сойду с этими родственниками, — признался он. — Когда у меня настанет спокойная жизнь?

Лена сидела молча, поглядывая на молодого человека.

— Все будет хорошо, — заверила она. — Ты только держи себя в руках.

— Короче, так: ты сиди здесь, можешь включить телевизор или музыку. Я сейчас вернусь.

Игорь встал и, полный решимости, отправился к Вере Степановне.

Лена проводила его тревожным взглядом и закрыла лицо руками.

«Сейчас что-нибудь ляпнет не по делу, — промелькнула у нее мысль. — Может, мне тоже следует выйти и быть с ним рядом?.. Нет, он сказал, чтобы я сидела здесь. Он взрослый человек и все сможет решить сам».

— Вера Степановна, — с волнением в голосе сказал Игорь, когда появился в ее комнате. — Я хотел вам сказать…

— Иди сюда, Игорек, — прервала его старуха. — Проходи и садись. — Она указала на стул. — Вы, наверное, проголодались? Сейчас я вас накормлю.

— Я не об этом. Вера Степановна, я ездил с Леной к себе домой и…

— Как мать поживает? — бабушка не давала ему закончить мысль.

— Нормально. Что с ней сделается. Я с ней разговаривал, и она…

— Лена ей понравилась?

— Понравилась.

— Она мне тоже очень нравится. Скромная и симпатичная девушка. Ты мать приглашал сюда в гости?

— Она не приедет, — отрезал Игорь.

— Я так и знала. Она всю жизнь мне портила нервы.

Игорь растерялся, услышав эти слова.

— Вы не так поняли, или я вас не так понимаю…— попытался объяснить молодой человек.

— Я и ты — мы все прекрасно понимаем. Что ж ты думаешь, я такая старая, что совсем из ума выжила? Я ведь тебя таким и представляла. Когда ты появился в первый раз, во мне сразу все перевернулось… Я поняла, что тебя прислала сюда мать с недобрыми намерениями, но ты оказался полной противоположностью ей. Она не может сюда приехать, потому что ей будет стыдно смотреть мне в глаза. Я приглашала ее только для того, чтобы ты был спокоен.

— Вы меня сразу признали? Извините, что все так вышло, — виновато опустил голову Игорь.

— Не стоит себя винить, ты тут ни при чем. Я еще хорошо в людях разбираюсь и вижу, кто чего стоит. Я так и предполагала, что ты мой внук. Когда ты смотрел фотографии у деда в кабинете, я заметила, как ты изменился в лице. Это было лишним подтверждением моих предположений.

— Я вас обманул, получается…

— Нет, ты сделал все правильно, — вздохнула старуха. — Может быть, я поступила бы так же, как и ты, будь на твоем месте. Жизнь, Игорек, штука коварная, и в ней надо найти свою единственно верную дорожку, по которой придется идти долгие годы. Твоя мать нашла ее совсем не в том направлении.

— Простите меня за нее, — тихо сказал Игорь и потупил взгляд.

— Дети не могут отвечать за своих родителей. Ты тут ни при чем. Ты хороший человек, я сразу это поняла. Тебе не нужно чужого, у тебя нет дурных мыслей.

— Я подумал, что вы меня не поймете, Вера Степановна.

— А чего тут понимать? Человека сразу видно. Как только ты появился, у меня сразу на сердце полегчало. Я поняла, что это и есть мой наследник.

— Я?

— Да, ты. Что тут такого? Я уже стара, и близок мой конец. Многие за последнее время зарились на мое добро. Появлялись какие-то родственники, которых я никогда раньше не знала, начинали вести ненужные мне разговоры, и я сразу понимала цель их визита. Мне приходилось их тут же отправлять за двери и больше с ними не встречаться. Потом появился какой-то мальчишка, студент. Как только я его увидела, у меня даже в сердце что-то кольнуло. Ты смотрел на меня, а я видела в тебе того маленького мальчика, которому было три или четыре года, когда твоя мать нас разлучила. Она сказала: или внук, или все мое барахло. Тогда я не выдержала и отправила ее подальше от себя. Прости меня, что ты тоже попал под мою горячую руку. С тех пор она тебя от меня и прятала. Теперь ты вырос и можешь сам делать выводы.

18

Игорь направился в свою комнату, но у дверей остановился, прокручивая в своем сознании все то, что только что услышал от бабушки.

«Неужели так складно все получается? — подумал он. — Я готов был со стыда сгореть, слушая ее речи. Значит, она меня сразу признала! Как все это низко с моей стороны… Я все строю из себя порядочного человека, а она надо мной смеется. Может, вернуться и извиниться перед бабушкой? Нет, этого делать не стоит. Пока не стоит. Как-нибудь в разговоре с ней на эту тему я извинюсь. — Он посмотрел на дверь, за которой его ждала Лена, и словно почувствовал, как она сейчас за него переживает. — Она понимает, зачем я пошел к старухе. Может, теперь и Лена во мне разочаруется? Как я буду выглядеть перед ней?»

Он приоткрыл дверь и просунул голову. Лена поднялась с кресла и растерянно посмотрела на Игоря.

— Что так долго? — тихо спросила она.

— Решаю мировые проблемы, — ответил Игорь.

— И как успехи?

— Дипломатия победила! — Игорь подошел к девушке и обнял ее. — Хочешь остаться у меня? — спросил он.

— Хочу, — прошептала Лена, понимая, что все обошлось.

— Навсегда, — добавил Игорь.

— Навсегда?

— Да.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь. А как же я?

— Очень просто. Оставишь свою подружку и перейдешь жить к нам. У меня с бабушкой, по-моему, все решилось.

— Ты ей все рассказал?

— Ничего я ей не рассказывал. Она сама давно все знает. Она мне все рассказала.

— Я ничего не поняла. Откуда она все знает? Твоя мать сообщила?

— Нет. Она со дня моего появления в этой квартире знала, кем я ей прихожусь. Я же ее внук!

Растерянная Лена опустилась в кресло и потянула за руку Игоря.

— Значит, вся твоя конспирация…

— Какая там конспирация? Все намного проще. Пока я из себя корчил постороннего человека, бабушка уже знала, кто я такой. Ведь ей уже за девяносто, а старые люди — мудрые люди. А я, салага, все что-то придумывал.

— И все же ты сделал правильно, — решила Лена. — После таких отношений с твоей матерью надо было находить какой-то другой ход, и ты его нашел.

Игорь поцеловал Лену в лоб и улыбнулся.

— Останешься? — еще раз спросил он.

— Я не готова на это ответить, — призналась Лена. — У тебя такие грандиозные планы, и так все сразу?

— Идем. — Он взял Лену за руку и повел к бабушке. — Я сейчас ей все объясню. Я же ее внук, а значит, она меня поймет.

— Игорь, ты сошел с ума!

— Это точно, — согласился он. — С тобой не только с ума сойдешь.

— Вера Степановна! — позвал он бабушку. — Вы где?

— Я в кабинете мужа, — раздался голос из дальней комнаты. — Идите сюда.

Игорь тревожно взглянул на Лену и сжал ее ладонь.

— Она уже поняла, что мы идем к ней вдвоем, — шепнул он.

Они вошли в кабинет и остановились в дверях.

— Есть хотите? — спросила она, поглядывая на молодых людей поверх своих очков.

Бабушка сидела за столом и перелистывала книгу.

— Нет, я хотел о другом спросить, — сказал Игорь.

— Это одна из первых книг, написанных моим мужем, — похвасталась Вера Степановна, будто не слыша Игоря. — Я ее уже несколько десятков раз перечитала. Его произведения вообще все по нескольку раз перечитывала, а это особенная, первая. Я помню, как она ему досталась. Так переживала вместе с ним, когда он относил ее в издательство… Вы садитесь или отдыхать пойдете?

— Вера Степановна, я хотел у вас спросить… — опять начал Игорь. — Можно Лена у нас останется?

— Я думала, что вы этот вопрос давно решили, — ответила бабушка и, отложив книгу в сторону, сняла очки. — Пусть остается. Я не против, если рядом с моим внуком будет такая замечательная девочка. Лена, ты когда перевезешь к нам свои вещи?

Теперь уже и Игорь был в растерянности. До этого момента не было даже намека на эту тему, а тут Вера Степановна сама догадалась и сказала о том, что сейчас Игоря так мучило.

Игорь взглянул на Лену.

— Я даже не знаю…— залепетала Лена. — Все как-то неожиданно для меня.

— Она сегодня переберется к нам, — решительно сказал Игорь и встретил удивленный взгляд девушки. — Правда, Лена?

Она пожала плечами.

— Если вас это не затруднит, то я согласна, — тихо сказала смущенная девушка.

— Вот и хорошо, — удовлетворенно ответила Вера Степановна. — Будет мне теперь с кем поговорить по-женски. Идите, располагайтесь. Я вам сейчас на стол накрою.

— Давайте я вам помогу, — вызвалась Лена.

— У меня все готово, а вы с дороги, отдыхайте.

Игорь поймал взгляд Веры Степановны и улыбнулся.

— Смотрите мне, учебу не завалите. Доживу, когда вы станете врачами, так еще и подлечите. У меня грандиозные планы на жизнь.— Старуха закурила папиросу и пустила синий клуб дыма. — Мой муж всегда курил трубку. В этой комнате до сих пор пахнет тем особым табаком, который он доставал в каком-то дорогом магазине.

Лена закашлялась и прикрыла ладонью рот.

— Правильно, — улыбнулась старуха. — Курить вредно. Идите и располагайтесь в своей комнате. Через некоторое время я вас позову. За вещами сегодня поедете?

— Завтра, — сказала Лена.

— Сегодня, — перебил ее Игорь. — Сегодня и немедленно. Давайте ужин перенесем на некоторое время.

— Ох, и понесло! — воскликнула Вера Степановна. — В таком случае я внука понимаю. Делайте свои дела, я вас жду.

Молодые люди вышли из кабинета и направились в свою комнату.

— Я знала, что ты сумасшедший, но не до такой же степени! Что она про меня подумает? — воскликнула Лена.

— Она и думать не будет. Ты разве не слышала, что она сказала? Она не против ради любимого внука.

— Тоже мне любимчик нашелся, — переводя дыхание, проговорила Лена.

— Выходит, меня все женщины любят, — заключил Игорь.

— Две любят — это точно. У нас что-то вроде семьи теперь получается… Что мне надо будет говорить моим родителям? Я вообще-то не сирота.

— Поедем в следующие выходные к твоим и все расскажем.

— Мама не поймет.

— Значит, просто поедем знакомиться. Мне главное, чтобы тебе было хорошо.

— Нам было хорошо, — поправила Лена.

— Тебе и вправду со мной хорошо? — переспросил Игорь.

— А тебе?

— Я первый спросил.

— Ну, я тебе сегодня ночью устрою! — заявила Лена и покраснела.

— Только надо не забыть, что у нас завтра занятия.

— Вот и не забудь.

19

Игорь лежал, закинув руки за голову. Лена положила свою голову ему на грудь, и он вдыхал нежный запах ее волос.

— О чем думаешь? — тихо спросила она.

— Не понимаю, как все так получилось…

— Что получилось?

— Все. С тобой, с Верой Степановной…

Лена протянула к его лицу свою руку, целуя его грудь.

— Ты такой горячий…

Он прижал девушку к себе.

— Тебе со мной хорошо? — спросил он.

— Очень.

— Я тебе говорил, что люблю?

— Сегодня еще нет.

— Тогда говорю: я тебя люблю.

Она подняла на него свои глаза и коснулась губами его губ.

— Милый мой мальчик, откуда же ты взялся в моей жизни? Я не думала никогда, что все так случится со мной… Я всегда себя считала неприступной недотрогой, а тут появился ты — и я ничего не смогла с собой поделать. Так разве бывает?

— Бывает. В жизни все бывает. — Он прижал ее к себе. — Ты сегодня устала?

— С тобой я никогда не устаю.

— Завтра после занятий едем к тебе на квартиру и забираем вещи. Будешь жить здесь, со мной, если ты, конечно, не против.

— О чем ты говоришь? С тобой я хоть куда.

— Ты мне сегодня что-то обещала, — припомнил Игорь.

— И ты обещал. Забыл?

Игорь улыбнулся и покачал головой. Он развернулся к Лене и стал нежно ее целовать. Она прижала его взлохмаченную голову к себе и, закинув голову назад, закрыла глаза.

— Я тебя обожаю, — прошептал Игорь, чувствуя, как затрепетало ее тело.

На занятиях в институте Лена сидела в окружении своих подружек и поглядывала на Игоря. Подружки замечали ее взгляды и улыбались.

— Что, понравился? — спросила одна из них.

— Кто? Тот блондинчик?

— Ну, на кого ты постоянно смотришь.

— Я на всех смотрю, что тут такого?

— Нет-нет, ты на него смотришь по-особенному. Мы это сразу заметили.

— А вам он тоже нравится?

— Мне лично все парни из нашей группы нравятся.

— Все — это много, — заметила другая. — Вот Ленка приметила одного, теперь не сводит с него глаз. А он и не смотрит даже в ее сторону. Все они такие, неотесанные.

— Не скажи, — возразила Лена. — Вот он как раз очень отесанный.

— Влюбилась, что ли?

— А ты бы в него не влюбилась? Смотри, какой хорошенький.

— Для меня он совсем молодой. Ему лет восемнадцать, не больше, — стала обсуждать его другая подружка.

— Ну и что?

— Они все непостоянные.

— А ты уже о семейной жизни задумываешься? — стала спорить другая. — Гуляй, пока молодая. У меня был один мужчина, но он был на десять лет старше меня. Вот это да!

— А у меня тоже был! — хвасталась соседка.

— Ленка, а у тебя был с кем-нибудь роман?

— Он у меня и сейчас продолжается, — ответила Лена и поймала взгляд Игоря. Улыбнувшись ему, она повернулась обратно к подругам.

— Не с Игорем ли?

— Тебе все расскажи. Может, и с ним.

— Я их видела как-то вместе. Они сидели в кафе, — сказала первая.

Лена сделала удивленные глаза.

— Ну, хватит трепаться, лекция все-таки идет, — остановила их Лена. — А если ты меня и видела с ним, то это совсем не секрет. Он милый мальчик.

— Не знаем, не знаем, какой он мальчик… Так и скажи, что нравится.

— Ну и что? Если он мне нравится, то это мое личное дело.

На следующей лекции Лена специально пересела к Игорю.

— Чего вы там смеялись? — спросил он.

— Да ну их. Все парней делят.

— Меня тоже?

— Я тебя никому не отдам. Ты только мой. А они болтают всякую ерунду, сами не знают что.

Игорь взглянул в их сторону и скорчил рожу.

— После занятий пойдем куда-нибудь посидим? — предложил он.

— Стипендия еще не скоро. Деньги надо немного придержать.

— Мне бабушка дала, сказала, чтобы мы без денег не ходили.

Лена кивнула головой.

— Любит она тебя, — сказала она. — Все готова сделать, только чтобы ты был рядом с ней.

— Она и тебя, значит, любит, — добавил Игорь и сжал ее маленькую ладошку.

20

Вера Степановна сидела в кабинете мужа и перебирала бумаги. Она даже не услышала, как пришла молодежь.

Игорь заглянул к бабушке и улыбнулся.

— Что, студент, пришел?

— Пришли, — ответил Игорь. — Можно зайти?

— Заходи, заходи. Мне надо с тобой поговорить.

Игорь присел рядом и взглянул в сосредоточенное бабушкино лицо.

— Ты у меня единственный внук и знаешь, как я к тебе отношусь. Я уже старая, мне пора собираться на небеса. Хотела с тобой поговорить вот о чем. Как ты думаешь, если я все это добро оформлю на тебя, как наследство?

Игорь растерялся от такого предложения.

— Вам на покой еще рано, — ответил он. — Вы еще нас переживете.

— Ну ты и сказал, — возразила бабушка. — Слушай меня внимательно. Я хочу переписать все на тебя, но при одном условии. То, что находится в этой квартире, старинные вещи, картины, книги и все остальное, не должно исчезнуть никогда. Это мое пожелание. Такое желание было и у твоего деда. Я все сохранила, как было при его жизни. Эти книги он написал когда-то сам, они имеют огромную ценность. Картины собирали еще его родители. Это оригиналы. Здесь нет ни одной подделки. Надо их сохранить навсегда. Мать твоя все пыталась ими завладеть, но я ей не верила никогда, поэтому и была с ней в постоянной ссоре. Потом появился ты. Я вижу, что ты человек порядочный, поэтому могу доверить все это только тебе. Ты меня понимаешь? И еще одно: я не хочу, чтобы твоя мать здесь жила. У нее есть своя квартира, пусть живет там. В гости приезжать — пожалуйста, но не более. Здесь хозяин должен быть только один, тогда все сохранится. Что бы в жизни у тебя ни случилось, береги все это. Я пережила голод, но ничего не продала. Войну, когда тоже было тяжело, потом эту чертову перестройку, но сохранила все. Не было денег, голодала, а мысли не было с этим расстаться никогда. Поэтому хочу, чтобы ты тоже все сохранил. Будут у тебя детки — передашь им. Да, а где твоя подружка?

— На кухне. Мы вкусненького купили, и еще вина. Посидите с нами? Я и Лена вас приглашаем.

— С удовольствием, — поднялась с кресла бабушка. — Давно вина не пила. Идем, угощать будете.

Она закрыла кабинет на ключ и направилась на кухню.

— Ну что, хозяйка, обед готов? — спросила Вера Степановна.

Лена растерялась и посмотрела на улыбающегося Игоря.

— Готов, можете садиться.

Уже за столом Вера Степановна сказала:

— У тебя, Игорек, хороший вкус. Смотри, какую девочку отхватил.

— Это она меня нашла, — ответил Игорь.

— Значит, у нее вкус хороший. Мой внук, кажется, влюбился в тебя.

Лена покраснела.

— Да, да, влюбился. Не расстается с тобой никогда. Он хороший мальчик. Любите друг друга, и все у вас получится.

Игорь разлил вино по фужерам и произнес тост:

— Раз такое дело, — сказал он, — есть предложение выпить за хозяйку этого дома!

— Нет-нет, — возразила Вера Степановна. — За меня много когда-то пили. Давайте лучше за вас, молодых. Я завидую вам, вашему возрасту, вашим отношениям, но не жалею никогда, что прожила свою жизнь. Она у меня была очень даже неплохая. Все в ней было: и любовь, и разочарования. Все-все… Самое главное — не потеряться в этой жизни. В ней столько лабиринтов и соблазнов. Вы еще молодые, поэтому творите свою судьбу правильно.

— Я уже выбрал себе дорогу, — ответил Игорь и прижал Лену к себе.

— Любите друг друга, уважайте. Жениться не спешите. — Последнюю фразу Вера Степановна подчеркнула.

Лена с Игорем переглянулись и улыбнулись…

Content

алекс Unknown