Светлана Шумовская

НЕВЕСТА НА ТРИ ДНЯ

ГЛАВА 1

— После того как колокол пробьет три раза, мы должны будем это сделать, — шепнула Уна мне на ухо.

Я плотнее укуталась в одеяло и испуганно сжалась в комок. Другие девушки уже не спали, а просто лежали и думали. Каждая о своем. Кто-то, как я, боялся; кто-то предвкушал; кто-то думал, что лучшей доли нельзя и желать…

— Лея, — продолжала нашептывать подруга, — не бойся. Ничего ужасного не произойдет, мы просто переедем в другое место.

Я хмыкнула. Переедем в другое место, как же. Нас просто продали подобно скоту. Интересно, а деньги за нас брали как за души или как за живой вес? Работать в доме увеселений! Как? Как я могла докатиться до такого? Знала ли моя матушка, что ждет ее дочь, когда отдавала меня в этот пансион.

— Танцевать на потеху кьернам, илирам и грастам — это ты называешь «ничего ужасного»? — зло спросила я. Уна вздохнула и поежилась.

— Нас этому учили, — риторически заметила она, — нас учили быть лучшими, уметь угождать мужчинам. И нас предупреждали, что распределение не оспаривается.

— Да! — с горечью воскликнула я. — Но никто не предупреждал, что нас продадут!

— Лея, — уже более мягко заговорила подруга, — у нас нет особого выбора. Наши роды обанкротились, у многих из девушек вообще нет родни, а как иначе мы будем выживать? Нам нужно найти себе приличных супругов. Ты подумала о своих сестрах, которые остались без приданого? Что будет с ними?

«То же, что и со мной», — грустно подумала я, но отвечать не стала. Доля истины в ее словах была. Здесь, в «Чайной розе», благородно именующейся «Пансионом для юных искусниц», нас учили всему. На протяжении семи лет мы учились грамоте, этикету, танцам… Но главной задачей наставниц было обучить нас тому, чтобы девушки из бедных, но когда-то бывших знатными родов смогли удачно устроиться в жизни. Мы думали, что в день нашего выпуска нас распределят по разным городам, может, даже странам, возможно, устроят работать при дворе… Семь лет назад родители отдавали нас сюда с надеждой и верой в светлое будущее. Брали только девочек из знатных семей и преимущественно бедных. Предполагалось, что свой долг перед пансионом воспитанница выплатит сама после распределения, поэтому и направляли из «Чайной розы» в лучшие места королевства. Многие из прежних выпускниц успешно попали на службу при королевском дворе и теперь живут в столице с богатыми супругами, которые покрыли все долги их семей. Мы надеялись, что сможем быть фрейлинами или хотя бы преподавать этикет у отпрысков знатных семей. Но все пошло не так, как мечталось. Донна Криста, директор пансиона, решила нашу судьбу. И она не увидела для нас лучшего пути, кроме как отправить всех в столицу великого королевства Крамиил город Саак. Там мы будем работать в доме увеселений, который назывался «Алар». Впрочем, про это место мне пока мало что известно. Разве только то, что девушки, работающие там, не в чести у дам из высшего общества. Ходили слухи, что они даже сопровождают благородных кьернов, у которых еще нет невест, на балы и приемы за приличную плату.

Криста не призналась, что продала нас. Свое решение распределить всех выпускниц именно туда она объяснила тем, что это самое идеальное место для того, чтобы найти достойного супруга. А даже если супруг не найдется, денег, заработанных в «Аларе» всего за пару месяцев, с лихвой хватит на то, чтобы уплатить долг пансиону за наше обучение. Каким именно образом мы должны будем зарабатывать деньги в этом загадочном для нас месте, она, естественно, умолчала. То, что Кристе заплатили за столь интересное распределение, мы с Уной узнали совершенно случайно, подслушав разговор директора с некой дамой из столицы, которая предлагала ей внушительную сумму за десяток юных леди, сетуя на то, что все ее подопечные разбежались. Отказаться от назначения мы не имели права, потому что наш долг был довольно велик. По крайней мере, у моего рода точно не было средств, чтобы оплатить мое обучение здесь, так же как и у рода Уны. Семья ни одной из нас не могла расплатиться с пансионом за семь лет проживания и обучения.

Пока я размышляла и взвешивала все положительные и отрицательные стороны сложившейся ситуации, колокол пробил три раза.

— Подъем! — раздался усиленный рупором гнусавый голос старого коменданта.

Все живо вскочили с постелей и наперегонки понеслись к ванным комнатам, коих было всего четыре на десять воспитанниц-выпускниц. После короткого умывания мы, толкаясь в узком проходе между двумя рядами постелей, натягивали черные ученические платья. Волосы все в основном заплетали на ходу, потому что каждая знала, что сегодня перед завтраком директор объявила общий сбор в холле. Через считаные минуты мы уже опрометью неслись по лестнице вниз.

— Доброго утра, искусницы, — ледяным тоном поприветствовала нас донна Криста.

Мы слаженно присели в реверансе и с замиранием сердца воззрились на нее. Лично я тайно надеялась, что все услышанное нам с Уной просто приснилось и сейчас донна Криста объявит о совсем другом распределении.

— Сегодня день вашего выпуска, — директор перешла сразу к делу. — И, как вы уже знаете, для вас открывается лучший из жизненных путей, который только можно себе пожелать.

Я была в корне не согласна с таким заявлением. Если лучшее — это «Алар», то мне трудно даже представить, что ожидает выпускниц в худшем случае.

— Ваше распределение в этом году весьма и весьма удачно, — тем временем говорила она, расхаживая перед нами. — После завтрака каждая из вас, по одной, должна зайти в мой кабинет и получить распределительную грамоту, а также бумаги по долговым обязательствам.

Мы дружно кивнули, а донна Криста продолжила, остановившись напротив одной из девушек.

— Нинель, — обратилась она к хрупкой блондинке, — твоя семья готова выплатить твой долг. Со мной связался твой брат и сообщил, что у него есть нужная сумма, так что ты можешь отказаться от распределения.

Нинель судорожно вздохнула, всхлипнула, и на ее лице расцвела счастливая улыбка. Донна Криста, напротив, поморщилась.

— На твоем месте я бы так не радовалась, — серьезно сказала она. — Подумай о том, что ждет тебя в твоем родном захолустье.

Нинель немного изменилась в лице, но, видимо, воскрешение в памяти родных пенатов не показалось ей столь страшным.

— Я все же откажусь от вашего предложения, — пискляво сообщила она.

Донна Криста пожала плечами и кивнула. Многие из нас сейчас позавидовали блондинке, ведь ей не придется отрабатывать долг непонятно где. После этого короткого разговора нас отправили завтракать. Примечательно, что директор с подозрительной ловкостью уклонялась от расспросов об «Аларе», уверяя лишь в том, что это лучшее место для юных искусниц и ничего плохого нас там не ждет.

— Повезло тебе, — шепнула я на ухо Нинель, когда мы уже вошли в столовую. Девушка просияла и часто закивала.

— Даже не представляю, где Бертрам нашел такую кучу денег, — сказала она. — Но я этого никогда не забуду.

— Зря радуешься, — процедила Ди, проходя мимо Нинель и намеренно задев ее плечом. — Будешь сидеть в своей глуши совершенно одна, никому не нужная и забытая всеми.

Не знаю, как Нинель, а я была бы не против сидеть в своем доме и заниматься чем угодно, только бы не ехать в столицу на поиски супруга. Возможно, я трусиха, а возможно, просто наивная. Я надеялась, что все же смогу выйти замуж по любви, а не потому, что так нужно. Хотя в наших краях о любви, наверное, уже давно все забыли. Почти все бывшие знатные роды обеднели, но, по иронии судьбы, у них продолжали рождаться девочки, а те роды, которые стали знатными после прихода нового короля, могли похвастаться значительным преимуществом детей мужского пола.

Все началось сто сорок лет назад, когда наши земли захватил старый король соседнего королевства. Тогда Крамиилом правил король Люций. Он был магом, не знаю, насколько сильным, но определенным даром обладал. Поэтому запрета на магию не было. Еще в бытность моей бабушки в Крамииле были распространены школы магии и даже один университет. Неудивительно, что многие обладали даром, особенно в семьях аристократов. Дар передавался по крови из поколения в поколение, носителями в большинстве случаев становились девочки, реже мальчики. Насколько я знаю из семейной истории, магия нисколько не мешала народу, а даже, наоборот, во многом помогала и способствовала его развитию. Но король, который правил соседним королевством, магию на дух не переносил, она как чума пожирала его изнутри. Он очень боялся, что в скором времени маги станут править везде. Тогда Адалион собрал армию, преимущественно человеческую, но не погнушался набрать наемников из некромантов, которым заплатил немалые деньги за их помощь. Поговаривали, что он даже вызывал демонов преисподней и, заручившись их поддержкой, пошел войной на Крамиил. Война длилась пятнадцать лет и была самой жестокой и кровопролитной в истории. В конечном итоге Адалион все же взял власть, можно сказать, он вырвал ее зубами, попутно уничтожив целые роды магов. После того как ситуация немного стабилизировалась и он укрепил свою власть, пришло время инквизиции. Она мечом и огнем прошлась по поверженной стране, истребляя тех, у кого была хотя бы капля дара. Некоторые успели сбежать, но спастись удалось немногим. Так Адалион объединил два королевства, тем самым расширив свои границы.

Когда король-тиран, как называли в народе Адалиона, скончался, это дело продолжил его сын. Он пошел еще дальше и устраивал самые настоящие облавы. У всех младенцев, которые рождались в семьях, когда-то обладавших даром, брали кровь в первый же день жизни. И если в крови находили дар, младенца тут же убивали. Такими же методами действует и король Наар, который правит сейчас. Моего деда с бабушкой по отцовской линии убили из-за того, что в их крови была магия. По закону все их земли отошли королю, а мои родители оказались в нищете. Мамиными родителями были обычные крестьяне и мало чем могли помочь нашему роду. От былой роскоши остались только замок да четыре деревушки во владении. У моих родителей, хвала великому пантеону, дара не обнаружили, что сохранило им жизнь. Видимо, изуверы в инквизиции не знали, что в большинстве случаев дар передается через поколение. Тем не менее меня и моих сестер проверяли при рождении. На тот момент они ничего не нашли, но уже к десяти годам я спокойно зажигала свечу одним лишь взглядом, о чем, впрочем, упорно молчала. Я не собиралась пользоваться своим даром, да и не знала, как это делается, а потому опасной для общества себя не считала, хотя фанатикам может показаться иначе. Мама говорила мне когда-то об Империи, от которой нас отделяют горы. Якобы там магам всегда рады, и если на то будет нужда, то я смогу укрыться там.

В связи с жестокостью новой власти население Крамиила сильно поредело. Поскольку у девочек дар проявлялся чаще, соответственно и убивали их в разы больше. На сегодняшний день на пять мужчин в Крамииле приходится лишь одна девушка. Знатные мужи готовы брать в жены бесприданниц просто потому, что иного выхода у них не было. Продолжать род — наш долг, не исполнить который мы не имеем права. Однако у леди, которые располагали хотя бы маленьким наследством, шансов выйти замуж было намного больше. Таким же, как я, приходится довольствоваться лишь тем, что предлагает нам судьба. Быть может, мне повезет, и я смогу раздобыть денег для приданого своим младшим сестрам, чтобы им не пришлось так же, как мне сейчас, полагаться на волю судьбы, которая порой бывает весьма взбалмошной.

— О чем задумалась? — отвлекла меня от раздумий Уна.

— Да так, — отмахнулась я. — О несправедливости жизни.

Подруга ободряюще потрепала меня по плечу.

— Все будет хорошо, — заверила она. — Зато мы сможем увидеть столицу!

После ее слов все разом забыли свои страхи и радостно защебетали о столь вожделенной столице.

— Теперь мы первыми будем узнавать о новинках моды, — воодушевленно вещала Ди. — Возможно, даже увидим кого-нибудь из королевской семьи! — Девушка мечтательно закатила глаза.

— Я уже составила примерный план достопримечательностей, которые мы посетим в первую очередь, — деловито сообщила Ирэна. После чего принялась перечислять: — Знаменитый храм в центре Саака, который строили сами гномы! Еще по дороге мы должны будем проезжать Холмистый край, — чуть ли не трясясь от предвкушения, продолжила она. — Вы только представьте, раньше там жили единороги!

— Брось, — угрюмо прервала ее Луна. — Единорогов не существует и гномов тоже.

После этой фразы я предпочла закончить трапезу, потому что начались бурные выяснения того, кто существует, а кто нет. Я точно знала, что эльфы, гномы и даже русалки живут, но явно не в Крамииле, уж слишком много было приложено усилий нашими властями для того, чтобы в королевстве не осталось ничего сверхъестественного. Даже наши учебники истории полностью переписали, убрав из них упоминания о магии любого рода и о представителях других рас. Я больше доверяла тем книгам, что хранились в нашей семейной библиотеке, а если верить им, то кроме людей есть на свете еще множество различных существ.

— Лея, подожди! — окликнула меня Уна. — Я с тобой.

Я пожала плечами. Вещи были уже собраны, оставалось только зайти к донне Кристе за бумагами да вынести чемоданы на улицу, дабы загрузить в кареты. Ехать нам предстояло где-то семь-восемь дней, и для такого дальнего переезда пансион щедро выделил три кареты. Я в задумчивости подошла к кабинету директора и дернула за ручку, открывая дверь.

— Подожду тебя здесь, — неуверенно предупредила подруга, поняв, что я полностью погружена в свои мысли.

Я лишь рассеянно кивнула и вошла.

— Входите, искусница, — даже не отрывая взгляда от документов, сказала донна Криста. — Присаживайтесь.

Я устроилась в кресле перед директорским столом и замерла в ожидании. Кресло только на вид казалось мягким, а на поверку оказалось достаточно жестким и ощутимо отдавало холодом. Через несколько долгих секунд Криста удостоила меня мимолетным взглядом и заглянула в один из ящиков стола, достав оттуда несколько свитков.

— Это, — она протянула мне один из них, бледного желтого цвета и перевязанный голубой лентой, — ваша распределительная грамота, предъявите ее на месте назначения. В ней информация о вас, вашей семье, оценках и характеристика от меня. — Я забрала свиток, а Криста уже разворачивала второй. — А вот это, — она разложила его на столе передо мной, — долговой документ. Здесь приведены все суммы, которые мы потратили на ваше содержание.

Я пробежалась взглядом по исписанной бумаге. Здесь действительно было перечислено все: ученическая форма (которая менялась каждые полгода), счет за обучение по всем предметам, питание (нужно сказать, что было оно не особо качественное) и проживание в стенах пансиона. Конечная сумма заставила меня пошатнуться, отрезвляла лишь прохлада, идущая от кресла.

— Как видите, вы в течение года должны выплатить нам сорок семь соле, — директор произнесла эту страшную сумму вслух. — В случае неисполнения обязательств мы будем вынуждены обратиться к властям и истребовать деньги с вашей семьи в принудительном порядке, — окончательно добила меня донна Криста.

Я шумно сглотнула и приняла свиток. Прощальную речь директора я не слушала, а из кабинета выходила на негнущихся ногах. Не успела за мной захлопнуться дверь, как в нее торопливо вбежала Уна. У кабинета уже толпились позавтракавшие выпускницы, и я, чтобы избежать расспросов, как можно быстрее вышла на лестницу. Сорок семь золотых монет высшей пробы!.. Наш родовой замок стоит, наверное, всего пятьдесят, а он является пристанищем почти для всей моей близкой родни. Получив документы, я окончательно убедилась в том, что увильнуть от распределения мне не удастся. Более того, я точно знала, что в «Аларе» буду браться за любую работу, которую только предложат, потому что каким образом можно будет заработать за год такую прорву денег — я представляла слабо, и у меня возникали сомнения, смогу ли я вообще заработать столько хоть когда-нибудь. Но я утешила себя тем, что раз нас направили туда, значит, это возможно. По крайней мере, перспектива отправиться одной, а то и всей моей семьей на рудники за неуплату долгов совсем не прельщала. А у меня еще есть и сестры, которые остались без приданого. Да за сорок семь соле можно было бы обеспечить приданым пятерых юных леди! От грустных раздумий меня отвлек крик старого кучера, который сообщал, что через полчаса всем выпускницам надлежит спуститься к каретам для отбытия в Саак, и я ускорила шаг, спеша вытащить свои немногочисленные пожитки во двор.

В последний раз обвела взглядом длинную комнату с двумя рядами постелей, застеленных серыми покрывалами, и, подхватив две сумки, вышла в коридор. Привычный запах сырости, царивший в помещении, сменился свежестью, пахнувшей в лицо, как только я оказалась на лужайке перед пансионом. Снег уже сошел, и повсюду виднелась пожухлая серо-желтая трава. В гуще небольшого сквера одиноко застучал дятел, справедливо рассудив, что в такую погоду под толстой дубовой корой точно есть чем поживиться. Еще неделя — и на деревьях завяжутся пухлые почки, а в Сааке наверняка уже сквозь них проклюнулась первая зелень, готовая вот-вот расцвести буйным цветом назло холодам. Столица располагается немного южнее, следовательно, и погода там должна быть приятнее. Я поежилась под очередным порывом ветра, который норовил забраться под пальто, и еще раз вдохнула полной грудью.

— Чур, я поеду в первой карете, — совсем рядом со мной раздался голос Ди, — хочу раньше всех увидеть Саак! — Девушка мечтательно закатила глаза.

— Тогда и мы в первой, — толкнула меня в бок Уна. — Да, Лея?

Я лишь рассеянно кивнула. Нас осталось девять, а значит, в каждой карете поместятся по три девушки. Две кареты обошлись бы дешевле, но нам предстоял долгий путь. Значит, придется как-то спать, а впятером это можно сделать разве что стоя, поэтому было решено не отказываться от третьей кареты. Сначала время в дороге тянулось медленно, каждая минута казалась мне часом, а Ди без перерыва болтала про столицу, моду и богатых кавалеров. Она была, пожалуй, единственной, кто настолько воодушевился нашим распределением.

— Я слышала, что все знатные мужчины столицы выбирают себе супруг в «Аларе», — не умолкала она.

— В доме увеселений? — возмущенно спросила я. — Не смеши меня! Таких «жен» выбирают разве что на ночь!

Ди возмутилась похлеще чопорной девственницы, которую случайно застукали на сеновале с кузнецом, и даже побагровела от злости.

— «Алар» — не дом увеселений! — воскликнула она. — Это приличное заведение!

Я только иронично пожала плечами, полностью уверенная в обратном.

— Может, и так, но я слышала другое.

Следующие несколько часов мы с Ди старались даже не смотреть друг на друга, а Уна предательски дремала на моем плече. Я достала из сумки одну из многочисленных книг из своего родового замка, которые захватила с собой, когда еще только отправлялась учиться, и пролистала потрепанные страницы, открывая на закладках. В нашей библиотеке, разумеется, тайно, хранились тысячи книг о магии, драконах, единорогах, эльфах… Сейчас все описываемое там казалось невероятным и нереальным, но читать было безумно интересно.

Дни тянулись хоть и медленно, но уже привычно. На ночлег мы останавливались на постоялых дворах в более крупных деревнях или даже городках. Там же и питались, закупая продукты на весь день пути. Днем было всего три остановки, как говорил кучер, чтобы все могли сходить в кустики и дать отдых лошадям, а ели мы прямо в каретах. По мере приближения к столице становилось ощутимо теплее, а привычные дубы, ели, березы и ясени постепенно сменялись диковинными кустарниками и невысокими деревьями. Лесов становилось все меньше. Последние сутки мы ехали по степи, которую лишь изредка прочерчивали полоски редкого леса.

На седьмой день пути наши кареты наконец достигли ворот Саака. Нам даже пришлось стоять в очереди на въезд в город. Оказалось, что здесь даже за это берут деньги! Пришлось заплатить по одной медной монетке с человека за право миновать великие врата стольного города (так распинался перед нами местный страж). Особого восторга по поводу прибытия я не испытывала, но, как и все, исправно смотрела в окно. Я никогда раньше не видела такого города. Величественные постройки, каменные дома, местами даже четырехэтажные, вымощенная камнем мостовая, по которой прохаживались дамы в пышных разноцветных платьях, мужчины с идеальными осанками, шныряли карманные воришки, выглядывая, чьим бы кошельком поживиться на этот раз. Я не заметила большого количества кошек, которые обитали в портовых городишках, где мне приходилось бывать, да и крысы не раздражали спешащих горожан своим присутствием. Почему-то подумалось, что на экскурсию по столице я все же пойду вместе со всеми.

Вскоре кучер завернул в узкую улочку, и дома сменились деревянными, изредка обложенными красным кирпичом, и затормозил.

— Прибыли! — басовито крикнул старый возница, управлявший нашей каретой. И мы тут же выбрались на улицу, спеша размять затекшие конечности.

Остановились мы перед домом, напоминающим замок, точнее, перед высокими воротами из железных прутьев с зазубринами на концах. От ворот (которые, впрочем, были закрыты) вдаль уходила дорожка из белого, жутко дорогого мрамора и упиралась в высокие ступени дома. По обе стороны от нее росли невысокие кусты диких роз и кое-где виднелись низкие лавочки.

— Красота! — воскликнула Ди.

Спорить никто не стал, потому как наличие красоты не оспоришь. А по дорожке тем временем к нам быстро приближался мужчина в годах, чью густую шевелюру уже посеребрила седина. Мужчина оказался здешним дворецким, он отворил ворота и проводил нас вместе с багажом к дому. Мы с девушками вошли в довольно большой и просторный холл, больше похожий на зал для бальных танцев, и стали в одну линию, не зная, что делать дальше. Дворецкий же оставил нас, сказав, что приведет госпожу. О ее приближении мы узнали по крикам, коими она неведомо за что награждала бедного старика. Дама, судя по обрывкам громких восклицаний, была очень недовольна тем, что мужчина не позвал ее сразу, как только увидел подъехавшие кареты. Готова поспорить, что сердце каждой из нас замерло в ожидании. Любопытство никто не отменял, и нам было невероятно интересно посмотреть на столь сварливую хозяйку знаменитого «Алара».

ГЛАВА 2

— Добрый день! — наигранно бодро воскликнула та самая женщина, которая всего пару секунд назад нещадно костерила бедного дворецкого. Мы подобрались и уставились на нее. Женщина медленно прошлась перед нашим неровным строем и удовлетворенно кивнула.

— Добро пожаловать в «Алар», юные леди, — улыбнулась она.

Коленки как-то сразу трястись перестали, а в голову закралась предательская мысль, назойливо зудящая о том, что здесь, может быть, не так уж и плохо. Реверансы, которые мы разом изобразили, вышли невероятно слаженными и, как мне показалось, красивыми.

— Сработаемся, — с улыбкой протянула женщина. — Меня зовут донна Далия ар Брокс, и я руковожу этим заведением.

— Домом увеселений, — буркнула себе под нос Мариника, но поскольку этот тихий шепот услышали мы все, то и для донны Далии он не остался в тайне.

Она подошла к Маринике и бесцеремонно ухватила длинными пальцами ее подбородок, вынудив посмотреть прямо в глаза.

— Дом увеселений, милочка, — сквозь зубы процедила она, — располагается через два квартала отсюда, а здесь приличное заведение!

Даже для меня это стало открытием. Я слышала когда-то, еще будучи ребенком, об «Аларе». К маменьке приезжала кузина и слезно жаловалась на то, что ее муж Себастьян покинул ее из-за вертихвостки из «Алара». Мол, эти женщины, которые работают там, настоящие кокетки и распутницы. Их хлебом не корми, дай увести чужого супруга! В связи с этим мнение об этом «приличном», как уверяла донна Далия, заведении у меня сложилось вполне определенное. Это я рассказала всем девушкам о том, что нас продали именно в дом увеселений, и сейчас, когда на меня обратились взгляды почти всех подруг, чувствовала себя крайне неудобно.

— То есть нам не придется, — несмело начала Ди, стоящая справа от меня, — ублажать мужчин за деньги? — Она стыдливо опустила взгляд, стараясь не смотреть на Далию, а ее лицо приобрело насыщенный пунцовый оттенок.

— Кто придумал подобный бред? — возмутилась донна Далия, уже совсем забыв о Маринике и подойдя к нам. — Неужели в ваших краях ходят такие слухи об «Аларе»?

Было видно, что женщина удивлена, причем искренне. От этого мне стало еще стыднее, и я решилась сказать:

— Простите, должно быть, в этом есть моя вина… Это я пустила слух.

Более гневного и удивленного взгляда, коим одарила меня женщина, я, пожалуй, еще не видела. Во взгляде также присутствовал вопрос. Вполне конкретный…

— В моей семье когда-то был разговор о вашем заведении, из которого я сделала вывод, что здесь не что иное, как дом увеселений, — выпалила я на одном дыхании. — Говорили, что здешние девушки уводят мужей из семей и вообще не отличаются благочестием.

Донна Далия ахнула и картинно схватилась за сердце. Дворецкий тут же оказался рядом и услужливо протянул ей невесть откуда взявшийся стакан воды. Далия осушила его большими глотками и наконец пришла в себя.

— Ну, знаете ли, — зло прошипела она. — Провинция! Одним словом, захолустье! — Я так поняла, что она имеет в виду наши края.

Хотя я не стала бы называть земли илирма Трантгальдского, моего двоюродного дяди, таким уж захолустьем. Да, у нас там не столица, но все довольно прилично! Земли достаточно обширные, и илир контролирует их в силу своих возможностей. Территория похожа на конус с пиком Ристалищ в середине. От пика по склонам спускаются густые хвойные леса, перемежающиеся полосами разнотравных лугов и пастбищ. У подножия в основном редколесье, а обрамляют его долины и степи. У нас можно найти лучшую в Крамииле парную говядину, которую поставляют повсеместно, у нас же добывают серебро высшей пробы, а на самом пике, где огромное количество узких венок горных рек, намывают золото, правда, не очень высокой пробы и не слишком-то много, но все же! Из-за огромных площадей, совершенно не соответствующих малой численности населения, деревушки и усадьбы располагаются редко. К примеру, мой отчий дом — замок «Гнездовье перепела», находится почти у самой границы земель илира и расположен на побережье реки Илы, названной так из-за необычайно илистого дна, которая берет в петлю все земли Трантгальдского и одновременно служит границей земель. И чтобы от нашего замка (хотя от него там сейчас осталось только название) доехать до ближайшего поселения, нужно потратить как минимум семь часов, при условии, что лошадь возьмет бешеный галоп. Но это не самое большое расстояние. До пансиона, в который меня отдали в возрасте пятнадцати лет, ехать нужно примерно трое суток. Пусть крупных городов на землях илира всего два, зато каких! Один — Ельск, расположен у самого подножия пика, особыми достопримечательностями не блещет, зато там можно закупить самое дешевое в Крамииле серебро и золото, и не только в слитках и необработанном металле, но и в виде изысканных украшений, статуэток, столовых приборов. Второй город — Сомел находится в сутках пути от нашего замка к северу, также у границы земель. Вот он может смело хвастаться руинами старых башен, развалинами целых трех замков, которые были беспощадно разрушены во время войны, когда дед нашего нынешнего короля и захватил Крамиил.

— Откуда ты, дитя? — спросила донна Далия, а я так погрузилась в свои мысли, что вопрос ей пришлось повторить дважды.

Может, и со второго раза не услышала бы, но Уна сильно пнула меня локтем в левый бок.

— Из Трантгальдских земель, — ответила наконец я.

— А-а-а, — протянула женщина. — Помню-помню. Лет девять назад одна из моих воспитанниц вышла замуж за тамошнего граста…

Я удивленно посмотрела на женщину, которая выглядела лет на тридцать от силы. Неужели она с пеленок тут руководит?

— Да-да, — продолжила она. — Но не помнится мне, чтобы Эмилия, — я поймала себя на мысли, что именно так зовут нынешнюю жену того граста, — уводила его из семьи. Его жена предпочла ему конюха, насколько я помню, и, более того, не могла родить наследника. Тогда граст и приехал в «Алар» в поисках новой спутницы жизни.

Некоторые девушки слаженно охнули, я же предпочла промолчать, хотя и была удивлена. Ну да, они были в браке около десяти лет, на тот момент детей у них не было, однако пикантная подробность про конюха немного смутила.

— Так что же у вас за заведение? — любопытно спросила Ирэна, которая как раз таки больше всех рассказывала нам, как она мечтает будоражить сердца молодых мужчин, работая куртизанкой.

— О, — воскликнул почему-то дворецкий, — «Алар» — это воистину райское место.

Донна Далия посмотрела на него странно. Ее взгляд словно предлагал пожилому мужчине подтереть слюни.

— Мы создаем пары, — воодушевленно сообщила она. — Мы постоянно устраиваем приемы, на которые съезжаются почти все молодые мужчины королевства в поисках второй половины.

— Значит, устраиваете смотрины? — угрюмо спросила Уна.

— Можно сказать и так, — качнула головой женщина.

— Но вам-то от этого какая выгода? — бесцеремонно вмешалась Мариника.

— Пожалуй, я не буду рассказывать вам, сколько платят мужчины, чтобы иметь возможность выбрать для себя супругу в «Аларе», — ответила донна Далия. — С сегодняшнего дня вы находитесь на моем попечительстве. Жить будете здесь, в этом доме, — она обвела руками пространство вокруг себя. — Мы проведем несколько занятий, на которых вы продемонстрируете все, чему научились в пансионе. А после вас ждет самый незабываемый год в вашей жизни, и я буду не донна Далия ар Гренбург, если за этот год каждая из вас не найдет себе мужа. — Женщина гордо вскинула подбородок и обратилась к дворецкому: — Артур, проводите девушек наверх и покажите им выделенные комнаты.

После указания женщина молча удалилась, а дворецкий милостиво кивнул.

— Прошу вас следовать за мной, — сказал он и направился в сторону широкой лестницы, которая, казалось, состояла из тысячи ступеней.

Мы послушно поплелись следом. У всех нас, наверное, возникла целая вереница мыслей по поводу услышанного, и теперь мы молча, каждая сама себе, пытались их обдумать и сделать выводы. Лично я была рада, что мы попали все-таки не в то место, о котором я думала не без содрогания. Вероятнее всего, эта донна Далия берет с мужчин деньги за смотрины, а мужчины захаживают сюда, судя по всему, богатые. Значит, не все так плохо!

— Да-а-а, — протянула Ди, когда на третьем этаже перед ней открылась первая дверь жилых комнат «Алара». Все любопытно уставились в щель, чтобы понять, как трактовать реакцию подруги.

Комната была не очень большая, с четырьмя постелями, расположенными по обе стороны у стен. Обстановка не выглядела богатой, но и убогой назвать ее было нельзя.

— Свободных комнат сейчас много, — сказал дворецкий. — Можете селиться по двое.

Ди пискнула и первой вбежала в комнату, мы с Уной заняли вторую. Втащив вещи, выбрали себе постели, но разобрать ничего не успели, потому что дверь открылась, впуская всклоченную Ди.

— Ко мне никто не подселился! — воскликнула она. — Значит, я буду жить с вами. — И, не дождавшись нашего ответа, бросила сумку на ближайшую постель. Лично у меня она сидела в печенках еще со времени поездки, но ругаться и выгонять девушку не хотелось. Уне, казалось, было и вовсе все равно с кем жить, и я решила взять с нее пример, не обращая внимания на Ди, которая уже завела спор сама с собой за лучшие полки в шкафу.

— Интересно, что нам делать дальше? — спросила Уна, когда почти все наши пожитки были аккуратно разложены по всевозможным полочкам и нишам.

— Наверное, будет какой-то сбор, — предположила я.

А Ди подбежала к окну, которое выходило на задний двор «Алара», и, распахнув его, высунулась на улицу.

— Вот бы нам разрешили погулять по городу! — блаженно воскликнула она.

В этот момент в дверь постучали, и после разрешения войти в проеме показался давешний дворецкий.

— Если леди уже освободились, то донна Далия ждет всех через четверть часа на торжественном обеде по случаю вашего приезда, — сообщил он и, церемонно поклонившись, скрылся в коридоре. Видимо, отправился приглашать остальных.

— Вот и славно! — воскликнула Уна. — Значит, нас покормят!

Ди наморщила курносый носик и фыркнула подобно кошке. Она из тех леди, которые с раннего детства и до глубокой старости пребывают в состоянии похудения. Ди могла съесть лишь листик салата в день и при этом не упасть в обморок, гордо заявляя всем нам, что идеальная фигура требует некоторых жертв. Не знаю, идеальна ли моя фигура, но на подобные жертвы я предпочитала не идти. Мы с девушками переоделись с дороги и, подождав, пока из комнат выйдут все, отправились вниз. Спустились мы в тот же холл, в котором некоторое время назад нас встречала хозяйка «Алара». На этот раз в помещении находились две прислужницы, которые отворили перед нами массивную двустворчатую дверь, приглашая пройти. За дверью оказалась еще одна комната. Пожалуй, даже более просторная, чем холл. В центре стоял длиннющий стол, во главе которого сидела донна Далия.

— Присаживайтесь, — благосклонно разрешила она, и мы несмело заняли услужливо выдвинутые стулья. — Вы наверняка проголодались с дороги, — продолжила женщина, — так что сначала еда, а уже потом разговоры.

После этих слов все уделили внимание богато накрытому столу, который был уставлен множеством незнакомых блюд. Я угрюмо рассмотрела предложенные кушанья и с ужасом осознала, что знакома мне здесь только одинокая, хорошо прожаренная утка, гордо возлегающая в центре стола. За ней я, собственно, и потянулась. Заметила, что большинство из моих подруг, так же как и я, узнали только утку. У донны Далии, похоже, наша гастрономическая необразованность вызвала приступ веселья, и она важно объяснила нам, какими блюдами сервирован стол. Преимущественно это была разнообразная рыба и различные морские деликатесы. Диковинные устрицы, креветки и омары не вызывали у нас никакого доверия, а потому бедная одинокая утка была быстро и безжалостно раскромсана юными искусницами.

— Это праздничный обед, — поспешила предупредить хозяйка «Алара», — обычно трапезы здесь гораздо более скромные.

Меня это нисколько не удивило, потому что, несмотря на непосредственную близость моря, ежедневно употреблять в пищу деликатесные морепродукты по карману разве что кьернам, которые на социальной лестнице стоят лишь на одну ступень ниже самого короля. Но тем не менее бросаться пробовать все что ни попадя я не стала. Тем более что донна Далия уже пристально наблюдала за нами, ожидая, пока первый голод будет утолен. Немного позже из неприметной дверцы за моей спиной выбежала девушка в серой форменной одежде. В руках она держала высокий кувшин, оплетенный берестой. Девушка обошла вокруг стола, попутно наполняя тяжелые медные кубки, стоящие рядом с приборами каждой из нас.

— Сейчас только полдень, — наконец начала говорить Далия, поднимая свой кубок. — А это значит, что у вас будет время прогуляться по Сааку. — Она с улыбкой отсалютовала нам бокалом.

Мы же в свою очередь с опаской косились на кубки, в которых плескалась жидкость насыщенного рубинового цвета. Я втянула воздух, вмиг наполнившийся запахом спиртного. Так пахло от нашего завхоза в пансионе, когда он выглядел особенно помятым… Она что, предлагает нам выпить эту гадость?

— Почему вы не пьете вино? — удивилась хозяйка «Алара».

Все молчали, и высказаться решила я.

— Донна Далия, ни одна из нас не пробовала вина раньше, — сказала я. — Но мы видели, что оно делает с людьми. — Естественно, я имела в виду завхоза, и, судя по лицам подруг, они также ассоциировали запах алкоголя именно с ним. Агата, будучи самой набожной из нас, даже перекрестилась. А донна Далия, напротив, наших страхов не разделяла и заливисто рассмеялась.

— Милые, — сквозь смех сказала она, — не знаю, что за пойло вы считали вином в своем захолустье, но это, — она демонстративно подняла кубок, — настоящее вино, сделанное на лучших виноградниках Крамиила, а настоящая леди должна уметь пить вино.

Агата недоверчиво перекрестилась снова, наверное, на всякий случай. Мариника глухо охнула, а Ди с видом бывалого игрока, который с мыслью «была — не была» ставит все на красное, залпом осушила кубок.

— Вот так делать не стоит, — пояснила донна Далия, указывая на вмиг раскрасневшуюся Ди.

— С ней что-то случится? — схватилась за сердце Агата, заставив донну Далию еще раз задорно рассмеяться.

— Просто немного захмелеет, — просветила она. — Но вино лучше пить маленькими глоточками, потому что захмелевшие леди на приемах и балах выглядят, поверьте, не лучшим образом. — И она снова указала нам на кубки.

Признаться честно, мне было интересно, поэтому я без особого страха взяла свой кубок и поднесла к губам. На вкус вино оказалось сладким, с горьковатым послевкусием, каждый глоток приятно отдавался в груди, расплываясь в ней теплым комочком. Я даже блаженно закатила глаза и сама не заметила, как выпила все до капли. Когда осмотрелась, то обнаружила, что почти все поступили так же, как и я.

Ди глупо хихикала, наблюдая за нами, а донна Далия, кажется, была удовлетворена.

— Привыкайте, — сказала она. — Настоящие аристократы пьют вино как минимум два раза в день, за обедом и за ужином.

Я, по правде говоря, была не против, если вино, конечно, будет таким же вкусным, как то, что мы пробовали сейчас.

— После обеда можете отправляться на экскурсию по Сааку, — снова заговорила леди. — Но в вашем распоряжении только три часа. — Сейчас взгляд хозяйки «Алара» был серьезным и мудрым не по годам, хотя сколько ей на самом деле лет, я так и не смогла понять. — После каждая из вас должна будет зайти в мой кабинет для личного разговора, Артур проводит вас. Заодно и отчитаетесь по возвращении из города. С завтрашнего дня вы будете показывать мне все свои умения, а уже к выходным я планирую устроить первый прием с вашим участием в «Аларе». Еще я выдам каждой из вас по два соле — потом, само собой разумеется, вернете, — зайдете вот по этому адресу. — Она достала из глубокого декольте золотистую карточку и положила на стол рядом с собой. — Закажете наряды к приему, портной как раз успеет сшить до назначенного срока и расскажет вам о модных направлениях этого сезона.

— Может быть, вы расскажете нам, чем мы будем заниматься в «Аларе»? — опустив взгляд, спросила Мариника.

— Конечно, расскажу! — воскликнула донна Далия. — Когда вернетесь из города, сразу расскажу. Мне нужно встретить воспитанниц еще одного пансиона.

Сообщить она успела лишь то, что девушки, живущие в «Аларе», занимаются рукоделием. Вышивают, делают поделки из драгоценных камней своими руками и продают в местные лавки. Еще при заведении есть две небольшие пекарни, в которых также работают воспитанницы, они поставляют свежую выпечку в ближайшие магазины. Собственно, за счет этого «Алар» и существует. Однако я сильно сомневалась, что на этом можно заработать такие деньги, о которых говорила нам донна Криста, значит, есть что-то еще… Также донна Далия поведала, что мужчины считают «Алар» идеальным местом для поисков супруги, потому что все воспитанницы благородных кровей, у некоторых даже есть приданое, все девушки выпускницы пансионов, так что представители сильного пола могут быть уверены в их чистоте и невинности, ну и, само собой, девушки, несомненно, получили хорошее образование, идеально знают этикет и готовы во всем угождать супругу. Ди не преминула спросить, почему они так уверены в беспрекословном выполнении всех их желаний женами, выбранными из числа пансионерок «Алара», на что донна Далия ответила, что девушки без приданого всегда отличались куда большей покорностью и покладистостью…

После недолгой беседы мы отправились собираться на столь долгожданную прогулку. Мы с Уной даже не стали переодеваться, да и одежды у нас было не так много, чтобы менять ее по несколько раз на день, а вот Ди не только переодела платье на более открытое, с глубоким откровенным декольте, но и слегка подкрасила губы.

— Это же столица, дурехи! — воскликнула она, глядя на нас. — Вдруг я встречу мужчину моей мечты, выйдя за ворота!

Девушка была настолько воодушевлена идеей обретения столь долгожданного супруга, что я решила не портить ей настроения и не говорить о том, что вряд ли обеспеченные мужчины беспечно прогуливаются по улицам Саака в середине дня, тем более по отдаленным от центра улочкам…

Меня волновало несколько вопросов, первым из которых был: что недоговаривает хозяйка «Алара» о способах, которыми воспитанницы зарабатывают деньги? Второй вопрос, который также не давал покоя — почему аристократы в основном ищут невест здесь? Утверждение, что они в восторге от покорности бесприданниц, меня почему-то не устраивало. Еще многое хотелось бы узнать, но, как любит говорить Уна: «Всему свое время». Вопросы можно отложить на потом.

В коридоре нас уже ждали остальные девушки во главе с Ирэной, вслух зачитывающей список достопримечательностей, которые мы непременно должны посетить в первую очередь. Видимо, жажда приобщиться к культурным ценностям Саака проснулась и у Мариники, одобрительно кивающей в такт словам Ирэны. У меня же были немного другие планы, но как отбиться от коллектива, я пока еще не придумала, а потому к выходу из «Алара» мы проследовали все вместе. При выходе всем выдали обещанные два соле, и большинству девушек стало интереснее сразу пойти к портному, чей адрес также вручили каждой, нежели осматривать сомнительные достопримечательности. Я же хотела посетить одну из лавок, адреса которых назвал отец в один из моих приездов домой на каникулы. Дело в том, что дар в моей крови со временем должен был проявляться сильнее, и иногда его проявления невозможно контролировать, а если лишиться контроля, то недолго оказаться на рудниках, а то и вовсе украсить костер на центральной площади. Для того чтобы глушить проявления дара, достаточно носить при себе совершенно неприметный и даже недорогой камушек. У меня это кулон с яшмой, который подарил мне отец, но камушек периодически нужно менять, и чем старше становится обладатель дара, тем чаще. Отец говорил, что если камень темнеет, значит, его срочно нужно заменить на другой, а мой уже значительно потемнел, это было видно невооруженным глазом. Новые власти, естественно, знают о свойстве яшмы глушить дар, поэтому ее используют в качестве своеобразного «украшения» — браслетов, в которые заковывают ведьм перед сожжением. Благо камень многие считали оберегом, да и ювелиры любили работать с ним, поэтому проблем с покупкой быть не должно.

— Сначала мы отправимся в центр Саака, — тем временем вещала Ирэна. — Там зайдем в храм великого пантеона, погуляем в каменном парке, возможно, даже посмотрим на королевский дворец! А потом все вместе пойдем к портному. Так, что тут у нас еще, — она сосредоточенно провела пальчиком по исписанному свитку, — руины древнего замка, пожалуй, оставим на следующий раз… Вот, если у нас останутся деньги, то заглянем в лучшую кондитерскую Саака!

— Если у меня останутся деньги, — нагло перебила ее Ди, — то я лучше зайду в парфюмерную лавку.

— А я в книжную, — сообщила Агата.

Ирэна недовольно поджала губки и, отвернувшись, пошла вперед, возглавив колонну.

— А я с удовольствием схожу в кондитерскую, — улыбнулась Уна, привыкшая постоянно сглаживать углы. — Правда, Лея, мы ведь пойдем?

Врать мне не хотелось. Но я точно знала, что если у меня останутся деньги, то я потрачу их на запас яшмы, а не на пирожные. Взгляд подруги был настолько умоляющим, что я не стала расстраивать ее, ограничившись неопределенным пожатием плеч.

В центр столицы мы добирались на небольших лодочках. Саак был буквально исчерчен каналами, и основным транспортом, на котором передвигались горожане, служили лодки. За время пути я решила, что в лавку пойду еще до визита к портному, чтобы сразу рассчитывать на оставшуюся сумму, а не гадать, хватит ли денег на камень после покупки платья. Мои подруги бурно обсуждали наряды проходящих по улицам леди и костюмы джентльменов. Некоторые, например Ди и София, не гнушались обсудить не только одежду, но и внешность столичных мужчин, а то и состроить глазки. За время нашего триумфального спуска по каналу к центральной площади один торговец так засмотрелся на улыбающуюся Ди, что упал в воду вместе с коробкой персиков, которую нес; две лодки врезались нос в нос из-за того, что лодочник провожал взглядом нас, но никак не смотрел вперед, а дворовый мальчишка разбил себе и без того оцарапанный лоб, рассматривая Агату. Мы с Уной тихонько хихикали и старательно прикрывались веерами.

— Прибыли! — сообщил лодочник, причаливая к берегу. Небольшая пристань располагалась прямо у входа в парк камней, поэтому туда мы и направились. Следующие полчаса мы провели, блуждая среди причудливых деревьев, высеченных из огромных валунов. Прогулялись по каменному лабиринту и полюбовались знаменитым радужным алмазом, вокруг которого было больше охраны, чем вокруг самого короля (со слов, конечно, Ирэны).

— Следующий на очереди храм, — сообщила подруга, когда мы вышли с другой стороны парка. Я прочла название улицы, по которой мы следовали, и поняла, что сейчас наиболее подходящий момент, чтобы осуществить задуманное. Потому что она называлась так же, как и та, о которой говорил отец.

— Грифт-кросс, строение двенадцать, — шепотом прочла я. А мне нужно Грифт-кросс, 19, значит, где-то совсем рядом. Я замедлила шаг и сделала вид, что поправляю туфлю. На мое счастье, Уна увлеклась беседой с Мариникой и ни на что не обращала внимания. Как только девушки скрылись за углом здания, я развернулась и быстро пошла в обратном направлении, отметив, что по ходу нашего движения номера на строениях становятся меньше. Центральный храм было прекрасно видно и отсюда, поэтому я нисколько не сомневалась, что найду подруг там.

Ворот платья закрывал шею почти полностью, и я, юркнув в ближайший переулок, расстегнула несколько верхних пуговок, чтобы извлечь ничем не примечательный кулон с красно-оранжевым камушком на тонкой и довольно длинной серебряной цепочке. Я с силой надавила на камень, заставляя выскочить из серебряной оправы, и просто выбросила его под ноги, а цепочку сжала в руке.

Я не привыкла к оживленным улицам, поэтому передвигаться было немного проблематично в первую очередь потому, что я постоянно врезалась в прохожих, то и дело вскидывая голову, чтобы рассмотреть номер строения. А во вторую, потому что на меня начали подозрительно коситься городские стражи, которые встречались не очень часто, но при этом успевали наградить меня такими презрительными взглядами, что на щеках невольно выступил румянец. Я слышала, что в Сааке не любят чужаков и приезжих, но это же не значит, что нужно так пялиться! Увидев строение номер 17, я прибавила ходу и на радостях даже не заметила бегущего в мою сторону человека. Парень, чье лицо было подобно непроницаемой маске, резко вырвал сумочку из моей руки и побежал дальше по улице.

— Стой! — крикнула я, опомнившись, и даже попыталась бежать следом за ним, но каблук туфли в самый неподходящий момент застрял между плитами мостовой. Мужчина, вышедший из магазина прямо передо мной, сорвался с места и бросился за вором.

— Держи вора! — кричали прохожие. Двое мужчин преклонного возраста услужливо помогли мне высвободить ногу из плена, а спаситель, сам того не подозревая, всей моей наличности, уже бежал обратно. Я обратила внимание, что воришку схватили стражники и, заломив ему руки, куда-то повели.

— Держите, это ваше. — Даже не глядя на меня, мужчина протянул маленькую белую сумочку.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я, возрадовавшись и возвращению денег, и тому, что в Сааке все же есть добрые люди.

— Пожалуйста, — ответил высокий брюнет, удостоив меня лишь мимолетным взглядом. — И не ловите больше ворон, раз уж осмелились приехать в большой город. — С этими словами незнакомец отвернулся и неспешно направился по своим делам, словно ничего и не произошло. Я заметила, что многие прохожие приветствуют его, а некоторые даже слегка кланяются. Наверное, важная шишка.

— Милая, вы не потерялись? — подозрительно спросил один из мужчин, которые помогали мне высвободить злосчастный каблук. Я рассеянно вскинула голову вверх, обнаружив, что пришла туда куда нужно.

— Нет, мне сюда. — Я указала на дверь лавки и, поблагодарив мужчин, вошла внутрь. Над дверью приятно зазвенел колокольчик, и из подсобного помещения вынырнул невысокий мужчина лет семидесяти, в круглых очках с толстыми линзами и форменной одежде синего цвета.

— Что угодно прекрасной леди? — заискивающе спросил он. Я разжала кулак, в котором все это время хранилась цепочка, и продемонстрировала ее хозяину лавки.

— Нужно вставить яшму в эту оправу.

Мужчина посмотрел на меня очень подозрительно, и я поспешила оправдаться:

— Старый кулон потерялся, а это подарок папеньки, он расстроится, если увидит. — Я приняла расстроенный вид и, горестно вздохнув, опустила взгляд. Мастер же взял цепочку и, попросив подождать минутку, скрылся в подсобном помещении. Через четверть часа я, распрощавшись с тремя серебряными монетами и получив в собственность новый кулон, уже подходила к центральному храму Саака, из которого как раз выходили мои подруги.

— Лея! — первой меня заметила Уна. — Ты где была?

— У меня украли сумку, — почему-то сказала я и, повертев ее в руках, добавила: — Но уже вернули.

— Неплохо у них стража работает! — поразилась Агата.

— А это не стража, — покраснела я. — Вроде бы вора догнал какой-то кьерн.

— Кьерн?! — воскликнула Ди, хищно подступая ко мне. — Даже со значком?

Я заметила на вороте рубашки мужчины золотой значок с эмблемой короля, а такие обычно носят лица, особо приближенные к государю, например кьерны, а судя по тому, как узнавал его на улице народ, мужчина был очень знатный. Поэтому на вопрос Ди я ответила кивком. В этот самый миг об экскурсии, Маринике и других делах все просто забыли. Кьерн стал главной темой этого дня. Ди просила меня описать его в мельчайших подробностях, а я запомнила только чуть вьющиеся, черные как смоль волосы и выразительные серые глаза. Подробности приходилось додумывать по ходу повествования.

За разговорами о том, что Саак — воистину волшебное место, раз здесь прямо на улице можно встретить самого настоящего кьерна, мы дошли до лавки портного. Нам повезло, что он оказался опытным и довольно быстро снял все нужные мерки, потому что до возвращения в «Алар» оставалось меньше часа. Более того, женщины, которые работали у портного, набросали для каждой из нас индивидуальные эскизы платьев.

— Я думаю, на вас будет идеально сидеть вот такой вариант, — сообщила одна из них, что занималась мной, и продемонстрировала длинный, до самого пола, не очень пышный алый туалет. Верхняя юбка, как мне показалось, из грубого материала, была распашной, а нижнее платье, выполненное из тонкой шелковой ткани, должно было плотно облегать тело. — С вашими светлыми волосами и такими невинными голубыми глазами вам просто необходимо хоть что-то порочное, — шепнула она, заметив мой полный сомнений взгляд. Фасон наряда мне понравился, но цвет… Алый определенно не входил в число моих любимых цветов.

— А можно точно такое же, но голубое, под цвет глаз? — спокойно и одновременно настойчиво спросила я.

Женщина немного расстроилась, но кивнула:

— К вашему приему сошьем. Два соле, деньги вперед.

После оглашения суммы я даже немного запаниковала и потребовала объяснения, за что берут такие бешеные деньги, и получила подробный перечень цен на каждую деталь платья. Кое-как удалось уговорить женщину на полтора соле, при условии, что спереди оно будет немного короче, чем сзади. Идея мне совершенно не понравилась, но Ди, как и сам портной, уверяла, что в Сааке это последний писк постоянно меняющейся моды. Поскольку верх платья — почти полностью закрытый и расшитый причудливой вышивкой, меня более чем устраивал, я согласилась. Так я экономлю половину соле и получаю наряд, сшитый по последнему писку моды…

Еще через полчаса я подходила к кабинету хозяйки «Алара», чтобы отчитаться о возвращении из города.

ГЛАВА 3

— Присаживайтесь, Лея, — предложила донна Далия, как только я вошла в ее кабинет. Мне показалось странным, что она назвала меня по имени. Неужели после первого же знакомства запомнила нас всех поименно? Сомнительно.

Тем не менее я настороженно присела на небольшой диванчик, обитый зеленой бархатной тканью.

— Может быть, чай? — любезно спросила она. Я решила, что раз мне предлагают чай, значит, разговор будет не коротким, и согласилась. Мне и самой было интересно пообщаться с этой леди. Может, удастся выяснить что-нибудь интересное про наше распределение.

— Итак, — налив в небольшую чашечку дымящуюся ароматную жидкость из высокого чайника, начала говорить она. — Я обещала рассказать подробнее про «Алар». — Я обрадовалась, но виду постаралась не показывать и лишь сдержанно кивнула. — Давайте начнем с ваших вопросов, — сказала донна Далия. Вопросы у меня были, поэтому я решила не тянуть.

— Почему именно мы? — первым делом спросила я. — Неужели знатные мужчины не могут самостоятельно найти себе жен?

Донна Далия лишь слегка улыбнулась:

— Скажите мне, Лея, много ли аристократов осталось на вашей родине?

Задумываться над ответом долго не пришлось, потому что я прекрасно владела этой информацией.

— Холостых почти нет, может быть, только сыновья одного из грастов, но им всего по одиннадцать лет.

Хозяйка «Алара» победно кивнула:

— А в Сааке каждый третий аристократ еще холост просто потому, что ситуация с молодыми аристократками в королевстве печальная.

— Почему бы им не найти себе жен из простых семей, неужели голубая кровь играет такое уж большое значение в этой печальной, как вы говорите, ситуации? — снова спросила я.

— Несмотря на всю прискорбность последствий вступившей в силу новой власти (конечно, она говорила про истребление магов), аристократы не хотят разбавлять кровь. Традиции до сих пор остаются неизменны. — Леди развела руками. — Не каждый граст станет жениться на крестьянке, к тому же они получают не самое лучшее образование. Разные слои, разные полюса… Слишком далеки друг от друга манерные аристократы и неотесанные сельские дурочки.

— А как же знатные девушки из Саака? — не унималась я. — Неужели их так мало? Мне казалось, что в столице вполне уже могли прекратить разгул инквизиции.

— Увы, — ответила Далия, — на всех никак не хватает. Директор вашего пансиона просто дала вам шанс хорошо устроиться в жизни.

Я не поверила. Не знаю почему, наверное, просто на уровне предчувствия… Не поверила.

— Какая ваша выгода? — серьезно спросила я, рассудив, что заданный в лоб вопрос собьет леди с толку и она опрометчиво ответит правду.

— Не думаю, что это уместный вопрос, — вместо этого ответила она. Я не стала дальше развивать эту тему, раз собеседница все равно не намерена отвечать.

— Каким образом мы должны будем заработать деньги для выплаты долга «Чайной розе»? — Этот вопрос волновал меня больше всех остальных.

— Некоторые из вас быстро найдут себе женихов, за это я могу ручаться. Они и оплатят долги. У остальных есть несколько вариантов. — Я с живейшим любопытством уставилась на донну Далию, совсем забыв про остывающий чай. — Конкретно вам, Лея, я могу предложить весьма достойную работу с высокой оплатой. Вы когда-нибудь слышали такое слово, как «эскорт»?

— Нет, — с ходу ответила я.

— Так мы называем небольшие услуги, которые оказываем знатным мужам за определенное вознаграждение.

— Что за услуги? — Мои щеки предательски покраснели.

— О, — воскликнула леди, — не подумайте ничего пошлого! — Щеки зарделись еще сильнее. — Девушки просто сопровождают мужчин куда нужно. Иногда изображая невест, иногда просто за компанию.

— Но зачем им это нужно? — Что-то не верилось мне, что аристократы не могут найти себе спутницу, если в ней есть необходимость.

Хозяйка «Алара» пожала плечами:

— Кто-то хочет получить наследство умирающей бабушки, которая выставила условие представить ей невесту перед тем, как она подпишет завещание. Кто-то просто не хочет появляться на светском приеме без пары. Есть даже такие, — донна Далия понизила голос до шепота, — кто и вовсе не интересуется женщинами, больше предпочитая мужчин, но в обществе должны скрывать свои пристрастия и периодически демонстрировать высшему свету новых молоденьких леди. А для девушек это тоже своеобразный шанс. Вдруг на одном из званых вечеров их заметит именно тот, кто впоследствии захочет жениться?

— То есть просто сопровождать? — недоверчиво переспросила я.

— Не более того, — уверенно ответила леди. — Только я предлагаю такой вариант далеко не всем, поэтому хотелось бы точно знать, что этот разговор останется между нами.

— А почему предложили мне? — вместо того, чтобы пообещать молчать, спросила я.

— Вы, Лея, — донна Далия поднялась с дивана и медленно направилась к окну, — идеальный вариант для демонстрации в высшем обществе. Я посмотрела ваши документы. — Она небрежным жестом указала в сторону стола, заваленного бумагами. — Вы прилежно учились, а значит, весьма образованны, сейчас я пообщалась с вами и выяснила, что вы не зажаты и не трусливы, следовательно, не будете смотреть на высокородных особ с открытым ртом. Вас мало волнуют наряды, поэтому я уверена, что вы не станете надоедать своему спутнику их обсуждением. И, — леди наконец повернулась ко мне, — вы красивы. Это идеальная работа для вас. Выполнив всего три-четыре заказа, вы сможете выплатить долг пансиону, — окончательно «добила» меня леди, заставив утвердиться в согласии.

— А как будут зарабатывать остальные? — спросила я.

— Пекарня, ювелирная и ткацкая мастерские тоже нуждаются в работницах, — улыбнулась она, — их я тоже не обижу. Для некоторых, правда, есть работа поинтереснее… Так что скажете, Лея?

Пока донна Далия говорила, я уже успела обдумать свой ответ. В Сааке меня никто не знает, так что появиться с кем угодно на каком-либо приеме труда для меня не составит. Деньги мне нужны. Возможно, даже удастся заработать на оплату долга и на приданое сестрам, а это будет значить, что мне необязательно искать мужа, а можно просто отправиться путешествовать или найти работу и где-нибудь осесть.

— Я согласна, — улыбнулась я.

Мы с донной Далией еще около часа обсуждали специфику работы и составляли договоры. Договорились, что с каждого заказа Далия будет получать пять процентов, вся остальная сумма достанется мне. После ужина, на который мы снова собрались внизу, правда уже в большем составе (прибыли семь выпускниц другого пансиона), донна Далия собрала всех в холле. Она велела каждой из нас выходить вперед и приветствовать ее в соответствии с правилами этикета. Потом мы демонстрировали свое умение танцевать и вести светские беседы. Хозяйка «Алара» сообщила, что с завтрашнего дня у нас начнутся занятия, на которых нам будут рассказывать о приемах и балах. Была представлена худосочная донна Агнесс, которая и должна будет этим заняться. Также она научит нас пользоваться приборами для блюд из морепродуктов и подробнее расскажет о них. Это мы приехали из срединных земель, а в Сааке дары моря чуть ли не основная пища, поэтому ценные знания о столовом этикете нам точно не повредят. Также сказала, что первые «смотрины» состоятся уже через неделю и есть как минимум три аристократа, которые специально едут в Саак из приграничных земель для того, чтобы уехать отсюда уже с невестами.

Утро следующего дня началось с пения птиц под самым окном нашей комнаты и истошного вопля: «Подъем!» (кто вопил — я так и не разобралась).

— Пора вставать? — сонно спросила Ди.

— Видимо, да, — не менее сонно отозвалась я.

— Девочки, вы уже проснулись? — спросила подозрительно бодрая Уна, входя в комнату.

Я рывком села на постели.

— А ты где была? — потирая глаза, спросила у подруги.

— В душе, конечно, — ответила Уна. — Там, между прочим, уже очередь собирается.

Нашу сонливость смело в одно мгновение, и мы с Ди живо бросились в коридор. Еще вчера Артур «обрадовал» нас, сказав, что душевых на этаже всего две. Благо мы были проворнее многих и оказались в самом начале очереди, которая становилась все длиннее. Через пятнадцать минут я уже старательно вытирала мокрые волосы полотенцем, сидя на своей постели. В дверь робко, но настойчиво постучали.

— Войдите, — отозвалась Ди. И в приоткрытую дверь заглянул Артур.

— Искусница Лея Аргуст, донна Далия просит вас зайти к ней после завтрака, — сообщил дворецкий и, дождавшись от меня кивка, удалился.

— Что ей от тебя нужно? — встревожилась Уна.

— Еще не знаю, — ответила я. Хотя были определенные догадки по этому поводу, но делиться я ими не стала.

— Идемте завтракать, а то потом еще лекцию слушать, — недовольно поморщилась Ди. Мы не стали возражать и начали собираться. Открыв шкаф, я обнаружила вещи, которых раньше в нем не было. Ди прошла мимо меня и заметила мой удивленный взгляд.

— Артур принес еще вчера, это наша форма в «Аларе». — И девушка взяла вместе с вешалкой одно из светлых платьев. Если в пансионе наша одежда всегда была серой или черной, то здесь платья, наоборот, были теплых тонов. То, которое взяла Ди, имело розовый оттенок, я же выбрала себе белоснежное, такое же, как снежная шапка, покрывающая горные вершины, а Уне досталось нежно-желтое. Фасон также отличался от нашей привычной одежды. Было неглубокое декольте, которое выглядело куда более вызывающим, чем наши старые платья с воротниками, почти полностью закрывающими шею. Короткие рукава, чуть выше локтя, и довольно пышные юбки делали платья какими-то праздничными и воздушными. На кружевном воротнике каждого из них золотой нитью была вышита эмблема «Алара» — виноградная лоза.

Завтрак прошел за обсуждением новой формы и предстоящего дня. Оказывается, большинство девушек сегодня отправятся в ювелирную мастерскую при «Аларе», чтобы посмотреть, чем там занимаются мастера, и, возможно, чему-нибудь научиться. А мне нужно было еще зайти к донне Далии. Неужели так быстро нашелся тот, кому необходимо сопровождение? Эта мысль одновременно и волновала меня, и пугала. Быстро доев свой самый обычный омлет без включения каких-либо деликатесных и неизведанных продуктов, я взбежала по лестнице и постучала в дверь директорского кабинета.

— Да-да, — отозвалась донна Далия, и я быстро вошла внутрь.

— Артур передал, что вы просили меня зайти. — Леди подняла взгляд на меня, оторвавшись от каких-то бумаг.

— Да, Лея, у меня есть для вас дело.

— Какое? — живо заинтересовалась я.

— Нужно сопроводить одного кьерна на охоту завтра утром, — спокойно сообщила она.

— На охоту? — удивилась я.

— А что тебя так удивляет? — спросила донна Далия. — Охота по субботам традиционна для знати, а там не принято появляться без хорошенькой спутницы.

— Но что я буду делать на охоте? — выразительно спросила я, пытаясь всячески намекнуть, что охотиться нас не учили.

— Будешь украшать лошадиный круп, общаться с другими дамами и мило улыбаться, — ответила донна Далия и поспешила добавить: — Кьерн платит восемь соле.

— Очень люблю охоту! — вырвалось у меня.

Разошлись мы с хозяйкой «Алара», весьма довольные друг другом и пребывая в прекрасном расположении духа. Остаток дня пролетел незаметно. Донна Агнесс провела для нас вводную лекцию, на которой рассказала о возможных сервировках стола. Потом было еще одно практическое занятие, на котором мы, разбившись по парам, демонстрировали свое умение танцевать. Попутно ближе познакомились с другими девушками, прибывшими с противоположной стороны королевства. Потом отправились в ювелирную мастерскую и пробыли там до самого вечера. Когда вернулись в «Алар», меня несколько раз вызывала донна Далия, пожертвовавшая мне свой собственный костюм для охоты. Ничего особенного он из себя не представлял, но выглядел довольно дорого. Узкие кожаные брюки, высокие ботфорты, белоснежная рубашка с широкими рукавами и кожаная жилетка в цвет к брюкам. На голову положено было надевать широкополую шляпу, которую также вручила мне хозяйка «Алара». Еще донна Далия немного наставляла меня, рассказывая, о чем стоит говорить, а о чем промолчать. В общем, я чувствовала себя довольно уверенно, особенно когда вспоминала про восемь соле. Ди и Уна смотрели на меня с подозрением, но вопросов не задавали, я лишь сказала им, что утром должна буду выполнить одно поручение донны Далии, о котором велено молчать. Ди лишь неопределенно хмыкнула, а Уна несколько раз спрашивала, все ли у меня нормально.

Утром я вскочила еще затемно (так мне велела Далия) и, схватив выделенную мне одежду, направилась прямиком в душевую. «Алар» еще спал, поэтому, быстро одевшись, я спустилась вниз, где меня уже ждали.

— Вы Лея? — спросил высокий худощавый мужчина, прохаживающийся по холлу.

— Да, — ответила я, мой голос эхом разнесся по пустому помещению.

— Идемте, я должен доставить вас к господину.

Как ни странно, никакого осуждения в глазах моего провожатого я не заметила, значит, в Сааке действительно нормально относятся к тому, что сопровождение милой леди можно получить за деньги. Это не могло меня не радовать. У ворот нас ждала темная и ничем не примечательная карета. Собственно, она и повезла меня в неизвестном направлении, пока резко не остановилась. Дверцу кареты открыл уже совсем другой мужчина, не тот, который ждал меня в холле. Этот был невероятно обворожительным, а главным его отличительным знаком был начищенный до блеска знак кьерна на манжете. Попутно отметила, что мой спутник хоть и кьерн, но титул, видимо, получил совсем недавно, потому что его отличительный знак был прикреплен именно на манжете, по правилам так прикрепляют свои знаки только новоиспеченные высшие чины. Те же, кто уже давно и прочно обосновался при дворе, носят их в основном на воротниках.

— Доброе утро, Лея! — воскликнул он и протянул мне руку. Мужчина вел себя так, как будто мы знакомы с ним уже долгое время.

— Доброе, — ответила я, принимая протянутую руку и выходя из кареты. Нужно сказать, что реверанс, выполненный девушкой в костюме для охоты, наверняка выглядел очень глупо, но правил приличия никто не отменял. Кьерн только хмыкнул и одобрительно кивнул.

Мое имя Анри онт Плуан, — представился он и улыбнулся, демонстрируя подозрительно белые зубы. Сомневаюсь, что такие вообще бывают…

— Лея Аргуст, — ответила я и протянула руку.

Наверное, я рассчитывала на товарищеское рукопожатие, поэтому дальнейшие действия кьерна вогнали меня в некий ступор. Он обхватил мою кисть обеими руками и слегка опустил мою перчатку, оголяя запястье, после чего очень нежно и чувственно дотронулся до него губами, при этом продолжая смотреть прямо в мои глаза. Я смущенно отвела взгляд, чем вызвала приступ смеха у кьерна.

— Идемте, Лея, к месту сбора охотников положено ехать верхом.

Кьерн Анри любезно подал мне свою руку, и мы направились вглубь парка, к которому меня привезла карета. Уже через несколько минут я поняла, что это вовсе не парк, а лес, слишком уж нетронутой была природа. Не было урн, которые в парках повсюду, даже под самыми неприглядными кустиками, отсутствовали и вымощенные камнем аллеи. Кьерн резко остановился и призывно свистнул. Почти сразу из-за деревьев появились два жеребца. Красивые, длинноногие, оба гнедые, с умными карими глазами. Лошади были уже полностью экипированы, и кьерн лишь помог мне взобраться в седло.

— Здесь недалеко, — сообщил он, сел сам и, трогая лошадь, направился в лес. — Надеюсь, у вас есть навык езды верхом?

Я рассеянно кивнула. Впервые в жизни мне предстоит присутствовать на охоте в высшем обществе. Волнительно, нужно заметить.

— Что от меня требуется? — наконец спохватилась я. Кьерн, не задумываясь, бросил мне небольшой холщовый мешочек, даже не сомневаясь, что я смогу поймать его на лету.

— Наденьте это, — сказал он. Я развязала шнуровку и извлекла увесистый перстень с ярко-алым камнем. Наверное, это гранат или рубин. Красное золото было изрезано причудливым рисунком, а на внутренней стороне змеилась гравировка, слишком мелкая, чтобы я могла ее разглядеть. — На безымянный палец, — подсказал мой спутник.

— Оно обручальное? — недоверчиво спросила я, но кольцо все равно надела.

— Помолвочное. Символ моего рода — рубин, — пояснил кьерн. — От вас требуется изображать мою невесту. На этой охоте будут некоторые из моих дальних родственников, и им положено думать, что у меня в ближайшее время состоится свадьба.

Расспрашивать ничего больше не стала. Донна Далия велела мне не задавать лишних вопросов: если кьерну нужна невеста, то за восемь соле я, так уж и быть, окажу ему такую честь и побуду ею какие-то жалкие четыре часа (столько времени, по словам Далии, длится охота).

— Скажите, — я говорила довольно тихо, потому что очень стеснялась задавать этот вопрос, но кьерн прекрасно меня слышал, — эта охота… Там будет много людей?

— Достаточно, — коротко ответил он и проницательно посмотрел на меня. — О чем вы тревожитесь, Лея?

— О своей репутации, — ответила я, хотя уже и сама начала сомневаться в том, что после подобных выездов она у меня останется.

— Во-первых, я буду представлять вас только своим знакомым, — улыбнувшись, заговорил он, — во-вторых, не как спутницу, а как свою невесту, и в-третьих, вы же аристократка, это видно! Никто не примет вас за легкодоступную женщину! — Аргументы, сказать по правде, меня убедили не особо…

— Но если на какой-нибудь прием я приду с кем-то другим и встречу там ваших знакомых? — спросила я.

Кьерн порывисто вздохнул.

— Сделаете вид, что не узнали, скажете, что мы разорвали помолвку, придумаете что-нибудь! Тем более что сопровождать кьерна, — мужчина явно гордился своим званием, — вам вряд ли предложат еще когда-нибудь.

Я промолчала. Нужно будет спросить у донны Далии, что делать в таких ситуациях. Между прочим, я все же собиралась выйти замуж, а если я появлюсь на всех возможных приемах с разными мужчинами… Одно я знала уверенно, что воспитанницу из «Алара» точно не примут за куртизанку. Кьерн прав, мы аристократки, а для удовлетворения своих потребностей лорды могут запросто отправиться в бордель.

— И еще, — словно опомнился кьерн Анри, — ваше имя… Оно мне не нравится. Пусть сегодня вас зовут Элен.

Я хотела возмутиться, потому что меня мое имя устраивало полностью, но, опять же со слов хозяйки «Алара», желание кьерна — закон. Значит, побуду Элен, с меня не убудет.

— На людях вам лучше называть меня Анри, без титулов, — я кивнула, — и не удивляйтесь, если я вдруг начну вас обнимать.

Я немного насупилась. Это смотря как обнимать… Если легонько — то стерплю, а если начнет распускать руки, то охотники могут стать свидетелями первой семейной ссоры, а то и потасовки… Пока я размышляла о внезапно свалившейся на мои хрупкие плечи семейной жизни, впереди показалась обширная поляна. Привлекла внимание легкая, едва слышная музыка, доносившаяся оттуда, и множество голосов.

— Держитесь возле меня и улыбайтесь, — дал указание кьерн и выхватил из моих рук поводья моего же жеребца. Теперь скорость и направление движения контролировал он. От обилия народа, собравшегося на поляне, мне стало не по себе, но восемь соле… В общем, выдержу!

Как только мы подъехали, к нам подбежал мальчишка и забрал лошадей, отведя их к остальным, которых оказалось неожиданно много. Анри взял меня под руку и повел в гущу толпящихся лордов и леди. Сейчас как раз было время традиционного обеда перед охотой, если его, конечно, можно было так назвать. Я заметила несколько складных походных столиков, на которых стояли блюда с мясными нарезками, сырами и паштетами.

— Элен, душа моя, вы слишком зажаты, расслабьтесь, — шепнул мне на ухо кьерн, и я постаралась изобразить улыбку. Вышло вымученно и, наверное, больше напоминало оскал, но никто не испугался, значит, не все так страшно. Меня представили слишком многим людям, я даже не запомнила лиц почти никого из них. Потом мы целенаправленно двинулись в сторону небольшой отделившейся от основной массы народа компании.

— С этими нужно быть осторожнее, — предупредил Анри, — собственно, я и пригласил вас из-за них.

— О, кого я вижу, Анри! — воскликнул один из мужчин в охотничьем костюме и шляпе, украшенной множеством перьев. После его оклика к нам повернулись еще несколько мужчин, которые до этого стояли спиной. Первое, что я увидела, был отличительный знак кьерна на вороте одного из них. Подняв глаза, я безошибочно узнала спасителя моей сумочки… Анри же обменивался рукопожатиями с каждым из них.

— Позвольте представить вам мою невесту Элен, — торжественно объявил он и почему-то мстительно посмотрел на уже знакомого мне кьерна. Тот даже не взглянул на мое лицо, буквально прощупывая взглядом руку, украшенную перстнем с рубином.

— Не могу сказать, что мне не приятно познакомиться, — наконец-то сказал он и, подняв взгляд, заглянул мне в глаза. — У твоей невесты, Анри, на редкость знакомое лицо… Мой «жених» тоже уставился на меня, словно спрашивая взглядом, знаю ли я этого типа. Я еле заметно качнула головой в знак отрицания. — Заурядное, я бы сказал, — тем временем продолжил кьерн-отловщик местных воров.

— Милая, — намеренно повысив голос, произнес Анри, — не обращай внимания на этого сухаря. У тебя прекрасное личико, а у таких, как он, вообще не может быть невесты.

Я поняла, что здесь и сейчас являюсь свидетелем каких-то давних разборок и промолчала, лишь мило улыбнувшись «жениху».

— Элен, вы поедете на охоту с нами? — спросил один из мужчин.

— Да, милорд, — учтиво ответила я.

— Анри, почему ты до сих пор не представил это милое создание своей родне? — не унимался темноволосый напыщенный кьерн.

— Сразу я хотел представить Элен бабуле Балуа, первой в роду. — Не знаю, что значили для кьернов эти слова, но оппонент Анри явно был в ярости. Он резко развернулся, дал знак горнисту о начале охоты, и тот затрубил в горн. После соответствующего звука все бросились к лошадям, за исключением нескольких пожилых леди.

— И пусть начнется охота! — крикнул кто-то из мужчин. Лошади как будто по собственной воле разделились на две группы, как и собаки, и понесли всадников в разные стороны.

— Езжайте позади и не пускайте лошадь в галоп, — посоветовал Анри, — просто получите удовольствие от конной прогулки, охота все же не женское дело.

Он поскакал вперед на узкую извилистую тропку, туда, куда направились на бешеной скорости все охотники, а я послушалась совета «жениха» и, как другие леди, придержала лошадь, чтобы медленно отправиться следом.

Разговаривать с дамами совсем не хотелось. Краем уха подслушала, что беседа ведется в основном о нарядах, окончательно утвердилась в мысли, что нет желания поддерживать эту тему.

— Элен, значит? — негромко окликнул меня смешливый женский голос. Я вздрогнула и обернулась. Меня нагоняла молодая девушка в охотничьем костюме зеленого цвета. Из-за широких полей шляпы я не сразу смогла разглядеть ее лицо.

— А в «Аларе» ты, если мне не изменяет память, представлялась Леей, — продолжила она.

— Дианна? — Я наконец-то узнала свою соседку по комнате. — Ди, что ты тут делаешь?

— То же, что и ты, дорогая, — улыбнулась подруга, — сопровождаю одного человека. Правда, мне достался экземпляр попроще твоего.

— Кто? — с интересом спросила я.

— Какой-то граст, сюда ведь без женского сопровождения являться неприлично, вот он и решил пригласить с собой леди. — Ди обвела себя же руками. — Небось хвастается перед дружками, что отхватил такую красотку. — Девушка довольно улыбнулась. Внезапно взгляд подруги стал алчным и цепким.

— А это что у тебя? — спросила она, подъехав вплотную и схватив меня за руку, украшенную перстнем моего кьерна.

— Я здесь в роли невесты, — поразила ее я.

Как бы долго ни общались девушки, какими бы подругами они ни были, дух соперничества присутствует всегда, я знала это совершенно точно. Даже сейчас Ди изо всех сил старалась, чтобы ее лицо не перекосила страдальческая гримаса. Тем не менее мою руку, стиснутую мертвой хваткой, она отпускать не собиралась. Я попыталась дернуться, чтобы высвободиться, и резко ударила лошадь каблуком. Выдрессированный жеребец, видимо, расценил мой жест как-то по-своему и с ходу пустился в галоп. Ди испуганно воскликнула и разжала пальцы. А вокруг уже мелькали деревья. Я попыталась припасть к лошадиной шее, чтобы увереннее чувствовать себя в седле. Так недолго и охотников догнать, а то и перегнать… Но жеребец решил сменить курс и свернул с тропы. Впереди, вероятно, был обрыв, потому что лес заканчивался слишком резко, а начинался уже где-то далеко впереди. Наверное, можно было бы что-то предпринять, но я, как самая обычная девушка, начала вопить. Слева от меня раздался пронзительный свист, и лошадь остановилась. Резко. Так, как будто и не бежала вовсе. Просто встала как вкопанная. Я же, по инерции, полетела вперед…

— Элен, вы в порядке? — Мне показалось, или голос этого напыщенного кьерна, который спас мою сумочку, был взволнован. Тем не менее я потрогала свою ногу, которая отдавалась подозрительной ноющей болью, и неуверенно кивнула.

— Я так и думал, что раз вы ходите по улицам как ворона, то едва ли справитесь с лошадью! — Нет, волнение в голосе мне определенно показалось, потому что это был все тот же кьерн… — Вставайте, — он подал мне руку, — и куда вас только несло?

— Я нечаянно, — попыталась оправдаться я.

— Да у вас кровь! — воскликнул он и подхватил меня на руки. — Вы поранили ногу, — как-то задумчиво проговорил он, дотрагиваясь пальцами до раны, виднеющейся из-под разорванной штанины.

Я расстроилась. Нет, не из-за боли, больно-то почти не было, а из-за того, что теперь выделенные мне брюки украшала приличная дыра примерно на пядь выше колена. Кьерна же словно подменили. Первым делом он поставил меня на ноги, а потом сосредоточенно рассматривал измазанный в крови палец, зачем-то его понюхал. Скажу по секрету: мне показалось, что даже лизнул…

— Как твое имя? — серьезно спросил он. Я непроизвольно попятилась.

— Элен? — это прозвучало как вопрос, настолько неуверенным был мой ответ.

— Настоящее имя! — повысил голос кьерн. Я судорожно огляделась по сторонам.

Если честно, то я высматривала, куда бы убежать, но совершенно неожиданно увидела своего спасителя. Из глубины леса к нам быстро скакал Анри, а с другой стороны уже бежала Ди, где-то оставившая свою лошадь.

— Анри! Милый! — Я обрадовалась своему липовому жениху как родному. — Я упала с лошади!

Он тут же спешился и, изображая взволнованного возлюбленного, бросился ко мне. Ди также подбежала с причитаниями и извинениями. Самое противное во всей этой ситуации было то, что каждый счел своим долгом осмотреть мою пораненную ногу.

— Рана не глубокая, просто царапина, — сообщил кьерн, которого я уже начинала побаиваться, и, запрыгнув в седло, скрылся между деревьями.

Охота мне не понравилась. Единственным утешением через несколько часов стало чаепитие с облепихой в кабинете донны Далии, где я подсчитывала свое заработанное золото. На следующие дни «заказов» по сопровождению местных аристократов не было, и я вместе со всеми девушками ходила в мастерскую. Нас учили плести простые браслеты и ожерелья из бусин. Донна Агнесс проводила занятия ежедневно, и мы, нужно признаться, многому научились. На восьмой день нашего пребывания в «Аларе» донна Далия объявила о приеме, который должен был состояться уже очень скоро — на десятый день.

Утром нам привезли заказанные платья. В придачу мы все получили в подарок по паре легких туфель, под цвет нарядов. Радовало, что местная мода не предполагала слишком высокий каблук, ограничившись максимальной высотой оного примерно с большой палец. Мой наряд оказался очень даже эффектным, несмотря на чуть укороченный передний подол. Верхнее распашное платье было насыщенного лазурного цвета, а нижнее — светло-бежевым. Верх был украшен мелкими переливающимися камушками (скорее всего, это обычное перламутровое стекло), но смотрелось очень привлекательно. По подолу распашной юбки шла затейливая вышивка, выполненная серебряной нитью, а нижнюю украшали лишь кружева. За счет тяжелого верха платье выглядело конусообразным и казалось пышным.

Царапина, заработанная на охоте, затягиваться не хотела, на мне вообще очень долго заживают раны… Но беспокоила меня лишь изредка. Казалось бы, легкая ранка, ничего существенного, но стоило неловко повернуть ногу, как она тут же давала о себе знать. Весь день перед приемом мы провели в приготовлениях. Украшали холл, репетировали танцы друг с другом, показывали донне Агнесс, как будем вести себя за столом. Только после полудня нас отпустили собираться. Сборы были мучительными главным образом потому, что Ди хотела всем помочь. Подкрасить, причесать, подобрать соответствующий парфюм… Но, как бы ни старалась подруга, все успели собраться вовремя. Я радостно улыбнулась своему отражению в зеркале, оставшись полностью довольной собой.

ГЛАВА 4

Вечером, в назначенное время, мы с девушками были уже готовы и ожидали только сигнала от донны Далии.

— Как думаете, какие они? — воодушевленно спросила Агата.

— Мужики как мужики, самые обычные, — меланхолично отозвалась Мариника.

— Вы только представьте себе, что уже сегодня кто-то из нас может стать невестой знатного господина! — воскликнула Уна, настроенная, как мне показалось, чересчур оптимистично.

Первые смотрины… Тем более мы уже знали, что как минимум трое из кавалеров прибудут с конкретной целью — найти себе невесту, а это значит, что кому-то действительно может «повезти». Мне такого везения не хотелось почему-то совершенно. И, судя по рассказам донны Далии, мы должны будем поговорить с каждым из мужчин, а это столько потраченного впустую времени! Особенно если учесть, что беседовать с «женихами» мы будем во время танцев, а ведь перед ними еще ужин. Главное правило я успела усвоить: не называть прием смотринами. Больше почти ничего я не запомнила, не считая это таким уж важным событием.

— Девушки! — воскликнула донна Далия, и все наше внимание обратилось к входной двери. Женщина вошла в нее быстро, но грациозно и величественно. На ней переливалось изумрудно-зеленое платье, словно кожа, облегающее стройное тело, а светлые волосы были собраны в высокую причудливую прическу. — Все готовы? — тем временем спросила она.

— Да, леди, — послышалось несинхронное согласие с нашей стороны. Директор кивнула и радостно улыбнулась.

— Артур! — воскликнула она. — Можно начинать.

Дворецкий церемонно поклонился и распахнул входную дверь, после этого громко хлопнул в ладоши, подав знак музыкантам, которые расположились в нише, похожей на небольшой балкончик под самым потолком, и зал наполнился легкой, приятной музыкой. Холл был не таким, как обычно. У стен стояли маленькие круглые столики, на одних из них стояли бокалы, наполненные белыми игристыми винами, на других мелко нарезанные сыры, на третьих сладости, и так по кругу. Между столами стояли высокие вазы с сиренью, миртом и гортензиями. Ладони предательски вспотели, когда я заметила, что по дорожке от ворот уже приближаются первые гости. Донна Далия лично здоровалась с каждым, а мы лишь приседали в реверансах. Артур быстро и важно провожал прибывающих в обеденный зал к накрытому столу. Многие молодые люди приходили с пожилыми женщинами. Как говорила нам донна Агнесс на своих занятиях, многие не гнушаются советов матушек и тетушек при выборе невест. К тому же нам рассказывали, что приемы в «Аларе» — это не просто «смотрины», но еще и весьма интересные мероприятия. Здесь устраивали праздники без повода… Некоторые приходили просто развлечься, а заодно увидеться со старыми приятелями.

Я чувствовала себя странно и волнительно. Окончательно нервное возбуждение накрыло при появлении в холле того самого кьерна, которого мне доводилось видеть уже несколько раз. Вспомнив огонь, бушевавший в его глазах, когда он пытался выведать мое имя, по спине побежали мурашки. Я попыталась отвести взгляд, но мужчина заметил мои попытки и лукаво улыбнулся, подмигнув мне, проходя мимо. Из-за его мимолетного внимания я удостоилась любопытных взглядов от подруг и возмущенного от Ди.

Гостей прибыло довольно много, но вскоре донна Далия лично закрыла входную дверь и пригласила нас пройти в обеденный зал. Стол снова изобиловал морепродуктами, но нас это уже не пугало. Уроки донны не прошли бесследно, и мы прекрасно управлялись с приборами. За столом я чувствовала себя более комфортно, несмотря на то, что этот кьерн сидел напротив и буравил меня тяжелым, немного насмешливым взглядом. Анри, невесту которого я недавно так старательно изображала, здесь не было, хотя он и обмолвился, что планирует зайти. Рядом с донной Далией сидел седовласый мужчина, по виду не отличавшийся особой знатностью, и с серьезным видом что-то ей говорил. Периодически они бросали взгляды в мою сторону… Ненавижу чувство дискомфорта, когда ты готов провалиться сквозь землю, только бы исчезнуть. За столом тем временем шла оживленная беседа. После нескольких глотков вина девушки немного расслабились и уже улыбками отвечали на взгляды лордов. Я отвлеклась от взглядов и постаралась не придавать им значения, уныло ковыряя веточку петрушки в своей тарелке. Уна сидела рядом со мной справа, а Ди слева. И если Уна спокойно общалась с окружающими, то Ди присоединилась к тем, кто заставлял меня чувствовать себя не в своей тарелке.

Еще больше усугубилось мое и без того напряженное состояние, когда подавальщица вместе со сменой приборов незаметно положила под мою салфетку сложенный вдвое листок бумаги. Я аккуратно опустила послание на колени и как можно незаметнее прочла: «Мы должны поговорить», было написано на листе каллиграфическим почерком. Сомнений в том, что автором сего послания был кьерн, сидящий напротив, у меня не было. Собственно, он не пытался этого скрыть и даже попросил у подавальщицы, чтобы та поинтересовалась, прочла ли я записку, во время следующей смены блюд.

— Улыбайся, Лея, ты не на поминках, — отвлекла меня от раздумий Ди.

— Отстань, — флегматично огрызнулась я.

— Твой «женишок» не пришел, значит, на охоте ты произвела не лучшее впечатление, — пыталась уколоть меня подруга.

— Плевать, — меланхолично ответила я.

— Почему этот кьерн так сверлит тебя взглядом? — вдруг спросила она, явно заметив взгляд с противоположной стороны стола.

На мгновение я замерла. Меня снова обволакивал этот тяжелый, ощутимый почти физически взгляд, почему-то бросило в жар, и щеки непроизвольно залились густой краской. О чем он хочет со мной поговорить? Казалось, что разговор будет не очень приятным, если, конечно, все-таки состоится. Я вспомнила, как он пытался узнать мое настоящее имя, и поежилась. Во-первых, совершенно непонятно, откуда он узнал, что имя, которым меня представил Анри, мне не принадлежит; во-вторых, я не знала, как отвечать на те или иные вопросы, которые он может мне задать. Вероятнее всего, что он хочет расспросить меня про Анри, но я же сама про него ничего не знаю! К тому же излишнее внимание кьерна очень нервировало и даже злило! Он рассматривал меня таким неприличным взглядом, что это вполне можно было бы счесть за оскорбление. Я даже не запомнила, как его зовут, хотя Анри вроде бы его представлял. Может, решил стребовать благодарность за украденную сумочку? Единственное решение, к которому я пришла: было бы лучше, чтобы никакой разговор не состоялся, в противном случае, я была почти уверена, что при любом раскладе буду выглядеть глупо. Пока я размышляла, всех пригласили пройти в зал для танцев. Искусницы и гости начали подниматься из-за стола и двигаться в сторону празднично украшенного зала, из которого уже доносилась музыка. Уже у самого выхода меня остановила донна Далия.

— Лея, нам нужно поговорить, это срочно и ненадолго. — Она не собиралась ждать моего согласия, просто взяла меня под локоток и повела в самый конец обеденного зала, где находилась неприметная дверь. С нами шел тот седой мужчина, который беседовал с ней за столом, и я окончательно потерялась в догадках, чего же от меня хотят. Мы вошли в комнатку, которая оказалась совсем крохотной. Из мебели насчитывалось всего четыре стула и один круглый стол, за который и сел мужчина.

— Дорогая, — обратилась ко мне донна Далия, — тебе лучше присесть.

Я послушно опустилась на стул напротив мужчины.

— Леди Аргуст, — заговорил уже он раскатистым бархатистым баритоном. — Я распорядитель кьерна Анри онт Плуана. — Я изумленно изогнула бровь. Неужели мне аукнется наша совместная охота? Но как? — Мой господин сейчас в отъезде, за пределами Крамиила, но поручил мне решить один вопрос. — Мужчина полез во внутренний карман сюртука и извлек оттуда… холщовый мешочек, который я уже, несомненно, видела. На стол упал перстень, украшенный рубином. — Кьерн Анри предлагает вам стать его супругой.

Первая мысль, которая пришла мне в голову, была совершенно глупой и бестолковой, мысленно я порадовалась, что села. Так скоро? Так просто? Перстень подобно колесу катился прямо ко мне, словно намекая на то, что думать здесь как бы и нечего, ведь что может быть лучше, чем стать женой кьерна? Разве что получить статус королевы…

— Лея-а-а, — тихо напомнила о своем присутствии донна Далия.

— Так неожиданно, — сглотнув, сообщила я, — можно мне немного времени на раздумья?

Мужчина удивленно поднял широкую бровь, явно сомневаясь в здравости моего рассудка. «О чем тут думать? Он кьерн! А ты просто девочка из бедного рода!» — соглашался с ним внутренний голос.

— Пожалуй, — начал говорить мужчина, — вы можете решить до окончания приема. Кьерн Анри прибудет в Саак только через десять дней, но он хотел, чтобы статус невесты вы получили уже сегодня. — Он выразительно посмотрел на перстень.

— Я все же немного подумаю, — скорее из вредности пискнула я.

Распорядитель встал, церемонно опустил голову и оставил нас с донной Далией одних. Она тут же заняла его место напротив меня.

— И о чем тут думать? — прошипела она.

— Я его совсем не знаю, — растерялась я.

— В браке познакомитесь! — воскликнула хозяйка «Алара». — От таких предложений не отказываются! К тому же кьерн еще несколько лет назад заплатил «Алару» за жену!

Я подняла взгляд на Далию. Вот какая ее выгода… Из последующих слов я узнала, что многие знатные люди платят немалые деньги за то, чтобы их отпрыски уж точно не остались без хранительниц семейного очага. Ранние помолвки у нас запрещены законом. Не знаю, это каприз короля или для политики помолвки знати что-то значат, но если еще сто сорок лет назад можно было обручить детей даже в возрасте трех лет, то сейчас обручение должно состояться непосредственно перед свадьбой. А вот в «Аларе» не возбранялось брать деньги за невест. Я наконец-то осознала, что меня снова продали… И решила, что лучше уж стать женой кьерна, чем и дальше жить здесь, в этом совершенно «чудесном» месте, в котором почему-то не осталось ни одной из старых воспитанниц. В любом случае, что ожидать от брака — я знаю, а вот какие еще сюрпризы может преподнести «Алар» — не имею ни малейшего понятия.

— Я согласна, — сухо сказала я. Далия облегченно вздохнула, а я надела уже привычный перстень на безымянный палец.

— Ну, вот и умница, — похвалила меня хозяйка «Алара» и помогла подняться со стула.

Мы вышли в шумный оживленный зал, наполненный музыкой, ароматами цветов и парфюма. По залу кружились пары, а у меня кружилась голова. Еще не успев толком осмотреться, я снова почувствовала этот буравящий взгляд и гордо вздернула подбородок, чтобы упереться взглядом в кьерна. Далия, стоящая рядом, проследила за направлением моего взгляда.

— Будь осторожнее, Лея, — пропела она, — теперь ты невеста кьерна и так откровенно пересматриваться с его кузеном на людях не стоит.

— Этот тип кузен Анри? — удивилась я.

— Да, кьерн Балуа, кузен твоего будущего супруга, — спокойно ответила она, — можешь даже познакомиться.

Не-э-эт, знакомиться с ним мне совсем не хотелось. Он пугал меня до мурашек. Странный тип… Перед глазами снова встала картинка, на которой кьерн рассматривал мою кровь. Рана в знак согласия немного заныла. Когда я повернулась к донне Далии для очередного вопроса, леди уже не было рядом. Зато прямо передо мной оказался кьерн. Музыканты завели интересную мелодию, вроде медленную, но какую-то страстную.

— Подарите мне танец, — лукаво сказал кьерн, протягивая руку.

— Нет, — уверенно ответила я и хотела как можно быстрее сбежать, но он снова опередил меня и захватил в плен мою руку.

— Полагаете, на приеме будет уместно, если я начну гоняться за вами по всему залу? — хитро прищурился он. Конечно, неуместно, я это знала, он это знал, окружающие, которые уже подозрительно косились на нас, тоже это знали.

— Ну ладно, кьерн, — зло прошипела я, — только потом не говорите, что я не давала вам шанса отказаться от этой глупой затеи.

Он принял мой откровенный вызов — и мы закружились в танце. Кьерн то прижимал меня к себе, то отталкивал так, что я могла бы по инерции отбежать в другой конец зала, но он неизменно ловил меня за руку.

— Сам напросился, — мстительно прошептала я и как можно незаметнее, но вкладывая всю свою силу, придавила каблуком носок его сапога. Этот гад даже не поморщился, а вместо этого крепко прижал меня к себе, чтобы в следующую же секунду рывком перегнуть через руку, заставив откинуться назад.

— Как твое имя, — прошептал кьерн. Я поежилась от того, что его губы коснулись моего виска и, отстранившись, как того требовал танец, снова ушла от ответа. В следующую секунду мы снова оказались невыносимо близко.

— Имя, — снова прошептал он.

— Лея, — зло ответила я, понимая, что этот тип не отстанет.

Музыка закончилась. Я присела в реверансе и, яростно стрельнув в кьерна глазами, быстро пошла в противоположную от него сторону. Заметила, что двигаюсь как раз к лестнице, и обрадовалась. В конце концов, что мне делать на приеме? Я уже и так невеста кьерна! К тому же наверняка присутствующие обратили внимание на наш танец, а то, что во время него между нами летали искры, заметила даже я. В общем, я решила отсидеться в своей комнате, а если понадобится, вообще не стану из нее выходить до приезда Анри. Мой план конечно же провалился, потому что уже на лестничном проеме меня снова схватили за руку.

Странно, но грубости в действиях кьерна не было, однако факт того, что меня весь вечер хватает совершенно посторонний мужчина, нервировал и злил. Я собиралась возмутиться, но мне самым наглым образом прикрыли рот рукой и буквально затащили в ближайшую дверь. Я осмотрелась и безошибочно узнала кабинет донны Далии. Кьерн Балуа посмотрел на меня странно. Голодно, я бы даже сказала, и это не могло остаться незамеченным.

— Какое необычное имя, Лея, — прошептал он, все плотнее прижимая меня к стене, к которой я медленно пятилась.

Имя он произнес со вкусом, как будто пробовал его, изучал, запоминал. Я хотела вырваться, но мой неумелый порыв был ловко остановлен железной хваткой кьерна. Одной рукой он обхватил мою талию, а другой сжал запястье руки, которая словно независимо от меня уперлась в грудь мужчины. Его лицо было настолько близко, что я растерялась, но с упрямством опытного барана отводила взгляд, стараясь не смотреть в бесконечную серость хитрых глаз.

— Посмотри на меня, Лея, — прошептал кьерн, обжигая дыханием мой висок. Я не поддалась и продолжала отводить взгляд.

— Чего вы хотите от меня? — не выдержала я. Голос срывался от волнения, поэтому вышло немного пискляво и уж слишком истерично.

Кьерн улыбнулся и разом выдал себя. По его лицу безошибочно можно было определить, что улыбаться Балуа любил и, более того, судя по морщинкам у глаз, делал это очень часто. Может, это розыгрыш, и он просто издевается надо мной? Вместо ответа он приложил свой указательный палец к моим губам.

— Ш-ш-ш, — призвал к тишине кьерн, и его рука быстро юркнула под верхнюю распашную юбку платья.

От прикосновения горячей ладони, которое отчетливо чувствовалось даже через нижнюю тонкую юбку, я дернулась, по бедру вверх побежали мурашки, а сердце, на миг остановившись, пустилось в сумасшедший галоп. Я попыталась оттолкнуть назойливую руку, которая вздумала медленно, но верно двигаться вверх, но тщетно. Мои попытки привели лишь к тому, что кьерн снова перехватил мои запястья. От такой наглости мой испуг и растерянность сменились настоящим праведным гневом.

— Что вы себе позволяете? — прошипела я.

— Ух, как жарко здесь стало, — наигранно произнес он и заулыбался еще хитрее, но нахальную руку не убрал. — Лея оказалась не такой уж испуганной маленькой девчушкой.

— А что, у могучего кьерна хватает силенок только насиловать маленьких испуганных девчушек? — даже не пытаясь скрыть вызов, яростно спросила я.

Не могу сказать, какой эффект на Балуа произвела моя реплика, но выражение его лица ни капли не изменилось, даже ни один мускул не дрогнул! А вот рука дрогнула и более того, даже оставила в покое мое несчастное бедро, которое уже онемело от потока надоедливых мурашек.

— Никто не собирался тебя насиловать, — невозмутимо ответил он.

Я метнула в кьерна злобный взгляд. Он точно издевается! Как это не собирался? А многозначительные взгляды? А его поползновения в сторону самого сокровенного? Балуа снова улыбнулся, шутовски поклонился и развел руками.

— Я просто попытался! — воскликнул он. — А вдруг ты сама бы согласилась?

Я фыркнула.

— Если вы не забыли, я невеста вашего кузена, — поспешила напомнить настырному кьерну и даже продемонстрировала вновь обретенное кольцо.

Балуа уже прилично отошел от меня и оказался у невысокого столика, на котором красовался графин с настойкой «Золотой тюльпан». Она, кстати, была запрещена на территории Крамиила, потому что изготавливала ее другая раса, наполнил ею стакан и сделал несколько быстрых глотков.

— Я ничего не имею против, — сказал он, — женитесь себе сколько душе угодно! Только у меня к тебе есть одно ма-а-аленькое дельце.

Я заинтересовалась. Какое такое дело может быть ко мне у этого хлыща?

— Выкладывайте, — спокойно произнесла я, присаживаясь в кресло и умышленно выделяя последний слог в слове, чтобы обратить внимание не особо вежливого кьерна, что на «ты» мы с ним еще не переходили. Мужчина указал мне на графин, предлагая выпить, и я отрицательно покачала головой.

— Перед тем как Анри заберет тебя отсюда и женит на себе, я хочу, чтобы ты оказала мне одну услугу, не очень-то значительную… В общем, плевое дело, — с невинным видом сказал он.

— С какой стати я должна оказывать вам какие бы то ни было услуги? — ехидно поинтересовалась я.

После этого вопроса кьерн стал серьезным, даже очень. Такая перемена от игривости к строгости не могла не насторожить меня. Вдобавок мужчина начал приближаться ко мне, и это даже немного испугало. Но никаких предосудительных действий с его стороны не последовало. Он просто подошел и опустился на корточки передо мной, положив руки на подлокотники кресла, отрезая тем самым мне путь к отступлению.

— Лея, ведь твоя работа — эскорт, верно?

Мне показалось, что кьерн начал издалека, и я неуверенно кивнула, но сочла нужным пояснить:

— Сейчас уже даже не знаю. Ведь ваш кузен решил жениться на мне, значит, есть вероятность, что это уже не моя работа. И, если что, опыта в этом деле у меня нет.

— Еще твоя, — настоял Балуа. — Пока Анри не отдал все твои долги, это остается твоей работой.

Я покладисто кивнула. Может, и так. Мне, если уж совсем честно, было все равно, сейчас больше всего интересовало, чего хочет настойчивый кьерн.

— Так вот, мне необходимо твое сопровождение на три дня, — как ни в чем не бывало улыбнулся он. Натолкнувшись на мой гневный взгляд, этот нахал решил продолжить: — Если быть более точным, то нам предстоит двухдневный путь в одну сторону, затем те три оплачиваемые — он сделал явный акцент на последнем слове — дня, в которые ты будешь делать то, что я скажу, и путь обратно.

— Пожалуй, откажусь, — огорошила его я.

— Понимаешь ли, милочка, — как-то ядовито процедил он. — Это предложение было скорее формальным, потому что ты все равно поедешь со мной.

Я чуть было не захлебнулась от возмущения, но старалась держать себя в руках.

— И все же я откажусь, — легко улыбнувшись, ответила я и поднялась из кресла с твердым намерением выйти из комнаты. Главное — не показывать ему своих истинных чувств! «Держаться спокойно, уверенно и предельно вежливо», — инструктировал внутренний голос.

Балуа не стал меня удерживать, но до двери дойти так и не довелось, потому что перед ней я врезалась в невидимую, но довольно ощутимую преграду. Нет, я не испугалась. Я удивилась. Удивилась тому, что от этой стены, или барьера, — не важно, явно несло магией! Кьерн открыто продемонстрировал мне, совсем незнакомой девушке, что владеет ею! Что это? Он пытается показать мне степень своего непонятно откуда взявшегося доверия или запугивает? Я недоуменно оглянулась на Балуа. Он продолжал потягивать настойку, которая, кстати, была крепостью не меньше шестидесяти градусов, даже не морщась, и пристально смотрел на меня, явно наблюдая за реакцией.

— Сдам властям, — не пригрозила, а просто предупредила я.

— Девочка с даром сдаст меня властям? — Кьерн иронично поднял бровь. Он выглядел чертовски привлекательно и бесовски пугающе. Отблески пламени в камине придавали его глазам дьявольский блеск. Белая рубашка подчеркивала смуглость кожи, а вьющиеся волосы небрежно разметались по широким плечам.

Балуа, видимо, стало жарко, и он расстегнул жилет, также как и стоячий воротник рубашки. Зря я рассматривала кьерна, ой как зря! Уже через мгновение он оказался так близко, что нельзя было шевельнуться, не задев его.

— Впечатлилась и передумала? — промурлыкал он, снова обвивая рукой мою талию.

— Нет, — покачала головой я. — Просто пытаюсь определить степень вашей безрассудности.

Рана на ноге неприятно ныла, и я в очередной раз убедилась, что нельзя принимать помощь от незнакомцев. Если бы не эта треклятая лошадь, Балуа никогда бы не узнал про дар! Угораздило же меня поранить ногу до крови! Другого предположения по поводу того, откуда ему известно о даре, у меня не было. Хотя я планировала еще немного поотпираться, мало ли, вдруг сам поверит в то, что перепутал, и ему показалось, будто он почувствовал дар в моей крови.

— Лея, у тебя есть дар, — прошептал он, снова обжигая дыханием на этот раз мои слегка приоткрытые губы. — Ты это знаешь, я это знаю… Думаю, ты не хочешь, чтобы узнал кто-то еще.

Конечно, не хочу! С тех пор как трон занял король Адалион, обладать даром стало опасно для жизни. Особенно если ты женщина, и тем более если ты женщина без денег и власти. Просто сожгут или утопят… Проще говоря, лишат жизни любым способом, только бы великий правитель не прознал, что остался еще хоть кто-то, способный творить волшебство. Слишком сильно наш король боится магов, боится, что власть, как песок сквозь пальцы, ускользнет из его загребущих рук. Именно из-за его безрассудной ненависти к обладателям дара моя семья, как и многие другие, обнищала, лишившись кормильцев. Именно из-за него в королевстве на пятерых мужчин приходится только одна девушка, потому что большую часть представительниц прекрасного пола сожгли заживо, назвав ведьмами. Именно по его вине существуют такие места, как «Алар», где отчаявшиеся мужчины ищут себе жен.

— Почему вам нужна я? — не стала задавать ненужных вопросов я, смирившись с тем, что правда или, иначе говоря, сила на стороне кьерна.

Он из влиятельной богатой семьи. Вполне возможно, что даже если я его сдам, он сможет откупиться, в отличие от меня… Меня не спасет уже ничто и никто.

— Потому что у тебя есть дар, — без церемоний ответил он.

— Что нужно делать?

Балуа обворожительно улыбнулся и отсалютовал мне вновь наполненным стаканом: — Пару дней побыть моей невестой и всего-то!

— А как же Анри? — возмутилась я.

— Мы успеем провернуть все до того, как он вернется за тобой, — ответил кьерн.

В этот момент в моей голове появилась совершенно бредовая, нелепая, но такая манящая идея.

— Гонорар? — алчно спросила я.

Балуа рассмеялся заливисто, звонко. Так, что мне и самой захотелось смеяться, несмотря на всю несуразность ситуации.

— Пятнадцать соле в день, — ответил он.

Я чуть не села прямо на пол. Это много. Очень много денег. Если за десять золотых соле можно купить дом на окраине столицы, то за сорок пять я смогу купить четыре дома! Хотя зачем мне четыре дома… О чем это я?! Пятнадцать соле в день!

— Это при условии, что все получится, — предупредил кьерн, но я его уже не слушала, потому что была уверена, что за пятнадцать соле в день у меня получится все что угодно, даже невозможное.

— Двадцать, — нагло заявила я, никак не выдав своей радости. Я быстро просчитала, что сорок пять соле мне не хватит для осуществления моего плана, а вот шестьдесят в самый раз. Главное, чтобы Балуа не оказался жадным. «Только не жадничай», — мысленно взмолилась я.

— Восемнадцать, — выдвинул свой вариант кьерн. Видимо, он тоже любил поторговаться.

— Двадцать, — твердо повторила я.

— Черт с тобой, двадцать! — сдался мужчина, а я плотнее стиснула зубы, чтобы не завопить от радости.

— И никаких подобных выходок, — снова поставила условие я.

— Каких выходок? — хитро прищурился кьерн Балуа.

— Без домогательств, — как можно противнее пояснила я. Мужчина кивнул, и, как ни странно, я ему поверила.

— Когда едем? — уже с улыбкой спросила я.

— Хотелось бы отбыть прямо сегодня вечером, но, вероятно, уже поздно, — задумчиво произнес он. — Значит, на рассвете.

Я согласно кивнула: на рассвете так на рассвете. Да за шестьдесят соле хоть в пасть к мракобесам галопом на хромом осле! Хоть с Балуа, хоть с самой Марой за ручку прогуляюсь по просторам царства Скорби!

— С хозяйкой я договорюсь сам, — сообщил кьерн. — Подробности обсудим в дороге… И я заеду на рассвете.

— По рукам, — согласилась я. После услышанной суммы я вообще стала на редкость покладистой. — Только бумагу о выплате составьте и подпишите заранее, иначе с вас станется надуть бедную испуганную девушку.

Балуа хотел что-то ответить, но я уже захлопнула двери и быстро спустилась вниз по лестнице, чтобы утонуть в гуле голосов и звуках музыки.

ГЛАВА 5

Нил онт Балуа

Девушка выбежала из комнаты как ошпаренная. «Похоже, она меня боится», — подумал кьерн Балуа, не в силах прогнать с лица улыбку. Такое милое и, казалось бы, непосредственное создание, у которого оказался весьма скверный и расчетливый характер. Бездонные синие глаза выглядели такими наивными, но в то же время невыносимо порочными.

— Лея, — он снова произнес вслух это имя. Когда он встретил ее впервые, в ней не было ничего примечательного. Обычная девушка с периферии, отличающаяся лишь красотой длинных блестящих и, несомненно, ухоженных светлых волос, но сейчас… Платье подчеркивало все прелести искусницы, еще больше поднимая высокую красивую грудь; пухлые губы, подкрашенные розовой помадой, так и манили прикоснуться к ним; тонкий ровный нос и длинные кукольные ресницы… Неудивительно, что он сорвался и попытался соблазнить девушку. Нил понял, что мысленно пытается себя оправдать, и горько усмехнулся, сделав еще глоток настойки.

— Чертовка, — прошептал он, откидываясь на спинку кресла, и довольно улыбнулся. В коридоре послышался цокот острых каблучков по деревянному полу. Нил мысленно досчитал до пяти, и дверь открылась. Донна Далия, торопливо вошедшая в свой кабинет, никак не ожидала увидеть в нем посторонних, и звонко вскрикнула. Потом опомнилась и изобразила издевательский поклон.

— Что вы здесь делаете, кьерн? — устало спросила она, подходя к своему столу.

— Я хочу эту девушку, Лею, — без церемоний ответил он. Леди на мгновение замедлила шаг, но быстро пришла в себя и возобновила движение.

— Поздно, господин, — ответила она, усаживаясь на свое место, — ее уже выбрал ваш кузен.

— Донна Далия, — протянул Нил, поднимаясь из облюбованного кресла. — Разве сумма, внесенная моими родителями в бюджет «Алара», меньше, чем та, что внесли родители Анри. — Кьерн оперся руками о стол, за которым устроилась леди.

— Нет, кьерн Балуа, — ответила она. — Но вы слишком долго выбирали… Я же не могу отказать вашему кузену сейчас, когда сама девушка дала согласие на брак.

Нил изумленно изогнул бровь. «Похоже, эта чертовка что-то задумала. Неужели решила не достаться никому?»

— Вы же знаете, кто поспособствовал тому, чтобы в этом году пансионы сделали выбор в пользу «Алара»? — иронично спросил он.

— Ваш отец, — невозмутимо ответила леди.

— Не значит ли это, что я, как особо приближенное к вашему благодетелю лицо, могу выбрать себе любую девушку? — Кьерн как матерый волк загонял свою добычу в западню, делая все, чтобы не оставить ей выбора.

— Ваше заведение живет за счет новой власти. Король милостиво разрешил вам существовать, он закрывает глаза на то, что вы фактически продаете своих воспитанниц и, как ни крути, нарушаете закон, — выложил очередной козырь Нил.

Леди возмутилась и резко подскочила с места, зашипев подобно кошке:

— Именно поэтому королю достанется шесть воспитанниц «Алара», которые, как и другие, жившие здесь до них, будут фаворитками, игрушками или наложницами в его загородном имении!

Донну Далию возмущало такое положение вещей, но сделать ничего она не могла. Это семейное дело. Еще ее прабабушка, будучи любовницей короля-тирана сто тридцать лет назад, основала «Алар» — пансион для благородных девиц. Потом ситуация с наличием юных леди в королевстве стала критической, и многие лорды выбирали себе жен из воспитанниц «Алара». Когда заведение перешло к матери Далии, та ввела новые правила. Ей, молодой вдове, потерявшей мужа только из-за того, что у него были слабые магические способности, которыми он даже не пользовался, и оставшейся с пятью малышами на руках, пришлось несладко… Поскольку донна Лаура — мать Далии все же осталась со статусом и с наследством, у нее было много связей в высших кругах. Она придумала неизвестный ранее способ заработка. Из-за запрета ранних помолвок многие семьи, в которых рождались мальчики, пребывали в страхе, что род оборвется или их отпрыск женится на простолюдинке, а это еще хуже, чем окончание родовой ветви… Донна Лаура стала брать деньги — залог гарантии на будущее, обещая после наступления совершеннолетия богатых отпрысков сватать им своих воспитанниц. Плата за ее услуги была фиксированной, но многие старались переплатить, чтобы в итоге получить лучшую невесту. Когда в столице с барышнями стало уж совсем плохо, донна начала заключать договоры с отдаленными пансионами. На самом деле хозяйки подобных заведений получали выкуп за девушек сразу после неожиданного «распределения», но девушкам об этом не говорили.

Далия стала полноправной хозяйкой «Алара» всего два года назад, после смерти матушки. Ей пришла в голову идея с сопровождением юными леди знатных мужчин. Услуга пользовалась спросом и позволяла «Алару» успешно существовать. Оказывать ее предлагали далеко не всем. Леди для демонстрации в высшем свете должна была быть особенной, властной, сильной и конечно же самой привлекательной. Но в то же время именно эти девушки и рассчитывать не могли на удачный брак. Далия и сама работала в сопровождении после того, как стала хозяйкой «Алара», именно поэтому она, довольно молодая и привлекательная, так и осталась одинокой. Репутацию потерять очень легко, а восстановить почти невозможно. Когда ты постоянно появляешься в обществе с разными мужчинами — это наводит на определенные мысли.

Предыдущий самодержец не интересовался такими мелочами, как пансион, поставляющий невест, тем более что все были довольны, а вот нынешнему правителю «Алар» стал интересен. После долгих разбирательств и подключения своих связей Далии удалось удержать заведение на плаву. Но владыка Наар стал облагать пансион значительными налогами и хотел получать по шесть-семь воспитанниц «Алара» в свое личное распоряжение и таким образом закрывать глаза на своеобразную торговлю людьми. Девушек, которых выбирал король, забирал распорядитель, присутствовавший на всех приемах. Он был и на этом, но о своем выборе Далии еще не сообщил.

Сейчас хозяйка заведения прикидывала и вспоминала, сколько денег заплатила семья каждого из кьернов, претендующих на Лею. Да, сумма, уплаченная Балуа, определенно была больше, но девушка уже взяла кольцо…

— Может быть, вы вспомните, что вы с кьерном Анри родственники, и уступите? — все же спросила она. — Ведь его семья платила именно за представительницу рода Аргуст, а у вас не было особых пожеланий.

Нил немного наклонился вперед.

— Если бы у меня не было особых пожеланий, мой отец не помогал бы вам договориться с пансионом из Трантгальдских земель, — певуче, почти ласково сказал он, и леди поняла, что отказать нельзя. Таким не отказывают.

— Хорошо, — наконец-то сдалась она. — Но вы сами объясните ей, как так вышло, что ее обещали в жены одному, а отдали другому.

Кьерн победно улыбнулся и согласно кивнул:

— Не волнуйтесь, с девушкой я разберусь сам. Она уедет завтра на рассвете.

Лея Аргуст

Как только я спустилась вниз, ко мне подбежала раскрасневшаяся Ди.

— Представляешь! — воодушевленно воскликнула она. — Донна Далия сказала, что кого-то из девушек уже сосватали!

— Правда? — лениво поинтересовалась я.

— Да! Сейчас я как раз пытаюсь вычислить эту счастливицу. — Подруга прищурилась, рассматривая девушек вокруг.

— Подозреваю, что я знаю кого, — задумчиво отозвалась я.

Ди воспылала любопытством пуще прежнего и с видом хищника, приготовившегося к нападению, уставилась на меня. Я лишь демонстративно повернулась к столику с напитками и взяла бокал вина той самой рукой, безымянный палец которой украшало кольцо.

— Что? — Изумленная подруга снова схватила мою руку.

— Я выхожу замуж, — спокойно ответила я.

— За кого? — изумилась Дианна. — Стоп! Я уже видела это кольцо! — Осознание накрыло девушку. — Ты станешь женой кьерна?! — крикнула подруга. — Того самого красавчика на охоте? — Она слегка понизила голос.

— Да, Анри сделал мне предложение, — ответила я. Вот сейчас я чувствовала себя победительницей. Хотя идея замужества не казалась мне самым лучшим из возможных вариантов, и я уже составила план, каким образом этого самого замужества избежать, но эмоции, отражающиеся сейчас на лице Ди, стоили того, чтобы притвориться настоящей невестой кьерна.

На самом деле я собиралась просто получить свои шестьдесят соле, оплатить долг пансиону, отослать оставшиеся деньги родителям для того, чтобы у моих сестер было хотя бы крошечное приданое, и исчезнуть. Возможно, даже отправиться в ту таинственную Империю за горами. И вообще, я еще слишком молода, чтобы тратить свою жизнь на замужество. Ди, кстати, так не считала и сейчас чуть ли не стягивала кольцо с моего пальца.

— Что ты делаешь? — возмутилась я. Девушка стыдливо отвела взгляд и, выпустив мои пальцы из своих, спрятала руки за спину.

— Не обращай внимания, — тихо сказала она, — просто я так завидую.

Ди так грустно вздохнула, что мои щеки вмиг залились краской, ведь я намеренно ее поддевала, а теперь мне стало стыдно. Я вспомнила, что у нее тоже есть сестры и ее родители еще беднее моих. Понятное дело, что ей хочется поскорее найти кого-нибудь, выбраться из «Алара» и рассчитаться с долгами. Пока я стыдилась, подруга порывисто обняла меня.

— Я очень-очень за тебя рада, ты станешь этому кьерну самой лучшей женой, — прошептала она в самое мое ухо.

Я горько улыбнулась.

— А мне хотелось бы полюбить, — разоткровенничалась я.

— В нашем мире про любовь уже никто не помнит, — совсем серьезно заявила Ди. Иногда может показаться, что ее волнуют только наряды и украшения, но это не так. На самом деле это просто маска: напускное веселье, обманчивые улыбки… Маска, за которой прячется прекрасная девушка, слишком сильно испуганная для того, чтобы сбросить свою броню и показать, какая она на самом деле. Я обняла Дианну в ответ.

— У тебя все будет хорошо, поверь мне. — Не знаю, как Ди, а я в этом нисколько не сомневалась.

— Когда ты покинешь «Алар»? — обыденным тоном спросила она, словно этих трогательных объятий только что не было и в помине.

— Завтра на рассвете, — ответила я, вспомнив, что, наверное, нужно спросить, предупредил ли он донну Далию о моем отъезде.

Черт! Какая-то часть из денег, которые заплатит мне кьерн, должна будет отойти «Алару»! Эта мысль сразу напугала меня, но потом я решила, что в пути смогу еще немного поторговаться с Балуа. Еще я вспомнила про разговор с Далией перед тем, как принять предложение Анри… Что-то было не так. Если каждая или почти каждая попавшая сюда девушка вскоре выходит замуж, понятно, что выгоду получают все. Оплачивается и долг пансиону, и «Алар» отрабатывает свои деньги, которые уже давно получил от семей «женихов», и мужчины получают жен, но…

Почему тогда они предлагают зарабатывать? Если я вдруг решу выплатить свои долги сама (а я непременно именно так и сделаю, как только получу деньги), то в чем выгода «Алара» тогда? Что-то определенно было не так, и меня это настораживало, но возможности разобраться во всех этих вопросах сейчас, к сожалению, нет.

— Ди, — окликнула я уже отходящую от меня подругу, и та послушно обернулась, — пообещай мне кое-что. — Дианна подозрительно посмотрела на меня, но, увидев, что шутить я не намерена, кивнула. — Пообещай, что не будешь больше заниматься сопровождением, — попросила я.

— Но почему? — удивилась девушка.

— Не думаю, что девушки, которые этим занимаются, в итоге смогут удачно выйти замуж, — сообщила я.

— Но ты же ездила на ту охоту! — надула губки Ди.

Я отрицательно покачала головой.

— Он уже тогда знал, что женится на мне, — ответила я, — подумай сама, если ты постоянно будешь появляться в обществе разных мужчин, захочет ли кто-то взять тебя в жены, даже при условии дефицита невест.

— Я думала об этом, — стыдливо опустив глаза, ответила девушка, — просто это реальный шанс заработать!

— Тогда тебе нужно выбрать, что для тебя важнее: заработать или выйти замуж, — бескомпромиссно ответила я.

На этом нашу беседу пришлось прервать, потому что к нам присоединилась довольная Уна. Раскрасневшаяся подруга явно хотела чем-то с нами поделиться.

— Рассказывай уже, — лениво сказала Ди, глядя на приплясывающую от нетерпения Уну.

— Кажется, я понравилась тому грасту. — Она метнула быстрый взгляд в сторону невысокого мужчины, с которым танцевала весь вечер. Он стоял у подножия лестницы, с которой спускалась взволнованная донна Далия. Граст обрадовался хозяйке «Алара» так, будто только и ждал ее появления.

— Он хочет попросить у донны Далии разрешения сходить со мной на свидание, — шепнула улыбающаяся Уна. И действительно, во время разговора с леди он смотрел исключительно в нашу сторону.

Мое же внимание привлекло другое. Кьерн Балуа медленно спускался по лестнице, зорким взглядом прощупывая танцевальный зал. Наверное, договаривался с Далией по поводу нашего отъезда. Я задумчиво потеребила кольцо на безымянном пальце, подумав, что правильнее было бы, конечно, вернуть его сейчас, чтобы отказаться от едва полученного статуса невесты. Но смущал один момент… Балуа сказал, что заплатит мне лишь в случае успеха, а если вдруг его план провалится? Мне не хотелось об этом думать, но я не могла упустить ни одной детали, если хочу осуществить свой план. То, что кьерн может мне не заплатить, также нужно учитывать, хотя, глядя на него, не создается впечатление, что он может поступить так бесчестно. Тогда у меня хотя бы останется жених, значит, возвращать кольцо рано. Само собой, я не знаю, как отреагирует Анри на мою выходку, тем более что они кузены. Вполне возможно, что Балуа хочет представить меня их совместным родственникам, но выбора у меня нет. Откажусь от поездки — и для меня будет лишь одна дорога — на костер. В том, что кьерн без колебаний выполнит свою угрозу, сомнений не было никаких. Поеду — и получу шанс забыть все это как страшный сон. К тому же Анри вернется только через десять дней, а это значит, что я успею вернуться и в случае чего у меня будет возможность переиграть всю ситуацию. Думаю, что за это довольно долгое время я смогу придумать какое-нибудь оправдание для себя.

Кьерн демонстративно подмигнул мне и, остановившись у столика с напитками, потянулся к серебряному кубку. Насколько я помнила, именно в такие кубки наливали крепленое алое вино.

— А чего от тебя хочет этот кьерн? — удивилась Ди. Подруга буквально сверлила Балуа взглядом и стыдливо отводила глаза, когда он ловил ее взгляд.

— Это кузен моего жениха, — ответила я, — неприятный тип.

Дианна посмотрела на меня, потом прошлась внимательным, оценивающим взглядом по кьерну.

— А выглядит очень даже приятным, — промурлыкала подруга и, словно забыв про нас с Уной, мягкой походкой охотника направилась в сторону Балуа.

Выглядел он действительно привлекательно. Обворожительный, чарующий — и такой холодный. Как будто в серых глазах застыли льдинки, замерзшие вокруг танцующего пламени. Таким взглядом можно морозить или обжигать… Если Анри читался легко, подобно открытой книге, то просчитать этого хищника, как я случайно определила его для себя, было невозможно. Серые глаза не выражали никаких эмоций и в то же время притягивали к себе внимание. Я видела, как он любезно предложил Ди бокал вина и начал непринужденно с ней беседовать. Почему бы ему не позвать с собой ее, а не меня, ведь видно, что она была бы совсем не против? Сейчас я поняла, какие чувства испытываю, когда вижу кьерна Балуа — это было бешенство. Откуда этот тип прознал про мой дар? Какого черта шантажировал меня им? Зачем пытался запугать (именно так я расценила его приставания в кабинете Далии)? Я по-прежнему его боялась. Слишком много вопросов связано с этим кьерном, и нет ни одного ответа.

Я так задумалась, что даже не заметила, как хозяйка «Алара» подозвала к себе Уну и что-то говорила ей, наверное, о «ее» грасте. Думаю, она разрешила им отправиться на свидание. Танцевать мне уже не хотелось. Где-то в стороне слышалось хихиканье Ди, которое жутко раздражало. Я еще не поняла, почему ее флирт с этим опасным кьерном меня так нервирует, но копаться в своих ощущениях не стала.

— Лея, — отвлекла меня донна Далия, заставив вздрогнуть и отвести взгляд от болтающей парочки, — если ты устала, то можешь отправляться к себе, — продолжила она, — хотя если уйдешь, то пропустишь шоу.

— Какое шоу? — заинтересовалась я.

— Я пригласила артистов для развлечения гостей, — ответила она, — они уже прибыли, и сейчас в парке перед «Аларом» будет выступление акробатов, а потом салют.

Я подавила в себе желание сбежать в спальню, потому что увидеть цирковое представление мне довелось лишь однажды в жизни и то, когда я была совсем ребенком. Отец возил меня на праздник урожая в соседний город. Представление мне понравилось, и увидеть такое еще раз я бы не отказалась.

— Тогда я, пожалуй, останусь, — задумчиво сказала я. Мне жутко хотелось обернуться и посмотреть, чем заняты Балуа и Дианна, но я, хоть и не без усилий, подавила в себе это желание.

— И еще ты должна мне один соле, — словно невзначай отметила леди. Я удивленно посмотрела на нее. — Завтра на рассвете ты покинешь «Алар», поскольку костюм, который я тебе одалживала на охоту, уже испорчен, придется выделить новый, а с твоими способностями влипать в истории едва ли уцелеет и он. Короче, я даю тебе одежду, а ты платишь мне деньги, — подытожила леди. Я горько вздохнула, но спорить не стала. Одежда мне нужна, времени идти в город уже нет (все лавки наверняка закрыты), а Далия не обязана бескорыстно жертвовать мне наряды со своего плеча.

— Тогда еще и сапоги. — Я рассчитала, что одного соле вполне хватит и на костюм, и на сапоги, и еще много на что. Расценки у хозяйки «Алара» еще те! Донна Далия подарила мне улыбку.

— Хорошо, и сапоги, — ответила она.

Артур громким голосом возвестил о том, что в парке состоится шоу, и попросил всех желающих пройти за ним. Гости медленным потоком двинулись за дворецким. Мы с донной Далией выходили самыми последними. Я уже почти покинула холл, когда Далия меня резко остановила.

— Я не знаю, как сложится твоя судьба, девочка, — начала шептать она. Смутило то, что донна назвала меня девочкой, она и сама выглядела не намного старше меня. — Не знаю, зачем кьерн Балуа затеял эту поездку, но я советую тебе быть очень осторожной, — Далия взяла меня за руки, — он темная лошадка.

С этими словами леди обогнала меня и прошла вперед, словно разговора и не было вовсе.

Я, немного ошарашенная нежданными советами, поплелась следом. Шоу воистину было прекрасным! Акробаты ходили по канатам, натянутым между деревьями, показывали, сколь гибко человеческое тело, взлетали к самым верхушкам старых тополей, подбрасывая друг друга…

Не знаю, куда делась Ди, да и кьерн пропал из поля моего зрения, но сплетня о моем обручении уже дошла почти до всех воспитанниц «Алара». Казалось, что поздравили меня уже все и даже малознакомые девушки из южного пансиона. Я лишь бодро кивала, принимая поздравления и пожелания, и вымученно улыбалась. Салют я смотрела уже из окна своей комнаты. Меня захватило непонятное волнение, страх перед неизвестностью и печаль от того, что придется расстаться с подругами. Ладно! Это же ненадолго! Всего лишь три дня. Это ничтожно мало в масштабе всей жизни. Погруженная в свои мысли, я умылась и переоделась в светлое платье воспитанницы «Алара». Мельком взглянула на себя в зеркало и вскрикнула. Моя яшма! Камень, который был куплен всего несколько дней назад, был почти черным!

Я в ужасе ощупала медальон и приподняла его, чтобы рассмотреть. До такого состояния мои камни еще не выгорали. Нет, он, конечно, будет сдерживать мои силы как сможет, пока окончательно не превратится в пепел, но сам факт того, что всего за несколько дней он дошел до такого состояния, пугал. И зачем я выбросила старый камень? Да по сравнению с этим он был в идеальном состоянии. Но что толку сокрушаться, назад его уже не вернешь. Мысли испуганными кроликами заметались в голове, завтра мы отправляемся на рассвете, значит, купить новый камень я не успею. Я извлекла из сумочки небольшую карту Крамиила, кажется, ее покупала Уна, чтобы следить за нашим маршрутом из «Чайной розы», а по приезде всучила мне за ненадобностью. Черт! Я же даже не знаю, в какую сторону мы поедем, чтобы посмотреть, какие поселения будут по пути! Я уже готова была кусать локти или рвать на себе волосы, когда в дверь тихо постучали.

— Войдите, — немного нервно отозвалась я.

Артур сразу заглянул в щель, а потом уже вошел в комнату.

— Странно, что вы, юная леди, не остались до конца приема, — улыбнулся он и продемонстрировал мне довольно объемный сверток. — Ваши наряды, — пояснил он.

Я быстро достала из кошелька один соле и, протянув дворецкому, забрала одежду. Артур откланялся, оставив меня одну. Сумку было решено собрать сегодня, ведь выезд уже на рассвете. Я развернула бумагу, рассмотрела костюм, предназначенный явно для езды верхом. Удобные узкие брюки, рубашка из плотной ткани, почти до колена кожаная жилетка и легкий плащ. Также донна Далия позаботилась о сапогах, это были братья-близнецы тех, что я надевала на охоту. Подумав, решила, что ехать в одной карете в обществе кьерна, который уже имел наглость ко мне приставать, да еще и в довольно открытом платье воспитанницы «Алара», может быть чревато последствиями, и решила, что этот костюм сейчас как нельзя кстати. Я аккуратно сложила вещи на стул у кровати, чтобы надеть их завтра, и обнаружила в свертке еще что-то. При ближайшем рассмотрении это оказался пояс с пятью кинжалами из непонятного темного металла. Я поежилась. Нас учили обращаться с оружием, но зачем Далия дала мне его? Неужели думает, что кьерн может быть настолько опасен? Я задумчиво повертела пояс в руках и, подумав, положила к остальным дорожным вещам. Лучше уж пусть будут при мне, заодно и проверю, не сбился ли прицел из-за длительного отсутствия тренировок. Заодно в сумку перекочевало бальное платье (мало ли, вдруг там, куда мы едем, для нас устроят прием), туда же отправились туфли, несколько баночек с душистым средством для мытья, расчески, несколько заколок и завернутый в платок перстень Анри. Пусть лучше лежит в сумке, иначе могу потерять.

Когда я заплетала косу и готовилась ко сну, в комнату вернулись подруги. Уна была счастлива, я это видела. У нее даже глаза горели почище новенького соле. Ди, напротив, выглядела не очень довольной. Видимо, общение с кьерном не принесло желаемого результата. Я поймала себя на мысли, что после этого вывода мне захотелось улыбаться, и густо покраснела. Подруги также умылись и переоделись. Уна без церемоний улеглась на мою постель рядом со мной и крепко обняла меня.

— Если все пойдет хорошо, то я выйду замуж за граста Ролас и уеду на его родину, — сказала она.

— Откуда он? — заинтересовалась я.

— Из Ариенира, — мечтательно ответила подруга, — представляешь, у них там персики спеют круглый год!

— Ого, самый юг, — отозвалась я, — там, наверное, очень тепло.

— Думаю, да, — улыбнулась подруга, — он приехал специально за невестой, а еще он очень хорош собой. — Я сдавленно захихикала и взъерошила темные волосы подруги.

— Да ты, кажется, влюбилась! — на своей постели громко хмыкнула Ди, но мы с Уной не обратили на нее внимания, продолжая болтать о южных землях и ее возможной свадьбе.

— А твой кьерн, он какой? — Подруга уже знала, что Анри сделал мне предложение заочно, без личного присутствия.

— Молодой, амбициозный, немного высокомерный, но, думаю это в силу возраста, — перечислила я.

Уна недовольно сморщила носик.

— А также красивый, галантный и невероятно богатый? — хитро прищурилась она.

— И это тоже, — со смехом ответила я.

Ди предпочла не вмешиваться в нашу беседу и молча уснула. Что же такого произошло, что язвительная подруга решила побыть в стороне? Конечно, я не могла разгадать эту загадку, но если бы общение с кьерном Балуа принесло ей удовольствие, она обязательно поделилась бы с нами. Уж кто-кто, а Ди не упустила бы такого момента.

Уснули мы с Уной поздно, полночи проговорив о всякой чепухе, и заодно попрощались, а вскоре наступил рассвет…

В холле меня ждал кьерн Балуа в дорогом коричневом костюме для верховой езды. Выглядел он задумчиво и немного отрешенно.

— Доброе утро! — окликнула его я.

— Наконец-то, — лениво отозвался он, — я жду тебя уже полчаса.

Я чуть не открыла рот от негодования. Да рассвет только занимался над горизонтом!

— Вы подготовили наш договор? — вместо того чтобы возмутиться, спросила я. Мне молча протянули свиток, в котором Нил (имя мне понравилось, легко запоминается) Балуа обещал мне, Лее Аргуст, шестьдесят золотых соле в случае благополучного исхода какого-то дела. Я бегло пробежалась по тексту взглядом, убедившись, что пункт о том, что кьерн обязуется не переступать границы дозволенного в моем отношении все же присутствует, и спрятала расписку в сумку.

— Нил, — вслух сказала я, пытаясь в точности повторить вчерашние интонации кьерна, когда он произносил мое имя. Вместо того чтобы смутиться (смутишь такого, ага), он взял меня под локоток и потащил на выход.

— Времени мало, идем, — сухо сказал Нил и направился к воротам. — Хорошо, что ты не додумалась надеть платье, — невесть чему обрадовался мужчина, но я не придала этому особого значения. А у кого из нас хорошее настроение на рассвете, особенно если вчера ты был на приеме, который закончился за полночь, да еще и перебрал со спиртным (я отлично помнила и настойку, которой баловался кьерн в кабинете Далии, и вино в зале для танцев).

До выезда из города нас вез наемный экипаж, а за западными воротами Саака встречал парнишка лет пятнадцати, держащий под уздцы двух лошадей. Лошади были оседланы и вполне готовы к поездке. Только вот я ожидала карету… Теперь стало ясно, почему он похвалил (в своей манере, конечно) меня за то, что я не в платье. Вопросительно изогнув бровь, посмотрела на кьерна. Тот лишь развел руками и с ходу запрыгнул на гнедого жеребца весьма демонической наружности. «Такого, наверное, пришлось долго приручать», — отстраненно подумала я, взбираясь на белую кобылу. Я аккуратно рассматривала кьерна, который, казалось, сливался с лошадью и выглядел просто потрясающе. Но, как я ни старалась, мой взгляд заметили.

— Видишь, я тебе уже нравлюсь, — самодовольно заявил он.

Я фыркнула:

— Вот еще!

— Зачем тогда разглядываешь? — не остался в долгу мужчина.

— Я не разглядывала! — возмутилась я, очень быстро краснея.

— Разглядывала, я видел, — возразил кьерн.

— С вами невозможно разговаривать! — воскликнула я. — Вы все сводите к своей персоне!

— Так не разговаривай, — ничуть не смутился он.

— И не буду, — надулась я.

— И не нужно, — меланхолично проговорил кьерн, когда я уже обгоняла его, пустив кобылу в галоп.

По истечении часа я заволновалась. Вот недотепа, из-за этой глупой перепалки на пустом месте теперь не могу спросить, куда мы едем, сколько будет длиться дорога и почему он не взял карету, как поступил бы любой нормальный кьерн. Совсем тревожно стало, когда мы съехали с тракта и двинулись по узкой, прилично заросшей дороге. Было видно, что ею уже давно не пользовались, а по степени ее запущенности, возможно, последний раз это было еще в прошлом веке…

Я заметила, что мы следовали параллельно начавшему оживать тракту, и немного успокоилась, но внутренний голос упорно твердил мне: что-то не так. Кобыла оказалась на редкость противной и явно не была рада новой хозяйке. Я называла ее Коня, и ей это не очень нравилось, судя по тому, как она возмущенно стригла ушами после моего к ней обращения. Наверное, у нее есть имя, но спрашивать его у Нила я пока не собиралась. Моя блондинка периодически вставала на дыбы, а потом оборачивалась и следила за тем, как я пытаюсь не выпасть из седла. Балуа откровенно ржал, но неизменно держался рядом, чтобы в случае чего помочь мне справиться с непокорной кобылой, бубня себе под нос что-то о спутнице, с которой он будет ехать целую вечность. Я постаралась сосредоточиться и крепче держаться за поводья. Коня еще пару раз попыталась меня уронить, но вскоре поняла, что новая хозяйка ее раскусила, и немного присмирела. Я уже ждала привала, потому что моя нежная пятая точка начинала предательски ныть, напоминая, что самая долгая моя верховая прогулка длилась от силы часа три…

— Почему мы едем верхом? — после нескольких часов тряски не выдержала я и нарушила обещание молчать.

— Дышим свежим воздухом, говорят, необычайно оздоравливает! — воскликнул Нил.

Причем произнес это так бодро и жизнерадостно, как будто только и ожидал моего вопроса, отсчитывая секунды до того момента, пока я начну разговор. Судя же по довольному виду кьерна, можно было предположить, что он перебрал с этим самым свежим воздухом. Уж слишком бодрым и свежим он выглядел. Я задумалась, разглядывая Балуа, и дала повод строптивой кобыле попытаться в очередной раз выбросить меня из седла. Эта мерзавка встала на дыбы! Благо в пансионе нас учили верховой езде, за семь лет можно было получить навыки ладить с избалованными кобылами. Заметив, что я не упала и, более того, злорадно улыбаюсь, сидя на ее спине, кобыла фыркнула и отвернулась, приняв совершенно невинный вид. Словно она и не хотела ничего подобного, просто дорогу наш кьерн выбрал не самую удачную, сплошь покрытую кочками и ухабами.

— Почему мы едем не по тракту? — снова спросила я. — Или на тракте свежий воздух становится уже не настолько свежим?

Балуа задумался. Неужели не ожидал такого вопроса? По мне, он вполне закономерен. Всего в версте от нас к западу пролегает отличная проезжая дорога, а мы вместо того, чтобы ею воспользоваться, едем по довольно узкой тропе, которая часто обрывается, предоставляя нам самим выбирать, куда направить лошадей…

— Тракт сейчас оживлен, — все же ответил Нил. — Зачем нам глотать пыль из-под копыт, когда можно ехать спокойно чуть поодаль?

Теперь настала моя очередь фыркать. Очень уж неубедительное объяснение… К тому же напрягало, что кьерн едет без охраны и какого бы то ни было сопровождения. Я не говорю уже о карете.

— Мне кажется, что вы что-то недоговариваете, — недовольно сообщила я.

— Глупости, — весело отозвался Балуа и, пользуясь тем, что тропка наконец-то снова появилась перед нами, пустил жеребца в галоп.

Мне не оставалось ничего другого, как пуститься следом. Еще интересовало, сколько же мы будем добираться до пункта назначения верхом. Именно с целью задать этот вопрос я пыталась нагнать расторопного кьерна.

ГЛАВА 6

Лошадь откровенно негодовала и не упускала возможности выразить свое недовольство. Меня то невыносимо трясло на ухабах, потому что она мчалась сломя голову, то мы и вовсе останавливались без видимых причин. Нил периодически оглядывался и, кажется, смеялся. Меня это несказанно злило, но я изо всех сил пыталась сдержать эмоции, чтобы не наброситься на довольного кьерна с кулаками. Через некоторое время ему надоело наблюдать за моей холодной войной с белокурой красоткой (или белокурым бесенком, судя по поведению), и он придержал своего гнедого, чтобы мы смогли их нагнать.

— Рискну предположить, что вы специально решили ехать верхом, чтобы поиздеваться надо мной, — зло пропыхтела я.

— Ошибаешься, — серьезно сказал он, — мне больше жаль Снежку. — Он одобрительно потрепал по холке мою лошадь. — Непутевая тебе наездница досталась, — сообщил он лошади.

Да я готова была прожечь его взглядом прямо на этом месте! Как можно так сильно действовать мне на нервы и притягивать к себе одновременно?! Я еле сдерживала себя, чтобы не наброситься на него с обвинениями. Но имя лошадки на всякий случай запомнила, вдруг ее просто бесило непонятное Коня, вместо красивого Снежка?

— Долго нам еще ехать? — вместо очередного выяснения отношений спросила я.

— Часа два до города, там переночуем, — ответил Нил.

Я с любопытством посмотрела на него, вспомнив про свой медальон.

— Что за город? — Если мне не изменяла память, а она у меня девушка верная и вряд ли можно ожидать от нее такого подвоха, как измена, то по западному тракту, параллельно которому мы двигались, должен был быть город Тирон. Не очень большой, но довольно густонаселенный. Там было несколько лавок, где я могла обновить свой камень. Так и оказалось. Я взглянула на раздвоившееся в небе солнце, значит, сейчас чуть позже полудня. Раздвоенным светило казалось потому, что фактически так и было. Солнце и его тень (как прозвали в народе самое настоящее второе солнце, хотя и более бледное) восходили с разных сторон. «Тень» поднималась с запада вместо положенного востока, и двигались они навстречу друг другу. Ровно в полдень оба сливались воедино и снова расходились. Время в Крамииле очень легко определять по солнцу, потому что после полудня «тень» и светило меняются местами. Значит, до вечера нужно было успеть доехать до города, как-то улизнуть от кьерна, найти лавку и купить нужную вещь.

— Может, все же выйдем на тракт? — с надеждой спросила я.

— Нет, лучше воспользоваться этой дорогой, — был непреклонен Нил.

Я лишь вздохнула, но спорить не стала. Что толку? Все равно будет так, как хочет он. Следующий час мы не разговаривали. Я рассматривала деревья и просто наслаждалась окружающим пейзажем. Свежий воздух и вправду был необычайно свеж, и вместо пыли тракта его наполнял аромат цветов.

— Остановимся на минуту, — крикнул кьерн, тормозя гнедого, которого, как выяснилось, звали Ветер.

— Зачем? — Я удивленно огляделась по сторонам. С одной стороны была узкая полоска поля, усеянного какими-то синими цветами, вроде бы ими кормили домашний скот, но я не была сильна в таких подробностях, а с другой — довольно густая полоса леса, закрывающая нас от тракта.

— Пить хочется, — невозмутимо ответил он. Я подозрительно покосилась на флягу с водой, которая висела на его ремне.

— Закончилась, — развел руками кьерн, проследив за моим взглядом.

— Возьмите мою, — предложила я свою, в которой тоже осталось не так уж много, но все же хоть что-то было. Я не планировала долгую верховую прогулку, а в карете пьешь меньше, вот и не набрала полную флягу.

— Здесь чистый источник, в двух шагах буквально, — сообщил он, — слезай, наберем воды и поедем дальше.

Я послушно спрыгнула с лошади и пошла за Нилом вглубь леса. Идти действительно пришлось недалеко. Просто деревья очень тесно прижимались друг к другу, будто укрывая бьющий из-под земли ключ от взглядов путников. Вода из него стекала вниз с невысокого пологого холма тонким ручейком, но его дно устилали мелкие, обкатанные водой камушки, переливающиеся и блестящие под преломленными лучами солнца, и создавали просто сказочную, нереальную красоту. А свежая молодая зелень и листва только добавляли этому месту больше очарования.

— Красиво, — высказалась я, разглядывая камни. Выглядело действительно симпатично. От воды исходила приятная свежесть. Сейчас только начало лета, а погода в окрестностях Саака уже по-настоящему теплая. Еще не было ужасного полуденного зноя, но когда ты с рассвета трясешься верхом, легкая прохлада, исходящая от ручья, была ощутима. Нил опустился на колени и, жадно напившись из бьющего ключа, принялся набирать воду во флягу.

— Давай свою, — предложил он, протягивая руку.

Я вручила ее кьерну и также опустилась на колени. Пить мне не хотелось, а вот умыться я была совсем не против, чем, собственно, и занялась.

Вдоволь поплескав ледяной водой в уставшее лицо, я почувствовала на себе тяжелый взгляд и, поежившись, подняла голову. Он действительно смотрел на меня. Стоял, прислонившись спиной к огромному камню, который, видно, специально установили у выхода ключа, и рассматривал меня.

— Что-то случилось? — смутившись, спросила я.

— Нет, просто не каждый день увидишь аристократку, ползающую на коленях, — флегматично ответил Нил.

Собственно, я ожидала любого другого ответа, возможно, даже очередной попытки приставаний, но только не этого. Почему меня так трогают глупые подковырки этого мужчины? Они действительно задевали, и меня это пугало. В конце концов надо бы относиться к нему более спокойно, ведь если общаться как кошка с собакой во время нашей сделки, едва ли кто-то поверит, что мы пара. Рассудив так, я сдержала ответную колкость.

— Идем, нам нужно добраться до темноты, — тем временем сказал кьерн.

Я собиралась подняться с колен, но меня отвлек странный звук, похожий на сдавленный писк. Я обшарила взглядом окрестные территории и обнаружила совсем крошечного птенца, который сидел, спрятавшись в траву, у того огромного камня.

— Там птенчик, — сообщила я.

Кьерн посмотрел на меня как на умалишенную, его взгляд стал еще выразительнее, когда я направилась к камню ползком. Маленький, белый, у него еще даже не было перьев, только пух и большие глаза в обрамлении темно-серого пушка.

— Какой хорошенький, — пролепетала я.

— Лея, если ты сейчас начнешь подбирать всякую живность, то мы точно никуда не успеем! — воскликнул кьерн.

Я упрямо посмотрела на него и снова вернулась к птенцу. У него была поранена лапка, и рана казалась какой-то странной, как будто его привязывали на веревку, а упрямец таки выбрался, повредив при этом ногу.

— Лея-а-а, — протянул Нил, — брось его, нам пора.

И вот если бы он этого не сказал, может быть, я и бросила бы бедную пташку, но сейчас, когда он снова пытается мне указывать… Я смело взяла птенца в руки и поднялась в полной готовности идти.

— Ты что, потащишь его с собой? — спросил кьерн.

— Да, и назову Нилом, — огрызнулась я и, задев мужчину плечом, пошла прочь из леса, мысленно костеря себя за то, что никак не могу обуздать свои эмоции и держаться спокойнее. Балуа хмыкнул и пошел за мной. Моя кобыла беззастенчиво развалилась на зеленой свежей траве, кажется, решила устроить себе привал. Меня больше беспокоило, что седельные сумки я не снимала, и сейчас эта паршивка вовсю мяла мои вещи.

— Вставай! — прикрикнула я на блондинку. Кобыла не отреагировала, продолжая валяться на траве. — Снежка! — завопила я. — Вставай, кому сказала! — Я не ошиблась, эта упрямица действительно реагировала на кличку, и как только я обратилась к ней, так сказать, официально, ловко поднялась. Кьерн уже сидел в седле и наблюдал за нами. Я же судорожно соображала, куда запихнуть жалобно попискивающего птенчика. В итоге обвязала себя платком, найденным в сумке, и поместила туда свою находку. Из платка получился своеобразный гамак для птенчика, вроде ему было довольно удобно.

— Вот остановимся, и я рассмотрю твою рану, — сообщила я птенцу.

— Может, мы наконец тронемся? — лукаво поинтересовался Нил.

Я не ответила, а только легко сжала коленями бока Снежки, и кобыла сама тронулась с места. Дорога продолжала преподносить сюрпризы, то петляя, то обрываясь, то заставляя нас перебираться через небольшие овраги. Все же не просто так мы едем не по тракту. Казалось, что кьерн что-то скрывает от меня, а я не знала, как задать интересующие вопросы. Я видела, что он читает меня, как открытую книгу, и ему прекрасно известно, что я хочу о многом его спросить, но не решаюсь сделать этого, но сам на контакт не шел. Видимо, просто проверял, насколько меня хватит.

Нил онт Балуа

Кьерну Балуа этой ночью спалось крайне плохо. Он ворочался, поднимался, прохаживался по комнате. Ненужные мысли врывались в его сознание, заставляя жалеть о поступках, совершенных прошлым вечером. Зачем он так запугал девчонку? Ведь теперь едва ли бабуля, которой он собрался представить ее раньше кузена, поверит, что они пара! Нужно налаживать контакт, а с ее характером это будет ой как непросто. В «Алар» он прибыл раньше условленного срока, и ему пришлось ждать. Больше всего на свете Балуа не любил ждать, поэтому, когда появилась Лея, он был уже достаточно раздражен и снова высказал искуснице свое недовольство. Потом, правда, пожалел об этом, но радовало, что девчонка вроде бы не обиделась.

Еще эта надоедливая пигалица, которая обхаживала его весь вечер. Можно было бы, конечно, скоротать с ней ночку-другую, но Нилу почему-то не захотелось этого. В конце концов он уже выбрал ту, за которую заплатил, брать на себя ответственность за загубленную жизнь второй он не собирался. Поэтому девушку пришлось разочаровать, представ перед ней в самом худшем своем виде. Если повторить дословно, то она назвала его хамом, глупцом и начала всерьез подозревать в дефекте половой функции… За наглость она приняла его отказ на предложение взять ее в наложницы. Я никак не мог понять, зачем ей это, неужели эта глупышка не хочет удачно выйти замуж, как все другие? Наложница ему в любом случае была не нужна. Тем более что все мысли уже заняла девушка с даром. Нужно было придумать, как правильнее воспользоваться этим приятным дополнением к ее милой мордашке.

Странное чувство, когда в присутствии другого человека ты не можешь контролировать свои эмоции. У кьерна Балуа, матерого инквизитора, такое было впервые. Он хотел списать такую реакцию на магию в крови Леи, но, вспомнив, со сколькими магами ему пришлось встречаться за свою жизнь, тут же отбросил эту догадку. Девчонка откровенно издевалась, когда читала наскоро составленный им договор, но он мужественно держался, стараясь не обращать внимания на ее поддевки. Договор был составлен кое-как, потому что Нил решил не заморачиваться, ведь все равно он просто формальный и по своей сути никакой силы не имеет, да и составил он его, чтобы Лее было спокойнее и она не сильно сопротивлялась. Теперь вставал вопрос, как по пути объяснить ей, что она уже не имеет никакого отношения к Анри, но это потом…

Порадовало, что его спутница оказалась не так уж глупа и надела костюм для езды верхом, а не платье. Также несказанно повеселило ее знакомство с кобылицей. Вообще Снежка чрезвычайно строптивая, но хорошо обученная. Один человек говорил Нилу когда-то, что маг сможет совладать с любой лошадью, поэтому он и решился на этот эксперимент. Да на ней вообще никто ездить не может! Она кусачая и к тому же жутко вредная тварь! Но Лея смогла, так что факт наличия в ее крови магии подтвердился в очередной раз.

Еще в самом начале пути они успели поцапаться, и Балуа был рад, потому что так он избавился от ненужных вопросов со стороны девчонки. Ехать по тракту в его положении равносильно самоубийству. Он был слишком умен, чтобы не просчитать Анри. Уверенность в том, что его отъезд — это только видимость, а Лея просто приманка для Нила, была почти полной. Балуа с радостью заглотнул предложенную приманку ради высшей цели, само собой… Он даже не сомневался, что их ищут люди кузена, так же как и был уверен в том, что если бы они ехали по тракту, возможно, кого-то из них уже не было бы в живых. Он внимательно осмотрел искусницу, зацепившись взглядом за пояс с кинжалами. И, похоже, не ее… Интересно, она вообще умеет ими пользоваться или это тонкий намек для кьерна, чтобы у того не возникло желания распускать руки? Нил улыбнулся. Он и так всю ночь жалел, что сорвался. Алкоголь, магия, красивые и такие невинные глаза — это все вскружило ему голову, но теперь он собирался действовать иначе, ведь у него по-настоящему большие планы на эту девушку. Главное — добраться до места и не попасться на глаза ищейкам Анри, иначе придется пачкать руки в крови, а этого Нил очень не любил.

На коротком привале девчонка нашла птенца. Балуа благоразумно умолчал о том, что фениксы в Крамииле не водятся, и что это, скорее всего, знамение. Рассудив, что она сможет узнать это позже, он не стал разъяснять, что за птица вырастет из ее найденыша. Феникс был совсем маленьким, это огорчало. Значит, в девочке пока совсем мало сил или ее дар что-то блокирует. Он всю дорогу пытался найти на ней какой-нибудь амулет, сдерживающий магические способности, но не находил. У нее почти не было украшений, за исключением кулона с темно-серым, почти черным камнем, неизвестного Нилу происхождения, но ни яшмы, ни турмалинов, которые могут успешно контролировать силу, не обнаружил. Значит, и вправду она совсем слаба.

Лея Аргуст

В город мы въезжали с «черного входа», не через центральные ворота, к которым лежал тракт, а через дальние — южные, ими пользовались преимущественно местные жители. Здесь даже плату за въезд не требовали. Хотя, может, это потому что Нил продемонстрировал знак кьерна.

— Нам нужен постоялый двор «У реки», — сообщил мой спутник.

Это как раз на южной окраине. Я вспоминала, где же в Тироне лавка, что мне нужна. Я ни разу не была здесь, как и в большинстве городов Крамиила, но карты знала почти назубок. Казалось, что она должна быть в другом конце города, это не радовало. Но времени пока еще хватало, главное, быстро заселиться в комнаты на постоялом дворе и как-то незаметно сбежать от Балуа, заодно можно будет забежать к лекарю и показать птенца. Мне он напоминал маленького совенка, но его пух странно поблескивал на кончиках. То ли у него такой необычный окрас, то ли я просто не встречала еще такую птицу. Город мне не понравился. В нос сразу ударил запах помойки, может, из-за того, что мы были на окраине, а может, здесь везде так воняет. Тирон славился своими скотобойнями, поэтому наличие огромного количества собак меня не удивляло, хотя и нервировало. Как будто по лесу едешь, и за тобой следят сотни голодных волчьих глаз, с тем лишь отличием, что собачьи глаза были довольно-таки сытыми. Кьерн уверенно повернул лошадь в узкий проулок, который спускался вниз с достаточно крутой горки, и я последовала за ним. Благо двухэтажное здание с синей вывеской «У реки» появилось очень скоро, прямо внизу спуска. Тут же текла река. Узкая, какая-то черная и вонючая, скорее всего для местных она служила чем-то вроде сточной канавы.

Въехав на постоялый двор, Нил спешился и даже галантно подал мне руку, чтобы помочь. Я настолько устала, что без зазрения совести воспользовалась его предложением. После он бросил молодому мужчине мелкую серебряную монету и попросил расседлать и накормить лошадей. Сумки и мои и свои он взял сам. На первом этаже постоялого двора была харчевня, а на втором съемные комнаты. Зал заполняли крепкие дубовые столы и высокие мощные стулья. За деревянной стойкой расположился грузный мужчина в засаленном фартуке, прямиком к нему и направился Нил.

— Нам нужно два номера, — он смерил меня оценивающим взглядом, — желательно соседние.

Нам вручили два ключа, но мне не дали ни одного из них. Когда мы поднялись, Нил сам отпер обе двери и предложил мне выбрать комнату. Отличий между ними не было никаких, поэтому я вошла в ту, что располагалась ближе ко мне.

— Я закажу ужин и ванну, — сообщил кьерн.

— Если можно, сразу ванну, а потом ужин, — попросила я и, поймав на себе подозрительный взгляд, добавила: — Люблю отмокнуть часок-другой с дороги.

Возражений не последовало, и кьерн лишь быстро кивнул. Я дождалась, пока бадью в маленькой комнатке, отгороженной от жилой тяжелой матерчатой шторой, наполнят, и опрометью бросилась вниз по лестнице, бережно держа в руках птенца.

Выбежав во двор, хотела метнуться к конюшне, но еще по дороге заметила, что парень как раз чистит наших лошадей, поэтому решила пройтись пешком. Улочку, по которой мы подъезжали к постоялому двору, миновала довольно быстро и вышла на более широкую дорогу, вымощенную брусчаткой. Порадовалась, что не додумалась надеть туфли, явственно представив, как попадаю в ловушку, застряв каблуком. Хотя местные барышни прекрасно передвигались и в туфлях… Прошла совсем немного, когда увидела лавку лекаря. Осмотрев птенчика оценивающим взглядом, я вздохнула и вошла внутрь. Все свои сбережения я носила с собой, побоявшись оставить их на постоялом дворе.

— Добрый день, леди, — тут же поприветствовал меня лекарь.

Лекарей можно было безошибочно распознать даже в толпе. Первое отличие — почти все они носили очки, видимо, сказывалась работа с ядовитыми травами (это только мое предположение), которая отрицательно сказывалась на зрении. Второе отличие — эмблема Лекарской академии, где, собственно, и обучали всех предрасположенных к этой профессии. Лекари обычно очень гордились своим образованием и эмблему с изображением дерева носили до самой старости.

— Здравствуйте, — ответила я. — У меня несколько нестандартная просьба.

Мужчина спокойно смотрел на меня в ожидании дальнейших разъяснений, и я решила продолжить:

— Я нашла птенца, и, кажется, он ранен, я хотела, чтобы вы взглянули.

Лекарь удивленно изогнул бровь.

— Обычно я лечу людей, — неуверенно начал он и еще раз взглянул на меня.

Я улыбнулась. Постаралась вложить в улыбку как можно больше тепла, и, видимо, это подействовало.

— Но думаю, что справлюсь и с птенцом, — продолжил мужчина.

Я радостно протянула ему платок, в который укутала найденыша, чтобы ненароком слишком сильно не сжать руки и не придавить его.

— Какой интересный малыш, — улыбнулся лекарь. Ему удалось очистить рану от запекшейся крови и кое-как перевязать ее белой тканью, предварительно щедро намазав каким-то зеленоватым бальзамом, приятно пахнущим мятой, и вручил испуганную птичку мне. — Насколько я помню, они у нас не водятся, — сказал лекарь.

Я просто промолчала. Не говорить же ему, что я даже не знаю, что это за птица, и вообще, подобрала ее из чистого упрямства.

— Наверное, уйму денег за него отстегнули, — продолжал мужчина.

Теперь я удивленно подняла бровь, переводя взгляд с птенца на лекаря. Разве кто-то покупает таких птиц? Я еще могу понять, когда покупают зорких выдрессированных ястребов для охоты, но таких пушистых птенчиков, похожих на совят, едва ли кто-то купит. Да еще и отвалив уйму денег.

— Он достался мне абсолютно бесплатно, — вежливо улыбнулась я.

— Значит, вам крупно повезло, — прищурился мужчина, — когда феникс вырастет, вы сможете заработать на нем целое состояние!

Феникс? Я вопросительно посмотрела на птенца, он на меня никак не отреагировал. Откуда в Крамииле феникс? Раньше, может быть, они здесь и жили, но сейчас вроде все истреблены. Их перья используются для изготовления очень многих лекарств и ценятся весьма дорого. Когда в королевстве были маги, среди них встречались сильные целители, которые могли лечить множество болезней, в наше же время все лечатся с помощь лекарств, микстур и отваров из целебных трав. Я не знаю, как именно исчезли фениксы, но подозреваю, что широкое использование их перьев и внутренних органов в качестве сырья для лекарств с этим как-то связано. Да и сейчас это все не важно, ведь у меня есть феникс! Найти его вот так просто в лесу — это равнозначно встрече с единорогом прямо посреди города!

— Вероятно, вы правы, — задумчиво ответила я и, расплатившись с лекарем двумя серебряными монетами, пошла прочь. Уже у самой двери вспомнила, что не знаю города и, обернувшись, спросила, где найти лавку ювелира. Лекарь любезно объяснил мне, как дойти, и я, довольная тем, что все нужные мне места оказались близко, выпорхнула на улицу.

Мне нужно было всего-то пройти через узкую полосу городского парка поперек и выйти на другой его стороне. Лекарь сказал, что там несколько лавок, в которых можно купить необработанные камни. Обычно их продают ювелиры, заодно уговаривая клиентов выбрать золотую или серебряную оправу к своему камушку. Я старалась идти быстро и через полминуты уже шагала по городскому парку. Здесь запах скотобоен почти не ощущался, наверное, из-за обилия цветов и всевозможной зелени. По дороге рассматривала феникса, я же никогда не видела их живьем! Интересно, а он и вправду может выпускать пламя? Или дорастает до половины человеческого роста, как написано в книгах? А может, возрождается из пепла после смерти? Довольно большие для такого малыша глаза медового цвета смотрели на меня не в меру умным взглядом, и я прониклась нежностью к этой маленькой пташке. Ласково погладила его повыше клюва и улыбнулась.

Спокойствие и полное довольство жизнью длилось недолго, потому что буквально через минуту я почувствовала жжение в области груди. Наклонив голову, обнаружила, что моя рубашка тлела! На том месте, где она соприкасалась с медальоном, образовалась небольшая, идеально круглая дырочка, края которой продолжали тлеть. При этом на своей коже, которая также соприкасалась с медальоном, я не чувствовала никакой боли. Жар шел именно от тлеющей одежды. Я резко его рванула и, порвав цепочку, выдернула из-под одежды. Опасливо оглянулась, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. И взглянула на свой кулон. Серебро, которое оправляло яшму, было оранжевым, раскаленным, а сам камень тонкой струйкой золы осыпался мне под ноги. Паника накрыла почти мгновенно. Благо что я уже рядом с лавкой. Но сам факт, что камень так быстро испортился, заставил меня не просто занервничать, а напугаться до полусмерти.

Все дело в том, что у меня уже был неконтролируемый выплеск магической энергии. Однажды. Когда мне было десять и дар только проснулся в моей крови, мы с отцом и его немногочисленной свитой ехали из соседнего города. Остановились на небольшой привал в еловом лесу, и я, увлекшись рассматриванием и сбором больших длинных шишек, немного отошла от группы. Недалеко совсем, но достаточно, чтобы скрыться из поля их зрения. Это произошло внезапно, даже незаметно, просто мне показалось, будто вокруг сгустился воздух. Стал плотным, как облако, и казалось, что его можно потрогать руками. А через секунду все пропало, только вот я была уже совсем в другом месте. Я бродила по лесу, искала отряд отца, но безрезультатно. Меня нашли только через двое суток. Испуганную, голодную и грязную. Потом в тайной библиотеке бабушки мы нашли одну книгу. Оттуда и узнали, что когда магии в теле и ауре становится слишком много (там это, кажется, называлось «эффектом накопления»), она может выплеснуться. И в большинстве случаев это происходит именно так — мага телепортирует. На не слишком большие расстояния, конечно, но все же. Когда ты взрослый и способен постоять за себя, это не страшно, только неудобно, но когда ты маленькая испуганная девочка… Если человек с даром пользуется своей магией, то такого не произойдет, но если он постоянно держит ее в себе, пытаясь не выпустить наружу, случается выброс. Яшма же нейтрализует магию, не позволяя ей накопиться.

Я прекрасно помнила, что через десять дней на том самом месте, с которого меня перенесло, появились инквизиторы. Каким образом им удалось прознать о случившемся, я не знаю. Все решили, что я просто увлеклась и потерялась, заплутав в ельнике. Инквизиторы пробыли в наших краях пять дней, тщательно прочесывая лес, а по вечерам собирались на центральной площади и рассказывали о том, что они сделают с теми, кто посмел укрывать магов. Что сделают с самими магами — знал каждый. Об этом очень красноречиво говорило приготовленное в центре площади кострище. Сейчас я не понимала, как они не ощутили проснувшийся во мне дар, если смогли почувствовать вырвавшуюся магию.

К тому же эти люди жили у нас, потому что замок моих родителей был самым комфортабельным местом в тех краях. Я прекрасно помнила доброе и очень приятное лицо главного инквизитора, он также был кьерном. Казался очень приятным и совсем не злым. А ведь если бы он узнал, что обладатель дара я, то убил бы меня, не задумываясь. Я не пожелала бы пережить такое никому.

Решила, что для того, чтобы мое тело и ауру заполнила магическая сила, нужно время, а значит, я вполне могу успеть добежать до лавки, прежде чем произойдет что-то нехорошее. Но я ошиблась. Уже через мгновение воздух вокруг меня сгустился. На этот раз я бы сравнила это с табачным дымом, а не с облаком. Сердце забилось в ускоренном темпе, и я попыталась успокоиться, глубоко вздохнув, но это не помогло. Я моргнула, а глаза открыла уже не в парке.

Под ногами шелестела высокая трава, сверху раскинулись кроны деревьев. Я опасливо огляделась и поняла, что стою на окраине небольшой березовой рощицы, расположившейся в поле рядом с трактом. Впереди виднелись городские ворота. Далековато, но если идти быстро, до ужина успею. Ужин! Я схватилась за голову, вспомнив о том, что на постоялом дворе меня ждет вечерняя трапеза и кьерн! Он же убьет меня! Мысль о скорой встрече с кьерном Балуа заставила меня двигаться быстрее. Через четверть часа я уже подходила к городским воротам, на этот раз пришлось заплатить медяк за вход. Грабеж, нужно признаться, не стоил вход сюда даже медяка.

Мне пришлось пройти почти в другой конец городка, который оказался не таким уж и маленьким. Когда я снова подходила к лавке ювелира, уже сгущались сумерки, и я даже не надеялась кого-то там застать. Это плохо, потому что магия накопится снова, если я не использую ее сама, то история с переносом в другое, совершенно неожиданное место повторится. Мне еще повезло, что я попала в рощу, а не оказалась в запертом главном храме, к примеру… Внимание привлек платок, в котором я продолжала нести птенца. Я была уверена, что мне показалось, но все же чувство появившейся тяжести и увеличения объема свертка не покидало. И я наконец распутала бедного птенца. Я сказала — птенца? Нет, сейчас это была уже птица! Небольшая, правда, примерно с кулак кьерна Балуа, с которым я рискую познакомиться поближе, когда вернусь на постоялый двор. Пух заменили тонкие, нежные, продолговатые перышки коричневого цвета, отдающего в медовый на кончиках. Я с замиранием сердца рассматривала феникса. Теперь это действительно был он, такой же, как на картинках в книгах бабушки, только меньше. Желтые, словно расплавленное золото, глаза, чуть крючковатый клюв, короткий хохолок из перьев на затылке… Птица смотрела на меня умным, вполне осознанным взглядом.

— Как же ты вырос так быстро? — вслух поразилась я. Феникс не отвечал. И этому обстоятельству надо бы порадоваться, потому что если бы он еще и разговаривать вдруг начал, то я бы точно сошла с ума! Я еще раз провела ладонью по его перьям и приготовилась бежать дальше, решив, что ситуацию со странным быстрым ростом моего нового питомца обдумаю в своей комнате. Внезапно птица рванулась из моих рук и взлетела. Я вскрикнула, расстроившись, что феникс решил сбежать от бестолковой новой хозяйки, но зря. Он сделал несколько кругов над моей головой и опустился мне на плечо. Я улыбнулась, уверившись, что мой друг меня не оставит, и побежала вперед по улице.

Без всякой надежды дернула ручку двери ювелирной лавки и очень удивилась, когда она все же открылась. Мастер как раз собирался идти домой, но я успела купить нужный камень. Времени, чтобы обработать его под мою оправу, не было, а потому я взяла три неограненных камня, попросту положив их в карман. Пока буду носить так. Нужно было еще проверить, что повлияло на такое быстрое разрушение того камня. Это он оказался некачественным или мои силы действительно стали больше? Возросли настолько, что я могут испепелить яшму всего за какую-то неделю? Этот вариант явно проигрывал первому хотя бы потому, что был совершенно невероятным.

К постоялому двору я бежала, но это было уже бессмысленно. Когда, запыхавшись, вбежала в свои покои, увидела полулежащего на постели кьерна Балуа. Злой, нервный и, кажется, взбешенный. Увидев меня, он сел и принялся сверлить меня взглядом.

— Где ты была? — бесцветным голосом спросил он. Отсутствие эмоций в голосе немного пугало, потому что вид у кьерна был явно недобрый.

— Мне нужно было в город ненадолго, — пролепетала я.

— Почему не предупредила? — не менее спокойно, чем и прежде, спросил он.

— Я просто показала птенца лекарю, это всего в двух шагах отсюда, — заверила его я.

Кьерн устало потер виски и мельком взглянул в окно.

— Лея, тебя не было несколько часов, — сказал он, — в следующий раз, если тебе вздумается отправиться по своим делам, просто предупреди. — Он вздохнул и поднялся с постели. — Или избавься от своей птицы, чтобы не приходилось тратить на нее столько времени… А где птенец? Это что, он? — Кьерн был поражен быстрому росту моего питомца не меньше, чем я. По крайней мере, других причин для столь бурного удивления я не видела.

— Давайте обсудим все за ужином, — предложила я.

Балуа еще раз внимательно осмотрел феникса и кивнул:

— Спускайся, я жду внизу.

ГЛАВА 7

Я сняла вцепившуюся мертвой хваткой птицу со своего плеча и опустила на постель. Ноги гудели от длительного пешего путешествия по незнакомому городу. Обонятельные рецепторы и вовсе, кажется, отказали, потому что я уже не чувствовала никаких запахов. Радовало в этой ситуации только то, что теперь запах скотобоен мне не испортит аппетит. Я выложила из кармана яшму, оставив при себе только один камень в кармане куртки. По идее он должен соприкасаться с телом, но я рассудила, что часок ничего не изменит, потом придумаю, каким образом поместить его ближе к телу. Отдернув штору, за которой стояла бадья, я прикоснулась к воде. Само собой, она уже остыла и была не намного теплее колодезной. Я горестно вздохнула и, помыв только руки, отправилась ужинать. Пустой желудок давал о себе знать. Феникс так и остался сидеть на постели, следя взглядом за моими передвижениями по комнате.

— Подожди меня немного, я принесу тебе хлеба, — пообещала я и, улыбнувшись, вышла из комнаты. Когда закрывала замок, вспомнила Нила, лежащего на моей постели. Если он смог войти, значит, от этого замка не так уж много толка…

Когда спустилась вниз, зал был наполовину заполнен. Многие выпивали, кто-то ужинал. В воздухе витали ароматы еды и хмеля, на стойке устроился менестрель, задумчиво перебирающий струны теорбы, явно настраивая инструмент для вечернего представления. Свет был теплым, немного приглушенным, и атмосфера неказистой харчевни весьма располагала к откровениям. Кьерн Балуа сидел за столиком, рассчитанным на три персоны, у самой дальней стены. Возле него уже стояла подавальщица и старательно что-то записывала на листок бумаги. Когда я подходила, девушка уже отбегала от столика, торопясь угодить важному гостю. Я проводила ее взглядом в надежде, что девушка еще вернется. Мне бы тоже хотелось сделать заказ…

— Присаживайся, — отвлек меня Нил, кивая на стул рядом с собой. Я послушно опустилась на предложенное место. — Не волнуйся, у них здесь небогатый выбор, и я уже сделал заказ для нас двоих.

— Спасибо, — улыбнулась я.

— А теперь рассказывай, — перешел прямо к делу кьерн.

Рассказывать… Я пыталась сообразить, что именно из произошедшего за сегодняшний вечер я должна рассказать. В принципе кьерн знает про то, что у меня есть дар, и я могла бы рассказать ему правду, но, наверное, по привычке делать этого не хотелось. А как объяснять быстрый рост феникса, я и вовсе не знала! Самой бы кто-нибудь рассказал. Может, для них это нормально? Хотя вряд ли, иначе Балуа не удивился бы так, увидев его.

— Я пошла к лекарю, он рассказал мне, что этот птенец — феникс, — осторожно начала я, — потом он осмотрел его рану и наложил повязку.

— Что еще? — спросил Балуа, сверля меня проницательным взглядом.

— Еще… — Я собиралась выложить все как есть, потому что под таким взглядом и сыворотки правды не нужно, однако я слышала, что инквизиторы зачастую ею пользуются. Вспомнив про инквизиторов, поежилась. Страшные, должно быть, люди, не приведи богини очутиться в их компании!

Но к нашему столику подошла подавальщица и поставила на него тарелки. Кьерн заказал мелкий серый рис и куриные ножки. Весьма недурно! Особенно если учесть, что ела я в последний раз вчера, не считая пары сладких вафель, съеденных в дороге. На несколько минут мы, забыв друг про друга, занялись едой. Никогда еще серый рис, который на столах у знати был ну уж очень большой редкостью из-за его дешевизны, не казался мне таким вкусным!

— Дальше, Лея, — поторопил кьерн, не дав мне в полной мере насладиться ужином.

Интересно, он специально надо мной издевается или действительно хочет поскорее узнать, где я была. Я, как обычно, не могла его прочесть, казалось, что кьерн совершенно спокоен, но резкие движения и неловкие жесты выдавали его волнение. Знать бы еще, по какому поводу он переживает…

— Дальше меня перенесло за город, и я вернулась сюда пешком, — все же ответила я, открыто глядя в серые глаза.

Балуа перестал жевать и внимательно посмотрел на меня, став еще более серьезным.

— Где это случилось? — хрипло спросил он.

— В городском парке, — опустив взгляд, созналась я.

Кьерн на несколько минут выпал из жизни. Просто сидел, уставившись в одну точку, и молчал. С моим отцом бывало такое в моменты, когда он обдумывал что-то очень важное.

— Тебе невероятно повезло, что сейчас ты здесь со мной, — медленно проговорил он.

Я восприняла это по-своему. Поэтому просто неопределенно фыркнула и продолжила есть. Еще бы, он, наверное, уверен, что любая мечтает оказаться на моем месте в обществе молодого, привлекательного и, судя по всему, невероятно богатого кьерна.

— Тебе нужен какой-нибудь нейтрализатор, — продолжил говорить Балуа.

— Он у меня есть, — ответила я.

— Если бы он был, то тебя бы никуда не перенесло, — почти прошипел Нил.

Почему-то я ни капли не удивилась, что он знает и про свойства нейтрализаторов, и про неконтролируемые переносы. Ведь сам вынужден скрывать свой дар.

— Просто старый испортился, и я как раз шла за новым, — созналась я.

Кьерн шумно выдохнул и, как мне показалось, разозлился.

— Поразительная глупость, Лея! — Он говорил тихо, шепотом, но от этого его слова еще больше походили на рычание. — О нейтрализаторе нужно было позаботиться еще до поездки!

Я возмутилась. Ведь позаботилась же! Разве есть моя вина в том, что он так быстро испортился? О качестве добываемых минералов должна заботиться уж точно не я!

— Он у меня был, просто испепелился! — прошипела я.

Нил и не подумал продолжать дискуссию, просто погрузился в свои мысли, сохранив слегка изумленное выражение лица. Кажется, его удивило, что с моим камнем случилось нечто подобное. Значит, это действительно ненормально, а я-то пыталась тешить себя мыслями о бракованной яшме…

— Ты должна всегда носить с собой нейтрализатор, поняла меня? — Через некоторое время кьерн все же поднял на меня серьезный взгляд. Я лишь робко кивнула. — Если вот так выплескивать магию, это может привлечь ненужное внимание, — продолжил говорить он.

Интересно, о каком внимании идет речь? Разве кто-то может почувствовать магию? Балуа словно прочел мои мысли.

— Если бы ты сейчас была здесь с Анри и все произошло бы точно так же, то уже завтра я лично вел бы тебя к костру, — и это была не шутка…

Я удивилась и растерялась одновременно. Если бы вовремя не вспомнила о правилах приличия, то точно открыла бы рот.

— Вы? — все же недоверчиво переспросила я.

— Я инквизитор, Лея, — спокойно сообщил Балуа.

Одновременно у меня появилось два порыва: первый — встать и бежать куда глаза глядят и пока ноги могут двигаться, и второй — перед тем как бежать, огреть Балуа чем-то тяжелым по голове, чтобы дать себе фору.

— Ш-ш-ш, — успокаивал меня кьерн, попутно захватывая мою дрожащую руку и накрывая своей. — Я не причиню тебе вреда, — обволакивающим голосом говорил он, — если бы я того хотел, ты уже давно была бы пеплом.

От этих слов легче мне не стало. Я живо представила свои дотлевающие останки, привязанные к позорному столбу на центральной площади почему-то Саака, и стало совсем дурно. Как я влипла! У меня сейчас даже нет сил, чтобы осознать весь масштаб катастрофы! Я путешествую с инквизитором, да еще и с титулом кьерна, и он прекрасно осведомлен о моем даре.

— Лея, у тебя вспотела ладонь, не нервничай так, — прошептал Балуа, а я уже чувствовала, как тлеет карман моей куртки.

— В комнату, быстро! — скомандовала кьерну и, как ошпаренная, вскочила из-за стола, предоставляя право платить за ужин Нилу.

Нил онт Балуа

Первым делом, войдя в номер, кьерн Балуа дождался, пока для него принесут бадью с водой, разделся и принял ванну, порадовавшись, что воду действительно нагрели хорошо. Поплескался вдоволь, все же ему совсем не нравилось ощущать дорожную пыль на своем теле. За последние несколько часов кьерн успел три раза заказать ужин и все три раза от него отказаться. И если в первый раз он читал меню и что-то выбирал, то на третий уже точно знал, что и в каких количествах будет есть. Лея до сих пор так и не вышла. Еще через четверть часа Нил начал серьезно волноваться, допивая вторую кружку хмеля у стойки хозяина постоялого двора. Еще через несколько минут он решительно направился к комнате девушки. Дверь была заперта и явно не на щеколду, которая находится внутри. Благо он отлично умел открывать подобные хлипкие и совсем ненадежные замки.

— Лея, душа моя, — елейным тоном позвал он, — я уже устал ждать.

Ответа не последовало, и Нил, набравшись наглости, резко отдернул занавеску. В бадье никого не было.

— Чертовка! — в очередной раз воскликнул он. Где могло носить юную леди в столь поздний час, он не имел ни малейшего понятия. Сбежала? Скорее всего, нет. Не настолько же она глупа, чтобы сбежать от кьерна, который знает о ее даре. Пошла ужинать без него? Нил снова спустился в полупустой зал. Девчонки нигде не было.

— Милейший, — обратился он к тут же вытянувшемуся по струнке хозяину постоялого двора, — леди, которая прибыла со мной, здесь не появлялась? — Балуа знал ответ, но все же решил уточнить. Если бы Лея направлялась сюда, то он непременно встретил бы ее по пути, но этого не случилось, значит, и мужчина не скажет ему ничего нового.

— Я не замечал вашу леди, кьерн, — учтиво ответил тот.

Нил лишь кивнул и с неохотой отправился во двор. Ему не хотелось искать ее по всему Тирону, но, видимо, придется. Кьерн пожалел, что не вернулся в комнату и не захватил плащ с капюшоном. Все же если он правильно просчитал своего кузена, то за ним отправились хорошие охотники, которые, без всяких сомнений, знают предполагаемую жертву в лицо. Нет, Балуа не боялся, просто не хотелось в очередной раз пачкать руки чужой кровью. Да и вообще он не любил причинять кому-либо вред без особой на то надобности.

Сейчас перед ним встал вопрос: куда идти и где искать Лею. Воспользоваться магическим поиском? Рискованно. Хотя, с другой стороны, он же и есть главный инквизитор, а значит, в его отсутствие едва ли кто-то сможет почувствовать магию, да еще на таком расстоянии от Саака, только если его отец, который всегда говорил: если хочешь что-то спрятать, держи это на самом видном месте. Вот его семья и держалась на виду у короля. Благодаря дару Нил прекрасно чувствовал магическую активность, а потому легко вычислял магов, так же безошибочно чуял дар в крови, как у Леи. Ему не нравилось то, что он делает, но выбора пока не было. Король собрал вокруг себя слишком покорную армию, готовую убивать ради своего господина. Убивать любого, и в случае чего он бы не стал исключением. «Ничего, скоро все изменится, главное — не потерять девчонку», — подумал Нил и горько усмехнулся.

Арбалетный болт, пролетевший мимо его виска, неприятно свистнул и вписался в деревянный забор. Нил обернулся. Двое всадников уже мчались прямо на него, перезаряжая однозарядное оружие. Если он даже не заметил второго болта, значит, эти ребята не очень хорошо стреляют.

Сорвавшись с места на бег, он успел только отметить про себя, что у них явно приказ стрелять на поражение, раз они не побоялись затеять стрельбу прямо в городе. Было бы это в Сааке — и любой забросал бы их камнями за то, что они покусились на кьерна. Но здесь, в безлюдных переулках небольшого города, можно было бы убить и освежевать дракона, наверное, никто не заметил бы. Нил вынудил их спешиться, немного погонял по низким крышам скотобоен, шутливо полоснул одного из них по мягкому месту довольно острым мечом и, заскучав, безжалостно убил обоих. Их появление очень огорчило кьерна Балуа, если были эти, значит, есть и другие, и, более того, они в курсе, куда он отправился. Интересно, скоро ли появится этот трус Анри? Глядя на трупы, кьерн пожалел, что поспешил с расправой над своими преследователями, нужно было отправить одного обратно к Анри с посланием, но было уже поздно. Балуа решил, что поступит так, когда на него нападут в следующий раз.

От мыслей и разглядывания трупов наемников его отвлекла головная боль. Сильная, пронзительная, как будто тысячи иголок сразу впились в виски. Это могло означать только одно — совсем недалеко кто-то колдует или просто выплескивает магию. Единственный человек, который обладал даром в этих краях, — Лея. Но выброс был слишком сильным! Невероятным и необъятным!

— Нет, девчонка слишком слаба для такого, — уверил сам себя кьерн. Хотя в этом вопросе он не доверял даже себе. Голова перестала болеть так же быстро, как и начала. Искать мага такой силы одному? Нет смысла. Искать Лею в переулках Тирона? Еще более бездарная трата времени. Лучше, наверное, просто пройтись по городу и подумать, куда она могла пойти.

Вспомнив про птенчика феникса — находку Леи, Нил предположил, что она могла пойти к лекарю. Нил без труда нашел ближайшую лавку и расспросил мужчину о своей пропаже. Кьерн угадал. Он всегда угадывал. Лекарь оказался весьма разговорчивым и не преминул поделиться с кьерном своими подозрениями.

— Я так и подумал, что эту леди должны искать, — лепетал он, со священным ужасом взирая на Нила, — я довольно стар и знаю, что фениксы подчиняются магам! Я угадал, она ведьма? — Мужчина даже приплясывал от нетерпения.

— Нет, милейший, вы не угадали, — спокойно ответил кьерн, — это моя невеста, любит диковинки, и я раздобыл для нее феникса.

Балуа соврал, но иначе было нельзя. Сейчас этот старик рассказывает про девочку с фениксом ему, а потом, чего доброго, пойдет к городской страже с этой увлекательной историей. Нилу не хотелось, чтобы Лею искали, поэтому обелить ее имя было его долгом. Кьерну поверят на слово, а вот молодой девушке со странной птицей — едва ли.

Теперь он знал, что после лекаря Лея пошла к ювелиру. Все женщины такие! Побрякушки их страсть, поэтому он не стал сильно сердиться на нее. Вернулся на постоялый двор, еще раз умылся и принялся ждать. Ожидание было долгим и мучительным, к тому же очень хотелось есть. Нил решил скрасить свою скуку обыском комнаты Леи. Не нашел ничего интересного, кроме глазка в стене, через который явно подглядывали за постояльцами, и решил прилечь. Собственно, лежащим на ее постели его и застала Лея. Ему показалось, что она даже попятилась назад. Мысленно кьерн улыбнулся и попытался принять грозный вид. Это сейчас он смог узнать, где она была, а если бы не смог? Если бы девчонка и вправду решила сбежать? Нужно показать ей, что такие выходки его злят.

— Где ты была? — спросил он.

Девчонка смущенно опустила взгляд, явно чувствуя свою вину, и сказала, что ходила в город.

— Почему не предупредила? — решил быть более настойчивым Балуа.

Девушка не стала врать и рассказала про лекаря. Кьерн начал читать Лее нотацию в своей обычной манере, но внезапно его взгляд наткнулся на птицу. Это уже был не птенец… настоящий маленький феникс, оперенный и подросший. Он хотел расспросить подробнее, как случилось так, что птица настолько быстро выросла, но девчонка попросила обсудить это за ужином. Нил согласился, из-за нее он так и не поел, да и она наверняка была голодна. Пока спускался вниз, раздумывал над ростом феникса и над магическим всплеском, что он почувствовал. Он знал, что фениксы питаются магией хозяина. Не-э-эт! Это не мог быть ее выброс! У нее слишком мало сил! Хотя не помешает проверить еще раз…

Он сделал заказ в тот момент, когда Лея уже спустилась и двигалась к нему. «Бедняжка, совсем устала, вон даже круги под глазами появились», — подумал Балуа и смутился от собственных мыслей. Нужно будет привести ее в порядок, а иначе, если она в таком виде предстанет перед бабулей, будет плохо в первую очередь ему, а потом уже всем подряд, кто по неосторожности окажется рядом.

Когда девушка наконец присела рядом и они утолили первый голод, Нил начал задавать вопросы. В своих мыслях он уже был почти уверен, что выброс как-то связан с Леей, хотя и надеялся, что ошибся. Когда девчонка призналась, он чуть не выругался вслух. Значит, все правда? Все то, о чем бредила полоумная старуха, правда?! Девочка с даром, феникс, воскрешение магии. Бред!

Девочка явно испугалась, и он постарался взять себя в руки, чтобы принять более спокойный вид. Пришлось объяснить ей, что если бы сейчас кьерн был в Сааке, то непременно почувствовал бы выброс, и уже через часов шесть здесь были бы инквизиторы. И если бы во главе отряда был Нил, они обязательно бы ее нашли. Услышав, что он инквизитор, она испугалась еще больше, и Балуа попытался успокоить ее, даже взял за руку. Тонкая ладонь с длинными бледными пальцами ощутимо вспотела и легонько дрожала. Он аккуратно погладил ее, чтобы девушка немного пришла в себя, и попытался объяснить ей, что при ее способностях без нейтрализатора не обойтись. Она уверила его, что у нее имеется нужный амулет, если его можно так назвать, и тут произошло что-то странное. Лея подскочила с места. Нил заметил, что ткань на кармане ее куртки тлеет и распространяет соответствующий запах. Девушка бросилась наверх, оставив его одного, а кьерн Балуа наконец осознал, что очень сильно ошибался…

У нее действительно был нейтрализатор, именно поэтому он видел в ней так мало силы. Теперь же он нисколько не сомневался, что выбрал именно ту девушку. Бросив на стол один соле, которого хватило бы на двадцать таких же ужинов, он поспешил за девчонкой.

Лея Аргуст

Я живо взбежала по лестнице и ворвалась в комнату, поспешно стягивая куртку. Как? Как такое может произойти? Второй камень испепеляется за один день, серьезно? А я при этом нахожусь в «теплой» компании инквизитора! Я растерянно металась по комнате, не помня, куда сунула другие нейтрализаторы, когда в нее вошел Нил.

— Успокойся, Лея, — попросил он, — не мельтеши, своим волнением ты делаешь еще хуже.

Я посмотрела на него. Как тут не волноваться? Да меня сожгут к чертям! Это сейчас мы непонятно где, а если бы такое случилось в Сааке и меня перенесло бы, например, в мужскую баню или в королевский дворец? Мой аппетитный окорок уже давно поджаривался бы на огромном костре! Я все-таки нашла остальные камни и судорожно сжала один из них в руке, почувствовав себя немного увереннее. Даже не заметила, как кьерн Балуа подошел ближе и положил ладони на мои плечи.

— Ты, наверное, не знаешь, но у тебя интересный дар, — сообщил он, разглядывая мое лицо. Взгляд кьерна скользил снизу вверх, задержавшись на губах. — В твоем случае магия накапливается в больших количествах, когда ты испытываешь сильные эмоции, — спокойно продолжил он. От его спокойствия становилось спокойнее и мне. — Когда ты почувствовала такой рост силы? — спросил кьерн.

Я стыдливо отвела взгляд и, кажется, покраснела. Ну не говорить же ему, что самые сильные эмоции за последнее время я начала испытывать в его присутствии. Очень уж не хотелось рассказывать Нилу, что главная из этих эмоций — страх. Хотя не в меру догадливый кьерн и сам все понял, судя по появившейся на его лице улыбке, понял как-то по-своему. Я покраснела еще основательнее.

— Можешь не отвечать, — мягко произнес он, — и попытайся как-нибудь сдерживать свои чувства.

Я лишь безропотно кивнула, подняв на него взгляд.

— Я буду очень стараться.

— Эти существа питаются даром хозяина. Часть магии можешь отдавать своему фениксу, — продолжил он, — но только часть, потому что если магии будет слишком много, он достигнет огромных размеров.

— Они, правда, вырастают в половину человеческого роста? — пользуясь случаем, спросила я. Кьерн кивнул. Сейчас он почему-то не казался страшным, несмотря на то, что теперь я знала, кто он. Скорее, наоборот, Нил был как никто близок — ведь знает про дар и даже дает советы. Если учесть, что у него самого есть дар, то я даже представить не могла, как он может быть инквизитором.

— Сейчас будь здесь и, пожалуйста, никуда не уходи без предупреждения, — попросил он, — завтра на рассвете мы отправимся дальше.

— Ладно, — ответила я.

Кьерн Балуа поднес к губам мою руку и поцеловал в запястье, как Анри тогда на охоте.

— Надеюсь, это не считается приставанием? — лукаво промурлыкал он и, не дождавшись моего ответа, скрылся за дверью. Я же быстро разделась и влезла в бадью с холодной водой. Лучше уж вымыться в такой, чем пахнуть лошадью и потом. Привела себя в порядок и постирала грязную рубашку, аккуратно повесив ее на спинку кровати.

Потом, высушив волосы (они не были очень длинными, чуть ниже лопаток), я вспомнила, что так и не накормила своего питомца.

— Извини, дружок, — искренне попросила я феникса, — просто раньше мне не приходилось ни о ком заботиться.

Мне показалось, что птица понимающе кивнула, но я списала это на игру своего больного воображения и сбегала вниз за хлебом и водой для него. Умиленно наблюдала, как птичка подкрепляется, и хотела придумать имя для своего питомца, но в голову ничего не приходило. Возникло даже ощущение, что феникс пока не готов отзываться на придуманные мной клички. Все же мы еще не настолько близки.

Через полчаса я уже лежала на совершенно неудобной постели и думала о том, как же мне жить дальше. Всю жизнь контролировать свои эмоции или закупить сундук яшмы? Как я смогу выйти замуж? Неужели мой супруг не заметит того, что происходит? А если меня перенесет прямо из постели, в которой я буду находиться с ним? Сейчас я впервые пожалела, что мой жених не кьерн Нил онт Балуа, ведь от него не нужно ничего скрывать. Пусть он пробуждает во мне все потаенные страхи, язвит и всецело поглощен какими-то лишь ему известными мыслями, но он хотя бы знает. Я не смогла скрыть свой дар от инквизитора, но он не счел нужным сдавать меня властям. Просто пожалел? Едва ли… Скорее всего, с моей помощью хочет осуществить свои планы. Что ж, пока он претворяет в жизнь свои желания, пользуясь мной как инструментом, я буду делать то же самое с ним.

Утром (хотя мне казалось, что еще ночь) раздался стук в дверь. Открыв глаза, утвердилась в мысли, что сейчас все же ночь, потому что за окном было темно, без рассветных проблесков.

— Лея, еще пара минут — и тебе придется ехать, не позавтракав! — угрожал Балуа из-за двери.

Я кое-как поднялась с постели и протерла глаза. Никогда еще я так дурно не спала! Кровать была ужасно твердой и какой-то бугристой, от чего ломило все тело. Такое чувство, как будто под матрац кто-то «добрый» запихнул добрую дюжину камней.

— Я сейчас спущусь! — сообщила продолжавшему колотить в дверь кьерну.

В коридоре послышались удаляющиеся шаги. Потрепав феникса по взъерошенному гребешку, я умылась, надела высохшую и приятно пахнущую рубашку, посокрушалась над прожженным карманом совсем новой куртки и, полностью собравшись, со всеми своими вещами спустилась вниз. Подошла к хозяину постоялого двора, чтобы попросить хлеба для феникса, и пошла к облюбованному Балуа столику. Зал был совершенно пустым, видимо, так рано проснулись только мы с Нилом. На столике уже стоял ягодный отвар в высоком кувшине, от которого поднималось облачко пара, и свежие булочки, источающие невероятно приятный запах выпечки. Аромат живо помог проснуться, желудку уж точно.

— Будешь кормить его хлебом? — спросил кьерн, глядя на феникса.

— Я не знаю, чем они питаются, а хлеб вроде едят все птицы, — пожала плечами я.

Нил жестом подозвал подавальщицу и попросил ее собрать нам в дорогу несколько булок и туесок с ягодами ежевики. Девушка раскланялась и побежала выполнять желание важного гостя. Еще бы, он же кьерн. Удивительно, как они вообще не закрыли постоялый двор, оставив его лишь в нашем распоряжении.

— Где-то читал, что они любят ягоды, — улыбнулся кьерн. Уже через секунду его хорошее настроение сменилось задумчивостью. — Нам нужно скорее выдвигаться отсюда, — сказал он.

— Долго еще ехать? — спросила я, наливая нам ягодный отвар.

— Думаю, если возьмем хороший темп, к вечеру будем на месте, в крайнем случае, к утру, — ответил он.

Я же порадовалась, что ехать нам не неделю, потому что такого издевательства мое тело просто не выдержало бы. В голову лезли мысли об Анри и нашей с ним странной помолвке, но рассуждать над этими вопросами пока не хотелось. Нужно будет смотреть по обстоятельствам. Я ведь даже не знаю, перед кем мне придется изображать покорную невесту Балуа.

Мы довольно быстро позавтракали и вышли во двор. Наши лошади были уже оседланы и ожидали нас у входа в харчевню. Они, в отличие от меня, выглядели бодро. Приторочив сумки, мы расселись по седлам. Феникс отказался покидать облюбованное место на моем плече, намереваясь провести там весь оставшийся путь, я была не против. Двигались мы снова к западным воротам, и я поняла, что пользоваться трактом кьерн не собирается и сегодня. Так оно и вышло.

— Мне кажется, вы что-то недоговариваете, — подозрительно сообщила я, когда нас снова начало трясти по кочкам. Балуа лишь вопросительно приподнял бровь.

— Спрашивай, — милостиво разрешил он.

— Почему мы не едем по тракту, — мало надеясь на ответ, спросила я. В который раз уже спрашиваю — и ни одного внятного ответа.

— Я же говорил, здесь воздух чище, — беззаботно отозвался кьерн.

— Или вы просто кого-то боитесь, — предположила я. — Не хотите светиться. — И выжидающе уставилась на своего спутника, внимательно наблюдая за его реакцией на мой вопрос.

Нил немного напрягся, потом попытался отшутиться, сказав, что я слишком любопытна, но понял, что не отстану.

— Не хочу привлекать к нам внимания, все-таки я кьерн.

— Не аргумент, — парировала я.

Балуа пожал плечами, позволяя мне самой решать, аргумент это или нет, но было понятно, что он объяснять ничего не собирается.

— Тогда расскажите мне, куда и зачем мы едем? — Пользуясь хорошим настроением Нила, я решила задать побольше вопросов.

— Мы едем представлять тебя моей бабушке, — спокойно ответил он.

Я немного опешила от такого заявления:

— Весь этот спектакль с невестой вы хотите разыграть ради одного человека?

— Совершенно верно, — ответил кьерн.

Я не поняла, какие чувства у меня вызвал этот ответ. Наверное, радость. Да! Скорее всего, это была именно радость! Если меня в качестве невесты Нила увидит только бабуля, которая к тому же живет в отдалении от Саака, то, в случае провала моего плана, я смогу-таки выйти замуж за Анри. Нет, я, конечно, свято верила, что мой план идеален, и я, несомненно, воплощу его в жизнь, но непредвиденных обстоятельств никто не отменял, и стоит учитывать всякое. Бесспорно, мне не хотелось становиться женой кьерна Анри, но если не будет выбора, то я воспользуюсь этим шансом.

Пока я прокручивала в голове возможные варианты развития событий, дорога перед нами резко оборвалась, прегражденная густым ельником. Я сразу поняла, что лошади там не пройдут. Словно в подтверждение моих слов, Ветер остановился и нервно заплясал на месте. Кьерн довольно громко выругался и тут же извинился за свою несдержанность.

— Придется объехать это место по тракту, — сказал он и уверенно повернул Ветра вглубь леса, находившегося слева от нас. Он был более редким, и лошади прошли по нему без особого труда. Мне казалось, что моя Снежка и вовсе может просачиваться между очень близко стоящими деревьями. Через минут пятнадцать мы выехали на тракт. Как ни странно, он не был слишком оживлен. Несколько всадников позади нас да пара впереди.

Нил явно не разделял моего ликования по поводу выезда на нормальную дорогу и, опасливо оглядевшись по сторонам, выругался снова. Еще в лесу он набросил на голову капюшон и велел мне сделать то же самое.

— Что-то не так? — встревожилась я.

— Просто пускаем лошадей в галоп до того столба. — Он указал мне на деревянный столб, виднеющийся далеко впереди, на таких делали засечки, чтобы примерно знать, сколько верст уже миновало от города. — Потом снова сворачиваем в лес и возвращаемся на ту дорогу. Поняла? — Кьерн был серьезен и холоден, даже я почему-то начала волноваться.

— Хорошо, — тихо ответила ему.

— Тогда давай! — воскликнул Нил и с силой хлопнул жеребца по бокам. Я повторила его движение, и лошади рванули с невероятной скоростью. Вокруг замелькали деревья, становясь лишь размытыми контурами, а ветер сильно бил в лицо, мешая вдохнуть воздух.

Сзади раздался крик. Странный. То ли торжествующий, то ли обличающий. Я не успела ничего понять. Недвусмысленно просвистевший у самого виска арбалетный болт живо отбил у меня всякое желание оборачиваться и разбираться в том, кто же кричал. Феникс опасливо дернулся и взлетел с моего плеча. Он держался близко и резко лавировал, словно чувствовал направление следующего выстрела. Второй болт, вписавшийся в седельную сумку Балуа, убедил меня, что целятся именно в нас. Сомневаюсь, что это лесные разбойники, они обычно пользуются стрелами, разжиться арбалетом удается не каждому. Озарение пришло внезапно. Мне казалось, что именно из-за того, что кьерн подозревал такой поворот событий, мы и не воспользовались трактом. Черт! Этот нахал точно от меня что-то скрывает!

— Почему они в нас стреляют?! — вопила я, пытаясь пробиться сквозь звук шумящего ветра и свистящих толстых стрел.

— Пригнись! — крикнул Нил, вместо того чтобы ответить на мой вопрос. Наши преследователи не отставали, и я все-таки пригнулась. Следующий болт, который пролетел прямо над моей головой, напомнил мне, что кобылу периодически нужно подгонять, и я ударила по бокам Снежки.

— Снежечка, миленькая, умоляю тебя, быстрее, — шептала я, буквально сливаясь с лошадиной шеей.

— Когда я досчитаю до трех, ты должна резко повернуть вправо! — громко крикнул Нил.

Я обернулась, чтобы посмотреть, насколько далеко мы оторвались от погони. Они, люди в черных плащах, были еще довольно далеко, но болты из их арбалетов вполне долетали до нас и были ой как реальны, а я так хотела верить, что мне все это показалось или я просто сплю…

ГЛАВА 8

— Раз, два, три! — громко выкрикнул кьерн Балуа, и я, не раздумывая, доверилась ему, поворачивая лошадь. Как ни странно, лошади не сломали ноги. Прыгнув в небольшой обрыв, они благополучно миновали его. Теперь мы неслись по редколесью. Снежка умело лавировала между молодыми березками, каким-то чудом перескакивая через попадающиеся на пути ветки.

— Впереди будет река, там бросаем лошадей! — крикнул Нил.

Наши преследователи времени не теряли и, не раздумывая, бросились следом. Изредка оборачиваясь назад, я замечала, как болты из арбалетов сшибают ветки и впиваются в стволы. Хоть они и видели, куда мы повернули, но этот резкий маневр явно дал нам фору. Когда впереди показалась шумная речушка, я придержала Снежку. Балуа ловко соскочил с Ветра и буквально стащил меня с лошади. Феникс, почувствовав, что запахло жареным, легко взлетел высоко вверх, забившись в крону высокого дерева, но у меня не было времени, чтобы ловить непокорную птицу. Нил уже схватил меня за руку и потащил в сторону. Перед тем как отбежать от лошадей, он с силой хлопнул Ветра по крупу, тот взвизгнул и помчался вдоль реки. Снежка недолго думая последовала его примеру. Мне было жаль расставаться с кобылкой, но также я понимала, что всадников заметить гораздо легче, чем пеших.

Мы же побежали в противоположную от лошадей сторону. Бежали недолго, Нил выругался и резко остановился.

— Нет времени, — прошептал он и с силой пихнул меня в пушистый куст, который нависал над невысоким обрывом у реки. Кусты хоть и были довольно густые, все равно не могли закрыть нас полностью. Балуа что-то усиленно шептал себе под нос.

— Вы же кьерн, сделайте что-нибудь, — прошептала я.

— Они и так прекрасно осведомлены об этом, — шикнул Балуа. — Постарайся не двигаться. — И зачем-то обнял меня, загородив своей грудью весь вид на то место, где мы простились с лошадьми.

— Что вы делаете? — прошипела я, пытаясь убрать его руки.

— Не двигайся! — угрожающе прошипел Нил. — Я маскирую нас магией, и лучше быть максимально близко друг к другу.

Послышались шорохи, топот копыт и сдавленное ржание лошади.

— Куда они подевались? — крикнул мужчина громким хриплым голосом.

— Следы на юг ушли, — сообщил другой.

Мне показалось, что они спешились. Уверенности не было, да и слух мог подвести в такой обстановке. И я мысленно молилась всему пантеону, чтобы мне просто померещилось.

— А пешие следы на север ведут, — задумчиво сказал хриплый. — Пройдемся туда! — Это он крикнул уже громче.

Я начала всерьез сомневаться, что всадников было двое. Похоже, что их все-таки больше. Почему Балуа не хочет сделать из них отбивные, было и вовсе загадкой. Уверена, что кьерн легко устоит против нескольких, даже хороших воинов, тем более что он инквизитор! Этих вообще с пеленок тренируют. Судя по звуку шагов, двигались в нашу сторону. Дыхание Нила было ровным и весьма спокойным, в отличие от моего сбившегося.

— Они нас заметят, — обреченно прошептала я.

Балуа не стал больше на меня шипеть, просто в следующее мгновение его губы накрыли мои. Ситуация нисколько не располагала к сопротивлению. В большей степени потому, что если я начну вырываться, то нас точно заметят и сразу же попытаются убить, а в меньшей, если это последние минуты моей жизни, то неплохо было бы перед смертью узнать, что такое поцелуй настоящего мужчины.

Нил осторожно, словно разведывая, ласкал губами сначала мою верхнюю, потом нижнюю губу. Я закрыла глаза, чтобы полностью отдаться ощущениям. Щетина, которой за время путешествия успел обзавестись кьерн, немного кололась, но прикосновения оставались нежными. Немного поиграв с моими губами, он скользнул в мой приоткрытый рот языком, поглаживая, изучая, вызывая мурашки. Его руки сильнее сжались на моих плечах, а мои уверенно обняли его за талию, притягивая к себе. Мое дыхание сбилось еще больше, а удары сердца участились, как показалось, пятикратно. В отдалении слышались голоса, звуки, вроде бы даже топот лошадей, но меня это совсем не волновало.

Ладони кьерна спустились на мою талию, и одна так и замерла на ней, сильно прижимая меня к нему, а вторая продолжила спускаться ниже. Теперь и дыхание Нила сбилось, стало горячим, обжигающим. Удары его сердца слышались еще отчетливее моего, а губы перестали быть осторожными. Поцелуй превратился в невероятный вихрь, уносящий мысли куда-то далеко. Такое чувство, что в этот момент мне хотелось срастись с Нилом, стать частью его, раствориться в его объятиях, но только на миг. Уже в следующее мгновение мой язык будто обожгло. Словно я глотнула что-то очень горячее, даже кипящее.

Я резко отстранилась от кьерна, с трудом подавив вскрик. И покраснела от того, что в голову вдруг пришло такое вгоняющее в краску желание… Мне стало не по себе от собственных мыслей. Странное жжение на языке прошло, оставив после себя легкое онемение и даже приятное покалывание. Балуа снова потянулся ко мне, явно намереваясь продолжить начатое, но я быстро приложила палец к губам, призывая кьерна к спокойствию.

— Они уже ушли, — лукаво улыбнувшись, сообщил он.

Как ушли? Я опасливо выглянула из-за плеча кьерна и обнаружила, что пространство, по которому только что рыскали люди в черных одеждах, действительно пустовало. Интересно, сколько же длился этот безумный поцелуй? И как давно мы остались одни? Я зло посмотрела на Балуа, который так и не удосужился убрать руку с места чуть пониже спины.

— Пустите меня! — возмутилась я, чем вызвала только смех у наглого типа. — В расписке указано, что вы не будете ко мне приставать! — зло напомнила я. Балуа все же отпустил меня, но это совсем не значило, что он раскаивается.

— А как иначе я должен был заставить тебя замолчать? — как ни в чем не бывало спросил он.

Я захлебнулась вздохом. Да меня просто переполняло негодование! Ну сказал бы, что просто хотел меня поцеловать, что я ему нравлюсь или что-то в этом духе! Я бы поняла! Но целовать меня, чтобы закрыть рот? Это было даже обидно.

— Кто были эти люди? — решила сменить тему я и намеревалась выйти из кустов. Кьерн задержал меня за руку, вынуждая остановиться.

— Нужно немного подождать, пусть отъедут подальше, — сказал он.

— Вы не ответили на вопрос! — воскликнула я.

— Отвечу, — улыбнулся Нил, — если ты пообещаешь обращаться ко мне на «ты».

— Как угодно, кьерн, только ответь на вопрос, — согласилась я.

— Видишь ли, Лея, я не имею ни малейшего понятия, кто они, — развел руками он.

— Откуда тогда знал, что нужно бежать? — опешила я.

— Они недвусмысленно предупредили нас выстрелами, не находишь? — У него был такой вид, будто это не он только что скрывался от преследователей, готовых убить нас, Выглядело это странно, как будто для кьерна это обыденно.

— Тогда почему ты не остановил их? — продолжила я. — Кому в здравом уме придет в голову спорить с кьерном?

— Тебе приходит, и часто, — отшутился Балуа.

— Нил, я серьезно! — настаивала я.

Все-таки я путешествую с ним, и если опасность грозит ему, то где гарантия, что пощадят меня? Если честно, то я уже почти не надеялась получить от кьерна правдивый ответ, скорее, ждала очередной колкости. Мужчина же стал серьезным, прекратив улыбаться. Без этих морщинок, выдающих в нем озорного и совсем еще молодого человека, он казался холодным, далеким и отстраненным.

— Знаешь, Лея, — без какого-либо намека на шутливость заговорил он, — до этого момента я думал, что за нами следят только люди Анри, но сейчас вижу, что есть кто-то еще. И я не совру, если скажу, что не знаю, кто это и чего им нужно.

Мне потребовалось примерно полминуты, чтобы осознать услышанное. Но от такого ответа только прибавлялось вопросов. Почему за нами следят люди Анри? И если это так, то выходит, что мой жених знает, где и с кем я сейчас?

— Люди Анри? — хрипло переспросила я и подняла полный надежды взгляд на Нила. Тот лишь кивнул. — Он знает, что я с тобой? — задала очередной вопрос.

— Он подозревал, что я захочу познакомиться с тобой поближе, — ответил кьерн. Как у него выходит таким образом отвечать на вопросы, что у меня появляются новые и при этом еще в большем количестве? Я была настроена решительно, чувство, что мне чего-то недоговаривают, уже изрядно нервировало, и мне хотелось ответов.

— Либо ты рассказываешь мне все — либо я ухожу, — гордо вздернув подбородок, сказала я.

— Мы оба знаем, что ты не уйдешь, — улыбнулся кьерн, — но я могу кое-что рассказать.

— Слушаю, — согласилась я.

— Моя бабуля, к которой мы сейчас едем, одна из самых богатых женщин в Крамииле, — заговорил Балуа. — Ей девяносто семь лет, я думаю, ты знаешь, что для людей это крайне опасный возраст. — Я кивнула. Только я бы назвала его не опасным, а, скорее, предсмертным. — Так вот, Петра онт Балуа не только моя бабуля, помимо меня, у нее есть еще один внук — Анри, он сын моей родной тети, — пояснил Нил.

К чему он рассказывает мне всю свою родословную? Или просто начал издалека? В любом случае мне не хотелось слушать долгих рассказов о семье, нужно было просто узнать больше о нашей поездке.

— Хотелось бы ближе к делу, — мягко напомнила я.

— Так вот, Петра обещала передать все свои земли и состояние тому из своих потомков, который женится на леди из рода Аргуст.

Я была настолько ошарашена таким заявлением, что даже не сразу пришла в себя. Откуда какая-то жутко богатая леди знает мой род? Что речь идет именно о моем роде, сомнений не было, потому что он один в Крамииле. Знати с подобным именем рода больше нет. Но как, что и почему? Слишком много вопросов!

— Почему Аргуст? — все же спросила я.

— Спросишь, когда приедем, — ответил он.

— А если бы в роду Аргуст были бы одни мальчики? — Несомненно, это не тот вопрос, который волновал меня больше всего, но стало интересно.

— Она сообщила об этом, когда у твоих родителей было уже три девочки, — беззаботно отозвался Нил. — Кстати, мы можем идти.

Мы вышли из кустов и подошли к тому месту, где расстались со своими лошадьми. Вся эта история с бабулей как-то не укладывалась в моей голове, что-то было не так, не на своем месте.

— А если, предположим, я сбежала бы, — осторожно начала я, — а мои сестры еще слишком малы для замужества. Вдруг случилось бы так, что бабуля не дожила бы до вашей свадьбы, что тогда?

— Видишь ли, по закону, все ее состояние все равно переходит к моему отцу, и тогда, если бы Петры не стало, он сам передал бы все имущество тому из нас, кто возьмет в жены девушку из твоего рода.

Так вот почему Анри так скоро определился с выбором. Он просто хочет получить наследство. А Нил перехватил меня буквально из-под его носа. Зачем тогда он уехал, если боялся, что кузен перебьет его карты? Судя по хитрому прищуру Балуа, когда я задала этот вопрос, он имел непосредственное отношение к стремительному отъезду кузена в неведомые края.

— Значит, ты считаешь, что Анри хочет тебя убить? — спросила я, внимательно изучая лицо кьерна.

— Даже не сомневаюсь, — ответил он.

— Из-за наследства? — В моей голове почему-то никак не укладывалось, что один человек может убить другого, тем более своего кузена, из-за наследства.

— Совершенно верно, — согласился Нил.

— Но убивать людей незаконно! — возмутилась я.

Кьерн лишь заливисто рассмеялся.

— Людям с нашим титулом можно почти все, Лея, — отсмеявшись, сказал он. — И пусть я более влиятелен, чем он, никто не мешает обставить все так, будто я погиб на охоте, или придумать другой правдоподобный вариант.

Я поежилась. Такие вещи были мне чужды. Почти полжизни я провела в пансионе, а там слово «убийство» упоминалось крайне редко, и то в обсуждении сплетен. Сейчас же я столкнулась со всем этим по-настоящему.

— То есть он планирует убить тебя и, забрав меня, представить этой вашей бабуле? — недоверчиво спросила я.

— Думаю, его скудного ума хватило именно на такой план, — кивнул Нил.

— Но я же могу послать его ко всем чертям и просто сбежать! — воскликнула я.

— Не можешь. — На этот раз усмешка кьерна была горькой. — Если ты сбежишь, оставив свои долги, твою семью отправят на рудники, лишат титула, арестуют все имущество…

— Я могла бы заплатить долги и сбежать, — предположила я.

— Собственно, так ты и собираешься сделать, правда, Лея? — хитро прищурился он.

Я смутилась и опустила взгляд. Кьерн же остановился и три раза коротко свистнул. Через несколько минут из леса показались наши лошади. Немного потрепанные и мокрые от быстрого непрерывного бега. А не могли ли они привести преследователей за собой обратно к нам? Я озвучила свой вопрос, но Балуа был уверен, что Ветер не мог быть столь неосторожным и, скорее всего, на некоторое время сбил их со следа.

— Давай в седло, я знаю еще одну дорогу, — сказал Нил и занял место на лошади, ласково потрепав Ветра за гриву.

— Феникса жалко, — пожаловалась я, запрыгивая на Снежку, — улетел.

— Вернется, — улыбнулся Балуа, — они всегда возвращаются к хозяевам.

Я удивленно посмотрела на кьерна.

— Он не успел привыкнуть ко мне, едва ли считает хозяйкой.

— Брось, он пробовал твою силу, значит, принял, — ответил Нил.

Я еще раз тоскливо взглянула в небо и тронула поводья.

— Нам нужно переправиться через реку, там ниже по течению есть брод, — сообщил он.

До брода мы добрались минут за десять, потом перешли реку и оказались на другом берегу.

— Я все думаю, кто же эти люди? — поделилась своими мыслями я.

— А я все думаю, когда же ты вернешься к разговору о том, что собиралась получить деньги и сбежать, — ошарашил меня Балуа.

— Ты правда считаешь, что это важнее попытки нас убить? — упорно игнорируя эту тему, спросила я.

— Для меня это важно, — без малейшего намека на шутку ответил кьерн.

— Не хочется рассказывать посторонним о своих планах, — сообщила я.

Балуа подобно рыбе открыл рот, но так и не смог ничего сказать, а только прибавил ходу, чтобы перегнать меня.

Нил онт Балуа

Невесть откуда взявшийся густой ельник, вставший стеной на нашем пути, привел кьерна Балуа в бешенство. Он сразу понял, что лошади сквозь него не пройдут. Конечно, проклятые лошадки способны на многое, но здесь и человеку было бы трудно пробраться. Ветер всхрапнул и остановился как вкопанный прямо перед полосой леса. Значит, сам чувствует, что не пройдет. Нил был прекрасно осведомлен, что его конь чувствует опасность. Он сам проклял его и лошадь Леи еще несколько лет назад. Этих прекрасных скакунов он приобрел вместе и с большой скидкой в одном из лучших конезаводов Крамиила, но поскольку работа инквизитора часто требует быстрой реакции, обычные лошади не подходили. Тогда Балуа нашел одно древнее и крайне действенное проклятие, которое обрекает животных на принятие человеческого разума. Для животного это, несомненно, наказание: постоянно чувствовать себя частью хозяина, а вот для человека — способ получить лучшего из питомцев. Сильного, умного, невероятно гибкого, выносливого и хитрого. Именно поэтому Нил беспрекословно доверял инстинктам Ветра.

Пришлось свернуть на тракт, Балуа это очень огорчило, а вот Лея, похоже, обрадовалась. Он бы на ее месте не был так счастлив. Ведь наверняка ищейки мстительного и очень жадного до денег Анри едут именно по тракту. Но, как ни странно, выехав на большую дорогу, он не заметил никого подозрительного. Несколько всадников впереди были явно гонцами и для кьерна никакой опасности представлять не могли, и двое, едущие на приличном расстоянии сзади, также не выглядели подозрительно, пока не начали стрелять.

Девчонка была в замешательстве и еще не успела толком понять, что произошло, да что там девчонка, даже кьерн немного растерялся. Потому что с первого взгляда определил, что это явно не те, от кого он пытался скрыться. Эти были одеты в черные одежды, похожие на походную форму королевских гвардейцев. Да и арбалеты у них были двухзарядные, а наемники, к чьим услугам прибег его кузен, пользовались арбалетами с одним зарядом — это основное оружие их гильдии.

Навскидку кьерн прикинул их местоположение и понял, что места ему знакомы, нужно было только доехать до столба-отметки, а там свернуть в лес, а уж укрыться в лесу от преследователей он как-нибудь сумеет. Так они и поступили, отпустив лошадей и спрятавшись в заросли ивы.

Лея была жутко напугана. Балуа самому передавался ее страх, и ему это не нравилось. Как он успел понять, именно страх — сильнейшая из ее эмоций, а если у нее начнется неконтролируемый выброс силы, то их точно заметят. Быстро оценив масштаб катастрофы, Нил наклонился к девчонке и поцеловал ее. Он ожидал чего угодно: от пощечины до добровольной сдачи преследователям, но только не ответа на поцелуй. Как он успел понять, Лея оказалась совершенно непредсказуемой. Она ответила на его ласки нежно, податливо и даже страстно. Этим поцелуем кьерн убил даже не двух, а трех зайцев сразу: сорвал столь желанный поцелуй, получил столь необходимую магическую подпитку для поддержания маскировки, поставил метку на девушку. Сейчас он окончательно убедился в том, что не готов отпускать ее или, еще хуже, отдавать другому. Когда девушка отстранилась, он попытался сделать удивленное лицо, а мысленно улыбался. «Ну-ну, дорогая, — думал Балуа, — попробуй теперь от меня сбежать». Сейчас он мог смело рассказать ей, что она давно уже не принадлежит Анри и является его официальной, а не подставной, невестой. Все равно никуда не денется.

Лея выглядела смущенной и растерянной, но старалась держаться холодно и отстраненно. Преследователи сбились со следа благодаря стараниям умного проклятого Ветра. Нил знал еще одну дорогу, на которую они и вышли, переправившись через реку. Единственное, что смущало Балуа, — неожиданные новые преследователи наверняка знают, куда он едет. Только вот откуда? Кто они? И что им нужно? Было слишком много вопросов. Но раз путь уже начат, значит, и поворачивать назад смысла нет, главное, добраться до дома этой старой перечницы! Оставалось лишь надеяться, что все, о чем она говорила, — правда, потому что вернуться в Саак будет верхом идиотизма. Девчонка с такой силой не продержится и недели, ее засекут при первом же использовании магии! Если бы только он один мог чувствовать магию, было бы совсем иначе, но есть еще отец и кьерн Ритар, который странным образом всегда первым находит людей с даром. Может, для нашего короля это легко объясняется «чутьем», но Балуа не так-то просто провести. Он прекрасно знал, что если дара нет в самом тебе, то и чужой ты едва ли сможешь почуять. В голову закралась страшная догадка, которую он тут же попытался отогнать. Неужели Ритар почувствовал выброс Леи, и это его люди гнали их совсем недавно? Нет, лучше даже не предполагать такого.

Решив отвлечься, кьерн принялся расспрашивать девчонку, какие у нее планы. Он хотел, чтобы она созналась в том, что действительно собирается сбежать, как только получит деньги, но она упорно уходила от темы, а потом и вовсе назвала его посторонним. «Вот чертовка! — мысленно возмущался кьерн. — После такого поцелуя я продолжаю оставаться посторонним!» А он ведь был почти уверен, что крепость под именем Лея Аргуст уже пала.

Лея Аргуст

Страх от близкой опасности уже отпустил, и мы спокойно ехали по узкой тропе, протянувшейся прямо посреди леса. Птицы радовались прекрасному дню, оглашая окрестности приятным пением. Снежка выглядела уставшей, но упрямо переставляла ноги, не пытаясь сбавлять темп, заданный более быстрым Ветром. Кьерн перестал задавать глупые вопросы. Если он такой умный и так все знает, то зачем спрашивать? Больше всего бесило, что на свои вопросы я получала более чем туманные ответы, а он почему-то решил, что я должна рассказывать ему все, что его заинтересует. Я пыталась понять, кто именно гнался за нами, но не могла, даже предположений никаких не было! Главное, чтобы это никак не было связано с моей непроизвольной телепортацией, иначе мне точно не жить. Надеялась я лишь на то, что кьерн Балуа наверняка узнал бы в нападающих инквизиторов.

Еще не оставляли мысли об Анри. Неужели для него такую ценность представляет наследство? Если еще вчера я рассматривала вариант вернуться и стать его женой, то сегодня шансы на это были уже нулевыми. Смысл ему брать меня в жены, если Балуа уже представит меня их бабуле и сам получит деньги. Значит, выход действительно один: получить вознаграждение, расплатиться с долгами и скрыться. Просто уехать куда-нибудь подальше от этого злополучного Саака. Балуа, как всегда, прочел мои мысли.

— Лея, а что, если бы я предложил тебе забыть о своем грандиозном плане побега? — спросил он.

— Вернуться в «Алар» и продолжить поиски мужа? — равнодушно спросила я.

— Нет, — мне показалось, что кьерн немного смутился, — остаться со мной.

Он определенно надо мной издевается. Я внимательно посмотрела в насмешливое лицо и почему-то разозлилась. Он инквизитор! Пусть у него самого есть дар, о чем я никогда никому не скажу, но он инквизитор! А я, судя по всему, ведьма. Место мне скорее приготовлено не рядом с ним, а на каком-нибудь живописном костерке.

— Для вас, кьерн, — почему-то сейчас я сочла неприемлемым называть его на «ты», — я всего лишь игрушка. Инструмент для осуществления цели. А игрушки, как известно, очень быстро надоедают непостоянным детям, поэтому я предпочту остаться просто невестой на три дня.

Кьерн изменился в лице. Судя по всему, он о чем-то серьезно задумался… А мне просто было противно от осознания того, что мной в очередной раз воспользовались. Я ведь действительно чувствую себя игрушкой, которую можно купить, продать и снова купить. Если ему нужно наследство — то пусть получает, я же просто заберу свою долю. Ему в данный момент нужна невеста? Значит, я буду этой невестой… Но, как бы я себя ни убеждала, мои мысли все время возвращались к нашему поцелую. Просто этот поцелуй… он показался мне таким настоящим, таким искренним и реальным, что я почти поверила в то, что действительно нравлюсь кьерну. Но после того, как он рассказал мне о наследстве, можно ли так думать? Скорее всего, он просто решил развлечься по дороге с незадачливой искусницей.

— Давайте лучше поторопимся, чтобы к вечеру прибыть на место, — улыбнувшись, предложила я.

— На «ты», Лея, — зло поправил кьерн.

Я равнодушно кивнула. Он с ног до головы прощупал меня холодным взглядом. — Нам действительно стоит поторопиться.

Следующие несколько часов мы не разговаривали, пока не пришло время обеда. Балуа протянул мне большой бутерброд с копченым окороком. Ели мы прямо в седле, а я все думала о фениксе. Было очень жаль его потерять. Я только свыклась с мыслью, что нашла живую легенду, даже имя для него само собой появилось. Хотя кличку Феня вряд ли можно было считать достойной для феникса. Балуа сказал, что он вернется, значит, буду ждать. Еще через часок мы выехали на открытую местность. Это был неширокий степной участок между лесками, но здесь мы были открыты. Вдруг те, кто хотел нас убить, увидят нас сейчас? Тут точно негде спрятаться.

Я вскрикнула, когда услышала шум над своей головой. Думала, что это снова болт, но ошиблась. Мне на плечо спикировал феникс.

— Фенечка! — радостно воскликнула я и потрепала блудного питомца по хохолку. Кьерн пробубнил что-то типа: «Я же говорил, что он вернется». А я принялась угощать своего друга закупленными в харчевне ягодами. Как выяснилось, феникс действительно очень положительно относился к ежевике, опустошив почти весь туесок.

— Как твой нейтрализатор? — спросил Нил. — Ты сегодня сильно испугалась, с ним все в порядке?

Я, отвернувшись, пошарила по лифу. Именно туда я сунула яшму, чтобы держать ближе к телу, и извлекла ее. Камень немного покрылся сероватым налетом, но опасений не вызывал.

— Вроде нормально, — отозвалась я.

— Это хорошо. — Кьерн, наверное, совсем заскучал, потому что ему явно хотелось поболтать. — Можешь отдать часть магии фениксу, ему это полезно.

— Но как? Я же не умею кормить птиц магией! — усмехнулась я.

— Очень просто, — спокойно ответил Нил, — положи руку на его голову и представь, что хочешь его согреть, отдать тепло, понимаешь?

Я неопределенно пожала плечами. Не скажу, что поняла, но попробую. Прикоснувшись рукой к голове феникса, я попыталась представить, как мое тепло перетекает в его тело. Ничего особенного или странного не почувствовала.

— Лея, — тихо позвал Балуа, — хватит.

Я изумленно открыла глаза.

— Что хватит? — возмутилась я. — Ничего же не произошло!

Кьерн заливисто рассмеялся и кивнул в сторону Фени. Я настороженно опустила взгляд.

— Ничего себе! Вот это да! — всю следующую минуту восхищалась я.

Нет, Феня не стал намного больше, но его перья! Они значительно удлинились и стали ярко-рыжими. Создавалось впечатление, что птица горит в огне. Ее клюв стал мощнее, еще я заметила довольно длинные когти, изменились и глаза, в которых появился более осознанный, почти человеческий и невероятно мудрый взгляд.

— Это я сделала? — ошарашенно спросила я.

Балуа лучезарно улыбнулся и часто закивал. Феня же решил покрасоваться и взмыл из моих рук, принявшись кружить над нами. Мы с кьерном как завороженные следили за полетом огненной птицы.

— У тебя невероятно сильный дар, Лея, — задумчиво сообщил Нил, глядя на меня, как волк на добычу.

— Ты же не сожжешь меня? — осторожно поинтересовалась я.

Балуа снова удивил меня, рассмеявшись.

— Если бы я хотел тебя сжечь, это произошло бы еще после нашей первой встречи, — ответил он.

Это, конечно, радовало, но мысль о том, что нормально жить в человеческом обществе я не смогу, еще крепче укоренилась в моем сознании. С фениксом расставаться не хотелось, а одно наличие у меня подобной птички уже могло сказать о многом. Не всем, конечно, но знающие запросто могли бы что-то заподозрить. Опять же, если я стану скупать оптом всю яшму в лавках, это не останется незамеченным, так же как и неожиданная телепортация черт знает куда в самые неподходящие моменты. Как ни печально это признавать, но из Крамиила мне придется уехать. Если я, конечно, успею…

ГЛАВА 9

В сгустившихся сумерках такой питомец, как мой Феня, был просто незаменим. Он летел над нами, освещая путь своим оперением. Хотя свет был довольно слабый, но лошадям он здорово помогал благополучно миновать всевозможные кочки и рытвины.

— Почти приехали, — попытался утешить меня Балуа. Я лишь вздохнула, потому что «почти приехали» я слышала уже в третий, а то и в четвертый раз.

— Лея, я не хотел бы заезжать в деревню, которая будет на пути, сама знаешь по какой причине, но если ты слишком устала, мы можем переночевать в лесу.

Я даже не знала, что более опасно. Ехать в деревню, где нас вполне может ожидать засада людей в черных плащах, или ночевать в лесу, где, несомненно, есть волки и прочая голодная и не слишком дружелюбная живность. Если бы я была действительно уставшей, то, несомненно, выбрала бы второй вариант, но поскольку силы еще оставались, я решила, что самое безопасное — продолжить путь.

— Пожалуй, я не слишком утомилась, — ответила кьерну, — к тому же чем быстрее мы доберемся до места и закончим это дело, тем быстрее я получу свои деньги.

Пока мы ехали, я немного успокоилась, и теперь мне в какой-то мере было даже стыдно за свои слова. Выглядела я как глупая обиженная девчонка! Ну и что из того, что они оба хотели забрать из «Алара» именно меня только из-за наследства? Мне ведь никто ничего не обещал! Так почему тогда я обиделась? Кьерн Балуа расчетлив, холоден и собран, еще язвителен, мягок и невероятно обаятелен… Но я не об этом! Просто он не выглядит человеком, для которого такую уж большую роль играет наследство, а потому его желание получить деньги немного не вязалось с общим образом кьерна. Анри я совсем не знаю и на первый взгляд смогла определить только то, что он намного глупее Балуа, высокомерен, амбициозен (но амбиции Нила, несомненно, выше, это было видно) и, наверное, немного труслив. В целом производил впечатление обычного кьерна, разве что молодого и симпатичного. Глядя на Анри, я могла догадаться о его желании заполучить легкие деньги. А что, два дела сразу — неплохо! И сказочные богатства получить, и жену заодно. Но, повторюсь, Балуа не был похож на охотника за сокровищем, значит, есть что-то другое. Охотник за магией? Бред. В любом случае нужно разобраться в этой ситуации.

Я определенно чувствовала какое-то родство с этим кьерном, какую-то невидимую связь, но это, вероятнее всего, потому, что у него тоже есть дар. А общая тайна, как известно, сближает. Определилась только с тем, что нужно отбросить все глупости в виде внезапно вспыхнувших симпатий, мыслей о недавнем поцелуе и тому подобного. Сейчас первоочередной задачей для меня должно стать составление плана дальнейшей жизни. Что делать с фениксом? Как эффективнее «глушить» магию? И, наверное, как остаться в живых до конца этого пути?

— Совсем скоро будет заброшенный форт, от него всего верста до замка «Клевера», — отвлек меня Нил.

Значит, мы скоро приедем, это радовало. Но Балуа явно что-то беспокоило.

— Что тебя тревожит? — спросила я.

— К замку всего одна дорога, и я боюсь, что если те люди знают, куда мы направляемся, то они вполне могут поджидать нас там, — честно ответил он.

— Значит, поедем не по дороге, — предложила я.

— Там степь, местность все равно открытая, — возразил кьерн.

— Так используй свой прием с маскировочной магией. — Я вспомнила кусты и непроизвольно покраснела.

— Ладно, что-нибудь придумаем, — вздохнул Балуа, — маскировка всадников и лошадей мне все равно не по зубам. В крайнем случае придется принять бой.

От мысли, что нам придется сражаться, стало страшно. Руки похолодели и мелко задрожали. Феникс продолжал освещать нам путь, но теперь я уже не была настолько этому рада. Рассматривая птицу, летящую рядом со Снежкой, размышляла о том, как было бы хорошо, если бы его можно было замаскировать или хотя бы заставить перестать светиться. В голову ничего не приходило. Подозреваю, что водой его обливать бессмысленно… Феникс, как будто почувствовав мои мысли, резко обернулся и посмотрел на меня, прямо в мои глаза. Даже мурашки по спине побежали от такого пронзительного взгляда, и сердцебиение участилось. Я сглотнула и решила, что мне просто показалось, что птица поняла мое желание. Но уже через секунду я убедилась в обратном. Феникс «погас». В один момент огонь исчез из перьев моего питомца, а окрас с недавнего рыжего стал темно-коричневым.

— Как ты это сделала? — ошарашенно спросил кьерн.

— Не имею ни малейшего понятия, — не менее удивленно ответила я, продолжая разглядывать птицу. — Просто подумала, что, если бы он не светился, было бы меньше шансов, что нас заметят.

— Ментальная связь, — произнес Балуа непонятные мне слова. Я жадно уставилась на него в ожидании объяснений. Нил криво усмехнулся.

— Ответы в обмен на ответы, — спокойно предложил он.

Я перевела взгляд с Нила на феникса и решила, что мне очень хочется узнать, что такое ментальная связь и как она работает.

— Согласна, — улыбнулась я, — что такое ментальная связь?

— Я первый, — перебил меня кьерн, — ты правда хочешь сбежать после того, как рассчитаешься с долгами?

— Да, — ответила я, справедливо рассудив, что мы не договаривались о развернутых ответах, а значит, отвечать можно и коротко. — Что такое ментальная связь? — повторила вопрос я.

— Между магическими животными и их хозяевами часто возникает связь, когда питомцы чувствуют желания хозяина, — ответил Нил. — Ты уверена, что у тебя хватит денег, чтобы отдать долги? — поспешил он задать следующий вопрос.

— Я все посчитала, — кивнула я. — Почему ты так хотел узнать мое настоящее имя?

Мне действительно на протяжении всего времени было жутко интересно, почему Балуа так требовал назвать ему мое имя.

— Когда в «Алар» прибыла девушка из рода Аргуст, в списках она значилась как Лея, — ответил он, — есть смысл объяснять дальше?

Я отрицательно покачала головой. Значит, эти списки сразу попали к Анри, и он попросил меня назваться иначе, чтобы скрыть от кузена. А когда кьерн почуял дар в моей крови, то заподозрил неладное. Наверное, он с самого начала знал, что в девушке из рода Аргуст будет дар, это-то и пугало больше всего.

Все время, что я размышляла, Нил задумчиво наблюдал за мной.

— У меня есть еще один вопрос, — улыбнувшись, сказал он, но я больше не хотела отвечать.

— А у меня больше нет вопросов, — мило улыбнулась я, — считай, что игра закончена.

Мы уже видели форт. Он давно был заброшен, как и большинство из фортов Крамиила. У нас было всего две границы: в горах, через которые не было торговых путей и не шли эмиграционные потоки. Еще поговаривали, что именно за ними находится Империя магов, куда сбежали некоторые бывшие обитатели Крамиила. И вторая — морская, которая отделяла наше королевство от других королевств людей, с которыми мы активно торговали. Там, на побережье и на островах были действующие форты, потому что нередко случались нападения пиратов на прибрежные селения и чаще случались беспорядки. Здесь же, почти в самом сердце Крамиила, давно отпала надобность в фортах, потому он и пустовал. Не было привычного крепостного освещения. Только высоченная стена, окруженная глубоким рвом, давно поросшим травой. Из-за стены не было видно никаких построек, можно было различить лишь узкие маленькие окошки для лучников вверху стены. Никого и ничего подозрительного я при беглом осмотре не заметила.

— Вроде чисто, — сказала о своих выводах Нилу.

— Я бы не был настолько уверен, — возразил серьезный Балуа.

— Сомневаюсь, что те люди, которые в нас стреляли, знали, куда мы едем, — неуверенно предположила я.

— Да-да, — начал иронизировать кьерн, — именно поэтому они ехали по тому тракту, что и мы, — потом на секунду задумался, — хотя, ты права, я думаю, что те люди и вправду не знают, куда мы едем, но вот наемники моего кузена…

— Брось! — бодро воскликнула я. — Уверена, что твой кузен не станет нас убивать!

— Тебя не станет, — покладисто кивнул Нил, — а вот меня… Это разрешится, только если мы успеем поговорить.

Интересно, что такого он собрался сказать своему кузену? Впрочем, лучше, если я об этом так и не узнаю, и мы спокойно доедем до пункта назначения без всяких непредвиденных приключений.

Примерно через четверть часа мы уже проезжали мимо форта. Лошади почему-то нервничали так же, как и я. Просто если и было в этой степи место, где могли бы укрыться наши преследователи, то располагалось оно именно за фортом. Нил также понимал это и решил вильнуть.

— Объедем его по большой дуге, — сказал он и постепенно стал уводить Ветра в сторону от форта, я последовала его примеру. Совсем не хотелось становиться свидетелем семейных разборок кьернов.

Но все мои надежды рухнули.

Их было много. С ходу удалось насчитать пятнадцать всадников. Во главе отряда, резко вывернувшего из-за форта, нам наперерез мчалась рыжая лошадь с гордо восседающим на ней всадником. Как ни странно, атаковать они не спешили.

— Ни-и-ил, — испуганно пролепетала я. — Что нам делать?

Кьерн Балуа резко повернул лошадь навстречу странному отряду.

— Судя по всему, все же удастся поговорить, — сказал он. Выглядел кьерн решительным и уверенным в собственных силах. Он плавно развернулся ко мне и озорно подмигнул. — Не переживай, иначе снесешь их всех волной магии к чертовой матери! Придержи кобылу, а я постараюсь уладить недоразумение. — Он тронул поводья, и Ветер послушно двинулся вперед к отделившемуся от остановившегося отряда всаднику на рыжем жеребце.

Я попридержала Снежку и приготовилась ждать. Интересно, то, что он сказал про волну магии, было намеком? Или он просто попросил меня держать себя в руках? Ох, скорее, второе… Но если на него начнут нападать, я в любом случае буду пытаться помочь. Феникс тоже оказался на редкость любопытным и, сделав несколько кругов над моей головой, незаметной тенью полетел вслед за Нилом. Я же продолжала ерзать в седле от волнения. Во что я ввязалась?! Зачем согласилась на эту поездку?

Нил онт Балуа

Кьерн Балуа всегда был очень расчетлив, а потому ему не составляло особого труда просчитывать других людей. Он был почти уверен, что те, от кого они прятались в лесу, не знали их точного маршрута, в противном случае они встретили бы их еще на выезде из леса. А вот его кузен, несомненно, был в курсе, куда он направляется с девушкой из рода Аргуст, значит, если и ждать от кого засады, так только от него.

Нил подсчитывал в уме, успеет ли Анри их перехватить. Он лично позаботился о том, чтобы убрать кузена подальше от Саака, отправив его с небольшим отрядом проверить на наличие магов одну отдаленную деревушку, сославшись на то, что там происходят странные вещи, которые Нил сам ловко придумал. Если Анри действительно отправился выполнять его поручение, в чем Балуа уже сильно сомневался, он точно не успел бы вернуться так скоро. Скорее всего, кузен отъехал на небольшое расстояние от Саака, но получил весточку от сердобольной хозяйки «Алара», что его невесту перекупили, и решил свести счеты с Балуа. Хотя Нилу казалось, что не все так просто и должно быть что-то еще. Неужели наследство так вскружило голову Анри?

Нил рассудил, что самое подходящее место для засады — старый форт на единственной дороге в замок, а, следовательно, чему быть — того не миновать. Ему нужно было поговорить с кузеном прежде, чем тот решит убрать его грубыми методами.

После выезда на степные просторы Нил специально старался держаться за Леей, тем самым прикрываясь ей. Подумалось, что в «ключ» к наследству, коим и была девчонка, Анри стрелять не решится, а в темноте очень тяжело навести прицел так, чтобы попасть в него, когда он прикрывается Леей. Так и вышло. Кьерн Балуа снова оказался прав. За фортом их ждали. И стрелять, как он и предположил, не стали.

Он безошибочно распознал кузена и его жеребца Огня яркого рыжего окраса. Анри оказался не настолько глуп, чтобы открыто нападать, и явно был готов к переговорам. Девчонка, естественно, испугалась, и он попытался немного развеселить ее. Перед тем как отправиться навстречу кузену, отделившемуся от своих наемников, Балуа завуалированно намекнул Лее, что в случае, если начнется борьба, она в состоянии разнести к чертям весь этот форт, не говоря уже о наемниках, одной лишь волной магии. Он не знал, поняла ли девчонка намек, но очень надеялся, что поняла.

Балуа решительно ехал на встречу с родственником, нисколько не сомневаясь в том, что сможет договориться и, более того, навязать ему свои условия игры.

— Нехорошо посылать наемных убийц за головой собственного кузена, — первым заговорил Нил.

— Нехорошо красть чужих невест, — огрызнулся Анри. — И прятаться за спиной женщины, как последний трус, тоже нехорошо. — Еще пара слов — Нил бы сорвался и собственными руками свернул шею этому болвану. Он не прятался за спиной Леи, а просто знал, что в нее стрелять тот не станет.

— Я никого не крал, — тем не менее спокойно ответил кьерн. — Просто перебил цену.

— Обманом отправив меня к черту на рога? — вспылил Анри. — Я первым нашел ее, Нил.

— Возможно, но мне она нужнее, — беззаботно ответил Валуа.

Анри насмешливо изогнул бровь:

— С чего ты взял, что несколько тысяч соле и прорва пахотных земель тебе нужнее, чем мне?

— Значит, я верно угадал, и ты хотел убить меня из-за жалких денег и клочка земли? — начинал приходить в ярость Балуа.

— Брось, ради наследства этой старой перечницы ты и сам не погнушался бы прикончить меня! — возразил Анри.

— Хочешь убить меня? — улыбнулся кьерн Балуа. — Так попробуй!

Он уже давно держал руку на навершии меча и в принципе был готов к возможному нападению. Единственное, что его смущало, — это отряд, стоящий поодаль, поэтому Нил поспешил добавить:

— Только не забудь учесть, что твои наемники уже засветились в Туроне, а я не поленился отправить весточку отцу о попытке младшего кузена меня убить.

Анри заметно напрягся и сейчас очень жалел о том, что попросил отряд ждать его у форта. Нужно было брать людей с собой! Хотя если этот расчетливый интриган уже отправил весть своему папаше, то убивать его теперь — верх глупости. Сейчас он мысленно порадовался, что сообщил об отъезде Балуа из столицы Ритару. Тот давно метит на место Нила под крылышком у короля. И это он подтолкнул конкурента кузена к активным действиям.

Анри был слишком зол, когда сразу за почтовым голубем от его распорядителя с известием о том, что нужная девушка уже у него в кармане, прилетело послание от донны Далии с неприятной вестью о вмешательстве старшего кузена. Он решил проучить Нила, чтобы неповадно было посягать на чужое, и отправил весточку Ритару с информацией о том, что Балуа покинул Саак, причем тайно и безо всякого сопровождения. Также он указал название тракта, по которому предположительно двигается его кузен, и теперь просто ждал результата, даже не сомневаясь, что этот проныра Ритар воспользуется подвернувшимся случаем. Сам же Анри решил остановиться за фортом, на подъезде к замку «Клевера», чтобы убедиться: Балуа сюда не доедет. Когда же он все же заметил двоих путников, то невероятно огорчился, но понял, что беседы не избежать. Если ему удалось ускользнуть из лап ищеек младшего инквизитора Ритара, значит, либо он сбежал, либо убил нападавших и получил информацию. И эта информация была явно не в пользу Анри.

А Балуа любил «читать» людей. Сейчас, наблюдая за эмоциями кузена, он все больше склонялся к мысли, что его догадки были верны. И пошел ва-банк.

— Решил избавиться от меня чужими руками? — прищурившись, спросил Нил. Анри коротко кивнул, признавая догадки кузена. Смысла отпираться не было: он слишком хорошо знал Нила, чтобы хотя бы попытаться его обмануть. — Растешь в моих глазах, — притворно восхитился кьерн Балуа.

В их роду всегда любили азартные игры, главное — наметить достойный трофей, а там можно и поиграть. Для них было вполне естественным такое поведение, как, впрочем, и для многих других приближенных к королю родов. В борьбе за власть, деньги, положение в обществе часто гибли неугодные, в том числе и от рук своей родни. Когда один кузен мечтает занять место другого, в ход идут все методы. Балуа мысленно улыбнулся, одобряя умение младшего брата осуществлять свои планы чужими руками. Пусть сейчас у него ничего не вышло, но сам факт того, что Анри додумался включить в игру Ритара, поражал.

— Во избежание недоразумений, — елейным тоном заговорил Нил, заставив Анри поежиться. Он отлично знал, что такой тон Балуа не сулит ничего хорошего. И видимое спокойствие — это обман. — Я хочу сразу поставить все точки над «и»: мне нужна эта девчонка, и я ее не отдам.

— Зачем она тебе? — спросил Анри, рассматривая далекую фигуру всадницы, кутающуюся в широкую куртку. Балуа также обернулся и посмотрел на Лею. — Я же знаю, что деньги не представляют для тебя особого интереса.

— Она заставляет меня чувствовать, — честно ответил Нил. — Она красивая, сильная, более того, она умна.

Удивление Анри стало еще сильнее и, видимо, отчетливо отразилось на его лице. Кьерн Балуа задумчиво осмотрел кузена.

— Я готов простить тебе попытку моего убийства, — милостиво согласился он. — И даже не предавать ее огласке. Но Лею я уже не отпущу.

— Ты поступил нечестно, — начал говорить Анри. — Я нашел эту девочку, я сделал ей предложение, и она согласилась, а ты отослал меня в глушь и банально перебил цену!

— А ты в отместку хотел меня убить, — напомнил Балуа.

— Значит, мы квиты, — заключил Анри, — но я тоже не хочу отказываться от приза. — Он еще раз взглянул на Лею. — Убить тебя не вышло, но я могу попытаться сделать так, чтобы она выбрала меня.

— Не выберет, — уверенно ответил Нил.

Анри криво улыбнулся и снисходительно посмотрел на кузена. Тот просто не знает, каким душкой он может быть. Балуа же размышлял, какой выход из этой ситуации будет самым благополучным. Если он сейчас отправит Анри в Саак, то вполне возможно, что обратно до столицы они с Леей так и не доедут, тем более что про весточку отцу он соврал. Из-за проблем с девчонкой он даже забыл о том, что нужно сообщить о покушении на его жизнь. В голове Нила уже родилась одна идея, как выйти из данной ситуации с наименьшими потерями. И сейчас он размышлял над тем, нужны ли ему свидетели? Тем более такие, как Анри. Ему хотелось бы разобраться во многих вещах и откровенно поговорить с бабулей, но возможно ли это, если кузен отправится с ними? Да и Лея со своей неконтролируемой магией… Он еще раз посмотрел на кузена и понял, что лучше держать его рядом, хотя бы в качестве расходного материала при очередном покушении.

— Предлагаю такой вариант. — В крови кьерна Балуа уже забурлил азарт. — Пусть Лея сама решает, кто достоин ее руки. Так будет справедливо.

— Несправедливо, я виделся с ней лишь однажды, — возразил Анри.

— У тебя впереди будет целая ночь пути, чтобы познакомиться ближе, — сообщил Нил. — Но я бы на твоем месте даже не рассчитывал на положительный исход. Как раз, пока доедем до замка, она успеет узнать нас обоих получше, а там Петра сразу же объявит помолвку по праву главы рода.

Балуа был полностью уверен, что Анри не сможет понравиться Лее, тем более что она уже его и он не собирался ее отпускать. Девчонка все равно хочет сбежать, поэтому склонить ее на свою сторону будет легко. С Анри она должна будет стать женой и вести себя, как положено жене кьерна, к тому же постоянно опасаться за свой дар, а он пообещает ей свободу. Нил вполне серьезно считал, что свободной Лея может чувствовать себя и замужем за ним. Главное — не проболтаться, что ее долги уже полностью оплачены!

— По рукам, — ответил Анри.

Нил без колебаний пожал руку соперника.

— Едешь только ты один, без отряда, — настоял Балуа.

— Уверен? — улыбнулся Анри. — Я думаю, что человеку, за которым гонятся люди Ритара, не помешает боевой отряд.

— Думаю, что мы справимся и без отряда, тем более что замок совсем рядом, — сказал Нил. — Если действительно хочешь попытать счастья, распускай своих псов и отправляйся с нами. — Кьерн выдержал небольшую тяжелую паузу. — Но даже не надейся, что я забуду все, что ты сделал.

Потом, когда они вернутся в Саак, он добьется, чтобы Анри лишился статуса кьерна.

Анри же молча развернулся и поскакал к своему отряду отпускать людей домой, а Нил быстро помчался к Лее. Сейчас нужно как-то объяснить присоединение к ним Анри, а это будет непросто. Наверное, не стоит говорить ей об их договоре, зачем пугать девочку? Потом, когда они приедут в замок, Петра спросит у нее, кого из мужчин она хотела бы видеть своим мужем, и Нил нисколько не сомневался, что Лея выберет именно его. А там можно будет рассказать ей, что именно он оплатил ее долги и по праву получил статус ее жениха. Но как скрыть от нее правду, Нил еще не придумал, решив все же признаться, если в голову так и не придет дельной идеи.

Лея Аргуст

Без Нила стало совсем не по себе, и я нервно теребила переднюю луку седла. Снежка изредка всхрапывала, видимо, разделяя мои эмоции. Сколько длился этот разговор между всадником на рыжем жеребце и кьерном, я не знаю, но казалось, что целую вечность. Феникс тоже полетел туда, и теперь я волновалась еще и за него. А вдруг те люди поймут, что это за птица, и, не приведите богини, еще заподозрят кьерна в чем-то греховном с точки зрения инквизиции.

Я чуть не запищала от радости, когда в темноте блеснули глаза птицы, летящей ко мне. Феникс мягко опустился на мое плечо, и я машинально погладила его по заметно удлинившимся перьям.

— Что там происходит? — Я начала разговаривать с птицей, чтобы немного успокоиться. — У нас слишком серьезные проблемы? — В голову закралась предательская мысль: если я замечу, что Балуа пытаются убить или взять в плен, я могу успеть сбежать.

В районе груди вдруг отдало теплом, и я с ужасом поняла, что очередной мой камень снова собрался испепеляться. Выбора особо не было, и я, как учил Нил, положила руку на голову феникса, делясь с ним своим теплом и магией заодно.

Когда через несколько секунд открыла глаза, мне стало гораздо спокойнее, но присутствовал страх за Феню. Вдруг он снова загорелся? Я обрадовалась, когда обнаружила такую же, как и до этого, темно-коричневую птицу на своем плече, правда феникс стал намного увесистее, но это не страшно.

— Спасибо, родной. — Я легонько чмокнула своего любимца в клюв, после чего произошло странное.

Вокруг все потемнело, но лишь на миг, а потом резко прояснилось. Не могу сказать, что стало совсем светло, но явно светлее непроглядной тьмы. Я было шарахнулась, когда увидела прямо перед собой, буквально на расстоянии вытянутой руки, кьерна Анри, но потом немного успокоилась, обнаружив, что он смотрит совсем не на меня. Я неуверенно повернула голову и увидела Нила. Он улыбался. Это испугало больше, чем его рычание. Значит, дела действительно плохи, если кьерн разбрасывается самой противной из своих улыбок.

— Думаю, что мы справимся и без отряда, тем более что замок совсем рядом. Если действительно хочешь попытать счастья, распускай своих псов и отправляйся с нами, но даже не надейся, что я забуду все, что ты сделал, — холодно сказал Нил. И это было адресовано Анри, который без колебаний повернул лошадь и поскакал к своему отряду.

Снова потемнело, а когда прояснилось, я уже видела приближающуюся фигуру кьерна Балуа.

Я ошалело посмотрела на феникса. Что это было?! Очередная игра взбунтовавшегося дара? Или мой магический питомец таким образом поделился со мной подслушанным? Но как? Он же сидел здесь, на моем плече! Неужели у меня открываются новые «таланты»? Ох, лучше бы это было не так! Нужно будет подробнее расспросить кьерна о способностях феникса. Хотя сомневаюсь, что это удастся сделать в ближайшее время, ведь Анри, похоже, едет с нами. Интересно, о чем они договорились? И действительно ли его люди пытались нас убить? И главное — что сейчас будет со мной?

Пока я прокручивала в голове немыслимое количество вопросов, кьерн подъехал совсем близко.

— Инцидент исчерпан, — гордо вздернув подбородок, сообщил он.

— Это его люди пытались убить нас?

— Нас — нет, — ответил Нил. — Меня пытались, а ты была крайне занята своей бесконтрольной магией, и это — к счастью.

Я даже не стала огрызаться или спорить с этим невыносимым типом, потому что сейчас у меня было очень много других вопросов.

— Те люди в черных плащах, ты узнал, кто они?

— Да, — сухо ответил Балуа. — Но это не твои проблемы, те охотились исключительно на меня.

Мне хотелось шумно выдохнуть от облегчения, но я сдержалась. Я-то думала, что это из-за выплеска магии, ведь если Нил определил ее в моей крови, то почему и кто-то другой не смог бы почувствовать выброса; именно так и случилось, когда я была малышкой. Но раз эти люди прибыли исключительно за головой кьерна, то мне можно их не опасаться. А вот то, что люди Анри все же следили за нами, немного напрягало.

Я обратила внимание, что всадник на рыжей лошади снова оторвался от отряда и теперь скакал к нам, а оставшиеся повернули в противоположном направлении.

— Он едет с нами? — спросила я.

— Да, — коротко ответил задумчивый кьерн.

— Вы что, собираетесь представить меня как невесту обоих? — сама испугалась своей догадки.

— Нет, мы решили этот вопрос иначе, — сказал Балуа и поднял на меня насмешливый взгляд. Пока я осознавала услышанное, Анри успел проехать половину разделяющего нас пути. Феня словно почувствовал приближение опасности и взмыл вверх, сливаясь с тьмой вокруг.

— Стоп! — выкрикнула я, когда меня накрыло осознание. — Так чья я теперь невеста?

Балуа коварно улыбнулся, сверхковарно даже, я бы сказала…

— Решать, конечно, тебе, — улыбаясь, ответил он. — Но лучше бы быть моей.

— Настоящей или подставной? — осторожно спросила я. Внутри все в ожидании вердикта кьерна сжалось в комок.

— Лея, — спокойно заговорил он, — я не собираюсь заставлять тебя выходить за меня замуж, если ты сама этого не захочешь, так что подлинность невесты в данном случае зависит от самой невесты.

Неужели у меня наконец будет хоть какой-то выбор! Я мысленно уговаривала себя, что ликовать еще рано. Рано-рано-рано радоваться.

— Я получу свой гонорар? — стараясь придать себе как можно более спокойный вид, спросила я.

— Безусловно, — ответил кьерн. — А если ты благоразумно подтвердишь перед Петрой, что ты именно моя невеста, то он возрастет в три раза.

Собственно, я же и ехала туда в качестве невесты кьерна Балуа. Не думаю, что неожиданное появление Анри может что-то изменить. Так, теперь у меня есть несколько путей. Либо я становлюсь супругой кьерна Балуа, а это маловероятно, потому что не похоже, что ему нужна настоящая супруга, — либо осуществляю свой план, и этот вариант нравился мне куда больше. Быть может, так еще лучше? Я получу свои шестьдесят… нет! Даже не шестьдесят, а сто восемьдесят соле, полностью расплачусь с долгами, а заодно получу свободу. И не придется разбираться с обиженным женихом. Я с благодарностью посмотрела на Нила. Он единственный человек, который за последние годы предоставил мне право выбора.

— Добрый вечер, Лея, — притворно тепло улыбнулся подъехавший к нам Анри.

— Добрый, — ответила я, старательно отводя взгляд.

— Лея, не смущайтесь так, я не собираюсь вас винить, — неожиданно сказал он. Только сейчас я осмелилась поднять голову. Странно. Я бы винила на его месте. Все же я согласилась стать его женой, а в итоге уехала с его родственником. — Я знаю, каким настойчивым может быть мой кузен, и уверен, что в случившемся нет вашей вины. — А этот кьерн начинал казаться мне даже милым. — Надеюсь, мы легко разрешим этот инцидент.

— Поехали, — прервал выступление Анри Нил, — а то такими темпами мы точно приедем только к утру.

Через полчаса выяснилось, что жеребец Анри совсем не приспособлен к передвижению в темное время суток, в отличие от наших коней. Нил периодически бросал в его сторону злые взгляды и в итоге вынес вердикт:

— Придется ночевать в лесу, иначе эта кляча сломает себе ноги.

Как ни странно, я была согласна. Во-первых, я жутко устала, во-вторых, ужасно хотелось спать, и, в-третьих, он был прав: лошадь действительно могла повредить ноги.

Для ночевки выбрали невысокий холмик недалеко от тракта, поросший свежей короткой травой. Несказанно радовало, что совсем близко шумела река, по крайней мере мне так показалось, но я все же решила уточнить:

— Здесь есть какой-то водоем?

— Да, это петляет Лада, та река, вдоль которой мы ехали, — ответил Нил.

Отлично! Значит, я смогу помыться и постирать рубашку. Хотя… Я задумчиво посмотрела на кьернов. Вряд ли уместно спать в компании двух мужчин без рубашки.

Балуа, уже по обыкновению, опять прочел мои мысли.

— Если ты хочешь постирать одежду, то возьми в моей сумке запасную рубашку, — не отвлекаясь от разведения костра, сказал он.

Анри почему-то хмыкнул, но промолчал и продолжил отвязывать свои сумки. Потом он расседлал лошадей, мою и свою, что не могло меня не порадовать.

— Я поищу лапник для лежаков, — сказал Анри и, дождавшись кивка от Нила, пошел в сторону леса.

Место казалось сказочным. Наверное, потому, что звезды в Крамииле необычайно большие и яркие. Россыпи созвездий обрамляли полную, совершенно белую луну. Пахло травой, а от реки веяло свежестью, такой желанной после долгого душного дня. Вокруг нашей стоянки росли молодые елочки, а за ними начинался более старый лес. Нил наконец разжег костер, который начал весело потрескивать, поглощая поднесенный ему хворост. Я блаженно потянулась и решила не тянуть с купанием.

— Сумка возле Ветра, — не глядя на меня, сказал Нил.

Я нашла чистую белую рубашку и, взяв несколько баночек из своей сумки, пошла к реке. Здесь даже был удобный спуск — наверное, путники часто останавливались в этом месте. Еще раз оглядевшись по сторонам, я сняла брюки, куртку и жилетку, оставшись только в белье и рубашке до середины бедра, и пошла в воду, решив и помыться и постирать одним махом. Косу расплетала уже на ходу.

Более-менее вымывшись, я собиралась уже идти обратно, когда услышала тихий плеск у берега. Быстро обернулась и обнаружила невозмутимого кьерна Балуа, входящего в воду. В отличие от меня, он не смущался своих голых ног. Я же залилась краской и решила еще немного поплавать. Не выходить же на берег в мокрой рубашке, пока здесь плещется кьерн!

— Отличная вода! — воскликнул он и нырнул.

«Да уж, просто замечательная», — подумала я.

— Пожалуй, поплаваю подольше, — злорадствовал кьерн.

Я молчала. «Только не злиться, только не злиться», — повторял внутренний голос. Яшму я, между прочим, из лифа так и не вынула и спать собиралась тоже с ней.

— Лея, а ты почему не выходишь? — откровенно издевался этот нахал.

— Сам же говоришь, вода отличная, — угрюмо пробубнила я.

Кьерн подплыл поближе и сделался серьезным:

— Будь начеку, Анри не должен заподозрить абсолютно ничего.

Я только кивнула: не глупая ведь, сама все понимаю. Еще немного поплескавшись, кьерн Балуа наконец-то сжалился надо мной и, коварно улыбнувшись, пошел на берег, намеренно играя мускулами. Это он так меня соблазняет? Ха! Может, если бы я разбиралась в мужчинах или была бы хоть каплю похожа на Ди, то вполне вероятно, что соблазнилась бы, а так… Я просто ждала, пока он отойдет подальше, чтобы тоже выйти из воды.

Как только силуэт кьерна скрылся за деревьями, я поспешила на берег. Схватив сухую рубашку, забежала за первый же густой куст и, раздевшись, натянула ее. Свое белье и рубашку выкрутила и развесила на ветке в гуще кустов: а нечего всяким кьернам пялиться на мое белье! Когда я уже покидала свое укрытие, к реке шел Анри — значит, успела все сделать вовремя, иначе пришлось бы сидеть в воде, пока еще и этот искупается!

Я неосторожно наступила на ветку, выбираясь из своего укрытия, и кьерн меня заметил.

— Лея! — воскликнул Анри. — Не составите мне компанию?

— Спасибо, я только что искупалась, — смущенно ответила я. Все кьерны такие наглые? Их разве не учили, что стягивать брюки при леди неприлично?

— Очень жаль, что я не успел разделить купание с вами, — посетовал Анри.

Очевидно, он еще рассчитывает, что предпочту его. Как же это приятно, когда у тебя есть выбор! Пусть и небольшой, и не из самых лучших представителей мужского пола, но он есть! Теперь ведь и я могу поиграть ими.

— Ваш кузен составил мне компанию, — ответила я. Мне показалось, что Анри передернуло.

— Он всегда опережает меня, но у него не очень-то честные методы, — притворно вздохнул Анри.

— А ваши методы всегда честны? — спросила я.

— Почти всегда, — подумав, ответил он.

Поражаюсь кьернам! Врут — и не краснеют! Похоже, Анри увлекся нашей беседой и, вместо того чтобы войти в воду, направился ко мне. Я подождала, позволив ему подойти достаточно близко. Он определенно выглядел более юным, чем Нил, с открытым взглядом, по которому можно было даже распознать эмоции, если очень постараться.

Анри протянул руку и аккуратно заложил мне за ухо выбившуюся из хвоста прядь.

— Что заставило вас уехать с Нилом? — словно гипнотизируя меня взглядом, спросил он.

В голову пришла бредовая мысль. Что, если сказать правду? Интересно, сколько готов выложить младший братец грозного инквизитора за право получить сказочное наследство? И я уже была готова воплотить эту мысль в реальность, но меня, как и Анри, отвлек треск веток.

— Пожалуй, искупаюсь еще раз, — белозубо улыбнулся Балуа и гордо прошествовал мимо нас в воду. Анри, так же как и я, понял, что дальнейшего разговора просто не получится, и, наклонившись к самому моему уху, прошептал:

— Что бы он вам ни обещал, Лея, я смогу дать больше. У вас будет все: лучшие наряды, драгоценности, уйма служанок, собственный дом… Все, что только пожелаете, падет к вашим ногам, если вы вновь примете мое предложение.

Отстранившись, Анри еще раз внимательно осмотрел меня и, развернувшись, последовал за кьерном Балуа. А я так и стояла на берегу еще с минуту. Такое чувство, как будто пообщалась с гипнотизером, так глубоко в мои мысли проникли его слова. Только вот ничего из предложенного им мне было не нужно, ведь свобода в этот длинный список всевозможных благ не входила.

Перед тем как улечься спать, мы перекусили, собрав запасы из всех сумок в одну кучу, а я украдкой бросила половинку хлеба возле стоянки лошадей для феникса. Невероятно забавляло желание обоих кузенов мне угодить. Анри услужливо подливал в мою чашку ягодный отвар, а Нил следил, чтобы я хорошо поела. Нужно отметить, что еловый лапник, который принес Анри для лежаков, был гораздо удобнее той постели на постоялом дворе. При этом мой лежак оказался в два раза мягче тех, что достались кьернам. Если мыслить оптимистично, то сейчас я нахожусь в невероятно забавной ситуации! Кто бы мог подумать, что когда-нибудь в моей жизни появятся целых два кьерна, которые наперебой будут пытаться уделить мне внимание!

ГЛАВА 10

— Лея, Лея, проснись, — шептал Нил, теребя мое плечо.

— Что? — сонно спросила я. Судя по тому, что небо все еще было усыпано россыпью звезд, до утра еще очень далеко. Чего тогда нужно от меня Балуа?

— Тихо! — прошептал кьерн. — Говори шепотом. — Потом на секунду отвернулся и быстро глянул назад. — А лучше вообще молча отползи туда, где стоят лошади, и не высовывайся.

— Да что случилось? — не понимала я.

— Лея, не время задавать вопросы, — шепнул Анри, неведомо как оказавшийся с другой стороны от меня.

Я, толком не понимая, что происходит, попыталась двинуться назад. Ползти задом наперед не очень-то удобно, но лежащие с обеих сторон от меня кьерны не дали возможности развернуться. Хорошо хоть, что спать я предпочитаю на животе.

— Может, они нас не заметят? — шепнул Анри, обратившись к Нилу.

— Исключено, уже заметили и едут прямо к нам, — ответил он. Я покрутила головой по сторонам, но никого, едущего прямо к нам, не обнаружила, пока не посмотрела на тракт. Семеро всадников на черных лошадях действительно направлялись к месту нашей ночевки.

— Это твои преследователи? — спросила у кьерна Балуа.

— Почти уверен, что да, — ответил он.

Сейчас я заметила, что мечи кьернов уже не в ножнах и мужчины, кажется, готовятся к обороне.

— Почему вы лежите? — спросила я. Удары сердца уже учащались, и я начинала всерьез волноваться за психическое здоровье моих спутников. Зачем лежать и молча ждать, пока на них нападут? Возможно, еще можно успеть сбежать!

— Не успеем, Лея, — отмахнулся Нил, снова предугадав мой вопрос. — Сейчас мы хотя бы готовы принять бой, и это всяко лучше, чем, трясясь в седле, уворачиваться от болтов, — пояснил он. — Ползи!

Я еще раз посмотрела на всадников, которые были уже под самым холмом. Можно было отчетливо расслышать не только их голоса, но даже и целые фразы. Осознав это и заодно решив, что кьерны точно рехнулись, я поддала ходу и ползком двинулась к лошадям. Странно, но я даже успела порадоваться, что подо мной трава, а не земля — наверное, состояние аффекта…

Лошади стояли у разросшегося куста орешника, время от времени нервно всхрапывая. Я успешно проползла между Снежкой и Ветром, а когда остановилась, за спиной уже кричали. Плотнее прижалась к земле и повернула голову, чтобы рассмотреть происходящее. Как я поняла, всадники спешились у холма, считая нашу компанию спящей, и решили подкрасться тихо, но ничего не вышло. Пока они поднимались вверх, Нил и Анри резко выскочили из своего укрытия. В итоге мои кьерны оказались нападающими и заняли более выигрышные позиции, чем соперники. Люди в черных одеждах превосходили числом, но никак не умением вести бой. Я как завороженная наблюдала за Нилом, который с легкостью парировал удары. Да и Анри также оказался неплохим бойцом, но Нилу все же уступал. В первые же минуты боя его оттеснили к лесу и ранили в предплечье. Основная атака велась на Нила, но тем не менее, когда соперник Анри уже занес клинок для удара в сердце молодого кьерна, Балуа неведомо как оказался рядом и насквозь пронзил его тело мечом. Быстро отвернувшись, Нил снова включился в бой и сразу же убил еще одного, пытавшегося подойти сзади, попав в самое сердце. Другому перерезал горло взбодрившийся Анри. Теперь на Нила наступали трое противников, оттесняя его ближе к костру. Анри сражался с одним, тесня его к подножию холма.

Я видела, что Балуа несладко, но ничем не могла помочь, когда кьерн ранил одного из них, и тот навалился на него. Нил не удержал равновесие и упал. Я, не раздумывая, вскочила на ноги и метнула кинжал. Один. Другой. Мимо! От нападающих отделилась фигура и двинулась на меня, заставляя сердце сжаться в комок. Но третий раз оказался удачным, и я попала! Страх, ужас, шок — все смешалось. На заднем плане едва поднявшийся Нил снова оседал. Почему его рубашка испачкана кровью?

Я лишь почувствовала запах тлеющей одежды, но так и не успела ничего сделать. Вокруг снова сгустился неприятный густой дым, но, как и в прошлый раз, лишь на мгновение.

Нил онт Балуа

Нилу не спалось. Сначала он долго рассматривал спящую Лею, раздумывая над тем, правильный ли путь он выбрал. Ему хотелось, очень хотелось сказать девчонке, что она по праву его невеста, но не смог. За это время он понял, что самое желанное для нее — свобода. И он просто решил сделать приятное девушке, предоставив ей выбор.

— Демон, кого я обманываю? Нет у нее выбора! — прошептал он самому себе. Ведь действительно — нет. Еще никогда кьерн Балуа не чувствовал себя таким растерянным рядом с леди. Он хотел сделать, как лучше, а в итоге предложил ей просто иллюзию выбора, да и свободы тоже. Оставалось только надеяться, что она выберет его. Хотя что может дать ей Анри, чего не смог бы дать он? Ничего.

Балуа не проспал и часа, когда заржал его конь. Нил мигом проснулся и посмотрел на лошадей. Они вели себя неспокойно. Точнее, это Снежка и Ветер нервничали, а рыжий жеребец Анри спокойно спал. Нил успокаивающе погладил Ветра по крупу, надеясь, что жеребец просто беспокоится из-за близости леса, а соответственно и волков. Сам же Нил прекрасно знал, что только ненормальный волк будет нападать на путников летом, когда в лесу и так полно еды. Лошадь тем не менее не успокаивалась, и Балуа решил отвести жеребца на водопой, чтобы хоть как-то порадовать своего проклятого друга. Когда он подзывал Ветра, призывая пойти за ним, его взгляд упал на пролегающий под холмом тракт.

Нил сразу узнал эти одежды и черных скаковых лошадей.

— Ритар, когда же ты сдашься? — с горечью спросил у самого себя он. Смысла бежать он не видел. Всадники были не так уж и далеко, а вот попробовать их услышать можно было попытаться… Сегодня он взял достаточно магии у девчонки для того, чтобы это проделать. Нил прошептал странные слова на древнем языке хитарана, прочитанные когда-то в старой книге бабули Петры, и все получилось.

— Мы можем просто убить их спящими, — словно эхо звучал голос мужчины.

— Это как-то не по чести, — возразил другой голос. Женский?! Нил немного опешил от того, что в отряде присутствует леди. Хотя, может, это просто какой-то молодой воин, еще верящий в честь? Отогнав эти мысли, он решил послушать еще, хотя его опасения и так уже подтвердились.

— Хороший воин всегда проснется в случае опасности, — сказал еще один мужчина, — главное, не дать ему уйти.

Голос показался смутно знакомым, но Балуа так и не смог определить, кому он принадлежит, продолжив вслушиваться дальше.

— А если они все же попытаются сбежать? — снова этот женский голос!

— Значит, их встретит второй отряд, который ждет на выезде из леса, — ответили ей.

Нил понял, что бездействовать дальше не имеет смысла, и, чтобы не маячить на холме, ползком добрался до Анри. Он быстро разбудил кузена и вкратце обрисовал ситуацию.

— Че-о-орт, — простонал Анри.

— Ты сам виноват, — даже не думал утешать кузена Балуа. — Знал ведь, что Ритар — опасный тип, и все равно подставил меня. И не думай, что моя смерть сохранит тебе жизнь.

Анри, чувствуя свою вину, даже не стал ничего говорить, а просто повернулся на живот и оголил клинок.

— Их всего семеро, думаю, справимся, — подбодрил его Нил.

Кузен недоверчиво посмотрел на Балуа и хмыкнул. Конечно, это же он великий воин, которого тренировали лучшие из лучших, а вот Анри не был так уверен в победе, реально оценивая свои силы. Пока Анри готовился к смерти, Нил будил девчонку. Сейчас кьерна Балуа волновала только безопасность Леи. Ей нужно спрятаться, укрыться, а лучше вообще убежать! Но он подозревал, что бежать девочка не согласится.

Разбудив Лею и отправив ее к лошадям, он принялся наблюдать за приближением противников. Только бы в случае реальной угрозы она додумалась сбежать!

Они подошли тихо, и если бы кьерны спали, то план убить спящих вполне мог бы сработать, но благодаря Ветру Нил был готов к бою. Он не позволил противникам подойти вплотную, и, дав знак Анри, они уже вместе вскочили, заняв атакующие позиции. Раздался женский вскрик, значит, в отряде точно леди. Капюшоны не давали рассмотреть лиц нападающих.

Прыжок. Еще один. Поворот. И первое тело, пораженное клинком Нила, уже бы осело на землю, но…

— Вот демон! — выругался Нил, одним скачком достигая Анри и поражая его противника. «Зачем я его спас?» — мысленно корил он себя, когда на него напали сзади. Один рывок. Резкий удар — и меч вонзился в сердце соперника.

— Спасибо, — одними губами прошептал Анри, при этом не издав ни звука.

— Сражайся в полную силу, — рыкнул на него кьерн Балуа. Странно, этот паршивец хотел отнять у него жизнь, так что заставило его спасти кузена? Но, увы, на раздумья не было времени.

Трое воинов начали оттеснять кьерна к костру. Под их натиском Нил отступал. Кое-как удалось перерубить одному из них связки на колене, но Нил неверно рассчитал угол падения раненого. Когда он упал под весом тела противника, не удержав равновесие, из укрытия вдруг выскочила Лея. Кьерн Балуа разом вспомнил все нецензурные слова, которые когда-либо слышал.

— Беги! — орал он ей, даже не зная, слышит ли она его.

Пока он отбивался от резкой атаки одного, другой двинулся к ней. Нил не успевал отрезать ему путь, но Лея смогла поразить его кинжалом. Значит, все-таки она умеет ими пользоваться! Кьерн мысленно похвалил ее и продолжил бой. В пылу сражения он не успел проследить за Леей, лишь только надеялся, что она успеет скрыться, пока он отвлекал воинов. По его подсчетам, осталось всего двое: тот, с которым сейчас сражается он, и другой, дерущийся с Анри. Как раз в то мгновение, когда Нил решил улучить момент и взглянуть на девчонку, его ранили. Кьерн еще даже не понял, куда пришлось ранение, почувствовал только легкое жжение в боку, а ноги неожиданно подкосились, и он начал падать.

Мужчина, поразивший его, хмыкнул.

— Я всегда знал, что ты слишком слаб для того, чтобы быть главным, — сказал незнакомец, и Балуа наконец понял, откуда он знает этот голос.

— Ритар, — ошарашенно прошептал он, а старый враг уже подносил острие клинка к его горлу, и Нил был готов принять смерть.

Вдруг раздался еле слышный хлопок, и фигуру стоящего над ним Далана Ритара перегнуло пополам, одновременно с этим голову Нила пронзила боль. Виски словно сжало тисками, и будто тысячи иголочек впивались в затылок. Кьерн Балуа улыбнулся сквозь эту знакомую боль и кое-как поднялся, пока второй воин суетился вокруг Ритара. Ее перенесло!

Оставалось только надеяться, что она в безопасности. Из-под холма уже поднимался Анри, брезгливо вытирая полой колета кровь, оставшуюся на острие.

Странно, но боль от выброса Леи отступила быстро — для Нила, а вот Ритар еще долго корчился и стонал на земле. Теперь Балуа знал две вещи: его враг не погнушался лично прибыть для проведения карательной операции над ним, и у него есть магический дар. Знать бы еще, умеет ли он его использовать.

— Это что, Ритар? — спросил Анри, разглядывая мужчину с длинными светлыми волосами, выбившимися из-под капюшона.

— Он самый, — ответил Нил.

— Что ты с ним сделал? На нем нет крови, — удивился Анри.

Балуа только коротко пожал плечами, не отвечая на этот вопрос, и поднес клинок к шее врага. От убийства его отвлек тихий женский стон. Балуа почти не удивился, когда обнаружил, что противник, покусившийся на Лею, — женщина. Он же предполагал ее наличие в отряде! Ритар вскочил, воспользовавшись секундной заминкой, но Анри успел перехватить его сзади и приставить к горлу клинок. Кьерн Балуа направился к леди и резко отдернул ее капюшон.

Действительно, леди… С тонкими аристократическими чертами лица, бледной, почти белой кожей и яркими огненно-рыжими волосами. «Странно, что она еще может стонать», — подумал Балуа. Кинжал Леи поразил ее в самое сердце: в подтверждение этого на рубашке было огромное, продолжающее расползаться пятно крови. Да и сам кинжал, по-прежнему торчащий в обмякшем теле, говорил о том, что леди должна быть уже мертва. Но Балуа не стал добивать женщину, а, обернувшись к Ритару, сказал:

— Кто это, Далан?

Ритар только сплюнул, демонстрируя свое нежелание отвечать на вопросы, но потом все же решил пообщаться.

— О том, что я покинул Саак, знает тьма народа, — хрипло сказал он. — И мой второй отряд, который стоит дальше по тракту, несомненно, доложит короне о моем убийстве.

— Мы лишь оборонялись, — противно улыбнулся Анри, в глазах которого уже бушевало предвкушение. Он являлся официальным наместником Ритара, и в случае его кончины Анри займет его место. А это значит, что он сразу получит одну из высших должностей.

Балуа же еще не определился, чего хочет. С одной стороны, в Ритаре точно есть магия, а в свете последних планов Нила лишать мага жизни было бы верхом глупости. Но, с другой стороны, Далан хотел убить его, и, более того, Нил был уверен, что дай ему волю, он и сейчас сделал бы это.

— Зачем ты хотел избавиться от меня? — спросил Нил. — Неужели все это ради теплого места под боком у Наара?

— Почему ты еще разговариваешь с ним? — не выдержал Анри. — Давай я просто убью его! Нашим словам поверят быстрее, чем кучке наемных убийц!

Кьерн Балуа задумчиво посмотрел на кузена и отрицательно покачал головой.

— Просто убить его — мало. — Ритар в кольце рук Анри заметно напрягся. — Я хочу знать правду о его мотивах, а еще мне очень интересно, кем была эта леди. — Нил обернулся туда, где лежала убитая женщина, и опешил.

Ему показалось, что леди на том месте больше не было. Подойдя ближе, он увидел, что на земле осталась лишь куча одежды и серебряный кинжал, который Лея метнула в обидчицу. Он нагнулся, стараясь закрыть собой необычное зрелище, чтобы не заметил кузен, и увидел маленького птенца — даже меньше того, которого нашла девчонка. Феникс смотрел на Балуа злым, совершенно осмысленным взглядом. Нил сам испугался своих догадок и поспешил отойти от места гибели рыжеволосой леди, пока Анри не заметил неладное.

— Я передумал, — уверенно сказал Балуа. — Я хочу убить его сам.

Анри снова улыбнулся и пригласил Нила занять его место за спиной Ритара. Кьерн с радостью поменялся с кузеном местами.

— Анри, сходи к реке, умойся, ты весь в крови. Я хочу остаться с нашим общим знакомым один на один.

Как ни странно, кузен послушался и удалился. Анри не хотелось смотреть, как Нил будет убивать Ритара. В смерти нет ничего красивого, к тому же ему действительно не помешало бы умыться.

— У тебя есть два варианта, — быстро зашептал Нил на ухо старому врагу. — Либо ты берешь своего феникса и даешь мне клятву верности…

Далан брезгливо поморщился. В голове Нила никак не укладывалось то, о чем он читал в древних фолиантах, — правда! Не верилось, что фениксы могут становиться людьми. Они хранители магии и ее носителей. Волновал вопрос: почему они появились именно сейчас? Откуда у Ритара феникс, к тому же взрослый, раз уже смог превращаться в человека. Сегодня он сам стал свидетелем возрождения птицы из пепла. Жаль, что у них всего один шанс на ошибку, хотя у людей нет и этого… Вероятно, с такой подпиткой силы феникс Леи тоже совсем скоро сможет превращаться.

— Зачем инквизитору возвращать магию? — все же спросил Ритар.

— Крамиилом издавна правили маги, последние полторы сотни лет — это просто печальное недоразумение, и я хочу вернуть все на свои места, — ответил Балуа. Странно, но он честно ответил на вопрос своего врага. — Хочу, чтобы ты понимал, и предупреждаю заранее: я сделаю все, чтобы все узнали о том, что у тебя есть дар.

— И эти слова я слышу от человека, который лично сжигал магов на кострах, — даже в такой ситуации умудрился съязвить Ритар.

— Решай быстрее, — прошипел Нил. — Ты не лучше меня. Мы оба совершали не слишком-то благородные поступки. Если бы я мог что-то изменить, то не стал бы носителем инквизиторской метки! Давно подозреваю, что с ней что-то не так.

Всем инквизиторам ставили особую метку. Чуть ниже груди, с левой стороны. Знак представлял собой перечеркнутую пятилучевую звезду. Звезда и была символом магии, лучи которой означали стихии: землю, воду, огонь, воздух и пятую, которую называли женщиной. Ведь именно из-за того, что пятым лучом магического «зла» считалась женщина, к ним применялись особо жестокие меры. Если мужчина с каплей дара мог в наказание получить епитимью или тюремное заключение (при наличии хороших связей и немалых денег), то женщин ожидало только пламя. Хотя некоторых ведьм сжечь не могли, а потому топили или расстреливали в упор, но таких было мало, на веку Нила — вообще всего одна, у нее и в самом деле был сильный дар. Так вот, метка… Нилу казалось, что она влияет на разум. Он не мог объяснить это, но желание убить человека с даром было просто невыносимым, несмотря на то, что он и сам был таким. Если же рука кьерна не поднялась убить мага, как сейчас, рядом с Леей, метка начинала жечь. За время, проведенное с девчонкой, Нил уже привык к этой боли и исполнять свою «миссию» не собирался. Примечательно, что боль, так же как и желание совершить казнь, возникала только после того, как инквизитор получал абсолютную уверенность в том, что дар в крови человека присутствует. Если наличие магии у кого-либо были лишь подозрениями инквизитора, то не происходило ничего. Это были только догадки Нила, ничем не подтвержденные, но он очень привык верить своему чутью.

— Взамен ты дашь клятву, что никто не узнает о том, что знаешь обо мне ты, — наконец ответил Ритар.

Нил без раздумий схватил руку старого врага и полоснул мечом поперек ладони, то же он проделал и со своей. Через секунду в крепком рукопожатии смешалась кровь злейших недругов, и магическая клятва на древнем хитарана слетела с губ светловолосого горделивого кьерна.

Лея Аргуст

«Че-о-орт!» — буквально выл внутренний голос. «Только не это! Как я потом буду искать кьернов? И что случилось с Нилом? Почему он упал?» — все эти вопросы я успела задать себе, пребывая еще в гуще серой липкой дымки. Но когда перед глазами прояснилось, их перекрыли новые…

Я оказалась в помещении. Комната небольшая, но очень дорого обставленная. Картины в позолоченных рамах украшали отделанные ракушечником стены. Массивный стол из красного дерева стоял у самого окна, обрамленного бордовыми портьерами из тяжелой ткани. Несколько диванчиков на изогнутых позолоченных ножках и огромный стеллаж с книгами во всю стену. Неужели мои страхи сбылись, и я действительно попала в королевский дворец? Опасливо осмотревшись по сторонам, поняла, что в комнате никого нет, но мое облегчение длилось недолго. В следующее мгновение где-то за моей спиной послышались глухие звуки, очень напоминающие приближающиеся шаги. Недолго думая я юркнула под огромный стол в надежде, что визитер все-таки минует дверь из красного дерева, ведущую в эту комнату. Под столом оказалось совсем мало места. Когда я смотрела на него сверху вниз, казалось, что он просто огромен, и панель, так удачно закрывающая стол спереди, показалась идеальным укрытием. Но по факту оказалось, что с обеих сторон располагались тумбы с выдвижными ящиками, и пространства между ними было мало даже для меня.

Мои молитвы о том, чтобы шедший миновал именно эту комнату, не услышала ни одна из богинь. Очень скоро дверь открылась. Без малейшего скрипа, но громко захлопнувшись за вошедшим. Хотя, судя по всему, это была женщина. Сомневаюсь, чтобы мужчины стали ходить на каблуках, а звук цокающих по мраморному полу каблучков я узнала сразу. Как оправдываться и что говорить, если меня заметят, даже не представляла. Толковых мыслей в голову, как назло, не приходило. Я готова была плакать, выть и грызть собственные локти от чувства беспомощности и нелепости моего положения. «Только бы она ушла, только бы она ушла», — мысленно просила я неведомо кого, но снова мои просьбы так и не дошли до адресата.

— Что вы здесь делаете? — Голос был приятным, твердым и с едва слышной хрипотцой. — Выползите из-под стола, когда я с вами разговариваю, — немного нервно, как мне показалось, возмутилась леди.

Это действительно была леди. Весьма преклонного возраста. Ее волосы были совершенно седыми, что никак не гармонировало с черными как смоль бровями. Кожа смуглая, с частыми морщинками, особенно в уголках глаз. Идеально ровная спина, скрещенные на груди руки с множеством перстней говорили о принадлежности леди к богатому роду.

— Добрый день, — пробормотала я. Выползла из-под стола и присела в реверансе.

— Что вы делаете в моем кабинете? — ледяным тоном спросила она. Потом рассмотрела меня внимательнее. По мере блуждания взгляда леди по моей дорожной одежде и растрепанной прическе ее брови постепенно ползли вверх.

— Что вы вообще делаете в замке «Клевера»? — воскликнула она.

В замке «Клевера»? Неужели она и есть та самая бабуля, которую так часто упоминал кьерн Балуа? Пока леди не позвала стражу, а я уверена, что она здесь есть и немалая, я решила попытаться объясниться.

— Вы, должно быть, Петра онт Балуа? — с надеждой спросила я.

Леди выглядела немного огорошенной:

— Допустим, но меня больше интересует, кто вы?

— Я Лея Аргуст. — Смысла скрывать свое имя я не видела, тем более что эта женщина знает мой род. Мне подумалось, что, представившись и рассказав все как есть, я избавлю себя от лишних проблем.

— Аргуст? — переспросила она. — Из рода Шиилы Аргуст?

— Да, леди, — кротко ответила я и снова изобразила реверанс.

— Ты совсем на нее не похожа, — покачала головой женщина. — Как ты оказалась в моем кабинете?

— Я… я приехала знакомиться с вами, — пролепетала я.

— Не ври мне, девочка, — совершенно спокойно, но очень холодно отрезала леди. — Какая-то незнакомая, перепачканная девчонка вваливается в мой кабинет, каким-то чудом миновав стражу, и заявляет, что она потомок Шиилы. Это верх безрассудства!

— Но это правда, — возразила я. — Я невеста вашего внука.

Петра напряглась сильнее. А я готова была провалиться сквозь землю! Я стою здесь, оправдываюсь перед этой незнакомой женщиной, а там, в лесу, возможно, убивают Нила! И я ничем не могу помочь! Нужно вернуться туда, может быть, еще не поздно? Может, еще можно что-то изменить? Я дрожащими руками извлекла из внутреннего кармана куртки злосчастный мешочек, который когда-то вручил мне распорядитель Анри, и вытряхнула его содержимое на стол. Перстень звонко ударился о столешницу и покатился, остановившись только, когда его путь преградила рука старой леди.

— Если теперь вы мне верите, то я хотела бы сообщить, что ваши внуки в беде, оба.

Взгляд леди сменился с откровенно недоверчивого на испуганный, и я поняла, что мои слова достигли своей цели.

— У нас очень мало времени, и единственное, о чем я смею вас просить, это поверить мне на слово.

Женщина задумалась всего на долю секунды, потом внимательно осмотрела меня еще раз, уделив особое внимание глазам, и уверенно кивнула.

ГЛАВА 11

Не знаю, сколько прошло времени, но казалось, что целая вечность. Я скакала во главе отряда из десяти всадников, рядом с начальником стражи леди Петры онт Балуа. На пути встречались только обозы, следующие по тракту, да несколько верховых, ничем не напоминающих кьернов. Неужели не успели? Я старалась уговаривать себя не бояться и не переживать. Последний камень яшмы остался в моей сумке, которую я, естественно, не забрала с собой во время переноса. И если сейчас магия снова переполнит мою ауру, то одним богиням известно, куда перенесет меня в этот раз. Мысленно я молилась, чтобы ничего подобного не произошло.

— Вы слишком бледная, — сказал начальник стражи. — Не переживайте так, если ваш жених не погиб в бою, то мы обязательно его спасем. С нами едет личный лекарь леди Петры.

Если таким образом седовласый мужчина с добрыми, чуть раскосыми глазами пытался меня подбодрить, то у него ничего не вышло: я запаниковала еще больше. Особенно когда посетила мысль о том, что моего «жениха» и впрямь могли убить в бою. «Ничего, если убили одного, не факт, что убили и второго, — коварно шептал внутренний голос, — все равно без жениха не останешься». Только сейчас я четко поняла, что на самом деле мне плевать, жив ли Анри. Мне хотелось, чтобы выжил Нил. Наверное, я просто успела привязаться к нему за это время?

— Всадники впереди! — крикнул один из стражников, указывая вдаль. Я подняла взгляд и чуть было не взвизгнула от радости. Нам навстречу действительно двигались всадники. Их было трое. Издалека можно было предположить, что все трое мужчины. Один, на рыжем жеребце, держал за поводья белоснежную кобылу, и еще двое, на угольно-черных лошадях, ехали рядом.

— Это они! — воскликнула я и в нетерпении подхлестнула выделенную мне гнедую кобылу. После Снежки она казалась медленной и немного неуклюжей, зато беспрекословно слушалась поводьев в отличие от строптивой кобылицы, предоставленной мне кьерном Балуа. Сейчас меня меньше всего волновало, кто же этот третий всадник, хотелось поскорее убедиться, что с ними все хорошо.

— Нил! — крикнула я улыбающемуся кьерну Балуа. — С вами все в порядке? Я так волновалась!

— Все хорошо, Лея, — тепло улыбнулся кьерн.

— Я видела, тебя ранили, — сообщила я.

— Царапина, — отмахнулся тот.

Я вздохнула с облегчением, но все же начальник стражи настоял на том, чтобы мы немедленно остановились и лекарь смог осмотреть «царапину» Нила, а заодно попросил его подробнее рассказать о случившемся. Я же, убедившись, что все живы, подозрительно косилась на незнакомого мужчину. Он разительно отличался от знакомых мне кьернов. Объединял их разве что довольно высокий рост. Если Нил был сильным и мощным даже с виду, то этот мужчина казался более слабым. Худощавым, что ли, но в то же время довольно мускулистые руки говорили об обратном. Он не был смуглым, как кьерны, значит, — не южанин. Белые волосы, чуть достающие до лопаток. Гордый, прямой взгляд синих, как и у меня, глаз, волевой подбородок, выразительные скулы… Мужчина был действительно красив, завораживающе и пугающе.

Улучив момент, я подошла к Снежке и нашла камень в своей сумке. Запихивать его в лиф открыто при таком количестве мужчин казалось верхом неприличия, и я незаметно удалилась в лес, выбрав наименее просматриваемое место. Пока я расстегивала куртку и рубашку, чтобы удобно расположить камень в нужном месте, ко мне прилетел Феня. Я радостно взвизгнула и попыталась прижать птицу к себе, но феникс отбился от чересчур нежной хозяйки крыльями.

— Где тебя носило? — строго спросила я его, но феникс не ответил.

Вместо этого в моей голове после короткого потемнения снова появилась картинка. На ней я, испуганная, скрывалась в гуще серого дыма, а феникс взмыл в воздух и полетел в сторону замка «Клевера». Сейчас, глядя глазами птицы, я понимала, почему замок бабули Балуа называется именно так. Я, конечно, не успела толком рассмотреть королевский дворец в Сааке, но что-то мне подсказывало, что это строение ненамного уступает ему. Три массивных корпуса с высокими башнями были поставлены довольно близко: это, как я поняла, и был своеобразный «лист» клевера, а длинная подъездная дорожка с навесным мостом очень напоминала стебель. Сверху это действительно было очень похоже на побег клевера.

Как я поняла, Феня чувствует меня, знает, куда меня переносит, и вполне способен найти. Когда ко мне вновь вернулось мое собственное зрение, я потрепала своего любимца по хохолку.

— Не бросай меня больше, ладно? — попросила я. Может, мне показалось, но феникс изобразил подобие кивка.

Из леса я выходила довольная и даже почти забыла обо всех навалившихся проблемах.

— Ваша невеста — замечательная девушка! — воскликнул начальник стражи, пожав руку… Анри.

Я попятилась. Нил дернулся, намереваясь вскочить с плаща, на котором лежал в то время, как лекарь перевязывал его «царапину». Она, кстати, оказалась настоящей глубокой и не прекращающей кровоточить раной. Анри же хищно оскалился.

— Лея, вы лучшая девушка в мире! — радостно воскликнул он и, подбежав ко мне, подхватил на руки.

— Анри, это ошибка, — прошипела я в ухо радостному кьерну. — Поставьте меня немедленно!

На мои слова он отреагировал не сразу. Мне пришлось повторить, что это всего лишь ошибка, раз семь, пока кьерн наконец их услышал и, расстроившись, опустил меня на землю.

— Ошибка, — прошептала я в ответ на испепеляющий взгляд Нила.

— Простите, если я что-то не так понял, — понурил голову начальник стражи, а я подошла к Нилу и уселась рядом.

— С тобой-то самой все в порядке? — взволнованно прошептал он. — Куда тебя забросило? Как ты смогла связаться с бабулей? И… и почему они думают, что ты невеста Анри? — Нил поднял на меня строгий и в то же время полный надежды взгляд.

Пришлось в двух словах обрисовать ему картину моего фееричного появления в замке «Клевера» и предъявления перстня Анри в качестве доказательства того, что я — есть я.

— Позволь теперь мне задать вопрос? — попросила я.

Нил улыбнулся и покладисто кивнул.

— Кто этот человек? — Я исподлобья взглянула на блондина, который сидел отдельно от всех.

— Идем, представлю. — Кьерн Балуа поднялся и подал мне руку. Анри почему-то пошел за нами.

— Это мой враг, кьерн Далан онт Ритар. — Нил указал на блондина, который поднялся и слегка, как будто в качестве одолжения, склонил голову. — А это леди Лея Аргуст, моя невеста.

— Леди Лея — моя невеста, — лучезарно улыбнулся Анри, пристроившись по другую сторону от меня. — Нил часто путает.

Тонкие соломенные брови блондина удивленно поползли вверх, а в глазах заиграли смешинки.

— Можно просто Лея, — улыбнулась я и протянула руку, как и положено в таких случаях, для поцелуя. Но удостоилась лишь усмешки и легкого рукопожатия…

— По коням! — тем временем крикнул начальник стражи, и мы все поспешили к старому дереву, послужившему своеобразной коновязью. Я случайно посмотрела на сверток, который нес в руках враг Нила, и обомлела. На секунду мне показалось, что я сошла с ума и мне просто показалось. Но, крепко зажмурив глаза и открыв их снова, убедилась, что это не видение.

— Откуда у вас феникс? — шепотом, чтобы никто не услышал, спросила я.

Мне показалось, что мой новый знакомый удивился. По крайней мере, выглядел немного ошарашенным.

— Может быть, я расскажу вам об этом позже, — вежливо ответил он и поспешил разминуться со мной во избежание ненужных вопросов.

Ладно, я же могу спросить у Нила. Тем более было интересно, на кой черт он тащит с собой своего врага. Не тот ли это человек, люди которого заставили нас прятаться в кустах? Если это так, то поведение кьерна Балуа вдвойне непонятно. Я посмотрела вверх, чтобы убедиться, следует ли Феня за нами. Возникшая между нами связь также вызывала массу вопросов. Интересно, а этот кьерн знает что-нибудь про фениксов?

Раздумывая о своем, я забралась на Снежку, ласково потрепав ее по крупу. На ней было гораздо удобнее, чем на гнедой, и я решила вести вверенную мне начальником стражи бабули Балуа кобылу на поводу рядом с собой. Не успели мы проехать и пары метров, как ко мне приблизился Анри и любезно предложил помочь с кобылой. Я с благодарностью отдала ему поводья. Очень скоро меня нагнал Нил.

— Ты не рассказала, как бабуля отреагировала на твое появление? — спросил он, убедившись, что никто не слышит.

— Она толком не успела отреагировать, — отвела взгляд я. — Я думала, что вы в опасности, и развела панику, которой все благополучно поддались.

— Переживала, значит, — белозубо улыбнулся кьерн.

— Когда меня переносило, тебя как раз ранили, конечно, я переживала!

— Чертовски приятно! — воскликнул Нил.

Я бы переживала так же за любого другого человека, по крайней мере, мне хотелось так думать.

— Кто этот человек, Далан онт Ритар? — поспешила я перевести смущающую меня тему.

— Мой враг, — просто ответил кьерн Балуа.

— Он тоже хотел тебя убить?

Нил только кивнул.

— Тогда зачем он едет с нами? — не унималась я. Жажда утолить свое любопытство была просто невыносимо сильной.

— Знаешь, — задумчиво начал говорить Нил, — раньше я думал, что между нами просто борьба, конкуренция из-за поста главного инквизитора. Он ведь мой наместник, и если со мной что-то случится, Ритар займет мое место. Но сейчас, я думаю, есть что-то еще.

— Что? — жадно спросила я.

— Пока не могу сказать. Я не люблю озвучивать догадки, — грустно усмехнулся кьерн.

— Нил, — после короткой паузы снова решилась заговорить я, — я видела у него феникса.

— Я знаю, — ответил он.

— Это значит, что он тоже… — Я огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что рядом никого нет и, понизив голос, продолжила: — Он тоже обладает даром?

— О да! — с каким-то предвкушением ответил Балуа.

Я хотела еще много чего спросить, но Нил вдруг стал каким-то отстраненным, полностью погрузившимся в свои мысли, и я решила не приставать к нему с разговорами. Еще ко мне, наконец, пришло осознание того, что я убила человека. Особенно острым оно стало, когда Нил протянул мне мой кинжал.

— Ты что, вынул его из тела? — поразилась я.

— Нет, малышка, тело само «вернуло» его, — уклончиво ответил кьерн.

Я что, не попала? Не попала с третьего раза? Стало немного обидно. Но я же видела, как человек оседал!

— Мне казалось, что я убила того воина.

— Ты убила кое-кого другого, — вот снова он ответил так, как будто и не отвечал!

А впереди, совсем близко, уже опускался мост над глубоким рвом, на дне которого виднелись острые пики заточенных кольев. Я с любопытством рассматривала дно рва.

— Нравится? — подмигнув, спросил Анри.

— Не сказала бы, — поежилась я. — Скорее, жутко становится.

— Бабуля в прошлом году только колья поменяла, старые прогнили, — гордо сообщил Анри.

А я не понимала, зачем это нужно? Разве на этот замок кто-то нападет? Если нет, то для чего такие оборонительные сооружения?

— Лея, мы уже близко, так что я хотел бы знать, на ком остановился твой выбор? — спросил Анри.

Я собиралась было ответить, что выбор, бесспорно, на стороне Нила, но что-то меня остановило.

— Я еще не решила, — в итоге ответила я.

— Знаешь, а я ведь готов дать тебе все блага этого мира, — поспешил рассказать Анри. — Разве что кроме любви, но это ведь не главное, верно?

Слегка шокированная таким заявлением, я даже невольно остановила Снежку. Анри же как ни в чем не бывало поехал дальше, бодро насвистывая что-то себе под нос, а за моей спиной кто-то вежливо закашлялся. Отогнав наваждение, которое поразило меня от наглости кузена Балуа, я поехала дальше.

Просторный дворик перед главным входом в замок был покрыт густой короткой травой, которую пересекала лишь одна довольно узкая каменная дорожка. Заметила, что слуг здесь довольно много. Не успели мы остановиться, как к нам сразу же подошли двое мужчин и забрали лошадей. А на крыльцо вышла сама хозяйка замка.

— Бабушка. — Нил приветственно склонил голову и поцеловал протянутую леди руку. Анри повторил его жест.

— Значит, девушка мне не соврала, — констатировала она, глядя исключительно на меня.

— Это леди Лея Аргуст, — поспешил представить меня Нил. — А это кьерн Далан онт Ритар, — сказал он, когда любопытный взгляд бабули упал на его врага.

— Входите, покои для вас уже приготовили. — Она снова посмотрела на Ритара. — Правда, не для всех, но это поправимо.

Мы вошли в холл, который, как и кабинет Петры, был просто шикарным. Отделка из незнакомого дерева цвета спелой вишни, картины в таких же позолоченных рамах, пятирожковые подсвечники, украшенные драгоценными камнями… И слуги. Много слуг. Каждого из нас к выделенным покоям проводили разные служанки.

— Мальчики, — перед тем как мы направились в свои комнаты, позвала леди Петра. Я даже не поверила, что кто-то может так обращаться к кьернам, — зайдите ко мне в кабинет как можно быстрее, оба.

Я в этот момент мечтала только о двух вещах: горячей ванне и сытном обеде. Почему-то была в полной уверенности, что и то и другое мне предоставят. Покои, в которые меня отвели, были довольно большими и состояли из двух комнат: гостиной, в данном случае предназначенной именно для приема гостей, и спальни. В гостиной стоял диван, несколько кресел, небольшой круглый столик, сделанный из цельного стекла, имелся даже камин, только надобности летом в нем совершенно не было. Больше всего мне понравился ковер с длинным пушистым ворсом, лежащий в середине комнаты.

Бросив сумку на диван, я прошла в спальню и искренне порадовалась огромной, поистине царской постели под голубым балдахином из легкой летящей ткани. Еще через минуту я обнаружила ванную комнату. Сама ванна больше напоминала небольшой бассейн, на дне которого складывалась в причудливые узоры разноцветная мозаика. Несколько минут я пыталась разобраться, как набрать воду, пока не нашла короткий рычажок в углу. Осторожно подняв его, я с удивлением наблюдала, как прямо из отверстия в стенке самой ванны начала течь вода. Я поводила рукой под струей. Вода оказалась горячей. Интересно, как это работает? В пансионе, как и в «Аларе», у нас был только душ. То есть устанавливали железные бочки, прикрепленные к потолку. В боку бочки делали отверстие и вставляли заглушку. С самого утра, еще до рассвета, прислужники кипятили воду и наполняли бочки кипятком. В итоге нужно было только вынуть заглушку — и горячая вода начинала литься сверху. Как вода попадала в ванну, я пока не понимала. Потом обнаружила, что емкость не наполняется, несмотря на довольно сильный поток воды. Пока я нашла отверстие, которое нужно было заткнуть красивой фарфоровой заглушкой, цепочкой связанной с бортиком, прошло немало времени. Но в итоге я осталась довольна.

В спальне обнаружила белый мягкий халат, предназначенный явно мне. Не просто же так женский халат появился в подготовленных для меня покоях. На некоторое время я забыла обо всем и обо всех; забыла, где нахожусь и зачем я здесь. Разделась я, наверное, за полминуты, достала из сумки баночки, захваченные с собой из «Алара», и расплела спутавшиеся волосы. Я уже готова была бежать к столь желанной ванне, но меня отвлек короткий стук. Сразу я и не поняла, откуда он исходит, а потому на цыпочках подошла к двери, но там никого не было. Однако стук повторился снова. Оказалось, в огромное окно гостиной стучался мой Феня, и я, взвизгнув, бросилась открывать створки, чтобы впустить своего любимца.

Через пять минут я уже лежала в горячей приятной воде, а Феня сидел на бортике.

— Где ты был? — подозрительно прищурилась я, вспомнив, что птички довольно долго не было. Я не была готова к такому повороту, но в глазах снова потемнело. Прояснившееся изображение было четким и резким. Феня показал мне конюшни, в которые повели наших лошадей, и парнишку, который чистил Снежку. Значит, мой феникс еще и проследил за тем, чтобы о лошадке позаботились! Я ласково погладила прекрасную волшебную птицу.

Хорошенько вымывшись, я просто нежилась в воде и решила немного подумать. Судя по всему, сегодня мне предстоит объяснять гостеприимной хозяйке замка, кто из ее внуков мой жених. И наверное, она думает, что это Анри… Что мне может дать Анри? Золотую клетку — возможно, но не более того.

Нил предлагает свободу, но верить кьерну Балуа было бы верхом безумства. Но даже если мне не удастся вернуть свою свободу и все-таки придется выйти замуж, то уж лучше, чтобы моим супругом стал Нил. Ведь он владеет моим секретом и не использует это знание против меня, несмотря на то, что он инквизитор. К тому же он такой же, как я, и многое знает.

К концу купания мой выбор был уже почти очевиден. Я собиралась закончить водные процедуры, но решила воспользоваться близостью феникса и на всякий случай отдать ему накопившуюся магию. Я решила, что в замке «Клевера» меня еще ждет много волнующих моментов, и лучше «разгрузиться» сейчас, пока эта непоседливая птичка не улетела еще куда-нибудь. Я приложила руку к голове Фени и принялась «согревать» его, как учил Нил, по обыкновению закрыв глаза.

— А-а-а! — крикнула я, когда, открыв глаза, увидела перед собой совсем не птицу. Я шарахнулась в противоположную сторону ванной и, схватив с бортика полотенце, попыталась им укрыться. Полотенце было тут же безнадежно намочено, потому что в шоковом состоянии я даже не додумалась выйти из воды, прежде чем прикрыться.

— Лея! Это же я, не бойся! — воскликнул парень с огненно-рыжей шевелюрой, чуть вздернутым носом, неестественно бледной кожей и россыпью мелких веснушек. Лично я видела его впервые и почему должна успокоиться — не понимала совсем.

— Кто «я»? — продолжая пятиться назад, пока не уперлась в бортик окончательно, спросила я.

— Феня, — растерянно отозвался парень. — И вообще, как тебе в голову пришло назвать элементаля Феней?

— Феня, — глядя на парня, повторила я, надеясь, что, сказав это вслух, сама смогу поверить в сказанное. — Голый мужчина на бортике моей ванны — Феня?

— Да, — радостно кивнул этот тип.

— Позволишь мне одеться? — нервно спросила я. Тот, кто представился Феней, кивнул и, извинившись, отвернулся.

Я как ошпаренная выскочила из ванны, бросив мокрое полотенце на каменный пол. Схватила халат и укуталась в него так, что были видны только стопы и голова. Выбежала в спальню и прямиком направилась к шкафу. Как я и предполагала, в нем оказалось еще четыре таких же халата. Взяла один из них и снова зашла в ванную, стараясь не смотреть на обнаженного парня, продолжающего сидеть на том же месте.

— На, надень, — бросила ему халат и отвернулась.

— Надел, — через несколько мгновений сообщил рыжий, и я обернулась. Если мне полы халата доставали до самых стоп, то у Фени ткань заканчивалась чуть ниже колен.

— Хорошо, идем, — вздохнула я.

Только сейчас заметила, что на низком столике в спальне появился поднос с едой. Маленькие круглые булочки, несколько видов джема, привычные южные фрукты и несколько ломтиков ветчины. Отлично! Значит, не придется спускаться к обеду.

— Итак, — решила я озвучить свои мысли, — в моей ванной, прямо во время купания, появляется голый мужчина и заявляет, что он — птица? — Стало даже немного смешно от нелепости произнесенного.

— Да, — легко кивнул предполагаемый феникс, намазывая вишневый джем на одну из булочек. — Только не птица, а элементаль, воплощенная стихия, понимаешь?

Я попыталась вспомнить, знаю ли я что-нибудь об элементалях… Нет, ничего не знаю.

— Выходит, ты оборотень? — Кажется, я подходила к грани сумасшествия, потому что этот разговор явно не мог произойти между двумя нормальными людьми.

На мой вопрос парень поморщился:

— Воплощенная стихия, и не путай!

Ой, кажется, обозвав оборотнем, я его оскорбила.

— Все равно не верю, — прищурилась я. — Докажи!

— Как? — Мой новый знакомый подавился булочкой.

— Стань снова Феней, — предложила я.

— Пока не могу. Ты подпитала меня магией, ускорила рост, и я смог перевоплощаться, но это неконтролируемо, контроль вернется немного позже. Ближайшие пару часов сменить ипостась я точно не смогу, — развел руками рыжий.

Я еще раз внимательно рассмотрела его. Нет, это точно еще не мужчина. Юноша, лет восемнадцати, но довольно статный для своих лет.

— О чем задумалась? — приподнял золотую бровь Феня.

— Выходит, что ты будешь расти каждый раз, когда я буду делиться с тобой магией? — спросила я и, дождавшись кивка, продолжила: — Но если ты так быстро растешь, то получается, что я могу тебя состарить?

Парень громко заливисто рассмеялся и протянул булочку, любовно намазанную персиковым джемом, мне.

— Мою человеческую ипостась ты не состаришь, ее максимальный возраст — возраст хозяина, то есть твой. Поэтому старше тебя она никогда не будет, а тело феникса растет лишь до определенных размеров. Когда они будут достигнуты, то феникс просто будет становиться сильнее от твоей подпитки.

Я переварила полученную информацию и кивнула. Значит, все нормально, а то я уже боялась, что с силой моих выбросов недолго и убить феникса.

— То есть все фениксы могут становиться людьми? — Честно сказать, сейчас мне было интересно абсолютно все.

— Конечно нет! — возмутился Феня. — Элементали сами выбирают себе ипостась, но в основном это саламандры, реже фениксы, а обычные огненные птицы не имеют никакого отношения к стихиям.

Следующий вопрос я уже почти сформулировала в голове, но задать его мне помешал уверенный стук в дверь. Мы с Феней дернулись одновременно.

— Кто там? — настороженно спросила я.

— Это я, Нил, — ответили из-за двери.

Я шумно вздохнула, а подлый Феня ехидно захихикал. И как я буду объяснять кьерну Балуа, что это птичка так вымахала?

— Я не одета, — пискнула я.

— Так даже лучше, — промурлыкали за дверью. — Я вхожу, — сообщил кьерн, и мы услышали звук открывающейся двери…

Не знаю, каким чудом, но мне удалось запихать Феню в шкаф, напоследок скорчив ему страшную гримасу, призванную заставить парня помалкивать.

Балуа, видимо, сильно проникся информацией о моей наготе и поспешил. Гостиную он преодолел за доли секунды и ворвался в спальню, не позволив мне выйти. Бегло осмотрев меня, Нил притворно вздохнул.

— А говоришь — не одета, — разочарованно покачал головой он.

— А если бы я и вправду была не одета? — вспылила я. — Что за манера врываться без разрешения?

— Ладно тебе, поверь, мне приходилось видеть обнаженных женщин. — Нил буквально шарил глазами по комнате, как будто пытаясь что-то найти. Его взгляд упал на оставшиеся недоеденными булочки.

— Обедаешь? — спросил он.

— Обедала бы, если бы ты не помешал, — ответила я.

— Я просто пришел сообщить, что сегодня за ужином мы будем решать вопрос наследст… Тебе не кажется, что там что-то шуршит? — Балуа прервался на полуслове и, подозрительно прищурившись, указал на шкаф.

— Нет, — невинно отозвалась я. Хотя шорох, издаваемый Феней, трудно было не услышать. Что он там делает? Сказала же сидеть тихо!

— Точно шуршит! — Балуа уже сделал шаг в сторону шкафа.

— Может быть, мыши? — осторожно предположила я.

— Я не позволю своей невесте жить в одной комнате с грызунами! — воскликнул воинственно настроенный Балуа и, одним прыжком оказавшись у шкафа, открыл створки.

Дальше последовала немая сцена… Я, во избежание обморока от столь ярких эмоций, присела в кресло, схватившись за голову. Феня вжался в заднюю стенку шкафа, лепеча что-то наподобие: «Это не то, что вы думаете, честно». И Балуа, переводящий полный ярости и недоумения взгляд с феникса на меня.

Как раз в тот момент, когда сверлящий взгляд Нила был занят мной, Феня рванулся и выскочил из шкафа. Балуа на отсутствие реакции не жаловался и с силой схватил парня за шкирку. Но Феня не собирался останавливаться, а потому продолжал бежать, оставив в руках главного инквизитора Крамиила белый пушистый халат. А я только сейчас заметила, что за время суеты мужчин вокруг шкафа успела доесть одну из булочек…

— Лея! — орал Балуа. — Что здесь происходит?!

Голый феникс скрылся за дверью ванной комнаты, и я открыла зажмуренные глаза.

— Я же говорила, что нельзя без разрешения входить в чужие покои, — пробубнила я, стараясь не смотреть на Балуа.

— Если ты не заметила, у тебя в шкафу голый мужик! — Показалось, что кьерн перешел на ультразвук. Как бы голос себе не сорвал…

Я поднялась и, пройдя мимо тяжело дышащего Нила, взяла из его все еще вытянутой руки халат, чтобы пройти к ванной и бросить его внутрь.

— Фень, одевайся и ничего не бойся, — уверенно сказала я. — Это всего лишь феникс, Нил, — спокойно ответила кьерну, — и даже если бы это было не так, ты не имеешь никакого права на меня орать.

— Феникс? — с видом душевнобольного повторил Балуа. — Я сейчас вернусь. — И быстро, чеканя шаг, покинул мои покои.

«И что это было?» — подумала я.

— Что это было? — спросил Феня, высовывающийся из ванной уже в халате.

ГЛАВА 12

— Сильно испугался? — спросила я Феню.

— Нет, конечно! — задорно ответил элементаль. — Просто хотел понаблюдать за его реакцией.

Потом мы вместе хохотали еще минут пять без передышки, особенно вспоминая последний вопль кьерна Балуа про голого мужчину в шкафу.

— Как думаешь, он скоро вернется? — отсмеявшись, спросил феникс.

— Думаю, когда его накроет осознание того, что его водят за нос, — пожала плечами я, — или когда отойдет от шока. Скажи, а вы питаетесь только силой магов?

— Нет. — Феникс заметно погрустнел. — Знаешь, есть магические потоки, они могут идти по воздуху, под землей, под водой… Везде!

Я отрицательно покачала головой: ни о чем подобном я никогда не слышала.

— В Крамииле их нет, а раньше были, и очень много. Они заблокированы со времен завоевания, — парень грустно вздохнул, — мы можем питаться от них, но сейчас это невозможно.

— Поэтому ты решил подпитаться от меня? — уточнила я.

— Ты сама отдала мне магию. А еще твой магический выброс был где-то не очень далеко от места, где ты нашла птенца феникса, и это именно он пробудил меня.

— Пробудил? — не поняла я.

— Долгое время я существовал в форме обычного огня, именно потому, что в этих землях не было огненных магов, готовых делиться силой. Но появилась ты, продемонстрировав свободный выброс магии огня. — Феникс недоуменно посмотрел на меня. — Ты что, вообще ничего не знаешь? — удивился он.

Я отрицательно покачала головой. Откуда мне это знать? Я долгое время и вовсе считала, что магов уже полностью истребили…

Стук в дверь заставил Феню опасливо покоситься в сторону ванной.

— Кто? — спросила я.

— Я вернулся, — из-за двери ответил Нил. — Надеюсь, сейчас можно войти?

Спрашивает… А тон — напротив, бескомпромиссный и возражений не терпящий.

— Входите, — вздохнула я.

На этот раз Балуа пришел не один…

Он решительно прошел к нам с Феней и указал на последнего рукой.

— Пожалуйста, скажи мне, что это действительно феникс, — не глядя ни на меня, ни на Феню, попросил он своего спутника.

В глазах Ритара заплясали озорные смешинки.

— А что будет, если не скажу? — осторожно спросил он. Он что, издевается?

— Убью к чертям и ее и этого охламона! — прорычал Нил.

Ритар рассмеялся.

— Расслабься, это действительно феникс! — сквозь смех выговорил он. Балуа наконец-то выдохнул и посмотрел на меня.

— Значит, мне на слово ты не поверил, — недобро протянула я. А сама думала о том, что Нил, вероятно, сошел с ума, раз решил продемонстрировать феникса своему врагу… Хотя я же видела подобную птичку и у него! Неужели он такой же, как я?

— А вы, как я понимаю, специалист по фениксам, — обратилась я к Ритару.

Нил наконец понял, по какому поводу я переживаю.

— О, не беспокойся, Лея, я не думаю, что Далан расскажет кому-то о твоей тайне, — успокоил он.

Интересно, что дает ему основание так думать? Этот человек пытался убить его! Или кьерн страдает расстройством памяти и уже забыл об этом? Балуа снова каким-то чудом понял ход моих мыслей.

— У него тоже есть феникс, которого ты, кстати, убила во время драки.

Я убила феникса?! Феня смотрел на меня, даже не пытаясь скрыть ужаса, Ритар — не пряча обиды, один только Балуа, казалось, был всем доволен.

— Не волнуйтесь, леди, птица возродилась, — наконец холодно сказал Далан. — Теперь она живет свою последнюю жизнь.

Говорил он это жестко и с наигранным безразличием, и только глаза выдавали боль от потери родного существа.

— Простите, — искренне попросила я. Слов просто не было. Как можно просить прощения за то, что ты отнял чью-то жизнь?

— Не расклеивайся! — воскликнул Феня, хлопнув меня по плечу. — Элементали бессмертны. Умрет одно тело, появится другое. К тому же ты защищалась!

Не могу сказать, что мне стало намного легче, но это хотя бы какое-то оправдание собственного поступка.

— Можно считать инцидент исчерпанным, — облегченно выдохнул Балуа. — Сегодня вечером мы поговорим с Петрой, и, надеюсь, она объяснит появление ваших элементалей. Я чувствую, что происходит что-то важное, и меня ужасно бесит, что я не могу понять, что именно. Лея, собирайся и надень платье, я зайду перед ужином. — После этих слов он быстро направился к выходу, позвав за собой Ритара, который перед тем как уйти, подмигнул опешившей мне.

Я сделала мысленную пометку отомстить Нилу за столь явное недоверие или хотя бы устыдить его. Было даже обидно. Разве я давала повод не доверять мне? Он и вправду такого мнения обо мне? Считает, что я могу притащить в свою комнату первого встречного обнаженного мужчину… Действительно неприятно.

— То есть вы бессмертные духи-стихии? — спросила я.

— Совершенно верно, — улыбнулся Феня. — И если я правильно понял, у этого мужчины тоже есть элементаль?

— Да, и как ты тоже, наверное, понял, я убила его, — грустно вздохнула я.

— Этот человек живет в нашем крыле замка? — напрягся Феня.

Я только коротко кивнула, вспомнив, что вели нас к покоям в одну сторону. Феня молча посмотрел на часы и попросил меня отвернуться. Когда я повернулась обратно, на месте парня была привычная птица, уже увеличившаяся в размерах. Феникс взлетел и, сделав круг под потолком, вылетел в окно. Это хорошо, что он уже может менять ипостась, иначе как бы я объясняла появление нового гостя бабуле, к тому же если жить в одной комнате с птицей я была согласна, то делить покои с мужчиной, пусть и молодым, совсем не хотелось.

Обессиленная я повалилась на кровать, решив обдумать всю сложившуюся ситуацию, но так и не смогла, погрузившись в сон.

Нил онт Балуа

На подсознательном уровне Нил не хотел отпускать Ритара, поэтому данная обоими клятва грела ему душу. Если он хочет возродить магию на земле королевства Крамиил, то ему нельзя терять таких сильных магов, как Далан. Тем более нехорошо держать его во врагах, и пусть соглашение не делало их друзьями, но теперь Нил хотя бы был уверен, что Ритар не попытается убить его или как-либо подставить. Он планировал получить от бабули всю возможную информацию, которая поможет ему осуществить задуманное. Он никогда не признавался, что еще в детстве перечитал все книги из личной библиотеки Петры онт Балуа, и даже написанные на языке хитарана. Теперь он собирался раскрыть карты и рассказать, что знает о возможности возвращения магии. Что-то подсказывало ему, что Ритар может оказать немалую помощь в этом деле.

Анри был огорчен и удивлен одновременно, когда, вернувшись, застал Ритара в живых. Но кьерн Балуа смог убедить кузена в реальности рисков, которые возникнут, если они убьют Далана. Он сказал, что Ритар едет с ними в качестве «пленника». Объяснил это тем, что просто хочет держать врага рядом с собой во избежание очередного покушения. Анри, хоть и был не особо доволен этим обстоятельством, но решение кузена принял беспрекословно.

Когда они заметили движущийся навстречу отряд всадников, Нил даже не сразу понял, кто они, пока не увидел вырвавшуюся вперед хрупкую девушку на гнедой лошади. Хвала богиням, с ней все в порядке! Кьерн на радостях подстегнул Ветра и понесся навстречу Лее. Девчонка сразу же принялась его расспрашивать, все ли в порядке, а Нилу было невероятно приятно от осознания того, что она волновалась! Он ведь тоже волновался о ней каждую секунду!

Когда на привале начальник стражи бабули Балуа Трист Норалан назвал Лею невестой Анри, кьерна Балуа чуть не хватил удар. Анри же, напротив, обрадовался до такой степени, что даже подхватил девушку на руки. Благо она сказала, что это всего лишь ошибка. Это же нужно было перенестись прямо в кабинет бабули! Да там же толпы стражи дежурят!

Когда наконец приехали в замок, вместо того чтобы отпустить всех отдохнуть с дороги, Петра настояла, чтобы внуки зашли к ней для важного разговора. Анри и Нил только оставили в выделенных покоях сумки и сразу же направились в кабинет Петры.

— Сегодня вы меня удивили, — сказала женщина. — Непонятно только одно: чья именно невеста эта замечательная девушка?

— Моя, — синхронно ответили кьерны и быстро переглянулись, чувствуя себя идиотами.

— Понятно, — улыбнулась леди.

— Она еще не сделала выбор, — сказал Анри.

— А по-моему, сделала, — хитро улыбнулась женщина, — но пусть она сама его озвучит.

Потом они обсудили некоторые моменты, касающиеся наследства, и бабуля отослала Анри, оставшись наедине с Нилом.

— На девочке твоя метка, а носит она перстень твоего брата, — задумчиво сказала Петра. — Только я не совсем понимаю, зачем тебе это все нужно? Ты же не охотник за легкими деньгами.

— Вы знаете, — улыбнулся Нил. — Вы сами все знаете.

— В ней что-то есть? — насторожилась бабуля. — Я не успела посмотреть, есть ли дар. — В глазах женщины блеснула надежда.

Кьерн Балуа кивнул и продолжал улыбаться. Леди подняла руки к небу, вознося хвалу всем богиням пантеона сразу.

— Я должна с ней поговорить!

— Я схожу, приведу ее, — подскочил с места Нил и отправился к покоям, выделенным Лее.

После короткого стука и объяснения, кого принесла нелегкая, девчонка сказала, что не одета. Воображение Нила моментально нарисовало картину белокурой чертовки, нагишом прохаживающейся по комнате, томный взгляд синих глаз из-под полуопущенных кукольных ресниц… Нил буквально ворвался в комнату в предвкушении как минимум приятного зрелища, а как максимум — продолжения действия, начатого, когда они уходили от погони.

Но Балуа ждало разочарование: Лея была в халате, который закрывал все, если не больше… Только выглядела как-то странно. Всклоченная, испуганная и чересчур нервная. Перебросившись парой слов с девушкой, он уже хотел попросить ее собраться для визита к Петре, но услышал странный шорох, доносящийся от шкафа. Девчонка сказала, что это мыши, но Балуа, конечно, в эту версию не поверил. Вместо этого он открыл шкаф.

О богини! Лучше бы он этого не делал! Голый рыжий парень в шкафу его почти любимой женщины вызвал небывалую бурю эмоций! Балуа был в бешенстве и не знал, что делать и как реагировать. Неужели у них что-то было? Не-э-эт, это совсем не похоже на Лею! Но сам факт того, что она прячет голого мужчину в своем шкафу, выводил из себя. А эта чертовка как ни в чем не бывало заявила, что это феникс! Нил вспомнил феникса, которого он уже видел сегодня. Странно, но этот парень был похож на того феникса. У Нила появилась надежда. «Пусть это будет правдой! Пусть это будет правдой!» — шептал он самому себе. О богини, как же не хочется думать о девчонке плохо!

Пусть это будет феникс! Все же похож… Та же бледность, огненные волосы. Балуа мог бы поверить им на слово, но решил перестраховаться и сходил за Ритаром, который, к великому облегчению Нила, подтвердил слова девчонки.

«Все разрешилось, это действительно феникс», — шептал себе кьерн Балуа, направляясь к кабинету бабули, а внутренний голос предательски пытался развить в нем паранойю, подбрасывая все новые вопросы: «Почему они были не одеты? Оба голые и в халатах… Почему она спрятала его в шкаф?»

Нилу показалось, что он начинает сходить с ума. Он потряс головой, отгоняя наваждение.

Первым делом нужно сказать Петре, что Лею она увидит только на ужине. Потом пойти к Ритару и подробно расспросить о фениксах. Узнать нужно все, что только можно! И в частности возможные методы убийства…

Осуществив все свои планы на ближайшее время, Нил вымылся и даже немного отдохнул с дороги, хотя постоянные мысли о рыжем парне в покоях Леи очень мешали расслабиться. Балуа мерил шагами комнату до тех пор, пока нервы не сдали окончательно. Он взглянул на часы, до назначенного на ужин часа было еще полно времени, но, оправдав себя тем, что леди собираются обычно очень долго и не мешало бы поторопить Лею, он выбежал из комнаты.

Стук в дверь покоев девчонка нагло проигнорировала, и Нил решил войти без приглашения.

Она спала. Свернулась калачиком, лежа поверх одеяла, и глубоко размеренно дышала. Кьерн еще минут пять полюбовался на спящую девушку, а потом присел рядом с ней на постель и нежно погладил по волосам. Почему, глядя на нее, ему хотелось улыбаться? Балуа не удержался и, наклонившись ближе, поцеловал Лею в краешек губ.

Лея Аргуст

Проснулась я от прикосновения. Очень странного прикосновения в области губ. Мгновенно распахнула глаза и шарахнулась в сторону, испугано ощупывая губы. На моей постели сидел кьерн Балуа и счастливо улыбался.

— Какого черта, Нил?! — воскликнула я.

— Извини, немного увлекся, — даже не думая снимать с лица эту дурацкую улыбку, ответил он.

— Не смей больше так увлекаться!

— Нужно же было тебя как-то разбудить! — возмутился кьерн. — Скоро ужин, а ты даже и не думала собираться!

Я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы немного успокоиться.

— В следующий раз, когда тебе придется меня будить, будь добр делать это каким-нибудь другим способом, — уже спокойно попросила я.

— Как скажешь, — покладисто согласился кьерн, что выглядело довольно странно конкретно для этого человека. Неудивительно, что я насторожилась и отметила про себя в другой раз закрывать дверь на щеколду изнутри.

— Где этот рыжий? — осмотревшись по сторонам, спросил Нил.

— Улетел, — ответила я, пожав плечами.

— Значит, все-таки феникс, — еле слышно сказал кьерн, заставив меня хихикнуть. Он что, до сих пор сомневается? Или ревнует? Хотя, может быть, мне это просто показалось, ведь я ничего не смыслю в мужчинах, а тем более в их эмоциях.

— Раз уж ты здесь, — решилась на разговор я, — может, расскажешь мне про своего врага более подробно?

— Что именно тебя интересует? — сосредоточенно спросил Нил.

— То, что он хотел убить тебя, я уже знаю, и то, что вы давние враги. И о том, что он обладает даром, я тоже знаю… Больше всего меня интересуют твои планы на этого человека. Зачем ты привез его сюда? Почему ты так уверен, что он не попытается убить тебя снова?

— Женщины, — протянул Балуа, — почему у вас всегда так много вопросов?

Отвечать я не стала, просто неопределенно хмыкнула и отвела взгляд.

— Напасть ни на меня, ни на тебя он не попытается точно, об этом я позаботился, — криво улыбнулся кьерн. — А нужен он мне… — Нил сделал долгую паузу, — пока сам точно не знаю, зачем именно он мне нужен, но чувствую, что сильный маг в процессе возрождения магии лишним не будет.

Последние слова кьерна Балуа вылились на меня как ушат с ледяной водой. Возрождение магии? Во-первых, вряд ли это возможно, если даже Феня сказал, что магические потоки в Крамииле заблокированы. Во-вторых, как вообще это можно сделать? Он же сам инквизитор! Если бы была возможность вернуть магию, это уже сделали бы, и давно! И в-третьих, эта безумная идея оказалась невероятно манящей…

— Ты сомневаешься, что это возможно? — серьезно спросил Нил.

— Я думаю, что, если бы это было возможно, это сделали бы до тебя, — ответила я.

Нил отрицательно покачал головой:

— У тебя просто слишком мало информации.

— Так дай мне больше! — воскликнула я.

— Возможно, как раз сегодня мы с тобой и узнаем больше, — уклончиво ответил он.

— Ты же инквизитор, — напомнила я, считая, что идея возрождения магии из уст главного инквизитора королевства звучит крайне нелепо.

— Я маг, — коротко ответил Балуа, — к тому же мне совсем не нравится исполнять свою работу.

Я горько усмехнулась. Как же, не нравится… Зачем тогда стал инквизитором?

— Я не совсем понимаю, какой во всем этом смысл. — Я решила закончить этот странный разговор. Все равно сделать то, о чем говорит кьерн, нереально.

— Собирайся, Лея, я зайду через полчаса. — Нил поднялся и покинул мои покои.

Я еще немного посидела, размышляя об услышанном. Ситуация в королевстве, конечно, не самая лучшая, но что изменится с возвращением магии? Прекратятся убийства одаренных — да, но их и так уже почти не осталось. Хотя с последней своей мыслью я и сама могла бы поспорить, уж слишком много магов встречается на моем пути в последнее время. Возродятся магические животные — снова да. Можно будет открыть границы с Империей, и это, несомненно, улучшит экономику. Но самый большой плюс в возрождении магии — меня не сожгут на костре! А еще не пришлось бы прятаться, носить с собой камни-нейтрализаторы, врать… Мечтать об этом можно, но воплотить в реальность — едва ли. Слишком сильна стала власть короля.

Я вспомнила про восстания знати, коих было всего четыре. Аристократы выступали против массовых убийств магов, из-за закрытых границ королевства. Некоторые заявляли, что с такими темпами истребления собственного народа население Крамиила исчезнет в ближайшее тысячелетие. Но все попытки были подавлены, все до единой!.. Тогда снова гибли люди, и мне не хотелось сейчас, чтобы родина, и так залитая кровью своего народа, пострадала снова. После прихода новой власти даже публичные возмущения стали почти невозможными. Король собрал слишком большую и весьма преданную регулярную армию, а вот знать, напротив, распустила свои войска. Замок «Клевера» — это единственная обитель аристократки, которую я видела за всю мою жизнь, снабженная хоть небольшой, но собственной стражей. Ведь даже кьерны пользуются услугами наемников, которых тоже не так уж и много.

Стук в окно отвлек от раздумий, и я впустила блудного Феню. Он не стал перевоплощаться в человека, но я все равно просила птицу отвернуться, когда надевала платье, а когда вспоминала о совместном купании, так и вовсе заливалась краской.

Нил, как и обещал, пришел ровно через полчаса и ни секундой позже.

— Выглядишь великолепно, — сообщил он, предлагая мне взять его под руку. Я вежливо поблагодарила и руку приняла. — Сейчас тебе придется сказать Петре, кто из нас твой жених, — напомнил кьерн.

— Я так и думала, — беззаботно отозвалась я.

— Ну и? — спросил Нил.

Он что, волнуется? Странно, мне казалось, что он на все сто уверен, что выбор пал на него.

— Узнаешь за столом, — коварно улыбнулась я.

— Ты что, еще думаешь? — вспылил Балуа.

Я пожала плечами, стараясь держать себя в руках и не смеяться.

Пока Нил сверлил меня взглядом голодного василиска, мы дошли до столовой. Кстати, она очень напоминала столовую «Алара». Вспомнив об «Аларе», невольно вздохнула. Кажется, прошло так мало времени, а я уже успела заскучать по Уне, да что там — даже по Ди! Я давно уже перестала тосковать по родителям и сестрам, а девочки стали для меня семьей, ведь мы каждый день были вместе… Наверное, Ди все отдала бы, чтобы сейчас оказаться на моем месте. За столом уже присутствовали, как я поняла, все гости и хозяева: и леди Петра, и Анри, и даже Ритар. Также за столом сидели несколько незнакомых мне леди преклонного возраста, начальник стражи и еще один пожилой мужчина.

Нил галантно отодвинул мне стул. По иронии судьбы или воле рока, я сидела между Нилом и Анри. Бабулю Балуа это, похоже, забавляло, и она с интересом наблюдала за нами.

Как ни странно, но на этом ужине все действительно ужинали. Просто я представляла себе, что в замках, подобных этому, люди собираются за ужином только для праздного разговора. Меня порадовало обилие мяса на столе. Все было на высшем уровне. Семь смен блюд, повсюду снующие служанки в белых передниках, молодой парень, подливавший вино в кубок каждого, кто сделал хотя бы один глоток… Захотелось себе такой же замок. Теперь не особо удивляло наличие рва, навесного моста и мощного ограждения. Наверняка в былые времена соседи нередко зарились на замок «Клевера». Содержать такую обслугу — явно удовольствие не из дешевых.

Только когда все поели, началась неторопливая беседа. Говорили в основном старшие, а я просто ждала, пока леди Петра уделит внимание нам. Сделала она это только, когда мы вышли из-за стола и прошли в малую гостиную, предназначенную для приема гостей. Мы расселись на удобных мягких диванах, и каждому тут же предложили по кубку с вином.

— Значит, один из вас желает познакомить меня со своей избранницей? — скорее просто формально спросила она внуков.

— Да, — подозрительно синхронно ответили кьерны.

Я попыталась вжаться в диван, стараясь слиться с предметом мебели. Леди лучезарно улыбнулась и, сделав глоток вина, продолжила:

— Полагаю, не все так просто, как кажется на первый взгляд, верно?

— Нет, все очень просто, — уверенно заговорил Нил. — Лея — моя невеста, и мы прибыли просить разрешения на брак.

Челюсть Анри от такого вопиющего хамства поползла вниз. Ритар, ехидно улыбаясь и потягивая вино, с интересом наблюдал за происходящим.

— Но когда Лея появилась в замке, она предъявила мне перстень, подаренный ей Анри, — возразила Петра и, пошарив в складке платья, которая превосходно маскировала карман, извлекла злосчастное кольцо. Анри победно улыбнулся и кивнул.

— Однако я не склонна верить только этому сомнительному доказательству, — улыбнулась бабуля. — Я вижу, что есть связь между леди и Нилом, и гораздо более существенная, чем фамильная драгоценность. — Говоря это, она смотрела поверх меня. Я даже подняла голову, чтобы рассмотреть, что же столь заинтересовало старую леди, но ничего не увидела. — Лея, я думаю, что спрашивать решения стоит у вас? — Она вопросительно посмотрела на меня.

Я неуверенно кивнула. Наверное, все же у меня, да.

— Чье предложение вы принимаете? — поторопила леди.

Я еще раз взглянула на Нила, лицо которого не выражало никаких сомнений в собственном превосходстве, посмотрела на нервно ерзающего Анри и вздохнула.

— Я приняла предложение кьерна Нила Балуа, — на одном дыхании ответила я бабуле.

Анри громко и витиевато выругался, в подробностях описав, каким непотребством занимались все представители моего рода до пятого колена, и подарил мне воистину убийственный взгляд. А Нил взял меня за руку и крепко ее сжал, словно благодаря за сделанный выбор.

— Анри, не выражайся при дамах! — возмутилась леди Петра.

— Она обманула меня! — бесновался Анри. — Они оба меня обманули!

Леди обреченно вздохнула и присела рядом с внуком.

— Милый, не обижайся, но, судя по всему, ты сам себя обманул. — Она ласково погладила его по голове, как маленького. — Я почти уверена, что ты предложил этой девушке золотую клетку в обмен на согласие стать твоей супругой, но этого мало. Неужели ты не видишь, что между твоим братом и Леей есть нечто большее, чем простая договоренность?

Меня смутило заявление о чем-то большем между мной и кьерном Балуа, но возражать никто не стал.

Анри немного вышел из состояния бешенства и попытался сделать вид, что мужественно принимает сложившуюся ситуацию, хотя получилось у него это довольно плохо. Конечно, с его корыстными наклонностями наблюдать, как из-под самого носа уплывает огромное состояние, наверное, очень тяжело. Тем не менее он встал и, церемонно поклонившись, сообщил, что покинет замок «Клевера» сегодня же. Нас же леди Петра попросила задержаться.

— Зачем ты так травмируешь младшего брата? — раздраженно спросила она у Нила, когда Анри нас оставил.

— Я не хотел, — ответил кьерн. — Просто он вбил себе в голову, что Лея может выбрать его, поэтому мы и взяли его с собой.

— Да неужели? — ехидно спросила леди. — А для того, чтобы этого уж точно не случилось, ты поставил на ее ауре метку принадлежности?

Я удивленно посмотрела на Нила, не понимая, о какой метке идет речь. Балуа яростно смотрел на бабулю, явно сболтнувшую лишнего, а Ритар даже подался вперед, жадно внимая происходящему. Кстати, уместны ли разговоры о метках, аурах и тому подобном при этом мужчине? Скорее всего — да, ведь леди Петра не выглядит глупой и легкомысленной, а Нил и вовсе всегда осторожничает…

— К-какую метку? — настороженно спросила я.

— Ничего существенного, дорогая, — ответила бабуля, — пусть Нил сам имеет смелость рассказать тебе.

Я перевела взгляд на кьерна.

— Не сейчас, — остановила мою попытку задать вопрос бабуля. — Давайте вы разберетесь с этим без свидетелей.

Балуа выругался еще более красочно, чем пару минут назад Анри. Я насторожилась окончательно. Вот и связывайся после этого с кьернами: сама не заметишь, как будешь носить какую-то метку непонятного назначения.

— Я привел вам девушку из рода Аргуст, как вы и просили, — в итоге раздраженно сказал Нил. — Теперь я хочу знать, почему ваш потомок должен взять в жены именно ее.

— Боюсь, этот разговор касается только нас обеих, — спокойно ответила она, глядя исключительно на меня. — Если вы оставите нас наедине, то я обязательно расскажу ей все. А ты, мой дорогой, все превосходно знаешь сам.

Кьерн Балуа вопросительно посмотрел на меня. Я кивнула в знак согласия — конечно, мне хотелось узнать ответы. Если Балуа все знает сам, то обо мне такого точно не скажешь. А вопросов у меня накопилось о-о-очень много.

Они с Даланом быстро покинули малую гостиную, оставив нас с бабулей наедине. Она убедилась, что дверь за кьернами плотно закрылась, и подошла ближе.

— Идем, здесь разговаривать нет смысла, кто-нибудь может подслушать, — шепнула она.

— Вы же сами сказали, что он и так все знает, — меланхолично напомнила я.

— Кроме него в замке хватает «ушей», — ответила бабуля и встала с места.

Я поднялась и проследовала за леди.

Она подошла к монолитной стене без каких-либо намеков на дверь или другое отверстие и царапнула по ней одним из перстней, украшающих ее пальцы. После чего стена беззвучно отъехала в сторону, являя нам совершенно черный коридор. Леди вынула из крепления подсвечник с пятью свечами, который висел как раз у потайного входа, и пошла вперед, жестом пригласив меня следовать за ней.

Шли мы недолго, всего минут десять, но за это время я успела немного замерзнуть. Ощущалась сырость подземелья, но везде было на удивление чисто. Никакой паутины или пыли, значит, потайными ходами в замке «Клевера» пользуются часто.

Вскоре мы вышли в просторную овальную комнату, довольно уютную, с огромным, в полстены, окном. И как оказалось, с подземельем я не угадала: напротив, это была одна из самых высоких башен замка. У стены стоял большой стол, похожий на тот, под которым мне приходилось прятаться, стеллажей с книгами здесь было два, и оба просто огромные. Бегло осмотрев корешки, я отметила про себя, что здесь есть и запрещенная литература, сходная с той, что хранилась в замке моих родителей. Мы уселись в удобные кресла с высокими спинками, коих было всего два.

— У тебя есть какие-то определенные вопросы, которые ты хотела бы задать? — спросила леди Петра.

— Думаю, да, — ответила я. — Почему у вас было такое странное пожелание? Почему невестой одного из ваших внуков должна стать девушка из моего рода?

— Тебя еще не было на свете, когда умерла моя самая лучшая подруга, твоя бабушка, Шиила Аргуст. — Леди горько усмехнулась при упоминании знакомого имени. — Знаешь, каким магом она была?

Я отрицательно покачала головой.

— Она была очень сильной, за что и поплатилась. Пожалуй, придется рассказать все с самого начала? — спросила леди.

Я быстро закивала. Судя по всему, история обещает быть занимательной!

ГЛАВА 13

— Много лет назад, еще во времена моей молодости, была очень похожая ситуация, — грустно вздохнула женщина. — Пожалуй, я расскажу тебе одну, скажем так, легенду.

Я изобразила полное сосредоточение и внимание. Надеюсь, после легенды она все же ответит на мои вопросы.

— Две девушки из довольно богатых родов проходили обучение в одном женском пансионе, и за время, проведенное вместе, стали очень близкими подругами. — Я сразу же вспомнила Уну, и губ коснулась горькая улыбка. — Их прочили в мужья важным и сильным мужчинам. Девушки и не думали сопротивляться, так же как и в наше время. — Она печально посмотрела на меня. — Одну отдали замуж за влиятельного кьерна, начальника королевской армии, одного из самых могущественных и богатых людей в Крамииле, а вторую — за властителя северных земель. Ты ведь оттуда, верно?

Я кивнула. А сама пыталась понять: это действительно легенда или есть в ней доля правды? Мой дедушка тоже когда-то был владыкой всех северных земель…

— Все было бы хорошо, если бы у этих юных леди не было бы дара, который с каждым годом становилось все сложнее контролировать. Они обе хранили в себе силу и пытались скрыть ее, но у одной из них это не получилось. Она не смогла скрыть дар от своего супруга и уже была готова к смерти на костре, но он понял ее. Понял именно потому, что у него самого был дар. Более того, он очень хотел пользоваться им в открытую и готов был на многое, чтобы иметь такую возможность. Они потратили долгие годы на поиски одного древнего фолианта, который считался утраченным, но как выяснилось, сохранился. В летописях семьи той девушки лишь бегло упоминалось о нем. Не спрашивай как, но они отыскали его. Фолиант был написан одной пифией еще задолго до захвата Крамиила. Туда она записывала все свои видения и предсказания. Так вот одно из них было про возрождение магии на наших землях. В нем говорилось о том, что магия будет возрождена двумя потомками двух одаренных родов при помощи смешения пяти стихий и сильнейшей стихии огня. — Я удивленно посмотрела на женщину. Никогда раньше не слышала ничего подобного… — Та девушка обладала даром всех четырех стихий, как и ее супруг, а пятой стихией была она сама. Когда фолиант был восстановлен, два любящих сердца решили совершить подвиг. Даже не ради себя, а ради своих детей, которым предстояло жить в этом ужасном мире. Они нисколько не сомневались, что через одно поколение их дар проснется в их внуках, и хотели сделать мир для них лучшим. Они, взяв с собой нескольких самых верных друзей, в том числе и подругу той леди, отправились к Великим горам… — Леди немного отвлеклась. — Ведь ты знаешь, что гор там раньше не было и в помине? — спросила она.

— В литературе моего рода упоминалось, что они созданы искусственно, чтобы как можно надежнее закрыть границу с Империей, — ответила я.

— И еще под ними находится источник магической энергии, который должен питать магические потоки, проходящие по Крамиилу, но его искусственно перекрыли, — пояснила она. — О горах и их появлении я расскажу тебе позже, если захочешь. Вернемся к нашим героям. В предсказании пифии было сказано, что только избранный найдет дорогу к источнику, любого же другого ждет смерть. У источника два мага должны были слить свои силы воедино и тем самым активизировать потоки. Так вот наши герои сделали две ошибки, — с невероятной горечью сказала она, как будто и сама имела отношение к тем событиям. — Они нашли не тот источник. Горы оказались коварнее, чем они рассчитывали… Но им удалось понять это слишком поздно. Уверенные в том, что перед ними именно тот, искомый источник, они принялись проводить ритуал, описанный в фолианте пифии, но что-то пошло не так. Легенда эта очень печальная, потому что той паре пришлось поплатиться жизнью за свою попытку вернуть магию.

Я жадно слушала эту захватывающую историю и была недовольна тем, что леди остановилась.

— А вторая? — поторопила ее я. — Какая их вторая ошибка?

— Свои силы сливали не те маги, — печально ответила она. — Ох, если бы я могла понять это раньше!

— Я все равно немного не поняла, — огорчилась я. — Почему маги оказались не теми? У них же у обоих были все стихии.

— А нужен был чистый огонь, — еле слышно ответила она. — Они думали, что доли огненного дара в крови вполне достаточно, но ошиблись. — Она смахнула со щеки слезинку. — Это я должна была слиться с Шиилой, а не Блан, это я во всем виновата, — прошептала Петра.

Я подняла ошеломленный взгляд на леди. Так эта история была про них? Про моих бабушку и дедушку? Но… Это не может быть правдой! Их же сожгли на костре!!! Или?..

— Я думала, что их убили инквизиторы, — прошептала я.

— Это официальная версия, — отмахнулась леди Петра, — ведь если бы король узнал, что эти двое пытались возродить магию, ваш род уже полностью перестал бы существовать. Мой покойный супруг помог сделать так, чтобы все поверили, что их поймали инквизиторы, когда они ехали погостить к нам. Про историю с источником не знает никто.

Мысли начали хороводом кружиться в моей голове.

Если верить рассказу леди Петры, то выходит, что мои предки пытались возродить магию и погибли при этом. Значит, она подруга моей бабушки. Я еще раз взглянула на пожилую женщину, сидящую рядом. Она выглядела расстроенной.

— Вы хотели, чтобы один из ваших внуков женился на девушке из моего рода из-за того, что дружили с бабушкой? — спросила я.

— Это одна из причин. Я знала, что мои потомки будут достаточно обеспечены, и с одним из них девушка из твоего рода, в данном случае ты, не будет нуждаться ни в чем. Может, это хоть немного поможет мне загладить свою вину… Но это не все причины, — ответила она.

Тяжело вздохнув, женщина встала с кресла и сделала несколько шагов, как будто не решаясь начать говорить снова.

— Я знаю, что не смею просить тебя, Лея, но, думаю, вы с Нилом сможете сделать то, чего не смогли мы.

— В-возродить магию? — несмело спросила я, надеясь, что она все же имеет в виду не это. Но вопреки моим надеждам леди кивнула. — Вы же говорили, что опытные и сильные маги не смогли этого сделать, а я, поверьте, вообще не умею пользоваться магией!

— Они не смогли лишь потому, что неверно поняли информацию. — Леди подошла к книжной полке и, продемонстрировав мне толстую потрепанную книгу, водрузила ее на стол.

— Это что, он? Тот самый фолиант? — изумленно спросила я.

— Конечно, или ты думала, я смогу потерять такую ценную вещь? — не менее моего изумилась леди.

Она принялась бережно переворачивать страницы, исписанные причудливыми рунами на языке хитарана. Я видела подобные надписи ранее на полях одной из книг моей бабушки, там были пометки именно на этом языке. Он очень древний и, по легендам, тоже несет в себе силу, вероятно, поэтому его и запретили.

— Я только около десяти лет назад смогла расшифровать все предсказания дословно, — с гордостью сообщила леди. — Это труд всей моей жизни.

Она остановилась на одной из страниц и попросила меня подойти ближе.

— Вот, — леди указала пальцем, украшенным золотым перстнем с чистейшей воды алмазом, на одну из строчек. — Их будет двое… Нет, это не то. — Она продолжила водить пальцем по строкам, пока не остановилась вновь. — Сила того, кто сможет пробудить источник, должна сложиться из пяти стихий, — дрожащим голосом прочла она и посмотрела на меня.

Я непроизвольно попятилась под таким алчным взглядом.

— В тебе есть все пять стихий, причем я впервые вижу, чтобы они были в одинаковых пропорциях!

Замечательно, знать бы еще, что это значит.

— И все стихии, словно ручные псы, будут ластиться к ногам его, — продолжила читать она, — и первым восстанет огонь.

Немного поразмыслив, я пришла к выводу, что восставший огонь — это наверняка Феня. Не сказала бы, что он ластится ко мне, как пес, но это же предсказание! Наверное, они все такие высокопарные… Но этого все равно мало, ведь у Ритара тоже есть феникс, может, предсказание про него?

— Я знаю, что у тебя есть феникс, и подозреваю, что не простой, верно? — прищурилась леди.

— Элементаль. — Я не видела смысла что-либо скрывать.

Женщина победно улыбнулась.

— Но феникс есть не только у меня, это еще ничего не значит, — огорчила ее я.

— Как такое возможно? — немного опешила Петра.

Я лишь пожала плечами. Откуда мне знать? Значит, возможно…

— Кто этот человек? — спросила она.

— Не могу сказать, это не мои тайны, — ответила я.

Петра не стала спрашивать еще раз, видимо, решив разобраться с этим позже, и начала читать дальше:

— Второй же, даром наделенный, не столь силен лишь потому, что носит силу чистого огня, — прочла она. — Дар нашего рода — огонь.

— То есть у Нила дар огня? — на всякий случай уточнила я.

— Да, с небольшой примесью магии воздуха, но это совсем не важно.

— Почему тогда у него нет элементаля? — удивилась я.

— Его огонь не так силен, как твой, и, несмотря на то, что это его основной дар, он не настолько мощный, чтобы делиться магией с элементалем. К тому же у Нила никогда не было бесконтрольных выбросов, он слишком привык контролировать все вокруг себя, — ответила женщина.

Значит, кьерн Балуа совсем не сильный маг? Интересно… Выходит, я сильнее и, судя по всему, намного. Я почувствовала подвох. Возможно, Нилу и не нужно было никакое наследство, он просто хотел использовать меня для возрождения магии. Ведь именно только после того, как он почуял дар в моей крови, кьерн удостоил меня вниманием. Стало противно.

Леди Петра продолжила изучать фолиант.

— «Источник магии в горах найдет лишь избранный богинями. У него нет цвета, формы, размера… Но избранный его почувствует, — таинственным голосом читала леди. — И там, у самого источника, два мага сольются воедино, объединив свой дар. И горы падут, как и короли»… Думаю, читать дальше нет смысла. Перевод с хитарана воспринимается тяжело, — сказала она, — но я могу рассказать, что написано дальше.

— Расскажите, — кивнула я.

— Судя по видениям той прорицательницы, которая это писала, Крамиил никогда не уходил из-под власти мага.

Моя бровь изумленно поползла вверх.

Все же знают об отношении короля Наара к магии! Он ненавидит магов всем сердцем! И, как утверждает он сам, никогда не стал бы пользоваться столь греховным даром.

— Не удивляйся так, — улыбнулась леди. — Предупреждаю сразу, это лишь мои догадки и предположения. Я сравнила написанное в книге со своими наблюдениями и сделала некоторые выводы, которыми не делилась еще ни с кем.

Я прониклась оказанной мне честью и сосредоточила все свое внимание на бабуле Балуа.

— Я опять начну с истоков. — Леди присела в ближайшее кресло. — Когда было завоевание Крамиила, война длилась пятнадцать лет, и, более того, шансы были на нашей стороне, но перед последним боем что-то изменилось. — Она посмотрела на меня и поймала мой недоуменный взгляд. Откуда ей все это знать, ведь война была еще до ее рождения?

— О, во-первых, я прочла предсказание по этому поводу. — Леди, поняв мой немой вопрос, кивнула на фолиант. — А во-вторых, я разговаривала с очевидцами, со многими. Так вот перед последним боем армия короля Адалиона как будто обрела второе дыхание. Они бились отчаянно и жестоко. Порой участникам сражения казалось, что некоторых воинов они убивают по нескольку раз… Скажем так, бой был весьма необычным и кровопролитным. Маги, воевавшие на стороне Крамиила, утверждали, что на стороне противника бились настоящие демоны, но это лишь слова. Сам король, захватив власть, сразу же опроверг все это, назвав глупыми бреднями магов. Дальше был король Тилай, его правление я уже застала. Мой супруг, будучи начальником регулярных войск Тилая, не мог не заметить, что многие, особо приближенные к королю люди, живут неестественно долго. Например, один из командующих королевским полком едва ли выглядел на двадцать пять, когда хоронили моего супруга. А ведь они были ровесниками. Сейчас правит король Наар — и наблюдается та же история, — невероятно воодушевленно говорила леди. — Это, конечно, не все странности. Есть еще метка инквизиторов, которая, как утверждает Нил, просто кричит о том, что магов необходимо убивать, а Нил маг и соответственно чувствует магию…

— Вы хотите сказать, что все это время властители сами используют магию? — Нет, я в это не верила, слишком мало аргументов, да и доказать их невозможно. Вдруг тот начальник полка давно погиб, оставив на своем месте сына, невероятно похожего на него?

Нет, про войну я еще поверю, потому что эта легенда про демонов уже прочитана мною ранее и вполне правдоподобна, но остальное…

— Не веришь, — констатировала леди.

Я озвучила ей свои мысли по этому поводу. Петра поднялась с кресла и снова подошла к фолианту.

— А пифия считала иначе, — пробормотала она. — Здесь описан ритуал, с помощью которого можно творить черную, злую магию. Поднимать покойников, накладывая на них иллюзию жизни, вызывать демонов, овладевать разумом людей… — На минуту она отвлеклась, занявшись чтением. — Хотя, может, ты и права, ведь для проведения подобных ритуалов требуются постоянные жертвоприношения юных дев. При нынешнем положении король едва ли сможет находить для этого невинных девушек.

И вот в этот момент я ей поверила. Меня словно мешком с мукой по голове огрели. В памяти вертелись картинки воспоминаний из «Алара». «Распорядитель короля выберет шесть-семь девушек сразу после бала», — в голове набатом звучали слова донны Далии. Я помню, как мы смеялись, прикидывая, для чего королю столько девушек, и как Ди при этом мечтательно закатывала глазки.

— Он берет искусниц из «Алара», — хрипло ответила я.

Женщина замерла, о чем-то задумавшись.

— Значит, это действительно может быть правдой, — прошептала она.

— То, что король использует магию? — зачем-то спросила я.

— То, что все не то, чем кажется, — ответила леди. Я вопросительно посмотрела на нее. — Здесь сказано, — она вновь обратилась к фолианту, — что силой кровавого ритуала мир будет изменен до неузнаваемости, и все будет казаться не тем, чем является на самом деле, — быстро сказала она.

Я перестала усваивать информацию еще в тот момент, когда она сказала, что мои родственники погибли не так, как я думала, поэтому поддерживать беседу дальше не могла. Мне нужно было подумать, хорошо обдумать все услышанное здесь.

— Леди Петра, — обратилась я к пожилой леди, — если честно, то этих сведений слишком много для меня. И в то же время невероятно мало.

Она пристально посмотрела на меня.

— Пожалуй, я могу кое-что сделать для того, чтобы ты смогла за короткое время узнать как можно больше, — задумчиво сказала она.

— Что?

Леди не ответила. Вместо этого она рывком стянула с пальца один из перстней, украшенный массивным голубым бриллиантом, и бросила его на раскрытые страницы фолианта.

— Как ты смотришь на то, чтобы сегодня ночью увидеть занимательные сны? — спросила она.

Я задумалась. Если мне не показалось, она знает способ, как перенести прорицания из фолианта в перстень… О богини! Да я даже думаю уже как душевнобольная!

— Просто скажите, что вы собираетесь делать, и только тогда я отвечу.

Она подняла перстень и продемонстрировала мне бриллиант.

— Это артефакт, древний и очень многофункциональный. Конечно, для тебя это покажется невозможным, но в нем хранится история моего рода.

— Как в камне может что-либо храниться? — устало спросила я.

— Это артефакт, милочка, не забывай! — Она быстро взглянула на меня. — Потом прочтешь, что это такое. Я предлагаю тебе просто надеть на палец это колечко и во время сна увидеть все, что написано в книге по поводу Крамиила со времен завоевания.

— Боюсь, не выйдет, — ответила я. — Он написан на хитарана, а я его не знаю совершенно.

— Значит, воспроизведу образы. — Мне показалось или она так угрожает? Нет, наверное, показалось…

— Согласна. — Любопытство пересилило меня даже в состоянии полного перенасыщения мозга.

Через четверть часа мы покидали кабинет в башне по тому же тайному ходу. Снова вышли в малую гостиную, где леди Петра предложила мне выпить чая, но мне пришлось отказаться, потому что состояние было такое, будто я несколько ночей не спала, а корпела над учебниками, изучая нечто архиважное и объемное. Было очень боязно, что из-за свалившегося объема информации могу упустить самое важное, поэтому нужно было «переварить» услышанное спокойно и в одиночестве. Недаром лекари уверяют, что шокирующие новости стоит выдавать порциями.

Я даже не заметила, как покинула гостиную, и теперь шла вперед по широкому светлому коридору. Удручало в этой ситуации, что я совсем не помнила, как добраться до моих покоев, но ноги куда-то вели. Понадеялась, что иду в верном направлении.

— Лея! — окликнули сзади. Я нехотя обернулась. Нил мчался ко мне со стороны гостиной, которую я покинула. Подбежав, он бегло осмотрел меня, и ему явно что-то не понравилось.

— С тобой все в порядке? Ты бледная! Что случилось? — Голова отдалась неприятной болью от нового потока вопросов.

— Нил, я не хочу разговаривать сейчас, — спокойно ответила я. Кьерн Балуа изменился в лице. Выглядел он так, будто я не просто отказалась общаться, а как минимум влепила ему пощечину.

— Это из-за метки? — хрипло спросил он.

О чем он говорит? Какой метки? Пока я вспоминала, Нил нервно переминался с ноги на ногу. Точно! Метка, о которой говорила бабуля Балуа! Он поставил на меня какую-то метку. Стало мерзко. Настроение и так не из лучших, а тут еще это.

— Ты не хочешь рассказать мне, что значит эта метка? — спросила я.

— Только то, что ты моя! — воскликнул Нил.

Это он так оправдался? Интересно, он знает, что метка — то же клеймо, которое ставят на скот, а в некоторых королевствах на рабов, чтобы обозначить принадлежность к хозяину? Он действительно так со мной поступил? Не хотелось верить, что для кьерна я не более чем игрушка, которую избалованный ребенок пометил, чтобы не осмелились взять другие дети в песочнице, но, видимо, это так. Иначе как объяснить ее появление?

— Знаешь, Нил, — сама не ожидала, что голос будет звучать твердо и в то же время ядовито, — мне плевать на твои собственнические замашки. Я не знаю, что ты там себе напридумывал и какие мотивы у тебя были для совершения этого поступка. Ты такой же, как и все, ты ничем не лучше Анри, но тот хотя бы не скрывал своих истинных намерений. Ты даже хуже… — Я немного перевела дух, все-таки не стоит так резко разговаривать с кьерном, но в этой ситуации я не могла держать свои эмоции в узде. — Люди не игрушки, кьерн Балуа, — уже совсем тихо сказала я и, резко развернувшись, пошла вперед по коридору.

— Я просто боялся потерять тебя, — почти шепотом сказал он, но я прекрасно расслышала сказанное. Эти слова заставили меня остановиться.

— Еще вчера я могла бы даже подумать, что не безразлична тебе, но сегодня все твои намерения стали понятными, — не оборачиваясь, сказала я. — Я не злюсь, Нил. — Вздохнув, я продолжила свой путь.

Нил остался неподвижно стоять посреди прохода. Догнать или сказать что-то вслед он не пытался, и я мысленно поблагодарила его за это.

Как оказалось, шла я в нужном направлении и вскоре уже увидела знакомую дверь. Заперев щеколду, я распахнула окно. Вдруг моя блудная птичка все же соизволит появиться? А после обессиленно упала на кровать, чтобы все обдумать. Нужно думать. Осознав, что невероятно устала, решила, что думать я буду завтра, когда посмотрю обещанные Петрой красочные, наполненные образами сны.

Нил онт Балуа

Не успела дверь в малую гостиную захлопнуться за выходящим Ритаром, как кьерн Балуа уже приготовил заклинание, чтобы подслушать разговор.

— Даже не пытайся, — протянул блондин противным ехидным тоном.

— Почему это?

— Я знаю одно заклятие, очень древнее, так вот оно позволяет видеть сквозь стены. В общем, они уходят из этой комнаты.

— Куда? — встрепенулся Нил и прильнул к щелке между дверью и стеной. — Ничего не видно! — яростно прошептал он.

— Уходят по тайному ходу, — лениво отозвался Далан. — Кстати, весьма качественная конструкция!

— Вот демон! — выругался Балуа. — Увидеть, куда они идут, сможешь?

— С ума сошел? — воскликнул Ритар. — Здесь стены толщиной в четыре локтя!

Нил кивнул, признав, что погорячился.

— Зато у нас появилось время для разговора, — мягко намекнул Ритар.

— Действительно. — Кьерн Балуа наконец-то отпрянул от двери. — Идем, у меня есть отличная настойка на листьях папоротника.

— Докатился, — бубнил блондин, следуя за Балуа, — собрался пить со своим врагом!

Через полчаса кьерны были уже готовы к достаточно откровенному разговору.

— Ты хотел убить меня, — недобро протянул Балуа. — Но знаешь, не верится, что это из-за поста. — Он резко повернулся к Ритару, чтобы заглянуть в глаза. — Есть что-то еще… Верно?

— Я действительно должен быть откровенным? — хмыкнул блондин. — Так не пойдет… Сначала ответь, зачем ты притащил меня сюда.

Балуа немного подумал, стоит ли говорить правду. Ритар никогда не был настроен к нему дружелюбно, но теперь у него есть козырь — он знает о его даре. Правда, и Далан знает о даре Балуа… Но Нил не давал никаких клятв, а Ритар давал. Ладно, была не была!

— Еще с подросткового возраста у меня есть одна мечта, — начал издалека Балуа. — Я всегда хотел возродить магию. Не спрашивай, откуда я знаю, что это возможно, но это так. Я много думал, сопоставлял факты, читал, наблюдал… Я почти уверен, что наш король-растяпа не так прост, как кажется. Думаю, что нас банально водят за нос, заставляя истреблять магов как абсолютное зло, в то время как сама верхушка пользуется магией. Так вот, в тебе я вижу дар, и, как это ни прискорбно, он сильнее моего собственного. Я решил, что ты можешь помочь мне добиться желаемого. — Нил не соврал ни словом, хоть и недоговорил большую часть информации.

Как ни странно, но Нил не заметил удивления на лице Далана. Смирение — да, может быть, даже согласие, но не удивление.

— Мой черед? — отсалютовав Балуа бокалом, спросил Ритар.

Тот кивнул.

— Тяжело жить с даром, когда вокруг убивают магов, — после короткой паузы заговорил Далан. — Но, как говорится, если хочешь что-то спрятать — держи это на видном месте. Собственно, так я и оказался в инквизиции. — Нил удивленно вздернул бровь: а оказывается, у них с Ритаром гораздо больше общего, чем он думал! — Так вот, работая под твоим началом, я заметил, что у тебя есть это так восхваляемое королем «чутье» и что твой отец, что ты — вы всегда выслеживали магов первыми, а это уже потенциальная опасность для меня. Ведь как ты правильно сказал недавно, с этой меткой инквизитора действительно что-то не так. Так вот, моя сила начала расти. Не так давно, но очень быстро. Местные торговцы женскими безделицами уже стали подозрительно коситься на меня, намекая, что яшму для тюремных браслетов закупают оптом и оплачивают из королевской казны.

— Я до сих пор не вижу повода меня убивать, — напомнил Нил.

— Я хотел сбежать, — опустил голову Далан. — Решил, что смогу перейти горы и скрыться среди магов, но у самого подножия у меня случился выброс. Перенесло недалеко, но ты появился там быстрее, чем я успел скрыться.

— Помню-помню, — задумчиво протянул Балуа. — Падуки, кажется, деревня называлась.

— Именно, — подтвердил Ритар. — Тогда я был почти уверен, что ты вычислишь меня, но ошибся. Однако после этого ты стал потенциально опасен для меня, надеюсь, понимаешь почему.

Балуа кивнул. Он действительно понимал страхи своего врага. Он отвел бы его на костер. Точно отвел бы. Если для Леи исключение возможно, то Ритара он щадить бы не стал.

— Теперь видишь причину? — прищурился блондин.

— Тяжело бежать магу с постоянными выбросами, когда у главного инквизитора «чутье». — Балуа даже слегка улыбнулся, допивая настойку.

— Никогда бы не подумал, что участвовать в возрождении магии мне будешь предлагать именно ты, — сообщил Ритар.

От беседы мужчин отвлек несмелый стук в дверь. Нил открыл сразу, без лишних вопросов. Думал, что служанка принесла еще одну бутылку спиртного, но ошибся. За дверью стоял рыжий Феня в одном халате.

— И снова голый, — протянул Балуа.

Воплощенный дух стихии немного засмущался, а потом продемонстрировал небольшого птенца, уместившегося в его ладонях.

— Ей бы подпитаться, и ее хозяин здесь, я чувствую, — сказал рыжий.

«Ну вот и наседку для птенчика нашли», — мысленно улыбнулся Нил. Пока Ритар разбирался со своим домашним любимцем, Нил решил проверить, вернулась ли Лея.

Застал он ее идущей по коридору в сторону своих покоев. Нил быстро догнал девушку и, бегло осмотрев, подметил странный, болезненный вид. Он боялся заговорить с ней, боялся, что она спросит про метку, а он не найдет, что ответить. Нил знал, что поступил неправильно, но он не мог позволить себе потерять ее. Метка была призвана оттолкнуть ее от других мужчин, и с Анри это сработало! Хотя с Анри мог сыграть злую шутку и его противный характер.

Балуа все же осмелился заговорить, но, как и ожидал, Лея беседовать не захотела. Он попытался успокоить себя. Может, она просто устала? Но не выдержал. В конце концов, он должен знать, по какой причине она не намерена с ним общаться.

— Это из-за метки?

Лея ответила вопросом на вопрос, но по ее глазам кьерн Балуа уже прочел все и понял, какую ошибку он допустил! Да она забыла про эту чертову метку! Если бы не он сам, она, быть может, и не вспомнила бы о ней! Но отступать было уже поздно…

Ее слова, словно пощечины, били Балуа наотмашь, но возразить он не мог. Именно потому, что она была права. Когда его леди выговорилась и гордо удалилась, он все же попытался остановить ее.

— Я просто боялся тебя потерять, — эти слова кьерна стали признанием не только для Леи, но и для него самого. Может быть, в самом начале он заинтересовался только ее способностями, но теперь его интересовала именно она. Ему нужна была вся Лея Аргуст, с магией или без… Любая.

— Я не злюсь, Нил, — отчетливо расслышал он. И это почему-то сделало ему больно. Появилось ощущение, что он безразличен девчонке, раз она даже не испытывает элементарной и вполне закономерной злости.

Во второй раз он не стал пытаться удержать ее или переубеждать прямо сейчас, надеясь, что поговорит с ней, когда она немного остынет.

Нилу ничего не оставалось, кроме как вернуться в свои покои, где он и продолжил коротать вечер в обществе Ритара и рыжего Фени. И тот и другой оказались весьма хорошими источниками информации. Когда к ним присоединилась бабуля Петра, им и вовсе удалось разложить все по полочкам.

«Теперь главное, чтобы Лея приняла правильное решение», — убеждал себя Нил, но на самом деле он мечтал только о том, чтобы она поняла его и все-таки смогла подпустить ближе.

ГЛАВА 14

Проснувшись утром, я ненавидела всех, а в частности, бабулю Балуа. По ее милости я всю ночь смотрела дикие, ужасные кошмары, которые конечно же были правдой. Она дала мне увидеть больше, чем просто предсказание о возрождении магии. Я видела войну, глазами пифии я видела восстания, которые она описала почти на сто лет раньше, чем они произошли… Теперь я на самом деле знала многое.

Потянувшись, решила, что пора вставать. Феня так и не появился. Необходимо придумать ему другое имя! И научиться подавать какой-то знак, когда он нужен. Было бы неплохо подкормить его магией. А то, боюсь, с такими новостями никаких нейтрализаторов не напасешься…

С мыслями о блудном фениксе я уже со знанием дела наполнила ванную и, погрузившись в воду, планировала начать размышления. Первое, что я должна была решить, — чего хочу я сама.

Ответ я знала: свободы. Мне хочется свободы! Сбросить с плеч все обязательства, перестать быть марионеткой или тряпичной куклой, называть можно как угодно. Что может дать мне свободу? Деньги и власть — едва ли. Мой дар слишком непредсказуем. Я и сама не знаю, чего от него ожидать. Сбежать в Империю? Для этого придется преодолеть горы, а в одиночку это весьма проблематично, хотя и возможно…

Допустим, для себя я смогу найти выход, но что будет с другими, с моей семьей? Мои маленькие сестры, которые остались дома, что будет с ними? Вдруг и в их крови когда-то проснется дар? Если верить словам Петры, то это очень даже вероятно… Это мне повезло (или не повезло — я еще не могла определиться) встретить Нила, который скрывает мои способности, а повезет ли так же и им? Вряд ли…

Властители, которые обманывают свой народ, буквально истребляя его, тоже заслуживают справедливой кары. Думала довольно долго, даже вода успела остыть, но кое-какие решения я все же приняла. Выходила из ванной в полной задумчивости, но уже не была столь растерянной, скорее, даже появилась некая решимость.

Удивленно осмотрела поднос с завтраком, подобным вчерашнему, который снова красовался на столике. Я же запирала дверь! Специально подошла к ней, чтобы проверить. Щеколда была открыта. Неужели забыла? Нет, совершенно точно помнила, что запиралась. Значит, для обитателей замка «Клевера» засовы не преграда…

Я уселась в кресло и начала завтракать, даже не чувствуя вкуса еды. Если представить, что я все же соглашусь и мы отправимся на поиски этого таинственного источника. Вообще не факт, что сумеем его найти (несмотря на красочные сновидения, после которых я и сама поверила в собственную избранность, страх все равно присутствовал), а если найдем не тот? Всем тоже скажут, что мы погибли от рук инквизиции? Рисковать своей жизнью не входило в мои планы. Хотя, с другой стороны, обладать даром в нашем мире — это уже риск для жизни. Постоянная боязнь того, что все узнают о моих способностях…

Второй вопрос, который меня смущал, — будет ли смысл в возрождении магии? Нужно ли это народу? И станет ли лучше потом? Возможно, с возрождением магии можно будет как-то скомпрометировать короля Наара, заставить его выдать себя и продемонстрировать, что он сам грешит, используя магию, но опять же это не факт. И кто станет править после него? Несмотря ни на что, вопросов оставалось слишком много.

Еще волновал один весьма щепетильный вопрос: не используют ли меня представители рода Балуа? Сейчас я, конечно, знаю многое, но Петра в любом случае имеет больше информации.

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть и испуганно замереть.

— Входите, — громко сказала я, мысленно прикидывая, кем может оказаться ранний визитер.

— Не спишь? — зачем-то спросил Нил, ведь видел же, что не сплю.

— Думаю, — сухо отозвалась я.

Кьерн Балуа прошел мимо меня и присел на постель.

— О разговоре с Петрой?

— И об этом тоже. Еще как раз хотела поговорить с тобой. — Я решила быть, в отличие от кьерна, предельно откровенной.

— Я слушаю тебя, — улыбнулся Нил. И чему он радуется? Думает, что я его простила и забыла о его выходке? Как бы не так!

— Помнишь, ты сказал, что я не обязана выходить за тебя замуж по-настоящему, если сама не захочу этого?

— Помню, — кивнул Балуа.

— Так вот я не хочу, — твердо заявила я.

Не знаю, какие эмоции отражало в этот момент лицо кьерна. Уж слишком быстро они сменялись, но расстройство я успела заметить. Мысли уже начали подталкивать меня пожалеть несчастного расстроенного Балуа, но здравый смысл подсказывал, что это просто маска. Ведь если бы он действительно испытывал ко мне какие-то чувства, то никогда не поступил бы так.

— Тогда позволь узнать, что ты планируешь делать? — пытаясь казаться спокойным, спросил он.

— Я собираюсь впутаться в авантюру, предложенную твоей бабулей.

Мне показалось, что кьерн издал вздох облегчения. Отлично, теперь можно переходить к другим волнующим меня вопросам.

— Но для начала я хотела бы погасить свой долг. Мне не хочется, чтобы у моей семьи возникли проблемы, если вдруг мы все же не сможем осуществить задуманное и закончим, как мои предки. — Если уж говорить правду — то обо всем. В конце концов, каких бы глупостей ни натворил Балуа, если бы не его благосклонность, я уже давно была бы пеплом.

— Я понимаю, для чего ты хочешь сделать это, Лея, объясняться нет необходимости. — Кьерн поднялся и, подойдя ближе, присел на корточки перед моим креслом. — Однако в выплате долгов больше нет нужды. — Он поймал мой недоуменный взгляд. — Я погасил все еще до нашего отъезда.

Замечательно! Он снова меня обманул! Хотя нет, великий кьерн Балуа не обманывает, он просто не говорит то, что не считает нужным сказать! Может быть, знай я об этом, то уже давно бы сбежала в горы и пыталась попасть в Империю.

А Нил, не обращая внимания на мое бешенство, продолжил:

— Я не сказал тебе раньше только лишь потому, что ценю твою жизнь, ты не сможешь перейти горы, тем более одна, а ведь именно на это ты бы решилась, если бы узнала, что свободна.

Я растерялась. Ведь только собиралась разозлиться, а он тут же перевернул все так, что и злиться-то не на что! Мало того, что долг погасил, так еще и жизнь сохранил импульсивной девчонке…

— То есть по факту я уже свободна? — наконец-то осознала я.

— Совершенно, — улыбнулся Нил.

— Но только не от тебя! — Я вспомнила про треклятую метку, и раздражение накатило с новой силой.

— Я могу ее снять, — спокойно сообщил он.

Я почти уверена, что в моих глазах вспыхнула надежда. Просто я только сейчас узнала, что больше не должна ничего пансиону, и мне захотелось еще большего. Я жаждала полной свободы! В том числе и от всяческих магических меток!

Но я не сразу поняла, что собирается делать Нил, легко подхвативший меня на руки.

А, нет. Уже поняла. После первого легкого прикосновения губ Нила к моим все стало ясно. Он собрался меня целовать.

— Ты уверен, что сейчас лучшее время для поцелуев? — скептически прищурилась я.

— Сама же хотела избавиться от метки! — воскликнул он.

— Меня никто не предупреждал, что для этого нужно будет целоваться с тобой! — не менее возмущенно, чем он до этого момента, возразила я.

Меня поставили на ноги. Сразу, без лишних слов.

— Так снимать метку или предпочитаешь оставить ее себе? — спросил кьерн.

Я немного поразмыслила. Зачем мне нужна какая-то метка с непонятными свойствами? Придется снимать… Я залилась краской от собственных мыслей, а Нил по обыкновению все понял и, притянув меня к себе, поцеловал. Не так, как тогда, совершенно иначе. В этом поцелуе было больше страсти, огня… «Так целуют в последний раз», — мелькнула в голове странная мысль. Вскоре я почувствовала, как язык обдало холодом. Леденящим, способным заморозить весь мир. Я вскрикнула и отстранилась.

— Метки больше нет, — отчитался кьерн.

— И что теперь? — спросила я у самой себя. — Я свободна? Полностью?

Балуа молчал, просто глядя в мои глаза. Легче не стало. Моя свобода не оказалась пьянящей и дурманящей, какой ее описывают в книгах. Она принесла лишь пустоту. Я опустилась в кресло, глядя в одну точку, и мысли покинули голову.

— Мне не нравится то, что происходит, — спокойно, даже ласково сказал Нил. — Мы должны поговорить… Или я должен объясниться. — Я подняла взгляд. Неужели передо мной станет объясняться сам кьерн Балуа? — Я изначально вел себя неправильно. — Мой взгляд приобрел оттенок полного изумления. Не думала, нет, даже не могла подумать, что он способен признавать свои ошибки. — Всю жизнь я мечтал о возрождении магии. — Нил опустил голову, и я больше не могла видеть его глаза. — Но скольких магов я ни встречал на своем пути, не было ни одного, кто владел бы пятью стихиями. А я искал, и хорошо, поверь мне. Когда-то давно отец, после службы, рассказывал о выбросе силы, об очень сильном выбросе, случившемся на твоей родине. Но мага, совершившего выброс, так и не нашли. Когда на службу пошел я, ваши земли были проверены первыми, и я разочаровался. У меня почти не было надежды, пока я не встретил тебя. Магия в твоей крови была столь отчетливой! И я сразу же уловил все стихии. Когда я узнал, что ты из рода Аргуст, то понял, что мне повезло вдвойне, и я действительно встретил именно того мага, способного помочь в осуществлении моей мечты.

— С чего ты взял, что именно я этот таинственный избранный маг? — перебила его я. Просто было совсем непонятно, почему они так уверены.

— Бабуля выделила твой род, а она не меньше, чем я, мечтает о возвращении магии в Крамиил. Поверь, она ничего не делает просто так. Это был первый фактор, который заставил меня поверить в твою избранность.

— Значит, их несколько? — заинтересовалась я. — Если есть первый, есть и второй?

Балуа кивнул:

— На первом году своей службы я нашел ведьму, невероятно сильную. Я думал, что она подойдет на роль моей помощницы, но ведьма так не считала. Вместо этого она сказала, что я встречу девушку, которая и станет ключом к источнику, — ответил Нил.

— В Крамииле полно девушек, — возразила я.

— Она сказала, что у той девушки будет феникс и что я, — кьерн Балуа сделал короткую паузу и сглотнул, — я полюблю ее.

Я не знала, что ответить, поэтому просто молчала. Про «полюбит» ведьма явно погорячилась, потому что едва ли наши отношения с Балуа можно назвать любовными. Он слишком много обманывал меня, слишком многое недоговаривал. Он не рассказал мне все с самого начала, не сказал, что закрыл долги, поставил эту чертову метку без моего ведома, обманом заставил выбрать именно его, предлагал свободу, которую дать не мог… Может, будь он откровенен с самого начала, все сложилось бы иначе.

— То есть сомнений в том, что я именно та, кого ты искал, у тебя нет? — на всякий случай уточнила я.

— Ни малейших! — развел руками Нил. — И я невероятно рад, что ты согласилась. Ты ведь не передумала? — недоверчиво переспросил мужчина.

— Нет, не передумала. Я согласна рискнуть жизнью, отправиться в горы и вернуть магию, — подтвердила я.

Не могу сказать, как отреагировал на мой ответ кьерн Балуа, но уверена в одном — он волновался. Наверное, как и я, немного боялся, переживал… И в то же время был счастлив.

— Скажи, ты сможешь меня простить? — уже на пороге моих покоев с затаенной надеждой спросил он.

— Время покажет, — печально ответила я.

И Нил ушел.

Одевшись, я улеглась на кровать и сейчас задумчиво теребила перстень, который дала мне бабуля. И на что я только что подписалась?

Утешало меня только то, что Нил и сам готов принять участие в этой авантюре, а значит, уверен, что не погибнет, да и бабуля не стала бы отправлять собственного внука на верную смерть.

Единственный человек, чья роль во всей этой истории была мне непонятна, это кьерн Далан Ритар. Неплохо было бы познакомиться с ним поближе… Да и узнать, когда мы отправимся в путь, тоже не помешает.

Интересно, а Анри действительно покинул замок еще ночью или решил задержаться? А что было бы, если бы я выбрала Анри? Ведь у него, похоже, нет дара.

Вопросов по-прежнему было гораздо больше, чем ответов. Я поднялась с постели, собрала уже сухие волосы в высокий хвост и покинула свои покои. Мысленно попыталась связаться с фениксом — интересно, а это вообще возможно? Нил вроде бы говорил, что да. Куда идти, я еще не решила, но хотелось двигаться вперед по коридору. Может, это действительно Феня ведет меня к себе? Как-то иначе объяснить внезапно возникшее странное желание постучать в запертую дверь чужих покоев я не смогла.

Стук вышел на удивление громким. И с той стороны сразу же ответили. В комнату я входила неуверенно и с опаской. Мало ли куда привело меня странное желание найти Феню.

— Доброе утро, — поздоровалась я, увидев направляющегося к двери кьерна Ритара. Соломенная бровь мужчины взметнулась вверх.

— Чем обязан? — поинтересовался блондин.

— Я искала своего феникса, — ответила я.

— Я здесь! — крикнул из спальни Феня. Ритар лишь взмахнул рукой в приглашающем жесте.

На такой же постели, как и в моей комнате, сидел Феня в нормальной мужской одежде и поглаживал по нежным перышкам средних размеров феникса. Я про себя отметила, что птичка Ритара довольно быстро растет. Хотя кто знает, с какой скоростью они растут на самом деле? Может быть, блондин просто часто делится с ней силами?

— Она уже такая большая, — заметила я, помня о том, что жизни феникса лишила именно я.

— Они растут очень быстро, главное, постоянная магическая подпитка, — сообщил Ритар. — Налить вам чая или вина?

— Чай, пожалуйста, — попросила я.

Мне тут же предложили сесть в кресло, а еще через несколько секунд протянули чашку с горячим напитком.

— Феня, я хотела бы отдать тебе немного силы, — сказала я.

— Феня? — переспросил мужчина. — Он еще не сказал вам своего истинного имени?

Феникс залился густой краской, что вкупе с огненными волосами выглядело довольно забавно. Я, кажется, тоже покраснела. Если бы я заранее знала, что он сам должен представиться, то, естественно, спросила бы его имя, а не называла воплощенную стихию Феней.

— А как зовут вашу птицу?

— Шайниаррина, — с гордостью ответил Ритар. — В переводе с хитарана — «Огненная богиня».

— Она вам это сама сказала? — прищурилась я.

— Конечно, когда элементаль полностью доверяется своему хозяину, то называет свое имя, чтобы маг мог обратиться к нему в любую секунду, даже после смерти его оболочки.

Вот оно как… Значит, Фенечка мне не доверяет… Я вперилась взглядом в рыжего, пытающегося не встречаться со мной глазами. Ритара наша игра в гляделки забавляла, и он с упоением наблюдал за нами.

— В любом случае не стоит его торопить, он сам вам откроется. — В конце концов, кьерн встал на защиту покрасневшего Фени.

— Значит, пока не доверится, будет Феней, — мстительно сообщила я.

— Ну и буду, — буркнул элементаль. — Давай свою магию. — И протянул мне руку.

Это он мне одолжение делает?! Да-а-а, я действительно ничего не знаю об элементалях. После «перелива» сил от меня в тело парня он заметно возмужал. Рыжие волосы выпрямились и отросли, дотянувшись до лопаток, черты лица немного утончились, и появилась легкая рыжеватая щетина.

— Как я выгляжу? — уже совсем не мальчишеским голосом спросил Феня.

— Как двадцатидвухлетний Феня, — ехидно ответила я.

— Да, судя по всему, это его максимум, — подтвердил Ритар.

— Я не Феня, — прошипел элементаль.

Я лишь улыбнулась и развела руками. Сам напросился!

— А она, — я кивком указала на птицу, так и оставшуюся в руках моего недоверчивого Фени, — скоро сможет становиться человеком?

— Думаю, через несколько вливаний силы, — ответил Ритар.

— А я могу поделиться с ней? — Мне было интересно все, в том числе и это.

— Нет, только хозяин имеет связь с элементалем, тот, чью магию он вкусил первой.

— Откуда вы так много знаете про элементалей? — разошлась с вопросами я.

— Когда я нашел Рину, пришлось прочесть много запрещенной литературы, чтобы выяснить, с чем я имею дело, — флегматично ответил мужчина.

— А про магию вы тоже много знаете? — не унималась я.

— Здесь дела обстоят сложнее, — усмехнулся Далан. — Знаю примерно столько же, сколько, пожалуй, и ты.

— Значит, немного, — констатировала я.

Ритар только кивнул.

— Дар проявился, когда мне было десять, но этого не знал никто, даже родители. Потом, когда я был примерно в твоем возрасте, сила начала расти, случился даже сильный выброс, при котором меня перенесло. Потом я нашел Рину и только тогда начал интересоваться магией.

— Да, у нас с вами много общего, — протянула я.

— Полагаю, что да. Более того, за время пребывания здесь я даже сделал вывод, что мы с вами во многом похожи. — Ритар сделал долгую паузу, о чем-то размышляя. — Вы ведь тоже согласились принять участие в великом плане Балуа?

— Согласилась, — улыбнулась я. — Только не совсем понимаю, зачем там вы. — Меня волновал этот вопрос, и лучше узнать все у довольно открытого Ритара, чем у Нила с его привычкой недоговаривать.

— Я буду помогать, — просто ответил он. — Во-первых, в горах любая магическая сила лишней не будет, во-вторых, как мы поняли из книг, обряд слияния требует огромных энергетических и физических затрат, а после его свершения нужно будет быстро покинуть место проведения обряда. По нашим расчетам, чтобы высвободить источник, горы должны разрушиться, а вы будете слишком слабы, чтобы уйти самостоятельно.

— То есть вы просто решили нам помочь? — Нет, совсем ему не верю.

— Нет, — покачал головой Далан. — Я просто очень хочу вернуть магию в Крамиил и готов помочь в этом хоть демону царства Скорби, если он решит это сделать, — ответил он.

— Все хотят вернуть магию, — задумчиво произнесла я.

— Все просто хотят свободы, леди Лея, — грустно ответил Ритар.

— И элементалям так будет лучше! — вклинился в диалог Феня. — Мы будем питаться от источников!

Не знаю, сколько бы еще времени мы болтали о всякой ерунде, но отвлек нас робкий стук в дверь. Вошедшая служанка пригласила к обеду. Ритар оказался очень приятным и интересным собеседником, мне даже не верилось, что он устроил охоту на Нила, но, как я уже успела понять, не очень-то разбираюсь в людях. Хотя нами и было принято решение обращаться друг к другу на «ты», ведь нам предстоит долгий совместный путь.

К обеду мы спускались вместе. И Нилу Балуа это почему-то не понравилось, совсем.

Анри онт Плуан

Анри был в ярости, в бешенстве, в гневе… Он готов был проклясть весь мир. Неужели эта глупышка не видит, что Нил ничем не лучше его? Как он так заморочил ей голову? Что предложил? Разве мог он дать ей что-то большее, чем то, что готов был дать он? Анри никогда не понимал женщин. Те, которых можно взять на одну ночь, — простые и понятные, а эти глупые аристократки постоянно путают все карты!

Кьерн Плуан уже собрал свои вещи с твердым намерением покинуть замок сию же секунду, но по идиотским правилам приличия он должен был попрощаться. Первым он решил проведать своего кузена, чтобы просто плюнуть ему в лицо. Из покоев Балуа доносилась оживленная беседа, и Анри не стал спешить со стуком. Разговаривали двое. Судя по голосу, второй был так называемый «пленник» Ритар.

Анри хотел было вломиться в комнату и испортить этим двоим веселье, но вдруг услышал нечто интересное. Эти двое говорили… о магии! Через десять минут старательного подслушивания он знал, что у обоих есть дар. Метка отозвалась мгновенно, неприятно обжигая кожу. Значит, он не ошибся? Это был настоящий шок, смешанный с изумлением и каким-то странным ликованием.

Он может свершить правосудие сразу над двумя высшими инквизиторами!

Анри был почти готов ворваться внутрь, но вовремя остановился. У него нет отряда, а эти двое мало того что сильнее физически, так еще и маги. Они могут быть опасными… Через пять минут кьерн Плуан уже на полном ходу миновал навесной мост, спеша добраться до Саака. Зачем ему вершить суд самому, если можно сдать обоих властям? Сейчас их нет в столице, и они не смогут опровергнуть обвинение. Еще через несколько миль в голове Анри родился гениальнейший, по его мнению, план, осуществив который, он смог бы решить все свои проблемы. По этому плану обоих кьернов, вместе с глупой девчонкой из рода Аргуст, которая выбрала себе явно не то окружение, сожгут их же подчиненные, и все будет законно. А Анри не будет иметь к этому никакого явного отношения. После казни старших чинов он станет главным инквизитором Крамиила и получит еще больше власти, земель, золота. А поскольку свадьба Балуа и Леи не состоится, то и наследство Петры достанется единственному оставшемуся внуку. И тогда Анри спокойно сможет получить и пост и наследство. Зачем ему это нужно, Анри еще не знал, но он всегда понимал, что деньги дают власть, а власти кьерн онт Плуан хотел больше всего на свете.

Через час Анри уже представлял, как со своим гениальным умением плетения интриг через пару десятков лет он вполне сможет «подсидеть» и короля Наара.

Лея Аргуст

За обедом мы обсуждали предстоящую поездку. Было решено не медлить и выехать завтра же на рассвете. Леди Петра изъявила желание поговорить с каждым из нас наедине, перед тем как мы покинем замок «Клевера», и особое внимание уделила Ритару. На меня же она смотрела с какой-то странной благодарностью, а когда мы уже покидали столовую, шепнула мне на ухо:

— Это верное решение, девочка, не беспокойся, я не позволю тебе умереть.

Я благодарно улыбнулась, а потом остановилась, поняв суть сказанного.

— Вы что, едете с нами? — тихо спросила я.

— Конечно, еду! — воскликнула леди, чуть ускорившись, нагнала Ритара и, взяв кьерна под руку, увела за собой. Меня немного смутило заявление Петры о том, что она едет с нами. Все-таки возраст… Но она производит впечатление умной женщины, значит, способна верно оценить свои силы. Ко мне же пристроился Нил.

— Идем, прогуляемся, — улыбнулся он. — Погода чудесная!

— В дороге нагуляемся, — отмахнулась я и прошла мимо, направляясь к лестнице на второй этаж, чтобы вернуться в свои покои.

На самом деле я просто не придала значения предложению кьерна. Мысли были заняты совершенно другим. К тому же я не хотела пока возвращаться к теме метки, а, оставшись наедине, нам просто придется поговорить. Сзади кто-то зашипел. Выругался и, кажется, ушел. Я обернулась, чтобы убедиться. И правда ушел, видимо, решил подышать свежим воздухом один. Пожав плечами, пошла наверх, хотелось еще порасспрашивать Феню о магии, он же явно много чего знает… Блудного феникса в комнате не было, и очень скоро я заскучала, начав жалеть, что не приняла предложение кьерна. Настроение было скверное.

Дверь открылась без стука, и в покои вошел Балуа с огромным букетом полевых ирисов наперевес. Я, кажется, скривилась. Убить меня решил? У меня же аллергия на ирисы. Хотя откуда ему об этом знать?

— Это тебе, — лучезарно улыбнулся кьерн и протянул букет.

— Апчхи, — звонко ответила я.

Улыбка с лица Нила почему-то сползла. А у меня перехватило дыхание от щекочущего ощущения в горле.

— Не нравится букет? — спросил он.

— Нравится, — соврала я, — только для чего ты его притащил?

— Если ты не знала, когда мужчина ухаживает за женщиной, он часто дарит ей цветы. — И почему он такой несдержанный? Откуда эти рычащие нотки в голосе?

— Спасибо, — подавив чих, пискнула я. — Выбрось. — И указала на раскрытое окно. Все равно пока эта гадость в моих покоях, говорить я не смогу!

— Ну, знаешь ли! — рявкнул Балуа. Метко метнул цветы в окно и, хлопнув дверью, вышел из комнаты.

— Она смерти моей хочет! — это он рявкнул уже в коридоре.

Потом что-то звякнуло, потом еще что-то звякнуло… Я неуверенно выглянула в щелку. Ага, уходит. А зачем все вазы на своем пути бить? Непонятный он какой-то… Действительно решил ухаживать? Хм… Может, это мой шанс поставить Балуа в такое же дурацкое положение, как он меня с этой меткой? Я улыбнулась. Вышло довольно коварно и гаденько. Да, пообщаешься с кьернами, сама себя бояться начнешь. За моей спиной послышалось сдавленное хихиканье.

— Феня! — воскликнула я. — Ты меня испугал! Давно ты здесь?

— Я был в виде феникса, ты меня не заметила, и я здесь уже достаточно времени, чтобы насладиться зрелищем. — Он продолжил смеяться.

— Ничего смешного, — насупилась я. — У меня просто аллергия на цветы.

— Так нужно было сказать ему об этом! — запоздало посоветовал элементаль.

— Не-а, пусть лучше побесится, — мечтательно улыбнулась я. Хоть и маленькая, но месть. — В дорогу готов?

— А как же, — улыбнулся Феня. — И тебе советую подготовиться.

Я кивнула. Действительно, нужно же собрать вещи, попросить леди Петру подробно рассказать про этот обряд слияния магии. Вспомнив про старую леди, снова задалась вопросом, зачем она собирается ехать с нами. Ладно, спрошу, когда увижу. Побеседовать с хозяйкой замка мне довелось уже очень скоро. За мной пришла служанка и проводила в кабинет леди Петры.

— Лея! — Мне показалось, что женщина искренне обрадовалась моему появлению. — Я хотела еще раз поблагодарить тебя за то, что ты согласилась.

— Я согласилась только потому, что мне самой это нужно, так что благодарить не стоит, тем более ничего еще не сделано.

Петра онт Балуа присела за стол и указала мне на кресло перед ним. Она извлекла из запертого на замок ящика стола какие-то бумаги и разложила на столе. Я заметила там карты, непонятные схемы и исписанные ровным почерком листы бумаги.

— Я хотела поговорить про сам обряд, — серьезно сказала леди. — От тебя не потребуется много усилий. В пути я попытаюсь проверить силу дара каждого из вас. Конечно, по аурам отлично видно, какой он у кого, но мне бы хотелось испытать ваши силы в действии. А это, — она подвинула ко мне стопку исписанных листов, — теория. Я подробно описала, как правильно проводить обряд, какими порциями переливать силу из одного мага в другого, и еще много нюансов, так что рекомендую прочесть. Мы ведь настроены на положительный результат, верно?

— Конечно, леди, — ответила я. — Единственное, что меня смущает, это угроза жизни. Не хотелось бы умирать в столь юном возрасте.

Петру мои слова почему-то развеселили, и она заливисто рассмеялась:

— Нет, я ошиблась, все-таки ты похожа на свою бабушку!

К чему это она? Шиила Аргуст наверняка тоже не хотела умирать, но ее, как я теперь знаю, это не спасло. Этим похожи, наверное, все люди.

— Не волнуйся, — успокоила меня Петра. — Я уверена, что ты именно та, кто в силах сделать задуманное нами. У меня нет сомнений, Лея.

Я внимательно смотрела на леди. Было похоже, что она говорит правду. Глаза честные, прямой взгляд, но что-то было не так. Может быть, нервно сжатые в кулаки руки, может быть, чуть фальшивая улыбка… Я поняла одно: она не уверена. Хотела бы верить на все сто, но не получается…

Вида, что я что-то заметила, подавать не стала. Забрала предложенные бумаги, сияла с пальца перстень и отдала Петре. Леди посоветовала мне хорошо выспаться, потому что выезд планируется на рассвете, и я отправилась к себе. На вопрос — уверена ли она в том, что хочет отправиться с нами, леди ответила утвердительно, убедив меня, что конные прогулки еще никого не убивали. Памятуя о случае на охоте, когда лошадь чуть не сиганула с обрыва вместе со мной, я была не согласна с этим заявлением, но разубеждать бабулю не стала.

Я уже несколько часов читала про обряд слияния, но до сих пор мало что понимала. Нет, вроде все понятно в теории, но как это должно произойти на практике? Обмен магией… Как отдавать магию, я уже поняла, ведь делилась же я ею с Феней, а вот как впитывать чужую, не понимала. Надеюсь, что мы сможем разобраться с этим в дороге…

Нил больше не заходил, но несколько раз как бы невзначай заглядывала служанка, явно проверяя, на месте ли я. Ни капли не сомневалась, что заглядывать приказал Балуа. Неужели и вправду решил ухаживать? Почему-то было трудно в это поверить.

Ужин я пропустила, наслаждаясь ванной, мало ли, вдруг я доживаю последние дни. Но когда вышла, на столе уже стояла моя еда, а рядом на подносе я нашла записку от Нила с пожеланием приятного аппетита. Это не могло не вызвать улыбку.

К полуночи моя сумка была уже собрана. Феня торчал у Ритара, не желая расставаться с его фениксом. И я, по совету бабули, решила выспаться.

На рассвете меня разбудил Нил своим старым способом. Если быть более точной, то он снова меня целовал.

— Я же просила будить меня как-нибудь иначе! — возмутилась я.

— Не удержался, — пошло улыбнулся Балуа. — Вставай, завтрак уже подали, пора собираться.

— Может, хотя бы выйдешь? — спросила я, понимая, что при Ниле из-под одеяла не вылезу даже под угрозой смертной казни.

— Как скажешь, — промурлыкал кьерн и нехотя отвернулся.

Сейчас он, как никогда, был похож именно на того человека, которого я встретила на приеме в «Аларе». Такой же загадочный, таинственный и просто пропитанный скабрезными мыслями…

— Я просила выйти, а не отвернуться, — напомнила я.

— Жду в гостиной, — ответил кьерн и все же вышел.

К завтраку мы спускались вместе, причем Нил был более чем галантен, но постоянно пытался меня приобнять. Через полчаса мы уже выезжали на дорогу, ведущую от замка к тракту. Ритар ехал чуть впереди в охотничьем костюме изумрудного цвета. Оба феникса сопровождали нас в воздухе. Бабуля Балуа, на красивом сером жеребце, откровенно любовалась рассветом. Моя Снежка держалась поближе к Ветру Нила, а тот постоянно пытался ее куснуть. Что у них-то случилось? Чем моя белокурая красавица обидела гнедого кьерна?

Да, похоже, что путешествие будет интересным! Степь уже начала тонуть в первых несмелых лучах восходящего солнца, когда мы покинули территорию замка «Клевера».

ГЛАВА 15

— Я так давно никуда не выезжала, что даже успела забыть, как прекрасен Крамиил! — воодушевленно воскликнула леди Петра.

Я обратила внимание, что все мои спутники после этих слов стали оглядываться по сторонам, и мысленно улыбнулась. Степь в лучах восходящего солнца и правда была восхитительна, особенно вкупе с невероятным запахом трав и ветром, бьющим в лицо.

— До гор примерно неделя пути, верно? — спросила я.

— Мы доберемся быстрее, — улыбнулся Нил.

— Каким образом?

Я скептически восприняла это заявление, потому что, судя по карте, расстояние приличное, а картам я привыкла верить. И какими быстрыми ни были наши лошади, им все равно не удастся ехать на полном ходу долгое время.

— Думаю, мы воспользуемся тропой инквизиции, — сообщил Балуа.

— Что?! — в один голос воскликнули бабуля Балуа и Ритар. Я молчала, потому что не имела ни малейшего понятия, что такое тропы инквизиции.

— Почему бы и нет? — растерянно спросил кьерн Балуа.

— Ты в своем уме? — Было похоже, что Далан начинает выходить из себя. С чего бы это такая реакция? — Четыре мага и два элементаля пройдут по инквизиторской тропе?

— Но мы же с тобой пользуемся тропами часто, — ответил Балуа.

— Милый, — спокойно заговорила бабуля, мягко даже, как с буйным душевнобольным, — ты же понимаешь, что на ваших тайных тропах мы вполне можем нарваться на карательную группу?

Нил фыркнул, явно оскорбившись как тоном, так и самим высказыванием.

— Ничего, что я все еще начальник всех карательных групп в Крамииле?

— Как мы будем объяснять наличие посторонних? — почти прокричал Далан.

— Во-первых, мы можем сказать, что они пленницы. — Леди Петра смешно скривилась. — Во-вторых, нет гарантии, что там мы хоть кого-то встретим, в эти места давно не отправлялись группы, и в-третьих, мы же можем спрятать женщин магией, например.

— Я бы не стал так рисковать, — все равно артачился Ритар.

— Может быть, кто-нибудь объяснит, что это за тропы инквизиции и почему по ним мы доберемся быстрее? — не выдержала неизвестности я.

— Это небольшая особенность структуры наших земель, — взялся объяснять Нил. — Есть обычные дороги, как эта, и окружающее нас пространство, а внутри, в самом пространстве есть другие дороги. Они называются тропами инквизиции. Там время течет немного иначе, и если по тракту мы доберемся до подножия дней за семь-восемь, по дорогам внутри пространства где-то за два-три дня.

Удивительно! Как это вообще — пространство в пространстве? И откуда инквизиторы об этом знают? Оказывается, я еще много чего не знаю о своем мире.

— Это магия? — спросила я.

— Нет, — улыбнулся Нил. — Если бы это была магия, то Наар не разрешил бы нам ими пользоваться.

— Хотя тропы создали маги, — перебила его леди Петра.

— Теперь я еще больше запуталась, — вздохнула я, вызвав приступ смеха у Ритара.

— Очень давно маги создали своеобразные пространственные тоннели для того, чтобы быстро передвигаться по Крамиилу. Выстраивать порталы могли далеко не все, и к тому же это требовало немалых энергетических затрат, вот они и расширили пространство, проложив внутри него пути. Чтобы передвигаться по ним, магия не нужна, — объяснила Петра.

У меня появились еще вопросы:

— А как можно попасть внутрь пространства? Это так странно…

— У меня есть карта входов и выходов, — сообщил Нил. — На самом деле ничего сложного нет. Когда магов почти не стало, тропами стала пользоваться инквизиция, чтобы не тратить слишком много времени на поимку беглых или на их поиски.

— И далеко ближайший вход? — поинтересовалась я.

Балуа достал из внутреннего кармана колета свиток, перевязанный красной лентой, и, расправив его, внимательно осмотрел.

— Нет, всего с десяток миль, а выход почти у самых гор.

С одной стороны, перспектива трястись в седле несколько дней вместо предполагаемой недели была крайне заманчивой, но с другой — возможность встречи с карательным отрядом совсем не прельщала. Я погрузилась в раздумья и перестала слушать спор между знающими дело. Ритар и леди Петра были категорически против движения внутри пространства, а Нил пытался доказать им, что это почти не опасно и к тому же очень экономит время.

Я незаметно подозвала Феню, и птица опустилась на мое плечо. Ну что, будем пытаться наладить «ментальную связь», так же Нил обозвал мысленное общение?

— Фе-э-энь, — мысленно протянула я.

— Я всегда тебя слышу. — Чужая мысль в моей собственной голове вызвала двоякие чувства. Вроде ничего необычного и я сама хотела пообщаться с элементалем, но в то же время дико от того, что в голове звучит странный посторонний голос.

— Что ты думаешь по поводу идеи воспользоваться дорогой, о которой говорит кьерн Балуа?

— Я бы согласился, — ответил Феня, или я сама мысленно ответила себе… — Для элементаля Ритара это было бы хорошо. Внутри пространства энергия накапливается быстрее, и ее рост значительно ускорится.

— То есть и моей магии там станет больше?

Теперь мне не нравилась эта идея, потому что если так, то меня снова может перенести от переизбытка силы.

— И еще там не может быть магических выбросов, — поспешил утешить Феня, который, несомненно, читает мои мысли.

— Почему?

— Там другое пространство, оно поглощает лишнюю магию. Если у тебя будет такой выброс, как здесь, только внутри пространства, то ты не почувствуешь ничего. Это тяжело объяснить. Вот, например, элементалю Ритара нужна магия для роста, и она будет течь в феникса сама, по мере необходимости, даже без ведома хозяина. Там немного другие законы.

Понятно, что ничего не понятно… Но из слов элементаля можно сделать вывод, что тропы инквизиции — лучший вариант, чем обычный тракт. Это быстро, без риска перенестись куда попало в самый ответственный момент, и поможет элементалю Далана вырасти. Тем более Нил уверяет, что карательные отряды редко появляются в этих краях. Я решила, что у нас масса шансов никого не встретить на пути, и жуть как хотелось посмотреть, что там внутри пространства.

Я небрежно кивнула, мысленно разрешая Фене покинуть мое плечо.

— А я была бы не против сократить путь, — сообщила своим спутникам.

— Ну вот! — торжественно воскликнул Нил. — Теперь два на два, голоса разделились!

— И элементали за нас, — с невинным видом добавила я.

— Ладно, черт с вами! — воскликнул Далан.

Несколько следующих часов прошли незаметно за разговором с Ритаром, я расспрашивала у него про элементалей и про то, как в нем проснулся дар. По лицу Нила было видно, что ему не нравится наше общение, но открыто недовольства он не высказывал.

Вскоре мы приблизились к небольшому озеру, берега которого были покрыты густыми зарослями так, что подступиться было невозможно, и спешились.

— Если верить карте, то вход где-то здесь, сейчас я его найду.

Нил прошелся вдоль берега, словно прощупывая вытянутой ладонью воздух, пока его рука не нырнула в никуда. Просто пропала кисть. Но это не самое удивительное. Потом Балуа решил удостовериться, что все верно, и сунул в невидимую дыру голову.

— Жутко как, — прошептала я. — Это ему не повредит? — Кьерн хоть и не самый замечательный из людей, но я за него переживала.

— Не волнуйся! — бодро воскликнул Ритар. — Ничего с твоим любимым не случится.

После этого высказывания я залилась краской. Хотя чего краснею? Могла бы уже привыкнуть, что в обществе кьерна Балуа краснеть мне приходится слишком часто. Нил наконец-то предстал перед нами и с безумной улыбкой уставился на меня.

— Что? — не выдержала я.

— Знаешь об одной особенности магии земли, которая граничит с огненной в крови Далана? — лукаво спросил он.

Я лишь пожала плечами. Откуда мне знать? Такие подробности я у Ритара расспросить еще не успела.

— Он может определить истинные чувства. — Кьерн Балуа выглядел довольным донельзя.

Я же решила, что краснеть дальше уже некуда, и под пристальными взглядами окружающих, взяв Снежку под уздцы, пошла в то место, где только что исчезала голова Балуа.

Ничего себе! Здесь все было в тысячи раз живее, чем с той стороны! Я бы так и стояла с открытым ртом, если бы в мою спину не уперся лошадиный храп. Пришлось отойти от довольно узкого прохода, чтобы дальше любоваться окружающим миром. Краски были в разы ярче, небо светлее, воздух казался чище… Смущала только полная тишина. Ни чириканья птиц, ни звуков пролетающих насекомых, даже шелеста листвы почему-то слышно не было, хотя и чувствовался легкий ветерок.

— Странные ощущения, — озвучила мои мысли леди Петра.

— Это пока, — бодро ответил Нил, — сейчас немного привыкнете и начнете слышать звуки.

— А здесь есть птицы, животные? — спросила я. Мне стало так интересно, что я даже забыла о разговоре на той стороне и радовалась, что забыли все.

— Здесь есть все то же, что и там, только более, — несколько секунд Нил подбирал слово, — настоящее, что ли.

— Вот именно, настоящее, — улыбнулся Ритар.

Следующие несколько часов мы ехали почти молча. Я жадно рассматривала окружающие пейзажи, леди Петра напевала себе под нос какую-то песню, Нил и Далан о чем-то беседовали, а фениксы продолжали полет. Я с восхищением смотрела на старую женщину, которая отважилась отправиться в путь, едва ли кто-то решится на подобное путешествие в ее возрасте, но выглядела леди довольно бодро. Мне даже казалось, что она начала молодеть. Хотя Нил и уговаривал ее остаться в замке и не ехать с нами, Петра была непреклонна. Видимо, для нее очень важно то, что мы должны сделать.

— А здесь тоже есть поселения? — спросила я, нарушив тишину. Кстати, со временем я действительно стала различать звуки, шорохи, порывы ветра…

— Только несколько перевалочных пунктов, которые почти всегда пустуют, а поселков и городов, естественно, нет, — ответил Нил.

— То есть ночевать будем в лесу?

— Думаю, так будет безопаснее. Мы, конечно, можем остановиться в одном из домиков, построенных магами для ночевок внутри пространства, но боюсь, это не лучшая идея. Если вдруг по тропе будет двигаться инквизиторский отряд, то непременно заночует в одном из них. Будет риск встретиться, а нам этого не нужно, — объяснил кьерн.

Логично. Тем более погода вполне позволяет ночевать на улице.

— И я хотела провести один эксперимент, который нельзя стеснять стенами домика, — добавила леди Петра.

— Какой? — живо поинтересовалась я.

— Вам нужно будет попробовать слиться, чтобы понять свои ощущения.

— Это не опасно? — включился в беседу Далан.

— Нет, — тут же ответила леди. — Я не настолько бессердечна, чтобы подвергать опасности собственного внука и внучку любимой подруги.

Кажется, леди была возмущена, нет, даже оскорблена подобным вопросом.

Еще через некоторое время Нил приблизился ко мне вплотную и долго ехал совсем близко, не решаясь заговорить.

— Я тут подумала, — решила взять инициативу в свои руки, — наверное, не стоит на тебя обижаться.

Балуа не смог сдержать улыбку, хотя и пытался.

— Каждый из нас преследовал свои личные цели, в том числе и я. Ты же не обижаешься на меня за то, что я собиралась использовать тебя, значит, и мне нет смысла таить обиду.

Просто пока я ехала верхом на самой прекрасной лошади из всех возможных, в окружении воистину божественных пейзажей, немного поразмыслила над всей ситуацией в целом. Балуа хотел вернуть магию, для этого ему нужна была я, я хотела свободы, и для этого мне нужен был он — все закономерно. Теперь я тоже хочу вернуть магию… Видимо, точки соприкосновения найдены. А если мы преследуем одну цель, то должны держаться вместе и забыть былые обиды. Ведь Нил оказался довольно терпимым человеком. Он смог простить Анри, который хотел убить его всего лишь из-за денег, смог подружиться с Даланом, который также покушался на его жизнь. Кто сказал, что ему было легче, чем мне? Не хотелось создавать ему еще больших проблем своими обидами.

— Я сделаю все, чтобы оправдать доверие, — тихо пообещал кьерн.

Я согласно кивнула.

— Думаю, через часок можно останавливаться! — крикнул Ритар, внимательно изучающий взглядом красивое темно-синее небо. — Нужно будет найти место для стоянки.

— С местом проблем нет, я отлично знаю эту тропу, — ответил Нил.

— Как раз попробуем провести слияние, — улыбнулась Петра.

Во время пути к месту стоянки она рассказывала мне о моих предках. Отвечала на все вопросы, давала пояснения. Оказалось, что я совершенно ничего о них не знала… Обидно, что они погибли вот так, даже не осуществив задуманного. Выходит, что все было зря. И их жертва была напрасной. Со слов Петры я поняла, что она чувствует свою вину за произошедшее, ведь переводила фолиант по большей части она, и именно она упустила суть. Я не считала леди виновной, но доказать это ей самой было невозможно.

На ночлег мы остановились у небольшого озерца. Как сказал Нил, оно было не природным, а искусственным. Балуа утверждал, что внутри пространства нет свободной воды, и эти пруды и озера, которые мы видели по дороге, создавали маги, чтобы во время пути по тропам было где умыться и напоить лошадей.

Лежаки в этот раз готовил Далан, а леди Петра на удивление хорошо управлялась с походным котелком, особенно для дамы, всю жизнь прожившей в шикарном замке. Она разожгла огонь и, напевая веселую песню, готовила ужин. Я отвела лошадей к озеру, чтобы напоить. Нил занимался поиском хвороста, пояснив, что здесь ночная температура совсем не летняя, и всю ночь придется жечь костер, чтобы не замерзнуть. Феникс Ритара клевала брошенную ей четвертушку хлеба, а Феню я потеряла из виду, пока он сам не пришел ко мне.

— Идем, дам тебе магии, — предложила я.

— Лея, неужели у тебя такая короткая память? — возмутился Феня. — Я же рассказывал тебе про тропы, здесь необязательно делиться со мной!

Точно, я уже успела забыть об этом.

— Феня, — элементаль скривился, было видно, что придуманное мною имя его изрядно нервирует, — какие у тебя причины не доверять мне?

Рыжий потупил взгляд, явно раздумывая, что стоит мне говорить, а что лучше скрыть. По крайней мере мне так показалось.

— Лея, ты хороший человек, и если честно, то у меня нет причин не доверять тебе, — наконец ответил он, — но ты маг пяти стихий…

Я вопросительно посмотрела на рыжего:

— И что?

— Вы… Как бы тебе это сказать-то помягче? Вы опасны!

— Что-о-о?

— Вы очень опасны, — уже уверенно повторил Феня.

— Чем я могу быть опасна для тебя? — возмутилась я.

— Понимаешь, у элементалей есть что-то общее с демонами, — начал говорить Феня. — Нас тоже можно вызвать и о чем-нибудь попросить. И мы, как и демоны, можем отказаться выполнять просьбу или попросить какую-то плату, но только если маг не знает нашего истинного имени.

— А что будет, если знает? — спросила я, машинально поглаживая Ветра по холке мокрой щеткой.

— Тогда у меня не будет права на отказ! — с горечью воскликнул Феня. — Назвать магу пяти стихий свое имя — это равносильно тому, как стать его рабом! Я древняя стихия, Лея, и отлично знаю, что самые опасные маги — маги пяти стихий. Вы слишком амбициозны, и вам ничего не стоит эксплуатировать подвластного элементаля в своих корыстных целях! И ваши цели не всегда справедливы!

— Стоп! — перебила разбушевавшегося феникса я. — Мне никогда бы не пришло в голову использовать тебя для осуществления своих целей!

— Это ты сейчас так говоришь, — надулся Феня, — а потом возродите магию, власть вскружит голову, и все, пиши пропало…

— Что-то ты недоговариваешь, — недобро протянула я. — Ритар называл мне настоящее имя своего элементаля, то есть ты хочешь сказать, что теперь я могу управлять ей?

— Нет, ты слышала имя от ее хозяина, это совсем другое. Если бы она сама представилась тебе, тогда да, фактически это клятва верности.

— Интересно… Значит, Ритару доверяют, а мне нет. — Обидно не было, было интересно. Нет, я, конечно, оскорбилась после слов элементаля о том, что я опасна, и все такое, но осудить его не могла. Я же сама не знаю, на что буду способна после возрождения магии. Мало ли, вдруг мое мировоззрение в корне изменится.

— У Ритара нет пяти стихий, — хмыкнул Феня, — и к тому же он спас ей жизнь. Я еще не знаю, при каких обстоятельствах это случилось, она пока слаба в демонстрации образов, но когда подрастет, обязательно расспрошу.

Лошади смешно фыркали, словно разговаривая между собой, а нашу беседу с элементалем прервали. Нил вышел на берег и позвал меня к костру. Оказывается, бабуля Балуа уже почти закончила с приготовлением ужина и теперь, раскрыв фолиант, ожидала нас.

— Готовы? — спросила она.

Мы с Нилом взялись за руки и слаженно кивнули. Около часа Петра объясняла нам, что и как делать, о чем думать и на чем концентрироваться в момент слияния. В принципе я уже читала это в бумагах, которые она мне давала, поэтому повторяла леди скорее для Нила. Петра была уверена, что у моих предков все вышло не так, как планировалось, еще и потому, что они не пробовали слиться до прихода к источнику. Уже после их гибели она смогла расшифровать древние руны, которые описывали сам процесс слияния сил и чувства, которые должны испытывать маги, если все происходит правильно.

В первую очередь нужно было расслабиться и представить сосуд. Сосуд, по словам леди, символизировал носителя магии. Если я сумею сконцентрироваться правильно, то смогу увидеть его содержимое.

Я закрыла глаза. Руки Нила, теплые и сильные, бережно сжимали мои немного дрожащие ладони. Расслабиться не выходило, и Балуа, чувствуя мое напряжение, нежно поглаживал мои руки пальцами. На минуту я даже забыла, зачем мы стоим в этой глупой позе и к чему, собственно, готовимся. Я представляла тот самый таинственный сосуд, пока полностью не абстрагировалась от окружающего мира. Емкость, возникшая перед глазами, начала наполняться, словно окутываясь туманом. На самом дне клубилась яркая насыщенно-синяя дымка, над ней расположился огненно-рыжий слой, потом золотой вихрь, нежно-зеленое свечение, еле заметное, и все это обрамлял снежно-белый туман. «Откупорить сосуд», — подумала я и, мысленно представив пробку, избавилась от нее. Из горлышка разноцветными лентами вверх взмыли нити силы, заключенные во мне. И я восторженно распахнула глаза.

Напротив, в окружении багряных всполохов, стоял кьерн Балуа и счастливо улыбался. Нити силы сплетались, образуя причудливые узоры и окутывая нас в подобие кокона. Нил притянул меня к себе и крепко сжал в объятиях. Я чувствовала безграничную нежность, полное доверие, ощущение абсолютной безопасности и желание стать ближе… Я вскинула голову и потянулась губами к губам кьерна, которые тут же с жадностью впились в мои. Лаская, чуть прикусывая, врываясь языком. И нити силы вдруг стали не так важны, и само слияние отошло на второй план. Были только я и он в разноцветных всполохах магии и стремление слиться воедино.

— Отлично! — воскликнула Петра.

Нити испуганными псами, прячущимися в конуру, нырнули обратно в сосуд и благополучно закупорились. Нил продолжал сжимать меня в объятиях, а я пыталась заставить непослушное сердце биться чуть спокойнее.

— Все вышло просто превосходно! — продолжала восхищаться Петра. — Сила Нила, конечно, недостаточна для активации источника, но это поправимо.

Балуа напрягся, и я в кольце его рук тоже.

— Что значит, «недостаточна»? — спросила я.

— Я думала, что примесь воздуха в его крови незначительна, и в принципе так оно и есть, но для активации источника нужно немного больше чистого огня, — авторитетно заявила она и посмотрела почему-то на Ритара.

— У меня три стихии, значит, чистого огня еще меньше, — стушевался тот.

— Упасите богини! — воскликнула леди Петра. — Я не собиралась предлагать твою кандидатуру! Ты же не имеешь к Лее никакого отношения, другое дело, если бы ты любил ее, а заставлять сливаться двух посторонних людей — это настоящее кощунство! — заявила она.

Балуа нежно потрепал меня по волосам, а я почему-то хихикнула. Не хотелось объясняться, спрашивать что-то… Хотелось просто еще немного побыть рядом.

— Почему тогда посмотрели на меня? — возмутился блондин.

Леди бросила оценивающий взгляд на нас и сообщила, что это приватная беседа. После чего они с Даланом удалились к озеру, оставив нас с Нилом наедине.

— Я же тебя никому не отдам, — улыбаясь, прошептал Балуа, так и не выпустив меня из объятий.

— Пока и не нужно, — покладисто согласилась я. Думать буду потом. Сейчас решила говорить то, что чувствую, и это было невероятно приятно! А Нил принялся пытать меня из-за слова «пока», настаивая на том, что отпускать меня он не собирается никогда.

Далан онт Ритар

Сегодня Далан имел честь впервые в жизни наблюдать процесс слияния двух магов. Зрелище, нужно отметить, необычайно красивое. Из девчонки буквально вырывались силы всех возможных стихий, и он наконец узнал, что цвет пятой стихии — белый. У Балуа было всего две нити, одна из которых больше напоминала широкую струю огня, а вторая — тоненькую ниточку бледного золотого цвета. Вокруг них образовался кокон, и маги полностью скрылись от наших глаз. После того как над головами этих двоих начала формироваться переливающаяся сфера, леди остановила их.

Ритар никогда не видел ничего подобного, это было воистину потрясающе и неописуемо. Но леди Петра почему-то решила, что сил Балуа недостаточно. Ну, ей, конечно, виднее, ведь она имеет представление, как все должно быть, и сколько сил необходимо. Кьерн немного смутился, когда леди хищно посмотрела на него. Неужели она решила, что в нем больше огня, чем в ее внуке? Такого просто не может быть! Наличие элементаля еще ни о чем не говорит. Феникс появился у него только потому, что он, в отличие от Балуа, не смог держать под контролем свою силу и грешил хоть и редкими, но выбросами свободной магии. Когда он наткнулся на феникса, понял, что едва не опоздал: малыша уже нашли другие и пытались прямо на месте ощипать для лекарских целей, но Далану, непонятно почему, стало жаль птицу, и он буквально отвоевал ее. Это уже потом он узнал, что на самом деле феникс не так прост. Более того, элементаль открыл ему свое истинное имя в благодарность за возрождение и за спасение. Теперь Далан мог получить всю возможную силу огня, но не собирался делать этого, потому что, если потребовать у элементаля поделиться силой, он просто исчезнет.

Леди выразила желание приватно с ним побеседовать, и они незамедлительно направились к озеру.

— Ты же имеешь полную власть над своей птичкой? — лукаво спросила старуха.

— Да, но какое отношение это имеет к делу? — удивился Далан.

— Самое прямое, — протянула Петра. — Нилу не хватит огня для активации источника. — Она серьезно посмотрела на Ритара.

— Вы хотите, чтобы я приказал элементалю?.. — ошеломленно переспросил он.

— Я хочу, чтобы у нас все получилось и обошлось без жертв, вопрос лишь в том, чего хочешь ты?

Леди четко озвучила свое желание и дала Далану срок до завтра, чтобы тот принял решение. Ритар так и остался стоять на берегу озера, размышляя о странной просьбе.

Нил онт Балуа

Кьерн Балуа никогда не испытывал ничего подобного. Чувство абсолютного, сумасшедшего счастья, вихрь желания, хоровод нежности… Он влюбился сильно, безрассудно и безнадежно. Но самое интересное, что ему нравилось это чувство и он сам в этом состоянии.

Слияние лишь позволило еще раз убедиться в верности его догадок. Она тоже неравнодушна к нему. Нилу было хорошо, просто так. В голове металась шальная мысль, что даже если ничего не выйдет из их путешествия, он успел испытать самое прекрасное из чувств. Хотя хотелось, конечно, прожить рядом с любимой долгую счастливую жизнь, каждый день наслаждаясь близостью родного человека, оставить после себя потомков… И он готов был сделать все, чтобы эта мечта стала реальностью.

Его невероятно расстроили слова бабули о недостатке магии, и он сильно переживал по этому поводу. Конечно, Петра наверняка права, и это поправимо, нужно только придумать, как сделать так, чтобы «поправить» ситуацию.

Ночью Лея дрожала от холода. Костер был уже не таким жарким, как вечером, несмотря на то, что Нил постоянно подбрасывал в него хворост. Он притянул девчонку ближе к себе и, утонув в запахе хвои, исходящем от ее волос, уснул.

ГЛАВА 16

Проснувшись утром, обнаружила себя в объятиях кьерна Балуа и не захотела из них выпутываться. Было тепло, приятно, и чувствовалась забота. Я так и лежала, просто наслаждаясь видом на восходящее солнце, пока не проснулись все остальные.

Сегодня дорога была не такой утомительной, как вчера. Внутри пространства действительно было не душно, как там, откуда мы пришли. За день пути мы не встретили ни одного путника, что не могло не радовать. Вечером, перед тем как устроиться на ночлег, Петра снова попросила нас повторить слияние. В этот раз все было гораздо проще, нужно было лишь отпустить мысли и освободить голову. Магия вырывалась сама.

Феня рассказывал мне про элементалей, оказалось, что кроме духов огня есть еще духи других стихий: земли, воды и воздуха. О духе пятой стихии я так ничего и не узнала, как и не разобралась, существует ли он вообще.

Отношения с Нилом постепенно налаживались. Мне кажется, что слияния сближают нас. Даже не так, скорее, во время них мы становимся настоящими. В эти моменты я чувствую себя странно, так, будто раньше я на самом деле была безэмоциональной куклой и, вообще, какой-то мертвой. Всего за каких-то пару дней мир вокруг меня стал другим. Ритар оказался весьма умным и склонным к экспериментам магом. Они с Петрой всю дорогу держались рядом и о чем-то беседовали. Похоже, у них появились общие тайны…

Феникс Далана рос. Намного быстрее, чем некогда мой Феня. Уже утром ее перья загорелись огнем, и мы все с нетерпением ждали, когда перед нами предстанет элементаль, ведь следующий этап роста — именно перевоплощение. Феня, похоже, ждал этого больше всех нас. Лес кончился, и вторую ночь мы провели на открытом лугу. Петра опасалась встречи с инквизиторами, так же как и Ритар. Нил почему-то пребывал в полной уверенности, что смог бы решить все вопросы, даже если бы мы наткнулись на карательный отряд, но все предпочитали поостеречься.

Сегодня нам предстоял третий день пути по загадочным инквизиторским тропам, и именно сегодня мы должны были оказаться у подножия гор. Балуа все утро рассматривал карту, определяя точное место нашего выхода в «реальность», а мы собирались в дорогу.

— Там должна быть деревня Бродки, у самого предгорья, — сообщил Нил. — Предлагаю купить все необходимое там, но на ночлег не задерживаться.

— Судя по всему, приедем мы только к вечеру, — перебил его Ритар. — Так что выспаться в нормальных постелях нам не помешало бы, тем более перед подъемом.

— Нет, — категорично ответил Балуа. — Это может вызвать подозрения. В предгорных лесах усилены патрули, сам знаешь, а мы с тобой личности известные многим. Если нас заметят, то могут возникнуть вопросы.

— Нил прав, — авторитетно заявила Петра. — Если поползет слух о том, что два инквизитора собрались идти в горы, это может вызвать массу ненужных вопросов.

— А подниматься высоко? — вклинилась со своим вопросом я.

— Не могу сказать точно, — ответила леди. — Никто не знает о месте нахождения источника. — Она с любопытством посмотрела на меня. — Вообще-то ты должна будешь его почувствовать.

— Я знаю только то, что он в пещере, — неожиданно для самой себя сказала я и замолчала. Откуда я это знаю?! И почему так уверенно говорю об этом? А перед глазами стояла вполне отчетливая, хотя и немного отдаленная картина голубоватого свечения в центре большой пещеры. Вот это чудеса! Неужели это и есть то чувство, которое должно возникнуть у избранного? Только сейчас я заметила, что все смотрят именно на меня.

— Действительно, знаю, — еле слышно сказала я, — совершенно уверена.

— Я не ошиблась в тебе, девочка! — радостно воскликнула Петра.

Нил просто с улыбкой смотрел на меня, а я, кажется, сама начала верить в свою избранность, стараясь изо всех сил гнать прочь мысль о том, что я просто слишком много думала про этот источник, вот он мне и привиделся. Ритар выглядел странно, мне даже показалось, что он чем-то расстроен…

— Давайте отправляться, солнце уже взошло, и нам лучше поспешить, — сказал он, поднимаясь с расстеленного на земле плаща.

Через полчаса мы уже покинули место нашей временной стоянки и уверенно двигались вперед по извилистой тропе.

Нил онт Балуа

Кьерн Балуа впервые за долгое время чувствовал себя живым. Близость исполнения мечты, любимая девушка рядом, что еще нужно? Главное, чтобы все прошло успешно! Слияния стали для него чем-то новым и странным. Во время них он был спокоен, и мир казался совсем другим. Он не знал, действует на него так близость Леи или кокон из магии, но это состояние ему нравилось. Даже неприятное жжение метки, которое, казалось, усиливалось с каждым часом, отступало на второй план, а может, и вовсе пропадало. Единственное, что волновало Нила, — найти правильный источник. Он внимательно изучал карту, но это не помогало. Оставалось уповать лишь на то, что избранный, а в данном случае избранная, действительно почувствует его силу и приведет их куда нужно.

Когда утром перед отъездом Лея заявила, что уверена в том, что источник находится в пещере, мысленно он возликовал. Петра выразила его собственные мысли — они не ошиблись в девчонке, а значит, все получится! Предвкушение чего-то светлого и прекрасного делало Балуа счастливым.

Далан онт Ритар

Совсем недавно Далану поступило весьма неприятное предложение от бабушки кьерна Балуа. Она хотела, чтобы Ритар убил своего элементаля… Или фактически убил… Осознав, что Нилу не хватает огня, чтобы произвести выброс нужной силы, Петра увидела лишь одно решение: добавить внуку огненной стихии. Свою магию она отдать не могла, потому что это в принципе невозможно. Организм Балуа мог бы не принять чужую силу, но есть другой способ. Подчинить себе элементаля и приказать ему раствориться в своей крови, тем самым насыщая ее магией огня, или в данном случае попросить заинтересованного человека, у которого уже есть элементаль, сделать это для тебя. Ритару казалось, что от него хотят невозможного. Как можно предать того, кто был тебе верным соратником, не единожды выручал и делился ценными знаниями? Он уже почти был готов сказать твердое «нет», если бы не утреннее заявление девчонки. Было похоже, что она действительно чувствует источник, раз так уверенно заявляет о его местонахождении. Только этим утром Далан окончательно убедился, что все может получиться!

Ему было просто жизненно необходимо разрушить эти треклятые горы и любой ценой попасть в Империю! Ведь в ту ночь, когда Балуа помешал ему сбежать, он был не один. У Далана была невеста. Прекрасная, добрая, самая замечательная во вселенной, но, увы, одаренная. Они хотели перейти горы вместе, чтобы вырваться на свободу и просто счастливо жить, но, когда они прошли уже достаточно много, его перенесло… Но Мари должна была двигаться дальше! Далан просто очень хотел найти ее, и если с помощью Леи можно сделать так, чтобы чертовы горы пали, а магия вновь пробудилась, то цена уже не имела значения. Ведь у него появилась надежда!

Лея Аргуст

Яркое солнце светило прямо в глаза, заставляя меня щуриться и кривиться. Феня, сидящий на моем плече, передавал мне картинки всяких магических существ, которых ему довелось видеть. Больше всех мне понравились единороги. Красивые, величественные, белоснежные, с острым серебряным рогом… Вот бы хоть когда-нибудь увидеть их вживую! Наверное, я отдала бы многое за такое зрелище.

— Приехали! — Громкий голос Нила отвлек меня от просмотра воспоминаний элементаля.

Мы спешились у небольшого пятачка сгрудившихся осинок, прямо в середине обширного поля.

— Судя по карте, точка здесь, — сказал Балуа и, как в прошлый раз, принялся «трогать» ладонью воздух, пока рука не провалилась. Нет, к такому я никогда не привыкну! Снова стало жутко. Но уже через несколько мгновений стало смешно, потому что Балуа изменился в лице и извлек руку из невидимой дыры. В руке грозный кьерн сжимал ощипанную куриную тушку с единственным пером, торчащим из самого пикантного по куриным меркам места. Нил брезгливо скривился и швырнул свою добычу обратно, а сам вошел следом.

Я быстро подбежала к месту прохода и с любопытством сунула туда голову. Видимо, в Бродках (так, кажется, говорил Нил) прямо сейчас проходила ярмарка, и наш выход загородила телега, на которой спиной к нам гордо восседал грузный мужик. Рядом с ним красовались разложенные на желтой соломе покупки: пара сапог, изрядно побитая жизнью курица, надкусанное яблоко и ободранная лисья шкурка… Хорошо, что этот детина достаточно широк в плечах, чтобы никто не заметил появившуюся прямо в воздухе мою голову…

А где Нил? Лично я выйти не смогла, потому что стоило сделать шаг, и живот упирался в борт телеги. Я разочарованно отступила обратно.

— Проход закрыт, — ответила я на вопросительные взгляды попутчиков.

— Как тогда прошел Балуа? — спросил Ритар.

Отвечать не потребовалось… Ответ выполз к нам сам.

— Пришлось прилечь, иначе никак нельзя было! — отряхиваясь, оправдывался Нил.

— Что делать будем? — спросила я.

— Можно попросить громилу отъехать, но тогда вся ярмарка увидит выходящих из ниоткуда людей, — начал размышлять кьерн. — Можно проползти под телегой, там как раз уютные кустики есть, у самой сточной канавы… Но тогда придется оставить лошадей.

— Лошадей можно забрать позже, — предложила я.

— Конечно, так они и будут нас тут ждать. — Мне показалось или Ритар действительно принял меня за слабоумную?

— Наши не разбегутся и вашим не дадут, — уверила его я.

— Лея права, — подтвердил Нил. — Лошадей заберем как-нибудь, когда все купим и немного стемнеет.

Огромных усилий нам стоило заставить ползти бабулю Балуа… Истинная леди наотрез отказывалась совершать такое унизительное действие. Но когда Нил предложил ей закончить свой путь в нашей компании прямо здесь и остаться в обществе лошадей, леди покорно легла и поползла, как и все.

Выползали мы довольно живенько и «весело», особенно если учесть, что слишком торопливый Ритар успел получить от меня пяткой по лбу и, громко выругавшись, привлечь к нам внимание детины, сидящего на телеге. Мужик явно не знал, что делать в первую очередь: заорать или проверить, не покусились ли мы на его добро. Все же корысть победила, и он обернулся, чтобы проверить свои сокровища, а Нилу вполне хватило этого времени, чтобы сделать ловкий, едва уловимый пасс рукой.

— Отвел ему глаза, — шепнул довольный собой Балуа.

Запахи выгребной канавы были мало похожи на благоухающие ароматы, но мы мужественно стерпели. И вскоре уже все вместе отряхивали перепачканную одежду.

— Мне нужен новый костюм, — недовольно ворчала Петра.

— А мне лед, — засмеялся Ритар, потирая лоб.

— Что нам действительно нужно, так это купить все необходимое и как-то забрать лошадей, — сказал Нил, и я была с ним полностью согласна.

Мужчинам пришлось накинуть капюшоны, чтобы не светить своими известными лицами перед ленивыми представителями местного патруля, которых действительно было довольно много. Но мне показалось, что они давно перестали добросовестно выполнять свою работу. Слишком вальяжно и расслабленно прогуливались по площади.

Первым делом мы зашли в лавку готовой одежды и по указу Нила купили два теплых плаща на овечьем меху. Я еще слабо понимала, зачем они нужны, но Балуа утверждал, что без них в горах не обойтись. Потом леди Петра тоже все же купила себе простенький дорожный костюм, избавившись от своего шикарного и, несомненно, очень дорогого.

Ритар закупил припасы, и через час мы были уже полностью готовы к восхождению, оставалось лишь забрать лошадей. Понятное дело, что в горах они нам все равно не пригодятся, но и оставлять их внутри пространства было бы глупо. Во-первых, вдруг мы их потом не найдем, а во-вторых, если там все же будет проходить отряд, то лошадки явно их заинтересуют. Пришлось ждать сумерек. Когда ярмарка закончилась, площадь опустела и стала безлюдной, зато под завязку заполнилась местная корчма, в которой мы ужинали.

Лошади так и не сдвинулись с места, послушно ожидая хозяев, но наше внимание привлекли совсем не они, а болтающая парочка рыжих…

— Рина! — воскликнул Ритар и приветственно улыбнулся девушке.

Совсем еще молодая, с яркими рыжими волосами, мертвенно-бледной кожей и огромными широко раскрытыми глазами. Я уже поняла, кто это… На меня девушка смотрела особенно яростно.

«Прости меня», — мысленно попросила я, надеясь, что она меня услышит, но этого не случилось. Зато меня отлично понял Феня, который явно передал подруге мою просьбу, обрисовав всю картину в красках. Девушка некоторое время смотрела на меня, а потом уверенно кивнула и криво улыбнулась. Контакт был налажен. Во всяком случае, мне так показалось, и я попыталась улыбнуться в ответ.

Лошадей мы оставили владельцу корчмы. За один золотой соле он согласился ухаживать за ними как за собственными, хотя у него лошадей я не заметила… Еще через час я впервые оказалась у самого подножия гор. Я долго не могла подобрать слов, которыми можно было бы описать всю их величественность, необъятность и чуждость. Да, они казались здесь совсем неуместными, инородными… Совершенно не вписывались в окружающую обстановку. Теперь я была почти убеждена, что их действительно раньше не было.

— Не хочется идти в ночь, — поморщилась леди Петра.

— У нас есть элементали, уверена, они согласятся помочь нам с освещением пути. — Я пристально посмотрела на Феню. Тот кивнул под моим вопросительным взглядом.

Вскоре рядом с нами уже были не люди, а горящие огнем фениксы. Кстати, как оказалось, они могут регулировать яркость своего свечения. Именно сейчас дорога (хотя, скорее, бездорожье) выглядела такой же, как при свете дня. Быть может, я бы и поддержала Ритара в его нежелании выдвигаться ночью, но я видела, как переживает Нил. Было понятно, что он категорически не согласен ночевать в деревне. Значит, что-то его беспокоит, а я привыкла к тому, что кьерн Балуа мало что делает просто так.

Первый час пути пролетел довольно быстро. Вопреки моим ожиданиям, горы оказались совсем не такими крутыми, как выглядели, наоборот, их склоны можно было даже считать пологими. Поэтому особой усталости от подъема еще не было.

— Меня волнует вопрос с огнем, — задумчиво сказал Нил.

— Меня тоже, — согласилась я. Ведь как я поняла, если хотя бы у одного из нас не хватит сил, то погибнем оба, а такого исхода хотелось меньше всего. Но я помнила о том, что у бабули была какая-то идея, как добавить Нилу огня.

— Я стараюсь расширить границы своих возможностей, — вновь заговорил Балуа. — Читал когда-то в одном фолианте, что если пытаться мысленно растягивать свой сосуд, то со временем сила в нем растет. — Кьерн поймал мой вопросительный взгляд и пояснил: — Это как физическая тренировка для тела, только тренировать нужно магию.

Не могу сказать, что поняла все на сто процентов правильно, но казалось, что принцип уловила. Наверное, дар действительно чем-то схож с телом… Тренируешь тело — растишь мышцы, прибавляешь силу; тренируешь дар — увеличиваешь свой сосуд, чтобы в нем могло храниться больше магии, и как я теперь понимала, помимо прочего, — чем больше сосуд, тем меньше вероятность бесконтрольных выбросов.

— Но для этого нужно гораздо больше времени, чем есть у нас, — с горечью продолжал Нил.

— Не беспокойся, мы с Даланом нашли решение этой проблемы, — вмешалась в наш диалог бабуля. Не понимаю, как она вообще услышала, о чем мы говорим? Мы с Нилом прилично отстали от шествующих впереди попутчиков. Мельком взглянула на Ритара: как-то не похоже, чтобы он был этому решению рад. Видимо, помощь, обещанная Нилу леди Петрой, имеет прямое отношение к нему, и это его огорчает.

— Я не вижу решения, — возразил Балуа.

— Мы расскажем вам позже, — загадочно ответила леди. — Но уверяю, что волноваться не стоит.

Я лишь пожала плечами. Нет причин не верить им. Сейчас мы все преследуем одну общую цель, и, как мне показалось, среди моих попутчиков нет настолько глупых людей, которые могли бы подставить друг друга в такой ответственный момент. Ближе к середине ночи все уже изрядно устали. Постоянное копошение живности в кустах и траве стало казаться жутким, и очень хотелось спать. Местность, разумеется, никто не знал. Ритар говорил, что он уже был в этих горах, но поднимался из другого места, так что в поиске ночлега на нашем пути помочь не мог. Леди Петра и вовсе не могла припомнить, как они ночевали в горах, когда искали источник.

— Нужно делать привал, иначе мы просто свалимся с ног, — констатировал Нил и бросил свою сумку на землю. Если бы мы взяли с собой лошадей, было бы гораздо легче. А так приходилось самим нести совсем не легкие сумки. Мне, конечно, не доверили ничего тяжелого, как и леди Петре, но уверена, что мужчинам было несладко.

— Предлагаешь остановиться прямо здесь? — вопросительно вскинул бровь Ритар.

— Местность мы все равно не знаем, да и искать подходящую стоянку ночью — не лучшая идея. Других путников здесь явно не будет, значит, можно останавливаться где угодно, — развел руками Нил.

Я была с ним солидарна. Не хотелось совершенно ничего, кроме привала и крепкого сна. Судя по тому, что леди Петра вообще не высказывала своего мнения, ей хотелось того же.

Уже через час мы лежали на отделанных подбитых мехом плащах, укутавшись в купленные Нилом одеяла, и пытались уснуть. Сегодня у нас даже не хватило сил на слияние. Я дрожала. Все же здесь температура отличалась от долины, и довольно значительно, даже на не такой уж большой высоте. Может, сказывалась усталость и непрерывная дрожь в мышцах, а может, просто холод. После очередной попытки плотнее укутаться в одеяло, Балуа не выдержал и притянул меня к себе, крепко обнимая. Стало теплее.

Я пригрелась, расслабилась и начала засыпать. Нил перебирал мои волосы, прижимаясь ко мне всем телом, и мне было приятно, хорошо и уютно. На самом деле за время нашего знакомства он успел стать мне родным, я чувствовала его как часть себя, как будто мы знакомы как минимум несколько веков.

Я проснулась среди ночи. Вскочила, услышав протяжный утробный вой. Было еще темно. Сколько же мы поспали? Час? Щурясь, попыталась вглядеться в темноту, но безрезультатно. Вой повторился. Странно, что никто, кроме меня, еще не проснулся. Я начала тормошить Нила, а сердце почему-то забилось чаще. Нет, я не страдаю страхом перед животными, да и вой был мало похож на волчий — скорее, на человеческий. Мысли снова закружились в неистовом хороводе. Чувство нарастающей опасности не отпускало ни на минуту. Нил не просыпался, словно и вовсе умер, а Фени и Рины вообще нигде не было. Я уже трясла всех подряд, призывая проснуться, но безрезультатно. Что же такое происходит?!

Свет озарил пространство внезапно, и я увидела дикую, ужасающую картину. Ко мне шли люди. Угловатые, ощеренные, какие-то неправильные. Трупный запах ударил в нос. Феня с диким криком впивался острыми когтями в плечи мужчины, разрывая ходячий труп на куски. Я еле сдержала всю вчерашнюю еду, резко запросившуюся наружу, а в голове закричал элементаль:

— Сделай что-нибудь! Используй магию!

— Как? — глухо спросила я, но, естественно, никто не ответил. В голове вертелись мысли и ощущения феникса. Его злость, ярость, отчаяние, удивление и страх.

Я закрыла глаза и, как бы это странно ни звучало, попыталась увидеть живых мертвецов сквозь опущенные веки. В них не было жизни, ни одной капли, я угадала. Зато все тела были пронизаны яркими болотно-зелеными нитями, как будто они тряпичные куклы на лентах, которыми управляет кукловод. Сконцентрировавшись, я обратилась к земле. Не знаю, что заставило меня это сделать, — наверное, инстинкты. Я, словно вырывая траву из земли, выдергивала из нее зеленые нити, которыми пыталась перерубить те, болотные, окутывающие мертвых. И у меня получилось! Через десять минут передо мной лежала дюжина разлагающихся трупов, от которых исходило противное зловоние. В них не осталось ни единой капли силы.

Феня устало опустился на землю уже в виде человека и спрятался, укрывшись моим плащом. Рина проделала то же самое, а мои попутчики так и не проснулись…

— Что это было? — пытаясь бороться с головокружением и рвотными позывами, спросила я.

— Умертвия, — ответил Феня.

— Почему остальные спят? С ними что-то случилось? — Я указала на своих друзей.

— Сонное заклятие, — ответила Рина. — Я чувствую его. Но на тебя оно не подействовало. — Мне показалось, что элементаль задумалась.

— Какое заклятие? — начинала впадать в панику я. — Кто мог наложить его в горах?! И почему проснулась я? Откуда взялись они?

— Они пришли с подножия, — спокойно, несмотря на мой невроз, ответил Феня. — Похоже, что это тела тех, кто пытался перейти горы в этом месте, но не смог… Знаешь что, Лея, — на секунду он замолчал, — это похоже на стражу. Как будто они охраняют гору… Или не должны пропускать конкретно нас.

— Это невозможно, — оторопело ответила я, садясь на землю. — Они скоро проснутся? Нужно обсудить все с Нилом.

— Ты можешь разбудить их, — ответила Рина. — Если это сонная магия умертвий, то ты вполне способна снять чары.

Я снова прикрыла глаза и опять столкнулась с болотными нитями, но на этот раз они опутывали шеи моих друзей. Пересекла их быстро, жестоко и с особой ненавистью.

Нил проснулся первым. Вскочил, осмотрелся, закрыл нос рукой и начал допрос. Я снова дрожала, на этот раз точно не от холода. Балуа крепко обнимал меня за плечи. Когда Феня начал рассказ, не спал уже никто.

Оказывается, что элементали решили подпитать свои физические оболочки и отправились на охоту, заодно планировали проверить развитость птичьих когтей. Когда они отлетали, мы все уже уснули, но Феню насторожили странные звуки. Они уже собирались посмотреть, кто производит шум, когда Рина заметила окутывающее нас заклятие. Они сразу поняли по нитям силы, что это мертвая магия, дар покойников. Нужно было что-то делать, и они полетели на звук. Умертвия шли к нам целенаправленно, как будто чуяли, где мы. Элементалям пришлось нападать. Кстати, когти оказались более чем развитыми, об этом Феня рассказывал с особой гордостью.

— Мы нападали, но они продолжали идти, — рассказывал он. — Когда они приблизились сюда, мы уже не знали, что делать, потому что мертвые чары может снять либо маг, их наложивший, либо сильный маг земли, но вы спали, поэтому шансов не было, пока мы не увидели, что Лея проснулась, разрушив заклятие.

— Как ты это сделала? — спросил Нил.

Я коротко пожала плечами. Сама в шоке.

— Обычно чары не действуют только на магических существ, — задумчиво протянула Рина. — Единорогов там, драконов, элементалей. Видимо, с Леей особый случай.

— Она одна разрушила всю их магию, теперь они просто мертвецы, — закончил Феня.

— Это похоже на стражу, — высказал Ритар уже звучавшую мысль.

— Ты думаешь, что кто-то поставил стражу в горах? — насторожился Нил. — Я даже не знаю такой магии, которая могла бы поднимать мертвецов.

— Такая магия есть, и я даже подозреваю, кто ей пользуется, — ледяным тоном сказала Петра. — Только вот не понимаю, как кто-то мог узнать, что мы здесь?

А я чуть не вскрикнула, когда поняла, о ком говорит Петра. Магия… Жертвоприношения. Неужели это все правда? Если так, то выходит, что король в курсе, что кто-то идет в горы, и еще хуже, если он в курсе, что это именно мы.

ГЛАВА 17

— Мне кажется, что нам лучше не задерживаться здесь, — высказался Ритар.

Я была с ним совершенно солидарна. Виды, да и запахи, которые сейчас царили в округе, были не самыми приятными.

— Думаю, стоит поторопиться, — сказал Феня. — Если были эти, значит, могут быть и другие.

Стало еще более жутко. Я впервые в жизни видела живых мертвецов. Они шли, тянули руки и даже издавали звуки… У кого же могло хватить «ума» воскресить почивших? Мало того, что это самое настоящее кощунство, так еще и мерзость чистой воды! И эти нити силы болотного цвета… Их липкость я ощущала почти физически.

— Нам туда. — Я чисто машинально махнула рукой и даже не поняла, какое направление указала. Все снова уставились на меня, и тут до моего сознания вдруг дошло, что я только что сделала.

— Туда, значит, туда, — согласилась Петра и поторопила Нила, собирающего наши вещи.

— А ты не так проста, как кажешься, — шепнула мне на ухо Рина, выпутываясь из плаща и демонстрируя свою наготу.

— Что ты имеешь в виду? — Вопрос я задала уже птице, причем взлетающей. Ясное дело, что ответа не последовало…

Некоторое время мы шли молча. Наверное, каждый размышлял о случившемся. Меня откровенно потрясывало, как будто от перенапряжения. Вроде не делала ничего особенного, наверное, это все же нервное. Нил крепко сжимал мою руку, ведя за собой. Петра выглядела отстраненной, а Далан что-то бормотал себе под нос.

— Надеюсь, что подобных сюрпризов больше не будет, — это все, что я услышала.

Когда земли коснулся первый лучик рассвета, я упала.

— Все, не могу больше, — на выдохе сообщила всем и отключилась.

Нил онт Балуа

Кьерн Балуа не мог найти подходящих ругательств, чтобы как следует описать ситуацию с умертвиями. Почему он спал? Как он мог спать, когда на них надвигалась такая нешуточная опасность?! Лее пришлось разбираться со всем самой, а она такая молодая, хрупкая и нежная!

Было принято решение идти дальше. Нил видел, что все устали, но оставаться было нельзя. Откуда в королевстве, в котором нет магии, взяться живым мертвецам? Восстать сами они могли бы только в том случае, если бы в Крамииле были нити силы. Он читал, что если могила расположена на пути нити, мертвец вполне может стать вот таким бодреньким умертвием, но если нитей нет? Это могло случиться только в том случае, если какой-то маг целенаправленно поднял этот отряд из царства Скорби. Он даже не знал, какой магией нужно обладать, чтобы сотворить такое. Все же они безмерно мало знают о магии!

Когда начало рассветать, Лея устало опустилась на землю и уснула. Нил думал, что у девушки обморок, но оказалось, что она банально уснула. Конечно, они-то успели хотя бы немного вздремнуть, в то время как на ее хрупкие плечи легло уничтожение мертвецов. Но все равно казалось странным, что человек так резко уснул. И Петра смотрела на Лею как-то странно, озадаченно, что ли.

— Она сильно истощена, — сказала бабуля. — В борьбе она, видимо, использовала магию земли, поэтому ее в сосуде девочки почти не осталось.

Ритар также рассматривал Лею. Потом молча подошел ближе и присел на колени рядом с ней. Он взял девчонку за руку и закрыл глаза.

Балуа из-под опущенных век наблюдал, как в ауре Леи вновь появляются зеленые нити. Точно, Далан же по большей части маг земли. Нил благодарно улыбнулся, наверное, уже другу, поделившемуся силой с его любимой.

Лея Аргуст

Просыпалась я плохо. Наверное, если бы солнечный луч не бил прямо в лицо, и вовсе бы не проснулась. Открыла глаза и прищурилась от яркого света. Все тело затекло, еще и Нил навалился на меня сверху. Наверное, так он пытался меня согреть… Снова проснулась одна я. Кое-как высвободилась из захвата Балуа, который пробубнил что-то неразборчивое себе под нос в знак протеста.

Итак, что мы имеем? Фениксов нет, снова где-то пропадают. Леди Петра спит сном младенца, правда, чуть староватого и храпящего. Неестественно бледный Ритар свернулся калачиком, отбросив одеяло. Я совершенно не помнила, как уснула. Просто отключилась.

Взглянув на небо, осознала, что сейчас уже полдень, а значит, по моей милости нам снова придется идти ночью. «Феня», — мысленно позвала я. Ответом мне стало нарастающее чувство азарта. Наверное, охотится. Неплохо было бы найти какой-нибудь ручей и умыться.

Немного побродив по окрестностям, я так и не нашла воды. Умываться пришлось из походной фляжки. Ну, хоть что-то. Будить попутчиков не хотелось. Они тоже наверняка сильно устали. А выйти можно и часом позже. Я присела прямо на траву и подставила лицо солнечным лучам. Мысленно представила свой сосуд, чтобы попытаться его расширить. А что, делать все равно нечего, а попробовать очень хотелось.

У меня получилось. Грани сосуда действительно расширялись, повинуясь моему желанию. Не слишком, конечно, совсем немного, но все же прогресс был заметен. Рассматривая нити, я попыталась соотнести, какая из них символизирует ту или иную стихию. Оранжевая, с яркими алыми переливами, вероятно, огонь — это проще всего. Зеленое свечение, которое изначально показалось мне самым слабым, скорее всего земля. А как это проверить? Я попробовала сфокусироваться на зеленых нитях и, заставив одну из них вырваться из сосуда, направила к земле. «Действительно, земля», — думала я, почесывая ушибленную спину. Прямо из того места, куда я пустила нить, за какие-то доли секунды буквально вынырнуло довольно высокое дерево с почти неразвитой кроной, заставив меня отшатнуться и упасть на спину.

Немного полюбовавшись своим творением, я снова закрыла глаза. Теперь меня интересовало золотое свечение. Логически рассудив, что синяя нить, вероятно, магия воды, то золотая может быть воздухом, хотя была еще белая дымка. Я окончательно потерялась в догадках и, мысленно «откупорив» сосуд, потянула за золотую переливающуюся ниточку, даже еще не придумав, как ее проверить. Попросить подуть ветер? Он и так довольно сильный на склоне горы. Идея пришла внезапно, и я попыталась запрыгнуть на нить. Через секунду я летела. Всего в локте над землей, но это все равно было чем-то невероятным! Я, как артист бродячего цирка, балансировала на нити, как на канате, и звонко смеялась.

— Как ты это сделала? — спросил Нил. Я отвлеклась на него, совсем забыв про нить, и упала на землю.

— Попросила воздух поднять меня, — ответила ему.

— Смотрелось жутко, — улыбнулся Балуа.

— Еще я дерево вырастила! — гордо указала на результат своих стараний.

Нил присвистнул.

— Лея, я бы не стал на твоем месте сейчас баловаться с магией земли, — показалось, что Балуа старается избегать прямого взгляда. Ему за что-то стыдно? — Вчера, когда тебе пришлось одной спасать нас всех, ты потратила слишком много магии, как раз земли, и Далан отдал тебе всю свою силу, чтобы восстановить тебя.

Неожиданно. Я думала, что просто устала… Еще раз посмотрела на бледного Ритара и прошептала невнятно «спасибо». Также поняла, что Балуа стыдно за то, что его не было рядом. Он считает себя виноватым, что мне пришлось справляться с теми тварями одной.

— Я сделала бутерброды, — перевела тему, указывая на сверток у наших сумок. — Хотела заварить чай, но не нашла воды.

— Воду ты, кстати, можешь сделать сама, — улыбнулся кьерн.

Я вопросительно изогнула бровь и в предвкушении закрыла глаза. Так, синяя нить… Плавно перетянула ее над походным котелком и… о чудо! Он действительно наполнился водой!

Я скептически осмотрела свое творение, даже понюхала, не пахло ничем.

— Это можно пить? Мы не отравимся?

Нил только рассмеялся:

— Конечно, можно! Обычная чистая вода. Сейчас отвар сделаем! Бросай туда травы.

Я извлекла из сумки пакетик с различными душистыми травами и щедро насыпала в воду. Балуа протянул руку и приложил ее к боку котелка. Над водой почти сразу же возникло облачко пара, а вода забурлила крупными пузырями.

— Готово, — отчитался Нил.

Нет, все же магия — это здорово! Волшебно, великолепно, неописуемо… И значительно упрощает жизнь! Узнать бы еще о ней побольше…

Через час все уже бодрствовали, попробовали нашего совместно приготовленного отвара, позавтракали и собирались в путь. Я искренне поблагодарила Ритара за оказанную помощь. Ведь, по словам леди Петры, магическое истощение очень опасно, оно разрывает ауру, и если бы я восстанавливалась сама, то потребовалась бы минимум неделя. Так что Далан фактически спас нас всех. Ведь если бы я слегла, всем пришлось бы остановиться.

— Интересно, долго еще идти? — спросил Нил, забрасывая на плечо тяжелую сумку.

— Нет, думаю, к завтрашнему дню доберемся, — отмахнулась я.

Как я это делаю?! Я же не собиралась говорить ничего подобного, потому что сама не знаю! Фраза вырвалась помимо моей воли.

— Вот и хорошо, — обрадовалась леди Петра.

— А если поднажмем, то за сколько дойдем? — спросил Далан.

— Утром и дойдем, если, конечно, поднажмем, — беззаботно ответила я. — Там потом подъем в пещеру будет, так что придется повозиться.

— Ты уверена? — переспросил Балуа.

— Совершенно, — развела руками я.

Действительно, я знала, в какую сторону нужно идти, представляла, как выглядит нужное место, и даже прикинула время пути… Странно, но с появлением в моей жизни магов и магии все стало загадочным.

Фениксы нагнали нас, когда мы уже прилично отошли от стоянки. Феня, как и Рина, превосходно чувствовали своих хозяев.

— Значит, нам нужно будет прийти к источнику, провести обряд слияния, уже настоящий, с чтением заклятия, и освободить нити силы, — озвучила я свои мысли. Чувствовала, что мы уже рядом, и неплохо было бы иметь четкий план действий, потому что волнение нарастало.

— Все верно, вы сольетесь, а я, как носитель языка хитарана, прочту заклятие, — подтвердила леди Петра.

— Для этого вы отправились с нами? — спросила я.

— И для этого тоже. В первую очередь я хочу лично убедиться, что все получится, и в случае чего помогу вам восстановиться.

Слишком странно, что в качестве подстраховки нам нужны целых два сильных мага. Закралось подозрение, что даже при благополучном исходе дела нам придется несладко, но эти мысли озвучивать я не стала.

— А что с огнем Нила? — спросила я.

— Мы нашли способ, как добавить огненной стихии в кровь кьерна Балуа, — ответил Ритар. — Только делать это будем перед самим обрядом.

Ладно, видимо, это неприятная тема, и не стоит ее ворошить. Для меня было главным, чтобы Нил не пострадал во время этого обогащения огнем.

Мы сделали очередной привал перед последним рывком, как выразился Далан. Попили отвара, пообедали, даже немного поговорили об обряде. Чем выше мы поднимались в горы, тем сильнее становился мой страх. Нил явно чувствовал его и всячески пытался меня подбодрить. Это было приятно, да и просто жизненно необходимо.

Ночь прошла в пути, и только под утро мы выбрались к тому месту, которое стояло перед моими глазами уже долгое время.

— Кажется, пришли, — сообщила я, поднимая голову вверх. Как я и предполагала, сверху над ровной площадкой нависал крутой, испещренный склон. Балуа присвистнул:

— Ого, сколько пещер!

— А нам нужна одна-единственная, — вздохнула Петра. — Я не хочу вас расстраивать, но кажется, что в тот раз мы пришли к похожему месту. Там тоже были пещеры, и мы нашли не ту.

— У вас не было избранной, — отмахнулся Ритар. — Лея, ты ведь сможешь почувствовать, какая именно пещера нам нужна?

Я растерялась. В моих видениях из пещеры исходил мертвенно-синий, какой-то потусторонний свет, а сейчас его не было. Или просто не было видно…

— Нужно подняться, — уверенно сказала я. Вдруг там, на месте, я почувствую что-то еще.

— Ладно, сейчас придумаем, как это сделать, — покладисто кивнул Нил.

— Я бы посоветовала выспаться, перед тем как подниматься, — возразила Петра. — Если вы думаете, что обряд слияния так же прост, как обычное слияние, которое вы практиковали уже не раз, то вы ошибаетесь. Его лучше совершать, набравшись сил.

Лично я была не против выспаться, все-таки мы прошли довольно много за короткое время и почти не сбавляли темп, но было какое-то чувство, странное… Как будто нельзя терять ни минуты! Словно сейчас затишье перед бурей, и вот-вот грянет гром, а небо разукрасится сотней оттенков багряного.

— Лея, что-то не так? — насторожился Нил.

— Странное чувство… — промямлила я, — кажется, что нужно спешить.

— Полностью согласен, — внезапно поддержал меня Ритар. Потом покосился на меня и, встретив любопытный взгляд, добавил: — Паршивое предчувствие, как будто что-то должно случиться.

Ну вот, не одна я с предчувствиями.

— Нужно подниматься, — решила я. Нил, как я поняла, согласился бы с любым моим решением.

— Сейчас только придумаем как, — улыбнулся он.

— А разве я не могу поднять нас всех магией? — Я вспомнила про свой полет над землей.

— Нельзя тратить силы перед слиянием! — шикнула бабуля и повернулась к Ритару: — Нужно разобраться с огнем сейчас, — сказала она.

— Рина! — глядя в землю, окликнул Ритар и бросил за свою спину плащ.

Феникс опустился, и через мгновение к нам подошла девушка, укутанная в предложенную Даланом одежду. Она с интересом смотрела на своего друга, или хозяина, Далана онт Ритара. Казалось, что прямо сейчас между ними происходит мысленный диалог. Полное молчание продлилось около двух минут, за это время к нам присоединился полностью одетый Феня. Лицо девушки становилось все более мрачным. Не знаю, какие мысли передавал ей Ритар, но они точно были не радужными.

— Вы хотите приказать мне сделать это? — холодно спросила она, глядя на Далана широко раскрытыми глазами.

— Я не вижу другого выхода, — опустил голову Ритар.

— Что происходит? — вмешался Нил.

— В тебе слишком мало огня для обряда, — включилась в диалог Петра. — Возможно, его могло бы хватить, но нам нужна полная уверенность, а не предположения. Я слишком люблю тебя, мой мальчик, чтобы потерять. — Женщина отвела взгляд. — Я знаю только один способ, как добавить в кровь мага стихию. — Она замолчала.

А я, кажется, начала понимать, какой именно способ она знает, и судя по лицу Нила, он думал о том же. Балуа виновато посмотрел на Рину, но ничего не сказал.

— Нет, — твердо сказал Феня и, яростно блестя глазами, направился прямо на Ритара. — Она доверилась тебе! Если ты сделаешь это с ней, я сам лично испорчу тебе жизнь! — Впервые я видела элементаля в таком бешенстве. Подсохшая трава вокруг места, на котором он стоял, начала чернеть. Запахло гарью.

— Успокойся, родной. — Рина мягко опустила ладони на грудь элементаля. — Это оправданная жертва. Может быть, потом, когда-нибудь, я смогу возродиться снова, но если они не сделают то, что должны, магия и вовсе не вернется. — Она печально вздохнула. — Тогда и твоя земная жизнь будет недолгой, ты погибнешь вместе с Леей.

— Возродиться… — прошептал Феня. — Возродиться! — уже уверенно и, как мне показалось, радостно воскликнул он.

— О чем ты говоришь? — несмело спросила Рина.

Феня же отвернулся от нее и посмотрел на меня.

— Лея, я не самоубийца, поэтому если я добровольно начну растворяться в Ниле, мой огонь будет протестовать, — порывисто заговорил элементаль. — Поэтому ты должна будешь приказать мне, поняла?

Я с ужасом смотрела на рыжеволосого мужчину. Сейчас это действительно был мужчина, опытный, умный и мудрый. И я отлично понимала, что он не позволит мне сделать все по-своему.

— Меня зовут Шайниларрин, — на одном дыхании произнес он, не дав мне возможности запротестовать, — «Страж огня».

— Ты не можешь просто так пожертвовать собой! — с горечью крикнула я.

— Я же феникс, Лея! Феникс! И в отличие от Рины, я не погибал еще ни разу!

— Ты хочешь сказать, что сможешь возродиться снова? — с надеждой спросила я. Ларрин кивнул. Какое красивое у него все-таки имя… Девушка за спиной рыжего всхлипнула.

— Ты чего? — обернулся он к ней.

— Никогда не думала, что кто-то способен на подобное ради меня, — почти шепотом произнесла она. — Обещаю, что после возрождения буду заботиться о тебе так же, как ты заботился обо мне.

Феня, тьфу, нужно прекращать его так называть! Ларрин бросил хитрый взгляд на меня.

— После возрождения, будь добра, корми меня мясом, — сказал он Рине, продолжая смотреть на меня. Я покраснела.

— А можно было, да? — ковырнула носком сапога землю, как провинившийся ребенок.

Элементаль засмеялся:

— Даже нужно. Мы же не обычные птички, хлебушком питаться!

Рина крепко обняла его за шею и дала все необходимые обещания.

— Ну все, давайте перейдем к делу, — вмиг стал серьезным рыжий. — Ты, — он посмотрел в мои глаза, — называешь меня по имени и приказываешь раствориться в Ниле, а ты, — взгляд упал на Балуа, — просто стоишь и не дергаешься, даже если будет очень больно, понял?

Нил уверенно кивнул. Сомневаюсь, что кьерн боится какой-то там боли.

Через несколько минут я дрожащим голосом приказала элементалю сделать то, что требовалось, и он, на миг став чем-то эфемерным, мало похожим на человека, вошел в тело Нила. Это была даже не тень, а просто прозрачная субстанция, изредка полыхающая алым.

С минуту ничего не происходило, а потом Нил начал кричать. Громко, отчаянно, как будто его плоть выжигали изнутри. Но это продлилось всего несколько секунд. Потом Балуа открыл зажмуренные глаза. Я заметила, что несколько кровеносных сосудов все же лопнули. Значит, было действительно больно.

— В порядке, — предупредил мой вопрос Нил.

— Теперь все просто идеально, — сказала бабуля, смотря поверх кьерна.

Рина и Ритар не разговаривали. Элементаль чувствовала, что ее предали, и я это понимала, как понимал и Далан. Ничего, может, когда-нибудь она найдет в себе силы его простить.

— Полагаю, сейчас нам нужно поискать в окрестностях феникса, — сказал Нил.

— Я уже нашла, — улыбнулась Рина и, нагнувшись, подняла из густой травы маленького птенчика. Он был даже меньше, чем тогда у ручья, когда его нашла я!

— Нужно подпитать его. — Глядя на малютку, почти непреодолимо захотелось поделиться с ним магическим запасом.

— Нельзя, — возразила Петра. — Сейчас вам важна каждая капля силы, не позволю разбрасываться.

— Она права, — подтвердил Далан. — Никто не знает, сколько магии потребуется для слияния. — А вот я могу попробовать создать для нас подъем.

Ритар закрыл глаза и, видимо, попытался совладать с нитями силы. Мое волнение было столь явным, что даже Нил, только что переживший муки слияния с элементалем, пытался меня поддержать. А мне казалось, что опасность исходит не от слияния, есть что-то еще…

— Лея, не волнуйся, у нас все получится. — Нил опустил ладони на мои плечи и посмотрел прямо в глаза. Я не могла ему не поверить.

— Рина, пока мы будем разбираться с подъемом, ты не могла бы слетать на небольшую разведку? — спросила я. Элементаль понимающе кивнула и, вручив птенца леди Петре, перевоплотилась в феникса.

Пока Рины не было, Далан придумал для нас весьма удобный подъем. Он вырастил над обрывом подобие гибких лиан и заставил их сплестись, падая к нашим ногам. Вышла своеобразная лестница.

— Готово, — улыбнулся он.

Первым взбирался Нил, за ним я, потом бабуля и только после Далан. Для Рины взлететь к нам особого труда не составит, поэтому за нее я не переживала.

Итак, пещеры… А их здесь было о-о-очень много… Разные: большие, маленькие, в которые даже человеку не войти, с удобными входами и с темными провалами вместо них…

— Чувствуешь что-нибудь? — спросил Нил.

— Нет, — развела руками я, — наверное, я немного пройдусь одна.

Пошла вдоль обрыва, заглядывая в пещеры. Ветер, казалось, продувал насквозь. Я зябко поежилась, плотнее укутываясь в плащ. Нет, я не знала, какая именно пещера нам нужна. Надеялась увидеть свечение, но, увы, оно отсутствовало. Я устало брела в обратном направлении, чтобы сказать друзьям о том, что ничего не нашла, когда услышала крик Нила, он звал меня. Я моментально сорвалась на бег. На плече Ритара сидел феникс. Сразу поняла, что ничего хорошего ждать не стоит, слишком говорящими были выражения лиц моих попутчиков.

— Рина говорит, что за нами идут! — крикнул он. — Их много, очень много!

— Кто? — хрипло спросила я.

— Она утверждает, что армия. — Далан сделал короткую паузу и все же добавил: — Мертвая!

— Демон, — прошептала я и схватила Нила за руку, увлекая за собой. — Сюда, нам нужно сюда!

Балуа послушно последовал за мной, крепко сжимая мою дрожащую руку. Идти пришлось неожиданно долго, когда прогуливалась одна, даже не дошла до этого места. Сама не заметила, как остановилась у одной из пещер и без колебаний вошла внутрь. Вот оно! Как только нога коснулась пола внутри пещеры, я увидела исчерченный трещинами пол, а из щелей полился голубоватый, совсем бледный свет.

Балуа как завороженный смотрел на игру света.

— Это оно? — Он поднял взгляд на меня.

— Я уверена.

Нас нагнали Петра и Ритар, но в пещеру они войти не смогли, наткнувшись на невидимую стену.

— Что это значит!? — бесновалась бабуля, колотя руками по воздуху.

— Вероятно, вы не можете войти, — предположила я.

— Я должна прочесть заклятие! — воскликнула леди.

— Прочтете оттуда, — предложил Нил.

— У нас мало времени! — крикнул Далан. — Я уже вижу их!

Все произошло за какие-то доли секунды. Я схватила Нила за руки и зажмурилась, взывая к сосуду. Странное, почти нестерпимое желание, чтобы все получилось, и вот уже нити, как сумасшедшие, вырываются наружу, опутывая нас, образуя замысловатые сплетения, сверкая и унося от реальности. Голос Петры звучал как в тумане подобно эху. Казалось, что она кричит, но разобрать слова было невозможно. Нил, такой близкий и такой родной. Его руки на моей талии, губы, захватывающие мои, жаркое дыхание…

— Я люблю тебя, больше всего на свете люблю, — словно во сне слышится шепот кьерна.

— Я люблю тебя, — отвечаю в ответ, даже не понимая, правда ли это.

Потом был вихрь. Невероятный вихрь из магии, рвущейся прочь из пещеры, руки Нила, разрывающие рубашку. Мир уже не существовал. Если у нас получилось, то я, несомненно, буду счастлива, но если нет, то умирать в объятиях ставшего родным человека не так уж и страшно. Даже не так — все оказалось совсем не страшно, не так, как я себе это представляла. Сумасшедшие, лишающие рассудка поцелуи и боль, пронзившая все тело.

Широко распахнула глаза, чтобы увидеть свет. Яркий, болезненный, белый… Он вырывался из пещеры, лишая возможности видеть.

— У тебя кровь. — Голос Нила показался потусторонним, и я непроизвольно дотронулась рукой до носа. Действительно кровь. Закрыла глаза, чтобы спрятаться от режущего света.

— У нас получилось? — беззвучно спросила я, но ответа уже не услышала.

Нил онт Балуа

Все произошло так быстро, что кьерн даже не успел понять, как это случилось. Магия сама вырывалась из него и из Леи. Нити плясали вокруг них, стремясь друг к другу и туго сплетаясь. Казалось, что они сами полностью подчинялись нитям, поддерживая их стремление стать ближе, прирасти друг к другу, слиться воедино. Он понял, что если не скажет о своих чувствах сейчас, то другой возможности может и не быть. И она ответила ему! Ответила взаимностью!

Страх умереть почему-то пропал, заполняя душу нежностью и спокойствием. Нил видел яркую вспышку и чувствовал, как Лея медленно оседает в его руках. У нее пошла кровь носом, и она упала в обморок. Только бы это был обморок! Как понять, получилось у них или нет?!

Балуа вырвался из пещеры и, прищурившись, посмотрел на мир другим зрением. Нити были повсюду! Толстые, тонкие, как леска, белые, отливающие перламутром.

— У нас получилось! — расхохотался Нил.

— Бежим! — чуть в отдалении крикнул Ритар. — Нил, беги!

Послышался треск, больше напоминающий гром, и Нил с Леей на руках попытался бежать, но не особо успешно. Ослабевшие ноги подкашивались, а горы тем временем собрались рушиться, знаменуя об этом камнепадом.

— Сюда! — крикнула Петра.

Нил был настолько обессилен, что даже не понял, в какой момент его толкнули в белое окно, образовавшееся прямо в воздухе. Больше он не чувствовал ничего.

ГЛАВА 18

Далан онт Ритар

Далан, как и бабуля, нервно ожидал, пока закончится обряд. Армия, надвигающаяся на них, уже была видна невооруженным взглядом. Это были странные воины, Ритар никогда не видел таких раньше. Дерганые, порывистые и какие-то тяжелые движения, совсем не свойственные для опытных солдат, привыкших двигаться плавно и бесшумно. Далан сам испугался своей догадки.

— Это что, мертвецы? — спросил он.

Петра кивнула:

— Похоже, что так! Что они там возятся так долго? — Она с волнением смотрела на опутанную разноцветными нитями пещеру.

Ритар тоже волновался. Все же это невероятно ответственный момент. Внезапно в него полетело первое заклятие, просто сковывающее, но он не успел парировать его. Петра рванулась и провела рукой вдоль тела кьерна.

— Щит, — сообщила она и бросила пару неизвестных заклинаний на приближающихся монстров. Колонна умертвий заметно поредела.

Из пещеры начал выливаться яркий, режущий глаза свет, и леди оживилась.

— Слушай и запоминай, — прошептала она. — Горы начнут рушиться, и я создам портал для Леи и Нила, для тебя создам другой, в дом моего сына, старшего кьерна Балуа. Он знает о наших планах, и ты лишь сообщишь ему, что все получилось. Если моих сил вдруг не хватит и я начну умирать, не смейте меня спасать! — В глазах леди отражалась настоящая бездна из отчаяния и решимости.

Ритар, не задумываясь, кивнул, а горы действительно уже собрались обрушиться на их бедные головы. Начался камнепад. «Зато умертвий задавит», — мысленно улыбнулся Далан.

Дальше все произошло как в тумане, главное, что он успел войти в портал так же, как и остальные. Вышел Ритар посреди просторного светлого помещения, стены которого были украшены дорогими гобеленами.

— И куда она меня отправила? — с досадой спросил у самого себя.

— Посторонний в замке! — крикнул кто-то за его спиной. Далан даже не успел обернуться, как оказался на полу с заломленными руками.

— Мне нужен Райнан онт Балуа, — прохрипел Ритар.

— Держите его, я приведу хозяина, — отозвался кто-то за его спиной.

— Пустите меня, у вас будут неприятности, — шипел Далан. — Я кьерн Далан онт Ритар.

— Видел я кьерна Ритара, тот чистый, и шевелюра у него белая, — заржал один из удерживающих его стражей.

Кьерн чуть не зашипел от злости. Чертов камнепад сделал его волосы мало похожими на белые. Придется немного полежать как последнему ведьмаку в плену крепких рук офицеров охраны.

— Что произошло? — совсем скоро послышался ледяной, совсем молодой голос.

— Этот тип утверждает, что он кьерн, — лениво отозвался один из держащих.

— Значок в кармане, — прошипел Далан.

— Кто вы и что вам нужно? — спросил Балуа-старший.

Поскольку Ритара прижали к полу, он не мог взглянуть на хозяина замка. Будь такая возможность, они бы сразу узнали друг друга. Встречаться с этим высоким смуглым брюнетом с ледяными голубыми глазами ему приходилось не раз. Он прекрасно помнил его выступления на советах инквизиции, мудрые и четкие речи. Балуа-старший всегда отличался холодным рассудком и острым умом.

— Нил совершил невозможное, — прошептал Далан.

— Отпустите его! — встревоженно воскликнул Балуа-старший, и оковы в виде держащих Ритара рук спали. Далан тут же вскочил и попытался отряхнуться, хотя и понимал, что это бессмысленно.

— Все вон, — шикнул на охрану Балуа-старший, и мужчины, как покорные псы, мгновенно скрылись за дверью.

— Где он? — встревоженно спросил Райнан.

— Ваша мать отправила их куда-то порталом, я не знаю куда, меня лишь прислали предупредить вас.

Мужчина на минуту закрыл глаза. И чем дольше он пребывал в этом состоянии, тем шире становилась его улыбка.

— Они повсюду, — прошептал он. — Нити везде.

Далан последовал его примеру и не сразу поверил своим глазам. Нити действительно были везде. Разные: бледные, белые и яркие, жемчужные, переливающиеся…

— За нами шла армия, полагаю, они погибли в горах во время их разрушения, — отчитался кьерн.

— Вы — главная тема для обсуждения в Сааке, — усмехнулся мужчина. — Два кьерна обладают даром, почему вас так удивляет погоня?

Пришлось рассказать про не совсем живую армию более подробно. Что делать дальше, Далан не представлял. Да, они вернули магию, и это значит, что вскоре возродится все магическое в Крамииле, те же элементали… Но что дальше? Радовало лишь то, что, похоже, его собеседник знал гораздо больше.

— Идем, нужно торопиться. — Балуа-старший хлопнул Далана по плечу. — Нужно разобраться с верховной властью, а на это потребуется время.

Лея Аргуст

Голова казалась тяжелой, словно каменной, я как будто наблюдала со стороны за какой-то зверской схваткой. Люди смешались и безжалостно сражались. Я парила над ними, не понимая, почему не могу спуститься на землю. В гуще сражения заметила отчаянно борющегося Нила и приблизилась к нему. Это не люди. Как и там, в горах, на бой вышли живые мертвецы.

— Умертвия, — подсказал кто-то совсем рядом.

Неуверенно повернула голову, чтобы увидеть говорящего. Феня! Мне показалось, что я крикнула, но на самом деле не произнесла ни слова. Мужчина был таким же эфемерным, каким я видела его в последний раз. «Прости», — грустно подумала я. Рыжий кивнул.

— Мы где?

— Мир элементалей, — развел руками мужчина.

— Почему я здесь?

— Пятая стихия, Лея, ты и есть пятая стихия, — рассмеялся элементаль. — Мы думали, что элементалей пятой стихии нет, но вот она ты. Ты есть.

— Я элементаль? — странное видение. Я совершенно спокойна, хотя в реальности это стало бы для меня шоком. А здесь я все воспринимаю как данность.

— Самый настоящий, — подтвердил он. — Первый элементаль пятой стихии. Не знаю, что вы с Балуа делали в пещере, но сила, твоя внутренняя женская сила, стала неконтролируемой. Она поглотила тебя полностью… Даже не знаю, какая эмоция, настолько сильная, смогла пробудить такую неудержимую стихию, — прищурился друг.

— Любовь, — глухо отозвалась я и посмотрела вниз. Нил дрался. Красиво, отчаянно и очень опасно… Удар чужого клинка, и Балуа прижимает руку к груди, неловко роняя меч. Еще удар. Нил пытается отбиваться, но силы явно неравны. Уже вижу, как он откровенно проигрывает.

— Это будущее, — успокоил Феня. — Если с ним что-то случится на самом деле, ты почувствуешь физическую боль. Вы связаны после слияния магии.

Об этом подумаю потом…

— Как его спасти? Я не хочу, чтобы он умирал, — слова звучали словно эхо.

Элементаль улыбнулся, и в голове замелькали картинки одна за другой. Страшные, жуткие, с кровавыми алтарями и их жертвами. С мертвыми солдатами и ликующим королем. От ужаса распахнула веки.

Тусклый свет непонятного шара, висящего под самым потолком, украшенным замысловатой лепниной, неприятно резанул глаза.

— Очнулась? — послышался взволнованный голос леди Петры.

— Вроде. — Вместо ответа вышло какое-то невнятное бульканье вперемежку с хрипом.

— Пей, — скомандовала Петра, и моих губ коснулся холодный край кубка. Выпила.

— Спирт? — хрипло спросила, чувствуя, как обожгло горло да и все внутренности.

— Воспринимай как лекарство, — ответила леди.

— Сколько времени я здесь? — спросила только потому, что почувствовала, насколько сильно затекло все тело.

— Тебе потребовалось больше времени на восстановление, чем нам. Лежишь уже четыре дня.

— Где Нил, что с ним, у нас получилось? — Вопросы вырвались сами, я даже подумала, что лучше бы не просыпалась, так спокойнее.

— Уже пришел в себя и присоединился ко всем.

Я резко села на постели, но, почувствовав ломоту во всем теле, опустилась обратно.

— К кому «ко всем»?

— У нас все получилось, девочка, — наконец-то улыбнулась бабуля. — Отец Нила поднял знать, в чьих родах некогда был дар, почти все согласились, что власть пора вырывать из лап узурпатора.

— То есть там, прямо сейчас, очередное восстание? — переспросила я. Леди кивнула. — И Нил там?

— А что тебя смущает? Нил сильный маг. Тем более когда в его крови столько огня! Можно смело считать его сильнейшим.

«Огонь бессилен против мертвых», — отстраненно подумала я, вспомнив, что смогла расправиться с ними лишь с помощью магии земли.

— Я должна попасть к нему! — несмотря на боль, поднялась с постели.

— Тебе лежать нужно! — прикрикнула леди. — Я собирала твою ауру по кусочкам не для того, чтобы ты в первый же день бодрствования погибла!

— Я не могу лежать, мне нужно туда, — почти плача попросила я.

И ведь не соврала… Это слияние, оно странно подействовало на меня. Были видения, яркие, красочные, страшные… Мои или нет — не знаю, да и откуда мне знать. Я видела Нила, видела страшную армию, состоящую отнюдь не из людей, и самое обидное, что я знала, как их уничтожить, пока они не уничтожили его!

— Нужно, понимаете, — почти прошептала я.

— Тогда вставай, портал отнимет у меня все силы, но я построю его, — беспрекословно согласилась Петра. Наверное, было что-то такое в моих глазах, что заставило ее подчиниться. Не знаю… Но портал мне был, наверное, уже не нужен. Хотя удивило то, что женщина готова была помочь, несмотря ни на что.

— Вы готовы лишиться всех сил, и даже жизненных, ради моей просьбы?

— Меня больше ничего не держит в этом мире, девочка. Моя вина искуплена, — равнодушно ответила она.

— Не стоит беспокоиться, мне нужно только узнать, где конкретно он находится, а добраться я смогу сама.

— Милочка, до Саака восемь дней пути. Когда мы убегали с гор, я создала портал в свой дом, а он в отдалении, — криво усмехнулась леди.

— Я смогу, — сжала кулаки я.

Петра изумленно вскинула бровь, явно ожидая ответов. А мой проснувшийся внутренний голос, или второе «я», уже подсказывал мне, что еще немного, и станет слишком поздно. Я видела, как убивают кьерна Балуа. Рука отозвалась глухой болью и прямо сквозь кожу, без малейших следов ранения, капнула капля бордовой крови.

— Его ранили, — шепнула я. Времени ждать, пока леди расскажет мне нужную информацию, не было. Я зажмурила глаза, воспроизводя в памяти увиденное в своем странном сне помещение. Попыталась оказаться там. Захотела этого каждой клеточкой тела, и чудо, кажется, случилось.

Почувствовала только, как растворяюсь в воздухе, сливаясь с ним, сама становясь воздухом… Прямо как элементаль? Неужели правда…

Хлопок вырвал меня из ощущения блаженства. Все было правдой. Белые холодные стены незнакомой комнаты неприятно давили на сознание.

Не знаю, что в них было такого, но казалось, что самим своим присутствием в этой комнате я делаю себе больно. Только сейчас, взглянув в овальное зеркало в массивной железной раме, я осознала, как сильно изменилась или просто устала. Помимо того, что на меня смотрел кто-то невероятно худой и осунувшийся, с явными синяками под глазами, так еще и из одежды на мне обнаружилась только белая ночная сорочка, достающая до пола, выпачканная в крови, и обычные домашние тапки.

Волосы были собраны в замысловатую косу, даже не знаю, кто и когда ее заплетал, а синие глаза стали заметно более яркими. Создавалось ощущение, что они светятся…

Терять время было никак нельзя, и я, сорвавшись на бег, пыталась не стонать от накатывающей волнами боли. Мне нужен подвал. В видениях, что показывал мне Феня, был подвал. Когда я пыталась перенестись, именно его я и представляла, но видно, туда невозможно пробиться.

Удивительно быстро нашла лестницу вниз и юркнула в проход, чтобы тут же напороться на четверых солдат. Не знаю, были ли они живыми, или как те, кто сейчас сражался, я не дала им подойти ко мне, одним движением руки призвав водную стихию. Быстро пробежала мимо оставшихся вместо стражей ледяных скульптур и оказалась в плохо освещенном узком коридоре. Похоже на тюрьму. В ноздри ударил запах крови и жженой плоти. Поморщившись, побежала вперед, попутно уничтожив еще троих стражников. Единственная дверь, которая попалась на пути, не вызывала никакого желания войти, но я сделала это. Мысленно отметив, что все слишком просто.

После первого же шага внутрь помещения на меня упала странная сеть с шипами, инкрустированная яшмой и еще какими-то камнями.

— Припорхала, птичка, — довольно произнес мужской голос.

Я никогда раньше не видела нашего короля на расстоянии вытянутой руки. Крепкий, не очень высокий, с проплешинами на месте короны и ужасающими глазами болотного цвета.

— Это все вы, — даже не знаю почему, сочла нужным сообщить, — маг земли?

— Некромант, — с гордостью ответил Наар и как неспособного передвигаться самостоятельно ребенка поднял меня на руки.

Кто такие некроманты, я пока не имела ни малейшего понятия, но, видимо, они очень опасны. Страшно почти не было. Ведь в любом случае его ловушка была предназначена для девочки с даром, но никак не для элементаля.

Меня водрузили на холодный стол, изрезанный какими-то узорами. Только при более подробном рассмотрении я обнаружила, что это вовсе не стол, а цельный черный камень с вычерченной сверху октограммой. От камня отходили какие-то трубки, вставленные в сосуды.

— Заинтересовалась? — весело спросил мужчина. — Это мое изобретение. Я же не могу питаться от нитей, а силы откуда-то брать нужно, приходится пользоваться дикими методами.

— Это какими?

— Жертвоприношения, кровопускания. — Король поморщился. — Сейчас сама увидишь.

— Меня будете в жертву приносить?

— Почему бы и нет? — развеселился мужчина. — Ты попортила мне достаточно крови, дорогуша. И почему тебя не прирезали, как других детишек? — Мужчина с ненавистью посмотрел на меня. — Протекция? Чья?

Желания отвечать на вопросы не было, хотелось задать свой важный и волнующий вопрос.

— Зачем? — глухо спросила я, мысленно борясь с силой сети. Пытаясь разрушить ячейки, растворить металл и уничтожить сковывающие магию камни. Примечательно, что сеть буквально отрезала меня от нитей. Если присмотреться, то они были везде, но примерно выше на локоть от меня или от сети просто прерывались, как будто их обрезали.

— Моя семья долгие годы правила этим королевством, и наша власть держалась только благодаря изобретательности моих предков! — Король заметно разъярился. — Мой предок сделал все, чтобы убрать эту чертову магию, чтобы искоренить ее, а ты. — Он замахнулся на меня, но, так и не ударив, резко опустил руку. — Вы разрушили все, что создавалось десятилетиями! Если бы этот идиот Анри успел явиться хотя бы на день раньше, то вы бы даже не дошли до гор!

— Анри? — еле слышно прошептала я. Неужели он подставил собственного брата? Но как? Откуда он узнал о наших планах? Сказать, что я была удивлена, это не сказать ничего, скорее, наступило состояние шока.

— Щенок примчался ко мне сразу, как только понял, что у Балуа есть дар. — Наар на мгновение замолчал. — Столько лет я каждый день видел этого наглого типа! Держал рядом с собой… Но ни одного раза не подумал, что он может быть одаренным!

— То есть вы уничтожили магов и магию, чтобы управлять с помощью другой магии, — прошептала я, — где смысл?

— Смысл в том, что если бы не было вас, то вся власть была бы только в моих руках! — взвился король. — Ничего, сейчас я все исправлю, — предвкушающе произнес он и посмотрел на меня. — Приносить в жертву мага пяти стихий мне еще не доводилось, должно быть, это придаст мне в разы больше сил. Я подниму столько мертвых, сколько потребуется, и вся знать, — король совсем не по-королевски плюнул на каменный пол, — предатели! Все падут. Я не позволю отнять то, что создавали мои предки.

Он был полностью уверен, что с сетью я не справлюсь, но на самом деле для меня она была не более чем просто металл, тяжелый и доставляющий дискомфорт из-за шипов. Если верить видениям, то нужно просто уничтожить алтарь, и я даже знала, как это сделать…

Пока Наар отвлекся на чтение какого-то фолианта, видимо, готовясь к обряду, я обратилась к своему сосуду. Даже если внешние нити отрезаны, внутренние уничтожить нельзя. Радовало, что почти бывший монарх знает о настоящей магии не многим больше меня. Оранжевая нить плавно и изящно изогнулась, подныривая под камень. Оплетая его словно в причудливый кокон… Рывком спрыгнула со стола и приказала нитям накалиться. Камень превратился в противную бурлящую лужицу черной жижи всего за мгновение. Король не успел причинить мне вреда, застыв ледяной скульптурой, а я уже сбрасывала надоевшую сеть.

Вдруг что-то громыхнуло, и над расплавленным алтарем заклубился черный густой дым. Я отшатнулась назад, закрыв уши от непонятного дикого воя. Воронка дыма прошла сквозь Наара, потом вернулась, чтобы погрузиться в него снова. Оледенение спало, и вполне живой король открыл совершенно черные бездонные глаза. Я попятилась назад, но ужаса почему-то не испытала. Наверное, это мое новое состояние так странно влияло на меня. Казалось, что чувства стали не такими сильными. Наар наклонил голову набок.

— Пятая стихия, — женским певучим голосом произнес он. Вот теперь стало жутко. Неужели он тоже элементаль, раз понял, кто я. Наар приторно улыбнулся: — Я Лель, дух смерти.

За секунду плешивый Наар, окутавшись темной дымкой, стал высокой бледной девушкой с угольно-черными волосами и такими же глазами. Из одежды на ней не было ничего, только густая шевелюра, примерно до колен, служила своеобразным плащом.

— Что тебе нужно? — настороженно спросила я. Нужно было спешить. Я понимала, что мертвецы остались без подпитки, но Нил там, и он ранен!

— Ты только что освободила меня. — Девушка улыбнулась, обнажая острые клыки. — Я служила роду хозяина веками, а ты, убив его, освободила меня.

Я не понимала, благодарность это или угроза и что теперь делать? Как реагировать на появление еще одного элементаля? Феня бы смог все объяснить! Девушка поняла, что я не настроена на долгие беседы и, рассмеявшись, снова обратилась в черную воронку.

— Встретимся в Эндаре, — прозвучало в моей голове, и все исчезло. Эндар — мир элементалей, это я уже знала. Не знала только, хорошо ли, что мы встретимся там, или плохо… Однако сейчас в любом случае нет времени на размышления.

Как разъяренная фурия я выскочила из комнаты и промчалась вперед по коридору, иногда закрывая глаза, чтобы воспроизвести видения, и очень скоро добралась до очередной цели. За Нила я уже почти не переживала. Он сильный, справится, а живые мертвецы без магической подпитки очень скоро станут обычными трупами. Наконец-то добежала до нужного места. Решетки и запах сырости подтверждали мои подозрения по поводу того, что это своеобразная тюрьма. Стражник, выбежавший навстречу, был безжалостно заморожен.

— Во имя короля! — почему-то крикнул он, занося меч.

— Нет больше короля, — прошептала я.

Правда, когда отстегивала ключи от своеобразных камер от его ремня, сильно пожалела о том, что заморозила его. Пришлось отогревать огнем примерзший металл, чтобы снять связку ключей.

— Лея! Лея, это что, правда ты?!

— Ди! — Я трясущимися руками открывала замок на решетке, за которой стояла моя подруга и еще две девушки. Кажется, я видела их раньше, но они точно не из «Чайной розы», скорее всего, из другого пансиона.

Ди порывисто обняла меня, утыкаясь носом в мою щеку.

— Я такое видела, Лея! Я видела такое, что тебе и не снилось, — причитала Ди. — Наш король! Ты даже не поверишь, если я скажу тебе, кто он!

— Нет больше короля. — Почему-то мне понравилось это произносить, так я сама начинала верить в случившееся. Ди расплакалась и собралась впасть в истерику. И как объяснить ей, что сейчас не место и не время?

— Все хорошо, теперь все будет хорошо, — шептала я, гладя подругу по голове. — Сейчас нужно выбираться.

Я понятия не имела, каким образом смогу вывести трех девушек из этого здания, ведь как строить порталы, я не знаю. Одно дело — стать элементалем и пройти сквозь воздух, но совсем другое — провести с собой людей. «Феня, Фенечка!» — мысленно звала я, в то время как выводила девушек наверх. Не знаю, сколько стражей я заморозила за время нашего пути, но казалось, что очень много, при этом не забывая оповещать их о том, что короля больше нет. И только когда мы почти добрались до выхода, слух резанул громкий птичий крик. К нам навстречу летел феникс, но нет, это был не мой элементаль, хотя теперь я уже даже не знаю, может ли быть элементаль у элементаля… К нам летела Рина, которая в полете умудрилась отвлечь и порезать когтями, словно бритвой, еще пятерых стражей.

Мои мысли впервые соприкоснулись с кем-то, кроме Фени. Рина в образе птицы показывала мне, каким образом нужно сплести нити, чтобы образовался портал. И я, под ее руководством, совершала все необходимые действия. Четко представила комнату, из которой недавно уходила сюда. Леди Петру, сидящую на постели с кубком в руках. Направление подсказала Рина.

— Что происходит? — занервничала Ди. Другие девушки, кажется, вовсе испугались настолько, что просто не могли задавать вопросов.

— Мы отправим вас в безопасное место, — не отвлекаясь от создания перехода, ответила я. Через пару секунд передо мной было сияющее окно высотой в человеческий рост. Я слабо верила, что все получилось, хотя Рина была уверена полностью. Но, чтобы не рисковать жизнями других, я первой вошла в окно и, только убедившись, что пришла в ту самую комнату в доме леди Балуа, позвала искусниц.

— Кто эти люди? — насторожилась Петра. — И, может, ты объяснишь мне, как умудрилась уйти без портала.

— Ты маг? — перебила ее Ди.

— Все вопросы потом, — устало ответила я. — У меня есть более важное дело, — устало посмотрела на бабулю. — Наара больше нет.

Но посмотреть на ее реакцию мне не довелось, времени совсем не было. Хотя по поводу мертвых я уже не переживала, чего ждать от новоиспеченного элементаля смерти — не представляла. Вдруг Нилу нужна моя помощь?

Теперь мне нужно было попасть на поле брани. Рина намеревалась отправиться со мной, но я попросила ее остаться с девушками. Как ни странно, но она переживала за Далана, даже несмотря на предательство хозяина. Я же снова слилась с воздухом. Это блаженное ощущение полного счастья… Как жаль, что нельзя находиться в нем вечно!

ГЛАВА 19

Нил онт Балуа

Когда Нил очнулся после перехода, Лея еще не пришла в себя, но он не мог терять ни минуты. Он прекрасно знал, что отец уже в курсе того, что произошло, и наверняка начал исполнять их общий план. Еще перед его отъездом в замок «Клевера» они связались со всеми родами, некогда наделенными даром, нисколько не сомневаясь, что хоть в ком-то из потомков проявилась магическая кровь. Нил мысленно улыбнулся, осознав, что еще тогда не ошибся в Лее. Почти все несколько отдаленные от короны роды были готовы присоединиться к восстанию, но тогда они были уверены, что битва будет между людьми… Народ устал от тирании, от отсутствия свободы, ему опостылела власть, которая не позволяла развиваться ни стране, ни людям. Вымирание населения волновало почти всех, ведь слепых среди знати не было, и они отлично понимали, что все идет к окончательному истреблению народа. Однако многие опасались, что это восстание закончится так же плачевно, как и предыдущие. Отцу Нила пришлось убеждать, обещать, клясться… Почти умолять, уверяя, что в этот раз все будет иначе. И Нил не мог подвести родителя.

— Когда Лея придет в себя, я хочу, чтобы она осталась с вами, здесь, — заплетая волосы любимой в причудливую косу, попросил он Петру. Кьерну было больно смотреть на бледное лицо с кругами под бездонными синими глазами. Если бы в их первую встречу он мог предположить, что полюбит ее, то тысячу раз подумал бы, стоит ли втягивать девчонку в эту авантюру.

— Не беспокойся, мой мальчик, я позабочусь о ней, — спокойно ответила леди. — Только пообещай, что вернешься живым.

Нил не мог давать обещаний. Он и сам не был уверен в том, что сможет вернуться. Хотя неистовая сила огня, бушующая в нем, могла стать крупным козырем в борьбе за жизнь. Поцеловав Лею в белые пересохшие губы, Нил сам создал портал под руководством бабули. В последний раз взглянув на любимую, почему-то подумал, что в ней что-то изменилось. Она стала другой…

Выйдя из портала, Нил сразу же окунулся в кровавую бойню. Как он и думал, это не была битва на равных. В бою живых с живыми маги, несомненно, одержали бы верх, но… Он, как и Петра, был прав: король вовсе не так прост, каким казался.

Мертвая армия была неуязвима. Они умирали и воскресали снова, и так могло длиться бесконечно. Ритар — как самый опытный маг земли, безжалостно рубил болотные нити, к которым, словно куклы-марионетки, были привязаны тела, и только тогда бойцы умирали на самом деле, больше не воскресая. Далан черпал силы из нитей, но было видно, что долго это продолжаться не может. Магии сейчас, возможно, и много, но человеческие силы не безграничны, а, в отличие от Балуа, у Ритара не было возможности провести без сознания несколько дней. Все это время он без отдыха боролся со страшной угрозой, которая могла спустить все их труды по возрождению магии в выгребную яму.

Один из воинов падал, и на его месте тут же появлялось еще несколько. Нил был в состоянии, близком к отчаянию. Сколько бы он ни убивал, их становилось только больше. Более того, убитые союзники после смерти присоединялись к врагам. Людской армии нужен был отдых, мертвая же могла сражаться без перерыва. Бесконечные прыжки, развороты, удары, отступления совсем выбивали людей из сил.

Как только казалось, что все начинает получаться, как только они прорывались в тыл противника, мертвецы поднимались снова, оттесняя людей от крепостных стен. Это казалось бесконечным! Пропитанная гнилой плотью, кровью и пеплом земля. Ноги почти по колено утопали в кровавом месиве. Трупный запах стал уже привычным, и люди перестали кривиться, пытаясь закрыть носы.

— Мы проиграем! Мы не выдержим эту войну! — периодически кричали солдаты, зарождая сомнения во всей армии.

— Нужно отступать! — отчаянно сражаясь, выкрикнул Балуа-старший.

— Нет! — Нил отчаянно сопротивлялся. — Мы не можем! — Он не верил, не мог поверить в то, что все зря.

Дрался, как в последний раз, и готов был умереть в бою. Ритар, прикрывавший его спину, на секунду отвлекся, занимаясь нитями и восстанавливая свои силы, и Нила окружили враги. Пятеро или шестеро, он не считал, просто рубил мечом во все стороны. С яростью, ненавистью, с отчаянием… Резкая боль пронзила руку, и Балуа рефлекторно прижал ее к груди, роняя меч. Нападающие не подумали отступить от раненого соперника, напротив, слетелись подобно стервятникам. Нил отбивался как мог, но уже через несколько минут отчетливо осознал, насколько близок конец.

Все изменилось в один момент. Нил не понял, что произошло, но увидел, что из тел мертвых начали пропадать нити магии; темно-зеленые волокна, окутывающие тела, уходили. Не медленно, когда их рубил Далан, а моментально. Они словно испепелялись, становясь ничем и «отвязываясь» от потревоженных покойников. И как только тело оставалось без поддержки, оно падало, умирая уже навечно. Точно это действительно были тряпичные куклы, которых водил за ниточки кукловод, но ниточки оборвались… Все сразу, в один момент.

— Как ты это сделал? — оторопело спросил Балуа у друга.

— Это не я, — не менее изумленно ответил Ритар, осматриваясь по сторонам.

Это потом Балуа узнал, что его любимая смогла уничтожить главный козырь короля-тирана — кровавый алтарь, а сейчас просто недоумевал. Он уже откровенно проигрывал, совершенно обессилев. Его ранили, и он выронил меч. Еще секунда, и ему снесли бы голову, но этого не случилось.

— Что произошло? — Гул живых голосов разносился повсюду.

— Так просто? — настороженно спросил Нил у Ритара, наблюдая за поголовным падением разом всей армии противника.

— Не верится, — не менее настороженно ответил друг, стоявший спина к спине с Нилом почти весь бой. Далан осматривал поле, но больше не видел болотных нитей, пустил поисковый импульс, но и он вернулся без ответа. — Не знаю, что произошло, но они действительно мертвы, это просто трупы, — сообщил он.

Кьерны даже не успели обсудить происходящего. Человеческая армия понемногу начала ликовать, понимая, что они справились.

— Еще нужно найти самого Наара. — Нил не разделял всеобщей радости. — Не факт, что он не подбросит нам еще какую-нибудь гадость.

Ритар и Балуа-старший были совершенно с ним согласны.

Воздух рассекли крылья феникса, стрелой летящего вниз. Это было похоже даже не на птицу, а на огненный шар. Несведущие воины упали прямо в трупную жижу, укрывая головы руками.

— Рина! — воскликнул Ритар и подбежал к обратившейся девушке, укутывая ее окровавленным плащом.

— Короля больше нет! — громко крикнула огненно-рыжая красотка.

— Король умер! — по полю брани разнесся гул голосов выжившего живого воинства.

— Что произошло? — начал расспрашивать Нил.

— Лея, — улыбнулась Рина. — Думаю, она сама вам все объяснит. — И элементаль протянула Балуа руку.

— Лея убила короля? — Нил сам не поверил, что ляпнул такую глупость.

Рина хитро прищурилась и посмотрела на него.

— Угрозы больше нет, это точно, она сделала все, чтобы помочь, — улыбнулась элементаль.

— Она в порядке? — Балуа насторожился, заподозрив неладное в голосе духа.

— Она должна рассказать вам кое-что очень важное.

Нил обернулся на соратников и, получив одобрительный кивок от отца, принял руку элементаля. Не был уверен, стоит ли бросать войско в такой момент, но, с другой стороны, там же отец и Ритар, а судя по хитрому виду элементаля, с Леей не все в полном порядке. Еще раз взглянул на «мертвое» поле и, решив, что девчонка как ни крути важнее, вошел в открытый портал.

Лея Аргуст

Вышла опять вовсе не там, где планировала или мои мысли просто настолько были заняты духом смерти, что меня перенесло в Эндар? На этот раз мне удалось рассмотреть все более подробно. Мир элементалей был похож на огромное облако с золотым городом, выстроенным прямо на нем. Рядом кружились белые облака, похожие на пар, но я была почти уверена, что если прыгнуть на одно из них, то оно удержит мой вес. Отсюда можно было смотреть вниз и видеть все, что пожелаешь. Первым делом я подбежала к краю «облака» и склонилась, желая увидеть Нила. Но поле битвы странным образом опустело. Я растерялась, не зная, что делать, и первая мысль была позвать Ларрина. Рыжий появился очень быстро.

— Мы победили, — улыбнулся он. — Нет, вы победили.

— Где Нил? — Это, пожалуй, единственное, что меня волновало.

— Ждет тебя, вам нужно немного отдохнуть и о многом поговорить, — сообщил… друг? — Только у нас с тобой есть еще одно дело.

Я вопросительно посмотрела на элементаля. Он протянул мне руку, и я приняла ее. Мы вместе шагнули с облака, падая вниз. Необъяснимое ощущение! Свобода, полет, но неизбежное падение… Приземлились на удивление мягко и плавно.

— Нужно избавить землю от поделок Анку, — сообщил Ларрин.

— Имеешь в виду трупы?

Не знаю, откуда, но я знала имя одушевленной смерти. Запах просто бил по обонянию, заставляя все внутренности перевернуться. Так не пахло даже у алтаря. Вот это был запах настоящей смерти.

Элементаль кивнул и крепко взял меня за руки. Я думала, что мы будем выжигать мертвую землю, но Ларрин не позволил мне выпустить огонь, вместо этого из моего сосуда вырвались белые нити, которых стало заметно больше, а элементаль выпустил чистый живой огонь. Значит, белый туман, который я видела в своем сосуде раньше, и есть пятая стихия. Женщина, так, кажется, ее называют. Наверное, просто потому, что проявляется она чаще у женщин, но я бы назвала ее жизнь или свет…

Нити переплелись и ударили о землю. Я видела, как сгорают тела, плавится и обращается в пепел оружие, выжигается пропахшая кровью земля, а следом за огнем разливается свет. И под этим светом земля оживает, проклевываются несмелые ростки сочной зеленой травы, не остается и следа от недавнего боя, даже воздух, казалось, очищается, принося прохладу и свежесть. Налетевшее воронье, нелепо хлопая крыльями, разлетелось с поля брани с диким, обиженным карканьем. Неужели все? Неужели закончилось?

— Как мы это сделали? — Я ошарашенно рассматривала совершенно живое, яркое поле у стен Саака. Без кровавых пятен на выжженной магией огня земле, без разбросанного оружия.

— Огонь очистил все от смерти, а сила пятой стихии возродила жизнь, — развел руками Ларрин. — Знаешь, я ведь много думал, почему именно в женщинах гораздо чаще проявляется дар…

Спокойно посмотрела на друга. Ведь и я только что думала именно об этом. Действительно, почему? Голова шла кругом от осознания того, что мы совсем ничего не знаем о даре, причинах его появления, не умеем им пользоваться. Не станет ли возрождение магии еще большей бедой? Ведь дар в руках несведущих — как горящий факел в руках младенца.

— И почему? — полюбопытствовала я.

— Потому что вы, женщины, сами — потенциальная стихия! Вы же символы возрождения и самой жизни, — сказал Ларрин. — В тебе соединились все пять стихий, как я сразу заметил, в равных пропорциях, и твоя внутренняя сущность — та самая пятая стихия, можешь считать ее природной женской силой, связала их воедино. Видимо, так… Во время обряда все стихии, подстегнутые Нилом и вашими чувствами, слились, в разы увеличивая твои собственные силы и делая тебя такой же, как мы. Хотя мне кажется, что изменения в тебе начали происходить гораздо раньше, когда вы еще не нашли источник. — Ларрин на минуту замер, задумавшись. — Как думаешь, почему я так переживал из-за того, что ты маг пяти стихий?

— Без понятия, — пожала плечами я.

— Да потому что вам, обладающим таким потенциалом, до чистой стихии всего один шаг! Ты становишься почти всесильным, получая силу стихий. И, возможно, если бы это была не ты, то от обладания такой силой и властью, которую она способна дать, банально потеряла бы рассудок! — с горечью ответил элементаль. — Я рад, что ошибался в тебе, — улыбнулся он. — И рад, что ты теперь одна из нас.

— Ты хочешь сказать, что все женщины с пятью стихиями — элементали? — подозрительно прищурилась я. Как-то не укладывалось в голове все услышанное.

— Потенциальные, — кивнул друг. — В тебе стихию разбудил, как я понял, Нил, и ее сила сделала тебя сравнимой с нами. Только я не совсем понял, как у него это получилось…

— Он сказал, что любит меня, во время слияния, — улыбнулась я.

— Лея, хоть я и уверен, что слияние стало пиком роста твоей силы и, безусловно, в этом есть заслуга Нила, но в тебе было что-то от нас еще с самого начала. Еще тогда, во время первого нападения в горах! — эмоционально размахивая руками, говорил Ларрин. — Умертвий почувствовала только ты и мы, заклятие сна на тебя не подействовало… Изменения в тебе начали происходить много раньше. А после обряда сила только стала более полной и сформированной. — Рыжий улыбнулся. — Потом разберешься, сейчас тебе нужно объясниться с Нилом, а мне — повидаться с Анку, она наверняка уже свободна.

— Ты знал про нее? С самого начала? — Я не понимала, откуда Феня осведомлен об элементале смерти. Ведь я узнала о ее существовании только сегодня, когда освободила ее. Возможно, он сможет ответить и на другие мои вопросы по поводу этого темного духа. Пристально посмотрела на друга.

— Долгая история, — попытался отмахнуться элементаль, но наткнулся на мой упрямый вопросительный взгляд. — Сто сорок лет назад Анку — элементаль смерти, или ее дух, называй как угодно, имела неосторожность подпитаться от одного некроманта. Стоит рассказывать дальше? — Ларрин криво усмехнулся.

— Он подчинил ее и захватил понравившееся королевство, лишив его народ магии, — продолжила говорить вместо него я. — Пока был жив его род, Анку служила ему, исполняя все приказы. Вот почему она сказала, что я освободила ее… И эти слухи о том, что король Аделион обратился к демонам… Наверное, не к демону, а всего лишь к элементалю.

Я обдумывала это еще до разговора с Ларрином. У меня были определенные подозрения… Выходит, что если бы не подчиненный элементаль, то пришлым королям не удалось бы захватить власть и удерживать ее так долго. Еще раз окинула взглядом друга. Возможно, поэтому он так боялся говорить мне свое имя. Были прецеденты не доверять магам.

— Это из-за ее истории ты не доверился мне сразу? — спросила я.

— Я испугался, — развел руками рыжий. — Ваше противостояние должно было остаться только вашим. Теперь я понимаю, что ты не стала бы использовать меня в своих целях, но тогда… — Он виновато посмотрел на меня. — Ваша человеческая война могла породить войну и у нас. Если бы мне пришлось сражаться против другой стихии, — Ларрин отвел взгляд, — боюсь, что вам тогда не за что было бы бороться. Ваш мир просто исчез бы с лица земли.

— Она не показалась мне злой, — почему-то сказала я, вспомнив черноглазую девушку.

— Ты видела ее? — насторожился Ларрин.

— Даже разговаривала, — ответила я. — Как раз после того, как освободила ее из кровавого алтаря.

— Значит, она уже в Эндаре. — Элементаль посмотрел вверх. — Все стало на свои места… Думал, это случится позже.

— Почему?

— Видишь ли, Лея, у нас тоже есть предсказания, свои. В наших сказано, что восстановить баланс, то есть освободить всех элементалей, сможет лишь пятая стихия, а до тебя мы думали, что ее и вовсе выдумали женщины, чтобы набить себе цену. Все закономерно, если появилась ты, несущая в себе пятую стихию, которую я ассоциирую с жизнью, то просто обязана была появиться и Анку, олицетворяющая смерть. Баланс, понимаешь?

— Вроде бы да, — ответила я. — А она не опасна?

Неудивительно, что я насторожилась с ее появлением, ведь дух смерти просто не может вызывать положительные эмоции. Особенно если учесть, что долгие годы она была в подчинении у некромантов.

— Смерть всегда опасна, — улыбнулся Ларрин. — Но не настолько, когда свободна. Это хорошо, что она больше никому не подчиняется, иначе война закончилась бы полным провалом, я совершенно уверен. — Он криво усмехнулся. — Но ты, как всегда, удивила меня и освободила ее. Вообще, в Эндаре это войдет в легенды. — Элементаль мечтательно закатил глаза. — Жизнь, освобождающая смерть.

— То есть теперь вы свободны? Все элементали свободны?

Если исходить из того, что рассказывал мне Ларрин ранее, то теперь они, как и я, могут питаться от источников, не соприкасаясь с магами. Хотя дух смерти в свое время тоже вполне мог питаться внешними нитями силы, но что-то заставило ее взять немного магии у некроманта… За что Анку и поплатилась.

— Мы свободны, — улыбнулся Ларрин. — И я и ты — все.

— Но ты продолжаешь приходить на мой зов, почему? — удивилась я.

— Потому что ты мой друг, — улыбнулся элементаль. — Я всегда готов помогать тебе.

И Ларрин открыл для меня портал. Понятия не имею, куда именно, но это ведь не важно, если там будет Нил. Если там будет Нил… Губы сами растянулись в улыбке при мысли о сероглазом кьерне.

Уже на входе в него я обернулась:

— Ларрин, а как же мои чувства? Что ждет нас с Нилом? Я смогу быть с ним, или для меня теперь невозможно просто любить человека? — Я очень боялась услышать ответ на этот вопрос, но это было неизбежно. Внезапно нахлынувший страх сильно взволновал. А что, если теперь это невозможно?

— Думаю, для тебя возможно все, — улыбнулся Ларрин. — А сейчас, будь добра, объяснись со своим возлюбленным, он тебя ждет.

Напоследок я улыбнулась другу и смело шагнула в окно портала.

В этот раз я вышла в незнакомой комнате, похожей на мою спальню в замке «Клевера». Осмотрелась по сторонам, но никого не обнаружила. Собралась уже звать Нила, как вдруг меня крепко обняли сзади. Сомнений в личности обнимавшего не возникло. Откинулась назад, как кошка прижимаясь к сильной груди кьерна. Балуа втянул мой запах и нежно поцеловал в шею, вызывая мурашки своими прикосновениями.

— Я скучал, — сообщил Балуа, продолжая нежно целовать мою шею, спускаясь ниже, к ключице. Хотелось повернуться и обнять его, поцеловать в ответ, но не в таком виде… Однако кьерн решил иначе, резко развернув меня и зарывшись рукой в волосы. Он притянул меня к себе и поцеловал. Его губы жадно смяли мои, заставляя подчиняться, и я прильнула к Нилу всем телом. Он осторожно отстранился и посмотрел в мои глаза, тут же целуя снова. Руки кьерна пустились в путешествие по моему телу, мягко сминая сорочку, заставляя подол подниматься вверх, оголяя ноги.

Сорочка полетела на пол, а вдоль позвоночника пробежала волна жара, следуя за рукой Нила. Стало немного неловко. Хотя в момент слияния между нами бушевала самая настоящая страсть, и если бы не открылся источник, то все произошло бы прямо там, в пещере — в тот момент это казалось единственно правильным и нужным… Но сейчас щеки предательски залились краской.

— Мне нужно принять ванну, — прошептала я.

— Одну не пущу, — шепнул Нил в ответ и легко подхватил меня на руки. Ванна была уже наполнена, а наверху сбит толстый слой бело-розовой пены. — Я подготовился, — доверительно поделился Балуа. — Королевская ванна для моей невесты, — улыбнулся.

— Все-таки невесты? — прищурилась я.

— Если ты, конечно, не против, — промурлыкал кьерн, незаметно пытаясь натянуть на мой палец кольцо. Я подняла руку и обнаружила простой перстень из белого золота с мелкой россыпью сапфиров.

— Согласна? — поцеловав перстень на моей руке, спросил Нил.

— Сомневаюсь, что у меня есть выбор, — широко улыбнулась я. — Просто не торопи меня, пожалуйста.

Нил притянул меня к себе и, обняв, погладил по волосам.

— Не тороплю, пока. — Он нежно поцеловал меня в макушку.

Я запоздало вспомнила про ранение, которое он получил в бою, и с тревогой посмотрела на кьерна.

— Как рука? Тебе не больно?

— Ерунда! — улыбаясь, ответил он. — Оказывается, магия земли отлично заживляет раны, Далан помог.

Мельком осмотрев руки Нила, так и не нашла следа от раны. Осмотрела красивое, почти идеальное тело с крепкими мышцами, провела рукой по кубикам пресса снизу вверх, пробегая пальцами до груди.

— Метки нет, — целуя шею невероятно вкусно пахнущего кьерна, сообщила я.

— Пропала вместе с королем, — шепнул Нил, жарко целуя мое плечо. — Но нам сейчас необязательно это обсуждать.

Желания спорить не было, и даже предложение поплескаться вместе я не отвергла. Более того, удобно уместившись на руках Нила, погрузилась в пенную воду вместе с ним.

Через несколько минут я блаженствовала в горячей воде, рассматривая Нила, расположившегося напротив меня. Кьерн действительно подготовился. Я заметила на бортике рядом с ним бутылку дорогого вина сорокалетней выдержки и два бокала. Серые глаза выглядели уставшими, но от этого не менее притягательными. На мускулистой смуглой груди, переливаясь, блестели капельки воды. Жутко хотелось до него дотронуться…

— Выпьешь? — спросил Нил, наполняя один из бокалов.

— Пожалуй, откажусь, — улыбнулась я, пить вино не хотелось. Балуа коротко пожал плечами и, залпом осушив свой бокал, потянулся ко мне с таким коварным выражением лица, что я хотела даже отпрянуть назад, но кьерн уже заключил меня в свои объятия.

— Так просто ты теперь от меня не уйдешь, любимая, — прошептал он, а я млела от его дыхания на моей шее.

Руки мужчины пробежались по моему телу, опускаясь ниже, пока он резко не подхватил меня, одним рывком усаживая на бортик. Страшно уже не было, скорее появился какой-то азарт. Своеобразная игра, правил которой я пока не знала. Но глядя в бездонные серые глаза, я была готова изучать их вместе. Ладонь прошлась по внутренней стороне бедра, двигаясь к чувствительной точке, а Нил снова меня поцеловал, вырывая глухой стон. Страстно, врываясь языком, прикусывая губу, вычерчивая руками замысловатые узоры на коже… Я застонала на грани безумия и обхватила его ногами, притягивая к себе.

— Просто скажи мне «да» и ничего не бойся, — тяжело дыша, шептал Балуа. Наверное, в этот момент я могла бы согласиться абсолютно со всем и на все.

— Да, — почти простонала я, уносясь на волнах наслаждения.

Кажется, я кричала, ногти впивались в плечи любимого, губы болели от страстных поцелуев, а сердце билось как сумасшедшее, унося на пик наслаждения. Нил был нежен и внимателен, его страсть и напор удивительно сочетались с нежной заботой обо мне, он не торопился сам и не торопил меня. Так же нежно и осторожно доводя меня до истинного блаженства. Наконец мы действительно были вместе, стали единым целым. И это было по-настоящему правильно.

Вскоре мы, отдыхая, продолжили нежиться в подогретой Нилом воде, уставшие, но невероятно довольные. Кьерн вычерчивал узоры на моей ладони, изредка целуя ее, а я просто наслаждалась тем, что мы вместе.

— Теперь рассказывай, — через некоторое время заговорил Нил. Он откинулся назад, укладывая голову на бортик лицом вверх, и явно приготовился слушать.

— Что именно? — зажмурившись от приятных ощущений, спросила я.

— Все. Как ты умудрилась обезвредить целую армию?

— Наверное, стоит начать с того, что я элементаль пятой стихии, — перешла сразу к сути я. Мысленно надеясь, что его это не испугает. Или хотя бы не оттолкнет. Из-под опущенных ресниц внимательно наблюдала за реакцией кьерна.

Надо же, а Балуа не столь сдержан, как до сих пор мне казалось, даже подавиться от удивления может…

— Лея, дорогая, скажи мне, что у тебя жар, и ты просто бредишь, — почти попросил он.

— Увы, — отозвалась я.

— Но как? — Нил запнулся. — Я ничего не понимаю! Как такое могло произойти?

— Долго объяснять, я и сама еще не до конца вникла в суть, — отмахнулась я, — просто прими как данность.

— Чем это грозит конкретно мне? — напрягся кьерн.

— Эгоист, — лениво констатировала я.

Лицо Нила моментально оказалось напротив моего, и, подхватив мой подбородок пальцами, он запрокинул мне голову, вынуждая смотреть в глаза.

— Разве эгоист тот, кто хочет всегда быть рядом со своей любимой? — проникновенно спросил он. — Тот, кто готов поддержать ее в любой ситуации, кто готов вместе растить общих детей, путешествовать, спорить до хрипоты из-за всякой ерунды? Разве эгоист тот, кто просто полюбил?

— Нет, — ошеломленно ответила я. Эти дни, что мы пробирались в горы, были такими насыщенными, что нам почти не удавалось побыть наедине. Я, кажется, совершенно забыла, какой кьерн Балуа на самом деле.

— Так что мне хотелось бы знать, чем твоя новая сущность может помешать мне стать счастливым?

— Ничем, — ответила я и сама потянулась к его губам за поцелуем.

Страсть нахлынула словно волна, накрывающая с головой. Даже усталость отступила на второй план. Остался только Нил, его руки, губы, прикосновения, ласки… Сама не поняла, как оказалась сидящей на кьерне, жадно впиваясь в его губы. Да, стихией быть непросто, вряд ли я могла себе представить, будучи воспитанницей пансиона, что когда-либо смогу быть такой, испытывать такую гамму столь сильных чувств к тому, кто будет моим мужем. И что увижу не менее сильные чувства в ответ. Не знаю, сколько длилось это безумие, но окончательно пришла в себя уже в постели. Лежала, уместив голову на плече Нила, а он аккуратно перебирал мои волосы.

— Знаешь, Лея, — задумчиво сказал Балуа, — даже если бы твоя ипостась элементаля могла помешать нам быть вместе, думаю, я все равно не отпустил бы тебя. Не смог бы. Даже если бы пришлось спуститься вместе с тобой в царство Скорби, я бы сделал это. И плевать на все мыслимые запреты.

Я только довольно улыбнулась и удобнее устроилась на плече Нила, принявшись рассказывать ему все по порядку. Как попала в Эндар и оттуда видела будущее, как освободила Анку и, наверное, убила короля, как освободила девушек…

ГЛАВА 20

В момент рассказа я запоздало вспомнила про подругу, с которой тоже необходимо будет поговорить. Наверное, девушки вообще растеряны, вряд ли они понимают, в чем дело и что с ними случилось.

— Ди! — сказала я. — Она же в доме твоей бабули. Я должна поговорить с ней!

— А мне нужно возвращаться в Саак и разбираться с возникшими проблемами. — Было понятно, что Балуа совсем неохота никуда ехать. — Придется провести масштабное расследование, вычислить всех, кто знал о секретах Наара, осведомить народ о временной анархии, найти наследника старого королевского рода. — Нил печально вздохнул. — Пригласить имперских послов, открыть границы… Голова кругом идет.

Я ласково погладила его по щеке. Да, работы предстоит очень много… Но это было понятно сразу, ведь если что-то разрушить, то непременно придется создать замену. В нашем случае перемена должна быть к лучшему.

— Я начинаю жалеть, что вообще ввязался во все это, — посетовал Балуа.

— Если что, я могу помочь, — неуверенно предложила я. Нил потрепал мои волосы и мягко поцеловал в лоб.

— У тебя тоже есть дела, дорогая, — сообщил он, хитро улыбаясь.

— Какие? — удивилась я. Если он имеет в виду разговор с подругой, то не думаю, что это займет много времени…

— Тебе нужно готовиться к свадьбе! — воскликнул Нил. — Сообщить родным и пригласить их, все организовать, составить списки гостей, выбрать платье. — Он вздохнул и, улыбаясь, посмотрел на меня. — Сейчас даже не знаю, кому из нас «повезло» больше.

Я удивленно уставилась на кьерна. То, что я приняла кольцо, совсем не значило, что согласна на скоропалительную свадьбу! Тем более я же просила его не торопить меня. Во взгляде Нила появилась настороженность.

— Может, не стоит торопиться? — осторожно попросила я.

Взгляд кьерна сменился на откровенно изумленный:

— Ты хочешь сказать, что не готова стать моей супругой?

Я присела на край кровати, чтобы не смотреть ему в глаза.

— Ты же сам обещал не торопить, — шепнула я.

— Хм… Я думал, что последние события несколько изменят твое отношение к браку, — совершенно серьезно ответил Нил.

— Просто… — Если честно, я не знала, как сказать ему то, о чем думаю. — Для меня ведь жизнь только началась. Я хочу поехать в Империю, учиться магии, погулять по Эндару, увидеть настоящего дракона… Я не готова так сразу променять свободу на роль замужней женщины с кучей детей. Потом, чуть позже — да, но не сейчас. — Осторожно покосилась на Нила.

— Наверное, за это я тебя и полюбил, — улыбнулся Балуа, поднимаясь с постели. — Хорошо, подумаешь об этом завтра. Или послезавтра, — сухо сказал он и вышел в гостиную.

Я так и не поняла, обиделся он или нет. В любом случае я сказала правду. Накинув халат, прошла следом за кьерном, но в гостиной уже никого не было. Наверное, все же обиделся. Бежать следом (да и куда, собственно, бежать?) не имело смысла, у него сейчас и так полно забот, вернемся к этому разговору позже.

Обнаружив в шкафу несколько платьев, примерила их и выбрала одно, более подходящее по размеру за счет регулируемого корсета. Интересно, чьи они? Надеюсь, что хозяйка не будет против, потому что выбора у меня сейчас не было. Не ходить же и дальше в окровавленной грязной сорочке. Смущало только то, что из обуви в моем распоряжении по-прежнему были только тапочки.

Вскоре я привела себя в порядок и спустилась вниз. Как и предполагала, мы были одни в пустующем сейчас замке «Клевера». Насколько я знаю, вся личная гвардия леди Балуа была направлена в Саак для поддержки восстания, поэтому замок не охранялся. Мне удалось найти нескольких служанок, оставшихся следить за порядком, и попросить их подобрать мне удобные туфли без каблука.

Потом мне пришлось воспроизводить в памяти комнату в доме, где оставалась бабуля Балуа и моя подруга, и снова растворяться в невесомой стихии, просачиваясь сквозь пространство.

А в комнате царила полная… идиллия? Взъерошенная Ди с интересом рассматривала Рину, трогала ее волосы, проверяя, горячие ли они, как кажутся. Бабуля рассматривала ауры спасенных девушек, явно выискивая признаки магии.

— Лея! — Первой меня заметила Рина, и, даже несмотря на то, что в свое время я лишила ее одной из жизней, сейчас она смотрела на меня с искренней любовью… Да, похоже, Ди нисколько не изменилась и до сих пор способна достать кого угодно глупыми вопросами и разговорами ни о чем. Мысленно я улыбнулась. Все-таки хорошо, что есть такие люди, какими бы они ни были, — плохими или хорошими — не важно, главное, что они не меняются. Сейчас мне казалось, что это хорошо.

— Я, — покладисто кивнула. — Вы уже в курсе, что все закончилось?

— Да, Ларрин связывался со мной, — подтвердила элементаль.

Бабуля молчаливо рассматривала пространство поверх меня.

— Ты права, — обращалась она явно не ко мне, — ее аура действительно схожа с твоей. И мое платье удивительно подходит к твоим глазам, Лея.

Я проигнорировала тонкий намек леди. Явно же поняла, где я была и почему не переоделась в собственную одежду.

— Я же говорю, она почти как элементаль! — воскликнула Рина.

— Я перелопатила уйму информации, — взмахнула руками бабуля, указывая на стопку фолиантов различной степени толщины, уместившихся на столе. — Там нет данных ни о чем подобном! Я просто не понимаю, какая стихия может сделать с аурой подобное!

— А что не так с моей аурой? — опасливо спросила я. Я же еще не научилась видеть ауры, и такое заявление насторожило.

— Выглядит как огромный перламутровый шар, — ответила бабуля, — переливающийся и очень большой. Это не означает ничего страшного, только лишь говорит об огромной силе.

Я выдохнула. Раз в этом нет ничего страшного, то и переживать не из-за чего.

— Думаю, стоит просто принять это как должное, — пожав плечами, улыбнулась я и присела рядом с подругой. — Рассказывай, — велела я Дианне.

— Да что рассказывать… После твоего отъезда Далия созвала нас всех и сообщила, что шестерым из нас предложена великая честь. — Ди почему-то старалась не смотреть в мои глаза. — Стать наложницами самого короля Наара! Ты даже не представляешь, какой была моя радость! Ведь быть наложницей — это в разы лучше, чем быть женой! Наложницы не обязаны рожать наследников, могут быть просто любимыми без всяких обязанностей жены, и при всем при этом у них есть власть, богатства… Красивая жизнь, — вздохнула подруга.

Я, если говорить откровенно, от этих слов впала в состояние, напоминающее шок.

— Кто вдолбил в твою голову такую глупость?

— Во всех романах, которые я читала, наложницам жилось значительно лучше, чем женам! — воскликнула Ди. Ну да, откуда нам, воспитанницам «Чайной розы», знать о настоящей жизни? О настоящих отношениях, о браке? Неудивительно, что эти знания Дианна черпала из романов, которые, увы, не всегда правдивы. Я участливо обняла подругу.

— Но когда нас привезли к королю, мы попали совсем не во дворец, а туда, откуда ты забрала нас. И ты забрала только троих, а нас было шестеро.

Я с тревогой всмотрелась в глаза подруги. Кто был там еще? Кого я не успела спасти?

— Уна? — не скрывая ужаса и тревоги, спросила я. К моему счастью, Ди отрицательно покачала головой.

— Из нашего пансиона была только я, — всхлипнула Ди. — А вот подруги Лины и Таины… — Она указала на других девушек. — Их забрали первыми. Ты даже не представляешь, что с ними делали!

— Я полагаю, принесли в жертву, — холодно сказала Петра.

Девушки почти синхронно всхлипнули. А я задумалась о другом.

— Интересно, сколько лет он брал воспитанниц из «Алара», неужели семья ни одной из них не поинтересовалась, куда исчезли их дочери? — Совсем не верилось в такое. Родители в любом случае должны были переживать за детей.

— Не знаю, — пожала плечами Ди, — но мы точно не первые. Далия говорила, что все наложницы устраиваются в разных резиденциях, даже в самых отдаленных уголках Крамиила, и редко имеют возможность выходить в свет, однако регулярно пишут письма родным.

— Видимо, письма писали за них, — грустно вздохнула я.

Противно было даже думать об этом. Я была абсолютно уверена, что ни один нормальный человек не станет приносить в жертву другого ради силы и власти… Хотя, как говорил Ларрин, люди зачастую хуже любого хищника.

Следующий час я была занята исключительно успокоением подруги, уверяя ее, что все будет хорошо, все закончилось… Заодно внушая это и себе. Петра заварила успокоительный чай, и половина дня прошла за долгой и не самой радостной беседой. Потом мы отправили девушек по домам, а мне нужно было сходить еще в одно место.

Зажмурив глаза, представляла главную сельскую площадь Бродков, из которых мы уходили в горы, и растворилась в воздухе.

— Как они себя вели? — рассматривая черного жеребца и белоснежную кобылу, спросила я.

— Нормально вроде, — отвечал мужик. — Бесновались что-то на днях, как будто мертвечину чуяли.

Я не стала рассказывать селянину, что лошади действительно могли почувствовать запах падали как раз таки на днях, а просто подошла и погладила Снежку по прекрасной гриве.

— Этих двоих заберу, — указала мужчине на Снежку и Ветра, — а тех можете оставить себе, в хозяйстве пригодится.

— Так просто? Лошадей дарите? — ошалело спросил мужик.

Просто кивнула, открывая портал и впуская в него животных.

— Теперь даже так можно, — улыбнулась плюхнувшемуся на землю мужчине и сама скрылась в окне портала.

Нил онт Балуа

После победы, чуть вникнув в закружившие всех события и перемены, Нил был уже не очень рад тому, что они вообще это все затеяли. Во-первых, Лея каким-то образом стала элементалем, и он совершенно не знал, чего ожидать от этих изменений, но покладистости и готовности стать послушной женой ей это явно не добавило… Да любая девушка без сомнений приняла бы предложение кьерна! Но нет, Лея Аргуст, как всегда, решила отличиться! Во-вторых, резкая смена власти повлекла за собой множество более насущных проблем, которые надо было срочно решать, поэтому Балуа решил не забивать свою голову глупой злостью и заняться делами. Порталом он перешел прямо в королевский дворец Саака.

— Где мне найти Райнана онт Балуа? — безразлично спросил он у появившейся охраны. Молодые парни из наемников, которых наспех набрали для временной охраны дворца, были напряжены и, кажется, напуганы. Для народа изменения всегда болезненны, даже если они в лучшую сторону.

— Кьерн ведет допросы в отрогах, — отрапортовал один из них. Значит, процесс уже идет. Балуа быстро направился в отроги — это была своеобразная тюрьма дворцового масштаба с пыточными камерами, кабинетами для допросов и всем необходимым для составления протоколов.

— Нил, хорошо, что ты пришел, — не отвлекаясь от письма, поприветствовал отец. — Подменишь меня. Свидетель, — он поднял голову, рассматривая пожилого мужчину, сидящего напротив, — бывший командующий отдаленной стражи утверждает, что некоторые участки морской границы еще защищают люди Наара, нужно отбыть туда и со всем разобраться.

— Конечно, отец, — согласился Балуа.

Нил потерял счет времени, задавая всем, кого привел его отец, одинаковые вопросы.

— Вы знали, что король совершает запрещенные ритуалы? Вы имеете к этому отношение? Как вы относитесь к смене власти?..

К вечеру Балуа был невероятно злым и чертовски уставшим. Ни короля, ни советников, ни половины личной гвардии его величества… Изучая предоставленные бумаги, Балуа ужаснулся. Менять всю верхушку власти!

Как выяснилось, большая часть тех, кто жил и служил при дворе, уже давно не были живыми. Жизнь некоторых вообще поддерживалась более сотни лет с помощью жертвоприношений. Неудивительно, что окружение Наара постоянно менялось. Он то приглашал одну знатную семью пожить при дворе, то внезапно отсылал ее обратно, приглашая другую. Было ясно, что за один день это не решить, нужно время, много времени.

Поздней ночью Нил вернулся в замок бабули. Лея уже спала, и он не стал ее будить, оставив на подушке рядом с девчонкой приятно пахнущую алую розу. Попросил Петру сообщить любимой, что в ближайшие несколько дней вряд ли сможет отвлечься от работы, и попросил извиниться. Если уж взялся сам и впутал в это дело остальных, нужно было довести его до конца и вернуть Крамиилу власть.

Лея Аргуст

Проснувшись утром следующего дня, я нашла на подушке красивую алую розу и несколько минут глупо улыбалась, глядя в потолок. Сомнений в личности оставившего ее не было. Когда спустилась к завтраку, Петра подтвердила догадку, сказав, что ночью приходил Нил.

— У них сейчас полно забот в Сааке, — говорила она, — так что, думаю, он не вернется в ближайшие несколько дней.

Я все понимала. Еще тогда, в самом начале нашего пути к источнику, я задумывалась над этим. Знала, что придется менять почти все в стране, и понимала, что заниматься этим придется всем тем, кто готовил переворот, и Нилу в первую очередь. Он и его отец были приближены ко двору и наверняка разбираются в политических вопросах лучше многих. К тому же я не сомневалась, что еще остались те люди, которые поддерживали короля Наара и его методы, такие предатели, как тот же Анри. А я уверена, что он не самый коварный из приспешников короля-тирана.

— А что Анри? — вспомнив про предателя, спросила я. — Его нашли?

Петре было больно говорить о младшем внуке, и она отвела глаза, пытаясь спрятать наворачивающиеся слезы.

— Его ищут, Лея, — ответила она. Я решила больше не касаться этой темы, чтобы не причинять боль леди.

— Раз Нил пока занят, я бы хотела отправиться на Эндар: может, удастся что-то узнать о моем даре, научиться чему-нибудь, — сообщила я о своей внезапно возникшей идее, как занять свое свободное время, пока Нил не появится.

Собственно, так я и поступила. Позавтракав, мысленно позвала Ларрина, и он буквально вытащил меня на знакомое облако.

— Что ты хочешь знать? — предупредил мои вопросы друг.

— Не знаю, наверное, все, — улыбнулась я. — Элементали теперь не зависят от магов?

— Те, которые не были подчинены, — нет, — ответил он.

— То есть ты по-прежнему подчинен мне, а Рина — Далану? — изумилась я.

— Так уж вышло, красавица, — подмигнул рыжий.

— А если я хочу тебя отпустить?

— Правда, хочешь?! — почему-то изумился он.

Я активно закивала.

— Нет, Лея, все-таки более странного существа, чем ты, я еще не видел, — покачал головой друг. — Ни один маг добровольно не отпустит элементаля!

— Но я хочу, — возразила я. Я сама всю жизнь мечтала быть свободной, как я могу лишать свободы другое существо?

Оказалось, что нужно просто произнести особое заклинание на хитарана. Еще Ларрин заодно «обрадовал» меня тем, что этот магический язык мне придется учить в любом случае, иначе я не смогу пользоваться настоящими заклинаниями. Все, что я делала до этого, я делала чистой силой, в ее «сыром» виде. Сила просто подчинялась моим желаниям, но я не могла контролировать ее объем и задавать точное направление. Например, своей силой воздуха я могла пошатнуть крону дерева, чтобы сбить яблоко, но бесконтрольная волна делала так, что с дерева опадали все яблоки сразу, а ведь нужно было всего одно. Именно заклинания позволяют регулировать количество вложенной силы и ее направленность. Элементаль сообщил, что их великое множество, и выучить все смог бы разве что дракон, живущий тысячелетиями. Людям же достаточно только части, основ. А выучить основы я была готова.

Элементаль показал мне тонкую, почти невидимую нить, которая пролегала между нами. Раньше я никогда ее не видела, наверное, просто не обращала внимания. Когда я произнесла заклинание, нить, которая связывала меня и Ларрина, лопнула. Друг был доволен и даже обещал научить меня паре приемчиков, пока мой благоверный занят земными делами. Пришлось задержаться на Эндаре. Время здесь шло иначе, поэтому, когда объявилась Рина и попросила меня вернуться, я понятия не имела, сколько прошло дней, часов или все-таки минут…

Нил онт Балуа

В королевстве уже седьмой день царила анархия, а наследника никак не могли найти. Были подняты все возможные архивы с данными о прошлом короле, даже были найдены некоторые его потомки, но, увы, уже не живые. Нил сутки напролет изучал родословную короля, правившего сто сорок лет назад, и все больше расстраивался. Следа наследников не было. Наверное, их ветвь уничтожили первой, а если и нет, то им удалось очень хорошо скрыться.

— Род онт Ирарт, наверное, истребили полностью, — тихо сказал Нил.

— Почему же, — возразил Ритар, устроившийся в кресле рядом с ним. — Я точно знаю как минимум одну представительницу младшей ветви этого рода, правда росла она как обычная крестьянка.

Далан уже несколько дней не отходил от Балуа, помогая ему во всех вопросах. Кто бы мог подумать, что злейший враг станет другом вернее собственного брата!

Нил вспомнил, что одно время действительно ходили слухи о связи Ритара с какой-то простушкой.

— Ты знаешь, где ее искать? — решительно спросил Нил. Нужно срочно найти наследницу и оценить степень ее пригодности. Нельзя просто посадить на трон крестьянку, которая всю жизнь доила коров, и приказать ей править. Это точно не принесет Крамиилу ничего хорошего. Но и анархия не может длиться долго, нужно возрождать экономику, открывать торговлю, налаживать связи…

— Как раз собираюсь отправиться за ней, — улыбнулся Далан. — В тот раз, когда ты преследовал меня, когда я переходил горы, — Ритар печально улыбнулся, — я был не один, а с невестой. У Мари дар, довольно сильный, и только благодаря ему она осталась жива.

— Она перешла горы? — изумился Нил.

— Нет, у нее, видимо, тоже случился выброс от волнения за меня, но ее забросило дальше. Долгая история, — отмахнулся Ритар. — Главное, что Рина все же нашла ее, хотя только сегодня, на рассвете. — Далан счастливо улыбнулся. — Так что я планирую отправиться за ней сегодня же.

Далан уже знал, что его любимая жива, она перенеслась почти на самую окраину Крамиила, и мысленно благодарил богинь, что все сложилось именно так, как сложилось: клятва с Нилом, согласие на предложенную бывшим врагом авантюру и участие в ней, возвращение магии… Мари теперь может не бояться, что ее сожгут на костре. Осталось лишь забрать ее и вернуть домой.

Нил заметил довольную улыбку на лице друга. Балуа всегда был проницательным, правда немного расслабился в последнее время, но старая привычка читать людей, как открытые книги, потихоньку возвращалась.

— Поздравляю, кажется, ты скоро станешь мужем самой настоящей королевы, — усмехнулся он. — Я ведь верно истолковал твою глупую улыбку и мечтательное выражение лица?

Далан улыбнулся:

— А ты? Если моя любимая и вправду сядет на трон, я хотел бы видеть тебя ее советником.

Балуа усмехнулся и пожал плечами:

— Я люблю стихию, а это, знаешь ли, непросто. Сейчас я не знаю даже, что будет в моей жизни завтра, а уж тем более что случится через какое-то время.

Диалог кьернов прервал стук в дверь. Молоденький стражник из новой, пока еще немногочисленной армии поклонился.

— Кьерна Анри онт Плуана нашли, что прикажете делать?

— Казнить, — в один голос ответили мужчины.

Когда отец рассказал Нилу, кто именно принес в Саак новости о даре в их крови, Балуа пришел в бешенство! Мало того, что он спас этому мерзавцу жизнь, почти простил за все, так еще и отпустил живым. Впервые в жизни Нил не смотрел на Анри как на кузена. Он не чувствовал родства. Ничего не чувствовал. Было не жалко. Ритар ободряюще похлопал друга по плечу.

— Ну что, тебе нужен портал, чтобы привести к нам возможную будущую королеву? — спросил Балуа, желая отвлечься.

— Сейчас? — напрягся Далан. — Кто нам его откроет?

— Я. Петра научила меня, теперь могу делать это сам. Ничего сложного для того, в чьей крови сила целого элементаля, — усмехнулся Нил. — Кстати, ты бы, как будущий король, подумал об открытии школ магии.

— Нужно будет специалистов из Империи приглашать, — вслух размышлял Далан, входя в портал.

Нил только улыбнулся и порадовался, что не ошибся, когда решил сохранить этому врагу жизнь и предложить сотрудничество. А еще он в очередной раз покачал головой, удивляясь извилистым переплетениям судьбы, которая за столь короткий срок сделала их друзьями. Пожалуй, из Ритара выйдет неплохой правитель. И Нил готов внести посильный вклад в то, чтобы их план стал реальностью.

ЭПИЛОГ

Мы стояли в главном зале королевского дворца Саака в окружении толпы новых придворных, послов и знати. Нил в темно-синем, украшенном серебряными нитями костюме выглядел очень впечатляюще, и мне казалось, что я невероятно бледная рядом с ним. Однако задумываться о внешности не было никакого желания, и все мое внимание было посвящено гостям из других стран.

— Почему у них рожки? — Я активно толкала Нила локтем в бок, рассматривая троих мужчин в странных широких костюмах с разноцветными волосами и выглядывающими из них острыми рожками. Когда мужчины шли, каждый их шаг сопровождал забавный цокающий звук. — Почему у них рожки?!

— Они сатиры, Лея, — шепнул кьерн.

— Сатиры — это кто? — не унималась я.

— Не буду рассказывать анатомию, — отрезал Нил. — Не на приеме.

— А у тех с ушами что? — Я рассматривала нескольких блондинов со сложными изящными прическами, излишне женственными, на мой взгляд, чертами лица и чуть заостренными сверху ушами.

— Они эльфы, Лея, — терпеливо отвечал Нил. Хотела спросить еще про странных высоких мужчин с кошачьими глазами, но, посмотрев на Нила, осознала, что уже достала его своими вопросами.

— Откуда ты все это знаешь? — Все равно не удержалась, чтобы не спросить.

— Видел в старых королевских архивах трехсотлетней давности описание и портреты всех торговых партнеров Крамиила того времени.

— То есть раньше мы были союзниками со всеми этими расами? — удивилась я.

— Верно, — кивнул Балуа.

— Тогда почему они не поддержали нас в войну? — Это было странным, ведь если у нас столько магически одаренных союзников, то почему Крамиил захватили?

— Это долгая история, — отмахнулся Нил. — Анелион тогда хорошо поработал, чтобы рассорить правительство Крамиила с соседями. В общем, стоит порадоваться, что они сами не пошли на нас войной.

На секунду задумалась и вспомнила одну очень старую историю про царство Теней. Так вот, когда то царство захотел захватить король демонов, он предварительно поссорил его владыку со всеми соседями, да так постарался, что соседи потом еще ему несколько своих армий прислали. Так что все вполне реально.

— А кто из них будет определять, настоящая ли королева? — снова спросила я.

— Тот, кто знал короля Люция лично, — монотонно ответил Балуа.

— Снова врешь! — насупилась я.

— Почему это? — Изумление Балуа было вполне искренним.

— Никто не живет больше ста пятидесяти лет! — категорично заявила я.

Сзади за мной кто-то хмыкнул и захихикал. Я возмущенно обернулась. Невысокий брюнет в красивом белом костюме приветливо улыбнулся, обнажая внушительные клыки. Нил также обернулся и мельком взглянул на мужчину.

— Вампир, — констатировал он.

— Срок жизни — до десяти тысячелетий, — доверительно сообщил мужчина.

— Ничего себе! — удивилась я.

— А у нас, магов, если будет постоянная подпитка, то до трехсот лет, — шепнул мне на ухо Балуа.

Я оторопело хлопала глазами. Только что я узнала, что срок моей жизни увеличился как минимум в три раза, увидела множество других рас, познакомилась с вампиром… Жизнь изменилась, однозначно! Неизменным остался только Нил, на которого я и смотрела.

Сегодня был день «восстановления власти», как назвал его Балуа. Мари из рода Ирарт именно сегодня должна была стать королевой великого королевства Крамиил, если пятеро свидетелей официально подтвердят ее родство со старым королем, погибшим более ста лет назад.

И если еще час назад я не представляла, каким образом кто-то может доказать ее принадлежность к роду, то теперь уже знала, что многие вампиры лично знали короля Люция, как и оборотни, и что эти расы могли определить родство до десятого колена по одному лишь запаху! Также были приглашены маги из Империи, которые должны были узнать о наличии кровной связи по слепкам ауры, а пятым свидетелем должен был стать отец Нила, который был уверен в том, что в Мари течет королевская кровь. Наверняка и у него есть доказательства, только я не знала какие.

Церемония так называемого «опознания» будущей королевы проходила в закрытом зале, в который меня не приглашали, зато главный советник будущей королевы Мари кьерн Нил онт Балуа и ее жених кьерн Далан онт Ритар были обязаны присутствовать. Я же осталась коротать время в ожидании вместе с остальными гостями.

Посольства из разных стран, представители незнакомых рас… Отец Нила лично рассылал всем приглашения. После инаугурации он надеялся заключить новые торговые договоры. Ко мне подошел тот самый вампир и протянул бокал, наполненный белым вином.

— У вас высокий уровень дара, леди, — сообщил он.

— Вероятно, вы правы, — улыбнулась я, принимая бокал.

— Но вы совершенно не умеете им пользоваться, верно?

Признаваться было стыдно, но скрывать очевидное бесполезно. Поэтому я согласно кивнула.

— Я проректор Института Магических Наук, — представился вампир. — И если у вас есть желание научиться всему, что может позволить ваш дар, то милости просим в Империю.

— Обязательно обдумаю ваше предложение, — улыбнулась я.

Я уже хотела расспросить его про Империю, ее законы, устои, но не успела. Дверь закрытого зала распахнулась, являя нам настоящую королеву. Хрупкая брюнетка с молочно-белой кожей, яркими алыми губами и огромными изумрудными глазами слегка склонила голову, демонстрируя высокую массивную корону, украшенную драгоценными камнями.

Как и полагается, дамы присели в глубоких реверансах, а мужчины встали на одно колено, склоняя головы перед королевой. Мари прошествовала на открытую лоджию, выходящую на центральную площадь Саака, чтобы показать своему народу лицо новой власти.

— Да здравствует королева! — послышался хор голосов с улицы.

— Да здравствует королева, — вторили присутствующие в зале.

Потом началось настоящее пиршество с грандиозным, поражающим воображение балом. Мы с Нилом танцевали и веселились вместе со всеми, кружась в хороводе безумных эмоций.

— Меня пригласили в Империю, — во время танца сообщила я.

— Кто? — удивился Нил. — Надеюсь, ты сказала этому нахалу, что у тебя уже есть жених?

— Ты все не так понял, меня пригласили учиться магии, — ответила я.

Балуа напрягся. Похоже, придется вернуться к забытому разговору…

— Ты хочешь поехать? — через некоторое время спросил он.

— Наверное, хочу, — честно ответила я.

— Ладно, значит, поедем, — невозмутимо отозвался кьерн Балуа.

Я изумленно подняла взгляд. Неужели он хочет отправиться со мной? А как же дела, Крамиил, пост советника ее величества?

— Неужели ты правда думала, что я отпущу тебя одну в незнакомую Империю?! — возмутился Нил.

— Нет, — неуверенно ответила я, — но я не думала, что ты поедешь со мной.

Я впервые сказала это вслух. На самом деле я прекрасно осознавала, что люблю Нила, и он стал частью моей души, но почему-то у меня до сих пор были сомнения… Сомнения в том, что он готов считаться с моим мнением и даже следовать за мной. Балуа в очередной раз прочел мои мысли и, остановив танец, притянул к себе.

— Я уже говорил, что не собираюсь больше тебя отпускать?

— Говорил, — подтвердила я.

— Обещал, что дам тебе право выбирать?

— Да, — снова согласилась я.

— Говорил, что люблю тебя больше всего не свете? — С каждым словом лицо Нила приближалось к моему.

— Кажется, да, — млея от его дыхания, еле слышно ответила я.

— Так вот, запомни, милая, я всегда выполняю свои обещания, как и угрозы. — Он нежно коснулся моих губ. — И никогда не позволю тебе уйти.

Еще один, уже более страстный поцелуй. Нил взял мою руку, на которой до сих пор красовался его перстень, и жарко поцеловал запястье, глядя в мои глаза.

— Кажется, продолжение этого вечера стоит перенести в более уютное место.

Щеки привычно зарделись, но я послушно приняла руку кьерна и последовала за ним. Прочь из душного бального зала, из дворца, и даже из Крамиила.

Из портала мы вышли на морском побережье, тонущем в лучах заходящего солнца.

— Как ты смотришь на то, чтобы построить здесь дом? — серьезно спросил Нил.

Поежилась от дуновения прохладного морского ветра и счастливо улыбнулась.

— Великолепное место!

— Сюда мы будем возвращаться после немыслимых головокружительных приключений.

— Согласна, — тихо прошептала я, прижимаясь к любимому.

Content

Светлана Шумовская
НЕВЕСТА НА ТРИ ДНЯ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ЭПИЛОГ