Проклятье больницы Н

Проклятье больницы Н..ска.

Друзья, я извиняюсь, что выкладываю свой прошлогодний баян, решил по рекомендации моих друзей продолжить эту сказку и если вы оцените положительно, продолжу. Глядишь, может вылиться эта история в полноценную байку))

Как то на учебе в Хабаровске познакомился с хирургом, нормальный такой парень, вроде не балабол). Ну вот, он и поведал мне эту интересную историю за рюмкой так сказать- чаю.

Дежурил он лет десять назад под Рождество в небольшом городке Н...ске. Вечер. Ординаторская. Пара сестер милосердия. Коньяк, нуль пять не более того и ещё хирург с приёмного покоя. Опытный врач, двадцать пять лет стажа. Потянуло его на байки.

-Когда я был еще молод и трава была более зелена, а сестры желанны, дежурил я в эту ночь в этой больнице. Тогда она была не столь современна и красива. Просто деревянное строение и коечный фонд не то что сейчас, но хирургов хватало- один заведующий, мерзкий надо сказать дядька, с отвратительный характером, второй, чуть старше меня- ординатор, ну и соответственно- я. Меня то заведующий особо не трогал, а вот Юрку ординатора, дрочил и склонял всяко разно. Уж не знаю, что там у них приключилось, но ходили слухи, что он с дочкой егошней мутил, но потом пара разбежалась. Надо сказать Юра этот, молодчина был, руки золотые, хороший бы доктор получился. Ну вот, мы тогда по одному дежурили, поздно вечером поступила в мою смену девица, ножевое ранение в живот, на улице сумочку какой то урод пытался отобрать, она сопротивлялась... Бледная, пульс нитевидный, начал капать растворы. Вызвал реаниматолога, позвонил заведующему. Заведующий вызвал ординатора. Я тогда был еще на интернатуре, толку от меня нуль- на крючках повисеть, швы позашивать, не более того.

Приехали они. Юрка как увидел девицу побледнел, это его новая пассия была, свадьбу сыграть через две недели собирались. Заведующий: "Ну что Юрий Михалыч, дама ваша, ваш и скальпель", и заржал, жуткий был человек.

Наркоз. ИВЛ. Залезли мы в живот, а он полный крови. Ранение селезенки. Как водится в хирургической практике- селезенку отправили в тазик. Прошивал сосудистый пучек Юрка, затягивал узлы зав. Вроде все сухо. Давление стабилизировали. Перевели в палату интенсивной терапии. По началу все хорошо было, под утро отлучили от ИВЛа, она проснулась, кашлянула, побледнела и... умерла.

Я позвонил заведующему, он Юрке. А тот повесился... Вот такая брат история. Но и это не всё. Потом на вскрытии выяснилось, что слетела лигатура с сосудистого пучка, а затягивал её этот гандон- заведующий. Но и это ещё не всё! С тех времен, на хирургию обрушились тридцать три несчастья! Пациенты просто перестали выздоравливать, все шли с осложнениями. Заведующего вскоре сняли с должности, он забухался и его через год прирезали. Я тогда тоже не смог работать, все шло из рук вон плохо, на сестер хирургии, именно хирургии, обрушились кары небесные- дома не лады, развелись поголовно, у одной дочка померла в автокатастрофе. А ещё в операционной часто видели тень, не связанную со светом, вроде как она склонилась над операционным столом, будто что то шила она, тень эта! Разбежался коллектив кто куда. Больничку в скорости снесли и на её месте построили другое более современное здание. Но однако же, несчастья не покидали персонал этой клиники. Пациенты обходили стороной страшных докторов!

Мы сидели затаившись, хмель ушел, сестры как то приуныли.

-Да ладна хрень это все полная!- не поверил я тогда.

-Хрень не хрень, но говорю, что было,- философски изрек уже пожилой доктор.

И надо же. В этот момент поступило ножевое в ногу. Молодой парень, двадцати пяти лет. Пошли в операционную. Ранение вены и краевое ранение бедренной артерии. Лечить взялся этот пожилой дядька. Прооперировали. Кровотечение остановили. А утром оказалось, что перевязал он бедренную артерию. Ногу пришлось ампутировать. Уволили его тогда. Пять лет работал таксистом. Потом переучился на эндоскописта, уехал на запад.

-Да как же у вас получилось? Видимо бухие были?

-Да в том то и дело, что мы и пол бутылки не выпили вчетвером, пару рюмок и всё! Вчера как раз списывался с этим доктором в Одноклассниках, невезуха его преследует по жизни, даже однажды хотел покончить с жизнью. Да и сестрам не пруха тотальная, писал тот. Все разъехались кто куда, но толку от этого нуль. Даже бабки не помогают. Доктора даже новые, от той новой больницы по увольнялись, работают только приезжие хирурги и анестезиологи. Кстати анестезиолог, тот что участвовал в операции, через три года помер от цирроза печени. Мда, вот и не верь теперь в потусторонний мир. Доктору этому, уже эндоскописту, в последнее время часто Юрка по ночам приходит во сне. Что то просит, хрень полную несет... Типа, выкопать его тело надо и похоронить рядом с его девушкой, а прах заведующего измельчить и развеять по реке... Походу головой тронулся мужичек...Вот такая история...

Потом посмотрел я через интернет про эту больничку и городок. Вымирающий. Дома все покосились, зато больница стоит как новенькая, только ехать в нее ни кто не хочет, хоть и зарплаты сулят не малые...

Проклятье больницы Н..ска. Продолжение, часть вторая. Командировка.

Пожалуй, повествование мне надо было начинать с самого начала. Меня зовут Антон Александрович,уже десять лет как работаю хирургом в небольшой центральной районной больнице поселка Ленинское. Полгода прошло с моей последней учебы в Хабаровске, успел уже и забыть про байку моего коллеги, как вдруг разбудил меня рано утренний звонок:

- Антоха, хочешь подзаработать?- услышал я хриплый голос.

-А кто это?

-Да это я- Олег! Ну помнишь, мы вместе учебу проходили полгода назад в Хабаре?

-А ну да, - до меня начало доходить,- Олег, ты чего так рано звонишь? У нас только полшестого утра…

- Ах, блин извини, не посмотрел, что у нас такая разница во времени. Ну слушай, я тут место нашел, можно неплохо подзаработать. За два месяца я двести двадцать косарей поднял! Прикидываешь! У меня отпуск заканчивается, вот вспомнил про тебя, ты ж вроде говорил, что у тебя в июне отпуск…

-Ну да, отпуск, тока мне не до поездок, огород, картошка, все такое…

-Антоха,- уже взмолился он,- ну приезжай, тут очень нужен хирург, работу нуль, отдохнешь, рыбалка, охота тут зашибенные, а за такие деньги, ты сможешь тонну картошки по осени купить!

-Ну ладно, я еще с женой посовещаюсь, а куда ехать?

-Помнишь, я тебе сказку рассказывал про Юрку суицидика, ну тот что повесился. Вот, со мной связался тот хирург и предложил подзаработать. Как раз глянешь на эту больницу воочию.

- Ну и чё там, привидения тебя еще не посещают, ты ж вроде говорил о каких то проклятиях,- уже полностью проснувшись, заинтересованно спросил я.

- Да хрень это всё,- как то нервно засмеялся тот,- сказки для детей. Приезжай, не пожалеешь!

-Хорошо, созвонимся.

Через неделю я уже сидел в поезде, путь мой пролегал на северо-запад до Нерюнгри. На вокзале меня встретил мужчина.

-Антон Александрович?

-Да.

-Поехали, вас уже ждут.

Меня провели в микроавтобус, в котором сидела молодая красивая женщина, в темном платке, несмотря на жару. И странно так, не мигая, смотрела на меня, тонкие жесткие без помады губы, скривились в нечто похожее на улыбку. Я отвел взгляд. Стало как то жутковато, вроде ничего особенного, но неприятно захолодело в области желудка. Присел поближе к водителю.

Мужчина, ловко лавируя между ямами, обратился ко мне:

-Вы доктор?

-Да, вот решил подзаработать в ваших краях.

-Это правильно, у нас хорошо, природа обалденная, отдохнете, подзаработаете. Я, кстати говоря, тоже хирургом работаю, только, в соседнем поселке. Меня собственно и попросили привезти вас, очень рад, что появится нормальный специалист, а прошлый- бестолочью оказался. Все сложные случаи везли в нашу больничку.

-Да вроде нормальный парень.

-Да какой он нормальный- алкаш, народ только вздохнет спокойно, за месяц успели двоих вынести после его операций.

«Мда, может, мы о разных людях говорим»,- подумал я.

-Эта больничка на балансе нашей ЦРБешки, мы свозим туда медикаменты, зарплату, там нет даже бухгалтерии, все похерилось.

В этот момент я вгляделся в странного водителя, вроде нормальный мужик, на вид не более сорока лет от роду, но глаза… черные глаза, в отражении зеркала заднего вида какие то глубокие, завораживающие, гипнотизировали.

«Странное дело- хирург возит доктора для соседней больницы, сколько катался по командировкам, но такого еще не было. Ну да ладно, нищета маленьких клиники- дело обычное, мож и правда скорой не было».

Потом мне удалось уснуть. Всю ночь ехали, к десяти утра меня разбудил скрип тормозов, разлепив глаза и помяв затекшую шею, увидел, что автобус подкатил к остановке.

-Всё, дальше вы уже сами.

Я выглянул в окно. Везде лес, в округ ни души, поселка не видать.

-Давайте заплачу, а вы меня довезете до поселка, я ж не знаю куда идти.

-Да не дрейфь, вон твоя смена идет, а до поселка тут метров двести не больше, сам дойдешь.

Выгрузился, смотрю, действительно Олег спешит, чуток прихрамывая. Глаза блестят, явно поправился на казенных харчах. Остановился, стал меня ждать. За его спиной шелестела от ветра красивая берёзовая роща. Воробьи заливались трелью. Лето было в самом разгаре, пахнуло навозом, а может сыростью.

-Здорово Антоха, рад тебя видеть!- заулыбался тот на всю ширь своего белозубого рта - доктор.

-Здорово корешь, - я протянул ему руку, кисть прошла с каким то трудом, воздух заметно заколыхался. Олег схватился мертвой хваткой, больно сжав мою кисть, я сморщился. Тот резко дернул меня на себя, сам двинулся в противоположную строну. Отпустил. Сделал шаг назад. Оглушила тишина. Темно зеленая трава, рассыпалась будто её выжгли, желтые листья деревьев готовы в любой момент опасть. Меня охватила паника, я глянул на Олега, тот поразительно изменился- стал болезненно худощав, череп плотно облегала морщинистая кожа, кончики пальцев рук гангренозно- черные, вместо левой ступни, я заметил деревянный протез, оттого то он и хромал. Лихорадочные запавшие глаза бегали.

-Антон, пожалуйста, прости, я не мог по - другому.

Горло моё пересохло, спина взмокла, по подмышкам потек вонючий, от избытка адреналина пот. Я не понимал, что происходит. Позади Олега стоял водитель и та девица со странным пронизывающим взглядом.

-Что, что происходит?- прохрипел я.

- Прости, пожалуйста, Антош,- совсем сник мой бывший друг,- проклятье существует, оно страшнее, чем я тебе рассказывал. Ты теперь полностью во власти ЕГО. Выйти за зону ты не сможешь, пока не найдешь сменщика. Телефоны не работают, позвонить ты сможешь, если только выйдешь за пределы зоны.

-Ну так ты позвони мне домой, я тебе сейчас телефон продиктую.

-Я не могу, боюсь, что ОН сделает плохо моей семье,- оглянувшись назад, уже тише, произнес Олег,- бойся этих двоих, они смотрящие за зоной, это тот про которого я тебе рассказывал, хирург, помнишь?

-Но он как- то молодо выглядит…

-Он молод, потому что проклятье вытягивает из нас энергию. Новые проклятые, дают им продление жизни, поэтому они и сами везут доноров.

-А кто вторая?

-Это бывшая операционная сестра, та, что осталась после той операции, опасная тварь, для неё лишить жизни, так же легко, что для тебя вырезать аппендикс. Кстати об операциях…

-Ну, все хватит любезничать, поехали!- грубо оторвали нас от общения.

Я протянул руку, по воздуху пошли круги, она прошла за зону, пронзила острая боль, на глазах кисть покрылась гипостатическими синюшными, похожими на трупные- пятнами, артерии спазмировались, кровоток в руке остановился. Я одернул кисть, еще долго разминал, разгоняя кровь в конечности. С тоской смотрел удаляющемуся автобусу…

Больше я об Олеге ничего не слышал…

Назад пути нет, пришлось идти вперед по дороге, я боялся представить, что меня ждет дальше, но надо было хотя бы узнать, с чем мне придется столкнуться и потом уже решить как выбираться из ситуации. Не когда асфальтированная, превратилась в заросшую, потресканную, изрытую колдобинами, ямами - дорога, посреди которой то тут, то там росли деревья. Сразу видно, что по ней уже несколько десятилетий не ездил нормальный транспорт. Только единственная колея указывала, что какие- то повозки, всё ж таки передвигались по ней.Чахлые деревья, нависали над дорогой, производя гнетущее и даже жуткое впечатление.

Вскоре увидел поселок. Окраинные дома судя по грязным шторкам, были обжиты, но производили впечатление, что в них живут плохие хозяева. Облупленная краска, покосившаяся заваленка, грязные, давно не мытые окна, дырявая, явно протекающая крыша, кривой и где то поваленный забор, говорил о неухоженности, тотальной, унылой нищете хозяев. Однако горящие свечи внутри помещений указывали на наличие жильцов.

Жители вышли на улицу, посмотреть на нового жителя. Они больше походили на бомжей. Печальные, худые, даже изможденные лица с грустью смотрели на меня. Одежда, явно требовавшая ремонта, стирки, смердила. Дети не улыбались, не интересовались новым поселенцем, они тоже просто смотрели, грязные всколокоченныеволосы, в саже замазанные лица требовали помывки.

Но что особо поразило, это шрамы. Они были у всех, на лицах, кистях, шее, везде, где виднелись открытые участки тела, это больше походило на следы садизма. А у некоторых отсутствовали фаланги пальцев на руках, а то и целые конечности.

- Подскажите, где у вас больница?- задал я вопрос.

Древняя старушка, молча кривым без ногтевой фаланги пальцем, указала в глубь. Я поплелся дальше и чем дальше я шел, тем комфортнее выглядел поселок. Да и дорога из грунтовой, превратилась в асфальтовую, дома выглядели куда более ухоженными, трава стала зеленой, а деревья весело шептались от ветра зелеными листочками. Но странное дело, люди исчезли. Будто бы их выселили на окраины. Было странно, что народ выбрал, куда менее комфортные условия существования. Вскоре я увидел больницу.

Двух этажное, несколько старомодное кирпичное здание. Оно удивило чистотой, ухоженностью, такой странный контраст, по сравнению в запустением на периферии. Ощущение такое, будто его только вчера покрасили.Классическая белая краска весело блестела на солнце. Двери приёмного покоя удивляли чистотой, обычно ручки от частого использования должны были превратиться в темные рукояти, но тут даже не было потертостей. Толкнув дверь приемного отделения, она легко поддалась, оглянувшись, я не увидел персонал, затащил поклажу, двинулся дальше по коридору. Идеальная чистота. Ни пылинки, ни черных полос на мраморном полу. Взглянув на свои ботинки, мне стало не ловко, я похоже на улице залез в грязь и серая масса кусками отваливалась от моих подошв. Мысленно попросил извинения у местной санитарки. Но каково же моё удивления, когда я обнаружил, все такую же идеальную чистоту за мной.

Я прошелся опять по кругу, размахивая ногами, оставляя за собой следы. Но через некоторое время следы чудесным образом исчезали. Будто невидимый полотер усиленно натирал полы тряпкой сразу за мной. Увлекшись, я резко провел черной подошвой своих ботинок по идеальночистой стене, как мы это делали в детстве в школе.Как я и ожидал, вслед за ботинком появилась длинная полоса. Она сразу не исчезла, я было успокоился, уже было собрался идти дальше, как вдруг пятно стало проваливаться, это место стало жидким, потом застыло, сияя снова стерильной чистотой. Стало жутко…

- Антон Александрович?- внезапно послышался женский голос.- Здравствуйте! Мы вас ждали, тут девушку с аппендицитом привели…

Доктор отпрыгнул от неожиданности. Перед ним стояла молодая девушка, темноволосая, с большими грустными темнозелеными глазами.

- Посмотрите её, наверное, надо оперировать, Виктор Иванович, наш гинеколог, поставил ей аппендицит, мы ждали вас.

- Хорошо, покажите мне её.

Они пошли на второй этаж.

-Это наше хирургическое отделение, не удивляйтесь, что пациентов нет.

-Простите, а как вас зовут?

-Зовите меня Катей.

-Катерина, а вы как здесь оказались?

-Я… также как и вы, сменила свою подругу, решила подработать, две недели уже как здесь,- вздохнула та, - а вот и ординаторская, пройдите, оставьте чемоданы, халат найдете в шкафу.

Я переоделся и мы прошли в палату.

На койке лежала женщина не более тридцати пяти лет. При виде меня, у нее округлились глаза от ужаса. Глаза набухли от слез.

- Но но, что же вы? Давайте я вас осмотрю, может у вас нет аппендицита и я отпущу вас домой,- попытался успокоить я женщину.

-Нет нет, я, мне… я готова, - выдавила она из себя.

-Хорошо, давайте я посмотрю ваш живот, приспустите штаны и поднимите футболку, ага, вот так, хорошо, теперь согните ноги в коленях,- та послушно, следовала командам врача.

-Ой, ой доктор больно…

- Да, у вас действительно все симптомы аппендицита, я еще гляну анализы, но думаю, все же придется прооперироваться.

Женщина расплакалась.

- Ну что же вы, это будет безболезненно…

-Доктор ничего, я потерплю, ОН должен получить удовлетворение.

-Что?

Ответа я не расслышал, принесли анализы. В крови обнаружилось повышенное количество лейкоцитов.

- Что ж, готовьте операционную и сообщите анестезиологу, что предстоит операция.

-Его у нас нет.

-Нет?

-Да нет,- в ординаторскую прошел мужчина,- высокий, худой, под пятьдесят лет, уставшие глаза говорили о бессоннице. – здесь ему нельзя быть…

-Почему?

- Почему?- чуть помедлил тот,- потому, что ставок нет, видимо вы не в курсе всех событий, давайте я уже после операции вам все расскажу, договорились?

- Ну хорошо, тогда покажите мне, где здесь у вас операционная.

Опер блок располагался также на втором этаже. Всё так же поражала идеальная чистота. В предоперационной хирургическая медсестра, женщина под пятьдесят лет, стройная, чуть сутулая, облаченная в хирургический костюм указала на лежащую на столе робу.

- У нас можно идеальную стерильность не соблюдать. Высевы роста бактерий не показывают, раны ни когда не нагнаиваются. В этом смысле ХОЗЯИН следит,- печально, но спокойно прокомментировала медицинская сестра.

-Меня Антон Александрович, зовут. А ХОЗЯИН и ОН это один и тот же персонаж? Кто он?

-Зинаида Васильевна. Да один и тот же, лучше об нём сейчас не говорить,- чуть тише оглянувшись произнесла женщина.

В это время в операционную на полусогнутых, трясущуюся от жуткого страха привели пациентку.

-Что за дела? Почему больную не на каталке завели?- строго спросил я.

-А у нас нет санитарок. Не кому и заводить, привыкайте доктор, вы здесь многому удивитесь.

Женщине помогли взобраться на операционный стол. Следом прошел гинеколог. Стал фиксировать больную к столу. Жестко. Обе руки, обе ноги, тело. Проверил, что лямки надежно держат пациентку. В рот засунул резиновый самодельный кляп. Что- то прошептал на ухо. Пациентку это явно не успокоило. Она с ужасом, вытаращенными глазами озиралась.

-К чему эти все приготовления? – И уже обращаясь к больной,- не переживай милая, я тебе все хорошо обезболю,- попытался успокоить я.

Та затрясла головой, из глаз брызнули слёзы.

Обработавшись. Операционная сестра помогла облачиться в хирургический костюм. Стал обрабатывать спиртом операционное поле. Обратил внимание, что жидкость странно каплями растекается.

-Вы что мне подсунули?

-Кипяченую воду,- простодушно ответила операционная сестра,- доктор, вы не бойтесь, бактерий здесь нет.

Я глянул на гинеколога. Тот кивнул головой.

-Поверьте коллега, здесь инфекции нет. Стерильность абсолютная. Все раны заживут первичным натяжением.

С сомнением я продолжил тереть шариком кожу. Обложили старым, стиранным перестиранным операционным бельем место разреза. Когда ткань коснулась пациентки, та дернулась, что- то замычала в ответ. Гинеколог положил руку на живот, девушка успокоилась.

-Новокаин,- попросил я, взяв в руки многоразовый шприц. Наступила заминка. Операционная сестра посмотрела на гинеколога, тот, что- то шепнул ей на ухо. Она пошла к шкафу и вытащила несколько ампул. Открыла их. Подала мне.

-Не забудьте обработать руки.

-Хорошо доктор, тихо ответила Зинаида Васильевна.

-Сейчас точно полнолуние?- спросил гинеколог.

-Да,- прошептала сестра,- ОН вернулся.

-Спаси нас Господи,- прошептал гинеколог и перекрестился.

Я стал вводить новокаин в месте разреза. Кожа. Подкожножировая клетчатка. Мышцы. Всё куда смогла достать игла. Взяв скальпель, еще раз отмерил два пальца выше крыла повздошной кости. Глянул на сестру, та закрыла глаза. Вдруг в ушах послышался шум, я отчетливо услышал голос, будто исходящий из стен:

«Боль, нужна боль, сделай ей больно»,- требовали стены. Я глазами осмотрел операционную в поисках странного шума. «Боль, боль, нужна боль»,- шелестели голос из ни от куда. Я подумал, что это галлюцинации. Сжав скальпель, уверенным, выверенным десятилетием практики сделал разрез, брызнула под давлением кровь.

-АААааааааа, заорала женщина, аааааааа, госпади как больно!!!- у меня из рук выпал инструмент.

-Вы чего мне подсунули?

«Хорошо, очень хорошо, ещё пожалуйста боооль»,- пропел довольный голос.

-Антон, так надо,- сказал гинеколог, поверь.

-Новокаин!- вскричал я,- Новокаин мне, быстро!- сестра послушно, снова прошла к шкафу, вскрыла ампулы.

-Покажите, что даёте!- потребовал я.

Та развернула ампулы этикеткой. На них увидел «Новокаин 0,5%».

Стал набирать раствор в шприц и инфильтровать рану, не жалея раствора. Девушка затихла. Продолжил операцию. Войдя в живот, новокаином также инфильтрировал брыжейку, стал аккуратно перебирать кишки, обнаружив воспаленный аппендикс. Выделил его, наложил окружной шов вокруг отростка, удалил. Гинеколог молча помогал, держа зеркала, затягивал швы. Все шло к концу. В голове все настойчиво зудело «Боль, нужна боль, боль, нужна боль….».

Закончив с аппендиксом, вытерев брюшную полость шариком, уже собирался ушивать живот, гинеколог держа в руках зажим с шариком. Медленно расстегнул замок зажима, выкинул шарик в лоток. Сомкнул зажим, взмахнул рукой, в то время как я делал первый стежок на брюшину воткнул зажим в брюхо.

-Аааааа,- заорала девушка, сжала зубы так, что послышался хруст крошашейся эмали, выгнулась дугой, заскрипели кожаные вязки, казалось, они готовы были разорваться от напряжения.

«Оооо хорошо, хорошо»,- запели стены.

Струйка крови брызнула из раны, мелким фонтанчиком окропила бестеневую лампу, попала мне в глаз, я отпрянул.

Кисть автоматически сжалась в кулак и с полуприседа отпружинившись я двинул в челюсть гинекологу, того откинуло в стену.

-Какого хера здесь происходит?!!!- закричал я.- Вы чего тут себе позволяете? Ты, вали на хуй с операционной, без тебя справлюсь. Сестра быстро зажим.

Я аккуратно вытащил оружие из раны. Полость стала наполняться кровью. Повезло, что не задет кишечник. Бранша повредила мелкую артерию, мне удалось быстро остановить кровотечение, прошив сосуд.

Успокоившись, оглянулся. Доктора рядом не было. Безмолвно стояла сестра. На глазах пятна крови исчезали, будто стены поглощали их. Снова стало жутко. Однако голос исчез. Бледная трясущаяся девушка лежала, стиснув зубы.

-Все милая, теперь всё позади,- грустно улыбнулся я,- осталось только ушить рану, теперь тебе больше ни кто не навредит.

-Я надеюсь ОН доволен,- тихо прошептала , мертвенно бледными губами пациентка…

Проклятье больницы Н...ска. Поселок проклятых медиков

Сделав последний стежок на коже, я огляделся. Операционная сестра стояла у столика, сжимала и разжимала зажим- щелк щелк щелк, голова её странно дергалась от нервного перенапряжения, она подняла голову:

-Вам еще, что нибудь приготовить Антон Александрович?

Я взглянул на гинеколога, уныло сидящего на круглом металлическом табурете, на поникшем лице которого, была маска, пропитанная его собственной кровью, по мере переполнения, с неё стекала тягучая темная кровь. Падающая капля шмякалась на старый, еще семидесятых годов кафель, удивительным образом сохранившийся в прекрасном состоянии. Образуя кляксу, она не успевала свернуться, проваливаясь в растворенный камень, так, что следующая капля падала уже на чистый кафель.

Мрачная, гнетущая тишина, прерываемая лишь стоном пациентки, охватила нас.

-Каталку сюда,- услышал я свой голос, прозвучавший удивительно неестественно и громка в этих, богом забытых стенах, всех передернуло.

-Но…- попыталась возразить операционная сестра.

-Вы чё, глухие? Я сказал, только на каталке! Где Катерина, пусть идет сюда и везет пациентку.

Через минуту загромыхала каталка.

-Я не останусь в этой больнице!- ужаснулась оперированная.

-А где вы будете лечиться?

-Я лучше домой пойду, у меня сосед -хирург Иван Васильевич, он полечит.

-Так у вас еще доктора есть? А почему же мне ассистирует на всю голову отмороженный гинеколог?

-Они не могут здесь работать, сломались,- услышал я тихий голос моего ассистента.

Каталка с грохотом, ведомая Катериной поехала прочь из опер блока.

-Тааак,- протянул я,- ну ка, колитесь, сектанты, извращенцы- сатанисты, что тут у вас происходит?

-Вы голос разве не слышали?- очнулась Зинаида Васильевна.

-Слышал, мало ли кто поёт за стеной…

-За стеной ни кого нет, это ХОЗЯИН требует порцию боли.

-ОН, ХОЗЯИН, вы вообще про кого тут говорите?

- Душа ЗАВЕДУЮЩЕГО, ОН хозяин больницы, ОН и есть БОЛЬНИЦА. И про НЕГО, здесь лучше с уважением говорить, иначе рассердится, тогда беды не миновать,- тихо, но убежденно с раболепием произнес Виктор Иванович.

-Ясно, что ничего не ясно. Ладно, разберемся, проводите меня в мою каюту.

-Вам в больнице оставаться не стоит, ночью здесь жутко, вы не выспитесь. Вам на окраине уже приготовили дом, там кстати, ваш прошлый коллега проживал. Катерина вас проводит, а вечером приду, пообщаемся,- очнулся от забытья гинеколог.

- Доктор, вы не задерживайтесь здесь на долго, уже начинает темнеть, Катерина вас ждать долго не будет,- поддержала операционная сестра доктора.

- Хорошо, я только осмотрюсь и через минут тридцать я буду готов.

- А мы пока подготовим операционную.

«Подготовка» операционной, состояла в подсчете салфеток, что в принципе обыденно, хотя надо было это делать перед «уходом» из живота. А вот дальше меня удивили, Зинаида Васильевна, вместо того, что бы собрать все операционные шарики в мешок и унести, она попросту перевернула тазик, вывалив все на пол, ногой беспечно раскидала мусор. Увидев мои удивленные глаза, засмеялась:

-ХОЗЯИН любит сам убирать операционную, я и инструментарий не готовлю, завтра все будет аккуратно лежать в биксе. Но давайте уйдем отсюда, сейчас будет вакханалия- все летает, пол плавится, можно провалиться, одному пришлось ногу ампутировать, а потом стерилизация жаром, настоящий Ад.

-Я заметил, что мой знакомый - Олег без ступни…

-Нет, этот пытался бежать за территорию.

-И как же он спасся?

-Его закинули смотрящие.

-Смотрящие? Это та пара, что меня привезла сюда?

-Да,- мрачно ответила Зинаида Васильевна,- те ещё твари, это они не по доброте душевной спасли его, а им необходимы рабочие руки. Остальные сломались…

Пол стал плавиться, заметно потеплело, тапки стали прилипать.

-Уходим, уходим!- вскричала мед сестра. Только мы выбежали, дверь операционной захлопнулась, по краям оплавилась и слилась со стеной, так, что открыть её не было сил. Я прикоснулся к ручке, ойкнул от полученного ожога, она стала невыносимо горячей.

Обошел всю больницу, вроде ни чего особенного, только удивляла чистота и новизна всего. Койки в палате готовы в любой момент принять пациента, белье чистенькое, выглаженное, аккуратно застеленное, прям мечта домохозяйки, завести такого домового Кузю. Попытался найти пыль, но куда бы, ни засунул свой палец- везде чисто. Вышел на улицу, взглянул в окна операционной, не зря меня вытолкали, в окнах виделись всполохи огня, шла активная стерилизация. Как ещё не выгорает оборудование, для меня это так и осталось загадкой. Но факт оставался фактом, два часа и операционная будет готова принять нового пациента. На операционном столе будет лежать чистая простыня, инструмент стерилен и лежит в стерилизаторе, идеальная чистота и порядок.

Катерина повела меня обратно на окраину, к тем полуразвалившимся холупам, где ютились люди.

- Жить в домах, близких к больнице можно,- пояснила медсестра,- но страшно, ночью голоса, летает посуда. А то и крыша может съехать у человека. Вот у нас бывший фельдшер Николай, так же как вы, приехал подзаработать, все хорохорился, что не верит в барабашки, через неделю нашли его повешенным. Правда, перед этим он спиртом нахлестался, а в наших условиях это ни в коем случае нельзя делать.

-Почему?- спросил я.

-Дух вселяется и беснуется, человек перестаёт себя контролировать. Пять лет назад, терапевт, тоже был под шофе, мы его предупреждали, а он свое- пьёт зараза, на третьи сутки- психоз. Схватил вилы и побежал по поселку, людей пугает, с кем- то воюет, кто то его окружает. Добежал до карьера и сиганул вниз, вилы перевернулись и он воткнулся. Жуть страшная.

- Так я не понял, у вас что, кроме медиков в поселке ни кто не живет?

-Да, ХОЗЯИН всех отпустил, кто не связан с больницей, а мед работников проклял и держит.

-А эти двое, что смотрящие?

-Народ говорит, что они заключили сделку с дьяволом и ХОЗЯИНОМ,- чуть тише, произнесла Катерина,- ну вот мы и пришли, располагайтесь доктор, поверьте, не самая плохая изба.

-Что же у вас не смотрят за хозяйством?

-А как смотреть? ХОЗЯИН не дает рубить деревья, смотрящие, не соизволят привезти строительный материал, да и люди откровенно деморализованы и не горят желанием, что - либо строить и творить. Извините, я пожалуй, пойду, темнеет, боюсь темноты, ежели чего, то мой дом, через два избушки,- попрощалась девушка со мной.

В доме предусмотрительно коптила керосиновая лампа, почему то электричеством был обеспечен только центр, с чем это связано, ни кто толком мне объяснить не мог. Люди вернулись в девятнадцатый век, иные в таком мраке жили уже второй десяток, не видя телевизора, думая, что вокруг- страна советов. Маленькая изба, состоящая из прихожей и небольшой комнаты с печью, занимающей почти треть комнаты. «Надо будет узнать, чем же топят зимой, если запрещено рубить деревья?» Стол, диван, с услужливо постеленной свежей постелью.

Послышался тихий стук в окно.

-Антон Александрович, это я Виктор Иванович, гинеколог.

Я открыл дверь, посторонился, доктор прошел в комнату уселся на единственный табурет.

-Антон Александрович, я пришел объясниться, мне не ловко перед вами, вы наверное подумали, что все мы здесь тронутые на всю голову.

-Вообще, да. Ваше поведение нормальным назвать сложно.

-Дело в том, - чуть помедлив произнес он,- здесь не обычная клиника и все мы здесь поставлены в трудные условия. Как вы уже поняли, что ХОЗЯИН, это бывший заведующий хирургией, дух его держит больницу в том идеальном состоянии, что вы и увидели, санитаркам там делать не чего, да и отпустил он их прочь. Все мы заложники этого духа…

-Вы давно здесь?- прекратил я его загробные стенания.

-А я тут всего три месяца работаю, заменил своего закадычного друга…

-Ну а дальше?

-Мне удалось созвониться с коллегой, через пару месяцев он меня сменит и я уеду прочь.

-И как же вам удалось? Связи то нет.

-А очень просто, на границе набираю номер и кидаю телефон за пределы, а сам в наушниках.

-Чего ж тогда мой сменщик убыл в таком плачевном состоянии?

-Дурак он, вот чего. Ночью рванул за пределы, на что- то надеясь, к утру мы нашли его уже без сознания, валяющимся на земле. С ампутированной левой стопой и черными от гангрены кончиками пальцев. Это эти двое тварей, что- бы он не мог больше убежать, отрубили ему конечность!- убежденно воскликнул тот.

- Они действительно работают в соседнем поселке?

-Только слухи, вроде действительно- работает хирургом, а она сожительствует с ним. Кроме того они привозят сюда продовольствие, медикаменты, всего по минимуму, что бы поселенцы не сдохли от голода.

- А как вы узнаете, когда они приезжают?

-Да они по четвергам, привозят всё. А также иной раз, прибывают новые наёмные мед работники. Сами по всей России отправляют запросы, вербуют…

-А почему же до сих пор, ими не заинтересовалась полиция?

-Это и для меня загадка, до сих пор ни одного родственника не видели и ни какой суеты вокруг поселка не было.

- Вот еще хотел спросить, чем же вы отапливаете помещения в холодное время?

-А его нет здесь.

-Как нет?- поразился я,- что совсем нет?

-Совсем нет, здесь время остановилось на осени. С одной стороны тоскливо, хочется лета, иногда и снега, но с другой стороны, климат вполне комфортный.

- Хорошо,- медленно произнес я, в голове крутилось куча вопросов, но главный я еще не задал,- но ведь должен же быть какой то выход, как избавиться от этого проклятья!

-Пробовали,- с тоской произнес Виктор Иванович,- тут бабка одна живет, раньше работала фельдшером. Ей уже под сраку лет, несет какую то ахинею про выкапывание могилы ХОЗЯИНА и вычленении гипофиза, сердца, надпочечников и чего то еще у трупа. Находились даже храбрецы, шли в полнолуние, именно когда хозяин был отвлечен на операцию, копать могилу. Но проблема в том, что сама могила находится в защитной оболочке, ну то есть в естественной от нас среде и с человеком происходят те же процессы, будто бы он вышел из зоны. Это – ишемия, некроз конечностей, с летальным исходом в течении получаса.

-Покажете это место?

-Завтра устроит? Там уже три трупа с лопатами лежат, так что думать забудьте об этом. Я, пожалуй, пойду, спать охота.

-Может по пять капель, я тут коньячку припас?- спросил я, доставая бутылку Хеннеси, подаренную мне пациентом.

Глаза у гинеколога загорелись, видно было, что выпить очень хочется ему. Он как то нервно дернулся, схватился за бутылку и выбежал во двор, я за ним. Тот, отворив входную дверь, с размаху кинул бутыль в сторону забора. Я с тоской смотрел на разлетающиеся ароматные брызги.

-Точно чокнутый,- пробурчал я.

-Нельзя здесь алкоголь, беда будет!

-Ну ладно, мне пора спасть, да и вам похоже тоже,- устало произнес я.

-Да, завтра я провожу вас на могилу ХОЗЯИНА.

-Угу, спокойный ночи.

Тот, сгорбившись, побрел прочь.

Закутавшись в одеяло, провалился в глубокий, безмятежный сон.

Утром проснувшись, почувствовал свербящую боль в зубе на верхней челюсти, проглотил таблетку анальгина, не помогло. «Блин, вот хотел же пойти лечиться дома, нет, надо всё оставить на потом, вот засада то.»

В это время заходит мой коллега- гинеколог.

-Доброе утро Антон Александрович, ну что вы готовы?- но видя мое постное лицо и держащимся ладонью над щекой, сообразил,- что зуб болит?- участливо спросил тот.

-Угу,- мрачно ответил я,- дома, как обычно времени нет на стоматолога.

-Не беда, - убедил меня доктор,- у нас доктор есть! Замечательный стоматолог, еще с прошлых до проклятых времен остался, мне он отличную пломбу зафигачил, хоть орехи грызи!- успокоил он меня.- Одевайтесь, пойдем, он уже скорее всего у себя в кабинете принимает, вчера мы с ним разговаривали, к нему трое на прием записалось.

-Да неудобно как то, сразу,- засомневался я.

- Ни чего не неудобно, мы коллеги, должны друг другу помогать.

-Да здесь полная деревня коллег…

-И то верно,- рассмеялся тот, бодрой походкой направившись в сторону больницы.

Я нехотя, двинулся за ним.

Кабинет стоматолога находился в том же здании на первом этаже. Из кабинета вышла сутулая женщина, не понятного возраста, замученные впалые глаза, тускло смотрели, пергаментная кожа обтянувшая череп, сморщилась в оскале:

-Ну что Иваныч, клиента привел?

-Вот, познакомьтесь Антон Александрович, наш новый хирург, а это Алевтина Ивановна, когда то работала терапевтом.

-Ну да, когда то- пять лет назад, тогда я была цветущей женщиной, а сейчас, будто смерть в меня вселилась,- заскрипела она,- вот и вас такое ждет, ОН все из вас высосет!

-Не слушай её, пойдем, - потянул Виктор Иванович, меня за руку,- мы зашли в кабинет, обычная комната, старое стоматологическое кресло, бор машина ещё с советских времен.- Здоров Степаныч, вот полечи коллегу, зуб у него разболелся.

-Да не вопрос. Анатолий Степанович,- протянул он мне руку, снимая перчатку.

-Антон Александрович, хирург.

-Антон Александрович, погодите чуток, ладно, я старушку приму, а то заждалась она, а потом вас.

-Да не проблема, подожду, конечно.

Вышел в коридор, уселся в кресло.

-Ивановна, подь сюда!

С соседнего кресла выпорхнула старушка, зашла в кабинет.

-Ну хорошо, я думаю, вы здесь разберетесь, после обеда загляну, жратвы принесу, мож и сходим на знаменитую могилку.

Прошло не больше пяти минут. Вдруг за дверью послышался истошный крик, кричала бабушка, жутко, громко:

-АААааааааа!

Меня пробрал холодный пот.

-Аааааааааааааааааа!- потом, что - то забулькало за дверью, грохнулось.

Я рванул в дверь. На полу лежала старушка, изо рта текла струйка крови, послышался кашель, из горла фонтаном брызнула кровавая жижа. Бабушка была без сознания, очевидно от болевого шока. В углу сидел на полу бледный и мокрый от пота стоматолог:

-Нет, это не я, не я,- причитал он, а в руках были кусачки для удаления зубов, в которых, зажато три зуба с куском кости нижней челюсти.

«Хорошо, хорошоооо»,- запели одобрительно стены.

Оценив обстановку я схватил баночку с марлевыми шариками, начал тампонировать нижнюю челюсть, туго вкрутил тампон в глубокий провал.

-Вы тут внатуре все на голову долбанутые,- в сердцах воскликнул я.

-Я, я ничего не помню,- в страхе откинул стоматолог инструмент, взяв себя в руки подполз к старушке, разжал челюсть, удостоверился, что кровотечение остановилось. Встал, шатаясь, достал из шкафа бутылочку с нашатырем, плесканул вонючую жидкость на шарик сам понюхал, сморщился и дал понюхать старушке. Та закашлялась, открыла глаза. Оглянулась, встретившись со мной взглядом, долго всматривалась.

-Что, что произошло вчера? Как прошла операция?- тихо с хрипотцой спросила она?

Удивившись такому вопросу:

-Да как, нормально. Женщина вроде в порядке, дома.

-Вы обезболили её?

-Ну конечно, что же, я же не доктор Менгеле…

-Ох, зачем вы это сделали? Дух еще может долго над нами глумиться,- прошептала она, схватившись за больную щеку,- надеюсь, он удовлетворился моими зубами.

- Меня как то не предупредили, что здесь секта мазохистов…

-Ох, молодой человек, не знаете вы всего, еще хлебнете нашей жизни. Помогите мне подняться.

-Можно же как то…

-Тише! Дух здесь, он не дремлет и может отомстить! Зайдите как нибудь ко мне.

Мы помогли женщине подняться, усадили в кресло.

- Давайте я посмотрю ваш больной зуб,- произнес, вполне бодрым голосом, готовый на новые экзекуции доктор.

-Нет, спасибо, зуб у меня уже не болит,- отказался я от лестного предложения, надо сказать, что зуб, видимо испугавшись возможных последствий, на время затих.

Проклятье больницы Н..ска. Часть пятая- баланс нарушен.

Очнулся в теплой кровати, укрытый пуховым одеялом, свежее бельё, будто только куплено в магазине, благоухало ароматом трав. На столе стоял кувшин с молоком, большая тарелка с варенниками, ломоть хлеба. Ощущение, будто оказался в деревне у бабушки.

Постучались в дверь. Я автоматически:

-Войдите!

-Можно?- открыла дверь Катерина.

-Да, конечно, проходи, а где я?

-Вы не помните?- я мотонул головой, память стерла все, что было после черепномозговой травмы.

-А чего произошло, почему я в постели?

-Не знаю, в то утро я убежала, простите,- вздохнула девушка.

-Да? А я вроде потерял сознание,- потер ушибленный лоб,- да, точно, ударился головой и темнота, мда, что же все такие произошло? И как ты узнала, что я здесь?

-А это мне Варвара Капитоновна шепнула, она все про всех знает,- убежденно ответила девушка,- сказала, что мне надо попроведать доктора. Да я и сама хотела спасибо вам сказать, тогда жутко испугалась…

-Да ты что?! Это я должен тебя благодарить, это ты же осталась рядом со мной!- тут я вспомнил, что до этого перенес операцию на ноге, боли уже не было, вытащил ногу и с удивлением отметил, что рана уже практически затянулась. Вот уж точно курорт для хирургических больных, все заживает без осложнений.-Вот, это тебе! – я достал из кармана, уже существенно пожухший, но сохранивший аромат цветок.

-Ой, спасибо! Боже, как давно я не видела живой цветок, спасибо вам большое, но как же вам удалось сорвать его? – задумалась, - Ох,вы больше так не делайте, пожалуйста!- на глазах девушки заблестели слезы, она еще сильнее прижала, единственное доказательство жизни. Возле больницы конечно росла трава, но цветов не было.Любой цветок, высаженный в зоне, сразу чах.

- А Варвара Капитоновна, это не та ли старушка, что недавно зубы лечила?- осторожно спросил я.

-Да, она самая. Её тут все боятся, говорят она тайной какой то ведает, однако эти знания еще ни кому пользы не принесли, только горе. Я боюсь к ней ходить, странная она.

Чем больше говорили об этой загадочной женщине, тем сильнее мне хотелось у нее побывать.

-А когда она появилась в этих краях?

-Не знаю, мне кажется она всегда здесь жила.

-Ладно, а чего там наша больница, кажется призрачный хирург чуток ее порушил.

Девушка напряглась, в глазах показался страх, побледнела, я пожалел, что напомнил о прошедшей ночи.

-Она как новая, все двери на месте, будто бы ни чего не произошло.

-Забавно, может это нам привидилось, хотя одновременно двоим…, - задумчиво произнес я.

В это время зашел гинеколог, с ходу, не здороваясь выпалил:

- Антоха, собирайся, похоже прободная язва у нас нарисовалась, тебе решать, будем резать, или так будем лечить? Но я бы погрел руки в его животе.

- Тебе бы всё мучить людей, дай волю- всех выпотрошишь,- ворчливо, окликнулся я,- ладно пойдем.

Входя в больницу, я оглядывался и ни каких следов ночного приключения не находил, все сверкало новизной, будто отряд гастрабайтеров только только закончил работы.

Зашел в палату, лежит мужчина, примерно сорока пяти лет, сухое худощавое лицо, покрыто испариной.

-Здравствуйте! Я хирург, зовут меня Антон Александрович, что вас беспокоит?

-Здравствуйте доктор, -сдавленно произнес пациент,- я бывший терапевт, зовут меня Аркадием, вот похоже язва у меня прободнула.

-Ну, бывших не бывает…

-Бывает доктор, бывает, больше практикой я заниматься не буду, надеюсь помереть без мучений.

-Ну ну, прободяха в наше время - не смертельная болезнь, дайте я вас посмотрю. Тут болит? Тут?- нажимая на напряженный во всех отделах живот, отчего пациент мычал от боли.

-А как все получилось?

- Как в учебнике по пропедевтике. Мне и раньше язву ставили, лечился уже, а здесь с лекарствами напряженка, сода одна, а сегодня вдруг боль такая, будто ножом пырнули из нутри.

-Ясно, надо бы рентген сделать, посмотрим есть ли газ в животе.

-Нету тут рентгена, - скривился он.

-Мда, что ж, хорошего судя по вашему животу ждать не приходится, перитонит, надо оперироваться.

-Не, коллега, дайте мне спокойно помереть…

-Вы это, не дурите! Вы даже не представляете на что себя обрекаете, такая смерть и врагу не пожелаешь, гной будет вас точить медленно и мучительно. А я вас прооперирую аккуратно, за час управлюсь, завтра будете как новенький.

- Доктор, ну что вы мне уши лечите, на живую не дамся, лучше так сдохну!

-Ни каких на живую!- громко, я аж подпрыгнул, объявил появившийся гинеколог,- я так понял, что диагноз ясен?- я кивнул,- ну и отличненько! Аркашка,- обратился он к пациенту,- надуем в тебя ведро новокаина, ты даже не пикнешь! Антон Александрович, опытный доктор, в работе его видел, так что не очкуй- прорвемся.

Честно говоря, в его слова я не очень верил, но мужчину он уговорил. Оставалось ждать подвоха, уж все было как то слишком гладко.

Пациента привезли в операционную, я с осторожностью ступил на холодный кафель, сердце ухало, усилием воли, сдерживал волнение, воспоминание об прошедшей ночи, еще будоражило разум и осознание того, что вокруг кружились злобные духи, способные причинить боль, вызвало спазм в области желудка. Затошнило.

-Антон Александрович, вам плохо?- услышал голос операционной сестры Зинаиды Васильевны.

-Нет, нет, все хорошо, это пройдет,- сказал я, глубоко дыша, пытаясь унять волнение.

Аркадий перелез на операционный стол, бледный как стена, видно было, что ужас сковал его волю, мертвенно бледные губы шептали молитву.

-Ничего дружище, все будет хорошо,- попытался взбодрить его, однако мой хриплый голос, не вызывал успокоения.

Зашел Виктор Иванович, напевая какую то песенку, вот у кого стальные нервы, я был поражен.

-Ну, такысь, приступим!- дал команду на начало.

Одевшись в операционные халаты, мы обработали живот, положили операционное больё.

-Новокаин,- потребовал я.

Зинаида Васильевна протянула шприц и загодя приготовленный раствор новокаина. Я взглянул на сестру:

-Здесь новокаин Антон Александрович, сегодня можно.

Я стал обкалывать, не щадя анестетика, обкалывал область разреза. Ткнул скальпелем, пациент промолчал.

Разрез кожи, ушивание кровоточащих сосудов, новокаин, подкожножировая клетчатка, ушивание, новокаин, кожа, ушивание, новокаин, вплоть до брюшины. Вошел в живот, мужчина застонал, обколол основание брыжейки, блокируя движение нервных импульсов в мозг.

Гинеколог стоял, держал операционные крючки, расширяя рану, давая мне осмотреться.

-Виктор Иванович, держите нормально инструмент, мне плохо видно.

-Я нормально держу, ооо что это такое?

На глазах рану стало затягивать, мои руки уже не помещались, вынул, крючки следом.

-Чё за херь?- воскликнул я, не ожидая такого финта.

На глазах рана стала затягиваться.

-Ну и как нам теперь оперировать? Давай быстрее скальпель,- тихо прошептал я сестре. Быстрым разрезом, через все слои, не замечая сосудов, снова расширился я. Руками стал шарить, по животу, достал желудок, в котором четко было видно маленькую, не более спичечной головке дырочку.- Так быстро шить!- приказал я. Но рана и на желудке моментально затянулась. Я отпустил орган, который втянулся в на глазах затягивающуюся рану. Аркадий от боли застонал, по лбу ручьём стекал пот.

-Вот чёрт!- ругнулся гинеколог,- как же я буду оперировать в таких условиях?

-Это не чёрт, хотя кто его знает,- ответил я.

-Вы уже закончили?- прошептал пациент.

-Да, рана уже зажила,- ответил я. Кожа на глазах стянулась, не оставляя и следа операции.

-Ух, спасибо доктор, - тихо прохрипел Аркадий, - странно но уже ни чего не болит, можно я пойду домой?

-Можно,- глупо ответил я, ошарашенный, новым поворотом в хирургической практике,- блин, прим хилерство какое то.

Еще час понаблюдали за пациентом и отпустили, лечить его уже было не от чего. Мы не знали, радоваться этому или печалиться, а вдруг поступит пациент с внутрибрюшным кровотечением, сможем ли мы так же помочь?

Выйдя из операционной я обнаружил операционную сестру в палате, плачущую.

-Что с вами Зинаида Васильевна?

Та смахнув слезу, стоя у окна, заметно было, как она постарела, морщины покрывали еще совсем не старую женщину.

-Беда у меня, вы наверное еще не знаете- девять месяцев назад, когда я впервые приехала сюда, сдуру созвонилась с дочерью, она работала так же сестрой в хирургическом отделении. На мою беду она приехала, через месяц узнали, что она беременна от своего друга. Я боюсь, ужасно боюсь родов.

-Вот это да, а что Виктор Иванович говорит?

-Вроде сами рожать будем, дай то бог конечно, но зачем такая жизнь, что младенца ждет? Боже, дай ей сил!- взывала к всевышнему, пуще прежнего заплакала она.

Я стоял и не знал, чем бы мог успокоить ее, ситуация ужасная, как будет расти и развиваться малыш в таком месте? Я просто обнял несчастную женщину. В этот момент решил, что ни какой связи со своими родными искать не буду, не дай бог такую участь моим близким. Пусть уж лучше я один погибну в этом проклятом месте, чем допущу такой трагедии.

Прибежал один из жителей.

-Антон Александрович, на границу груз привезли, помогите дотащить до больницы.

-Да, конечно. А вы Зинаида Васильевна идите домой, успокойтесь, поможем вашей дочери родить!- она кивнула головой, вытирая слезы, улыбнулась.

-Спасибо доктор, я знаю, что вы сделаете все возможное, идите, ничего, я в порядке.- я тогда не знал, что судьба не позволит мне учавствовать в родах.

Мы пошли по знакомой тропе, той самой, по которой прибыл в проклятый поселок. Возле границы стояло несколько мужчин, о чем то спорили между собой. Навстречу им задом сдавал небольшой грузовик японского производства. Я подошел.

-Вот смотри, раньше граница была здесь и провел палкой дальше, а сейчас она ушла ближе, кольцо смыкается и скоро нам всем будет крышка!- скандировал один из мужчин.

-Да чего ты панику сеешь, ни куда эта граница не сдвинулась, вот, как стояла на этом месте, так и стоит, вона береза, береза то ни куды не сдвинулась!

-Ага береза, а ты глянь на само дерево, по нему даже видно, что граница на пару сантиметров ушла вглубь!

Мы все подошли к дереву и действительно- на белом фоне березовой коры, хорошо виднелись две вертикальные отметины, одна дальше, другая ближе, будто бы кто то карандашом нарисовал по линейке. Я пальцем провел по новой границе, снова болью отозвалось притрагивание, казалось более сильной, нежели ранее, указательный палец мгновенно «посинел». По прозрачной среде пошли волны.

-Эй коллеги, чего уставились, березы не видели? Мне не когда с вами возиться, быстро принимайте товар!

Из машины вышел мой бывший таксист- хирург. Он залез в кузов и перекидывал ящики в нашу сторону. Все молча поспешили, ящики с медикаментами, продуктами, доски, кухонная утварь быстро оказалась на земле. Я заметил, что водитель тоже опасается границы, стоит чуть в стороне от неё.

Ни кто не разговаривал и люди старались не смотреть в глаза хирургу.

-А чего граница то сдвинулась?- спросил я его.

Сосед рядом мне цикнул и двинул по плечу.

Хирург прыгнул и стал изучать землю, нахмурился, подошел к кабине.

-Наталья Александровна, гляньте.

Из машины вышла женщина, красивые иссиня- черные волосы развивались, правильные черты лица, прямой, острый нос, пронизывающий взгляд темных глаз, уверенность движений, завораживали.

Осмотрела землю, провела пальцем по березе, даже дотронулась до границе, холеная кожа на кончике указательного пальца зашипела, пошел дымок, она одернула руку.

-Плохо дело, - услышал я шепот,- все поехали, надо обдумать ситуацию.

- Эй, а что плохо? Эй подождите! – закричал я, но те уже уселись в машину и двинулись в обратном направлении, оставляя нас наедине со своими догадками.

Мы взялись за ящики и понесли их в больницу, выгрузили в столовой.

Нас накормили рисовой кашей с тушенкой, вкуса еды совсем не ощущалось, мысли метались, я искал выход из ситуации и не находил. В это время подошла Катерина.

-Вы уже по участвовали на общественных работах?

-Кать скажи, а граница раньше сдвигалась?- вопросом на вопрос ответил я.

-Нет, не припомню этого, а что случилось?

Я рассказал о находке на границе. Девушка испугалась.

-Так и что же теперь с нами будет? Неужели мы все погибнем?

-Не знаю, покажи пожалуйста, где та странная старушка проживает?

-Антон Александрович, не надо…

-Катюш, похоже все очень серьёзно, пора действовать пока мы все не погибли, либо зона сама себя убьет, хотя это пожалуй, в мировом масштабе - лучший вариант…

-Ну что ты такое говоришь? Хорошо, только дождемся темноты, что бы нас ни кто не увидел.

Стемнело. Катерина постучалась в окно, я ждал ее прихода, вышел на улицу.

-Я думал ты не придешь и мне придется самому искать избушку.

-Не, я просто ждала когда стемнеет, люди не поймут наш визит к Варваре Капитоновне.

-Смотри,- указал я на небо,- северное сияние,- на небосклоне купол взрывался всполохами, похожими на сияние небосвода на полюсе, с той лишь разницей, что переливание было более интенсивным, цвета менялись каждую секунду.

-Я заметила, раньше такого не наблюдалось. А еще «проклятые» избы, стали к нам ближе.

-Какие избы?

-Ну те, что рядом с больницей стоят, теперь эти дома уже подобрались к окраинам, полуразрушенные избушки на глазах изменяются.

-Похоже, что то не обычное происходит: интенсивное заживление ран, приближение границы и более сильное воздействие на организм, при прохождение сквозь, появление новых «призначных» домов, всполохи на куполе, все это похоже на концентрацию энергии. Видимо нарушился баланс и мы можем наблюдать новое физическое явление, более того, будем участвовать в нем,- мрачно произнес я.

Катерина поёжилась.

-Страшно как, что же с нами будет?

-Пошли к старушке, надо побольше узнать о проклятии, дальше будем действовать согласно информации. Одно я знаю точно- медлить нельзя, завтра уже может не наступить!

-Пойдемте, я вам покажу дорогу,- обреченно произнесла девушка и что бы поддержать, взял её за руку, та крепко сжала мою кисть и мы двинулись. Мы наверное в этот момент были похожи на влюбленную пару, однако в тот момент, нам было не до романтических чувств.

Её изба находилась на самом краю поселка и к моему удивлению, выглядела куда более ухоженно, чем виденные мною ранее дома, не подвергнутые воздействию паранормальных сил.

Вымытые окна, чистые белые шторки, через которые колыхалось пламя свечи.

-Варвара Капитоновна не спит,- поёжилась не то от холода, не то от страха Катерина.

-Это хорошо, не придется беспокоить сон пожилой женщины.

-Не такая уж она и пожилая, ей всего ничего- около пятидесяти лет.

-А выглядит, на все сто,- пробормотал я.

-Тише!- цыкнула девушка.

Только мы хотели постучаться в окно, как дернулась занавеска и мы увидели взлохмаченную и явно взволнованную женщину, она будто ждала нас, помахала рукой приглашая пройти.

-Проходите, проходите, как хорошо, что вы доктор решились прийти,- она жила в небольшом домике, одна комната, в углу которой стояла печь. Удивительно, но в печи уютно потрескивал огонь, по всей комнате шел аромат свежесваренной картошки. На уже сервированном, на троих - столе, стоял казанок, большая тарелка соленых огурцов, аккуратно нарезанное сало. Я с удивлением глянул на девушку. Старушка, поняв мой взгляд, улыбнулась,- у меня бывает прохладно и я иногда протапливаю печь, не так часто, по особым случаям, как вот сейчас, кто знает, может, другого такого случая уже не будет. - Осмотревшись, заметил висящие на стене портреты знаменитых врачей: Гиппократа, Ибн Сина- Авиценну, Зигмунда Фрейда, Сергея Боткина, Ивана Петровича Павлова, Луи Пастера и других великих ученых,- это мои ангелы хранители,- опять ответила старушка следя за моим взглядом.

-Здравствуйте Варвара Капитоновна, мы к вам поговорить пришли,- наконец, очнувшись от увиденного, произнеся.

-Да да, понимаю, у вас много вопросов, но медлить нельзя, зона в эти сутки может уничтожить саму себя.

Мы переглянулись.

-А что же будет с нами?- прошептала Катерина.

-Ничего.

-Вообще ничего?

-От нас не останется и следа, как собственно и от всего поселка, вместе с жителями, духами…

-Но как то же можно это предотвратить? И вообще объясните, что здесь происходит?- потребовал я.

-Присаживайтесь, покушайте, ночь будет длинной,- мы уселись на стулья, принялись за еду. Через некоторое время, видя, что мы насытились, продолжила,- как думаете, почему вы здесь оказались?- вопросом на вопрос начала женщина.

-Кто- то обиделся на медицинских работников,- ответил я.

-И не просто обиделся, а проклял! И не просто медицинских работников, а принявших клятву врача! Но при этом допустивших в своей практике фатальное осложнение. Вот ты Катерина, вспомни, что у тебя было?- девушка покраснела,- не бойся, мы здесь все свои, не судить тебя будем, а обсудим ситуацию, давай, расскажи,- подбодрила ее Варвара Капитоновна.

-Когда я начала работать в реанимации, не успела уследить за капельницей, в центральный катетер засосало воздух, пациент умер, меня тогда выгнали. Но он бы всё равно помер…

-Сейчас это не важно,- обрубила её женщина,- ну а вы молодой человек, в чём отличились?

-После плановой холецистэктомии, у пациентки началось внутрибрюшное кровотечение, спасти не успели…

-Воот, все мы здесь великие грешники.

-Но как, же нам искупить свою вину?- спросил я.

-Ни как. Проклятье можно только уничтожить. Для того я и здесь.

-Судя по трупам у могилы, слабовато получается…

-Да, к сожалению, мне известна - цель, а вот как её достичь...

-Ну хорошо, что надо сделать?

- Нужно добыть гипофиз, как ёмкость души заблудшего духа и отдать её этим уважаемым докторам,- окинула она взглядом комнату, в которой на нас мрачно смотрели давно уже усопшие великие врачи.

-Ну и бред, я думал, вы нам поможете,- вырвалось у меня.

-А то что вы здесь, не бред?- ответила она,- в каждой стране есть люди знающие великую тайну, я одна из них и похоже последняя…

-Ага, трое знающих уже кормят червей,- съязвил я.

- Наша обязанность - выявлять эти паранормальные места и указать как избавиться от проклятья,- невозмутимо продолжила старушка, - со времен Гиппократа, создавалось тайное общество врачебных оккультных наук. Оно отпочковалось от ищущих философский камень и они стали защитниками докторов!- гордо произнесла безумная,- вы думаете вы первые такие?

-Нет?- автоматически спросил я.

-Нет! Примерно раз в век, находятся сильные ведьмы, могущие проклясть лекаря, превратить его в ничто, сделать его жизнь никчемной и мучить его вечно! Они своей черной магией создают сферу и загоняют медиков, причиняя им страдания. А эти двенадцать великих эскулапов помогают своим коллегам выбраться из беды. Вот только им нужно, что бы сильный духом врач, добыл сосуд души и они помогут уничтожить зло. И тогда падет проклятье.

-Так и чего - мне нужно вытащить труп хирурга и препарировать его череп? Только и всего?

-Ну, в целом - да, так было написано в древнем манускрипте.

- А почему меня до сих пор не хватились и не приехали? Почему пропало столько медиков и ни кто их не ищет?

-Ищут, но найти не могут, сфера открывается внешнему миру только на несколько минут и раз в неделю, все остальное время здесь пустошь, ну и останки некогда большого поселка, свежих следов пребывания человека здесь нет.

-Хорошо, я так понял, что даже если мы сейчас не будем действовать, то сфера сама себя уничтожит и мы вместе с ней исчезнем?

-Да, вот только будет взрыв, равный десяти ядерным взрывам Хиросимы, может, слышали про Тунгуску?

-Да ладно, это же был метеорит,- ухмыльнулся я.

-А вот и нет, в том месте была аномалия, весьма похожая на нашу.

-Это что ж получается и в том взрыве врачи виноваты? У нас вечно везде виноваты врачи - телевидение, газеты, журналы, везде врачи- коновалы…

-Нет, в той аномалии как мне представляется, были задействованы местные шаманы, проклятье было распространено на жителей местных племен. Но, формирование её было едино с нашим и нас ждет такая же участь.

-Может тогда стоит вызвать тех, кто создал местное проклятье и пускай они сами все исправляют?

-Это не возможно- та ведьма, тетя девочки, погибшей после операции, во время обряда - принесла себя в жертву, больше родственников в поселке не было.

-А как мне пройти сквозь сферу и не погибнуть?

-Мне это неизвестно, - вздохнула женщина.

-Как неизвестно?

-Тот манускрипт, что мне передала моя бабушка, был в достаточно потрепанном состоянии и я не смогла разобрать, что там написано. Травы, какие то…

-По логике и по ощущениям, во время проникновения наших тел за запретную зону клинически все подходит под спазм артерий,- начал размышлять я,- вам есть еще что нибудь добавить? А кстати, тех троих, вы отправили?

-Да, - поникла женщина,- они не справились.

Послышались раскаты грома, мы выглянули из окна- по небу, вдоль сферы, то тут то там выстреливали кривые молнии, запахло озоном.

- Катюш, надо спешить! Где находятся баллоны с кислородом?

- В кислородной, рядом с больницей,- ответила девушка.

-Хорошо, покажешь мне.

Около больницы нас ждал парень:

- Чего тебе Николай? – спросила Катерина.

-Да я это,- замялся он,- руку выбил, мне бы вправить плечевой сустав.

-А утром что - никак нельзя?

-Я бы потерпел, но кисть не чувствую, похоже ущемил нерв.

-Вот ты вовремя это придумал,- возмутилась девушка.

- Кать, не в курсе, когда начинают духи буянить?- спросил я.

-Ну, я думаю, не больше часа у нас есть времени, обычно они к полуночи начинают оперировать.

-Тогда быстрей в больницу!

Свет в приёмном отделении горел необычайно ярко, периодически мигал, будто где то «коротил».

-Так, вы Катя, набирайте новокаин, та ты,- обратился я к пациенту,- ложись на кушетку. Взяв шприц, собрался уже было - обезболить, как стены снова зашептали:

«Боль, нужна боль, пожалуйста, нужна боль…»

Мы оглянулись.

-Раньше такого не было, обычно призрак требовал раз в месяц.

Не слушая, голос, я вколол двадцать кубов в область сустава, понимая, что это не обеспечит достаточного обезболивающего эффекта.

-Будет все равно больно, ты кричи, уважь духа. На счет три. РАЗ и в этот момент я схватившись за локоть и кисть провел манипуляции, которые делал уже не единожды, послышался щелчок.

-Бляяяяяяяяя,- заорал Николай,- ты же сказал на счет три!!!

- Я пошутил, у нас нет времени считать, все дуй домой! А не, подожди, ты кем работал?

-Я хирург, а до этого анестезиологом работал, правда, завязал с этим делом.

-Ты - то мне и нужен, придется поставить подключичный катетер.

-Зачем?

-Надо, не спрашивай.

-А ты Катерина, бери растворы, собирай все для катетеризации центральной вены, обязательно найди гепарин, глюкозу, новокаин, кеторол, найди адреналин, добавь в бутылку физ. раствора.

Я лег на кушетку, доктор с трясущимися руками, хотел было обезболить под ключицей.

-Не надо, я тоже по ору, уважу духа.

-Только не сильно кричите, а то я поврежу легкое.

-Ладно.

Толстой, длинной и тупоконечной иглой он медленно с хрустом проткнул кожу, я пожалел, что не позволил обезболить, прикусил губу, доктор, трясясь, медленно проталкивал иглу параллельно ключице, потягивая шприц на себя, в павильоне появилась темная кровь. Улыбнувшись, Николай удовлетворенно:

-Вот, хорошо, я попал куда надо, потерпите ещё чуть чуть коллега.

-Ничего, продолжай, катетер фиксируй хорошенько! Ты Катя, вводи двадцать тысяч единиц гепарина, что - бы кровь не сворачивалась, кеторол туда же, обезболим, заряжай глюкозоновокаиновую смесь, вызовем паралич сосудов. И параллельно поставь капать растворы, что - бы не снизилось давление.

Через полчаса все было готово, кружилась голова, но после нескольких шагов, слабость прошла.

-Николай, нужна будет твоя помощь, и не спрашивай почему, ладно?

Тот кивнул.

-Возьмешь каталку и загрузишь баллон кислорода. Катерина, найди носовые кислородные катетеры, лопату и выдвигаемся.

Но только мы вышли в сторону кладбища, как Николай сбежал.

Пришлось самому впрячься в каталку, от слабости она казалась неимоверно тяжелой, видимо артериальное давление снизилось, однако времени на коррекцию не осталось. Темноту время от времени пронизывали всполохи молний, воздух гудел от избытка энергии, поднялся сильный ветер, пыль кружилась маленькими вихрями.

Катерина, трясясь от страха, схватив меня за руку - покорно шла, в одной руке держа керосиновую лампу. Я толкал вперед каталку с баллоном и лопатой, споткнулся. Больно ударился коленом, штанина стала набухать от крови.

-Да вы сейчас истечете кровью,- воскликнула девушка, видя, что за мной тянется кровавый шлейф.

-Это хорошо, значит, гепарин стал действовать.

-Давайте я вас перевяжу и не ожидая ответа, достала из сумочки бинт и вату…

Тем временем меня искали в поселке. На беду, у дочери Зинаиды Васильевны – Татьяны, началось маточное кровотечение. Гинеколог, осмотрев женщину, прошептал:

-Беда, у вас отслойка плаценты и надо экстренно оперироваться.

Её быстро доставили в операционную.

-А где Антон Александрович?- спросил Виктор Иванович.

-Говорят, он пошел в сторону кладбища,- ответила бледная Зинаида Васильевна.

-Вот сука, сам сдохнет и нас подставит! Придет, я ему стопу отниму!!!- выругался он.

«Боль, нужна боль»,- зашелестели стены.

Операционная сестра зарыдала и без того бледная девушка вскрикнула:

-Я не вынесу, пожалуйста, не мучайте меня!

Зинаида Васильевна упала на колени:

-Господом Богом прошу, не издевайтесь над моей дочкой!

«Боль, нужна боль…»,- упорно твердили стены.

-Сука ты дух! – злобно ответил гинеколог,- зовите всех кого возможно, пусть у стен занимаются самобичеванием, как в Индии.

Кличь, распространился по всему поселку. Народ собрался у стен проклятой больницы, по пояс раздетые, вооруженные- кто с цепями, кто с ножами и палками. Ветер развивал их немытые космы на головах. Худые, обтянутые кожей тела, ждали команды на начало принять боль, боль как наказание за былые грехи, боль от которой они все эти годы прятались, и она все равно их находила. Но теперь боль ради спасения младенца и они с радостью готовы принять её.

Виктор Иванович с удовлетворением смотрел на собирающийся народ, готовый на все ради новой жизни. Зинаида Васильевна стояла у окна и плакала, слезы текли от радости и благодарности.

-Так, ну приступим. Зинаида Васильевна готовьте новокаин!

За окном послышались стоны и крики, люди хлестали себя цепями, палками, резали кожу, кровь текла ручьём.

Антон и Катерина подъехали к могиле проклятого доктора, граница купола сдвинулась, как и везде – к центру, хорошо стало видно несчастных, которые, ради спасения поселка пожертвовали собой. Им удалось немного выкопать яму, чем облегчили работу мне. Высушенные и мумифицированные тела, двое из которых лежали рядом с могилой, третий, будто собирался выбраться, но ему это не удалось, так и застыл в этой позе. Высушенное лицо, застыло в мучительной маске вечной боли. Мне стало не по себе, я понял, что не готов геройствовать. Но сбежать, зная, что рядом Катерина, не мог.

Поставив баллон рядом, соединил манометр, прикрутил длинные кислородные шланги, открыл на малый поток, надежно фиксировал катетер лейкопластырем к носу, неприятно защекотало от поступающего газа. Бутылку физраствора с адреналином бичевой закрепил на спине и соединил капельницу с подключичным катером, в надежде, что она поддержит мою жизнь.

-Я нашла в ящике одну ампулу морфина, давайте сделаю в вену?

- Хорошо, ширяй.

Голова закружилась ещё сильнее, я оперся на лопату.

Катерина обняла меня, я прижал ее, мы слились в долгом поцелуе, эйфория накрыла меня. В этот момент, я готов был горы свернуть.

Развернувшись, взяв лопату ступил за пределы зоны. Спазмом сжались мышцы, стало трудно дышать, я упал на колени, руки посинели, болью взорвалась каждая клетка моего тела.

-Аааа,- закричал я, одна рука оперлась на лопату, другая о землю, я понимал, что если упаду, то встать мне не удастся. В глазах мелькали мушки, по границе маленькой зоны над головой засверкали маленькие молнии, опалили мне волосы. Я заставил себя глубоко дышать, стало немного легче, на коленях двинулся в сторону могилы. Вытащил труп, сполз в яму.

Взял в руки лопату, ощущение такое будто она весит сто килограмм, но я заставил себя копать. Медленно, очень медленно мне удавалось углубиться. Руки натерлись так, что по черенку текла, не переставая кровь, дыхание сбилось, пот застилал глаза. Снял рубашку, разорвал ее, обмотал кисти, поскольку лопата стала скользить.

«Хорошо, ах хорошо…»,- шептали стены, в ответ на крики за окнами. Люди вошли в раж, хлестали себя и своих соседей, мостовая не успевала обновляться и очищаться от бакровых ручьёв.

Обколов новокаином область операции, хирург отточенным движением сделал разрез, но рана вслед за скальпелем затянулась.

-Ну бляяя!!! Зинаида Васильевна, вставьте широкие крючки, я так не смогу работать!- операционная сестра взялась за инструмент и сразу после разреза вставила его в рану, ткани натянулись, но регенерация прекратилась.

-Антон мудила, сбежал,- опять вспомнил «добрым словом» гинеколог хирурга, операционная сестра промолчала, в душе она тоже костерила доктора.

Девушка стонала от боли, новокаин в полной мере не помогал в полостной операции, да еще напряженные ткани, упорно желающие закрыть рану, натянулись как струна, добавляя остроту болезненных ощущений.

Антон копал. Голова кружилась, слабость усиливалась. Лопата ударилась во что то твердое и каменистое. Собрался расчищать, но ноги перестали держать, пощупал у себя пульс, он стал нитевидным. Тяжело дыша, нашел колесико на капельнице, крутанул, в вену медленно закапал адреналин. Голова взорвалась от пульсирующей боли.

-Ммммм,- доктора стошнило, он уменьшил скорость. Руки совсем занемели, лопату он уже не чувствовал.

-Антон Александрович!- услышал крик девушки.

Шатаясь, опершись на лопату, поднялся, возле могилы в призрачном свете увидел два стола, похожих в секционном зале, на кафедре анатомии. Возле них стояли, ожидая, чего - то мужчины. Смутно, сквозь пеленуузнал в них великих докторов, чьи портреты висели в доме у Варвары Капитоновны. Они ждали, ждали меня.

Девушка упала без сознания. А мне было уже все равно, я знал, что надо копать, вся энергия, жизнь, мир сконцентрировались на лопате. Шатаясь, я продолжил расчищать саркофаг. Он оказался необычно широким. Расчистив край, подцепил плиту, оттолкнул.

В могиле лежало два тела, совершенно в сохранном виде, ощущение, будто их сегодня только положили.

«Хорошо, ах хорошо…»,- ликовал беспрерывно дух.

Гинеколог продолжал операцию. Обколол новокаином матку, сделал разрез, зацепился за рану пальцами и расширил края раны, нащупал младенца, потянул, показались ягодицы. Это был мальчик. Осталось вытащить головку, но металлические расширители выскользнули, рана стала затягиваться на шее ребенка грозя задушить.

- Зина, расширяй рану!

-Не могу,- женщина тянула за края, но они упорно затягивались на шее младенца, он уже почернел от гипоксии.

-Держи младенца, - хирург сам попытался растянуть сжимающую смертельной хваткой плоть, но у него тоже ни чего не получалось.

С операционного лотка вылетел скальпель, блеснув металлом, воткнулся в живот, чиркнул, настало время духов.

-Ааааааа,- закричала женщина и потеряла сознание, разрез был не в месте анестезии.

Бездыханного мальчика вытащили из раны.

-Дышите Зина в рот ему! Мне нужно достать плаценту,- отдав младенца растерянной женщине, он рукой полез в неизменно суживающиеся края раны.

«Хорошо, ах хор…»,- вдруг прекратил радоваться дух.

Мужчина кого - то напоминал, в голове промелькнуло: «так это же молодой хирург и его девушка, это ведь они! А где же ХОЗЯИН, где заведующий??»

Я не знал, что делать дальше, вдруг эти двое открыли одновременно глаза, сели, повернув голову ко мне, вытянули руки, схватились за штанину. Превозмогая усталость, я поднялся, собирался выбраться из могилы. Но умершие, медленно поднявшись, сверкая красными глазами, тянули меня вниз.

-Беги Катя, это конец!

Но девушка протянула ко мне руку, я попытался схватиться за нее, закричала от боли. Великие врачи невозмутимо наблюдали за нами, было совсем не похоже, что они пришли помочь, ощущение такое, будто они взяли билет на спектакль и молча, смотрели на проплаченное зрелище.

Со стороны границы на фоне всполохов молний приближались две мрачных тени. Это были посредники проклятого поселка. На фоне вспышек, в руках у него мерцал маленький скальпель, а она держала длинную японскую катану. Войдя в сферу, те немедленно вспыхнули, зашатались, но продолжили приближаться к нам.

-Беги Катя!!!- девушка отпустила мою руку, кубарем полетела в обратную сторону. С расширенными от ужаса глазами наблюдала, как горящие ангелы смерти двигались в мою сторону.

Мертвые вцепились железной схваткой мне в горло, стали душить, в глазах потемнело, я потерял сознание.

Зайдя в сферу, огонь стих. Мужчина схватил за волосы молодого ожившего хирурга и стал методично отделять голову скальпелем, из зияющей раны потекла темная жидкость.

Обугленная женщина, взмахнув катаной, одним движением отсекла голову девушке, прыгнула в могилу, схватила за волосы откатившуюся голову и кинула на один из секционных столов. Мужчина, проделав ту же процедуру, принес отсеченный орган, на другой стол.

Те разделившись, методично стали препарировать.

Я без признаков жизни лежал на краю могилы. Катя, очнувшись, рванула вперед и из последних сил, вытащила меня за пределы зоны. Но я был уже мертв.

Включила на полную, раствор с адреналином, начала проводить реанимационные мероприятия.

На секционном столе, врачи вскрыли черепные коробки, удалили большие полушария и извлекли светящийся гипофиз.

Природа взбесилась, молнии сверкали, грохотал гром, ветер поднял пыль, скручивался в смерчи. Сфера раскалилась и на фоне молний, окрасилась в бардовый цвет. Сильно пахло озоном.

Началось землетрясение. Появился вначале маленькая трещина, но с каждой минутой она расходилась, увеличивая просвет все шире и шире. Из под земли появился свет. Гиппократ, взявшись двумя руками светящиеся органы, кинул вниз, навстречу свету - проклятые души. Из под земли полыхнуло огнем.

Трещина медленно вернулась на место и воцарилась тишина. На небе сверкали звезды. Около могилы лежало два обгоревших трупа.

А рядом Катерина пыталась вернуть к жизни Антона.

Операция закончилась. Рана затянулась только на половину, гинеколог сделал последние стежки. Внезапно заискрила проводка, потух свет. Земля затряслась, больницу стало шатать из стороны в сторону.

-Зинаида Васильевна, хватайте младенца и бежим на выход,- крикнул гинеколог, сам схватив в охапку женщину, побежал.

Сыпалась штукатурка, по стенам пошли трещины, лопнули стекла. Виктор Иванович, превозмогая усталость, бежал к выходу, держа на плечах потерявшую от боли сознание Татьяну.

И только он успел выбежать из стен здания- упал на колени, роженица точно мешок повалилась на землю, повернулся, здание с грохотом рассыпалось как карточный домик. В небо поднялись клубы пыли. Люди стояли ошарашенные происходящим, они не верили, что освободились от проклятья.

-Мы спасены!- крикнул один и все стали обниматься.

-А где моя мама, где сын?- очнувшись, спросила девушка.

И тут до гинеколога дошло, что они оказались под завалом.

Катерина, отчаявшись спасти любимого, смертельно устав, с размаху кулаком ударила по грудине. Прекардиальный удар, превратил механическую энергию, в электрическую, возбудил клетки миокарда.

«Тук, тук, тук»- забилось сердце. Антон Александрович, сделал вдох. Открыл глаза.

-Кать, а Кать, жуть как хочу чаю,- прошептал я, закашлявшись.

-Дурак!- вскрикнула девушка, - Будет тебе чай с вареньем!- обняла своего героя Катерина.

-Мама, мама, где ты мамочка!!!- плакала девушка.

Все стали разбирать завалы, но их, нигде не было.

Вдруг, услышали плачь, плачь - младенца. Все повернули головы на звук. На краю развалин мерцая, стояли две невесомые тени. Это были души её матери и рослого мужчины, с окладистой бородой, суровым взглядом, они смотрели на людей. Дух Зинаиды Васильевны, стал махать рукой, дочь, согнувшись от боли, побежала к месту, откуда слышался крик, где под картоном, нашла завернутого в операционное бельё младенца. Девушка обняла своего сына, а в небо устремились прощеные души.

Шпинев В В ©

Конец.

Content

Проклятье больницы Н