Анна Завгородняя

Каменный трон

Часть первая

Глава 1

В темном кабинете перед камином, в обтянутых кожей креслах сидели трое. Отблески огня отбрасывали бардовые тени на их лица. На стоявшем перед мужчинами столике красовался хрустальный графин, наполненный темно-красной жидкостью. В напряженной тишине было слышно лишь тиканье каминных часов и треск горящих поленьев. Один из сидящих наклонился вперед и налил себе вина в бокал на тонкой ножке, обвитой изумительной работы хрустальной змеей, и выпрямился в кресле. Он посмотрел на сидевших напротив мужчин и заговорил:

— У меня есть кандидатура, — у мужчины оказался приятный баритон, — Единственный человек, которому я смогу довериться, это моя дочь. Внешность у говорившего была аристократическая. Удлинённое лицо с аккуратно подстриженными усами и острой бородкой, правильные черты, темно русые волосы, чуть тронутые сединой и пронзительные серые глаза из-под густых бровей.

— Что? — удивился тот, что сидел по правую руку. Он был намного старше. Совсем седые волосы, крючковатый нос с нацепленными на него роговыми очками, — Вашу дочь?

— Если других претенденток нет, то я уверен, что она успешно справится с положенной на нее задачей. И как, по моему мнению, она подходит для этой роли просто идеально.

— Но что скажет на это Эдвард? — в голосе седовласого господина прозвучало недовольство, — Вы же помните, милорд, что свадьба наших детей должна состояться всего через два месяца…

В кабинете снова воцарилась тишина, потом заговорил третий, до этих пор хранивший молчание. Это был привлекательный, крепкий, молодой мужчина с льняными длинными волосами, спадающими на плечи. Его светлые глаза излучали холодный расчетливый ум. Он обвел пронзительным взглядом своих собеседников.

— А я считаю, что это прекрасная идея, — сказал он. Голос говорившего был тихий, едва слышный, шелестящий и напоминал осенний день, когда ветер гонит опавшую листву по тропинкам в парке. Оба пожилых мужчины обратили свои взгляды на блондина.

— Ваше величество, — запротестовал было седовласый, но блондин только вскинул руку, призывая его этим жестом замолчать.

— Лорд Коборн, — произнес он, — Ваша дочь — это действительно то, что нам сейчас необходимо. Она прекрасно образована, привлекательна и, самое главное, она никогда не пересекалась с нашим дражайшим братом. Я думаю, у леди Кейлин присутствуют все качества, которые так ценит Северин — образование, воспитание, ум и, конечно же, красота, — король посмотрел на Коборна пронзительным взглядом, а затем добавил, — Насколько я понимаю, Маркус, сейчас ваша дочь ожидает за дверью, не так ли?

Маркус Коборн почтительно склонил голову.

Король тут же громко хлопнул в ладоши. Оба его собеседника повернули головы в сторону распахнувшихся дверей. В ореоле яркого света в кабинет вошла молодая девушка. Двери за ее спиной моментально закрылись. Она остановилась прямо перед сидящими, и грациозно склонилась в глубоком реверансе. Ее одежда соответствовала принятому во дворце этикету. Длинное платье темно синего цвета отекало тонкую фигурку как перчатка. Пышные юбки подчеркивали тонкую талию, затянутую в корсет платья. Девушка была миниатюрной и невысокой.

— Леди Коборн! — король приветствовал девушку легким кивком. Девушка тут же распрямилась и подняла голову.

— Ваше Величество, — произнесла она. У нее оказался на редкость мягкий приятный голос.

— Присядьте, — король щелкнул пальцами, и прямо перед столом появилось еще одно кресло. Девушка присела на краешек и, сложив на коленях маленький руки с тонкими пальчиками, посмотрела на своего короля.

— Я думаю, вы в курсе того, зачем вас позвали сюда этим вечером, леди Коборн.

— Да, Ваше…

Король перебил ее, резко подняв вверх руку.

— Амадеус, — сказал он, — Для вас, моя дорогая, просто Амадеус. Думаю, на сегодня мы могли бы обойтись без условностей, — губы короля тронула легкая улыбка.

Девушка коротко кивнула, а король тем временем отметил про себя то, как настороженно переглянулись его министры. Он снова перевел взгляд на девушку.

— Вы прекрасны, — сказал он.

— Благодарю, — она склонила голову в знак почета.

Амадеус кивнул, разглядывая ее лицо. За тот год, что он не видел эту молодую особу при дворе, она значительно похорошела, или, как это принято говорить о юных прелестницах, расцвела. Большие темно карие глаза, тонкий нос, полные яркие губы…Светлые волосы густыми волнами спадали на покатые плечи, обрамляя маленькое личико с острым подбородком.

— Я знаю, что скоро у вас свадьба, — продолжил король, — Примите мои поздравления и пожелания счастливого брака.

— Спасибо, Ваше… — она осеклась и быстро поправила сама себя, — Спасибо, Амадеус. Только думаю, с поздравлениями вы немного поспешили. Наша с Эдвардом помолвка…о ней объявят только на следующей неделе на балу на его загородной вилле.

— В любом случае, я желаю вам счастья и в дальнейшем хотел бы часто видеть при дворе.

Министр Коборн довольно улыбнулся.

— Но теперь о главном, — король сделал знак седовласому, и тот поспешил наполнить его бокал вином. Амадеус принял его из рук своего второго министра и обратился к Кейлин.

— А теперь о том, что вам предстоит выполнить, миледи, — сказал он, — Вы, наверное, знаете о моем брате?

— Северин Норфолк, — ответила она, — Я слышала о нем, но, к сожалению, мы никогда не встречались, и я не имею чести быть знакомой с ним лично.

— И это просто замечательно, — король пригубил вино и поставил бокал на столик, — Северин не поклонник дворцовых интриг. В основном он любит путешествовать и редко бывает в стране, но на прошлой неделе он наконец-то вернулся. Видите ли, миледи, — его светлые глаза прищурились, словно от яркого света, — Северин владеет одной вещью, которая принадлежит мне и просто никак не хочет ее возвращать. Я уже пытался подослать в его дом своих людей, но он каким-то непостижимым образом их всех вычислял.

— Чего же вы хотите от меня? — спросила девушка.

— Мне от вас необходима самая малость, — король придвинулся к ней, настолько близко, что она почувствовала аромат вина, которое он только что пил, — Мне необходимо, чтобы вы достали для меня эту вещь.

Кейлин немного отодвинулась назад.

— Это небольшой кристалл, благодаря которому мой брат получает всю свою силу и этот камушек нужен мне.

Брови девушки взлетели вверх.

— И это все? — спросила она.

— Северин Норфолк считается самым сильным магом в Королевстве, — произнес ее отец, — Он не простой маг, он — Универсал. И это совсем не так просто, как может показаться на первый взгляд. Вам предстоит очаровать его и добыть кристалл. Загвоздка состоит только в том, что принц не слишком охоч до прекрасного пола. В свои тридцать пять он еще не женат и как я полагаю, не собирается связывать себя этими узами. Завоевать его внимание будет не просто. К тому же он крайне подозрителен.

— А как же Эдвард? — девушка покосилась на отца своего жениха, — Что он скажет, когда поймет, что я пытаюсь вызвать интерес у другого мужчины, да еще почти накануне свадьбы? Я бы не хотела жертвовать своим будущим, даже по вашей просьбе, милорд.

— Не волнуйтесь так, леди Кейлин, — король сел в кресло и откинулся назад, — Его предупредят. У вас не будет размолвок с женихом из-за этого, я вас уверяю, — Амадеус не отрывал глаз от лица девушки, — К тому же, вы понимаете, что в случае успеха вас и вашего отца ожидает значительная награда. Король никогда не забывает тех, кто предан ему! — он многозначительно изогнул бровь.

— То есть, оказаться у меня нет возможности, — сказала девушка.

Амадеус рассмеялся.

— Королю не отказывают, — сказал он.

Кейлин несколько секунд молчала, а потом согласно кивнула. Король широко улыбнулся.

— Вот и замечательно, — сказал он, — Не будем мешкать. Завтра в моем зимнем дворце состоится бал, вы с отцом приглашены, и там вам предстоит познакомиться с моим братом. Не уверен, что он вам понравится, но я думаю, что вы девушка сдержанная и вполне сможете закрыть глаза на внешность Северина.

— А что с его внешностью? — в ее голосе прозвучало удивление.

Король с усмешкой ответил:

— Ну, думаю, он совершенно не в вашем вкусе. Никакого сравнения с Эдвардом Грэшемом.

— Я буду стараться, Ваше Величество, — Кейлин намеренно перешла на официальный тон. Она покосилась на отца. Тот довольно улыбался, расслабленно растянувшись в кресле.

— Во что ты решил ввязаться? — спросила я отца, когда мы сидели в машине, мчавшей на большой скорости по пустой дороге. Мимо пролетали силуэты деревьев, освещенные высокими фонарями. Водитель повернул направо, и машина выехала на мощеную дорогу. Я скинула с ног туфли лодочки и, облегченно вздохнув, потерла уставшие ступни ног, — Отец, вся ваша затея, простите меня за откровенность, дурно пахнет! Что в действительности представляет собой этот кристалл, что король так жаждет его получить?

Отец нажал на панель, установленную у дверцы машины, и между нами и водителем медленно поднялась вверх стенка. Затем он повернул ко мне уставшее лицо.

— Я не могу тебе сказать, в чем дело. Я дал обещание королю!

Я рассмеялась.

— Дал обещание и втянул меня неизвестно во что накануне помолвки! А если я просто не хочу шпионить за совершенно незнакомым мне человеком? Я не привыкла поступать подобным образом! И ты думаешь, я верю, что этот кристалл просто дает какие-то дополнительный силы? Это же смешно. Здесь явно замешано что-то большее. Власть? Скорее всего, только я никогда не слышала, чтобы принц Северин претендовал на престол. Насколько я знаю, он сам когда-то отрекся от него в пользу своего младшего брата.

Маркус откинулся назад. Я видела, как он напряжен.

— Ты же сама слышала, что королю не отказывают, — ответил ее отец, — Я не сам пришел к мысли втянуть тебя в эту историю. Король намеками, так, как только он один умеет, почти приказал мне сделать это. Отказ грозил большими неприятностями!

— Какими? Он разжалует тебя? Отберет лордство и земли? — я впилась взглядом в лицо Маркуса Коборна, но тот только отвернулся к окну, будто мелькающий за стеклом пейзаж его увлек.

— Расскажи мне и тебе станет легче, — настаивала я, — К тому же, я должна точно знать о том, что мне предстоит сделать, а не те поверхностные данные, что Его Величество выдал мне сегодня. Я чувствую, что этот Северин очень опасен, но и королю я не верю, — Я подтянула под себя ноги, — Не ты ли, отец, говорил мне, что принц Норфолк самый сильный из рожденных магов?

— Да, это так, — Маркус кивнул, — Он не просто необычайно сильный, он единственный в своем числе. Маг-универсал, которому подвластны все силы и все виды магии.

— Честно говоря, мне уже даже стало любопытно взглянуть на него.

— Он тебе не понравится, — усмехнулся отец.

— Почему же? — спросила я. Маркус промолчал.

Машина сделала резкий поворот и перед нами распахнулись кованые ворота. Водитель подъехал прямо к нашему особняку и остановился. Отец первым выбрался из авто не дожидаясь пока Андерс распахнут перед ним двери. Я надела туфли и выскользнула следом. Отпустив взмахом руки водителя, отец стал подниматься по ступеням наверх. Я следом за ним. У дверей нас уже поджидал дворецкий. Склонив в почтении голову, он распахнул перед нами двери.

— Спасибо, Руперт, — поблагодарил его отец. Мы прошли внутрь и оказались в широком холле. Маркус отдал дворецкому свой плащ, тот с поклоном принял его.

— Кто-то приезжал? Меня искали? — поинтересовался отец.

— Нет, милорд. С утра ни одного звонка. Я думаю, все ваши подчиненные были в курсе, что вы сегодня весь день проведете при его Высочестве во дворце и не смели вас тревожить.

— Отлично, — кивнул Маркус. Я обошла отца и направилась к лестнице, ведущей на верхние этажи.

— Ваша корреспонденция, милорд, я позволил себе отнести ее и положить на письменный стол в Бардовом кабинете.

— Да, я просмотрю ее завтра.

— Прикажете накрывать на стол? — спросил Руперт.

— Нет, мы поужинали во дворце, — отец отпустил дворецкого, — Можете идти отдыхать, Руперт, сегодня вы мне больше не понадобитесь.

Я обернулась, и, остановившись на ступенях, посмотрела на отца. Он пересек холл и скрылся в гостиной. Я на мгновение замерла, задумчиво глядя ему вслед, а затем продолжила свой путь. Моя комната находилась на втором этаже. Пройдя сквозь резную дверь, красного дерева, я первым делом скинула с ног ненавистные туфли и наспех раздевшись, побросала свои вещи на расстеленную кровать. Затем поспешила в ванную. Несмотря на то, что была поздняя ночь, и я чувствовала себя невероятно уставшей, первым делом мне хотелось поскорее принять душ, чтобы смыть с себя запах дворца и его обитателей. Вспоминая глаза короля и то, как пристально он рассматривал меня там, у себя в кабинете, я невольно поежилась под горячим напором воды. Мне всегда не нравился наш король. Что-то было в нем отталкивающее. Взгляд слишком холодный и колючий, да и сам он, словно отлит изо льда. И эти бледные волосы… Многие придворные дамы находили Его Высочество неотразимым и крайне привлекательным мужчиной, но только не я, хотя его симпатия была отмечена мною еще год назад, когда я только первый раз попала во дворец.

Я выключила воду и, обмотавшись полотенцем, вышла из ванной комнаты. Ноги тот час утонули в высоком мягком ворсе ковра. Я скинула с кровати вещи и забралась на нее с ногами. Влажные волосы рассыпались по плечам, вызвав непонятную дрожь по спине.

— Северин Норфолк, — произнесла я внезапно. Завтра мне предстояло встретиться с ним. Что я знала о принце? Да почти ничего. Признаться, я никогда не интересовалась его личностью. Мои сведения о нем были обрывочны и крайне скудны. Сильный маг, загадочная персона королевской крови. Судя по всему, не в ладах с собственным братом.

Я представила себе его лицо. Получился этакий высокий блондин с холодной улыбкой, но такой же привлекательный, как и его брат. Возможно, даже более привлекательный. У меня всегда была отменная фантазия.

— Что ж, завтра увидимся, — подумала я и залезла под одеяло, сбросив на ковер влажное полотенце. Я хлопнула в ладоши и свет тут же погас. Комната погрузилась во тьму.

Гулкие шаги раздавались в длинном мрачном коридоре, освещенном лишь светом факелов, закрепленных на черных каменных стенах. Амадеус шел за одетым в доспехи воином, позади него шагали еще двое, все были вооружены. Король спокойно смотрел перед собой на спину впереди идущего, изредка его равнодушный взгляд скользил по стенам.

Они поднялись по узкой каменной лестнице и вышли в еще один коридор. Он был настолько узким, что один человек едва проходил по нему. Здесь было холодно и отчего-то пахло сыростью, словно они находились не на вершине башни, а в подземелье.

Король всегда не любил замок Фолк за его мрачный готический вид и негостеприимные холодные залы. Еще прадед Амадеуса после смерти последнего графа Фолка, по чистой случайности, не оставившего после себя наследника, велел переделать замок под тюрьму. Замок как никакой другой подходил под эту роль. Его темные сырые подвальные помещения были переделаны под темницы, в большом зале устроили комнату пыток, к радости тогдашнего палача, имевшего пристрастия к различным орудиям для истязания неугодных короне и простых преступников. Верхнюю, самую высокую башню переделали под Комнату Смерти, где приговоренных к смертной казни почти всегда ожидало одно и то же — приведение приговора в действие. Амадеус никогда не мог понять, почему самой страшной считалась смерть не от руки палача и не от виселицы, а именно та маленькая чаша с черной водой из мертвого озера.

Его Величество вспомнил, как когда-то, будучи еще маленьким мальчиком, присутствовал с отцом на такой казни. Лицо преступника, корчившегося от невыносимых мук, долго потом снилось маленькому принцу.

— Ваше Величество! — голос высокого мужчины с капюшоном, накинутым на голову, прервал воспоминания Амадеуса. Король вскинул голову и понял, что они уже пришли.

Стоявший возле кованой двери человек был не кто иной, как Варриус Лой, главный тюремщик Фолка. Мужчина скинул с головы капюшон и низко склонился перед королем.

— Коллум ждет вас, Ваше Величество, — произнес тихо Лой и открыл перед Амадеусом двери. Ржавые петли протяжно заскрипели, и король не сдержал брезгливой гримасы.

— Проходите, — сказал тюремщик и жестом пригласил короля войти внутрь темной комнаты.

Амадеус переступил через порог. Оглядел маленькое помещение с единственным крохотным окошком без решетки. Затем посмотрел в угол комнаты, где на полу сидел какой-то человек.

— Принесите огня, — приказал король Варриусу, — Я хочу посмотреть на него.

— Да, мой господин, — по знаку Лойя стражники принесли один из факелов, вытащив его из углубления в стене. Амадеус протянул руку и, взяв факел, приблизился к сидящему на полу мужчине. Красные отблески легли на темное заросшее лицо, осветили крупный нос и сузившиеся от яркого пламени глаза. На заключенном были только жалкие рваные лохмотья, на колене зияла громадная дыра, одного рукав отсутствовал напрочь, оголяя волосатую крепкую руку.

— Мастер Коллум? — спросил король.

— Встань, когда к тебе обращается король!!! — крикнул Лой зло и пнул ногой заключенного. Тот, зазвенев цепями, медленно поднялся. Он оказался удивительно маленького роста, едва доставая королю до груди, но при этом коренастый. Отросшие длинные взлохмаченные волосы торчали во все стороны. Длинная борода достигала колен.

— Я помню вас маленьким мальчиком, Ваше Величество, — сказал гном и посмотрел прямо в глаза Амадеусу.

— Я тоже помню вас, мастер Коллум, — сказал король.

— Интересно… — протянул гном, — Я всегда думал, что после смерти вашего батюшки престол наследует ваш брат, принц Северин.

— Брат уступил мне трон, — в голосе Амадеуса скользнуло напущенное равнодушие, — Северин не интересуется властью.

— Да, да, — кивнул гном головой, — Он всегда был свободолюбивым, но вы ведь не об этом пришли поговорить, Ваше Величество, — Коллум не спрашивал, он утверждал.

— Это так, — кивнул король. — Скажи мне, мастер Коллум, сколько ты уже сидишь в замке Фолк?

— Пятнадцать лет, — ответил гном, — Разве вы не помните?

Амадеус усмехнулся. Конечно же, он помнил, как его отец за год до своей смерти приказал посадить своего лучшего мага, единственного короля гномов, в темницу. После чего подземный народ перешел под власть единого короля.

— У меня есть к тебе предложение, гном, — сказал Амадеус, — Если сделаешь для меня то, что я попрошу, то скоро обретешь долгожданную свободу.

Коллум подозрительно прищурил глаза, вглядываясь в лицо короля.

— Что мне надо сделать? — спросил он.

Амадеус услышал голос Главного Тюремщика:

— Ваше Величество, прошу вас, не делайте ошибку. Его нельзя отпускать. Он слишком силен и опасен!

Король резко развернулся к говорившему, его лицо исказила недовольная гримаса.

— Кто ты такой, Варриус, что смеешь давать советы королю? — спросил он холодно. Тюремщик нервно сглотнул и, бледнея, сделал несколько шагов назад, пока не уперся спиной в направленные на него мечи стражи.

— Разве я просил тебя дать мне совет? — продолжал Амадеус.

— Нет, Ваше Величество, — Лой опустил голову, — Прошу прощения.

Амадеус улыбнулся. Злость вмиг исчезла с его лица, только улыбка не затронула светлых глаз короля. Они оставались по-прежнему холодными.

— На первый раз, прощаю, — сказал он, — Но впредь веди себя надлежащим образом, если не хочешь сесть в собственную тюрьму, ты понял меня?

— Да, Ваше Величество, — голова тюремщика опустилась еще ниже. Стражники за его спиной опустили свое оружие. Лой вытер со лба выступившие бисеринки пота.

Амадеус снова повернулся к гному. Коллум безучастно смотрел на происходящее.

— Так ты поможешь мне? Конечно, выпустив тебя, я рискую, но у меня есть одно маленькое средство, чтобы ты оставался преданным мне и ни в коем случае не попытался исчезнуть, — Король достал из-под плаща два тонких браслета. Коллум едва взглянул на них, но по его лицу тот час пробежал испуг.

— Тебе придется надеть это, — сказал король и добавил немного добрее, — Но когда ты выполнишь то, что от тебя требуется, я обещаю, что сниму их.

Гном тяжело вздохнул. Несколько секунд он колебался, словно не зная, что решить, затем вытянул вперед руки.

— Я согласен, — сказал он, — И выполню любое ваше поручение, мой король.

Амадеус хищно ощерился и одним быстрым движением надел на руки гнома браслеты.

— А теперь снимите с него цепи, — приказал он Лойю и покосился на Коллума, пока стражники стали возится с замком — Пойдешь со мной. Нам надо поговорить.

Гном покорно кивнул.

Глава 2

В большом зале играла музыка. Едва переступив порог, я оказалась окружена нарядной толпой. Отец только кивнул мне, и тот час растворился в ней. Я прошла вперед, изредка здороваясь со знакомыми и оглядываясь по сторонам. Дамы в дорогих туалетах, пышные бальные платья всевозможных цветов, от кричаще алых до нежно кремовых. Драгоценности, поблескивающие в свете ламп. Мужчины во фраках, тщательно причесанные, галантные. Толпа гомонила. Я слышала обрывки фраз, смех и покашливание.

Музыканты расположились прямо на балконе сверху над залом, но музыка, казалось, лилась со всех сторон. Нежные переливы флейты, скрипка…Я протиснулась в сторону балкона. Вся эта толкотня действовала на меня угнетающе, к тому же платье на мне, одетой по правилу придворного этикета, было довольно тяжелым, громоздким и крайне неудобным, хотя, признаться, выглядела я в нем довольно мило. Единственное, что мне действительно нравилось в фасоне — открытые плечи и шея. Остальное вызывало раздражение и крайнее неудобство.

Я перевела дыхание. Через распахнутую дверь, ведущую на балкон, в зал вливался свежий холодный воздух, несущий запахи осеннего сада. Я набрала полные легкие и огляделась. Скоро был выход короля, а затем следовало начало бала. Прислонившись к мраморной колоне, поддерживающей круглый свод, я внезапно почувствовала прикосновение к своей руке.

— Эдвард, — произнесла я и повернулась назад. Молодой мужчина с улыбкой встал рядом со мной, но руки моей не отпустил.

— Ты давно здесь? — спросил он.

— Нет, мы только приехали, — я пристально посмотрела на мужчину, который вскорости должен был стать моим мужем. Одетый в черный фрак, идеально сидящий на его подтянутой, крепкой фигуре, он был необычайно красив в этот вечер. Зачёсанные назад вьющиеся каштановые волосы обрамляли волевое лицо с твердым подбородком и полными губами. Синие глаза лучились лукавством.

— А где твой отец? — спросила я. Эдвард тем временем пригнулся ко мне и нежно поцеловал в шею.

— Наверное, там же, где и твой, возле нашего короля.

Я отстранилась.

— Эдвард! — возмутилась я. Но, кажется, никто из присутствующих не обращал на нас внимание.

Он нахмурился. Улыбка тут же покинула его губы.

— Я не имею права поцеловать свою будущую жену? — спросил он немного удивленно.

— Нет, только не сейчас и не сегодня.

Он с пониманием кивнул.

— Я понял. Боишься, что нас увидит Принц?

Я кивнула.

— Мне отец вчера рассказал, — продолжил Эдвард. Его рука вернулась к моему локтю, — Честно говоря, мне не нравится то, во что тебя втянули наши папаши. Это крайне неразумно.

— Я тоже так считаю, — вздохнула я, — Но отец меня очень просил.

— Это рискованно, чтобы Его Величество тебе там не говорил, — добавил мой жених, — Я знаю Северина. Он опасен. Наш замечательный Амадеус дитя в сравнении с ним.

— Ты его знаешь?

Эдвард кивнул.

— Естественно, я же нахожусь при дворе 20 часов в сутки, а принц хоть и не часто, но все же иногда удостаивает нас чести лицезреть его королевскую особу, — он усмехнулся. Неожиданно музыка сменилась. Откуда-то из-под сводов полилась мелодия вальса. Музыка спускалась в зал, постепенно проникая в каждый его угол, мягко обволакивая. Некоторые пары вышли на середину зала и закружились в медленном танце. Эдвард сжал мой локоть и уверенно потянул меня за собой.

— Пойдем, потанцуем, — сказал он, — Это будет выглядеть вполне безобидно.

Я улыбнулась.

Мы присоединились к танцующим. Эдвард придержал меня за талию, я вложила свою ладонь в его сильную руку и нас закружила музыка. Я расслабилась в руках Эдварда, он танцевал очень грациозно и, казалось, мы летим над полом. Я опустила глаза вниз, словно хотела убедиться, что мы все еще стоим здесь. Когда, внезапно, музыка резко стихла. Я остановилась и налетела на грудь своего партнера. Он схватил меня под локоть и увлек в сторону. Остальные пары последовали нашему примеру.

— Король, — догадалась я, когда литавры возвестили о появлении первого лица в нашем королевстве.

Присутствующие все как один склонили головы. Дамы присели в реверансе.

— И он не один, — шепнул мне на ухо мой жених.

Я подняла глаза. На середине опустевшего танцевального зала стоял Амадеус. Дорогой золотой костюм, на голове корона. Длинные волосы лежат на плечах, холодный взгляд прошелся по подданным, на долю секунды остановился на моем лице. Я рассеяно улыбнулась и только тогда увидела стоявшего за спиной короля мужчину.

— Северин Норфолк, — услышала я тихий голос Эдварда.

Я в удивлении приподняла брови. Совсем не таким я представляла себе принца. Высокий, чуть выше своего брата, он был его полной противоположностью. Одетый во все черное, подтянутый с неестественно прямой спиной, с длинными до плеч густыми цвета воронова крыла распущенными волосами. Удлинённое лицо, крупный нос, пронзительные темные глаза, смуглая обветренная кожа…Он был некрасив. Даже слишком некрасив, но при всем при этом я не могла не признать, что у этого мужчины оказалась отменная фигура. Я окинула быстрым оценивающим взглядом широкие плечи, тонкую талию, длинные ноги. Сложив на груди руки, Северин Норфолк обводил присутствующих взглядом, как минуту назад до этого делал его брат-король. У него был взгляд хищника, вышедшего на охоту. От таких глаз берет озноб. Я невольно поежилась, представив себе, как буду очаровывать этого мужчину. Сейчас это казалось мне невозможным.

— Ужас, — только и смогла прошептать я и почти почувствовала на губах Эдварда улыбку.

— Зато я не буду ревновать, — сказал он, так тихо, что могла услышать только я. Я пожала плечами. Странным образом, внешность принца не отталкивала меня, а лишь его глаза вызывали во мне страх. Я поймала себя на желании спрятаться подальше от его взгляда, но он не смотрел в мою сторону, и я облегченно перевела дыхание.

Пока Его Величество произносил речь, я глазами стала искать отца. Рядом с королем не было ни его, ни лорда Грэшема. Затем я все-таки увидела их обоих. Министры стояли в стороне и что-то тихо, но эмоционально обсуждали. Я незаметно толкнула Эдварда в бок и кивнула в сторону наших родителей.

— Что происходит? — произнес он тихо.

— Я не знаю, — откровенно призналась я. Маркус и Алан казались взволнованными.

Король тем временем закончил свою приветственную речь и дал начало балу. В зале заиграла музыка и снова стало шумно. Амадеус в сопровождении брата, направился к трону, стоявшему на возвышении. Оттуда ему открывался прекрасный обзор. Все гости были как на ладони. Снова заиграла музыка. Какая-то старая кадриль, Его Величество любил подобную музыку. Мы с Эдвардом стали пробираться к родителям, едва проталкиваясь мимо танцующих, но когда оказались на месте, министров и след простыл. Я огляделась вокруг, затем подпрыгнула вверх, словно стараясь увидеть их поблизости. Эдвард дернул меня за руку.

— Что ты делаешь, Кейлин!? — возмутился он, — Ты на балу во дворце, а не у себя дома.

— Но они же только что были здесь, — произнесла я.

Эдвард на мгновение привлек меня к себе. Его губы обожгли мою кожу за ухом.

— Ладно, потом поговорим с ними. В конце концов, ты же на балу, — сказал он, — Пойдем, потанцуем.

— Я не умею танцевать кадриль, — отказалась я.

Эдвард обольстительно улыбнулся.

— А я тебя научу, — ответил он.

Северин Норфолк стоял, небрежно облокотившись о трон. Его темные глаза равнодушно скользили по фигурам танцующих пар. Амадеус сидел, развалившись на подушках и откровенно скучал, постукивая пальцами по резьбе герба, выбитого на подлокотнике, в то время, как глаза его непрерывно сновали по залу, перемещаясь от одной танцующей пары к другой. Но наблюдение скоро надоело ему, и король обратил свой взгляд на стоящего рядом брата.

— Может, присядешь? — произнес он с деланым участием, — Я велю слугам принести тебе кресло или стул, как пожелаешь. Я бы конечно, мог наколдовать, но ты ведь знаешь сам, этот зал единственное место во дворце, где никто не может пользоваться магией, ни ты, ни я.

— Знаю, — Северин даже не посмотрел на брата, — Я ведь сам накладывал заклятие.

— Да, да, — словно припоминая, Амадеус покачал головой, — Кажется, это было так давно. Мы тогда были мальчишками, но ты уже проявлял не дюжий талант.

Принц молчал. Он явно не горел желанием поддерживать разговор.

— Как прошла твоя поездка? — король пытался разговорить старшего брата.

— Замечательно, — отозвался тот.

— Я надеюсь, в этот раз, ты останешься на более долгое время.

Северин усмехнулся и повернулся к королю.

— Ты, правда, этого хочешь? — спросил он. Темные глаза насмешливо сверкнули.

— Конечно. Ты ведь мой единственный родственник, — по губам Амадеуса скользнула кривая улыбка, — Я все надеюсь, что ты остепенишься и осядешь в своем особнячке. Заведешь семью. Тебе уже давно пора.

— Может, ты мне и невесту подберешь? — с сарказмом в голосе произнес старший Норфолк.

— Если надо, подберу. Но только я почему-то уверен, что ты это и сам в состоянии сделать, — Амадеус посмотрел на брата и кивнул на зал, — Бал уже в разгаре. Почему бы тебе не размяться. Пригласи кого-нибудь, потанцуй, а то стоишь, подпираешь без всякой на то причины мой трон.

— Мне не нравятся твои придворные дамы, — Северин снова отвернулся.

— Что, ни одна? — удивился Амадеус, придавая голосу обидчивые нотки.

— Ни одна, — подтвердил Северин и тут его взгляд упал на танцующую пару. Высокий красивый молодой мужчина кружил в танце совсем юную девушку. У нее единственной из всех присутствующих женщин были распущены волосы. Она танцевала легко и грациозно, словно не ступала ногами по полу, а летела над ним. Ее напарник что-то сказал ей, отчего девушка тут же рассмеялась.

— Это Кейлин Коборн, — Амадеус заметил взгляд брата, направленный на дочь Первого Министра, — Дочь лорда Маркуса. Ты должен его помнить. Он был назначен еще нашим покойным отцом незадолго до его смерти. Я оставил его при себе. Довольно находчивый оказался политик. А дочь у него просто загляденье, не находишь?

— Когда ее приставили ко двору? — поинтересовался Северин. Амадеус в душе заликовал, понимая, что Северин явно заметил его приманку и вот-вот попадется на крючок. Только бы девчонка не подвела, подумалось ему.

— Год назад, — ответил он брату, стараясь говорить равнодушно, — Но она редко бывает здесь. Предпочитает жить, как простая смертная, а ее отец ей не запрещает.

— С кем она танцует?

Амадеус привстал, чтобы лучше видеть ее партнера, хотя и так уже догадывался, кто был им.

— А, — протянул он, — Это молодой наследник Грэшема, нашего министра культуры. Его имя Эдвард. Замечательный и очень перспективный молодой человек. Он состоит на службе при Совете и уже имеет второй уровень.

Музыка прекратилась, и Северин увидел, как Эдвард уводит Кейлин куда-то в глубину зала. Скоро они затерялись в толпе и Норфолк отвернулся. На какое-то мгновение ему захотелось спуститься вниз и найти девушку, но он резко осадил себя. Вряд ли она захочет танцевать с ним, при наличии такого партнера, как Грэшем. Северин прекрасно знал, что он далеко не красавец. Многие женщины находили его малопривлекательным. Его боялись, впрочем, не столько из-за внешности, сколько из-за способностей. Конечно, у него была в городе любовница, но их отношения были сугубо деловыми, если можно было их вообще называть отношениями. Она дарила ему свое тело, он выплачивал ей щедрое содержание и все были довольны.

От размышлений его отвлек Амадеус. Король поднялся со своего трона и, распрямив спину, спустился в зал. Северин проследил за ним взглядом. Амадеус пригласил одну из придворных дам на танец. Вновь полилась чарующая музыка. Играли медленный танец. Король, улыбаясь, кружил свою даму и что-то рассказывал ей, отчего она довольно жеманно улыбалась. Северин вздохнул и спустился в зал, направляясь твердым шагом к входным дверям. Завидев его, придворные кланялись и расступались, давая дорогу принцу. В какой-то миг он заметил Кейлин. Девушка стояла в стороне. В ее руках был бокал с шампанским, а ее сопровождающий где-то отсутствовал. На секунду Северин остановился, разглядывая ее лицо. Кейлин не видела его, она смотрела куда-то в сторону, наверняка выискивая своего привлекательного партнера. Северин прибавил шагу и быстро вышел в двери, миновав склонившихся перед ним в немом почтении слуг в ливреях, стоявших у входа. Уже садясь в свою машину, он нажал на педаль газа. Жалобно взвизгнув, Порше сорвался с места и рванул по мощеной дороге к воротам.

Глава 3

— Кажется, принц покинул бал, — Эдвард появился предо мной так внезапно, что я едва не выронила из рук бокал.

— Что? — только и сказала я.

— Я видел, как он выходил в двери, — Эдвард предложил мне руку, — А это значит, что и нам здесь больше нечего делать. Предлагаю бросить этот маскарад и поехать отдохнуть куда-нибудь в клуб.

Я залпом допила шампанское и поставила бокал на поднос, который нес в руках один из проходящих мимо слуг.

— Я - согласна, — сказала я, — Только надо будет заехать ко мне домой, чтобы я смогла переодеться в нормальную одежду.

Мы ушли, не прощаясь ни с кем. Слуга подогнал машину Эдварда и с поклоном отдал ключи. Молодой человек распахнул передо мной дверцу спортивного автомобиля. Я нырнула в пахнущий кожей салон на переднее сидение. Эдвард занял водительское место.

— Слава Богу, что Его Величество не заставляет своих подданных приезжать во дворец в каретах, — пошутила я, когда машина покатила по дороге в сторону выезда.

— Да, — согласился Эдвард, — Это было бы крайне неудобно.

— Мне не нравится его тяга к старине, — я посмотрела на распахивающиеся перед нами кованые ворота. Мы выехали на дорогу, — Нет, конечно, старинные платья, балы и прочее это невероятно романтично…в умеренном количестве, но жить подобным образом мне не нравится. Особенно когда вокруг столько всего интересного, Интернет, кинотеатры…

— Но мы же не люди, — мягко поправил меня Эдвард, и на мгновение, оторвавшись от дороги, повернул ко мне лицо, — Наш мир совсем иной и то, что нам позволено переходить из одного мира в другой еще не значит, что стоит забывать, откуда мы и что мы из себя представляем. Нам позволяется многое, да и живем мы дольше. Нет таких проблем, как нехватка средств, ну, по крайней мере подданные не голодают…

Я хмыкнула.

— Здесь хорошо живут только те, кто принадлежит к знати. Что ты знаешь о том, голодают ли где-то в деревнях, расположенных далеко за пределами этих земель. На окраинах, в глубинке?

Эдвард нахмурил брови.

— Я состою в совете, неужели, ты думаешь, я не знал бы…

— Тогда поинтересуйся у моего отца, — сказала я, — Он тебя немного охладит от этой уверенности, что вокруг все благополучно.

Грэшем замолчал, уставившись на дорогу, и хранил молчание вплоть до того момента, когда мы подъехали к Черному озеру. Он остановил машину и, открыв дверцу, выбрался наружу. Я удивленно приподняла брови, но все же последовала за ним. Когда я выбралась из авто, Эдвард уже стоял у самой кромки воды, пристально вглядываясь вдаль. Я отвела от него взгляд, покосилась на мост, уходящий в туман. Место перехода в мир людей. Холодный ветер долетел с озера, я поежилась, передернув обнаженными плечами.

— Эдвард, — позвала я. От вида темной поверхности водоема меня начало мутить. Черное озеро было мертво. В нем не водилась рыба, птицы никогда не садились на его поверхность, даже трава не росла вокруг его берегов. Мне всегда было не по себе, когда я оказывалась в этом месте. Говорили, что у этого озера нет дна и все, что попадет в его мрачные глубины, исчезает навсегда.

— Эдвард, поехали, — позвала я. Он вздрогнул и резко повернулся ко мне. Я увидела, как по его лицу скользнула какая-то тень, но вот он улыбнулся и встряхнул головой, словно сбрасывая оцепенения.

— Что ты там делал? — спросила я, когда мы вернулись в машину и заехали на мост.

— Смотрел.

— И куда, если не секрет?

— На противоположный берег, — ответил он, и мы въехали в туман. Прошло несколько секунд, и машина вырвалась из молочного плена. Мы выехали на оживленную трассу, влившись в поток автомобилей. До конца моста оставалось несколько метров. Эдвард перестроился на другую линию и свернул на дорогу, ведущую в пригород. Через двадцать минут езды мы выехали на широкую улицу, застроенную небольшими коттеджами. Вдали показался мой домик с аккуратно выстриженным газоном и маленьким Жуком, припаркованным на дорожке перед гаражом. Эдвард остановился на обочине, и я выскочила из машины.

— Тебя ждать? — спросил он.

— Нет, я поеду на своем жучке, — я захлопнула дверцу и склонилась над открытым окошком автомобиля.

— Встретимся в пабе, — предложила я.

— Может, мне за тобой заехать?

Я покачала головой и, махнув ему на прощание, зашагала по дорожке к дому. За спиной завизжали колеса. Эдвард рванул с места и умчался в город. Я ступила на крыльцо. Под ноги мне тут же прыгнула тощая серая кошка.

— Марта, — я нагнулась, чтобы погладить ее, и заодно достать из-под порога ключ.

Кошка попала ко мне совсем недавно. Я нашла это до неприличия тощее создание возле мусорного бака. Пожалела, взяла к себе в дом. За неделю, что она прожила у меня, на ее ребрах наросло немного мяса, и шерстка стала не такая бесцветная. Марта так и осталась жить в моем доме, а вот теперь выскочила встречать меня, едва заслышав шаги. Вообще-то, я всегда хотела завести себе собаку, но все никак не получалось, а теперь вот, обзавелась Мартой.

— Как тут без меня, все тихо? — спросила я кошку и вставила в замочную скважину ключ. Провернув, услышала щелчок. Я толкнула дверь и вошла в прихожую. Нажала на выключатель на стене и под потолком зажглась люстра.

— Проголодалась? — спросила я Марту. Кошка подошла к моим ногам и начала об них тереться. Я улыбнулась и поспешила на кухню. Марта засеменила следом, что-то мурлыча в предвкушении ужина.

Я вошла в маленькую, но довольно уютную кухоньку с большими окнами, выходившими на задний двор, включила свет и достала из шкафчика, висевшего над раковиной пакет с сухим кошачьим кормом. Наполнила им тарелку Марты и придвинула кошке.

— Ешь, — сказала я, — Я немного тороплюсь, мне надо поскорее привести себя в божеский вид… — я покинула кухню, оставив Марте включенный свет, прекрасно зная, что кошки в темноте видят лучше, чем мы при дневном свете, но все-таки сочла нужным оставить его. Мне казалось, кошке так будет приятнее. Я усмехнулась своим мыслям, подумав о том, что Марта вряд ли оценит этот поступок.

Взлетев по лестнице на второй этаж, я зашла в свою спальню. Хлопнула в ладоши и под потолком загорелся светильник. Я быстро стащила с себя бальное платье и, повесив его на плечики, запихнула в шкаф. Сама же облачилась в джинсы и тонкий шерстяной свитер. Перехватив лентой волосы, шагнула к овальному зеркалу, висевшему над туалетным столиком. Наспех подвела губы розовой помадой и подкрасила ресницы водостойкой тушью. Отражение из зеркала подмигнуло мне, весело улыбаясь.

— Быстро управилась, — похвалила я свое отражение и вышла из спальни, погасив свет хлопком.

— А теперь в паб, — я сбежала с лестницы и, подхватив куртку, выскочила в дверь.

Элоиза Вудхаус лежала на кровати. Ее роскошное обнаженное тело было едва прикрыто тонким покрывалом, вырисовывающим плавные изгибы точеного тела. Длинные волосы разметались по подушке словно покрывало. Женщина сквозь томно опущенные веки смотрела на одевающегося у окна мужчину. Ее глаза скользили взглядом по его широкой рельефной спине, мускулистым рукам, тонкой талии. Элоиза облизнула губы и потянулась в постели, грациозная, словно кошка.

— Как давно ты не был у меня, — проговорила она, — Я даже соскучилась!

Мужчина обернулся, набросив на плечи рубашку, и принялся застегивать пуговицы.

— По мне или по деньгам, которые я тебе перечисляю? — уточнил он.

Элоиза сморщила маленький вздернутый носик в брезгливой мине.

— Фу, Ваше Высочество, — сказала она, — Умеете вы все испортить.

Северин подошел к ней и, склонившись, взял пальцами ее за подбородок, запрокинув прекрасное лицо. Элоиза призывно улыбнулась, сверкнув в ответ белоснежными зубами. Он несколько секунд рассматривал ее лицо, словно пытаясь что-то разглядеть в нем. Женщина призывно потянулась к нему, подставляя сочные губы для поцелуя, но Северин лишь отстранился и отпустил ее подбородок.

— Ты уже покидаешь меня? — спросила женщина, вставая. Тонкая ткань соскользнула к ее ногам, и полностью обнаженная Элоиза шагнула к Норфолку. Приподнявшись на носочки, она обняла его, прижившись всем телом и положив голову ему на плечо.

— Может, останешься до утра? — ее пальчики скользнули по его груди, на ходу расстегивая маленькие пуговицы, но Северин вскинул руку и решительно остановил ее, — Я была бы не прочь позавтракать в твоей обществе!

— Нет, — только и сказал он, убирая руку женщины со своей груди. Элоиза пожала плечами.

— Зря, — сказала она и вернулась обратно в постель.

Северин вышел из спальни, даже не удосужившись бросить прощальный взгляд на любовницу, и поспешно покинул апартаменты, которые снимала мисс Вудхаус в высоком старинном доме, почти в самом центре города, в фешенебельном районе с дорогими магазинами и прекрасной парковой зоной, разбитой у реки. Спустившись в лифте, он вышел из дома и сев в свою машину, закурил, прежде чем завел авто. Сегодня он окончательно решил, что отношения с Элоизой стоит полностью прекратить. Вероятно, он устал от подобной жизни и ему претили наигранные чувства.

Северин отпустил окно и в салон ворвался свежий, холодный воздух. Непонятно почему, но неожиданно в его памяти промелькнуло юное девичье лицо. Кейлин, вспомнил он имя и словно воочию увидел ее стоящей под колонной и рассеяно оглядывающейся по сторонам. Красивая девочка, подумал он, но этого мало. Обычно подобные ей придворные дамы на проверку оказывались испорченными кокетками, хотя, мелькнула мысль у него в голове, стоит ли заморачиваться подобными глупостями. Вряд ли он увидит эту молодую женщину снова. Северин криво усмехнулся и завел машину.

Помещение пропахло табачным дымом. Со стороны маленькой сцены лилась приятная музыка. Я вошла в зал и огляделась, выискивая взглядом Эдварда. Мой взгляд скользнул по разношерстной толпе, забившей зал почти до отказа. Вот за столиком расположились студенты, их веселый гомон висит в воздухе подобно сигаретному дыму, ненавязчиво пьянящий. Дальше две молодых пары, за ними несколько мужчин в деловых костюмах. Я заметила стоящие под столом дипломаты. Джентльмены явно отдыхают здесь после напряженного рабочего дня в деловом квартале. Но где же Эдвард? Я покрутила головой и тут увидела его. Грэшем стоял у барной стойки в ожидании заказа. Я направилась к нему, проталкиваясь через группу молодых парней, вошедших передо мной в паб.

— Эдвард! — позвала я. Услышав мой голос, он обернулся. На его лице появилась широкая улыбка. Сверкнули ровные белые зубы.

— Я не сильно опоздала? — спросила я, оказавшись рядом с ним.

— Вообще-то, я только приехал, — признался Эдвард, — Но успел занять столик.

Я окинула жениха быстрым взглядом. Эдвард переоделся. Он был в темных брюках и длинном коричнево пиджаке. На шее повязан шарф.

— Пива? — в руках Грэшема появилось два бокала, переданных барменом, — И захвати орешки, — он кивнул на стойку.

Я взяла в руки блюдце с закуской и, проталкиваясь сквозь наполненный зал, поспешила за Эдвардом. Наш столик с табличкой — Заказано — находился в углу у окна с видом на реку. Эдвард поставил пиво на стол и убрал табличку. Я села рядом.

— Может, стоило рвануть в Ночной клуб? — спросил Грэшем.

Я отрицательно покачала головой.

— По-моему, тут намного уютнее, — сказала я, — Мне захотелось немного развеяться после бала. Знаешь, наш мир иногда так давит на меня. И этот замок, и король…Да еще его братец! — я пригубила пиво, — Я не представляю себе, как буду его очаровывать, — призналась я. Эдвард внимательно посмотрел мне в глаза, — Северин показался мне слишком холодным, что ли. Я думаю, он не падок на женщин.

— Естественно, — усмехнулся Грэшем, — С его-то внешностью.

Я толкнула Эдварда локтем в бок.

— Но ведь это правда, — сказал он.

— Я надеюсь, Северин не гей, — засмеялась я, — Иначе королю придется пересмотреть мою кандидатуру в твою пользу. Ты же у нас такой милашка! — я приблизила свое лицо к лицу жениха. Грэшем впился взглядом в мои губы.

— Не думаю, что он гей, — сказал Эдвард, все еще глядя на мой рот, — Король бы знал, будь оно так.

— Я пошутила, — отстранившись, произнесла я.

Эдвард поднес руку к моему лицу и осторожно взял пальцами мой подбородок. Затем притянул меня к себе и поцеловал. Я обхватила руками его шею, отвечая на поцелуй. Было приятно, но не более.

— Давай не будем говорить здесь о делах, — прошептал мне в лицо Эдвард. Я согласно кивнула, и тогда он снова поцеловал меня.

Я села в машину. Голова после выпитого немного гудела, но я только махнула рукой на предложение Эдварда отвезти меня домой.

— Я сама, — сказала я решительно и, хлопнув дверцей, повернула ключ зажигания.

— Тебе не кажется, что ты немного не в том состоянии, чтобы ехать домой одна? — спросил Эдвард, склонившись к окну.

— Эдвард, не смеши меня. Отец напичкал мою машину всеми возможными и невозможными охранными заклинаниями. Я могу даже уснуть, и она сама доставит меня домой. Стоит ли переживать. К тому же, я буду предельно аккуратна и поеду на самой маленькой скорости, обещаю!

— Кейлин! — он хотел что-то возразить на мои слова, но я только рассмеялась и, показав ему язык, надавила на педаль газа. Взревев, мой Жук рванул вперед.

Конечно, Эдвард был прав, подумала я, глядя перед собой на освещенную фонарями дорогу, я немного переборщила с выпивкой, но иногда со мной такое случалось, и я сама вела машину. Главное ехать тихо и следить за дорогой.

Выехав на перекресток, я свернула в сторону моста. Сегодня буду ночевать в родительском доме, почему-то решила я и спустя некоторое время въехала в туман. Едва машину обволокло белой пеленой, как она словно взбесилась. Автомобиль начало швырять из стороны в сторону. Я, мгновенно протрезвев, схватилась за руль, в надежде выровнять ход, но руль меня просто не слушал.

Когда машину ударило об ограждение, я с силой вжала ногой на тормоза и пронзительно закричала, понимая, что это не помогло и что я, проломив преграду, лечу вниз, в холодные воды Черного озера.

Перед глазами всплыло лицо отца, затем Эдвард, предлагающий отвезти меня домой на своей машине.

— Дура упрямая, — только и успела подумать я, и Жук ударился о воду.

Северин Норфолк вышел из дома. Моросил мелкий дождь. Со стороны озера тянулся молочно-белый густой туман. Принц направился в сторону озера. Рядом, поскуливая и радостно виляя хвостом, прыгал Бучь. Маленький черный терьер, его неожиданное приобретение, а точнее подарок любовницы, вписался в его уединенную жизнь как нельзя кстати. Обычно, принц любил гулять с собакой, но не сегодня. Настроение было не подходящим. Ему хотелось провести эту ночь со стаканом виски в кресле у камина, но Бучь попросился на улицу и Норфолк поленился будить слуг, решив выйти на пару минут, пока пес сделает свои собачьи дела.

— Следовало сказать слугам, чтобы вывели пса, — подумал Северин, шагая под дождем к низкому берегу. Туман полз со стороны моста. Норфолк подозрительно прищурился, почувствовав неладное. Еще никогда на его памяти туман, служивший преградой между мирами, не просачивался за пределы моста. Стелясь по водной поверхности, густая масса обволакивала лес, распространяясь все дальше и дальше от озера. Бучь перестал прыгать. Северин почувствовал, как пес настороженно крадется за ним по пятам, больше не отбегая в сторону. Принц даже не заметил, что ноги сами вывели его к мосту. В этом месте туман был более насыщенный. Северин прищурил глаза, вглядываясь в зловещие очертания, вытекающие из черной пасти прохода в мир людей. По спине прошел неприятный холодок.

— Интересно, кому это нечего делать, тратить на такую чушь магические силы, — пробормотал он, обращаясь к самому себе, затем громко свистнул, подзывая пса, — Бучь, ко мне! Мы идем домой! — едва он произнес эти слова, как тут же услышал странный шум. Скрип колес, затем тяжелый удар и, наконец, женский вскрик, и, всплеск воды.

Северин выругался и рванул на берег, по пути заставляя заклятьем туман расступится. Бучь побежал за ним. Когда они оказались у самой кромки, поверхность озера была уже спокойна. Принц вытянул вперед руки и быстро заговорил. Через секунду вода забурлила и вверх из черных недр стала подниматься машина. Северин повернул руки в сторону берега и маленький автомобиль, пролетев над водой, опустился на камни. Норфолк поспешно распахнул водительскую дверцу. Из салона тут же хлынул поток черной воды. Расплескавшись о камни, вся вода, капля за каплей, словно густая патока, стекла обратно в озеро. Северин заглянул внутрь и увидел бездыханное женское тело. Он вытащил девушку наружу и положил на камни. За его спиной истошно залаял Бучь.

— Вот черт, — произнес Норфолк, узнав в молодой женщине дочь Первого Министра.

— Вот тебе — больше не увидимся, — мысленно сказал он себе.

Северин приник ухом к ее груди. Она не дышала.

— Взялась же, на мою голову, — пробормотал он и приник губами к ее рту, одновременно зажав пальцами ее нос. Несколько вдохов, и он отстранился, начав делать ей массаж грудной клетки. Еще один выдох… массаж и снова вдох… Северин отклонился, когда девушка, закашлявшись, перевернулась на бок и исторгла из себя воду. Она глубоко вдохнула и, распахнув свои большие глаза, посмотрела на принца. Увидев его склоненным над ее телом, она вздрогнула, но тут на лице ее отразилась боль и, застонав, она свернулась на камнях, поджав ноги к груди. Северин поднял девушку на руки и что-то произнес. Мгновение и на берегу осталась только машина.

Оказавшись в холле своего дома, Северин поспешил в гостиную, где уложил мокрую Кейлин на диван. Испуганный Бучь лег у разожженного камина, поглядывая на хозяина умными карими глазками. Девушка отчего-то внезапно начала дрожать всем телом. Ее глаза закатились, и по лицу пробежала болезненная судорога. Она явно не понимала, что с ней происходит и где она находится. Казалось, ее сознание было отключено.

— Келли! — закричал Северин.

Прошло несколько секунд, и на пороге гостиной появился сонный мужчина в наспех надетом костюме дворецкого. Он поклонился хозяину и хотел что-то произнести, как Северин сгреб его в охапку и почти швырнул к дивану.

— Ричард, держите ее, не дайте упасть! — рявкнул Норфолк и исчез.

Келли схватил руки девушки, с удивлением разглядывая ее. Кейлин бешено извивалась в его руках, и ему пришлось навалиться ей на грудь, сдерживая ее от падения. Белки ее глаз стали почти серыми. Она вся тряслась. Зубы были стиснуты с невероятной силой.

— Мисс? — позвал Ричард Келли девушку, но она не слышала его.

— Отойди, идиот, — произнес появившийся из неоткуда Северин. Келли отшатнулся в сторону, подпуская хозяина к Кейлин. В руках у Северина была какая-то маленькая бутылочка, наполненная жидкостью, ядовито изумрудного цвета.

— Что с этой женщиной? — спросил Келли, следя глазами за тем, как Норфолк разомкнув зубы девушки ножом, влил ей в рот жидкость из бутылочки.

— Эта ненормальная решила искупаться в Черном озере, — ответил Северин и сжал руки девушки, не давая ей пошевелится. Постепенно она перестала дергаться и дрожать.

А я подумал — приступ эпилепсии, — промямлил дворецкий, но принц его словно не слышал.

Келли молча наблюдал за хозяином. Тот отпустил девушку только тогда, когда она окончательно успокоилась. Он увидел, как на лбу Кейлин выступили бисеринки пота.

— Найди кого-нибудь, чтобы присмотрели за леди Коборн до утра, — велел Северин, поднимаясь с колен, — А сейчас осторожно отнесите ее в спальню для гостей, только не разбудите, — он говорил тихо. Келли согласно кивнул.

— И разбудите кого-нибудь из девушек, пусть переоденут леди в сухое, только очень осторожно, а вы тем временем сходите на берег, там найдете брошенный автомобиль. И возьмите с собой Диггинса, он, кажется, неплохо разбирается в автомобилях. Осмотрите его на причину поломки. Возможно тормоза или что-то еще. Мне надо знать, почему она упала с моста.

Келли выслушал хозяина и поклонился. Затем бережно поднял с дивана девушку. Северин проследил взглядом, как его дворецкий уносит леди Коборн из гостиной, затем сел в кресло у камина. Бучь тут же оказался рядом. Призывно тявкнув, пес лег на ковер у ног хозяина, положил лохматую морду на лапы. Норфолк задумчиво посмотрел на огонь. Затем взял со стола бокал с виски, оставленный перед уходом, и пригубил.

— Странный туман, — произнес он, — И девчонка так некстати упала в озеро именно тогда, когда я оказался рядом. Совпадение или чей-то умысел? — в его голове возник образ брата. Они никогда не ладили с Амадеусом. Еще до смерти их родителей. Брат всегда злился на него и завидовал тому, что из Северина получился более удачливый маг, чем из него самого. Хотя, что им теперь делить? Амадеус уже три года как король. Он более успешен и красив, а магия…так для этого у него и существует целый штат министров, чтобы делать за короля то, что он сам сделать не в состоянии.

Северин сделал глоток. Спиртное приятно обожгло горло. Он поставил стакан обратно на столик, сложил руки на груди, и задумчиво посмотрел на огонь. Его мысли невольно вернулись к спасенной им девушке. Леди Коборн… Стоило разузнать о ней побольше. Пока он понимал только то, что в какой-то мере Кейлин его заинтересовала. Он не мог не признать, что леди Коборн очень красива, но не только это привлекло к ней его взгляд тогда на балу. Было в девушке что-то такое необъяснимое и невероятно притягательное.

— Черт, Северин, не глупи, — сказал он сам себе, — У тебя ни единого шанса. Тебе нечем ее привлечь, — он невольно усмехнулся своим мыслям. Но возможно, эта встреча произошла не случайно?

— Что это со мной, — произнес он вслух, — Я рассуждаю о таких глупостях! — он резко встал. Бучь, уже задремавший, открыл глаза и, подняв голову, вопросительно посмотрел на хозяина, словно чувствуя его смятение. Северин нагнулся и приласкал пса. Затем, резко выпрямившись, вышел из гостиной.

Глава 4

Я слышала дождь. Крупные капли упорно барабанили в стекло. Монотонно, неустанно. Я сонно повернулась на бок и внезапно поняла, что слаба так, как после продолжительной болезни. Глаза раскрылись с трудом. Я почти силой разлепила веки и тут же прищурила их, хотя в комнате, в которой я находилась, царил полумрак. И это была не моя комната! Здесь даже пахло как-то иначе.

— Миледи? — раздался рядом женский голос, и надо мной склонилось незнакомое женское лицо. Из-под кружевного чепчика выбивались вьющиеся каштановые локоны.

Я с трудом села. Оглядела просторную комнату, в которой находилась, кровать с убранным балдахином и резными столбиками. Затем оглядела себя. На мне оказалась тонкая ночная сорочка с оборками, какие носили дамы в прошлом столетии. Я поморщилась.

— Где я и кто вы? — спросила я, обращаясь к женщине, судя по ее одежде, она была горничной.

— Милдред, миледи, — ответила она, вставая со стула, приставленного к моей постели, — Сейчас я позову господина, скажу, что вы очнулись. Он строго приказал мне сделать это сразу, как вы проснетесь, — и с этими словами она вышла из комнаты. Я огляделась в поисках своей одежды, но ее нигде не было видно.

— Как я тут оказалась? — произнесла я вслух и внезапно вспомнила туман, мост и свою машину, падающую в черную воду.

Услышав звук открываемой двери, я сползла под одеяло, натянув его до самого подбородка и посмотрела на вошедшего не скрывая своего удивления.

— Леди Коборн, — мои брови медленно поползли вверх при виде Северина Норфолка, приближающегося к кровати.

Он знает, кто я, мелькнуло у меня в сознании. А ведь нас не представили друг другу на балу. Тогда откуда? Неужели король обратил на меня его внимание в тот вечер? Вполне возможно. От Амадеуса не убудет обратить внимание принца на мою особу любым доступным способом.

— Ваше Высочество, — проговорила я неуверенно и быстро кивнула, выражая самым жалким образом свое почтение.

Северин, как и на вчерашнем балу, был одет во все черное, только свои волосы он перехватил кожаным шнуром. Я отметила, что вблизи он довольно-таки неприятный, никакого сходства с красавцем братом. Застегнутый на множество мелких пуговичек по самое горло, он походил на мертвую статую. На смуглом лице ни одной эмоции.

— Как вы себя чувствуете, миледи? — спросил он и присел на стул, на котором несколькими минутами ранее сидела Милдред.

— Сносно, благодарю, — я отвела глаза, стараясь не встречаться с ним взглядом. Мне отчего-то стало не по себе. По спине пробежал холодок.

— Я рад, — произнес принц и добавил, — Вы не смотрите мне в глаза… Я вас пугаю? — я почувствовала насмешку в его голосе. Его Высочество явно забавлялся.

— Нет, что вы, — я заставила себя повернуть к нему лицо, и посмотрела пристально в темные глаза. На несколько секунд между нами повисла тишина. Я снова услышала дождь.

— Простите, как я здесь оказалась? — спросила я.

— А что вы помните до того момента, как очнулись в этой комнате?

Я вздрогнула, внезапно с остротой вспомнив тот момент, когда в машину хлынула вода, и я отчаянно пыталась открыть заклинившую дверцу. Как погружалась в черноту озера и вода, смыкаясь надо мной, давила на меня непривычно густой смоляной массой.

— Я помню, как моя машина упала с моста, и я оказалась в озере, — произнесла я, — Больше ничего.

Северин склонил голову на бок, откровенно разглядывая мое лицо. Я почувствовала его взгляд, словно он прикасался к моим щекам, губам не глазами, а своими пальцами. От этого ощущения меня пронзила странная дрожь. Я едва сдержалась, чтобы не скривится от неприязни. Северин словно почувствовав это, отклонился назад. Его лицо из заинтересованного, снова стало равнодушным.

— Вам повезло, что моему псу приспичило прогуляться в этот поздний час, — заявил он холодно.

— Вы спасли меня? — догадалась я и краска залила мои щеки. Мне стало стыдно, что я испытывала такое отвращение к человеку, доставшему меня из воды.

— Да, но к тому времени, как я поднял из озера вашу машину, вы уже достаточно наглотались воды и едва не погибли, — он умолчал о том, что ему пришлось делать ей искусственное дыхание, ему показалось, что это вряд ли ей понравится, — Вы же наверняка знаете, что вода Черного озера смертельно ядовита?

Я в удивлении приоткрыла рот.

— Значит, не знаете, — констатировал принц, глядя на мое удивленное лицо, затем поднялся со стула и подошел к окну.

— Надеюсь, вы слышали о Башне Смерти? — спросил он.

Конечно, я знала о ней. Самая высокая башня замка Фолк, служившего темницей убийцам и злодеям. В этой башне приводился смертный приговор.

Я кивнула. Северин продолжил.

— А вы знаете, юная леди, как казнят приговоренных к смерти преступников?

В моем сознании промелькнул ассоциацией электрический стул.

— Так вот, — произнес принц, — Смертникам дают выпить стакан воды, добытой из Черного озера. Они умирают в муках, но быстро.

Я судорожно сглотнула.

— Вам повезло еще и в том, что у меня, по счастливой случайности, оказалось зелье, нейтрализующее действие мертвой воды. Иначе, мы бы с вами сегодня не беседовали там мило в моем доме.

У меня не было слов. Я просто смотрела на принца и не могла заставить себя выдавить даже слово. Но судя по виду Северина, он не особо жаждал услышать от меня слова благодарности. Мне даже показалось, на мгновение, что ему было все равно, что он спас меня. Казалось, для принца это была всего лишь шутка, игра. И этого ледяного равнодушного человека мне следовало влюбить в себя.

— А теперь, не изволите ли вы мне рассказать, миледи, что произошло с вами прошлой ночью? — голос принца вырвал меня из размышлений.

— Сама не знаю, — с трудом заговорила я, — Я спокойно ехала по мосту, а потом машина словно взбесилась. Я потеряла управление… и не смогла справиться со своим автомобилем.

— Мой водитель осмотрел вашу машину и нашел, что она полностью исправна, — сказал Северин.

— Но тормоза точно не работали! — воскликнула я, вспоминая, как безнадежно выжимала педаль тормоза перед тем, как Жук снес ограду и полетел в воду.

Северин внимательно посмотрел на меня, прищурив глаза, затем сказал:

— У вас слишком слабая магия, миледи. Скорее всего, кто-то наложил на ваш автомобиль заклятие, а вы, с вашим шестым уровнем, просто его не почувствовали.

Я вспыхнула. Он рассмотрел в моей ауре мои слабые магические способности. Я всегда стеснялась того, что почти не владею магией, и пара самых слабых заклинаний может обессилить меня. Но что было поделать, если я родилась такой?

— Странно, — произнес принц, обращаясь, скорее всего, к себе, — У вашего отца первый уровень, а у покойной матушки был второй, почему же у вас такой низкий потенциал к волшебству?

Я промолчала. Северин приблизился к моей кровати.

— Ладно, отдыхайте. Я, наверное, вас слишком сильно утомил своими расспросами. Сейчас пойду, сообщу вашему отцу о том, что вы находитесь у меня и заодно распоряжусь, чтобы вам доставили завтрак и вашу одежду.

— Благодарю, — я рассеяно кивнула и спросила, — Когда я смогу покинуть ваш гостеприимный дом?

Северин остановился у дверей.

— Если будете хорошо себя чувствовать, то думаю, уже этим вечером, — он поклонился мне и вышел, прикрыв за собой дверь.

Я откинулась на подушку, облегченно вздохнув. Когда хозяин дома покинул комнату, мне стало намного уютнее и спокойнее. Не понимаю, почему, но Северин Норфолк заставлял меня нервничать.

Северин стоял у камина, задумчиво глядя на пылающий огонь. За его спиной раздались тихие шаги.

— Келли? — он даже не обернулся, чтобы удостоверится, что это действительно пришел его дворецкий.

— Приехал лорд Коборн, — произнес Келли ровным голосом.

Северин обернулся.

— Как, — удивился он, — Так скоро? Я ведь послал ему сообщение только полчаса назад.

Дворецкий пожал плечами.

— Проведите Министра ко мне, — сказал Норфолк.

— Да, милорд.

Келли вышел в дверь и через минуту Северин увидел входящего в гостиную Министра Магии. Маркус вежливо поздоровался и чуть склонился в поклоне, отдавая дань уважения королевской крови Северина.

— Я пришел забрать свою дочь и выразить вам свою глубочайшую благодарность, Ваше Высочество, — сказал он.

Северин скривился.

— Оставьте ваши титулы, — произнес он, — Я не люблю, когда меня так называют.

— Конечно, — Маркус снова поклонился, — Позвольте мне узнать, что произошло, — продолжил он.

Принц жестом пригласил Маркуса присесть у камина и налил ему в стакан виски. Коборн сел.

— Льда? — спросил Северин.

— Нет, благодарю.

Норфолк вытянул перед камином ноги и пригубил из стакана.

— Вчера ночью я вышел во двор выгулять своего пса, — начал он и кратко рассказал о произошедшем. Маркус сидел внимательно слушая. Северин отметил, что к виски Министр не притронулся, грея стакан в руке. Его лицо оставалось спокойным на протяжении всего рассказа. Дослушав, он с признательностью посмотрел на принца.

— Я в большом долгу перед вами, милорд, — сказал Маркус, — Я надеюсь, моя дочь уже успела вас поблагодарить. Если можно, я от своего и ее имени приглашу вас к нам на ужин, скажем завтра вечером, чтобы полностью выразить всю ту признательность, что испытываю перед вашим поступком.

Северин пристально посмотрел на Первого Министра. Он хотел что-то сказать, как в гостиную вошла Кейлин. Принц отметил, что простая современная одежда ей очень идет, впрочем, как и бальные платья. Завидев дочь, Маркус тут же вскочил, и девушка подбежав к отцу, крепко обняла его. Норфолк почувствовал некоторую неловкость, присутствуя при этой сцене. Он отвернулся.

— Кейлин! — сказал Коборн, — Если бы ты знала, как я рад видеть тебя здоровой и невредимой.

— Со мной все в полном порядке, — произнесла девушка, — Стоит благодарить милорда Норфолка за мое спасение, — она повернулась к Северину.

— Я пригласил Его Высочество завтра к нам на ужин, — Маркус отпустил дочь, — Но он еще не дал мне свой ответ.

Северин посмотрел на отца и дочь. Оба с выжиданием глядели на него.

— Вы ведь не заняты на завтрашний вечер? — спросила Кейлин. В ее глазах теплилось лукавство с толикой флирта. Это обескуражило Северина. Казалось, до этого она его боялась, или он неправильно понял выражение ее лица?

Он покачал головой.

— Вот и замечательно, — она шагнула в его сторону и посмотрела прямо в глаза, — Значит, ждем вас завтра… скажем, в шесть. Вас устроит?

И он согласился.

Я переоделась в свежую одежду. После принятия душа волосы все еще оставались влажными. В дверь тихо постучали.

— Входите, — крикнула я, застегивая кофту на молнию.

Маркус прикрыл за собой дверь и присел на застланную постель.

— А теперь, расскажи мне, что произошло вчера на самом деле, — сказал он.

Я в удивлении покосилась на него.

— Я рассказала тебе все, что знаю.

Коборн потер виски руками. Он явно нервничал. Я присела рядом и обняла отца за плечи.

— Ты даже не представляешь себе, в какой опасности находилась, — произнес Маркус, — Ты хоть понимаешь, что противоядия от мертвой воды нет. А точнее я раньше так думал, но у Норфолка оно было. И тот, кто подстроил эту аварию, был прекрасно осведомлен на этот счет. Если бы Северин не оказался на берегу, если бы он не спас тебя!!! Я даже боюсь представить, что могло произойти!

Я погладила отца по спине.

— Но все же в порядке, — сказала я спокойно, — Я здесь, рядом с тобой.

Маркус посмотрел на меня. Его взгляд выдавал напряжение. Словно он силился что-то мне сказать, но в итоге передумал.

— Ладно. Давай забудем об этом инциденте, — я встала и направилась в соседнюю комнату, где располагалась моя гардеробная, — По крайней мере, я познакомилась с ним, и мы пригласили его на ужин. Это небольшой, но все-таки шаг к нашей цели, не так ли? — я посмотрела на висящие передо мной платья, — Не переживай, отец. Давай лучше вместе подумаем над тем, что мне надеть завтра на ужин, чтобы наш дорогой гость сразу же упал к моим ногам, — шутливо добавила я, но когда выглянула в спальню, отца там уже не было.

Глава 5

Я стояла у окна, выглядывая во двор. Днем я успела съездить в свой дом, покормить Марту и позвонила Эдварду. На работе пришлось взять небольшой отгул. Мой начальник, мистер Харрис долго не хотел отпускать меня в так называемый отпуск, и мне пришлось приложить немного магии, чтобы он согласился. Вследствие чего я чувствовала себя выжатой, как лимон. Проклятый шестой уровень…прошло столько лет, но мои магические силы так и остались на уровне ребенка, как не пытался помочь мне отец.

Я снова выглянула во двор. За окном уже было темно. Затянутое тучами небо грозилось пролиться дождем. За моей спиной суетились слуги, накрывая стол к приходу гостя. Я обернулась назад, взглядом оценивая приготовления, когда в зал вошел отец. Увидев меня, он приблизился.

— Не слишком ли много еды на троих? — спросила я, кивая на стол, где уже стояли блюда с закусками, и охлаждалось шампанское в ведерке со льдом.

— И принесите еще бутылочку хорошего виски, — сказала я слугам.

— Да, миледи, — последовал ответ.

Я повернулась к отцу, удивленно приподнявшему вверх брови.

— Мне показалось, принц любит виски, — сказала я, — Тогда в гостиной, я заметила откупоренную бутылку на столике. Конечно, я могу ошибаться, но все же многие мужчины отдают предпочтение именно этому спиртному напитку.

Свет фар ударил по стеклу. Я выглянула в окно и увидела дорогой спортивный автомобиль, остановившийся перед домом. На втором этаже часы пробили шесть ударов.

— Он пунктуален, — заметил Маркус и взял меня под руку, — Ну, пойдем встречать нашего гостя.

Я натянула на губы вежливую улыбку и в сопровождении отца выплыла в холл. Северин уже отдал свой плащ Руперту. Его Высочество был как всегда в черном. Увидев нас, он легко поклонился. Отец последовал его примеру, а я присела в почтительном реверансе. Мы обменялись незначительными вежливыми фразами, Маркус упомянул о погоде. Слово за слово и вот мы уже проходим в зал. У дверей стоят склонившиеся слуги. Северин оглядел помещение, затем его взгляд метнулся в мою сторону.

— У вас здесь очень уютно, — сказал он и оценивающе оглядел меня с ног до головы. По моей коже словно пробежал электрический заряд. Я внезапно смутилась и подняла ладони к лицу, опасаясь, что щеки зарделись.

— Вы прекрасно выглядите, леди Кейлин, — он смотрел мне прямо в глаза. Я не в силах выдержать этот взгляд отвернулась, удивляясь своей реакции.

— Спасибо, — ответила я и поспешила к столу. Мое сердце гулко стучало в груди. На какое-то мгновение мне показалось, что в глазах Норфолка мелькнул интерес. Я внутренне возликовала. Значит, король оказался прав. Я смогу его заинтересовать, если приложу усилия и сделаю вид, что симпатизирую принцу. Хотя, возможно, я ошибаюсь и с его стороны это простое любопытство, или, что еще хуже, он подозревает, что все происходящее не что иное, как дело рук его венценосного брата.

Слуга придвинул за мной стул. Северин сел напротив меня, а отец как хозяин дома — во главе стола.

— Что будете пить? — спросила я, — Шампанское, вино, виски?

Норфолк посмотрел на меня.

— Я предпочитаю виски, миледи.

— Я так и думала, — кивнула я.

Он ничего не сказал на мои слова, но краешки его губ приподнялись в слабой усмешке. Отчего-то это немного разозлило меня. Некоторое время мы ели молча. Слуги сменили тарелки с закусками на блюда с мясом и птицей и убрали грязную посуду.

— Его Величество сказал мне, что вы недавно вернулись из какого-то длительного путешествия, — сказал мой отец, нарушая тишину.

— Да. Меня не было на родине больше года, — кивнул принц.

— А где вы странствовали? — поддержала я начатый отцом разговор.

— Я совершил кругосветное путешествие на арендованной яхте, — ответил Северин, — Осуществил мечту детства. Еще мальчишкой, читая книги о разных странах, листая энциклопедии, я был заворожен далекими странами. Пески Египта волновали мое воображение. Я был заинтригован пирамидами майя и дебрями Амазонии…

— Так вы путешествовали по миру людей! — воскликнула я, — Это же строго запрещено!

Норфолк пожал плечами.

— Наверное, быть братом короля что-то да значит, — сказал он.

— Это, наверное, было интригующее путешествие, — произнес Маркус, поднося к губам кусок сочной прожаренной телятины.

— Да, уверяю вас, — кивнул Северин.

Когда подошло время десерта, наша беседа сменила свой характер. Я больше не чувствовала себя скованно в присутствии за столом особы королевской крови, да и честно признаться, меня заинтересовали его рассказы о местах, в которых ему посчастливилось побывать и где, как знала я, никогда не бывать мне. Постепенно даже внешность принца, казавшаяся мне с самого начала устрашающей, стала не так отталкивающе действовать на меня. Северин был образован, умен, интересен в беседе. Даже мой отец признал это. Я видела по глазам Маркуса, что он несколько по-иному, как бы взглядом со стороны, теперь оценивал принца. Время за разговором пролетело незаметно. Когда слуги принесли десерт в зал внезапно вошел наш дворецкий. Завидев его, отец в удивлении приподнял брови, но когда Руперт подал Коборну на подносе небольшой бежевый конверт, Маркус, извинившись, тотчас вскрыл его.

— Это послание от Его Величества, — сказал Коборн, пробежавшись по строчкам глазами. Он встал и поклонился Северину, — Прошу прощения, Ваше Высочество, но долг зовет меня немедленно отбыть во дворец. Я очень извиняюсь за то, что мне придется, так неожиданно удалится, но надеюсь, что в обществе моей дочери вы сможете приятно провести свое время, — он вышел из-за стола.

— Конечно, милорд, — Северин тоже поднялся, — Я прекрасно понимаю вас и спасибо за чудесный вечер.

Мужчины раскланялись, и отец поспешно покинул зал, прихватив записку от короля. Я посмотрела на принца. Он все еще стоял, глядя вслед лорду Коборну, затем его взгляд обратился ко мне.

— Миледи, если вам неприятно мое присутствие я могу удалиться, — начал было он, но я тут же его перебила.

— Нет, что вы, милорд. Я буду рада провести с вами остаток вечера. Думаю, после десерта я могу показать вам дом, — я проследила взглядом, как Северин снова сел и продолжила, — У моего отца богатейшая библиотека. Он очень любит книги. Думаю, вам будет интересно так же взглянуть на оружейную комнату.

Он улыбнулся в ответ. Я взяла бокал и сделала глоток. Отпустить его сейчас было бы безумием. Я сомневаюсь, что мне мог представиться еще один шанс завязать с Северином более длительное знакомство. Сейчас самым главным было завоевать его симпатию и доверие… Я лихорадочно думала, как сделать так, чтобы он рассказал мне об этом проклятом кристалле? Ощущение того, что он не доверяет мне, не покидало меня на протяжении всего вечера, даже тогда, когда я, казалось, была полностью расслаблена и с удовольствием слушала его рассказы, он все равно был напряжен и внимателен, хотя старательно делал вид, что это не так.

Десерт мы так и не доели. Встав из-за стола, я велела слугам убирать в зале, а виски и шампанское, перенести в библиотеку. Мы вышли из зала. Северин пропустил меня вперед. Я нарочно медленно прошла мимо него и как бы невзначай задела плечом, и сама вздрогнула от этого прикосновения. Что-то теплом разлилось в груди. Я покосилась на мужчину, следующего за мной. Он улыбнулся, встретив мой взгляд, и я тот час отвернулась, понимая, что почему-то начинаю краснеть.

Мы прошли через холл и поднялись по широкой лестнице. Библиотека располагалась на втором этаже в левом крыле нашего особняка. Продвигаясь по просторному коридору, я обратила внимание гостя на портреты, украшавшие стены, благодаря полумрак за то, что скрывал мои предательски порозовевшие щеки.

— Ваши предки? — спросил Северин.

— Да, — отец называет это фамильной галереей. Нашему роду уже много веков, — я обернулась на принца, идущего позади на расстоянии вытянутой руки, — Отец говорит, что род Коборнов может поспорить по древности с королевским.

— Даже так? — в голосе Северина послышалась насмешка.

Я пожала плечами.

— Как бы то ни было, но наследника у отца нет, — продолжила я, — И, несмотря на то, что я унаследую владения и этот дом, по закону я не смогу дать фамилию Коборн своим детям. Они будут носить имя своего отца и фамилию его рода.

— Это печально, — сказал принц и внезапно остановился. Его взгляд пробежал по последнему портрету на стене. Девушка в длинном старинном платье с распущенными волосами, спадающими на плечи, казалась живой. Задумчивый взгляд из-под густых ресниц, казалось, следит за тобой, где бы ты не находился.

— Словно фотография, — сказал Северин и посмотрел на меня, — Это ведь вы?

— Отец заказал его в прошлом году в честь моего дебюта при дворе, — ответила я, отводя взгляд.

Мы миновали галерею и оказались перед высокими двойными дверями. На гладкой поверхности, которых были нарисованы переплетенные драконы. Я приложила руку к изображению страшной пасти одного из существ. Тут же его глаза ярко вспыхнули, и драконы расползлись в разные стороны. Я услышала, как щелкнул дверной замок и двери распахнулись внутрь, пропуская нас в библиотеку. Едва я переступила порог, как в помещении вспыхнул яркий свет.

— Это работа вашего отца? — спросила Северин, указывая на двери.

— Он наложил заклятие, чтобы слуги не заходили сюда, — объяснила я, — Здесь у отца много редких книг и тут же хранятся важные документы. Доступ имеет только Руперт. Он служит в нашей семье, сколько я себя помню. И мы полностью ему доверяем.

Северин вошел в библиотеку, окинул взглядом длинные ряды полок, заполненных книгами. Прошелся мимо первого стеллажа, проведя рукой по книжным корешкам.

— Вы так просто рассказываете мне об этом? — произнес он.

Я пожала плечами.

— Не думаю, что вас заинтересует что-либо из бумаг отца, а если и понадобится, то эти двери вряд ли послужат для вас препятствием, — сказала я и направилась к разожженному камину. На небольшом деревянном столике стояла бутылка с виски и стакан. Рядом в хрустальной пиале поблескивал лед. В ведерке остывало шампанское.

— Я смотрю, Руперт уже здесь побывал, — Северин кивнул на стол.

— Он просто незаменим, — ответила я, опускаясь в одно из кресел перед камином.

— Я так понимаю, он обладает толикой магической силы? — Северин бросил в стакан лед и налил себе виски. Затем открыл для меня шампанское, при этом я неотрывно следила за его ловкими пальцами, удерживающими пробку. Он налил мне в бокал шипящего напитка и протянул. Я потянулась к фужеру и на короткий миг наши пальцы прикоснулись. Северин легко погладил мою руку, передавая мне бокал и от этого прикосновения по моей коже пробежала дрожь. Я поспешно отвела глаза и пригубила шампанское.

— Да, — я вздохнула, — К сожалению, у нас с Рупертом один уровень, — призналась я и повернулась лицом к стене, на которой раскинулась огромная карта нашего королевства и прилегающие к нему земли. Принц проследил за моим взглядом. Вероятно, подумала я, странные ощущения от его мимолетного прикосновения были только у меня. Возможно я просто переволновалась?

— Прекрасная карта, — сказал он.

— Очень старая и… — согласилась я, — Очень подробная, как говорят, — я подошла ближе к изображению, взглянула на нарисованные горы, тянущиеся на севере, затем на несколько небольших поселений, отмеченных художником маленькими домишками у линии, обозначавшей дороги.

— Вторая такая же висит в кабинете короля, — сказал Северин.

Я обернулась к нему.

— Вы наверняка удивитесь, — произнесла я, — Но я никогда не бывали нигде, кроме столицы. А вы?

Северин лениво встал. Я с удивлением отметила то, как он легко двигался. И как только раньше я этого не заметила?

— Да, я бывал во всех частях нашей огромной империи. Когда-то в детстве, еще с отцом, — он встал рядом со мной, держа в руках стакан с виски, — Он думал таким образом приобщить меня к интересам империи.

Я хотела было задать принцу вопрос, вертевшийся на моем языке, поинтересоваться, почему он отказался от короны в пользу брата, но вовремя проглотила слова, так и не сорвавшиеся с губ. Я снова вернулась к карте.

— Вот здесь, — я приподнялась на носки и ткнула пальцем в темное пятно, никак не обозначенное на карте, располагающееся далеко за границами страны, — Мне всегда было интересно, почему тот, кто создал эту карту забыл обозначить эту область, — я повернулась к Северину, — Вы знаете, что находится там?

Мужчина как-то странно посмотрел на меня.

— Гиблые земли, — сказал он, после минутного молчания, — Это все, что нужно вам знать.

Я вопросительно изогнула бровь и отошла к креслу. Медленно села. Северин приблизился ко мне и опустился рядом на одно колено.

— Извините, миледи, — произнес он, ставя стакан на ковер у кресла, — Возможно, я покажусь вам грубым и навязчивым, но мое любопытство слишком велико. Вы позволите мне провести с вами один маленький эксперимент.

Моя спина напряглась. Карта и неизведанные земли были тот час забыты.

— Что еще за эксперимент? — спросила я.

— Я хочу понять, почему у вас такой низкий потенциал, особенно на фоне ваших родителей, — он поставил стакан на пол, — Вы не против? — он протянул ко мне руки. Я несколько мгновений колебалась, а потом вложила свои ладони в его и в тот же миг почувствовала странное тепло, вливающееся в мое тело через это прикосновение. Кончики пальцев покалывало, словно через кожу пропустили небольшой заряд и кажется, принц почувствовал нечто подобное, потому что его взгляд, спокойный до сих пор изменился. Он вскинул голову в его глазах скользило удивление. Северин пристально посмотрел мне в глаза, и я внезапно поняла, что не могу отвести взгляда. Он словно загипнотизировал меня. Я почувствовала себя кроликом, сидящим перед удавом. Но как не странно, страха не было. Его глаза словно говорили, доверься мне. Они стали черными, как мертвые воды проклятого озера и обволакивали, манили погрузится в их бесконечную тьму. В груди стало тесно, я едва дышала. Все внутри меня противилось этому проникновению. Я чувствовала, как его разум проникает в мою голову. В тот же момент во мне вспыхнул какой-то протест. Я со злостью вырвала свои руки и вскочила, тяжело дыша, словно после долгого бега.

— Что это было? — спросила я возмущенно.

Северин взял стакан и поднялся рядом, возвышаясь надо мной.

— Интересно, — сказал он, — Вы позволите, я присяду, — и, не дождавшись утвердительно ответа, сел в соседнее кресло.

— Что такого интересного? — злость во мне стала постепенно уступать. Дыхание постепенно выровнялось.

— У вас действительно очень слабый потенциал к магии. А точнее говоря, его почти нет, — он пригубил виски. Я медленно опустилась в свое кресло.

— Честно говоря, я думал, что ваши силы просто не раскрыты должным образом, — продолжил он, — Так иногда бывает, особенно если в детстве ребенок испытал какой-то сильный стресс, или испуг. Я думал, потеря вашей матери так сказалась на ваших умениях, но это не так.

— Вы меня не удивили, — произнесла я и вспомнила, как мой отец тоже пытался проверить меня с таким же успехом.

— Но самое интересное заключается в том, что хотя вы и не владеете магией как таковой, но вы и не подвержены ее влиянию, — закончил он и выразительно посмотрел на меня.

— То есть, — догадалась я, — Вы только что пытались использовать на мне свои силы?

— Да и у меня ничего не вышло, — сказал он, — Вы успешно сопротивлялись и в итоге вышли победительницей. Я первый раз встречаюсь с подобным случаем.

Я задумалась. Получается, у меня к магии был иммунитет? Я этого не знала.

Словно разгадав мои мысли, Северин утвердительно кивнул.

— Интересно, король знал об этой моей способности, когда утвердил мою кандидатуру? — подумала я, откинувшись в кресле. Северин молча наблюдал за мной, не произнося ни слова. На его лице был написан явный интерес. Готова поспорить, он хотел бы знать, о чем я думаю в эту самую минуту. А я почему-то была уверена, что Амадеус все знал. Не зря тогда в кабинете он так близко склонился ко мне. Он просто пытался меня околдовать… но безуспешно, и король понял это тогда, но тоже ничего мне не сказал, предпочитая промолчать. А знал ли отец?

— Да, скорее всего, так оно и есть, — решила я.

— Мне кажется, я вас расстроил? — произнес принц.

— Нет, нет, — я покачала головой, — Просто это многое объясняет, — добавила я скорее себе, чем ему.

Я не заметила, как Норфолк поднялся. Я мысленно порадовалась, что он не стал меня расспрашивать о резкой смене моего настроения.

— Извините, мне, наверное, уже пора, — сказал он тихо. Я вскочила с кресла.

— О, простите, — быстро проговорила я, — Я, наверное, ужасная хозяйка и не смогла вас развлечь должным образом. Вам скучно.

— Нет, — он улыбнулся, — Мне и правда, уже пора. Я и так слишком злоупотребил вашим гостеприимством. Я вижу, что вам сейчас надо побыть одной.

— Позвольте мне хотя бы проводить вас, — я чувствовала себя крайне неловко, понимая, что Северин уходит из-за меня.

Я провела его до самых дверей, где Руперт подал принцу его верхнюю одежду.

— Надеюсь, мы еще увидимся, — сказала я.

Северин застыл в дверях, глядя на мое лицо. Затем коротко кивнул.

— Я в этом уверен, миледи. Мое почтение, — сказал он и спустился вниз.

Глава 6

Эдвард остановил свое авто возле маленького фонтана, недалеко от дома Кейлин и вышел из машины. Мимо него проехал чей-то автомобиль. Грэшем первый раз видел его здесь, но отчего-то был абсолютно уверен, что знает его владельца.

Прошагав по гравию к ступеням, ведущим в дом, Эдвард постучал дверным молотком. Ему открыл Руперт.

— Милорд Грэшем! — дворецкий отошел в сторону, позволив Эдварду войти.

— У вас были гости? — спросил молодой человек, сбрасывая свое пальто на руки Руперту, — Я видел только что отъезжающий автомобиль.

— Да, милорд, — кивнул тот, — Его высочество только что уехали.

— А леди Кейлин?

— Она пошла в свою комнату. Я велю сообщить хозяйке о вашем приезде, — Руперт низко поклонился.

— Да, благодарю вас, — рассеяно кивнул Грэшем.

— А пока позвольте провести вас в гостиную и предложить что-нибудь из бара.

Дворецкий провел Грэшема в гостиную и с поклоном оставил. Эдвард сел в кресло у камина, откинулся назад и переплел на животе пальцы рук. Он сидел некоторое время неподвижно, с задумчивостью глядя на то, как алые языки пламени пожирают сухую древесину, когда краем глаза уловил какое-то движение слева, словно за окном в ночи мелькнула какая-то тень. Эдвард резко повернул голову и встав, подошел к окну. Выглянул во двор.

— Показалось? — спросил он сам себя. Вряд ли.

Грэшем отошел от окна. Тот, кто мгновение назад следил за ним из окна, уже ушел. У Эдварда осталось острое ощущение силы, витавшей в воздухе. Он вернулся к камину и в тот же миг услышал мягкие шаги. Повернувшись к дверям, он увидел Кейлин, стоящую на пороге. Она смотрела на него.

— Привет, — сказала я и вошла в гостиную. Я уже успела переодеться, и на мне сейчас был обычный спортивный костюм и мягкие кроссовки на ногах. Эдвард окинул меня взглядом с головы до ног и улыбнулся.

— Привет. Как прошло свидание?

Я прошла мимо него и забралась в кресло с ногами.

— Я бы не назвала это свиданием, — сказала я, — Просто ужин и милая беседа. Кстати, отец недавно уехал во дворец. Его вызвал король, вы случайно не столкнулись по пути?

Эдаврд присел напротив меня.

— Нет. Я его не видел. Возможно, если он торопился, то, скорее всего, поехал по короткой дороге через лес.

Я кивнула.

— Так как тебе принц? — спросил Эдвард.

В этот момент в гостиную вошел Руперт. В его руках был широкий поднос с чашками, чайником и блюдом с пирожными. Поставив все это на столик, дворецкий поклонился и вышел. Я налила чай себе и Эдварду и протянула ему кружку.

— Принц был довольно мил, — сказала я, доставая пирожное и протягивая его Грэшему, но тот отрицательно качнул головой, давая мне понять, что не хочет сладкого, — Мы разговаривали в основном о его путешествиях, о разных странах, где он успел побывать…

— И ты ни на шаг не продвинулась вперед, — перебил меня Эдвард.

Я пожала плечами.

— А ты думал, что я должна была его просто так взять и спросить: Ваше Высочество, где спрятан ваш кристалл, он, знаете ли, так нужен королю…, - я впилась зубами в покрытую сливками песочную корзиночку. Эдвард проследил за мной взглядом.

— Как думаешь, ты ему нравишься? — спросил он.

— Нет, — сказала я честно, — Мне кажется, он подозревает и притом небезосновательно, что мой ненавязчивый интерес — это козни его брата. Он слишком подозрителен. Даже не знаю, как к нему подступится.

Я доела пирожное и сделала глоток чая.

— Кстати, я приехал не случайно, — Эдвард протянул ко мне руку и в тот же миг на его ладони оказался золотистый конверт, — Приглашение на завтрашнюю королевскую охоту. Для тебя и лорда Кобурна.

Я села ровно, спустила вниз ноги и потянулась к приглашению.

— Даю руку на отсечение, что Северин тоже приглашен, — сказала я.

— Естественно, — протянул Грэшем.

Я открыла конверт и достала пригласительный. Аккуратным витиеватым почерком в него были вписаны наши с отцом имена.

— А ты?

— Я тоже еду.

Я налила себе еще чаю и посмотрела поверх чашки на серьезное лицо жениха. Мне показалось, что он был чем-то озабочен. Я отставила кружку и присела рядом с ним, забросив свои ноги ему на колени. Эдвард рассеяно улыбнулся и положил мне на колено свою руку.

— Что с тобой? — спросила я.

Некоторое время он просто молчал, словно раздумывая, стоит ли мне говорить то, что мучило его, затем все же решился.

— Знаешь, я ведь приехал к тебе сегодня не столько, чтобы отдать приглашение, сколько чтобы сказать тебе о том, что ты была права. И мне кажется, я знаю причину, по которой твой отец поехал во дворец.

— Да? — я изогнула брови в неподдельном удивлении.

— Помнишь наш недавний разговор, когда я вез тебя домой после бала, — начал Эдвард, — Ты мне еще тогда сказала, что я работая при совете все же многого не знаю о том, что в действительности происходит в стране. ТЫ это сказала, потому что тебе что-то рассказывал отец, или по своей собственной догадке?

Я прищурила глаза, внимательно вглядываясь в лицо Грэшема.

— Вообще-то, это были только мои предположения, — сказала я, — Просто я думаю, что наша страна такая же, как и все. Есть бедные и богатые. Все не так идеально, хоть наш мир и полон волшебства! Ты же знаешь, что еду невозможно наколдовать, как и деньги…

— Ты была права, — перебил меня Эдвард, — Сегодня я узнал, что где-то, на окраине страны, в каком-то маленьком городке у Безымянных земель возник бунт… Именно потому и вызвали твоего отца. Что-то там назревает, — он пристально посмотрел мне в глаза, — Я не знал, но там люди живут как в Средневековье.

— Да брось! — я слезла с его колен, встала у камина, — Мы все здесь живем в Средневековье из-за нашего короля. Ты ругаешь мир людей, но там вовсю властвует прогресс, а мы погрязли в скотных дворах и полном отсутствии образования. Его имеют только те, кто богат и силен, те, кто обладает первыми уровнями, а остальные живут на грани. За пределами дворцов даже нет дорог… — я посмотрела в лицо своему будущему мужу. Он внимательно слушал меня, хмуря брови.

— Я не знаю почему, но Амадеусу претит все новое, что ведет к развитию, что заставляет задуматься низшие слои, а так ли надо и стоит жить!

— Ты перегибаешь, — Эдвард резко встал. У меня возникло странное ощущение, что его обидели мои слова о короле. Никогда не понимала его нелепой преданности Амадеусу.

— Не злись, — сказала я, примирительно поднимая руки и шагая навстречу Грэшему. Я обняла его за шею, притянула к себе и легко прикоснулась к его губам своими. Почувствовала, как напряжение во всем его теле постепенно стало спадать. Он расслабился и ответил на мой поцелуй.

— Я не хочу ссорится, — сказала я.

Эдвард прижался лицом к моим волосам, вдохнул их аромат.

— Знаешь, — внезапно сказал он, — Ты мне никогда не говорила, любишь ли ты меня.

Я отстранилась.

— Что? — такого вопроса я ожидала меньше всего.

Эдвард провел пальцами по моей щеке и, обхватив меня за подбородок, приподнял кверху мое лицо, заглядывая в широко распахнутые глаза.

— Ты не ответила.

— Я просто удивлена, — сказала я, — Конечно, я люблю тебя. Я ведь даже согласилась выйти за тебя замуж, разве это не доказывает мои чувства к тебе, — попыталась я пошутить, но взгляд Грэшема был серьезен и тверд.

Эдвард поцеловал меня и отпустил.

— Извини, что был несколько груб, — сказал он и сел в кресло.

— Есть немного, — ответила я и добавила, — Давай я налью тебе чаю, твой уже, наверное, совсем остыл.

— Может, сходим куда-нибудь завтра после охоты, — предложил Эдвард, — Может в кино или театр?

Я пожала плечами.

— Не знаю, — ответила я, — Давай решим завтра, еще многое может измениться.

— Наверное, ты права, — взгляд Эдварда стал усталым. Я подошла к нему, села рядом на колени и заглянула в глаза.

— Ты выглядишь неважно, — сказала я, — Не похож на себя самого. Прежний, веселый Эдвард нравился мне намного больше, — я шутливо толкнула его рукой.

— Просто кое-что переосмыслил, — ответил он. Его рука потянулась ко мне. Длинные пальцы захватили прядь моих волос, потянули…я стала клониться к Эдварду, когда услышала тихий кашель. Тут же отстранившись, повернулась к входу в гостиную. На пороге стоял отец.

— Ты вернулся! — сказала я, поднимаясь. Эдвард тоже вскочил на ноги, кланяясь будущему тестю.

— Устал безумно, — Маркус вошел, быстро пожал руку Грэшему. Пришлось открывать портал перед дворцом. Я хотел, как можно скорее попасть домой, — он оглядел беглым взглядом гостиную, — Смотрю принц уже уехал?

Я кивнула.

— Зачем тебя вызывали? — спросила я.

— У нас некоторые проблемы на севере, — отец встал у камина, — Но я не хочу сейчас об этом. Я с вашего позволения отправлюсь спать.

Эдвард посмотрел на меня, потом на Маркуса.

— Мне тоже уже пора, — сказал он и приблизившись ко мне, легко поцеловал в щеку, — Завтра увидимся на охоте.

— Я провожу тебя, — сказала я.

Мужчины попрощались. Отец отправился в свою комнату, а мы с Эдвардом, в сопровождении неизменного Руперта подошли к входным дверям. Эдвард принял из рук дворецкого свою верхнюю одежду.

— До завтра, — сказал он мне, кивнул Руперту и вышел в ночь.

Северин бросил ключи в руки Диггинсу и, взбежав по ступенькам, вошел в дом. Келли уже ожидал его на пороге. Приняв пальто хозяина, Келли с самым невозмутимым видом доложил ему о том, что в Сиреневой гостиной Норфолка ожидает гость.

— Кто? — только и спросил Северин, размашисто взбегая по лестнице. Келли следовал за ним.

— Ваш друг, милорд, — ответил тот, — Мистер Барратт.

Северин резко остановился, потом широко улыбнувшись, продолжил путь.

— Этот проходимец здесь, — произнес он довольно и добавил, обращаясь к дворецкому, — Принеси нам бутылочку хорошего виски, сигары, лед и что-нибудь перекусить.

— Да, милорд! И еще одно. Вам пришло приглашение от Его Величества, на Королевскую Охоту. Она состоится завтра в десять утра.

— Хорошо, Ричард.

Келли обогнал хозяина и, остановившись перед дверью, ведущей в Сиреневую гостиную, широко распахнул ее и пропустил Норфолка вперед. Затем закрыв, удалился.

— Генри! — радостно воскликнул Северин, переступив порог комнаты. За круглым резным столом на стуле с высокой спинкой сидел молодой мужчина. Он был светловолос, с широкими плечами. Услышав свое имя, он обернулся. На красивом ухоженном лице загорелись теплые карие глаза.

— Северин! — Барратт встал, приветствуя друга. Они обнялись.

— Сколько лет я уже не видел твоей наглой физиономии! — сказал Норфолк, когда они сели за стол.

— Сам виноват, — отозвался Генри, — Это ведь тебя носило непонятно где столько времени.

— Долго ждешь? — поинтересовался принц.

— Не очень, — ответил Генри и добавил заговорческим тоном, — Келли под моим напором проболтался, что ты в гостях у какой-то дамы. Что-то серьезное?

Северин покачал головой.

— Не думаю.

— Но твой дворецкий рассказал, что она уже была у тебя в гостях и даже ночевала здесь, — хитро улыбнувшись, продолжил Барратт, — А еще он сказал, что она, эта леди, просто красавица.

Северин нахмурился.

— По-моему, Ричард стал слишком болтлив, — сказал он.

Генри громко рассмеялся.

— Северин, не злись на своего слугу, ведь ты же знаешь, что мне хватает ума разболтать любого. Не зря я работаю в Тайной Полиции. У меня талант.

— У тебя дар, — усмехнулся Норфолк. В тот же момент двери, ведущие в гостиную, широко распахнулись, и вошел слуга в ливрее, с золоченым подносом в руках. Поклонившись хозяину и его гостю, он поставил все с подноса на стол и откупорил бутылку с виски.

— Спасибо, Томас, ты можешь идти, — сказал Северин, забирая из рук слуги бутылку и разливая виски по стаканам. Один он протянул Барратту. Томас низко поклонился и вышел, осторожно прикрыв за собой двери.

— Так что с этой дамой? — настойчиво продолжил свой допрос Генри.

— Очень занимательная молодая особа, — Северин взболтал виски. Кубики льда тонко застучали по стеклянной поверхности стакана, — Она делает вид, что заинтересовалась мной, — продолжил он, задумчиво глядя на друга, — Но я чувствую, что ее подослал мой брат. Он все еще не оставил попытки выкрасть кристалл, а теперь вероятно решил подсунуть мне эту девушку, в надежде, что я настолько сильно увлекусь ею, что смогу, как последний болван рассказать, где прячу камень.

— Ты, правда, так думаешь? — Барратт сделал глоток. Виски обожгло горло, и он невольно поморщился.

— Естественно, — Северин усмехнулся, глядя на закашлявшегося друга, — Я буду очень удивлен, если ошибусь на счет леди Кейлин.

— Возможно, ты и правда, ошибаешься на ее счет, — предположил Генри, — Почему ты считаешь, что не можешь понравиться красивой женщине, она ведь красива? — уточнил он.

— Весьма, — кивнул Северин, — Но видел бы ты, какой молодой человек увивается возле нее.

Глядя на лицо Норфолка, Генри внезапно расплылся в улыбке.

— Черт побери, — он засмеялся, — По-моему, дружище, она тебе таки нравится!

— Естественно, — согласился спокойно принц, — Она не может не нравится, всякому, кто хоть раз увидел ее, хотя, впрочем, завтра тебе представится возможность оценить привлекательность леди Коборн самому.

— То есть? — Генри приподнял брови в удивлении.

— Завтра мы едем на Королевскую охоту. Мне только что доложили о полученном приглашении. Она непременно будет там со своим отцом.

— Я - за! — произнес Генри, и шутливо отсалютовал другу своим стаканом, наполненным виски.

Северин откинулся на спинку стула. Его мысли невольно вернулись к Кейлин. Ее прелестное лицо словно стояло у него перед глазами. Что ж, подумал он, завтра он, когда представится удобный случай, попытается намекнуть ей о кристалле и посмотрит на ее реакцию. И уже от этого будет следовать дальше.

Мужчина сидел на стуле, закинув ноги в высоких сапогах на туалетный столик, и рассматривал в зеркале свое отражение. Хищное худое лицо с четко очерченными скулами, смотрело из зеркала насмешливо и надменно. Раздавшийся звук открывающейся двери, заставил мужчину обернуться. В гримерную вошла сияющая молодая женщина с огромным букетом роз в руках. Вместе с ней в комнату ворвался запах цветов и шум восторженных мужских голосов из коридора.

— Нет, спасибо, но сегодня я занята, — сказала женщина и захлопнула перед носом молодого приятной наружности мужчины дверь. В тот же миг улыбка сползла с ее губ. Брезгливо поморщившись, она отшвырнула букет на софу и подошла к столику. Едва взглянув на сидевшего за ее столом мужчину, она быстрым движением скинула его ноги и произнесла:

— Не смей больше класть свои грязные ноги на мой туалетный столик, если конечно, ты не хочешь их лишиться. И проваливая с моего стула, я слишком устала, чтобы любезничать еще и с тобой.

Миролюбиво подняв вверх руки, мужчина перебрался на софу и подвинув несчастный букет, присел.

— Ты сегодня не в духе, Элоиз? — спросил он, откидываясь назад.

Женщина села на стул и посмотрела в зеркало. Отражение изобразило скупую улыбку. Красивые черты исказились.

— Если бы ты знал, Морган, как я устала от всего этого, — сказала она.

— Да? А раньше ты говорила, что быть певицей — твое призвание, — Морган зевнул.

— Да. Я была молода и глупа, — она стянула с головы черный парик и нахлобучила его на болванку, стоящую на углу столика. Затем сняла сетку, удерживающую ее собственные волосы, и белоснежные локоны тяжелой волной упали на ее покатые плечи, — Мне казалось, мир театра прекрасен, а на самом деле он прогнил и дурно пахнет. А я ощущаю себя марионеткой, прыгающей на забаву этим благородным болванам, — она медленно обернулась к мужчине.

— А что ты делаешь здесь?

Морган выпрямился.

— Разве я не могу проведать свою любимую сестренку? — спросил он.

— Ты очень мил, — она кисло улыбнулась, — Но мне интересна истинная цель твоего прихода. Просто мне как-то не верится, что после трех лет молчания, ты, наконец, соскучился. У меня два варианта — тебе нужны деньги и второй, — она криво усмехнулась, — Тебе СРОЧНО нужны деньги.

Морган встал и подошел к ней. Затем присел на свободный край стола и, скрестив руки на груди, посмотрел на сестру.

— Ты не угадала, — ответил он.

— Тогда это интересно, — произнесла Элоиза.

— Я пришел, потому что хочу спросить тебя. Ты все еще… — он прокашлялся и гадко улыбнувшись продолжил, — Встречаешься с братом короля?

— Время от времени, — ответила женщина, — Но откуда ты знаешь об этом?

— Это не важно, — отрезал Морган, — Просто хочу тебя предупредить, что Его Величество что-то затевает против твоего любовника, и я решил тебя предостеречь, а также попросить о помощи.

Элоиза приподняла тонкую левую бровь.

— Я так понимаю, ты теперь работаешь на Короля?

— А ты проницательна, — засмеялся ее брат.

— Ты ведь не предупредить меня пришел, не так ли, — сказала молодая женщина, — тебе все-таки что-то от меня нужно. Говори, я жду.

— Могу сказать только одно, — Морган склонился к лицу сестры, — Если ты хочешь вырваться из этой нищеты и грязи, то у тебя есть шанс.

Элоиза обманчиво мягко улыбнулась. В ее глазах сверкнул огонек интереса.

— Я слушаю, — сказала она.

Морган Вудхаус одобрительно кивнул и заговорил.

Глава 7

Амадеус забрался в седло и оглядел свиту. Среди надушенной разодетой толпы он разглядел высокую фигуру в темном костюме. Человек так явно выделялся из пестрой массы придворных, что его просто невозможно было не заметить. Король сразу понял, зачем здесь появился Трент, да еще и оделся при этом так, чтобы непременно попасть ему на глаза.

Отпустив взмахом руки грума, державшегося за стремя, Амадеус направил своего жеребца прямо на мужчину в черном, знаком показав своим телохранителям оставаться на своих местах. Когда он подъехал достаточно близко, Трент продолжал стоять на месте, не отступив даже на шаг назад, почтительно при этом склонив перед ним голову.

— Ваше Величество! — произнес мужчина почтительно.

— Гай Трент, — ответил Амадеус, давая таким образом понять, что тот узнан и его помнят. Сколько они не виделись? Уже несколько лет. Амадеус знал, что Трент вернулся вместе с его братом, за которым следил на протяжении всего его так называемого путешествия с обманчивой целью узнать мир. Но Амадеус прекрасно знал, куда и зачем ездил Северин.

— Давайте отойдем, — предложил Трент глядя прямо в глаза своему королю, — Здесь слишком много любопытных глаз.

Амадеус пустил коня неспешным шагом. Трент шел рядом, почти касаясь плечом его колена. Когда они отошли на значительное расстояние, Амадеус придержал жеребца, заставив его остановится и отпустил поводья, позволив животному опустить голову и пощипать траву. Сам король посмотрел на своего агента. Трент покачал головой.

— Новости не совсем те, что бы вы хотели услышать, — произнес Гай.

— Скажи мне только одно, вы ее нашли? — спросил король и торопливо огляделся по сторонам, словно подозревая, что их могут подслушивать. Но свита осталась позади и ее гомон еле слышался с такого расстояния, а вокруг не было ни единого дерева, где могли бы скрываться нежелательные слушатели. Только трава и низкие тощие кусты, посыпанные мелкой зеленью листвы.

— Она оказалась намного ближе, чем мы искали, — несмотря на то, что они были наедине, Гай Трент говорил очень тихо.

— Где?

— Она была в Лондоне, — ответил агент.

Амадеус рассмеялся.

— Надо же, все это время прямо у нас под носом! — он позволил себе немного веселья, прежде чем вновь обратился к Гаю.

— Она уже виделась с моим братом?

— Нет. Кажется, она даже избегала встреч с ним.

— Это хорошо.

Амадеус склонился вниз, чтобы Гай смог его лучше слышать.

— Я очень доволен твоей работой, — сказал король, — Отчеты поступали, как положено и, кажется, в этот раз Северин даже не заметил слежки. Я читал все, что ты писал мне…

— Его Высочество заметили лишь то, что я им позволил, — ответил Трент и самодовольно улыбнулся, вспоминая своего подставного человека, отвлекавшего внимание принца от настоящей слежки.

— В любом случае, ты справился со своим заданием, — продолжил Амадеус, — Если в довершение всего ты приведешь мне и Селену…

— Я приведу ее, — даже не дав королю договорить, закончил за него агент, — К тому же, она сейчас ближе, чем вы думаете, Ваше Величество. Селена в данный момент находится где-то рядом с Летней Резиденцией. Мне удалось отследить ее.

Амадеус улыбнувшись, распрямился в седле и тряхнул длинными волосами.

— Тогда почему ты все еще здесь? — произнес король.

Трент низко поклонился и закутавшись в длинный плащ исчез, просто растворившись в воздухе на глазах у короля. Но Амадеус даже не посмотрел на то место, где какую-то секунду назад стоял мужчина. Он развернул жеребца и поскакал в сторону своей свиты. Его уже ждали. Егеря едва сдерживали собак, рвавшихся вперед. Король милостиво кивнул ожидавшим его подданным и пустил коня в легкий галоп. Следом за ним ехали телохранители и уже за ними приближенные.

Амадеус широко улыбался, довольный новостями, принесенными Трентом. Ему казалось, что еще на один шаг он стал ближе к своей цели. Всего на шаг, но какой огромный.

Утро следующего дня, несмотря на прохладу, выдалось безоблачным и тихим. В голубом, чистом, как горная река, небе не было ни единого облачка. С помощью грума я взгромоздилась на лошадь, поправила шляпку и оглянулась на отца. В отличие от меня, Маркус самостоятельно забрался на жеребца, причем проделал это настолько лихо, что я, невольно, позавидовала его умению держаться в седле. Меня же лошади никогда не прельщали. Я предпочитала своего железного коня настоящей лошадке.

— Ну как ощущения? — спросил отец, подъехав ко мне. Его жеребец громко фыркнул и мотнул головой.

— Не очень, — тихо сказала я, поглядывая на всадников вокруг нас, — Ты же знаешь, это не для меня!

— Надо было учиться, — пожурил меня Коборн, — Теперь смотри, езжай позади всех и постарайся не свалится! — он ободряюще улыбнулся.

— Я постараюсь, — ответила я.

— Кстати, вот подъехал и Его Высочество, — отец поклонился кому-то за моей спиной. Я неловко обернулась назад и, увидев Северина Норфолка, почтительно склонила голову. Принц как всегда был в черном. Он едва кивнул мне и продолжил беседу с каким-то молодым мужчиной. Оба держались в седле с завидным спокойствием. Я огляделась вокруг, отыскивая глазами Эдварда, и увидела его вдалеке, под раскидистым деревом. Он седлал своего коня. При виде Грэшема у меня на душе стало как-то спокойнее.

— Что-то Его Величество запаздывают, — произнес отец.

Амадеус появился на великолепном белоснежном коне. Он подъехал к сооруженному на поляне шатру в окружении своей свиты. Вновь прибывших приветствовали свора гончих, заливаясь безудержным лаем. Король был одет в светло-синий камзол и темные штаны, заправленные в высокие сапоги. Его светлые волосы были перетянуты золотым шнуром. За спиной развивался черный плащ с вышитой эмблемой рода Норфолков. При виде своего короля подданные радостно загомонили. Я слышала обрывки приветственных фраз. Когда зазвучали трубы, оповещавшие о начале охоты, были спущены собаки. Его Величество поскакал впереди всех, увлекая за собой свиту и остальных гостей. Следом за ним мчался Норфолк. Я разглядела среди первых всадников Эдварда и своего отца. Алана Грэшема на охоте не было. Впрочем, он никогда не посещал подобных мероприятий, насколько я могла помнить.

Я направила свою лошадку вдогонку охотникам. Едва она сдвинулась с места, как я прокляла все на свете, понимая, что к вечеру будет болеть не только спина и ноги, но и все тело. К верховой езде я была не приспособлена с малолетства, что очень обижало и удивляло отца, просто обожавшего скачки. Но что поделать, думала я.

— Леди Коборн? — внезапно услышала я за своей спиной незнакомый мужской голос. Обернувшись, увидела, как меня нагоняет всадник, в котором я без труда узнала собеседника Норфолка. Он поравнялся со мной.

— Извините, — он слегка приподнял шляпу, — Мы не были друг другу представлены, я, наверное, веду себя бесцеремонно…

Я посмотрела на его лицо. Довольно привлекательный молодой мужчина, чуть за тридцать, вероятно, ровесник принца. Темные карие глаза, вьющиеся каштановые волосы и обезоруживающая белоснежная улыбка.

— Я не придерживаюсь этикета двора, — сказала я и тихо добавила, — Особенно, если это никто не видит. Но вы знаете мое имя, это делает вас более осведомленным.

— О, простите, — улыбка стала немного смущенной, — Я Генри Барратт, друг его высочества принца. Именно от него я и узнал ваше имя.

— Тогда мне представляться нет никакого смысла, — произнесла я.

— Вполне резонно, — кивнул Генри.

Некоторое время мы ехали молча. Король и его свита уже скрылись за холмами. До моего слуха доносились лай собак и переливы труб, затем стихли и они. Мой нежданный спутник, казалось, не торопился догнать охотников. Мы ехали легким аллюром. Я старательно сжимала бока лошади ногами, надеясь, что не свалюсь ее к своему стыду и позору. Барратт ехавший со мной бок о бок, в седле держался непринужденно.

— Вы решили составить мне компанию? — спросила я, когда впереди показались первые деревья.

— Если вы не против, — сказал он, — Меня никогда не прельщало убивать бедных животных.

— Как и меня, — произнесла я.

Мы въехали в небольшую рощу. Деревья стояли, печально опустив вниз свои голые ветви. Под ногами лошадей зашуршали опавшие листья. Я пустила свою лошадку шагом, наклонилась и похлопала ее по шее.

— Вы с Его Высочеством давние друзья? — спросила я, поворачиваясь к Генри. К моему удивлению, он пристально смотрел на меня. Я покраснела. Ничуть не смутившись, Барратт согласно кивнул.

— Да. Я знаю Северина и его брата почти с младенчества.

— Интересно, каким был наш суровый принц в детские годы? — на моих губах заиграла легкая улыбка. Мне определенно нравился этот человек. Особенно его открытый взгляд. Теплые карие глаза просто завораживали.

— Его Высочество всегда был серьезным, вдумчивым и в детстве, и в подростковом возрасте, и уж точно более симпатичным, чем сейчас, — ответил Барратт шутливо, — В отличие от своего брата, Амадеус был всегда заносчивым и склонным к проказам мальчиком. Знаете, такие дети как он всегда делали другим детям маленькие подлянки и при этом умудрялись выходить после проделки сухими из воды. Он был младшим, все спускалось ему с рук. Теперь он король, но итог тот же.

— По-моему, он не сильно изменился, — подумала я, — Только проказы стали взрослыми.

— Вот и я о чем, — улыбка красила моего собеседника.

Мы миновали рощу и снова выехали на равнину. Всадников нигде не было видно. Вдалеке, в сотне метров от нас, растянулся темной полосой густой лес. Очевидно, охота ушла в ту сторону.

— Странно, что лорд Норфолк отказался от престола в пользу своего брата, — продолжила я.

— Ничего странного, — возразил его друг, — Северин никогда не хотел власти. Насколько я знаю его, он всегда мечтал о тихой семейной жизни, вдали от дворцовых интриг.

Я усмехнулась. Что-то мне не верилось, что столь могущественный маг, как Норфолк, обладающий редкой и могущественной силой, к тому же принц королевских кровей, хочет спокойной и тихой жизни.

— Вы мне не верите, — словно прочитав мои мысли, произнес Барратт.

— Увы, — я развела руками, на мгновение отпустив поводья, и тут произошло нечто странное. Моя до сих пор спокойная кобылка внезапно взвилась на дыбы и сорвалась в галоп. Я едва успела вцепится в ее шею, и просто чудом удержалась в седле.

— Леди Кейлин? — донесся до моего слуха крик Барратта.

— А-а-а, — завопила я и только крепче вцепилась пальцами в гриву лошади. Впереди показался лес. Мои волосы растрепались от бешеной скачки. Я едва держалась. Даже обернутся и посмотреть, следует ли за мной Генри, чтобы помочь мне, не было никаких сил. Я боялась, что если хоть на секунду оторвусь от лошадиной спины, то тут же свалюсь вниз. На такой скорости это было рискованно. А ломать шею я совсем не спешила.

Лошадь влетела в лес и меня тут же хлестанула по спине ветка. Впереди маячили деревья. Кобыла неслась вперед, не разбирая дороги. Она словно обезумела. Впереди показалось поваленное дерево. Я зажмурилась. Лошадь взвилась вверх и, легко преодолев препятствие, помчалась дальше. Я с силой впилась в гриву кобылы, надеясь, что боль отрезвит ее, но это не помогло. В тот момент, когда я уже отчаялась, рядом возник другой всадник. Чья-то рука перехватила меня поперек талии и выдернула из седла. Моя лошадь исчезла среди деревьев, а я сидела, уткнувшись носом в черный камзол, и все еще сжимала руки в кулаки.

— Леди Коборн! — мягко проговорил знакомый голос. Я подняла глаза. Лицо Северина Норфолка было слишком близко, и я отстранилась, упершись ладонями в его грудь.

— У меня скоро войдет в привычку спасать вас, — сказал он и спрыгнул с коня. Затем помог слезть мне. Его руки задержались на моей талии немного дольше, чем полагалось, но я сделала вид, что не заметила этого.

— Спасибо, — произнесла я.

Услышав топот копыт, мы одновременно обернулись и увидели, как из чащи выезжает на своем коне Барратт. Увидев меня, стоящую рядом со своим другом, целую и невредимую, он облегченно вздохнул.

— Черт побери, — рявкнул он, спрыгивая с жеребца и бросаясь к нам, — Я не понимаю, как это произошло. Как только ваша, миледи лошадь понесла, мой проклятый конь, словно врос в землю. Я не мог заставить его сдвинутся хотя бы на шаг, — он внимательно посмотрел на меня, — У вас есть сильный недруг, мадам… — добавил он и перевел взгляд на принца. Тот нахмурился.

— Лошадь была околдована? — удивилась я.

— И ваша, и моя, — кивнул Генри, — Но не это меня удивило. Меня поразило то, что я не смог быстро снять заклятие, а это означает только то, что здесь действовал маг высокого уровня.

Я отвела глаза. Северин и Генри переглянулись, затем Норфолк взял меня за локоть. Почему-то я не протестовала и позволила ему это, словно так и должно было быть.

— Я увезу вас, а Генри сообщит о случившемся вашему отцу и объяснит причину отсутствия.

— Да, — рассеяно кивнув, я позволила Северину посадить меня на свою лошадь. Он что-то сказал Барратту и взлетел в седло позади меня.

— Доедем до королевского шатра, — сказал он мне, — Я отдам коня груму и переправлю вас домой. Согласны?

— Да, конечно, — я проследила взглядом за Генри. Он сел на своего жеребца и махнув нам рукой, направился в лес, в сторону, в которую ускакала моя лошадь.

Северин ударил пятками в бока своего жеребца, и мы поехали в сторону, противоположную той, куда скрылся Барратт. Я вцепилась в луку седла, стараясь сесть по удобнее, когда Норфолк обхватил меня за талию левой рукой, удерживая в седле и не давая упасть. Я замерла, затаив дыхание.

— Не бойтесь, — прошелестел голос принца у моего уха, — Я не дам вам упасть.

— Конечно, — только и ответила я. И почему-то ни на секунду не сомневалась в его словах.

Переодевшись, я сбежала вниз по лестнице и вошла в гостиную, где меня ждал Северин. Услышав мои шаги, он обернулся. На его губах появилась улыбка, слегка приподнявшая краешки его губ.

— Я дала распоряжение Руперту, чтобы подал нам чай, вы же не против? — произнесла я.

Он покачал головой. Я приблизилась к камину и подбросила дров. Вверх взвились искры, я поворошила угли и выпрямилась. Норфолк стоял у окна, наблюдая за моими действиями.

— Наверняка, я кажусь вам глупой девицей, вечно попадающей в неприятности, — выпалила я. Отчего-то его пристальный взгляд вогнал меня в краску. Я почувствовала странное смущение и неловкость, обычно мне не свойственные.

— Я вовсе так не думаю, миледи, — спокойным голосом ответил он.

В гостиную вошел Руперт. Расставив на столе чашки и чайник, он удалился. Я жестом пригласила Северина присесть. Разлила чай и придвинула к нему кружку, предложила молоко и дольки тонко порезанного лимона, но он отказался.

— Мне так неловко, — сказала я, разглядывая плавающие листики чай на дне кружки, — Я опять ваша должница. В очередной раз.

— Ну, эту проблему можно решить, — Северин взял чашку в руки и поднес к губам, — Если вы считаете себя моей должницей, то я незамедлительно требую возвращения долга.

— Что? — я в удивлении вскинула голову и встретилась взглядом с его смеющимися глазами.

— Вы удивлены? — произнес он.

— Я согласна отдать вам долг. Что вы хотите?

Его Высочество сделал глоток и поставил чашку обратно на блюдце.

— Как вам, к примеру, предложение посетить в моем обществе театр? — выдал он. Я едва не поперхнулась водой.

— Или кино? На ваш вкус. Я заметил, вы любите людские развлечения, — продолжил он.

— Черт, — подумала я, — Это же свидание. Он приглашает меня НА СВИДАНИЕ! Кажется, я добилась своего. Он заинтересовался мной на столько, что пригласил пойти в кино или в театр.

Мое молчание затянулось, и Северин невольно нахмурился. Наверное, он решил, что я откажусь.

— Если вы против, я пойму, — сказал он тихо.

— Нет, — я покачала головой, — Думаю, кино подойдет.

— Завтра?

— Прекрасно, — я расплылась в улыбке, — Только у меня будет к вам небольшая просьба, милорд.

Он изогнул бровь, вопросительно глядя на меня.

— Я должна буду заехать после в одно место. Видите ли, у меня там, в человеческом мире есть другой дом…

— Конечно, — согласился принц, — Тогда я поспешу откланяться, — он встал из-за стола, — У меня есть некоторые дела, и я хотел бы сделать их до завтрашнего дня, чтобы к вечеру быть свободным.

Я встала, чтобы провести его до дверей, но он покачал головой и быстро вышел из гостиной, я даже не успела выйти из-за стола. Подойдя к выходу из гостиной, я услышала, как Норфолк прощается с Рупертом. Затем скрипнула громоздкая дверь, и я вернулась обратно в гостиную, допивать чай, все еще немного удивленная предложением принца.

Коллум прошел в двери и оказался в кабинете короля. Провожавший его камердинер поспешил скрыться. Гном огляделся. Он находился в большом просторном кабинете с широкими окнами, выходившими в парк. На длинных рядах полок стояли книги и различные антикварные безделушки. Амадеус сидел в широком кресле за столом красного дерева. В его руке застыло длинное перо, которое он по старинке окунал в чернила. Его Величество не признавал шариковых ручек, как, впрочем, и все то, что было связано и миром простых людей, соседствовавшим с его королевством. Король что-то писал на бежевом бумажном листе. Коллум увидел печать с гербом Норфолков, лежащую рядом с песочными часами.

— Ваше Величество, — гном низко поклонился. Тут ему показалось, что за занавеской шевельнулась чья-то тень. Коллум прищурив глаза, разглядел высокого мужчину, спрятавшегося от глаз за темной тканью. Гном распрямился и перевел взгляд на лицо короля.

Амадеус отложил перо и посмотрел на Коллума.

— Смотрю, вы приоделись, мастер, — сказал король, — Это похвально.

— Да, Ваше Величество, — ответил тот.

— Как продвигаются ваши дела?

— Все просто отлично складывается, — сказал гном, — Завтра ваш брат и эта девушка, леди Коборн, идут вместе в кино.

Амадеус скривился.

— Они собираются на свидание в мир людей? — произнес он.

— Да, милорд.

Король склонился к гному.

— Ты должен постоянно следить за ними, мастер Коллум, — сказал он своим тихим голосом, от которого у старого гнома пробежал по спине неприятный холодок, — И, кстати, воспользуйся случаем, проверь его дом еще раз, возможно, нам повезет, и мы найдем кристалл без помощи леди Кейлин.

— Конечно, милорд, — гном снова поклонился, про себя подумав, что очередной поиск вряд ли принесет результат, но благоразумно промолчал.

— Только будь осторожен. Я не хочу, чтобы кто-нибудь тебя заметил, — добавил король, — И кстати, в этот раз тебе придется поработать в паре с моим человеком.

Тень вышла на свет. Тонкий, худой человек с длинным лицом, в накинутом на плечи плаще, поднял голову. Коллум увидел глубоко посаженые серые глаза. Проницательный взгляд хранил в своей глубине какое-то непонятное гному безумие.

— Морган, — произнес мужчина, представляясь, но руки не протянул.

Король оглядел взглядом стоящих рядом с ним и усмехнулся.

— Я надеюсь, вы сработаетесь, — сказал он, — Постарайтесь привыкнуть друг к другу, я думаю вам придется часто работать вместе.

— Я постараюсь, — ответил гном. Тень промолчал, только по узкому лицу пробежала легкая усмешка. Коллуму его новый знакомый не понравился. Более того, гном сказал себе, что при случае, от этого Моргана следует избавиться.

Амадеус встал из-за стола, прошелся к камину.

— Я уже столько лет ищу этот кристалл, — произнес он.

— Прошу меня простить, — тихо произнес Коллум, — Но, возможно, ваш покойный отец, правильно решил, передав камень принцу Северину. Вы не совсем понимаете той силы, что заключена в нем.

Амадеус резко развернулся. Его глаза опасно сверкнули.

— Этот кристалл дает моему брату силы, которых он не заслуживает, — сказал король, — Отец думал, что Северин займет его место, если бы он знал, что мой брат трусливо отречется от престола, он никогда не отдал бы камень ему. Ты думаешь, Северин уступил мне, потому что больше всего на свете любит свободу? Ты ошибаешься. Больше всего на свете он боится той ответственности, что влечет за собой власть. Ведь столько жизней зависит от короля.

Коллум опустил голову, словно соглашаясь с Амадеусом.

— Уходите, — резко бросил ему король.

Гном низко поклонился и поспешил покинуть кабинет. Тень скользнул за ним. Амадеус посмотрел, как закрылась за спиной Моргана дверь, и вернулся за стол. В ярости сжал бумагу, на которой минуту назад писал указ и швырнул ее в горящее пламя камина. Что ж, подумал он, когда гном сделает своё дело он, Амадеус, сдержит свое слово и действительно освободит его. Короли никогда не нарушали данных обещаний, только ведь освобождение можно истолковать по-разному.

По губам Его Величества скользнула ленивая улыбка. Он достал новый лист бумаги и заново принялся писать.

— Северин, а эта леди Кейлин оказалась действительно очень хорошенькой, — развалившись в кресле у камина, Генри потягивал чай и, щурясь от огненных всполохов, смотрел на огонь. Северин сидел за письменным столом, проверяя какие-то бумаги, иногда что-то отмечая в кожаной тетради и занося туда какие-то пометки.

— Ты меня не слышишь, — продолжил Барратт, — Я пообщался сегодня с твоей дамой и она, признаюсь, пришлась мне по душе. А еще она просто очаровательно пахнет…Ммм…

Северин оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на друга:

— Леди Коборн не моя дама, — сказал он и добавил, — Оставь, пожалуйста свои волчьи замашки!

— Вероятно на данный момент не твоя, но я чувствую, что скоро она ею станет, — Генри забавно хихикнул и положил ноги на маленькую скамеечку стоящую рядом с креслом, — Она единственная, кто не шарахается от тебя, как от чумы, — добавил он, — А про запах, так ты это зря. Теперь, если захочу, я смогу найти ее на расстоянии в несколько километров, если она окажется поблизости. Судя по всему, она теперь часто будет заглядывать в этот дом.

Северин нахмурился и, схватив со стола деревянный штамп, запустил им в Генри. Тот ловко вскочив с кресла, успел увернуться, и штамп пролетел мимо цели, ударившись в стену, напротив.

— Ну что ты обижаешься, сам ведь знаешь, что не красавец, — сказал он и, подобрав с пола деревянный предмет, направился к столу друга и водрузил штамп на место.

— Меня настораживает закономерность, с которой леди Кейлин попадает в неприятности, — сказал принц, — Это определенно происходит не случайно. Кто-то нарочно сталкивает нас…

— Ты думаешь, Это Амадеус? — тон Генри утратил всю веселость.

— Да. Мне интересно только одно. Леди Коборн осознанно помогает ему или ее используют?

— Из чего следует, что она тебе не безразлична, — произнес Барратт, — Иначе ты бы не стал заморачиваться подобными пустяками.

Питер ждал, что Северин опровергнет его замечание, но к его удивлению, принц промолчал. Он с новым усердием стал что-то писать в своей тетради, избегая смотреть другу в глаза. Брови Барратта медленно поползли вверх.

— Значит, я прав! — произнес он с улыбкой.

— Я не отрицаю своего интереса, — сказал Северин, не отрываясь от бумаг, — И она действительно не шарахается от меня как от чумы. Леди Кейлин нравится мне, но не более того.

Генри присел на край письменного стола.

— Ну, это ты сейчас так говоришь, — он улыбнулся.

— Завтра у нас с Кейлин как бы свидание, — произнес Норфолк.

— Как бы?!

— Я пригласил ее в кино…

Барратт присвистнул.

— И у меня будет к тебе небольшая просьба, — Северин поставил точку в конце предложения и захлопнул тетрадь. Его взгляд обратился к другу, — Я хочу, чтобы ты завтра побыл в моем доме. Я думаю, что Амадеус уже знает, что я буду отсутствовать вечером, и непременно воспользуется случаем, чтобы послать сюда своих воришек. Мне надо, чтобы ты припугнул их, а при случае выловил. Я хочу точно знать, что это мой брат.

Генри согласно кивнул.

— Сделаю, что смогу, — и добавил, — Кстати, тот человек, который заколдовал лошадь леди Коборн… Я, конечно, могу ошибаться, но я нашел следы его магии и кажется, я знаю, кто это… Но…

— Но ты все же сомневаешься! — предположил Северин, поднимаясь из-за стола.

— Да. Ведь тот, о ком я подумал, сейчас должен находиться в одной из башен Фолка.

— Коллум? — ничуть не удивившись, спросил Норфолк, — Все возможно.

— Да, но он ненавидит Амадеуса всей душой, — сказал Генри, — И вряд ли согласится работать на него.

— Согласен, но кто знает, что мог пообещать ему мой брат, — задумчиво добавил Северин, — Если он на стороне короля, то нас ждут большие неприятности.

Глава 8

Не знаю почему, но перед предстоящим свиданием я волновалась так, как никогда в жизни. Я перебрала кучу своей одежды, перемеряла груду вещей и в итоге пришла к решению одеть свои любимые джинсы и темно-синий свитерок. Все-таки мы собирались в кино, а не в театр. И мне отчего-то не хотелось, чтобы Норфолк подумал, что я старалась специально ради него.

Я зачесала волосы в конский хвост и покрутилась перед зеркалом. В комнату без стука вошел отец. Я вспомнила, как вчера вечером они с Эдвардом суетились вокруг меня, выспрашивая подробности моей неудачной поездки на охоте. Мне показалось, что Эдвард стал немного расстроен, узнав о предстоящем свидании с принцем.

— Вы сами этого хотели, — сказала я им тогда. Отец молча согласился. Да и что он мог сказать, если сам предложил мою кандидатуру королю.

— Ты уже готова? — спросил Маркус, входя в комнату. Я увидела его в зеркальном отражении. Отец смотрел на меня, — Норфолк уже приехал, — Маркус бросил оценивающий взгляд на мою одежду и только вздохнул, не решившись намекнуть, что мне, вероятно, стоило одеться более женственно. Я почувствовала неодобрение в его взгляде, но предпочла не начинать этот разговор.

— Думаю, ему понравится, — со вздохом сказал отец.

— Пап, мы же просто идем в Кино! Не думаю, что бальное платье, в котором ты бы хотел меня видеть, будет уместно в кинотеатре.

Коборн кивнул, соглашаясь с моими доводами, но неодобрение так и осталось в его глазах, словно говоривших, что я все равно могла бы одеться более нарядно.

— Перестань, — ответила я и вышла из комнаты. Сбежав по лестнице, замерла на последней ступеньке. Норфолк стоял ко мне спиной, беседуя о чем-то с Рупертом. Услышав мои шаги, он обернулся. Темный взгляд пробежал по моему телу, я улыбнулась. К моему удивлению, принц надел черные джинсы, но длинный крупной вязки свитер был синим, под стать моему. Северин шагнул ко мне, пригнулся, целуя мою руку.

— Я рад, что вы оделись соответствующе, — произнес он тихо.

За моей спиной раздался кашель. Это спустился мой отец.

— Я надеюсь, вы вдвоем приятно проведете вечер, — сказал Маркус.

— Я тоже, — принц не отрывал от меня своего взгляда, — И обещаю доставить вашу дочь домой в целости и невредимости до двенадцати.

Мужчины раскланялись.

— Пока пап, — сказала я у дверей и помахала отцу рукой.

Мы вышли из дома. Вокруг сгущались вечерние сумерки. Серое небо отливало багряным. Скоро начнется дождь, почему-то подумалось мне. Я запахнула короткое пальто и села на переднее сидение машины принца. Он захлопнул за мной дверцу и сел рядом на место водителя.

— У вас хорошая машина, — сказала я, оглядывая салон.

— Рад, что она вам понравилась, — он вставил ключ в замок зажигания, и вдруг неожиданно повернулся ко мне, — Может, перейдем на ты? — предложил он и добавил, — Хотя бы на сегодняшний день. Все-таки там, куда мы сейчас направляемся, такие условности уже не в моде.

— Я согласна, — ответила я.

Автомобиль двинулся с места и покатил в сторону ворот, шурша гравием.

Вечер прошел относительно спокойно. Выехав из туманного моста, мы покатили по шоссе и вскоре ворвались в город, с его мигающими огнями витрин и огромных рекламных плакатов. Затем подъехали к кинотеатру. Оставив на парковке автомобиль, купили билеты и еще успели до начала сеанса прогуляться по мостовой у реки. К моему удивлению, время, проведенное в обществе Норфолка, пролетело незаметно. Мы посмотрели отличную комедию, я от души посмеялась и была немного расстроена, когда после чашечки кофе посмотрела на часы и поняла, что время уже подходит к полуночи, а мне еще надо было заехать домой за Мартой. Уже сидя в машине и мчась по трассе в сторону пригорода, где располагался мой дом, я поблагодарила Северина за прекрасно проведенный вечер, при этом признаваясь самой себе, что говорю чистую правду. А он сидел за рулем и, глядя на освещенную светом фар несущуюся нам навстречу дорогу, только тихо улыбался чему-то понятному лишь ему одному.

— Вот мой дом, — я указала рукой на маленький домик, появившийся из-за поворота. Северин припарковался, и я выбралась из салона.

— Не думал, что у тебя есть здесь дом, — произнес Норфолк, хлопнув дверцей. Он подошел ко мне и, облокотившись на машину, посмотрел оценивающим взглядом на дом.

— Мой маленький кусочек рая, — сказала я вдохновленно, — Обычно я сбегаю сюда, когда устаю от проблем, — я покосилась на принца, — Хочешь зайти?

— Не откажусь, — ответил он.

Я прошла по дорожке к крыльцу, привычно нашарила рукой под дверным ковриком ключ и, выпрямившись с удивлением огляделась. По идее, Марта уже должна была быть здесь. Она всегда появлялась, едва стоило мне ступить на порог. Я пожала плечами и, толкнув дверь, вошла внутрь. Включив свет, оглянулась на следующего за мной принца.

— Я не ждала гостей, поэтому извини за беспорядок, — произнесла я, — Кофе будешь? — спросила и, не дожидаясь ответа, прошла на кухню.

— Не откажусь, — донеслось вслед из коридора.

Я набрала в чайник воду и, включив его, вышла из кухни, направившись по лестнице наверх.

— Тебе помочь? — спросил Северин, поднимаясь следом.

— Нет. Я только найду корзинку Марты и спущусь, — крикнула я, открыв двери в мастерскую, где сложенными рядами на столе, диване и даже на полу лежали краски, рулоны бумаги, кисти и подрамники с еще не загрунтованным холстом. В моей мастерской всегда царил бардак. У меня никогда не получалось разложить все по полкам, как надлежало нормальному человеку. В моем творческом беспорядке вещи пропадали и находились столь неожиданно, что подчас это было для меня сюрпризом, а сейчас я пыталась отыскать в груде сваленных вещей маленькую корзинку для перевозки животных, приобретенную мной по случаю появления Марты. Хотя, честно говоря, не думала, что она когда-нибудь мне пригодится.

— Я не знал, что ты рисуешь, — Северин появился за моей спиной так неожиданно, что я подпрыгнула в испуге.

— Я думала, ты остался внизу.

Норфолк прошелся по комнате, старательно переступая через разбросанные на полу кисти.

— Обычно у меня не такой беспорядок, — попыталась оправдаться я, но он не обратил внимание на мои слова. Присев перед отставленными у стены полотнами с моими, как я их шутки ради называла, шедеврами, он стал перебирать их, разглядывая с явным интересом.

— Ой, не делай такое лицо, — сказала я, — Я прекрасно понимаю, что это мазня, но я всегда рисую только для себя…и не претендую на мировое признание.

— Так вот как ты отдыхаешь от проблем, — проговорил Северин.

— Я давно уже не рисовала, — сказала я и направилась к шкафу, одиноко стоящему у стены. Открыв дверцы, тут же увидела то, что искала.

— Пойдем вниз, — я извлекла корзину и закрыла шкаф, — Чайник, наверное, давно закипел.

Норфолк встал, держа в руках маленький холст. Пока он не смотрел на меня, я бросила изучающий взгляд на его лицо. Странно, подумалось мне, он совсем не так страшен, как показался мне при нашей первой встрече. Наверно, я уже привыкла к тому, как он выглядит и ведет себя. Затем мой взгляд переместился на картину в его руках.

— О, эта — моя любимая, — сказала я, глядя на изображение молодой девушки, бредущей по берегу океана. Ее лицо было не четким, залитое ярким солнечным светом. Но я то знала, кто изображен на картине.

— Хочешь, я подарю ее тебе, — неожиданно для себя самой произнесла я. Северин вскинул голову, наши взгляды встретились.

— Та картина в галерее, — сказал он, — Это ведь ты нарисовала свой портрет, что висит там?

Я отвела глаза.

— У тебя талант.

— Когда-то я хотела писать картины, — проговорила я и вышла из комнаты.

— Тогда почему не пишешь? Что-то изменилось? — он вышел следом и прикрыл дверь. Я заметила, что картину он сжимает в руках.

— Да, — сказала я, — Многое изменилось. В первую очередь — я сама.

Спустившись по лестнице, я почувствовала, как в прихожей гуляет сквозняк. Входная дверь была приоткрыта. Под ноги мне бросилась Марта. Я с усмешкой подхватила кошку на руки.

— Где гуляла, бездельница? — спросила я строго.

Кошка посмотрела мне в глаза и затем стала извиваться. Требуя, чтобы я опустила ее на пол.

— Это и есть Марта? — спросил принц. Он внимательно посмотрел на животное, затем, словно разглядев в ней что-то странное, нахмурился. Я взяла его за руку и, потянув за собой на кухню, усадила за стол. Покормив кошку, сделала нам кофе и протянула Норфолку чашку. Принимая ее из моих рук, он как бы невзначай прикоснулся своими пальцами к моему запястью. Нежно и как-то интимно. Я отдернула руку.

Мы пили кофе в молчании. Я смотрела на Марту, поедавшую сухой корм и старательно не поднимала глаз на Северина, хотя была абсолютно уверена, что все это время он не сводил с меня глаз.

— Уже поздно, — взглянув на наручные часы, произнесла я и поставила чашку в мойку. Схватив Марту в охапку, я запихнула ее в корзинку и, закрепив крышку, протянула ее Северину.

— Нам пора, — сказала я ему, — Отец, наверняка, дожидается меня дома, — эти слова вряд ли были правдой.

До машины шли молча. Северин положил корзину с Мартой и картину на заднее сидение своего автомобиля, и лишь затем открыл передо мной дверцу. Я проскользнула в салон, отчего-то чувствуя себя крайне неловко. Вся прелесть проведенного вечера в один короткий миг словно сошло на нет. Мы снова стали я, придворной дамой, а он — Его Высочеством принцем Норфолком.

Когда мы миновали мост и выехали из тумана, я увидела в окно спокойные воды Мертвого озера. По спине пробежал холодок. Я ясно вспомнила тот день, и тот момент, когда моя машина упала в черную воду с моста. Я покосилась на Северина. Его лицо казалось безмятежным. Принц смотрел на дорогу, думая о чем-то своем. Здесь за мостом начинались его владения.

— Остановите, — попросила я негромко.

Норфолк повернул ко мне лицо. Мне показалось, он не услышал меня, я открыла было рот, чтобы повторить просьбу, как он нажал на тормоза.

— Я правильно понял? — спросил он, — Ты хочешь выйти?

Я кивнула и выбралась из машины. Когда я приближалась к озеру, свежий, по-зимнему колючий воздух, наполнил мои легкие. Северин шел за мной.

— Что там на другом берегу, — спросила я, указывая вытянутой рукой туда, куда когда-то смотрел Эдвард, — Там ведь нет людей, это наши земли.

— Почему ты спрашиваешь? — удивился Норфолк. Я резко обернулась к нему и остановилась от пристального взгляда принца. Как и раньше, мне показалось, что он прикасается к моему лицу своими руками, но он стоял слишком далеко от меня, и это было просто невозможно, но ощущение было таким реальным, что я невольно шагнула навстречу Норфолку. Его взгляд изменился. Он словно решился на то, о чем так сосредоточено думал всю дорогу. Его руки легли на мою талию, привлекая к себе. Длинные пальцы приподняли мое лицо за подбородок и наши взгляды встретились. Мое сердце неожиданно замерло. Я почувствовала словно то, что мы сейчас делаем — это правильно. Мысли об Эдварде отступили на задний план, но так не должно было быть, подумала я, только желания оттолкнуть принца не ощутила, как и неприязни.

— Я схожу с ума, — подумала я, — Если бы я не знала, что меня невозможно околдовать, я бы подумала, что Северин сделал это со мной. Но объяснения моему поведению просто не было… Он ведь даже не нравиться мне, или я ошибаюсь и что-то изменилось? Но могло ли это произойти за несколько дней? Это же смешно?

Губы Северина оказались так близко, что почти прикасались к моим, но он не поцеловал меня. Он словно боялся спугнуть меня этим неосторожным касанием. Я закрыла глаза и расслабилась. Я понимала, чувствовала, что сейчас он меня поцелует и тут же поймала себя на мысли, что совсем не против. От касания его пальцев к моей коже по спине пробежал слабый электрический заряд. И тут я услышала чей-то громкий крик. Принц тот час отстранился, сохранив между нами расстояние, допустимое приличиями. Я ощутила странное разочарование, понимая, что продолжения не последует.

— Хозяин! — раздалось в ночи. Северин отпустил меня, и я отошла к машине.

— Его еще не хватало? — пробормотал принц недовольно.

Когда из темноты выскочил Келли, Северин бросился к нему.

— Милорд, — сбившимся голосом проговорил дворецкий.

— Что произошло? — Северин склонился к слуге.

— Его Сиятельство, — выдохнул тот, — Мистер Барратт ранен…Пока вы отсутствовали в дом залезли грабители…

— Вот черт, — выругался Норфолк и кивнул мне, чтобы забиралась в машину. Я запрыгнула на заднее сидение вместе с Ричардом. Корзина с Мартой упала с сидения, я подхватила ее, водрузив на место, под обиженное шипение своего питомца. Северин съехал с дороги и поехал напрямик через парк.

Когда мы остановились у дома, принц первым выскочил из машины, устремившись к дверям.

— Что с Генри? — спросила я Келли, когда мы, выбравшись из салона авто, поспешили следом за Норфолком.

— Я не знаю, — признался дворецкий, — Но он очень плох. Я оставил его лежать в гостиной. Там было столько крови…

Мы зашли в дом. Я поспешила вслед за почти бегущим впереди Ричардом. Мы влетели в гостиную. Норфолк сидел рядом с белым, как снег Генри, грудь Барратта и ковер под ним были пропитаны кровью. Я даже почувствовала ее железный запах, витающий в воздухе. И здесь же был еще один…гнилостный, смрадный…Я подошла к Северину, тот положив руку на растерзанную грудь друга, шептал какие-то слова, прикрыв глаза.

— Здесь пахнет смертью, — произнесла я и посмотрела на Генри. В его глазах словно угасал свет. Он ничего не говорил и только смотрел на нас странным взглядом, в котором я почла ужас.

— Да, — Северин открыл глаза, — Он умирает и это моя вина, — он схватил мою руку и прижал к ране Барратта. Я увидела, как кровь тот час просочилась сквозь мои пальцы, но только сильнее прижала руку к груди раненого.

— Почему ты не сказал мне, что все настолько серьезно, — крикнул на дворецкого принц и перевел взгляд на белого, как мел друга.

Я сейчас буду, потерпи мой друг, — сказал Северин, глядя Генри в глаза и внезапно исчез.

Я смотрела в глаза Барратта и с ужасом видела, как уходит из них жизнь. Они быстро тускнели. Мужчина едва дышал…или уже не дышал? Боже, мне показалось, что он умер!

Северин вернулся спустя какие-то пол минуты с деревянным ларчиком в руках. Присев около Барратта, Норфолк откинул крышку и достал какой-то прозрачный камень, светло-зеленого оттенка с детский кулак величиной. Я замерла, глядя на кристалл. Странное желание прикоснуться к прозрачному камню на секунду вытиснило из моего сознания все остальные мысли, и я уже потянулась пальцами к кристаллу, как услышала голос принца.

— Убери руку, — резко сказал Северин и я послушно отодвинулась в сторону, стряхнув оцепенение, а Норфолк поднес кристалл к Генри. Яркий свет озарил гостиную. Я отшатнулась, прикрывая лицо руками. На какой-то момент, прежде чем спрятать лицо в руках, мне показалось, что я увидела метнувшийся в сторону силуэт в черном. Затем глубоко вздохнула и опустила руки. Камень больше не светился. Запаха смерти рассеялся, как дым, словно его и не было. Я повернулась к Генри. На его груди вместо глубокой рваной раны тянулся уродливый шрам. Северин положил кристалл обратно в ларец и перенес друга в кресло. Заметив, что на меня никто не обращает никакого внимания и все взоры прикованы к Генри, я быстро извлекла из кармана свой сотовый и сфотографировала кристалл, проделав это настолько ловко, что никто этого не увидел. Сердце бешено колотилось в груди. Мелькнула мысли, что случилось бы, обернись Северин на меня…Но внимание присутствующих в данный момент было сосредоточено на мужчине, лежавшем на кресла в окровавленных одеждах. И, слава богу, что не было обычно щелчка затвора, всегда сопровождавшего процесс, так как я предварительно отключила звук, словно предчувствовала это. Вошел Келли с кружкой горячего чая. Поставил его на столик перед Барраттом. Генри открыл глаза. Безумным взглядом обвел зал, не задерживаясь на лицах.

— Выпей, — устало сказал Северин, — Тебе сейчас просто необходимо живое тепло… — он оглянулся на меня. Я стояла молча, не зная, что сказать. Мои мысли сейчас роились вокруг этого злополучного камня, что сейчас лежал на дне ларца. Я бросила осторожный взгляд на место, где секунду назад стоял маленький тайник принца — ларец исчез. Я мысленно похвалила себя за то, что успела запечатлеть этот камень, правда, не совсем еще понимая, как и зачем мне сможет пригодиться это фото.

— Что произошло? — спросил Северин и сел рядом с другом. Генри с трудом приподнялся, принимая в кресле более удобное положение.

— Это не Коллум, — сказал он тихо и продолжил, — Они искали кристалл. Это не простые воры, из тех, кого нанимал ранее король. Опасные, сильные маги. Тот, что ударил меня проклятьем смерти — боевой маг первой степени, понимаешь! И я его не знаю. Значит, он не зарегистрирован. Наемник!

— Тихо, — Северин покосился на меня, — Ты пугаешь мою гостью.

Я робко и как-то неуверенно улыбнулась.

— Потом договорим, — сказал принц Генри, — А пока я отвезу леди Кейлин домой. Ее отец уже, наверное, волнуется.

Генри бросил на меня мимолетный взгляд и отвернулся к камину. Северин подошел ко мне.

— Прошу прощения за такой неприятный инцидент, — сказал он, едва мы вышли из дома.

— Инцидент? — возмутилась я, — Мистер Барратт чуть не умер на моих глазах!

— Тихо, — спокойно проговорил принц, — Я надеюсь, все произошедшее в моем доме останется между нами? — он пристально посмотрел мне в глаза. Прежней нежности как не бывало. Я кивнула.

— Вот и хорошо, — он открыл передо мной дверцу машины. Я медленно села на переднее сидение. Он захлопнул дверцу.

— Извини, если был груб, — сказал он, присев рядом, — Я, наверное, все испортил?

— Уже поздно, — ответила я, — Давайте потом поговорим. Отец ждет меня, я и так уже порядком опоздала, — я отвернулась к боковому окну, сохраняя прежнюю невозмутимость, хотя мое сердце бешено стучало в груди. Я видела кристалл, подумала я, но никак не могла сосредоточиться на мыслях о нем, потому что другие мысли, более настойчиво лезли в мою голову. Сама того не желая, я думала о сидящем рядом мужчине…и меня пугало то, что я осознала сегодня ночью — Северин Норфолк начинал мне нравится.

— Ты идиот! — прошипел Коллум, когда они с Морганом материализовались в маленькой уютной гостиной королевского охотничьего домика, — Зачем ты убил Барратта?

Тень потер ушибленную скулу и оскалился:

— Так вы знакомы с тем красавчиком? — произнес он.

— Мы были в доме Норфолка чтобы отыскать кристалл, а не убивать его случайных гостей.

Морган упал на диван, закинув ноги в сапогах на подушки, и равнодушным взглядом посмотрел на гнома.

— Послушай, коротышка, этот твой, так называемый гость, едва не поймал нас на месте. Так что ты должен быть мне благодарен, что я прикрыл твой толстый зад и дал тебе дополнительное время для поисков этого чертового камня, которое ты, кстати, просрал со своим надуманным благородством.

Коллум молча сжал зубы и вышел из гостиной, тяжело топая сапогами и мысленно проклиная короля за то, что навязал ему этого ненормального в помощники. Все это время Морган только мешал ему выполнять то, что приказал Амадеус. Как мог понять простой убийца, коим оказался Тень, что необходимо было искать в доме принца.

Коллум вышел из дома и сел на ступенях. Подперев голову руками, гном посмотрел в холодное осеннее небо и думал о том, стоила ли его свобода того, во что он ввязался. Коллум прекрасно понимал, что добейся он успеха в том, что приказал ему исполнить Амадеус, его вместо желаемой награды ждет виселица или еще что похуже. Гном поморщился, вспоминая черные воды мертвого озера. У него неприятно засосало под ложечкой. А ведь он сегодня почти нашел то место, где Северин прячет кристалл. Еще бы несколько минут и…

— Чертов король, — пробурчал Коллум и, закатив рукава на своей рубашке, взглянул на браслеты, украшавшие запястья. Пока они на нем, он вынужден подчинятся королю, в противном случае его ждала смерть. Эти смертоносные украшения мог снять только тот, кто надел их на тебя…или они могли разомкнуться сами…в случае смерти того, на ком надеты.

— Надо что-то предпринять, — произнес вслух гном и, поднявшись на ноги, вернулся обратно в дом.

Глава 9

Когда мы подъехали к дому, Северин выбрался из автомобиля первым, услужливо распахнул передо мной дверцу и подал руку, помогая выбраться из салона. Я помнила прикосновение его пальцев, слишком нежное и бережное. Мне показалось, что он задержал мою руку в своей немного дольше, чем положено. Я посмотрела ему в глаза, явно читая в них, что он силится что-то мне сказать, но в итоге так и не решился это сделать.

— Я надеюсь, с мистером Барраттом все будет в порядке? — спросила я, осторожно высвобождая руку из его мягкого плена.

— Думаю, к утру он будет в полном порядке, — ответил Северин.

— Если позволите, я заеду, справится о его здоровье, — продолжала я официальным тоном.

— Буду рад видеть вас, миледи, — принц коротко кивнул. Я взглянула через его плечо на распахнувшиеся двери своего дома. Ко мне с зонтом в руках спешил Руперт. Странно, подумала я, почему я не заметила, как начался дождь?

Норфолк передал дворецкому корзину с Мартой и, бросив на меня прощальный взгляд сел в машину и уехал.

— Леди Кейлин, — сказал Руперт. Я вздрогнула, поймав себя на том, что смотрю вслед удаляющемуся автомобилю, — Идемте в дом, ваш отец все еще ждет вас у себя.

— Конечно, — кивнула я.

Оказавшись в доме, я первым делом выпустила Марту. Кошка выбралась из корзинки, поглядывая на меня с явным неудовольствием. Я погладила мягкую шерстку.

— Прости, Марта, если поездка вышла немного некомфортной, — сказала я кошке, пока Руперт относил мою верхнюю одежду, — Это пока побудет твоим новым домом.

Марта направилась к лестнице и стала обнюхивать перила. Вернулся Руперт. Остановился рядом, вопросительно глядя на меня.

— Руперт, принесите, пожалуйста, чай в кабинет отца и на сегодня можете быть свободны, — сказала я. Дворецкий поклонился и ушел. Я поднялась к отцу. Дверь в его кабинет была приоткрыта. В проем лился мягкий свет. Я вошла внутрь и увидела отца, сидящего за столом. Он разбирал какие-то бумаги, но услышав мои шаги, оторвался от своего занятия и поднял голову.

— Что-то поздновато возвращаешься, — сказал он и, сложив бумаги, сунул их в верхний выдвижной ящик. Я села напротив, буквально утонув в мягкой обивке кресла.

— Я видела кристалл, — сказала я, глядя прямо в глаза отцу. Маркус в удивлении изогнул брови, но вопросов не задавал, ожидая, что я расскажу все сама. Про фото я почему-то решила умолчать.

— Пока мы с Норфолком отсутствовали, в его доме побывали грабители, — рассказала я, — Гостивший там некий Генри Барратт, друг принца, попытался воспрепятствовать им и его пытались убить, а точнее почти убили. Если бы не Северин, думаю, он был бы мертв, — я вопросительно взглянула на лицо Маркуса, — Это ведь было подстроено? Вы использовали меня, чтобы выманить Норфолка из дома…

Коборн отрицательно покачал головой.

— Нет, — сказал он твердо, — Я не учувствовал в этом. Если Его Величество и приказал своим людям обшарить дом брата в его отсутствии, то меня он об этом не предупредил.

Я вздохнула:

— Папа, я же не дура и прекрасно понимаю, что случай с машиной и на охоте кем-то подстроены. А теперь еще и это нападение на Генри…

Скрипнула открывающаяся дверь. Возникший на пороге Руперт вошел в кабинет и поставил на стол чашки и чайник. Поклонившись, бесшумно удалился. Я налила себе чаю, быстро опрокинув горячую жидкость в рот, обжигая горло. Резко поставила опустевшую чашку на стол.

— Я устала сегодня, — сказала я, — Пойду приму душ и спать.

Уже у дверей меня остановил голос отца.

— А как прошло свидание?

— Замечательно, ответила я.

Я думаю, тебе стоит побывать во дворце и дать отчет Его Величеству о том, что ты уже узнала, — проговорил отец.

Хорошо, — не оглядываясь, бросила я и, пожелав отцу спокойной ночи, прикрыла за собой двери. Если бы отец только знал, настолько сильно мне не хотелось ехать во дворец. Я уже сильно жалела о том, что согласилась на эту авантюру и узнала Северина. Моя размеренная жизнь, привычный уклад пошатнулись. И даже брак с Эдвардом, воспринимаемый мной ранее, как нечто правильное и само собой разумеющееся, теперь уже не казался мне таким.

Я заснула только под утро, почти всю ночь, проворочавшись под одеялом, то и дело вспоминая этот проклятый кристалл, который на какие-то несколько мгновений оказался слишком близко и в то же время недостижимо. Если бы я только смогла достать его тогда, все бы закончилось. В моей душе снова воцарился покой, я вернулась бы к прежней жизни. Эдвард, работа, отец…

Спустившись по лестнице, Генри Барратт направился в обеденный зал. Он застал за столом Северина. Его Высочество пил кофе, читая какую-то статью в свежем номере утренней газеты, доставленной услужливым Келли. Верный Бучь лежал у ног хозяина и дремал, положив голову на сложенные передние лапы. В воздухе витал запах свежего кофе и ароматной выпечки. В стороне от принца стоял навытяжку слуга. Завидев вошедшего Генри, слуга поспешил к нему.

— Доброе утро, сэр, — поприветствовал он его. Генри кивнул в ответ, усаживаясь напротив Северина. Хозяин дома оторвался от чтения и взглянул на друга.

— Что вам налить, кофе, чай? — продолжал слуга.

— Кофе, — коротко бросил Генри. Он все еще чувствовал себя слабым, после того, как вчера потерял слишком много крови. Норфолк некоторое время рассматривал Барратта, затем спросил:

— Сильная слабость?

— Да, — признался Генри, — Голова кружится. Чувствую себя неважно. Этот чертов воришка чуть не прикончил меня. Не подоспей ты вовремя, даже представить себе не хочу, что произошло бы.

— Ты бы умер, — усмехнулся Северин.

— Звучит так обнадеживающе, — пошутил Барратт и взял в руки чашку с кофе, наполненную слугой. Он сделал глоток, и на его лице расплылась довольная улыбка.

— Ладно, давай поговорим о чем-нибудь хорошем, — сказал он, — Мне сейчас, как никогда, нужны положительный эмоции.

— И что ты хочешь услышать от меня? Анекдот? — Северин снова углубился в чтение.

— Как что? — удивился Барратт, — Я хочу, чтобы ты рассказал мне о том, как прошло вчерашнее свидание с нашей милой леди Кейлин.

— Более-менее, — ответил Норфолк.

Генри удивленно посмотрел на друга.

— И это все? — произнес он, — Мне казалось, тебе прямо не терпелось вчера увидеться со своей прекрасной леди, или она за один вечер успела тебя разочаровать? С ней что-то не так?

— С ней все в порядке, — Северин бросил сложенную газету на стол, — Просто я не собираюсь тешить тебя рассказами о своей личной жизни. И кстати, вчера она видела кристалл!

Генри замер.

— И что?

— И ничего, — Северин пожал плечами, — Я не заметил ничего особенного, обычный интерес, человека, увидевшего нечто новое. Это кстати, из-за тебя мне пришлось раскрыть камень.

— Я дико извиняюсь, — Барратт развел руками, — А все-таки подробности свидания мне сегодня будут известны?

Норфолк нахмурился.

— Даже так? — Генри допил кофе.

— Кстати, она сегодня собиралась приехать, проведать тебя, — добавил принц, поднимаясь из-за стола.

— Что ж, буду рад, — Барратт проследил взглядом за Норфолком. Принц свистнул собаку и, легко кивнув другу, вышел из зала, отправившись на прогулку. Генри подозвал слугу. Тот налил ему еще кофе. Мужчина встал и направился к окну. Через несколько минут он увидел выходящего из дома Северина. Маленький Бучь прыгал вокруг хозяина. Норфолк что-то сказал собаке и направился в сторону озера. Генри следил за ним, пока и он и собака не скрылись из виду, за густыми кустами рододендрона.

С самого утра я искала Марту, но кошка, словно сквозь землю провалилась, хотя я прекрасно помнила, что засыпая, видела, как она улеглась на моей кровати, свернувшись уютным клубочком у моих ног. А вот утром встала и ее след простыл. Я прошлась по этажам, зовя ее по имени, но она так и не появилась. Я взглянула на часы. Они показывали начало двенадцатого.

— Не волнуйтесь, миледи, — сказал Руперт, подавая мне пальто, — Проголодается, придет. Дом большой, мало ли куда она могла спрятаться, все-таки для нее здесь все в новь.

— Да, вы правы, — кивнула я и добавила, — Если найдется, проследите, чтобы ее накормили.

— Конечно, леди Кейлин, — он с поклоном распахнул передо мной двери, и я вышла в морозный воздух первого декабрьского дня. Сбежав вниз по ступенькам, я направилась через парк в сторону имения Норфолка, решив сегодня пройтись пешком и подышать свежим воздухом, тем более, что моя машина все еще находилась в состоянии ремонта. Ей дорого обошлось купание в черных водах Мертвого озера. Отец сначала настаивал, чтобы купить мне новую, но Северин заверил его, что его мастер сможет восстановить моего бедного жука, на том и порешили. Я стала терпеливо ждать восстановления своей машины.

Шагая по усыпанной ржавой листвой траве, я вспоминала вчерашний вечер, предшествовавший происшествию с Генри. Я не могла не признать, что наше свидание с Северином мне понравилось, но самое интересное заключалось в том, что я наконец-то призналась себе, что он мне начал нравится. И хотя это казалось мне самой невероятным, но было правдой.

Я приподняла руку, прикоснувшись пальцами к губам. Интересно, что я почувствовала бы, если б он меня все же поцеловал? Даже от таких мыслей сердце пустилось вскачь.

— Ты должна думать только о том, как достать кристалл, — напомнила я мысленно себе, — И не забывать о том, что скоро состоится твоя свадьба с Эдвардом. Ты ведь его любишь…, - я запнулась, — Или нет?

Столько лет мы с Эдвардом были рядом. Я всегда воспринимала его как нечто само собой разумеющееся в моей жизни, но даже когда говорила ему, что люблю, было ли это правдой?

Я снова пошла вперед. Мысли роем вились в моей голове.

Северин, кто он для меня? Я знаю его от силы несколько дней и уже стала сомневаться в своих чувствах к Эдварду. Значит им грош цена, значит, их просто не было.

Я прошла рощу и оказалась на широкой поляне, за которой начинались владения Норфолка. Я даже разглядела возвышающийся вдалеке королевский дом. Величественное здание. Насколько я знала, его построили в тот же период, когда создавался Фолк. Серое небо оттеняло очертания дома темным силуэтом, отчего он сейчас казался мне не менее мрачным, чем его ровесник. Я остановилась. Отчего-то мое решение проведать Генри показалось мне глупым и каким-то спонтанным. Я больше не хотела идти туда. Стоило только отправить записку со слугой… Я покачала головой. Нет, так не годится, сказала себе. Генри тебе нравится, и вчера его едва не убили. В том, что это дело рук короля я не сомневалась ни на секунду. Я все больше убеждалась в том, что Его Величество ведет какую-то свою игру. Если бы я только знала истинную причину, по которой он так стремится заполучить этот чертов кристалл.

С неба пошел мелкий дождь. Я хмуро посмотрела на косматые облака, тянущиеся от самого горизонта, темные, зловещие, предвещающие сильный ливень и поспешила к дому, надеясь, что успею, до того, как разразится ненастье. Холодный ветер толкал меня в спину, словно подгоняя. Я почти бежала, поскальзываясь на мокрой желтой траве, прибитой ночным дождем.

Открывший передо мной двери Келли едва приподнял брови, выражая, таким образом, свое удивление моему внешнему виду. Я и без него прекрасно понимала, что наверняка выгляжу сейчас не самым лучшим образом, растрепавшиеся от бега длинные волосы, покрытые бисером дождя, промокшее пальто… Я встряхнула мокрыми волосами и, скинув верхнюю одежду, протянула её дворецкому.

— Просушите, пожалуйста, — сказала я и спросила, — Вы не могли бы передать мистеру Барратту, что пришла леди Коборн. Я надеюсь, он в состоянии принимать посетителей?

— Да, он уже оправился, — услышав голос владельца дома, я взглянула на ступени. Северин стоял, глядя мне в глаза. Я замерла, силясь улыбнутся. Но отчего-то перед глазами все время была та картина, где мы с ним почти поцеловались под дождем. Не знаю, что произошло в этот момент, но я словно по-другому посмотрела на мужчину, стоявшего напротив. Да. Он был некрасив, но я уже не замечала этого. Что-то изменилось в моем отношении к нему и это ЧТО-ТО одновременно пугало и радовало меня.

— Питер в гостиной, — сказал Северин и спустился ко мне. Его взгляд окинул меня с ног до головы. Улыбка коснулась глаз. Краем глаза я заметила, как дворецкий покинул холл.

— Кажется, мне стоит поторопить Диггинса с ремонтом вашей машины, — сказал Норфолк.

Я, промолчав, проскользнула мимо Норфолка и направилась в гостиную, почти ощущая спиной, как он следует за мной.

Я нашла Генри сидящим у камина. Он был слегка бледен, но завидев меня встал, радостно улыбаясь. Я машинально пригладила мокрые волосы.

— Леди Кейлин, — сказал он, легко поклонившись, затем покосился на стоявшего за моей спиной Северина.

— Может, выпьете с нами чаю? — предложил хозяин дома, — Я вижу, вы немного промокли…

— С удовольствием, — ответила я и подошла к Барратту, — Как в себя чувствуете? — спросила я, присаживаясь в кресло. Генри сел рядом.

— Вполне сносно, миледи, — сказал он.

Я пробежалась глазами по его бледному лицу.

— Как прошло вчера ваше свидание? — неожиданно спросил Барратт, — Мне очень интересно. Я пытался с утра расспросить нашего дорогого принца, а он ни в какую. Молчит.

За спиной раздался звон чашек. Я обернулась. Невысокая служанка в белоснежном чепчике и переднике, расставляла на столике у окна чашки. Северин смотрел в окно, скрестив на груди руки.

— Идемте, выпьем чаю, — сказал, вставая Генри и посмотрел на друга, — Норфолк, вы к нам присоединитесь, или так и будете стоять, созерцая пейзаж за окном.

Северин подозвал служанку, уже собиравшуюся уходить.

— Хлоя, будь любезна, принеси нашей гостье теплый плед. Она немного промокла, и я бы не хотел, чтобы из-за меня, миледи Коборн слегла с простудой.

Служанка согласно поклонилась и вышла.

— Вы очень любезны, — сказала я, садясь за стол, напротив Генри. Барратт уже наливал мне чай.

— Молоко? Лимон? — самым любезным тоном предложил он.

— Нет, спасибо, — ответила я.

На какое-то время между нами воцарилось молчание. Оно длилось до тех пор, пока не вернулась служанка с теплым пледом в руках. Она заботливо укутала им мои ноги и снова удалилась. К моему удивлению, Северин присел рядом со мной.

— Как себя чувствует ваш отец? — задал он самый распространенный в наших кругах вопрос. Когда не знаешь, как начать разговор, спрашивай о здоровье родных или погоде.

Я уже открыла было рот, чтобы дать ответ, как в гостиную вошел Келли. Низко поклонившись, он сказал:

— Его Высочество, к вам с визитом приехала мисс Вудхаус.

Я заметила, как мужчины переглянулись. #286654244 / 30-ноя-2015 Дворецкий выжидающе посмотрел на хозяина.

— Что ж, зовите ее сюда, — наконец сказал Северин. Мне показалось, или его совсем не порадовал приезд этой особы.

Келли вернулся в холл. Спустя минуту, в гостиную вошла женщина. При виде ее мужчины тут же встали. Я с удивлением разглядывала красивую высокую блондинку в длинном платье с разрезом от бедра, выставляющем напоказ стройные ноги. Женщина привычным взглядом оглядела комнату. Ее полные чувственные губы, растянутые в улыбке, чуть дрогнули, когда она увидела меня. Всего на секунду в ее глазах мелькнула острая неприязнь, а затем она сменилась прежней дружелюбностью, но во взгляде, которым она окинула меня с ног до головы, промелькнула ирония. Наверняка, женщина заметила мой несколько растрёпанный вил и мне на мгновение стало неловко.

— Северин, — с кошачьей грацией дама скользнула к принцу, протягивая белую руку для поцелуя, — Я все ждала вас у себя, а вы никак не появлялись, вот я и набралась смелости приехать сама, — она взглянула на Генри, — И вы здесь, Барратт?! — добавила она.

Норфолк едва прикоснулся губами к ее руке. Он показался мне несколько напряженным.

— А кто эта ваша приятная молодая гостья? — спросила женщина, приближаясь ко мне, — Представьте меня ей, Норфолк, — она уселась на место, где до ее прихода сидел принц, и повернула ко мне свое лицо, обрамленное белокурыми локонами. Большие голубые глаза рассматривали меня с любопытством голодного крокодила, увидевшего забравшуюся в его логово добычу.

— Миледи Кейлин Коборн, позвольте мне представить вам мисс Элоиза Вудхаус, — произнес спокойно Северин.

— Рада знакомству, — сказала я, незаметно под столом мои руки сжались в кулаки. Непонятно откуда, появилось жгучее желание, недостойное леди, заехать этой крашеной мисс Вудхаус прямо в размалёванное личико, но вместо этого я только широко улыбнулась.

Генри, сидевший напротив, закашлялся. Я бросила на него короткий взгляд.

— Вы случайно не дочь лорда Коборна? — поинтересовалась Элоиза, после того, как мы возобновили чаепитие, и на столе с помощью Хлои появилась еще одна чашка.

— Да, — ответила я, пригубив чай.

— Достойный человек, — сказала мисс Вудхаус.

Я улыбнулась.

— Вы знакомы с моим отцом?

Женщина покачала головой.

— Нет, ну что вы. Но много наслышана.

Она сделала еще несколько попыток развязать разговор, но тот все не ладился. Северин сидел отвернувшись к окну, Генри пытался поддержать разговор, а я, глядя на все это, чувствовала себя оказавшейся в ненужное время в ненужном месте. Выждав положенные по правилам приличия, полчаса, я встала из-за стола и, извинившись, сказала, что мне уже пора уходить.

— Ах, как жаль, — вздохнула моя новая знакомая, — Что вы так быстро уходите. Но я надеюсь на скорую встречу с вами.

Как же, жаль ей, подумала я, глядя в хитрые голубые глаза, в которых откровенно читалось, вали отсюда, девочка, тебе здесь не место. Элоиза перевела взгляд на Норфолка. Мне хватило секунды, чтобы догадаться, кто она для него. Так смотрят только жены и…

— Вот черт, — едва не выругавшись вслух, я опрометью бросилась к дверям. В пустом холле никого не оказалось. Я глубоко вздохнула, стараясь унять внезапно участившееся сердцебиение, ругая себя. Ну и что тут такого, говорила я себе. Глупо было думать, что у него никого нет. Я ведь тоже не без греха. Северин не знает, что у меня есть жених, так что мы квиты, но почему же мне было так неприятно узнать о том, что у принца есть любовница? В том, что эта женщина была именно любовницей, я не сомневалась ни секунды.

— Кейлин? — я вздрогнула, увидев приближающегося лорда Норфолка, — Что с вами, — внезапно проговорил он и вмиг оказался рядом.

— А что со мной не так? — спросила я раздраженно.

— Вы так поспешно покинули нас, — Северин взял меня за руку, — Я сейчас скажу своему водителю, он отвезет вас домой. На улице сильный дождь.

Я едва сдержалась, чтобы не вырвать руку из его мягкого захвата.

— Отпустите, — тихо сказала я.

— Вы побледнели? Вам стало плохо? — спросил он участливо.

— Да отпустите же, — я все-таки выдернула пальцы из его руки. Перевели дыхание, — Распорядитесь насчет машины. Мне надо домой, а вам — вернутся к гостям, — закончила я холодно.

Он посмотрел на меня, сощурив свои темные глаза, потом сказал:

— Как вам будет угодно.

Когда пришел Диггинс, я сдержанно попрощалась с хозяином дома и почти выбежала в дождь, следом за водителем.

Северин вернувшись в гостиную, застал Генри и Элоизу за неторопливой беседой. Она что-то рассказывала ему о театре, а Барратт лишь согласно кивал на ее слова. Норфолк сел за стол и пристально посмотрел на свою нежданную гостью.

— Ну, и что ты тут делаешь, — спросил он раздраженно, — Кажется, я не раз говорил тебе, что тебе не стоит приезжать в мой дом.

Женщина расплылась в улыбке, однако в ее глазах вспыхнул гнев.

— Я совсем не хотела мешать, — произнесла она, сдержанно, — Просто я соскучилась. На днях у меня состоится премьера, и я привезла приглашения, — она достала из сумочки пригласительные билеты, больше похожие на яркие открытки. Положив их на край стола, она встала.

— Я так понимаю, что помешала важному разговору? — спросила Элоиза, глядя на Норфолка, — Что это была за женщина?

Генри удивленно посмотрел сперва на мисс Вудхаус, затем перевел взгляд на друга. Северин определенно начинал выходить из себя.

— По-моему, я представил вас, — сказал принц сухо.

— Я не ЭТО имела в виду, — отрезала молодая женщина.

Мужчина не медлил с ответом.

— Мне кажется, мы не в тех отношениях, чтобы я должен был отчитываться перед тобой, Элоиз.

— Разве? — она изогнула тонкие брови, — Я думаю иначе.

— Тогда вынужден тебя огорчить, — сказал Северин, — У меня другое мнение.

Генри окинул взглядом обоих. На миг ему показалось, что в глазах женщины мелькнула ненависть, но едва она почувствовала на себе взгляд Барратт, как выражение ее лица стало прежним, обманчиво мягким.

— Келли, — рявкнул он. Дворецкий появился несколько секунд спустя, — Проводите мисс Вудхаус до ее автомобиля, она уже покидает нас, — приказал принц и, напоследок кивнув женщине, сказал, — Спасибо за приглашения. Мы с Генри непременно будем на твоем дебюте. А теперь, прощай.

Элоиза фыркнув, проскользнула в распахнутые перед ней услужливым дворецким двери и, цокая каблуками, направилась к выходу. Келли последовал за ней.

Глава 10

Марта так и не нашлась. Прошло уже два дня, с того времени, как пропала кошка и целая вечность с того момента, как я не видела Северина Норфолка.

В тот день, ближе к вечеру, я прогуливалась по парку, оглядываясь вокруг, все еще надеясь, что увижу свою любимицу, сидящую где-нибудь под кустом, или прячущуюся в овражке за домом. Погода была ясная. Яркое синее небо было раскрашено полосами белых облаков, торопливо плывущих к югу, словно их, как и перелетных птиц манило к теплу и солнцу. Я остановилась у небольшой рощи, прислонилась спиной к опавшему клену, касаясь руками холодного дерева. Высоко в небе промелькнула черной точкой какая-то птица. Она некоторое время кружила над поляной, а затем скрылась из виду. Я вздохнула. Эдвард заезжал вчера, приглашал меня сходить с ним этим вечером в оперу. Я согласилась, хотя и не хотела этого. Но следовало немного развеяться от тех настойчивых мыслей, что мучали меня уже так долго. Я ругала себя. Что поступаю неправильно, что первым и самым важным делом для меня является найти кристалл и отдать его королю, но думать о каком-то камне я была просто не в состоянии. Мысли все время возвращались к Северину и той женщине, что я встретила в его доме. В том, что Элоиза Вудхаус любовница Норфолка я не сомневалась ни на минуту. Слишком уж по-собственнически и вызывающе она позволяла себя смотреть на него в присутствии меня, совершенно незнакомого ей человека. Вероятно, заподозрив во мне соперницу она потому так и вела себя, но все равно в ней проскальзывало что-то пошлое и грязное. Я до сих пор не могла понять, что в такой особе, как она мог найти Северин.

— Мне все равно придется вернуться в тот дом, — сказала я вслух, как вдруг мое внимание привлек едва слышный шорох, раздавшийся за спиной. Я резко обернулась и удивленно приподняла брови. Прямо передо мной стоял невысокий мужчина средних лет. Он был на голову ниже меня. Густая короткая борода и кустистые брови, круглое лицо с пронзительными умными серыми глазами…

— Леди Кейлин, — он вежливо склонился в поклоне.

— Кто вы? — спросила я. Гномы были редкостью в наших местах. Насколько я знала, этот народ предпочитал не покидать свои земли, предпочитая игнорировать людей. В больших городах они появлялись крайне редко и в основном только для того, чтобы продать свои товары и закупить продовольствие. В горной местности, где жил этот народ, земля была неприветливая и не плодородная, вследствие чего, им приходилось спускаться на равнину, чтобы обменять то, что они производили в своих многочисленных кузницах, на еду. В основном, они покупали зерно. Редко ткани и скот.

— Мое имя Коллум, миледи, — ответил гном.

— Откуда вы знаете мое имя? — спросила я.

Гном торопливо огляделся по сторонам, затем его взгляд остановился на моем лице, и он сказал:

— Я много чего знаю такого, что может заинтересовать леди, подобную вам, — я заметила, что говорил он негромко, словно опасался, что нас кто-то может услышать.

— Что вы имеете в виду? — изогнув вопросительно брови, спросила я.

— Если вы хотите узнать о кристалле, то я могу вам рассказать о том, что в самом деле представляет собой этот камень и, — он сделал паузу, — И почему король так стремится заполучить его.

Я схватилась рукой за дерево.

— Но откуда вы знаете о камне? — проговорила я.

Гном сделал шаг мне навстречу, и мы оказались настолько близко, что почти прикасались своей одеждой. Я слегка пригнула голову. Коллум шепнул мне в ухо:

— Завтра вечером, приезжайте в город, разыщите таверну «Кровавое сердце» и спросите там, у бармена, Мастера. Если хотите что-нибудь узнать, я расскажу вам, но только там. Здесь слишком опасно. И вот еще, — он отстранился и оглядел меня беглым взглядом с ног до головы, — Оденьтесь очень скромно, желательно в одежду прислуги или в крестьянскую и постарайтесь, чтобы ни одна душа не узнала об этой встрече. Я буду ждать вас там с шести до семи вечера. Если решите не приходить, я пойму, но больше встреч с вами искать не стану.

Гном проворно отпрыгнул в сторону и вскинул вверх руки. Вокруг него закружился прозрачный смерч.

— Я буду ждать вас, — произнес он и исчез, оставив после себя ворох опадающих листьев.

Я несколько секунд смотрела на то место, где мгновение назад стоял гном. Затем в голове словно вспышка, раздался голос Генри, раненого, лежащего на ковре в луже собственной крови.

— Это не Коллум, — сказал он тогда Северину. Значит, они знали этого гнома. Я медленно повернулась и торопливым шагом пошла в сторону своего дома. Что это могла означать? Кто такой этот гном. И что он может в действительности знать о кристалле?

Желание разобраться во всей этой странной истории овладевало мной все сильнее. Шагая по спутанной траве, я думала о том, стоит ли мне завтра ехать в город и искать таверну? Стоит ли вообще разговаривать с этим Мастером и не будет ли это ловушкой. Король что-то замышляет и, зная его я могу только догадываться, что добра его замысел не несет. Но при всем при этом, здравый смысл говорил мне, что не стоит ввязываться в то, что может быть опасно, но, черт побери, подумала я, мне очень хочется все узнать. Любопытство может погубить меня, но кто знает, возможно, оно же меня и спасет?

Я вернулась в дом и буквально взлетела вверх по лестнице, едва не столкнувшись на ступенях с горничной, спускающейся вниз с ворохом грязного постельного белья. Едва кивнул ей, я прошла по коридору второго этажа и оказалась перед дверью в свою спальню.

— Эдвард должен знать, кто такой этот Коллум, — подумала я. Надо сегодня расспросить его, во время поездки в оперу. А потом я решу, стоит ли мне идти на встречу с этим гномом. Или все же не стоит спрашивать у Эда?

Я прошла в гардеробную и окинула взглядом длинный ряд вечерних платьев.

До моего свидания с Эдвардом оставалось всего каких-то два с половиной часа, и я хотела выглядеть сногсшибательно.

Поправляя платье, я села в мягкое кресло ложи и взглянула на сцену. В оркестровой яме готовились музыканты. Я разглядела седовласого дирижёра в черном длинном фраке. Зал под нами гудел словно улей. Сидящий рядом Эдвард читал программку, знакомящую с исполнителями ролей.

— Я еще ни разу не слышал ее пение, но говорят, она просто бесподобна, — Эдвард протянул мне сложенный вдвое глянцевый лист. Я приняла программку, лениво скользнув взглядом по неизвестным мне именам и тут же замерла.

— Элоиза Вудхаус, — я прочитала вслух.

— Да. Я слышал, она необычайно талантлива. Редкий голос в сочетании с красотой, — Эдвард казалось, не заметил моей реакции на имя певицы, — Кстати, это ее дебют в качестве солирующей дивы.

Я замерла. Рука непроизвольно скомкала ни в чем не повинный лист. Эдвард удивленно посмотрел на мои руки, сжимающие смятую программку.

— Что-то не так? — спросил он.

Я обвела медленным взглядом ближайшие ложи. Северин должен быть здесь, подумала я, ведь это дебют его любовницы. Вряд ли он его пропустит. И я не ошиблась.

Норфолк в компании Барратта сидели в королевской ложе. Северин что-то говорил другу, а я тем временем рассматривала его лицо, надеясь, что он не заметит меня. Но он не смотрел по сторонам, по-видимому, поглощенный беседой с Генри.

— Принц? — проследив за моим взглядом, Эдвард увидел брата короля.

— Надеюсь, он не заметит меня, — проговорила я, отвернувшись к жениху.

— Ты боишься? — Грэшем взял мою руку в свою, — А я считаю, что это только на пользу твоей репутации. Ты свободная женщина и вполне можешь провести вечер в обществе поклонника, — он поднес мою руку к своим губам и запечатлел на тыльной стороне жаркий поцелуй.

— Ты прав, — согласилась я.

В зале медленно погас свет. Гомон собравшихся, постепенно стихал и тогда грянул оркестр. Я устремила свой взгляд на сцену, где среди декораций стало разыгрываться действие. В отличие от Грэшема, я никогда не была поклонницей оперы, но за все то время, что мы были вместе, мне приходилось не раз сопровождать его. Сегодняшняя «Волшебная флейта», по словам моего жениха, должна была покорить меня… Я терпеливо ждала, когда увижу мисс Элоизу Вудхаус. Судя по восторженным отзывам Грэшема и по тем обрывкам фраз, что я услышала, находясь еще в фойе театра, молодая певица обладала поистине прекрасным голосом и ей пророчили славное будущее. Не знаю, почему, но мне после этого сильно захотелось, чтобы она провалилась сегодня. Чтобы ее голос сорвался или она еще как-нибудь иначе опозорилась на глазах у всей этой знати, собравшейся в зале…а точнее, я хотела, чтобы это произошло на глазах у Норфолка.

— Да ты стерва, — сказала я себе, после сонма подобных мыслей.

Тем временем первая сцена сменилась второй, и я увидела новую приму.

Элоиза Вудхаус играла Памину, дочь царицы Ночи. Облаченная в легкие одежды, которые окружали ее стройное тело подобно легкому облачку, прозрачные и почти не скрывающие плавных форм, она появилась на сцене, подобная прекрасной фее и запела. Я с неудовольствием отметила, что голос у нее действительно дивно хорош. От первой, чистой, как кристальная вода горного родника ноты ее голоса, по моему телу пробежала дрожь. Невольно поразившись, как у такого испорченного создания может быть подобный дар, я, тем не менее, с наслаждением окунулась в звуки ее голоса, позволив себе на какое-то мгновение забыть о своей неприязни к этой женщине.

Я сидела, слушая ее, словно завороженная. Игра молодой актрисы была наполнена истинной жизнью. Я смотрела на нее и верила, что она и есть та самая прекрасная Памина, покорившая сердце принца Тамино. Когда в конце первого акта актеры бросились в объятия друг друга, я почти верила, что это правда. Когда в зале вспыхнул свет и опустился занавес, я как и прочие зрители, поймала себя на том, что яростно аплодирую молодой приме. Эдвард смотрел на меня так, словно говорил, вот видишь, как она играет. А ты была настроена так пессимистически.

— Пройдем в буфет, — сказал Эдвард и галантно подал мне руку. Я с улыбкой приняла ее и бросила быстрый взгляд на королевскую ложу. Она была пуста.

Мы вышли в просторный зал, уже заполненный толпой, обсуждавшей игру актеров. Почти все фразы крутились вокруг молодой певицы. Ее хвалили за талант и красоту. Я вздохнула, признавая правоту этих слов.

Эдвард подвёл меня к окну и только здесь выпустил пальцы из своего захвата.

— Я пойду за напитками, — произнес он, — Подожди меня здесь. Там у буфета такое столпотворение… Похоже, у всех пересохло в горле от волшебного голоса мисс Вудхаус!

Я кивнула, и мой жених направился в сторону буфета, возле которого толпились прочие мужчины. Устремив взгляд в окно, на погружающийся в ночь город, я следила за тем, как загораются витрины магазинчиков, и фонари вдоль дороги. Как вспыхивают рекламные стенды и автомобильные огни сливаются с блеском оживающей ночной жизни. Тихий голос, прозвучавший у самого моего лица, заставил меня невольно вздрогнуть.

— И как вам Памина в исполнении Элоизы? — Северин смотрел на меня так, словно мы не только что увиделись, а только и делали, что уже продолжительное время обсуждали вокальные данные его любовницы.

— Вы подкрались так незаметно, что напугали меня, — сердито сказала я и огляделась в поисках Эдварда.

— Ваш друг немного занят, — произнес принц. Я увидела, что Грэшем стоит в отдалении с двумя бокалами шампанского в руках и с явным недовольством что-то говорит Генри Барратту.

— А как вам ее исполнение? — я обратила свой взгляд на Северина, стараясь выглядеть равнодушной.

— Она как всегда прекрасна, — ответил он.

— Правда? — я сузила глаза, разглядывая его лицо, старательно пытаясь найти в нем хоть какую-то толику чувств к молодой приме, но он был слишком спокоен.

— Я в полном восторге от ее исполнения, — выпалила я, — Когда будете поздравлять мисс Вудхаус в ее гримерной, принесите ей от меня поздравления с чудесным дебютом! — Я присела в легком реверансе и поспешила в сторону Эдварда, который, избавившись от настырного Генри, определенно подосланного Норфолком, уже спешил ко мне навстречу.

— Прости, — начал было он, но стоило ему бросить взгляд мне за спину, как по красивому лицу пробежала тень негодования.

— Ты разговаривала с принцем? — спросил он.

— Да. Он сам подошел, — я почти выхватила из рук Грэшема свой бокал и залпом осушила его.

Эдварл тихо присвистнул.

— Он так тебя раздражает? — спросил мой жених шепотом, склонив ко мне свое лицо так близко, что прядь его волос коснулась кожи на моей щеке.

— Еще как, — ответила я.

Мимо нас прошел Барратт. Он приостановился рядом со мной и с поклоном поздоровавшись, направился к своему другу. Я стояла, молча глядя в глаза Эдварду и почти весомо ощущала тяжелый взгляд принца, но оглянутся не решалась. Когда прозвенел звонок, предвещавший начало второго акта, я почти бегом бросилась в нашу ложу и едва ли не упала в мягкое кресло. Эдвард сел рядом. Его рука накрыла мою.

Перед тем, как в зале погас свет, я подняла глаза и взглянула на королевскую ложу. Северин Норфолк сидел облокотившись на подлокотник дорогого кресла. Его взгляд был устремлен на меня. И от этого по моему телу словно пролился электрический ток.

Когда свет погас, я с благодарностью устремила свой взор на сцену. Стоит ли говорить о том, что опера меня больше не волновала. Я смотрела перед собой, внешне спокойная, но чувствовала себя так, словно иду по тонкому лезвию ножа. Пение прекрасной Элоизы больше не трогало моих чувств. Я мечтала только об одном, чтобы поскорее закончилась эта мука, и я смогла вернуться домой. Эдвард поглаживал пальцами мою руку, и это раздражало меня, но отстранится я не решилась.

Когда лица словно коснулась чья-то теплая рука, я едва сдержалась, чтобы не закричать. Я знала, что это был он. Не знаю, как Северин мог сделать это на таком расстоянии, но это определенно был он.

Я совсем не обращаю внимание на происходящее на сцене действо. Там кто-то зачем-то испытывает бедного принца Тамино. Все поют, потом красивая сольная партия Царицы ночи…а я ничего этого не замечаю, потому что мечтаю только об одном, чтобы все это поскорее закончилось!

Элоиза Вудхаус едва пробилась сквозь толпу поклонников. Ее руки, заполнены букетами прекрасных цветов, когда она толкая перед собой двери, в сопровождении Даниэля, своего напарника, актера, исполнившего сегодня роль принца Тамина. У него тоже заняты руки — он помогает нести подаренные молодой приме цветы. Едва ввалившись в гримерку, они сбрасывают букеты прямо на пол и устало садятся, она за свой столик, Даниэль — на софу.

— Я устала, как лошадь, — произнесла Элоиза.

Им с Даниэлем слышно, как за дверью шумят восторженные поклонники ее таланта.

— Ты была сегодня просто на высоте. Превосходна, как никогда, детка, — говорит певец.

Элоиза расслабленно откинулась на спинку стула.

— Странно, что твоего поклонника еще нет здесь, — произнес Даниэль.

— Он придет, — улыбнулась прима, — Он неприменно будет здесь и минуты на минуту. Я даже слышу его шаги, — мечтательно добавляет она.

— Выдумщица! — сказал Даниэль со смехом, но тут внешний шум стихает и в двери гримерки вежливо стучат.

— Я же говорила! — молодая женщина вскочила со стула и почти бегом направилась к двери. Она схватилась за сворки и резко распахнула их и тут же замерла. Ее улыбка стала медленно гаснуть.

— Генри? — только и смогла она произнести.

Барратт шагнул мимо нее с огромным букетом роз.

— А где Северин? — спросила Элоиза, закрыв дверь и приняв из рук Генри букет.

— Там все написано, — кивнул тот на небольшой конверт, вложенный между цветов. Элоиза поспешно схватила его и отшвырнув цветы, вскрыла, пробежала глазами по ровным строчкам. Несколько секунд и конверт полетел вслед за цветами. Лицо молодой женщины исказила маска гнева. Она топнула ногой, зло взглянув на того, кто принес ей этот злосчастный букет.

— Как он мог!? — закричала она, — Ненавижу!!!

Генри попятился к двери.

— Поздравляю с дебютом, — сказал он и выскочил из гримерки.

Элоиза заметалась по комнате. В дверь, вслед Барратту, летели расчески и вазы, букеты и предметы одежды. Она швыряла все, что только попадало ей под руку. Даниэль сжался на софе, то и дело уворачиваясь от опасных снарядов женской ярости, пролетавших над его головой.

— Это из-за той девки! — прошипела Элоиза, когда швырять в ни в чем не повинную дверь стало нечем, — Его потянуло на чистое и невинное, видите ли! — почти выплюнула она слова. В прекрасных глазах молодой женщины плескалась ярость.

— Он еще пожалеет, что бросил меня, — сказала она. Ее грудь бурно вздымалась, а полные губы изогнулись в зловещей улыбке. Она знала, как отомстить. И для этого ей нужен был ее брат.

Все города в нашей стране почти дышали средневековьем. Никаких веяний прогресса. Здесь до сих пор по ночам улицы освещались масляными фонарями, по дорогам тряслись телеги и ездили в каретах. Женщины не знали, что такое стиральная машина, да что там машина — здесь даже не было электричества, уж не говоря об интернете и мобильной связи. Точнее все это было, но только в привилегированных домах знати. Я сама не знаю, почему наш король, а до него его отец и отец его отца, запретили всякие проблески тех знаний, что были в быту у людей.

Сейчас, шагая по грязной дороге, мимо деревянных двухэтажных домишек, вдыхая ароматы ночи, смешанные с запахами навоза и сырой земли, я думала о том, почему людям нашего королевства отказано в самом простом — в знании.

Приподнимая юбки и стараясь не перепачкать их в грязи, я остановилась перед дверями в трактир «Кровавое сердце» и смотрела, как в двери вошли два мужчины в поношенной одежде. Судя по тому, что это заведение находилось на самом отшибе города, я вряд ли могла встретить здесь человека, который знал бы меня в лицо. Поэтому я смело направилась внутрь.

В большом зале пахло табаком и пряностями. Я неуверенно перешагнула через порог и огляделась. Почти все столики были заняты. В основном здесь были одни мужчины, но на меня никто совершенно не обратил внимания. Я направилась к стойке, где высокий молодой мужчина в переднике и с полотенцем, переброшенным через плечо, что-то наливал пожилому господину в старом пиджаке, наверное, какому-то рабочему, пришедшему отдохнуть от тяжелого трудового дня и пропустить стаканчик с друзьями. Когда мужчина отошел, я обратилась к бармену с вопросом, где я могу найти своего знакомого, по прозвищу — Мастер. Молодой человек поднял на меня глаза, оглядел быстрым хватким взглядом и затем кивнул в глубь зала.

— Мастер ждет тебя за последним столиком, у окна, — сказал он.

Я с благодарностью улыбнулась ему и сунула в руку серебряную монетку, которая моментально перекочевала в карман бармена. Мне улыбнулись в ответ, и я невольно отметила, что в этот раз улыбка молодого мужчины была намного более доброжелательна. Криво усмехнувшись, я пошла в указанном направлении, пытаясь лавировать мимо столиков с подвыпившими мужиками. Кто-то попытался перехватить меня на пути, но я ловко увернулась от крепких рук и рванулась вперед, пока не увидела сидящего за самым последним столиком у окна, как и говорил мне бармен, гнома. Он глотнул пива и посмотрел прямо на меня, словно знал, что я именно сейчас появлюсь перед ним. Я скользнула за стол, бросив взгляд через плечо.

— Честно говоря, я не думал, что вы настолько любопытны, что все-таки решитесь прийти в эту часть города, — сказал гном.

— Значит, вы во мне ошиблись, — ответила я, поправляя белый чепчик, скрывающий мои длинные волосы, скрученные в тугой пучок.

— У меня не так много времени, — сказал Коллум, — Поэтому давайте сразу приступим к делу. Я обещал рассказать вам о кристалле, из-за которого вы, в принципе и оказались здесь. Право же, местечко, совсем не подходящее леди, подобной вам, — он улыбнулся, — Кстати, хочу сказать, что наш с вами разговор никто из присутствующих не услышит. Я позаботился о безопасности и поставил защитный купол, который начал действовать, едва вы присоединились ко мне за столом, присев на скамью.

— Умно, — произнесла я, — Итак, мастер Коллум, что вы можете мне рассказать? Я вся во внимании.

Гном залпом осушил глиняную чашку и с глухим ударом поставил ее на стол.

— Извините, леди Коборн, — сказал он, — Я совсем забыл о правилах хорошего тона. Я даже не предложил вам чего-нибудь выпить!

Я покачала головой.

— Сомневаюсь, что здесь подают что-то приличное, — ответила я.

— Не знаю, не знаю! — гном взял в руки кружку и принялся вертеть ее в своих пальцах, — Пиво, как по мне, так вполне приличное!

— Все равно, спасибо, но нет.

— Хорошо, — гном достал из кармана длинную трубку и маленький мешочек с табаком и стал набивать ее. Я наблюдала за его пальцами, мысленно думая совсем о другом. К тому времени, как Коллум закончил набивать трубку и, раскурив ее, отправил кольцо дыма в воздух, я уже решила, что напрасно пришла сюда в этой драной одежке, скрываясь, как какая-то бродяжка. Коллум внимательно посмотрел на меня. Его взгляд словно изучал, но не с тем интересом, с каким обычно смотрит на женщину мужчина, нет, его интересовала моя личность, мой характер. Я не отвела глаз, встретившись с ним взглядом.

— Я знаю, что король нанял вас, чтобы вы выкрали кристалл у Северина Норфолка, — сказал он, спустя несколько долгих минут молчания. Я изогнула левую бровь с немым вопросом.

— Откуда я знаю об этом? — сказал он в ответ на мой немой вопрос, — Истина проста — я тоже работаю на короля, только у нас с вами разные цели. Я хочу получить свободу, а вы — признание и королевские милости, не так ли?

Я невольно согласилась с гномом. Отрицать очевидное было глупо.

— Я несколько дней следил за вами, миледи, — продолжил Коллум и снова задымил трубкой, — За вами и принцем. Вы уже видели кристалл?

— Да, — произнесла я.

— В действии? — спросил он, — Ведь именно при помощи этого камня принц спас своего друга?

Я нахмурилась.

— Откуда вы знаете об этом? — проговорила я и предположила, — Если только это не вы сами чуть не отправили на тот свет Флетчера.

— Нет, это был не я, — он покачал головой, — У короля хватает прихвостней и шпионов и кроме нас с вами и кстати, вы невнимательны, миледи. Я же уже сказал вам, я за вами только следил, хотя не могу не признать, проделка с лошадью, моих рук дело.

— А машина? Кто ее испортил? — поинтересовалась я.

— Тот же, кто и пытался убить Флетчера, — ответил Коллум, — Я не до такой степени предан королю, чтобы ради него идти на подобные вещи.

— Зачем королю нужен этот кристалл? — спросила я.

— Как вы знаете, в мире магии почти не существует запретов. Сильный маг может почти все, но даже для универсалов существуют несколько ограничений.

— Я знаю, — кивнул я перечислила, — Мы не можем оживлять мертвых, не можем создавать золото и другие драгоценные металл и не может воздействовать на время суток и на изменения погоды.

— Вы перечислили основные, — кивнул Коллум, — А вспомните, пожалуйста, в тот день, в ту минуту, когда вы оказались рядом с умирающим мужчиной, что вы почувствовали в тот миг, когда его душа покинула тело?

Я от удивления округлила глаза.

— Что?

— Вот вам и ответ! — Коллум втянул в легкие очередную порцию дыма. Я опустила глаза, вспоминая в точности, что произошло в тот день, и поняла, что не видела, был ли жив Питер после того, как Северин сменил меня у его изголовья. Неужели такое возможно? Он оживил мертвого! Значит, мне тогда не показалось, значит, я была права!!!

— Камень может оживить человека, но с условием, что с момента смерти прошло не более трех пяти минут. Это как реанимация. Дальше он просто бесполезен, потому что из человека может получиться простой зомби. Поверьте, с этим кристаллом Амадеус станет самым сильным магом в королевстве, — Коллум перегнулся ко мне через стол, — Как вы считаете, что произойдет в этом случае?

Я отшатнулась.

— Когда-то давно, отец нашего короля решил передать свой кристалл своему старшему сыну, как наследнику в надежде, что будущий король пойдет по его стопам и использует этот камень так же, как использовали его предки — подавляя свой народ. Почему, как вы думаете, леди Кейлин, у нас уже на протяжении двух веков не меняется власть и на престоле сидит один и тот же род?

— Кристалл? — сказала я.

— Да, — он кивнул, — Я не знаю, что задумал младший Норфолк, но могу сказать лишь одно — если камень попадет в руки Амадеуса, ничего хорошего из этого не выйдет.

Я положила руки на стол. Мысли путались в голове, сменяя одна другую. Странные, непонятные мысли…

— Почему же вы тогда служите королю, если считаете, что он не достойный правитель, — спросила я.

Коллум с усмешкой закатал рукава и показал свои запястья, перехваченные браслетами. Я недоуменно подняла глаза от его рук к лицу.

— Он пообещал мне свободу в обмен на мою помощь. Этими магическими побрякушками он подчиняет меня своей воле и сдерживает мои силы. Я не могу ослушаться его приказа, мне не позволят эти… — он с раздражением встряхнул руками. Браслеты слабо звякнули.

— Вы маг? — догадалась я, вспомнив, что среди народа гномов, волшебники рождались крайне редко и те были слишком слабы, чтобы претендовать на звание мага. Уровень — подобный моему.

— Да. Я маг, но я не простой маг, я универсал, такой же, как наш общий знакомый, принц Северин. Поэтому королю и понадобились мои услуги.

Я оторопело смотрела на Мастера. Гном — маг универсал, быть такого не может, подумала я. Ведь считалось, что универсал единственный в своем роде, а тут еще один, да к тому же гном!

— Есть еще кое-что связанное с камнем, — продолжил Коллум, — Даже не знаю, стоит ли верить, но есть старая легенда, касающаяся кристалла. Вряд ли вы ее слышали, миледи…

Внезапно Коллум замер. Я заметила, как его взгляд переместился куда-то за мою спину. То, что он увидел та, заставило его нахмуриться. Гном схватил меня за руку и зашептал:

— Я должен исчезнуть! — услышала я, — Уходите из этого места, только будьте осторожны! И поищите легенду в королевской библиотеке, — он отпустил мою руку и прямо на моих глазах стал исчезать, — Вы сами все поймете.

Его тело словно стало прозрачным, истощаясь до легкого тумана, и за мгновение мастер Коллум пропал, словно его тут и не было, оставив меня сидеть одну за столом, глупо хлопая глазами. С исчезновением моего собеседника, рассыпался и купол, сдерживавший не только наш с ним разговор, но и звуки извне. Меня словно окатило волной из громкого смеха и многочисленных голосов. Я невольно поморщилась и, встав из-за стола, медленно повернулась назад, словно надеясь, что замечу того, кто заставил гнома так поспешно ретироваться из таверны. Но за моей спиной никого не оказалось.

Я стала пробираться мимо столиков к выходу, мысленно молясь, чтобы никому из осоловевших от спиртного мужчин, не пришло в голову пристать к бедно одетой крестьянке, протискивавшейся к дверям. К моему удивлению, мне это удалось. Уже оказавшись на улице, я расслаблено повела плечами, словно сбрасывая с себя напряжение. Вдохнув полной грудью холодный воздух, приправленный запахами города, я зашагала по пустынной улице к тому месту, где оставила лошадь. Только теперь я запоздало поняла, что поступила опрометчиво, оставив свою кобылку в пустующем сарае. И мне очень повезет, если к моему возвращению, она все еще будет ждать меня там.

Глава 11

Стараясь ступать как можно осторожнее, я спешила в сторону хлева, где меня уже наверняка заждалась моя лошадь. Эта часть города, где я сейчас находилась, называлась не иначе как Трущобы. Вокруг меня вздымались темные стены домов. В редких окнах которых горел бледный свет. Грязь под ногами противно чавкала и, отлетая от подошв, падала на подол длинного крестьянского платья. Я натянула на голову капюшон, то и дело, оглядываясь по сторонам. Мне показалось, что на улицах было слишком тихо, подозрительно тихо. На секунду я замерла и прислушалась. Откуда-то позади меня раздались шаги и тут же стихли. Я оглянулась, но в царящей темноте ничего не увидела. Страх захлестнул мое сознание, и я едва сдержалась, чтобы тут же не побежать вперед, но остановила свой порыв, сказав самой себе — если меня преследуют, и я побегу, то это послужит преследователю сигналом для решительных действий. В тот момент, я жалела, что не обладаю хотя бы долей той силы, что была у моей матери и есть у отца.

Я возобновила шаг, но при всем этом теперь была более осторожна и постоянно прислушивалась, не следует ли кто за мной.

Достигнув маленького заброшенного хлева, я остановилась и перевела с облегчением дыхание. Отперев покосившуюся дверь, я вывела заждавшуюся лошадь под уздцы и, поправив седло, хотела было взобраться на нее верхом, как услышала в темноте шорох гравия и чей-то вежливый кашель. Резко обернувшись, я разглядела черный силуэт, стоявший у стены ближайшего дома. На короткую секунду в руках человека вспыхнула зажигалка — он прикурил сигару и медленным шагом направился ко мне.

— С кем имею честь… — начала было я, но мужчина рассмеялся низким грудным смехом.

— Что рассказал тебе гном, — спросил он прямо, без приветствий и прочих обхождений.

— Гном? Какой гном? — я сделала удивленное лицо и добавила, — Простите, господин, но я спешу домой к родителям и никаких гномов не знаю. Не будете ли вы так любезны…

Я не видела его лица, но остро почувствовала недобрую улыбку, исказившую его черты. Высокий, худой, как жердь, он склонился ко мне. Дыхание, наполненное ароматом мяты и табачного дыма, коснулось моего лица. Я отшатнулась.

— Кто ты такая? — спросил он и поднял руку к моему лицу. Из раскрытой ладони вспыхнул огонь, осветив наши лица.

— Маг, — с ужасом подумала я, разглядывая худое лицо с прищуренными пронзительными глазами.

— Ты симпатичная, — протянул он и взял мое лицо за подбородок. Огонь коснулся моей кожи, но совершенно не обжег, обтекая лицо по контуру.

— Знаешь, что я люблю делать с симпатичными мордашками, на вроде твоей? — спросил человек, и с силой сжал мой подбородок. Я дернула головой и освободилась.

— Расскажи мне, что тебе рассказал гном, когда вы встретились с ним несколько минут назад в трактире? И не вздумай врать!

Я сделала испуганные глаза, хотя, если признаться, мне и вправду было страшно.

— Господин, вы, наверное, меня с кем-то путаете?! — пробормотала я, пока мой мозг лихорадочно искал путь к отступлению. Мужчина затянулся сигарой и мрачно посмотрел на меня.

— Ты совсем не похожа на крестьянку, — произнес он и, отбросив сигару в сторону, одним движением сорвал с моей головы капюшон, вместе с чепчиком. Мои волосы, заплетенные в косу, змеей скользнули по плечам. Тут его взгляд изменился. По тонким губам скользнула усмешка. Я отшатнулась и бросилась бежать. Но не сделала и нескольких шагов, как какая-то сила подняла меня в воздух и швырнула назад, прямо под ноги магу.

— Не стоило убегать от меня, — склонившись надо мной, мужчина намотал на руку мою косу и изо всей силы дернул ее, заставляя меня, вскрикнув от боли, подняться на ноги. Я ухватилась за его руку, пытаясь отцепить безжалостные пальцы от моих волос, но тщетно.

Мужчина затащил меня в темный хлев и швырнул на солому. Затем вскинул в стороны руки, и хлев осветился яркой вспышкой. Огромный огненный шар завис под потолком, осветив пустое помещение и пол, усыпанный сухой травой. Маг шагнул в мою сторону. Я стала отползать назад, пока не уперлась спиной в стену.

— Боишься? — спросил он, — Правильно делаешь…

Судорожно сглотнув, я закрыла глаза. Я прекрасно понимала, что, даже если я и расскажу ему все, о чем мы беседовали с Коллумом, живой он меня не отпустит. Но тут произошло то, чего я не ожидала. За спиной мага мелькнула черная тень, и рядом со мной появился гном. Вид у него был крайне недовольный, закрыв меня своим телом, он смотрел прямо в глаза магу.

— Ты что тут делаешь? — спросил тот недовольно.

— Пытаюсь остановить тебя, — Коллум примирительно поднял вверх руки, — Если ты хочешь знать, о чем я разговаривал с этой девушкой, стоило спросить прямо у меня.

— И ты бы мне ответил? — на губах мага застыла саркастическая усмешка.

— Ты не тронешь ее, — Коллум повернулся ко мне и протянув руку, помог подняться на ноги.

— И что мне помешает? — спросил его собеседник, — Твои силы сдерживают эти обручи, — он кивнул на обнажившиеся запястья гнома, — Я сильнее тебя.

— Возможно, — согласился Коллум, — Только, Морган, отвечать за ее смерть ты будешь перед самим королем!

На лице мужчины проступило удивление.

— То есть?

Коллум показал на меня рукой.

— Позволь представить тебе, Кейлин Коборн, дочь Первого Министра при дворе нашего обожаемого Амадеуса Норфолка, а также его агент. Она работает над поиском кристалла, как и мы. И тот разговор, что проходил в трактире, касается нашего общего дела. Сам понимаешь, я не мог допустить, чтобы те, кто находился там рядом с нами могли подслушать столь конфиденциальную информацию.

Морган оторопело посмотрел на меня, но надо отдать ему должное, опомнился он довольно быстро.

— Вот черт, — только и произнес он, и тут же шагнув ко мне, склонился в насмешливом поклоне, — Примите мои извинения, леди Кейлин. Я право не знал…

Мое сердце все еще не могло никак успокоиться, от пережитого ужаса. Мгновение назад, я думала, что буду мертва. Внезапно меня разобрала страшна злость на склоненного предо мной человека. Желание заехать ему кулаком в челюсть свело мои пальцы приятной судорогой, но я с сожалением сдержалась, отметив, что в последнее время становлюсь крайне кровожадна и это было не первое мое побуждение к насилию.

— Извинения приняты, — сухо ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. Коллум взял меня за локоть и повел за собой к выходу из хлева. Моя лошадь все еще стояла под деревом, испуганно переставляя ноги. Завидев меня, она тихо заржала. Гном подвёл меня к ней и помог забраться в седло.

— Будьте аккуратны верхом, — шепнул он мне на прощание, явно Коллум был в курсе того, что я отвратительно езжу верхом.

Я с благодарностью посмотрела ему в глаза, но ничего сказать не смогла, потому что за спиной гнома тенью возник мой недавний преследователь. Морган кивнул мне на прощание, я, проигнорировав его, отвернулась и, ударив по бокам лошади пятками, пустила ее легкой рысью, исчезая во тьме.

Только подъехав к границам своих владений, я смогла окончательно успокоиться. Спрыгнув с лошади, взяла ее под уздцы, и мы вместе медленно побрели в сторону дома. Я разглядела горящий в окнах свет, и на душе стало намного спокойнее. Подведя лошадь к конюшне, увидела заждавшегося меня грума. Он выбежал мне навстречу с фонарем в руках и с поклоном взял переданные из рук в руки уздцы. Я мягко похлопала лошадь по крупу и направилась к дому. Двери открыл Руперт. Он едва взглянул на меня, ничем, даже единым мускулом на лице не выдав удивления от моего неблагоприятного вида и сообщил:

— Вас уже с полчаса в гостиной дожидается Его Высочество принц Норфолк.

Я поблагодарила дворецкого, мысленно удивленно спросив саму себя, что могло привести Северина Норфолка в мой дом в такое позднее время, затем хотела было подняться к себе наверх и привести себя в надлежащий вид, как услышала шаги за спиной. Еще не обернувшись, я уже твердо была убеждена в том, кого увижу.

— Миледи! — в его голосе ни капли удивления, — Вы прелестно выглядите! — я расслышала насмешку или он просто попытался пошутить? Резко обернувшись, встретилась взглядом с Северином. Он оглядел меня с ног до головы, на секунду его глаза задержались на грязном подоле старого серого платья и растрепавшихся от скачки волосах.

— Прелестно? — переспросила я и с улыбкой прокрутилась у него перед лицом, откровенно демонстрируя видавшее лучшие времена платье, — Тогда думаю, мне не стоит переодеваться, если мой внешний вид вас совершенно не шокирует.

— Вы прекрасны даже в самом простом платье, — он едва склонился передо мной, но его глаза все так же следили за моей реакцией. Возможно, он ожидал увидеть гнев или раздражение, но я не собиралась вестись на его подколки. Подобрав платье, я гордо вздернула вверх подбородок и шагнула в гостиную, мимо Норфолка. Он вежливо посторонился, давая мне пройти.

— Вы приехали один? — я с удивлением обвела взглядом пустую комнату.

— Увы. Генри покинул меня. Дела, сами понимаете. Его длительный отпуск подошел к концу, и он был вынужден, вернутся во дворец, но он передал вам через меня свои наилучшие пожелания и был немало опечален, что не сможет их передать лично.

— Спасибо, — я села на диван, не стесняясь перепачканного платья, и с вызовом взглянула на принца, взглядом приглашая его присесть рядом.

— Чем обязана вашему посещению в столь поздний час? — спросила я, — Или вы приехали к моему отцу? Но тогда могу вас огорчить — он сегодня задерживается во дворце и будет нескоро.

Северин пристально смотрел на меня и долгое время просто молчал, не отрывая от моего раскрасневшегося от быстрой езды, лица своего напряженного взгляда, затем, наконец, заговорил:

— Я прошу вас извинить меня за то, что сейчас осмелюсь вас спросить.

Я склонила голову на бок, глядя на принца слегка прищурив глаза.

— Спрашивайте, — согласилась я, и устало добавила, — Возможно, я и отвечу.

Северин скрестил руки на груди.

— Вчера я видел вас в обществе молодого наследника лорда Грэшема…

— Эдвард? — я кивнула, — Да, он пригласил меня в театр, послушать оперу.

— Он что-то значит для вас? — внезапный вопрос, сорвавшийся с трудом с губ Норфолка, застал меня врасплох. Я поперхнулась собственными словами, которыми собиралась упрекнуть принца в отсутствии такта, как такового и вместо этого уставилась ему в лицо с искренним удивлением.

— Почему вы спрашиваете?

Северин продолжал сверлить меня взглядом.

— А вы не догадываетесь? — спросил он.

Я покачала головой, но это была ложь. Конечно, я понимала, к чему он клонит, но намерено не отвечала, желая услышать это из его слов.

Северин внезапно отошел к окну. Несколько секунд молча разглядывал темноту за окном, потом резко повернулся ко мне, отчего полы его длинного черного пиджака разлетелись в стороны, словно огромные крылья. Я увидела, как он сосредоточенно подбирает слова и наконец, он заговорил:

— Я спросил это не из пустого любопытства, — он силился придать своему голосу прежнюю уверенность. Северин выглядел непривычно нерешительным. Я была немало заинтригована, увидев его впервые в таком состоянии. Человек, который был всегда спокоен и равнодушен ко всему, внезапно передо мной проявил свою скрытую сущность. В его глазах плескался огонь и это не были отблески пламени камина. Этот огонь шел из его сердца.

— Так что для вас значит Эдвард? — произнес он.

— Мы с Эдвардом дружим с самого раннего детства, — сказала я, — Наши отцы вместе служат короне, но, сколько я себя помню, Грэшемы всегда были вхожи в наш дом и нас с этой семьей связывает не только работа.

Норфолк покачал головой.

— Я не это имел ввиду, — сказал он уже спокойно, — Я хотел, чтобы вы ответили мне, нет ли между вами и лордом Грэшемом романтических отношений?

Я вскинула брови.

— А, вы об этом? — проговорила я, — Но вам то какое дело? Я же не спрашиваю, какие отношения связывают вас с прекрасной мисс Вудхаус, милорд, ведь это и так понятно.

Поднявшись, я поправила платье, хотя еще хуже эта груда тряпья, надетая на мне, выглядеть уже не могла и даже легкая примятость ее не портила. С твердым намерением покинуть гостиную, я сделала несколько шагов в направлении дверей, как Северин перехватил меня. Твердая рука уверенно легла на мою талию. Норфолк привлек меня к себе. К своему удивлению, я даже не попыталась сопротивляться такому самовольному захвату и только запрокинула голову, чтобы видеть его лицо.

— Меня ничего больше не связывает с мисс Вудхаус, я порвал с ней все связи, — сказал Норфолк, — Признаю, у нас с Элоизой были определённые отношения, но это не важно. Она никогда ничего не значила для меня…

Я широко улыбнулась.

— Право, Ваше Высочество, — проговорила я мягко, — Я не нуждаюсь в ваших объяснениях. Вы не обязаны отчитываться передо мной.

— Да. Это так, — кивнул принц, — Но я хотел, чтобы вы знали об этом. Вы же прекрасно понимаете, что я уже давно не мальчик и в романтические глупости играть не намерен. Я не умею ухаживать, говорить красивые слова и изображать из себя того, кем не являюсь. Вы… — он сделал паузу, и поправил сам себя, — Ты нравишься мне Кейлин и скрывать это я не намерен. Я всегда честно говорил о том, что чувствую и не привык лгать и утаивать что-то… Но и в ответ хочу взаимности. Если у меня нет ни малейшего шанса быть с тобой, скажи мне это сейчас, и я больше никогда не потревожу тебя своим присутствием.

Я уперлась ему в грудь своими кулачками и отстранилась. Не знаю, почему, но мое сердце болезненно сжалось от его слов и тут же радостно трепыхнулось. Вроде бы то, чего я добивалась, наконец-то произошло, только почему я сейчас боюсь солгать ему? Или я боюсь того, что мой ответ не окажется ложью? Правду всегда говорить труднее всего, я этом я давно убедилась.

— Кейлин? — произнес он. Я отвернулась, опустив глаза. Что мне стоило сейчас сделать? Что сказать? Я не знала, мысленно ругая себя за слабость, за то, что не сумела совладать с собственными чувствами. Разве я думала, соглашаясь помочь Амадеусу, что мне понравится его надменный и совсем не привлекательный брат.

Пока я размышляла, Северин очевидно сделал свой вывод, потому что, поклонившись мне, он быстрыми шагами направился к дверям. Я вздрогнула, когда он прошел мимо и, вскинув глаза, посмотрела ему вслед. Еще минута промедления, внезапно поняла я, и он действительно навсегда исчезнет из моей жизни. Но хочу ли я, чтобы это произошло, подумала я и внезапно поняла, что не хочу. В груди волной поднялась паника. Я еще не понимала, чем она вызвана. Мне стало страшно, словно с уходом Северина, я могу что-то потерять. Что-то неизменно важное для меня. И как оказалось, это совсем не было связано со злополучным кристаллом.

— Северин, — крикнула я и рванулась следом за ним. Я нагнала его у входных дверей. Они стояли рядом с дворецким. Руперт с поклоном протягивал Норфолку его шляпу и пальто.

— Северин, — повторила я, остановившись рядом. Он повернул ко мне свое лицо. Глаза смотрели с нетерпением, но я видела, что они в любой момент смогут вновь обратиться в лед. Он ждал, что я скажу. Дворецкий внимательно взглянул сначала на Норфолка, затем на меня и медленно попятился к боковой двери, ведущей на кухню, оставив нас наедине.

— Почему ты молчишь? — спросил он.

— Не знаю, как сказать, — откровенно призналась я и опустила глаза, — Мне кажется, вы меня неправильно поняли. Никогда не стоит делать поспешных выводов…, - сердце пропустило удар. Я сама не понимала, лгу ли я сейчас принцу, или обманываю сама себя?

Между нами возникло неловкое молчание. Я еще никогда не пребывала в подобном замешательстве, когда на губах вертятся слова, но ты не можешь себя заставить произнести их. Северин тоже молчал. Вероятно, он ждал от меня каких-то действий, а я буквально заставляла себя стоять на месте, а не рванутся прочь из прихожей, подальше от его настойчивого пытливого взгляда и в то же время хотела остаться рядом, разрываясь от противоречивых чувств, овладевших мной. Норфолк первым устал играть в молчанку. Он сделал шаг мне навстречу, тот незначительный шаг, который отделял нас друг от друга и привлек меня к себе. Прикосновение его пальцев пробудило в моем теле странные отголоски, словно по коже прошлись легким перышком, вызывая приятную щекотку. Его губы накрыли мои. Я подалась ему навстречу, чувствуя, как все тело словно тает от прикосновения его пальцев. Я никогда не испытывала подобного в объятиях Эдварда. Мои руки как-то сами собой поднялись вверх и обхватили Северина за шею, а тело, жившее в этот момент своей жизнью, как-то слишком бесстыдно прижалось к принцу. Сердце забилось так гулко, что на какую-то долю секунды мне показалось, что его стук раздается по всему дому, словно бой старых напольных часов, стоявших в маленькой башне восточного крыла.

Чей-то вежливый кашель заставил меня распахнуть глаза. Я резко отстранилась от Норфолка. Взгляд упал на стоящего в дверях отца. Брови Маркуса застыли дугами над широко распахнутыми глазами. Он явно был удивлен увиденным.

— Кейлин?! — в его голосе чувствовался вопрос. То, чему он был невольным свидетелем, оказалось для него, наверное, невозможным. Я выдавила улыбку, сдерживая сбившееся дыхание, и покосилась на стоявшего рядом принца.

— Я, наверное, чего-то не понимаю? — отец перевел глаза с меня на Северина, — Ваше Высочество, извольте объясниться!

Я рванулась было к отцу, но Северин перехватил меня и удержал рядом. Отец окинул мое платье непонимающим взглядом, но промолчал.

— Вполне, — ответил он, глядя прямо в глаза Маркусу Коборну, — Возможно, нам стоит сейчас переговорить где-нибудь в уединенном месте.

Отец кивнул.

— Хорошо, — сказал он, и с усилием отвернувшись от нас с принцем, взглядом стал искать дворецкого. Руперт появился через секунду после произошедшего. Тенью скользнув к хозяину, он помог лорду Коборну снять тяжелое пальто и забрал из рук трость.

— Пройдемте в мой кабинет, — произнес Маркус, обращаясь к Северину.

Я почувствовала, как рука, сжимавшая мое запястье, разжалась, и я оказалась свободна. Норфолк последовал за Коборном, а я осталась стоять у дверей, глядя им вслед и размышляла о том, что они намерены обсуждать в кабинете отца.

— Миледи?! — голос Руперта вывел меня из состояния оцепенения. Я вздрогнула и повернулась к дворецкому.

— Вам нездоровится? — спросил он, — Что-то вы побледнели? Может заварить травяной чай?

Я покачала головой и поднялась по лестнице на верхний этаж. Оказавшись в своей спальне, я села на постель, поджав под себя ноги. Прядь волос, выбившаяся из косы, скользнула шелком по щеке, я поспешно заправила ее за ухо. Мои мысли были заняты только одним, я спрашивала саму себя, что такого могли делать в кабинете отец и принц Норфолк. Но одна уверенность все-таки была, то, что они сейчас там обсуждались, напрямую касалось меня.

Я откинулась на подушки. Медленно поднесла пальцы к губам, которые еще помнили прикосновение Норфолка. Уголки рта растянулись в глуповатой улыбке. Что-что, а целоваться Его Высочество умеет, подумала я.

Как бы не было мне сейчас любопытно, но суть разговора я смогу узнать только утром от отца. Сейчас стоило смирить свое воображение и принять перед сном душ, чтобы как-то отвлечься от наполненного событиями дня. Сперва Коллум, затем этот наемник Морган, затем Северин и, в конце концов — отец. Я чувствовала себя уставшей.

На сегодня хватит с меня впечатлений, решила я, и поспешила в ванную комнату.

Глава 12

Моим мечтам об отдыхе не суждено было сбыться. Едва я услышала, как от парадного входа отъехала машина Норфолка, как отец прислал за мной слугу и мне пришлось одеть халат и поспешить в его кабинет. Я не успела войти и присесть в уютное кресло, напротив отцовского письменного стола, как Маркус удивил меня, передав кратко состоявшийся разговор с принцем.

— Он что?! — я едва не сорвалась на крик, после рассказанного мне отцом.

— Да, — спокойно ответил Маркус, — И меня это не удивляет. Амадеус оказался прав.

— Но не настолько же! — я вскочила с кресла и сделала круг по периметру комнаты, чувствуя себя словно дикий зверь, заключенный в клетку. Я просто отказывалась поверить в то, что сказал мне только что отец. Мысли сбились в кучу и не хотели складываться во что-то более осмысленное.

— Повтори еще раз, — пробормотала я, остановившись напротив отца, сидящего за своим письменным столом, — Мне кажется, я плохо тебя расслышала.

— Напротив, — он качнул головой, вглядываясь в выражение моего лица. Его явно забавляла сложившаяся ситуация, — Ты поняла все верно.

— Нет, — заупрямилась я, упершись руками в гладкую отполированную деревянную поверхность, — Повтори еще!

— Вчера, когда я спросил Его Высочество принца Норфолка о том, что произошло на моих глазах и почему он целовал тебя, мою дочь, он ответил, что действовал под влиянием чувств и, раз я в курсе ваших отношений, то он не считает правильным скрывать все и дальше и официально просит у меня позволения встречаться с тобой!

— Сумасшедший, — проговорила я сдавленным голосом, — Он определенно тронулся умом, если решил, что я дам согласие. Эти наши несколько встреч ничего не означают!

Мои колени подогнулись, и я осела в кресло. Быть такого не могло, подумала я. Подняв глаза, встретилась взглядом с отцом. Тот, изогнув брови, выразительно смотрел на меня, будто хотел что-то прочитать на моем лице.

— Я не мог ему отказать, сама понимаешь, — вздохнул Маркус, — Это не тот человек, которому я могу ответить отказом, но я сказал, что в первую очередь он должен спросить у тебя.

— То есть, ты свалил все на меня? — воскликнула я возмущенно.

— Почти, — ответил Маркус, а затем как-то тихо добавил, — Но мне почему-то показалось, что ты не будешь против. Иначе, ты не целовалась бы с ним с таким упоением в холле. Мне даже стало неловко при виде этой сцены. И как же теперь Эдвард? Он забыт?

Я почувствовала, как мои щеки заливает краска.

— Я сделала это только ради кристалла, — буркнула я, но, кажется, отец не расслышал моих слов или просто сделал вид, что не слышит.

— Значит, Эдвард получит отставку? — произнес Коборн, — Не думал, конечно, что дойдет до этого…

— Да что ты такое говоришь сейчас! — возмутилась я, — Я едва знаю принца, а с Эдвардом мы дружны с самого раннего детства.

— Вот видишь, — утвердительно проговорил отец, — Ты сама только что сказала, что с Эдвардом вы дружны. И ни слова о том, что ты его любишь.

Я опустила глаза.

— Нет, честно говоря, я никак не ожидал такого поворота событий, — согласился Маркус, — Но если тебе нравится Северин, то не думаю, что на пути к вашему браку могут возникнуть препятствия. Даже Король, скорее всего, одобрит его выбор. Ты знатная дама, дочь министра, и лучшей партии принцу, да, впрочем, и тебе, не найти. А с Эдвардом и его отцом я уж как-нибудь разберусь. За это можешь не переживать.

Я встала с кресла.

— Какой брак? О чем ты только говоришь? Он только попросил у тебя разрешения встречаться со мной! Послушай, себя, отец! И не смей решать за меня, — сказала я жестко, — Ни ты, никто иной. К тому же еще неизвестно, как закончится эта история с кражей. Если Северин узнает, — я вздрогнула от этой мысли. По спине пробежал неприятный холодок, и я невольно поежилась.

Маркус примирительно поднял вверх руки.

— Я и не собирался ничего за тебя решать, — ответил он, улыбаясь.

— Вот и замечательно, — бросила я.

Маркус отвел взгляд.

— Мне надо побыть одной, — сказала я и почти бегом выскочила из отцовского кабинета, забыв закрыть за собой двери. Лишь оказавшись в своей комнате, и забравшись с ногами на кровать, я обхватила руками колени, силясь успокоится. Меньше всего на свете я могла себе представить, что все обернется таким образом. Нет, я, конечно, видела его заинтересованность, но не думала, что это серьезно с его стороны. Вот так, взять и предать Эдварда, всего за месяц до брака, пусть мы и отложили его на время, но он все же был уверен, что скоро поведет меня к алтарю, как свою невесту. Могла ли я предать его надежды…

В окно ударился маленький камешек. Я вздрогнула и подняла голову. Звук повторился вновь. Тогда я встала и подошла к окну, распахнула его и выглянула наружу.

— Леди Кейлин, — прозвучал из темноты знакомый голос.

— Коллум? Вы? — удивилась я.

— Нам надо поговорить, миледи, — сказал гном, выходя в квадрат света, отбрасываемого лампой из моей комнаты.

— Поднимайтесь, — сказала я.

Коллум через несколько секунд оказался в моей комнате.

— Простите гвгбве за столь поздний визит и таким необычным способом, — вежливо проговорил гном, — но иначе я никак не смог бы попасть в ваш дом. Все эти охранные заклинания…На устранение их мне потребовалось бы время! Да и давно я так вот не забирался в окно к прекрасной даме!

Его шутка сейчас показалась мне неуместной. Я все еще обдумывала произошедшее с принцем.

— Что привело вас сюда? — я жестом пригласила Коллума присесть на стул, сама же вернулась на кровать, по привычке подтянув под себя ноги.

— Человек, с которым вы имели несчастье познакомится вчера вечером, — начал гном, — Он очень опасен.

— Я уже поняла это, — сказала я, — И поверьте, искренне благодарна вам за своевременное вмешательство.

— Остерегайтесь его, — гном многозначительно посмотрел на меня, а затем произнес, — Камень ни в коем случае не должен попасть в руки короля.

Я замерла. Почему-то я и сама придерживалась этой же версии. Вряд ли Амадеус мог сделать что-то хорошее с помощью кристалла, думалось мне еще до того, как это сказал Коллум.

— Что он замышляет? — спросила я.

Гном пожал плечами.

— Я не знаю, — ответил он, — Я могу только догадываться об истинной цели, которую преследует король.

— А своими догадками вы не желаете поделится, раз уж мы оказались волей случая в одной упряжке? — спросила я.

— Пока — нет, — последовал ответ.

Чуть помедлив, гном сказал:

— Было бы прекрасно, если бы вы, Кейлин, смогли достать для меня изображение кристалла. Я понимаю, что это сделать очень тяжело, но у меня возникла идея, подменить камень и именно подделку и отдать королю.

Я усмехнулась и потянулась к мобильному, лежавшему на прикроватном столике, под светильником. Подумала о том, что фото все же пригодилось.

— У меня есть изображение кристалла, — сказала я, глядя на то, как вытягивается от удивления лицо гнома. Я включила телефон и открыла папку с фотографиями. Пролистав пару снимков, я нашла тот, что искала и протянула его Коллуму. Гном принял из моих рук телефон, пристально всмотрелся в изображение.

— Вы можете мне его отдать? — поинтересовался он.

— Да, — сказала я.

— Как и главное, когда вам удалось сделать этот снимок? — спросил он.

— Какая разница, — я только пожала в ответ плечами.

— И правда, — пробормотал Коллум, — У меня есть мастер, он сделает идеальную копию. Мы накачаем камень силой, чтобы Амадеус ничего не заподозрил…

— Я надеюсь, это поможет вам, — проговорила я.

— Да, — он кивнул, — Спасибо вам, миледи. Но камень все же необходимо найти и спрятать так, чтобы король никогда не смог отыскать его.

Я поерзала на кровати, сменив положение.

— А если рассказать обо всем Северину? — предложила я.

Гном покачал головой.

— Я не могу. Я дал клятву королю, — он показал мне обручи на своих запястьях и добавил, — Если я расскажу все принцу, эти браслеты убьют меня, а это совсем не входит в мои планы.

— Но вы же рассказываете сейчас все мне? — удивилась я.

— Это другое дело, вы ведь тоже, как и я, в сговоре с Амадеусом, а значит, я не выдал тайны посторонним.

— Кажется, я поняла, — вздохнув, сказала я, а про себя подумала о том, что сама ничем не связана с Амадеусом и вполне могу рассказать обо всем принцу, но тут же одернула себя, сообразив, что таким образом между нами все будет кончено. Северин поймет, что я затеяла всю эту игру с целью добыть камень, что он тогда подумает обо мне?

Я хмыкнула. Разве меня должно волновать, что обо мне подумает этот человек?

Коллум подбросил телефон в руке, привлекая мое внимание. На его губах застыла довольная улыбка.

— Еще раз спасибо, — он направился к окну, — Думаю, мы скоро увидимся с вами, миледи и еще раз прошу вас, остерегайтесь Моргана…

— Я уже это поняла, — сказала я, глядя, как гном выпрыгнул в окно. Слабое заклинание и он с пружинил в темноту, приземлившись на ноги, мягко, словно кошка и тут же растворился в воздухе, словно его и не было вовсе. Я закрыла окно и, задернув шторы, вернулась на кровать.

Элоиза сидела у камина, блестящими глазами глядя на расположившегося в кресле напротив Моргана. Она заметила, что за последнее время, что они не виделись, он сильно изменился. Похудел. В глазах странный блеск. Брат смотрел на нее задумчивым взглядом и улыбался так, словно она сказала что-то невообразимо глупое и вдобавок ко всему, смешное.

— Вот уж никогда бы не подумал, что у моей сестрицы есть сердце! — наконец сказал Морган, и его улыбка стала еще более ехидной.

— А почему ты решил, что я не умею любить? — спросила молодая женщина, подозрительно и с явным неудовольствием глядя на сидящего напротив мужчину.

Морган засмеялся.

— Только не ты, — произнес он сквозь смех, — Неужели ты думаешь, я забыл, как когда-то давно ты оставила меня в приюте, пока сама развлекалась со своим богатым покровителем, или как ты там его называла? — Морган резко перестал улыбаться. Его губы поджались, превратившись в одну тонкую линию, — А ведь ты обещала матери, что никогда не бросишь меня.

Элоиза потянулась за бокалом, наполненным шампанским, стоящим у маленького передвижного столика и пожала плечами.

— Я не хочу обсуждать дела минувших дней, — произнесла она, — Кажется, ведь ты сам попросил меня о помощи. Я прекрасно знаю Норфолка и сделаю все, чтобы ты достал то, что тебе так необходимо.

— Но ведь ты сначала отказалась, — Морган склонился к пламени и алые отблески оттенили половину его лица, превратив его загадочным образом в уродливую маску.

— Да, — согласилась Элоиза, — Но теперь все изменилось.

— Да?

— Не буду скрывать, — она сделала глоток пенистого напитка, — У Северина появилась женщина и мне это, знаешь ли, очень не по душе. Я уже привыкла к его обществу. Он достаточно богат, чтобы потакать моим капризам и вполне устраивает меня в постели, поэтому я вовсе не собираюсь отдавать его первой встречной девчонке, которая кичится своим благородным происхождением и смотрит на других с высоты своего положения.

Морган с пониманием усмехнулся.

— Я даже знаю, о ком идет речь, — произнес он.

Элоиза вскинула на него свои большие глаза, не скрывая мелькнувший в них интерес.

— Мисс Коборн, не так ли? — в голосе Моргана звучало самодовольство.

— Именно она. Ты знаком с ней? — поинтересовалась женщина.

— Я вчера чуть не прикончил ее, — ответил брат, — Знал бы, что эта девчонка тебе так сильно докучает, я бы постарался сильнее.

Элоиза выпрямилась в кресле, отставив в сторону почти пустой бокал.

— А это уже интересно. Зачем ты хотел ее убить?

— Да так, — Морган следил за реакцией сестры, — Сперва я думал, что она шпионит на твоего ненаглядного принца, но как оказалось, я ошибся. Девица в одной упряжке со мной. Она работает на короля, так что…

Заметив, как сверкнули глаза Элоизы при этих словах, Морган невольно замолчал. Молодая женщина медленно встала.

— Вот спасибо тебе, — сказала она, обращаясь к брату, но глядя мимо него, — Ты подбросил мне прекрасную идею. Значит девчонка Коборн шпионит за Северином! Как я только раньше не догадалась. Разве могла такая, как она заинтересоваться принцем без причины, — Элоиза улыбалась, мысленно уже составляя план своей мести, — Ну, дорогой братец, ты мне сегодня действительно удружил. Впервые за столько лет!

— Всегда рад помочь, — сказал Морган, а про себя добавил, — Даже если не знаю, чем именно.

Коллум неловко опустился на землю, пошатнувшись, не удержал равновесия и таки приземлился на пятую точку, больно ударившись об острые камни, устилавшие тропинку. Поднявшись на ноги, гном с тоской потер ушибленное место и огляделся. Увиденным он был вполне доволен. Тропинка, на которую он перенесся прямо от особняка Коборнов, петляя среди голых скал, поднималась куда-то вверх и исчезала за первым же поворотом, укрытая огромным валуном с дом величиной. И вокруг на единого дерева, лишь пожухлая трава, торчащая жидкими пучками из расселин.

— Давненько я не бывал здесь, — произнес гном вслух и, вздохнув, направился по тропинке, уверенно шагая вверх и рассматривая знакомые места.

Подъем оказался довольно крутым, но дыхание Мастера не сбилось. Он шел вперед, равномерным шагом не делая остановок для отдыха, пока не достиг места, где высокие скалы образовывали подобие каменной арки, вслед за которой начинались горы, высокие вершины последних сверкали на солнце шапкой белоснежного снега.

Коллум миновал арку и вошел в темную пещеру. Немного постоял в темноте, пока зрение не перестроилось, и лишь потом смог рассмотреть длинный коридор в самом конце пещеры.

— Здесь ничего не изменилось, — подумал гном, — Даже вход на прежнем месте, — он пересек пещеру и нырнул в узкий зев черного бездонного коридора.

Он долго шел, касаясь рукой влажной каменной стены, которая внезапно напомнила ему о том времени, проведенном в тюремной камере замка Фолк. По спине пробежала неприятная дрожь, и Коллум поежился, прогоняя неприятные воспоминания, когда услышал чьи-то шаги. Он резко остановился, вглядываясь в темноту перед собой. Шаги приближались и их шум раздавался совсем близко от того места, где стоял неподвижный Мастер. Казалось, еще секунда и тот, кто шел ему навстречу, станет виден, но Коллум лицезрел лишь темноту перед собой. А затем услышал тихий мужской голос.

— Кто такой? И как посмел нарушить границы священного города? — Коллум не помнил этого голоса, из чего сделал вывод, что говоривший ему незнаком. Очевидно, это был кто-то из новеньких. Старожилы ведь сразу бы признали своего короля. Тут Коллум поправил себя — бывшего короля.

— Я пришел к Гавину, — сказал Мастер.

— У меня не было сведений об ожидаемых гостях, — возразил призрачный собеседник.

— А он и не ждет меня, — просто ответил Коллум.

— Тогда я доложу о твоем приходе, — Мастер услышал, как рядом скрипнули чьи-то сапоги. Невидимка стоял в шаге от него. Коллуму стоило лишь протянуть руку и он знал, что прикоснулся бы к этому стражу, но он не стал этого делать.

— Как о тебе заявить? — спросил голос.

— Скажи старому Гавину, что к нему в гости пришел его друг Коллум, — сказал гном, — Этого, думаю, будет достаточно.

— Хорошо, — ответил страж, — оставайся на месте, путник, я скоро вернусь с ответом. Только помни, что без разрешения не имеешь права следовать вперед. Наказание за это последует незамедлительно.

— Я в курсе, — кивнул Коллум и его невидимый собеседник пошел прочь, оставив его одного в темноте сырого коридора.

Коллум прислонился спиной к холодной каменной стене. Замер, слушая, как стихают шаги призрачного стража. Когда все звуки вокруг замерли, он закрыл глаза и перевел дыхание. Он знал, что еще немного, и он снова, спустя столько лет, увидит своего брата.

Глава 13

Я еще за завтраком заметила, как сильно нервничает отец. Он не обсуждал со мной, как обычно делал это с утра, поддерживая разговор, тему о том, как и с кем я проведу сегодняшний вечер, ни словом не обмолвился о прочитанном в газете, которую, впрочем, отложил в сторону слишком быстро и это на него было не похоже. Пока мы ели, Маркус просто молчал, развернув перед собой свежий газетный выпуск, но я отчетливо видела застывшие глаза и понимала, что он закрылся от моего любопытства таким вот образом. Допив утренний кофе, я так и не рискнула вытянуть его на разговор, заранее догадываясь, что это будет бесполезно. Я встала из-за стола, подошла к отцу и чмокнув его в щеку, пожелала успехов на работе, а сама поспешила прочь из особняка, накинув на плечи длинный плащ.

Несмотря на то, что утро было на удивление ясное и солнечное, холодный ветер всячески портил все надежды на прекрасную погоду. Я застегнулась до самого горла и спустилась по ступеням вниз, как раз к тому моменту, когда в ворота поместья въехала машина Эдварда. Он остановил напротив ступеней и выскочил из авто, чтобы распахнуть передо мной дверь. Джентльмен до мозга костей, подумала я, улыбнулась в ответ на его улыбку и села в салон. Он захлопнул за мной дверь и через секунду уже сидел рядом.

— Привет, — произнес Эдвард, — Я скучал.

— Я тоже, — ответила я.

— Куда поедем сегодня?

— Мне надо во дворец, — сказала я обреченно, — Отец сказал, что запишет меня на аудиенцию к королю. Я должна рассказать ему обо всем, что произошло за последние дни и о том, что видела кристалл.

Эдвард ничего не возразил и спустя некоторое время мы уже ехали, направляясь в сторону королевской резиденции.

Мимо мелькали деревья. Я устало смотрела в окно и молчала. К моему удивлению, Эдвард кажется, тоже не горел желанием поддерживать беседу, поэтому к воротам дворца мы подъехали в тишине и молчании. Эдвард остановил машину у главного входа, и я увидела, как к нам спешит лакей. Он торопливо открыл передо мной дверцу авто, склонился в поклоне. Я выбралась наружу, под порывистый ветер. За спиной Эдвард захлопнул свою дверцу и подошел ко мне, обогнув машину.

— Я пойду с тобой, — произнес он, — Схожу к отцу, пока ты будешь у Его Величества.

Лорд Грэшем опустил свою руку и нашел мою. Переплел наши пальцы и уверенно повел меня к высоким дверям. Лакей засеменил следом, но перед самым входом резво нас обогнал, для того, чтобы раскрыть перед нами двери.

— Увидимся, — Эдвард по-братски поцеловал меня в лоб, едва мы вошли в холл и пошел налево. Я же стала подниматься по лестнице на верхний этаж. Пока мы ехали в машине, я успела многое передумать и сделала для себя кое-какие выводы. Кажется, король будет недоволен моим решением, и я очень надеялась, что это никоим образом не отразиться на положении моего отца при дворе.

— Каменный трон? — Коллум даже переспросил. Его так и подбивало высказать брату все, что он думал об этих сказках и легендах. И хотя он сам совсем недавно советовал Кейлин Коборн поискать эту самую легенду в королевской библиотеке, он в нее почти не верил. Чушь, да и только. За тот час, что они провели сидя в комнатушке брата, маленькой каменной келье с чадящей свечой, единственным источником света в царившей вокруг темноте, Коллум уже успел выслушать легенду о Гиблых землях и сокровищах дворца Измерений, а теперь еще и это нелепое предположение о существовании Каменного трона. Полная ерунда. Еще в детстве, когда подобные сказки ему рассказывала перед сном мать, Коллум уже точно знал, что это только лишь легенды, выдуманные для того, чтобы пугать непослушных детей…

— Да, я думаю, что Амадеусу нужен именно он, — согласно кивнул Гавин.

— Что за ерунду ты тут несешь? — возмущенный Коллум вскочил на ноги с низкого видавшего и лучшие дни, табурета, грозившего на протяжении всего того времени, что он на нем сидел, развалится прямо под его задом.

— Это не ерунда, — сказал Гавин. Его большие синие глаза под кустистыми бровями загадочно сверкнули, или Коллуму так просто показалось?

— Нет, я конечно, согласен, что Черные горы существуют, возможно, там и развалины какого-то замка имеются, но Трон…это уж слишком даже для меня, — выдохнул Коллум и сгрёб со стола свою кружку, полную вина.

Гавин следил за братом.

— Знаешь, люди, те, что живут за порогом нашей страны, тоже считают магию и нас, волшебников, сказкой, но ведь это не значит, что нас нет, — проговорил он, когда Коллум одним глотком ополовинил свою кружку и шумно вернул ее на стол.

— То есть, ты утверждаешь, что эта легенда правдива? — проговорил Коллум.

— Даже более того, я уверен на все сто, что это не вымысел, иначе Амадеус не стал бы так ожесточенно разыскивать того, кто сможет сесть на этот трон, — Гавин не отрывал пытливого взгляда от лица Коллума. Тот задумчиво почесал бороду.

— При мне никто никогда не упоминал о поисках, — сказал гном, — Но не думаю, что Амадеус мне доверяет. Я жив, только пока нужен ему, для того, чтобы достать кристалл и прекрасно это осознаю, потому и хочу перестраховаться. И ты можешь мне помочь, брат, — гном полез в карман и достал мобильный телефон Кейлин.

— Что это? — удивился Гавин и придвинулся ближе, когда его брат стал листать фотографии девушки, пока не остановился на нужной.

— Игрушки чужого мира? — Гавин покачал головой, — Ты ведь знаешь, это запрещено. Откуда у тебя эта вещь?

— Это не важно, — отмахнулся Коллум и повернул монитор к лицу брата так, чтобы он смог разглядеть то, что на нем было изображено. Гавин вскинул брови и метнул пронзительный понимающий взгляд на лицо брата.

— Это то, о чем я подумал?

Коллум кивнул в ответ.

— Сможешь сделать подобный? — спросил он.

Гавин рассматривал кристалл, прищурив глаза.

— Что ты задумал? — проговорил он и перевел взгляд на Коллума, — Амадеус не купится на жалкую подделку, как бы похожа она не была внешне. Достаточно будет ему взять камень в руки, и он все поймет. Наш король сильный маг, не такой, конечно, как его старший брат, но все же…

Коллум выключил телефон и вернул его в карман.

— Он не возьмет его в руки. Я позабочусь об этом. К тому же я хочу накачать его магией под завязку. Поэтому он не почувствует подвох на расстоянии, если его прислужники захотят проверить кристалл…

Гавин вернулся к столу и сел, перекрестив ноги. Задумчиво опустил глаза, насупив кустистые брови.

— Так что? — Коллум приблизился, — Ты поможешь?

Гавин несколько мгновений молчал, затем вскинул голову.

— Может лучше я помогу тебе спрятаться? — предложил он, — В горах есть такие места, где даже король и его приспешники не смогут найти тебя…

Коллум присел рядом, положил широкие ладони на поверхность стола. Он посмотрел на брата и отрицательно покачал головой.

— Нет. Я больше не хочу такой жизни, — сказал он ровным голосом, — Мне с лихвой хватило потерянных лет в тюремной камере. А жить в постоянном страхе — уже не по мне. Потому я спрошу еще раз — ты поможешь сделать мне подобный кристалл?

Гавин вздохнул.

— Да, — ответил он с явной неохотой.

Его Величество приняли меня в своем огромном кабинете, где принимались все самые важные дела в государстве, где за своим дорогим столом из черного эбенового дерева он подписывал размашистым росчерком приказы и приговоры. Я оглядела комнату. Большая и светлая с окнами от пола и почти до потолка, убранными тяжелыми шторами. Ряд стеллажей для книг, расположенный вдоль всей правой стены, несколько ваз с живыми цветами и античная статуя в углу. Под ногами тонкий ковер с коротким ворсом. Я склонилась в реверансе, показавшемся мне самой смешным в джинсах и свитере. Но Амадеус сделал вид, что все в порядке, хотя я прекрасно знала, как он относиться к подобной одежде.

— Рад вас видеть, леди Коборн, — король жестом пригласил меня присесть напротив него в кожаное кресло. Я опустилась на самый краешек, посмотрела открыто в глаза младшему Норфолку.

— Ваш отец сказал, что у Вас, миледи, есть что мне рассказать? — Амадеус положил локти на стол и переплел длинные пальцы своих рук.

— Я видела кристалл, Ваше Величество, — выдавила я, — Видела в действии. В моем присутствии ваш брат, принц Норфолк, оживил с помощью этого камня человека, который умер за несколько секунд до этого.

— Я так полагаю, этот человек, мистер Флэтчер? — король пристально смотрел на меня.

— Да, Ваше Величество.

— Вы видели, куда мой брат прячем камень? — поинтересовался Амадеус. Он говорил тихо, но каждое слово отчетливо звучало в моей голове.

— Нет, — я качнула головой, — Шкатулка в которой лежал кристалл просто исчезла.

Король встал из-за стола, заложил руки за спину.

— Значит, он прячет его во временном портале. Это усложняет дело и вы, моя дорогая, сами не сможете добыть камень.

Я нерешительно встала.

— Я об этом и хотела с Вами поговорить, мой король, — чуть сама не скривилась от подобного обращения, но Амадеус даже глазом не повел.

— Что такое, моя дорогая?

Я выпалила как на духу, опасаясь, что если буду медлить, то не смогу сказать то, что решила.

— Я прошу у вас позволения больше не заниматься поиском этого камня! — и перевела дух.

Король сдвинул светлые брови. Я думала, что он сейчас скажет мне что-нибудь резкое. Глаза Амадеуса светились недовольством, но он быстро взял себя в руки и проговорил:

— Да, скорее всего Вы правы, моя дорогая. Вряд ли в Ваших силах теперь достать камень, хотя думаю, Вы все же сможете мне помочь, позже, — он сделал короткую паузу, его лицо разгладилось. Выражение снова стало благодушным, — А пока я так и быть разрешаю вам отойти от этого дела.

— Благодарю, — я снова присела в реверансе, ожидая, что сейчас меня отпустят, но внезапно король резко шагнул ко мне. Его пальцы обхватили мое запястье, и я неожиданно поняла, сколько силы в его руках.

— Но, Кейлин, скажите мне, что заставило вас отступить?

— Я не вижу проку от своего вмешательства в ваши поиски, — солгала я, — И вряд ли чем-то смогу помочь.

Король улыбнулся, а я подумала о том, что вечером на коже, где сейчас его пальцы, у меня проступят синяки.

— Вы очень сильно ошибаетесь, — сказал Амадеус, — Вы можете помочь, но я не хочу сейчас об этом говорить, — он отпустил мою руку, и я спрятала ее за спиной. От короля не укрылось мое движение, но он сделал вид, что не понимает причины. А рука болела.

— Аудиенция окончена, леди Коборн, — он легко кивнул мне, — Передавайте самый сердечный привет от меня своему отцу. И я очень надеюсь увидеть вас завтра на нашем балу!

— Да, сир, — я склонилась в реверансе, самом глубоком и попятилась к двери, спеша поскорее покинуть приемную короля.

Королевская библиотека располагалась этажом выше приемной Его Величества. Это была огромная комната, стеллажи, заполненные томами и фолиантами, поднимались на высоту нескольких метров над рядами читальных столов. Я вошла, плотно притворив за собой тяжелую дверь у которой не оказалось лакея. Скорее всего, библиотека редко посещалась посетителями дворца.

Но здесь было чисто, спускаясь по широкой лестнице вниз я огляделась в поисках Хранителя книг. Старый маг по имени Лариус стоял у окна. На вид ему было уже далеко за восемьдесят. На голове смешная шляпа, какие, наверное, носят волшебники из детских сказок, этакий колпак. На носу очки половинки в роговой оправе. Одетый в темную мантию, мастер над книгами застыл, вчитываясь в какую-то книгу в своих руках. Я приблизилась, но заметив, что осталась незамеченной, кашлянула, пытаясь привлечь к себе внимание.

Мастер Лариус вздрогнул и тут же обернулся. Увидев меня, старик расплылся в улыбке.

— Леди Коборн! — произнес он сухим голосом, совсем не вязавшимся с его искренней улыбкой.

Короткий реверанс в ответ на поклон библиотекаря, и я заговорила, пропуская привычные фразы обмена любезностями.

— Добрый день, мастер Лариус, — начала я, — У меня будет к вам небольшая просьба.

— Да, миледи? — он закрыл книгу, и я бросила короткий взгляд на название, но оно было скрыто защитной обложкой.

— Мне необходимы легенды нашей страны, — я не знала стоит ли откровенно признаваться, что ищу сказание о каменном троне, но подумав о том, сколько, вероятно всего здесь находиться подобных книг, решилась признаться, — Если быть откровенной, я интересуюсь каменным троном.

Маг кивнул, у моему облегчению, даже толком не спросив, для чего мне нужна эта легенда. Я только свободно вздохнула, понимая, что расспросов получилось избежать.

— У меня много книг, рассказывающих о преданиях нашей земли, — Лариус шел между стеллажей, я следом за ним, глядя в сгорбленную спину библиотекаря, — Но только самые древние из них содержат в себе легенду о Дворце Измерений и Каменном троне. Интересно, это ваш отец рассказал вам о ней? — и недожавшись ответа, маг продолжил, — А вот и нужная нам полка.

Мы остановились перед чредой книг, поднимающихся под самый потолок. Лариус вскарабкался на передвижную лестницу с неожиданным проворством и не долго думая достал толстый пыльный фолиант. Спустившись, протянул мне.

— К сожалению, книгу нельзя выносить за пределы библиотеки, — сказал он и сделал приглашающий жест рукой в сторону читального зала, — Но легенда не так уж и велика. У вас займет на прочтение едва ли несколько минут.

— Спасибо, — книга весила по меньшей мере несколько килограммов, и я с трудом дотащила ее до ближайшего стола, где с облегчением почти уронила на полированную поверхность. Мастер Лариус вернулся к чтению, а я села за стол и открыла книгу.

К моему удивлению, нужная мне легенда нашлась скоро и несмотря на старый язык написания, которым уже не пользовались довольно продолжительное время, я прочитала сказание быстро и даже перечитала те моменты, что показались мне наиболее примечательными. Что ж, подумала я вставая со стула и закрывая книгу. Кое какие моменты стали понятны, но все же думаю, что легенда остается всего лишь сказкой, простой интересной сказкой, как и сотни легенд, существующих у любого народа. Но было в ней нечто интригующее, особенное…

— Спасибо вам, мастер Лариус! — сказала я громко, чтобы старик услышал.

Библиотекарь снова оторвался от чтения, оглянулся на меня с таким видом, что я поняла — старик уже забыл о моем присутствии в читальном зале и теперь с трудом собирает остатки памяти. Вот уж интересно, мысленно сказала себе я. Расположение книг помнит, а о том, что в библиотеке находиться посетители уже и позабыл.

Я сдержала усмешку.

— Вы уже закончили? — спросил он, — Надеюсь, нашли то, что искали?

— Да, спасибо! — ответила я и указала на книгу, оставшуюся на столе, — Я положила ее здесь. Извините, но мне пора. Еще раз спасибо и до свидания, мастер Лариус!

Старик кивнул.

— Передайте мой поклон вашему отцу, миледи!

— Непременно!

Я уже поднималась по ступеням к дверям, как услышала окрик. Оглянувшись, увидела, что Лариус взял книгу в руки и смотрит на меня.

— Вы знаете, миледи, что самое интересное то, что два дня назад эту же самую книгу читал Его Величество король. Надо же, какое совпадение!

Я вышла в коридор, притворив за собой двери и застыла, прижавшись спиной к деревянной поверхности. Может ли быть такое, что легенда не лжет? Если сам король интересовался ею. В том, что совпадений быть просто не могло, я себя не обманывала, как и тем объяснением, что Величество просто ознакомился с преданиями родного края.

Оттолкнувшись от дверей, я поспешила на поиски Эдварда. Мне надо было поскорее покинуть дворец, а еще я хотела найти Грэшема… На ступенях, ведущих вниз внезапно увидела поднимавшуюся за слугой женщину. Когда она подняла глаза, я узнала в ней Элоизу Вудхаус. Мы поравнялись. Правила приличия заставили меня присесть в коротком реверансе. Женщина поклонилась мне, холодно улыбаясь и последовала дальше.

Эдвард не застал отца на месте. Лакей, приставленный к старшему лорду Грэшему сказал, что его отец скорее всего отправился на аудиенцию к королю, обсудить какой-то важный вопрос и заручиться подписями на документах. Эдвард поблагодарил лакея и черным ходом быстро поднялся на этаж, где располагался кабинет Амадеуса, там король принимал своих магов и министров. Надеясь догнать отца, Грэшем тем не менее увидел, как из кабинета вышла Кейлин. Эдвард было окликнул ее, но кричать во дворце было как-то не принято, а девушка слишком быстро удалялась прочь. Эдвард перешел на быстрый шаг, надеясь догнать свою невесту, как вдруг двери, ведущие в кабинет короля широко распахнулись и Грэшем повинуясь какому-то шестому чувству, спрятался за шторами.

— Никого нет? — услышал он голос короля.

— Нет, сир, — Эдвард убрал ткань, чтобы рассмотреть говорившего. Он не знал высокого худощавого человека, вышедшего из кабинета. Профиль Амадеуса, застывшего в дверном проеме казался хищным.

— Завтра все будет закончено, — король улыбался, — Камень будет у нас.

— Я приведу сестру на бал, — ответил ему собеседник и поклонился, — Если что, она может пригодиться, а сейчас позвольте откланяться, сир!

Когда двери закрылись, незнакомец метнулся к черному ходу, которым до него несколько минут назад воспользовался Грэшем. Эдвард еще немного постоял у окна, скрытый от взглядов. Увидел, как в конце коридора появился его отец, как старший лорд Алан Грэшем прошел к королю. Молодой лорд успел выйти из своего убежища за мгновение до того, как у дверей появился лакей и встал у дверей, провожая взглядом спину удаляющегося Эдварда.

Глава 14

Элоиз передала в руки дворецкому свою шубку и, набросив на покатые плечи, цвета слоновой кости, тонкую прозрачную накидку, перешагнула порог, отделявший ее от огромного зала, наполненного изысканными людьми и звуками музыки, наполнявшими воздух. Она на мгновение остановилась, чтобы полюбоваться лепниной и скульптурами, чтобы с любопытством посмотреть на огромную люстру, свисающую с потолка и освещающую зал множеством десятков зажженных свечей. Некоторые пары танцевали, но основная масса гостей столпились перед накрытыми столами и вкушая закуски, запивая их при этом дорогим вином или шампанским, она вели беседы, наполняя зал гомоном голосов.

Элоиз усмехнулась и опустила взгляд, закончив любование дворцовым залом, радуясь своему дорогому платью, подарок одного из поклонников пришедшийся так кстати. Кровавый бархат выгодно подчеркивал белизну ее кожи и золото волос. Элоиз кожей ощущала на себе заинтересованные взгляды мужчин. Ей даже не приходилось оглядываться, чтобы удостовериться в этом. Привычное ощущение, когда тебя раздевают — именно это чувствовала она в сочетании с восхищением, уже такие привычные для нее ощущения.

Она впервые оказалась здесь, если не считать вчерашнего посещения. Но тогда она лишь мельком огляделась. Сейчас же времени было предостаточно и ей было интересно взглянуть на то, чем почти ежедневно может любоваться ее любовник. Хотя, подумалось ей, вряд ли ему это так интересно как ей. Человек привыкший к роскоши с детства не оценит красоту и богатство дворца так, как сделает это тот, кто вырос в нищете и голоде. Северин… Элоиз знала, что сегодня снова встретит его здесь. Ей стало интересно увидеть его реакцию и удивление. Он вряд ли догадается, как ей удалось получить сегодняшнее приглашение на Бал первого зимнего Дня.

— Мадам, могу предложить Вам шампанского, — подскочивший слуга выставил перед собой поднос, услужливо заглянул ей в глаза. И хотя при этом он хотел казаться спокойным, Элоиз почувствовала, что понравилась ему. Она протянула руку и взяла с подноса бокал, а затем кивком головы отослала слугу. Тот с каким-то сожалением бросил на красавицу взгляд и шагнул дальше.

— Где же ты, Северин? — подумала молодая женщина и выплеснув содержимое бокала, стала оглядываться в поисках принца. Его оказалось не так тяжело найти — слишком уж Его Высочество отличался от всей этой шумной толпы дворян своим мрачным нарядом.

Элоиз увидела его стоящим на некотором возвышении, рядом с троном. Ее сердце странно забилось, слишком быстро, так непривычно ей самой. Короля еще не было, и принц лениво оглядывал присутствующих скучающим взглядом. Затянутый в черный элегантный фрак, он казался Элоиз еще стройнее и выше чем прежде, хотя она всегда отмечала его прекрасное тело, которое не раз видела совсем без одежды. Эти воспоминания заставили ее тело отозваться мелкой дрожью и внезапно разливающейся слабостью.

Облизнув губы языком, певица бросила мысленный призыв в сторону Северина и тут же с удивлением поняла, что ее магия так и осталась в ней, а призыв рассеялся в воздухе, словно выдох.

— Что? — она произнесла это вслух. На Элоиз стали оглядываться, и женщина поспешно закрылась от взглядов веером и стала медленно идти в направлении принца, мысленно отметив про себя тот факт, что в этом зале совсем не действовала магия. Какое-то охранное заклинание блокировало ее. Шагая вперед, протискиваясь мимо разодетых мужчин и их дам, Элоиз попробовала колдовать, но снова потерпела неудачу, что только подтвердило ее догадку. Она поставила пустой бокал на поднос снующих в толпе слуг.

— Ладно, — сказала себе женщина, — Я и так могу подойти к нему…

Певица провела рукой по левому бедру, чувствуя спрятанные между складок платья, в потайном кармане, лежащие в конверте фото. На ее губах скользнула улыбка.

Еще несколько шагов, и она остановилась у возвышения, на котором стоял трон. Северин словно почувствовав ее приближение, повернул к ней свое лицо и когда их взгляды встретились, она увидела, как на смену удивлению, его черты исказило раздражение, а следом за ним проступил гнев. Стоявшие за спиной трона двое гвардейцев, одетые в парадные костюмы, обратили внимание на то, как поспешно спрыгнул в зал принц, но увидев к какой даме он торопился они с пониманием переглянулись. А Северин тем временем приблизился к мисс Вудхаус, стараясь скрыть свой гнев — слишком много было рядом ненужных глаз и ушей. В тот же миг оркестр заиграл вальс, и принц довольно бесцеремонно схватив женщину за руку вывел ее в центр зала на танец, смешавшись с остальными парами.

— Что ты делаешь здесь? — спросил он недовольно.

— Соскучилась, — ответила она и добавила, — Ваше Высочество, не сжимайте с такой силой мои пальцы, вы можете их сломить. К тому же на нас смотрят.

Северин раздраженно передернул плечами, но хватку ослабил, и они закружились под легкую мелодию, продолжая свой разговор.

— Кто дал тебе приглашение? — поинтересовался принц, но уже более сдержано.

— Секрет, — ответила Элоиз и вспомнила о брате. Именно благодаря Моргану она и смогла получить это приглашение, только Северину не стоило знать об этом, как и самом существовании мистера Вудхауса. Для слишком любопытных существовала отговорка, что король пригласил ее исполнить перед ним свои лучшие арии. Кто и что подумает при этом, Элоиз мало волновало.

— Ты должна уйти, — почти приказал принц.

Элоиз рассмеялась ему в лицо.

— Ну, уж нет, Ваше Высочество, — проговорила она сквозь смех, — Я ни за что не упущу такой шанс побывать при дворе. Сами понимаете, для женщины, подобной мне, это возможно единственный шанс оказаться среди людей, подобных вам.

— Хорошо, — Северин неожиданно остановился, хотя музыка все еще продолжала играть и посмотрел за плечо молодой женщины, явно увидев кого-то знакомого. Его лицо озарила легкая улыбка, едва затронувшая его губы, но молодая женщина сразу поняла, что тот, кто находился сейчас за ее спиной, очень важен для принца. Она медленно обернулась назад, с полной уверенностью в том, кого там увидит. И она не ошиблась.

Я еще в дверях увидела Генри. Барратт встретился со мной взглядом. Он передал одному из слуг в прихожей свое пальто и расплывшись в самой радостной улыбке, уже спешил ко мне на встречу. Мы обменялись приветствиями и отец, воспользовавшись присутствием Генри, оставил меня на него, сославшись на какое-то срочное дело, требующее его присутствия в кабинете короля, куда он, якобы, должен был заглянуть перед началом бала. Я проводила взглядом его фигуру, спешащую мимо входа в бальный зал и повернулась к Генри. Мужчина продолжал улыбаться мне даже когда захватив в плен мою руку, прикоснулся к ней своими губами.

— Давно не виделись, леди Кейлин, — сказал он.

— Ваша правда, — отозвалась я, — Надеюсь, вы себя чувствуете хорошо?

— А, вы все еще помните тот случай, — он передернул равнодушно плечами.

— Еще бы, — пробормотала я. Такое разве забудешь?

Генри предложил мне свою руку и я, с благодарностью, приняла ее. Так вместе мы и вошли в зал.

— Мне жаль, что я покинул вас толком не попрощавшись, — сказал Барратт после того, как мы перебросились приветствиями с несколькими общими знакомыми и раскланялись с остальными. Генри отвел меня в сторону от толпы.

— Я надеюсь, Северин попрощался с вами за меня? — спросил он.

Я кивнула.

— Что-то я, кстати, не вижу его самого, — Генри оглядел присутствующих и тут же присвистнул.

Мы заметили принца одновременно. Странно, но я как-то сразу узнала в прекрасной даме, с которой он сейчас кружился в ритмах вальса, ту певичку из города. К своему стыду и разочарованию, я поняла, что молодая женщина не только превосходит меня красотой, но и привлекает внимание не одного лишь принца в этом зале. Я с каким-то раздражением следила за их танцем. Северин такой подтянутый в своем любимом черном, и она в алом платье цвета крови…

Генри тем временем следил глазами за моей реакцией на увиденное. Мне удалось сохранить равнодушное лицо, хотя сердце предательски сжалось при виде принца, танцующего с другой женщиной. Да не просто с другой — ведь он танцевал со своей любовницей, хотя и утверждал, что между ними уже ничего нет, но я то видела, как бесстыдно прижимается к нему эта певичка. Слишком нагло и интимно. Я скривила губы.

Северин о чем-то разговаривал с Элоиз, когда увидел меня и тот час остановился. Я не знаю, как он ухитрился заметить меня среди этой пестрой толпы гостей, но факт остается фактом — его глаза смотрели на меня, минуя танцующих. На какое-то мгновение мне показалось, что шумный зал опустел, и мы с ним остались только вдвоем. Я вздрогнула, увидев его улыбку и подняв руку непроизвольным жестом прижала пальцы к горящим губам. И снова словно легкий ветерок приподнял мои волосы, собранные на затылке в замысловатую прическу, растрепав локоны, обрамляющие лицо. Я закрыла глаза, отдаваясь неожиданной ласке, ясно ощущая чужие ласкающие пальцы на коже…

— Кейлин? — голос Генри вывел меня из этого странного транса. Я распахнула глаза и удивленно посмотрела на Барратта.

— С вами все в порядке? — поинтересовался он.

Я кивнула и посмотрела туда, где секунду назад стоял принц. Теперь там стояла лишь Элоиз, и злоба из ее глаз едва не выплескивалась на паркет танцевального пола, а сам Северин пробирался в нашу сторону, обходя танцующие пары, лавируя между ними. Минута и вот он уже стоит рядом с нами, здоровается поочередно со мной и своим другом.

— Миледи, — принц коротко кивнул мне.

— Ваше Высочество, — я присела в реверансе, склонив перед ним свою голову.

— Прекрасно выглядите, — сказал Северин и, взяв мои пальцы в свою руку, поднес их к губам. От их прикосновения к тыльной стороне моей ладони, по моей спине пробежал приятный холодок и мне стоило огромного усилия сделать вид, что я ничего не почувствовала. Я поспешно вырвала свои пальцы из его захвата. Перед глазами все еще стояла сцена, где он танцует с Элоиз и это оказалось довольно неприятным ощущением.

— Простите, Ваше Высочество, — сказала я, — Я увидела одну свою знакомую с которой долгое время не виделась. Я должна вас оставить. Не стоило ради меня бросать вашу прекрасную партнершу, кажется, ее это расстроило, — я шагнула мимо, намереваясь уйти, но Северин перехватил меня. Его пальцы сжали мой локоть, заставив остаться на месте.

— Ваша знакомая подождет, — произнес он.

Я дернулась, намереваясь освободиться из его рук и оглянувшись с удивлением отметила, что Генри за это время, пока мы с принцем обменивались любезностями и не только, умудрился сбежать в неизвестном направлении. В любом случае, рядом его уже не оказалось.

— Зато ваша партнерша просто сгорает от нетерпения, — ответила я, бросая взгляд в ту сторону зала, где стояла Элоиз, продолжая при этом с откровенной враждебностью пялиться на нас с принцем.

— Ну и что мне с того? — сказал Северин холодно, — Я не приглашал ее сюда.

— Да? И как тогда она, по-вашему, умудрилась получить приглашение, чтобы попасть во дворец? Или она имеет настолько влиятельных друзей? — я осторожно высвободилась из его захвата, при этом оглядываясь на окружавших нас людей. Кое-кто уже с интересом посматривал на нашу пару, когда в толпе я заметила мелькнувшего Эдварда. Он направлялся в нашу с принцем сторону и шагал достаточно уверено, при этом глаза его как-то не по-доброму сверкали. Северин проследил за моим взглядом и заметив приближающегося Грэшема едва заметно улыбнулся.

— Ваше Высочество, Кейлин, — Эдвард склонился перед принцем, а затем взял мою руку и поцеловал мои пальцы, едва касаясь губами кожи. Когда он распрямил спину и устремил на меня взгляд своих глаз, я увидела, что он собирается что-то сказать, как внезапно глашатай объявил о выходе короля.

Музыка стихла. В одно мгновение толпа организованно встала в два ряда, образовав проход для Его Величества и приближенной свиты. Нас с Северином разделили. Эдвард успел взять меня за руку, прежде чем мы были оттеснены в сторону. Я увидела, как принц, бросив на меня задумчивый взгляд, спешит к трону, к которому уже шагал его высокородный брат. Я посмотрела в ту сторону, где минутой ранее стояла Элоиз — девушки и след простыл. Наверное, ее, как и нас оттеснила в сторону толпа придворных.

— И все-таки, как эта женщина смогла попасть во дворец, если ее не пригласил Северин? — почему-то подумалось мне. Невольно вспомнилась наша вчерашняя встреча на лестнице. Куда и к кому она шла?

Амадеус тем временем важно шагал мимо склонившихся перед ним дворян. Одетый в свои любимые золотые одежды, он оглядывал придворных с каким-то равнодушием. Затем он увидел своего брата, уже стоявшего около трона и прибавил шагу. Лицо короля несколько оживилось при виде принца. Его свита остановилась возле возвышения перед троном. Когда Амадеус занял свое место и махнул рукой, открывая бал, снова заиграл оркестр, и гости заполнили свободное пространство.

Эдвард оттеснил меня в сторону, прижал спиной к мраморной стене. Я почувствовала холод идущий от камня.

— Кейлин! — сказал он и резко огляделся по сторонам.

— Что? — я не понимающим взглядом последовала за ним.

— Нам надо уходить, — вдруг заговорил он тихо.

— Но почему? — я посмотрела в глаза Эдварду.

— Сегодня что-то произойдет на балу, — шепнул он мне в ухо, — Король сказал, что получит камень, тот самый кристалл, из-за которого вся эта суета!

Я судорожно сглотнула. Помимо воли мой взгляд скользнул поверх голов королевских гостей и метнулся к возвышению, где на троне восседал наш король. Я нашла глазами Северина, но принц не смотрел на меня. Его взгляд был устремлен куда-то в глубину зала.

— Идем, — Эдвард потянул меня к выходу, но тут случилось нечто странное. Резкие хлопки прокатились по всему залу, отражаясь в мраморных стенах громогласным ревом. Это закрылись все двери, ведущие в зал. Музыка стихла в одну минуту, и я с ужасом увидела, как внезапно стали валиться люди. Они падали тряпичными куклами, оседали на узорчатый пол. Будто марионетки, которым кукловоды разом отрезали держащие их нити.

Стоявшая рядом с нами молодая женщина упала, широко раскинув в стороны тонкие руки. Какой-то мужчина кулем свалился рядом. Люди походили на кегли, сбитые мастерским ударом спортсмена. От увиденного мне стало страшно. Я смотрела на королевский трон, когда Эдвард отвел меня за свою спину.

— Что происходит? Они мертвы? — спросила я Грэшема.

— Не думаю, — качнул он головой, — Скорее всего спят.

Выглянув из-за спины Эдварда я увидела, что на ногах остались только мы с Грэшемом, сам король, его брат, и к моему удивлению, из гостей, Элоиза, застывшая в своем кровавом платье посреди зала. Рядом с ней я увидела Моргана. Маг довольно улыбался, глядя на Амадеуса. Охрана короля стояла по периметру обнажив оружие.

— Коллум, мы ждем! — произнес король.

Гном вышел из-за колоны, маленькими шажками направился к трону и застыл на половине пути. Я увидела, как переглянулись Северин и мастер гномов. Затем Коллум поклонился Норфолку. В том, что они знали друг друга сомневаться не приходилось. Я перевела глаза на Северина. Принц стоял спокойно сложив руки на груди, облокотившись плечом о королевский трон. Он едва посмотрел в нашу с Эдвардом сторону и полностью проигнорировал застывшую Элоиз.

— Так откровенно? — сказал он, обратившись к брату.

Амадеус развел руками.

— Ты не дал мне ни единого шанса. А камень мне нужен.

Норфолк выпрямился.

— Для чего? — только и спросил он, — Тебе не хватает власти? Силы? Тебе мало этого дворца и этой страны? Чего ты хочешь?

Король сделал шаг, спускаясь с возвышения, на котором стоял, затем еще один.

— Ты ведь знаешь, чего я хочу, — произнес он тихо, но я расслышала каждое его слово.

— Хорошо. Мы все обсудим, только наедине, — Северин только теперь посмотрел на меня. Я вышла из-за спины Грэшема и теперь смотрела ему прямо в лицо. Дурные предчувствия наполняли мое сердце. Теперь то я только поняла, почему король так легко разрешил мне большое не шпионить за Норфолком. Он что-то узнал, что сделало мою помощь ненужной.

— В шампанском было снотворное, — улыбнулся Амадеус, — Как жаль, что этот зал нейтрализует всякую магию, — и тут он резко повернулся к принцу, — Пришлось прибегнуть к плебейским методам, ну, без главного королевского Целителя не обошлось. Он подмешал полезные травки, чтобы все уснули одновременно, — Лицо короля исказилось. Белые волосы оттенили бледное лицо Его Величества, прежде казавшееся мне привлекательным, оно изменилось до неузнаваемости, — Я знаешь ли, не хотел, чтобы мои придворные стали свидетелями того, что должно произойти.

Амадеус повернул лицо ко мне. Я почувствовала его тяжелый взгляд и в тот же миг Морган рванулся к нам. Я не успела даже вздохнуть, как была оторвана от Эдварда и Тень подтащил меня к королю. Маг был быстр. Слишком быстр. Я увидела, что Грэшем рванулся было ко мне на помощь, но его перехватили стражники. Один из них рукоятью меча ударил Эдварда по голове. Тот обмяк, повиснув в их руках.

— Амадеус, — голос Северина поднялся под свод зала, — Что ты творишь? Зачем тебе девушка?

— Просто хочу тебя немного просветить на счет прелестной леди Коборн, — по знаку Его Величества Морган отпустил меня и подтолкнул вперед. Северин сделал несколько шагов в мою сторону и неожиданно остановился. Его брови сошлись на переносице. Мне кажется, я и без всякой магии прочитала те мысли, которые сейчас вились в его голове. Он догадался, поняла я. А Амадеус только подтвердил его догадку.

— Леди Кейлин оказала мне небольшую услугу, когда я попросил ее присмотреть за моим старшим братцем. Сам понимаешь, королю не оказывают.

Я встретилась глазами с Норфолком. Он смотрел на меня сжав свои и без того тонкие губы. Взгляд холодный, с прищуром.

— Миледи была так любезна, что рассказала мне о том, где лежит камень и как ты его достаешь, когда он тебе бывает нужен, — Амадеус откинул назад светлую прядь, — Хотя нет, я выразился не правильно. Она просто рассказала мне тот случай с Генри, а то, что надо я додумал сам. Но ваша помощь, — тут он повернулся ко мне, — Неоценима, — взгляд величества скользнул по телам, замершим на полу, — Где-то тут лежит и наш дорогой Генри! Как же вовремя он подвернулся Моргану!

Король говорил, а я испытывала острое желание исчезнуть, просто провалиться сквозь землю…теперь я понимала, каково это, когда тебе стыдно. А мне было стыдно и страшно вдвойне. Я понимала, что сейчас думает обо мне принц, но не могла ни слова сказать в свою защиту или оправдание. Ведь я действительно шпионила за Северином и рассказала королю тот случай с Барраттом. Не поверит же он моим словам о том, что я отказалась и дальше следить за ним. А еще он точно не поверит, если я скажу ему, что он мне нравиться…И кажется, очень сильно…

Теперь слишком поздно.

Я увидела краем глаза алое пятно, движущееся ко мне. Элоиза приблизилась и протянула мне какие-то фото.

— Посмотри, — сказала она. Я бросила короткий взгляд на веер фотографий, где была запечатлена с Эдвардом. Вот мы с ним целуемся в пабе в городе, вот я сижу рядом с ним в обнимку в сквере. Вот мы у меня дома за столом… Я улыбаюсь на каждом фото и выгляжу счастливой.

— Леди Коборн невеста лорда Грэшема, их свадьба должна состояться через несколько месяцев, — Элоиза отошла от меня и направилась к Северину. Она остановилась в метре от него, швырнула фотографии ему под ноги, улыбнулась с искренним сожалением.

— А я была по крайней мере честна с тобой в качестве содержанки, — произнесла она, глядя на Норфолка, — А ты собирался променять меня на эту… — пренебрежение в ее голосе отчего-то даже не задело меня.

А Северин сверлил меня взглядом. Он едва посмотрел на злополучные фотографии, лежавшие у его ног и не видел замершую в ожидании Элоизу. Я видела, как зарождается в его глазах ненависть. Он молчал, ни словом не упрекнув меня, не закричав, не обвинив в предательстве. Он просто смотрел, но смотрел так, что мне захотелось, чтобы лучше он ударил меня, чем видеть это страшное выражение его лица. Оно стало холодным и отстраненным.

— Но я задолжал леди Коборн свою благодарность! — произнес король и сделал едва заметный жест Моргану.

— Больно, — подумала я удивленно и уронила взгляд на свой живот. Острое лезвие вышло наружу, заливая кровью ткань дорогого платья. Морган за моей спиной вытащил нож, и я упала бы на пол, если бы в последний момент меня не подхватил Коллум. Расписной свод закружился надо мной, и я рассеяно моргнула.

— Миледи! — в голосе Коллума я услышала сожаление. Оглядев меня, гном вскинул голову и произнес как приговор.

— Она умирает.

А я лежала на его руках, не чувствуя более ничего кроме острой режущей боли.

— Северин… — имя едва слетело с губ. Принц возвышался надо мной черной статуей. Ему никто не препятствовал приблизится ко мне. Норфолк мрачно смотрел на то, как вместе с кровью из меня вытекает остаток жизни, — Прости… — сказала я еще тише. Или мне показалось, что сказала.

Амадеус сделал круг вокруг нас с Коллумом, похожий на хищника, наконец загнавшего свою добычу. Казалось, сейчас он превратиться в дикого зверя, выпустит когти и разорвет мое тело, стонущее от боли.

— В этом зале нельзя пользоваться магией, — сказал король и заметил лукаво, — Ты сам постарался, Северин. А девчонка умирает. Сам знаешь, сколько времени у тебя есть, прежде чем случиться непоправимое. Или, тут у тебя есть выбор, ты можешь дать ей умереть или выйти под присмотром Моргана и вернуться с камнем. Я так понимаю, для того, чтобы достать этот камень тебе нужна магия?

Северин смотрел на меня, на мою рану. Коллум упорно зажимал ее своими пальцами и говорил мне, что все будет хорошо, а мне отчего-то стало смешно.

— Она была с тобой ради камня, она не любит тебя! — бросила во след принцу Элоиза, когда Норфолк уверенным быстрым шагом направился к двери. Последним, что я услышала перед тем, как умереть были его слова:

— Я лучше всю оставшуюся жизнь буду ненавидеть ее живую, чем только память о ней, — и мое сердце остановилось.

Глава 15

Мне казалось, словно я вижу все со стороны. Свое тело, склонившегося над ним Коллума, подбежавшего Норфолка…

— Она умерла, сир, — сказал гном. Я только сейчас обратила внимание на то, что мастер Коллум называет принца как короля.

— Еще есть время, — голос со стороны заставил меня посмотреть на говорившего. Амадеус с интересом наблюдал за своим братом. Северин достал из шкатулки, той самой, что я видела тогда в его доме, этот проклятый камень. Опустился рядом с моим телом на колени. Лицо сосредоточено, длинные волосы мешают, лезут в глаза, и принц отбрасывает из резким взмахом руки. Я увидела, как он приложил к моей ране камень, накрыл ладонью, так чтобы яркий вспыхнувший свет не пробился сквозь пальцы. Мгновение ничего не происходило. Коллум посмотрел на принца, в глазах гнома проскользнуло сожаление.

— Ну же, Кейлин, — заговорил Норфолк почти зло и тут что-то потянуло меня вниз.

— А-а! — закричала я, широко распахнув глаза. В животе скрутила в узел острая боль. Я согнулась пополам, уткнувшись лицом в грудь Северина. Он обхватил руками мое лицо и пристально посмотрел в глаза.

— Где камень? — Амадеус смотрел на меня во все глаза. Король впервые видел подобное. Ни один маг не мог оживить умершего и интерес на его лице был неподдельным.

— Северин, — прошептала я, но он медленно отстранился, поднялся на ноги. В его взгляде, устремленном на меня проскользнуло что-то странное. Он казался мне несколько удивленным, даже обескураженным.

— Камень, — требовательно проговорил король.

— Он у меня, — ответил Коллум и вытянул свою руку вперед. На ладони матово мерцал кристалл.

Его Величество поднял шкатулку и позволил гному опустить на бархат драгоценную ношу. Он несколько мгновений рассматривал то, что так жаждал иметь, затем спросил:

— Северин, камень поменял цвет?

Принц улыбнулся.

— Не переживай, его энергия восстановиться быстрее, чем ты думаешь.

Король кивнул и закрыл шкатулку.

— Прости брат, — с наигранным сожалением сказал он.

Коллум помог мне приподняться. Слабость разливалась по телу. Я не могла пошевелить даже пальцем и едва повернула голову, чтобы увидеть, как Норфолка окружила охрана короля.

— Конечно, я не посмею убить собственного брата, — Амадеус поглаживал пальцами деревянную поверхность шкатулки, скрывавшей камень и смотрел на Северина. На лице последнего не дрогнул даже единый мускул, — Но ты мне будешь мешать, я ведь знаю. Особенно теперь, после того, как кристалл вернулся ко мне. Поэтому, я решил, что тебе стоит немного погостить у господина Вариуса Лоя. Не переживай, в замке Фолк есть приличные, достойные принца крови, — он кашлянул, — Апартаменты. И Вариус очень, очень гостеприимный хозяин.

Северин улыбнулся и сделал шаг назад, развел руки в стороны.

— В этом зале нельзя колдовать, помнишь? — стража короля наступала на принца, — Ты не уйдешь отсюда.

Норфолк пошевелил пальцами, и я увидела, как между ними загорались искры. Глаза Амадеуса расширились.

— Ты кажется забыл, кто наложил заклинание на зал? На меня ограничение не распространяется. Это моя магия. — Северин кивнул Коллуму. Тот медленно стал опускать меня на пол, но это действие не осталось незамеченным. Морган в секунду оказался рядом, приставил нож к шее гнома.

— Не уйдешь, коротышка, — прошипел маг.

Коллум рассмеялся.

— Взять его! — голос Амадеуса сорвался, и я подавила смешок.

Стражники рванулись было к Норфолку, но все произошло слишком быстро. За спиной принца образовался огромный портал. Северин выкинул вперед одну руку и охрану короля отшвырнуло назад, а он спокойно вошел в черную дыру, которая стала сужаться за его спиной. Я смотрела на закрывающийся портал, похожий на уменьшающуюся воронку и вот от прохода осталось лишь воспоминание. Люди короля поднимались на ноги, потирая ушибленные конечности. Гости все так же бесчувственно валялись на полу. Кажется, никто из них пока не думал просыпаться.

Гном помог мне подняться под присмотром Моргана. Я увидела, как красный от злости король смотрит на то место, где секунду назад закрылся портал. Его едва не трясло от гнева и злобы. Элоиз, стоявшая в стороне, с трудом скрывала усмешку.

— Камень, — шепнула я, облокотившись на гнома, — Он у короля.

Мастер Коллум только сжал мою руку.

— Северин думает, что я его не любила, — зачем-то призналась я шепотом.

— Сейчас не об этом надо переживать, — ответил гном.

Он оказался прав. Потому что с исчезновением брата, весь нерастраченный гнев короля обратился к нам с Коллумом.

— Этих… в темницу! — приказал он страже.

Нас с гномом оторвали друг от друга. Я едва держалась на ногах и моему стражнику пришлось почти нести меня на руках.

— Коллум, я приказываю тебе не колдовать! — крикнул нам во след Амадеус.

Переступая через тела придворных, мы покинули бальный зал.

Солома воняла. Наверное, ее никогда не меняли со времен постройки подземелья. Теперь то я узнала, что оказывается во дворце есть и такие помещения, с решетками на маленьких окнах, едва выглядывающих над землей, с сырыми камерами и снующими в них сворами крыс. Но даже вонь и холод не помешали мне уснуть. Наверное, умереть и воскреснуть все же не так просто, как кажется, думала я, после того, как проснувшись лежала, глядя на черный клочок неба видневшийся в маленьком окне. Несколько раз увидела каблуки сапог. Наверняка, это мимо прошел стражник.

Я старалась не думать о произошедшем, слепо надеясь на то, что мой отец сможет мне помочь, если конечно узнает о том, что случилось. А точнее, если король даст ему такую возможность. Хотя, судя по тому, что по его приказу меня убили, лишь для того, чтобы Северин отдал ему этот камень, можно было не сомневаться, что последние свои дни я скоротаю в какой-нибудь из камер замка Фолк. Еще оставался Эдвард. Но на него я почему-то надеялась меньше всего.

Я поежилась от холода и еще глубже зарылась в солому, уже почти привыкнув к смраду, который она источала. Зато так было намного теплее.

Вспомнив Северина закусила губу и сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу ладоней, силясь не расплакаться. Я была рада, что он ушел от Амадеуса, но омрачало мою радость осознание того, как мы расстались. Закушенная губа не помогла. Одна слеза скатилась по щеке, оставляя влажную дорожку. За ней следом другая, грозя превратиться в поток.

— Только не реви! — сказала я себе зло.

Северин… Я надеялась, что никогда больше не встречу его. То, что зародилось ко мне к этому на вид некрасивому и мрачному человеку, давило грудь, заставляло сердце биться пойманной птицей и теперь я радовалась, что это чувство не успело перерасти во что-то большее. Или просто наивно обманывала себя, не в силах признаться в том, что испытываю к старшему из принцев.

— Проклятый Амадеус! — вслух произнесла я и тут же услышала шевеление в соседней камере, от которой была отгорожена простой решеткой.

— Леди Кейлин? — спросила темнота знакомым голосом.

— Коллум! — воскликнула я почти испытав при этом счастье, осознав, что нахожусь не одна в подземелье.

— Как вы? — спросил гном.

— Кажется, цела, — ответила я, — Только все тело болит, и я сильно замерзла, а еще хочу есть.

Темнота рассмеялась.

— Вот уж и не думал, что нам повезет, — сказал мастер Коллум и перебрался ближе к самой решетке. Я различила вырисовавшийся черный силуэт. Гном сидел на корточках.

— Если бы не мои браслеты, мы бы с вами были уже далеко от этой дыры! — сказал он.

— Что с нами будет? — спросила я тихо.

— Вероятнее всего, вас, миледи, заточат в Фолк, а мне суждено усладить нашего прекрасного короля видом моей отрубленной головы. Он такое любит, — гном почесал бороду и добавил, — Или отправит меня на виселицу. Даже не знаю, что взбредет ему в голову!

Он некоторое мгновение молчал, после добавил.

— Обидно вот так, после стольких лет заточения, едва вкусив воздух свободы опять оказаться в темнице.

Я удивленно вскинула брови.

— Вы сидели в Фолке? — спросила.

— Да, — ответил он, — И достаточно долго, чтобы понять, что больше не хочу туда возвращаться.

Я снова перевела взгляд на маленькое окошко. Жаль, что в него не было видно звезд. Небо сегодня темнело обрывками туч. Судя по завываниям ветра, за стенами дворца начиналась буря.

— Амадеус все же получил то, что хотел, — проговорила я, — Камень у него.

Удивительно, но на мои слова гном только рассмеялся.

— Черта с два! — Коллум снова пошевелился и на этот раз я отчетливо различила тихий перезвон цепей. Его приковали, даже не смотря на то, что сейчас он беспомощен из-за этих проклятых браслетов, сжимающих его запястья.

— То есть? — непонимающе спросила я.

— Вас приковали, миледи?

— Нет, — я пошевелила ногами и руками. — Даже веревками не перехватили ноги.

— Замечательно, — я почти почувствовала улыбку гнома.

— Подойдите ко мне, леди Коборн, — тень словно поманила меня, и я приблизилась.

— Если вы все сделаете правильно, то мы освободимся и уберемся из дворца раньше, чем Амадеус поймет, что его брат его обманул.

В темном дворе замка Фолк горели только несколько зажжённых факелов, освещавших лишь небольшую площадку, посыпанную песком. Амадеус Норфолк стоял в центре окруженный своими стражниками. За его спиной щетинился Морган, на которого вид главной королевской тюрьмы действовал как-то пугающе, хотя маг в своей жизни мало чего боялся. Сами высокие толстые стены и то, что происходило за ними, заставляли его пульс стучать чаще. В самых страшных своих мыслях он даже не представлял, каково это, оказаться в лапах такого человека, как Вариус Лой.

Главный тюремщик находился тут же, склонив голову перед своим королем. Темный капюшон скрывал его лицо, которое Моргану отчего-то совсем не хотелось видеть.

Спустя несколько минут двое людей, одетых по подобию Вариуса, привели заключенного. Морган увидел исхудалого мужчину с длинными отросшими за долгие годы заточения лохмами, одетого в рваные тряпки.

— Ваше Величество, — Лой распрямился и бросил быстрый взгляд на узника замка. Одного из множества.

Амадеус едва взглянул на стоявшего перед ним человека. Его мало что интересовало сейчас кроме той вещи, что находилась в его руках. Он только приоткрыл шкатулку, любуясь светом, струящимся из ее глубины.

— Морган, — бросил он коротко магу, — Убей его быстро. Мне не терпеться попробовать камень в действии.

Морган поспешно вышел вперед. Вскинул руку и метнул в заключенного сгусток силы, достаточный, чтобы смерть сразу нашла свою жертву.

Человек упал на землю замертво. Амадеус склонился над мертвецом, извлек камень наружу, прищурив глаза от разгорающегося блеска и приложил кристалл к огромному ожогу на груди мужчины. Время проходило и ничего не менялось. Узник продолжал оставаться мертвым. Мертвее не бывает.

— Может он еще не восстановился после девчонки Коборн? — позволил себе подать голос Морган и тут же был вознагражден уничтожающим взглядом.

— Меня обвели вокруг пальца, — взревел король и с таким страшным выражением посмотрел на камень, лежащий на теле убитого, — Это подделка, но как? — его губы скривились, обнажая белые зубы, — Как он это сделал?

Догадка пришла быстро.

— Это гном! — король бросился к карете. Охрана и Морган за ним следом. Еще никогда Его Величество не бежали так быстро.

— Как только он поймет, что это подделка, то тот час придет сюда, — Коллум протянул мне острый обломок. Я в ужасе уставилась на ржавый штырь, которым мой сумасшедший друг просил меня убить его.

— Я умру и браслеты расстегнуться, — твердил он, — Сила которая перешла в вас из камня, миледи, воскресит меня.

Я задрожала, отталкивая его руки, тянущиеся ко мне сквозь прутья разделяющей нас решетки.

— Нет, — голос предательски сорвался от волнения, — Нет и еще раз нет. Я не смогу вас убить и даже если бы и согласилась, где гарантии, что вы правы, и сила во мне? Что если я действительно вас убью?

Коллум поймал мою руку, сжал в своей ладони.

— Когда здесь будет король, боюсь мы можем оказаться мертвыми уже на пару, — в голосе ни капли страха и только призрачная ирония.

— Когда я освобожусь, стены этого дворца не удержат нас. Король запер нас в королевской темнице, так как знал, что я не могу колдовать, он об этом позаботился. Я не могу ослушаться его приказа, пока на мне эти проклятые браслеты. А вы… — он поморщился, — Вы прекрасно знаете, что у вас, миледи, нет силы, которая могла бы помочь нам освободиться. Когда Амадеус узнает, что камень не настоящий он первым делом примчится сюда. Меня точно убьют, а вас будут пытать, так как будут подозревать в сговоре с принцем Северином.

— Господи, — я прислонилась разгоряченным лбом к прутьям решетки. Мне уже не было холодно.

— Я ведь была в библиотеке, Коллум, — произнесла я, — И читала ту легенду о кристалле и Каменном троне. Это полный бред. Сказка.

— Кристалл ищет избранного, — напомнил мне гном.

Я отмахнулась.

— Но это не могу быть я! — возразила жестко.

Коллум пресек слова, готовившиеся сорваться с моих губ.

— Кейлин, при всем моем уважении! Король может быть здесь с минуты на минуту. Возможно в этот самый момент он уже знает о камне и спускается сюда по наши души. Делайте то, что я вам говорю. Пусть это трудно.

— А вы сами? — спросила я с надеждой в голосе.

— Не могу из-за этих же цацек, — он звякнул браслетами.

— Давайте вы сейчас сделаете то, что я прошу, а потом, если все удастся, мы поговорим, но уже где-нибудь в более приятном месте.

Я медлила. Рука обхватила обломок. Пальцы сжались.

— Давайте же!!! — почти закричал Коллум, — Бейте в сердце, а потом просто положите руки на место удара, только сперва удостоверьтесь, что я умер. Только не медли с воскрешением, иначе получишь вместо меня живой труп.

— Сумасшедший! — крикнула я в ответ. Коллум прижался грудью к решетке, распахнув кафтан. Я зажмурилась и ударила. Что-то теплое брызнуло на мои руки, и я открыла глаза, увидев, как гном повалился на бок.

— Мастер Коллум? — я выронила примитивное оружие. Слезы снова наполнили глаза. Я видела, как дернулся мой единственный союзник. Затем снова и снова. Потом он страшно захрипел, и я испугалась, что только ранила его. Испуганной тенью метнулась в дальний угол, подтянула к груди ноги и просто стала смотреть на предсмертные конвульсии человека, или почти человека, которого только что смертельно ранила. Руки дрожали. Да что там руки, я вся тряслась, как умирающий, напротив. Прошло несколько минут пока он не замер.

— Коллум, я надеюсь, вы не ошиблись, — подумала я и приблизившись к решетке протянула руки в соседнюю камеру, положив ладони на рану. Кровь все еще толчками выходила из обмякшего тела. Я плакала и молилась, чтобы он ожил. Мгновение ничего не происходило, а затем из моих рук хлынул настолько яркий свет, что я закрыла глаза, ослепленная. А потом Коллум пошевелился.

В тюремной камере никого не оказалось. Амадеус заставил себя спокойно поднять браслеты и рассмотрел пятно крови, растекшееся у решетки, между камерами — все, что осталось от его пленников.

— Сир? — Морган шагнул в свет. Факел осветил его худое лицо.

— Теперь по крайней мере я точно знаю, что легенда не врала, — сказал король, обращаясь скорее к самому себе, чем к окружавшим его людям, — Он спрятал его от меня в Кейлин.

Амадеус развернулся и направился к выходу из темницы. Через шаг от него следовал Морган.

— Ты знаешь, кого теперь искать, — король стал подниматься по ступеням вверх.

Часть вторая

Глава 1

Уже прошло полгода с тех пор, как мы с Коллумом сбежали из дворца, оставив позади прошлую вольготную жизнь. По крайней мере, мне пришлось о ней забыть. Край, где мы обосновались был далек от тех мест, где прошло мое детство. Когда-то помню, я сетовала, что не бывала нигде в своей стране. Теперь я могла похвастаться тем, что живу в самом захолустье, где никто не знает, что такое электричество и даже не слышал о таком. У самой границы с соседним государством, в опасной близости от Гиблых земель стоял забытый Богом и под частую людьми, маленький гарнизонный городок, насчитывающий едва ли с сотни две жителей, да небольшой гарнизон, составлявший тридцать с лишним человек. Я устроилась в замке прислугой. Коллум пошел в помощники к оружейнику. Жили мы на постое у пожилой вдовы. Я знала, что неподалеку был еще один городок, побольше нашего. И если в нашем главным считался командующий гарнизона, то в соседнем был свой князь. В любом случае, я никогда не бывала там и не стремилась покинуть пределы временного, как я надеялась, пристанища. Сначала я боялась, а потом просто привыкла. Иногда Коллум исчезал. Его не было по нескольку дней. Я так понимала, он бывал у брата, где-то в Скалистых горах. Коллум, конечно же, мог остаться жить со своими, но почему-то выбрал меня. Когда я спрашивала его о причине, гном отвечал мне, что за годы, проведенные в Фолке, он отвык от соотечественников, да и они его не воспринимали как раньше. У гномов был новый негласный король, хотя по-прежнему официально они подчинялись Амадеусу Норфолку. И все же я подозревала, что он просто пожалел меня или решил присмотреть за носительницей силы камня. Но, в любом случае, я была рада, что он со мной.

Места здесь были глухие. До самых гор тянулась полоса темного леса с высокими соснами, между вершин которых то и дело проплывали облака. Крестьяне вспахивали неплодородную почву и то, что она им давала едва хватало на пропитание городу. Если бы не кузни, торговавшие своим оружием с соседями, городок быстро бы исчез с карты, если он там вообще был обозначен. Мы не могли переехать в другой город. Коллум небезосновательно опасался, что нас будут искать. Он сказал мне, что теперь король еще больше заинтересован в том, чтобы найти меня.

Иногда до нас доходили слухи из столицы и так я узнала, что моего отца сняли с должности Первого Министра и его теперь занимает, и почему я только не удивилась, Эдвард Грэшем. Я почувствовала радость от того, что все же не вышла за него замуж. Я не могла понять, как после всего, что случилось, он мог остаться во дворце, хотя подсознательно понимала, как король может уговаривать своих подданных. Доводы у него были вескими…

Наша жизнь текла как равнинная река. Никаких волнений, никаких изменений. На городок иногда нападали, по словам тех, кто жил здесь, но за все то время, что мы провели в гарнизоне, ни разу подобного не случалось. Я верила в нашу удачу, но как бывает всегда, удача, будучи довольно капризной дамой, иногда поворачивается к вам спиной. В один злополучный день произошло именно это.

Когда на городок напали, я находилась на своей работе в крепости гарнизона. Помогала на кухне поварихе. Я помню только, что забежавший Ханс, один из стражей крепости, велел нам запереться и ни в коем случае не выходить из здания. Крепость была построена основательно. Стены толщиной в пол метра и железные кованые двери. За такой броней можно было ничего не опасаться.

Повариха, жена начальника гарнизона по имени Эли, высокая крепкая женщина за тридцать, спокойно заперла двери за Хансом и велела мне потрошить кур таким спокойным голосом, словно это не на наш город только что напали разбойники. Единственное, о чем она заикнулась, так то, что давно не было подобного в их городке.

А я потрошила курицу и думала о том, что с Коллумом все будет нормально, ведь он такой сильный маг. Стоило ли беспокоиться на его счет, если даже вон Эли за своего мужа не переживает и как ни в чем не бывало готовит ужин.

Прошло довольно много времени, пока в двери крепости не постучали и Эли, даже не спросив, кто стоит за дверью, распахнула ее. На пороге стоял Ханс. Я выглянула из-за спины поварихи и заметила, что одежда солдата вся в крови и сам он, кажется, едва держится на ногах.

— Отбились, — только и сказал он и вошел в дом, а точнее почти упал через порог, но крепкие руки Эли поддержали мужчину и помогли добраться до ближайшего стула, где она и усадила раненого.

— Как все прошло? — спросила Эли, пока я по ее просьбе доставала бинты и мази, — Где мой муж?

— В этот раз их было много, — выдохнул Ханс, — Деревню почти всю сожгли. Они уничтожили амбар с запасами и угнали большую часть скота. У нас много раненых, но ни единого убитого.

— Хорошо, — только и произнесла женщина. Она взяла из моих рук бинты и мазь. Несколько коротких мгновений я смотрела на то, как она оказывает первую помощь солдату и думала о том, что могла бы исцелить его рану за считаные секунды… Могла бы, но не стала этого делать. Коллум строга настрого приказал мне никогда не использовать силу без очень важной причины и никогда в присутствии посторонних. Потому я просто вышла во двор и сразу же увидела в свете заката как тянуться со всех сторон струйками дым над домами, разбросанными вокруг крепости. Я прошла вперед и увидела конного всадника, узнала в нем одного из солдат. Тот мне едва кивнул и пришпорив коня помчался по дороге. Куда — не знаю и в тот самый момент мне не было до него дела. Я просто шагала вперед и смотрела на то, что осталось от маленького городка, который еще на рассвете жил другой жизнью, наполненной детскими голосами и кудахтаньем кур, перепалками женщин у колодца и мычанием коров, идущих на выпас.

Дома горели. За исключением гарнизонной крепости, все домики были поставлены из дерева и сейчас почти большая часть строений была объята пламенем. Кто бы ни были эти разбойники, они скорее всего пришли именно за провизией, иначе смертей было бы не избежать.

Я направилась в сторону кузницы, надеясь, что Коллум окажется именно там. Я не ошиблась. Гном стоял в цепочке людей, пытавшихся потушить огонь, захвативший крышу кузницы. Люди передавали друг другу ведра, наполненные водой из маленького озерца, в котором обычно плавали домашние гуси. Я видела, что люди проигрывают эту схватку с пламенем и думала о том, что Коллум мог бы им помочь, но также, как и я не смел выдать нас.

Когда крыша обрушилась вниз, разбрасывая столп искр, люди перестали пытаться ее потушить. Коллум, весь потный и перепачканный сажей, отошел в сторону и только после этого увидел меня.

— Кейлин? — произнес он. Мы давно условились больше не пользоваться титулами. Я не называла его Мастер, он меня Миледи.

— Это просто ужасно, — выдавила я, приблизившись к нему.

— Ужасно не столько то, что сгорели дома, — он смотрел на меня, серьезный как никогда, — Весь главный ужас состоит в том, что нам придётся уехать от сюда.

Я удивилась.

— Почему?

Гном почесал густую бороду.

— Дом, где мы жили сгорел. Запасов у жителей города осталось самый минимум. Как ты думаешь, от кого первым делом избавиться, от тех, кто начинал здесь с самого нуля, от семей, всю жизнь проживших на этой земле или от нас, приезжих, пусть и приятных людей? — он кивнул на догорающую кузню, — У меня больше нет работы и мне как бы между прочим, намекнули добрые люди, пока я помогал таскать ведра с водой, что в соседнем городе требуется кузнец… — он внимательно взглянул мне в глаза, — Ты теперь понимаешь?

Я думала, что Коллум ошибается, но когда вернулась обратно в крепость, Эли сообщила мне, что больше не может держать меня в прислуге, так как теперь работа требуется ее родственнице.

— Я не гоню тебя, — чуть извиняющимся тоном сказала женщина, — Но ты сама понимаешь, нам надо выжить. Многие уже поговаривают, что стоит перебираться в Олдем. Я советую тебе и твоему другу тоже отправиться туда. Я сама только однажды была в том городе. Он разрастается и думаю ты без труда найдешь там себе работу, может даже у самого князя!

Я уходила от Эли получив оплату за неполный месяц и прихватив запасов на дорогу. Коллум ждал меня у чудом уцелевшей конюшни, где мы переждали ночь, вместе с многими семьями, лишившимися в тот день крова. А по утру, пристроившись к одной из семей, перебиравшихся в Олдос, мы уже направлялись пешком, следую за повозкой дальше на север в еще более забытую богом землю.

К моему удивлению, Олдос оказался довольно зажиточным городком. Еще издалека я увидела высокие стены серого замка и каменные дозорные башни. И хотя здесь просто пахло далеким средневековьем, в сравнении с гарнизонным городком Олдос я восприняла едва ли не центром Лондона. Мы распрощались с нашими друзьями и разошлись в разные стороны. Их повозка покатила к ближайшему постоялому двору, мы с Коллумом направились прямо к воротам замка, миновав несколько кварталов, то и дело выспрашивая дорогу у местных. Когда мы наконец, вышли к высокому серому замку, я почему-то остановилась и подняла голову вверх, глядя на башенки, украшавшие здание и теряющиеся в удивительно синем небе, без единого облачка.

— Что случилось? — Коллум тронул меня за плечо.

— Сама не знаю, — пожала я плечами.

— Идем, — гном шагнул вперед, призывая следовать за собой.

— Мне сказали в гарнизоне, что кузнецы здесь требуются, — произнес он, когда мы остановились перед высокими воротами, ведущими во двор замка, — Думаю, тебе тоже удастся устроиться здесь горничной.

Я промолчала.

Стражник, открывший окошко над дверью в воротах, бросил на нас заинтересованный взгляд. А точнее ему было любопытно посмотреть на гнома.

— Ну как, налюбовался? — спросил Коллум спустя минуту.

— Кто вы такие и что вам надо?

Гном долго не медлил с ответом.

— Я слышал, здесь нуждаться в кузнецах? — скорее утвердительно заявил он, чем поинтересовался, — А моя подруга ищет работу горничной или кем-то на вроде.

Я закатила глаза. Подруга, вот же сказал!

Скорее всего опасений у охранника мы не вызвали, так как спустя мгновение он уже открывал нам двери. Коллум первым прошел во двор, я юркнула следом. Огляделась. Двор оказался большой и чистый. Слева от замка пристройка под конюшню, справа, в отдалении здание, напоминающее амбар.

— Кузнец и правда нужен, точнее подмастерье нашему Годфри, — признался страж, глядя как мы осматриваемся, — Я проведу вас сперва на конюшню, Годфри должен быть там, он меняет подковы у княжеского скакуна.

Мы последовали за охранником и скоро оказались возле конюшни. Страж кликнул кузнеца, а сам вернулся обратно к воротам.

Кузнец оказался очень крупным мужчиной средних лет. Светлые волосы, перехваченные кожаным ремешком отеняли длинное лицо с резкими скулами. Серые глаза под кустистыми бровями смотрели с интересом, а из-за его плеча выглядывал тощий долговязый мальчишка.

— Что умеешь? — спросил кузнец, оглядывая гнома с ног до головы и пока Коллум перечислял свои таланты, Годфри бросил на меня не менее оценивающий взгляд, от которого я покраснела.

— Ну, хорошо, — сказал мужчина, — Я наслышан о вашем брате только хорошего. Было бы интересно посмотреть на тебя в деле, — тут он усмехнулся, — Может поможешь мне с конем? Там всего то и надо, что перековать.

Коллум кивнул, соглашаясь.

Годфри сделал приглашающий жест, а затем бросил мальчишке.

— Гай, отведи леди в замок, кажется, там есть вакансии, — и добавил обращаясь уже ко мне, — Тебе ведь тоже нужна работа?

— Да, сэр, — ответила я тихо, — Спасибо!

Годфри и Коллум исчезли за воротами конюшни, а мальчишка, названный Гаем, дернул меня за рукав.

— Пошли что ли, — сказал он.

Глава 2

Не знаю, можно ли теперь это назвать удачей или все же нам с Коллумом не повезло, но нас взяли на работу к князю, хотя я не видела еще его самого, говорили, что князь отсутствует по делам. Кроме меня в замке было более двадцати девушек работниц и это не считая повара и прибиральщиц. Как Коллум и предсказал, работать я устроилась именно горничной.

— Ни в ком случае не заходи в господские покои, — наставляла меня старшая из горничных, пока мы в самый первый день шли по замку, и она показывала мне комнаты, приставленные за мной. Я кивала, оглядываясь по сторонам. Замок оказался просто великолепен. У князя определенно был вкус или вкус был у того, кто помогал обставить комнаты. В любом случае, вещи казались мне привычными, и я невольно вспомнила свою прежнюю жизнь в качестве леди Коборн, дочери Первого Министра. Невольно вспомнился отец. Как он там без меня, вспоминает ли? Я часто задавалась-таки вопросом. Знал ли Маркус Коборн правду о том, что произошло с его единственной дочерью? Узнаю ли я об этом, встретимся ли мы еще? Я надеялась, что да.

— Да ты меня не слушаешь совсем, — упрекнула меня Коллет.

— Просто впервые оказалась в таком прекрасном месте, — солгала я, списывая задумчивость на волнение.

Горничная улыбнулась.

— Понятно тогда. Да уж, наш князь любит роскошь!

Мы прошли верхние этажи, Коллет показала мен двери, ведущие в комнаты Его Сиятельства и уже после спустились вниз, где она отвела меня уже в мои скромные апартаменты, как назвала я за глаза ту комнатушку, в которой теперь мне предстояло жить. Никакого сравнения с моими комнатами в имении Коборн, подумала я и когда за Коллет закрылась дверь, села на скрипучую кровать, такую узкую, что будь я потолще, вряд ли полностью уместилась на ней.

На работу я вышла на следующий день и вот тогда случилось то, чего я не совсем ожидала.

Одетая в форму горничных, я торопливо поднималась по лестнице наверх, намереваясь приступить к исполнениям своих обязанностей, когда на верхней площадке между этажами столкнулась с женщиной, лицо которой показалось мне странно знакомым. А она от неожиданности даже отступили на шаг назад, глядя на меня расширившимися от удивления глазами.

— Миледи? — только и проговорила Милдред.

— Но откуда… — только и произнесла я, прежде чем женщина схватила меня за руку и поволокла за собой. Она втянула меня в одну из комнат, предварительно оглядевшись по сторонам, а затем закрыла за нами двери.

— Как вы здесь оказались? — спросила меня бывшая служанка Северина Норфолка.

— Я хочу задать тот же самый вопрос, — сказала я.

Милдред села на застеленную постель. Мы оказались в какой-то из закрытых спален, которой определенно не пользовались. Одежда женщины указывала на ее довольно высокое положение в доме, кажется, она была экономкой или кем-то подобным, но уж никак не главной горничной, как раньше.

— Когда вы приступили к работе? — поинтересовалась женщина.

— Сегодня первый день, — ответила я.

Милдред выдохнула:

— Не знаю, почему мне никто не сказал о новой горничной, — обратилась она сама к себе и добавила, — Хорошо, что хозяина нет и мистера Барратта тоже.

— Что?! — я замерла.

— Как же вы не знаете даже к кому устроились на работу! — она покачала головой, — Господина Норфолка не будет еще неделю, но я очень вам советую, как можно скорее уехать отсюда. Я даже не представляю, что будет, если он узнает, что вы здесь.

Покачнувшись, я облокотилась спиной на стену, глядя бессмысленным взглядом в пространство перед собой и не замечая взволнованного взгляда Милдред. Так вот кто этот таинственный князь! Как он здесь оказался? Что произошло после того, как он ушел в портал?

Северин здесь, только и понимало сердце. Желание увидеть его захватило мои мысли, но я быстро прогнала его прочь. Вспоминая о том, как мы расстались и что он думает обо мне, я понимала правдивость слов Милдред.

— Бежать, бежать! — было моей первой мыслью после того, как пропала радость от мысли о том, что Северин скоро будет здесь. И я могла бы его увидеть, только стоит ли? Не так ли давно для себя я решила, что стоит выбросить его из сердца, сделать вид, что его никогда не было в моей жизни, и тут судьба снова хочет нас свести, или это не судьба, а злой рок? Я знаю, что он ненавидит меня и вряд ли время что-то изменило. Слишком мало его прошло.

— Мы ведь бежали тогда, — сказала Милдред, — Его Высочество возник просто из ниоткуда и забрал нас из дома, увел всех через портал в неизвестность. Сэр Генри был вместе с ним. Этот город был совсем другой до нашего прихода. Развалины, запущенность царила всюду. Несколько домиков с крестьянами…Принц восстановил замок, расширил границы города. Видели бы вы, миледи, что творилось здесь, когда мы только попали сюда! — женщина горько усмехнулась.

Я вздохнула. Что-то глубоко кольнуло в сердце. Коллум расстроиться, подумала я рассеяно, а может даже и захочет остаться в замке. Кажется, они с Северином волне ладят.

— Я уйду, — произнесла я твердо.

— Не подумайте, миледи, я не гоню вас, но я была свидетелем ссоры между господином и его другом, мистером Барраттом, когда тот упоминал ваше имя за ужином. Простите, но вряд ли вам будут рады.

— Я уже поняла, Милдред и, — я оттолкнулась от стены, — Не называй меня миледи. Я теперь такая же, как и ты, если даже не ниже по статусу.

Милдред взмахнула руками.

— Да что вы такое говорите, миледи. Кровь не скроешь. Для меня вы навсегда останетесь дочерью лорда.

Так как я молчала, женщина снова заговорила.

— Побудете здесь пару дней, я постараюсь собрать вам немного денег и продуктов и устрою с ближайшим обозом, что идет из города.

— Спасибо, — голос прозвучал как-то глухо. Для себя я уже решила, что ничего не скажу Коллуму. Я оставлю его здесь. Хватит уже нам вдвоем скататься. Он заслуживает лучшей доли, чем приглядывать за бывшей леди Кейлин Коборн.

— Я устрою так, что вам не придется работать, — Милдред встала, — Отдохнете.

Я с благодарностью посмотрела на женщину.

— Не стоит, я уже привыкла отрабатывать свое пропитание и нахлебницей не буду.

Экономка кивнула соглашаясь.

— Ваше право, миледи.

И мы вышли в коридор.

Кажется, Коллум почувствовал, что со мной что-то не так. Когда мы встретились во дворе, и он поинтересовался тем, как работается мне на новом месте, я не смогла сразу ответить и отвела взгляд, всего на мгновение, но этого хватило, чтоб вызвать сомнения в моем друге.

— Что-то не так? — произнес гном.

— Нет, все в порядке, просто, наверное, устала, — отмахнулась я, надеясь, что он не станет приставать с расспросами, — Лучше скажи, как тебе работать с Годфри?

Коллум улыбнулся.

— Кузнец оказался неплохим малым, — сказал гном, — Мы прекрасно понимаем друг друга, так что никаких проблем возникнуть не должно.

— Это же замечательно, — сказала я, а про себя подумала, что по возвращении Норфолка Коллуму уже не придётся скрываться и работать кузнецом.

— Годфри выделил мне комнату недалеко от места работы, заходи, — и он кивнул на здание кузни. Я заметила длинную пристройку, где скорее всего, располагались комнаты кузнеца и теперь Коллума.

— Зайду обязательно, — ответила я, — У меня тоже первоклассные апартаменты, — пошутила, — Метр на метр и маленькое окно, чтобы не казалось, что сидишь в тюремной камере.

Мы разошлись, каждый по своим делам. Я упорно изображала из себя горничную и уже второй день драила комнаты, указанные Коллет. На завтра на вечер Милдред смогла договориться с каким-то обозом, идущим на восток. Меня обещали взять с собой за совсем мизерную плату. Милдред сказала, что хозяин обоза приличный человек, она узнавала. По легенде я отправлялась к своим родственникам, если бы конечно, кто-то стал интересоваться.

— Душечка, не вынесешь ли ведро? — Коллет протянула мне наполовину наполненное грязной водой ведро. Кивнула на выход, хотя я только переступила порог, возвращаясь с заднего двора после того, как развесила сушиться постельное белье.

Я взяла ведро, толкнула ногой двери и вышла во двор. Вылив воду под дерево, хотела было возвращаться обратно в дом, как увидела, что стража поспешно открывает ворота и через мгновение в них проехали галопом двое верховых. Я застыла, глядя на них.

— А где же карета, господин? — спросил один из стражников, когда высокий темноволосый мужчина, спешившись, бросил ему поводья.

— Следует за нами, — ответил вместо первого всадника его товарищ.

Мои руки разжались и ведро громыхнулось прямо на каменные ступени перед дверью, а я едва удержалась от желания закрыть лицо руками.

Мужчина в черном поднял голову и повернулся на звук. Мгновение он смотрел на меня так, словно увидел призрак. Лицо ничего не выражало, а потом он шагнул в мою сторону и в несколько широких шагов сократил расстояние между нами.

— Кейлин! — крикнул мне второй верховой и проворно спрыгнул с лошади.

— Генри, — почему-то ответила я Барратту, старательно не глядя на мужчину, остановившегося передо мной на расстоянии вытянутой руки. Сначала он просто смотрел на меня, будто не знал, что сказать. Затем окинул взглядом мое скромное платье и выдавил:

— Вот теперь вы на своем месте, миледи. Вам идет подобное убранство, — и больше не произнеся ни слова, шагнул мимо. Не спросил откуда я здесь взялась, где была все это время. Просто холодная издевка.

За моей спиной хлопнула дверь. Подошедший Генри Барратт с неловкой улыбкой посмотрел во след другу, затем перевел взгляд на меня. Стражник, державший обоих коней под уздцы, заинтересованно наблюдал за происходящим.

— Миледи! — он хотел было взять мою руку с явным намерением поцеловать, но я его остановила и нагнувшись, подняла ведро со ступенек.

— Я не та Кейлин, Генри, которую вы знали! Простите, но мне надо идти, — произнесла я и отвернувшись, вошла в дом.

Я боялась, что переступив порог снова столкнусь с хозяином этого дома, но Северина Норфолка в холле не оказалось. Я не знала, хорошо это или плохо. Если я была бы ему еще не равнодушна, он бы ждал меня здесь. А он ушел. Странно, но я не испытала должного облегчения. Зачем врать себе, я и так слишком долго это делала, убеждая саму себя, что Северин ничего для меня не значит. А увидела его снова и поняла, что лгала себе. Обманывалась, чтобы не было больно.

— Надо скорее уехать отсюда, — я торопливо зашагала в направлении своей комнатушки. До моего отъезда оставалось совсем ничего. Вещи были собраны, и я не хотела бродить по дому, потому что боялась встретить Норфолка. Боялась и одновременно желала этого.

Северин развалился в кресле перед своим рабочим столом в кабинете. У его ног сидел Буч, глядя на хозяина глазками-бусинами. Милдред, вытянувшись по стойке смирно ожидала, когда Северин начнет ее отчитывать. Принц узнал, что эта девушка, леди Коборн в замке. И что только заставило его вернуться на несколько дней раньше! Не произойди этого, Милдред сейчас не чувствовала себя так, будто сделала какую-то подлость.

— Скажи мне, Милдред, — обманчиво спокойный голос не ввел в заблуждение экономку, — Как леди Кейлин оказалась в нашем замке, а точнее я хочу спросить тебя, почему ты взяла ее на работу?

— Ваше Высочество, — проговорила женщина, — Леди Коборн у нас всего пару дней. Я сперва, и сама не знала, что она в замке, пока мне не показали новую горничную и, — она замялась, прежде чем продолжить, — Я не смогла выставить ее. Простите, ноя еще вчера проблему решила. Леди Кейлин вечером уезжает с обозом из Олдоса. Я рассказала ей при встрече, в чей замок она попала.

Норфолк переплел пальцы рук. Глаза зло сверкнули.

— И она поторопилась уехать, только чтобы не видеть меня, — сказал он скорее сам себе, чем обращаясь к экономке.

— Не переживайте, господин. Леди Коборн уже сегодня вечером больше не будет в замке.

Застывший в дверях Генри сделал шаг, переступая порог кабинета.

— Ты что, отпустишь ее? — спросил он.

Северин знаком велел экономке удалиться. Та, шурша длинными юбками скрылась за дверьми, плотно притворив их.

— Ты и правда отпустишь ее? — Генри пристально посмотрел на друга, — Значит я ошибался.

Северин откинулся на спинку кресла, сложил руки на груди.

— А что ты мне предлагаешь? Она обманывала меня, она работала на моего брата и лгала мне, она…

— Она настолько сильно нравиться тебе при всем этом, что ты никак не можешь выбросить ее из своей головы, мой друг, — закончил за него Барратт и придвинув стул, сел напротив Норфолка, — Упустишь ее сейчас, пожалеешь. Ты же не знаешь толком, может Амадеус заставил ее!

— Мне все равно, — отрезал Северин тоном, не терпящим возражений.

Генри изогнул бровь.

— Ты нравился ей тогда и нравишься сейчас, — произнес он.

— Не выдумывай, — Норфолк поднялся с кресла, — Я все решил. Пусть уезжает, я не буду ее удерживать.

Барратт встал со стула и направился к дверям, уже положив руку на дверную ручку, он обернулся, взглянул на друга, стоявшего у нему спиной.

Северин смотрел на маленькую картину, висевшую на стене. Девушка, изображенная на ней шла по берегу океана. Барретт знал, что картину Северину подарила Кейлин. Принц ему об этом не говорил, Генри сам догадался, что это так, как знал и то, что девушка на картине была не кто иная, как сама леди Коборн.

Милдред провожала меня до дверей.

— Леди Коборн, я желаю вам удачи.

— Спасибо, — коротко ответила я. Сумка в моих руках была заполнена под завязку, благодаря стараниям экономки Северина. Женщина положила туда в основном продукты и кое какую одежду. У меня своей почти не было. Все сгорело, во время пожара. Услышав шаги, я подняла голову и увидела спускающегося вниз Генри Барратта. Он хмурился.

— Вы уезжаете, миледи? — спросил он.

— Вы же прекрасно понимаете, Генри, что Его Высочество не позволит мне остаться, после того, что произошло, да я и сама не хочу тут оставаться теперь, когда знаю, кто хозяин замка.

— Но вам ведь некуда идти, — возразил Барратт.

— Резонно, — ответила я, — И здесь остаётся Коллум. Но ведь у меня нет выбора.

— У вас есть выбор, — Я вздрогнула. Не знаю, как Северин появился за моей спиной. Он стоял, привалившись к двери и смотрел на меня. Генри взглянул на нас обоих, но уходить не торопился в отличии от Милдред, которая вероятно решила не присутствовать при разговоре господ и спешно ретировалась.

— Вы можете остаться, миледи, — он оттолкнулся от опоры, шагнул ко мне, — Я разрешаю Вам остаться, — он сделал ударение на слове разрешаю.

Я вскинула голову. Гордо взглянула в лицо мужчины, стоявшего передо мной. За то время, что мы не виделись, он не изменился. Ни внешность, ни скверный характер не стали лучше. В какой-то момент моя гордость сказала мне отказаться от этого предложения, сделанного подобным тоном, но разумная часть меня тихо зашептала, убеждая остаться. Мне действительно некуда было деваться. К тому же я знала о том, что король ищет меня. Здесь было самое безопасное место.

— Но, если вы останетесь, Кейлин, я хочу предупредить. Я не желаю видеть вас и сталкиваться с вами в своем доме. Станьте тенью и выполняйте свою работу так, чтобы я думал, будто вас здесь нет, вам это ясно?

— Более чем, — отрезала я.

Северин прошел мимо меня и стал подниматься по лестнице, а Генри поспешил забрать у меня сумку, словно боялся, что я передумаю и все же уеду.

— Вот и замечательно, — пробормотал он и уже обратился ко мне, — Идемте, покажете мне свою комнату.

Я молча кивнула. Обращение Норфолка ко мне, такое надменное, словно я была грязь под его ногами. Он позволил мне остаться, и условия очень даже меня устраивали, так как я сама не горела желанием видеть его.

Глава 3

Дни потянулись еще более однообразные, чем те, что мы провели на границе, и я не разделяла радости Коллума, узнавшего в чьем замке нам повезло, если так можно было выразиться, остановиться. Я избегала Норфолка, как только могла, но иногда мы все-таки сталкивались. Не по моей вине. Казалось, иногда он сам искал встреч со мной. Я всегда делала вид, что не замечаю его или с усмешкой приседала в реверансе, старательно не глядя ему в глаза.

Коллум перебрался в замок из кузницы, но продолжал ходить и помогать Годфри. Наверное, любовь к ковке у них в крови, думала я. Иногда гном, Барретт и Северин закрывались в его большом кабинете и разговаривали. О чем, я не знала, а Коллум не делился со мной, да я и не особо расспрашивала, зная, что все равно он не сможет ответить. Так продолжалось до того момента, пока в замок не приехали гости. Точнее это были не совсем обычные гости. Несколько десятков мужчин, военные. Когда они заполнили весь двор перед замком, конюх по имени Джош, очень долго сетовал на то, что понятия не имеет, где разместить всех лошадей. Конюшня оказалась не настолько вместительной и любимцу принца пришлось потесниться.

Замок теперь кишел мужчинами. Я опасливо сторонилась их, когда проходила мимо. Меня провожали заинтересованные взгляды, подмигивания и грубые шутки, как, впрочем, и все симпатичных девушек, что здесь работали. Самым страшным для меня оказалось прислуживать за столом Норфолку и его гостям, впрочем, за стол пустили только главного над всей этой мужской оравой.

Северин был крайне недоволен там, что Милдред отправила именно меня прислуживать за стол к нему и его гостям. Я старалась делать вид, что нисколько не задета его откровенно раздраженным взглядом, который я ощущала все своей кожей, но я спокойно продолжала выполнять свою работу. Ричард Келли, дворецкий Норфолка, кстати, делавший вид, что не знает меня, стоял за спиной господ и изредка подливал в их бокалы вина. На мою долю выпало раскладывать еду на тарелки и стиснув зубы я улыбалась как всякая приличная служанка, выполняя эти нехитрые действия, в душе же мечтая поскорее убраться с глаз долой из этой комнаты.

— У вас очень красивые служанки, — услышала я незнакомый голос. Рука дрогнула, и я едва не вывалила на брюки незнакомого мужчины, сидевшего за столом с принцем, порцию картофельного пюре. Бросила короткий взгляд на говорившего и извинилась.

— Я позвал вас не о женщинах разговор вести, — холодно отозвался Северин.

— Естественно, — ответил его собеседник. Генри сидел рядом с Норфолком, по правую его руку и посмотрев на меня, весело мне подмигнул, что не осталось незамеченным ни гостем, ни принцем.

— Вы видели моих людей, они лучшие в этой стране, — продолжил говорить незнакомец, — У вашего города будет самая надежная охрана.

— Конечно, за такие-то деньги она и должна быть лучшей, — пошутил Генри и Северин наградил друга молниеносным хмурым взглядом.

Я еще раз обошла стол, проверила, полны ли тарелки. Мужчины вели свою беседу, и я не особо вслушивалась с смысл, понимая только то, что этот незнакомец глава наемников, заполнивших сегодня наш замок.

— Кейлин, ты свободна, — сказал мне Норфолк, и я поспешно вышла из зала, прихватив пустой разнос. За гостями остался ухаживать Келли. Спустя некоторое время, Милрет велела мне пойти и убрать со стола грязную посуду. Я понуро поплелась наверх. Встретив на пути Генри.

— Северин еще не оставил мысль сделать из тебя служанку, — хмыкнул мужчина. Я скривила губы.

— Хочешь помочь? — спросила, но Барратт только примирительно вскинул ладони, и я прошла мимо него.

В обеденном зале было пусто. Принц и его гости ушли, точнее, я тогда так подумала и стала собирать на разнос тарелки со стола, как вдруг ощутила, как чьи-то руки легли на мою талию. Я не успела даже вскрикнуть, как меня развернули и принялись лапать.

— Какая сладкая девочка, — произнес наемник, тот самый, что сидел за столом вместе с Барраттом и Северином.

— Пустите! — я уперлась руками в твердую грудь мужчины.

— Ну, что же ты, — одна его ладонь сжала мою грудь, другая нагло полезла под юбку, и я вскрикнула от негодования.

— Уильям Джой щедр с теми девочками, что ласковы с ним! — сказал мужчина и я в тот же миг выкинула вперед ногу, но наемник успел увернуться и мой удар пришелся по его бедру.

— Отпустите меня немедленно! — закричала я, но Джой уже запустил руку под мой подол и принялся там шарить, вызвав у меня волну негодования и отвращения.

— Люблю непокорных, — сказал он и опрокинул меня спиной на стол, удерживая при этом рукой за шею. Затем приблизил ко мне свое лицо и прошептал, — Не дергайся. Может даже и понравиться. Думаю, твой хозяин не будет против, если мы немного позабавимся.

Изловчившись, я умудрилась укусить наемника за руку. Он взвыл, не столько от боли, сколько от злости. Резкая пощечина обожгла мою щеку и вдруг мужчину словно оторвало от меня. Я вскочила, радуясь неожиданному освобождению и стала оправлять юбки. Щека нещадно горела, и я придала к ней свою ладонь, словно это могло снять боль. Взглянув увидела, что моего несостоявшегося насильника держит за шиворот Норфолк. Уильям Джой вырвался из захвата и утсавился на того, кто посмел помешать его развлечениям.

— Вам жалко девки? — спросил наемник.

Северин смерил его холодным взглядом.

— Кажется, я больше не нуждаюсь в ваших услугах, Джой, — произнес он ледяным тоном.

Наемник нахмурился.

— Вы совершаете ошибку, — он бросил злой взгляд на меня, застывшую у стола и все еще прижимающую ладонь к щеке, — Из-за какой-то служанки! От нее бы не убыло, если б я ее немного потискал! Да и сопротивлялась она наигранно. Я ж этих баб знаю! Сама меня хотела. Весь вечер глазки строила!

Я от неожиданности и наглости мужчины только приоткрыла рот и так и застыла, затем бросила быстрый взгляд на Северина, не поверил ли он мерзавцу, но Норфолк оставался невозмутимым.

— Не смею вас больше задерживать, — сказал он Уильяму, — Ни вас, ни ваш сброд!

Наемник рванулся было на принца, но заметив загоревшееся на его ладонях пламя, тот час отступил. Глаза Джоя метали молнии.

— Вы еще пожалеете об этом, — бросил он и вышел из зала, громко хлопнув дверью.

Несколько минут мы с Северином просто стояли друг напротив друга. Он встряхнул ладони и разгоревшееся было пламя словно ушло под кожу, а затем шагнул ко мне.

— Кейлин, — произнес он и от нежного тона его голоса я заплакала.

— Больно? — он оказался рядом и очень осторожно приподнял мое лицо за подбородок, посмотрел на красную отметину, оставшуюся после пальцев Уильяма Джоя. Я кивнула.

Норфолк выпрямился и отстранился.

— Следуй за мной, — сказал он.

Я беспрекословно подчинилась, и мы вышли из зала. Шагая следом за Северином я неожиданно для себя поняла, что мы оказались у его комнат, вход в которые мне был строго настрого запрещен. Лакей, стоявший у дверей, распахнул их перед нами. Северин прошел первым, я за ним.

Комнаты Норфолка были богато обставлены, но я не заметила ничего вычурного или баснословно дорогого. Мы прошли гостиную с камином и роялем, затем маленькую библиотеку и вошли в спальню. Принц усадил меня на застеленную кровать, а сам вышел в ванную комнату, примыкающую к спальне. Вернулся он с маленькой баночкой, хранящей в себе какую-то мазь с приятным ментоловым запахом.

— Сидите тихо, я просто обработаю след от удара, — сказал он, снова перейдя на Вы, — Синяка не будет, не переживайте. А этого мерзавца…

Я перехватила его руку, и он замер, так и не договорив то, что собирался.

— Я сама, — сказала я и забрала мазь из его рук.

Северин кивнул, глядя на то, как я подошла к небольшому зеркалу и стала наносить мазь на кожу. Жжение уменьшилось, и я вернула баночку владельцу.

— Всегда жалел, что не могу лечить, — произнес принц.

— Спасибо, — сказала я и села рядом, взяла его за руку и повторила, — Спасибо, что несмотря ни на что не дал этому мерзавцу сделать это со мной.

В моей груди разлилось тепло от касания к его руке. Сердце предательски замерло и забилось с новой удвоенной силой, когда я, наплевав на свою гордость и обиды потянулась к губам сидевшего напротив мужчины. А он словно только и ждал моей инициативы. Теплые губы, такие родные и знакомые прижались к моим. Он с осторожностью сжал мое лицо в своих ладонях, но щека уже больше почти не болела. Да что там, я напрочь забыла про нее, отдаваясь во власть этого мужчины. Северин глухо застонал и прижал меня к себе и мои последние бастионы пали под его напором. Я с удивлением заметила, что сама срываю с Норфолка одежду, а он в свою очередь торопиться избавить меня от моей.

— Кейлин, — глухо произнес он, — Останови меня, пока не поздно, — а сам не отрываясь продолжал покрывать мою шею и обнажившуюся грудь жаркими поцелуями. На миг оторвавшись, посмотрел в мои горящие глаза.

— Ты уверена? Я еще могу тебя отпустить! — но его взгляд говорил об обратном.

Я ногтями провела по его рельефной груди и откинулась назад на постель.

— Даже не смей меня отпускать, — прошептала я и схватив его за плечи, притянула к себе.

Глава 4

Амадеус поднял голову, взглянул на вошедшего и отложил перо.

— Что на этот раз, Морган?

Маг прошел в кабинет и без разрешения короля, вальяжно развалился в одном из кресел у стены. Амадеус Норфолк проследил за его действиями с слегка нахмуренными бровями.

— У меня прекрасная новость, — наконец произнес Морган.

— Жду с нетерпением ее изложения, — Амадеус переплел пальцы, нервно постукивая большими друг о друга.

Морган сделал короткую паузу, а потом заявил:

— Мы нашли ее.

Король замер, перестав стучать пальцами.

— Где? — спросил он.

— Вы даже себе представить не можете, — хмыкнул маг, — Она пряталась в старом особняке Коборнов, в том самом на который был наложен арест.

Договорив, Морган хлопнул в ладоши и в кабинет, кланяясь, вошли двое слуг, они несли в руках плетеную большую корзину, внутри которой что-то дергалось и шипело. Под повелительным взглядом своего короля, слуги поставили корзину на пол. Морган распрямился в кресла, сменив позу из расслабленной на выжидательную, а затем, увидев кивок короля, знаком велел слугам открыть корзину.

Едва крышка была откинута назад, как из глубины плетеной корзины выскочило что-то, похожее на клубок с яркими зелеными глазами и зашипев, попыталось убежать, устремившись к приоткрытой двери. Амадеус бросил во след кошке заклинание и через секунда на ковре растянулась обнаженная девушка. Длинные волосы покрывали всю ее спину, почти до самых колен.

— Марта! — взмах руки короля и слуги с поклоном покинули кабинет. Морган поднялся на ноги и подошел к девушке, склонился над ней, предлагая свою руку. Она медленно встала, прикрывая наготу длинными волосами и посмотрела мимо мага прямо в глаза королю. Амадеус улыбнулся уголками губ.

— Марта, — уже более мягко сказал он, — Вот и встретились.

Женщина-кошка не казалась испуганной. С вызовом подняла высоко подбородок и перекрестила руки на груди.

— Я не рада видеть тебя, Амадеус, — сказала она мягким грудным голосом, — Твоя ищейка все же выследил меня.

— Я старался, миледи, — Морган шутливо поклонился.

Король словно не замечал своего наемника. Он медленно приблизился к женщине, поднял руку и отбросил одну из прядей ее волос ей за спину, провел пальцами по нежной коже длинной белой шеи.

— Ты же должна была понимать, что долго бегать от меня тебе не позволят, — тихо сказал он.

— Ты бы тоже бегал на моем месте, если бы знал, для чего я тебе понадобилась, — ответила она.

— С твоей помощью трон станет еще ближе! — сказал Амадеус.

— Вероятно, — она сделала шаг назад, и рука короля повисла в воздухе, — Только кристалл ты упустил, а без него я ничего не смогу сделать, даже если ты притащишь меня в Черные горы.

— Не беспокойся, камень я найду, — король опустил руку, по-прежнему глядя на женщину. Казалось ее наготе не смущала никого из присутствующих, даже саму Марту, — И Кейлин Коборн скоро будет с нами.

Марта фыркнула и отвернулась. Морган и Амадеус переглянулись.

— Что ты там говорил про аудиенцию? Как имя этого наемника? — спросил король у Вудхауза.

— Уильям Джой, сир, — ответил Морган, — И судя по всему он очень торопился, так как воспользовался порталом. Мы отследили его перемещение. Точка отсчета находится на самой границе гор.

— Уильям Джой, — тихо произнес Амадеус и добавил, — Что ж, послушаем, что он может нам сказать, — король повернулся к Марте и глядя на нее приказал Моргану отвести девушку в комнату для гостей.

— И следи за ней, — в спину магу добавил король.

Проснувшись я открыла глаза и вспомнив о том, что предшествовало моему сну, широко улыбнулась. Сладко потянувшись, посмотрела на пустующее место на кровати рядом с собой. Улыбка сползла с моих губ. Северина рядом не оказалось. Я приподнялась, стягивая одеяло на обнаженной груди и тут увидела Норфолка. Он стоял ко мне спиной, глядя куда-то в окно. Услышав шорох одеял, он медленно обернулся и посмотрел на меня странным холодным взглядом. Внутри у меня все похолодело.

— Проснулась? — спросил он.

Я ничего не смогла придумать лучше, чем утвердительно кивнуть.

Северин смерил меня пронзительным взглядом. И всего лишь на короткое мгновение, на какую-то несчастную долю секунды мне показалось, что в его глазах промелькнуло что-то ко мне, важное, глубокое и искреннее… но эта секунда прошла и передо мной по-прежнему стоял надменный мужчина. Уголки его губ дрогнули, и легкая улыбка придала ему очарования. Я смотрела во все глаза на мужчину, ночь с которым показалась мне сказкой и который теперь хотел разрушить ее. Я чувствовала это. Он не простил меня, поняла я, не простил и то, что между нами было, простая месть. Он использовал меня. Глаза защипало от слез, которые вот-вот хотели обрущить всю мою выдержку.

— Я надеюсь, то что произошло между нами, никак не отразиться на наших дальнейших отношениях, Кейлин, — произнес Норфолк, — Я признаю, что это была ошибка и приношу свои извинения…

Я вскочила с кровати, зло швырнула в принца одеялом и пробормотав какие-то проклятия в его адрес, подняла платье с пола и стала быстро одеваться, мысленно ругая себя за наивность и доступность. Как же, расклеилась от его поступка. Защитил он меня, видите ли, от насильника и как оказалось, сам же и воспользовался ситуацией и тем, что я испытываю к нему.

Я застыла, отбросила спутанные после ночи безумия волосы назад за спину, с вызовом посмотрела на стоявшего передо мной мужчину и глухо произнесла:

— Даже не думай больше приближаться ко мне! — мое лицо пылало, хотя я и пыталась взять себя в руки и придать себе спокойный вид, но сердце в груди гулко и возмущенно билось, — Значит, ошибка, — добавила я зло, — То, что между нами произошло нормальные люди называют любовью, а такие идиоты, как ты — ошибкой!

Подавив в себе желание закатить Его Высочеству звонкую оплеуху, я выбежала из его покоев, с силой громыхнув дверью. Казалось весь замок содрогнулся от этого звука. Уже в коридоре я столкнулась с Генри. Едва бросив на меня быстрый взгляд, Барратт сразу же догадался о том, что произошло. Он пробормотал только тихое, доброе утро и пропустил меня, глядя во след как я бегу к лестнице.

Спустившись вниз и оказавшись в своей спальне, я с силой захлопнула двери и прислонившись спиной к стене, медленно сползла вниз. Села прямо на полу и заревела так, как плакала, наверное, только в детстве. Я позволила себе эту маленькую слабость, ведь здесь никто не мог слышать меня. Растирая слезы по лицу, я плакала и думала о том, что теперь мне очень трудно будет выбросить Северина из головы. Еще труднее, чем прежде, потому что, кажется я только теперь осознала, что люблю этого упрямого холодного мужчину, которому я, как оказалось, совсем не нужна.

Генри прошел в приоткрытую дверь спальни, тихо, для приличия постучал и шире распахнув двери, увидел своего друга, сидящего на самом краю расстеленной кровати. Северин опустил голову, обхватив ее руками и словно разглядывал узорный паркет.

— Ты что ей сказал? — спросил Генри, не ходя вокруг да около.

Норфолк поднял голову. Барратт усмехнулся, увидев выражение лица друга. Ему и без слов стало понятно, что Северин снова все испортил.

— Не перестаю тебе удивляться, — сказал Генри, — Ты всегда казался мне таким умным, рассудительным, а в собственных чувствах разобраться не можешь.

Северин тяжело поднялся.

— Я уже давно в них разобрался, — ответил он угрюмо.

Барратт вопросительно изогнул бровь.

— И что? Я только что видел результат, который пулей выскочил из твоих комнат. Хорошо же ты разбираешься!

— Много ты понимаешь, — отвернулся Норфолк.

— Если ты будешь продолжать ее отталкивать, ты ее потеряешь, — сказал Генри.

Северин метнул на друга пронзительный взгляд.

— Нельзя потерять то, что не имел, — отрезал он и вышел из спальни, оставив Барратта смотреть ему во след.

— И зачем все так усложнять? — спросил Генри тишину. Она промолчала.

Коллума я нашла на конюшне, где вместе с кузнецом они перековывали одну из лошадей. И хотя Северин дал гному понять, что будет рад и так видеть его у себя в замке в качестве гостя, Коллум все же с удовольствием работал с кузнецом. Завидев меня, замершую силуэтом в дверях, гном коротко кивнул Годфри и подхватив полотенце, стал вытирать руки, шагая ко мне.

— Что-то случилось? — спросил он, глядя на мои покрасневшие глаза.

Я привалилась к стене здания, отвела взгляд, опасаясь, что снова расплачусь.

— Коллум, я хочу уехать отсюда, — сказала я.

Гном пристально посмотрел на меня и покачал головой.

— Это было бы крайне неразумно, леди Кейлин, — сказал он, — Здесь у Норфолка мы находимся в относительной безопасности, которую никто не гарантирует нам за пределами этого города. Я был у Гавина и он сказал мне, что король ищет вас, хотя я и так знал об этом. Неужели милорд Норфолк вам так докучает, что ради этого стоит рискнуть жизнью?

Я промолчала, осознавая, что гном прав.

— Вот и замечательно, — он правильно истолковал мое молчание, — Если будет совсем тяжело, делайте вид, что его просто нет.

— Легко сказать, — подумала я, а вслух произнесла, — Я же не могу всю жизнь прятаться, Коллум!

Гном кивнул.

— А всю жизнь и не надо. Думаю, что все решиться, надо только чтобы прошло время.

Я вздохнула.

— Я так хочу увидеть отца, — прошептала я, — Я хочу домой, Коллум, понимаешь!

Тот кивнул.

— Возможно вы еще передумаете, миледи, — сказал гном, — Вам может понравиться и здесь.

— Это вряд ли, — я оттолкнулась от стены, — Ладно, Мастер Коллум. Извините за истерику, но мне надо уже идти.

— Не переживайте, — тяжелая ладонь легла на мое плечо. Я с благодарностью посмотрела в лицо своего единственного друга и улыбнулась.

Глава 5

Следующие несколько дней судьба или случай постоянно сталкивали нас с Северином то в коридорах замка, то на дворе, где я развешивала сушиться простыни, а он направлялся на конюшню. Каждый раз Норфолк смотрел на меня как-то непонятно. Глаза его горели, и я ясно видела в них желание, смешанное с злостью, направленной, впрочем, на самого себя.

— Ты уже жалеешь, что назвал произошедшее между нами ошибкой, — твердила я себе, стараясь поверить собственным надеждам, провожая взглядом его высокую крепкую фигуру и мысленно молилась, чтобы он обернулся и посмотрел на меня. Но он не оборачивался.

В один из дней, когда я осталась в зале прибраться, пришел Барратт. Он облокотился бедром о стол и следил за моими перемещениями по залу.

— Генри, — я выпрямилась и приблизилась к мужчине, — Скажите, а как вы оказались здесь с Норфолком?

— Как официально вы его называете! — пошутил он.

— Я могу и более официально, — сказала я усмехаясь, — Например, Его Высочество.

Генри скрестил руки на груди.

— Ответ очевиден. В тот момент, когда Амадеус провернул все на балу, меня уже не было в зале. Думаю, мне просто повезло, что мой организм, — он прокашлялся, — Позвал меня в нужный момент. А после Северин забрал меня, открыв портал прямо из королевского, простите за подробности, туалета.

Я рассмеялась.

— Он успел за секунды до того, как маги Амадеуса накрыли весь дворец куполом не проникновения. Думаю, мне повезло. Король не испытывал по отношению ко мне дружеских чувств, особенно зная о нашей с Его Высочеством давней дружбе.

— Теперь понятно, — произнесла я и вернулась к наполненному разносу. Я уже подхватила его в руки, когда неожиданный вопрос заставший меня врасплох, едва не заставил мои пальцы разжаться и упустить ношу.

— Кейлин, вы любите Северина?

Я замерла и медленно вернула поднос на место, повернулась к Барратту.

— Что? — только и спросила я, пока мое сердце бешено заколотилось. Я быстро взяла себя в руки, — Что вы такое говорите, Генри! — я сделала вид, что возмущена.

Барратт насмешливо изогнул брови. Он не казался мне тем человеком, которого легко обмануть или ввести в заблуждение.

— Просто вы не похожи на девушку, которая просто так станет, хм, спать с мужчиной, если не любит его, простите за откровенность.

Я поджала губы.

— Вы хотите откровенности? Хотя, какая разница, что я чувствую к вашему другу, если он не хочет меня ни видеть, ни понять. Северин ясно дал мне понять, что все произошедшее между нами просто… — грудь больно сдавило, и я выдавила, — Просто ошибка! — подхватив поднос я проскользнула мимо Генри и выскочила в двери. Я, наверное, еще никогда так быстро не бегала, да тем более с разносом, наполненным посудой. Даже представить не могу, как умудрилась не оступиться на ступенях и не разбить половину тарелок. На кухню я буквально ворвалась, вызвав недоуменные взгляды кухарки и поваренка. Сделав вид, что все нормально, сгрузила посуду в раковину. Мойщица странно посмотрела на меня, но ничего не спросила.

— Чертов Генри, — произнесла я в сердцах. Догадался? Интересно, как давно он это понял?

Я вышла из кухни, прикрыла за собой двери и направилась в свою комнату. Маленькую пристань покоя в этом замке, как теперь стала называть ее я. Место, где я могу не опасаться, что увижу Норфолка или случайно столкнусь с ним в просторных коридорах. То, что мы слишком часто встречались с ним, наводило меня на одну простую мысль — Северин неосознанно ищет со мной встречи, как, впрочем, и я, сколько бы я не возражала против этого. Нас продолжало тянуть друг к другу и долго это просто не могло продолжаться.

Этим вечером, Норфолк куда-то уехал из замка. Я смотрела в окно, сидя в своей темной комнате, как Северин и несколько приближенных ему человек, среди которых узнала и Барратта, садятся в седла и выезжают в ворота. Что случилось и куда он уехал на ночь глядя, я не знала и могла только гадать, что скрывалось за подобной поспешностью, а утром в город пришла беда.

Я спускалась по лестнице, когда мне навстречу взбежал Коллум. Он схватил меня за руку и взволнованно произнес:

— Амадеус здесь!

Только два коротких слова, и я застыла, как громом пораженная. Король… пронеслось в голове, он каким-то образом нас нашел! И Северин так не вовремя уехал…или все просто было подстроено? Зная Амадеуса, мне почти не пришлось сомневаться в этом.

— Люди короля уже в городе, — сказал Коллум, — Он пришел за тобой. Я даже не знаю, как он узнал о том, что ты здесь, — гном прочертил в воздухе круг и предо мной образовался портал. Я взглянула на омут перехода и посмотрела на Мастера.

— Ты со мной?

Коллум покачал головой.

— Я не могу. Замок и город остались без защиты. Здесь много невинных жителей, и я попытаюсь помочь остановить короля. Амадеус не станет церемониться с каким-то приграничным городком… — он осекся и странно посмотрел на меня.

Я замерла у самого портала. Почувствовала, как зашевелились волосы на голове, их словно затягивало в кружащийся темный проход. Оглянулась на гнома.

— Уходите, Кейлин! — сказал он и в тот же момент раздался страшный грохот и в стену замка ударило что-то тяжелое. Я машинально присела, когда с потолка посыпался песок.

— Что это? — только и спросила я.

Коллум отряхнул волосы.

— Король штурмует замок, — просто ответил он.

Я вздохнула и отошла прочь от портала.

— Закройте его, Мастер, — сказала я, приказывая себе стоять на месте и не броситься прочь, спасаясь из обреченного замка, оставив здесь Коллума и прислугу. А ведь еще был город с его жителями. И Гном прав. Не получив меня, Амадеус скорее всего уничтожит пристанище своего брата.

— Я не могу уйти, — сказала я, прекрасно понимая, что этим самым подписываю себе приговор, — Ты сможешь переговорить с Амадеусом и если он действительно пришел за мной, то я выйду к нему сама при условии, что город останется цел.

— Миледи, одумайтесь, — Коллум нахмурился. В стену снова ударило ядро. Лестница под моими ногами кажется качнулась, и я трусливо вцепилась пальцами в поручни.

— Кейлин, у нас осталось мало времени. Король привел с собой всех магов и скоро они накроют замок куполом, и вы не сможете уйти.

Я судорожно сглотнула. Слова дались мне с трудом.

— Коллум, закрывайте портал, я уже все решила! — твердо произнесла я.

Гном покачал головой.

— Северин мне голову оторвет! — тихо сказал он, но промедлив секунду, все же медленно закрыл портал, при этом не отрывая от меня пристального взгляда, словно все еще надеялся, что я передумаю и решу уйти.

— Я поговорю с королем! — сказал он, когда портал окончательно захлопнулся, — Оставайтесь здесь.

— Будьте осторожны, Мастер! — крикнула я прежде чем гном растаял в воздухе и только потом поняла, на что подписалась.

Коллум шел уверенно, походкой человека, знающего себе цену и хотя его пытались остановить, вопреки его предупреждению, что он идет к королю, чтобы поговорить, хватало тех, кто сомневался. Гном сразу понял, что Амадеуса очень хорошо охраняют. Его силы словно растворялись в защитном поле, окружившем короля, восседавшего на белом жеребце. Король собрал всех своих магов и привел их сюда, под стены простого приграничного городка. Мастер успел увидеть среди королевских солдат и наемников, недавно гостивших в замке. Коллум знал, что Северин выставил их предводителя из города и хотя не знал причины, но был твердо уверен, что она была достаточно веская.

Морган, стоявший рядом со стременами Его Величества, тенью скользнул к гному, когда тот, раскидав бросившихся на него охранников короля, упрямо стремился вперед. В руках мага сверкнул зарождающийся огненный шар, на губах скользнула довольная улыбка. Коллум замер и выжидающе взглянул на короля, с усмешкой следившего за происходящим с высоты своего скакуна.

— Отзови своего пса, Амадеус! — сказал громко гном.

— Ты безопасен для меня, — король развел руками, показывая всадников в черном, окружавших его на отдалении. Гному хватило мимолетного взгляда, чтобы распознать магов. Здесь были все и Амадеус действительно был прав. Ему с ними не справиться, при всех его возможностях.

— Тебя я возможно и не достану, — проговорил Коллум, — Но Моргана убью!

Маг расплылся в улыбке и бросил взгляд за спину, словно ожидая подтверждения своим действиям. Король коротко кивнул и Морган швырнул шар, целясь прямо в грудь гному.

— Я давно хотел это сделать, — крикнул он, глядя, как невысокий Коллум проворно отскочил в сторону и волной воздуха отбил шар. При всей своей полноте, Мастер Гномов оказался довольно подвижным и быстрым. Огонь рассыпался пеплом, но Морган уже создал новый и метнув вновь, бросился на Коллума. Нож в его руке появился казалось из воздуха, но Мастер успел заметить молниеносное движение с которым наемник успел вытащить его из прилаженных на бедре ножен.

Амадеуст следил за происходящим, в то время, как катапульта не переставая громила стены города и замок, возвышающийся над всем городом.

— Нам надо поговорить! — успел крикнуть Коллум младшему Норфолку, прежде чем выставил блок против ножа Моргана. Брошенный ему в грудь нож отлетел в сторону.

— Поговорим, если выживешь! — бросил король.

Гном стиснул зубы. Морган для него не был столь опасен, хотя он не мог не признать, что наемник хорош, слишком хорош. Подобного боевого мага, Коллуму давно не приходилось встречать. А его противник тем временем собирал все силы для следующего удара, и огненная лавина, вырвавшаяся из его выкинутых вперед рук едва не смела защиту гнома. Коллум не медлил.

— Сила воды и огня, — прошептал он, удерживая пламя и чувствуя, как от страшного жара начинает дымиться его одежда и волосы казалось, вот-вот вспыхнут, — Земля и воздух, — продолжал гном плести последнее в этом бое заклинание.

Морган давил своей силой, наступая, приближаясь и с каждым шагом сокращая расстояние между ними. Коллум опустился на одно колено, чувствуя, как ладони опалило нестерпимой болью. Оставалось так немного и заклинание будет готово. И тут краем глаза Мастер Гномов заметил, как нож Моргана, лежавший в стороне зашевелился и медленно поднялся в воздух. Король решил внести свою лепту в происходящее, понял Коллум и с последним усилием оттолкнул пламя.

— Зеркало! — выкрикнул он.

Вспышка и последовавший за ней хлопок на мгновение оглушили маленького человека, но он нашел в себе силы отпрыгнуть в сторону, увернувшись от ножа, а Морган, в грудь которого ударила собственная отраженная сила удара, отлетел назад и упав на землю застыл черным остовом. Амадеус проследил за ним взглядом, но ни единый мускул не дрогнул на его холеном белом лице.

— Жаль, — только и произнес он, глядя как тело его приближенного наемника рассыпается в прах.

Коллум поднялся на ноги. Единым движением притянул к себе нож, крепко сжал рукоять и метнул в короля. Нож растворился, даже не коснувшись одежды монарха. Амадеус укоризненно покачал головой.

— Стоило попытаться, — сказал глухо Коллум и в его глазах блеснула сталь.

На губах короля расцвела почти искренняя улыбка, не затронувшая холодных глаз.

— А вот теперь поговорим, — сказал он.

Коллум шагнул вперед.

— Отзови своих людей, — сказал он, — Останови орудия, разрушающие город.

— С какой это стати? — щурясь, как сытый кот, спросил Амадеус с высоты глядя на стоявшего перед ним гнома.

— Мы ведь оба знаем, зачем ты пришел сюда!

Король рассмеялся.

— Конечно, камень.

Коллум медлил мгновение, прежде чем произнес:

— Леди Коборн согласна добровольно выйти к тебе!

Несколько коротких мгновений король молчал, а затем рассмеялся.

— Я вообще-то думал, что ты сперва попытаешься увезти ее через портал.

— А я и собирался, но я же знаю наклонности Вашего Величества. Что бы стало с городом и всеми людьми, что здесь живут, если бы она ушла через портал.

Амадеус склонился к говорившему. Черты его лица исказились.

— Я и так получу ее и уничтожу этот городишко и все то, что так долго строил в этой глуши мой брат. Северин будет расстроен потерей своей женщины и своего нового дома. Не стоит со мной торговаться, Мастер Коллум! — он язвительно усмехнулся.

— Ты ее не получишь, если не согласишься на мои условия, — отрезал гном, — Если ты не прекратишь осаждать город и не велишь остановить орудия, Кейлин умрет и сам понимаешь, никого рядом, способного вобрать в себя силу кристалла, не окажется и она развеяться и тогда прощай Каменный Трон навсегда. Разве ты можешь это допустить?

Амадеус прищурил глаза.

— Ты не сделаешь этого? — проговорил король, но былой уверенности в его голосе уже не было.

— Почему? — ответил гном вопросом на вопрос, — Она все равно обречена, если отправиться с тобой. Несколькими днями раньше, несколькими позже, разве это имеет такую уж разницу, — Коллум почти сам поверил в то, что говорил, — Я не могу остановить твоих магов, но и ты не сможешь мне воспрепятствовать. Я сейчас же вернусь в замок, и она умрет.

Амадеус оскалился. Прежний лоск сошел с его лица. Ноздри тонкого прямого носа расширились. Он перебросил ногу через лошадиную голову и спрыгнул на землю.

— Возможно, нам удастся договориться? — спросил король.

— Мои требования остаются прежними. Ты оставляешь город и убираешься вместе со всеми своими магами и… И Кейлин уходит с тобой. Но ты должен поклясться нерушимой клятвой, что все будет именно так, как я сказал, иначе я не отпущу ее с тобой. Нам, как сам понимаешь, терять нечего!

На лице младшего Норфолка отразилась целая буря эмоций. Злость прорывалась наружу, но он удерживал ее, стискивая пальцы в кулак, в то время, как вторая рука лежала на луке седла. Затем с неохотой кивнул.

— Хорошо, — он посмотрел на гнома, — Я согласен.

Барратт сидя в седле смотрел на догоравшую деревеньку, что раскинулась в двух днях быстрой езды от Олдоса, а точнее он смотрел на то, что осталось от деревушки — черные остовы, бывшие ранее деревянными домиками. Теперь на месте ранее принадлежавшего Норфолку поселения, что граничило с городом, осталось только пепелище, все еще дымящее смрадом горелого дерева.

— Кто это сделал? — спросил Генри и подъехал к Северину, молча созерцающему то, что ранее было оживленной деревенькой с жителями, мужчинами и женщинами, со стариками и детьми, — Я чувствую повсюду следы сильной магии. Да их просто сожгли всех заживо!

Возвращавшиеся с разведки, посланные Норфолком люди только качали головами, показывая принцу, что выживших нет. Северин сжал зубы от бессильной ярости и злости, охватившей его. Когда два дня назад ему пришло сообщение, посланное с голубем о нападении на эту деревню, он тотчас же отправился со всеми своими людьми на выручку, но он даже не представлял масштаба того бедствия, что произошло с деревней. Простые разбойники не могли бы учинить подобного, ведь деревни, подобные этой их и кормили и зачастую жители сами отдавали дань, чтобы только их не трогали, но с тех пор, как деревня перешла под защиту Норфолка мало кто осмеливался нападать на нее. Иногда конечно, стычки все же происходили, но люди Северина всегда находили грабителей и возвращали крестьянам их скот и скарб, а с разбойниками разбирались своими методами. Чаще всего те больше не возвращались туда, под угрозой смерти, но те, кто сжег деревню сделали это с какой-то целью.

Северин оглянулся на Генри, застывшего в седле. Им обоим пришла в голову одна и та же мысль, которая на первый взгляд могла показаться абсурдной, но все-таки…

— Амадеус, — почти одновременно произнесли мужчины.

— Олдос! — глухо проговорил Северин.

— Он там, — кивнул Генри.

Отряд возвращался обратно в город в спешке. Норфолк и Генри не желая провести два дня в пути, переместились через портал. Очутившись посреди двора перед замком, Норфолк с отчаянием понял, что не ошибся.

Амадеус уже побывал в Олдосе и что самое страшное, Северин больше не чувствовал присутствия Кейлин в городе. Разбитые стены замка печально смотрели серыми дырами на людей. Норфолк перевел взгляд с полуразрушенного дома на своего друга. Генри словно прочитал его мысли, покачал головой.

— Коллум! — сказал Генри, намекая, что если гном жив и находиться в городе, то он, пожалуй, единственный сможет подтвердить догадку Баррата, о том, кто сделал все это с деревней и городом.

Глава 6

Женщина, ехавшая на гнедом жеребце по левую сторону от меня, представилась Мартой. Я некоторое время с интересом разглядывала ее миловидное лицо-сердечко с большими по кошачьи раскосыми глазами. Она мне кого-то напоминала, и я вспомнила кого именно. Но это было просто смешно, хотя определенное сходство все же было. А женщина только улыбалась, грустно и загадочно и смотрела в ответ, а потом произнесла:

— Вы не ошибаетесь, миледи. Я именно та, о ком вы думаете, — у нее оказался приятный и какой-то грудной голос.

— Простите, я кажется, вас не поняла? — ответила я.

— Кошка, которую вы когда-то подобрали на улице и принесли домой — это я, — сказала женщина, — Я анимаг, — она слегка поклонилась мне, — Мое имя Марта Стюард и простите меня, мне когда-то пришлось применить в отношении вас магию, когда вы подбирали мне, то есть вашей кошке, имя. Очень уж хотелось оставаться Мартой. Понимаете, когда долго находишься в животном состоянии, после очень трудно возвращаться в прежний человеческий вид.

Пока она говорила, я с удивлением рассматривала ее и понимала, женщина не врет. Это точно моя кошка. Но как она оказалась у Амадеуса и что вообще здесь делает. Я не постеснявшись спросила ее об этом, на что Марта Стюарт улыбнулась, так же грустно, как и прежде.

— Думаю, вы имеете право знать, тем более, что совсем скоро ни с кем поделиться этими знаниями уже не сможете, — она печально вздохнула и бросила опасливый взгляд вперед, туда, где покачиваясь в такт движениям своего белоснежного жеребца, ехал король.

— Думаю, вы уже догадались, куда мы направляемся? — спросила она.

Я посмотрела вперед. Черные горы были уже совсем близко. Казалось, стоит протянуть руку и вот мы уже у подножия. Небольшой отряд, состоявший в основном из лучших стражников и магов, ехал по каменной дороге, все более углубляясь в сторону гор. Деревья почти отступили, на сену им пришли редкие кустарники, те, что смогли ужиться на непригодной каменной почве. Мы с Мартой были в середине отряда, окруженные королевскими стражниками, без малейшей надежды на бегство. Тем более, подумала я, с моей-то магией!

Я снова взглянула на свою собеседницу, с выжиданием глядевшую на меня.

— Амадеус не оставляет надежды найти Каменный трон, — продолжила Марта, — И с вашей, миледи помощью, ему теперь это удастся.

— Что будет, если он найдет свой проклятый трон? — спросила я.

— А вы читали легенду? — поинтересовалась женщина, — Про Дворец Измерений и трон. Роль кристалла, что находиться в вас вы знаете?

Я кивнула. На память пришли прочитанные строки из библиотечной книги, что я читала в королевской библиотеке:

Когда проникнет камень в плоть,

Когда на трон прольётся кровь,

Проснется тот, кто спал века

И время станет как река, — процитировала я строки легенды вслух. Самое начало, дальше я не помнила так подробно, да и сама легенда была написана более привычным языком.

— Даже не знаю, почему все предсказания пишут в стихах, — произнесла она шутливо и добавила, — Ты прости меня, Кейлин. Знаешь, когда я была в зверином обличье ты даже нравилась мне. Не то, чтобы я сейчас я как-то плохо к тебе относилась, но понимаешь, это я должна была принять в себя кристалл. Раньше я жила при дворе, и мы с Амадеусом были довольно близки, пока я не узнала, истинную причину, почему он держал меня рядом. Ему оставалось только достать кристалл, но его брат догадывался, для чего камень нужен королю и отказался его отдать. А я…Сама понимаешь, я совсем не стремилась оказаться носительницей и узнав об уготованной мне участи попросту сбежала. А потом камень каким-то непостижимым образом выбрал тебя. Без обид. Кейлин, но своя рубашка ближе к телу, иными словами говоря, я хочу жить и потому даже не буду скрывать того, что рада этому факту.

— Зачем же тогда ты едешь с нами? — спросила я, обдумывая слова женщины.

— Вот в том то и дело. Амадеус решил перестраховаться, — она вздохнула, — На тот случай, если с тобой ничего не получиться.

— Ты так спокойно мне обо всем этом говоришь! — произнесла я, сдерживая раздражение. Право, кошкой Марта мне нравилась больше.

— А зачем скрывать то, что ты и так скоро узнаешь? — удивилась она, — Я всегда считала, что лучше знать правду, чем тешить себя иллюзиями.

Я покачнулась в седле, когда моя лошадь наступила на какой-то камень. Вцепилась руками в луку седла. От Марты не скрылся страх, мелькнувший в моих глазах, но она промолчала.

— Ты думаешь, я умру, — спросила я тихо.

— Думаю, да, — ответила женщина, — И возможно, я тоже, но я все еще надеюсь этого избежать, — она улыбнулась широко и обнадеживающе. А я внезапно подумала о Северине. Мне стало интересно, что почувствует он, узнав, что я уехала с его братом? Сожаление или облегчение от того, что я больше не буду маячить перед его глазами? Но что-то внутри меня твердило без устали, что мне стоило с ним все же поговорить, пока была возможность, а не бегать от него, изображая обиженную невинность. Надо было попытаться объяснить, почему я решила помогать королю и также сказать то, что хотела ему все рассказать и рассказала бы, если б не вмешательство Коллума, остановившего меня. А еще я должна была признаться ему в том, что люблю его… Вряд ли это что-то изменило в наших теперешних отношениях, но мне было бы легче. Как я жалела об этом теперь.

— Что задумалась? — бывшая кошка сидела на своей лошади как влитая с врожденной грацией, — Смотри!

Я подняла голову и увидела, что весь отряд собрался перед ущельем. По обе стороны от широкого входа стояли каменные великаны, державшие свод.

— Это дорога в горы, — сказала Марта, натянув уздцы и остановив свою лошадь. Я последовала ее примеру и завороженно посмотрела на высокие черные горы, вершины которых тонули среди облаков.

— Вперед, скомандовал Амадеус, — я увидела его во главе отряда. Белоснежный жеребец переминался с ноги на ногу, словно нервничал. Кажется, остальные лошади тоже последовали его примеру. Животные явно не хотели проходить в ущелье. Я оглянулась на оставшихся перед входом в ущелье наемников и увидев среди них Уильяма Джоя внутренне содрогнулась от отвращения. Мужчина проводил меня насмешливым взглядом, отсалютовал рукой.

— Так вот как Амадеус нас нашел, — поняла я и поспешно отвернулась от главаря наемников.

Моя кобылка всхрапнула с дернулась было назад, но Марта подхватила ее под уздцы, выпавшие из моих рук и с силой дернула на себя, заставляя стоять на месте.

— Как-то мрачновато, — сказала я тихо.

Первые всадники въехали под свод, поддерживаемый великанами. Весь отряд потянулся следом. Проезжая мимо каменных исполинов я с замиранием сердца разглядывала грубо обтесанные скалы, которым какой-то древний мастер придал образы големов. Копыта лошадей гулко цокали по каменной дороге, гладкой, словно ее полировали тысячи ног тысячи лет, отражаясь от стен, которые давили со всех сторон, нависая и лишь полоса неба над головой давала возможность дышать более глубоко. Марта, ехавшая рядом на какое-то время затихла, возможно ей тоже здесь было не по себе.

Проезд между гор оказался узким. Двое всадников едва проезжали рядом, качаясь друг друга стременами, а затем еще больше сжался и дальше мы ехали уже по одному. Лошадь подо мной едва заметно подрагивала, протискиваясь вперед. Горы давили своей тяжестью, и я порадовалась тому, что не страдаю от клаустрофобии. Мы продвигались довольно медленно. Марта за моей спиной произнесла:

— Представляешь, если случиться обвал, мы здесь окажемся в западне!

Я оглянулась на нее. Женщина сидела на лошади, Задрав голову к небу, тянущемуся над нашими головами, подобно перевернутой реке.

— Здесь невозможно колдовать, — продолжила она так и не опустив взгляда, — Ты почувствовала это? Едва мы проехали мимо каменных истуканов, сила просто ушла! Я чувствую себя безоружной без нее!

Я покачала головой. Мне казалось, что ничего не изменилось. Моей собственной магии, возможно, было слишком мало, чтобы ощутить ее исчезновение. Когда за спиной послышались чьи-то крики и странный шум, никто из всадников не остановился. Мы продолжали свой путь. Я посмотрела назад, мимо Марты и всадников, замыкающих нашу шеренгу. Но там была только темнота, наполненная чьими-то воплями. А потом все стихло.

За нами кто-то шел и это был не отряд Джоя. И в моем сердце ожила надежда.

Тропа казалась бесконечной. Мы поднимались все выше и выше. Она петляла, уводя нас казалось к самим облакам. Дышать становилось труднее, я мерзла и обнимала себя руками, благо за лошадью следить смысла не было — кобылка послушно шагала за жеребцом мага, ехавшего впереди. Проход стал чуть шире, но иногда носок моей туфли все же касался горы, вдоль которой тянулась тропа. А каменные стены нависали над нами. Где-то высоко я увидела в небе парящую птицу и подумала о том, как она может летать там, где воздух настолько разряжен, что почти невозможно сделать вдох, или может птицам легче переносить высоту и холод?

Марта за моей спиной что-то возмущенно проговорила. Ей, как и мне было холодно, и она прижалась к крупу своей лошади, пытаясь согреться, когда мы, наконец выехали на широкую площадку овальной формы. Я вновь схватила удила и выехав из узкого тоннеля, увидела то, к чему мы так стремились. Конечная цель нашего путешествия — Дворец Измерений предстал пред мной во всей своей красе. Не могу сказать, что-то, что выросло перед нами, утопая вершиной в облаках, было похоже на дворец. Наверное, только ребенок мог бы слепить из глины нечто настолько бесформенное и грубое, что едва напоминало замок. И Дворец Измерений был именно таким. Уродливое строение из черного камня, такого же темного, как и горы, раскинувшиеся вокруг. Я так некстати вспомнила, что когда-то видела нечто подобное в мире людей. Где-то в Иордании был подобный храм, вырезанный в скале, но тот храм был на порядок красивее этой нелепицы.

Над головой, где-то высоко в небе над нами крикнула птица. Ее пронзительный вопль разнесся эхом, отражаясь от каменных стен, и я увидела, что птица, следовавшая за нами весь этот путь, исчезла.

— Леди Коборн! — голос Амадеуса вывел меня из задумчивых наблюдений, — Идите сюда!

Я неловко спешилась и шагнула к королю, стоявшему у входа во Дворец. Предо мной расступались всадники и те, кто уже твердо стоял на каменном полу. Амадеус ждал меня, протягивая ко мне руку, словно жених в церкви, а я шла, мечтая о том, чтобы оказаться от этого мрачного места настолько далеко, насколько это было бы возможно.

— Видите ли, дорогая моя, — произнес король и взял мою руку, едва я приблизилась, — Я не могу без вас зайти внутрь.

Я молча взглянула на каменных гигантов, еще более крупных и страшных, чем те, что встретились нам ранее, у подножия гор.

— Почему? — спросила я.

Амадеус ответил:

— Вы видите этих големов? — я кивнула, и он продолжил, — Так вот. Они не просто так стоял здесь, они стражи дворца. Если первым переступит порог не носитель камня, то думаю, тому, кто решиться это сделать, не поздоровиться.

— А если я не избранная? — спросила я, вспомнив слова Марты о том, что кристалл мог ошибиться, или выбрать себе временное пристанище в моем теле.

Амадеус Норфолк на мои слова лишь пожал плечами и уже без прежней учтивости с силой толкнул меня к входу.

— Идите, — произнес он холодно.

Я на короткий миг замерла перед грубым каменным порогом, за которым был только узкий коридор с каменной стеной в конце.

— Идите! — почти крикнул мне в спину король и я сделала шаг. Несколько коротких секунд ничего не происходило, а потом големы зашевелились.

Северин переступил через тело Уильяма Джоя, едва взглянул на тела его людей, разбросанные по земле, испещренной камнями и лишь затем вскочил в седло. Над его головой раздался птичий крик, такой пронзительный, что конь Норфолка беспокойно мотнул головой и фыркнул. Коллум успокоил своего, переминавшегося с ноги на ногу.

— Барратт! — позвал Северин, махнул рукой. Птица несколько мгновений покружилась над ним, а затем приземлилась рядом с жеребцом. Орел оказался просто огромным, настолько, что его тень могла укрыть под собой лошадь и ее седока. Птичий клюв приоткрылся и пернатый издал неприятный клокочущий звук.

— Генри, прошу, помни только одно, — сказал Норфолк, — Не опускайся слишком низко, иначе магия рассееться, и ты разобьешься, превратившись обратно в человека. Ты понял меня?

Птица тревожно закричала и взмыла в небо.

Прежде чем проехать мимо каменных големов, принц Норфолк придержал коня и обернулся на гнома, следовавшего за ним.

— Коллум, дальше у нас будут только те силы, что нам даны при рождении. Никакой магии, ты понимаешь?

Мастер только кивнул, и они проехали под сводом.

Не знаю, как долго я стояла сжавшись перед огромными фигурами из камня. Один из големов воинственно ступил с пьедестала. Его шаги походили на работы дробилки в каменоломне. Я дрожала от ужаса, мое сердце холодело, но я заставила себя распрямить плечи и поднять голову, взглянув на то, что нависло надо мной.

У голема были кулаки величиной с лошадиный круп. Глаза на черном камне загорелись желтым. Он приблизил ко мне свою морду и мне даже показалось на миг, что он понюхал мои волосы. Громадная рука простерлась надо мной, и я уже было решила, что на этом моя жизнь непременно должна оборваться, как внезапно от моего лица и тела пошло яркое словно солнечное свечение, и оно с силой разрасталось, озаряя склонившееся надо мной чудовище. Голем отступил, сделал шаг назад, затем еще один и вернулся на свой пьедестал.

— Проходите, — голос голема походил на раскат грома. Я все еще тряслась от страха, когда миновала стражей и приблизилась к каменной стене.

— Тупик? — подумала я и положила ладонь на гладкую поверхность. Пальцы провалились в пустоту, и я услышала довольный голос Амадеуса.

— Марта, кажется, тебе все же повезло, — произнес он, и уже далее последовала фраза, в которой он приказал своим воинам следовать за ним. Маги оставались у входа. Бессмысленность их присутствия была понятна даже мне. Из всей нашей группы волшебство осталось только во мне и то, оно было чужое мне и кажется, камень это чувствовал. Я уверенно шагнула в темноту, открывшуюся моему взгляду. Шагнула так, как будто точно знала, куда стоило идти. Шагнула так, словно уже бывала здесь. Но я понимала — это шла не я. Меня вел кристалл.

И тут я услышала, как меня зовут по имени. Охватившее меня состояние пропало, когда я узнав голос, резко обернулась. Амадеус подскочил ко мне, схватил за локоть. Хватка у короля оказалась на удивление стальной.

— А вот и брат мой пожаловал, — сказал он обманчиво мягким голосом и коротко кивнул головой, велев своим людям пропустить Северина. Принц бросил поводья и решительным шагом направился к нам. Я неосознанно рванулась ему навстречу, но король удержал меня, потянув к себе.

— Я так и думал, что ты захочешь присоединиться, — все также улыбаясь сказал младший из Норфолков. Северин остановился в паре шагов от нас. Темный немигающий взгляд впился в мои глаза.

— Только советую вести себя прилично, — Амадеус левой рукой обвел ряды своих воинов, — У тебя нет магии, а мои люди прекрасно владеют оружием. А наши с тобой таланты, брат, здесь, увы, бессильны.

Северин молчал. Его обступили четверо из личной стражи монарха, что вызвало у принца лишь кривую усмешку.

— Пошли, — меня снова грубо дернули и втолкнули в проход. Прежняя уверенность в том, что я знаю дорогу росла во мне с каждым новым шагом, что я сделала под тяжестью каменного потолка, черного, словно самая темная ночь. За моей спиной люди Амадеуса зажгли специально припасенные факелы, но мне не надо было освещать дорогу, чтобы знать куда я иду. Трон звал кристалл и мои ноги сами несли меня к нему, только успевай переставлять. Зовущий голос звучал все громче и громче, нарастая по мере приближения к цели и только осознание того, что за моей спиной Северин, придавало хоть какой-то толики ясности моему сознанию, почти полностью поглощённому силой кристалла.

Коллум ждал недолго. Едва последний из людей короля скрылись в темноте под горой, как он выскользнул из укрытия. Кто-то из оставшихся магов успел даже тихо вскрикнув, заметив его быструю тень, метнувшуюся в сторону и тут же в тишине раздался хлопок и еще один, за которыми последовало громкое шипение. Сизый дым валил из брошенных гномом шашек. Маги стали поспешно слазить с лошадей, те, кто стоял на камнях, убежали в сторону от распространяющегося дыма. Коллум, пользуясь суматохой, проскользнул мимо паникующих магов, мысленно благодаря людей за изобретательность и поспешил вдогонку за королем.

Глава 7

Несколько долгих минут мы шли в темноте, освещаемой только светом факелов в руках королевской стражи. Амадеус шагал за мной почти шаг в шаг и мне казалось, что я даже слышу его дыхание различимое в шорохе множества ног. За ним следовала его личная стража и только за ними следовала Марта. Шествие замыкала стража, ведущая Северина.

Когда мы наконец вышли в просторное помещение с высоким каменным сводом, я даже смогла вздохнуть свободно. Давящее ощущение пропало, уступив место невольному чувству восхищения, когда я увидела прозрачное озеро, огромное, Занимавшее почти все свободное место в пещере. На середине озера выделялся маленький островок и на нем я заметила возвышение. Что-то белое, отдаленно напоминавшее трон с высокой спинкой и подлокотниками, выделявшееся на фоне черной пещеры.

Амадеус вышел вперед, рассматривая Трон с блеском в светлых глазах. Он неотрывно смотрел на то, к чему так стремился. Каменный Трон не был создан людьми, по крайней мере так казалось на первый взгляд. Я подняла глаза, рассматривая свечение, исходившее с каменного свода. Природный потолок был буквально усеян вкраплениями каких-то странных камней, горевших словно яркие звезды и этого света хватало с лихвой для того, чтобы освещать пространство пещеры.

— Я себе как-то иначе представляла и Дворец, и Трон, — сказала Марта, встав за моей спиной.

— Они слишком древние, — подумала я, — В легенде говорилось, что все это было создано самыми первыми магами земли. Понятное дело, тогда мало что понимали в изящной мебели, — я поймала себя на мысли, что улыбаюсь. Так не вовремя и так не к месту.

— Леди Коборн, — Амадеус подал мне руку. Я несколько мгновений смотрела на его ухоженные пальцы с таким видом, словно это была гремучая змея и лишь спустя минуту вложила свою руку в его ладонь.

— Амадеус, ты хоть понимаешь, что сейчас хочешь сделать? — произнес Северин, — Ты думаешь, отец зря отдал кристалл именно мне? При его амбициях, нашему отцу все же хватило ума не трогать силу камня.

— Отец был слабым, — ответил его брат и оглянулся назад. Северин вышел вперед. Весь его вид выдавал внутреннее напряжение.

— Ты даже не знаешь, что случиться, если ты выпустишь силу камня, — Северин холодно смотрел на младшего брата. Они стояли друг против друга, такие разные, непохожие. Я посмотрела на принца, улыбнулась сквозь страх, подступивший к горлу тяжелым комком. Я понимала, что для меня этот Трон несет только плохое. О смерти я тогда даже не думала, потому что она казалась мне нереальной. Как же я могла умереть, я ведь была так молода, это не могло произойти со мной, но мне все равно было страшно и где-то подсознательно я знала, что обманываю себя.

— Я знаю только то, что этот Трон, этот каменный склеп, именуемый Дворцом, сделают меня самым могущественным из магов и, — он многозначительно окинул взглядом своих людей, — И бессмертным. Самый большой страх человека — перед смертью, а я хочу жить вечно, — он дернул меня за руку, и мы направились к Трону. Я оглянулась назад, нашла глазами Северина. Возможно, я ошибаюсь, но мне показалось, что я вижу в его глазах страх. За меня? Или перед тем, что должно произойти, когда легенда станет правдой? Я бы очень хотела знать ответ.

Норфолка окружили стражники короля, преградив ему путь. За нами никто не последовал.

Ступая на тонкую тропинку, ведущую прямо к Трону через воды горного озера, я почувствовала странное шевеление, будто камни под моими ногами были живыми. Трон приближался с каждым шагом и мое сердце глухо и медленно билось. Амадеус тащил меня за собой, именно тащил, потому что мои ноги напрочь отказывались идти дальше, несмотря на то что сила зова, исходящая от Трона не ослабевала. #286654244 / 30-ноя-2015

Трон оказался громадным. Когда мы подошли к его ступеням, позволявшим забраться на верх, Амадеус наконец отпустил мою руку и прикоснулся к белой поверхности камня, пока я рассматривала основание Трона. Странное это было строение. Я отчетливо разглядела выступающую на поверхности камня чью-то кисть, фрагмент ноги, а чуть выше и лицо, словно вырезанное умелым резцом мастера.

— Это было человеком? — спросила я сама себя. Амадеус оторвался от любования престолом, посмотрел на меня.

— Да. Когда-то давно мой предок уже пытался сделать то, что я делаю сейчас, — он прикоснулся к каменной руке, шутливо переплел пальцы с мертвой кистью, — Если у вас, миледи не получиться дать камню жизнь, вы вот также срастетесь с Троном.

Я шумно сглотнула. Где-то там, за каменной косой ведущей к одинокому островку посреди озера, раздался шум. Я бросила быстрый взгляд на звук, но Амадеус снова завладел моей рукой, и мы стали подниматься по каменным ступеням.

— Отпустите меня, — взмолилась я. Страх, сидевший глубоко, словно вырвался на свободу, и я отчаянно стала вырывать руку из захвата короля. Но он был силен, и мы продолжали свое восхождение на Трон.

— Это судьба, миледи, — сказал Амадеус Норфолк, — Вам смерть, мне вечная жизнь, — его губы тронула усмешка, — Не правда ли, равноценный обмен!

— Ненавижу! — выплюнула я ему в лицо.

Король рассмеялся.

— Как интересно, одного из Норфолков вы ненавидите, другого любите.

Он втолкнул меня на площадку, служившую сидением этого престола, если конечно был кто-то огромный, кто мог бы действительно сидеть на этом Троне. Моя нога нелепо подвернулась, и я едва удержалась от падения, обернулась к Амадеусу.

— Вам всегда всего мало, Ваше Величество? — спросила я, — Старший брат отказался от престола в Вашу пользу, но вам этого недостаточно для полного счастья? Богатство, власть, сила, земли с ресурсами и людьми, которые для вас все это добывают, пребывая в состоянии средневековья! Вам мало?

— Мало, — он кивнул и посмотрел куда-то за мою спину. Я оглянулась и увидела на каменном полу Трона углубление под человеческую фигуру. Амадеус быстрым шагом приблизился ко мне и прежде чем я успела что-либо возразить, толкнул. Взмахнув руками, как неоперившийся птенец, я повалилась назад, прямо в углубление. Какая-то сила не дала мне подняться. Я словно приклеилась с камню. Не пошевелить ни рукой, ни ногой.

Король нагнулся надо мной. Его рука скользнула на пояс, вынимая из ножен короткий нож инкрустированная рукоять которого сверкнула камнями.

А я лежала, распластанная на камне, словно человеческий Бог на кресте. Амадеус провел лезвием по моему левому запястью. Кожу опалило острой болью. Затем подобная участь постигла и правую мою руку. Король распрямился, глядя на меня с высоты своего роста. Светлые глаза с интересом наблюдали, как кровь вытекает из моих вен.

— Северин! — закричала я. Именно его имя вертелось у меня на губах, я и сама не знаю, зачем позвала его, ведь прекрасно понимала, что он не может мне помочь. Во Дворце Измерений не действует магия Норфолка. Здесь все становятся простыми людьми.

— Северин, — уже тише позвала я. А кровь все вытекала. Быстрее, чем я могла себе даже представить.

Амадеус Норфолк отошел на несколько шагов назад. В моей груди что-то сжалось. Сердце пронзило болью.

— Кристалл, — прошептал король, как завороженный глядя на меня, распластанную на Троне в луже собственной крови, — Камень принял вас, миледи… — Амадеус отступил на шаг, не переставая при этом смотреть на меня, а я…я чувствовала по всему телу страшную боль, словно мои кости ломались сразу в нескольких местах одновременно. В голове гудело. Я приподняла голову, почувствовав, что больше меня ничего не держит и тут же перекатилась в сторону, встала на корточки, сжавшись в тугой комок, спасаясь от боли.

— Северин, — хотела я прошептать, но губы выдали лишь какие-то рычащие звуки. Что-то в моем теле хрустнуло и меня вывернуло под немыслимым углом. Я с ужасом увидела свои руки, а точнее то, во что они превращались, удлиняясь и покрываясь каменной чешуёй. Ногти на пальцах стали длинными и острыми, рот наполнился кровью, и я языком нащупала клыки вместо зубов. Резко оглянулась на Амадеуса, застывшего в удивлении. Кажется, то что он увидел, совсем отличалось от того, что он ожидал. Лицо короля скривила гримаса отвращения и ужаса и когда я встала, то неожиданно поняла, что возвышаюсь над монархом на добрый метр, если даже не больше. В голове зашумело, неожиданные образы стали сменять друг друга. Вот я увидела отца, затем Эдварда, наших слуг в поместье, Гарри Барретт мелькнул и исчез, сменив лица моих знакомых. Все они вспыхивали в моем сознании и исчезали. Вместо воспоминаний оставалась только пустота.

— Ты хотел быть бессмертным? — спросила я у короля. Только кажется, в моем рычании тот не разобрал слов, или не понял их. А я знала только одно, пока я помню, я должна дать ему бессмертие. То, что он хотел и к чему так стремился, наплевав на жизни людей, на своего родного брата, на Марту, которую кажется даже любил, так как мог.

Я сделала шаг в сторону короля. Мои ноги прогнулись назад, как у какого-то хищного животного. Меня слегка качнуло, но второй шаг я сделала уже увереннее.

— Иди ко мне, — я протянула руки к Амадеусу. Король попятился назад, отступая к ступеням, ведущим в низ.

— Ко мне! — закричал он и ринулся по ступенькам, надеясь убежать от того, что когда-то было прекрасной леди Коборн.

— Не так быстро, — сказала я и в один прыжок настигла беглеца. Длинные когти разорвали золотые одежды, пропороли кожу на его плече, когда моя лапа развернула Амадеуса лицом ко мне. Я склонилась над ним, оскалила пасть, силясь улыбнуться, как делала это раньше. Король заглянул в мои глаза. Мгновение он смотрел на страшную морду, на капавшую из пасти слюну, а затем закричал так громко, что мои уши едва не заложило от высоких нот, прозвучавших в моем голосе.

Лапы притянули Амадеуса еще ближе. Я открыла рот и прижалась губами к его губам, вытягивая воздух из его легких.

— Я дарую тебе бессмертие, — сказали мои глаза и мое сознание растворилось в разуме страшного существа, которым я стала.

Коллум смотрел на происходящее, прячась в темноте прохода. Прильнув к холодному камню он с ужасом смотрел на то, что происходило на маленьком островке, расположенном прямо посередине озера. И не один он замер, глядя на то, как Кейлин Коборн становиться чудовищем. Северин стряхнул с себя одного из стражников Амадеуса. До этого самого момента он пытался прорваться следом за Кейлин, но застыл так же, как и остальные во все глаза глядя на то, что происходило на пьедестале белоснежного Трона.

— Нет, — донесся до слуха гнома голос принца. Стража короля и его отборные солдаты, Марта стояли не шелохнувшись, пока чудовище не Троне не притянуло к себе убегающего и совсем не по-королевски кричащего Амадеуса. Коллум с удивлением увидел, что некоторые из людей Амадеуса все же бросились к своему королю, обнажив оружие и издавая устрашающие вопли, словно хотели больше поддержать в себе отвагу, чем надеясь испугать монстра. Гном позабыв об осторожности подбежал к принцу, схватил его за руку, едва тот шагнул следом за стражей.

— Нет, Северин, нет, — покачал головой Коллум, — Леди Коборн больше нет!

Норфлок сбросил с себя руку гнома, выхватил из рук одного из воинов, замерших на берегу с раскрытым ртом, меч и пошел по каменной косе к острову. Коллум смотрел ему во след, понимая, что из пещеры стоит бежать и как можно быстрее.

— Уходите! Пока не поздно, — крикнул он оставшимся на берегу людям, а сам поспешил за Северином.

Чудовище разорвало поцелуй и разжало лапы. Амадеус Норфолк осел на ступенях. Он уже не видел, как к нему спешит на помощь его стража. Он больше ничего не видел кроме своих рук, по жилам которых словно текла река. Он почти ничего не чувствовал, пока сползал вниз, медленный, равнодушный. Каменная коса уже была близко, когда он застыл, протягивая руки вниз, к спасению, и замер. Светлые глаза застыли, закаменев и его вытянутая вперед рука оказалась почти на одном уровне с той белой, торчащей из Трона, когда они с Кейлин только начали свое восхождение.

— Камень вечен, — подумало чудовище, — Теперь ты бессмертен, король.

Острая боль обожгла плечо монстра, когда выпущенная кем-то стрела отломила кусок камня от руки той, что раньше была человеком. Чудовище посмотрело вниз, глядя на бегущих людей, мгновение раздумывало, а затем присело и прыгнуло вниз. Каменная коса содрогнулась. Стражники Амадеуса остановились. Тот, что бежал последним, налетел на предыдущего и повалил его наземь. Чудовище с быстротой молнии скользнуло к первому стражнику. Огромные руки-лапы подняли в воздух человеческое тело и разорвали его пополам, словно он был листом бумаги или тонким сухим прутиком. Второго поймал уже в развороте — воины с криками, не менее громкими, но уже не воинственными, с прежней прытью побежали обратно к берегу. Каменный голем швырнул свою жертву в озеро и шагнул следом за стражниками. Расшвыряв людей словно кегли он замер перед мужчиной, вставшим на его пути. Что-то знакомое шевельнулось внутри голема. Чудовище склонило голову на бог, глядя на человека, стоявшего перед ним.

Северин Норфолк медленно отвел руку в сторону, разжал пальцы, и холодная сталь со звоном ударилась о камень.

— Кейлин, — позвал он.

Чудовище смотрело, выжидая. В белых каменных глазах не было ни единой эмоции.

— Кейлин, прости, — он уронил руку, — Я был дураком. Я не должен был тогда так говорить, ведь я обманывал тебя и себя.

Голем присел, рассматривая человека перед собой, словно букашку. Позади Норфолка возник гном. Коллум шел нарочито медленно, выставив вперед руки.

— Северин, уходим, пока не поздно, — прошептал он, — Это больше не та женщина, которую вы любили!

Северин произнес, не оборачиваясь:

— А я ведь так ей и не сказал о том, что люблю ее!

— Норфолк, не глупите! Уходим, пока этот монстр раздумывает. Медленно идите назад, только не поворачивайтесь к нему спиной.

— К ней, — поправил Северин и шагнул вперед, — Кейлин, — он протянул ладонь к голему. Чудовище оскалилось и выкинуло вперед руку. Длинные острые когти, сверкающие как лезвия, пронзили грудь принца. Коллум вскрикнул и бросился вперед, даже сам не понимая, зачем он делает это. Справиться с подобным чудовищем даже с магией было непросто, а уже без нее и подавно. Но та, что когда-то была Кейлин, только взмахнула левой рукой и гнома отшвырнуло на берег, с силой ударило о камни. Он поднял голову. Вкрапления кристаллов в своде пещеры поплыли у него перед глазами.

Голем опустил свою жертву. Медленно, глядя в глаза Северину, вытянул когти из его груди. Норфолк придал пальцы к развороченной ране, не сводя глаз с чудовища.

— Кейлин, — еле различимый голос утонул в грохоте тяжелых сапогов. Последние остатки стражи уносили ноги из пещеры, громыхая мечами и подошвами. Где-то среди них бежала и Марта, наверняка благодарившая судьбу за то, что ей повезло не стать подобным чудовищем по прихоти Амадеуса. Каменный монстр склонился на принцем, утробно зарычал, словно зверь.

— Кейлин, я ведь так и не сказал то, что должен был, — Северин протянул одну руку к созданию Дворца. Коллум, поднявшийся на ноги, увидел, что голем удивленно мотает головой, глядя на мужчину, распластанного своих ног в луже алой крови.

— Я ведь люблю вас, Кейлин, — сказал Норфолк и затих. Его голова откинулась назад. Рука, зажимавшая рану соскользнула вниз. Гном поднялся на ноги, разрываясь между желанием наброситься на голема и чувством опасности, просто кричавшим о том, что ему надо убегать прочь из Дворца Измерений. И тут он увидел нечто странное. Каменное чудовище стало меняться, уменьшаясь в размерах. Он словно осыпался. Песок слетал с головы, плеч и груди, оставляя после себя тонкое, обнаженное женское тело.

— Кейлин! — пронеслось в голове Коллума.

Я смотрела на дело рук своих, все еще не веря в то, что совершила. Сознание вернулось яркой вспышкой от слов человека, которого я любила и который теперь лежал мертвый у моих ног. Я стряхнула последние мелкие камешки и песок, чувствуя его в волосах и даже на своих губах, скользнула к распластанному на камнях телу, потянулась руками, мысленно моля всех существующих богов, чтобы кристалл во мне, сила которого умирала, еще мог мне помочь.

— Северин! — я приложила руки к ране на его груди, чувствуя, как горячие слезы застилают глаза, обжигают щеки, капают на голую грудь, — Северин, пожалуйста! — я вытягивала из себя всю оставшуюся силу и даже ту малую толику, что была во мне. Свет из под моих пальцев был слабым, не таким ярким, как тогда, когда я оживляла гнома.

— Миледи! — раздалось с берега. Я подняла заплаканное лицо и увидела спешащего ко мне гнома.

— Коллум! — еще сильнее разрыдалась я, не стесняясь своей наготы. Сейчас мне было все равно, что гном видит меня одетую лишь в длинные волосы, струящиеся по плечам, — Почему у меня не получается? Он не оживает!

— Да нет же, миледи, смотрите! — он указал на начавшую затягиваться рану. Принц дернулся всем телом, затем снова затих и медленно открыл глаза. Я упала на его грудь, все еще не убирая своих рук, почувствовала при этом, как его пальцы прикоснулись к моим волосам. Норфолк медленно приподнялся, опираясь на руку, затем свободной прижал меня к своей груди.

— Я услышала то, что ты мне сказал, — прошептала я, — Я вернулась из-за тебя, ради тебя!

Он улыбнулся. Так тихо и мягко, одними краешками губ.

— Я тоже вас люблю, Ваше Высочество, — ответила я.

Коллум протянул мне руку, предлагая подняться на ноги, затем помог Норфолку.

— Нам надо уходить отсюда, — сказал гном, — Жуткое место.

Северин бросил последний взгляд на брата на веки застывшего на ступенях Трона, после сбросил свой плащ и накинув мне его на плечи, взял за руку и повел за собой. Коллум следовал за нами.

Из пещеры мы выходили довольно долго. Больше не было зова, указывающего мне путь, а в моих спутниках не было магии, но все же проплутав, мы наконец оказались на площадке перед входом. Каменные големы не шевелились, когда мы проходили мимо. Они застыли истуканами, глядя куда-то в небо.

На площадке никого не было. Стража Амадеуса и его маги так поспешно покидали Дворец, что оставили там лошадей убитых мной людей. Я радовалась тому, что совсем не помнила, то, что убивала. Но не сложно было догадаться, кто сделал все с теми людьми, что навеки остались рядом со своим королем. Мертвая свита для бессмертного владыки, подумала я, когда Северин подсаживал меня в седло.

Весь наш обратный путь через горы, я видела огромную птицу, следовавшую за нами по небу. Она была высоко, но парила прямо над нами, будто боялась потерять из виду.

Когда мы выехали из ущелья, я увидела, как птица камнем падает вниз и уже на землю опустился Генри Барратт.

— Это вы? — удивилась я.

— Да, — он отвесил мне скромный поклон, затем оглядел мои голые ноги, видневшиеся из-под плаща, за что получил злой взгляд от Северина.

— Ой, да не злись, — отмахнулся он, — Скоро это все будет твоим, я ведь так понимаю? Миледи Кейлин Норфолк…звучит довольно впечатляюще! — лукавый взгляд прошелся по мне, затем метнулся к Норфолку, — Я вот что-то не видел среди улепетывающих королевский прихвостней вашего сиятельного братца, — спросил он у принца.

— Амадеус получил свое бессмертие и теперь наслаждается им в новом Дворце, — высказался Коллум.

Лицо Барратта застыло. Он посмотрел на друга. Северин кивнул.

— Ищи свою лошадь и поехали уже отсюда, — сказал принц, — Остальное обсудим после.

— Нет уж, я лучше по воздуху, — откланялся он, — Так намного быстрее. Пока вы доплететесь до дворца, я уже буду ждать вас за вкусным ужином и после горячей ванны, — он вскинул руки и закруживший его вихрь подбросил Баррата в небо, куда он взмыл уже на своих крыльях.

— Вот еще, — буркнул Коллум, — Плетитесь, сказал, — он взмахом руки открыл портал, ведущий прямо во двор замка, — Миледи, только после вас, — и склонился в седле.

Прежде чем проехать сквозь портал, я протянула руку человеку, которого любила. Северин принял ее и наши пальцы переплелись.

— Я люблю тебя, — прошептала я одними губами, и мы вместе прошли сквозь пространство

Content

Анна Завгородняя
Каменный трон

Часть первая Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Часть вторая Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7