Мелани Милберн

Продлить наше счастье

Роман

Melanie Milburne

The Valquez Bride

© 2014 by Melanie Milburne, The Valquez Bride

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016, «Продлить наше счастье»

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

Глава 1

Лишь одно слово в завещании отца Тедди начиналось на «б», и это слово было не «богатство». Она с тревогой посмотрела на их семейного адвоката:

– Брак?

Бенсон с серьезным видом кивнул:

– Боюсь, что так. В течение месяца. В противном случае ваш троюродный брат Хьюго унаследует все: имущество, акции, доли в бизнесе и, разумеется, поместье Марлстоун.

– Но этого не может быть! – Тедди схватилась за подлокотники кресла, продавив пальцами кожу обивки. – Папа говорил, что это место достанется мне. Это было за день до его смерти. Отец обещал, что у меня всегда будет крыша над головой.

– Ваш отец изменил завещание за месяц до того, как у него был обнаружен рак, – сказал адвокат. – Как будто бы знал, что у него не так много времени, и хотел, чтобы его дела были приведены в порядок.

Его дела?

Но это был ее дом! Ее бизнес! Ее жизнь! Как мог отец передать все Хьюго, который даже ни разу не навестил его во время болезни?

Сердце Тедди бешено колотилось. Может, это просто сон? Она моргнула, чтобы стряхнуть с себя наваждение. Бред. Не может быть, чтобы она в действительности сейчас сидела в библиотеке и вела этот безумный разговор с адвокатом отца.

Последние пять месяцев она ухаживала за больным отцом, и в тот день, когда его не стало, именно она держала его за руку. В эти дни она впервые почувствовала, насколько они близки. Отец рассказывал ей истории из своего детства, которые во многом прояснили его сложный характер. Она поняла, почему он постоянно придирался к ней. Почему угодить ему было невозможно. И почему он хотел все контролировать и никогда не давал ей права голоса. Перед самой его смертью она нашла в своем сердце силы, чтобы простить его.

Отец Тедди заставил ее чувствовать себя в безопасности, а затем выбил почву из-под ног. Почему она была так… так глупа и с легкостью поверила в эту счастливую семейную идиллию?

– Мой отец уверил меня в том, что Марлстоун всегда будет моим.

Тедди пыталась говорить спокойно, хотя эмоции переполняли ее.

– Почему он передумал? Разве я обязана вступать в брак, чтобы наследовать то, что и так должно принадлежать мне?

Адвокат постучал по столу ручкой.

– Там сказано немного более конкретно… – Он сделал паузу, подбирая слова. – Ваш отец также выдвинул кандидатуру жениха.

– Что?!!

Адвокат протянул документ:

– Ваш отец хочет, чтобы вы вышли замуж за Алехандро Валькеса.

Тедди опешила. Перед ее глазами немедленно возник образ высокого черноглазого брюнета – классического плейбоя с загадочной улыбкой. Алехандро называли «падшим ангелом», и он был из тех мужчин, к ногам которых падали женщины со всех концов света. Она почувствовала, что ее щеки пылают. Это, наверное, шутка. Ее отец не мог быть таким жестоким. Нет! Он ведь не хотел заведомо выставить ее на посмешище? Боже, ну что за нелепица: роман с Алехандро Валькесом? Она уже видела едкие заголовки газет.

Что она сделала, чтобы заслужить такое? Было ли это для ее отца способом показать свое отвращение к ее инвалидности? Сделать ее объектом издевательств и насмешек, мишенью для глупых шуток?

Тедди сделала вдох, чтобы успокоиться, и медленно перевела взгляд на адвоката. Она должна была сохранять хладнокровие. Делу не поможет паника и закатывание истерики. Это не ее методы. Нужно действовать хладнокровно и взвешенно.

– Есть ли способы… обойти эти условия?

– Нет, если вы хотите сохранить полную собственность на поместье Марлстоун.

Тедди выглянула из окна и обвела взглядом окружающие дом сады, зеленые долины и лес, который бахромой растворялся на горизонте. Она увидела спокойную и неподвижную серебряную гладь озера, платаны, буковые и тисовые деревья, росшие там на протяжении веков.

Особняк Уилтшир и окрестные угодья были ее домом. Здесь она черпала вдохновение и создавала иллюстрации для детских книг.

Здесь был ее дом.

Разве отец не знал, как сильно она ненавидела таких людей, как Алехандро Валькес? Алехандро был сказочно богат и заоблачно красив. Он, как и его младший брат, Луис, всегда встречался с супермоделями и кинозвездами – красивыми женщинами, совершенными женщинами.

Алехандро не заметил ее при прошлой встрече. Его угольно-черные глаза смотрели сквозь нее, когда он был представлен ей на матче по поло, куда отец взял ее много лет назад.

Алехандро рассеянно поздоровался с ней и быстро переключился на высокую, стройную блондинку, которая вскоре стала его невестой. Их бурный роман муссировали в прессе в течение нескольких месяцев – вплоть до того момента, когда невеста, супермодель Мерседес Дельгадо, отменила свадьбу в последнюю минуту.

Для чего же отец Тедди требовал от нее союза с таким человеком? Это же абсурд!

Тедди никогда не была близка с отцом. А он никогда не скрывал тот факт, что предпочел бы иметь сына, а не дочь. С детства отец находил изъяны во всем, что бы Тедди ни говорила или ни делала, но она все равно продолжала любить его. Искала одобрения, пыталась расположить к себе. Ей потребовались годы, чтобы понять: отец был слишком одержим работой. У него не было времени, хотя он и пошел на крайние меры, чтобы получить над Тедди опеку после развода с ее матерью. Впрочем, это было для него очередным боем, который нужно было выиграть.

Возможно, он хотел наказать дочь за то, что она не простила ему смерть матери?

Имя братьев Валькес было синонимом богатства и престижа. Плейбои и игроки в поло, которые тусовались с таким же азартом, как и играли. Если бы эти братья – прожигатели жизни – и решили вступить в брак, то, конечно, выбрали бы другую пассию.

Тедди внимательно посмотрела на адвоката:

– Какая в этом выгода для Алехандро? Зачем ему соглашаться с таким предписанием?

– Твой отец выкупил земли у отца Алехандро в Аргентине двадцать лет назад. Это случилось после того, как Пако Валькес получил травму при игре в поло, и его парализовало, – сказал Бенсон. – Твой отец был собственником земель все это время, несмотря на то что Алехандро делал многочисленные попытки выкупить их. Права собственности будут переданы ему после вашего брака.

Ее свободу обменивают на недвижимость? Передают как трофей? Как мог отец так поступить с ней? Сейчас двадцать первый век, и женщины сами могут выбрать себе подходящую партию.

Когда Тедди было семь лет, ее родители со скандалом развелись. Но, несмотря на это, она верила в силу любви. Она была убеждена, что жениться друг на друге ради имущества или финансовой выгоды – это низко.

Тедди подняла глаза на адвоката и спросила:

– Что Алехандро думает об этом? Ему уже сообщили новость?

– Он в тупиковом положении, – ответил адвокат.

– Что вы имеете в виду?

– Твой отец устроил все следующим образом: если Алехандро отказывается жениться на тебе, имущество будет распродано.

– Но ведь он богат, и для него нет ничего невозможного…

Адвокат покачал головой:

– Твой отец оговорил, что земля будет продана застройщику, если Алехандро откажется выполнить условия завещания. Местный застройщик уже выказал интерес и выкупит участок в мгновение ока, как только он поступит в продажу. Думаю, что Алехандро не уступит эту землю так просто. Даже если жениться ему придется на абсолютно незнакомой женщине. Если хочешь услышать мое мнение, этот брак – не худший вариант для вас обоих.

Это была последняя капля. Неужели адвокат отца, как и все прочие, думает, что у нее нет ни малейшего шанса найти мужа самостоятельно?

Тедди выпрямила плечи и наградила адвоката одним из своих фирменных ледяных взглядов:

– Передайте сеньору Валькесу, что ни при каких обстоятельствах я не соглашусь выйти за него замуж.

– Вы шутите? – Алехандро недоуменно смотрел на представителя «Марлстоун инкорпорейтед», сидя за столом своего офиса в Лондоне.

– Если вы хотите получить обратно земли Мендоса, которые Кларк Марлстоун выкупил у вашего отца, вам придется это сделать.

– Он не купил земли у моего отца, – процедил Алехандро сквозь зубы, – он украл их. Он заплатил лишь часть стоимости. Он воспользовался финансовым положением моего отца после несчастного случая, присвоил себе землю, а в придачу заставил всех думать, что он делает нам одолжение. Мерзавец.

– Как бы то ни было, у вас есть шанс получить ее обратно. И, заметьте, бесплатно.

Алехандро втянул ноздрями воздух. Заплатить ему придется сполна. Своей свободой, которую он ценил превыше всего.

– Я даже не помню, как выглядит дочь Марлстоуна. – Он посмотрел на имя и нахмурился. – Теодора, так? Кто она? Что она скажет об этом? Или она сама за этим стоит?

Алехандро уже мог ее себе представить: избалованная и испорченная. Еще одна охотница за богатством, желающая удачно выйти замуж. Папина дочка, которой хотелось легкой жизни. Он мог легко представить, как она уговорила своего больного отца состряпать это замужество. Выгодная сделка, безо всяких прелюдий и завоеваний.

– Она так же раздосадована, как и вы, – ответил адвокат. – Она намерена оспорить завещание.

Еще бы! Алехандро знал, как женщины коварны. Теодора Марлстоун будет протестовать и суетиться для отвода глаз. Чтобы отвлечь внимание от своих корыстных мотивов. Конечно, она хочет выйти за него замуж. Он считался лучшей партией. Один из самых завидных холостяков в Аргентине, если не в мире.

– Каковы ее шансы?

– Невелики, – сказал адвокат. – Завещание неоспоримо. Кларк Марлстоун написал его, будучи в здравом уме. Три врача подтвердили это. Такое чувство, что он подозревал, будто вы не захотите подчиниться его воле. Было бы неразумно пытаться все отменить. Мой совет – делать то, что говорится в завещании, и исполнить все в точности. Это всего лишь на полгода.

Алехандро провел рукой по волосам. Он уже взял на себя достаточно обязательств, став опекуном двух беспризорных детей, Софи и Хорхе. Он дает им питание, жилье и образование, а также чувство защищенности. Ему не нужна жена и дополнительные хлопоты. У пятнадцатилетнего Хорхе – переходный возраст. Он еще не решил для себя, что выбрать: бунт или уважение к авторитетам. Этим мальчик сильно напоминал Алехандро младшего брата Луиса, которого в этом возрасте тоже кидало из одной крайности в другую. Помнил он и сколько всего приходилось предпринимать, чтобы уберечь Луиса от беды. Софи тоже вызывала беспокойство: недавно она выразила желание переехать в Буэнос-Айрес, чтобы выучиться там на парикмахера-стилиста. Это было зрелое решение, но Алехандро не мог себе представить, что она будет жить одна в большом городе, без той поддержки, которую он оказывал ей.

Нет, сейчас женитьба была ему совсем ни к чему. Тем более на какой-то незнакомке. И вообще Алехандро чувствовал беспокойство при одной мысли о браке. Позволить кому-то быть рядом сейчас – вовсе не значит быть вместе вечно. Взять хотя бы его мать. Как она поступила с отцом? Сначала она с гордостью носила обручальное кольцо и воспитывала детей, но в какой-то момент просто исчезла. Упорхнула во Францию, чтобы начать все с чистого листа. Кольцо и двух растерянных мальчишек она оставила в старой жизни, вместе с документами о разводе.

Когда-то Алехандро тоже пытался создать семью, но все с треском провалилось. Самое ужасное, что он не был к этому готов. И его до сих пор злило, что тогда он позволил чувствам взять верх над разумом. На самом деле женщинам нужны всего две вещи: деньги и безопасность. И они готовы на все, чтобы получить это. Они влюбляются и перестают любить в зависимости от размера кошелька мужчины. И Алехандро не позволит манипуляциями, уговорами, обманом вновь нарушить его жизнь.

Алехандро стал старше и умнее. Теперь он уже никогда не позволит чувствам затуманить мысли или отвлечь его от важных дел. Кровью и потом он восстановил империю отца, перехитрив своих противников. Он уничтожил их.

И сейчас будет то же самое.

– Где она? – спросил Алехандро у безукоризненно одетого пожилого дворецкого, который открыл дверь в особняке Марлстоун в Уилтшире.

Густые брови, белые и мохнатые, как две гусеницы, нахмурились над слезящимися голубыми глазами.

– Мисс Тедди в настоящее время занята.

– Я уверен, что она сможет втиснуть общение со мной в свой плотный график.

Алехандро подавил циничный смешок. Мисс Теодора Марлстоун, вероятно, ждет, когда высохнет ее спрей для загара или лак для ногтей, или завивает свои наращенные ресницы. Существует ли женщина более пустая, чем избалованная папина дочка?

И что, черт возьми, за имя такое – Тедди? Она что – игрушечный медведь?

– Если вы соизволите подождать здесь, я скажу ей, что вы просили об интервью для…

– Слушай, не обижайся, приятель, – перебил его Алехандро, – но у меня нет ни времени, ни желания торчать и ждать твою хозяйку, пока она наклеивает искусственные ногти. Ты либо ведешь меня к ней, либо я иду ее искать. Какой вариант выбираешь?

– Никакой, – холодно произнес женский голос.

Алехандро повернулся и увидел миниатюрную фигуру, стоящую в проеме двери, которая вела в облицованный черно-белой плиткой зал. Никаких накладных ногтей или автозагара. Одежда на ней выглядела так, словно ее достали из корзины для секонд-хенда, а кудрявые волосы напоминали скорее неряшливое темно-коричневое облако, а не прическу. Ее брюки были грязно-коричневого оттенка, клетчатая рубашка не отутюжена, а свитер крупной вязки, накинутый сверху, был покрыт катышками. Наряд был мужским и слишком большим для ее крохотной фигуры. Как шатер, накинутый на зубочистку.

Интересно, что она пытается доказать? Ее поместье стоит миллионы. Она может позволить себе носить лучшие вещи из последних коллекций, а одевается как нищенка. Почему?

Он перевел глаза и увидел, что девушка опирается на трость, стараясь при этом держаться как можно более независимо. А, теперь понятно, почему все так.

– Мисс Марлстоун?

– Сеньор Валькес, как приятно видеть вас снова.

Алехандро не нравилось ощущение того, что он был в невыгодном положении. Что она больше знает о нем, чем он знал о ней. Держи своих друзей близко, а врагов еще ближе – вот кредо, по которому он жил. И все же было что-то в ней, что воззвало к его добрым чувствам.

– Мы… э-э… встречались раньше?

Она напряженно двинула губами, изобразив улыбку, но он заметил, что улыбка эта не затронула ее арктически холодных серо-голубых глаз.

– Да. – Ее подбородок чуть-чуть поднялся. – Вы не помните?

Алехандро быстро проверил свой внутренний жесткий диск. Он встречался с большим числом женщин. Спал с еще большим. Но нигде в его памяти не мог найти девушку с глазами так глубоко посаженными, что они выглядели темнее, чем были на самом деле. У нее были выдающиеся брови и ресницы, густые и темные, без следа туши. Скулы резко очерчены и надменно высоки, а рядом – упрямо вздернутый нос. Полные губы, юные и невинные на вид и в то же время с легким штрихом цинизма, как и у него.

– Я боюсь, что вам придется напомнить мне. – Он растянул свои губы в подобии улыбки. – По работе я встречаю много людей.

Ее взгляд был обескураживающим и неколебимым. Как будто Тедди видела сквозь личину солидного человека, у которого все под контролем, робкого мальчика десяти лет, вынужденного взяться за хозяйство после травмы отца и ухода матери. Ее лицо было свободно от макияжа. Не было маски косметики, за которой можно спрятаться, и все же он не мог отделаться от чувства, что она была слишком спокойной.

– Мы встречались на Британском дне поло несколько лет назад.

– Правда?

– Это было то же мероприятие, где вы встретили свою бывшую невесту.

Алехандро стиснул зубы за вежливой улыбкой.

Она ударила по больному. Сука. Каков отец, такая и дочь. Она собралась дурачить его, играть в игры.

Алехандро ненавидел, когда ему напоминали о его глупости. В двадцать четыре года он наивно верил, что любовь существует. Тогда он считал, что может прожить счастливую и полноценную жизнь с человеком, с которым его связывали взаимные чувства. Вне независимости от того, сколько у него было денег. Он хотел создать счастливую семью.

Он ошибался.

– Сожалею, что не помню нашей встречи. – Казалось, ей чуть больше двадцати, но без макияжа и в этой ужасной, неряшливой одежде смотрелась куда моложе. – Мы были официально представлены?

– Да.

Алехандро так и не вспомнил ее. Но ведь он встречался со многими людьми во время мероприятий по поло. В то время как его брат играл, он занимался деловой стороной вопроса.

– Вы, должно быть, были совсем юной в то время.

– Мне было шестнадцать.

Выходит, сейчас Тедди двадцать шесть. Простушка, калека, одинокая женщина, под тридцать… Так вот почему папа решил заказать ей жениха с доставкой на дом.

– Есть место, где мы могли бы поговорить? – Алехандро бросил взгляд на застывшего на месте дворецкого. – С глазу на глаз?

– Сюда.

Алехандро нахмурился и последовал за ней. Ее ярко выраженная хромота придавала ходьбе вид не только неуклюжий, но и болезненный. Одна нога немного волочилась, как будто мышцы не были достаточно сильны, чтобы вынести ее тело. Хотя «тела» там было, мягко говоря, немного. Казалось, что даже легкий порыв ветра мог бы унести ее прочь.

И тем не менее Алехандро был заинтригован. Хрупкая фигура, довольно симпатичная мордашка и отдельным бонусом – эта ее хромота. Интересно. Может, она не сверкает, как девушка с обложки, но он разглядел классические черты ее лица и фарфоровую кожу, которая выглядела мягкой и гладкой, словно лепесток магнолии. Это был особый сорт красоты, тихий и не сразу различимый.

Тедди повернулась и посмотрела на Алехандро, как только они оказались в библиотеке. Ее лицо ничего не выражало.

– Не хотите ли выпить?

– Что случилось с вашей ногой?

Она лишь сжала губы и слегка побледнела.

– У меня есть виски, бренди, коньяк. Вино: красное, белое. Шампанское.

– Я задал вам вопрос.

– Это бестактный вопрос.

Алехандро беспечно пожал плечами:

– В таком случае лучше сразу перейдем к делу. Давайте вместе попытаемся разрешить эту нелепую ситуацию, в которой мы с вами оказались.

Выражение ее лица оставалось спокойным.

– Я не выйду за вас замуж.

– Черт возьми, как я вас понимаю!

– Я рада, что хоть в чем-то мы сошлись.

Алехандро наблюдал, как она налила себе стакан газированной воды. Тишина была настолько давящей, что он мог слышать бульканье и шипение пузырьков в стакане.

У нее были изящные белые руки, тонкие, с длинными пальцами. Впечатление сильно портили ее ногти – короткие, неухоженные и обкусанные до мяса.

Алехандро начал подозревать, что Тедди осознанно решила выставить себя в самом непривлекательном свете, чтобы оттолкнуть его. Но зачем? Ведь если сделка не состоится, она потеряет все. Зачем молодой женщине отказываться от наследства на сумму в несколько миллионов? Поместье Марлстоун и его окрестности были мечтой для застройщика. А инвестиционный портфель ее отца позволил бы ей существовать без забот всю оставшуюся жизнь.

Он изучал ее еще несколько мгновений, прежде чем спросить:

– Вы не знали, что он так все спланировал?

– Нет.

И она посмотрела на него так, будто он пришел в ее аккуратную гостиную просить милостыню.

Он не привык к женщинам, которые смотрели на него свысока. Он привык к женщинам, которые заискивали перед ним и искали его расположения. Он пришел с территории денег, и это открывало ему двери во многие спальни.

Стратегия Снежной Королевы – это что-то новенькое. Даже забавно. Он был заинтересован и слегка возбужден. Он любил, когда ему бросали вызов. Это приносило куда большее удовлетворение от победы.

Он был уверен, что, разыграй он нужную пьесу, эта недотрога легко оказалась бы в его объятиях. После разорванной помолвки он превратил в ремесло искусство соблазнения. Он мог получить любую женщину, какую хотел. И это была чистая правда.

– Что вы планируете предпринять в этой… э-э… досадной ситуации, в которую мы попали? – спросил он.

Она гордо вздернула подбородок:

– Я обращусь за юридической консультацией.

– Удачи.

Тедди нахмурилась:

– Что это значит?

Алехандро подошел к книжным полкам, чтобы посмотреть, что она читает. Классика. Никаких сюрпризов. Впрочем, нет, пара полок были заняты современными произведениями. Ага, триллеры, приключения и… большой выбор любовных романов. Чопорная мисс Тедди Марлстоун тайно желает, чтобы за ней ухаживали и покоряли? Как все просто.

– Я спросила: что это значит?

– Если вы заметили, хорошие юристы ездят на дорогих автомобилях, оплаченных за счет своих клиентов.

– Что вы хотите этим сказать?

– Вы точно можете себе это позволить?

Тедди едва заметно покраснела, но ее взгляд был тверд и полон решимости.

– У меня есть собственный источник дохода.

– Вы – иллюстратор детских книг, верно?

– Да, это так.

– Я никогда не видел ни одной вашей работы.

Ее глаза гневно сверкнули.

– Могу заверить вас, что я весьма популярна среди моей аудитории.

Алехандро подавил улыбку. Он наслаждался их словесной перепалкой. Он любил людей, которые могли постоять за свои идеалы. Тедди наплевать на него и его репутацию. И она не делала попыток замаскировать свою неприязнь к нему. Ему это нравилось. Сильно нравилось.

– У нас есть месяц, чтобы решить, что делать.

Тедди удивленно вскинула подбородок:

– Я уже решила.

Так же, как и он…

Если подумать, краткосрочный фиктивный брак – это не так уж плохо.

Алехандро хотел эту землю.

Тысяча гектаров первоклассных угодий, принадлежавших его семье долгие годы. И если бы не закулисная сделка отца Тедди – они и сейчас были бы его. Планы Алехандро по расширению племенного питомника лошадей для поло с прилегающим эксклюзивным курортом не могли продвинуться вперед без этой земли. Что делать, если родственник Тедди продаст ее застройщику? Сразу найдется тысяча покупателей на этот лакомый кусочек. Место будет осквернено, и задумка Алехандро провалится. Он не мог этого допустить.

– Вы действительно готовы бросить свой дом? – Он обвел рукой живописные окрестности.

Она посмотрела на него с презрением:

– А вы действительно готовы жениться на совершенно незнакомой женщине в обмен на земельный участок?

Алехандро смерил ее долгим взглядом, остановившись на красивой линии груди, которую не мог скрыть даже этот мерзкий свитер.

– Я думаю над этим.

Зрачки Тедди расширились, казалось, она не могла поверить своим ушам.

Алехандро и сам опешил. Неужели он только что сказал, что считает их брак возможным?

– Почему эта земля так важна для вас? – спросила Тедди.

Алехандро знал, что не стоит раскрывать всех секретов конкурентам. Ему необходимо принять максимально равнодушный вид, как если бы это была просто еще одна бизнес-транзакция. Так, ничего особенного.

– Земля не проблема. Хотя, получив ее назад, я бы почувствовал себя более комфортно. А вот вы потеряете все, отказавшись от шести месяцев фиктивного брака.

Тедди нервно сглотнула.

– Как вы сказали – фиктивный брак?

Глава 2

– Ну конечно. – Алехандро поднял смоляную бровь. – Вы ведь не ожидали чего-то иного? Тедди поняла: он смеется над ней. Ублюдок. Неужели необходимо было так явно показывать, что она – не его типаж? Тедди специально оделась просто и неброско, как только увидела его спортивную машину на подъездной дороге. Разумеется, виной всему ее сломанное бедро… не мог же Алехандро предложить серьезные отношения калеке. Он привык встречаться только с длинноногими красотками.

К тому же он даже не позвонил и не назначил время для встречи. Чем, по его мнению, она весь день занималась? Фланировала по поместью с бокалом шампанского в руке?

Алехандро был уверен, что она считает минуты до того момента, когда он появится на горизонте и потащит ее в ближайший ЗАГС!

Какая наглость! Но ничего. Тедди была намерена продемонстрировать этому хлыщу, что она не из тех пустышек, что тают при одном его появлении.

Возможно, он был самым ослепительным мужчиной из тех, с которыми ей когда-либо доводилось иметь дело. Возможно, у него были самые изумительные темно-карие глаза. И его губы внушали ей мысли о сексе. А его красивое спортивное тело достойно того, чтобы запечатлеть его в мраморе или бронзе… Но нет! Она не собиралась падать в обморок или терять от всего этого голову.

Тедди не хотела достаться кому-то, как приз в лотерее. Алехандро она была не нужна. Он хотел получить землю, которую его отец продал ее отцу. Он хотел этого гораздо больше, чем пытался показать.

Тедди привыкла держать дистанцию и наблюдать за людьми со стороны. Алехандро довольно искусно пытался скрыть свои намерения, но она не дала себя обмануть. Да, он был сильным и опасным соперником. Похоже, он максималист. А еще – очень высокомерен, расчетлив и хладнокровен. Такой человек пойдет на риск, только если будет абсолютно уверен, что он окупится. И все-таки он умен и очень привлекателен. Высокий рост, оливковая кожа, волевой подбородок… А черные волосы искусно и тщательно уложены несколько небрежным образом, что придает Алехандро еще больший шарм.

Внезапно Тедди заметила, что внутри ее словно что-то сладко заныло. Она будто бы увидела его с другой стороны и в полной мере ощутила, насколько сильно его мужское обаяние. Она не должна этого показывать. Тедди вспомнила, что этот человек привык обращаться с женщинами так, как ему заблагорассудится. И прекращать с ними отношения, когда они ему надоедали. Ну уж нет! С ней этот номер не пройдет. Она не поддастся его чарам и чувственной красоте.

Ни за что и никогда.

– Сеньор Валькес, вынуждена усмирить вашу бушующую самоуверенность, но я не желаю вступать с вами в брак.

Уголок губ Алехандро приподнялся в самодовольной ухмылке, а темные глаза заблестели так, что Тедди почувствовала внутреннюю дрожь.

– Вы многое потеряете.

Тедди не отвела взгляд.

– Как и вы.

Единственным признаком, выдававшим волнение Алехандро, был дрогнувший на лице мускул. Движение было едва уловимо, но оно сказало Тедди о нем очень много.

Разумеется, Алехандро не хотел на ней жениться. Он играл в игру. Он пошел бы на все, чтобы заполучить то, что ему хочется, не заботясь о чувствах тех, кого он может при этом ранить.

Напряжение повисло в воздухе.

Искры мелькали в глазах Алехандро. Тедди чувствовала жар его взгляда, как будто он прожигал ее лазером. Все, что она могла сделать, – это не моргать. А еще… не смотреть на его губы. Видела ли она когда-нибудь раньше такие мужественные губы? Такие красивые губы? Они были подобны произведению искусства. Сексуальные и чувственные, очерченные темной щетиной. Губы искусителя. Грешные, испорченные.

– Я дам вам двадцать четыре часа, чтобы принять решение. После этого предложение аннулируется, и я выдвину уже другое.

Тедди всеми силами старалась скрыть свои эмоции. Какое новое предложение он хочет выдвинуть? Осмелится ли она спросить? Его черные глаза смотрели на нее с вызовом; напряжение по-прежнему вибрировало в воздухе.

По спине Тедди побежали мурашки. Она попыталась вдохнуть, но грудь будто что-то сдавило.

– Вы, кажется, уверены, что я сдамся на ваши уговоры, сеньор Валькес? Вновь вынуждена вас разочаровать: не вам мне указывать, что делать.

Его еле заметная ухмылка подчеркнула ироничный блеск в глазах.

– Вам решать, мисс Марлстоун. – Он передал ей визитную карточку со своими контактами. – Сообщите мне о вашем решении.

Тедди взяла визитку, потому что не знала, что еще можно было сделать. Она не могла произнести ни звука. Не могла даже придумать что-нибудь. Не могла остановить жар во всем теле, который разгорался под его взглядом.

Алехандро говорил всерьез? Готов ли он был зайти так далеко? Сделать это реальным браком во всех смыслах этого слова?

С ней?

Зачем она ему? Или он блефовал, чтобы посмотреть на ее реакцию?

Тедди наблюдала, как Алехандро прошагал прочь к двери. Слышала, как он отрывисто говорил с Генри, дворецким. Слышала, как входная дверь захлопнулась после того, как он вышел. Слышала рев его мощного мотора и шуршание шин по гравию подъездной дороги, когда он ускорился, взметнув дождь камней, которые застучали по облицовке дома, как пули.

Она сжала ладонь, в которой лежала визитка, и почувствовала, как острые кромки бумаги впились в кожу. Теперь она знает, что в любой последующей стычке с ним она должна быть лучше подготовлена. Она должна быть вооружена и неуязвима.

И у нее было только двадцать четыре часа, чтобы это сделать.

– Если вы спросите меня, я думаю: нужно быть сумасшедшей, чтобы не выйти за него замуж. – Произнося это, Одри, экономка, ткнула синий дельфиниум в композицию, которую она делала на кухне. – В конце концов, что произойдет со всеми людьми, которые здесь работают, если дом будет передан вашему бездельнику кузену? Он не будет держать Генри в его возрасте, не говоря уже обо мне. – Она вздохнула и взяла другой цветок. – Он захочет какую-нибудь грудастую молодую красотку, которая будет порхать вокруг с метелкой из перьев в руке, прежде чем нырнуть к нему в постель.

Тедди закусила губу. Она только сейчас подумала о работниках поместья. Они были командой. Ее семь ей. Одри Тейлор было шестьдесят восемь, и она вела домашнее хозяйство с тех пор, как уехала мать Тедди. Она была для Тедди всем: няней, другом, мудрой советчицей и наставницей.

Семидесятичетырехлетний Генри Бакингтон всю жизнь работал на отца ее отца. Он был словно частью интерьера.

А еще были Стэн и Майлс Харрис, отец и сын, занимавшиеся садом и всем остальным поместьем…

Одри права. Троюродный брат Тедди приведет своих собственных работников и распустит бывший персонал, людей, которые служили ей и ее отцу так преданно и так долго. Их прогонят и оставят без средств к существованию.

Алехандро Валькес ожидал, что она скажет «да». Любая другая женщина сказала бы «да» десять раз. Самоуверенность Алехандро казалась Тедди оскорбительной.

Но еще более оскорбительно было его предложение фиктивного брака.

Конечно, что же еще можно предложить калеке? Алехандро не видел в Тедди свою потенциальную любовницу… Тедди вдруг поняла, что ее задевало его равнодушие. Ведь он так ошеломляюще красив…

– Вы знали, что папа составил такое завещание?

Одри отрезала конец стебля цветка, который держала в руке.

– Я подозревала, что он может так поступить.

Тедди нахмурилась:

– В самом деле? Почему?

«И почему вы не додумались сказать об этом в течение последних пяти месяцев, пока я ухаживала за ним?»

Экономка опустила секатор и взглянула на Тедди:

– Мне не нужно говорить вам, что ваш отец был тем еще упрямцем, который уважал только свое мнение. Полагаю, он беспокоился, что вы останетесь в одиночестве. Это большое поместье. И управлять им одинокой женщине было бы не просто.

– И поэтому он подсунул мне этого выскочку? Знаете ли вы, как… как это унизительно? – Тедди скрестила руки на груди. – Я и сама могу найти себе мужа.

Одри внимательно посмотрела на Тедди:

– Тебе лучше поспешить, девочка. Ты не становишься моложе.

– Ради бога, мне только двадцать шесть.

И через несколько лет Тедди исполнится тридцать. Не звук ли тикающих часов она вдруг услышала? Когда она была маленькой девочкой, она думала, что к этому возрасту уже выйдет замуж и станет матерью. В детстве Тедди любила наряжаться в свадебное платье матери и разгуливать по поместью на высоких каблуках. А когда ей исполнилось десять, с ней произошел несчастный случай при езде верхом. С тех пор Тедди ни разу не играла с маминым платьем и не изображала принцессу.

Она превратилась из нормального ребенка в инвалида… в изгоя. Тедди сомневалась, что ее можно любить по-настоящему.

– Да, но вы не были на свидании с тех пор, как вернулись домой из школы искусств. – Одри взяла секатор и другой цветок.

Тедди поджала губы.

– Я не очень преуспела в общении с противоположным полом.

Одри подняла голову, изучая цветочную композицию:

– Вы не пытаетесь, вот почему.

Тедди снова нахмурилась:

– Я не тусовщица. И никогда ею не была. Я ненавижу пустую болтовню. Мне доставляет куда больше удовольствия рисование или чтение.

– У Алехандро Валькеса много друзей. Может быть, он одолжит вам парочку.

– О да, могу себе представить, как я любезничаю со всеми его милыми красотками. – Тедди пристально посмотрела на экономку. – И почему вы не против этой сумасшедшей схемы?

Одри бросила на нее укоряющий взгляд:

– Я не хочу, чтобы вы потеряли дом, и это единственный способ сохранить его. Ваш отец придерживался старомодных взглядов. Он хотел, чтобы вы вышли замуж за обеспеченного мужчину со средствами. Я подозреваю, что он изменил завещание исходя из лучших побуждений.

– Но это чудовищно! У меня даже не было права голоса!

– Предполагаю, как и у Алехандро.

– Нет, это не так. – Тедди сжала кулаки и стиснула зубы. – Он думает, что это забавно – появиться в моей жизни и говорить мне, что делать. Я ненавижу его. Он невыносимо груб и высокомерен. Он думает, я мечтаю сказать ему «да».

– Он один из самых богатых людей в Аргентине.

– Если он так богат, то почему так беспокоится о земельном участке, который сможет купить миллионы раз?

– Это часть его семейной собственности, вот почему, – сказала Одри. – Я предполагаю, что он не может расширить свою империю поло без этого участка. Он возродил бизнес отца с нуля. Он занял пост генерального директора, когда ему было лишь немного за двадцать. С тех пор он пытался получить эту землю обратно.

Тедди закатила глаза:

– Я думаю, он хочет построить там какой-то безвкусный отель. Это очень на него похоже. Почему бы ему просто не сохранить эту землю?

Одри пожала плечами:

– Почему бы вам не спросить его самого, позвонив ему по телефону?

Тедди снова скрестила руки на груди.

– Я не буду ему звонить.

– Но вы должны позвонить ему, чтобы дать свой ответ.

– Мой ответ – нет.

Одри шумно вздохнула.

– Я думаю, мне лучше начать паковать свои вещи…

– О нет, вы этого не сделаете. – Тедди погрозила ей пальцем. – Не надо меня шантажировать, потому что это не сработает.

Тедди была ненавистна мысль, что ее работники потеряют свой дом и источник дохода. Что они будут делать? Что их ждет? Им нравилось работать в поместье Марлстоун. Сможет ли она сделать то, что было необходимо, чтобы спасти их? Сможет ли она выйти замуж за этого человека, чтобы сохранить свой фамильный дом в безопасности? Сможет ли она принести эту жертву ради тех людей, которых она считала своей семьей?

Это будет всего лишь фиктивный брак.

Время пролетит в мгновение ока. Тедди не нужно будет переезжать в Аргентину вместе с Алехандро. Он не захочет, чтобы ему надоедала жена, живущая с ним под одной крышей, в то время как он будет развлекаться со своими многочисленными подружками. О нет. Наверняка он захочет, чтобы она благополучно устроились здесь, в Англии.

– Вы не можете бороться с ним, Тедди. Силы неравны.

– Вы говорите про отца или Алехандро?

Одри одарила ее многозначительным взглядом:

– Про обоих.

– Ты ведь не собираешься соглашаться? – поинтересовался Луис у Алехандро по телефону.

– Я хочу получить эту землю.

– Да черт с ней, – протянул Луис. – Я думал, ты сказал, что никогда и тени твоей не будет на пороге церкви.

– Да, ну, это совсем другое.

Алехандро обдумал дело со всех сторон. Он перетерпит краткосрочный брак, потому что добьется своей долгосрочной цели. Он должен заполучить землю, которой его предки владели в течение нескольких поколений. Кларк Марлстоун обманул отца Алехандро в худший момент его жизни, и теперь украденное необходимо вернуть обратно.

Так что из того, если он женится на дочери врага, чтобы добиться своего? Тем более что ему даже не придется стоять в церкви и давать обещания, которые он не имеет никакого намерения исполнять. Он будет продолжать жить своей жизнью так, как он хочет.

Тедди Марлстоун в итоге получит то, что нужно ей.

Как и он.

– Брак всего лишь на шесть месяцев, – сказал Алехандро. – Через полгода он будет аннулирован. К тому времени мы оба будем в выигрыше. Все просто.

– И что эта Тедди из себя представляет?

Алехандро нахмурился, подумав о выраженной хромоте Тедди. Связано ли это с махинациями ее отца? Кларк Марлстоун насильно выдает ее замуж, потому что она калека? Какие отношения были у нее с отцом? Была ли она близка с ним? Все, что Алехандро знал о ее семье, – это то, что ее родители развелись, когда она была еще девочкой, и отец получил право опеки после продолжительной битвы в судах. Ее мать умерла от передозировки психотропных лекарств через несколько месяцев после развода, и до сих пор никто не знает, было ли это самоубийством или несчастным случаем.

– Она хромает.

– Будем надеяться, что она хотя бы смазливенькая.

Вопросы младшего брата не удивили Алехандро. Луис постоянно встречался с моделями. Если женщина была далека от мира моды, она его не интересовала.

Алехандро думал, что чересчур требователен к своим партнершам, но Луис превзошел его. Ни у одной женщины с университетским дипломом не было шансов. Луис не нуждался в интеллектуальных беседах. Он менял партнерш с такой скоростью, что даже Алехандро было не угнаться за ним.

– Ее внешность привлекает меня все больше и больше.

– Интересно, почему старик так нехорошо с ней поступил?

– Этот подлец играет в свои игры даже в могиле, – сказал Алехандро. – Думаю, его дочь – всего лишь пешка в очередной игре. Этот сукин сын знал, как сильно я хочу вернуть землю. Он понимал, что это я все время подпитывал слухи о том, что он приобрел ее обманным путем. Также ему всегда было известно, что женитьба совершенно не входит в мои планы… В общем, полагаю, что это его способ отплатить мне.

– Да бог с ней, с землей. Как тебе эта девица?

Алехандро вновь вспомнил миниатюрную Тедди, ее пронзительный взгляд и плотно сжатые губы. Ее сила воли была достойна восхищения. Не многие люди решались сопротивляться Алехандро. Ее упрямство очаровало его. Он всегда считал, что любая женщина только рада будет при первой же возможности окольцевать его. Почему же Тедди против этого союза? Дело в нем или в ее отношении к браку вообще? Или она тоже играет в игру? Вполне возможно, что она рада выбору и решению своего отца, но никогда не покажет этого.

– Она… интересная.

Луис усмехнулся:

– Хм… раньше ты характеризовал своих девушек иначе. Когда я встречусь с ней?

– Скоро. Сначала я должен уговорить ее выйти за меня.

Тедди стояла у одного из окон библиотеки и нервно теребила мочку уха. Спортивный, с низкой посадкой, автомобиль Алехандро заурчал на подъездной дороге и остановился перед домом, как черная пантера, готовая к прыжку. Она смотрела, как он выходит из машины с легкостью человека, который был в превосходной физической форме.

Тедди быстро спряталась за бархатной портьерой, чтобы он не увидел, как она наблюдает за ним. Он был одет в темные джинсы и простую белую рубашку, которая делала его оливковую кожу еще более загорелой. Рукава были закатаны и открывали темные вьющиеся волосы на его красивых мускулистых руках. У него были серебряные дизайнерские часы на запястье левой руки, а очки-авиаторы придавали ему такой чертовски привлекательный ореол уверенности и властности, что не засмотреться на него было сложно. Очевидно, что этот человек привык добиваться своего как в зале заседаний, так и в спальне.

Тедди была готова к его визиту. Она провела консультации у нескольких юристов, и все они говорили одно и то же. Оспаривать волю ее отца было дорогим удовольствием, и вряд ли стоило ожидать успеха. Кроме того, подобные тяжбы часто длятся долгие годы.

Она не могла позволить себе тратить деньги, которых у нее не было. Если она согласится на условия завещания, по истечении шести месяцев она будет целиком владеть поместьем Марлстоун. Не будет никаких тревог, бессонных ночей и поиска средств на дорогостоящее содержание величественного особняка и окрестностей. Она сможет сосредоточиться на творчестве, а также обеспечить безопасную жизнь для своего преданного и любящего персонала.

Но решающим аргументом стал телефонный звонок ее троюродного брата. Намерения Хьюго были предельно ясны. Поместье Марлстоун будет продано, как только он вступит во владение. Он жаждал денег. Дом ничего не значил для Хьюго. Люди, которые здесь работали, – тоже.

Тедди посчитала, что краткосрочный брак с Алехандро Валькесом был единственно разумным решением. Быть замужем за привлекательным мужчиной, который позволит жить своей жизнью и не станет предъявлять ненужных требований. Почему бы и нет?

«И ты ему поверила?»

Конечно, поверила. Тедди не из тех девушек, на которых он мог бы положить глаз. Его последняя подруга была высокой, длинноволосой красавицей с ногами от ушей.

Тедди глубоко вздохнула. Ей нужно было принять максимально равнодушный вид. Спрятать все свои переживания и сомнения за маской безразличия. Она выпрямила спину, расправила плечи. Схватил трость липкой от пота рукой. Ее сердце бешено заколотилось, когда дверь распахнулась и Алехандро зашел в комнату.

Смерив Тедди пристальным взглядом с головы до пят, он поприветствовал ее поклоном:

– Мисс Марлстоун.

Тедди вздернула подбородок. Она ничего не могла с собой поделать. Ей не нравилось, как он дразнил ее этим игривым взглядом своих черных как смоль глаз. В этот раз она решила одеться со вкусом. Но и доставать свой лучший наряд она тоже не стала. Она была одета просто и повседневно – джинсы, коттоновая рубашка и свитер, накинутый на плечи. И легкий макияж, который был совершенно не заметен. Правда, теперь, когда Алехандро равнодушно рассматривал ее, она жалела, что не нанесла толстый слой тонального крема, чтобы скрыть предательский румянец на своих щеках.

– Сеньор Валькес.

Уголок его рта приподнялся, как будто ее вежливость показалась ему забавной.

– Должен ли я поверить, что вы согласитесь стать моей женой?

Она ответила ему сердитым взглядом:

– Вашей фиктивной женой.

– Ах да. – Он посмотрел на часы. – Время поджимает. Решайте.

Внутри у Тедди что-то оборвалось.

– Вы, конечно, не станете ожидать, что я соглашусь на что-то еще? Мы чужие друг другу люди.

От его ехидной улыбки колени Тедди подкосились.

– Вы обычно не занимаетесь любовью с незнакомцами?

– Конечно нет. – Ей показалось, что слова прозвучали слишком самодовольно. – Я имею в виду… Я хотела бы сперва узнать человека. Чтобы убедиться, что мы… э-э… подходим друг другу.

– Сколько любовников у вас было?

Взгляд Тедди вспыхнул яростью.

– Прошу прощения?

– Любовники. Сколько?

Она ответила ему лукавым взглядом:

– А сколько было у вас?

Блеск в его глазах заставил ее нутро сжаться.

– Слишком много, чтобы сосчитать.

Тедди почувствовала, что краснеет, на ее щеках будто вспыхнуло пламя. Ее воображение внезапно заполнилось образами его прекрасных любовниц, извивающихся и резвящихся в порыве страсти, томящихся в муках экстаза. Никакого намека неловкости или стыда.

Ее единственный сексуальный опыт не оставил в памяти ничего, кроме стыда и позора. Тедди винила себя за то, что не распознала обман. Она должна была знать: для мужчин главное – физическое влечение. Их интересовал только внешний вид. И ничто другое. Как она могла подумать, что Росс Дженнер чем-то отличался? Он познакомился с ней на последнем курсе художественной школы, а затем предал ее. Он хвастался своим друзьям в социальных сетях о том, как переспал с девушкой, которую никто не хотел. Он выиграл пари, проведя ночь с ней. Ему за это заплатили. Память об этом случае до сих пор висела камнем у нее на шее.

Стараясь не смотреть Алехандро в глаза, Тедди подошла к столу, где Генри поставил поднос с напитками. Что она могла делать на автопилоте, – так это быть вежливой хозяйкой.

– Желаете что-нибудь выпить?

– Виски. Безо льда.

Она налила виски в стакан и молча передала Алехандро, стараясь не коснуться его пальцев. Она сторонилась его взгляда, рассматривая пуговицы рубашки, как будто это было самое увлекательное занятие на свете.

На самом деле думала Тедди вовсе не о пуговицах. Алехандро был так высок, что нужно было постоянно запрокидывать голову. Так уверен в себе и так невероятно великолепен, что дыхание Тедди то и дело сбивалось.

Его аромат был потрясающим. Нотки лимона и лайма от его бальзама после бритья дразнили ее обоняние, заставляя думать о залитых солнцем лимонных рощах.

И о сексе.

Тедди оперлась на трость, повернувшись, чтобы налить себе выпить. Когда последний раз она испытывала сексуальное желание? Когда она вообще последний раз думала о сексе?

– Я хотел бы, чтобы мы обручились как можно скорее.

Ее левая рука дрогнула, когда она наливала коньяк в бокал.

– У нас есть месяц до истечения срока.

– Нет смысла тянуть время. Чем раньше поженимся, тем раньше мы покончим с этим.

Его комментарий не должен был ее обидеть. Он не был оскорбителен. Она не хотела, чтобы брак длился дольше, чем нужно.

– Я хотела сказать то же самое, – только и сказала она.

Алехандро подошел к окну.

– Хорошее место. Вы долго здесь живете?

– Всю свою жизнь.

Он повернулся и посмотрел на нее, но потому, что свет солнца был позади него, выражение его лица скрывала тень.

– Вы ведь отдаете себе отчет, что вам придется поехать со мной в Аргентину? – Алехандро не задавал вопрос, а ставил ее перед фактом.

Тедди вцепилась в бокал так сильно, что он чуть не раскололся в ее руке. Он хотел, чтобы она поехала с ним? Она не планировала срываться куда-либо. Фиктивный брак подразумевал просто подписи на бумаге. Она просто должна была соблюсти формальность.

– Но это ведь необязательно?

– У тебя странное понятие о том, что представляет собой брак.

– Но ты сказал, это будет лишь брак на бумаге. – Она еще крепче вцепилась в бокал. – Мы не обязаны жить вместе. Много пар проводят время порознь, особенно если у обоих партнеров на первом месте карьера. К тому же у меня есть дела здесь.

– Отмени их.

Тедди охватила дрожь.

– Почему бы тебе не отменить свои?

– Я веду многомиллионный бизнес. Трудоустройство многих людей зависит от меня. Мне нужно быть на месте, чтобы убедиться, что все идет насколько возможно гладко. А твою работу можно отложить, не так ли?

Тедди гневно взглянула на него:

– Да, но я предпочитаю работать здесь, в своей студии.

– Я могу выделить тебе комнату в моей вилле. На самом деле, хоть целый этаж. Думай о нашем совместном времяпрепровождении как об отпуске. Все расходы оплачены.

Тедди в задумчивости поджала губы. Брак был всего на шесть месяцев, и она всегда мечтала посетить Аргентину. Страсть к приключениям влекла ее, однако она не собиралась жить с человеком, которого совсем не знала.

– Будь уверена, я не стану к тебе приставать.

Алехандро словно сумел прочитать ее мысли. На мгновение она почувствовала обиду, ведь только что он открыто заявил ей об отсутствии симпатии.

Тедди прекрасно знала все о своей внешности: да, она не красавица, и ее отец не раз говорил ей об этом. Но каждое замечание подобного рода всегда принимала в штыки.

– Что ты скажешь своим друзьям и семье о нашей… ситуации?

– Мой брат знает правду и, конечно, наши юристы, но больше никто. Я хочу, чтобы все поверили, что мы по-настоящему влюблены друг в друга. Само собой, я хочу, чтобы ты воздержалась от разговоров с прессой.

Тедди хотелось увидеть его лицо, но Алехандро скрылся в тени. Он снова над ней насмехался? Конечно, никто не поверит в то, что такой мужчина, как он, способен влюбиться в девушку, чьи внешние данные далеки от стандартов красоты. Каковы его мотивы? Она видела статью в Интернете о невесте Алехандро, бросившей его в день свадьбы. Для любого человека это стало бы тяжелым ударом, а смаковавшая эту новость пресса только подлила масла в огонь. Может, он решил, пришло время показать, что он движется вперед? Десять лет – долгий срок, чтобы залечить свое разбитое сердце и растоптанную гордость.

– Ты из тех людей, которые быстро влюбляются?

Алехандро фыркнул:

– Возможно, так и было когда-то.

Тедди прикусила нижнюю губу. Ей почему-то было жаль того молодого идеалиста, которым он, должно быть, когда-то был.

Алехандро подошел к подносу с напитками на столе, наливая себе еще виски. Его брови нахмурились, сейчас он казался гораздо старше своих лет. Думал ли он о своей невесте? О любви, которую потерял? Наверняка это очень больно – узнать, что женщина, которую ты любишь, бросила тебя накануне свадьбы, выбрав пассию побогаче и посолиднее.

Тедди было трудно представить, что Алехандро был способен кого-то любить. Он был слишком расчетливым и циничным. И слишком самоуверенным, чтобы идти на уступки в отношениях. Она не могла представить, что он способен остепениться и воспитывать детей.

– Что с вами, мисс Марлстоун? – Он вновь цинично улыбнулся. – Разве вы способны на импульсивные поступки? Вы можете влюбиться с первого взгляда?

– Нет.

Алехандро пристально посмотрел на Тедди:

– Ты говоришь слишком самоуверенно.

– Потому что так и есть.

– Ты когда-нибудь влюблялась?

– Нет.

Насмешливый блеск вновь появился в его глазах.

– Так откуда ты знаешь, что не влюбишься стремительно и импульсивно?

Тедди почувствовала, как тепло растекается по всему телу. И все же в этом человеке было что-то такое, что заставляло ее все время думать о сексе. Безумие! Она совершенно не могла сопротивляться своим чувствам. Ее соски затвердели, плотно соприкасаясь с белым хлопком бюстгальтера. Она почувствовала, как ее лоно запульсировало, и быстро облизнула пересохшие губы. Волна ощущений вновь накрыла ее. Каково это – прижаться губами к его губам? Почувствовать его руки, его сильные объятия.

– Я не импульсивный тип.

На губах Алехандро вновь появилась зловещая улыбка, которая выбивала почву у нее из-под ног. Тедди чувствовала головокружение в его присутствии. Она словно физически ощущала запах опасности, исходящий от него.

Алехандро внимательно посмотрел на Тедди, чуть задержавшись взглядом на ее губах, а затем нахмурился.

– Я должен предупредить тебя о прессе. Журналисты могут быть настырными. Я сделаю все возможное, чтобы защитить тебя, но будут моменты, когда придется просто игнорировать то, что они говорят.

Тедди хотелось знать, беспокоился ли он за нее или за себя. Не все ли равно, что пресса будет писать о ней? Через шесть месяцев она исчезнет из его жизни. Пусть лучше побеспокоится о своей репутации. Что пресса подумает о его выборе невесты? Станет сравнивать? Конечно, станет, и Тедди проиграет во всех отношениях.

– Надеюсь, я не поставлю тебя в неловкое положение.

Он вновь нахмурился:

– В каком смысле?

Она заставила себя выдержать его взгляд, не моргая. Знает ли он, как больно чувствовать себя неженственной, некрасивой… непривлекательной? Настолько непривлекательной, что даже ее собственный отец пошел на нелепый и оскорбительный поступок – поиски мужа для нее.

– Я не похожа на твою предыдущую невесту.

Алехандро по-прежнему смотрел на нее с хмурым выражением.

– Ну и что?

– Все будут удивляться, почему же ты выбрал именно меня.

Что-то промелькнуло в его глазах, крошечный огонек эмоций, которые она не смогла правильно распознать.

– Первое, что я заметил, была не хромота, а где-то глубоко засевшая в тебе обида.

Тедди зло посмотрела на него:

– А почему бы мне и не иметь обид? После общения с мужчинами вроде тебя или твоего брата очень легко стать циничной. Вы встречаетесь только с красотками с безупречной внешностью. Вы даже не замечаете таких, как я.

Алехандро смерил ее долгим взглядом. Ах, зачем она это сказала? Она ведь не хотела показывать свою неуверенность! Если бы у нее было чуть больше самообладания, она вышла бы за него замуж без опасения. Ведь он был идеалом любой женщины – богат, красив, очарователен. Не мужчина, а подарок.

Но он был чужим подарком. Не ее.

– Есть еще некоторые юридические документы, которые нужно просмотреть, прежде чем мы поженимся, – сказал Алехандро, как будто ничего не случилось. – Священник будет проводить тайную церемонию. Я не хочу никакой прессы. Мы объявим о нашем браке как о свершившемся факте.

– А что, если я хочу пышную церемонию со всеми этими милыми безделушками? – Тедди спросила это только для того, чтобы досадить ему.

– Да неужели?

Да. Тедди подумала о свадебном платье ее матери, которое было завернуто в слои голубой оберточной бумаги и лежало в сундуке из камфорного дерева на чердаке. Сколько раз она украдкой поднималась туда и открывала сундук, чтобы прикоснуться к французским кружевам и пышной фате? Она прижимала к лицу мамино платье, и ей казалось, что она слышит аромат ее духов. Все это переносило ее в волшебный мир грез, от которых не хотелось отказываться, как бы сурова ни была реальность.

– Нет, это я так…

– Многие пары не желают тратить свое время, нервы и деньги на свадьбу и обручаются без лишней помпы. Единственная цель заключается в том, чтобы пожениться. А не развлекать толпу людей, которых ты едва знаешь и, скорее всего, никогда больше не увидишь.

Тедди все же возразила:

– Десять лет назад ты думал иначе.

Алехандро смерил ее холодным взглядом:

– Мои люди свяжутся с тобой. – Он ободряюще ей кивнул. – Buenas tardes[1].

Глава 3

Несколько дней спустя Алехандро хмуро просматривал новостную ленту в своем телефоне. Его внимание привлекла заметка, напечатанная в светской хронике одной из газет. В публикации была размещена фотография Тедди, напротив которой красовался его портрет; рядом крупными буквами был напечатан заголовок: «Любовь или деньги? Аргентинский плейбой отчаянно нуждается в финансах». Короткая статейка была просто убийственна. В ней были намеки на его скорую свадьбу, а сам Алехандро был представлен негодяем, который женится на богатой наследнице ради собственной выгоды. Там не было никакого упоминания о мотивах Тедди. И то, что Алехандро был в десять раз богаче ее отца, – об этом тоже не было ни слова. Он почувствовал, что его репутация находится под угрозой: одно дело быть светским львом с огромным количеством интрижек за спиной, а совсем другое – охочим до денег выскочкой. Как эта информация могла где-то всплыть? Неужели Тедди говорила с журналистами? Зачем ей было идти на такую подлость? Алехандро думал, что ее колкость и холодность – всего лишь защитный механизм. Что она обиженная жизнью, старомодная девушка, помимо своей воли замешанная в махинациях беспринципного отца. Она даже нравилась ему, черт побери.

Он стиснул зубы. Тедди хотела пышную свадьбу и собиралась во что бы то ни стало получить ее. Она манипулировала им. И это было скверно.

– Не смотрите в окно, – сказала Одри Тедди. – Везде журналисты. Там даже один в живой изгороди возле ворот.

– Что они здесь делают?

Одри указала на газеты, лежащие на кухонном столе:

– Предполагаю, что ваш кузен устроил все это. Он надеялся получить все, если вы не выполните волю отца. Вы спутали его карты, согласившись на условия Алехандро. Он не думал, что вы пойдете на это.

В статье было мало лестного об Алехандро. Но и про нее журналисты не сказали ничего хорошего. Они выставили ее жуткой ведьмой, на которой бедный красавчик вынужден жениться, чтобы поправить свои финансовые дела.

Телефон Тедди зазвенел в кармане. Взяв его, она увидела номер Алехандро на экране.

– Алло?

– Я в пяти минутах от тебя, – сказал Алехандро. – Собирай вещи. Мы едем в Лондон.

– Зачем?

– Чтобы купить свадебное платье. Зачем же еще?

– Но я думала…

Телефон выключился.

Тедди ждала Алехандро в маленькой столовой. Одетая в темно-синие брюки и свободный свитер, без макияжа и с волосами, стянутыми в тугой хвост, она выглядела так, словно была еще подростком. Выражение ее лица было спокойным и без эмоций, но на ее руке, сжимавшей трость, побелели костяшки.

– Я не собираюсь ехать с тобой в Лондон.

Алехандро не привык, что его приказы игнорируют.

– Я ведь предупреждал тебя, что не надо говорить с прессой.

Тедди гордо вскинула подбородок. Ее глаза засверкали, словно алмазы в сером озере.

– Я не говорила с прессой. Это работа моего троюродного брата.

Алехандро нахмурился, услышав ее слова. Он не привык ошибаться. Извинения не его конек.

– Что ты ему сказала о наших отношениях?

– Я ничего не говорила. Он сам все понял. – Ее серо-голубые глаза вспыхнули негодованием. – Мужчина вроде тебя собирается связать свою жизнь с женщиной, как я? Вряд ли можно поверить в такое, не так ли?

До этого момента Алехандро не осознавал, насколько нелестной была для Тедди эта статья и сколько боли она могла ей причинить. Так же, как и в тот день, когда Алехандро сказал, что у нее нет ничего общего с его бывшей невестой. Большинство его бывших женщин были недовольны своей внешностью. Их жалобы на мнимую полноту и некрасивую прическу раздражали его, но он вынужден был говорить комплименты. Но недовольство внешностью у Тедди было вполне обоснованным, и только теперь Алехандро начинал понимать, как тяжело ей было выдерживать постоянные сравнения со сверстницами.

– Тогда, возможно, лучше обставить все более правдоподобно.

Ее взгляд стал настороженным.

– Как?

– Необходимо, чтобы нас видели вместе как можно чаще.

Тедди опустила глаза и оперлась на спинку стула эпохи Людовика XV.

– Без этого не обойтись?

– Так делают большинство помолвленных пар.

Она продолжала держаться за спинку стула, как будто боялась упасть.

– Я сказала, что согласна на фиктивный брак, но я не говорила, что буду красоваться с тобой на публике, как влюбленный подросток.

– Почему ты так расстраиваешься из-за каких-то жалких сплетен?

– Я не расстроена.

– Нет, расстроена. Ты злишься на то, что все прежде всего обращают внимание на твой недуг и не видят в тебе личность. Люди судят о тебе прежде, чем им удается пообщаться с тобой.

Тедди лукаво посмотрела на него:

– Ты поступал так же?

– Я был не прав. Мне жаль.

Она поджала губы.

– Но я все равно не собираюсь ехать с тобой в Лондон. И я не хочу всей этой торжественности… свадебного платья.

– Я думал, что все девушки этого хотят.

– Публика будет глазеть на меня, наблюдать за тем, как я хромаю по проходу в церкви. Она будет ждать, что я споткнусь или упаду плашмя лицом вниз. – Тедди непроизвольно вздрогнула. – Я не смогу этого вынести.

– Я по-прежнему считаю, что вам необходимо обзавестись красивым свадебным платьем, – сказала Одри, колдуя над волосами Тедди утром перед церемонией две недели спустя. – Мы могли бы переделать платье вашей матери. Я уверена, что оно лежит где-то на чердаке. Помните, как вы в детстве любили наряжаться в него?

– Даже не подумаю надевать мамино платье на липовую церемонию. Это было бы кощунством.

– Кощунство – это… – Одри приколола прядь волос Тедди на нужное место, – сочетаться браком не в церкви и без свидетелей.

– Так хочет Алехандро.

Тедди трудно было поверить, что наступил день ее свадьбы. Все казалось нереальным. Как будто она была во сне, в котором все происходило не так, как она ожидала. Там не было никакой романтики. Не было волнений и радости от ощущения встречи с родственной душой. Не было никаких надежд на будущее. И конечно же не было даже самых отдаленных планов относительно рождения детей и воспитания их в доме, полном любви и гармонии.

Юридические формальности были соблюдены, документы подписаны. Следующие шесть месяцев Тедди будет жить в Аргентине с Алехандро в качестве его супруги.

Алехандро был очень привлекательным, и все время, проведенное с ним, Тедди отчаянно пыталась не попасть под его обаяние.

Он так смотрел на нее своими бездонными глазами, будто видел ее насквозь, и каждая клеточка ее тела отвечала ему. Он заставил ее почувствовать себя так, как никогда до этого. Интересно, будет ли он смотреть на нее так же ласково, когда она станет жить с ним? Будет ли он скрывать свои многочисленные похождения с любовницами? Тедди не могла понять, почему вообще задает себе такие вопросы. Он ей даже не нравился. Как может нравиться человек, который так бесцеремонно ворвался в ее жизнь и властно взял ее под свой контроль?

Одри отступила назад и, затаив дыхание, посмотрела на Тедди:

– Вы выглядите великолепно. Ваша мама очень гордилась бы вами.

Тедди посмотрела на свое отражение в зеркале. Она знала, что не попадет на фото для обложки Vogue, но, по крайней мере, она выглядела презентабельно. Классический костюм от Chanel нежно-розового цвета был ей к лицу. Так же, как и жемчуг на шее и серьги-гвоздики в ушах.

Ее волосы были уложены в тугой узел на затылке, а легкий макияж сделал выразительнее ее глубоко посаженные глаза, оттеняя их серо-синий цвет.

На губах был мерцающий блеск, а ее высокие скулы, очерченные бронзатором, придавали утонченный, царственный вид. Тедди не носила платья, но шелковые чулки, которые Одри уговорила ее купить, были легкими, как паутинка, и она не смогла устоять. Ее взгляд остановился на туфлях на высоком каблуке, завернутых в оберточную бумагу, в коробке на полу.

– Как вы думаете, мне стоит так рисковать?

Одри взяла коробку и протянула ей обувь.

– Вы просто обязаны надеть это.

Тедди скользнула в туфли, опираясь на руку Одри.

– Я не смогу их долго носить… А что, если я упаду?

– Алехандро будет рядом, чтобы поймать вас. Вот для чего нужны мужья.

– Боюсь, учтивость – это не про него.

Тедди поправила свой наряд, пытаясь игнорировать тревожные ощущения, не дававшие ей покоя.

– Шесть месяцев, и все вернется на круги своя.

– По крайней мере, вы оба получите то, что хотите. – Одри ободряюще улыбнулась Тедди.

– Он получит свою землю, а вы – свой дом.

«Но что делать, если я хочу большего?»

Тедди отбросила эту мысль, потянувшись за шикарным букетом цветов, принесенных садовником ранним утром. Она вдохнула пьянящий аромат осенних дамасских роз от Дэвида Остина и грустно подумала, сможет ли она когда-нибудь в будущем, слыша запах роз, не вспоминать сегодняшний день.

Алехандро посмотрел на часы. Он ненавидел свадьбы. На шумных празднествах у него начинались мигрени и хотелось кого-то ударить. В памяти всплывало унижение, которое он испытал десять лет назад. Он снова и снова испытывал шок от того, что его бросили. Длинный пустой проход к алтарю пугал его, как пугали его и люди, глядящие сначала с ожиданием, потом со смущением, а затем с жалостью.

Десять лет назад Алехандро уже собирался связать себя узами брака и так же стоял в соборе, ожидая появления невесты. Он был готов поверить в пробки, во внезапную болезнь подружки невесты, в поломку двери – во все что угодно, кроме правды. Как он мог быть таким наивным? Как он мог поверить, что Мерседес Дельгадо любила его? Ей нужны были его деньги, и прямо накануне свадьбы она нашла себе пассию побогаче. Десять лет прошло, но Алехандро все еще терпеть не мог запах роз. В тот день церковь была полна ими. Цветы специально привезли из розария, который посадил его отец для матери, когда они поженились. Позже, каждый раз, когда Алехандро проходил мимо этого сада, ему становилось не по себе. В день, когда его отец умер, он бульдозерами сровнял розы с землей.

Он посмотрел на дверь: почему Тедди так долго не выходит? Ведь церемония была закрытой. Если они не поторопятся, то может появиться пресса. После скандала с прослушкой телефонных разговоров пару лет назад можно было готовиться к самому худшему. Впрочем, кажется, Алехандро удалось обвести репортеров вокруг пальца. Последние несколько недель они с Тедди практически не встречались. Один звонок, чтобы уточнить некоторые деловые моменты, пара сообщений и писем по электронной почте – вот и все их общение. Незачем давать лишний повод папарацци. Кроме того, Алехандро все еще не понял, что она за человек. Была ли она тихой, застенчивой и неуверенной в себе, или же она такая же хитрая и расчетливая, как ее отец? А что, если ее старик состряпал эту схему вместе с ней?

Алехандро посмотрел на часы и улыбнулся священнику, на лице которого застыло недоумение.

– Не волнуйтесь. Она будет здесь.

«Ей лучше приехать, или я за себя не отвечаю».

– Я опоздала? – Тедди посмотрела на часы Одри. – О боже, я действительно опаздываю.

– Не переживайте, невесте положено опаздывать.

Тедди совершенно иначе представляла себе день свадьбы. Тревожное чувство в груди разрасталось. Свадебная церемония больше напоминала пародию, фарс. Издевательство над всем, что было для нее свято. Слава богу, Алехандро не настаивал на церковной церемонии. Стоять перед алтарем и врать Тедди бы не смогла, ведь ей пришлось бы признаваться в любви человеку, который ей даже не нравился.

«Он тебе нравится».

– Нет, не нравится.

Одри нахмурилась:

– Ты что-то сказала?

Тедди сглотнула, пытаясь подавить панику.

– Я волнуюсь, догадался ли он купить кольцо. Как вы думаете, у него оно есть? Я не говорила ему свой размер. Я не хотела бы слишком тесное или слишком свободное кольцо. Как вы думаете, он…

Одри накрыла ее руку своей и слегка ее пожала.

– Вы не должны соглашаться на этот брак. Еще не поздно отступить.

Тедди закусила губу.

– Я не могу так поступить. Это было бы слишком жестоко.

На лице Одри появилась улыбка, и она похлопала по руке Тедди.

– Так я и думала.

Тедди вошла в церковь на ватных ногах, но дело было не в ее хромоте. Она не могла совладать со своими эмоциями. Она пыталась быть уравновешенной и спокойной, но ничего не получалось.

Сегодня она должна была стать женой человека, которого почти не знала. Она улетит вместе с ним на его частном самолете в Аргентину, как только завершатся формальности. Ее багаж был отправлен в его гостиницу. Она слезно попрощалась с домочадцами, обещая им, что вернется через полгода, чтобы принять на себя управление имением. Это было ее неотъемлемое право. Ну и что, что придется пожертвовать шестью месяцами своей жизни? Зато она получит все и будет обеспечена до конца своих дней.

Алехандро стоял неподвижно перед священником. Он казался еще более красивым, чем обычно. Тедди не знала, радоваться или огорчаться отсутствию папарацци. Ведь без доказательств никто в целом мире не поверит, что Алехандро, такой красавчик и франт, женился на ней. Но, конечно, Алехандро не нужны камеры. Он не хотел бы повторения событий десятилетней давности. Он не объявит о браке общественности, пока не увидит подпись. Интерес прессы выдохся через несколько дней после козней Хьюго, но вскоре обязательно возобновится. Над Тедди будут смеяться и жалеть, ведь ее взяли замуж не по любви, а по расчету.

– Извини, я опоздала. Приготовления заняли больше времени, чем я ожидала.

Его темные глаза сузились, когда он увидел букет роз в ее руках. Лихорадочный румянец проступил на его скулах, губы напряженно сжались.

– Давай покончим с этим.

Тедди посмотрела на священника. Интересно, предупредил ли его Алехандро обо всем или нет?

Началась краткая церемония. Алехандро стоял неподвижно, и Тедди могла чувствовать напряжение, исходящее от него.

Тедди было интересно, вспоминает ли сейчас Алехандро день своей свадьбы. Более четырех сотен гостей десять лет назад были свидетелями его позора. О том, что чувствует отверженный человек, Тедди знала все.

Большую часть своей жизни она ощущала себя неполноценной. Отец Тедди готов был отдать состояние троюродному брату Тедди, если она отказалась бы выполнять его требования. Он не мог доверить Тедди даже ее собственную жизнь – всегда вмешивался, критиковал, обвинял. Он даже тот несчастный случай, после которого Тедди стала хромать, ставил ей в вину, хотя сам разрешил ей, десятилетней девочке, кататься верхом. Вместо того чтобы радоваться, что дочь осталась жива, он лишь обвинял ее во всех смертных грехах, предрекал ей пожизненное одиночество и бездетность.

Ее участие в этой нелепой свадебной церемонии было исключительной заслугой ее покойного отца. В детстве она совершенно иначе представляла себе день свадьбы. Хотя простое обручальное кольцо из белого золота, которое Алехандро надел ей на палец, идеально подходило, но Тедди не могла справиться со своим волнением.

– Вы можете поцеловать невесту.

Тедди съежилась.

Но ответ Алехандро был как пощечина:

– В этом нет необходимости.

Тедди изобразила улыбку.

– Мы не сентиментальны, – сказала она священнику. – Не целуемся в общественных местах. Наедине – другое дело. – Она выразительно посмотрела на Алехандро. – Вы не поверите, на что мы способны.

Священник натянуто улыбнулся:

– У меня еще одна церемония. Извините.

Алехандро взял Тедди под локоть, сильно сдавив ей руку холодными пальцами.

– Давай определим некоторые основные правила.

Тедди пошла за ним, с трудом поддерживая его темп.

– Можешь не подгонять меня? Я не хочу споткнуться. Я не привыкла носить каблуки.

Он замедлил свой шаг и ослабил хватку.

– Прошу прощения.

Алехандро сказал это через силу, будто не знал, как нужно извиняться. Тедди сбросила его руку и многозначительно потерла локоть.

– И кстати. Если речь зашла о правилах. Я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне.

– Мне придется прикасаться к тебе на публике. Иначе нас просто не поймут.

– Когда мы стояли перед священником, тебе не казалось это странным.

Тедди знала, что это звучало грубо. Она не хотела, чтобы он целовал ее. Или хотела? Выражение его лица ни о чем не говорило.

– Ты разочарована?

– Напротив.

Его взгляд упал на букет в ее руке, и на его скулах заходили желваки.

– Почему розы?

– Это мои любимые цветы. Стэн, садовник, срезал их для меня сегодня утром.

– Избавься от них.

Тедди нахмурилась:

– Что?

– Ты слышала.

Тедди крепче сжала букет.

– Ты не можешь указывать мне, как мне себя вести… Эй, что ты делаешь?

Алехандро вырвал букет из ее рук и бросил его в ближайший мусорный бак, после чего обернулся и посмотрел на Тедди:

– Правило номер один. Никаких роз.

Тедди и представить не могла, насколько страшен Алехандро в гневе.

– Хорошо. Никаких роз. Что-нибудь еще?

Он провел рукой по волосам.

– После перелета я сделаю краткий анонс для прессы. Позволь мне отвечать на вопросы, когда мы приземлимся в Буэнос-Айресе. У нас там будет короткая остановка, прежде чем мы полетим в провинцию Мендоса, и перелет займет четырнадцать часов.

Тедди устроилась в автомобиле за шофером. Алехандро сел рядом с ней, достал телефон и начал проверять пришедшие сообщения и электронную почту. Похоже, роль Тедди на сегодня сыграна. Она больше не нужна. А ведь, возможно, это первая и последняя свадьба в ее жизни.

Разве Алехандро не понимал, что она сейчас чувствует? Не каждый день девушка выходит замуж и отправляется с малознакомым человеком в другую страну. Она ведь вообще почти никуда не ездила. Какой смысл путешествовать, когда ты не можешь ходить как все? Несколько лет после падения ей даже стоять было трудно, но от инвалидной коляски она наотрез отказалась еще в детстве.

Тедди наблюдала за пальцами Алехандро, набиравшего что-то на своем телефоне.

– Ты когда-нибудь отдыхаешь от работы?

Не отрываясь от телефона, он ответил:

– Чтобы руководить таким серьезным бизнесом, требуется внимание и преданность делу. Я веду переговоры с архитектором. Речь о курорте, который я планирую построить. Все это важно и требует времени.

Тедди смотрела на его губы, когда он говорил. Вокруг рта синевой отливала щетина, она проступала всегда, даже если он был только что побрит. Его нижняя губа была полнее, чем верхняя, что говорило о его чувственной и страстной натуре.

Тедди снова почувствовала возбуждение. Она представила, каково это – почувствовать на своих губах его губы. Она сжала колени вместе, но ощущения не исчезали. Она просто сгорала от желания.

Она чувствовала легкий запах лайма – его любимый парфюм. Запах был дразнящим и свежим, и ей невольно захотелось придвинуться ближе, чтобы ощутить этот аромат еще сильнее. Алехандро сидел всего в нескольких дюймах от нее. И ей казалось, будто между ними стерлись все границы.

Забыв обо всем, она пристально разглядывала его. Алехандро выглядел уставшим, под глазами были синяки. Он, очевидно, не выспался.

– Может быть, я смогу помочь пока…

– Нет необходимости.

Алехандро отвернулся от нее и стал печатать электронное письмо.

Нет необходимости. Понятно. Он будет говорить с ней, только когда сам захочет. Так же, как отец Тедди, который обращал не нее внимание только со скуки. Что ж, жизнь – это спираль. Вчера она была нелюбимой дочерью, а сегодня – нелюбимой женой.

– Не надо грубить. Я просто хотела…

– Мисс Марлстоун… – Он заметил ее недовольство. – Тедди. Позволь прояснить все с самого начала. Мне не требуется твоя помощь.

– Но…

– Ты когда-нибудь слушаешь, что тебе говорят? – Уголки его губ побелели, а глаза засверкали гневом.

– Отлично. Я не буду говорить, пока не спросят. – Она приложила палец к губам. – Видишь? Больше ни слова.

Алехандро выдержал ее пристальный взгляд, но затем его глаза скользнули вниз и остановились на ее губах.

Время словно замедлилось. Ее дыхание остановилось, а сердце бешено забилось.

Тедди облизнула пересохшие губы.

– Ты сказал, что это фиктивный брак. – Она удивилась тому, как спокойно звучал ее голос.

– Таков был первоначальный план.

Сердце Тедди забилось сильнее. Что Алехандро имел в виду? Он думал об изменении правил? Предательский восторг наполнил все ее существо при мысли о том, что она, как его законная супруга, должна этой ночью оказаться в его постели. Она представила, как он прижимает ее к себе, вознося к вершинам блаженства. Не об этом ли она мечтала всегда? Нет, он никогда не захочет сделать ее своей любовницей.

– Отпусти меня.

Его палец скользнул по ее подбородку.

– А что, если не отпущу?

Тедди сглотнула.

– Ты нарушишь правила.

Уголок его рта приподнялся в хитрой улыбке.

– А что, если я хочу нарушать правила?

Тедди не могла оторвать взгляд от его губ. Не могла заставить себя не думать о сексе с Алехандро. «Боже, как он очарователен, когда улыбается!»

Тедди чувствовала безудержную энергию, которая готова была выплеснуться наружу.

– Те… тебе не хочется этого делать.

– Почему нет? – Его теплое дыхание дразнило и манило своей близостью. – Тебе должно понравиться. – Он дотронулся до ее носа. – Нарушать правила весело.

Алехандро коснулся щетиной ее щеки, и она вздрогнула. Казалось, кровь в ее жилах сейчас закипит. Тедди ощутила покалывание во всем теле и тянущее чувство внизу живота. И все же она заставила себя произнести:

– Я никогда не нарушаю правила.

Алехандро нежно прикоснулся губами к шее Тедди. Легко и мягко, как крылья мотылька, который не мог решить, садиться или нет. У нее перехватило дыхание. Она отчаянно сопротивлялась желанию ответить на его прикосновения. Тедди боялась выглядеть слабой. Ей не хотелось, чтобы он думал, будто она так отчаянно жаждет его поцелуев.

Она будет сильной.

Алехандро медленно отодвинулся назад, чтобы посмотреть на нее. Его глаза потемнели.

– Правило номер два. Ты не встречаешься с другими мужчинами. Ни при каких обстоятельствах.

Тедди засмеялась про себя. Другие мужчины? Что за шутка.

– Поняла. Но требую того же.

Его бровь удивленно приподнялась.

– Вот что. Здесь правила задаю я.

Тедди продолжала смотреть на него в упор:

– Я не собираюсь выглядеть идиоткой, пока ты спишь с кем попало. Если хочешь крутить романы, я буду заниматься тем же самым.

Алехандро лишь ухмыльнулся.

– Ну, хорошо, хорошо, – протянул он. – Мышка решила подать голос.

Тедди почувствовала, что краснеет. Нет сомнения, он и не думал, что хоть один мужчина когда-либо постучится в дверь ее спальни. Он видел ее старой девой. Без какой-либо жизни за пределами этюдников и кистей. Но ей так же хотелось любви, внимания, секса, наконец, как и ее сверстницам.

Алехандро мог глумиться над ее скованностью и неуклюжестью, но она знала, что внутри ее просто море нерастраченной страсти. И она не намерена позволить этому выскочке единолично диктовать условия отношений! Сейчас он проявлял к ней интерес только потому, что ему было скучно. Они проделали долгий путь, и он, очевидно, хотел немного развлечься в полете.

Больше Тедди не поддастся на его заигрывания.

– И попрошу тебя впредь держать себя в руках. Как минимум на время нашего… сотрудничества.

– И ты будешь сдержанной, querida?[2]

Нежное слово, произнесенное на испанском, снова заставило сердце Тедди бешено биться. Нет, это невыносимо! Всего пара намеков на поцелуи и небрежно произнесенное ласковое обращение – этого оказалось почти достаточно, чтобы переполнить ее изголодавшуюся по романтике душу.

Если это так, она была в страшной опасности.

При желании Алехандро мог в мгновение ока разрушить ее оборону, как карточный домик. С ее стороны не будет даже намека на сопротивление, если он решит «нарушать правила». Тедди посмотрела в его черные глаза – те глаза, которые видели больше, чем следовало видеть.

И все же она помнила о том, зачем ввязалась во всю эту авантюру. У нее были свои планы, но она вовсе не собиралась терять голову.

Да, Алехандро был так чертовски привлекателен с его дразнящими взглядами и чувственным ртом. В нем было все, что она ненавидела в мужчинах, и в то же время то, что ее так привлекало. Он в грош не ставил те вещи, к которым она относилась серьезно. Он готов был идти по головам для достижения своих целей. Он был тем человеком, который привык брать, но не отдавать. И в течение следующих шести месяцев он будет ее мужем.

Глава 4

Алехандро усердно работал на протяжении всего полета. Он хотел отвлечься от созерцания спящей Тедди, которая лежала в кресле рядом с ним. Но помимо своей воли он постоянно обращал на нее внимание. Ее внутренняя сила восхищала и очаровывала его. Она выглядела такой скромной и послушной, и все же у нее была стальная воля.

Он улыбнулся, вспомнив, как Тедди пыталась ставить условия. Если она хочет закрутить интрижку, пусть крутит с ним. Он не был таким распутником, как его младший брат, но умел наслаждаться сексом. Тедди нравилась Алехандро. Она была начитанной, но не скучной. Она не была красавицей, но в ее внешности было что-то такое, что выгодно отличало ее от его прошлых пассий. А ее хромота вовсе не уродовала ее, а лишь придавала хрупкости. О Тедди хотелось заботиться, и Алехандро ничего не мог с этим поделать.

Он был близок к тому, чтобы поцеловать ее там, в машине. Прикосновение к ее нежной коже заставило кровь застыть в жилах. Ее губы были мягкими и чувственными, что говорило о страстной натуре, скрытой за этой напускной чопорностью. Ее темно-каштановые волосы с глянцевым блеском манили. У нее было чувство собственного достоинства, и Алехандро это очень нравилось.

В последнее время никто и никогда не шел ему наперекор. Никто не бросал вызов. Он мог получить любую женщину всего лишь с помощью взгляда или улыбки.

И все же Алехандро чувствовал, что ему чего-то не хватает.

После расставания со своей невестой он не оставался до утра ни с одной из своих многочисленных женщин. Позволить кому-то приблизиться к нему? Нет, больше с ним этот номер не пройдет. Секс – это прекрасно, но на серьезные отношения он не решался.

Тедди Марлстоун была проблемой, потому что она не пресмыкалась перед ним. Он ей не нравился, и она ясно дала это понять с самого начала. Она была с ним только из-за наследства. Иначе бы она не стала его терпеть.

Тедди спала большую часть полета, утомившись от событий предыдущего дня, и проснулась только тогда, когда они уже заходили на посадку. Алехандро упаковывал свой ноутбук, готовясь к посадке. Тедди поняла, что он работал в течение всего полета, а его одеяло, подушка и маска для глаз были по-прежнему завернуты в защитную пленку. Он вообще человек или машина? Разве он не нуждается хотя бы в нескольких часах сна?

Он был так сосредоточен, что Тедди это даже раздражало. Она не встречала никого столь целеустремленного. Сейчас его главная цель – возвращение земли, и ничто не может помешать ему в этом. Бедняжку Тедди помимо ее воли затянуло в его насыщенную событиями жизнь, но очень скоро она будет выброшена оттуда. Сразу же после того, как сыграет свою маленькую роль второго плана, разумеется.

Но она будет защищаться и не позволит вовлечь себя во что-то. Они с Алехандро не станут ни друзьями, ни любовниками… И снова дрожь охватила ее тело при одной только мысли о его прикосновениях. Тедди представила, как Алехандро целует ее. В ее воображении он был так близко, что она ощутила напряжение его плоти…

Тедди сжала бедра, чтобы усыпить это сладкое чувство внутри.

Чтобы отвлечься, Тедди решила подумать о том, зачем Алехандро настаивал на ее переезде в Аргентину. Разумеется, чтобы продолжать жить так, как он привык. И она в качестве тихой, послушной жены, сидящей дома, подходила ему как нельзя лучше. Это унизительно, но какое право она имеет жаловаться, если, в конечном счете, получит все, что ей нужно? Ее наследство останется при ней. Ее будущее будет устроено. Ей никогда не придется беспокоиться о деньгах. Если подумать – Алехандро сделал ей большое одолжение. Он отказался от своей свободы, чтобы они могли достичь своих целей. Другое дело, что пока жертвы приходится приносить лишь ей. Все-таки это она сейчас находилась в тысяче миль от людей, которых любила, и дома, который обожала.

Аэропорт в Буэнос-Айресе оказался большим современным зданием с высокой выпуклой крышей. Толпы людей суетились всюду, ожидая вылета, прибытия или пересадки.

Тедди собралась с духом, предчувствуя натиск журналистов с камерами. Она ненавидела фотографироваться. Вспышка всегда заставала ее врасплох. Она либо моргала в самый неподходящий момент, либо ее улыбка была слишком вымученной. Тедди не могла вспомнить ни одной фотографии, где бы она себе нравилась. Она не могла похвастаться даже своими детскими снимками. Слишком долговязая и худая, она больше напоминала облезлого кролика, нежели пухлого ангелочка. Во всяком случае, так любил шутить ее отец.

Подростковые годы были особенно мучительны для Тедди. Отец постоянно говорил о недостатках ее внешности. И в конце концов она оставила попытки угодить ему. Она сознательно выбирала неброские и неприглядные наряды. Именно поэтому Алехандро просто не заметил ее, когда она встретилась с ним, будучи неловким шестнадцатилетним тинейджером. До этого момента она не переживала из-за своей внешности. Но в тот день она поняла, насколько непривлекательна. Алехандро не заметил ее, просто пройдя мимо.

Алехандро приобнял ее за талию, ведя к зоне прилета, где пресса уже ожидала их.

– Улыбайся на камеру, querida. Время показывать шоу.

Разговор Алехандро с прессой проходил на испанском языке, и Тедди понимала только отдельные слова. Их фотографировали, она улыбалась, однако внутренний голос все время твердил: поверит ли хоть кто-нибудь, что она настоящая невеста? Никогда еще она не чувствовала себя так неловко. Кроме того, она очень устала и волосы ее наверняка растрепались. После долгой дороги сильно болело бедро, и это только усугубило хромоту. Тедди казалось, что люди смотрели на нее с жалостью.

Алехандро, словно почувствовав ее тихое отчаяние, прижал ее еще ближе к себе, чтобы она могла опереться на него.

– Потерпи немного, mi amor[3]. – Он вел ее к месту их пересадки. – Совсем скоро мы будем дома.

Дом оказался великолепным поместьем в сорока минутах езды от провинции Мендоса. Серо-зеленые оливковые рощи и поля, покрытые рядами виноградных лоз, окружали виллу. Казалось, бесконечные акры плодородной земли простираются во всех направлениях, куда только можно направить взор. Лошади с лоснящейся шерстью паслись на зеленых лугах. Чуть дальше были возвышенности, покрытые пышным лесом, а за их пределами открывался потрясающий вид на белоснежные вершины Анд. Облака медленно плыли в небе цвета лазури, а воздух был теплым и свежим.

Различные хозяйственные постройки, конюшни и жилье прислуги располагались на достаточном отдалении от виллы, чтобы дать хозяину чувство уединения и спокойствия.

Сама вилла была грандиозным четырехэтажным зданием, построенным в неоклассическом стиле, с длинным искусственным водоемом у фасада. Потрясающая архитектура с благородными дворцовыми линиями свидетельствовала о том, что этот великолепный замок принадлежал очень богатому человеку, который десятилетиями приумножал свое благосостояние.

Алехандро и Луис Валькес были представителями нового поколения. Но кому они передадут свои богатства, когда придет время покинуть этот мир? Оба они жили исключительно для себя и не собирались остепеняться. Луис был известным бабником. Обворожительный повеса, с репутацией неугомонного тусовщика. Смельчак, ищущий приключений, который редко проводил две ночи в одной стране. Мысли о вступлении в брак и заведении детей даже не возникали в его ветреной голове.

Но Алехандро? Беспокоило ли его, что он до сих пор не имеет наследника? Разве не все преуспевающие люди хотят передать то, чем владеют, своим потомкам?

Алехандро взял Тедди за локоть и повел ее вверх по ступеням к вилле.

– Помни, моя прислуга думает: мы настоящие супруги. Веди себя как можно более естественно, когда мы не одни.

Тедди покосилась на него:

– Я не актриса и не собираюсь изображать любовь. Чтоб ты знал.

Его взгляд был непроницаем, но ей показалось, будто что-то вспыхнуло в его глазах.

– Я буду иметь это в виду.

Мальчик лет четырнадцати или пятнадцати открыл входную дверь виллы. Он церемонно поклонился и приветствовал их на хорошем английском, но его улыбка была скорее дерзкой, нежели почтительной.

– Добро пожаловать, сеньор и сеньора Валькес. Поздравляю с женитьбой. Я очень рад за вас обоих. Я очень удивлен, потому что думал, что сеньор…

– Хорхе, – Алехандро был краток, – сеньора Валькес устала после путешествия. Иди и скажи Эстефании и Софи, что мы здесь.

– Но я только сказал…

– А уроки ты сделал? – спросил Алехандро.

Мальчик нахмурился и потер носком сапога о мраморный пол.

– Я бы лучше поработал с лошадьми.

– Знаю, но для того, чтобы сделать карьеру в конном спорте, ты должен не только уметь закреплять ремень на седло и уздечку.

Хорхе опустил плечи.

– Si, señor[4].

Алехандро отпустил руку Тедди, когда мальчик исчез в одной из дверей.

– Прошу прощения за его поведение. Он молод и немного упрям временами.

Тедди посмотрела на него:

– Неужели он работает на тебя? Он довольно молод.

– Я привел его сюда с улицы. Он совершенно безграмотен, но я намерен научить его читать и писать на уровне, соответствующем его возрасту, несмотря на всё сопротивление.

Тедди постаралась скрыть удивление. Она и представить не могла, что он способен был взять к себе бездомного мальчика.

– Ты нашел его на улице?

– Да. Его мать вышла замуж во второй раз, а отчим не принимал его. Отца мальчика убили, когда тот был еще ребенком.

– Очень мило с твоей стороны… взять его к себе.

Алехандро равнодушно пожал плечами:

– Я не увлекаюсь благотворительностью, но так вышло, что я помог ему когда-то. Не буду врать, что он сильно меня обременяет.

– Все же он должен быть очень благодарен тебе.

– Я поручу кому-нибудь из прислуги занести твои вещи наверх.

Алехандро резко сменил тему, и Тедди заметила это. Похоже, Алехандро привязался к мальчику больше, чем хотел показывать. Интересно, он сам научил его говорить по-английски или поручил кому-то еще?

Тедди огляделась вокруг и ахнула, пораженная величием особняка. Широкая лестница вела в галерею этажом выше. Дух перехватывало от одного взгляда на высокий сводчатый потолок с огромной хрустальной люстрой, которая блистала, как ледяной каскад из блестящих бриллиантов. Классические бронзовые скульптуры, красивые мраморные статуи и бюсты на постаментах были размещены так, чтобы на них попадала большая часть света, льющегося из окон. Стены украшали картины. Из позолоченных рам на Тедди строго смотрели все предки Алехандро.

Она словно попала в музей.

– Как тебе вилла? – спросил Алехандро.

– Почему-то я думала, что она будет гораздо больших размеров.

Он слегка нахмурился, а затем запрокинул голову и весело рассмеялся. Это был искренний смех, и он разительно отличался от той циничной улыбки, к которой Тедди уже успела привыкнуть.

– Как и мое раздутое эго?

Тедди не могла не ответить ему улыбкой.

– Это прекрасный дом. Он давно принадлежит твоей семье?

– Мои предки пришли сюда в колониальный период в начале шестнадцатого века. – Он указал на одну из картин. – Это – Хуан Фернандо Валькес. Он построил здесь первую виллу, но она, к сожалению, сгорела при пожаре пару веков назад. Через несколько лет после пожара дом был восстановлен, и наша семья живет здесь до сих пор.

Тедди вгляделась в лицо на портрете.

– Ты на него похож.

– Возможно, немного. – Его взгляд гневно сверкнул. – Говорят, что я более безжалостный.

– Могу в это поверить.

Перед ними выстроился домашний персонал, чтобы представиться. Экономку звали Эстефания, молодую горничную – Софи. Как и Хорхе, Софи была еще в подростковом возрасте, и Тедди стало интересно, была ли она еще одним беспризорным ребенком, которого опекал Алехандро.

Между тем Эстефания и Софи приветствовали Тедди на достаточно хорошем английском. Если они и были удивлены выбором Алехандро, то не подали виду – приветливо улыбались ей и ждали дальнейших распоряжений.

Алехандро дал указания младшей девушке на испанском, после чего обратился к Тедди:

– Софи покажет твою комнату. У меня есть некоторые срочные дела в моем офисе. А ты пока можешь обустраиваться и отдыхать до ужина.

Тедди подумала, собирается ли он поцеловать ее для достоверности, но он только улыбнулся и пошел прочь. Она была разочарована.

Софи привела Тедди в комнату, которая скорее напоминала люкс в самом респектабельном отеле. На полу лежал старинный обюссонский ковер, кровать была со спинкой из красного дерева. У одной стены стоял туалетный столик с зеркалом и бархатным стулом, а у другой – антикварный шкаф с декоративной резьбой и латунными вставками. Здесь же находился дамский письменный стол, а рядом с одним из окон был сделан прекрасный уголок для чтения с видом на поместье и потрясающие пики гор за его пределами.

Ванная комната была отделана мрамором, стеклом и латунью. Пушистые белые полотенца были сложены на специальной полочке, а куски ароматного мыла, шампуни и другие предметы гигиены расположились на мраморной столешнице перед зеркалом в золоченой раме.

– Комната сеньора Валькеса находится за этой дверью, si? – Софи указала на дверь в соединительной стенке.

Взгляд Тедди упал на медный ключ в замке. Было интересно, что молодая девушка подумала о молодоженах, имеющих разные комнаты. Предполагала ли Софи, что Алехандро будет входить через эту дверь, когда ему захочется? От этой мысли Тедди начинала трепетать.

– Он очень красив, si? – сказала Софи.

Тедди чувствовала, как вспыхнули ее щеки.

– Да. Он красив.

Софи тяжело вздохнула.

– Он слишком много работает. После того как его отец умер, он никогда не останавливается.

Тедди уже собиралась выяснить, когда умер его отец, но вдруг поняла, что, как его жена, она уже должна была знать. Она должна знать о нем все. Она почувствовала себя актрисой, которая уже вышла на сцену, но не ознакомилась со сценарием.

– Да… он слишком много работает.

– Может быть, вы еще отправитесь в медовый месяц?

– Э-э… да.

Софи склонила голову, как любопытная птичка:

– Вы не были разочарованы?

– О… э-э… медовым месяцем?

– Свадьбой. Нет никаких фотографий?

Тедди подумала о формальном обмене клятвами, отсутствии эмоций, отсутствии поцелуя. Отсутствии любви.

– Мы не хотели большого шума.

– А вот я хочу большую шумиху, – сказала Софи. – Я хочу белое платье с фатой и лошадей с каретой, трех подружек невесты, девочку с цветами, мальчика, который будет нести кольца. Я хочу, чтобы все мои друзья и семья были там, и я хочу, чтобы это было в соборе, с колокольным звоном, чтобы все люди в окрестных деревнях могли услышать.

Тедди почувствовала острую боль в груди.

– Описание прекрасно.

Софи недовольно сжала губки.

– Я сначала должна найти мужа.

– Ты еще слишком молода, чтобы думать о браке.

– Мне восемнадцать лет. Моя сестра вышла замуж в семнадцать. Сейчас у нее четверо детей. Я не хочу – как вы там говорите по-английски? – «залежаться на полке».

Тедди вспомнила себя в возрасте Софи. Естественно, она воображала себе красавца, при виде которого земля уйдет из-под ног. Все казалось таким простым тогда. Теперь она была замужем за богатым красивым мужчиной, но он считал дни до того, как сможет избавиться от нее.

– Я уверена, что ты не «залежишься на полке», Софи. Ты слишком красива.

Темные глаза молодой девушки просветлели.

– Вы так думаете?

Тедди улыбнулась:

– Ну конечно.

Софи просияла.

– Я думаю, сеньор Валькес будет очень счастлив. Вы идеально ему подходите. Мне не нравилась его предыдущая подруга. Она была просто бессердечная сволочь. Знаете ли вы, что она мне сделала в последний раз, когда здесь оставалась?

Тедди знала, что не должна поощрять девушку сплетничать, но ни за что бы не остановила эту пламенную речь.

– Нет, и что же?

– Она сказала сеньору Валькесу, что я украла деньги из ее кошелька.

– И он ей поверил?

Софи посмотрела самодовольно:

– Нет. Он знает, что я не способна на подлость по отношению к нему. Он мне доверяет. Я ему, как sobrina. Племя…

– Племянница?

– Si, племянница. Он спас меня, когда я жила с плохим человеком, который бил меня. Я обязана ему своей жизнью. Я бы никогда не сделала чего-то, что могло опозорить его.

Тедди начинала видеть Алехандро в совершенно ином свете. Тугой узел обиды в ее груди начинал ослабевать.

– Он очень хороший человек, раз так заботится о тебе.

– Вы его очень любите, si? – сказала Софи.

– Мне трудно даже описать, что я чувствую к сеньору Валькесу.

Тедди надеялась, что ее загадочного ответа было достаточно, чтобы удовлетворить любопытство молодой девушки.

– Может быть, когда вы изучите наш язык, вы найдете нужные слова?

Алехандро сидел в зале и потягивал вино из бокала, когда Тедди вышла к ужину. Она была одета в черные брюки и серый вязаный свитер. На шее мерцала нитка жемчуга. Ее волосы были аккуратно уложены, из макияжа на лице только блеск для губ. Ее хромота была особенно заметна, видимо, она еще не отошла от долгого путешествия. Она не произнесла ни слова жалобы, но Алехандро знал, как ей нелегко.

– Ты отдохнула?

– Да, спасибо.

Он налил вина и протянул ей.

– Софи похвалила мой выбор. Я должен поздравить тебя с успешной ролью преданной жены.

Щеки Тедди пылали.

– Я почти ее провалила. Я вдруг поняла, что даже не знаю, когда умер твой отец.

– Два года назад.

– А твоя мать еще жива?

– Она живет во Франции. Мы не близки.

Тедди закусила губу.

– Мы даже не придумали, как встретились.

Алехандро наблюдал, как ее щеки стали на оттенок темнее.

– Давай оставаться как можно ближе к истине. Мы познакомились несколько лет назад. Потом снова встретились в Лондоне и влюбились.

Она поморщилась:

– И ты думаешь, что люди поверят в это?

Алехандро пожал плечами:

– Люди любят, когда бабники остепеняются и находят свою вторую половину. Давай не будем разочаровывать публику?

– А почему у нас не было нормальной свадьбы и медового месяца?

– Потому что мы не хотели поднимать шумиху из-за недавней смерти твоего отца. А в медовый месяц мы отправимся сразу после окончания сезона поло.

Алехандро протянул Тедди тарелку с закусками, но она покачала головой.

– Твой брат живет вместе с тобой?

– Нет, у него свой дом в получасе езды отсюда, но он проводит много времени за границей, играя в поло.

– И все же я должна знать о тебе все. Например, в какую школу ты ходил? Какую кухню предпочитаешь? Чем ты занимаешься помимо работы… кроме спасения беспризорников?

– Если я и помогаю нескольким детям, которые нуждаются в поддержке, это никого не касается.

– Все равно ты должен был мне сказать.

– Почему?

Тедди повела плечами:

– Мне было бы гораздо проще, если бы я знала о тебе больше. Немного справочной информации, вот и все. Помимо того, что я и сама могу прочитать в прессе.

– Я ходил в школу в Буэнос-Айресе, потом меня перевели в школу-интернат в Англии, – ответил Алехандро. – Мой отец хотел, чтобы мы с Луисом получили образование за рубежом. Моя любимая еда – стейк, средней прожарки. У меня немного свободного времени, но, когда оно появляется, я отправляюсь в поход. Как правило, один.

Тедди посмотрела на содержимое своего стакана, но не сделала ни глотка.

– Что я должен знать о тебе?

– До семи лет я ходила в деревенскую школу, потом мои родители развелись и меня отправили в интернат.

Она говорила монотонно, как будто рассказывала о ком-то другом.

– Моя любимая еда – шоколад. В свободное время я читаю, рисую или гуляю по саду.

– Что случилось с твоей ногой?

Тедди на мгновение сжала губы.

– Я упала с лошади, когда мне было десять лет, и сломала бедро.

– Должно быть, неудачное падение.

– Точно.

Выражение ее лица было бесстрастным.

– Сколько тебе было лет, когда у тебя впервые появился парень?

Тедди тут же отвела взгляд.

– Я не помню.

– Что, давно, да?

Она сделала пару глотков, прежде чем бросить ему тот же вопрос:

– Как насчет тебя?

Алехандро коварно улыбнулся. Ему стало интересно, был ли у нее когда-нибудь любовник. Чем больше он узнавал Тедди, тем больше думал, что она не так-то просто согласится стать его любовницей. Возможно, травма ноги заставила ее полностью разувериться в собственной привлекательности для мужчин.

– Мой первый поцелуй был в шесть лет, а первый сексуальный опыт в пятнадцать, – сказал Алехандро, нарушив молчание.

– Довольно рано…

– Поцелуй или секс?

Она вспыхнула.

– Я полагаю, ты думаешь, что я старомодна.

– Не пытайся думать за меня.

– Ты читаешь все по моему лицу. Ты думаешь, что я все еще девственница, не так ли?

Алехандро выдержал ее взгляд.

– А разве нет?

Ее подбородок снова приподнялся.

– Нет.

– Когда ты в последний раз занималась сексом?

Тедди закашлялась и отвернулась.

– Я не собираюсь отвечать на этот вопрос.

– Почему нет?

– Потому что мы с тобой вовсе не муж и жена, так что нам не нужно откровенничать друг с другом и поверять самые сокровенные тайны.

– Мое прошлое документально подтверждается в прессе, если тебе интересно.

– Не интересно.

Алехандро внимательно наблюдал за Тедди. Было кое-что в ее спокойной красоте, что нравилось ему все больше. Она не пряталась за слоями макияжа или дизайнерской одежды. Но ее серо-голубые глаза были умны и наблюдательны, а манеры – безукоризненны. Она не говорила со слугами свысока, а общалась с ними, как с равными. Ее можно было легко не заметить в толпе, и все же она была из тех, кого уже не забудешь, если познакомишься ближе. Она была будто из другого мира, что казалось Алехандро странно заманчивым.

– Софи сделала мне выговор, что я не перенес тебя через порог.

Она застыла.

– Я этого и не ожидала.

– Но ты была разочарована. – Он увидел румянец на ее щеках. – И на церемонии тоже. Это было упущением с моей стороны – не поцеловать тебя.

Тедди отшатнулась, ее глаза расширились.

– Могу заверить тебя, что я не разочарована.

Лгунья. Конечно, она была разочарована. Черт возьми, он сам был разочарован. Он хотел поцеловать ее мягкие губы уже очень давно.

Алехандро подошел к Тедди и погладил по щеке, наблюдая, как ее глаза с густыми ресницами округляются все больше. Он слышал, как у нее сбилось дыхание, а ее трость с глухим стуком упала на ковер. Он почувствовал легкий цветочный аромат ее духов, ощутил мягкость ее кремово-белой кожи.

Они стояли лицом к лицу. Алехандро чувствовал притяжение между ними; первобытное желание было сильным, подавляющим. Он обнял ее за талию и притянул к себе.

Тепло разлилось по его жилам. Он хотел Тедди так сильно, как не хотел еще никого на свете.

Ее рот раскрылся от хриплого вздоха. Ресницы сомкнулись, когда он наклонился к ее лицу. Ее прерывистое дыхание было сладким и пахло ванилью. Алехандро слегка коснулся губами ее рта, но, когда отстранился, ее губы снова прильнули к нему.

Его язык скользнул в уголок ее рта, и она открылась ему навстречу с дрожащим вздохом. Он наслаждался тем, как осторожно она отвечала ему, прижимаясь все ближе.

Рука Алехандро потянулась к ее шелковистым волосам, освобождая их от заколки. Они рассыпались по плечам душистым облаком. Другая рука скользнула на ее бедра, прижав ее еще крепче, заставляя почувствовать твердость его члена. Алехандро ничего не мог поделать. К Тедди его влекла совершенно непреодолимая сила. Испепеляющее желание летело по венам с бешеной скоростью, отбрасывая в сторону все доводы разума.

Тедди тихонько ахнула, когда он скользнул рукой под ее свитер и забрался под бюстгальтер, чтобы почувствовать мягкость ее атласной кожи. Ее сосок был похож на тугой бутон, зажатый между кончиками его пальцев. Он неистово целовал ее, наслаждаясь тем, что его тело было для нее таким же желанным, как и ее тело для него.

Его рука потянулась к молнии на ее брюках, но она отстранилась, словно ее окатили холодной водой. Ее руки дрожали, когда она поправляла свитер. Она не смотрела ему в глаза.

– Мне очень жаль… Я… я не могу.

Алехандро вздохнул с таким отчаянием, что это шокировало его самого. Он всегда умел контролировать себя. Но сейчас он хотел Тедди так сильно, что потерял всякую способность сопротивляться своим желаниям. На его губах застыл вкус ее ванильных губ, а руки покалывало от прикосновений к ее нежной, мягкой коже.

Не потому ли он держал дистанцию на церемонии и в автомобиле, что знал: стоит переступить черту, и возврата уже не будет?

Алехандро попытался надеть маску безразличия, но Тедди не могла не увидеть блеск первобытного желания, который все еще горел в его глазах.

– Надеюсь, сейчас я компенсировал свое невнимание.

Тедди старательно отводила взгляд. Ее губы припухли от поцелуя, а подбородок покраснел от прикосновений его щетины.

А ведь раньше его техника обольщения ни разу его не подводила. Поцелуй, ласки, томный взгляд – вот и все, что требовалось. Но с Тедди его система впервые дала сбой.

Наблюдая за тем, как она собирает свои волосы в хвост, Алехандро молча протянул ей упавшую трость. Она взяла ее, стараясь не встречаться с ним взглядом.

– Думаю, я пропущу сегодняшний ужин.

Алехандро подавил вздох. Он не признался бы даже под пытками, что хотел поужинать с Тедди сегодня. Ему нравилось, как она говорит, как смотрит на него. Он хотел больше узнать о ней, о ее отношениях с отцом, о ее детстве.

Но нет, пустое.

В любом случае через полгода ее здесь уже не будет. Не стоит к ней привыкать.

– Убегаешь, Тедди?

Он заметил, что Тедди сильно напряглась. Она какое-то время собиралась с духом, прежде чем повернуться и смерить его ледяным взором своих серо-голубых глаз.

– По-моему, вполне очевидно, что бегать я не могу.

Алехандро стало неловко. Черт побери, опять выбрал не те слова.

– Извини. Я не хотел тебя обидеть.

Ее губы были плотно сжаты. Было почти невозможно поверить, что эти губы он только что целовал, наслаждаясь их мягкостью и податливостью.

– Меня обижает твое мнение. По-твоему, я так отчаянно нуждаюсь в мужчине, что готова прыгнуть в постель к практически незнакомому человеку. Я даже не люблю тебя.

Алехандро не смог удержаться от улыбки.

– Думаю, поэтому ты влепила мне такую звонкую пощечину, когда я поцеловал тебя.

Ее щеки зарделись, а глаза гневно засверкали.

– Еще не поздно это исправить.

Он посмотрел на ее руки. Левой рукой она вцепилась в трость. Пальцы правой руки судорожно сжимались и разжимались, как будто она действительно готовилась ударить его по лицу. Он даже хотел, чтобы она сделала это.

Он ухмыльнулся:

– А ты не стесняйся, mi dulzura[5].

Глаза Тедди снова вспыхнули.

– Ну уж нет! Я терпеть не могу мужчин, которые используют женщин только для развлечения.

– Поверь, ты бы тоже получила удовольствие.

Ее щеки снова вспыхнули.

– Ты когда-нибудь думал о чем-то, кроме секса и работы?

– Конечно, о еде, – сказал он. – Вместе с двумя предыдущими пунктами. Кстати, хочешь, я пошлю к тебе Софи с подносом? Ты можешь передумать и проголодаться.

– Спасибо, не стоит.

Алехандро наблюдал, как она, хромая, пошла к двери. Ну что ж, он и один прекрасно проведет этот теплый весенний вечер.

И все же он никогда не чувствовал себя более недовольным, чем сейчас.

Глава 5

Тедди закрыла дверь своей комнаты и прислонилась к ней, переводя дыхание. Она до сих пор ощущала вкус поцелуя с Алехандро. Чувствовала теплую ласку его прикосновений на своей груди. Тедди дрожала от желания.

Почему Алехандро затеял игру в соблазнение? Да просто потому, что именно Тедди сегодня оказалась с ним рядом. Была бы вместо нее любая другая девушка, он и на нее бы перевел свое внимание. Тедди хотела романтики. А еще она хотела разделить радость от близости с тем, кто понимал и уважал ее. Хотела почувствовать себя единственной. Но зачем себя обманывать? У них с Алехандро нет будущего.

Тедди не понимала, зачем ее отец так зло подшутил над ней. Она любила свою работу, которая дарила ей радость и смысл существования. Когда она погружалась с головой в творчество, она совершенно забывала о том, что до сих пор не встретила любимого человека. Она не думала о семье, которой у нее никогда не было и никогда не будет.

Так почему же сейчас эти мысли навязчиво лезут ей в голову?

Теперь-то мечтать об этом еще более бессмысленно, чем раньше. Жизнь подкинула ей другие карты, и их нельзя вернуть в колоду и перераздать.

И все же ее отношения с Алехандро – не самый худший расклад. Многие не получают и такого шанса.

Полгода фиктивного брака с Алехандро должны были принести Тедди богатство. Отец скопил состояние на недвижимости и акциях; этих денег вполне достаточно, чтобы содержать поместье и обустроить дом. И как бы ни был привлекателен ее фиктивный муж, как бы она ни желала его – она должна сделать все возможное, чтобы с достоинством продержаться эти полгода и не наделать глупостей.

Тедди, прихрамывая, подошла к столу для рисования, где она оставила свой альбом и карандаши. Она полистала страницы, и острое чувство ностальгии нахлынуло на нее. Она смотрела на прекрасных фей и веселых эльфов, резвящихся в волшебных садах из причудливых сказочных цветов.

Она грустно подперла подбородок и посмотрела в окно, за которым располагались живописные сады виллы Алехандро.

Вряд ли эти сады будут способны вдохновить ее на новые работы.

Утром Эстефания сообщила Тедди, что Алехандро вызвали в конюшню, потому что одна из его призовых кобыл пострадала на пастбище от столкновения с другой лошадью.

– Я не знаю, как долго он там пробудет, сень ора Валькес, – сказала экономка. – Он ждет ветеринара. Вы бы хотели позавтракать, si? Сегодня Софи не работает, поэтому прислуживать за столом буду я. Здесь есть укромный уголок, закрытый от солнца. Отец сеньора Валькеса проводил там много времени.

Тедди никак не могла привыкнуть, что теперь к ней все обращаются «сеньора Валькес». Но ничего, это дело времени.

– Завтрак на террасе – это чудесно.

Укромный уголок террасы был великолепным местом под пологом цветущей глицинии, которая сформировала своего рода грот. В нем уютно расположились ажурный железный столик и стулья. Низкая ограда вокруг террасы создавала многоярусный эффект. Обширные сады располагались ниже, симметричные и аккуратные, как в величественных поместьях Италии и Франции. Весенний воздух был теплым и ароматным, а легкий ветерок, похожий на дыхание призрака, шелестел листвой и слегка обдувал лицо.

Тедди подумала об отце Алехандро, Пако, мужчине, который получил травму в результате несчастного случая. Он был прикован к инвалидной коляске, потеряв способность самостоятельно принимать пищу. Тедди также вспомнила о матери Алехандро, Элоизе, которая ушла из семьи, когда сыну было всего десять лет. Судя по тому, что слышала Тедди, Элоиза не смогла справиться с несчастьем, которое постигло ее мужа. Она оказалась связанной узами брака с мужчиной, который уже не мог быть мужчиной.

И все же в голове Тедди не укладывалось: как Элоиза могла оставить двух маленьких сыновей? Что заставило ее отказаться от них? Они оба имели репутацию Казановы и предпочитали жить одним моментом. Алехандро преуспел в бизнесе, а Луис путешествовал по миру, будучи чемпионом по игре в поло. Оба добивались успеха, целенаправленно и безжалостно получали то, чего хотели. Возможно, именно уход матери сделал их недоверчивыми к женщинам. А Алехандро еще и бросили у алтаря…

Тедди заканчивала завтрак, когда увидела Алехандро, ведущего лошадь с перевязанной ногой. Рядом шел человек, который внимательно наблюдал за действиями лошади, по всей видимости, это был ветеринар. Они завели лошадь в загон, где та сразу же принялась за еду, и теперь стояли у забора спиной к вилле и о чем-то разговаривали.

Тедди не могла оторвать глаз от Алехандро. Он был на один или два дюйма выше ветеринара и шире в плечах. Яркий солнечный свет играл в его волосах цвета воронова крыла, а легкий ветерок растрепывал их снова и снова.

Затем, будто зная, что за ним наблюдают, он повернулся к Тедди и приветливо махнул рукой.

Сердце Тедди забилось чаще… но она тут же поняла, что со стороны Алехандро это лишь показной маневр. Он знал, что от счастливого молодожена ожидают подобной реакции, и демонстрировал ее.

Тедди изобразила приветливую улыбку и также махнула своему мужу. Немного погодя мужчины пошли в ее сторону, и Тедди слегка запаниковала. Масло в огонь подлила Эстефания, которая возникла возле нее с еще двумя чашками ароматного кофе.

– Доктор Наварро хочет увидеть молодую женщину, которая, наконец, захватила сердце сеньора Валькеса, si? – произнесла экономка.

Тедди улыбнулась так широко, что у нее заболело лицо. Интересно, знает ли экономка, что они с Алехандро провели ночь в разных постелях? Ее сердце вдруг уколола ревность: а что, если у него есть пара любовниц из его многочисленной прислуги? Она гнала от себя прочь эти мысли, хотя прекрасно знала, что такое поведение было распространено среди поместного дворянства. Она видела пару симпатичных девушек на кухне.

Когда мужчины пришли на террасу, Тедди поднялась со стула, но, задев больной ногой витиеватую ножку стола, упала, чудом не смахнув кофейные чашки.

– Dulzura, с тобой все в порядке? – Сильные руки Алехандро подхватили ее. Его темные глаза глядели на нее с заботой и нежностью. – Ты не поранилась?

Гордость Тедди пострадала гораздо больше, чем ее нога. Она чувствовала, что ее лицо пылало. Она вдруг вспомнила многочисленные досадные неприятности из детства, когда ее неуклюжесть делала ее мишенью для резких замечаний отца. Каждый раз, спотыкаясь, она готовилась к шквалу язвительной критики. Она была не в состоянии избавиться от этого страха даже после смерти отца. Тедди с трудом подняла глаза на Алехандро, хотя ей хотелось немедленно спрятаться подальше от людских глаз.

– Нет, я в порядке. Извините. Я чуть не опрокинула ваш кофе.

Теплая и нежная улыбка озарила лицо Алехандро, и ее сердце забилось чаще.

«Он притворяется. Не поддавайся. Он играет роль заботливого мужа перед своим другом».

– Поскольку ты в порядке, – его рука скользнула вниз по ее руке, – я бы хотел познакомить тебя с моим другом. Рамон Наварро – единственный ветеринар, которому я доверяю своих лошадей.

Обменявшись любезностями, они сели за стол, и Эстефания подала к кофе свежие булочки, а также большое блюдо, на котором лежали разнообразные ягоды и фрукты. Изобилие их цветов и текстур было похоже на произведение искусства.

«Совсем неплохо так жить, – подумала Тедди, потянувшись за клубникой. – Интересно, Алехандро всегда так завтракает?»

Ее привычная чашка чая и йогурт выглядели довольно жалко по сравнению с этим изобилием.

– Алехандро говорил мне, что вы познакомились довольно давно, – сказал Рамон, сделав глоток кофе.

– Да… Мы познакомились, когда мне было шестнадцать.

Алехандро потянулся за бархатистым персиком.

– Похоже, тогда я грубо проигнорировал ее. Не очень хорошее первое впечатление, да, querida?

Карие глаза Рамона озорно блеснули.

– Ах, не стоить судить по первому впечатлению, si? Как там сказано в английской поговорке о книгах и обложках? – Он держал свою чашку загорелой рукой и оценивающе смотрел на Тедди. – Я всегда знал, что Алехандро западет на кого-то вроде вас.

Тедди попыталась улыбнуться, но у нее ничего не получилось.

– Что вы имеете в виду?

Улыбка Рамона была дружеской и теплой.

– Ему нужна была серьезная девушка, не пустышка.

– Намекаете на то, что я не обладаю внешней привлекательностью?

Тедди знала, что не должна была так говорить. Казалось, будто она напрашивалась на комплимент – по-детски незрело и наивно.

Она вжалась в спинку стула, как в детстве, когда отец неодобрительно смотрел на нее.

– Моя жена не имеет ни малейшего представления о том, как она красива, – сказал Алехандро. – За это я ее и люблю.

– Человек по-настоящему красив в своих действиях и поступках, так мне кажется, – сказал Рамон. – Но вам нет необходимости быть такой скромной, Тедди. Ваша красота естественна, и это подкупает.

Повисла неловкая пауза, разбавленная жужжанием одинокой пчелы в цветах глицинии.

– Ты показал Тедди бассейн гидротерапии? – спросил Рамон.

– Пока нет, – сказал Алехандро. – Она по-прежнему приходит в себя от смены часовых поясов. Я даже не показал ей места вокруг усадьбы.

– Водная терапия будет ей полезна, – сказал Рамон. – Это укрепляет мышцы.

«Эй! Я все еще сижу здесь».

– Здесь есть бассейн для гидротерапии? – спросила Тедди.

– Алехандро установил его для отца, – сказал Рамон. – К сожалению, его травмы были слишком тяжелыми для каких-либо перспектив реабилитации, но, по крайней мере, вода успокаивала его. Алехандро рассказал мне о несчастном случае, который вам пришлось пережить в детстве. Хромота у вас уже долгое время, si?

– С десяти лет. Бедро собирали по частям. Я больше ничего не могу сделать с моей… походкой.

– Вы не верите в чудеса, Тедди? – спросил Рамон.

Тедди давно перестала верить в чудеса. Чудеса случались с другими людьми. Сбывались только ее кошмары. Выйти замуж за человека, который не хотел жениться на ней. За человека, который должен притворяться, что любит ее и беспокоится о ней. Ее новоявленный муж притворялся, что считает Тедди красивой. Но он делал это так убедительно, что какая-то ее часть верила, что это было правдой.

– Я реалист, – угрюмо произнесла Тедди. – Я знаю, на что способна, а на что – нет. И приняла себя такой, какая я есть. А волшебные превращения случаются только в сказках.

Рамон откинулся на спинку стула, скрестив ноги и продолжая изучать Тедди.

– Хроническая боль может быть изнурительной. Люди могут годами быть в ловушке боли. Но если вы сможете разорвать порочный круг, достигнете отличных результатов.

Тедди вежливо, но холодно улыбнулась Рамону. Сколько раз она слышала эту лекцию? Предположение, что ее боль была вызвана навязчивыми мыслями о болезни, вовсе не отличалось новизной. Тедди повредила бедро в детстве. Лошадь не только сбросила ее, но и потопталась по ней. Черно-фиолетовые отпечатки копыт сохранились почти на месяц. Боль осталась с Тедди навсегда. Она была реальной и постоянной. Но Тедди научилась с этим жить.

Алехандро накрыл руку Тедди своей рукой и осторожно сжал ее.

– Прости моего друга, mi amor. Он не мог сдержаться. Он всегда ищет, кого бы вылечить. Заботься о своих четвероногих пациентах, Рамон. А заботу о моей жене предоставь мне.

Рамон добродушно улыбнулся и поставил чашку, готовясь уйти.

– По крайней мере, вы в очень хороших руках, Тедди. Алехандро сам сможет сделать чудо, когда этого захочет. Посмотрите на юных Хорхе и Софи, чтобы убедиться в этом.

Глава 6

Алехандро стоял, приобняв Тедди за талию, пока они провожали Рамона до автомобиля. Алехандро чувствовал, что она напряжена. Ему казалось, будто он обнимал манекен. Неужели благодушные комментарии его друга расстроили ее? Хромота явно смущала Тедди, хотя она никогда не пыталась ее скрыть.

Долгое путешествие, очевидно, вымотало ее. Черты лица заострились, кожа побелела. Возможно, она действительно чувствует невыносимую боль. Просил ли он слишком многого, когда настоял, чтобы она ехала вместе с ним в Аргентину? Алехандро убедил себя, что это был единственный способ справиться с ситуацией. А как бы по-другому он мог держать все под контролем? Он еще в детстве уяснил, что нельзя пускать вещи на самотек, неизбежен хаос и бардак. Кто-то всегда должен быть у руля и следить за появлением неожиданных сюрпризов.

– Надеюсь, Рамон тебя не обидел.

Тедди освободилась из его объятий и потянулась за тростью, которая была прислонена к столу.

– Нет, не обидел. Я привыкла к людям, не верящим тому, что моя боль реальна.

– Это не то, что…

– Да неужели? – Ее глаза вспыхнули. – Ты тоже так думаешь? Может, ты еще возьмешь надо мной шефство? Как над бездомными детьми или искалеченными лошадьми?

Алехандро медленно вдохнул и выдохнул. Ей было больно, и она набросилась на него. Больно и обидно. Она вела себя так же, как своенравная кобылка. Робкая и застенчивая, но готовая лягнуть в любую секунду.

Ему показалось или она стала хромать еще больше? Он догнал ее и взял за руку, осторожно повернув лицом к себе.

– Что с тобой? Ты обиделась на Рамона?

Ее глаза сверкали гневом.

– Мне кажется, ты наслаждаешься ложью. Говоришь своему другу, что обожаешь меня, на самом же деле все наоборот. Это отвратительно.

Алехандро поднял брови в ответ на эту вспышку раздражения.

– Мы договорились вести себя так, будто…

– Ненавижу притворство, – ответила Тедди. – Я не могу врать убедительно. Но если я скажу или сделаю что-то не так, люди сразу начнут судачить. Я удивлена, что слуги еще этого не делают. Не могу смириться с мыслью, что они будут сплетничать за моей спиной. Сравнивать меня со всеми твоими предыдущими любовницами. Тьфу! И что они думают по поводу того, что у нас отдельные комнаты?

Алехандро положил руки ей на плечи и почувствовал дрожь, как будто его прикосновение прошло током по ее телу.

– Ты хочешь ночевать в одной комнате со мной?

– Конечно нет!

Он улыбнулся и обнял ее, чтобы притянуть ближе, с удовольствием наблюдая, как наливаются синевой ее глаза, а прелестный ротик удивленно приоткрывается.

– Ты права, mi amor. Ты не умеешь лгать.

Тедди положила руки на грудь Алехандро, но не оттолкнула его. Тепло ее тела в такой близости от него заставило его сердце биться чаще. Ее густые ресницы опустились, как только взгляд скользнул к его губам. Целовал ли он когда-нибудь такие сладкие и нежные губы? Он до сих пор помнил, каково это на вкус. Смесь меда, ванили и свежего молока. Ее губы были мягкие, как бархат, теплые и чувственные.

Алехандро медленно опускал голову, предоставляя Тедди возможность отойти, если она захочет. Она не двигалась, а ее легкое дыхание касалось его губ, заставляя его хотеть ее с неодолимой силой.

Не в силах больше сдерживать себя, Алехандро жадно прильнул к ее губами, и все мысли о нежности вмиг растаяли в буре неистовой страсти, которая вспыхнула между ними. Их языки переплелись в жаркой схватке, и кровь все сильнее билась в его жилах.

Он прижал ладонь к ее талии, приближая к себе, желая ее, изнемогая от истомы. Тедди придвинулась к нему ближе, едва сдерживая вздох наслаждения.

Алехандро прижался к Тедди еще ближе, и она издала слабый стон, отчего внутри у него все затрепетало от восторга. Было так приятно чувствовать ее рядом! Такую мягкую, женственную и отзывчивую, словно это он, и только он, сумел подобрать к ней ключик. Алехандро казалось, что она была создана для него. Он хотел ее до боли, до дрожи.

Алехандро ослабил поцелуй, не переставая прижимать ее к себе, но его дыхание все еще было сбивчивым.

– Не стоит скреплять наш союз на виду у слуг. Давай поднимемся наверх.

Тедди моргнула, как будто очнувшись от грез. В ту же секунду она отпрянула от него и, схватив трость, сжала ее так сильно, как несколько минут назад прижималась к Алехандро. Ее лицо зарделось, и губы немного припухли. Но ее взгляд выражал лишь презрение и злость.

– Полагаю, ты думаешь, меня очень просто соблазнить. Бедная маленькая хромая Тедди, так и ждущая мужчину, который бы затащил ее в постель. У меня есть новость для тебя, Алехандро. Я не настолько отчаялась!

Алехандро внимательно наблюдал за ней.

– Мы могли бы использовать данную ситуацию с выгодой для нас обоих. Всего полгода. Почему бы не провести их максимально приятно?

Ее глаза сузились.

– Максимально приятно? Прекрасно! Вы получаете удовольствие и двигаетесь дальше. Легко пришло, легко ушло. Найди себе служанку, чтобы утолить свою похоть! Я не такая.

Он постарался принять равнодушный вид.

– Ты была такой пять минут назад.

Ее рот стал похож на белую нитку.

– Я могу дать тебе по лицу за такое.

– Милости прошу.

Тедди была похожа на кипящий чайник, сверкая глазами и трясясь от бессильной ярости. Она выглядела страстной, живой и, да, красивой. Белизна ее кожи контрастировала с краской на щеках и губах, она чем-то напоминала разозлившуюся принцессу из детской сказки. Белоснежка или Спящая красавица в ярости.

– Если бы у меня были ногти, я бы выцарапала тебе глаза.

– Может, тебе стоит их отрастить и вместо этого исцарапать мне спину.

– Ты думаешь, что это смешно, не так ли? Что я здесь для того, чтобы развлекать тебя, когда тебе станет скучно? Я реальный человек, Алехандро, а не какая-то игрушка, с которой ты играешь, когда у тебя есть настроение.

– Говори тише, querida, – сказал Алехандро. – Я не хочу, чтобы слуги подумали, что мы ссоримся.

Ее глаза сверкнули гневом.

– А мы и правда ссоримся. Если я хочу спорить с тобой, то я, черт возьми, буду спорить. Это то, что делают настоящие пары. Они говорят и обсуждают свои проблемы, и… ругаются, в конце концов!

– А сейчас я покажу тебе, чем в действительности должны заниматься пары.

Алехандро снова взял ее за плечи и горячо поцеловал. Тедди протестовала, но очень быстро сдалась и растворилась в поцелуе. Он положил руки на ее тонкую талию, притягивая ближе. Она могла отрицать наличие притяжения между ними, но он знал, что она хотела его. Он чувствовал это в каждом движении ее губ. Она желала его так же сильно, как и он ее.

– Все еще хочешь отрицать то, что мы не безразличны друг другу, mi amor?

Алехандро провел языком по губам Тедди. Ее взгляд был направлен вниз, опущенные ресницы скрывали глаза. Она прерывисто дышала, грудь поднималась и опускалась рядом с его бьющимся сердцем.

– Ты играешь нечестно.

Одной рукой Алехандро убрал прядь волос с ее лба, а другой обнял ее.

– Ты новичок в этом, не так ли?

Он видел, как Тедди отвела от него взгляд, прикусив нижнюю губу. Ее нежелание идти с ним в спальню еще сильнее заводило его. Алехандро привык к женщинам, которые сами стремились затащить его в постель. Он не привык к застенчивости, нерешительности и сомнениям. Женщины, с которыми он встречался, были уверенными в себе и всегда знали, чего хотят от мужчин. И он играл в эту игру с таким же энтузиазмом, как они.

Но теперь все было по-другому.

Для Тедди все происходящее в данную минуту не было игрой. И Алехандро внезапно понял, что и для него встреча с Тедди была особенной. С ней не получится завести очередную интрижку. Он был женат на ней. Официально женат. И хоть у них не было пышной церемонии, но в свидетельстве четко написано, что они являются мужем и женой. Он будет видеть ее день за днем в течение следующих шести месяцев. И даже если они не делят постель, им все равно предстоит делить множество разных вещей. Придется многое рассказать о себе, а он к этому не привык. Даже его экс-невеста, по сути, ничего о нем не знала. Алехандро не любил откровенничать. Он не говорил о своей работе, не раскрывал свои сокровенные тайны, не выказывал опасений по поводу образа жизни младшего брата… никому не говорил, что волнуется за будущее Софи и Хорхе… После несчастного случая с отцом Алехандро молча взвалил все на свои плечи, потому что должен был так поступить. К присутствию нового человека в его жизни нужно еще привыкнуть. И если Тедди по-прежнему будет непреклонной, и их отношения не перерастут в сексуальные, они все равно будут очень близки.

Взгляд Тедди снова устремился к Алехандро, и он понял, что она вновь готова к обороне.

– Я знаю, что ты считаешь меня озлобленной ханжой. Может быть, в каком-то смысле ты прав. Но я не могу изменить себя.

– Думаю, тебе просто не хватает уверенности в себе, – сказал Алехандро.

– И я полагаю, ты думаешь, что сможешь помочь мне обрести ее?

– Да.

Ее взгляд метнулся к его губам, и он услышал ее глубокой вздох. Голубая жилка на ее шее билась, как сердце колибри. Она облизала пересохшие губы.

– Я не готова. Для начала я хочу узнать тебя.

Забавно, но ни одна из пассий Алехандро никогда не стремилась узнать его лучше. Всех интересовали только его деньги и статус. Что он мог им дать: дорогие рестораны, украшения, поездки в экзотические места, возможность посетить самые эксклюзивные вечеринки и ночные клубы. Они не хотели ничего знать о нем. Да и он не сильно сокрушался по этому поводу. Алехандро был настолько одержим получением прибыли компанией, что у него не было времени думать о чем-то, кроме как о финансовом положении фирмы.

Алехандро провел костяшками согнутых пальцев по ее щеке, наблюдая, как ее глаза потемнели.

– Я не самый простой человек. Ты уверена, что хочешь попробовать?

Она снова облизала губы, прежде чем одарить его робкой улыбкой.

– Думаю, за полгода я разберусь, верно?

Алехандро наклонился вперед и поцеловал ее в лоб.

– Действительно, время у нас есть.

Глава 7

Вскоре после их разговора на террасе Алехандро сообщил Тедди, что ему нужно проверить почту, и оставил ее одну. Ей показалось, что он давал ей время прийти в себя после их страстного по целуя.

Алехандро заставил ее поверить в себя. Она едва осознавала, что так беззастенчиво ответила ему на поцелуй. Прижалась к нему, терлась об него, как кошка. Она даже не подозревала, что способна на такое.

Алехандро был сложным человеком, и под маской циника были спрятаны такие стороны его характера, о каких она даже не подозревала. Он воспитывал двух беспризорных детей, и это доказывало, что он не бессердечный бабник, каким видели его журналисты. Вместо того чтобы тратить деньги на себя, он подарил будущее Софи и Хорхе.

А сколько еще подобных поступков не было замечено прессой? Его это не интересовало. Он просто помогал людям, и Тедди стало стыдно оттого, что она осуждала его. Она была уверена, что он безжалостный, высокомерный и неуступчивый. Но это было не так. Его любили и уважали слуги, а это дорого стоило.

Вчера Тедди случайно подсмотрела совершенно трогательную сцену: Алехандро преподавал Хорхе урок грамматики. Она стояла за дверью, прислушиваясь к его голосу, – как мелодично он произносил фразы на своем родном языке. Так что же это был за человек, женой которого она будет следующие полгода?

Узнает ли она его за этот срок?

Тедди использовала остаток дня, чтобы осмотреть дом и окрестности виллы. Поместье было намного больше, чем она себе представляла. В доме было четыре этажа, каждый из которых был роскошно отделан. Комнаты были заставлены самой дорогой мебелью и отделаны лучшими материалами. Богатое убранство поражало воображение, но она никак не могла отделаться от мысли, что в доме неуютно. Дом больше напоминал музей, нежели место, куда всегда хочется возвращаться.

С кем будет Алехандро делить эти хоромы? Будет ли здесь когда-нибудь звенеть детский смех?

Тедди представила Алехандро десятилетним ребенком. Каково было ему видеть отца, прикованного к инвалидной коляске? А затем пережить уход матери, которая бросила его с братом, чтобы начать новую жизнь во Франции? В столь юном возрасте взвалить на себя ответственность за будущее своей семьи… Это очень тяжелая ноша.

Вечером Тедди зашла в библиотеку, окна которой выходили на поля и горы Анды. Ее взгляд упал на фотографию Алехандро с его отцом и братом. На фото еще здоровый отец обнимал сыновей. Ребятам на вид было около девяти и семи лет. Пако выглядел довольно строго, как будто чувствовал себя неуютно перед камерой, а Луис нахально улыбался. Выражение лица Алехандро было более сдержанным, и Тедди подумала, что он, как и его отец, воспринимал жизнь серьезнее, чем его младший брат.

Была здесь и еще одна фотография, которая притягивала Тедди, как магнитом. На ней была изображена очень красивая женщина с ребенком на руках и малышом, стоящим рядом. Маленькая рука мальчика сжимала подол ее платья, как будто он переживал, что она может внезапно исчезнуть.

Это была мать Алехандро и Луиса. Элоиза Валькес обладала темными волосами и светлой кожей, что напомнило Тедди актрис золотого века Голливуда. Она была стройной и ухоженной, с красиво уложенными волосами и идеальным макияжем. Платье сидело на ней так, словно было сшито лично для нее лучшими парижскими кутюрье.

Тедди не верилось, что эта счастливая и улыбчивая женщина всего через пару лет оставит своих мальчиков и навсегда исчезнет из их жизни.

Тедди посмотрела на угольно-черные глаза Алехандро, на его сосредоточенный лоб. Она провела кончиком пальца по его серьезному личику, гадая, что происходило в его душе в то время.

– Я вижу, ты уже познакомилась с остальными членами нашей семьи.

Глубокий баритон Алехандро испугал Тедди настолько, что она выпустила из рук фотографию. Звук бьющегося стекла был громким, как выстрел из ружья. Она наклонилась, чтобы собрать осколки, и один из них поранил ей палец.

Алехандро оказался рядом уже через несколько секунд.

– Ты порезалась?

Тедди прижала большим пальцем кончик среднего, чтобы не испачкать ковер каплями крови.

– Ничего… Прости за рамку. Ты напугал меня. Я заплачу за новую конечно же.

Он взял рамку из ее рук и бегло посмотрел на фотографию, прежде чем положить ее в сторону.

– Покажи мне свою руку.

Тедди вжала пальцы в ладони.

– Это просто царапина. Даже кровотечения нет.

Он посмотрел на нее темным и тяжелым взглядом, который она так хорошо знала:

– Стекло могло остаться внутри.

– Нет, не переживай.

Алехандро взял ее за запястье своими длинными сильными пальцами и осторожно повернул ее руку. Один за другим он разомкнул плотно сжатые пальцы, пока не добрался до среднего, с крошечной жемчужиной крови. Он достал белоснежный платок, и очень тщательно протер место пореза, осматривая, нет ли там стекла.

– Кажется, и правда рана чистая.

– Я же говорила, что это пустяк.

Их глаза встретились, и волна энергии пронеслась между ними, как беспроводной ток. Алехандро все еще держал Тедди за руку. Его прикосновение было заботливым и в то же время возбуждающим. Ее сердце бешено забилось.

Она опустила взгляд и высвободила свою руку.

– Извини мне мою неловкость. Мой отец всегда корил меня за нее. Я куплю новую рамку…

– Забудь об этом.

Тедди посмотрела на него:

– Но ведь эта фотография дорога тебе…

– Я должен был давно ее выбросить.

Она смотрела, как Алехандро взял разбитую фотографию, – их с матерью разделяла толстая трещина на стекле. Он долго изучал картинку, выражение его лица было непроницаемым. О чем он думал? Тедди боялась разбередить старые раны своим вопросом.

– Твоя мать очень красивая женщина.

– Она всегда умела хорошо выглядеть на публике. Она и сейчас это умеет.

Алехандро положил фотографию лицом вниз. Тедди почувствовала, что движение символично. Он словно закрыл какую-то главу своей жизни.

– Вы с ней видитесь? – спросила она.

– Иногда.

– А как насчет твоего брата?

Он криво улыбнулся:

– Луис притворяется намного лучше, чем я.

– Ты не простил ее за то, что она ушла от отца.

Тедди утверждала, но не спрашивала: ей были очевидны чувства Алехандро.

Он взял мраморную статуэтку с книжной полки и повертел ее в руках.

– Она не должна была выходить за него замуж. – Он положил статуэтку обратно и добавил: – У нее был выбор: выйти замуж за отца или лишиться семейного наследства.

Тедди нахмурилась:

– Лишиться наследства? Но почему?

Он взглянул на нее:

– Ты не догадалась?

Она прикусила нижнюю губу.

– Оу…

– Она была беременна мной. – Он нахмурился. – Поэтому она никогда не могла простить меня.

Сердце Тедди сжалось. Мать Алехандро сожалела о его появлении на свет и постоянно говорила сыну об этом.

– Она же не винила тебя? Это же смешно!

– С Луисом было по-другому… некоторое время. – Алехандро все еще хмурился. – Некоторые женщины не должны становиться матерями.

Тедди очень давно мечтала о ребенке. Материнские инстинкты были слишком сильны в ней. Тедди знала, что вряд ли когда-нибудь ей суждено держать на руках собственного ребенка, но заглушить в себе желание стать матерью не могла. Поэтому ей так трудно было представить, как можно не любить своего сына, даже если отношения с отцом были далеки от идеальных.

– Она тебя… оскорбляла?

Алехандро долго смотрел на нее, прежде чем ответить:

– Что ты имеешь в виду?

Тедди сглотнула.

– Она била тебя?

Он улыбнулся, но его глаза были полны горечи.

– Слова жалят сильнее, чем удар. Полагаю, что тебе кое-что об этом известно.

Тедди не было смысла врать, ведь рядом Алехандро, который знал, как трудно любить родителей, которых не за что любить.

– Мой отец хотел мальчика. Так что мое рождение разочаровало его. Второе разочарование произошло, когда он понял, что я не красавица. А третье заключалось в том, что я не была достаточно спортивной и даже не смогла стать хорошей наездницей, а он мечтал именно об этом. Я едва справлялась со старым шетландским пони, а он посадил меня на двухлетнего арабского скакуна. Результат ты видишь.

Алехандро нахмурился:

– Он заставил тебя ездить на непослушной лошади?

Тедди вздрогнула. Она вновь вспомнила отца, настаивающего, чтобы она оседлала рысака, который, казалось, был ростом с колокольню. Ее руки дрожали, когда она брала вожжи, а ноги не слушались, когда она пыталась вставить их в стремена. Она была так напугана, что едва не намочила штаны.

– Было некоторое давление, да. Мой отец не терпел отказов.

Брови Алехандро опустились.

– Тебе повезло, что ты осталась жива. О чем он думал? Ведь ты же его дочь!

Тедди стало теплее от его гневных слов. Одри и Генри были слишком напуганы, чтобы перечить отцу, но они тайно поддерживали ее, когда она выздоравливала. Со временем Одри рассказала, что они с Генри решили промолчать, чтобы получить возможность заботиться о ней. Если бы они стали возмущаться, то были бы немедленно уволены, а Тедди пришлось бы отдать на милость нового персонала. Это было мудрое решение. Тедди не могла даже представить, каким было бы ее детство без их любви и поддержки.

– Ты знаешь, отец рассказывал мне о своем детстве в последние минуты своей жизни. Это объясняет его стиль воспитания. Мой дедушка был тираном, и он немилосердно избивал отца за малейшую провинность. Я решила простить отца. Хотя тогда я еще не знала, что он подложит мне такую свинью…

– То есть меня? – засмеялся Алехандро.

Щеки Тедди залились легким румянцем.

– Да… то есть нет… Ты меня запутал. Я просто хотела сказать, что вот уже второй раз мой отец решил насильно осчастливить меня. Даже после смерти он продолжает требовать от меня того, что считал бы идеальным для себя, совершенно не принимая в расчет мои чувства и желания.

Глаза Алехандро сверкнули, но он продолжал улыбаться.

– Я понял, какой мужчина мог бы стать для тебя идеальным мужем! Ты бы хотела, чтобы твой избранник был таким же смирным, как старый шетландский пони, не так ли?

– Я не ищу себе мужа.

«У меня уже есть один, и я не знаю, что с ним делать».

– Ты не хочешь иметь семью?

Тедди посмотрела ему в глаза:

– А ты?

Его лицо стало серьезным.

– Когда-то я думал об этом слишком много.

– Но не сейчас?

Алехандро равнодушно пожал плечами, но его взгляд оставался напряженным.

– Семейная жизнь – тяжкий труд. Знаю это не понаслышке. Жизнь порой, подбрасывает неприятные сюрпризы.

– Но ты же справляешься… с заботой о семье, я имею в виду. Хорхе и Софи – твоя семья, по крайней мере, они так думают.

Он плотно сжал губы.

– Может быть.

Наступило долгое молчание.

– Каким был твой отец до несчастного случая?

Алехандро взял гусиное перо со стола у окна и пропустил его через пальцы.

– Он был хорошим человеком. Спокойным и трудолюбивым. Очень серьезным, но у него на плечах лежала большая ответственность. Мои бабушка и дедушка не очень хорошо управляли делами, по ряду причин. Если честно, кое-кто из них не мог даже управлять собой. – Он положил перо и посмотрел Тедди в глаза. – Вот ведь ирония: отец начал раздражать мать уже через несколько месяцев совместной жизни. Его уравновешенность наскучила ей. Его серьезность опротивела. Она хотела развлечений, новых впечатлений, других любовников. Они много спорили, что сделало моего отца еще более замкнутым. – Алехандро тяжело вздохнул. – А потом произошел несчастный случай.

Тедди видела, что эти воспоминания причиняют Алехандро боль. Он нахмурил лоб.

– Никто не ожидал, что отец сможет выжить. Я часто задаюсь вопросом, хотел ли он жить. Он никогда не говорил на эту тему.

– Это было ужасное время для вас с Луисом.

– Я делал все, что мог, чтобы защитить его от происходящего. Ему было всего восемь.

– Но тебе было всего десять.

Алехандро грустно улыбнулся:

– Я был достаточно взрослым, чтобы понимать, что жизнь никогда не будет прежней. Если бы мой отец умер, мама никогда бы не справилась с ролью матери-одиночки. Нас бы отдали родственникам на воспитание прежде, чем он остыл в своем гробу. Я сидел у его постели и молился за него. Я хотел, чтобы он жил. Я был полон решимости сохранить нашу семью без изменений.

– Но потом мать ушла.

Алехандро побледнел.

– Она оставалась с нами даже дольше, чем я предполагал. Почти полгода. Уверен, она уехала бы намного раньше, но ее любовник не спешил расставаться с женой. После развода она ушла с ним.

– Что она вам сказала? Как она все объяснила тебе и Луису?

– Она объяснила все тем, что уход за отцом отнял слишком много сил, и сейчас ей нужны небольшие каникулы. Вскоре она обещала вернуться.

Тедди открыла рот от удивления. Ее сердце сжалось, когда она представила, что Алехандро, должно быть, чувствовал, будучи ребенком.

– Она солгала?

– Луису было хуже. Я знал, что она не вернется. Он – нет. Я несколько месяцев не мог сказать ему правду. Луис подбегал к окнам, когда слышал звук автомобиля, и прижимался лицом к стеклу. И когда я видел его разочарованное лицо… Это было невыносимо. В конце концов, мне пришлось рассказать ему все.

– Как он воспринял правду?

Взгляд Алехандро был исполнен боли.

– Он мне не поверил. Рассердился. Стал безобразно вести себя в школе, устраивал истерики. Но через некоторое время его отпустило. Он ударился в спорт. Упорно тренировался и очень жестко играл. Он, кстати, до сих пор не сбавляет обороты. Луис не любит и не умеет проигрывать.

«И не только Луис», – подумала Тедди.

– Разве мать никогда не приезжала к вам в гости?

Лицо Алехандро стало каменным.

– Она вернулась через два года. Ее бросил любовник ради другой женщины. Она собиралась взять Луиса с собой, во Францию.

Сердце Тедди снова сжалось от боли.

– Она не хотела, чтобы ты ехал с ней?

– Мой отец отказался дать ей право опеки над Луисом. Она не смогла бы вывезти брата из страны. Отец знал, что она не будет бороться с ним. Она не хотела ответственности, даже если речь заходила о любимом ребенке. Вскоре она нашла другого любовника, а потом еще одного. Сейчас она живет с человеком, который всего на два года старше меня. Бог знает, как долго это продлится. Она не знает значение слова «привязанность».

– Вы с Луисом унаследовали это от нее.

Повисла неловкая пауза. Тедди закусила губу.

– Прости меня, я не должна была…

Алехандро тяжело вздохнул:

– Нет. Это правда. Мы оба избегаем серьезных отношений. Но я пробовал создавать семью, у Луиса же все отношения длятся всего одну ночь.

– Ты хороший брат, Алехандро, и замечательный сын, – сказала Тедди. – Твой отец должен гордиться тобой.

Он вышел из-за стола и стал перед Тедди. Взяв ее подбородок, он посмотрел ей прямо в глаза:

– А что ты расскажешь о себе?

Тедди знала, что он прятался за своей маской так же, как и она пряталась за своей. Они оба были обижены жизнью и очень избирательно подходили к выбору близкого человека.

– Заботиться о людях, которыми восхищаешься и которым доверяешь, – это неплохо.

Его глаза исследовали ее.

– Так ты восхищаешься и доверяешь мне, не так ли, Тедди?

Она смотрела ему в глаза, сердце ее замерло.

– Я думаю, что ты человек чести. У тебя есть определенные ценности, и ты их отстаиваешь несмотря ни на что.

Он загадочно улыбнулся:

– Ты, наверное, не читаешь газет. Разве ты не знаешь, что я безжалостный Казанова с каменным сердцем?

Тедди прижала руку к его груди и почувствовала, как сильно стучит его сердце. Она стояла так близко к Алехандро, и все ее тело охватила теплая волна желания.

– Газеты не всегда сообщают правду.

Алехандро коснулся ее щеки, не отведя от нее пристального взгляда.

– Ты уверена, что тебе настолько интересна моя жизнь?

– Да.

Когда он коснулся нижней губы подушечкой большого пальца, внутри ее что-то томительно сжалось. От его прикосновений Тедди почувствовала покалывания во всем теле. Его глаза были такие темные, что она едва могла разглядеть зрачки. Его рот был озарен той улыбкой, которая заставляла ее трепетать. Но Тедди вновь почувствовала неуверенность.

Возможно, Алехандро очень хороший человек, но вскоре она ему надоест – так уже было со всеми его пассиями.

Тедди отступила от него, опираясь на трость.

– Я не хочу усложнять ситуацию.

– Умница.

Так ли это? Будь она так умна, не согласилась бы приехать сюда вместе с ним. Входить в логово льва – не самое умное решение. Проводить время с ним наедине – тоже не лучший вариант.

Влюбиться в Алехандро было бы самой большой ошибкой из всех.

Глава 8

Следующие несколько дней Тедди была полностью погружена в творчество. Алехандро работал в имении. Он проводил много времени на свежем воздухе, а потом засиживался в своем кабинете до глубокой ночи. Они ужинали вместе, но она старалась не проводить слишком много времени с ним наедине.

Тедди скучала по нему, как бы ни старалась это игнорировать. Чтобы хоть как-то отвлечься от своих мыслей, она решила сходить в бассейн. Помещение для гидротерапии находилось рядом с главным бассейном, но она решила не использовать его. Рельсы и пандусы напоминали ей о периоде реабилитации, которую она проходила, будучи ребенком. Она не хотела оживлять в памяти мучительные занятия под контролем отца. Тедди было неприятно вспоминать испуганные лица физиотерапевтов, которые боялись лишиться места, если она не поправится.

Она надела свой закрытый черный купальник, завернулась в халат и направилась к бассейну, где Софи любезно оставила полотенце на одном из шезлонгов. Уединенный бассейн мерцал в ярком солнечном свете. Запах летних цветов щекотал ноздри, когда она выскользнула из халата и осторожно пошла к воде. Вода обняла ее тело, как жидкий шелк, лаская руки и ноги, заставляя чувствовать себя такой свободной, какой она ни разу не чувствовала себя за все годы. Она умела плавать только брассом, да и то не очень хорошо. Когда она была ребенком, то боялась глубины. Но здесь, наслаждаясь сияющим солнцем и щебетанием птиц, она чувствовала только удовольствие. Тедди делала уже десятый круг, когда услышала чьи-то шаги. Она посмотрела наверх и увидела, что Алехандро смотрит на нее. Он был одет в джинсы и хлопковую рубашку, которая открывала загоревшую кожу с порослью темных волос на груди. Капли пота блестели у него на лбу. Он выглядел сильным, полным жизни и мужественным.

Тедди заметила, что взгляд Алехандро блуждает по ее груди.

– Не возражаешь, если я присоединюсь?

– Это твой бассейн. – Тедди поплыла в сторону. – Я ухожу в любом случае.

– Нет необходимости бежать. – Алехандро расстегнул рубашку, не отводя от нее глаз. – Здесь достаточно места для двоих.

Тедди хотела потрогать кубики его пресса, чтобы убедиться, действительно ли они такие твердые, какими выглядят. Алехандро расстегнул молнию на джинсах. За джинсами на пол упали ботинки и носки. Взгляд Тедди был прикован к его черным плавкам. Он стоял, слегка расставив ноги – сильные, волосатые и мускулистые. Она нервно сглотнула и попыталась схватиться за перила, но он предвидел ее ход и закрыл их обеими руками. Тепло его прикосновения к прохладной коже обожгло Тедди. Кровь в жилах закипела, а сердце моментально сбилось с ритма, когда их взгляды встретились.

Алехандро вошел в бассейн, и волны мягко коснулись ее груди.

– Похоже, тебе нужно подучиться плавать.

Тедди поджала губы.

– Спасибо, я и сама это знала.

– Я не критикую…

– Разве?

Внимательно смотря на Тедди, Алехандро сделал еще один шаг к ней. Он был так близко, что было поздно думать об отступлении. Но она и не хотела отступать. Она была в ловушке собственного предательского желания.

– Ты уверена, что плаваешь брассом?

– Я не люблю мочить голову.

Алехандро немного подумал и сказал:

– Я мог бы помочь тебе в этом. Я учил Хорхе плавать. Сначала он очень боялся воды, но теперь плавает, как рыба.

Тедди так привыкла к провалам, она не могла вынести мысли о том, что он станет свидетелем очередных ее неудач. Разве он способен был понять, как тяжело было простым смертным вроде нее переплыть из одного конца бассейна к другому?

– Спасибо за предложение, но я не хочу тратить твое время.

– Я не собираюсь заставлять тебя перенапрягаться. Я просто хочу убедиться, что ты уверенно держишься.

Они по-прежнему говорят о плавании? Тедди вдруг вновь представила, каково это – заниматься с ним любовью. Попробовать его сильное, мощное тело, ощутить себя живой. Она чувствовала покалывание в груди, когда его взгляд падал на нее; соски набухли и упирались в мокрую ткань ее купальника. Алехандро крепко обнимал ее, и Тедди чувствовала в его мускулистых руках скрытую силу. Она представила, как они ласкают ее тело… грудь, живот… лоно. Алехандро прикасался к ней очень нежно и этим еще больше распалял ее. Тедди наблюдала, как его красивый рот медленно приближается к ее лицу. Сначала она слышала свое бешеное сердцебиение, а потом его губы слились с ее губами в жарком поцелуе. Она прильнула к Алехандро, обнимая его за шею. Тедди ответила на его поцелуй со страстью, о которой даже не подозревала.

Руки Алехандро легли на ее бедра и сильно сжали их. Пламя внутри Тедди превратилось в неконтролируемый пожар. Дрожь, как искры фейерверка, пробежала по всему ее телу. Она прижималась к нему, желая его.

Алехандро отстранился так же неожиданно, как и начал свои ласки.

– Есть маленькая проблема: мы не сможем предохраняться.

– О…

Алехандро быстро поцеловал Тедди в губы, а затем отошел назад, смотря на нее немного печально.

– Все должно было случиться не здесь.

– Ты хотел бы продолжить?

Он приподнял ее подбородок, нахмурился:

– Как ты могла сомневаться?

Она прикусила губу.

– Мне казалось, я не в твоем вкусе.

Его взгляд вдруг потускнел.

– Нет. – Он выдохнул и осторожно обнял Тедди за плечи. – Ты совсем другая.

Это плохо… не так ли? Тедди не могла произнести эти слова вслух. Но она слышала, как они повисли в воздухе.

– Почему ты так в себе не уверена? – Алехандро нежно смотрел на Тедди.

Она пожала плечами под теплым прикосновением его руки:

– Мой отец не был щедр на комплименты. Мне всегда казалось, что я все делаю неправильно.

Он слегка помассировал ее плечи, чтобы успокоить ее.

– Он просто глупец.

Тедди закрыла глаза, а Алехандро снова прильнул к ее губам. Тедди била дрожь. Он подхватил ее на руки и понес вверх по ступеням из бассейна. Она была насквозь мокрой, но он не остановился, чтобы взять полотенце.

Через несколько минут они оказались в его спальне. Он положил ее на кровать и, избавившись от мокрого нижнего белья, присоединился к ней.

Тедди погладила руками его спину и плечи. Она хотела полностью принадлежать Алехандро.

Он оторвался от ее губ и начал скользить руками вниз по ее телу, медленно снимая купальник. Его губы добрались до ее груди, и он начал жадно ласкать ее горячими губами и языком, дразня мягкими, нежными прикусываниями, от которых все внутри таяло, как расплавленный воск. Алехандро подвергал ее этим изысканным пыткам до тех пор, пока Тедди не начала изгибаться, как ласковая кошка. Ей показалось, что она не сможет больше этого вынести: Алехандро языком ласкал ее груди, продвигаясь дюйм за дюймом к ее пупку. Тедди схватилась за одеяло, чтобы обрести хоть какую-то опору, когда его язык нежно проник внутрь ее лона. Ощущения были настолько восхитительными, что она непроизвольно задвигала бедрами, желая усилить блаженство. Но Алехандро уже сменил давление; он варьировал его, читая язык ее тела, чтобы разворачивать свое чувственное нападение с максимальным эффектом. Мощный взрыв ощущений волной прокатился по ее телу. Когда он вернулся к ее рту, она могла чувствовать свой соленый вкус на его губах. Алехандро углубил поцелуй, и она начала играть с его языком, чувствуя себя все увереннее по мере того, как страсть, пылавшая в его теле, накалялась до точки кипения.

Алехандро справился с презервативом с ловкостью фокусника. У Тедди промелькнула мысль, что такое мастерство приходит в результате огромного опыта, но сейчас ей было наплевать на всех других его партнерш. В данную минуту не было никого в целом мире, только они вдвоем. Она слышала его ласковый шепот, когда он медленно раздвинул ей бедра, чтобы войти в нее. Она слышала свой собственный стон; чувствовала, как ее тело поначалу сопротивлялось, но потом благоговейно впустило его в себя. Целое наводнение удовольствия теплой волной прошло сквозь нее.

Алехандро двигался медленно и осторожно, позволяя ей привыкнуть к его ритму. Тедди была на вершине блаженства. Она кружилась в вихре ощущений, переполнявших ее. Он скользил руками по ее груди и животу и целовал ее с такой нежностью и с таким пьянящим азартом, что она чувствовала себя самой красивой и желанной девушкой на земле. Чтобы окончательно погрузить ее в море удовольствия, Алехандро стал ласкать ее лоно пальцами. Через несколько мгновений тело Тедди сотряслось от мощного оргазма. За ее реакцией незамедлительно последовало и его освобождение. Она чувствовала, как он дрожал в ее руках, как его сильное тело напряглось, а затем полностью расслабилось. Он застонал и замер в сладком изнеможении.

Какое-то время они лежали в полной тишине. Затем Алехандро приподнялся на локтях, чтобы взглянуть на нее.

– Я не сделал тебе больно?

Тедди нежно провела руками по его спине.

– Это было замечательно. Ты был великолепен. Я никогда не представляла, что все может быть… вот так.

Алехандро убрал выбившуюся прядь со лба Тедди, глядя на нее глазами черными, как ночь.

– У тебя не было большого опыта в сексе, правда?

Она закусила губу и опустила взгляд:

– Так заметно?

Он коснулся ее подбородка кончиком пальца.

– Не стыдись неопытности, Тедди.

– Я не очень-то виновата в отсутствии опыта. – Тедди вздохнула. – Я не была популярна. Кто захочет встречаться с хромой девушкой?

Алехандро провел пальцем по ее скуле.

– Не хромота отталкивает от тебя людей, а твоя колкость.

Тедди робко улыбнулась:

– Пусть так. Должна же девушка чем-то выделяться, когда ее внешность далека от идеальной.

Алехандро нахмурился:

– Я хочу, чтобы ты перестала так делать.

– Что именно?

– Не нужно все время говорить о своих недостатках.

– Я только повторяю то, что говорили другие. Я слышала критику и насмешки всю свою жизнь. Она не очень красива, правда? Господи, это что, дочь Кларка Марлстоуна? Не похожа на свою мать, не так ли?

Тедди прикрыла одеялом свою наготу, внезапно почувствовав себя уязвимой, как будто бы была раком-отшельником, которого вытащили из его раковины.

– Ты и сам так думал, ведь правда? Когда пришел ко мне в первый день. Я видела это в твоих глазах. Ты был шокирован моей внешностью.

Алехандро напрягся.

– А разве сама ты добивалась другой реакции? Ты специально так ужасно оделась. Это защитный механизм. Я понимаю тебя, Тедди. На самом деле понимаю. Тебя слишком много раз били по самолюбию. Но я хочу, чтобы ты прекратила самобичевание.

Тедди прижала колени к груди, обнимая их и создавая баррикаду. Новый панцирь.

– И что потом? Притворяться, что я высокая, у меня совершенные ноги, светлые волосы и большие голубые глаза, как у твоих бывших? Как будто это сработает.

Алехандро резко встал, молча наблюдая за Тедди. Через несколько минут он, глубоко вздохнув, вернулся, сел рядом с ней на кровать и нежно погладил ее крепко сжатые пальцы.

– Ты прекрасна, querida. Не позволяй никому говорить тебе гадости.

Тедди посмотрела на него и на мгновение почувствовала себя красивой. Его взгляд был теплым и удивительно нежным. Алехандро взял ее руку и поднес к губам. Он целовал ее пальцы, не отрывая взгляда от ее лица.

– У тебя самые красивые глаза, что я когда-либо видел. – Он провел кончиком пальца по контуру ее губ. – Твои губы прекрасны. Такие мягкие и сладкие.

Алехандро наклонился, чтобы поцеловать Тедди. Это был нежный поцелуй, но в нем таилась и страсть. Она чувствовала, как его язык коснулся ее нижней губы. Власть, что он имел над ней, была всепоглощающей. Как Тедди вообще могла сопротивляться Алехандро? И как она сможет жить без него после того, как их брак придет к неизбежному концу?

Алехандро отодвинулся назад, чтобы посмотреть на Тедди:

– Твое тело прекрасно.

– У меня есть шрамы.

– Где?

– На бедре.

Он наклонил голову, чтобы посмотреть на ее бедра.

– Эта крошечная белая линия – шрам? Я даже не заметил.

Он опустил голову и принялся целовать ее бедро от колена до той тонкой белой линии. От прикосновений его языка по ее коже пошли мурашки, сердце забилось быстрее, перехватило дыхание.

Он легонько толкнул ее обратно на кровать, нежно пристроившись сверху, снова распаляя в ней пламя страсти. Тедди обвила руками его шею, когда его губы коснулись ее губ. Ее пальцы зарылись в его волосы.

Алехандро обхватил ее грудь рукой, большим пальцем лаская сосок и заставляя ее дрожать от желания. Его член упирался ей в бедро. Она провела по нему рукой и услышала стон:

– Я хочу тебя.

Тедди откинулась назад, глядя в его темные, как уголь, глаза, и почувствовала возрастающую волну тепла внутри.

– Я тоже хочу тебя.

«Я хочу тебя сейчас. Я хочу тебя завтра. Я хочу тебя всегда».

Тедди постаралась выкинуть из головы эти мысли. Настоящая минута – это все, что у нее было, потому что все скоро закончится. Скоро Тедди станет сказочно богатой – это ее главная цель, и разве стоило волноваться о чем-то еще?

Ранним утром Алехандро наблюдал за спящей Тедди. Она свернулась, как довольный котенок, положив щеку на одну руку, в то время как другая покоилась на его груди. Их ноги переплелись. Ее маленькие ножки выглядели крошечными по сравнению с его большими ногами. Волосы Тедди рассыпались темным облаком по подушке. Они пахли фиалками. Вчера ночью он собирался отправить ее спать к себе в комнату, но почему-то так и не сделал этого. Так хорошо было просто лежать с ней рядом, смотреть, как она засыпает, чувствовать, как прижимается к нему.

Пожалуй, впервые в жизни Алехандро занимался любовью, а не сексом. А ведь раньше он всегда гнался лишь за физическим удовольствием. Но с Тедди было все иначе. Каждый раз, когда он прикасался к ней, целовал ее, двигался с ней в одном ритме, он чувствовал, что она отдавала ему часть себя. Ни с одной женщиной ему еще не было так хорошо. Отсутствие сексуального опыта у Тедди подкупало его. Он понимал: она не просто отдавала ему свое тело, она полностью доверилась ему.

«Ты можешь попросить ее остаться», – непрошеная мысль озарила его сознание. Можно, в конце концов, предложить ей долгосрочный брак, который со временем стал бы только крепче и лучше.

Завести детей, чтобы сделать их наследниками состояния. Наблюдать, как они растут и развиваются, поддерживать их и любить больше всего на свете.

Дом.

Но у Тедди был свой дом, ради которого она отказалась от собственной свободы. Она вряд ли пожертвует особняком Марлстоунов, чтобы провести остаток своих дней в Аргентине. Мать Алехандро пыталась приспособиться к жизни в чужой стране, и ее затея провалилась. Переехать из Северного полушария в Южное было не так просто, как казалось на первый взгляд.

Алехандро не был готов рисковать. Их отношения с Тедди продлятся всего шесть месяцев. Это все, что необходимо для достижения их общих целей.

Тедди сделала глубокий вдох и прижалась еще ближе к Алехандро. Ее дыхание было легким и невесомым. Он чувствовал сладкий аромат ее волос и кожи, смешанный с его запахом и запахом секса.

«Что же, ты получил, что хотел. Только что ты будешь делать, когда через полгода она уйдет? Ведь, по сути, ты – просто средство для достижения ее цели. На твоем месте мог бы оказаться любой, и она все равно бы согласилась выйти за тебя, чтобы получить обратно свой дом».

Алехандро нахмурился, посмотрев на спящую Тедди. Он женился на ней, хотя зарекался когда-либо вступить в законный брак. Он провел с ней целую ночь, хотя не делал этого со времен своей бывшей. Что дальше? Какие намерения были у этого старого черта – Кларка Марлстоуна? Что он вообще хотел доказать своим нелепым завещанием? Тедди уедет, как только собственность снова будет в ее владении. Питать надежды на продолжение их брака – непростительная глупость.

Да, им с Тедди было хорошо в постели, но он больше не позволит чувствам затуманивать разум. Скоро все встанет на свои места. Во всяком случае, он на это надеялся.

Глава 9

Когда Тедди проснулась на следующее утро, Алехандро принес завтрак на подносе. Ее сердце дрогнуло, когда он одарил ее своей лучезарной улыбкой.

– Хорошо спала?

Она поднялась и поправила растрепанные волосы.

– Как ребенок.

– Мне звонил брат. Он летит домой на несколько дней. И он горит желанием встретиться с тобой.

Тедди взяла чашку чаю и сжала ее обеими руками.

– Ты скажешь ему, что мы…

– Это не его дело.

Алехандро подошел к окну. Мышцы спины и плеч были напряжены, чего не мог скрыть легкий хлопок рубашки.

– Вы близки?

– Конечно, он же мой брат.

– Некоторые родственники ненавидят друг друга.

– Это не про нас.

Тедди стало любопытно: разделял ли он с братом ответственность в полной мере? Или он снисходительно относится к Луису, давая полную свободу, которой у него самого не было из-за многочисленных обязанностей?

Прошлой ночью они с Алехандро были единым целым, но все же Тедди не могла сказать, что знает о своем муже все. Не раскаивается ли он в случившемся? Брак, пусть даже фиктивный, теперь будет не так легко расторгнуть, как предполагалось. Может, Алехандро боялся, что теперь Тедди захочет, чтобы их отношения стали реальными?

Она посмотрела вниз, на содержимое дымящейся в руках чашки.

– Прошлая ночь ничего не меняет. По истечении полугода мы расстанемся, как и договаривались.

Тишину нарушило ржание лошади, пасущейся на одном из окрестных полей.

– Почему ты согласилась провести со мной ночь?

Тедди равнодушно пожала плечами:

– Ты был так обходителен.

Он взглянул на нее:

– Я серьезно, Тедди. Почему?

Она внимательно изучала дно своей чашки.

– Я хотела узнать, как это. Я занималась любовью только с одним мужчиной, и это был не самый приятный опыт.

Алехандро помрачнел.

– Он ведь не заставил тебя, правда?

Тедди покачала головой:

– Нет… ничего подобного. Это было, когда я училась в художественной школе. Он был моим одноклассником. Другом… или мне так казалось. – Она вздохнула и продолжила: – Позже я узнала, что он просто хотел выиграть спор.

– Это подло.

– Я тоже так подумала.

Алехандро вернулся к кровати и сел на край, нежно поглаживая руку Тедди.

– Значит, с тех пор ты ни с кем не занималась любовью?

– Нет.

Алехандро внимательно посмотрел на Тедди:

– Ты сказала, что прошлая ночь ничего не меняет. Означает ли это, что ты не хочешь близости?

– А ты этого хочешь?

Выражение его лица казалось непроницаемым.

– И еще одно… Немногие жены хотели бы, чтобы их мужья искали себе любовниц.

Взгляд Тедди был лукав.

– Предположу, что большинство мужей тоже не испытывают восторга, когда их жены заводят интрижки на стороне.

Алехандро смерил ее пронзительным взглядом:

– Так ты хочешь завести интрижку?

Тедди вздохнула:

– Нет. Я знаю, клятвы, которые мы давали друг другу, были ложью, но я не нарушаю собственные обещания.

Алехандро продолжал мягко поглаживать ее ладонь.

– Прошлая ночь была… – он сделал паузу, словно подыскивая нужное слово, – особенной.

Тедди не могла удержаться от колкости:

– Лучший секс в твоей жизни?

Алехандро помрачнел, но не перестал гладить ее руку. И не ответил. Тедди пыталась понять, был ли он раздражен ее вопросом или же пытался найти правильный ответ. Или сравнивал ее со своим гаремом бывших любовниц? Действительно ли их ночь была особенной?

Тедди посмотрела на их соединенные руки – темный загар его кожи на фоне ее молочно-белой руки. Его пальцы были сильными и теплыми, успокаивающими и в то же время возбуждающими. Его бедра находились так близко к ней, что она могла чувствовать соблазнительное тепло его тела. Внутри ее все сжималось от одной мысли о прошлой ночи.

– Я не напрашивалась на комплименты.

Губы Алехандро растянулись в подобии улыбки, и он нежно сжал ее руку.

– Я знаю, что нет.

– Он сказал так… тот парень, о котором я тебе рассказывала. – Она сжала губы. – Я ему не поверила, конечно. Это, возможно, и был мой первый раз, но я не была так наивна, чтобы поверить.

Молчание продолжалось еще несколько мгновений.

Тедди растворилась в ласковом взгляде Алехандро. Тлеющий в нем огонь вызвал импульс глубоко внутри ее. Она заметила, как его взгляд скользнул к ее губам и обратно.

Он поднял другую руку и осторожно провел пальцами по ее щеке.

– То, что случилось прошлой ночью, не расстроило тебя, ведь так?

– Нет.

– Уверена?

Тедди непроизвольно сжала ноги, но он, должно быть, заметил это движение, потому что на его лице появилось выражение горькой иронии.

Алехандро нежно погладил ее по подбородку.

– Я хотел бы показать тебе конюшни.

Тедди побледнела.

– Я не очень хорошо управляюсь с лошадьми. Предпочитаю любоваться ими на расстоянии.

– Со мной ты будешь в безопасности.

«Я уже в огромной опасности».

– Ты же не думаешь, что я буду кататься на лошади?

– Только когда сама пожелаешь. Я могу тебя научить, если хочешь. Я учил Хорхе и Софи.

– Пожалуй, воздержусь.

– Говорят, я хороший учитель.

Тедди в этом не сомневалась – она оценила его мастерство любовника прошлой ночью и понимала, что он может преподать ей множество полезных уроков.

– Я медленно учусь. Это может занять больше шести месяцев. Что же тогда?

Алехандро удерживал ее взгляд, как будто мысленно обдумывал такую возможность.

– Поверь, нам потребуется не так много времени.

– Я подумаю.

Алехандро продолжал удерживать взгляд Тедди.

– Иногда столкнуться лицом к лицу с вещами, которые пугают нас больше всего, – единственный способ получить контроль над своими страхами.

Тедди скептически посмотрела на Алехандро:

– Означает ли это, что в следующий раз, когда я принесу розы в дом, ты не будешь бросать их в ближайшую урну?

На лице Алехандро заходили желваки.

– Договорились. Если хочешь розы, то попроси Эстефанию принести тебе несколько.

Он резко поднялся с кровати.

– Я не знаю, когда приезжает мой брат. Иногда он предупреждает меня заранее о своем визите.

– Почему ты так ненавидишь розы?

Алехандро провел рукой по волосам.

– Это были любимые цветы моей матери. Она до сих пор их обожает, как говорит Луис. Мой отец разбил для нее целую оранжерею из роз. Посадил их пол-акра. Заказывал из-за границы всяческие сор та. Его не волновало, сколько это стоит. Но никакие розы не смогли удержать ее, когда она захотела уйти.

Тедди задумалась, вспоминая сады вокруг виллы.

– Но я не видела вокруг никаких роз.

Взгляд Алехандро был красноречивее слов.

– Ты избавился от них? Ото всех?

– В день, когда мой отец умер, я сровнял их с землей.

– Отец попросил тебя об этом перед смертью?

– Не было никакого смысла держать их, раз он ушел.

Тедди представила великолепные цветы, которые были сломаны, раздавлены и смяты.

– Не надо было делать этого.

Он помрачнел.

– Ты даже не представляешь, насколько мне стало легче после того, как я похоронил эти гадкие растения. Они воплощали то, что я презираю больше всего. Неверность, трусость, предательство.

Тедди замолчала, не желая участвовать в споре, который причинял Алехандро так много боли. Ее удивило, что у них были одинаковые ценности. Это притягивало к нему еще сильнее.

Крошечный огонек надежды затрепетал в груди Тедди. А вдруг их фиктивный брак вырастет в нечто большее? По сути, между ними не так уж мало общего… Или она принимает желаемое за действительное?

Тедди сменила тему, чтобы не мучить себя ложными надеждами.

– Я подготовлюсь к приезду твоего брата.

Он хмыкнул и направился к двери. Но на пути он заметил рисунки Тедди и остановился, чтобы лучше их рассмотреть.

– Это твои?

– Да.

Он взял ее этюдник.

– Ничего, если я взгляну?

– Пожалуйста.

Тедди наблюдала за тем, как Алехандро сосредоточенно переворачивал страницу за страницей. Через некоторое время он положил этюдник и посмотрел на нее:

– Ты очень талантлива. Я понятия не имел, насколько талантлива.

– Мой отец думал, что я впустую теряю время.

– Ну, что ж с него возьмешь, так ведь? – Алехандро, казалось, разговаривал сам с собой, разглядывая эскизы, что она оставила на столе.

– А ты знал его?

– Я сталкивался с ним на протяжении многих лет. Видимо, наши родители познакомились в то время, когда мой отец находился в Англии по студенческому обмену. Они продолжали свою дружбу, поскольку имели общие деловые интересы. Но я не уверен, что мой отец продолжал считать его своим другом после того, как узнал об обмане.

– Отец не говорил об этом с тобой?

Алехандро взял один из ее карандашей и попробовал острие стержня пальцем.

– Мне было всего лишь десять лет в то время. Мой отец сделал все возможное, чтобы не обременять меня вещами, в которых мне еще рано было разбираться. Но я вполне все понимал. Я знал, что он был обманут, и я поклялся, что сделаю все, чтобы добиться справедливости.

– Мой отец знал о твоих намерениях?

Алехандро положил карандаш и внимательно посмотрел на Тедди:

– Я дал ему это понять, когда наши пути пересеклись.

Тедди прикусила нижнюю губу.

– Я до сих пор не понимаю, почему он затеял все это. Не думаю, что ему даже отдаленно нравился мой троюродный брат. Зачем ему передавать все кузену?

– Потому что некоторые люди любят играть с жизнями других людей, – заметил Алехандро. – Они получают извращенное удовольствие от того, что строят им козни.

Тедди глубоко вздохнула.

– Я думаю, ты прав…

Алехандро вернулся к ней и, приподняв ее подбородок, заглянул в глаза:

– Этот человек не стоит твоего беспокойства, Тедди. Он, может, и был твоим биологическим отцом, но, если подумать, он сделал для тебя не больше, чем для меня моя мать.

Она слегка улыбнулась:

– Я знаю…

Он наклонился и нежно поцеловал ее в губы.

– Я не позволю ему победить, querida.

«Кажется, что он уже победил», – подумала Тедди, как только за Алехандро закрылась дверь.

Тедди и Алехандро смотрели, как Хорхе и старший конюх занимались на тренировочной арене с одним из жеребят для игры в поло. Алехандро немного рассказал ей, как развивался их семейный бизнес. Его дед заработал деньги на виноградниках и оливковых рощах, но еще в молодости отец Алехандро проявил страсть к селекции, выращиванию и продаже лошадей для поло. Когда Алехандро взял в руки контроль над семейным бизнесом, он стал поставлять лошадей европейской и ближневосточной знати, но его главной целью стало строительство экокурорта с площадками для поло. Для этого ему и была так необходима земля, которую отец Тедди купил у его отца. Тедди слышала страсть в его голосе, когда Алехандро описывал курорт, о котором мечтал с детства. Его любовь к лошадям и забота о них не подлежали сомнению.

– На хорошей лошади для поло нужно ездить каждый день, – сказал Алехандро. – Мы начинаем постепенно, важно, чтобы лошадь сначала полностью расслабилась. Только после этого можно начинать обучение игре.

– Какие красивые животные, – сказала Тедди, втайне завидуя Хорхе, который двигался, казалось, так легко.

Алехандро посмотрел на нее сверху вниз:

– Хочешь попытаться проехать на спокойной кобыле? Я поведу ее.

– Я не знаю…

Она закусила губу, посмотрев на великолепную лошадь, которую конюх подвел к ней.

Алехандро погладил блестящую шею кобылы, и лошадь потерлась о него.

– Это Пепита. Она слишком старая, чтобы бегать быстрее, чем рысью. Я помогу тебе взобраться на нее.

Тедди замерла, ее нервы напряглись до предела, когда Алехандро сзади положил руки ей на талию.

– Расслабься, querida. Я знаю, что ты нервничаешь, но я буду все время рядом. Забирайся наверх. Давай. Ты сможешь.

Быть может, она взобралась и не слишком изящно, но и не рухнула, что также было достижением. Ее ноги обхватили кожаное седло, а руки вцепились в гриву кобылы. Лошадь не нервничала. Она стояла совершенно неподвижно, только головой толкнула Алехандро в поисках лакомства.

– Пока все в порядке? – спросил он.

– Кажется, да…

– Ты прекрасно держишься.

Он повел кобылу, проверяя, как Тедди чувствует себя в седле. Удивительно, но она держалась уверенно. Ее бедра и мышцы живота поначалу были сильно напряжены, но после нескольких метров она почувствовала себя спокойнее, словно становясь единым целым с лошадью и перестав ощущать себя громоздкой ношей.

Алехандро улыбнулся ей:

– У тебя талант. Вскоре ты будешь ездить, как настоящий профессионал.

Тедди подумала, что это было слишком лестно с его стороны, но все же не могла не засиять от комплимента. Алехандро не стал настаивать, чтобы она попробовала скакать рысью; вместо этого он сказал, что они попробуют более быстрый темп, как только она станет более уверенно держаться в седле и будет готова к следующему шагу.

Тедди стало любопытно, применял ли он подобную тактику в спальне. За последние несколько ночей Алехандро продемонстрировал, насколько чувственным и внимательным любовником он был. Он не подгонял Тедди, позволяя ей почувствовать себя комфортно. Даже тогда, когда он просто смотрел на нее, она ощущала, как мурашки бегут по телу.

Алехандро помог Тедди спуститься с кобылы и вернулся с ней на виллу, обвив руку вокруг ее талии. Тедди пыталась убедить себя, что он делал это не только потому, что на них смотрели работники конюшен. От его прикосновений по ее телу словно прошел электрический разряд.

– Хочешь искупаться?

«Я хочу тебя», – подумала Тедди.

– Конечно.

Она не сразу поняла, что он ведет ее прямо к закрытому бассейну. Она замерла на полушаге.

– Мне нужно взять купальник.

Его глаза блеснули.

– Нет, не нужно. Мы можем плавать голыми.

– Что, если кто-то меня увидит?

– Я хочу увидеть тебя.

– Я имею в виду кого-то другого… прислугу или…

– Мои сотрудники знают, что мы спим вместе в одной постели. Им вряд ли покажется странным, что мы плаваем вместе обнаженными. Во всяком случае, они меня знают достаточно хорошо, чтобы держать дистанцию.

– Я полагаю, ты делал это с прошлыми любовницами сотни раз.

Тедди не хотела, чтобы ее слова звучали так раздраженно, но ее задевало, что прошлое Алехандро было столь бурным и красочным. Будет ли она когда-нибудь ощущать себя такой же искушенной и опытной, как ее сверстницы? Почему она не может так же легко относиться к сексу, как все остальные? Как Алехандро?

Он остановился, повернув Тедди к себе.

– Мы пришли сюда каждый со своим багажом. Но это не значит, что мы не можем хорошо проводить время, пока мы вместе.

«Пока мы вместе».

Алехандро постоянно напоминал Тедди, что их отношения временны?

Тедди задрожала, когда он начал расстегивать пуговицы на ее рубашке, а затем медленно снял бюстгальтер. Его теплые руки обняли ее и стали ласкать, возбуждая все больше и больше. Она сорвала с него рубашку, прижимаясь губами к его горячему телу, пробуя его на вкус, скользя языком по его груди. Алехандро слегка дрогнул, когда ее руки легли на его ремень. Он скинул джинсы и нижнее белье, подставляя полуденному солнцу свою смуглую кожу.

Они переместились к ступеням бассейна, но, прежде чем Алехандро успел погрузиться в воду, Тедди остановила его, положив руку ему на грудь:

– Сядь.

Он чуть-чуть приподнял брови, но его темные глаза сверкнули в предвкушении.

– Если ты собираешься делать то, что я думаю…

С его губ сорвалось сочное бранное слово, как только Тедди взяла его член в рот, принявшись за дело без предисловий. Она почувствовала, что он дрожит от радостного удивления, услышала, как он утробно застонал, пока она продолжала свои интимные ласки. Он сделал тщетную попытку остановить ее, положив руки ей на плечи, но она была неумолима в стремлении доставить ему удовольствие.

И ей это удалось.

Алехандро дрогнул всем телом и обмяк. При мысли о том, что Тедди довела его до оргазма губами и языком, его тело запульсировало от желания.

Он наградил ее пылким взглядом.

– Ты, конечно, понимаешь, что за этим следует?

Тедди почувствовала возбуждающее покалывание на спине.

– Я?

Он быстро пересадил ее на край бассейна и развел бедра в стороны. Она запрокинула голову назад, а он ласкал ее губами и языком. Ей было безразлично, наблюдает ли за ними кто-нибудь с виллы. Даже если бы сейчас их показывали в новостях по всему миру, ей было все равно. Единственное, что сейчас волновало Тедди, – ощущения, которые разливались по ее телу. Через несколько мгновений ее тело сотряслось в мощном оргазме, как вулкан, посылая волны удовольствия через все поры ее кожи. Она полностью отдалась ощущениям, позволяя уносить ее все дальше и дальше.

Алехандро опустил Тедди в воду и медленно поцеловал ее, не оставляя ни одного уголка губ нетронутым. Ни один из них не произнес ни слова. Их тела сказали все, что нужно было сказать. Тедди стояла рядом с Алехандро, расслабленно откинув голову чуть в сторону, в то время как его губы прильнули к ее шее. Она слегка вздрогнула, когда он коснулся языком ее уха.

– Щекотно!

Алехандро скользнул губами вниз по ее плечу, облизывая, поглаживая, легонько касаясь ее зубами, пока она не обессилела от восторга.

– Я люблю касаться твоей кожи. Она нежная, как лепесток цветка.

Тедди повернулась в его объятиях и обвила руки вокруг его шеи. Ее взгляд был игрив и дерзок.

– Розы?

Он криво улыбнулся:

– Дай угадать… это твой любимый цветок?

Тедди улыбнулась в ответ, наслаждаясь ощущением близости. Он продолжал смотреть на нее с нежностью. Тедди никогда не чувствовала себя более желанной или красивой, чем в этот момент.

– Я всегда их любила. У нас в поместье есть огромный розовый сад. Я провожу там много времени, работая над эскизами.

Алехандро держал руки на ее бедрах, нежно прижимая ее к себе.

– Что тебе в них нравится?

Тедди погладила его щетинистую щеку.

– Мне нравится, что их стебли колючие и тернистые, а бутоны такие мягкие и так божественно пахнут.

Алехандро посмотрел на нее долгим взглядом, после чего провел указательным пальцем по ее переносице, непроизвольно вздохнув.

– Ты права.

– В чем?

– Я не должен был от них избавляться.

Тедди прижала подушечку большого пальца к его нижней губе.

– Ты можешь высадить их обратно. Создать совершенно новый сад, не похожий на старый.

Миг или два царило молчание.

– Ты поможешь мне?

Она посмотрела на него:

– Я?

– Почему нет?

Тедди прикусила нижнюю губу.

– Я не очень сильна в садоводстве, но знаю, что сейчас не то время, чтобы сажать розы. Это нужно делать зимой. Где-то… через восемь месяцев.

– Я знаю, но ты можешь помочь мне выбрать сорта. Ты можешь нарисовать план расположения сада. При всех наработках, сделанных загодя, было бы относительно просто все реализовать, как только придет зима.

Тедди не хотела думать о том, где она окажется, когда придет зима.

– Я буду счастлива помочь, если ты так уверен, что моя помощь тебе не навредит.

Алехандро улыбнулся и прижал Тедди к себе, опустил голову, чтобы поцеловать ее.

– Конечно, я очень хочу, чтобы ты мне помогла.

Глава 10

Алехандро оперся на забор конюшни и наблюдал, как Тедди ездит верхом на Пепите медленной, но уверенной рысью. Тедди смотрелась красиво, со стороны казалось, что верховая езда давалась ей легко. Она даже улыбнулась ему, когда проехала мимо, делая очередной круг. Именно в такие моменты он понимал, как сильно она ему небезразлична.

Он распознал свои истинные чувства к ней не сразу. Все началось с мелочей: ее взгляд, застенчивая улыбка, смех, похожий на звук колокольчика. Забота, с которой она относилась к Софи и Хорхе.

Она помогала по хозяйству, делала цветочные композиции, которыми Эстефания украшала столы в комнатах, и даже взялась заниматься с Хорхе рисованием, когда увидела, что мальчик проявляет к этому интерес. С ее появлением вилла стала более уютной и домашней. Она украсила гостиную красочными подушками и настояла на том, чтобы установить в комнатах открывающиеся шторы и жалюзи, которые позволяли пропускать больше солнечного света в помещения. С ее появлением словно проснулись комнатные растения, дом заиграл и ожил.

Она научила Софи и Хорхе есть в соответствии с этикетом, показывая им, какие столовые приборы использовать для разных блюд, и объясняя, как поддержать светскую беседу с кем-то, кого они не знают. Она делала все это изящно и терпеливо, дополняя то, что уже сделал Алехандро.

Она потратила уйму времени, работая над планом розового сада; общалась с садовниками, занималась поиском магазинов, где можно было заказать все необходимые сорта роз, когда придет время.

Алехандро беспокоился, что она переутомляется, но каждый день будто прибавлял ей сил. Ее хромота не собиралась проходить, но Алехандро был уверен, что она стала менее заметна. Или, может быть, это стало менее заметно для него.

Он улыбнулся, когда она проехала рядом.

– У тебя хорошо выходит, mi dulzura. Ты поедешь галопом прежде, чем осознаешь это.

– Не загадывай наперед.

Алехандро помог ей слезть с лошади, не потому, что ей нужна была помощь, а потому, что он искал любую возможность прикоснуться к ней. Держать ее в своих руках. Оберегать ее. Это стремление было столь сильным, что он хотел сказать ей об этом. Но не спешил. Ему хотелось продержать свою любовь в тайне еще немного. Он подозревал, что его слуги уже обо всем догадались. Софи уже сказала ему, что не может дождаться, когда они с Тедди заведут детей, чтобы она помогала нянчиться с ними. Мысль о воспитании детей с Тедди совершенно не отпугивала его. Дети сделают виллу домом. Смех, любовь и жизнь взаимосвязаны. Для осознания этого факта, было необходимо, чтобы в его жизни появилась Тедди.

Он не собирался говорить это здесь. Не возле конюшни. И не перед своим братом. Нет, он увезет ее на выходной в более укромное место. Побалует ее, как принцессу; попросит ее, чтобы она оставалась с ним навсегда.

Он нежно поцеловал ее в губы.

– Я получил сообщение от брата. Он в пяти минутах езды от нас.

Ее лицо вытянулось.

– О нет! Я грязная. От меня несет лошадьми и сеном.

– Ты прекрасно выглядишь, querida.

Она посмотрела на него в панике:

– Но я хотела приготовиться. Что он подумает обо мне? Волосы растрепаны из-за шлема, а одежда вся в пыли и грязи.

Алехандро иронично улыбнулся:

– Ты не была столь придирчива к себе, когда мы увиделись с тобой впервые.

Она закусила губу, а щеки залились цветом, который он обожал.

– То было иначе…

Он наклонился, чтобы поцеловать ее снова.

– Но так было.

Когда они подходили к вилле, Тедди услышала рев спортивного автомобиля вдалеке. Она наблюдала, как автомобиль с головокружительной скоростью ехал по направлению к ним, поднимая клубы пыли.

– Он едет очень быстро.

– У моего брата только две скорости, – сказал Алехандро. – Быстро и еще быстрее.

Автомобиль с визгом остановился в метре от них. Высокий темноволосый мужчина эффектно вышел из машины. На первый взгляд, это была копия Алехандро, но, когда Луис подошел ближе, она смогла увидеть небольшие различия. У него были такие же черные волосы, широкие брови и глаза с длинными ресницами, которые могли заставить плакать от зависти любую женщину. Он был такого же роста, как Алехандро, и даже легкая небритость у братьев была один в один. Правда, в отличие от прямого носа Алехандро, у Луиса был ястребиный, угрожающего вида нос. Он мог бы придать его лицу слегка угрюмое выражение, если бы не открытая, лучезарная улыбка, которая, казалось, не сходила с его лица никогда.

Он сверкнул белоснежными зубами и протянул Тедди руку:

– Hola[6]. Добро пожаловать в семью. Хорошо, что у меня наконец-то есть сестра.

– Как дела?

Темные глаза Луиса блеснули, он нагло разглядывал ее.

– Ты не похожа на всех бывших моего брата, но если верить его рассказам – ты прекрасна во всем, чем бы ни занималась.

– Я не говорил, что она…

– Мой брат не понимает юмора. – Луис положил руку на плечо Тедди и немного сдавил. – Может, пока ты здесь, поможешь ему с этим?

– Не обращайся с ней так грубо. – Тон Алехандро был жестким, как у старшего, говорящего со своенравным ребенком.

Луис поднял брови, но Тедди увидела озорной огонек в его глазах.

– Я думал, что это только на бумаге…

– Это не так. – Алехандро взял ее за руку и прижал к себе, защищая.

Луис откинулся на каблуках и смотрел на них.

– Так, так, так.

Тедди знала, что она покраснела, как школьница, но ничего не могла с этим поделать. Разница между этими двумя была очень большой. Алехандро был серьезный, размеренный, деловой, скупой на эмоции. Луис был очаровательный, дерзкий, игривый и совершенно несдержанный в проявлении чувств.

– Ну ты и шустряк, братец, – сказал Луис с дьявольской усмешкой. – Впрочем, ты молодец. Максимально используешь ситуацию, особенно сейчас.

Алехандро сомкнул брови:

– Что ты имеешь в виду?

Темные глаза Луиса блеснули. Он бросил свои ключи в воздух и ловко поймал их.

– Мама приезжает насовсем. Будет во второй половине дня.

Тедди посмотрела на Алехандро. Выражение его лица было бесстрастным.

– Ну и что? – сказал он.

Луис положил ключи в карман.

– Она хочет встретиться с невесткой. Я организую маленькую вечеринку, там и представишь ей Тедди.

Алехандро сжал зубы.

– Я не хочу, чтобы она приближалась к Тедди.

Луис продолжал смотреть на старшего брата, когда обратился к Тедди:

– Кажется, ты сотворила чудо, Тедди. Я никогда не думал, что доживу до этого дня.

– Ты все правильно понял, Луис. – Тон Алехандро был непреклонен. – Что же касается матери – ничего хорошего от этой женщины я не жду. Она здесь только для того, чтобы придираться и мутить воду. Ты же знаешь, какая она.

– Не волнуйтесь, – сказал Луис. – Я пригласил много гостей, чтобы разбавить ее компанию. Это будет странно, если вы не появитесь. Не обязательно оставаться до конца. – Его темные глаза блеснули снова. – Вас все поймут, у вас же медовый месяц.

Тедди слышала, как Алехандро заскрипел зубами, когда они провожали взглядом спортивный автомобиль Луиса.

– Я не против вечеринки, – сказала она. – Луис прав. Это будет выглядеть странно, если мы не придем.

Он мрачно посмотрел на нее, держа за руки:

– Если бы я мог избавить тебя от этого, я бы так и сделал.

– Не волнуйся, я надену «штаны большой девочки».

Он улыбнулся уголком рта.

– Предпочитаю видеть тебя без них.

Тедди посмотрела на него с притворным ужасом:

– Не перед твоей матерью, конечно?

Он заправил ее мокрую от пота прядь волос за ухо.

– Это то, что мне нравится в тебе, mi amor. Ты смелая. Это одно из качеств, которыми я восхищаюсь больше всего.

Она ему нравилась? Он восхищался ею? Значит ли это, что он… любил ее? Ее страшила такая мысль, ведь эти надежды могли разбиться, не успев расцвести.

– Я уверена, что это будет прекрасная вечеринка и хороший шанс встретить друзей Луиса. Он очень обаятельный, не так ли?

Серьезное выражение Алехандро превратилось в улыбку.

– Да. Он знает, как работать на публику. Это у него с детства.

– Мне он нравится.

– Я так и думал. Ты ему тоже нравишься.

– Ты так считаешь?

Он нежно коснулся кончика ее носа.

– А как может быть иначе?

Тедди посмотрела в его глаза, поразившись, насколько теплыми и нежными они были. Должна ли она что-то говорить? Сказать, что любит? Или это слишком рано? А что, если она ошибается?

– Алехандро…

– После окончания вечеринки я хочу уехать с тобой на пару дней, – сказал он. – Только ты и я.

– А как же Софи и Хорхе?

Он снова улыбнулся:

– Это еще одна вещь, которая мне в тебе нравится. Ты всегда думаешь о других.

– Ты тоже.

– Может быть, иногда.

– Всегда, – сказала Тедди. – Посмотри на все, что ты сделал для Луиса. А теперь делаешь для Софи и Хорхе. Ты жертвуешь своей жизнью ради них.

Он долго смотрел ей в глаза, а потом поцеловал руку.

– Ты была добра к ним и за короткое время сделала больше, чем я за месяцы.

– Они хорошие дети. Я буду скучать по ним, когда уеду отсюда.

Если бы он хотел, чтобы она осталась, он сказал бы это сейчас.

Но нет, он этого не сделал.

Он просто улыбнулся, взял ее за руку и повел внутрь виллы.

Глава 11

– Вы выглядите потрясающе, – сказала Софи, нанося последние штрихи к прическе и макияжу Тедди. – Видите? Что я вам говорила? Я хорошо управляюсь с волосами и макияжем, si?

Тедди посмотрела в зеркало и ахнула вслух.

– Действительно.

Она смотрела на себя другую – более утонченную и гламурную. Ее волосы были зачесаны назад, придавая прическе высоту, а нижние пряди спадали волнами на плечи. Ее макияж не был ярким – она настояла на этом, – но Софи удалось удачно подчеркнуть ее серо-голубые глаза и от природы длинные ресницы.

В дверь постучали, и Софи отложила кисти, чтобы поговорить с вошедшим в комнату Алехандро.

– Теперь вы согласитесь отправить меня учиться на визажиста?

Он посмотрел на Тедди, улыбаясь:

– Ты прекрасно справилась, но у тебя был хороший материал для работы. Работать с кем-то менее красивым может оказаться трудной задачей.

– Он считает, что я слишком молода, чтобы уехать жить в Буэнос-Айрес, – сказала Софи Тедди. – Скажите ему, что я уже взрослая. Я хочу быть стилистом и визажистом. Я хочу работать в кино.

– Я же говорил, что подумаю над этим, – сказал Алехандро. – Теперь брысь отсюда, пока я не передумал.

Софи надулась, выходя из комнаты.

– Ты будешь ужасным отцом. Ты слишком строг.

– Действительно, mi amor? – спросил Алехандро, когда стихло эхо захлопнувшейся двери. – Ты думаешь, из меня выйдет ужасный отец?

Тедди охватила дрожь, когда его руки легли на ее обнаженные плечи. Он стоял позади ее.

– Я думаю, ты будешь замечательным отцом. У тебя уже было много практики.

Он усмехнулся:

– Что есть, то есть. Переживаешь из-за сегодняшнего вечера?

– Нисколько. – Это была ложь, но она не хотела, чтобы он беспокоился. У него и так было много переживаний из-за матери, с которой они не виделись долгие годы.

Алехандро оторвался от нее и достал бархатную коробочку.

– У меня есть кое-что для тебя. – Он вынул из футляра тонкую золотую цепочку с сапфировым кулоном, инкрустированным сверкающими бриллиантами, и пару соответствующих сережек.

Тедди сидела неподвижно, когда он застегивал кулон на ее шее. Встретившись с ним взглядом, когда он надевал ей серьги, она проговорила:

– Они великолепны.

Он снова положил руки на ее плечи. Она почувствовала его тепло и подавила дрожь желания.

– Ты великолепна, Тедди. У меня просто дух захватывает, когда я смотрю на тебя.

Она положила свою руку поверх его.

– Спасибо.

– За утверждение очевидного?

– За то, что вернул мне уверенность.

– Ты сделала все сама, querida.

Тедди взяла сумочку и аккуратно поднялась со стула. Она посмотрела на трость, прислоненную к столику. Как же она хотела прийти на вечеринку Луиса, используя руку Алехандро как единственную поддержку.

Алехандро передал ей трость. Его взгляд был полон заботы.

– Лучше обезопасить себя.

«Когда я с тобой, я в безопасности», – подумала Тедди.

Коктейльная вечеринка была в полном разгаре. Тедди старалась держаться как можно спокойнее, когда ее представляли другим гостям. Она забыла большую часть имен почти сразу, потому что ее взгляд был прикован к центру комнаты, где царствовала мать Алехандро.

Охарактеризовать Элоизу Бошан как красавицу было бы преуменьшением, даже несмотря на то, что ей было хорошо за пятьдесят. Она была темноволосой, высокой и стройной, с длинными ногами и красивыми холеными руками. Ее талия до сих пор оставалась такой узкой, что мужские ладони могли бы полностью охватить ее. Казалось, ее окружала аура элегантности, утонченности и уравновешенности. Дизайнерская одежда, потрясающие украшения, волосы и макияж – все было совершенно.

Тедди почувствовала, как ее грудь сжалась. Каким образом она собиралась впечатлить эту красавицу? От волнения ее бедро предательски разболелось. когда Алехандро вел ее по залу, она чуть не споткнулась, но он успел подхватить ее.

– Осторожно, querida.

– Я в порядке.

Он сплел свои пальцы с ее.

– Мы не обязаны оставаться долго, если ты…

– Я же сказала, что в порядке. – Она взяла бокал шампанского у официанта. – Я так давно не была на вечеринках.

Алехандро выглядел спокойным. Если он и был напряжен из-за предстоящей встречи со своей матерью, то не подавал никаких признаков.

Вскоре к ним подошел Луис, ведущий Элоизу под руку.

Карие глаза Элоизы смотрели прямо в глаза Алехандро, ее красивые губы изогнулись в улыбке.

– Я полагаю, вас можно поздравить.

Алехандро не заморачивался с притворной улыбкой. Выражение его лица было холодно, как при приветствии незнакомца.

– Тедди, знакомься, это моя мать, Элоиза, – вежливо проговорил он.

– Здравствуйте, – сказала Тедди. – Приятно познакомиться.

Элоиза быстро пробежала взглядом по фигуре и одежде Тедди. Тут же платье, в котором она чувствовала себя красавицей, превратилось в соломенный мешок, а туфли-балетки показались стоптанными домашними шлепанцами. Ее трость… Ну что она могла сказать? На лице Элоизы было написано все. Единственное, за что Тедди не было стыдно, – так это за украшения, которые подарил ей Алехандро. Они были даже лучше, чем у его матери.

– Это необычный способ познакомиться с невесткой, не так ли? – сказала Элоиза. – Я бы пришла на свадьбу, если бы меня пригласили.

– Мы хотели держать это в тайне из-за недавней смерти моего отца, – парировал Алехандро.

– Мои глубочайшие соболезнования.

– Спасибо.

Элоиза перевела взгляд на своего старшего сына:

– Вы не пришли ко мне в гости в мой новый дом в Живерни. Почему?

– Я был занят.

Элоиза натянуто улыбнулась, посмотрев на Тедди.

– Алехандро не простил меня за то, что я не оправдала его ожиданий. У него невероятно высокие стандарты. Он всегда был таким, даже в раннем детстве. Это ужасно утомляло.

– Простите меня. – Алехандро формально откланялся, прежде чем отвернуться, чтобы поговорить с Луисом о планах на курорт. Тедди поняла, что, не будь рядом Луиса, он нашел бы другой повод оставить их. Разговор с матерью был ему неприятен.

– Все-таки он женился, – продолжала Элоиза. – Я думала, что он никогда не решится после того, как его оставила невеста.

– Она не любила его. И я не верю, что он любил ее.

– Думаю, что нет. – Элоиза провела пальцами по краю своего бокала. – Это очень большая ошибка – жениться на человеке, которого не любишь. В конечном итоге, это принесет только несчастье. Всем.

– Вы не любили отца Алехандро и Луиса?

Элоиза вздохнула и опустила плечи вниз.

– Нет. Я не была готова к браку и, как оказалось, к материнству тоже. Для меня это как… клаустрофобия. В семье я задыхалась. Остаться с Пако после того, как он попал в аварию, значило похоронить себя заживо. Я не была достаточно сильной, чтобы остаться.

– Это, наверное, трудное решение – оставить мальчиков.

Элоиза прохладно улыбнулась:

– Все думают, что иметь детей – это огромное счастье. Но все люди разные. Мне была невыносима беременность. Невыносимы были и роды, и висящие на мне дети. Впрочем, – Элоиза властно приподняла бровь, – мне будет интересно посмотреть, как вы справитесь с вашими детьми. Задумывались ли вы о том, что с вашими… э… ограничениями вам будет достаточно непросто обеспечить им должный уход?

Тедди была шокирована ее грубостью. Как может такой нежный, любящий и заботливый человек, как Алехандро, быть сыном этой холодной и бесчувственной женщины? Это просто не укладывалось в ее голове.

– Недостаток подвижности я компенсирую любовью, – просто сказала она.

Алехандро появился рядом с ней. Его присутствие придавало ей такой уверенности, что Тедди могла одолеть Голиафа.

– Все в порядке?

– Почему нет? – сказала Элоиза. – Мы с твоей женой общались на тему детей. Сколько вы планируете завести?

Выражение лица Алехандро ничего не выражало.

– Мы это еще не обсуждали. Мы же недавно поженились.

– Ты знал, что Мерседес ушла от мужа? – сказала Элоиза. – Как жаль, что ты не подождал немного дольше, вы могли бы снова сойтись.

– Я счастлив моим выбором.

Так ли это? Сердце Тедди замерло. Ее ему навязали. У него не было никакого выбора. И какой матерью она будет? Слова Элоизы ранили ее, как кинжалы. Как она справится? Почему она даже не задавалась этим вопросом? Возможно, Алехандро нравилось быть с ней, заниматься любовью. Но было бы глупо надеяться на что-то большее. Сегодняшний вечер стал подтверждением того, что они из разных миров. В окружении гламурной толпы она чувствовала себя как осел на параде кавалерии.

Подошел Луис, ведя под руку молодую блондинку.

– Мы собираемся танцевать. Хотите присоединиться?

Алехандро крепко обнял Тедди за талию.

– Не в этот раз.

Тедди наблюдала, как Луис танцевал танго со своей партнершей. Это было похоже на занятие любовью в одежде. Столько было страсти и огня в их движениях.

Боже, что она о себе возомнила! Она никогда не будет частью того мира, в котором живет Алехандро. Она никогда не будет танцевать так, чтобы быть для него подходящей партнершей. Она всегда будет на втором плане из-за своей внешности. Разочарование было горьким. Она чувствовала в груди нарастающую тяжесть. Она не могла дышать. Комната казалась слишком многолюдной. Музыка – слишком громкой.

Алехандро отвернулся, чтобы поговорить с кем-то из гостей, и Тедди использовала этот шанс, чтобы подышать свежим воздухом. Она быстро пробормотала «прости» и выскользнула из его объятий.

Она почти вышла из комнаты, но ее трость зацепилась за край ковра. Она попыталась удержать равновесие, но танцующая пара не увидела и задела ее. Легкого удара хватило, чтобы упасть. Несмотря на то что музыка была громкая, она услышала сдержанный вздох каждого в комнате. Она видела, как люди с жалостью смотрели на нее.

Алехандро был рядом с ней через секунду.

– Querida, с тобой все в порядке? – с нежностью спросил он ее, помогая подняться.

– Я в порядке. – Тедди встала с достоинством, но этого было недостаточно. Так было всегда. Посмешище. Глупая и неуклюжая дурнушка. Как долго он будет терпеть ее?

Тедди огляделась по сторонам и увидела Элоизу. Та смотрела так, будто не могла понять: что ее старший сын нашел в своей жене?

Тедди схватила трость, расправила плечи и сказала Алехандро:

– Я хочу домой.

– Конечно.

Она подождала, пока они вышли из комнаты, и сказала:

– Я хочу домой, в Англию.

Алехандро нахмурил брови:

– Что моя мать наговорила тебе?

Она до боли сжала трость.

– Дело не в твоей матери.

– Тогда в чем дело?

Тедди старалась не плакать. Она не хотела казаться эмоционально неустойчивой. Она хотела держать себя в руках, но это было не так просто, как казалось.

– Ты еще спрашиваешь? Разве не видел, что произошло?

– Ты упала потому, что эти глупые люди не смотрят, куда они идут, – сказал он, нахмурившись еще сильнее. – Я виню себя, что не был с тобой.

– О, так ты собираешься быть со мной и дальше, да? Таковы твои планы?

Его взгляд смягчился, он взял ее за руку.

– Я собирался поговорить об этом, когда мы сбежим на пару дней. Это не должно быть временно, mi amor. Мы можем быть вместе всю жизнь.

Тедди выхватила руку. Нет! Этого никогда не будет. В конечном итоге она превратится для него в тяжкую ношу, и он возненавидит ее.

– Какой будет эта «вся жизнь»? Ты готов стоять со мной в стороне на каждой вечеринке, потому что я не могу танцевать? Сколько времени пройдет, прежде чем ты найдешь кого-то еще? Того, кто сможет делать все то, чего не могу я?

Его лицо стало мрачным.

– Не говори глупостей, Тедди. Ты создаешь препятствия на ровном месте.

Она собрала волю в кулак и, отдалившись от него, проговорила:

– Я не могу этого сделать, Алехандро. Я не выношу, когда все вокруг начинают меня жалеть. Но еще более мучительным будет знать, что все вокруг жалеют тебя. Из-за твоего брака.

Его глаза потемнели.

– Моя мать – любитель создавать проблемы. Я же говорил тебе не слушать ее.

– Она не сказала мне того, чего бы я сама не знала.

– Но я хочу быть с тобой, – тихо проговорил он. – Ты одна ограничиваешь себя. Мы с тобой могли бы быть прекрасной парой.

– Ты не слушаешь меня, Алехандро. – Она смотрела на него, полная решимости. – Я хочу уехать.

На лице его отразилась борьба, но затем его губы плотно сжались и он холодно произнес:

– Хорошо. Уезжай. Не хочу, чтобы все вокруг говорили, что я насильно заставил тебя остаться. Я даже забронирую для тебя билет на самолет.

– В этом нет необходимости. Я сама доберусь домой.

Луис вышел на улицу и увидел Алехандро, который смотрел вслед уезжающему такси.

– Куда она собралась?

– Паковать вещи.

– Ты позволяешь ей уйти?

– Я не должен был привозить ее сюда.

– Но…

– Мы можем устроить курорт в другом месте. – Алехандро говорил спокойно, но что-то в его голосе подсказывало Луису, что сейчас ему очень непросто держать себя в руках. – Есть хорошее место недалеко отсюда.

Луис перебил его:

– Я думал, что вам хорошо вместе.

Алехандро растянул рот в улыбке.

– Это была игра.

– Довольно убедительная, по-моему.

– Я сам удивляюсь.

Луис посмотрел на него:

– Ты уверен, что не влюблен в нее?

Его лицо ничего не выражало.

– С чего ты это взял?

– Не знаю. Мне показалось.

Алехандро с иронией посмотрел на брата:

– С каких это пор ты стал большим знатоком в любви? Может, сам в кого-то влюбился?

Луис поднял руки вверх:

– Эй, не наезжай на меня, чувак. Я ничего не утверждаю. Я просто говорю, что вы, ребята, хорошо смотритесь вместе. Как команда, понимаешь?

Алехандро отвернулся.

– Но что, если она любит тебя? – не отставал Луис.

– Не любит.

– Уверен?

Алехандро посмотрел на фонари уезжающего такси.

– Да.

Глава 12

Тедди собирала сумку, когда вошла Софи.

– Ты не можешь уехать, – сказала она. – Алехандро не позволит.

Тедди резко закрыла сумку.

– Он уже отпустил меня.

– Но он любит тебя. Это правда. – Глаза Софи блестели от слез. – Он заказал сотни роз для нового сада. Разве это не доказательство?

Тедди повернулась, чтобы взять паспорт.

– Я не могу остаться. Мне жаль.

– Ты не только оставляешь его, – сказала Софи. – Ты покидаешь нас. Меня и Хорхе. Или ты нас не любишь?

Послышались шаги по коридору, и дверь распахнулась, ударившись о стену. На пороге стоял Хорхе.

– Если ты думаешь, что я собираюсь просить тебя остаться, то не дождешься, – сказал он тоном Алехандро.

– Мне жаль, но…

– Что «но»? – выпалил Хорхе. – У тебя нет мужества, чтобы справиться с тем, что жизнь приготовила тебе? Почему бы тебе не взглянуть вокруг и не посмотреть, как живут другие люди?

Тедди проглотила комок в горле.

– Мне нелегко…

– Так ты выбираешь легкий путь, – вмешалась Софи. – Ты убегаешь. Ты… как это называется?

– Трусиха, – сказал Хорхе с отвращением.

Тедди посмотрела на их разочарованные лица. Она видела любовь Софи, которую та боялась раскрыть. И любовь Хорхе, которую тот силился спрятать.

Может, она не права?

Может, Алехандро любил ее? Не потому ли он планировал забрать ее на уик-энд, чтобы рассказать ей о своих чувствах?

Тедди запаниковала на вечеринке. Все ее детские комплексы проснулись, когда она упала. В один момент она отвергла все возможности их совместного будущего с Алехандро. Софи была права. Она повела себя как трусиха. Алехандро сказал, что он восхищается ее мужеством, но когда дошло до дела – она позорно отступила. Она должна была подняться с пола и как-то отшутиться. Она должна была взять за руку Алехандро и попросить его танцевать с ней, даже если она не могла сделать это так, как хотела. Танец не был бы идеальным, но был бы достаточно хорошим.

В коридоре снова послышались шаги, и в дверях появился Алехандро.

– Что вы двое тут делаете? – строго спросил он Софи и Хорхе.

– Ты должен был убедить ее остаться! – всхлипнула Софи.

– Я бы не стал беспокоиться, – нахмурился Хорхе.

Алехандро указал кивком в сторону двери:

– На выход.

– Нет, пока ты не попросишь ее остаться, я не уйду, – сказала Софи.

– Ему не нужно этого делать, – сказала Тедди, встретившись с ним взглядом. – Я передумала.

Ничего не изменилось в его суровом взгляде, но она увидела, что он просветлел.

– Почему?

– Потому что я люблю тебя.

Он с силой вдохнул воздух, словно у него перехватило дыхание.

– Я тоже тебя люблю. Я должен был сказать тебе раньше. Я хотел признаться в конюшне сегодня днем, но…

– Я так и знала! – сказала Софи и дала «пять» Хорхе, который пытался скрыть улыбку.

Алехандро закатил глаза и повернулся к ним обоим:

– Вы не возражаете? Хотелось бы поговорить в более спокойной обстановке.

Софи всплеснула руками, как будто ее прервали на самом интересном месте романтического фильма. Хорхе отвернулся, притворяясь скучающим. Тедди была переполнена к детям такой любовью, что боялась заплакать.

Хорхе схватил Софи за руку и потянул к двери.

– Лучше убраться отсюда, прежде чем они начнут целоваться.

Софи едва волочила ноги.

– Я не могу уйти сейчас.

Алехандро указал на дверь, и после долгого театрального вздоха и бормотания о том, что он все ей испортил, Софи неохотно удалилась вместе с Хорхе.

Алехандро прижал к себе Тедди и улыбнулся:

– Ты действительно хочешь взять опеку над этими бесконтрольными детьми?

Тедди положила руки ему на плечи и крепко обняла.

– Я не могу придумать ничего лучше. Мы можем быть семьей. Это то, чего я всегда хотела.

Алехандро посмотрел на нее с более серьезным выражением:

– Я не могу поверить, что был таким ослом и не остановил тебя еще там, на вечеринке.

– Ты действительно меня любишь? По-настоящему?

Его взгляд наполнился нежностью, и слова были не нужны.

– Я думаю, что влюбился в тебя сразу, как только увидел. Ты выглядела так гордо и вызывающе. Хотя этот твой ужасный наряд…

Тедди коснулась его лица и засмеялась. Она до сих пор не верила в оживающую мечту.

– А я до сих пор не понимаю, когда влюбилась в тебя. Это случилось не сразу. Я была настроена ненавидеть тебя, но ты не уставал удивлять меня добротой и мягкостью.

Алехандро прижал ее ладонь к своему лицу.

– Встреча с тобой – лучшее, что случалось в моей жизни. Я не понимаю, как жил до этого. Выходи за меня замуж, Тедди.

Она взглянула на Алехандро озадаченно:

– Но мы уже женаты.

– Теперь мы сделаем это по-настоящему.

Она поддразнила его улыбкой:

– Может, посадим розы?

Его глаза сверкнули.

– Сотни. Тысячи. Даже миллионы.

Тедди нахмурилась от неожиданной мысли:

– Но что я скажу Одри и Генри? И что мне делать с поместьем Марлстоун?

– Англия – прекрасное место для игры в поло. Мы можем проводить время в двух странах. Это даже романтично.

– Ты это серьезно?

– Существует одна вещь, которую ты должна знать о мужчинах рода Валькес. Мы никогда не идем на попятную.

Тедди подмигнула ему:

– Я бы назвала это высокомерием.

Глаза Алехандро сверкнули.

– Тогда, возможно, тебе придется приручить меня. Справишься с этой задачей?

– Когда начинать?

Алехандро поцеловал ее.

– Сейчас самый лучший момент.

Примечания

1

Хорошего дня (исп.).

2

Милая (исп.).

3

Любовь моя (исп.).

4

Да, сеньор (исп.).

5

Моя сладкая (исп.).

6

Привет (исп.).

Content

Мелани Милберн
Продлить наше счастье
Роман

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Примечания