Эсса Геннадий

Возвращение золотого креста.Книга 3

Золотой крест, являющийся необычным экспонатом центрального музея в Лондоне, был похищен одним из его сотрудников Лукасом. Чтобы разгадать его тайну, Лукас обратился к работнику библиотеки, который, после кропотливых поисков нашел в архивах старинную рукопись, имеющую отношение к кресту. Изучая ее, молодые люди частично раскрыли тайну музейного экспоната и решили использовать волшебную силу креста в пользу своего обогащения. Из-за неумения пользоваться заклинаниями, которые были написаны в рукописи, они случайно перенеслись в прошлое и встретились с истинным владельцем золотого креста…

Роман «Возвращение золотого креста» – является заключительной книгой трилогии.

2014

Геннадий Эсса

Возвращение золотого креста. Книга третья

© ООО «Написано пером», 2014

книга третья

1

21-й век. Лондон. Музей истории и права.

Великолепное здание с высокими мраморными колонами и тяжелой массивной дверью, за которой множество залов с витринами, рассказывающими об истории великого государства.

Здесь хранится история, история, которая делалась многими поколениями. Среди экспонатов картины, скульптуры и вещи, которые отражают все эпохи развития Англии.

Век 21-й, чудный и суровый: постоянная борьба за существование, как и во всем мире. В этих залах отражена политическая борьба и внутренняя политика государства, местных кланов и сообществ, начиная с самого рождения английской земли.

Кажется, что только здесь, в стенах этого исторического здания, тишина и защищенность от той суеты, что творится за его окнами.

Посетителей немного, но они есть: приходят иностранцы, подростки, которым небезразлична история, писатели и художники.

По залам слышна речь на разных языках, и экскурсоводы водят посетителей с наслаждением, посвящая их в подробности тех или иных событий.

Экспонаты пятнадцатого века представлены в небольшом светлом зале, среди них доспехи рыцарей, оружие и домашняя утварь того времени. В дальнем углу, под небольшой витриной, лежит уникальная вещь — золотой крест, сделанный много веков назад неизвестным мастером. Он больше всего привлекает к себе внимание посетителей. Экскурсоводы рассказывают о нем интересные истории, в которые трудно поверить, а посетители считают их просто небылицами.

Настоящее происхождение этого креста никто не знает, но некоторая информация все же дошла до наших дней. Примечательно то, что он когда-то принадлежал неизвестному уже теперь аббатству и хранился в одном из монастырей, название которого выцарапано на обратной его стороне. Монастыря того тоже давно нет, и хроники умалчивают о его существовании.

Работники музея часто замечают старого монаха, который часами может стоять и смотреть на этот крест. Он всегда что-то шепчет и не сводит с креста своего пронзительного взгляда. Когда подходит очередная группа посетителей к витрине, он покорно отходит в сторону, а потом снова возвращается к витрине. Работники музея  до того привыкли к этому старцу, что уже не обращают на него внимания.

Монах вежлив и почтителен. Он всегда снимает с головы капюшон своего монашеского одеяния, обнажив седую голову, и стоит молча, не отрывая взгляда от креста.

— Вам он о чем-то говорит? — как-то поинтересовался директор музея.

Монах поднял на него свои глаза и тяжело вздохнул.

— Я слышал одну невероятную историю об этом кресте, — сказал он. — Этот крест божественный. Он прошел сквозь огонь и войны и обладает невероятной силой.

— У нас о нем нет никакой конкретной информации, — тоже вздохнул директор. — А хотелось бы узнать его историю подробнее. Многие спрашивают, откуда он, а мы толком не знаем, что и ответить. Нам известно только одно: он примерно века пятнадцатого.

— Этот крест появился намного раньше, чем вы предполагаете. Это уникальная вещь, — сказал монах. — Этому кресту минимум веков десять, а то и больше.

— И что же за такая сила в нем таится? — поинтересовался директор.

— Я точно не знаю и утверждать не буду, — пожал плечами монах. — Одно могу сказать — что этот крест особенный и в свое время творил удивительные чудеса. Это написано в летописях того времени. Об этом знают все служители Бога.

Директор музея пригласил монаха в свой кабинет, вызвал своего помощника и продолжил разговор за чашкой кофе.

— Мои предки когда-то были связаны с этим крестом, — стал рассказывать монах. — Я не помню от кого, но слышал, что он когда-то обладал невероятной силой. Благодаря ему были выиграны многочисленные битвы в те древние времена. Этот крест мог воскрешать людей и творить большие дела на земле.

Помощник директора, молодой человек, только удивлялся.

— Этого не может быть! — восклицал он. — Это просто какие-то сказки. Таких вещей вообще в природе не существует.

— Может, вы и правы, друг мой, — ответил монах, не вступая с ним в спор, — но, как ни удивительно, тогда это было действительно так. Есть такие необычные вещи на земле, и это одна из них.

— Откуда вам это известно? Есть какая-нибудь информация по этому поводу? Вы что-то знаете? — Директор сам с трудом верил тому, что говорит старый монах.

— Все это дела давно минувших веков, — вздохнул монах, видя недоверие сотрудников музея. — Теперь уже этот крест ничего не может. Чтобы он начал творить чудеса, нужно какое-то заклинание, которое давно забыто предками. Теперь это просто кусок золота.

— И не малый, — в свою очередь добавил молодой человек.

— Золото здесь ни причем, — сказал директор, хранивший до этого молчание и внимательно слушавший монаха. — Для нас это экспонат, и только этим он нам дорог.

— Неужели этим крестом кто-то когда-то мог воспользоваться? — допытывался помощник.

— Представьте себе, да. Это уникальная реликвия. Она  в свои времена творила невероятные чудеса!

— Интересный вы человек, — признался директор. — На этом кресте с обратной стороны есть какое-то слово. Наши специалисты не могут понять, что бы оно значило.

— Можно его посмотреть? — поинтересовался монах.

Молодой человек недоверчиво взглянул на своего шефа.

— Можно, — согласился тот, — но только тогда, когда музей будет закрыт. Крест находится под охранной сигнализацией, и ее придется мне на некоторое время отключать.

Директор проводил монаха до выхода и пожал ему руку:

— Я сегодня могу задержаться, и мы вскроем витрину, — сказал он. — Мне самому это интересно. Может, действительно есть какая-то тайна в этом кресте.

Монах промолчал.

— В таком случае мы вас ждем в девять вечера.

Помощник закрыл за стариком дверь и вздохнул.

— Ты-то что так переживаешь? — спросил директор. — Я не думаю, что там заложено все то, о чем несет этот старик. Сам должен понимать: такие вещи, о которых он твердит, маловероятны.

Монах спустился по длинной широкой лестнице вниз и оглянулся на здание музея, потом скрестил руки перед собой,  низко поклонился.

— Странный монах, — заметил помощник. — Какие-то небылицы рассказывает. Видно, старик выжил из ума.

Директор строго взглянул на молодого человека, развернулся  и направился к себе в кабинет.

Монах появился ровно в девять вечера.

Директор сам вышел, чтобы встретить его и провести в музей.

— Сигнализацию мой помощник уже отключил, — сообщил он. — Мне не терпится узнать об этом кресте хотя бы самую малость, чтобы можно было рассказывать нашим посетителям.

Они прошли к витрине, которую уже помощник открыл и дожидался монаха.

— Вот этот крест. Можете взять его в руки и осмотреть, - сказал директор.

У монаха затряслись руки, когда он прикоснулся к кресту. Он прижал его к своей груди и, закрыв глаза, зашептал молитву.

— Мне когда-то мои предки говорили, что он всегда был такой холодный, — стал припоминать монах. Он начал всматриваться в глубокие царапины с другой стороны креста, прищурил глаза, напрягая свое слабое зрение, потом взглянул на директора. — Да, это тот самый крест, — сделал он заключение.

— А что это за надпись? Мы не можем в ней разобраться.

— Она сделана на древнем английском языке. Это название монастыря, где когда-то он хранился, и там им кто-то владел.

— Что это был за монастырь? — Помощнику было интересно абсолютно все.

— Я не буду утверждать, что это именно тот монастырь, но название где-то я такое слышал. Он назывался «Святое Братство». Это древнейший мужской монастырь, который постигла страшная участь в свое время.

— Припомните точнее.

Монах покачал головой.

— Я слишком стар, чтобы вспомнить какие-либо подробности, а тем более названия. Вы, молодой человек, взяли бы книги по истории, там, наверняка, что-то говорится об этом.

— Я обязательно займусь этим делом, — заверил помощник. — Мне тоже интересна судьба этой реликвии.

Монах недоверчиво взглянул на него и протянул крест директору.

— Храните его, — сказал на прощание монах. — Он может принести людям радость, а ровно столько же и горя.

Хозяева музея проводили монаха к выходу и переглянулись.

— Понял, что сказал монах? — повторил директор, когда они остались вдвоем. — Я тебе даю две недели, чтобы ты об этой надписи узнал все подробности. Меня тоже это заинтриговало. Может, этот безумный старец где-то и прав….

— Может понадобиться и больше времени, — предположил молодой человек. — Тут с письменностью могут возникнуть большие проблемы.

— Вот поэтому тебе ровно две недели, — повторил директор. — С завтрашнего дня можешь приступать к исследованиям и информируй меня о каждом своем шаге.

2

Молодого человека звали Лукас.

Он работал помощником директора национального музея, который пользовался огромной популярностью среди посетителей, а особенно у туристов, и был достопримечательностью страны.

Лукас попал сюда по рекомендации одного знаменитого художника, который умер несколько лет назад. С тех пор молодой человек добился определенных успехов и стал первым помощником директора музея, который испытывал к нему полное доверие и симпатию.

Лукас засел в центральной библиотеке, что находилась по другую сторону улицы, напротив музея, и, окружив себя стопками книг по истории и монашеству, погрузился в их изучение. Он увлеченно искал сведения о монастыре «Святое Братство» или что-нибудь похожее на это название.

Книги захлопывались одна за другой: ничего подобного найдено не было. Молодой человек много раз обращался к работникам библиотеки, но все было безуспешно.

Однажды девушка, которая ему выдавала очередные книги, посоветовала обратиться к одному из сотрудников библиотечного архива.

— Может, он сможет вам чем-то помочь, — сказала она. — Я смотрю, как вы стараетесь и у вас ничего не получается, а он хороший специалист по старине.

Только к вечеру она подвела к Лукасу мужчину средних лет и представила.

— Вот тот самый человек, который вам может дать маленький шанс в ваших поисках, — сказала она. — Его зовут Джон.

Джон устало улыбнулся и протянул Лукасу руку.

— Лукас, — представился в свою очередь молодой человек.

Девушка оставила их вдвоем и ушла.

— Она мне что-то наговорила, но я так ничего и не понял, — признался Джон, поглядывая на стопки книг. — Я так понимаю, вы увлекаетесь историей.

— Историей я увлекаюсь по необходимости, — ответил Лукас и коротко пояснил суть дела.

— Если это связано с такими ранними временами, как двенадцатый или пятнадцатый века, то сложностей может возникнуть много. О тех временах в книгах написано очень мало, и то только общими фразами. Если вас интересуют конкретные факты, то…

— Вот-вот… именно конкретный факт меня и интересует, — согласился Лукас. — Я ищу монастырь под названием «Святое Братство», но в книгах о нем ничего не сказано. Я перерыл целую гору, но ничего не узнал. Может, его вообще никогда не было? Бывает же такое?

— Может быть и такое, — согласился Джон. — Откуда у тебя эта информация?

Лукас рассказал о странном монахе, и Джон призадумался.

— Может, он не так называется, а как-то по-другому? — напрягая память, предположил Джон. — Откуда вы взяли такое название?

— У нас в музее есть интересный экспонат — золотой крест. На его обратной стороне имеется надпись. Она неразборчива, но этим монахом была прочитана, и получилось именно такое название.

— Вы сделали копию или фотографию? Мне надо все увидеть самому, — сказал Джон. — Потом, не забывайте, что в те времена люди были совершенно безграмотные, и то, что вы прочитали, может говорить ни о чем. Так тоже бывает.

— Я сделал запись один к одному, — сообщил Лукас. — Она на кресте не очень разборчива, делалась неумелой рукой, но все же… — Лукас протянул Джону лист бумаги.

Джон долго всматривался в надпись, несколько раз переворачивал лист, подносил бумагу к лампе, пытаясь разглядеть все тонкости.

— Вы утверждаете, что она сделана на кресте? — спросил он.

— Да. Это именно та самая надпись. Я ее сделал один в один с оригиналом.

— И эта надпись вас очень интересует? Мне кажется, что это просто набор каких-то старинных букв. — Джон достал из кармана лупу и снова стал всматриваться в надпись. — Конечно, лучше бы это посмотреть на оригинале чем на бумаге. Ты можешь мне это устроить?

— Конечно, — согласился обрадованный молодой человек. — Я постараюсь решить этот вопрос буквально завтра. Наш директор тоже заинтересовался этой загадкой.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Джон. — Сейчас уже поздний час, сдавай свои книги и отдыхай. — Он протянул Лукасу свою визитку.

Директор музея настороженно отнесся к новому человеку, перед которым снова приходилось открывать витрину. Он уселся на стул в стороне и наблюдал за работником библиотеки, который принялся исследовать экспонат.

— Он еще и золотой, — определил Джон.

— Это уникальная вещь, — добавил Лукас. — Вот эта надпись, сделанная когда-то острым предметом, нас очень интересует. Мы пытаемся определить место происхождения этого креста. Эта надпись должна о чем-то говорить.

Джон принялся за работу.

— Да, — сказал он спустя некоторое время. — Здесь написано именно то, что вас интересует, — название монастыря. Но надпись безграмотная, некоторые буквы написаны совершенно неправильно: это говорит о том, что писал человек простой, не владеющий грамотой вообще. В те времена были такими почти все.

— Монахом? — спросил директор.

— Может, и монахом, раз это крест. Если хотите узнать кое-что подробнее, то на это уйдет немало времени.

Лукас взглянул на сидящего в стороне директора.

— Это будет стоить денег, — добавил Джон.

— А если этим нам заняться двоим, в частном порядке? — шепнул Лукас, чтобы не слышал директор. – Мне кажется, стоящее дело.

— Здесь есть какая-то тайна? — Джон обратился к директору и с усмешкой взглянул на Лукаса.

— Какая здесь может быть тайна! — Директор поднялся со стула и подошел к молодым людям. — Если уж на то пошло, здесь каждый экспонат хранит какую-нибудь тайну. Это же музей старины, молодой человек. — Он закрыл перед ним витрину.

Лукас отвел Джона в сторону, пока директор подключал сигнализацию.

— Я все понимаю, но игра стоит свеч. Я все подробности расскажу наедине, — снова зашептал Лукас.

— Эту надпись практически невозможно разгадать, — заверил директора Джон. — Скорее всего, это просто какие-то метки.

Директор был неудовлетворен заключением библиотечного эксперта.

— Я такого же мнения, — поддержал Лукас Джона. — Если специалисту эти иероглифы неизвестны, то нам самим до них не докопаться. Может, монах, который постоянно сюда ходит, что-то путает? Откуда ему знать, что было много веков назад, я не понимаю. А он о каких-то предках… Сумасшедший старик!

— Хорошо, — сказал директор. — В таком случае я этот крест отдам специалистам более высокого уровня. Они там разберутся. Дело в том, что я верю этому монаху. Лукас, больше этим делом не занимайся, не трать времени даром и выполняй свои непосредственные обязанности. Я сам постараюсь во всем разобраться.

Лукас даже обиделся. Он растерянно посмотрел на своего шефа, потом на Джона и усмехнулся.

— Пусть будет так, — покорно согласился он.

— Ты один не потянешь, — шепотом добавил Джон. — Это кропотливая работа.

Вечером следующего дня Лукас направился в библиотеку к Джону, чтобы рассказать о таинственном монахе.

Он долго его дожидался в зале, пока Джон освободился и вышел к нему.

— Почему твой шеф так заинтересовался этой надписью? — сходу спросил Джон, подсаживаясь рядом.

Лукас рассказал все подробности о монахе, который часто заходит в музей и часами стоит у витрины с крестом.

— Я тут порылся в архивах, — сказал Джон. — Кое-что начинает уже проясняться. У нас хранится одна очень старинная рукопись, и она меня особенно заинтересовала. Мне кажется, это то, что надо. Судя по надписи на кресте, она очень похожа на ту, что и в рукописи.

— Можно взглянуть? — не терпелось Лукасу.

— Только не сегодня. Доступ в архив ограничен, но завтра я попытаюсь рукопись взять с собой, и мы все обсудим.

У Лукаса загорелись глаза.

— Там можно что-нибудь прочитать? — спросил он.

— Кое-что можно. Я уже выяснил, что монастырь находился где-то на севере Англии. Он был небольшой и представляя собой обитель для мужчин. В настоящее время его уже нет. Когда-то, несколько веков назад, он был полностью уничтожен, а его обитатели необычным образом исчезли.

— Как это, необычным образом исчезли? – удивился Лукас. - А что еще там написано?

— Есть тексты, похожие на молитвы. Их немного, но чтобы их разобрать и прочитать, придется хорошо потрудиться.

— Отлично! —  Лукас был удовлетворен встречей. — Я завтра зайду, и посидим над этими бумагами вместе.

— Я думаю, что ты не станешь брать в долю своего шефа, — загадочно улыбнулся Джон.

— В долю? Какую долю?

— Я так понимаю, у тебя другая цель в разгадке этой тайны. Не для науки же ты так усердно стараешься, не для истории…

Лукас потер вспотевший лоб.

— Ты думаешь, что из всего этого может что-нибудь еще и получиться?

— Кто его знает, — вздохнул Джон. — Было бы неплохо.… То, что рассказал монах, интригует. Если этот старик не выжил из ума и говорит истину, то дело может представлять определенный интерес.

— Вот и я о том же, — согласился Лукас, настороженно оглядываясь по сторонам.

— А крест? Он под охранной сигнализацией в вашем музее.

— Крест — это мое дело.

— В таком случае тебе придется исчезнуть из музея или даже из города навсегда, — предупредил Джон. — Ты меня понимаешь? Ты же сам говоришь, что дело стоящее.

— Я еще не уверен, но в любом случае мы ничего не теряем. Крест золотой, и нам этого золота хватит очень надолго, тем более такого старинного. Честно говоря, я впервые с этим связываюсь, — признался Лукас. — Ну, а если это и произойдет, предлагаю равное сотрудничество.

Он взглянул на Джона и улыбнулся.

— Думаю, что мы друг друга поняли, — решительно сказал помощник директора музея.

— Исследование может занять некоторое время, — продолжал задумчиво Джон, оценивая предложение о сотрудничестве. — Даже не одну неделю. Каждый должен заниматься своим делом. Я — архивом, ты — крестом. Тебе известны все секреты вашего музея?

— А если это все обыкновенная чушь? — засомневался Лукас. — Я же рискую больше тебя, своей карьерой и прочим…

— И все равно, крест делится пополам, и мы расходимся, как в море корабли. Но я не думаю, что здесь все так просто. Есть какая-то тайна. Тебе бы еще раз увидеться с этим монахом и поговорить с ним наедине. Он часто приходит?

— В последнее время редко, но приходит. Его к кресту как магнитом тянет. Его в музее больше ничего не интересует.

— Вот и хорошо. Узнай все подробности или хотя бы то, что он знает сам. Кажется, что он не все вам рассказал. Мне с ним встречаться не стоит, чтобы не привлекать особого внимание.

3

Следующая ночь выдалась для молодых людей бессонная. Джон принес рукопись, и они вместе засели в комнате Лукаса, которую тот снимал для проживания.

— Я прихватил старинные словари и некоторые книги, в которых написано о том времени, — сказал Джон, выкладывая толстые тома на стол.

Началась кропотливая работа с изучением каждой буквы в надписи на кресте.

Уже ближе к утру Лукас откинулся на спинку кресла и позволил себе расслабиться.

— По-моему, это  бред, — сонным голосом проговорил он и закрыл глаза. — Какой-то старый монах наплел неизвестно что, а мы, как два чудака, сидим и разгадываем этот ребус. У меня есть предложение на этом остановиться. Самое главное, что и рукопись того самого монастыря об этом кресте ничего не говорит. А почему ты решил, что рукопись принадлежит именно этому монастырю? Монастырей с похожими названиями в те времена было множество. Они открывались где угодно.

— Это тот самый монастырь, — утвердительно заявил Джон. — Часть букв в этом писании очень похожа на те, что на кресте.

— Что ж, в те времена азбуку совсем не учили, — сокрушался Лукас. — Просто бездельники какие-то.

Джон рассмеялся.

— Если бы они тогда были грамотными, как мы с тобой, то вряд ли что до нас сейчас дошло с тех времен. Ты лучше посиди молча, у меня, кажется, что-то начинает получаться. — Джон стал медленно выписывать отдельные слова на лист и складывать из них предложения.

— Ну как? — не терпелось Лукасу.

— Какая-то божественная молитва, — объявил Джон, внимательно прочитывая получившееся предложение.

Лукас снова подсел рядом.

— Монах говорил что-то про заклинание. Есть что-то похожее?

— Заклинанием может быть любая молитва. Их тут получается целый десяток. Ты не спеши. Нам надо еще немного времени, чтобы все как следует изучить. Тут просто так не разобраться. — Джон схватился за голову и подскочил на стуле. — Я теперь точно знаю, как назывался тот монастырь! — воскликнул он. — Вот смотри, если эта каракуля соответствует букве «S», то получается слово spiritual. Ты теперь начинаешь меня понимать? А эта каракуля больше похожа на букву «C», а дальше можно читать как congregation. — Довольный Джон просто был в восторге. — Монастырь так и назывался — «Святое Братство». Это же победа! — торжествовал он. — Начало есть, и неплохое. Чего ты раскис? Мне это не нравится. Вся идея исходила от тебя, а ты начал сдавать. Я уверен, что мы доберемся до истины.

Джон снова погрузился в разгадки. Рядом сидел Лукас и ерзал на стуле.

Он стал искать сведения о монастыре в своем ноутбуке.

— Так, что-то есть. Этот монастырь был построен в XII веке, — вслух читал Джон. — В конце пятнадцатого века он был стерт с земли неизвестными существами.

— Какими еще существами? — не понял Лукас.

— Может, и динозаврами.

— Инопланетянами, лучше скажи.

— Тут вот так и написано: существами. Если бы он был уничтожен войсками других народов, то так бы и писали. А тут — существами. Тебе не кажется это странным?

— Мне странным кажется здесь все, — согласился Лукас, — особенно крест. Что еще пишут о монастыре?

— Все, больше ничего нет. Всего несколько строчек.

— Скупо что-то, — заметил молодой человек. — Ну да ладно. Самое главное у нас уже есть: это название монастыря, соответствующее надписи на кресте, и рукопись, с которой стоит еще поработать. Главное, что и рукопись принадлежит этому же монастырю.

— И крест, — добавил Джон.

Он взглянул на Лукаса и улыбнулся.

— Да, и крест, — согласился Лукас.

— Если я все разгадаю до конца, то тебе придется подумать, как этот крест извлечь из музея.

— Я уже все обдумал, — заверил Лукас.

— Это нужно будет сделать аккуратно, без лишнего шума. Ты понимаешь, что после его исчезновения тебе там уже не работать?

— Это в лучшем случае, — вздохнул молодой человек.

— Тебе придется скрыться на некоторое время.

— Вот поэтому нам надо решить с этой писаниной конкретно, чтобы я знал, на что иду. Джон, как ты думаешь, сколько еще с ней провозишься?

— Если ты не будешь мне мешать, то за неделю,  справлюсь. Не забудь, что тебе еще надо сегодня на работу. Скоро уже утро.

Лукас спохватился и стал собираться.

— Я уйду к себе в библиотечный архив, а ты вечером загляни ко мне.

Лукас явился на работу с красными от бессонной ночи глазами, и директор это сразу заметил.

— Есть проблемы? — спросил он.

— Родственники приехали, — соврал молодой человек. — Пришлось с ними допоздна посидеть.

Сегодня рабочий день у Лукаса просто не состоялся. Он старался меньше попадаться на глаза своему шефу и засел в кабинете, перелистывая кипу бумаг. Мысли его были заняты совсем другим. Он думал, как все провернуть с крестом, в случае, если у Джона все получится. Теперь он начинал уже верить своему новому знакомому из библиотеки и не мог сосредоточиться на работе.

Вошел директор и присел на стул.

— Что с тобой в последнее время происходит? — спросил он, вглядываясь в бледное лицо молодого человека.

— Плохо спал, — ответил Лукас.

— Скоро у тебя отпуск, отдохнешь. Кстати, этот монах опять там, у витрины с крестом.

— Вы с ним разговаривали?

— О чем мне с ним говорить? Что он знал — все рассказал. Его информация мизерная. Чтобы серьезно заняться этим делом, нужно много времени, а у меня его чертовски не хватает. Пусть занимаются этим крестом другие, кто помоложе. Мне достаточно, что этот крест является экспонатом нашего музея. — Директор похлопал молодого человека по плечу и поднялся. — Потерпи до отпуска и отдохнешь.

Лукас взглянул на шефа.

— Меня тоже не интересует теперь этот монах. Пусть ходит, если ему это нравится. Пусть смотрит на этот крест и вспоминает своих предков.

Директор вышел, а Лукас призадумался. Он быстро встал и заметался по кабинету.

«Мне надо с монахом встретиться, — размышлял он. — Зачем же я сказал шефу, что этот старик меня не интересует? Нет, нет, я правильно сделал. Меньше будет подозрений».

Лукас решительно вышел из кабинета и направился в зал.

Он прошел мимо кабинета директора, прислушался, убедился, что тот на месте и пошел в зал.

Молодой человек тихо подошел и встал рядом с монахом. Монах взглянул на него своими бесцветными глазами и снова устремил взгляд на крест.

— Уважаемый, — тихо произнес Лукас, — вы больше ничего не вспомнили о таинстве золотого креста?

— Я больше ничего о нем не знаю, — ответил монах, не поворачивая головы. — То, что я вам рассказал, мне известно от моих предков. Так из поколения в поколение передаются эти разговоры.

— Может, вы вспомните, кто говорил вам об этом кресте что-то конкретное?

— Я никогда не видел силы этого креста, но, говорят, она великая.

— Что-то я не понимаю, в чем она заключается, — удивился молодой человек.

— С помощью креста когда-то воскрешались люди, он приносил победы в сражениях. Этот крест мог все, что только пожелаешь.

— Но такого же не может быть! — удивился Лукас.

— Может, молодой человек, может. Есть на свете вещи, которые всемогущие. Они делают и ломают судьбы людей, они вершат историю и контролируют время. Эти вещи уникальны, но к ним нужен особый подход. Они так просто человеку не даются, и, чтобы заставить эту вещь работать, нужен ключ.

— Заклинание, — вырвалось у Лукаса.

— Что-то вроде этого. В этом и заключается вся тайна, которую уже несколько веков никто не может разгадать.

— Но есть же какие-то источники?

— Прошло столько времени, что вряд ли что-нибудь осталось, — вздохнул монах.

— А монастырь? Тот самый монастырь, где хранился этот крест. Его обитатели, наверняка, пользовались силой этого креста. Значит, они знали и заклинание, чтобы его привести в действие.

— Я в этом не сомневаюсь. — Монах сложил руки перед собой, поклонился кресту и взглянул на молодого человека. — Если кто-нибудь и доберется до истины, то это будет очень нескоро. И не дай бог, если этот крест попадет в руки мошенников или злодеев — хлебнет тогда горя все человечество на земле.

— Даже так? — удивился Лукас.

Монах строго взглянул на молодого человека и направился к выходу.

Лукас проводил его взглядом и пристально посмотрел на крест, который сиял под светом софитов.

Он вернулся в кабинет и стал нервно прохаживаться из угла в угол, потом уселся в кресло и, обхватив голову руками, закрыл глаза. В голове мелькали разные мысли о таинственном монахе, его речах и предостережениях. Сейчас крест снова не давал ему покоя ни на минуту.

Лукас понимал и то, что если он совершит кражу из музея, то в лучшем случае он потеряет работу, которой так дорожит.

Лукас сидел за столом, опустив голову и думал:

«Может быть, лучше от всего этого отказаться сразу, извиниться перед Джоном и все пусть останется на своих местах. Джон очень заинтересовался крестом, но больше всего ведь рискую я. Мне придется сменить жилье и прятаться или вообще уехать из Лондона. Скотланд-Ярд обязательно займется этим делом, потому что директор этого так не оставит, и тогда мне светит только тюрьма».

Лукас встряхнул головой и взглянул в окно. День подходил к концу. Неожиданно зазвонил телефон, и он вздрогнул. Звонил Джон.

4

Лукас по телефону слушал, что говорил ему Джон: лицо его бледнело, потом покрывалось румянцем, глаза бегали в разные стороны, а на лбу выступили капельки пота.

— Хорошо, — сказал он после долгого молчания. — Сегодня вечером в кафе напротив.

Поздним вечером они сидели за столиком и обсуждали текущий момент. У Джона были хорошие новости: после недельного изучения рукописи он расшифровал все записи кроме одной, последней. Оказалось семь молитв, призывающих богов к благополучию, и несколько непонятных выражений, которые сильно заинтересовали Джона.

— Мне кажется, в молитвах что-то вложено, — предполагал он. — Я это просто чувствую.

— А как проверить?

— Для этого нужен крест. Он должен находиться в этот момент в руках, чтобы сила этих выражений передавалась ему.

— Но может что-то и не получиться, — возразил Лукас. — Ты же знаешь, как мне придется рисковать. Рисковать абсолютно всем, даже свободой.

— Может, и так. Я не гарантирую ничего, как и ты. В худшем случае у нас окажется кусок золота, который делится надвое.

— Ты понимаешь, что больше всего рискую я? — уже дрожал голос Лукаса от волнения. — Я в таком случае теряю все: работу, жилье.… Придется скрываться от полиции. А если…

— Вот этого «если» быть не должно, — возразил возбужденный Джон. — Тут все должно быть наверняка. Если уж нас судьба свела, таким образом вместе, значит, мы должны осуществить задуманный план. А представляешь, если все у нас получится… Что ты, потом будешь говорить? И прекращай уже твердить, что ты больше всего рискуешь. Я тоже не без дела сижу, и нам друг без друга не обойтись. Мы оба рискуем, но по-разному.

Лукас растерянно пожал плечами.

— Когда нужен крест? — спросил он после некоторого колебания.

— Завтра я возвращаю рукопись в архив. Ты должен определиться сам, как все лучше сделать. Желательно, чтобы не было на работе твоего шефа.

— Ночью не получится, надо только днем, — сказал взволнованный Лукас. — Завтра я тебе позвоню.

— У тебя доступ к сигнализации есть?

— У меня все есть. Надо только одно: чтобы не было на месте шефа. Я вскрою витрину для уборки. У нас это делается, но очень редко. Крест унесу к себе в сейф и сразу позвоню тебе.

— Хорошо, — одобрил Джон. — Но сделай это как можно аккуратнее. Сам понимаешь, что даже этот кусок золота стоит очень больших денег.

На том они и расстались.

Утром следующего дня Лукас обошел все залы музея, как обычно это делал, и зашел в кабинет директора.

— Опять глаза красные, — заметил шеф. — Опять была бессонная ночь. Ты, мой друг, не влюбился ли часом?

— Да все гости достают, родственники. То им надо туда, то сюда…

— После обеда я уеду по делам, — предупредил шеф. — Ты останешься за меня и веди дела сам.

У Лукаса даже подкосились ноги. Он присел на стул и попытался сдержать свое волнение.

— С тобой все в порядке? — заметил шеф его странное состояние. — Ты нездоров?

— Нет, нет, все хорошо. Голова что-то закружилась.

— Постараюсь вернуться пораньше и отпущу тебя домой, — сказал озабоченный шеф.

Лукас вышел из кабинета и снова направился по музейным залам. Посетителей было очень мало, и он старался сосредоточиться, перебирая в голове варианты похищения. Он шел медленно, с тоской поглядывая по сторонам, будто прощался со своей перспективной работой уже заранее. Сейчас Лукас не понимал, что его толкает на такое ужасное преступление, но какая-то невидимая сила двигала им, и он не смел ей противостоять.

Он прошел в зал, где находилась витрина с золотым крестом, и замер. В такую рань у витрины он снова увидел монаха. Тот, как обычно, стоял с опущенной головой и шептал молитву. Услышав шаги, он поднял голову, обернулся.

— Доброе утро, отец, — вежливо поприветствовал его Лукас. — Я даже не заметил, как вы вошли..

— Доброе, сын мой, — ответил монах. Он взглянул на молодого человека, и Лукасу показалось, что взгляд у него суровый, какой-то недоверчивый, как раньше, а глаза просто метают в его сторону искры ненависти, будто догадывался, что Лукас хочет совершить.

Лукас немного постоял рядом, мельком взглянул на витрину с крестом и направился к выходу.

— Молодой человек, — окликнул его монах. — Вы что-нибудь узнали о таинстве креста?

— Ничего, — раздраженно ответил Лукас. — Все, как и вы, говорят, что его тайны уходят в глубину веков, а источников никто обнаружить не может. У меня совершенно нет времени этим заниматься, и я не вижу в этом резона.

— Вот и хорошо, — согласился монах, — пусть он покоится на своем месте. Значит, не пришло еще его время.

Лукас медленно двинулся по залу, чувствуя его колючий взгляд в спину. Он неожиданно обернулся и встретился с взглядом монаха, который, сложив руки на груди, смотрел ему вслед.

Во второй половине дня шеф уехал по делам и обещал вернуться незамедлительно, как решит все свои вопросы.

Лукас тут же набрал номер телефона Джона.

— Сегодня может все случиться, — предупредил он. — Шеф в отъезде. Утром снова появлялся этот монах. Что-то мне не нравится все это.

— Да черт с ним, с монахом. Ты мне звони, как только что-то будет получаться. Я подъеду на машине и заберу тебя.

— Мне сразу надо будет съехать и с квартиры, — предупредил Лукас. — Там у меня вещи уже упакованы — две сумки.

— Хорошо, заедем, а где думаешь остановиться?

— Может, на время у тебя?

— Нет, нет, это исключено, — запротестовал Джон. — Лучше снять номер в гостинице.

Лукас мгновенно призадумался, понимая всю сложность ситуации, в которую он сам себя впутывает.

— Тебе надо быть у музея часов в пять, — пересиливая свои сомнения, произнес Лукас. — Поставь машину в стороне, а сам жди у входа.

Когда были оговорены все мельчайшие подробности, Лукас положил трубку телефона и откинулся в кресле, закрыл глаза, представляя последствия.

«Почему Джон не хочет, чтобы я остановился у него? — рассуждал Лукас. — Значит, не хочет, чтобы я знал, где он живет.… Но это очень просто можно определить. Может, у него семья, о которой он мне не говорит? Его рвение к этому кресту тоже немного настораживает. Если он что-то затевает против меня, то я его обязательно накажу. Неплохо было бы завладеть этим крестом только мне одному и быть его хозяином. Да, но Джон, наверняка, докопался до истины в этих рукописях, раз просит крест, и мне о ней он не скажет никогда. Потом, эта рукопись, в которой так и остается неразгаданным одно заклинание… Мне надо будет любым путем все узнать, а дальше я просто исчезну из Англии, если этот крест имеет такую силу. Исчезну вместе с Джоном. Нет, Джон здесь ни при чем. Зачем только я связался с этим нечистым делом? Может, все остановить? Это же в моих силах. Я извинюсь перед Джоном, надо будет — заплачу за его труды и буду иметь перспективную работу и спокойную жизнь. А если монах говорит правду, что крест такой всемогущий, значит, я не только исправлю свое положение, но и стану первым, сильным и властным».

Лукас открыл глаза и взглянул на часы — было уже без четверти пять.

«Неужели я так крепко заснул? — подумал он. — Пора действовать».

Он вызвал дежурную по залу и сообщил, что витрина с крестом сейчас будет вскрываться для уборки внутри и профилактики экспоната.

Лукас отключил сигнализацию и направился с ключами в зал. Он легко открыл стеклянную дверцу, дал указания работнице навести порядок. Только сейчас он почувствовал, как его руки затряслись и вспотела спина. Он внимательно осмотрел крест и, озираясь по сторонам, завернул его в большую белую тряпку и направился к выходу.

Когда он покидал зал, неожиданно увидел монаха, который стоял у окна и наблюдал за ним. Его затрясло от неожиданной встречи, но он взял себя в руки и решительно пошел мимо.

— Профилактические работы, — произнес Лукас, как бы в оправдание своим действиям.

Монах стоял неподвижно, провожая его взглядом.

Лукас вошел в кабинет и смахнул со лба пот, положил крест на стол перед собой и рухнул в кресло.

Он закрыл глаза в ожидании, что монах явится в его кабинет, но за дверьми была тишина.

Лукас немного пришел в себя, потом взглянул на крест.

«Может, не стоит этого делать? — снова мелькнула мысль. — Если что-то не получится у Джона, то это будет просто кусок золота».

Он взял крест в руки, ощутил его тяжесть и почувствовал, какой он холодный. Молодой человек прислушался: за дверями послышались шаги, и он напрягся.

Он прикрыл крест тряпкой и устремил свой взгляд на двери.

Постучалась и вошла работница музея.

— Ну, что еще? — нервно спросил Лукас.

— Витрина в полном порядке, — сообщила она. — Можно экспонат ставить на место.

— Сейчас, — сухо ответил Лукас. — Идите и занимайтесь своими делами.

Работница вышла.

Лукас окинул взглядом свой кабинет, понимая, что сюда уже никогда не вернется, открыл выдвижной ящик стола и забрал свои вещи, сунул их в пакет и встал.

Оглядев еще раз кабинет, он прижался к стене, чувствуя, как колотится его сердце, и прислушался.

Он завернул крест снова в тряпку, сунул в пакет и решительно вышел в коридор, направляясь к выходу из музея. Лукас старался не смотреть по сторонам, наклонил голову и желал потеряться среди посетителей.

Последние посетители тоже медленно покидали залы и выходили на улицу. Лукас смешался с какой-то группой туристов и проскользнул в двери.

Он увидел Джона, который спешил к нему навстречу.

— Все в порядке? — спросил Джон, оглядываясь по сторонам.

— Кажется, да. — Лукас обернулся и взглянул на двери музея.

У входа на ступеньках стоял монах в своем длинном одеянии и не сводил с Лукаса своего взгляда.

— В машину, — скомандовал Джон, и Лукас тяжело упал на заднее сиденье. Он снова взглянул в сторону музея: монах стоял неподвижно, будто понимал, что произошло, и провожал взглядом уже отъезжающих молодых людей.

— Черт побери, — выругался Лукас. — Ты не заметил ничего подозрительного?

— Наследил у себя на работе?

— Нет. Я встретил этого проклятого монаха в зале, — стал объяснять Лукас. — Мне кажется, он понял, что произошло. Он видел, как я садился в машину, он стоял у выхода и бросал на меня взгляды проклятия.

— Бред! — возразил Джон. — Ты просто сильно разволновался. Возьми себя в руки, и едем. Монах бессилен, он служитель. Бога и не позволит себе чего-то лишнего.

5

Лукас видел в зеркало заднего вида улыбающееся лицо Джона, который торжествовал.

— К тебе за вещами? — спросил он. — Я рад, что у тебя все получилось так, как мы планировали.

Бледный Лукас до сих пор не мог прийти в себя. Он прижимал к себе пакет с крестом и растерянно смотрел в окно. Ему сейчас было противно видеть сияющее лицо Джона, а тем более слушать его похвалу.

— Ты сам, что предлагаешь делать в дальнейшем? — спросил Лукас.

— Ничего. Сейчас нам надо будет тебя определить и хорошо отдохнуть.

— Ты не понял, — возразил Лукас. — Я хотел узнать о твоих продвижениях в изучении рукописи.

Джон оглянулся назад.

— Ты сомневаешься в моих способностях? Оказывается, все очень просто. У меня есть несколько молитв и предсказаний, которые я перевел. Испробуем каждую на деле — что-то должно сработать.

— А если нет?

— Если нет, значит, ты и я будем богатыми людьми на несколько лет. Покажи мне крест.

Лукас вынул из пакета сверток и развернул крест, помаячил им сзади перед зеркалом.

— Даже не верится! — восторгался Джон. — Неужели эта вещица в наших руках?

— Джон, давай договоримся сразу, — предложил молодой человек. — Мы с тобой не расстаемся в любом случае. Если у нас что-то и получится с заклинанием, то будет вдвойне великолепно, если нет — нам надо держаться только вместе.

— Конечно, — тут же согласился Джон. — Как может быть иначе. У тебя могут возникнуть небольшие трудности, и мой долг — тебе помочь.

— Трудности могут возникнуть как раз очень большие, — согласился Лукас. — Я потерял все: работу, жилье, и мне придется скрываться или вообще уехать из города или даже из страны. Шеф это дело так не оставит. Потом этот монах… Он мне очень не понравился еще тогда, с первого знакомства. Он постоянно смотрел на меня, как на преступника…

— Ну, понесло… Я же тебе пообещал, что все будет хорошо. Ты мне, кажется, не веришь?

Лукас промолчал, вглядываясь в лицо Джона и пытаясь найти приметы лжи в его усмешке.

— И еще хотел попросить, давай не будем связываться с криминалом. Если крест заработает, надо будет направить его силу на добрые дела.

— Ты уже связался с криминалом. Мы связались, — добавил Джон. — Ты не представляешь, если у нас что-то получится, какими мы станем богатыми.

Мимо с сиреной промчалась полицейская машина, и Лукас прижался к спинке сиденья.

— Не волнуйся. Если ты будешь таким пугливым, то мне придется очень трудно.

— Я представляю, какой сейчас в музее переполох, — вздохнул молодой человек. - Шеф разыскивает меня, вызывает следователей, полицию…

— Поэтому нам надо быстрее к твоему дому. Куда дальше?

— Уже приехали. Вот здесь останови, — попросил Лукас. Он прихватил пакет с крестом и вышел. — Я сейчас, мигом. У меня все собрано в сумки.

Джон проводил удаляющуюся фигуру молодого человека и закурил.

Лукас вернулся быстро. Он кинул свои сумки в багажник и сел рядом с Джоном.

— Я тебе присмотрел номер в гостинице, — сказал Джон. — Он недорогой, но тебе понравится. Пока поживешь там, потом что-нибудь придумаем другое.

— Надо с крестом быстро разобраться, — заметил Лукас. — Если мы добьемся своего, то все в порядке, если нет, то делим золото пополам. Мне надо будет определяться, и немедленно.

Мимо промчалось еще две полицейские машины с мигалками и сиренами, и у Лукаса снова замерло сердце. Он прижался к спинке сиденья и затаил дыхание.

Джон взглянул на перепуганного молодого человека и засмеялся.

— Это не по твою душу, — сказал он. — Тебя нескоро хватятся.

— Вот этого я и боюсь, что хватятся. Монах, наверняка, вернулся к витрине, где был крест, и обнаружил его пропажу. Шеф тоже должен уже вернуться. Он точно вызвал полицейских ищеек, и они уже имеют каждый мою фотографию.

— Милый мой компаньон, — возразил Джон. — В таком огромном городе, как Лондон, тебя нескоро найдут, и найдут ли вообще — неизвестно. Конечно, если ты сам чего-нибудь не накосячишь. Тебе надо успокоиться и взять себя в руки. У меня есть предложение: сегодня просто отдохнуть. И ты, и я много претерпели, и нам необходим отдых, отвлечься, а завтра на свежую голову возьмемся за дело. Едем в гостиницу, ты там устраиваешься, и едем в ресторан — я угощаю.

— Что-то щедро с твоей стороны, — удивился Лукас.

— Я понимаю, что ты сделал решающий шаг в своей жизни, поставив на карту свою карьеру, поэтому угощаю я. Завтра я заеду за тобой и привезу к себе в библиотеку, в архив. Там место тихое и спокойное. Мы все обсудим и испробуем, что я накопал за это время. Мы же друг без друга теперь не обойдемся никогда.

Уговоры Джона убедили молодого человека, и он согласился.

Номер в гостинице оказался скромным, по заплаченным деньгам.

Лукас оглядел небольшую комнатку и поморщился.

— Это все временно, — заверил Джон. — У меня не было денег, чтобы снять для тебя апартаменты, да и ни к чему они тебе. Скоро у нас начнется совсем другая жизнь.

— Ты так уверенно все говоришь, — удивился Лукас.

— Я думаю, что мы на пороге больших событий. У меня сильно развита интуиция, которая никогда еще не подводила.

Лукас устало опустился на жесткую кровать и подвинул к себе пакет с крестом.

— Покажи мне его еще раз, — попросил Джон.

Лукас развернул сверток и протянул ему тяжелый старинный золотой крест.

— Да, здесь золота нам двоим хватит надолго, — произнес он.

— Мне золота не нужно. Мне нужна сила креста, — сказал Лукас.

— Вот об этом завтра. Идем вниз, в ресторан. Я сегодня оставлю машину здесь и доберусь до дома своим ходом. Завтра приеду, и мы вместе засядем в архиве.

— Если хочешь, можешь остаться у меня, — предложил Лукас, пытаясь проявить расположение к партнеру. — Я тебе верю, — добавил он. — Верю, как самому себе.

Джон присел рядом на кровать.

— Если признаться, я тоже никогда не помышлял такими делами, — тихо заговорил Джон. — Меня какая-то неведомая сила толкнула на все это. Даже тогда, когда я совершенно запутался в рукописях, я знал, что добьюсь своего. Ты меня постоянно воодушевлял своим присутствием и надеждами.

— Со мной происходило то же самое, — ответил Лукас. — Сколько я передумал перед тем, чтобы совершить такое! Ведь знал, что это преступление, но меня тоже что-то толкало на это. Я не хотел этого делать, а все получалось как бы само по себе. Ты не представляешь, сколько я потратил нервов и что только не пережил за эти несколько дней. Все, думал, откажусь от всего этого, но не получалось: меня просто несло к этому кресту, но постоянно передо мной возникал этот странный монах. Он ничего не говорил, но видел в моих глазах, что я хочу совершить большой грех. Он даже в последний момент не предупредил меня, чтобы я этого не делал, хотя и мог. Может, он знает последствия всего этого? Может, этот крест нас и накажет когда-нибудь?

— Глупости, — возразил Джон. — Крест не сможет без нашего вмешательства стать всесильным, а тем более наказать нас. Он в наших руках, и, как мы пожелаем, так оно и будет.

— Но есть же высшие силы, есть, в конце концов, еще и Бог на земле.

— Если ты будешь постоянно ссылаться на Бога, то зачем мы все это делали?  — стараясь подвести черту разговору, сказал Джон. — Ты понимаешь это?

Лукас взглянул в глаза компаньона, стараясь увидеть правду или ложь, которая лилась из его уст.

— Ты знаешь, — сказал Лукас, — мне хочется все бросить и бежать. Бежать от всего того, что происходит сейчас с нами. Ты же не такой, Джон? Тебя что-то сводит с ума.

— А тебя?

— Меня тоже. Какая-то сила толкает меня в пропасть. Я знаю, что этому будет когда-то конец, и не в нашу пользу, но не могу остановиться. Я погибну из-за этого креста. И ты погибнешь.

Джон вскинул брови от удивления:

— Слушай, Лукас, тебе непременно надо отдохнуть. Ты многое сделал наперекор своим принципам и желаниям. Ты просто устал.

— Хуже, — вздохнул Лукас. — Я начинаю ненавидеть себя за все эти черные дела.

— Ты как баба, — стал уже нервничать Джон. — О чем же ты думал раньше? У тебя тогда возникали другие намерения, а тут ты киснешь на глазах. Зачем ты нашел меня? Что-то ведь хотел, не правда ли? Ты втянул меня в эту историю, а сейчас хочешь оправдаться. Ты всему вина, и я могу предъявить тебе тоже кое-какие претензии. Раз так у нас получается, мы должны быть только вместе. Что получится, я не знаю и сам. Хочешь, давай сейчас испробуем все варианты, которые я приготовил. Испробуем на кресте все молитвы и заклинания, что я расшифровал.

Лукас наклонил голову и задумался.

— А если что получится? — тихо спросил он.

— Ты же сам хочешь, чтобы что-то получилось, не правда ли? Для этого ты пришел ко мне в библиотеку, что-то искал, пытаясь обойти своего шефа. Уши развешивал, когда тебе рассказывал байки тот старый монах, и мечтал.… Мечтал о чем, можешь мне сказать?

Лукас снова взглянул на Джона.

— Можешь не говорить ничего, — продолжал Джон, — я и сам все знаю. Ты хотел испробовать крест на его силу. Зачем она тебе нужна? А нужна она тебе для того, чтобы быть властным. Вот скажи, что я говорю неправду. Ты что-то хотел невероятное, и оно начинает проявляться, благодаря нашим стараниям, и вдруг, в последний момент, делаешь отворот.

— Ничего я не делаю, — зашептал виновато Лукас.

Джон приложил к его щеке свою ладонь и повернул голову молодого человека к себе.

— Я мог бы тебя в два счета обвести вокруг пальца, — теперь уже шептал Джон. — Но я так не сделал. Я хочу, чтобы мы были вместе. Я уверен, что у нас все получится. Может, не все, но что-то получится — это точно.

Лукас поднял на него свои усталые покрасневшие глаза.

— Ты думаешь? — спросил он.

— Я не думаю, я знаю.

— Мне страшно, — признался Лукас.

— А мне интересен итог наших стараний. Чего ты боишься?

— Наверняка, меня уже ищет полиция. Я потерял все, — снова забормотал Лукас.

— А ты не думаешь, что вдруг у тебя огромные перспективы впереди, о которых ты даже и не мечтал?

Лукас резко  повернулся к Джону, протянул ему крест.

— Забери его, — сказал он. — Крест мне не нужен. Я не хочу быть сильным и вершить какие-то непонятные чудеса. Я хочу быть настоящим человеком.

Джон сделал удивленное лицо.

— А я, по-твоему, ненастоящий? Зачем ты отдаешь мне этот крест?

— Я ничего не хочу. Сейчас пойду в полицию и сдамся. Пусть мне дадут срок, есть за что. Про тебя я не скажу ни слова. Здесь вся вина только моя. — Лукас вскочил с места.

Джон схватил молодого человека за руку и потянул к себе.

— Тебе и золота не нужно?

— Мне ничего не надо. Я сделал большую ошибку в своей жизни, я потерял все. Теперь хочу начать все сначала.

— Ты просто дурак! У тебя начинается истерика. Я сегодня останусь с тобой. Тебя нельзя оставлять одного в таком состоянии.

Лукас потряс головой и снова присел рядом.

— Может, ты и прав, — согласился он. — Я дурак. Не знаю, что ждет меня впереди, но не могу забыть последнего взгляда монаха, там, у музея.

— С завтрашнего дня я и ты начинаем новую жизнь, — сказал решительно Джон.

— У тебя нет семьи? Нет жены?

— Я в разводе. Она от меня очень многого требовала, а я не мог ее обеспечить по ее потребностям. Женщины, сам понимаешь, иногда тоже сходят с ума. Вот моя одна из тех, которая сошла с ума первой, - вздохнул Джон.

— Значит, ты ее не любил, — решил Лукас.

— У тебя была девушка или женщина? — в свою очередь спросил Джон.

— Была, но это же не жена.

— Это женщина, — пояснил Джон. — Они все одинаковые. И где же она теперь?

— Какая тебе-то разница?

— Вот видишь, и у тебя что-то не сложилось в жизни. Не получается в одном, значит, получится в другом месте. Женщины — это еще не все в жизни. Есть какие-то увлечения, цели, к которым люди стремятся годами. У нас цель с тобой определена, и ты хочешь дать отворот в самый решающий момент?

— Я хочу спокойно жить.

— Я тоже. Кто этого не хочет?

— А власть? Этот крест?

— Да подожди ты с этими заключениями. Еще ничего нет, а ты уже впадаешь в истерику, — остановил его Джон. — С тобой будет мне трудно. Чтобы что-то сделать, мне придется прилагать столько усилий, чтобы тебя убедить, что лучше сделать все самому. Может, до завтра потерпишь? Испробуем этот крест и определимся окончательно.

— Хорошо, — вздохнул Лукас.

Он завернул крест в тряпку и сунул его под подушку.

— Ты уйдешь сегодня?

— Как ты хочешь?

— Уходи. Я хочу остаться наедине с собой.

— Только не натвори глупостей, — предупредил Джон.

— За меня не беспокойся, — заверил его Лукас. — Завтра когда встретимся?

— Я сам к тебе приду до обеда, но для начала позвоню.

— Крест останется со мной?

— Конечно. — Джон поднялся с кровати и взглянул в окно: было уже темно. — Завтра я тебе позвоню, а ты никуда не выходи, жди звонка. Ну а сейчас добро пожаловать в ресторан.

6

В эту ночь Лукасу не спалось. Новая обстановка в номере не давала ему покоя. Он долго лежал с открытыми глазами и до подробностей вспоминал разговор с Джоном. Крест, что он спрятал под подушку, тоже давал о себе знать: в голову полезли дурные мысли: этот старый монах и его взгляд, который Лукас заметил на выходе из музея, не покидали его сознания.

«Он же не сказал мне ни слова, хотя, наверняка, знал о моем поступке, — размышлял молодой человек. — Почему монах промолчал и не позвал полицию? Странно все как-то получается».

Лукас сунул руку под подушку и нащупал крест. Он был холодный, и по его телу пробежала дрожь. «Странная вещица, — думал он. — Подушка теплая, матрац теплый, а он холодный… Джон тоже какой-то непредсказуемый.… Толкает меня, куда — неизвестно. А при чем тут Джон, если я сам заварил эту кашу? Какой черт меня подтолкнул на это скверное дело: жадность… алчность или что-то другое?».

Лукас поднял голову и взглянул на темное окно. Почему-то сейчас ему показалось, что в окне он кого-то увидел. Он вздрогнул, потянул на себя одеяло и прижался к стене.

«Этого еще не хватало, — мелькнуло в голове. — Сейчас мне начнут казаться разные монахи, директор музея и полиция.… Вот дурак! Замутил на свою голову непонятно что, теперь мучаюсь».

Он решительно встал и подошел к окну. На улице было совершенно темно. Где-то в стороне светили тускло фонари, мчались по дороге машины….

Лукас с тревогой взглянул на дверь. Теперь ему показалось, что кто-то за ней стоит и прислушивается. Он присел на кровать, вытащил из-под подушки крест, развернул его и положил на стол. В темной комнате он видел, как крест светится от тусклого света луны в окне. Он тяжело вздохнул и закрыл глаза, на мгновение представив, что творилось там, в музее, вечером, когда вернулся директор. Телефон он свой отключил, но сейчас ему захотелось его включить и посмотреть, кто ему звонил за последнее время. Лукас нажал на кнопки и включил телефон. К его удивлению, ни одного звонка ему не поступало.

«Может, вернуть крест обратно и все встанет на свои места? — снова погрузился в размышления Лукас. — Объясню все шефу, скажу, что бес попутал, и он меня поймет. Пусть даже не поймет, пусть уволит, но я останусь чист перед своей совестью».

Лукас взглянул на часы, что висели на стене: было около пяти часов утра. Он решительно стал собираться: оделся, завернул крест в тряпку и снова подошел к окну. На улице моросил мелкий дождь.

Лукас вышел на улицу, оставив вещи в номере, и зашагал по тротуару в направлении музея. В голове снова перепутались все мысли, и он с трудом представлял, что собирается делать. Он прижимал к себе спрятанный под ветровкой сверток с крестом и, оглядываясь по сторонам, шел вперед.

Лукас часто оглядывался, чувствуя чье-то присутствие совсем рядом. Ему казалось, что кто-то его преследует, идет за ним, но увидеть никого не мог. Улица была пуста.

Дождь кончился, когда молодой человек подошел к музею. Он не решился подходить близко к зданию и остановился на противоположной стороне, стал наблюдать. У входа стояло две полицейские машины, а в кабинете шефа горел свет. Сердце его сжалось от страха.

«Значит, полиция в курсе происшедшего, — подумал он и поднял воротник, стараясь спрятать свое лицо. — Шеф такое дело так просто не оставит. Он теперь знает все: знает, что я преступник».

Лукас нервно прохаживался по тротуару и поглядывал на окна музея. Библиотека, в которой работал Джон, находилась рядом, в нескольких шагах от него, но в ней, в столь ранний час, окна были темные.

«Джон спит спокойно, — думал Лукас, — а я мучаюсь. Надо идти и сдаваться, — решил он. — Чистосердечное признание скостит мою вину».

Лукас перешел дорогу и направился к музею, но перед дверьми остановился, прислушался.

— Куда в такую рань прешься? — крикнул из машины полицейский. — Музей сегодня работать не будет.

Лукас вздрогнул и оглянулся.

— Я хотел только узнать, с какого времени он открывается, чтобы прийти сюда со своим братом, — дрожащим голосом ответил Лукас.

— Я же говорю тебе, что сегодня музей работать не будет, — повторил полицейский и вышел из машины. — Иди спать, ценитель прекрасного.

Лукас спустился по ступенькам вниз и оглянулся на входные двери. Его всего затрясло, когда в дверном проеме он увидел образ старого монаха. Монах стоял, скрестив перед собой руки, и смотрел на молодого человека. Образ показался Лукасу размытым, как в тумане, и он вдруг подумал, что это его призрак.

Лукас зажмурил глаза и потряс головой, втянул голову в ветровку и быстро зашагал прочь.

«Привидение какое-то, — решил он. — Опять я его вижу, а он молчит и сверлит меня своим пронзительным взглядом. Может, и нет его вовсе, мне все только кажется? А в музее… Я же сам с ним разговаривал.… С ним и директор говорил долго, даже приглашал в свой кабинет, значит, он существует, этот монах. Что он делает в такую рань в музее? Может, он там живет каким-то образом? Ерунда какая-то».

Лукас свернул на ближайшую улицу и остановился.

Небо начинало светлеть, появились прохожие, и дороги стали наполняться машинами.

Лукас решил обойти музей с другой стороны и понаблюдать, что происходит там. Через некоторое время он снова стоял напротив музея, недалеко от библиотеки. Теперь его никто заметить не мог среди людского потока.

Из музея вышло несколько человек. Их провожал озабоченный директор, который на ходу что-то говорил и размахивал руками. Директор тут же подписывал какие-то бумаги, полицейский сунул их в дипломат, и они уехали.

Лукас вздрогнул, когда кто-то коснулся его плеча.

— Ты откуда здесь взялся? — услышал он знакомый голос и обернулся — это был Джон.

Лукас растерялся, виновато улыбнулся и сказал:

— Что-то не спится. Хотел посмотреть, что творится в музее.

— Крест с тобой? Я приехал, чтобы забрать машину и тебя, но мне сказали, что ты рано покинул номер. Я так и знал, что ты где-то здесь.

— Крест со мной.

— Что-то не нравится мне твой поступок, — с сожалением сказал Джон. — Мы же с тобой столько трудов приложили, чтобы разгадать тайну предков, а ты…

— Я струсил, — признался Лукас. — Но мне сейчас намного спокойнее, когда ты рядом. Ты знаешь, я видел полицейские машины у входа, видел шефа, озабоченного и с серьезными намерениями.

— А ты как думал? Твой шеф не дурак и знает цену этому кресту больше, чем ты и я вместе взятые. Ему ничего не оставалось делать, как вызвать полицию и рассказать всю правду. Ты же не знаешь его дел в отношении этой вещицы. Может, он и сам на нее положил глаз, общаясь с этим монахом.

— Я и монаха видел, — перебил его Лукас.

— Неудивительно. Этот монах еще много раз будет являться тебе. А он тебя видел?

— Возможно, что да.

— Ты видел его глаза?

— Нет, он был далеко от меня, но он видел меня, точно.

— И опять он сложил руки у себя на груди?

— Как и в прошлый раз.

— Странно как-то получается, — задумчиво произнес Джон. — Другой бы поднял тревогу, а этот молчит… Что он здесь поутру делает? Его тоже полиция допрашивала?

— Я не знаю, но его образ мне показался воздушным, как у привидения, — стал объяснять молодой человек.

— Ты привидения видел когда-нибудь? — улыбнулся Джон.

— Нет.

— Ты начинаешь верить в сказки. Их не бывает. У тебя стресс, и лезут в голову всякие дурные мысли.

— Но я видел монаха только что у входа, — настаивал Лукас.

— Ты утомился. Как спалось на новом месте?

— Представляешь, я совсем не спал, — признался молодой человек.

— С тобой все понятно. Иди в номер и отдыхай. Встретимся, как договорились, вечером. — Джон похлопал по плечу Лукаса.

— Ты знаешь, я боюсь, — пробормотал молодой человек.

— Идем со мной. — Джон взял Лукаса за руку и повел в сторону библиотеки. — В таком случае пересидишь некоторое время в читальном зале, я освобожусь, и начнем.

Лукас с испугом посмотрел на решительного Джона.

— Да, да, пора раскрывать тайны золотого креста. У нас есть кое-какие сведения из рукописи, поэтому мы должны ими непременно воспользоваться. Сейчас раннее утро, и в библиотеке никого нет. Я тебя определю в служебное помещение, где ты сможешь вздремнуть.

— Я хочу находиться там, откуда виден музей, — ответил Лукас.

— Хорошо, как скажешь.

Лукас сидел в читальном зале у окна, где открывался вид на вход в музей.

Снова подъехала полицейская машина, и Лукас отпрянул от окна. Ему казалось, что все его видели, и сейчас ворвутся в зал библиотеки, и арестуют.

Через некоторое время вышел директор музея в сопровождении полицейских, сел в машину и уехал.

«Они поехали ко мне, — мелькнула мысль в голове у Лукаса. — Сейчас обнаружат, что меня там нет, и начнутся поиски. Листовки с моей физиономией расклеят по всему городу, и мне некуда будет деться».

Лукас немного отвлекся, но спохватился и снова устремил свой взгляд в окно, с ужасом заметив в дверях музея монаха. Он смотрел прямо на окна библиотеки и, казалось, в то самое окно, за которым находился Лукас.

Лукас задвинул штору на окне и стал высматривать Джона, чтобы с ним быстрее покинуть это место.

Джон появился только через час.

— Что так долго? — нервно спросил молодой человек. — Там я снова видел монаха, он смотрел прямо на это окно.

Джон выглянул на улицу и усмехнулся:

— У страха глаза велики, — сказал он. — Ничего не бойся. Нет на свете еще такого человека, который мог бы видеть сквозь стены.

— Есть такой, — возразил Лукас. — Это монах. Он уставился именно на это окно.

— Да, с тобой трудно будет иметь дело, — сделал заключение Джон. — С виду ты парень храбрый, а на самом деле — трус.

— Я бы посмотрел на тебя, если бы ты был на моем месте. Только директор уехал с полицией, как появился этот монах…

— Покажи мне его, — попросил Джон и выглянул в окно. — Среди такой толпы людей трудно кого-либо заметить, а ты все видишь. Интересно. Покажи, где он?

— Смотри, у входа, правее. Видишь?

— Это не монах, а какая-то тетка в длинном платье, — сразу определил Джон.

— Правее смотри… у стены стоит, у колонны.

Лукас заметил, как лицо Джона мгновенно побледнело.

— Ты прав, — прошептал он. — Это тот самый монах. Откуда он здесь взялся?

— Мне кажется, он никогда и не покидал этот музей. Может, он и есть хранитель этого креста, - рассуждал Лукас. -  Ведь никто и никогда не видел, откуда он появлялся. Я удивлялся постоянно его внезапному появлению. Его на входе в музей тоже никто никогда не видел. Тебе не кажется это странным?

Джон в нерешимости промолчал. Вид его тоже был озабочен.

— Черт побери! — зашептал он. — А ты ведь был прав. Признаться, я тебе до сих пор не верил, думал, у тебя глюки.

— Вон она, глюка, стоит и смотрит именно сюда, замечаешь?

— Кажется, да. Идем отсюда ко мне в подвал. Пора что-то предпринять, пока не поздно.

— Может, все оставим? — все еще сомневался Лукас. — Я подброшу крест в музей, и на этом все закончится. Останемся мы с тобой просто друзьями.

— Нищими друзьями, — добавил Джон. — Я так не хочу. Раз замутили это дело — надо довести его до конца. — Он подтолкнул Лукаса вперед, и они направились вниз по ступенькам, в подвал, где работал Джон, где были архивы.

— Меня сюда не пропустят, — заволновался Лукас.

— Как ни удивительно, я сегодня работаю один и сам здесь хозяин.

Молодой человек снова взглянул на Джона и заметил его решительность.

— Ты думаешь, что мы приняли правильное решение? — спросил Лукас уже перед самой дверью в архив.

— Правильнее не бывает. Заходи. — Джон распахнул дверь перед молодым человеком, и они вошли. — Располагайся. Здесь никто нас не найдет. Время не будем терять. Где этот крест?

Лукас вытащил из-под куртки сверток и положил на стол. Джон достал рукопись и несколько исписанных листов бумаги.

— Садись поудобнее, — сказал он, и Лукас откинулся в кресле и стал следить за Джоном, как тот торопливо просматривает бумаги. — Начнем с этого абзаца. Мне кажется, он более похож на заклинание.

Лукас сжал в руках крест, чувствуя, как пронизывает его холод.

7

— С чего будем начинать? — тихо спросил Джон, перелистывая свои записи. — У меня тут куча вариантов, главное, выстроить предложения так, чтобы получился текст, похожий на заклинание. Вот это больше всего подходит.

Лукас подвинулся поближе и взглянул на исписанные листы.

— Нескладуха какая-то, — заметил он.

— Вот и я ломаю над этими записями голову. Придется вместе поработать. У тебя голова свежая, хотя и растерянная. Ты держи себя в руках, — посоветовал Джон. — Нас ждет светлое будущее в этой жизни, и я это чувствую. — Он похлопал Лукаса по плечу.

— Может, крест должен как-то реагировать на правильное заклинание? — предположил Лукас.

— Вот поэтому ты с крестом здесь. У нас уйма свободного времени, давай пробовать вместе. Смотри, если эти два слова переставить с первым, то получается неплохое выражение. — Джон прошептал их все вместе и с надеждой взглянул на молодого человека.

Лукас покачал головой.

Руки молодого человека вспотели и уже не чувствовали так сильно прохладу металла.

— Я ничего не понимаю, — сказал он. — Как должен реагировать крест?

Джон пожал плечами:

— Может, должен потеплеть, раз он такой холодный.

— Сейчас я уже не пойму, какой он. У меня вспотели руки.

— Дай его мне, я попробую.

Джон повертел крест в руках и снова углубился в писанину. Он неумело переставлял слова, пытаясь добиться хотя бы маленького результата.

После часовых попыток Лукас не выдержал.

— Этот сумасшедший монах, по-моему, наплел всякую ерунду, чтобы показать всем, какие у него были всесильные предки, — предположил молодой человек. — Правильно говорят, что нет на свете таких вещей, которые могут перевернуть мир.

Джон растерянно взглянул на Лукаса.

— Куда ты так торопишься? Предки веками трудились над заклинаниями, чтобы привести в действие этот кусок металла, а ты хочешь все получить за час?

— За два, — поправил Лукас.

Джон взглянул на часы.

— Ну, за два, какая разница.

Джон снова уткнулся в свои записи, взял карандаш, стал заново переставлять слова и произносить их вслух. Лукас подвинул к себе крест и неожиданно отдернул руку.

— Ты что?

— Мне показалось, что он горячий, — зашептал молодой человек.

Джон стал протягивать свою руку и осторожно коснулся креста.

— Нет, он от настольной лампы нагрелся. Убери его в сторону.

Лукас послушно отодвинул крест в сторону и теперь с надеждой поглядывал на Джона.

— Мне кажется, нам надо разделить этот крест пополам и разойтись. — У молодого человека заканчивалось терпение.

— Еще успеешь. Это у нас с тобой самый последний и запасной вариант. Должно же что-то получиться. Хотя бы самая малость.

— Как бы мне сейчас хотелось увидеть того монаха, — признался Лукас.

— Увидишь, — заверил его Джон. — Он к тебе и ко мне еще во снах приходить будет.

Молодой человек вздрогнул.

— Если монах имеет какое-то отношение к кресту, то он просто так его не оставит, — продолжал Джон.

— Этого еще не хватало, — вздохнул Лукас. — В таком случае, если даже мы его распилим пополам, монах будет являться к тебе и ко мне?

— Отстань со своими разговорами. Видишь, я думаю.

Джон быстро выписывал слова на листочек и менял их местами.

Лукас сидел рядом, поглядывал на Джона и на крест.

— Возьми его в руки, — сказал Джон. — Ты думаешь, что сейчас он засветится яркими огнями?

— Пустая это затея.

— Я предполагал, что у тебя более серьезные намерения, — вздохнул Джон. — А ты сидишь и мне под руку ноешь. Если даже у тебя будет золото, попробуй его еще продать. Ты об этом подумал? Чтобы превратить его в деньги, тоже надо будет рисковать. Из такого золота в наше время ничего не делают. Оно старинное.

— Какая разница?

— Большая. Сразу попадешь под подозрение. Тогда у нас не будет креста и не будет надежд.

— А какие надежды ты на него возлагаешь? — тихо спросил Лукас, наблюдая, как Джон быстро переставляет и записывает слова.

— Я бы хотел разбогатеть, — сказал Джон. — Разве ты этого не хочешь? Мы не знаем способностей этой штуки.

Лукас замолчал. Он сидел в напряжении и с надеждой поглядывал на Джона.

— Может, все заключается в том самом месте, которое ты еще не расшифровал?

— А что, по твоему, тогда все остальное? На молитвы не похоже, какие-то складные предложения.… Как крест?

Лукас пожал плечами.

— Такой же холодный.

— Или теплеет?

— Я уже ничего не пойму.

— У меня есть предложение отдохнуть. — Джон прикрыл листы книгами, встал и начал прохаживаться по комнате. — Должно же что-то получиться, я это чувствую.

Через некоторое время молодые люди снова сели за стол и склонились над бумагами.

Расстроенный Лукас поднялся и взглянул на книжные полки.

— Это все старина? — спросил он.

— Да. Эти книги очень старинные и стоят огромных денег. Это достояние библиотеки и государства.

— А ты мечтаешь разбогатеть. У тебя деньги, можно сказать, под ногами лежат, а ты голову ломаешь.

— Эти книги не продашь так просто.

— Ты об этом когда-нибудь думал?

— Я знаю, — ответил Джон. — Тебя что-то на криминал снова потянуло.

— Мы с тобой его уже совершили, — ответил молодой человек. — Давай не будем упоминать больше это слово. Оно мне противно. Скоро твои сотрудники явятся на работу, что будем делать? Тебе надо будет меня проводить?

— Сюда никто не заходит, кроме директора библиотеки. Для остальных вход запрещен. Здесь могут находиться только ученые и я. Сегодня я никого не жду, а директор в отпуске, так что сиди и не волнуйся, — заверил Джон.

— Я не представляю, что сейчас творится там, в музее, — снова вздохнул Лукас.

— Ничего не творится. Твой музей работает в обычном режиме.

— И все ищут меня, — добавил молодой человек. — Я же не смогу прятаться у тебя в библиотеке постоянно.

— Ты какой-то паникер. Я думал, что ты более решительный. Вся инициатива была с твоей стороны, а теперь ты включаешь заднюю.

— Я не знаю, что мне делать дальше, — признался Лукас.

— Надо работать. — Джон снова зашептал какие-то предложения. — Как крест?

Лукас снова молча покачал головой.

— Не мог ты напутать с монастырем? Может, эти записи совсем из другого аббатства, поэтому эти молитвы несрабатывают?

— С монастырем «Святое Братство» все в порядке. То, что нацарапано на кресте, мной изучено достоверно. Это именно тот самый монастырь, а вот остальное… Я где-то допускаю ошибку. Скорее всего я не в той последовательности складываю слова, но тут они идут именно в таком порядке. Как-то все нескладно получается.

— Ты сам говорил, что в те времена были безграмотные люди, — напомнил Лукас.

— Ну, это не говорит о том, что они разговаривали наоборот. Где-то я неправильно вставляю какое-то слово.… Здесь надо еще поработать.

Джон взглянул на молодого человека.

— Время еще нужно, — продолжил он. — Крест распилить ты всегда успеешь.

Лукас усмехнулся.

— Я на тебя надеюсь, — сказал он. — Ты у нас библиотечный работник — голова!

— Может, выйдем на улицу и подышим свежим воздухом? — предложил Джон. — От этого кондиционера у меня голова кругом идет. Оставь крест и пойдем.

— Я не могу его оставить, — возразил Лукас. — Он должен быть всегда при мне. Ты меня должен понять.

Джон усмехнулся.

— Понимаю, — сказал он и направился к выходу.

Лукас сунул крест под куртку и пошел следом.

Взгляд молодого человека сразу упал на противоположную сторону дороги, где находился музей. Там было все спокойно. Полиции не было, посетители заходили и выходили из музея. Останавливались туристические автобусы, высаживали туристов, другие отъезжали: все, как обычно.

Лукасу стало грустно, что с ним такое произошло.

«Сидел бы сейчас в кабинете и занимался любимой работой, — подумал он. — Что меня бес попутал? Это все из-за этого проклятого монаха.… А причем тут монах? — размышлял Лукас, поглядывая по сторонам. — Я сам дурак. Ходил бы этот старик себе в музей, и я бы горя не знал».

Вдруг Джон схватил Лукаса за руку.

— Смотри, — прошептал он, — показывая взглядом на небо. — Что это там такое?

Лукас поднял голову и прищурил глаза от ярких лучей солнца.

— Я ничего не вижу.

— Смотри правее. Видишь одинокое облако? За ним смотри.

— Да не вижу я ничего.

Джон взглянул на молодого человека, который держал руку под курткой, придерживая тяжелый крест.

— Что с крестом?

— Ничего, нормально.

— Есть какие-то ощущения?

— Да нет ничего. Слегка теплый, но это я его согрел рукой. Ты что там увидел?

— Лошадь.

— Лошадь? Какую лошадь?

— Смотри внимательно на облако, видишь лошадь? Она будто скачет. Смотри, смотри, на ней еще и всадник какой-то.

Лукас старался увидеть то, о чем ему твердил взволнованный Джон.

— Это не просто всадник — это рыцарь. Видишь?

— Это твое воображение не дает тебе покоя, — сделал заключение Лукас и перевел взгляд на входные двери музея. — А вот монаха я вижу. Он стоит у входа и поднимает руки вверх, будто молится.

Монах действительно стоял у входных дверей музея, подняв руки и голову к небу.

— Тебе не кажется, что мы постепенно оба сходим с ума? — спросил настороженно Лукас.

— Мы давно сошли с ума, — согласился Джон. Он взял молодого человека за руку и повел обратно в библиотеку.

— У нас получилось! — торжествовал он.

— Что получилось? Что?

— Пусть не все, но что-то уже есть. Я очень рад. Ты говорил, что крест немного нагрелся?

— Это он от моего тела стал теплее.

— Нет, это не так, — возразил Джон. — Я понял: когда крест начинает действовать, он должен нагреваться.

— А кого ты видел там, в небесах?

— Всадника, вернее даже рыцаря. Он скакал на коне, но был как в тумане. Неужели ты его не заметил?

— Я не видел никого, — взволновался Лукас.

— Был он, точно был, и ты мне должен поверить. Раз я видел всадника, значит, крест работает, значит, он имеет силу.

— Но я видел и монаха, — возразил молодой человек. — Что этот старик до сих пор там делает? Может, это его молитвами ты смог кого-то увидеть? Я этого монаха начинаю уже бояться. Откуда он вообще появляется? Что ему там, в музее, надо? Креста давно нет, а он все еще там торчит.

— Ты же чувствовал, что крест стал теплым, — не успокаивался Джон.

— Ну и что? Может, от моего тела нагрелся.

— Он не может нагреться ни от чего, — утвердительно сказал Джон и снова склонился над бумагами. — Вот так я складывал слова и теперь начинаю понимать их суть. Когда правильное заклинание, то крест приходит в действие и нагревается. Что я до сих пор до этого не додумался? Это же так просто. Дай мне крест.

Джон внимательно осмотрел крест и поднес к лицу.

— Вот видишь, сколько бы ты его в руках ни держал, он всегда остаётся холодным, а ты сказал, что он стал нагреваться. В этот момент я увидел в небе рыцаря.

— А я монаха.

— Да черт с ним, с монахом! В небе было просто какое-то чудо.

— А что ты в этот момент говорил? — спросил Лукас.

— Ничего.

— Твой рыцарь сам по себе появился?

— Но до этого мы здесь с тобой столько вариантов испробовали. Может, один из них и подействовал.

— Ты хотя бы один из них запомнил?

Джон с сожалением покачал головой.

— Разве можно что-то запомнить?

— Давай будем записывать, — предложил молодой человек.

— Вот поэтому я и говорю, что надо еще работать, а не пилить крест. Неизвестно, чем эта дележка может для нас закончиться.

Лукас со страхом в глазах посмотрел на Джона.

8

В последнее время Джон не расставался с Лукасом. Он каждый день привозил его к себе на работу и вечером увозил в номер гостиницы.

— Мне не нравится твое настроение, — как-то признался Джон. — Возьми себя наконец в руки. Мне надо еще пару дней, и мы уедем к морю испытывать силу креста.

Лукас сидел на заднем сиденье и с тревогой поглядывал на сверток, который не выпускал из рук. Ему казалось, что крест сам по себе нагревается или становится невыносимо холодным.

«Это нервы, — думал он. — Правильно Джон говорит, что надо взять себя в руки. Что-то я совсем расклеился. С таким настроением ничего не добьешься. Надо успокоиться…» — Неожиданно снова у него мелькнула мысль: а не хочет ли этот Джон обвести его вокруг пальца и завладеть крестом? «Нет, он сам тоже боится, потому что не знает, что из этого всего получится, — рассуждал Лукас, поглядывая на своего друга в зеркало заднего вида. — Он этого сейчас не сделает, хотя все заклинания знает только он. Это его преимущество.… Надо немедленно эти записи и мне изучить».

При выезде из города их остановила полиция. Лукас сунул сверток под сиденье и улыбнулся полицейскому, протягивая свою визитку. Оказалось, простая формальность, и полицейские быстро отпустили машину.

— Вот теперь ты мне начинаешь нравиться, — заметил Джон. — Меньше страха в глазах. Не такая и великая вещь пропала из музея, чтобы объявлять всеобщий розыск. Этим, наверняка, занимаются в отделе Скотланд-Ярда и не больше. Сейчас выйдем к берегу, найдем безлюдное место и испробуем все заклинания, которые мне известны.

— Джон, ты меня должен тоже в них посветить, — сказал Лукас.

— Конечно. Дай только самому немного в них разобраться. Я никогда не думал, что это таинственное дело меня так сильно затянет. Здесь есть какая-то тайна, до которой мы пока не можем добраться.

Они выехали на набережную, и Джон нажал на газ.

— Я знаю одно тихое местечко на заливе, — сказал он, поглядывая в зеркало. — Едем именно туда. Там пустынный берег и нет посторонних.

— Это не бросится полиции в глаза?

— А что тут такого? Мы едем отдыхать от городской суеты. Документы у меня в порядке. Теперь и ты убедился, что не интересуешь полицию. Они на тебя даже внимания не обратили.

— Убедился, — спокойным голосом ответил Лукас.

— В нашем деле спешка не нужна.

— Меня сейчас больше всего волнует монах, — признался молодой человек.

— Не забивай себе голову этим монахом. Он нас давно потерял. Трется сейчас около музея, как обычно, и все.

— Он особый монах.

— Опять начинаешь что-то себе накручивать. — Джон свернул с дороги и направил машину к берегу. — Погода стоит превосходная, можно подъехать и поближе.

Лукас задрал голову вверх и увидел над головой совершенно безоблачное небо.

Джон остановил машину и открыл двери.

— Дальше пойдем пешком, — сказал он и, прихватив с собой сверток с бумагами, вышел.

Они подошли к самому берегу залива и остановились.

Лукас взглянул на решительного Джона и улыбнулся.

— Место действительно подходящее, — заметил он. — Ты сюда часто приезжаешь?

— Был несколько раз с подружкой, — признался Джон. — Здесь всегда тихо и хорошо. Это и будет нашим полигоном для испытания таинственного креста. Если мы добьемся успехов, то можно будет его использовать и в городе.

— Против людей?

— Люди ни причем. Есть много и других объектов, банки, например.… Только не делай такие глаза.

Лукас огляделся.

Джон присел и стал разворачивать свои бумаги. Лукас подсел рядом и развернул крест.

— Холодный? — спросил Джон.

— Да.

— Получается, если на него действует какое-то заклинание, он начинает нагреваться, — сделал вывод Джон. — Умная вещь.

— Что ты сейчас хочешь делать?

— Я знаю не больше твоего. Что получится. Вот, давай начнем с этого заклинания. Держи крепко крест над головой. — Джон встал рядом с молодым человеком так, чтобы соприкасаться телами, и зашептал первое заклинание.

Он с любопытством поглядывал на Лукаса, взгляд которого был сосредоточен на горизонте, где вода сливается с небом.

— Давай другое, — прошептал молодой человек. — Это не действует. Крест совсем холодный. Я заметил, что он от теплоты тела не нагревается. Обычные вещи забирают тепло в себя, а этот нет.

— Вот видишь, а ты говоришь, давай распилим. Мы с него все получим, что надо, — заверил Джон и стал шептать следующее заклинание.

Откуда-то из глубины залива повеяло прохладным ветерком, и Джон снова взглянул на молодого человека.

— Что-то я ничего не пойму, — сказал Лукас. — У меня руки снова вспотели и стали мокрыми, а крест такой же холодный. — Он поднял голову вверх и заметил над головой серые тучи, которые постепенно закрывали солнце. — Будет дождь, — заметил он.

— Это уже интересно, — тихо произнес Джон. — Минуту назад небо было совершенно безоблачное. Смотри, волны поднимаются. Как крест?

— Такой же холодный, — заверил Лукас.

— Дай мне его, — протянул руку Джон.

Лукас отдал крест и не отрывал взгляда от залива.

— Смотри, как резко стала портиться погода.

— Крест греется! — воскликнул Джон. — Как ты этого не почувствовал? Он же теплый.

Лукас снова схватил крест. Действительно, он немного нагрелся.

— Так, что-то начинает получаться. — Джон оглянулся назад, на машину. — Близко поставил, — заметил он и протянул ключи Лукасу. — Отгони подальше к дороге.

— Ты думаешь…

— Пока я ничего не думаю, но осторожность необходима.

За то недолгое время, пока Лукас перегонял машину и вернулся к Джону, небо совсем почернело, поднялся ветер и волны.

— Может, отложим мероприятие? — спросил он.

— Нет, не стоит. — Джон отошел подальше от берега и продолжал шептать заклинания. Он держал над головой крест и чувствовал его теплоту.

— Видишь в небе три светящиеся точки? — заметил Лукас. — Они приближаются сюда.

— Это какое-то отражение от воды, — предположил Джон, но тоже сосредоточил на них свой взгляд.

— Я так не думаю. Они быстро приближаются в нашем направлении.

Джон взглянул на молодого человека.

— Прижмись ко мне, — сказал он.

— Неудивительно, если сейчас появится на небе и монах. Он всегда мне казался каким-то таинственным.

Джон снова взглянул на Лукаса, потом вздрогнул от удара молнии и сильного грома, который прокатился над заливом.

Поднимался настоящий шторм.

Лукас снова обратил внимание на приближающиеся светящиеся точки и замер.

— Джон, это не отражение от воды. Откуда ему взяться в такую погоду? Это что-то другое. Я начинаю уже различать какие-то фигуры.

Джон опустил крест и тоже стал всматриваться в небо.

— Похоже что-то на лошадей и всадников. Мираж какой-то.

Снова сверкнула яркая молния, и прогремел гром.

— Черт возьми, это какие-то странные лошади.

Трое всадников, с копьями в руках и рыцарских доспехах, летели по небу среди облаков.

Молодые люди присели и затаились.

— Смотри, какие странные лошади. Они все в металле. А люди…

— Это рыцари, — прошептал Джон, передавая крест Лукасу. — Откуда они появились? Как в древние времена. Я о таких рыцарях даже и не знал.

Огромные кони стали останавливаться и повисли в воздухе прямо над Джоном и Лукасом. Один всадник привстал в стременах и стал вглядываться куда-то вдаль. Только сейчас Джон и Лукас заметили, что у них на ремнях ножны с огромными мечами и шлемы, которые закрывали их лица.

— Сработало, — прошептал Джон. — Представляешь, сработало!

— Они по нашу душу, — уже шептал и Лукас. — Мне так кажется, что они ищут именно нас.

— Они ищут крест. Спрячь его подальше и прижмись к земле.

В заливе начался шторм. Небо совсем почернело, а всадники вертелись на своих необычных конях высоко в небе, прямо над их головами.

— Точно, сработало. — Лукас не отрывал от них своего взгляда и чувствовал, как крест начинает остывать.

Снова, со стороны залива, подул пронзительный ветер, и сверкнула молния. Всадники развернули своих коней и помчались в сторону горизонта.

Молодые люди поднялись с земли и отряхнули свои одежды.

Так же неожиданно тучи стали расходиться, а вода в заливе заметно успокаиваться. Снова над ними повисло безоблачное небо.

Джон и Лукас переглянулись.

— Что это было? — тихо спросил перепуганный молодой человек.

— А то, что у нас получилось с одним заклинанием.

— Ты его запомнил?

— Да. Мне теперь его не забыть. Но что это были за привидения? Они из какого-то далекого прошлого. Таких даже в учебниках нет.

— Но они откуда-то взялись. Слушай, мне становится страшно. Не крест ли они ищут?

Джон, молча пожал плечами.

— Давай отсюда уедем, — предложил Лукас. — У меня ноги трясутся.

— Ничего, привыкнешь. У меня еще четыре заклинания есть, которые надо проверить, а одно остается не разгаданным. С ним еще надо будет поработать.

— Я согласен, но давай не сегодня. Мне хватило и этих всадников. Они просто ужасные, а мечи — ты заметил, какие у них мечи? Они в момент разрубят человека пополам. Что же это за рыцари?

— А может, это наши слуги, которые будут выполнять все наши желания, — предположил Джон.

— Я в этом сомневаюсь. У них был такой воинственный вид, что мне стало нехорошо.

— Какого века этот крест? — спросил Джон. — Пятнадцатого? Да-да, пятнадцатого.

— Нет, — возразил Лукас. — Монах мне говорил, что в пятнадцатом веке он находился в аббатстве «Святое Братство» и исчез. Ему гораздо больше веков. Ты забыл, что долгое время он передавался по наследству?

— Значит, и рыцари примерно из того же времени. Я немедленно подниму соответствующую литературу и разберусь.

— Я с тобой.

Джон улыбнулся.

— Конечно. У нас уже появляются общие дела.

— Я тебя попрошу, разберись и с тем таинственным последним заклинанием, которое ты еще не разгадал, — попросил молодой человек.

— Я постоянно над ним работаю. Мне многое не понятно, но думаю, доберусь до истины. Поехали в город.

9

Джон быстро развернул машину, выехал на трассу, и они помчались в сторону города.

Лукас долго молчал, посматривал на Джона и видел его озабоченное лицо.

— О чем ты сейчас думаешь? — спросил он.

— Я не могу до сих пор понять, что это были за рыцари, — вздохнул Джон. — Про них и слова не было сказано в писаниях. Может, это какие-то случайные явления? Отголоски прошлого. Нам надо еще раз испытать крест, только уже не на море, а на земле.

— Как ты хочешь его испробовать?

Джон пожал плечами.

— Я знаю, здесь недалеко есть заброшенная ферма. Может, свернем туда? Она находится в стороне от дороги, поэтому нам никто не помешает, — предложил Лукас.

— Говори, как проехать.

Лукас указывал дорогу, а сам с опаской поглядывал по сторонам и на ясное небо.

— Меня эти всадники тоже озадачили, — сказал он. — Неужели были когда-то такие воины? Они таких больших размеров… Интересно, видел ли их еще кто-нибудь, кроме нас. Их должен был кто-нибудь еще заметить.

— Надо будет купить завтрашнюю газету. Если такое явление действительно было, то о нем обязательно напишут. А может, нам показалось?

— Сразу двоим? Такого не бывает, — предположил Лукас.

Вдали показались полуразрушенные строения заброшенной фермы. Джон остановил машину, и они вышли, огляделись. Место было тихое и безлюдное, далеко от дороги.

Джон снова развернул свои записи, а Лукас достал крест.

— Надо испробовать и другие заклинания, — предложил молодой человек.

— Я начинаю понимать, что остальные заклинания не действуют. Это вроде как молитвы. А это единственное, которое сработало.

— Но есть еще одно, которое ты не разгадал.

— Мне надо будет над ним еще поработать. Я думаю, что и оно тоже не сработает и относится к молитвам, но я с ним разберусь до конца.

Лукас поднял над головой крест и прижался к Джону, который шептал все записи подряд.

— Ну как?

Лукас молча покачал головой. Он опустил крест и взглянул на развалины фермы.

— Ты был прав, — сказал он. — Эти записи похожи больше на молитвы. Они не работают. Давай ту, что сработала там, на море. — Он снова поднял крест над головой.

Джон огляделся по сторонам.

— Может, к заклинанию нужно еще и желание? — догадался он.

— Какое желание? — удивился молодой человек.

— Ну, это когда произносишь заклинание, надо же направить силу креста в каком-то определенном направлении.

Лукас пожал плечами.

— Давай так тоже попробуем, — согласился он. — Что ты хочешь?

— Я хочу, чтобы эта заброшенная ферма исчезла.

— Как это исчезла?

— Ну, чтобы вообще ее не стало. Чтобы осталось только поле, и все.

Лукас улыбнулся.

— Ты фантазер, — сказал он. — Попробуй. Если получится, было бы здорово, но такого не бывает. Главное, чтобы снова не появились эти всадники. Мне очень они не нравятся.

Джон взглянул на чистое небо и зашептал заклинание.

Лукас стоял рядом, прижался к нему и держал над головой крест.

— Джон! — воскликнул он. — Крест начинает нагреваться.

Джон еще повторил заклинание. Неожиданно вдали что-то засветилось, потом яркая вспышка, сопровождающая гулом и непонятными звуками, вроде свиста.

Молодые люди закрыли лица руками и зажмурились. Через мгновение настала тишина, которая сильно давила на слух. Первым открыл глаза Лукас и обнаружил, что лежит на земле, рядом с Джоном.

— Что это было? — растерянно спросил он.

— Заклинание работает. — Джон поднялся и стал собирать с земли разлетевшиеся листки бумаги.

— Джон, смотри! — закричал перепуганный Лукас. — Ферма исчезла!

Молодые люди огляделись по сторонам. Вокруг не было ни одного строения. Они бросились туда, где еще минуту назад стояла ферма.

— С ума можно сойти: ничего нет, — удивлялся Джон. — Никаких следов, одна трава.

— Нам немедленно надо отсюда уходить. — Джон схватил Лукаса за руку и помчался к машине. Он еще раз оглянулся на то место, где совсем недавно стояли заброшенные строения, нажал на газ, машина выехала на дорогу, и они помчались в сторону города.

— Ты заметил, что воинов не было? — дрожащим голосом сказал Джон.

— Дождя тоже не было. Значит, выходит, когда надо произносить заклинание, необходимо в голове держать какую-то цель, чтобы направить силу креста именно для ее выполнения.

— Наверное, ты прав. — Лукас высунул голову в окно и взглянул на небо. — Впереди небо совсем чистое, а за нами надвигаются тучи, — заметил он.

— Это Англия. Здесь постоянно идут дожди.

— Может, ты и прав. — Лукас еще раз оглянулся назад, на дорогу, и заметил, что за ними мчится полицейская машина с мигалками. Он поспешил спрятать голову и с тревогой взглянул на Джона.

— За нами едут, — сказал он.

— Я их давно уже приметил, — ответил Джон, поглядывая в боковое зеркало, и сбавил скорость.

Полицейские включили сирену, и молодые люди остановились.

— Что будем говорить? — зашептал Лукас.

— Ничего, сиди спокойно. Крест спрятал?

— Он под сиденьем.

Джон открыл окно и взглянул на подошедшего полицейского.

— Вы сейчас ехали по дороге, ничего особенного не заметили? — спросил полицейский.

Джон пожал плечами и протянул полицейскому документы.

— Что-то случилось? — спокойным голосом спросил он.

Полицейский взглянул на пассажира.

— Недалеко от дороги стояла ферма, — сказал он. — Заброшенные строения. Там давно уже никого нет.

— Мы не обратили внимания, — ответил Лукас. — Может, и стояла.

— Так вот, ее там больше нет.

Лукас сделал удивленное лицо.

— Куда же она подевалась в таком случае?

— Вот и я хотел бы это знать, — сказал полицейский.

— Может, ее вообще не было?

— Это мой участок, и я знаю, что на нем находится, — возразил полицейский. — Странно все как-то… Вы не видели ничего подозрительного?

Джон вышел из машины.

— Куда же она могла подеваться — это же не иголка.

Полицейский взглянул на темные тучи, которые застилали небо.

— Будет дождь, — заметил Джон, подставляя ладонь под первые капли.

— Странно как-то, — повторил озабоченный блюститель порядка. — Я видел вдали яркую вспышку. Такую яркую, что она ослепила мне глаза. Когда я пришел в себя, то на том месте, где стояла ферма, ничего не оказалось.

— Следы должны были какие-нибудь остаться.

— Вообще ничего, будто ее никогда здесь и не было. Мистика какая-то.

— В таком случае, если была вспышка, значит — это была шаровая молния, — догадался Лукас, выходя тоже из машины.

— Откуда, молодой человек, взяться этой шаровой молнии, когда небо было совершенно чистое? На горизонте тучи были, а здесь… Удивительные дела.

Полицейский даже не проверил документы, которые Джон держал в руках. Он направился в свою машину и стал что-то передавать по рации.

Молодые люди еще раз переглянулись.

— Про какую шаровую молнию ты говоришь? — удивился Джон. — Откуда она могла прилететь?

— Из-за горизонта, где тучи.

— Думай, когда высказываешь свои мысли. — Джон направился к полицейскому. — Мы можем ехать? — спросил он.

— Да-да, я вас больше не задерживаю.

Джон сел за руль, а Лукас опустился рядом и тяжело вздохнул.

— Кажется, пронесло, — тихо сказал он.

— Самое главное, надо быть всегда готовым дать правильный ответ, — сказал Джон, — и держать свои эмоции и нервы под контролем.

Он взглянул в зеркало на полицейского, который остановил еще одну машину.

— Мы вне подозрения, — вздохнул он. — Поехали.

— Какие можно сделать выводы? — после недолгого молчания спросил Лукас.

— Вывод один: у нас начинает что-то получаться, — улыбнулся Джон. — А ты сразу — давай распилим крест, разделим золото и разбежимся. С этим крестом можно столько дел наделать… Меня больше всего интересует последнее заклинание. Я над ним еще посижу и докопаюсь до истины.

— Ты заметил, что всадников не было? — напомнил Лукас.

— Я знаю, почему не было их в этот раз, я все понял.

— Почему, объясни.

— Когда силу креста направляешь на определенный объект и имеешь какую-то цель, всадники не появляются. Вспомни, мы на берегу просто решили испытать силу креста. Я сказал заклинание и все, а ты направил крест в сторону моря. Поднялся шторм, который нагнал тучи, и тогда появились всадники. Получается, что использовать силу креста надо только целенаправленно. Я этого не знал.

— Мы еще многое не знаем о нем, — согласился Лукас.

— Вот поэтому я и работаю, — улыбнулся Джон.

10

Вечером следующего дня Лукас решил смешаться с людьми и подойти поближе к зданию музея. Его тянуло к старому месту работы обычное любопытство.

Музей был уже закрыт, и группы туристов могли подходить к зданию и любоваться только его архитектурой. Здание, в котором находился музей, действительно представляло собой великолепное старинное сооружение, которое привлекало внимание множества приезжих. Здесь можно было сфотографироваться и отдохнуть на многочисленных скамейках.

Лукас долго не решался подойти поближе, поглядывая на темные окна и большую, массивную входную дверь. Именно здесь, у этой двери, он видел странного монаха, когда покидал музей в последний раз. Сейчас к музею подходили многочисленные группы туристов, и экскурсоводы рассказывали иностранцам о происхождении строения и музее.

К группе японцев Лукас не рискнул присоединиться и выжидал прибытия какой-нибудь европейской группы. Он стоял на противоположной стороне дороги и пристально наблюдал за музеем.

Он взглянул на библиотеку, в которой работал Джон.

Лукас сегодня вечером должен был с ним встретиться, но пришел специально пораньше, чтобы понаблюдать за музеем.

Кругом ничего подозрительного не было, и он немного успокоился.

Ждать долго ему не пришлось, подошел очередной туристический автобус, и из него высыпали на улицу туристы. Лукас поспешил перейти дорогу и смешаться с ними, подойти поближе к зданию и внимательно его осмотреть.

Он понимал, что Джон такой поступок с его стороны вряд ли одобрит, поэтому решил не рассказывать ему об этом.

Молодого человека так и тянуло к бывшему месту работы.

Он смешался с группой туристов, и они направились к зданию музея.

У Лукаса тревожно забилось сердце. Он вспомнил всех, с кем ему пришлось здесь работать, и в сотый раз сожалел, что решился на такой отвратительный поступок. С тех пор, как он похитил крест, Лукас себя ненавидел. Впервые дни ему снились сплошные кошмары, и он проводил большую часть ночи в раздумьях, но потом стал немного успокаиваться. Монах не выходил из его головы. Он хорошо помнил его взгляд  в последний раз.

Почему старик не сказал ему тогда ни слова? Он же прекрасно знал, что я похитил крест, но промолчал, проводив меня надменным взглядом на прощание.… Это мучило Лукаса больше всего. Только через несколько дней молодой человек стал приходить в норму и немного успокоился. Он прекрасно видел из окон библиотеки, что полицейские машины больше не подъезжали к зданию музея и музей работает в обычном режиме. Он не исключал, что его ищут, поэтому предпринимал все меры предосторожности.

В последнее время он вынашивал планы вообще исчезнуть из Лондона и обосноваться где-нибудь в маленьком городке, разделив при этом с Джоном золотой крест. Последние события его ошарашили. Он до сих пор не мог понять те явления, которые произошли там, на море, а потом и с заброшенной фермой. Всю последнюю ночь он обдумывал ситуацию и пришел к выводу, что не стоит спешить и торопить Джона. Успехи были налицо. Теперь его мучило другое: эти всадники. Что это было за явление — ни он, ни Джон не могли дать на это ответ. «Может, это бывшие хранители креста или даже его хозяева? — мелькали у него разные догадки. — Просто так они же не могли появиться. Почему они появились именно в воздухе? Может, это какие-то духи?».

Джон пообещал в ближайшее время изучить материалы того времени, узнать больше о средневековых воинах и сообщить об этом своему компаньону. Эти всадники Джона тоже приводили в замешательство. В силе креста Лукас уже не сомневался, но его беспокоили отношения с Джоном, который в любой момент мог его отвергнуть, потому что знал заклинания. Но крест… Крест был у него, и он тщательно его прятал у себя в номере, и теперь старался меньше его с собой носить. Но последние события вынудили его приносить крест в библиотеку каждый день. Мнительный по натуре, Лукас не находил себе места. Он всего боялся, и только упорство и решительность Джона вселяли в него маленькие надежды. Планов дальнейших действий он не строил и полагался только на своего друга, однако они начинали его пугать, когда тот замахнулся на использование креста в криминальных делах. Джон ясно намекнул, что хочет попробовать действие креста на чем-нибудь конкретном, например, с банком. Это тоже пугало молодого человека, и он начинал задумываться о последствиях.

За последнее время у Лукаса совершенно изменилась жизнь, рухнули те планы на перспективу, которые гарантировали успех. Он стал раздраженным и начинал всего бояться. Ему казалось, что за ним постоянно кто-то следит, его преследуют и он может сломаться. Джон тоже замечал его состояние и всячески его успокаивал.

«В конце концов, Джон мог в любой момент завладеть крестом, — решил Лукас. — Он знает больше, чем я, и ему это ничего не стоит. Надо взять себя в руки и не выдавать своего состояния перед ним. Однако Джон не желает оставаться один, но он может кого-то еще посвятить в это запутанное дело и избавиться от меня. Планы, которые вынашивает Джон, меня начинают пугать, но крест.… С какой целью я его похитил? Что-то же двигало тогда мной, были же какие-то намерения?».

Лукас так погрузился в размышления, что не заметил, как с группой туристов оказался недалеко от здания музея. Его всего затрясло, когда он увидел у входных дверей человека в длинном одеянии. Человек стоял лицом к двери, сложив руки перед собой и склонив голову.

— Это же монах! — вырвалось у Лукаса. — Черт побери, как он меня не заметил?

Туристы подходили еще ближе, но Лукас не посмел. Он решил отделиться от группы и незаметно исчезнуть. Он остановился и огляделся по сторонам.

«Что ему теперь-то здесь надо? — мелькнуло в голове. Лукас не мог оторвать своего взгляда от старика. — Откуда он постоянно появляется? Неужели это тоже какой-то дух? Но он же живой, и я с ним когда-то разговаривал. Он вменяемый человек, хотя и очень старый. Черт возьми, этого еще не хватало!».

Лукас еще раз огляделся по сторонам и заметил, что может остаться один, потому что туристы пошли к зданию. Размышлять времени не оставалось, и он решительно пошел в сторону, но какая-то сила его остановила. Он остановился, боясь оглянуться назад. Теперь он чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Лукас начал медленно поворачивать голову и взглянул на входную дверь. Монах смотрел именно на него. Старик стоял неподвижно, пронзая его своим острым взглядом.

«Как же он мог увидеть меня среди людей, которых было достаточно вокруг? — мелькнула у него новая мысль. — Так вот кто мне постоянно не дает покоя. Такое состояние я чувствую всегда. Неужели он знает про меня все и даже где я живу? — У Лукаса путались мысли в голове. Он тоже уставился на монаха и не смел оторвать от него глаза. — Мне надо к Джону, надо перейти на другую сторону дороги и исчезнуть».

Молодой человек вздрогнул, когда кто-то прикоснулся к его плечу.

— Ты чего здесь?

Лукас обернулся и увидел улыбающееся лицо Джона.

— Почему такой бледный?

— Я иду к тебе.

— Я лишних полчаса тебя прождал и решил сам к тебе приехать, но тебя в номере не оказалось, — сказал Джон. — Что с тобой?

— Я снова видел монаха, — прошептал Лукас.

— Где ты мог его видеть? Я никого не вижу. Ты мне объясни, что тебя сюда постоянно тянет?

Молодой человек взглянул на входные двери музея, но там никого не было.

— Я ясно его видел. Он стоял у входа в музей и смотрел на меня.

— Но там же никого нет. Это тебе показалось. Тебе надо еще отдохнуть. Подожди немного, и мы вдвоем уедем куда-нибудь на море, чтобы развеять мозги. У меня дела продвигаются, но медленно, — стал объяснять Джон. — Зато я кое-что узнал о воинах того времени.

Лукас перевел взгляд снова на входные двери. Туристы уже ушли, и перед входом в музей никого не было. Он глубоко вздохнул.

— Что ты говоришь? — переспросил молодой человек.

— В те временя в Англии были рыцари, — начал рассказывать Джон. — Точно такие же, как те, которых мы видели. Я видел на картинках их доспехи. Они очень похожи на те, что были на них. Да что с тобой? — Джон взял Лукаса за руку и повел на другую сторону дороги, где оставил свою машину. — Садись и успокойся. — Он открыл перед ним дверь.

Лукас опустился на сиденье и еще раз взглянул в сторону музея.

— Монах тебе показался, — стал успокаивать его Джон. — Забудь про него. Он появляется перед тобой благодаря твоему воображению. Выбрось все из головы. Ты слышишь, что я тебе рассказываю об этих рыцарях?

— Слышу, — шептал Лукас.

— Ничего ты не слышишь. Если будет с тобой такое продолжаться и дальше, то мы ничего не добьемся.

— Джон, мне кажется, что этот монах преследует меня постоянно, — признался молодой человек. — Он знает, где я живу, он знает про меня все…

— Это твое больное воображение. Он не может этого знать. О чем ты говоришь?

— Я сегодня крест не взял, — признался Лукас.

— Это очень плохо, — заволновался Джон. — Если ты думаешь, что этот старик знает, где ты остановился, то креста однажды ты можешь не найти у себя в номере. — Едем к тебе.

Джон хлопнул дверью машины и помчался в сторону гостиницы.

Он остановил машину у входа и взглянул на Лукаса.

— Сам пойдешь или вместе? — спросил он.

— Сам, — тихо ответил Лукас и открыл двери.

— Стой! — схватил его за руку Джон. — Смотри, полиция в гостинице. — Он втянул молодого человека обратно и стал внимательно наблюдать, как несколько полицейских вышли на улицу, о чем-то разговаривая. — Пока сиди на месте. Посмотрим, что там происходит.

— Это за мной, — зашептал растерянный Лукас. — Я же говорю тебе, что монах про меня все знает.

— Ты можешь заткнуться? — схватил его за куртку Джон и стал трясти. — Это уже начинает надоедать! С таким настроением ничего у нас не получится. Я целыми днями сижу над этими проклятыми текстами, тебя содержу за свой счет, а ты мне под ухо жужжишь.

Лукас закрыл глаза и прижался к спинке сиденья.

— Если пойдет так и дальше, то я с тобой расстанусь. Разделим крест и разъедемся в разные стороны, но не забудь, что этот монах, который постоянно не дает покоя, тебя так просто не оставит. Он тебя и на том свете найдет. Старик тебе не простит того, что ты сделал. Ты меня слышишь?

— Слышу, слышу.

— Выбирай одно из двух. Мне уже надоело тебя уговаривать, как маленького мальчика. Не забывай, что идея с крестом появилась у тебя и ты всему виной. Тебе и нести полную ответственность за свои дела.

Лукас открыл глаза и молчал.

— Ты понимаешь, о чем я тебе говорю?

— Понимаю.

— Я потратил уйму времени, чтобы разгадать тайну креста, у меня все получается, ты и сам в этом убедился. Что тебе еще надо?

Лукас молчал.

Джон обнял его за плечо и прижал к себе.

— Успокойся и возьми себя в руки. Я сейчас пройду в гостиницу и все узнаю.

Полицейские еще некоторое время разговаривали, потом сели в машину и уехали.

Джон решительно вошел в гостиницу и направился к администратору, чтобы узнать о свободных номерах.

— Что-то у вас здесь полиции много. Случилось что?

Администратор посмотрел на посетителя удивленными глазами.

— У нас всегда все в порядке, молодой человек, но хочу вас огорчить, номеров свободных нет.

Джон облегченно вздохнул.

— Будем искать, — сказал он и направился к выходу.

Он остановился у охранника и поинтересовался полицией.

— Приезжали к одному дебоширу, — сказал охранник. — В ресторане драку учинил.

— Понятно, — вздохнул Джон и спокойно направился к выходу.

Он сел в машину и некоторое время молчал, испытывая терпение Лукаса, который не сводил с него своего взгляда.

— Что там? — не выдержал молодой человек.

— Все нормально. Твоя личность их совершенно не интересует. Они по другому делу. Можешь идти в номер. На завтра у меня будет к тебе предложение. Я еще немного дома поработаю над бумагами, и нам пора с чего-то уже начинать, а то ты совсем расклеишься. Давай, иди. Завтра не забудь с собой взять крест, и я тебя жду около шести вечера.

11

Взволнованный, Лукас вошел в гостиницу, поднялся на четвертый этаж и открыл номер. Только сейчас он заметил, как у него дрожат руки.

Он окинул взглядом темную комнату и прижался к стене, закрыв глаза.

«Что со мной творится в последнее время? — подумал он. — Если такое будет продолжаться и дальше, то я долго не выдержу. Нервы мои уже на пределе. Молодец Джон, решительный, а меня будто подменили. Я же никогда таким не был. Джон замечает мое состояние, и ему это не нравится. Может, бросить все и исчезнуть вместе с крестом навсегда? Черт возьми, но у нас уже стало что-то получаться… Сила креста великая — это мы видели оба.… Если я исчезну с этим куском золота, куда я его дену? Сдать такое количество я не смогу, меня сразу обнаружат, и тогда все.… Нет, надо взять себя в руки и держаться ближе к Джону. Он сильнее, у него светлая голова, он обязательно что-нибудь придумает».

Лукас открыл глаза и прислушался. В коридоре раздались шаги, потом неожиданно кто-то постучал в дверь. Он замер, через мгновение пришел в себя и включил свет.

Стук повторился еще раз.

— Кто? — с тревогой в голосе спросил молодой человек.

— Дежурная по этажу, — раздался женский голос. — Вы будете заказывать себе ужин?

Лукас приоткрыл дверь и увидел молоденькую девушку.

— Можно вино?

— Вино и все?

— Бутылку вина и один фужер.

— Закуску какую-нибудь надо?

— Не надо, — покачал головой раздраженный Лукас.

Девушка ушла, а он рухнул на кровать.

«Неужели мне теперь всегда придется так бояться любого стука, любого взгляда…».

Он взял в руки сверток, развернул его и достал крест, повертел перед собой.

— Значит, ты работаешь тогда, когда говорятся заклинания, — вслух сказал молодой человек. — Интересная ты штуковина. Неужели тебя отливали много веков назад? Я бы такого не сказал, ты как новый. — Он перевернул крест обратной стороной. — Да, надпись ужасная. — Он стал внимательно всматриваться в глубокие царапины, стараясь приметить знакомые буквы. — Как тут мог разобраться Джон? Может, это древнейшие языки народов Англии или еще чьи-нибудь? Нет, я бы не смог. А рукописи, те, что он мне показывал? Там вообще ничего непонятно для меня. Все же молодец Джон, а я критин, вынашиваю какие-то планы против него, сбежать хочу с этим крестом.… Да ничего я и не хочу… Что это я? Мы вместе, теперь мы одна команда. Нам надо держаться только друг друга. А заклинания? Мне тоже надо их знать. Интересно, захочет он мне про них говорить? Я думаю, что захочет. Если вдруг с ним что-то случится, то я смогу с помощью креста его выручить. Это же реально!».

Раздался стук в дверь, и Лукас снова вздрогнул.

— Кто? — тихо спросил он, подойдя к двери.

— Я вам заказ принесла, — послышался голос.

Молодой человек приоткрыл дверь и увидел улыбающееся лицо девушки.

— Вы никогда не заказываете себе обеды, — заметила она.

— Я на работе ем, — коротко ответил Лукас и тоже улыбнулся.

— Если что, звоните по телефону. Я сегодня дежурю.

— Хорошо, — согласился он и закрыл за ней плотно дверь.

Он поставил на столик бутылку с вином и подошел к окну. На улице уже было темно. Окна выходили в темный двор, где сегодня почему-то горел только один фонарь, который покачивался на ветру.

— Что за погода? — удивился вслух Лукас. — Сплошные ветра и дожди. Бедная страна, как тебя еще не смыло с земли вообще?

Он усмехнулся своему рассуждению и, присев к столу, открыл бутылку и налил вина.

— Я тебя выпью всю, — проговорил он. — Завтра мне спешить некуда, поэтому буду спать до самого вечера.

Он подошел с наполненным бокалом к зеркалу и улыбнулся своему изображению.

— Ну что, непутевый ты человек, за тебя! У тебя должно быть все хорошо, только держи себя в руках. Джон нытиков не любит. Может, действительно у нас все и получится.

Он залпом выпил вино и поморщился.

«Что интересное на этот раз надумает Джон? Ему не терпится что-то сотворить с крестом, испытать его силу, но на ком? Заброшенную ферму мы уже уничтожили и сразу нарвались на полицию. В море волны подняли.… А эти таинственные всадники… Кто они такие? Почему они не появились в последний раз? Ах, да, Джон объяснил их явление. Силу креста надо направлять на определенный объект. Что дальше можно придумать? Здесь пахнет криминалом, и большим. Я могу себе представить, какой поднимется переполох в Лондоне, когда что-то случится невероятное. Надо поговорить с Джоном, чтобы в городе ничего не предпринимать. Уедем куда-нибудь подальше и там…».

Лукас налил еще себе вина и подошел к окну. Уличный фонарь раскачивался от ветра и мигал. На стекле появились первые капли дождя, и Лукас прикрыл окно. Так он стоял долго, всматриваясь в темноту, пока ему не показалось, что у столба с фонарем мелькает какая-то тень. Он осушил фужер и присмотрелся. Вроде никого. Он глубоко вздохнул и вернулся к столу. Почему-то сейчас он снова вспомнил монаха. Того самого, который появился в его жизни и вел себя очень странным образом.

«Откуда его принесло в наш музей? — снова впал в размышления молодой человек. — Крест в музее очень давно, а монах появился несколько месяцев назад. Откуда он взялся? Он и сейчас там отирается. Если он владеет каким-то колдовством, то давно бы нашел и меня и Джона или просто прибрал крест к себе и исчез. Странно все получается. Сегодня он опять был там, у музея, и, наверняка, мог видеть меня. Странно все как-то…».

Лукас выпил еще, поднялся и выключил свет, развалился на кровати. Он прикрыл ладонью глаза и прислушивался, как дождь стучится в окно.

«У меня нет сигарет, — вдруг вспомнил он и поднялся, взглянув на телефон. — Что меня в последнее время стало тянуть к сигаретам?» Я же раньше не курил, — размышлял он вслух. Потом поймал себя на том, что в последнее время стал еще и сам с собой разговаривать. — Это патология, — пробурчал он и позвонил дежурной, заказал пачку сигарет.

Он снова взглянул на бутылку с вином и почувствовал, как ему становится хорошо: по венам побежала горячая кровь.

Лукас приоткрыл входную дверь и снова встал у окна, стал всматриваться в качающийся фонарь. Так он стоял, погружаясь в очередные размышления, и вздрогнул, когда кто-то коснулся его плеча.

Он резко обернулся и увидел девушку.

— Я вам стучала, но, смотрю, дверь открытая, поэтому вошла. Вот ваши сигареты. Почему вы не включаете свет?

Лукас почувствовал, как побледнел от такой неожиданности и, пытаясь сдерживать волнение, ответил:

— Готовлюсь отдыхать. Завтра много работы.

Девушка тоже подошла к окну и взглянула в темный двор.

— Вы кого-то тоже там увидели?

— Я никого там не вижу, — растерялся Лукас.

— А я уже не первую ночь наблюдаю за каким-то стариком, который постоянно стоит у столба.

— Стариком? Каким стариком? — удивился Лукас.

— Вчера он тоже появлялся. Он постоянно смотрит на наши окна, и мне становится страшно.

Лукас отошел в сторону и задвинул штору.

— Это вам кажется. Никого там нет. — Он выглянул из-за шторы и тоже стал всматриваться. — Нет там никого.

Девушка пожала плечами и направилась к выходу.

— Спокойной ночи, — пожелала она молодому человеку. — Если что будет надо, звоните.

Лукас поспешил закрыть за ней двери и снова встал у окна.

Сейчас он почувствовал, что весь хмель как рукой сняло. Лукас хотел закурить, но не стал этого делать. Он опустился снова на кровать, скинул обувь и развалился, уставившись в потолок.

«Черт возьми, кого она могла там видеть? Я каждый вечер смотрю в окно и никого не замечаю», — мелькала единственная мысль в его голове.

Неожиданно снова постучали в дверь.

— Кто еще там? — нервно спросил Лукас.

— Это я. Откройте, пожалуйста, я вам его покажу.

Лукас соскочил с кровати, чуть не перевернул стоящую на столике бутылку, поспешил к двери.

— Что вы мне хотите показать? — спросил он девушку.

Она бросилась к окну.

— Идите сюда, смотрите, видите человека у столба?

— Пьяный какой-то, — догадался Лукас.

— Это старик. Он смотрит именно на наши окна. Когда я его вижу, мне становится страшно.

— Обыкновенный прохожий, — успокоил ее Лукас, а сам внимательно всматривался, пытаясь определить личность неизвестного силуэта.

— Он уже несколько раз появляется здесь и смотрит именно сюда.

Лукас насторожился.

— Это точно старик, — продолжала девушка. — Вчера был ночью дождь, и сверкнула молния. Его лицо я ясно разглядела. Это старик. Странный старик. Он стоит постоянно неподвижно в любую погоду и не сводит взгляда с нашей гостиницы.

— Идите отдыхать, — предложил Лукас. — Что вы себе тут накручиваете какие-то страсти?

— Я очень суеверная, поэтому мне кажется, что это не к добру.

— Я устал и хочу отдохнуть, — усмехнулся молодой человек. Он проводил девушку до двери, закрыл ее на ключ и снова подошел к окну.

Прячась за шторой, он стал внимательно наблюдать за человеком у столба. Почему-то именно сейчас ему показалось, что это монах и смотрит он на его окно.

«Что за ерунда? — уже заволновался и Лукас. — Если это действительно монах, то, как он меня нашел? Если это так, то он мне теперь не даст покоя своим присутствием и здесь. Он будет меня преследовать всю оставшуюся жизнь. Может, выйти на улицу? И что дальше? Что я ему должен буду сказать, если это действительно он? Завтра расскажу все Джону. Постараюсь, чтобы он остался на ночь у меня. Да, но мне надо еще эту ночь как-то продержаться. Вот бестия, пришла, навела смуту и мне будет не уснуть…».

Лукас больше не включал свет. Он присел на кровать, хотел налить в фужер еще вина, но немного пролил, поэтому решил допить его из горла.

Спустя некоторое время он снова подошел к окну и посмотрел вниз. Там уже никого не было. Он облегченно вздохнул и опять завалился на кровать. Курить ему уже не хотелось. Он закрыл глаза и провалился в сон.

12

Вечером молодые люди снова встретились.

Лукас был взволнован и подробно рассказал Джону о том, что видел вчера ночью из своего окна.

— Это от нервов, — сделал заключение Джон. — Ты так и не научился себя сдерживать в эмоциях. Это очень плохо. Вот поэтому тебе начинает все мерещиться.

— Какие нервы? — тут же возразил Лукас. — Я видел там человека ясно, и видел его не только я, даже горничная. Она мне и рассказала, что он уже не первую ночь появляется под окнами гостиницы. Он постоянно смотрит на мои окна.

— Ты его хорошо разглядел? — согласился с его убеждениями Джон.

— Был дождь, и все расплывалось у меня перед глазами, но я уверен, что это был именно монах. Он был в таком же длинном своем одеянии, но вот лица его я не заметил. Я тебе предлагаю сегодня пойти ко мне и остаться на ночь. Ты сам в этом убедишься.

— Я сегодня не смогу, — отказался Джон. — У меня неотложные дела, да и с рукописями немного надо поработать. У меня все на завершающей стадии, и мы сможем осуществить все свои мечты в ближайшее время.

— Мечты? — удивился Лукас.

— Конечно. Разве у тебя нет никаких планов в отношении нашего предприятия?

— Я еще об этом не думал, — пожал плечами молодой человек. — Меня другое мучает.

— Выбрось все из головы, — предложил Джон. — Забудь ты этого монаха навсегда.

— Как я могу его забыть, когда он постоянно стоит у меня перед глазами, когда он постоянно меня преследует?

Джон потер лоб и призадумался.

— Нам надо выбрать время, посидеть вместе и определиться. Не нравится мне твое состояние. Может, тебя крест смущает? Хочешь, я заберу его к себе?

— Нет, нет, крест мне не мешает. Он тут ни причем, — сразу возразил Лукас и искоса взглянул на Джона.

— Как знаешь. Тебе нужны деньги?

— Кому они помешают? — усмехнулся молодой человек.

— В таком случае, первым делом возьмем банк.

— Банк?! Да ты с ума сошел! Какой банк? Я за решеткой сидеть не хочу.

— Что предлагаешь ты? — спросил Джон спокойным голосом. — Я хочу тоже тебя выслушать. Что ты думаешь, этот крест для благих дел был создан? Он, наверняка, в свое время приносил людям доходы и использовался в целях обогащения, а если что-то срывалось, то и выручал. Мы же можем благодаря нему, и исчезнуть бесследно от погони.

— Как те рыцари, что сейчас летают в облаках?

— Причем тут рыцари? С этими рыцарями надо еще разобраться. Они как-то мне недавно приснились, — признался Джон.

— Вот видишь, и у тебя нервы.

Джон промолчал.

— Давай откажемся от всего, уедем куда-нибудь и разделим этот проклятый крест.

— А рукопись?

— Сожжем ее и забудем о ней навсегда.

— Теперь у нас это не получится. Если тебя монах начинает преследовать, то неизвестно еще, какие последствия нас ждут, если мы сделаем так, как ты говоришь.

— Ты хочешь сказать, что мы влипли?

— Я не знаю, но крест не предназначен для того, чтобы его пилили, делили и сжигали рукописи, которые непосредственно относятся к нему. У нас почти все получилось! Мы можем действовать, только немного нам надо набраться решимости.

— Но грабить банк?.. Ты вообще представляешь, как это будет выглядеть?

— Я еще ничего не представляю, — согласился Джон, — но надо что-то делать.

— Ты прочитал последнее заклинание, которое у тебя оставалось не расшифрованным?

— Пока нет. Там все так запутанно. На данный момент нам хватает того, что есть.

— В таком случае, давай все сначала. Ты говоришь о банке. Как это будет все происходить? У креста огромная сила. Ты вспомни заброшенную ферму. От нее ничего не осталось, только ровное место. Ты хочешь полгорода сравнять с землей? Джон, ты просто сумасшедший!

Джон сидел молча, обхватив голову руками.

— Что предлагаешь ты? — после долгого молчания спросил Джон. — Волны по морю гонять или облака по небу?

— Честно говоря, я даже не представляю, куда можно приладить его силу, — признался Лукас.

— Вот этого я от тебя и добиваюсь. Я хочу услышать какие-то конкретные предложения, а ты все со своим монахом…

— Он не выходит у меня из головы и постоянно напоминает о себе своим неожиданным появлением. — Лукас глубоко вздохнул. — Что делать дальше?

— Я понимаю так, что все мне надо брать в свои руки, — решительно сказал Джон.

— Но и у тебя ведь ничего конкретного нет. Банк — это не вариант.

— Понимаешь, дорогой мой друг, для того, чтобы с чего-то начать, нужны деньги.

— Или удачное предложение, — добавил Лукас.

— Я свое предложение сказал, теперь хотел бы выслушать тебя.

— Нам надо еще раз проверить силу креста. Ты не представляешь, если он даст осечку… Мы пропадем.

— Опять на море?

— Хоть на море. Мы же не можем выехать куда-нибудь в американскую прерию и там его испробовать.

— В прерию? Это идея!

Лукас засмеялся.

— Если тебя такие бредовые идеи возбуждают, то о чем можно говорить дальше?

— Крест у тебя с собой? — неожиданно спросил Джон.

— Как всегда.

— Идем за мной. — Джон схватил Лукаса за руку. — Идем на крышу нашей библиотеки.

— Потом попробуем оттуда спрыгнуть?

— Зачем прыгать? Идем, я знаю, как туда пробраться.

Он потащил молодого человека в сторону здания.

По какой-то темной лестнице они поднялись на крышу высокого здания и огляделись.

— Видишь город? Огромный город лежит перед тобой, и он может быть подвластным тебе и мне. Ты этого желаешь?

— Я — нет.

— Дурачок! Это я говорю для того, чтобы ты почувствовал, что мы с крестом всесильные.

Внизу город светился многотысячными огнями.

— Разворачивай крест, — приказал Джон.

— И что дальше?

— Будем его испытывать. Ты этого хотел?

— Прямо здесь, в центре Лондона? На крыше?

— Прямо здесь. Не беспокойся, город останется, я тебе обещаю.

— Ну, хоть за это тебе спасибо. — Лукас подал крест Джону и встал рядом.

— Прерию и Штаты я тебе не обещаю, но то, что куда-то мы с тобой сейчас попадем, — это точно. Я думаю, сейчас тебе не захотелось в гостиницу от меня сбежать. — Джон усмехнулся.

Он поднял над головой крест и зашептал заклинание. Сейчас Джон чувствовал, как тревожно бьется сердце Лукаса, который прижался к нему и молчал.

Джон еще раз повторил заклинание и уставился на небо, закрыв глаза.

Неожиданно грянул гром, и где-то далеко сверкнула яркая молния.

Лукас схватил Джона за руку, и  почувствовал, как его друг весь дрожит.

— Закрой глаза, — прошептал Джон.

В темном небе что-то зазвенело, засвистело, и снова раздался оглушительный гром.

Молодые люди повалились на крышу, не понимая, что вокруг происходит.

В следующий раз, когда они открыли глаза, то обнаружили себя сидящими на песчаном берегу у моря, на котором был полнейший штиль.

Джон вскочил на ноги и взглянул на Лукаса, который уткнулся лицом в песок. Он потянул его за руку и поднял.

— Мы опять у моря оказались? — растерянно спросил тот, отряхивая лицо.

— Вот видишь, — радовался Джон. — Этот крест способен перемещать нас еще и в пространстве.

Лукас тоже огляделся.

— Я понимаю, что он может, но где мы с тобой находимся?

— Вероятнее всего за городом, у залива.

— Мне не нравится эта затея, — признался Лукас. — Крест нагревался, когда ты шептал заклинание?

— Еще как. — Джон тоже огляделся. — Что-то он нас слишком далеко забросил, ни одного огонька кругом нет.

— Ты не забыл заклинание, которое нас сможет вернуть обратно? — растерялся молодой человек. — Так мы до самого утра назад не вернемся.

— Я сейчас немного успокоюсь и все вспомню, — ответил Джон. — Идем вперед.

13

Они долго шли вдоль берега, оглядываясь по сторонам, пытаясь определить свое местонахождение.

— Тебе не кажется, что произошел какой-то сбой? — предположил Лукас.

— Ты о чем? Какой сбой? Заклинание произнесено верно, и крест сработал.

— Ни одного огонька на горизонте, просто какая-то пустыня.

— Главное — спокойствие, разберемся, — успокаивал Джон. — Нам надо привыкать к любым обстоятельствам. Мы сами этого с тобой пожелали.

— Смотри, там, вдалеке, горят огоньки, — неожиданно заметил Лукас.

— Где? — Джон стал всматриваться в темноту.

— Это не огоньки — это какой-то костер. И кажется, там находится человек.

Молодые люди сразу сменили направление и двинулись к костру.

Чем ближе они подходили, тем яснее могли видеть одинокую фигуру, которая сгорбилась и сидела у небольшого костра и грелась.

Человек даже не обратил на них внимания, когда они подошли совсем близко.

— Это какой-то дикарь, — приметил Лукас. — Бомж, наверное…

— Вот у него и узнаем, как выйти на городскую трассу. Скоро совсем будет темно, и нам необходимо покинуть эти места.

У костра сидел человек с капюшоном на голове и грел свои руки.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался Лукас и постарался разглядеть его лицо.

Человек не пошевельнулся. Он знаком показал, чтобы молодые люди присаживались, а сам не отрывал своего взгляда от костра.

— Сэр, вы нам не подскажете, как добраться до трассы? Время уже позднее, и пока мы доберемся до города, будет уже ночь.

Человек повернул голову в сторону молодого человека, и Лукас заметил, как блеснули от огня его глаза.

Джон подсел рядом с незнакомцем и попытался его как следует разглядеть.

Незнакомец неожиданно встал в полный рост, и молодые люди растерялись. Перед ними стоял мужчина высокого роста, плотного телосложения и в странном одеянии.

Лукас отшатнулся в сторону, а Джон в растерянности повалился на песок.

— Здесь нет никакой дороги, — ответил тот глухим басом. — Здесь кругом одна пустыня, если не считать моря. — Он поправил на себе широкий пояс, на котором молодые люди заметили кинжал с широким лезвием, нагнулся, поднял с земли мешок и, закинув его себе на плечо, окинул ночных гостей надменным взглядом. — Дорога, которую вы ищете, может, и будет проходить здесь, но лет так через пятьсот, не меньше.

— В таком случае вы нам можете объяснить, что здесь произошло? — настаивал Джон, поднимаясь с земли.

— Здесь ничего не произошло, если не считать вашего появления, — ответил мужчина. — Здесь уже много лет все спокойно.

— Как называется это место? — спросил растерянный Лукас, пытаясь удержать незнакомца, который собрался уходить.

— Это святая земля Англии, — ответил тот.

— Это и нам понятно, но где мы находимся? Почему вокруг так пустынно?

— Здесь так было всегда. Вы куда путь держите, что вы от меня хотите?

— Домой… Мы желаем попасть в город и пойти домой.

— В город? Какой город? — удивился человек.

— Как в какой? В Лондон.

— В Лондон? — он сделал удивленное лицо. — Милый мой, от этих мест до твоего Лондона несколько тысяч миль.

Молодые люди переглянулись.

— Вы нас не поняли, — возразил Джон. — Мы живем в Лондоне и забрели в эти места случайно. Если вы знаете, как добраться до трассы, то укажите нам это направление, и мы уедем на попутках. — Джон с тревогой взглянул на куртку Лукаса, под которой находился крест.

— Я сам иду в поисках какого-нибудь жилища. Если хотите составить мне компанию, можете следовать за мной, но до Лондона — это очень далеко. Я и сам там был только однажды. Что я вам могу сказать — это маленький городишко, наполненный торгашами и вельможами короля.

— Королевы, — поправил Джон.

— Королева при короле, а вот Генрих еще что-то из себя представляет, хотя стал сдавать в последнее время. У него с башкой проблемы, видно, сказываются последствия войны.

Джон снова взглянул на Лукаса и, схватив его за руку, остановился.

— В таком случае мы пойдем своим путем, — сказал он. — Нам в другую сторону.

Удивленный мужчина взглянул на молодых людей и зашагал прочь.

— Я что-то ничего не понимаю, — опустился на землю Лукас. — Где это мы?

— Тебе же сказали, что в Англии, но я тоже путаюсь в догадках.

Мужчина стал быстро удаляться и вскоре растворился в темноте.

— Нам надо идти за ним, — спохватился Лукас. — Мы не знаем дороги, а этот идет по направлению к населенному пункту. — Молодой человек вскочил с места и стал всматриваться в темноту. — Все, мы его потеряли! — с досадой воскликнул он.

Джон глубоко вздохнул.

— Это нас крест сюда закинул, — догадался он. — Давай его сюда. — Джон вытянул руку, и Лукас, сняв крест с шеи, протянул его Джону.

— Мы здесь пропадем, — заволновался молодой человек.

— Лукас, давай без паники. У тебя такое есть: как что, так сразу впадаешь в отчаяние. Надо сначала разобраться в ситуации, а потом что-то решать.

— Ты заметил, как он странно одет? У нас так не ходят. Мужик вообще какой-то странный.… А какой он здоровый.… Такие в наше время встречаются редко.

— В наше время? Что ты хочешь сказать, что мы находимся далеко от нашей действительности?

— А что ты скажешь?

— Я ничего не хочу говорить. — Джон поднял над головой крест и зашептал заклинание.

Лукас замолчал и с надеждой устремил свой взгляд на друга.

— Работает? — тихо спросил он.

Джон качал головой и повторял заклинание уже второй… третий… четвертый раз.

В конце концов, он опустился на землю и положил крест перед собой.

— Ничего? — не терпелось узнать Лукасу.

— Надо дождаться утра, — решил Джон. — Там разберемся, что и к чему.

— Ты хочешь здесь провести ночь, под открытым небом?

— А почему бы и нет? Погода хорошая, а этот выживший из ума мужик наговорил нам всякую ерунду, а мы и уши развесили. Останемся здесь или вернемся к берегу?

— Я домой хочу, — заныл Лукас.

— Мне тоже завтра на работу, так что придется отпроситься и отоспаться как следует. К берегу?

— Вернемся к костру, — сказал подавленным голосом Лукас. — Что же это творится на самом деле! — Он взял крест и поднялся, взглянув назад, где недавно горел костер. — Я и костра уже не вижу. Погас, наверное.

— Говорил же тебе, надо было идти за ним, — сокрушался Джон. — Теперь будем дрожать до самого утра. — Он взглянул на звездное небо. — Дождя не ожидается, переночуем.

— У тебя с собой рукопись? — с надеждой спросил Лукас.

— Я ее всегда при себе держу, — заверил Джон и похлопал себя по карманам. — Но изучать я ее сейчас не собираюсь. Мне и без того все ясно, кроме одного, последнего заклинания, до которого все не доходят руки.

Молодые люди направились в сторону берега. Они шли долго, но берега нигде не было.

— Вот этого еще не хватало! — впадал в отчаяние Лукас. — Мы сбились с пути. Все, останавливаемся здесь и до утра не двигаемся с места. Я больше никуда не пойду.

Он снял куртку и бросил на землю, уселся на нее и почувствовал, как от прохладного ветерка дрожит его тело. Рядом подсел Джон. Он долго молчал, обдумывая сложившуюся ситуацию, потом взглянул на своего напарника и усмехнулся.

— Что бы ты сейчас больше всего хотел? — вдруг спросил он.

— Я бы хотел домой.

— А я бы вон на те звезды. Слетать бы туда на некоторое время. Ты замечаешь, какие они здесь большие, особенные?

— Еще налетаешься. Если у нас будет так продолжаться и дальше, то мы не только на звезды слетаем, но и на луну.

— Опять у тебя настроение отвратительное, — заметил Джон.

— А чему радоваться? — Лукас вытянулся на земле и уставился в небо. — Кто-то на нас гневается, раз так все получается.

— На тебя гневается твой директор музея, — предположил Джон.

— Да иди ты со своим директором. Я про него давно не вспоминаю.

— Тогда монах.

Лукас вскочил с места.

— Ты специально меня достаешь? Причем тут монах? Может, ты скажешь, что он сейчас где-то здесь рядом?

— Я пошутил, — успокоил Джон парня. — Что ты такой эмоциональный: все принимаешь за чистую монету? Я предлагаю немного вздремнуть, а утром мы определимся. Мне кажется, что трасса где-то здесь недалеко.

14

Ночь проходила тревожно, и молодые люди не сомкнули глаз в ожидании чего-то неизвестного. Они прижались друг к другу и дрожали, поглядывая по сторонам, вглядываясь в темноту.

— Я никогда не видел таких темных ночей, как эта, — признался Джон. — Эта какая-то необычная. Вообще ничего не видно.

Вдруг Лукас схватил Джона за руку и прислушался.

— Что с тобой? — прошептал Джон.

— Слышишь?

— Что?

— Какой-то топот, даже земля трясется.

Джон привстал и огляделся.

— Что это?

Где-то из темноты послышались голоса, и топот усилился.

— Кто-то сюда приближается, — зашептал он.

— Это лошади. Они мчатся сюда, — догадался Лукас и вскочил на ноги.

Голоса приближались и становились еще яснее, но наречие было непонятно молодым людям. Они переглянулись.

— Бежим, — вздрогнул Джон.

— Куда, в темноту? — Лукаса всего трясло.

Голоса быстро приближались, и уже показались в темноте силуэты всадников.

— Смотри, они мчатся именно сюда.

Лукас стал размахивать руками и кричать, чтобы не попасть под копыта лошадей, но всадники не обращали на них внимания и уже проносились мимо них с непонятными возгласами.

— Это какие-то рыцари, — шептал перепуганный Джон. — Тебе они никого не напоминают?

— Нет.

— А вспомни тех, на небе, что мы однажды видели, — напомнил Джон. — Они точь-в-точь такие же, и доспехи на них такие же. Что происходит вокруг — или это просто сон?

Лукас держал в руках крест и чувствовал, какой он холодный.

— Быстро спрячь его, — потребовал Джон. — Он может привлечь внимание.

Мимо летели всадники. Их было так много, что казалось, вся ночь наполнена только ими.

Поднялся ветер и пыль, которая слепила глаза.

Лукас спрятал крест под куртку и наблюдал за происходящим.

— Когда же, наконец, утро? — нервничал Джон и, услышав за спиной ржание, замер. Молодые люди стали медленно поворачивать головы назад и увидели прямо перед собой морду лошади. В ночи она казалась им просто огромной. На лошади восседал рыцарь в доспехах. Он был большого роста, а металлический шлем закрывал полностью его лицо.

Он наклонился к молодым людям и пристально стал их разглядывать, потом снял с головы шлем, положил его на колени и встряхнул головой, расправив длинные волосы.

Лукас заметил, что это был молодой воин.

Воин громко свистнул, и к нему подъехал еще один рыцарь.

— Кто это такие? — спросил второй.

Первый пожал плечами. Они молча стали разглядывать незнакомцев, которые прижались друг к другу и не могли вымолвить ни слова.

Неожиданно из темноты примчался еще один. Он натянул поводья, поставив коня на дыбы, который сильно заржал и с шумом опустил свои большие копыта на землю.

Они о чем-то перекинулись непонятными словами, и один из рыцарей легко спрыгнул на землю и подошел вплотную к молодым людям.

— Вы кто такие? — спросил он.

Джон заметил, что воин совсем молодой и немного успокоился.

— У вас что здесь, соревнования? — растерянно спросил в свою очередь Джон.

Рыцарь улыбнулся и оглянулся на своих товарищей.

— Это не наши люди, — громко сказал воин. — Я с трудом понимаю, о чем они говорят. Кто такие? — повторил он свой вопрос.

— Мы немного заблудились, — стал объяснять Лукас и, заметив на лице рыцаря улыбку, стал тоже немного успокаиваться. — Нам бы до дороги добраться.

— Дорога здесь одна. Куда ни посмотри — везде дорога. Откуда вы взялись?

— Мы из города, из Лондона.

Рыцари дружно рассмеялись.

— Здесь нет Лондона. Он находится далеко и в другой стороне.

— А море? Оно где-то здесь рядом?

— И моря нет. До моря несколько десятков миль. Вы что-то путаете.

Мимо снова пронеслось несколько всадников, и молодой рыцарь выхватил из ножен длинный меч.

Лукас заметил, что оружие действительно настоящее, такое, какое он видел в музее, где когда-то работал.

— Вы нам можете объяснить, где мы находимся? — заикался Джон.

Рыцари снова рассмеялись. Их смех говорил о том, что это были молодые воины. Они смеялись долго, разглядывая незнакомцев.

— Мой совет — вам лучше дождаться утра, — сказал рыцарь, поправляя упавшие на лицо волосы. — До города очень далеко, и, чтобы туда добраться, надо несколько дней.

— Нас здесь раздавят ваши всадники.

— Наши всадники все здесь, — сказал рыцарь и ловко вскочил в седло.

— А те, что только что сейчас промчались мимо? Они разве не с вами?

— Это чужаки, но они больше здесь не появятся. Дождитесь утра и убирайтесь из этих мест немедленно. Здесь очень опасно.

Джон раскрыл рот, хотел о чем-то спросить еще, но рыцари развернули своих коней и медленно поехали прочь в темноту.

Снова настала тишина.

— Я ничего не понимаю, — сказал Джон, опускаясь на землю. — Кто это такие? Может, какие-то тренировки у них или занятия?

— Это же рыцари, настоящие рыцари, — еле шевелились губы Лукаса. — Я таких видел на картинах в музее, когда там работал.

— Откуда им взяться?

Лукас скосил глаза на свою грудь, где под курткой был спрятан крест.

— Неужели? — догадался Джон.

— Другого варианта нет. Это так и есть. Давай возвращаться назад.

— Как? У меня все заклинания вылетели из головы. Я ничего не помню.

— В таком случае надо успокоиться и дождаться утра, — решил молодой человек.

— Мы так и будем здесь торчать, пока не рассветет?

— Ну, если ты желаешь, чтобы нас растоптали лошади, то можешь прилечь. — Лукас поднялся и стал вглядываться в темноту, в сторону, куда уехали всадники. — Я вижу вдали огонь, — зашептал он.

— Ты хочешь еще неприятностей? Я туда не пойду, — отказался Джон. — Неизвестно, кто еще там.

— У нас безвыходное положение. Нам или находиться здесь среди поля, или быть ближе к людям.

— Может, это как раз те, кого гоняли эти воины.

— Нам какая разница, те или эти? Нам надо отсюда выбираться.

— Утра ждать не будем? — удивился Джон.

— Идем к костру. — Лукас схватил своего друга за руку и повел к огням.

У костра сидели рыцари. Их было трое, и Лукас догадался, что это именно те, с которыми им пришлось разговаривать несколько минут назад.

Рыцари сидели вокруг костра и смотрели на огонь. Рядом с ними лежали их шлемы и оружие, представляющее собой боевые мечи и кинжалы.

Они, молча посмотрели на подошедших незнакомцев, переглянулись, и один из них спросил:

— Откуда путь держите?

— Мы из Лондона, — стал снова объяснять Джон, — и забрались сюда совершенно случайно.

— Как дела в Лондоне? Как здоровье у короля Генриха? Говорят, он в последнее время заметно сдал, приболел…

Лукас сделал удивленные глаза.

— Какого Генриха? — не понял молодой человек.

— Вы же говорите, что из Лондона. Мы там давно не были, но нашего короля знают все.

— А-а, у короля нормально, — спохватился Джон. — Немного стал приходить в себя. — Джон боялся, чтобы Лукас не проболтался, и сжал его руку. — Король скоро выздоровеет и приступит к своим обязанностям.

Рыцари рассмеялись.

— Садитесь к костру, грейтесь, — пригласил незнакомцев другой воин. — Утром мы вам покажем направление в сторону города, и старайтесь покинуть эти места как можно быстрее.

Лукас и Джон вглядывались в молодые лица рыцарей и ничего не понимали.

— А вы сами откуда? — не выдержал Джон.

— Мы? Мы здешние.

— А те, что…

— Частенько сюда забегают чужаки нас навестить, — стал объяснять самый молодой рыцарь. — Вот мы их и гоняем.

— Так их много, а вас всего трое.

— Это неважно. Мы на нашей земле хозяева, поэтому знаем, что надо делать.

Лукас с интересом и опаской разглядывал каждого рыцаря и удивлялся, что такие молодые парни — а носят такие тяжелые доспехи, лихо управляются с лошадьми и гоняют по ночам всадников.

Рыцари снова замолчали и устремили свои взгляды на огонь.

— А можно у вас узнать, кому вы принадлежите? — спросил Лукас. — Что у вас за войска?

— У нас не войска, — поправил его самый старший. — У нас орден «Святое Братство», и мы здесь хозяева.

Лукас от услышанного так и повалился на землю.

— Слышал о таком?

— Нет, — растерялся Лукас.

— Слышали, слышали, — перебил друга Джон и потянул Лукаса с земли. — Ты что тут мелешь? Разве не видишь, что вокруг происходит?

Лукас заморгал глазами, пытаясь прийти в себя.

— Вы воюете за короля? — стал расспрашивать Джон.

— Мы ни за кого не воюем, — ответил молодой человек среднего возраста, который до сих пор хранил молчание. — Мы сами по себе.

— И большой у вас орден? Сколько человек?

Рыцарь в упор взглянул на Джона, и тот заметил его ясные веселые глаза.

— Орден у нас большой, — сказал рыцарь. — Три человека.

— И как?

— Что как?

— Справляетесь?

Воин усмехнулся.

— Если бы не справлялись, то нас давно не было бы на этом свете. У нас идет постоянная борьба за выживание.

— Меня зовут Джон, — представился молодой человек.

— Как? — переспросил юноша в доспехах.

— Джон, а это Лукас.

Юноша удивился.

— Сейчас такие имена в моде там, в Лондоне?

— Обычные имена, — пожал плечами Джон.

— Кат Рен, что ты привязался? Тебе это надо? — возразил самый старший воин.

— Мне просто интересно, что сейчас творится в Лондоне. — Кристиан, как ты думаешь, не стоит ли нам в ближайшее время посетить тоже Лондон?

— Стоит, но только после того, как разберемся здесь, на своих землях.

Кристиан с недоверием поглядывал на незнакомцев, потом наклонился к костру, чтобы подбросить немного сухих веток.

Джон взглянул на Лукаса и похлопал его по груди, чтобы убедиться, что  крест на месте.

— Этот парень немного растерялся, — сказал Джон. — Он редко видел настоящих рыцарей. — Крест у тебя? — шепнул он Лукасу на ухо.

Лукас кивнул головой.

— Тут кругом одни рыцари, — усмехнулся самый младший воин. — Как их можно не заметить?

— Но настоящих мало, — растерянно произнес Лукас.

Кристиан с удивлением посмотрел на Лукаса и развалился на земле.

— Можете отдохнуть до утра, вас никто здесь не тронет, а потом продолжите свой путь дальше, — сказал Кат Рен. — Где ваши лошади?

— Лошади? Мы пешком, — сказал Джон.

— Пешком? В таком случае вы доберетесь до Лондона к осени. Здесь ногами никто не ходит.

Кат Рен тоже взглянул на странных ночных гостей и улегся рядом с Кристианом у костра.

— Клар, я тебя подменю через некоторое время, — предупредил Кристиан.

Лукас хотел что-то еще спросить, но, взглянув на Джона, увидел его серьезный взгляд и понял, что лучше промолчать.

Content

Эсса Геннадий Возвращение золотого креста.Книга 3