Люси Гордон

Благословение вечной любви

Пролог

Венеция – самый романтический город на свете… Так твердили все вокруг, и Наташа постепенно убеждалась, что это – чистая правда. Ну где еще она могла бы буквально через пару часов после приезда встретить мужчину своей мечты и тут же осознать, что принадлежит ему, а он должен принадлежать ей?

Сидя в кафе у маленького канала, Наташа любовалась солнечными бликами на воде. Неподалеку покачивалась гондола, в которой сидели молодой человек и девушка, сжимая друг друга в объятиях.

«Совсем как мы», – подумала Наташа, вспоминая свою первую поездку на гондоле в объятиях мужчины, вмиг изменившего весь ее мир.

Марио Ферроне, молодой, красивый, с пляшущими в глазах искорками и заливистым смехом… Она познакомилась с ним сразу после приезда в Венецию, где решила провести отпуск. Марио настоял на том, что покажет ей город. Его брат владел отелем, в котором она остановилась, и Наташа сначала подумала, что речь идет о специальной услуге для туристов, но вскоре стало ясно, что это не так. Их вмиг потянуло друг к другу, и Наташа провела с Марио мгновения, чудеснее которых у нее не было.

До сих пор в ее жизни почти не оставалось места для романтики. У стройной, наделенной красотой и чувством юмора Наташи не было недостатка в поклонниках. Но обычно в том, что касалось мужчин, у нее инстинктивно срабатывал защитный механизм.

Эта проблема уходила корнями в детство, когда отец Наташи бросил жену и десятилетнюю дочь ради другой женщины. До этого момента Наташа жила счастливо. Отец, казалось, обожал ее не меньше, чем она обожала его. А потом он вдруг ушел – и никогда больше не появлялся в ее жизни.

«Никогда не доверяй мужчинам, – твердила Наташе мать. – От них вечно одни разочарования».

И Наташа следовала предупреждению, пока в ее жизнь не ворвался Марио, перевернув все вверх дном.

Собственные чувства сбивали Наташу с толку. Сердцем ее влекло к Марио, как ни к одному другому мужчине. Но иногда голос матери эхом отзывался в ее голове: «Ни одному мужчине нельзя доверять, Наташа. Помни это».

Но она не сомневалась, что Марио не такой, как все остальные. Честнее, надежнее, искреннее – и по-настоящему ее любит.

Прошлым вечером он поцеловал ее даже с бóльшим пылом, чем обычно, тихо произнеся:

– Завтра я хочу… И тут же прервался, явно смутившись.

– Да? – прошептала она. – Чего ты хочешь?

– Я не могу сказать тебе сейчас… завтра все будет иначе. Спи спокойно, ми аморе.

Теперь Наташа сидела в кафе, где они часто встречались, и сгорала от нетерпения, желая поскорее узнать, что же имел в виду Марио. Неужели собирался сделать ей предложение?

«О, пожалуйста, поторопись!» – мысленно молила она. Ну как Марио мог держать ее в таком напряжении, когда речь шла о столь важных вещах?

И тут до нее наконец-то донесся его голос:

– Наташа!

Она увидела Марио, который несся к каналу и отчаянно махал ей издали.

– Прости, я опоздал, – сказал он, усаживаясь к ней за столик. – Меня задержали.

Странно, но Наташе показалось, будто он крайне взвинчен.

– Все в порядке? – встревожилась она.

– Скоро будет, – заверил Марио.

Он не сводил с нее глаз, и с каждой секундой в душе Наташи крепла уверенность, что они вот-вот перейдут на новый уровень отношений.

Марио взял ее за руку:

– Вот уже несколько дней я пытаюсь сказать тебе кое-что, но…

– Пытаешься? Это что, так трудно – просто сказать мне? – Может, и трудно. – Он взглянул ей в глаза. – Кое-что сказать совсем нелегко.

Сердце Наташи взволнованно колотилось в радостном предвкушении. Она понимала, что собирался сказать Марио, и ей не терпелось услышать это.

– Все зависит от того, как сильно ты хочешь это сказать, – прошептала она, наклоняясь так близко, что ее дыхание коснулось его лица. – Может быть, на самом деле это не так и важно.

– О нет, ты не знаешь, насколько это важно!

«А вот и знаю», – вне себя от счастья подумала Наташа. Он собирался сказать ей, как много она для него значит. Вот он скажет – и ее жизнь в мгновение ока заиграет самыми радужными красками.

Наташа взяла руку Марио в свои ладони, будто пытаясь сказать без слов, как сильно хочет быть к нему ближе.

– Продолжай, – прошептала она.

Марио замялся, и Наташа, озадаченная, пристально взглянула на него. Неужели ему действительно было так трудно признаться ей?

– Наташа… я хочу сказать тебе…

– Да, да, скажи уж, пожалуйста!

– Я не слишком в этом силен…

– Тебе и не требуется быть мастером красноречия, – настойчиво произнесла она, еще сильнее сжимая его руку. – Говори как есть.

– Ладно… И вдруг на все кафе разнеслось:

– Предатель!

Выкрикнутое кем-то слово ошеломило их обоих. Вскинув голову, Наташа увидела темноволосую женщину, которая стояла у столика и гневно взирала на них. Незнакомке было за тридцать, она могла похвастать пышными формами и казалась бы красивой, если бы не багровое от ярости лицо и полный ненависти взгляд, которым она пронзила Марио.

– Предатель! – кричала женщина. – Лжец! Обманщик!

Наташе еще не доводилось видеть Марио таким напряженным и бледным. Он поднялся и, глядя женщине в глаза, принялся что-то раздраженно говорить ей по-итальянски, жестами прогоняя ее. Она в ответ закричала на него по-английски. Потом повернулась к Наташе:

– Вам давно пора узнать, каков он на самом деле! Одной женщины ему недостаточно!

Незнакомка еще что-то бессвязно выкрикивала, пока Марио, отчаянно споря, не оттащил ее в угол. Теперь Наташа не слышала ни слова, но можно было не сомневаться, что эти двое бурно выясняли отношения. С каждой секундой брюнетка заводилась все сильнее, ее уже буквально трясло от гнева.

– Он – лгун и прохиндей! – кричала она на превосходном английском.

– Марио, – окликнула Наташа, – кто эта женщина? Ты ее знаешь?

– О да, уж он-то меня знает! – злобно фыркнула та. – Вы не поверите, насколько хорошо он меня знает!

– Таня, ну все, хватит. – Марио побледнел как простыня. – Я ведь сказал тебе…

– О да, ты мне сказал. Предатель! Изменник! Традиторе!

На какое-то мгновение Наташе захотелось втиснуться между ними и выложить Марио все, что она о нем думает. Но потом ее импульсивный характер дал о себе знать вспышкой гнева поярче, подтолкнув Наташу к более безрассудным, отчаянным действиям. Пока те двое продолжали неистовую ссору, она попросту сбежала.

Она неслась всю дорогу до отеля, потом на миг задержалась у стойки регистрации, чтобы попросить оформить счет, и взлетела по лестнице наверх, в свой номер. Сейчас ею двигало только одно желание: удрать отсюда до возвращения Марио. Он обманул ее! Она верила ему, потому что хотела верить, а ведь стоило всерьез поостеречься… Что ж, теперь она расплатилась за свое легкомыслие сполна.

– Ты была права, – пробормотала она призраку матери. – Все они одинаковы.

Призрак тактично воздержался от напоминания: «А я ведь тебе говорила!», но настойчиво маячил в сознании Наташи, даже когда она собрала вещи, расплатилась по счету и ускользнула из отеля.

Наташа взяла водное такси и переправилась с воды на сушу, где пересела в такси автомобильное.

– В аэропорт, – нервно бросила она шоферу.

«О, Марио, – сокрушенно подумала она, когда машина с ревом сорвалась с места. – Предатель! Традиторе…»

Глава 1

Два года спустя

– Мне очень жаль, Наташа, но ответ – нет, и точка. Ты просто должна смириться с этим.

Наташа крепче сжала телефон, и ее лицо исказилось гневом.

– Вот только не надо учить меня, что я должна делать! – огрызнулась она в трубку. – Вы говорили, что жаждете заполучить все, что бы я ни написала…

– Это было давным-давно. Все изменилось. Я больше не могу оплачивать вашу работу. Мне дали такое распоряжение.

Очередной отказ хлестнул ее, будто пощечина, и Наташа судорожно вздохнула. – Но вы – редактор! – горячо возразила она. – Это ведь вы даете распоряжения!

– Владелец журнала говорит нам, что делать, и точка. Мы не нуждаемся в ваших услугах. Тема закрыта. До свидания.

И редактор отключился, оставив Наташу с обидой и яростью смотреть на телефон.

– Еще один? – поинтересовался женский голос у нее за спиной. – Это уже шестой редактор, который вдруг ни с того ни с сего на тебя взъелся! Ведь они все время заказывали тебе материалы!

Наташа повернулась к своей подруге Хелен, которая по совместительству была ее соседкой по квартире.

– Быть такого не может! – простонала Наташа. – Такое ощущение, будто какой-то злобный паук оплел их всех своей паутиной, заставляя избавляться от меня.

– Но ведь так и есть. Ты и сама это знаешь. И зовут паука Элрой Дженсон.

А ведь и правда… Дженсон владел медиа-империей, которая до недавнего времени обеспечивала Наташе безбедную жизнь. Но потом он всерьез увлекся ею и стал неотступно преследовать, игнорируя все просьбы оставить ее в покое. В конечном счете негодяй зашел слишком далеко, вынудив Наташу влепить ему пощечину, – да такую сильную, что он взвизгнул.

Свидетелем некрасивой сцены стал один из его сотрудников, который и раззвонил об этой истории повсюду.

– Все знают, что ты выставила его полным идиотом, – посочувствовала Хелен. – Так что теперь он – твой враг. Ах, Наташа, какая жалость, что ты такая вспыльчивая! У тебя было полное право разозлиться, но… а, ладно…

– Но я должна была помедлить перед тем, как врезать ему. Оставаться спокойной и сдержанной, думать о будущем. Ха!

– Да, знаю, звучит ужасно, но только посмотри, какую высокую цену ты заплатила!

– Да, – с тяжким вздохом согласилась Наташа.

Ее успехи в качестве журналиста-фрилансера ошеломляли. Журналы и газеты готовы были драться за ее бойкие и познавательные статьи.

До этого момента.

– Ну неужели один человек может обладать такой безграничной властью? – простонала она.

– Может быть, тебе стоит на какое-то время уехать за границу? – посоветовала Хелен. – Пока Дженсон совсем о тебе не забудет?

– Это будет непросто…

– Это не составит труда. Кадровое агентство нашло мне работу в Италии, заниматься нужно промоушеном. Но тогда пришлось бы уехать туда на некоторое время. Я собиралась позвонить им и отказаться, но почему бы не поехать тебе?

– Но я не могу вот так запросто… Это безумная идея.

– Иногда безумие – самый лучший вариант. Может быть, именно это тебе сейчас и нужно.

– Но я не говорю по-итальянски.

– Тебе это и не понадобится. Это международный проект, связанный с «раскруткой» города по всему миру.

– Это ведь не Венеция, правда? – вдруг напряглась Наташа.

– Нет, не волнуйся. Я знаю, тебе не хотелось бы возвращаться в Венецию. Это Верона, город Ромео и Джульетты. Часть этой истории реальна, и туристы горят желанием увидеть балкон Джульетты и другие места, где происходили различные сцены трагедии. Поэтому несколько владельцев самых роскошных отелей скооперировались, чтобы отрекламировать город.

Конечно, я в курсе, что ты – не горячая поклонница романтики…

– Это меня как раз не волнует, – поспешила заверить Наташа. – Я не откажусь от проекта только потому, что один мужчина…

– Вот и прекрасно. Так почему бы тебе не взяться за эту работу?

– Но как я могу? Она – твоя.

– Мне и правда хотелось бы, чтобы ты взялась. Я согласилась на нее сгоряча, когда поругалась со своим парнем. Думала, что между нами все кончено, но мы помирились, и ты действительно выручила бы меня, если бы заменила там.

– Но они ждут тебя…

– Я договорюсь с кадровым агентством. Я свяжу тебя с ними, спою тебе дифирамбы. Наташа, ты не можешь позволить мужчине, которого не видела два года, управлять твоей жизнью. Особенно если он оказался изменником и проходимцем. Это твои слова, не мои.

– Да, – пробормотала она. – Я так говорила. И я не шутила.

– Тогда поезжай. Выброси из головы Марио, выброси из головы и Элроя. Воспользуйся шансом начать все сначала.

Наташа глубоко вздохнула.

– Хорошо, – решилась она. – Так и сделаю.

– Отлично. Итак, приступим!

Хелен включила компьютер и связалась с агентством. Не прошло и минуты, как Наташа уже читала электронное письмо, написанное на хорошем английском, которое предлагало ей назначение и содержало указания:

«Вы будете сотрудничать с Джорджо Марчелли. Владельцы отелей наняли его для промоушена города. Он будет с нетерпением ждать вас в Вероне».

– Вот видишь, как просто, – успокоила Хелен. – Оставляю тебя одну, чтобы ты хорошенько все обдумала.

И подруга удалилась.

Оставшись в одиночестве, Наташа уставилась в окно, пытаясь принять нелегкое решение.

«Это – не Венеция», – твердила она себе. Она ни за что на свете не согласилась бы вернуться в тот красивый романтичный город, где разбилось ее сердце.

Оглядываясь назад, Наташа видела себя юной девушкой, в сознании которой неотступно звучали напутствия матери никогда не доверять мужчинам. Она делала успешную карьеру, посвящая все свое время журналистике и избегая серьезных отношений. Это не мешало ей флиртовать и наслаждаться мужским обществом. Но надолго? Нет, никогда!

Наташу это даже радовало, ведь такая осмотрительность могла защитить ее от повторения печальной судьбы матери. На том она и стояла.

Пока не встретила Марио.

Ее влекло к нему так, как никогда прежде ни к одному мужчине. Они гуляли по улочкам Венеции, плавали на гондолах по каналам. В одном из крошечных переулков Марио потянул ее в тень, чтобы одарить первым поцелуем. Несмотря на отчаянные попытки вычеркнуть из памяти эти прекрасные мгновения, они все еще жили в ее душе.

Ее тело мгновенно отзывалось на его ласки, оживая так, как Наташа и мечтать не могла. Марио явно переживал то же самое, хотя интуиция и подсказывала ей, что он был опытным любовником. Где бы они ни появлялись, женщины бросали на него восхищенные взгляды и недобро, с завистью зыркали на нее. Наташа догадывалась, что они думали о том, как же ей повезло делить с ним постель. Но момент близости так и не наступил, хотя несколько раз Наташа оказывалась на грани того, чтобы поддаться искушению.

Близился день ее отъезда, когда Марио попросил Наташу остаться с ним подольше. Вне себя от счастья, она согласилась, но судьба распорядилась иначе…

Даже теперь, два года спустя, вспоминать о том счастье было нестерпимо больно, и ей никак не удавалось стереть эти воспоминания из своей памяти, своего сердца, своей жизни.

Наташа представляла лицо Марио, когда он вернулся к столику и обнаружил, что она исчезла.

«Растаяла в воздухе, – подумала Наташа. – Что ж, меня для него не существует, точно так же, как его не существует для меня». В сущности, мужчина, которым она его считала, вообще никогда не существовал.

Наташа снова и снова с горечью проигрывала в голове ту сцену. «Вот уже несколько дней я пытаюсь сказать тебе кое-что…» Она ждала от Марио признания в любви, но на самом деле он собирался ее бросить.

Он наверняка провел тот день с Таней, в ее постели.

«По сути, он изменял нам обеим, – мелькнуло у Наташи в голове. – Он явно из таких мужчин».

После бегства из Венеции Наташа сделала все, чтобы исчезнуть навсегда, даже сменила адрес электронной почты и телефонный номер. Но один имейл от Марио все-таки успел прийти: «Куда ты пропала? Что случилось? С тобой все в порядке?»

«Да, – с вызовом подумала Наташа. – Я в полном порядке. Я избавилась от единственного человека, который мог сделать мне больно».

Она так и не ответила Марио, настроив почтовый ящик так, чтобы письма от него не приходили. Потом Наташа переехала к Хелен. Дверь ее старой квартиры была наглухо закрыта для Марио – точно так же, как и ее сердце.

По ночам Наташа не могла уснуть. Марио затронул ее чувства с невероятной глубиной, и она правильно поступила, решив спастись бегством, пока не стало слишком поздно.

Наташа с головой ушла в работу, создав себе такую блестящую репутацию, что на нее обратил внимание сам Элрой Дженсон. Увы, медиа-магнат стал приставать к ней с гнусностями, не сомневаясь, что простая внештатная журналистка его не отвергнет. Когда Наташа отказала, он не мог в это поверить и настойчиво ее преследовал до тех пор, пока ей не пришлось влепить ему пощечину, подведя черту под своей успешной карьерой.

После этого жизнь Наташи покатилась по наклонной. Ее доходы иссякли. Теперь она едва могла позволить себе даже скромную плату за комнату, которую снимала у Хелен.

Пришла пора жестких, решительных действий. И если это означало совершить прыжок в неизвестность, она сделает это. Неизвестное таило некое очарование, и Наташа вдруг поняла, что готова ко всему, что бы оно ни принесло.

Она обменялась электронными письмами с Джорджо, паблисити-менеджером. Тот сообщил, что остановится она в отеле «Димитри», а в аэропорту ее встретит шофер. И вот, спустя два дня, Наташа отправилась в путешествие, которое могло принести новую блистательную жизнь – или закончиться полной катастрофой.

Во время полета Наташа концентрировалась на предстоящей работе. История Ромео и Джульетты с давних пор волновала мир: двое молодых людей полюбили друг друга, несмотря на вражду их семей. И в конечном счете решили, что лучше умрут, чем будут жить друг без друга.

Легенда гласила, что пьеса Шекспира основывалась на реальных событиях. Эти влюбленные действительно жили и трагически умерли. Теперь задачей Наташи было погрузиться в эту историю и увлечь ею весь мир.

Шофер ждал ее в аэропорту, держа плакат со словами «Отель «Димитри». Он с облегчением поприветствовал Наташу и проводил ее к машине, чтобы доехать до Вероны.

– Отель находится в центре города, – сказал он. – Прямо рядом с рекой.

Верона оказалась прекрасным старинным городом. Вне себя от восторга, Наташа смотрела в окно, плененная налетом таинственной старины. Наконец машина остановилась у большого замысловатого здания.

– Вот мы и на месте. Отель «Димитри», – объявил шофер.

Как только Наташа вошла в изысканный холл, к ней направился плотный мужчина. На вид ему было за шестьдесят, и на его пухлом лице сияла улыбка. Он поздоровался с Наташей по-английски.

– Агентство предупредило меня о замене, – сказал мужчина. – Судя по всему, изначально выбранный кандидат приехать не смог, но меня заверили, что вы обладаете превосходными профессиональными качествами.

– Благодарю вас. Я – журналист со стажем. Надеюсь, смогу соответствовать вашим ожиданиям.

– Нисколько в этом не сомневаюсь. Очень рад, что вы приехали. Я обещал президенту, что леди будет здесь сегодня вечером, и было бы очень некстати разочаровывать его.

Он шутливо изобразил дрожь, и Наташа спросила:

– Что, такой тяжелый человек? Внушает ужас?

– Иногда. Большей частью он – очень твердый, непреклонный. Люди, не привыкшие к такой строгости, предпочитают с ним не пересекаться. Он купил этот отель чуть менее двух лет назад и с первого же дня приступил к глобальным переменам. Здесь провели масштабный ремонт, а штат реорганизовали. Все должно быть сделано так, как хочет он. И никто не спорит.

– Вы назвали его президентом.

– Он – президент «Комуниты». Именно он предложил, чтобы владельцы отелей Вероны стали работать вместе, образовав союз – «Комуниту». Хозяева отелей думали, что это будет формальная организация, но он настоял на том, что сообществу требуется руководство. Остальные поддержали его предложение – и сделали его президентом. Недавно один из владельцев хотел побороться с ним за ключевой пост, но его, мягко говоря, «убедили» не делать этого. Точно неизвестно, как именно, но это никого не удивило. Когда президент отдает распоряжения, мы со всех ног бросаемся выполнять, особенно я, потому что он может уволить меня в любую минуту, когда ему заблагорассудится. Я просто предупреждаю вас, чтобы вы ненароком его не задели. Мы поужинаем с ним сегодня вечером, а завтра вы познакомитесь со всеми членами «Комуниты». Они с нетерпением ждут, когда же вы расскажете всему свету о нашем прекрасном городе.

– Но ведь о нем и так уже известно достаточно много. «Ромео и Джульетта» – самая известная в мире история любви, не так ли?

– Верно, но нам нужно дать людям понять, как именно они могут прикоснуться к ней. Ну а теперь я покажу вам номер.

По пути наверх они прошли мимо двух мужчин, о чем-то громко споривших. Один из них, явно главный, завопил: «Капиши? Капиши?» – так отчаянно, что другой отшатнулся.

– Что это значит? – полюбопытствовала Наташа. – Он по-настоящему напугал того парня.

– Это означает «Понимаешь?», – рассмеялся Джорджо. – Это всего лишь способ сказать: «Будешь делать то, что я скажу. Врубился?»

– Полезное выражение.

– Может пригодиться, если вы пытаетесь ясно дать понять, кто здесь главный, – улыбнулся он. – Мне доводилось слышать такое несколько раз. А вот и ваш номер.

Подобно остальной части отеля, комната оказалась изысканной и роскошной. Из огромного окна открывался вид на реку, где солнце отбрасывало блики на воду. Атмосфера казалась безмятежной, и Наташа, довольная, глубоко вздохнула.

Распаковав вещи, она приняла душ и стала прихорашиваться. На эту встречу она собиралась прибыть во всеоружии.

Наташа была так красива, что много усилий для этого не требовалось. У нее были большие выразительные голубые глаза, а в белокурых волосах на свету поблескивали рыжие прядки.

Наташа высоко заколола волосы, решив подчеркнуть по-деловому строгий настрой. Обычно она носила их распущенными, позволяя локонам свободно струиться и спадать на плечи роскошными волнами.

«Но только не сегодня вечером, – рассудила она, изучая себя в зеркале. – Сейчас я – деловая женщина, которая приехала сюда работать».

Наташа покрепче заколола волосы, убрав их с лица, и почувствовала, что прическа должным образом передает ее серьезный посыл. Джорджо предупредил, что владелец отеля – из тех людей, с которыми принято считаться, но Наташа была готова к этому. Она сама предстанет женщиной, с которой нужно считаться.

– Я поступила правильно, приехав сюда, – прошептала она. – Все будет хорошо.

В Венеции, городе, где большинство дорог были водными, автомобили могли добраться только до Пьяццале Рома, автостоянки на краю города. В пылающем жаре солнечного дня Марио Ферроне в сопровождении брата Дамиано направился к своей машине.

– Похоже, твой отель действительно преуспевает, – заметил Дамиано. – И тебя ждет блестящее будущее.

– Наверное, я и правда могу на это рассчитывать, – улыбнулся Марио.

– Вне всякого сомнения, – бодро заверил Дамиано. – В конце концов, у тебя был прекрасный учитель!

Дамиано имел в виду свою успешную карьеру владельца нескольких отелей. Успев поработать во многих из них, Марио овладел гостиничным ремеслом и загорелся идеей открыть свой собственный отель.

– Точно, я учился у лучшего, – согласился Марио. – И то, что я владею заведением в Вероне, весьма кстати. Мы, несколько хозяев отелей, договорились заняться промоушеном города в духе «Ромео и Джульетты».

– Город влюбленных, – криво усмехнулся Дамиано. – Как раз для тебя. Не поверишь, сколько небылиц я о тебе слышал!

– Только не в последнее время, – поспешил возразить Марио.

– Да, ты действительно остепенился за последние два года, но прежде, насколько я помню, ты вполне соответствовал определению «плохой парень».

– Так ведет себя большинство из нас, пока не находит ту самую, единственную женщину, – заметил Марио.

– Точно. Я не был святым до того, как встретил Салли. Но ты-то пока не встретил свою «Салли», так что же заставило тебя вдруг стать столь целомудренным?

– Целомудренный? Я? Вот только не надо меня оскорблять!

Дамиано усмехнулся:

– Значит, это – лишь маска?

– Нет. Я и правда изменился, и не сказать, чтобы в лучшую сторону.

– Не говори так. Ты стал намного лучше – спокойнее, серьезнее, взрослее…

– Подозрительнее и требовательнее, а иногда и злее, – тихо добавил Марио.

– Эй, с чего это ты так себя принижаешь?

– Наверное, с того, что я знаю себя лучше, чем кто бы то ни было. Я уже не тот милый парень, если, конечно, вообще когда-либо им был.

– И почему это произошло? Марио похлопал брата по плечу:

– И не спрашивай! Это длинная история и… мне совсем не хочется ее вспоминать. Мне пора ехать. Джорджо нанял какую-то журналистку – по его словам, просто блестящая кандидатура для промоушена в духе «Ромео и Джульетты». Я встречусь с ней за ужином, когда вернусь сегодня вечером.

– Удачи! До свидания, брат.

Они обнялись. Потом Дамиано отошел и помахал вслед Марио, который свернул с автостоянки на шоссе, ведущее к материку.

Венецию и Верону разделяло почти семьдесят пять миль. Во время поездки Марио с иронией размышлял над словами брата. Дамиано не знал, что его свадьба с Салли четыре года назад была одним из поворотных моментов в жизни Марио. Он тогда всерьез увлекся Салли и изо всех сил боролся со своими чувствами. Боролся с ними, работая в отелях Дамиано в Риме, Флоренции, Милане, лишь изредка приезжая в Венецию.

До того момента он вел вольный, развеселый образ жизни. Молодой, обворожительный и красивый, Марио без труда очаровывал женщин. У него было много подружек. Даже слишком много, как он теперь понимал.

Марио вернулся в Венецию к рождению сына Дамиано и обнаружил, к своему облегчению, что романтических чувств к Салли больше не испытывает, – разве что относится тепло, как к сестре. И он окунулся в жизнь, полную работы и удовольствий.

Но тут в его жизни случился очередной поворотный момент: Марио встретил женщину, способную изменить его мир к лучшему, развеять одиночество и придать смысл его существованию. Марио уже мечтал, как она кинется в его объятия… Но реальность оказалась суровой: она бросила его, обрекая на унылое одиночество.

Покупка отеля два года назад стала большой удачей. Прежний владелец жаждал продать заведение и согласился всерьез сбавить цену, и теперь Марио чувствовал, что твердо встал на путь успеха и независимости. Раз уж ему не суждено испытать иное счастье, он добьется триумфа в карьере. Эта надежда и вела его по жизни, суля избавление от боли и тоски последних двух лет.

Наконец он остановился у отеля. Встречая его, Джорджо вышел к парадному входу и сказал:

– Все готово.

– Леди приехала?

– Да, час назад. Она – не та, кого я ждал. Агентство изменило кандидатуру в последний момент, но производит впечатление серьезного профессионала.

– Мне не терпится с ней познакомиться. – Пока они шли через изысканный холл, Марио оглядывался, оценивая место, которое уже считал своим царством. – Знаешь, а у меня хорошее предчувствие по поводу этого проекта. Мы – на верном пути и вот-вот достигнем цели.

– Которая сулит нам большой куш, – с улыбкой подхватил Джорджо.

– Разумеется, но дело не только в этом. Все постепенно встает на свои места.

– Это уж точно! Отдохни немного, а потом я познакомлю тебя с… Марио? Марио, в чем дело?

Но Марио не слышал Джорджо. Его внимание привлекла огромная лестница в холле. Забыв обо всем на свете, он ошеломленно уставился туда. По ступеням спускалась молодая женщина. Она двигалась медленно, то и дело останавливаясь, чтобы рассмотреть картины на стенах, так что поначалу даже не заметила его, стоявшего у подножия.

Когда женщина посмотрела на мужчин и увидела Марио, она вдруг застыла на месте, будто не веря собственным глазам.

Невероятное потрясение сковало Наташу, стоило ей взглянуть с лестницы вниз. Это казалось непостижимым, но там стоял Марио, глядя на нее в неменьшем ошеломлении.

Этого просто не могло быть.

И все-таки это происходило наяву. Он застыл там с видом человека, чей кошмарный сон воплотился в явь.

Наташа попыталась шевельнуться, но не смогла. Марио стал подниматься по ступеням, медленно, словно не желал приближаться к ней. А потом смущенно произнес:

– Кажется… мы уже встречались.

Дюжина возможных ответов пронеслась у нее в голове, но неожиданно для самой себя Наташа выпалила:

– Нет, никогда.

Это явно застало его врасплох. Пока Марио силился придумать ответ, до них с подножия лестницы донесся голос Джорджо:

– Ага! Вижу, вы уже знакомитесь. – Он оживленно понесся к ним наверх. – Наташа, позвольте представить вам Марио Ферроне, владельца этого отеля и президента «Комуниты». Марио, это – Наташа Бейтс, леди, которая собирается поведать о Вероне всему миру.

Марио церемонно склонил голову:

– Бонжорно, синьорина. Рад с вами познакомиться.

– Взаимно, – кивнула она. – Давайте поужинаем, – предложил Джорджо, – и все хорошенько обсудим.

Внизу их уже ждал накрытый стол в отдельном кабинете с видом на реку. Джорджо подвел Наташу к стулу у окна и отодвинул его для нее.

К ним тут же поспешил официант, жаждущий услужить владельцу отеля. Оценив почтительные манеры, Наташа вспомнила слова Джорджо: «Когда президент отдает распоряжения, мы со всех ног бросаемся выполнять…»

Она знала Марио нагловатым смешливым плейбоем. Неужели беспечный парень превратился в сурового и властного сторонника твердой руки, каким представил его Джорджо? Лицо Марио действительно изменилось, приобретя резкие черты и став тверже, серьезнее. Даже в его улыбке теперь сквозила сдержанность.

Мельком бросив на него взгляд, Наташа обнаружила, что Марио тоже изучает ее. Что же он видел? Что она тоже изменилась, став старше, строже и сильнее? Это было только к лучшему. Сейчас Наташе требовалась вся ее сила.

Джорджо наполнил бокал Наташи вином и улыбнулся ей с оттенком почтительного восхищения. Вероятно, в молодости он был красавцем – и еще не растерял навыки опытного сердцееда.

– Что вам рассказали об этой работе? – спросил он.

– Только то, что несколько владельцев отелей Вероны объединились, чтобы «раскрутить» город, используя его связь с «Ромео и Джульеттой».

– Все верно. Город уже разрекламирован усилиями местного совета, но владельцы отелей решили завлечь побольше туристов и основали «Сообщество гостеприимной Вероны», чтобы воспользоваться преимуществами работы в городе величайшей истории любви. Шекспир не придумал Ромео и Джульетту. Семьи Монтекки и Капулетти существовали на самом деле, и у них действительно были дети, которые полюбили друг друга и трагически погибли. Это произошло в начале четырнадцатого века. В последующие два столетия эту историю не раз пересказывали, пока, наконец, Шекспир не написал пьесу на основе легенды. Туристы приезжают сюда, чтобы увидеть «балкон Джульетты» и представить сцену, которая разыгрывалась там.

– И которая на самом деле там не происходила, – сухо заметил Марио. – Дом принадлежал семье по фамилии Капелло, а балкон местный совет приделал менее сотни лет назад.

– Но если всем это известно… – протянула Наташа.

– Они знают, но с готовностью закрывают на это глаза, – пояснил Джорджо. – Люди предпочитают верить только в то, во что хотят верить.

– Как верно сказано, – пробормотала Наташа. – Именно поэтому их так легко обмануть.

Произнося это, Наташа избегала смотреть на Марио, но чувствовала, что он напряженно наблюдает за ней.

– И мы можем использовать это в своих целях, – подхватил Джорджо. – Балкон Джульетты, гробница Джульетты, где Ромео убил себя, потому что не мыслил жизни без любимой, и где она покончила с собой по той же причине. Правда ли это? Конечно, правда – если мы этого хотим.

– О да, – глубокомысленно заметила Наташа. – Это правда, если мы так хотим, до тех пор, пока однажды не поймем, что все не так, как бы сильно нам этого ни хотелось.

– Но такова индустрия развлечений, – возразил Джорджо. – Создавать фантазию, которая делает людей счастливыми.

– И разве можно желать большего? – риторически вопросил Марио.

Он поднял бокал и сделал глоток – невозмутимо, будто ему нет до Наташи никакого дела. Но тут же попросил:

– Расскажите нам что-нибудь о себе, синьорина. Она обернулась, взглянув ему в глаза:

– Что, простите?

– Я сказал, что хотел бы узнать о вас побольше. Уверен, вы могли бы рассказать нам немало интересного. Например, о своем семейном положении. Вольны ли вы прожить в Вероне несколько недель, или дома остался кто-то, кто будет тосковать без вас?

– Не сомневаюсь, что так и есть, – вклинился Джорджо, галантно заметив: – Леди такая красавица! За ней наверняка носятся по пятам толпы мужчин.

– Это не означает, что я позволяю им поймать меня, – пошутила Наташа.

– Некоторые женщины умеют держать мужчин на почтительном расстоянии, – многозначительно изрек Марио.

Джорджо согласно закивал:

– Так и есть. Женщина-загадка. Позволяет мужчинам бегать за ней, но никого не подпускает близко и не открывает никому свою душу. – Джорджо галантно поцеловал ей руку. – Синьорина, убежден, вы – эксперт в умении интриговать своих воздыхателей.

– Вот только насколько они заинтригованы? – поинтересовался Марио. – Не примчится ли сюда кто-нибудь, предъявляя свои права?

– Какие еще права? – недоуменно спросил Джорджо. – Она ведь не замужем.

– Это особой роли не играет, – заметил Марио. – Достаточно прочитать ту же историю о Ромео и Джульетте, чтобы понять, что влюбиться можно и спустя всего несколько минут после знакомства. И тогда никто не смеет вставать на пути у влюбленного.

– Опасаясь измены, люди могут впасть в неистовство, – согласился Джорджо. Наташа кивнула.

– А если они точно знают, что им изменили, никогда не скажешь наверняка, как далеко они могут зайти, чтобы заставить кого-то сильно пожалеть, – добавила она, пронзая Марио взглядом.

Ей было приятно увидеть, что он понял ее негласное послание. И, вздрогнув, поспешил отвести глаза. А когда заговорил снова, его голос зазвучал вызывающе по-деловому, что только еще больше выдало его волнение.

– Значит, мы можем рассчитывать на то, что ревнивый любовник не примчится сюда за вами? – резко бросил Марио.

Наташа взглянула на него, прочитав ледяную враждебность в его глазах, и почувствовала, как в ее душе зарождается похожее чувство.

– Напротив. Можете не сомневаться, ничто не заставит меня уехать до того, как моя работа не будет выполнена, – сдержанно изрекла она. – В отличие от некоторых, я не даю обещаний, которые не могу исполнить.

– Но я спрашивал вас не об этом.

«Конечно, – подумала Наташа. – Ты хотел знать, хватило ли у меня духа заменить тебя другим мужчиной».

Она одарила Марио своей самой уверенной улыбкой, словно его вопросы лишь немного удивили ее.

– Позвольте мне заверить вас, что я совершенно свободна. Ни один мужчина не указывает мне, что делать, а если бы кто-то и попытался сделать это… – Наташа склонилась к Марио, – я заставила бы его от души пожалеть, что он со мной связался. – И она многозначительно добавила: – Уж это-то я умею.

– Охотно верю, – ответил Марио.

Джорджо с любопытством наблюдал за ними.

– Эй, вы двое уже встречались?

– Нет, – поспешила ответить Наташа, прежде чем Марио успел хоть что-то сказать.

– Да неужели? У меня такое ощущение, будто я наблюдаю за дуэлью фехтовальщиков.

– Это просто шутка, – стараясь казаться беспечной, бросила Наташа. – Пожалуйста, расскажите мне еще о Вероне. Если, конечно, синьор Ферроне не решил, что не желает со мной работать. В таком случае я просто соберу вещи и уеду. Так как?

Она начала было подниматься, но Марио схватил ее за руку, удерживая на месте. – В этом нет надобности, – резко произнес он. – Давайте продолжим работу.

– Да, это единственное, что имеет значение, – уступила Наташа, откидываясь на спинку стула.

Он на мгновение задержал ладонь на ее руке.

– Так мы договорились? Вы остаетесь?

– Я остаюсь.

Глава 2

Марио с облегчением вздохнул и отпустил ее руку: – Хорошо. До тех пор, пока мы понимаем друг друга.

Горькая ирония его слов захлестнула Наташу, и она тягостно вздохнула. Они никогда не понимали друг друга. Собственно, их ничего и не связывало, кроме взаимного недоверия.

Наташа повернулась к Джорджо, заговорив самым деловым тоном.

– Наверное, мне пора проконсультироваться с паблисити-менеджером. Итак, какие будут указания?

– Мы должны проехать по Вероне, – ответил он, – изучая все примечательные места. Особенно балкон. В наше время можно даже пожениться в доме Джульетты. А после церемонии новобрачные всегда выходят на балкон, позируя для фотографий.

– Очень удобно. – Наташа вынула блокнот и начала записывать. – Сцена на балконе – самая известная часть пьесы.

– Да, люди обожают представлять стоящую там Джульетту, которая тоскует по своему возлюбленному, говоря: «Ромео, Ромео, о, где же ты, Ромео?»

– Она говорит не «где», – возразила Наташа. – Она говорит: «Зачем же ты, Ромео?» Это означает «почему?». Она имеет в виду: «Ну почему ты оказался Ромео Монтекки, моим врагом?» Во времена Шекспира, если хотели узнать, почему кто-то повел себя определенным образом, говорили, – она придала голосу драматизма, – «О, зачем ты это сделал, супостат?»

– Супостат? – с сомнением переспросил Джорджо.

– Это означает «негодяй». Говорится тому, кто ведет себя отвратительно.

Джорджо прыснул:

– Я должен это запомнить. «Негодяй» – брикконе.

– Или традиторе, – как бы невзначай заметила Наташа.

– Ага! Так вы знаете несколько итальянских слов? – рьяно ухватился Джорджо.

– Одно-два, – весьма достоверно изобразила беспечность она.

– Я бы многое отдал, чтобы узнать, как вы выучили это конкретное слово, – дерзко бросил он.

– Вам достаточно просто поинтересоваться, – усмехнулась Наташа. Марио подчеркнуто не смотрел на нее. Он, казалось, был всецело занят своим вином.

И тут в дверном проеме появился какой-то человек, делая знаки Джорджо.

– Мне придется на минутку вас оставить. Я скоро вернусь. – Он положил руку на плечо Наташи. – Не уходите. Мне так нравится проводить с вами время!

– Мне тоже, – заверила она.

Когда Джорджо вышел, Марио снова наполнил ее бокал.

– Будь осторожна с Джорджо, – предупредил Марио. – Он ловко пускает в ход обаяние, это – часть его профессии.

– Само собой, – весело отозвалась Наташа. – Такова индустрия развлечений. Вреда от этого не будет.

– Не будет – пока ты не попадешься на удочку.

– Я не попадусь. Отныне ничто и никто не сможет меня обмануть.

Марио приподнял бокал, иронично отсалютовав ей:

– Какое все-таки невероятное совпадение! Интересно, кто из нас больше шокирован.

– Этого мы никогда не узнаем.

– Только что ты со всей решительностью заявила, что мы незнакомы.

– А ты бы сказал иначе? – Наташа пристально взглянула на него.

– Нет, но сомневаюсь, что произнес бы это так быстро и категорично. Ты отрицала то, что знаешь меня, с таким пылом, будто от этого зависела твоя жизнь.

– Но это ведь правда. Когда-то мы считали, что успели достаточно друг друга узнать, но мы оба ошибались. Ты думал, меня легко одурачить. Ты и не рассчитывал, что появится Таня и покажет мне, кто ты есть на самом деле.

– Признаю, когда-то у меня были отношения с Таней, но между нами все было кончено.

– В самом деле? По-моему, она так не думала. И по-прежнему считала тебя своим. Нет, это меня ты собирался бросить! Потому-то и намекал, что должен сказать мне нечто важное. Ты обмолвился, что это было трудно, но ведь всегда трудно бросать кого-то, не так ли?

Он побледнел как полотно.

– Вот сама мне и скажи! Это ведь ты бросила меня без малейших раздумий!

– Бросить тебя было легче легкого, ведь ты дал мне для этого отличный повод.

– Но то, как ты это сделала… Исчезла, испарилась, чтобы я не смог тебя найти! Ты хотя бы представляешь, что мне довелось испытать? Я чуть с ума не сошел, потому что ты отказалась дать мне маломальский шанс объяснить…

– Объяснить что? То, что ты водил шашни с нами обеими? Если бы ты был таким, каким я тебя считала… Ладно, давай оставим эти выяснения. Ты оказался не таким, и будет лучше, если мы останемся друг для друга чужими.

– Останемся? – резким эхом отозвался Марио. Но потом его голос зазвучал насмешливо, с оттенком мучительной горечи. – Ну да, мы ведь всегда были чужими, ведь так?

– Всегда были и всегда будем. Это очень хорошее деловое соглашение.

– И ты – деловая женщина?

– Точно. Именно такой я и хочу быть. Капиши?

Он кивнул:

– Каписко. Я понимаю.

– Отныне нас связывают исключительно деловые отношения. Считай, что прошлого не было. Так, иллюзия…

– Иллюзия, да. Я так и понял, когда ты исчезла без следа, буквально растворилась в воздухе. А теперь ты появилась снова и так же внезапно.

– Еще одна иллюзия. На самом деле я еще не совсем здесь.

– Значит, если я отвернусь, ты опять исчезнешь?

– Возможно, именно так мне и следует поступить.

– Нет, – произнес он, с трудом сдерживая ярость. – Нет! Только не снова. Ты никогда не сможешь понять, как я… Нет, даже не думай об этом! Капиши?

– Каписко. Я все прекрасно понимаю.

– Пообещай мне, что не уедешь.

– Хорошо.

– Дай мне честное слово.

– Слушай…

– Скажи это. Дай мне знать, что я могу доверять тебе, – хотя бы на этот раз.

– Доверять мне на этот раз? Словно это я обманула… у тебя есть совесть?

– Он возвращается, – торопливо бросил Марио, глядя на появившегося в дверях Джорджо. – Улыбайся.

Наташа попыталась напустить на себя непринужденный вид, но это было непросто, и, как только Джорджо подошел к столу, она поднялась со словами:

– Мне пора спать. Из-за перелета день выдался слишком утомительным.

– Вы правы, отдохните немного, – сказал Марио. – Мы все встретимся здесь завтра утром, в девять. Они обменялись рукопожатиями, и Наташа тут же удалилась.

Проводив ее взглядом, Джорджо с усмешкой уставился на Марио.

– Что происходит между вами? – поинтересовался он. – Будто искры летают, вы общаетесь на грани срыва. На какое-то мгновение я и правда подумал, будто между вами что-то было.

– Ничего не было, – заверил его Марио. – И быть не может.

– Жаль. Ромео и Джульетта были несчастными влюбленными. Это может быть интересно – отрекламировать их с помощью другой пары несчастных влюбленных. В конце концов, если двое созданы друг для друга, но просто не могут быть вместе – допустим, это не в их власти, – тогда им остается наслаждаться чувствами, пока они могут, а потом признать, что судьба против них.

– Разве смириться с этим так легко?

– Именно это должны были принять Ромео и Джульетта.

– А потом они умерли.

– Они умерли физически, но это не всегда случается именно так. Иногда люди умирают внутри.

– Да, – пробормотал Марио. – Это бывает.

– Я обзвоню остальных участников сообщества и назначу встречу. Они будут от нее в восторге. Мы нашли нужного человека. Согласен?

Марио кивнул и изрек железным голосом:

– Да, нужного человека. Вне всяких сомнений. Мне пора идти. Пока я был в отъезде, накопилось много работы.

И он поспешил уйти, торопясь скрыться от проницательных глаз Джорджо.

Поднявшись наверх, Марио направился к своей спальне, но вдруг помедлил. Отведенный Наташе номер располагался по другую сторону коридора, и Марио подошел к нему, постоял немного, глядя на дверь и задаваясь вопросом, что же происходит внутри.

Этот вечер изорвал его нервы в клочья. Женщина, с которой он встретился сегодня, была так не похожа на ту милую, очаровательную девушку, которую он помнил… Речь шла о бессердечном создании, которое исчезло, не дав ему ни малейшего шанса оправдаться, оставив его страдать от нестерпимой боли. И то, как она вела себя с ним сегодня, не оставляло сомнений: она наслаждалась своим триумфом.

Любой здравомыслящий мужчина тут же отправил бы ее домой. Вместо этого Марио помешал ее отъезду, поддавшись инстинкту, которого и сам толком не понимал.

Из-за ее двери не доносилось ни звука. Марио подошел ближе, вскинув руку, чтобы постучать, но тут же снова уронил ее. Момент был неподходящим.

Вместо того чтобы пойти в свою комнату, Марио повернулся и спустился вниз, в сад, надеясь, что прогулка на ночном воздухе освежит его разум, избавив от царившей там неразберихи.

Наташа беспокойно мерила шагами комнату. После такого трудного дня она должна была рухнуть в кровать и тут же уснуть, но нервы напряглись до предела, и она боялась, что пролежит всю ночь без сна.

Марио обвинил ее в том, что она исчезла, не дав ему шанса оправдаться, и это задело ее за живое.

«Наверное, мне стоило дать ему возможность хоть что-то объяснить, – думала Наташа. – И почему я этого не сделала?»

«Потому что я – дочь своей матери, – зазвучал другой голос в ее сознании. – И я живу по ее указке: «Никогда не доверяй мужчине, от его объяснений тебе станет только больнее. Вообще никогда не давай ему второй шанс».

Она сбежала от Марио, потому что боялась услышать то, что он мог сказать. Думать о нем плохо было безопаснее. Но теперь, встретив его снова и осознав, как он страдал, Наташа терзалась из-за своего поступка.

– Нет, – сказала она себе. – Я не уступлю. Что сделано, то сделано. Все кончено.

Весь последний год Наташа страдала от бессонницы, поэтому нередко прибегала к помощи гомеопатического снотворного.

– Я не стану лежать без сна, беспокоясь о нем. Это – война.

Наташа проглотила две таблетки, но вместо того, чтобы лечь спать, вышла на несколько минут на свежий воздух. Огромное окно открывалось на балкон, и она любовалась узкой полоской сада, цветами, деревьями и раскинувшейся за ними рекой Адидже, сияющей в свете вечерних огней. Теперь Наташа могла с легкостью представить сцену на балконе и вообразить себя Джульеттой, вздыхающей по юноше, который взял в плен ее сердце прежде, чем она узнала, кем он был. Когда бедняжка осознала, что влюбилась во врага, было уже слишком поздно.

– Слишком поздно, – пробормотала Наташа. – Меньше всего мне хотелось снова встретиться с ним. «Марио, Марио, о, зачем же ты, Марио?» И надо же тебе было свалиться мне на голову сейчас, когда я так рассчитывала начать новую жизнь! «О, зачем ты это сделал, супостат?»

В волнении Наташа произнесла последние слова вслух. И, встревожившись еще больше, ушла с балкона, плотно закрыв за собой дверь.

На улице было тихо. Упавшая темнота скрыла Марио, стоявшего в одиночестве под деревьями. Он направился в сад, надеясь, что посмотрит на окно Наташи и немного света из ее номера успокоит его. То, чему он стал невольным свидетелем, ошеломило Марио, окончательно сбив с толку. Ее слова, произнесенные шепотом, казалось, слетели вниз, коснувшись его так мягко и тихо, что он всерьез засомневался, действительно ли их слышал.

Он не мог верить, хотя отчаянно этого хотел. Но это сулило бы ему опасность, горькое разочарование – то, чего он пообещал себе избегать любыми силами. Поэтому он отступил в тень и стоял вот так, не сводя глаз с ее окна, пока там не погас свет и его мир не окутала тьма.

Наутро ровно в девять Марио появился у сервированного к завтраку стола и нахмурился, увидев там одного только Джорджо.

– Где она? – настойчиво спросил Марио. – Я ведь сказал ей быть в девять часов!

– Сжалься! – взмолился Джорджо. – Всего несколько минут десятого. Она – не машина, а всего лишь очаровательная леди.

– Она – сотрудница, получающая высокое жалованье, и за это я ожидаю пунктуальности и повиновения. Будь добр, позвони ей в номер.

– Я звонил туда полчаса назад, – признался Джорджо. – Но ответа не последовало. Наверное, она не хочет с нами разговаривать.

Марио вспомнил женщину, которая предстала перед ним вчера, – великолепная, непринужденная, готовая в любую минуту бросить ему вызов. И все же под ее уверенной манерой держаться он ощущал нечто иное – тревогу, смущение. Потрясенный до глубины души, Марио изо всех сил старался не выдать Наташе свою слабость.

Но он ясно видел в ее глазах уязвимость, которую ощущал и сам. Значит, Наташа была встревожена не меньше его…

Он вспомнил, как стоял под ее балконом вчера вечером, наблюдая за ней и снова улавливая ее беспокойство, изо всех сил сопротивляясь порыву объясниться с ней. И вот теперь она снова исчезла…

Он выдернул из кармана мобильный, набрал номер ее комнаты и стал вслушиваться в гудок, остававшийся без ответа.

– Если бы речь шла о ком-то другом, я бы подумал, что он скрылся, не оплатив счет, – заметил Джорджо. – Но мы не берем с нее деньги за номер, так что у нее нет причины вот так исчезать.

– Это уж точно, – мрачно согласился Марио. – Ни малейшей причины.

– Я поднимусь и постучу в ее дверь.

– Нет, оставайся здесь. Я сам посмотрю, в чем дело.

Он быстро прошел в свой офис и открыл шкаф, в котором хранились запасные ключи от всех помещений отеля. Стараясь сохранять спокойствие хотя бы внешне, Марио отыскал ключ от номера Наташи и поднялся наверх. Поколебавшись мгновение, он отпер дверь.

Тревога захлестнула его, стоило увидеть Наташу, лежавшую в постели тихо и неподвижно. Марио бросился к кровати и склонился над девушкой, достаточно низко, чтобы увидеть, что она дышит.

Охватившее его облегчение было столь велико, что Марио оперся о комод, чтобы не упасть. Он понимал, что следует выйти из комнаты как можно быстрее, пока его не обнаружили, но просто не мог заставить себя уйти от нее. Вместо этого он опустился на одно колено, пристально глядя на Наташу. Она лежала, не шелохнувшись, ее великолепные волосы разметались по подушке, а на смягчившемся лице играло слабое подобие улыбки.

Как же он мечтал об этом когда-то – пробуждаясь, видеть ее рядом мирно спящей, полной счастья от того наслаждения, что они разделили…

Марио наклонился еще ниже, так, что смог ощутить ее дыхание на своем лице. Он понимал, что безумно рискует. Мужчина помудрее поспешил бы уйти, но его разрывали противоречивые желания.

И тут Наташа перевернулась так, что постельное белье соскользнуло с нее, явив обнаженное тело. Марио прерывисто вздохнул.

Сколько раз в прошлом он жаждал увидеть ее вот так… Изобретал всяческие уловки, чтобы с нежностью привлечь ее к себе! Вечер, принесший им катастрофу, должен был закончиться именно так: они вместе лежали бы в постели Марио, и он открывал бы для себя красоту Наташи, скрытую от посторонних взоров. Но тут разыгралась эта ужасная драма, погубившая его жизнь. Какая горькая ирония таилась в том, что сейчас он мог видеть Наташу во всем великолепии ее наготы!

Наташа снова перевернулась, вытянувшись в его направлении, и Марио поспешил отпрянуть. Она начала что-то шептать во сне, но он не мог разобрать слов. Он быстро поднялся, попятившись и сумев добраться до двери прежде, чем Наташа открыла глаза. Оказавшись в коридоре, Марио прислонился к стене. Его грудь резко вздымалась и опадала, а в голове беспокойно метались мысли.

Наконец Марио двинулся вперед, вернувшись в реальный мир, где он был большим влиятельным боссом. И таковым, поклялся Марио, он и останется.

***

Марио подошел к Джорджо, и тот спросил:

– Не удалось ее найти? Марио отмахнулся:

– Я и не особо старался. Попробуй снова ей позвонить.

Джорджо набрал номер, со смиренным выражением лица вслушиваясь в гудки.

– Она по-прежнему не подходит… Нет, погоди! Наташа, это вы? Слава богу! Где вы были? Что-о-о? Вы что, не знаете, который час? Хорошо, я скажу Марио. Но поторопитесь. – Он отключился. – Она говорит, что проспала.

Марио пожал плечами:

– Возможно, вчерашний перелет так ее утомил. Джорджо многозначительно захихикал:

– Мне кажется, она развлекалась с кем-то прошлой ночью. Знаю, она только что приехала, но девчонка такая красивая, что может увлечь любого, кого только пожелает. Я видел, как мужчины смотрели на нее, когда она спускалась с лестницы. Ты ждал, что приедет такая красотка?

– Я не знал, чего ожидать, – произнес Марио безучастным голосом.

– Я тоже. Я и не надеялся, что она окажется такой молодой и красивой. Давай извлечем из этого преимущества. Джульетта воскресает. О да, нам по-настоящему повезло найти ее!

«По-настоящему повезло». Слова эхом отозвались в сознании Марио, только добавляя горечи его страданию. Прошлую ночь Наташа провела не с мужчиной, но вид ее обнаженного тела буквально уничтожил его.

– Я знаю, что она делает в эту самую минуту, – смакуя свою мысль, протянул Джорджо. – Она поворачивается к мужчине, лежащему рядом с ней в постели, и говорит: «Тебе нужно убраться побыстрее, чтобы никто не обнаружил тебя здесь». Наверное, нам стоит приставить кого-то следить за ее дверью, чтобы увидеть, кто оттуда выскользнет.

– Ну все, достаточно, – пробурчал Марио.

– С такой сногсшибательной девчонкой ничего и никогда не будет достаточно. Только не притворяйся, будто не понимаешь, что я имею в виду. Ты вспыхнул от возбуждения в тот самый миг, когда ее увидел.

– Хватит уже, – угрожающе зарычал Марио.

– Ладно, не хочешь – можешь не признавать, что она произвела на тебя подобный эффект. В конце концов, ты – босс. Только не дай ей догадаться, что попался к ней на крючок.

– Хватит, я сказал!

– Хорошо-хорошо, молчу. Не сердись на меня. Я лишь подумал, что, раз уж между вами такое притяжение, мы могли бы воспользоваться этим.

– Ты ошибаешься. Нет между нами никакого притяжения.

– Жаль. Это было бы очень кстати.

Закончив разговор с Джорджо, Наташа почувствовала, как жизнь медленно возвращается к ней.

– Девять пятнадцать! – вдруг в ужасе задохнулась она. – Я должна была спуститься вниз в девять. О, мне явно не стоило принимать это снотворное!

Таблетки погрузили ее в глубокий сон, который мог заглушить отчаянные мысли о Марио. Но он в итоге все-таки вторгся в ее сознание и, склонившись над ней низко-низко, смотрел на нее с почти неистовым, яростным пылом. Но это был лишь сон.

– Я просто не в силах освободиться от него, – прошептала Наташа.

Она с наслаждением приняла холодный душ. И, не тратя время на выбор одежды, просто натянула строгие брюки и элегантный блейзер, а волосы стянула назад в тугой хвост.

Наташа обнаружила Джорджо и Марио внизу за столом.

– Прошу прощения. Я не собиралась опаздывать, но устала больше, чем думала.

– Понятное дело, – галантно отозвался Джорджо.

Марио бросил на него скептический взгляд, но промолчал.

– Ну, где там этот официант? – нахмурился Джорджо. – Я найду его, пусть принесет нам завтрак.

И он исчез.

– Я рада, что Джорджо ушел, – сказала Наташа. – Теперь мы можем поговорить начистоту. Вчера вечером, когда я хотела встать и уйти, ты остановил меня и велел остаться. Но неужели ты действительно этого хочешь? Разве тебе не будет лучше без меня?

– Если бы я так думал, я бы честно об этом сказал, – парировал Марио.

– Но только вдумайся, как мы будем общаться, день за днем, пытаясь не раздражаться, притворяясь, что мы друг другу нравимся. Неужели ты этого хочешь? Я даю тебе шанс избавиться от меня, Марио.

– А как насчет тебя? Не хочешь броситься отсюда со всех ног?

– Я могу с этим справиться.

– Но думаешь, что я не могу. Благодарю за «вотум доверия». Мы – деловые люди, профессионалы, и именно из этого стоит исходить.

– Ты прав, – признала она. – По рукам!

– По рукам. – Он пожал протянутую ею руку. – Наверное, мне стоит предупредить тебя, что у Джорджо появились довольно причудливые идеи на твой счет. Он решил, что прошлой ночью ты в своем номере развлекалась с любовником и именно поэтому проспала.

– Что-о-о? Я приняла пару таблеток гомеопатического снотворного, чтобы уснуть после напряженного дня. Любовник? Да я пробыла здесь всего ничего!

– Джорджо считает тебя женщиной, способной прельщать мужчин с такой невероятной скоростью.

– Какая наглость!

– В его устах это – комплимент.

Она на мгновение нахмурилась, но тут же засмеялась:

– Думаю, я еще научусь выносить его домыслы!

И тут появился Джорджо с ее завтраком.

– Поешьте – и приступим к делу, – сказал он. – Я найду для вас карту Вероны.

– Она у меня уже есть. – И Наташа вытащила карту из сумки. – Я купила ее в аэропорту, так что целиком и полностью готова к работе. Чем больше планируешь, тем проще жизнь.

– Это верно, – пробормотал Марио, – но некоторые вещи никогда и ни за что не спланируешь.

– И никогда не можешь предугадать, что произойдет, – согласилась Наташа. – Можно попробовать, но…

Она пожала плечами.

– Но эти вещи всегда застают врасплох, – тихо добавил Марио.

– Не всегда. Иногда. И лучше быть к этому готовым.

Джорджо переводил взгляд с одного на другую, явно ничего не понимая.

– Что ж, нам действительно пора кое-что спланировать, – сказал он. – Я позвонил остальным членам сообщества, и они горят желанием с вами встретиться. Сегодня вечером мы все приглашены на ужин в «Альберго Сплендидо». – Джорджо лучезарно улыбнулся Наташе и добавил: – Это будет ваш вечер.

– Тогда мне стоит основательно к нему подготовиться, – ответила она. – Сегодня я осмотрю Верону, чтобы предстать компетентной. В противном случае они сочтут меня непрофессионалом.

– Отличная идея, – подхватил Джорджо. – Я буду сопровождать вас, и мы прекрасно проведем время.

– Тогда отправимся сюда. – Наташа ткнула в улицу на карте. – Это – Виа Капелло, где я смогу посетить дом Джульетты. Мне бы хотелось сначала побывать там, а потом – в доме, где жили Монтекки. И наконец, увидеть гробницу. А после смогу выработать свои планы.

– Тогда отправляемся, как только вы закончите с завтраком, – постановил Марио.

Глава 3

Шофер уже ждал их в машине, и экскурсия по городу началась. Наташа успела немало узнать о Вероне, начитавшись о ней в самолете. Время становления города пришлось на период Римской империи, две тысячи лет назад. С той поры сохранилось несколько мест, включая огромную арену, где когда-то гладиаторы расправлялись со своими жертвами, а теперь устраивались концерты.

Улицы обрамляли исторические здания с налетом таинственности и романтики, и Наташа не сводила с них пристального взора, впитывая атмосферу города.

– Мы только что свернули на Виа Капелло, – сказал Марио. – И скоро доберемся до дома Джульетты.

Спустя несколько минут машина высадила их у входа в короткий туннель. Они присоединились к толпе, шедшей по внутреннему двору в самый дальний его конец, где сверху маячил балкон. Наташа рассматривала его с сияющими от восторга глазами:

– Просто прелесть! Конечно, я знаю, что балкон возвели менее ста лет назад, но он выглядит достоверно. Балкон так идеально подходит дому, что почти видишь там Джульетту.

– Она и правда там, – сказал Джорджо, показывая на фигуру, стоявшую немного впереди, сбоку под балконом. Это была бронзовая статуя юной девушки.

– Джульетта, – выдохнула Наташа.

И тут какая-то женщина подошла к статуе и коснулась рукой ее груди. За ней последовала другая женщина, и еще одна, а потом мужчина.

– Это традиция, – объяснил Марио. – Так поступают все – в надежде, что это принесет удачу. Вот почему одна часть статуи сияет, – она натерта до блеска, потому что к ней часто прикасаются. Людям нравится вот так «общаться» с Джульеттой, они считают ее женщиной, которая знает о любви больше, чем кто бы то ни было на всем белом свете.

– Может быть, так и есть, – тихо произнесла Наташа. – Но трагедия известна ей ничуть не хуже любви.

Заинтригованная, Наташа подошла к статуе ближе. Голова Джульетты была слегка повернута набок, и бронзовая девушка невидящим взором вглядывалась куда-то вдаль.

Наташа увидела, как какая-то женщина коснулась Джульетты, закрыв глаза и что-то пробормотав. Потом, постояв, она открыла глаза и отошла назад с улыбкой, явно получив ответ.

«Если бы все было так просто… – подумала Наташа. – Если бы Джульетта действительно могла дать совет, я бы спросила ее о том, почему никак не могу разобраться в своих чувствах. Но она не может мне помочь, потому что ее не существует. И никогда не существовало на самом деле. Такая любовь – лишь иллюзия, несбыточная мечта».

Наташа обернулась, наткнувшись взглядом на ожидавшего Марио. Он подошел к ней, оставив Джорджо стоять в отдалении, и тихо спросил:

– Советовалась с Джульеттой?

– Нет. Она – фантазия. Только и всего.

– До чего прозаично!

– Я прозаик, чему очень рада. Полезная черта.

– Но если ты собираешься «раскручивать» романтическую фантазию, разве ты не должна в нее верить?

Наташа с легкой ироничной улыбкой склонила голову набок:

– Нисколько. Совсем не обязательно верить во что-то, чтобы убедить в этом других.

– Хотел бы я знать, права ли ты. Вмиг вспыхнув от гнева, она выпалила:

– Ты знаешь, что я права. В глубине души мы оба это знаем.

– Так ты… – замялся Марио, – хочешь сказать мне, что ожесточилась?

– До крайней степени. Так что остерегайся.

Марио вдруг охватило безумное желание рассказать Наташе о тех сумбурных чувствах, что бушевали в нем, когда он только-только заметил ее на лестнице. Он по-прежнему испытывал невероятное удовольствие при виде Наташи, даже сейчас, но к этому чувству примешивалась тревога.

Марио подавил в себе порыв все выложить. Он не желал доставлять Наташе такое удовольствие, признаваясь, что она все так же способна приводить его в замешательство.

– Вот только не говори, что я – единственная, кто ожесточился, – с вызовом бросила она. – А разве ты – нет?

– Вне всякого сомнения. Это называется выживанием.

– Верно. Пока мы оба понимаем это, никаких проблем не возникнет. – Наташа оживилась. – Что ж, мне пора приступить к работе.

И вдруг с другого конца внутреннего двора раздался крик:

– Бонжорно, амичи!

– Амадоре! – воскликнул Джорджо, радушно протягивая руку.

Трое мужчин обменялись приветствиями на итальянском, а потом Джорджо произнес:

– Синьорина, это Амадоре Финуччи, один из членов «Комуниты». Амадоре, это синьорина Наташа Бейтс, которая не говорит по-итальянски.

– В таком случае буду счастлив пообщаться по-английски, – сказал Амадоре, сжимая ее руку.

Наташа вежливо ответила на приветствие, и он поднес ее руку к своим губам.

– Мисс Бейтс.

– Пожалуйста, зовите меня Наташа.

– Благодарю вас, Наташа. Когда вы приехали?

– Вчера, – ответил за нее Джорджо. – Твой отец пригласил нас поужинать у вас в отеле сегодня вечером.

– Да, он сказал мне. Сейчас мне пора, но я с нетерпением буду ждать встречи с вами.

С этими словами он спешно удалился. Наташа с любопытством взглянула на Марио, недоумевая, почему он хмурится.

– Не радует приглашение?

– Это все потому, что его отель – один из самых роскошных в городе, – сказал Джорджо. – Марио завидует.

– Я не завидую, – отрезал Марио. – Возможно, самую малость, признаю, но из-за того, что у него – несметная куча денег, которые он может тратить на свое заведение.

– Достаточно увидеть его танцевальный зал, чтобы убедиться в этом, – поддакнул Джорджо.

– Танцевальный зал, – эхом повторила Наташа. – Ромео и Джульетта встретились в танцевальном зале. – Наташа обернулась к Марио: – В вашем отеле есть танцевальный зал?

– Нет. Как и ни в одном из других отелей.

– Это наводит меня на одну мысль. Мы можем вернуться в отель прямо сейчас? Мне нужно быстрее взяться за дело.

– А разве мы не поедем к дому Ромео? – спросил Джорджо.

– Я осмотрю его завтра. А сегодня мне нужно коечто срочно сделать. Не могли бы вы предоставить мне список всех членов «Комуниты» и их отелей? Мне нужно оценить расположение отелей и определить их потребности.

– Я позабочусь об этом, как только мы вернемся.

По дороге обратно Наташа достала блокнот и принялась что-то спешно записывать. Идеи нисходили на нее стремительным потоком, и ей требовалось как можно быстрее их зафиксировать. Работа так поглотила Наташу, что она подняла голову лишь тогда, когда машина остановилась.

– Мы на месте, – сказал Марио, все это время молча наблюдавший за Наташей.

– Мне нужно что-нибудь перекусить, – объявил Джорджо. – Предлагаю встретиться через полчаса внизу и устроить небольшое застолье.

– Благодарю вас, это без меня, – отозвалась Наташа. – Не могли бы вы прислать что-нибудь наверх, в мой номер?

– Но мы могли бы отпраздновать начало работы, – запротестовал Джорджо.

– Мы сможем отпраздновать, когда я успешно справлюсь с этой работой. Давайте надеяться, что так и будет.

– Непременно, будет, – подхватил Джорджо. – Вы просто превосходно с этим справитесь, не так ли, Марио?

– Вне всяких сомнений, – холодно ответил он.

– Вы оба очень любезны. А теперь прошу меня извинить, джентльмены.

Учтиво улыбнувшись им обоим, Наташа направилась к лифту.

Наверху она тут же погрузилась в работу, делая заметки, связанные с утренней экскурсией. Наташа была так поглощена своей задачей, что поначалу даже не услышала стук в дверь. Тогда постучали громче.

– Простите, – сказала она, открывая дверь, – я так увлек…

Наташа осеклась, увидев стоящего на пороге Марио с полным еды столиком на колесах.

– Ваш обед, синьорина.

Наташа в удивлении уставилась на еду. Кто-то хорошенько потрудился, готовя этот обед, который Марио заботливо разложил для нее.

– Джорджо приказал кухне постараться на славу, чтобы убедить тебя остаться с нами, – объяснил он. – Так что на обед у тебя – ризотто с цикорием и тирамису с просекко.

Ее любимое вино. Сколько раз Марио заказывал для нее просекко в Венеции? И он помнил об этом.

– Очень вкусно, – вежливо отозвалась Наташа, попробовав обед. – Я передам Джорджо. И еще я принес тебе это. – Марио протянул ей большую папку.

Это была информация о «Комуните», которую просила Наташа, – отели, владельцы, справочная информация.

– Мужчина, с которым я познакомилась сегодня, похоже, владеет самым большим и шикарным отелем, – заключила Наташа, бегло просмотрев данные. – «Альберго Сплендидо».

– Когда-то это был дворец. Тебе понравится. Думаю, ты произведешь там фурор.

– Амадоре, судя по всему, так и подумал.

– Только не относись к нему слишком серьезно.

Он флиртует со всеми женщинами на планете. Наташа хихикнула:

– Ты предупреждал меня по поводу Джорджо, теперь ты предупреждаешь меня насчет Амадоре. Но в этом нет надобности. Я в состоянии понять, что он разыгрывает из себя «романтичного итальянца», считая, что англичанка на это клюнет. Я и не против. Он обворожителен. Но не стоит ждать, что я попадусь на эту удочку и влюблюсь.

– Наверное, мне стоило догадаться, что ты это скажешь, – пробурчал Марио. – Интересно, влюблялась ли ты вообще когда-нибудь.

– Только не сейчас. Больше никогда.

– И ты думаешь, это достойно восхищения?

– Я думаю, что это безопасно.

– И безопасность превыше всего? И не важно, что ты причиняешь кому-то боль?

Она повернулась к нему, мгновенно вспыхнув от гнева:

– Кому это я причиняю боль? Я не ослышалась, ты действительно сказал это? После всего, что натворил?

– Я не творил того, что ты себе насочиняла, и мог бы все объяснить. Но ты исчезла, не дав мне шанса оправдаться.

– А что там было оправдывать? Я все видела своими глазами.

– Наташа, почему ты не хочешь понять, что неверно истолковала увиденное? Да, у меня был роман с Таней. Я не святой. И никогда им не прикидывался. Но это была легкая интрижка, и я осознал, что должен положить ей конец. Моя жизнь изменилась. Я встретил тебя, и все предстало в ином свете. Я хотел тебя, а не ее. Поэтому в тот день я встретился с Таней и сказал ей, что мы больше не можем быть вместе. Но она мне не поверила, бросилась за мной – и застала нас вместе. Я попытался объяснить, как мне жаль, что я причинил ей боль, но она накричала на меня и убежала. Я вернулся к нашему столику в надежде, что смогу заставить тебя понять. Но ты ушла. Я пытался звонить, но ты отключила телефон. Я кинулся в отель, но ты уехала незадолго до моего прихода. Следующие несколько дней я пытался связаться с тобой по телефону и имейлу, побывал у тебя дома, но ты обрубила все контакты, будто и вовсе перестала существовать.

– Точно. Я перестала существовать. Девчонки, которой я тогда была, – наивной, глуповатой, готовой попасться на удочку – и след простыл. Вместо нее появилась другая – недоверчивая, несговорчивая женщина, та, что готова платить той же монетой и за словом в карман не полезет. Вот она существует. Она – это я. И она тебе не понравится. Будь мудрее. Отделайся от нее.

Его лицо напряглось.

– И не собираюсь. Предпочитаю держать ее под рукой и тыкать носом в то, что она наделала.

– Так ты для этого вернул меня сюда?

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я не верю, что наша нынешняя встреча – совпадение.

Марио побледнел:

– Ты думаешь, я все это специально подстроил?

– Ты мог это сделать.

– А я говорю тебе, что не делал этого. Да как ты вообще смеешь? Может быть, это мне стоит обвинить тебя в манипуляции? Вдруг ты убедила свою подругу уступить тебе место?

– Исключено. Я понятия не имела, что ты будешь здесь, пока не увидела тебя на лестнице.

– И я тоже. Давай все проясним, Наташа. Я не заманивал тебя сюда обманом. Я не хотел снова встречаться с тобой – только не после того, как ты себя повела.

– Как же я себя повела?

– Заставила меня испытать ощущение, будто я повис на краю утеса и вот-вот сорвусь в пропасть.

– Мне знакомо это чувство, – произнесла Наташа дрожащим от ярости голосом.

– Ладно. Нам стоит принять ситуацию такой, какая она есть. Мы – враги, но мы должны быть союзниками в том, что касается работы.

Его прервал писк мобильного Наташи. Взяв телефон, она увидела сообщение:

«Тебе не стоило сбегать. Мы можем все уладить».

Имени отправителя не значилось, но это и не требовалось. Это была не первая эсэмэска, присланная Наташе Элроем Дженсоном с тех пор, как он выставил ее из своей медиа-империи. Он явно ожидал, что Наташа смиренно приползет на коленях обратно.

Ей нужно было заставить его прекратить эти нелепые уговоры. И Наташа быстро написала:

«Забудь меня, как я забыла тебя».

Ответ пришел тут же:

«Если бы это было правдой, ты бы не сбежала. Возвращайся домой. Я могу много для тебя сделать».

Наташа мучительно застонала, спрашивая себя, сколько еще сможет выносить эту пытку. А она-то думала, что отъезд в Италию поможет ей отделаться от Дженсона.

– Что случилось? – спросил Марио. – Кто тебя так расстроил?

– А, пустяки, – поспешила заверить она. – Все в порядке.

– Мне так не кажется. Тебе стоит сменить номер мобильного. Это обязательно сработает, ведь тогда тот парень не сможет до тебя добраться. А ну, дай-ка…

И не успела Наташа остановить его, как Марио выхватил телефон из ее руки и прочитал сообщения.

– Просто скажи ему… Что он имеет в виду под этим «сбегать»?

– Я бегала от него на протяжении нескольких месяцев. Это Элрой Дженсон, владелец огромной медиа-империи. Она простирается по всему миру – в Англии, Америке, Европе…

– Да, – прервал Марио, – я о нем слышал. В нашей стране выходят некоторые его газеты. Он не из тех, с кем хочется враждовать.

– Я неплохо зарабатывала на жизнь, писала статьи для его газет и журналов, но потом он решил, что без ума от меня. Дженсон мне не нравился, но он категорически не принимал моего отказа. И продолжал приставать ко мне, пока я не влепила ему пощечину. К сожалению, кто-то из его сотрудников увидел это и распустил слухи. С тех пор ни один из его редакторов не покупает мои материалы.

– И он продолжает присылать тебе эти сообщения? Почему бы тебе просто не сменить номер мобильного?

– Я так и делала. Несколько раз. Но ему всякий раз удается заполучить мой новый номер. Он – влиятельный человек, и его щупальца простираются далеко.

– Бастардо!

– Если я правильно понимаю смысл этого слова, то да. Теперь я не могу зарабатывать себе на жизнь в Англии, и он продолжает домогаться меня.

– Рассчитывая на то, что ты изменишь свое отношение к нему из-за денег? И ему бы это понравилось: осознавать, что ты уступила ему только потому, что тебе нужна работа?

– Он наслаждался бы этим. Такой уж он человек. Но его ждет разочарование. Я сделаю все что угодно, лишь бы не давать ему желаемое.

– Что угодно? Включая работу с человеком, которого ненавидишь?

– Даже это. Нынешняя работа для меня – большая удача. Она позволила мне сбежать из Англии.

– Но тебе приходится терпеть меня.

– Вот только не надо преувеличивать! Ты не так уж и плох. Мне по силам с этим справиться. Мы оставили прошлое позади.

Марио криво улыбнулся. «Ты не так уж и плох» подразумевало что-то вроде одобрения, которое почему-то больше смахивало на оскорбление.

– Да, мы оставили прошлое позади, – согласился он. – И теперь можем сосредоточиться на деле, ради которого и находимся здесь. Тебе нужно зарабатывать на жизнь, а я должен вернуть кредиты, которые взял, чтобы купить этот отель.

– Это, должно быть, тяжкое бремя.

– И не говори. Дамиано хотел помочь мне, дав немного взаймы и выступив поручителем перед банком. Но я не позволил ему сделать ни то ни другое. Это – мой отель, и только мой.

– Я помню, как встречала Дамиано в Венеции. И его жену. Они были так добры ко мне!

– Ты им очень понравилась.

На самом деле Салли и Дамиано подталкивали его к решительным действиям, уверяя:

– Она – та самая единственная, Марио. Сделай все, чтобы она была с тобой!

А когда случилась катастрофа, они снова выступили единым фронтом, обозвав его «величайшим идиотом всех времен и народов». Это нелестное звание все еще уязвляло Марио до глубины души.

– Почему ты не позволил ему помочь тебе? – спросила Наташа. – Я предпочитаю сам управлять своей жизнью, – твердо произнес он.

Наташа не переставала удивляться, как легкомысленный парень превратился в сурового самоуверенного дельца, который ждал подвоха от всего мира.

– Я тоже это предпочитаю, – признала она. – Так чувствуешь себя более защищенной, словно в доспехах. Но всегда ли хорошо их носить?

– Это зависит от того, кто бросает тебе вызов, – ответил Марио.

Его глаза, прикованные к ней, не оставили Наташе ни малейших сомнений в смысле его слов. Ее присутствие было вызовом, нападением, которое он собирался безжалостно отбить.

– Но тебе не нужны доспехи, если речь идет о твоем старшем брате, – возразила Наташа. – Разве такая помощь – не то, что обычно предлагают братья?

– Возможно, но я хотел перестать быть младшим братом, который вечно ждет от него поддержки. Я сказал ему, что в состоянии справиться сам, так что просто не мог облажаться.

– Вот и я просто не могу облажаться, – заметила Наташа, – так что впредь мы сосредоточимся на вещах сугубо практических. Пожалуйста, оставь меня сейчас, я закончу свое исследование и присоединюсь к тебе и Джорджо, чтобы отправиться на ужин.

– Удачно поработать, – пожелал Марио и удалился.

Он быстро прошел в свой офис и заглянул в Интернет. Всего несколько минут поисков – и он узнал об Элрое Дженсоне все: о созданной им медиа-империи, его деньгах и простиравшейся безгранично власти.

Но по-настоящему потрясла Марио внешность этого человека. Он ожидал увидеть пускающего слюни по красоткам монстра средних лет, чудовище, с которым не пожелала бы иметь дело ни одна женщина. Но Дженсон оказался статным, хорошо сложенным, даже красивым, с пышной копной кудрявых волос. Многие женщины наверняка были не прочь привлечь его внимание.

Но только не Наташа.

«Ни один мужчина не в состоянии впечатлить ее, – мелькнуло в голове у Марио. – Она твердо знает, чего хочет, и горе тому, кто не может соответствовать ее высоким стандартам».

Он посмотрел на свое отражение в зеркале и задумчиво пробормотал:

– Но способен ли хоть один мужчина им соответствовать?

Изучая информацию об «Альберго Сплендидо», Наташа без труда поверила, что отель когда-то был дворцом. Этому великолепно выстроенному зданию было целых семьсот лет.

На ужин в такой роскоши следовало одеться соответственно – шикарно и стильно. К счастью, Наташа привезла с собой черное атласное облегающее платье, которое выглядело и эффектно, и элегантно.

Джорджо одобрительно кивнул:

– Восхитительно. Вы вскружите им голову. Вперед!

Пока они шли к машине, Марио заметил:

– Не слишком ли много значения ты придаешь ее красоте? Мы ведь, наверное, не ее эффектную внешность собираемся раскручивать?

– Одной эффектности мало. В ней есть что-то еще, какая-то изюминка, нечто особенное.

– Поверю тебе на слово, – холодно произнес Марио. В отеле их встретил Амадоре.

– Все уже здесь, – сообщил он. – И с нетерпением ждут встречи с вами.

Амадоре провел Наташу в зал, заставленный столами, за которыми сидело множество мужчин и женщин. При виде ее они взорвались аплодисментами.

Вне всяких сомнений, ей предстояло стать звездой вечера. Амадоре представил Наташу всем, одному за другим, называя имя гостя и его отель.

– Ах да, – сказала она одному пожилому мужчине. – Это там, где…

Амадоре слушал, открыв от изумления рот, пока Наташа обнаруживала достойные восхищения познания, которые приобрела, всесторонне изучив информацию. Ту же осведомленность она проявила и в беседе с другими владельцами отелей, которые вознаградили ее полными восторга взглядами.

– Теперь ты видишь, что я имею в виду, – пробормотал Джорджо Марио. – Блистательная леди, очень умная и трудолюбивая. Мы нашли настоящее сокровище!

Марио ничего не ответил.

Познакомившись со всеми присутствующими, Наташа уселась за столик для почетных гостей, чтобы приступить к шикарному банкету с самыми лучшими винами.

– М-м-м, просто восхитительно! – оценила она, потягивая вино.

– Верону принято считать городом знаменитой истории любви, – сказал ей Джорджо. – Но еще он окружен виноградниками. Большинство владельцев отелей вкладывают в них средства.

– Вино, которые вы сейчас пьете, произведено в моем собственном винограднике, – сказал Амадоре.

– Оно великолепно, – похвалила Наташа, делая еще один глоток.

– Благодарю вас, синьорина.

Они зазвенели бокалами. Вскоре Наташа заметила, что все вокруг выжидающе смотрят на нее.

– Они ждут твоей речи, – тихо пояснил Марио.

– Но я могу говорить только по-английски, – спохватилась Наташа. – Они поймут?

– Владельцы отелей знают английский, потому что твоя страна присылает нам много туристов.

Марио поднялся из-за стола и объявил:

– Друзья мои, сегодня вечером мы с огромным удовольствием представляем вам леди, которая должна «раскрутить» наш город по всему миру. Давайте заслушаем ее планы.

Наташа поднялась под аплодисменты публики. Какое-то мгновение она еще нервничала, но теплая дружественная атмосфера окутала ее, и Наташа начала входить во вкус, с готовностью излагая свои идеи:

– Каждый отель отличает нечто, связанное с этой любовной историей. Одни отели расположены рядом с домом Джульетты, другие – с домом Ромео, третьи – рядом с их гробницей.

– Не всем из нас так повезло! – воскликнул кто-то. – Вблизи наших отелей нет ничего более-менее значимого.

– Не будьте так уверены, – ответила она. – Помните сцену, когда родственник Джульетты заколол друга Ромео Меркуцио? Это произошло на улице. Но на какой именно улице? Никто не знает наверняка, но, возможно, некоторые из ваших отелей расположены как раз в непосредственной близости от этого места.

Наташа взглянула на слушателей, которые улыбались и одобрительно кивали во время ее речи. Она явно оправдывала их самые смелые ожидания. И гром аплодисментов еще долго звучал у нее в ушах.

Глава 4

– Ну а теперь перейдем к следующему этапу, – сказала Наташа. – Я хочу поговорить с каждым из вас индивидуально, а затем написать первую часть рекламного текста, объясняющую, что в Вероне Ромео и Джульетта по-прежнему живы, нужно лишь знать, как их найти. Мы пригласим людей приехать сюда и остановиться в ваших отелях. А потом я подготовлю еще несколько текстов.

– Но кто их издаст? – донесся голос с одного из столиков.

– Любой, кому она их отправит, – парировал Джорджо. – Эта леди – очень известная журналистка с множеством связей.

Аплодисменты зазвучали еще громче, но Наташа вскинула руку, прося тишины.

– Мы не собираемся рисковать. Эти «статьи» на самом деле будут рекламой. Мы купим газетную полосу и разместим там наш текст и фотографии. Разумеется, это потребует затрат. За рекламные объявления придется заплатить, и, возможно, кому-то из вас не захочется брать на себя эти расходы. Давайте проголосуем. Поднимите руки, кто против этой идеи.

Ни одна рука не взметнулась вверх.

– Мы сделаем по-вашему, – раздался чей-то голос.

И снова разнесся шквал одобрительных возгласов, продолжавшийся, пока его не прервали звуки музыки.

– Это – из танцевального зала, – объяснил Наташе Амадоре. – Наши гости любят танцевать по вечерам.

– Зал просто великолепен! – восхитилась она. – Капулетти давали бал для Джульетты и графа Париса, за которого они хотели выдать ее замуж. Ромео проник на этот бал непрошеным гостем, чтобы увидеть другую девушку, в которую был влюблен. Вместо этого он познакомился с Джульеттой, и они тут же полюбили друг друга. Без того бала, возможно, ничего бы и не было.

В сопровождении толпы гостей Амадоре провел Наташу по коридору, в конце которого распахнул двойные двери, и она увидела огромный красивый зал, по которому кружились пары.

– Какая красота! – с восторгом протянула Наташа. Амадоре взял ее за руку.

– Потанцуйте со мной.

Улыбаясь, Наташа позволила ему привлечь ее в свои объятия и повести на паркет. Амадоре оказался превосходным танцором, и она с удовольствием закружилась с ним в танце. Когда музыка смолкла, к ней подошел другой кавалер, приглашая на танец, потом – следующий…

Наконец она наткнулась на Марио.

– Ты танцевала со всеми остальными, – заметил он. – А моя очередь когда-нибудь наступит?

– Когда ты меня пригласишь.

– Нет, – отрезал Марио. – Я не собираюсь тебя приглашать.

Но, вопреки своим словам, тут же обвил рукой ее талию, прижав Наташу к себе слишком крепко, чтобы она могла сопротивляться. Им уже доводилось танцевать вместе – как-то ночью в Венеции, когда они ужинали в уличном кафе на площади Святого Марка. Помнится, стал играть оркестр, и прежде чем Наташа опомнилась, она уже вовсю вальсировала в объятиях Марио.

Тогда их танец длился всего несколько минут, и Наташа пообещала себе, что однажды снова станцует с Марио. Но на следующий день они расстались, и танцевать вместе им уже не доводилось. До сего момента.

Это было так волнующе – чувствовать его руки, обвивавшие ее талию, прижимавшие ее все ближе… Сердце Наташи билось приглушенно, но пылко. Она смотрела на Марио, пытаясь понять, чувствует ли он то же самое.

Но тут они заметили в толпе гостей мужчину средних лет, который пытался привлечь их внимание.

– А вот и Франческо, – сказал Марио. – Я надеялся, что он здесь будет. Он владеет одним из самых больших отелей, и всегда поддерживает мои начинания. Давай подойдем и поздороваемся.

Франческо лучезарно улыбнулся и поприветствовал Наташу, стиснув ее в объятиях.

– Очень рад с вами познакомиться, – сердечно произнес он. – Позвольте мне представить вам мою дочь, Лауру.

Сопровождавшую его молодую женщину лет двадцати пяти отличали красота и флер самоуверенности, который обычно создается нескончаемыми восторгами поклонников и ухаживаниями.

– Как вы делаете? – осторожно спросила она у Наташи на ломаном английском.

– Нет, – прервал Лауру ее отец. – Надо спрашивать не так, дорогая. Англичане говорят «Как ваши дела?», а не «Как вы делаете?».

– Как ваши дела? – эхом повторила Лаура улыбаясь. – Так правильно?

– Великолепно, – одобрил отец.

Он произнес это с явной гордостью, и Наташа ощутила промельк грусти от вернувшихся из давнего прошлого ощущений. Ей доводилось слышать эту гордость в голосе своего собственного отца, в детстве, до того, как он ее бросил.

Но Наташа тут же отмахнулась от печальных воспоминаний, тепло ответив на приветствие Лауры. Потом Лаура повернулась к Марио:

– А как ваши дела?

– Незачем разводить церемонии, – отозвался Марио, пожимая ее руку. – Мы ведь знакомы.

– Да, в самом деле. – И Лаура выразительно взглянула на Наташу.

Та с интересом посмотрела на нее в ответ. У Наташи возникло чувство, будто Лаура оценивает ее как потенциальную соперницу.

Тут около них появился Амадоре.

– Я могу рассчитывать на новый танец? – спросил он.

– Конечно.

Наташа позволила обворожительному владельцу отеля окутать ее своими объятиями и мягко закружить по паркету.

Краешком глаза она заметила, как Марио протанцевал мимо с Лаурой, которая явно пыталась прижиматься к нему как можно крепче.

– Ох уж эти женщины! – прокомментировал Амадоре. – Из кожи вон лезут, лишь бы привлечь его внимание!

– Вы о синьоре Ферроне? – уточнила Наташа.

– О да. Он – счастливчик. Все женщины строят ему глазки, и, по слухам, он может заполучить любую, кого бы ни захотел.

«Значит, ничего не изменилось», – подумала Наташа, вспоминая, как глаза всех без преувеличения женщин вожделенно следили за Марио все то время, что они были вместе. Как же они завидовали ей, оказавшейся с ним рядом! И как мало знали о том, какую сильную боль он мог причинить!

– Только посмотрите на это! – Амадоре глядел на Марио с нескрываемой завистью. – То, как она прижимается к нему, – это же почти неприлично!

Наташа выжала из себя смешок.

– Ой, да ладно! Мужчина вправе немного поразвлечься.

– Очень великодушно с вашей стороны! Большинство женщин придерживается не таких широких взглядов.

– Я могу позволить себе широкие взгляды. Ведь я сама решаю, как строить свою жизнь.

– В таком случае вы счастливее многих из нас.

***

Марио мельком взглянул на них, кружившихся совсем неподалеку, и поспешил увлечь Лауру в дальний угол зала. Там он в полной мере ощутил на себе настырное женское внимание, отвлекшее его от зрелища, которое он не хотел видеть, и мыслей, которыми он не хотел мучиться.

Но отвлечься надолго не вышло. Когда он снова взглянул на Наташу, она уже сидела, что-то быстро записывая в свой блокнот. Рядом с ней суетились двое мужчин, в то время как еще двое заглядывали ей через плечо. Когда музыка смолкла, Марио направился к ней, но Амадоре перехватил его по пути.

– Очаровательная леди, – заметил он. – Все мужчины от нее без ума. К счастью, ей нет до них никакого дела.

– Она тебе так сказала?

– Мы наблюдали, как активно Лаура с тобой заигрывала. Я неодобрительно отозвался об этом, но Наташа сказала, что ты имеешь право развлекаться. Я похвалил ее широкие взгляды, и она ответила, что может позволить себе это, ведь она сама решает, как строить свою жизнь.

– Она, наверное, сказала это лишь для того, чтобы заставить тебя замолчать.

– Вполне возможно. Но меня бы не удивило, если бы дома за ней тянулся бесконечный «хвост» сгорающих от страсти поклонников.

– Может быть, ты и прав, – пробурчал Марио.

Заметив, что Наташа закончила делать заметки и встала, чтобы удалиться, он поспешил к ней:

– Все работаешь?

– У меня появилась идея. Мне снова нужно переговорить со всеми.

– Тогда давай вернемся в обеденный зал, – он предложил Наташе руку. – Ты успешно выступила сегодня вечером. Контракт скоро будет готов.

– Контракт?

– Который ты должна подписать. Вся «Комунита» решительно настроена связать тебя профессиональными обязательствами. Ты хочешь остаться с нами?

– Да, – тихо ответила Наташа. – Хочу.

Все снова собрались в обеденном зале, и она обратилась к присутствующим.

– Думаю, нам нужно сделать несколько фотографий Ромео и Джульетты. Говорят, что изображение стоит тысячи слов, и мы можем разослать наши снимки по всему миру. Мы наймем актеров и сфотографируем их на балконе, в гробнице – во всех местах, проникнутых атмосферой пьесы.

– Они не могут позировать на официальном балконе, – заметил Марио. – Там вечно полно туристов. Но в этом отеле есть подходящий балкон.

Гости договорились встретиться снова, когда все материалы будут готовы. Сейчас Марио больше всего на свете хотелось уйти отсюда. Он оказался совершенно не готов к тому, чтобы провести рядом с Наташей столько часов, и теперь ему требовалось побыть одному.

– Спи спокойно, – сказал он ей, провожая к машине с ожидавшим внутри шофером. – Ты хорошо потрудилась сегодня, а завтра нас ждет еще больше работы. – Марио распахнул дверцу автомобиля, добавив: – Увидимся завтра утром. Спокойной ночи.

И он поспешил удалиться.

***

Вернувшись в свой номер, Наташа разделась и скользнула в постель. Вечер прошел удачно, и она могла с полным правом упиваться триумфом. Что она и делала бы, если бы Марио вернулся вместе с ней и был сейчас рядом. Но он оставил ее одну, решив провести ночь где-то еще.

Перед ее мысленным взором настойчиво мелькало изображение Лауры, сопровождаемое словами Амадоре: «…он может заполучить любую, кого бы ни захотел».

Наташа попыталась отмахнуться от этих мыслей. Они с Марио больше не были частью жизни друг друга, и ее нисколько не должно было волновать, где он сейчас и с кем.

Наконец, после мучительных раздумий ей удалось уснуть. Когда Наташа проснулась, до нее донесся шум из коридора, словно кто-то поворачивал ключ в замке. Она встала и открыла свою дверь как раз вовремя, чтобы увидеть, что дверь Марио закрывается.

Было шесть утра.

Она подумала, что Марио опоздает на завтрак, но он пришел до нее, спокойный, собранный и готовый к работе.

– Ты была права, предложив нанять актеров, – сказал Марио. – Скоро у нас будет целая папка фотографий. А я между тем сам сделал несколько заметок…

Но не успела Наташа посмотреть их, как ее телефон пропищал, оповестив об очередной эсэмэске.

– Он снова преследует тебя? – встрепенулся Марио.

– Нет, это не от него. – Наташа взглянула на экран и вдруг судорожно выдохнула. – О нет, нет! Только не это!

– В чем дело?

– Ни в чем, – резко бросила она.

– Вот только не говори, что ни в чем, когда это так тебя волнует! Дай посмотреть.

И, не спрашивая у нее разрешения, он выхватил мобильный.

– Это что еще такое? – настойчиво вопросил Марио, прочитав сообщение: «Извини, твой чек не приняли, потому что средств на счете недостаточно».

– Как ты смеешь?

Наташа в ярости бросилась вырывать у него телефон.

– Кто донимает тебя из-за денег? Он?

– Нет, это моя подруга Хелен, и она не донимает меня. Я многим ей обязана. Она разрешила мне жить в ее квартире и нашла мне эту работу. До отъезда я давала ей чек, покрывая свою долю расходов. Я и не думала, что так выйдет. Мне казалось, для банка этого как раз хватит.

– Что ж, надо незамедлительно разобраться с твоим контрактом. Подожди меня здесь.

Он ушел, а Наташа осталась сидеть на месте, погрузившись в уныние. А еще ей было нестерпимо стыдно.

Спустя несколько минут появился Джорджо.

– Босс говорит, что я должен дать вам на подпись контракт, – сказал он. – Давайте пройдем в его офис.

В кабинете Джорджо разложил перед ней документы:

– Просто поставьте подпись внизу.

Наташа взяла ручку, но тут же застыла над бумагами:

– Подождите, вы уверены, что в этом контракте все верно?

– Босс говорит, что да.

– Но я хорошо помню предложение агентства – денег было значительно меньше.

– Размер гонорара изменился. Босс говорит, что вы стоите больше.

У Наташи закружилась голова. Новое жалованье было гораздо выше того, на что она согласилась в самом начале.

– Вы должны дать мне реквизиты вашего банковского счета, чтобы какую-то часть денег можно было перевести уже сегодня, – сказал Джорджо.

Ошеломленная, Наташа дала ему всю информацию и поставила подпись в самом низу последней страницы контракта.

– Вы должны подписать и другие страницы, – уточнил Джорджо. – Босс хочет позаботиться о том, что вы – только наша и ничья другая. Он умеет с первого взгляда видеть то, что представляет настоящую ценность. А вот и он.

Марио вошел в кабинет и остановился, наблюдая, как Наташа подписывает документы. Просмотрев бумаги, он кивнул и передал их Джорджо, который тут же вышел.

– Я и не ожидала такого большого гонорара, – призналась Наташа. – Тебе не стоило этого делать. Но спасибо.

– Вам не за что благодарить меня, синьорина, – твердо ответил он. – Вы крайне важны для этого проекта, и я принял необходимые меры, чтобы гарантировать, что вы будете работать только с «Комунитой».

Наташа кивнула, ответив таким же формальным тоном:

– Можете не сомневаться, я останусь верной «Комуните», синьор.

– Прекрасно, – ответил он. – Тогда мы друг друга поняли.

И Наташа подумала, что они превосходно поняли друг друга – так, что и словами не выразишь. Марио действовал без промедления, чтобы спасти ее от катастрофы, но его формальное обращение исключало всякий намек на сближение. Они были синьором и синьориной, и не более того.

Вскоре после этого Наташа проверила состояние своего банковского счета в Интернете и увидела, что ей уже перевели внушительную сумму, позволявшую оплатить долг подруге. Испытав истинное облегчение, Наташа прогулялась по улочкам, впитывая атмосферу города.

Вернувшись, она обнаружила, что пришли необходимые для подготовки фотосессии снимки. Джорджо и Марио просматривали фотографии юных моделей в поисках девушки, обладавшей идеальным сочетанием красоты и невинности. Наташа присоединилась к ним и спустя некоторое время нашла идеальную кандидатуру.

Отыскать Ромео оказалось сложнее. Им должен был стать красивый парень с великолепными ногами, потому что Ромео предстояло носить трико. Наконец Наташа нашла того, кого искала.

– Превосходно, – оценил Марио, изучая фотографию. – Привлекательный и ранимый.

– Ранимый? – засомневался Джорджо. – Он – один из величайших литературных героев.

– А еще он влюбляется во все, что ему скажут, – усмехнулся Марио. – Определенно, не один из величайших умов мира.

– Именно это и случается с влюбленными, – парировала Наташа. – Они не слушают доводов разума и верят тому, чему хотят верить.

– И вскоре понимают, как ошиблись. Ладно, давайте наймем этих двоих.

Джорджо тут же связался с кем нужно и договорился, что двое молодых людей появятся на фотосессии через пару дней.

– Паоло и Лучия, – сказал он. – Они будут здесь в четверг утром.

– Замечательно, – отозвалась Наташа. – Это дает мне еще некоторое время поработать над своими идеями.

Следующие два дня все вокруг кипело активностью. Они продолжили осмотр города, и еще дважды Наташу приглашали поужинать в компании других участников «Комуниты». Марио сопровождал ее во всех поездках, но за накрытым к ужину столом рядом не сидел.

Наташа понимала, в чем тут дело. Связав ее контрактом, Марио предпочел держаться от нее на почтительном расстоянии. Оставалось утешаться лишь колоссальной суммой на банковском счете – и цепляться за спасительную мысль о том, что Марио высоко оценил ее профессиональные заслуги.

Подготовка к фотосессии шла полным ходом. Джорджо пригласил фотографа, который специализировался на постановочных снимках, и нашел театральную костюмершу.

– Она приедет завтра с множеством разнообразных костюмов, – сказал Джорджо Наташе. – Наши модели смогут примерить несколько, пока мы не найдем то, что нужно.

– Джульетте понадобится что-то необыкновенное для бала, – решила Наташа. – А еще что-то изысканное для сцены свадьбы и совсем простое – для гробницы. Что ж, я иду спать. Завтра нас ждет трудный день.

– Кто-нибудь в курсе, где Марио? – поинтересовался Джорджо.

– Он ушел час назад, – ответила Наташа. – Должно быть, какие-то дела.

Поднявшись наверх, Наташа не удержалась от желания остановиться у двери Марио и прислушаться к доносившимся изнутри звукам. Марио явно разговаривал по телефону, весело повторяя по-итальянски:

– Нон е импортанте, нон е импортанте.

Не нужно было слыть знатоком языка, чтобы понять, что Марио говорит: «Это не важно, это не важно». Он заверял кого-то: происходящее не имеет для него никакого значения.

Наташа бросилась в свой номер, жалея, что поддалась искушению, и клятвенно обещая себе в следующий раз быть сильнее.

На следующий день с утра пораньше приехала Лиза, костюмерша. Это была высокая деловитая женщина, которая превосходно говорила по-английски и без малейших затруднений выполняла все требования Наташи.

– Будем надеяться, что Ромео – красивый и с хорошей фигурой, – оживленно бросила Лиза.

– На фотографии он выглядел прекрасно, но «вживую» я еще его не видела.

– Жаль! Чтобы подходить на эту роль, он просто обязан быть сексуальным. Нужно, чтобы женщины вздыхали по нему и говорили: «Я хочу от него хоть кусочек!»

– Но он ведь будет существовать лишь на снимке, – возразила Наташа. – Мы «раскручиваем» город, а не Ромео самого по себе.

Лиза захихикала:

– А вы сами-то с этим согласны? Наташа усмехнулась:

– Ладно, я должна в это верить. Но, полагаю, вы правы.

– Над чем это вы смеетесь? Поделитесь-ка, леди, – тут же отвлекся от разговора с Марио Джорджо.

– Вам не понять, – ответила Лиза. – Мы смеемся над мужчинами, а мужчины ни за что не поймут, какие они забавные.

– Чистая правда, – подхватила Наташа. – И даже если вы попробуете объяснить, они вовек этого не признают.

Марио бросил на Наташу странный взгляд, и она вдруг ощутила дерзкое удовольствие от того, что привела его в замешательство. Воистину, великолепное начало дня. И Наташа почувствовала: она справится со всем, что бы ни случилось.

Они отправились в «Сплендидо», где их уже ждали, сгорая от желания приступить к работе. Следующий час ушел на то, чтобы перебрать великое множество одежды.

– Мне нравится вот это. – Наташа выхватила из груды нарядов длинное белое бальное платье. – Оно простое и элегантное, это идеальный наряд для девушки, впервые выходящей в свет. Джульетта могла надеть это на бал.

Джорджо нетерпеливо взглянул на часы:

– Они уже должны были приехать. Что там с ними приключилось?

Он вытащил телефон, набрал номер. И, едва перекинувшись парой слов, чуть не взорвался от негодования.

– Си? Че коза? Коза вуоль дире че нон поссо венире? О, долоре бене! – И он отключился.

– Что случилось? – встревожился Марио.

– Они не приедут. Произошла какая-то путаница с датами. Они решили, что фотосессия – на следующей неделе.

– О нет, что же нам теперь делать? – вскрикнула Наташа. – Все уже готово к съемке!

– Нам остается только одно, – рассудил Джорджо. – Найти других Ромео и Джульетту.

– Но у нас нет времени на поиски! – запротестовала она.

– А нам и не надо никого искать. Пара, которая нам нужна, уже здесь, – он простер руки к ней и Марио. – Пожалуйста: Ромео и Джульетта.

Наташа в изумлении уставилась на него:

– Вы, должно быть, шутите!

– Я говорю совершенно серьезно. Вы так красивы, что можете изобразить Джульетту, а Марио вполне сойдет на роль Ромео.

– Этот номер не пройдет, – грозно прорычал Марио. – Даже если бы я…

– Давайте просто приступим к работе, – предложил Джорджо. – Только вы двое способны сделать это за имеющееся у нас время. Мы должны начать прямо сейчас, в противном случае все наши планы пойдут прахом. Давайте-ка, вы двое! Будьте профессионалами!

– Он прав, – пробурчал Марио. – У нас нет другого выхода.

– Идите в соседнюю комнату и переоденьтесь, – распорядился Амадоре. – Наташа, с вами пойдет горничная.

Наташа растерянно огляделась. Иного выхода не было. Только это могло спасти ее планы и гарантировать успех.

Тут появилась горничная и провела ее в комнату, выделенную под грим-уборную Джульетты. Платье идеально село на стройную, точеную фигуру Наташи. Вот только ее волосы, туго зачесанные назад, явно не подходили наряду.

– Мне кажется, Джульетта носила их распущенными, – решила Наташа.

Горничная кивнула и умело взялась за дело. Не веря своим глазам, Наташа наблюдала, как она сама исчезала, уступая место наивной, ранимой Джульетте. Легкий макияж лишь усилил это впечатление.

Когда Наташа вошла в танцевальный зал, головы всех присутствующих как по команде повернулись к ней. Джорджо захлопал в ладоши, а Амадоре восторженно присвистнул.

Но Наташа не замечала ни одного из них. Ее внимание приковал к себе мужчина, стоявший чуть поодаль. Марио превратился в Ромео, надев темно-синий камзол и трико. Для такого откровенного костюма требовалась прекрасная фигура, но Марио был высок, великолепно сложен и настолько красив, что с легкостью затмил всех вокруг.

На Наташу нахлынули воспоминания. Два года назад, во время их короткого блаженства в Венеции, они провели день на пляже. Один взгляд на почти обнаженного, в одних только плавках Марио произвел на Наташу сногсшибательный эффект, заставив ее вспомнить, что на ней самой красовалось тоненькое бикини, открывавшее бóльшую часть тела. Как же она любовалась длинными сильными ногами мчавшегося по пляжу Марио…

С того момента все изменилось. Весь день они носились наперегонки, плавали в море и лежали, растянувшись на песке, и с каждым мгновением Наташа хотела Марио все больше. Она любовалась его гладким мускулистым телом, пользуясь любой возможностью наклониться к нему ближе и наслаждаясь каждым мигом, когда их тела соприкасались.

Это был ее первый опыт безудержного страстного желания. Раньше она флиртовала, смеялась, дразнила, но никогда еще с таким пылом не хотела мужчину. Когда их взгляды встретились, Наташе показалось, что она видит в глазах Марио то же невероятное по силе желание. И Наташа пообещала себе, что вот-вот позволит ему увлечь ее в новый неведомый мир.

Той ночью они попрощались лишь одним поцелуем. Наташа решила, что Марио ждет удобного случая, когда она будет готова двигаться дальше.

Спустя три дня они расстались навсегда.

Отмахнувшись от воспоминаний, Наташа направилась к Марио, поймав себя на том, что напряженно ожидает его реакции. Но он лишь поднял взгляд и кивнул:

– Блистательно. Джорджо выбрал превосходную Джульетту.

Его тон был вежливым – и не более того, а его глаза ровным счетом ничего не выражали.

– Вы тоже выглядите прекрасно, синьор Ферроне, – ответила Наташа, старательно копируя его сдержанный бесстрастный тон.

– Что ж, как сказал Джорджо, я «вполне сойду».

– Все готовы? – окликнул Амадоре. – Зайдете отсюда.

Он показал на арку в дальнем конце зала. Марио предложил Наташе руку, и она оперлась на нее, произнеся:

– Благодарю вас, синьор. Он наклонился к ней и тихо сказал:

– Не называй меня синьором. Зови лучше по имени. Если будешь обращаться ко мне так официально, все вокруг подумают, будто между нами что-то не так.

– А мы не должны этого допустить, – согласилась Наташа. – Так что, идем?

Глава 5

Они вошли в танцевальный зал под одобрительные возгласы присутствующих. Лиза кивнула, давая понять, что Ромео отвечает ее самым высоким стандартам.

Фотограф одобрительно изучил их и сказал, что начнет с портретных снимков.

– Сначала я сфотографирую вас по отдельности, потом вместе. Джульетта, вы первая.

– Джульетта? Меня зовут Наташа, – поправила она.

– Нет, сегодня вы – Джульетта.

– Он прав, – согласился Джорджо. – Не притворяйтесь Джульеттой. Будьте Джульеттой. А к Наташе сможете вернуться завтра.

– Если я еще этого захочу, – отозвалась она, проникаясь духом пьесы. – Потом Наташа может показаться слишком скучной.

– Вот-вот, уже нужный настрой, – приободрил Джорджо.

Она повернулась в нужную сторону и, позируя, сначала улыбнулась, потом изобразила грусть и, наконец, снова расплылась в улыбке.

– А теперь раскиньте руки пошире, – скомандовал Джорджо. – Представьте, будто смотрите на того, кто стал величайшим счастьем вашей жизни.

Она так и сделала, потянувшись к камере с полным томительного желания взглядом.

Марио, со стороны наблюдавший за ходом съемки, отвернулся, чтобы не видеть это выражение на лице Наташи. Он слишком хорошо помнил этот взгляд и сейчас не мог выносить и мысли о том, что все осталось в прошлом.

А потом настал и его черед позировать для портретных снимков.

– Вот так, вот так, – приговаривал фотограф. – Поверните немного голову. Хорошо. Ну а теперь – вы вдвоем.

На первом совместном снимке Джульетта просто стояла перед Ромео, который положил руки ей на плечи.

– Повернитесь и взгляните друг другу в глаза. А теперь обнимите друг друга, но откиньтесь немного назад, чтобы я мог видеть ваши лица.

Они повиновались, послушно глядя друг на друга сначала серьезно, а потом улыбаясь.

– Мне кажется, Ромео должен немного хмуриться, – вклинилась с предложением Лиза. – И еще пусть постарается выглядеть сексуально, так, чтобы мы поняли, почему Джульетта в него влюбилась.

Марио насупился, раздраженный замечанием, и еще больше разозлился, когда Наташа покатилась со смеху.

– Не волнуйтесь, – бросила она. – Я могу притвориться, если надо.

– А может быть, Джульетта тоже притворялась, – развеселился Джорджо. – И на самом деле ей совсем не нравился этот Ромео. Она лишь преследовала какие-то свои цели. Вот Ромео молодец, то, что нужно! Этот мрачный вид просто идеален! Продолжай в том же духе!

– Да, продолжайте в том же духе, – захихикала Наташа. – Просто представьте, что чуть позже я от души поколочу вас.

– Джульетта, какая замечательная улыбка! – похвалил фотограф. – Она многое говорит нам о том, какой была бы их совместная жизнь. Он заводился бы, а она бы над ним смеялась. Я начинаю думать, что никто и никогда по-настоящему не поймет эту пару.

– Нет, – произнесла Наташа так тихо, что ее мог слышать лишь Марио. – Никто по-настоящему не поймет.

– Что за чушь он несет! – взревел Марио.

– Он нарочно подкалывает нас, чтобы заставить лучше сыграть свои роли, – объяснила она. – Это его работа. А мы должны делать свою.

– Джульетта, – окликнул Джорджо, – вытяните руку и немного взъерошьте его волосы, чтобы они упали ему на лицо.

Наташа подчинилась, и камера снова защелкала.

– Вот так, а теперь снова, нежнее! Джульетте отчаянно хочется погладить его по лицу, и это – ее шанс.

Наташа твердила себе, что лишь выполняет указания, но не могла обманывать саму себя. Она хотела этого – касаться его лица, его тела, его сердца. Даже легкого прикосновения хватило, чтобы почувствовать охватившую Марио дрожь. Наташа тонко улавливала его реакцию, потому что сама ощущала то же самое.

Лицо Марио вдруг смягчилось. Хмурое выражение исчезло, явив слабое подобие нежного мужчины, которого она когда-то любила. Марио не сводил с нее глаз, но, возможно, он лишь хорошо вжился в роль. Если бы только она могла знать это наверняка…

– Да, вот так, – командовал Джорджо. – Ну а теперь – сцена на балконе. Пойдемте туда.

Балкон в задней части здания «Сплендидо» был декорирован совсем как балкон в доме Джульетты, а заодно и удобно расположен – немного ниже оригинала, что позволяло Ромео и Джульетте расположиться ближе друг к другу. Марио встал под балконом, потянувшись вверх, а Наташа наклонилась вниз, чтобы коснуться его руки. Камера снова защелкала.

– Прекрасно! – воскликнул Джорджо. – Вы двое замечательно поработали. Просто удивительно, как вам удается так хорошо взаимодействовать.

Они отговорились формальными фразами и последовали за Джорджо обратно в танцевальный зал, где для них уже подготовили новые костюмы.

– Ромео считает, что Джульетта умерла, – пустился в объяснения Джорджо. – Поэтому он приходит в склеп, где лежит ее тело. Он находит ее там, произносит прощальную речь и сводит счеты с жизнью. Она просыпается, обнаруживает его мертвым и тоже решает умереть. Мы снимем эту сцену в подвале.

С помощью горничной Наташа надела простое платье, и все они спустились в подвал отеля, где уже стояла каменная скамья, на которую ей предстояло лечь.

– Ой, – вскрикнула Наташа, растянувшись на скамье. – Этот камень такой твердый!

– Тебе больно? – тихо спросил Марио.

– Нет, все в порядке.

– Давай я подложу что-нибудь тебе под голову.

– Нет, это только все испортит. Но спасибо. Марио все еще выглядел взволнованным, но больше не упоминал об этом.

– Подойди к ней, – стал руководить Джорджо. – Посмотри на ее лицо так, словно не веришь, что это – правда. Хорошо. Вот так.

Лежа с закрытыми глазами, Наташа сгорала от желания увидеть выражение лица Марио, встретиться с ним взглядом. Но ей оставалось лишь бороться с искушением и довольствоваться ощущением его дыхания на своем лице.

– Положи голову ей на грудь, – инструктировал Джорджо.

Наташа почувствовала, как Марио прижался к ней, и чуть не задохнулась.

– А теперь поцелуй ее, – сказал Джорджо.

Наташа попыталась взять себя в руки, когда его губы коснулись ее губ. Это было легчайшее из всех возможных прикосновений, но ей стоило немалых сил это выдержать.

– Еще раз, – упорствовал Джорджо. – Помни, ты потерял единственную женщину, которую любил.

Марио опять прильнул к ее губам, а потом еще раз положил голову ей на грудь. И наконец Джорджо крикнул, что сцена отснята.

– Ну а теперь перейдем к важнейшей части истории, – объявил он. – Моменту их встречи.

Готовясь к сцене в танцевальном зале, Наташа надела роскошное яркое платье и проследила, чтобы горничная правильно уложила волосы. Когда все было готово, Джорджо снова стал руководить съемкой.

– Итак, бал в разгаре. Джульетта стоит вот там, наблюдая за всеми, особенно за графом Парисом, ведь родители хотят выдать ее за него замуж. Но потом она видит, что на нее смотрит Ромео. Их взгляды встречаются.

Марио повернул голову, чтобы пристально посмотреть на Наташу. Она взглянула на него в ответ.

– Он пробирается к ней, – продолжил Джорджо. – Вот так, Марио, правильно, чуть ближе. Он берет ее за руку и тут же просит прощения за то, что коснулся ее, потому что, по его словам, он этого не достоин. Но она говорит, что это не так.

Марио сжал ладонь Наташи. Он подошел совсем близко, не сводя с нее глаз.

– И Ромео осмеливается без разрешения поцеловать ее, – торжествующе изрек Джорджо. – Ну же, вперед! Давайте зафиксируем это на камеру.

Марио медленно опустил голову, тронув губы Наташи своими губами.

– Хорошо, – похвалил Джорджо. – Но, по-моему, нам стоит это повторить. Наташа, будет эффектнее, если вы приобнимите его.

– Не слишком ли быстро развиваются события? – поспешила возразить она. – Джульетта ведь еще не понимает, что чувствует.

– Да и он – тоже, – подхватил Марио. – Как Ромео поцеловал бы ее на этой стадии отношений? Вот так? – Он быстро скользнул губами по губам Наташи и продолжил: – Он мог бы сделать это почтительно, потому что, как бы он ее ни желал, он боится оскорбить ее. Или он – бесстыдный герой, который просто берет то, что хочет, вот так?

Марио обвил рукой ее талию, привлекая Наташу к себе, и крепко, настойчиво прижался к ее губам.

Наташа была ошеломлена. После краткого поцелуя, которым он коснулся ее губ сначала, она оказалась совершенно не готова к такому натиску. Наташа вскинула руки, но тут же отдернула их, не понимая, чего хочет – обнять Марио или оттолкнуть. Она не понимала ничего, кроме будоражащего наслаждения от ощущения его губ на своих губах и приводящего в исступление желания влепить ему пощечину.

Все эти два года Наташа жаждала оказаться в его объятиях, но потом отвергала это, вне себя от гнева. Вот и теперь сладостное ощущение от его близости упорно боролось с яростью на его самонадеянность: он мог делать все, что хотел, а ей оставалось лишь мириться с этим.

Но Наташа не могла оттолкнуть его. Что бы ни диктовал ей здравый смысл, она лишь счастливо нежилась в его объятиях и уже мечтала о том, что может принести будущее. Она прижалась к Марио, горя желанием ощутить его отклик, а потом…

– Вот так хорошо, Джорджо?! – крикнул Марио, отступая. – Ты этого хочешь?

Наташа застыла на месте, не в силах поверить в то, что произошло. Выходит, страсть завладела только ею одной? А Марио не ощущал ничего, кроме желания сделать хорошие фотографии? Гнев медленно закипел в ее душе.

– Замечательно, – одобрил Джорджо. – Повтори это на камеру.

И Марио снова обхватил талию Наташи, крепко прижимая ее к себе. Наташа ощущала тепло его губ, всего его тела, и ее собственное тело откликалось на это, невзирая на доводы разума. Ярость заклокотала у нее внутри.

Где-то на заднем плане послышался треск камеры, а потом Джорджо объявил:

– Прекрасно, вот и все. Хорошо сработали, вы оба. Ну а теперь давайте подумаем о следующей сцене.

– Сначала мне нужно немного побыть на свежем воздухе, – сказала Наташа, быстро выскальзывая в ближайшую дверь.

Оказавшись в коридоре, она бросилась вперед и скрылась за ближайшим углом. Ей требовалось улизнуть от Марио, чтобы он не догадался, какую власть над ней все еще имеет.

Но, обернувшись, Наташа обнаружила его стоящим перед ней.

– Ты что, пошел за мной?

– Я подумал, что именно этого ты от меня и добивалась. Разве ты не хочешь мне что-то сказать?

– О да, много всего! – в ярости прошипела она. – Ты что, совсем обнаглел, раз так себя ведешь?

– Ты была должна мне этот поцелуй. Когда мы расстались, ты так и не поцеловала меня на прощание.

– А еще я так и не отколошматила тебя со всей силы, хотя меня тянуло это сделать!

Марио ненадолго погрузился в раздумья, а потом заявил:

– Значит, ты считаешь, что я заслуживаю хорошей пощечины? Что ж, ладно. Сделай это, давай, я не боюсь!

– Ты о чем?

– Вперед. Вмажь мне, если от этого тебе станет легче.

Он немного выпятил подбородок и в ожидании застыл на месте.

– Перестань нести чушь! – огрызнулась она.

– Я серьезно. Сделай то, что хочется, а я обещаю не платить той же монетой.

– Это все – одна большая шутка, да? Он покачал головой:

– Мое чувство юмора погибло в тот самый день, когда ты сбежала. За те несколько недель, что я провел в попытках найти тебя, я похоронил его глубоко-глубоко. Ну так что же? Ты не собираешься бить меня?

– Конечно нет. Это было бы непрофессионально. Я могу оставить следы на твоем лице, и это испортит следующие снимки. Тема закрыта.

– Да, мэм, – издевательски отсалютовал он. – Как скажете, мэм.

– Ой, да брось ты! Перестань! Хватит ставить в глупое положение меня, себя, нас двоих!

Глумливая ирония Марио вдруг исчезла, и его глаза наполнило уныние.

– Дурочка, – тихо произнес он. – Неужели ты не понимаешь, что каждый из нас по-своему справляется с ситуацией?

– И это – твой способ? Что ж, а вот мой!

Порывистый характер, который Наташа клялась контролировать, вдруг взял над ней верх, толкнув на сущее безумие. Она сжала голову Марио в ладонях, потянула ее вниз и прильнула к его рту губами. И тут же ощутила обвившие ее руки Марио, уловила в нем то же смятение, что владело ею самой…

Марио оставалось лишь покорно принять наслаждение. Так решила Наташа – и не собиралась оставлять ему выбора. Она немного смягчила напор, превратив безрассудный поцелуй в нежное прикосновение, и ее губы запорхали над губами Марио с легкостью, всегда приводившей его в восторг. Наташа почувствовала ответ на свои ласки в сковавшей Марио напряженности, в том, как его руки еще крепче обвились вокруг нее.

Наташа со всем пылом прижалась к губам Марио, и он часто задышал в такт нараставшему возбуждению. Его губы раскрылись, даря ей более страстный, глубокий поцелуй. Теперь он не просто наслаждался ее натиском, но и отвечал на него со всей силой, пытаясь взять верх, но не добиваясь своего. Командовала здесь Наташа, и она собиралась удержать эту власть, нравилось ему это или нет. Она воспарила к небесам, чувствуя приближение триумфа.

Он немного отпрянул.

– Наташа…

– Предупреждаю, Марио. В эту игру могут играть двое. Не смей снова бросать мне вызов. Если сделаешь это, я заставлю тебя пожалеть.

Она почувствовала, как он напрягся всем телом, увидела его глаза, полные недоверия. Ему потребовалось какое-то время, чтобы осознать смысл произошедшего.

– Ты просто не могла удержаться от этого, да? – резко бросил он. – Тебя так и тянуло раздразнить меня, напомнить мне… но это был не поцелуй. Это была месть.

– Месть может быть очень сладкой, – с наслаждением пропела Наташа, отталкивая его. – Это одна из тех вещей, которым я у тебя научилась. А ты думал, что тебе сойдут с рук те фокусы, что ты там выделывал? Тебе ведь просто нужно было показать мне, кто тут босс, а то, что чувствовала я, тебя не интересовало!

Марио покачал головой:

– Ты все равно не поверишь, но я поцеловал тебя, потому что хотел этого. И теперь мне стыдно, потому что глупо было воображать, будто у тебя остались ко мне хоть какие-то добрые чувства. Увы, я считал, что ты хотя бы отчасти еще была той, прежней Наташей, милой нежной девушкой, которую я любил и с которой так хотел быть. Но ты предупредила меня об этом, не так ли? Ты сказала мне, что та Наташа умерла. Тогда я не мог в это поверить, зато верю в это теперь. Ты сделала это, чтобы отыграться, напомнить мне, что я потерял.

– Ты потерял это, потому что не хотел этого, – огрызнулась она.

– Продолжай уверять себя в этом, – тихо сказал Марио. – Может быть, в итоге и сама в это поверишь. Больше, чем тебя, я не хотел ни одну другую женщину, никогда. И я наверняка сказал бы тебе об этом, если бы ты не исчезла без следа. Это ведь ты довела нас до этого, перечеркнув все, не я. Ты сделала это. Наши отношения не должны были закончиться вот так. Сейчас мы могли быть женаты, могли ждать появления на свет нашего первенца. А вместо этого… да ты посмотри на нас…

– Замолчи! Прекрати это! – закричала Наташа, зажимая уши ладонями.

– Ага, правда может очень больно ранить, не так ли? Я мог бы посвятить свою жизнь любви к тебе. А взамен я вот-вот тебя возненавижу!

– Что ж, по крайней мере, правда выплыла наружу. Ты меня ненавидишь.

– Я этого не говорил. Я сказал, что вот-вот тебя возненавижу. Я никогда не мог найти в себе силы на этот последний шаг, но, похоже, скоро это случится.

Наташе хотелось кричать и биться головой о стену. Она отвернулась, но Марио резко развернул ее к себе.

– Ты не позволишь мне все объяснить, и, кажется, я знаю почему, – взвился от ярости он. – Потому что ты – трусиха, Наташа. Ты боишься узнать правду. Если бы ты осознала весь ужас того, что натворила, ты бы этого не вынесла. Все для нас могло быть иначе, если бы ты не поспешила осудить меня!

Она по-прежнему молчала. Что-то внутри ее душило слова, готовые сорваться с губ.

– Если бы ты знала, как я планировал провести тот день, – уничтожающе бросил Марио. – Я предупредил тебя, что должен сказать что-то важное. Я собирался просить тебя не возвращаться домой, остаться со мной, быть моей любовью. С Таней у нас никогда не было ничего серьезного. Она была опытной в амурных делах. Я знал, что был у нее не единственным, но это меня не волновало, потому что я не любил ее, а она не любила меня. Но когда я встретил тебя, все изменилось. Я вдруг потерял всякое желание «развлекаться». Я захотел чего-то серьезного, и захотел этого с тобой. Только с тобой. Поэтому я встретился с Таней и сказал ей, что мы больше не можем видеться. Она пришла в ярость, но мне показалось, что поняла меня. А потом случилось это. Она нагрянула к тебе, и ты сбежала. Если бы ты только знала, через что я прошел, пытаясь отыскать тебя, в каком отчаянии я был…

– Я бы не поверила ни одному твоему слову, – парировала Наташа. – Ты – и в отчаянии? Ты ведь вечно волочился за женщинами!

– Я покончил с беспорядочными связями. Та жизнь осталась для меня в прошлом. И если бы я мог объяснить это, заставить тебя понять… Но какой в этом толк? Ты веришь лишь в то, во что хочешь верить.

Наташа во все глаза смотрела на Марио, пытаясь вникнуть в смысл его невероятных речей. Отвращение к нему боролось в ее душе с горячим желанием поверить его словам.

– Эй, вы двое – тут? – раздался из глубины коридора голос Джорджо.

– Мы здесь, – отозвался Марио.

– А, хорошо, – появился из-за угла Джорджо. – Пора переодеться в обычную одежду. Никаких больше фотографий на сегодня, мы отправляемся осматривать дом Ромео.

Наташа бросилась в грим-уборную, где с наслаждением избавилась от костюма. Она испытала неимоверное облегчение, снова став самой собой. О Джульетте можно было забыть – по крайней мере, на какое-то время.

«И чем дольше ее не будет, тем лучше», – думала Наташа, глядя в зеркало и яростно расчесывая волосы. Наконец они свободно рассыпались по плечам. На дневном солнечном свете ее пряди сияли, будто золотистые нити. Как-то Марио пошутил над этим, назвав ее своей опасной сногсшибательной блондинкой.

– И ничего я не опасная! – возразила она.

– Можешь быть опасной, когда действуешь, полагаясь на инстинкты. Некоторые из них способны отпугнуть мужчину.

– Я тебя пугаю? – подколола она.

– Могла бы, но испугать меня не так просто. А сегодня он напрямик заявил ей, что в их расставании виноват ее упрямый, своевольный характер.

Она туго стянула волосы и когда наконец осталась довольна своим обликом, спустилась вниз, присоединившись к мужчинам.

Дом Ромео находился всего в нескольких минутах езды от дома Джульетты, и осмотреть его можно было лишь снаружи.

– С этой зубчатой стеной дом напоминает крепость, – заметила Наташа.

– В то время возводилось много подобных зданий, – объяснил Джорджо. – Одна половина города все время воевала с другой половиной, отсюда и вражда Капулетти с Монтекки.

– Бонжорно!

Раздавшийся неподалеку окрик заставил их оглянуться. Их приветствовал мужчина лет за сорок, высокий и плотный, в котором Наташа узнала члена «Комуниты», с которым познакомилась в первый вечер.

– Вам следовало предупредить меня о своем приезде, – сказал он, заключая Наташу в объятия.

– Я и сам не знал до последней минуты, – ответил Марио.

– Пойдемте, выпьем кофе. Мой отель – прямо за углом.

По дороге Джорджо объяснил Наташе, понизив голос:

– Марио предпочел бы избежать этой встречи. Это – Риккардо, конкурент, боровшийся с ним за пост президента «Комуниты». Он очень богат, у него больше виноградников, чем у кого бы то ни было, и он обожает отдавать приказы точно так же, как Марио.

– Судя по вашим словам, Марио заставил его уступить.

– Да. Не знаю точно как, но, по слухам, под угрозой оказались некоторые сделки и деловые связи Риккардо.

– Вы хотите сказать, что Марио ему угрожал?

– Сомневаюсь, что это была явная угроза. Это не в стиле Марио. Он просто намекает, и понять этот намек может лишь один-единственный человек. Понять – и испугаться. Риккардо так быстро отказался от своих притязаний! Марио не из тех, с кем можно вот так запросто сражаться, и это ясно каждому, у кого есть хоть капля здравого смысла.

Гостиница Риккардо превосходила отель «Димитри» по роскоши и изысканному убранству. Поначалу могло показаться, что Риккардо по силам бросить вызов Марио, но, понаблюдав за ними всего пару минут, Наташа поняла: этому не бывать никогда.

Риккардо боялся Марио. Невероятно, но факт. И Марио устраивало такое положение дел. Молодой человек, который когда-то пускал в ход обаяние, теперь прибегал к силе, подчиняя окружающих своей воле.

Марио обвинил ее в том, что она исчезла, признался, что лихорадочно разыскивал ее. Наташа отбрасывала все обвинения, но они тревожили ее все больше. По сути, этот человек, так пугавший других, признался, что она пугала его.

– Я хочу увидеть остальную часть Вероны, – сказала Наташа, побеседовав с Риккардо. – Не только то, что касается Ромео и Джульетты. Впитать здешнюю жизнь, а не только романтику.

– Хорошая мысль, – согласился Марио. Они зазвенели бокалами.

– Что ж, – заключила Наташа, – предварительную работу я сделала. Теперь собираюсь уединиться на какое-то время, чтобы облечь все в письменную форму. Увидимся через несколько дней, джентльмены.

– Значит, мы вам больше не нужны? – комично посетовал Джорджо. – И вы так запросто даете нам отставку? Ах, как жесток этот мир!

– Вот такие пироги, – констатировал Марио, копируя театральную манеру Джорджо. – Женщина дает отставку мужчине, когда больше в нем не нуждается. А нам остается лишь смириться с этим.

И все дружно засмеялись.

– Если я пока не нужен, поеду на несколько дней в Венецию, – решил Марио. – Салли, жена моего брата, вот-вот снова родит. Предыдущий ребенок дался ей с трудом, так что, по-моему, Дамиано оценит, если я побуду рядом несколько дней. Я буду на связи. Синьорина, Джорджо о вас позаботится.

Марио уехал в тот же день, вежливо попрощавшись с Наташей и добавив:

– Джорджо свяжется со мной, если потребуется.

Всем до свидания. И он унесся прочь.

Глава 6

Несколько дней без Марио были для Наташи облегчением. Ей требовалось время, чтобы осознать все, что он ей сказал.

«Если бы ты знала, как я планировал провести тот день… Я собирался просить тебя не возвращаться домой, остаться со мной, быть моей любовью».

Эти слова неотступно преследовали Наташу, звуча в ее сознании. Марио обвинил ее в том, что она верит только в то, во что хочет верить. И возможно, так оно и было. А что, если он не лгал? Что, если она сама на пустом месте раздула катастрофу?

Спасаясь от этой невыносимой мысли, Наташа погрузилась в работу, изучая не только Верону, но и окрестности. Город располагался в Венето, северном регионе Италии, наиболее известном благодаря Венеции.

– Вот почему мы говорим здесь на венецианском, – сказал Наташе Джорджо.

– На венецианском? Разве у Венеции есть свой собственный язык?

– Конечно, и на нем говорят по всему Венето. Здесь говорят и по-итальянски, да и английский язык широко распространен благодаря туристам. Но вам нужно знать о венецианском языке, чтобы по-настоящему понять эту область страны.

– Именно этого я и хочу добиться. И Наташа поспешила записать новую информацию.

На следующий день фотограф прислал снимки проекта «Ромео и Джульетта». Лицо Марио очаровало Наташу. Когда они встретились несколько дней назад, Наташа решила, что он выглядит старше, строже, напряженнее. Но на этих снимках он был другим, больше похожим на парня, которого она помнила. Наташе казалось, что она улавливает, как смягчалось выражение его лица при взгляде на Джульетту, как сияли страстным жаром его глаза, – все это так искусно зафиксировала камера!

Наташа видела этот жар два года назад. «Должно быть, он – очень хороший актер, – подумала она. – Впрочем, я и так это знала».

Наташа поблуждала по Вероне, в одиночку наслаждаясь атмосферой города. Она обнаружила улочку, которая вполне могла сойти за место, где двоюродный брат Джульетты Тибальт убил друга Ромео, Меркуцио. А чуть поодаль Ромео мог настичь Тибальта и заколоть его в отместку.

Поблизости располагались два отеля «Комуниты», где ее активно приветствовали и зазывали в гости. Наташа осмотрела их, сделав краткие записи.

Ей требовалось побывать еще в дюжине мест, но сегодня у нее совершенно не осталось сил. Эмоциональное напряжение последних дней не прошло даром, отозвавшись усталостью и головной болью. И Наташа двинулась в обратный путь к отелю «Димитри».

Оказавшись там, она с облегчением уселась в кафе отеля и заказала кофе. Потом закрыла глаза, не подозревая, что сидевший неподалеку мужчина наблюдает за ней, не упуская ни одной детали, – ни ее уныния, ни ее неприкаянности, ни ее одиночества.

Она вдруг подняла взгляд и увидела его.

– Марио!

– Привет, Наташа.

Он подошел к ней и уселся рядом.

– Выходит, ты уже вернулся из Венеции?

– Да, приехал десять минут назад.

– С твоей семьей все в порядке?

– Да, Салли справилась достойно, и теперь у меня есть племянница.

– Прими мои поздравления.

– Спасибо. Как ты? Выглядишь очень усталой.

– У меня был напряженный, но весьма плодотворный день.

– Кто-нибудь сопровождал тебя, чтобы ты не заблудилась?

– Эй, только вот не надо меня оскорблять!

– Что-о-о?

– Я не какая-то там глупая девчонка, которая теряется всякий раз, оказываясь на незнакомой улице.

– Простите, мэм.

– Я, конечно, могла попросить Джорджо пойти со мной, но отказалась от этой идеи. Я и сама способна справиться.

Марио ясно уловил смысл ее слов. Ей требовалось побыть какое-то время одной, отдохнуть от напряженности, вечно висевшей между ними. Собственно, он ощущал то же самое.

– Ты слишком много работаешь, – сказал он. – Как всегда. Помню, когда мы только-только познакомились в Венеции, ты говорила, что слишком напряженно работала и теперь буквально выжата как лимон. Я пригласил тебя на прогулку в гондоле, и ты заснула.

Марио произнес это с улыбкой, но Наташа вспомнила, что в то время ему было не так смешно. Он часто приглашал девушек на прогулку в гондоле, но не привык к тому, чтобы они клевали носом в его компании.

– Ты отвез меня обратно в отель и очень твердо пожелал спокойной ночи, – с улыбкой припомнила Наташа. – Мое поведение оскорбило тебя. Мне всегда было интересно, где ты пропадал остаток вечера. Наверное, нашел кого-то, кто сумел не заснуть в твоем обществе.

– Не могу вспомнить, – отрезал он.

– Очень тактично.

И они рассмеялись. Марио не мог признаться Наташе, что провел остаток того вечера в одиночестве, размышляя о том, что ей, похоже, безразличны все его знаки внимания. Наташа заинтриговала его, и он разыскал ее на следующий день, прямо с утра пораньше.

– С тобой всегда так было. Ты была рядом – и в то же время где-то далеко-далеко, заставляя меня ломать голову над твоей загадкой.

– Я поступала так не нарочно, – объяснила Наташа. – Ты думал, что я умышленно тебя дразнила, но это не так. Я тоже была заинтригована.

Марио осознал, что именно это его и привлекало в Наташе. Другие девушки мечтали провести с ним время, буквально на шею вешались, а Наташа была неприступна. Это сводило его с ума, заставляя упорно следовать за ней. Пока она, наконец, не исчезла, оставив его подавленным и опустошенным.

Что же она к нему чувствовала? Он этого так до сих пор и не понял – и сомневался, что когда-либо поймет.

Но одно Марио знал абсолютно точно. Она больше не казалась напряженным нервным существом, которым была несколько дней назад. Женщина, которая чуть ли не набросилась на него с поцелуем, желая отомстить за его поцелуй, вдруг исчезла. Теперь она была непринужденной, уверенной в себе, остроумной и обольстительной.

– Я слышал, что ты хорошо потрудилась. Ты связалась с владельцами других отелей, чтобы получить нужную информацию, и показала им, что планируешь написать. Они были в высшей степени впечатлены. Мои акции существенно выросли с тех пор, как я пошел на этот блистательный шаг – взял тебя на работу. – Он театрально развел руками. – Только такой гений, как я, мог открыть тебя.

– Но это не ты меня открыл. Это Джорджо.

– Тсс. Не будем об этом, – усмехнулся Марио. – К тому же Джорджо все делает по моим указаниям.

– Понимаю. Босс отдает распоряжения, и мы со всех ног бросаемся выполнять.

– Некоторые – да. Но сильно сомневаюсь, что доживу до того дня, когда ты со всех ног бросишься выполнять.

– Но ведь ты платишь мне гонорар, – напомнила Наташа. – Разве мне не остается ничего иного, кроме как выполнять твои приказы?

– Хорошо, хорошо! Пошутили – и хватит.

– Это не шутка. Ты – мой работодатель. Я знаю, Джорджо направляет мои действия, но вся власть сосредоточена в твоих руках. Если ты прикажешь ему меня уволить, он так и сделает.

– Это тебе не угрожает.

– Знаешь, я хотела кое-что тебе сказать.

– Что же? – отозвался Марио с дурным предчувствием, потому что ее серьезный тон сулил нечто важное. – Давай, скажи мне! Что-то плохое?

– Нет, не плохое. Я хотела поблагодарить тебя.

– Поблагодарить? За что? – всполошился Марио.

– За то, что ты изменил мой контракт, позволив заработать гораздо больше. Я глазам своим не поверила, когда Джорджо показал мне новое соглашение и пояснил, что ты распорядился увеличить размер гонорара.

– Но ты ведь уже благодарила меня, спустя несколько минут после подписания контракта. Тогда я еще объяснил тебе: было крайне важно гарантировать, что ты будешь работать только с «Комунитой».

– Да, так и было, но ты прекрасно знал о моих серьезных финансовых проблемах. Ты мог связать меня контрактом, не поднимая сумму гонорара. По-моему, ты поступил по-доброму.

Он еле заметно улыбнулся:

– По-доброму? Кто, я? Но я бизнесмен. Я не занимаюсь добрыми делами.

– А я думаю, что занимаешься. Я припоминаю один случай в Венеции: маленькая девочка потеряла свою собаку, а ты ее нашел.

– Я лишь пытался произвести на тебя впечатление.

– И тебе это удалось. Тебе не хочется, чтобы окружающие знали, какой ты добрый и заботливый, но этих черт у тебя не отнимешь.

– Это уже практически оскорбление.

– В таком случае тебе придется его вытерпеть. Дело в том, что… Мы с тобой серьезно повздорили на днях, когда позировали для фотографий… Ссора вспыхнула с пол-оборота, но я не хотела, чтобы до этого дошло.

– Я тоже. Я наговорил всякого – и на самом деле так не думал.

– Ты сказал, что я боюсь смотреть правде в глаза, что все могло быть иначе, если бы я тогда выслушала тебя. Мне кажется, ты был честен, и я тебя не виню.

– Но ты веришь в то, что я тебе сказал, – насчет Тани?

– Пожалуйста… пожалуйста, не надо, – судорожно выдохнула Наташа. – Это в прошлом. Сейчас это уже не важно.

– Значит, ты по-прежнему мне не веришь.

– Я не знаю, – с болью в голосе бросила она. – В моей голове столько всего борется…

– Мне знакомо это чувство.

– Но это не имеет значения.

– Наташа, как это может не иметь значения? Ты всегда гордилась своей способностью мыслить логически, но если ты считаешь, что случившееся между нами не имело значения, то ты несешь полную чушь.

– Я говорила не об этом. Это имело значение тогда, но не теперь. Мир на этом не остановился. Мы пошли дальше.

– Ах да, – тихо произнес Марио. – Мы пошли дальше.

– По-моему, нам не суждено быть вместе. Что-то вечно складывается не так.

– Теперь ты говоришь как Джорджо.

– Ты о чем?

– Когда ты приехала, мы с ним говорили о Ромео и Джульетте, о том, что этим влюбленным было предначертано несчастье. Иногда двое буквально созданы друг для друга, но почему-то никак не могут быть вместе. Им остается только смириться с тем, что судьба – против них.

– Да, – задумчиво отозвалась Наташа. – Можно сказать, что судьба была против нас. Моя проблема заключалась в том, что в твоей жизни было слишком много женщин.

– А моя проблема состояла в том, что ты не доверяла ни одному мужчине. Меня всегда интересовало почему. Может быть, какой-то другой парень бросил тебя, разбив тебе сердце?

– В некотором смысле да, но совсем не в том, о котором ты думаешь. Мужчина, который меня бросил, был моим отцом.

Наташа замолчала, и Марио попросил:

– Расскажи мне о нем.

– Я любила его, а он любил меня, так я думала. А потом он взял – и исчез. И никогда больше не объявлялся. Мы, казалось, были так близки, но он просто выкинул меня и мою мать из своей жизни.

«Точно так же, как ты выкинула меня», – подумал Марио, но тактично воздержался от комментария.

– Моя мать была так уязвлена! Она миллион раз говорила мне, что ни одному мужчине нельзя доверять, но уверять меня в этом было излишне. Я и сама это чувствовала.

– Значит, когда мы стали общаться, ты все время напоминала себе, что ни одному мужчине нельзя доверять, особенно мне.

– Нет, не особенно тебе. Ты значил для меня больше, чем кто-либо другой, но…

– Но ты инстинктивно считала, что я ничем не отличаюсь от остальных. Разве что еще хуже.

– Нет, нет, все было совсем не так!

– А по мне, именно так.

– Ты признался, что вот-вот возненавидишь меня, – вздохнула она. – Наверное, я не могу осуждать тебя за это.

– Пожалуйста, Наташа, забудь, что я наговорил! Я был в ярости. Я хотел сделать тебе больно, потому что ты вот так запросто продемонстрировала свою власть надо мной. То, как ты меня поцеловала, навело меня на мысль, которую я не хотел признавать.

– На какую мысль?

Ее сердце беспокойно заколотилось.

– Ты показала мне, что я – не сильный независимый парень, которым мне нравилось себя мнить. И я решил дать сдачи самым ожесточенным, некрасивым способом, который только мог придумать. Я так не считал, и в этой ситуации мне нечем гордиться. Как думаешь, ты сможешь меня простить?

– Это кое от чего зависит.

– От чего же? – осторожно поинтересовался Марио.

– От того, сможешь ли ты простить меня.

– Мне нечего тебе прощать.

– В самом деле? Но ведь ты говорил, будто я…

– Остановись на этом, – поспешил прервать он. – Что бы я там ни сказал, я беру свои слова обратно. Все в прошлом. С этим покончено. Давай будем друзьями.

На мгновение задумавшись, Наташа улыбнулась:

– Это было бы замечательно!

– В таком случае – решено.

– По рукам? Наташа протянула ладонь, но Марио отмахнулся:

– Нет. В первый вечер мы уже обменивались рукопожатиями как деловые партнеры. Но теперь мы – друзья, а друзья делают вот так. – Он наклонился и поцеловал ее в щеку. – А еще они угощают друг друга кофе.

– Прекрасно. Официант!

– Нет, я хотел сказать, что угощу тебя кофе.

– Прекрати мне приказывать. Угощаю я – и точка.

– Да, мэм. Как скажете, мэм.

– Имей в виду, что заказывать придется тебе.

Марио кивнул, по-итальянски сделал заказ официанту и полюбопытствовал:

– Удалось изучить еще что-нибудь за последнее время?

– Я немного осмотрелась, но есть еще одно знаменательное место, которое я хочу посетить, и это – гробница Джульетты. Теперь там – музей. Он, похоже, привлекает не меньше туристов, чем балкон, так что мне нужно отправиться туда и составить план следующей статьи.

– Неподалеку от этого места расположен отель «Комуниты», – сообщил Марио. – «Альберго Мартинес». Кстати, на днях ты знакомилась с владельцем. Мы вполне можем поужинать там сегодня вечером и послушать, что нам расскажут об этом месте. Давай я ему позвоню.

Он вытащил телефон, набрал номер и заговорил по-итальянски. Пока Наташа ждала окончания разговора, пискнул ее собственный мобильный. Сердце в ужасе заколотилось, стоило ей прочитать эсэмэску.

Спустя несколько минут Марио закончил разговор и сказал:

– Он ждет нас через пару часов.

И вдруг осекся при виде Наташи, которая застыла в напряжении, уставившись перед собой невидящим взором.

– В чем дело? – встревожился Марио. – Что случилось?

– Ничего.

– Нет, что-то явно произошло. Что стряслось?

– Нет… нет, я в полном порядке. Мне бы хотелось пойти к себе.

Она поднялась и быстро зашагала прочь. Марио бросился следом – и еле успел догнать ее, крепко схватив за руку. Наташа не сопротивлялась, но и не реагировала, и у Марио возникло ощущение, будто она нашла убежище в каком-то другом мире, куда его не впускали.

Марио проводил побледневшую Наташу до ее номера и сказал:

– Я зайду за тобой через час.

– Я буду готова.

Едва переступив порог, она разделась и бросилась под душ. Мощная струя воды немного успокоила ее, будто смывая очередное потрясение.

Сообщение на мобильном пришло от Элроя Дженсона:

«Ты не сбежишь от меня».

«Он сводит меня с ума», – сокрушенно подумала Наташа. Она спрашивала себя, почему не поделилась тревогами с Марио, ведь могла приобрести в его лице ценного союзника. Увы, что-то в ее душе решительно противилось тому, чтобы демонстрировать свою уязвимость. Особенно Марио.

Выйдя из душа, Наташа надела темно-синее платье, подходящее для изысканного общества. Потом она несколько минут возилась с волосами, пытаясь решить, как лучше выглядеть – соблазнительно или деловито. Почему-то все, что касалось Марио, вызывало у нее противоречивые чувства.

Их разговор был полон подтекста. Марио признавал, что она продемонстрировала свою власть над ним. Но он имел в виду власть соперницы-забияки, а не женщины. Они заключили перемирие, но их битва была далека от завершения.

Уже поджидавший в «Альберго Мартинес» владелец отеля, Нико, вышел встречать их с распростертыми объятиями. Наташа вспомнила его по встрече с членами «Комуниты».

Перед ужином Нико рассказал ей о гробнице.

– Джульетту похоронили в церкви монастыря Сан-Франческо аль Корсо.

– Да, ведь их с Ромео обвенчал францисканский монах Лоренцо, – вспомнила Наташа. – В день свадьбы они отправились в его келью, а потом он отвел их в церковь, чтобы обвенчать.

– Верно. А когда Джульетта умерла – точнее, выпила снадобье и уснула, будто умерла, – ее отнесли в монастырь, чтобы похоронить. В наше время монастырь стал музеем. Можно спуститься в склеп и увидеть саркофаг, в котором, как гласит легенда, покоилась Джульетта. А еще в музее проводят свадьбы. Многие хотят связать свои жизни воедино в том месте, где навечно соединились Ромео и Джульетта. И конечно, если жених с невестой ищут отель неподалеку…

– Они будут рады обнаружить ваш, – подхватила Наташа. – А уж я позабочусь о том, чтобы они это сделали.

– Экселенте! Марио, в лице этой талантливой леди ты приобрел настоящее сокровище! Делай что хочешь, только не упусти ее!

– Не волнуйся, не упущу, – весело кивнул он.

– Ну а теперь давайте перейдем к ужину.

За огромным столом уже сидело немало гостей. Стоило им с Марио занять свои места, как Наташа стала свидетельницей того, что уже много раз лицезрела в прошлом. Женщины со всех уголков стали бросать на Марио восхищенные взгляды.

«А почему бы и нет? – подумала Наташа. – С его внешностью это неудивительно. И меня это больше не волнует».

Мужчина, сидевший рядом, оказался идеальным соседом по столу. Его звали Тонио, и он был научным работником, специализировавшимся на английской истории. Интересовавшаяся историей Наташа погрузилась в беседу с ним, заинтригованная его предвзятыми доводами.

– Вы в корне не правы по поводу Ричарда III, – убеждала она Тонио. – Шекспир изобразил его чудовищем, но на самом деле он таким не был…

– Ох уж эти англичане! – воскликнул Тонио. – Никогда не поверите, что кто-то из ваших монархов был злым.

– Нет же, дурная репутация Ричарда – это нечто сродни имиджу, этакий шоу-бизнес.

– Я изучал доказательства и уверяю вас…

Склонив друг к другу головы, они продолжали азартно спорить, пока остальная часть стола взирала на них с изумленным восторгом. Все, кроме Марио, который почему-то выглядел раздраженным. Случайно вскинув взгляд, Наташа заметила, как сидевшая рядом с Марио красотка оказывала ему столь пламенные знаки внимания, что им наверняка позавидовал бы любой мужчина. Но Марио, похоже, с трудом их терпел.

– А Бьянка вцепилась в нового мужчину, как я погляжу, – с юмором заметил Тонио.

– Похоже, это случается довольно часто?

– Бьянка такая. Ей нравится раскидывать свои сети пошире.

– Что-то не похоже, что он попал в сеть ее обаяния.

– Еще рано, дайте ему немного времени.

Бьянка явно была искусной кокеткой, убежденной в том, что способна заполучить любого мужчину. Когда она, игриво хихикая, потрепала Марио за щеку, он вежливо улыбнулся в ответ и снова устремил взор на Наташу.

– Вам нужно посмотреть на это с другой точки зрения, – вернулся к их дискуссии Тонио. – Король Ричард III не мог…

Наташа наслаждалась спором еще полчаса, пока кто-то не включил музыку и все вокруг не начали танцевать. У стула Наташи вдруг возник Марио.

– Потанцуй со мной, – сказал он.

– Разве ты не предпочел бы потанцевать с Бьянкой?

– Нет. – Он схватил ее за руку, потянул, заставляя встать, и увлек на паркет.

– А мне-то казалось, ты прекрасно проводил время, – засмеялась Наташа, когда они закружились в танце.

– Да неужели? – иронично бросил Марио.

– Конечно, тебе ведь вешалась на шею женщина, которая с превеликой радостью дала бы тебе все, что бы ты ни захотел.

– И это было бы замечательно, если бы я хоть чего-нибудь от нее хотел. Но я не хочу.

– Некоторых мужчин это бы не остановило. Они просто взяли бы то, что само плывет к ним в руки.

– Я поступал так, когда был молод и глуп. В конце концов я вырос, но было уже слишком поздно.

Он искоса взглянул на нее. И тут мимо них проскользнула соблазнительница Бьянка. Она танцевала с другим мужчиной, но все равно умудрялась бросить на Марио взгляд, заставивший его крепче вцепиться в Наташу.

– Спаси меня, – прорычал он.

– Как?

– Как угодно.

– Хорошо. Ну, поехали! А-а-а-ах! И Наташа с театральным вздохом повисла у него на груди.

– О, как у меня болит голова! – объявила она. – Мне немедленно нужно домой.

– Я тебя отвезу, – подыграл Марио. Повернувшись к хозяину, он объяснил:

– Нам нужно ехать. Она неважно себя чувствует. Ее нужно уложить в постель.

Откуда-то донесся сдавленный смешок. Проигнорировав его, Марио поднял Наташу на руки и вынес из зала. И нес так до самой машины.

– Спасибо, – сказал Марио, когда они отъехали от отеля.

– Не за что. Я и сама рада уехать, потому что мне нужно немного поспать. Конечно, если ты хочешь вернуться и провести время с Бьянкой…

– Не смешно, – в раздражении бросил он.

– Прости, не могла удержаться.

– Атмосфера там прямо-таки накалялась.

– Ты ведь знаешь, что они все теперь думают? – захихикала Наташа.

– Да, они думают, что по возвращении домой мы собираемся… Я прошу прощения. Но та женщина становилась слишком назойливой.

– Только не говори мне, что боишься ее. Ты, человек, который ничего не боится.

– Ты была бы удивлена, узнав, что кое-какие страхи у меня все-таки есть, – признался Марио. – Когдато ты была одним из них. А теперь мне начинает казаться, что в твоем лице я приобрел лучшего друга.

– Вот и прекрасно. Тогда нам больше не о чем волноваться…

Глава 7

Наутро они отправились в монастырский музей и спустились в гробницу, где уже собрались туристы, осматривая большой мраморный саркофаг.

Он был открыт сверху, чтобы показать, что внутри теперь пусто. Но легенда гласила, что именно здесь лежала Джульетта, когда приняла снадобье, заставившее ее выглядеть умершей. Именно сюда бросился Ромео в поисках возлюбленной и, поверив в ее смерть, свел счеты с жизнью, всего за минуту до ее пробуждения. Обнаружив его мертвым, она тоже решила умереть.

– В голове не укладывается, – сказал пожилой мужчина, заглядывая в саркофаг. – Как двое таких молодых людей могли покончить с собой?

– Может быть, они этого и не делали, – предположил один из его спутников. – И все это лишь выдумка.

– Нет, – возразила Наташа. – Такой исход был неизбежен. Именно так и поступают, когда жизнь теряет всякий смысл.

– И это может произойти в любом возрасте, – добавил Марио.

– Нет, – упорствовал старик. – Они могли смириться, забыть друг друга и найти другую любовь.

– Но они-то в это не верили, – напомнил Марио.

– Молодые никогда в это не верят, – надменно изрек пожилой турист. – Но потом, став старше, они понимают, что любовь приходит и уходит, а потом приходит снова. Смешно думать, что кто-то способен постичь истинный смысл жизни в столь юном возрасте.

– Нет, – парировал Марио. – Смешно думать, что подобное открытие происходит по расписанию. Все приходит в нужный момент. Не до и не после.

Старик с интересом взглянул на него:

– Вы говорите как эксперт, сэр.

– Полагаю, все мы эксперты в той или иной степени, – ответил Марио.

Со стороны небольшой группы собравшихся послышался одобрительный гул голосов, а потом туристы повернулись и направились вслед за гидом в другую часть музея.

Теперь, когда они остались одни, Марио наблюдал за Наташей, осматривавшей саркофаг.

– Они поженились и провели вместе одну сладостную ночь, – тихо произнесла она. – А в итоге оказались вместе вот здесь.

– Они вместе – и вечно будут вместе, – сказал Марио. Наташа, сияя улыбкой, повернулась к нему:

– Ты даже не представляешь, что сейчас сделал!

– Что я сделал?

– Подал мне замечательную идею, и я смогу развить ее в статье. «Они вместе – и вечно будут вместе». Спасибо.

Он с иронией махнул рукой.

– Рад, что пригодился.

– Не мог бы ты оставить меня здесь одну на некоторое время? Я хочу… – Наташа огляделась и глубоко вздохнула.

Она жаждала впитать романтическую атмосферу, не отвлекаясь на него, догадался Марио. И поспешил отойти, скрывшись в тени. Из своего укромного уголка он видел, как Наташа остановила взор на гробнице, вглядываясь в полость внутри. Что она видела на месте пустоты? Ромео и Джульетту, которые спали вечным сном, сжимая друг друга в объятиях?..

Наташа все стояла у саркофага, будто прикованная к месту, и Марио решил подойти к ней.

– Все в порядке? Ты выглядишь встревоженной.

– Нет, я не встревожена. Все дело в здешней атмосфере и в том, что олицетворяет эта гробница.

– Разве она олицетворяет не смерть?

– Нет, нечто большее. Необратимость, окончание. Они были такими юными… Они могли перебороть свои чувства и жить дальше. Но они значили друг для друга больше, чем сама жизнь, о чем ты так прекрасно и сказал. Это… – Наташа огляделась, скользнув взглядом по стенам гробницы, – это говорит обо всем лучше любых слов.

– По-моему, нам пора идти, – сказал Марио.

От восхищения Наташи этим мрачным местом ему стало не по себе.

– Да, я сделала здесь все, что требовалось. Сегодня вечером я поработаю над этим, напишу новую статью и разошлю ее членам «Комуниты», чтобы они могли высказать свои предложения.

– Я смотрю, ты тщательно выполняешь все пункты своего плана.

– Надеюсь, что так. Именно за это ты мне и платишь. Ну что, идем? На обратном пути они больше не обменялись ни словом.

Едва переступив порог отеля, Наташа засела за работу. Ужин ей принесли в номер, и она не спускалась вниз весь вечер. Ей требовалось побыть одной, чтобы поразмыслить о событиях дня. Наблюдения Марио в гробнице удивили ее. Все это время Наташа остро ощущала собственную боль, но теперь она столкнулась с болью Марио, и это окончательно сбило ее с толку.

«Все, хватит переживать! – мысленно встряхнула она себя. – Я здесь, чтобы работать, и по окончании этой работы я уеду, независимо от того, что он говорит или делает».

Но на следующий день все изменилось.

Утром Наташа снова отправилась изучать город. Она бродила по Вероне, пока, уже днем, не добралась до дома Джульетты. Потом прогулялась по внутреннему дворику, решив зайти внутрь и осмотреть музей.

Но что-то неудержимо влекло ее к статуе Джульетты. «Если бы только можно было попросить у нее совета…» – подумала Наташа. В ее голове и сердце царила сумятица. Когда Марио поцеловал ее на днях, Наташа захотела его так сильно, что это испугало ее. Потому-то она и наказала его поцелуем, показывая, что именно он потерял. Но заодно и вспомнив, что потеряла сама.

А вдруг она сгустила краски, когда обвинила Марио в самодовольстве? В начале фотосессии его лицо было таким настороженным… А если он и правда волновался, втайне желая поцелуя? «Да мне и самой в глубине души хотелось, чтобы он поцеловал меня, – размышляла Наташа. – Именно поэтому я так и рассердилась, когда он это сделал».

Вздохнув, она отвернулась. И тут же застыла на месте.

Неподалеку стоял Марио, наблюдая за ней.

– Я случайно увидел тебя на улице, – сказал он, – и взял на себя смелость пойти за тобой. Ты уже заходила в дом?

– Нет, только собиралась.

– Давай зайдем вместе.

Оказавшись внутри, они бегло осмотрели обстановку, создававшую идеальную атмосферу легенды. Потом поднялись по лестнице и вышли на балкон.

Там уже стояло двое молодых влюбленных, сжимая друг друга в объятиях.

– Простите, – сказала девушка, отодвигаясь от своего спутника. – На следующей неделе у нас здесь – свадьба, и все фотографии будут сделаны на балконе.

– Какая прелесть! – восхитилась Наташа. – Превосходное место.

– Мы тоже так подумали. Они слились в поцелуе, а потом ускользнули в дом.

Солнце садилось, и поток посетителей иссяк. Теперь можно было с легкостью представить себя Джульеттой, которая стоит на балконе, вглядываясь в ночное небо и не догадываясь, что снизу за ней наблюдает Ромео.

– Интересно, что она чувствовала, – размышляла Наташа, – стоя здесь, мечтая о нем, а потом вдруг осознав, что он – тут. И даже не догадываясь, что их любовь обречена…

Не успел Марио ответить, как запел мобильный Наташи. Но она проигнорировала звонок.

– Ты не собираешься отвечать? – удивился Марио.

– Нет, это может подождать, – сдавленным голосом произнесла Наташа. – Мне не хочется отвлекаться.

Телефон запел снова.

– Ответь, – сказал Марио. – Отделайся от них.

Она скрепя сердце вытащила телефон.

– Ну наконец-то, – произнес голос, внушавший ей ужас.

– Опять ты, – резко бросила она. – Перестань меня донимать.

– А ты перестань указывать, что мне делать, – раздался голос Дженсона. – Если я хочу тебе звонить, я буду звонить. Кто ты такая, чтобы мне указывать?

– Кто я такая? Я – та, кто велела тебе убираться подальше. Я – та, кто не желает иметь ничего общего с таким омерзительным чудовищем, как ты. И тебе стоило давным-давно понять это.

На другом конце линии громко прыснули.

– Нет, это тебе следует взглянуть в глаза реальности, глупая потаскушка! Ты даже не представляешь, что я могу тебе сделать…

– А по-моему, прекрасно представляю. Ты предельно ясно дал это понять.

– И это было только начало. Ты еще не знаешь, на что я способен, но ничего, скоро ты это поймешь! Мне кое-что известно о тебе, и ты еще пожалеешь, что не отнеслась ко мне с должным уважением.

Не успела Наташа ответить, как Марио вырвал телефон у нее из руки.

– Дженсон, – рявкнул он. – Иди к черту. Оставь ее в покое, или я заставлю тебя пожалеть!

Из мобильного донесся рев гадкого смеха.

– Не так сильно, как пожалеешь ты, если свяжешься с Наташей, – завопил Дженсон. – Она стала моим врагом, и если ты примешь ее сторону, тоже будешь моим врагом. А с врагами я расправляюсь безжалостно!

Одним быстрым движением Марио разорвал связь.

– Значит, этот Дженсон все еще достает тебя?

– Да, и он не остановится. – Наташу била нервная дрожь.

– Ничего, я с этим разберусь. – Марио крепко обнял ее, словно защищая. – Идем, мы возвращаемся в отель.

По-прежнему приобнимая Наташу за плечи, он повел ее к своей машине. Наташа почти рухнула на сиденье рядом с ним и всю дорогу просидела, сжимая голову руками. К облегчению Марио, в вестибюле отеля почти никого не было, и он смог быстро увести Наташу наверх. Как только дверь за ними закрылась, он снова сжал ее в объятиях.

– Все в порядке, – горячо заговорил он. – Тебе нечего бояться. Здесь ты в безопасности. Дженсон в прошлом.

– Нет, не в прошлом, – простонала она. – Пока он может добраться до меня, он не в прошлом. Менять номер телефона бесполезно. Ему всегда удается узнать новый. Вот насколько он влиятелен. Мне страшно. Он преследует меня. Он уже погубил мою карьеру, а я все не могу от него избавиться.

– Ты ошибаешься, – возразил Марио. – Он не погубил твою карьеру и никогда не сделает этого, потому что я ему не позволю.

Наташа несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Марио коснулся ее подбородка, приподняв его так, чтобы видеть ее лицо. На мгновение его охватило желание нежно поцеловать Наташу, даря ей утешение. Но вместо этого Марио отвел ее к кровати и, все еще приобнимая, усадил, снова положив ее голову себе на грудь.

– Слава богу, ты был рядом, – сказала Наташа. – Я бы не справилась в одиночку.

– Я знал, что ты не смогла бы. Поэтому-то и выхватил у тебя телефон. Это могло показаться грубым, но, если мне что-то угрожает, я должен знать, насколько это серьезно.

– Но он не угрожает тебе.

– Все, что угрожает тебе, угрожает мне. Я уже сказал – я с этим разберусь.

Наташа еще крепче прильнула к нему:

– Спасибо. Хорошо еще, что это был лишь телефонный звонок. Если бы он заявился сюда лично, я могла бы выкинуть что-то безрассудное, например задушить его. – Она состроила кислую гримасу. – А ты был прав насчет моего тяжелого характера.

– Я никогда не говорил, что у тебя тяжелый характер, – возразил Марио. – У тебя вспыльчивый характер. Сначала делаешь, а потом думаешь.

– Когда думать уже слишком поздно, – вздохнула Наташа.

Вместо ответа, он крепче прижал ее к себе.

– Этот характер – проклятие всей моей жизни, – призналась она. – Моя мать часто говорила, что этот характер достался мне от отца, а я ни разу не слышала, чтобы она сказала о нем хоть одно хорошее слово.

– Ты обмолвилась о нем на днях. Они ведь расстались?

– Он бросил ее, когда мне было всего десять. Просто ушел – исчез навсегда. Это разбило мне сердце. До этого момента у меня были замечательные отношения с отцом. Он любил меня больше всех на свете. Но он бросил мою мать ради другой, и я никогда больше о нем не слышала.

– Никогда? Ты уверена, что мать втайне не препятствовала вашему общению?

– Нет, он просто не писал и не звонил. Я отслеживала всю почту, и от него никогда ничего не приходило. Я пыталась ему звонить, но он сменил номер.

Марио промолчал в ответ. Наташа ждала, что он напомнит ей, как она поступила точно так же, но он лишь сильнее стиснул ее в объятиях.

– Тебе стоит забыть все это, – тихо произнес он. – Все давно в прошлом. Не позволяй этому завладеть твоей жизнью, в противном случае оно будет управлять тобой.

– А ты, похоже, знаешь, о чем говоришь.

– В каком-то смысле – да. В свое время я был стольким обязан Дамиано, что потребность освободиться и повзрослеть стала главной в моей жизни. И на это взросление ушло немало времени.

– «Завладеть жизнью», – пробормотала Наташа. – Моей матери так и не удалось оправиться после его ухода. И она твердила мне, что я не могу доверять ни одному мужчине.

– И ее слова остались с тобой навечно.

– Не только ее слова. Но и то, как отец выкинул меня из своей жизни. Я верила в его любовь, но она оказалась обманом.

Марио выругался себе под нос, клокоча от ярости.

– Был бы он сейчас здесь, уж я бы двинул ему в челюсть! Но не позволяй своему отцу или Элрою Дженсону разрушать твою жизнь, Наташа. Прогони их из памяти, оставь в прошлом и стань такой, какая ты есть на самом деле.

– Слишком поздно, – вздохнула она.

– Никогда не поздно, если ты действительно этого хочешь.

– Никогда не поздно, – эхом повторила Наташа, обмякнув на груди Марио. Сонное блаженство овладело ею, и она почувствовала, что могла бы вот так нежиться в его объятиях целую вечность.

Когда Наташа задремала, Марио сжал кольцо рук вокруг нее, касаясь губами ее волос и ощущая, как его тело обдает неведомым доселе теплом. Он прижимал Наташу к себе, но не в надежде заняться с ней любовью, – просто чтобы защитить ее от всех напастей.

Никогда прежде он не ощущал ничего подобного. Раньше Марио не привлекали серьезные отношения. Все его девушки были сильными, независимыми, они желали его, но не нуждались в нем.

Четыре года назад он познакомился с Салли, женщиной, которая стала женой его брата Дамиано. Чувства к ней оказались такими глубокими, что Марио ради общего спокойствия сбежал из их дома в Венеции. Прошло какое-то время, и он почувствовал, что пришел в себя и может вернуться. Его интерес к гостиничному бизнесу вырос, но Марио продолжал порхать от одной девушки к другой, никогда не выбирая тех, кто мог всерьез в нем нуждаться.

Но теперь все изменилось. Одинокая, беззащитная Наташа тронула его сердце. Страдания, которые он вынес по ее вине, померкли, сокрушенные тем, как сильно она нуждалась в нем. Наташе требовался друг, сильный, способный защитить ее. И Марио должен был стать таким другом, ведь, кроме него, у Наташи никого не было. Ее дыхание было ровным, и Марио понял, что она еще дремала.

Он опустил ее на кровать. Голова Наташи склонилась набок, глаза были закрыты, словно она ускользнула от него в другой мир. И все-таки она по-прежнему была с ним, рядом.

И всегда будет, решил Марио. Он уже потерял ее один раз. И не вынесет, если потеряет снова. Он знал, что должен был удержать ее, но понимал, что им предстояло пройти еще очень долгий путь.

Осторожно подвинувшись, Марио лег рядом с Наташей, по-прежнему обнимая ее и удерживая ее голову на своей груди. Какое-то время Наташа лежала неподвижно, но потом ее рука скользнула по груди Марио, будто ища его поддержки.

На какой-то миг Марио подумал, что вот сейчас Наташа проснется, и он сможет признаться ей в том, что чувствует. Но потом девушка опять затихла, и он понял, что она вернулась в свой мир. Тот мир, в котором он, Марио, не существовал. Да и существовал ли он для нее вообще?

Он изучал ее лицо, надеясь уловить хотя бы намек на ответ, но Наташа крепко спала. Ничего, их время еще придет, утешал себя Марио, а пока ему стоит запастись терпением. Он закрыл глаза…

Рано утром, едва рассвело, Наташа проснулась и обнаружила, что ее голова покоится на груди Марио, а его руки, будто защищая, крепко обвивают ее.

Она поняла, что это был сон. Да и как могло быть иначе?

– Все в порядке? – с нежностью спросил Марио. – Ты наконец-то проснулась?

– Я… что… что я? Марио заметил, как в глазах Наташи отразилось смятение.

– Ты как следует выспалась, – объяснил он. – И я тоже.

– Что случилось? Как мы…

– Как мы оказались в одной постели? Тебе позвонил Дженсон, и ты так расстроилась, что я не мог оставить тебя одну, поэтому остался с тобой. Но не волнуйся. Я был здесь лишь в качестве друга. И не сделал ничего, что не должен был делать.

Наташа тут же поняла, что это правда. Ее тело было спокойным и отдохнувшим, чего не случилось бы, если бы Марио занимался с ней сексом. Он просто обнимал ее – нежно, успокаивающе.

– Это правда, – подтвердил Марио. – Перестань волноваться.

– Я и не волнуюсь. Я просто рада, что ты здесь.

– Рада? – эхом повторил он. – Ты и в самом деле рада?

– Конечно. Да и как может быть иначе? Ты сказал мне, что будешь защищать меня, и делал это. Не передать словами, какое это прекрасное чувство!

Глаза Наташи пылали, и желание мгновенно поглотило Марио. Он хотел целовать ее улыбающиеся губы, ласкать ее теплое тело… Но он только что заверил Наташу, что не имел подобных поползновений, и именно это она наверняка и хотела услышать.

Наташа пошевелилась в его объятиях, и Марио ослабил хватку, решив, что она хочет отстраниться. Но она лишь крепче прильнула к нему, снова закрыв глаза, скользнув рукой вдоль его тела и тихо промурлыкав «м-м-м…», словно наконец-то обрела блаженное спокойствие.

– Но между нами может быть и нечто еще прекраснее, – прошептал он ей на ухо.

– М-м-м?

– Если мы будем терпеливыми, между нами может быть нечто большее, правда? Наши отношения могли бы развиваться медленно, а потом… может быть…

– Что «может быть»? – еле слышно произнесла она.

– Я знаю, нам еще нужно во многом разобраться, оставить все в прошлом, и это будет нелегко. Ты обошлась со мной не лучшим образом, но, узнав о том, что сделал твой отец, я понял, почему ты так поступила. Я причинил тебе боль, хотя не желал этого. Если бы ты только могла решиться поверить мне! Но ты поверишь. Я знаю, однажды ты поверишь, и все будет замечательно.

– М-м-м… Марио с нежностью засмеялся:

– Интересно, что же все-таки означает это «м-м-м»? Наташа взглянула ему в глаза.

– Если бы я знала, обязательно бы тебе сказала.

– Нет, не сказала бы. Тебе нравится держать меня в неведении. Что ж, ладно. Я сыграю в твою игру, потому что приз, который мы можем выиграть, стоит всех усилий.

– Да, – прошептала она. – Но мы его выиграем?

– Кто знает? Мы все поймем. Но не теперь. Что-то случится. И все сразу станет ясно – скоро, очень скоро.

– Похоже, ты понимаешь гораздо больше меня. Сообщи мне потом, когда это время настанет.

И она улыбнулась Марио так, что его сердце наполнила надежда.

Глава 8

– А теперь я тебя оставлю, чтобы ты могла еще немного поспать, – с нежностью сказал Марио. – Увидимся утром.

Он выскользнул из комнаты, спустился вниз и вышел в сад. Только-только начинало светать, и он отправился к реке, где уставился на воду, размышляя.

К радости Марио, его отношения с Наташей стали теплее, только вот хорошо ли она его поняла? И наступит ли этот важный момент, о котором она просила его предупредить?..

Марио оглянулся на здание отеля и без труда нашел номер Наташи, в котором все еще горел слабый свет. И тут большое, до пола, окно открылось, и она вышла на балкон.

Марио тут же отступил в тень, чтобы Наташа его не увидела, но она даже не посмотрела вниз. Она застыла на месте, обратив взор в небеса, словно там, вдали, могла найти разгадку какой-то тайны.

Наблюдая за стоявшей на балконе Наташей, Марио чувствовал себя Ромео, взиравшим на возлюбленную. В вечер приезда Наташи он точно так же стоял под ее окном, сгорая от желания увидеть ее. Неужели он обречен вечно держаться в отдалении, не в силах открыто выразить свои чувства?

И тут ему пришли на ум слова Ромео: «О, госпожа моя, любовь моя! О, знала б, кто она!»

«Но она ведь знает, – убедительно зазвучал голос в его голове. – Ты предельно ясно дал это понять».

«Но хочет ли она это знать? – засомневался другой голос. – Готова ли она принять это?»

Помнится, Ромео вышел из-под балкона Джульетты, признавшись ей в своих чувствах. Но Марио понимал, что еще слишком рано, и эта дорога для него пока закрыта.

Он медленно попятился назад, отступая в тень и не сводя глаз с потерянной, грустной Наташи.

Какое-то время она стояла, устремив взор в небо, а потом опустила голову и обхватила себя руками, прислонившись к стене. Марио втянул воздух ртом, пытаясь утихомирить бушевавшие внутри чувства, но ее одиночество и беззащитность по-прежнему больно ранили его. Наташа нуждалась в нем. Марио чувствовал это как никогда прежде, и желание быть рядом с ней поглотило его сердце и душу. Только вот Наташа по-прежнему не могла ему поверить…

– «О, знала б, кто она!» – снова прошептал Марио. – О, если бы я мог убедить ее! И он тихо ускользнул, постаравшись остаться незамеченным.

В отеле Марио наткнулся на Джорджо, которого буквально трясло от волнения.

– Ты был прав насчет нее, – выпалил он.

– Прав насчет кого?

– Насчет Наташи Бейтс. Ты подозревал что-то неприятное на ее счет, как только она приехала. Ты сказал, что не встречался с ней раньше, но было очевидно, что тебя что-то насторожило. И она это поняла. Именно поэтому так волновалась, когда ты оказывался рядом.

– Что, черт возьми, ты несешь? – грозно бросил Марио.

– Нам пришло электронное письмо о Наташе, которое ты просто обязан прочитать. От «Дженсон пабликейшн».

– Покажи-ка. Письмо было прямолинейным и злобным: «Вас нужно предостеречь по поводу вашей сотрудницы, Наташи Бейтс. Она печально известна в медиакругах благодаря непорядочности и некомпетентности. Будьте умнее, увольте ее как можно быстрее».

Подписи не было. Имейл просто прислали из главного офиса «Дженсон пабликейшнс».

– Он не осмелился поставить свою подпись, – прорычал разъяренный Марио. – Но это исходит от Элроя Дженсона, ничтожного коварного ублюдка, которого я задушу, если когда-нибудь до него доберусь!

– А вдруг это правда? – возразил Джорджо. – Она ведь никогда не внушала тебе доверия.

– Не смей так говорить! – взорвался Марио. – Во всем этом нет ни капли правды, и, если я когда-либо снова услышу из твоих уст нечто подобное, ты сильно пожалеешь!

– Хорошо, хорошо, – поспешил уступить Джорджо, напуганный гневными вспышками в глазах Марио. – Я буду молчать.

– Не говори об этом и даже не думай об этом, – отрывисто приказал Марио. – Понял?

– Понял, – покорно ответил Джорджо. – Извини. Просто со мной такого еще не случалось.

– Да, со мной тоже много чего еще не случалось, – вздохнул Марио. – Этот имейл – одна сплошная ложь. Дженсон пытался приударить за ней, она его отвергла, и теперь в отместку он жаждет ее уничтожить.

Джорджо кивнул, и тут смысл сказанного окончательно дошел до него.

– Выходит, ты на ее стороне?

– Да, – медленно произнес Марио. – Я на ее стороне.

Его недавнее стремление заботиться о Наташе не шло ни в какое сравнение с яростным желанием защищать, нахлынувшим на него сейчас. Если бы Дженсон был здесь собственной персоной, Марио без зазрения совести придушил бы его голыми руками.

– Ничего не говори ей об этом, – приказал Марио. – Он пытается запугать ее, а я этого не позволю.

– Но разве нам не следует предупредить ее? Она должна знать, что у нее есть враг.

– Она уже знает это. Но еще у нее есть мы, и наше дело – позаботиться о ней. Не говори ей ни слова. Я не хочу ее расстраивать.

«Этот негодяй думает, что заставит Наташу страдать, но он ошибается, – вне себя от гнева думал Марио. – Теперь у нее есть я, и я сумею защитить ее, чего бы мне это ни стоило».

– Она не должна ни о чем догадываться, – предупредил он Джорджо.

– Как скажешь, – вздохнул тот. – Но мы можем как-то справиться с этим человеком?

– Можем – и обязательно сделаем это. – Лицо Марио стало твердым. – Я обещал ей это и собираюсь сдержать слово.

Вернувшись в комнату с балкона, Наташа снова легла в постель. У нее было приятное ощущение, будто Марио все еще находился рядом, шепча ей на ушко слова утешения и сжимая ее в объятиях.

Но действительно ли Марио хотел быть с ней, или она лишь слышала свои собственные надежды? Наташа терялась в догадках, пока не заснула.

Проснувшись, она почувствовала себя обновленной и энергичной, но стоило только перекинуть ноги с кровати, как Наташа осознала, что что-то не так. Ковер под ее ногами был мокрым. Посмотрев дальше, она увидела, что из ванной вытекает вода, уже залившая бóльшую часть пола.

– О боже, я, наверное, забыла закрыть кран! – в ужасе вскричала Наташа.

Но, пробравшись в ванную, она обнаружила не открытый кран, а давшую течь трубу, вода из которой лилась прямо на пол.

Наташа тут же позвонила Марио и объяснила, что ей нужен слесарь. Марио принесся спустя несколько минут и ругнулся, оценив масштабы бедствия.

– Воду нужно остановить как можно быстрее, чтобы она не просочилась сквозь пол, – постановил он. – Собирай свои вещи и поскорее уходи отсюда. Я найду тебе другую комнату.

Наташа покончила со сборами за полчаса и с облегчением сбежала, оставив номер прибывшим водопроводчикам. Она обнаружила Марио внизу, он ждал ее за накрытым к завтраку столом.

– У нас возникла небольшая проблема, – сказал он. – Сейчас разгар сезона, и все номера в отеле заняты.

– Значит, я найду номер где-нибудь еще.

– Ни в коем случае. Наверху у меня есть апартаменты, ты можешь их занять. Я там не сплю, так что кровать свободна. Ты сможешь расслабиться в тишине и покое.

– И сделать кое-какую работу, – добавила Наташа, сжимая свой ноутбук.

Апартаменты Марио представляли собой что-то вроде хранилища всякой всячины, заполненного полками и шкафами для документов. Когда Наташа зашла туда, горничная уже заправляла постель.

– Все это – в твоем распоряжении, – сказал Марио. – Оставляю тебя здесь. И пока прощаюсь.

После этого Наташа плодотворно поработала и разослала очередной материал на дюжину адресов. Потом, решив немного передохнуть, она направилась через комнату, чтобы включить телевизор. Но по дороге зацепилась каблуком за ковер и чуть не упала, пролетев по инерции вперед. Успев вытянуть руку, она схватилась за какие-то полки, содержимое которых тут же повалилось на пол. Вскрикнув от неожиданности, Наташа опустилась на колени и принялась собирать рассыпавшиеся бумаги.

И вдруг нечто исключительно важное привлекло ее внимание, и она застыла на месте. Это был раскрывшийся конверт, из которого выглядывал листок бледно-голубой бумаги. В самом низу листка стояла подпись: «Твоя любящая Таня».

Все существо Наташи поглотил безмолвный мучительный стон. Таня все еще поддерживала связь с Марио. После всех его клятв, после всех заверений, что он порвал с Таней, на свет выплыла правда: он все-таки с ней общался.

А она почти уже доверяла ему! От досады Наташе хотелось биться головой о стену.

– Дура! – пробормотала она. – Какая же ты дура! А ты ведь подозревала!

Неужели он по-прежнему общался с ней? Или это было старое письмо? Если так, почему Марио его хранил?

«Потому что он все еще увлечен ею, – сказала себе Наташа. – Все это время он просто лгал».

Дрожащими от ярости руками она развернула письмо и стала читать. С каждой новой строчкой Наташа все больше успокаивалась. Дочитав до конца, она вернулась к началу, чтобы опять прочитать письмо. И попытаться поверить невероятным словам, написанным Таней:

«Не стоит держать меня на расстоянии. Знаю, ты говорил мне, что все кончено, потому что хочешь быть с той английской девчонкой, но только посмотри, как она поступила, когда узнала обо мне! Она не исчезла бы, если бы действительно тебя любила. Думаю, ты поймешь это и вернешься ко мне. Почему ты не отвечаешь на мои звонки и электронные письма?

Хватит отвергать меня, Марио. Эта Наташа не может так много для тебя значить.

С любовью, Таня».

Наташа еще раз перечитала письмо, бормоча слова себе под нос, словно только так, произнеся вслух, могла убедиться в их реальности.

Все, что говорил ей Марио, было правдой. «Я должна была верить тебе, – прошептала Наташа. – О, любовь моя, я должна была тебе верить! Но почему ты не показал мне это? Тогда я знала бы правду».

Она обратила внимание на то, что письмо было написано по-английски, и вспомнила, что Таня говорила на английском языке, лишь изредка перемежая речь итальянскими словами. Английский, несомненно, был ее родным языком, и, видимо, именно близкое общение с ней помогло Марио мастерски овладеть английским.

«Что оказалось очень кстати, – мелькнуло в голове у Наташи. – Если бы Таня написала по-итальянски, я ни за что не поняла бы смысл этого письма».

Раздавшийся за дверью шум предупредил Наташу о приходе Марио. Она быстро собрала бумаги и запихнула их обратно на полку – все, кроме письма Тани, которое спрятала в карман. Наташе хотелось перечитывать это письмо снова и снова.

Она успела вернуться за компьютер как раз в тот момент, когда вошел Марио.

– Удалось исправить проблему с протечкой? – спросила Наташа.

– Этим как раз сейчас занимаются. Ты сможешь переехать обратно в свой номер через несколько дней, но благодаря тебе мы подоспели вовремя и сумели избежать масштабной аварии. Как дела?

– Мне удалось сделать довольно много работы. И вечером мне хотелось бы отдохнуть. Я подумываю прогуляться вдоль реки.

– А можно мне пойти с тобой?

– Почему бы и нет?

Теперь, взглянув на Марио иными глазами, Наташа искренне обрадовалась возможности провести с ним время. Боль и напряженность последних двух лет исчезли, сменившись счастьем и надеждой.

Уже смеркалось, когда они вышли из отеля и перешли улицу, направившись к реке. Марио обвил рукой ее плечи, а Наташа крепко обняла его за талию. Вот так, прижимаясь друг к другу, они брели вдоль берега, пока не дошли до кафе у воды и Марио жестом не пригласил Наташу сесть. Взмахом руки подозвав официанта, Марио что-то быстро сказал ему по-итальянски, и спустя мгновение тот вернулся с бутылкой вина.

– Я не просто так привел тебя сюда, – объяснил Марио. – Это кафе закупает все свои вина в магазине, куда поставляется продукция из моего виноградника.

– Естественно, самая лучшая, – оценила Наташа.

– Естественно. Всем известно о репутации Вероны как самого романтичного города, но она лишь начинает приобретать славу крупного центра виноделия.

– Я что-то читала об этом, – припомнила Наташа. – Сейчас организуются винные туры, не так ли? Мы могли бы отрекламировать и их.

– Отличная идея. Ты можешь применить свои таланты в раскрутке «Винитали». Это винный фестиваль, который проходит ежегодно весной. – Марио расплылся в улыбке. – В Вероне гораздо больше интересного, чем ты думаешь.

– Не сомневаюсь, что это так. И с нетерпением жду возможности узнать все ее тайны. Марио поднял бокал и, глядя на Наташу, произнес:

– Ти воль ун альтро гото де вин?

– Это по-венециански?

– Ты знаешь о венецианском?

– Мне рассказал Джорджо. Чем больше я буду знать, тем лучше.

– Это означает: «Не хотите ли еще вина?»

– Да, пожалуйста. Оно великолепно.

И Наташа принялась потягивать вино, наслаждаясь его превосходным вкусом и чувствуя, что все наконец-то складывается хорошо.

Марио наблюдал за ней, гадая, чем же вызвана улыбка на ее лице, и не желая спрашивать об этом. В этой недосказанности таилось какое-то особое очарование.

Когда они встали из-за стола и побрели дальше, он приобнял Наташу за плечи:

– Как ты? Не слишком холодно?

– Все хорошо, – ответила она, поднимая на него взгляд. – Все просто замечательно.

Они улыбнулись друг другу и пошли дальше.

Наташа словно попала в новый мир. В голосе Марио звучали теплые нотки, которых она никогда прежде не замечала, а его глаза блестели, обещая так много…

– Как же здесь прекрасно! – вздохнула она.

– Да, – прошептал он ей на ухо. – Здесь прекрасно, и ты прекрасна.

– Можно лишь посочувствовать Ромео и Джульетте, которые никогда не гуляли вот так, наслаждаясь друг другом и позволяя жизни неспешно течь вокруг.

– Похоже, нам повезло гораздо больше, чем им.

Наташа повернулась, взглянув ему в глаза.

– Да, – промолвила она. – Нам повезло. И мы всегда были бы счастливы, если бы только осознавали это.

Марио нежно провел кончиками пальцев по ее лицу.

– Я всегда это знал, – сказал он. – А теперь, после того, как едва выдержал эту жизнь без тебя, знаю еще лучше. Я думал, что больше никогда не увижу тебя, и будущее представлялось мне лишь унылой пустотой. Но потом ты вдруг появилась снова, и жизнь вернулась ко мне. Для меня зажегся свет надежды.

– Для меня тоже. Но иногда я боюсь надеяться.

– Лучше не надеяться вообще, чем надеяться, а потом видеть, как все рушится.

– Нет, я в это не верю. Самое прекрасное случается, когда ты меньше всего этого ожидаешь. Нужно всегда готовиться не только к худшему, но и к лучшему, чтобы потом… о, Марио, Марио!

Он прильнул к ее губам, заставив замолчать.

– Будь моей, – прошептал он. – Скажи мне, что ты – моя.

– Я всегда была твоей. И всегда буду твоей.

– Ты и правда так думаешь?

– Да… да!

– Скажи это снова. Заставь меня в это поверить.

– Я твоя – вся твоя – только твоя.

– Навсегда. Я не позволю тебе уйти. Предупреждаю: я – тот еще собственник. – Со мной тебе не придется переживать об этом, – заверила его Наташа. Вместо ответа Марио вновь одарил ее поцелуем, на который она ответила со всем своим пылом.

Проходящая мимо них компания молодых людей разразилась одобрительными выкриками и хлопками.

– Здесь слишком людно, – сказала Наташа.

– Да, пойдем домой.

Они проскользнули обратно в отель, оставшись незамеченными. Это порадовало Наташу. То, что происходило сейчас, касалось только их двоих.

Марио дошел с ней до апартаментов, но потом остановился у двери, неуверенно глядя на Наташу.

– Не уходи, – попросила она, сжимая его в объятиях нежно, но решительно.

– Наташа, ты серьезно?

– Да, я не шучу.

– Но неужели ты не понимаешь, что… если я останусь… Я не должен оставаться.

– Нет, должен, – прошептала она. – Я говорю, что должен, и не позволю тебе уйти.

Ей было больно видеть, каким напряженным и уязвимым казался Марио. После всей вражды, кипевшей между ними, он не мог поверить, что она наконец-то открыла ему свои объятия и свое сердце.

– Поверь мне, – тихо произнесла она. – Жизнь продолжается. Ничто не стоит на месте.

– Ты хочешь сказать, что что-то действительно изменилось?

– В каком-то смысле. Я научилась быть более понимающей. Я всегда была уверена, что права, но теперь я чувствую себя другим человеком. И мне еще многому предстоит научиться.

Наташа переступила порог комнаты и протянула руку.

– Войди, – пригласила она. – Войди со мной, останься со мной.

Марио все еще не мог в полной мере осознать смысл сказанного Наташей, но вложил ладонь в ее руку и последовал за ней.

– Да, – сказал он. – Возьми меня с собой. Позволь мне остаться.

Его губы прильнули к ее губам, заставляя Наташу радоваться сердцем, душой и телом. Ее охватило блаженство, к которому примешивалось неистовое чувство собственничества. Она хотела Марио – и даже мысли не допускала, что будет как-то иначе. Она ждала, ждала нестерпимо долго, и теперь была решительно настроена наслаждаться своим завоеванием.

Когда дверь закрылась, отгораживая их от внешнего мира, Марио привлек Наташу в свои объятия. И все же сомнение и замешательство по-прежнему метались у него в голове.

– Я не верю, что это происходит наяву, – прошептал он. – Я мечтал об этом так долго, так безнадежно…

– Не бывает ничего безнадежного, – отозвалась Наташа. – Я тоже мечтала. Мечты сбываются. Давай верить в это.

– Да, пока ты в моих объятиях, я буду в это верить.

Наташа наклонила к себе голову Марио, неистово целуя его и наслаждаясь его страстным откликом. Он увлек Наташу к постели и, мягко толкнув, опустился следом. Почувствовав, что Марио готов сорвать с нее одежду, Наташа сама расстегнула пуговицы, приглашая его исследовать ее тело.

Он принял приглашение, поначалу неуверенно, лаская ее нежно, почти робко. Но стоило его рукам обнаружить мягкую гладкость ее кожи, как прикосновения стали требовательнее, пламеннее, заставляя Наташу трепетать всем телом. Она потянулась к Марио, занявшись его пуговицами, и вскоре его рубашка распахнулась, позволяя Наташе в свою очередь изучать его.

Когда-то давным-давно, в Венеции, она мечтала об этом. Но злой рок разбил ее мечту. Теперь наконец желанный момент настал, и это было все, чего она хотела. Марио проявлял нежность робко, словно боялся прикоснуться к ней.

Наташа понимала его состояние. В глубине ее души радость боролась с недоверием и страхом, что вот сейчас она очнется ото сна. И Марио ощущал то же самое. И все-таки это происходило наяву. Их сердца и разум стали одним целым, а теперь и их тела должны были соединиться.

Марио прижался лицом к ее лицу. Наташа привлекла его ближе, отчаянно желая, чтобы этот момент никогда не кончался.

– Да, – прошептала она. – Да.

– Да, – эхом отозвался он. – Наташа, ты уверена?

– Я уверена во всем – уверена, что хочу тебя… Марио еле заметно улыбнулся:

– А ты уверена, что я хочу тебя? Или мне попробовать тебя убедить?

– Меня не нужно убеждать. – Она улыбнулась в ответ. – Но не позволяй мне останавливать тебя.

– Все, что ни пожелаете, мэм. – И Марио с неистовой силой обрушил на нее свои ласки.

Наслаждение бушевало у нее внутри, но острее наслаждения Наташа ощущала счастье от осознания того, что они снова были близки. Мужчину, которого она полюбила давным-давно, украли у нее, но теперь Наташа получила его назад. И она знала, что ни за что не отпустит его снова. Мир мог перевернуться вверх дном. Небеса могли упасть, моря – разлиться, но она ни за что не выпустила бы его из своих объятий. Это она знала твердо.

Марио сорвал с нее остатки одежды, потом сбросил свою. Он сжал Наташу в объятиях, скользя губами по ее рту, лицу, шее, и спустился ниже, чтобы осыпать поцелуями ее груди. Она несколько раз восторженно вздохнула, наслаждаясь бушевавшим внутри чувственным штормом и в нетерпении ожидая момента, когда он овладеет ею. И этот момент настал – момент, которого она так желала.

Глава 9

Когда неистовое возбуждение стихло, они тихо сжимали друг друга в объятиях и привыкали к новому миру, в котором вдруг оказались. Постепенно они провалились в безмятежный сон, мирно лежа вместе, пока за окном не забрезжил рассвет и не наступил новый день.

Марио лежал, уткнувшись лицом в ее шею, но потом поднял голову и взглянул на Наташу.

Она перехватила его взгляд, полный нежного обладания, которое заставило ее сердце радостно замереть.

– Наташа, – прошептал Марио, словно пытаясь поверить, что это действительно была она, что его мечта сбылась. – Я хотел этого с самого начала. Но распрощался с надеждой. А потом вдруг случилось то, что превзошло самые смелые мои фантазии. Почему?

– Нужный момент пришел, – прошептала она в ответ. – Неужели ты этого не почувствовал?

– Я часто чувствовал это, но ошибался. А потом раз – и все между нами стало совсем другим.

– Все стало таким, каким и должно было быть, – сказала Наташа. – Именно так все и должно было сложиться.

– Ты и правда так считаешь? Наташа, я ведь все правильно понимаю, да? Между нами действительно все хорошо?

– И ты еще спрашиваешь? После того, как мы провели прошлую ночь?

– О да, – усмехнулся он. – Но я имел в виду не это. Я хотел сказать, что в прошлом кое-что встало между нами. Ты не поверила тому, что я порвал с Таней из-за тебя, что ты была единственной, кого я хотел. Пожалуйста, скажи, что веришь мне, что наконец-то мне доверяешь!

– Я доверяю тебе, любимый. Мне стоило доверять тебе еще давным-давно. Я словно блуждала в лабиринте и каждый раз, когда думала, что нашла выход, еще больше запутывалась.

Наташа дала себе слово, что когда-нибудь обязательно расскажет Марио о том, как письмо Тани подтвердило его слова. Но она не хотела, чтобы в этот момент мысли о Тане грубо вторгались в их идиллию.

– Ты доверяешь мне, – эхом повторил он, словно пытаясь в это поверить. – И ты – моя.

– Я – твоя.

– Навсегда?

– Отныне и навеки.

– Тогда все просто превосходно.

– Не совсем, – возразила она. – Разве ты не хочешь тоже пообещать мне, что будешь со мной отныне и навеки?

– Конечно. Я просто не думал, что тебе нужно это услышать. Я – настолько твой, что…

Его прервал звук мобильного. Вздохнув, Марио ответил по-итальянски. Наташа поняла, что звонил его брат, Дамиано.

– Коме стай, фрателло? – весело заговорил Марио. – Коме е Салли е иль бамбино?

Услышав короткий ответ, он показал Наташе вскинутый вверх большой палец.

– В этот уик-энд они собираются крестить ребенка, – объяснил он ей. – Я туда еду, и они хотят, чтобы я пригласил тебя.

– Они хотят, чтобы я там была? Но как…

– Да или нет?

– Да. О да!

– Дамиано, Наташа диче ди си. Ва бене! – И он отключился.

– Ничего не понимаю, – развела руками Наташа. – Как они вообще додумались пригласить меня?

– Ты имеешь в виду, как они узнали, что ты здесь и что мы снова обрели друг друга? – Ему стало неловко. – Когда я ездил туда недавно перед рождением ребенка, я кратко обмолвился о тебе.

Наташа с озорной усмешкой взглянула на него:

– Ага, могу себе представить, что ты там наговорил! «Только я подумал, что избавился от этой противной женщины, как она появилась снова».

– Что-то вроде этого, – ухмыльнулся он.

– Я многое бы отдала, лишь бы просочиться туда невидимкой и послушать.

– Ты посмеялась бы от души. Я говорил о тебе без умолку. Когда я рассказывал им, как изумился, когда нашим хваленым пиарщиком оказалась ты, Дамиано покатывался со смеху. А Салли хотела знать все. Она увидела в этом иронию судьбы: меня – и завоевала женщина!

– Но я и не пыталась завоевать тебя.

– Естественно. Если бы ты пыталась, я бы сопротивлялся изо всех сил. Но ты застала меня врасплох, и я попался, не успев опомниться. Я так живо все помню… Нашу первую встречу – когда я вошел, ты сидела в ресторане отеля Дамиано. Ты была так прекрасна, что я просто замер как вкопанный и уставился на тебя. А ты вдруг подняла голову и посмотрела на меня. И улыбнулась. Такой восхитительной улыбкой, словно я был единственным в том зале – во всем мире. Я не сразу понял, что произошло. Но точно знал, что весь мир вмиг сузился до тебя одной.

– А потом ты подошел и сел за мой столик, – припомнила Наташа. – Ты сказал, что работаешь в отеле, и предложил свои услуги…

– Это был лишь предлог, чтобы заговорить с тобой и узнать тебя поближе. Вдруг ты была замужем и к тебе вот-вот должен был присоединиться мужчина? Я ждал каждого твоего ответа так, словно от этого зависела вся моя жизнь. И теперь я понимаю, что так и было. А потом…

– Что «потом»? – поспешила спросить Наташа, заметив тень тревоги на лице Марио.

– Все это повторилось, не так ли? Когда ты приехала сюда, я задал тебе те же самые вопросы, что и в тот, первый вечер. Это звучало как практичные вопросы работодателя, но на самом деле мне до зарезу хотелось знать, есть ли кто-нибудь в твоей жизни. Я и поверить не мог, что это случилось снова…

– С женщиной, которую ты ненавидел, – тихо добавила Наташа.

– Я никогда не питал к тебе ненависти. Я уверял себя, что это так, потому что должен был в это поверить. Это была моя защита, и я цеплялся за нее изо всех сил. Но все меняется, и…

– Удивительно, как сильно все меняется, – пробормотала она. – Или это только кажется, что все изменилось, потому что на самом деле изменились мы?

– Возможно, в чем-то мы изменились, а в чем-то остались прежними.

– Интересно, в чем именно.

– Мы можем узнать это в Венеции.

– М-м-м… Значит, Салли считает все произошедшее с нами иронией судьбы? Похоже, судьба действительно сыграла с нами шутку. Иногда мне кажется, что с небес громко смеются над тем, как нас угораздило так вляпаться.

– Мы не вляпались. – Марио привлек Наташу к себе. – Мы победили. А злой рок проиграл. Когда Салли увидит нас вместе, она поймет, что это мы смеемся последними.

– Ты и правда хочешь, чтобы я поехала с тобой в Венецию?

– По-моему, очень важно, чтобы мы вернулись туда вместе.

И Наташа поняла, что он имеет в виду. Вернувшись, они сумеют побороть воспоминания, и это откроет перед ними новую дорогу.

– Все, что произошло там, теперь выглядит иначе, – заметила она.

– Да, – радостно подхватил Марио. – Гораздо счастливее. Чем раньше мы туда отправимся, тем лучше. Так у нас будет несколько дней до крестин.

И он тут же перезвонил в Венецию, чтобы сказать, что они приедут сегодня вечером. Потом бросил встревоженный взгляд на Наташу:

– Салли спрашивает, одну комнату или две? Как ты хочешь?

Ее вдруг осенило.

– Я бы хотела тот же номер, что был у меня в прошлый раз.

– Но он одноместный.

– Наверное, нам стоит быть немного благоразумнее.

Марио явно собирался возразить, но потом, осознав смысл ее слов, вернулся к телефону и быстро закончил разговор.

– Салли все устроит.

– Она считает, что я сошла с ума?

– Нет, она сказала, что действительно имеет смысл повернуть время вспять. Мне не нужно уточнять, что это значит, ведь так?

– По-моему, ты все верно понял.

– Давай собираться.

Вскоре после этого они распрощались с Джорджо и отправились на железнодорожный вокзал Вероны, чтобы успеть на поезд до Венеции. Спустя полтора часа они оказались на проложенной по дамбе дороге, которая вела над водой от материка к городу.

На железнодорожной станции Венеции Марио поймал водное такси, и вскоре они уже направлялись в отель, расположенный на Большом канале.

– Вот смотри, – показал вперед Марио. – Помнишь?

– Да, помню, – восторженно выдохнула Наташа.

Перед ней предстало великолепное здание, бывшее когда-то дворцом, которое, казалось, вбирало в себя все самое пленительное, что только было в Венеции. Стоило им войти в отель, как к ним тут же бросились Дамиано и Салли. Пока Дамиано и Марио хлопали друг друга по плечам в типично братском жесте, Салли тепло обняла Наташу.

– Рада снова тебя видеть, – сказала Салли. – И Пьетро с большим нетерпением ждал твоего возвращения. Он говорит, когда ты была здесь в прошлый раз, вы все время говорили о футболе.

– Да, точно. И вчера вечером Англия играла с Италией, – захихикала Наташа. – К счастью, Италия выиграла.

И тут появился Пьетро. Парню было лет пятнадцать, и уже сейчас он был поразительно похож на своего отца. А еще Пьетро буквально кипел энергией.

– Смотрели матч? – спросил он, едва поздоровавшись с Наташей.

– Как поживает Тоби? – поинтересовалась она, вспомнив о спаниеле Пьетро, благодаря которому Дамиано с Салли и познакомились.

– Вот он, – поспешил ответить Пьетро, выпуская вперед своего пушистого друга.

Наташа поприветствовала Тоби, который радостно лизнул ее в ответ, и, подняв голову, увидела, что Марио наблюдает за ними с довольной улыбкой, словно все складывается именно так, как он и надеялся.

А потом Салли отвела их посмотреть на двух детей, которых подарила своему мужу, – почти трехлетнего Франко, рождение которого чуть не стоило ей жизни, и крошечную Элену, недавно появившуюся на свет.

– Ужин через полчаса, – объявила Салли.

Как ей и обещали, Наташе выделили тот же номер, что и прежде, и поначалу она испытала почти зловещее чувство. Но вскоре оно померкло под напором настоящего, которое оказалось гораздо счастливее. Комната Марио располагалась всего на несколько шагов дальше по коридору, и вскоре он появился, чтобы сопроводить Наташу в частный обеденный зал Дамиано.

Вся семья принимала ее с искренним радушием. Во время ужина ее чествовали, как дорогую гостью.

– Подождите, вы еще увидите церковь, в которой пройдут крестины! – воскликнул Пьетро. – Именно там мама с папой поженились.

– Прекрасная была церемония, – вспомнил Марио. – Тоби тоже присутствовал, он практически был одним из свидетелей.

– Не сомневаюсь, он великолепно справился с этой ролью. – Наташа пощекотала Тоби по голове и была вознаграждена радостным «гав!».

Наташа наслаждалась этим по-настоящему счастливым вечером. Умиротворение овладело ею, и она осознала истинную цель этой поездки: исправить все ошибки и оставить все разногласия в прошлом.

В семейном кругу не было только брата Салли, Чарли, что сама Салли объяснила с сестринской прямотой:

– Он снова постарался стать здесь нежеланным.

– В каком смысле «нежеланным»? – не поняла Наташа.

– Женщины, азартные игры и тому подобное, это он обожает! Хотя он не так безнадежен, как был когда-то. Марио помог ему немного исправиться.

– Я? Исправиться? – взвизгнул Марио. – Это практически оскорбление!

– Да ладно, Дамиано сказал, что у тебя есть черта этакого ангела-хранителя и ты действительно наставлял Чарли на путь истинный. Что ж, пора идти спать.

Марио сообщил, что они с Наташей хотят прогуляться. Остальные кивнули, понимая их желание побыть вдвоем, и потихоньку ускользнули.

– Прогуляться? – с сомнением переспросила Наташа. – Почему ты так сказал?

– Я хотел, чтобы мы с тобой остались наедине. Давай выпьем кофе, не здесь – в ресторане.

Близилось время закрытия, и большинство столиков пустовало. Наташа тут же догадалась, зачем Марио пригласил ее сюда. В самом углу находился столик, за которым она сидела в момент их знакомства. Марио подвел ее к столику, жестом пригласил сесть, а потом расположился рядом. Официант принес им кофе.

– Ты сидела здесь, у самого окна, – вспомнил Марио. – Я наблюдал за тобой несколько минут, пытаясь поверить своим глазам, совсем как вот тот парень.

Он показал на молодого человека, который застыл в дверях, не сводя глаз со столика недалеко от него, за которым сидела девушка лет двадцати. Она была красива – и одинока.

– Могу догадаться, о чем он размышляет, – сказал Марио. – Он придумывает удачный предлог подойти к ней.

– Откуда ты знаешь, о чем он думает?

– О да, знаю! Я смотрю на него, а вижу себя. Вообще-то я замечаю каждого парня, который набирается храбрости, чтобы подойти к женщине, которая может стать для него той самой единственной. Смотри, он подходит.

Они увидели, как молодой человек подошел к девушке и жестом спросил, ждет ли она кого-то. Она покачала головой, и он сел за столик.

– Он здесь работает? – поинтересовалась Наташа.

– Нет, ему придется придумать другой предлог. Судя по всему, ему нечего волноваться.

Они с интересом наблюдали за парой еще несколько минут. А потом Марио с легкой неловкостью произнес:

– Я все никак не решусь спросить у тебя кое-что.

– Что же? Он немного помялся:

– Что было с тобой после того, как мы расстались? Я знаю, ты много работала, и Дженсон «доставал» тебя, но… что еще?

– Ты имеешь в виду другого мужчину? Но я уже рассказала тебе об этом.

– Ты говорила, что не замужем, но я спрашивал не об этом.

Она захихикала:

– Ты о том, не страдаю ли я втайне по кому-то? Угадай.

– Нет, я не вижу, чтобы ты страдала по кому-то, кто не мог бы ответить на твои чувства. Но за последние два года у тебя наверняка были романтические увлечения.

– Нет, я была одна. Что можно считать своего рода свободой, – с иронией добавила она.

– Мне хорошо известно, что это такое.

– Только не говори, что ты был один, – поддразнила она. – Каждая проходящая мимо женщина бросает на тебя томные взгляды.

– Но важно ведь, чтобы тебя хотела та, кого хочешь ты сам. Остальные не считаются.

– Это точно, – еле слышно сказала Наташа.

– Значит, никакого другого мужчины не было?

– Хм! – Задумавшись, она мягко произнесла: – Наверное, я могла бы сказать, что это не твое дело. Как насчет этого?

– Это, несомненно, весомый ответ, – ухмыльнулся Марио. – А я бы ответил, что твои любовники – это определенно мое дело. И всегда будет моим делом.

Наташа перехватила взгляд Марио, и смесь юмора и пыла, сиявшая в его глазах, поразила ее в самое сердце. – Мои любовники, – задумчиво повторила она. – Мне просто интересно, откуда ты это взял?

– Не важно. После того, как ты исчезла, я какое-то время пытался найти тебя, но ты ни разу не вышла со мной на связь, и я подумал… – Он пожал плечами.

– Ты подумал: «К черту эту глупую английскую девчонку! Если ей вздумалось играть в эти игры, пошли ее куда подальше, пусть пойдет и утопится с горя!»

– Ладно, может быть, я и думал так разок-другой, но на самом деле этого не чувствовал, – залился краской Марио.

– Как ни странно, вскоре после этого я действительно чуть не утонула. Прогулка была приятной, пока лодка не опрокинулась.

– Что-о-о? Ты пострадала?

– Нет, просто промокла. Интересно, а вдруг твои мысли материализовались? Странно думать, что все это время мы были на незримой связи – и не подозревали об этом.

– Все может быть. Я так и не смог выкинуть тебя из головы.

– А я – тебя. И я наслала на тебя свою долю проклятий.

– Не уверен, что хочу знать об этом, – усмехнулся он. – А то еще ночные кошмары замучают.

– Раз уж зашел разговор о возлюбленных друг друга – как насчет твоих? У тебя, должно быть, их было множество.

– Не возлюбленных, – поправил Марио. – Просто подружек. Не буду отрицать, я наслаждался компанией определенного рода женщин, это помогало мне ненадолго забыть о том, как ты меня «бортанула». Но я не мог никого полюбить. В моем сердце всегда была ты, даже когда я отчаянно хотел тебя забыть.

– Никак не мог отделаться от меня, да?

– Как бы сильно я ни пытался, – засмеялся он. – Ты – назойливая женщина. Я сотню раз приказывал тебе убираться из моего сердца, но ты словно упрямилась: «Ни за что. Я – здесь, я тут и останусь».

– Это на меня похоже.

Марио вдруг поднял голову. Проследив за направлением его взгляда, Наташа увидела, как молодые люди поднялись из-за столика и удалились, взявшись за руки.

– По-моему, ему повезло, – заметил Марио.

– Или ей.

– Мне в свое время не повезло. Дамиано позвал меня позаботиться о другом клиенте, а когда я вернулся, ты уже ушла. Если бы ты могла слышать, как я тогда ругался! – Он допил свой кофе. – Ну что, пойдем?

Марио проводил Наташу наверх и остановился у ее двери.

– Помнишь, как было в прошлый раз? – спросил он.

– Да, мы попрощались у этой двери. Я зашла в номер, а ты ушел.

– На самом деле я не ушел. Я стоял здесь, в коридоре, целую вечность.

Наташа открыла дверь и протянула ему руку:

– На сей раз в этом нет надобности.

Он тут же взял Наташу за руку, позволяя увлечь его внутрь, а потом она распахнула объятия, и он крепко прижал ее к своей груди. Именно Наташа потянула их к постели, и Марио покорно последовал за ней, медленно, словно желая в полной мере осознать, что они переписывали историю. Когда-то они хотели друг друга, томясь в одиночестве. Теперь же с жадностью предались наслаждению.

В их ласках сквозило истинное физическое удовольствие, но было в них и нечто большее – радость от того, что они заново открывали друг друга. Вновь ступив на этот путь, они смотрели друг на друга иными глазами, пробовали новые ласки, делали чувственные открытия…

А потом, когда они лежали в объятиях друг друга, Наташа вдруг тихо засмеялась.

– В чем дело? – встрепенулся Марио. – Чем я рассмешил тебя?

– Вот только не надо обижаться. Ты можешь меня смешить – и по-прежнему оставаться мачо.

– Так в чем дело? – нахмурился он.

– Я вспомнила, как Салли сказала, что у тебя есть черта ангела-хранителя. Это – последнее, в чем я могла тебя заподозрить. Бунтарь, заноза в заднице, шут гороховый – кто угодно. Но ангел-хранитель? Сильно сомневаюсь.

Раздражение Марио как рукой сняло, и он поцеловал Наташу в лоб.

– Спасибо. А ты действительно меня понимаешь, как я посмотрю.

– И ты не возражаешь против всех этих эпитетов?

– Нисколько. Я против того, чтобы меня называли ангелом. Мне скорее подходит определение «заноза в заднице».

– Это точно. – Наташа поцеловала его. – Ну а теперь я засыпаю. Ты основательно вымотал меня этой ночью. Спокойной ночи, ангел-хранитель.

Она прижалась к нему – и через несколько минут уже спала.

Марио прислонился к Наташе и вскоре тоже провалился в сон. Когда через несколько часов Марио проснулся, ее глаза по-прежнему были закрыты, а голова покоилась на его плече. Он чуть-чуть подвинулся, и руки Наташи сжались, будто даже во сне ей требовалось крепко сжимать его в объятиях.

Марио стиснул ее в ответ, и слова Ромео вновь всплыли в его памяти: «О, госпожа моя… любовь моя! О, знала б, кто она…»

«Но она ведь знает, – подумал он. – Если она и знает что-нибудь сейчас, так это то, что я люблю ее». И он нежно поцеловал Наташу, прошептав:

– Ты – моя госпожа. Ты – моя любовь.

Она вздохнула и улыбнулась, словно слышала его. Марио прижался к ней, счастливый и готовый снова уснуть, но тут его встревожила вибрация мобильного.

– Проклятье, – пробормотал Марио. – Мой телефон! Куда он запропастился?

Несколько часов назад, второпях скидывая одежду, он и не заметил, как мобильный упал на пол. Марио отстранился от Наташи и наклонился, поднимая телефон. На экране высветилось сообщение с незнакомого номера: «Ты рискуешь больше, чем думаешь. Она – моя. Отвали».

Марио на миг ошеломленно застыл на месте. От кого могло прийти это сообщение? И тут же его оглушил ответ.

Элрой Дженсон. Мужчина, мстительно рушивший карьеру Наташи и издали шпионивший за ней. Мужчина, который все еще точил на нее зуб, и наверняка укусил бы еще больнее, если бы мог.

Голова у Марио закружилась от гнева.

– Нет, – прошептал он. – Она – не твоя. Она – моя. Она – моя! И всегда была моей. И всегда будет моей.

Наташа за его спиной вдруг пошевелилась, пробормотав:

– Что-то случилось?

– Нет, – ответил он. – Спи спокойно. Все в порядке. Твой ангел-хранитель со всем справится.

Глава 10

– Как тебе Верона? – спросила Салли Наташу наутро за завтраком. – Я от нее в восторге.

– А Верона в восторге от Наташи, – заметил Марио. – Она превосходно работает над промоушеном наших отелей.

– Может быть, потом она приедет сюда и сделает что-нибудь для отелей Венеции? – предложил Дамиано.

– Прекрасная идея, – отозвалась Наташа. – Сегодня утром я собираюсь прогуляться по городу. – Многозначительно взглянув на Марио, она протянула: – Просто напомнить себе, какая она.

Он кивнул.

После завтрака они скользнули в узкий переулок рядом с отелем.

– Ты шла этой дорогой в первый раз, когда гуляла одна, – напомнил Наташе Марио. – Но я потихоньку следовал за тобой.

– Я знаю.

– Знаешь? То есть ты знала это и тогда?

– Да, я сказала администратору, куда иду, и ты был неподалеку. Когда я вышла, сразу услышала за спиной твои шаги.

– Значит, ты все это время знала, что я иду за тобой?

– Нет, но я надеялась, что так и было. Я зашла в магазин, чтобы дать тебе возможность догнать меня. Но ты этого не сделал.

– Меня так и тянуло подойти. Когда ты остановилась, я придумал целый план: будто по дороге заглянул в магазин и «случайно» наткнулся на тебя. Но я струсил.

– Струсил? Ты?

– Да, вот так ты на меня действуешь.

– Я это запомню. Может пригодиться.

Смеясь, они продолжили свой путь. Наконец они дошли до Большого канала, этого внушительного, в форме буквы «S» потока воды, пронизывающего весь город. Канал был полон всевозможных лодок. Только что подошел вапоретто, один из больших маршрутных теплоходов, перевозивших пассажиров по всему городу. Повсюду скользили не только водные такси, но и мечта любого туриста – гондолы. Наташа впилась взглядом в тонкие изящные лодки, которыми управляли люди с одним веслом.

– Ты стояла здесь, когда увидела, как приближается твоя первая гондола, – вспомнил Марио.

– И я никак не могла понять, как гондола может ехать прямо, если гребут только с одной стороны, – подхватила Наташа. – Ты объяснил мне, что одна сторона выпирает больше другой, чтобы медленнее скользить по воде. Я не поняла, и ты предложил мне проехаться в гондоле. Ты подозвал гондольера – точно так же, как сейчас.

Лодка скользнула по воде, остановившись рядом с ними. Марио подал Наташе руку, и они уселись в гондолу. Совсем как в первый раз.

– А-а-а-а-а-ах. – Наташа с наслаждением вытянулась, оглядываясь по сторонам и слушая доносящееся из-за угла пение. – Это прекрасно, но тогда я почему-то заснула.

– Верно. Видимо, решила ясно выразить свое отношение ко мне… Наташа?

Она откинулась назад с закрытыми глазами. «Как в прошлый раз», – подумал Марио. Гондольер сочувственно взглянул на него.

– Некоторым мужчинам не слишком везет, синьор, – заметил гондольер на венецианском диалекте.

– Ваша правда, – иронично отозвался Марио на том же языке. – Но некоторым мужчинам везет больше, чем они подозревают.

Он понаблюдал за Наташей с мгновение, а потом наклонился и поцеловал ее. Когда она не отреагировала, он повторил поцелуй уже настойчивее.

– Привет, – открыла глаза Наташа.

– Привет. Прости, если потревожил тебя.

– Скажи мне, а когда я заснула в первый раз, ты тоже поцеловал меня?

– А ты разве не помнишь?

Она улыбнулась ему так, будто собиралась свести с ума. И это ей с блеском удавалось. Интересно, знала ли она это? Наслаждалась ли этим?

– Я не уверена, – тихо ответила она.

– Тогда позволь мне тебе напомнить. Марио снова нежно прильнул к ее губам, упиваясь поцелуем. Гондольер улыбнулся. Все-таки приятная у него была работа…

Наташа расслабилась и обвила руками шею Марио. Теперь она нисколько не сомневалась, что тогда, два года назад, он не целовал ее, иначе она бы это запомнила. Теперь же она предалась наслаждению…

А потом они сидели, прильнув друг к другу и наблюдая за проплывающими мимо каналами. Наташа мечтала, чтобы это путешествие длилось вечно, но, увы, вскоре они остановились у отеля. Стоило им переступить порог, как их тут же привлекли к подготовке к крестинам.

Наутро они отправились в церковь, где должны были состояться крестины. Она располагалась совсем неподалеку, так что все пошли пешком.

– Это значимое семейное событие, – объяснил Марио. – Первая жена Дамиано умерла, когда рожала Пьетро. Одной из причин, по которой Дамиано женился на Салли, было желание дать ребенку мать.

– Ты хочешь сказать, что это был брак по расчету? А кажется, что они без ума друг от друга.

– Так и есть. Они считали, что это брак по расчету, но на самом деле по-настоящему любили друг друга. Просто не осознавали этого.

– Иногда люди не понимают свои собственные чувства, – тихо произнесла Наташа, глядя в бокал вина.

– Согласен. А потом на них обрушивается прямо-таки ошеломляющее открытие.

– Да, – подхватила она. – Так бывает. А потом никак не можешь оправиться от потрясения и понимаешь, какой глупой оказалась. К счастью, судьба дала мне шанс все исправить.

Марио поднял бокал:

– За судьбу!

И они чокнулись.

– Значит, они только потом осознали, что любят друг друга? – спросила Наташа.

– В итоге их все-таки озарило. Во время рождения Франко Салли чуть не умерла. Я думал, Дамиано сойдет с ума от страха и горя. Он очень боялся, выдержит ли Салли рождение еще одного ребенка, но она так хотела этого, что он сдался. – Марио рассмеялся. – Немногие знают истинного Дамиано. Для внешнего мира он – безжалостный бизнесмен. Но как только за ним закрывается дверь, он становится покорным рабом своей жены.

– О, так вот как ты оцениваешь хорошего мужа? – Наташа бросила на него озорной взгляд. – По тому, стал ли он покорным рабом жены?

– Кто знает, возможно, тебе представится шанс это выяснить.

В церкви уже собралось множество друзей и родственников, которые заулыбались, когда они появились и направились по проходу между рядами. Салли держала новорожденную малышку, Дамиано нес их трехлетнего сына, далее следовали Чарли и Марио, а Пьетро сопровождал Наташу, сжимая ее руку. И снова у Наташи возникло это радостное ощущение, будто она стала частью семьи.

Это чувство только расцвело вечером, во время торжества. Марио познакомил ее со всеми гостями, многие из которых, похоже, уже о ней слышали.

– Мы все с нетерпением ждали встречи с вами, – сказал один пожилой мужчина.

– Еще немного терпения, – предупредил его Марио. – И скоро вы кое-что услышите.

– Что это значит? – спросила Наташа, когда Марио потянул ее за собой.

– Просто все эти люди считают, что мы – пара. Ты не против?

– Нисколько, – заверила его Наташа. – Но что он должен скоро услышать?

– Почему бы нам не пойти и не поговорить об этом?

Он потянул ее к выходу из зала, помахав на прощание гостям, которые проводили их такими одобрительными возгласами, что не оставалось сомнений: в ближайшее время все эти люди рассчитывали услышать об их свадьбе.

Едва переступив порог номера Наташи, он поцеловал ее и сказал:

– Я, наверное, позволил себе сказать больше, чем следовало, хотя вначале стоило спросить об этом тебя. Но настолько очевидно, что мы созданы друг для друга, что люди принимают это.

– И о чем тебе стоило спросить меня?

– Мне следовало попросить тебя назначить дату нашей свадьбы.

– Да, тебе и правда стоило обмолвиться об этом мне.

– Ты очень на меня злишься?

– Я сообщу тебе об этом позже. – Она увлекла его в сторону постели. – Сейчас у меня на уме совсем другое.

– У меня тоже.

Он уже сбрасывал с нее одежду… «Мы поступили правильно, приехав сюда, – думала Наташа. – Все ошибки остались в прошлом. Теперь мы свободны».

«Свободны». Это слово отозвалось в сердце, даря надежду на будущее. Пока они занимались любовью, Наташа не сводила глаз с Марио, и он точно так же неотрывно смотрел на нее.

Марио тоже все понял. Наташа уловила это по вздоху счастья, когда позже они лежали в объятиях друг друга.

– Если бы мы только могли знать… – прошептал Марио.

– Даже сейчас я не осмеливаюсь на это надеяться, – отозвалась Наташа. – Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Иногда что-то случается, и все рушится в один миг.

– У нас ничего не разрушится, – твердо сказал он. – Я этого не допущу.

– О, и ты думаешь, что это в твоих силах, большой босс?

– Сейчас я чувствую себя таким могущественным, что, кажется, могу заправлять этим миром. Ты это слышишь? – пронзительно закричал он в потолок. – Ничто и никогда больше не встанет между нами. Я так хочу. Отныне и навеки я – главный.

– Да ну?

– Не над тобой, конечно, – поспешил добавить он. И они покатились со смеху.

Чуть позже Наташа вспоминала этот момент, это триумфальное утверждение радости и веры в лучшее перед лицом неумолимо надвигавшейся на них новой катастрофы.

На следующее утро Марио предложил прогуляться по Венеции.

– Все-таки это была прекрасная идея – вернуться сюда, – сказал Марио, когда они бродили по городу. – Людей, которыми мы были тогда, больше не существует, и эта поездка помогла нам избавиться от них.

– Не уверена, что хочу совсем от них избавляться, – заметила Наташа. – В тебе есть черты, которые мне хотелось бы оставить. Ты всегда был самым красивым мужчиной на мили вокруг. Это я менять не хочу.

– Благодарю вас, мэм.

Он потянул Наташу в другую сторону, но она стала упираться.

– Почему мы не можем остаться здесь?

– Из-за этого места, – пояснил Марио, показывая на уличное кафе. То самое, в котором произошла злосчастная ссора.

Наташу много раз тянуло рассказать Марио, что она узнала правду из письма Тани, но всякий раз момент оказывался неподходящим. А вдруг сейчас как раз было верное время – и место?

– Почему бы тебе не угостить меня кофе? – предложила она.

– Неужели ты не понимаешь, что это за место? – настаивал Марио.

– Да, именно здесь мы совершили нашу громадную ошибку и потеряли друг друга. Возможно, пришла пора расставить все по своим местам.

– По-моему, мы уже это сделали.

– Да, но осталось еще кое-что. Пойдем со мной.

По странному стечению обстоятельств, тот самый злополучный столик оказался свободным.

– Ну вот, здесь мы и сидели тогда, – заметила Наташа, когда они уже потягивали кофе.

– Пока нас не прервали. Но ничего подобного на сей раз не произойдет, – постановил Марио. – Та женщина навсегда исчезла из нашей жизни. – Он вдруг напряженно замер: – В чем дело? Почему ты так улыбаешься? Ты не веришь мне?

– Верю.

– Ты на самом деле веришь? Ты доверяешь мне? Я никогда не обманул бы тебя. Скажи мне, что ты веришь в это.

– Я верю. Я верю всему, что ты мне сказал. Я знаю, что ты – честный человек и всегда таким будешь.

– Ты не шутишь? Ты серьезно так думаешь?

– Все всерьез – до единого слова.

Взяв ее лицо в свои ладони, Марио с нежностью произнес:

– Если бы ты только могла представить, как много это значит для меня – знать, что ты научилась доверять мне.

– Я лишь хочу сказать… – Наташа вдруг смолкла, повинуясь странному и непонятному волнению.

– Что ты хочешь мне сказать? Что любишь меня? Ты ведь хочешь сказать это, не так ли?

– О да, именно это.

– Тогда это все, что мне нужно слышать.

– Но, Марио…

Прикосновение его губ заставило Наташу замолчать. Марио целовал ее настойчиво, неудержимо – и в то же время нежно, самозабвенно. Она уступила наслаждению, осознавая, что это и только это будет отныне всей ее жизнью.

Когда Марио оторвался от ее губ, Наташа почувствовала, как он дрожит всем телом, судорожно дыша.

– Любимая, – прошептал Марио. – Так что ты мне хотела сказать?

– Ничего. Не важно.

Все было неважным по сравнению с магией этого момента. Наташа прильнула к Марио, пылко возвращая ему поцелуй. Окружавшие их посетители кафе одобрительно засмеялись и захлопали, а официант смущенно покашлял. Не глядя на него, Марио вытащил из кармана деньги. Официант схватил их и исчез.

– Пойдем, – сказал Марио. – Здесь не самое удачное место для неотложного дела, которым мы должны заняться.

– Да… о да!

Схватив ее за руку, Марио вскочил и увлек Наташу за собой. Вне себя от счастья, она бросилась за ним. То, что она собиралась сказать, могло и подождать. Сейчас ничего не имело значения, кроме желания быть с ним, в его объятиях, в его постели, в его жизни…

Сгорая от нетерпения, они пробежали по улицам Венеции, домчались до отеля, пронеслись через холл и бросились к лифту.

– А, Марио, – окликнула появившаяся на пути Салли, – можно с тобой поговорить?

– Не сейчас, – отрезал он.

Они с Наташей скрылись в лифте, безудержно лаская друг друга. И вот, наконец, добрались до комнаты Марио. Он распахнул дверь, втянул Наташу внутрь и тут же бросился ее раздевать. Она стянула с него пиджак и, чуть не оборвав пуговицы, сорвала с него рубашку.

Они рухнули на постель, все еще сдирая друг с друга оставшуюся одежду, и принялись пылко ласкать друг друга.

– Ты моя, – сипло произнес Марио. – Отныне и навеки.

– Да… да…

От страсти и восторга у Наташи кружилась голова, и она хотела от Марио больше, чем когда бы то ни было. Их прежние любовные игры были восхитительны, но на сей раз она переживала еще и невероятное ощущение триумфа.

Наташа потянулась к Марио, предлагая ему себя, предъявляя на него свои права, ощущая его чувственный восторг по пламени, полыхавшему в его глазах. Она принадлежала ему душой и телом и с каждым движением требовала, чтобы Марио принял этот дар – и возвратил его.

А потом, блаженно лежа в кольце его рук, ощущая тепло его тела и нежную власть его объятий, Наташа поняла, что готова провести так всю оставшуюся жизнь.

Еще совсем недавно она собиралась рассказать Марио о письме, но страсть, вырвавшаяся из-под контроля, помешала ей это сделать. «А вдруг это знак? – гадала Наташа. – Стоит ли говорить ему об этом теперь?»

– Любовь моя, – прошептала она.

– Любовь моя, – эхом отозвался он, – если бы ты знала, как прекрасно это слышать из твоих уст. Я – твоя любовь, а ты – моя. – Он нежно коснулся ее груди, прошептав: – Я боялся, что этого никогда не произойдет.

– Мы ведь не в первый раз занимались любовью.

– Конечно, но это – первый раз, когда мы занимались любовью вот так, оставив позади все сомнения, отбросив все страхи, когда все между нами предельно просто и ясно. Когда ты сказала, что доверяешь мне, я словно вознесся к небесам.

– Да, – прошептала Наташа. – Я тоже это чувствую.

– И мы должны сохранить это. Мы потеряли два года – и не можем позволить себе потерять еще больше. Мы должны пожениться как можно быстрее. Я сказал тебе вчера, что мы должны назначить дату. Ты так и не ответила. Пытаешься отделаться от меня?

Она бросила взгляд на постель с их голыми переплетенными телами.

– Это разве похоже на то, что я пытаюсь отделаться от тебя?

– Я лишь хочу убедиться в твоем ответе. Скажи «да». Просто скажи «да».

– О да… От всего сердца – да!

– Теперь, когда мы обрели друг друга, ничто и никогда не сможет встать между нами. – Снова поцеловав ее, Марио вдруг произнес: – Я только что вспомнил – ты пыталась сказать мне что-то.

– Я?

– Да, это звучало как что-то срочное, но я вроде как отвлек тебя, – усмехнулся он. – Так что же ты собиралась сказать?

Голова у Наташи по-прежнему кружилась. Да, она собиралась выложить все начистоту, но говорить об этом сейчас означало снова впустить Таню в их отношения. Ну уж нет, больше никогда!

– Наташа?

– М-м-м?

– Ты не спишь?

– Ну… нет. Я, наверное, снова задремала. Ты что-то сказал?

– Я спросил, что ты собиралась мне сказать.

– Не помню. Совершенно вылетело из головы, значит, это была какая-то ерунда.

– Просто это прозвучало как нечто по-настоящему важное.

– Нет, этого не могло быть. – Она коснулась его лица. – Теперь только одно по-настоящему важно.

– И это – мы, – согласился Марио. – Ты права. Все остальное не имеет значения. Иди сюда.

Наташа прильнула к нему, находя надежное убежище в его объятиях и его любви, и весь остальной мир вдруг перестал для нее существовать.

«Письмо не имеет значения, – решила она. – И так будет всегда».

Открыв глаза наутро, Наташа обнаружила, что Марио с тревогой смотрит на нее.

– Ты ведь не пошутила, правда? – спросил он. – Ты действительно выйдешь за меня замуж?

– Нет, – поддразнила она. – Я просто посмеялась над тобой. Ой, ладно, да не смотри ты так! Естественно, я говорила серьезно. Да и как могло быть иначе?

– С тобой я никогда не могу быть ни в чем уверенным. Вечно ты обрушиваешь на меня какие-то сюрпризы. И я нервничаю, ожидая, что ты еще выкинешь.

– Давай-ка подумаем, что бы мне еще придумать, – с озорной усмешкой взглянула на него Наташа. – Например, я могу поколотить тебя.

– Ну какой же это сюрприз? Тебе случалось частенько меня бить – разными способами.

– Тогда, может быть, пора придумать еще один? – И она легонько хлопнула его по плечу.

– Ой! – сквозь смех вскрикнул он. – Ну все, я уже в агонии.

– Вот и хорошо. Теперь буду знать, как тебя третировать.

Она шлепнула его снова, и оба покатились со смеху.

– Не могу поверить, что все это – наяву, – сказал Марио, уткнувшись ей в шею. – На всем белом свете нет сейчас человека счастливее меня.

– И мы обязательно покажем всему миру, что такое счастье.

– М-м-м, звучит прекрасно. А можно мне отшлепать тебя в ответ?

– Можешь считать, что я тебе разрешила.

Марио перекатил ее на живот и легонько шлепнул по ягодицам.

– Веди себя хорошо, – предупредил он. – Или я сделаю это снова.

– Это обещание? – захихикала Наташа.

– А это уж как тебе нравится.

«Он прав», – подумала Наташа, уютно прижавшись к Марио. Разве могли они быть столь непозволительно счастливыми? Неужели все это происходило наяву?

Глава 11

Спустившись вниз к завтраку, Наташа с Марио обнаружили поджидавших их Дамиано, Салли и Пьетро, они горели желанием узнать новости.

– Ничего не хочешь нам сказать? – спросил Дамиано. – Салли показалось, что у тебя есть что-то интересное.

– Ты о том, как она вчера пыталась со мной поговорить, а мы помчались наверх? – уточнил Марио. – Прости, Салли. Это не могло ждать.

– Да ладно, я все поняла, – засмеялась она. – Ну же, давай, выкладывай!

– Мы собираемся пожениться, – объявил он. – Наташа решила, что сможет меня выносить.

– Ур-р-ра-а-а! – закричал Пьетро.

Салли стиснула Наташу в объятиях, а Дамиано с радостью провозгласил:

– Добро пожаловать в семью, Наташа! Мы счастливы, что ты собираешься взять на себя ответственность за Марио и превратить его в благоразумного человека.

– Ну спасибо, братец, – усмехнулся Марио.

– К тому моменту, как ты поймешь свою ошибку, будет уже слишком поздно, – невозмутимо добавил Дамиано. – Он уже наденет тебе на палец кольцо.

– И ни за что не позволю это кольцо снять, – твердо произнес Марио.

– Вы должны пожениться здесь, в Венеции, – сказала Салли. – В конце концов, именно здесь вы и встретились. Я с удовольствием все устрою.

– Очень любезно с твоей стороны, – ответил Марио, – но, по-моему, нам больше подойдет другое место. Мы можем пожениться в Вероне, в доме Джульетты.

Он взглянул на Наташу, и она с улыбкой кивнула.

– Ромео и Джульетта, – задумчиво произнесла Салли. – Но у вас-то – другая история, хеппи-энд.

Да, чисто теоретически что-то может еще произойти, но это явно не ваш случай.

– Ничего не произойдет, – отрезал Марио. – Мы вместе, и теперь ничто не может нас разлучить. Она – моя Джульетта, и Верона – как раз то, что нам нужно.

Салли настояла на том, чтобы вечером устроить для них вечеринку. Сердечность Салли стала для Наташи истинным подарком судьбы. До сих пор в ее одинокой жизни была лишь ожесточившаяся мать. А теперь она приобрела брата и сестру, а еще племянника в лице Пьетро.

Наташа и Марио просмеялись и протанцевали весь вечер, потом провели вместе ночь и наутро отправились в Верону.

Услышав новости, Джорджо восторженно завопил:

– Ромео и Джульетта наконец-то сделали это! Колоссальная история!

– Это совсем другая история, – запротестовал Марио.

– А для меня – как раз та самая. Ты нанял меня паблисити-менеджером, и я буду заниматься своей работой. Когда ты назначишь дату, мы сделаем несколько фотографий.

– С датой все просто – как можно скорее, – ответил Марио.

– Тогда можно остановиться на утре понедельника, – предложил Джорджо. – Именно в это время проводятся все свадебные церемонии, потому что на период торжества дом должен быть закрыт для туристов. Тогда днем мы можем устроить здесь прием, на который пригласим всех членов «Комуниты».

В тот же день они отправились в городской совет, чтобы подать заявление на проведение церемонии через две недели и узнать о процедуре заключения брака. Сама церемония обычно проходила в доме Джульетты, а фотографии делались уже после, на балконе. Джорджо был в своей стихии и уже планировал, как погромче оповестить о предстоящем торжестве.

– Это ведь не просто свадьба, – в восторге тараторил он. – Это лучшая возможность для «раскрутки», которая только представлялась «Комуните»! Из этой ситуации нужно выжать максимум пользы.

– Хорошо, – сдался Марио. – Буду счастлив объявить об этом на весь мир. Пусть все знают, что я отхватил лучшую невесту на свете!

Но Наташа, встревожившись, отвела Марио в сторону.

– Эта новость дойдет до Дженсона, – сказала она.

– Вот и прекрасно, – заявил Марио. – Я хочу, чтобы он знал, что ничего своими угрозами не добился! Это выбьет из него всю дурь.

– А что, если нет?

– Тогда я заставлю его пожалеть, что он появился на свет. Только не говори мне, что ты все еще его боишься! Ты вот-вот станешь моей женой. И он ничего не может с этим поделать. – Он обнял Наташу. – Верь мне, любимая. Тебе больше не нужно его бояться. Я обещал тебе напугать его до полусмерти, и я сделал это.

– Ты напугал Дженсона? Но как?

– Урезал его доходы от рекламы. Мне удалось убедить нескольких рекламодателей отказаться от сотрудничества с его изданиями. Надеюсь, этого хватит, чтобы нагнать на него страху.

– Ты сделал это для меня? – выдохнула Наташа. – О, спасибо, спасибо! Сияя от счастья, она бросилась ему на шею.

– Я же сказал, что не позволю тебе страдать, – напомнил Марио. – И я сдержу слово.

– Значит, ты и правда мой ангел-хранитель?

– Ангел? Только не я. Но если надо кого-то при пугнуть, я к твоим услугам.

Смеясь, они сжали друг друга в объятиях.

– У меня просто камень с души упал, – радовалась Наташа. – Такое облегчение – знать, что он никогда больше меня не потревожит!

Теперь ее главной задачей стал выбор свадебного платья. Джорджо распорядился, и несколько нарядов доставили прямо в отель. Примерив их, Наташа выбрала платье из белого атласа, простого кроя, но изысканное.

– Превосходно, – одобрил Джорджо. – На фотографиях оно будет выглядеть великолепно. Мы должны как можно быстрее подготовить снимки.

Это казалось странным – делать фотографии перед свадьбой, но речь шла о рекламной кампании, призванной представить Верону идеальным местом для заключения брака.

– Фотограф будет здесь завтра утром, – предупредил Джорджо. – Тот же самый, что фотографировал вас в образах Ромео и Джульетты. Мы сразу выпустим две серии фотографий. Ромео и Джульетта станут Марио и Наташей. Или, возможно, они всегда ими были.

– Даже не мечтай, – отрезал Марио. – Эта история не закончится в могиле. «Какой же он красивый!» – думала Наташа, пока они позировали вместе.

Сначала фотограф сделал портрет, а потом запечатлел их танцующими.

– Ну не будьте такими строгими! – руководил процессом Джорджо. – Посмотрите друг другу в глаза. Да поромантичнее!

– С какой стати? – поддразнила Наташа. – Мы женимся. Это не романтично, это ужасно серьезно.

– Прекрати, – потребовал Марио. – Я и без того боюсь, не надо меня еще больше запугивать.

Наташа засмеялась. Он залился хохотом следом, и Джорджо завопил от восторга, любуясь получившейся картиной.

– Прекрасно, – восхитился он. – Это говорит само за себя!

Как и предсказывал Джорджо, две серии фотографий сработали как нельзя лучше. Распространившись по остальной части «Комуниты», они вызвали поток восторженных поздравлений.

Но один отклик Марио поклялся оставить при себе. Сообщение от Дженсона было именно таким злобным, как и ожидал Марио, и оставалось только радоваться, что Наташа этого не видела:

«Я предупредил тебя, но ты и ухом не повел. Теперь держись, уж я заставлю тебя пожалеть!» Марио нашел номер компании Дженсона и набрал его.

– Мне хотелось бы поговорить с Элроем Дженсоном, – сказал Марио секретарше.

– Простите. Сегодня мистер Дженсон не отвечает на звонки.

– На мой он ответит. Передайте, что с ним хочет поговорить Марио Ферроне.

Повисла пауза, что-то несколько раз щелкнуло, и на том конце линии раздался резкий мужской голос:

– Чего вы добиваетесь, звоня мне?

– А, мистер Дженсон! Очень хорошо. – Марио откинулся на спинку стула. – Вы прекрасно знаете, кто я. Я вам не нравлюсь – и стану нравиться еще меньше, когда закончу.

– Вы напрасно теряете время, – грубо бросил Дженсон.

– Я так не думаю. Полагаю, скоро вы обнаружите, что некоторые из моих недавних шагов оказались весьма действенными.

– Каких еще шагов? – насмешливо спросил Дженсон, но в его тоне просквозил намек на нервозность.

– Скоро вы получите известия от своих итальянских изданий и зададитесь вопросом, с чего это у вас вдруг «слетела» значительная часть рекламы.

– Только не думайте, что можете запугать меня, – огрызнулся Дженсон. – Несколько каких-то отелей и виноградников…

– А дело-то посерьезнее будет. У меня есть друзья, способные повлиять на это, друзья, чьи щупальца простираются очень далеко, за границу. Вы потеряете рекламу везде. Вот интересно, что вы тогда будете делать?

– Вас это не касается! – вскипел Дженсон.

– Все, что касается моей невесты, касается и меня, и вы испытаете это на своей шкуре, если не прекратите гнусные домогательства! Вы уже навредили ее карьере, пытаясь отомстить за то, что ее не заинтересовали ваши дешевые авансы, и слишком многим стало об этом известно. Что ж, ладно, теперь об этом узнает весь мир!

– О чем это вы? – взревел Дженсон.

– Век цифровых технологий – изумительная вещь. Всего несколько эсэмэсок и имейлов – и весь свет узнает, какой гнусный тип Элрой Дженсон: он настолько самолюбив, что не дает женщине право отвергнуть его, и настолько не уважает себя, что не в состоянии оставить эту женщину в покое.

– Я могу подать иск о клевете, – прорычал Дженсон.

– А кто говорит о клевете? В один прекрасный день все сообщения, которые вы отправляли ей, выплывут на свет божий, и все вокруг узнают правду.

– Сообщения? Понятия не имею, о чем вы говорите.

– Не тратьте напрасно время, пытаясь отрицать это. У меня осталось каждое слово, которое вы прислали, и я отследил, откуда это пришло. Весь мир будет покатываться со смеху, глядя на вас. А если прибегнете к защите закона, только еще больше выставите себя в неприглядном свете.

– Чего вы добиваетесь? Хотите денег?

– Нет, я просто хочу, чтобы вы оставили Наташу в покое. Еще одно сообщение или еще один звонок от вас – и вы получите по полной программе. Вы меня поняли?

– А угрожать вы мастер, – тщетно попытался изобразить усмешку Дженсон.

– Я во многом мастер, – злорадно улыбнулся Марио и грубо бросил: – Вот почему она предпочла меня вам.

– Да как вы…

– Прощайте. И идите к черту!

Марио отключился и уставился на телефон, пытаясь осознать смысл своих действий. Он не был ни грубым, ни жестоким, но желание обуздать Дженсона открыло в нем такие черты, о которых он прежде и не подозревал. Но ради Наташи он был готов сделать все что угодно.

И тут у него за спиной раздался странный звук. Марио в изумлении обернулся и увидел Наташу, которая восторженно аплодировала.

– Браво! – воскликнула она. – Великолепно! Как ты с ним справился!

И она кинулась ему на шею.

– Это было нетрудно – просто пригрозил выставить его идиотом, – ответил Марио, крепко прижимая Наташу к себе. – Этого он боится гораздо больше, чем потерять бизнес.

– Но я не поняла, что ты сказал ему об эсэмэсках. У тебя ведь нет никаких записей, да?

– Есть только та, которую он прислал сегодня. Остальные не сохранились, но он не знает об этом и не станет рисковать.

– Конечно, не станет, – с облегчением выдохнула Наташа.

– И он не посмеет больше ничего тебе присылать, потому что теперь понимает, чем это может ему грозить.

– Какой же ты умный! – восхитилась она. – Я и подумать не могла, что кто-нибудь когда-нибудь сможет это уладить!

– Но теперь у тебя есть я, и я буду защищать тебя.

Именно это я и хочу делать остаток моей жизни. Марио крепко прижал ее к груди.

– Через три дня мы будем женаты, – хрипло произнес он. – Не знаю, как смогу вынести так долго, прежде чем ты станешь моей.

– Но я уже твоя. И всегда была, и всегда буду.

– Нисколько в этом не сомневаюсь, – улыбнулся Марио. – И ни за что тебя не отпущу.

– А вот это мне подходит.

***

Теперь все завертелось еще быстрее. За два дня до свадьбы приехали Дамиано, Салли и Пьетро, разместившись в лучшем люксе отеля. Вечером все они отправились на вечеринку, где присутствовали Джорджо и несколько членов «Комуниты». Гости приветствовали жениха и невесту, потом стали поднимать тосты за одну невесту, ведь именно она была главной героиней торжества.

Вечер затянулся, и Салли сказала, что собирается пойти спать.

– У меня побаливает голова, – призналась она Наташе.

– У меня тоже, – ответила та. – И по-моему, Марио с бóльшим удовольствием поговорит с гостями, если ему не нужно будет постоянно прерываться, чтобы переводить мне.

Наташа с Салли распрощались с гостями и отправились наверх. Там они тепло, по-дружески обнялись и пожелали друг другу спокойной ночи.

Наташа была рада возможности побыть какое-то время в одиночестве. Ей требовалось решить, что делать с письмом Тани.

Еще совсем недавно она подумывала рассказать об этом Марио, но все как-то разом навалилось, и подходящий момент был упущен. Оставалось только уничтожить письмо, заставив его исчезнуть из их жизни раз и навсегда.

Быстро зайдя в номер, Наташа бросилась туда, где прятала письмо.

Вытащив клочок голубой бумаги, она развернула его. И снова прочитала слова, которые так много для нее значили. Ну а теперь письмо можно было сжечь.

– Что это? – вдруг раздался голос Марио.

Всполошенная, Наташа подняла взгляд и увидела его. Марио вошел в комнату тихо, она и не слышала. И сейчас стоял перед ней, не сводя глаз с голубой бумаги в ее руках.

– Что это? – повторил он.

– Это просто…

– Дай мне.

Не успела Наташа запротестовать, как он вырвал письмо из ее руки. И пробежал глазами по строчкам.

– Как оно к тебе попало? – спросил он бесстрастным голосом.

– Случайно. Я наткнулась на него, когда перебралась в твои апартаменты после потопа в моем номере.

– И ты забрала его.

– Мне требовалось перечитывать его снова и снова. Все это было слишком хорошо, чтобы оказаться правдой. Она пишет, что ты порвал с ней, потому что хочешь быть со мной. И после того, как я узнала…

– Значит, так ты узнала, что я сказал тебе правду, – медленно произнес он.

– Да. Это было чудесно! Кто бы мог подумать, что Таня невольно все для нас исправит?

Повисло тягостное молчание.

– Значит, это она все для нас исправила? – странным голосом спросил Марио, не глядя на нее.

– Она добавила недостающую часть. Она сказала то, что я должна была знать. После этого все предстало в ином свете.

Если бы только он улыбнулся, если бы разделил ее радость от того, что все сомнения позади… Но он лишь подавленно молчал и хмурился.

– Скажи-ка мне кое-что, – наконец произнес Марио. – Той ночью, когда мы гуляли вдоль реки, когда потом ты позвала меня в свою комнату, – тогда ты уже читала письмо Тани?

– Да. Я была так счастлива! Все вдруг стало просто прекрасно!

– Почему? Потому что Таня невольно подтвердила, что я говорил правду? Ты узнала это, потому что она «сказала» тебе? Не потому, что это сказал я?

– В то время я не знала тебя настолько хорошо. И не понимала, чему верить. О, Марио, ну почему ты сам не показал мне это письмо?

– Я собирался сделать это. Просто ждал подходящего момента.

– Но разве для того, чтобы дать мне доказательство, нужно было ждать какого-то момента?

– Доказательство?

– Доказательство того, что ты говорил мне правду.

Что ты действительно порвал с ней. Странное напряжение исказило его лицо.

– Выходит, ты смогла поверить мне, только когда увидела доказательство. Одного моего слова было недостаточно.

– Марио, мне очень жаль, что все так вышло! Теперь-то я понимаю, что должна была верить тебе. Но какое это имеет значение теперь, когда все наконец-то уладилось?

– Уладилось, – тихо повторил он. – Если бы я только мог заставить тебя понять…

– Понять что, любимый?

– С тех пор, как ты приехала в Верону, я цеплялся за счастливую фантазию, за мир грез, в котором мы поняли бы друг друга. В этом мире мы становились все ближе, любили друг друга все больше, пока ты, наконец, не поверила в то, что я сказал. Потому что узнала меня достаточно хорошо, чтобы понимать: я был верен тебе.

– Но я действительно знаю…

– Да, знаешь, потому что у тебя есть доказательство. Но в моей мечте тебе не требовалось никаких доказательств. Ты верила мне, потому что любила и полностью доверяла. Той ночью, когда ты раскрыла мне свои объятия, я воспарил к небесам. Я решил, что наконец-то настал момент, которого я так ждал с того самого дня, как мы встретились. Если бы ты только знала, как я… А, ладно, теперь это не важно.

– Но это важно! – с жаром вскричала Наташа. – Марио, не говори так! Выходит, что все между нами совсем безнадежно, но это не так. На это потребовалось немало времени, но мы наконец-то обрели друг друга. Неужели ты этого не понимаешь?

– Я хочу понять. Если бы ты знала, как отчаянно я хотел поверить, что все теперь будет в порядке! Но чего-то явно не хватает, и, возможно, так будет всегда.

Наташа во все глаза смотрела на него, отказываясь верить его словам.

– Можешь винить во всем меня, – сказала она. – Это я все неправильно поняла, это мне потребовалось слишком много времени. Но теперь я знаю правду.

– Да, потому что ты узнала об этом от кого-то другого. Не от меня. Близости, которой, как мне казалось, мы достигли, не существует. – Он горько рассмеялся. – Я помню, ты говорила, что люди верят в то, во что они хотят верить, и, видит Бог, ты была права! Я видел в тебе то, что хотел видеть. И что теперь? Станем ли мы когда-нибудь настолько близки? Сомневаюсь.

Наташа и сама уже сомневалась в том, что их любовь будет отныне такой, как прежде…

– Ты хоть понимаешь всю злую иронию ситуации? – спросил Марио. – Вот-вот состоится наша свадьба. Мы будем стоять рядом, там, где увековечена память величайших влюбленных. Мы будем клясться в любви, верности, доверии. Доверии! Ты можешь себе это представить?

– Но я действительно доверяю тебе! – с пылом возразила Наташа.

– Доверяешь? Может быть, да, а может быть, и нет. Я никогда не узнаю это наверняка, не так ли?

– А ты не можешь просто поверить мне на слово? С его губ сорвался резкий смешок.

– И теперь ты говоришь, что я должен верить тебе на слово? Это самая жестокая шутка, которую я когда-либо от тебя слышал! Я с нетерпением ждал нашей свадьбы. Теперь я ее боюсь. И даже не уверен, что я…

Он смолк, чуть не задыхаясь, пронзая ее враждебным взглядом. А потом вдруг вскочил, распахнул дверь и без оглядки бросился прочь.

– Марио, нет! Вернись, пожалуйста!

Но он или не слышал, или не желал ее слышать. Бросившись к лестнице, Марио слетел вниз и свернул в сторону выхода. Кинувшись обратно в номер, Наташа подбежала к окну и посмотрела вниз. Марио несся по улице, не замечая никого вокруг, пока, наконец, не скрылся из вида.

Наташа чуть не закричала от отчаяния. Прекрасная любовь, сулившая восхитительное будущее, вдруг обратилась в хаос. И теперь перед Наташей простиралась лишь дорога страданий, где всякая надежда обращалась в прах.

Глава 12

Это была худшая ночь в жизни Наташи. Их история закончилась. Она потеряла Марио, и отныне все в ее жизни снова стало никчемным и горьким.

«Ну почему я не рассказала ему раньше?» – разрывалось от крика ее сердце.

Марио был уничтожен мыслью о том, что она положилась на хваленое «доказательство». В глубине души он больше не верил, что она любит его. Он даже намекнул, что уже не хочет свадьбы.

На мгновение Наташе захотелось броситься за ним, но Марио наверняка уже успел скрыться из вида. Теперь ей оставалось лишь ждать и надеяться, что он вернется.

Наташа легла, пытаясь привести в порядок метавшиеся в голове мысли и поверить, что еще остается надежда. Она лежала так целый час, мечтая услышать хоть малейший звук, свидетельствовавший о возвращении Марио, но до нее доносились лишь голоса расходившихся с вечеринки гостей.

Потом воцарились тишина и темнота, оставив ее наедине с ноющим от боли сердцем и ужасающими мыслями.

Почему он не возвращался?

Да и вернется ли он когда-либо?..

На какое-то время провалившись в сон, она очнулась в самую рань. Никаких признаков Марио по-прежнему не было, но он мог отправиться в свою комнату. Наташа выскочила в коридор, подошла к двери Марио и постояла, прислушиваясь. Изнутри не доносилось ни звука.

Она робко открыла дверь и скользнула внутрь. Кровать была пуста. Он так и не пришел.

– Вернись, – прошептала Наташа. – Это не должно закончиться вот так! Вернись ко мне. Прошло еще два часа, но Марио так и не появился.

И тут до Наташи дошла вся убийственная ирония ситуации. И она снова почувствовала себя несчастной Джульеттой, счастье которой рухнуло в один миг.

Она была совершенно не готова к тому, что произошло дальше.

Пронзительно взвизгнул мобильный, и на экране высветилось сообщение. Невероятно, но его прислал Дженсон: «Думаешь, самая умная, раз натравила на меня своего любовника? Взгляни-ка на это, думаю, тебе понравится».

Внизу стоял адрес веб-сайта. Наташа догадалась, что это был сайт английской провинциальной газеты, которая, несомненно, принадлежала Дженсону. Помнится, он намекал, что знает о Наташе что-то и может опорочить ее. Но она и представить себе не могла, о каких неприглядных фактах идет речь.

Она включила ноутбук, набрав адрес в Интернете. На экране появилась печатная полоса с фотографией. Наташа вскрикнула от неожиданности, узнав на снимке своего отца.

Усилием воли взяв себя в руки, она изучила текст. Это была статья восьмилетней давности, в которой упоминался человек по имени Чарльз Бейтс. Это был материал из цикла о людях, чья жизнь рухнула из-за удара судьбы. После одного потрясения Чарльз стал преступником и получил тюремный срок.

Он дал интервью спустя два дня после освобождения. Читая статью, Наташа чувствовала, как кровь стынет в жилах.

«Во всем виновата моя жена. Я любил ее и девочку, которую считал своей дочерью. Но потом я узнал, что она была не моей. Это разбило мне сердце. И я сбежал без оглядки».

Значит, ее мать предала своего мужа, и она, Наташа, была не его дочерью. В сознании вдруг всплыли смутные воспоминания о ссоре родителей, которую она как-то подслушала. Отец кричал: «Кто он? Скажи мне!» И оскорблял мать последними словами. На следующий день он ушел.

Наташа вспомнила и другое – как однажды Дженсон зашел в комнату в тот самый момент, когда она пересказывала эту историю коллеге. Как же Дженсон ей сочувствовал, с каким интересом расспрашивал, как утешал! Она восхищалась его добротой, а на самом деле он лишь собирал информацию, готовясь при удобном случае пустить ее в ход. Это было в его духе. Ему нравилось иметь оружие против каждого.

Рыская по старым изданиям, он наткнулся на эту заметку и взял ее на карандаш. Когда Марио урезал его рекламные доходы, Дженсон понял, что ничего не добьется. И решил напоследок отомстить.

Теперь-то она понимала, что недоверие, заставлявшее ее все эти годы настороженно относиться к мужчинам, было основано на лжи. И теперь эта ложь угрожала любви, которая связывала ее с Марио.

Если бы только она могла найти способ решить эту проблему!

И вдруг в ее голове зазвучали еле слышные слова: «Меня пронизывает легкий холод, и ужас останавливает кровь».

Эти слова произносила Джульетта, принимая решение, призванное изменить все. И теперь Наташа ощущала тот же пронизывающий, пугающий холод. Она должна была сделать что-нибудь, чтобы вернуть Марио. Но что?

– Точно, она знает! – решила Наташа. – Я пойду и спрошу ее.

Она наспех накинула на себя что-то из одежды и, пулей вылетев из комнаты, помчалась вниз. В холле ей на пути попался Дамиано.

– Я иду завтракать, – сообщил он. – А Марио где?

– Он… скоро будет, – запинаясь, ответила Наташа. Дамиано прыснул:

– А, еще спит, да? Похоже, ты основательно его утомила.

Она выжала из себя улыбку:

– Что-то вроде этого. Я тороплюсь, мне нужно уехать на какое-то время.

Наташа вылетела из дверей, увидела на улице шофера отеля и кинулась к нему.

– Отвезите меня, пожалуйста, на Виа Капелло.

Через мгновение их уже и след простыл. Наташа не заметила Джорджо, который с озадаченным видом застыл в дверном проеме.

На протяжении всей поездки Наташа наблюдала за проносящейся за окном Вероной, задаваясь вопросом, дождется ли она хеппи-энда со своим Ромео, или им не суждено быть вместе…

Наконец они остановились у Каза ди Джульетта, и Наташа вышла из машины.

– Подождать вас? – спросил шофер.

– Нет. Я не знаю, сколько здесь пробуду. Благодарю вас, возвращайтесь.

Он уехал, а Наташа направилась к дому, который только что открылся для сегодняшних туристов. Привратник тепло приветствовал Наташу, узнав в ней невесту, которая заказывала церемонию на ближайшее время.

– Убранство оправдает все ваши надежды, – любезно пообещал он.

– Нисколько в этом не сомневаюсь, – вежливо отозвалась Наташа.

Но состоится ли вообще свадьба, на которую она так надеялась? И можно ли хоть что-нибудь исправить?..

Джульетта, как всегда, стояла во внутреннем дворе. Наташа подошла к статуе, радуясь, что в этот момент они были здесь одни.

– Раньше я никогда не спрашивала у тебя совета, – сказала она. – Я считала тебя лишь фантазией. Но теперь весь мой мир перевернулся вверх тормашками, и, возможно, ты – единственная, кто может мне помочь. Что мне делать? Я совершила глупую ошибку, но я была совершенно сбита с толку. Я не хотела делать Марио больно. Я просто не могла понять, что значу для него. И теперь он думает, что я не люблю его, но я люблю! Как мне заставить его поверить в это?

Ответом ей была тишина.

– О, пожалуйста, ты должна мне помочь! Ты знаешь о любви больше, чем кто бы то ни было. Скажи, что мне делать?

Она прижала руку к своей груди.

– Ты ведь все понимаешь, правда? – сказала Наташа Джульетте, рука которой тоже лежала на груди. – Ты знаешь, каково это – вот так сжимать ладонь, в надежде, что боль пройдет. Но она не проходит, и ты начинаешь сходить с ума, пытаясь придумать, чем же себе помочь. А я не могу ничего придумать. Как мне быть?

Наташа подошла к Джульетте ближе, стараясь прочитать ответ в ее глазах. Это казалось странным, этого просто не могло быть, но в своем воображении Наташа вдруг услышала тихий голос Джульетты: «Он переживает и мучается сомнениями не меньше тебя».

– Я знаю. Он ужасно страдает, и это – моя вина. Я принимала в штыки всех мужчин из-за своего отца, но теперь я понимаю, как ошибалась.

«Когда он узнал, что ты прочитала письмо, ему стало больно. Он еще не оправился от потрясения».

– Точно так же, как и я. «Ты справляешься лучше него».

– Правда? Как мне теперь поступить? «Будь к нему добрее. Он совсем сбит с толку».

– Но что же сбивает его с толку?

«Не что, а кто. Ты. И так было всегда, хотя он никогда не признавал это».

– У нашей любви есть будущее? «Кто знает? Ты можешь лишь надеяться». А надежда могла оказаться напрасной. Наташа понимала: она может вернуться в отель и не застать там Марио, потому что он больше не захочет ее. И все будет кончено. Он никогда к ней не вернется.

Слезы наполнили ее глаза, все перед ней вдруг поплыло, а улица вокруг превратилась в бурлящую головокружительную массу. Наташа на ощупь шагнула вперед, споткнулась о край тротуара и упала на землю. Она успела ощутить сильную боль, пронзившую голову, после чего потеряла сознание.

***

Первым, кого встретил Марио, вернувшись в отель, оказался Дамиано.

– А, вот и ты! – воскликнул брат. – Я думал, ты еще наверху, отсыпаешься, пока Наташи нет.

– Нет?

– Она спустилась вниз несколько часов назад. Она куда-то торопилась.

– Торопилась? Ты хочешь сказать, что она уехала? Куда?

– Она не сказала, куда отправилась. Просто вышла – и до сих пор не вернулась. Ты ведь не думаешь, что что-то случилось, да? Завтра у вас свадьба. Она, наверное, занимается последними приготовлениями.

– Да, конечно, – Марио постарался произнести это бесстрастно, чтобы скрыть тревожную бурю, уже поднимавшуюся у него внутри.

– Мне кажется, она готовит тебе какой-то особенный сюрприз.

«Да», – в отчаянии мелькнуло в голове Марио. Наташа приготовила ему сюрприз, и он, вне себя от ужаса, похоже, догадывался, о чем идет речь.

– О нет! – выдохнул он. – Как она могла так поступить со мной?

– Ты о чем? – всполошился Дамиано.

– Она снова это сделала.

– Что она сделала?

– Она снова исчезла, даже не попрощавшись. Испарилась, исчезла без следа, словно ее никогда и не было!

– Уверен, ты ошибаешься, – горячо возразил Дамиано.

А Марио уже бушевал и рвал на себе волосы.

– Ты понятия не имеешь! Тогда, два года назад, она исчезла, и я неделями искал ее, прежде чем осознал, что никогда не найду, потому что она вычеркнула меня из своей жизни. – Его голос сорвался от муки. – А теперь она опять сбежала.

Ни один из них не заметил вошедшего в холл Джорджо. Он остановился в стороне, хмуро наблюдая за Марио, а потом наконец спросил:

– Что случилось?

– Ты видел сегодня Наташу? – бросился к нему Марио.

– Да, она села в машину с шофером несколько часов назад. Его не было всего полчаса.

– Приведи его, – приказал Марио. Джорджо вышел и вернулся с шофером.

– Куда вы ее отвезли? – спросил Марио.

– На Виа Капелло.

– И вы привезли ее обратно?

– Нет, она сказала, что не нужно ее ждать.

– Значит, она уехала, – еле слышно произнес Марио. – Она уехала.

Марио отвернулся, чтобы присутствующие не видели его лица, предательски выдававшего нестерпимую боль. Он так хотел верить Наташе! После их ссоры накануне ночью он долго размышлял о том, что ждет его впереди. Жизнь с Наташей, наполненная вечными сомнениями в силе ее любви? Или жизнь без нее?

Марио долго бродил по темным улицам, пытаясь понять собственное сердце. К тому моменту, как он вернулся домой, Марио знал: Наташа значит для него больше, чем кто бы то ни было в этом мире. Да, ему будет трудно, но он сделает все, чтобы их любовь жила, ведь он не мог вынести даже мысли о том, что потеряет Наташу.

И вот, вернувшись, он узнал, что она исчезла.

Ему хотелось выть от ярости, но еще больше – от нестерпимой боли. Она предала его любовь, бросила его, прекрасно понимая, на какие муки его обрекает!

– Почему бы не посмотреть в ее номере? – предложил Дамиано. – Если она действительно уехала, наверняка забрала с собой все вещи.

– Ладно, – с тяжелым сердцем согласился Марио. Двигаясь на автомате, он поднялся в ее номер, открыл дверь – и ошеломленно застыл на месте.

Гардероб был открыт, и внутри виднелась одежда Наташи. Выдвинув ящики комода, Марио обнаружил еще больше вещей.

– Она уехала не насовсем, – констатировал Дамиано. – Иначе ни за что не оставила бы все это.

– Но куда она поехала? – хрипло спросил Марио.

– Шофер сказал, что отвез ее на Виа Капелло, – напомнил Джорджо. – Она наверняка отправилась в дом Джульетты.

– Да, – мгновенно отозвался Марио. – Теперь я понимаю.

И все вдруг стало для него предельно ясным. Наташа решила посоветоваться с Джульеттой, и теперь она наверняка знает, как им двоим все исправить.

Сейчас Марио четко понимал лишь одно. Ему нужно как можно быстрее найти ее. Он бросился к двери.

– Эй, Марио! – окликнул Джорджо. – Ты куда? Марио оглянулся на него:

– Я собираюсь найти свою Джульетту.

Пока Марио ехал к Виа Капелло, в голове так и крутились слова, настойчиво преследовавшие его уже давно: «О, госпожа моя, любовь моя!»

– О, знала б, кто она! – прошептал он.

Наконец в поле зрения показался дом Джульетты. Марио бросил машину и побежал по улице к дорожке, которая вела во внутренний дворик. Но ни малейшего признака Наташи там не было. Марио увидел лишь Джульетту, которая смотрела перед собой невидящим взором, безразличная ко всему, что происходит вокруг. Марио остановился перед ней.

– Она была здесь? – в волнении бросил он. – Она приходила к тебе просить о помощи? Ты ей помогла? Ответа не последовало. Марио его и не ждал. Теперь уже никто не мог им помочь.

Он еще долго блуждал по дому, тщетно разыскивая Наташу. В одной из комнат Марио задержался и задумчиво обвел взглядом пространство, осознавая, что именно здесь должна была состояться их свадьба.

А потом он снова вернулся к Джульетте. Перед ней уже собралась группа туристов, моля ее о внимании.

– Это так заманчиво – поговорить с ней, не так ли? – сказала Марио какая-то туристка. – Мы пришли сюда раньше, и здесь стояла красивая молодая женщина, которая разговаривала с Джульеттой так, словно та действительно могла ее слышать. Но не думаю, что это принесло ей удачу, потому что сразу после ухода отсюда она пострадала.

– Пострадала? Как?

– Я точно не знаю, что случилось. Похоже, она потеряла равновесие. Она упала и сильно ударилась головой о тротуар. Последнее, что я видела, это как ее забирали в больницу.

Едва ворочая языком от ужаса, Марио выжал:

– Вы сказали, что это была молодая женщина. Как она выглядела?

– Красивая, голубые глаза, светлые волосы.

– И в каком она была состоянии?

– Трудно сказать. Она не шевелилась. По-моему, она вполне могла и умереть.

Марио сглотнул вставший в горле ком. Дорога до ближайшей больницы заняла десять минут. Он ворвался внутрь и бросился к столику дежурной.

– Сегодня к вам привезли молодую женщину, – задыхаясь, с трудом выговорил он. – Она упала на Виа Капелло. Я должен ее видеть.

Дежурная куда-то позвонила, и вскоре к Марио вышла медсестра.

Он прошел за ней в маленькую палату и чуть не потерял способность дышать, увидев Наташу, лежавшую на кровати. Глаза Наташи были закрыты, и Марио показалось, что лежала она пугающе неподвижно.

– Это та, кого вы ищите? – спросила медсестра.

– Да, это она.

– Пожалуйста, скажите, кто она.

– Ее зовут Наташа Бейтс.

– А кто ее ближайшие родственники?

– Я. Я – ее муж. По крайней мере, стану им совсем скоро. Если она жива.

Произнеся последние слова, Марио почувствовал, как его накрывает волна нестерпимого страха.

– Мы пока не знаем, насколько она пострадала, – сказала медсестра. – Она по-прежнему без сознания, но мы надеемся, что она скоро придет в себя.

Марио подошел к кровати, не сводя глаз с Наташи. Она была так не похожа на сильную, решительную женщину, которую он помнил, – тихая, хрупкая и беззащитная.

И вдруг зловещее эхо докатилось до него, потрясая представшей перед мысленным взором картиной: Ромео приходит в гробницу к Джульетте, видит ее там, тихую и недвижимую, и решает, что она мертва. Марио попытался прогнать эту мысль, но у него вдруг возникло ужасающее ощущение, будто Наташа покинет его и он не сможет этому помешать.

– Наташа. – Марио опустился на стул у ее кровати. – Это я, любимая. Ты меня слышишь?

Она не шелохнулась и не произнесла ни слова.

– Ты здесь? – моляще произнес он. – Пожалуйста, скажи, что ты здесь!

Сердце оборвалось у Марио в груди. Наташа дышала, значит, была жива, но в другом смысле, не физически, ее здесь не было. Она перенеслась в иную вселенную, туда, где могла остаться навсегда.

– Ты уже ушла от меня один раз, – прошептал Марио. – Я думал, что сойду с ума, когда ты отвергла меня, но ты вернулась, и мы вновь обрели друг друга. А сегодня я решил, что ты бросила меня снова, и мне стало нестерпимо плохо.

В том, что произошло, виноват только я. Да, я не мог вынести мысли о том, что жил мечтой, и ты любишь меня меньше, чем я думал. Но если это правда… – он замялся, – если именно я – тот, кто любит больше, что ж… тогда я смирюсь с этим, буду жить с этим, пока у меня есть ты. Понимаешь? Я приму любые условия, потому что не могу потерять тебя снова.

Даже если… – он содрогнулся при этой мысли, – даже если ты никогда не проснешься, если останешься вот так навсегда, я никогда не покину тебя. Я буду заботиться о тебе и любить тебя долгие годы, пока однажды мы не сможем воссоединиться навечно. – Он наклонился ближе и прошептал ей на ухо: – Не покидай меня. Я твой, весь твой – и всегда буду твоим. Наташа, ты слышишь меня?

– Да, – вдруг прошептала она.

– Я отправился за тобой к дому Джульетты. Ты ведь пошла туда, чтобы попросить ее о помощи?

– Да. – Она произнесла это слово так тихо, что Марио засомневался, слышал ли его на самом деле.

– Что? – в нетерпении спросил он, наклоняясь еще ниже.

– Она была очень добра ко мне.

– Я тоже пытался поговорить с ней, – признался Марио. – Но она оставалась молчаливой. И я решил, что она советует мне увидеть правду самому. А эта правда заключается в том, что мы любим друг друга больше, чем можем выразить словами. Мы всегда это знали, просто так ни разу и не смогли по-настоящему осознать. Но теперь пришла пора сделать это, и, если я бессилен что-либо изменить, я просто хочу убедиться, что ты знаешь это. – Нежно поцеловав ее, он тихо произнес: – О, госпожа моя, любовь моя! О, знай, что это – ты!

– Я? – прошептала Наташа. – Это и правда я?

– Ты ведь знаешь, что это – ты. И всегда будешь только ты.

– Я не могу в это поверить… Это слишком хорошо, чтобы быть правдой!

– Тогда я проведу остаток жизни, убеждая тебя в этом. Я так боялся, что ты не проснешься!

– Я очутилась в каком-то странном месте. Не могу сказать, как это вышло, но вдруг ты оказался там и позвал меня.

– Я всегда буду рядом. И никуда тебя не отпущу.

В палату зашла медсестра. Она проверила пульс Наташи, посмотрела показания приборов и улыбнулась:

– Наши надежды оправдались. Ничего серьезного. Через несколько дней вы снова будете на ногах.

Когда она ушла, Наташа с Марио обнялись, глядя в глаза друг другу и впервые читая истину в их глубине. Влюбленные не произнесли ни слова. Да слова были и не нужны. Вскоре глаза Наташи закрылись, и Марио держал ее в объятиях, пока она спала. Паря в небесах от счастья, он думал о том, что впереди их ждет еще много-много лет, когда он будет вот так держать ее в кольце своих рук и в своем сердце.

Свадьбу пришлось отложить на две недели, но вот наконец настал тот момент, когда они вошли в дом Джульетты и поклялись друг другу в вечной любви и преданности. Когда-то, много лет назад, другая пара принесла те же клятвы, и их счастье вдруг оборвалось. Но Наташа и Марио этого не боялись.

После церемонии они вышли на балкон, и приглашенный Джорджо фотограф с безумной скоростью защелкал камерой. Но новобрачные едва замечали его. Они видели только друг друга.

– Только мы… – промолвил Марио, когда той же ночью они сжимали друг друга в объятиях.

– Нет, не только мы, – прошептала Наташа. – Там присутствовали еще двое. Разве ты не почувствовал?

– Да, они были там, охраняя нас, как и прежде. И возможно, они всегда будут нас охранять.

– В этом нет надобности, – сказала она. – С этого момента мы будем охранять друг друга.

– Ты и правда думаешь, что мы сможем?

– Конечно, сможем. – Наташа повернулась на постели, со всем своим пылом сжимая Марио в объятиях. – Иди ко мне, – сказала она. – Иди ко мне сейчас же.

Content

Люси Гордон
Благословение вечной любви

Пролог

Глава 1 Два года спустя

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12