Николай Орехов

Отдых у моря

На экране появилась яркая надпись: «6 часов 30 минут. Пора вставать», тут же продублированная громким равнодушным голосом прямо в ухо. Джон поморщился, нехотя сел на кровати, зевнул, глядя на экран, и начал медленно спускаться по лесенке со своего третьего яруса. Экраны на обоих нижних ярусах были еще темными - жена и сын вставали позднее.

Джон ступил на пол, и его экран тут же погас. Он протиснулся вначале в ванную, затем на кухню. Чашка кофе уже дымилась на выдвижном столике кухонного автомата. Джон высосал горячую, горьковатую и абсолютно невкусную жидкость, сплюнул осадок в предупредительно поднявшуюся навстречу раковину-плевку и боком-боком выбрался в коридор. Пора было одеваться и идти на работу.

Народ на мостовой двигался плотной стеной, и пришлось потолкаться. Перебравшись на дальнюю, скоростную полосу, Джон ухватился одной рукой за перила, придерживая другой шляпу. Двадцать три минуты езды, полторы минуты энергичной работы локтями - и толпа коллег внесла его в дверь. Краткие приветствия сослуживцам, отметка о приходе у компьютера, улыбка секретарше шефа, и наконец Джон в своей лаборатории.

Лет пять назад шеф отметил, что Джон плодотворнее всего работает в одиночестве, и, несмотря на острый дефицит площади, выделил ему отдельную комнатку со всем необходимым оборудованием. Его ассистенты, лаборанты и помощники по-прежнему работали в соседней, более просторной, хоть и проходной комнате, и это очень устраивало всех. Шеф ни разу не пожалел о своей расточительности.

Таким образом, на службе у Джона условия были идеальными, но вот дома… Дома жить было просто негде. Несмотря на льготы, площадь квартиры составляла всего двенадцать квадратных метров на троих, причем в нее входил и коридор. Вентиляция и кондиционеры работали плохо, с перебоями, и семья Джона часто просто задыхалась в этой тесноте. Смотреть на это было невыносимо, и Джон постоянно думал лишь об одном: как облегчить жизнь Чарли и Глории? Уехать в места, где посвободнее? Но на это нет денег, хотя его оклад заведующего лабораторией физических свойств пространства и был достаточно высок. Джон постоянно искал выход из сложившегося положения, усиленно думал, прикидывал. И неожиданно ему повезло…

Обойдя своих сотрудников, Джон справился у каждого о работе, роздал указания, кого-то пожурил, кого-то похвалил и ушел к себе, предупредив, что он для всех занят, чтобы ему не мешали…

Тщательно заперев дверь, Джон досконально, по узлам проверил исправность установки и убедился, что все в абсолютном порядке. Можно было начинать. Главное - успеть, пока его не засекло руководство фирмы и пока никто не повторил его открытие. Джон первый, и удача будет с ним! Он взглянул на часы и позвонил жене.

- Глория? Привет… Да, у меня все в порядке, да… Да, бери Чарли и приезжай… Да, в обед, пропуска я заказал, да… Хорошо… Да, жду… Пока!..

Чарли в общем был спокойным и воспитанным мальчиком, но, попав в лабораторию отца, в окружение совершенно незнакомых, разноцветно и сказочно интересных вещей, он мгновенно стал неуправляем, и Глории пришлось крепко держать его за обе руки.

- Ну, сын, ты и хулиган! - с улыбкой сказал Джон. - Но пожалуйста, ничего не трогай руками, а то можешь случайно что-нибудь сломать, и тогда наша мечта никогда-никогда не сбудется. А ведь мы хотим свободы, верно? Поэтому угомонись на минутку, договорились?

Чарли кивнул.

- Отлично! Ну, вот и все. Теперь идите сюда, поднимайтесь и садитесь вот в это кресло. Тут втроем тесновато, но ничего, потерпите, это же в последний раз, скоро у нас будет много места, очень много - сколько душе угодно и еще чуть-чуть! - Джон подмигнул сынишке, помог ему и жене устроиться в кресле поудобнее, взял в руки пульт управления, и сам пристроился рядом с ними. Теперь можно было отправляться в путь - в мир, где светло и просторно, где масса свободного места, где всегда легко и свободно дышится. А самое главное - там нет ничего: ни людей, ни заводов, ни автомобилей. Нет даже дефицита с жильем, как, впрочем, и самого жилья. И благодатное, необыкновенное, райское это место находится совсем рядом - всего двести шестьдесят миллионов лет назад…

Чтобы дома было чуть посвободнее, Джон часто допоздна засиживался в лаборатории. Он занимался по вечерам не только исследованиями по теме, утвержденной руководством фирмы, но и явлениями, вызывающими его личный научный интерес. Как-то раз, изучая всевозможные аспекты взаимодействия электромагнитного и гравитационного полей, Джон нечаянно уронил в рабочую зону экспериментальной установки обычные плоскогубцы. Они тут же, прямо на глазах, стали новенькими и блестящими. Джон повертел плоскогубцы в руках, недоумевая, и не долго думая снова сунул их под излучатель. Плоскогубцы покрылись коричневой смазкой-консервантом и завернулись в папиросную бумагу. А после того как Джон сунул плоскогубцы в рабочую зону третий раз, они - исчезли! Оправившись от шока, выкурив пяток сигарет и пораскинув умом, Джон сделал единственно возможный вывод: он построил машину времени! Довести ее размеры до удобных человеку, встроить пульт дистанционного управления, шкалу времени и прочие мелочи для комфорта было уже делом техники и не составило для Джона особого труда.

После этого Джон засел в библиотеке, где целыми днями мучил персональный компьютер вопросами. Он выбирал время, куда бы ему можно было отправиться вместе с семьей. И Джон, и его семья смертельно устали - от тесноты, от недостатка воздуха, от избытка людей…

Именно поэтому Джон и выбрал палеозой - благодатный климат, умеренная растительность и совсем еще бедный и робкий животный мир. Они съездят туда, осмотрятся. Понравится - останутся навсегда, не понравится - двинутся куда-нибудь еще, дальше или глубже…

Джон окинул взглядом работающую на холостом ходу машину времени, вытер о брюки внезапно вспотевшие ладони, перехватил поудобнее пульт дистанционного управления и решительно нажал кнопку обратного отсчета. Раздался негромкий щелчок, и кресло вместе с Джоном и его семейством исчезло из лаборатории, выпало из естественного хода времени, чтобы оказаться на берегу древнего моря, среди яркого солнечного света и бесконечных безлюдных просторов…

Джон очнулся от того, что кто-то не грубо, но весьма настойчиво тряс его за плечо. Он открыл глаза. Над ним сияло непривычно яркое солнце, под руками явственно чувствовался крупный песок. Джон повернул голову и увидел над собой усталого человека.

- Наконец-то очухались, слава богу! - равнодушным голосом сказал человек. - Ваши имя и фамилия?

Голос человека был точно таким же, что и голос автоматического будильника, каждое утро поднимавшего Джона с постели.

- Джон Яллосон, - машинально ответил он и тут же спохватился: - Но позвольте, что вы…

- Год? - не слушая его, произнес усталый человек.

- Какой год? - не понял Джон.

- Из какого года вы прибыли? - терпеливо повторил человек.

- Две тысячи сто пятого… - медленно произнес Джон. Страшная, но вполне логичная догадка пронзила его. Он рывком сел и огляделся по сторонам.

Да, без сомнений, это был палеозой. По крайней мере именно таким он должен был быть в его представлении. Джон с семейством сидели на прекрасном пляже, неподалеку плескался теплый океан, справа, совсем рядом, росли весьма странного вида деревья.

И по всему обширному пляжу сидели и стояли люди, десятки и сотни людей.

Джон глубоко вздохнул. Он все понял…

- Простите, - обратился Джон к усталому человеку, - а по… по скольку метров у вас здесь выделяют?

- У нас, как и во время палеозойской эры, дают во временное пользование по сорок квадратных метров на человека, - бесцветным голосом объяснил усталый человек. - В мезозое дают по два квадратных километра, но там динозавры… А у нас - сорок квадратных метров на срок не более суток.

- Как это - не более суток? - завопил Джон. - А что же нам делать потом?

- Возвращаться в свое время, - терпеливо отозвался усталый. - А через год можете прилететь снова, еще на сутки. Ну и так далее… Если, конечно, не будет никаких неприятных инцидентов, могущих повлечь за собой временный или постоянный запрет на ваше пребывание здесь…

- Но почему?! - снова завопил пораженный Джон, не обращая внимания на протест жены.

Усталый пожал плечами.

- Почему, почему… Вам вон в двадцать втором веке уже тесно стало, а в тридцать втором, а в сороковом?.. То-то же… К звездам вам небось неохота… Спасибо бы сказали, что столько даем, а они вопят…

И, записав остальные данные, усталый человек удалился, тем же равнодушным голосом пожелав семейству Джона Яллосона приятного отдыха.

Чарли уже прыгал по пляжу. Джон обнял жену, потрепал ее по плечу и расстроенно сказал:

- Ну что ж, Гло… Не получилось, извини… Может, попробуем двинуть дальше?

Она изумленно раскрыла глаза и улыбнулась ослепительной улыбкой, которую Джон уже почти забыл:

- Ну что ты! Зачем? Здесь же отлично, Джонни! Все получилось прекрасно. У нас в распоряжении сто двадцать квадратных метров чудесного пляжа и двадцать четыре часа свободного времени. Ты подумай, это же целое состояние! У нас еще никогда не было такого отпуска и таких прекрасных условий! Идеальное место для отдыха! Воспоминаний о нем нам с тобой хватит на весь год. А через год мы обязательно вернемся сюда, ведь правда?..

Джонни кивнул, и, взявшись за руки, они побежали к воде - вылавливать Чарли, успевшего уже нахлебаться воды еще несоленого океана.

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

12.03.2009

Content

Николай Орехов
Отдых у моря