Итальянский с Луиджи Пиранделло. Возвращение / Luigi Pirandello. Ritorno

© И. Франк, 2014

© ООО «Восточная книга», 2014

Редактор Илья Франк.

Пособие подготовила Татьяна Риччо.

Как читать эту книгу

Уважаемые читатели!

Перед вами – НЕ очередное учебное пособие на основе исковерканного (сокращенного, упрощенного и т. п.) авторского текста.

Перед вами прежде всего – ИНТЕРЕСНАЯ КНИГА НА ИНОСТРАННОМ ЯЗЫКЕ, причем настоящем, «живом» языке, в оригинальном, авторском варианте.

От вас вовсе не требуется «сесть за стол и приступить к занятиям». Эту книгу можно читать где угодно, например, в метро или лежа на диване, отдыхая после работы. Потому что уникальность метода как раз и заключается в том, что запоминание иностранных слов и выражений происходит ПОДСПУДНО, ЗА СЧЕТ ИХ ПОВТОРЯЕМОСТИ, БЕЗ СПЕЦИАЛЬНОГО ЗАУЧИВАНИЯ И НЕОБХОДИМОСТИ ИСПОЛЬЗОВАТЬ СЛОВАРЬ.

Существует множество предрассудков на тему изучения иностранных языков. Что их могут учить только люди с определенным складом ума (особенно второй, третий язык и т. д.), что делать это нужно чуть ли не с пеленок и, самое главное, что в целом это сложное и довольно-таки нудное занятие.

Но ведь это не так! И успешное применение Метода чтения Ильи Франка в течение многих лет доказывает: НАЧАТЬ ЧИТАТЬ ИНТЕРЕСНЫЕ КНИГИ НА ИНОСТРАННОМ ЯЗЫКЕ МОЖЕТ КАЖДЫЙ!

Причем

НА ЛЮБОМ ЯЗЫКЕ,

В ЛЮБОМ ВОЗРАСТЕ,

а также С ЛЮБЫМ УРОВНЕМ ПОДГОТОВКИ (начиная с «нулевого»)!

Сегодня наш Метод обучающего чтения – это почти триста книг на пятидесяти языках мира. И более миллиона читателей, поверивших в свои силы!

Итак, «как это работает»?

Откройте, пожалуйста, любую страницу этой книги. Вы видите, что сначала идет адаптированный текст, с вкрапленным в него дословным русским переводом и небольшим лексико-грамматическим комментарием. Затем следует тот же текст, но уже неадаптированный, без подсказок.

Если вы только начали осваивать итальянский язык, то вам сначала нужно читать текст с подсказками, затем – тот же текст без подсказок. Если при этом вы забыли значение какого-либо слова, но в целом все понятно, то не обязательно искать это слово в отрывке с подсказками. Оно вам еще встретится. Смысл неадаптированного текста как раз в том, что какое-то время – пусть короткое – вы «плывете без доски». После того как вы прочитаете неадаптированный текст, нужно читать следующий, адаптированный. И так далее. Возвращаться назад – с целью повторения – НЕ НУЖНО! Просто продолжайте читать ДАЛЬШЕ.

Сначала на вас хлынет поток неизвестных слов и форм. Не бойтесь: вас же никто по ним не экзаменует! По мере чтения (пусть это произойдет хоть в середине или даже в конце книги) все «утрясется», и вы будете, пожалуй, удивляться: «Ну зачем опять дается перевод, зачем опять приводится исходная форма слова, все ведь и так понятно!» Когда наступает такой момент, «когда и так понятно», вы можете поступить наоборот: сначала читать неадаптированную часть, а потом заглядывать в адаптированную. Этот же способ чтения можно рекомендовать и тем, кто осваивает язык не «с нуля».

Язык по своей природе – средство, а не цель, поэтому он лучше всего усваивается не тогда, когда его специально учат, а когда им естественно пользуются – либо в живом общении, либо погрузившись в занимательное чтение. Тогда он учится сам собой, подспудно.

Для запоминания нужны не сонная, механическая зубрежка или вырабатывание каких-то навыков, а новизна впечатлений. Чем несколько раз повторять слово, лучше повстречать его в разных сочетаниях и в разных смысловых контекстах. Основная масса общеупотребительной лексики при том чтении, которое вам предлагается, запоминается без зубрежки, естественно – за счет повторяемости слов. Поэтому, прочитав текст, не нужно стараться заучить слова из него. «Пока не усвою, не пойду дальше» – этот принцип здесь не подходит. Чем интенсивнее вы будете читать, чем быстрее бежать вперед, тем лучше для вас. В данном случае, как ни странно, чем поверхностнее, чем расслабленнее, тем лучше. И тогда объем материала сделает свое дело, количество перейдет в качество. Таким образом, все, что требуется от вас, – это просто почитывать, думая не об иностранном языке, который по каким-либо причинам приходится учить, а о содержании книги!

Главная беда всех изучающих долгие годы один какой-либо язык в том, что они занимаются им понемножку, а не погружаются с головой. Язык – не математика, его надо не учить, к нему надо привыкать. Здесь дело не в логике и не в памяти, а в навыке. Он скорее похож в этом смысле на спорт, которым нужно заниматься в определенном режиме, так как в противном случае не будет результата. Если сразу и много читать, то свободное чтение по-итальянски – вопрос трех-четырех месяцев (начиная «с нуля»). А если учить помаленьку, то это только себя мучить и буксовать на месте. Язык в этом смысле похож на ледяную горку – на нее надо быстро взбежать! Пока не взбежите – будете скатываться. Если вы достигли такого момента, когда свободно читаете, то вы уже не потеряете этот навык и не забудете лексику, даже если возобновите чтение на этом языке лишь через несколько лет. А если не доучили – тогда все выветрится.

А что делать с грамматикой? Собственно, для понимания текста, снабженного такими подсказками, знание грамматики уже не нужно – и так все будет понятно. А затем происходит привыкание к определенным формам – и грамматика усваивается тоже подспудно. Ведь осваивают же язык люди, которые никогда не учили его грамматику, а просто попали в соответствующую языковую среду. Это говорится не к тому, чтобы вы держались подальше от грамматики (грамматика – очень интересная вещь, занимайтесь ею тоже), а к тому, что приступать к чтению данной книги можно и без грамматических познаний.

Эта книга поможет вам преодолеть важный барьер: вы наберете лексику и привыкнете к логике языка, сэкономив много времени и сил. Но, прочитав ее, не нужно останавливаться, продолжайте читать на иностранном языке (теперь уже действительно просто поглядывая в словарь)!

Отзывы и замечания присылайте, пожалуйста, по электронному адресу frank@franklang.ru

La vita nuda (Обнаженная жизнь)

– Un morto, che pure è morto, caro mio (мертвец, он хоть и умер, мой дорогой), vuole anche lui la sua casa (он тоже хочет /иметь/ свой дом; volere – хотеть). E se è un morto per bene (и если это приличный мертвец; bene – хорошо, per bene – приличный, добропорядочный), bella la vuole; e ha ragione (он его хочет красивым, и он прав; bello – красивый; avere ragione – быть правым)! Da starci comodo (чтобы там было удобно; stare – находиться, stare comodo – удобно устроиться, расположиться), e di marmo la vuole, e decorata anche (и хочет, чтобы он /дом/ был из мрамора, и еще, чтобы был украшен; decorare – декорировать, украшать).

– Un morto, che pure è morto, caro mio, vuole anche lui la sua casa. E se è un morto per bene, bella la vuole; e ha ragione! Da starci comodo, e di marmo la vuole, e decorata anche.

E se poi è un morto che può spendere (а если это еще и мертвец, который может потратиться; potere – мочь, spendere – тратить /деньги/; poi – потом, дальше, здесь с функцией усиления), la vuole anche con qualche profonda… come si dice (он его захочет еще с какой-нибудь глубокой… как это говорится; anche – тоже, еще)? Allegoria, già (аллегорией, вот)! Con qualche profonda allegoria d’un grande scultore come me (с какой-нибудь глубокой аллегорией от такого великого скульптора, как я): una bella lapide latina (какая-нибудь прекрасная могильная плита с латынью): HIC JACET… (ЗДЕСЬ ПОКОИТСЯ… /лат./) chi fu, chi non fu…(кем он был, кем не был; fu – прошедшее законченное время от essere – быть)… un bel giardinetto attorno, con l’insalatina e tutto (вокруг хорошенький садик, с салатиком и все такое), e una bella cancellata a riparo dei cani e dei (и отличная решетка, защищающая от собак и от; riparo, m – укрытие, защита)…

E se poi è un morto che può spendere, la vuole anche con qualche profonda… come si dice? Allegoria, già! Con qualche profonda allegoria d’un grande scultore come me: una bella lapide latina: HIC JACET… chi fu, chi non fu… un bel giardinetto attorno, con l’insalatina e tutto, e una bella cancellata a riparo dei cani e dei…

– M’hai seccato (ты мне надоел)! – urlò, voltandosi tutt’acceso e in sudore, Costantino Pogliani (крикнул, обернувшись, весь разгоряченный и потный Костантино Польяни; acceso – яркий, пылающий, горячий, пылкий; accendere – зажигать; воспламенять; sudore, m – пот).

Ciro Colli levò la testa dal petto (Чиро Колли оторвал голову от груди; levare – поднимать), con la barbetta a punta ridotta ormai un gancio, a furia di torcersela (его острая бородка превратилась уже в крючок оттого, что он ее крутил: «с острой бородкой, уменьшенной уже до крючка…»; punta, f – острие, острый конец; ridurre – уменьшать, сокращать, убавлять; con – с; torcere – крутить, выкручивать); stette un pezzo a sbirciar l’amico di sotto al cappelluccio a pan di zucchero calato sul naso (он долго разглядывал: «оставался разглядывающим» друга из-под конусообразной шапчонки, спущенной на нос; stette – имперфект от глагола stare, быть, находиться, оставаться; pezzo, m – отрезок, кусок, зд: промежуток времени; da un pezzo – давно, долго; a pan di zucchero – конический, конусообразный), e con placidissima convinzione disse, quasi posando la parola (и с безмятежнейшей убежденностью сказал, практически устанавливая = чеканя слово; placido – спокойный, ясный, безмятежный, – issimo – увеличительный суффикс; posare – ставить; прикладывать, устанавливать):

– Asino (осел).

Là (вот так).

– M’hai seccato! – urlò, voltandosi tutt’acceso e in sudore, Costantino Pogliani.

Ciro Colli levò la testa dal petto, con la barbetta a punta ridotta ormai un gancio, a furia di torcersela; stette un pezzo a sbirciar l’amico di sotto al cappelluccio a pan di zucchero calato sul naso, e con placidissima convinzione disse, quasi posando la parola:

– Asino.

Là.

Stava seduto su la schiena (он сидел, выпрямив спину; su – вверх, наверх); le gambe lunghe distese, una qua, una là, (протянув длинные ноги, одну туда, другую сюда; gamba, f – нога; distendere – растягивать, протягивать) sul tappetino che il Pogliani aveva già bastonato ben bene e messo in ordine innanzi al canapè (на коврик, который Польяни уже хорошенько выбил и аккуратно разложил перед канапе; bastonare – бить, колотить палкой; bastone, m – палка; mettere – класть, ставить; ordine, m – порядок).

Stava seduto su la schiena; le gambe lunghe distese, una qua, una là, sul tappetino che il Pogliani aveva già bastonato ben bene e messo in ordine innanzi al canapè.

Si struggeva dalla stizza il Pogliani nel vederlo sdrajato lì (Польяни извелся от злости, видя его растянувшимся там; stizza, f – раздражение, досада; sdraiarsi – лежать, растягиваться; написание “j” между двумя гласными здесь и далее является устаревшим), mentr’egli s’affannava tanto a rassettar lo studio (тогда как он сам так старался прибрать в мастерской; tanto – очень, много, сильно; rassettar – краткая форма), disponendo i gessi in modo che facessero bella figura (располагая гипсовые фигуры так, чтобы они хорошо смотрелись; «делали бы = производили хорошее впечатление»; disporre – располагать, размещать, расставлять; fare bella figura – хорошо выглядеть, хорошо смотреться, произвести хорошее впечатление), buttando indietro i bozzettacci ingialliti e polverosi, che gli eran ritornati sconfitti dai concorsi (отбрасывая назад пожелтевшие пыльные эскизы, вернувшиеся к нему с конкурсов без победы; bozzetto – эскиз, -accio – уничижительный суффикс, sconfitto – проигравший, потерпевший поражение), portando avanti con precauzione i cavalletti coi lavori che avrebbe potuto mostrare (аккуратно вынося вперед станки с работами, которые он мог бы показать; portare – переносить, нести; precauzione, f – предосторожность), nascosti ora da pezze bagnate (спрятанные сейчас под мокрыми тряпками; nascondere – прятать). E sbuffava (и пыхтел).

Si struggeva dalla stizza il Pogliani nel vederlo sdrajato lì, mentr’egli s’affannava tanto a rassettar lo studio, disponendo i gessi in modo che facessero bella figura, buttando indietro i bozzettacci ingialliti e polverosi, che gli eran ritornati sconfitti dai concorsi, portando avanti con precauzione i cavalletti coi lavori che avrebbe potuto mostrare, nascosti ora da pezze bagnate. E sbuffava.

– Insomma, te ne vai, sì o no (в конце концов, ты уйдешь или нет)?

– No (нет).

– Non mi sedere lì sul pulito, almeno, santo Dio (хотя бы не садись у меня там, где чисто, святый Боже)! Come te lo devo dire che aspetto certe signore (как я должен тебе сказать, что жду неких дам)?

– Non ci credo (не верю; ci – в это).

– Insomma, te ne vai, sì o no?

– No.

– Non mi sedere lì sul pulito, almeno, santo Dio! Come te lo devo dire che aspetto certe signore?

– Non ci credo.

– Ecco qua la lettera (вот письмо). Guarda (смотри)! L’ho ricevuta ieri dal commendator Seralli (я получил его вчера от почтеннейшего Сералли; commendator – краткая форма от commendatore – высокочтимый, почтенный, почтительное обращение к человеку, имеющему высокие правительственные награды): Egregio amico, La avverto che domattina, verso le undici… (Многоуважаемый друг, извещаю Вас, что завтра утром, около одиннадцати…; avvertire – предупреждать, извещать, уведомлять; Lei – вежливое обращение на «вы» в 3-м лице).

– Sono già le undici (уже одиннадцать)?

– Passate (больше; passare – проходить, миновать)!

– Non ci credo (не верю). Seguita (продолжай; seguitare – /разг./ = continuare – продолжать)!

– …verranno a trovarLa, indirizzate da me, la signora Con… (Вас навестят направленные мной синьора Кон)… Come dice qua (как тут сказано)?

– Confucio (Конфучо).

– Ecco qua la lettera. Guarda! L’ho ricevuta ieri dal commendator Seralli: Egregio amico, La avverto che domattina, verso le undici…

– Sono già le undici?

– Passate!

– Non ci credo. Seguita!

– …verranno a trovarLa, indirizzate da me, la signora Con… Come dice qua?

– Confucio

– Cont… o Consalvi, non si legge bene (Конт… или Консальви плохо читается; «не читается хорошо»), e la sua figliuola (и ее дочка; figliuola = figliola, f – дочка), le quali hanno bisogno dell’opera sua (которым необходима Ваша помощь; opera, f – работа, содействие). Sicuro che… ecc. ecc. (уверен, что… и т. д. и т. д.).

– Non te la sei scritta da te, codesta lettera (не ты сам себе написал это письмо; scrivere – писать)? – domandò Ciro Colli, riabbassando la testa sul petto (спросил Чиро Колли, вновь опуская голову на грудь; abbassare – наклонять, опускать; ri– – приставка со значением повтора действия).

– Imbecille (дурак)! – esclamò (воскликнул), gemette quasi (простонал почти), il Pogliani che, nell’esasperazione, non sapeva più se piangere o ridere (Польяни, который, в гневе, не знал уже, плакать /ему/ или смеяться).

– Cont… o Consalvi, non si legge bene, e la figliuola, le quali hanno bisogno dell’opera sua. Sicuro che… ecc. ecc.

– Non te la sei scritta da te, codesta lettera? – domandò Ciro Colli, riabbassando la testa sul petto.

– Imbecille! – esclamò, gemette quasi, il Pogliani che, nell’esasperazione, non sapeva più se piangere o ridere.

Il Colli alzò un dito e fece segno di no (Колли поднял палец и показал «нет»; fare segno – подать знак, сделать знак).

– Non me lo dire (не говори мне этого). Me n’ho per male (мне обидно; prendersela per male, prendersela a male – обидеться). Perché, se fossi imbecille (потому что если бы я был дураком), ma sai che personcina per la quale sarei io (да ты знаешь, каким я был бы парнем – хоть куда; persona, f – человек; personcina, f – человечек; personcina per la quale – парень хоть куда)? Guarderei la gente come per compassione (я бы смотрел на людей как бы из милости). Ben vestito (хорошо одетый), ben calzato (хорошо обутый), con una bella cravatta elioprò… eliotrò… come si dice?… tropio (в красивом галстуке /цвета/ гелиопро… гелиотро… как это говорят? …троп; eliotropo – один из оттенков сиреневого), e il panciotto di velluto nero come il tuo (и в черном бархатном жилете, как у тебя…; velluto, m – бархат)…

– Non me lo dire. Me n’ho per male. Perché, se fossi imbecille, ma sai che personcina per la quale sarei io? Guarderei la gente come per compassione. Ben vestito, ben calzato, con una bella cravatta elioprò… eliotrò… come si dice?… tropio, e il panciotto di velluto nero come il tuo…

Ah, quanto mi piacerei col panciotto di velluto come il tuo (ах, как бы я себе нравился в бархатном жилете, как у тебя), scannato miserabile che non sono altro (оборванец я такой несчастный; che non sono altro – такой, в значении усиления предшествующей характеристики)! Senti (послушай). Facciamo così, per il tuo bene (сделаем так, для твоего блага). Se è vero che codeste signore Confucio debbono venire (если правда, что эти синьоры Конфучо должны прийти) rimettiamo in disordine lo studio (вернем в мастерскую беспорядок; rimettere – снова класть, ставить на прежнее место, возвращать), o si faranno un pessimo concetto di te (или у них создастся о тебе отвратительное мнение).

Ah, quanto mi piacerei col panciotto di velluto come il tuo, scannato miserabile che non sono altro! Senti. Facciamo così, per il tuo bene. Se è vero che codeste signore Confucio debbono venire rimettiamo in disordine lo studio, o si faranno un pessimo concetto di te.

Sarebbe meglio che ti trovassero anche intento al lavoro (было бы лучше, чтобы они застали тебя еще и сосредоточенным на работе; anche – тоже, также), col sudore (с потом)… come si dice (как это говорится)? col pane (с хлебом)… insomma col sudore del pane della tua fronte (в общем, в поту хлеба твоего лба). Piglia un bel tocco di creta (возьми хороший кусок глины; pigliare – /разг./ брать, хватать; tocco, m – большой кусок, ломоть), schiaffalo su un cavalletto e comincia alla brava un bozzettuccio di me così sdrajato (швырни его на станок и смело начни набросочек меня вот так лежащего; alla brava – уверенно, смело; bozzetto, m – эскиз, этюд, набросок; -uccio – уменьшительный суффикс). Lo intitolerai Lottando, e vedrai che te lo comprano subito per la Galleria Nazionale (ты назовешь его В борьбе, и увидишь, что у тебя его немедленно купят для Национальной Галереи; intitolare – озаглавливать, давать название; lottando – деепричастная форма от lottare – бороться). Ho le scarpe… sì, non tanto nuove (у меня ботинки… да, не очень новые); ma tu, se vuoi, puoi farmele nuovissime (но ты, если хочешь, можешь сделать их новейшими), perché come scultore, non te lo dico per adularti, sei un bravo calzolajo (потому что как скульптор говорю тебе не из лести, ты хороший сапожник; adulare – льстить; calzolaio, m – сапожник)…

Sarebbe meglio che ti trovassero anche intento al lavoro, col sudore… come si dice? col pane… insomma col sudore del pane della tua fronte. Piglia un bel tocco di creta, schiaffalo su un cavalletto e comincia alla brava un bozzettuccio di me così sdrajato. Lo intitolerai Lottando, e vedrai che te lo comprano subito per la Galleria Nazionale. Ho le scarpe… sì, non tanto nuove; ma tu, se vuoi, puoi farmele nuovissime, perché come scultore, non te lo dico per adularti, sei un bravo calzolajo…

Costantino Pogliani, intento ad appendere alla parete certi cartoni, (Костантино Польяни, занятый развешиванием на стене некоторых эскизов; appendere – вешать, развешивать; cartone, m – картон, эскиз, набросок) non gli badava più (больше не обращал на него внимания; badare – быть внимательным, обращать внимание, замечать). Per lui, il Colli era un disgraziato fuori della vita (для него Колли был неудачником, выпавшим из жизни; fuori – вне, снаружи, извне), ostinato superstite d’un tempo già tramontato (упрямый пережиток уже ушедшего времени; tramontare – заходить, закатываться, меркнуть), d’una moda già smessa tra gli artisti (моды, уже прекратившейся среди художников; smettere – оставлять, бросать; переставать, прекращать); sciamannato, inculto, noncurante e con l’ozio ormai incarognito nelle ossa (неряшливый, неухоженный, беспечный и с праздностью, уже въевшейся в /самые/ кости; incultо = incolto, необработанный, неухоженный; incarognito – хронический, закоренелый; incarognire – разлагаться, зд: становиться хроническим, усугубляться; ossa – кости). Peccato veramente (жаль действительно), perché poi, quand’era in tèmpera di lavorare (потому что, когда он был в настроении работать; essere in tempera di = essere in vena di – быть в ударе, poi – усиление), poteva dar punti ai migliori (он мог дать фору самым лучшим; dar – краткая форма от dare, dare punti – дать 100 очков вперед, дать фору).

Costantino Pogliani, intento ad appendere alla parete certi cartoni, non gli badava più. Per lui, il Colli era un disgraziato fuori della vita, ostinato superstite d’un tempo già tramontato, d’una moda già smessa tra gli artisti; sciamannato, inculto, noncurante e con l’ozio ormai incarognito nelle ossa. Peccato veramente, perché poi, quand’era in tèmpera di lavorare, poteva dar punti ai migliori.

E lui, il Pogliani, ne sapeva qualche cosa, ché tante volte, lì nello studio (а он, Польяни, кое-что об этом знал, потому что много раз вот здесь в мастерской; ché = perché; lì – усиление), con due tocchi di pollice impressi con energica sprezzatura s’era veduto (он видел, как двумя прикосновениями больших пальцев, вдавленных с энергичным пренебрежением; imprimere – оставлять отпечаток, след; sprezzatura, f, книжн, то же, что disprezzo, m – презрение, пренебрежение) metter su d’un tratto qualche bozzetto che gli cascava dallo stento (/Колли/ делал в один миг некоторые /такие/ наброски, которые ему /самому/ давались /большим/ трудом: «выпадали из труда»; cascare – падать, валиться; stento, m – усилие, труд, напряжение). Ma avrebbe dovuto studiare, almeno un po’ di storia dell’arte, ecco (но ему надо было бы поучиться хотя бы немного истории искусства, вот); regolar la propria vita (упорядочить свою жизнь; regolar – краткая форма от regolare – регулировать, упорядочивать); aver un po’ di cura della persona (немного следить за собой; cura, f – забота, уход; aver cura – заботиться, следить, ухаживать; persona, f – человек, лицо, особа, личность): così cascante di noja e con tutta quella trucia addosso, era inaccostabile, via (такой валящийся /с ног/ от скуки и со всем этим видом нищеты, он был непрезентабельный, правда; trucia, f /диал/. – крайняя нищета; addosso – на себе; accostare – приближаться, сближаться, находиться рядом; in– – приставка со значением отрицания; inaccostabile – человек, с которым невозможно или неприятно находиться рядом via – зд.: «правда» как усилит. междометие)! Lui, il Pogliani… ma già lui aveva fatto finanche due anni d’università (он, Польяни… ну да, он даже два года в университете учился; fare – делать), e poi… signore, campava sul suo… (и потом, Господи, он жил своим трудом: «жил на своем»; campare – жить, существовать; зарабатывать на жизнь, кормиться)… si vedeva (это было видно)…

E lui, il Pogliani, ne sapeva qualche cosa, ché tante volte, lì nello studio, con due tocchi di pollice impressi con energica sprezzatura s’era veduto metter su d’un tratto qualche bozzetto che gli cascava dallo stento. Ma avrebbe dovuto studiare, almeno un po’ di storia dell’arte, ecco; regolar la propria vita; aver un po’ di cura della persona: così cascante di noja e con tutta quella trucia addosso, era inaccostabile, via! Lui, il Pogliani… ma già lui aveva fatto finanche due anni d’università, e poi… signore, campava sul suo… si vedeva…

Due discreti picchi alla porta lo fecero saltare dallo sgabello su cui era montato per appendere i cartoni (два деликатных удара в дверь заставили его спрыгнуть с табуретки, на которую он влез, чтобы повесить эскизы; discreto – умеренный, сдержанный, скромный).

– Eccole (вот они)! E adesso (и что теперь)? – disse al Colli, mostrandogli le pugna (сказал он Колли, показывая ему кулаки; le pugna – уст. форма мн. ч. от pugno, m – кулак; современная форма – i pugni).

– Loro entrano e io me ne esco (они войдут, а я выйду; uscire – выходить), – rispose il Colli senza levarsi (ответил Колли, не поднимаясь). – Ne stai facendo un caso pontificale (ты делаешь из этого целое событие; caso, m – случай, pontificale – папский, архиерейский)! Del resto, potresti anche presentarmi, pezzo d’egoista (впрочем, ты мог бы и представить меня, эгоист этакий; pezzo, m – кусок, зд. в роли усилительного междометия)!

Costantino Pogliani corse ad aprir la porta (Костантино Польяни побежал открывать дверь; correre – бегать, бежать), rassettandosi su la fronte il bel ciuffo biondo riccioluto (поправляя на лбу красивую русую вьющуюся прядь; ciuffo, m – чуб, вихор, прядь; ricciolutо = ricciuto – кудрявый, курчавый; с завитками).

Due discreti picchi alla porta lo fecero saltare dallo sgabello su cui era montato per appendere i cartoni.

– Eccole! E adesso? – disse al Colli, mostrandogli le pugna.

– Loro entrano e io me ne esco, – rispose il Colli senza levarsi. – Ne stai facendo un caso pontificale! Del resto, potresti anche presentarmi, pezzo d’egoista!

Costantino Pogliani corse ad aprir la porta, rassettandosi su la fronte il bel ciuffo biondo riccioluto.

Prima entrò la signora Consalvi, poi la figliuola (сначала вошла синьора Консальви, затем дочка): questa, in gramaglie, col volto nascosto da un fitto velo di crespo (эта /последняя/ в трауре, лицо спрятано за плотной креповой вуалью) e con in mano un lungo rotolo di carta (и с длинным рулоном бумаги в руке; mano, f – кисть руки; rotolo, m – сверток, рулон; carta, f – бумага); quella, vestita d’un bell’abito grigio chiaro (та одета в красивое светло-серое платье), che le stava a pennello su la persona formosa (идеально сидящее на полной фигуре; persona, f – зд.: сложение, фигура). Grigio l’abito (серое платье), grigi i capelli (седые волосы; grigio – серый; седой), giovanilmente acconciati sotto un grazioso cappellino tutto contesto di violette (моложаво уложенные под изящной шляпкой, всей усыпанной фиалками).

Prima entrò la signora Consalvi, poi la figliuola: questa, in gramaglie, col volto nascosto da un fitto velo di crespo e con in mano un lungo rotolo di carta; quella, vestita d’un bell’abito grigio chiaro, che le stava a pennello su la persona formosa. Grigio l’abito, grigi i capelli, giovanilmente acconciati sotto un grazioso cappellino tutto contesto di violette.

La signora Consalvi dava a veder chiaramente che si sapeva ancor fresca e bella (синьора Консальви ясно показывала, что знает, что еще свежа и красива; dare a vedere – показывать, подавать вид, давать понять, veder – краткая форма; sapersi – букв: знать себя, знать о себе) a dispetto dell’età (вопреки возрасту). Poco dopo, sollevando il crespo sul cappello (немногим позже, подняв креп на шляпе), non meno bella si rivelò la figliuola (не менее красивой оказалась /и/ дочка), quantunque pallida e dimessa nel chiuso cordoglio (хотя /она и была/ бледна и слаба, в сдержанной скорби; dimesso – зд.: слабый; chiuso – закрытый, замкнутый; зд.: уединенный, сдержанный).

La signora Consalvi dava a veder chiaramente che si sapeva ancor fresca e bella, a dispetto dell’età. Poco dopo, sollevando il crespo sul cappello, non meno bella si rivelò la figliuola, quantunque pallida e dimessa nel chiuso cordoglio.

Dopo i primi convenevoli (после первых любезностей), il Pogliani si vide costretto a presentare il Colli (Польяни оказался вынужден представить Колли; si vide – букв. увидел себя, обнаружил себя; costringere – вынуждать, принуждать) che era rimasto lì con le mani in tasca (который так и оставался там с руками в карманах; rimanere – оставаться; пребывать), e mezza sigaretta spenta in bocca (и половиной потухшей сигареты во рту), il cappelluccio ancora sul naso (с шапчонкой все еще на носу); e non accennava d’andarsene (и не подавал признаков, что уходит; accenare – подавать знак, намекать).

Dopo i primi convenevoli, il Pogliani si vide costretto a presentare il Colli che era rimasto lì con le mani in tasca, e mezza sigaretta spenta in bocca, il cappelluccio ancora sul naso; e non accennava d’andarsene.

– Scultore (скульптор)? – domandò allora la signorina Consalvi invermigliandosi d’un subito per la sorpresa (спросила тогда синьорина Консальви, мгновенно вспыхнув от неожиданности; invermigliarsi – покраснеть; vermiglio – ярко-красный; алый): – Colli… Ciro (Колли… Чиро)?

– Codicillo, già! (Кодичилло, да) – disse questi impostandosi su l’attenti (сказал тот, вставая по стойке «смирно»; impostarsi – занимать позицию, принимать позу), togliendosi il cappelluccio e scoprendo le folte ciglia giunte e gli occhi accostati al naso (снимая шапчонку и открывая густые сросшиеся брови и глаза, близко посаженные к носу; accostare – приближать, придвигать). – Scultore (скульптор)? Perché no (почему /бы и/ нет)? Anche scultore (скульптор тоже).

– Scultore? – domandò allora la signorina Consalvi invermigliandosi d’un subito per la sorpresa: – Colli… Ciro?

– Codicillo, già! – disse questi impostandosi su l’attenti, togliendosi il cappelluccio e scoprendo le folte ciglia giunte e gli occhi accostati al naso. – Scultore? Perché no? Anche scultore.

– Ma mi avevano detto (но мне говорили), – riprese, impacciata, contrariata, la signorina Consalvi (продолжала смущенная /и/ раздосадованная синьорина Консальви), – che lei non stava più a Roma (что вы больше не живете в Риме; stare – быть, находиться)…

– Ecco… già! Io… come si dice? Passeggio (вот… да! Я… как это говорят? Гуляю), – rispose il Colli (ответил Колли). – Passeggio per il mondo, signorina (я гуляю по миру, синьорина). Stavo prima ozioso fisso a Roma (я сначала все время праздно сидел в Риме; ozioso – праздный; ленивый; напрасный; fisso – неподвижный, прикрепленный, зафиксированный; постоянный), perché avevo vinto la cuccagna: il Pensionato. Poi… (потому что я выиграл приз: Пенсию. Потом…; cuccagna, f – раздолье, изобилие, шест, на который крепится приз во время народных гуляний; paese di Cuccagna – страна Изобилия /страна молочных рек и кисельных берегов/; pensionato – пенсионер)…

– Ma mi avevano detto, – riprese, impacciata, contrariata, la signorina Consalvi, – che lei non stava più a Roma…

– Ecco… già! Io… come si dice? Passeggio, – rispose il Colli. – Passeggio per il mondo, signorina. Stavo prima ozioso fisso a Roma, perché avevo vinto la cuccagna: il Pensionato. Poi…

La signorina Consalvi guardò la madre che rideva, e disse (синьорина Консальви посмотрела на /свою/ мать, которая смеялась, и сказала):

– Come si fa (что будем делать)?

– Debbo andar via (мне уйти; via – прочь, вон)? – domandò il Colli (спросил Колли).

– No, no, al contrario (нет, нет, напротив), – s’affrettò a rispondere la signorina (поспешила ответить синьорина). – La prego anzi di rimanere, perché (я прошу вас, наоборот, остаться, потому что)…

La signorina Consalvi guardò la madre che rideva, e disse:

– Come si fa?

– Debbo andar via? – domandò il Colli.

– No, no, al contrario, – s’affrettò a rispondere la signorina. – La prego anzi di rimanere, perché…

– Combinazioni (/какая/ случайность – зд. в значении «чего только не бывает, мн. ч. – для усиления)! – esclamò la madre; poi, rivolgendosi al Pogliani (воскликнула мать; потом, обращаясь к Польяни): – Ma si rimedierà in qualche modo (но мы все уладим каким-то образом; rimediare – исправлять, налаживать; улаживать, устраивать)… Loro sono amici, non è vero (вы ведь друзья, не правда ли)?

– Amicissimi (очень большие друзья; amico, m – друг; -issimо – увеличит. и усилит. суффикс), – rispose subito il Pogliani (ответил сейчас же Польяни).

E il Colli (а Колли):

– Mi voleva cacciar via a pedate un momento fa, si figuri (он хотел прогнать меня вон пинками минуту назад, представьте; pedata, f – удар ногой, пинок)!

– E sta’ zitto (да помолчи; zitto – молчаливый; stare zitto – /за/молчать)! – gli diede su la voce il Pogliani (повысил на него голос Польяни; dare su – напирать, ударять; voce, f – голос). – Prego, signore mie, s’accomodino (прошу, мои синьоры, располагайтесь). Di che si tratta (о чем идет речь)?

– Combinazioni! – esclamò la madre; poi, rivolgendosi al Pogliani: – Ma si rimedierà in qualche modo… Loro sono amici, non è vero?

– Amicissimi, – rispose subito il Pogliani.

E il Colli:

– Mi voleva cacciar via a pedate un momento fa, si figuri!

– E sta’ zitto! – gli diede su la voce il Pogliani. – Prego, signore mie, s’accomodino. Di che si tratta?

– Ecco (видите ли; ecco – вот, может использоваться как вводное слово для начала разговора), – cominciò la signora Consalvi, sedendo (начала синьора Консальви, садясь). – La mia povera figliuola ha avuto la sciagura di perdere improvvisamente il fidanzato (моя бедная дочка имела несчастье внезапно потерять жениха).

– Ah sì (ах, да)?

– Oh (ох)!

– Terribile (ужасно). Proprio alla vigilia delle nozze, si figurino (прямо накануне свадьбы, представьте себе)! Per un accidente di caccia (из-за несчастного случая на охоте). Forse l’avranno letto su i giornali (может быть, вы читали в газетах). Giulio Sorini (Джулио Сорини).

– Ah, Sorini, già (ах, действительно, Сорини)! – disse il Pogliani (сказал Польяни). – Che gli esplose il fucile (у которого взорвалось ружье; esplodere – взрываться)?

– Ecco, – cominciò la signora Consalvi, sedendo. – La mia povera figliuola ha avuto la sciagura di perdere improvvisamente il fidanzato.

– Ah sì?

– Oh!

– Terribile. Proprio alla vigilia delle nozze, si figurino! Per un accidente di caccia. Forse l’avranno letto su i giornali. Giulio Sorini.

– Ah, Sorini, già! – disse il Pogliani. – Che gli esplose il fucile?

– Su i primi del mese scorso… cioè, no… l’altro… (в первых числах прошлого месяца… то есть нет… еще того; altro – другой, предыдущий)… insomma, fanno ora tre mesi (короче, сейчас уже прошло: «сделалось»; три месяца). Il poverino era un po’ nostro parente (бедняжка был нашим дальним родственником un po’ – краткая форма от un poco, немного): figlio d’un mio cugino che se n’andò in America dopo la morte della moglie (сыном одного моего кузена, который уехал в Америку после смерти жены). Ora, ecco, Giulietta (и вот, теперь Джульетта) (perché si chiama Giulia anche lei (потому что ее тоже зовут Джулия))…

Un bell’inchino da parte del Pogliani (изящный поклон со стороны Польяни).

– Su i primi del mese scorso… cioè, no… l’altro… insomma, fanno ora tre mesi. Il poverino era un po’ nostro parente: figlio d’un mio cugino che se n’andò in America dopo la morte della moglie. Ora, ecco, Giulietta (perché si chiama Giulia anche lei)…

Un bell’inchino da parte del Pogliani.

– Giulietta, – seguitò la madre (Джульетта, – продолжала мать), – avrebbe pensato d’innalzare un monumento nel Verano alla memoria del fidanzato (хотела бы воздвигнуть в Верано памятник в память о женихе; Верано – кладбище в Риме), che si trova provvisoriamente in un loculo riservato (который временно лежит в особой нише; trovarsi – быть, находиться, располагаться; riservato – отдельный, отложенный, зарезервированный); e avrebbe pensato di farlo in un certo modo (и она подумала сделать это определенным образом)… Perché lei, mia figlia, ha avuto sempre veramente una grande passione per il disegno (потому что она, моя дочь, всегда очень увлекалась рисованием: «имела большую страсть к рисованию»; passione, f – страсть, пристрастие, увлечение).

– Giulietta, – seguitò la madre, – avrebbe pensato d’innalzare un monumento nel Verano alla memoria del fidanzato, che si trova provvisoriamente in un loculo riservato; e avrebbe pensato di farlo in un certo modo… Perché lei, mia figlia, ha avuto sempre veramente una grande passione per il disegno.

– No… così… (да нет… так…) – interruppe, timida, con gli occhi bassi, la signorina in gramaglie (перебила, застенчиво опустив глаза, синьорина в трауре; timido – робкий, застенчивый). – Per passatempo, ecco (для развлечения, так)…

– Scusa, se il povero Giulio voleva anzi che prendessi lezioni (прости, но раз бедный Джулио хотел, напротив, чтобы ты брала уроки)…

– Mamma, ti prego (мама, прошу тебя)… – insisté la signorina (настойчиво /сказала/ синьорина; insistere – настаивать, упорствовать). – Io ho veduto in una rivista illustrata il disegno del monumento funerario del signore qua… del signor Colli (я увидела в одном иллюстрированном журнале рисунок надгробного памятника этого синьора… синьора Колли), che mi è molto piaciuto, e (который мне очень понравился, и)…

– Ecco, già (вот, именно), – appoggiò la madre (поддержала мать), per venire in ajuto alla figliuola che si smarriva (чтобы прийти на помощь смутившейся дочке; smarrirsi – теряться, сбиваться, смущаться).

– No… così… – interruppe, timida, con gli occhi bassi, la signorina in gramaglie. – Per passatempo, ecco…

– Scusa, se il povero Giulio voleva anzi che prendessi lezioni…

– Mamma, ti prego… – insisté la signorina. – Io ho veduto in una rivista illustrata il disegno del monumento funerario del signore qua… del signor Colli, che mi è molto piaciuto, e…

– Ecco, già, – appoggiò la madre, per venire in ajuto alla figliuola che si smarriva.

– Però, – soggiunse questa (однако, – добавила та; soggiungere – прибавлять, добавлять /что-либо к сказанному/), – con qualche modificazione l’avrei pensato io (я сама задумала его с некоторыми изменениями)…

– Scusi, qual è? – domandò il Colli (простите, какой это? – спросил Колли). – Ne ho fatti parecchi, io, di questi disegni (я их много сделал, этих рисунков), con la speranza di avere almeno qualche commissione dai morti (в надежде иметь хотя бы какие-нибудь заказы от мертвых), visto che i vivi (раз уж живые)…

– Lei, scusi, signorina (вы, простите, синьорина), – interloquí il Pogliani, un po’ piccato nel vedersi messo così da parte (вмешался Польяни, немного раздосадованный тем, что оказался отодвинутым в сторону: «видя себя отодвинутым так в сторону»), – ha ideato un monumento su qualche disegno del mio amico (придумали памятник на основе какого-то рисунка моего друга)?

– Però, – soggiunse questa, – con qualche modificazione l’avrei pensato io…

– Scusi, qual è? – domandò il Colli. – Ne ho fatti parecchi, io, di questi disegni, con la speranza di avere almeno qualche commissione dai morti, visto che i vivi…

– Lei, scusi, signorina, – interloquí il Pogliani, un po’ piccato nel vedersi messo così da parte, – ha ideato un monumento su qualche disegno del mio amico?

– No, proprio uguale, no… ecco (нет, не совсем такой же… вот; uguale – одинаковый), – rispose vivacemente la signorina (живо ответила девушка). – Il disegno del signor Colli rappresenta la Morte che attira la Vita, se non sbaglio (рисунок господина Колли представляет собой Смерть, которая притягивает /к себе/ Жизнь, если я не ошибаюсь)…

– Ah, ho capito! – esclamò il Colli (а, я понял! – воскликнул Колли). – Uno scheletro col lenzuolo, è vero (скелет в простыне, правда)? Che s’indovina appena, rigido, tra le pieghe (который едва угадывается, одеревенелый, посреди складок), e ghermisce la Vita (и хватается за Жизнь; ghermire – хватать/схватывать когтями), un bel tocco di figliuola che non ne vuol sapere (прекрасную, цветущую девушку, которая знать ничего не хочет; tocco, m – зд.: большой кусок, ломоть: tocco di figliuola – здоровая/цветущая девушка)… Sì, sì… Bellissimo! Magnifico! Ho capito (да, да… прекрасно! Великолепно! Я понял).

– No, proprio uguale, no… ecco, – rispose vivacemente la signorina. – Il disegno del signor Colli rappresenta la Morte che attira la Vita, se non sbaglio…

– Ah, ho capito! – esclamò il Colli. – Uno scheletro col lenzuolo, è vero? Che s’indovina appena, rigido, tra le pieghe, e ghermisce la Vita, un bel tocco di figliuola che non ne vuol sapere… Sì, sì… Bellissimo! Magnifico! Ho capito.

La signora Consalvi non poté tenersi di ridere di nuovo (синьора Консальви не смогла удержаться от того, чтобы снова не засмеяться), ammirando la sfacciataggine di quel bel tipo (любуясь бесстыдством этого оригинала; sfacciatо – наглый, нахальный, бесстыдный; bel tipo – тип, штучка, оригинал).

– Modesto, sa (скромный, да; sapere – знать, здесь вводное слово со значением усиления)? – disse il Pogliani alla signora (сказал Польяни синьоре). – Genere particolare (особый жанр).

– Su, Giulia (давай, Джулия), – fece la signora Consalvi levandosi (сказала синьора Консальви, вставая; fare – в значении «говорить»). – Forse è meglio che tu faccia vedere senz’altro il disegno (наверное, будет лучше, если ты немедленно покажешь рисунок; senz’altro – конечно, непременно; немедленно, тут же, сразу же).

La signora Consalvi non poté tenersi di ridere di nuovo, ammirando la sfacciataggine di quel bel tipo.

– Modesto, sa? – disse il Pogliani alla signora. – Genere particolare.

– Su, Giulia, – fece la signora Consalvi levandosi. – Forse è meglio che tu faccia vedere senz’altro il disegno.

– Aspetta, mamma, – pregò la signorina (подожди, мама. – попросила девушка). – È bene spiegarsi prima con il signor Pogliani, francamente (будет хорошо объясниться сначала откровенно с синьором Польяни). Quando mi nacque l’idea del monumento (когда у меня возникла идея памятника; nascere – родиться, возникнуть), devo confessare che pensai subito al signor Colli (должна сознаться, что я сразу подумала о господине Колли). Sì. Per via di quel disegno (да. Из-за того рисунка). Ma mi dissero, ripeto, che Lei non stava più a Roma (но мне сказали, повторяю, что Вы уже не живете в Риме; stare – быть, находиться). Allora m’ingegnai d’adattare da me il suo disegno all’idea al sentimento mio (тогда я постаралась сама приспособить его рисунок к моей идее и моему чувству), a trasformarlo cioè in modo che potesse rappresentare il mio caso e il proposito mio (то есть преобразовать его таким образом, чтобы он мог представлять собой мой случай и мое намерение). Mi spiego (понятно; spiegarsi – объясниться)?

– Aspetta, mamma, – pregò la signorina. – È bene spiegarsi prima con il signor Pogliani, francamente. Quando mi nacque l’idea del monumento, devo confessare che pensai subito al signor Colli. Sì. Per via di quel disegno. Ma mi dissero, ripeto, che Lei non stava più a Roma. Allora m’ingegnai d’adattare da me il suo disegno all’idea al sentimento mio, a trasformarlo cioè in modo che potesse rappresentare il mio caso e il proposito mio. Mi spiego?

– A meraviglia! – approvò il Pogliani (превосходно! – одобрил Польяни).

– Lasciai, – seguitò la signorina (я оставила, – продолжала девушка), – le due figurazioni della Morte e della Vita (два изображения Смерти и Жизни), ma togliendo affatto la violenza dell’aggressione, ecco (но полностью убрав насилие в нападении, вот). La Morte non ghermisce più la Vita (Смерть уже не хватает Жизнь), ma questa anzi (а наоборот эта /последняя/), volentieri (охотно), rassegnata al destino, si sposa alla Morte (смирившись с судьбой, сочетается браком со Смертью).

– A meraviglia! – approvò il Pogliani.

– Lasciai, – seguitò la signorina, – le due figurazioni della Morte e della Vita, ma togliendo affatto la violenza dell’aggressione, ecco. La Morte non ghermisce più la Vita, ma questa anzi, volentieri, rassegnata al destino, si sposa alla Morte.

– Si sposa (сочетается браком)? – fece il Pogliani, frastornato (сказал ошеломленный Польяни).

– Alla Morte (со Смертью)! – gli gridò il Colli (крикнул ему Колли). – Lascia dire (дай сказать)!

– Alla Morte (со Смертью), – ripeté con un modesto sorriso la signorina (повторила со скромной улыбкой девушка). – E ho voluto anzi rappresentare chiaramente il simbolo delle nozze (и я захотела, более того, ясно представить символ брака; anzi – зд.: даже, более того). Lo scheletro sta rigido (скелет стоит одеревеневший), come lo ha disegnato il signor Colli (как его нарисовал господин Колли), ma di tra le pieghe del funebre paludamento vien fuori (но из складок погребальной мантии высовывается: «выходит наружу»; paludamento, m – мантия), appena (едва), una mano che regge l’anello nuziale (рука, которая держит обручальное кольцо). La Vita, in atto modesto e dimesso (Жизнь скромным и покорным движением; atto, m – дело, поступок, действие; жест), si stringe accanto allo scheletro e tende la mano a ricevere quell’anello (прижимается к скелету и протягивает руку, чтобы принять это кольцо).

– Si sposa? – fece il Pogliani, frastornato.

– Alla Morte! – gli gridò il Colli. – Lascia dire!

– Alla Morte, – ripeté con un modesto sorriso la signorina. – E ho voluto anzi rappresentare chiaramente il simbolo delle nozze. Lo scheletro sta rigido, come lo ha disegnato il signor Colli, ma di tra le pieghe del funebre paludamento vien fuori, appena, una mano che regge l’anello nuziale. La Vita, in atto modesto e dimesso, si stringe accanto allo scheletro e tende la mano a ricevere quell’anello.

– Bellissimo (прекрасно)! Magnifico (великолепно)! Lo vedo (я это вижу)! – proruppe allora il Colli (воскликнул тогда Колли; prorompere – прорваться, разразиться). – Questa è un’altra idea (это другая идея)! Stupenda (потрясающая)! Un’altra cosa (другая вещь), diversissima (совершенно отличная; diverso – отличающийся, различный, неодинаковый; -issimo – увеличительный и усилительный суффикс)! Stupenda (потрясающая)! L’anello (кольцо)… Il dito (палец)… Magnifico (великолепно)!

– Bellissimo! Magnifico! Lo vedo! – proruppe allora il Colli. – Questa è un’altra idea! stupenda! Un’altra cosa, diversissima! stupenda! L’anello… Il dito… Magnifico!

– Ecco, sì (ну, да), – soggiunse la signorina (добавила девушка), invermigliandosi di nuovo a quella lode impetuosa (вновь покраснев от этой пылкой похвалы; impeto, m – порыв, натиск; воодушевление). – Credo anch’io che sia un po’ diversa (я тоже думаю, что она немного отличная). Ma è innegabile che ho tratto partito dal disegno e che… (но несомненно, что я использовала рисунок и что; partito, m – зд.: польза, выгода; trarre partito da qc – извлечь выгоду, использовать)…

– Ma non se ne faccia scrupolo (но вы этого не стесняйтесь; scrupolo, m – щепетильность, совестливость; деликатность; farsi scrupolo – совеститься)! – esclamò il Colli (воскликнул Колли). – La sua idea è molto più bella della mia (ваша идея гораздо лучше моей), ed è sua (и она ваша)! Del resto, la mia (впрочем, моя)… chi sa di chi era (кто знает, чьей она была)!

La signorina Consalvi alzò le spalle e abbassò gli occhi (синьорина Консальви пожала плечами и опустила глаза).

– Ecco, sì, – soggiunse la signorina, invermigliandosi di nuovo a quella lode impetuosa. – Credo anch’io che sia un po’ diversa. Ma è innegabile che ho tratto partito dal disegno e che…

– Ma non se ne faccia scrupolo! – esclamò il Colli. – La sua idea è molto più bella della mia, ed è sua! Del resto, la mia… chi sa di chi era!

La signorina Consalvi alzò le spalle e abbassò gli occhi.

– Se devo dire la verità (если я должна сказать правду), – interloquí la madre, scotendosi (вмешалась мать, вздрогнув; scuotersi – трястись, содрогаться = scotersi – книжн.), – lascio fare la mia figliuola (я предоставляю свободу моей дочке), ma a me l’idea non piace per nientissimo affatto (но мне идея не нравится совсем, абсолютно; per niente – совсем нет, nientissimo – /разг./ с использованием увеличительного суффикса для усиления: ни чуточки).

– Mamma, ti prego (мама, прошу тебя)… – ripeté la figlia (повторила дочь); poi volgendosi al Pogliani, riprese (затем, обращаясь к Польяни, продолжала): – Ora, ecco, io domandai consiglio al commendator Seralli (и вот, я спросила совета у почтеннейшего Сералли), nostro buon amico (нашего хорошего друга)…

– Che doveva fare da testimonio alle nozze (который должен был быть свидетелем на свадьбе), – aggiunse la madre, sospirando (добавила мать, вздыхая; aggiungere – добавлять, прибавлять).

– E avendoci il commendatore fatto il nome di lei (и поскольку почтеннейший назвал нам ваше имя), – seguitò l’altra (продолжала та; altra – другая), – siamo venute per (мы пришли, чтобы)…

– Se devo dire la verità, – interloquí la madre, scotendosi, – lascio fare la mia figliuola, ma a me l’idea non piace per nientissimo affatto.

– Mamma, ti prego… – ripeté la figlia; poi volgendosi al Pogliani, riprese: – Ora, ecco, io domandai consiglio al commendator Seralli, nostro buon amico…

– Che doveva fare da testimonio alle nozze, – aggiunse la madre, sospirando.

– E avendoci il commendatore fatto il nome di lei, – seguitò l’altra, – siamo venute per…

– No, no, scusi, signorina (нет, нет, простите, синьорина), – s’affrettò a dire il Pogliani (поспешил сказать Польяни). – Poiché ha trovato qua il mio amicо (поскольку вы нашли здесь моего друга)…

– Oh fa’ il piacere (ой, сделай одолжение)! Non mi seccare (не докучай мне)! – proruppe il Colli (воскликнул Колли), scrollandosi furiosamente e avviandosi per uscire (яростно отряхиваясь и направляясь к выходу; prorompere – прорваться, разразиться; uscire – выходить).

Il Pogliani lo trattenne per un braccio (Польяни удержал его за руку), a viva forza (силой: «живой силой»).

– Scusa, guarda (извини, посмотри)… se la signorina (если синьорина)… non hai inteso (ты не понял)? S’è rivolta a me perché ti sapeva fuori di Roma (обратилась ко мне, потому что знала, что ты не в Риме: «вне Рима»; sapere – знать; fuori – вне, снаружи).

– No, no, scusi, signorina, – s’affrettò a dire il Pogliani. – Poiché ha trovato qua il mio amico…

– Oh fa’ il piacere! Non mi seccare! – proruppe il Colli, scrollandosi furiosamente e avviandosi per uscire.

Il Pogliani lo trattenne per un braccio, a viva forza.

– Scusa, guarda… se la signorina… non hai inteso? S’è rivolta a me perché ti sapeva fuori di Roma…

– Ma se ha cambiato tutto (но если она все изменила)! – esclamò il Colli (воскликнул Колли), divincolandosi (вырываясь). – Lasciami (оставь меня)! Che c’entro più io (при чем тут я еще)? È venuta qua da te (она пришла сюда к тебе)! Scusi, signorina (извините, синьорина); scusi, signora (извините, синьора), io le riverisco (мое почтение: «выражаю вам почтение»; riverire – чтить, почитать, кланяться)…

– Oh sai (ну, знаешь)! – disse il Pogliani (сказал Польяни), risoluto (решительно), senza lasciarlo (не выпуская его). – Io non lo faccio (я этого не сделаю); non lo farai neanche tu (ты тоже не сделаешь; neanche – тоже нет), e non lo farà nessuno dei due (и ни один из двух не сделает)…

– Ma, scusino… insieme (но, простите… а вместе)? – propose allora la madre (предложила тогда мать). – Non potrebbero insieme (вы не могли бы вместе)?

– Ma se ha cambiato tutto! – esclamò il Colli, divincolandosi. – Lasciami! Che c’entro più io? È venuta qua da te! Scusi, signorina; scusi, signora, io le riverisco…

– Oh sai! – disse il Pogliani, risoluto, senza lasciarlo. – Io non lo faccio; non lo farai neanche tu, e non lo farà nessuno dei due…

– Ma, scusino… insieme? – propose allora la madre. – Non potrebbero insieme?

– Sono dolente d’aver cagionato (я сожалею, что стала причиной; cagionare – причинять) … – si provò ad aggiungere la signorina (попыталась добавить девушка).

– Ma no (да нет)! – dissero a un tempo il Colli e il Pogliani (сказали одновременно Колли и Польяни; tempo, m – время).

Seguitò il Colli (Колли продолжил):

– Io non c’entro più per nulla, signorina (я тут уже больше совсем ни при чем, синьорина)! E poi, guardi (и потом, видите /ли/), non ho più studio (е меня больше нет мастерской), non so più concluder nulla (я больше не могу ничего добиться; concludere – завершить, закончить, довести дело до конца, добиться результата), altro che di dire male parole a tutti quanti (кроме как говорить всем гадости; parola, f – слово; male parole – дурные слова, ругательства)… Lei deve assolutamente costringere quest’imbecille qua (Вы должны во что бы то ни стало заставить вот этого дурака)…

– Sono dolente d’aver cagionato… – si provò ad aggiungere la signorina.

– Ma no! – dissero a un tempo il Colli e il Pogliani.

Seguitò il Colli:

– Io non c’entro più per nulla, signorina! E poi, guardi, non ho più studio, non so più concluder nulla, altro che di dire male parole a tutti quanti… Lei deve assolutamente costringere quest’imbecille qua…

– È inutile, sai (это бесполезно, знаешь)? – disse il Pogliani (сказал Польяни). – O insieme (или вместе), come propone la signora (как предлагает синьора), o io non accetto (или я не согласен; accettare – принимать, признавать, соглашаться).

– Permette, signorina (позвольте, синьорина)? – fece allora il Colli (сказал тогда Колли), stendendo una mano verso il rotolo di carta ch’ella teneva accanto sul canapè (протягивая руку к рулону бумаги, который она держала рядом, на канапе). – Mi muojo dal desiderio di veder il suo disegno (я умираю от желания увидеть ваш рисунок; morire – умирать; mi muoio – возвратная форма – разг.). Quando l’avrò veduto (когда я его увижу)…

– È inutile, sai? – disse il Pogliani. – O insieme, come propone la signora, o io non accetto.

– Permette, signorina? – fece allora il Colli, stendendo una mano verso il rotolo di carta ch’ella teneva accanto sul canapè. – Mi muojo dal desiderio di veder il suo disegno. Quando l’avrò veduto…

– Oh, non s’immagini nulla di straordinario (о, не воображайте себе ничего особенного; straordinario – необыкновенный, необычный, чрезвычайный), per carità (ради Бога; carità, f – человеколюбие, любовь к ближнему; милосердие; per carità – пощадите! ради Бога! Боже упаси!)! – premise la signorina Consalvi (заметила синьорина Консальви; premettere – предпосылать), svolgendo con le mani tremolanti il rotolo (разворачивая дрожащими руками рулон). – So tenere appena la matita (я едва умею держать карандаш)… Ho buttato giù quattro segnacci (я набросала несколько каракулей; quattro – зд. несколько, segno – знак, символ, отметина, -accio – уничижительный суффикс), tanto per render l’idea… ecco (только чтобы передать идею… вот)…

– Oh, non s’immagini nulla di straordinario, per carità! – premise la signorina Consalvi, svolgendo con le mani tremolanti il rotolo. – So tenere appena la matita… Ho buttato giù quattro segnacci, tanto per render l’idea… ecco…

– Vestita (одетая)?! – esclamò subito il Colli (воскликнул сразу Колли), come se avesse ricevuto un urtone guardando il disegno (как если бы он получил сильный толчок, глядя на рисунок; urto – толчок, -one – увеличительный суффикс).

– Come… vestita (в каком смысле… одетая; come – как, каким образом)? – domandò, timida e ansiosa la signorina (спросила смущенная и взволнованная девушка).

– Ma no, scusi (ну нет, извините)! – riprese con calore il Colli (продолжал с жаром Колли; riprendere – возобновлять, продолжать). – Lei ha fatto la Vita in camicia (вы нарисовали Жизнь в рубашке; fare – делать, создавать)… cioè, con la tunica, diciamo (то есть, скажем, в тунике)! Ma no, nuda, nuda, nuda (но нет, голая, голая, голая)! La Vita dev’esser nuda (Жизнь должна быть голой), signorina mia (моя синьорина), che c’entra (при чем здесь это)!

– Vestita?! – esclamò subito il Colli, come se avesse ricevuto un urtone guardando il disegno.

– Come… vestita? – domandò, timida e ansiosa la signorina.

– Ma no, scusi! – riprese con calore il Colli. – Lei ha fatto la Vita in camicia… cioè, con la tunica, diciamo! Ma no, nuda, nuda, nuda! La Vita dev’esser nuda, signorina mia, che c’entra!

– Scusi (простите), – disse con gli occhi bassi, la signorina Consalvi (сказала, опустив глаза, синьорина Консальви). – La prego di guardar più attentamente (прошу вас посмотреть внимательнее: «более внимательно»).

– Ma sì, vedo (ну да, вижу), – replicò con maggior vivacità il Colli (ответил еще оживленнее: «с большей оживленностью», Колли). – Lei ha voluto raffigurarsi qua (вы захотели здесь изобразить себя), ha voluto fare il suo ritratto (захотели сделать свой портрет); ma lasciamo andare che Lei è molto più bella (но оставим в стороне, что вы гораздо красивее; lasciare andare – махнуть рукой, не обращать внимания, бросить, смотреть сквозь пальцы); qua siamo nel campo… nel camposanto dell’arte, scusi (здесь мы на территории… на кладбище искусства, простите!; игра слов: campo – поле /в т. ч. поле деятельности/, область, одновременно является первой частью составного слова camposanto – кладбище, букв. «святое поле»)!… E questa vuol essere la Vita che si sposa alla Morte (и это должно быть /изображением/ Жизни, которая сочетается браком со Смертью).

– Scusi, – disse con gli occhi bassi, la signorina Consalvi. – La prego di guardar più attentamente.

– Ma sì, vedo, – replicò con maggior vivacità il Colli. – Lei ha voluto raffigurarsi qua, ha voluto fare il suo ritratto; ma lasciamo andare che Lei è molto più bella; qua siamo nel campo… nel camposanto dell’arte, scusi! E questa vuol essere la Vita che si sposa alla Morte.

Ora, se lo scheletro è panneggiato (так вот, если скелет задрапирован), la Vita dev’esser nuda (Жизнь должна быть голой), c’è poco da dire (тут и говорить нечего: «тут мало есть, что сказать); tutta nuda e bellissima, signorina(вся голая и прекрасная, синьорина), per compensare col contrasto la presenza macabra dello scheletro involto (чтобы компенсировать по контрасту мрачное присутствие завернутого скелета)! Nuda, Pogliani, non ti pare (голая, Польяни, тебе так не кажется)? Nuda, è vero, signora (голая, правда, синьора)?

Ora, se lo scheletro è panneggiato, la Vita dev’esser nuda, c’è poco da dire; tutta nuda e bellissima, signorina, per compensare col contrasto la presenza macabra dello scheletro involto! Nuda, Pogliani, non ti pare? Nuda, è vero, signora?

Tutta nuda, signorina mia (совсем голая, дорогая синьорина; tutta – вся)! Nudissima, dal capo alle piante (обнаженнейшая, с головы до ног; pianta, f – подошва ноги)! Creda pure che altrimenti (поверьте же, что иначе), così, verrebbe una scena da ospedale (так получится сцена в больнице): quello col lenzuolo (этот в простыне), questa con l’accappatojo (та в халате)… Dobbiamo fare scultura (мы должны заниматься скульптурой: «делать скульптуру»), e non c’è ragioni che tengano (и ничто не может этому помешать: «нет аргументов /против/, которые бы выдержали»)!

Tutta nuda, signorina mia! Nudissima, dal capo alle piante! Creda pure che altrimenti, così, verrebbe una scena da ospedale: quello col lenzuolo, questa con l’accappatojo… Dobbiamo fare scultura, e non c’è ragioni che tengano!

– No, no, scusi (нет, нет, простите), – disse la signorina Consalvi alzandosi con la madre (сказала синьорина Консальви, вставая вместе с матерью). – Lei avrà forse ragione, dal lato dell’arte (вы, вероятно, правы с точки зрения искусства; lato, m – сторона); non nego (я не отрицаю), ma io voglio dire qualche cosa (но я хочу сказать нечто), che soltanto così potrei esprimere (что могла бы выразить только так). Facendo come vorrebbe Lei (делая так, как хотели бы Вы = если делать так…), dovrei rinunciarvi (мне пришлось бы от этого отказаться).

– No, no, scusi, – disse la signorina Consalvi alzandosi con la madre. – Lei avrà forse ragione, dal lato dell’arte; non nego, ma io voglio dire qualche cosa, che soltanto così potrei esprimere. Facendo come vorrebbe Lei, dovrei rinunciarvi.

– Ma perché, scusi (но почему, извините)? Perché Lei vede qua la sua persona e non il simbolo, ecco (потому что вы здесь видите саму себя: «свою персону»; вот)! Dire che sia bello, scusi, non si potrebbe dire (/и/ сказать, что это красиво, простите, так сказать было бы нельзя)…

– Ma perché, scusi? Perché Lei vede qua la sua persona e non il simbolo, ecco! Dire che sia bello, scusi, non si potrebbe dire…

E la signorina (а девушка):

– Niente bello, lo so (ничего красивого, я знаю); ma appunto come dice lei (но именно как вы говорите), non il simbolo ho voluto rappresentare (не символ я хотела представить), ma la mia persona (но саму себя), il mio caso (мой случай), la mia intenzione (мое намерение), e non potrei che così (и я не смогла бы иначе /чем так/). Penso poi anche al luogo dove il monumento dovrà sorgere (я думаю еще о месте, где должен будет встать памятник)… Insomma, non potrei transigere (в общем, я не смогла бы пойти на компромисс).

E la signorina:

– Niente bello, lo so; ma appunto come dice lei, non il simbolo ho voluto rappresentare, ma la mia persona, il mio caso, la mia intenzione, e non potrei che così. Penso poi anche al luogo dove il monumento dovrà sorgere… Insomma, non potrei transigere.

Il Colli aprí le braccia e s’insaccò nelle spalle (Колли развел руками и пожал плечами; aprire – открывать, раскрывать; spalla, f – плечо, insaccarsi nelle spalle – пожать плечами).

– Opinioni (/вопрос/ мнений; opinione, f – мнение)!

– O piuttosto (или, скорее), – corresse la signorina con un dolce, mestissimo sorriso (поправила девушка с нежной, очень грустной улыбкой; correggere – исправлять, поправлять), – un sentimento da rispettare (чувство, которое нужно уважать)!

Il Colli aprí le braccia e s’insaccò nelle spalle.

– Opinioni!

– O piuttosto, – corresse la signorina con un dolce, mestissimo sorriso, – un sentimento da rispettare!

Stabilirono che i due amici si sarebbero intesi per tutto il resto col commendator Seralli (решили, что два друга договорятся обо всем остальном с почтеннейшим Сералли; intendersi – договариваться, приходить к соглашению), e poco dopo la signora Consalvi e la figliuola in gramaglie tolsero commiato (и вскоре синьора Консальви и дочка в трауре распрощались; commiato, m – прощание; prendere/togliere commiato – распрощаться, проститься).

Stabilirono che i due amici si sarebbero intesi per tutto il resto col commendator Seralli, e poco dopo la signora Consalvi e la figliuola in gramaglie tolsero commiato.

Ciro Colli – due passetti – trallarallèro trallarallà – girò sopra un calcagno e si fregò le mani (Чиро Колли – /сделал/ пару па – труляля – траляля – повернулся на каблуке и потер руки; calcagno, m – пятка).

Ciro Colli – due passetti – trallarallèro trallarallà – girò sopra un calcagno e si fregò le mani.

Circa una settimana dopo (примерно неделю спустя), Costantino Pogliani si recò in casa Consalvi (Костантино Польяни отправился в дом Консальви) per invitar la signorina a qualche seduta per l’abbozzo della testa (чтобы пригласить синьорину на несколько сеансов для эскиза головы).

Circa una settimana dopo, Costantino Pogliani si recò in casa Consalvi per invitar la signorina a qualche seduta per l’abbozzo della testa.

Dal commendator Seralli (от почтеннейшего Сералли), amico molto intimo della signora Consalvi (очень близкого друга синьоры Консальви), aveva saputo che il Sorini (он узнал, что Сорини), sopravvissuto tre giorni allo sciagurato incidente (проживший три дня после злополучного несчастного случая; sopravvivere – переживать, оставаться в живых), aveva lasciato alla fidanzata tutta intera la cospicua fortuna ereditata dal padre (оставил невесте все целиком солидное состояние, унаследованное /им/ от отца), e che però quel monumento doveva esser fatto senza badare a spese (и что поэтому этот памятник должен был быть сделан, не жалея затрат; badare – обращать внимание; заботиться; spesa, f – расход, затрата, издержка; spendere – тратить, расходовать).

Dal commendator Seralli, amico molto intimo della signora Consalvi, aveva saputo che il Sorini, sopravvissuto tre giorni allo sciagurato incidente, aveva lasciato alla fidanzata tutta intera la cospicua fortuna ereditata dal padre, e che però quel monumento doveva esser fatto senza badare a spese.

Epuisé (обессиленным /фр./) s’era dichiarato il commendator Seralli (объявил себя почтеннейший Сералли) delle cure (от забот), dei pensieri (от дум), delle noje (от хлопот; noia, f – тоска, скука, досада; pl – неприятности, хлопоты) che gli eran diluviati da quella sciagura (которые хлынули на него из-за этого несчастья; diluviare – лить, как из ведра; перен.: изобиловать); noje (хлопоты), cure (заботы), pensieri (думы), aggravati dal caratterino un po’ (усугубленных характером немного; caratterino – тяжелый, трудный характерец)… emporté, voilà (вспыльчивым, вот /фр./), della signorina Consalvi (синьорины Консальви), la quale, sì, poverina (которая, да, бедняжка), meritava veramente compatimento (действительно, заслуживала сочувствия); ma pareva, buon Dio (но казалось, Боже правый), si compiacesse troppo nel rendersi più grave la pena (что она находит слишком много удовольствия в том, чтобы сделать более тяжелым свое страдание).

Epuisé s’era dichiarato il commendator Seralli delle cure, dei pensieri, delle noje che gli eran diluviati da quella sciagura; noje, cure, pensieri, aggravati dal caratterino un po’… emporté, voilà, della signorina Consalvi, la quale, sì, poverina, meritava veramente compatimento; ma pareva, buon Dio, si compiacesse troppo nel rendersi più grave la pena.

Oh, uno choc orribile, chi diceva di no (ах, ужасный шок, кто же отрицает; dire di no – говорить нет, отказывать, отрицать)? Un vero fulmine a ciel sereno (настоящий гром среди ясного неба; fulmine, m – молния)! E tanto buono lui, il Sorini, poveretto (и он /был/ такой хороший, бедняжка Сорини)! Anche un bel giovine, sì (еще и красивый юноша, да; giovine – уст. от giovane). E innamoratissimo (и очень влюбленный)! La avrebbe resa felice senza dubbio, quella figliuola (он, без сомнения, сделал бы ее счастливой, эту девушку). E forse per questo era morto (и, может быть, поэтому, он умер; morire – умирать).

Oh, uno choc orribile, chi diceva di no? Un vero fulmine a ciel sereno! E tanto buono lui, il Sorini, poveretto! Anche un bel giovine, sì. E innamoratissimo! La avrebbe resa felice senza dubbio, quella figliuola. E forse per questo era morto.

Pareva anche fosse morto e fosse stato tanto buono per accrescer le noje del commendator Seralli (а еще, казалось, что он умер и что он был таким хорошим, чтобы увеличить хлопоты почтеннейшего Сералли; accrescer – краткая форма).

Pareva anche fosse morto e fosse stato tanto buono per accrescer le noje del commendator Seralli.

Ma figurarsi che la signorina non aveva voluto disfarsi della casa (ну, /только/ представить себе, что синьорина не захотела избавиться от дома) che egli, il fidanzato, aveva già messa su di tutto punto (который он, жених, уже полностью обустроил; di tutto punto – целиком, полностью, в совершенстве): un vero nido (настоящее гнездышко; nido, m – гнездо), un joli rêve de luxe et de bien-être (чудесное /воплощение/ мечты о роскоши и благополучии /фр./). Ella vi aveva portato tutto il suo bel corredo da sposa (она отвезла туда все свое прекрасное приданое невесты; corredo, m – приданое; sposa, f – невеста, жена), e stava lì gran parte del giorno (и находилась там большую часть дня), a piangere (чтобы плакать), no; a straziarsi fantasticando intorno alla sua vita di sposina così miseramente stroncata (нет, чтобы терзаться, воображая свою так ужасно оборванную жизнь женушки; intorno – вокруг, miseramente – жалко, убого, провально)… arrachée… (вырванную /фр./)…

Ma figurarsi che la signorina non aveva voluto disfarsi della casa, che egli, il fidanzato, aveva già messa su di tutto punto: un vero nido, un joli rêve de luxe et de bien-être. Ella vi aveva portato tutto il suo bel corredo da sposa, e stava lì gran parte del giorno, a piangere, no; a straziarsi fantasticando intorno alla sua vita di sposina così miseramente stroncata… arrachée…

Difatti il Pogliani non trovò in casa la signorina Consalvi (действительно, Польяни не застал дома синьорины Консальви; trovare – находить). La cameriera gli diede l’indirizzo della casa nuova (горничная дала ему адрес нового дома), in via di Porta Pinciana (на улице Порта Пинчана). E Costantino Pogliani, andando, si mise a pensare all’angosciosa (и Костантино Польяни, идя /туда/ задумался о томительном), amarissima voluttà (горчайшем сладострастии) che doveva provare quella povera sposina (которое должна была испытывать эта бедная невеста), già vedova prima che maritata (уже овдовевшая, еще не став замужней женщиной; vedova, f – вдова; maritata, f – замужняя женщина), pascendosi nel sogno (упиваясь мечтой) – lì quasi attuato (вот /уже/ почти осуществившейся) – d’una vita che il destino non aveva voluto farle vivere (о жизни, которую судьба не захотела дать ей прожить).

Difatti il Pogliani non trovò in casa la signorina Consalvi. La cameriera gli diede l’indirizzo della casa nuova, in via di Porta Pinciana. E Costantino Pogliani, andando, si mise a pensare all’angosciosa, amarissima voluttà che doveva provare quella povera sposina, già vedova prima che maritata, pascendosi nel sogno – lì quasi attuato – d’una vita che il destino non aveva voluto farle vivere.

Tutti quei mobili nuovi (вся эта новая мебель), scelti chi sa con quanta cura amorosa da entrambi gli sposini (выбранная, кто знает с какой любовной заботой обоими молодоженами), e festivamente disposti in quella casa che tra pochi giorni doveva essere abitata (и по-праздничному расставленная в этом доме, который через несколько дней должен был /стать/ жилым; disporre – располагать, устанавливать), quante promesse chiudevano (сколько в ней заключалось обещаний; chiudere – закрывать, затворять, заключать)?

Tutti quei mobili nuovi, scelti chi sa con quanta cura amorosa da entrambi gli sposini, e festivamente disposti in quella casa che tra pochi giorni doveva essere abitata, quante promesse chiudevano?

Riponi in uno stipetto un desiderio (положи /свое/ желание в ящик); àprilo: vi troverai un disinganno (открой его: найдешь там разочарование). Ma lì, no (но тут, нет): tutti quegli oggetti avrebbero custodito (все эти предметы стали бы хранить), con le dolci lusinghe (вместе со сладкими иллюзиями; lusinga, f – лесть, льстивые слова; обманчивая надежда, иллюзия), i desiderii e le promesse e le speranze (желания и обещания и надежды). E come dovevano esser crudeli gl’inviti che venivano alla sposina da quelle cose intatte attorno (и как должны быть жестоки призывы, идущие к невесте от всех этих нетронутых вещей вокруг /нее/; invito, m – приглашение, предложение, призыв)!

Riponi in uno stipetto un desiderio; àprilo: vi troverai un disinganno. Ma lì, no: tutti quegli oggetti avrebbero custodito, con le dolci lusinghe, i desiderii e le promesse e le speranze. E come dovevano esser crudeli gl’inviti che venivano alla sposina da quelle cose intatte attorno!

– In un giorno come questo (в такой день, как этот)! – sospirò Costantino Pogliani (вздохнул Костантино Польяни).

Si sentiva già nella limpida freschezza dell’aria l’alito della primavera imminente (в прозрачной свежести воздуха уже чувствовалось дыхание предстоящей весны); e il primo tepore del sole inebriava (и первое тепло солнца пьянило).

Nella casa nuova (в новом доме), con le finestre aperte a quel sole (с окнами, распахнутыми навстречу этому солнцу; aprire – открывать, раскрывать, отворять, растворять), povera signorina Consalvi (бедная синьорина Консальви), chi sa che sogni e che strazio (кто знает, какие мечты, какие терзания)!

– In un giorno come questo! – sospirò Costantino Pogliani.

Si sentiva già nella limpida freschezza dell’aria l’alito della primavera imminente; e il primo tepore del sole inebriava.

Nella casa nuova, con le finestre aperte a quel sole, povera signorina Consalvi, chi sa che sogni e che strazio!

La trovò che disegnava (он ее обнаружил рисующей), innanzi a un cavalletto (перед мольбертом), il ritratto del fidanzato (портрет жениха). Con molta timidezza lo ritraeva ingrandito da una fotografia di piccolo formato (очень робко она его рисовала, увеличивая фотографию маленького формата), mentre la madre, per ingannare il tempo (тогда как мать, чтобы убить время; ingannare – обмануть), leggeva un romanzo francese della biblioteca del commendator Seralli (читала французский роман из библиотеки почтеннейшего Сералли).

La trovò che disegnava, innanzi a un cavalletto, il ritratto del fidanzato. Con molta timidezza lo ritraeva ingrandito da una fotografia di piccolo formato, mentre la madre, per ingannare il tempo, leggeva un romanzo francese della biblioteca del commendator Seralli.

Veramente la signorina Consalvi avrebbe voluto star sola (на самом деле, синьорина Консальви хотела бы побыть одна), in quel suo nido mancato (в этом своем несостоявшемся гнезде). La presenza della madre la frastornava (присутствие матери ей мешало). Ma questa, temendo fra sé che la fanciulla, nell’esaltazione, (но та, боясь в душе, что девушка в экзальтации; fra sé – про себя), si lasciasse andare a qualche atto di romantica disperazione (позволит себе какой-нибудь жест романтического отчаяния; lasciarsi andare – распуститься, упасть духом, забыться) voleva seguirla e star lì (хотела следовать за ней и быть там), gonfiando in silenzio e sforzandosi di frenar gli sbuffi per quell’ostinato capriccio intollerabile (с трудом сдерживаясь в тишине и силясь не фыркать из-за этого непрекращающегося, невыносимого каприза; gonfiare – зд.: с трудом сдерживаться; frenare – тормозить, сдерживать, обуздывать; sbuffo, m – фырканье, пыхтенье).

Veramente la signorina Consalvi avrebbe voluto star sola lì, in quel suo nido mancato. La presenza della madre la frastornava. Ma questa, temendo fra sé che la fanciulla, nell’esaltazione, si lasciasse andare a qualche atto di romantica disperazione, voleva seguirla e star lì, gonfiando in silenzio e sforzandosi di frenar gli sbuffi per quell’ostinato capriccio intollerabile.

Rimasta vedova giovanissima (овдовев очень молодой; rimanere – оставаться), senza assegnamenti (без средств; assegnamento, m, – /уст./ доход), con quell’unica figliuola (с этой единственной дочкой), la signora Consalvi non aveva potuto chiuder le porte alla vita (синьора Консальви не смогла закрыть двери перед жизнью) e porvi il dolore per sentinella (и выставить перед ними /дверьми/ боль в качестве часового; porre – ставить; класть; устанавливать) come ora pareva volesse fare la figliuola (как сейчас, казалось, хотела сделать дочка).

Rimasta vedova giovanissima, senza assegnamenti, con quell’unica figliuola, la signora Consalvi non aveva potuto chiuder le porte alla vita e porvi il dolore per sentinella come ora pareva volesse fare la figliuola.

Non diceva già che Giulietta non dovesse piangere per quella sua sorte crudele (она не говорила, что Джульетта не должна была плакать из-за этой своей жестокой судьбы); ma credeva (но она полагала), come il suo intimo amico commendator Seralli (как и ее близкий друг, почтеннейший Сералли), credeva che… ecco, sì, ella esagerasse un po’ troppo (думала, что…вот, она да, преувеличивала немножко слишком) e che, avvalendosi della ricchezza che il povero morto le aveva lasciata (и что, пользуясь богатством, которое ей оставил бедный покойный; avvalersi = valersi – пользоваться, употреблять; извлекать пользу), volesse concedersi il lusso di quel cordoglio smodato (хотела позволить себе роскошь этой непомерной скорби).

Non diceva già che Giulietta non dovesse piangere per quella sua sorte crudele; ma credeva, come il suo intimo amico commendator Seralli, credeva che… ecco, sì, ella esagerasse un po’ troppo e che, avvalendosi della ricchezza che il povero morto le aveva lasciata, volesse concedersi il lusso di quel cordoglio smodato.

Conoscendo pur troppo le crude e odiose difficoltà dell’esistenza (слишком хорошо зная суровые и отвратительные трудности существования), le forche sotto alle quali ella, ancora addolorata per la morte del marito, era dovuta passare (унижения, которым она, еще скорбящая о смерти мужа, должна была подвергнуться; forca, f – виселица, passare sotto le forche /caudine/ – подвергаться унижениям), per campar la vita (чтобы обеспечить /свою/ жизнь; campare – жить, существовать; зарабатывать на жизнь, кормиться), le pareva molto facile quel cordoglio della figliuola (она считала очень простой эту скорбь ее дочки; parere – казаться); e le sue gravi esperienze glielo facevano stimare quasi una leggerezza scusabile (и ее тяжелый опыт позволял ей это оценивать как почти простительное легкомыслие), sì, certamente, ma a patto che non durasse troppo (да, конечно, но при условии, что это не будет слишком /долго/ продолжаться)… — voilà, come diceva sempre il commendator Seralli (– вуаля, как говорил всегда почтеннейший Сералли).

Conoscendo pur troppo le crude e odiose difficoltà dell’esistenza, le forche sotto alle quali ella, ancora addolorata per la morte del marito, era dovuta passare per campar la vita, le pareva molto facile quel cordoglio della figliuola; e le sue gravi esperienze glielo facevano stimare quasi una leggerezza scusabile, sì, certamente, ma a patto che non durasse troppo… – voilà, come diceva sempre il commendator Seralli.

Da savia donna (как женщина опытная), provata e sperimentata nel mondo (страдавшая и испытанная /этим/ миром), aveva già, più d’una volta (она уже больше одного раза), cercato di richiamare alla giusta misura la figliuola – invano (пыталась призвать дочку к верной мере – тщетно)! Troppo fantastica (слишком /много/ фантазирующая), la sua Giulietta aveva (ее Джульетта имела), forse più che il sentimento del proprio dolore, l’idea di esso (наверное, скорее представление о собственной боли, чем ее чувство = чем ощущение этой боли; sentimento, m – чувство, ощущение; dolore, f – боль; idea, f – понятие, представление). E questo era un gran guajo (и это было большой бедой; guaio, m – беда, горе, несчастье)!

Da savia donna, provata e sperimentata nel mondo, aveva già, più d’una volta, cercato di richiamare alla giusta misura la figliuola – invano! Troppo fantastica, la sua Giulietta aveva, forse più che il sentimento del proprio dolore, l’idea di esso. E questo era un gran guajo!

Perché il sentimento, col tempo (потому что чувство, со временем), si sarebbe per forza e senza dubbio affievolito (обязательно и несомненно ослабело бы; per forza – вынужденно, насильно, поневоле) mentre l’idea no (тогда как представление – нет), l’idea s’era fissata e le faceva commettere certe stranezze (представление укрепилось и заставляло ее совершать кое-какие странности) come quella del monumento funerario con la Vita che si marita alla Morte (bel matrimonio!) (как с надгробным памятником с Жизнью, которая выходит замуж за смерть (хорошенькая свадьба!)) e quest’altra qua della casa nuziale da serbare intatta (и еще вот эта с супружеским домом, который надо беречь в неприкосновенности; intatto – нетронутый) per custodirvi il sogno quasi attuato d’una vita non potuta vivere (чтобы сохранить там почти осуществившуюся мечту о жизни, которую оказалось нельзя прожить; non potere – не мочь, vita non potuta vivere – страд. залог, букв; «жизнь, которая не смогла стать прожитой»).

Perché il sentimento, col tempo, si sarebbe per forza e senza dubbio affievolito, mentre l’idea no, l’idea s’era fissata e le faceva commettere certe stranezze come quella del monumento funerario con la Vita che si marita alla Morte (bel matrimonio!) e quest’altra qua della casa nuziale da serbare intatta per custodirvi il sogno quasi attuato d’una vita non potuta vivere.

Fu molto grata la signora Consalvi al Pogliani di quella visita (очень благодарна была синьора Консальви Польяни за тот визит).

Fu molto grata la signora Consalvi al Pogliani di quella visita.

Le finestre erano aperte veramente al sole (окна были действительно открыты на солнце), e la magnifica pineta di Villa Borghese (и прекрасная роща пиний в Вилле Боргезе), sopra l’abbagliamento della luce che pareva stagnasse su i vasti prati verdi (поверх ослепляющего света, который, казалось застоялся на обширных зеленых газонах; abbagliamento, m – ослепление; abbagliare – ослеплять), sorgeva alta e respirava felice nel tenero limpidissimo azzurro del cielo primaverile (высоко поднималась и счастливо дышала в нежной, прозрачнейшей синеве весеннего неба).

Le finestre erano aperte veramente al sole, e la magnifica pineta di Villa Borghese, sopra l’abbagliamento della luce che pareva stagnasse su i vasti prati verdi, sorgeva alta e respirava felice nel tenero limpidissimo azzurro del cielo primaverile.

Subito la signorina Consalvi accennò di nascondere il disegno, alzandosi (сразу синьорина Консальви захотела спрятать рисунок, вставая; accennare di + inf. – показывать намерение, делать вид); ma il Pogliani la trattenne con dolce violenza (но Польяни удержал ее нежной силой).

– Perché (почему)? Non vuol lasciarmi vedere (вы не хотите дать мне посмотреть)?

– È appena cominciato (он только начат)…

Subito la signorina Consalvi accennò di nascondere il disegno, alzandosi; ma il Pogliani la trattenne con dolce violenza.

– Perché? Non vuol lasciarmi vedere?

– È appena cominciato…

– Ma cominciato benissimo (но начат прекрасно)! – esclamò egli, chinandosi a osservare (воскликнул он, наклоняясь, чтобы рассмотреть). – Ah, benissimo (а, очень хорошо)… Lui, è vero? Il Sorini (он, правда? Сорини)… Già, ora mi pare di ricordarmi bene (да, сейчас, мне кажется, я хорошо вспомнил), guardando il ritratto (глядя на портрет). Sì, sì… L’ho conosciuto (да, да… я его знал). Ma aveva questa barbetta (а у него была эта бородка)?

– Ma cominciato benissimo! – esclamò egli, chinandosi a osservare. – Ah, benissimo… Lui, è vero? Il Sorini… Già, ora mi pare di ricordarmi bene, guardando il ritratto. Sì, sì… L’ho conosciuto… Ma aveva questa barbetta?

– No (нет), – s’affrettò a rispondere la signorina (поспешила ответить девушка). – Non l’aveva più ultimamente (больше не было, в последнее время).

– Ecco, mi pareva (да, мне /так и/ казалось)… Bel giovine, bel giovine… (красивый парень, красивый парень)…

– Non so come fare (я не знаю, как быть: «как это сделать»), – riprese la signorina (продолжала девушка). – Perché questo ritratto non risponde (потому что этот портрет не соответствует; rispondere – отвечать, соответствовать)… non è più veramente l’immagine che ho di lui, in me (это уже не тот его образ, который на самом деле во мне; ho di lui in me – букв. «имею о нем во мне»).

– No, – s’affrettò a rispondere la signorina. – Non l’aveva più ultimamente.

– Ecco, mi pareva… Bel giovine, bel giovine…

– Non so come fare, – riprese la signorina. – Perché questo ritratto non risponde… non è più veramente l’immagine che ho di lui, in me.

– Eh sì (да), – riconobbe subito il Pogliani (признал сразу же Польяни), – meglio, lui, molto più… più animato, ecco (он лучше, намного более… более оживленный, вот)… più sveglio, direi (более бойкий, я бы сказал)…

– Se l’era fatto in America, codesto ritratto (он его сделал в Америке, этот портрет), – osservò la madre (заметила мать), – prima che si fidanzassero, naturalmente (раньше, чем они обручились, естественно)…

– Eh sì, – riconobbe subito il Pogliani, – meglio, lui, molto più… più animato, ecco… più sveglio, direi…

– Se l’era fatto in America, codesto ritratto, – osservò la madre, – prima che si fidanzassero, naturalmente…

– E non ne ho altri (и других у меня нет)! – sospirò la signorina (вздохнула девушка). – Guardi: chiudo gli occhi, così (смотрите: я закрываю глаза, вот так), e lo vedo preciso com’era ultimamente (и вижу его точно таким, каким он был в последнее время); ma appena mi metto a ritrarlo (но как только я начинаю его изображать), non lo vedo più (я его больше не вижу): guardo allora il ritratto (тогда я смотрю на портрет), e lì mi pare che sia lui, vivo (и там мне кажется, что это он, живой). Mi provo a disegnare (пытаюсь нарисовать), e non lo ritrovo più in questi lineamenti (и больше его не нахожу в этих чертах; trovare – находить; ri– – приставка со значением повтора). È una disperazione (это /просто/ отчаяние; disperare – отчаиваться)!

– E non ne ho altri! – sospirò la signorina. – Guardi: chiudo gli occhi, così, e lo vedo preciso com’era ultimamente; ma appena mi metto a ritrarlo, non lo vedo più: guardo allora il ritratto, e lì mi pare che sia lui, vivo. Mi provo a disegnare, e non lo ritrovo più in questi lineamenti. È una disperazione!

– Ma guarda, Giulia (но посмотри, Джулия), – riprese allora la madre, con gli occhi fissi sul Pogliani (продолжила тогда мать, пристально глядя на Польяни; occhio, m – глаз, fisso – фиксированный, пристальный), – tu dicevi la linea del mento (ты говорила, линия подбородка) volendo levare la barba (если захотеть убрать бороду)… Non ti pare che qua nel mento, il signor Pogliani (тебе не кажется, что здесь, в подбородке, синьор Польяни)…

– Ma guarda, Giulia, – riprese allora la madre, con gli occhi fissi sul Pogliani, – tu dicevi la linea del mento, volendo levare la barba… Non ti pare che qua nel mento, il signor Pogliani…

Questi arrossí, sorrise (тот покраснел, улыбнулся). Quasi senza volerlo (почти против желания), alzò il mento (он поднял подбородок), lo presentò (представил его); come se con due dita (как если бы двумя пальцами), delicatamente (нежно), la signorina glielo dovesse prendere per metterlo lì (девушка взяла бы его у него, чтобы поместить туда), nel ritratto del Sorini (в портрет Сорини).

Questi arrossí, sorrise. Quasi senza volerlo, alzò il mento, lo presentò; come se con due dita, delicatamente, la signorina glielo dovesse prendere per metterlo lì, nel ritratto del Sorini.

La signorina levò appena gli occhi a guardarglielo (девушка едва подняла глаза, чтобы посмотреть на него: «его у него»), timida e turbata (смущенная и взволнованная). (Non aveva proprio alcun riguardo per il suo lutto (не было совсем никакого уважения к ее трауру), la madre (у матери)!)

La signorina levò appena gli occhi a guardarglielo, timida e turbata. (Non aveva proprio alcun riguardo per il suo lutto, la madre!)

– E anche i baffi, oh (и усы тоже, ой)! Guarda (посмотри)!… – aggiunse la signora Consalvi, senza farlo apposta (добавила синьора Консальви нечаянно: «без того, чтобы сделать это специально»; senza – без; fare apposta – делать что-то специально, нарочно). – Li portava così ultimamente il povero Giulio (в последнее время бедный Джулио их так носил; portare – носить; ultimamente – в последнее время, под конец /уст./; povero – бедный, бедняга), non ti pare (тебе не кажется)?

– Ma i baffi (но усы), – disse, urtata, la signorina (сказала, рассердившись, девушка; urtare – толкать; раздражать, задевать), – che vuoi che siano (что в них такого: «что ты хочешь, чтобы в них было»)? Non ci vuol niente a farli (ничего не стоит их сделать)!

– E anche i baffi, oh! Guarda!… – aggiunse la signora Consalvi, senza farlo apposta. – Li portava così ultimamente il povero Giulio, non ti pare?

– Ma i baffi, – disse, urtata, la signorina, – che vuoi che siano? Non ci vuol niente a farli!

Costantino Pogliani, istintivamente, se li toccò (Костантино Польяни, инстинктивно, потрогал их у себя). Sorrise di nuovo (снова улыбнулся). Confermò (подтвердил):

– Niente, già (ничего, действительно)…

S’accostò quindi al cavalletto e disse (затем приблизился к мольберту и сказал):

Costantino Pogliani, istintivamente, se li toccò. Sorrise di nuovo. Confermò:

– Niente, già…

S’accostò quindi al cavalletto e disse:

– Guardi, se mi permette (смотрите, если вы мне позволите)… vorrei farle vedere, signorina (я хотел бы вам показать, синьорина)… Così, in due tratti, qua (вот так, двумя штрихами, здесь)… non s’incomodi, per carità (не беспокойтесь, ради Бога)! Qua in quest’angolo (вот здесь, в этом углу)… (poi si cancella) (потом сотрем)… com’io ricordo il povero Sorini (как я помню беднягу Сорини).

– Guardi, se mi permette… vorrei farle vedere, signorina… Così, in due tratti, qua… non s’incomodi, per carità! Qua in quest’angolo… (poi si cancella)… com’io ricordo il povero Sorini.

Sedette e si mise a schizzare (он сел и принялся набрасывать), con l’ajuto della fotografia (с помощью фотографии), la testa del fidanzato (голову жениха), mentre dalle labbra della signorina Consalvi (в то время как с губ синьорины Консальви), che seguiva i rapidi tocchi con crescente esultanza di tutta l’anima protesa e spirante (которая следила за быстрыми штрихами с возрастающим ликованием всей раскрывшейся и вдохновенной души; proteso – распростертый, перен.: обращенный; protendere – протягивать, простирать; spirare – дуть, веять; книжн.: воодушевлять, вдохновлять), scattavano di tratto in tratto certi sì… sì… sì… (срывались время от времени некие да…да…да…; scattare – вскакивать, выскакивать, вырываться) che animavano e quasi guidavano la matita (которые вдыхали жизнь в карандаш, почти вели /его/; animare – оживлять, вдыхать жизнь; guidare – руководить, управлять; вести). Alla fine, non poté più trattenere la propria commozione (наконец, она больше не могла сдержать своего: «собственного» волнения):

Sedette e si mise a schizzare, con l’ajuto della fotografia, la testa del fidanzato, mentre dalle labbra della signorina Consalvi, che seguiva i rapidi tocchi con crescente esultanza di tutta l’anima protesa e spirante, scattavano di tratto in tratto certi sì… sì… sì… che animavano e quasi guidavano la matita. Alla fine, non poté più trattenere la propria commozione:

– Sì, oh guarda, mamma (да, о, посмотри, мама)… è lui… preciso… oh, lasci… grazie (это он … точно, о, оставьте… спасибо)… Che felicità (какое счастье), poter così… è perfetto… è perfetto…(мочь вот так… он безукоризненный… он безукоризненный)… – Un po’ di pratica (немного практики), – disse, levandosi, il Pogliani (сказал, поднимаясь, Польяни), con umiltà che lasciava trasparire il piacere per quelle vivissime lodi (со смирением, за которым проглядывало: «которое позволяло проступить»; удовольствие от этих оживленнейших похвал; lasciare – зд.: предоставлять, позволять, давать возможность; trasparire – проступать, просвечивать).

– E poi, le dico (и потом, я вам скажу), lo ricordo tanto bene, povero Sorini (я его так хорошо помню, беднягу Сорини)…

– Sì, oh guarda, mamma… è lui… preciso… oh, lasci… grazie… Che felicità, poter così… è perfetto… è perfetto…

– Un po’ di pratica, – disse, levandosi, il Pogliani, con umiltà che lasciava trasparire il piacere per quelle vivissime lodi.

– E poi, le dico, lo ricordo tanto bene, povero Sorini…

La signorina Consalvi rimase a rimirare il disegno, insaziabilmente (синьорина Консальви продолжала ненасытно всматриваться в рисунок; rimanere – оставаться, rimirare – вновь смотреть, пристально наблюдать, всматриваться;insaziabile – ненасытный, неутолимый).

– Il mento, sì… è questo… preciso (подбородок, да… это он… точно)… Grazie, grazie (спасибо, спасибо)…

La signorina Consalvi rimase a rimirare il disegno, insaziabilmente.

– Il mento, sì… è questo… preciso… Grazie, grazie…

In quel punto il ritrattino del Sorini che serviva da modello (в этот момент маленький портрет Сорини, служивший моделью), scivolò dal cavalletto (упал с мольберта; scivolare – скользить, соскальзывать; выпадать), e la signorina, ancora tutta ammirata nello schizzo del Pogliani (и девушка, еще вся восхищенная наброском Польяни) non si chinò a raccoglierlo (не наклонилась, чтобы поднять его).

In quel punto il ritrattino del Sorini che serviva da modello, scivolò dal cavalletto, e la signorina, ancora tutta ammirata nello schizzo del Pogliani, non si chinò a raccoglierlo.

Lì per terra (там, на полу), quell’immagine già un po’ sbiadita (это уже немного поблекшее изображение) apparve più che mai malinconica (выглядело особенно печальным: «более, чем когда-либо»; apparire – являться, появляться; казаться, иметь вид), come se comprendesse che non si sarebbe rialzata mai più (как если бы понимало, что больше никогда не поднимется).

Lì per terra, quell’immagine già un po’ sbiadita apparve più che mai malinconica, come se comprendesse che non si sarebbe rialzata mai più.

Ma si chinò a raccoglierla il Pogliani, cavallerescamente (но любезно наклонился Польяни, чтобы его поднять; cavalleresco – рыцарский, любезный, вежливый, обходительный).

– Grazie (спасибо), – gli disse la signorina (сказала ему девушка). – Ma io adesso mi servirò del suo disegno (но я сейчас буду пользоваться вашим рисунком), sa (знаете)? Non lo guarderò più (я на него больше не буду смотреть), questo brutto ritratto (на этот плохой портрет).

Ma si chinò a raccoglierla il Pogliani, cavallerescamente.

– Grazie, – gli disse la signorina. – Ma io adesso mi servirò del suo disegno, sa? Non lo guarderò più, questo brutto ritratto.

E d’improvviso (и неожиданно), levando gli occhi (когда она подняла глаза: «подняв глаза»), le sembrò che la stanza fosse più luminosa (ей показалось, что в комнате больше света: «комната более освещенная»). Come se quello scatto d’ammirazione (как если бы этот порыв восхищения) le avesse a un tratto snebbiato il petto da tanto tempo oppresso (неожиданно освободил ее давно сдавленную грудь; snebbiare – разгонять, рассеивать туман, перен. прочищать; oppresso – угнетенный, подавленный; opprimere – угнетать; давить, теснить: opprimere il respiro – стеснять дыхание), aspirò con ebbrezza (она с упоением вдохнула; ebbrezza, f – опьянение; восторг, упоение, самозабвение; ebbro – пьяный /книжн./; опьяненный, в упоении, в восторге), bevve con l’anima quella luce ilare viva (вобрала душой этот радостный живой свет; bere – пить; вбирать, впитывать /в т. ч. перен./; luce, f – свет), che entrava dall’ampia finestra (проникавший в широкое окно; entrare – входить; проникать; поступать) aperta all’incantevole spettacolo della magnifica villa avvolta nel fascino primaverile (открытое на пленительный вид великолепной виллы, окутанной очарованием весны; avvolgere – наматывать, накручивать; завертывать; окутывать).

E d’improvviso, levando gli occhi, le sembrò che la stanza fosse più luminosa. Come se quello scatto d’ammirazione le avesse a un tratto snebbiato il petto da tanto tempo oppresso, aspirò con ebbrezza, bevve con l’anima quella luce ilare viva, che entrava dall’ampia finestra aperta all’incantevole spettacolo della magnifica villa avvolta nel fascino primaverile.

Fu un attimo (это было /продолжалось/ одно мгновенье). La signorina Consalvi non poté spiegarsi (синьорина Консальви не смогла объяснить самой себе) che cosa veramente fosse avvenuto in lei (что на самом деле с ней: «внутри нее»; произошло). Ebbe l’impressione improvvisa (у нее возникло неожиданное ощущение; impressione, f – ощущение, впечатление) di sentirsi come nuova fra tutte quelle cose nuove attorno (что она чувствует себя обновленной: «как новая»; среди всех этих новых вещей вокруг). Nuova e libera (обновленной и свободной); senza più l’incubo che l’aveva soffocata fino a poc’anzi (уже без кошмара, который душил ее до недавнего времени; poco – мало, немного; anzi – раньше, прежде).

Fu un attimo. La signorina Consalvi non poté spiegarsi che cosa veramente fosse avvenuto in lei. Ebbe l’impressione improvvisa di sentirsi come nuova fra tutte quelle cose nuove attorno. Nuova e libera; senza più l’incubo che l’aveva soffocata fino a poc’anzi.

Un alito (дыхание), qualche cosa era entrata con impeto da quella finestra (нечто, порывисто вошло в это окно; impeto, m – порыв, натиск; воодушевление) a sommuovere tumultuosamente in lei tutti i sentimenti (чтобы бурно возбудить в ней все чувства), a infondere quasi un brillío di vita in tutti quegli oggetti nuovi (чтобы придать как бы блеск жизни всем эти новым предметам; infondere – вливать, вселять, внушать), a cui ella aveva voluto appunto negar la vita (которым она хотела как раз отказать в жизни), lasciandoli intatti lì (оставив их в неприкосновенности там), come a vegliare con lei la morte d’un sogno (как будто для того, чтобы наблюдать вместе с ней за гибелью мечты).

Un alito, qualche cosa era entrata con impeto da quella finestra a sommuovere tumultuosamente in lei tutti i sentimenti, a infondere quasi un brillío di vita in tutti quegli oggetti nuovi, a cui ella aveva voluto appunto negar la vita, lasciandoli intatti lì, come a vegliare con lei la morte d’un sogno.

E, udendo il giovane elegantissimo scultore con dolce voce lodare la bellezza di quella vista e della casa (и, слушая как молодой и очень элегантный скульптор приятным голосом хвалит красоту этого вида и дома; lodare – хвалить, одобрять), conversando con la madre che lo invitava a veder le altre stanze (разговаривая с матерью, которая приглашала его посмотреть остальные комнаты), seguí l’uno e l’altra con uno strano turbamento (она последовала за тем и за другой в странном волнении; turbare – мутить /жидкость/; смущать; тревожить, волновать), come se quel giovine (как если бы этот молодой человек), quell’estraneo (этот посторонний), stesse davvero per penetrare in quel suo sogno morto (собирался действительно проникнуть в эту ее умершую мечту; sogno, m – сновидение; мечта, греза), per rianimarlo (чтобы вновь оживить ее; rianimare – оживлять, возвращать к жизни).

E, udendo il giovane elegantissimo scultore con dolce voce lodare la bellezza di quella vista e della casa, conversando con la madre che lo invitava a veder le altre stanze, seguí l’uno e l’altra con uno strano turbamento, come se quel giovine, quell’estraneo, stesse davvero per penetrare in quel suo sogno morto, per rianimarlo.

Fu così forte questa nuova impressione (это новое впечатление было столь сильным), che non poté varcar la soglia della camera da letto (что она не смогла переступить порога спальни; camera, f – комната; letto, m – кровать; camera da letto – спальня); e vedendo il giovine e la madre scambiarsi lì un mesto sguardo di intelligenza (и увидев, как молодой человек и мать обменялись там грустным понимающим взглядом; sguardo, m – взгляд; intelligenza, f – ум, знание, понимание); non poté più reggere (она больше не выдержала: «не смогла выдержать»; reggere – держать; выдерживать; терпеть, выносить), scoppiò in singhiozzi (/и/ разразилась рыданиями).

Fu così forte questa nuova impressione, che non poté varcar la soglia della camera da letto; e vedendo il giovine e la madre scambiarsi lì un mesto sguardo di intelligenza; non poté più reggere, scoppiò in singhiozzi.

E pianse, sì (и она плакала, да), pianse ancora per la stessa cagione per cui tante altre volte aveva pianto (плакала по той же причине, по которой уже много раз плакала; cagione, f – книжн.= ragione, f – причина); ma avvertí confusamente che, tuttavia (но она смутно почувствовала что, тем не менее; avvertire – зд.: воспринимать, чувствовать, ощущать), quel pianto era diverso (этот плач был другим), che il suono di quei suoi singhiozzi non le destava dentro l’eco del dolore antico (что звучание этих ее рыданий не вызывало у нее внутри эхо старинной боли), le immagini che prima le si presentavano (образов, которые раньше вставали перед ней).

E pianse, sì, pianse ancora per la stessa cagione per cui tante altre volte aveva pianto; ma avvertí confusamente che, tuttavia, quel pianto era diverso, che il suono di quei suoi singhiozzi non le destava dentro l’eco del dolore antico, le immagini che prima le si presentavano.

E meglio lo avvertí (и еще лучше она это почувствовала), allorché la madre accorsa prese a confortarla (когда подбежавшая мать начала ее утешать; accorrere – прибегать) come tant’altre volte la aveva confortata (как много раз утешала), usando le stesse parole (используя те же слова), le stesse esortazioni (те же уговоры). Non poté tollerarle (она не смогла их перенести); fece un violento sforzo su se stessa (она сделала энергичное усилие над самой собой); smise di piangere (перестала плакать); e fu grata al giovine che (и была благодарна молодому человеку, который), per distrarla (чтобы отвлечь ее), la pregava di fargli vedere la cartella dei disegni (просил ее показать ему папку с рисунками) scorta lì su una sedia a libricino (обнаруженную там /же/, на складном стуле; a libricino – букв: «как книжечка», складной).

E meglio lo avvertí, allorché la madre accorsa prese a confortarla come tant’altre volte la aveva confortata, usando le stesse parole, le stesse esortazioni. Non poté tollerarle; fece un violento sforzo su se stessa; smise di piangere; e fu grata al giovine che, per distrarla, la pregava di fargli vedere la cartella dei disegni scorta lì su una sedia a libriccino.

Lodi, lodi misurate e sincere (похвалы, умеренные и искренние похвалы), e appunti, osservazioni, domande (и замечания, наблюдения, вопросы), che la indussero a spiegare, a discutere (которые побудили ее объяснять, спорить); e infine un’esortazione calda a studiare (и наконец, горячие уговоры учиться), a seguir con fervore quella sua disposizione all’arte (усердно следовать этой ее предрасположенности к искусству), veramente non comune (действительно незаурядной). Sarebbe stato un peccato (это была бы жалость)! Un vero peccato (настоящая жалость)! Non s’era mai provata a trattare i colori (вы никогда не пробовали работать красками; trattare – обращаться, заниматься, обрабатывать)? Mai, mai (никогда, никогда)? Perché (почему)? Oh, non ci sarebbe mica voluto molto con quella preparazione (о, для этого было бы не так уж много нужно при такой подготовке; volersi, только 3-е лицо – быть нужным, быть необходимым), con quella passione (при такой увлеченности; passione, f – страсть; увлечение; пристрастие)…

Lodi, lodi misurate e sincere, e appunti, osservazioni, domande, che la indussero a spiegare, a discutere; e infine un’esortazione calda a studiare, a seguir con fervore quella sua disposizione all’arte, veramente non comune. Sarebbe stato un peccato! Un vero peccato! Non s’era mai provata a trattare i colori? Mai, mai? Perché? Oh, non ci sarebbe mica voluto molto con quella preparazione, con quella passione…

Costantino Pogliani si profferse d’iniziarla (Костантино Польяни предложил себя, чтобы посвятить ее /в дело/; profferire – преподносить, дарить, iniziare – посвящать, инициировать, знакомить), la signorina Consalvi accettò (синьорина Консальви согласилась); e le lezioni cominciarono il giorno appresso (и уроки начались на следующий день; appresso – после, спустя), lì, nella casa nuova (там, в новом доме), che invitava ed attendeva (который призывал и ждал; invitare – приглашать, вызывать, звать).

Costantino Pogliani si profferse d’iniziarla; la signorina Consalvi accettò; e le lezioni cominciarono il giorno appresso, lì, nella casa nuova, che invitava ed attendeva.

Non più di due mesi dopo (не больше, чем два месяца спустя), nello studio del Pogliani (в мастерской Польяни), ingombro già d’un colossale monumento funerario (уже загроможденной огромным надгробным памятником), tutto abbozzato alla brava (набросанным наспех; abbozzare – намечать, набрасывать, делать набросок/эскиз; alla brava – зд.: наспех, на скорую руку) Ciro Colli, sdrajato sul canapè col vecchio camice di tela stretto alle gambe (Чиро Колли, растянувшийся на канапе в старой полотняной робе, узкой в ногах; camice, m – рабочий халат), fumava la pipa e teneva uno strano discorso allo scheletro (курил трубку и держал странную речь перед скелетом), fissato diritto su la predellina nera (закрепленным стоя на черной скамеечке; diritto – прямой; прямо; вертикально), che s’era fatto prestare per modello da un suo amico dottore (который он одолжил в качестве модели у одного своего друга доктора).

Non più di due mesi dopo, nello studio del Pogliani, ingombro già d’un colossale monumento funerario tutto abbozzato alla brava, Ciro Colli, sdrajato sul canapè col vecchio camice di tela stretto alle gambe, fumava la pipa e teneva uno strano discorso allo scheletro, fissato diritto su la predellina nera, che s’era fatto prestare per modello da un suo amico dottore.

Gli aveva posato un po’ a sghembo sul teschio il suo berretto di carta (он положил ему набекрень на череп свою бумажную шапку; sghembo, m – кривизна, перекос, a sghembo – вкось, косо, криво); e lo scheletro pareva un fantaccino su l’attenti (и скелет казался солдатиком по стойке смирно), ad ascoltar la lezione che Ciro Colli, scultore-caporale (слушавшим урок, который Чиро Колли, скульптор-капрал), tra uno sbuffo e l’altro di fumo gl’impartiva (давал ему, выдыхая дым; sbuffo, m – пыхтение, порыв, tra uno… e l’altro – между /делом/, делая то, что обозначено сущ.):

Gli aveva posato un po’ a sghembo sul teschio il suo berretto di carta; e lo scheletro pareva un fantaccino su l’attenti, ad ascoltar la lezione che Ciro Colli, scultore-caporale, tra uno sbuffo e l’altro di fumo gl’impartiva:

– E tu perché te ne sei andato a caccia (а ты зачем ушел на охоту)? Vedi come ti sei conciato, caro mio (видишь, во что ты превратился, мой дорогой; conciarsi – зд.: /разг./ превратиться, быть в плохом виде: «в каком ты виде»)? Brutto (некрасивый)… le gambe secche (ноги тощие)… tutto secco (весь тощий)… Diciamo la verità (скажем правду), ti pare che codesto matrimonio si possa combinare (тебе кажется, что эту свадьбу можно устроить)?

– E tu perché te ne sei andato a caccia? Vedi come ti sei conciato, caro mio? Brutto… le gambe secche… tutto secco… Diciamo la verità, ti pare che codesto matrimonio si possa combinare?

La vita, caro (жизнь, дорогой)… guardala là, ma eh (эй, посмотри туда, на нее)! Che tocco di figliolona senza risparmio m’è uscita dalle mani (какая цветущая девица щедро вышла из моих рук, я ничего не пожалел; figliolona, /разг./: figliola, f – девушка, + увел. суффикс -ona; risparmio, m – сбережения, экономия; senza risparmio – щедро /не жалея ни труда, ни материала/; risparmiare – беречь, сберегать; экономить)! Ti puoi sul serio lusingare che quella lì ti voglia sposare (ты можешь всерьез льстить себе /мыслью/ что вот эта вот хочет выйти за тебя замуж; lusingarsi – обольщаться; sposare – вступать в брак; жениться; выходить замуж)? Ti s’è accostata (она прислонилась к тебе), timida e dimessa (робкая и покорная); lagrime giù a fontana (слезы рекой; giù – вниз, fontana, f – родник, источник, фонтан)… ma mica per ricevere l’anello nuziale (но ведь не для того, чтобы получить обручальное кольцо)… levatelo dal capo (выбрось это из головы; levare – убирать, вынимать)!

La vita, caro… guardala là, ma eh! Che tocco di figliolona senza risparmio m’è uscita dalle mani! Ti puoi sul serio lusingare che quella lì ti voglia sposare? Ti s’è accostata, timida e dimessa; lagrime giù a fontana… ma mica per ricevere l’anello nuziale… levatelo dal capo!

Spèndola, caro, spèndola giù la borsa (болтай, дорогой, болтай своей сумкой; spendolare = pendolare – раскачиваться, покачиваться; болтаться, колебаться)… Gliel’hai data (ты ему ее отдал)? E ora che vuoi da me (что ты сейчас хочешь от меня)? Inutile dire (нечего и говорить; inutile – бесполезно; напрасно, тщетно), se me lo credevo (что я так и думал)! Povero mondo e chi ci crede (бедный мир и /бедные/ те, кто в него верят)! S’è messa a studiar pittura, la Vita (она начала изучать живопись, Жизнь), e il suo maestro sai chi è (а ее учитель, знаешь кто)? Costantino Pogliani (Костантино Польяни).

Spèndola, caro, spèndola giù la borsa… Gliel’hai data? E ora che vuoi da me? Inutile dire, se me lo credevo! Povero mondo e chi ci crede! S’è messa a studiar pittura, la Vita, e il suo maestro sai chi è? Costantino Pogliani.

Scherzo che passa la parte (шутка, которая переходит все границы), diciamo la verità (скажем правду). Se fossi in te (если бы я был на твоем месте), caro mio (дорогой мой), lo sfiderei (я бы вызвал его /на дуэль/; sfidare – вызывать, бросать вызов). Hai sentito stamane (ты слышал сегодня утром; stamane, /книжн./ = stamattina – сегодня утром)? Ordine positivo (точный приказ): non vuole, mi pro-i-bi-sce assolutamente che io la faccia nuda (он не хочет, он мне решительно за-пре-ща-ет делать ее голой). Eppure lui (а все же он), per quanto somaro (каким бы он ни был ослом), scultore è (/все же/ скульптор) e sa bene che per vestirla bisogna prima farla nuda (и хорошо знает, что чтобы ее одеть, нужно сначала сделать ее голой)…

Scherzo che passa la parte, diciamo la verità. Se fossi in te, caro mio, lo sfiderei. Hai sentito stamane? Ordine positivo: non vuole, mi pro-i-bi-sce assolutamente che io la faccia nuda. Eppure lui, per quanto somaro, scultore è, e sa bene che per vestirla bisogna prima farla nuda…

Ma te lo spiego io il fatto com’è (но я объясню тебе, в чем дело: «каково дело»): non vuole che si veda su quel nudo là meraviglioso il volto della sua signorina (он не хочет, чтобы над всей этой наготой прекрасной было видно лицо его синьорины)… è salito lassù, hai visto (он залез туда, наверх, ты видел; salire – подниматься)? Su tutte le furie (в бешенстве), e con due colpi di stecca, taf! taf! (и парой ударов резца, чик! чик!) me l’ha tutto guastato (весь мне его испортил)… sai dirmi perché (можешь мне сказать, почему), fantaccino mio (мой солдатик)? Gli ho gridato (я ему крикнул): «Lascia (оставь)! Te la vesto subito (я тебе ее сейчас же одену)! Te la vesto (я тебе ее одену)!». Ma che vestire (какое там одеть)! Nuda la vogliono ora (голую они ее хотят теперь)… la Vita nuda, nuda e cruda com’è (настоящую Жизнь, без прикрас, как она есть; nuda e cruda – неприкрашенная, обнаженная, истинная), caro mio (мой дорогой)! Sono tornati al mio primo disegno (они вернулись к моему первому рисунку), al simbolo (к символу): via il ritratto (долой портрет)! Tu che ghermisci (ты, который хватаешь), bello mio (мой красавец), e lei che non ne vuol sapere (и она, которая знать об этом не хочет)… Ma perché te ne sei andato a caccia (ну почему ты ушел на охоту)? Me lo dici (скажи мне)?

Ma te lo spiego io il fatto com’è: non vuole che si veda su quel nudo là meraviglioso il volto della sua signorina… è salito lassù, hai visto? Su tutte le furie, e con due colpi di stecca, taf! taf! me l’ha tutto guastato… sai dirmi perché, fantaccino mio? Gli ho gridato: «Lascia! Te la vesto subito! Te la vesto!». Ma che vestire! Nuda la vogliono ora… la Vita nuda, nuda e cruda com’è, caro mio! Sono tornati al mio primo disegno, al simbolo: via il ritratto! Tu che ghermisci, bello mio, e lei che non ne vuol sapere… Ma perché te ne sei andato a caccia? Me lo dici?

Ritorno (Возвращение)

Dopo tant’anni di ritorno al suo triste paese in cima al colle (через много лет вернувшись в свою печальную деревню на вершине холма), Paolo Marra capí che la rovina del padre (Паоло Марра понял, что несчастья отца; rovina, f – разрушение; разорение, крах; несчастье) doveva esser cominciata proprio nel momento (должны были начаться именно в тот момент), che s’era messo a costruire la casa per sé (когда он принялся строить дом для себя), dopo averne costruite tante per gli altri (после того, как он их построил много для других).

Dopo tant’anni, di ritorno al suo triste paese in cima al colle, Paolo Marra capí che la rovina del padre doveva esser cominciata proprio nel momento che s’era messo a costruire la casa per sé, dopo averne costruite tante per gli altri.

E lo capí rivedendo appunto la casa (и он это понял как раз вновь увидев дом), non più sua (уже больше не его), dove aveva abitato da ragazzo per poco tempo (в котором он недолго жил в мальчиком), in una di quelle vecchie strade alte, tutte a sdrucciolo (на одной из таких покатых улиц на склоне; alto – высокий, верхний, горный; sdrucciolo, m – скольжение; покатость), che parevan torrenti che non scorressero più (которые казались /водными/ потоками, которые уже больше не текут; scorrere – течь, стекать; сбегать): letti di ciottoli (ложа из булыжников).

E lo capí rivedendo appunto la casa, non più sua, dove aveva abitato da ragazzo per poco tempo, in una di quelle vecchie strade alte, tutte a sdrucciolo, che parevan torrenti che non scorressero più: letti di ciottoli.

L’immagine della rovina era in quell’arco di porta senza la porta (образ разрухи был в этом дверном проеме без двери), che superava di tutta la cèntina da una parte e dall’altra (которая всей дугой возвышалась с одной и с другой стороны; superare – превосходить; возвышаться; centina, f – арка; дуга, изгиб) i muri di cinta della vasta corte davanti, non finiti (над стенами, ограждающими широкий передний двор, незаконченными; muro, m – стена, cinta, f – ограда, крепостная стена): muri ora vecchi, di pietra rossa (стены сейчас /были/ старыми, из красного камня).

L’immagine della rovina era in quell’arco di porta senza la porta, che superava di tutta la cèntina da una parte e dall’altra i muri di cinta della vasta corte davanti, non finiti: muri ora vecchi, di pietra rossa.

Passato l’arco (после арки: «пройдя арку»; passare – проходить, переходить, миновать), la corte in salita (поднимающийся двор; salita, f – подъем, дорога в гору), acciottolata come la strada (вымощенный булыжником как дорога), aveva in mezzo una gran cisterna (имел в середине большую цистерну; gran – краткая форма от grande – большой). La ruggine s’era quasi mangiata fin d’allora (ржавчина почти съела еще с тех времен; allora – тогда) la vernice rossigna del gambo di ferro che reggeva in cima la carrucola (красноватую краску на железном стержне, который держал на своей верхушке блок; rossigno, /редк./ = rosiccio – красноватый). E com’era triste quello sbiadito color di vernice su quel gambo di ferro (и каким грустным был этот поблекший цвет краски на этом железном стержне), che ne pareva malato (который казался от этого больным)! Malato fors’anche della malinconia dei cigolii della carrucola (болен /он/, быть может, и от тоскливого скрипа блока; malinconia, f – меланхолия, тоска, грусть, печаль) quando il vento (когда ветер), di notte (ночью), moveva la fune della secchia (шевелил веревку ведра; movere = muovere – двигать, приводить в движение, сдвигать); e sulla corte deserta era la chiarità del cielo stellato ma velato (и над пустынным двором была прозрачность звездного, но подернутого дымкой неба; chiarità, f, /поэт./ = chiarezza, f – чистота, ясность, прозрачность; velato – покрытый, завешанный; подернутый дымкой, затуманенный), che in quella chiarità vana (которое в этой ясности, тщетной), di polvere (из праха), sembrava fissato là sopra (казалось закрепленным там, наверху), così, per sempre (вот так навсегда).

Passato l’arco, la corte in salita, acciottolata come la strada, aveva in mezzo una gran cisterna. La ruggine s’era quasi mangiata fin d’allora la vernice rossigna del gambo di ferro che reggeva in cima la carrucola. E com’era triste quello sbiadito color di vernice su quel gambo di ferro che ne pareva malato! Malato fors’anche della malinconia dei cigolíi della carrucola quando il vento, di notte, moveva la fune della secchia; e sulla corte deserta era la chiarità del cielo stellato ma velato, che in quella chiarità vana, di polvere, sembrava fissato là sopra, così, per sempre.

Ecco (вот): il padre aveva voluto mettere (отец захотел устроить; mettere – класть, ставить, помещать, устанавливать) tra la casa e la strada (между домом и дорогой), quella corte (этот двор). Poi, forse presentendo l’inutilità di quel riparo (потом, вероятно, предчувствуя бесполезность этого защитного сооружения; riparo, m – убежище, укрытие; защита; защитное сооружение), aveva lasciato così sguarnito l’arco (он оставил так, без отделки, арку) e a mezzo i muri di cinta (и на середине /высоты, строительства/ стены ограды).

Ecco: il padre aveva voluto mettere, tra la casa e la strada, quella corte. Poi, forse presentendo l’inutilità di quel riparo, aveva lasciato così sguarnito l’arco e a mezzo i muri di cinta.

Dapprima nessuno (поначалу никто), passando (проходя), s’era attentato a entrare (не пытался войти; attentare – покушаться, посягать), perché ancora per terra rimanevano tante pietre intagliate (потому что на земле еще оставалось много отесанных камней), e pareva con esse che la fabbrica (и из-за них: «с ними»; казалось, что строительство; fabbrica, f – стройка, сооружение, строительство), per poco interrotta (ненадолго прерванное; interrompere – прерывать, временно прекращать), sarebbe stata presto ripresa (будет скоро возобновлено). Ma appena l’erba aveva cominciato a crescere tra i ciottoli e lungo i muri (но как только трава начала расти между булыжниками и вдоль стен), quelle pietre inutili eran parse subito come crollate e vecchie (эти бесполезные камни сразу стали выглядеть обрушившимися и старыми; parere – казаться, иметь вид, представляться).

Dapprima nessuno, passando, s’era attentato a entrare, perché ancora per terra rimanevano tante pietre intagliate, e pareva con esse che la fabbrica, per poco interrotta, sarebbe stata presto ripresa. Ma appena l’erba aveva cominciato a crescere tra i ciottoli e lungo i muri, quelle pietre inutili eran parse subito come crollate e vecchie.

Parte erano state portate via (частично они были унесены; via – зд.: вон, прочь), dopo la morte del padre (после смерти отца), quando la casa era stata svenduta a tre diversi compratori (когда дом был распродан трем разным покупателям) e quella corte era rimasta senza nessuno che vi accampasse sopra diritti (и этот двор остался без того, чтобы кто-нибудь выдвинул на него права; rimanere – оставаться; пребывать; nessuno – никто, sopra – на, сверх, по поводу); e parte erano divenute col tempo (и частично стали, со временем) i sedili delle comari del vicinato (сиденьями для соседских кумушек), le quali ormai consideravano quella corte come loro (которые теперь уже считали этот двор как бы своим), come loro l’acqua della cisterna (как своей /считали/ воду в цистерне), e vi lavavano e vi stendevano ad asciugare i panni (и стирали там, и сушили там белье; stendere – расстилать, раскладывать, развешивать; asciugare – сушить /белье/) e poi, col sole che abbagliava allegro da quel bianco di lenzuoli e di camice svolazzanti sui cordini tesi (и затем, на солнце, которое весело отражалось от белизны простыней и рубашек, развевающихся на натянутых шнурках; abbagliare – ослеплять, слепить глаза; tendere – тянуть, протягивать; растягивать), si scioglievano sulle spalle i capelli lustri d’olio (они распускали по плечам волосы, блестящие от масла) per «cercarsi» in capo, l’una all’altra (чтобы «искать» в головах друг у друга) come fanno le scimmie tra loro (как это делают между собой обезьяны).

Parte erano state portate via, dopo la morte del padre, quando la casa era stata svenduta a tre diversi compratori e quella corte era rimasta senza nessuno che vi accampasse sopra diritti; e parte erano divenute col tempo i sedili delle comari del vicinato, le quali ormai consideravano quella corte come loro, come loro l’acqua della cisterna, e vi lavavano e vi stendevano ad asciugare i panni e poi, col sole che abbagliava allegro da quel bianco di lenzuoli e di camice svolazzanti sui cordini tesi, si scioglievano sulle spalle i capelli lustri d’olio per «cercarsi» in capo, l’una all’altra, come fanno le scimmie tra loro.

La strada (улица), insomma (в общем), s’era ripresa la corte (вернула себе двор; riprendere – снова брать, брать обратно; получить обратно; prendere – брать) rimasta senza la porta che impedisse l’ingresso (оставшийся без двери, которая препятствовала бы входу).

La strada, insomma, s’era ripresa la corte rimasta senza la porta che impedisse l’ingresso.

E Paolo Marra, che vedeva adesso per la prima volta quella invasione (и Паоло Марра, который видел сейчас впервые это вторжение), e distrutta la soglia sotto l’arco (и разрушенный порог под аркой; distruggere – разрушать), e scortecciati agli spigoli i pilastri (и ободранные по краям пилястры; spigolo, m – ребро; край, кромка), guasto l’acciottolato dalle ruote delle carrozze e dei carri (булыжную мостовую, поврежденную колесами карет и телег; guastare – портить, ломать, вредить; acciottolato, m – булыжная мостовая; ciottolo, m – булыжник) che avevan trovato posto negli ariosi puliti magazzini a destra della casa (которые нашли /себе/ место в просторных чистых складах справа от дома), chi sa da quanto tempo ridotti sudice rimesse d’affitto (кто знает, как давно: «сколько времени, как»; доведенных /до состояния/ грязных съемных сараев; ridurre – уменьшать, сокращать, убавлять; ограничивать; приводить, доводить; rimessa, f – гараж, ангар, сарай; affito, m – наем, аренда); appestato dal lezzo del letame e delle lettiere marcite (пораженный зловонием навоза и сгнившими подстилками для скота; lettiera, f – подстилка/для скота/; marcire – гнить, портиться), col nero tra i piedi delle risciacquature (с черным потоком помоев в ногах; risciacquatura, f – полоскание; помои, бурда) che colava deviando tra i ciottoli giù fino alla strada (который сочился, сворачивая среди булыжников вниз до дороги) provò pena e disgusto (он почувствовал боль и отвращение), invece di quel senso d’arcano sgomento (вместо того чувства сокровенного ужаса) con cui quella corte viveva nel suo lontano ricordo infantile (с которым этот двор жил в его далеком детском воспоминании) quand’era deserta (когда он был безлюдным) col cielo sopra (с небом наверху), stellato (в звездах), il vasto biancore illividito di tutti quei ciottoli in pendio (обширной побледневшей белизной всех этих булыжников на спуске; illividito – побледневший; livido – мертвенно-бледный; свинцового цвета; /in/ pendio, m – наклон, склон, дорога под уклон) e la cisterna in mezzo (и цистерна посередине), misteriosamente sonora (таинственно звучащая).

E Paolo Marra, che vedeva adesso per la prima volta quella invasione, e distrutta la soglia sotto l’arco, e scortecciati agli spigoli i pilastri, guasto l’acciottolato dalle ruote delle carrozze e dei carri che avevan trovato posto negli ariosi puliti magazzini a destra della casa, chi sa da quanto tempo ridotti sudice rimesse d’affitto; appestato dal lezzo del letame e delle lettiere marcite, col nero tra i piedi delle risciacquature che colava deviando tra i ciottoli giù fino alla strada, provò pena e disgusto, invece di quel senso d’arcano sgomento con cui quella corte viveva nel suo lontano ricordo infantile quand’era deserta, col cielo sopra, stellato, il vasto biancore illividito di tutti quei ciottoli in pendio e la cisterna in mezzo, misteriosamente sonora.

Donne e marmocchi stavano intanto a mirarlo da un pezzo (женщины и малышня тем временем давно его рассматривали), maravigliati del suo vecchio abito lungo (удивленные его старым длинным платьем; maravigliare, /книжн./ = meravigliare – удивлять), che a lui forse pareva confacente alla sua qualità di professore (которое ему, может быть, казалось подобающим его профессорскому званию; qualità, f – качество, свойство; социальное положение, звание), ma che invece gli dava l’aspetto d’un pastore evangelico d’un altro clima e di un’altra razza (но которое, наоборот, придавало ему облик евангелистского пастора из другого климата и другой расы) con la zazzera scoposa sulle spallucce aggobbite (с патлами, как метла, на сгорбленных плечиках; scoposo – «метлообразный»; scopa, f – метла) e gli occhiali a stanghetta (и очками с дужками; stanghetta, f – дужка /от очков/); e come lo videro andar via (и как увидели, что он уходит) con tutto quel disgusto nel viso pallido (со всем этим отвращением на бледном лице; viso, m – лицо) scoppiarono a ridere (разразились хохотом).

Donne e marmocchi stavano intanto a mirarlo da un pezzo, maravigliati del suo vecchio abito lungo, che a lui forse pareva confacente alla sua qualità di professore, ma che invece gli dava l’aspetto d’un pastore evangelico d’un altro clima e di un’altra razza, con la zazzera scoposa sulle spallucce aggobbite e gli occhiali a stanghetta; e come lo videro andar via con tutto quel disgusto nel viso pallido, scoppiarono a ridere.

L’ira, lì per lì (гнев, поначалу), lo spinse a rientrare in quella corte (побудил его вернуться в этот двор; spingere – толкать; побуждать) di cui era ancora il padrone (хозяином которого он еще был), per strappare quelle donne (чтобы сорвать этих женщин), una dopo l’altra (одну за другой), dalle pietre su cui stavan sedute (с камней, на которых они сидели) e cacciarle via a spintoni (и прогнать их вон пинками). Ma, abituato ormai a riflettere (но, привыкший теперь уже размышлять), considerò che se esse sotto quel suo aspetto (он подумал, что если они за этим его обликом; considerare – обдумывать, учитывать, принимать во внимание) straniero (чужим), e forse un po’ buffo (и, может, немножко смешным), d’uomo precocemente invecchiato (человека, преждевременно состарившегося) e imbruttito da una vita di studi difficile e disgraziata (и изуродованного жизнью /проведенной/ в учебе, трудной и несчастной), non riconoscevano più il ragazzo ch’egli era stato (не узнавали больше того парня, которым он был) e che qualcuna di loro poteva forse ricordare ancora (и которого некоторые из них могли бы, возможно, еще вспомнить), non doveva far caso del diritto che gli negavano (он не должен был обращать внимание на то, что ему отказывали в праве: «на право, в котором ему отказывали») di provare quel disinganno e quel disgusto (на то, чтобы испытывать это разочарование и это отвращение), per tutta la pena dei suoi antichi ricordi (на всю боль его старинных воспоминаний).

L’ira, lì per lì, lo spinse a rientrare in quella corte di cui era ancora il padrone, per strappare quelle donne, una dopo l’altra, dalle pietre su cui stavan sedute e cacciarle via a spintoni. Ma, abituato ormai a riflettere, considerò che se esse sotto quel suo aspetto straniero, e forse un po’ buffo, d’uomo precocemente invecchiato e imbruttito da una vita di studi difficile e disgraziata, non riconoscevano più il ragazzo ch’egli era stato e che qualcuna di loro poteva forse ricordare ancora, non doveva far caso del diritto che gli negavano di provare quel disinganno e quel disgusto, per tutta la pena dei suoi antichi ricordi.

Uno, tra questi ricordi, del resto (одного из этих воспоминаний, впрочем), bastava a fargli cader l’animo di rivoltarsi contro quelle donne (было достаточно, чтобы он расхотел бунтовать против этих женщин; bastare – хватать, быть достаточным; far cadere l’animo – букв: «уронить» дух, смутить; cader d’animo – падать духом); il ricordo, ancora cocente (воспоминание, еще жгучее) di sua madre che usciva per sempre da quella casa (о его матери, которая уходила навсегда из этого дома), con lui per mano e reggendosi con l’altra, sulla faccia voltata (держа его за руку /букв. с ним за руку/ и держа другой на отворачивающемся лице), una cocca del fazzoletto nero che teneva in capo (кончик черного платка, который был /у нее/ на голове), per nascondere il pianto e i segni delle atroci percosse del marito (чтобы скрыть слезы и следы жестоких побоев мужа; percuotere – бить, ударять).

Uno, tra questi ricordi, del resto, bastava a fargli cader l’animo di rivoltarsi contro quelle donne; il ricordo, ancora cocente, di sua madre che usciva per sempre da quella casa, con lui per mano e reggendosi con l’altra, sulla faccia voltata, una cocca del fazzoletto nero che teneva in capo, per nascondere il pianto e i segni delle atroci percosse del marito.

Era stato lui, ragazzo, la causa di quelle percosse (это он, мальчик, был причиной этих побоев), della rottura insanabile che n’era seguita tra moglie e marito (непоправимого разрыва, последовавшего из этого, между женой и мужем) e della conseguente morte della madre (и последующей смерти матери), per crepacuore (от разрыва сердца; crepare – трескаться, лопаться), appena un anno dopo (всего лишь год спустя): lui, sciocco, per aver voluto farsi (он, глупец, потому что захотел сделаться), a quattordici anni (в четырнадцать лет), paladino di lei contro il padre (ее защитником от отца; paladino, m /ист./ – паладин, рыцарь /из свиты Карла Великого/; защитник, заступник, поборник) che la tradiva (который ей изменял; tradire – предавать; изменять); senza comprendere (не понимая: «без того, чтобы понимать»), come comprendeva ora da grande (как он понимал сейчас, став взрослым; grande – большой, старший, взрослый, da grande – став большим, повзрослев, став взрослым), che alla madre (что матери), orribilmente svisata fin da bambina (чудовищно обезображенной с детства; bambina, f – девочка, ребенок, fin da bambina – с тех пор, как она была ребенком, маленькой девочкой) da una caduta dalla finestra nella strada (из-за падения из окна на улицу), era fatto l’obbligo di sopportare quel tradimento (было вменено в обязанность терпеть эту измену), se voleva seguitare a convivere col marito (если она хотела продолжать жить вместе с мужем; seguitare /уст./ = continuare, продолжать).

Era stato lui, ragazzo, la causa di quelle percosse, della rottura insanabile che n’era seguita tra moglie e marito e della conseguente morte della madre, per crepacuore, appena un anno dopo: lui, sciocco, per aver voluto farsi, a quattordici anni, paladino di lei contro il padre che la tradiva; senza comprendere, come comprendeva ora da grande, che alla madre, orribilmente svisata fin da bambina da una caduta dalla finestra nella strada, era fatto l’obbligo di sopportare quel tradimento, se voleva seguitare a convivere col marito.

Per lui, figlio, la mamma era quella (для него, сына, мама была такой). Non poteva concepirne un’altra diversa (он не мог придумать себе другую, иную; concepire – задумать, постигать, понимать, рассматривать; diverso – отличающийся, отличный, неодинаковый). Si sentiva avvolto e protetto (он чувствовал себя окутанным и защищенным) dall’infinita tenerezza che spirava da quegli occhi (бесконечной нежностью, исходившей из этих глаз), che sarebbero stati pur belli (которые могли бы быть красивыми), così neri (такие черные), se le palpebre (если бы веки), sotto (снизу), non se ne fossero staccate (не отделились от них), mostrando il roseo smorto delle congiuntive (показывая бледную розовость конъюнктивы) e scivolando con le occhiaje e le guance nel cavo dell’orrenda ammaccatura (и соскальзывая вместе с глазницами и щеками в полость безобразной вмятины; occhiaia, f – глазница; здесь и далее написание “j” вместо “i” между двумя гласными является устаревшим), da cui emergeva appena la punta del naso (из которой едва выступал кончик носа). E tutta la carnale e santa amorosità della mamma sentiva nella voce di lei (и вся сердечная и святая мамина любовность чувствовалась в ее голосе; carnale – зд.: /уст., перен./: сердечный, близкий; amorosità, f – /уст./ от amoroso – любовный, любящий), senza badare che quella voce (не важно, что этот голос; senza badare – не замечая, не обращая внимания), più che dalla povera enorme bocca (скорее, чем из бедного огромного рта), le sfiatasse quasi vana dai fori del naso (выдыхался у нее, почти неслышно, из отверстий в носу; vano – пустой, напрасный, тщетный).

Per lui, figlio, la mamma era quella. Non poteva concepirne un’altra diversa. Si sentiva avvolto e protetto dall’infinita tenerezza che spirava da quegli occhi, che sarebbero stati pur belli, così neri, se le palpebre, sotto, non se ne fossero staccate, mostrando il roseo smorto delle congiuntive e scivolando con le occhiaje e le guance nel cavo dell’orrenda ammaccatura, da cui emergeva appena la punta del naso. E tutta la carnale e santa amorosità della mamma sentiva nella voce di lei, senza badare che quella voce, più che dalla povera enorme bocca, le sfiatasse quasi vana dai fori del naso.

Sapeva che il padre (он знал, что отец), venuto su dalla strada (выросший на улице; venire /su/ – зд.: расти, развиваться, произрастать), era diventato signore per lei (обрел положение через нее; signore, m – господин, хозяин, благородный человек); e s’irritava vedendo che ella (и раздражался, когда видел, что она), nonché pretenderne almeno un po’ di gratitudine (не только не притязала хотя бы на немного благодарности), per poco non metteva la faccia (она едва не ложилась лицом: «клала лицо»; mettere – класть, ставить, помещать) – quella sua povera faccia (этим своим бедным лицом)! – dove lui i piedi (туда, куда он /ставил/ ноги); e che lo serviva come una schiava (и что она прислуживала ему как рабыня), dimostrandogli lei, anzi (сама показывая ему, напротив), in ogni atto (каждым действием), a ogni momento (в каждое мгновение), quella gratitudine tutta tremiti delle bestie avvilite (эту благодарность, полную трепета, подавленной скотины; avvilire – унижать; подавлять, угнетать); sempre in apprensione di non esser pronta abbastanza (всегда встревоженной тем, что недостаточно готова) a prevenire ogni suo desiderio o bisogno (предупредить каждое его желание или потребность), ad accogliere qualche sua distratta benevolenza (принять какой-нибудь рассеянный /знак/ благосклонности; benevolenza, f – расположенность, благосклонность) come una grazia immeritata (как незаслуженную милость).

Sapeva che il padre, venuto su dalla strada, era diventato signore per lei; e s’irritava vedendo che ella, nonché pretenderne almeno un po’ di gratitudine, per poco non metteva la faccia – quella sua povera faccia! – dove lui i piedi; e che lo serviva come una schiava, dimostrandogli lei, anzi, in ogni atto, a ogni momento, quella gratitudine tutta tremiti delle bestie avvilite; sempre in apprensione di non esser pronta abbastanza a prevenire ogni suo desiderio o bisogno, ad accogliere qualche sua distratta benevolenza come una grazia immeritata.

Non aveva ancora sei anni (ему еще не было шести лет), e già si rivoltava (а он уже бунтовал), indignato (возмущенный), e scappava via sulle furie (и убегал прочь в ярости) nel vedersi mostrato da lei (видя, что она показывает его: «видя себя, показываемым ей») a chi la rimproverava di quella sua troppa remissione (тем, кто упрекал ее в этой ее чрезмерной покорности); si turava gli orecchi (он затыкал себе уши) per non udire dall’altra stanza le parole (чтобы не слышать из другой комнаты слова) con cui di solito ella accompagnava quel gesto (которыми она обычно сопровождала этот жест) rimasto a mezzo per la sua fuga (остановившийся на полпути из-за его бегства; rimanere – оставаться, пребывать, останавливаться): che aveva un figlio (что у нее был сын) e che questo, data la sua disgrazia (и что это, учитывая ее несчастье; dato + сущ. – поскольку, из-за, ввиду того, что), fosse già un premio veramente insperato (уже было наградой, воистину нежданной; insperato – неожиданный, нежданный; sperare – надеяться, желать; ожидать) che Dio le aveva voluto concedere (которую Бог захотел ей даровать).

Non aveva ancora sei anni, e già si rivoltava, indignato, e scappava via sulle furie nel vedersi mostrato da lei a chi la rimproverava di quella sua troppa remissione; si turava gli orecchi per non udire dall’altra stanza le parole con cui di solito ella accompagnava quel gesto rimasto a mezzo per la sua fuga: che aveva un figlio e che questo, data la sua disgrazia, fosse già un premio veramente insperato che Dio le aveva voluto concedere.

A quell’età non poteva ancora comprendere (в том возрасте он не мог еще понять) ch’ella poneva avanti questa scusa del figlio (что она выдвигала на первый план эту отговорку /в виде/ сына) per dissimulare (чтобы скрыть), fors’anche a se stessa (может быть, еще и от самой себя), l’inconfessabile miseria della sua povera carne (постыдные лишения ее несчастной плоти; inconfessabile – постыдный, позорный, бесчестный: «то, в чем невозможно признаться») che mendicava con tanta umiliazione a quell’uomo l’amore (которая вымаливала так униженно у этого мужчины любви: umiliazione, f – унижение, оскорбление; поругание; umiliare – унижать), pur sapendolo preso e posseduto da un’altra donna (хотя знала, что он захвачен и находится во владении другой женщины; possedere – иметь, владеть, обладать), pur avvertendo certamente la repulsione (хотя чувствовала, конечно, отвращение) con cui ogni volta la tremenda elemosina le doveva esser fatta (с которым каждый раз ей должна была подаваться ужасная милостыня; elemosina, f – милостыня, подачка). E s’era creduto in obbligo (и он подумал, что обязан; obbligo, m – обязанность, долг, обязательство) di risarcirla di quell’avvilimento davanti a tutti (возместить ей это публичное унижение; davanti a tutti – при всех), patito per lui (претерпеваемое ради него).

A quell’età non poteva ancora comprendere ch’ella poneva avanti questa scusa del figlio per dissimulare, fors’anche a se stessa, l’inconfessabile miseria della sua povera carne che mendicava con tanta umiliazione a quell’uomo l’amore, pur sapendolo preso e posseduto da un’altra donna, pur avvertendo certamente la repulsione con cui ogni volta la tremenda elemosina le doveva esser fatta. E s’era creduto in obbligo di risarcirla di quell’avvilimento davanti a tutti, patito per lui.

Era a conoscenza che il padre s’era messo con una vedova (он знал, что отец вступил в отношения с одной вдовой; essere a conoscenza – быть осведомленным, знать, mettersi con… /разг., когда речь идет о мужчине и женщине/ – начать роман, начать встречаться, стать любовником), popolana (простолюдинкой), sua cugina (его кузиной), una certa Nuzza La Dia ch’era stata sua fidanzata (некой Нуццой Ла Диа, которая была его невестой) e ch’egli aveva lasciata (и которую он бросил; lasciare – оставлять, покидать, бросать) per sposare una d’un paraggio superiore al suo e con ricca dote (чтобы жениться на другой, более высокого положения, чем он, и с богатым приданым; paraggio, m /книжн./ – социальное положение): pazienza, se brutta (что поделаешь, что некрасивой; pazienza, f – терпение); figlia dell’ingegnere che lo aveva ajutato a tirarsi su (она была дочерью инженера, который помог ему встать на ноги: «вытянуться наверх») e che, accollatario di tanti lavori (и который, будучи подрядчиком многих /строительных/ работ; accollatario, m – подрядчик), lo avrebbe preso come socio in tutti gli appalti (взял бы его в качестве компаньона на все подряды).

Era a conoscenza che il padre s’era messo con una vedova, popolana, sua cugina, una certa Nuzza La Dia ch’era stata sua fidanzata e ch’egli aveva lasciata per sposare una d’un paraggio superiore al suo e con ricca dote: pazienza, se brutta; figlia dell’ingegnere che lo aveva ajutato a tirarsi su e che, accollatario di tanti lavori, lo avrebbe preso come socio in tutti gli appalti.

Sapeva che le domeniche mattina (он знал, что по воскресеньям утром) i due si davano convegno al parlatorietto (эти двое встречались в маленькой комнатке для свиданий; parlatorio – приемная, комната для свиданий, -etto – уменьшит. суффикс) riservato alla madre badessa del monastero di San Vincenzo (предназначенной для матери настоятельницы монастыря Сан Винченцо; riservare – резервировать, оставлять за собой; riservato – отдельный, частный), ch’era una loro zia (которая была их тетей). Fingevano d’andarle a far visita (они делали вид, что идут к ней с визитом; fingere – притворяться, делать вид; fare visita – наносить визит); e la vecchia badessa (и старая настоятельница), che forse scusava con la parentela tra i due (которая, наверное, оправдывала родством между ними: «этими двумя»; scusare – извинять, оправдывать) la tenera intimità di quei convegni (нежную близость этих свиданий), godeva nel vederseli davanti (радовалась, видя их перед собой; davanti – впереди, перед, напротив), l’uno di fronte all’altra (одного напротив другой) ai due lati del tavolino sotto la doppia grata (по обе стороны столика под двойной решеткой): lui, diventato un signore (его, ставшего /настоящим/ синьором), con l’abito turchino delle domeniche (в темно-синем воскресном костюме; abito, m – платье, костюм; turchino – темно-синий, domenica, f – воскресенье) che pareva gli dovesse scoppiare sulle spalle rudi (который, казалось, должен был лопнуть на его крепких плечах; rude – грубый, неотесанный), il solino duro che gli segava le garge paonazze (в крахмальном воротничке, который натирал ему багровый подбородок; gargia, f /сицил. диал./ – нижняя челюсть; paonazzo – темно-лиловый), e la cravatta rossa (и в красном галстуке); lei d’una piacenza tutta carnale ma placida perché soddisfatta (ее, /полную/ чувственной привлекательности, но спокойную, потому что удовлетворенную; carnale – плотский, чувственный; placido – спокойный, тихий, мягкий, благодушный), vestita di raso nero e luccicante d’ori (одетую в черный атлас и сверкающую золотыми украшениями; oro, m – золото, во мн. ч. – изделия из золота) nella penombra di quel parlatorietto (в полутьме этой маленькой приемной) che aveva il rigido delle chiese (в которой была суровость церкви: «которая имела суровость церкви»; rigido – твердый, суровый, строгий, в сочетании с артиклем становится существительным).

Sapeva che le domeniche mattina i due si davano convegno al parlatorietto riservato alla madre badessa del monastero di San Vincenzo, ch’era una loro zia. Fingevano d’andarle a far visita; e la vecchia badessa, che forse scusava con la parentela tra i due la tenera intimità di quei convegni, godeva nel vederseli davanti, l’uno di fronte all’altra, ai due lati del tavolino sotto la doppia grata: lui, diventato un signore, con l’abito turchino delle domeniche che pareva gli dovesse scoppiare sulle spalle rudi, il solino duro che gli segava le garge paonazze, e la cravatta rossa; lei d’una piacenza tutta carnale ma placida perché soddisfatta, vestita di raso nero e luccicante d’ori nella penombra di quel parlatorietto che aveva il rigido delle chiese.

S’imbeccavano, un boccone tu, un boccone io (они кормили друг друга, кусочек ты, кусочек я; imbeccare – кормить птенца, класть пищу в клюв, becco, m – клюв), le innocenti confezioni della badia (невинными изделиями аббатства; confezione, f – изготовление, производство, выработка) e dai bicchierini il pallido rosolio con l’essenza di cannella (а из стаканчиков /поили друг друга/ светлой наливкой с маслом корицы; pallido – бледный, светлый, rosolio, m – сладкая наливка, essenza, f – эссенция, эфирное масло), un sorso tu, un sorso io (глоток ты, глоток я). E ridevano (и смеялись). E anche la vecchia zia badessa (и старая тетя настоятельница тоже), come una balla dietro la doppia grata (как сообщница за двойной решеткой; balla, f /диал., простор./ – сообщница), si buttava via dalle risa (хохотала вовсю; buttarsi – кидаться, предаваться, отдаваться; riso, m, pl – risa – смех, хохот).

S’imbeccavano, un boccone tu, un boccone io, le innocenti confezioni della badia, e dai bicchierini il pallido rosolio con l’essenza di cannella, un sorso tu, un sorso io. E ridevano. E anche la vecchia zia badessa, come una balla dietro la doppia grata, si buttava via dalle risa.

Era andato a sorprenderli (он пошел и застиг их), una di quelle domeniche (в одно из таких воскресений).

Il padre aveva fatto a tempo a nascondersi dietro una tenda verde (отец успел спрятаться за зеленой занавеской; tempo, m – время, fare a /in/ tempo – успеть) che riparava a destra un usciolo (которая скрывала справа маленькую дверь; riparare – защищать, заслонять, укрывать, uscio, m – вход, дверь, -olo – уменьш. суффикс); ma la tenda era corta (но занавеска была короткой), e sotto i peneri ancora mossi (и под еще движущейся бахромой; muovere – двигать, приводить в движение) si vedevano bene le due grosse scarpe di coppale lisce e lustre (были хорошо видны два больших ботинка из лакированной кожи, гладкие и блестящие; coppale, m = copale, m – лакированная кожа для производства обуви и аксессуаров); ella era rimasta a sedere davanti al tavolino (она осталась сидеть перед столиком), col bicchierino ancora tra le dita (со стаканчиком еще в руке: «между пальцев»), in atto di bere (продолжая пить; atto, m – действие, акт, процесс, in atto di – букв. «в процессе питья»).

Era andato a sorprenderli, una di quelle domeniche.

Il padre aveva fatto a tempo a nascondersi dietro una tenda verde che riparava a destra un usciolo; ma la tenda era corta, e sotto i peneri ancora mossi si vedevano bene le due grosse scarpe di coppale lisce e lustre; ella era rimasta a sedere davanti al tavolino, col bicchierino ancora tra le dita, in atto di bere.

Le era andato di fronte (он подошел к ней; andare – идти, доходить, приходить; di fronte – напротив) e s’era tirato un po’ indietro col busto (и подался немного назад корпусом; tirarsi indietro – отступить, busto, m – туловище, торс) per scagliarle con più forza in faccia lo sputo (чтобы бросить ей с большей силой в лицо плевок). Il padre non s’era mosso dalla tenda (отец не двинулся из-за занавески; muoversi – двигаться, трогаться с места). E a lui, poi, a casa (и ему потом, дома), non aveva torto un capello né detto nulla (он ничего не сделал и не сказал ничего; non torcere un capello – букв. «не выкрутить и волоска», пальцем не тронуть). S’era vendicato sopra la madrе (он отомстил матери); l’aveva percossa a sangue e cacciata via (избил ее до крови и выгнал вон; percuotere – бить, ударять); poi s’era tolta in casa pubblicamente la ganza (потом взял cебе публично в дом любовницу; togliere /книжн., областн./ – брать, принимать), senza voler più sapere né della moglie né del figlio (не желая больше знать ни о жене, ни о сыне; senza – без; volere – хотеть, желать).

Le era andato di fronte e s’era tirato un po’ indietro col busto per scagliarle con più forza in faccia lo sputo. Il padre non s’era mosso dalla tenda. E a lui, poi, a casa, non aveva torto un capello né detto nulla. S’era vendicato sopra la madre; l’aveva percossa a sangue e cacciata via; poi s’era tolta in casa pubblicamente la ganza, senza voler più sapere né della moglie né del figlio.

Morta dopo un anno la madre (/после того как/ умерла через год мать), egli era stato messo in collegio fuori del paese (он был помещен в пансион за пределами деревни); e non aveva riveduto il padre mai più (и не видел отца больше никогда; rivedere – вновь увидеть, опять встретить).

Morta dopo un anno la madre, egli era stato messo in collegio fuori del paese; e non aveva riveduto il padre mai più.

Ora, in quel suo ritorno dopo tanto tempo al paese natale (теперь, когда он вернулся спустя долгое время в родную деревню; in quel suo ritorno – «в это его возвращение», dopo – после, tanto – много, tempo, m – время), non era stato riconosciuto da nessuno (его никто не узнал: «он не был узнан никем»).

Ora, in quel suo ritorno dopo tanto tempo al paese natale, non era stato riconosciuto da nessuno.

Solo un tale gli s’era accostato (только некий /тип/ приблизился к нему; tale – некто), che a lui però non era riuscito d’immaginare (но у него не получилось представить /себе/) chi potesse essere (кто бы это мог быть); un certo omino ammantellato (некий человечек, закутанный в плащ; mantello, m – плащ, ammantellato – покрытый плащом), che pareva quasi per ridere (который казался почти смешным; per ridere – букв. «для смеха»), tanto era piccolo e il mantello grande (настолько он был маленьким, а плащ большим).

Solo un tale gli s’era accostato, che a lui però non era riuscito d’immaginare chi potesse essere; un certo omino ammantellato, che pareva quasi per ridere, tanto era piccolo e il mantello grande.

Misteriosamente costui (с таинственным видом этот субъект), chiamandoselo prima con la mano in disparte (отозвав его сначала жестом в сторонку; con la mano – рукой, движением руки, mano, f – рука, кисть руки), s’era messo a parlargli a bassissima voce (он начал говорить ему очень тихим голосом) della casa e del diritto da far valere sulla corte di essa (о доме и о праве, которое можно предъявить на /его, дома/ двор; basso – тихий, негромкий -issimo – увеличительный суффикс), o per sè, o, se per sè non voleva (или для себя или, если для себя он не хотел), a favore d’una disgraziata (в пользу одной несчастной) che sarebbe stata carità fiorita (которую было бы прекрасной милостью;  – цвести, расцветать, /перен./ расцвечивать, украшать) ricompensare dell’amore e della devozione che aveva avuto per il padre (вознаградить за любовь и за преданность, которые она проявила к отцу: «которые она имела к отцу») e dei servizi che gli aveva reso fino all’ultimo (и за услуги, которые она ему оказывала до последнего; rendere – отдавать; возвращать; оказывать /услуги/), quando, perso di tutto il corpo e muto (когда он, обездвиженный: «лишившийся всего тела»; и немой; perdere /di qc/ – утратить что-л., лишиться чего-л.; corpo, m – тело, туловище; muto – немой), s’era ridotto alla fame (он стал голодать; ridursi – превращаться, доходить, fame, f – голод): una certa Nuzza La Dia sì, che fin d’allora s’era data a mendicare per lui (некой Нуццы Ла Диа, да, которая с тех пор стала просить милостыню для него; darsi a + inf. – начинать, приниматься что-то делать; mendicare – просить милостыню), e che ora, senza tetto (и которая сейчас, не имея крыши /над головой/: «без крыши»; tetto, m – крыша); si trascinava ogni notte a dormire là (приползала каждую ночь спать туда), in un sottoscala della casa (в одну из каморок под лестницей /этого/ дома; sottoscala, m – помещение под лестницей, каморка; sotto – под, внизу; scala, f – лестница).

Misteriosamente costui, chiamandoselo prima con la mano in disparte, s’era messo a parlargli a bassissima voce della casa e del diritto da far valere sulla corte di essa, o per sè, o, se per sè non voleva, a favore d’una disgraziata che sarebbe stata carità fiorita ricompensare dell’amore e della devozione che aveva avuto per il padre e dei servizi che egli aveva reso fino all’ultimo, quando, perso di tutto il corpo e muto, s’era ridotto alla fame: una certa Nuzza La Dia sì, che fin d’allora s’era data a mendicare per lui, e che ora, senza tetto, si trascinava ogni notte a dormire là, in un sottoscala della casa.

Paolo Marra s’era voltato a guardare quell’omino (Паоло Марра повернулся и посмотрел на того человечка) come fosse il diavolo (как если бы это был дьявол).

Ed ecco che quell’omino (и вот этот человечек), in risposta al suo sguardo (в ответ на его взгляд), subito gli aveva strizzato un occhio (тут же подмигнул ему одним глазом), ammiccando con l’altro (мигая вторым), improvvisamente acceso d’una furbizia davvero diabolica (в котором неожиданно зажглась хитрость: «/глазом/, неожиданно зажженным хитростью»; воистину дьявольская; davvero – действительно, на самом деле). Proprio come se fosse stato lui a far precipitare da bambina la madre dalla finestra (именно как если бы это он заставил упасть в детстве мать из окна), per svisarla (чтобы изуродовать ее); lui a far così bella (он сделал такой красивой), per la tentazione del padre (для искушения отца), quella Nuzza La Dia (эту Нуццу Ла Диа); lui a indurlo, ragazzo (он побудил его, подростком), a tirare in faccia a quella donna bella (бросить в лицо этой красивой женщины) lo sputo per la rovina di tutti (плевок на погибель всем).

Paolo Marra s’era voltato a guardare quell’omino come fosse il diavolo.

Ed ecco che quell’omino, in risposta al suo sguardo, subito gli aveva strizzato un occhio, ammiccando con l’altro, improvvisamente acceso d’una furbizia davvero diabolica. Proprio come se fosse stato lui a far precipitare da bambina la madre dalla finestra, per svisarla; lui a far così bella, per la tentazione del padre, quella Nuzza La Dia; lui a indurlo, ragazzo, a tirare in faccia a quella donna bella lo sputo per la rovina di tutti.

E dopo aver così ammiccato (и, подмигнув таким образом), quel diavolo lì (этот вот дьявол), ravvolgendosi con gran vento nel suo spropositato mantello (вновь закутался, /подняв ветер/: «с большим ветром»; в свой непомерный плащ; ravvolgersi – завернуться, закутаться; vento, m – ветер), era andato via (ушел прочь).

E dopo aver così ammiccato, quel diavolo lì, ravvolgendosi con gran vento nel suo spropositato mantello, era andato via.

Sapeva bene Paolo Marra che questa era tutta sua immaginazione (хорошо знал Паоло Марра, что это все было его воображением), la quale nasceva dal fatto (которое происходило от того обстоятельства; nascere – рождаться, возникать, вытекать) che da un pezzo si sentiva pungere segretamente dal rimorso (что давно он чувствовал, как его тайно колют угрызения совести: «чувствовал себя тайно уколотым»; pungere – колоть) d’aver lasciato morire il padre nella miseria (от того, что оставил отца умирать в нищете), senza volersene più curare (не желая больше о нем заботиться).

Sapeva bene Paolo Marra che questa era tutta sua immaginazione, la quale nasceva dal fatto che da un pezzo si sentiva pungere segretamente dal rimorso d’aver lasciato morire il padre nella miseria, senza volersene più curare.

Anche in quel momento se ne sentí pungere (в этот момент он тоже почувствовал себя уколотым); ma subito respinse quel rimorso con un urto d’odio (но сразу же оттолкнул это угрызение ударом ненависти; respingere – отталкивать, отбрасывать, отбивать; urto, m – удар, толчок) che pur sapeva non vero (хотя знал, что она /ненависть/ не настоящая). L’urto, difatti, proveniva da un altro sentimento (удар, на самом деле, происходил из другого чувства) ch’egli non aveva mai voluto precisare dentro di sé (которое он никогда не хотел уточнить внутри себя) per non offendere tra le sue memorie quella che gli doleva di più (чтобы не оскорбить в своих воспоминаниях то, которое было для него самым болезненным;: «то, которое у него больше всего болело»; dolere – болеть): la memoria della madre (воспоминание о матери).

Anche in quel momento se ne sentí pungere; ma subito respinse quel rimorso con un urto d’odio che pur sapeva non vero. L’urto, difatti, proveniva da un altro sentimento ch’egli non aveva mai voluto precisare dentro di sé per non offendere tra le sue memorie quella che gli doleva di più: la memoria della madre.

E questa memoria era mista adesso (и это воспоминание смешивалось сейчас) a un senso atroce di vergogna (с жестоким чувством стыда; senso, m – чувство, сознание, ощущение) e ad un avvilimento tanto più grande (и с тем большей удрученностью), in quanto ogni volta (что каждый раз), accanto alla faccia della madre (рядом с лицом матери), deturpata (обезображенным), gli appariva d’improvviso (перед ним появлялось неожиданно), bella (красивое), la faccia di quell’altra (лицо той, другой), col ricordo indelebile di com’ella lo aveva guardato (с неизгладимым воспоминанием о том, как она на него смотрела), mentre ancora lo sputo le pendeva dalla guancia (пока плевок еще свисал с ее щеки): un sorriso incerto (неуверенная улыбка), di quasi allegra sorpresa (почти веселого удивления), che le luceva sui denti tra le labbra rosse (которая блестела у нее на зубах между алых губ); e tanta pena, invece, tanta pena negli occhi (и много боли, напротив, много боли в глазах).

E questa memoria era mista adesso a un senso atroce di vergogna e ad un avvilimento tanto più grande, in quanto ogni volta, accanto alla faccia della madre, deturpata, gli appariva d’improvviso, bella, la faccia di quell’altra, col ricordo indelebile di com’ella lo aveva guardato, mentre ancora lo sputo le pendeva dalla guancia: un sorriso incerto, di quasi allegra sorpresa, che le luceva sui denti tra le labbra rosse; e tanta pena, invece, tanta pena negli occhi.

La verità (Правда)

Saru Argentu, inteso Tararà (Сару Ардженту, прозванный Тарара; inteso – условленный, решенный; «понимаемый, как…»; intendere – понимать; иметь в виду), appena introdotto nella gabbia della squallida Corte d’Assise (как только был введен за решетку убогого суда присяжных; gabbia, f – клетка; решетка в помещении суда /за которой сидят подсудимые/), per prima cosa cavò di tasca un ampio fazzoletto rosso di cotone a fiorami gialli (первым делом извлек из кармана большой красный хлопчатобумажный платок в желтых цветах; ampio – широкий; обширный, просторный; cotone, m – хлопок; fiorame, m – узор из цветов), e lo stese accuratamente su uno dei gradini della panca (и тщательно расстелил его на одной из ступенек сиденья; stendere – расстилать, раскладывать), per non sporcarsi, sedendo (чтобы не испачкать себе, садясь), l’abito delle feste (праздничный костюм), di greve panno turchino (из плотного темно-синего сукна; greve – тяжелый). Nuovo l’abito (новый костюм), e nuovo il fazzoletto (и новый платок).

Saru Argentu, inteso Tararà, appena introdotto nella gabbia della squallida Corte d’Assise, per prima cosa cavò di tasca un ampio fazzoletto rosso di cotone a fiorami gialli, e lo stese accuratamente su uno dei gradini della panca, per non sporcarsi, sedendo, l’abito delle feste, di greve panno turchino. Nuovo l’abito, e nuovo il fazzoletto.

Seduto, volse la faccia e sorrise a tutti i contadini (сев, он повернул лицо и улыбнулся всем крестьянам; volgere – поворачивать; sorridere – улыбаться) che gremivano (которые заполняли), dalla ringhiera in giù (от перил и донизу), la parte dell’aula riservata al pubblico (часть зала, предназначенную для публики). L’irto grugno raschioso (косматая шершавая морда; grugno, m – /груб./ морда, рыло; raschioso – оцарапанный, шершавый; raschiare – скрести, соскребать, соскабливать), raso di fresco (свежевыбритая; fresco – зд.: свежий; rasare – брить), gli dava l’aspetto d’uno scimmione (придавала ему вид большой обезьяны; scimmia, f – обезьяна, -one – увеличит. суффикс). Gli pendevano dagli orecchi due catenaccetti d’oro (из ушей у него свисали две золотых цепочки; catena, f – цепь).

Seduto, volse la faccia e sorrise a tutti i contadini che gremivano, dalla ringhiera in giù, la parte dell’aula riservata al pubblico. L’irto grugno raschioso, raso di fresco, gli dava l’aspetto d’uno scimmione. Gli pendevano dagli orecchi due catenaccetti d’oro.

Dalla folla di tutti quei contadini (из толпы всех этих крестьян) si levava denso (поднимался густой), ammorbante (отравляющий; ammorbare – заражать, наполнять зловонием, отравлять; morbo, m – болезнь; зараза; зловоние), un sito di stalla e di sudore (дурной запах хлева и пота), un lezzo caprino (козья вонь), un tanfo di bestie inzafardate (вонь вымазанных жиром животных; inzafardare – пачкать чем-то жирным; zafardata, f – грязное пятно), che accorava (который угнетал; accorare – огорчать, печалить).

Dalla folla di tutti quei contadini si levava denso, ammorbante, un sito di stalla e di sudore, un lezzo caprino, un tanfo di bestie inzafardate, che accorava.

Qualche donna (некоторые женщины), vestita di nero (одетые в черное), con la mantellina di panno tirata fin sopra gli orecchi (в суконных накидках, натянутых выше ушей; fin – краткая форма от fino – зд.: предлог со значением «до», «вплоть до»), si mise a piangere perdutamente alla vista dell’imputato (начали отчаянно плакать при виде подсудимого), il quale invece (который, наоборот), guardando dalla gabbia (глядя из-за решетки), seguitava a sorridere (продолжал улыбаться) e ora alzava una scabra manaccia terrosa (и то поднимал шершавую, испачканную землей ручищу; mano, f – рука; manaccia, f – ручища; terra, f – земля; terroso – землистый, испачканный землей), ora piegava il collo di qua e di là (то склонял шею туда и сюда), non propriamente a salutare (не именно для приветствия; salutare – приветствовать, здороваться), ma a fare a questo e a quello degli amici e compagni di lavoro (но чтобы сделать тому или этому из друзей и товарищей по работе) un cenno di riconoscimento (жест признательности), con una certa compiacenza (с некоторым удовольствием; compiacenza, f – удовлетворение, удовольствие, compiacenza di se stesso – самодовольство).

Qualche donna, vestita di nero, con la mantellina di panno tirata fin sopra gli orecchi, si mise a piangere perdutamente alla vista dell’imputato, il quale invece, guardando dalla gabbia, seguitava a sorridere e ora alzava una scabra manaccia terrosa, ora piegava il collo di qua e di là, non propriamente a salutare, ma a fare a questo e a quello degli amici e compagni di lavoro un cenno di riconoscimento, con una certa compiacenza.

Perché per lui era quasi una festa, quella (потому что для него это было почти праздником; quella – та /относится к festa, f – праздник/), dopo tanti e tanti mesi di carcere preventivo (после многих и многих месяцев в тюрьме предварительного заключения). E s’era parato come di domenica (и он нарядился, как в воскресенье), per far buona comparsa (чтобы эффектно появиться /в суде/; игра слов, поскольку comparsa значит и появление, и явку в суд, и эффектность, а идиома far comparsa – произвести хорошее впечатление). Povero era (он был беден), tanto che non aveva potuto neanche pagarsi un avvocato (настолько, что не смог даже оплатить себе адвоката), e ne aveva uno d’ufficio (и у него был /адвокат/ назначенный судом); ma per quello che dipendeva da lui (но в том, что зависело от него), ecco, pulito almeno (вот, хотя бы чистый), sbarbato (побритый: «лишенный бороды»; barba, f – борода), pettinato e con l’abito delle feste (причесанный и в выходном костюме).

Perché per lui era quasi una festa, quella, dopo tanti e tanti mesi di carcere preventivo. E s’era parato come di domenica, per far buona comparsa. Povero era, tanto che non aveva potuto neanche pagarsi un avvocato, e ne aveva uno d’ufficio; ma per quello che dipendeva da lui, ecco, pulito almeno, sbarbato, pettinato e con l’abito delle feste.

Dopo le prime formalità (после первых формальностей), costituita la giuria (/когда/ суд присяжных был образован), il presidente invitò l’imputato ad alzarsi (председатель велел подсудимому встать; invitare /a qc/ – вызывать, побуждать).

– Come vi chiamate (как вас зовут)?

– Tararà.

– Questo è un nomignolo (это прозвище). Il vostro nome (ваше имя)?

– Ah, sissignore (а, да, синьор). Argentu, Saru Argentu, Eccellenza (Ваше превосходительство). Ma tutti mi conoscono per Tararà (но все меня знают как Тарара).

– Va bene (хорошо). Quant’anni avete (сколько вам лет)?

– Eccellenza, non lo so (ваше превосходительство, я не знаю).

– Come non lo sapete (как не знаете)?

Dopo le prime formalità, costituita la giuria, il presidente invitò l’imputato ad alzarsi.

– Come vi chiamate?

– Tararà.

– Questo è un nomignolo. Il vostro nome?

– Ah, sissignore. Argentu, Saru Argentu, Eccellenza. Ma tutti mi conoscono per Tararà.

– Va bene. Quant’anni avete?

– Eccellenza, non lo so.

– Come non lo sapete?

Tararà si strinse nelle spalle (Тарара пожал плечами; spalla, f – плечо; stringersi nelle spalle – пожать плечами) e significò chiaramente con l’atteggiamento del volto (и ясно показал выражением лица; significare – значить, означать; символизировать; выражать; atteggiamento, m – поза, положение; поведение; atteggiare – выражать /жестами, поведением/; придавать вид), che gli sembrava quasi una vanità (что это ему казалось практически суетой), ma proprio superflua (ну действительно излишней), il computo degli anni (исчисление лет). Rispose (он ответил):

– Abito in campagna, Eccellenza (я живу в деревне, Ваше превосходительство). Chi ci pensa (кто /там/ об этом думает)?

Tararà si strinse nelle spalle e significò chiaramente con l’atteggiamento del volto, che gli sembrava quasi una vanità, ma proprio superflua, il computo degli anni. Rispose:

– Abito in campagna, Eccellenza. Chi ci pensa?

Risero tutti (все засмеялись), e il presidente chinò il capo (и председатель наклонил голову) a cercare nelle carte (чтобы поискать в бумагах) che gli stavano aperte davanti (которые лежали раскрытые перед ним):

– Siete nato nel 1873 (вы родились в 1873 /году/). Avete dunque trentanove anni (значит, вам тридцать девять лет).

Risero tutti, e il presidente chinò il capo a cercare nelle carte che gli stavano aperte davanti:

– Siete nato nel 1873. Avete dunque trentanove anni

Tararà aprí le braccia (Тарара развел руками; aprire – открывать, раскрывать) e si rimise (и подчинился):

– Come comanda Vostra Eccellenza (как прикажет Ваше Превосходительство).

Tararà aprí le braccia e si rimise:

– Come comanda Vostra Eccellenza.

Per non provocare nuove risate (чтобы не вызывать новых взрывов смеха), il presidente fece le altre interrogazioni (председатель задал другие вопросы), rispondendo da sé a ognuna (отвечая сам на каждый /их них/):

– È vero? – è vero? (это правда? – это правда?) – Infine disse (наконец он сказал):

– Sedete (садитесь). Ora sentirete dal signor cancelliere (сейчас вы услышите от господина секретаря) di che cosa siete accusato (в чем вы обвиняетесь).

Per non provocare nuove risate, il presidente fece le altre interrogazioni, rispondendo da sé a ognuna:

– È vero? – è vero? – Infine disse:

– Sedete. Ora sentirete dal signor cancelliere di che cosa siete accusato.

Il cancelliere si mise a leggere l’atto d’accusa (секретарь начал читать обвинительное заключение); ma a un certo punto dovette interrompere la lettura (но в какой-то момент должен был прервать чтение); perché il capo dei giurati (потому что председатель суда присяжных; capo, m – глава, руководитель, giurato, m – присяжный заседатель) stava per venir meno (чуть не лишился чувств; stare per + inf – собираться, намереваться; venir meno – лишиться чувств) a causa del gran lezzo ferino che aveva empito tutta l’aula (по причине сильной зверской вони, которая заполнила весь зал; lezzo, m – вонь, зловоние; ferino – дикий, зверский, жестокий). Bisognò dar ordine agli uscieri (пришлось дать приказ судебным исполнителям) che fossero spalancate porte e finestre (чтобы открыли: «чтобы были открыты»; двери и окна).

Il cancelliere si mise a leggere l’atto d’accusa; ma a un certo punto dovette interrompere la lettura, perché il capo dei giurati stava per venir meno a causa del gran lezzo ferino che aveva empito tutta l’aula. Bisognò dar ordine agli uscieri che fossero spalancate porte e finestre.

Apparve allora lampante e incontestabile (тогда предстало ясно и неопровержимо) la superiorità dell’imputato di fronte a coloro che dovevano giudicarlo (превосходство подсудимого перед лицом тех, кто должен был его судить; di fronte a – перед лицом, против).

Apparve allora lampante e incontestabile la superiorità dell’imputato di fronte a coloro che dovevano giudicarlo.

Seduto su quel suo fazzolettone rosso fiammante (сидя на этом своем огненно-красном огромном платке; fazzoletto, m – платок; -one – увеличительный суффикс), Tararà non avvertiva affatto quel lezzo (Тарара совершенно не ощущал эту вонь), abituale al suo naso (привычную для его носа), e poteva sorridere (и мог улыбаться); Tararà non sentiva caldo (Тарара не чувствовал жары), pur vestito com’era di quel greve abito di panno turchino (хотя и был одет в толстый костюм из темно-синего сукна); Tararà infine non aveva alcun fastidio dalle mosche (Тарара, наконец, не испытывал: «не имел»; никакого беспокойства от мух), che facevano scattare in gesti irosi i signori giurati (которые вызывали яростные жесты у господ присяжных; fare + inf – заставлять что-либо сделать, scattare – щелкнуть, сделать резкий неожиданный жест, напр., вскочить), il procuratore del re (королевского прокурора), il presidente (председателя), il cancelliere (секретаря), gli avvocati (адвокатов), gli uscieri (судебных исполнителей; usciere, m – швейцар; привратник; портье; судебный исполнитель), e finanche i carabinieri (и даже карабинеров). Le mosche gli si posavano su le mani (мухи садились ему на руки), gli svolavano ronzanti sonnacchiose attorno alla faccia (пролетали, жужжа, вяло около лица; ronzare – жужжать, гудеть; attorno – вокруг), gli s’attaccavano voraci su la fronte (цеплялись жадно к его лбу; vorace – прожорливый, ненасытный), agli angoli della bocca (к уголкам рта) e perfino a quelli degli occhi (и даже /к уголкам/ глаз): non le sentiva (он их не чувствовал), non le cacciava (он их не прогонял), e poteva seguitare a sorridere (и мог продолжать улыбаться; seguitare /уст./ = continuare – продолжать).

Seduto su quel suo fazzolettone rosso fiammante, Tararà non avvertiva affatto quel lezzo, abituale al suo naso, e poteva sorridere; Tararà non sentiva caldo, pur vestito com’era di quel greve abito di panno turchino; Tararà infine non aveva alcun fastidio dalle mosche, che facevano scattare in gesti irosi i signori giurati, il procuratore del re, il presidente, il cancelliere, gli avvocati, gli uscieri, e finanche i carabinieri. Le mosche gli si posavano su le mani, gli svolavano ronzanti sonnacchiose attorno alla faccia, gli s’attaccavano voraci su la fronte, agli angoli della bocca e perfino a quelli degli occhi: non le sentiva, non le cacciava, e poteva seguitare a sorridere.

Il giovane avvocato difensore (молодой адвокат подсудимого: «адвокат-защитник»; difensore, m – защитник; difendere – защищать), incaricato d’ufficio (назначенный судом; carica, f – должность, пост; полномочия), gli aveva detto che poteva essere sicuro dell’assoluzione (сказал ему, что он может быть уверен в оправдании), perché aveva ucciso la moglie (потому что он убил жену), di cui era provato l’adulterio (измена которой была доказана).

Il giovane avvocato difensore, incaricato d’ufficio, gli aveva detto che poteva essere sicuro dell’assoluzione, perché aveva ucciso la moglie, di cui era provato l’adulterio.

Nella beata incoscienza delle bestie (/находясь/ в блаженной безответственности животных), non aveva neppur l’ombra del rimorso (он не испытывал: «не имел» и тени угрызений совести; rimorso, m – угрызения совести). Perché dovesse rispondere (почему он должен был отвечать) di ciò che aveva fatto (за то, что он сделал), di una cosa, cioè (за нечто, то есть), che non riguardava altri che lui (что не касалоcь никого, кроме него; altro – иной, другой), non capiva (он не понимал). Accettava l’azione della giustizia (он принимал действие правосудия), come una fatalità inovviabile (как непреодолимую судьбу; ovviare – помешать, воспрепятствовать).

Nella beata incoscienza delle bestie, non aveva neppur l’ombra del rimorso. Perché dovesse rispondere di ciò che aveva fatto, di una cosa, cioè, che non riguardava altri che lui, non capiva. Accettava l’azione della giustizia, come una fatalità inovviabile.

Nella vita c’era la giustizia (в жизни бывало правосудие), come per la campagna le cattive annate (как в деревне неурожай; annata, f – урожай, buona/cattiva annata – хороший/плохой урожай).

Nella vita c’era la giustizia, come per la campagna le cattive annate.

E la giustizia (и правосудие), con tutto quell’apparato solenne di scanni maestosi (со всем этим торжественным аппаратом величественных сидений; scanno, m – сиденье, скамья), di tocchi, di toghe e di pennacchi (головных уборов, тог и плюмажей; tocco, m – берет), era per Tararà come quel nuovo grande molino a vapore (было для Тарара как та новая большая паровая мельница), che s’era inaugurato con gran festa l’anno avanti (которую открыли с большими празднествами годом прежде; inaugurare – торжественно открывать; avanti – раньше, прежде, до, перед).

E la giustizia, con tutto quell’apparato solenne di scanni maestosi, di tocchi, di toghe e di pennacchi, era per Tararà come quel nuovo grande molino a vapore, che s’era inaugurato con gran festa l’anno avanti.

Visitandone con tanti altri curiosi il macchinario (осматривая вместе со многими другими любопытными ее машинное оборудование; visitare – посещать, осматривать, обследовать), tutto quell’ingranaggio di ruote (все это сцепление колес; ingranaggio, m – сцепление, зубчатый механизм; /перен./ хитросплетение; ruota, f – колесо), quel congegno indiavolato di stantuffi e di pulegge (это ужасное хитросплетение поршней и шкивов; congegno, m – приспособление, устройство; перен.: хитросплетение; indiavolato – неистовый; ужасный, страшный, чудовищный), Tararà, l’anno avanti (Тарара годом раньше), s’era sentita sorgere dentro e a mano a mano ingrandire (почувствовал, что внутри /него/ зарождается и постепенно растет; mano a mano – постепенно, мало-помалу), con lo stupore (вместе с изумлением), la diffidenza (недоверие). Ciascuno avrebbe portato il suo grano a quel molino (каждый принес бы свое зерно на ту мельницу); ma chi avrebbe poi assicurato agli avventori (но кто потом гарантировал бы клиентам) che la farina sarebbe stata quella stessa del grano versato (что мука будет именно из того зерна, которое насыпали; quella stessa – та же самая, относится к farina, f – мука; versare – сыпать, насыпать)? Bisognava che ciascuno chiudesse gli occhi (нужно было, чтобы каждый закрыл глаза) e accettasse con rassegnazione la farina che gli davano (и принял со смирением муку, которую ему давали).

Visitandone con tanti altri curiosi il macchinario, tutto quell’ingranaggio di ruote, quel congegno indiavolato di stantuffi e di pulegge, Tararà, l’anno avanti, s’era sentita sorgere dentro e a mano a mano ingrandire, con lo stupore, la diffidenza. Ciascuno avrebbe portato il suo grano a quel molino; ma chi avrebbe poi assicurato agli avventori che la farina sarebbe stata quella stessa del grano versato? Bisognava che ciascuno chiudesse gli occhi e accettasse con rassegnazione la farina che gli davano.

Così ora, con la stessa diffidenza (так сейчас с тем же недоверием), ma pur con la stessa rassegnazione (но также и с тем же смирением; rassegnarsi – примиряться, смиряться; покоряться), Tararà recava il suo caso nell’ingranaggio della giustizia (Тарара предоставлял свое дело механизму правосудия; recare – представлять; приносить, доставлять ingranaggio, m – сцепление, зубчатый механизм; /перен./ стечение обстоятельств, волокита, государственная машина).

Così ora, con la stessa diffidenza, ma pur con la stessa rassegnazione, Tararà recava il suo caso nell’ingranaggio della giustizia.

Per conto suo sapeva (что до него, он знал) che aveva spaccato la testa alla moglie con un colpo d’accetta (что разрубил голову жене ударом топора), perché ritornato a casa fradicio e inzaccherato (потому что, вернувшись домой промокшим и грязным; fradicio – мокрый, сырой; inzaccherarsi – пачкаться, мараться; zacchera, f – грязь, брызги грязи на одежде), una sera di sabato, dalla campagna sotto il borgo di Montaperto (одним субботним вечером с поля под поселком Монтаперто) nella quale lavorava tutta la settimana da garzone (где: «на котором»; он работал всю неделю батраком), aveva trovato uno scandalo grosso nel vicolo dell’Arco di Spoto (он застал большой скандал в переулке Арко ди Спото), ove abitava (где он жил), su le alture di San Gerlando (на возвышенности Сан Джерландо).

Per conto suo, sapeva che aveva spaccato la testa alla moglie con un colpo d’accetta, perché, ritornato a casa fradicio e inzaccherato, una sera di sabato, dalla campagna sotto il borgo di Montaperto nella quale lavorava tutta la settimana da garzone, aveva trovato uno scandalo grosso nel vicolo dell’Arco di Spoto, ove abitava, su le alture di San Gerlando.

Poche ore avanti (за несколько часов до этого), sua moglie era stata sorpresa in flagrante adulterio insieme col cavaliere don Agatino Fioríca (его жена была застигнута за очевидным прелюбодеянием вместе с кавальере, доном Агатино Фьорика; cavaliere, m – зд.: джентльмен, дворянин, благородный человек).

Poche ore avanti, sua moglie era stata sorpresa in flagrante adulterio insieme col cavaliere don Agatino Fioríca.

La signora donna Graziella Fioríca (синьора донна Грациелла Фьорика; donna, f – зд.: донна, /уст./ уважительное обращение к женщине высокого социального положения), moglie del cavaliere (жена кавальере), con le dita piene d’anelli (с пальцами, усыпанными кольцами; pieno – наполненный, полный; изобилующий), le gote tinte di uva turca (щеками, накрашенными лаконосом; gota, f – щека; uva turca – лаконос /растение/), e tutta infiocchettata (и вся в бантах; infiocchettare – украшать бантами; fiocco, m – бант) come una di quelle mule che recano a suon di tamburo un carico di frumento alla chiesa (как одна из тех мулов: «самка мула» которые везут под барабанный бой груз пшеницы в церковь; recare – приносить, доставлять; suon – краткая форма от suono, m – звук, звучание), aveva guidato lei stessa in persona il delegato di pubblica sicurezza Spanò e due guardie di questura (привела самолично собственной персоной начальника полиции Спано и двух полицейских; lei stessa – она сама; delegato, m – уполномоченный; pubblica sicurezza – охрана общ. порядка и соответствующие органы, полиция; guardia di questura – полицейский; questura, f – полиция), là nel vicolo dell’Arco di Spoto (туда, в переулок Арко ди Спото), per la constatazione dell’adulterio (чтобы констатировать прелюбодеяние).

La signora donna Graziella Fioríca, moglie del cavaliere, con le dita piene d’anelli, le gote tinte di uva turca, e tutta infiocchettata come una di quelle mule che recano a suon di tamburo un carico di frumento alla chiesa, aveva guidato lei stessa in persona il delegato di pubblica sicurezza Spanò e due guardie di questura, là nel vicolo dell’Arco di Spoto, per la constatazione dell’adulterio.

Il vicinato non aveva potuto nascondere a Tararà la sua disgrazia (соседи не смогли скрыть от Тарара его несчастье; vicinato /ед. ч., собират./ – соседи), perché la moglie era stata trattenuta in arresto (потому что жену удерживали под арестом), col cavaliere (вместе с кавальере), tutta la notte (всю ночь). La mattina seguente Tararà (на следующее утро Тарара), appena se la era vista ricomparire zitta zitta davanti all’uscio di strada (как только увидел, что она появилась тихая-тихая, у входной двери; ricomparire – вновь появиться; снова предстать; zitto – молчаливый, тихий, притихший, присмиревший; uscio, m – дверь, выход; strada, f – улица, дорога), prima che le vicine avessero tempo d’accorrere (раньше, чем соседки успели прибежать; avere tempo – иметь время), le era saltato addosso con l’accetta in pugno (бросился на нее с топором в руке; saltare – прыгать, saltare addosso – прыгать, бросаться /на/; pugno, m – кулак, рука) e le aveva spaccato la testa (и разрубил ей голову).

Il vicinato non aveva potuto nascondere a Tararà la sua disgrazia, perché la moglie era stata trattenuta in arresto, col cavaliere, tutta la notte. La mattina seguente Tararà, appena se la era vista ricomparire zitta zitta davanti all’uscio di strada, prima che le vicine avessero tempo d’accorrere, le era saltato addosso con l’accetta in pugno e le aveva spaccato la testa.

Chi sa che cosa stava a leggere adesso il signor cancelliere (кто знает, что /там/ читал сейчас господин секретарь)…

Chi sa che cosa stava a leggere adesso il signor cancelliere…

Terminata la lettura (после окончания чтения), il presidente fece alzare di nuovo l’imputato per l’interrogatorio (председатель вновь заставил встать подсудимого для допроса).

– Imputato Argentu (подсудимый Ардженту), avete sentito (вы слышали) di che siete accusato (в чем вы обвиняетесь)?

Terminata la lettura, il presidente fece alzare di nuovo l’imputato per l’interrogatorio.

– Imputato Argentu, avete sentito di che siete accusato?

Tararà fece un atto appena appena con la mano e (Тарара едва-едва сделал жест рукой; atto, m – действие; жест), col suo solito sorriso, rispose (со своей обычной улыбкой ответил):

– Eccellenza, per dire la verità (Ваше Превосходительство, по правде говоря: «чтобы сказать правду»), non ci ho fatto caso (я не обратил не это внимание; fare caso – обращать внимание, придавать значение).

Tararà fece un atto appena appena con la mano e, col suo solito sorriso, rispose:

– Eccellenza, per dire la verità, non ci ho fatto caso.

Il presidente allora lo redarguí con molta severità (тогда председатель сделал ему очень строгий выговор: «ему выговорил с большой строгостью»):

– Siete accusato d’aver assassinato con un colpo d’accetta (вы обвиняетесь в том, что убили ударом топора), la mattina del 10 dicembre 1911 (утром 10 декабря 1911 года), Rosaria Femminella, vostra moglie (Розарию Фемминелла, вашу жену). Che avete a dire in vostra discolpa (что вы имеете сказать в ваше оправдание)? Rivolgetevi ai signori giurati (обратитесь к господам присяжным) e parlate chiaramente (и говорите ясно) e col dovuto rispetto alla giustizia (и с должным уважением к правосудию).

Il presidente allora lo redarguí con molta severità:

– Siete accusato d’aver assassinato con un colpo d’accetta, la mattina del 10 dicembre 1911, Rosaria Femminella, vostra moglie. Che avete a dire in vostra discolpa? Rivolgetevi ai signori giurati e parlate chiaramente e col dovuto rispetto alla giustizia.

Tararà si recò una mano al petto (Тарара поднес /себе/ руку к груди; recare – приносить, доставлять), per significare che non aveva la minima intenzione di mancare di rispetto alla giustizia (чтобы обозначить, что он не имел ни малейшего намерения быть непочтительным к правосудию; significare – значить, означать; выражать, проявлять; mancare di rispetto – относиться непочтительно, с неуважением; rispetto, m – уважение, почтение). Ma tutti, ormai, nell’aula, avevano disposto l’animo all’ilarità (но уже все в зале расположились к веселью: «расположили душу»; disporre a qc – /перен./ располагать, настраивать; аnimo, m – дух, душа) e lo guardavano col sorriso preparato (и смотрели на него, готовые улыбаться: «с приготовленной улыбкой») in attesa d’una sua risposta (в ожидании его ответа). Tararà lo avvertí (Тарара это почувствовал) e rimase un pezzo sospeso e smarrito (и надолго растерялся и смутился: «пребывал долгое время растерянным и смущенным»; rimanere – оставаться, пребывать; pezzo, m – зд.: промежуток времени, un pezzo – долго, долгое время).

Tararà si recò una mano al petto, per significare che non aveva la minima intenzione di mancare di rispetto alla giustizia. Ma tutti, ormai, nell’aula, avevano disposto l’animo all’ilarità e lo guardavano col sorriso preparato in attesa d’una sua risposta. Tararà lo avvertí e rimase un pezzo sospeso e smarrito.

– Su, dite, insomma (давайте, скажите, наконец), – lo esortò il presidente (подбодрил его председатель; esortare – уговаривать, увещевать, поощрять). – Dite ai signori giurati quel che avete da dire (скажите господам присяжным то, что вы имеете сказать).

– Su, dite, insomma, – lo esortò il presidente. – Dite ai signori giurati quel che avete da dire.

Tararà si strinse nelle spalle e disse (Тарара пожал плечами и сказал):

– Ecco, Eccellenza (вот, Ваше Превосходительство). Loro signori sono alletterati (вы, синьоры, грамотные; alletterato, letterato – /уст. прост./ грамотный, образованный), e quello che sta scritto in codeste carte (и то, что написано в этих бумагах), lo avranno capito (вы, наверное, поняли). Io abito in campagna, Eccellenza (я живу в деревне, Ваше Превосходительство). Ma se in codeste carte sta scritto (но если в этих бумагах написано), che ho ammazzato mia moglie (что я убил мою жену), è la verità (это правда). E non se ne parla più (и не будем больше об этом говорить).

Tararà si strinse nelle spalle e disse:

– Ecco, Eccellenza. Loro signori sono alletterati, e quello che sta scritto in codeste carte, lo avranno capito. Io abito in campagna, Eccellenza. Ma se in codeste carte sta scritto, che ho ammazzato mia moglie, è la verità. E non se ne parla più.

Questa volta scoppiò a ridere (на этот раз рассмеялся), senza volerlo (/сам того/ не желая), anche il presidente (и председатель тоже).

– Non se ne parla più (не будем больше говорить)? Aspettate e sentirete, caro, se se ne parlerà (подождите и услышите, дорогой, будут ли об этом говорить)…

Questa volta scoppiò a ridere, senza volerlo, anche il presidente.

– Non se ne parla più? Aspettate e sentirete, caro, se se ne parlerà…

– Intendo dire, Eccellenza (я хочу сказать, Ваше Превосходительство; intendere – намереваться, собираться, хотеть, иметь в виду), – spiegò Tararà (объяснил Тарара), riponendosi la mano sul petto (вновь кладя себе руку на грудь; riporre – ставить на место, класть обратно), – intendo dire, che l’ho fatto, ecco (я хочу сказать, что я сделал это, вот); e basta (и все). L’ho fatto (я это сделал)… sì, Eccellenza, mi rivolgo ai signori giurati (да, Ваше Превосходительство, я обращаюсь к господам присяжным), l’ho fatto propriamente, signori giurati (я это сделал, собственно, господа присяжные), perché non ne ho potuto far di meno (потому что я не смог без этого обойтись = не мог поступить иначе; fare a meno di qc – обходиться без чего-л.), ecco; e basta (вот и все).

– Intendo dire, Eccellenza, – spiegò Tararà, riponendosi la mano sul petto, – intendo dire, che l’ho fatto, ecco; e basta. L’ho fatto… sì, Eccellenza, mi rivolgo ai signori giurati, l’ho fatto propriamente, signori giurati, perché non ne ho potuto far di meno, ecco; e basta.

– Serietà! Serietà, signori! Serietà (серьезности! серьезности, синьоры! серьезности!)! – si mise a gridare il presidente (закричал председатель; mettersi a – начать что-то делать; mettersi a gridare – начать кричать, закричать), scrollando furiosamente il campanello (яростно потрясая колокольчиком; scrollare – трясти, встряхивать). – Dove siamo (где мы находимся)? Qua siamo in una Corte di giustizia (мы тут в Суде; corte, f – суд, giustizia, f – справедливость, правосудие)! E si tratta di giudicare un uomo che ha ucciso (и речь идет о том, чтобы судить человека, который убил; si tratta, /безл./ – дело касается, речь идет о…)! Se qualcuno si attenta un’altra volta a ridere (если кто-нибудь осмелится еще раз засмеяться), farò sgombrare l’aula (я велю освободить зал)! E mi duole di dover richiamare anche i signori giurati (и я сожалею, что должен вновь призвать также господ присяжных; dolere – причинять страдание, огорчать, mi duole – я огорчен) a considerare la gravità del loro compito (к тому, чтобы учесть серьезность их задачи; considerare – принимать во внимание, рассматривать; ценить, уважать)!

– Serietà! Serietà, signori! Serietà! – si mise a gridare il presidente, scrollando furiosamente il campanello. – Dove siamo? Qua siamo in una Corte di giustizia! E si tratta di giudicare un uomo che ha ucciso! Se qualcuno si attenta un’altra volta a ridere, farò sgombrare l’aula! E mi duole di dover richiamare anche i signori giurati a considerare la gravità del loro compito!

Poi, rivolgendosi con fiero cipiglio all’imputato (затем, обращаясь сурово нахмурившись, к подсудимому; cipiglio, m – насупленность, хмурость):

– Che intendete dire, voi (вы, что вы имеете в виду; intendere – намереваться, хотеть, иметь в виду), che non ne avete potuto far di meno (/говоря/ что не смогли без этого обойтись)?

Poi, rivolgendosi con fiero cipiglio all’imputato:

– Che intendete dire, voi, che non ne avete potuto far di meno?

Tararà, sbigottito in mezzo al violento silenzio sopravvenuto (Тарара, смущенный в наступившей внезапно резкой тишине; in mezzo – посередине, в середине; violento – буйный, неистовый, бурный; sopraggiungere = sopravvenire – неожиданно наступать, начинаться), rispose (ответил):

– Intendo dire, Eccellenza (я имею в виду, Ваше Превосходительство), che la colpa non è stata mia (что вина была не моя).

– Ma come non è stata vostra (как же была не ваша)?

Tararà, sbigottito in mezzo al violento silenzio sopravvenuto, rispose:

– Intendo dire, Eccellenza, che la colpa non è stata mia.

– Ma come non è stata vostra?

Il giovane avvocato, incaricato d’ufficio (молодой адвокат, назначенный судом), credette a questo punto suo dovere (счел в этот момент своим долгом; credere – считать нужным/правильным; думать, полагать, считать; punto, m – точка; момент, минута) ribellarsi contro il tono aggressivo assunto dal presidente (восстать против агрессивного тона, принятого председателем) verso il giudicabile (по отношению к подсудимому; giudicabile – «тот, кого судят» – от giudicare – судить).

– Perdoni, signor presidente (простите, господин председатель), ma così finiremo d’imbalordire questo pover’uomo (но так мы окончательно задурим этого беднягу; finire – кончать, заканчивать, завершать, finire di+ inf – окончание или прекращение действия глагола в инфинитиве; imbalodire = intontire – доводить до одурения, ошарашивать, озадачивать; pover’uomo – бедный человек, бедняга)! Mi pare ch’egli abbia ragione di dire che la colpa non è stata sua (мне кажется, что он прав, говоря, что вина была не его; ragione, f – правота, справедливость; avere ragione – быть правым), ma della moglie che lo tradiva col cavalier Fioríca (но жены, которая изменяла ему с кавальере Фьорика). È chiaro (это ясно)!

Il giovane avvocato, incaricato d’ufficio, credette a questo punto suo dovere ribellarsi contro il tono aggressivo assunto dal presidente verso il giudicabile.

– Perdoni, signor presidente, ma così finiremo d’imbalordire questo pover’uomo! Mi pare ch’egli abbia ragione di dire che la colpa non è stata sua, ma della moglie che lo tradiva col cavalier Fioríca. È chiaro!

– Signor avvocato, prego (господин адвокат, прошу), – ripigliò, risentito, il presidente (продолжал, рассердившись, председатель; ripigliare /разг.. прост./ = riprendere – возобновлять, продолжать /речь/; risentirsi – негодовать, сердиться, обижаться). – Lasciamo parlare l’accusato (дадим сказать обвиняемому; lasciare – оставлять, предоставлять, давать возможность). A voi, Tararà: intendete dir questo (вам /слово/ Тарара: вы это хотите сказать; intendere – намереваться, желать, хотеть, иметь в виду; dir – краткая форма от dire – говорить, сказать)?

– Signor avvocato, prego, – ripigliò, risentito, il presidente. – Lasciamo parlare l’accusato. A voi, Tararà: intendete dir questo?

Tararà negò prima con un gesto del capo (Тарара отрицал сначала движением головы), poi con la voce (потом голосом):

Tararà negò prima con un gesto del capo, poi con la voce:

– Nossignore, Eccellenza (нет, господин, Ваше Превосходительство). La colpa non è stata neanche di quella povera disgraziata (/это/ не была вина и этой несчастной бедняги; neanche – тоже не, тоже нет; povero – бедный, жалкий; disgraziato – несчастный, невезучий, жалкий, povero disgraziato – бедняга, бедолага). La colpa è stata della signora (вина была синьоры)… della moglie del signor cavaliere Fioríca (жены синьора кавальере Фьорика), che non ha voluto lasciare le cose quiete (которая не захотела оставить дело в покое; cosa, f – вещь, дело; quieto – спокойный, покойный, мирный).

– Nossignore, Eccellenza. La colpa non è stata neanche di quella povera disgraziata. La colpa è stata della signora… della moglie del signor cavaliere Fioríca, che non ha voluto lasciare le cose quiete.

Che c’entrava, signor presidente (зачем было, синьор председатель; entrare – зд.: относиться, иметь отношение, che c’entra – при чем здесь это), andare a fare uno scandalo così grande davanti alla porta di casa mia (пойти устроить такой большой скандал перед дверью моего дома; fare – делать, совершать), che finanche il selciato della strada (что даже брусчатка на дороге), signor presidente (синьор председатель), è diventato rosso dalla vergogna (покраснела от стыда; diventare – становиться; diventare rosso – «стать/сделаться красным») a vedere un degno galantuomo, il cavaliere Fioríca (видя достойного порядочного человека, кавальере Фьорику), che sappiamo tutti che signore è (про которого мы все знаем, какой он благородный человек), scovato lì (обнаруженного там; scovare – выгонять из логова, перен. откапывать, добывать), in maniche di camicia e coi calzoni in mano, signor presidente (в одной рубашке и со штанами в руках, синьор председатель; manica, f – рукав, camicia, f – рубашка, in maniche di camicia – в одной рубашке), nella tana d’una sporca contadina (в норе грязной крестьянки)? Dio solo sa, signor presidente (один Бог знает, синьор председатель), quello che siamo costretti a fare (что мы вынуждены делать) per procurarci un tozzo di pane (чтобы добыть себе кусок хлеба)!

Che c’entrava, signor presidente, andare a fare uno scandalo così grande davanti alla porta di casa mia, che finanche il selciato della strada, signor presidente, è diventato rosso dalla vergogna a vedere un degno galantuomo, il cavaliere Fioríca, che sappiamo tutti che signore è, scovato lì, in maniche di camicia e coi calzoni in mano, signor presidente, nella tana d’una sporca contadina? Dio solo sa, signor presidente, quello che siamo costretti a fare per procurarci un tozzo di pane!

Tararà disse queste cose con le lagrime agli occhi e nella voce (Тарара сказал это: «эти вещи»; со слезами на глазах и в голосе), scotendo le mani innanzi al petto (потрясая руками перед грудью), con le dita intrecciate (со скрещенными пальцами), mentre le risate scoppiavano irrefrenabili in tutta l’aula (тогда как приступы смеха взрывались неудержимо во всем зале) e molti anche si torcevano in convulsione (и многие даже корчились в конвульсиях). Ma, pur tra le risa (но, хоть и сквозь смех), il presidente colse subito a volo (председатель сразу же уловил; cogliere – схватывать, улавливать, понимать; volo, m – полет, al volo – на лету) la nuova posizione in cui l’imputato veniva a mettersi di fronte alla legge (новое положение, в которое подсудимый поставил себя перед законом; di fronte a – перед лицом, против), dopo quanto aveva detto (после того, что он сказал).

Tararà disse queste cose con le lagrime agli occhi e nella voce, scotendo le mani innanzi al petto, con le dita intrecciate, mentre le risate scoppiavano irrefrenabili in tutta l’aula e molti anche si torcevano in convulsione. Ma, pur tra le risa, il presidente colse subito a volo la nuova posizione in cui l’imputato veniva a mettersi di fronte alla legge, dopo quanto aveva detto.

Se n’accorse anche il giovane avvocato difensore (это заметил также молодой адвокат подсудимого), e di scatto (и внезапно), vedendo crollare tutto l’edificio della sua difesa (видя /как/ рушится все здание его защиты), si voltò verso la gabbia a far cenno a Tararà di fermarsi (он повернулся к решетке, чтобы сделать Тарара знак остановиться).

Se n’accorse anche il giovane avvocato difensore, e di scatto, vedendo crollare tutto l’edificio della sua difesa, si voltò verso la gabbia a far cenno a Tararà di fermarsi.

Troppo tardi (слишком поздно). Il presidente, tornando a scampanellare furiosamente (председатель, снова став яростно звонить в колокольчик; tornare a+inf. – вернуться к тому, чтобы; scampanellare – долго звонить /в колокольчик/, campanello, m – колокольчик), domandò all’imputato (спросил у обвиняемого):

– Dunque voi confessate (значит, вы признаетесь) che vi era già nota la tresca di vostra moglie col cavaliere Fioríca (что вам была уже известна интрижка вашей жены с кавальере Фьорика)?

Troppo tardi. Il presidente, tornando a scampanellare furiosamente, domandò all’imputato:

– Dunque voi confessate che vi era già nota la tresca di vostra moglie col cavaliere Fioríca?

– Signor presidente (синьор председатель), – insorse l’avvocato difensore (восстал адвокат подсудимого), balzando in piedi (вскакивая на ноги), – scusi… ma io così… io così (простите… но я так… я так)…

– Che così e così (что так и так)! – lo interruppe, gridando, il presidente (перебил его, крича, председатель; interrompere – прерывать, перебивать). – Bisogna che io metta in chiaro questo (нужно, чтобы я это выяснил; chiaro, m – ясность, четкость, понятность, mettere in chiaro – выявить, обнаружить), per ora (пока что; ora – теперь, сейчас, per ora – пока)!

– Mi oppongo alla domanda, signor presidente (я возражаю против вопроса, синьор председатель; opporsi – противиться, сопротивляться, противостоять)!

– Lei non può mica opporsi, signor avvocato (вы не можете вовсе возражать, синьор адвокат). L’interrogatorio lo faccio io (допрос веду я; fare – делать; совершать, исполнять)!

– E io allora depongo la toga (я тогда слагаю /с себя/ тогу)!

– Ma faccia il piacere, avvocato (да бросьте вы, адвокат; piacere – удовольствие; услуга, одолжение, mi faccia il piacere – разг./ выражение иронического недоверия: «бросьте», «не говорите ерунды», «да не может /этого/ быть)! Dice sul serio (вы говорите всерьез)? Se l’imputato stesso confessa (если сам подсудимый сознается)…

– Signor presidente, – insorse l’avvocato difensore, balzando in piedi, – scusi… ma io così… io così…

– Che così e così! – lo interruppe, gridando, il presidente. – Bisogna che io metta in chiaro questo, per ora!

– Mi oppongo alla domanda, signor presidente!

– Lei non può mica opporsi, signor avvocato. L’interrogatorio lo faccio io!

– E io allora depongo la toga!

– Ma faccia il piacere, avvocato! Dice sul serio? Se l’imputato stesso confessa…

– Nossignore, nossignore (нет, синьор, нет, синьор)! Non ha confessato ancora nulla, signor presidente (он не сознался еще ни в чем, господин председатель)! Ha detto soltanto che la colpa (он сказал только, что вина), secondo lui (по его мнению; secondo – по мнению, согласно мнению), è della signora Fioríca (синьоры Фьорика), che è andata a far uno scandalo innanzi alla sua abitazione (которая пошла скандалить: «делать скандал» перед его домом; innanzi – /книжн./ перед, впереди; abitazione, f – жилье, жилище, местожительство).

– Va bene (хорошо)! E può lei impedirmi, adesso (и можете вы помешать мне сейчас), di domandare all’imputato se gli era nota la tresca della moglie col Fioríca (спросить у подсудимого, была ли ему уже известна интрижка жены с Фьорика)?

– Nossignore, nossignore! Non ha confessato ancora nulla, signor presidente! Ha detto soltanto che la colpa, secondo lui, è della signora Fioríca, che è andata a far uno scandalo innanzi alla sua abitazione.

– Va bene! E può lei impedirmi, adesso, di domandare all’imputato se gli era nota la tresca della moglie col Fioríca?

Da tutta l’aula si levarono (из всего зала поднялись), a questo punto (в этот момент), verso Tararà pressanti, violenti cenni di diniego (по направлению к Тарара настоятельные, бурные знаки отрицания). Il presidente montò su tutte le furie (председатель пришел в бешенство; furia, f – гнев, ярость, бешенство, montare/andare su tutte le furie – прийти в ярость/в бешенство) e minacciò di nuovo lo sgombro dell’aula (и пригрозил снова, что очистит зал; minacciare – грозить, угрожать; sgombro, m – освобождение; очистка, расчистка).

Da tutta l’aula si levarono, a questo punto, verso Tararà pressanti, violenti cenni di diniego. Il presidente montò su tutte le furie e minacciò di nuovo lo sgombro dell’aula.

– Rispondete, imputato Argentu (отвечайте, обвиняемый Ардженту): vi era nota, sì o no, la tresca di vostra moglie (была вам известна, да или нет, интрижка вашей жены)?

Tararà, smarrito, combattuto (Тарара, растерянный, раздираемый /сомнениями/), guardò l’avvocato, guardò l’uditorio, e alla fine (посмотрел на адвоката, посмотрел на аудиторию, и наконец):

– Debbo… debbo dire di no (я должен… должен сказать нет)? – balbettò (промямлил он).

– Rispondete, imputato Argentu: vi era nota, sì o no, la tresca di vostra moglie?

Tararà, smarrito, combattuto, guardò l’avvocato, guardò l’uditorio, e alla fine:

– Debbo… debbo dire di no? – balbettò.

– Ah, broccolo (ах, дурак; broccolo, m – брокколи, сорт капусты, /перен./ простофиля, дурак)! – gridò un vecchio contadino dal fondo dell’aula (крикнул старый крестьянин из глубины зала).

Il giovane avvocato diede un pugno sul banco (молодой адвокат стукнул кулаком по скамье; pugno, m – кулак; удар кулаком; dare – давать; наносить удар, ударять, dare un pugno – ударить кулаком), e si voltò sbuffando (и отвернулся, потеряв терпение; sbuffare – фыркать, пыхтеть, выпускать пар, перен. терять терпение, раздражаться), a sedere da un’altra parte (чтобы сесть в другое место; parte, f – сторона, бок, край).

– Dite la verità, nel vostro stesso interesse (говорите правду, /это/ в ваших интересах)! – esortò il presidente l’imputato (подбодрил председатель подсудимого; esortare – уговаривать, увещевать, поощрять).

– Ah, broccolo! – gridò un vecchio contadino dal fondo dell’aula.

Il giovane avvocato diede un pugno sul banco e si voltò, sbuffando, a sedere da un’altra parte.

– Dite la verità, nel vostro stesso interesse! – esortò il presidente l’imputato.

– Eccellenza, dico la verità (Ваше Превосходительство, я говорю правду), – riprese Tararà (продолжил Тарара), questa volta con tutt’e due le mani sul petto (на этот раз прижав к груди обе руки: «с обеими руками на груди»). – E la verità è questa (а правда вот в чем): che era come se io non lo sapessi (что это было, как если бы я этого не знал)! Perché la cosa (потому что это дело)… sì, Eccellenza, mi rivolgo ai signori giurati (да, Ваше Превосходительство, я обращаюсь к господам присяжным); perché la cosa, signori giurati, era tacita (потому что это дело, синьоры присяжные, было тайным; cosa, f – дело; tacito – молчаливый; тайный, скрытный) nessuno dunque poteva venirmi a sostenere in faccia che io la sapevo (и никто, значит, не мог прийти и утверждать мне в лицо, что я о нем знал; la – о нем /деле/ относится к слову cosa, f – дело). Io parlo così (я говорю так), perché abito in campagna, signori giurati (потому что я живу в деревне, синьоры присяжные). Che può sapere un pover’uomo (что может знать бедняга) che butta sangue in campagna dalla mattina del lunedí alla sera del sabato (который горбатится в поле с утра понедельника до вечера субботы; sangue, m – кровь, sputare/buttare sangue – харкать кровью, /перен./ вкалывать, горбатить)?

– Eccellenza, dico la verità, – riprese Tararà, questa volta con tutt’e due le mani sul petto. – E la verità è questa: che era come se io non lo sapessi! Perché la cosa… sì, Eccellenza, mi rivolgo ai signori giurati; perché la cosa, signori giurati, era tacita, e nessuno dunque poteva venirmi a sostenere in faccia che io la sapevo. Io parlo così, perché abito in campagna, signori giurati. Che può sapere un pover’uomo che butta sangue in campagna dalla mattina del lunedí alla sera del sabato?

Sono disgrazie che possono capitare a tutti (это несчастья, которые могут случиться со всеми)! Certo, se in campagna qualcuno fosse venuto a dirmi (конечно, если бы в поле кто-то пришел ко мне, чтобы сказать): «Tararà, bada che tua moglie se l’intende col cavalier Fioríca» («Тарара, обрати внимание, твоя жена крутит шашни с кавалером Фьорика»), io non ne avrei potuto fare di meno (я не смог бы обойтись), e sarei corso a casa con l’accetta a spaccarle la testa (и побежал бы домой с топором, чтобы разрубить ей голову; correre – бегать, бежать). Ma nessuno era mai venuto a dirmelo, signor presidente (но никто никогда не приходил ко мне, чтобы сказать это, господин председатель); e io, a ogni buon fine (и я, с наилучшими намерениями; ogni – каждый, всякий, зд. со значением усиления; fine, m – цель, намерение, замысел, a buon fine – с благой целью, с добрыми намерениями), se mi capitava qualche volta di dover ritornare al paese in mezzo della settimana (если мне случалось иногда вернуться в деревню в середине недели; volta, f – раз, qualche volta: – «в некоторые разы», иногда; dovere – быть должным), mandavo avanti qualcuno per avvertirne mia moglie (я посылал вперед кого-нибудь, чтобы предупредить об этом мою жену).

Sono disgrazie che possono capitare a tutti! Certo, se in campagna qualcuno fosse venuto a dirmi: «Tararà, bada che tua moglie se l’intende col cavalier Fioríca», io non ne avrei potuto fare di meno, e sarei corso a casa con l’accetta a spaccarle la testa. Ma nessuno era mai venuto a dirmelo, signor presidente; e io, a ogni buon fine, se mi capitava qualche volta di dover ritornare al paese in mezzo della settimana, mandavo avanti qualcuno per avvertirne mia moglie.

Questo, per far vedere a Vostra Eccellenza (это чтобы показать Вашему Превосходительству), che la mia intenzione era di non fare danno (что моим намерением не было нанести вред; fare – делать, danno, m – вред, ущерб). L’uomo è uomo, Eccellenza (мужчина есть мужчина, Ваше Превосходительство), e le donne sono donne (а женщины есть женщины). Certo l’uomo deve considerare la donna (конечно, мужчина должен считаться с женщиной; considerare – принимать во внимание, предусматривать, учитывать), che l’ha nel sangue d’essere traditora (у которой в крови быть предательницей; traditora, f – просторечная форма ж. р. – предательница, правильно: traditrice; tradire – предавать; изменять), anche senza il caso che resti sola (даже не имея случая остаться одной), voglio dire col marito assente tutta la settimana (я хочу сказать, с мужем, отсутствующим всю неделю); ma la donna, da parte sua, deve considerare l’uomo (но женщина, со своей стороны, должна считаться с мужчиной), e capire che l’uomo non può farsi beccare la faccia dalla gente (и понимать, что мужчина не может позволить, чтобы люди издевались над ним в лицо: «клевали ему лицо»; beccare – клевать, becco, m – клюв; farsi + inf – заставлять/позволять делать что-то по отношению к себе), Eccellenza! Certe ingiurie… sì, Eccellenza, mi rivolgo ai signori giurati (Ваше Превосходительство! некоторые оскорбления… да, Ваше Превосходительство, я обращаюсь к господам присяжным); certe ingiurie, signori giurati (некоторые оскорбления, синьоры присяжные), altro che beccare, tagliano la faccia all’uomo (не то что клюют, режут лицо мужчине; altro che = altroché – еще бы, еще как; более того, мало того)! E l’uomo non le può sopportare (и мужчина не может их вынести)!

Questo, per far vedere a Vostra Eccellenza, che la mia intenzione era di non fare danno. L’uomo è uomo, Eccellenza, e le donne sono donne. Certo l’uomo deve considerare la donna, che l’ha nel sangue d’essere traditora, anche senza il caso che resti sola, voglio dire col marito assente tutta la settimana; ma la donna, da parte sua, deve considerare l’uomo, e capire che l’uomo non può farsi beccare la faccia dalla gente, Eccellenza! Certe ingiurie… sì, Eccellenza, mi rivolgo ai signori giurati; certe ingiurie, signori giurati, altro che beccare, tagliano la faccia all’uomo! E l’uomo non le può sopportare!

Ora io, padroni miei (так вот, я, господа мои; padrone, m – хозяин), sono sicuro che quella disgraziata avrebbe avuto sempre per me questa considerazione (я уверен, что эта несчастная всегда имела бы по отношению ко мне это уважение: considerazione, f – рассмотрение; рассудительность; уважение); e tant’è vero, che io non le avevo mai torto un capello (и действительно, я и волоска у нее никогда не тронул: torcere – крутить, закручивать; non torcere un capello a qd – ни волоска не тронуть, не причинить ни малейшего вреда). Tutto il vicinato può venire a testimoniare (все соседи могут прийти свидетельствовать)! Che ci ho da fare io, signori giurati (что мне тут делать, синьоры присяжные), se poi quella benedetta signora, all’improvviso (если потом эта благословленная синьора неожиданно)… Ecco, signor presidente (вот, синьор председатель), Vostra Eccellenza dovrebbe farla venire qua, questa signora (Вашему Превосходительству должно бы призвать ее сюда, эту синьору; fare venire – заставить прийти), di fronte a me (против меня), ché saprei parlarci io (потому что я смог бы с ней поговорить)! Non c’è peggio… mi rivolgo a voi, signori giurati (нет /ничего/ хуже… я обращаюсь к вам, синьоры присяжные), non c’è peggio delle donne cimentose (нет /ничего/ хуже рисковых женщин; cimentoso – /книжн./ опасный; идущий на риск, подвергающий себя опасности)!

Ora io, padroni miei, sono sicuro che quella disgraziata avrebbe avuto sempre per me questa considerazione; e tant’è vero, che io non le avevo mai torto un capello. Tutto il vicinato può venire a testimoniare! Che ci ho da fare io, signori giurati, se poi quella benedetta signora, all’improvviso… Ecco, signor presidente, Vostra Eccellenza dovrebbe farla venire qua, questa signora, di fronte a me, ché saprei parlarci io! Non c’è peggio… mi rivolgo a voi, signori giurati, non c’è peggio delle donne cimentose!

«Se suo marito» (если бы ваш муж), direi a questa signora (сказал бы я этой синьоре), avendola davanti (имея ее перед собой), «se suo marito si fosse messo con una zitella (если бы ваш муж связался со старой девой; mettersi con qd – разг., прост./ завести роман, вступить в отношения), vossignoria si poteva prendere il gusto di fare questo scandalo (ваша милость могла бы получить удовольствие от устройства этого скандала; prendersi – брать, получать для себя; gusto, m – вкус; удовольствие; fare – делать; производить; совершать), che non avrebbe portato nessuna conseguenza (который не принес бы никаких последствий), perché non ci sarebbe stato un marito di mezzo (потому что там не был бы замешан муж; mezzo, m – середина, центр, esserci di mezzo – быть замешанным в чем-л.).

«Se suo marito», direi a questa signora, avendola davanti, «se suo marito si fosse messo con una zitella, vossignoria si poteva prendere il gusto di fare questo scandalo, che non avrebbe portato nessuna conseguenza, perché non ci sarebbe stato un marito di mezzo.

Ma con quale diritto vossignoria è venuta a inquietare me (но по какому праву ваша милость пришла беспокоить меня), che mi sono stato sempre quieto (который всегда сидел тихо; quieto – спокойный, смирный); che non c’entravo né punto, né poco (который тут был совсем ни при чем; entrarci – относиться, иметь отношение; punto – зд.: диал. ничуть, совсем не, né punto, né poco – ничуть, нисколько); che non avevo voluto mai né vedere, né sentire nulla (который никогда не хотел ни видеть, ни слышать ничего); quieto, signori giurati (смирный, господа присяжные) ad affannarmi il pane in campagna (заботящемся о хлебе в полях), con la zappa in mano dalla mattina alla sera (с мотыгой в руках с утра до вечера)? Vossignoria scherza (ваша милость шутит)?» le direi, se l’avessi qua davanti questa signora (сказал бы я ей, если бы имел ее здесь, перед собой эту синьору).

Ma con quale diritto vossignoria è venuta a inquietare me, che mi sono stato sempre quieto; che non c’entravo né punto, né poco; che non avevo voluto mai né vedere, né sentire nulla; quieto, signori giurati, ad affannarmi il pane in campagna, con la zappa in mano dalla mattina alla sera? Vossignoria scherza?» le direi, se l’avessi qua davanti questa signora.

«Che cosa è stato lo scandalo per vossignoria (чем был этот скандал для вашей милости)? Niente (ничем)! Uno scherzo (шуткой)! Dopo due giorni ha rifatto pace col marito (через два дня вы опять помирились с мужем; pace, f – мир, fare pace – помириться, rifare – вновь сделать что-л.). Ma non ha pensato vossignoria (но ваша милость не подумала), che c’era un altro uomo di mezzo (что тут замешан еще один мужчина)? E che quest’uomo non poteva lasciarsi beccare la faccia dal prossimo (и что этот мужчина не мог позволить, чтобы ближние клевали ему лицо), e che doveva far l’uomo (и что он должен был быть мужчиной)?

«Che cosa è stato lo scandalo per vossignoria? Niente! Uno scherzo! Dopo due giorni ha rifatto pace col marito. Ma non ha pensato vossignoria, che c’era un altro uomo di mezzo? E che quest’uomo non poteva lasciarsi beccare la faccia dal prossimo, e che doveva far l’uomo?

Se vossignoria fosse venuta da me (если бы ваша милость пришла ко мне), prima, ad avvertirmi (сначала, чтобы предупредить меня), io le avrei detto (я бы сказал вам): “Lasci andare, signorina (оставьте, синьорина; lasciare – зд.: предоставлять, давать возможность, отпускать, lasciare andare – не вмешиваться, бросить, оставить)! Uomini siamo (мы мужчины)! E l’uomo, si sa, è cacciatore (а мужчина, это известно, охотник)! Può aversi a male vossignoria d’una sporca contadina (разве может ваша милость обидеться на грязную крестьянку; aversela a male – обидеться)? Il cavaliere, con lei, mangia sempre pane fino, francese (кавальере с вами всегда ест изысканный хлеб, французский; fino – тонкий; утонченный, изысканный); lo compatisca se, di tanto in tanto (пожалейте его, если время от времени), gli fa gola un tozzo di pane di casa, nero e duro!”» (ему хочется кусок домашнего хлеба, черного и черствого; gola, f – горло, глотка; чревоугодие, обжорство, far gola – вызывать/возбуждать аппетит; casa, f – дом, di casa – домашний).

Se vossignoria fosse venuta da me, prima, ad avvertirmi, io le avrei detto: “Lasci andare, signorina! Uomini siamo! E l’uomo, si sa, è cacciatore! Può aversi a male vossignoria d’una sporca contadina? Il cavaliere, con lei, mangia sempre pane fino, francese; lo compatisca se, di tanto in tanto, gli fa gola un tozzo di pane di casa, nero e duro!”».

Così le avrei detto, signor presidente (так я бы ей сказал, господин председатель), e forse non sarebbe accaduto nulla (и может быть, не произошло бы ничего), di quello che purtroppo (из того, что к сожалению), non per colpa mia (не по моей вине), ma per colpa di questa benedetta signora, è accaduto (но по вине этой благословенной синьоры произошло).

Così le avrei detto, signor presidente, e forse non sarebbe accaduto nulla, di quello che purtroppo, non per colpa mia, ma per colpa di questa benedetta signora, è accaduto.

Il presidente troncò con una nuova e più lunga scampanellata (председатель прервал новым и более долгим звонком колокольчика) i commenti, le risa, le svariate esclamazioni (комментарии, смех, разнообразные возгласы), che seguirono per tutta l’aula (которые последовали по всему залу) la confessione fervorosa di Tararà (/после/ пылкого признания Тарара).

Il presidente troncò con una nuova e più lunga scampanellata i commenti, le risa, le svariate esclamazioni, che seguirono per tutta l’aula la confessione fervorosa di Tararà.

– Questa dunque è la vostra tesi (это, значит, ваша концепция)? – domandò poi all’imputato (спросил он потом у подсудимого).

Tararà, stanco, anelante, negò col capo (Тарара, усталый, задыхающийся, отрицательно покачал головой: «отрицал головой»; negare – отрицать).

– Nossignore. Che tesi (нет, синьор. Какая концепция)? Questa è la verità, signor presidente (это правда, господин председатель).

– Questa dunque è la vostra tesi? – domandò poi all’imputato.

Tararà, stanco, anelante, negò col capo.

– Nossignore. Che tesi? Questa è la verità, signor presidente.

E in grazia della verità (и благодаря правде), così candidamente confessata (так невинно признанной; candido – чистый, невинный, неискушенный), Tararà fu condannato a tredici anni di reclusione (Тарара был приговорен к тринадцати годам заключения).

E in grazia della verità, così candidamente confessata, Tararà fu condannato a tredici anni di reclusione.

Lumíe di Sicilia (Сицилийские лаймы)

– Teresina sta qui (Терезина здесь)?

Il cameriere, ancora in maniche di camicia (камердинер, пока еще в одной рубашке; manica, f – рукав; camicia, f – рубашка; in maniche di camicia – в одной рубашке), ma già impiccato in un altissimo solino (но уже зажатый в очень высокий /отстегивающийся/ воротничок; impiccare – вешать/казнить/; жать шею), squadrò da capo a piedi il giovanotto che gli stava davanti sul pianerottolo della scala (измерил взглядом с ног до головы молодого человека, который стоял перед ним на лестничной площадке; squadrare – оглядеть, смерить взглядом): campagnolo all’aspetto (деревенский житель на вид; aspetto, m – внешность, наружность, вид), col bavero del pastrano ruvido rialzato fin su gli orecchi (с воротником грубого пальто, поднятым до ушей: «вплоть до верха ушей»; pastrano, m – мужское пальто; шинель) e le mani paonazze (и посиневшими руками; paonazzo – синеватый или темно-лиловый; paone, m = pavone – павлин), gronchie dal freddo (закоченевшими от холода), che reggevano un sacchetto sudicio di qua (которые держали грязный мешочек с одной стороны: «с этой стороны»), una vecchia valigetta di là (старый чемоданчик с другой /стороны/), a contrappeso (для противовеса; peso, m – вес).

– Teresina sta qui?

Il cameriere, ancora in maniche di camicia, ma già impiccato in un altissimo solino, squadrò da capo a piedi il giovanotto che gli stava davanti sul pianerottolo della scala: campagnolo all’aspetto, col bavero del pastrano ruvido rialzato fin su gli orecchi e le mani paonazze, gronchie dal freddo, che reggevano un sacchetto sudicio di qua, una vecchia valigetta di là, a contrappeso.

– Teresina (Терезина)? E chi è (а кто это)? – domandò a sua volta (спросил он в свою очередь), marcando le folte ciglia giunte (собрав густые сросшиеся брови; marcare – выделить, подчеркнуть, сделать более интенсивным; giunto – соединенный, сросшийся, giungere – соединять), che parevano due baffi (которые казались /двумя/ усами) rasi dal labbro (сбритыми с губы) e appiccicati lì per non perderli (и прилепленными туда, чтобы их не потерять).

Il giovanotto scosse prima la testa (молодой человек сначала тряхнул головой; scuotere – трясти, сотрясать) per far saltare dalla punta del naso una gocciolina di freddo (чтобы сбросить: «заставить спрыгнуть»; с кончика носа капельку /образовавшуюся от/ холода; goccia, f – капля, -ina – уменьшительный суффикс), poi rispose (затем ответил):

– Teresina, la cantante (Терезина, певица).

– Teresina? E chi è? – domandò a sua volta, marcando le folte ciglia giunte, che parevano due baffi rasi dal labbro e appiccicati lì per non perderli.

Il giovanotto scosse prima la testa per far saltare dalla punta del naso una gocciolina di freddo, poi rispose:

– Teresina, la cantante.

– Ah (а), – esclamò il cameriere (воскликнул камердинер), con un sorriso d’ironico stupore (с иронической удивленной улыбкой: «с улыбкой иронического удивления»): – Si chiama così, senz’altro, Teresina (ее зовут так, безусловно, Терезина)? E voi chi siete (а вы кто)?

– C’è o non c’è (она есть или нет)? – domandò il giovanotto (спросил молодой человек), corrugando le ciglia e sorsando col naso (хмуря брови и хлюпая носом; sorsare – /прост. букв./ «делая глоток», от sorso, m – глоток). – Ditele che c’è Micuccio e lasciatemi entrare (скажите ей, что здесь Микуччо и дайте мне войти; lasciare – зд.: предоставлять, давать возможность, допускать).

– Ah, – esclamò il cameriere, con un sorriso d’ironico stupore: – Si chiama così, senz’altro, Teresina? E voi chi siete?

– C’è o non c’è? – domandò il giovanotto, corrugando le ciglia e sorsando col naso. – Ditele che c’è Micuccio e lasciatemi entrare.

– Ma non c’è nessuno a quest’ora (но сейчас никого нет; ora, f, – час, a quest’ora – в это время/в этот час), – rispose il cameriere, col sorriso rassegato sulle labbra (ответил камердинер с застывшей улыбкой на губах; rassegare – остывать, затвердевать).

– La signora Sina Marnis è ancora a teatro (синьора Сина Марнис еще в театре и)…

– Anche zia Marta (тетя Марта тоже)? – lo interruppe Micuccio (перебил его Микуччо).

– Ah, lei è il nipote (ах, вы племянник)?

– Ma non c’è nessuno a quest’ora, – rispose il cameriere, col sorriso rassegato su le labbra.

– La signora Sina Marnis è ancora a teatro e…

– Anche zia Marta? – lo interruppe Micuccio.

– Ah, lei è il nipote?

E il cameriere si fece subito cerimonioso (и камердинер стал сразу же церемонным).

– Favorisca allora, favorisca (пожалуйте тогда, пожалуйте). Non c’è nessuno (нет никого). Anche lei a teatro, la Zia (она тоже в театре, Тетя). Prima del tocco non ritorneranno (раньше часа они не вернутся; tocco, m – /диал., прост./ – час пополудни или пополуночи). È la serata d’onore di sua (это вечер в честь вашей)… come sarebbe di lei, la signora (кто вам будет синьора)? Сugina, allora (кузина, в таком случае)?

E il cameriere si fece subito cerimonioso.

– Favorisca allora, favorisca. Non c’è nessuno. Anche lei a teatro, la Zia. Prima del tocco non ritorneranno. È la serata d’onore di sua… come sarebbe di lei, la signora? Cugina, allora?

Micuccio restò un istante impacciato (Микуччо остановился на мгновенье в растерянности; restare – оставаться; оставаться, быть в каком-л. состоянии; impacciato – смущенный, неловкий, растерянный).

– Non sono… no (я не…нет), non sono cugino, veramente (я не кузен, на самом деле). Sono… sono Micuccio Bonavino (я… я Микуччо Бонавино); lei lo sa (она знает). Vengo apposta dal paese (я приехал специально из деревни).

Micuccio restò un istante impacciato.

– Non sono… no, non sono cugino, veramente. Sono… sono Micuccio Bonavino; lei lo sa. Vengo apposta dal paese.

A questa risposta il cameriere stimò innanzi tutto conveniente (при этом ответе камердинер счел первым делом подобающим) ritirare il lei e riprendere il voi (отказаться от /обращения на/ lei и вернуться к voi; ritirare – забирать обратно, снимать, отказываться; riprendere – возобновлять, продолжать; lei – вежливое обращение «на Вы» в третьем лице, принятое в литературном языке и среди образованных людей; voi – вежливое, но просторечное обращение «на Вы» во втором лице мн. ч.) introdusse Micuccio in una cameretta al bujo presso la cucina (ввел Микуччо в темную комнатку при кухне; bujo = buio, m – темнота, здесь и далее написание “j” вместо “i” между двумя гласными является устаревшим), dove qualcuno ronfava strepitosamente (где кто-то громко храпел; strepitoso – шумный, громкий; strepito, m – шум, грохот), e gli disse (и сказал ему):

– Sedete qua (садитесь сюда). Adesso porto un lume (сейчас я принесу светильник).

A questa risposta il cameriere stimò innanzi tutto conveniente ritirare il lei e riprendere il voi; introdusse Micuccio in una cameretta al bujo presso la cucina, dove qualcuno ronfava strepitosamente, e gli disse:

– Sedete qua. Adesso porto un lume.

Micuccio guardò prima dalla parte donde veniva quel ronfo (Микуччо сначала посмотрел в ту сторону, откуда шел храп; donde – /книжн./ откуда; venire – приходить; появляться), ma non poté discernere nulla (но не смог ничего различить); guardò poi in cucina (потом посмотрел на кухню), dove il cuoco, assistito da un guattero (где повар, при помощи мальчика; assistito – получающий помощь; guattero = sguattero, m – кухонный мальчик, помощник повара), apparecchiava da cena (накрывал ужин; apparecchiare – приготовлять, приводить в порядок; apparecchiare /la tavola/ – накрывать на стол). L’odor misto delle vivande in preparazione lo vinse (смешанный запах готовящихся кушаний одолел его; vincere – побеждать, /пре/одолевать, пересиливать): n’ebbe quasi un’ebbrietà vertiginosa (он получил = почувствовал от этого почти головокружительное опьянение): era poco men che digiuno dalla mattina (он был почти что натощак с утра; poco men che – немногим менее, чем; почти); veniva dalla provincia di Messina (он приехал из Мессинской области); una notte e un giorno intero in ferrovia (ночь и день целиком по железной дороге).

Micuccio guardò prima dalla parte donde veniva quel ronfo, ma non poté discernere nulla; guardò poi in cucina, dove il cuoco, assistito da un guattero, apparecchiava da cena. L’odor misto delle vivande in preparazione lo vinse: n’ebbe quasi un’ebbrietà vertiginosa: era poco men che digiuno dalla mattina; veniva dalla provincia di Messina; una notte e un giorno intero in ferrovia.

Il cameriere recò il lume (камердинер принес светильник; recare – приносить, доставлять), e quello che ronfava nella stanza (и тот, кто храпел в комнате; ronfare = ronfiare – сильно храпеть), dietro una cortina sospesa a una funicella da una parete all’altra (за занавеской, подвешенной на веревке от одной стены к другой; sospendere – подвешивать; dietro – позади, за), borbottò tra il sonno (пробормотал сквозь сон; tra = fra – при обозначении образа действия или состояния – между, среди, сквозь; в):

– Chi è (кто это)?

– Ehi, Dorina, su (эй, Дорина, скорей; su, avv. – ну! скорей! смелей!)! – chiamò il cameriere (позвал камердинер). – Vedi che c’è qui il signor Bonvicino (смотри, здесь синьор Бонвичино).

– Bonavino (Бонавино), – corresse Micuccio (поправил Микуччо), che stava a soffiarsi su le dita (который дул себе на пальцы; stare a + inf – означает длительность действия, обозначенного инфинитивом; soffiare – дуть).

Il cameriere recò il lume, e quello che ronfava nella stanza, dietro una cortina sospesa a una funicella da una parete all’altra, borbottò tra il sonno:

– Chi è?

– Ehi, Dorina, su! – chiamò il cameriere. – Vedi che c’è qui il signor Bonvicino.

– Bonavino, – corresse Micuccio, che stava a soffiarsi su le dita.

– Bonavino, Bonavino, conoscente della signora (Бонавино, Бонавино, знакомый синьоры). Tu dormi della grossa (ты спишь как убитая; grossa, f – третий сон шелковичных червей, dormire della grossa – находиться в состоянии зимней спячки, /перен./ спать мертвым сном, как убитый): suonano alla porta e non senti (звонят в дверь, а ты не слышишь). Io ho da apparecchiare (мне нужно накрывать; avere da + inf – долженствование, обязанность; apparecchiare – накрывать /на стол/), non posso far tutto io, capisci (я не могу делать все, понимаешь)? Badare al cuoco che non sa (следить за поваром, который не знает; badare – обращать внимание; присматривать, смотреть), alla gente che viene (за людьми, которые приходят).

– Bonavino, Bonavino, conoscente della signora. Tu dormi della grossa: suonano alla porta e non senti. Io ho da apparecchiare, non posso far tutto io, capisci? Badare al cuoco che non sa, alla gente che viene.

Un ampio sonoro sbadiglio (протяжный звонкий зевок; ampio – широкий; обширный, просторный; обильный, щедрый), protratto nello stiramento delle membra e terminato in un nitrito per un brividore improvviso (продолженный потягиванием конечностей, внезапным содроганием и закончившийся ржанием; terminare – заканчивать, завершать; nitrito, m – ржание; brividore, m = brivido, m – озноб, дрожь; improvviso – неожиданный, внезапный), accolse la protesta del cameriere (был ответом на протест камердинера; accogliere – принимать, встречать), il quale s’allontanò esclamando (который удалился, воскликнув):

– E va bene (ну хорошо)!

Un ampio sonoro sbadiglio, protratto nello stiramento delle membra e terminato in un nitrito per un brividore improvviso, accolse la protesta del cameriere, il quale s’allontanò esclamando:

– E va bene!

Micuccio sorrise (Микуччо улыбнулся), e lo seguí con gli occhi (и проследовал за ним взглядом; seguire – следовать; occhio, m – глаз) attraverso un’altra stanza in penombra (через другую комнату в полумраке), fino alla vasta sala in fondo (до обширного зала в глубине), illuminata (освещенного), dove sorgeva splendida la mensa (где возвышался роскошный стол; splendido – сияющий, сверкающий; великолепный, роскошный), e restò meravigliato a contemplare (и продолжал рассматривать в изумлении; restare – оставаться, быть /в каком-л. состоянии/; meravigliato – удивленный, изумленный), finché di nuovo il ronfo non lo fece voltare a guardar la cortina (до тех пор, пока снова храп не заставил его обернуться и посмотреть на занавеску).

Micuccio sorrise, e lo seguí con gli occhi, attraverso un’altra stanza in penombra, fino alla vasta sala in fondo, illuminata, dove sorgeva splendida la mensa, e restò meravigliato a contemplare, finché di nuovo il ronfo non lo fece voltare a guardar la cortina.

Il cameriere, col tovagliolo sotto il braccio (камердинер, с салфеткой под мышкой; braccio, m – рука /от кисти до плеча/sotto il braccio – под мышкой), passava e ripassava (ходил туда-сюда; passare – проходить; ripassare – вновь проходить, возвращаться; приставка ri– имеет значение повтора действия), borbottando or contro Dorina che seguitava a dormire (ворча то на Дорину, которая продолжала спать; or – /краткая форма от ora/ теперь, сейчас; contro – против), or contro il cuoco che doveva esser nuovo (то на повара, который, должно быть /был/ новым), chiamato per l’avvenimento di quella sera (приглашенным ради события этого вечера; chiamare – звать, вызывать, приглашать), e lo infastidiva chiedendo di continuo spiegazioni (и докучал ему, спрашивая непрерывно объяснений; infastidire – надоедать, доставлять беспокойство). Micuccio, per non infastidirlo anche lui (Микуччо, чтобы тоже его не беспокоить; lui – он, относится к Микуччо, усиление), stimò prudente ricacciarsi dentro tutte le domande che gli veniva di rivolgergli (счел благоразумным запрятать внутрь /себя/ все вопросы, которые он хотел бы ему задать; venire, gli venivano – букв. «приходили к нему», возникали у него; rivolgere – обращать, направлять).

Il cameriere, col tovagliolo sotto il braccio, passava e ripassava, borbottando or contro Dorina che seguitava a dormire, or contro il cuoco che doveva esser nuovo, chiamato per l’avvenimento di quella sera, e lo infastidiva chiedendo di continuo spiegazioni. Micuccio, per non infastidirlo anche lui, stimò prudente ricacciarsi dentro tutte le domande che gli veniva di rivolgergli.

Avrebbe poi dovuto dirgli o fargli intendere (он должен был бы еще сказать ему или дать ему понять; intendere – понимать) ch’era il fidanzato di Teresina (что он был женихом Терезины), e non voleva (но не хотел), pur non sapendone il perché lui stesso (хотя сам не знал, почему; lui – он сам; perché – почему; il perché, m – причина); se non forse per questo (не потому ли, может быть), che quel cameriere allora avrebbe dovuto trattar lui, Micuccio (что этот камердинер тогда должен был бы обращаться с ним, Микуччо), da padrone (как с хозяином), ed egli, vedendolo così disinvolto ed elegante (и он, видя его таким непринужденным и элегантным) quantunque ancor senza marsina (хотя еще без фрака), non riusciva a vincere l’impaccio che già ne provava solo a pensarci (ему не удавалось преодолеть смущение, которое уже испытывал, только подумав об этом; riuscire – удаваться, получаться, достигать; vincere – победить, преодолеть; impaccio, m – помеха, затруднение, препятствие, зд.: неловкость, смущение).

Avrebbe poi dovuto dirgli o fargli intendere ch’era il fidanzato di Teresina, e non voleva, pur non sapendone il perché lui stesso; se non forse per questo, che quel cameriere allora avrebbe dovuto trattar lui, Micuccio, da padrone, ed egli, vedendolo così disinvolto ed elegante, quantunque ancor senza marsina, non riusciva a vincere l’impaccio che già ne provava solo a pensarci.

A un certo punto però (в определенный момент, однако; punto, m – точка; момент, мгновенье), vedendolo ripassare (видя, что он вновь проходит), non seppe tenersi dal domandargli (не смог удержаться, чтобы спросить у него):

– Scusi… questa casa di chi è (извините… этот дом чей)?

– Nostra, finché ci siamo (наш, пока мы здесь есть), – gli rispose in fretta il cameriere (ответил ему торопливо камердинер; fretta, f – поспешность, торопливость; in fretta – поспешно, торопливо, в спешке, наспех).

E Micuccio rimase a tentennare il capo (и Микуччо остался качать головой).

A un certo punto però, vedendolo ripassare, non seppe tenersi dal domandargli:

– Scusi… questa casa di chi è?

– Nostra, finché ci siamo, – gli rispose in fretta il cameriere.

E Micuccio rimase a tentennare il capo.

Perbacco, era vero dunque (черт возьми, это было правдой, значит)! La fortuna acciuffata (удача схвачена; acciuffare – хватать за чуб; ciuffo, m – чуб, вихор, прядь волос /на лбу/). Affaroni (делищи; affare, m – дело; состояние, положение; -one – увеличит. суффикс). Quel cameriere che pareva un gran signore (этот камердинер, который казался важным синьором), il cuoco e il guattero (повар и его помощник), quella Dorina che ronfava di là (эта Дорина, которая там храпела): servi tutti a gli ordini di Teresina (все слуги в распоряжении Терезины: ordine, m – зд.: приказ, agli ordini – в вашем распоряжении, к вашим услугам, как прикажете). Chi l’avrebbe mai detto (кто бы мог подумать: «никто никогда не мог бы сказать»; dire – говорить, mai – никогда)?

Perbacco, era vero dunque! La fortuna acciuffata. Affaroni. Quel cameriere che pareva un gran signore, il cuoco e il guattero, quella Dorina che ronfava di là: servi tutti a gli ordini di Teresina. Chi l’avrebbe mai detto?

Rivedeva col pensiero la soffitta squallida (он снова видел мысленно убогую мансарду; pensiero, m – мысль; soffitta, f – чердачное помещение, чердак; мансарда), laggiù laggiù (зд.: там, далеко, там, далеко; laggiù – там внизу /в т. ч. в смысле «на юге»/; вдали), a Messina, dove Teresina abitava con la madre (в Мессине, где Терезина жила с матерью). Cinque anni addietro (пять лет тому назад), in quella soffitta lontana (в той далекой мансарде), se non fosse stato per lui (если бы не он: «если бы это было не из-за него»), mamma e figlia sarebbero morte di fame (мама и дочка умерли бы с голоду). E l’aveva scoperto lui, lui (и это его обнаружил он, он), quel tesoro nella gola di Teresina (это сокровище в горле Терезины)!

Rivedeva col pensiero la soffitta squallida, laggiù laggiù, a Messina, dove Teresina abitava con la madre. Cinque anni addietro, in quella soffitta lontana, se non fosse stato per lui, mamma e figlia sarebbero morte di fame. E l’aveva scoperto lui, lui, quel tesoro nella gola di Teresina!

Ella cantava sempre, allora (она пела всегда, в то время), come una passera dei tetti (как воробей с крыш; passero, m / passera, f – воробей / воробьиха), ignara del suo tesoro (не ведающая о своем сокровище): cantava per dispetto (она пела вопреки /всему/), cantava per non pensare alla miseria (пела, чтобы не думать о нищете) a cui egli cercava di sovvenire alla meglio (которую он старался кое-как облегчить; sovvenire /a qc/, – /книжн./ помогать, облегчать; meglio – лучше, alla meglio – кое-как), nonostante la guerra che gli movevano in casa i genitori (несмотря на войну, которую объявили ему дома родители; movere = muovere – зд. возбуждать, начинать), la madre specialmente (мать особенно). Ma poteva abbandonar Teresina in quello stato (но /разве/ мог он оставить Терезину в таком состоянии; abbandonar – кратк. форма от abbandonare – оставлять, покидать), dopo la morte del padre (после смерти отца)? Abbandonarla perché non aveva nulla (бросить ее, потому что у нее ничего не было: «она ничего не имела»), mentre lui, bene o male, un posticino ce l’aveva (тогда как он худо-бедно имел местечко; bene – хорошо, male – плохо, bene o male – кое-как; posto, m – место, -ino – уменьшит. суффикс), di sonator di flauto nel concerto comunale (флейтиста в муниципальном оркестре; sonator – кратк. форма от sonatore = suonatore, m – музыкант, игрок на муз. инструменте, flauto, m – флейта; concerto, m – концерт; оркестр, ансамбль)? Bella ragione (хороша причина)! E il cuore (а /как же/ сердце)?

Ella cantava sempre, allora, come una passera dei tetti, ignara del suo tesoro: cantava per dispetto, cantava per non pensare alla miseria a cui egli cercava di sovvenire alla meglio, nonostante la guerra che gli movevano in casa i genitori, la madre specialmente. Ma poteva abbandonar Teresina in quello stato, dopo la morte del padre? Abbandonarla perché non aveva nulla, mentre lui, bene o male, un posticino ce l’aveva, di sonator di flauto nel concerto comunale? Bella ragione! E il cuore?

Ah, era stata una vera ispirazione del cielo (ах, это было настоящим вдохновением небес), un suggerimento della fortuna (подсказкой судьбы), quel far caso alla voce di lei (обратить внимание на ее голос; caso, m – случай, случайность; far caso – обратить внимание; принимать во внимание), quando nessuno ci badava (когда никто не придавал ему значения), in quella bellissima giornata d’aprile (в этот прекрасный апрельский день), presso la finestra dell’abbaino che incorniciava vivo vivo l’azzurro del cielo (возле окна чердака, который обрамлял яркую-яркую синеву неба; vivo – живой; яркий, насыщенный /о цвете/).

Ah, era stata una vera ispirazione del cielo, un suggerimento della fortuna, quel far caso alla voce di lei, quando nessuno ci badava, in quella bellissima giornata d’aprile, presso la finestra dell’abbaino che incorniciava vivo vivo l’azzurro del cielo.

Teresina canticchiava un’appassionata arietta siciliana (Терезина напевала страстную сицилийскую ариетту), di cui Micuccio ricordava ancora le tènere parole (нежные слова которой Микуччо помнил до сих пор; ricordare – помнить; tenerо – мягкий, нежный; parola, f – слово; ancora – еще, пока, все еще). Era triste Teresina (Терезина была грустной), quel giorno (в тот день), per la recente morte del padre (из-за недавней смерти отца) e per l’ostinata opposizione dei parenti di lui (и из-за упорного сопротивления его родителей; parente, m – родственник; /книжн./ родитель, предок); e anch’egli – ricordava – era triste (и он тоже – вспоминал он – был грустным), tanto che gli erano spuntate le lagrime (настолько, что у него выступили слезы), sentendola cantare (слушая /как она/ поет). Pure tant’altre volte l’aveva sentita (он еще много /других/ раз ее слышал), quell’arietta (эту ариетту); ma cantata a quel modo, mai (но чтобы она так пела, никогда: «но так спетую, никогда»).

Teresina canticchiava un’appassionata arietta siciliana, di cui Micuccio ricordava ancora le tènere parole. Era triste Teresina, quel giorno, per la recente morte del padre e per l’ostinata opposizione dei parenti di lui; e anch’egli – ricordava – era triste, tanto che gli erano spuntate le lagrime, sentendola cantare. Pure tant’altre volte l’aveva sentita, quell’arietta; ma cantata a quel modo, mai.

N’era rimasto così impressionato (он был так ею поражен; rimanere – оставаться, пребывать /в т. ч. в каком-л. состоянии/), che il giorno appresso (что на следующий день; appresso – спустя, после), senza prevenire né lei né la madre (не предупредив ни ее, ни мать; senza – без, senza prevenire – букв: «без того, чтобы предупредить»), aveva condotto con sé (привел с собой) su nella soffitta (наверх на чердак), il direttore del concerto (дирижера оркестра), suo amico (своего друга). E così erano cominciate le prime lezioni di canto (и так начались первые уроки пения), e, per due anni di fila (и два года подряд; fila, f – ряд, вереница, di fila – подряд) egli aveva speso per lei quasi tutto il suo stipendio (он тратил на нее почти всю свою зарплату): le aveva preso a nolo un pianoforte (он взял ей напрокат фортепьяно), comperate le carte di musica (купил нотную бумагу) e qualche amichevole compenso aveva pur dato al maestro (и какое-то дружеское вознаграждение давал учителю; pur = pure – тоже, также – зд. в значении усиления).

N’era rimasto così impressionato, che il giorno appresso, senza prevenire né lei né la madre, aveva condotto con sé, su nella soffitta, il direttore del concerto, suo amico. E così erano cominciate le prime lezioni di canto, e, per due anni di fila egli aveva speso per lei quasi tutto il suo stipendio: le aveva preso a nolo un pianoforte, comperate le carte di musica e qualche amichevole compenso aveva pur dato al maestro.

Bei giorni lontani (прекрасные далекие дни)! Teresina ardeva tutta nel desiderio di spiccare il volo (Терезина вся горела желанием взлететь; spiccare – зд.: начинать; volo, m – полет, spiccare il volo – взлететь), di lanciarsi nell’avvenire (броситься в будущее) che il maestro le prometteva luminoso (которое учитель обещал блестящим); e, frattanto (а тем временем), che carezze di fuoco a lui (какие пламенные ласки для него; fuoco, m – огонь; /перен./ пламя, страсть), per dimostrargli tutta la sua gratitudine (чтобы доказать ему всю свою благодарность), e che sogni di felicità comune (а какие мечты о совместном счастье)!

Teresina ardeva tutta nel desiderio di spiccare il volo, di lanciarsi nell’avvenire che il maestro le prometteva luminoso; e, frattanto, che carezze di fuoco a lui, per dimostrargli tutta la sua gratitudine, e che sogni di felicità comune!

Zia Marta, invece (тетя Марта, наоборот), scoteva amaramente il capo (горько качала головой; amaro – горький, amaramente – горько): ne aveva viste tante in vita sua (она так много повидала в своей жизни; visto – прич. прош. вр. от vedere – видеть), povera vecchietta (бедная старушка), che ormai non aveva più fiducia nell’avvenire (что теперь уже не верила: «не имела веры»; в будущее; fede, f – вера): temeva per la figliola (она боялась за дочку), e non voleva che ella pensasse neppure (и не хотела чтобы она даже думала; neppure – даже не) alla possibilità di togliersi da quella rassegnata miseria (о возможности выйти из этой обреченной нищеты; togliersi – убраться; rassegnata – смирившаяся, покорившаяся, безропотная; rassegnarsi – примиряться, смиряться; покоряться); e poi sapeva, sapeva ciò che costava a lui la follia di quel sogno pericoloso (и потом, она знала, знала, чего ему стоило безумие этой опасной мечты; ciò che – то, что).

Zia Marta, invece, scoteva amaramente il capo: ne aveva viste tante in vita sua, povera vecchietta, che ormai non aveva più fiducia. nell’avvenire: temeva per la figliola, e non voleva che ella pensasse neppure alla possibilità di togliersi da quella rassegnata miseria; e poi sapeva, sapeva ciò che costava a lui la follia di quel sogno pericoloso.

Ma né lui né Teresina le davano ascolto (но ни он, ни Терезина ей не вняли; ascoltare – слушать, прислушиваться, следовать; ascolto, m – выслушивание, dare ascolto – прислушаться, внять, последовать /напр., совету/), e invano essa si era ribellata (и напрасно она воспротивилась; ribellarsi – восставать, взбунтоваться) quando un giovane maestro compositore (когда один молодой композитор), avendo udito Teresina in un concerto (услышав Терезину на одном концерте), aveva dichiarato che sarebbe stato un vero delitto (заявил, что было бы настоящим преступлением) non darle migliori maestri e una compiuta educazione artistica (не дать ей лучших учителей и законченного музыкального образования; educazione, f – образование, воспитание, обучение; artistico – художественный, артистический, зд.: музыкальный): a Napoli, bisognava mandarla al conservatorio di Napoli a qualunque costo (в Неаполь, надо было отправить ее в консерваторию в Неаполь любой ценой).

Ma né lui né Teresina le davano ascolto, e invano essa si era ribellata quando un giovane maestro compositore, avendo udito Teresina in un concerto, aveva dichiarato che sarebbe stato un vero delitto non darle migliori maestri e una compiuta educazione artistica: a Napoli, bisognava mandarla al conservatorio di Napoli a qualunque costo.

E allora lui, Micuccio (и тогда он, Микуччо), senza pensarci due volte (не раздумывая: «не подумав об этом два раза»), l’aveva rotta coi parenti (порвал с родственниками; rompere – ломать; рвать, порывать, разрывать), aveva venduto un poderetto lasciatogli in eredità dallo zio prete (продал небольшое именье, оставленное /ему/ в наследство дядей священником; podere, m – имение, владение, усадьба, -etto – уменьш. суффикс), e mandato Teresina a Napoli a compiere gli studi (и отправил Терезину в Неаполь завершать учебу).

E allora lui, Micuccio, senza pensarci due volte, l’aveva rotta coi parenti, aveva venduto un poderetto lasciatogli in eredità dallo zio prete, e mandato Teresina a Napoli a compiere gli studi.

Non l’aveva più riveduta, da allora (он ее больше не видел с тех пор). Lettere, sì (письма, да)… aveva le sue lettere dal conservatorio e poi quelle di zia Marta (у него были: «он имел»; ее письма из консерватории и потом от тети Марты; quelle – те, мест. ж. р. мн. ч, относятся к письмам, lettera, f – письмо), quando già Teresina si era lanciata nella vita artistica (когда Терезина уже кинулась в артистическую жизнь), contesa dai principali teatri (/когда ее/ добивались в главных театрах; contesa – страдат. причастие прош. вр. от contendere – соперничать; стремиться; оспаривать, добиваться), dopo l’esordio clamoroso al San Carlo (после нашумевшего дебюта в Сан Карло; clamore, m – крик, вопль; шум).

Non l’aveva più riveduta, da allora. Lettere, sì… aveva le sue lettere dal conservatorio e poi quelle di zia Marta, quando già Teresina si era lanciata nella vita artistica, contesa dai principali teatri, dopo l’esordio clamoroso al San Carlo.

A piè di quelle tremule incerte lettere (внизу этих трепетных неуверенных писем; tremulo = tremolo – дрожащий) raspate alla meglio sulla carta dalla povera vecchietta (нацарапанных кое-как на бумаге бедной старушкой) c’eran sempre due paroline di lei, di Teresina (было всегда два словечка от нее, от Терезины), che non aveva mai tempo di scrivere (у которой никогда не было времени: «не имела никогда времени»; писать): «Caro Micuccio, confermo quanto ti dice la mamma (Дорогой Микуччо, подтверждаю то, что тебе говорит мама). Sta’ sano e voglimi bene (будь здоров и люби меня)».

A piè di quelle tremule incerte lettere raspate alla meglio su la carta dalla povera vecchietta c’eran sempre due paroline di lei, di Teresina, che non aveva mai tempo di scrivere: «Caro Micuccio, confermo quanto ti dice la mamma. Sta’ sano e voglimi bene».

Eran rimasti d’accordo che egli le avrebbe lasciato cinque, sei anni di tempo (они договорились, что он даст ей пять-шесть лет времени; lasciare – оставлять; предоставлять) per farsi strada liberamente (чтобы свободно пробить себе дорогу; strada, f – дорога, зд. перен. – путь, стезя): erano giovani entrambi e potevano aspettare (они оба были молоды и могли подождать). E quelle lettere, nei cinque anni già trascorsi (и эти письма, в пять уже прошедших лет; anno, m – год; trascorrere – проходить, протекать /о времени/), egli le aveva sempre mostrate a chi voleva vederle (он всегда показывал тем, кто хотел на них посмотреть), per distruggere le calunnie che i suoi parenti scagliavano contro Teresina e la madre (чтобы разрушить клевету, которую его родственники бросали в Терезину и ее мать; calunnia, f – клевета).

Eran rimasti d’accordo che egli le avrebbe lasciato cinque, sei anni di tempo per farsi strada liberamente: erano giovani entrambi e potevano aspettare. E quelle lettere, nei cinque anni già trascorsi, egli le aveva sempre mostrate a chi voleva vederle, per distruggere le calunnie che i suoi parenti scagliavano contro Teresina e la madre.

Poi s’era ammalato (потом он заболел); era stato per morire (чуть не умер; stare per+ inf – собираться, намереваться); e in quell’occasione (и по этому случаю), a sua insaputa (без его ведома), zia Marta e Teresina avevano inviato al suo indirizzo una buona somma di danaro (тетя Марта и Терезина послали на его адрес хорошую сумму денег): parte se n’era andata durante la malattia (часть из них была потрачена: «ушла» во время болезни; andarsene – уходить), ma il resto egli lo aveva strappato a viva forza dalle mani rapaci dei suoi parenti (но остальное он силой вырвал из хищных рук /своих/ родственников; forza, f – зд.: сила, насилие, a viva forza – насильно) e ora, ecco, veniva a ridarlo a Teresina (и сейчас, вот, приехал вернуть /это/ Терезине; ridare – снова отдавать, отдавать обратно, возвращать).

Poi s’era ammalato; era stato per morire; e in quell’occasione, a sua insaputa, zia Marta e Teresina avevano inviato al suo indirizzo una buona somma di danaro: parte se n’era andata durante la malattia, ma il resto egli lo aveva strappato a viva forza dalle mani rapaci dei suoi parenti e ora, ecco, veniva a ridarlo a Teresina.

Perché, denari – niente! – egli non ne voleva (потому что денег – нет! он их не хотел; niente – ничего; совсем не). Non perché gli paressero elemosina (не потому что они ему казались милостыней), avendo egli già speso tanto per lei (поскольку он уже потратил так много на нее; avendo – дееприч. от гл. аvere – иметь, зд.: в значении причины; spendere – тратить, расходовать); ma… niente (но…нет)! Non lo sapeva dire lui stesso (он сам не мог сказать; sapere – знать, зд.: уметь, мочь), e ora più che mai, lì, in quella casa (и сейчас больше, чем когда бы то ни было там, в этом доме)… – denari, niente (никаких денег)! Come aveva aspettato tant’anni (как он ждал много лет; tant’anni = tanti anni /разг. сокращение/ – много лет), poteva ancora aspettare (/так/ мог еще подождать).

Perché, denari – niente! – egli non ne voleva. Non perché gli paressero elemosina, avendo egli già speso tanto per lei; ma… niente! Non lo sapeva dire lui stesso, e ora più che mai, lì, in quella casa… – denari, niente! Come aveva aspettato tant’anni, poteva ancora aspettare.

Che se poi denari Teresina ne aveva d’avanzo (а если денег у Терезины было больше чем нужно; avanzo, m – остаток; сбережение, d’avanzo – больше, чем нужно), segno che l’avvenire le si era schiuso (/это был/ знак, что будущее перед ней раскрылось; schiudere – (при)открывать; (при)отворять), ed era tempo perciò che l’antica promessa s’adempisse (и настало время, поэтому, чтобы старинное обещание исполнилось), a dispetto di chi non voleva crederci (вопреки тем, кто не хотел в это верить).

Che se poi denari Teresina ne aveva d’avanzo, segno che l’avvenire le si era schiuso, ed era tempo perciò che l’antica promessa s’adempisse, a dispetto di chi non voleva crederci.

Micuccio sorse in piedi (Микуччо поднялся на ноги), con le ciglia corrugate (наморщив брови: «с наморщенными бровями»; corrugare – морщить; ruga, m – морщина), come per raffermarsi in questa conclusione (как будто чтобы укрепиться в этом выводе); si soffiò di nuovo su le mani diacce e pestò i piedi per terra (снова подул себе на ледяные руки и потоптался ногами по полу; diaccio = ghiaccio, m, диал. – лед; pestare – топтать, мять, растаптывать; pestare i piedi – топтать ногами, притопывать).

Micuccio sorse in piedi, con le ciglia corrugate, come per raffermarsi in questa conclusione; si soffiò di nuovo su le mani diacce e pestò i piedi per terra.

– Freddo (холодно)? – gli disse, passando, il cameriere (сказал ему, проходя, камердинер). – Poco ci vorrà, adesso (уже скоро теперь: «мало /времени/ будет нужно теперь»). Venite qua in cucina (идите сюда, на кухню). Starete meglio (вам будет лучше; stare – зд.: чувствовать себя, stare bene – чувствовать себя хорошо, stare male – чувствовать себя плохо; meglio – лучше).

Micuccio non volle seguire il consiglio del cameriere (Микуччо не захотел последовать совету камердинера) che, con quell’aria da gran signore (который этим /своим/ видом важного синьора), lo sconcertava e l’indispettiva (его смущал и раздражал). Si rimise a sedere e a pensare (он вновь сел и стал думать; rimettersi – вернуться в исходное положение; sedere – сидеть; pensare – думать: «вернулся сидеть и думать»), costernato (опечаленный; costernato – прич. прош. вр. от costernare – приводить в уныние, огорчать, печалить). Poco dopo (вскоре: «немного спустя»), una forte scampanellata lo scosse (громкий долгий звонок встряхнул его).

– Freddo? – gli disse, passando, il cameriere. – Poco ci vorrà, adesso. Venite qua in cucina. Starete meglio.

Micuccio non volle seguire il consiglio del cameriere che, con quell’aria da gran signore, lo sconcertava e l’indispettiva. Si rimise a sedere e a pensare, costernato. Poco dopo, una forte scampanellata lo scosse.

– Dorina, la signora (Дорина, синьора)! – strillò il cameriere infilandosi in fretta e in furia la marsina (крикнул камердинер, поспешно натягивая на себя фрак; fretta, f, – поспешность, торопливость; furia, f – зд.: спешка) mentre correva ad aprire (пока бежал открывать /дверь/; mentre – в то время как); ma vedendo che Micuccio stava per seguirlo (но видя, что Микуччо собирается последовать за ним), s’arrestò di botto per intimargli (резко остановился, чтобы приказать ему; botto, m – удар, di botto – вдруг, внезапно, сразу):

– Voi state qua (вы оставайтесь здесь); prima lasciate che la avverta (сначала дайте мне ее предупредить).

– Dorina, la signora! – strillò il cameriere infilandosi in fretta e in furia la marsina, mentre correva ad aprire; ma vedendo che Micuccio stava per seguirlo, s’arrestò di botto per intimargli:

– Voi state qua; prima lasciate che la avverta.

— Ohi, ohi, ohi… – si lamentò una voce insonnolita dietro la cortina (пожаловался сонный голос за занавеской); e, poco dopo, apparve un donnone tozzo, affagottato (и вскоре появилась бабища, приземистая, закутанная; affagottare – связывать в узел, упаковывать; кое-как заворачивать; fagotto, m – узел; тюк; сверток) che strascicava una gamba e non riusciva ancora a spiccicar gli occhi (которая волочила ногу и не могла еще разлепить глаза), con uno scialle di lana fin sopra il naso (в шерстяной шали выше носа), i capelli ritinti d’oro (с волосами, перекрашенными в золотой /цвет/; ritingere – перекрашивать).

– Ohi, ohi, ohi… – si lamentò una voce insonnolita dietro la cortina; e, poco dopo, apparve un donnone tozzo, affagottato, che strascicava una gamba e non riusciva ancora a spiccicar gli occhi, con uno scialle di lana fin sopra il naso, i capelli ritinti d’oro.

Micuccio stette a mirarla allocchito (Микуччо стоял и рассматривал ее в остолбенении; stare – останавливаться, прекращать, задерживать /движение, какое-либо действие/; allocchire – ошалеть, обалдеть, остолбенеть). Anche colei (она тоже; colei – та, она), sorpresa (удивленная; sorprendere – застигать/заставать врасплох; удивлять, поражать, изумлять), sgranò tanto d’occhi in faccia all’estraneo (вытаращила глаза на постороннего; tanto – много, зд. в знач. усиления; faccia, f – лицо, in faccia – в лицо).

– La signora, – ripeté Micuccio (синьора, – повторил Микуччо).

Micuccio stette a mirarla allocchito. Anche colei, sorpresa, sgranò tanto d’occhi in faccia all’estraneo.

– La signora, – ripeté Micuccio.

Allora Dorina riprese d’un subito coscienza (тогда Дорина сразу же пришла в себя; riprendere – снова брать; возобновлять; coscienza, f – сознание, riprendere coscienza – вернуться в сознание, прийти в себя).

– Eccomi, eccomi (я здесь, я здесь: «вот я, вот я»)… – disse, togliendosi e buttando dietro la cortina lo scialle (сказала, снимая с себя и бросая за занавеску шаль) e adoperandosi con tutta la pesante persona a correr verso l’entrata (и стараясь всей своей тяжелой фигурой бежать ко входу).

Allora Dorina riprese d’un subito coscienza:

– Eccomi, eccomi… – disse, togliendosi e buttando dietro la cortina lo scialle e adoperandosi con tutta la pesante persona a correr verso l’entrata.

L’apparizione di quella strega ritinta (появление этой крашеной ведьмы), l’intimazione del cameriere (приказ камердинера) diedero a un tratto a Micuccio, avvilito (вдруг вызвали у подавленного Микуччо: «дали вдруг Микуччо…»; dare – давать), un angoscioso presentimento (тревожное предчувствие). Sentí la voce stridula di zia Marta (он услышал пронзительный голос тети Марты):

– Di là, in sala! In sala, Dorina (туда, в зал! в зал, Дорина)!

L’apparizione di quella strega ritinta, l’intimazione del cameriere diedero a un tratto a Micuccio, avvilito, un angoscioso presentimento. Sentí la voce stridula di zia Marta:

– Di là, in sala! In sala, Dorina!

E il cameriere e Dorina gli passarono davanti (и камердинер и Дорина прошли перед ним), reggendo magnifiche ceste di fiori (держа великолепные корзины с цветами). Sporse il capo a guardare, in fondo (он высунул голову, чтобы посмотреть, в глубине; capo, m= testa, f – голова) la sala illuminata e vide tanti signori in marsina (на освещенный зал и увидел множество синьоров во фраках; tanti – многие, много; vedere – видеть), che parlavano confusamente (которые разговаривали сумбурно). La vista gli s’annebbiò (взгляд у него затуманился): era tanto lo stupore, tanta la commozione (таково было изумление таково волнение; tanto – большой, значительный; stupore, m – изумление; commozione, f – волнение), che non s’accorse egli stesso che gli occhi gli si erano riempiti di lagrime (что он сам не заметил как глаза у него наполнились слезами): li chiuse (он их закрыл; chiudere), e in quel bujo si strinse tutto in sé (и в этой темноте весь сжался в себе), quasi per resistere allo strazio che gli cagionava una lunga squillante risata (как будто чтобы противостоять страданию, которое вызывал у него долгий звонкий взрыв смеха; quasi – почти). Era di Teresina (это был /взрыв смеха/ Терезины)? Oh Dio, e perché rideva così, di là (о, Боже, и почему она смеялась так, там; là – там; di là – зд.: /разг./ – там, в другом месте, в другом помещении)?

E il cameriere e Dorina gli passarono davanti, reggendo magnifiche ceste di fiori. Sporse il capo a guardare, in fondo, la sala illuminata e vide tanti signori in marsina, che parlavano confusamente. La vista gli s’annebbiò: era tanto lo stupore, tanta la commozione, che non s’accorse egli stesso che gli occhi gli si erano riempiti di lagrime: li chiuse, e in quel bujo si strinse tutto in sé, quasi per resistere allo strazio che gli cagionava una lunga squillante risata. Era di Teresina? Oh Dio, e perché rideva così, di là?

Un grido represso gli fece riaprir gli occhi (подавленный крик заставил его вновь открыть глаза; grido, m – крик; riaprir – кратк. форма от riaprire – вновь открыть /aprire – открыть; ri – приставка, означающая повторение действия/), e si vide davanti – irriconoscibile – zia Marta (и он увидел перед собой – неузнаваемую – тетю Марту), col cappello in capo, poveretta (со шляпой на голове, бедняжка)! Oppressa da una ricca splendida mantiglia di velluto (подавленную богатой великолепной бархатной накидкой; velluto, m – бархат).

– Come (как)! Micuccio… tu qui (Микуччо… ты здесь)?

Un grido represso gli fece riaprir gli occhi, e si vide davanti – irriconoscibile – zia Marta, col cappello in capo, poveretta! Oppressa da una ricca splendida mantiglia di velluto.

– Come! Micuccio… tu qui?

– Zia Marta (тетя Марта)… – esclamò Micuccio (воскликнул Микуччо), quasi impaurito (почти испуганный), restando a contemplarla (продолжая ее разглядывать: «оставшись ее разглядывать»; restare – оставаться, пребывать, /в т. ч. в каком-л. состоянии/).

– Come mai (как же так)! – seguitò la vecchietta, sconvolta (продолжала потрясенная старушка). – Senza avvertire (не предупредив; senza – без: «без того, чтобы предупредить»)? Che è stato (что случилось /разг./: «что это было»)? Quando sei arrivato (когда ты приехал; arrivare – приходить, приезжать, прибывать)? Giusto questa sera (как раз сегодня вечером; questo/-а/ – этот/-а/; sera, f – вечер, букв: «этим вечером»)… Oh Dio, Dio (о, Боже, Боже)…

– Son venuto per (я приехал, чтобы)… – balbettò Micuccio (пробормотал Микуччо), non sapendo più che dire (не зная больше, что сказать).

– Aspetta (подожди)! – lo interruppe zia Marta (перебила его тетя Марта). – Come si fa? Come si fa (что делать? что делать: «как это сделается»)? Vedi quanta gente (видишь, сколько народу), figliuolo mio (сыночек мой)? È la festa di Teresina (это праздник Терезины), la sua serata (ее вечер)… Aspetta, aspetta un po’ qua (подожди, подожди немного здесь; un po’ – кратк. разг. от un poco – немного)…

– Zia Marta… – esclamò Micuccio, quasi impaurito, restando a contemplarla.

– Come mai! – seguitò la vecchietta, sconvolta. – Senza avvertire? Che è stato? Quando sei arrivato? Giusto questa sera… Oh Dio, Dio…

– Son venuto per… – balbettò Micuccio, non sapendo più che dire.

– Aspetta! – lo interruppe zia Marta. – Come si fa? Come si fa? Vedi quanta gente, figliuolo mio? È la festa di Teresina, la sua serata… Aspetta, aspetta un po’ qua…

– Se voi (если вы), – si provò a dir Micuccio (попробовал сказать Микуччо; возвратная форма глагола provare – пробовать – разг.; dir – кратк. форм от dire – говорить, сказать), a cui l’angoscia stringeva la gola (которому тоска сжимала горло), – se voi credete che me ne debba andare (если вы считаете, что я должен уйти)…

– No, aspetta un po’, ti dico (нет, подожди немного, говорю тебе), – s’affrettò a rispondergli la buona vecchietta (поспешила ответить ему добрая старушка), tutta imbarazzata (смутившись: «вся смущенная»).

– Io però (я, однако), – riprese Micuccio (продолжал Микуччо), – non saprei dove andare in questo paese (не знал бы, куда пойти в этом месте; paese, m – зд.: местность)… a questa ora (в такой час)…

– Se voi, – si provò a dir Micuccio, a cui l’angoscia stringeva la gola, – se voi credete che me ne debba andare…

– No, aspetta un po’, ti dico, – s’affrettò a rispondergli la buona vecchietta, tutta imbarazzata.

– Io però, – riprese Micuccio, – non saprei dove andare in questo paese… a questa ora…

Zia Marta lo lasciò (тетя Марта оставила его), facendogli con una mano inguantata segno d’attendere (сделав ему рукой в перчатке знак подождать; guanto, m – перчатка, inguantato – одетый, затянутый в перчатку), ed entrò nella sala (и вошла в зал), nella quale poco dopo a Micuccio parve si aprisse una voragine (в котором вскоре Микуччо показалось, что разверзлась бездна; parere – казаться, представляться; aprirsi – открываться, раскрываться; voragine, f – бездна, пропасть): vi s’era fatto d’improvviso silenzio (там внезапно наступила тишина: «сделалась внезапно тишина»). Poi udí (потом он услышал), chiare, distinte (ясно, отчетливо: «ясные, отчетливые»; chiaro – ясный; distinto – отчетливый), queste parole di Teresina (эти слова Терезины):

– Un momento, signori (одну минуту, господа).

Zia Marta lo lasciò, facendogli con una mano inguantata segno d’attendere, ed entrò nella sala, nella quale poco dopo a Micuccio parve si aprisse una voragine: vi s’era fatto d’improvviso silenzio. Poi udí, chiare, distinte, queste parole di Teresina:

– Un momento, signori.

E di nuovo la vista gli s’annebbiò (и вновь взгляд у него затуманился), nell’attesa ch’ella comparisse (в ожидании ее появления: «в ожидании того, чтобы она появилась»). Ma Teresina non comparve (но Терезина не появилась; comparire – являться, появляться), e la conversazione fu ripresa nella sala (и разговор в зале возобновился «был возобновлен в зале»). Tornò invece (вместо этого вернулась), dopo pochi minuti che a lui parvero eterni (после немногих минут, которые ему показались вечными), zia Marta senza cappello (тетя Марта без шляпы), senza mantiglia (без накидки), senza guanti (без перчаток), meno imbarazzata (менее смущенная).

E di nuovo la vista gli s’annebbiò, nell’attesa ch’ella comparisse. Ma Teresina non comparve, e la conversazione fu ripresa nella sala. Tornò invece, dopo pochi minuti che a lui parvero eterni, zia Marta senza cappello, senza mantiglia, senza guanti, meno imbarazzata.

– Aspettiamo un po’ qua (подождем немного здесь), sei contento (ты доволен = ладно)? – gli disse (сказала она ему). – Io starò con te (я побуду с тобой)… Adesso si fa cena (сейчас будем ужинать: «сейчас сделается ужин»; cena, f – ужин)… Noi ce ne staremo qua (мы побудем здесь). Dorina ci apparecchierà questo tavolino (Дорина нам накроет этот столик), e ceneremo insieme, qua (и поужинаем вместе, здесь); ci ricorderemo de’ bei tempi, eh (вспомним хорошие времена, а; de’ – краткая форма от dei /предлог de + артикль мн. ч. i – о bei – краткая форма от belli, bello – красивый, хороший)?… Non mi par vero di trovarmi con te (мне не верится, что я нахожусь с тобой: «мне не кажется правдой»; vero, m – истина, правда), figlietto mio, qua; qua, appartati (сыночек мой, здесь, здесь, в уединении; appartato – уединенный)… Lì, capirai, tanti signori (там, понимаешь ли, столько господ)… Lei, poverina, non può farne a meno (она, бедняжка, не может без них обойтись; fare a meno di qc – обходиться без чего-л.)… La carriera, m’intendi (карьера, понимаешь меня; intendere – понимать; слышать)? Eh, come si fa (ах, что же делать)! Li hai veduti i giornali (ты газеты видел: «ты их видел, газеты»)? Cose grandi, figlio mio (большие дела, сын мой)! Ma io… io, come sopra mare (но я… я как на волнах: «как на поверхности моря», в смысле, в неустойчивом положении; sopra – наверху, поверх; mare, m – море) sempre (все время: «всегда»)… Non mi par vero che me ne possa star qua con te, stasera (мне не верится, что я могу находиться здесь, с тобой сегодня вечером).

– Aspettiamo un po’ qua, sei contento? – gli disse. – Io starò con te… Adesso si fa cena… Noi ce ne staremo qua. Dorina ci apparecchierà questo tavolino, e ceneremo insieme, qua; ci ricorderemo de’ bei tempi, eh?… Non mi par vero di trovarmi con te, figlietto mio, qua; qua, appartati… Lì, capirai, tanti signori… Lei, poverina, non può farne a meno… La carriera, m’intendi? Eh, come si fa! Li hai veduti i giornali? Cose grandi, figlio mio! Ma io… io, come sopra mare, sempre… Non mi par vero che me ne possa star qua con te, stasera.

E la buona vecchietta (и добрая старушка), che aveva parlato parlato (которая говорила, говорила), istintivamente (инстинктивно), per non dar tempo a Micuccio di pensare (чтобы не дать Микуччо времени подумать), alla fine sorrise e si stropicciò le mani (в конце концов улыбнулась и потерла /себе/ руки), guardandolo, intenerita (глядя на него с умилением; intenerito/-а/ – прич. от intenerire – умилять, трогать).

E la buona vecchietta, che aveva parlato parlato, istintivamente, per non dar tempo a Micuccio di pensare, alla fine sorrise e si stropicciò le mani, guardandolo, intenerita.

Dorina venne ad apparecchiare la tavola (Дорина пришла накрыть на стол), in fretta (в спешке), perché già di là, in sala (потому что уже там, в зале), il pranzo era cominciato (начался обед).

– Verrà (она придет)? – domandò cupo, Micuccio (спросил мрачно Микуччо), con voce angosciata (встревоженным голосом; angoscia, f – тоска, томление; беспокойство, тревога). – Dico, per vederla almeno (я имею в виду, чтобы увидеть ее хотя бы).

– Certo che verrà (конечно, придет), – gli rispose subito la vecchietta (ответила /ему/ сразу же старушка), sforzandosi di vincere l’impaccio (стараясь преодолеть смущение). – Appena avrà un momentino di largo (как только у нее будет минутка свободы; largo, m – широта, простор, свободное пространство): già me l’ha detto (она мне уже /это/ сказала).

Dorina venne ad apparecchiare la tavola, in fretta, perché già di là, in sala, il pranzo era cominciato.

– Verrà? – domandò cupo, Micuccio, con voce angosciata. – Dico, per vederla almeno.

– Certo che verrà, – gli rispose subito la vecchietta, sforzandosi di vincere l’impaccio. – Appena avrà un momentino di largo: già me l’ha detto.

Si guardarono tutt’e due e si sorrisero (они посмотрели друг на друга и улыбнулись друг другу; tutti e due – оба), come se finalmente si riconoscessero (как если бы наконец узнали друг друга). Attraverso l’impaccio e la commozione le loro anime avevano trovato la via per salutarsi con quel sorriso (сквозь смущение и волнение их души нашли способ приветствовать друг друга этой улыбкой; via, f – дорога, путь; перен.: путь, средство, способ). «Voi siete zia Marta (вы – тетя Марта)», – dicevano gli occhi di Micuccio (говорили глаза Микуччо). – «E tu, Micuccio, il mio caro e buon figliuolo (а ты – Микуччо, мой дорогой добрый сынок) sempre lo stesso, poverino (все такой же, бедняжка)!» – dicevano quelli di zia Marta (говорили /глаза/ тети Марты; quello – тот – указ. мест. заменяет «глаза»). Ma subito la buona vecchietta abbassò i suoi (но тут же добрая старушка опустила свои/глаза/), perché Micuccio non vi leggesse altro (чтобы Микуччо не прочел в них /ничего/ другого).

Si guardarono tutt’e due e si sorrisero, come se finalmente si riconoscessero. Attraverso l’impaccio e la commozione le loro anime avevano trovato la via per salutarsi con quel sorriso. «Voi siete zia Marta», – dicevano gli occhi di Micuccio. – «E tu, Micuccio, il mio caro e buon figliuolo, sempre lo stesso, poverino!» – dicevano quelli di zia Marta. Ma subito la buona vecchietta abbassò i suoi, perché Micuccio non vi leggesse altro.

Si stropicciò di nuovo le mani e disse (она снова потерла /себе/ руки и сказала):

– Mangiamo, eh (поедим, а)?

– Ho una fame, io (я такой голодный: «я имею голод»)! – esclamò, tutto lieto e raffidato, Micuccio (воскликнул Микуччо, весь радостный и успокоенный; raffidare /уст./ = rassicurare – успокаивать, ободрять).

– La croce, prima (сначала перекреститься; croce, f – крест, крестное знамение): qua posso farmela (здесь я могу это сделать), davanti a te (при тебе), – aggiunse la vecchietta con aria birichina (добавила старушка с озорным видом), strizzando un occhio (подмигивая; strizzare – стискивать, сжимать; strizzare un occhio – подмигнуть), e si segnò (и перекрестилась; segnarsi = farsi il segno della croce – перекреститься).

Si stropicciò di nuovo le mani e disse:

– Mangiamo, eh?

– Ho una fame, io! – esclamò, tutto lieto e raffidato, Micuccio.

– La croce, prima: qua posso farmela, davanti a te, – aggiunse la vecchietta con aria birichina, strizzando un occhio, e si segnò.

Il cameriere venne a offrir loro il primo servito (камердинер пришел, чтобы подать им первое блюдо; offrire – приносить в дар, предоставлять: угощать, зд.: подать; servito, m – /уст./ блюдо, кушанье). Micuccio stette bene attento a osservare (Микуччо очень внимательно наблюдал) come faceva zia Marta a trarre dal piatto la porzione (как тетя Марта брала с блюда порцию: «как тетя Марта делала, чтобы взять…»; trarre – извлекать, доставать, вынимать). Ma quando venne la sua volta (но когда пришел его черед), nel levar le mani (поднимая руки), pensò che le aveva sporche dal lungo viaggio (он подумал, что они у него были грязные после долгого путешествия: «что он имел их грязными…»), arrossí (покраснел), si confuse (смутился; confondersi – смешаться, запутаться; смущаться, приходить в замешательство), alzò gli occhi a sogguardare il cameriere, (поднял глаза, чтобы посмотреть украдкой на камердинера) il quale, compitissimo ora (который /будучи/ сейчас очень учтивым), gli fece un lieve inchino col capo e un sorriso (слегка поклонился ему головой и улыбнулся; «сделал ему легкий поклон и улыбку»; lieve – легкий; inchino, m – поклон; sorriso, m – улыбка) come per invitarlo a servirsi (как будто чтобы пригласить его взять себе кушанье). Fortunatamente zia Marta venne a trarlo d’impaccio (к счастью, тетя Марта вызволила его из затруднения; venire a – появляться; trarre – добывать, извлекать, вынимать; /перен./ вытащить, вывести).

Il cameriere venne a offrir loro il primo servito. Micuccio stette bene attento a osservare come faceva zia Marta a trarre dal piatto la porzione. Ma quando venne la sua volta, nel levar le mani, pensò che le aveva sporche dal lungo viaggio, arrossí, si confuse, alzò gli occhi a sogguardare il cameriere, il quale, compitissimo ora, gli fece un lieve inchino col capo e un sorriso, come per invitarlo a servirsi. Fortunatamente zia Marta venne a trarlo d’impaccio.

– Qua qua, Micuccio, ti servo io (сюда, сюда, Микуччо, я тебе положу).

Se la sarebbe baciata dalla gratitudine (он поцеловал бы ее от благодарности; возвр. baciarsi вместо baciare – целовать /разг./)! Avuta la porzione (получив порцию), appena il cameriere si fu allontanato (как только камердинер удалился), si segnò anche lui in fretta (он тоже торопливо перекрестился).

– Bravo figliuolo (молодец, сынок)! – gli disse zia Marta (сказала ему тетя Марта).

Ed egli si sentí beato (и он почувствовал себя счастливым), a posto (в порядке; posto, m – место, essere a posto – быть на своем месте; быть в порядке), e si mise a mangiare come non aveva mangiato mai in vita sua (и принялся есть, как никогда не ел в своей жизни), senza più pensare alle sue mani (не думая больше о своих руках), né al cameriere (ни о камердинере).

– Qua qua, Micuccio, ti servo io.

Se la sarebbe baciata dalla gratitudine! Avuta la porzione, appena il cameriere si fu allontanato, si segnò anche lui in fretta.

– Bravo figliuolo! – gli disse zia Marta.

Ed egli si sentí beato, a posto, e si mise a mangiare come non aveva mangiato mai in vita sua, senza più pensare alle sue mani, né al cameriere.

Tuttavia (тем не менее), ogni qual volta questi (каждый раз когда этот последний), entrando o uscendo dalla sala (входя или выходя из зала), schiudeva la bussola a vetri (приоткрывал вторую стеклянную дверь; bussola, f – вторая дверь, тамбур) e veniva di là come un’ ondata di parole confuse o qualche scoppio di risa (и оттуда доносилась как бы волна неясных слов или несколько взрывов смеха; venire – приходить, прибывать; появляться), egli si voltava turbato (он поворачивался, взволнованный) e poi guardava gli occhi dolenti e affettuosi della vecchina (и потом смотрел в печальные и ласковые глаза старушки), quasi per leggervi una spiegazione (как будто, чтобы прочитать в них объяснение). Ma vi leggeva invece la preghiera di non chieder nulla per il momento (но читал в них вместо этого мольбу не спрашивать ничего пока; momento, m – момент; время, per il momento – в настоящее время, пока /что/), di rimettere a più tardi le spiegazioni (отложить на попозже объяснения). E tutt’e due di nuovo si sorridevano (и оба они опять друг другу улыбались) e si rimettevano a mangiare e a parlare del paese lontano (и вновь начинали есть и говорить о далекой деревне), d’amici e conoscenti (о друзьях и знакомых), di cui zia Marta gli domandava notizie senza fine (о которых тетя Марта спрашивала у него новости без конца).

Tuttavia, ogni qual volta questi, entrando o uscendo dalla sala, schiudeva la bussola a vetri e veniva di là come un’ ondata di parole confuse o qualche scoppio di risa, egli si voltava turbato e poi guardava gli occhi dolenti e affettuosi della vecchina, quasi per leggervi una spiegazione. Ma vi leggeva invece la preghiera di non chieder nulla per il momento, di rimettere a più tardi le spiegazioni. E tutt’e due di nuovo si sorridevano e si rimettevano a mangiare e a parlare del paese lontano, d’amici e conoscenti, di cui zia Marta gli domandava notizie senza fine.

– Non bevi (ты не пьешь; bere)?

Micuccio stese la mano per prendere la bottiglia (Микуччо протянул руку, чтобы взять бутылку); ma, in quella (но в это время; quello, quella – тот, та; in quello in quella /книжн./ – в то время, в тот момент), la bussola della sala si riaprí (вторая дверь в зал снова открылась): un fruscío di seta (шелест шелка), tre passi frettolosi (три поспешных шага), uno sbarbaglio (сияние; sbarbaglio, m, редк. = barbaglio, m – сияние, сверкание, блеск), quasi la cameretta si fosse d’un tratto violentemente illuminata (как если бы комнатка вдруг ярко осветилась; violentemente – наречие от violento – буйный, неистовый, бурный), per accecarlo (чтобы ослепить его).

– Teresina…

E la voce gli morí sulle labbra (и голос замер у него на губах; morire – умирать, ослабевать, затихать /о голосе, звуке/), dallo stupore (от изумления). Ah, che regina (ах, какая королева)!

– Non bevi?

Micuccio stese la mano per prendere la bottiglia; ma, in quella, la bussola della sala si riaprí: un fruscío di seta, tre passi frettolosi, uno sbarbaglio, quasi la cameretta si fosse d’un tratto violentemente illuminata, per accecarlo.

– Teresina…

E la voce gli morí sulle labbra, dallo stupore. Ah, che regina!

Col volto in fiamme (с пылающим лицом; fiamma, f – пламя, огонь), gli occhi sbarrati (вытаращенными глазами), la bocca aperta (открытым ртом), egli restò a contemplarla (он продолжал рассматривать ее), istupidito (в отупении; istupidire – глупеть, тупеть). Come mai ella… così (как это она… так)? Nudo il seno (голая грудь), nude le spalle (голые плечи), le braccia nude (руки голые)… tutta fulgente di gemme e di stoffe (вся сверкающая драгоценными камнями и тканями)… Non la vedeva (он ее не видел), non la vedeva più come una persona viva e vera davanti a sé (не видел ее больше как живого и настоящего человека перед собой). Che gli diceva (что она ему говорила)? Non la voce (ни голос), né gli occhi (ни глаза), né il riso (ни смех): nulla, nulla più riconosceva di lei (ничего, ничего больше он не узнавал в ней), in quell’apparizione di sogno (в этом явившемся видении; apparizione, f – явление, появление; sogno, m – сновидение; мечта, греза).

Col volto in fiamme, gli occhi sbarrati, la bocca aperta, egli restò a contemplarla, istupidito. Come mai ella… così? Nudo il seno, nude le spalle, le braccia nude… tutta fulgente di gemme e di stoffe… Non la vedeva, non la vedeva più come una persona viva e vera davanti a sé. Che gli diceva? Non la voce, né gli occhi, né il riso: nulla, nulla più riconosceva di lei, in quell’apparizione di sogno.

– Come va (как дела)? Stai bene ora, Micuccio (ты сейчас хорошо себя чувствуешь, Микуччо; stare bene/male – быть здоровым/болеть, хорошо/плохо себя чувствовать)? Bravo, bravo (молодец, молодец)… Sei stato malato (ты болел), se non m’inganno (если я не ошибаюсь)… Ci rivedremo tra poco (мы скоро опять увидимся). Tanto, qui hai con te la mamma (все равно здесь с тобой мама)… Siamo intesi, eh (договорились, да)?

E Teresina scappò via in sala (и Терезина убежала прочь в зал), tutta frusciante (вся шелестя).

– Come va? Stai bene ora, Micuccio? Bravo, bravo… Sei stato malato, se non m’inganno… Ci rivedremo tra poco. Tanto, qui hai con te la mamma… Siamo intesi, eh?

E Teresina scappò via in sala, tutta frusciante.

– Non mangi più (ты не ешь больше)? – domandò timorosa (спросила робко), poco dopo (немного спустя), zia Marta per rompere lo sbalordimento di Micuccio (тетя Марта, чтобы прервать потрясение Микуччо; sbalordire – ошеломлять, поражать, потрясать; balordo – глупый; тупой; вялый; ошеломленный, оторопелый).

Questi si voltò appena a guardarla (тот едва повернулся, чтобы посмотреть на нее).

– Mangia (ешь), – insistette la vecchina indicandogli il piatto (настаивала старушка, указывая ему на тарелку).

– Non mangi più? – domandò timorosa, poco dopo, zia Marta per rompere lo sbalordimento di Micuccio.

Questi si voltò appena a guardarla.

– Mangia, – insistette la vecchina indicandogli il piatto.

Micuccio si portò due dita al colletto affumicato e spiegazzato e se lo stirò (Микуччо поднес два пальца к закоптелому и помятому воротничку и потянул его; stirare – вытягивать, растягивать; гладить), provandosi a trarre un lungo respiro (пытаясь сделать долгий вдох; trarre – извлекать, вытаскивать).

– Mangiare (есть)?

E agitò più volte le dita presso il mento (и он много раз помахал пальцами у подбородка), come se salutasse (как для приветствия), per significare (что означало): non mi va più (не хочу больше; andare – зд.: идти, подходить, нравиться), non posso (не могу). Stette ancora un pezzo silenzioso (он оставался долгое время молчаливым; pezzo, m – кусок; отрезок, промежуток времени), avvilito (подавленным), assorto nella visione di poc’anzi (сосредоточенным на недавнем видении; anzi – раньше, прежде, poco anzi /poc’anzi/ – недавно), poi mormorò (потом пробормотал):

– Come s’è fatta (какая она сделалась)…

Micuccio si portò due dita al colletto affumicato e spiegazzato e se lo stirò, provandosi a trarre un lungo respiro.

– Mangiare?

E agitò più volte le dita presso il mento, come se salutasse, per significare: non mi va più, non posso. Stette ancora un pezzo silenzioso, avvilito, assorto nella visione di poc’anzi, poi mormorò:

– Come s’è fatta…

E vide che zia Marta scoteva amaramente il capo (и увидел, что тетя Марта горько качала головой) e che aveva sospeso di mangiare anche lei (и что она тоже прекратила есть; sospendere – прерывать, приостанавливать, откладывать), come se aspettasse (как будто ждала).

– Ma neanche a pensarci più (да даже не думать больше; neanche – тоже нет, даже не)… – aggiunse poi (добавил он потом; aggiungere – добавлять, прибавлять), quasi tra sé (как будто самому себе), chiudendo gli occhi (закрывая глаза).

E vide che zia Marta scoteva amaramente il capo e che aveva sospeso di mangiare anche lei, come se aspettasse.

– Ma neanche a pensarci più… – aggiunse poi, quasi tra sé, chiudendo gli occhi.

Vedeva ora (он видел сейчас), in quel suo bujo (в этой своей темноте), l’abisso che s’era aperto tra loro due (пропасть, которая раскрылась между ними /двумя/). No, non era più lei (нет, это больше не была она) – quella lì (вон та) – la sua Teresina (его Терезина). Era tutto finito (все было кончено)… da un pezzo (давно), da un pezzo ed egli, sciocco (давно, и он, глупец), egli stupido (он, дурак), se n’accorgeva solo adesso (заметил это только сейчас). Glielo avevano detto là al paese (ему это говорили там, в деревне), e lui s’era ostinato a non crederci (а он упорно в это не верил)… E ora, che figura ci faceva a star lì (а сейчас, как он выглядел, оставаясь там; fare bella/brutta figura – произвести хорошее/плохое впечатление, достойно/жалко выглядеть), in quella casa (в этом доме)?

Vedeva ora, in quel suo bujo, l’abisso che s’era aperto tra loro due. No, non era più lei – quella lì – la sua Teresina. Era tutto finito… da un pezzo, da un pezzo ed egli, sciocco, egli stupido, se n’accorgeva solo adesso. Glielo avevano detto là al paese, e lui s’era ostinato a non crederci… E ora, che figura ci faceva a star lì, in quella casa?

Se tutti quei signori (если все эти синьоры), se quel cameriere stesso avessero saputo che egli (если сам тот камердинер узнали бы, что он), Micuccio Bonavino, s’era rotte le ossa a venire di così lontano (Микуччо Бонавино, измучился, чтобы приехать так издалека; osso, m – кость; rompere – сломать, разбить; avere le ossa rotte – быть разбитым, усталым, с ноющим телом/костями/), trentasei ore di ferrovia (тридцать шесть часов железной дороги), credendosi sul serio ancora il fidanzato di quella regina (считая себя до сих пор всерьез женихом этой королевы), che risate (как бы хохотали: «какой хохот»), quei signori e quel cameriere e il cuoco e il guattero e Dorina (те синьоры, тот камердинер, и повар, и помощник повара и Дорина)! Che risate (как бы они хохотали), se Teresina lo avesse trascinato al loro cospetto (если бы Терезина притащила его в их присутствие), lì in sala, dicendo (туда, в зал, говоря): «Guardate (смотрите), questo poveretto (этот бедняк), sonator di flauto (флейтист), dice che vuol diventare mio marito (говорит, что хочет стать моим мужем)!»

Se tutti quei signori, se quel cameriere stesso avessero saputo che egli, Micuccio Bonavino, s’era rotte le ossa a venire di così lontano, trentasei ore di ferrovia, credendosi sul serio ancora il fidanzato di quella regina, che risate, quei signori e quel cameriere e il cuoco e il guattero e Dorina! Che risate, se Teresina lo avesse trascinato al loro cospetto, lì in sala, dicendo: «Guardate, questo poveretto, sonator di flauto, dice che vuol diventare mio marito!»

Glielo aveva promesso lei stessa (она это ему сама обещала), è vero (это правда); ma come avrebbe potuto allora supporre (но как бы она тогда смогла предположить) che un giorno sarebbe divenuta così (что однажды станет такой)? Ed era anche vero (и было также правдой), che egli le aveva schiuso quella via (что он ей приоткрыл этот путь) e le aveva dato modo d’incamminarvisi (и дал ей возможность по нему пойти; modo, m – зд.: средство, возможность, случай; incamminarsi – направляться, пускаться в путь); ma ecco (но вот), ella era ormai arrivata tanto, tanto lontano (она уже пришла так далеко), che egli, rimasto lì (что он, оставшись там), sempre lo stesso (все тем же), a sonare il flauto le domeniche nella piazza del paese (играющим на флейте по воскресеньям на площади в деревне), come avrebbe più potuto raggiungerla (как он мог ее догнать; più – больше, зд.: в значении усиления; raggiungere – достигать, добираться)? Neanche a pensarci (нечего даже и думать)…

Glielo aveva promesso lei stessa, è vero; ma come avrebbe potuto allora supporre che un giorno sarebbe divenuta così? Ed era anche vero, sì, che egli le aveva schiuso quella via e le aveva dato modo d’incamminarvisi; ma ecco, ella era ormai arrivata tanto, tanto lontano, che egli, rimasto lì, sempre lo stesso, a sonare il flauto le domeniche nella piazza del paese, come avrebbe più potuto raggiungerla? Neanche a pensarci…

E che cos’erano poi quei pochi quattrinucci spesi allora per lei (и чем таким были те небольшие денежки, потраченные тогда на нее; poi – потом; дальше зд.: усиление), divenuta adesso una gran signora (ставшую сейчас важной синьорой)? Si vergognava solo a pensare (он стыдился лишь при мысли/о том/) che qualcuno potesse sospettare che egli (что кто-то мог бы заподозрить, что он), con la sua venuta (своим приездом), volesse accampar qualche diritto per quei pochi quattrinucci miserabili (хотел предъявить какие-то права из-за этих немногих мизерных деньжат; accampare – выдвигать, приводить /требования/). Gli sovvenne in quel punto (ему вспомнилось в этот момент) di avere in tasca il denaro (что у него были в кармане деньги) inviatogli da Teresina durante la malattia (присланные ему Терезиной во время болезни). Arrossí (он покраснел): ne provò onta (/от этого/ почувствовал стыд), e si cacciò una mano nella tasca in petto della giacca, (и сунул руку в нагрудный карман пиджака; tasca, f – карман; petto, m – грудь; in – в, на), dove era il portafogli (где был бумажник).

E che cos’erano poi quei pochi quattrinucci spesi allora per lei, divenuta adesso una gran signora? Si vergognava solo a pensare che qualcuno potesse sospettare che egli, con la sua venuta, volesse accampar qualche diritto per quei pochi quattrinucci miserabili. Gli sovvenne in quel punto di avere in tasca il denaro inviatogli da Teresina durante la malattia. Arrossí: ne provò onta, e si cacciò una mano nella tasca in petto della giacca, dove era il portafogli.

– Ero venuto, zia Marta (я приехал, тетя Марта), – disse in fretta (сказал он поспешно), – anche per restituirvi questo denaro che mi avete mandato (также чтобы вернуть вам эти деньги, которые вы мне посылали). Che ha voluto essere (чем они должны были быть: «хотели быть»; volere – хотеть), pagamento (платой)? Restituzione (возвратом)? Vedo che Teresina è divenuta una (я вижу, что Терезина стала)… sì, mi pare una regina (да, она мне кажется королевой)! Vedo che… niente (вижу, что… ничего)! Neanche a pensarci più (даже не думать об этом больше)! Ma, questo denaro, no (но эти деньги, нет): non mi meritavo questo da lei (я не заслужил этого от нее) … È finita (кончено), e non se ne parla più (и не будем больше об этом говорить: «об этом больше не говорится)… ma, denari, niente (но денег, нисколько)! Mi dispiace solo che non sono tutti (мне жаль только, что они /тут/ не все)…

– Ero venuto, zia Marta, – disse in fretta, – anche per restituirvi questo denaro che mi avete mandato. Che ha voluto essere, pagamento? Restituzione? Vedo che Teresina è divenuta una… sì, mi pare una regina! Vedo che… Niente! neanche a pensarci più! Ma, questo denaro, no: non mi meritavo questo da lei… È finita, e non se ne parla più… ma, denari, niente! Mi dispiace solo che non sono tutti…

– Che dici, figliuolo mio (что ты говоришь, сыночек мой)? – cercò d’interromperlo (попыталась перебить его), afflitta e con le lagrime agli occhi (огорченная и со слезами на глазах), zia Marta (тетя Марта).

Micuccio le fe’ cenno di star zitta (Микуччо сделал ей знак молчать; fe’ – краткая разг. форма от fece прост. прош. вр. от fare – делать; zitto – молчаливый; stare zitto – молчать: «находиться в молчании»).

– Non li ho spesi io (не я их потратил): li hanno spesi i miei parenti (их потратили мои родственники), durante la malattia (во время болезни), senza ch’io ne sapessi nulla (я ничего не знал: «без того, чтобы я что-нибудь знал»; senza – без; sapessi – сослагат. от sapere – знать; nulla – ничего). Ma vanno per quella miseria che spesi io allora (но они пойдут за тот /в счет того/ мизер, который я тогда потратил)… vi ricordate (вы помните)? Non ci pensiamo più (не будем больше об этом думать). Qua c’è il resto (здесь остаток). E io me ne vado (а я ухожу).

– Ma come (но как же)? Così di furia (в такой спешке; furia, f – ярость; пыл; поспешность, спешка)? – esclamò zia Marta (воскликнула тетя Марта), cercando di trattenerlo (стараясь его удержать). – Aspetta almeno che lo dica a Teresina (подожди хотя бы, чтобы я сказала /это/ Терезине). Non hai sentito che voleva rivederti (ты /разве/ не слышал, что она хотела еще тебя увидеть)? Vado a dirglielo (пойду скажу ей)…

– Che dici, figliuolo mio? – cercò d’interromperlo, afflitta e con le lagrime agli occhi, zia Marta.

Micuccio le fe’ cenno di star zitta.

– Non li ho spesi io: li hanno spesi i miei parenti, durante la malattia, senza ch’io ne sapessi nulla. Ma vanno per quella miseria che spesi io allora… vi ricordate? Non ci pensiamo più. Qua c’è il resto. E io me ne vado.

– Ma come? Così di furia? – esclamò zia Marta, cercando di trattenerlo. – Aspetta almeno che lo dica a Teresina. Non hai sentito che voleva rivederti? Vado a dirglielo…

– No, è inutile (нет, это бесполезно), – le rispose Micuccio, deciso (ответил ей Микуччо решительно). – Lasciatela star lì con quei signori (оставьте ее /находиться/ там, с теми синьорами); lì sta bene, al suo posto (там ей хорошо, /она/ на своем месте). Io, poveretto (я, бедняга)… L’ho veduta (я видел ее); m’è bastato (мне хватило)… O piuttosto (или, лучше), andate pure (идите, пожалуйста)… andate anche voi di là (идите вы тоже туда)… Sentite come si ride (слышите, как смеются)? Io non voglio che si rida di me (я не хочу, чтобы смеялись надо мной)… Me ne vado (я ухожу).

– No, è inutile, – le rispose Micuccio, deciso. – Lasciatela star lì con quei signori; lì sta bene, al suo posto. Io, poveretto… L’ho veduta; m’è bastato… O piuttosto, andate pure… andate anche voi di là… Sentite come si ride? Io non voglio che si rida di me… Me ne vado.

Zia Marta interpretò nel peggior senso (тетя Марта истолковала в худшем смысле) quella risoluzione improvvisa di Micuccio (это неожиданное решение Микуччо): come un atto di sdegno (как акт презрения), un moto di gelosia (порыв ревности). Le sembrava ormai (ей теперь уже казалось), poverina (бедняжке), che tutti (что во всех) – vedendo sua figlia (глядя на ее дочь) – dovessero d’un tratto concepire il più triste dei sospetti (должно было бы внезапно зародиться самое дурное из подозрений; concepire – зачать; задумать, замыслить; возыметь), quello appunto per cui ella piangeva inconsolabile (именно то, из-за которого она плакала безутешно), trascinando senza requie il suo cordoglio segreto (непрерывно влача свою тайную печаль; trascinare – тащить, волочить, тянуть, перен. влачить; requie, f – покой, senza requie – беспрерывно, беспрестанно) fra il tumulto di quella vita di lusso odioso (посреди суматохи этой жизни в отвратительной роскоши) che disonorava sconciamente la sua stanca vecchiaja (которая бесчестила постыдно ее усталую старость).

Zia Marta interpretò nel peggior senso quella risoluzione improvvisa di Micuccio: come un atto di sdegno, un moto di gelosia. Le sembrava ormai, poverina, che tutti – vedendo sua figlia – dovessero d’un tratto concepire il più triste dei sospetti, quello appunto per cui ella piangeva inconsolabile, trascinando senza requie il suo cordoglio segreto fra il tumulto di quella vita di lusso odioso che disonorava sconciamente la sua stanca vecchiaja.

– Ma io (но я), – le scappò detto (вырвалось у нее), – io ormai non posso più farle la guardia (я уже больше не могу ее караулить; guardia, f – охрана, стража; караул, fare la guardia – охранять), figliuolo mio (сыночек мой)…

– Perché (почему)? – domandò allora Micuccio (спросил тогда Микуччо), leggendole a un tratto negli occhi (внезапно прочитав у нее в глазах) il sospetto ch’egli non aveva ancora avuto (подозрение, которого у него еще не было: «которое он еще не имел»); e si rabbujò in volto (и помрачнел лицом).

– Ma io, – le scappò detto, – io ormai non posso più farle la guardia, figliuolo mio…

– Perché? – domandò allora Micuccio, leggendole a un tratto negli occhi il sospetto ch’egli non aveva ancora avuto; e si rabbujò in volto.

La vecchietta si smarrí nella sua pena (старушка смутилась своей боли) e si nascose la faccia con le mani tremule (и спрятала лицо за дрожащими руками), ma non riuscí a frenar l’impeto delle lagrime irrompenti (но ей не удалось сдержать натиск вырывающихся слез; lagrima, f – слеза; irrompere – врываться, вторгаться).

– Sì, sì, vattene, figliuolo mio, vattene (да, да, уходи, сыночек мой, уходи)… – disse soffocata dai singhiozzi (сказала она, задыхаясь от рыданий). – Non è più per te (она уже больше не для тебя), hai ragione (ты прав)… Se mi aveste dato ascolto (если бы вы ко мне прислушались)!

La vecchietta si smarrí nella sua pena e si nascose la faccia con le mani tremule, ma non riuscí a frenar l’impeto delle lagrime irrompenti.

– Sì, sì, vattene, figliuolo mio, vattene… – disse soffocata dai singhiozzi. – Non è più per te, hai ragione… Se mi aveste dato ascolto!

– Dunque (итак), – proruppe Micuccio chinandosi su lei e strappandole a forza una mano dal volto (резко начал Микуччо, склоняясь над ней и отрывая ей силой одну руку от лица; prorompere – прорываться; разражаться). Ma fu tanto accorato e miserevole lo sguardo (но таким убитым /горем/ и жалким был взгляд) con cui ella gli chiese pietà portandosi un dito su le labbra (которым она просила его милосердия, поднеся палец к губам), che egli si frenò e aggiunse con altro tono (что он сдержался и добавил другим тоном), forzandosi a parlar piano (силясь говорить тихо) – Ah, lei dunque, lei (ах, она, значит, она)… lei non è più degna di me (она больше не достойна меня). Basta, basta, me ne vado lo stesso (хватит, хватит, я ухожу все равно)… anzi, tanto più, ora (даже тем более, сейчас)… Che sciocco, zia Marta (какой глупый, тетя Марта): non l’avevo capito (я этого не понял)! Non piangete (не плачьте)… Tanto, che fa (ну и что)? Fortuna, dicono (успех, говорят)… fortuna (успех)…

– Dunque, – proruppe Micuccio chinandosi su lei e strappandole a forza una mano dal volto. Ma fu tanto accorato e miserevole lo sguardo con cui ella gli chiese pietà portandosi un dito su le labbra, che egli si frenò e aggiunse con altro tono, forzandosi a parlar piano – Ah, lei dunque, lei… lei non è più degna di me. Basta, basta, me ne vado lo stesso… anzi, tanto più, ora… Che sciocco, zia Marta: non l’avevo capito! Non piangete… Tanto, che fa? Fortuna, dicono… fortuna…

Prese la valigetta e il sacchettino di sotto la tavola (он взял чемоданчик и мешочек из-под стола), e s’avviava per uscire (и направился к выходу: «чтобы выйти»), quando gli venne in mente che lì (когда ему пришло в голову, что там), dentro il sacchetto (в мешочке), c’eran le belle lumíe ch’egli aveva portato a Teresina dal paese (были прекрасные лаймы, которые он привез Терезине из деревни).

– Oh, guardate, zia Marta (ой, смотрите, тетя Марта), – riprese (вновь сказал он).

Prese la valigetta e il sacchettino di sotto la tavola, e s’avviava per uscire, quando gli venne in mente che lì, dentro il sacchetto, c’eran le belle lumíe ch’egli aveva portato a Teresina dal paese.

– Oh, guardate, zia Marta, – riprese.

Sciolse la bocca al sacchetto (он развязал горловину мешочка; bocca, f – зд.: отверстие; зев; вход) e, facendo riparo d’un braccio (и, прикрывая рукой: «делая прикрытие из руки»; riparo, m – укрытие, защита), versò quei freschi frutti fragranti sulla tavola (высыпал эти свежие ароматные плоды на стол).

– E se mi mettessi a tirare tutte queste lumíe (а если бы я принялся кидать все эти лаймы), – soggiunse (добавил он), – sulla testa di quei galantuomini là (в головы вон тех благородных господ)?

– Per carità (ради Бога), – gemette la vecchina tra le lagrime (простонала старушка сквозь слезы), facendogli un nuovo cenno supplichevole di tacere (делая ему новый умоляющий знак помолчать).

Sciolse la bocca al sacchetto e, facendo riparo d’un braccio, versò quei freschi frutti fragranti sulla tavola.

– E se mi mettessi a tirare tutte queste lumíe, – soggiunse, – sulla testa di quei galantuomini là?

– Per carità, – gemette la vecchina tra le lagrime, facendogli un nuovo cenno supplichevole di tacere.

– No; niente (нет, ничего), – riprese Micuccio (продолжал Микуччо), ridendo acre e rimettendosi in tasca il sacchetto vuoto (язвительно смеясь и /вновь/ убирая /к себе/ в карман пустой мешочек; acre – кислый; терпкий; острый /на вкус/; parole acri – язвительные слова). – Le avevo portate a lei (я их привез ей); ma ora le lascio a voi sola, zia Marta (но теперь я их оставляю вам одной, тетя Марта).

Ne prese una e la accostò al naso di zia Marta (он взял один /лайм/ и поднес к носу тети Марты).

– No; niente, – riprese Micuccio, ridendo acre e rimettendosi in tasca il sacchetto vuoto. – Le avevo portate a lei; ma ora le lascio a voi sola, zia Marta.

Ne prese una e la accostò al naso di zia Marta.

Sentite, zia Marta (понюхайте, тетя Марта; sentire – слышать, чувствовать /в т. ч. вкусы, запахи/); sentite l’odore del nostro paese (понюхайте запах нашей деревни)… E dire che ci ho anche pagato il dazio (а ведь я за них еще и пошлину заплатил; dire – говорить, сказать; e dire… – а ведь)… Basta (хватит). A voi sola (вам одной), badate bene (смотрите хорошенько)… A lei dite così (ей скажите так): «Buona fortuna (удачи)!» a nome mio (от моего имени).

Sentite, zia Marta; sentite l’odore del nostro paese… E dire che ci ho anche pagato il dazio… Basta. A voi sola, badate bene… A lei dite così: «Buona fortuna!» a nome mio.

Riprese la valigetta e andò via (он снова взял чемоданчик и пошел прочь). Ma per la scala (но на лестнице), un senso d’angoscioso smarrimento lo vinse (чувство мучительной утраты овладело им: «победило его»; vincere – побеждать): solo (одинокий), abbandonato (покинутый), di notte (в ночи), in una grande città sconosciuta (в большом незнакомом городе), lontano dal suo paese (вдали от своей деревни); deluso (разочарованный), avvilito (униженный), scornato (опозоренный). Giunse al portone (он дошел до подъезда; giungere – доходить, достигать), vide che pioveva a dirotto (увидел, что дождь лил, как из ведра; dirotto – безудержный; pioggia a dirotto – ливень). Non ebbe il coraggio d’avventurarsi per quelle vie ignote (у него не хватило мужества: «он не имел мужества» рискнуть /отправиться/ по этим неизвестным улицам; avventurarsi – рисковать, отваживаться), sotto quella pioggia (под этим дождем). Rientrò pian piano (он вернулся потихоньку), rifece una branca di scala (вновь прошел: «проделал» один лестничный марш), poi sedette sul primo scalino (потом сел на первую ступеньку) e appoggiando i gomiti su le ginocchia (и оперев локти на колени) e la testa tra le mani (и, обхватив голову руками: «с головой между руками»), si mise a piangere silenziosamente (принялся тихо плакать).

Riprese la valigetta e andò via. Ma per la scala, un senso d’angoscioso smarrimento lo vinse: solo, abbandonato, di notte, in una grande città sconosciuta, lontano dal suo paese; deluso, avvilito, scornato. Giunse al portone, vide che pioveva a dirotto. Non ebbe il coraggio d’avventurarsi per quelle vie ignote, sotto quella pioggia. Rientrò pian piano, rifece una branca di scala, poi sedette sul primo scalino e appoggiando i gomiti su le ginocchia e la testa tra le mani, si mise a piangere silenziosamente.

Sul finir della cena (под конец ужина), Sina Marnis fece un’altra comparsa nella cameretta (Сина Марнис еще раз появилась в комнатке; comparsa, f – явление, появление). Vi trovò la mamma che piangeva anche lei (она нашла там маму, которая тоже плакала), sola (одна), mentre di là quei signori schiamazzavano e ridevano (тогда как там /в зале/ эти господа шумели и смеялись).

– È andato via (он ушел)? – domandò, sorpresa (спросила удивленно: «удивленная»).

Sul finir della cena, Sina Marnis fece un’altra comparsa nella cameretta. Vi trovò la mamma che piangeva anche lei, sola, mentre di là quei signori schiamazzavano e ridevano.

– È andato via? – domandò, sorpresa.

Zia Marta accennò di sì col capo (тетя Марта кивнула головой; accennare – подавать знак, accennare col capo – показывать кивком; cenno, m – знак), senza guardarla (не глядя на нее). Sina fissò gli occhi nel vuoto (Сина устремила глаза в пустоту), assorta (сосредоточившись), poi sospirò (затем вздохнула)

– Poverino (бедняжка)…

Ma subito dopo le venne di sorridere (но сразу после этого ей захотелось улыбнуться).

– Guarda (смотри), – le disse la madre (сказала ей мать), senza frenar più le lagrime col tovagliolo (больше не удерживая слез салфеткой). – Ti aveva portato le lumíe (он тебе привез лаймы)…

Zia Marta accennò di sì col capo, senza guardarla. Sina fissò gli occhi nel vuoto, assorta, poi sospirò

– Poverino…

Ma subito dopo le venne di sorridere.

– Guarda, – le disse la madre, senza frenar più le lagrime col tovagliolo. – Ti aveva portato le lumíe…

– Oh, belle (ой, отличные)! – esclamò Sina (воскликнула Сина), con un balzо (подпрыгнув: «с прыжком»). Strinse un braccio alla vita e ne prese con l’altra mano quanto più poteva portarne (она прижала руку к талии и взяла их другой рукой сколько смогла унести; braccio, m – рука /от плеча до кисти/; mano, f – кисть руки).

– No, di là no (нет, туда нет)! – protestò vivamente la madre (живо запротестовала мать).

Ma Sina scrollò le spalle e corse in sala gridando (но Сина повела плечами и побежала в зал, крича):

– Lumíe di Sicilia (сицилийские лаймы)! Lumíe di Sicilia (Сицилийские лаймы)!

– Oh, belle! – esclamò Sina, con un balzo. Strinse un braccio alla vita e ne prese con l’altra mano quanto più poteva portarne.

– No, di là no! – protestò vivamente la madre.

Ma Sina scrollò le spalle e corse in sala gridando:

– Lumíe di Sicilia! Lumíe di Sicilia!

La morta e la viva (Мертвая и живая)

La tartana (баркас), che padron Nino Mo dal nome della prima moglie aveva chiamata «Filippa» (который падрон Нино Мо по имени первой жены назвал «Филиппа»; padron, m – кратк. разг. от padrone, m – хозяин, владелец, собственник: уважительное провинц. обращение односельчан к уважаемому человеку, владеющему баркасом, но равному по другим признакам социального положения), entrava nel piccolo molo di Porto Empedocle (подходил к маленькому причалу Порто Эмпедокле) tra il fiammeggiar d’uno di quei magnifici tramonti del Mediterraneo (в пылании одного из тех великолепных средиземноморских закатов; fiammeggiare – гореть, пламенеть, пылать; Mediterraneo, m – Средиземное море) che fanno tremolare e palpitare l’infinita distesa delle acque come in un delirio di luci e di colori (которые заставляют дрожать и трепетать бесконечный простор вод как будто в исступлении огней и красок).

La tartana, che padron Nino Mo dal nome della prima moglie aveva chiamata «Filippa», entrava nel piccolo molo di Porto Empedocle tra il fiammeggiar d’uno di quei magnifici tramonti del Mediterraneo che fanno tremolare e palpitare l’infinita distesa delle acque come in un delirio di luci e di colori.

Razzano i vetri delle case variopinte (испускают лучи стекла разноцветных домов; razzare – /уст., диал./ – излучать, испускать лучи); brilla la marna dell’altipiano a cui il grosso borgo è addossato (сверкает мергель на плато, к которому прислонился большой поселок); risplende come oro lo zolfo (сияет как золото сера) accatastato su la lunga spiaggia (нагроможденная на длинном берегу); e solo contrasta l’ombra dell’antico castello a mare (и противоречит /этому/ только тень старинного замка на море), quadrato e fosco (квадратного и мрачного), in capo al molo (на краю мола).

Razzano i vetri delle case variopinte; brilla la marna dell’altipiano a cui il grosso borgo è addossato; risplende come oro lo zolfo accatastato su la lunga spiaggia; e solo contrasta l’ombra dell’antico castello a mare, quadrato e fosco, in capo al molo.

Virando per imboccare la via tra le due scogliere (поворачивая, чтобы войти в проход между двумя волнорезами; via, f – дорога, путь; зд.: проход, проезд) che, quasi braccia protettrici (которые, почти /как/ защищающие руки; protettore, m /– trice/, f – заступник /-ца/, защитник /-ца/) chiudono in mezzo il piccolo Molo Vecchio (заключают в середину маленький Старый Мол), sede della capitaneria (где находится управление начальника порта; sede, f – место; месторасположение; здание, помещение) la ciurma s’era accorta che tutta la banchina (команда заметила, что вся пристань), dal castello alla bianca torretta del faro (от замка до белой башенки маяка), era gremita di popolo (была заполнена народом), che gridava e agitava in aria berretti e fazzoletti (который кричал и размахивал в воздухе шапками и платками).

Virando per imboccare la via tra le due scogliere che, quasi braccia protettrici, chiudono in mezzo il piccolo Molo Vecchio, sede della capitaneria, la ciurma s’era accorta che tutta la banchina, dal castello alla bianca torretta del faro, era gremita di popolo, che gridava e agitava in aria berretti e fazzoletti.

Né padron Nino né alcuno della ciurma (ни падрон Нино, ни кто-либо из команды) poteva mai supporre che tutto quel popolo (не мог предположить, что весь этот народ) fosse adunato lì per l’arrivo della «Filippa» (собрался там из-за прибытия «Филиппы»), quantunque proprio a loro paressero rivolti le grida (несмотря на то, что именно к ним, казалось, были обращены крики; rivolgere – снова поворачивать, переворачивать; перевертывать; обращать, направлять) e quel continuo furioso sventolio di fazzoletti e di berretti (и это постоянное яростное махание платками и шапками). Supposero che qualche flottiglia di torpediniere si fosse ormeggiata nel piccolo molo (они предположили, что какая-нибудь флотилия миноносцев была пришвартована к маленькому молу; supporre – предполагать, допускать) e che ora stesse per levar le ancore (и что сейчас она собиралась поднимать якоря) salutata festosamente dalla popolazione (радостно приветствуемая населением), per cui era una gran novità la vista d’una regia nave da guerra (для которого большой новостью было увидеть королевский военный корабль; vista, f – вид; зрелище).

Né padron Nino né alcuno della ciurma poteva mai supporre che tutto quel popolo fosse adunato lì per l’arrivo della «Filippa», quantunque proprio a loro paressero rivolti le grida e quel continuo furioso sventolio di fazzoletti e di berretti. Supposero che qualche flottiglia di torpediniere si fosse ormeggiata nel piccolo molo e che ora stesse per levar le ancore salutata festosamente dalla popolazione, per cui era una gran novità la vista d’una regia nave da guerra.

Padron Nino Mo per prudenza diede ordine s’allentasse subito la vela (падрон Нино Мо из предосторожности отдал приказ /чтобы/ ослабили сейчас же парус), si calasse anzi addirittura (чтобы он, даже, более того, был убран), in attesa della barca che doveva rimorchiare la «Filippa» all’ormeggio nel molo (в ожидании лодки, которая должна была отбуксировать «Филиппу» к месту стоянки у мола; ormeggio, m – причал, место стоянки).

Padron Nino Mo per prudenza diede ordine s’allentasse subito la vela, si calasse anzi addirittura, in attesa della barca che doveva rimorchiare la «Filippa» all’ormeggio nel molo.

Calata la vela (убрав паруса), mentre la tartana non più spinta seguitava a filare lentamente (пока баркас, уже больше не подталкиваемый, продолжал медленно скользить; filare – литься, свободно течь; зд.: скользить), rompendo appena le acque che (едва разрезая воды, которые), lì chiuse entro le due scogliere (заключенные между двух волнорезов), parevano d’un lago di madreperla (казались озером из перламутра), i tre mozzi (три юнги), incuriositi (из любопытства: «любопытствующие»), s’arrampicarono come scojattoli uno alle sartie (залезли как белки, один на ванты; scojattolo, m = scoiattolo, m – белка; здесь и далее написание “j” вместо “i” между двумя гласными является устаревшим), uno all’albero fino al calcese (один на мачту вплоть до топа), uno all’antenna (один на рей).

Calata la vela, mentre la tartana non più spinta seguitava a filare lentamente, rompendo appena le acque che, lì chiuse entro le due scogliere, parevano d’un lago di madreperla, i tre mozzi, incuriositi, s’arrampicarono come scojattoli uno alle sartie, uno all’albero fino al calcese, uno all’antenna.

Ed ecco (и вот), a gran furia di remi (благодаря многим усилиям весел), la barca che doveva rimorchiarli (лодка, которая должна была их отбуксировать), seguita da tant’altri calchi neri (преследуемая многими другими черными весельными лодками; calco, m, – то же, что caicio, m или caicchio, m – /диал./ варианты названия небольших весельных лодок), che per poco non affondavano dalla troppa gente che vi era salita (которые едва не тонули от слишком многих людей, которые туда залезли) e che vi stava in piedi (и которые стояли там; piede, m – нога, ступня; stare in piedi – быть на ногах, стоять), gridando e accennando scompostamente con le bracciа (крича и беспорядочно жестикулируя руками).

Ed ecco, a gran furia di remi, la barca che doveva rimorchiarli, seguita da tant’altri calchi neri, che per poco non affondavano dalla troppa gente che vi era salita e che vi stava in piedi, gridando e accennando scompostamente con le braccia.

Dunque proprio per loro (значит, именно из-за них)? Tanto popolo (столько народу)? Tutto quel fermento (все это волнение)? E perché (и почему)? Forse una falsa notizia di naufragio (может, ложное известие о крушении)?

Dunque proprio per loro? Tanto popolo? Tutto quel fermento? E perché? Forse una falsa notizia di naufragio?

E la ciurma si tendeva dalla prua (и команда склонялась с носа корабля; tendere – тянуть, протягивать; склоняться) curiosa (с любопытством), ansiosa (нетерпением; ansia, f – беспокойство, волнение; тревожное ожидание) verso quelle barche accorrenti (/по направлению/ к этим спешащим /к ним/ лодкам; verso – по направлению к; accorrere – сбегаться, прибегать, спешить /навстречу, на помощь/), per cogliere il senso di quelle grida (чтобы уловить смысл этих криков; cogliere – схватывать, улавливать, понимать). Ma distintamente si coglieva soltanto il nome della tartana (но четко улавливалось только имя баркаса):

– «Filippa»! «Filippa»!

E la ciurma si tendeva dalla prua, curiosa, ansiosa verso quelle barche accorrenti, per cogliere il senso di quelle grida. Ma distintamente si coglieva soltanto il nome della tartana:

– «Filippa»! «Filippa»!

Padron Nino Mo se ne stava in disparte (падрон Нино Мо оставался в стороне), lui solo senza curiosità (он один без любопытства), col berretto di pelo calcato fin su gli occhi (в меховой шапке, натянутой до самых глаз; calcare – придавливать, приминать; нахлобучить /о шапке/), dei quali teneva sempre chiuso il manco (из которых он всегда держал закрытым левый; manco, m – /книжн./ левый). Quando lo apriva, era strabo (когда он его открывал, тот косил; strabo /разг./ = strabico – косой, косящий). A un certo punto si tolse di bocca la pipetta di radica (в какой-то момент он вынул изо рта маленькую трубку из корня; pipa, f – трубка, -etta – уменьшит. суффикс), sputò e, passandosi il dorso della mano sugl’ispidi peli dei baffetti di rame e della rada barbetta a punta (сплюнул и, проведя /себе/ тыльной стороной руки по жестким волоскам усов /цвета/ меди и редкой остроконечной бородки; dorso, m – спина; тыльная/обратная сторона; rame, m – медь; di rame – медный, в т. ч. о цвете), si voltò brusco al mozzo (резко повернулся к юнге) che s’era arrampicato sulle sartie (который залез на ванты), gli gridò che scendesse e andasse a poppa a sonare la campanella dell’«Angelus» (крикнул ему, чтобы он спускался и шел на корму звонить в колокол для «Ангела»; Angelus Domini /лат/ – «Ангел Господень», начало католической молитвы, которая читается утром, в полдень и вечером, часто по сигналу колокола или в сопровождении колокольного звона).

Padron Nino Mo se ne stava in disparte, lui solo senza curiosità, col berretto di pelo calcato fin su gli occhi, dei quali teneva sempre chiuso il manco. Quando lo apriva, era strabo. A un certo punto si tolse di bocca la pipetta di radica, sputò e, passandosi il dorso della mano sugl’ispidi peli dei baffetti di rame e della rada barbetta a punta, si voltò brusco al mozzo che s’era arrampicato sulle sartie, gli gridò che scendesse e andasse a poppa a sonare la campanella dell’«Angelus».

Aveva navigato tutta la vita (он провел в плаваниях всю жизнь; navigare – плавать, находиться в плавании; /уст./ перевозить что-л. морем), profondamente compreso dell’infinita potenza di Dio (глубоко проникнутый бесконечным всемогуществом Бога; compreso – понятный; compreso di – охваченный, проникнутый; potenza, f – сила, мощь, могущество; возможность), da rispettare sempre (/которого/ надо было почитать всегда), in tutte le vicende (при всех превратностях), con imperturbabile rassegnazione (с невозмутимым смирением); e non poteva soffrire lo schiamazzo degli uomini (и /он/ не терпел: «не мог терпеть»; галдеж людей).

Aveva navigato tutta la vita, profondamente compreso dell’infinita potenza di Dio, da rispettare sempre, in tutte le vicende, con imperturbabile rassegnazione; e non poteva soffrire lo schiamazzo degli uomini.

Al suono della campanella di bordo (при звуке судового колокола) si tolse la berretta (он снял с себя шапку; togliere – убирать, удалять; снимать) e scoprí la pelle bianchissima del cranio (и обнажил очень белую кожу черепа) velata d’una peluria rossigna vaporosa (покрытую рыжеватым воздушным пушком), quasi di un’ombra di capelli (почти тенью волос). Si segnò e stava per mettersi a recitare la preghiera (он перекрестился и собирался начать читать молитву), allorché la ciurma gli si precipitò addosso (когда команда бросилась к нему) con visi furia risa gridi da matti (с взволнованными лицами, смехом, сумасшедшими криками):

– Zi’ Ní! Zi’ Ní (Дядь Ни! Дядь Ни!)! La gnà Filippa (синьора Филиппа; gna – /уст. диал./ обращение от signora – ‘gnora-, ‘gna)! Vostra moglie (ваша жена)! La gnà Filippa (синьора Филиппа)! Viva (живая)! È tornata (она вернулась)!

Al suono della campanella di bordo si tolse la berretta e scoprí la pelle bianchissima del cranio velata d’una peluria rossigna vaporosa, quasi di un’ombra di capelli. Si segnò e stava per mettersi a recitare la preghiera, allorché la ciurma gli si precipitò addosso con visi furia risa gridi da matti:

– Zi’ Ní! Zi’ Ní! La gnà Filippa! Vostra moglie! La gnà Filippa! Viva! È tornata!

Padron Nino restò dapprima come perduto tra quelli che così lo assaltavano (падрон Нино застыл сначала в растерянности среди тех, кто таким образом на него наскакивал) e cercò, spaventato (и поискал, в испуге: «испуганный»), negli occhi degli altri quasi l’assicurazione che poteva credere a quella notizia senza impazzire (в глазах других /людей/ как бы заверение в том, что он может поверить в эту новость, не сойдя с ума). Il volto gli si scompose (лицо у него исказилось; scomporsi – разлагаться, распадаться; приходить в беспорядок, расстраиваться; смущаться, приходить в замешательство; comporre – составлять, компоновать; приводить в порядок) passando in un attimo dallo stupore all’incredulità (переходя в одно мгновенье от изумления к недоверчивости), dall’angoscia rabbiosa alla gioja (от неистовой тревоги до радости). Poi, feroce (затем яростно), quasi di fronte a una sopraffazione (как будто перед лицом насилия; di fronte – напротив; перед лицом), scostò tutti (отодвинул всех), ne abbrancò uno per il petto e lo squassò con violenza (крепко схватил одного за грудки и сильно встряхнул его; abbrancare – крепко схватить/сжать; petto, m – грудь; prendere per il petto – взять за грудки), gridando (крича):

– Che dite? Che dite (что вы говорите? что вы говорите)?

Padron Nino restò dapprima come perduto tra quelli che così lo assaltavano e cercò, spaventato, negli occhi degli altri quasi l’assicurazione che poteva credere a quella notizia senza impazzire. Il volto gli si scompose passando in un attimo dallo stupore all’incredulità, dall’angoscia rabbiosa alla gioja. Poi, feroce, quasi di fronte a una sopraffazione, scostò tutti, ne abbrancò uno per il petto e lo squassò con violenza, gridando:

– Che dite? Che dite?

E con le braccia levate (и, подняв руки /букв: «с поднятыми руками»/), quasi volesse parare una minaccia (как будто он хотел отвести угрозу), s’avventò alla prua verso quelli delle barche (кинулся на корму к тем /людям/, в лодках) che lo accolsero con un turbine di grida e pressanti inviti delle braccia (которые приветствовали его бурей криков и настойчивых призывных жестов руками; accogliere – принимать, встречать; invito, m – приглашение; призыв); si trasse indietro (отступил назад), non reggendo alla conferma della nuova (не выдерживая подтверждения известия; nuova, f – новость, весть, известие) (o alla voglia di precipitarsi giù (или желания броситься вниз)?) e si volse di nuovo verso la ciurma (и вновь повернулся к команде) come per chiedere soccorso o essere trattenuto (как будто чтобы попросить о помощи или чтобы его удержали: «чтобы быть удержанным»).

E con le braccia levate, quasi volesse parare una minaccia, s’avventò alla prua verso quelli delle barche che lo accolsero con un turbine di grida e pressanti inviti delle braccia; si trasse indietro, non reggendo alla conferma della nuova (o alla voglia di precipitarsi giù?) e si volse di nuovo verso la ciurma come per chiedere soccorso o essere trattenuto.

Viva (жива)? Come, viva (как, жива)? Tornata (вернулась)? Da dove (откуда)? Quando (когда)? Non potendo parlare (он не мог говорить; potendo – деепричастие от potere – мочь, быть способным), indicava la paratia (/и/ указывал на перегородку), che ne tirassero subito l’alzaja (чтобы оттуда сейчас же бросили веревку; alzaia, f – бечева), sì sì (да, да); e come il canapo fu preso a calare per il rimorchio, gridò (и как только канат начал спускаться к буксиру, крикнул):

– Reggete (держите)! – lo afferrò con le due mani (схватил его обеими руками), scavalcò (перелез), e come una scimmia a forza di braccia scese lungo l’alzaja (и, как обезьяна, на руках: «силой рук» спустился вдоль веревки; forza, f – сила; braccio, m – рука от кисти до плеча) si buttò tra i rimorchiatori che lo aspettavano con le braccia protese (и бросился к буксировщикам, которые ждали его с протянутыми руками; protendere – протягивать, простирать).

Viva? Come, viva? Tornata? Da dove? Quando? Non potendo parlare, indicava la paratia, che ne tirassero subito l’alzaja, sì sì; e come il canapo fu preso a calare per il rimorchio, gridò:

– Reggete! – lo afferrò con le due mani, scavalcò, e come una scimmia a forza di braccia scese lungo l’alzaja, si buttò tra i rimorchiatori che lo aspettavano con le braccia protese.

La ciurma della tartana restò delusa (экипаж баркаса остался разочарованным), in orgasmo (в волнении; orgasmo, m – оргазм; /перен./ возбуждение, волнение), vedendo allontanare la barca con padron Nino (видя /как/ удаляется лодка с падрон Нино) e, per non perdere lo spettacolo (и, чтобы не пропустить зрелище; perdere – терять, утрачивать; пропустить), cominciò a gridare come indemoniata a quelli dell’altre barchette accorse (начал кричать, как одержимый тем /людям/, из других собравшихся лодок; accorrere – сбегаться, прибегать), perché raccogliessero il canapo e rimorchiassero loro almeno la tartana al molo (чтобы они подобрали канат и отбуксировали им хотя бы баркас к молу). Nessuno si voltò a dar retta a quelle grida (никто не обернулся, чтобы обратить внимание на эти крики).

La ciurma della tartana restò delusa, in orgasmo, vedendo allontanare la barca con padron Nino e, per non perdere lo spettacolo, cominciò a gridare come indemoniata a quelli dell’altre barchette accorse, perché raccogliessero il canapo e rimorchiassero loro almeno la tartana al molo. Nessuno si voltò a dar retta a quelle grida.

Tutti i calchi arrancarono dietro la barca del rimorchio (все весельные лодки с трудом продвигались за лодкой-буксиром), ove in gran confusione padron Nino Mo veniva intanto ragguagliato su quel miracoloso ritorno della moglie rediviva (где при большой суматохе падрон Нино Мо был тем временем информирован об этом чудесном возвращении воскресшей жены; ragguagliare – уравнивать; информировать, уведомлять), che tre anni addietro (которую, три года тому назад), nel recarsi a Tunisi a visitare la madre moribonda (отправившуюся в Тунис навестить умирающую мать), tutti ritenevano fosse perita nel naufragio del vaporetto insieme con gli altri passeggeri (все считали погибшей в крушении катера вместе с другими пассажирами); – e invece, no, no, non era perita (но нет, нет, напротив, она не погибла) – un giorno e una notte era stata in acqua (один день и одну ночь она пробыла в воде) – affidata a una tavola (вверенная доске) – poi salvata (потом /была/ спасена), raccolta da un piroscafo russo che si recava in America (подобрана русским пароходом, направляющимся в Америку) – ma pazza – dal terrore — (но обезумевшей – от ужаса) e due anni e otto mesi era stata pazza in America (и два года и восемь месяце она провела безумной в Америке) – a New York, in un manicomio (в Нью-Йорке, в сумасшедшем доме) – poi guarita aveva ottenuto il rimpatrio dal Consolato (потом, выздоровев, добилась репатриации от Консульства), e da tre giorni era in paese (и /уже/ три дня была в поселке), arrivata da Genova (прибыв из Генуи).

Tutti i calchi arrancarono dietro la barca del rimorchio, ove in gran confusione padron Nino Mo veniva intanto ragguagliato su quel miracoloso ritorno della moglie rediviva, che tre anni addietro, nel recarsi a Tunisi a visitare la madre moribonda, tutti ritenevano fosse perita nel naufragio del vaporetto insieme con gli altri passeggeri; – e invece, no, no, non era perita – un giorno e una notte era stata in acqua – affidata a una tavola – poi salvata, raccolta da un piroscafo russo che si recava in America – ma pazza – dal terrore – e due anni e otto mesi era stata pazza in America – a New York, in un manicomio – poi guarita aveva ottenuto il rimpatrio dal Consolato, e da tre giorni era in paese, arrivata da Genova.

Padron Nino Mo, a queste notizie che gli grandinavano da tutte le parti (падрон Нино Мо, при этих новостях, градом сыпящихся на него со всех сторон; grandinare – падать /о граде/, /перен./ падать, сыпаться, лететь /как град/), stordito (оглушенный), batteva di continuo le palpebre su i piccoli occhi strabi (все время моргал маленькими косыми глазами: «хлопал постоянно веками по маленьким косым глазам»; battere – бить, хлопать; palpebra, f – веко) a tratti la palpebra manca gli restava chiusa (временами левое веко оставалось закрытым), come tirata (как натянутым); e tutto il volto gli fremeva (и все лицо у него содрогалось), convulso (сведенное судорогой), quasi pinzato da spilli (как будто уколотое булавками).

Padron Nino Mo, a queste notizie che gli grandinavano da tutte le parti, stordito, batteva di continuo le palpebre su i piccoli occhi strabi; a tratti la palpebra manca gli restava chiusa, come tirata; e tutto il volto gli fremeva, convulso, quasi pinzato da spilli.

Il grido di uno dei calchi (крик с одной из лодок) e le risa sguajate da cui questo grido fu accolto (и развязный хохот, которым был принят этот крик):

– Due mogli, zi’ Ní, allegramente (две жены, дядь Ни, весело)! – lo riscossero dallo sbalordimento (пробудили его от растерянности; riscuotere – сильно трясти; встряхнуть; приводить в чувство) e gli fecero guardare con rabbioso dispetto tutti quegli uomini (и заставили его посмотреть с бешеной злобой на всех этих людей), vermucci di terra ch’egli ogni volta vedeva sparire come niente (земляных червячков, которых он видел исчезающими, как ничто), appena s’allontanava un po’ dalle coste nelle immensità del mare e del cielo (как только он отдалялся немного от берегов в необъятность моря и неба): eccoli là, accorsi in folla al suo arrivo (вон они, сбежавшиеся толпой к его приезду), assiepati là (толпившиеся там; assiepare – /книжн./ окружать изгородью; окружать /кого-либо/; siepe, f – изгородь, плетень; забор), impazienti e vociferanti nel molo (нетерпеливые и вопящие на моле), per godersi lo spettacolo d’un uomo che veniva a trovare a terra due mogli (чтобы насладиться зрелищем мужчины который ехал, чтобы обнаружить на земле двух жен); spettacolo tanto più da ridere per essi (зрелище тем более смешное для них), quanto più grave e doloroso era per lui l’impaccio (чем более серьезной и болезненной была для него неприятность).

Il grido di uno dei calchi e le risa sguajate da cui questo grido fu accolto:

– Due mogli, zi’ Ní, allegramente! – lo riscossero dallo sbalordimento e gli fecero guardare con rabbioso dispetto tutti quegli uomini, vermucci di terra ch’egli ogni volta vedeva sparire come niente, appena s’allontanava un po’ dalle coste nelle immensità del mare e del cielo: eccoli là, accorsi in folla al suo arrivo, assiepati là, impazienti e vociferanti nel molo, per godersi lo spettacolo d’un uomo che veniva a trovare a terra due mogli; spettacolo tanto più da ridere per essi, quanto più grave e doloroso era per lui l’impaccio.

Perché quelle due mogli erano tra loro sorelle (потому что эти две жены были между собой сестрами), due sorelle inseparabili (двумя неразлучными сестрами), anzi tra loro quasi madre e figlia (более того, почти мать и дочь; tra loro – между ними), avendo sempre la maggiore, Filippa (поскольку всегда старшая, Филиппа), fatto da madre a Rosa (заменяла мать Розе; fare da – служить, заменять), che anche lui (которую и он), sposando (женившись), aveva dovuto accogliere in casa come una figliola (должен был принять в дом как дочку); finché, scomparsa Filippa (до тех пор пока Филиппа исчезла), dovendo seguitare a vivere insieme con lei (/и/ будучи должным продолжать жить с ней) e considerando che nessun’altra donna avrebbe potuto far meglio da madre al piccino (и принимая во внимание, что никакая другая женщина не смогла бы лучше заменить мать малышу) che quella gli aveva lasciato ancor quasi in fasce (которого она оставила ему еще практически младенцем; fascia, f – пеленка), l’aveva sposata (он на ней женился), onestamente (честно).

Perché quelle due mogli erano tra loro sorelle, due sorelle inseparabili, anzi tra loro quasi madre e figlia, avendo sempre la maggiore, Filippa, fatto da madre a Rosa, che anche lui, sposando, aveva dovuto accogliere in casa come una figliola; finché, scomparsa Filippa, dovendo seguitare a vivere insieme con lei e considerando che nessun’altra donna avrebbe potuto far meglio da madre al piccino che quella gli aveva lasciato ancor quasi in fasce, l’aveva sposata, onestamente.

E ora? E ora (а теперь)? Filippa era venuta a trovare Rosa maritata con lui e incinta (Филиппа приехала, чтобы найти Розу замужем за ним и беременную), incinta da quattro mesi (беременную уже четыре месяца)! Ah, sì, c’era da ridere veramente (да, было действительно смешно): un uomo, così (мужчина, вот так), tra due mogli (меж двух жен), tra due sorelle (меж двух сестер), tra due madri (меж двух матерей). Eccole, eccole là su la banchina (вон они, вон они там, на пристани)! Ecco Filippa (вот Филиппа)! Eccola là (вон она, там)! Viva (живая)! Con un braccio gli fa cenni (одной рукой она делает ему знаки), come per dargli coraggio (как будто чтобы придать ему смелости); con l’altro, si regge sul petto Rosa (другой держит у себя на груди Розу), la povera incinta che trema tutta (бедную беременную, которая вся дрожит) e piange e si strugge dalla pena e dalla vergogna (и плачет и терзается горем и стыдом), tra gli urli (посреди воплей), le risa (смеха), i battimani (аплодисментов), lo sventolio dei berretti di tutta quella folla in attesa (махания шапок всей этой ждущей толпы; attesa, f – ожидание).

E ora? E ora? Filippa era venuta a trovare Rosa maritata con lui e incinta, incinta da quattro mesi! Ah, sì, c’era da ridere veramente: un uomo, così, tra due mogli, tra due sorelle, tra due madri. Eccole, eccole là su la banchina! Ecco Filippa! Eccola là! Viva! Con un braccio gli fa cenni, come per dargli coraggio; con l’altro, si regge sul petto Rosa, la povera incinta che trema tutta e piange e si strugge dalla pena e dalla vergogna, tra gli urli, le risa, i battimani, lo sventolio dei berretti di tutta quella folla in attesa.

Padron Nino Mo si scrollò tutto (падрон Нино Мо весь встряхнулся), rabbiosamente (сердито); desiderò che la barca sprofondasse e gli sparisse dagli occhi quello spettacolo crudele (он пожелал, чтобы лодка провалилась и исчезло с его глаз это жестокое зрелище); pensò per un momento di saltare addosso ai rematori e costringerli a remare indietro (на минуту он подумал /о том/, чтобы броситься на гребцов и заставить их грести назад), per ritornare alla tartana (чтобы вернуться на баркас), per fuggirsene via lontano, lontano (чтобы сбежать далеко, далеко), per sempre (навсегда); ma sentí in pari tempo di non poter ribellarsi a quella violenza orrenda che lo trascinava (но он почувствовал в то же время, что не может восстать против этого ужасного насилия, которое его затягивало; pari – равный, одинаковый; trascinare – тащить; увлекать, завлекать), degli uomini e del caso (/насилия/ людей и случая); avvertí come uno scoppio interno (он почувствовал как бы внутренний взрыв), un intronamento (гул; intronare – оглушать; ошеломлять, одурять), per cui le orecchie presero a rombargli e gli s’offuscò la vista (от которого в ушах у него начало гудеть: «уши принялись гудеть»; и зрение затуманилось).

Padron Nino Mo si scrollò tutto, rabbiosamente; desiderò che la barca sprofondasse e gli sparisse dagli occhi quello spettacolo crudele; pensò per un momento di saltare addosso ai rematori e costringerli a remare indietro, per ritornare alla tartana, per fuggirsene via lontano, lontano, per sempre; ma sentí in pari tempo di non poter ribellarsi a quella violenza orrenda che lo trascinava, degli uomini e del caso; avvertí come uno scoppio interno, un intronamento, per cui le orecchie presero a rombargli e gli s’offuscò la vista.

Si ritrovò, poco dopo (он очутился вскоре), tra le braccia sul petto della moglie rediviva (в объятиях и на груди воскресшей жены), che lo superava di tutta la testa (которая была выше его на целую голову), donnone ossuto (костлявая бабища), dalla faccia nera e fiera (со смуглым и гордым лицом), maschile nei gesti (мужеподобная в жестах), nella voce (в голосе), nel passo (в походке).

Si ritrovò, poco dopo, tra le braccia sul petto della moglie rediviva, che lo superava di tutta la testa, donnone ossuto, dalla faccia nera e fiera, maschile nei gesti, nella voce, nel passo.

Ma quand’essa, scioltolo dall’abbraccio (но когда она, выпустив его из объятий; sciogliere – отвязывать, распускать; sciogliere da – освободить, избавить /от чего-л./) lì, davanti a tutto il popolo acclamante (там, перед всем кричащим народом; acclamare – приветствовать громкими возгласами/рукоплесканиями; восхвалять), lo spinse ad abbracciare anche Rosa (подтолкнула его обнять Розу тоже), quella poveretta che apriva come due laghi di lagrime i grandi occhi chiari nel viso diafano (эту бедняжку, которая распахивала, как два озера слез, большие светлые глаза на прозрачном лице), egli, alla vista di tanto squallore (он, при виде такой печали), di tanta disperazione (такого отчаяния), di tanta vergogna (такого стыда), si ribellò (взбунтовался), si chinò con un singhiozzo nella gola a tôrsi in braccio il bambino di tre anni e s’avviò di furia, gridando (наклонился, с рыданием в горле, чтобы схватить на руки трехлетнего ребенка и стремительно пошел, крича):

– A casa! A casa (домой)!

Ma quand’essa, scioltolo dall’abbraccio, lì, davanti a tutto il popolo acclamante, lo spinse ad abbracciare anche Rosa, quella poveretta che apriva come due laghi di lagrime i grandi occhi chiari nel viso diafano, egli, alla vista di tanto squallore, di tanta disperazione, di tanta vergogna, si ribellò, si chinò con un singhiozzo nella gola a tôrsi in braccio il bambino di tre anni e s’avviò di furia, gridando:

– A casa! A casa!

Le due donne lo seguirono (обе женщины последовали за ним), e tutto il popolo si mosse dietro (и весь народ зашевелился сзади), avanti (впереди), intorno (вокруг), schiamazzando (шумя), Filippa con un braccio su le spalle di Rosa (Филиппа /держа/ руку на плече Розы), la teneva come sotto l’ala (держала ее, как будто под крылом), la sorreggeva (поддерживала ее), la proteggeva (защищала ее), e si voltava a tener testa ai lazzi (и оборачивалась, чтобы противостоять грубым шуткам; testa, f – голова; tener testa – сопротивляться, не уступать, противостоять; lazzo, m – грубая/глупая шутка; смешная выходка), ai motteggi (насмешкам), ai commenti della folla (комментариям толпы), e di tratto in tratto si chinava verso la sorella e le gridava (и время от времени склонялась к сестре и кричала ей; tratto, m – зд.: промежуток времени; di tratto in tratto – время от времени):

Le due donne lo seguirono, e tutto il popolo si mosse dietro, avanti, intorno, schiamazzando, Filippa con un braccio su le spalle di Rosa, la teneva come sotto l’ala, la sorreggeva, la proteggeva, e si voltava a tener testa ai lazzi, ai motteggi, ai commenti della folla, e di tratto in tratto si chinava verso la sorella e le gridava:

– Non piangere, scioccona (не плачь, глупая; sciocco – глупый, бестолковый; -ona – увеличительн. суффикс)! Il pianto ti fa male (плакать тебе вредно: «плач тебе вреден»)! Su, su, dritta, buona (ну, ну, выпрямись, успокойся; в итал. яз. в этой конструкции используются прилагательные: «прямая», «спокойная»)! Che piangi (что ты плачешь; piangere)? Se Dio ha voluto così (если Бог так захотел)… C’è rimedio a tutto (все поправимо: «от всего есть средство»; rimedio, m – средство, лекарство)! Su, zitta (ну, замолчи; zitta – молчаливая)! A tutto, a tutto c’è rimedio (все, все поправимо)! Dio ci ajuterà (Бог нам поможет)…

– Non piangere, scioccona! Il pianto ti fa male! Su, su, dritta, buona! Che piangi? Se Dio ha voluto così… C’è rimedio a tutto! Su, zitta! A tutto, a tutto c’è rimedio! Dio ci ajuterà…

Lo gridava anche alla folla (она кричала это и толпе тоже), e soggiungeva (и прибавляла), rivolta a questo e a quello (обращаясь то к тому, то к другому):

– Non abbiate paura (не бойтесь)! Né scandalo (ни скандала), né guerra (ни войны), né invidia (ни зависти), né gelosia (ни ревности)! Quello che Dio vorrà (по Божьей воле: «то, что захочет Бог»)! Siamo gente di Dio (мы Божьи люди).

Lo gridava anche alla folla, e soggiungeva, rivolta a questo e a quello:

– Non abbiate paura! Né scandalo, né guerra, né invidia, né gelosia! Quello che Dio vorrà! Siamo gente di Dio.

Giunti al Castello (дойдя до Замка), che già le fiamme del crepuscolo s’erano offuscate e il cielo (когда огни заката потускнели и небо), prima di porpora (до этого пурпурное), era divenuto quasi fumolento (стало почти дымчатым; fumo, m – дым), molti della folla si sbandarono (многие из толпы рассеялись), imboccarono la larga strada del borgo già coi fanali accesi (вошли на широкую улицу поселка с уже зажженными фонарями; accendere  – зажигать); ma i più vollero accompagnarli fino a casa (но большинство захотело проводить их до дома), dietro al Castello (позади Замка), alle «Balàte» («У плит»; balata, f – /сицил. диал./ большая каменная или мраморная плита для мощения дорог или надгробий), dove quella strada svolta e s’allunga ancora con poche casupole di marinai (где эта дорога поворачивает и растягивается еще немногими лачугами моряков; allungarsi – удлиняться; растянуться, вытянуться) su un’altra insenatura di spiaggia morta (вдоль еще одного изгиба безжизненного берега).

Giunti al Castello, che già le fiamme del crepuscolo s’erano offuscate e il cielo, prima di porpora, era divenuto quasi fumolento, molti della folla si sbandarono, imboccarono la larga strada del borgo già coi fanali accesi; ma i più vollero accompagnarli fino a casa, dietro al Castello, alle «Balàte», dove quella strada svolta e s’allunga ancora con poche casupole di marinai su un’altra insenatura di spiaggia morta.

Qua tutti s’arrestarono davanti all’uscio di padron Nino Mo (тут все остановились перед порогом падрона Нино Мо) ad aspettare che cosa quei tre, ora (чтобы подождать, что эти трое, сейчас), decidessero di fare (решат делать). Quasi fosse un problema, quello (как будто это была проблема; quello – относится к problema, со значением усиления) da risolvere così (которую можно было решить /вот/ так), su due piedi (одним махом; piede, m – нога, стопа; su due piedi – не сходя с места, тотчас же, немедленно)!

Qua tutti s’arrestarono davanti all’uscio di padron Nino Mo ad aspettare che cosa quei tre, ora, decidessero di fare. Quasi fosse un problema, quello, da risolvere così, su due piedi!

La casa era a terreno e prendeva luce soltanto dalla porta (жилище было вровень с землей и освещалось: «брало свет»; только из двери). Tutta quella folla di curiosi (вся эта толпа любопытных), assiepata lì davanti (сгрудившаяся там перед /домом/; assieparsi – толпиться вокруг), addensava l’ombra già cupa (сгущала /и так/ уже мрачную тень) e toglieva il respiro (и лишала воздуха; respiro, m – вздох, дыхание, зд.: воздух). Ma né padron Nino Mo, né la moglie gravida avevano fiato di ribellarsi (но ни у падрона Нино Мо, ни у /его/ беременной жены не было сил взбунтоваться; fiato, m – дыхание; сила, бодрость): l’oppressione di quella folla era per essi l’oppressione stessa delle anime loro (гнет этой толпы был для них самим гнетом их душ), lì presente e tangibile (присутствовавшим там и осязаемым); e non pensavano che (и они не думали, что), almeno quella (хотя бы этот /гнет/), si potesse rimuovere (можно было бы устранить).

La casa era a terreno e prendeva luce soltanto dalla porta. Tutta quella folla di curiosi, assiepata lì davanti, addensava l’ombra già cupa e toglieva il respiro. Ma né padron Nino Mo, né la moglie gravida avevano fiato di ribellarsi: l’oppressione di quella folla era per essi l’oppressione stessa delle anime loro, lì presente e tangibile; e non pensavano che, almeno quella, si potesse rimuovere.

Ci pensò Filippa (об этом позаботилась Филиппа), dopo avere acceso il lume sulla tavola (после того, как зажгла светильник на столе) già apparecchiata in mezzo alla stanza per la cena (уже накрытом посередине комнаты для ужина): si fece alla porta (она подалась к двери), gridò (крикнула):

– Signori miei (господа мои), ancora (до сих пор /здесь/)? Che volete (чего вы хотите)? Avete veduto, avete riso (вы посмотрели, вы посмеялись); non vi basta (вам этого не достаточно)? Lasciateci pensare adesso agli affari nostri (дайте нам сейчас подумать о наших делах)! Casa, ne avete (дом у вас есть)?

Ci pensò Filippa, dopo avere acceso il lume sulla tavola già apparecchiata in mezzo alla stanza per la cena: si fece alla porta, gridò:

– Signori miei, ancora? Che volete? Avete veduto, avete riso; non vi basta? Lasciateci pensare adesso agli affari nostri! Casa, ne avete?

Così investita (таким образом атакованные; investire – толкать, ударять с силой; сбивать), la gente si ritrasse parte di qua, parte di là dalla porta (люди отступили, часть по одну, часть по другую сторону двери), lanciando gli ultimi lazzi (бросая последние шуточки); ma pur molti rimasero a spiare da lontano (но все же многие остались подсматривать издалека), nell’ombra della spiaggia (в тени берега).

Così investita, la gente si ritrasse parte di qua, parte di là dalla porta, lanciando gli ultimi lazzi; ma pur molti rimasero a spiare da lontano, nell’ombra della spiaggia.

La curiosità era tanto più viva (любопытство было тем более живым), in quanto che a tutti eran noti l’onestà fino allo scrupolo (что всем были хорошо известна честность вплоть до щепетильности), il timore di Dio (страх Божий), gli esemplari costumi di padron Nino Mo e di quelle due sorelle (образцовые нравы падрона Нино Мо и этих двух сестер).

La curiosità era tanto più viva, in quanto che a tutti eran noti l’onestà fino allo scrupolo, il timore di Dio, gli esemplari costumi di padron Nino Mo e di quelle due sorelle.

Ed ecco (и вот), ne davano una prova quella sera stessa (они предоставляли этому доказательство в тот же самый вечер), lasciando aperta per tutta la notte la porta della loro casupola (оставив открытой на всю ночь дверь их лачуги). Nell’ombra di quella triste spiaggia morta (в тени этого печального безжизненного берега), che protendeva qua e là nell’acqua stracca (который протягивал тот там то тут в воду вялую; stracco – изнуренный, обессиленный, переутомленный), crassa (плотную), quasi oleosa (почти маслянистую), certi gruppi di scogli neri (какие-то группы черных рифов), corrosi dalle maree (разъеденные приливами и отливами; marea, f – чередование приливов и отливов), certi lastroni viscidi (какие-то отвесные скользкие скалы; lastrone, m – отвесная скала), algosi (поросшие водорослями), ritti (прямые), abbattuti (печальные: «подавленные/удрученные»), tra cui qualche rara ondata si cacciava (меж которых забирались /некоторые/ редкие волны; ondata, f – вал, удар волны, прибой) sbattendo (ударяясь), rimbalzando (отскакивая) e subito s’ingorgava con profondi risucchi (и тут же скапливалась, образовывая водоворот с глубокими вихрями; ingorgo, m – затор; застой; закупорка; risucchio, m – засасывание, водоворот, вихрь), per tutta la notte da quella porta si projettò il giallo riverbero del lume (всю ночь из этой двери падал желтый отсвет лампы; riverbero, m – отражение).

Ed ecco, ne davano una prova quella sera stessa, lasciando aperta per tutta la notte la porta della loro casupola. Nell’ombra di quella triste spiaggia morta, che protendeva qua e là nell’acqua stracca, crassa, quasi oleosa, certi gruppi di scogli neri, corrosi dalle maree, certi lastroni viscidi, algosi, ritti, abbattuti, tra cui qualche rara ondata si cacciava sbattendo, rimbalzando e subito s’ingorgava con profondi risucchi, per tutta la notte da quella porta si projettò il giallo riverbero del lume.

E quelli che s’attardarono a spiare dall’ombra (и те, кто задержался, чтобы подсматривать из тени), passando ora l’uno ora l’altro davanti alla porta (проходя то один, то другой перед дверью) e gettando un rapido sguardo obliquo nell’interno della casupola (и бросая быстрый косой взгляд внутрь лачуги), poterono veder dapprima i tre (могли видеть сначала этих троих), seduti a tavola col piccino (сидящих за столом с малышом), a cenare (за ужином; cenare – ужинать); poi, le due donne (затем двух женщин), inginocchiate a terra (стоящих на коленях на земле), curve su le seggiole (склонившись на стулья), e padron Nino, seduto (и падрона Нино, сидящего), con la fronte su un pugno appoggiato a uno spigolo della tavola già sparecchiata (/положившего/ лоб на кулак, упертый в край уже разобранного стола; sparecchiare – убирать со стола; ант: apparecchiare – накрывать на стол), intenti a recitare il rosario (сосредоточенные на чтении молитв; rosario, m – розарий, определенной чередование молитв и четки для этих молитв); in fine (наконец), il piccino solo (одного малыша), il figlio della prima moglie (сына первой жены), coricato sul letto matrimoniale in fondo alla camera (уложенного /спать/ на супружеской кровати в глубине комнаты; coricare – класть, укладывать), e la seconda moglie (и вторую жену), la gravida (беременную), seduta a piè del letto (сидящую у изножья кровати), vestita (одетую), col capo appoggiato alle materasse (положившую голову на матрасы: «с головой, положенной на матрасы»; materasso, m – матрас, зд.: просторечное использование ж. р. materasse, ед. ч. – materassa, f), con gli occhi chiusi (с закрытыми глазами); mentre gli altri due (тогда как остальные двое), padron Nino e la gnà Filippa (падрон Нино и синьора Филиппа), conversavano tra loro a bassa voce (разговаривали между собой тихим голосом), pacatamente (безмятежно), ai due capi della tavola (с двух сторон стола; capo, m – зд.: край, конец); finché non vennero a sedere su l’uscio (пока не вышли, чтобы сесть на порог), a seguitare la conversazione in un mormorio sommesso (и продолжать разговор негромким журчанием), a cui pareva rispondesse il lento e lieve sciabordio delle acque sulla spiaggia (которому, казалось отвечает неторопливый и легкий плеск воды у берега), sotto le stelle (под звездами), nel bujo della notte già alta (в темноте уже глубокой ночи; alto, зд.: глубокий).

E quelli che s’attardarono a spiare dall’ombra, passando ora l’uno ora l’altro davanti alla porta e gettando un rapido sguardo obliquo nell’interno della casupola, poterono veder dapprima i tre, seduti a tavola col piccino, a cenare; poi, le due donne, inginocchiate a terra, curve su le seggiole, e padron Nino, seduto, con la fronte su un pugno appoggiato a uno spigolo della tavola già sparecchiata, intenti a recitare il rosario; in fine, il piccino solo, il figlio della prima moglie, coricato sul letto matrimoniale in fondo alla camera, e la seconda moglie, la gravida, seduta a piè del letto, vestita, col capo appoggiato alle materasse, con gli occhi chiusi; mentre gli altri due, padron Nino e la gnà Filippa, conversavano tra loro a bassa voce, pacatamente, ai due capi della tavola; finché non vennero a sedere su l’uscio, a seguitare la conversazione in un mormorio sommesso, a cui pareva rispondesse il lento e lieve sciabordio delle acque sulla spiaggia, sotto le stelle, nel bujo della notte già alta.

Il giorno appresso (на следующий день), padron Nino e la gnà Filippa, senza dar confidenza a nessuno (падрон Нино и синьора Филиппа, ни на кого не обращая внимания; confidenza, f – близость; фамильярность; откровенность; dar confidenza – давать волю), andarono in cerca d’una cameretta d’affitto (пошли искать: «пошли в поисках»; комнатку внаем); la trovarono quasi in capo al paese (нашли ее почти на краю поселка), nella via che conduce al cimitero (на улице, которая ведет к кладбищу), aereo su l’altipiano (парящему на плато; aereo – воздушный; летящий), con la campagna dietro e il mare davanti (с полями позади и морем впереди). Vi fecero trasportare un lettuccio (они распорядились перенести туда кроватку; fare + inf. – побудить, заставить сделать что-л., заказать какую-л. работу), un tavolino (столик), due seggiole (два стула), e quando fu la sera vi accompagnarono Rosa (и, когда наступил вечер проводили туда Розу), la seconda moglie (вторую жену), col piccino (с малышом); le fecero chiudere subito la porta (ее заставили закрыть сразу дверь), e tutt’e due insieme (и оба вместе), taciturni (безмолвно), se ne ritornarono alla casa delle «Balàte» (вернулись в дом «У плит»).

Il giorno appresso, padron Nino e la gnà Filippa, senza dar confidenza a nessuno, andarono in cerca d’una cameretta d’affitto; la trovarono quasi in capo al paese, nella via che conduce al cimitero, aereo su l’altipiano, con la campagna dietro e il mare davanti. Vi fecero trasportare un lettuccio, un tavolino, due seggiole, e quando fu la sera vi accompagnarono Rosa, la seconda moglie, col piccino; le fecero chiudere subito la porta, e tutt’e due insieme, taciturni, se ne ritornarono alla casa delle «Balàte».

Si levò allora per tutto il paese un coro di commiserazioni per quella poveretta così sacrificata (поднялся тогда по всей деревне хор сострадания к этой бедняжке, так принесенной в жертву), messa così da parte (так устраненной; parte, f – зд.: сторона, край; mettere da parte – отложить в сторону), senz’altro (конечно), buttata fuori (выброшенной вон), sola (одна), in quello stato (в таком положении)! Ma pensate (только подумайте; ma – но, однако, зд.: усиление), in quello stato (в таком положении)! Con che cuore (и как только хватило смелости: «с каким сердцем»; cuore, m – сердце; мужество)? E che colpa aveva (в чем она была виновата: «какую вину имела»), la poveretta (эта бедняжка)? Sì, così voleva la legge (да, так требовал закон)… ma che legge era quella (но что это был за закон)? Legge turca (дикий закон; turco – турецкий, перен.: чужой, непонятный)! No, no, perdio, non era giusto (нет, нет, черт побери)! Non era giusto (это не было справедливо)!

Si levò allora per tutto il paese un coro di commiserazioni per quella poveretta così sacrificata, messa così da parte, senz’altro, buttata fuori, sola, in quello stato! Ma pensate, in quello stato! Con che cuore? E che colpa aveva, la poveretta? Sì, così voleva la legge… ma che legge era quella? Legge turca! No, no, perdio, non era giusto! Non era giusto!

E tanti e tanti il giorno appresso (и многие и многие /люди/ на следующий день), risoluti, cercarono di far comprendere quell’acerba disapprovazione di tutto il paese a padron Nino (решительно попытались дать понять это резкое неодобрение всего поселка падрону Нино) uscito (/который/ вышел), più che mai cupo (более угрюмый, чем когда-либо), a badare al nuovo carico della tartana per la prossima partenza (проследить за новой загрузкой баркаса для следующего отплытия).

E tanti e tanti il giorno appresso, risoluti, cercarono di far comprendere quell’acerba disapprovazione di tutto il paese a padron Nino uscito, più che mai cupo, a badare al nuovo carico della tartana per la prossima partenza.

Ma padron Nino, senza fermarsi (но падрон Нино, не останавливаясь), senza voltarsi (не оборачиваясь), con la berretta a barca di pelo calcata fin su gli occhi (в меховой морской: «для лодки» шапке, надвинутой до глаз), uno chiuso e l’altro no (одного закрытого, а другого – нет), e la pipetta di radica tra i denti (и трубочкой из корня в зубах), troncò in bocca a tutti domande e recriminazioni (прекратил на устах у всех вопросы и обвинения), scattando (резко бросив; scattare – сработать /о пружине/, щелкнуть, спуститиь /курок/):

– Lasciatemi stare (оставьте меня в покое)! Affari miei (мои дела)!

Ma padron Nino, senza fermarsi, senza voltarsi, con la berretta a barca di pelo calcata fin su gli occhi, uno chiuso e l’altro no, e la pipetta di radica tra i denti, troncò in bocca a tutti domande e recriminazioni, scattando:

– Lasciatemi stare! Affari miei!

Né maggiore soddisfazione volle dare a coloro che egli chiamava «principali» (не больше удовлетворения он захотел дать и тем, кого он называл «начальники»), commercianti (торговцам), magazzinieri (заведующим складами), sensali di noleggio (фрахтовым маклерам). Soltanto, con questi (только с этими), fu meno ispido e reciso (он был менее грубым и резким).

– Ognuno con la sua coscienza, signore (каждый со своей совестью, синьор), – rispose (отвечал он). – Cose di famiglia (семейные дела), non c’entra nessuno (никто тут ни при чем). Dio solo, e basta (только Бог, и все).

Né maggiore soddisfazione volle dare a coloro che egli chiamava «principali», commercianti, magazzinieri, sensali di noleggio. Soltanto, con questi, fu meno ispido e reciso.

– Ognuno con la sua coscienza, signore, – rispose. – Cose di famiglia, non c’entra nessuno. Dio solo, e basta.

E due giorni dopo (и два дня спустя), rimbarcandosi (вновь садясь на судно), neanche alla ciurma della sua tartana volle dir nulla (команде своего баркаса он тоже ничего не захотел сказать).

E due giorni dopo, rimbarcandosi, neanche alla ciurma della sua tartana volle dir nulla.

Durante la sua assenza dal paese, però (во время его отсутствия в поселке, однако), le due sorelle tornarono insieme nella casa delle «Balàte» (две сестры вернулись вместе в дом «У плит»), e insieme (и вместе), quiete (спокойные), rassegnate e amorose (смиренные и любящие), attesero alle faccende domestiche e al bambino (занимались домашними делами и ребенком; attendere a – заниматься /чем-л./; faccenda, f – дело, занятие, работа). Alle vicine (соседкам), a tutti i curiosi che venivano a interrogarle (всем любопытным, которые приходили их расспрашивать), per tutta risposta aprivano le braccia (в качестве ответа они разводили руками), alzavano gli occhi al cielo (поднимали глаза к небу) e con un mesto sorriso rispondevano (и с грустной улыбкой отвечали):

– Come vuole Dio, comare (как будет Божья воля, кума).

– Come vuole Dio, comare (как будет Божья воля, кум).

Durante la sua assenza dal paese, però, le due sorelle tornarono insieme nella casa delle «Balàte», e insieme, quiete, rassegnate e amorose, attesero alle faccende domestiche e al bambino. Alle vicine, a tutti i curiosi che venivano a interrogarle, per tutta risposta aprivano le braccia, alzavano gli occhi al cielo e con un mesto sorriso rispondevano:

– Come vuole Dio, comare.

– Come vuole Dio, comare.

Insieme tutt’e due (вместе обе), col piccino per mano (/держа/ ребенка за руку), quando fu il giorno dell’arrivo della tartana (когда наступил день прибытия баркаса), si recarono al molo (отправились на мол). Questa volta (на этот раз), su la banchina (на причале), c’erano pochi curiosi (было мало любопытных). Padron Nino (падрон Нино), saltando a terra (спрыгнув на землю), porse la mano all’una e all’altra (протянул руку одной и второй), silenzioso (молча), si chinò a baciare il bambino (наклонился поцеловать ребенка), se lo tolse in braccio e s’avviò avanti come l’altra volta (взял его /себе/ на руки и отправился вперед, как в прошлый раз; togliere – зд.: /книжн. обл./ брать, принимать), seguito dalle due donne (за ним следовали обе женщины; seguito – прич. пр. вр. пасс. залога от seguire – следовать, идти). Se non che (разве только), giunti davanti alla porta (когда они достигли двери), questa volta (на этот раз), nella casa delle «Balàte» rimase con padron Nino Rosa (в доме «У плит» осталась с падроном Нино Роза), la seconda moglie (вторая жена); e Filippa col piccino se n’andò quietamente alla cameretta sulla via del cimitero (а Филипа с малышом спокойно ушла в комнатку на дороге к кладбищу).

Insieme tutt’e due, col piccino per mano, quando fu il giorno dell’arrivo della tartana, si recarono al molo. Questa volta, su la banchina, c’erano pochi curiosi. Padron Nino, saltando a terra, porse la mano all’una e all’altra, silenzioso, si chinò a baciare il bambino, se lo tolse in braccio e s’avviò avanti come l’altra volta, seguito dalle due donne. Se non che, giunti davanti alla porta, questa volta, nella casa delle «Balàte» rimase con padron Nino Rosa, la seconda moglie; e Filippa col piccino se n’andò quietamente alla cameretta sulla via del cimitero.

E allora tutto il paese (и тогда вес поселок), che prima aveva tanto commiserato il sacrifizio della seconda moglie (который сначала так сострадал принесению в жертву второй жены; sacrifizio, m – уст. от sacrificio, m – жертвоприношение, жертва), vedendo ora che non c’era sacrifizio per nessuna delle due (увидев теперь, что не было жертвоприношения ни для одной из них: «из двух»), s’indignò (возмутился), s’irritò fieramente (жестоко рассердился) della pacata e semplice ragionevolezza di quella soluzione (на спокойную и простую разумность этого решения; fieramente – нареч. от fiero – зд.: /книжн./ суровый, жестокий, страшный, ужасный); e molti gridarono allo scandalo (и многие громко возмущались; gridare – кричать; gridare allo scandalo – громко возмущаться).

E allora tutto il paese, che prima aveva tanto commiserato il sacrifizio della seconda moglie, vedendo ora che non c’era sacrifizio per nessuna delle due, s’indignò, s’irritò fieramente della pacata e semplice ragionevolezza di quella soluzione; e molti gridarono allo scandalo.

Veramente (правда), dapprima (поначалу), tutti rimasero come storditi (все остались как будто оглушенные; rimanere – оставаться; пребывать), poi scoppiarono in una gran risata (потом разразились сильным хохотом). L’irritazione (раздражение), l’indignazione sorsero dopo (возмущение возникли потом), e proprio perché tutti in fondo si videro costretti a riconoscere che (и именно потому что все, в итоге, оказались вынужденными признать, что; fondo, m – зд.: конец /чего-л./; in fondo – в конце концов, в итоге), non essendoci stato inganno né colpa da nessuna parte (поскольку не было обмана ни вины ни с какой стороны), né da pretendere perciò la condanna o il sacrifizio dell’una o dell’altra moglie (ни /возможности/ требовать, поэтому, осуждения или принесения в жертву одной или другой жены) – mogli tutt’e due davanti a Dio e davanti alla legge (/будучи/ обе женами перед Богом и перед законом) – la risoluzione di quei tre poveretti fosse la migliore che si potesse prendere (решение этих трех бедняг было наилучшим, какое можно было принять). Irritò sopratutto la pace (раздражал больше всего мир), l’accordo (согласие), la rassegnazione delle due sorelle divote (покорность двух преданных сестер; divoto = dеvoto – благочестивый; верный, преданный; приверженный), senz’ombra d’invidia né di gelosia tra loro (без тени зависти ни ревности между ними).

Veramente, dapprima, tutti rimasero come storditi, poi scoppiarono in una gran risata. L’irritazione, l’indignazione sorsero dopo, e proprio perché tutti in fondo si videro costretti a riconoscere che, non essendoci stato inganno né colpa da nessuna parte, né da pretendere perciò la condanna o il sacrifizio dell’una o dell’altra moglie – mogli tutt’e due davanti a Dio e davanti alla legge – la risoluzione di quei tre poveretti fosse la migliore che si potesse prendere. Irritò sopratutto la pace, l’accordo, la rassegnazione delle due sorelle divote, senz’ombra d’invidia né di gelosia tra loro.

Comprendevano che Rosa (они понимали, что Роза), la sorella minore (младшая сестра), non poteva aver gelosia dell’altra (не могла иметь ревности к другой), a cui doveva tutto (которой она была всем обязана), a cui (у которой) – senza volerlo, è vero (не желая, это правда) – aveva preso il marito (забрала мужа). Gelosia tutt’al più avrebbe potuto aver Filippa di lei (ревность, от силы, могла бы иметь Филиппа к ней); ma no (но нет), comprendevano che neanche Filippa poteva averne (они понимали, что Филиппа тоже не могла ревновать: «не могла ее /ревность/ иметь»), sapendo che Rosa aveva agito senz’inganno e non aveva colpa (зная, что Роза действовала без обмана и не была виновата: «не имела вины»). E dunque (и что же)? C’era poi per tutt’e due la santità del matrimonio (затем, для обеих существовала святость брака), inviolabile (нерушимая); la devozione per l’uomo che lavorava (благоговение перед мужчиной, который работал), per il padre (перед отцом).

Comprendevano che Rosa, la sorella minore, non poteva aver gelosia dell’altra, a cui doveva tutto, a cui – senza volerlo, è vero – aveva preso il marito. Gelosia tutt’al più avrebbe potuto aver Filippa di lei; ma no, comprendevano che neanche Filippa poteva averne, sapendo che Rosa aveva agito senz’inganno e non aveva colpa. E dunque? C’era poi per tutt’e due la santità del matrimonio, inviolabile; la devozione per l’uomo che lavorava, per il padre.

Egli era sempre in viaggio (он был всегда в пути); sbarcava per due o tre giorni soltanto al mese (сходил с судна только на два или три дня в месяц); ebbene (так вот), poiché Dio aveva permesso il ritorno dell’una (поскольку Бог допустил возвращение первой), poiché Dio aveva voluto così (поскольку Бог так захотел), una alla volta (по очереди), in pace e senz’invidia (в мире и без зависти), avrebbero atteso al loro uomo (они станут заниматься своим мужчиной), che ritornava stanco dal mare (который возвращался усталым с моря).

Egli era sempre in viaggio; sbarcava per due o tre giorni soltanto al mese; ebbene, poiché Dio aveva permesso il ritorno dell’una, poiché Dio aveva voluto così, una alla volta, in pace e senz’invidia, avrebbero atteso al loro uomo, che ritornava stanco dal mare.

Tutte buone ragioni, sì (все прекрасные доводы, да), e oneste e quiete (честные и мирные); ma appunto perché così buone e quiete e oneste (но именно потому, что такие прекрасные, мирные и честные), irritarono (они раздражали).

Tutte buone ragioni, sì, e oneste e quiete; ma appunto perché così buone e quiete e oneste, irritarono.

E padron Nino Mo, il giorno dopo il suo secondo arrivo (и падрон Нино Мо, на следующий день после своего второго приезда), fu chiamato dal pretore (был вызван к мировому судье) per sentirsi ammonire severamente (чтобы услышать строгое внушение; ammonire – предупреждать; делать замечание/внушение; severamente – строго) che la bigamia non era permessa dalla legge (что двоеженство не разрешено законом).

E padron Nino Mo, il giorno dopo il suo secondo arrivo, fu chiamato dal pretore per sentirsi ammonire severamente che la bigamia non era permessa dalla legge.

Aveva parlato poco prima con un forense (он поговорил незадолго до этого с одним адвокатом), padron Nino Mo (падрон Нино Мо), e si presentò al pretore al solito suo (и явился к мировому судье в своем обычном /духе/), serio placido e duro (серьезный, благодушный и твердый); gli rispose che (он ответил ему что), nel suo caso (в его случае), non si poteva parlare di bigamia perché la prima moglie figurava ancora in atti e avrebbe seguitato a figurare sempre come morta (нельзя было говорить о двоеженстве, потому что первая жена еще фигурировала в актах и всегда будет продолжать там фигурировать как мертвая), sicché dunque davanti alla legge egli non aveva che una sola moglie (поэтому, значит, перед законом у него была только одна жена), la seconda (вторая).

Aveva parlato poco prima con un forense, padron Nino Mo, e si presentò al pretore al solito suo, serio placido e duro; gli rispose che, nel suo caso, non si poteva parlare di bigamia perché la prima moglie figurava ancora in atti e avrebbe seguitato a figurare sempre come morta, sicché dunque davanti alla legge egli non aveva che una sola moglie, la seconda.

– Sopra la legge degli uomini, poi (над законом людей, к тому же), – concluse (закончил он), – signor pretore, c’è quella di Dio (господин мировой судья, есть /закон/ Божий), a cui mi sono sempre attenuto (которому я всегда следовал), obbediente (повинуясь: «послушный»).

– Sopra la legge degli uomini, poi, – concluse, – signor pretore, c’è quella di Dio, a cui mi sono sempre attenuto, obbediente.

L’imbroglio avvenne all’ufficio dello stato civile (трудности случились в ЗАГСЕ; ufficio, m – бюро, отдел; stato civile – гражданское состояние, семейное положение), ove d’allora in poi (куда с этого момента и дальше), puntuale (пунктуально), ogni cinque mesi (каждые пять месяцев), padron Nino Mo si recò a denunziare la nascita d’un figliuolo (падрон Нино Мо отправлялся, чтобы зарегистрировать рождение ребенка).

– Questo è della morta (этот от мертвой).

– Questo è della viva (этот от живой).

L’imbroglio avvenne all’ufficio dello stato civile, ove d’allora in poi, puntuale, ogni cinque mesi, padron Nino Mo si recò a denunziare la nascita d’un figliuolo.

– Questo è della morta.

– Questo è della viva.

La prima volta (в первый раз), alla denunzia del figliuolo (при регистрации ребенка), di cui la seconda moglie era incinta all’arrivo di Filippa (которым вторая жена была беременна при приезде Филиппы), non essendosi questa rifatta viva davanti alla legge (поскольку эта /последняя/ не объявилась вновь перед законом; farsi vivo – дать знать/напомнить о себе; ri– – приставка со значение повтора действия), tutto andò liscio (все прошло гладко), e il figliuolo poté regolarmente essere registrato come legittimo (и ребенок смог по правилам быть зарегистрированным как законный). Ma come registrare il secondo (но как зарегистрировать второго), di lì a cinque mesi (спустя пять месяцев), nato da Filippa che figurava ancora come morta (родившегося у Филиппы, которая фигурировала еще как мертвая)? O illegittimo il primo (либо незаконный первый), nato dal matrimonio putativo (родившийся от ненастоящего брака), o illegittimo il secondo (либо незаконный второй). Non c’era via di mezzo (середины не было).

La prima volta, alla denunzia del figliuolo, di cui la seconda moglie era incinta all’arrivo di Filippa, non essendosi questa rifatta viva davanti alla legge, tutto andò liscio, e il figliuolo poté regolarmente essere registrato come legittimo. Ma come registrare il secondo, di lì a cinque mesi, nato da Filippa che figurava ancora come morta? O illegittimo il primo, nato dal matrimonio putativo, o illegittimo il secondo. Non c’era via di mezzo.

Padron Nino Mo si portò una mano alla nuca (падрон Нино Мо поднес руку к затылку) e si fece saltar sul naso la berretta (и сбросил себе на нос: «заставил прыгнуть на нос» шапку); prese a grattarsi la testa (он принялся чесать голову); poi disse all’ufficiale di stato civile (потом сказал чиновнику ЗАГСа):

– E… scusi (а… простите), non potrebbe registrarlo come legittimo (вы не могли бы его зарегистрировать как законного), della seconda (от второй)?

Padron Nino Mo si portò una mano alla nuca e si fece saltar sul naso la berretta; prese a grattarsi la testa; poi disse all’ufficiale di stato civile:

– E… scusi, non potrebbe registrarlo come legittimo, della seconda?

L’ufficiale sgranò tanto d’occhi (чиновник вытаращил глаза; occhio, m – глаз; sgranare gli occhi/tanto di occhi – уставиться, вытаращить глаза):

– Ma come (но как это)? Della seconda (от второй)? Se cinque mesi fa (если пять месяцев назад)…

– E… scusi, non potrebbe registrarlo come legittimo, della seconda?

L’ufficiale sgranò tanto d’occhi:

– Ma come? Della seconda? Se cinque mesi fa…

– Ha ragione, ha ragione (вы правы, вы правы), – troncò padron Nino (отрезал падрон Нино), tornando a grattarsi la testa (вновь принявшись чесать затылок: «возвращаясь к чесанию головы»). – Come si rimedia allora (тогда, как это уладить)?

– Ha ragione, ha ragione, – troncò padron Nino, tornando a grattarsi la testa. – Come si rimedia allora?

– Come si rimedia (как уладить)? – sbuffò l’ufficiale (фыркнул чиновник). – Lo domandate a me (это вы у меня спрашиваете), come si rimedia (как уладить)? Ma voi che siete (да что вы такое есть), sultano (султан)? Pascià (паша)? Bey (бей)? Che siete (что вы такое)? Dovreste aver giudizio (вы должны бы иметь благоразумие), perdio (черт побери), e non venire a imbrogliarmi le carte, qua (и не приходить мне тут спутывать карты)!

– Come si rimedia? – sbuffò l’ufficiale. – Lo domandate a me, come si rimedia? Ma voi che siete, sultano? Pascià? Bey? Che siete? Dovreste aver giudizio, perdio, e non venire a imbrogliarmi le carte, qua!

Padron Nino Mo si trasse un po’ indietro (падрон Нино Мо отодвинулся немного назад) e s’appuntò gl’indici delle due mani sul petto (и направил себе указательные пальцы обеих рук на грудь):

– Io (я)? – esclamò (воскликнул он). – E che ci ho da fare io (но как мне быть; «что мне тут делать»), se Dio permette così (если Бог позволяет, /чтобы было/ так)?

Padron Nino Mo si trasse un po’ indietro e s’appuntò gl’indici delle due mani sul petto:

– Io? – esclamò. – E che ci ho da fare io, se Dio permette così?

Sentendo nominar Dio (услышав упоминание о Боге), l’ufficiale montò su tutte le furie (чиновник пришел в ярость; furia, f – гнев, ярость, бешенство; andare/ montare su tutte le furie – прийти в ярость/в бешенство).

– Dio… Dio… Dio… sempre Dio (Бог… Бог… Бог… всегда Бог)! Uno muore; è Dio (кто-то умирает, это Бог)! Non muore; è Dio (не умирает – это Бог)! Nasce un figlio; è Dio (рождается ребенок – это Бог)! State con due mogli; è Dio (живете: «находитесь»; с двумя женами – это Бог)! E finitela con questo Dio (да прекратите вы с этим Богом)! Che il diavolo vi porti (дьявол вас возьми), venite a ogni nove mesi almeno (приходите раз в девять месяцев, хотя бы); salvate la decenza (соблюдайте приличия), gabbate la legge (надуйте закон); e ve li schiaffo tutti qua legittimi uno dopo l’altro (и я вам их тут залеплю законными, одного за другим)!

Sentendo nominar Dio, l’ufficiale montò su tutte le furie.

– Dio… Dio… Dio… sempre Dio! Uno muore; è Dio! Non muore; è Dio! Nasce un figlio; è Dio! State con due mogli; è Dio! E finitela con questo Dio! Che il diavolo vi porti, venite a ogni nove mesi almeno; salvate la decenza, gabbate la legge; e ve li schiaffo tutti qua legittimi uno dopo l’altro!

Padron Nino Mo ascoltò impassibile la sfuriata (падрон Нино Мо выслушал невозмутимо эту вспышку). Poi disse (потом сказал):

– Non dipende da me (это не зависит от меня). Lei faccia come crede (вы делайте, как считаете нужным). Io ho fatto l’obbligo Mio (я выполнил мой долг). Bacio le mani (целую руки).

Padron Nino Mo ascoltò impassibile la sfuriata. Poi disse:

– Non dipende da me. Lei faccia come crede. Io ho fatto l’obbligo Mio. Bacio le mani.

E tornò puntuale (и он возвращался точно), ogni cinque mesi (каждые пять месяцев), a fare l’obbligo suo (исполнять свой долг), sicurissimo che Dio gli comandava così (абсолютно уверенный, что Бог ему так велел).

E tornò puntuale, ogni cinque mesi, a fare l’obbligo suo, sicurissimo che Dio gli comandava così.

Content

Итальянский с Луиджи Пиранделло. Возвращение / Luigi Pirandello. Ritorno

Как читать эту книгу

La vita nuda (Обнаженная жизнь)

Ritorno (Возвращение)

La verità (Правда)

Lumíe di Sicilia (Сицилийские лаймы)

La morta e la viva (Мертвая и живая)