Филон Елена

Меченая:Скала

Чтобы изменить документ по умолчанию, отредактируйте файл "blank.fb2" вручную.

Пролог

Моя история?..   Моя история состоит из боли, жестокости и сквернословия. Из крови, лжи и предательства.   Моя история не оставит никакого следа в истории. Она даже в душе человека не способна оставить отпечатка. Когда моя далеко не привлекательная жизнь закончится, моя история умрёт вместе с ней. И не потому что в один прекрасный день Земля превратилась в жалкое подобие цивилизации, не потому что остатки цивилизации выпорхнули из душ уцелевших людей и даже не потому, что человечество доживает свои последние века... Всё дело в том, что в этом мире, как и во всей моей жизни больше не осталось никого, кто будет вспоминать обо мне дольше трёх секунд - вот так всё просто.   Мой отец погиб от зелёного дыма, через полгода после Конца света. Точнее сказать, не погиб, а переродился в теле твари - создания, в которых превратилось около миллиарда людей по всему земному шару после атаки дымом. Это был вирус. И даже если этот феномен кому-то и удалось исследовать, до выживших информацию доносить не стали... или даже не пытались. Или не было кому.   Моя мать продала меня в бардельное рабство сильнейшей банде заправляющей Скалой. Скала? Это город нищеты и разврата, возведённый на руинах Рокфорда в Иллинойсе. Точнее стены - возведены были стены, а всё что находилось внутри, никто и планировал реставрировать. Люди живут в прогнивших домах, бараках, гаражах. Едят отходы банд, или то, что удаётся выменять у местных барыг, за какой-нибудь трофей в виде зубной щётки, или мотка ниток. И сдают кровь. Раз в месяц. Потому что кровь, единственное, что отвлекает тварей от ежедневных нападений на город.  Чтобы жить - нужно есть, а что касается комфортного существования - не так уж важно. В этом люди и твари похожи...   Скверна - банда головорезов, среди которых прошла большая часть моего детства и надо заметить, всё могло сложиться не так удачно. Мне просто повезло иметь внешнее сходство с дочерью предводителя Скверны, которая не пережила зелёный дым так, как пережила его я и ещё около миллиарда жителей планеты. Его дочь стала тварью. И с тех пор сильно полюбила человеческое мясо. А я - заняла освободившееся место рядом с её отцом.   Пять лет я жила в относительной безопасности. Пять лет многие считали меня игрушкой для утех Завира. И пять лет, которые воспитали во мне солдата... ну или просто убийцу. Новый мир не разделяет этих понятий.  Этого требовало выживание.  А моя безопасность требовала получить татуировку шлюхи на своё шестнадцатилетние - ровный кружок с красным полумесяцем внутри, на левом запястье. Так Завир обезопасил меня от домогательств и насилия. Потому что всех меченых защищала Скверна. Меченые были их собственностью, их женщинами и никто не имел права к ним прикасаться. За это лишали головы.   А когда Завир умер, Скверна выпустил свою "птичку" на свободу.  Относительную свободу.  Меня ждала отработка в бойцовском клубе. Три года я проработала там подобием букмекера. И за эти три года, пожалуй, успели произойти самые важные события в моей никчёмной жизни.  Меня укусила тварь. Я должна была стать одной из них. Я должна была превратиться в хищника и начать охоту на людей. Но этого не случилось, обнаружив большую поломку в моём организме, благодаря которой моя кровь оказалась невосприимчивой к вирусу. Я до сих пор не знаю в чём причина, возможно ею стал зелёный дым, каким-то образом сумевший перестроить работу всего организма... Возможно моё ДНК изменилось уже после реакции с вирусом попавшим в кровь. Не знаю, но какой бы не была эта причина, она спасла мне жизнь.   Второе главное событие?.. Не такое уж это и событие. Это проклятый день. День, в который Скверна забрала у меня Кристину. Девочку, которая была мне, как сестра. Девочку, которая мне доверяла. Для которой я была единственным островком надежды.  Но я ничем не смогла ей помочь.   А ещё я спасла жизнь человеку, который был обречён умереть в бойцовской яме.  Этот парень, этот боец - Койот, - он не заслуживал такого конца. И я спасла его. В тот момент, даже не задумавшись, какими последствиями это может сказать на мне.  И когда я сбежала из Скалы, Койот стал первым, кого я собиралась найти. Первым, не считая мифического города, в который он по слухам отправился.  Райское место, "островок" цивилизации - Крест оказался совсем не таким, каким я его себе представляла. Всё вообще произошло не так, как я видела это в своей голове. Крест оказался не тем местом, в котором стоило искать убежище. Койот оказался не тем человеком, который станет отдавать долги. И Кристина, которую мне всё-таки удалось отыскать, в итоге прокляла меня и бросила.  Она сошла с ума.  И я кажется тоже: Койота заразили, его тело превращается в тело твари, а меня это почему то беспокоит...  Не нужно было мне возвращаться в Крест вместе с ним.  Не нужно было мне вообще связываться с этим человеком.  Из-за него я потеряла себя.  Из-за него я стала слабой...

Глава 1

" Я буду скучать по тебе... моя заноза"...  " Я буду скучать по тебе"...  " Моя заноза"...  Закройте глаза.  Вдохните.  Откройте.  Выдохните... И представьте, что это был последний вздох. Последний, но вы всё ещё живы. Всё осталось прежним. Мир остался прежним. Даже вы почти не изменились. Всего лишь разучились дышать. Вот что я почувствовала, когда последние его слова долетели до моего сознания тихим шёпотом волн...   "Я буду скучать по тебе... моя заноза"...  Чейз посадил вертолёт на центральной площади Креста и с тяжёлым судорожным вздохом откинул затылок на подголовник кресла. Холодные глаза цвета изумруда были закрыты, веки подрагивали. Лоб покрывала испарина. Загорелая кожа стала бледной и казалась полупрозрачной, просвечивающей сквозь себя кривые дорожки кровеносных сосудов. Его густые непослушные волосы взмокли и приобрели оттенок цвета горького шоколада; они липли к шее, закрывали лоб и падали на глаза. Но даже сейчас он умудрялся выглядеть, как произведение искусства.  Почему ему жарко? После укуса тварей, температура тела должна была сильно понизиться - сейчас у него должен быть озноб.  Топот ног. Крики.  Вода в ушах. Ничего не слышу. Меня как будто оглушило.  Почему он? Как такое могло произойти? Как я могла допустить, что бы его укусили? Должны были укусить меня! Со мной бы ничего не случилось! Моя кровь имеет стопроцентное сопротивление к вирусу... Но меня даже не оцарапали!  Бешеный стук сердца в ушах - оно работает на пределе. Каждое вращение шеей длится тысячу лет и сопровождается полной неподвижностью лёгких.  "Хватит! Дыши, Джей... Дыши"!  "Становись собой! Становись собой наконец! Тебе ведь на всех плевать, забыла?! А он - один из всех! Один из того долбаного миллиарда выживших, один из тараканов, один из крыс - из тех людей, что оказались слишком живучими! А ты одиночка. Тебе никто не нужен. В твоём коротеньком постапокалиптическом списке важных вещей Чейзу нет места. Ты ненавидела его! Он кретин! Он тот, кто навёл в твоей голове полнейший бардак. Если твари его укусили, значит такая у него судьба! Значит, сейчас его пристрелят те парни с винтовками и хрен уже с ним, с этим Чейзом"!  Вдох.  Вот так. Хорошо.  - Выйти из вертолёта!  Я больше не тону. Я слышу.  Вдох.  Дыхание выровнялось. Сознание проясняется.  - Чейз! Бери подружку, и выходите с вертолёта!  Знакомые лица бойцов. Нас окружил пятый отряд? Отряд Чейза? Как же ему повезло - умереть от рук товарищей. Уверена, никто из них и подумать не мог, что будет стрелять в своего командира.  - Давайте, живее! Дакир уже едет вас поприветствовать!  Этот ведь тот самый латиноамериканец, что помог нам сбежать из Креста? Это ведь он отдал приказ открыть ворота. Лукас, или как его там...  Я не шевелилась. А вот Чейз... Он поднял голову, затем руку и собрался открыть дверь. Собрался получить пулю. Собрался умереть. Да, Чейз был к этому готов.  А я нет.  Ненавижу себя!  Я толкнула его обратно на сидение, схватила прихваченную с собой из лагеря Ангела винтовку и, шлёпая огромными ботинками без шнурков, выскочила из вертолёта. Ко мне тут же рвануло с десяток бойцов. Я подняла винтовку вверх, и морозный воздух сотрясла череда выстрелов.  Бойцы замерли. Нацелили оружие на меня.  Я усмехнулась.  Они не будут стрелять. Почему? Во-первых, потому что за моей спиной находится то, чем даже великий Крест ещё не обзавёлся! Рабочий вертолёт для них самое настоящее сокровище и очень сомневаюсь, что они захотят его испортить. Во-вторых, Чейз сказал, что я нужна Дакиру. И если Дакир столько усилий приложил, для того, чтобы я добровольно осталась в Кресте, сомневаюсь, что в связи с моим добровольным возвращением, не был отдан приказ - не стрелять. Во всяком случае, после того, как Кристина отреклась от меня, терять мне нечего, так почему бы не проверить?..  - Убери пушку! - воскликнул Лукас, подняв руку вверх - приказывая не атаковать.  - Или что? - выдохнула я, стараясь, что бы голос звучал как можно резче.  На самом деле, на меня можно было просто дунуть, чтобы вся самоуверенность пылью посыпалась на снег. Левое колено нещадно болело, как и плечо задетое пулей в лагере Ангела: кровь из открытой раны тонкими струйками стекала с кончиков пальцев и красными бутонами расцветала на снегу.  Надо менять оружие. Винтовку держать слишком сложно.  Продолжая целиться в Лукаса, я открыла скользкой от крови рукой дверь вертолёта и нащупала за поясом штанов Чейза рукоять пистолета. Что сейчас происходило с ним самим - оценить не было возможности. Если не пытается меня остановить, то, скорее всего в отключке.  - Что с Чейзом? - воскликнул Лукас и кажется, даже как-то не совсем безразлично.  Громко пыхтя, но стараясь не демонстрировать боли, я закинула винтовку на повреждённое плечо, пистолет переложила в здоровую руку и уткнула его ледяное дуло себе в подбородок.  Эксперименты продолжаются!  - Ты что делаешь?! - заорал Лукас.  - Она спятила!  - У девки крыша поехала!  Кто-то смеялся.  Мне было всё равно.  - Ну так что? - воскликнула я, приказывая голосу не вибрировать. - Когда там Дакир будет?  - Убери пушку, Джей! - Надо же, Лукас даже в курсе, как меня зовут. - У тебя итак будут крупные неприятности, не впутывай сама себя в новые!  - А я люблю неприятности, - прошипела я сквозь зубы. - Просто жить без них не могу.  - Что с Чейзом? Почему не выходит?  - Отдыхает. Утомительный полёт выдался.  Лукас, с поджатыми от злости губами, выудил из нагрудного кармана рацию. Дакиру докладывать собирается, что у нас тут далеко не всё в порядке?..  - Скажи, чтобы Киру прихватил! - крикнула ему я. - Без неё не сдвинусь с места.  Дакир и Кира явились быстро. Ну, наверное, быстро. Потому что в моём полураздавленном сознании каждая минута тянулась вечность.  Поднялся ветер. Ледяной и колючий, сдирающий кожу с рук и лица невидимым скальпелем. Кира даже одеться не потрудилась: вылезла из грузовика Дакира облачённая в неизменный медицинский халат. Ветер тут же подхватил её тёмные волосы, на этот раз не убранные в высокую причёску, и вихрем закрутил над головой.  Дакир выглядел спокойно. Весь в чёрном. Его даже можно было назвать элегантным, если бы в Новом мире это слово не потеряло значение. На лице ни тени разочарования, или недовольства. Оно и понятно: можно сказать, Дакир сам и организовал наш с Чейзом побег. Он и Кира. И у меня нет ни малейшего желания давать им повод самореализовываться за мой счёт, но так уж вышло - я сама себе не оставила выбора. А Кристина меня к этому подтолкнула.  Если бы эта дрянная девчонка не отказалась от меня, ну и если бы Ангел не оказался сектой нездоровых фанатиков, я бы осталась с ней. Разве стала бы выбирать?.. Между кем? Между девочкой, которая была для меня смыслом существования и парнем, который даже приветливым никогда не был?.. Нет. Не было бы никакого выбора. Я здесь только в силу обстоятельств, а вовсе не затем, чтобы каким-то чудесным образом пытаться спасти Чейзу жизнь.  Тогда чем я вообще сейчас занимаюсь? К чему это представление? И дураку понятно - Чейз обречён. Кажется, я больна, раз до сих пор продолжаю этот цирк.  Кира, сражаясь с порывами ветра, без приглашения зашагала ко мне, обнимая себя руками, как маленькая девочка, которой страшно. Но в её случае, это лишь следствие холода. С чего она должна бояться? Со стороны я выгляжу, как истекающая кровью самоубийца с поехавшей крышей, к которой сбежалась половина города, дабы уговорить не совершать глупостей.  Она замерла в трёх шагах и криво улыбнулась:  - Обниматься, я так понимаю, не будем?  - Успела соскучиться?  Кира заулыбалась ещё шире. Что её так веселит?  Она кинула насмешливый взгляд на пистолет, которым я подпирала подбородок и протяжно выдохнула:  - Совсем всё плохо, да?  - Да что-то не очень...  Её взгляд скользнул на раненое плечо:  - Мило. Инфекцию подхватить не боишься?  Я ухмыльнулась:  - Продолжаешь заботиться о моём здоровье? Какие ещё указания отдал Дакир?  На какое-то мгновение лицо Киры застыло с ничего не значащим выражением и внезапно стало через чур серьёзным. Оно ей не шло - она казалась смешной.  - Так что это ты тут устроила?  - Проверяю важность своей персоны.  Кира фыркнула:  - Тебя бы всё равно никто не тронул!  - Серьёзно? - Я дёрнула бровями. - Потому что я нужна тебе и Дакиру. Да?  Напомни потом, поблагодарить его за изуродованную спину. Лекарств не жалко было?   На этот раз Кира не смогла выдержать каменное выражение: её брови озадаченно приподнялись, зрачки суетливо забегали. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но у меня не было времени слушать:   - Не напрягайся. Мне плевать на то, что ты скажешь. Просто загляни в кабину и при этом постарайся не закричать.   Кира не двигалась с места:   - Опусти пистолет, Джей. Никто к тебе не притронется. Даю слово.   Опять это дурацкое "слово". Когда уже люди избавятся от старых привычек и поймут, что в Новом мире слова ничего не значат?   Я с трудом сглотнула. Моё время было на исходе - Кира начинала двоиться в глазах. Пистолет сильно дрожал в руке, и вовсе не от холода - холод я уже не чувствовала. Напряжение и события за последнее сутки сказывались сейчас самым пагубным образом. Сколько сил во мне ещё осталось?.. Я ведь не какой-нибудь там Капитан Америка... Я вообще не супергерой.   Движение слева - Дакир направился к нам.   - Стой на месте! - закричала я. Он замер. - Потом поблагодаришь за вертушку! Я хочу говорить только с Кирой. И да... Дакир, у меня больше нет дел в Ангеле, так что если ты думаешь, что пистолет в моей руке - шутка такая, то боюсь разочаровывать, но перед этим миром у меня больше нет обязательств!   Дакир и глазом не моргнул. Сейчас я даже позавидовала его собранности. Настоящий лидер Креста! Стряхните кто-нибудь пылинку с его плеча.   Ветер усиливался, снег стал совсем мелким и колючим, не предвещающим ничего кроме бури.  Я кивнула Кире, чтобы та шевелилась и сама приоткрыла дверь вертолёта.  Чейз был без сознания. Тело била крупная дрожь. А кусок кофты, повязанный вокруг укушенной шеи, насквозь пропитался кровью.  Кира тихонько ахнула, поджала бледные губы и уставилась на меня огромными карими глазами.  - Ты спятила? - она резко приблизилась ко мне. - Сколько?  - Девять. Восемь на ноге и один на шее.  Глаза Киры в буквальном смысле полезли на лоб. И без того бледные губы и вовсе обесцветились. Она коснулась тонкими пальцами запястья Чейза и едва заметно помотала головой:  - Пульс слабый. Когда его укусили?  - На рассвете.  Она опустила руки по швам:  - Ладно... И что теперь? Разве тебе нужно объяснять, что случается с людьми, укушенными тварями?  - Ты должна помочь ему.  Кира застыла.  Резкий порыв ветра больно ударил в спину, и моё предательское тело едва не потеряло равновесие. Лицо Киры тут же оказалось перед моим; она шипела, как змея:  - Что?! Повтори-ка ещё раз! Чего ты от меня хочешь? Мозгами тронулась? Что я могу сделать? Я всего лишь врач! Я не Бог!  Я выдержала недолгую паузу, жёстко глядя в её почти чёрные глаза:  - Ты брала мою кровь.  Кира отпрянула, с трудом сопротивляясь порыву дикого смеха:  - И что? Твоя кровь только для тебя волшебная!   - А для тварей?  - Что для тварей?  - Для тварей она яд, - я издала едкий смешок, - так ведь?  Кира выглядела сбитой с толку. Отпадно притворяется.  - Брось, сообразить было не сложно. Не спеши, потом расскажешь... Что ты с ней сделала?  - Что я могла с ней сделать? - взвизгнула Кира. - Я только вчера её у тебя взяла!  Я бросила короткий взгляд на Чейза.  Я и в правду спятила. Если бы он знал, какие мысли крутятся в моей в голове, то велел бы проваливать на другой конец света. Или убил.  - Можешь взять ещё. Ты должна влить её Чейзу.  Теперь у Киры отвисла челюсть.  - Вирус ещё не тронул органы, - серьёзно продолжала я. - Я как никто в курсе - мой организм проходил через эту стадию. Его иммунитет ещё пытается сопротивляться, вирус окончательно внедриться только через часов пятнадцать. И ты это знаешь, Кира. Чейз ещё не достиг точки невозврата. Сейчас для его организма это обычный сепсис и его можно вылечить, если добавить в кровь моих лейкоцитов.  Кира выглядела так, точно получила по голове тупым предметом.  - Сколько ты до этого додумывалась? - воскликнула она с надрывом. - Это безумие! Ты что, эксперт? Ты биолог?.. Сумасшедшая! Ты хоть малейшее представление имеешь о том насколько это нереально? Это всё сложнейшая работа! Для этого нужна лаборатория, исследования! Нужно вывести формулу... Найти нужные компоненты, да и ещё Бог знает сколько чего! Ты спятила, девочка!  - Я не прошу тебя сейчас создавать вакцину! - заорала я из последних сил. - Я прошу тебя влить ему мою кровь!  Лицо Киры застыло в недоумении. Кажется, она и впрямь не верила в то, что услышала нечто настолько безумное. И я соглашусь с ней - это безумие. И единственный шанс для Чейза.  Она медленно шагнула ко мне и резко схватилась рукой за дуло пистолета подпирающего мой подбородок.  - Стреляй! Давай, стреляй! - закричала она с безумием в глазах. - Тебе всё равно не помочь! У тебя мозг отказал!!!  Я с силой выкрутила оружие и толкнула Киру в грудь, наставив пистолет на неё.  - Хватит! - этот неожиданно громкий рык, прорвавшийся сквозь бурю и завывание ветра, принадлежал Дакиру. Его огромный силуэт был едва различим в снежной пурге, но теперь один из лидеров Креста был не так спокоен. - Прекрати, Джей! НЕМЕДЛЕННО!  На лицо Киры вернулась собранность. Она взирала на меня из-под тонких нахмуренных бровей.  - Ты ведь смыслишь в медицине, а Джей? - Кира коротко усмехнулась. - Ты хоть знаешь какая группа крови нужна этому парню? А что если твоя не подходит? Знаешь, какие будут последствия?  Летальные - если всё будет совсем плохо. Но какая разница, если Чейзу итак конец? Если он умрёт не от моей крови, то от выстрела в голову, или как они тут ликвидируют заражённых?.. Выбор не велик, не находите?   - Ты должна это сделать! - выкрикнула я, жмурясь от бьющей в глаза снежной крупы.   - Я тебе ничего не должна.  Рёв Дакира раздался вновь:   - Можешь стрелять! Я иду!   Он загородил своими впечатляющими объёмами хрупкое тело женщины. Его и без того суровые черты лица обострились, словно кто-то обвёл их толстым контуром. Широкая челюсть напряжена, в миндалевидных глазах бушует пламя.   Кира выскочила из-за его спины и проворно шагнула ко мне. Дакир схватил её за локоть и резко потянул назад.   Это ввело меня в замешательство. Это казалось странным. Что между ними?..   Новая попытка закончилась тем же: Дакир с силой притянул её к себе, за что получил толчок в грудь.   Глаза невольно полезли на лоб.  "Это, то... о чём я думаю? Правда - оно самое"?   - Так вы... так вы... - забормотала я, переводя дуло пистолета и растерянный взгляд с одного на другого и остановилась на Кире: - Так вот для кого ты переводила помаду! Серьёзно?..   - Блейк едет к площади. - Раздалось из нагрудного кармана Дакира. - Будет у вас через пять минут.   - Ещё хочешь поговорить об этом? - поинтересовался Дакир.   Моё дыхание участилось. Мысли бросились врассыпную. Нет, только не Блейк. Он даже на переговоры не пойдёт. Сразу велит открыть огонь на поражение. Сомневаюсь, что даже подарок в виде вертолёта его остановит!   Дакир не стал ждать приглашения и заглянул в кабину. И медленно, очень медленно, перевёл тяжёлый взгляд на меня, но голос его был удивительно спокойным:   - Я тебя слушаю, Джей.   - Я уже всё сказала Кире! Она знает, что нужно сделать. Взамен на это... - я нервно облизала потрескавшиеся губы, - я поделюсь сведеньями. Посылки из Ангела всё ещё не было?..   Дакир помедлил:   - Нет. От наших людей не было сведений.   Бинго!   - И угадай, у кого есть информация? - Пистолет в руке дрожал всё сильней и моё тело вместе с ним. - Я думаю, ты сочтёшь её, как минимум занимательной.   - Я не могу этого сделать! - протестовала Кира, сильно жестикулируя. - Это убьёт его, ещё раньше, чем вирус!   - А какая разница?! - мой голос переходил на визг. - Какая разница, если он всё равно обречён?!   - Чего она хочет? - Дакир по-прежнему смотрел на меня.   - Чтобы я влила Чейзу её кровь!!!   Брови Дакира слега приподнялись:   - Взамен на информацию об Ангеле?   Я кивнула.   - Хорошо, - не колеблясь, отрезал он и под ошеломлённый взгляд Киры, поднёс рацию к губам: - Убрать оружие, машину к вертолёту. Быстро!   Вот она - сущность добряка Дакира! Ему плевать на парня, которого он практически вырастил! Ему нужна информация, чтобы прибрать к рукам очередной город.  - Ты с ума сошёл?.. - выдохнула Кира, вцепившись ему в руку. - Мы не можем этого сделать!   Взгляд Дакира настолько смягчился, когда он заглянул ей в лицо, что из моей груди невольно вырвался тихий вздох удивления. Чёрт возьми, эти двое настолько катастрофически разные, что к их паре надо заставлять себя привыкнуть!   - Помести его в изолятор и проведи те же процедуры, что и другим. А ты, - Дакир жёстко посмотрел на меня, - опусти пистолет. И если ещё хоть раз направишь дуло в её сторону, клянусь Богом, все твои разговоры прекратятся. Вообще.   Моя рука непроизвольно опустилась. Это как удар по голове, от которого никак не можешь оправиться. Эта парочка... Я была права. Они с самого начала были заодно.  Немыслимо!   Рычания мотора вынудило отступить в сторону и беспомощно наблюдать, как два бойца выволакивают из кабины обмякшее тело Чейза, при этом выглядя настолько брезгливо, что хотелось каждому съездить по физиономии.   - Лукас!   - Да, Дакир?   - Возьми двоих бойцов, и отправляетесь вместе с Кирой в научный сектор. Ни с кем не говорить. К Чейзу никого не подпускать. Будут задавать вопросы, на все отвечайте, что это мой приказ...   - А что с ним?   - Сильно ранен. Несколько пулевых. Так что...   - Но разве для такого дела не нужно разрешение Совета? - перебил Лукас, захлопывая заднюю дверь грузовика.   Лоб Дакира нахмурился:   - Это не твои проблемы. В случае излишней назойливости Блейка и его хвостов разрешаю открыть огонь в воздух.   Брови Лукаса резко вздёрнулись:   - Но... разве ты имеешь право...   - Оставь это мне, ты лишь исполняешь приказ! Чтобы возле Чейза не было никого кроме Киры и её помощников. Всё ясно? Даже Марлин не подпускать!   - Ясно!   - Не возвращаться пока не дам отбой. Я на связи.   Кира залезла на переднее сиденье, источая волны недовольства. Она даже взгляда никого не удостоила, когда завёлся двигатель.   - Лекарство! - опомнившись, воскликнула я и, вытянув из кабины пакет с медикаментами для Ронни, бросилась к грузовику.  Дакир схватил меня за рукав куртки, вынудив остановиться:   - Ты не едешь!   Я уставилась на него огромными глазами:   - Что значит не еду?!   - Я отвезу тебя туда позже, - он забрал пакет и водрузил Кире на колени.   Женщина хмуро уставилась на меня через лобовое стекло. Её острый взгляд потух, недовольство на лице сменилось тревогой.   С Ронни что-то не так.   Я рванула к машине. Дакир перехватил меня на полпути и кивнул водителю, чтобы тот трогал.   - Что с ним?! - заорала я, пытаясь высвободиться из захвата Дакира, наблюдая, как грузовик со спасительным лекарством для брата Чейза скрывается в снежной пурге. - Что с Ронни?!   - Он в коме, - отозвался Дакир.   Он отпустил меня, и мои колени тут же подогнулись. Я с болью заставила их выпрямиться.   - Кира не смогла прекратить очередной приступ. Лекарств не осталось. Со вчерашнего вечера Ронни в коме. Его перевезли в сектор Марлин.   На шее затянулась невидимая удавка, так сильно, что в глазах появились тёмные пятна.   "Мы не успели. Чейз, мы не успели... Может тебе и не стоит больше просыпаться человеком"?..  - Пошли, - Дакир подхватил меня под локоть и потащил в сторону.   - Куда мы? - просипела я, шатаясь, бредя по снегу. - Мы договорились! Я должна была поехать с ними!   Дакир остановился у другого грузовика и открыл передо мной дверь.   Я не успокаивалась:   - Что Кира будет с ним делать? Что за процедуры?   - Обычные, - Дакир был спокоен. Даже лицо вернулось к привычному умиротворённому выражению. - Те же, что проводят и другим заражённым. Они замедляют процессы всасывания вируса в кровь.   - Что?..   - Они не убивают вирус. Просто оттягивают процесс на несколько часов.   - Вы проводите исследования?..   - Садись, - Дакир мягко толкнул меня в спину.   Я не двигалась.   Дакир вздохнул.   - Вы ставите над тварями эксперименты?   - Садись! - настойчивей повторил Дакир. - Или с Блейком хочешь поздороваться?   Нет. Не хочу.  Я сглотнула тугой ком в горле и принялась забираться в грузовик.   - Постой, - Дакир придержал меня за плечо и протянул свободную руку,  - пистолет.   Что? Опять у меня забирают оружие?..   Почти дежавю!   - На, - я протянула ему ствол, держа за дуло, - птичка в клетке? Да, Дакир?..

Глава 2

Буря стихла. Один из пяти отрядов Дакира вывалил на тренировочный корт с большими жестяными пластинами прикрученными к палкам - очистка территории от снега. Какой смысл, если к вечеру вывалит ещё три слоя?.. В Новом мире - Новая зима. Даже в стране, где снег для многих был самым настоящим подарком на Рождество, природа изменила привычки. Теперь она щедро посыпает небесной крупой останки Америки. А какая-нибудь Антарктида, например, сейчас напоминает пустыню Сахара.  Это мои догадки. Скорее, даже просто фантазия.  Раньше ходили слухи о том, что несколько материков попросту затопило. Природа, или кто там с нами всеми это сделал, послала им большой плевок в лицо. Люди говорили, что Южная Америка полностью ушла под воду, забрав с собою Кубу и Доминиканскую республику. Я никогда не встречала выживших оттуда, но опять же - по слухам, - многие успели спастись. Они-то и стали отправной точкой для распространения информации. Благодаря им, люди узнали, что огромные камни с неба, были ещё не самым страшным воплощением Конца света: извержения вулканов, превратившие города в подобия Помпеи, землетрясения, разломы литосферных плит, волны жара и волны холода... Словно кто-то поместил Землю в камеру повышенного давления и она вот-вот лопнет! Что ж, кажется, нам - жителями Северной Америки, повезло сравнительно больше. Если конечно жить во всём этом кошмаре, лучше, чем спокойно умереть.  Страх, боль, паника, забитые машинами шоссе, засыпанные раненными неотложки, мародёрство, внезапно исчезнувшее правительство, военное положение, анархия... Это было предсказуемо. Люди предсказуемы. Твари стали теми, кто навёл на нас ещё больше ужаса и одновременно вставил мозги на место. Кто-то очень умный придумал выстраивать стены, и кто-то не очень умный предложил превратить остатки человечества в затравленных животных. Всё просто, в любом мире есть сильные и слабые, жестокие и смирившиеся, доминирующие и подчиняющиеся. Банды - новое правительство. Все остальные - их рабы. Десять тысяч лет ушло на построение цивилизации и какие-то несколько месяцев на то, чтобы её уничтожить.  Никто понятия не имеет, во что превратились остальные части света. Возможно их больше не существует. До сих пор ломаю голову над тем, откуда появилась эта цифра - миллиард уцелевших. Кто нас подсчитывал?.. Возможно мы - последнее, что осталось от семи миллиардов населения земного шара. Только вот нет даже того, кто подтвердит, или опровергнет эту информацию. Связь с остальным миром была утеряна много лет назад. Прошло двенадцать лет. Сейчас каждый сам по себе. Сейчас это уже мало кого волнует.  Это выживание.  Я уткнулась лбом в холодное стекло окна и прикрыла глаза.  Меня залатали. Один из врачей дежурящих сегодня в медицинском корпусе сектора обороны хорошо потрудился над моим раненным плечом. Раньше я видела эту женщину, она состояла в комиссии при моём первом осмотре и, в отличие от предательницы Киры, оказалась совсем не разговорчивой. У меня даже сложилось впечатление, что она специально старается причинить мне как можно больше боли, обрабатывая рану.  Пуля прошла навылет - мне опять повезло. Везение, единственное, что подарил мне Конец света. Раньше я не была такой. Везучие не болеют астмой. Зелёный дым забрал и её.  Входное и выходное пулевые отверстия оказались узкими. Ткани почти не повредились, так что даже не придётся их удалять. Уж не знаю о квалификации этой женщины, но видимо она позволила определить отсутствие повреждений крупных кровеносных сосудов так, что её даже сразу решили зашить, переведя на мою сомнительную персону несколько сантиметров медицинской нити. Кровотечение капиллярное - так она сказала, точнее, пробубнила под нос. Что ж, поверим на слово.  Грязный бинт, от которого до сих пор пахло кофе, скрывающий укус твари на предплечье, женщина трогать не стала, скорее всего - приказ Дакира. Это по-прежнему было тайной. Вот только теперь в неё посвящено слишком много народа.  Коленная чашечка сильно ушиблена, думаю, сустав распух - оттуда и боль. Через несколько дней пройдёт, если воспаление уменьшится. Быть может, после того, как Кира возьмёт у меня кровь, я даже снизойду до того, что попрошу у неё пару таблеток противовоспалительного. У меня в рюкзаке они были. Но рюкзак остался где-то далеко среди останков Миннеаполиса, похороненный под слоем снега.  Спину врач осматривать не стала. Уверена, считает, что итак сделала гораздо больше, чем заслуживает шлюха из Скалы.  Я на автомате с силой потёрла татуировку падшей женщины на левом запястье, едва удержавшись от позыва смочить пальцы слюной и в трёх миллионный раз попробовать стереть вжившиеся в кожу чернила, но просто опустила руки скованные наручниками и с шумным выдохом отошла от окна.  Дверь процедурного кабинета врезалась в стену и, проворным шагом, Дакир двинулся ко мне, с видом человека, собирающегося скинуть меня с третьего этажа больничного корпуса.  Отлично зная, в чём причина недовольства, я устало закатила глаза и вытянула перед собой руки.  - Ты не исправима! - прогремел он. С большим чего того требовалось усердием, освобождая мои запястья от железных оков.  - Благодарю, - я плюхнулась на кушетку, вытянув вперёд ногу с ушибленной в Миннеаполисе коленкой.  - Ты и часа не провела в Кресте, а уже устраиваешь выходки, - Дакир не кричал, он вообще редко кричит, но он был недоволен. Суров и недоволен.  - Эта докторша позвала парней, что ты любезно оставил за дверью, чтобы они держали меня, пока она засунет шприц с толстенной иголкой мне под кожу.  - Это был антибиотик!  - Я знаю. Ей он не повредит. Считай профилактика.  Дакир выдержал напряжённую паузу, буравя меня недобрым взглядом.  Я вздохнула. Измотанный и израненный организм требовал немедленного отдыха, чего я ему совсем не могла предоставить.  С трудом подавила зевок.  - В моей крови не должно быть медикаментов, тем более антибиотиков, - спокойно объяснила я. - Лекарства притупят защитные функции моей крови и тогда, Чейзу она уже вряд ли поможет. Так что извиняй. - Я выдержала паузу. - Когда меня отвезут к нему?  - Ты потеряла много крови из-за ранения, хочешь, чтобы из тебя ещё высосали?  Я тут же поднялась на ноги и сделала шаг к Дакиру, высоко вздымая голову - настолько этот человек был высоким.  - Я думала, мы договорились.  - Договорились. Я отвезу тебя туда. Но сперва, давай поговорим.  Он сцепил руки в замок за спиной и прошествовал к окну.  Мой взгляд сверлил его затылок:  - Я расскажу тебе всё, что знаю об Ангеле, как только Кира перельёт ему мою кровь!  - Я хочу поговорить не об этом.  - На данный момент я не склонна говорить о чём-то ещё! - голос звенел от злости. Сейчас каждая минута была на счету, а ему, видите ли, потрепаться приспичило!  - А зря, - Дакир круто развернулся ко мне. - Потому что это не все условия, что ты должна выполнить, если всё ещё не собралась отказаться от этой затеи - перелить Чейзу свою кровь.  Что?.. Не все?.. Условия?..  Да ему что, в конец плевать на парня, на плечи которого возложил так много?! А как же элементарная привязанность, или что-то в этом духе?..  Я постаралась вложить во взгляд всё отвращение, на какое была способна.  - Ты должна остаться в Кресте, - просто продолжил Дакир. - Стать его горожанкой.  Не сложно было догадаться.  - Всё никак не сдашься?  - Я редко оступаюсь от того, что мне нужно, - и даже эти слова из его уст не прозвучали угрожающе, или даже высокомерно. Это был всё тот же Дакир, всё тот же борец за справедливость и мир во всём мире. Тот, чьи цели не имели корысти, а доброта и сострадание к людям невольно вызывали уважение, даже у такой, как я. Только вот может ли человек с подобными качествами так наплевательски относиться к парню, который, как я думала, был ему достаточно близок?  Нет. Не верю я в такого Дакира.  - Ты думаешь, что я соглашусь на это? - Разговор выходил на уровень серьёзных переговоров. У меня даже голова прояснилась.  - В этот раз я не стану пытаться донести до тебя весь смысл своих стремлений, Джей. Не стану размышлять о добре и зле, жизни и смерти, ты предельно ясно дала понять, как к этому относишься. Я ставлю тебе условие: ты, признаёшь себя горожанкой Креста и соглашаешься на сотрудничество, а я, гарантирую максимально быстрое переливание твоей крови Чейзу. А дальше, будь, что будет.  Мне стало тошно. Сейчас уровень Дакира в моих глазах едва ли не опустился до уровня Блейка. Или он специально это делает? Просто манипулирует мной, хотя на самом деле так, или иначе собирается рискнуть спасти жизнь Чейзу?  - Зачем ты послал его в Скалу? - поинтересовалась я, зайдя издалека. - Ты подарил его Скверне. Ты посылал его гнить в ямах!  Брови Дакира дёрнулись, на этот раз он даже не старался скрыть удивления:  - Чейз рассказал тебе?  - Да. И он не такой тупой, как ты считаешь. Он знает, благодаря кому стал рабом-убийцей!  Брови Дакира опустились. Он коротко вздохнул, едва заметно помотав головой:  - Это пошло ему на пользу.  - Значит, не отрицаешь?  - Я сказал: это пошло ему на пользу, - с нажимом повторил Дакир. - И я не считаю нужным обсуждать это. - Взгляд говорил: не сунь нос не в своё дерьмо!  Но дерьмо - моя стихия!  - Ты знал, что Скверна не примет в свои ряды такого, как он. Он был неуправляем. Ты знал, куда его отправят!  Во рту стало сухо, как в раскалённой пустыне. Я рефлекторно обыскала помещение взглядом в поисках воды. Конечно же, её тут не было.   Дакир стал выглядеть озадачено:   - Ты забоишься о нём.   Что?   - Я не забочусь о нём!   - Он тебе не безразличен.   Я холодно усмехнулась:   - Ты ведь сам этого хотел. Поэтому заставлял за мной таскаться!   - Рассказал всё же, - улыбнулся Дакир и что-то хитрое сверкнуло в его карих глазах. - И ты даже бросаешься на меня с кулаками? Вы сблизились даже больше, чем я думал.   - Выруби этот отцовский тон! - прорычала я. - Я не благословения у тебя пришла просить.   Плечи Дакира дёрнулись в беззвучном смешке. Вид такой искренний и участливый, что на мгновение я даже забыла о выдвинутых условиях.   Села обратно на кушетку, привалившись здоровым плечом к стене. Силы нужно беречь, а в ногах правды нет.   - Зачем я тебе? - Усталость вернулась ко мне двойной порцией и в этот раз я не смогла сопротивляться порыву зевнуть.   Дакир занял место напротив, присев на край стола со скрещенными на груди руками. Под глазами пролегли мрачные тени. Лысина ловила блики света с улицы и блестела, как шоколадный леденец.   - Тебе нужна не я, а моя кровь.   - Кровь? С чего это ты взяла, что мне нужна твоя кровь?   В игры играет.   Я мрачно усмехнулась:   - О, не льсти мне, будь добр. Зачем ещё тебе нужна девчонка с репутацией шлюхи?   - Я уже говорил. Ты была в сердце Скверны. У тебя есть сведенья. И ты обладаешь качествами, которые нужны Кресту. Ты смелая и у тебя хорошая боевая подготовка. Ещё, у тебя оказывается, невероятно обостренно чувство справедливости. А его, знаешь ли, у Нового мира, осталось скупо мало.   - Что? - я не сдержала смеха. - Чувство чего?   Дакир тоже улыбнулся:   - Ты знаешь, что это так. Пусть и пытаешься делать вид, что плевала на всех и каждого!   Я не хотела об этом говорить. Даже если это отчасти правда.   - Время тикает, может уже пора выдвигаться?   Дакир снова усмехнулся, выглядя позабавленным:   - Ты даже сейчас это делаешь. Новые стороны твоего характера, должен признать, вызывают восхищение. Ты просто поразительно умеешь подстраиваться под ситуацию. Душишь в себе эмоции...   - Я не просила тебя рассказывать мой психологический портрет. Ты что, психиатром подрабатывал в свободное от военной службы время? Если не собираешься переходить к сути, может, уже поедем к Кире?   При мысли о том, что сейчас творилось с Чейзом, внутри меня происходил бунт. Мозг был единственным, кто приказывал не совершать глупостей, в то время когда глаза уже несколько десятков раз обследовали одежду Дакира на признаки оружия. Он прав - когда то я отлично умела "душить" эмоции, жизнь рядом с Завиром меня этому научила - научила претворяться. Но встреча с Чейзом пробудила меня от долгой спячки, и я не уверена, что это хорошо. После встречи с ним, весь мой собранный по камешку и без того шаткий внутренний мир посыпался кирпичной крошкой.  Мне не нравилась новая я.   - Твоя кровь, - вздохнул Дакир. - Несомненно, она бесценна. Кира взяла у тебя пробу для исследований, я не скрываю этого. Но что плохого в том, если биологам удастся разработать формулу и изобрести вакцину, которая окажется способной помогать таким, как Чейз? На это может уйти несколько лет, но мы просто обязаны попробовать.   - Так вы... ты не собирался изобретать оружие против тварей?   - Что? - Дакир басисто рассмеялся. - Оружие?..   Меня его смех не заразил:   - Моя кровь может оказаться для них смертельной. Если сможет вытеснить из организма твари вирус, то от неё останется лишь дряхлое тело с неработоспособными органами. И тварь погибнет.   Дакир задумчиво почесал подбородок:   - Интересная теория. Но всё это мне слабо представляется. Тварей много - ты одна. Даже если преобразовать кровь в некую сыворотку, как ты собираешься вколоть её каждому из них?   Я отвела взгляд. Теперь это и вправду казалось глупым.   Дакир выпрямился и сделал шаг ко мне. Это опять был тот самый добряк-Дакир. Тот самый, каким я его считала, пока Чейз не сделал одолжение и не поделился тем, что на самом деле этот человек из себя представляет. Только Чейз не призирал его. И я не понимаю почему. Чейз призирал Завира, когда Дакир заслуживал этого гораздо больше.   - Ты нужна Кресту не для этого. Ты сама можешь сделать гораздо больше для Нового мира, чем твоя кровь, Джей.   Это казалось безумной бессмыслицей.   Я с вызовом заглянула ему в глаза:   - Что я могу сделать? Это что-то настолько важное, что ты даже спину позволил мне изуродовать? Ты приказал Чейзу влюбить меня в него! Велел Кире проникнуть мне в доверие! Пичкал сказками о том, что у человечества может быть счастливый конец, размышлял о благородстве и сострадании, а сам вставлял мне палки в колёса! И ты хочешь, чтобы я доверилась тебе?   Дакир выдержал твёрдый взгляд:   - Да. Я хочу, чтобы ты доверилась мне.   Пауза.   - Кто был твоим информатором? Ты слишком много обо мне знаешь. Знал с самого начала. Ты долбанный телепат что ли?   Пауза.   Я подскочила с кушетки:   - Кто ещё мог знать, что моя кровь, хрен ложила на этот грёбаный вирус?! - Дориан, - спокойно ответил Дакир. - Дориан - твой бывший начальник.

Глава 3

Бар Дориана находился в районе банды Синеголовых. Буквально по соседству с общежитиями для работников бойцовских ям. Старое покошенное здание, которому даже интерьер менять не пришлось, потому что до Конца света это захолустное заведение и являлось баром с облупившейся вывеской над входом "Death & Company" - позорная пародия на один из самых популярных баров Нью-Йорка. Сомневаюсь, что в Рокфорде, его бывшие владельцы позаботились о лицензии.   Это был последний день моей работы в бойцовском клубе. Скверна выпустила меня из "клетки" под видом того, что теперь я свободна и моя выслуга перед Леоном - их новым предводителем закончена. Я знала, что они так или иначе будут за мной присматривать, но, не задумываясь, собрала пожитки и свалила пока они не передумали.   Я хотела напиться. Дориан поставил передом мной жестяную кружку с жёлтым пойлом, и я залпом осушила её, почти не скривившись. На самом деле это была самая отвратная вещь из всех, что я пробовала. Но по голове била прилично, а значит - то, что надо.   - Чем будешь расплачиваться? - проскрежетал Дориан, демонстрируя кривой ряд жёлтых зубов.   Я знала этот взгляд - так смотрят только выродки у которых на уме нет ничего кроме похотливых мыслишек, так что я, не задумываясь, отодвинула рукав куртки и, даже не глядя на его физиономию, продемонстрировала метку неприкосновенности. И плевать, что я только что представилась шлюхой. Алкоголь уже говорил вместо меня.   Дориан лишь густо рассмеялся и принёс ещё одну кружку пойла.   - Это - за счёт бара, первая кружка - за твой. И я не имею в виду что-то такое, о чём подумала ты, крошка, мне насрать на эту твою фигулину на руке.   - Ясно, - скупо отозвалась я, делая новый глоток обжигающей горло гадости.   Но Дориан не уходил, продолжал скалиться:   - Что отмечаем?   Пойло уже прилично ударило по голове, поэтому, не задумываясь, ответила:   - Увольнение.   - Оу. Скверна начала увольнять своих милашек?   Бросила на него тяжёлый заплывший взгляд.  Я почти не пью. В последний раз мы с Кристиной сделали по пару глотков виски, которое Скверна подарила мне на день рождение (на день рождение Дженни), и долго после этого блевали. Выпивка определённо не моё. Но сегодня хотелось забыться, залив мерзким пойлом своё одиночество - год без Кристины. Так что мне бы вполне хватило нескольких глотков - полторы кружки было явным сверх нормы.   - Я работала в ямах. - Больше всего ненавидела, как алкоголь развязывает язык, но теперь уже и на это было плевать.   Кажется, Дориан даже не удивился. Он ещё долго пытался вывести пьяную собственность Скверны на разговор, но поняв, что я больше не склона отвечать на вопросы, удалился.   А потом предложил работу. И даже не стал вдаваться в подробности о том, почему меченая женщина имеет право работать где-то ещё кроме борделя. А я даже не сочла странным, что Дориан не боялся гнева Скверны. Словно знал, кто я такая и что могу себе позволить. Как оказалось - он знал.   И я согласилась. Потому что мне надо было как-то себя кормить, мне надо было где-то жить, а Дориан любезно предоставил комнату на втором этаже бара.  И мне надо было залечь на дно.   Я не стала задавать вопросов о том, кто он, как ему достался бар, кто его контролирует, и куда подевалась работница, что была здесь до меня - она просто исчезла. Я не стала копать под обычного владельца бара из-за того, что он оказался добр к падшей женщине. Думала, ему польстила моя татуировка, ставшая бару особой системой защиты, но нет, всё оказалось совсем не так.   Дориан - засланный шпион Дакира.  Нет, он не состоял ни в одной из банд, не имел с ними проблем и открыл свой удивительно популярный бар. И всё благодаря тому, что засланные в Скверну Дакиром люди за него поручились. И Завир не возражал. Тем более что завсегдатыми посетителями и были сами головорезы. Это и понятно, не каждый бомж сможет расплатиться за кусок мяса, пусть и сомнительного происхождения, чем-то стоящим.   Теперь я понимаю, каким образом, Дориан так легко смог раздобыть для меня бланк с печатями о сдаче крови на четыре года вперёд - шпионы Дакира ему с радостью в этом помогли.   Бар был идеальным местом, чтобы подслушивать трёп пьяных головорезов Скверны и доносить о нём Дакиру. В одном из таких разговоров Дориан и услышал про дочь Завира, то есть про меня. А конкретно - про случай, когда я попыталась сбежать и была избита своим папашей до полусмерти. После этого Дориан и ещё несколько доносчиков, получили приказ из Креста следить за мной. Благодаря этой выходке Дакир и положил на меня глаз. Бунтарка Дженни его вдруг очень заинтересовала.   И угадайте, кто наблюдал за мной в ту ночь, когда меня впервые укусила тварь? Разумеется - Дориан; его бар находился через дорогу от общежития, к которому я волочила ноги. Другой шпион - работающий в ямах, - подтвердил, что на меня напала тварь.   Дакиру тут же настрочили весточку о том, что Дженни выходит из дела, хотя я и понятия не имела, что стала настолько популярной. А через день, показалась на улице и как ни в чём не бывало и попёрлась на работу. Вот это было для всех настоящим шоком. Зная суеверия Дориана, уверена, он долго крестился.   Теперь я понимаю причину его доброты, когда он предложил шлюхе работу в баре. И понимаю, почему не задавал вопросов. Всё это время я просто была нужна Дакиру.   И почему судьба такая сука?.. Почему своей долбаной волей она направила меня в Крест? Туда, где меня ждали. Туда, где я была нужна. Туда, где меня хотели использовать.  И почему из всех существующих городов, Чейз оказался именно там?..  Судьба продолжает насмехаться. Я думала, она подарила мне везение, а на самом деле - самую настоящую гранату, которая только что взорвалась в моих руках. А судьба играет дальше и продолжает смеяться.   Дакир вручил мне кусок помятой бумаги сложенный пополам - записку Дориана, полученную в посылке со Скалы:   "Объект 12 сбежал. Эта сучка обокрала мой сейф и свалила к дьяволу. Скверна перевернула бар. Они все с катушек съехали! Я не знаю, куда она пропала, но в городе её нет. Прости, но я умываю руки. Д."   И угадайте куда объект 12 направился?  Прямо к Дакиру в руки!

Глава 4

Кровь. Она была везде.   Расцветала красными пятнами с рваными краями на белоснежном покрывале снега. Он ненавидел снег, хоть никогда и не мёрз. Снег портил видимость, он притуплял светочувствительные рецепторы глаз, а это мешало охотиться.   Запах крови витал в воздухе, вперемешку с запахом пороха. Кровь покрывала руки, лица, животы и даже зубы вырвавшихся из клеток тварей. Они тяжело дышали, передвигались грузной походкой, рыская среди трупов людей и трупов своих сородичей с ошейниками. Но к нему они близко не подходили. Эти твари боялись его. Эти твари лишись большей части разума при нашествии зелёного дыма, но всё же остались достаточно умны, чтобы понимать - к таким, как он, лучше не соваться. Для тварей - люди добыча. А для таких как он - люди враги. А враги должны быть уничтожены, все до единого!  Не убиты, но уничтожены.   Он пнул тяжёлым ботинком чью-то голову. Этот мужчина был странно одет: тело туго завёрнуто в некое подобие белой простыни. Застывшие мёртвые глаза широко распахнуты: в них до сих пор отражается весь ужас случившегося.   Им стала овладевать злость. Кровь закипала в венах и вынуждала их опасно вздуваться на открытых участках тела. Он сутки наблюдал за лагерем Ангела! Он и его последователи сутки вели учёт, подсчитывая каждого живого здесь человека! Они были нужны ему! Они должны были стать частью его клана! А теперь... из-за какого-то укушенного выродка, который освободил тварей из клеток, девяносто пять процентов людей мертвы! Девяносто пять! Чёрт бы побрал того сопляка, даже если он уже сдох!   Он одним резким ударом ноги размозжил голову человека в простыне, превратив мозги в отвратную кашеобразную субстанцию, но это не притупило ярость.   Отошёл назад, позволив нескольким уже и без того нажравшимся тварям слизывать со снега кровавое месиво. Это было омерзительно, но так, или иначе это смогло напомнить про его собственный голод. Как давно он ел в последний раз? Нужно было съесть того зайца, что Дженни предлагала, она даже шкуру с него содрала.   Дебильные остатки человечества! Они всё время что-то портят! Столько дней наблюдения от самых границ Ангела. Сутки выжидания в лесу. И какой-то кретин всё испортил! Люди... когда до их голов уже наконец дойдёт, что их век прошёл? Настало другое время. Новое время. Время для таких, как он.   Время рафков.   - Сорок два.   Он круто обернулся на звонкий знакомый голос. Дженни, по шею утопающая в мехах из шкур различных хищников, с недовольным видом направлялась к нему.   - Ты слышишь, Вал?! - возмущалась девушка. - Уцелевших - сорок два человека! Сорок два!   Если и он продолжит злиться, то Дженни начнёт закипать ещё больше, он хорошо её знает, поэтому Вал заставил себя успокоиться и выдавил подобие улыбки.   - Сорок два - вполне не плохо. - Конечно плохо, но как он может сказать иначе? Эта девчонка такая забавная.   Дженни упёрла руки в бока и с подозрением сощурила глазки. Сейчас их цвет казался ещё более алым, чем обычно.   - Серьёзно? Не плохо? Нас могло стать на тысячу больше, а не на каких-то сорок два жалких создания! Когда клан Симона услышит о том, как мы облажались, нам этого до конца света не забудут! Мы опозорились! - Дженни раздражённо огляделась по сторонам. - И прикажи уже проваливать этим тварям! От них ужасно воняет!   - Где остальные? - спросил Вал.   - У клеток. Но я не могу там находиться. Эти люди так вопят... мои уши такого не выдержат.   - Твои уши выдержат любой звук, - Вал лишь констатировал факт.   Дженни не переставала злиться:   - Ты видел, кто это сделал? Тот заражённый в одиночной клетке?   - Да.   - И с ним была та... мелкая.   Вал едва сдержался, чтобы не улыбнуться:   - Вы с ней примерно одного роста.   - Не сравнивай меня с ней!   Вал резко помрачнел. Теперь её тон переходил всякие границы, он никому не позволял с собой так разговаривать. Лишь для Дженни иногда делал исключение, и лишь потому, что его это забавляло.   Дженни не нужно было говорить об этом вслух, она итак знала, что позволила себе лишнего. Её плечи осунулись, взгляд притупился, и она тут же уткнула его в раздавленный череп какого-то мужчины.  Вал был их предводителем. Предводителем рафков, и она не имела права с ним так говорить. Вал был одним из основателей. Он сплотил таких, как Дженни, когда друзья и близкие, сочтя их тварями, либо отказались от них, либо убили. Вал был истинным рафком, тем, кого изменил зелёный дым, а не укус. Дженни тоже такой была. И видимо, поэтому Вал подпускал её к себе ближе, чем других. А она была за это благодарна. Это льстило. Дженни уважала Вала и, наверное, даже в каком-то смысле любила.  Когда люди быстро именовали созданий, пожирающих человечество "тварями", то рафки именовали себя сами. Дженни не знала, у кого именно так скакнула фантазия, но знала про миф, что рафки уже двенадцать лет перетирали между собой. Особенно по ночам, вокруг костров, когда какой-нибудь придурок ещё пытался напугать этой историей тех, кто сам является неким подобием создания описанного в мифе. В общем, нет в нём ничего интересного, миф о том, как человек умер, но вместо того, чтобы покоиться с миром, стал нежитью и вернулся к своей семье для того, чтобы сожрать её.  Изначально рафки считали себя такими же, как твари. Они питались так же как твари, полагая, что именно этого требует их практически мёртвый организм. Однако различие между рафками и тварями совсем скоро оказалось размером с гигантскую пропасть, ведь рафки в отличие от тварей не лишились части разума, а даже наоборот, стали умнее, сильнее, быстрее. А затем объявился Вал и ещё несколько основателей кланов рафков, они-то и просветили себе подобных в том, что любой из них вполне может довольствоваться сырым мясом животных, а людей, лучше заражать и присоединять к клану. Такова теория Вала. Таков его план. Он считает, что люди не зря видоизменились, это эволюция - они стали лучше. А всем кому "не повезло", надо помочь. И Дженни целиком и полностью поддерживает его в этом.  Кто она без него?..   - Прости, - промычала Дженни.   - Не извиняйся. Я не должен был тебя ни с кем сравнивать.   - Тем более с той, что пустила весь наш план насмарку!   - Верно, - согласился Вал. - Но только не с нашим зрением можно было не заметить, как вы с ней похожи. У тебя точно нет сестры?   Вал видел с каким усердием Дженни борется с раздражением, но в этот раз в лице не изменился, сейчас его это снова забавляло.   - Точно, - прошипела Дженни сквозь зубы, блуждая взглядом по сторонам.   - Хорошо.   - Мы с ней совершенно не похожи!   Дженни знала, что похожи. Та девчонка, рядом с клетками, была похожа на неё как две капли воды! Но у неё никогда не было сестёр, так что и говорить не о чем. Тем более что та девка - человек. А Дженни ненавидит людей. Поэтому не надо её ни с кем из них сравнивать. Люди - это прошлое. Она сама была этим "прошлым" целых девять лет. А потом стала рафком.   Рафки - это будущее.   - У меня не было ни братьев ни сестёр! - она не могла себя заставить успокоиться.  Дженни ходила по грани. Никому не позволено так испытывать терпение Вала. Но она продолжала:  - Можешь спросить у моего папочки, когда будем в Скале... Хотя откуда ему знать?.. Он и не мог этого знать.   - Завир мёртв.   - Точно... Сердечко не выдержало.   - Разные вы, согласен, - небрежно бросил Вал. - Например, у вас совершенно разного цвета кожа: у тебя как снег под светом луны, а у неё мерзкая человеческая, верно?   Вал дразнил её. Пока что ему было весело. Так он отвлекался от того, что весь его план полетел к чертям. И Дженни должна была смиренно принимать это.   - Твоя кожа мне нравится больше, - добавил Вал снисходительно.   Дженни всегда нервничала, когда он становился с ней неожиданно мягок. Надо было переводить тему:   - Ну и... что делаем дальше? Когда начнём пополнять ряды? Может тогда эти люди, наконец, заткнуться?!   Вал шумно выдохнул и медленно оглядел окрестности взглядом:   - Позже. Та девчонка - блондинка, - цела?   - Цела. Она одна имеет какое-то важное значение?   Вал резко опустил голову и пристально вгляделся в озадаченное лицо Дженни:   - Мы используем её. Она важна для Ангела, так что есть шанс, что они добровольно откроют ворота, когда увидят на их пороге свой талисман.   - Значит, мы идём в Ангел? Мне сообщить остальным?   - Нет. Для начала мы заглянем в другое место.   - В Крест? - недоумевала Дженни. Это казалось ей не правильным. -Использование тварей для двух нападений подряд, было отличным запугиванием, пожар в лесу и всё такое, но, Вал, ты разве не считаешь, что лучше для начала напасть на Ангел и завербовать к себе как можно больше людей - увеличить ряды? Если мы сами сейчас пойдём в наступление на Крест, то потеряем много рафков. Крест - самый крепкий город.   Вал положил тяжёлую руку на хрупкое, на первый взгляд, плечо Дженни, и хищно оскалился.   - Мы идём не в Крест, Дженни. Мы идём в Скалу! И... скажи кому-нибудь, собрать ошейники.

Глава 5

Чейз. Ты говорил, чтобы я не теряла свободу. Ты говорил, что она слишком тяжело мне досталась, чтобы я от неё отказывалась. Но я отказалась.   Официально - да.  Чейз. Теперь у тебя появился ещё один повод презирать меня.  Завир сделал меня собственностью Скверны, а Дакир - собственностью Креста. Я согласилась на его условия. Теперь я должна уважать Совет и беспрекословно выполнять его приказы. Теперь Дакир имеет надо мной власть, а Блейк - полное право наказывать за любое неподчинение.  Кажется, вот он момент. Теперь я полностью потеряла себя. Наверное, стоит придумать другое имя, потому что теперь начинается новый этап моей проклятой жизни. Жизни, без Кристины. Жизни, в которой мне больше не за кого цепляться, чтобы продолжать дышать. Всё, что у меня осталось, это затравленная, разбитая на осколки личность, и живой организм, который всё ещё заставляет бежать кровь по венам, а сердце биться. Только кому оно надо, это сердце?..  Чейз. Ты думаешь, я пошла на это ради тебя?.. Боюсь, что это не совсем так. Боюсь, что истинная причина, звучит намного проще - у меня просто не было выбора. Мне больше некуда идти. Меня больше никто не ждёт. Крест - единственное место, в котором хоть кто-то желает меня видеть. Мне даже плевать на то, какие истинные планы на мой счёт в голове у Дакира. С какой целью я нужна ему... Быть здесь - это всё что мне остаётся. Я никогда не признаюсь в этом вслух, но если бы я не была нужна и ему, не уверена, что нашлась бы другая причина, чтобы волочить и дальше своё жалкое существование. Кажется, теперь я тебя понимаю, Чейз. У тебя тоже не было выбора.  Крест - моя конечная точка. Здесь, моя жизнь закончится. Потому что когда Дакир получит от меня то, что ему нужно, мне больше не за что будет цепляться, чтобы не упасть в пропасть... И тогда, я упаду.  Моя проблема в том, что я слишком большое значение уделяю тому, что думают обо мне другие. Я не испытываю к людям никаких чувств, но в тоже время, мне не плевать на их мнение. И теперь... теперь в их глазах я буду выглядеть ещё хуже - бессовестная шлюха со Скалы, обнаглевшая настолько, что посмела остаться в столь правильном и целомудренном городе. Ведь это повредит его репутации!  Люди будут уверены в том, что я продала свою свободу, также как когда-то тело. Эти люди слепы. Они думают, что у каждого всё ещё есть выбор, когда самом деле его нет ни у кого. Нет выбора. Это слово выцвело, потеряло смысл и было похоронено вместе со словом "любовь".  Моя личная свобода осталась взаперти глубоко внутри меня, в то время, когда её видимая часть была только что уничтожена. И знаете что, можете тоже презирать меня, но видимая часть, на данный момент жизни, значит гораздо больше. Потому что никто не способен заглянуть ко мне вовнутрь. Потому что это не имеет никакого значения. Видимость и внешняя оболочка - вот что сейчас важно.  Я скажу больше: так было всегда. Даже до Конца света было так.  Прости меня, Чейз. Я бы ни кому не пожелала такой участи. Даже если моя кровь справится с вирусом в твоём организме, ты всё равно проснёшься в аду.

Глава 6

Бесконечные коридоры. Стены с облупившейся краской, мутные оконные стёкла, сквозь которые с трудом пробивается свет с улицы. Грязно-синего цвета пол с потрескавшейся плиткой и какие-то потолки. Не знаю какие, я не нашла в себе сил посмотреть наверх.  Эти коридоры никогда не кончатся. Главный медицинский корпус научно-исследовательского сектора Креста, оказался самым огромным зданием в городе.   Я шагала вслед за Дакиром, твёрдой уверенной походкой, которая была настолько фальшивой, насколько фальшивыми были бескорыстные мотивы Дакира. Если бы я намеренно не хотела причинить ушибленному колену как можно больше боли, то распласталась бы по полу и волокла своё тело за одним из лидеров Креста, как полудохлый слизняк.  Я цеплялась за боль. Она была моим якорем. Якорем, ещё способным отрезвлять разум от бесконечного самобичевания. Мой мозг понимал, что так было надо, что, не смотря на обстоятельства, у меня не было иного выхода. Но тело... оно проклинало меня за то, что я только что продала свободу. Каждая рана, каждая царапина вопила от боли в тысячи раз сильнее - это было моим наказанием.  Минут тридцать назад, Дакир привёл в штаб и вручил плотный лист бумаги, с указом о признании Советом нового жителя Креста. В пустую графу было внесено моё имя, а внизу проставлены три круглые печати и три разных подписи. Пустовало лишь две графы. Та, в которой должна находиться печать лидера социально-управленческого сектора, то есть Блейка, и ещё одна - для моей подписи.  Дакир заверил, что с Блейком проблем не будет: он просто ещё не в курсе, что должен признать нового горожанина. А если трудности и возникнут, то под гнётом троих лидеров, он всё равно даст согласие.  Дело о парне, которого я убила, а Чейз взял на себя вину, закрыли потрясающе быстро. Того бойца звали Мартин. Я только сейчас узнала его имя. Так вот, Дакир вписал в характеристику Мартина существенные отклонения в психике, непредвиденные панические атаки, неадекватные реакции, маниакальные и депрессивные синдромы последних степей тяжести... В общем, из паренька сделали законченного психа, для того, чтобы оправдать Чейза и того, кто пустил ему пулю в грудь. Кира вписала те же диагнозы в медицинскую карту Мартина и отправила бумаги на суд Блейка. Со слов Дакира, Блейк даже разбираться не стал, просто закрыл дело. Я-то понимаю - ему просто стало не интересно: какой смысл судить тех, кто только что совершил побег? Меня-то он явно больше увидеть не рассчитывал, да ещё так быстро.  Дакир хорошо знает своё дело. Знает когда и в какой момент сделать правильный ход конём.  Ручка, что он вручил мне для подписи, настолько сильно дрожала во вспотевшей ладони, что просто для того, чтобы самой поскорее избавиться от этого позорного нервного тика, я быстро поставила закорючку в пустой графе под своим именем и в ответ на улыбку Дакира, с силой запустила ручку в него.  Затем он с самым добродушным видом на свете и неподдельно тёплым лучистым взглядом, вручил стопку одежды и попросил переодеться - мои шмотки насквозь пропитались кровью и жутко воняли. И мне было настолько всё равно, что я даже не взглянула на тряпьё, которое сумбурно на себя напяливала. Знаю лишь, что оно серое и колется.  Зато Дакир был счастлив. Более того - он гордился собой. Тем, что достиг своей цели: уговорил меня остаться без применения угроз и насилия. В отличие от способов банд из других городов.  Он даже не заметил, что это был шантаж.  Дакир был человечным.  Обязательно поставлю ему памятник!  А потом он воодушевлённо хлопнул меня по здоровому плечу, заверил, что теперь я нахожусь под его абсолютной защитой и сообщил, что Кира меня ждёт.  В коридорах главного медицинского корпуса было слишком шумно. Хотелось с силой зажать уши руками и завопить, чтобы все заткнулись. Это было невыносимо. Мозг в очередной раз играл со мной в игры. Происходящая вокруг суматоха была похожа на ускоренную видеосъёмку, в то время когда мои передвижения были максимально замедленны. Люди сновались туда-сюда на сверхзвуковой скорости, оставляя призрачные разводы за спинами. А я находилась в центре этого муравейника и хотела кричать, кричать, кричать, чтобы все исчезли!  Кира была не одна - вокруг кружили лаборанты. Они и проводили меня к высокому железному столу, на который я сама улеглась без приглашения.  Чейз лежал на таком же столе. Только в изоляторе. Который отгораживала толстая прозрачная стена от кабинета, в котором находилась я.  Он выглядел мёртвым. Он не двигался. Не дышал - его грудная клетка не вздымалась.  Выпустив из лёгких странный свист, села, глядя сквозь стекло огромными глазами:  - Вы убили его... - тихий, едва различимый скрип.  - Он жив, - голос Киры, - наши процедуры замедляют не только всасывание вируса в кровь, но и работу организма в целом. Он дышит.  Её голос звучал спокойно, деловито, но я не могла не уловить в нём звенящих ноток обиды. За что? За то, что угрожала ей пистолетом? Серьёзно?.. А она, на пару со своим мужиком за моей спиной приводила в действие план по вербовке меня в сектор Дакира.   Из слов Дакира получасом ранее: "Не злись на Киру. Она почти ничего не знала. Она получила от меня инструктаж, ещё до того, как вы сблизились. Поверь, я хорошо знаю эту женщину. Она не склонна заводить сомнительную дружбу. Но к тебе она привязалась. Она беспокоится о тебе".   Мне было настолько плевать, что я ему ничего не ответила. Разве теперь нечто подобное имеет значение?..   - Это просто немыслимо. Поверить не могу, что делаю это, - Кира пыталась говорить сдержанно. - И ты! Как ты на это решилась?! Этот мужик тебя вообще ни во что не ставил!   - Делай свою работу, - я улеглась обратно.   Не удержала головы на месте и повернула к Чейзу.   - У тебя вторая группа крови, - Кира протирала внутреннюю сторону моего локтя ватным тампоном.   - Знаю, - я не отрывала глаз от Чейза. Его даже переодели в некое подобие пижамы, и теперь он казался просто спящим... или мёртвым. Я по-прежнему не заметила ни одного движения грудной клетки.   - Знаешь? - гаденько переспросила Кира. Ей осталось только зашипеть, как змее. - А у него какая знаешь?   - Если собралась взять у меня кровь, разве не подходящая?   - Чёрт! - С тяжёлым вздохом Кира отстранилась, видимо опять собираясь возмущаться. - Ты, - она ткнула в меня пальцем в синей резиновой перчатке, - ты... как же ты бесишь!   Я прикрыла глаза. Во мне больше не осталось сил для подобного.   - У него четвёртая! - прокаркала Кира.   Четвертая?   - Она ведь подходит?   Кира раздражённо фыркнула:   - О, Господи! Чем я занимаюсь?.. Это безумство! Да, Джей, она подходит! Чейз - универсальный реципиент! Даже ваши резусы совпадают! Но это ещё не говорит о том, что он выживет! И тем более, не говорит о том, что твоя кровь способна ликвидировать вирус! Ты хоть знаешь, какими могут быть последствия?   - Какое это имеет значение в его положении?   - Какое?! Помимо вируса он ещё инфекцию подхватил! В какой помойке он валялся?! Думаешь, твоя кровь и с ней справится? Ему нужны антибиотики, полноценное квалифицированное лечение! И ты можешь убить меня, но в первую очередь я - врач! И я не стану понапрасну переводить лекарство на человека, чья судьба решена!   Мне хотелось накричать на неё. Сказать, что она не имеет право на такие выводы! Ещё ничего не решено! Но я не могла... Я была опустошена. Выжита и практически уничтожена.   - Бери кровь, - всё, что я смогла из себя выдавить.   Кира издала судорожный вздох, но больше спорить не стала, и в моей вене очень скоро оказался катетер.  Кира говорила и говорила. Все её слова превращалась в сплошную бессвязную бессмыслицу; безвкусную кашу, тягучую, как расплавленная резина. Я различала только монотонные звуки и громкие всплески иногда.  - Ты дура, Джей. Ты не должна была возвращаться. - Это было последнее, что чётко долетело сознания.  А потом я отключилась.

Глава 7

Кристина. Она улыбается. Обнимает меня и жмётся прохладной щекой к моей щеке. Я глажу её по шелковистым волосам и шепчу на ухо сказки, которые много лет назад, ещё в той - прошлой жизни, нашёптывал мне на ухо отец перед сном.   Кристина обнимает меня. Я нужна ей.  Кристина ненавидит меня. Презирает.  Заплетает мои волосы в длинную косу.  Отталкивает и убегает.  Говорит, что любит.  Кричит, что ненавидит.  Верит, что я всегда буду рядом.  Приказывает убираться.  Моя Кристина.  НЕ моя Кристина!    Вдох.  Голова кругом. Рвотный позыв. Дышать, не блевать.  В глазах тёмные пятна. В голове взрывается салют. Язык, как наждачная бумага. Воды.  Нет воды.  Нет ничего.  Где я?..  Белое. Слишком много белого. Глазам больно.  Шатаясь, опустила ноги с кровати-кушетки-гробовой доски... Не знаю, не понимаю, что подо мной.  Глаза немного привыкли к свету. Это место не похоже на палату из медицинского корпуса сектора Дакира. Это место кажется намного лучше обустроенным, я бы даже сказала - здесь красиво. Всё белое, чистое и блестит. С потолка не сыпется побелка. Может я умерла?.. Нет. Тогда бы я точно не проснулась в подобном месте. Моё место - в аду.  На мне пижама, не колючие штаны и кофта из мешковины - на мне приличная пижама из мягкого плотного материала.  На ногах нет обуви.  Кристина. Снег. Босые ноги.  Я с силой потрясла головой, выгоняя болезненные воспоминания и тут же об этом пожалела. Голову разорвало от тысячи метеоритов, и я с громким стоном упала обратно на кровать. Всё-таки это была кровать: широкая, с мягким матрасом и приличной подушкой, которая даже не воняла.  Что происходит?..  Что с Чейзом?  - Где она?! - разъярённый рёв за дверью разорвал мучительную тишину. - Я спрашиваю: ГДЕ ОНА?! Здесь?! В какой палате? В этой?!  О, Блейк, я не могу не узнать твой сиплый голосок.  - К ней нельзя! - А это был возмущённый голос Киры. - Я сказала: к ней нельзя, Блейк! Она потеряла много крови! У неё пулевое ранение в плече! Дай девчонке восстановиться! Потом продолжишь свои издевательства!  - Молчать! - рявкнул Блейк и об стену что-то громко стукнуло, видимо его кулак. - Ты кто такая? Ты врач! Вот и занимайся своими пациентами!  - Как раз ими я сейчас и занимаюсь! - голос Киры выходил на сверхзвуковой уровень. Сейчас она по-настоящему сердита. - Она - мой пациент! И она - под защитой Дакира! Так что если хочешь увидеть её, для начала обратись к нему!  - Что? - выплюнул Блейк. - Я - лидер сектора, должен спрашивать у кого-то разрешение? Уйди с дороги!  И дверь палаты с грохотом отскочила в стену.  Рожа Блейка была тёмно-бордового цвета. Ноздри разувались, как у разыгравшегося жеребца. Мышиного цвета глаза блестели одновременно от злости и азарта. Он поймал меня. Я слаба и беззащитна, а он могуч и разъярён.  Я, шатаясь, поднялась с кровати, заставляя спину выпрямиться. Левое коленка отозвалось болью и подогнулось, потому что я просто про него забыла. Блейк плавал перед глазами из стороны в сторону, точно парусник на волнах. С силой зажмурилась, напрасно веря, что это поможет.  Шаги. Взмах. Хлопок. И я впечаталась в пол всей правой стороной тела и лица. Просто прилипла к нему как блин.  Блейк залепил мне пощёчину.  Взрослый мужик залепил ослабленной девчонке пощёчину.  Это даже больше, чем просто смешно.  Это смешно до абсурда!  Я стыдилась себя, после того, как съехала с катушек и дала пощёчину Чейзу - это был не мой уровень, пощёчины бьют только слабаки. В Новом мире с этим бесполезно спорить. Но Блейк...  Я отлепила щёку от "вылизанной" плитки и села, скрестив ноги. Вставать рисковать не стоит - координация оставляет желать лучшего.  Щёку сильно пекло, но я не собиралась к ней даже притрагиваться.  - Как ты посмела вернуться?! - заорал Блейк, возвышая надо мной свою высокую худощавую фигуру.  - Блейк, уходи! Дай ей восстановиться! - Кира стояла сбоку от меня, явно собираясь вмешаться, если этот кретин решит ещё раз меня ударить. Только для меня это был не удар - это был позор Блейка.  - Зачем?! - Блейк бешеными глазами зыркнул на Киру. - Она сбежала из-под следствия! Она преступница! А ты собираешься и дальше переводить на неё лекарства?  - Слышала, что дело закрыли, - просипела я с пола, с трудом ворочая высушенным языком. - Дай-ка подумать... И кто бы это мог быть?  - Ах ты дрянь! - проревел Блейк и метнулся ко мне.  Кира встретила его резвым толчком в грудь.  - Тоже проблем захотела?!! - Блейк оттолкнул Киру в сторону, а она продолжала осыпать его бесконечным количеством ругательств, сейчас так сильно напоминая меня саму.  Почему она вообще за меня вступается? Очередной приказ Дакира?.. У неё ведь будут проблемы.  - Тайлер! Гейл! Подымайте её и в камеру!  - Что?  - Что?! - повторила за мной Кира, а меня уже обступили двое сопровождающих Блейка и, подхватив под подмышки, потащили к выходу.  Я не могла сопротивляться. У меня в глазах кружились звёзды, сознание готово вот-вот вернуться в спящий режим. Но одного из приставленных ко мне парней я безоговорочно узнала.  - Сиропчик? Как дела? - просипела я, едва слышно. Парень бросил на меня презренный взгляд карамельного цвета глаз. - Ты выглядишь лучше. Не таким... поджаренным.  Я издала хриплый смешок. В ответ Тайлер сжал моё раненое предплечье с такой силой, что в этот раз я не смогла заставить себя молчать. Я истошно завопила и, кажется, именно тогда потеряла сознание.  Моя новая комната - это просто нечто! Теперь я наконец-таки узнала, где в этом грёбаном Кресте находится настоящая тюрьма, а не просто камеры временного содержания.  Бетонная коробка.  Вонь. Грязные стены, измазанные чьими-то испражнениями. Ржавая кровать без матраса выпучила половину из имеющихся пружин. Тараканы на потрескавшемся бетонном полу. И маленькое квадратное окошко с решёткой, через которую впархивают крохотные снежинки и, падая на пол превращаются в грязные капли.  Сырость пробирала тело до самых косточек. Меня трясло. А ублюдок Блейк, кажется, окончательно решил сжить меня с этого света, потому что даже пары дырявых ботинок не предоставил.  Просунулась около часа назад. Ещё ни разу в жизни я так не замерзала - кровать подпрыгивала вместе с моим колотившимся телом. За крохотным окошком светло, значит сейчас день, или утро. Но я даже не знаю, тот ли самый сейчас день, когда Чейз посадил вертолёт на площади, или следующий, а может уже прошло несколько суток. Что значит, либо Чейз уже стал тварью и его ликвидировали, либо моя кровь остановила процессы и сейчас он восстанавливается.  Безумно хотелось пить. Но пить было нечего. Желудок болезненно сводило, потому что он давно забыл, что такое пища.  Всё это время я не отрывала глаз от узкой металлической двери, как будто способна была прожечь в ней дыру и сбежать из этого клоповника. Было тихо. Всё это время. Может меня замуровали? Может вот оно - моё смертельное наказание?..   Когда состояние вернулось к предобморочному, дверь камеры со скрипом открылась и на её пороге возник высокий стройный силуэт. В глазах сильно щипало, так что я не могла настроить зрение, так же как и не могла броситься на человека с кулаками. Если попробую, то какая-нибудь из моих конечностей, точно отвалится, как кусок замороженного мяса.   Посетитель переступил порог и в тускло-сером освещении его волосы показались чёрными, как смоль.   - Вставай! - скомандовал Сиропчик.  Брезгливый сукин сын.   - Прости, приятель, но мне здесь слишком нравится, - каждая буква в каждом слове звучала так отрывисто, будто я ребёнок который только учится читать по слогам, при этом сильно нервничая.   - Вставай, я сказал! - прогремел Тайлер и шагнул ближе. Губы поджаты, лицо перекошено от раздражения.   Он подхватил меня под локоть и резко вздёрнул на ноги. Я тут же осела на пол.  Я не притворялась - реально не могла двигаться. Замершее тело не слушалось, организм изнеможён. Но этот заляпанный дерьмом пол вызывал такое отвращение, что я просто не могла себе позволить на нём находиться. И подтянувшись за край кровати, сумела подняться.   Ноги дрожали, колени танцевали джигу. Я сейчас развалюсь. Развалюсь на части и никто не станет меня собирать!   Дыши, Джей, заставь свои грёбаные лёгкие дышать. Дышать это главное!   Главное ли?..   Не помню дороги, по которой Сиропчик тащил за собой моё непослушное тело. Я просто волокла за ним свой жалкий организм, который подводил в столь важные моменты жизни - когда нужна была вся его сила, - и концентрировала остатки внимания на ногах, приказывая им не подкашиваться и окончательно не превращать их владелицу в жалкое насекомое.   "Надо было убить тебя, Блейк, когда была возможность"!   - Не такая уж и бессмертная, да? - проскрежетал Тайлер, давясь беззвучными смешками.   И, кажется, кто-то уже говорил мне эти слова. Не помню, кто и когда - сейчас точно не вспомню.   Наконец Тайлер остановился. Повернул ключ в замочной скважине и швырнул меня на пол ещё одного непонятного помещения.   - Я приду через три часа, - сообщил он. - К этому времени ты должна ровно стоять на ногах. Делай что хочешь, но к тебе я больше не притронусь. И если ты по-прежнему будешь не в состоянии идти ровно, то путь к Блейку, через весь социально-управленческий сектор, тебе придётся ползти на карачках.   Дверь хлопнула. Щелчок. Шаги.   И тишина.   Я нашла в себе силы, чтобы доползти до кровати; у этой матрас был гораздо жёстче, чем тот - в больничной палате, и от него жутко воняло. Но сейчас это мало волновало, потому что за три часа мне каким-то невероятным образом надо прийти в себя, или Блейк просто утонет в собственном превосходстве, когда увидит меня в таком состоянии.   Я с головой накрылась дряхлым тонким одеялом и заставила себя уснуть. Потому что мне это было необходимо.    Блейк был по-прежнему зол, но больше не играл в игру "Тысяча и один способ унизить падшую женщину". Он был строг и сосредоточен, однако багровая краска никуда не исчезла с его меркой физиономии.   Сиропчик привёл меня в кабинет Блейка и, на этот раз, ему не пришлось меня касаться - я была способна передвигаться сама. И это будет самой большой ложью на свете, если скажу, что те жалкие три часа сна возродили во мне желание к жизни. Слегка восстановился лишь мозг, который сейчас и отдавал приказы другим частям тела держаться ровно, не сгибаться и сражаться с силой притяжения. Пулевое ранение... да что там... болело всё тело! И я даже не могу дать точное определение этой боли: где-то она физическая, где-то моральная. Единственное, чего смогла достичь, это более-менее отогреться.  Более-менее.   Блейк кивком указал мне на стул, а когда я не двинулась с места, Тайлер "любезно" меня на него усадил.   Я должна была спросить, куда же пропал мой Великий защитник и заступник по имени Дакир. Но не этот вопрос слетел с языка:   - Что с Чейзом? Где он?   - Что? Интересуешься что с твоим сообщником? - смакуя и щедро поливая желчью каждое слово, выплюнул Блейк. - Где ещё ему быть?   Где угодно, только не на том свете.   - В реанимации! Кто в него стрелял? Кто попал в шею?! - Блейк приподнялся над столом. Слизняк, влепивший пощёчину едва живой девчонке, желал выглядеть грозно! Ха!   - Я не собираюсь здесь с тобой нянчиться и ходить вокруг да около, Джей из Скалы! Я лидер сектора, и у меня без тебя дело по горло, так что переходим к сути!.. Кто в вас стрелял?! Говори правду!   Я молча уничтожала Блейка глазами, в то время как Сиропчик направлял на меня дуло пистолета. Я могла бы легко его выхватить, при этом сломав Тайлеру руку, но только нет у меня желания возвращаться в измазанную дерьмом камеру.   - Говори!!! - проревел Блейк, покрываясь ещё более тёмными пятнами.   Скрипнула дверь.   - Какого чёрта без стука?! - заорал Блейк, но резко смолк, помрачнев ещё больше. - А, это ты.   - Убери от неё пистолет, Тайлер, - спокойно произнёс Дакир и оказался рядом со мной.   Даже смотреть на него не было желания. Мне было тошно от него. От всех их!   - Говори! У меня нет времени! - продолжал свои нападки Блейк.   - Оставь её.   Блейк бросил в Дакира раздражённый взгляд:   - Чего тебе ещё? Я думал, мы обо всём договорились. Пусть теперь отвечает на вопросы!   - Люди из Ангела! - хрипло воскликнула я, ударив ладонями по столу. Потому что слушать их перепалку и, что ещё лучше, видеть их рожи, уже не было никак сил! - В нас стреляли люди из Ангела! У них разбит лагерь недалеко от Миннеаполиса! И все они - больные на голову фанатики, поклоняющиеся Новому богу! Они покупают у Скалы кровь, кормят ей тварей и надевают на них ошейники со встроенным модулем с взрывчаткой. Их приручают и называют Божьими тварями! Ну что, доволен, Блейк? Закрой рот - выглядишь полным идиотом. А теперь скажи своей ручной собачонке, - я кивнула на Тайлера, - отвести меня обратно... ну или туда, куда ты там на этот раз меня сошлёшь, потому что мне настолько тошно находиться в вашем обществе, что я сейчас наблюю тебе на стол! И поверь мне, это зрелище из малоприятных!   А Блейк умеет выглядеть растерянным. Даже у Сиропчика глаза округлились. И, пожалуй, соглашусь - информация о сумасшедших из Ангела вполне себе способна лишить дара речи.   - Ты должна будешь рассказать всё в мельчайших деталях, - Блейк ожил первым и принялся мерять кабинет шагами.   - Не сейчас, - вставил Дакир, - пойдём, Джей, я провожу тебя в комнату.   - Куда? - Блейк резко остановился. - Испытательный срок начался, Дакир! Пусть выкладывает подробности и берётся за работу! Прачкам сейчас как раз рук не хватает!.. У неё два месяца на то, чтобы убедить меня поставить подпись на свидетельстве. И если она так хочет стать горожанкой Креста, пусть это докажет!

Глава 8

Меня мучали больше часа.   Блейк клещами вытягивал всё до единой мелочи касательно информации о лагере Ангела. Всё! Включая даже то, чем там пахло и какая стояла погода.   Он выжил из меня последние соки.   А затем мне любезно рассказали о положение, в котором я оказалась. Любезничал в основном Дакир, но не суть. В общем, целых два адских месяца мне предстоит находиться в малоприятном обществе Блейка и Тайлера. Жить в социально-управленческом секторе и подтирать его жителям задницы. Сиропчик так и вообще будет рядом круглыми сутками, что бы вести учёт тому, что я должна буду выполнять. И только если за мной не будет замечено ничего кроме покладистого поведения, Блейк переведёт пару капель чернила на подпись для моего свидетельства.   А оно мне надо? Задалась я вопросом. Почему я должна буду кому-то прислуживать для того, чтобы получить то, чего я даже получать не хочу?.. Если честно, плевала я на этот клочок бумаги! Что это за документ? Документы остались в прошлом - не мелите пургу! Да пусть сейчас хоть все четыре печати будут проставлены, они не остановят меня от побега, потому что хрен я на них ложила. Вот только не будет никакого побега и это уже совершенно другая история.   Мне некуда больше идти. Действительно некуда. Более того, у меня даже нет шансов на то, чтобы убраться из Креста живой, ведь стоит мне выйти за ворота и спина тут же словит снайперскую пулю. Конспирация. Этот город не может себе позволить быть раскрытым.   Про Скверну пока ничего выпытывать не стали. С трудом верилось, но либо у Блейка действительно имеется какая-никакая совесть, либо он в очередной раз просто не захотел слушать, в какое ещё очаровательное место его пошлют. Но скорее даже не это: всё просто ограничивалось мнением, что обычная шлюха - собственность Скверны, просто не может обладать информацией более серьёзной, чем количество борделей в Скале и имён несколько особо похотливых извращенцев.   Блейк даже не представляет, что перед ним сидит названная дочь Завира, и если Дакир до сих пор не счёл нужным его в этом просветить, даже после того, как я согласилась на сотрудничество, значит на уме у Дакира нечто во истину колоссальное!   Глядя на самоуверенную физиономию Блейка, мне с трудом удалось задушить порыв смеха. Знал бы он, что все главные события, со скоростью пушечного выстрела, пролетают мимо столь важного для Креста человека.   - Под твоей защитой просто потрясно, Дакир, - пробурчала я по пути в свою новую комнату.  Дакир был моим сопровождающим. А наземный мрачный тоннель, по которому мы шагали (я - босиком), связующей дорогой между муниципалитетом Блейка и общежитием для его персонала. Там меня и поселили. И так как Крест стремится создавать для всех его жителей равные условия, не плодя нищеты, или магнатства, моя комната была такой же как у всех - не большой и чистой, с маленьким покосившимся столиком и старой кроватью с вонючим матрасом, который судя по всему вытянули из-под разложившегося трупа. Уверена, Блейк сам его обнюхивал, прежде чем отправить сюда.  - Я не думал, что Блейк окажется в конец... - Дакир смолк и откашлялся. - Это всего два месяца, Джей. Потерпи его два месяца, после чего вернёшься в мой сектор. Ты уже полноправный гражданин Креста, запомни это. Я тебя таковой считаю. Подпись Блейка лишь малозначительная формальность. Мне жаль, что Совет не может этого игнорировать. Таковы правила.  - Да-да, конечно. Правила. Обожаю их, - я его почти не слушала. - Что с Чейзом?  Я почувствовала на себе взгляд Дакира, но тем же не ответила.  - Он ещё в реанимации. С ним Кира.  - Он просыпался? - я глядела себе под ноги.  - Нет. И прогнозов пока никаких. Но сутки уже прошли, цвет его кожи не изменился. Сердцебиение пришло в норму, как и температура. Кира сделала анализ, но результаты не обнадёживающие. Вирус по-прежнему в крови и активно действует.  - Может моя кровь ещё не успела вступить с ним в реакцию? - теперь я изучала рисунок на каменных стенах.  - Может и так, - Дакир громко вздохнул и его вздох эхом пронёсся по тоннелю. - Всё достаточно противоречиво. Показатели жизнедеятельности и плохие и хорошие. Одно предельно ясно - твоя кровь его не убила и максимально замедлила процессы превращающее его в одного из них.  - В тварь.  - В неё самую.  - Что с Ронни? - на этот раз я взглянула в миндалевидные глаза Дакира, под которыми пролегли мрачные тени. Возможно из-за керосиновой лампы у него в руках, возможно из-за усталости.  - Ничего нового. Кира предвидела, что ты станешь задавать вопросы и велела передать, что у него гипоксическая кома. Если бы она и особенно другие специалисты в этой области, вовремя не предприняли меры, боюсь... всё оказалось бы гораздо плачевней.  Гипоксия?.. Надеюсь врачи очень... очень-очень быстро предприняли меры, потому что если нет и мозг Ронни успел повредиться, всё действительно окажется более, чем плачевно. Но главный вопрос даже не в этом, а в том, как долго у Киры будет разрешение о поддержании его жизнедеятельности. В случае этого мальчишки одним аспирином не обойтись. Даже те лекарства, что мы с Чейзом доставили из Миннеаполиса, сейчас не особо помогут.  Моя комната находилась на втором этаже трёхэтажной кирпичной постройки.  Дакир повернул ключ в скважине.  - Так понимаю, я единственная у кого наличие ключа не предусматривается?  - Прости, Джей, - в миллионный раз извинился Дакир. - Это условия Блейка. Я сделаю всё возможное, чтобы сократить твой испытательный срок. Но какое-то время придётся потерпеть.  - Когда мы обсудим то, что тебе от меня нужно?  Дакир с пониманием вздохнул:  - Ты не должна об этом сейчас думать. Поговорим, как только вернёшься в сектор обороны. Уверен, в этих замыслах ты меня поддержишь, - слабая улыбка.  Сомневаюсь.  В прошлый раз я не особо успела разглядеть интерьер моей новой комнаты, но двух больших тряпичных мешков у подножья кровати он определённо не предусматривал.  - Кира собрала кое-что на скорую руку, - Дакир поравнялся со мной. - Одежда и какие-то средства гигиены. Твоих вещей не было в вертолёте, где ты их оставила?  - Хватит, - я пустым взглядом пялилась на мешки. Хотелось засунуть один из них в глотку Дакира, чтобы больше никогда не слышать фальшивый тон заботливого папаши!  Ненавижу этот город. Ненавижу их всех! Ненавижу Дакира и Киру тоже ненавижу! Ненавижу лицемерие! Ненавижу когда кто-то считает меня жалкой, или нуждающейся в жалости. Тошно от их подачек. Тошно от себя!  Ненавижу.  - Уходи.  Хотя бы это Дакир понял с первого раза. Дверь за моей спиной хлопнула. И опять этот мерзкий щелчок в замочной скважине.  "Ну привет, моя новая камера"!

Глава 9

Две недели спустя:    "Бежать. Быстрее бежать".  "Не оборачиваться! Секунда, затраченная на это, скажется плачевными последствиями! Бежать, Джей, бежать - это всё что ты можешь"!  "Колено! Какого чёрта тебе приспичило разболеться именно сейчас"?! По всей ноге расползается такая боль, словно в неё втыкают острые спицы.  "Сама нарвалась! Потому что вечно суёшь нос не в своё дело"!  Какого хрена мне понадобилось ехать в этот сектор вместе с Сиропчиком?! Это вообще были не мои проблемы! Крест в целом - не моя проблема! А у этого города эти самые проблемы стали зашкаливать по всем нормам! Не слишком ли часто на них нападают?!  Хотя да... в этот раз ведь всё иначе. В этот раз никто не подстраивал облаву тварей, в этот раз это природа решила продолжить свои измывания! Действительно, какой пустяк: раз двенадцать лет назад человечество не вымерло, можно продолжить забавляться с ним и дальше. Это - игра природы, или кого-то там ещё, в свои любимые куклы. Куклы - это мы.  Вой, пыхтение, утробное рычание - а это всё погоня за мной.  Сколько их? Сразу было двое, затем отвлекла на себя ещё троих - стала приманкой. Разозлила их, одному даже камнем в голову угодила... Я спятила. У меня даже оружия нет! Как справиться с пятью... с ПЯТЬЮ озверевшими койотами?! От меня даже мокрого места не останется!  Крики. Люди кричат и пытаются укрыться в домах. Выстрелы доносятся отовсюду. В городе самая настоящая паника. Но где отряды Дакира? Где они все? Почему никого нет? И кто тогда стреляет?  Куда я бегу? В какую хоть сторону? Вроде бы в сектор обороны... Может хотя бы там найдётся хоть кто-то с оружием?  Колонна грузовиков промчалась мимо, разбрызгивая в стороны грязный снег. Лучше момента, чтоб оглянуться не представится.  Троей. Трое койотов. Двое отстали. Или переключились на кого-то другого. Во всяком случае, это не прибавляет мне шансов. Трое - это всё ещё слишком много. Тем более что это не обычные животные, это озверевшие и слетевшие со всех катушек койоты!  Мой шанс. Я оттолкнулась здоровой ногой от поваленной бочки и в прыжке уцепилась за крышу одноэтажного здания. Койот вцепился зубами в подошву ботика. Я выдернула ногу и с силой ударила в лохматую голову с налитыми кровью глазами. Подтянулась на руках и залезла на сомнительной прочности крышу. Из чего она? Гнётся и пружинит...  Не знаю, что в голове у этих созданий и какие новые способности они обрели вместе с красными глазами и последней стадией бешенства, но они всё ещё продолжают свои попытки вскарабкаться за мной следом. И не удивлюсь, если у них получится.  С ума сойти. Я воюю с животными.  Треск. О, нет, пожалуйста.  Треск. Это всё же произойдёт.  Я даже отдышаться не успела.  Крыша сломалась ровно посередине, и я с грохотом провалилась внутрь древней постройки. Везде паутина и запах плесени.  Бежать. Удар с ноги в дверь: она легко поддалась, и я выскочила на улицу. Койоты продолжили преследование. Упёртые... однажды я уже встречала кого-то подобного. Теперь понимаю, за что Чейз получил своё прозвище.  Больное колено подводит. Боль адская. Но всё что надо - всего лишь найти здание с более крепкой крышей и забраться на него. А потом отсидеться. Кто-то рано или поздно убьёт этих "тварей".  И я бегу.  Адреналин!  "Ну, здравствуй! Где ты был? Я скучала! Давай-ка, помоги протянуть ещё немного, помоги оторваться от этих неудавшихся природных экспериментов".  Грузовик на всей скорости вырулил из-за угла здания, а на моих ботиках нет шипов для резкого торможения, так что больше ничего не оставалось, как впечататься в боковину кузова, получить сильнейшую отдачу и пролететь метров пять в сторону, прежде чем удариться спиной о мёрзлую землю с утоптанным снегом.  Я ударилась головой. И весьма прилично, раз какое-то время перед распахнутыми глазами царила абсолютная тьма. Гул в висках, привкус крови в горле. Ну почему со мной вечно происходит так?..  Рычание. И что-то мощное врезалось в живот. Зловонное дыхание, красные глаза хищника. Мои рефлексы сработали максимально быстро: пальцы обхватили мягкую шею койота, прежде чем он успел отцапать кусок от лица.  Мне пришлось скрутить ему шею.  Осталось ещё двое. Они здесь. Я слышу их рычание. Они не наступают лишь потому, что я только что убила их сородича, а это значит - со мной надо быть настороже. Это значит, я представляю опасность и надо выждать момент для нападения, оценить противника. Это животные инстинкты.  В глазах вспышки. Я, шатаясь, поднялась на ноги, прильнув спиной к стенке здания. Койоты не должны видеть, что мне плохо. Они нападут так, или иначе, но если буду держаться прямо, то это хотя бы немного потянет время.  Потому что бежать я больше не могу.  Кости, кажется целы. Но голова...  Вспышка - тьма. Вспышка - тьма...  Ну вот... сознание начало переход в спящий режим. В прошлом мире, человека после столкновения с машиной, срочно доставили бы в реанимацию. Но в Новом мире...  Вой.  Вот как. Ещё парочка пожаловала? И это не койоты - обычные собаки. Почти обычные, глаза вот только напоминают два больших отполированных рубина.  А потом я начала тонуть.  Всё смешалось в одну бессвязную кашу.  Сползла по стене, гадая, кто первый из двух разновидностей "новых" тварей, накинется первым.  Я чувствовала себя жалкой. Потому что сейчас, как никогда остро ощутила, что сама по себе представляю мало чего стоящего. Я даже свою жизнь не могу защитить, потому что в последнее время этим занимался Чейз. Он спасал меня. А я... лишь молола языком и строила из себя крутую.  Вспышка. Я отключалась.  Тихие резвые шаги. Рычание. Вой. Они решают, чья я добыча.  Рывок. Зловонное дыхание перед самым носом. И выстрел! Тёплая меховая туша рухнула мне на ноги.  Выстрел! Глухой удар. Вой. Рычание.  Череда выстрелов.  Череда ударов.  Визг. Поскуливание.  И стало тихо.  Слишком тихо.  Кто бы это ни был. Кто бы ни решил спасти мне жизнь, я знала - он по-прежнему здесь. Я чувствовала его присутствие, чувствовала взгляд на себе...  Тяжёлые медленные шаги.  Мучительно долгая пауза.  Он оказался передо мной, и я ощутила горячие шершавые пальцы на холодных щеках.  Человек плавно поднял мою голову.  Я приоткрыла глаза - на это ушли последние силы.  Вихрь лохматых волос цвета шоколада. Нахмуренные густые брови, глубокая впадинка между ними. Светлая кожа... обычная, нормальная кожа, всего лишь утратившая загар. Пухлые, на этот раз даже не поджатые, губы. Их цвет как всегда бесподобен: яркий, сочный, как спелая вишня. И глаза... такие знакомые, такие холодные - глаза цвета изумруда. Всегда пугающе спокойные, скрывающие за собой так много недосказанного... Его глаза... в которых я могла увидеть целую вселенную. Его глаза... алые, налитые кровью.  Чейз.  Я потеряла сознание.

Глава 10

Несколькими часами ранее.    - Сколько времени?  - Время мыть пол.  - А по-моему время обеда.  - Сегодня у тебя его не будет.  - С какой такой радости?  - С такой же, с какой вчера на моей голове оказалось ведро с помоями.  Я запустила в Сиропчика половую тряпку.  Он увернулся:  - Ужина тоже не будет.  - Она тебя даже не задела, неженка ты долбаный!  - Точно не будет. - Пометка в блокноте.  Пол. Горы посуды. Кипы грязной одежды. Слои пыли. Общественный туалет. Чья-то блевотина в холле общежития. Перечислять дальше?..  Это были две самые мучительные, самые беспросветные и самые вонючие недели в моей жизни!  Моя комната, стала моей камерой. Тайлер стал моим личным тюремным надзирателем. А вся обширная территория социально-управленческого сектора -местом для исправительных работ. А я... а я стала универсальным работником во всех хозяйственных сферах, ну или просто "уборщицей по вызову" - это Сиропчик меня вчера так назвал, за что и получил ведро кухонных помоев на голову. А ведь это могли быть и человеческие испражнения. Фу. Самой тошно.  Выполняла ли я все поручения Блейка, которые ровно в семь утра мне озвучивал Тайлер? М-м... вопрос риторический. Скорее я просто делала вид и тянула время, пока Его Величество Дакир уже, как две недели, улаживал вопрос по поводу моего испытательного, но лучше даже сказать, исправительного срока. Мне было плевать, что там Сиропчик помечает в своём допотопном блокноте своим допотопным карандашиком. Кто для меня этот город и кто для него я, чтобы, даже не являясь официальным жителем Креста, более того - даже не желая этого, выполнять всю вышеперечисленную работу?..  Я ведь не совсем ещё из ума выжила.  В век постапокалипсиса устраиваться чернорабочим без зарплаты и премиальных?.. По мне так умереть и то приятней.  Так что мыть пол в маленьком кабинетике в каком-нибудь административном корпусе я могла и два и три часа...  Часы. У Тайлера были часы! Механические, на серебреном браслете.  - С какого трупа стащил? - без особого интереса поинтересовалась я, помешивая палкой снег, таявший в большом чугуне для стирки. Это был мой первый день отработки.  - С трупа твоей бабушки.  Я и бровью не повела:  - Да ты ещё и старомоден.  - Не понял?  Снисходительно вздохнув, ткнула в Сиропчика палкой:  - И не поймёшь. Присутствие Блейка плохо сказывается на работе твоего мозга. Часы кстати тоже отстой.  Часы были, что надо! Но не стану ведь я поощрять его самолюбие.  Тайлер дико раздражал меня. Его самооценка была сверх завышена, будто он вообще отсутствовал в момент, когда Земля разваливалась на части и сейчас вёл себя так, словно без блата получил работу в администрации самого президента США.  Его до идиотизма самодовольная физиономия преследовала меня даже во снах.  Он выдавал мне указания (наказания Блейка) каждый день, четырнадцать часов в сутки! А это целых восемьсот сорок минут и страшно представить сколько секунд его присутствия в моей жизни! Я сходила из-за него с ума! У него не затыкался рот! При каждом удобном случае он норовил меня оскорбить, за что в ответ и прилетало, а он с ещё большим удовольствием лишал меня минут отдыха, или еды.  Он садист! Ещё какой садист!  Что касается моего состояния, как физического, так и морального, то здесь дела обстоят не совсем хорошо. За две недели мой организм послушно добрался до уровня - "приемлемое состояние". Ушибленное колено практически не беспокоило, рана от пулевого давала о себе знать, но к этой боли я просто привыкла. А во всём остальном... ничего обнадёживающего.  Терпеть не могу когда другие меня жалеют, но ещё больше ненавижу жалеть себя сама, так что нет, депрессии это не моё. Всё стало просто... просто бессмысленно. Я честно пыталась абстрагироваться, запирала мысли и воспоминания в клетку разума, но они каждый раз находили из неё выход. Кристина стала моим самым большим ранением в жизни. И эта рана вряд ли когда-нибудь затянется. А если и затянется, рубцы никуда не исчезнут.  Почему я осталась в Кресте? Почему не строю гениальных планов об угоне вертолёта и побеге? О побеге куда? О побеге к кому? Жизнь требует движения, а мне больше некуда двигаться. Способны ли вы понять меня?.. Смысл действительно пропал и это не моя придумка. Его нет. Я даже всерьёз её больше не воспринимаю. Какая разница, если жизнь, всё равно что лотерея без выигрыша - из неё всё равно никто не выйдет живым.  Как сказал один немецкий учёный, один из тех, кого любил цитировать отец: жизнь - это карантин у входа в рай. В моём случае - в ад, но в остальном я полностью согласна.  Так что я просто плыву по течению.  Смиренно.  Ну, или почти. Характер ведь не изменишь за две недели. Да и надо мне это?..  Нет.  Вам интересно, что стало с Чейзом?.. Мне тоже.  Кира заглянула ко мне лишь единожды, и выражение её лица не говорило ничего хорошего, в прочем... моё лицо при её выглядело примерно также. Кажется от уровня сомнительных подруг, мы опустились к уровню, мягко говоря - недолюбливающих друг друга.  Она обработала раны, включая ту, что осталась от зубов твари, выдала несколько упаковок бинта и пузырёк заживляющей мази, сообщила, что воспалений нет, а так же о том, что в дальнейшем раны мне придётся обрабатывать самой. У Киры нет времени мотаться по сектору Блейка, а если другой врач станет это делать, то след от зубов он точно игнорировать не станет.  Затем, по указанию Дакира, она взяла у меня несколько пробирок крови.  - Это ещё зачем?  - Дакир сказал, ты возражать не будешь. Вы вроде как договорились?..  Тестирования? Исследования? Противоядие от вируса тварей?.. Идея не плохая, правда, уверена, что провальная. Только если у Креста нет сверхсекретной лаборатории с новейшим оборудованием и кучкой профессоров из разных областей науки. Влить кровь в чистом виде - это одно, а создать вакцину... это ж вам не фильм ужасов какой-нибудь, где всё заканчивается хеппи-эндом после изобретения чудо-вакцины от зомби-вируса. Боюсь моя история не сказка со счастливым концом для всех.  - И как часто ты собираешься её брать? - осведомилась я.  - Не часто. - На этом Кира собралась уходить.  И чёрт с ней с этой гордостью!  - Что с ним? - спросила я, глядя ей в спину.  Кира замерла перед самой дверью и нехотя обернулась.  И мне совсем не понравилось выражение её лица...  Так бывает, что мозг успевает обрабатывать информацию, которую сам себе внушил, ещё до того, как услышал ответ на вопрос. Вот и мой мозг уже нёсся в лаву всепоглощающего отчаянья, сбивая всё на своём пути.  - Что с ним? - повторила я.  Повторила ли?..  Я сотни раз внушала себе этот ответ, заставляла себя в него поверить. Поверить, что Чейз умер. Уже неделя прошла, а про него ничего не было слышно - значит этого идиота больше нет! И тогда, я почти ничего не чувствовала. Какая разница, что кто-то где-то умер, когда каждый день умирает сотня таких, как Чейз.  Но сейчас во мне будто что-то треснуло. Больно треснуло и сломалось.  - Он умер? - мой голос дрожал, мозг вопил - да, Чейз умер!  - Нет, - ответила Кира, так тихо, что я сама не помню, как оказалась в шаге от неё.  - О, Боже, девочка, - Кира напряжённо сдвинула брови, - что с твоим лицом? Это точно ты?  - Что с ним? Он просунулся?  - Лучше бы не просыпался.  А дальше я не знала, что сказать. Я ничего не понимала.  - Чейз... он... В общем, я не знаю, что с ним стало. Он просто съехал с катушек. - Кира обречённо помотала головой. - Я говорила, что переливание крови это больная идея!  - Кто он? Он человек? Ты можешь уже ответить?!  Кира выдержала напряжённую паузу, и вряд ли специально растягивая время. Она просто не могла подобрать слова.  - Да, он... Не знаю. Анализ крови в норме. Тела вируса в ней отсутствуют. Твоя кровь смогла помочь организму с ними справиться. Чейз очнулся на четвертые сутки и... в общем, двое из моих лаборантов сейчас на больничных койках. Он озверел... Нам пришлось запереть его в изоляторе до тех пор, пока он не успокоился. - Взгляд Киры помрачнел ещё больше. - Он никогда таким не был. Парень просто двинулся. Он неуправляемый агрессор.  - Что с ним сейчас? - голос звучал твёрдо, но ноги наливались свинцом, и сила притяжения возрастала с каждой секундой.  - Ничего, - на выдохе ответила Кира. - Дакир с ним поговорил. Рассказал про Ронни, после чего Чейз взбесился ещё больше...  - Он в камере?  - Что?.. Нет, конечно! Мы не могли отвезти его в тюрьму, ты же знаешь, что она в секторе Блейка, а Блейк до сих пор не в курсе, что Чейз пришёл в себя. Он с него просто так не слезет, когда узнает. Дакир запретил Чейзу покидать сектор обороны, отстранил от всех обязанностей, даже из пятого отряда временно исключил. А может и не временно... - Кира с силой потёрла ладонью лицо, чуть не скинув очки. - Не знаю я что с ним будет дальше. Возможно это стресс и он скоро придёт в норму. А возможно вирус как-то повлиял на нервную систему и тогда... тогда он не придёт в норму!  - Значит, его кровь чиста.  - Чиста. Более того, мы даже предложили ему попробовать кровь. Знаю, звучит безумно, но всё это изначально было безумием и мы должны были исключить риски. Так вот, Чейзу она совсем не понравилась. Так что да - он человек. Человек с больной психикой. Ещё надо придумать, как скрывать его шрам от зубов на шее. И заставить принимать таблетки. - И тут Кира сорвалась на крик: - А ещё я перевожу на него Валиум! А это психотропное! Что если он к нему пристрастится? Потом мне горло перережет за очередную дозу?!.. Он социально опасен! Ты понимаешь, Джей? Понимаешь, кем его сделала?! Я бы ему ещё и хорошего психиатра порекомендовала, но боюсь в Кресте их всего двое, чтобы рисковать жизнью хотя бы одного!  Кира тяжело дышала и не спускала с меня гневного взгляда, будто ожидая, что я рассыплюсь перед ней тирадой извинений. За что? За то, что я решила спасти жизнь человеку? Разве для Дакира она бы не рискнула сделать тоже самое?.. И я могу тысячи раз проклинать Чейза, но это всё равно не изменит того факта, что он мне не безразличен.  И, во всяком случае - он человек. Чейз не стал тварью. Или стал, но такой же, как я - поломанной вирусом, поломанной природой. Тварью с другими отклонениями от нормы. Не любителем человечины, но таким же неправильным.  И прежде чем я собралась с духом задать следующий вопрос, Кира уже произнесла ответ:  - Нет, о тебе он не спрашивал. Но он в курсе, чьей крови обязан своему новому неопределённому состоянию! Чейз теперь один такой на всей планете. Даже тебя он в этом смысле переплюнул! Мы продолжаем делать тесты, потому что его состояние не стабильно. И очень тебе советую, девочка, лучше не попадайся ему на глаза. Хотя бы какое-то время. Считай, у него тоже испытательный срок. Если Чейз не сможет совладать с собой, или вдруг его организм пойдёт на попятную, ты знаешь, что с ним будет.  Знаю. Дакир избавится от него. Или Блейк убьёт его. Или пуля в спину со снайперской винтовки. Но перед всем этим, Чейз ещё успеет убить ту, благодаря кому стал поломанным недочеловеком.  Я бы убила.  - Ронни...  - Состояние Ронни не изменилось, - перебила Кира, с тяжёлым вздохом. - Он всё ещё подключён к аппарату искусственного дыхания. Полноценное, по нынешним меркам, лечение всё ещё одобрено мед. комиссий. Все средства и силы брошены на сохранение систем жизнеобеспечения организма. Нам повезло, что научный сектор располагает специалистами в этой области и необходимым оборудованием, но... ты же понимаешь...  - Я понимаю, - теперь я перебила Киру. - Это слишком большие затраты на поддержание жизни ребёнку.  - Джей...  - Я понимаю, Кира. Не ты писала кодекс!  Кира судорожно вздохнула, уткнувшись рассеянным взглядом куда-то в область моего плеча:  - Я сделаю всё возможное, чтобы поддерживать его жизнеобеспечение, как можно дольше.  - Уверена, Чейз тебя в этом охотно поддержит.  И Кира ушла. Оставив меня в одиночестве, бороться с противоречивыми чувствами, выворачивающими душу наизнанку. С догадками о том, в кого же превратился парень, которому мне лучше больше не попадаться на глаза. И с пугающими мыслями о том, на какие поступки теперь способен пойти Чейз, чтобы на его младшего брата не перестали переводить драгоценные лекарства.  За следующую неделю я не услышала про Чейза ни одной новости. В секторе Блейка о нём даже слухи не ходили - Дакир определённо умеет их пресекать. И если он до сих пор не уничтожил последствие инициализированного мною эксперимента, может быть ему и не до конца плевать на парня, которого он однажды спас из ущербного города?..    Я бросила тряпку в жестяное ведро с практически чистой водой и выпрямила спину. Тайлер озадаченно глазел на меня, хмуря брови:  - Это всё?  - Всё.  Пометка в блокноте:  - Это не отработка. Я доложу Блейку, что ты ничего не делаешь.  Я оценивающим взглядом скользнула по сухому полу, который как минимум должен был быть влажным:  - Стесняюсь напомнить, но у меня испытательный срок, а не отработка. Мне ясно дали понять, чтобы я вела себя... прилично. На тебе, - я с придиркой скользнула глазами по телу Сиропчика, - ещё ни одного синяка нет. Так что отвали и не жалуйся.  Тайлер отложил дряхлый блокнот в сторону и поднял свою высокую фигуру со стула. Думаю, он не ниже Чейза, так что мне постоянно приходится задирать голову во время разговора с ним.  - И что Дакир в тебе нашёл? - брезгливо фыркнул он, покачивая лохматой головой. - Зачем ты ему?  Я вздохнула:  - Спроси у него. А как узнаешь, обязательно расскажи мне.  Тайлер ещё недолго глядел на меня изучающим взглядом, потом подхватил со стола блокнот и направился к выходу:  - Пошли. Время развозить обед.  - Ты хотел сказать - "Время обедать".  - Я сказал то, что хотел сказать. Постовые ждут и все они очень злые, когда голодные.  Два дня назад я уже совершала объезд вдоль городских стен, в кузове грузовика забитым пайком для дежуривших на вышках и на воротах бойцов. Скажу сразу - это худшее из наказаний. И я отлично понимаю, почему именно меня заставили выполнять работу, которую обычно выполняют люди из сектора пищевой промышленности. Так Блейк проверял меня. Проверял смогу ли я держать себя в руках и не нападать на кого-то вроде отморозка Брея, которому только возможность дай и он не задумываясь выльет на меня ведро словесных помоев. Тяжело, не спорю, но пока что я терпела и молча делала работу - наполняла железные подносы разного вида тягучей пищей и передавала каждому дежурившему на воротах бойцу.  Ребята на вышках сами спускались за контейнерами. С ними проблем было меньше.  Грузовик катился по тесным городским улицам, а я, поджав колени, потому что места в кузове было исключительно мало, как обычно сканировала все лазейки и щели в стенах Креста. Видимость моей свободы была потеряна, но внутренняя её часть и не думала избавляться от привычек. Думаю, моя личная независимость просто уснула на какое-то время, решила взять тайм-аут вследствие последних событий, а когда проснулась, теперь каждый раз била по голове и вопила с новой силой: "Что же ты делаешь, Джей?! Где ты?! Что с тобой?! И почему, мать твою, ты сидишь на месте, в то время когда должна катить куда-нибудь в другую часть света в поисках лучшего конца для себя"?!  Или я могла бы добраться до каких-нибудь тропиков, или до берега Тихого океана, ну или до западных склонов Кордильер. Быть может там дела обстоят совсем иначе, быть может, там безопаснее, чем здесь?.. Всё же лучше, чем стирать грязное бельишко поддонков вроде Блейка и давиться догадками о том, какой сюрприз Дакир готовит мне на завтра.  А ещё это пальто... Да-да, именно пальто, если ЭТО можно так назвать. Одежда, что передала мне Кира, абсолютно вся - до безобразия ярких цветов! Просто выносяще мозг ярких кислотных цветов! И это жёлтое пальто, ярче даже цвета цыплёнка (самая тёплая вещь из всех, что мне предложили), уверена - что-то вроде маячка в случае побега! Беглец должен быть законченным идиотом, чтобы решиться выбраться за стены в ЭТОМ! Мало того, что его поднимут на смех, так ещё и попасть смогут точно в затылок! С одного выстрела!  Так что там Дакир говорил? Кира на моей стороне, значит?..  - Что это за ямы вы тут роете? - прокричала я, обращаясь к Тайлеру, трясущемуся в кабине.  Тот отодвинул металлическую заслонку с окошка и безо всякого удовольствия ответил:  - Колодцы.  - Зимой?  - Зима - лучшее время, чтобы добраться до грунтовых вод. А теперь будь добра, заткнись и отвали.  А в Кресте действительно неплохо подстроились под новые жизненные условия. Колодцы, скот, посевы, солнечные батареи, может они ещё и ветровые турбины строить начнут... На первый взгляд всё идеально. Живи - не хочу. И в чём моя проблема?.. Может быть в том, что по своей природе я просто не могу где-либо существовать, вообще - ни в каком обществе? Общество не принимает меня - я не принимаю общество. Чейз был прав, говоря о моей поломке. Я как дикое животное, не поддающееся приручению. И в этом вся я.  Горло снова сильно обожгло. Который раз за день? Сегодня с самого утра у меня во рту этот противный горький привкус, а глотка периодически превращается в наждачную бумагу.  Лёгкий кислый запах, после вспышки зелёного дыма, до сих пор сохранился в атмосфере со дня Конца света. Даже когда дым исчез, его призрачное воспоминание осталось витать в воздухе. И вот опять. То же ощущение что и двенадцать лет назад за несколько часов до того, как небо опустило на землю зелёный занавес: горький привкус, горечь, першение.  Я подняла лицо к свету. Чистота и безоблачность. Ясный оттенок голубого и много птиц бестолково снующих туда-сюда. Очень много птиц. Их всегда столько было? Я редко смотрю на небо.  Но это ведь бессмысленно. Зелёный дым уже выполнил свою задачу. Даже если это повторится, что может случиться с теми, кто единожды уже пережил вспышку и остался человеком?..  Но всё оказалось совсем не так, как это можно было себе представить. А я представляла. Я говорила, что так оно и будет. Я говорила, что нечто подобное ещё может произойти. Потому что я знала - это не конец. Это было только началом.  А теперь, началось продолжение.

Глава 11

- Оу, привет, цыпа! Эй, парни, тут наша цыпа приехала!  Цыпа - пальто.  ЦЫПА - ЖЁЛТОЕ ПАЛЬТО!  Брей.  Придурок.  - Что сегодня в меню, ципа? - давился смехом Брей, выгибая шею, чтобы получше рассмотреть мой зад. Не сложно догадаться о каком меню идёт речь.  Я схватила стопку металлических подносов и принялась размазывать по ним тягучую субстанцию, напоминающую картофельное пюре, размышляя над тем, каким в очереди будет Брей, чтобы смачно плюнуть в его порцию.  На городских воротах всегда дежурило намного больше бойцов, соответственно - них уходило гораздо больше времени. Что значит, и у них было гораздо больше времени для втаптывания моей персоны в грязь. Брей, так точно не упускал возможности. И я должна была молчать. Во имя себя, должна была. Иначе мне никогда не избавиться от присутствия Блейка в собственной жизни.  - Эй, Тайлер, ты уже пробовал нашу ципу на вкус? - загоготал Брей и тут же схватился за грудь. Ещё бы - сколько рёбер Чейз сломал ему?..  И дайте мне кто-нибудь беруши, или я сейчас точно не сдержусь и вырву этому ублюдку язык!  - Заткнись, Брей, если не хочешь остаться без обеда, - скучающе протянул Сиропчик, подпирая капот грузовика. - Эй, вы, давайте шустрее, тащитесь как моя бабушка!  Я не смогла это проигнорировать. Уставилась на Тайлера, как на умалишённого. Либо он слишком зациклен на своей бабушке, либо у этого парня конкретные проблемы с юмором.  Бойцы, вываливающие из будки - поста охраны, дружно загоготали. И, в отличие от Тайлера, я-то понимала, что ржут они не над его шуткой, а над тем, что она из прошлого века.  В прочем, самого Тайлера это мало волновало.  - Слышал, у твоего приятеля появились новые увлечения, а, ципа? - Брей оказался в полушаге от меня. И этот мужик совершенно не в курсе, что такое душ. - Слышал, у него теперь в фаворитах смирительная рубашка и мягкие стены?!  Брей итак урод, а смех у него ещё более уродский. В Скале таких как он полно.  - Это не помешает ему выпустить тебе кишки, - процедила я сквозь зубы.   - Да брось, ципа, в третий раз он за тебя вступаться не будет. Давай жрачку.  Я швырнула Брею поднос, расплескав половину содержимого на землю и уставилась на него мрачным взглядом.  "В третий? Так в тот первый раз, когда Чейз избил его, тоже что ли из-за меня был"?..  Я почти что поинтересовалась об этом у придурка Брея, как в узком окошке будки для постовых, появилась раскрасневшаяся физиономия пухлого бойца и тот завопил на всю округу:  - Разведка возвращается! Один "Хамви", грузовиков нет!  - Чего?! - Поднос вывалился из рук Брея и он, буксанув по снегу, рванул к будке.  Остальные бойцы метнулись за ним, и даже Тайлер, чего уж там, попёрся следом.  А я повернулась к городу. Горький привкус в горле не оставлял в покое. И я бы ни за что не предала этому значения, если бы такого не случалось раньше. Что-то было не так. Что-то происходило, прямо в эту секунду.  - Может камеры глючат?  - Придурок что ли? Это ты глючишь!  - Брей, свяжись с Лукасом!  - Сам свяжись!  - Он наш командир!  - Заткнись и проверь ещё раз камеры! Дай ракурс сверху!   Постовые так орали, что их наверняка было слышно в соседнем секторе.  Камеры? Ах да: ток, напряжение, солнечные батареи...  Протиснувшись между двумя здоровяками, я оказалась перед небольшими чёрно-белыми экранами. На каждом одна и также картинка, только с разных ракурсов: по подъездной дороге к городу мчится одинокий военный "Хамви", а за ним... что это за точки движутся за ним?..  - Ни черта не видно! - орал Брей. Как его вообще постовым сделали? У этого парня конкретные проблемы с самоконтролем.  Он вцепился обеими ручищами в экран и загородил его своей огромной башкой.  - Брей! Свяжись с Лукасом!  - Отвали! Не мешай!  - Что делать будем?!  Брей вперился в бойца разъярённым взглядом:  - Где грузовики?! И что это за, мать твою, такое бежит "Хамви"?!  - Тайлер, может это твоя бабушка?  Гогот.  - Заткнитесь! - рявкнул Брей. - Почему нет грузовиков?!  - Отойди! - один из бойцов оттолкнул Брея и сам уставился в монитор. - Это... это волки!  - Это не волки, - тихо произнесла я, и головы всех присутствующих повернулись в мою сторону. - Это койоты.  И раздалась стрельба.  Стреляли не за стенами, пальба была в городе.  Выстрел. Два. Череда выстрелов!  Из тесной будки меня толпой вынесло на улицу.  Снова выстрелы.  И началась суматоха.  - Брей, свяжись с Лукасом!  - Хватайте оружие!  - Это ещё что?! - орал Брей, с крайним недоумением на лице. - Кто палит?  - Не знаю!  - А кто знает?  - Брей, дебил! Свяжись с Лукасом!  Бойцы сновали туда-сюда, одни вооружались, другие кричали в рацию.  - Лукас! Лукас! Ответь! Лукас!!! - Только Брей не двигался с места, пытаясь связаться с новым командиром. - Лукас! Что там, чёрт возьми, происходит?!  - "Хамви" почти у ворот! - кричал пухлый боец, из дверей будки.  - Заткнись! - рыкнул Брей. - Лукас! Живо отвечай!  - Там люди! Там наша разведка!  - Лукас!  - Я открою ворота!  - Тогда я сам скормлю тебя волкам!  - Это койоты!  - Заткнись! Плевать! Это "Хамви". Скажи, пусть закроются и сидят! Лукас! Приём! Лукас, мать твою!  Выстрелы не стихали.  Ноги будто примёрзли к земле. Меня сковывал ужас. И к выстрелам это не имело никакого отношения. Происходило что-то ещё. Или уже произошло. И это "ещё" заставит остатки человечества жить по новым правилам - в этом я не сомневалась.  Подняла голову к небу. Птицы. Они напоминали толстые столбы беспросветного дыма... клубились и разрастались по небу, закрывая своими чёрными телами каждый небесно-голубой кусочек. Они кружили не только над Крестом, они были... везде... Словно кто-то заставил всех и каждое пернатое создание взмыть в воздух и ужаснуть нас своим количеством.  Там нет ответов. Я опустила голову. Но ответ мне и не нужен.  Обезумевшие койоты, небо утонувшее в птицах...  Это он. Это новый этап уничтожения человечества.  Тишина.  Никто из бойцов не шевелился. Все с застывшими телами и поднятыми кверху физиономиями, взирали на то, что происходит с миром.  - Брей! Брей! Это Лукас! - Рация Брея ожила. - Брей! Что там у вас?   Брей не шевелился; с разинутым ртом смотрел на чёрный небесный занавес.   - Брей! Ответь! Как слышно?   Я с силой пхнула его в плечо. Брей ожил.   - БРЕЙ! - кричала рация.   - Д-да, Лукас. Что там у вас? Что в городе? Кто стреляет?   Шипение.   - Лукас!   - Оставь пятерых бойцов! Остальных в сектор пищевой промышленности, живо! Тут животные... сошли с ума!   Шипение.   - Лукас!   Шипение.   - Взять оружие и по машинам! - отдал команду Брей.   - Это снова происходит, - непривычно тихий голос принадлежал Тайлеру, он стоял рядом со мной и смотрел на город стеклянными глазами. - Снова. Новый конец света.   Я слабо помотала головой, бросив взгляд на чёрное как ночь небо:   - Нет. Это его продолжение.   И тут он схватил меня за локоть, потащил к нашему грузовику и буквально затолкал на переднее сидение.   В лице тоже изменился. Теперь Тайлер был не просто напуган, теперь он казался ещё и безумным!   -Умом тронулся? Куда собрался? - воскликнула я одновременно с тем, как зарычал мотор.   - В сектор пищевой промышленности.   - Ты глухой? Не слышал что там?   - Там моя семья!   И грузовик рванул с места.   Животные. Сошли. С. Ума. Точка.   Это надо было видеть.   Это зрелище не для слабонервных.   Собаки, кошки, крупный рогатый скот, свиньи, овцы, козы... лошади. Я даже не знала, что в Кресте есть лошади! Все спятили!   Горечь в горле. Кислый запах. Это подобие зелёного дыма - это новый вирус. Вирус рассчитанный на животных. А если не будет животных, у людей не будет мяса, не будет молочных продуктов, не будет шерсти. Вот для чего всё это. Это всё оно - уничтожение человечества.   Что дальше? Воду заразят? Почву отравят?   Кто это делает?   И почему спустя двенадцать лет?   Прямо на моих глазах два здоровых пса накинулись на мужчину и, повалив на землю, стали раздирать зубами в клочья.   - Эй, Сиропчик, - тихо выдохнула я, не сводя заставшего взгляда с растерзанного бедолаги. - У тебя ведь есть оружие?   - Есть шокер! - Голос Тайлера сильно дрожал.   Я медленно закивала:   - Да... нам очень повезло. Шокер - это вещь.   Тайлер не ответил.   А потом что-то случилось. Он резко выкрутил руль и нас занесло. Зазвенела посуда и кастрюли с едой в кузове. Грузовик повалило на бок. На бок Тайлера. Дверь оказалась надо мной. Не без усилий, отрыла её и выбралась из кабины. Тайлер показался следом: со лба сочится кровь, в глазах живой ужас.   Я застыла, намеренно, потому что одно лишнее движение и можно будет прокатиться верхом на разъярённом быке. Судя по всему, эта туша и протаранила наш грузовик. Бык был огромен. Он был взбешён. А мы были его красной тряпкой.   - Эй, давай сюда шокер, - я медленно протянула к остолбеневшему Сиропчику руку.   Если это что-то вроде бешенства, то боюсь, всех животных придётся перестрелять - иначе они не сдадутся. Будут стоять до последнего, нападать на людей, потому что бешеным животным чуждо слово "страх". Или кем там теперь они стали...   - Ч-что ты собираешься делать? - Тайлер дрожал с головы до пят, и я почти уверена, что место чуть ниже его ширинки сильно намокло.   - С кем? С этим? - я кивнула на быка. - Или с шокером?   - Шокер мне и самому нужен. Ты это... давай, разбирайся тут, мне надо... надо найти семью.   - Что-о?! Убегаешь?! - зашипела я, держа руки перед собой, словно это действительно способно защитить от огромного разъярённого создания. - Какого чёрта ты меня с собой потащил?!   - У меня семья здесь! - завопил Тайлер и бык двинулся с места.   Я отскочила в сторону и кубарем прокатилась по снегу.   Тайлер стоял на месте как вкопанный.   - Беги, идиот!!!   Тот выставил перед собой дрожащую руку с шокером.   Вот придурок.   Вскочив с земли, я рванула к нему. Бык зацепил Тайлера рогами и швырнул в сторону. В этот миг я налетела на спину разъярённого животного и вцепилась пальцами в толстую шкуру.   - Вставай! - заорала я обездвиженному от ужаса Тайлеру. - ВСТАВАЙ!!!   Дошло наконец! Сиропчик поднялся, несколько раз грохнулся обратно и, виляя из стороны в сторону, помчался прочь.   "Не стоит благодарностей".   А меня в это время так тормошило сидя верхом на быке, что желудок вместе с другими органами готовился совершить побег через рот.   Чёрт! Никогда не была фанаткой Родео! Даже в Техасе никогда не была!   Бык скинул меня через голову и я ещё несколько метров пролетела кубарем наматывая на себя липкий снег.   Всё. Пора делать ноги.   Я рванула сама не зная куда. Вверх по тесным улицам, наполненным ароматом корицы и печёного хлеба. Туда, откуда доносились крики. Туда, где должны быть отряды Дакира, туда, где мне, возможно, удастся получить хоть какое-то оружие для самозащиты.   Суматоха на улицах превращала мысли в голове в полнейший хаос. Я не могла сосредоточиться. Меня постоянно толкали плечами, хватали за шиворот пальто, требуя объяснить что происходит!   Но с чего они взяли, что я вообще могу знать, что происходит?!   На самом деле всё элементарно. Простая психология. Дело в моём ядовито-жёлтом ПАЛЬТО! Так-то! Оно бросается в глаза всем и каждому! Понятное дело, что из толпы серо-синих одеяний сектора пищевой промышленности все кинутся с вопросами именно ко мне! Я как большой развёрнутый плакат в центре площади с огромной надписью: "Эй, все сюда, я спрячу вас в своём потрясном жёлтом пальтишке"!   Где бойцы Дакира?! Ни одного не вижу! Чего тормозят?   Визги. Крики. Мольба о помощи. Всё повторяется. Я уже видела это. Только теперь место тварей заняли "новые" твари - сошедшие с ума животные. Животные, которых эти люди сами кормили и выращивали!   Лошади забивали копытами до смерти, втаптывали людей в землю, превращая в плоский блин. Коровы стали теми же быками, только безрогими: своими массивными головами они расшвыривали людей по сторонам, как плюшевые игрушки.   Овцы, козы, свиньи, куры - все взбесились.   Это даже можно было назвать самой большой несуразицей на свете, настолько нелепым было зрелище! Если бы только оно не было смертельным...   Страшно представить, что творится с хищниками в лесах. Там, где нет людей - где нет еды. Понятия не имею, как справляются с этим представители царства травоядных, но собаки, например, совсем не стесняются жевать органы своих бывших хозяев.   И у всех у них, у животных, красные, налитые кровью глаза - маленькие блестящие рубины.   Выстрелы продолжали сотрясать воздух, но я не могла определить, откуда они доносятся. Может, это обычные горожане похватали ружья и перестреливают любимую скотину?..   Я двигалась на звук пальбы. Разгребала руками дорогу, но толпа постоянно сносила на несколько шагов назад. Как же хотелось крикнуть, чтобы все расходились по домам, заперли двери и окна и ждали пока сектор обороны со всем разберётся! Зачем они вообще повыползали на улицы?! С любознательностью не справились?   Движение сверху. Слишком много движения - птицы бросились в атаку.   И меня оглушило. Это был ядерный взрыв крика! Я утонула в нём.  Вороны отлично справлялись с ролью падальщиков. Они были везде и повсюду. Их перья лезли в рот и в глаза. Забивали нос. Несколько раз меня больно клюнули в макушку, и я тут же натянула на голову плотный капюшон от пальто - больше оно не казалось таким уж плохим.   Люди. Птицы. Животные.   Люди. Птицы. Животные.   Клубок из перьев, шерсти, и человеческих конечностей.   Пронзительный детский крик. Нет, несколько голосов, может даже с десяток. Голоса взрослых - одинаковы и монотонны. Голос ребёнка - совершено иной звук.  Ноги сами понесли меня в ту сторону. Я выбралась из самого большого "клубка" и промчалась вверх по тесной улице, в конце которой обнаружила небольшое двухэтажное здание из кирпича с красивой жёлтой надписью "Школа".   Дети были там. Перепуганные до смерти, прижимающиеся друг к дружке и всхлипывающие о помощи. Их точно больше десятка. И все забились в угол, не имея возможности укрыться в здании школы. Потому что дверь и проход в переулок загородили три здоровых пса - три койота. Кажется один очень толстый боец с красной физиономией, всё же открыл ворота для пуленепробиваемого "Хамви", его пассажиров и их сопровождающих. И думаю, этот боец даже наказание не получит, потому что мёртвым наказаний не дают.   Зловещее утробное рычание за спиной. Ох, нет. Даже оборачиваться не хочу. Я знала, что так будет. Я всегда всё знаю и всё равно прусь туда, куда вообще не должна была переться!   Двое. Двое койотов за моей спиной. И трое не менее здоровых перед детьми.   Нет времени. Быстрый расчёт. Побегу - эти двое кинутся за мной, те трое - на детей. Надо отвлечь и тех и других, причём одновременно и стать приманкой.   Бессмысленно. У меня нет времени. И оружия нет.   Одним быстрым движением я подхватила с земли камень и молниеносно запустила в голову одному из койотов рядом с детьми, одновременно с этим, с хрустом съездив ногой по челюсти тому, чтобы был ближе к спине. Со вторым бы ничего не успела сделать: с громким рычанием он бросился на меня, ударив спиной о землю. Я всегда гордилась своей реакций, так что успела среагировать, схватив его за основание шеи и резким броском отшвырнуть в стену. Койот жалостливо заскулил.   Дети. Детей не тронули. Те трое койотов были слишком возмущены моей наглостью и сейчас, буксуя по снегу, летели ко мне.   - Быстро в школу и заприте двери! - заорала я детям, уже на бегу. Потому что бег - это всё, что мне оставалось.   А дальше вы знаете. Грузовик, удар головой, выстрелы, Чейз, красные глаза...

Глава 12

Тук-тук-тук-тук.   ТУК-ТУК-ТУК-ТУК.   Что это?..   Это в моей голове.   - Если сейчас не проснётся, придётся грузить её в таком состоянии.   Кто это? И про кого это?..   Грузить? Я что - умерла?   Надо разлепить глаза.   - Она шевелится.   Сиропчик?   Шипение.   - Думаю, сейчас очнётся.   Шипение.   Голос Дакира из рации:   - Хорошо, я скоро будут. И на твоём месте, я бы подождал за дверью.   - Конец связи.   Что? Сиропчик и Дакир работают вместе? Ничего не понимаю. Может быть дело в моей голове? Может я ей слишком сильно ударилась и у меня слуховые галлюцинации?   - Доброе утро, - громко произнёс Сиропчик, так что голову разорвало от новой вспышки боли.   "Сомневаюсь. Очень сомневаюсь, что доброе".   Картинка в сознании: лохматые волосы, бледная кожа, красные глаза...   Чейз...   Мне надо его увидеть. Убедиться, что его глаза такие же до безобразия холодные и безразличные, какими были раньше! Они не могли измениться.   Я лежала на залатанном кожаном диване. Голова туго перевязана несколькими слоями бинта. Пульсация в висках играла в переговоры с другими частями тела. В глазах салют, размазанный и какой-то совсем не красивый. Несколько раз с силой поморгала и уставилась на Тайлера. Он стоял у стола напротив, весь в чёрном. Руки скрещены на груди, взгляд решительный, ну и конечно - недовольный.   С тихим стоном, села. Придерживая голову руками, словно та вот-вот отвалится и покатится по кабинету Дакира, как шар для боулинга.   Я хрипло усмехнулась. Кажется не один Блейк в этом городе всегда не при делах, кажется и мимо меня все замыслы и интриги проносятся со скоростью пушечного выстрела!   - Продажная скотина.   - Что, прости?   - Говорю: ты - продажная скотина, - прохрипела я громче.   Сиропчика перекосило:   - Кто бы говорил.   - Думаешь, я не в состоянии встать и надрать тебе задницу?   - Попробуй, если полегчает.   Нет. Не полегчает. Меня скорее просто вырвет, потому что с трудом удаётся сдерживать рвотные позывы.   - Что у меня с головой?   - С головой всё в порядке, просто сильно ударилась.   - С головой всё в порядке, просто сильно ударилась? - перекривляв, повторила я. - Когда сильно ударяются головой, разве это не называется сотрясением мозга?   Сиропчик пожал плечами:   - Может и так. Кира сказала - ничего серьёзного. Скоро восстановишься.   - М-м-м... наш любезный доктор даже успела осмотреть меня. Ах, да, она ведь тоже в вашей очаровательной компашке.   Сиропчика перекосило ещё больше.   - Слушай, - продолжала глумиться я, - а Блейк ведь не знает, что его любимый жопализ ещё и Дакиру трусишки стирает? Может, стоит рассказать ему, как думаешь?   - Заткнись! - рявкнул Тайлер. Светлая кожа покрывалась пунцовыми пятнами. - Я никому ничего не стираю! Я делаю то, что считаю нужным! Это моя работа! И кто больше платит, тот и получает информацию!   Мой взгляд упал на поблескивающий серебром браслет от часов на запястье Тайлера:   - А Блейка никогда не интересовало, откуда у тебя такие вещички?   - Нет.   - Потрясно. И как долго ты стираешь... прости, как долго ты работаешь на Дакира?   - Я не работаю на Дакира, я работаю на Блейка и, к слову, отлично выполняю свою работу! А Дакиру я сливаю информацию за вознаграждение.   - И за что часики получил?   - За то, что докладывал Блейку, какая охринительная из тебя вышла работница!   Я с силой потёрла переносицу, подавляя приступ истерического смеха:   - Слушай, Сиропчик, а в Кресте вообще есть кто-нибудь нормальный?   Но Тайлер не успел ответить, потому что на пороге кабинета появилась высокая фигура Дакира:   - Спасибо, Тайлер, можешь подождать у машины.   - М-г, - промычал Сиропчик и, бросив в меня ещё один недовольный взгляд, покинул помещение.   Обстановка резко накалилась.   Я следила за Дакиром глазами. Он остановился перед столом, совершил какие-то манипуляции со стопкой бумаг, затем достал из внутреннего кармана куртки сложенный вдвое листок, развернул и приблизился ко мне.   - Блейк дал согласие, - строго произнёс Дакир. - Теперь ты официальная горожанка Креста. Тайлер рассказал ему, как ты спасла детей у школы. Дети подтвердили. Было много и других очевидцев. Так что Блейка прижали к стенке.   И он замолчал.   Вот как.  Сомневаюсь, что трусливый Тайлер вообще это видел, видимо Дакиру пришлось заплатить чем-то покруче часов, чтобы Сиропчик согласился сыграть роль такого важного свидетеля.   И что теперь? Чего он ждёт? Что я со слезами брошусь к нему на шею и буду клясться в вечной преданности?   - Предлагаешь отметить?   - Нет, - Дакир поджал губы. Сегодня он выглядел непривычно напряжённым. - На это нет времени. Машина ждёт. Ты едешь в Скалу.   "Ты едешь в Скалу"...   "Ты едешь в Скалу"...   "Ты едешь в Скалу"...   У меня точно сотрясение мозга.   - Времени нет, Джей. Это твоё первое задание, - продолжал Дакир, совершенно не замечая моего тупого выражения лица.   А оно было до безобразия тупым. Потому что я полностью уверена в том, что у меня крыша поехала, или при столкновении с грузовиком мозг повредился настолько, что теперь ему хватает совести говорить о каком-то нелепом возвращении в... Скалу?..   Дакир нахмурился:   - Джей, ты меня слышишь?   - Да... я... мне... то есть, - я прочистила горло, - мне просто показалось, что ты сказал что-то про Скалу и...   - Машина ждёт.   Так это не шутка?   С моей головой всё в порядке?   Мой взгляд стал ещё более тупым.   - Нет времени, Джей. Надо спешить. Надо воспользоваться вспышкой нового вируса и захватить власть в Скале, до того, как там все успеют опомниться...   - Подожди-подожди! - перебила я, пытаясь говорить размеренно и одновременно не замечать барабанный бой в висках. Подбирать слова было ещё сложнее. - То есть ты, всё это время, с самого начала... хотел... вернуть меня... в Скалу? Я правильно понимаю? Ты хочешь, чтобы я...   - Чтобы ты, заняла место предводителя Скверны, - закончил за меня Дакир, и в кабинете наступила поразительная тишина.   Он спятил.   Я спятила.   Все спятили!   - Может это ты головой стукнулся? - поинтересовалась я, медленно поднимаясь с дивана. Боль в голове ушла на задний план. Не могла не уйти! Потому что только что, мне велели отправляться в город, из которого я девять лет мечтала выбраться. Город, который забрал у меня Кристину. Город, который поставил мне метку шлюхи на запястье. И что... теперь я должна в него вернуться по приказу какого-то там Дакира?!   - Джей... - Взгляд Дакира смягчился. Он с тяжёлым вздохом опустился на край стола и вернулся к этому грёбаному отцовскому тону: - Хорошо. Я объясню тебе. Мне жаль, что пришлось вот так вот тебе об этом сообщать, но так сложились обстоятельства. Ты же видела, что стало с животными. Это был... я не знаю... новый вид дыма, биологическое оружие, природное явление. Никто не знает. Этого... явления - скажем так, - даже не видно, в отличие от его предшественника двенадцать лет назад. Но что бы это ни было и кто бы это ни был, атака была рассчитана на животных. Мы лишись скота. В городе не спокойно. Люди в панике. И я знаю, что в первую очередь мы должны позаботиться о том, чтобы успокоить их, навести в Кресте порядок и придумать, как дальше справляться без всего, что давал городу скот, но...   Каша в голове. Лучше присесть обратно на диван.   - Переходи к сути, Дакир. Я половину из твоих речей не улавливаю.   - Я веду к этому, Джей, - Дакир снова вздохнул. - То, что случилось, уже случилось. И нам ещё предстоит с этим разобраться, но было бы не правильно не попытаться использовать очередную трагедию во благо. Мы должны захватить власть в самом жестоком, в самом запущенном и аморальном городе из всех существующих, не считая ущербных. Там люди умирают просто так! Там гибнут дети, женщины, просто потому, что вся вода находится у Скверны. С них высасывают кровь и продают в Ангел! Разве я должен рассказывать тебе о том, как обстоять дела? Ты лучше меня знаешь, как тяжело приходится людям, которые заслужили жить гораздо лучше!   - Но что я могу сделать?! - Я не сдержалась. Голос звенел от злости и возмущения! И плевать с какой силой застучало в голове. - Каким к чёрту образом, я должна занять место Леона?! Ты спятил?! Ты вообще понимаешь, о чём говоришь?! Это Леон - избранный предводитель Скверны! В то время, когда я - всего лишь меченая шлюха, сбежавшая со Скалы, а затем вернувшаяся с требованием, чтобы её сделали новым предводителем! Да меня сначала на смех поднимут и только затем перережут горло! А потом ещё и памятник поставят, как самой тупой шлюхе на свете!   Дакир резко выпрямился и прогремел:   - Ты - дочь Завира! Ты имеешь полное право стать новым предводителем Скверны!   Тук-тук.   Дверь приоткрылась, и Тайлер просунул свою физиономию в щель:   - Дакир, машина ждёт. Блейк хоть и в некоторой степени проинформирован о нашей вылазке, я не очень хочу, чтобы он пришёл нас провожать.   - Зайди и закрой дверь! - приказал ему Дакир, таким тоном, что вся кровь отлила от и без того бледного лица Сиропчика.   А у меня в голове уже работали тысячи болезненных моторчиков:   - Ты ЕГО со мной отправляешь?!   Дакир был сдержан:   - Я отправляю с тобой команду.   И тут я рассмеялась. Громко. Истерично. Потому что все спятили! Мир спятил!   Дакир терпеливо дождался пока я не выдохнусь.   В голове теперь не только стучали барабаны, там выли трубы и гремели бас-гитары!   - Скверна чтит свои традиции, Джей. Скверна помнит тебя, как любимую дочь Завира. А Завир был основателем Скалы, его никогда не забудут. Он уже стал легендой. И ты как никто другой имеешь право занять его место. Это место твоё по праву. Нужно избавиться от Леона и заявить права, а дальше, в силу вступят традиции! Скверна признает тебя своим лидером! Безоговорочно! Все они слишком уважали Завира, чтобы посметь отказать его дочери.   Я смотрела на Дакира как на умалишённого.   Ему самому не смешно?..   - Ты в каком веке живёшь? - прищурившись, протянула я. - В веке королей и престолов? Читал Мартина? Там все, такие как я передохли. Все, кто якобы был кровным наследником и заявлял права на трон! Все-все передохли!   - Ты бастард.   - Заткнись, Тайлер!   - Но это ведь даёт шанс выжить.   - Заткнись! - Я впилась свирепым взглядом в Дакира. - И всё это время я нужна была тебе для этого? Не из-за крови и не из-за чего-нибудь ещё, а просто потому, что я дочь Завира?!   - Я был в шоке, когда узнал!   - Тайлер, ещё слово и шокер снова окажется у тебя в заднице!   - Джей, это то, что важно, - своим фирменным тоном борца за мир во всём мире, продолжал Дакир. - Мы должны сплотить города! Должны навести в них порядок. Избавить от банд, от нищеты и голодания. Помочь людям обрести самих себя и надежду на лучшее будущее. Помочь обрести новый дом и веру в то, что они живут не напрасно. Это ещё не конец, Джей. Человечество выстоит. Мы выстоим! Земля может ещё сотни раз пытаться нас уничтожить, но если мы будем бороться, однажды она сдастся. Дети - наше будущее. И в эту самую секунду, наше будущее умирает от голода, холода, или обезвоживания, потому что банды забрали всё, что необходимо для элементарного выживания. Потому что бандам - потому что Леону, - плевать на детей. И я верю в то, что мы сможем это изменить. Я верю, в то, что ты поверишь, Джей! Поверишь, что ещё не всё конечно! Всё в наших руках!   Тишина.   Ах, ты ж скотина... Дакир - великий манипулятор! Аминь.  Дети! Он нашёл моё слабое место. Сукин сын! Он нашёл его! Я сама его ему показала, когда выручили тех ребят у школы! Я ведь не раз говорила - Дакир просчитывает всё на несколько шагов вперёд, он знает, когда нужно сделать правильный ход конём! Он - чёртов манипулятор!   Мне снова хотелось смеяться. Я точно съехала с катушек.   - Ладно, и что потом? - с улыбкой идиота, скрестила руки на груди. - Что будет потом? Допустим, давай предположим, что я соглашусь на это, что поеду в Скалу и неким чудо-образом избавлюсь Леона. Но! С чего ты взял, что всё будет работать по схеме: кто лидера убил, того и место?   - Не того и место. А твоё место. Скверна пойдёт за тобой.   Я громко фыркнула:   - Чушь! Ты делаешь слишком большую ставку на их традиции! И что если я вообще не хочу становиться... новым лидером?.. - я всплеснула руками. - О, Боже, да я даже вслух не могу это произносить! Меня передёргивает! Это просто нелепо...   - Если ты, в дальнейшем решишь отказаться от этого места, мы что-нибудь придумаем, - заверил Дакир.   - Ага, охотно тебе верю... Сказал самый хитрый и скользкий диктатор из всех, каких я встречала.   - Это не так. Мои замыслы перед тобой, как на ладони. Мы должны захватить власть в оставшихся городах. Сейчас их по-прежнему четырнадцать, а дальше, мы станем укреплять стены и формировать новый порядок, человечный... нормальный.   Тайлер поднялся с дивана:   - Дакир, надо ехать!   Я вперилась в него прищуренным взглядом:   - Тебе это зачем?!   Сиропчик прищёлкнул языком, раздражённо запустив руку в шевелюру:   - Я уже говорил: это моя работа.   Я обречённо помотала головой:   - Вы все больны.   - Дакир, чтобы через пять минут, она, - Тайлер кивнул на меня, - была в машине. Или о том, что наша меченая девочка - любимая доченька Завира, Блейку объяснять будешь сам.   Тайлер хлопнул дверью.   Дакир уставился на меня вопросительным взглядом.   Я холодно усмехнулась:   - Думаешь, раз сумел получить мою подпись на каком-то драном клочке бумаги, то и контроль получил? Действительно думаешь, что для меня это имеет значение?   Уголки губ Дакира приподнялись в улыбке:   - Я лишь всё делал по правилам.   - Твои правила меня не касаются! Между нами ничего не изменилось - запомни! Так, или иначе, я исчезну из твоей сомнительной команды покорителей мира, ещё до того, как этот грёбаный город покажется на горизонте.   - Не исчезнешь, - Дакир улыбался во весь рот.   И эта улыбка мне совсем не нравилась.   - Почему?   Дакир выдохнул:   - Ты ведь знаешь, что если бы не стала горожанкой, у меня бы не было полномочий отправлять тебя на это задание?   - Как и не было бы повода задерживать в городе, - горько хмыкнула я.   - Верно. Особого выбора у тебя не было. Пока ты была в Кресте, ты была в безопасности, но без свидетельства о гражданстве, снайперская пуля решила бы твою судьбу в очень скором времени. Но теперь, благодаря этой бесполезной по твоему мнению бумажке, я имею право отдать другой приказ - и не тебе. А кому-нибудь ещё: ликвидировать тебя на месте при попытке побега, или при намеренной попытке провалить задание.   И знаете что, для меня это не было новостью.   - А ты будешь подонком похуже Блейка, - с горькой усмешкой выплюнула я.   Дакир лишь пожал плечами:   - Я пытался подобрать к тебе разные ключи, Джей, но этот стал единственным, что подошёл. Я, правда, не хотел становиться с тобой врагами и сейчас не хочу, но по-другому ты никогда не согласишься сотрудничать, тебя постоянно надо чем-то подталкивать.   - И кто же выстрелит мне в спину, когда я помашу вам всем на прощание?   Дакир с ответом не медлил.   - Чейз, - просто произнёс он. - И раз уж ты стала официальным горожанином и мне больше не к чему тебя подталкивать, должен рассказать тебе ещё кое-что: парень, которому ты перелила свою кровь, работал на меня.   Я фыркнула:   - У тебя провалы в памяти? Я в курсе, что он работал на тебя.   - Нет, не в курсе. Он работал на меня до конца.   И в голове случился новый взрыв.   Дакир в лице не изменился:   - В Миннеаполисе. Когда рассказывал о моих планах на твой счёт. О наказании плетью, о том, кто велел Чейзу присматривать за тобой... всё это - было частью плана. Я организовал побег, но Чейз не хотел брать с собой тебя. Тогда ты сама повлияла на судьбу, уговорив ехать вместе. А он, лишь выполнил инструкции. О чём и доложил мне после того, как очнулся. - Дакир коротко вздохнул, рассеянно погладив рукой блестящую лысину. - Мне жаль, Джей. Ты поймёшь меня, когда-нибудь. Поймёшь, когда мы сотворим мир заново. Вместе. Это пока ты не понимаешь... Ты не веришь в себя... Не веришь в людей...   Я стеклянными глазами смотрела куда-то сквозь пол:   - Историю про бойца, который меня укусил, тоже ты придумал?   Тяжёлый вздох:   - Да. Я не знаю, по каким личным мотивам Чейз делился с тобой своим прошлым, но всё остальное - было приказом.   - Чтобы я доверяла ему.   - Да.   Дура.   Дура.   Дура...   - Зачем сейчас об этом говоришь?..   Большая фигура Дакира выросла перед глазами и клянусь, если он посмеет меня коснуться - плевать какими будут последствия - я сломаю ему руку.   - Затем, - невероятно ласково заговорил Дакир, - чтобы твои мысли и чувства не отвлекали тебя от главного. У тебя есть миссия, ты должна сконцентрироваться на ней, и если уж выбирать между тем, что тебе испытывать к Чейзу, то я выбираю ненависть, потому что ненависть, делает тебя сильной. Ты боец, Джей. Пришло время доказать это. Пришло время сделать что-то по-настоящему полезное.   - Какое право ты имеешь делать выбор за меня?   Я медленно поднялась с дивана, игнорируя бой барабанов в голове и решительно заглянула в карие глаза этого мерзавца.   Думает, это мотивация? Думает, уговорил меня? Перегнул палку в свою сторону?..   Он не понимает, что только что, в очередной раз доказал мне, насколько подлым может оказаться даже тот человек, который якобы действует во благо общества. Готовый собственноручно задушить одного во имя спасения сотни. А это не может быть правильным! Достойный, бескорыстный и честный лидер города-страны-мира... кем бы Дакир не собирался стать, никогда не отправит в пасть голодного волка овцу, чтобы спасти стадо. Настоящий лидер сам убьёт хищника!  А меня он только что уничтожил.  Дакиру не быть им. Он этого не достоин.  Никто не достоин.   И я сбегу, просто сбегу. И если Чейз пошлёт пулю мне в спину, то так тому и быть. Потому что теперь мне уже всё равно...   - Будь ты проклят, Дакир. Желаю тебе самого кипящего котла в аду, и чтобы сам дьявол явился по твою душу!   Дакир весело улыбнулся.

Глава 13

Тёплая одежда тёмных тонов. Удобная обувь. И нормальное нижнее бельё - не колючее. Всё это было моим условием. Остальные вещи - вещи предоставленные Кирой, уже были кем-то собраны и отправлены в грузовик. Также как и оружие, еда, вода, медикаменты и парочка тёплых одеял.  Я слышала, как бойцы на посту постучали по кузову, выкрикивая пожелания на удачу, затем скрипнули ворота и наступила тишина.  Тьма. Полное отсутствие света. Наглухо закрытое со всех сторон кузова грузовика.  Дыхание. Чьё-то покашливание рядом. Храп.  Я забралась в самый угол, где никто ко мне не притрагивался. Потому что я даже не знаю, с кем нахожусь в одном замкнутом помещении.  "Первая остановка будет через два часа. После Де-мойна. Там тебя проинструктируют, выдадут оружие и введут в курс дела, по поводу всего, что касается проникновения в Скалу и ликвидации предводителя Скверны. Ты должна слушать внимательно и чётко придерживаться плана, никакой самодеятельности. Поняла?"  Поняла, Дакир, чего ж не понятного? Как только мне укажут на мои вещи и выдадут оружие, я попрощаюсь со своими собратьями по несчастью.  Интересно сколько их здесь?.. Уверена, только в том, что Чейза в кузове нет - он в кабине. Он бы ни за что не стал лезть в этот пропахший потом клоповник. Интересно, какой он подарок получил от Санты-Дакира за выслугу и успешно завершенное задание?..  Как тебе там, Чейз, кровь моя не жмёт?..  Ради кого я так старалась? Зачем старалась? Надо было позволить бойцам ещё тогда, при посадке, устранить источник заражения проникший в Крест! Даже пистолетом сама себе угрожала, ради этого кретина. Тошно. Столько раз кричала о том, что никому в этом мире нельзя доверять и сама же попалась в эту ловушку. Молодец, Чейз, хорошо сыграл!  Одного не понимаю, зачем он согласился на эту идиотскую, самоубийственную вылазку в Скалу? В город, который сделал его рабом. В город, который стал для Чейза сущим адом. Он даже Ронни оставил. Что Дакир наобещал ему в этот раз? Какой сказкой накормил? Чейз законченный придурок, если до сих пор доверяет этому человеку. У Дакира гнилое нутро, при всём его внешнем лоске.  Зато я хорошо понимаю мотивы Дакира. Чейз социально-опасен. Чейз отличный боец. Чейз машина для убийств. Чейз выполняет приказы. Чейз, укушенный тварями и никто об этом не знает. А значит, от Чейза нужно избавиться. Эта миссия - просто идеальный вариант по всем пунктам. Идеальный! Очередной ход конём. Браво, Дакир! Загадка лишь в том, что он ему пообещал. Потому что зная Чейза, он не оставит брата просто так, он сделает всё, чтобы вернуться в Крест. И я уверена, Дакир именно тот, кто желает этого меньше всех.  И почему я опять о нём думаю? Мне что, больше не о чем подумать? Плевать на Чейза. Мне нужно решить, как жить дальше. Как сбежать и куда идти. Мне нужно будет где-то прятаться и не только от тварей и хищников... думаю, Дакир тоже от меня быстро не отстанет. Свободы он меня лишил?.. Ха. Проблема этого человека в том, что он слишком много думает! Совсем забыла сказать ему об этом. Потому что чем больше он думает, тем сложнее и запутанней - для него, - становится ситуация. Вся эта история с правилами, с сертификатом о гражданстве, с приказом, с ликвидацией Леона. Не спорю, Дакир всё чётко продумал, он решил, что таким образом сможет подчинить меня себе. Но он ошибся... Потому что мне плевать на всё это. Потому что время отдыха закончилось. Потому что я сделала выбор. Пусть мне и некуда идти, пусть меня больше никто не ждёт и пусть у меня больше никого не осталось, я не подохну в Кресте, как крыса, подчиняясь сомнительному кодексу. Пусть меня сожрут твари, здесь - на свободе, а не пуля снайпера под руководством Дакира.  Грузовик дёрнулся и остановился. Два часа прошли.  В боковину кузова трижды постучали, а затем в глаза ударил яркий свет и вместо затхлого запаха пота в лицо ударил морозный утренний воздух.  Чейз был тем, кто открыл дверь. А я была той, кто оказался первым на выходе.  Я застыла, глядя на него сверху-вниз. И внутри меня больше ничего не переворачивалось, я заткнула это чувство, чувством злости. Я приказала ему быть на том месте, где когда-то порхали бабочки, потому что Чейз не тот, кто заслуживает хотя бы одного трепетного взмаха крылышком. Он мне лгал. Всё это время. Чейз - предан Дакиру. А я нет. Нам не по пути.  Он смотрел на меня не дольше секунды, затем развернулся и скрылся за дверями грузовика. Но мне хватило этой секунды, чтобы разглядеть его глаза: они не были налитыми кровью, как у тварей, но они и не были... нормальными... человеческими. Зелёный блеск пропал, его зрачки потемнели и стали почти чёрными, а белок приобрёл бледно-красный оттенок, как если разбавить кровь с водой в равной пропорции.  Это были не его глаза.   - Шевелись, ципа! Чего застряла? Задница не пролазит?   Я не успела ожить, как меня толкнули в спину, и я вывалилась из кузова в толстый слой снега между колеёй от колёс грузовика.   Брей.   БРЕЙ?!   Какого чёрта?!   - Дакир в конец рехнулся?! - зашипела я, вскочив на ноги.   Брей с самодовольным видом скалился и выволакивал из грузовика винтовки М-16, одну за одной.   Следом показался Сиропчик, заспанный и как всегда недовольный.   Поездка обещает быть продуктивной.   Брей кинул мне винтовку.   - Бре-е-ед... - Я была готова рассмеяться. Только голова всё ещё болела и я не могла себе этого позволить. - Сборище идиотов на пути к самоубийству.   - Цыпа, без шуточек. Будешь выпендриваться, и дуло винтовки окажется в твоей тощей заднице. - Брей игриво подмигнул мне.   Я по-прежнему отказывалась верить глазам.   Зачем Дакир нас всех отправил в Скалу? Чтобы мы ещё по пути перебили друг друга?   - Только тупой мог отправить такого тупого, как ты на это задание! - выплюнула я, просматривая взглядом периметр.   - Это ты щас про кого? - озадаченно вскинул бровь Брей.   Проще не отвечать.   С нами был ещё один боец, которого я не знала. Его звали Кристоф. Высокий, крепкий, хорошо слаженный и очень молчаливый. Ну и всё. Оказывается за рулём был Чейз. Вот такой вот крохотный отряд отборных идиотов идёт покорять Скалу!   Они идут. Я пасс.   Поле обрамлённое далёким лесом. Дорога - 80-я автомагистраль. На той стороне такое же заснеженное поле, но лес кажется намного ближе. Не самоубийство ли?.. Даже если там не будет тварей, будет полно хищников. Но у меня есть оружие. Будут мои вещи, а значит еда и питьё. Чтобы передохнуть, я смогу залезть на дерево, там волки не достанут. Не достанут ведь?..   Если дорога от Креста до этого места заняла около двух часов, то примерно в той стороне, за лесом, на противоположной от шоссе стороне, должен находиться Айова-сити. Этот город хоть и маленький, но шанс на то, чтобы найти там транспорт и ещё какое-нибудь оружие вполне себе существует. Крохотный, но шанс.   О, Господи! Я действительно собираюсь это сделать! Это самая больная идея из всех, что когда-либо рождались в моей безумной голове! Чем мой план отличается от самоубийства? Да ничем!   - Чисто.   Даже голос у Кристофа был не нормально спокойным. Как будто этот парень глубоко под наркотой и ему вообще плевать на то, что происходит.   - Смотрите в оба! - командовал Брей, своим отвратительно надменным голоском. - Любое животное - тоже опасность. И следите за птицами.   - Дакир тебя, что ли командиром назначил? - фыркнул Тайлер, разворачивая мешок с собойкой.   Я попыталась отыскать глазами Чейза, потому что должна была знать, где находится каждый, кто будет способен пустить мне пулю в спину при побеге. Тем более тот, кому на этот счёт выдали отдельные указания. Но его нигде не было.   - Отлить пошёл.   - Что? - Я уставилась на Сиропчика.   - Любовничек твой, отлить пошёл, говорю, - повторил он с набитым ртом.   Больше я не поведусь на это.   - Говоришь, как старомодная проститутка, - бросила я Тайлеру и открутила крышку с бутылки с водой.   Брей загоготал.   Кристоф тут же наградил его предостерегающим взглядом.   - Он туповат, не обращай внимания, - сообщила я Кристофу и принялась набивать желудок до отвала. Потому что еда - это энергия, а в скором времени, она мне будет как никогда нужна.   Брей сверлил меня мерзким взглядом.   Я раздражённо вздохнула:   - У тебя ведь рёбра не срослись, какого чёрта на это подписался?   Брей оскалился:   - Тебя поиметь захотелось. Не хочешь прогуляться?   Я уставилась на Сиропчика. Тот коротко помотал головой. Что означало - нет, о том, кто я такая, кто поставил мне метку и кто должен занять место нового предводителя Скверны, Брея в известность не поставили.   Мне стало смешно. Дакир... вот сукин сын. Знаете кто этот парень, кто этот озабоченный кретин? Пушечное мясо! Вот он кто! А зачем вводить пушечное мясо в курс дела? Правильно - не-за-чем! У него есть задние - ликвидировать Леона и он его выполняет, только я очень сомневаюсь, что человек с поломанными рёбрами и с полным отсутствием мозгов в итоге останется жив.   - Цыпа, ты ведь не дала ему, да? - давился смехом Брей.   Ещё слово и моё терпение лопнет.   - Дакиру, не дала? Или с чего он тебя таким заданием наградил?! Ты ведь подохнешь в Скале от рук своих же трахальщиков! - Громкий лошадиный рогат.   Всё.  Я дёрнулась к нему, Тайлер преградил мне дорогу.  Глухой удар. Хруст. И Брей с громким стоном повалился в снег лицом. Чейз присел на одно колен, схватил за загривок и зажал ему рот рукой в кожаной перчатке.  - Закрой. Пасть. Вон в том лесу, - Чейз с силой рванул на себя голову Брея, - за нами наблюдают два до смерти голодных волка. И если ты не заткнёшься, то я заставлю тебя добровольно пойти к ним, и предложить свой жалкий искалеченный организм на обед. Уверен, они не побрезгуют.  Никто не двигался с места.  Чейз был в ярости. Вены на шее норовили взорваться. Желваки бегали по скулам с удвоенной скоростью. Ноздри раздувались, как у самого настоящего хищника, а глаза...  Я больше не хочу говорить о его глазах.  Это были не его глаза.  - Эй, приятель, не убивай его. - Тайлер посмелел, раз даже шаг вперёд сделал. - Он нам ещё нужен.  Дело говорит, нужен - как пушечное мясо.  Чейз бросил в Сиропчика мрачный взгляд из-под густых бровей, и тот сделал два резких шага назад. Я знаю, о чём он сейчас думал. Об этом думал каждый из нас: "Кто этот парень? И почему он так дьявольски напоминает тварь"?.. Только никто никогда и ни за что не решится произнести это вслух. По крайней мере, перед Чейзом.  Так же как никто не узнает о том, что это я его таким сделала.  - Отвали, чёртов псих! - проскрежетал зубами Брей и Чейз с удвоенной силой воткнул его лицо в снег и поднялся на ноги.  - Десять минут и выдвигаемся. - Голос его почти не изменился: такой же холодный, такой же спокойный и безразличный. Вот только если раньше он был подобен шуму волн, то сейчас шипело огненное пламя, обжигающее и болезненное.  - Чёртов недоносок, совсем с катушек съехал... - промямлил Брей, отряхиваясь от снега. - Какие нахрен волки? Отсюда и леса-то почти не видно.  - Заткнись, - прошипел Сиропчик. - В твоём положении я бы поберёг оставшиеся кости.  Чейз бросил на снег рюкзак и развернул на нём карту. Не мою. Мою отобрали в лагере Ангела.  В этот момент я заметила плотную полоску ткани вокруг его шеи, скрывающей под собой ровный кружочек, каким я его помню - укус твари.  - Здесь, будет съезд на 88-ю автомагистраль, - монотонно говорил Чейз, ни к кому конкретно не обращаясь. - Известно, что на ней полно тварей. Остановок не будет. Так что все свои дела делайте здесь и сейчас. За тридцать километров до Рокфорда грузовик оставим в лесу, готовьтесь к пешей прогулке. Здесь, - Чейз тыкнул на карту в точку рядом с Рокфордом, - заброшенный бункер. Связные из Скалы будут ждать там на закате. У нас восемь часов чтобы туда добраться. И если учитывать, что поездка может оказаться не предсказуемой, лучше поторопиться.  Чейз бросил мрачный взгляд своих нечеловеческих глаз на Сиропчика:  - Проведи остальной инструктаж.  Чейз свернул карту вчетверо, спрятал во внутренний карман куртки и скрылся из виду за фургоном.  - Что не так с этим уродом? - скривился Брей, потирая спину. - У него бешенство? Что за нахрен с глазами?  - Острая форма конъюнктивита, - небрежно ответил Сиропчик, пожав плечами.  Рожа Брея скривилась ещё больше:  - Что? И он за рулём?  Тайлер кивнул мне. Что за жест? Типа переводи тему?  - Эм... что там за инструктаж? - спохватилась я, раздумывая с какой такой стати Дакир вообще посвятил Сиропчика даже в такие подробности, как укус Чейза?  Зачем вообще кто-то вроде трусливого Тайлера поехал на столь безумное задание?.. Чтобы нас контролировать? Чтобы пресекать утечку информации в нашем тесном коллективчике?  Дакир ничего не делает просто так.  - Оружие при вас, палить без разрешения запрещается, - скучающе забубнил Сиропчик, закатив глаза к небу, - только в случае нападения тварей и животных. Разделяться запрещается, отлучаться без разрешения - запрещается. Устраивать драки и разборки между собой - запрещается...  - Позволь спросить, - со скептическим видом вклинился Брей, - а у кого получать это самое "разрешение"?  Тайлер послал в него раздражённый взгляд:  - У того, кто командует операцией, и это не ты. Короче все всё поняли: никому ничего нельзя. А теперь идите отливайте, или что там ещё и загружаемся.  Мне нужно забрать вещи.  - Где мой рюкзак?  - Зачем он тебе? - Сиропчик запаковывал остатки еды в мешок.  - Надо.  Тайлер уставился на меня прищуренными глазами:  - Дакир сказал тебе, что будет вследствие побега?  Я скрестила руки на груди и сделала шаг к нему:  - Мне очень льстит, что ты обо мне беспокоишься, Сиропчик, но ты мыслишь слишком глобально. Так что если не собираешься отдавать мои вещи, будь добр порыскай по карманам, может, завалялся где тампон? Ты ведь тоже ими пользуешься?  Гогот Брея. А лицо Тайлера в лучших традициях покрылось пунцовыми пятнами.  - Держи. - Он выволок из кузова чёрный потрёпанный рюкзак и с силой швырнул мне в живот. Затем снял винтовку с плеча и махнул дулом в сторону ближайшего леса через дорогу. Как раз туда мне и надо. - Пошли.  Я нахмурилась:  - Помочь хочешь? Спасибо, я уже большая девочка.  - Фу, мать вашу, разберитесь уже с этим! - рявкнул Брей, застёгивая ширинку.  - Пошли, - твёрдо повторил Тайлер и зашагал к дороге.  Чёрт. Сиропчик! Как же ты меня достал!  Свали уже нахрен из моей жизни!  Тайлер остановился перед самой кромкой леса:  - Вон за то дерево, я жду здесь и только попробуй что-нибудь выкинуть, ты мне по-прежнему не нравишься, а стрелять я умею.  - Кишка не лопнет? - хмыкнула я.  Тайлер напрягся:  - Я серьёзно!  - Да я тоже. До сих пор вижу твои сверкающие пятки, вид с быка был отличный! - Я гадко улыбнулась. А Тайлер кажется, проглотил язык. Неужели?..  Ствол дерева был широким, полностью скрывающим меня от глаз других. Я порылась в рюкзаке, проверяя содержимое: одежда, паёк, вода, всё на месте. Лекарств нет. Надеюсь, в ближайшее время они мне не понадобятся. Теперь надо избавиться от Тайлера и бежать со всех ног, пока кто-нибудь ещё не пришёл меня проконтролировать.  - Ну скоро ты там?  - Я уже всё, - улыбнулась я Сиропчику и зарядила прикладом ему в лицо.  Крик боли. Фонтан крови. Он упал на колени и зарылся в снег лицом.  А дальше я уже ничего не видела. Я мчалась по лесу. Перепрыгивая поваленные деревья и камни, огибая заснеженные кустарники. Я знала, что за мной остаётся дорожка следов, но выбор был не велик, и я выбрала скорость, нежели медлительное перепрыгивание с камня на камень и с одного оголённого участка земли на другой.  Скорость - моя ставка.  Адреналин разгонял кровь по венам, пульс стучал в ушах, как ровный барабанный бой - сопровождающая музыка для моего побега. Глаза рыскали по округе, определяя препятствия, выискивая тварей и хищников. Никого не было. Ничего не было. Это добрый знак. Я всё правильно делаю.  Дыхание размеренное, я знаю, как правильно бегать, чтобы быстро не выдохнуться. Зимой нужно дышать носом, чтобы не получить переохлаждение и загрязнение дыхательных путей. Я хоть и не склонна к инфекционным заболеваниям, но переохлаждение лёгких способно лишить сил.  Вдох носом. Выдох ртом.  Вдох носом. Выдох ртом.  И до бесконечности.  Нужно бежать, пока силы не иссякнут. В другой конец штата, в другой конец страны, в другой конец мира! Подальше от всех! Подальше от планов Дакира. Подальше от Чейза, как можно дальше...  Треск веток. Погоня? Уже?!  Твари? Волки? Кто-то двигается слишком быстро, его шаги эхом разносятся по лесу, заглушая собственное громкое дыхание и барабанный бой в ушах.  Кто-то очень близко. И, насколько мне известно, с такой скоростью может двигаться либо тварь, либо лесной хищник. Это не человек.  Я ускорилась. Не знаю как, я итак была на пределе. Но я заставила ноги двигаться ещё быстрей.  Голову разрывало на куски, пульсация в висках достигла своего предела. Очень сомневаюсь, Кира, что у меня нет сотрясения.  Рюкзак бил по спине и замедлял движение, но если я рискну его скинуть, то ради этого так или иначе придётся сбросить скорость. И у меня в руках винтовка, а её я выбросить не могу.  И я бежала.  Лес дышал вместе со мной.  Земля дышала вместе со мной.  Я сливалась с миром, я становилась с ним одним целым.  Я становилась воздухом. Я летела как ветер. Я бежала от собственной смерти. И мир помогал мне в этом. Помогал той, что ненавидит его.  Треск веток за спиной. Кто-то бежал напролом. Кто-то очень большой. И это точно не волк и не койот. Эти создания не ломают всё на своём пути.  Это твари. И кажется, мне не спастись.  Глупая была идея.  Хруст. Совсем близко. Резкий удар в спину. Кто-то навалился на меня всем телом и впечатал в снег, так что винтовка оказалась подо мной. Я пыталась перевернуться, но тварь сверху вдавливала меня в землю лишь сильней.  А потом в мой висок уткнулась холодное дуло пистолета.  Я замерла.  - Сколько у тебя жизней?.. - Шипение пламени. - Уверен, что пуля в голову прикончит даже такую занозу, как ты.

Глава 14

Контраст цветов. Радужка, как тёмно-зелёный бархат, чёрные, как вороново крыло зрачки и бледно-красные белки с кривыми дорожками кровеносных сосудов.   Чейз одним рывком содрал рюкзак с моей спины и круто развернул меня на спину, тут же лишив возможности шевелиться. Моя винтовка оказалась зажата между нашими телами, мои руки находились над моей головой, а запястья были крепко прижаты к земле одной большой рукой в кожаной перчатке.   Вторая рука Чейза была обнажена, именно ей он держал пистолет, дуло которого вжималось в мой висок.   Мне не было страшно. Я никогда его не боялась. Даже этого, нового Чейза с совершенно иными дикими глазами, я не боялась. Потому что ещё до встречи с ним в Кресте, я знала, на что этот человек способен. Я знала, как он убивает. И если бы он действительно хотел меня убить, я бы уже умерла.   Моя грудь высоко вздымалась после долгого бега, я всё никак не могла отдышаться. И я совсем не хотела, чтобы она касалась неподвижной грудной клетки Чейза, но так, или иначе моя грудь её задевала. И только мне от этого было хуже.   Потому что я не могла его касаться. Потому что я не желала этого!   Потому что я знала, на что способно моё тело, и не хотела, чтобы оно во второй раз меня предало.   - Чего ждёшь? - с вызовом выдохнула я, умоляя лёгкие вернуться к нормальному ритму.   Чейз смотрел на меня будто бы изучающе. Спокойно, расслабленно. Ярость бушевала лишь в глазах, она кружилась в зрачках густыми чёрными водоворотами. Остальные черты были всё теми же. Тоненькие морщинки в уголках прищуренных глаз, две маленькие родинки: одна над правой бровью, другая побольше, чуть ближе к виску. Маленькая горбинка на носу, который ему ломали не один раз. Вихрь тёмно-каштановых волос, постоянно спадающий на глаза. И губы... такие близкие, такие яркие и такие настоящие.   - Чего ждёшь?! - тяжело дыша, воскликнула я и мой голос надломился. Треснул, как хрупкая ветка под тяжестью ботинка.   Взгляд Чейза плавно скользил от моего подбородка, к губам и остановился на волосах:   - Зачем ты их обрезала?   Что?..   Чейз внимательно заглянул мне в глаза.   - Всё по той же причине, - ровно ответила я. - Потому же почему не сделала этого раньше.   Лес затаил дыхание. Деверья подслушивали нас. Небо нависло над нашими телами, укрывая небесно-ледяным покрывалом. И то, что происходило в моей голове, было настолько же нереальным.   - Потому что я этого не хотел, - с тихим смешком произнёс Чейз.   Именно поэтому. Я остригла волосы до уровня плеч, кухонным ножницами, на следующий день, после того, как Кира рассказала мне, что Чейз очнулся. Моя миссия была на этом выполнена. Я сделала все, что могла для этого человека и теперь должна была выкинуть его из своей жизни. Когда-то мои волосы ему нравились, значит, это надо было изменить.  Только как обычно всё пошло совершенно не так, как я это планировала...   Расслабленное, безмятежное лицо. Губы, приподнятые в слабой и такой сексуальной улыбке... Глаза, в которых бушует лютое пламя ненависти. И дуло пистолета у моего виска. То, что происходит, не вписывается ни в какие законы логики.   - Или стреляй, или отпусти меня. - Теперь я задыхалась не от долгого бега, теперь слишком сильное трение между нашими телами вынуждало меня это делать. - Ты знаешь, я не вернусь в Скалу.   - Дочь Завира не хочет стать заменой своему папаше? - Голос Чейза можно было соотнести с его глазами - такой же жестокий.   - Ты ничуть не изменился.   - Вот это вряд ли. - Очередной смешок.   - Такой же кретин.   Челюсти Чейза сжались, больше его лицо не казалось расслабленным. Теперь его так легко вывести из себя? Кажется, Кира не шутила...   - Или стреляй, или слезь с меня к чёртовой матери и дай спокойно уйти! - воскликнула я, в бессмысленной попытке освободить руки. - Меня тошнит от вас всех! От всех и каждого в вашем идеальном городе!   - За попытку побега, я должен тебя убить.   Чейз приблизился настолько близко, что я едва разобрала смысл его слов. Его тёплое дыхание, щекочущее нос - вот что овладевало вниманием.   - Тогда стреляй, - прошептала я. - Ты же верный пёс Дакира, давай, выполняй его команду. Так, как всегда это делал. Преданный боец. Преданный слепой Койот.   Чейз резко приблизился, намеренно задев кончиком носа мой подбородок, и шумно втянул ноздрями воздух - как хищник, обнюхивающий свою добычу.   - Знаешь, каково это? - яростно зашептал он. - Каково душить в себе эту ненависть?.. Каково давиться безудержным желанием разорвать кого-нибудь на куски? Вот каким я стал. Вот кем ты меня сделала. Думаешь, жизнь мне спасла?.. Знаешь, как невыносимо сопротивляться кипящей в крови агонии, требующей живьём вырвать сердце из твоей груди?..   - Так сделай это. Вырви его... Раз оно ещё кому-то нужно.   Чейз застыл, на какое-то крохотное мгновение длящееся в моём сознании несколько десятков лет, затем опустил пистолет на снег, отпустил мои руки, и кожаная перчатка жёстко коснулась моего подбородка, задрав голову.   - Думаешь, не сделаю?   - Уверена - сделаешь.   Чейз тихо и мрачно усмехнулся:   - Ты не изменилась. Всё такое же дикое создание.   - Зря ты отпустил мои руки.   - Тебе не убежать от меня.   Я обхватила его запястье ладонью и отдёрнула вниз от своего подбородка. Чейз не сопротивлялся.   - Потому что ты научился нереально быстро бегать?   - Потому что я не отпущу тебя.   Сколько длилась эта пауза? Пауза нашего с ним сопротивления. Время замедлило ход. Время, когда Койот с дикими налитыми кровью глазами, проникал внутрь моей сущности и окончательно пускал в ней корни.   Я не могла ему сопротивляться.   Я не могла сопротивляться себе.   Эта игра была проиграна мною. А я по-прежнему, безнадёжно, пыталась выбраться из неё, будучи самой собой. Только та Джей, которой я была все те годы до встречи с ним, так и осталась там, посреди толпы тварей, где-то на окраине Де-мойна, с надеждой взирающая на незнакомца неизбежно приближающегося к ней на блестящем чёрном мотоцикле.   Там я потеряла себя.   Там я обрела Чейза.   Ветки поваленного дерева хрустнули, как сухие просроченные крекеры, и моя голова тут же повернулась в сторону зловещего звука. Волки. Трое. Красные глаза-рубины, оскал, утробное рычание.   - Слезь с меня. - Я оттолкнула Чейза руками, пытаясь добраться до винтовки, но этот парень точно сошёл с ума, потому что даже не думал двигаться с места! Он не сводил с меня глаз, глаз в которых кипела жажда, в которых пульсировала агония.   И вот тогда мне стало по-настоящему страшно. Потому что если Чейз заодно с бешенными хищниками, то я просто отказываюсь это принимать! Лучше пуля в висок, чем это.   Всё же он совладал с головой и позволил мне вдохнуть полной грудью. Я тут же схватилась за оружие, направила дуло на волков и вскочила на ноги со скоростью света.   - Они тебя не тронут. - Чейз был поразительно спокоен. Он подобрал с земли пистолет и спрятал за поясом чёрных джинсов. Мои глаза полезли на лоб от этого действия.  Рехнулся.   Я тяжело дышала, переводя прицел с одного волка на другого, выбирая в которого выстрелить в первую очередь.   Но что не так с этим парнем?!   - Моя кровь тебя бессмертием наградила?! - выкрикнула я, остановившись на центральном волке.   Но тут дуло моей винтовки не без помощи Чейза опустилось вниз.   - Они не тронут тебя, - сказал он безо всякой ярости в голосе и в глазах. На миг мне даже показалось, что я уловила в них прежнее сияние изумрудов. Показалось.   - Почему?   Чейз ещё раз скользнул глазами по моим коротко стриженым волосам, затем забрал у меня винтовку, что я легко позволила сделать, и зашагал в обратном направлении.   - Потому что они меня боятся.   Волки рычали, и я уверена - меня-то они точно готовы разорвать на куски. Тем более меня безоружную. Происходит нечто по истине странное. Мы, в окружении хищников с крайне опасной стадией бешенства, если это вообще что-то вроде бешенства, и даже не пытаемся защищаться. Потому что они, видите ли, по одному Богу известным причинам, боятся какого-то там человечешки с налитыми кровью глазами!   - Не думаю, что если ты пойдёшь в другую сторону, они будут продолжать стоять на месте! - выкрикнул мне Чейз, отдаляясь всё дальше.   Ненавижу эти чувства - жалкая, слабая, униженная... В последнее время выбор принципиально что ли обходит меня стороной? Что мне остаётся? Попытаться подружиться с волками съехавшими катушек? Или тащить своё жалкое существо за Чейзом, потому что рядом с ним относительно безопасно?   Я подхватила с земли рюкзак и бросилась вдогонку за Чейзом, потому что расстояние между мной и пускающими слюни созданиями выходило за пределы допустимого.   План был идиотский с самого начала, потому что если я действительно не хочу оказаться в Скале, всё что мне нужно, это либо убить Чейза, либо склонить его на свою сторону. И я даже не знаю, что из этого звучит более нереально.   - Почему они тебя боятся?! - требовательно закричала я в его широкую спину.   - Не знаю.   Чейз шёл слишком быстро. Мне пришлось перейти на бег, чтобы успевать за ним.   - А ты можешь приказать им отвалить?   - Мы с ними не приятели.   - Тогда почему они тебя боятся?!   - Потому что я представляю для них опасность!   Чейз резко остановился и я едва ли не впечаталась ему в спину.   - Что ты хочешь услышать? - прорычал он, взирая сверху-вниз. - Что я такой же как они? Что я такой же хищник? Я не знаю, кто я, ясно? Я знаю лишь то, что животные меня боятся. Койоты, что окружили тебя в Кресте, не нападали на меня, но я убил их, потому что они представляли опасность для жителей. А эти волки не отстанут, пока я не свалю с их территории. Так что шевели ногами, время поджимает.   Я не двигалась с места:   - Почему ты на это согласился?   С тяжёлым вздохом Чейз устремил глаза к небу.   - Ты ненавидишь Скалу, - не отставала я.   - Это не твоё дело.   - Моё дело убить Леона и занять место, которое мне нахрен не надо! Это моё дело?   - Тебя никто не заставлял подписывать свидетельство о гражданстве!   Я застыла, с приоткрытом ртом, взирая на Чейза неверующими глазами.   Смех подкатывал к горлу. Он действительно считает это важным? Это всего лишь ничего не значащий в Новом мире клочок бумаги! Почему все в Кресте помешались на каком-то дебильном своде правил?!   - Я не вернусь в Скалу.   Чейзу было всё равно:   - Тогда тебя сожрут волки.   - Вы больны. - Я мрачно усмехнулась. - Ты, Тайлер, Брей... Дакир. Особенно Дакир! Вы все больны. Этот мир болен! Ты возвращаешься в место, которое всей душой ненавидишь, лишь потому, что кто-то тебе сказал так сделать! Ты мёртв. Ты лишь машина без воли!   - Я был ею с момента нашей первой встречи, - безразлично ответил Чейз и зашагал дальше.   - В лагере Ангела! - с надрывом закричала я в отдаляющуюся спину. - В лагере Ангела ты был живым!   Но больше Чейз не остановился ни разу.   Волки отстали, как только мы вышли из леса. Как только мы покинули их территорию.   Брей орал громче всех, и если бы Кристоф не без применения силы усмирил его, я бы задушила его собственными руками, хотя бы просто попыталась! Потому что настроение было поганей некуда. План побега провалился! Будет ли у меня вообще второй шанс? Мне нужно что-то придумать до тех пор, пока мы не оказались в бункере. Сомневаюсь, что что-то ещё способно помочь склонить Чейза на мою сторону. Это запущенный случай. Не сомневаюсь, если представится возможность, он и жизнь за Дакира отдаст! За создателя этой "безвольной машины" по имени Чейз.   - Ты! СУКА! - Тайлер налетел на меня, брызгая кровью во все стороны. Под его карамельного цвета глазами уже успели проявиться огромные синяки, нос распух на пол лица, уверена - он сломан. Кровь не просто сочилась, она лилась толстыми струями с приличным напором.   Кристоф схватил его за шиворот и оттащил на безопасное от меня расстояние. Теперь и я была в крови Сиропчика. Просто отлично. Теперь мы все - кровавый маячок для тварей. И в этом виновата только я.   - Загружаемся! - рявкнул Чейз поверх шума других голосов и спустя пару секунд зарычал мотор грузовика.   - Он что, опять за рулём?! - громко сплюнув, пропыхтел Брей.   - Да, - басисто отозвался Кристоф и первым залез в кузов.   Теперь я понимаю, почему Чейз за рулём. Если он может видеть на гораздо большие расстояние, чем человек вроде меня, или Брея, то ему и вести грузовик. На 88-ом шоссе, его зрение пригодится, как никогда.   И вновь меня окутала темнота. Я закрыла глаза, забившись в угол, и желала раствориться в ней без остатка.   Запах крови и пота быстро заполнил пространство. Было тошно от этого. Было тошно от себя. Было тошно от Чейза.   Чейз умеет быть самоотверженным. Он не раз это доказывал, его сердце ещё не до конца покорилось холоду. А разве можно высосать всю волю без остатка из человека, который ещё способен пожертвовать собой ради жизни других? Ради моей жизни. Чейз спас меня от тварей в Миннеаполисе, вырвал из лап смерти. Вывез из Де-мойна, когда ещё даже не знал, кто я такая... И в лагере Ангела, он не казался мне чьей-то марионеткой. Может быть, я ошибаюсь, но так, или иначе, действия Чейза слишком нелогичны, чтобы списывать их на стечение обстоятельств, или безвольное выполнение приказов.   - Твою мать, Тайлер, заткнись уже! - зарычал Брей, вырвав моё сознание из тьмы. - Хватит поливать меня своей жижей! Затки свой нос уже чем-нибудь.   Сиропчик не прекращал стонать и хныкать. Боль наверняка адская, при всей моей антипатии к этому человеку, к его трусости и продажности, мне всё же стало его жаль. Есть такой тип людей, которые лучше других способны выдавить это скудное чувство, даже из такого чёрствого человека, как я. К тому же, если кровотечение не остановится, то при нашей пешей прогулке до бункера, его нос будет оставлять замечательные следы на снегу - кровавую дорожку для тварей.   - Эй, Кристоф, дай фонарик.   - Зачем? - Кристоф сидел ко мне ближе всех и отвечал за маленький склад боеприпасов, еды, медикаментов и прочего необходимого для выживания барахла и кажется расточительным этот человек не был.   - Свет здесь ни к чему, - монотонно отрезал он.   - Мне на пять минут. Не будь жмотом.   Кристоф фыркнул... или усмехнулся. Не представляю этого парня смеющимся. Но фонарик всё же выделил на временное пользование. И тьму в душном кузове разогнал яркий луч света, с танцующим в нём роем пылинок.   Я с безопасного расстояния направила его Тайлеру в лицо:   - Дай посмотреть.   - Отвали, ненормальная! - взвизгнул он и только сильнее застонал от боли.   Я приблизилась и протянула руку к его лицу. Тот громко хлопнул по ней своей ручищей.   - Отвали, я сказал!   - Ты здоровый мужик, чего хнычешь, как девочка?.. Хочешь и дальше кровью давиться? Дай посмотрю!   - Ну, нет, только не ты! У тебя с башкой нелады!   - Тогда Брея попроси! У него ведь с башкой всё в порядке?!   - Э-э-э...   - Заткнись, Брей! Я лучше сдохну от потери крови, чем твои вонючие руки окажутся на моём лице.   Брей не блистал остроумием и не подобрал ничего лучшего, как просто послать Сиропчика отборной матершиной.   Тайлер ещё недолго колебался и всё же позволил той у кого с башкой нелады осмотреть нос.   Я аккуратно прощупала подушечками пальцев носовую перегородку:   - Не уверена, но похоже на перлом без смещения, жить будешь.   - Прям полегчало! - перекривился Тайлер. - Кровь останавливать собираешься?!   - Кристоф, мне нужен антисептик и ватные тампоны.   Кристоф зашевелился:   - Ваты нет, есть бинт, держи.   Я приняла из рук Кристофа флакон с антисептиком.   - Бинт не подойдёт. - Я с опаской взглянула в перекошенное от боли и возмущения лицо Сиропчика. - Прости, приятель, ты же слышал - ваты нет.   Пришлось использовать тампоны. Мои тампоны. Точнее те, что любезно предоставила Кира. И в этом нет абсолютно ничего странного - это выживание. Странно когда люди едят людей, а всё остальное - обычная адаптация к новым условиям для жизни.   Брей долго ржал. И никто даже не пытался его унять. Это было бесполезно. Тайлер, с огромными гематомами под глазами, распухшим носом, и двумя торчащими из него тампонами - зрелище не для людей обладающих хоть каким-то чувством юмора.   Но я всё же выдержала каменное лицо, потому что Сиропчик выглядел настолько жалко и ущербно, что я просто не могла позволить смеху вырваться из груди. Тем более что это я стала источником его неприятностей.   - Прижми подбородок к груди. Поможет остановить кровотечение.   Тайлер послушался.   - Держи. - Я протянула ему маленькую бутылку ледяной воды. - Приложи к переносице.   - Сам разберусь! Без больных на голову психопаток! - Он выхватил у меня бутылку с водой, а я отдала Кристофу фонарик и вернулась в свой тёмный угол.   Молчание, не считая постанывания Тайлера, длилось не долго.   - Эй, цыпа, если решил ещё раз сбежать, возьми меня с собой, повеселимся!   Ну что взять с двухметрового "шкафа" с полным отсутствием мозгов?..   Я тяжело вздохнула, откинув затылок на металлическую стенку кузова:   - Брей, чего ты попёрся сюда?   - А ты?   - Меня заставили.   - Я сам вызвался, потому что я боец!   - Боец... - И пушечное мясо.   - Когда-нибудь твари сами все передохнут, ципа. Когда жрачка закончится. И к этому времени, все города будут принадлежать Кресту. Стены падут и больше не с кем будет воевать.   Промывка мозгов.   - Дакир тебе это рассказал? - горько усмехнулась я.   - Дакир - мужик, который слов на ветер не пускает, ципа!   - И это его идеалистическое виденье будущего?   - Какое виденье?   Я вздохнула:   - Забудь.   Брей громко фыркнул:   - Это логика, цыпа, а не какое-то там не виденье!   О, да, в логике ты силён.   - Твари сдохнут - это факт, - с упорством продолжал Брей. - А для того, чтобы помочь им в этом, надо укреплять стены, для того, чтобы лишить их нас, то есть еды. А для того чтобы укреплять стены, нужно захватить власть во всех городах! И тогда, цыпа, твари сдохнут! Бум!   - И сколько десятков лет пройдёт прежде, чем это случится?   Брей смолк. Думаю, что он реально принялся подсчитывать, не знаю от чего отталкиваясь.   - А животные? - поинтересовалась я. - Какие гениальные планы на их счёт?   - Тоже сдохнут!   - А ты будешь травой питаться? Или на кашке протянешь?   - Слушай, цыпа! - Кажется голос Брея стал звучать ближе. - Всё меняется! Регресс...   - Прогресс.   - Прогресс! Не стоит на месте! Думаешь люди ничего не придумают?   - Животные не погибнут. - Этот тихий и до невозможности спокойный голос принадлежал здоровяку Кристофу. Его голос напомнил мне голос диктора с новостного канала CNN: такой же сдержанный, безучастный на первый взгляд, но в тоже время осведомлённый о событиях лучше других.   - Откуда инфа, приятель? - ощетинился Брей. - Ты доктор что ли?   Кристоф был спокоен:   - Они не едят людей.   - Тогда что едят? - спросила я.   - Тоже что и раньше. Животное не стали тварями. Новый вирус пробудил в них агрессию, крайнюю степень агрессии. Я не могу сказать тебе точно, что стало с их ДНК, я не биолог. Я лишь видел то, что видели все. Хищники ели мясо, травоядные - траву. Только люди больше не контролируют их.   - Они опасны.   - Да. В секторе пищевой промышленности погибло много людей. Никто не рискнёт приручать таких животных снова. Ещё даже не ясно пригодно ли их мясо к пище.   - Если они не заразны для людей, то почему бы и нет?   - Тогда это станет новым видом охоты на дикий домашний скот, с зашкаливающим уровнем агрессии! - Кристоф хмыкнул. - Так, или иначе, всё это продолжение истребления человечества. Кем-то, чем-то, и для чего...   - По-моему итак ясно для чего! - вклинился Брей. - Добить нас всех к чёртовой матери и дело с концами! - Он помолчал. - Но Дакир это не допустит. Я вам говорю!   Конечно, Брей, человек, который сделал тебя пушечным мясом для изначально смертельной миссии, это не допустит.   - А ты, Кристоф? - небрежно поинтересовалась я. - Как тебя Дакир мотивировал?   - Никак. У меня есть приказ уничтожить Леона и всех, кто станет на пути, и я его выполняю.   - И тебе даже не интересно, что будет дальше?   - Нет.   Хм. Вот так. Кристоф - тот, кто меньше всех осведомлён о происходящем. Тайлер - тот, кто получил полный доступ к информации. Брей... итак ясно кто он. Я пешка, которая должна занять место королевы. А Чейз... кто он на шахматной доске Дакира?..   - Денёк обещает быть долгим, - произнёс Кристоф. - Советую всем поспать.   - Очень смешно! - с тихим стоном пробурчал Сиропчик.

Глава 15

Поспать мне не удалось. Я так и не смогла унять головную боль. Несколько раз перевязывала повязку потуже, на минуту становилось легче, и опять всё по-новому. Не знаю как, но Кристоф заметил мои мучения, может он супер-человек со способностью видеть в темноте?..  Он протянул мне две таблетки, по вкусу это был аспирин, и я даже не думала отказываться. Если всё ещё рассчитываю как-то выбраться из этого дурдома, то лучше привести себя в более-менее приемлемое состояние.   Грузовик подпрыгнул. Завизжала резина и нас круто закрутило на месте. Или не на месте, я не знаю, что там, чёрт возьми, у Чейза происходит, но грузовик вращался как заводная юла! Меня бросило в противоположную стену, и я приземлилась на что-то мягкое.   - Эй, цыпа, я конечно не против, ты же знаешь, но в не в экстремальной же ситуации!   Я с силой отпружинила от Брея и привалилась к противоположной стене.   Тайлер громко стонал.   - Что это? - выдохнула я, пытаясь отыскать в куче вещей на полу свою винтовку.   - 88-я автомагистраль, - прозвучал спокойный голос Кристофа.   Шины завизжали с новой силой, грузовик качнуло в бок, мотор взревел, и мы вроде как поехали дальше.   - Что там происходит?! - заревел Брей, барабаня по одной из стенок грузовика, думаю по той, за которой находилась кабина Чейза. - Угробить нас хочешь, чёртов псих!   - Заткнись, Брей! - найдя в себе силы, воскликнул Сиропчик.   - Он оторвётся, - произнесла я, глядя в темноту.   - Ты экстрасенс, что ли?! - рявкнул Брей.   - Он оторвётся! - Мой голос повысился. - Он уже делал это раньше!   На мотоцикле, на дороге к Миннеаполису. Грузовик - не мотоцикл, но и Чейз... больше не тот Чейз.   - Мы даже не знаем, что там! - подал голос Тайлер. - Животные, птицы, твари!   Не птицы и не животные. Там твари. И я это знаю. Твари не боятся Чейза. Твари вообще никого не боятся. Хуже них никого нет.   Рёв мотора, недовольное бормотание Тайлера и тишина... Тишина на ближайшие минут сорок, прежде чем мы оставим грузовик в лесу и двинемся за Чейзом в поиске бункера. А потом... потом меня ждёт Скала.   По ощущению времени прошло больше сорока минут, когда грузовик, наконец, остановился и по кузову трижды постучали.   Яркий свет в глаза. Сдержанное лицо Чейза. Словно ничего и не было. Словно и не было никакой погони.   - Собирайте вещи и выдвигаемся, - отчеканил он и скрылся из виду.   Брей выпрыгнул из грузовика:   - Эй, придурок, объясниться не хочешь?!   - Ты жив, так что заткнись, - ответил ему Кристоф, собирая свой маленький склад припасов по всему полу кузова.   - А прочесать периметр? - осведомился Тайлер, выползая из грузовика.   Брей разразился громким приступом смеха.   - Твою ж мать, Тайлер! Ты грёбаный красавчик! Тампоны не жмут? Может, попросишь у ципы новую парочку? С этих-то уже гляди покапает!   - Не покапает! - Я спрыгнула на снег и закинула винтовку на плечо. - Если до сих пор не покапало.   Лес. Мы в лесу. А это как минимум не хорошо. Лес - пристанище тварей. И судя по всему, грузовик уже давно съехал с 88-й магистрали на узкую, Богом забытую дорогу среди густого хвойно-лиственного леса с покрытыми снегом кронами деревьев.   Я взглянула на помятого Тайлера:   - Снег приложи.   - Скройся, психопатка!   - Добро пожаловать на землю Линкольна, детки! - транслировал Брей, разведя руки в стороны и кружась на месте. Нелепое зрелище. - Штат Иллинойс! "Самостоятельность штата, расстройство нации"!   - ЕДИНСТВО нации... Осёл, - буркнул Тайлер.   - Единство нации! - громко исправился Брей и тут же получил подзатыльник от Кристофа:   - Смолкни.   Я лишь обречённо помотала головой. Думаю, мне даже сбегать не придётся. Потому что из-за этого безмозглого куска дерьма, твари нам даже до бункера дойти не позволят.   - Где твой красавчик, ципа? - Брей толкнул меня в бок, одновременно с тем, как закидывал огромный рюкзак себе на плечи.   - Хватит звать меня цыпой.   - А почему ты меня Сиропчиком называешь? - не упустил возможности возмутиться Тайлер, прикладывающий к носу большой комок снега. - Из-за цвета моих волос?!   - Нет. Потому что ты сколький и мерзкий.   - Разве сироп не сладкий?   - О, Боже, Тайлер, заткнись, а?     Чейз вёл нас в северном направлении, по лесу вдоль 39-ой автомагистрали - дороге без лишних поворотов, ведущей прямо в Скалу. На грузовике путь туда занял бы не больше часа. На двух своих, выковыривая ноги из толстого слоя снега для следующего шага, обступая поваленные деверья, да ещё и ежесекундно обследуя лес на наличие тварей, которые могли появиться в любую минуту, особенно учитывая кровавое месиво на лице Тайлера, думаю, что до бункера бы доберёмся не раньше чем через часа три.   Благодаря призовому фонду Дакира за выполненное задание, - часам Тайлера, все были в курсе, что времени половина четвёртого дня.   - Почему нельзя было просто поехать на грузовике? Какая к чёртям разница? - недовольно пыхтел Брей, не сводя глаз с доверенного ему участка леса по правую сторону.   - Разница в мозгах, - просветил его Сиропчик, единственный кому было разрешено уделить максимальное внимание своему носу и не озираться по сторонам. Даже винтовка свисала с плеча, так как руки были заняты снегом, завёрнутым в плотный кусок ткани.   - 39-ая магистраль патрулируется Скверной, - сухо произнёс Чейз. - Это подъездная дорога.   - А лес не патрулируется, что ли? - фыркнул Брей.   - Для этого и была дана команда смотреть по сторонам.   Твари и патрульные Скалы - единственная опасность этого леса. Правда все, не считая нас с Чейзом, ещё и высматривали хищников среди деревьев, и возможно, если бы они знали, что животные, во всяком случае, сейчас, для нас не представляют опасности, они бы уделяли больше внимания высматриванию человеческих очертаний.   Кристоф шёл последним, следя за тем, чтобы на хвосте никого не было. Левая сторона леса была на мне.   Снег хрустел под ногами, целиком проглатывая тяжёлые ботинки на шнуровке, которые мне были почти впору. Тяжёлая куртка на меховой подстёжке, едва прикрывала мою пятую точку, и к слову, она уже успела прилично подмёрзнуть. На мне ведь больше не было любимых штанов из термоткани. Понятия не имею где они теперь и кому достались. Выстирали их вообще от крови?.. Всё, что предложили мне - это чёрные штаны из тонкого эластичного материала, которые пришлось трижды подкатать и заправить в ботинки, чтобы они не волочились по земле. Перчатки у меня тоже были, обычные, вязаные, кое-где в дырках и затяжках, но пока что рукам, крепко сжимающим приклад винтовки, было вполне комфортно.   Не комфортно было внутри. Потому что чем ближе мы подбирались к бункеру, где должна состояться встреча со связными из Скалы, тем сильнее превращался в прозрачную дымку план моего побега.   Как мне его сейчас реализовать? Разве шансы есть? Единственное, что я ещё могу сделать это попытаться поговорить с Чейзом. Попытаться понять, что на уме у парня, вокруг которого кружится рой противоречий. Может у меня ещё есть шанс до него достучаться? Или я просто не хочу и не могу заставить себя поверить в то, что он марионетка Дакира?.. Верный боец. Бездушная машина.   Температура воздуха опускалась вместе бледным диском зимнего солнца. Северный ветер гнал по небу рваные облака цвета индиго, посылая в лицо удары колючей крупы из мелкого снега.   Спустя час лёгкие работали на пределе. Постоянное выдёргивание ног из снега жутко лишало сил. Но вокруг было спокойно. Я бы даже сказала - идеально спокойно! Никто не изъявлял желания составить компанию нашему и без того малоприятному обществу. Это и было странным. Где все твари?..   Я позволила себе сойти с поста и поравнялась с нашим молчаливым командиром:   - Сколько осталось до бункера?   - Иди на место.   За последний час Чейз несколько раз сверялся с картой, многозначительно молчал, прятал во внутренний карман куртки, и продолжал путь.   Брей, пытался это комментировать, за что получал всё новые и новые подзатыльники от Кристофа. Брей мужик здоровый, а Кристоф так ещё больше, пожалуй, всё закономерно.   - А ты не мог бы поделиться информацией с остальной группой идущих на смерть идиотов? - язвительно прошипела я, сверля дыру глазами в безупречном профиле Чейза.   - До заката успеем.   - Информативно.   - Иди на место.   - Ты просто душка.   Разговор не удался.   Закат был близко. Медленно, но верно на зимний лес опускались лиловые сумерки. Мелкий снег и без того портил видимость, а с наступлением сумерек любая тень от деревьев вынуждала вздёргивать дуло винтовки.   Дырявые перчатки из тонкой вязки больше не спасали пальцы от холода. Матерчатые штаны по колено промокли, кожу под ними жгло и покалывало.   - Я жрать хочу.   - Заткнись, Брей. - Тайлер был тем, кто нёс еду.   - Дай что-нибудь, не жмись.   - Замолкните оба, - осадил их Кристоф.   Чейз резко остановился. Замерла и наша процессия.   Брей не мог не промолчать:   - Какого ч...   - Тихо, - зашипел Чейз. Он вглядывался вглубь леса в той стороне, что была доверена под моё наблюдение.   Чейз будто бы выискивал что-то глазами. Что-то, или кого-то... Лицо напряжённо. Брови нахмурены. Что он там видит? И видит только он. Потому что в лесу тихо, ни одного подозрительного движения. Деревья размахивают оголённые ветками, отбрасывая на снег жуткие тени - сплетения паутины. Это всё, что способно заострить внимание.   Тело не на шутку прошибало холодом, кожа под штанами уже не просто покалывала, она вопила от боли при малейшем трении о мокрую студёную ткань.   - Идём дальше. - Чейз двинулся с места, заметно прибавив ходу.   Не знаю, как остальные, но я не пожалела оставшихся сил на то, чтобы ускориться и не отставать от Чейза, потому что встреча с хищниками была самым нежелательным из всего, что я могла себе представить. Хищники быстрее тварей, проворней, а значит опасней.   Я потеряла счёт времени, когда Чейз, наконец, остановился в самом обычном на первый взгляд месте. Среди точно таких же разлапистых деревьев и толстого, ни кем не вытоптанного пласта снега.   Бункер здесь?   Чейз провёл рукой по коре ближайшего дерева и отмерял от него несколько шагов. Я не считала, я судорожно оборачивалась по сторонам, во-первых, потому что дико замёрзла, во-вторых, потому что было слишком тихо. Это была неправильная тишина. Угнетающая. И я почти уверена, что Чейз это знает. Знает, что что-то не так.   Чейз принялся аккуратно разгребать руками снег, уверено копая глубже. Значит вход в бункер где-то здесь.   Чёрное круглое пятно прикрытое толстой металлической решеткой, вскоре показалось на одинаковом расстоянии от четырёх деревьев по бокам - ровно по центру. Это не могло не породить ассоциаций с Крестом: центральная площадь, четыре сектора... Большая крышка люка по центру от четырёх деревьев.   - Где связные? - пропыхтел Брей, топая по снегу огромными ботинками. Даже этого толстокожего холод не обошёл стороной.   - Будут позже, - не глядя на него ответил Чейз, поднимая металлическую решётку.   Брей не собирался довольствоваться таким ответом:   - Разве они не должны уже быть здесь? Сколько времени? Эй, калека! - Он присвистнул Тайлеру, состояние которого и вовсе казалось предобморочным.   - Отвали от него, - как всегда спокойно, вступился Кристоф.   - Тебя вообще не спрашивали! Ты давай, следи за периметром. - Брей присел на корточки рядом с Чейзом. - Чего копаешься? Давай ключ! Я замёрз, как бродячий пёс.   Чейз бросил на него мрачный взгляд:   - Отвали отсюда.   - Чего?! - высоко протянул Брей.   - Отвали, тебе сказали. - Большая массивная рука Кристофа с громким хлопком упала Брею на плечо. - Здесь многоуровневый электромеханический кодовый замок и как ты понял, код тебе знать не положено.   Брей вскочил на ноги, с силой отшвырнув от себя руку Кристофа.   - А этому психу значит положено?! - загорланил он.   Кристоф был не возмутим:   - Дакир ему доверят.   Он толкнул Брея в сторону и встал к нам лицом, загородив своими объёмами Чейза и почти всю круглую дверь входа в бункер:   - Код от замка знает только Дакир и связные из Скалы. Не расстраивайся.   - И псих! - рявкнул Брей. Даже сумерки не могли скрыть багровую краску заливающую его здоровую физиономию.   - Твою мать, заткнись уже Брей! - раздражённо запыхтел Сиропчик сильно говоря в нос. - Какая разница, кто знает код, нам внутрь надо попасть, или как?! Я, например, чертовски замёрз и мне вообще плевать на то, кому Дакир доверяет больше!   Щелчок. Ещё несколько. Хлопок. И скрип открывающегося люка, на внутренней стороне которого показался огромный металлический вентиль.   Брей тут же оказался рядом с Чейзом:   - Что за звук?   - Запоры. - Чейз кивнул в темноту. - Лезь.   Брей уставился на него как на умалишённого.   - Система автономного электропитания включится сразу, как только ты спустишься вниз. Лампочки такие красные замигают, понимаешь, о чём я? - В глазах Чейза закипала ярость, я видела это. Но видел ли Брей?..   - Тогда лезь первый!   - Да ну вас всех на хрен! Свали с дороги! - Сиропчик кажется, смелостью обзавёлся. Он отодвинул Брея в сторону и ступил на широкую металлическую лестницу, уходящую глубоко под землю.   - Лезь. - Кристоф толкнул Брея в спину.   Тот ещё пытался сопротивляться, но не он ведь первооткрыватель, все риски взял на себя трусливый Тайлер, так что макушка Брея быстро скрылась из виду.   А по моим венам в этот момент уже бежала не кровь, её разогнал адреналин! Он закручивал необъяснимые вихри в желудке, в предвкушении чего-то очень сумасшедшего, но на этот раз вполне реального.   У меня был план. Я знала, где остался грузовик. Все твари будто вымерли. Мне осталось только заставить Чейза спуститься первым и захлопнуть за ним дверь бункера.   Всё!   Я не заметила, как быстро и проворно он оказался передо мной, послав в лицо волну свежего морозного воздуха, вперемешку с его собственным, таким знакомым мне, запахом. Это был его запах. Он не изменился. И теперь мой желудок болезненно сжался.   - Я слышу, как работает твой мозг, - спокойно, но не без угрозы в голосе, произнёс Чейз, впиваясь в меня почти чёрными, при сумеречном свете, глазами. - Тебе не сбежать.   - Я и не собиралась.   Чейз тихо усмехнулся:   - Лезь.   Я была невозмутимо спокойна, не считая клокочущего о рёбра сердца. Я должна заставить его залезть туда первым.   - Я слышу, как оно бьётся, - голос Чейза превратился в шёпот, но это по-прежнему было шипением пламени, от шума волн в нём ничего не осталось.   Я даже бровью не повела:   - О чём ты?   - О том, что ты хотела мне отдать.   Я застыла, приказывая хотя бы дыханию не сбиваться с ритма:   - Ты не можешь его слышать.   Чейз криво улыбнулся. Водовороты ярости в его тёмных глазах вновь шли в полный резонанс с расслабленными чертами лица.   Ещё недавно я сходила с ума от этой улыбки, потому что он так редко позволял себе это делать. Улыбаться.   Я сглотнула тугой комок возникший в горле.   А Чейз одним резким движением оказался так близко, что моя макушка теперь едва ли не задевала его подбородок.   - Теперь я много чего могу, - прошептал он. И либо у него не получилось, либо он даже не пытался скрыть жгучую боль в его дрогнувшем голосе.   Не смотри на него.   Не смотри на него.   Не слушай его.   Это не Чейз, он не настоящий. Настоящий Чейз продал свою душу Дакиру.   Но почему это клокочущее в груди сердце, кричит, что это не так?! Кричит о том, что внутри этого парня скрыто намного больше хорошего, чем все о нём думают?!   Чем я о нём думаю.   Он наклонился ещё ближе. Я опустила голову, избежав опасного столкновения. Кончик его носа коснулся моего виска и заскользил вниз по щеке.   Моё тело пробила дрожь. И холод больше не имел к этому никакого отношения.   Я позволила себе закрыть глаза.   Ещё немного... Ещё мгновение... Ещё секунду...   И я забуду имя этого человека.   Его тёплое дыхание на моей замёрзшей коже.   Ещё секунду...   Его запах, вызывающий волну головокружения.   Ещё секунду...   Его горячие пальцы, коснувшиеся моей ледяной щеки.   Ещё секунду...   Я ведь могу подарить себе этот болезненно-нежный миг в моей неправильной лишённой чувств жизни?..   А потом раздался выстрел.

Глава 16

У каждого должен быть выбор. Не зависимо от того, кем и где ты родился. Но ей судьба выбора не предоставила. Она была ещё девятилетним ребёнком, когда в один проклятый всеми Богами день, лишилась всего, что имела. Бум! - и ничего не осталось.  А много ли было?..   Норфолк, Вирджиния - один из самых богатых и экономически развитых штатов США. Был таким. Дженни слышала, что этого штата больше не существует. Там никто не выстраивал города, никто не возводил стены и там никого не осталось.   Дженни ненавидела вспоминать своё прошлое.  Настоящее - уже после того, как она стала рафком, - нравилось ей куда больше.  Двенадцать лет назад, Дженни была обеспечена всем, что касалось материальной составляющей жизни. Её семья из трёх человек жила в большом особняке, с кучей прислуги, несколькими гаражами заставленными дороженными автомобилями S-класса, личным полем для гольфа, огромной спальной с двумя ванными комнатами и с не менее огромной гардеробной заваленной шмотками последних коллекций модных брендов. А она ведь всего-навсего была никому не нужной маленькой девочкой. Да и... разве теперь всё это важно?..   Отец часто запирал её на несколько дней в этой гардеробной.   Бенджамин Хьюз - полковник военно-морского флота США, в отставке. Дженни точно не знала почему он ушёл, точнее почему его уволили. Зная каким человеком был её отец, можно было не удивляться. Но он успел наворовать достаточно, чтобы Дженни и её мать жили, не опасаясь безденежной старости. А затем Бенджамин подался в политики. Потому что, зачастую так и происходит. Связи, каналы, новые безграничные возможности, известность, власть, соблазн наворовать больше.   Когда на землю упала пелена зелёного дыма, Дженни как раз получала очередное месячное наказание. А для этого в её комнате висел специальный график, на котором Бенджамин Хьюз ставил галочки, или прочерки. Он считал это правильным воспитанием. Чёртов ублюдок, должен был усыновить мальчишку, чтобы проводить свои безумные опыты по воспитанию боевого духа в девятилетнем ребёнке! Потом бы этот мальчишка вырос и продемонстрировал всё чему научился, наглядно, на своём отмороженном папаше. А Дженни была девочкой! Девочкой, которой сильно не повезло с семьёй.   Момент её удочерения четыре года назад транслировался по всем новостным каналам. Бенджамин Хьюз тогда как раз проводил свою избирательную компанию.  С этого дня жизнь Дженни превратилась в ад.   Она не посещала школу, училась на дому, у неё не было подруг, друзей, или даже собаки. Он была одна в целом мире. Мире, который испытывал маленькую девочку на прочность. Её мать была против подобного удочерения, потому не испытывала к Дженни тёплых чувств. Эта женщина была жалкой, убитой изнутри личностью, не имеющей возможности иметь собственных детей. Только на публике она приводила себя в порядок и выдавливала фальшивую улыбку. В остальное время она боялась Бенджамина Хьюза и ничем не отличалась от прислуги начищающей его ботинки до зеркального блеска.   Это была политика. Таким Бенджамин Хьюз был человеком. И даже когда он изменил имя, оно не изменило его поганое нутро.   Дженни понятия не имела, как Завир оказался в Иллинойсе, как собрал банду головорезов, которая в последствие получила название Скверна. Как он выстраивал стены вокруг бывшего Рокфордом города, как вводил новые порядки... Она ничего об этом не знала.  Однако у рафков были свои каналы связи и из одного из них была получена информация о том, что предводитель одной из самых сильных банд Нового мира обзавёлся кем-то вроде доченьки. Девочкой с длинными тёмными волосами и глазами цвета василька. Девочкой, которая по описанию так походила на саму Дженни.  И только Дженни это приняла во внимание.   Некоторые говорили, что Завир был добр к этому ребёнку. Дженни не верила в это. Бенджамин Хьюз был самой жестокой, самой бездушной сволочью, от которой зелёный дым должен был избавиться в первую очередь. Но нет, этот подонок, как и прочие моральные уроды с извращённой фантазией и садистскими наклонностями стали управлять тем, что осталось от семимиллиардного населения земного шара - той группкой людишек, которые и в прошлой жизни начищали ботинки таким, как Бенджамин Хьюз. В общем-то, в этом смысле мало чего изменилось.   Дженни гордилась тем, что именно она была той, кто перерыл половину больницы Миннеаполиса, особенно её онкологическое отделение, в поисках маленького флакончика с настойкой Аконита.   Причина смерти - паралич сердца, остановка дыхания. Без особых анализов, которые никто и не стал проводить, сложно было отличить отравление этим ядом от обычного инфаркта. Пяти миллилитров такой настойки подмешанной в чай с четырьмя ложками сахара, а именно такой чай каждое утро предпочитал пить Бенджамин Хьюз, вполне хватило чтобы поставить точку в его и без того затянувшейся жизни.   Люди не знают о рафках. А рафки знают о людях всё. Рафки не питаются человеческим мясом, рафки умны и умеют себя контролировать. От рафков не воняет разлагающейся плотью как от тварей. Снаружи рафки мало чем отличаются от людей. Красные глаза, бледная кожа?.. Разве кто-то станет заострять на этом внимание, если ты владеешь связной речью и человеческая кровь не сводит тебя с ума одним своим запахом?.. Мир поделен на людей и тварей, рафки - его таинственная сторона.  Рафк умеет притворяться человеком. Он силён и способен к себе расположить. За рафком будут следовать, его будут бояться. И один из таких рафков занял место бывшего предводителя Скверны.   Дженни знала, что Вал наблюдает за ней вот уже несколько минут. Глядя в спину, не произнося не звука.   Она медленно повернулась, щуря глаза от ослепительно белого снега, единственного во всём мире вещества, способного притуплять её зрение.   Если бы не длинное чёрное пальто, тёмные брюки и такие же тёмные ботинки, Вал бы слился со снегом, потеряв в нём всякие очертания. Белые волосы, настолько белые, что сложно было поверить в то, что его кожа ещё белее. В клетках-рецепторах этого рафка полностью отсутствовал фермент меланина, ну или его число было сведено к минимуму. В прошлой жизни Вал был совсем не таким. Таких людей называют альбиносами. Если бы не большие, налитые кровью глаза, он бы легко сошёл за скульптуру из белого мрамора с плавными, невероятно мягкими для мужчины, чертами лица.   Как же обманчива порой бывает внешность...   - Есть новости? - звонко произнесла Дженни, спрыгнув с огромного камня, приземлившегося в этом лесу двенадцать лет назад.   Вал мягко улыбнулся ей, ему нравилось ощущать нервозность, которая каждый раз овладевала сильной натурой этой хрупкой на вид девушки в его присутствии. Рафки - хищники, но им не чуждо испытывать эмоции, или желание к противоположному полу, даже острее, чем это было при их человеческой жизни.   - Два дня, - ответил на её вопрос Вал.   - Два дня?..   - И Леон впустит нас в город.   Два дня, и Скала покорится рафкам. А клан Вала приобретёт много новых союзников. Потому что у людей не будет другого выбора, если только их выбор - не смерть.   - Ты уверен, что Леон всё сделает правильно?   Не то, чтобы Дженни сомневалась - она не доверяла ему, - Леон был слишком своенравен, слишком непоследователен, но зато он отлично походил на человека, в то время когда Вал никогда бы за такого не сошёл.   - Ты не доверяешь мне? - Белёсые брови Вала изогнулись, глаза хитро заискрились.   - Доверяю! - Дженни возмущали подобные вопросы с его стороны. - И ты итак это знаешь!   - Тогда не задавай таких вопросов. - За мягкостью в голосе Вала, скрывалось слишком много опасности, чтобы Дженни могла позволить себе играть с этим дальше.   - Хорошо, - вздохнула она, откинув длинные волосы за спину и устремив взгляд вглубь леса, там, где был организован их лагерь рафков. - Мы собрали почти всех тварей, что блуждали в этих лесах. Но я по-прежнему считаю, что этого не достаточно. Нужно отправить кого-нибудь на восток пока есть время. И привести сюда тех, что околачиваются рядом с ущербными городами.   - Что с людьми? - Вала интересовало другое.   Дженни раздражилась из-за того, что Вал как обычно не воспринимал её в серьёз, но в этот раз смогла промолчать по этому поводу.  - Мы почти закончили с людьми из Ангела. Некоторые оказались не пригодными, их организм не справился с нашим вирусом.   - Сколько?   - Трое.   - Остальные?   - Остальных обрабатывают. - Дженни не нравилось это слово, но оно слишком хорошо подходило под определение того, что рафки делают с людьми после завершения стадии превращения.   Обработка - завершающая часть склонения их на сторону рафков. Подробные объяснения по поводу того, кем они теперь стали и какими новыми возможностями обладают. Моральная поддержка, если хотите... Посвящение в виденье Нового мира. Мира, где рафки его будущее.   Обычно новоиспечённые рафки быстро улавливали суть, стадия отрицания перерастала в стадию смирения, вслед за которой шла стадия азарта. Людями нравилась их новая сила, преимущества перед теми, кто по-прежнему прячется за стенами. Перед миром, в котором для них больше не существует опасности, потому что даже твари теперь их боятся.   Но в любых правилах есть исключения. Некоторые люди просто умирали после заражения вирусом рафков. Были и те, кто не проходил стадию обработки.   - Что с женщиной? - Вала всегда расстраивало, когда новоиспечённые рафки не проходили обротку, это означало, что ему придётся избавиться от своего же собрата.   Дженни с тяжёлым вздохом заглянула в безмятежное, с бурлящими неприкрытой яростью глазами, лицо Вала.   - Всё так же. Она не пригодна. Мы только зря тратим время. - Дженни не видела смысла тратить время на человека отрицающего свою новую сущность.   Вал широко улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами и одним быстрым движением, неуловимым человеческому глазу, оказался в опасной близости от Дженни.   Дженни ещё так много не понимала...   - Важен каждый, - снисходительно произнёс Вал, глядя в невозмутимое, прекрасное лицо девушки.   - Даже если он поломанный?   - Поломанный, не значит безнадёжный, - прошептал Вал, слегка задев горячими губами холодную мочку уха Дженни.   Девушка невольно вздрогнула.   - Любую поломку можно устранить. Поэтому и важен каждый. Абсолютно каждый.   И Вал замолчал. Он не двигался и почти не дышал. Дженни замерла вместе с ним. Она тоже это слышала...   Вал резко отстранился. Он напрягся всем телом, тонкие брови сдвинулись, на губах появился оскал. Он вращался на месте, дёргая шеей в разных направлениях, принюхиваясь.   Дженни тоже это чувствовала - запах выхлопов, запах бензина... человеческий запах. Слышала рычание мотора, постанывание шин...   - Где? - Тело Дженни напряглось, натянув каждую стальную мышцу, она готовилась бежать.   Вал замер, глядя в направлении противоположном лагерю рафков:   - 88-е шоссе. Грузовик. Пятеро.   Дженни уже почти рванула с места...   - Стой. - Вал придержал её за плечо. - Четверо.   Дженни плохо умела это делать - определять количество людей с такого расстояния, но у Вала это всегда получалось безоговорочно точно. Что сейчас не так?   - Четверо? - тяжело дыша, повторила Дженни, задыхаясь от адреналина закипающего в крови. - Какая разница?! Пусти!   Пальцы Вала сильно впились в плечо Дженни, ей было больно, но не смертельно больно. Её кости были целы, в то время как кости обычного человека от такого пожатия можно было бы собирать, как пазл.   Вал прикрыл глаза, вращая головой, ловя потоки ветра, принюхиваясь:   - Кровь, порох... Пятеро... Четыре человека и...   Вал резко распахнул глаза. Впервые за долгое время Дженни видела в них недоумение.   - Пятый...   - Кто пятый?   Вал шумно втянул ноздрями воздух:   - Пятый не совсем человек.   - Как это - "не совсем"? Тварь? - Дженни была сбита с толку. Кто ещё это может быть, если не человек и не тварь?   - Нет. - Вал медленно помотал головой. - Он больше... больше похож на... нас?   - Это вопрос? Я его не чувствую! Пусти! Я успею догнать их!   - Нет! Ты не пойдёшь! - Теперь Вал выглядел взбудоражено, он даже едва сдержался от желания потереть руки одна об одну, воспользовавшись таким простым человеческим жестом, когда находишься в предвкушении чего-то незабываемого.   Кто бы ни был этот "пятый", он определённо представлял интерес!   - Отправь за ними троих! - скомандовал он Дженни. - Нет! Пятерых! Живо!   Дженни медлила, не понимая всей важности момента. Пятерых? Она одна могла легко с ними справиться, к чему такая организация?   - Живо! - повысил голос Вал и на месте Дженни остался лишь островок вытоптанного снега.   Вал вожделенно всматривался в черноту густого леса, скрывающего за собой грузовик с очень любопытным пассажиром на борту. Кто бы это мог быть? От него не пахнет так же, как пахнет от рафков. Он не обладает их специфическим тонким ароматом. Но и человеком он пахнет не до конца... Что случилось с его кровью?.. Почему она такая... странная?..   Под воздействием вируса, кровь рафков изменила своё строение, таким образом они получили возможность использовать физические свойства организма по максимуму благодаря простой доминанте. Большинство рафков легко и практически сразу подчиняют процессы организма сознательному управлению. Доминанта - это очаг нервного возбуждения, подчиняющий себе другие очаги - другие процессы организма. При любом возбуждении, при появлении опасности, или же при собственном желании, рафк может "включить" свою доминанту направленную на усиление одного из физических процессов: скорости, слуха, обоняния, силы... Рафки могут переключать их, но не могут использовать все сразу.  Но этот человек... или не человек. В машине. Кто он? С его доминантой что-то не так. Вал чувствовал это даже с такого большого расстояния. Его центральная нервная система устроена совсем не так, как у рафков, но и не так, как у людей...  Большое красное пятно мелькнуло среди деревьев и скрылось в лесном полумраке.  Эта женщина... В порыве ярости, она разорвала на себе всю одежду, после того, как узнала к числу кого теперь принадлежит. Её нервная система оказалась слишком слабой и вирус поразил её больше, чем того требовалось - она никогда не сможет подчинить себе доминанту. Теперь эта женщина на грани от сумасшествия. И эта женщина отказалась принимать их. Отказалась становиться рафком, хотя и вряд ли это было возможным. Вал терпеть не мог не подчиняющихся ему созданий.   Её голый протест продолжался больше суток. Затем кому-то всё же удалось напялить на неё яркое красное платье в пол, не изъявив желания переводить на не прошедшего обработку рафка более годную одежду. И вот теперь ей удалось сбежать.  Губы Вала растянулись в улыбке. Это казалось ему забавным.   Эта человеческая женщина оказалась не такой уж и провальной.   Без его клана она не выживет, но быть может протянет хотя бы до весны, если в итоге сама себя же и не застрелит из украденного из-под носа рафков пистолета.

Глава  17

Мои рефлексы подвели меня.   Я подвела свои рефлексы.   Находясь рядом с Чейзом я вновь поддалась слабости и это тут же сказалось на моём настроенном на выживание организме.   Я опять оказалась слаба...   Вы знаете, как летит пуля? В прошлой жизни я видела несколько фильмов с подобным эффектом видеосъёмки. Маленькая, блестящая, опасная... Летит рассекая пространство, оставляя за собой хвост воздушной ряби.   Болезненная, смертельная... Пролетают годы, столетья, а я всё смотрю на неё застывшими глазами с пониманием - столкновение неизбежно.   Повернуть голову в бок на звук выстрела, все, на что я оказалась способна, перед тем, как застыла. А она всё летит, куда-то в область моего лица, но никак не мимо.   А потом я, наверное, умерла. Абсолютно не чувствуя боли. Перед глазами вдруг стало темно, и в нос ударил такой болезненный и такой знакомый аромат моего Койота. Я дышала ему в грудь.   Одним до сумасшествия быстрым рывком он оторвал мои ноги от земли и закружил в вихре из ледяного ветра, колючего снега и запаха дождя - его запаха . И, наверное, это всё лишь моя больная фантазия, потому что к запаху его свежести прилип отвратительный запах крови.   Выстрел. И кто-то в нескольких метрах от нас рухнул на землю.   Чейз опустил пистолет и сразу же отстранился.   - Лезь в бункер!!! - Он был взбешен. Его голос был взбешен. Лицо перекошено от гнева. - Не заставляй меня запихивать тебя туда силой!   Он опустился на колени перед невероятных размеров лужей крови. Откуда здесь могло её столько оказаться?..   Это платье... длинное платье, дикого красного оттенка. А та, на ком оно одето, всего лишь женщина средних лет. Женщина с нормальным цветом кожи, от неё не пахнет гнилью, или разложениями, её курчавые волосы цвета солнца, рассыпались по снегу обрамлением золотой короны.   И эта женщина в меня стреляла.   И эта женщина теперь мертва.   - Лезь в бункер!!! - с надрывом заорал Чейз. Его голос эхом пронёсся по мёртвому лесу.   - Ты забыл, Чейз, я не твоя послушная девочка.   Я опустилась на колени рядом с женщиной, игнорируя опасное пыхтение Чейза. Сейчас он пытался справиться с яростью. Я чувствовала, как от него исходят волны болезненного жара.  Это пойдёт ему на пользу. Пусть учится контролировать свою новую сущность, пока ещё не убил кого-нибудь невинного, за то, что тот просто тыкнет в него пальцем.  Я приподняла её веки:   - Взгляни.   Пыхтение сбоку стихло.   - У неё такие же глаза, как у тебя. - Я с трудом заставила голос звучать твёрдо и спокойно, в то время когда тело пробивала крупная дрожь.   Что это за новый вид тварей?! Или, что ещё безумней: у кого ещё точно такая же кровь, как у меня и кто перелил её этой женщине?!   Я огромными глазами уставилась на Чейза:   - Кто она такая?..   Чейз тяжело вздохнул, всё ещё сопротивляясь с головой накрывающей его ярости, затем быстрым, но аккуратным движением приподнял её левую руку: на бледной обнажённой коже выделялся ровный кружок с запёкшейся кровью, кружок от человеческих зубов. И он совсем не казался свежим.   Это ничего не объясняло.   Я поднялась на ноги:   - Дай-ка угадаю. Судя по её наряду, ты думаешь, что она возвращалась с вечерники, припрятав в сумочке безобидный пистолетик. На неё напали твари, оставив один единственный укус на предплечье, и она ещё сутки бродила по лесу, прежде чем этап её заражения достиг уровня покраснения глаз, набрела на двух бесстыдно обнимающихся подростков убежавших в лес от родителей, и во имя здравого смысла решила выпустить одному из них мозги?   Чейз с безразличным видом поднялся на ноги:   - Ты забыла про сумочку.   - Что?.. А, допустим, сумочку она потеряла.   - Так гораздо лучше.   - Ты её не учуял.   Чейз замер. Его лицо вновь не выражало ничего доброжелательного.   Что я такого сказала?   - Ты ведь чувствуешь их запах! У тебя инстинкты хищника! Ты видишь на огромных расстояниях, ты постоянно обшариваешь глазами каждый кусочек леса, в котором уже ни черта не видно! Ты даже сейчас это делаешь! Чейз!   Он удостоил меня мрачного взгляда.   - Ты думал, я ничего не замечаю? Не замечаю твоего нового поведения? Почему ты её не почувствовал? Она была так близко... - Я бросила короткий взгляд на красное пятно на снегу.   Чейз упёр руки в бока и с тяжёлым раздражённым вздохом устремил лицо к небу:   - Я не знаю.   Я недолго помолчала, мысленно приказывая ему посмотреть мне в глаза, но Чейз не собирался этого делать. Он смотрел куда угодно, только не на меня.   - Хорошо. А теперь главный вопрос: куда попала пуля?   Чейз смерил меня жестким взглядом:   - Лезь в бункер. Мне нужно убрать тело подальше.   Я не двигалась с места.   - Звучит так, будто бы я твой сообщник, а ты серийный маньяк, которому нужно избавиться от трупа, пока не приехали легавые с мигалками.   Чейз забросил меня к себе на плечо, так быстро, словно я вообще ничего не вешу и через какую-то крохотную долю секунды я оказалась на лестнице бункера, а затем над моей головой хлопнула тяжёлая дверь люка.   Я вообще не поняла, что это было.     Квартира из прошлой жизни.  Хорошо благоустроенная квартира из жизни обычных людей до Конца света. На большой входной двери из стали, ещё чётко сохранился логотип американской компании Vivos, занимающейся разработкой элитных бункеров. Они проектировались по всей Америке и стоили бешеных денег. Вряд ли продажи за всю историю существования Vivos, когда-либо достигали таких невероятных денежных отметин, как в день апокалипсиса. Откуда я об этом знаю?.. Моя семья была не из зажиточных миллиардеров и мы никогда не смогли бы позволить себе подобной роскоши, но имя этой компании ещё долго сотрясало воздух на разрушенных улицах городов, так что я услышала достаточно для того, чтобы понять чем занимается Vivos... или занималась.  Некоторые на неё даже молились.  Я бы сказала, это нереально шикарная квартира, хотя этого слова больше и нет в моём лексиконе. Глаза не привыкли к столь идеальным вещам. Вещам, оставшимся и похороненным в далёком прошлом, вместе с жизнями миллиардов людей.  Слишком много света... Высокий многоуровневый потолок был оснащён двумя десятками светильников. Безупречный порядок, будто бы сам умолял поскорее его нарушить. Плоский телевизор с изогнутым экраном встроенный на пол стены. Имитация камина. Изящные стеллажи из тонкого стекла наглухо забитые книгами. Огромные модульные системы кожаной мебели огибали стены идеально круглого помещения, со светлым лакированным полом, широкими ступенями убегающим вниз...  Нет. Мне здесь не место.   Тайлер развалился в массажном кресле, высоко запрокинув голову и прикрыв тяжёлые веки: кровотечение из носа остановилось, но на лицо было страшно взглянуть. Кристофа вообще нигде не было видно, а Брей появился из соседней комнаты облачённый в одни лишь чёрные боксеры и с кривой ухмылкой на лице. Кажется, этот придурок нашёл в этом бункере своё счастье.   - Охринеть! - постоянно повторял он, перелопачивая внушительную коллекцию дисков рядом с различной видеотехникой. - Так, что тут у нас?.. "Крёстный отец", "Касабланка", "Бонни и Клайд"... Что за старьё?.. Про зомбоков есть что?! О, ципа, Стивен Содерберг "Девушка по вызову", не хочешь глянуть?   Моя винтовка осталась снаружи. И я уже в сотый раз мысленно внушала себе одну и ту же фразу: "Брей - единственный, кому это можно спустить с рук. Он просто безмозглый кусок дерьма. Успокойся, Джей, скоро его итак убьют, позволь отморозку насладиться последними деньками жизни".   Я скинула с плеч рюкзак и с тяжёлым вздохом опустилась на лакированный ступенчатый пол.   Тайлер приподнял голову:   - Где Чейз?   - Спускается. - Я с силой потёрла ладонями лицо.   Смирись, Джей, момент упущен. Можешь гордиться собой, как самым беспринципным и слабым существом на свете, раз какой-то там мужик в очередной раз сумел вскружить тебе голову так, что весь план о побеге вылетел из неё с громким свистом сквозняка!   - Оденься, дебил! - Тайлер запустил в Брея подушку.   Тот с силой послал её обратно:   - Работает система отопления, какого чёрта я должен ходить в мокрой одежде?!   В дверях напротив показался Кристоф.   - Здесь есть гардеробная, - ровно произнёс он и только сейчас свесил огромный рюкзак с плеч. Однако винтовку опускать не стал. Сел напротив Сиропчика, вопросительно поглядывая на входную дверь.   У меня не было желания сейчас объяснять, почему задерживается Чейз.   - Я б здесь остался! - распинался Брей, разглядывая бункер круглыми жадными глазами. - Здесь даже Sony PlayStation есть! Прикинь, калека?   - Отвали, - раздражённо рыкнул Сиропчик.   - А жрачки сколько на кухне видел?! Там целый шкаф спагетти!   - Где связные?! - Не выдержав, Тайлер подскочил с кресла и вперился в Кристофа раздражённым взглядом. - Разве они не должны уже быть здесь?!   Кристоф продолжал смотреть на дверь, как баран на новые ворота.   - Эй! Здоровяк! Я к тебе тут обращаюсь!   - Расслабься! - С громким лошадиным смешком, Брей толкнул Сиропчика обратно в кресло. - Придут твои связные. И не трынди что, что тебе тут не нравится! - Он развёл ручищи в стороны. - Это лучшее место из всех, где я бывал за последние двенадцать лет! Нет, к чёрту - за всю свою жизнь!   Я устало вздохнула. Заткните уже кто-нибудь этого недоноска.   - Эй, ципа! Тут раздельные спальни. И кровати там просто шикардос! Пошли я покажу тебе свою новую комнату.   - Она станет твоей могилой, если ты не закроешь пасть. - Чейз стоял за моей спиной, и кожу на ней тут же стало больно покалывать.   Кристоф поднялся с дивана, с докладом, как самый настоящий боец преданный своему командиру:   - Генераторы работают исправно. Автономное электро- и водоснабжение включено. Системы вентиляции и климат-контроля запущены. Связных не было, ни каких следов, мы первые.   - Они придут, - твёрдо произнёс Чейз. Я не видела его лица, потому что предпочла рассматривать блестящий разноцветный ковёр - наверняка шелковый. - Люди Дакира получили приказ и сами назначили бункер местом встречи. Они придут.   - Только будет ли смысл? - Я издала мрачный смешок и повернула к Чейзу голову.   Его густые растрёпанные волосы были припорошены мелким снегом. Щёки раскраснелись, будто он только что вернулся с долгой пробежки, в остальном - изменений ни каких. Напряжённая челюсть, хмурые брови, и взгляд, с чёрными, кипящими водоворотами ярости.   - Она права, - вставил Тайлер.  Но Чейз продолжал смотреть только на меня. А я на него. Жёстко. Требовательно.  Пока перед глазами не возникла пятая точка Сиропчика.   - Дакир собрал нас так быстро из-за вспышки животного бешенства, - возмущённо пыхтел он, всё ещё сильно говоря в нос. - В Скале-то и скотины нет! Каким всеобщим хаосом мы должны были воспользоваться?   Я звонко рассмеялась, поднявшись со ступеньки:   - Да ладно! Тайлер! Ты ещё способен соображать?! Теперь доходит, что за человек отправил тебя на самоубийство?! Весело, правда? Я так до сих пор в восторге!   - Есть птицы, - ровно произнёс Кристоф, оказавшись в нашей кучке неудачников. - Так, или иначе, новая вспышка вируса коснулась каждого города. Даже если они не ощутили её, то точно знают, что произошло нечто похожее на события двенадцатилетней давности. Люди в панике, это их природа.   Я скрестила руки на груди, всё ещё продолжая цинично улыбаться:   - И сколько, по-твоему, она будет длиться - паника? День, два, год? Скверна уже заставила их всех об этом забыть! Не все люди в этом городе деградировали! Есть и те, у кого и других дел по горло. Те, кому нужно думать, чем кормить себя и детей, а ещё во что одеваться, чтобы пережить зиму, или хотя бы дотянуть до утра! А ты думаешь, их будут волновать какие-то бешеные птицы?   Лицо Кристофа не изменилось. На нём всегда было одно и тоже выражение глубокого пофигизма, или же наоборот, большой собранности. Я не знаю. Этот парень не от мира сего. Хотя надо признать, что из всей нашей умопомрачительной компании, Кристоф, пожалуй, самый адекватный.   - Предложения? - безо всякого интереса поинтересовался Чейз, глядя на каждого по очереди, за исключением Брея в одних труселях, развалившегося на диване с большой пачкой чипсов в руках.   Я и раньше-то их не пробовала. Родители категорически запрещали есть вредную пищу. А я была послушным, больным ребёнком.   Чёрт. Что за мысли?..   Сиропчик с ещё более недовольным, чем обычно видом потоптался на месте и скрылся за дверями гардеробной.   Чейз вопросительно взглянул на Кристофа. Тот коротко кивнул:   - Нам всем нужно отдохнуть.   - Этим и займитесь. - Чейз расслабил плечи и скользнул по мне пристальным взглядом. - И смените одежду на сухую. Те, кто сильно замёрз может принять горячий душ. - Затем вновь повернулся к Кристофу. - Спать будем по очереди, оружие из рук не выпускать, по остальному бункеру не шастать.   - Другие двери закрыты, - доложил Кристоф.   - Знаю. И позаботься о том, чтобы недоносок в трусах не попытался их открыть.   И спина Чейза скрылась за одной из массивных дубовых дверей. А я смотрела в блестящий лакированный пол, на котором расцветали маленькие лужицы крови, и эта кровь принадлежала вовсе не Тайлеру.

Глава 18

Гардероб. Думаю, там можно заблудиться, если выключить свет. Но в нём оказались вещи идеально подходящие мне по размеру. Тёмно-зелёные штаны на тёплой подкладке даже не пришлось подворачивать, но для начала я всё же убедилась в эластичности материала, потому что сковывание при ходьбе, или тем более беге, было не допустимо.  Пара тёплых носков, футболка с длинными рукавами. Чёрный комплект нижнего белья подобрала самый обычный, мне ни к чему не практичность материала с рюшками, или что ещё лучше - стразами. Стыдно признаться в том, что изначально мой взгляд упал на красный лифчик с полупрозрачным кружевом, оголяющий больше половины груди. И ещё более стыдно за лицо человека, которое в этот момент возникло перед глазами.  А потом мне стало смешно, потому что этого никогда не случится!  Чёрный комплект - то, что нужно!  Коричневый джемпер с широким вязаным узором, я специально подобрала на два размера больше, потому что под такими вещами удобно прятать оружие, так чтобы не выделялось не нужных очертаний. Ну и глупо было бы с моей стороны не воспользоваться случаем и не подобрать куртку подлиннее. Шерстяное пальто с высоким воротом, пожалуй, подойдёт идеально.  Ванная комната поражала своей наполненностью и габаритами. На высоких стеллажах аккуратными стопками сложены полотенца, в идеальном порядке от тёмного к светлому. Плитка с золотистым узором на стенах сияла и переливалась, ловя блики света от огромной хрустальной люстры свисающей с высокого потолка. Ванна была размером с небольшой бассейн...  Мне больше не хотелось тут ничего рассматривать.  Босые ноги утонули в чём-то мягком и пушистом. Шкура тигра на полу. Не знаю настоящая ли она, но в моей жизни итак слишком много трупов, чтобы топтаться по ещё одному.  Я отодвинула шкуру в сторону и кинула новые вещи на не высокий плетёный столик. Повесила винтовку на крючок и, уперевшись руками в края раковины взглянула на себя в высокое зеркало.  Когда в последний раз я в него смотрелась?.. В нормальное, не разбитое, чистое зеркало. Мои черты обострились. Скулы выражены сильнее. Волосы ниспадают на плечи рваными прядями, как будто я их не остригала ножницами, а обтёсывала плохо заточенным топором. Кожа стала совсем бледной, от постоянных ранений и потери крови. А глаза...  Я печально усмехнулась.  Оказывается, мои глаза не многим отличаются от глаз Чейза. Их цвет не изменился - всё такой же насыщенно синий, но вот что творится внутри... Что ж, Джей, кажется, ты и сама не особо умеешь скрывать ярость от всего происходящего.  Ярость на Дакира за то, что втянул меня во всю эту несуразицу. Ярость на Кристину, за то, что эта девчонка ступила на кривую дорожку. Ярость на Чейза, за то, что так бесцеремонно продолжает менять меня. И ярость на саму себя, за то, что так безвольно позволяю ему это делать.  Всплеск ледяной воды в лицо и по нему покатились грязные капли. Я должна немедленно смыть с себя это... Грязь и пот. Ненавижу когда от меня плохо пахнет и думаю, вполне заслужила хоть какую-то компенсацию, за всё, что позволила с собой сделать. В отличие от Тайлера, меня Дакир не наградил часами, за то, что подписалась на всё это безумие, так что думаю, будет вполне справедливым позволить себе воспользоваться средствами гигиены, от которых здесь рябит в глазах.  В наличии куча новых зубных щёток и несколько коробок тюбиков с пастой на любой вкус и цвет. Мыло, шампуни, крема, бритвенные станки. Я не страдаю клептоманией, но пожалуй прихвачу с собой что-нибудь из всей этой роскоши, потому что меньше всего желаю превратиться в помойку вроде Брея.  Я вновь уставилась на себя в зеркало и потеребила языком серебреное колечко в нижней губе - маленький символ моей независимости. Я сделала себе присинг в день смерти Завира. Это был мой первый маленький бунт, подарок самой себе, означающий, что теперь я вольна делать всё, что пожелаю. Потому что раньше, каждый свой шаг я должна была согласовывать со своим дорогим папашей. И день его смерти, стал первым днём моей свободы.  Свободы взаперти.  Сейчас я всё чаще задумываюсь над тем, была ли моя свобода реальной?.. Имеет ли вообще это слово право на существование в Новом мире, или его давно пора похоронить со всеми остальными потерявшими смысл словами?.. Есть ли на этой земле хоть кто-то, кто может полноправно заявить о своей свободе?..  У каждого есть обязательства, каждый связан невидимыми путами, которые медленно тянут за собой и рано, или поздно заставят спрыгнуть с обрыва. Все кому-то подчиняются и от кого-то зависят. Жизни тварей зависят от людей. Люди зависят от банд. Банды зависят от количества припасов, что у них остались. Всё идёт ровно и закономерно. Всё идёт к своему логическому завершению. Все уже давно были лишены свободы. Свобода - это миф. А в мифы я не верю. Я верю в судьбу и эта сука меня уже порядком достала.    - Оу, ципа, да ты просто красотка! - присвистнул Брей, развалившись на диване обложенный пакетами с едой со всех сторон. И кому-то удалось напялить на него штаны.  Кристоф расположился в большом кожаном кресле, и я бы даже решила, что он спит, если бы не рука, плавно поглаживающая приклад винтовки.  Тайлер сидел на полу, переодетый в штаны и свитер ярко-сиреневого цвета. Лучшей расцветки, разумеется, подобрать не мог. Одной рукой он прикладывал к носу пакет со льдом, второй листал книги, ровненькими стопками разложенные вокруг него.  Сиропчик аккуратист.  Шея Брея перегнулась через подлокотник дивана. Похоть на лице вызывала приступ рвоты.  - Эй, ципа, ты ведь теперь чистая? Почему не позвала спинку потереть? - Его брови игриво подёргивались.  - Не стала лишать Кристофа этой возможности.  Двусмысленно получилось, но кажется, Кристоф понял, о чём я, потому как с его стороны долетел тихий смешок.  - Твои мокрые волосы так возбуждают, ципа!  Открутив бутылку с водой, я сделала пару глотков.  - Уверена, Брей, со своим возбуждением ты давно научился справляться самостоятельно.  Новый смешок Кристофа. А этот здоровяк всё же не лишён чувства юмора. Я присела напротив него:  - Где Чейз?  - Проверяет склад. - Кристоф даже глаз не открыл. - Дверь склада напротив спусковой лестницы. Так что думаю, он там и заночует.  - Пост принял? - фыркнула я.  Не знаю, сколько длилось это угнетающее молчание, я даже уже было подумывала рискнуть здоровьем и пойти посмотреть, что там с Чейзом, но Кристоф решил продолжить разговор:  - Почему нету тварей? - Его глаза были по-прежнему закрыты. Может во сне бредит? - Ни одной. За всё время пока мы шлю к бункеру.  Не бредит.  Я пожала плечами. Не знаю зачем - он всё равно не видит.  - Без понятия. Может у них сегодня выходной?  Кристоф внезапно распахнул глаза и тихо произнёс:  - Тогда кто его подстрелил? - Он подловил меня.  Я молчала. Шелест пакетов Брея нервировал. И не уверена, что будет правильным рассказывать про женщину с точно такими же глазами, как у Чейза, но отсутствием других признаков твари. Вряд ли Кристоф поверит, что и у неё был конъюнктивит.  - Я подстрелила. - Соврать получилось плохо.  Глаза Кристофа сузились.  - Хотела сбежать.  Брей поверил бы, он тупица, но не этот парень.  - Слышь, психопатка?! Я ничего не могу найти про перелом носа! - разрядил обстановку ворчливый голос Сиропчика. - Что делать-то будешь?  Подхватив с пола пакетик M&M's, я быстро поднялась на ноги:  - Что я должна сделать? Я не хирург. Оставь его в покое, сам пройдёт.  - И кривым останется?! - Лицо Тайлера покрывалось пунцовыми пятнами.  Я раздражённо прикрыла глаза. Сколько мне ещё терпеть всё это?..  - Между прочим, это уже во второй раз! - возмущался Тайлер.  Точно. Во второй. Я и забыла, как на суде разукрасила его физиономию.  - В прошлый раз ты это заслужил, - бросила я, привалившись спиной к стене и распаковывая пакетик M&M's. Тысячу лет не ела ничего сладкого.  - А в этот?!  - Отвали, а?  - Извиниться не хочешь?!  Я взглянула на него исподлобья:  - А как на счёт тебя? Забыл, что один из пунктов, почему Блейк разукрасил мою спину, имел прямое отношение к тебе? Всё ещё нужны мои извинения? Они что-то изменят?  Грудь Тайлера высоко вздымалась:  - Возможно после них я передумаю пристрелить тебя пока ты будешь спать!  Какая жалкая угроза... Действительно думает, что смерть - самое страшное из всего, что может произойти?  Я направилась к выходу:  - Я не буду извиняться.  После ослепительно яркого света в круглой комнате, коридор бункера показался мрачным склепом.  Дверь складского помещения была открыта. Серые стены, длинные стеллажи, заставленные картонными коробками, и несколько одиноких лампочек, свисающих с потолка на тонких проводах.  Одинокая фигура Чейза находилась у противоположной стены. Одна нога согнута в колене, вторая вытянута перед собой. Затылок откинут на бетонную стену. Глаза прикрыты. В руке пистолет.  - Я проспорил себе пять баксов, - хрипло произнёс он, не поднимая головы.  Я скрестила руки на груди и подпёрла плечом дверной косяк:  - На что спорил?  Грудь Чейза дёрнулась в беззвучном смешке:  - Одна часть меня была уверена, что ты придёшь ещё час назад, другая, дала тебе чуть больше времени.  - Поздравляю твою вторую часть.  Чейз выглядел таким... умиротворённым. Грудь плавно вздымается. Лицо расслаблено. Словно в его спине и не застряло никакой пули.  - Не хочешь попросить, чтобы я её вытащила?  Глаза Чейза приоткрылись, уставившись на одинокую, слегка покачивающуюся из стороны в сторону, лампочку.  - Попросить?.. - Его голос не звучал грубо, скорее позабавлено. - Разве ты не притащила с собой плоскогубцы и верёвку, чтобы силой заставить меня это сделать?  Я издала мрачный смешок:  - С чего ты взял, что я захочу это сделать? Образ матери Терезы мне определенно не подходит.  - В лагере Ангела, ты не пожалела для меня своей кофты.  - В лагере Ангела и ты не был таким кретином. - Я помолчала. - Или был, но я об этом ещё не знала.  Чейз холодно усмехнулся:  - Это было в прошлой жизни.  Какая ирония. В жизни Чейза и в правду начался новый этап.  Я сделала два шага вперёд по бетонному полу.  Чейз встретился со мной глазами.  Красное, чёрное.  Ярость, боль.  Я хотела развернуться и уйти, оставить его истекать кровью, получить инфекцию, и навеки остаться гнить в этом бункере.  Я хотела понять его. Оправдать перед собой. Доказать самой себе, что всё не так как кажется, что Чейз не может быть чьей-либо марионеткой.  - Это из-за Ронни? - Мой голос звучал приглушенно, словно стены могут подслушивать.  Кадык Чейза дёрнулся, но он молчал, сверля меня непробиваемым взглядом, строя вокруг себя новые стены, не позволяя ступить на его территорию.  - Это только из-за Ронни? - повторила я.  Мой вопрос был глупым, я итак знала, что большинство своих поступков Чейз совершает ради младшего брата. Но я была уверена - это не вся причина, по которой он позволил Дакиру управлять собой. Это было бы слишком просто, потому что то, что происходит между нами двоими, не имеет к Ронни никакого отношения. Потому что будь я проклята, если то, что происходит между нами - моя больная фантазия. Он отталкивает меня и одновременно становится ближе. Я проклинаю его и в тоже время не могу выкинуть из мыслей.  Из сердца.  - Что именно ты хочешь знать? - хмыкнул Чейз, слабо улыбаясь, ведя свою игру. - Почему я на стороне Дакира, а не на твоей?  "Я хочу знать, почему ты не на своей собственной стороне".  - Я хочу знать, почему ты избил Брея в первый раз?  Улыбка Чейза стала ярче:  - Всегда нравилась твоя непредсказуемость.  - Это был приказ Дакира? Меня даже не было рядом, к чему был весь этот цирк?  - Но Кира ведь тебе об этом рассказала.  Я замолчала, борясь с собой, чтобы не отвести взгляд. Чтобы не сдаться. Потому что это игра. Он играет со мной.  - Кира также сказала, чтобы я держалась от тебя подальше. Она считала тебя полным придурком, а это вряд ли сделало бы нас ближе. Как думаешь, на тот момент она уже учувствовала в заговоре Дакира?  1: 1, Чейз.  Он отлепил спину от стенки и упёр локти в колени. Его улыбка становилась всё шире, и моё тело как всегда реагировало на неё самым предательским образом. Главное унять сердце, не позволять ему ускорять ритм, потому что Чейз это обязательно услышит и тогда счёт станет не в мою пользу.  - Это не было приказом Дакира, - полушёпотом произнёс он, и по телу пронеслась волна дрожи.  Сердце. Умолкни. Не смесь стучать так громко!  - Тогда почему ты это сделал? - Сомневаюсь, что мой голос ещё звучал достаточно жестко.  Чейз коротко пожал плечами и просто ответил:  - Потому что он назвал тебя шлюхой.  Что?  Я не сумела сдержать смешок:  - Серьёзно? Позволь напомнить: на тот момент и ты меня такой считал и даже не стеснялся об этом напоминать. Я в курсе, что это была провокация, но всё-таки за язык тебя никто не тянул. И ты только в лагере Ангела узнал, кто я такая.  Или я опять чего-то не знаю?..  Чейз медленно поднялся на ноги. Я знала, что пуля в спине должна приносить сумасшедшую боль при малейшем движении, но Чейз даже в лице не изменился, не считая пропавшей улыбки.  О, нет, не приближайся, это расстояние слишком опасное.  Я задержала дыхание, потому что его запах снова сведёт меня с ума и эта игра будет навеки мною проиграна.  Тени от волос падали на его хищные глаза, пряча красноту, но я больше не видела в них ярости - она пропала... Они казались тёплыми... нежными. Нежными? Как мне на ум могло прийти это слово? Чейз и нежность, тоже самое, что Брей и мозги.  - Я уже говорил тебе... - Голос Чейза звучал настолько мягко, что это не могло не разбудить колокольчики тревоги в моей голове. - Я говорил, что для меня никогда не имело значение твоё прошлое. Ты могла быть кем угодно, подчинившись воле кого угодно... Мир так устроен: не мы выбираем, за нас выбирают. Но при всём при этом ты продолжала считать себя свободной. Сколько не пытался, я никак не мог понять этого...  Если не сделаю вдох, потеряю сознание.  Запах дождя. Запах крови. Запах Койота...  Чейз слышал, как колотится моё сердце, громко стуча о рёбра, но продолжал говорить совсем о другом. О том, что было важно для меня.   - Ты была слишком необычной, слишком не правильной, слишком привлекающей к себе внимание... И я ничего о тебе не знал, кроме того, что по каким-то причинам собственность Скверны работала в ямах. Дакир не сказал о тебе ни слова, заставив меня постоянно ломать над этим голову! Я сходил с ума пытаясь понять, кто ты, чёрт возьми, такая! Ты бесила меня и не выходила из головы! Ты не укладывалась ни в одно из понятий Нового мира и Дакир приказал всегда держаться рядом с такой, как ты! - Печальная улыбка тронула губы Чейза, и он горько усмехнулся, едва заметно помотав головой. - Ты не понимаешь, Джей? Правда не понимаешь?   Я не понимаю. И, наверное, сейчас выгляжу полной идиоткой.   Тёплые шершавые пальцы Чейза коснулись моей разгорячённой щеки. Улыбка в одно мгновение испарилась с его лица:   - Дакир - расчётливый сукин сын! Он видит людей насквозь, он следит за ними, оценивает, наблюдает и делает для себя заметки, а в нужное время - правильные ходы. - Чейз приблизился ещё ближе, внимательно заглядывая мне в глаза. Я чувствовала жар от его тела. Его тёплое дыхание на своём лице...  - Если бы тогда, в Миннеаполисе я не выполнил его приказ, если бы вернулся в Крест без тебя, мне бы не открыли ворота. Ронни никогда бы не получил лекарства. Дакир в открытую пользуется человеческими слабостями и считает это небольшой жертвой ради создания нового идеального мира. Как и сейчас. Дакир нашёл ещё один способ манипулировать мной. Он приказал ехать в Скалу, командовать операцией... Он не оставил мне выбора... В случае отказа, он бы отключил Ронни от аппаратов. И он знал, что я не отпущу тебя в Скалу одну.  Я зависла. Лёгкие перестали двигаться.  - Всё ещё не понимаешь?..  Чейз нежно провёл большим пальцем по моей нижней губе и коснулся лбом моего лба:  - Джей... когда Дакир приказал мне быть с тобой рядом, заставить тебя влюбить в себя, этот ход был рассчитан не на тебя... Этот ход был сделан в мою сторону, потому что он знал, он видел... что это я не смогу перед тобой устоять... Чем дальше я от тебя бегу, тем ближе хочу оказаться.

Глава 19

Я проиграла.  Даже больше - я знала, что проиграю.  Я честно боролась со своим сердцем. Честно противостояла Чейзу и эмоциям, что он во мне возродил. Но я проиграла.  Я даже не знала, что моя искалеченная душа ещё способна переживать нечто подобное.  Так же как и никогда не думала о том, что кто-либо на всей огромной полупустой планете, однажды скажет мне нечто подобное.  Я как маленькая девочка, которой подарили заветные розовые туфли, а они не подошли по размеру. И для того, что бы носить их, придётся терпеть боль. Придётся чем-то жертвовать.  Не знаю, правда ли это... Его слова.  Доверять людям, всё равно, что сунуть голову в пасть голодного льва.  Чейз стал для меня таким львом, а я стала той, что по-прежнему сомневается.  Прошлый мир - риск, любовь, отчаянные поступки.  Новый мир - страх, смерть, одиночество...  И чтобы выжить, нельзя к чему-то привязываться. Потому что когда этого не станет, собрать себя обратно по кусочкам уже не получится.  Это как две абсолютно разные чаши весов, которые никогда не поравняются.  Это как я и Чейз, которые никогда не будем вместе.  Я не преувеличиваю и не строю из себя недотрогу. Это простые факты Нового мира, в котором все мы существуем. И теперь я отлично понимаю Чейза. Каждый раз, когда он отталкивал меня, он спасал наши жизни. Потому что после того как они тесно сплетутся, их будет гораздо проще разрушить.  Мы были как две батарейки со стопроцентным зарядом, а после нашего столкновения, у каждого осталась лишь половина. Мы стали уязвимы.  Чувства - рычаг для управления человеком.  Чувства, делают нас слабыми. И такие люди как Дакир умеют этим пользоваться - вращать рычаги в руках, как барабанные палочки. Именно это и произошло. Это не судьба сводила нас вместе, этим занимался великий манипулятор, который раньше нас двоих сумел разглядеть две родственные покалеченные души.  Это даже смешно.  Если это не очередной приказ Дакира.  Потому что я не засуну голову в пасть голодного льва. Но я и не могу убежать от него.  И когда я сказала о том, что нам никогда не быть вместе, я не имела в виду конкретно своё решение. Я знаю, что судьба этого не допустит. Рано, или поздно, она заберёт одного из нас. После того, как наиграется в добрую фею. В Новом мире, людей лишили права на счастье. И я заранее знаю, чем всё это закончится.  У нашей истории нет счастливого конца.    Чейз молчал.  После слов о то, что это он не смог передо мной устоять, он просто взял и замолчал.  Отстранился и вернулся на место, привалился затылком о бетонную стену и прикрыл глаза. Как будто и сидел там всё время. Как будто и не было никакого признания.  Что происходило со мной?.. Вот уже битые десять минут я не двигалась с места и напоминала лёгким, что значит дышать.  Дакир?.. Я больше не хочу слышать это имя. Он ничтожество. Использовать меня и Чейза, за это я ещё могу его просто ненавидеть. Но угрожать отключить маленького ребёнка от аппаратов поддерживающих жизнеобеспечение... за это я готова убить. И если ещё когда-нибудь увижу стоящих бок о бок Блейка и Дакира, Дакир будет первым в кого я выстрелю.  - Так что на счёт просьбы? - низкий голос Чейза вывел меня из оцепенения.  Я облизала пересохшие губы, констатировав факт, что мне безумно хочется пить.  - Какой просьбы?  Чейз приоткрыл глаза:  - Просьбы о том, чтобы ты достала её.  - Ты просишь достать меня пулю? - Кажется, лёд и вправду тронулся!  Чейз ухмыльнулся:  - С ней не очень-то удобно передвигаться, а как я уже сказал: я не отпущу тебя в Скалу одну.  Соседняя комната бункера оказалось самой настоящей отполированной до зеркального блеска операционной. Чёрт. Vivos знали во что вкладывались!  Огромные металлические стеллажи были доверху заставлены коробками с разного вида медикаментами и оборудованием.  Кажется, одна и та же мысль пришла к нам с Чейзом в голову.  - Не уверен, что ты ещё когда-либо вернёшься в Крест, - отрезал он, расстёгивая замок куртки.  - Даже не собиралась. - Я уже во всю рылась в пластиковых коробках. - Ты вернёшься. И пусть они все там подавятся своими лекарствами, я перерою здесь всё, но найду то, что нужно для восстановления Ронни.  - Ты в этом хоть разбираешься? - Чейз скинул пропитанною кровью куртку на пол. - У него гипоксическая кома. - Его голос надломился.  - Да, мне сказали. - Я выволокла из коробки несколько пузырьков с антисептиком и бросила в Чейза хмурый взгляд. - Я знаю не много. Но здесь куча книг, возможно среди них найдётся что-нибудь по медицине.  - А если нет? Заставишь перевести все эти ящики? - Чейз стягивал через голову свитер.  Только сейчас до меня дошло, что он раздевается. Я зарылась с головой в коробку.  - А если нет... Ну, может у них тут и wi-fi предусмотрен?  - И кабельное, - мрачно буркнул Чейз.   Антисептик, пинцет, бинты... много бинтов, спринцовка...   - Надо прокипятить... Пинцет и... - Я подняла глаза и застыла потерявшись на полу слове.   Чейз снял майку и всё, на что мне оставалось смотреть, с пылающими впервые за долгие годы, красными как два турецких флага щеками, так это на идеальные рельефы тела, подобные запечатлённым на веки в каменную скульптуру очертаниям самого божества. На голых плечах, под светлой блестящей кожей, как обласканные морской водою камни, перекатывались тугие мышцы. Напряжённая шея натягивала вены, прячущиеся под мощной, грубо отчерченной ключицей. Ложбинка под широкой, медленно вздымающейся грудью, в том месте, где заканчивались рёбра, слегка подрагивала от мышечных сокращений. Косые мышцы живота скользили вниз по рельефному торсу, пряча своё окончание за поясом чёрных джинсов. Шесть идеальных кубиков пресса медленно двигались в такт дыхания Чейза... Они застыли. И это наконец сняло меня с паузы, вопящей, что я слишком долго на него смотрю.   Мне нужно достать пулю.   Достать пулю.   Я видела, с каким усердием Чейз душил в себе улыбку, когда садился ко мне спиной на высокий металлический стол. Ещё недавно, он лежал на таком же, находясь на грани между жизнью и смертью... Тогда я и сделала выбор не в пользу себя...   Пуля засела глубоко, пришлось хорошо потрудиться, чтобы достать её.  Очень хорошо потрудиться! Потому что я сразу предупредила Чейза о том, что мои хирургические способности приравниваются к уровню программ о здоровье, которые постоянно смотрела моя мать, наивно веря услышать в одной них про чудо-лекарство способное одним махом вылечить её дочери астму.   Кажется, раньше она и в правду меня любила. Или же таким образом надеялась избавить семью от тяжкого бремени в виде моей болезни. Она выматывала их не меньше меня.   Чейз отказался от обезболивающих, сославшись на то, что его болевой порог изменился. Сначала я в этом сильно сомневалась, пока не особо аккуратным образом выковыривала пулю из области спины рядом правой лопаткой, а он даже не поморщился.   И что-то не так стало с его кровью. Устранение пули - серьёзная операция, подразумевающая под собой большую потерю крови, неспроста ведь я набрала столько бинтов. Но, кажется, вся, что должна была пролиться, уже давно пролилась и впиталась в одежду. Кровотечения не было. Никакого! Словно это обычная ссадина, а не пулевое ранение.   - Сосуды не могли так быстро затянуться, - сказала я скорее самой себе, чем Чейзу, глядя на рану скептическим взглядом.   - Укусы от тварей перестали кровоточить через час, после того как я очнулся, - ровным голосом ответил Чейз.   Я сотворила с ним нечто ужасное...   Или прекрасное...   Совладав со своими руками и разумом, постоянно переключающим внимание на тугие мышцы его спины, я наконец перешла к процессу зашивания. Думаю, если кровотечения нет, я могу это сделать.   - И что дальше? - тихо спросила я.   Чейз молчал какое-то время. Но он прекрасно понял, о чём я, потому что я видела с какой силой сжалась его челюсть, а взгляд сверлил дыру в полу.   - Когда вернёшься в Крест. Что ты будешь делать?   - Что, по-твоему, я могу там делать?   - Продолжишь службу в пятом отряде?   - Продолжу находиться рядом со своим братом.   Чейз даже не вздрогнул, когда игла зацепила его кожу.   - И будешь и дальше выполнять приказы Дакира. - И это не было вопросом. Разве было объявлено перемирие?   - У тебя есть другие предложения?   - Да. Например, перерезать Дакиру глотку.   Чейз обречённо помотал головой, протяжно выпустив из лёгких воздух:   - Ты бы перерезала глотку тому, от кого зависела бы жизнь Кристины?   Иголка в моей руке дёрнулась и силой воткнулась в спину Чейза. Тот наконец вздрогнул, подав признаки жизни.   - Я бы с радостью убила тех, кто промыл ей мозги.   - Только если бы вам было куда пойти и она не находилась при смерти.   На последнем слове голос Чейза потух. И я почувствовала себя законченной скотиной.   Я не знаю, что бы я делала. Правда, не знаю. Ронни - уязвимое место Чейза. И этот мальчик итак находится между жизнью и смертью, чтобы ещё больше рисковать его здоровьем.   Я не знаю, чтобы я делала...   И из-за этой безвыходной ситуации, слепая ярость закипала в венах, порождая желание вопить от несправедливости! Где в этом грёбаном мире осталась хотя бы крупица справедливости?! Хотя бы малейший шанс получить право выбора?! Все мы лишены его! Что бы сделать шаг против ветра, всегда надо чем-то пожертвовать.  Какая к чёрту это жизнь?!!  - Тогда я вернусь в Крест и сама выпущу ему мозги!  Чейза это не рассмешило. Его плечи резко напряглись, так что я едва не выронила иглу. Он повернул ко мне голову, глядя жёстким, суровым взглядом. В его чёрных, как ночь зрачках, крутились не водовороты, в них закипали вулканы ярости.  - Тогда убьют тебя. - Шипение пламени.  Я оторвала нитку и, с громким стуком уперев руки в стол, оказалась перед самым лицом Чейза.  Теперь его глаза не вызывали у меня желания поскорей отвернуться. Теперь я разделяла его ярость.  - Нет, Чейз, - прошептала я, с горькой улыбкой на губах. - Меня убьют гораздо раньше. Скала... станет моей могилой.

Глава 20

Я задремала.  У меня не было желания ночевать в огромной блестящей комнате принадлежавшей к уровню другой вселенной. К хорошему слишком быстро привыкаешь, так что не зачем дразнить организм, который скоро лишится всей этой роскоши. Я решила остаться в коридоре, не далеко от спусковой лестницы, прислушиваясь в ожидании связных со Скалы. Лично я их не особо ждала, но явиться они уже были должны. И судя по тому, что их до сих пор нет, что-то пошло не так. Значит надо быть начеку. Неизвестно кто может прийти вместо них.  Но я задремала. Привалившись спиной к стене и обнимая руками оружие так же, как в прошлом мире дети обнимали плюшевых медвежат. Моим медвежонком была автоматическая винтовка пятого с половиной калибра.  Громкий стук ботинок по лестнице разбудил меня, заставив мгновенно подняться с пола.   У нас гости.   Одна... Две... Две пары ног.   Я подняла винтовку перед собой и уставилась вглубь тёмного коридора, освещённого тускло-мигающими красными лампочками.   Чья-то рука пронеслась перед глазами и с силой зажала мне рот. Другая рука подхватила за талию и потянула назад, к распахнутым дверям склада медикаментов. И если бы не этот до боли знакомый запах, я бы уже прострелила Чейзу одну из конечностей.   Он прижал меня к стене и поднёс указательный палец к своим губам. Учит меня, как правильно вести себя в опасной ситуации. С ума сойти.   Две пары ног громко шагали по бетонному полу, кем бы гости ни были, они не скрывали своё появление в бункере.   Чейз отпустил меня и, прижавшись, спиной к стене вытянул пистолет в направлении двери.   Громкий свист и звонкий женский голос:   - Эй! Есть кто живой в этом элитной подземном кладбище?!   Не без раздражения Чейз опустил оружие и кивнул мне, велев расслабиться. Кажется, связные объявились. Но меня в этот момент больше интересовало то, по каким критерием он это определил.   Макушка короткостриженых светлых волос показалась в дверном проёме. Девушка улыбалась, так что из-за тусклого мигающего света, ряд белоснежных зубов - всё, что бросалось в глаза.   И она была высокой. Очень высокой, для того, чтобы это определить всего то и нужно было, чтобы Чейз поравнялся с ней плечами - они были на одном уровне!   - Что это у вас тут? Вечерника для двоих? - Девушка продолжала широко улыбаться, переводя весёлый взгляд с меня на Чейза и обратно.   Чейз убрал пистолет за пояс. Судя по лицу, её появление не доставляло ему положительных эмоций.   - Эй, малышка, отбой, - хихикнула девушка, глядя на меня светлыми глазами, оттенок которых я никак не могла определить. - Свои. Убирай игрушку.   Моя винтовка по-прежнему целилась ей в живот.   - Твоя крошка? - Девушка кивнула Чейзу, ухмыляясь на одну сторону рта. - Пушку-то попроси убрать. Ты ведь помнишь, как мне это не нравится, м-м, красавчик?   Чейз мрачно взглянул мне в лицо. Не знаю, собирался ли он что-то сказать, или нет, но в этот момент в дверях появилась ещё одна голова, с длинными рыжими волосами ниже плеч и густой бородой достающей до самой груди.   - Чейз. - Мужчина кивнул в знак приветствия. И в отличие от девушки, ему было совершенно не весело.   - Якоб. - Чейз кивнул в ответ. - По какому случаю задержка?   Мужчина внимательно посмотрел мне в лицо, затем в лицо Чейза:   - Это она?   Ненавижу когда меня обсуждают в моём же присутствии.   Я опустила дуло винтовки вниз, на что девушка весело хихикнула. Может она под травкой?..   - Когда закончите обниматься, приходите. Пойду разбужу остальных.   Девушка не двигалась с места, загораживая собой весь дверной проём, я моментально ощутила, насколько мелкой выгляжу рядом с ней.   - Дакир идиот, - смеялась она, устремив взгляд на Чейза. - Эта куколка хотя бы стрелять умеет?   Наплечная кобура на правую сторону. Армейский нож на левой стороне бедра.   - Две секунды, - ровным голосом произнесла я, равнодушно глядя в улыбающееся лицо девушки.  Её брови озадаченно взлетели:  - Что, прости?  - Твой выстрел задерживается на две секунды, пока меняешь ведущую руку. А это... - одним быстрым ловким движением, я выдернула армейский нож из крепления на её поясе, - отличная возможность для такой правши как я, перерезать тебе горло твоим же оружием. - Взмах ножом и он с глухим стуком вонзился в дверную коробку над головой блондинки.   Девушка продолжала улыбаться, с широко раскрытыми искрящимися азартом глазами. Я отпихнула её в сторону и вышла в коридор:   - Поищи на складе, может повезёт найти кобуру для левшей.   Слишком яркий свет в круглой комнате заставлял голову пульсировать от боли. Лоск и изыск вынуждали мозг умолять меня вернуться в коридор.   Кристоф пришёл в боеготовность, стоило мне появиться в помещении. Пришлось повторить трижды, что пришли связные, для того, чтобы он опустил оружие. Сиропчик вывалил из комнаты, широко зевая и потирая голову, в бессмысленной попытке пригладить торчащие во все стороны волосы.   Брей соизволил выволочь свою тушу только когда Роксана лично за ним отправилась. Крик Брея, упоминание Бога в молитве, громкая череда ругательств и звонкий женский смех. Кажется, и эти двое были знакомы.   У Роксаны не было короткой стрижки, я ошиблась на этот счёт. Её длинные волосы, цвета пшеницы были собраны в тугую косу и достигали уровня поясницы. Светлые глаза казались двумя хрусталиками льда небесно-голубого оттенка. Яркие губы на фоне бледной кожи, придавали и без того красивым чертам лица, особую изюминку. Девушка была широка в плечах и бёдрах и ростом выше меня на полторы головы. Эдакая амазонка в камуфляже.   Рыжий мужчина по имени Якоб выглядел спокойно, я бы даже сказала, они с Кристофом могли сойти за братьев: одинаково крупные, задумчивый взгляд, рассудительная речь. Один рыжий, другой брюнет - пожалуй, всё, что их отличало. И борода.   - Что вас задержало? - поинтересовался Кристоф, протягивая Роксане большую кружку чего-то. Кажется, они все тут между собой знакомы, я единственная белая ворона.   - Леона не было в городе, - легкомысленно пожала плечами Роксана, устраиваясь на диване между Чейзом и Бреем.   Кристоф и Якоб расположились в креслах напротив. Сиропчик так и стоял в дверях спальной, почёсывая голову и борясь с остатками сна. А я находилась в стороне от всех, подпирая стену и крепко сжимая винтовку обеими руками.   Я никому не доверю.   - И куда же предводитель Скверны намыливался? - протянул Брей, мизинцем одной руки ковыряясь в зубе, а второй поглаживая голый живот.   Надо срочно вырубать систему отопления.   Роксана громко фыркнула и сделала несколько больших глотков из кружки:   - Эй, Рокс, не увлекайся! - Брей хлопнул рукой по её мощному плечу. - Я конечно не против развлечься, но ципа первая в очереди, так что ты это...   Удар локтем в челюсть и Брей с громким стоном повалился на пол.   Чейз поднялся на ноги:   - Случайно вышло.   Роксана присвистнула и покосилась на меня, улыбаясь во весь рот.   Я закатила глаза, крепко сжимая зубами колечко, потому что руки так и чесались засунуть дуло винтовки ей рот, чтобы оскал наконец исчез!   Брей сел, скрестив ноги, с силой потирая челюсть. Лицо перекошено от злости:   - Смотрите все! А сейчас наша ципа врежет мистеру Красавчику за то, что тот за неё вступился!   Приглушённый хохот Сиропчика скалящегося во весь рот. Я сжала колечко в губе со всей силы, подавляя ярость, пока не ощутила боль.   - Я же сказал: случайно вышло, - повторил Чейз, выглядя самым спокойным человеком на свете. С таким же выражением лица, можно обсуждать цвет стен.   - Ладно, детки, повеселились и хватит. - Рыжий Якоб, ударив по коленям, поднялся с кресла. Даже не знаю, сколько ему лет. Нас всех он точно прилично старше.  - Сегодня Леон выезжал из Скалы, так что мы не могли получить разрешение попасть за ворота. Он приказал никого не выпускать, даже разведгруппы, - вещал Якоб, глядя преимущественно на Чейза. - Более того, с ним было двое сопровождающих, а вернулся он один. И никто не в курсе, что это была вылазка.   - Леон псих! - вставила Роксана, громко отхлёбывая из кружки. - Сдача крови теперь трижды в месяц.   Что?..   Я напряглась.   Что за идиотизм? Люди вымрут ещё до начала весны! Зачем управляющему городом превращать своих же людей в живых мертвецов? Ему ведь некем будет управлять...  Или у Скверны заканчивается провизия и надо уменьшить количество ртов, или людей делают слабыми с какой-то другой определённой целью...   - Он устраивает фестиваль! - Новый смешок Роксаны. Новый глоток из кружки.   - Чего?.. - прищурившись протянул Сиропчик, плюхаясь на диван рядом с блондинкой и шелестя блестящей упаковкой с печеньем.   Роксана хмыкнула, забросив в рот парочку крекеров.   - Что-то типа Хэллоуина, - промямлила она с набитым ртом.   - Послезавтра, - сдержанно заговорил Якоб. Высокий лоб, прорезанный глубокими морщинами, хмурился. - Леон сумасшедший. Он решил, что людям надо подарить праздник. Организация идёт полным ходом. Синеголовые занимаются обустройством площадки. Каждому пришедшему обещано по мешку еды и тёплой одежды.   - Что это ещё за бред? - скривился Брей втиснувшись на диван между Тайлером и Роксаной. - Увеличить сдачу крови и выдать каждому мешок жратвы! Типа если сдохните, то хотя бы сытыми?   Странно признавать, но Брей прав. Происходящее в Скале полная бессмыслица.   - Приглашены банды и их женщины из других городов, - рапортовал Якоб. - Они даже колонки и аудиоаппаратуру устанавливают. Леон назвал это зимним фестивалем новой эры, и отдал приказ всем явиться в костюмах.   Тайлер почесал нос:   - Так это уже карнавал какой-то...   - Сомневаюсь, что Леон сильно над этим задумывался, - хмыкнула Роксана. - Вся эта организация предусматривает под собой нечто более грандиозное, чем фестиваль, маскарад, Хэллоуин, или любая другая подобная хрень.   - Но это наш шанс провести её внутрь. - И тяжёлый взгляд Якоба переключился на меня.   Провались я на этом месте.   - А куколка-то не умеет расслабляться, да? - Игривый взгляд Роксаны упал на винтовку в моих руках.   Я подняла её выше.   Интересно, если прям ну очень хорошенько поразмыслить, есть ли у меня ещё хоть какой-то шанс сбежать подальше от этой весёлой компашки?   - Её? - звонко протянул Брей, вперившись в меня вопросительным взглядом.   А, ну да, наш мистер-я-не-дружу-с-мозгами, вообще мимо всей информации пролетел.   На лице Якоба возникло удивление адресованное Чейзу:   - Знают не все?   Чейз с тяжёлым уставшим вдохом провёл рукой по лицу:   - Ему и не зачем.   Брей подскочил с дивана, тыкая в меня огромным пальцем:   - Ципа типа основная, или что? Остальных в Скалу проводить не надо?   - Эй, парень, расслабься. - Роксана потянула его за резинку штанов, усадив на место. - За стены попадут все, но сомневаюсь, что ты бы хотел оказаться на её месте. Я бы точно не хотела. Выпуская мозги Леону, можно получить смертельную отдачу, не успев и пискнуть.   Брей вообще ничего не понимал. Так и стоял с нелепо разинутым ртом. До него и не дойдёт, даже если всё разложить по полочкам.   - Потом ему объясните. - Якоб вышел вперёд. - У нас нет времени. Роксана остаётся с вами, я возвращаюсь в Скалу. - Он неуверенно уставился на Сиропчика. - Ты ведь Тайлер?   Кадык Сиропчика нервно дёрнулся и кажется, даже синяки под глазами потемнели на несколько оттенков.   - И что? - сухо отозвался он, медленно откладывая печенье в сторону.   - Собирайся. Ты идёшь со мной. - Якоб взглянул на Чейза. - Инструктаж не проводил?   - Он не в курсе.   - М-м...   - О чём я не в курсе?.. - Коленки Сиропчика уже вовсю дрожали, панический взгляд блуждал с одного лица на другое.   Якоб сильно нахмурился:   - Это точно он?   Чейз выглядел спокойным, значит, он осведомлён о том, какая Тайлер шахматная фигура на игровой доске Дакира.   - Среди нас нет другого человека из сектора Блейка, - ответил он и кивнул Сиропчику. - Иди собирайся. Ты едешь в Скалу.   Кровь отлила от лица Тайлера, оставив только два чёрных круга под глазами и красный распухший нос.   - Отпадный у нас дипломат! Кто тебя так разукрасил? - Не сдержала смеха Роксана, допивая остатки чего-то там спиртного из кружки.   - Ди-ди-ди... ЧТО?! - Громкий визг Сиропчика разорвал пространство напополам.   Сиропчик - дипломат?! Я едва удержала брови на месте.   Дакир отправил Сиропчика, как дипломата?!   Повторите ещё раз, пожалуйста.   Смех сдержать не удалось:   - Да он выдаст нас со всеми потрохами! Продаст за какую-нибудь хрень типа шариковой ручки, или калькулятора!   Роксана окинула Сиропчика придирчивым взглядом:   - Пожалуй, здесь я с... как там тебя, соглашусь.   - Кто-нибудь объяснит мне что происходит?! - А это орал Брей, его огромный указательный палец, всё ещё был направлен в мою сторону.   - Я не куда не пойду! - рьяно махал головой Тайлер, посмеиваясь, как ишак.   - Что происходит?! - вопил Брей.   Якоб терпеливо вздохнул, с надеждой взглянув на Чейза, но тот лишь коротко помотал головой - "дело - дрянь".   - Почему я дипломат? - возмущался Тайлер, от нервов пританцовывая на месте. - Почему не кто-то другой?! Отправьте его! - Он указал пальцем на Кристофа, который по-прежнему сидел в кресле, до сих пор не произнеся ни слова.   - Потому что таким было решение Дакира. - Якоб пытался говорить снисходительно, хотя выражение его лица говорило совсем о другом.   - С каких пор в Скале принимают дипломатов? - Я не могла перестать смеяться.   Усаживайтесь поудобней, дамы и господа, самое нелепое представление в мире только начинается!   - С приходом Леона в Скале многое поменялось, - ответила на мой вопрос Роксана. - Дипломатам из других городов ничего не угрожает. Их предложения выслушивают, принимают решения и провожают до самых ворот, крепко обняв на прощание.   - Почему я? - орал Тайлер.   - Что происходит?!   - Брей, да смолкни уже! У меня голова от тебя разболелась! - Роксана снова потянула его за резинку штанов.   - Голова у тебя от бухла разболелась!   - Тайлер... - Якоб подошёл к Сиропчику ближе, внимательно глядя в глаза. И в его взгляде действительно была какая-то сила, раз все наконец заткнулись. - Тебе всего-то и нужно, что представиться дипломатом Креста и от лица Дакира предложить сотрудничество. Никто тебя и пальцем не тронет. Для Скверны, Крест по-прежнему мифический город, твоё появление там всех на уши поднимет...   - И это будет отличным шансом провести вас всех за ворота, - закончила за него Роксана. - Тем более что происходить это будет в день фестиваля.   - Эй, принцесса викингов, ты вообще меня слышала? - Я наконец отлепила свою спину от стены и спустилась на две ступени вниз. - Он заложит нас! Сдаст как поросят на скотобойню! И тебя с этим не реально крутым рыжим парнем, тоже сдаст! - Я перевела пылающий взгляд на Якоба. - На твоём месте, я бы уносила задницу сразу, как только трусливые ноги Сиропчика переступят порог Скалы! Потому что не он будет первым, кому перережут горло! Первым будешь ты! Потому что он сдаст тебя к чёртовой матери! А потом и всех нас!   Тишина, как на кладбище. Что очень символично, потому что все мы здесь скоро превратимся в мертвецов!   - Как она меня назвала?.. - протянула Роксана, глядя на Брея.   Тот вообще впал в прострацию, с наитупейшим взглядом пялясь в точку по центру ковра.   - Я доверяю Дакиру, - наконец произнёс Якоб, на сто процентов уверенным в себе голосом.   Я мрачно усмехнулась:   - И очень зря!   Голова Роксаны повернулась в мою сторону:   - О-па, а девочка-то сама по себе! Не за нас играет, да?   Я перевела на неё тяжёлый взгляд:   - У тебя тушь размазалась.   - Нам пора. - Якоб стоял на своём.   С неверующим взглядом я помотала головой. Это самоубийство.   Дакир просто решил нас всех таким образом прикончить!   - Собирайся. - Чейз грубо хлопнул Тайлера по спине, так что тот запутался в ногах и чуть не растянулся по полу.   - И смени костюмчик на что-нибудь более подходящее, - окинув Тайлера взглядом, посоветовал Якоб. - Дипломат в сиреневом, как-то не серьёзно.

Глава 21

Через двадцать минут в бункере стало на два человека меньше.   - У нас есть ещё больше суток, так что отвалите с расспросами и дайте поспать, - бросила Роксана, растянувшись на диване.   Я сверила Чейза взглядом.   Он знал.   Он знал, зачем Дакир отправил Сиропчика и всё равно поддержал эту самоубийственную затею!   И я бы обязательно у него об этом поинтересовалась, если бы не его полумёртвое выражение лица. Чейз выглядел совсем не важно, уверена, он как обычно морит себя сном. Возможно думает, что теперь такому как он сон вообще не нужен.  Он сидел в кожаном кресле, откинув голову на подголовник, прикрыв глаза и скрестив руки на груди.   Кристоф вступил на дежурство, отправившись в складские помещения, а Брей вообще куда-то пропал. Думаю сейчас он сражается со сложнейшими механизмами заставляющими его мозг работать в ускоренном режиме для усвоения информации, после того, как Роксана со скучающим видом представила ему дочь Завира и посвятила в остальные нюансы.   Представляю, какой взрыв случился в голове у этого придурка, после того, как он услышал, что девка, которую он так упорно намеревался трахнуть, оказалась полной противоположностью шлюхе. Ну или почти противоположностью... Не думаю, что стоит посвящать его в такие мелочи, как то, что я вообще ни одним мужчиной не тронута. Тогда у этого парня случится клиническая смерть.   - Нет, я передумала! - Роксана с шумным вздохом поднялась на ноги. - Надо ещё выпить. - Он повернула голову ко мне. - Будешь?   Мне было совсем не до этого:   - Как ты собираешься провести нас в Скалу?   Роксана раздражённо выдохнула, устремив лицо к потолку. Скрестила руки на груди и слегка склонила голову на бок, глядя на меня с придиркой:   - Ты что ли совсем расслабляться не умеешь?   - Не в моменты, когда через сутки моё тело превратиться в холодный труп.   Ей только ногами осталось потопать, как разбалованной маленькой девочке, чтобы показать всё своё недовольство.   - Слушай, я выпить хочу. - Ещё вздох. - Да не сдаст он нас! Я знаю Дакира! Он не отправлял бы не это дело кого попало!   - Значит, ты плохо знаешь Дакира.   - Получше твоего!   Какой смысл спорить? Они все тут преданы ему до мозга костей.   Слепцы, восхваляющие тирана, отправившего их на верную смерть.   И почему Чейз молчит?!   - Я проведу тебя внутрь, не парься, - махнула длинной рукой Роксана. - Пока наш разукрашенный дипломат будет наводить хаос в голове у Леона, ты подберёшься к нему, пристрелишь и займёшь его место. Всё просто!   У меня даже слов не было, чтобы ответить.   - Приём, детка. Ты вообще, что ли не соображаешь? - усмехнулась Роксана. - Фестиваль, музыка, движуха, костюмы... Ну же шевели мозгами. Здесь есть отличный мини-склад косметики, париков и прочей пурги. Я тебя так разукрашу, что никто в жизни не узнает в тебе сбежавшую меченую!   Я решила напиться.     Столешница из белого мрамора. Стакан. Бутылка виски. И принцесса викингов напротив. Остальные детали кухни рассматривать желания не было.   Я притушила свет, потому что глаза больше не могли его выносить.   - Как ты вообще оказалась в Скверне? - спросила я, болтая в стакане золотистую жидкость, до сих пор не решившись её попробовать. Слишком сильные ассоциации с жёлтым пойлом она вызывала.   Роксана громко усмехнулась и опрокинула пол стакана залпом:   - Потому что я не совсем левша.   Я подняла глаза.  Девушка продолжала улыбаться:   - Я одинаково хорошо пользуюсь обеими руками. И с меткостью у меня тоже проблем не имеется.   - А правила?   - Правила? - фыркнула Роксана. - С приходом Леона всё поменялось. Теперь, если женщина дерётся и стреляет не хуже других головорезов, она легко может получить место в банде.   Новая порция виски заплескалась в стакане Роксаны.   - Значит, ты Дженни да?   Всё внутри перевернулось при упоминании этого имени. Имени лишённого свободны. Имени из моей прошлой жизни.   - Джей, - тихо ответила я не глядя на блондинку.   - Джей, - повторила та, звонко хихикнув. - Ладно. Тогда я Рокс, а не принцесса викингов. - Высокий густой смех.   Кажется, виски уже прилично ударило ей по голове, но я всё же не сумела сдержать улыбки.   Взмах и Роксана залпом осушила очередной стакан.   - Ладно, - она вытерла рот тыльной стороной ладони и закинула в рот парочку солёных орешков, глядя прищурившись, - колись, что у вас?   Горло болезненно сжалось, хотя я до сих пор не сделала ни глотка.   - Эй, Джей.   Я подняла на Рокс опасный взгляд. Я не должна и не хочу обсуждать с ней что-то, в чём ещё сама не разобралась.   - Что смотришь? - усмехнулась она, наполняя стакан. - Чейз секси, вот я и интересуюсь.   - Проверяешь свободно ли место на сегодняшнюю ночь?   Роксана вновь рассмеялась, её язык уже вовсю заплетался:   - А ты забавная! Слушай, думаешь, я слепая?.. Не вижу, как он на тебя смотрит?   Я откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. Почему я с ней это обсуждаю?   Почему вообще хочу услышать ответ?   - И как же?   - Ха! Как волк на свежий кусок мяса!   Лучше бы я этого не слышала...   Я устало потёрла переносицу. Мне срочно нужно поспать. Мозг отказывается работать в этом дурдоме дальше.   - И что это у нашего красавчика с глазками? Приболел? - хмыкнула Роксана, потягиваясь на стуле.   - Что-то вроде...   - Что это за болезнь?.. У Леона с глазами тоже жуть какая-то. Новый вид лихорадки?.. Хроническая что ли?   Что?.. У Леона?   Чейз. Женщина в красном. Леон.   Это шутка такая?   Что происходит?   - Я помню его глазки... - Роксана прищёлкнула языком, глядя вверх, точно припоминая их с Чейзом романтические встречи. - Такие... синие-синие...   - Зелёные.   Звонкий смех Роксаны. Она перегнулась ко мне через весь стол:   - Так нету ничего, да?   Я молчала, глядя на неё жёстким взглядом. Это тоже самое, если мы сейчас футбол обсуждать начнём, про который я вообще ничего не знаю. Пусть эта блондинка уже отвалит! Я и сама себе признаться не могу, а она пытается вытащить из меня слова клещами!   Роксана уселась на место и сделала очередной большой глоток. Её голубые глаза блестели, как отполированные алмазы.   - Чейз и секс, это что-то! - провозгласила она и ко мне в желудок плюхнулась ледяная глыба.   Я продолжала жёстко сверлить её глазами, ничем не выдавая своего нутра покрывающегося болезненной коркой льда.   - Ладно, - громко икнув, Роксана залила в рот остатки виски, - если говоришь, что нету у вас ничего... я, пожалуй, пойду... ну, ты понимаешь. - Она мне игриво подмигнула и закинула в рот ещё парочку орешков.   - Хорошо вам повеселиться, - безразлично ответила я, поднявшись на ноги, так что стул с грохотом повалился на пол. - Желаю незабываемой ночи.   Я подхватила со стола винтовку и направилась к выходу.   - Да-да, Чейз в этом деле мастер! - смеялась в спину Роксана.   Я хотела вступить на дежурство вместо Кристофа, чтобы закрыть свою жалкую изуродованную Чейзом личность в бетонной коробке, вроде склада с картонными коробками и одинокими лампочками на тонких проводах, среди которых мне и место. А не в том, до отвращения идеальном помещение в котором вскоре ещё и запахнет сексом.   Меня чуть не вырвало.   Кристоф отправил меня обратно. Довольно жёстко и доступно дав понять, что с поста он уходить не собирается, а мне нужно немедленно отправиться в одну из свободных комнат с мягкими кроватями и сдаться уже наконец сну.   У меня даже спорить сил не осталось. Всё на что мой изнеможённый организм ещё был способен, это болезненно вздрагивать при каждой мысли о том, что сейчас делает Чейз. И вздрагивал он постоянно, потому что ни о чём кроме этого я думать не могла. Его руки на её талии... Её губы на его губах... На "моих" губах!!!   Мне хотелось кричать! Вот она - крайняя точка моей беспомощности! Моей слабости! Моего оправленного Чейзом сознания! Он стал моим ядом, медленно расползающимся по организму и жадно требующим добавки! Мне хотелось зажаться в угол, как самому слабому, побитому созданию на свете и рвать на себе волосы, потому что я ни за что не наступлю себе на горло и не посмею себе помешать им! Я буду умирать, давиться желчью, но не сделаю и шага в их сторону! Гордость - это последнее, что у меня осталось, и если я лишусь и её, то меня легко можно будет назвать трупом. Потому что больше у меня нет ничего.   И никого.   Я вернулась в комнату. Замерев на секунду перед дверями кухни. Чейз сидел в кресле. Роксана на его коленях.   Виски был отвратительным.     Холодная столешница под моей правой щекой, внезапно показалась слишком горячей и это заставило меня проснуться. Наверное, у меня жар. Может и нет. Может быть мне жарко от выпивки. В голове до сих пор не ясно.   И всё же, почему так жарко?..   Взгляд.   Пристальный взгляд жестоких налитых кровью глаз, вот что стало причиной моей мнимой лихорадки.   Чейз стоял напротив, прильнув спиной к стене. Руки на груди скрещены: коротким рукавам футболки не удавалось скрыть набухшие вены и напряжённые бицепсы, которые норовили вот-вот взорваться. Голова приопущена, жёсткий взгляд из-под тяжёлых бровей, казался смертельно опасным. Несколько прядей густых, почти черных при тусклом освещении, волос, упали на глаза, породив под ними мрачные тени.   Я несколько раз с силой поморгала, чтобы убедиться в том, что это не галлюцинации в последствие выпивки и с тяжёлым вздохом выпрямилась на стуле.   Откашлялась.   Было противно на него смотреть. Так что я не смотрела. Меня даже не интересовало выражение убийцы на его лице, который пришёл по мою душу. Мне было плевать, чем и, главное, когда я успела вызвать такое недовольство.   Я тяжело сглотнула, глядя на закрытую не до конца дверь:   - Ну, раз вы закончили, я пошла в комнату.   Я поднялась на ноги и с самым равнодушным выражением на лице направилась к выходу. Надо побыстрее свалить отсюда, пока сердце своим стуком не выдало всего вулкана злости и отвращения бурлящего внутри.   Лёгкий поток свежести ударил в лицо и Чейз в мгновение ока оказался передо мной, так что я едва успела притормозить, чтобы не врезаться в него всем телом.   Он был зол. В глазах бурила ярость. Желваки бегали по напряжённой челюсти. И он смотрел будто бы внутрь меня. Пробираясь сквозь защитную оболочку безразличия, выковыривая куски ненависти наружу из самого нутра.   Мои кулаки сжались, ногти болезненно впились в кожу; я приказывала себе молчать. Я душила в себе всю эмоциональную составляющую организма, для того чтобы не впасть в безудержную истерику и не накинуться на эту перекошенную от ярости идеальную физиономию! А я могла бы это сделать, легко могла, если бы и рассудка тоже в конец лишилась.   - Отвали, - все, что удалось из себя выжить сквозь стиснутые зубы, в попытке обойти широкоплечего Чейза.   Он с силой схватил меня за запястье и рванул на себя. Так что я буквально врезалась в его твёрдую грудь всем телом.   Чейзу оставалось только зарычать и показать клыки, чтобы в конец уподобиться свирепому хищнику, готовому растерзать меня на куски.   Что происходит?..   - Секс с Роксаной был настолько плох? - прошипела я сквозь стиснутые зубы. Даже представлять не хочу, как сейчас выглядит моё лицо, думаю, оно не меньше перекошено от злости.   Я закипала. Я ненавидела его! Ненавидела себя за то, что ненавижу его в то время, когда мне должно быть плевать на этого человека!   Чейз притянул меня ещё ближе, опасно нависнув над моим лицом. Его ноздри раздувались, а челюсть была настолько сжата, что клянусь, я слышала, как она скрипит.   - Кто ты такая? - порычал он мне в лицо, крепко сжимая моё правое запястье.   Я попыталась выдернуть его, но это было бесполезно. Тогда я с силой толкнула Чейза в грудь свободной рукой. Тот даже не двинулся с места, зато ярость на лице вспыхнула с новой силой. Я его не боялась, потому что ярость и адреналин бурными потоками несущимися по моим венам, ничуть не уступали его!   - Кто ты такая?! - прорычал он громче, дикими глазами впиваясь в моё лицо.   - Ты головой ударился?!   - Что в тебе не так?! - Злобное рычание Чейза сотрясало стены кухни. - Почему ты не можешь быть такой, как все?!!   Я не понимала его. Да даже не хотела понимать!!! Какого чёрта он на меня набрасывается, после того, как пять минут назад развлекался с принцессой викингов?! Какое право он на это имеет?!   - Отвали от меня, кретин! - заорала я, тяжело дыша и судорожно ища глазами свою винтовку. - Мозги отказали?! Уберись от меня к чёрту!!! Убери от меня свои грёбаные руки!!!   Но ярость в глазах Чейза закипала всё больше, пульсируя в безудержной агонии. Его мраморная грудь высоко вздымалась, задевая мою. Вены на шее вздувались толстыми жгутами, а потом он перестал дышать.   Его дыхание настолько замедлилось, что грудь буквально провалилась, оставаясь практически не подвижной. Впадинка между бровями пропала, разгладив бледную кожу на лбу. Его кадык дёрнулся, расслабленные губы приоткрылись...   И голос надломился...   - Какого дьявола тебе надо было появиться в моей мёртвой жизни и заставить её дышать?..   Воздух застрял в моём горле на полу вдохе.   - Моя жизнь идеально подходила для этого дерьмового мира. Для такого дерьма, как я... - А следующие слова Чейза громким эхом отскочили от стен и повисли в воздухе, наполняя мои лёгкие свинцом. Чейз сорвался на крик: - Только так я мог выживать - ничего не чувствуя!!! Люди были призраками, но потом появилась ты и какого-то что чёрта оказалась слишком настоящей!!! И теперь я не могу себя заставить от тебя избавиться!!!   Ударь его...   Я не могла его ударить.   Оттолкни его...   Я этого не хотела.   Ненавидь его...   Да, это я ещё могу.   - Пошёл к чёрту, - прошипела я сквозь зубы, ненавистно глядя в два мёртвых красных океана и выдернула свою руку из ладони Чейза.   Он выглядел уничтоженным. Как побитый пёс. Как побитый койот.   - Я убийца, - тихо произнёс он, пристально глядя мне в глаза. - Убивать - это всё, что я умею. А ты делаешь меня слабым.   Как и ты меня.   - Трахаться ты тоже умеешь! - прошипела я, чувствуя непреодолимое жжение в глазах. Если сейчас заплачу, клянусь, сама себе пущу пулю в висок. - Возвращайся к своей принцессе, любитель блондинок. И исчезни уже куда-нибудь! Исчезни нахрен из моей жизни!!!   В бессмысленной попытке оттолкнуть Чейза в сторону, я кое-как добралась до двери и с грохотом заставила её врезаться в стену.   Чейз стал слишком быстрым. Убежать от него, когда он этого не хочет, всё равно, что пытаться обогнать скоростной поезд.   Дверь хлопнула перед моим носом, в тот же момент когда большая горячая ладонь обхватила за талию и прижала к широкой груди, с громко стучащим о рёбра сердцем. Сердцем Чейза. Я попыталась выкрутиться из захвата, но он успел обхватить мои руки и полностью обездвижить.   Моя спина очерчивала каждый изгиб его массивной груди. Его бёдра тесно прижимались к моей пояснице. Я вновь ощущала себя маленькой и беспомощной на фоне огромной ледяной горы. И я должна была убежать от неё, пока меня не накрыло снежным обвалом.   Но я не могла.   Чейз стал моей слабостью. Слабостью, которая однажды меня погубит.   Его горячие губы задели мочку моего уха. Тёплое дыхание на коже посылало волны дрожи по всему телу.   - Я не сделал этого... - прошептал Чейз едва слышно, и моё предательское сердце ускорило ритм в несколько сотен тысяч раз.   Грустный смешок и ладонь Чейза заскользила вверх по моему животу, подарив мне достаточно свободы, чтобы отстраниться. Но всё происходящее вокруг уже потеряло свой смысл, заставив меня дышать в унисон с этим человеком. И я не двигалась с места, дыша с замиранием, впитывая прикосновения нежности каждой клеточкой тела.   - Я не смог этого сделать... - всё также тихо продолжал Чейз, скользя пылающими губами по моему уху. - Я испытывал себя, безнадёжно веря, что всё ещё могу стать таким, как прежде. Что всё это безумие ещё можно остановить. Но ты - всё, что я видел в её лице. Её голос - стал твоим голосом. Ты в моей голове. Ты во мне... Роксана безликая оболочка, которая не идёт с тобой ни в какое сравнение. И я даже не стал пытаться доказать себе, что это не так. Я ненавижу тебя и проклинаю каждую секунду...   - Добро пожаловать в мой мир, - выдохнула я тихим дрожащим голосом.   Рука Чейза заскользила вниз достигнув оголённой полоски моего живота, который был не прикрыт из-за задравшейся футболки.   - Однажды, ты убьёшь меня, - произнёс он, коснувшись кончиком носа моей пульсирующей шеи.   - Боюсь, я не успею этого сделать, потому что меня убьют раньше, - заставляя лёгкие дышать, прошептала я.   - Значит, мы умрём вместе.   - Ты выбираешь смерть?..   - Я выбираю тебя.   Чейз коротко, очень нежно поцеловал меня за мочкой уха и его низкий голос зазвучал совсем тихо:   - Раньше я хотел убивать... А теперь ты - это всё чего я хочу.   Я тянулась к нему, всем своим лишённым смысла существованием. Я цеплялась за него, он стал моим якорем. Он стал моим ядом. Он стал моей болью. Я ненавидела его. Я не могла его отпустить.   Жизнь. Смерть. Круговорот.   Боль. Отрицание. Смирение.   Это не важно.   Это всё, что важно.   У меня ничего нет.   Это всё, что у меня есть.   Он...   Я...   Мы ли это?   Чейз...   Чейз...   Я не могу тебя ненавидеть...   Я не могу от тебя отказаться...   Это выше моих сил.   Я слаба.   Я слишком слаба...   В этом мире нет для этого места.   Это единственное, что живо во мне.   Чёрная бездна, тонкая нить, ОН, Я... Я хочу идти по ней, даже если упаду...   Его лицо, так близко.   Боль от поцелуя. Невыносимая. Обжигающая.   Не останавливайся, будь со мной.   Губы Чейза - его губы. Страстные, настоящие, жаждущие, впитывающие в себя всю меня без остатка. Горячая ладонь на моей шее - прикосновение пламени. Я хочу, чтобы оно горело вечно, чтобы кожа плавилась от его прикосновений... Чтобы время застыло, потеряв нас двоих в огромном мёртвом мире...  Я не хочу убивать. Я не хочу выживать. Не хочу бежать.  Я хочу быть с ним. Я хочу стать им. Хочу раствориться в нём. Это всё чего я хочу.  Слёзы...  Нет. Не вовремя.  Самое время.  Чейз целовал меня. С болью. С отчаяньем. По-настоящему... Он был со мной. Он дышал вместе со мной. Мы дышали одним воздухом, сливаясь в глубоком поцелуе. Губы отдалялись и каждый раз сближались с новой силой. Глубокое дыхание... Языки сплетались, играя друг с другом. Его горячая ладонь на моей обнажённой спине, плавно скользящая, невероятно нежная... Как Койот может быть таким нежным?..  Мои пальцы коснулись его горячей щеки. Скользнули вверх. Волосы... непослушные, такие же мягкие...  Не отстраняйся. Будь со мной.   Его грудь тяжело вздымалась, лёгкие дышали. Лёгкие человека... Его сердце, человеческое сердце билось в унисон с моим... Это были мы... Такими, какими мы были. Неправильными, поломанными, дикими...   Чейз открыл глаза. Чёрный водоворот топил в себе моё сознание. Он сбивал сердце с ритма и заставлял задыхаться. Красное... нечеловечески красное. В них нет изумрудов.   Слёзы...   - Не плачь...   Поцелуй. Солёный. Болезненный. Утопающий в смертях этого мира, поглощающий всё его несовершенство.   Что я с ним сделала?..   Заставь меня забыться! Мне это нужно!   Дыхание. Страсть. Губы. Поцелуй. Это всё что от нас осталось. Мы растворились в нём. Среди пустого мира, утонувшего в смерти. В мире, где почти никого не осталось... В мире пропитанном кровью и запахом пороха. Но мы всё ещё существуем - два неправильных человека. Две души, в которых не осталось ничего живого, две души, потерявшие себя много лет назад, две души нашедшие боль друг в друге... Мы питались этой болью... Она связала нас. Она нас соединила.   Койот - убийца-раб, и невинная девушка с татуировкой шлюхи на запястье...   За что этот мир так поступает с нами?.. За что даёт надежду и безжалостно её лишает?.. Кристина была моим якорем, но её больше нет. Чейз стал моим якорем, и я боюсь его лишиться. А я лишусь его - я знаю. Судьба всех у меня забирает. Она сделает всё, чтобы я умерла в полном одиночестве, в полной тишине, под музыку собственного, прощающегося с миром, сердца. Она заберёт у меня Чейза...   Поцелуй... В нём была вся жизнь. Сладко-солёный привкус, язык плавно скользящий по моим губам, сплетающийся с моим языком, зубы жадно цепляющие моё колечко... Руки ласкающие кожу на моей спине... Один вдох. Одна жизнь.   Он целовал мои глаза высушивая слёзы... Разве человек с глазами твари, способен на это?.. Человек, в чьих венах течёт слепая ярость... Человек, подчиняющийся чьим-то законам...  Мы противоположности.  Мы должны ненавидеть друг друга.   Мы нашли себя друг в друге.   А я даже не могу ему верить...   Всё это - может быть очередным приказом.   Разве это может быть приказом?..   - Ты здесь... - прошептал Чейз, покрывая мою шею поцелуями.   - Я здесь...   - Будь со мной...   Когда-нибудь, я прокляну себя за это:   - Я с тобой.   Чейз заглянул мне в глаза. Мне было больно в них смотреть, но в них больше не было чёрных водоворотов ярости... Тяжёлое бремя... печаль... отчаянье... боль. Слишком много боли. Она везде. В каждой чёрточке его лица, в каждом из оттенков его глаз... Она обрушивается на меня, я чувствую её, как свою собственную боль...   Чейз нежно коснулся разгорячёнными губами моего уха:   - Ты нужна мне...

Глава 22

Великая цель всякого человеческого существа - осознать любовь. Любовь - не в другом, а в нас самих, и мы сами ее в себе пробуждаем. А вот для того, чтобы ее пробудить, и нужен этот другой. Вселенная обретает смысл лишь в том случае, если нам есть с кем поделиться нашими чувствами.  Пауло Коэльо.    У людей нет будущего...   У мира нет будущего...   У завтрашнего дня нет будущего...   У нас всех его нет.     Не знаю, сколько часов я проспала, но думаю, это был самый долгий сон за все последние двенадцать лет. Я просто упала в пропасть, позволив чёрной простыне укутать сознание. Я давно не сдавалась сну так легко. И у меня даже не было кошмаров. Мне не снилась Кристина. Твари. Мать, вручающая меня в лапы Скверны. Завир избивающий до полусмерти...  Мне не снился Чейз раздирающий меня зубами на куски... В прошлый раз, я не могла прогнать из головы этот сон.   Сегодня мне ничего не снилось.   Мягкий матрас двуспальной кровати просто поглотил меня целиком.   Я села, заправила волосы за уши и с силой потёрла глаза, которые превратились в две узкие щелочки. Не надо было столько спать. И не надо было пить. Теперь отёки на лице пройдут только к вечеру.   А потом меня с головой накрыло воспоминаниями вчерашней ночи, и я с шумным выдохом рухнула обратно на матрас. Размытый взгляд уткнулся в белоснежный глянцевый потолок.   Что же ты творишь, Джей...   Я с силой бросила в лицо пуховую подушку.   Мне хотелось кричать... Потому что я до сих пор не понимаю, что происходит. Я не знаю, что мне теперь делать и как себя вести. Чувствую себя школьницей, которую впервые в жизни пригласили на свидание. Хотя и понятия не имею, как себя чувствуют школьницы, которых впервые приглашают на свидание.  Что за нелепое чувство?! Что это хрень постоянно подпрыгивает в желудке и сосёт под ложечкой?.. И что это за дикие волны: жар - холод - жар - холод... При вспоминании о том безумстве, что вчера происходило между мной и Чейзом.  Что вчера происходило между мной Чейзом?..  Кто был этот парень?..  Боюсь представить, что бы могло произойти не появись Брей на кухне: почёсывая причинное место в поисках туалета.  Чейз был... он был совсем другим.  "Ты здесь"...   "Я здесь"...   "Будь со мной"...  "Я с тобой"...   "Ты нужна мне"...  Я схожу с ума.  Завтрашний день поставит точку в моей неудавшейся жизни, а Чейз - всё, о чём я могу думать.  Прежде чем появиться на оживлённой голосами кухне, я приняла душ, высушила волосы и стянула их в тугой хвост на затылке.  Что я сделала?!  Яростно сдёрнула резинку с волос, позволив рваным прядям рассыпаться по плечам и уставилась на себя в зеркало.  Вчера мы больше не сказали друг другу ни слова. Слова были не нужны, их не осталось... Души были вывернуты наизнанку. Частица меня растворилась в Чейзе. И когда его не станет, она умрёт вместе с ним. Это всё же произошло... То, от чего мы оба бежали, в конечном счёте столкнуло нас лбами. Смысла итак почти не было, но если тонкая нить, связавшая меня с этим человеком порвётся, смысла не останется совсем.  Ни в чём.  Койот, боец, машина для убийц, безвольный человек, чьё мёртвое сердце было заковано в железные кандалы, сумел сделать то, чего бы я никогда не сделала первой. То, что я запечатывала в своём сердце. То, что способно меня уничтожить... А он решился на это... Он готов себя уничтожить.  Я чувствую себя слабой.  После чего он просто ушёл, заступив на пост вместо Кристофа. И провёл ночь в складском помещении. Уверена, он так и не уснул, после того, как остатки его стальной личности окончательно прогнулись под гнётом чувств...  Нам нужно было побыть одним.  Он знает. Я знаю. Теперь всё будет по-другому.  Будет ли?..  Это надо понять. Это неверный путь. Кристина ступила на кривую дорожку. Теперь и я ступила на такую же. Судьба добилась своего. Теперь она ждёт в конце этого пути, жадно потирая руки. Ждёт момента, когда одним точным ударом сможет избавиться сразу от двоих.  Я понимаю, почему ему было нужно побыть одному.  Возможно уже завтра, всё закончится для нас обоих.  Возможно завтра, наш последний день на Земле.    Весь бункер чем-то провонял.  Кто-то готовил еду. И пахла она просто отвратительно.  За плитой стоял Брей. В одной руке сковородка, в другой лопатка, которой он переворачивал круглые пережаренные котлеты, распространяющие запах рыбы и гари по всему бункеру.  - Эй, ципа! - так радостно воскликнул он, будто сегодня канун Рождества. - Садись, давай! Сейчас будет жрачка!  Роксана пожала плечами, глядя на меня - "Просто забей". Лицо её было зеленоватого оттенка, почти такого же как у тварей. Под мутными глазами мрачные тени. На голове стог сена. А в руках бутылка воды.  Кажется, она проснулась не на много раньше меня.  И кажется, ей сейчас очень хреново.  - У Брея день рождение, - буркнула она и зажала рот ладонью, дёргаясь в судорогах, подавляя приступ рвоты.  - Рокс, мать твою! Вали уже на хрен в толчок! - заорал на неё Брей, на котором кроме штанов и нелепого передника в сердечки, ничего не было. - Я тут жрать готовлю, а ты собралась наблевать на стол!  - Всё нормально, - еле слышно выдавила та, отпивая из пластиковой бутылки. - Сейчас отпустит.  - Разве день рождения ещё отмечают? - буркнула я без особого интереса, привалившись плечом о дверной косяк, испытывая нереальное удовлетворение глядя на отравленный алкоголем, полуживой организм Роксаны.  - Я отмечаю! Сядь и заткнись, наследница Скверны, сейчас всё будет!  Ну не убивать же Брея в его собственный день рождение.  - У меня день рождение летом, Брей, - промычала Роксана, уткнувшись лбом в мраморную столешницу. - И если избавишь меня от этого погнанного состояния, я тебя обязательно приглашу на вечеринку столетия.  Брей густо рассмеялся, перекидывая котлеты в большую тарелку:  - Кто заставил тебя столько выжрать? Бери пример с ципы, она даже на психа силы оставила. - Череда гаденьких смешков.  Роксана даже лоб от столешницы отлепила, чтобы озадачено уставиться мне в лицо.  Маска безразличия - она ничего в нём не увидит.  Ни её, ни Брея это не касается.  - Эй, наследница Скверны, - прибывая в потрясающе хорошем настроении, протянул Брей, - а ты меня к себе на вечеринку позовёшь? Ты ведь скоро большой шишкой станешь... Обещаю не приставать!  - Завтрашнюю вечеринку ты на всю жизнь запомнишь... Если запомнишь.  Брей уставился на меня убийственным взглядом:   - Заткнись, а? Надо мне день поганить?!.. Вот, чёрт! Без калеки тухло!   - Он сейчас как раз занимается организаций всего веселья, - скучающе протянула я, и в этот момент на кухне возник высокий силуэт Чейза.   Запах свежести сумел перебить даже запах гари. Уверена, только моё обоняние настроено на эту волну. На волну Чейза. Я узнаю его аромат где угодно и когда угодно. Весь набор чувств доступный человеку, в моём случае обостряется в несколько сотен раз при одном его виде.   Влажные волосы. Капельки воды скользящие вниз по шее, оставляли мокрые дорожки, прячась под воротником тёмной рубаки. Я с трудом заставила глаза уткнуться во что-нибудь другое. Например, в зеленоватое лицо Роксаны, ухмыляющуюся на одну сторону рта мне в ответ.   - Эй, псих, жрать будешь? - обратился к нему Брей.   Чейз одним резким движением руки скинул на пол всю имеющуюся на столе посуду, развернул на нём карту и навис над Роксаной, как огромный разъярённый медведь.   Повисла гробовая тишина.   - Показывай где. - Жёстко произнёс Чейз, за что Роксана наградила его самым убийственным взглядом на свете. Кажется, её опять тошнило.   - Убери её... - предостерегающе, простонала она. Чейз не двигался. - Карту убери! Или меня сейчас вывернет прямо на неё!   Роксана поднялась со стула, но Чейз одним быстрым движением опустил её на место.   Он был зол. И в последнее время это стало его обычным состоянием. Постоянная борьба на пределе: Чейз противостоит ярости, ярость - Чейзу.   - Чейз, дай пожрать, свали на хрен отсюда!   В Брея полетел стакан.   - Показывай! - прорычал Чейз Роксане.   Я видела лишь его широкую спину, но больше чем уверена - то, что сейчас творится в глазах, не предвещает ничего хорошего.   - Парень, с каких пор у тебя проблемы с самоконтролем? - Удивление Роксаны было искренним. Она даже про похмелье на время забыла.   - "Синдром ципы", - давясь смешками, ответил на её вопрос Брей, приступая к жарке новой порции полуфабрикатов. - Совсем с катушек съехал после того как притащил её в Крест.   - Где будет ждать машина? Во сколько?! - Нависал над Роксаной Чейз и кажется, до той дошло, что проще сделать то, что он хочет и уже потом пойти спокойно проблеваться.   С тяжёлым вздохом она притянула карту ближе, указав пальцем на несколько точек:   - Здесь для нас оставят машину. В двенадцать дня. И лучше не опаздывать. Это - подъездная дорога в Скалу из Феникса, так что придётся сделать круг. Я высажу вас троих в этой точке. В два часа постовые на восточной вышке сменятся на "наших". Они спустят лестницу, от них и получите дальнейшие указания.   - Не понял... - тупо протянул Брей, вытирая лопатку о передник. - Почему я не могу пройти через ворота?   Роксана даже не пыталась скрыть раздражения:   - Это указания Дакира! Закрой рот и слушай! Я не в состоянии повторять дважды, идиот! - Она с силой ткнула пальцем в карту. - Здесь! Восточная вышка! Берёшь свою тушу в руки и лезешь через стену! Я и Джей поедем через главные ворота. Машина, которую нам оставят - собственность Скверны. Я поставила в известность терминаторов Леона, что еду в Феникс забрать свою приятельницу! Приглашены все, догоняешь? А девушки тем более. Но только её... - Роксана окинула меня придирчивым взглядом, - разумеется, после того, как я приведу её в порядок, пропустят без лишних телодвижений.   - Почему только её?! - не унимался Брей. - Я тоже одену костюм! Мою рожу там никто не видел! Пусть псих лезет через стену, только его могут узнать! Я какого чёрта должен это делать?!   Роксана резко указала на меня пальцем и перешла на крик:   - Потому что она - женщина! А ты - тупица! Повторю ещё раз: она - женщина! А ты - тупица!.. Догоняешь в чём разница? Её пропустят, как только она покажет им голое коленка, а твою сомнительную личность заставят рассказать всю свою биографию с момента рождения и если хоть что-то покажется им странным, тебя закатают в асфальт прямо на воротах, и меня вместе с тобой! Так что кончай базарить, просто слушай и запоминай! Господи... я сойду с ума... как же хреново... - Она стекла вниз по стулу до полулежачего состояния и прикрыла глаза рукой.   А всё на что могла смотреть я, так это на побелевшие костяшки пальцев, которыми Чейз сжимал край стола. Даже не удивлюсь, если мрамор сейчас посыплется.   - Какие указания дадут постовые? - Разговор был не закончен, а злость Чейза ещё не достигла своего предела. Одно из двух случится раньше, и я очень надеюсь, что это будет первый вариант.   - Понятия не имею, - подала голос Роксана; выглядела она совсем плохо. - Постовые доложат о месте встрече исходя из ситуации в городе. Где будет спокойно, там и встретишься со своей куколкой. - Она приоткрыла глаза. - Что за траур на лице? Да расслабься ты, Чейз! Я не узнаю тебя! Мы проскочим ворота, получим оружие и встретимся с вами. Наши люди подготовили целую операцию в Скале. Всё рассчитано по минутам!   Чейз наклонился к ней ближе:   - По секундам.   - Что?   - Всё должно быть рассчитано по секундам.   Следующие полчаса ушли на выяснение деталей.   У меня не будет оружия, и это сама плохая новость из всех. Я итак считаю, что завтрашний день - великий день самоубийц, но если у меня не будет ещё и оружия, то это будет - великий день самоубийц-отморозков. И кажется, все мы тут такие.   В три часа дня Леон будет произносить речь на разрушенной ко всем чертям городской площади (если только Синеголовые и её не привели в порядок), о том, как он гордится и уважает жителей Скалы - своих рабов. Полуживых, полудышащих, замёрзших и голодных. И если это не нечто большее, чем обычный фарс, то произвести впечатление на гостей из других городов у него наверняка получится. Вечеринка "Принц и нищий" - как по мне, так такое название гораздо больше подходит для данного идиотизма, чем "Зимний фестиваль новой эры". Только если этот фестиваль не предусматривает под собой иное безумство, о котором никто и не догадывается.  Всё слишком нелогично. Изменение в графике сдачи крови... Мешок еды каждому пришедшему. Огромные затраты. Никому ненужные гости! Гости, которые будут жизнями рисковать, чтобы просто добраться до Скалы целыми! Они ещё большие безумцы, чем сам предводитель Скверны! В конце концов, как Леон собрался разгонять тварей?! Или им он тоже особое приглашение выписал?.. Это смешно до абсурда! Леон - законченный псих! Самый больной псих из всех психов, о которых я только слышала! А моя адресная книга безумных тиранов за последнее время прилично пополнилась данными персонажами!  А ещё план Дакира! Вообще лишённый здравого смысла!  Нам всем конец.  Поверить не могу, что буду в этом участвовать.  Сукин сын. Дакир знал, что и мне он выбора не оставляет.  Брею так и не удалось сполна отпраздновать свой день рождение. Он вконец идиот, раз действительно рассчитывал, что перед завтрашним днём, когда на карту поставлены все наши жизни, кто-то разделит с ним парочку бутылок виски и, как следует не проспавшись, отправится покорять Скверну.  Понятия не имею, что за субстанция у него в голове вместо мозгов.  Чейз. Вот с кем происходило нечто воистину странное. Я ещё никогда не слышала, чтобы он так много говорил. Он не умолкал ни на секунду! Требовал от всех и каждого по десять раз повторять каждую мелочь касательно плана изначально обречённого на провал. Чейз знал это, он не глуп, но так, или иначе продолжал бессмысленные попытки заставить нас выучить всю подноготную действий, которые завтра нам предстоит безошибочно произвести.  Я видела, как ярость бушует в его глазах. В каком постоянном напряжении прибывают мышца лица. Как набухали вены на шее, когда кто-то запинался, или забывал про одну из немногих деталей плана. Плана, которого толком и не было! А Чейз пытался превратить его в нечто до сумасшествия идеальное!  Чейз собирался выжить.  Потому что у него всё ещё есть Ронни и обещание, которое он ему однажды дал.  Понятия не имею, как всё сложится дальше, но за всё время, что я видела этого парня, сейчас в нём кипела сама жизнь.  Когда Роксана с подносом еды отправилась к Кристофу, который судя по всему решил поселиться на посту, Чейз приблизился ко мне, заняв кресло напротив. Его взгляд был суров. Сейчас я не видела в его лице человека, который отчаянно целовал меня прошлой ночью и шептал на ухо самые невозможные слова. Сейчас он был командиром нашего крохотного отряда. Лидером, от которого в большей степени зависел исход завтрашнего дня. На его плечи взвалено слишком много судеб...  - Джей. - Даже голос его звучал жёстко и требовательно, однако даже это не помешало желудку совершить тройное сальто, когда моё имя слетело с его губ.  Я натянуто улыбнулась:  - Решил попросить меня не совершать глупостей?  По челюсти Чейза забегали желваки. Пальцы сцеплены в замок, костяшки которых побелели. И всё-таки, он понятия не имеет, что я совсем его не боюсь. Эта мысль вызвала смешок.  - Один единственный раз, - сурово продолжал Чейз, не разделяя моего веселья. - Я прошу тебя один единственный раз! Потом можешь забыть об этой просьбе к чёртовой матери! Но завтра... Ты должна не сделать ни одного неверного шага.  - Чейз, я не глухая, я выучила план, как и все остальные! Уверен, сегодня, он мне даже приснится!   - Это не значит, что ты не наделаешь глупостей!   - Я так часто делаю глупости? - Я не могла сдерживать улыбку.   - Постоянно.   Какое-то время мы молча смотрели друг другу в глаза. Так, будто каждый хотел сказать что-то ещё, что-то более важное, чем парочка указаний для самоубийственной миссии. Ведь Чейз решил бороться! Он решил бороться, в то время, когда шансы были на нуле! В то время, когда я уже практически смирилась с тем, что завтра смерть примет меня в свои объятия... А он в это время думал о гораздо большем.   Чейз обречённо помотал головой и на протяжном выдохе запустил руку в и без того растрёпанные волосы. Он выглядел изнеможенным. Как он собирается командовать операцией, если сам находится в предобморочном состоянии? Если он не выспится как следует, то даже через стену завтра не перелезет.   - Нам нужен запасной план, - хрипло произнёс он, наклонившись вперёд.   Я мрачно усмехнулась:   - Что? Запасной? Разве план Дакира не идеален?   - План Дакира - дерьмо.   - О, неужели кто-то ещё перестал молиться на нашего благодетеля?   Чейз будто не слушал:   - Постарайся делать всё максимально приближённо к тому, что мы обговаривали. Но если что-то пойдёт не так...  Я не могла слушать это в тысячный раз!   - Чейз...   - Если что-то пойдёт не так! - Он повысил голос. Взгляд изменился. В нём появилась... мольба?.. - Джей, если что-то пойдёт не так, я хочу, чтобы ты бежала! Максимально быстро получи оружие и в случае чего, не оставайся рядом с Роксаной! Ты должна спасать себя!   - Почему ты думаешь, что я могу остаться рядом с ней?   - Потому что ты всегда так делаешь.   Ещё один тяжёлый вздох Чейза:   - Нам нужно запасное место. Если план рухнет ко всем чертям, нам нужно другое место встречи.   Я нахмурилась:   - Какой смысл? Если план рухнет, нам уже не выбраться из Скалы. Тогда мы все точно трупы.   Чейз взглянул на меня из-под тяжёлых бровей, от чего его лоб прорезали тонкие морщинки:   - Я сделаю всё, чтобы тебя оттуда вытащить.   Следующий вдох дался мне с большим трудом. Дрожь вихрем закрутилась в груди и помчалась дальше - к нижней части живота, заполнив всё его пространство неизвестными мне ранее спазмами.   Я заговорила тише, надеясь, что благодаря этому, голос зазвучит более внушительно:   - Вот именно, Чейз. Я не хочу этого. Не хочу, чтобы из-за меня ты делал... всё. Ты должен вернуться к Ронни!   - Нам нужно запасное место. - Чейз опять меня не слушал. Он парил где-то вне досягаемости здравого смысла. На волне, которая не улавливала мои сигналы.   Я вздохнула. Бесполезно сейчас что-либо ему доказывать. Да и раньше в этом особого смысла не было. Оба мы слишком упёртые.   - Как насчёт бара Дориана? - без особой инициативы предложила я.   - Нет. Там будет слишком много народа. В том числе и люди Леона.   Я задумалась. Что ж, если уж даже Чейз так старается, чтобы появился хоть какой-то сумеречный шанс завтра выжить, я буду полной скотиной, если не притушу свой пессимизм и хоть в чём-то его не поддержу.   Я твёрдо посмотрела ему в глаза:   - Пожалуй, я знаю подходящее место.

Глава 23

За весь оставшийся день мы не перекинулись с Чейзом ни словом.   Я сменила Кристофа на посту, что стоило мне немалых усилий. Он наотрез отказывался покидать складское помещение бункера, уверяя в том, что не устал.   Его глаза говорили об обратном. И если завтра у нас будет два таких полуживых бойца, как Чейз, то боюсь, что блеклый луч надежды, за который все мы тут пытаемся уцепиться, погаснет навсегда.   Я пыталась разобраться. И коробки с различным оружием, которые решила перебрать, настраивали на нужный лад. Что-то было не так. Что-то было неправильным. Я не могла избавиться от этого чувства, а чутью я своему доверяла - оно меня редко подводило.   Исключим фестиваль безумия. Сомневаюсь, что кто-либо из нас сможет догадаться, что же на самом деле там происходит.  Остановимся на нашей миссии. На моей.  В любом действии Дакира есть определённая задумка. Он не делает ни одного бессмысленного шага и наше задание не исключение. Я успела достаточно узнать этого человека, чтобы понять - он не станет тратить время на то, что не имеет смысла. Значит и в Тайлере-дипломате смысл был.  Пытаясь разобраться, я только глубже себя в этом закапывала.   Куда делся мой мозг? Моя логика?.. Всё притупилось. Я была бойцом, а стала самой обычной женщиной. Меткость и боевая подготовка не в счёт. Более того - я знала, что так будет. И знаете, я даже почти не жалею...   Через несколько часов на складе появилась Роксана, швырнувшая к моим ногам несколько больших картонных коробок, доверху набитых барахлом всевозможных расцветок.   Оттенок её лица пришёл в норму. Аккуратная длинная коса переброшена через плечо. Роксана достала из заднего кармана джинсов большие стальные ножницы и уставилась на меня решительным взглядом:   - Раз уж ты решила здесь поселиться, то стричься тоже будем здесь.   Я смотрела на неё безо всякого интереса, даже не сдвинувшись с места, окружённая стеной из оружия.   - Спасибо, я недавно стриглась, - отозвалась я, продолжая заниматься сборкой автомата.   Сбоку раздался раздражённый вздох.   - Слушай, Джей, ты мне нравишься, так что давай оставим все детские игры и просто займёмся подготовкой к завтрашнему заданию, а?!   Я толкнула ногой один из ящиков с барахлом:   - Я надену парик.   Роксана вытащила из коробки нечто кислотно-фиолетовое и покрутила в руках:   - Этот? На, примерь.   С характерным щелчком магазин автомата встал на место, и я подняла с пола следующую деталь.   - Игнором занимаешься?   - Нет.   Роксана швырнула парик обратно и щёлкнула ножницами, тон её голоса тоже изменился:   - Слушай, девочка. Я тебе не мамаша, чтобы нянчиться. Никто не заставлял тебя подписывать сертификат о гражданстве. Так что подними свою задницу с пола и дай мне уже начать подготавливать тебя к заданию!   Я отложила автомат в сторону и подняла на Роксану тяжёлый взгляд:   - С чего взяла?   - Что взяла?   - Что никто не заставлял?   - Разве такую как ты можно заставить?   - Добро пожаловать в мир несправедливости. С пробуждением.   Роксана закатила глаза к потолку и скрестила на груди крепкие руки:   - Дакир не из тех, кто применяет к людям силу. Он гуманист! И думает о каждом, кто пришёл к нему в город!   Цинично усмехнувшись, я поднялась с пола:   - Ты права! Он думает абсолютно о каждом! О том, как пристроить нужного ему человека на нужное место и спустя какое-то время опустить рычаг, который приведёт в действие очередного пластикового солдатика для выполнения грязной работы, что любезно организовал для него Дакир.   Роксана злобно сузила глаза:   - Что ты хочешь сказать?   Я фыркнула:   - Всего лишь то, что ты такой же пластиковый солдатик, как и Брей, как Кристоф, как твой нереально крутой рыжий друг, как...   Я умолкла на полуслове. Нет, Чейз не такой. Уже не такой. Я надеюсь, искренне надеюсь, что он выбрал правильную сторону. И что эта сторона не имеет никакого отношения к нашему чернокожему другу.   - Как кто? - зацепилась Роксана. - Как Чейз? - Она звонко и задиристо рассмеялась. Хотелось запустить в неё чем-нибудь тяжёлым. - Чейз предан Дакиру до мозга костей, идиотка! Что он тебе наплёл? Ты хоть знаешь, кем был этот парень?!   - Не поверишь: знаю лучше тебя.   Роксана наконец уняла смех законченной истерички и взглянула мне в лицо со всей серьёзностью:   - Чейз - преданный боец. Один из лучших в своём деле. Даже если Дакир самолично приставит к его виску пистолет, Чейз встретит смерть с открытыми глазами, только потому, что Дакир этого хочет! А ты что решила?.. Будто бы оказалась такой единственной и неповторимой?..   Смех Роксаны.   В венах закипал яд. Вся кровь имеющаяся в организме прилила к голове отзываясь болезненным пульсированием в висках.   Что за бред?   Кто она такая, чтобы я стала с ней это обсуждать?   - Да пошла ты на хрен! Забирай свои коробки и проваливай к чёртовой матери! - Я подфутболила коробку с разноцветным барахлом прямо Роксане в грудь.   Лицо блондинки покрылось багровыми пятнами, прямо, как у Сиропчика. Больше оно не казалось привлекательным.   - Бесишься потому что это правда! И ты это знаешь! - пыхтела Роксана, нависая надо мной с высоты своего роста. - Чейз плевать на тебя хотел! Всё, что ему нужно от женщин, это трахаться побольше и почаще! Думаешь, что-то изменилось? Думаешь, ты чем-то лучше?! Все мы для него на одно лицо... Кто-то блондинка, кто-то брюнетка, он не запоминает такие мелочи, когда секс - всё, что ему нужно!   Удар в щитовидный хрящ займёт у меня меньше секунды. И я бы с радостью это сделала, если бы дылда-алкоголичка, от которой вовсю несло перегаром, не была нужна для завтрашней операции.   - Так же как и тебе. - Я едко усмехнулась.   Роксана вопросительно приподняла брови.   - Секс. - Я коротко дёрнула плечами. - Перед сколькими ноги пришлось раздвинуть? Сколько головорезов тебя поимело прежде, чем Леон дал согласие принять тебя в банду? О, и я уверена, что не особо ты и сопротивлялась.   Я почти видела, как её кулак летит мне в лицо. Я перешла на личности и сама себе была готова за это врезать. Даже разговоры о Чейзе, тем более такого плана, вынуждали мой мозг попрощаться со здравым смыслом. Более того - когда были все шансы на то, что её слова в итоге окажутся правдой.  Но Роксана не двигалась. Всё произошло совсем наоборот: она не разозлилась - ей стало весело!   Широченная белозубая улыбка расползлась по лицу блондинки:   - Метка то у тебя, девочка, - усмехнулась она, сверкая глазами. - Ты у нас шлюха - не я.   1:1   За подобное высказывание рожу Сиропчика облагородили синяки и кровоподтёки. Давящееся улыбкой лицо Роксаны напрашивалось на тоже самое. Только теперь происходило нечто другое - она провоцировала меня. Боже, как это очевидно. Она знает, кто я такая. Хочет проверить, на что способна дочь Завира, на которую Дакир сделал ставку?..   Я тоже улыбнулась, ничем не уступая её выражению лица по гадости:   - Если Чейзу плевать, как думаешь, что вчера в тебе было не так?   Роксана с наигранно задумчивым видом, пожала плечами:   - Думаю, вчера ему просто захотелось брюнетку. Вот он и поимел тебя.   Моя улыбка стала шире:   - Не угадала.   - Что?   - Забирай свои коробки и вали отсюда.   Лицо Роксаны какое-то время выражало крайнее недоумение, а потом она звонко рассмеялась:   - Ну ты и дура! Я ведь спрашивала: что у вас?! Сказала бы убрать лапы от твоего мужика, мне бы не пришлось чувствовать себя последней дешёвкой! Или у тебя по этой части совсем дыра? Убивать умеешь, а отстаивать своё - нет?   С тяжёлым вздохом я вернулась к сборке автомата. Какого хрена я вообще обсуждаю с ней это?   - Эй, куколка, - присвистнула Роксана, щёлкнув ножницами. - Хочешь ты того, или нет, но я в любом случае приведу твои волосы в порядок.   Терпи, Джей. Этого требует выживание.   Выживание! Будь оно проклято!     У меня появилась чёлка. Рваные пряди волос превратились в идеально ровное каре чуть ниже уровня подбородка. Роксана хотела ещё поэкспериментировать, но после того, как я предложила начать с её косы, спрятала ножницы и убралась наконец со склада. Выбор одежды остался за ней, потому что я отказалась что-либо примерять прямо сейчас. Да и если честно, мне было плевать в какой из десятка практически одинаковых латексных костюмов я буду отдела, когда люди Леона будут выпускать мне мозги.   Это ведь костюмированная вечеринка. Тёплый свитер и парочка ботинок военного образа вряд ли прокатят. Придётся на какое-то время примерять на себя образ той, кем меня все и считали на протяжении последних пяти лет - образ элитной шлюхи.   Если выживу, вернусь в Крест и заставлю Дакира проверить идёт ли латекс и ему. А потом его в нём же и похоронят.   Вечер наступил слишком быстро. Время утекало от нас, неумолимо, безжалостно... Время было не на нашей стороне. Скоро наступит ночь, за ним утро, а за ним... будет ли что-то за ним?..   Даже Брей выглядел удивительно молчаливым, когда пришёл сменить меня на посту. Кажется, даже до его мозгов дошло, что завтрашний день - не день крутого костюмированного фестиваля. Завтрашний день решит, кому жить, а кому умереть. И что касается этого парня, на его счёт у меня самые дурные предчувствия.   Брей молча занял угол складского помещения, водрузил себе на колени поднос заваленный горой пережаренных рыбных котлет и почти культурно попросил меня свалить, предварительно сообщив, что все разошлись по комнатам, потому что по указанию психа, времени выделенного на сон осталось ровно пять часов.   И да, я собиралась как следует выспаться за эти, быть может, последние спокойные пять часов в своей жизни. Отдавшись сну, который в следующий раз, скорее всего, встретит меня вечностью.   Моя рука застыла на холодной ручке двери в круглую комнату из прошлой жизни. Даже сердце замерло, прислушиваясь... Это было самым невозможным, самым странным из всего, что я только могла услышать...   Музыка?.. Так это называется?   Даже само слово с большим трудом удалось откопать в глубине подсознания.   Но я не ошибалась... Это была она - музыка.   В круглой комнате царил полумрак... Искусственный камин служил единственным источником света, не считая маленьких лампочек на панели аудиоаппаратуры.   Я спустила вниз по широким ступеням. Искусственная красота, искусственные языки пламени, на которые было так больно смотреть, но я не могла отвести глаз... Боль - делает нас живыми. Музыка - напоминает, что все мы давно мертвы.  И она была прекрасна...  Эти звуки и голос были прекрасны... Они превратились в вечность. Стали болезненными воспоминаниями. Но они заставляют чувствовать... Ощущать острее неизбежность.  Я замерла, позволяя себе насладиться этими мгновениями. Музыка пламенными потоками вливалась в мою ожившую душу.  Я не чувствовала кончиков пальцев, я не чувствовала реальности происходящего. Я стала музыкой, которая обволакивала меня, топила в своей безупречности.  Женский голос... Глубокий и такой... настоящий... Я не знаю этой песни... Не могу помнить. Я знаю лишь то, что она заставляет испытывать...    (Adelle "Hello")  "Привет, это я,  Я все думала, после всех этих лет,  захочешь ли ты встретиться, чтобы отпустить всё прошлое.  Говорят, что время должно было вылечить.  Но я так и не принесла никакой пользы.    Привет, ты слышишь меня?  Я в Калифорнии, думаю о том, кем мы были когда-то.  Когда мы были моложе и были свободными.  Я уже и забыла какого это было, пока мир не обрушился на нас.    Мы такие разные.  И миллион миль лежит между нами.  Это не секрет, что у нас двоих уже нет времени"...    Музыка идеальна. А мир нет.  У неё есть целая вечность. А у меня её нет.  У неё есть память целых столетий, а у меня есть один единственный день.  День, когда я научилась дышать...  Нежное касание. Горячие пальцы на моей пояснице. Дорожка нежности, согревающая, обжигающая...  Дрожь.  Запах дождя. Запах человека вернувшего меня к жизни.  Чувствовать...  Жить, чтобы чувствовать.  Чувствовать, чтобы жить.  Даже самая прекрасная жизнь не имеет смысла, если сердце не способно испытать нечто подобное. Хотя бы один раз.  Хотя бы один день...  Теперь я это понимаю...  Пусть этот день стает моей вечностью.  Пусть Чейз заполнит всю пустоту во мне.  Он так прекрасен. И я могу произнести ещё тысячи забытых и похороненных слов из прошлого... Потому что вот оно - прошлое. Вот оно - настоящее. И вот оно - будущее.  Чейз не улыбался. В его глазах боль. Или это моя боль отражается в них?..  Он знает то же, что знаю я.  Мы оба знаем, что это конец.  Конец истории, которая не успела начаться.  Нашей истории.  Один всё ещё борется.  Один смирился.  Чейз улыбнулся - заставил себя улыбнуться. Всё той же дьявольски сексуальной, печальной улыбкой. Улыбкой, которую я так любила...  Он протянул мне руку. Горячее прикосновение отозвалось волной дрожи по всему телу.  Миг воздушности. Незабываемый... Нежный...  Я и в правду это чувствую?.. Это я?..  Это правда я?..  Ладонь на моей талии. Чейз медленно притянул меня к себе:  - Потанцуй со мной. - Тихий, ласковый голос. Заставляющий волоски на руках встать дыбом.  Это не он.  Чейз не может быть таким.  Он не мог стать таким ради меня.  - Джей...   Голова кружилась. От музыки... От Чейза... От его нежности...   Он взял мои ладони в руки и обвёл их вокруг своей напряжённой шеи.   Я исчезала...   Я не понимала, как такое возможно.   Это не он. Это не Чейз.   Но это его руки... Ведь это его руки. Всегда горячие. Оставляющие ожоги на коже.   Он смотрел мне в глаза и никуда больше. Наверное, я выгляжу испуганной.   Чейз притянул меня к себе, заставив почувствовать его всем телом.   Он такой большой и сильный, а я маленькая глупая школьница на своём первом свидании. Школьница, которая половину сознательной жизни училась убивать.   Музыка скользила между нашими телами. Внутри нас. Велела двигаться в такт, и ей не возможно было сопротивляться. Музыке из прошлого, прорвавшейся в жестокое настоящие.   Ладони Чейза скользили вверх по моей спине. Нежно... слишком нежно. Чейз так не умеет... Он всегда был горяч, жесток, требователен. Ещё вчера он был таким.   Что произошло?..   - Ты сделала меня человеком, - тихо прошептал Чейз, не пряча глаз, не пряча боли.   Слова застряли где-то в горле... Я не знала, что ответить. Разве это не я превратила его в монстра с красными глазами и жгучей яростью, отравляющей его сознание?.. Разве это не я подлила топлива в идеальную машину для убийств?..   Это была я.   Его ладонь коснулась моей шеи, и я с судорожным вздохом закрыла глаза.   - Я сама была мёртвой... Как я могла сделать тебя человеком? - Так говорить было легче. Так я не тонула в красной бездне отчаянья...   - Если ты мертва, то кто тогда все эти призраки?.. - Его тёплое дыхание щекотало мой нос. - Ты сама не знаешь, насколько жива... Вся ты. Такая, какая ты есть. Ты и есть вся жизнь.   Музыка уносила нас. Поднимала над полом. Кружила в сладком безумии...   Как такая как я смогла пробудить в нём всю эту нежность?..   Я - грубая, неправильная, жестокая...   А он оказался... таким.   Продолжение игры?   Плевать. Я хочу в неё играть!   Своими пересохшими губами я коснулась его - влажных, горячих, невыносимо горячих.   Чейз не спешил так, как это было раньше. Он наслаждался вместе со мной. Проживая хрупкий момент. Быть может единственный и последний момент, когда можно быть самими собой... Когда можно делать то, чего хочется, а не то, что требует от нас мир. Сейчас не надо выживать.  Сейчас есть я и он.   Сладкий поцелуй. Головокружительный и такой невесомый. Мои губы горели в нетерпении, цеплялись за мягкие губы Чейза как за единственный смысл, оставшийся у меня в этой жизни.  А потом он отстранился, пристально заглянув мне в глаза. Его взгляд говорил так много...   Я невольно вздрогнула, когда его дрожащая рука коснулась моего виска и убрала непослушный локон за ухо. Подушечкой большого пальца он провёл по моей нижней губе, и я почти умерла от этого прикосновения. Я дрожала всем телом. Я не знала, что такое возможно...  Его пальцы скользнули по моему подбородку и губы припали к губам. Желание пульсировало во всём теле. Каждая клеточка ожила и запела вместе с музыкой ставшей с нами одним целым.  Его ладонь на моей талии, обжигающая сквозь тонкую ткань футболки. Я хотела сорвать её с себя, хотела почувствовать больше... Быть с ним. Сойти с ума вместе с ним.  Чейз целовал меня сильнее, мои губы легко поддались и язык встретился с его языком. Осторожные движения становились уверенными и превращались в жаждущие. Дыхание играло наперегонки с сердцем: рваное, тяжёлое, прерывистое...  Я цеплялась пальцами за его волосы, мне так нравилось ощущать их бархатное скольжение. Шея Чейза пульсировала под моими ладонями. Его руки нашли подол моей футболки и коснулись обнажённой кожи спины. Моей изуродованной плетью кожи. Чейз даже не вздрогнул, ощутив под пальцами ещё не побелевшие шрамы, словно всё это не имеет значения... Словно она идеальна... Для него...  Я сбивалась с дыхания, жадно хватая ртом воздух, в те доли секунды, когда он от меня отстранялся. Я готова была перестать дышать, лишь бы он этого не делал. Пусть он будет со мной, сейчас, так близко...  Мой Койот. Только мой.  Дрожащими пальцами я нащупала пуговицы на его рубашке. Они не поддавались. И я готова была вырвать их вместе с кусками ткани.  - Джей...  Я не могла этого слышать... Его безумно глубокого голоса, такого же глубокого, как наш поцелуй. Непослушными пальцами я пыталась расстегнуть эти проклятые пуговицы.  -Джей. - Его голос был тихим, но вовсе не таким, каким я хотела его слышать. Голос мольбы. - Джей, нет.  - Почему нет? - Я наконец справилась с нижней пуговицей.  Чейз притянул меня к себе и связал нас ещё одним поцелуем. Он не хотел останавливаться, но почему то заставлял себя это делать. В нём разгоралась борьба и сейчас я хотела, чтобы он проиграл её...  Его руки опустились на бедра, и он притянул меня к себе ещё сильнее, жарко целуя... Влажные, разгорячённые губы скользнули по моей щеке и язык задел мочку уха, от чего из моей груди вырвался тихий судорожный стон.  - Потому что я знаю, о чём ты думаешь... - прошептал Чейз, не в силах контролировать дрожащий голос.  Всё, о чём я думала, так это о том, чтобы он не останавливался.  Никогда.  Чейз осыпал нежными поцелуями мою шею, заставляя её изгибаться, а пальцы с силой впиваться в кожу на обнажённом участие его твёрдого живота, там, где одна единственная пуговица перестала мне сопротивляться.  Мне надоели эти пуговицы. Когда-то Чейз разорвал мой свитер, а я разорвала его рубашку.  Его мраморная грудь тяжело вздымалась и плавилась под моими ладонями. Наши языки сплетались. Наши души и тела становились одним целым.  Чейз обхватил мои кисти своими большими ладонями и поднёс к губам, осыпая кожу мягкими поцелуями. Затем опустил их вниз и пристально заглянул мне в глаза. Его губы тронула едва заметная улыбка, которую он просто не смог сдержать при виде возмущения на моём лице.  - Ну и о чём я же я думаю? - всё ещё ловя ртом воздух, пропыхтела я.  Чейз коснулся ладонью моей щеки и, подарив ещё один короткий, но не менее прекрасный поцелуй, припал лбом к моему лбу, глядя в глаза...  - О том, что это последний шанс.  Он прав... Так я и думаю.   Чейз гладил шершавыми пальцами мои скулы, спускался к шее и обратно.   - Мы не умрём завтра.   Я невольно улыбнулась. Слышать нечто подобное от Чейза, просто не могло не вызвать улыбки. Он как маленький наивный ребёнок, который вопреки Концу света продолжает верить в Санта-Клауса. Эта наивность умиляла. Она шла в полный резонанс с тем, каким этот человек был раньше. Потому что Чейз никогда таким не был. Он всегда был последним из тех, кто поверил бы в нечто подобное. Он даже в самого себя не верил...   - Мне плевать на завтра, я хочу быть с тобой, здесь и сейчас.   Улыбка Чейза стала шире, он коснулся губами моей шеи, пропустив по телу новый разряд тока. Поцеловал за мочкой уха и тихо прошептал:   - Ты даже не представляешь, как я этого хочу...   "Тогда чего же ты ждёшь?! - хотелось крикнуть мне. - Давай, разорви на мне всю эту одежду к чертям собачим! Её слишком много!"   - Но я не могу тебе это позволить...   Я не понимала:   - Чего?..   - Чтобы ты решила сдаться.   Неуверенно улыбаясь, я заставила Чейза посмотреть мне в глаза:   - Ты серьёзно? Это что, мотивация такая - "попробуй кусочек, остальное получишь завтра, если будешь хорошей девочкой"?   Я ещё никогда не видела лицо Чейза таким вымученным и одновременно удовлетворённым. Почти удовлетворённым.   - Ты завтра не умрёшь, - произнёс он, твёрдо глядя мне в глаза.   - Почему? Ради последнего шанса?   Чейз накрыл мои губы своими и я уверена - на сегодня это был последний поцелуй. Самый мягкий, такой искренний.   - Ради нас, - прошептал Чейз. - Ради нас, Джей.    Я была готова исчезнуть. Подарить себя блаженной вечности. Но осознание того, что завтрашний день станет для меня последним, ударило гораздо болезненней, чем я того ожидала...  Жить, зная, что конец неизбежен - не так страшно. Все это знают. Однажды наступит день, когда сердце сделает свой последний удар. Когда лёгкие завершат беспрерывную работу и уйдут в заслуженный вечный отпуск. Когда перед глазами в последний раз калейдоскопом красок пронесутся картинки из всех жизней, которыми наградила судьба... Множеством жизней за один не долгий срок на земле. Жизнью До, жизнью После и жизнью когда я наконец научилась дышать...

Глава 24

Чейз уснул.   Чейз. Уснул.   Чейз уснул...   Я готова была миллион раз повторить про себя два этих слова, потому что Чейз наконец уснул! И мне кажется, что я испытала от этого большее облегчение, чем он сам.   Это самое потрясающее... Самое удивительное зрелище из всех, что я когда-либо видела - безмятежно спящий Чейз.   Вчера я заснула в его объятых, и проснулась тоже в них. Чейз не отпускал меня. Его тело было расслабленно, но рука, которой он крепко обнимал меня, будто бы действовала сама по себе. Или ей было просто приказано, в то время пока хозяин спит, не ослаблять хватку ни на секунду.   Не знаю который час. Думаю, проспала я не так много. Но это был самый лучший, самый идеальный сон за всю мою жизнь. Потому что в эту ночь, находясь так близко, мы дышали с ним одним воздухом. Я впитывала своей кожей его запах, навеки прикрепляя к себе. Чейз казался таким спокойным, таким умиротворённым. Черты его лица находились в расслабленной неподвижности. Не было суровой морщинки между бровями. И не было красноты в глазах, потому что веки были закрыты - даже дикие глаза покорились сну.   Я выбралась из постели максимально тихо, аккуратно сняв с себя крепкую руку Чейза, которая поддалась далеко не с первого раза.  Если сейчас кто-нибудь разбудит его, клянусь, это человека больше не станет.    Утро началось с...   Утро началось просто хреново.   Толстокожего Брея пробрала паника, он уже битый час продавливал ногами пол, бродя из стороны в сторону, с самой глупой физиономией на свете и постоянно причитая:   - Это конец. Мать вашу, это конец! Может ну его? Пошло всё к чёрту? Давайте останемся здесь! Эй, ципа, ты за? Поменяем код, нас хрен кто, когда здесь найдёт! Да мне только вчера двадцать пять исполнилось! И нет у меня желания заканчивать жизнь в этом возрасте!   Проснулись. Неужели?  Дошло наконец!   - Брей, заткнись! - Роксана тоже был не в духе. Завтракать она отказалась, а потом на целый час скрылась в гардеробной, уделяя особое внимание подготовке наших нарядов. Он была скорее сосредоточена, чем напугана. На её месте, я бы тоже особо не переживала. Какой смысл? Прямо сейчас, в эту самую минуту, вся Скверна благодаря Сиропчику уже осведомлена, кем была их сексуальная блондинка с длинной косой, на самом деле.  Её там ждут.  И меня там ждут.  Вечеринка обещает быть незабываемой!  - Он не сдал нас! - раздражённо ворчала она, когда я решила поделиться мыслями. - Я доверяю Дакиру, так что будь добра, заткнись уже! Он знал, кого назначает дипломатом. Значит, так было надо! Значит всё под контролем.  - Под контролем Дакира. Уверена, жертвы будут минимальными, - согласилась я, делая глоток обжигающего горького кофе. Я всего-то второй раз в жизни пробовала этот напиток. И вкус мне определенно не нравился. Но мне просто необходимо было взбодриться.  Ведь вчера Чейз дал нам шанс. И всё внутри меня гудело и переворачивалось, воспоминая о его нежности. О его вере в меня. О его вере в нас.  В нас?..  Мне надо заставить и себя в это поверить.  Шанс, Джей. Шанс выжить всё ещё есть. Чейз верит в него.  Даже Чейз верит...  Кристоф как всегда был на посту.  - Ему так проще. Он скучает по дочери, - ответила на мой вопросительный взгляд Роксана, примеряя высокие сапоги на огромной платформе. Для её роста, что надо! Думаю, в них она даже за стену сможет заглянуть.  - Дочери? У него в Кресте дочь?  - Девочке три года. Её мать погибла, при последнем нападении тварей. Теперь у  неё остался только Кристоф и вроде как бабушка. - Роксана внимательно посмотрела мне в лицо. - И я больше чем уверена - умирать Кристоф не собирается. Так что бери с него пример, слышишь Брей?! - заорала она в распахнутые двери кухни.   - Блейк был уверен, что нападение тварей на Крест, дело рук Скверны.   Роксана громко фыркнула, примеряя другую пару ботинок на ещё большее высокой платформе. На такой она легко сможет просто переступить стену, зачем идти через ворота.   - Блейк придурок. Это все знают. Скала не имеет никакого отношения к тому, что там у вас творилось. Ни к поджогу леса, ни к дыре в стене. Брей рассказал, - добавила она на мой вопросительный взгляд.   - Дакир говорил, что посылки приходили странные.   - Странные, - пыхтела Роксана, справляясь с непослушным замком на ботинке. - Это потому что двоих из нас не стало. Мне и Якобу пришлось от них избавиться после того как Скверна заподозрила что что-то не чисто. Их бы пытали и рано, или поздно те двое сдали бы Крест. В последней посылке они просили Дакира отправить за ними машину, но их выследили, и хорошо, что я и Якоб были в той компании головорезов.   Мои брови сдвинулись:   - Вы убили своих же?   Роксана откинула с лица выбившийся из косы локон и взглянула на меня, как на умалишённую:   - Мы спасли целый город, который они почти заложили. Оно того стоило, не находишь?   Брей влетел в кухню, задев меня массивным плечом, так что половина содержимого кружки расплескалось чёрной лужицей по полу.   - Эй, Рокс! Мне ведь тоже нужен костюм! Там все будут в костюмах...   - Большинство будет в лохмотьях, - вставила я.   - Отвали, ципа. Так что, Рокс, как на счёт костюмчика?   - Твой костюм готов, - не глядя на Брея, бросила Роксана. Третья пара обуви была на примерке. - Можешь взглянуть, только ради Бога, не ной!   Но Брей и не думал молчать. Этого парня буквально прорвало! Возмущение вперемешку с отборным матом, водопадами грязи лилось из его незатыкающегося рта. У Роксаны больше не осталось сил отвечать ему спокойно и теперь она каждый раз орала, стоило Брею упомянуть её имя.   Но всё же, в кухне появился тот, кто сумел заставить их замолчать. Роксана сильно хмурилась, глядя с неодобрением. А челюсть Брея волочилась по полу, когда он медленно перебирался в другой конец кухни, подальше от меня, и подальше от Чейза, который без лишних слов притянул меня к себе за талию и коротко, но невероятно нежно поцеловал в губы.   Суровым взглядом он оглядел остальных присутствующих:   - Через час выдвигаемся. - И в его жёстком голосе совсем не было нежности, с которой он обнимал меня за талию.   Чейз скрылся за дверями кухни также быстро, как в ней появился.   Брей громко сплюнул на пол:   - Чёрт. Меня сейчас вырвет. Что ты мать вашу было?   Я не знаю, что это было... Но теперь, мне хотелось выживать, как никогда прежде.   И выживание началось!

Глава 25

Костюм женщины кошки.   Серьёзно.   Роксана заставила меня надеть грёбаный костюм грёбаной женщины кошки. Ничего личного.   Латексные штаны обтягивали мою задницу настолько плотно, что первое время я боялась сесть, чтобы они не дай Бог не треснули по шву! Топ... нет, это не топ, это обычный кожаный лифчик с широкими крестообразными шлейками на спине и животе.  Зачем вообще на животе шлейки?!  - Когда получишь оружие, сможешь использовать как кобуру, - без каких-либо эмоций на лице, промычала Роксана.  - Может тогда над костюмом ковбоя стоило подумать?  На моей голове оказались пушистые кошачьи ушки:  - Я надеюсь, это шутка.  - Это часть костюма. И если хочешь сойти за элитную шлюху из Феникса, советую меньше трепать языком и больше улыбаться.  Чёрные тени, накладные ресницы, подведённые брови, ярко-выраженные скулы и алая помада, всё это - тоже я!  Роксана отступила на несколько шагов, оценивая работу:  - Вот теперь ты выглядишь отпадано!   - Теперь я выгляжу, как проститутка.  - То, что надо, чтобы без лишних вопросов попасть в город.  - Потому что все постовые фанаты Marvel?  - Потому что все постовые тебя захотят!  Первым фанатом Marvel оказался Чейз. Даже с расстояния пяти метров я видела, как расширились его почти чёрные зрачки. На лице - выражение человека, который несколько суток мучился от жажды и наконец, обнаружил источник живительной влаги.  Брей громко присвистнул, но смотрел он не на меня, а на Чейза и лыбился от уха до уха:  - Чуава-а-ак! Да у тебя от желания сейчас ширинка взорвётся!  Чейз тихо откашлялся и бросил в Брея убийственный взгляд:  - Как рёбра, целы? - И больше не взглянув в мою сторону, он скрылся за дверями гардеробной.  Роксана весело улыбаясь похлопала Брея по плечу:  - Жаль что твоё желание не такое твёрдое, да, чува-а-к?  Бледный диск зимнего солнца был высоко в небе, глядя на нас сквозь плотную пелену из мелкого снега. Ветра не было. Крохотные снежинки не спешили смиренно прилипать к земле, они медленно кружились в своём последнем танце, прежде чем покориться воле небес - замереть на веки и умереть по весне.  И всё же, к мёртвому миру, чья испорченность была на время спрятана под белоснежным покрывалом, пришлось привыкать заново. Слишком многое во мне поменялось за последние полутора суток, так что складывалось стойкое ощущение, что в подземном бункере я провела несколько лет и поднялась на поверхность абсолютно другим человеком.  Именно так я себя и чувствую.  Но добрый друг - здравый смысл, всё же отставил частичку себя, раз у меня ещё хватило мозгов, вновь поприветствовать зиму не находясь в одном единственном лифчике. Сунуться в Скалу без оружия - безумие. Но оно мне в любом случае мало чем поможет, если к тому времени, когда в руках окажется пистолет, пальцы превратятся в десять отмороженных конечностей.  Коротка байкерская куртка на меховой подстёжке. Не фонтан. Но Роксана заверила, что если я и задницу свою прикрою, то с ворот мы уберёмся только к вечеру. А всё на что надеялась я, так это на то, что мне всё же посчастливится вернуться в бункер для того чтобы переодеться во что-нибудь нормальное, даже если в это время я буду при смерти.  Сама принцесса викингов облачилась в платье домработницы с кружевным белым фартуком и нереально огромным декольте, и всю эту прелесть прикрыла крохотным шерстяным пальтишком. Ну и: кроличьи уши, сверх яркий макияж. И эта девчонка больная на всю голову, если собирается на своих гигантских платформах выбраться из всего дерьма, что - я уверена, - там будет происходить. Она и меня в такие пыталась засунуть, на что я посоветовала ей помолиться перед смертью и выбрала обувь на тонкой подошве.  - Я всегда о таких мечтала! - ворчала Роксана.  - Эй, Рокс, как там наверху? Воздух чище, вид красивей? - ржал с неё Брей в свободное от обсуждения своего костюма время.  Хотя обсуждать-то было и нечего. Три костюма отборных лохмотьев, грязь на лицо - вот и весь антураж.  - Таким здоровякам как вы трое, лучше вообще не привлекать внимание, - терпеливо объясняла Роксана. - И есть где оружие спрятать.  - Это костюм бомжа! - ворчал Брей.  - Как раз в твоём стиле.  Мы были на месте без пяти двенадцать. Чейз прихватил с собой наручные часы с ничего не значащим в Новом мире логотипом Rolex. А после того, как убедился, что мы вовремя, отдал их мне. Бомжы не носят часов. Сейчас их вообще почти никто не носит. Ну если только зажранные Сиропчики.  Чем ближе к Скале подъезжал грузовик, тем мрачнее становилась атмосфера в салоне. Я безразличным взглядом смотрела в окно, в то время когда в голове происходило извержение вулкана.  - Кто-нибудь объяснит мне куда делись твари? - Вулкан бурлил настолько сильно, что я не смогла не озвучит некоторые мысли.  - Может быть готовятся встречать гостей у Скалы? - предположила Роксана.  Брей издал смешок.  - Даже не хочу слышать твою версию, - тут же вставила я, продолжая рассматривать проплывающие за окном заснеженные деревья.  - Где бы они ни были и чем бы сейчас не занимались, мы скоро об этом узнаем, - раздался уверенный голос Чейза.   Роксана бросила на него короткий взгляд через плечо:   - С чего взял?   - С того, что твари хотят есть. Всегда.   Через какое-то время Чейз заговорил вновь, и вопрос его был по части меня:   - Что с меткой?   - Кожаные браслеты на запястьях, её не видно, - ответила Роксана.   - Если снимут?   - В Фениксе полно меченых. - Роксана громко фыркнула. - Приятель, ты вообще видел эту крошку? Кто будет смотреть на браслеты, когда при обыске обнаружит полуголое тело с лифчиком третьего размера?   Чейз замолчал. Я с трудом поборола желание повернуться и посмотреть на выражение его лица.   Если раньше Кристоф говорил хоть что-то, то теперь из него нельзя было выдавить ни слова. И, кажется, его настроение очень быстро передалось остальным.   Когда на горизонте показались городские сцены, первое на что я обратила внимание, не считая раскалённого кирпича упавшего в желудок, так это пальцы Роксаны, которыми она всё крепче и крепче сжимала руль, чтобы унять дрожь.   Преданность?.. Пожалуй, худшее из качеств, которым мог наградить Новый мир. Можно быть преданным самому себе, но если ты предан кому-то вроде Дакира, да ещё при всём при этом, страдаешь хронической слепотой то, это автоматически лишает тебя всякого шанса на выбор. Ты автоматически становишься мёртв.   - Не смотри на меня так! - Даже голос у Роксаны звучал высоко.   Я была спокойна:   - Как?   - Как на труп.   Я невесело усмехнулась:   - Все мы здесь трупы. Благодаря Тайлеру. Или Дакиру. Или благодаря самим себе.   Роксана предостерегающе сверкнула глазами:   - У тебя что, третий глаз? Может ещё время моей смерти назовёшь?!   - Заткнитесь уже! - рявкнул Брей, его колени тарабанили по спинке моего сидения.   Их нервоз меня забавлял. Нет, честное слово! То есть когда я ещё вчера об этом говорила, обстановка бункера делала из них супер героев, а сейчас ребятки наложили в штаны, ощутив всю реальность ситуации?..   Эта мысль вызвала у меня новый мрачный смешок:   - Могу огласить список в том порядке, когда каждый и вас скажет, что я была права.   - Цыпа, мать твою, у меня есть пистолет! А у тебя нет!   Игнорируя Беря, Роксана невесело усмехнулась:   - И какая по счёту я в твоём списке смертников?   Я перестала улыбаться, а Роксана нет.   И я не шутила, а Роксана сама большая идиотка на свете, если и сама этого не понимает.   - Второй. Ты будешь второй. Если только твой рыжий друг ещё жив. В противном случае, ты будешь первой. Может, успеешь ещё напоследок поцеловать Тайлеру задницу и попросить передать привет Дакиру.   Роксана не ответила.   Кольцевая дорога заняла у нас больше времени, чем дорога от бункера до съезда на неё. Мы должны будем вырулить со стороны Феникса. А прямо сейчас избавиться от трёх пассажиров сзади.   - Всё, валим! - Брей первым выпрыгнул из грузовика.   Кристоф следом за ним.   Чейз не спешил.   - Я надеюсь, вы сейчас не собираетесь глотать слюни друг друга? - прорычала Роксана. - Максимум через часа два я лично проконтролирую ваш слюнообмен, а сейчас давай, Чейз, вали из машины, пока мы не нарвались на патруль.   Чейз пристально смотрел мне в глаза.   - Чейз! - Роксана сорвалась на крик.   Но Чейз не замечал её. И мне совсем не нравился этот его взгляд. Если он решил бороться, за себя, за Ронни... за нас... Почему сейчас смотрит так, будто прощается?..   Его губы приоткрылись, но он так и не успел ничего сказать: резко повернул голову в бок, прислушиваясь. Между бровями возникла глубокая впадинка, ноздри раздувались как у хищника. Принюхивается?   Что-то происходило. Там, снаружи...   - Что там?! - Роксана тоже не оставила перемены Чейза без внимания.   - Ничего, - вскоре отрезал тот, не без тревоги посмотрев мне в глаза. Что-то происходило, что-то, о чём знает только Чейз. Его взгляд был решительным. - Я хочу, чтобы ты знала...   - Я итак всё знаю, Чейз!   - Она итак всё знает! - рычала Роксана, толкая его в плечо. - Давай, убирайся! И не выходите из леса, пока вам не скинут лестницу. Всё. Иди! Встретимся в условленном месте.   Чейз её вообще не замечал; продолжал внимательно глядеть мне в лицо.   - Эй, ты тоже меня в метрвяки записал?! Я с кем говорю?!   - Если что-то пойдёт не так, - говорил мне Чейз, - а так оно и будет...   - Мы уже это обсуждали...   - Джей! - Чейз повысил голос, а затем понизил до пугающего полушёпота. - Если ты не сможешь выполнить приказ Дакира и после этого нарвёшься на Кристофа... Ты должна избавиться от него. Не задумываясь.   Мои брови полезли на лоб.   Роксана выглядела примерно так же.   Чейз напряжённо вздохнул:   - Всё не так, как ты думаешь. Ты раздала всем роли шахматных фигур, но Кристоф получил не правильное определение. Потому что не я тот человек, который должен убить тебя при провале задания, или попытке побега. Кристоф должен это сделать.   После чего Чейз вышел из грузовика, так и не дождавшись от меня в ответ ни слова. Что ж... теперь я понимаю, почему Кристоф столько времени проводил в одиночестве, тоскуя по дочери... На самом деле, у этого здоровяка гораздо меньше шансов вернуться в Крест, чем я давала ему с самого начала. Если судьба всё-таки сведёт нас вместе при самом неблагоприятном раскладе, я ещё могу помедлить, но вот рука Чейза точно не дрогнет.   Грузовик дёрнулся с места и взял курс на городские ворота Скалы.   Всю оставшуюся дорогу Роксана молчала, хотя выражение её лица было лишено и капли спокойствия.   Каждая мышца в моём теле вопила от напряжения. Тело умоляло меня выпрыгнуть из машины и со всех ног мчаться в обратном направлении. Но морально я была готова. Или почти готова. Во всяком случае, пыталась себя в этом убедить. Потому что паника - путь к самоуничтожению. Так что я готова. Готова вернуться в Скалу. Готова убивать. Готова выживать.   Физическая подготовка - не всё, чем я занималась в Скверне наравне с другими головорезами. Психологии тоже уделялось немало времени. Психологии убийцы. Там я научилась закрывать на большие засовы маленькие дверки в душе, отвечающие за чувства и ненужные эмоции в момент опасности.  Сосредоточенность. Твёрдость. Уверенность в себе.  Больше мне ничего не надо.  - Ты умрёшь из-за него. - Это были последние слова Роксаны, прежде чем рычание мотора смолкло. Невесело улыбаясь, она посмотрела мне в глаза. - Я слышала о тебе совсем другое. Сильная, независимая... Где она?.. - Роксана горько усмехнулась. - Ты стала самым слабым человеком на свете, как только решила связаться с этим парнем. Он не заслуживает доверия. Я его знаю. Он убьёт тебя. Чейз убьёт тебя. Вот увидишь.  Сосредоточенность. Твёрдость. Уверенность в себе.  - Я никому не доверяю.

Глава 26

Морозный ветер ударил в лицо, заставив содрогнуться всем телом. И даже не знаю, что стало большей тому причиной: холод, или безумное зрелище простирающееся перед глазами.  Ворота Скалы были распахнуты настежь. Новая металлическая решётка поднята до предела. А по обе стороны от заснеженной подъездной дороги выстроен самый настоящий живой коридор из вооруженных головорезов.  Эта шутка такая?! То есть тварей мы уже вообще не боимся? Бессмертием обзавелись?  Хотя где они - эти твари?..  - Улыбку на лицо и потопали, - бросила мне Роксана и поковыляла на своих платформах по вытоптанной колее из снега.  Один из головорезов тут же бросился к ней. И к слову, мы тут были не единственными гостями. У ворот даже очередь из разукрашенных идиотов в пёстрых костюмах выстроилась. Доносился смех. Ритмичная музыка из-за стены: то громче, то тише, в зависимости от того, какое направление выбирал ветер.  Меня передёрнуло.  Чёрт. Это самое большое безумие из всех, что мне доводилось видеть за последние двенадцать лет. Даже вспышка животного бешенства и нападение тварей на Крест не шли с этим ни в какое сравнение.  Люди спятили. Окончательно и бесповоротно. Каждый из этих тщеславных отморозков, рисковал своей головой, просто ради того, чтобы попасть на какой-то сомнительный фестиваль, устраиваемый ещё одним отморозком. Леону уже точно не помочь - он болен на всю голову, но эти... попугаи... куда припёрлись?! Зачем?! Адреналина не хватало?!  - Идём! - зашипела на меня Роксана и я только сейчас сдвинулась с места.  Птицы кружили на Скалой, как огромное чёрное облако. Они выжидали. Точно выжидали, пока не наступит нужный момент: остатки человечества дадут слабину и позволят продолбить клювами свои незащищённые головы.  Уверена, что и хищники подбираются ближе. Замирают среди деревьев и ждут момента для нападения. Я их не вижу и не могу почувствовать так же, как Чейз, но точно знаю - они рядом. И раз с нами больше нет того, кого эти бешеные создания боятся, надо поторопиться и как можно скорее попасть за стены.  Хотя и этот вариант не заслуживает доверия.  Потому что ворота открыты!  Ворота! Открыты!  Нет, мой мозг не способен спокойно принять эту информацию.  Все они - точно гомо сапиенс?! И вот он ответ - самая слабая банды из четырёх была выбрана для того, чтобы встречать гостей и охранять открытые ворота от нападений.  Меня как будто по голове стукнули.  - Эй, это у меня со зрением проблемы, или это Десмадре нас лапать собираются?  - Они, родные, - тихо и почти не шевеля губами, отозвалась Роксана.  У меня вырвался смешок:  - Мигель сдох что ли?  - Был жив, когда я его в последний раз видела.  Я снова не сдержала смеха. Это абсурд. То, что будет происходить в Скале, однозначно станет событием века! По-другому и быть не может! Мигель - лидер самой слабой банды в Скале, всё ещё существующей лишь потому, чтобы остальные три не перетруждались на ночных дежурствах и не рисковали головами при патрулировании территории вне стен.  Десмадре - "беспредел". В общем, это обычный мексиканский мат, и никакого беспредела в рядах этих головорезов не происходит. Леон открыл ворота и выставил самую никудышную во всех смыслах банду, охранять их.  Браво.  Десмадре сопровождали наш проход по заснеженному коридору громким свистом и предложениями интимного характера.  Колечко в моей губе вновь было стиснуто зубами.  Боль притупляет ярость.  Боль притупляет ярость, Джей.  - Эй, киса, иди ко мне, я тебя осмотрю! - задорным голоском бросил мне один из головорезов, на что Роксана тут же пхнула меня в бок.  Хочет, чтобы я подыграла?  Да меня сейчас наизнанку вывернет.  - Рокс, ты что ли? - воскликнул один из постовых на воротах и громко присвистнул. - Вот это да! Ты сегодня горячая штучка!  Роксана послала ему ослепительную улыбку:  - Я только из Феникса. Забирала подругу. Давай разберёмся с этим по-быстрому. У меня ещё куча дел.  - Без проблем.  Постовой с длиннющими усами приобнял её за талию и зашептал что-то на ухо.  Я глубоко вздохнула, отведя глаза. У меня нет оружия. Так что и думать не о чем. Не подыграю, и конец мне. Прямо здесь. Прямо на воротах.  - Иди ко мне красотка, я тебя быстро проверю.  Внутри меня всё дрожало. От злости, от ярости, от безысходности. Я глупая мышь, которая только что угодила в ловушку, без шансов когда-либо из неё выбраться.  Головорез с блестящей лысиной и низко посажеными глазами скалился мне отвратительной улыбкой демонстрирующей ряд полугнилых зубов.  Я заставила себя ему улыбнуться. Не знаю, получилось ли...  - Оружие?  - Нету, - мило улыбалась я, с бьющимся о рёбра сердцем.  Густые брови лысого игриво дёрнулись:  - Подружка Рокс?  - В точку.  - И без оружия?..  - Понятия не имею что это.  - Оу... - Похотливый взгляд лысого скользнул вниз, и он коснулся своей вонючей рукой моей открытой шеи, притянув ближе. - Пушки не интересуют? Так ты по другой части, красотка?  По части того, чтобы вырвать тебе язык и заставить сожрать.  Я улыбнулась шире.  - Найди меня позже и я с удовольствием расскажу тебе, какие пушки, - я игриво подмигнула, - меня интересуют.  Ствол сорок пятого калибра идеально уместится в твоей вонючей пасти.  Ряд гнилых зубов стал шире.  Обыска не было. Понятия не имею, почему этот урод решил пропустить столь важный этап. С громким хлопком он шлёпнул меня по заднице и, заверив, что обязательно отыщет "свою киску" позже, кивнул на ворота.  Роксана тут же подхватила меня под руку:  - Ну вот, можешь, когда хочешь.  - Надо получить оружие. - Даже голос сильно вибрировал.  - Знаю-знаю...  - Эй, куда спешим? - Этот мужской голос моментально подал сигнал мозгу, что ни черта ещё у нас не получилось.  Мы даже ворота переступить не успели. Так и замерили прямо над самой решёткой.  Трое. И эти двухметровые амбалы никакого отношения к Десмадре не имели.  Скверна.  Кожа покрылась мурашками. Я так долго пыталась вырваться из их сетей и вот снова, не прошло и двух месяцев, стою перед членами банды, в кругу которых прошла половина моего детства, облачённая в идиотский латексный костюм, и абсолютно безоружная. Более того, даже рожи их мне были знакомы.  - Улыбайся, - выдавила Роксана сквозь стиснутые зубы.  Головорезы остановились перед нами.  - Привет, Рик, нас уже осмотрели, всё в порядке, - беззаботно заверила их Роксана.  Я так понимаю, Рик - это престарелый дяденька с полуседой козлиной бородкой и плечами шире, чем у Кристофа. Где же я видела тебя раньше, Рик?.. Не в бойцовских ли ямах?..  И внешний вид развратных проституток этого дяденьку совсем не интересовал.  - Из Феникса? - проскрежетал он, пристально глядя мне в лицо, перекидывая языком зубочистку с одной стороны рта в другую.  - Из него самого, - отозвалась Роксана. - Слушай, эта девчонка нечто! Я уже обещала её кое-кому, так что если позволишь...  - Расстегни куртку. - Рик не слушал её; жестко смотрел на меня.  И больше я не могла заставлять себя улыбаться. С таким выражением лица, как у него на шлюх никто не смотрит. Шлюх не опасаются и недоверчивым взглядом не награждают.  - Рик... - Роксана звонко рассмеялась.  - Молчать!  Я расстегнула молнию.  Свист головорезов по бокам.  Рик смотрел мне в лицо:  - Снимай.  Я скинула куртку на землю.  - Запястья. Снимай эту дрянь.  - Слушай, это не к чему, - смеялась Роксана. - Она со мной.  "А ты с Дакиром, - хотелось закричать мне, - о чём все здесь давно в курсе"!  Я медлила. Глядя на Рика безразличным взглядом: пистолет в набедренной кобуре, нож там же. Руки в карманах брюк. Слишком самонадеянный. Успею перерезать горло, ещё до того, как он схватится за пистолет. Но двое по бокам... О чём это я? За моей спиной целая банда вооружённых головорезов!  Не дождавшись ответа, Рик грубо схватил меня за левое запястье и разорвал напополам кожаный браслет. Метка была всё там же. Где ещё ей быть? Не могла же она исчезнуть, как в фантастических фильмах, где с героями постоянно случаются приятные неожиданности.  Каждая мышца в теле была готова атаковать. Бежать не имеет смысла, только если спина не горит желанием словить пулю.  Смех на воротах - многочисленные гости прибывали.  Брать кого-то в заложники бессмысленно. Здесь всем плевать друг на друга.  Рик, с каменным выражением смотрел мне в лицо. Только правый глаз едва заметно подёргивался и зубочистка подпрыгивала между потрескавшимися натянутыми губами.  Роксана продолжала по-идиотски смеяться, хотя я больше чем уверена, что и она уже обследовала головореза напротив на наличие оружие. Если сработаем вместе, возможно...  - Можете идти. - Рик отпустил мою руку и, подняв с земли крутку, любезно протянул мне, кривясь ртом на один бок, от чего его иссохшее лицо напомнило морду шарпея. Сама удивляюсь, что всё ещё помню, как выглядели эти собаки. - Добро пожаловать, девушка из Феникса. Вам туда. - Он указал в сторону площади.  - Пошли, - Роксана толкнула меня в бок и когда мы оказались на приличном расстоянии от троицы из Скверны, нервно зашептала: - Этот Рик... чтоб его! Старый извращенец! Один из поклонников старых законов. Ну, тех, что были придуманы твоим папашей и навязаны всем и каждому. Для таких как Рик, я - пусто место! И таких как Рик полным полно! Тех, кто всё ещё считает, что место каждой женщины в борделе!  - Это хорошо.  - Чего хорошего?  - Хорошо, что таких полно. От них даже избавляться не придётся. Все от смеха передохнут, когда услышат моё заявление.  Музыка сотрясала морозный воздух ритмичным боем. Скорее, это была даже не музыка, а сплошное, приглушённое бум-бум-бум! Словно кто-то обложил динамики огромными подушками.  Оживлённый шум голосов был не свойственен городу, в котором всегда говорили полушёпотом. А смех - вообще дикое явление.  Полуразрушенные высотки, опасно накренённые в стороны. Крошка из кирпича и стекла под ногами, которой в Скале так много, что даже толстый слой снега не способен избавить от ощущения, что шагаешь по хрустящим костям. И множество людей в лохмотьях, с перепачканными лицами и клацающими от холода зубами, пришедшие на фестиваль, чтобы получить обещанный мешок еды и стать серым фоном для разукрашенных "павлинов" и их легкодоступных подружек, разодетых не менее броско.  - Я думала нам конец, - поделилась мыслью Роксана.  Я внимательно поглядела в её сдержанное лицо:  - Это и есть конец.  Девушка нахмурилась.  Я печально улыбнулась:  - У меченых из Феникса татуировки другого цвета.  БУМ-БУМ-БУМ. Звуки из колонок становились громче, одновременно с карканьем парящих в небе птиц, пытающихся их перекричать.  Роксана продолжала глазеть на меня:  - Тайлер рассказал?  - И это всё ещё вопрос?.. Дипломат твоего обожаемого Дакира выписал тебе смертный приговор, а до тебя это только дошло?!  И Тайлер, единственный в нашей группе недоумок, которого поставили в известность даже об укусе Чейза!  Что же ты задумал Дакир?.. Уверена, всё идёт именно так, как ты и планировал. И уверена, в твоём плане есть отдельный пунктик жертв, которые вскоре отдадут жизни во имя Нового, придуманного тобой, мира!  - Ничего хорошего не происходит, - подытожила Роксана, озираясь по сторонам. - Пошли. Нам туда.  Люди смотрели на нас как на прокажённых. Вслед летели проклятья и всякого рода мусор. Люди были против нас, в то время, когда мы были на их стороне.  - Почти на месте, - не без раздражения прошептала Роксана, рост которой стал отличным поводом для измываний долетающих в след.  Среди серого фона людей, группами по трое, бродили патрульные. Одни свистели нам, другие смотрели молча... и слишком долго. Первые не имели к Скверне никакого отношения, вторые точно знали, кто мы такие. Кто я такая... На их лицах не было похоти, а этот взгляд я хорошо знаю.  На шлюх так не смотрят.  За шлюхами не следят.  Я замерла.  Роксана тут же толкнула меня в бок, сверкая глазами:  - Быстро пошли!  - Мы выведем Скверну на них.  Нижняя губа Роксаны нервно задрожала, взгляд уставился куда-то поверх моей головы:  - Патруль.  - Знаю. Сзади тебя тоже.  - Улыбайся, - Роксана растянула губы. - Нам нужно получить оружие. Место встречи справа от тебя. Видишь магазин зоотоваров через дорогу?.. Окна забиты досками.  Я смотрела в другую сторону. Туда, где ещё трое патрульных не сводили с нас глаз, один из которых говорил по рации. Недоумки. Что это шифрование? Они даже не пытаются выглядеть беззаботными! Этому Леон учит своих головорезов? Что это за новый уровень идиотизма?  - Этого они и ждут, - произнесла я сквозь зубы. - Чтобы мы вывели их на твоих сообщников. И это значит, что из твоего рыжего друга они не вытянули ни слова.  Роксана сильно помрачнела, от чего её лицо с фальшивой улыбкой напомнило мне гримасу злого клоуна.  - Дакир не мог этого допустить.  - Именно это он и сделал. И Тайлер очень поспособствовал.  Роксана наконец перестала улыбаться. Смысл строить из себя дурочку пропал.  - Мы не можем вывести их на остальных.  Группа справа зашагала к нам.  - Патруль думает об этом же.  - Джей, они идут.  - Знаю.  Нас окружали. По трое с каждой из четырёх сторон. Двенадцать вооружённых головорезов Скверны на двух безоружных разукрашенных девиц, одна из которых вообще с трудом ногами передвигает.  - Роксана.   Я смотрела на неумолимо приближающийся патруль. Сердце в груди подпрыгивало до самого горла.  То, что я собиралась сделать - самое сумасшедшее решение из всех, что в последнее время рождались во моей голове. Даже не уверена, в том, что оно верное.  Я собиралась довериться Дакиру.  - Беги.  - Джей...  - Беги. Из города. Ты не нужна им, для тебя они пули не пожалеют.  Роксана не двигалась с места. Глядя на меня круглыми глазами.  - Беги! Сейчас! - воскликнула я и бросилась к площади. Как и ожидалось, патруль последовал за мной.

Глава  27

Толпа.  Вонь Скалы.  Запах грязи, пота, испражнений.  Люди стали этим запахом, стали одним целым с городом.  Я двигалась слишком быстро, чтобы кто-либо из толпы озверевших от голода бродяг, успел схватить меня. Расчищала себе путь руками. Безжалостно отталкивала в сторону, тех, кто пытался сцапать разукрашенную куклу банды и возможно забрать себе её тёплую куртку, а возможно разорвать на куски её тело.  Люди. Карканье. Вонь. Рёв из динамиков. Бум-бум-бум.  Рваные картинки перед глазами. Со зрением морозный ветер обходился совсем безжалостно. Мелкий снег бил в лицо. Воздух со свистом прорезал лёгкие и вылетал изо рта густыми облаками пара.  Вдох. Выдох. Размеренно, верно. Только контролируя каждый процесс в своём теле можно выжить. Можно спастись.  Я не оборачивалась - не могла позволить себе даже секунды потерянного времени. Итак, знала - они бегут за мной. Патрульные. Я слышала их крики. Слышала, как орёт разбегающаяся перед ними толпа. Оружия боятся все.  Но этот серый океан из вони и лохмотьев, был моим единственным шансом. Он должен был поглотить головорезов, утопить, затянув на дно. Только так я смогу скрыться.  Моё движение замедлилось. Чем ближе я подбиралась к сцене, тем гуще и свирепей становилась толпа. На дно тащили меня. Люди рычали не хуже тварей, тянули ко мне руки, раздирали одежду на куски. Не один клок волос был уже выдран с моей новой причёски.  Струйка солёной жидкости скатилась по губам - даже не заметила, как мне разбили нос. Удары и грязные острые ногти летели со всех сторон. Разве мир поделился на людей и тварей?! Серьёзно? Тогда на чьей стороне играю эти создания? Кто они такие?! Какого чёрта мир должен давать человечеству второй шанс, если они готовы рвать зубами себе подобных?  Это - не выживание. Одним моим телом толпа не наестся.  Это - жестокость, месть, азарт... Называйте, как хотите. Если из людей выбить человечность, останется пустая безликая оболочка. Останутся призраки. Чейз видел призрака в каждом из них. И он был прав. Не мир их таким сделал. Люди сами сделали себя такими.  У меня не было оружия. Всё что мне оставалось это махать кулаками в неразборчивых направлениях и продолжать пробивать пусть в сторону сцены. Надеюсь, она там.  Я должна выбраться из потока безумия, или в самые ближайшие минуты куски начнут отрывать от моей плоти.  Океан бушевал. Он избавил меня от преследователей, но продолжал топить в своей пене. Вынуждал задыхаться. Вынуждал остановиться.  Надо было попрощаться с Чейзом, когда была возможность, а не строить из себя двух наивных идиотов!  Сильный удар в спину и снег хрустнул под моими ладонями. Шанса подняться мне не дали. Толпа кричала проклятья в мой адрес, била ногами и втаптывала в землю. И мир поплыл, раскачивая меня на карусели смерти.  Я почти смирилась. Я была почти готова. Почти... Чейз стал моим "почти". Чейз заставлял меня бороться. Он верил. В нас.  Верил ли?..  Меня избивали ногами, заставляя обессиленное тело подпрыгивать на мёрзлой земле, как резиной мячик. Каждая попытка подняться заканчивалась одинаково: кто-то наваливался на меня всем телом, тащил за волосы, растягивал руки и ноги в стороны. Я слышала, как хрустели суставы в моих конечностях, как трещали кости в позвоночнике. Грязный дырявый ботинок полетел в лицо и в следующую секунду глаза залила кровь из разбитой брови.  Гул в ушах.  Рваное дыхание.  Ощущения полёта, которое закончится смертельным падением.  Лицо Чейза перед закрытыми глазами.  Меня подхватили под подмышки и одним рывком поставили на ноги. Занос в сторону, но кто-то предотвратил падение. Кто-то грубый и кто-то пахнущий ни чем не лучше, чем любой призрак из толпы.  Пелена перед глазами. Ничего не видно. Вспышки боли, как искры в сознании. Мир в голове перевернулся с ног на голову. Всё что я различала предельно ясно, так это металлический привкус крови во рту и вонь... Вонь этого города будет преследовать меня даже после смерти.  Кстати. О смерти. Это она меня куда-то тащит?  Кто-то тянул меня за собой, поддерживая за талию и практически волоча по снегу.  - Ты совсем тупая?! - орал высокий мужчина, чья голова троилась перед глазами. Моё левое запястье с меткой, было крепко сжато в его огромной руке. - Где твои шлюшьи мозги?! Зона для меченых рядом с зоной для гостей! Какого чёрта полезла к второсортным?!  Татуировки на блестящей лысине. Винтовка на плече. Нож за поясом. Здоровяк из банды Синеголовых. И кажется, он не знает, кто я.  Надо же, никогда бы не подумала, что однажды наступит день, когда я буду благодарна кому-то из этих уродов.  Лысый окинул меня беглым взглядом:  - Ну тебя и потрепали. Или найди себе другой прикид киска, или на тебя вообще спроса не будет! Даже обычные шлюхи сегодня выглядят лучше, чем ты!  Он толкнул меня в зону у сцены ограждённую широкой красной лентой, вдоль которой тянулся ряд из вооружённых Синеголовых, подмигнул мне, и широкая спина лысого спасителя скрылась в обратном направлении.  Знал бы он, кому только что жизнь спас...  Я оказалась в зоне для шлюх. Допотопная сцена с выкрашенной в чёрный стойкой, была совсем близко. Ритмичный бой барабанов вылетающий со всех колонок болезненно сотрясал перепонки и мозги, которые ещё недавно были практически отбиты.  Одежда разодрана. От куртки остались одни лохмотья, благодаря которым теперь обнажена половина моего тела. Глаза слипаются из-за намокшей косметики. Лицо в крови. Тело ломит и саднит, будто меня скинули с крыши высотки и настрого запретили умирать. Кисти рук дрожат. В голове полный хаос. И куча разукрашенных женских лиц пялится на меня, как на нечто заразное. Вокруг даже кружок пустого места образовался.  Плевать на них.  Мне нужна минута.  Закрыть глаза. Позволить дыханию выровняться. Боль - ничто. Боль делает сильнее.  Ещё не конец, Джей. Ещё нет. Это только начало.  Игнорируя летящие в спину вопросы меченых и их беспородистых приятельниц, я умыла лицо снегом, стараясь избавиться от крови, и игнорируя каждую косточку в теле вопящую от боли. На поплывшее от косметики лицо мне было плевать.  Я не могла не думать об открытых воротах и подевавшихся куда-то тварях. Поэтому если сегодняшний праздник затянется благодаря внезапно нагрянувшим гостям с зелёными лицами, лучше избавиться от крови заранее.  А теперь мне надо добраться до места встречи с Чейзом. Уверена - у тех троих тоже всё пошло не по плану и три огромных парня в лохмотьях были тут же объявлены в немедленный розыск. Даже если Тайлер и не знал, каким способом мы все собираемся попасть в город, то уж точно дал Леону описание каждого. А описание одного из них так и вообще можно было пропустить. Теперь каждый головорез Скверны знает, что Койот вернулся в город.  Хорошо, что Чейз придумал запасной план.  Хорошо, что я с ним согласилась.  Не знаю, есть ли у нас ещё какие-то шансы выбраться из всего этого дерьма живыми, но если мы ещё встретимся, теперь я не забуду попрощаться.  И я бежала. Не смотря на боль, не смотря на головокружение, на многозначительные взгляды "второсортных", волокущих свои ноги на фестиваль, чтобы получить заветный мешочек...  Прочь от площади. В часть города, которая по всем правилам должна сейчас пустовать. В часть города, где Чейз должен ждать меня. К ряду заброшенных гаражей, в одном из которых находится маленький склад одного очень хитрого торговца.  Никто не тянул за язык Бетховена, когда он на прощание предложил свою помощь.  Уверена, он понятия не имел, что она понадобится мне так скоро.

Глава 28

Бегство - это не свобода. Бегство - движение взаперти; в маленькой клетке, которой стала для меня Скала. Бегством не спасти свою жизнь - клетка однажды захлопнется и выпустит свои шипы, но всё что мне сейчас остаётся, это испытывать время на прочность, проверяя, сколько ещё оно позволит с собой играть.  Судьба как обычно не оставила выбора. Хотя нет... выбор был: умри сейчас, или оттяни момент. И не слишком-то я самоотверженная раз выбрала второй вариант. Раньше думала смерть - это освобождение. Но не теперь - когда есть за что цепляться в этом бренном мире.  И я бежала. Скрываясь от патруля. Виляя с одного тёмного проулка в другой. Прячась за пожранными коррозией машинами с продавленными крышами и выбитыми стёклами. Смахивая кровь из носа и рассеченной брови разодранным до дыр рукавом куртки, что не никак не помогало остановить кровотечение...  Каждый шаг отзывался острой болью, которой я не могла дать точной локализации - болело везде. Сомневаюсь, что после того как озверевшие бродяги, едва ли не выпустили мне кишки, всё в организме осталось в прежнем виде и на прежнем месте. Адреналин вновь стал моим спасителем. Если бы не он, уверена, сразу бы обнаружилось, что пара-тройка рёбер теперь не сильно-то отличаются от рёбер Беря.  Грудная клетка нещадно болела, но когда болит всё тело, концентрировать внимание на чём-то одном просто бессмысленное занятие.  Как и ожидалось, в восточной части города было не так оживлённо. Район Семи роз контролируют Синеголовые, здесь же находится бар Дориана и здесь же - склад Бетховена. По количеству населения и нищеты этот участок Скалы также на вершине хит-парада, так что не сложно было догадаться куда двинутся все его обитатели - еда, одежда, музыка... Прям Рождество какое-то!  Вонь в заброшенном подземном паркинге предупредительным сигналом отозвалась в слабом желудке. Но я не могла пойти по поверхности. До тех пор, пока не переоденусь и не раздобуду хоть какое-то оружие нужно держаться в тени. Уверена, сейчас вся Скверна поднята на уши в поисках женщины кошки и её сообщников. А мой новый потрёпанный видок привлечёт только больше фанатов.  Я застыла, тяжело дыша и вглядываясь в непроглядную тьму, сквозь которую мне предстояло пройти, чтобы добраться до противоположного выхода. Именно там, в той стороне, на поверхности находятся несколько помятых временем гаражей, один из которых принадлежит Бетховену. Возле которого должен ждать меня Чейз. И я совсем не уверена, что это хорошая идея... Койота разыскивают не меньше меня, стоит объединиться и шансы на нашу поимку автоматически увеличатся в несколько раз.  Горы мусора: металлолом, кирпичи, тряпьё, пластик... разложения. Если не человеческие, то крысиные, наверняка. Завывание ветра со всех щелей. Сквозняк сотрясал тело крупной дрожью. Холод, как в морозильной камере. Или в морге...  Летом здесь живут люди. Зимой здесь обитают только самоубийцы.  Кусок арматуры в правую руку и я зашагала дальше. Во тьму. Несколько раз поскользнулась. Надеюсь, это всё же крысиные кишки. Металлическую палку приходилось держать перед собой на вытянутой руке и время от времени махать ей из стороны в сторону. Представьте себе, что значит закрыть глаза в и без того тёмной комнате. Сейчас я видела тоже самое.  Я была здесь раньше. Точнее единожды. Это случилось в день, когда меня впервые укусила тварь, и я не могла открыто передвигаться по улицам. Тогда здесь было оживленно, и горели мусорные баки. Никому из перепуганных нападением бродяг и дела не было до того, кто внешне от них мало чем отличался. Но сейчас...  Что-то звонко ударилось о бетонный пол. Справа. Я замерла, как вкопанная, направив арматуру в нужную сторону. Дыхание застыло на полувдохе. Глаза широко распахнуты, как будто из них сейчас вырвутся два луча света и обнаружат источник шума.   Шаги. Медленные, приглушённые. Кто-то ступал очень осторожно, только происходило это не в моём направлении. Скорее всего, этот кто-то движется к тому же выходу, что и я.   Спокойно. Пусть уходит. Я не спешу. Запаса воздуха ещё хватит на какое-то время, прежде чем я вдохну полной грудью, или задохнусь.   И снова тихо. Чёрт. Мне это совсем не нравится.   Со звонким металлическим звуком что-то покатилось по полу и врезалось в ноги. Пустая жестяная банка превратилась в лепёшку под тяжестью моего ботинка.   Вдох.   - Я не играю в игры для дебилов! - воскликнула я в темноту. - У меня оружие и если не хочешь башки лишиться, считаю до трёх и слышу твои отдаляющиеся шаги. И шансы увеличатся, если ты сделаешь это бегом!   Собственное эхо и тишина... Это плохо. Обычный бродяга при упоминании об оружие уже бы мчался отсюда со всех ног. Только если там не толпа бродяг. А я только что дала понять, что корме оружия больше никто не составляет мне компанию.   И я побежала. Врезаясь всем телом в груды мусора, подсказываясь и с трудом удерживая равновесие. Лёгкие горели огнём. Каждая косточка в избитом теле отзывалась острой болью. Топот ног за спиной был лучшим стимулом бежать и не останавливаться. В голове завывала сирена, по вискам лупили отбойные молотки, так что у меня совсем не было возможности определить количество преследователей. Все силы уходили на контролирование собственных ног - очередное подскальзывание могло закончиться плачевными последствиями.   Яркий свет с улицы ударил в глаза, вынудив сощуриться. Выбравшись на поверхность, я позволила себе обернуться. Никого. Никто не преследовал меня.  Сейчас нельзя останавливаться. И я бежала дальше.  Может там и не было никого?.. Может у меня с головой не в порядке, и никто не посылал жестяную банку к моим ногами?..  Кажется, я схожу с ума...   Прильнув спиной к разрушенному зданию одноэтажного строительного магазина, я сползла на снег. Резервы моего организма растрачивались быстрее, чем я это предвидела. А предвидела я самые сложные ситуации.   Тридцать секунд на то, чтобы отдышаться. Тридцать секунд, чтобы собрать остатки сил в одном месте, в центре управления - в голове. Я могу управлять своим телом, могу использовать боль во благо. Как источник энергии, как рычаг включающий комбо-режим. Я могу это. Я умею это.   У меня не было тридцати секунд.   Патруль из шести головорезов быстрым шагом двигался по соседней улице. У меня даже не осталось времени, чтобы рассмотреть к какой банде они принадлежат. Сейчас никто не упустит из виду избитую полуобнажённую девушку с меткой на руке. Пришлось дальше растрачивать резервы организма и сломя голову мчаться в противоположную от патруля сторону, молясь, чтобы они не успели меня заметить.   Склад Бетховена удалось отыскать далеко не с первой попытки. Несколько раз пришлось останавливаться и хорошенько рыться в памяти, восстанавливая картинки двухмесячной давности. И было довольно сложно это сделать, учитывая, что совсем недавно в голову прилетел чей-то грязный ботинок и ощущение реальности заметно притупилось. Салют в голове - не лучшее из ощущений.   Амбарный замок на покрытой ржавчиной двери, был верным сигналом к тому, что в этом перекошенном гараже скрывают нечто ценное. Например, кучу барахла на продажу. Можно попробовать выломать его арматурой, до тех пор пока патруль не свернул на эту улицу. Уверена, у меня бы быстро получилось это сделать, если б только не ледяное дуло пистолета уткнувшегося мне в затылок.

Глава 29

- Так-так... Кто это у нас тут попался? - Мужской ехидный голосок, сопровождающийся приглушённым лающим смехом. - Что за наряд, малышка? С тебя-то и поиметь нечего... одни лохмотья. Придётся поиметь тебя.   Я подняла руки ладонями вверх.   Дуло пистолета сильнее вдавилось мне в голову.   - Очень сомневаюсь в этом, приятель. Смотри, чтобы игрушка, которую я тебе подарила, не оказалась в твоей заднице, пока будешь пытаться.   Бетховен опустил пистолет, и я повернулась к нему лицом, выдавливая из себя слабую улыбку.   И без того огромные глаза торговца напоминали два идеально круглых зелёных озера. Зрачки, как заведённые бегали из стороны в сторону. Лоб настолько сильно прорезали морщины, что это накидывало ему лет десять. Ну и конечно - неизменный залатанный плащ, под которым наверняка припрятана куча товара для продажи на фестивале.   - Вдох, - посоветовала я, и грудь Бетховена резко поднялась.   - Мать моя святая была женщина... - слабым голоском протянул он и принялся креститься. - Я сдох и не заметил?.. Это ворота ада? Ты пришла меня встретить?   - Это ворота твоего склада. А в ад тебя проведёт патруль, если мы не уберёмся с улицы.   Бетховен не двигался с места, его лицо приобретало серый оттенок. Он вполне бы сошёл за мертвеца, если бы вдруг решил таким прикинуться.   - К-как... как... ты ведь трупом должна быть... Где ты... Как ты... Да чтоб я сдох!!! Кто ты, мать твою, такая?!   Острая боль пронзила область грудной клетки, и я с трудом удержала себя от позыва согнуться пополам. Уверена, с лица страданий стереть не получилось.   - Слушай, я бы с радостью продолжила наш разговор на свежем воздухе. Полезно для здоровья и всё такое... Но угадай, кого в данный момент разыскивает вся Скверна?..   - Что?! Что-что?! Чёрт... Чёрт! Чёрт! - Бетховен засуетился.  - Может, пригласишь меня уже войти?  Амбарный замок с лязгом открылся. В нос ударил затхлый запах старья. Вслед за торговцем я вскочила внутрь, напоследок, краем глаза заметив, как за углом соседнего гаража скрылась чья-то тёмная фигура.  Опять галлюцинации? Обычный бродяга? Патруль? Или за мной кто-то следит?  Не очень аккуратно переступив через кучу хлама... простите - товара, на полу, я сползла вниз по ледяной стене гаража. И даже не знаю что меня сейчас больше беспокоило: травмы полученные на площади, то что я до чёртиков замёрзла, или отсутствие Чейза...  В тесном помещении царил полумрак. Бетховен включил фонарик и направил луч мне в лицо.  Он был недоволен и зол. В принципе, на восторженный приём я и не рассчитывала.  - Чего припёрлась?! - заскрежетал он сквозь стиснутые зубы.  Я упёрлась затылком в стену, концертируя всё внимание на самом главном - не отключиться. Потёрла закоченевшие руки, разгоняя кровь и медленно выдохнула, выпустив изо рта густое облако пара.  - Фонарик убери.  Бетховен направил луч света в потолок; тонкие ниточки паутины разбросали по стенам мрачные тени. Надеюсь, здесь хотя бы крыс нет.  - Чего тебе?! - не скрывая возмущения, повторил Бетховен; пистолет всё ещё находился в крепко сжатой руке.  Я перевела взгляд на его призрачно-белое лицо:  - Ты ведь сам меня приглашал.  - Не помню такого!  - Думал, сдохну?  - Был уверен!  Я мрачно усмехнулась, что тут же отозвалось болью в рёбрах:  - Мне нужна одежда и оружие.  - Выход там! - повысил голос Бетховен, указав дулом пистолета на дверь, сквозь щели которой пробивался яркий свет с улицы.  Я запустила руку во внутренний карман крутки и вытащила оттуда целёхонький Rolex. Неспроста эти часы стоили огромных денег, раз на стекле и трещинки не осталось, после того как на мне потопталось стадо неандертальцев.  - Оплата. - Я протянула часы торговцу.  Тот нерешительно приблизившись, направил луч света на реликвию Нового мира.  - Рабочие? - Голосом успешного предпринимателя, поинтересовался Бетховен, скептически вздёрнув правую бровь.  - Проверь.  С часами он возился минимум пять минут и за это короткое время, его настроение успело подскочить до небес и повиснуть на разноцветной радуге счастья.  - Чёрт! Да ты просто нечто!  - Теперь ты рад мне?  - Ох, девочка, ты не представляешь как!  - Тёплая одежда и оружие.  Я скривилась от боли, с силой закусив нижнюю губу, чтобы не застонать. Зря я позволила телу расслабиться, даже подняться на ноги теперь станет существенной проблемой.  - Нехило тебя приложили, да? - Луч фонарика снова слепил глаза.  Я запустила в Бетховена первым, что попалось под руку. Кажется, это был кроссовок.  - Эй, в гостях себя так не ведут! - заворчал он и принялся рыться в коробках в дальнем углу склада.  Тёмные брюки, выцветшая на солнце толстовка мышиного цвета, тонкая спортивная куртка и высокие ботинки военного образца.  - Ботинки стоят как три таких Rolexa, - прокомментировал торговец, взглядом престарелого любовника таращась на часы на своём запястье.  - Могу предложить поцеловать меня в зад.  - Эй, а я ведь могу и согласиться!  Я пригвоздила его взглядом, от чего лицо торговца вновь заплыло недовольством. Огромные глаза на бледном лице сверкали в нетерпении: "Передавайся и проваливай уже"!  - Слушай, - он сделал шаг в мою сторону, - мне плевать, кто ты, к чёртову дьяволу такая, что от тебя нужно Скверне, зачем тебе понадобилось возвращаться после того как из-за тебя перевернули весь город и какого такого хрена ты вообще до сих пор дышишь. Я даже убью в себе любопытство поинтересоваться, где теперь покоится байк, из-за которого я и сам чуть не сдох! Но послушай, девочка, как там тебя?.. Я даже не помню твоего имени! Мне проблемы не нужны, я ещё жить хочу! У меня может сегодня самый успешный день по всем прогнозам нарисовался! Видела сколько уродцев понаехало?.. Сегодня праздник для моей мини-лавочки, так что давай, переодевай своё барахлишко и вали отсюда, пока твои дружочки из Скверны не перевернули и мой склад к чертям собачьим!  Я терпеливо выдержала паузу. Не люблю длинные и, особенно, бессмысленные речи. Стоит мне захотеть, и даже пистолет в руке Бетховена не помешает обмотать его шею вон тем проводом от клавиатуры и получить оружие без лишних разговоров, да ещё и часы вернуть обратно. Почти уверена - Чейз бы так и поступил, когда на кону стоит так много... Но не я.  Слишком сильно я позволила оттаять своему сердцу.  - Не хочешь вернуть пистолет обратно? - Я пристально вгляделась в лицо торговца, максимально давая понять, что лучше бы ему согласиться добровольно.  Тот издал нервный смешок, переминаясь с ноги на ногу, как нетрепливый подросток, получивший карманные деньги, а все супермаркеты ещё закрыты. Взгляд блуждал из одного угла в другой, словно он одной силой мысли способен проделать в стене дыру, способную засосать меня как в трубу пылесоса.  Ответить он не успел. Снаружи раздались шаги. Я подпрыгнула с пола, выронив одежду, и через долю секунды оказалась рядом с Бетховеном. Рядом с пистолетом.  - Тихо, - одними губами произнесла я, отвечая на панический взгляд торговца. - Дай мне пистолет.  Тот рьяно замотал головой.  Чёрт. Вот идиот. Я бы с радостью забрала оружие сама, если бы это не произвело кучу ненужного шума.  Дрожащими руками Бетховен направил дуло в сторону двери. В тот же миг по её металлической поверхности раздался тихий стук.  Сердце трижды подпрыгнуло в груди. Это может быть Чейз!  Это может быть патруль. Это могут быть клиенты Бетховена. Это может быть тот, кто следил за мной, если конечно он не плод моего пошатнувшегося воображения.  В дверь снова постучали. Скрип ботинок по снегу: посетитель топтался на месте. Чейз не идиот, он бы не позволил себе лишнего шума.  - К тебе никто не должен прийти? - едва слышно прошептала я.  Помедлив, Бетховен лишь пожал плечами.  - Иди проверь. - Я толкнула его в спину.  - С башкой не дружишь?!  Ещё один стук.  Это какой-то бред. Патруль не стал бы церемониться. Чейз не стал бы шуметь.  Это клиенты Бетховена, или...  Тихое шипение в дверную щель:  - Эй, цыпа, ты там?..

Глава 30

У Брея был автомат. Автоматы - есть только у Скверны.  На Брее был шикарный костюм цвета хаки: дутая куртка и плотные штаны заправленные в высокие ботинки. Лучшая одежда - одежда Скверны.  Бетховен закрыл за ним дверь на засов и отскочил самый дальний угол гаража, при этом выглядя так, словно его штаны заметно потяжелели. Перед нами стоял самый настоящий головорез Скверны! Даже выражение дебила на лице было к месту!  Брей лыбился во весь рот, словно только что стал обладателем миллиона долларов. И плевать, что в Новом мире деньги давно уже использовали вместо туалетной бумаги, Брей был бы нескончаемо рад годовому запасу средства личной гигиены.  Мне хотелось врезать по его физиономии, чтобы наконец выбить дурь!  Ладно! Меня просто дико нервировало, что какого-то чёрта вместо Чейза в условленное место явился этот недоумок! Да ещё в экипировке Скверны!  - Где Чейз?! - Я больше не могла бороться с болезненным потоком мыслей в голове. И мне нужно было срочно спрятать куда-то дрожащие руки: лучшее, что смогла придумать, это обнять себя ими. Как же по девчачьи.  - Расслабься цыпа, что с лицом? - Брей закинул автомат на плечо и взгромоздил свою тушу на один из картонных ящиков. Я всё ждала, когда он под ним провалиться, но ничего не происходило. - Кто тебя так? Я твои сиськи вижу.  Это Брей. Это Брей. Я сама дала ему разрешение тренировать мозг таким образом. Возможно его развитие всё ещё не встало на месте.  - Где Чейз?! - Мне хотелось кричать, хотелось заставить немедленно отвечать на вопросы, прежде чем воображение успеет нарисовать в голове самые неблагоприятные для Чейза прогнозы.  Наконец эта рожа перестала скалиться:  - Всё нормально с психом. Где Рокс?  Где Рокс?.. Понятия не имею жива ли она!  - Не знаю, - честно ответила я, переступая с ноги на ногу...  Тело отзывалось на это болью.  Боль притупляет ярость.   Было невыносимо слушать давящую тишину, нарушаемую лишь судорожным дыханием Бетховена, который набрался смелости и подобрался ближе, развесив уши.   - Рокс? Я знаю Рокс... - произнёс он, скребя пальцами густую щетину. - Роксана? Она часто покупала у меня всякие женские штучки. Шикарная я вам скажу женщина.   Лицо Брея перекосило так, будто он унюхал нечто тошнотворное. Что было вполне реальным, потому что Бетховен находился ближе к нему, чем ко мне. И вопрос о тяжести его штанов, всё ещё был открытым.   - Цыпа? Это кто? Твой новый приятель? - Верхняя губа Брея брезгливо оттопырилась. - На старпёров потянуло?   - Он торговец. Просто забей!   Не обращая внимание на присвистывание Брея, я сбросила с себя разодранную куртку, подхватила с пола одежду и натянула прямо поверх оставшихся лохмотьев. Ботинки швырнула обратно Бетховену - мои итак были в приличном состоянии. Не вижу смысла менять их.   - Давай пистолет.   Торговец спрятал оружие за спину. Мне надоели эти игры и я почти что бросилась на него с кулаками, как Брей протянул мне другой ствол:   - Держи цыпа, псих передал.   Ледяная сталь обожгла ладонь, разгоняя кровь по венам, натягивая тугие струны терпения, готовые вот-вот лопнуть. Близилось самое настоящее извержение вулкана. Вулкана моей ярости!   - Где он? Брей, чёрт возьми, где он?! Если ты сейчас же всё не выложишь, клянусь, твоя задница больше никогда не поднимется с этой коробки!!!   Удивительно, но лицо Брея способно выглядеть серьёзно. Он запустил пятерню в грязные волосы, наведя в них абсолютный хаос, и мрачно заглянул мне в лицо:   - Кранты нас всем, да, цыпа?   Струны продолжали натягиваться.  Я сглотнула, отведя взгляд в сторону, но упёрлась им в лицо Бетховена. Этот выглядел заинтересовано оказавшись в самом центре тщательно спланированной и провалившейся ко всем святым чертям операции.   - Якоб сдал вышку, - сухо произнёс Брей, пялясь тупым взглядом на входную дверь. - Лестницу нам спустила реальная Скверна. Никого из наших там не было. Сдохли они... так же как и рыжий, перед тем как заложить нас. - Брей взглянул на меня из-под тяжёлых бровей. - Кранты нам.   - Откуда знаешь? - Мой напряжённый голос заставлял каждую букву в слове подпрыгивать.   Брей дёрнул плечами, ссутулившись ещё больше:   - Да... ублюдки эти перекинулись парочкой фраз о том, какие мы все никчёмные отморозки, что сунулись в Скалу. И каким ещё большим отморозком был Якоб, когда сам себя отправил на тот свет.   - Почему они тогда сразу вас не убили?   Брей отрывисто рассмеялся:   - Потому что кто-то из нас троих какого то хрена понадобился их вонючему лидеру. И этот кто-то... не я, и не Кристоф!   - Тогда почему ты до сих пор жив?!   Глаза Брея резко сузились:   - Потому что с твоим красавчиком произошла какая то дрянь! И только не говори мне, цыпа, что ты не в курсе, мать твою! Мою башку почти прострелили, когда псих отправил меня в полёт и одновременно с этим скрутил шеи троим ублюдкам! Секунда нахрен и все сдохли! А я жив! Прикинь, цыпа?! Что это за долбаный Супермен?! Как такое ко всем чертям возможно?!   Возможно... с некоторых пор.   Я тяжело вздохнула:   - Значит, Тайлер не знал, как мы должны будем попасть в город.   Брей издал громкий хрюкающий звук и сузил глаза ещё больше:   - Эй, я тут только что речь толкнул, а это всё, что до тебя дошло? Псих - Супермен... или Флэш! Кто там был самый крутой?.. Или вообще чёртов дьявол! Или его праправнук! Слышишь вообще?!   Я его не слышала, и по большей части говорила сама с собой:   - Тайлер знал только то, что было важно для Дакира - информация имела конкретные рамки.   Брей решил оставить тему супергероев.   - Считаешь, Якоб знал, что калека сдаст нас и заранее припас пулю, чтобы размозжить себе башку?! - Он усмехнулся. - Нет, цыпа, я знал этого чувака и от депрессий он не страдал!   Я круто развернулась к Брею:   - Якоб не знал! Он слепо верил, как последний идиот! И стал лишь маленькой жертвой Дакира! Не принимай близко к сердцу! Ты, Роксана... такое же пушечное мясо для отвода глаз.   Приняв выражение озадаченного идиота лицо Брея застыло.   Я продолжала строить логическую цепочку, бродя из стороны в сторону, обступая хлам. Игнорируя боль.  - Якоб должен был убить себя раньше, чем успел заложить вас. Уверена, это была его личная инициатива. Хотел переключить внимание Скверны на вас троих, чтобы мы с Роксаной спокойно попали в город.   - Как-то криво всё получается, - фыркнул Брей и скептически уставился на Бетховена. - Этому можно доверять?   - Убьёшь его перед уходом.   Торговец от неожиданности пошатнулся, запутался в ногах и плашмя полетел на спину.   Брей рассмеялся своим патентованным смехом законченного придурка.   Мне больше не с кем было этого обсуждать, а утопать в собственных мыслях я больше не могла:   - Всё получается так, как этого хотел Дакир...   - Цыпа...   - Просто заткнись, Брей! - Я уставилась себе под ноги, лихорадочно соображая. - Тайлер дипломат... Дипломат... Знает всё обо всех, готов заложить нас всех. Что он и сделал. В нужное время.   Дальнейшие мысли я просто прокрутила в голове: заложить день, когда мы попадём в город. Заложить цель нашей миссии, мою цель - Леона. Моя кровь... Тайлер знал об иммунитете к вирусу, значит, и Леон теперь знает. Тайлер знал, про укус Чейза, знал, в кого, или во что тот превратился... Леон тоже это знает... Я дочь Завира. Койот - один из лучших рабов бойцовского клуба. Модернизированный, улучшенный боец... Дакир знал, что Леон на это клюнет?..   Ох ты чёрт!   - Цыпа зависла?   Я подняла на Брея широко распахнутые глаза:   - Это страховка!   Лицо Брея, как горячий пластилин, поплыло в разные стороны от недоумения:   - Чего?..   Я сама себе рассмеялась! Дьявол! Как же всё просто!  Просто до безумия!!!   - Эй, с катушек съехала?   - Это страховка! Для меня! - воскликнула я, продолжая безумно улыбаться. - Понимаешь?! Страховка Дакира! Он хотел, чтобы Тайлер сдал нас! С самого начала, план был рассчитан на то, чтобы Сиропчик нас сдал! Чтобы доложил Леону всё до последней мелочи! Ох, чёрт! - Мне хотелось рвать на себе волосы. Руки дрожали. С ума сойти! Всё лежало на поверхности, а я пыталась рыть на глубине! - Как только мы с Роксаной ступили за ворота, все и каждый из Скверны уже знали, кто мы такие и зачем пришли! Они видели мою метку... и пропустили дальше.   - Цыпа, хватит... мне сейчас реально страшно...   Но я не могла успокоиться - давилась тихими безумными смешками, в миллионный раз проклиная Дакира и невольно восхищаясь им. Этот сукин сын в очередной раз доказал, что мозг каждого из нас ничто по сравнению с его усовершенствованными нано-извилинами!   - Скверна видела мою метку! - повторила я, не зная зачем: Брей всё равно ничего не понимал. Мне просто было нужно повторить это ещё раз. Озвучить. Для самой себя:   - Они должны были убедиться, что Тайлер не лгал и послали на ворота человека, который сотни раз видел меня в бойцовских ямах. Этот Рик... он узнал меня... Чёрт! После чего мы попали под наблюдение. Патруль ждал, пока мы не выведем их в условленное место на людей Дакира. И уже после этого, в целости и сохранности, меня бы доставили прямиком на ковёр к человеку, которого я должна была убить... Это страховка организованная Дакиром для меня!   - Цыпа... кажется я тупой.   - Я тоже, - вставил Бетховен.   Я пристально вгляделась в лицо Брея. Так и быть, повторю ещё раз, специально для его мозга:   - Зачем искать способ добраться до Леона, рискуя при этом быть убитой просто потому что меня сочтут за обычную шлюху слетевшую с катушек, если есть безопасный способ?.. Если сама Скверна может позаботиться о том, чтобы меня экспрессом доставили к человеку, который благодаря Тайлеру заинтересован в такой, как я... - В свойствах моей крови. - К человеку, который окажется от меня в шаговой доступности. А план Дакира обретёт все шансы завершиться успехом!   Я слышала, как шевелятся извилины Брея - он старался изо всех сил. И надо сказать, хорошо старался, потому что следующая его мысль, даже в моей голове ещё не успела родиться.   - Ты знаешь, цыпа, а ведь такое реально возможно... - медленно протянул он, потирая указательным пальцем висок: "Мысли - боль". - Я сам слышал, что от Леона мало кто тащится...   - Да-да, половина Скверны его терпеть не может, - проскрежетал из своего угла Бетховен и дёрнул плечами. - Слушок ходил.   Я нахмурилась, замерев в шаге от Брея:   - И ты хочешь сказать...   - Да, цыпа: кто-то за него... кто-то за тебя.  Брей не мог сам до этого додуматься! Чтоб я сдохла, если это он сам сообразил!   - Кто тебе об этом сказал?   - Псих что-то упомянул, когда снимал с ублюдков шмотки, - Брей похлопал руками по пухлой куртке. - Я, конечно, не совсем понял, что ты тут только что мне втирала, но если калека донёс на нас из расчёта Дакира, значит, так реально было безопасней.   Безопасней для меня. И возможно для Чейза... Значит, Дакир не планировал его убивать. Чейз всё ещё нужен ему.   И Чейз догадался раньше меня. Про Тайлера... Про Скверну... Если только изначально не был в курсе истинного плана Дакира...   Новая безумная мысль ударила по голове: а что если... что если Рик отпустил меня совсем по другой причине?.. Что если даже в Скверне сейчас планируется бунт?..   И что самое главное: как Дакир мог просчитать всё это?! Кажется, наш лидер Креста знает о Скале гораздо больше, чем кто-либо... Гораздо больше, чем знаю я. Это был блеф - ему совсем ни к чему сведенья, что я могла предоставить. Всё, что ему было нужно происходит прямо сейчас!   Чёртов игрок! Да на его стороне сам дьявол!   Дакир знает всё и обо всех!   Дакир даже сумел просчитать все последующие шаги Леона... Кто, чёрт возьми, этот мужик?! Он точно человек?!   Кровь. Моя кровь - моя страховка. Новое сверхсостояние Чейза - его страховка. Итак ясно, что Леон болен на всю голову, а как известно, душевнобольные, как он, не остаются равнодушными в игрушкам, что ярче всех блестят на солнце и, тем более, если подвернулся шанс рассмотреть их поближе.   Кажется, я выгляжу законченной психопаткой, потому как Брей медленно и аккуратно снял с плеча автомат и водрузил себе на колени, глядя на меня с нелепой серьёзностью.   - Где Чейз? - На этот вопрос я всё ещё не получила ответа.   - Псих в порядке.   Я крепче сжала ствол в руке, совершенно не желая направлять его в пустую голову Брея.   - Я спросила: где он?!   Бетховен, переползающий с места на место, забрался за самые дальние коробки.   Брей жевал язык... или щёку - его челюсть плавно двигалась из стороны в сторону, напоминая морду травоядного. Брови хмурились. Он подмигнул мне, скривившись в ухмылке на один бок, и в следующую секунду мне в живот уставилось дуло автомата. Одновременно с этим в воздух взлетела моя рука с пистолетом.   - Брось, цыпа, в нём нет патронов, - ухмылялся Брей.   И это не блеф. Если бы в стволе имелся хоть один патрон, Брей не отдал бы его мне. Оружие было средством отвлечь меня от его главной задачи.   Я опустила руку, на всякий случай, проверив магазин - пусто.   - Спокойствие. - Брей кивнул автоматом, давая понять, чтобы я отошла к дальней стене. - Ципа, будь хорошей девочкой, слушайся дядю Брея и он не сделает тебе бо-бо.   - Ты что творишь?! - прорычала я, не двигаясь с места.  - Ничего. - Тот пожал плечами. - Выполняю приказ психа.

Глава 31

Всё, что произошло дальше, можно уложить в три секунды времени.  Я рванула к Бетховену, заломила ему руку за спину - наверняка выбив сустав, - одновременно с этим выхватила заряженный пистолет и направила в Брея. Я ещё видела, как тот пытался поднять свою тушу с коробки, но в этот раз конструкция не выдержала: прогнулась под его весом, оставив на поверхности лишь две длинные ноги.   Оттолкнув осыпающего меня проклятьями торговца в сторону, я бросилась всем телом на коробку из которой у Брея никак не получалось выбраться и повалила её на бок. Свободной рукой вцепилась в дуло автомата, а второй, уткнула пистолет Брею в живот.   - Замри, или будешь сбирать по полу свои кишки.   - ЭЙ-ЭЙ-ЭЙ!!! - орал Брей. - Цыпа, лечись, мать твою! Я на твоей стороне, убери пушку!   Мой ствол сильнее вдавился ему в живот.   - Псих сказал так сделать!!! - ревел Брей так, что его наверняка было слышно в соседнем районе.   Я велела ему говорить тише.   - Свали нахрен с моих рёбер, - задыхаясь, простонал он. - Сколько ты весишь?   - Отпусти оружие.   - Да на, подавись!   Автомат оказался на моём плече. Я отошла к стене, направляя пистолет Бетховена в грудь Брея. Торговец, постанывая, валялся на полу, поливая меня не менее отборным матом, чем Брей. Тот кое-как выбрался из коробки и обхватил себя огромными ручищами.   Мои рёбра болели не меньше.   Болело всё тело, но физическая боль ничто по сравнению с тем, как болело сердце.   - Что Чейз тебе приказал? - Я заставила голос не дрожать и крепко стиснула зубы, ожидая услышать худшее.   - Сказал не выпускать тебя отсюда! - рявкнул Брей, кривясь от боли. - Как же вы оба меня затрахали...   - Где он?!! - взревела я, тяжело дыша.   Не без труда, Брей выпрямился и прильнул спиной к стене, прищурив от боли один глаз.   - Сука, ты мне руку сломала! - стонал Бетховен, возвращаясь в дальний угол склада.   До меня не сразу дошло, что он сказал. До меня не сразу дошло, что это вообще сказал торговец... Мысли путались, грудь высоко вздымалась от резкого тяжёлого дыхания. Капельки пота сбегали по вискам, скользили по шее и прятались под воротом выцветшей толстовки.   Всё происходило медленно... в моём затуманенном сознании. Земля уплывала из-под ног, все, что удавалось слышать это бешеный стук сердца и собственное дыхание, которое было готово вот-вот оборваться.   Приглушённый голос Брея доносился будто из-под воды:   - Чейз вырубил ублюдков, забрал их шмотки и оружие. Мне отдал М4 и объяснил, как сюда добраться. Я все пальцы к чёрту отморозил пока простукивал эти грёбаные гаражи! У психа совсем крыша поехала! Он сказал, что Скале конец! Не знаю в каком из своих долбанных комаров ему это приснилось, но выглядел он серьёзно, отвечаю! Я должен был не выпускать тебя отсюда, пока всё не закончится. Захлопни рот, цыпа - я не знаю, что он имел в виду! Думал, ты мне это объяснишь! Всё что должен был делать я, так это держать тебя на мушке, чтобы твоя мелкая задница не выбралась за пределы этого гаража, пока псих не почтит нас своим Суперменским присутствием! Тогда он что-то ляпнул про Скверну и бунт, а потом добавил... что и это уже не имеет смысла... Твою ж... к чертям собачим!!! Посмотри на мою руку, цыпа!!! Она вся в пупырышках!   Я сглотнула тугой ком в горле и, опустив пистолет, рухнула прямо на груду хлама под ногами.   - Что ещё он сказал?.. - Я заставляла мозг продолжать работать в нормальном режиме, в то время, когда он меньше всего хотел это делать. Всё во мне противостояло суровой действительности, кричало о том, что всё ещё можно исправить и Чейз вовсе не собрался сделать то, что должна была сделать я!   - Сказал, что план больше не имеет смысла, - тихо произнёс Брей и волна ледяных мурашек побежала и по моей коже. - Сказал, что теперь без разницы, кто избавит Скалу от Леона... Чёрт, цыпа, это так жутко звучало... Аж трясёт, как вспомню.   - Куда он пошёл? - хрипло спросила я, глядя на Брея исподлобья.   Тот отшвырнул ботинком старый чайник с продавленным боком, как будто это как-то избавит его от ответа. Затем выпрямился, засунул руки глубоко в карманы, так что его плечи раздулись в два раза и коротко помотал головой:   - Слушай, я не хотел отпускать его одного, серьёзно...   Теперь лёд покрывал внутренности... Даже волосы на голове встали дыбом.   Что же ты наделал Чейз...   - Он сказал, что сам убьёт Леона, - добавил Брей, размахивая руками. - Забрал винтовку со снайперским прицелом у патрульных с вышки, а потом просто растворился в воздухе. - Брей резко приблизился. Видок такой, словно он самого дьявола из преисподней видел, а никто не верит. - Клянусь Памелой Андерсон, он исчез прямо у меня на глазах! Цыпа, ты веришь?! Я ведь не мог башкой тронуться!   Я пустым взглядом смотрела в кусок жестяной пластины под ногами, в котором отражалось моё разукрашенное кровью и косметикой лицо и думала о том, как Чейз каждого из нас, сотни раз заставлял повторять план, которому никогда не суждено было исполниться. И что самое интересное, он никогда не обсуждал со мной его финальную часть - ту, когда я должна была оказаться лицом к лицу с Леоном и убить его... С самого начала, в голове Чейза не было этого эпизода. И в его плане тоже.   Он знал, что Тайлер сдаст нас. Знал, что всё изначально пойдёт не так, как надо. Или так, как запланировал он.   Я должна была встретиться с ним здесь, в то время когда сам Чейз отправится на выполнение моего задания.   Я обхватила шею руками и крепко прижала лоб к коленям.   Брей, шурша хламом под ногами вернулся к стене.   Бетховен всё ещё стонал и шептал себе под нос проклятья, но высовываться из угла боялся. Я не хотела, чтобы с ним всё так получилось, но у меня опять не было выбора.  И куда же ты пошёл, Чейз?.. Как собрался это провернуть? Как ты рассчитываешь сюда вернуться?.. И самое главное: почему ты сказал, что больше ничего не имеет смысла? Что станет с этим городом?  Таков был его план с самого начала. Он не собирался со мной встретиться. Поэтому и предупредил о Кристофе...  Я подняла на Брея затуманенный взгляд:  - Это ты следил за мной?  Брей издал странный звук, будто поперхнулся чем-то нереально твёрдым:  - Блин, цыпа, ты секси и всё такое, но в сталкеры я к тебе не записывался, извиняй.  - Подземная парковка. Ты не был там?  Брей тихо присвистнул, пялясь на меня, как на душевнобольную:  - Какая нахрен парковка? Я гаражи эти еле нашёл!   Не он. Не Чейз.   Каждая мышца в теле напряглась, приводя в действие остатки резервов. Я поднялась на ноги и кинула Брею пистолет торговца. Тот слёту поймал его, выглядя недоумевающе.   - Так где говоришь наш молчаливый друг подевался?   Брей нахмурил густые брови:   - Э-э... я не говорил. Он свалил ещё раньше, чем псих сказал найти тебя. - Он покрутил в руках пистолет и сверкнул озадаченным взглядом. - Ты ведь не хочешь предложить мне прогуляться? Потому что если хочешь, можешь засунуть своё предложение сама знаешь куда. Псих сам приказал не высовываться и этот приказ я, пожалуй, с радостью выполню. Он ведь наш командир, так? А командиров надо что? Правильно, ципа - слушаться!   Луч света замаячил по потолку гаража - Бетховен поднялся на ноги, с перекошенной от злости и боли физиономией. Фонарик в его здоровой руке блуждал от моего лица к лицу Брея и обратно.   - Так ребятки, я понял, у вас ломка, - проскрежетал он сквозь сжатые челюсти. - Только наркотой я не торгую, так что будьте любезны, покиньте уже ко всем чертям мой склад и так и быть, я забуду обо всём дерьме, что только что услышал!!! Можешь и пушку забирать! Валите нахрен! Торчки поганые!!!   Последние его слова сорвались на громкий крик, приглушённым эхом отскочивший от шатких стен гаража, а сразу за ним, с оглушающим звуком удара по металлу, в дверь врезалось нечто тяжелое.   Голоса. Топот ног. Крики.   - Они там!   - Выбей дверь!!!   Скверна.   Матершина Брея. Стон торговца, сползающего на пол. И моё взорвавшееся в груди сердце, лишённое последней надежды.   Всё происходило нереально быстро. Слишком быстро для моего покалеченного организма. Пульсация в висках выходила на сверх уровень. От частого дыхания лёгкие горели огнём и давили на повреждённые рёбра.   А потом всё замедлилось...   - ЦЫПА!!! СЮДА!!! - орал Брей, двигаясь со скоростью самого медлительного создания на планете, загораживая меня массивным телом в дутой куртке.   Ненавижу эту функцию своего мозга. Только не сейчас... Когда надо двигаться, а ноги приросли к полу... Руки не слушаются... В голове тяжёлый слой тумана.   Дыхание... Рваное, паническое... Взгляд блуждает по сторонам.   Это не я... Во мне нет места панике!   БУМ!!!   Крики.   Паника - она самая.   Стон торговца, забивающегося в угол. Он умрёт из-за меня...   - ЦЫПА!!! - Брей тряханул меня за плечо, так что я с трудом удержалась на ногах - тело не слушалось.   Это не тело - вата.   - Ты подохнуть собралась?! - Медленно, очень медленно кричал Брей, тряся меня за плечо свободной от пистолета рукой. Его налитое кровью лицо плавало из стороны в сторону перед глазами, как одинокий плот во время шторма. Плот, обречённый на исчезновение.   Что я могу ещё сделать?   Что должна сделать?..   Этот момент был предрешён с самого начала.   Я ничего не могу.   Все знали, что так будет!   Через несколько секунд Брею и Бетховену выпустят мозги, а меня убьют чуть позже... После того, как Леон наиграется с блестящей игрушкой.   И Чейз будет не в силах ничего изменить.   Потому что если он решит вмешаться, то больше никогда не вернётся к Ронни.   Уходи...   "Ты сделала меня человеком".  "Я сама была мёртвой... Как я могла сделать тебя человеком"?  - ЦЫПА!!!  "Если ты мертва, то кто тогда все эти призраки"?  - ЦЫПА, МАТЬ ТВОЮ!!!  БУМ. БУМ. БУМ.  "Ты сама не знаешь, насколько жива... Вся ты. Такая, какая ты есть. Ты и есть вся жизнь".  - Я ТЕБЕ НОГУ ПРОСТРЕЛЮ, ЕСЛИ СЕЙЧАС НЕ ОТВИСНЕШЬ!!!  "Будь со мной"...  Я подняла автомат.   "Я с тобой".   И тонкий пласт металла превратился в решето.  Яркий свет с улицы сочился сквозь маленькие дырочки... Секунду... Две секунды... Дверь с грохотом врезалась в Брея, повалив его на пол и почти что отправив меня следом. Морозный воздух ударил в лицо. Снег слепил глаза. Я кубарем отскочила в сторону, пока не ударилась о боковую стену гаража, продолжая выпускать остатки обоймы в головорезов снаружи.   Визг Бетховена заполнил собой всё пространство. Брей скинул с себя остатки двери, прижался брюхом к полу и стрелял по пустому прямоугольнику света.   Маленький металлический цилиндр прорвался сквозь белую пелену и, с клацающим звуком ударившись о пол, прокатился мимо меня по неровной бетонной поверхности.   Мои глаза расширились одновременно с тем, как последний патрон вырвался из автомата и улетел в никуда.   Дымовая шашка.   В один миг на складе Бетховена выросла толстая стена непроглядного белого дыма.   Глаза щипало, слёзы чертили грязные дорожки по щекам, просто потому что им невозможно было сопротивляться. Густое кашлянье. Тяжёлые шаги. Я зажала нос рукавом и поползла в направлении выхода. Прямо в руки к Скверне.   Снег обжёг ладони и, перевалившись на спину, я вздохнула полной грудь, всё ещё продолжая давиться кашлем.   Это конец. Игра закончена.   Улыбка была не к месту, но я не могла перестать улыбаться.   Вот он - момент, к которому мы шли. Он был неизбежен. И только такие глупцы как мы продолжали бессмысленно тянуть время. А время слишком беспощадно, чтобы позволять играть с собою долго. Его не обыграть.   Мы обыграли сами себя.   Несколько рук одновременно подхватили меня с земли и поставили на ноги. Утоптанный снег под ботинками казался мягким, как пуховая подушка. Мир уплывал в сторону, ведя за собой. Я не различала количества головорезов пришедших по мою душу. Точно больше десятка... Улыбка стала шире... потому что это конец, к чему лить слёзы?  С десяток головорезов Скверны явилось за меченой девкой, которую никто из них ни во что не ставил. Какой стыд.   Я должна гордиться собой.   Хотя бы напоследок.   Идиоты.   Слабаки.   Призраки...   Я имела право на эту улыбку! Последнюю в своей жизни...   Выстрел. И чёрное облако птиц над головой взорвалось новыми криками. Скверна избавляется от лишних в гараже.   Ещё один выстрел и возмущение птиц усилилось. Мы тревожили их. А скоро они потревожат всех жителей Скалы.   - Свяжи ей руки!   - Связал уже, отвали!   Меня с силой толкнули в спину. Резиновые ноги оказались слишком слабыми, и я упала лицом в землю, ощутив прилив острой боли в области носа.   Боль, делает нас сильнее - мантра убийцы, моё заклинание.   Слёзы - удел слабых, учил маленькую девочку бывший предводитель Скверны.   Слёзы - способны оживить давно мёртвое сердце - к этому, я пришла сама.   Сердце - это то, что я отдала Чейзу и никогда об этом не пожалею.   Грубые пальцы впились мне в волосы и, резко потянув вверх, заставили подняться на ноги.   Смех. Хлопки по спине. Мерзкие ухмылки.   - Заканчивайте с этим! Леон ждёт. Ведите эту грязную шлюху к нему.   Двое головорезов по бокам потащили меня по снегу. Я не могла заставить себя двигаться. Мир уплывал и тянул меня за собой. Глаза закрывались, белое в сознании сменялось чёрным.   Высокая широкоплечая фигура возникла рядом с соседним гаражом, но головорезы были настолько увлечены обсуждением поимки века в виде изнеможённой покалеченной девчонки, что не замечали этого человека.   Кристоф смотрел на меня несколько долгих секунд, суровым, немного печальным взглядом: "Просто выполни приказ Дакира. Сделай то, что должна" - говорили его глаза.   А потом я моргнула, и Кристофа не оказалось на месте. Мой преследователь исчез так же быстро, как появился. Так же быстро, как навёл на мой след Скверну... Вот он - лучший боец Дакира. Единственный, кто не отступил от плана. Единственный, кто вопреки всему доведёт его до конца.   Не бойтесь тех, кто идёт перед вами.   Бойтесь тех, кто держится в тени.

Глава 32

Чёрная дыра, в которую меня засасывает.   Плачь. Смейся.   Плач и смейся.   Это не мои слёзы. Это не мой смех.   Я слышу, как она смеётся надо мной.  Судьба.   Сука.   Это она - дыра, которая меня засасывает.   Плач... кто может меня оплакивать?..   Голос в голове:   "Сэйен"...   Нет, это какой-то бред.   "Сэйен"...   Уходи! Пошла вон из моей головы!!!   "Проснись, доченька"...   Глоток воздуха, как удар кувалды по груди.   Крик.   Крик принадлежит мне.   - Спокойно, Джей. Тише. Тише...   Тело трясёт. Мне холодно. Мне дико холодно.   Плачь. Смех.   "Проснись, доченька"...   Чушь...  Чушь! Чушь! ЧУШЬ!  Я давно забыла этого голос!   - Джей! Ты слышишь?!   Роксана?   Бледное лицо, засохшая кровь, множество гематом и слабая паническая улыбка.   Я её напугала.   Молчать! Я должна замолчать!   Роксана коснулась моих волос. Я отшвырнула от себя её руку и поползла. Не знаю, куда. Просто поползла. Мне надо сбежать... Сейчас же. От голосов в голове. От смеха. От плача. От собственного крика.   Под ладонями что-то хрустело и причиняло боль. Но я ползла, пока не натянулась цепь, связывающая мою лодыжку с поржавевшими перилами лестницы. Я дёргала ногами и рвала её на себя, пока на оголённой коже не проступила кровь. С меня сняли ботинки.   - ДЖЕЙ! - Хлопок и правая щека запылала огнём.   Я смолкла.   - Что с тобой?! - шептала Роксана, но больше это походило на панический утробный крик.   - Что с тобой?! - повторила она и осела на пол рядом со мной. Теперь я видела, насколько сильно она напугана. И насколько сильно её избили.   Не время над этим думать. Время что-то делать.   Винтовая лестница забитая хламом, досками, слоем пыли и штукатурки. Кафельный пол - грязная, чёрно-белая шахматная доска. Высокий потолок тусклого серого цвета, весь в трещинах, готовый прямо сейчас обвалиться на голову. Столы грудой сваленные у дальней стены. Плетёная мебель под слоем пыли. Широкие чистые стеклянные двери - если до сих пор целые, значит пуленепробиваемые, или кто-то очень тщательно за ними следил. И декоративное дерево с блестящими круглыми листьями в широком горшке.   Декоративное что?..   - Где мы? - Густое кашлянье вырвалось из горла и сотрясло грудную клетку нестерпимой болью.   Эта безумная боль. Мне не обыграть её. Не подчинить.   Я боком повалилась на пол и скрутилась в позу эмбриона, с силой зажмурив глаза и приказывая себе не кричать. Крик только усугубит ситуацию.   Сколько я провела в отключке? Мне нельзя было этого делать. Из-за этого боль переродилась, расслабленные мышцы натянулись заново, травмированные кости пришли в движение.   - Джей...   - Отстань от неё. Не видишь, плохо человеку?!   Этот голос я проигнорировать не могла! Я даже знаю, какую жидкую субстанцию напоминает цвет волос этого ублюдка!   Заставив себя сесть, я с силой потёрла ледяными пальцами глаза, слипающиеся из-за толстого слоя косметики, как два липких вареника.   Я, Роксана, Тайлер и три толстые цепи у каждого на лодыжке. Три пса, запертые в тесной будке без присмотра.   - Что у тебя с рёбрами? - Голос Роксаны звучал приглушённо.   - Так заметно? - Говорить было ещё труднее: голос не слушался меня, тёрся о гортань, как о наждачную бумагу и вырывался наружу рванными, битыми слогами.   - Я бы сказала: очень.   Тайлер сидел слишком далеко. Длинны моей цепи ни за что не хватит, чтобы добраться до него и задушить. Надо было сделать это раньше!   Он отводил глаза, как провинившийся ребёнок, донёсший на соседа по парте из-за того, что тот прогулял школу.   За то, что из-за него все мы умрём! И даже он сам!   Роксана привалилась спиной к перилам, водрузив тяжёлые руки на колени и застывшим взглядом смотрела на меня, выглядя при этом как... как труп - я не смогла подобрать лучшего слова. Эта девушка уже сейчас мертва. Её голубые глаза обесцветились. Взгляд пустой. Она знает, чем это всё закончится. Теперь знает.   Я облизала пересохшие губы. Не думай о воде. Её нет.   - Где мы? - повторила я, на что Рокс слабо пожала плечами и кивнула в бок.   Облупившаяся золотая надпись на чёрной табличке сбоку от двери: "Добро пожаловать в отель Рэдиссон Ройал".   Только сейчас я услышала шум снаружи - гуденье толпы. Ликование. Крики.   Музыка. Всё та же - бум, бум, бум! Как старая заезженная пластинка. Смесь рока и металла. Гитары, барабанный бой и рычание зверя, не иначе. По поводу разнообразия музыки Леон не парился.   Сцена в виде чёрного прямоугольника была отлично видна сквозь отполированное кем-то стекло. Движение толпы вокруг - огромный муравейник, кишащий мелкими насекомыми в ожидании матки.   - Сколько мы здесь?   Роксана долго думала прежде чем ответить на вопрос. И не потому что не знала ответа - не видела смысла это обсуждать.   - Я - с тех пор, как ты оставила меня рядом с площадью. Ты - минут тридцать. Он... - Роксана безо всяких эмоций поглядела на Тайлера, сверлившего взглядом дыру в полу. - Он - не знаю. Спроси у него.   - Ты должна была бежать! - прорычала я. - Я дала тебе время!   Роксана слабо усмехнулась:   - От кого? От Скверны в который только законченный идиот не знает, как я выгляжу? Брось, у меня не было шансов. Тем более... на этом. - Сапоги на огромных платформах. С неё обувь, почему то не сняли.  Рокс будто услышала мои мысли:   - Подстраховались. Ты ведь девочка не из усидчивых. Тут везде стекло.  Чёрно-белый кафель блестел от маленьких хрустящих алмазиков.   Стекло. Ах, да, стекло и кирпич - главные богатства Скалы.   Что-то должно быть. Что-то должно помочь. Я обводила холл отеля взглядом, не упуская из виду не одной мелочи.   - Эй, я, по-твоему, совсем дура? - хмыкнула Роксана. - Ничего нет. Не перетруждайся. Я здесь побольше твоего сижу. Нет ничего, что может помочь скинуть эти поводки.   - Помочь может даже зубочистка.   - Зубочисток тоже нет. И времени нет. Скоро Леон речь толкать начнёт, а потом нас всех прикончат... Ну или: меня прикончат, тебя не знаю.   Я уставилась на Роксану хмурым взглядом, но так и не задала возникший в голове вопрос: "Почему ты вообще до сих пор жива"?   - Где остальные? - помедлив, спросила Роксана.  Кровь большими каплями стекала с её острого подбородка, словно кто-то не до конца закрыл кран. Я с трудом заставила себя отвернуться:  - Сомневаюсь, что мы должны это обсуждать.  Роксана спятила. Нас могут подслушивать, или что ещё проще - вот она рация, сидит перед нами и грызёт ногти! От дипломата-то не избавились, ни в каком из смыслов!  - Брей мёртв, - слетело с моих губ и вдруг в голове произошло невероятное открытие: этот недоумок, с которым мы вообще никогда не ладили, пытался укрыть меня за своей спиной...  - Чёрт. - Голос Роксаны вывел меня из стопора. - Сейчас бы виски.   Она подтянула избитое тело повыше и иронично усмехнулась:   - Ты была права. А я была дура... Жертва? Как ты там говорила? Незначительная жертва во имя Нового мира Дакира, да? Вот значит, в роли кого я закончу... - Она взглянула на меня смирившимися глазами: - Чёрт. Жалко я сейчас выгляжу, да?.. Моя мать сказала бы, что жалко... Она работала в сфере моды... Даже одинокая пылинка в доме могла довести её до истерики. Видела бы она, сколько дерьма на мне сейчас... - Новый приглушённый смешок. - Подиумы, софиты, красивая одежда... Я часто бывала на показах - маленькая девочка с большущими от счастья глазами, в первом ряду, в шикарном платье и милых туфельках от Луи Витона. А потом эта девочка взяла в руки отцовский пистолет и прострелила родной матери голову, когда та пыталась отгрызть от неё кусок. - Роксана помолчала, мутными глазами взирая на потолок. - Знаешь, как говорила Коко Шанель?.. "У меня осталось только дно неудовлетворённое любопытство - смерть".  - Звучит, как надгробная речь.  Роксана усмехнулась:  - Кто ж ещё мне её прочитает, если не я сама?  Во мне закипала ярость. Ток мчался по венам, заряжая энергией покалеченное тело, которое давно было готово сдаться. Уступить. Ну, или хотя бы смириться и просто ждать, когда всё закончится. Но ярость я контролировать не могла. Она застилала глаза, приказывала зубами вгрызться в эту цепь и разорвать её к чёртовой матери. У Чейза бы наверняка получилось.  Чейз.  Где ты? Какую точку выбрал для нанесения удара?..  Я поползла к двери. Стеклянная крошка больно врезалась в ладони, хрустела под коленями и голыми ступнями.  Цепь натянулась и всё, что удавалось разглядеть это три покосившихся высотки - слишком рискованно. Здание банка - теперь бордель. И бывший торговый центр... Чейз там. Больше негде.  - Ты что делаешь? - Голос Роксаны был заторможенным, слова растянутыми, зрачки мутными и расширенными, будто её Метадоном обкололи.  - Ничего.  Прежде чем вернуться на место, я бросила взгляд на Сиропчика и наши глаза встретились. Напуганный, дёрганный, избитый ещё больше, чем Роксана. Вот не повезло, приятелю! Не получилось заработать билет на выход из пекла!  С дипломатами значит хорошо обращаются?..  Шаги.  Роксана потянула меня за цепь, и я грохнулась на пятую точку.  В холле появились двое головорезов, ворожённые и со скалящимися мерзкими физиономиями. Даже не знаю, были ли они среди тех, кто напал на склад торговца. Тогда я вообще ничего не различала.  Зато я помню взгляд Кристофа.  - Наша шлюшка очнулась, - просипел один из них и толкнул меня ботинком в бок.  Неправильное решение. Я схватила его за ступню и резко потянула на себя, одновременно крутанув на сто восемьдесят градусов. Вывих голеностопного сустава, жаль не хватило сил порвать его ко всем чертям.   Головорез в полёте перевернулся и с громким рёвом ударился брюхом об пол. Второй верзила успел схватить его за шиворот и отбросить к дверям, прежде чем руки первого сомкнулись на моём горле.  - Сдохнуть хочешь?! Леон приказал её не трогать!!!  - Да-да, совершенно верно! Я никому не позволяю прикасаться к моей уважаемой гостье. Никому. - Звонкий мужской голос позади меня. В нос ударил горький запах парфюма. - Наконец-то пришло время познакомиться с цветочком, который так сногсшибательно пахнет.  Бордовый вельветовый костюм, чёрный галстук, начищенные до блеска ботинки и тёмная шляпа с полями, украшенная тоненьким кожаным ремешком.  Я совсем не так представляла себе нового предводителя Скверны. Как угодно, но не так!  Низкорослый, коренастый, виски тронутые сединой, невероятно бледная кожа, впалые щёки и наверняка прилепленные усы в образ Чарли Чаплина для костюмированного фестиваля.  Тонкие губы тронутые опасной улыбочкой и глаза... красные, налитые кровью.  Такие же как у Чейза.

Глава 33

Бум-бум-бум - музыка с улицы. Ликование толпы. Кряхтение головореза на полу у двери. Поскуливание Тайлера. Молчание Роксаны. И улыбка хищника на лице Леона.   - Джей. - Словно пробуя имя на вкус, протянул предводитель Скверны. - Джей. Джей. Джей. - Он задумчиво всматривался мне в лицо. Глаза щурились. - Что с тобой? Почему ты такая грязная?.. Очень грязная.   Прокрутите, пожалуйста, ещё раз.   Что это за карма такая? Почему меня окружают один психи?!   - Эй, ты, принеси воды, живо! И потеплее! - приказал Леон, удостоив короткого взгляда головореза, что стоял на ногах, и вновь впился в меня красными глазищами. - Милая, тебя надо привести в порядок. В порядок.   - Тогда верни мне мои ботинки. - Спасибо, голос, прозвучал, как надо.   - Я тебя ждал... - Проигнорировав требование, Леон слегка склонил голову на бок, не переставая приторно улыбаться. И он что-то делал со своими пальцами. Заламывал их неестественным образом, как будто внутри чешутся кости. - Где же ты был так долго, цветочек? Моя речь должна была уже начаться. Люди ждут праздника! Веселья! Открытий! Они пришли сюда, чтобы послушать меня. Мы на пороге новой эры, а я вожусь здесь с маленькой миленькой девочкой, которая собиралась избавить этот замечательный городок от их любимого предводителя. Придётся сократить речь, чтобы уложиться во время. - И он зацокал языком, как добрый, слегка придурковатый папаша, ругающий свою доченьку и при этом души в ней не чая.   - Как ты получил это место?.. - неверующим голосом выдохнула я, с абсурдом глядя на Леона снизу вверх.   Нет, правда, понимание этого было выше всяких сил!   - Что? - Губы Леона поджались, щёки вздулись: он стал похож на удивлённую лягушку. Даже оттенком кожи соответствовал. - Что-что? Как я получил место предводителя этой шайки?   - Это я и спросила.   Леон завёл руки за спину и принялся медленно мерять холл отеля шагами: от Тайлера до меня и обратно. Охрана отсутствовала! Даже головорез с повреждённым голеностопом куда-то испарился. И если бы этот до крайности странный мужик подошёл немного ближе, моей цепи вполне бы хватило, чтобы обмотать её разок вокруг его шеи и выполнить уже, наконец, этот проклятый приказ Дакира.   Но он держал дистанцию. Остановился возле Тайлера, наградив его умилённым взглядом и мелодично произнёс:   - Потому что боятся... Меня боятся. - Острый нос блестящего ботинка коснулся ноги Сиропчика. Тот дёрнулся и сильнее вдавился в стену. - Миленький щеночек. Сидеть. Тяф-тяф.   Его пристальный взгляд обратился ко мне:   - Хочешь, я позволю тебе его погладить? Погладить?   О, Боже...  Что это за нездоровая привычка дважды повторять окончание предложения?..   - Тогда мне придётся задушить твою псинку.   Ухмылка Леона была ещё более пугающей, чем два кровавых океана под тяжёлыми веками. Это ухмылка истинного психопата - никак не подделки!   - Почему он здесь? Почему не убил его? - Мне надо было тянуть время, не знаю зачем, но это то, что подсказывало чутьё.   Как будто не всё ещё кончено.   Как будто такое возможно...   - Кого? - Леон наигранно вскинул брови. - Щеночка?.. М-м-м... мне он нравится. Решил оставить себе.   Роксана, за моей спиной, громко фыркнула. Леон не обратил на неё внимания. Но на её месте я бы помалкивала, коль уже сама себе надгробную речь зачитала.   - Тогда какого чёрта на нём цепь? - осведомилась я.   Леон погладил Тайлера по сальным волосам. Жалобное поскуливание вырвалось изо рта Сиропчика. Его трясло крупной дрожью.   Леон улыбался:   - Потому что так его будет проще найти. Проще будет найти. Здесь. Так он не убежит. Мой щеночек.   У меня сейчас взорвётся мозг.   - Кому?! - Я решила попытать удачу, которая уже давным-давно от меня отказалась. - Кто будет его искать?   Натянутая улыбка от уха до уха и Леон зашагал ко мне: стекло противно хрустело под тяжестью его ботинок. И он опять изламывал пальцы, что выглядело по-настоящему жутко.   - Ты такой интересный экземпляр. Щеночек просто прелесть, что решил поделиться со мной твоей историей. Тебя и вправду два раза кусали?.. Два раза? Покажешь где?   Тайлер поднял на меня виноватые распухшие глаза. Сзади раздался тихий свист Роксаны - она была не в курсе.   Я молчала.   - Позже, я и сам проверю. - Леон облизал бледные губы. - Тщательно проверю. Всё твоё тело. Дочь Завира, на которую вирус подействовал самым удивительным образом! Я чувствую в тебе это - ты воистину уникальна! Уникальна!   Прикрыв глаза, он с шумом втянул ноздрями в воздух.   - Я не его дочь... - выплюнула я с омерзением.   - Знаю-знаю... Не родная. И это ещё больше подслащивает момент. Твой запах... М-м... хочется облизать тебя с головы до ног. Почувствовать на языке сладкий вкус твоего тела... Одного запаха мало. Мне мало. - Он протянул руку, но тут же отдёрнул, потому что я скалилась и готова была наброситься на него в эту же секунду и плевать, чем бы всё закончилось! Леон улыбался. - М-м-м... Мне нравится. Вы так похожи. Невероятно похожи... Как две капли воды. Две капли.   На кого я похожа?..   - Ты больной урод...   - Хочу видеть вас вместе! Хочу сравнить! Это будоражит меня... Дар - это чудо. Такие одинаковые и такие по-разному чудесные! Чудесные!   Что он несёт?..  Маниакальный психоз последней стадии... Да-да, именно он, и не шага в сторону.  - Это дар! Дакир знал, как меня подкупить.   - Знаешь Дакира? - Теперь я понемногу понимала, почему даже Скверна предпочла с ним не спорить: одна ухмылка законченного маньяка заставляет кожу покрываться мурашками.   - Нет, - улыбался Леон, - но щеночек и про него рассказал много занимательного. Это ведь был такой ход, я угадал?.. Угадал?   Я стиснула зубы.   - Этот Дакир очень за тебя переживает. И за того - укушенного. - В глазах Леона вспыхнуло пламя, два красных озера полыхали в нетерпении. В маниакальном нетерпении.  Если он сейчас скажет, что и Чейза хочет облизать, клянусь, меня вывернет в ту же секунду!  - Это правда?.. Хотя... - Леон задумчиво поскрёб пальцами подбородок. - Если его до сих пор нет с нами, видимо - правда. Хочу поскорее его увидеть! Хочу-хочу! Этот экземпляр, пожалуй, даже интереснее чем ты, милое создание. Не обижайся! - Его взгляд резко нахмурился. - ГДЕ ВОДА?! ДАЙТЕ ЕЙ УМЫТЬСЯ! УМЫТЬСЯ!   Внезапный крик Леона на какое-то время оглушил меня. В голове произошло столпотворение нескольких товарных поездов. Дыхание, которое мне не без труда удалось выровнять и подобрать нужный ритм, чтобы причинять рёбрам минимум боли, вновь было сбито.   И поскуливание Тайлера... Этот звук было невыносимо слушать!   "У меня семья", - доносилось его тихое бормотание. Сжатое в клубок тело раскачивалось. - Семья... Не могу... не могу... оставить их... Мама"...   Передо мной оказался таз с тёплой водой. Не сводя глаз с Леона, я принюхивалась.   Тот звонко загоготал. Ему оставалось только положить руку на живот и взметнуть голову к потолку.   Цирк уродов.   Я умылась. Потому что крови всё ещё было слишком много. На брови образовалась тонкая корка - её я трогать не стала. Но потёкшая косметика мешала зрению, так что от неё я избавилась в первую очередь.   - Почему он вас разделил? Тебя и укушенного, - поинтересовался Леон. - Дакир. Почему разделил вас? По-отдельности вы вряд ли представляете больше опасности...   - По отдельности, у нас больше шансов избавить мир от больного урода вроде тебя.   Леону вообще было плевать на оскорбления. Он повернулся к головорезу принёсшему мне воду:   - Его нашли? Нашли?   Тот рассеянно помотал головой.   Челюсти Леона на мгновение сжались, а затем на устах вновь растянулась улыбка доброго придурковатого дядюшки:   - Дакир - садист, раз отправил вас всех сюда.   - В точку. - Я оттолкнула таз в сторону. Струйки мутной воды стекали по подбородку, в точности как кровь у Роксаны.   Леон присел передо мной на корточки. Теперь он казался ещё уродливее. Ещё опасней.   - Ты прекрасна, - протянул он полушёпотом, разглядывая моё лицо. - На месте Дакира я бы не рисковал такой прелестью. Ты само очарование! Такая особенная... ты даже не представляешь, какой полезной можешь оказаться! Где этот Дакир? Я хочу его расцеловать! Расцеловать! - Леон вскочил на ноги и подкинул шляпу в воздух. Тронутые сединой волосы распались по плечам. - Цветочек... ты самый желанный подарок. Тебя я тоже оставлю себе.   - Лучше пристрели.   Он не слышал. Или не хотел...   - Крест лишился своего сокровища! Или двух сокровищ... парня мне ещё надо понюхать. Это большая утрата... Большая утрата. И большое приобретение для меня.   Тошнота молниеносно подкралась к горлу, я отвернулась в сторону:   - Кто ты такой, чёрт возьми?..   Леон опустил голову, буравя меня прищуренными глазами:   - Я?.. Будущее этого мира. Будущее.   - Ты знал про Крест? - Никто в Скверне не знал про Крест. По крайней мере, раньше я была в этом уверена.   - Разумеется! - Леон взмахнул руками. - Мы знаем про все города!   Я бросила осторожный взгляд на головореза Скверны: он вообще в курсе под чьим крылом пригрелся?   - "Мы"? - переспросила я.   Леон недолго помолчал. Его бледная кожа прям-таки сияла в лучах невидимого прожектора, глаза плескались в огненных искрах предвкушения.   - Мы, - просто повторил он. - Мы. Глупенькие люди, слабые... и такие милые... Шанс. У вас будет шанс стать лучше. Стать лучше.   Головорез нервно кашлянул. Он точно был не в курсе раскрывающихся прямо сейчас секретов. И это означало лишь одно - что-то чертовски ужасное произойдёт в ближайшее время. Что-то, что больше не вынуждает предводителя Скверны претворяться преданным своему делу человеком.   Человеком ли?..   - Не знаю, кто ты, но ты болен, приятель, - мрачно произнесла я. - Амфетамином балуешься?   - Щеночек предупредил, что с тобой будет сложно поладить, - вовсе не сердито отозвался Леон. - Это пустяк. Это не важно. У тебя нет другого выбора. Нет.   Кто это мне тут про выбор рассказывает?  Я горько усмехнулась:   - Правда что ли?   - Леон, я извиняюсь, но время...   Ничего себе, какими шёлковыми стали головорезы!   Гул толпы и рёв динамиков становились громче. Народ требовал своего предводителя.   Леон мне почтительно поклонился, подобрал с пола шляпу, отряхнул и водрузил на голову. В этот момент его пиджак приподнялся и обнаружил блестящий револьвер за поясом штанов.   - Я слышу, как участилось твоё сердцебиение, милая, - опасно улыбнулся он. - Не выйдет. Эта игрушка даже мне особо не нравится, а тебе она и вовсе не к чему.   Леон обтянул пиджак и уже было направился к двери, как вдруг остановился. Глаза озадаченно сузились, и он сделал шаг ко мне:   - Забыл спросить: как ты собиралась это сделать?   - Я много чего собиралась сделать.   - Убить меня.   "Я до сих пор не отказалась от этой мысли".   - Почему твой Дакир настолько уверен в тебе?   Я молчала.   На самом деле - знала ответ. Только озвучивать не собиралась.   Теперь я почти уверена, что миссия была в первую очередь рассчитана на способности Чейза и на мою живучесть. Но только Чейз был её козырем. Дакир использовал его чувства для успешного завершения задания. Дакир слишком хорошо изучил этого парня, он как никто знает, что Чейз не сдаётся. Никогда. Особенно, если на это есть веские причины...   Обещание Ронни.   Теперь и я...   Чейз - исполнитель. Кристоф - страховщик. Тайлер - доносчик. Брей - пушечное мясо. Я - наживка.   Наживка под видом главного действующего лица во всей миссии. И как только Чейз избавит Скалу от Леона, моя роль выйдет на первый план.   Шах и мат.   Так я думаю. Хотя копаться в голове Дакира - бесполезное занятие.   Уверена, этот план был одним из сотни гениальных планов, просчитанных Дакиром для выполнения этого задания. И каждый совершенен.   Ну, или почти.   Вряд ли лидер Креста знал о том, что помимо него, в игру вступили твари с красными глазами и вполне вменяемым разумом. Или кто тогда этот Леон такой?.. "Оно" - страшное создание Стивена Кинга, - клоун снаружи, монстр внутри.   - Как, милая? - снисходительно улыбался Леон. - Как ты собиралась избавить этот мир от такого, как я?.. У тебя есть какие-то скрытые таланты? Расскажи мне! - Его глаза вновь вспыхнули. - Расскажи! Удиви меня ещё больше! Ты владеешь телекинезом?.. Может, ты планировала избавиться от меня, проломив череп чем-нибудь вроде вон того стола? - Безумно хихикая, Леон махнул рукой в сторону свалки мебели. - Был ещё какой-то план? Щеночек не всё мне рассказал? Дай-ка подумаю... Может... прямо в эту секунду, мне в голову целится снайпер?..   Холодный пот заструился по спине. Волоски на руках встали дыбом. Этот чёртов псих даже не представляет насколько близок к истине. Я должна перестать об этом думать! Сердцебиение - оно выдаст меня.   Думай о чипсах, Джей. О чипсах. Ты ведь так и не попробовала их в бункере. Зато Брей нажрался до отвала. А потом этот мертвец пытался укрыть тебя за своей спиной. Чёрт. Это не те мысли!!!   - Я ЗНАЮ!!! - вдруг заорал Леон, и рефлексы сработали быстрее разума: я с силой зажала уши ладонями, потому что голову разорвало от самой дьявольской боли на свете.   - Ты! - орал Леон, посмеиваясь, как самый настоящий психбольной, которому забыли ввести дозу успокоительных. - Ты! Ты! Ты!.. Ты можешь залезть мне в голову и подчинить себе! Такой удивительной способностью обладаешь?! - Он глумился. Чёртов маньяк. Я выдерживала каменное выражение лица. - Ты прямо сейчас это делаешь, да? Я чувствую тебя... там... в голове. В голове...   Леон приблизился ещё на шаг.  Ещё немного и я смогу до него дотянуться.   - Постой-постой... - Брови Леона сильно хмурились, взгляд в конец обезумел. Даже мне сейчас стало не по себе. Тайлер так и вообще рыдал в три ручья.  - Я чувствую... ты приказываешь мне что-то... - Глаза Леона застыли. Они улыбались. Кровожадная ухмылка растянулась по лицу. Его юмор переходил всякие границы! - Ты хочешь, чтобы я это сделал?..   Я медленно замотала головой, готовясь к самому худшему. Натягивая мышцы, игнорируя боль.   - Да, милая... Я понял. Она мне тоже не нравится. - Улыбка исчезла с его лица. Следующее движение руки было настолько быстрым, что у меня не было никаких шансов проследить за ней даже взглядом.   Револьвер серебром блеснул в руке Леона.   Выстрел. И на груди Роксаны расцвело кровавое пятно.  Она застыла. Не понимая, что только что произошло. Медленно подняла руку и коснулась мокрой ткани платья домработницы. Тихонько всхлипнула. Завалились на бок. Глаза расширились, испуганный взгляд нашёл моё лицо. А я просто не могла сдвинуться с места. Не могла проронить ни звука. Тело задеревенело. Мысли выпорхнули из головы, оставив вместо себя пустой вакуум.   - Чёрт... - прокряхтела Роксана, даваясь алой кровью, струящейся из приоткрытого рта. - Ты... знаешь... что я хочу... сказать.   Даже собственного сердцебиения я больше не слышала. Дыхание замерло. Всё, что я могла... это просто смотреть, как она умирает.   - Ты... ты... ошиблась... - выдавливала из себя Роксана, опустив тяжёлые веки. - Якоб... Брей... Я третья... третья, не вторая.   Из её груди вырвался тихий смешок, и голова с глухим стуком ударилась о кафельный пол.

Глава 34

Тайлер замолчал. И он был единственным, куда я могла смотреть. А сам он, застывшим взглядом таращился на Роксану, отлично понимая, что в её смерти виноваты не только Дакир и Леон...   В глазах непреодолимо жгло.   Одна смерть. Две смерти. Сто смертей. Таков исход. Двенадцать лет назад исчезло пять миллиардов; все смирились и продолжили дальше волочить своё существование. Портя мир ещё больше.   Одна смерть не стоит слёз, но слёзы - доказательство жизни. Мёртвые не плачут. А я плачу, потому что жива. Теперь жива. Я восстала из мёртвых.   Мир не поделился на тварей и людей. Мир поделился на людей, тварей и кого-то гораздо хуже и тех и других вместе взятых. И я точно знаю на какой стороне нахожусь. Знаю, на какой стороне была Роксана. На какой стороне были Брей и Бетховен. Во мне не меньше дерьма, чем в любом из них. В людях не меньше дерьма, чем в тварях и уродцах вроде Леона. Но это война. А это наша сторона. И всё что нам остаётся - сражаться, или проиграть. А Завир не учил меня проигрывать. Такой же человек с дерьмовой душонкой, как и у большинства оставшихся, учил меня выживать. Учил выбирать правильную сторону.   Я на поле боя и отступать уже нет возможности.  Не во имя жизни. Не во имя смерти. А во имя стороны, на которой нахожусь! Потому что с самого рождения судьба забрала у меня выбор.  Потому что где-то там, есть Чейз.  И я очень надеюсь, что мы играем за одну команду.  Слёзы обжигали кожу. В них кипела жизнь, в них бурлила ярость.  Прости, Роксана: я стащила с неё ботинки. В этот раз выбор был: или гигантская платформа, или стекло под ногами. Я выбрала первое.   - Эй! Ты что делаешь?! - После того, как Леон покинул холл, с нами остался один единственный головорез. Один охранник. И прочные цепи.  Металлическая решетка, к которой крепился её второй конец, вряд ли была такой же.  - Эй! Убери их! Тебе не разрешено! - взревел охраник, хмуря шишковатый лоб. Дуло автомата было любезно направлено в мою сторону, только вот Леон ясно дал понять, что со мной он ещё не наигрался.  - Убери, я сказал!!!  Давай, придурок, подойди поближе и я покажу тебе, что можно сделать с помощью этого поводка.  Я откинула цепь в сторону и подняла как можно выше, но второй сапог застегнуть так и не получилось.  Размер был велик.  Что за дрянь с обувью постоянно происходит в моей жизни?!  Удар платформой по решётке и с вибрирующим звуком металла она задрожала, как желе.  - Я тебе сейчас башку продырявлю!!!  Череда ударов. Решётка поддалась: замок и цепь с лязгом ударились о кафель. Одновременно с этим ко мне рванул охранник. Цепь не понадобилась. Разворот корпусом и одним точным проворным ударом, мой кулак врезался ему в горло. Булькающие звуки. Гортань сломана.  С лодыжки цепь пока не снять. Намотав лишний кусок на руку и оставив болтаться в воздухе часть с замком на конце, я вскочила на ноги. Пошатнулась. Это не обувь! Это ходули.  Боль.  Боль - ничто. Она моя энергия.  Тайлер смотрел на меня жалкими круглыми глазами.  "Оставь его, Джей. Он ничтожество".  "Он человек. Мы в одной команде".  "Хрена с два! Чтоб он сдох"!  Мысли - тараканы.  Я подхватила с пола автомат охранника, который всё это время булькал что-то нечленораздельное в маленькую коробочку у рта. Рация.  Слишком быстро. В парадные двери ворвалась целая футбольная команда головорезов.  Будь проклята эта обувь!  На раздумья наносекунда.  Я подняла оружие вверх и череда выстрелов сокрушила покрытый трещинами потолок. Головорезы бросились по сторонам. Я рванула вперёд, избегая завала. Потолок выкладывал дорожку из кусков бетона прямо по моим стопам. Пыль и мелкие камни летели в спину, и если бы не ходули, я бы легко выбралась из завала.  - Стой там!  - Преградить ей путь!  Выстрелы.  - НЕ СТРЕЛЯТЬ!!! НЕ СТРЕЛЯТЬ, Я СКАЗАЛ!  Кто-то навалился на сбоку и прокатил меня кубарем по стеклянной крошке. Потолок рушился. Пыль столбом. Дышать не только больно, но и сложно.  Я оказалась сверху. Ещё молодой, но крепкий парень - подо мной. Секунда: мои ноги крепко сжали его бока, ребро автомата вдавилось в горло. Кряхтение, удар мне в грудь и я отскочила от головореза, как резиновый мячик. Меня тут же подхватили с пола и, заведя руки за спину, вытолкнули через стеклянные двери из разрушающегося холла.  Тайлер не попал под завал, но это не значит, что в ближайшее время он под ним не окажется.  Чья-то нога оказалась за моей лодыжкой и совершила подсечку. Я рухнула спиной на разбитое крыльцо отеля. Рик возвышался надо мной, одной рукой раскручивая цепь и глядя сверху вниз строгим взглядом.  Головорезы кашляли и задыхались, вопили, как последние перетрусившие бабы и сыпали на меня проклятья.  Я твёрдым взглядом смотрела на Рика. На головореза Скверны, проверявшего мою метку на воротах и позволившего пройти в город.  Он резко дёрнул цепь на себя, так что моя нога взметнулась в воздух.  Музыка. Бум-бум-бум.  Крики птиц.  Гул толпы.  Грохот обрушающегося потолка.  Выстрел.  И моя нога получила освобождение от цепи.  - Вставай, - сухо отрезал Рик, перекидывая зубочистку с одной стороны рта в другую.  Я поднялась. Количество здоровяков Скверны было подсчитано. Цепь и автомат были отобраны.  "Варианты, Джей. Думай"!  Музыка стихла, и холодный воздух разорвал громкий голос из колонок, отовсюду и ниоткуда, он был везде:  - Приветствую вас всех, друзья мои, на зимнем фестивале новой эры! Новой эры!  Меня толкнули в спину и вновь завели руки за спину:  - Эй, Рик, надо найти ей другое место.  - Позаботьтесь о парне под завалом. Он нужен Леону.  - А она?  Рик внимательно всмотрелся мне в лицо:  - А она... она нужна мне. - Он кивнул кому-то сбоку. - Отпусти её.  Руки получили свободу. Я смотрела на старого знакомого с подозрением. Рик смотрел на меня примерно так же, только голос его звучал даже больше чем просто требовательно. Он приказывал:  - Иди.  Я опешила:  - Что?   Рик вложил мне в руку пистолет:   - Иди! Сделай, что должна! Другого шанса не будет!   Бунт... Скверна бунтует.   Я мрачно усмехнулась, боль в рёбрах теперь казалась лёгким испугом, после того, что недавно пережило всё тело. Мышцы вошли в тонус.   - У самого песок в штаны посыпался?   - Иди! - взревел Рик. Зубочистка выпала изо рта. Он резко махнул рукой в сторону сцены. - Пошла и сделала то, что должна!   Бунт?.. Какой ещё к чёрту бунт?!   Я невесело рассмеялась. Ледяная сталь пистолета становилась с ладонью одним целым:   - Облажался, да?   Лицо Рика перекосило. Глаза наполнились недоумением.   - Облажался, говорю, да? Ты ведь на место Леона метил?   Головорезы вокруг загалдели.   Челюсти Рика стиснулись.   - Ты хоть знал, кто такая Роксана?.. - Я вкладывала в голос всё омерзение, на какое была способна. - Она вот не знала, кто ты. Вам даже друг от друга приказано скрываться?..   Я медленно отходила назад, всё ещё продолжая улыбаться:   - Она там, под завалом. С дырой в груди. И я даже рада, что она не узнает, что была на одной стороне с таким ублюдком, как ты. Ты знал, что ей конец. И даже не намекнул!   Я спиной спустилась вниз по разбитым ступеням, в направлении сцены:   - Передавай привет Дакиру! Если не сдохнешь!   И я побежала.   Сцена была в оцеплении. Экипировка головорезов на высшем уровне. Я натянула на лицо капюшон от толстовки и пробралась за широкую красную ленту - в толпу "разноцветных гостей" в самых нелепых костюмах из всех, что только можно придумать.   Они меня не тронут. Для них я серая мышь. Мышь с пистолетом в рукаве спортивной куртки.   Леон находился в центре сцены, за стойкой и, улыбаясь во весь рот, произносил речь в микрофон. Несколько вооружённых здоровяков были расставлены по бокам.   Я пробиралась к первым рядам.  Толпа одобрительно свистела и улюлюкала.   - Новая эра, подарит всем вам ещё один шанс! Ещё один шанс! - бодро вещал Леон, скользя по толпе кровавыми глазами. Голос эхом разносился по площади. По всей Скале.   Я уткнула взгляд в землю. Распихивая толпу плечами, подбираясь ближе. Сейчас мой рост и телосложение играли на руку - делать это было легко.   - Мы сплотимся, как никогда прежде! Станем братьями и сёстрами, и мир падёт к нашим ногам.   Эти люди вообще понимают, о чём он говорит?!   Я - нет.   Оглушительный свист. Овации. Если бы не они, моё тяжёлое дыхание и грохот сердца, можно было бы услышать в соседнем городе.   Я с трудом подавила желание обернуться и взглянуть на здание торгового центра.  И что-то жужжало под ложечкой, подсказывая, что сейчас я творю глупость. Что нужно просто подождать и Чейз сам сделает то, что нужно. Но каковы шансы, что он добрался до точки? Как их просчитать? Что если Леон уже не один? Что если это единственный шанс избавить Скалу от этого ненормального? И что если Чейза схватили? Лицо Койота известно всем старожилам! Если бы он добрался до места без происшествий, речь Леона закончилась бы на его пером слове. Чейз бы не медлил. Значит, что-то пошло не так...   А ещё я чувствую, как кто-то сверлит взглядом мой затылок. Контролирует.   Кристоф? Рик? Половина Скверны?..   "Давай, Джей, чем раньше убьёшь его, тем раньше получишь билет на выход из пекла, пока не началось главное безумие! То, о чём намекал Чейз. О чём сейчас говорит Леон. Понятия не имею, что это будет, но уверена - я хочу находиться, как можно дальше отсюда, когда всё случится".  Первый ряд. Я у самого ограждения. У самой сцены. Она едва достаёт мне до груди. Всего-то и нужно, что поднять пистолет и сделать один точный выстрел. А с меткостью у меня никогда проблем не было. Вот только руки чертовски дрожат. Кажется, у меня невроз.   Дышать. Дышать. Глубоко. Размеренно.   - Я предлагаю вам мир без страха! Такое возможно, уверяю вас! - не умолкал голос Леона. - Как только вы примите это, как только перестанете бежать от прекрасного, новый смысл появится в жизни у каждого из вас! У каждого из вас!   Сердце перебралось в горло и колотилось теперь там. Гул толпы мешал сосредоточиться. Меня толкали и сносили в бок. Запах грязи, парфюма и пота играл с моим желудком в "кто кого".   Пистолет блеснул металлом в моей руке.   Речь Леона оборвалась на полуслове. Красные прищуренные глаза смотрели на меня.  Он нашёл меня. Почувствовал.   Дыхание застыло. Звуки исчезли.  Сейчас!  Рука взметнулась в воздух, выстрел сокрушил тишину в моей голове и мир снова наполнился шумом.   Леона не было на месте. Он просто исчез. Растворился.   Крики. Головорезы стреляли по толпе, которая вопила и разбегалась в стороны, давя друг друга, ступая по головам тех, кто упал.   Шляпа с палями мелькнула в конце сцены и вновь исчезла. Леон двигался слишком быстро. Но он не убегал, он выманивал меня.   - Прекратить огонь! - раздался его голос из колонок, но у микрофона никого не было. - Вы заденете цветочек!   Выстрелы прекратились, я тут же перебралась через ограждение и запрыгнула на сцену.   Сейчас, или никогда. Мне надоело бегать. Надоело прятаться и бояться смерти. Если она так хочет - пусть забирает меня. Так, или иначе, пришло время с чем-то покончить.   - Не стрелять! - раздался голос из колонок, но тумба по центру сцены была по-прежнему пуста.   Это скорость. Он пользуется своей нереальной не человеческой скоростью.   Я держала пистолет на вытянутой руке. Но всё, что мне оставалось - переводить дуло с одного здоровяка Скверны на другого.   Лицо горело пламенем - вся кровь прилила в голову. Сердце не умолкало ни на секунду. Лёгкие беспощадно били по рёбрам. Взгляд метался из стороны в сторону, безнадёжно пытаясь обнаружить хоть малейшее движение вельветового костюма.   - Прошу вас! Оставайтесь на своих местах! Это часть шоу. Часть шоу!   Толпа замедлилась - стадо баранов. По ним только что стреляли!!!   Шоу! Для них это шоу!!!   И вот Леон появился у микрофона.   Я выстрелила, но пуля просвистела по воздуху и даже не знаю, куда в итоге попала. Он снова исчез. И в следующую микросекунду оказался за моей спиной. Горький запах парфюма заполнил собой всё пространство. Я почувствовала тёплое дыхание на затылке, прежде чем холодная рука обхватила меня за горло и прижала спиной к груди. Пистолет будто силой мысли вырвался из руки и улетел в толпу - за движениями Леона невозможно было проследить.   - Милая, милая, девочка. - Тихое шипение над ухом. - Как же я мог не почуять свой цветочек сразу?.. Твой запах царствует в густой толпе человеческой вони. Царствует.   Я попыталась вывернуться, но хилое, на первый взгляд, тело Леона, сжимало меня самыми настоящими стальными тисками.   - Как же мне осточертели ваши прозвища! - закричала я и впервые восхвалила сапоги Роксаны: ударила тяжёлой платформой по отполированному ботинку Леона и на миг получила освобождение.   Всего на миг, которого я почти не заметила. Стальная рука развернула меня и притянула обратно к стальной груди. Я ударилась лбом о каменный подбородок.   - Отпусти меня к чёртовой матери!!! - Попытки освободиться были тщетны.  Его тело - камень, в который меня замуровали.   - Милая, милая, девочка, - мелодично повторял Леон. - Ты ещё слаще, ещё вкуснее, чем я думал. Храбрый цветочек... Мне правда, очень... безумно жаль, что твои шансы на успех, изначально были равны нулю. Столько стараний, столько надежды в этих прекрасных синих глазах, и всё напрасно... Всё напрасно... Ты ведь знала, что так будет. Знала...   Леон наклонился ближе и впился своими мраморными ледяными губами в мои. С такой силой, что освободиться я смогла бы лишь только поломав себе шею. Признаться, я уже собиралась это сделать, но он резко отстранился. В глазах горела страсть, нетерпение, безумство...  Слабый желудок подал признаки приближающейся рвоты. Руки чесались, как хотелось подправить Леону физиономию. Только руки не подчинялись мне - они были замурованы в камне.  Я почти что ударила лбом ему челюсть, но вовремя остановилось - пробила бы себе голову к чёртовой матери!  Толпа стихла. Все гости и жители Скалы с застывшим дыхания и интересом в глазах, наблюдали за зрелищем, разворачивающимся на сцене. И уверена - им это нравится!  Вот кто на моей стороне. На чьей стороне я. На стороне безвольных слепцов, не различающих горького запаха обмана.  - Я же сказал: бесполезно. Как же ты собиралась это провернуть? - наслаждался процессом Леон, скользя носом по моей щеке.  - Выстрелом тебе в лицо, - с отвращением бросила я.  Леон медленно и утробно рассмеялся. Этот ненормальный пытается выглядеть соблазнительно!  - Этого никогда не случится, милая моя, прекрасная девочка. Тебе никогда не превзойти меня. К сожалению, или к счастью, зелёный дым повернул твою судьбу в другое русло. Тебе никогда не стать таким, как я. Никогда не стать.  - И кем же?!  Леон приблизился к моему уху, коснувшись мочки твёрдыми губами:  - Рафком...  Кем-кем?  Передоз амфетамином?!  С хрустом в шее, я отдёрнула голову:  - Как по мне, так ты просто старый извращенец!  Губы Леона неодобрительно поджались:  - Рафки - будущее мира.  - Смерть - твоё будущее.  Леон снисходительно улыбнулся, я бы даже сказала - с обожанием:  - Милая моя, я же сказал, тебе не причинить мне вред. Не причинить.  Сердце галопом забилось в груди. Я широко улыбнулась:  - Мне - нет. А вот эта маленькая красненькая точка у тебя на лбу, может проделать большую дырочку, сквозь которую весь твой наркоманский мозг, с большущей извращённой фантазией, жидкой кашицей расплескается по полу... Рафки, или кто вы там, умеете вставлять мозги на место?!  Леон продолжал улыбаться, словно его ароматный цветочек только что сказал очередную глупость:  - Прелестное ты моё создание, это невозможно. Даже со снайперского прицела в меня никто и никогда не сможет попасть... Только если я сам этого не захочу. А я не захочу.  Я продолжала улыбаться:  - И только если у снайпера нет в наличии красных глаз и скорости, ничуть не уступающей твоей.  Улыбка погасла на лице Леона в одно мгновение. Глаза расширились, обнаружив густые морщины на высоком лбу.  - Не двигайся, - посоветовала я. - Ты ведь знаешь, пуля тебя достанет.  Кадык Леона дёрнулся. Чёрные зрачки бегали по сторонам, но голова с красной точкой по центру лба оставалась неподвижной.  Ну же, Чейз, чего ты ждёшь?..  Наше тесное сплетение тел застыло на месте. Красная точка медленно двигалась вниз - к шее.  Чейз, стреляй же!  Ноздри Леона раздулись, как ноздри быка. Он повёл шею в сторону, принюхиваясь.  - Это он... - Тихий судорожный выдох и на смену испугу в глазах пришло непонимание. Лидер Скверны пристально вглядывался мне в лицо. - Что с его доминантой?  С чем?.. Это ещё что за слово?  - Она... она не такая... - Леона буквально колотило, но не от испуга, от возбуждения! - Где он?! Я хочу его видеть! Он... ОН УНИКАЛЕН! Уникален!!! Кто он?! Он не такой, как я!!! Почему он не такой?!!  - Почему он должен быть таким, как ты?!  - Кем же ещё ему быть?..  - Заткнись! Он не может быть таким!  - Ты права... - Глазные яблоки Леона норовили вот-вот взорваться. - Он сильнее...  Красная точка застыла на шее, под самой его челюстью.  Леон снова принюхивался. Глаза расцветали красными бутонами роз. Победоносный оскал хищника растягивался на мраморных губах.  - Тебе конец. Ничего не выйдет...  - Поздно... - Полный неудержимого восторга голос. - Поздно, милая моя девочка... Уже вышло. Твари, рафки... - Последние его слова сотрясли площадь громким возгласом неизбежности. Дыхание самой смерти коснулось моего лица. - ОНИ В ГОРОДЕ!!!  Вой сирены.  Крики людей.  Маленькая серебристая пуля просвистела перед глазами и встретилась с маленькой точкой на шее Леона, войдя ровно в сонную артерию.  Фонтан крови успел забрызгать мои волосы, лицо и грудь, прежде чем красные глаза предводителя Скверны застыли, железная хватка ослабла, и тело с громким ударом встретилось с деревянным полом сцены.  Его речь закончилась.  Я оказалась свободна.  По пояс в крови.  В городе кишащем тварями, рафками и обречёнными на смерть людьми.

Глава 35

Глава 36

И ветер засвистел в ушах. Ледяное покалывание на открытых участках кожи почти сразу вызвало онемение.  Держать глаза открытыми было невыносимо больно - слизистая мгновенно пересыхала.  Гремели выстрелы и с каждой секундой становились громче. Крики были размазанными, но всегда разными. Запахи менялись один за другим. Теперь эта гремучая смесь ароматов, и мёртвых из могил способна поднять.  Тепло Чейза - главное, на чём я концентрировала внимание. Его кожа всегда горячая. В отличие от ледяных прикосновений Леона, который приписал Чейза к рафкам. И в отличие от моей копии - Дженни, чья температура тела мало чем отличалась от температуры трупа.  Чейз не рафк. Не смешите меня! Я сама видела, как он питается обычной, нормальной пищей...  А чем питаются рафки... я так и не узнала.  Ноги коснулись твёрдой земли и тут же подкосились - совсем забыла о "кандалах". Горячие ладони коснулись моего лица, прежде чем я успела осмотреться. Знаю лишь, что за пределы города мы точно не попали.  Чейз скользил рентгеновским взглядом по моему телу:  - Правое ребро сломано.  Мои брови невольно вздёрнулись:  - Как... ты это видишь?  Чейз хмуро поглядел мне в глаза:  - Кто с тобой это сделал? Твоё тело - сплошной синяк.  Я положила свои ладони поверх его и опустила вниз:  - Хватит. Ты мне не нянька. Со мной всё в порядке.  Я отошла в сторону. Чейз не сводил с меня глаз. Но всё о чём я могла в этот момент думать, так это о девочке, которую практически вырастила, а потом позволила ей остаться в лагере, на который напало стадо рафков!  Где она теперь?!  Что с ней сделали?!  Горечь сдавливала горло - с ней мне удалось справиться.  Дрожащие руки продолжали дрожать.  Боль в рёбрах никуда не делась, но боль за Кристину оказалась способной её притупить.  Я сползла по стене на грязный пол. Истощение в организме подсказывало, что ничего у меня не выйдет. Ни выяснить где она, ни найти её. Ни спасти.  Да и нужна ли ей моя помощь?..  Чейз присел передо мной на корточки, лоб вновь хмурился, кровавый океан бушевал в глазах.  - Где мы? - Я первая задала вопрос.  - НЕ в безопасном месте.  - Безопасных не бывает.  - Да, ты как-то говорила.  Минута молчания тянулась с вечность. Минута, когда мы без всяких слов говорили друг другу о неизбежности. О том, что ничего ещё не кончено, и скорее всего, выживание в Скале ещё даже не началось. Главная, известная нам, часть безумства завершена, только вот на её месте разверзлась целая бездна, к которой никто из нас не был готов.  Скала не была к этому готова.  Чейз коротко вздохнул, проведя рукой по лицу. Он выглядел измученно, но я не видела отчаянья в его глазах.  - Это церковь, - тихо произнёс он и в моей голове будто бы что-то прояснилось.  Ряды деревянных скамеек по обе стороны от широкого прохода. Цветные разбитые витражи на окнах. Алтарь, лишённый всякого рода мусора - кто-то следил за этим местом. Холод пробирающий до самых костей. Запах грязи и воска, словно тут регулярно жгли свечи. Птицы бьющиеся в припадке под самой крышей куполообразного потолка; ищут выход, возможно ещё надеются вгрызться клювом в чью-нибудь голову. Только выхода не находят. Будто ослепли.  Как и мы.  - Кто она такая? - спросил Чейз, его взгляд ни на секунду не отрывался от моего лица. С его-то чутьём, он мог себе это позволить. Как только кто-то соберётся попасть в церковь, Чейз почувствует это. Или...  Я нахмурилась:  - Постой, разве ты их чувствуешь?  - Кого?  - Рафков. Та женщина в лесу... думаю, она была такой же. Но ты не учуял её.  - Рафки?.. - цинично прищурившись, переспросил Чейз.  Я дёрнула плечами:  - Так они себя называют.  Помедлив, Чейз прислонился к стене рядом со мной, выглядя при этом вполне расслабленно.  Я не могла позволить себе того же, подпрыгивая от каждого крика и выстрела снаружи. Без оружия я чувствовала себя слишком уязвимой. Да и общее состояние не радует.  - До сих пор не понимаю, как этим пользоваться. - Низкий голос Чейза эхом отражался от высоких стен.  Я повернулась к нему всем корпусом. Ноги касались его бёдер, впитывая тепло, посылая коже волны дрожи. Настоящий парадокс: за стенами церкви бушует смерть, где-то рядом находится Кристина, а я переживаю волны трепета, просто находясь рядом с этим парнем.  Отвратительное чувство.  Незабываемое чувство.  - Во мне как будто что-то срабатывает. Внутри меня, - говорил Чейз, почти не моргая. - Словно это что-то посылает мозгу сигналы и всё во мне... не знаю, обостряется. Улучается.  - Доминанта, - тихо произнесла я.  Брови Чейза нахмурились. Он, как и я не имел понятия что это.  - Леон об этом говорил, - продолжала я. - О какой-то доминанте. О том... что у тебя она, м-м... не такая.  - Не такая?  - Я не знаю, что это! Он просто сказал, что ты... сильнее.  Чейз тяжело вздохнул и впервые оторвал взгляд от моего лица. Теперь он смотрел вверх, подпирая затылком стену.  - Ты знал, что Леон... не человек?  - Понял, когда взял в прицел.  - Почему не выстрелил сразу? Почему медлил?  - Потому что ты была рядом с ним! - Чейз круто повернул ко мне голову. - А Скалу в этот момент окружали твари и эти твои рафки! Я должен был как-то выиграть для тебя время! Изменить твой запах. Хотя бы попробовать. - Его голос повышался. - Я почти выстрелил, но ты первая нажала на курок! И потом эти его безумные перемещения... В моих глазах, это похоже на... замедленную видеосъёмку. Думаешь, я сходства не увидел? Да я просто охринел!  - Ты не рафк.  Чейз вздохнул, запустив пятерню в волосы:  - Нет. Это уродское название мне не нравится. Но различий не много...  Я издала короткий смешок, не сводя глаз с его лица:  - Так ты поэтому вместо головы, пробил артерию? Решил искупать меня в крови Рафка, чтобы армия Леона не учуяла во мне человека?  - Сомневаюсь, что Леон у них главный.  - Думаешь, есть кто-то сильнее?  Чейз горько усмехнулся:  - Полно.  Я злобно нахмурилась:  - Значит надо было стрелять в голову! Хотя бы от одного избавиться! Я бы сама о себе позаботилась!  - Тебя вообще не должно было быть рядом! - Как же знакомо бегали желваки по его скулам. - Какого чёрта поднялась на сцену?!  Я наклонилась ближе, слабо и невесело улыбаясь:  - А какого чёрта ты полез на крышу?  Челюсти Чейза сжались с новой силой. Вены вздулись на шее. В глазах ярость.  - Ты сам отступился от своего же плана! - Ярость овладевала и мной. - Запасное место встречи?! "Джей, сделай хоть раз как я прошу", - перекривляла я Чейза. - Не было для нас никого плана! С самого начала! План был только у тебя и в твоей голове!  - Потому что так у тебя было больше шансов! - рычал Чейз. - Думаешь, я не понял, какого хрена Дакир Тайлера дипломатом сделал?! Информация о тебе была способна расколоть Скверну пополам! Билет первым классом до Леона!  - Какое сейчас это имеет значение?!  - Если бы после первой попытки Скверны поймать тебя, ты бы сразу пошла на склад, сейчас Леон был бы мёртв со стопроцентной гарантией, а твоё тело не напоминало бы сплошную гематому!  Меня трясло. И поломанное ребро тряслось вместе со мной.  Несносный идиот! Кретин! Моя кровь улучшила способности всего его организма, а про мозг забыла?!  - Так я и сделала! - закричала я. - Только помяли меня, не поверишь, по пути к тебе, а не после! И только тебя вот не оказалось на месте! Потому что у супер-парня, открылись супер-способности, и он как истинный супергерой поспешил на крышу со снайперской винтовкой, спасать мир, мать его!  - Так сидела бы там и ждала, пока я не спасу этот, мать его, мир!!! - Лицо Чейза побагровело.  Мы смолкли. Только моё частое отрывистое дыхание нарушало холодную церковную тишину, и хлопанье крыльев птиц о высокий потолок, бьющихся в припадке.  Чейз смотрел на меня двумя огненными прицелами. Ноздри яростно раздувались. Тоненькая жилка пульсировала на виске. Раньше я её не замечала...  - Брей, недоносок! Я поклялся убить его, если выпустит тебя со склада!  - Больше в этом нет необходимости. - Я прильнула спиной обратно к стене.  Чейз не шевелился, но он прекрасно меня слышал.  - Кристоф сдал нас патрульным.  Ноль реакции.  - Роксана тоже погибла. Жертвы Дакира, какими бы они ни были, не оправдали себя. Вообще.  Только сейчас я обратила внимание, что выстрелы на улице прекратились. Голоса и крики всё ещё сотрясали воздух, но банды, кажется, сложили оружие. А что касается мирного населения, так не зря ведь им увеличили сдачу крови... Истощённые, полуживые, голодные... такие, как они вообще не способны оказывать сопротивление. Леон давно распланировал свой фестиваль... новой эры, будь она проклята.  Эра рафков?.. Нет, спасибо, лучше сразу сдохнуть.  И почему он них вообще никто не знал?..  - Так кем была та девушка? - вновь заговорил Чейз, и на этот раз его голос не звучал сердито.  Его горячая ладонь накрыла мою ледяную и вся ярость с раздражением тут же выпорхнули прочь. Рядом с ним я позволяла себе быть слабой. И сейчас для этого самый неудачный момент, но я просто не могла себя заставить отказаться от его прикосновений.  - Я не знаю, - тихо ответила я. - И если хочешь спросить: не могло ли у моей матери быть двойни, можешь сразу об этом забыть. По всем прогнозам и меня быть не должно было. Так что отец просто не мог пропустить момент появления на свет долгожданного ребёнка и не заснять его на камеру. И поверь, никакими близнецами там и не пахло. Так что понятия не имею, кто эта Дженни такая.  - Дженни? - Чейз резко напрягся. - Разве дочь Завира звали не Дженни?  С тяжёлым вздохом я пожала плечами:  - Если это окажется она, тогда я официально признаю, что спятила. И мир спятил.  Чейз притянул меня ближе и усадил себе на ноги, так медленно и аккуратно, что тело практически не ощутило боли. Его горячие ладони оказались на талии.  - У них Кристина, - сказала я прежде, чем он наклонился к моему лицу.  Взгляд Чейза наполнился недоумением:   - Она должна быть в Ангеле.   - Рафки напали на лагерь. - Мой голос дрогнул. - И я понятия не имею, что они с ней сделали... Жива ли она вообще.   Горечь вновь прожигала горло. В глазах щипало.   Чейз коснулся моего лица и провёл пальцами по засохшей крови.   Я усмехнулась сквозь набегающие слёзы:   - Эй, ты сотрёшь мой защитный костюм.   - Он тебе больше не нужен. - Его голос звучал мягко и немного грустно.  Тёплые пальцы избавляли кожу от слоёв крови, возможно спасших мне жизнь. Ведь только благодаря им твари не обратили на меня внимания. А та девушка, Дженни, вряд ли стала бы сильно стараться, чтобы остановить их.  - Почему? Потому что супергерой теперь рядом? - Несколько наглых слезинок всё же успели вырваться из глаз, прежде чем я сумела себя заставить выключить режим размазни.  Чейз провёл подушечкой большого пальца по моим губам. Два глубоких океана ярости наконец утихли:  - Я не супергерой.  Я издала приглушённый смешок:  - Брей считал тебя Флэшем. Или Суперменом.  - Придурок. - Чейз опустил глаза, но слабую, едва заметную кривую улыбочку скрыть так и не смог.  "Мою" улыбочку.  И я бы сидела так вечно. В его объятьях, укутанная его теплом. Если бы только и проблемы решились сами собой. Просто пролетели мимо. Или мы пролетели бы мимо проблем, куда-нибудь подальше от Скалы, как можно дальше... Но такого не бывает. Только не со мной.  Судьба так просто не отпустит. Она будет пытать меня, пытать и испытывать, пока я однажды окончательно не сломаюсь и не признаю своё поражение.  Пока что я к этому не готова. Только не теперь, когда его яркие губы так близко. Когда сердце бьётся рядом с моим. Когда глаза больше не кажутся двумя бездонными океанами смерти...  - И что дальше? - полушёпотом произнесла я, но эхо всё равно подхватило слова и подкинуло к самому потолку. - Сколько мы будем здесь сидеть?  Чейз поглаживал меня по щеке. Согревал ладонью спину под курткой и толстовкой.  - Город в оцеплении, - сказал он. - На воротах за сотню рафков. Твари расставлены на несколько километров по периметру.  - Чтобы никто не сбежал.  Это не было вопросом, но Чейз всё равно кивнул:  - Скала по большей части наполнилась рафками, сейчас я их хорошо чувствую. Они как... в общем... их запах везде, я не могу этого объяснить. Просто знаю, что в городе тварей не много.  - Потому что люди нужны им живыми...  Чейз сделал то, на что я всё никак не могла решиться: взял мои руки в свои и положил на горячую шею. Искорки огня приятным покалыванием разбежались по коже, и я почувствовала несравнимое ни с чем облегчение. Осталось только зашипеть, как реакция на столкновение горячего с холодными.  - Зачем им люди? - спросил Чейз.  - Не уверена. Но Леон постоянно твердил о какой-то новой эре. Думаю, это и есть их план - сотворить армию непобедимых созданий.  - Они сгоняют всех к площади.  - Ты это чувствуешь?  - Скорее догадываюсь.  - Ладно, - я сдула с глаз надоедливую чёлку, - так что мы будем делать? Найдём машину? Прорвёмся через оцепление? Твари ведь боятся тебя, нас даже преследовать не будут. Останется только с рафками разобраться...  Главный вопрос я задала после многозначительной паузы:  - И куда мы отправимся?  Чейз не отвечал. Но ответ был и не нужен.  Я задала изначально глупый вопрос.  - Ты вернёшься в Крест.  Чейз облизал губы и на миг опустил глаза:  - Я должен.  - Я знаю. Давай забудем. Ты нужен Ронни, а я не законченная скотина, чтобы просить тебя остаться со мной!   Чейз помолчал, пристально глядя мне в глаза, рука, поглаживающая мою холодную щёку остановилась:  - Ты не уйдёшь.   - Уйду. Я не вернусь в Крест.   Чейз выглядел так, будто получил ответ не на тот вопрос. До меня дошло только спустя целую вечность:   - Я должна.   - Ты даже не знаешь, здесь ли она.   - Я не могу уйти, пока не удостоверюсь, что Кристины нет в городе.   - И что если нет?   Я сглотнула тугой ком в горле:   - Значит, я узнаю, где она.   - И найдёшь.   - И найду.   Губы Чейза тронула печальная улыбка:   - Для чего? Чтобы она опять отправила тебя обратно?   Я и не думала злиться, потому что и в моей голове уже возникала эта мысль. Но разве я могу поступить по-другому? Разве могу забыть об этой девочке? Если в Ангеле она была в относительной безопасности, хоть и с промытыми мозгами, то вариант её превращения в кого-либо вроде рафков, сразу отменяется! Что я за дрянь такая, если зная, какая над ней нависла угроза, сделаю вид, что ничего не происходит?..   У Чейза есть Ронни. И если Чейз сомневается в моей потребности найти Кристину, в моей ответственности за неё, то нам не по пути.   - Я помогу её найти...   И Чейз поцеловал меня. Горячие влажные губы накрыли мои и в этот миг в голове ничего не осталось. Никаких мыслей. Никакой борьбы. Никакой скорби и сожалений.   Были я и он, в нашей маленькой хрупкой вселенной. Такой невесомой и так много значимой. Мой якорь... Моя боль... Мой камень на шее, тянущий ко дну. Мои крылья, воспаряющие к небесам. Мой оплот надежды. Маленький островок - единственное место, где такая как я всё ещё может существовать.   Если я не вернусь вместе с ним в Крест, то уже не вернусь никуда. Потому что единственный смысл бороться за место под солнцем пропадёт.   А я не вернусь.   Каждый его поцелуй открывал во мне что-то новое. Закрывал старые двери и распахивал настежь потайные, о которых я даже не подозревала.   Я чувствовала. Чувствовала! Его! Себя! Я жила! Не просто существовала. Во мне бурлила сама жизнь! Каждый поцелуй был наполнен жизнью - лучшей из её сторон.   Страстный, нежный, глубокий, ненасытный... Я запоминала каждый! Навеки-вечные сохраняя в памяти. Я терялась в этом буйстве красок, в эмоциях взрывающихся в сердце.   Его губы на моих губах, сплетенье языков, руки ласкающие кожу, тёплое дыхание, порождающее волны дрожи где-то в самом низу живота и две заблудшие души, нашедшие утешение друг в друге.  "Ты умрёшь из-за него"...  Умру.  "Он не заслуживает доверия".  Никто не заслуживает доверия.   "Он убьёт тебя".  Он уже меня убил.  "Чейз убьёт тебя. Вот увидишь".   Я заставила себя отстраниться от его губ, тяжело дыша, хватая ртом воздух и тихо прошептала:   - Мы ведь в одной команде, да Чейз?..   Чейз накрыл мои губы новым страстным поцелуем, но я опять отстранилась:   - Мы на одной стороне?   Чейз медленно выдохнул, его глаза улыбались, я не сразу дала определение этому его новому взгляду. Смесь умиления и горькой печали.   - Ты никогда не будешь мне доверять, - прошептал он, вырисовывая невидимые узоры пальцем по моей шее.   - Считаешь, должна?   - Нет. - Чейз едва заметно помотал головой. - Не должна. Я не прошу тебя верить мне до конца... Просто будь со мной.   - Потому что ты дал нам шанс?   - Потому что мы дали шанс друг другу. И я буду держаться за него до конца.   В его глазах, как и в моих, осталось много чего недосказанного, но я не знаю, появится ли ещё когда-нибудь возможность сказать друг другу всё до конца. И не ускользнёт ли этот шанс, который мы дали друг другу и который подарила нам сама жизнь, в следующую минуту.   Поток ледяного воздуха ударил в лицо и я не сразу поняла, что стою на ногах. В эту самую "следующую секунду" произошло слишком много, чтобы выстроить в голове правильную цепь событий.   Я лишь видела, как Чейз понёсся к двери... Как эта самая, тяжёлая дубовая дверь ударила по нему с силой великана. Помню, как ураган ворвался в старую церковь и заставил целые ряды скамеек оторваться от пола и взлететь к потолку, где те же несчастные птицы пробивали головами стены, в поисках выхода.   Я и Чейз стали эти птицами. Церковь стала нашей клеткой. Наши чувства овладели слишком большой частью разума, притупив слух, притупив ощущение реальности... Даже Чейз попался на эту удочку... он не учуял опасности, когда она была так близко.   Я говорила - чувства погубят нас обоих. Чувства - сделают нас слабыми в самый неподходящий момент. Роксана была права: Чейз убьёт меня. Только и я, тоже, убью Чейза. Каждый из нас знал, что так будет... Рычаг опущен, мы сами его опустили, когда наивно решили, что сможем с этим справиться.   Чувства - погубят нас обоих.   Чувства, только что погубили нас.   Глупцов, верящих во что-то светлое в прогнившем насквозь мире.   Глупцов, цепляющихся за надежду, которой никогда не существовало.   Рафки окружали нас, заполняя церковь ураганом движений. Я находилась в самом центре бушующего торнадо, в толстой стене из воздуха. Смертельно опасной, непроходимой.   Чейз дрался. Вихрь каштановых волос мелькающий то здесь, то там - единственное за что взгляду удавалось зацепиться.   А потом я увидела самого странного человека в своей жизни. Не человека - рафка. Его светлая кожа, была не просто светлой, эту кожу можно сравнить лишь самыми белоснежными оттенками. Как чистый лист бумаги, как первый снег, как лебединое перо. Волосы убранные назад, ничем неотличимые от цвета кожа, не считая шёлкового блеска, отражающего свет с улицы из выбитых дверей. Губы, брови, ресницы... это какое-то искусственное, гипсовое создание покрытое глянцевой белой краской. Черты лица слишком мягкие, плавные... сложно определить, смягчают ли они впечатление производимого нездорового ужаса, или обостряет ещё больше. И я склоняюсь ко второму варианту, потому что два ядовито-красных глаза - два взорвавшихся жерла вулкана, буквально парализовали всё тело. Это не глаза... это два адских котла из самого сердца ада.   Альбинос целенаправленно двигался ко мне. Чейз что-то кричал, сражаясь с целой толпой рафков, а я как заворожённая смотрела на самое невероятное создание из всех, что доводилось видеть.   Существо остановилось. Рафки вокруг меня перестали сотрясать движениями холодный воздух, взяв меня в плотное кольцо.   Искусственное лицо альбиноса выглядело строго, хотя я уже была уверена, что этот маньяк окажется похлеще Леона. Но он не ухмылялся. Не демонстрировал оскал. Глядел на меня со всей серьёзностью и лишь немного с интересом.   - Похожа. - Наконец прозвучал его холодный низкий голос, как некое заключение, которое он сам для себя вынес. Приблизился ещё на шаг.   В этот момент тело Чейза с глухим звуком ударилось о стену за алтарём.   Птицы кричали и били крыльями.   Я почти не дышала.   Шансов нет. Мы упустили все шансы.   Больше ничего не будет.   Дальше, ждёт бездна.   - Это ты? - спустя долгую паузу произнесло "белое" создание, проникая дьявольскими глазами в самые дебри моей души.   - Кто - я? - Два тихих, рваных слова.   Грудь альбиноса вздрогнула - он усмехнулся:   - Ароматный цветочек с уникальным запахом.   Леон - жив.   - И что тебе от меня надо? - Голос обретал твёрдость. Если силой его не победить, всё, что остаётся - это пользоваться мозгами.   - Я ещё не решил, - спокойно ответил альбинос, заведя руки за спину. - Но мы с тобой обязательно поговорим об этом, после того как...   Его белая голова повернулась в сторону, где четверо рафков пытались справиться с Чейзом. Они скручивали его по рукам и ногами, но каждая их попытка с треском проваливалась.   - Меня больше интересует он, - произнёс альбинос и в его кровавых глазах вспыхнул неподдельный интерес.   Холодный пот заструился по спине. Колокольчики тревоги в голове забили с силой ядерного взрыва.   - Какого чёрта?! - закричала я, сжимая кулаки, так что ногти больно врезались в ладони. - У тебя своих таких мало?!   Голова альбиноса медленно повернулась ко мне:   - Похожа. - С лёгкой удовлетворённой улыбкой произнёс он. - Даже слишком.   Я крепко сжимала челюсти. Происходящее - слишком большое безумие, даже для меня! Я не справляюсь! Я готова рассыпаться на мелкие кусочки, прямо здесь и сейчас, прямо на глазах у самого странного создания на свете!   - Нам пора, - плавно произнёс альбинос и меня тут же обвили стальные руки рафков.   - Куда?! - закричала я, из последних сил пытаясь освободиться.   Белое лицо оказалось в трёх сантиметрах от моего, и гипнотический взгляд заставил подавиться следующим, почти сорвавшимся с языка словом.   - Праздновать. - Тихое, умиротворённое шипение. - Праздновать. Веселиться. Новая эра ждёт своих героев... С чего бы начать?.. - Его глаза посмотрели поверх моей головы. И я знала, кто там. Стало слишком тихо - Чейз был повержен.   Кровавые глаза самого дьявола улыбнулись, обнаружив тоненькие морщинки:   - Как насчёт, бойцовских ям?..

Глава 37

Земля перевернулась с ног на голову.

Подо мною — звёзды на сумрачном небе, с размазанной серой дымкой облаков.

Надо мной — земля; грязный снег, утоптанный десятком ног. Не человеческих. Ну, или не

совсем…

От зловония с разинутых пастей тварей слезились глаза. Или глаза слезились от

боли… Я не могла пошевелиться, и не только потому что напоминала летучую мышь во

время отдыха, и даже не от того, что малейшее движение могло спровоцировать

стремительное падение — в толпу тварей, рычащих и прыгающих друг другу по головам,

в нескончаемых попытках дотянуться заветного сокровища — до человека, поломанного и

покалеченного и так аппетитно пахнущего… Каждая косточка в грудной клетке вопила от

нескончаемой боли, оставляя туманные шансы на какое-либо восстановление.

Моя бровь снова кровоточила.

Кап-кап-кап. Чёрные капельки скользили по виску и ни одна из них не долетала до

конечного пункта — земли. Каждая исчезала в чёрной зловонной дыре — в пасти твари.

Церковь. Чейз. Рафки. Альбинос.

Я не помню, как отключилась, или кто-то помог мне в этом… Не помню, как

оказалась подвешенная вниз головой на дереве. Это лес?.. Почему я за пределами Скалы?..

Бойцовские ямы? То, белое приведение, что-то сказало о бойцовских ямах…

— Ну ладно, довольно. Пошли вон. — Тот же голос: спокойный, уверенный…

властный.

Твари, с тихим недовольным рычанием разбрелись по сторонам и исчезли в

полумраке леса.

Перевёрнутое лицо альбиноса возникло перед глазами. Если бы не чёрная одежда и

две ярко-красные точки под бровями, я бы решила, что передо мной безголовое создание

— настолько его кожа сливалась с заснеженным фоном.

Голова немела и весила с тонну, в висках пульсировало из-за крови прилившей к

мозгу. Веки казались деревянными, во рту раскалённая пустыня с металлическим

привкусом, руки связаны за спиной.

Альбинос не улыбался — вряд ли он часто себе это позволяет. Он как скульптура

из гипса, на первый взгляд такая хрупкая… только внутри заполненная свинцом.

— Меня зовут Вал, — произнесла скульптура, едва заметно шевеля губами.

Энергия, которой от него несло, просто потрясала самоуверенностью и превосходством.

Словно сам Бог почтил меня грешную присутствием, а я — дура, этого не понимаю.

— Ты всех по деревьям развешиваешь, прежде чем представиться? — Голос сильно

вибрировал от напряжения, и пересохший язык совсем не помогал с этим справиться.

— Это была не моя идея. — Вал слегка повернул голову в бок, и из-за соседнего

дерева показалась ещё одна фигура.

Лицо Дженни, в противовес лицу альбиноса было перекошено от злости. Поза

недовольства: скрещенные руки на груди, широко расставленные ноги. Кровавые глаза

сверлили во мне две огненные дыры, плотно сомкнутая челюсть играла желваками.

Я в конец сошла с ума, потому что вместо того, чтобы включить на максимум

инстинкт самосохранения, всё, что возникло в этом момент в голове: «Моё лицо выглядит

также по-идиотски когда я злюсь»?!

— Дженни, подойти поближе. — Вал подозвал её рукой — плавным, изящным

движением.

Девушка без колебаний послушалась.

Слабое подобие удовлетворённой улыбки коснулась уголков губ альбиноса.

Ему нравится это — управлять. И думаю ещё больше — управлять строптивыми.

— Это была её идея. — Тонкая кисть Вала аккуратно опустилась Дженни на плечо.

Та, слегка дрогнула. — Лично я не вижу в этом особого смысла, но раз Дженни

попросила… Думаю, ты ей понравилась. Обычно от доставучих особей она избавляется

сразу и без колебаний, но в твоём случае, даже не стала просить у меня на это разрешение.

— Короткий вздох. — Разумеется, я бы не позволил тебя уничтожить, но всё же…

Я и половину слов не слышала. У меня в ушах бурлила кровь! Не удивлюсь, если

она и из них покапает!

— Я знаю, что она тебе зачем-то нужна! — раздражённо прорычала девушка. —

Только она мне совсем не нравится, Вал! Она меня бесит!

— Будь добр, переходи к конкретике, — пропыхтела я, игнорируя замечания Джей

и старательно избавляясь от тёмных пятен мелькающих в глазах, — или развяжи меня,

потому что клянусь Богом, я ни хрена из твоей речи не понимаю.

— Это была проверка реакции тварей на такую как ты, — решил пояснить Вал.

— На какую такую?

Альбинос помолчал. На лице — выражение полнейшей отрешённости от ситуации.

— На такую… необычную, — просто сказал он и повернулся к Дженни. —

Позвольте, я лично вас представлю друг другу. Дженни, это… Дженни. Дженни, — он

повернулся ко мне, глаза игриво сверкали, — это Дженни. Кажется, Завир вас обоих

считал своими дочерями. Не удивлён, вы просто копия друг друга.

— Не говори больше об этом ублюдке! — с отвращением фыркнула Дженни, глядя

и на меня, как на нечто малопривлекательное. — Мне плевать на него. И на его новую

зверюшку.

— С «ублюдком» — соглашусь. А ты значит, его первой зверюшкой была? —

бросила я и уставилась в лицо Вала. — Если убивать меня не собираешься, не хочешь

помочь спуститься?

— Дженни, спусти её.

Дженни не двигалась.

Вал пристально поглядел ей в лицо и уж понятия не имею, что она в нём увидела,

но в следующий миг в её руке оказался пистолет. Выстрел по верёвке и моя спина

ударилась о вытоптанную тварями землю.

Изо рта вырвался стон. Я перевернулась на живот и поджала под себя колени.

— Твоя травма не смертельна, — донёсся голос Вала сквозь гул в ушах. —

Поднимайся.

Перевалившись на бок, я попыталась встать на своих огромных платформах, но тут

же завалилась обратно. Онемевшие ноги не слушались. Как и всё сотрясающиеся от

холода тело.

— У вас один размер обуви? — раздался голос Вала, и его вопрос был адресован не

мне.

— Что? — Лица Дженни я не видела, но голос был полон недоумения. — Откуда

мне знать, какой у этой сучки размер обуви?!

— Снимай, — сдержанно продолжал альбинос.

— Мне не нужна её обувь! — решила и я подать голос.

Дженни бросила в меня брезгливый взгляд.

— Снимай, — терпеливо повторил Вал и повернул голову ко мне. — Рафки не

чувствуют холода, не беспокойся, она вполне обойдётся и без неё какое-то время. А ты

человек, и судя по всему, твои… — даже не знаю, как их назвать, — не очень удобные.

Дженни швырнула в меня ботинки, испепеляя взглядом, втаптывая в землю,

отправляя к самому дьяволу. Этот альбинос определённо имеет над ней влияние.

Только и меня они не знают, если решили, что стану играть в недотрогу и откажусь

от подарка, благодаря которому смогу нормально передвигаться, когда пошлю этих двух

уродов к чёртовой матери.

Ботинки на тонкой подошве оказались впору.

Я поднялась на ноги, устремив затуманенный взгляд за спины рафков — на

городские стены, из-за которых по вечернему небу скользили три толстых луча от

прожекторов. Гремела музыка, всё та же: бум-бум-бум.

— Я так понимаю, развязать руки просить бессмысленно?

— Можно я ей хотя бы врежу?! — взорвалась Дженни и рванула ко мне, но одним

быстрым движением, альбинос пригвоздил её к месту.

— Зачем она тебе?! — орала Дженни, тыкая в меня пальцем. — Ты убедился: для

тварей она обычный человек! Ну и что, что от неё воняет чуть больше, чем от других! В

ней нет ничего особенного! На кой чёрт нам её кровь? Мы и сами можем заражать людей

и превращать в рафков! Что с неё толку? Её даже заразить нельзя — обычная

пустоголовая выскочка!

Вал слабо, но опасно улыбнулся, коснувшись ладонью её бледной щеки. Девушка

мгновенно смолкла, только дышать продолжала тяжело и возмущённо.

Я не упускала из глаз ни единой мелочи: Дженни строптива, но Вала боится. А

Вал… как будто забавляется с ней. Ему нравится выводить её на эмоции, но в тоже время

ему не плевать на неё. Далеко не плевать.

— Чего пялишься?! — рявкнула на меня босая Дженни. Я хотела предложить ей

свою обувь, но боюсь ситуация не та, чтобы ходить по лезвию ножа.

Я смотрела на Вала:

— Где Чейз?

— Дружок твой ненормальный?! — вставила Дженни.

— Ну… мой хотя бы на труп не смахивает.

Вал не отреагировал на колкость:

— Он в яме. Готовится к бою.

Мои колени задрожали, ноги налились свинцом. Тугая удавка затянулась вокруг

шеи.

— Не надо… — Голос был слабым и практически молебным. — Прошу, не

поступай с ним так.

Правая бровь Вала заинтригованно приподнялась. Ему очень… очень нравится

выводить людей на эмоции.

— Скала наша, Джей… Я ведь могу тебя так называть? Леон сказал: теперь это

твоё имя.

Я сглотнула… или нет, потому что тугой ком продолжал разрастаться в горле.

Альбинос плавно и грациозно скользнул ко мне:

— Джей. — Короткий вдох. Многозначительный взгляд. — Фестиваль

продолжается. Его никто не отменял. Рафки всего-навсего принесли с собой немного…

интриги.

— Смерти! — закончила я одновременно с ним.

Белая физиономия Вала слегка склонилась на бок, глаза прищурились:

— Мы не собираемся никого убивать.

Повисла напряжённая пауза. Напряжённая для меня и может быть для Дженни. Вал

был всё так же безмятежен.

Я вновь сглотнула: ком не поддавался. Все мысли крутились вокруг Чейза. И

вокруг того, какой ад ему, скорее всего, предстоит пережить. На глаза невольно набегали

слёзы. Мне было больно. За него. Меньше всего я хотела, чтобы его совсем недавно

оттаявшее сердце возвращалось в трущобы рабства и беспросветности.

— Тогда зачем тебе Скала? — воскликнула я. — Хотите заразить людей? Зачем?!

— Затем, что это эволюция, Джей. — Вал коротко помотал головой: «Что может

быть проще». — Рафки — будущее мира. Мира, без страха, без холода, без нищеты. Мира,

когда даже самое болезненное тело выходит на новый, сверхчеловеческий уровень. Рафки

не боятся тварей. Твари боятся нас. Рафки почти не нуждаются в пище, а если и

нуждаются, то сгодится белок любого животного, или птицы. Мы не привередливы. Наше

чутьё… наше зрение, нюх, слух, скорость… Больше не будет стен. Не будет ущербных

городов! Не будет болезней и целых эпидемий. Не будет страха.

— Не будет страха? — Я мрачно усмехнулась. — Хочешь сказать, тебя никто не

боится? Хочешь сказать, ОНА тебя не боится? — Я кивнула на Дженни. — Не будет и

убийств, разврата, жестокости, рабства?.. Отсутствие этого ты тоже гарантируешь? Чем

твоя эта Новая эра будет лучше той, в которой все мы сейчас печёмся?

Глаза Вала вновь улыбались.

— Зачем ты ей это рассказываешь?! — ощетинилась Дженни, подойдя ближе, но

Вал пристально глядел на меня.

— Ты мыслишь слишком глобально. Всё лежит на поверхности. — Теперь и на

бледных рафьих губах мелькала улыбка, словно он получает незабываемый кайф от нашей

нелепой дискуссии.

Его не интересует моё мнение, но Вал зачем то продолжает этот цирк.

У него так мало собеседников?

И он будто бы прочёл мои мысли:

— Признаюсь, я восхищён. Не многие решаются высказать подобное вслух.

— Подобное?! — Я усмехнулась громче. — Это факты! Неоспоримые факты! Ты

ничего не изменишь, превратив остатки человечества в рафков! Что будет после того, как

не останется кого превращать?.. Круг замкнётся — всё начнётся заново. Люди уничтожали

друг друга. А потом рафки начнут уничтожать друг друга. Потому что даже твари станут

им не интересны! Человеческая сущность слишком глубоко посажена в каждом из нас и

от неё не избавиться. Рафки… люди… да плевать! Мы как воевали друг с другом, так и

дальше будем это делать! Тебе не искоренить это. Взойдёшь на трон и просто будешь

наблюдать, пока безумство не завершится само собой, или Земля не решит тряхнуть нас

всех ещё раз, чтобы наконец закончить миссию, и избавиться от каждого засранца уже раз

и навсегда?..

Дженни звала Вала, в бесконечных предложениях меня прикончить, но альбинос,

не моргая глядел мне в лицо. И я бросила попытки определить, о чём он сейчас думает.

Бесполезно. Нужно быть телепатом, чтобы пробиться через гипсовую маску

непоколебимого спокойствия.

— Вал! — кричала Дженни, но прикоснуться к нему так и не решалась. — Нас

ждут! Все ждут только нас! Пора приступать, пока люди не замёрзли до смерти. Среди

них куча детей и больных! Если не отдашь команду начать прямо сейчас, они и до утра не

дотянут!

О, нашу мисс-ледяная-стерва беспокоит кто-то вроде детей?..

И я уже сбилась с ощущения, сколько длилась эта пауза. Вал, не отрываясь, глядел

на меня. Может уснул и просто глаза забыл закрыть?..

— Так похожи и такие разные, — наконец слетело с его губ, и Дженни заткнулась в

ту же секунду. — Но между вами нет кровного родства. Я чувствую это.

Ни я, ни она не знали, в чью сторону только что полетел комплимент, а в чью

оскорбление. Думаю, моя персона, вряд ли заслуживает хвалебных отзывов.

— Мы лекарство для этого мира. — Вздох и тихий, умиротворённый голос Вала: —

Я слышу, как бьётся твоё сердце, Джей. Ты беспокоишься о них.

— Всего лишь о небольшой части. — Что — правда.

— Никому из них не причинят вреда, — заверял Вал. — Для рафков важен каждый.

Даже один единственный человек, может оказаться самым бесценным. — Он бросил

короткий взгляд мне за спину. — Ты ведь понимаешь, что сбежать не сможешь?

— Предельно ясно.

«Если благодаря такому ответу, ты освободишь мои руки».

Вал закивал:

— Уверен: понимаешь. Дженни развяжет тебе руки. Иди за мной. Я кое-что

покажу.

— Я думала, ты привёл её сюда, чтобы прикончить! — вновь завелась Дженни.

— ТЫ её сюда привела, — мягко ответил Вал, всё ещё заворожённо глядя мне в

лицо.

— Да! Потому что думала — здесь мы её прикончим! После того, как ты

убедишься, что в ней нет ничего особенного! Бесполезная зверюшка: рафком не станет,

только обедом для твари!

Вал мягко улыбнулся и в этот раз я точно знала, что улыбка адресована мне:

— Так похожи и такие разные.

Глава 38

Дженни нехотя освободила мне руки (просто разорвала толстую верёвку) и с

медвежьей силой толкнула в спину.

Сама себе поражаюсь, что не взрыхлила носом землю.

На городских воротах было целое столпотворение рафков. И не меньше тварей,

похожих на страшных кукол с соломенными мозгами, бесцельно слоняющихся туда-сюда.

Но чем ближе к центру мы подбирались, тем меньше их становилось. Тварей — не

рафков. Первым людей не доверяли.

Самый настоящий, самый жуткий, и самый невообразимый фильм ужасов, в центре

которого я по «счастливой» случайности оказалась. Хотя нет, Дакир — не случайность.

«Где ты, мой уважаемый добрый друг, у меня так чешется язык и особенно руки

сказать тебе спасибо! Я бы даже пушку у Бешеной Дженни попросила, чтобы

продырявить твой блестящий лоб»!

В Кресте! Где же ещё ему быть? Попивает чаёк и ждёт посылки с известиями о

долгожданной победе. И если вдруг случится что-нибудь невероятное, например, все

рафки вдруг отравятся кислородом и сдохнут в одну секунду, я обязательно отправлю

чью-нибудь бледную голову в посылке для Дакира.

Только снег освещал мрачные улицы Скалы.

Больше по ней не слонялись нищие и больные. Не расхаживали патрульные с

круглой, как колесо, грудью и полной обоймой в винтовке за плечом. Никто не объявлял

комендантский час. Никто не убивал друг друга за огрызок яблока, или грязное одеяло.

Стихла сирена — Скала смирилась, упала на колени. Скверна впервые за всё время

существования проиграла.

Чтобы Завир сказал об этом?..

Принял бы новую судьбу? Судьбу рафка. Что-то подсказывало мне, что с радостью,

да ещё поспорил бы с Валом за место на троне.

Три ярких луча света скользили по небу. Музыка звучала приглушённо, словно и

ей было страшно реветь в полную силу перед новыми владельцами Скалы.

Пошёл снег. Большие хлопья, повинуясь порыву лёгкого ветра, плавно кружились в

почти чёрном матовом небе, оседали на грязную землю, пряча от подмигивающих

серебром звёзд кровавые последствия недавней бойни.

Что бы Вал не говорил — без жертв не обошлось. Важен далеко не каждый.

Думаю, на этот счёт он бы нашёл с Дакиром много общих тем.

Я должна была идти за Валом. Босая Дженни замыкала нашу процессию. Её взгляд

уже давно просверлил дыру в моём затылке и теперь перебрался на спину.

Понятия не имею, кто она такая! Клон?.. Кто-то успел клонировать меня, пока я

спала? Инопланетяне?.. Почему бы и нет — как вариант. В тварей и тем более неких

рафков до Конца света тоже никто не верил! О них вообще никто не знал!

А что если клон это я?..

Чушь!.. Какая чушь!!!

Вал остановился перед оживлённой людьми площадью. Хотя нет, границы были

расширены —  все жители Скалы на ней просто не поместились. Так что живое

ограждение из стены рафков начиналось аж с соседних улиц.

Никто не пытался бежать. Никто не нападал. Люди галдели и требовали

объяснений. Я слышала плачь, но возмущённых криков было больше. А чаще всего

долетали фразы: «Кто вы, чёрт возьми, такие»?! И: «Где Скверна»?!

Вал кивнул кому-то в сторону сцены и в ту же секунду из колонок раздался до

отвращения знакомый голос. По телу пронеслась волна дрожи. Захотелось зажать уши

руками, а что ещё лучше: развернуться и мчаться отсюда со всех ног.

— Приветствую вас, дорогие мои. Дорогие мои. — Леон давился улыбкой стоя за

своей маленькой чёрной трибункой по центру сцены.

Один из прожекторов светил рядом с ним, но не на него. Шея была туго

перевязана, хотя на белой повязке и малейшего пятнышка крови не было, что значило —

сонная артерия, каким-то не усвояемым для моего понимая, образом, затянулась. И крови

он потерял не так много, раз на его жизнедеятельности это никак не сказалось.

Вал проследил за моей реакцией. В это время тошнота подкатывала к горлу.

— Дженни, принеси ей воды.

ВОДЫ…

Я не сумела скрыть с лица эмоций, что вызвало у меня одно, но самое волшебное,

самое желанное слово из всех существующих.

— Я тебе не прислуга, Вал. — Голос Дженни прозвучал жёстко и приглушённо.

А мне и самой хотелось вопить, чтобы она пошевеливалась. Нужно срочно

потушить пожар во рту. Срочно придумать план. Узнать, что стало с Кристиной. Найти

Чейза и валить как можно дальше от бледнолицых психов!

«Брось, Джей, ты ведь знаешь — всё кончено», — мысли, как удар бревном по

голове и снова образ Чейза в создании.

Жжение в глазах. Боль в области сердца.

Он силен по человеческим меркам, но слишком слаб, чтобы противостоять армии

рафков. Это не игра в супергероев. Это жестокая реальность, где один, даже

усовершенствованный человек — никто в толпе таких же усовершенствованных вирусом

созданий.

Леон заставил толпу замолчать. Он долго говорил о том, что вирус рафков… нет,

не вирус — панацея, — лекарство от всех бед. О том, что в скором времени жизни всех

этих людей изменятся. Уйдёт страх и потребность в стенах. Уйдёт голод и боязнь умереть

от холода. Перспективы, сила, крепкое здоровье… Новый мир. Новая эра. Эра рафков. И

все они — желанные гости. Будущее.

Как думаете, сколько рук в знак протеста взметнулось в воздух?

Правильно — ни одной. Кто-то боялся. Кто-то поверил. Кому-то было всё равно.

И я их понимаю.

Бог не наградил каждого железной силой воли, стремлением к лучшей жизни и

извечному противостоянию жалкой судьбе. Почти все эти люди были поломаны бандами,

напуганными, слабыми… Здесь были дети, для которых каждая зимняя ночь, могла

оказаться последней. Больные и старики, давно отчаявшиеся крепко встать на ноги,

смиренно ожидающие конца.

Я их понимаю. На их месте, я бы тоже приняла волшебное «лекарство». Даже не

знаю, хорошо это, или плохо, что каждый раз, когда случается нечто подобное, мозг

свирепо протестует и бьёт по черепу, вопя: «Разуй глаза, Джей! Ни черта из этого не

выйдет»! Нет, даже не так — всё станет гораздо хуже!

Почему я не в этой толпе?..

— Это обман, — тихо произнесла я. Так тихо, что собственного голоса не

услышала.

Но только не Вал со своим сверхчеловеческим слухом.

— Это шанс. — Его красные глаза обводили толпу удовлетворённым взглядом

победителя. — Я даю им этот шанс. Мы станем братьями и сёстрами. Одной большой

семьёй.

— Ты соблазняешь их безмятежной жизнью, и даже не собираешься сообщать, что

каждый вскоре превратится в чудовище! Это обман! Лекарства от их проблем не

существует!

— Существует. И оно их вылечит.

— Это ты внушаешь им это! Ты собрал всех здесь силой! А это вообще не

смахивает на жест доброй воли! Это эффект плацебо! Ты заставляешь их поверить, в то,

что зараза — это лекарство!

Уголки губ Вала приподнялись. Теперь он смотрел на меня:

— Ты ошибаешься. Наш вирус — не пустышка. Он вылечит их тела и души. Люди

не понимают, они отчаялись бороться. Они боятся нового, потому что всё новое — пугает

неизвестностью. Я лишь хочу показать им, что будущее без страха, без болезней,

существует!

Я с абсурдом помотала головой:

— Только не говори, что абсолютно каждый, после того, как ты превратил его в

чудовище, сказал тебе спасибо.

— Исключения есть везде.

— А как же: «Важен каждый»?

Вал на время замолчал. В огненных глазах прыгали недобрые искорки. Думаю, на

моём месте Дженни давно бы заткнулась, но внешнее сходство, не говорит о сходстве

характеров. После всего, что произошло в моей жизни, напугать меня недовольным

взглядом какого-то до чёртиков странного альбиноса?..  Нет, это вряд ли. Слишком много

отчаянья поселилось внутри меня. И это отчаянье не вроде того, когда нужно сесть в

уголочек и горько заплакать, скорее, это отчаянье похоже на то, когда вообще перестаёшь

что-либо чувствовать. А значит, каким бы ни был конец, ничто меня больше не остановит.

Вал не собирался отвечать на вопрос. Он не видел смысла обсуждать с кем-то

вроде меня свои идеи по совершенствованию мира.

Эти мысли навели меня на новый вопрос:

— Как ты таким стал?..  Это вирус? Ты такой с того самого дня?.. Почему никто не

знал о вас?

— Потому что мы не так глупы, как твари! Держи! — Дженни швырнула мне

помятую бутылку с водой. — Не захлебнись.

Вода стала спасением для тела. Глоток живительной влаги и словно груда камней

свалилась с плеч. Я выпила всё до последней капли, жадно, тяжело дыша. Потому что это

— было моим лекарством.

— Я могла и отравить её. — Дженни следила за мной скептическим взглядом. —

Воду… Какие же вы все глупые.

Я бросила бутылку ей обратно:

— Сомневаюсь, что ты делаешь хоть что-то без разрешения. Не такие уж и глупые,

да?

— Попробуй сбежать и я покажу тебе, что я делаю без разрешения! — Дженни

раздражённо фыркнула, сдув волосы с лица — самая обычная человеческая привычка. —

Самое никчёмное создание из всех существующих! Бесполезная! Ни тварью не стала! Ни

рафка из тебя не сделать… Ты пустышка для Новой эры. Бельмо на глазу. Белая ворона.

— Потрясающий словарный запас, — скучающе выдохнула я. — Респект тебе.

Пожалуй, эта стадия отчаянья нравилась мне даже больше, чем приход адреналина.

Дженни оскалилась:

— Слышала, перед Завиром ты не была такой борзой?

Я сузила глаза:

— Тебя это так беспокоит?.. Знаешь, я не просилась на твоё место. Завир жил

подонком и сдох подокном! И я совершенно не кайфую от роли, которой он меня

наградил и тем более от метки, что стала пожизненным клеймом. Он думал, ты стала

тварью, это всё что я знаю и, согласись, я была бы законченной дурой, если бы вместо

жизни, пусть и под крылом садиста и законченного тирана, но который всегда бы ко мне

относительно добр, я бы выбрала жизнь шлюхи в одном из борделей!

Руки Дженни опустились по швам:

— Он был добр?..

Я украдкой взглянула на Вала. Он не сводил с нас глаз. Видок такой, будто усердно

разглядывает две одинаковые картинки, в которых нужно найти определённое количество

отличий. И не знаю, как для Дженни, но её лицо мне казалось абсолютно чужим: то ли от

того, что я так редко смотрелась в зеркало, то ли от того, что оно постоянно перекошено

от злости и раздражения, в то время когда даже сейчас, моё — абсолютно расслабленно и

спокойно. Мне нужно беречь силы, если конечно шанс, что мы с Чейзом дали друг другу,

всё ещё возможно ухватить за хвост, призрачно ускользающий сквозь пальцы.

И мне нужно найти Кристину. Во что бы то ни стало. Только сейчас я не могу

спросить о ней Вала и обнаружить ещё одно своё слабое место. Тогда шансов точно не

останется. Я стану куклой, а Вал моим кукловодом.

— Я же сказала: относительно добр, — ответила я Дженни, после долгой паузы.

Леон продолжал рассказывать байки о волшебном лекарстве и вдруг, толпа

одобрительно загудела. Она поверила в сказку! Сказку с хорошим началом и самым

печальным на свете концом.

План. Мне нужен план.

Нет никакого плана!

Я жалкая букашка даже по сравнению со своей копией!

Дженни по-прежнему таращилась на меня:

— Он любил тебя?..

Ах, вот что… раны не затянуты.

— Он любил ТЕБЯ! — с нажимом ответила я. В голове крутились совсем другие

мысли. — Он верил в то, что я это ты. И может, уже хватит обсуждать семейные

трагедии? Завира нет и говорит не о чем.

— Конечно нет, — Дженни едко улыбнулась, — настойка Аконита была отменной.

Я зависла. И не потому что мне вдруг стало жаль Завира: поверить в то, что его

убила девочка, которая по всем расчётам стала тварью, и которой он так успешно нашёл

замену, было выше всяких сил.

— Дженни. — Призрачная рука Вала оказалась на плече девушки. — Займись

формированием групп и приступай к вербовке. Скажи Леону, пусть заканчивает и

возвращается в яму… — Горящий взгляд Вала устремился мне в лицо. — Думаю, его

противник уже заждался.

В этот же миг, не понимая, что делаю, я бросилась на Вала. Мои окоченевшие

пальцы лишь слегка задели его горло, когда Дженни подбросила меня в воздух и больно

ударила спиной о землю. Весь дух вылетел из горла с громким лающим хрипом.

Дженни стояла передо мной, с перекошенным яростью лицом, и оскалом самого

настоящего хищника.

Я ненавистно глядела на Вала: спокойного, умиротворённого, с едва заметно

улыбающимися глазами.

— Думаешь, ты бессмертий? — выплюнула, шатаясь, поднимаясь на ноги. —

Думаешь, такой не уязвимый?

— Дженни. — Вал обращался ко мне.

— Это не моё имя!!! — взревела я, так что толпа ближайших зевак обернулась на

крик.

Теперь Вал выглядел по-настоящему грозно. Кем бы ни было это создание — ему

не нравился подобный тон.

— Я найду твоё слабое место, — пообещала, сквозь стиснутые зубы. —

Совершенства не бывает. А если и бывает, чудовище вроде тебя, им быть не может.

— Я не совершенен. — Пугающе тихий голос Вала. — Никто из нас. А вот он, тот

за кого ты борешься… — Он не закончил предложение. Подошёл ближе, сверкая глазами.

— Это тест… Джей. Тест для существа, чьим создателем ты стала.

Я застыла. У меня больше не было слов.

— Пойдём. — Вал указал в сторону, где находилась одна из бойцовских ям. —

Твоё слабое место ждёт нас.

Глава 39

Я ненавидела это место.

Так, как воняло кровью в бойцовских ямах, больше не воняло нигде.

Огромная круглая площадка. Наполовину шатёр, наполовину арена с решётчатым

ограждением. Я часто сравнивала это место с бродячим цирком, только вместо высокого

тряпичного купола, бойцы встречали смерть под открытым небом.

Несколько трибун уходящих вверх широкими ступенями, напротив площадка со

«стоячими» местами. Не сложно догадаться, где находились банды и гости из других

городов, а где народ попроще. И широкая круглая яма с невысоким деревянным

ограждением, по центру от обоих секторов. Неглубокая, чтобы можно было лицезреть

шоу даже с дальних рядов; с чёрной, как смоль, землёй, пропитанной кровью сотен

проигравших.

И клетки. Четыре огромных клетки со свирепыми голодными псами. Эти твари

возрождали самые болезненные воспоминания, что остались у меня от этого места. Тот

день, когда я спустила собак, стал днём освобождения Койота. В тот день, судьба связала

нас невидимой серебреной пуповиной. В тот день, как помнится, я и сама чуть не умерла.

Даже шрам в паху отозвался неприятным покалыванием. Место из кошмаров

Чейза. Место, в которое и я меньше всего хотела вернуться.

Сотни рафков. В бойцовской яме аншлаг. Тусклый свет одинокого прожектора

направлен в центр «сцены». Обычно для ночного боя включали всё освещение — с

размахом, — но Вал не стал заморачиваться, сверхзрение позволяло.

Гул. Крики. Рычание. Драка между кем-то не поделившим место. Бледнолицые

создания заполнили собой всё пространство.

Вал усадил меня на вторую скамью от ямы и велел даже не пытаться подняться без

разрешения. Горло настолько сильно сжимало, что я просто не могла на это что-либо

ответить. Ноги дрожали, и вовсе не от холода… Ледяные струйки пота сбегали по вискам,

шее и пояснице. Волосы взмокли, хотя мне не было жарко. Все ждут зрелища, а я

необратимого конца.

— Койот? — Голос Вала донёсся до сознания, как тихий шёпот из-под воды.

Картинки перед глазами и его бледное лицо, превратились в размытые пятна. Я не

могла свободно вдохнуть, и боль в рёбрах не имела к этому никакого отношения.

— Койот? — повторил Вал с божественным спокойствием и на лице и в голосе. —

Известный боец Скверны? Это он?

Я кивнула. Вроде бы кивнула. Шум толпы и грохот собственного сердца в ушах —

все, на чём удавалось сконцентрироваться.

— Не надо… — Тихая мольба. Клянусь, я была готова умолять, лишь бы он

прекратил это. — Останови бой. Прошу…

— Просишь? — Вал умилённо улыбнулся.

— Почему ямы?! — воскликнула я, пытаясь справиться с судорожным дыханием и

как заведённая мотая головой из стороны в сторону. — Проведи свой чёртов тест на

улице! Для чего они все здесь?! Зачем устраивать зрелище?!

Я не заметила, как вскочила на ноги.

Толпа шумела, требуя начать представление.

Плавным движением стальной руки Вал усадил меня на место рядом с собой:

— Знаешь, сколько времени и сил ушло на подготовку к захвату Скалы?.. Я просто

не могу не наградить свой народ за преданность и усердие. И если всё случится так, как я

думаю, все мы станем свидетелями настоящей эволюции!

— Какой к чёрту эволюции?!

— Доминанта Койота совершенна.

Стопор. Я зависла. Опять эта доминанта.

Вал увидел непонимание в моих глазах, коротко вздохнул, плавно проведя рукой

по блестящим белым волосам:

— Ты ведь не знаешь…

— Ни хрена я не знаю!

Вал склонился к моему лицу, выждал паузу и наконец, решил объяснить, что к

чему, мне — тупому человеку, каковыми рафки всех нас считают. Бывшие зажравшиеся

людишки, возомнившие себя богами этого мира!

— Доминанта — это общее свойство центральной нервной системы. Мозг

управления.  Главная система рефлексов. Переключатель, если тебе так будет проще,

между потребностями в организме. В зависимости от ситуации, доминанта включает ту

или иную потребность, которая в этот момент и становится основной. Все остальные

рефлексы притупляются. И главное учение рафков в том, чтобы научиться максимально

быстро переключать рефлексы, укротить доминанту, использовать по максимуму. Слух,

зрение, обоняние, осязание, скорость, восприятие боли… Теперь ты понимаешь, что я

предлагаю всем тем людям? И что, к сожалению, или к счастью, не могу предложить

тебе?.. Огромные возможности. Хрупкое человеческое тело можно изменить!

Я понимала. Понимала, что если такие, как Вал заполнят собой всю планету, она

превратится в планету хищников. И чем больше они будут прогрессировать в этапах

своего развития, тем больше начнут напоминать кровожадных животных. Цивилизации не

будет. Никогда. Монстры с бледной кожей и красными глазами станут новыми

обитателями Земли. Это не эволюция, это путь к деградации и самоуничтожению.

— Ты не боишься мне об этом рассказывать? — поинтересовалась я.

Вал улыбнулся:

— А что ты можешь сделать? Как этим воспользуешься?

Он прав: даже несовершенная домината рафков — для такой как я, самое, что ни

наесть непреодолимое препятствие!

— При чём здесь Чейз?! — воскликнула я.

— Чейз? — слегка вскинул брови Вал. — Это имя Койота?

Теперь я смотрела только на Вала:

— Не делай вид, что тебе не всё равно.

— По правде говоря, запоминать имена мне удаётся с большим трудом. Но

обещаю, если… Чейз, оправдает все возложенные на него надежды, его имя я обязательно

запомню.

— Что с ним не так?! — Я снова кричала.

Думаю теперь, наши с Дженни лица, наконец, обрели максимальное сходство.

Вал выждал драматическую паузу:

— Не так? С ним как раз таки всё так. Его доминанта совершенна! Я даже не

думал, что такое возможно: подчинять себе все рефлексы одновременно! Опускать все

рычаги в одно и тоже время!.. Ты его таким сделала… твоя кровь сотворила с ним чудо.

Чудо… какое неправильное слово. Чудес не бывает!

— Если ты это знаешь, какого чёрта устраиваешь представление?!

И снова эти предостерегающие о переходе границы пляшущие огоньки в глазах

Вала:

— Не люблю повторять дважды. Это тест. Я должен его протестировать.

— Ты безумен… — прошипела я. — Ты добьёшь этот мир.

— Я его усовершенствую.

Удар в гонг и в яме появился первый боец.

Моя голова так резко повернулась в сторону Чейза, что и всё тело повело вслед за

ней, и я чуть не свалилась на нижнюю ступень — прямо на вонючих рафков.

Сердце ни разу в жизни не колотилось так быстро. Оно готово было взорваться в

груди, оно протестовало! Всё моя сущность протестовала вместе с ним! Я готова была

поменяться с Чейзом местами! Готова была оказаться там — в яме, вместо него. Потому

что проблема не в самой драке — Чейзу не привыкать стоять за себя. Проблема в том, где

эта драка будет происходить…

Он сломается… Опять сломается… Похоронит сердце в собственной ярости и

больше никогда не позволит ему ожить.

Чейз сейчас в аду. Я вижу это по его лицу. По пустому ледяному взгляду, который

был с ним на протяжении всех боёв. По сжатым челюстям, которым он никогда не

позволит расслабиться до окончания боя. По стальной маске, от которой ему с таким

трудом удалось избавиться.

Он не смотрел на публику. Так было и раньше. Всё внимание сконцентрировано в

одной точке — его противнике.

Под оглушительный рёв толпы, в яму спрыгнуло три рафка.

Я вскочила на ноги, не помню, что крича, помню только боль в горле и

металлический привкус — мои связки работали на износ.

Вал усадил меня на место.

— Почему их трое?! — ревела я, с трудом удерживая себя от желания разбить

кулаки о его лицо, или и вовсе сломать руки. — ПОЧЕМУ ИХ ТРОЕ?!

Сама себя я не слышала — толпа орала, как стадо озверевших орков. Но Вал меня

слышал — это я точно знала.

Резким движением он притянул меня к себе и зашептал на ухо:

— Это молодняк. Этим рафкам всего две недели от роду, они даже доминантой

пользоваться, как надо не научились. Поэтому их трое.

Я с безумием в глазах посмотрела ему в лицо:

— Значит, так важны те, кого ты заражаешь?

— Важен тот, кто способен доказать свою важность.

— Больной урод… — Я медленно помотала головой и не сдержала истеричного

смеха. — Больной урод!!!

Гонг!

И снова я чуть не повалилась на нижний ряд. Пошёл Вал к чёрту — я не могу

сидеть!!!

Чейз скрутил им головы. Всем троим, одну за другой. Молниеносно быстро. Теперь

его пустой взгляд смотрел в противоположный конец арены. Лицо, грудь и кулаки — в

алой крови противников. Каменное изваяние. Непоколебимое. Бесстрастное.

Я больше не могла кричать. Все слова застряли в туго сжатом горле, потеряв

смысл… или надежду быть услышанными. Хоть кем-то. Нам не помочь. Чейзу не

помочь… Даже если он выиграет следующий бой, Вал никогда его не отпустит. Я даже не

уверена в том, что у Чейза вообще останется хоть капля стремления бороться дальше,

после того, как его снова заснули в самый кипящий котёл ада.

Ноги — два тряпичных мешка, — подкосились, и я безвольно рухнула обратно на

трибуну.

Два новых рафка появились в яме, после того, как её избавили от трупов.

Вал с любопытством, в позе аристократа наблюдал за происходящим: нога на ноге,

рука грациозно подпирает подбородок.

Он смотрел в яму:

— Этим двоим больше семи лет. Не хочешь сделать ставку, за какое время Койот

избавится и от них? — Слабая хищная улыбочка на устах.

Я не успела ответить, не уверена, что даже смогла бы, как толпа вновь взревела и

сотрясла трибуны топотом сотен свинцовых ног. Мои перепонки переживали страшное

испытание.

Не понимаю… они поддерживают Чейза, в то время пока тот, убивает их

сородичей…

— Потрясающе! — раздался восхищённый голос Вала, он плавно хлопал в ладоши.

— Его доминанта… я чувствую её. То, как она работает... это бесподобно. Она

совершенна!

Альбинос поднялся с трибуны и зааплодировал громче.

В этот миг Чейз навалился всем корпусом на тело одного из противников,

подбросил в воздух, ударил второго с ноги под дых, словил первого и переломал ему

позвоночник об своё колено.

Второй рафк рванул на него, и дальше моё человеческое зрение не позволило

улавливать цепь событий в яме. Два тела — два урагана. Сплетение конечностей, кулаков

и глухих ударов.

Рёв толпы: «Убей! Убей! Убей»!!!

Кто кого должен убить?.. Чейз не на их стороне!

Не на их ведь?!

— В глаза свети!!! В глаза!!! — Громкий возглас Вала вывел меня из оцепенения.

Он кричал рафку по правую руку от меня, управляющему большим и

единственным работающим прожектором.

Ослепительный луч света тут же упал на лицо Чейза. Тот замер буквально на

микросекунду и сокрушился новой волной ударов кулаками о лицо противника,

превращая его в кровавый кусок мяса. Рафк пытался уклониться, пытался атаковать, но

разве ещё можно что-то сделать, если ты уже попал под колёса товарного поезда?..

Каждую попытку увернуться, Чейз пресекал новым ударом в голову. Каждую атаку

молниеносно блокировал и шёл в наступление. «Новичок» Чейз был быстрее своего

«семилетнего» противника и гораздо сильнее.

— Потрясающе, — выдохнул Вал и вновь зааплодировал, когда бездыханное тело

рафка с продавленным черепом рухнуло на мокрую от крови землю. Его голова

напоминала толстый бифштекс.

Меня альбинос больше не пытался усадить на место. К чему стараться, если я всё

равно не сбегу  — я в клетке.

Вот только промашечка вышла у идеального лидера рафков: Вал сам не заметил,

как указал мне на своё уязвимое место. Я же сказала, что докопаюсь до истины!

Третьим противником был Леон. Чейз в три раза превосходил его по габаритам, но

вряд ли в этой схватке габариты что-то решали.

Повязка на шее и всё тот же вельветовый костюмчик в засохших пятнах крови.

Леон улыбался, своей ненормальной улыбочкой в стиле законченного маньяка.

— Леон истинный рафк. Такой же как я и Дженни. Наши доминанты почти

идеальны в отличие от доминант тех, кто получил улучшение в последствие заражения. —

Вал следил за моей реакцией. — Ты спрашивала: как я таким стал?.. Это всё он, Джей —

зелёный дым. Я — его великое последствие. А большинство из тех, кого ты сейчас здесь

видишь — мои дети. И если Койоту удастся победить и Леона, я признаю, что его

совершенству даже с моим не сравниться.

Связки вновь обрели способность говорить. Тысячи моторчиков работали в голове,

потому что теперь я знала, что рафки далеко не идеальны. И всё что оставалось, это

придумать, как применить полученные сведенья максимально продуктивным способом.

— Какой тебе с него толк? Чейз не сможет поделиться с тобой своей доминантой!

Самая широкая и сама кровожадная улыбка из всех, что за это короткое

дьявольское время мне суждено было видеть, расползлась по лицу Вала:

— Он — нет. Зато ты, дорогая моя, Джей… Ты сможешь. Ты сделаешь нас такими

же. Ты ключ от ворот Новой эры… и я рад, что нашёл тебя.

И толпа взорвалась шквалом аплодисментов, криков и топота ног — Чейз пролетел

над всей ямой и пробил спиной деревянное ограждение. Несколько пар рафьих рук тут же

зашвырнули его обратно.

Леон скалился во весь рот и что-то пытался втолковать шатающемуся из стороны в

сторону Чейзу. Теперь и его лицо покрывала кровь. Но прицел двух ледяных глаз, как

всегда был направлен на противника, в пояске уязвимых мест, просчитывая секунды до

нанесения удара.

Леон принял боевую стойку, этот маньяк не из тех, кто недооценивает

противников. Он уверен в себе, но не настолько, что бы превращать это в глупость.

Чейз вышел на сверхскорость, за которой я единственная из всех присутствующих

не могла уследить, но кажется, это был удар в челюсть, от которого Леон лишь слегка

пошатнулся и тут же пошёл в наступление. От такого удара, у обычного человека,

минимум должен был наступить болевой шок, но только не у рафка… Истинного рафка.

И драка длилась целыми столетиями. Моё сердце больше не выдерживало

напряжения, оно не могло и дальше работать в таком ритме. Приросшие к полу ноги

немели от тяжести, я, едва дыша, следила за каждым полётом Чейза, за новыми ранами

появляющимися на его теле, за ударами, которые он наносил Леону, а тот, каждый раз,

безупречно их отбивал. Чейз ставил блоки, но Леон всё равно до него добирался. Тело

Чейза было измотано… А тело Леона цело и невредимо.

— Он не использует её в полную силу. — Лоб Вала хмурился. Он взглянул мне в

лицо. — Он не использует доминанту на все сто процентов… Почему?..

— Может опыта маловато?! — яростно зарычала я. — Не думал над этим, чёртов

ублюдок! — Я махнула рукой в сторону ямы. — Останови бой!!! Твой маньяк убьёт его!

Ты уже убедился в его доминанте! Разве нет?! Что ещё тебе нужно доказать?! Останови

этот грёбаный бой!!!

Но Вал меня не слушал. Напряжение на его лице росло с каждой секундой. Он

медленно встал с трибуны и поднял голову к ночному небу. Глаза широко распахнуты и

казались ещё более кровавыми, чем раньше. Он дёргал головой из стороны в сторону,

словно пытаясь что-то расслышать.

Толпа, чьей контингент, как я поняла, составляли особи далеко не самые

«качественные» — в отличие от Рафка и Леона, — не смолкала ни на секунду. И это было

всё, что слышала я. Арена буквально тряслась и дрожала от рёва и топота ног.

Новая волна криков: Чейз схватил Леона и применил к нему захват, крепко сажав

рукой перевязанную шею. Леон выкрутился, но было уже поздно. Я знала этот приём.

Этот коронный приём Койота.

Пока рафк разворачивался, что заняло у него доли секунды, стальной кулак Чейза

уже рассекал воздух и это, заняло у него долю микросекунды. Мощный удар в шею.

Хруст. Не знаю, слышала ли я его на самом деле, но как будто сама на себе ощутила.

Щитовидный хрящ Леона был сломан. Чейз на этом не останавливался. Ещё одна

микросекунда и голова Леона лишалась плеч.

Тишина.

Настолько поразительная и настолько странная, что я решила, будто не выдержали

перепонки и я просто оглохла.

Но это рафки замолчали.

Я даже слышала, как слабо потрескивает прожектор от напряжения сбоку.

Все они поддерживали Чейза, только для того, чтобы лицезреть схватку века:

истинного рафка, с тем, кто ещё буквально недавно был человеком. И, судя по реакции,

никто не ожидал такого исхода. Никто не ожидал… кроме Вала. Только вот ему сейчас

было совершенно до лампочки на то, что только что истинный рафк был повержен. Всё

равно на то, что доминанта Чейза себя оправдала. На то, что можно теперь и меня

использовать в целях «совершенствования» мира.

Вал прислушивался.

А дальше, одновременно произошло несколько невероятных вещей.

— ВСЕМ НА УЛИЦУ!!! ЖИВО!!! — Оглушающий рёв Вала сотряс стены хрупкой

постройки.

Взрывы!!! И земля содрогнулась, заставив меня инстинктивно пригнуться!

Взрывы! Один! Два! Три! Самые настоящие взрывы в городе!

Ночное небо окрасил оранжевый — цвет огня, цвет надежды… Что-то небольшое и

тускло-серебристое промчалась над нашими головами. И прямо в толпу рафков напротив

упала бомба.

Взрыв раскидал во все стороны куски грязи и тела тех, кто не успел смыться с

места падения боезаряда.

Гул моторов, шум вертолётных винтов зависших над ареной, и в глаза ударил

ослепительно яркий свет! Настолько яркий что, даже закрыв  глаза, приходилось

щуриться.

Рафки были дезориентированы. Некоторые плашмя попадались на пол, закрывая

руками лица.

— ВСЕ НА УЛИЦУ!!! ВСЕ ВОН ОТСЮДА!!! — сокрушался Вал, страдая не

меньше.

Свет — уязвимое место рафков. А так как этот приятель имеет прямое отношение к

альбиносам, то думаю, ему приходится не сладко вдвойне.

Он пытался ухватиться за меня, но меня давно уже не было на месте. В моих руках

был прожектор, а луч света направлен прямо в белую физиономию его Величества Новой

эры.

Снаружи доносились крики и топот бегущих ног. Взрывы. Пальба. Кто-то вновь

взялся за оружие.

Вихрь горячего воздуха пронёсся мимо меня, и в ту же секунду трибуна позади

Вала разлетелась в щепки от столкновения с двумя терминаторами. Чейз вдавливал

альбиноса в обломки и мёрзлую землю, сотрясая его стальное тело мощными ударами.

Вал хоть и был слеп, как новорождённый котёнок, но это не мешало ему активировать

один из других рефлексов.

Громкий удар по шаткой конструкции арены в следующую секунду, заставил меня

отвлечься от разворачивающегося боя. Протаранив бампером ветхую стену постройки,

повизгивая шинами и разбрасывая грязь из-под колёс, на арену вырвался бронированный

Страйкер с вмонтированным в крышу пулемётом, щедро поливающий пулями рафков,

желающих познакомиться с тяжёлой военной техникой поближе.

И из-за пулемёта раздался голос, принадлежавший человеку, который по всем

законам логики давно стал трупом:

— Еху-у-у!!! Заждались, детки-и-и?! Вот и папочка приеха-а-ал!!! Рассосались

нахрен, черти, пока я не поджарил ваши бледные задницы!!! Дядюшка Брей сегодня очень

зло-о-ой!

Глава 40

С ума сойти.

Этот придурок жив.

— Эй, цыпа, я скучал! — Такой знакомый и такой невозможный гогот Брея,

сопровождающийся грохотом пулемёта. — Как тебе моя игрушка, нравится?! Жесткач,

да?

Чейза и Вала не было на месте. Драка на сверхзвуковой скорости переместилась к

проходу между трибунами. Я не могла за ней уследить! Это невозможно! Самая

настоящая, огромная шаровая молния носилась с одного ряда на другой.

Большинство рафков выбралось наружу.

Взрывы и выстрелы продолжали греметь вне стен арены. Разворачивались самые

настоящие военные действия! Кто с кем воюет?! Что вообще происходит?! У кого ещё

остались силы, чтобы противостоять армии созданий со слоновой кожей и

сверхразвитыми рефлексами?! Дакир?.. Чушь! У него даже вертолёта не было, пока я ему

его не подарила!

Кто же это, чёрт побери? За кого играют ребята с кучей военной техники?!

Я рванула вниз по ступеням, к Страйкеру, на крыше которого восседал Брей.

— Дай мне оружие! — воскликнула я, в попытке перекричать взрывы и тарахтение

застывшей над ямой воздушной техники.

— И тебе приветик! — растянулся в улыбке Брей, продолжая мочить из пулемёта

по оставшимся рафкам, слепо шатающимся по сторонам в поисках выхода. Молодняк и

вправду выглядит не очень.

Брей швырнул мне автомат.

— Эй, ципа, где псих? Братюня не с тобой? Сейчас здесь это… рванёт всё.

Убираться типа надо.

— Чего?! — Слышимость практически нулевая. И я всё пыталась отыскать глазами

«шаровую молнию».

— Убираться надо, кричу! Видишь вертушки?! Сейчас они отдадут команду

бомбардировщикам и те похоронят чёртову яму к чёртовой матери. Опупеть, скажи?

Я не могу уйти без Чейза. Кем бы ни были эти чудо-ребята возникшие из ниоткуда,

да я даже в существование пришельцев с кучей натыреной американской техники готова

поверить при таком раскладе, но если они воюют с рафками, то и Чейз для них точно

такое же бледнолицее создание с красными глазами.

— Валим, ципа!!! Валим!!! — заорал Брей и Страйкер двинулся к выходу.

Вертолёты пропали из поля зрения, вернув в яму полумрак. Значит, глаза Вала

пришли в норму, и значит, на место вертушек летит нечто другое. Нечто опасное.

Я крутилась на месте, как заведённая, размахивая автоматом и ища признаки Чейза,

или альбиноса, которого заметить проще, но вокруг было пусто. Пусто! Никого не

осталось!

Ноги оторвались от земли, и морозный воздух с силой ударил в лицо, смешав цвета

перед глазами в размазанное серое пятно со слабым оранжевым оттенком. Я обвила

руками шею Чейза и утонула лицом в её обжигающем тепле — его кожа пылала,

плавилась под моими ледяными пальцами. Теперь и я была в крови. В крови бойца,

который в тысячный раз доказал, чего стоит.

Скала горела. В прямом и переносном смысле. Во всех смыслах!

Огненное пламя пожирало ветхие постройки домов, тянуло к звёздам пылающие

пальцы, облизывало языками стены бойцовской ямы, которую разорвало в клочья

благодаря боезарядам сброшенным с неба.

Гул турбин, тарахтение винтов — десятки вертолётов зависли над городом, скользя

ослепительными лучами прожекторов по грязному снегу пропитанному кровью.

Взрывались световые бомбы, ослепляя и обездвиживая рафков — эти создания, как

слепые кроты, по ошибке, выбравшиеся на поверхность в самый солнечный день.

После того, как и меня на какое-то время ослепило, я предпочла развернуться к

толпе собранной на площади, в которую никто ничего подобного не сбрасывал — Чейз

поставил меня на ноги недалеко от сцены. В другие части города идти было нельзя —

прямо сейчас, в эти минуты, они исчезали с лица земли. Истребители, как огромные

ястребы носились по ночному небу. Бомбардировщики закидывали боезарядами дальние

районы.

Скала умирала… Город разврата и жестокости сегодня празднует завершение своей

гнилой истории.

Банды ожили! Схватились за оружие, рассредоточились вокруг заполненной

людьми площади и отстреливали рафков, потерявших ориентацию в пространстве. Я

почти уверена, что самые сильные и «истинные» — как говорил Вал, — давно спаслись,

оставив «молодняк» умирать вместо себя… Ибо выглядели они совсем жалко. Эти рафки,

потеряли одну из главных способностей своего организма — зрение. Уверена, что и от

самого обычного — человеческого, никто бы сейчас не отказался. Думаю, они пытаются

восстановить его, используя включение доминанты, направляя её на улучшение зрения, но

судя по всему, Вал плохо объяснил своим «новорождённым» деткам, что ни черта у них

это не прокатит. Что нужно обострять другие инстинкты, а не пытаться восстановить тот,

что вышел из строя, и думаю, очень надолго.

Но они честно пытались сражаться. Не зря же я потребовала у Брея оружие — эти

модернизированные твари так легко не сдаются и убить их тоже, не так просто. Нужен

точный выстрел в голову.

Они нападали на каждого, до кого могли дотянуться. Наиболее сообразительные

догадались, что зрению уже не помочь и использовали сверхскорость. Лучше бы они

использовали её на попытку попасть за стены и скрыться в лесу пока не поздно, потому

что шансов уцелеть уже не было никаких.

Я стреляла по рафкам наравне с головорезами Скверны, стоя бок о бок, плечо к

плечу со своими врагами. Чёрт возьми, это какое-то безумство. Всё это правда

происходит? Я не сплю? Не умерла?..

Чейзу оружие было не нужно, он и голыми руками отлично справлялся, а

совершенная доминанта защищала его от ослепительного света, в котором Скала

буквально утонула. Думаю, его доминанта способна включать некую защитную функцию,

раз Вал пришёл в такой восторг, когда прожектор направленный Чейзу в лицо ни как не

сказался на его физическом состоянии.

После пятой попытки отыскать Чейза глазами, я отказалась от этой невыполнимой

идеи. Интересно, когда Чейз берёт меня на руки, он движется с такой же скоростью?..  Как

меня до сих пор не вырвало, с моим-то желудком?..

Рычание моторов и визг шин донеслись со стороны ворот. Взрыв. И с десяток

боевых машин выросло на фоне пылающего оранжевого пятна, расползающегося по небу,

как густой абрикосовый джем.

Верёвки падали с вертолётов, а вслед за ними, скользя по канатам — люди в

тёмных защитных костюмах, с масками и светозащитными очками на лицах. Все

вооружены под завязку.

Я чувствовала, как волна напряжения пронеслась по головорезам и побрела дальше

— на перепуганный до смерти народ, который тут только в Новую эру входить собрался, а

планы раз и снова вильнули в другую сторону.

Рафки… теперь люди в защитных костюмах с хрен пойми откуда взявшейся

военной техникой!.. Безумие, честно слово!

Но я совру если скажу, что не испытала облегчения, когда Защитные костюмы

стали помогать бандам и своим же вертушкам отстреливать оставшихся рафков. На долю

секунды, я сомневалась в том, что и по нам огонь не откроют. Но кажется... мы всё же на

одной стороне.

И ещё больше радовало то, что их цель — уничтожить, а не взять в плен. Да,

возможно я крайне жестока… возможно большинство их оставшегося «молодняка»

никогда не желали такими становиться, но в данном случае, риск не оправдан. Оставь в

живых хоть одного засранца — и он сотворит себе целую армию.

Защитные костюмы окружали площадь, пресекая попытки рафков проникнуть в

толпу и затеряться. Глупцы не в курсе, что толпа может оказаться гораздо опасней, чем

вооружённые головорезы. Проверено на себе.

Белая летящая грива волос мелькнула на противоположной площади улице и

скрылась за трёхэтажным горящим зданием. С громко стучащим о поломанные рёбра

сердцем, я бросилась за ней — за Кристиной.

Несколько Защитных костюмов возникло на пути. Они толкнули меня обратно к

толпе. Голоса из-под масок, звучали до невозможности странно. Громкое металлическое

шипение:

— Вам нельзя туда! Та часть города под зачисткой.

И волна новых взрывов сотрясла землю, ударив в лицо горячей волной воздуха.

Постройка, за которой скрылась белая грива волос, полыхала ярким пламенем, рассыпаясь

на мелкие камешки.

Мне было плевать на «пришельцев» в защитных костюмах. Как и плевать на то, что

весь город кроме площади и дороги к воротам был под зачисткой.

Там была Кристина!

Там! Кристина!!!

Следующая попытка сбежать из оцепления закончилась ударом всем телом о

каменную грудь Чейза.

Он удерживал меня за плечи.

— Там Кристина! — вырвалось у меня, ещё прежде чем я успела заглянуть ему в

лицо.

— Видел, — не громко отозвался Чейз, вращая головой по сторонам. — И больше

её там нет.

— Она там!!! — кричала я, пытаясь стряхнуть с себя его руки. — Где ещё она

может быть?!

Чейз с силой взял моё лицо в свои ладони и твёрдо заглянул в глаза:

— Совсем мне не веришь?!! — прорычал он. — Там нет никого! Я бы

почувствовал! Нет никого с бьющимся сердцем!

И моя истерика прекратилась также быстро, как началась.

Я верила Чейзу. Думаю, действительно верила, раз оставила все попытки

прорваться в горящие районы.

Рафков становилось всё меньше. Их слабое место их уничтожало. Они пытались

противостоять Защитным костюмам и головорезам: без потерь с «нашей» стороны также

не обходилось, но было очевидно — рафки проиграли этот бой. С таким количеством

нагрянувших гостей, воздушной техники, оружия, световых бомб и ослепляющих

прожекторов им не справиться.

— Это тоже самое, что избавляться от детей и радоваться их слабости, — произнёс

Чейз.

— Неудачное сравнение.

— Подходящее, чтобы описать рафков, оставшихся в городе. Их здесь забыли.

Подставили под удар.

Я заглянула в напряжённое лицо Чейза, наполовину покрытое кровью:

— Где остальные?

— Сбежали. Где ещё…

— А Вал?

Чейз устало выдохнул. Так по-человечески… Прикрыв красные глаза свирепой

сущности:

— Не знаю. Когда вертолёты убрались, всё о чём я мог думать: схватить тебя и

унести подальше, потому что зрение Вала восстановилось. — Чейз пристально взглянул

мне в глаза. — Я ему не нужен. С помощью тебя он может наплодить миллионы таких как

я. Ключ – ты.

Мои брови в удивлении вздёрнулись:

— Ты всё слышал?!

Меня трясло: от напряжения, от злости на рафков, от холода…

Чейз притянул меня к себе:

— Почти.

— То есть, ты знал, что я там? — О, Боже, что за глупый вопрос — разумеется, он

знал!

— Я слышал твоё сердце… — Тихий шёпот мне на ухо. — Слышал, как оно

билось.

— Эй, любовничики! Я понимаю, спектакль почти закончен и всё такие… но мать

вашу, оставьте уже лобзания на потом, а? — С кривой ухмылкой на губах, Брей

остановился в полушаге от нас, резко выдохнул и закинул автомат на плечо.

Я придирчиво глядела на Брея:

— Ты… ты выглядишь… живым.

— Я здоров, как бык, ципа! — Брей постучал кулаком себе по груди – глухой звук.

— Костюм Рокасны оказался ничего. Броник шикарный!

— От выстрела в башку он бы тебя не спас.

Брея перекосило:

— Мать твою, ципа, вот что за хрень ты постоянно несёшь?

Сильный порыв ветра с колючим снегом ударил в лицо, взметнул волосы вверх и

заставил прищуриться — вертолёты шли на посадку. Шум лопастей и турбин оглушал.

Сотни пар тяжёлых ботинок Защитных костюмов сотрясали землю — все сбегались к

площади.

Люди стонали и прижимались друг к другу сильнее, даже банды опустили оружие

дулами вниз — сопротивление станет большой ошибкой. Кем бы ни были эти ребята в

костюмах, их слишком много и на их стороне куча военной техники.

Чейз потянул меня ближе к толпе. Нам лучше не высовываться и не выставлять

себя напоказ, если вдруг Защитные костюмы окажутся ничем не лучше рафков. Потому

что никто понятия не имел, кто они такие и откуда взялись. Да что уж там: никто даже

подумать не мог, что в целом мире существует кто-либо в чьём распоряжении целая

артиллерия! В существование разумных созданий с бледной кожей и красными глазами и

то проще поверить!

И я не устану повторять — в Новом мире никому нельзя доверять.

— Брей, кто это такие?! — закричала я, заметив его сбоку от себя. — И какого

чёрта ты вообще делал в Страйкере?

Брей наклонился ближе:

— А оружие у меня, по-твоему, откуда, ципа?! Всё оттуда же — эти мега крутые

ребята подогнали. Ты лучше бы прикрыла базарную лавочку и спасибо сказала, что спас

твой зад и навёл шумиху!

— Шумиху навели вертолёты и прожекторы!

— Плевать. Зад-то спас! Ты мне теперь крупно задолжала! Понимаешь о чём? —

Брей игриво задёргал бровями. Неисправимый придурок!

— Откуда ты знал, что мы в яме?

— Ципа, ты достала! Я вообще не знал что там такое! Мне сказали, что делать, я то

и делал!

— Кто сказал? Кто они такие?! — зарычал на него Чейз.

Брей коротко пожал плечами:

— А, чёрт его знает. — Лицо наполнилось привычной тупостью. — Но думаю…

это я их вызвал.

Я не успела поинтересоваться, не били ли его по голове. Лишь мрачным

недоумевающим взглядом наградила. Затем Чейз толкнул меня в бок, кивнув на

приземляющийся практически рядом с нами большой транспортный вертолёт с двумя

турбинными двигателями. Такие вертолёты могут перевозить больше двух десятков

пассажиров и последний раз подобную машину, я видела двенадцать лет назад, когда

благодаря внезапно нахлынувшему Концу света, военные привели в действие всю

воздушную технику, распределяя наиболее важные персоны по бункерам. Воевать-то

было не с кем. Зелёный дым, порабощающий человечество лопастями не разгонишь.

— Я так понимаю, бежать мы не собираемся?.. — почти беззвучно потянула я, с

опаской глядя на вертолёт, совершенно не внушающий доверия. Это машина из

прошлого… как и прочая техника, как защитные костюмы, световые бомбы… Как

арахисовая паста и развлекательные ток-шоу во вечерам… Всего этого больше нет!

Разумеется, Чейз услышал:

— Нет, Джей. Не собираемся. Хватит с меня. — Он плавно повернул ко мне

голову. То, что творилось в его глазах, заставило покрыться ледяной коркой все

внутренние органы.

— Что происходит?.. — Голос дрожал. — Чейз…

В глазах Чейза бушевало пламя, смесь чувств — от грани до грани. Словно его

раскалывает тяжёлым молотком изнутри и на две равные части. От ярости до безразличия,

от страшной боли до решимости …

Что происходит?!

— Он здесь, — наконец едва слышно произнёс Чейз и сделал шаг вперёд, выйдя из

толпы на открытый участок земли.

Из вертолёта выпрыгивали вооружённые люди в точно таких же тёмных защитных

костюмах. Они выстраивали собой коридор, от самых дверей до того места где стоял Чейз.

Повинуясь инстинкту быть рядом, я заняла место рядом с Чейзом… Он не смотрел на

меня.

Шум лопастей над головой — транспорт оставшийся в небе. Лучи прожекторов

скользящие по алой земле. Крики, плачь, судорожное дыхание толпы за спиной. Далёкие

выстрелы — продолжение зачистки города. Рёв моторов съезжающегося к площади

военного сухопутного транспорта — отовсюду, со всех концов! Топот ног Защитных

костюмов, плотным кольцом замыкающихся вокруг площади и ближайших, не тронутых

огнём районов. Яркий свет, слепящий глаза, вынуждающий делать козырёк из руки,

плотно прижимая ко лбу ребро ладони. Запах гари, дыма и крови, выворачивающее

желудок наизнанку, заставляющие задыхаться. И блестящая чёрная лысина, появившаяся

из вертолёта напротив. Элегантное чёрное пальто, тёмный свитер с высоким горлом,

блики света на начищенных ботинках. И улыбка.

Дакир улыбался.

Глава 41

Я почувствовала себя одним из тех псов запертых в клетке. Мне хотелось

вцепиться зубами в стальную решётку, перегрызть её и впиться в глотку ничтожества,

добродушно улыбающегося в полный ряд зубов! Коридор из вооружённых Защитных

костюмов был моей клеткой, они ни за что не подпустят меня к одному из лидеров Креста.

Уверена, Чейз чувствовал всё, что происходило внутри меня: лютое пламя

ненависти бушевало, заражая собой каждую клеточку, распространяясь телу, подавая

сигналы в мозг немедленно атаковать.

Магазин в автомате пуст, бесполезное оружие болтается на плече. Кулаки крепко

сжаты, врезаясь ногтями в кожу, причиняя боль. Боль притупляет ярость, но не в этом

случае. Ярость к этому человеку не способно притупить ничто.

Турбины смолкли, лопасти застыли, прекратив посылать в лицо промозглый ветер

с колючими пылинками снега и пепла.

Челюсть Брея то закрывалась, то вновь принимала висячее положение. Он, как и я

не ожидал увидеть здесь организатора миссии пославшего нас на верную смерть.

За нашими спинами что-то происходило. Какое-то движение. После того, как Скала

была зачищена от рафков, Защитные костюмы принялись за окоченевших до смерти

людей, находящихся на площади уже Бог знает сколько часов — большинство были здесь

с самого начала фестиваля.

Теперь же, Защитные костюмы втолковывали им нечто успокаивающее и, если

слух не подводил меня, заверяли, что всё в порядке — теперь они в безопасности.

Я не верила в это.

Главный монстр явился на праздник, а значит — ничего не в порядке!

— Чейз. Джей. Брей. — Истинный психолог Дакир коротко кивнул каждому из нас

и устремил блестящий взгляд миндалевидных глаз за наши головы. — Кристоф.

Здоровяк Кристоф показался из толпы. На лице ноль эмоций, потрясающее

спокойствие продолжало управлять его чувствами. Кристоф держался за правый бок, рука

в крови, чёрными струйками стекающей на мёрзлую грязную землю. Хромота на левую

ногу.

Пуля, рафк, или тварь? Тварь, рафк, или пуля?.. И то и другое  и третье может

закончиться печальными последствиями, но я бы выбрала пулю.

Кристоф не побоялся взглянуть мне в глаза и коротко кивнуть. Я не поняла, что он

хотел сказать этим жестом. Извинение? Предупреждение? Простое приветствие, будто он

и не сдавал меня Скверне?..

— Что это значит?! — раздался жёсткий низкий голос Чейза. Вопрос адресовался

Дакиру. — Какого чёрта?  Что за вертушки? Что за клоуны в масках?!

Что-то тяжёлое в этот момент отлегло от сердца — Чейз ничего не знает. Так же

как и я. Он не знал о появлении Дакира и неизвестной армии. Мне хотелось накричать на

саму себя, ткнуть носом в своё недоверие!.. Потому что в этот раз Чейз был честен…

Он был честен.

— Чейз, всё в порядке, всё под контролем. — Дакир был собран, как всегда. Уверен

в себе на сто двадцать процентов. Уверен в своей долбаной правоте.

Он махнул нам рукой:

— Пойдёмте. Сейчас начнётся эвакуация населения. Нужно улетать. Освободить

место другому транспорту.

— Эвакуация? — с омерзением повторила я. Слышать нечто подобное от Дакира не

могло не вызвать мерзких эмоций. — Опять в добряка играешь?! Какая эвакуация? Кто

этим занимается? Куда отвезут всех людей?! В Крест?! Разве он не переполнен?!

На мгновение Дакир поджал губы, наконец лишив свою физиономию треклятой

улыбки. Медленно завёл руки за спину и удостоил меня мягкого взгляда:

— Нет, не в Крест. В другое — безопасное место.

Я едко усмехнулась.

Опять шутки шутит, весельчак какой!

— Нет такого! — Даже смотреть на него было невыносимо до отвращения!

Дакир снисходительно вздохнул, по-отцовски улыбаясь:

— Джей… Такое место есть, и ты сама всё скоро увидишь, я не могу говорить об

этом здесь. Но всё в порядке. Кошмар закончился.

Ненависть разгоняла кровь по венам. Слепая ярость застилала глаза.

Я сделала шаг вперёд. Защитные костюмы тут же скрестили передо мной винтовки.

— Откуда тебе знать про кошмар?! Ты учувствовал в нём что ли?! Был на месте

хоть кого-нибудь из нас?!!

Новый вздох Дакира:

— Пойдём, я тебе всё объясню.

— Новой херни в уши зальёшь?! Спасибо, я сыта по горло!!!

Чейз оттащил меня назад. Его жёсткий взгляд был прикован к лидеру Креста:

— Откуда техника?! Говори здесь! Кто занимается эвакуацией?

— Друзья, — мигом отозвался Дакир. — Это наши друзья. Этим людям можно

доверять.

Ну, по крайней мере — это люди, уже что-то.

— Доверять также как и тебе? — фыркнула я, подавшись вперёд. Защитные

костюмы вновь скрестили передо мной винтовки, преграждая путь.

— Если тебе так будет угодно, — мягко отозвался Дакир. — Я не враг, Джей. Мы

на одной стороне. Мне не сложно повторять это снова и снова: я не враг никому из вас.

— Я пересмотрела свой взгляд по поводу выбора сторон. — Ненависть закипала во

мне, умоляя достать затычку и выпустить ураган ярости наружу. Уставшим связкам вновь

приходилось работать на износ. — Ты использовал нас самым омерзительным образом!

Ты знал про рафков! Знал, что Леон один из них и всё равно послал всех в это пекло!

Какого чёрта, скажи мне?! Какого чёрта ты хотел добиться?! Каждый из твоих планов

оказался не совершенен! Каждый из нас пострадал! Роксана, Якоб, и, я уверена, куча

других связных мертвы по твоей грёбаной вине!

Я тяжело дышала, судорожно хватая ртом воздух, что отзывалась в рёбрах

невыносимой болью. Организм был истощён. Я была на грани! Но лучше я сдохну, прямо

здесь и сейчас, чем этот мерзавец вновь станет мной управлять!

Дакир не изменял своему отцовскому спокойствию и мнимой заботе о каждой из

своих пешек:

— Мне нет смысла лгать, Джей. Я не знал, что Леон рафк.

— Ложь!!!

— Я не знал об этом наверняка! — слегка повысил голос Дакир. — Догадывался –

да, но не знал. Так же, как и о других рафках. Эта информация была засекречена, у лица

моего уровня не было к ней доступа. У меня другая миссия. Я знал о рафках лишь то, что

сумел откопать по своим каналам. О том, что планируется нападение на Скалу…

Дакир замолчал не договорив. Я улыбалась, как съехавшая со всех катушек

психобольная! А как иначе?! Разве всё это не дурдом?!

— Джей, ты можешь мне не верить, — со вздохом, помотал головой Дакир, — но я

действительно и малейшего понятия не имел, что на Скалу планируется нападение армии

рафков. Всё, что было возложено на твои… на ваши, плечи, это избавление города от

Леона. Ты должна была возглавить Скверну, повести людей за собой! Я никогда не лгал

тебе в этом! Моя цель — объединение городов! Искоренение жестокости и насилия!

Построение нового мира, с другими, нормальными законами!

Я молчала, не пряча безумной улыбочки. Что он несёт? Правда, ещё пытается

оправдать себя, после всего, что натворил?

Правда?! Он это делает?!

— Я продумал всё до мелочей, чтобы обезопасить вас. — Просто потрясающее

умение казаться настолько искренним. — Если некоторые ходы и показались тебе

безумными, поверь – этот вариант был самым оптимальным.

Я не могла это слушать! Клянусь, если он продолжит меня вырвет!

— Кто это такие?! — Я дёрнула руками скрещенные перед собой винтовки

Защитных костюмов. — Кто не посвятил всемогущего Дакира в информацию о рафках?!

Чья это техника? Что за люди?!

Чейз оттянул меня обратно, потому что я была на грани. Но только смотрел он не

на меня, и даже не на Дакира. Чейз смотрел на вертолёт! Лицо напряженно, желваки

играют на скулах, брови хмурятся.  О чём он думает? Что там? Что в вертолёте?..

— Джей, давай без глупостей, — тихо произнёс он и ещё тише добавил: —

Прошу…

Я нахмурилась.

Да что в этой долбаной вертушке такое? Бомба с часовым механизмом?.. Тогда

почему мы всё ещё стоим на месте?

Дакир сделал несколько шагов к нам на встречу, плавным движением руки опустив

скрещенные винтовки вниз, оказавшись в поле моей досягаемости. И, как известно, этот

игрок ничего не делает просто так. Если не боится подойти ближе, значит, хорошо себя

обезопасил. И дело не только в людях с винтовками за спиной. Уверена.

— Нам нужно улетать. — Дакир заботливым взглядом оглядел каждого. — Вас

доставят в подземную станцию и введут в курс дела.

— Куда-куда доставят?! — Брей наконец отвис. — Не понял прикола, мы что не

возвращаемся в Крест?

— Нет, — просто ответил Дакир. — Вас всех затребовали там. Я буду

сопровождающим, пока не удостоверюсь в вашей безопасности.

Нет, ну это выше моих сил!!!

— Заткнись уже наконец! — заорала я. — О какой безопасности ты говоришь?! Ты

-  манипулятор! Хренов мозг со своей хреновой игрой не для слабонервных! Ты играл с

нами! Ты настраивал меня против Чейза! А Чейза мотивировал мной, подталкивая на это

безумство! Ты угрожал жизнью ребёнка! Ты отправил Кристофа сюда, оставив маленькую

девочку без единственного родителя — чем не мотивация выполнить приказ и вернуться?!

Тайлер… как его заставил?! Не хочешь рассказать? Вряд ли соблазнил новой

побрякушкой типа часов! — На миг задумалась, глядя на Дакира со всей ненавистью, на

какую измучанный организм был способен. — Семья! Да, Дакир? Ты угрожал его семье!

— Я дико рассмеялась. — Ну конечно! Единственное, что свято для этого недоумка — его

семья! Такая была мотивация для мистера Доносчика? Где он сейчас, знаешь? Я вот не

знаю, думаю — сдох!

Дакир молчал. Больше его взгляд не светился радушием. Конечно! Кто будет рад,

если кто-то вроде меня вдруг выставит его гнилую натуру напоказ?..

— Что на счёт Брея?.. — усмехнулась я и вперилась в парня глазами. — Что он

тебе пообещал? Чем угрожал? Давай, Брей, самое время раскрыть карты. Как великий

манипулятор воздействовал на тебя?

Брей молчал. Тупости на его лице можно было дать оценку в сто баллов. Он

вообще ничего не понимал.

— Значит, ты просто выполнял приказ, — заключила я. — Ну да, можно было

догадаться.

— У меня была кнопка, — сильно хмурясь, протянул Брей. — Я должен был

нажать её в момент повышенной опасности, или в непредвиденных обстоятельствах.

Меня это даже не удивило.

Какое тут может быть удивление?!

— В момент САМЫХ непредвиденных, я так понимаю? — прошипела я, прожигая

взглядом Дакира.

— Да чёрт его знает, ципа! — простонал Брей, почёсывая затылок. — Мне сказали

никому не показывать, нажать в случае, если псих начнёт нести всякую хрень, типа: «Нам

конец. Ничего не имеет смысла. Найди ципу. Не выпускай со склада. Скале конец. Бла-

бла-бла».  А потом в меня три пули всадили! Прикинь, три пули! Да я бы сдох, если бы не

броник, к бабке не ходи! Рехнуться можно, веришь? Думаю, нажать копку было самое

время, раз и тебя Скверна утянула. — Брей громко сплюнул на землю. — Сидел там как

чёрт, ждал: будет что, не будет… Труп того мужика знаешь ли не самая приятная

компания. Разило от него не хило. Ну а потом эти гоблины в масках ворвались… Я чуть в

штаны не наложил, вот тебе крест! — Брей перекрестился. — А ты мне тут про какую то

грёбаную кнопку втираешь! Я-то ведь уже почти схоронил себя!

Я сильно хмурилась, глядя на Дакира из-под бровей:

— Что за кнопка?

Дакир пожал плечами: «Что может быть проще»:

— Экстренного вызова. Сигнальный маячок со встроенным GPS-навигатором. Я же

сказал: я всех вас обезопасил. План был продуман до самых костей, даже на случай нового

конца света нашёлся бы выход.

— Так это ты значит вызвал всю эту артиллерию? — голос Кристофа оказался

таким неожиданным, что я невольно вздрогнула.

— Мужик, да не знаю я! — высоко протянул Брей и кивнул на Дакира. —

Спрашивай у него, откуда взялись эти грёбаные вертушки!

— Получив сигнал на командный пункт, я вызвал подкрепление, — просто ответил

Дакир.

— Какое подкрепление?! Откуда?! — Я вновь заводилась.

— Я. Всех. Вас. Обезопасил. — Голос Дакира приобретал жесткость. Доброта в

глазах сменилась недовольством, если даже не гневом. — В плане не было бреши. Если

бы не рафки, всё бы получилось именно так, как я это видел.

— Но рафки появились! — с усердием напомнила я. — И что ты в итоге поимел с

этого города?! А, Дакир?.. Подсказать? — Дакир молчал. — Подскажу! Ни хрена ты не

поимел!!! Облажался по всем пунктам!

— Почему кто-то вообще решил нас спасти? — вновь прозвучал голос Кристофа.

Дакир перевёл на него тяжёлый взгляд:

— Не вас. В первую очередь спасали людей.

— Что за чушь?! — воскликнула я. — А что если бы Брей случайно нажал на

кнопку, он не настолько дружит с головой, чтобы возлагать на него такую

ответственность! Для тебя это новость? Что бы делало твоё подкрепление, если бы рафков

в городе не оказалось? Да и о чём вообще надо было думать, прежде тем как отдавать

спасительную кнопку ЕМУ?!

— А что со мной не так? — Брей был озадачен.

Дакир медленно выдохнул:

— Брей единственный из вас всех, кто, не задавая лишних вопросов, забыл о ней,

как только положил в карман. И если бы никакого нападения рафков не планировалось,

подкрепление себя бы не обнаружило, в это можешь поверить.

Моё терпение было на грани от мощного взрыва.

— А как ты хотел, чтобы я с Леоном расправилась?! — прорычала я. — С

рафком?.. Ах, постой, забыла  - с нами ведь был Чейз! Сколько ответственности ты

возложил на его плечи?

— Это был запасной план. — Лёд в голосе Дакира, только разжигал огненное

пламя во мне. — Я знал, что Чейз возьмёт всю ответственность на себя, в случае

непредвиденных обстоятельств. Так оно и получилось.

— Потому что больной ребёнок остался на твоём грёбаном попечении! — взревела

я из последних сил, так что несколько голов Защитных костюмов повернулось в нашу

сторону.

Дакир выждал многозначительную паузу, благодаря которой я успела бросить

взгляд на Чейза. Поверить не могу — он продолжает таращиться на вертолёт!!! Может это

гипноз какой-то?

Дакир слегка склонил голову на бок, приподняв уголки губ в опасной улыбочке:

— Ты слишком умна и непокорна, Джей.

— Не умнее тебя!

— Тебе никогда не понять меня. — Тяжёлый вздох Дакира. — Ты видишь во мне

зло, но внутри тебя его гораздо больше. Моя цель — спасти города. А ты слишком

эгоистична, чтобы посвятить себя этому делу.

— Твоя цель — идти по головам, манипулировать и властвовать, дёргать людей за

ниточки. А я не Бог, чтобы убеждать всех и каждого взяться за ум и перестать

деградировать и жрать друг друга.

Дакир смолк на некоторое время, не сводя с меня тёмных буравящих глаз:

— Ты не найдёшь никого, чьи планы бескорыстнее моих. В это я не прошу

поверить, просто запомни мои слова: я единственный, кто в благих целях задумывается

над судьбой человечества.

— Где нимб потерял? Божественное ты творенье.

Дакир улыбнулся, лучезарный взгляд упал на мою правую руку, в которую секунду

назад Кристоф вложил пистолет. Я подняла его, нацелив в центр блестящего лба.

Дакир ничуть не изменился в лице, только улыбка стала шире.

«Где же она? Ну же, ублюдок, покажи мне свою страховку! Ты не мог сунуться

сюда без неё».

— Джей, убери пистолет.

Игривый взгляд Дакира перебросился на Чейза, а я только спустя несколько

мучительно долгих секунд поняла, кому принадлежал этот голос.

Чейз смотрел на меня. Нет. Не так! Чейз загородил своим телом Дакира и смотрел

на меня!

— Что ты делаешь? — Шёпот сорвался с моих губ.

— Убери пистолет, Джей, — мягко повторил Чейз, с умалением глядя мне в глаза.

— Прошу тебя. Или мне придётся забрать его силой.

Никто не бил меня по голове?.. А Чейза не бил?.. Это ещё что? Что за шутки?! Чейз

снова решил поменять сторону? Он что, проспал весь разговор?! Не слышал ничего? Даже

до Кристофа дошло, что за кусок дерьма этот их лидер Креста, а до Чейза нет? Серьёзно?..

— Что ты делаешь? — отрицая не отрицаемое, повторила я громче. — Почему?!

Чейз сделал шаг навстречу чёрному дулу, так что пистолет с силой вдавился ему в

грудь:

— У него Ронни.

— ДЖЕЙ!!! — В это же мгновение худющий бледный мальчонка с растрёпанной

копной каштановых волос выскочил с вертолёта. — Джей! Не надо! Не стреляй! Это же

Чейз!

У меня пропал дар речи.

Руки онемели и задрожали. Ноги наполнились ватой, склоняя колени к земле…

Глаза напрочь отказывались в верить происходящее. Разве это не чудо? Ронни… он ведь

был в коме. Он был смертельно болен! Кто этот вполне здоровый пацан летающий на

вертолётах и крепко стоящий на двух своих?!

Лицо Чейза выглядело так же недоумевающе. Он давно понял, что его брат здесь,

но вот о состоянии здоровья вряд ли догадывался!

Он подозвал Ронни к себе, но Защитные костюмы преградили мальчишке путь

даже до Дакира.

— Страховка, — подумала я вслух. Чейз бросил на меня короткий взгляд. — Ронни

– страховка. Он опять это делает, Чейз… Он манипулирует нами используя твоего брата!

— Что ты с ним сделал?! — прорычал Чейз, сжимая кулаки, но глядя

исключительно Ронни, который отмахивался от опасных винтовок, как от безобидных

веток и кричал, чтобы его пропустили к брату.

Нет. После сегодняшнего дня моя психика никогда не восстановится. Кто-нибудь,

скажите, что это всё — большой розыгрыш на Хэллоуин и клянусь, я даже никому не

выцарапаю за это глаза.

— Я ведь обещал тебе, что позабочусь о нём, — улыбался Дакир с неподдельной

теплотой в глазах. — Ты ведь не думал, что я могу причинить вред ребёнку?

Как у него получается так играть?!

Он махнул рукой в сторону Ронни:

— Я отпущу мальчика, как только все вы загрузитесь в вертолёт и подниметесь в

воздух. Я решил не сопровождать вас, так как Джей по-прежнему не умеет себя

контролировать и отличать чёрное от белого.

— Это ты-то белое что ли? — бросила я.

Дакир мне мягко улыбнулся:

— Джей, убери пистолет, ты всё равно этого не сделаешь. В глубине души ты

знаешь, что мне можно доверять.

Я не сдержала смешок:

— В фильмах, когда плохие парни говорили нечто подобное, им в лоб тут же

прилетала пуля.

— Но я не плохой парень.

— Нет, — улыбаясь, я медленно замотала головой, — ты сам дьявол воплоти!

— Что ты с ним сделал?!! — взревел Чейз. Вены на его шее опасно вздувались, что

для Дакира не означало ничего хорошего.

Но и Чейза Дакир совсем не боялся. Конечно, с такой-то страховкой.

— Я его вылечил. Больше никакие болезни не страшны твоему брату. Чейз, ты

должен мне верить. — Гипнотический взгляд доброго папаши. — Формула иммунитета

для изготовления сыворотки была давно готова. Кровь Джей была последним

необходимым компонентом. Её кровь воистину волшебная!

— Ты вколол ему какую-то сыворотку?! — Это всё, что услышал Чейз.

А меня в этот момент накрывало новой волной ярости. Вот же сукин сын! Уверял,

что моя кровь — занимательная, но весьма посредственная субстанция! И что ни для

каких глобальных целей никто не собирается её использовать!

— Я вколол ему лекарство. И оно благотворно подействовало на весь организм.

Чейза начинало колотить:

— Значит, были все шансы, что оно убьёт его?!

— Были, я не скрываю этого, Чейз. Но как сказала Джей, когда спасала тебя:

«Какая разница, если он итак обречён»? Это был шанс Ронни на выздоровление. Мы не

могли им не воспользоваться.

— Чейз, он помог мне! — кричал Ронни. — Не трогайте Дакира!

Лицо Чейза багровело от ярости.

— Обречён?! Какого чёрта ты решил, что он обречён?! Какого чёрта ты решил, что

вправе творить его судьбу?! Кто ты такой?!! — Голос Чейза звучал так громко, что даже

шеренга людей, медленно продвигающаяся от площади к воротам, и вовсе остановилась.

— Скольким ты вколол её до Ронни?!! СКОЛЬКИМ?!

Дакир молча помотал головой.

И это был весь ответ. Слова были не нужны. Ронни стал первым испытуемым. Он

был всего лишь смертельно больным ребёнком. Ребенком, прибывающим на грани между

жизнью и смертью. Ребёнком, которому практически нечего было терять, кроме брата,

которого Дакир собственноручно отправил встречать смерть в Скалу. Поэтому, больной

астмой, находящийся в коме мальчишка, стал первой подопытной крысой, получившей

дозу некой сыворотки иммунитета выведенной в подпольных лабораториях Креста! За

него некому было заступиться. И даже Кира пошла на это!

Зря Дакир вызвал подкрепление, кем бы оно ни было! Зря прилетел сюда лично!

Зря взял с собой Ронни, как прикрытие! И зря не отдал приказал расстрелять нас на месте.

Только так у него оставался шанс выжить.

Я забираю у него этот шанс.

Я подняла пистолет и выстрелила ему прямо в сердце. Тёплые глаза застыли,

превратившись в стеклянные. Лидер Креста упал на колени, задержав на мне пустой,

слегка удивлённый взгляд, после чего ударился лицом о грязную землю. Последний тихий

хрип долетел до моих ушей. Последний звук из уст подонка, который поставил подпись на

свидетельстве о гражданстве для собственной смерти.

— Шах и мат тебе, ублюдок. Гори в аду. — Последние слова, сорвавшиеся с губ,

прежде чем круглый серебристый шарик взорвался у моих ног, и густой белый дым,

заполнивший собою всё пространство, заставил потерять сознание.

Глава 42

Нет в этом мире такой правды, которая смогла бы угодить всем и каждому.

Обязательно найдётся тот, кому эта правда не понравится. Обязательно найдётся тот, кто

предпочтёт правде ложь. Ложь — болезненное, но не смертельное оружие. Порой ложь

способна защитить… оградить от удара в сердце. В то время когда правда, способна

одним точным выстрелом превратить сердце в комок серого пепла; ветер поднимет его с

земли, вознесёт к небесам и рассыплет невидимой ни одной душе пылью по разным

частям света.

Правда никому не нужна.

Боль никому не нужна.

В Новом мире всё предпочтение отдано лжи. Потому что ложь, оберегает нас от

страшной истины. В то время когда правда, способна нас уничтожить.

Я выбираю правду. И катись всё к чёрту.

«Что с ней… почему нашей девочке стало хуже?»… — тихое рыдание женщины.

«Скажите нам правду. После всех процедур! Мы столько сил вложили в её

лечение! Разве не вы говорили, что это должно помочь?! — измучанный хриплый голос

мужчины. — Отвечайте!!! Что пошло не так?!».

«Успокойтесь, прошу вас. Вы разбудите Сэйен».

«Отвечайте, что с ней»?!!

«Что теперь будет с нашей девочкой»?..

«Уверяю, мы сделаем всё возможное. Дакир сделает всё возможное»…

Мой сон превращался в кошмар из воспоминаний прошлого и того, чего никогда не

было…

«Сэйен будет жить?» — стонала мама.

«Дакир сделает всё, что в его силах, — отвечал доктор, — сыворотка иммунитета

почти готова. Мы введём её внутривенно и будем ждать».

«Это вылечит её?» — голос отца.

«Шансы равны. Или убьёт, или вылечит, — ответил врач и зашёлся в громком

пронзительном смехе, так похожем на смех Леона, — какая разница, если она всё равно

обречена»?!

«Какая разница, если она всё равно обречена»?..

Я пыталась проснуться, но не могла… Один кошмар перерастал в другой. Второй в

третий и так до бесконечности.

Забытые воспоминания не имели права пробуждаться в моей голове и тем более

обрастать ужасами настоящего. Это всё оно — сердце, в котором Чейзу удалось растопить

лёд. Защита была сброшена.

Глухие удары долетали до сознания сквозь пелену кошмаров. С каждой секундой

становясь громче, вытряхивая, выбивая из головы дурной сон. Реальность звала меня.

Требовала, чтобы я немедленно открыла глаза! Только где гарантии, что действительность

не окажется хуже сна?..

О да, такой она и оказалась.

Картинки из снов исчезли, позволив получить контроль над телом. Не было боли.

Не было усталости. Как и не было зрения. Белый занавес опустился на глаза, лишив

возможности определить своё местонахождение. И стало страшно… Почему я ничего не

вижу?! Вообще ничего!

Я ослепла.

Понимание этого не могло не вызвать панику. Это было слишком неожиданно. Я

была готова ко всему, но только не к потере зрения!

Пиканье приборов — звук справа.

Нескончаемые глухие удары по твёрдой поверхности — звук слева.

Я села. Выдернула из вены катетер. Тяжёлое судорожное дыхание должно было

отзываться болью в рёбрах, но боли не было. Никакой.

Чистая одежда была непривычной, странной, как шершавые больничные простыни

— ещё одно воскрешённое воспоминание из детства. Я с силой потрясла головой, выгоняя

мысли — никакой боли.

Коснулась лица — на брови широкий пластырь, на переносице ещё один.

Запах. Пахнет стерильными средствами и медикаментами.

Пиканье приборов. Я в какой-то лаборатории?.. Что происходит? Где Чейз?! Куда

нас вывезли из Скалы?! Что вообще случилось после того, как я выпустила пулю в

Дакира? Я ведь убила его?.. Надеюсь, это произошло на самом деле, а не в моём

свихнувшемся сознании.

Лёгкий порыв воздуха в лицо дал понять, что теперь я в помещении не одна.

С тихим щелчком захлопнулась дверь.

— У меня пистолет, Джей, так что будь добра, не делай глупостей, — высокий

женский голос, строгий, жесткий, незнакомый.

Я крутила головой по сторонам, щипала себя, надеясь, что это всего лишь

продолжение кошмара и зрение вот-вот вернётся, но ничего не менялось, только паника

всё ближе и ближе подбиралась к горлу, сдавливая его, организуя удушье.

Лёгкие быстрые шаги и за спиной раздалось гудение. Я метнула голову на звук,

словно это как-то может помочь, в случае если от меня решили избавиться. Бред. Хотели

бы — давно избавились. Кем ни были эти люди — эта женщина, — я нужна им, по

крайней мере, пока.

— Я поднимаю спинку твоей кушетки, всё в порядке, — твёрдо произнесла

женщина. — Присядь сюда, облокотись, вытяни ноги и дай руку, я поставлю катетер

обратно.

Я инстинктивно зажала ладонью внутреннюю сторону локтя.

Медленный выдох:

— Это простые витамины, ты была сильно измотана.

— Боль?.. — Не голос – дрожащий скрип.

— Мы вкололи тебе сильное обезболивающее. Правое ребро сломано, грудная

клетка перевязана бинтами.

— Зрение?

— Побочный эффект усыпляющего газа. Это новая разработка — не лишена

изъянов.

Новый выдох женщины, не без раздражения:

— Послушай, у меня нет времени! Всю Скалу эвакуировали сюда и каждого из них

ещё нужно осмотреть, занести в базу и распределить! И если я не хочу — а я не хочу, —

потом переделывать всю работу, то лучше бы мне сейчас быть там!

Что она нам несёт?..

— Где я? — Я с силой тёрла ослепшие глаза. — Когда зрение вернётся?

— Скоро. Ты…

— В подземной станции.

Молчание и вновь высокий голос:

— Откуда знаешь?

— Дакир что-то говорил.

— Вот как…

— Он жив?..

Женщина хмыкнула:

— Разве не ты убила его?

И вновь тишина.

Убила. Я убила его.

Я снова убила человека.

Пьяницы в баре, боец в медицинском корпусе, теперь Дакир.

Осознанные убийства, которых при желании можно было избежать. Можно было

поступить по-другому, можно было не топить себя по горло в чужой крови. В крови

людей — таких же, как я. Вот что сделала с нами жизнь. Вот что сделали мы друг с

другом. Что сделали сами с собой. Я сама себя такой сотворила…

Не смотря на отсутствие зрения, сильное головокружение заставило вцепиться в

клеёнчатую поверхность кушетки всеми пальцами. Тошнота подкатывала к сдавленному

горлу. И снова этот глухой стук. Мне ведь не кажется? Это ведь не мозг стучит колёсами

на прощание?..

Я сглотнула. Горло не хотело расслабляться:

— Поэтому я здесь?.. Что за подземная станция? Кто вы такие?

Тихие лёгкие шаги и голос женщины прозвучал ближе:

— Слушай, у меня пистолет. Так что сядь и позволь мне пристегнуть твои руки.

Я послушалась. Что ещё мне оставалось? Возможно она блефует и нет никакого

оружия, но до тех пор, пока я не пойму где я и какими последствиями это чревато, лучше

включить голову и вести себя тихо. Хотя бы какое-то время.

Женщина пристегнула мои запястья к двум пластиковым подлокотникам чем-то

вроде ремней.

— Хорошо. — Она удовлетворённо вздохнула. — Как только наш разговор

закончится, даю слово отстегнуть тебя. Я врач с нулевой боевой подготовкой, и зная твои

способности, не хочу собирать по кускам сломанный позвоночник, или что-нибудь

другое. Надеюсь, ты меня понимаешь.

— Ещё скажи, что я в безопасности.

Женщина смолкла.

Глухой стук за спиной снова стих. Кто-то делает здесь ремонт?..

Белая пелена перед глазами сводила с ума.

— Пусть тебе и сложно в это поверить, но да, Джей, теперь ты в безопасности.

Кажется, я сумела выдавить улыбку:

— Правда что ли? И даже наказания не будет?

Женщина аккуратно коснулась моей руки:

— Мы не практикуем законы Креста.

Я с силой дёрнулась:

— Убери от меня чёртов катетер!

— Ладно. — Женщина на удивление отстранилась, оставив мои вены в покое. —

Как хочешь. Это помогло бы унять головокружение.

— Я себя нормально чувствую!

— Конечно! Это ведь тоже наша заслуга! — Женщина была явно не в восторге от

моей компании.

— Почему я здесь, если все со Скалы в другом месте?! — Я как слепой котёнок

мотала головой по сторонам, в надежде, что пелена с глаз вот-вот спадёт.

— Потому что твоё дело требует тщательного рассмотрения и индивидуального

подхода. И ты немного отличаешься… ото всех. Понимаешь о чём я?

— Моё дело?!

— Да, — женщина раздражалась всё больше, — Дакир передавал нам все сведенья

о тебе. И хочешь ты того, или нет, но за своё ДНК можешь благодарить лишь судьбу! А

мы просто не можем это игнорировать. Ты не такая, как большинство людей и закрывать

на это глаза никто не станет.

О, судьбе я очень благодарна!

— Да кто вы, чёрт возьми, такие?.. — прошипела я.

Женщина отдалилась, судя по звуку и куда-то присела:

— Это я и собираюсь рассказать, если пообещаешь выслушать спокойно.

— Тогда может, начнёшь уже? Что это за место?!

— Это? — женщина вздохнула и следом раздался громкий сёрбающий звук. —

Конкретно это – изолятор.

— Я что, заразная?

— Нет. Мы могли бы отвести тебя в обычную процедурную, но тогда, твоего друга

рядом бы не было.

Тело напряглось. Руки с силой дёрнулись.

— Чейз здесь?!

Новый вздох и… зевок?!

— Ох, ты совершенно не умеешь себя контролировать.

Дверной щелчок и в помещение вошёл кто-то ещё.

— О, Господи, Иви! Ты всё-таки её пристегнула?! — Женский, мелодичный, даже

немного слащавый, голос.

Это невозможно… Невозможно страдать от слепоты!!!

Тонкий цветочный аромат повеял в лицо, и чья-то тёплая рука коснулась щеки. Я

инстинктивно дёрнулась. Никто! Никто в Новом мире так запросто не касается друг

друга! Она не в курсе?!

— Всё хорошо, милая. — Это ещё, что за заботливый тон? — Всё в порядке. Как

твоё зрение?

И будто по волшебству, которое принёс с собой цветочный аромат, мои глаза

пришли в норму. Затуманенная расплывчатая картинка становилась чётче и вот я

разглядела перед собой улыбающиеся лицо с огромными добрыми глазами цвета мёда.

Аккуратный нос усыпанный веснушками, молочная кожа, курчавые тёмные волосы

подобранные у висков двумя крохотными заколками в виде розовых бантиков. Лет

тридцать пять — не больше. Рост не высокий. И длинный медицинский халат ниже колен.

— Ты видишь меня? — Два больших глаза слегка прищурились. — Иви, её зрение

восстановилось!

— Здорово, — безрадостно отозвалась Иви, отхлебнув из большой синей кружки.

Что это? Передо мной близнецы?!

Женщины-близняшки! Только волосы Иви собраны в тугой крохотный хвостик на

затылке. Во всём остальном…

— Меня зовут Анна, — произнесла женщина рядом со мной. — Иви ведь тебе уже

представилась?..

С тупым выражением лица и большущими зрячими глазами я медленно помотала

головой.

Анна резко повернулась к женщине в углу:

— Иви! Мы все измотаны, но это не значит, что ты должна вести себя настолько

по-хамски! Девочка столько натерпелась…

— И что? Все мы натерпелись.

Громкий стук справа заставил меня отвернуть голову от близнецов и то, что я

увидела, в одну секунду вернуло всю боль в области груди на место! Толстое стекло,

возможно пластик, сверхпрочный. Сверх-сверх прочный!!! Потому Чейз со всей силы

молотил по нему кулаками на своей бешеной сверхскорости, а то лишь слегка

подрагивало в ответ. И он что-то кричал! Лицо раскраснелось, толстые вены вздулись на

руках и открытой шее, но не было слышно ни звука.

Не надо было позволять себя пристёгивать.

Я как сумасшедшая забилась в кресле-кушетке, дёргая ногами и головой, требуя,

чтобы меня немедленно отстегнули.

Анна отошла в сторону, глядя участливо. Слово ей действительно не всё равно!

— Что вы за мрази такие?! — орала я. — Поэтому изолятор?! Потому что здесь,

если клетка для такого как он?!!

Анна успокаивающе выставила перед собою руки ладонями вперёд:

— Джей, пожалуйста, прошу тебя, успокойся. Мы знаем, что Чейз не рафк! Мы

знаем, что усиление физических способностей он получил благодаря тебе, и в заговоре

против человечества не учувствовал! У нас нет причин обращаться с ним плохо! Ни тебе,

ни Чейзу больше ничего не угрожает! Даю слово! Ты должна взять себя в руки и

выслушать всё, что мы хотим сказать!

Я не верила!

Это всё бред какой-то!

— Почему он в пластиковой клетке?! — орала я.

Иви резко вскочила с кресла и прокричала не тише меня:

— Я же сказала: потому что позвоночник нам всё ещё дорог!!!

И я смолкла. Моё тяжелое дыхание — всё, что нарушало тишину в несколько

следующих, длившихся с вечность, мгновений.

Анна сделала пару решительных шагов в мою сторону. Правильно, чего бояться ту,

что пристёгнута толстенными ремнями?! У меня ведь не способностей их разорвать!

— Джей, на всей станции, кроме специально разработанных изоляторов нет

другого такого места, откуда Чейз не смог сбежать бы. А мы не могли этого допустить.

Вы должны выслушать нас. Только так мы можем заставить вас обоих это сделать! Если

бы он вдруг прорвался и скажем, случайно наткнулся на игровой зал… какой стресс

испытали бы дети?.. Со станции так просто не выбраться. — Анна с умалением заглянула

мне в глаза. — Никто не станет применять к вам силу. Никто не собирается становиться с

вами врагами, держать здесь вечно, ставить опыты и прочее. Мы просто хотим, чтобы вы

нас выслушали. — Анна посмотрела на Чейза, который только сейчас прекратил избивать

неподдающийся пластик. — Он нас слышат. И если вы оба выключите агрессию, то ты

тоже сможешь услышать Чейза.

После долгой лекции о правилах поведения, Анна, наконец, перешла к сути.

Убедившись, что мы перестали дёргаться в бессмысленных попытках освободиться, взяла

в руки серебристый прямоугольник и нажала одну из чёрных кнопок:

— Чейз? Скажи что-нибудь.

Чейз молчал, глядя на меня из-под бровей, но тяжёлое дыхание было таким

громким, что Анна и не стала наставить на просьбе.

На противоположной от меня стене включился большой экран. Цветная картинка:

яркий ковёр, множество игрушек и не меньше детских голов мелькали из стороны в

сторону, заполняя собой всю пространство.

— Иви, приблизь, пожалуйста, — попросила Анна.

Картинка увеличилась, взяв в кадр нескольких мальчиков. Звонкий смех из

динамиков, широкие улыбки и довольное лицо Ронни крупным планом.

— Где он?! — Удар по прозрачной стене и крик Чейза. Теперь суровый взгляд

красных глаз прожигал две дыры в добродушном лице Анны.

Надеюсь, эти близняшки не пытаются навешать лапши на уши тем, кто доверять в

принципе не умеет! Потому что моё анти-доверие уже выстраивало цепь догадок о том,

что это может быть вообще не Ронни, да что угодно может быть, только не правда!

Привычка жить, ища во всём подвоха неискоренима.

— Он в игровой комнате, — улыбалась Чейзу Анна. — Детей обследовали в

первую очередь и до распределения они проведут некоторое время в детском отделении.

У Ронни взяли анализы, провели несколько тестов, с радостью могу заверить тебя, Чейз,

твой брат полностью здоров.

Кадык Чейза нервно дёргался. Желваки играли на лице. Напряжение ничуть не

спадало.

— Что этот ублюдок с ним сделал?! — прорычал он.

— Он имеет в виду Дакира, — подсказала Анне Иви, возникшая рядом со своей

копией.

Взгляд Анны резко посуровел:

— Мы не давали одобрение на СПИ… — Анна бросила взгляд на моё

недоумевающее лицо и добавила: — На сыворотку повышения иммунитета, так Дакир её

называл. Он получил разрешение на разработку формулы, но тестирования на людях ему

запретили.

— Значит, Ронни мог умереть, — скорее, как утверждение, нежели вопрос,

произнёс Чейз. — Тварь… Чёртов ублюдок.

— Ну, — Анна с пониманием дёрнула плечами и несколько смущённо произнесла:

— Джей ведь решила эту проблему.

— Докажите, что Ронни там! — потребовал Чейз. — Что это не монтаж! И что

после того, как он наигрался с игрушками, вы не заперли его в клетке типа моей!

— Как же сложно с вами, ребятки, — удручённо пропыхтела Иви и нажала на ещё

одну кнопку на пульте. — Ронни, ты меня слышишь?

Мальчик на картинке замер в ту же секунду, устремив взгляд в потолок. Соседний

мальчишка помог ему найти камеру, указав пальцем в нужном направлении и, теперь,

Ронни смотрел на нас.

— Я слышу! — раздался звонкий голосок и Чейз тяжело и шумно выдохнул,

уперевшись ладонями в прозрачную стенку.

— У тебя всё хорошо? — произнесла Иви.

— Да! — тут же отозвался Ронни. — А когда меня отведут к Чейзу? Мне сказали,

что я скоро его увижу.

— Всё правильно, малыш, — ответила Иви. — Скоро ты увидишься и с братом и с

Джей. Поиграй ещё немного, я скоро за тобой приду.

— Во-первых, я не малыш! А во-вторых, я не хочу видеть Джей! — внезапно

закричал Ронни, скривившись в злой гримасе. — Она убила Дакира! Чейз был прав – она

отстой! С такими лучше вообще дел не иметь! Так что пошла эта Джей к чёр…

И Иви выключила экран.

Теперь Чейз смотрел на меня, будто бы извиняясь. А в моей голове была такая

каша, что даже смысл слов Ронни толком не доходил до понимания. Во всяком случае,

сейчас я ничего не чувствовала. Думаю, с этим ещё будет время разобраться… а может и

нет. Возможно, Ронни никогда не простит убийцу своего спасителя и будет ненавидеть

меня до конца своей, надеюсь долгой, жизни.

Анна тихонько откашлялась, неловко глядя на меня:

— Ладно, надеюсь теперь вы удостоверились, что Ронни в безопасности и можно

переходить к основной части?

— Что вы за организация? — тихо, но леденящим кровь тоном, произнёс Чейз. —

Откуда взялась эта станция?

Иви кивнула Анне, чтобы та приступала к объяснениям и вернулась в своё кресло и

к своей кружке. Её копия облизала губы, сцепила ладони в замок перед собой и

внимательно посмотрела сначала в лицо Чейза, затем в моё:

— Обычно, для новичков проводят лекции в общем зале, но так как вы… м-м…

особенные гости, руководство отправило нас разъяснить всё лично, и дало разрешение на

то, что бы полностью ввести вас в курс дела.

— Руководство? — с недоверием переспросила я.

— Да. С ним вы познакомитесь позже, после того, как восстановите силы и…

перестанете быть настолько агрессивными. Но должна предупредить: то, что вам

предстоит услышать, информация не для третьих лиц. И видимо руководство

действительно хочет выйти с вами обоими на уровень доверительных отношений, раз

позволила провести полный инструктаж. Вы можете оказаться очень полезными в нашем

деле…

— В каком к чёрту деле?! — Чейз по-прежнему был в бешенстве.

Анна перевела решительный взгляд на него:

— В деле спасения человечества.

Глава 43

— Мы не организация, — продолжала Анна, глядя на нас с Чейзом по очереди. —

У нас нет определённого названия. Мы, так же как и все — выжившие.

Анна включила экран. На этот раз на картинке было нечто похожее на схему

расположения тоннелей.

— Это общий план подземной станции. Как вы можете заметить – она весьма

большая. На самом деле, это целый город, который изначально считался бункером. Ещё

до Конца света, существовала компания занимающаяся такими масштабными

постройками. Один из проектов — где мы сейчас находимся, — удалось завершить,

второй такой реализовать не успели.

— Официальное название станции Б-98, — подхватила Иви, — это номер бункера,

так что мы практически не используем его обозначение. Всем удобнее именовать это

место подземной станцией.

— Джей, ты хочешь задать вопрос? — спросила Анна.

У меня что, на лице это написано?

— У меня их куча – вопросов, — бросила я с недоверием. — Например, если это

место всегда существовало, почему вы не заявили о себе в открытую?! Мы ведь в

Америке?

— Где ещё нам быть?.. Или ты имеешь в виду теорию о том, что другие материки

ушли под воду? — Иви громко усмехнулась. — Это не так. Мы точно знаем, что Европа

сохранилась. Сейчас она не пригодна для жизни, там сильная радиация, солнце изменило

свою активность, магнитные полюса сдвинулись, большая часть Европы – самое

настоящее пекло, пустыня. И никто не может предсказать, во что она превратится через

год, или два, также как и что станет с Северной Америкой, в которой до сих пор всё более

менее стабильно.

— Вы хотите сказать, что твари есть не везде? — осведомился Чейз.

Иви хмуро уставилась на него:

— Разумеется не везде. Только Северная Америка подверглась вирусу мутации. По

крайне мере это то, что известно по нашим данным.

— И что вы собираетесь с ней делать? С Америкой? — Я помотала головой. — Там

толпы рафков и куча городов, в которых куча людей для создания новой армии. Будете

отстреливать каждый город?

— Если это понадобиться, — решительно заявила Иви. — Скала уничтожена. Но

двадцать три города, не считая Креста, продолжают функционировать. Сейчас у рафков не

лучшее времена. На то чтобы восстановить силы им потребуется немало времени. И это

время мы собираемся использовать.

— Эвакуация Феникса назначена на послезавтра, — сообщила Анна. — Десять

городов, которые вошли под управление Дакира, будут эвакуированы в первую очередь.

— А остальные тринадцать? — Чейз говорил с насмешкой.

— До них мы тоже дойдём. Никто не даёт гарантий, что всё обойдётся без жертв.

Но у нас больше нет времени, внедрять своих людей в доверие банд. — Иви помотала

головой. — Всё это дело не одного дня, это может занять годы. Нужно подготовить место,

сейчас его на всех не хватает.

— За годы рафки сами произведут эвакуацию! — воскликнула я, мрачно

усмехнувшись. — Всех городов подчистую! За годы, не останется кого спасать! За годы

рафки станут коренными жителями!

Женщины замолчали. Или не хотели отвечать, или решили нам самим позволить

догадаться, что будет при таком раскладе.

— Если рафки окончательно выйдут из-под контроля, мы прибегнем к крайним

мерам, — наконец произнесла Иви.

— Не-ет, — продолжая улыбаться, я помотала головой, — только не говорите, что

у вас и что-то типа ядерного оружия имеется!

— Мы спасём всех, кого сумеем, — внушительным голосом заверила Иви. — Всех,

кого успеем спасти! Но рафки… они слишком сильны и неуправляемы, если мы не

пресечём их развитие, они расплодятся по всей земле.

— По какой земле?! — смеялась я, походя на сумасшедшую. — Где мы сейчас?!

Разве не в Северной Америке?! Как вы собираетесь их уничтожить? Вместе с собой что

ли?

Медовые глаза Иви сузились и, кажется даже потемнели:

— Мы под землёй, в сверх прочном бункере. Угроза нависнет только над теми, кто

в момент зачистки будет на поверхности.

Я зависла. Не знала, что ответить. Кто они такие, чёрт возьми? Откуда такие

возможности? Такое оружие?..

— Значит, вы уничтожите её, — раздался жесткий голос Чейза.

— Мы очистим землю от рафков, — поправила его Иви, — при самом

неблагоприятном раскладе. Это крайние меры, но если до такого и дойдёт, прежде мы

постараемся спасти максимальное количество людей.

— И куда всех поселите? — поинтересовалась я. — Сами ведь сказали, что места

недостаточно. Европу от радиации избавите?

— Европа не пригодна для выживания ни для одного из видов. — Иви твёрдо

смотрела на меня. — Там пусто. И делать там нечего, по крайней мере сейчас. Многих

успели эвакуировать, некоторые сейчас среди нас, но большая часть населения

уничтожена.

Я вопросительно приподняла брови:

— Почему вы думаете, что и там нет заполненных бункеров вроде этого?

— Таких – нет, — отозвалась Анна. — Наша станция единственная в своём роде,

но существование бункеров в Европе мы не отрицаем, вот только до тех пор, пока в той

части света, солнце не изменит привычек, нам этого не узнать.

— То есть только в Северной Америке сохранились остатки населения? —

поинтересовалась я.

— Проект о исследовании других материков только недавно вступил в силу и это

сверх засекреченная информации. — Анна спрятала ладони в передние карманы халата,

продолжая глядеть на нас с Чейзом по очереди. — Могу лишь сказать, что ничего

хорошего там не происходит.

Чейз недобро сверкнул глазами:

— А где-то разве происходит?!

Иви сложила руки на груди и принялась мерять блестящий кафельный пол шагами:

— Большую часть Южной Америки затопило, но Бразилия практически уцелела и

вполне пригодна для жизни. Череда землетрясений вызвала сдвиг титанических плит.

Метеоритный дождь, перепады температуры — всё это сказалось на населении не менее

пагубным образом… Но  вот уже как несколько лет все силы брошены на восстановление

этого участка суши. Города выстраиваются и заселяются заново. Там подходящий

устойчивый климат, отсутствие заражённых, плодородная почва, колебаний земли за

последние десять лет больше не наблюдалось, даже новая вспышка вируса вызвавшая

агрессию у животных, в Бразилии зафиксирована не была… Это лучшее место для

создания новых условия для жизни. Подземная станция лишь пункт временного

пребывания, здесь не хватит места для всех нуждающихся, к тому же, у нас есть цель –

выстроить цивилизацию с нуля. На поверхности — не под землёй.

Что-то вся эта информация довольно хреново усваивалась в моей голове. Какая-то

несуразица.

— Если вы давно обнаружили это место, почему не пресекли существование

ущербных городов?! — поинтересовалась я. — Для чего люди выстраивали стены,

защищаясь от тварей? Почему позволили насилию и жестокости плодиться и

развиваться?! Половина, если не больше, из тех кто пережил Конец света, уже давно

сгнила, перебила друг друга, или погибла от эпидемий! Что мешало вам помочь нам всем

сразу?! Вы про банды вообще слышали?! Про рабство?! Бореди, бойцовские ямы! Про

сбор крови, чёрт возьми!!!

Иви смерила меня недовольным взглядом.

Анна выглядела понимающе:

— Всё не так просто, Джей.

— А по-моему проще некуда! — воскликнула я.

Иви подошла ближе:

— Тебе ведь уже сказали: мест не хватает! И если бы руководство натаскало сюда

всех и сразу, чем бы подземная станция сейчас отличалась от любого ущербного города?!

Слишком самонадеянные и неравнодушные к власти идиоты развалили бы станцию за

пару недель! Одного желания всех спасти недостаточно! Нужно ещё головой думать,

прежде чем принимать подобные решения! Логика и здравый смысл позволяют нам до

сих пор существовать и отправлять выживших — не тиранов, не воров, не убийц, — а по-

настоящему достойных людей, в новый дом, который стремительно выстраивается на

просторах бывшей Бразилии! С каждым годом это место становится всё больше, всё

лучше, всё цивилизованней! Мы называем его Оазис.

— В первую очередь мы эвакуируем детей, — вступила в разговор Анна. —

Дакиру многих удалось вывести, как и из ущербных городов, так и из городов вроде

Скалы, в управление которых ему успешно удалось внедрить своих людей. Здесь, в

подземной станции, мы предоставляем им помощь, берём необходимые анализы,

проводим тесты, заносим в базу данных, некоторых отправляем на реабилитацию, и уже

после этого для каждого находим новый дом и семью. У детей поваляется семья! — Глаза

Анны заблестели от счастья, или гордости… — И как показывает практика, наши

старания не напрасны! Оазис оправдывает ожидания. У человечества всё ещё есть шанс.

Мы держимся! Не смотря на пережитые бедствия, религиозные разногласия, цвет кожи,

языковой барьер… В Оазисе люди живут в мире и согласии! Разумеется, мы всё

контролируем, но за годы его существования не случилось не одного вопиющего случая!

Риски сведены к минимуму. Оазис — настоящее утопическое государство. И сейчас мы

подыскиваем подходящий участок суши для создания ещё одного Оазиса. Мы будем

создавать их до тех пор, пока для каждого достойного человека не найдётся место, где он

будет чувствовать себя в полной безопасности.

— Значит для этого планируется зачистка Северной Америки?.. — фыркнул Чейз.

Иви приблизилась к пластиковой конструкции:

— А ты предпочитаешь, чтобы там рафки цвели и развивались? Пригодной для

жизни суши осталось не так уж много! И если потребуется сровнять её с землёй,

уничтожить заразу и выстроить города заново, то так и мы и сделаем. Люди достойны

получить второй шанс, ты так не думаешь?

— Все достойные погибли двенадцать лет назад! — напомнила я.

Анна мягко улыбнулась:

— Не все так плохи, как ты думаешь, Джей. Людям просто нужно напомнить, кем

они были раньше… Ещё не все сердца превратились в острые камни.

— Неужели только на моём пути возникали одни ублюдки, маньяки и

извращенцы?!

«Где были все добряшки, милашки и пушистики? Может их вывезли ещё до того,

как я выбралась из-под опеки Завира?.. Или им тут всем мозги промывают перед

отправкой в Оазис»?

— Ладно, то есть, это ваше руководство решает, кто достоин, а кто нет? И как

часто оно принимает такие решения? — скептически поинтересовалась я.

Иви фыркнула, с недовольным видом скрестив руки на груди:

— А ты бы хотела, чтобы всякие кретины вроде Скверны и прочих банд,

уютненько расположились на месте какой-нибудь, например, беременной женщины? Или

даже нескольких?! Или на месте стариков, которые за всё пережитое уж точно имеют

право встретить смерть в тёплой пастели, а не где-нибудь под мусорным баком в куче

помоев?

Да за кого она меня принимает?!

— Ты хоть слышишь, о чём я говорю?! — заводилась я. — Всего лишь

интересуюсь, почему это твоё руководство не пошевеливается?! Потому что прямо сейчас,

прямо в эту секунду, сотни таких стариков как раз и умирают в куче помоев! А дети,

которых не меньше, замерзают насмерть, пока вы тут языками треплетесь и ищите место

для своего нового Оазиса! На всех остальных мне плевать!

— Думаешь, самая умная? — сузила глаза Иви.

— Довольно, — повысив голос, вмешалась Анна. — Прошу вас, перестаньте.

Джей… поверь, все работники станции и наше руководство делаем всё возможное, чтобы

кошмар поскорее закончился. Ущербных городов почти не осталось, мы регулярно

вывозим из них женщин и детей. Но для того, чтобы вывести и остальных, должно быть

подготовлено место, каким в данный момент мы не располагаем. Станция и Оазис не так

велики, как хотелось бы. И даже для того, чтобы организовать эвакуацию, нужно ступить

на тропу войны с бандами, так просто они не сдадутся, потому что с собой их звать никто

не станет.

— А артиллерия ваша одноразовая что ли? — бросил Чейз с иронией в голосе.

— Нет! — с нажимом ответила Анна. — Но если мы и вступим в войну с бандами,

и почти наверняка одержим верх, можно вернуться к первому пункту…

— Нам некуда селить всех людей! — подхватила Иви. — Нехватка мест приведёт к

беспределу! Опять начнётся борьба! Каждый захочет оторвать кусок! Пока территории не

расширятся, мы не можем принимать столько выживших. За многие годы была

разработана целая схема, а кто-то вроде вас двоих сейчас пытается объяснить, как верно

поступать, а как не верно! Эй, ребятки, откройте глаза, мы тут людям вообще-то

помогаем. При этом пользуясь мозгами, а не эмоциями!

— Крест. Это ведь ваш город? — сухо произнёс Чейз и надо сказать, об этом я ещё

не успела подумать. — Совет – ваши люди?.. Блейк, Марлин, Фокс.

— Соображаешь, парень, — ворчливо отозвалась Иви и плюхнулась обратно в своё

мягкое кресло.

Анна, извиняясь, пожала плечами:

— Она очень устала. Простите.

Иви стрельнула в неё глазами:

— Я всё слышу.

Анна вздохнула, устремив внимательный взгляд на Чейза:

— Крест был возведён не без нашей помощи. На стены ушло много материала. В

остальном, Дакир заверил, что справится сам. Он… как бы это сказать: работал и с нами и

без нас. У него была своя миссия. Идея, которой он горел. Дакир верил, что нормальное

существование всё ещё можно вернуть, не покидая границ дома. Не прячась по убежищам

и не переселяясь в другие части света. Он верил, что для каждой проблемы есть решение.

Дакир был военным и истинным патриотом.

— Он хотел объединить города, избавиться от банд, разрушить стены, — заговорил

Чейз, по-прежнему не двигаясь с места: большие ладони упирались в стенку прозрачной

конструкции. — Даже на счёт тварей у него было решение. Но вы вообще в курсе, какие

методы он использовал?!

— Да, мы знаем, — закивала Анна. — Не так давно, но знаем. Руководство дало

ему этот шанс. Шанс собственноручно избавить города от банд, искоренить жестокость,

дать людям кров, прекратить голодание и самоуничтожение. Он действительно верил в

свои силы. И мы поверили в него.

Я мрачно усмехнулась:

— Ну хоть в чём не лгал.

— Однако даже после того, как десять из двадцати четырёх городов были

захвачены его людьми, мало что в них поменялось, — вздохнула Анна. — Дакир требовал

у нас дополнительных ресурсов и в этот раз руководство решило, что затраты себя не

оправдают. И вы можете вновь поспорить с этим решением, но поверьте, когда выбор

стоит между тем, чтобы вкладываться в проект, который способен по-настоящему

обезопасить людей, который нужно расширять и улучшать, и между городом,

окружённым тварями и созданиями вроде рафков, выбор очевиден.

— Но вы позволяли Дакиру этим заниматься, — с нажимом произнесла я. — Он

использовал людей, как марионеток! Он расписывал жизни других по собственной

выгодной схеме!

— Только так мы могли понемногу и не раскрывая себя вывозить из захваченных

городов детей, женщин и нуждающихся в экстренной помощи, — развела руками Анна.

— Как только появлялись свободные места, на станцию прибывали всё новые и новые

выжившие.

— Только вот Дакира это бесило! — подала возмущённый голос Иви. — Мы

лишали его города жителей, которым он только-только собирался подарить беззаботную

жизнь. Да! Чего уж там! Его идеи были неплохи, но уж слишком он переоценил свои

возможности.

— Он вышел из-под контроля, — добавила Анна. — Он не согласовал с нами

операцию по нападению на Скалу. Спохватился в последний момент, уже когда

требовалась помощь. Мы предупреждали о том, что рафки активно занялись вербовкой, и

про Леона тоже не раз говорили. Дакир должен был сидеть тихо, пока мы сами не решили

бы проблему с лидером Скверны. Чего уж там говорить про сыворотку повышенного

иммунитета… Руководство дало согласие на проведение исследований, даже когда Дакир

доложил, что вроде бы нашёл недостающий компонент, — Анна сочувственно посмотрела

на меня, — разрешения на проведение тестирований он не получал! И мне очень жаль, что

на участь Ронни выпал такой опасный эксперимент. Мы очень рады, что всё обошлось.

Мальчик жив и полностью здоров.

— Да, только теперь придётся взять анализы у всего Креста, или хорошенько

потрясти наверняка уже скорбящую Киру, чтобы выяснить, кому эта парочка ещё успела

ввести СПИ.

— Ронни был не один? — не поняла я.

Чейз в это время бродил из стороны в сторону, глядя в пол хмурым взглядом.

— Судя по всем, он был первым, но вряд ли единственным. Дакир умел

действовать очень быстро. — Новый вздох Анны. У неё ноги ещё не затекли стоять на

одном месте?.. — Мы считаем, что СПИ и была главной целью Дакира. Это конечно всё

ещё не подтверждено фактами, но руководство считает, что таким путём Дакир хотел

сотворить свою собственную армию. Избавиться от тварей и рафков, хотя и особого

понятия не имел, на что последние из упомянутых созданий способны.

Чейз резко остановился, вперившись в Анну жёстким взглядом, так что та нервно

сглотнула. Думаю, я всё ещё единственная, кто может спокойно выносить этот его взгляд.

— Мы думаем, Ронни теперь мало чем отличается от Джей… — неловко ответила

Анна на взгляд Чейза. — Мы не знаем, как его организм отреагирует на укус твари и

точно не станем проверять, но сейчас… лейкоцитов в его крови столько… что ни одно

вирусное заболевание, скорее всего не пробьёт себе путь через такую иммунную систему.

— И как он собирался использовать это? — спросил Чейз, не в силах скрыть ярости

закипающей в глазах.

— Это зависит от того, кому вколоть сыворотку, — ответила ему Иви, и на

некоторое время в ослепительно белом помещение воцарилось молчание.

Кое-что я всё же забыла спросить:

— Так что мне будет? Какое наказание?

Иви раздражённо вздохнула.

Анна наоборот — терпеливо:

— Мы не используем и не одобряем кодекс Креста.

— Надо всё по три раза повторять! — вставила Иви.

— Так же, как и не одобряем насилия, — продолжала Анна и улыбнулась, — но в

этом случае, Джей, руководство приняло решение о том, что Дакир получил по заслугам.

Опыты над больным ребёнком, несанкционированное проведение операции, ввод

собственных правил, уклонение от приказов, да ещё и рисковать жизнью мальчика взяв

его в Скалу, как прикрытие… Это уже слишком. Дакир организовал свою собственную

банду, не устоял перед соблазном и даже не заметил этого.  Все мы прекрасно знали

стороны этого человека, острые грани от зла до добра, в которых он не видел различия. —

Анна немного помолчала, смущённо глядя в моё озлобленное лицо. — Но ты, Джей… в

тебе он видел нечто большее нежели во всех нас. За последнее время не приходило ни

одного доклада, в котором Дакир не упоминал бы о тебе. И не только по делу… Он писал,

что ты бесценное сокровище, которых так мало осталось на земле. Писал, что ты

единственный человек перед чьим упрямством даже смерть приклонит колени. Он считал,

что твоё ДНК сделает тебя едва ли не бессмертной, уж не знаю, насколько это может быть

правдой. Я знаю одно: кем ни был Дакир — добром, или злом, он видел людей насквозь.

И тебя, Джей, он считал истинным спасителем человечества.

Глава 44

Мои руки наконец получили освобождение. Я растирала онемевшие запястья

недоверчиво глядя то на одну женщину, то на другую. Близнецы смотрели на меня с не

меньшим недоверием.

— Помни, я люблю свой позвоночник, — дёрнула бровями Иви.

— Но пистолета у тебя всё-таки нет, — сузила глаза я.

Верила ли я им?.. Разумеется, нет. По крайней мере — не до конца. У всех есть

секреты, и как бы там не распоряжалось и шло к нам на встречу это их руководство, они

никогда не расскажут всего до конца. Уверена, даже эти две женщины ещё много чего не

знают. Остаётся попытаться поверить хотя бы в то, что Оазис не мифическое место

заселённое кровожадными монстрами. Искренне надеюсь, что хоть кто-то из выживших

оказался достоин шанса обрести нормальную жизнь в нормальном месте. По крайней мере

дети — наше будущее, а к ним, судя по всему, здесь действительно относятся не плохо.

Во всяком случае, сейчас я не хочу думать, что это не так.

Следующая часть лекции по большей части заинтересовала не меня — Чейза. В

физики, астрологии, я вообще ничего не смыслю, хотя общее понятие о сложившейся

ситуации всё же уловить постаралась.

— Метеоритный дождь? — перебила я Иви.

Женщина остановилась, уткнувшись прищуренным взглядом мне в лицо:

— А ты что думала, кто-то камешками с неба решил покидаться? Откуда им там

взяться?

— Иви, полегче. — Анна плавно опустила руку на плечо своей копии. — Многие

этого не знали.

— Если честно, камни с неба, вообще последние над чем я задумывалась! Зелёный

дым, знаете ли, как-то сходу овладел всем вниманием! — Меня несло. — Ну, твари там, и

всякое такое, помните?..

— Зелёный дым, — прокривлялась Иви и устало выдохнула.

Я хмыкнула:

— Да, представьте себе, так мы – простые смертные, прозвали явление

превратившие добрую часть населения в любителей человеческого мяса!

— Мутационный вирус, — снисходительно поправила Иви.

— Да плевать!

— Что за вирус? — А вот голос Чейза звучал заинтересованно. — Откуда он взялся

вы тоже выяснили?

Анна мило ему улыбнулась.

На экране появилось несколько нечётких снимков. На одном из них Земля — фото

со спутника. На нескольких других странная воронкопдобная субстанция растянувшаяся

на высоту всего земного шара.

— Слышали когда-нибудь о чёрных дырах? — поинтересовалась Анна.

Втянув шею в плечи я коротко помотала головой, глядя с абсурдом:

— Только не говорите, что нас всосало в одну из них.

— Нет. — Анна была вполне серьёзна. — Чёрные дыры, несомненно, самые

странные и загадочные явления в космосе, но это, — женщина указала изящной кистью на

экран, — это, кое-что ещё более странное. Чтобы прийти к заключению о том, что эта

странная материя расположилась рядом с Землёй двенадцать лет назад, даже самым

мозговитым учёным и астрофизикам пришлось думать «вне коробки».

Чейз буквально впитывал в себя каждое слово. Никогда бы не подумала, что нечто

подобное может его заинтересовать. Лично мне было практически всё равно на то, что

стало причиной разрушению мира. Какая разница, если это события прошлого? Нет, если

вдруг кто-то скажет, что время можно повернуть вспять, отправиться в космос и послать

долбаное явление к самому дьяволу, тогда да — тогда бы и меня эта инфа захватила.

Как же мало я знаю о Чейзе… Как же мало мы знаем друг о друге…

Иви заняла место по правую сторону от экрана и также включилась в лекцию:

— Чёрные дыры образуются из ядер супер массивных звёзд, которые можно

охарактеризовать, как область пространства, где огромная масса сосредоточена в пустоте,

и абсолютно ничего, даже свет не может избежать гравитационного притяжения.

— Чёрные дыры, настолько огромны, — подхватила Анна, — что они даже

способны искажать пространство времени. Возникновению чёрных дыр посвящено много

теорий, но не одну из них нельзя доказать. Это теоритическая физика, всё основано на

гипотезах и догадках, но это, — Анна вновь указала на фото, — это то, что двенадцать лет

назад возникло рядом с нашей планетой и превратило её в огромную мусорку. И в этом ни

у кого не возникает сомнений. Всё сходится с точностью до минуты.

— Я чего-то не понимаю, — тупо протянула я, — разве нас не всосать должно

было?..

Иви поджала губы. Ответить мне решила Анна:

— Поэтому я и сказала, что это явление, во много раз превосходит чёрные дыры по

необъяснимости. Обычные дыры, благодаря гравитационному притяжению, говоря

простым языком, втягивают в себя всё, что оказывается с ними рядом, просто поглощают,

а это, — Анна бросила короткий взгляд на фото, — их противоположность.

— Мы назвали это явление Mortifero, что с латыни означает – смертоносная.

— Символично, — не сдержалась я.

Иви смерила меня строгим взглядом.

— То есть произошёл обратный выхлоп? — А вот Чейз с энтузиазмом учувствовал

в беседе. — Весь мусор, что дыра накапливала годами обрушился на Землю?

— С годами? — усмехнулась Иви. — Скорее со столетьями. Никогда прежде

астрофизиками не было обнаружено ничего подобного. Эти снимки были сделаны NASA

перед тем, как спутник вышел из строя. Через пару часов на землю обрушилась первая

волна бедствий. Благодаря тому, что планета вращается, каждая часть света получила

свою дозу космических отходов. Появись Mortifero с другой стороны Земли, возможно

твари бегали бы сейчас по Европе, а на месте Северной Америки было пекло.

— А недавняя вспышка вируса? — поинтересовался Чейз. — Эта хрень снова

рядом с Землёй появилась?

Женщины выдержали многозначительную паузу, переглянулись, Анна заговорила

первой:

— Мы думаем, что она никуда и не исчезала.

— То есть, она всё ещё висит рядом с планетой?! — Я не удержалась от

комментария. — Прямо сейчас?!

Анна дёрнула плечами:

— Скорее всего, да, если только недавняя эпидемия животного бешенства не

следствие чьих-то химических экспериментов – что, вряд ли. У нас нет сверх мощного

оборудования, чтобы восстановить связь со спутниками. Мы даже не знаем, что с ними

стало и пригодны ли они к работе.

— Это всё, что известно о событиях двенадцатилетней давности, — сменила Анну

Иви. — По крайней мере, общая информация. Думаю, углубляться в детали исследований

не стоит. Кое-кто сейчас кажется, уснёт.

Иви ошибалась. Мне было совсем не до сна!

— А никто из вас не думал, что выброс мусора может случиться ещё раз и ещё

раз?! До тех пор пока каждая букашка на планете не будет уничтожена?! Вирус животного

бешенства, а завтра труба с кислородом перекроется…

Иви выключила экран и подошла ближе:

— И что ты предлагаешь, вручить каждому по пистолету и устроить массовое

самоубийство?..

Кажется, Чейз даже на Иви сумел произвести впечатление своей

заинтересованностью в астрофизике! Сложно поверить, но это вечно недовольная

ворчащая женщина даже улыбалась ему, когда выпускала из пластиковой клетки. Теперь

она не особо за свой позвоночник-то переживает!

Иви повернулась ко мне:

— Хочу сразу предупредить, если всё ещё собираетесь сбежать – ничего не выйдет,

поберегите силы. Надеюсь наши отношения сумели выйти на хотя бы на слабый

доверительный уровень.

— Помнится мне, кто-то из вас двоих говорил, что силой нас здесь никто держать

не станет.

— Не станет, — улыбнулась мне Анна. — Но позвольте хотя бы показать, что мы

можем предложить. Вы не найдёте ничего лучшего, если только не собираетесь бегать

всю оставшуюся жизнь.

Анна сообщила, что собирается показать мне ещё что-то крайне важное, в то время,

когда Иви отведёт Чейза к младшему брату. После чего нам какое-то время предстоит

провести в подземной станции и других вариантом развития событий не

предусматривается. Это стандартная процедура перед тем, как отправить людей на

реабилитацию. Понятия не имею что это ещё такое эти их РК — реабилитационные

капсулы, но название мне уже не нравится. На сто процентов я уверена лишь в одном –

чутьё, которые довольно редко меня подводило, сигналило всеми маяками о том, что нам

с Чейзом нельзя разделяться.

Нам дали две минуты на то, чтобы побыть наедине. Иви и Анна любезно

предложили подождать снаружи.

— Чейз, ты понимаешь, что они делают? — произнесла я, как только дверь

захлопнулась и, вскочив с кушетки, рванула к Чейзу.

Его широкая грудь высоко поднялась от глубокого напряжённого вдоха и на какое-

то время застыла. Руки упёрты в бока, взгляд задумчивый.

Я сузила глаза, замерев в двух шагах от него:

— Ты веришь им?

— Джей…

Нет, мне не нравится этот тон!

— Джей, послушай меня! — Голос Чейза повысился и стал решительным.

Он сделал два шага вперёд, мягко взяв мои вспотевшие ладони в свои – большие и

горячие. Я смотрела на него с осуждением.

— Ты знаешь, я никому не доверяю, — произнёс он, понизив тон до полушёпота,

внимательно заглядывая мне в глаза. — Но ты должна понимать, если даже они блефуют,

мы должны подыграть! Это единственный шанс докопаться до истины. Их руководству

что-то от нас надо, а нам нужно заставить их поверить, что мы готовы идти навстречу.

— Опять эти игры!

— Это может быть и правдой… — В голосе Чейза звучала надежда.

— Ты веришь в Оазис?

Чейз коснулся ладонью моей щеки и плавно скользнул к шее. Тело тут же

отреагировало приятным покалываньем по всей коже.

— Я всё ещё верю в нас, — прошептал он, —  и в наш собственный Оазис даже

если он будет где-нибудь в другой вселенной.

Я горько усмехнулась:

— А я уже не знаю во что верить. Меня достало постоянно чувствовать себя

зависимой от кого-то… Чертовски достало быть в центре событий и при этом не знать

ничего! Это ещё кто такие? Что за подземная станция? Я не верю в их бескорыстность,

Чейз! Не верю в добродетельность! Те, кто держит в руках ядерное оружие, говорит о

спасении детей!.. Серьёзно? Мир совсем спятил, а я не успела?

— Эй, заноза, — кривая ухмылочка появилась на ярких губах Чейза и я не смогла

выдержать каменную мину. — Ты ничуть не меняешься. Может, возьмёшь уже тайм-аут и

перестанешь на время таранить всё на своём пути?

Я старалась не улыбаться, но не могла перед ним устоять:

— Я не хочу опять зависнуть где-то между правдой и искусной ложью.

— Ты нигде не зависнешь, — улыбался Чейз.

Это я так смешно выгляжу? Или ситуация его веселит?..

— Это ты мне и предлагаешь! — ощетинилась я.

— Я предлагаю тебе сделать шаг в сторону и позволить мне решить проблемы.

— Тебе? — Я с абсурдом усмехнулась. — Чейз! Они нас разделяют! Где гарантии,

что тебя не запрут в соседнем изоляторе и, например, лишат кислорода? Или подключат к

каким-нибудь приборам и будут ставить опыты?! О каком шаге в сторону ты говоришь?!

Улыбка растворилась с лица Чейза, но ужасающие красные глаза были полны

мягкости.

— Просто верь мне. — Тихий шёпот слетевший с губ. — Они не смогут нас

разделить.

— Серьёзно?..

— Джей… я даю слово, что найду тебя. Просто верь мне.

Я молчала, нервно покусывая нижнюю губу, теребя холодное колечко. Это самое

большое безумство из всех! После всего что мы пережили, после того, как пообещали

друг другу не сдаваться, после того, как подарили друг другу шанс на спасение, шанс для

нас двоих… Цеплялись за него, когда были на грани… Держались из последних сил,

чтобы море боли и отчаянья не накрыло с головой, утянув на дно. И когда это у нас почти

получилось, какая-то одному чёрту известная организация собирается нас разделить!

Кажется, я сломалась раньше Чейза… Я не могу и дальше держать спину прямо. Не

могу бороться, когда беспросветному тоннелю не видно конца! А он готов перевалить и

груз моей ответственности на свои плечи? Просит отойти в сторону? Обещает найти?.. Да

разве хоть что-то в этом мире ещё зависит от нас двоих?! Чем дальше мы проходим

держась друг за другу, тем всё больше возникает препятствий, разводящих нас по разные

стороны.

У меня едет крыша.

Сил не осталось. Ни на что.

В момент, когда я уже была готова рухнуть с обрыва в океан отчаянья, покориться

дьявольской судьбе, мягкие губы Чейза коснулись моих. Как молитва вознесённая к

небесам, когда кроме как молиться уже ничего не остаётся. Когда вера в то, во что

никогда не верил, становится последним прибежищем надежды.

Каждый поцелуй… я запомню каждый поцелуй. Даже если этот последний… он

навсегда сохранится в сердце.

Чейз быстро отстранился, потому что время было на исходе. Прильнул лбом к

моему, и нежно обвёл талию руками:

— Просто дождись меня.

— Хорошо. — Тихое слово слетело с губ, прежде чем я успела его осмыслить.

Сердце говорило за меня.

Чейз смотрел мне в глаза:

— Я ведь нашёл тебя однажды.

Я беззвучно усмехнулась, просто невозможно противостоять этому его томно-

печальному взгляду, в котором ещё ни разу за всё время не было намешено столько

чувств.

— Вообще-то это я тебя нашла.

— Вообще-то, кто-то спас твою задницу усадив на байк в толпе тварей.

— В Де-мойне.

— В Де-мойне, — повторил Чейз.

— Значит, мы нашли друг друга, — с горечью улыбнулась я, сражаясь с глазами,

стремительно наполняющимися слезами.

— Я найду тебя снова. Как можно не найти самую большую занозу в заднице этого

мира?

— Иди к чёрту. — Смех сквозь слёзы.

Чейз отстранился, широко улыбаясь. Так счастливо улыбаясь, что сопротивляться

первым горячим слезинкам опалившим кожу было бесполезно.

— Ты забыла назвать меня кретином, — ухмыльнулся он.

Я улыбнулась шире:

— Кретин.

Он отошёл к двери, но задержался прежде чем открыть её:

— Верь мне, Джей. Это всё о чём я прошу.

— У меня такое чувство мы прощаемся…

— Верь мне!

— Я верю! Только тебе и верю!

— Этого достаточно.

Ещё недолго он смотрел мне в глаза, ни говоря не слова. И я, и он запечатлели в

памяти лица друг друга. Хотя не знаю, зачем я это делала. Я итак никогда не забуду этого

человека.

Дверной щелчок и я осталась в изоляторе одна.

Глава 45

Пустые узкие коридоры  с длинными люминесцентными лампами работающими

через одну.

Очень много коридоров.

Я сбилась со счёта после пятого поворота, или шестого… Ни о чём не могла

думать, не могла заставить себя сосредоточиться, в то время когда Чейз ушёл в

совершенно противоположном направлении.

Глухие шаги двух пар ног — моих и Анны, сопровождались лишь редкими

сочувственными вздохами моей спутницы. Я давно не встречала таких людей. В моём

понимании, Анна настоящий уникум, если конечно не притворяется. Чёрт. Ну не могу я о

чём-либо думать не ища подвоха!

Оружия у неё нет. Драться — вряд ли не умеет, слишком изящные кисти рук, не

одной мозоли. Шансы на то, чтобы обездвижить её и получить хоть какие-то сведенья о

том, как выбраться из этой дыры, довольно велики.

Я тяжело вздохнула. Опять строю планы. Опять ищу решения. Шаг в сторону,

Чейз? Шаг в сторону? Как мне заставить себя его сделать? Вся моя жизнь — поле боя! Я

не умею брать тайм-ауты!

Надо отвлечься. Сменить тему:

— Брей и Кристоф тоже здесь?

Лицо Анны наполнилось удивлением:

— Я думала, вы не ладите.

Я нахмурилась:

— С чего это?

— Кристоф дал полный отчёт тому, что произошло в Скале. Разве не он сдал тебя

Скверне?

Я тяжело вздохнула, пялясь в серую плитку под ногами:

— Какая уже разница?.. — Не думаю, что стоит сейчас упоминать о том, кто

вручил мне пистолет, перед тем, как я выстрелила в Дакира. Ещё до конца не известно,

правда ли мне спустили это с рук.

Думаю, тёмная лошадка Кристоф, в последний момент выбрал наиболее выгодную

сторону — так больше никто не сможем манипулировать им с помощью дочери.

— Что у него за ранение? — спросила я.

— Пулевое, потерял много крови, но органы целы.

Повезло. Могло быть нечто необратимое.

— Они вернулись в Крест. — Анна глядела перед собой. — Сейчас там настоящий

переворот. Нужно утихомирить Блейка, он совсем умом тронулся. Руководство давно

предлагало отстранить его от управления, но у того каждый раз находились весомые

аргументы, чтобы оставаться на посту. Быть может Кристоф сумеет вразумить его.

— Кристоф? — не поняла я. — Теперь он вместо Дакира что ли?

Анна поджала губы:

— Руководство выдвинуло его кандидатуру, но ты ведь знаешь их законы…

Думаю, будет что-то типа выборов. У них ещё достаточно времени, городу нужен лидер.

Крест самый крепкий город и будет эвакуирован в последнюю очередь.

— А Брей? — Надо же, кто бы мог подумать, что меня будет интересовать судьба

этого придурка. Кажется, я буду даже скучать по его нелепым шуточкам.

— Брей тоже выбрал Крест.

Я не сдержала смешка:

— Он хотя бы понял от чего отказался?

Анна пожала плечами:

— Он казался довольно уверенным в себе. А вот Тайлер…

— Тайлер жив?! — А вот это было потрясением.

— Он… — Анна вздохнула, — в общем, этот парень не выдержал стресса.

— Умом что ли тронулся? — А я ведь пыталась пошутить.

— Именно, — подтвердила Анна. — Скорее всего, он не восстановится. Мы

решили не мучать его здесь и отправили к семье. Исследовательский сектор поставит ему

диагноз на месте, но судя по тому, что я видела… бедняга до конца жизни останется

душевнобольным.

Хотелось сказать, что-нибудь гадкое, но даже слов подходящих не нашлось. Тайлер

— ещё одна жертва эксперимента Дакира. Мне не было его жаль, но и смеяться над его

нынешним состоянием тоже желания не возникало.

— А что с бандами? — Я следила за реакцией Анны. — Они ведь не здесь?..

Скверна, Синеголовые?..

Анна молчала. Выражение лица – мрачнее некуда. Я не стала требовать у неё ответ.

Итак было ясно — у банд не было шансов. Скорее всего от них избавились на месте.

Точно не оставили рафкам нежданный подарок в виде новых солдат для армии.

Наконец мы оказались в тесном мрачной кабинете с длинным столом и

несколькими деревянными стульями. Двое охранников играли в карты и по просьбе Анны

живенько освободили помещение. А я просто не могла не заметить по блестящему

автомату у каждого на плече.

Анна предложила присесть, а сама опустила небольшой чёрный рычаг в стене,

поверхность которой тут же ожила и стала прозрачной.

— Она нас не видит и не слышит. — Анна оказалась на соседнем стуле.

А я смотрела в зеркало. Где моё отражение, уверена, выглядело гораздо хуже

оригинала. Лицо в засохшей крови, спутанные волосы напоминали птичье гнездное,

длинное чёрное пальто превратилось в изодранные на лоскуты лохмотья. Руки и ноги

пристёгнуты металлическими кандалами к массивному стальному креслу.  Глаза — два

огненных жерла вулкана, под которыми, пролегли чёрные тени на фоне белой, как

простыня, коже.

Дженни.

И она смотрела на меня. Глаза в глаза. Как застывшая фарфоровая кукла.

— Ты уверена, что она нас не видит? — медленно произнесла я, глядя на своё

безумное отражение.

— Уверена, — ответила Анна. — Знаешь, как зовут эту девушку?

— Дженни. — Её взгляд гипнотизировал, так что я не могла ему сопротивляться и

отвернуть голову.

— Знаешь кто она?

Медленно, очень медленно, со скрипом позвонков я повернула шею и взглянула на

сосредоточенное лицо Анны:

— Кем ещё она может быть, если не рафком? — Я не совсем поняла вопрос.

Анна закивала, сложив руки в замок перед собой:

— Безусловно, она рафк и судя по тому, что показал анализ крови – истинный, так

они себя называют.

Моё непонимание росло:

— Почему она здесь?

— Почему от неё не избавились на месте? — Анна приподняла тонкие брови. —

Или почему она не успела сбежать при своих то возможностях?

— Не знаю. — Я смотрела то на Дженни, то на Анну, совершенно сбитая с толку.

— Да без разницы. Просто: почему она здесь? Зачем ты мне её показываешь?..

— Потому что у вас одна внешность на двоих.

Анна выдержала некоторую паузу, внимательно глядя мне в лицо, словно

собираясь сказать нечто до невообразимости невероятное и не знала с чего начать.

— Хорошо, что мы теперь знаем её имя, эта девушка до сих пор не сказала ни

слова. Ну… не считая брани всякого рода. Как мне доложили, её нашли под завалами

бойцовской ямы, без сознания. И обычно на станцию рафков не доставляют, солдаты

решили, что она человек. Она бредила и не сопротивлялась, просила о помощи, что не

очень-то по-рафски… звала какого-то Вала.

Меня передёрнуло от одного только упоминания об альбиносе:

— Так зовут их главного. Думаю, она искала его там. Идиотка.

— Вот как… — Анна принялась отстукивать ноготками бессвязный ритм по

металлической столешнице.

Тупым взглядом я пялилась на её пальцы:

— Так зачем ты мне её показываешь?

— Потому что ты должна кое-что узнать.

— И что же? — Я взглянула женщине в лицо.

Анна медленно выдохнула:

— Она твой дубликат. А ты – её.

Я молчала. Тупость на лице становилась очевидной.

Анна откинулась на спинку стула, скрестив тонкие руки на груди:

— Я из России.

— И что?..

— То, что Иви коренная американка и никакой родственной связи между нами нет.

Мы, как ты и она. — Анна кивнула на обездвиженную Дженни, которая пустым взглядом

продолжала смотреть мне в лицо.

Смутные сомнения возрождались в голове по поводу того, что она меня не видит.

— Джей, слышала ли ты когда-нибудь теорию о том, что у каждого человека на

земле есть двойник?..

Это она сейчас серьезно что ли?

— Отвечать обязательно? — Думаю, у меня на лице итак всё написано.

Анна дружелюбно улыбнулась и так искренне. Невольно воспылаешь симпатией к

этому человеку. Но как же без подвоха: помнится мне, изначально, и Дакир был таким.

— Римский император Максимин и Адольф Гитлер. Оба жестокие. — Анна

загибала пальцы. — Мао Цзэдун и правитель древнеегипетского города Фивы —

Монтуэмхет. Оба подвергли свои народы жестоким испытаниям. Пушкин и римский

император Марк Аврелий, который также был ещё и писателем. И это только несколько из

известных примеров. У этих людей было как и безумное внешнее сходство, так и сходство

характеров. Хотя жили они в разные эпохи.

— Страшно предположить к чему ты клонишь… — Так же как и страшно

поверить, что возможно, это единственно объяснение нашему с Дженни сходству.

— Ещё до конца света многие генетики задавались вопросом: «Сколько

одинаковых людей ходит по свету»? Проводились исследования, строились

предполагаемые схемы, по которым сортировался, отбирался и закреплялся разный

генетический материал. К исследованиям подкрепилась теория о том, что многие дети

вопреки всему вообще не похожи на своих родителей, словно их подкинули. — Анна

прочистила горло, заметно нервничая и продолжила: — Дело в том, что в таких случаях

проявляются рецессивные гены, которые у каждого человека находятся в «спячке». И судя

по количеству людей, которые не являются родственниками, но имеют внешнее сходство,

эти рецессивные гены в один момент решили пробудиться.

— Стой-стой-стой…

Анна замолчала.

— Дай минутку. — Сейчас я ощущала себя не умнее Брея. Пялилась то на Дженни,

то на Анну, то на собственные руки для чего-то. Наконец дошло: — Двойники?

Анна кивнула. Несколько раз и очень уверенно:

— Люди с идентичным генетическим устройством.

— Я знаю, что такое гены, но говори попроще, пожалуйста. — После услышанного

в изоляторе мозг до сих пор переваривал информацию, так что услыхав нечто подобное,

требовалось приложить максимально усилий, чтобы не спятить.

После недолгой паузы, Анна продолжила:

— Природа, по неизвестной нам причине «выбрасывает» несколько версий одного

человека, у которых ДНК совпадает в точности до мелочей. Таких двойников называют

биогенными, то есть ДНК у них одинаковое, а биологические родители разные.

— Ты занимаешься этими исследованиями?

— Я, Иви, и ещё много других людей. И поверь, этому стоит уделять столько

внимания.

— И до чего дошёл прогресс?

Волоски на руках вставали дыбом. Никогда в жизни я не могла подумать ни о чём

подобном! Я слышала о теории двойников, давно и вскользь, возможно читала в старых

газетах, даже не помню точно, но чтобы столкнуться с этим нос к носу… Без

преувеличения: нос к носу!

Дженни не пошевелилась за всё время ни на миллиметр. Может её чем-нибудь

накачали?..

— Мы давно пришли к выводу, что появление идентичных детей у разных

родителей, — Анна твёрдо смотрела на меня, — запрограммировано самой природой.

Словно она единственная была в курсе, что однажды с Землёй произойдёт глобальная

катастрофа. И задачи у природы были самые простые: стабильность и выживание. Это

значит, что появление двойника, каким-то образом гарантирует возможность выживания

хотя бы одной необходимой копии какого-то гена. Именно этот, упрятанный среди

подобных генов ДНК и требует дублирования. А в некоторых случаях и тиражирования.

Брови невольно полезли на лоб:

— Хочешь сказать, что могут быть и другие? — Я помотала головой. — В смысле –

другие такие же? Как я и… она? Как ты и Иви? Ещё несколько копий?

— Это не исключено. Этот ген, работает по определённой модели, избегая

возможности быть подавленным другими. Именно поэтому двойники могут жить в

разных частях света, говорить на разных языках и ничего не знать друг о друге. Один

может умереть ещё во младенчестве, другой оказаться бесплодным. Но как известно, один

из них обязательно достигнет половой зрелости и даст потомство. Для желающего выжить

гена нет ничего важнее потомства и передачи себя через поколения.

— Говоришь, как о паразите каком-то.

Анна пожала плечами:

— Это геноинженерия, в ней всё так звучит.

— И что, двойник есть у абсолютно каждого? — Даже голос зазвучал

неестественно высоко.

Какие к чёрту чёрные дыры, когда тут ТАКОЕ?!

— В этом нет никакой уверенности, — Анна устало потёрла переносицу. — Если

применить простой математический анализ, то любой человек через восемь поколений

станет потомком 256-ти родственникам, повязанных кровным родством. А представь,

сколько наберётся родственником через тридцать поколений? Миллион! И все

родственные связи формируются с помощью передачи генетического материала и

однажды этот ген просыпается! Исходя из этого и можно предположить, что у каждого на

земле есть двойник. С внешним сходством, со сходством характеров.

Я с абсурдом усмехнулась:

— Я не заметила у нас сходства характеров!

— Мы с Иви тоже в этом не сильно похожи, но зачастую даже характеры бывают

идентичны.

— Ладно. — Собрала мозги в кучку и откинулась на спинку стула. — Есть ещё что-

то? Вы ведь пришли к какому-то заключению, зачем вообще природе дубликаты?

Анна медленно закивала, твёрдо глядя мне в глаза:

— Путём сопоставления жизней дубликатов, мы пришли к выводу, что независимо

от того, сколько похожих людей наплодил одинаковый ген, в него изначально была

вложена некая программа.  Не важно, два это человека, или двадцать, каждой «копии»

даётся одно и тоже задание, но не все проходят этап «отбраковки».

Кажется, я понимаю, в чём смысл:

— Природа сама же и избавляется от поломанных.

— Верно. На первом этапе исчезают дубликаты с грубыми нарушениями,

например, с наследственными заболеваниями. Такие копии, как бы не оправдали доверия

и их «убирают».  Остальные растут, набираются опыта, готовятся к своей миссии. Но если

вдруг, на этапе совершенствовании, две копии встречаются, то может случиться что-то

вроде аннигиляции — копии распадаются. Таких случаев только нами было

зафиксировано очень много, прямо мистика какая-то. Встретил человек своего двойника,

перенёс жуткий страх, и одна из копий должна уйти — отбор сильнейшего вступает в

силу. Многие заканчивали жизнь суицидом, не в силах принять эту информацию. Это

борьба за лидерство устроенная самой природой. Она подстраховала себя на случай

вымирания человечества.

— То есть на протяжении веков создавала копии, передавала гены и выбирала

сильнейших?

— Так мы думаем. Для того чтобы сильнейшие гены передавались потомству, для

того, чтобы человечество выстояло и продолжило своё развитие. Что-то вроде

естественного отбора. Довольно жуткого. Для природы нет ничего важнее продолжения

человеческого рода.

Сказать, что я в шоке — ничего не сказать. У меня реально волосы на затылке

шевелятся. Я не сводила круглых глаз с лица Анны:

— То есть, двенадцать лет назад, зелёный дым, поработил слабейших? Уничтожил

представителей человеческого рода, у которых в ДНК не было это хитрожёпого гена?

Но… но как вирус к этому может быть причастен? Как так могло получиться?

— Это всё природа. Не зря же она страховалась. Она оберегла человечество от

неминуемой гибели. Мутационный вирус забрал слабейших, превратив их тварей, даже

самые слабые копии попали в их число — они отсеялись, уступив дорогу лидерам, кем-то

вроде меня, тебя, её, — Анна кивнула на Джей.

— Но природа промахнулась, да? — Я хмыкнула. — Что случилось с ДНК рафков?

Ты сказала, что у дубликатов оно одинаковое. Почему я не стала такой, как она? —

Дженни не шевелилась. — Или почему она не получила в кровь целую армию

лейкоцитов?

— Это мне и предстоит выяснить. — Анна вздохнула. — У меня есть догадка.

Сразу я подумала о том, что одна из вас, по всем планам, должна была исчезнуть.

Погибнуть, или стать тварью – не важно. Одна из вас была слабее, и должна была

уступить дорогу более сильной копии, но в последний момент что-то пошло не так. Оба

ваших гена мутировали, вот только в разных направлениях. И это навело меня на другую

мысль, о том, что обе вы были из числа слабейших. Не обижайся, но строение вашей

крови больше не напоминает строение крови обычного человека. А природа нуждается в

людях — никак не в мутантах.

Волоски теперь поднимались на шее:

— Ты хочешь сказать, что где-то ещё есть и обычная… нормальная человеческая

копия меня?! Сильнейшая копия?!

— Джей, это лишь предположения, — улыбнулась Анна. — Нет никакой гарантии.

Я лишь имею в виду, что в планах у природы, было уничтожение вас обеих. И вы обе,

вопреки всему выжили.

Я уткнулась стеклянным взглядом в металлическую столешницу. Так вот кто

пытается изжить меня с этого света?.. Не судьба?.. Природа? Какой-то чёртов ген

пробравшийся хрен пойми откуда в моё ДНК со своей долбаной программой по

уничтожению слабейших?.. Так это он ведёт меня по кривой дорожке? Он строит козни и

вынуждает вгрызаться зубами в каждый день существования?..

Мне стало смешно. Кто мы мог думать, что всё так получится?.. Самый слабый ген,

с рождения болеющий астмой, по судьбе у которого не было ничего кроме печального

конца где-нибудь в возрасте девяти лет, мутировал благодаря космической дряни и теперь

нужен всем и каждому из-за невероятных ДНК? Благодаря тому, что моя кровь способна

улучшать иммунитет, делать его «стальным», и превращать людей в улучшенных рафков

— сверхлюдей умеющих владеть доминантой на высшем из уровней?.. Это было в планах

у природы, чёрт возьми?!

А Дженни… Что должно было стать с ней? И почему наши одинаковые гены

вообще пошли по разным дорожкам?

Судьба сводила нас. Природа, мистика, да плевать. Что-то, или кто-то сводило нас

самого начала, для того, что бы одна из нас уступила дорогу другой — исчезла? А Завир

тогда что? Стал нашим связующим звеном?

— Джей, ты в порядке? — ворвался в мои размышления встревоженный голос

Анны. — Я шокировала тебя.

— Нет. — Я мотала головой, всё ещё глядя в столешницу. — Пытаюсь понять, что

будет дальше.

Анна с пониманием вздохнула:

— Не всё так плохо. Иногда бывают и исключения, например, как мы с Иви. Наши

гены оба оказались сильными, и никто из нас не захотел наложить на себя руки, мы

приняли это и даже привязались друг к другу.

— Это не сходится с теорией о том, что для дальнейшего существования

человечества, природа набирает сильнейших. Иначе в этом изначально не было смысла.

— Я наконец повернула голову к Анне.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, — кивнула та. — Пожалуй, я даже могу

согласиться. Но до тех пор, пока мы можем сосуществовать друг с другом, пусть так и

будет. А когда придёт время, слабейший уйдёт.

И Анна отвела взгляд, думаю, она понимает, кто из них двоих, скорее всего,

окажется сильнее.

— И много у вас дубликатов? — Я решила немного сменить тему. — Я имею в

виду, среди эвакуированных на станцию?

— Более чем. Для этого мы делаем тесты, способные охарактеризовать человека,

как личность. Берём анализы, исследуем ДНК, заносим в базу данных, даже делаем фото.

Мы не позволяем им контактировать, это может быть опасно, по крайней мере,

предыдущие опыты ничем хорошим не закончились. Одних мы почти сразу перевозим в

Оазис, другим приходится оставаться здесь. Это основная причина, почему нам нужна

подходящая территория для построения ещё одного Оазиса, и желательно как можно

дальше от первого. Мы хотим сохранить каждого, не зависимо о то того, что считает

природа, или какой срок жизни дал ему ген. И мы сделаем всё возможное, чтобы

дубликаты не контактировали между собой, по крайней мере, до тех пор, пока не будет

стопроцентной уверенности, что для каждой копии это безопасно. Мы считаем, что все,

кто пережил Конец света, уже доказали свои сильнейшие стороны.

«Надеюсь Завир и прочие моральные уроды таких сторон не имели».

— Значит, есть шанс, что ты и Иви однажды не убьёте друг друга?

Я рассчитывала на улыбку, но Анна наоборот помрачнела, вновь принявшись

отстукивать ногтями по металлической столешнице:

— Мы стремимся к этому, но, если и хочешь знать моё личное мнение, я считаю,

если двойники и в правду выполняют свою линию развития, если они должны до чего-то

дорасти, кем-то стать, то не все могут прийти к финишу. Не может быть двух Пушкиных

или двух Гитлеров.

— Жуть какая-то…

— Наука.

Глава 46

Два дня без просвета.

Два одинаковых, серых, бесполезных дня.

Два дня без Чейза.

Анализы, тесты, снова анализы и снова тесты. Крохотная комнатка по соседству с

такими же крохотными комнатками в жилой части подземной станции. Множество дверей

ведущих прочь из корпуса и все запреты. Кодовые замки, магнитные карты, камеры в углу

каждого помещения. Общая столовая, общая гостиная, общая душевая, общий туалет.

Личная зубная щётка.

Анна заверила, что это лишь на несколько дней. Анна заверила, что моё

пребывание в жилой части станции необходимо руководству. Оно желает удостовериться,

что я не законченная психопатка и вполне могу существовать в цивилизованном

обществе, то есть в Оазисе, куда нас с Чейзом планируется отправить. Разумеется, после

реабилитационной капсулы, о которой говорят все, но никто не в курсе, что это такое. По

заверению Анны знаю лишь то, что мне якобы должно там понравиться.

Чушь.

А общество-то и впрямь цивилизованное! Все улыбаются, здороваются друг с

другом, проводят время вместе: за играми, за просмотром фильмов каждый вечер

транслирующихся на огромной плазме в общем зале. И никто из этих людей даже не

подозревает, что точная копия большинства из них сейчас обживает просторы Оазиса,

дышит свежим воздухом, пытается выстроить жизнь заново, возможно решает снова

завести семью, детей — передать их общий ген потомству, выполнить миссию

возложенную природой.

Этот жилой корпус станции люди называют домом. Таким громким и печальным

словом. Всем им сказали, что территория для заселения — Оазис, — полным ходом

застраивается и подготавливается к жизни. Никто из здешних не знает, что их ген, судя по

всему, просто оказался слабейшим, раз в Оазис повезло отправиться не им, а их точным

копиям. Логика.

Не скажу, что здесь плохо. Точнее плохо, но только для меня. Я просто не могу

существовать в подземной консервной банке и при этом радоваться жизни, или хотя бы

делать вид. Здесь отличные люди, вкусная еда, горячая вода, чистые простыни. И полное

отсутствие солнца. Для меня это клетка. Для них — дом.

Кажется, мой ген давно должен был сдохнуть. Понимание происходящего, модель

идеальной жизни в моей голове слишком не правильная — не подходящая под замыслы

природы. Уверена, меня давно не должно быть в живых. Я «косяк». Исключение из

правил. Как там Дженни говорила? Бельмо на глазу? Белая ворона? И она попала в точку!

В прочем… сама Дженни оказалась ничем не лучше.

Душ – завтрак – анализы – тесты – обед - время отдыха – ужин - приём

успокоительных препаратов и прочих прописанных медикаментов – кино - сон.

Психбольница.

Мне жаль этих людей, в отличие от тех, кому повезло попасть в Оазис.

Счастливчики хотя бы не под землёй. Их кожа не зудит от постоянного искусственного

освещения.

Охранников нет, но на остальную территорию станции не попасть — двери

заперты, и без ключ-карты их не открыть. Да и если открою, что изменится? Как я без

оружия прорвусь через охрану? Как попаду на поверхность? Как найду Чейза?

Да и разве это не он обещал меня найти?

Где вообще его носит?! А что если от него уже избавились?..

Стены давили на меня, серо-синяя обстановка заставляла задыхаться. Я

становилась параноиком! Грёбаным параноиком!

В жилом корпусе хватало рабочего персонала, но никто из них понятия не имел о

каком Чейзе вообще идёт речь. И чем чаще я получала такой ответ, тем сильнее

становилась моя паранойя.

От него избавились. Точно. От него избавились.

Третий день. Четвёртый. У меня перестали брать анализы и прописали какие-то

жёлтые таблетки под видом успокоительных. Я смывала их в унитаз. Предварительно

опустошая желудок.

Чёрт. Это точно психушка. А жилой корпус — место избавления от слабых генов.

Бинго! Я была уверена в этом пять минут назад, пока не передумала и решила, что скорее

всего над нами будут ставить опыты, быть может пустят на органы, но убивать не станут.

Анна не появлялась.

Я искусала губы в кровь. Снова взялась за привычку грызть ногти. И практически

не спала — в потолке над моей кроватью скоро появится большая дыра.

Понимание того, что если продолжу в том же духе, то стану неврастеничкой и

закончу свои дни здесь же — в подземной консервной банке, как снежный ком свалилось

на голову на седьмой день моего пребывания в жилом корпусе.

Брожение из угла в угол и «Титаник» третий раз за неделю, потому что

большинство здешних дам оказались сумасшедшими поклонницами мистера Ди Каприо,

кому хочешь крышу с места сдвинет.

А на утро восьмого дня в главные двери ведущие вон из корпуса, вошла Анна, а

вслед за ней белокурая девушка в белой сорочке и больничных тапочках. Кристина.

Мои ноги со свистом рванули с места. Кажется, я даже кого-то зацепила плечом и

даже не потрудилась извиниться — а здесь так принято, чёрт возьми!

Это была Кристина! Она самая! Настоящая! Живая и здоровая!

Моя девочка…

Я не слышала, что говорила мне Анна, потому что кровь бурлила в ушах под

громкий аккомпанемент сердца. Все звуки были размазанными, как туманная дымка. Я

звала её. Звала Кристину. Держала её миленькое личико в своих ладонях, заглядывала в

почти прозрачные серые глаза… В такие пустые, безжизненные глаза. Я исследовала её

тело на наличие укусов, но быстро бросила это дело: если бы рафки заразили Кристину,

она не была бы сейчас здесь — в жилом корпусе.

Но она не отвечала. В её глазах не было абсолютно ничего. Никаких эмоций, никак

признаков узнавания, или наоборот недоумения. Она казалась выпотрошенной, лишённой

души оболочкой. Такой странной, такой холодной и недосягаемой, как самая далёкая

звезда в небе.

Анна наконец достучалась до моего сознания, требуя, чтобы я отпустила и без того

напуганную девочку.

— В каком месте она напугана?! — закричала я на Анну, как будто это она напала

на неё в Ангеле и превратила в… это.  — Что с ней такое?! Почему она молчит?

В бесконечных отчаянных попытках я заглядывала в лицо Кристины, надеясь

разглядеть в нём признаки жизни. Но их не было. Никаких.

Невидимая удавка сдавливала горло, ярость закипала в венах. Мне хотелось

кричать, накинуться на кого-нибудь и выбить всю дурь, словно кто-то из присутствующих

имел хоть какое-то отношение к тому, что случилось с Кристиной.

Я имела. Я её оставила. Я бросила.

Это я виновата! Это себя я должна бить в грудь и ненавидеть!

Анна долго успокаивала меня, пытаясь запихнуть в рот целую горсть жёлтых

таблеток. Но в итоге получила ими в лицо и с виноватым видом уселась на

противоположный стул.

Кристину нашли в Скале. На ней был ошейник. Один  из тех, что Ангел надевал на

тварей для управления ими. Рафки сделали тоже с Кристиной.

И только благодаря мне Анна узнала её имя. За всю неделю с губ Кристины не

слетело ни слова. Она словно зомбирована. Словно находится где-то между миром

реальности и миром фантазий. Плохих фантазий. Самых плохих.

Всё что мне оставалось, это нервно грызть ногти и лишь догадываться о том, что

рафки с ней делали.

Анна уговорила рассказать всё, что мне известно, потому что это могло

поспособствовать лечению. В жилой корпус Кристину привели в надежде, что общество

повлияет на неё благотворным образом и она хоть понемногу начнёт приходить в чувства.

Она замкнулась в себе. Страдает от депрессии. Но показатели жизнедеятельности в

полном порядке. И умом тоже не тронулась, во всяком случае, в этом Анна меня заверила.

Я не отпускала Кристину от себя ни на шаг. Держала за руку. С надеждой

заглядывала в глаза, но видела в них всё ту же пустоту — холодную… такую

безжизненную.

— Прости меня, — шептала я. — Прости… Это я виновата… Прости… прости-

прости…

Просить прощение — все, что я могла. Всё, что мне оставалось. За то, что

позволила Скверне забрать её. За то, что так долго искала. И за то, что нашла, когда уже

было поздно, когда Кристина посвятила свою жизнь Ангелу. И за то, что не схватила за

волосы, как должна была поступить настоящая сестра, пусть и не кровная, и силой

затолкнуть в вертолёт. И пусть после этого, её ненависть ко мне бы только усилилась —

сейчас, Кристина не напоминала бы овощ.

Анна провела с нами несколько часов. Точнее не с нами, с работниками жилого

корпуса, раздавая им указания по поводу Кристины. По поводу лекарств, еды,

физкультуры.

Я чего-то не понимаю?..

Она собирается оставить её здесь?

Или и меня руководство тоже решило оставить здесь?

Разве нам обеих не должны отправить в РК?

Может у кого-то катушка поехала и решили отправить Дженни?

Нервы были на пределе! Руки чесались, и не только от искусственного освещения!

Я была на грани от безумного срыва! Я забыла, когда в последний раз спала, зато точно

помню, где оставила украденный с кухни нож. И если в самое ближайшее время ничего не

изменится… Если в ближайшее время я не получу подробные объяснения всему, что

происходит… Клянусь, моя крыша окончательно съедет, я воспользуюсь маниакальными

звоночками пробудившимися внутри моей сущности, как и ножом, припрятанным под

обшивкой матраса, и не смотря на всё добродушие Анны, приставлю лезвие к её горло и

попрощаюсь с этим местом. И плевать чем всё обернётся!

На вопросы Анна не отвечала, тем самым всё больше и больше подталкивая меня к

обрыву. А потом она улыбнулась своей искренней участливой улыбочкой, опустила

ладонь на моё напряжённое плечо и мягко произнесла:

— Сегодня ночью, Джей. Ваша РК готова. Сегодня ночью будет перелёт. И даю

слово, что сделаю всё возможное за оставшееся время, чтобы убедить руководство

отправить Кристину вместе с тобой. Не вижу смысла придумывать эту историю, если эта

девочка действительно важна для тебя, то лучше вам быть рядом. Да и обстановка

капсулы больше подходит для её восстановления, нежели серые стены.

Я держала Кристину за холодную руку. Анна сочувственно поглядела в её пустые

глаза и тяжело выдохнула:

— Страшно представить, что ей пришлось пережить. Надеюсь, теперь ты будешь

лучше о ней заботиться.

Это прозвучало, как просьба, но воспринялось, как упрёк. Заслуженный упрёк.

Даже если бы Анна сейчас ударила меня, я была бы ей признательна. Избивать себя саму

— крайняя степень психического расстройства. А я не могла и дальше испытывать

психику на прочность.

Ближе к ночи измотанный организм брал своё. Меня клонило в сон, чего я никак не

могла себе позволить. Только не в эту ночь. Если слова Анны, конечно, были правдой.

Меня уже тошнило от этих безумных качелей! Когда не знаешь, где правда, где вымысел.

Качаешься, как идиотка туда-сюда, в надежде наконец ступить на твёрдую землю, а она

оказывается всё ниже, всё дальше… Подвешенное состояние убивало меня. Состояние

неизвестности убивало меня.

Я провела рядом с кроватью Кристины половину ночи, глядя на спящее

безмятежное лицо моей девочки. Только во сне она казалась самой собой. Только во сне

не было видно пугающего безразличия в глубине её бездонных глаз.

И я уснула, уткнувшись щекой в её холодную руку. А проснулась, почувствовав

укус пчелы где-то в области шеи. Это был укол. Препарат, что мне ввели, в следующее же

мгновение сказался на зрении — в глазах сильно щипало, лицо Кристины плавало из

стороны в сторону. Ноги налились свинцом и совершенно перестали слушаться, я даже с

пола подняться не успела, где провела половину ночи. Просто рухнула на бок,

перевалилась на спину… Мрачная картинка тесной комнаты двоилась в глазах. Люди

возвышались надо мною. Если отнять половину, которую дорисовывало помутнённое

сознание, получается — пять человек. Три охранника в чёрной экипировке и две

женщины-близняшки, в белых медицинских халатах.

Иви спрятала шприц в передний карман, хмуро глядя на меня.

Анна подалась вперёд, выглядя встревоженно:

— Джей… — Голос эхом долетал до сознания. Тихий и далёкий.

Суки… Я хотела кричать и думаю, была ещё вполне способна это сделать… Только

мой крик разбудит Кристину. А я не хочу, чтобы и без того травмированная психика этой

девочки, подверглась стрессу ещё больше.

Я почти не чувствовала рук, тело будто парализовало. А что если и правду

парализовало?.. Что если именно так от меня решили избавиться?..

— Джей… — Далёкий голос Анны, несколько десятков медовых глаз перед лицом.

— Джей, послушай меня, всё в порядке. Ничего страшного не происходит.

Я попыталась приподняться на локтях. Бесполезно — тело не слушалось, предало

меня. Всё что ещё получалось — вращать головой, ища глазами за что уцепиться…

Нож… нож в моём матрасе. Рука не слушается. Даже пальцы онемели…

— Джей, нам пришлось прибегнуть к такому способу вколоть тебе снотворное. Это

очень сильный препарат, ты можешь проспать несколько суток. Но это единственное

быстродействующее лекарство, которому у тебя не было шансов сопротивляться. Мы

должны были себя обезопасить, потому что так, или иначе, ты не позволила бы нам

сделать укол. Ты даже таблетки не принимала!

Половина из слов Анны пролетала мимо.

«Нож… Нож… Нож»… — Всё, что крутилось в голове.

— Таковы правила для тебя, Джей… — звучал голос Анны. — Местоположение

РК известно единицам, для вашей же безопасности и в твоём случае, одной повязкой на

глазах не обошлось бы. Руководство настояло на введении этого препарата. Но оно пошло

нам на встречу: я договорилась, Кристина летит с тобой. Ты слышишь меня, Джей?

Кошмар закончился… Теперь вы обе будете в безопасности. И подальше от всех нас…

Я не слышала. Ничего не слышала. Я теряла сознание. Единственное слово

долетевшее до сознания — «Кристина».

Что теперь с ней будет?..

— Джей, пожалуйста, посмотри на меня.

Из глаз невольно лились слёзы. Я не рыдала, не было истерики, они катились сами

собой… Скорее всего — действие препарата на слизистую. Анна коснулась тёплой

ладонью моей щеки, а у меня не было никакой возможности этому сопротивляться.

— Джей, — она с умалением смотрела мне в глаза, — всё хорошо. Мне, ты можешь

верить. Просто спи, ладно?

Как будто у меня есть выбор.

Глава 47

В чём смысл нашего существования?..

Есть ли он? Когда вся жизнь превращается в бесконечный лабиринт с ловушками

на каждом повороте... С тупиками на каждом третьем шагу. С нескончаемыми кривыми

дорожками, каждая из которых ведёт в неизвестность. И высокими до небес стенами,

пробить которые нет шансов даже у самых стальных кулаков.

Кто-то сдаётся в самом начале пути. Кто-то слепо бредёт вперёд пока не упрётся в

тупик, ставший конечной точкой в судьбе. Кто-то испытывает себя на прочность, виляя по

кривым дорожкам, изматывая тело, сбивая ноги в кровь, но выхода так и не находит. Да и

есть ли он — выход?.. Чем больше я стараюсь его найти, тем больше понимаю — выхода

нет.

Принять себя, таким, какой ты есть. Принять реальность, сжимающую тело

высокими стенами, запечатывающую душу в стальную коробку, превращающую сердце

твёрдый кусок угля. Наша реальность. Не сдаёшься, значит выживаешь. Опускаешь руки

и ты труп.

Быть человеком.

Что значит быть человеком, в мире лишённом надежд?.. Жизнь в ожидании конца.

Жизнь на минном поле.

Моя жизнь. Мой лабиринт. Мои стены.

И люди… те, кто дорог. Чем ближе они становятся, тем больше шансов, что они

уйдут. Как вода сквозь пальцы.

Солнце. Тепло разливалось по телу, как топлёное мало. Сея по коже мурашки,

пробираясь внутрь, согревая саму душу.

Воздух. Влажный и солёный, покрывающий кожу лёгкой испариной,

раскрывающий поры, заставляющий дышать каждую загрубевшую клеточку.

Звуки. Звонкое щебетанье птиц. Шум ветра, шум волн — голос океана.

Будоражащий. Возрождающий. Настоящий…

Настоящий ли?..

Я не смогла заставить себя сеть, как только проснулась. Прозрачный потолок над

головой, запрещал мне это делать. Безоблачное небо с ослепительным диском солнца

казалось настолько нереальным, что я не могла заставить себя оторвать от него взгляда.

Моргну, а картинка исчезнет. Глазам становилось больно от яркого света, но эта боль

была приятной. Она было живой, помогающей ощутить реальность.

Медовые глаза Анны прорвались в сознание. Лицо спящей Кристины. И я резко

поднялась, тут же ощутив головокружение.

Рой пылинкой кружился в лучах света проникающих в комнату сквозь прозрачный

потолок. Тонкий аромат древесины заставил вдохнуть глубже. Мебель в комнате казалась

свежей, словно вот-вот вышедшей из-под станка. Узор древесного распила тёмно-

карамельного цвета был везде: на стульях с высокими спинками, на широком комоде, на

массивном изголовье кровати.

Босые ноги коснулись тёплого пола. Загрубевшие от изнурительных тренировок

ступни ощутили приятное шершавое прикосновение.

Это всё нереально.

Может быть сон. Может быть другая реальность.

Может, это вообще не я?..

Рука плавно скользила по деревянному лестничному поручню, впитывая аромат не

лакированного дерева кончиком каждого пальца, каждой мозолью, каждой оживающей

клеточкой кожи.

Просторная гостиная была настолько уютной, что это вызвало новый приступ

головокружения. Мягкие диваны укрытые цветастыми пледами, пушистый ковёр на полу,

полностью поглотивший ступни ног, воскресив ещё одно давно забытое ощущение из

детства. Торшеры на высоких фигуристых ножках, склонили «головы» над длинным

деревянным столом. На сколько он персон?.. На десять, не меньше. Не большой телевизор

в дальней стене, кухонные наборы за стеклом высокого серванта…

Это всё нереально.

Шум океана звал меня, притягивал магнитом. Я должна убедиться, что он там. Что

это не иллюзия. Что запахи мне не мерещатся.

Что я не сошла с ума…

Стеклянные парадные двери открыты настежь. Горячий белый песок обжёг ступни,

кожа на спине отреагировала приятным покалыванием, необъяснимая дрожь промчалась

по телу…

Лёгкий бриз, донес до лица океанскую прохладу. Белые барашки волн оживляли

лазурную гладь, замирая на берегу воздушной пеной, поблескивая на солнце всеми

цветами радуги.

Просторный пляж казался диким, словно нога человека никогда не касалась этого

великолепия. Но это было не так. Как минимум две пары ног, не считая моих, нарушили

безмятежный покой берега океана. Хрупкая фигура девушки сидела на песке, прижав к

груди колени и обняв их тонкими руками. Ветер путался в белых, как снег волосах

Кристины, подкидывая к небу, играя с шелковистыми прядями. Мальчик в цветастых

пляжных шортах прыгал вокруг неё, шлёпал по воде ногами, позволяя брызгам касаться

бледной кожи Кристины. Счастливая улыбка на безмятежном лице Ронни, светила ярче

солнца. Он неё невозможно было оторваться. Эта искренняя детская улыбка была в

миллионы раз бесценней океана, великолепного пляжа из мира фантазий и самого

голубого неба. Ронни счастлив! В то время, когда счастливым уже не был никто… Мир

напрочь его лишился…

Минуты утекали, как песок сквозь пальцы, пока я наблюдала за ними не в силах

пошевелиться. Кем бы ни был Дакир, сколько бы ужасного не сотворил, какому риску не

подверг бы Ронни, благодаря ему Чейз стал братом, который сдержал данное однажды и

практически невыполнимое обещание… Обещание, что однажды он найдёт лекарство,

способное поставить Ронни на ноги. Тогда я не верила в это, я смеялась над Чейзом, даже

не догадываясь, что сама окажусь этим лекарством.

Счастливый здоровый Ронни. Кристина рядом со мной. Это самое

завораживающее зрелище из всех, что мне посчастливилось видеть за последние

двенадцать лет. А быть может и за всю жизнь… Сама чистота наполняла эти мгновения

смыслом, проводя белой кистью по заляпанному грязью холсту.

— Они вместе уже вторые сутки. Ронни не отходит от Кристины.

Я почувствовала его всем своим существом ещё раньше, чем прозвучали слова. Я

узнаю его голос среди миллиона голосов. Этот звук несравним ни с чем, даже с шумом

океана.

На крыльце двухэтажного коттеджа с плоской крышей и белым фасадом стоял

Чейз. Влажные каштановые волосы приобрели оттенок горького шоколада,

поблёскивающие медными прядками в лучах ослепительного солнца. Руки в карманах

джинсовых шорт, выставляющих напоказ обе крепких ноги, одна из которых полностью

покрыта шрамами от укусов тварей. Повязка на шее также отсутствовала, обнажая ровный

кружочек со вполне различимыми следами от зубов. Тонкая белая футболка с красным

логотипом Нью-Йорк Янкиз не могла не вызвать у меня улыбку:

— В фанаты бейсбола подался?

Яркие губы Чейза растянулись в кривой улыбочке на один бок. Он спустился на

одну ступень и подпёр плечом выбеленный столбик крыльца:

— Тут куча записей с их играми. Ты будешь в восторге. Я найду тебе такую же, —

Чейз подёргал за край футболки, — можем носить как парные.

Я усмехнулась. Нет, это точно сон. Да что угодно… только не правда.

Я взглянула на его ноги и рассмеялась громче:

— Шлёпанцы-вьетнамки? Серьёзно?

Улыбка Чейза стала шире. Он провёл рукой по влажным волосами, откинув их

назад и протянул мне другую руку.

Сомнений больше не было. Они давно ушли. Я благодарностью приняла его

объятья, потому что тепло его тела способно излечивать мою душу, не идя ни в какое

сравнение даже с райской обстановкой этого места.

Чейз нежно поцеловал меня в висок:

— Сама-то видела во что одета?..

Не видела:

— Что? Сорочка с мишкой Тедди?!

— Тебе идёт.

— Боюсь спросить, кто меня в неё переодел?

— Ну… — Чейз игриво приподнял бровь. — Было темно, я почти не смотрел.

Почти.

Я пхнула его в бок.

Чейз рассмеялся. О, боже, я и в правду слышу его смех?..

Чейз. Смеётся.

Если это сон, то я не хочу просыпаться. Никогда!

— Тебе правда идёт. — Он обратно притянул меня к себе.

— Также как и тебе шлёпанцы!

— Они мне нравятся.

Я недолго помолчала, внимательно глядя в расслабленное лицо Чейза, которое, не

смотря на глаза самого дьявола казалось ещё прекрасней.

— А мне нравится, когда ты улыбаешься. — И для меня целый подвиг сказать

такое.

Улыбка Чейза стала мягче. Удивительно, что даже всегда горящие жаждой глаза,

могут быть настолько нежными.

— Ты в порядке? — Он провёл ладонью по моим волосам, убрав пару локонов в

сторону. — Анна сказала, тебе вкололи снотворное. Из-за Кристины ты сильно

нервничала.

Жёсткая струна в теле вновь натянулась:

— И ты поверил?

— Как и в то, что ты добровольно подставила вену, — фыркнул Чейз. — Что,

боялись, что вертушку их скинешь в океан во время перелёта?

Сейчас это не важно.

— Когда ты здесь оказался? — серьёзно спросила я. — Объясни, что это за место?

У меня ведь не галлюцинации? Ты тоже это видишь? Океан, пляж? — Я махнула рукой в

сторону лазурной глади.

— Вижу, Джей. — Но Чейз смотрел лишь на меня. — И здесь есть всё, что мне

надо. И нет войны, по крайней мере, пока, нет. На остальное плевать… — Чейз дёрнул

бровями. — Ну ещё и бейсбол.

Я не улыбнулась. Чейз вздохнул:

— Мы летели на одном вертолёте. Все окна были тонированными, так что я не

знаю, где конкретно мы находимся. Но летели долго. И всё это время я был рядом с тобой.

Кристина и Ронни спали.

Мои брови сдвинулись:

— Тебе ничего не вкалывали?

— Нет. Тесты и анализы показали, что я вполне могу себя контролировать. Семь

дней в обустроенном под жилую комнату изоляторе и… и вот я здесь! И им повезло, что

успели вовремя… или почти вовремя. Один из охранников временно не сможет жевать

твёрдую пищу.

— Ты жесток, — ухмыльнулась я.

— Я итак дал им слишком много времени.

— И с каких пор ты научился себя контролировать?

— С тех пор как понял, как управлять доминантой.

— Во время… — Я замялась.

— Да, — Чейз провёл большим пальцем моей щеке, — во время боя в яме.

Блуждая в раздумьях, я какое-то время смотрела на плюхающегося в воде Ронни и

бледный силуэт Кристины.

— Они не заберут нас в Оазис, — произнёс Чейз.

Я хмуро уставилась ему в лицо. Чейз смотрел на океан:

— Точнее меня не заберут, чтобы не пугать общество. Руководство позволило жить

здесь, но моя нечеловеческая сущность не входит в планы по построению мира. Я не

нужен им. И не скажу, что сильно расстроен.

— Значит и я не нужна. — Я помотала головой. — Анна ясно дала понять, что я

больше не подхожу под категорию «нормальных».

— За тобой они оставили выбор. — Чейз внимательно заглянул мне в глаза, словно

и вправду ожидая увидеть в них сомнение. — Эти ребята вроде как гуманисты и

избавляются только от психов. А ты вроде вела себя хорошо. Мне так сказали.

— Пусть проверят мой матрас.

Чейз хрипло усмехнулся:

— Это был определённо плохой тест –  запирать тебя в обществе.

— Я чуть не свихнулась! Неделя в консервной банке! «Титаник» каждый вечер! И

ни слова о тебе! И что за сомнения? Ты ещё сомневаешься, захочу ли я остаться здесь?!

— Я просто говорю, что на этот раз у тебя будет выбор.

Чейз не злился. Злилась я. Потому что всё это райское место было сотворено ещё

одними самопровозглашёнными вершителями правосудия, собирающимися запустить

ядерную бомбу на Северную Америку! И, чёрт возьми, это опять повторяется: кто-то

опять нам что-то позволяет! Даёт разрешения! Контролирует! Нет… этот мир лишился

свободы. Её нет. Нигде и никакой. Всегда есть тот, кто управляет, и тот, кто подчиняется.

А тем, кто управляет, управляет кто-то ещё. Это замкнутый круг!

Боже… Я никогда не смогу жить по-другому. Всё это посягательство на мою

свободу однажды сведёт с ума.

— Что это за место? — повторила я вопрос, обводя просторы взглядом.

— Реабилитационная капсула где-то в тропиках. Океан, песок и тропический лес.

Высоковольтный барьер по периметру…

— Что?! — Голос набирал обороты. Просто поверить не могу, что Чейз говорит об

этом так спокойно! — Барьер?! Для того чтобы мы не сбежали?!

Чейз был спокоен. Кажется, он и вправду научился себя контролировать.

— Для того чтобы никто сюда не проник, — ответил он. — В капсулу можно

попасть только воздушным путём.

Я упёрла руки в бока, недовольно пыхтя и лихорадочно соображая:

— Соответственно и выбраться – только по воздуху! — Стрельнула глазами в

Чейза. — Ты летать ещё не научился?!

Чейз пытался быть сдержанным. Только слишком хорошо я знаю его лицо и

отлично вижу, как почти незаметно напрягаются мышцы челюсти.

— Джей! — Даже голос прозвучал резче. — Здесь запасов на год! На сотни

километров – ни души, если это вообще не остров! Может ты позволишь себе наконец

расслабиться и просто примешь как должное? За всё что натерпелась? За все долгие годы

выживания? От халявной еды в Кресте ты не отказывалась имея собственную заначку. А

это всё, — Чейз обвёл пляж взглядом, — по-твоему уже слишком? Сколько ты будешь

бежать? Куда бежать и от кого? От самой себя? Ты сделала достаточно! Джей, хватит. —

Горячие руки Чейза опустились на мои обнажённые плечи, взгляд говорил так много… —

Я не тот, кто может сказать, что всё закончилось. И не возьму на себя такую

ответственность. Нет никаких гарантий, что завтра не наступит день, когда придётся

снова взяться за оружие, но если эта грёбаная жизнь решила подарить нам передышку,

хотя бы неделю, день, несколько часов… когда не нужно сражаться… Когда не нужно

убивать и цепляться за каждый шанс… Разве ты не думаешь, что мы заработали на это

право?

Я молчала.

Чейз лучше меня. Он умеет ценить то хорошее, что преподносит жизнь. Каждый

момент, когда можно отстраниться от проблем и пожить сердцем, а не инстинктами

самосохранения. А я всё ещё не могу сделать шаг в сторону.

Чейз намного лучше меня.

В нём сохранилось гораздо больше человечности, в то время когда во мне не

осталось ничего кроме ежесекундной борьбы с самой собой, со всем миром. Я продолжала

ломаться, когда Чейз выпрямлял спину. Я потеряла себя в борьбе за выживание, а он

верит до последнего, что можно стать лучше. Потому что у него получилось — он стал…

лучше.

— Посмотри на меня. — Горячие ладони коснулись моих щёк. Внимательные глаза

смотрели в мои, наверное, пустые. — Ты теперь не одна. И я не дам тебе сломаться…

Чёрт! О чём я говорю? Ты сама себе не позволишь сломаться! Только не ты! И только не

теперь… когда пришло наше время, Джей. Не важно, сколько его осталось – оно наше.

Опусти оружие, война не будет по тебе скучать. Мир не будет по тебе скучать! Пусть он

дальше без тебя разбирается со своими проблемами, ты сделала достаточно! И ты должна

перестать об этом думать. Подумай о Кристине. Вчера она назвала Ронни своё имя…

Жжение в глазах. Нет, пожалуйста, только не сейчас.

— Джей, — тише произнёс Чейз, не выпуская моего лица из своих ладоней. —

Хватит выживать. Ещё не поздно жить.

— Не уверена… — Грустный смешок.

— Я докажу тебе это.

Чейз поцеловал меня. Сильно, страстно… Вкладывая все чувства в этот поцелуй,

всю боль и отчаянье, всю веру и надежду. В нас… В меня… Он видит меня насквозь. И он

принял меня такой. Неправильной, дикой, поломанной… Такой, какой я была при на

нашей первой встрече, такой я и осталась. Изменился Чейз. Возможно в чём-то благодаря

мне, но в основном благодаря своей потрясающей силе воли. Силе Койота. Он хотел стать

лучше и у него это получилось. Чейз никогда не ломал меня. Он помогал мне не

сломаться.

Его горячие губы на моих губах. Крепкие руки на моей талии… и всё переставало

существовать. Он вселял в меня жизнь, заставлял поверить в то, что даже у такой как я

есть шанс стать лучше. Бывший раб, боец, убийца, человек с каменным сердцем научился

жить и чувствовать, в то время, когда я по-прежнему не верила, что это возможно… для

меня. Для такой как я.

Но ведь это возможно.

Разве есть что-то невозможное?!

Ещё недавно я презирала этого человека, считая бездушным, хладнокровным и

пустым. А сейчас он вселяет в меня надежду, веру в то, что ещё не всё потеряно, и

заставляет выпрямить спину.

Чейз скользил губами по моей шее, целовал за мочкой ухо и шептал слова, которые

никто и никогда не должен был говорить ошибке природы. Зелёный дым убил планету, но

спас обречённую на смерть девочку. Чейз был человеком, а стал кем-то гораздо лучшим.

Его сердце ожило вместе с моим. И больше его голос не был шипением пламени, потому

что ярость утихла, приняв новый этап жизни, быть может в котором мы узнаем что такое

счастье и разделим его друг с другом… Дикий Койот наконец успокоился и адское пламя

внутри него утихло, выпустив на свободу ласкающий слух шёпот. Это был шум волн. Это

был Чейз.

И Чейз не убил меня, он воскресил меня из мёртвых.

Нежное касание моих губ. Самые прекрасные глаза на свете. Его образ. Его дух.

Его сердце. Его душа. Это всё теперь во мне.

И давно забытые, проклятые, всеми похороненные и самые прекрасные слова на

свете:

— Я люблю тебя, девочка-букмекер.

Любовь спасёт каждого из нас.

Любовь спасёт этот мир.

Официальный Эпилог

Четыре месяца спустя.

Суровая реальность, после того, как я от неё избавилась, переместилась в ночные

кошмары. Несколько раз за ночь я просыпалась в холодном поту, выходила из дома,

погружала ноги в прохладный песок и слушала шум океана. И каждый раз Чейз

присоединялся ко мне. Как и обещал — он всегда был рядом.

Он обнимал меня, мы вместе смотрели на яркие звёзды и возвращались в постель.

Чейз стал моим островом надежды, и я больше не представляла своего существования без

него. Я полностью растворилась в этом человеке. Я не заслуживала его любви. Возможно

я слишком строга к себе, но так мне казалось.

Он был внимателен ко всем. Даже Кристина со временем перестала шарахаться от

него углам, как от монстра с красными глазами. Для Ронни Чейз и вовсе стал супергероем,

в отличие от меня, которая стала его злейшим врагом. Так он меня называл. И будущее

предполагает только два варианта: либо с возрастом он поймёт меня и простит, либо

убьёт, отомстив за Дакира. Чейз уверял, что всё наладится, потому что не смотря на весь

холод в наших с Ронни отношениях — в его ко мне отношении, — иногда он случайно

забывал о статусе врагов и предлагал пойти поплавать, посмотреть телек вместе и даже

называл по имени. Быстро опоминался, конечно, но прогресс на лицо!

Кристина все четыре месяца проводила время только с Ронни. Их комнаты были по

соседству. Они просыпались в одно время, Ронни готовил завтрак для обоих (бутерброды

с джемом стали их утренней традицией) и они вместе поедали их на пляже.  Прогрессов в

улучшении состояния Кристины практически не было. Меня она не замечала, от Чейза

первое время пряталась. Только Ронни был единственным, кому она доверяла. Да и Ронни

заметно нравилось общество красивой девушки, которая к нему так привязалась. Для неё

он был героем способным на любые подвиги! Так он себя и вёл. Чейз ни раз говорил, что

быть может их отношения когда-нибудь перерастут в нечто большее, а я, каждый раз, как

последняя скряга напоминала о их разнице в возрасте.

Мы с Чейзом не могли насытиться друг другом. Между нашими телами каждый раз

летали искры, когда он ко мне прикасался, наши поцелуи всегда заканчивались

удовольствием и эйфорией которую мы дарили друг другу. Это стало ещё одним

открытием для меня. Мне нравилось каким он становился: всегда разным. Нежным и

ласковым, сильным и ненасытным, страстным и горячим. Хотя Чейз всегда был

горячим… Прижиматься к нему по ночам, чувствовать его сердцебиение, слушать ровное

дыхание… Боже, как я любила наблюдать за ним спящим… Таким, каким Чейз был во сне

он больше никогда не был. Только во сне мышцы его лица могли расслабиться

полностью… Безмятежное, самое прекрасное и самое сильное создание на свете. Да,

именно таким я его считала. Я любила его. Теперь я знаю, каково это — любить. Любить

мужчину, желать его, жаждать прикосновений, ласк… Я так любила его… Больше эти

слова не пугают, они вселяют надежду и веру, что счастье вечно. И быть может, когда-

нибудь я свыкнусь до конца и назову реабилитационную капсулу домом.

Не могу сказать, что полностью привыкла к этому месту, ощущение того, что за

нами постоянно наблюдают, иногда доводило до паранойи. Я знала, что камеры остались

только во внутреннем дворе, на пляже и по периметру — в доме их не было, — на это всё

равно, возможно просто по привычке, каждый заставляло меня исследовать каждый

уголок дома на наличие «глаз» вторгающихся в моё личное пространство.

Я не могла избавиться от чувства, что кто-то продолжает дёргать за ниточки,

управлять нами… Так же, как и не могла избавиться от тяжёлых мыслей о том, что

происходит с остальным миром. Как ни старалась. Нельзя просто взять и выкинуть из себя

кусок жизни, который сделал меня такой. Жизни, которая научила бороться. Жизни,

которая калечила тело и душу, но позволяла идти дальше. На каждом из нас прошлое

оставило отпечаток. Чейз пытался казаться сильнее всех, но даже в его красных глазах я

порой замечала, как из пепла возрождаются два огненных феникса ярости, размахивают

крыльями, закручивая водовороты в чёрных, как ночь зрачках.  Задумчивый взгляд

становился жёстким, мышцы лица напрягались, как будто кто-то без приглашения

вторгался в его забытые и самые болезненные воспоминания. Чейз моргал и всё исчезало.

Он действительно научился себя контролировать. Управлять эмоциями, что у меня и

раньше-то редко получалось.

Анна выходила с нами на связь раз в неделю. Кабинет, в котором была уставлена

радиоаппаратура находился на втором этаже коттеджа. Руководство станции должно было

получать отчёт о состоянии всех капсул, которые как оказалось, получили своё название

исключительно из-за защитного барьера «обтекающего» выделенный под проживание

участок суши. Вполне возможно, что для связи с РК существовали специально обученные

люди, но конкретно с нами, каждый раз, на связь выходила Анна и по-своему я к ней даже

как-то привыкла.

В первую очередь Анна интересовалась как у нас дела, как состояние Кристины,

есть ли улучшения. Спрашивала, всего ли у нас хватает и не надо ли передать чего

особенного, так как раз в два месяца капсулы облетал вертолёт, сбрасывая посылки их

обитателями, с запрошенными вещами. У нас всего хватало.

— Кира передавала тебе привет, — однажды заявила Анна, чем ввела меня в

абсолютный ступор.

— Интересно в каком смысле, — наконец произнесла я.

После смерти Дакира Кира перебралась в подземную станцию, где работы с

больными также хватало.

— Не знаю, выглядела она не плохо, — усмехнулась Анна.

Я решила сменить тему, не знаю от чего. За убийство Дакира совесть меня не

терзала, но всё же Кира… что-то светлое осталось этой женщины в моей памяти.

— Как проходит эвакуация? — поинтересовалась я, делая большой глоток чая.

Анна протяжно выдохнула:

— Не спрашивай, мы только с Фениксом разобрались, как уже ещё два города

эвакуированы. В Оазисе давка, в жилом корпусе станции тоже самое, капсулы заполнены.

Больных куча… изоляторы под завязку, стараемся пресечь распространение болезней. Да

и…

Анна замолчала.

Я напряглась:

— И?..

Новый вздох:

— На поверхности не спокойно. Рафки оживились. Вала видели недалеко от

Ангела и вроде бы он чувствует себя неплохо.

Вот и как здесь забыть о прошлом? О лице альбиноса, красных глазах горящих в

предвкушении, наблюдающих за боем Чейза…

— И что вы собираетесь делать?

— Ничего, — издала грустный смешок Анна, — и дальше заниматься эвакуацией.

— А если ситуация выйдет из-под контроля?

— Джей, — терпеливый выдох, — ты ведь знаешь, что будет, если ситуация

выйдет из-под контроля.

Ядерное оружие — вот, что будет, и плевать, сколько заполненных людьми

городов останется.

Я мрачно усмехнулась:

— Тогда вам и Крест придётся уничтожить.

— Крест расположен над бомбоубежищем. — Вот это новость! — Из наземных

тоннелей можно попасть в подземные, так что жители Креста в экстренном случае смогут

укрыться.

Конечно, можно было и догадаться, это ведь Крест. Такой важный город!

— Да и под руководством Кристофа там всё стало намного лучше. Уверена, он в

самые кротчайшие сроки организует общий сбор и отправку в бомбоубежище, говорят,

даже Блейк перед ним млеет. Кристоф с Бреем отлично спелись!

— Только не говори, что этот придурок стал командиром отряда! — с улыбкой

фыркнула я.

— Считаешь Кристофа не нормальным? — усмехнулась Анна. — Разумеется, нет,

но после миссии в Скалу рейтинг Брея среди бойцов заметно повысился. Кира говорила,

что он сейчас постоянно травит байки о том, как спас задницу самой ципы.

Я невольно рассмеялась.

Анна немного помолчала, задумавшись:

— Что-то ещё про Флэша рассказывает… Он там у вас комиксов, что ли начитался?

— Это он про Чейза, — смеялась я.

— Кстати, где он? — Анна перевела тему.

С новым большим глотком чая я откинулась на мягкую спинку кресла и бросила

взгляд в окно — на океан:

— Учит Кристину плавать. Сегодня она впервые зашла в воду.

— Ого! — Анна искренне обрадовалась. — Это отлично, Джей! Это большой

прогресс!

— Большой прогресс в том, что она зашла в воду с Чейзом! — Я усмехнулась. —

Ты ведь знаешь, как она его боялась.

— Я и говорю – прогресс! Так держать!

Повисла долгая пауза. На Анну это было не похоже.

— Что там у вас? Совсем плохо? — спросила я.

— Так заметно?

— Сегодня ты меньше смеёшься.

— Ещё одни сутки без сна и на одну свободную койку станет больше.—

Протяжный выдох Анны.

Я недолго помолчала:

— Так что происходит?

— Я толком не знаю, Джей. Несколько рафков было замечено над станцией, они

явно что-то вынюхивали… Руководство вело ожесточённый режим: никого не впускать,

никого не выпускать. Тут просто давка! Сумасшедший дом! Распределение, анализы,

тесты — всё вышло из графиков. Люди задают вопросы, на которые у нас нет ответов! И

руководство молчит третий день… В общем, я бы сказала больше, но…

— Да, знаю.

Нас не могут не прослушивать.

Нет, нас точно прослушивают!

И записывают!

— Ладно, думаю всё наладится, — вздохнула Анна. — Даже при самом плохом

раскладе Оазис и капсулы защищены. Информация о их местонахождении засекречена,

так что в случае нападения на станцию она мгновенно самоуничтожится, и будет

выпущено ядерное оружие. Все данные будут стёрты. Всё будет нормально.

И Анна отключилась.

Сомневаюсь, очень сомневаюсь, что всё будет нормально.

Моё чутьё всё ещё при мне.

Нас следующей неделе Анна снова вышла на связь, на этот раз я решила проявить

себя в готовке, так что по рации говорил Чейз. И его хмурый взгляд из-под тяжёлых

бровей, когда он появился в кухне, опасными звоночками отозвался в голове.

Ну вот и оно — «всё будет нормально».

Чейз молчал.

—  Что случилось? — Я скинула с себя передник, подойдя ближе и внимательно

заглядывая в глаза с возрождающимися водоворотами ярости.

— Что случилось?! — повторила я громче.

Чейз напряг челюсти, разжал, громко выдохнул:

— Иви умерла.

— Что?!

— Тромб оторвался.

И я зависла.

Природа, ты что ли?.. Продолжаешь свой гнусный отбор сильнейших генов?.. А я

почти что о тебе забыла.

— Кто бы мог подумать, — тихо выдохнула я, опустившись на стул.

Чейз взял меня за руку, поглаживая кожу большим пальцем.

— Знаю, я тоже думал…

— … что Анна слабее, — закончила я за него.

Отбор продолжается, и хочу я того, или нет: однажды природа решит, кто ей

больше нужен: я, или Дженни.

Через месяц связь с подземной станцией пропала. И я больше никогда не услышала

голос Анны. Реалити-шоу закончилось. И мы понятия не имели, что там произошло. Быть

может уже сейчас, Северная Америка сравнялась с землёй.

И мы остались наедине друг с другом, в тихом местечке, один Бог знает на каком

краю света. Пока небо не заполыхало красным, и Земля содрогнулась.

Отпуск закончился.

Конец второй книги

© Елена Филон, 2015

Серия продлена на третью книгу.

Content

Филон Елена Меченая:Скала

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава  17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава  27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37