Жендарова Анастасия Дмитриевна

Лилии цветут в огне

Настоящая прошлая жизнь

Глава 1. Дом, милый дом

Вечереет. Ало-рыжее солнце игриво прячется за башнями небольшого замка, расположенного всего в паре минут езды от деревни. По обе стороны дороги красуются маленькие домики местных крестьян. Ничем не примечательные, не блещущие изысканностью и шиком, к которым она так привыкла. И люди. Их так много. Мужчины, женщины, дети, беззаботно крутящиеся под ногами родителей, занятых работой. Почему они так счастливы? Чему радуются?

Русоволосая девушка с интересом наблюдала за происходящим из окна кареты. Её всегда восхищала способность крестьян так искренне наслаждаться жизнью, даже не смотря на их низкое положение и лишения, которые они испытывали. Там, у неё на родине, в такой прекрасной и роскошной Франции, она часто помогала бедным, чего совершено не понимал её покойный отец. Как жаль, что пришлось уехать.

– Ваша милость, мы почти добрались.

Девушка устало кивнула, не отводя взгляд от маленького окошка, прикрытого шторкой из легкой шелковой ткани. Так хотелось спать. Дорога невероятно вымотала, да еще и эта жуткая духота внутри кареты, от которой кружилась голова.

Наконец цокот лошадиных копыт замолк. Ещё через пару секунд перед дамой открылась дверца и улыбающийся мужчина средних лет в тёмно-зелёном жакете и таких же штанах, протянул девушке руку, помогая выбраться. Придерживая подол длинной юбки, та, опираясь на учтивого кучера, легко ступила на землю, наслаждаясь спасительной свежестью. Немного придя в себя, девушка осмотрелась. Казалось, что ничего не изменилось с её последнего визита. Но боже, как давно это было. На тот момент ей было всего два или три года. А сейчас… Сейчас тут все такое чужое, далекое, незнакомое. Но ничего не поделать – теперь это её новый дом. Ко всему ведь можно привыкнуть, правда?

– Кого я вижу? – послышалось откуда-то сзади. Звонкий, пронзительный, но в то же время немного властный голос. Гостья обернулась. К ней, в сопровождении нескольких молодых парней, очевидно, слуг, медленно шла стройная высокая женщина. Светлые волосы дамы были заплетены в две тугие косы и уложены на макушке в причудливую прическу. Длинное платье с широкими расклешенными рукавами бордового цвета, так похожего на кровь, выгодно подчеркивало точеную фигуру его обладательницы, золотистые вставки на корсете поблескивали на солнце, выгодно оттеняя чуть смуглую кожу женщины. С первого взгляда суровая дама при виде прибывшей девушки так и засияла.

– Изабель, моя любимая племянница, – с улыбкой произнесла она, поравнявшись с каретой. Жестами веля слугам отнести вещи девушки в замок, женщина обняла родственницу.

– Здравствуйте, тётушка Эмма. Я так рада видеть вас снова. Тут мало что поменялось за прошедшие годы.

– Да, девочка моя, ты наблюдательна, как всегда, – Эмма взяла племянницу под руку, и они направились в сторону замка. – Помнишь, как ты любила отдыхать здесь? – женщина указала в сторону небольшого садика, пестрящего цветами всех оттенков. От них исходил такой тонкий, волшебный аромат, разливающийся в воздухе, успокаивающий, убаюкивающий.

– Да, помню. Это было моё самое любимое место во всем поместье. Я могла проводить тут часы, – Изабель улыбнулась, вспоминая давно ушедшее детство. На миг её захлестнула волна грусти. Однако нежелание расстраивать гостеприимную тётю всё же было сильнее. Сглотнув огромный ком, подступающий к горлу, девушка продолжила улыбаться, поддерживая милые беседы о прошлом. О том, что уже не вернуть.

– Прости, наверное, ностальгировать тебе сейчас хочется меньше всего, – Эмма очень тонко чувствовала настроение Бель. Замечала такие детали в её поведении, на которые, скорее всего, никто бы и не обратил внимание.

– Нет, нет, тетушка, всё в порядке, – девушка до последнего пыталась скрыть своё состояние. Ну не любила она демонстрировать свои слабости. Даже близким.

Повисла небольшая пауза. Женщины просто не спеша шли по узкой каменной дорожке, по направлению к входу в замок. Изабель слышала, как позади них захлопнули тяжелые железные ворота, отделяющие деревни, леса и пастбища от этого маленького мира роскоши и уюта. Уже возле самого крыльца Эмма остановилась, взяв племянницу за руки. Мягко улыбнувшись, она произнесла:

– Я прослежу, чтобы твои вещи доставили в целости и сохранности, а ты иди и отдохни. Я вижу, как ты устала после всего произошедшего. Твоя комната там же, где и была. Мы ничего не меняли, ждали, что ты однажды вернёшься и вот… – женщина замолчала, слегка погладив ладонь Бель. Та в свою очередь подняла взгляд наверх, выискивая окно своей спальни. Однако, её внимание привлек силуэт на одном из балконов. Трудно было разглядеть одежду и какие-то детали внешности стоящего там человека. Одно Изабель определила точно – это была девушка.

– Кто это? – Бель сразу же попыталась разузнать у тёти о таинственной незнакомке, очевидно, её очередной родственнице.

– О чём ты? – удивленно спросила Эмма, вглядываясь в окно, на которое указала девушка.

– Ничего не понимаю. Только что я видела там…

– Послушай, – перебила племянницу Эмма, осторожно повернув к себе за подбородок лицо Бель. – Ты просто устала. Тебе нужно отдохнуть. Кроме тебя, меня, твоего дяди, пары рыцарей и слуг в замке никого нет. Та комната давно пустует. Отнесите это на второй этаж. Последняя комната. В конце коридора, – скомандовала женщина уже знакомым Бель властным голосом проходящим мимо слугам с чемоданами в руках. – Иди и как следует выспись. Я прикажу Матильде разбудить тебя, как будет готов ужин, – тон Эммы вновь стал нежным и дружелюбным.

Спорить не было ни сил, ни желания. Бросив последний короткий взгляд на то злополучное окно, Изабель постучала в массивную деревянную дверь с такой же объёмной металлической ручкой в форме кольца. Её незамедлительно распахнули несколько рыцарей в доспехах и шлемах из-за которых было просто невозможно разглядеть их лица.

– Ваша милость, – оба мужчины учтиво поклонились. Бель лишь смущенно улыбнулась и кивнула, после чего рыцари снова застыли, будто изваяния.

Девушка прекрасно знала замок. В детстве он казался ей просто огромным. Она часто бродила по пустым мрачным коридорам, рассматривая старинные портреты на стенах. Столько лет прошло, но она до сих пор помнила, где находится её комната. Поднявшись по крутой лестнице на второй этаж, Бель направилась в самый его конец. В самую тёмную и пустую часть замка. По большому счету, все его этажи пустовали. Занято было лишь пара комнат. Однако, это крыло было наиболее мрачным. Почему Изабель, ещё будучи ребенком, выбрала себе покои именно тут? Ей нравилась тишина. Ей нравилось то, что несмотря на часы, здесь всегда царили сумерки. Ей нравились существа, обитающие именно в этой части замка. Конечно, их больше никто не видел. А любые рассказы племянницы о бородатых мужчинах и злых барышнях Эмма списывала на бурное детское воображение. Не верила. Либо не хотела верить.

Бель остановилась возле одного из портретов, вглядываясь в лицо дамы с картины: пронзительный взгляд тёмно-карих глаз, каштановые волосы до плеч, ниспадающие аккуратными локонами, тонкая шея, которую украшал кулон на серебристой цепочке. Инстинктивно девушка прикоснулась к украшению, висящему у себя на груди. Мама… Изабель почувствовала, что вот-вот заплачет. Слишком свежи были в памяти воспоминания о родителях.

Буквально в паре метров от девушки с громким стуком захлопнулась дверь. Бель это не пугало. Сквозняки – еще один минус старых замков.

Взглянув ещё раз на родное и любимое лицо, улыбающееся ей с портрета, Изабель вошла в свою комнату, прикрыв дверь. Тетя не соврала – ничего не изменилось: шкафы, пахнущие пылью и постаревшей древесиной, на стенах – гобелены, на полах – ковры, немного выцветшие, но не потерявшие своей красоты, огромное зеркало от пола до потолка в узорчатой позолоченной раме, так же покрытое слоем пыли и грязи, и большая кровать посреди комнаты с балдахином из шёлка. На полу лежало несколько сумок. Должно быть, слуги принесли. Надо же, как быстро. Изабель почувствовала, как её сковывает одиночество. Она приехала не в гости. Она не сможет уехать отсюда в любой момент, когда ей того захочется. Дома её никто не ждёт. Дом. А где теперь её дом? Скинув корсет, до ужаса сковавший движение и дыхание, девушка плюхнулась на кровать. В воздух тут же поднялись облака из пыли. Да. Видно к её приезду усердно готовились. Поджав под себя ноги, Бель прикрыла глаза. Сон быстро забирал своё, награждая девушку долгожданным чувством спокойствия.

***

– Леди Изабель, – послышался над ухом тихий неуверенный голос. – Леди Эмма просила разбудить вас, ужин уже готов. Помочь вам одеться?

С трудом открыв глаза и слегка приподнявшись на локтях, Бель рассматривала служанку. Молодая. Нет, не так, совсем юная. Лет пятнадцать, не больше. Светлые, почти белые волосы собраны на затылке. Длинная серая юбка, кое-где немного порванная, и такая же серая кофта.

– Ты, должно быть, Матильда? – Бель с трудом вспоминает, как тетя представила ей девушку. Та кивает.

– Ужин уже готов. Вам помочь?

– Нет, спасибо, Матильда. Ничего не нужно. Разве что, чистое бельё в постель.

Служанка немного испугалась и затараторила:

– Бельё. Я совсем забыла о нём. Боже, какая же я глупая. Пожалуйста, леди Изабель, умоляю вас, не говорите ничего своей тётушке. Она будет очень, очень сердиться. Я быстро приведу тут всё в порядок, только не говорите ей, умоляю.

Изабель едва поспевала за потоком слов Матильды. Надо же было так запугать бедную девушку. Мама всегда была добра со своими слугами. Они любили и уважали её.

– Успокойся, я ничего ей не скажу, – девушка встала с постели, устало потирая глаза. Взглянув на корсет, небрежно валяющийся где-то возле кровати, Бель вздохнула, глядя на служанку. – Поможешь мне?

Матильда радостно кивнула.

– Послушай, ты знаешь всех, кто живет здесь? – девушка никак не могла забыть тот силуэт в окне. Наверняка служанки в курсе обо всех обитателях поместья.

– Конечно, леди, – с улыбкой ответила Матильда, крепко шнуруя и без того тугой корсет. Бель поморщилась.

– Сегодня я видела девушку на балконе одной из комнат. Тётя сказала, что мне просто почудилось от недосыпа. Ответь мне, Матильда, в замке есть ещё кто-то, о ком я не знаю? Может, какие-нибудь дальние родственники или знакомые, приехавшие погостить?

Служанка молчала. Наверное, подбирала слова.

– Ну же, Матильда, я жду.

– Нет, ваша милость. Должно быть, вам и правда показалось. Леди Эмма давно не принимала у себя гостей, а родственники ваши разбросаны по всему миру. И едва ли даже помнят о существовании друг друга.

– Ты говоришь мне правду? – Бель впилась когтями в свои ладони. Матильда всё сильнее стягивала шнуровку корсета.

– Конечно, леди Изабель, – тихим голосом произнесла девушка.

– Что же, выходит, мне и правда померещилось. Спасибо, Матильда. Иди и сообщи тёте, что я скоро спущусь.

Служанка кивнула и поспешно покинула спальню своей госпожи.

Бель подошла к окну. Отодвинув тяжелую занавеску, девушка взглянула на небо.

– Привиделась. Ты мне привиделась. Наверное, ты одна из тех душ, что бесцельно блуждают тут веками.

Где-то в коридорах хлопали двери, кто-то плакал, стонал, даже кричал. Конечно, это слышала лишь Бель. Ей было одиноко. Одиноко быть не такой, как все. Вздохнув, девушка покинула покои и направилась в зал.

Обычно трапезничали все вместе за большим столом, расположенным в самом центре огромной комнаты. Тётя рассказывала, что тут часто проводились балы и званые вечера. Все члены семьи уже расселись по местам, молча расправляясь с поданными блюдами. Изабель заняла один из свободных стульев с резной спинкой. Всё происходило в полной тишине. Для неё это было не совсем привычно. В родительском доме всегда царила такая тёплая атмосфера, разговоры не смолкали ни на секунду. А тут… Спустя несколько минут перед Бель поставили тарелку с мясом и бокал вина. Слуга тут же удалился. Неловкость. Жуткая неловкость. Еда была вкусной, несомненно. Но все эти люди за столом, несмотря на родство, были для неё совершенно чужими. Отужинав, Эмма бросила прибежавшим за посудой слугам лишь холодное:

– Я буду в своих покоях. Меня не беспокоить ни по какому поводу. Если хоть кто-нибудь посмеет потревожить мой сон… – женщина замолчала, взглянув на служанок. – Вы знаете, что вас ждет.

Девушки испуганно закивали, а Эмма, лишь ухмыльнувшись, отправилась в свою спальню.

– Не бойся её, Изабель, – произнёс дядя девушки, спокойно доедая мясо. – Твоя тётя… Она не жестокая. Просто любит, когда в доме порядок. Я понимаю, что всё это, вероятно, отличается от того, как ты жила раньше. Мне бесконечно жаль твоих отца и мать, хоть я и не был знаком с ними лично. Но тебе придется привыкнуть. Прости, как бы грубо это не звучало, но это так.

Бель встала из-за стола, даже не закончив ужин, и направилась в сторону выхода.

– Леди Изабель, но Вы не…

– Оставь её Мэгги, пусть идет, – перебил служанку мужчина. – Ей просто нужно привыкнуть.

***

Покинув замок, Бель направилась в сад. Единственное любимое место здесь. В причудливо сплетенных друг с другом ветках деревьев и цветах можно было спрятаться от всего происходящего. Пусть на время, но это лучше, чем совсем ничего.

На улице уже порядком стемнело. Девушка присела на траву, склонившись над розовым кустом. Розы всегда были её любимыми цветами, особенно белые, цвета чистоты, невинности, нежности. Всего того, с чем ассоциировалась у Изабель её покойная мама. Из сада открывался хороший обзор на замок. Взгляд девушки был просто прикован к тому балкону. Нет. Для духа она выглядела слишком реальной. Но не станут же тётя и служанка врать? Какой в этом толк? Так она и сидела. На земле, в полном одиночестве, вдыхая аромат белых роз и высматривая что-то в окнах замка. Но она больше не видела таинственную незнакомку.

***

Не помнит, как добралась до постели и как разделась. Проснулась лишь на мгновение от тихого скрипа двери в её спальне. Изабель не обратила на это внимания. Всматриваясь куда-то в пустоту, она тихонько шептала слова колыбельной, которую когда-то пела ей её мама. Засыпая, ей показалось, что она слышала её голос. Эх, дом, милый дом.

Глава 2. Мир моих ночных фантазий

Видение. Сон.

Лес. Высокие деревья, своими массивными кронами скрывающие половину неба, трава, ещё не до конца обсохшая от утренней росы, солнце, едва просачивающееся сквозь листву, и она. Чёрные, как смоль, волосы, стройное тело, аккуратные оголённые плечи. Почему же не видно лица? Оно затянуто тёмной пеленой, похожей на туман. Тепло. Нет, жар. Огонь. Она – огонь. Так кто же она, эта безликая девушка?

***

Изабель проснулась в холодном поту. Предсказания всегда давались ей с большим трудом, отнимали слишком много сил, а сейчас, когда она и без того была морально измотана, энергии было ещё меньше. Но ей так хотелось узнать кто эта женщина. Однако, видение мало что прояснило.

За окном шёл дождь. Жаль. Теперь весь день придется провести в замке. И чем она могла заниматься тут в детстве? Слуги не спешили будить свою хозяйку. Бель встала с постели и прямо так, как была, в ночной сорочке из легкой белой ткани, доходящей почти до пят девушки, босиком, вышла в коридор. Каменный пол был очень холодным. Ковры лежали лишь в спальнях и залах. Но почему-то сейчас это волновало Изабель меньше всего. Она шла, сама не зная, куда и зачем. Казалось, она не до конца осознавала, где находится. Бель вообще сомневалась, что не спит сейчас. Слишком туманным было сознание.

Так, проходя мимо одной из комнат, девушка услышала за дверью голоса. Говорили двое: её тётя и кто-то ещё. Кто-то незнакомый. Подойдя чуть ближе, Бель прислушалась.

– Мы же, кажется, договорились. Что за фокусы? – по голосу явно тётя. Очень раздражена, злится. Должно быть, опять отчитывает служанку.

– Перестань, старушка Эмма. Ты прекрасно знаешь, что долго прятать её не получится. Да и зачем? Я же не кусаюсь, – второй голос был слегка надменным, с явной издёвкой. Девушка. И она совсем не боялась тётушку.

– Перестань меня так называть! – Эмма еле сдерживала себя, стараясь сохранить спокойный и ровный тон, не переходя на крик.

– Да брось, Эмма. Мы обе прекрасно знаем, сколько тебе на самом деле лет. Можешь обманывать их, но не меня. И да. Рано или поздно у твоей маленькой девочки возникнут вопросы. Ведь прошли годы, а ты не постарела ни на день, – и снова эта издёвка в голосе. Что тут происходит?

– Говорю тебе последний раз – не смей приближаться к моей племяннице, иначе я… – женщина резко замолчала.

– Иначе ты что? Не забывай, с чьей помощью ты вышла замуж и остаёшься такой же молодой, как и в день вашей встречи. Я знаю и том, что ты беременна, Эмма. Я дала тебе всё это, но я ведь могу и забрать. Ты прекрасно знаешь, на что я способна. Так что не советую переходить мне дорогу. А по поводу своей горячо любимой племянницы не волнуйся. Я ничего с ней не сделаю. Подумай о том, что я тебе сказала, Эмма. Подумай и не делай глупостей.

Послышались быстрые шаги. Кто-то направлялся к двери. Опомнившись, Изабель забежала в первую же комнату, что была к ней ближе всего. Из соседней спальни вышла тётя. Девушка была уверена в этом на сто процентов. Еще в детстве она научилась определять по стуку обуви, кто находится в коридоре. Когда топот смолк, Бель вышла из укрытия. Чуть не попалась. Сейчас ей было до смерти любопытно заглянуть в те покои. Вдруг это и есть та самая девушка, которую она видела тогда на балконе? Но в таком случае выходит, что тётя лгала. Какой в этом смысл? Кто эта незнакомка? Простояв так с минуту, может, больше, Изабель всё-таки решила вернуться в свою комнату. Рано или поздно она встретит эту безликую девушку. Если она, конечно, не очередной плод её воображения.

Дождь всё так же бил по стёклам, нагоняя тоску. Иногда Бель казалось, что там, за пределами двора, кипит настоящая жизнь. Может, не такая богатая и шикарная, но куда интереснее, чем в стенах этой красивой клетки.

– Леди, Изабель, вы уже проснулись? – в комнату вошла Матильда.

– Да, Матильда, как видишь, – произнесла девушка, уныло глядя в окно. В какой-то момент она заметила тётю. Укрываясь от непогоды под зонтиком, дама пересекла двор и, что-то сказав стражникам, вышла за ворота поместья. – Ты не знаешь, куда это в такую погоду направилась моя тётушка?

Служанка пожала плечами.

– Прогуляться, наверное. С утра она странно себя вела, была такой сердитой, раздражённой, нервной. Постоянно смотрелась в зеркало, спрашивая, не постарела ли она. Про Вас что-то говорила.

– Про меня? Вот как? – Изабель отвлеклась от созерцания пейзажа и повернулась лицом к Матильде. – И что же она сказала?

–Я не поняла. Она была будто в бреду, – девушка замолчала. – Извините, я слишком много говорю, – произнесла она после небольшой паузы. – С Вашего позволения я принесу вам завтрак, а потом помогу одеться. Ваш дядя хотел видеть вас.

– Хорошо, – кивнула Бель, вновь отвернувшись к окну.

Холодно. И внутри, и снаружи – холод. Осмыслить услышанное не представлялось возможным. Всё казалось сущим бредом. Побродив по комнате, девушка остановилась перед зеркалом. Столько воспоминаний связано с этим, на первый взгляд, незначительным предметом декора. Разглядывая своё отражение, Изабель вспоминала, как мама заплетала ей прекрасные косы, глядя в это самое зеркало. Вспоминала, как в тайне от матери надевала её корсеты, изображая принцессу. Всего лишь зеркало, а столько боли.

– Я принесла вам завтрак, – на пороге спальни показалась Матильда с большим деревянным подносом в руках. Поставив кушанья на небольшой столик, служанка замерла, очевидно, в ожидании распоряжений.

– Ты можешь идти, – вздохнула Изабель.

– Я зайду снова и помогу вам одеться, – Матильда поклонилась и оставила девушку в одиночестве.

Одиночество. Оно стало для Бель частью её существования. Печальной, но неотъемлемой. Есть совершенно не хотелось, но пришлось, чтобы не оправдываться потом перед тётей и не обижать поваров, которые так старались. Вскоре после завтрака вновь пришла Матильда. И всё, как всегда: стянутые корсетом рёбра до такой степени, что невозможно дышать, извинения неопытной служанки за случайно прищемленную застёжками кожу на спине и молчание.

– Зачем дядя хочет меня видеть?

– Не знаю, Ваша милость. Меня не посвятили в детали.

Как обычно. Вновь воцарилась тишина.

– Всё готово, – произнесла наконец Матильда, завязав последний бант на юбке хозяйки. – Ваш дядя ждёт в своих покоях. Мне проводить вас, леди Изабель?

– Да, пожалуй, – кивнула Бель.

Они шли молча. Изабель думала о чём-то своем. Что скрывает её любимая тётушка? Да и был ли вообще тот разговор? Вдруг это всё, как и девушка с балкона – просто видения, сны, слишком похожие на реальность.

Как только была преодолена последняя лестничная ступенька, Матильда остановилась, повернувшись лицом к Бель.

– Спальня вашего дяди прямо по коридору, – произнесла она привычно-тихим голосом, не поднимая глаз.

– Спасибо, – кивнула девушка, зашагав в указанном направлении.

Дверь в комнату этого мужчины была несколько крупнее, чем в покоях Изабель. Тихонько постучав и услышав одобрительное «входи», Бель приоткрыла дверь, проходя в спальню. Внутри было просторно и светло. Большие окна, светильники чуть ли ни на каждом дюйме стен. Зеркал не было. Мебели как таковой тоже. Только огромная кровать, да комод, стоящий подле неё. На полах также ковры. У одного из окон стоял темноволосый мужчина, увлеченно рассматривавший унылые дворовые пейзажи.

– Вы звали меня?

– Да, Изабель, звал, – голос мужчины приобрел серьёзный оттенок.

– Вы чем-то обеспокоены? Что-то случилось?

– Сегодня вечером у нас будет приём. Соберутся довольно важные и знатные люди со всей страны. Среди них будет почтенный граф Мейси. Ему принадлежит множество земель на юге Англии, с которыми я давно пытаюсь наладить торговлю.

Изабель удивленно смотрела на мужчину.

– Я всё ещё не до конца понимаю, при чём тут я.

– Я рассказал ему о своей прекрасной не замужней племяннице. Представил тебя в лучшем свете, об этом не волнуйся. Тебе нужно будет просто улыбаться, быть милой и ласковой.

Девушка была в шоке и ужасе от того, что предлагал ей дядя. В голову лезли самые отвратительные и грязные мысли. Ей тут же захотелось сбежать подальше.

– Извините, вы предлагаете мне роль куртизанки? – зачем спрашивать, когда ответ и так очевиден.

– Ну что ты, милая. Зачем так грубо? Я предлагаю тебе провести вечер с состоятельным, интересным мужчиной. Ты же ведь не подведешь своего дядю? – за всё это время собеседник ни разу не взглянул на Изабель. Просто стоял, как статуя, и смотрел в окно.

– Нет, я не согласна, – покачала головой девушка. – Найдите на эту роль кого-нибудь другого.

– Боюсь, Изабель, ты меня не поняла. Это была не просьба, а приказ. Ты сделаешь так, как я сказал, – мужчина впервые повернулся к племяннице лицом. В его глазах не было ничего. Ничего, кроме пустоты и холода.

Ни сказав ни слова, Бель покинула комнату и вернулась к себе. Как только её лицо коснулось мягкой белой подушки, нервы сдали окончательно. Девушка плакала, проклиная этот замок и его обитателей. Она была готова поспорить на что угодно – тётя обо всем знает и полностью поддерживает своего мужа. Она могла бы сбежать, но куда? Она одна во всем мире, одна против всех. Слёзы текли по щекам русоволосой красавицы, оставляя на наволочке мокрые следы.

– Боже мой, леди Изабель, что произошло? – всплеснула руками зашедшая в комнату служанка.

– Почему я здесь, Матильда? За что? За какие грехи? – шептала Бель, прикрыв глаза, в попытке сбежать от ужасной реальности.

– Что с Вами? Вас кто-то обидел? Что я могу для Вас сделать? – юная девушка в панике бегала вокруг кровати, что-то бессвязно бормоча. Изабель даже не пыталась понять тот набор слов, что произносила служанка. Леди просто плакала. Плакала, лежа на шикарных мягких подушках, облачённая в прекрасное парчовое платье. Такая красивая, но такая несчастная.

***

– Быстрее, Маргарет, быстрее. Ну почему ты такая медленная?

Служанка дрожащими от страха руками затягивала шнуровку на корсете, то и дело путаясь в длинных лентах.

– Извините, леди Лилит, – еле слышно произнесла девушка, продолжая свою работу.

– Хватит извиняться, просто затяни его потуже, да побыстрее. Я не хочу опаздывать.

– Еще сильнее? – удивилась Маргарет. Казалось, госпожа совсем не ощущает боли, хотя железные пластинки корсета намертво сдавливали рёбра девушки.

Лилит раздражённо взглянула на служанку, а потом, махнув рукой, вздохнула:

– Ладно, просто завяжи эти ленты и оставь меня.

Маргарет кивнула, превращая атласные ленты в прекрасные аккуратные банты, украшающие поясницу

леди.

– Теперь иди. Если Астарот будет спрашивать, скажи, что я спущусь через минуту, – довольно грубо произнесла Лилит, довольно осматривая себя в зеркало.

За её спиной послышалось хлопанье двери. Маргарет вышла. Леди смотрела на своё отражение немигающим взглядом. Смотрела, скорее, куда-то внутрь зеркала, словно видя что-то, чего не дано видеть другим. В какой-то момент она лишь улыбнулась своим видениям и, надев на палец кольцо – завершающий образ элемент, вышла из комнаты.

С низу, из зала, доносилась легкая, приятная мелодия. Ансамбль из скрипки и флейты. Поистине невероятная композиция. Она напоминала Лилит музыку ветров, которую она часами могла слушать, сбегая в лес. В далёком, далёком детстве.

Уже спускаясь по лестнице, девушка заметила, как много народу пришло на приём. В основном это были знатные лорды и графы почтенного возраста и их молодые спутницы. Такие смешные, глупые, но чертовски красивые куклы. Нимфы. Лилит успела познакомиться почти со всеми дамами, регулярно посещающими подобные вечера, а с некоторыми даже неприлично близко. Тем не менее, подобные светские мероприятия стали вызывать лишь скуку, но пропускать их было бы дурным тоном.

У подножия лестницы Лилит уже ждал рыцарь. Её рыцарь. Её личный демон.

– Поверить не могу, что ты снова решилась принять участие в подобном, – пробормотал мужчина, осматривая гостей из-под приподнятого забрала.

– Сегодня особый случай, – пожала плечами девушка. – Да и к тому же, на улице ливень. Всё равно пришлось бы провести вечер в замке. Так почему бы не развлечься?

– И с кем будешь развлекаться сегодня? – усмехнулся рыцарь.

– Пока не знаю, – задумчиво произнесла Лилит, глядя куда-то в толпу. – Это она? – поинтересовалась вдруг леди, не переставая высматривая кого-то среди людей.

– Что ты имеешь в виду?

– Та девушка, в синем. Это племянница Эммы?

– А, Изабель? Да, это она. Только не говори мне, что ты…

– Сейчас позовут к столу, – перебила мужчину Лилит. – Идём.

Спустя мгновение хозяин поместья и правда объявил о начале ужина. Гости расселись вдоль длинного стола, уставленного всевозможными блюдами. Воздух пропитался ароматом свежего мяса и прекрасного дорого вина. Но всё это отошло на второй план, когда Лилит почувствовала на себе чей-то пристальный внимательный взгляд. Оторвавшись от тарелки, девушки огляделась по сторонам. Прямо напротив неё, буквально в метре, сидела та самая леди в синем. По-кошачьи прищурившись, Лилит одарила девушку таким же внимательным взглядом, изучая её внешность: русые волосы, чуть присобранные на затылке, опускались на плечи аккуратными волнами, обрамляя необычайной красоты лицо и тонкую шею, немного смуглая кожа, красивая грудь, так призывно подчеркнутая манящим декольте. Но всё это было не так важно. Лилит привлекало совсем другое – глаза Изабель. Прекрасные темно-карие очи, в которых девушка уловила нотку грусти и некого отчаяния. Что-то явно мучало эту девочку, но, как назло, именно её мыслей Лилит не могла прочесть. Она знала, о чем думают все присутствующие: политика, секс, вино, снова секс, деньги и вновь секс. Однако сознание Изабель было скрыто от неё, что ещё больше привлекало ведьму.

Первой взгляд отвела племянница хозяйки. Но Лилит больше не могла не следить за ней. Слишком уж встревоженно выглядела Изабель, чуть ли не плакала. И, наверное, она бы сделала это, не будь слишком хорошо воспитана.

После ужина гости разошлись по замку. Кто-то уехал. Некоторые прошли в гостиную, дабы продолжить свои беседы там. Как только слуги унесли посуду к Изабель подошел какой-то мужчина, вроде, её дядя. Прошептал ей что-то на ухо и ушёл. Было видно, что сказанное вызвало у девушки явно негативные эмоции. Взглянув на Лилит, она проследовала за своим дядей в гостиную.

– Что происходит? – вмешался Астарот, явно разозлённый собственным неведением.

– Понятия не имею. Но что-то плохое. Эта девочка, Изабель. С ней хотят сделать нечто омерзительное.

– И что? С каких пор ты стала такой великодушной, что готова помогать людям? – захохотал демон. – Ты не заболела?

– Прекрати язвить. Это не просто девчонка. Она похожа на меня.

Лилит точно знала это. Чувствовала. Чувствовала это родство, связь. И не могла допустить, чтобы с Бель что-то случилось.

***

Ужин завершился, и приблизилась самая ужасная часть вечера. Винсент, дядя Бель, не солгал и не пошутил – он и правда почти продал племянницу какому-то знатному графу. И сейчас, когда все разбрелись по поместью, ничего не мешало знакомству с потенциальным партнёром.

– Ты был прав, она прекрасна. Такая свежая, юная. Прямо как ангел! – седоволосый мужчина средних лет сидел в кресле у камина, рассматривая смущенную девушку. – Мое имя Ричард. Ваш дядя, я полагаю, рассказывал вам обо мне?

Изабель кивнула, не поднимая взгляд. Смущение граничило с отвращением. И что было сильнее – сказать нельзя. Граф поднялся с кресла и подошёл вплотную к Бель. Его влажная рука коснулась талии девушки, а затем опустилась чуть ниже. Изабель закрыла глаза, борясь с желанием убежать, либо сбросить с себя руки этого мужчины.

– А ты не говорил, что она такая скромница, – усмехнулся Ричард, обращаясь к Винсенту. – Но ничего. Это даже хорошо, – граф пошло облизнулся. – Люблю таких. Идём же.

– Что? Куда? – удивилась Бель. Она до последнего надеялась, что на прикосновениях всё закончится.

– Как куда, глупенькая? Я отвезу тебя в своё имение. Теперь это твой новый дом. Считай, что мы договорились, – произнёс он на прощание хозяину замка. – Пошевеливайся давай, – Ричард легонько подтолкнул Изабель к выходу. Та послушно пошла. Пара шла через зал. Взглядом девушка попыталась найти ту незнакомку, что так странно смотрела на неё весь вечер, но ни её, ни рыцаря, сопровождавшего её, уже не было.

На улице шёл ливень. С самого утра, не переставая. Прекрасный сад превратился в огромное болото.

– Стой здесь, – скомандовал Ричард, выведя Бель за пределы двора. – Мне нужно кое-что обговорить с кучером. И не смей бежать. Теперь ты моя.

Изабель испуганно кивнула. А куда ей бежать? Она одна. Абсолютно одна.

Вдруг в кустах, неподалеку от стен забора, она заметила тень. В темноте, под дождем, её было сложно разглядеть, однако, у Бель получилось. Она не двигалась. Просто стояла. Девушка решила не обращать на это внимания и уже было собралась подойти к карете. Чего тянуть? Все равно он увезет её. Так пусть уж побыстрее. Как вдруг в неё ударила молния. Послышался крик и треск загоревшегося дерева. Тут же запахло палёным, вверх повалили клубы чёрного дыма, окутывавшие языки ярко-рыжего пламени. От неожиданности, Изабель упала на землю, пытаясь понять, что произошло.

– Эй, ты в порядке? – пока девушка думала, что ответить, ей уже помогли встать. Немного отойдя от шока, Бель повернулась лицо к тому, кто держал её, не давая упасть. Она обомлела – та самая леди с ужина. – Ты в порядке? – повторила брюнетка свой вопрос.

– Но… Как? – Изабель непонимающим взглядом смотрела на горящую карету.

– Не важно. Это не важно. Теперь он не сможет причинить тебе вред. Идём. Ты насквозь мокрая.

Бросив последний взгляд на обуглившуюся карету, Бель, взяв за руку незнакомку, направилась обратно в замок.

– Я видела тебя. В день моего приезда ты стояла на балконе.

– Возможно, – усмехнулась девушка.

– Как ты узнала, что граф собирался сделать?

– Угадала, – новая знакомая оказалась не особо разговорчивой.

Остановившись, она произнесла:

– Возвращайся в замок. Ночь обещают холодную, – с этими словами женщина направилась к воротам.

– Стой, а ты куда?

Но ответа не последовало.

– Кто ты? – крикнула Бель, в надежде, что хотя бы на этот вопрос получит ответ.

Темноволосая остановилась и, обернувшись, произнесла:

– Всего лишь твоя фантазия.

Глава 3. Тайны старого замка

Не прекращающийся дождь. Страх. Паника. Полное непонимание того, что происходит вокруг. Изабель стоит посреди двора, замерзшая и насквозь мокрая. Где-то за забором подняли шум крестьяне, очевидно, ставшие случайными свидетелями гибели графа. Что там было? В голове полный сумбур. Вернуться ли в замок или догнать ту девушку и потребовать объяснений? Оба варианта казались глупыми. Вернуться, значит дать дяде шанс снова продать её кому-нибудь за выгодное предложение, которое может завершиться успехом. А эта незнакомка… Она явно не настроена на беседы и узнать у неё хоть что-либо, даже имя, пытаться не стоит.

– Леди Изабель! – двери замка распахнулись, и навстречу девушке выбежала взволнованная Матильда. – Леди Изабель, вернитесь в замок. Погода нынче совсем не для прогулок, – служанка накинула на плечи Бель какое–то тёплое покрывало. – Это поможет вам согреться, – девушка легонько потянула хозяйку за руку в сторону замка. – Что с вами, леди? – удивилась она, почувствовав сопротивление. Изабель не хотела возвращаться.

– Он опять сделает это, Матильда. Я не хочу, не хочу…

– Что сделает? Кто? Леди Изабель, давайте вернемся в замок и всё обсудим там. Холодает, а дождь усиливается. Вы можете заболеть.

– Это не важно. Все не важно. Ты видела её?

– Кого? – удивленно произнесла Матильда, жмурясь от пронизывающего до костей ветра.

– Девушку. Брюнетку, в чёрном. Она была здесь, привела меня во двор и ушла.

– Я никого тут не видела, леди Изабель.

– Ты должна была её видеть! – почти прокричала Бель. Нервы сдавали. – Она была на ужине. Я видела, как ты подавала ей блюда. Что происходит в этом чёртовом замке? Что за секреты?

– Леди Изабель, прошу Вас – давайте вернёмся, – не унималась служанка. И девушка сдалась. А что ей остается? Это – её единственный дом. Бежать некуда.

Вздохнув, Бель полностью доверилась Матильде и обреченно, будто на казнь, поплелась в замок. Ноги подкашивались, путаясь в длинной юбке, по щекам текли то ли слёзы, то ли холодные капли дождя.

Как только она перешагнула порог дома, к ней тут же подбежала взволнованная тетушка. Странно, ведь на ужине Бель её не видела.

– Милая, что произошло? Как ты? – Эмма приобняла племянницу за плечи, вместе с ней направляясь к лестнице. Краем глаза в зале Изабель заметила дядю. Дикое чувство отвращения – вот все, что она чувствовала сейчас. И как ей теперь жить с ним под одной крышей?

– Не делай вид, что не знаешь, – раздраженно произнесла девушка, скидывая с себя руки родственницы и поглубже укутываясь в теплый плед. Она все еще не до конца согрелась и обсохла.

– Но я действительно не понимаю о чем ты, Изабель.

– Довольно врать мне, тетушка, – Бель остановилась на лестнице, поднявшись всего на пару ступенек.

Повернувшись лицом к Эмме, она продолжила. – Я видела девушку. Ту же самую, что и в день своего приезда. Она буквально спасла меня. Так что не надо больше говорить, что всё это мне просто кажется. Я не понимаю, тетя, что за секреты?

– Подожди, от чего она тебя спасла?

– А вот об этом спроси у своего мужа, тетя Эмма. Мне просто интересно, почему ты врала? Что в этой девушке такого, что ты прячешь её от меня? Это невероятно глупо, мы ведь живём в одном замке.

– Милая, тебе лучше держаться подальше от этой… – Эмма замялась, как бы боясь сболтнуть лишнего, – женщины, – вздохнула леди. – Я не могу рассказать тебе всего. Это слишком сложно. Я не вижу смысла втягивать тебя в подобное. Я уже жалею, что согласилась принять тебя у нас.

– Я тоже жалею об этом, тетушка, – произнеся это, Изабель развернулась и направилась в свою комнату. Слова тёти её совсем не обидели. Она и сама ощущала, что чужая тут. Внутренняя пустота никак не заполнялась. Но другого жилья не было. Уйти в деревню? Кто же согласится принять её у себя? Нет, это не вариант.

Проходя мимо спальни, в которой, по всей видимости, и жила та брюнетка, Бель подумывала заглянуть к ней, спросить о том, что произошло. Может, хотя бы она дала бы Изабель ответы? Вопросов было множество. Но, вспоминая тот холод и равнодушие, с которым незнакомка отвечала ей там, во дворе, леди решила, что “плод её фантазий” заодно с тётушкой. Не зря же она живёт здесь. Родственные связи не при чем, значит, есть что – то другое.

Вернувшись в свои покои, Бель уселась перед зеркалом, прямо на пол, и, обращаясь к кому–то невидимому, произнесла:

– Я знаю, ты слышишь меня сейчас. Ты всегда меня слышишь. За что? Просто за что? Почему ты позволил родителям умереть? Ты знал, что я окажусь тут, с этими людьми и их грязными тайнами, вовлеченная в какую–то странную игру, – девушка смотрела на своё отражение, одну за одной вытаскивая из волос многочисленные шпильки и заколки. Распущенные волосы тут же падали на плечи в милом беспорядке. – Почему? Просто ответь, я не прошу большего. Ответы. Это всё, что мне нужно, – Но невидимый собеседник молчал. Либо Бель не слышала его, слишком погруженная в мысли и опечаленная произошедшим.

Послышался легкий стук в дверь.

– Кто бы это ни был – уходите. Я не желаю никого видеть, – Изабель продолжала медленно расплетать прическу чуть дрожащими не то от холода, не то от нервов, руками.

Но стук не прекратился. Поняв, что настойчивый посетитель не уйдет, пока не сделает то, что намерен, девушка устало пригласила гостя зайти. Им оказалась Эмма.

– Изабель, как ты? – еле слышно произнесла женщина, присев на кровать.

– Как видишь, – чуть улыбнулась Бель. Это была, скорее, ироничная улыбка.

– Прости за то, что я сказала тебе. Я переживаю, вот и сорвалась.

– Переживаешь? – Изабель взглянула на тётю. – Почему?

– Всё сложно, – начала Эмма, но, услышав старые отговорки, племянница вновь отвернулась к зеркалу. – Я знаю, что Винсент хотел сделать с тобой. Это ужасно, мне жаль. Мне жаль, что я не смогла тебя уберечь.

– Зато она смогла, – усмехнулась Бель. – Неизвестная мне девушка. Не знаю уж, как она это сделала, но факт есть факт.

– Опять ты за своё, – разозлённо проворчала Эмма.

– Да, опять. Я тоже живу в этом замке. И я имею права знать, что тут происходит. Однажды я уже встретилась с ней. Встречусь и ещё раз. Её спальня там, всего в минуте хотьбы. Неужели, ты правда думала, что сможешь скрывать её присутствие? Это же смешно.

– Всё-то тебе смешно, Бель, – голос тети приобрел серьёзные нотки. – Тут вовсе не над чем смеяться и лезть в это тем более. Запомни – ни при каких обстоятельствах не встречайся с ней. Тебе же будет хуже, – с этими словами Эмма покинула спальню племянницы.

Подготовка ко сну шла привычным образом. Матильда что–то спрашивала, видимо, стараясь отвлечь хозяйку от событий минувшего вечера, однако воспоминания так быстро не сотрешь. Этот ужин навсегда останется в памяти, напоминая о себе шрамами от падения на коленях, тенью в кустах и запахом горящей человеческой плоти.

***

Лесная свежесть, мягкое тёплое солнце, своими лучами окутывающее пространство между деревьями. Наконец выдался тёплый денек, и Изабель, сразу же после завтрака, сбежала в лес. Это было её место. С самого детства она приходила сюда, когда хотела подумать или просто побыть в одиночестве. Природа и Бель всегда были неразрывно связаны. Девушка очень тонко чувствовала её, а первая, в свою очередь, дарила Изабель силы и энергию. С возрастом, правда, леди всё меньше проводила в лесах и всё больше – на балах и ужинах. Однако сейчас девушка была подавлена и разбита. Энергия земли совсем не помешала бы. Никаких специальных ритуалов Изабель никогда не проводила, да и не знала. Духи слушали её и без всего этого. Достаточно было закрыть глаза и расслабиться.

Присев на траву подле высокого дерева, Бель облокотилась на него спиной и прикрыла глаза, вслушиваясь в пение птиц, шорох листвы и своё дыхание. Шепотом произнеся молитву Богине, написанную накануне вечером, девушка обратилась к ней с просьбой дать сил и терпения, чтобы пережить всё, что происходит, так как отношения с родственниками явно накалялись.

– Развлекаешься? – откуда-то из-за деревьев послышался уже знакомый Бель голос: надменный, с постоянной усмешкой, но, отчасти, родной. Открыв глаза, Изабель увидела всё ту же девушку, однако, сейчас она могла разглядеть её, что было невозможно сделать в темноте под дождем в тот вечер: брюнетка, волосы чуть ниже лопаток, у висков забраны наверх и украшены маленькими заколками, тёмно-фиолетовое платье с длинными широкими рукавами, талия подчеркнута корсетом такого же цвета. На шее незнакомки красовался кулон, рассмотреть который издалека было невозможно. Девушка улыбалась краешком губ, с тем же любопытством разглядывая собеседницу.

– Ты что, следишь за мной? – спросила наконец Бель, поднимаясь с земли и отряхивая юбку от травы и листьев.

– Конечно, нет, – с той же улыбкой произнесла брюнетка.

– Ты не разговорчивая, – усмехнулась Изабель, подойдя чуть ближе к девушке. Та же даже не сдвинулась с места. Просто стояла, как кукла. Очень красивая кукла. – Хотела поблагодарить тебя за то, что…

– За то, что убила того мерзкого графа? – сладко произнесла леди. – Не стоит благодарности, больше не попадай в такие истории.

– Как у тебя это получилось?

– Ты же викканка, ты мне и скажи, – девушка взглянула на Бель и та впервые увидела её глаза. Тёмно-зеленые, глубокие, таинственные.

– Ты о чём? – удивилась Изабель. Она и правда не понимала, что имеет в виду темноволосая.

– Как это “о чём”? Ты практикуешь то, чего даже не знаешь? – усмехнулась в ответ спасительница. – Ты самая странная ведьма из всех, которых я знаю.

– Брось, никакая я не ведьма. Что за ерунда.

– Ладно, будь по-твоему, – девушка пожала плечами и направилась куда–то вглубь леса.

– Стой, куда ты? Ты снова уходишь?

Ответа не последовало, как и раньше. Ещё через пару минут силуэт незнакомки полностью скрылся между деревьями. Пойти ли за ней? Есть смысл? Наверное, нет.

В замок возвращаться не было желания. Изабель прилегла на траву, подняв глаза к небу. Здесь, в лесу, было так легко, так свободно, будто дома. Одолевали воспоминания, но сейчас ей хотелось это вспомнить. Вспомнить ту маленькую девочку, говорящую с воображаемым другом. Девочка выросла, друг тоже и перестал быть таким уж воображаемым. Он до сих пор иногда приходит к ней под покровом ночи, в остальное же время она просто чувствует его присутствие. Кто он? Существо, созданное её собственным сознанием.

Лежа на мягкой траве, Бель разглядывала проплывающие по небу облака. Это могло бы продолжаться вечность, будь её воля. Но она не свободна. Окрыленная душа, запертая в теле. Прикрыв глаза, девушка наслаждалась звуками природы.

***

Близился вечер. Кроны деревьев отбрасывали причудливые и пугающие тени. Посреди небольшой поляны, на траве, лежала девушка. Кажется, спала. Лилит возвращалась обратно в замок. Ей не хотелось. Но надо. Если она сбежит, Эмма не упустит возможности натравить на неё церковь. Выбора не было.

Осторожно, чтобы не разбудить спящую девушку, Лилит присела рядом, рассматривая её. Изабель впервые выглядела такой спокойной, безмятежной, даже, можно сказать, счастливой. Прикрытые глаза, немного смуглая, идеально ровная кожа, освещенная лучами заходящего солнца, густые темные рисницы, розоватые губы. Лилит могла бы любоваться этой спящей красавицей до конца своих дней. И это чувство, это ощущение было ново для нее. Симпатия, любовь, влечение? Нет, испытывать чувства – не позволительная роскошь. Ей было бы лучше держаться подальше от этой маленькой викканки, чтобы не втянуть во что-либо. Но это сложно, почти невозможно. Встретившись однажды, они будут встречаться постоянно. Бросив последний взгляд на Бель, Лилит поднялась и направилась в сторону замка. На полпути её встретил рыцарь – Астарот.

– Ты сегодня раньше, чем обычно, – произнес он, пробираясь сквозь сучья деревьев.

– Так вышло, – сухо ответила девушка. Было заметно, что она о чём–то сосредоточенно думает.

– Что это с тобой? Ты редко возвращаешься такой недовольной. Есть что–то, о чём мне стоит знать?

– Нет, вовсе нет. Всё, как всегда, – Лилит решила сменить тему. – Завтра ты пойдешь со мной. Люсия хотела тебя видеть.

– Люсия? Рыженькая такая?

Девушка кивнула.

– И зачем? – подозрительно прищурился демон.

– Мне откуда знать? – раздраженно произнесла Лилит.

– Ты видела её. Там, в лесу, – после небольшой паузы усмехнулся рыцарь.

– Это вопрос? – леди взглянула на мужчину.

– Не играй с огнём, Лилит. Ты не всесильна. Эмма давно следит за тобой, а теперь, после приезда Изабель, она стала ещё внимательнее.

– Неужели переживаешь за меня, демон? – в глазах ведьмы загорелась игривая искорка.

Расстояние от леса до ворот двора было небольшим, так что парочка быстро его преодолела.

– Не теряй рассудок, девочка. Не будь глупой. Это просто совет.

Лилит кивнула, но совершенно не слушала своего спутника. Она всегда делала так, как хочет. И в этот раз поступит так же.

***

Проснувшись, Изабель заметила, что значительно стемнело. Выходит, она провела тут весь день? Опомнившись, девушка встала с земли и поспешила в замок.

Улицы опустели. Все крестьяне давно уже окончили работу и сейчас мирно сидели в домах в кругу семьи, а кто-то просто спал. В любом случае Бель это казалось более притягательным, нежели то, что ждало её за воротами.

– Леди, – поклонился один из стоящих на страже рыцарей, раскрывая тяжелые двери перед девушкой.

Во дворе её уже встречала тётя.

– Где ты была весь день, Изабель? Боже, ты вся грязная, посмотри на себя! Что с тобой произошло?

– Я просто задремала в лесу, тётушка, ничего особенного, – Бель проследовала к замку, стараясь не обращать внимания на возмущения родственницы.

– В каком ещё лесу? Что ты вообще там делала?

– Гуляла, тетя, просто гуляла.

– Сегодня у твоего дяди в гостях был один очень видный мужчина. Я думаю, тебе стоит познакомиться с ним.

– Что? – разозлённо произнесла Изабель. Её ярости не было предела. – И ты туда же? Хотя… Чему я удивляюсь, – зайдя в замок, девушка направилась к лестнице.

– Я не собираюсь отдавать тебя ему против твоей воли. Просто хочу свести тебя с хорошим мужчиной. Тебе уже двадцать. Пора бы и замуж.

– Спасибо за заботу, но позволь мне самой решать, хорошо?

Не дожидаясь ответа Эммы, Изабель поднялась наверх. Она уже твердо знала, что сделает.

Подойдя к той двери, что не давала ей покоя с самого первого дня в замке, девушка решительно постучала. Дверь открылась сама, будто кто-то невидимый толкнул её. Решив, что это приглашение, Бель вошла в комнату. Дверь захлопнулась так же сама по себе. Возле зеркала сидела уже знакомая девушка.

– Ты ошиблась комнатой? – язвительно спросила она, расчесывая волосы.

– Нет. Ничуть. И я не уйду, пока ты мне всего не расскажешь, – Изабель присела на кровать, давая всем видом понять, что не шутит и настроена серьёзно.

–Даже так? – брюнетка отложила гребень, обратив свой взор на гостью. Та кивнула. – Ну, хорошо. И что тебя интересует?

– Всё. Начиная с твоего имени и заканчивая тем, что ты сказала мне в лесу. Ты назвала меня викканкой. Я хочу знать об этом больше.

– Может лучше это сделать с утра? История очень долгая, а ты выглядишь усталой.

– Нет, я хочу все узнать прямо сейчас. В голове слишком много мыслей, я всё равно не смогу заснуть.

– Остаешься, значит? – ехидно ухмыльнулась девушка, слегка прищурившись.

И Бель осталась. Несмотря на все запреты тёти, её предупреждения, скрытые в подтексте угрозы. Она осталась, потому что хотела, наконец, услышать правду.

А Лилит… Она просто утешала себя тем, что Изабель сама нашла её, сама пришла в её спальню, и сама потребовала ответов. Что-то подсказывало ей, что добром это не кончится, но сейчас это было не важно. Обе девушки были одиноки. Обе отличались от остальных. Их свел вместе случай, и связала своими нитями судьба.

Глава 4. Споешь для меня?

Утро разбудило Изабель ленивыми солнечными лучами, с трудом проникающими в комнату сквозь массивные шторы на окнах. Открыв глаза, девушка поняла, что находится в спальне Лилит, видимо, всё-таки заснула вчера прямо тут. Сама леди сидела перед зеркалом, пока служанка расчесывала ей волосы. Лилит прислуживала девушка чём-то отдаленно похожая на Матильду: такая же юная, может несколько старше, такие же светлые волосы, собранные на затылке в лохматый пучок, даже одежда похожая, разве что, не такая потрепанная.

– Уже проснулась, я смотрю, – с улыбкой произнесла брюнетка, даже не отводя взгляд от своего отражения. – С добрым утром, принцесса.

– Леди Лилит, желаете, чтобы я принесла леди Изабель завтрак? – засуетилась служанка, искоса поглядывая на Бель.

– Да нет, не надо, я, пожалуй, к себе пойду, – девушка вылезла из-под одеяла и присела на кровати, протирая глаза.

– Кстати, служанка твоя заходила, Матильда, кажется, да? – всё с той же улыбкой сообщила Лилит. – Забрала вчера ночью твою одежду и пообещала не говорить тётушке о том, где ты была.

– Она была здесь?

Лилит кивнула.

– Я предупреждала, что лучше потерпеть до утра, – продолжала брюнетка. – Но меня никто никогда не слушает.

– Так… Мне нести завтрак или нет? – произнесла служанка, совсем забыв о волосах хозяйки. Отвлекшись на Изабель, девушка слегка дернула расческу, от чего тонкие зубья запутались в тёмных кудрях Лилит. Леди вскрикнула. В её голосе слышалось скорее раздражение и злость, нежели признаки того, что ей больно. Резко поднявшись со стула и выхватив из рук невнимательной девушки гребень, ведьма отвесила служанке приличную пощечину. Маргарет защмурилась и пролепетала:

– Прошу прощения, леди Лилит.

Изабель молча наблюдала за происходящим в комнате. Конечно, для неё это было дико, сама бы она никогда такого себе не позволила. Слуги тоже люди и заслуживают хотя бы немного уважения, но останавливать Лилит – себе дороже. Бель видела огонь, видела ярость в глазах новой знакомой и боялась попасть под горячую руку. Хотя она чувствовала – брюнетка не тронет её.

– Глупая девчонка. Пошла вон, – Лилит вновь устроилась перед зеркалом, продолжив причесываться.

– Зачем ты так грубо с ней? – аккуратно спросила Изабель, когда за Маргарет захлопнулась дверь.

– А что, тебе её жаль?

– Она ведь тоже человек. Можно же было отделаться замечанием.

Лилит засмеялась.

– Ты собиралась к себе. Так иди, – ухмыльнулась она, переведя взгляд на собеседницу. Глаза темноволосой не давали Бель покоя. В них скрывалось что-то, какой-то секрет, тайна. Тёмно-зеленые, но при плохом освещении, как в этой комнате, почти черные. Дикие. Животные. Всё же чего-то Лилит ей явно не рассказала.

– Да, я уже, – Изабель встала с кровати и направилась к двери.

– Ты услышала то, что хотела? – уже на выходе девушку настиг вопрос.

– Да, спасибо, Лилит, – кивнула Бель. Она лукавила. Всё то, во что посвятила её ведьма, вызывало целый перечень новых вопросов.

– Я рада. Удачного дня, Бель, – произнесла Лилит слишком сладким тоном, сделав акцент на имени девушки. Но Изабель не стала цепляться за такие мелочи, по крайней мере пока.

Покинув спальню, она направилась к себе. И девушку уже не волновал тот факт, что тётя могла заметить её ночное отсутствие. Нужно было слишком многое осознать.

В комнате было пусто и тихо. После ночи, проведенной за разговорами с таинственной брюнеткой, Бель снова погрузилась в одиночество. Она нашла её. И всё вернулось на круги своя. Теперь больше нет безликой девушки-призрака, которую она искала, всё вновь стало до омерзения реальным и неинтересным. Лилит рассказала Изабель в ту ночь совсем немного о себе: родилась в деревне, мать в девять лет отдала её в приют при церкви, в десять лет девочку забрала оттуда Эмма; с возрастом Лилит поняла, что может чуть больше, чем кто-то другой и начала самостоятельно учиться, сбегая в лес, как раз в то самое место, где Бель встретила её вчера. На этом ведьма закончила свою биографию. Бель почти на сто процентов была уверена, что девушка многое утаила от неё. Ну и хорошо, пусть так. В крайнем случае, у неё нет причин доверять Изабель.

В комнату вошла Матильда. Увидев хозяйку, она всплеснула руками и затараторила:

– Ой, леди Изабель, вы уже проснулись. Извините, завтрак ещё не готов, я не ожидала, что встанете так рано… – было видно, что служанке сложно делать вид, что она ничего не видела.

– Да, Матильда, я ночевала у Лилит, – вздохнула Бель, прочитав в глазах девушки этот молчаливый вопрос и огонек любопытства.

– Прошу прощения, я стала слишком нахальной, леди Изабель. Извините, я не должна лезть в вашу личную жизнь, – служанка склонила голову, пряча взгляд.

– Всё в порядке, Матильда. Давай сделаем вид, что этого не было. Принеси мне завтрак, хорошо?

Девушка кивнула и покинула покои. И что дальше? Никаких планов на день, на будущее, на жизнь. Погода хорошая, а значит, можно было бы сходить в лес. Изабель вновь задумалась. Викканство – природная, светлая, магия. Лилит сказала, что чувствует в ней эту энергию, энергию стихий, почти полностью противоположную ей самой. Честно говоря, звучало, как бред. Ведьма. Ну, какая из неё, Бель, ведьма? Что ещё ей рассказала брюнетка? Ровным счетом ничего. Наверное, это просто не её мир.

В спальню вернулась Матильда с уже знакомым подносом и знакомой едой.

– Тётушка не искала меня?

– Нет, леди, с чего ей вдруг может это понадобиться?

– Мало ли, что могло произойти, – пожала плечами Изабель, пока служанка возилась с платьем. Хотелось просто разбавить эту удушающую тишину хоть каким–то разговором, пусть даже пустым и бессмысленным.

– Нет–нет, леди, всё в полном порядке.

И опять молчание. Оно раздражало, но нарушить его было крайне тяжело – обсуждать что–то со служанкой? А что обсуждать? Бель вздохнула.

– Леди, я делаю вам больно? – засуетилась Матильда.

– Нет, всё хорошо.

В угнетающей тишине, нависшей над Изабель громоздким куполом, то и дело слышался треск перетягиваемого корсета и короткие вздохи девушки. Несмотря на то, что она с детства носила этот предмет туалета, до сих пор не могла к нему привыкнуть, но что поделать?

Через пару минут Матильда покинула покои хозяйки, и та вновь осталась одна. Никаких званых вечеров, никаких балов, ничего. Совершенная пустота и скука. К чему ей все эти тряпки и сжимающие внутренние органы корсеты, если она целыми днями сидит в замке, ну или, максимум, выходит в лес? Порой Изабель даже завидовала служанке. В чём–то она была намного свободнее леди.

Где-то в коридоре хлопнула дверь. Девушка не спеша вышла из спальни, дабы удоволетворить своё любопытство. По направлению к лестнице двигалась фигура с бледно-голубом платье, которое при плохом освещении казалось скорее тёмно-синим. Лилит. Больше просто некому. Подобрав подол юбки, чтобы не споткнуться, Бель за пару секунд догнала знакомую.

– Ты могла бы просто позвать, – ухмыльнулась брюнетка. – Вчера я рассказала тебе всё. Всё ещё остались вопросы?

– Нет, вопросов больше нет. На данный момент.

– Прекрасно. И чего же ты от меня хочешь? – Лилит остановилась и посмотрела на собеседницу. Как зачарованная, ведьма глядела в манящие карие глаза леди. Но она умела скрывать свои эмоции, всем своим видом показывая абсолютное безразличие. Заметить загоревшуюся в зелёных очах искру мог лишь верный рыцарь Астарот, знающий Лилит буквально с пелёнок. И больше никто.

Вопрос застал Изабель в тупик. И правда: а чего она хотела?

– Извини, ничего, – выдохнула, наконец, девушка. Напряжение витало в воздухе.

– Ты немного странная, – вынесла вердикт Лилит, вновь зашагав к лестнице. Ни прощания, ни намека на желание продолжить диалог, совсем ничего. Её аккуратный силуэт медленно отдалялся от Бель.

Предлог или тема. Нужна тема для поддержания беседы. Изабель уверенным шагом направилась за брюнеткой. Та никак не реагировала.

Наконец, уже возле первых ступеней вниз, Лилит всё же искоса взглянула на спутницу, но промолчала. Спускались они уже вдвоём – Бель поравнялась с ведьмой и шла почти рядом, на расстоянии вытянутой руки от неё. Дойдя до начала лестницы, брюнетка направилась в сторону дверей замка. Очевидно, вновь уходит в лес. Похоже, что тут она почти не бывает, да и оно понятно – чем заниматься здесь, в четырёх стенах?

В зале никого. Повсюду только тишина. Этот большой, пустой, чужой замок. И она здесь чужая.

Вслед за брюнеткой, Бель выходит в сад. Идёт в свой любимый уголок, окружённый белыми розами. Как и в первый день садиться на траву, её юбка расстилается по земле роскошным кремово-белым ковром. Закрыв глаза, девушка придается воспоминаниям, надеясь забыться в них и сбежать от реальности. Надеется, но на деле все совсем не так – становится только больнее. Сорвав один из цветов, Изабель начинает петь. Тихо, чтобы никто не услышал, хотя вряд ли кому-нибудь понадобиться её слушать. Кому тут вообще есть до неё дело? В некоторых местах голос девушки дрожит – эмоции слишком сильны, и в какой-то момент она замолкает. Видимо, это предел, после которого терпеть больше не можешь. Предательская слеза стекает по щеке Бель.

– Продолжай, ты красиво поешь, – из-за кустов выглянула Лилит. С весьма добродушной улыбкой она присела напротив девушки. Благо, садик был достаточно большим.

– А ты чего тут делаешь? Разве не ушла в лес? – все эти вопросы лишь отвлекающий маневр, чтобы украдкой вытереть слёзы.

– Собиралась, но разговорилась с рыцарем, а потом услышала твоё пение. Я могу уйти, если хочешь, – ведьма вопрошающе заглянула в заплаканные глаза леди.

– Нет, останься, – Бель не знала, почему делает это. Наверное, устала от одиночества, но что-то притягивало её в этой загадочной брюнетке с таинственными зелёными глазами.

– Споёшь? – всё с той же мягкой улыбкой произнесла Лилит. Сложно было сейчас разглядеть в ней ту стервозную даму, что с утра так грубо обошлась со служанкой. У неё много масок. Ровно столько же, сколько их и у Изабель.

И Бель запела. Почему-то стало чуть легче, не так больно, не так грустно, однако слезы все равно брали верх, срываясь с темных ресниц. Скорее всего, Лилит заметила их, да и что с того? Вряд ли это хоть что-то значит.

Сад наполнился звуками прекрасной, но до безумия грустной песни. Брюнетка внимательно следила за тем, как быстро сменялись эмоции на лице исполнительницы. Конечно, она заметила, что девушка плакала, искренне увлекшись пением и позабыв о том, что надо держать марку, контролировать себя, не давая чувствам вырваться на поверхность. Так всегда делала Лилит.

Наконец Изабель замолчала, вытирая слёзы и поглядывая на знакомую.

– Песня слишком грустная? – усмехнулась девушка.

– Да, немного… – вздохнула Бель. – Воспоминания из детства.

– В твоём детстве всё было так плохо? – столкнувшись с удивлённым взглядом кареглазой, Лилит вздохнула. – Вчера я отвечала на твои вопросы, а сегодня ответь ты на мои.

Изабель сдалась. Все равно хотелось поделиться с кем-то этими переживаниями.

– Нет, напротив – в детстве все было иначе. Мне не нужно было ходить на эти глупые светские мероприятия, носить жуткие корсеты, улыбаться каждому мужику, которого отец посчитает знатным или полезным и выгодным для себя. И этот замок… Он стал мне чужим, – девушка крутила в руках недавно сорванную розу. – А люди, в нём живущие, тем более.

Ведьма молча смотрела в глаза Бель, которые она так старательно скрывала. И что-то в её взгляде напомнило Лилит себя. Вернее сказать, ту маленькую девочку, попавшую в это поместье десять лет назад.

– А ты, каким было твоё детство? Вчера ты почти ничего об этом не рассказала. Буквально пару слов, – произнесла Изабель, явно уловив тень задумчивости на лице Лилит.

– Сегодня я задаю вопросы, – усмехнулась брюнетка, посмотрев куда-то в сторону. Видимо, её маска распадалась на кусочки.

– Перестань, Лилит. Перестань делать вид, что тебе не одиноко и не хочется поговорить и поделиться с кем-нибудь своими переживаниями. Ты такая же одинокая, как я. Разница лишь в том, что я этого не скрываю.

– И что ты хочешь знать о моём детстве?

– Хоть что-нибудь. Какими были твои родители, есть братья или сестры, где ты жила…

– Плохо помню родителей, – Лилит вновь взглянула на Бель. – Они отдали меня в приют при церкви,

когда мне было девять. До сих пор не могу до конца разобраться в причине. Может, не нравилось им, что дочка-то – ведьма, может, было слишком тяжело прокормить и без того большую семью, может ещё что, не знаю. Правда теперь эта семья значительно меньше, – брюнетка как–то зло ухмыльнулась. Эта улыбка не предвещала ничего хорошего, однако, Изабель всё же спросила:

– Почему? Что–то произошло?

– Произошло… Я сбежала ночью из приюта, вернулась в деревню и подожгла тот чертов дом. Будь я чуть сильнее на тот момент и чуть старше – уничтожила бы всё, что попалось бы мне на пути. Но, – Лилит пожала плечами. – Только так.

– И что, никто не выжил?

– Ну почему же. Моя сестра спаслась. Больше никто.

– Как интересно, – задумалась Изабель.

– Ой нет, я знаю, о чём ты подумала, – засмеялась ведьма, небрежно откинув с лица прядь темных волос. – Замок поджигать я не стану. Хотя мне нравится ход твоих мыслей.

– А что было потом? Как ты попала сюда?

– После инцидента с поджогом в приют заехала твоя тётушка. Ей заплатили, только чтобы от меня избавиться. Все прекрасно знали причину пожара, просто не говорили об этом. Ну, Эмма и забрала меня. На самом деле ей даже нравился тот факт, что при дворе будет жить ведьма.

– Очень на неё похоже, – вздохнула Бель.

– Зато теперь её этот факт не особо радует. Но и выгнать не может, ибо знает, что я заберу всё, что дала ей. Весёлое детство, не так ли?

– Да уж, иначе и не скажешь, – Изабель закрыла глаза. – Ты хотела бы забыть? Всё.

– Нельзя забывать, Бель. В прошлом кроются ответы на многие вопросы. Рано или поздно воспоминания сыграют нам на руку.

– Прошлое, прошлое. А будущее? Ты знаешь, что тебя ждет в будущем?

– Я не вижу свою судьбу, принцесса. Такая уж злая ирония – знать обо всех жизнях, кроме своей. Разве что, есть просто догадки, но они мало что значат.

– А что ждет меня? – Изабель открыла глаза и заметила, что брюнетка поднялась с земли.

– Ты будешь счастлива, верь мне, – улыбнувшись, девушка направилась к воротам, очевидно вспомнив, что собиралась в лес.

Верить? А что ещё оставалось. Кроме веры, у Бель не было ничего. Вновь закрыв глаза, девушка запела, но на этот раз в её голосе не было и намека на грусть. Стало чуть легче и хотелось продлить эти мгновения до бесконечности.

Глава 5. За железными воротами

В садике Изабель провела почти весь день. Её никто не искал, лишь тётя пару раз выглядывала в окно, дабы убедиться, что племянница не делает ничего запрещённого. Постояв на балконе минуту-две она возвращалась в комнату, задвинув шторы.

По всей видимости, разомлевшая от внезапной тёплой погоды девушка задремала. Сладко зевнув, она поднялась с земли и направилась в замок. Особого желания возвращаться туда не было, она бы навсегда осталась среди цветов и множества прекрасных запахов, что дарила природа, будь на то её воля, но нет.

В замке как обычно было пусто. Даже слуг не было видно. Оно и к лучшему, наверное. Меньше суеты, больше покоя.

Поднявшись наверх, Бель прошла в свою спальню и закрыла дверь. Почему-то в стенах замка всегда царила такая угнетающая атмосфера, что хотелось поскорее сбежать. То ли тишина, отражающаяся от каменных стен, так влияла, то ли завывания ветра в холодных коридорах, то ли пустота, давно поселившаяся здесь. Так или иначе, поместье навевало лишь грусть и тоску и больше ничего.

В комнату постучали.

– Войдите, – небрежно ответила Бель, надеясь увидеть въевшиеся в память черные, как смоль, волосы. Однако, неожиданной гостьей оказалась тётя. – Ты чего-то хотела? – в голосе леди отчетливо читалось разочарование.

– Сегодня вечером приём, – ответила Эмма, оставаясь на пороге комнаты. – Ты спустишься?

– А у меня есть выбор? – усмехнулась девушка, пожав плечами. Очередные кавалеры, очередные скучные беседы о политике – вот она, светская жизнь, во всей красе.

– Бель… – протянула женщина, потирая лоб. Было видно, как сложно ей наладить отношения с такой упёртой и своенравной племянницей. – Не говори так, будто ты заключенная здесь. Ты вольна делать, что захочешь. За исключением, может, пары вещей, – после короткой паузы добавила Эмма.

– Конечно, тётушка, вольна, – Изабель присела на кровать, взглянув на собеседницу. – Я спущусь.

Эмма довольно улыбнулась, решив, что ей удалось пристыдить строптивую девицу, и скрылась за дверью.

В коридоре послышались удаляющиеся шаги. Через пару минут всё окончательно стихло. Приём. Опять. Любил же её дядя лишний раз похвастаться имением, замком, хозяйством, племянницей. Изабель передернуло. Нет, такого больше не произойдет. Раскинувшись на кровати, девушка задумчиво перебирала меж пальцев прядь тонких русых волос. Сейчас, в одиночестве и скуке, в мыслях её неприрывно мелькал образ Лилит. Как она проводит дни? Куда уходит, чуть встанет солнце? Почему так старательно избегает ответов на определенные вопросы? Да, у неё нет причин доверять Бель, но всё же. Хотелось уехать, далеко, на родину, во Францию. Хотелось вернуть родителей, ту прекрасную жизнь, что была раньше. На душе было очень паршиво. За окном тихонько пели птицы. Их щебет напоминал мелодию Изабель. Мелодию грустной одинокой ведьмы.

***

– Но почему, Астарот? Почему ты так против?

– Эта девочка не принесет тебе ничего хорошего. Не понимаю, почему ты сама этого не чувствуешь.

Лилит вздохнула – она чувствовала. Но глубокие грустные карие глаза леди Бель не покидали сознание девушки.

– И что ты задумала?

– Зачем спрашиваешь, если и сам прекрасно знаешь мои мысли? – усмехнулась брюнетка, пробираясь сквозь высокие кусты.

– Я хочу услышать это от тебя. Хочу знать, что ты осознаешь, под какой риск подставляешь не только себя, но и всех остальных, – на этот раз голос рыцаря звучал на удивление серьёзно, даже чуточку грубо.

Ведьма промолчала. Астарот был прав – определенная опасность была, но сейчас здравый смысл словно отключился. Перед глазами всплывал лишь её образ. Образ вольной птицы, запертой в клетке – если её не спасти, она просто погибнет.

– Ты напоминаешь мне о тех днях, когда ты была ребенком. Излишне эмоциональным ребенком.

– Я не эмоциональна, – Лилит резко развернулась лицом к спутнику.

– А то как же, – глаза демона сверкнули хитрым огоньком.

– Я знаю, о чём ты подумал. Но нет. Не сегодня, – брюнетка отвернулась и зашагала в прежнем направлении.

– Просто подумай, прежде чем что-то сделать. Не повторяй ошибок детства. Сейчас ты уже не ребенок, всё может закончиться иначе.

– Я знаю, – сухо ответила Лилит. Конечно, она знала. За последние полгода охота на ведьм набирала обороты, пара человек даже были казнены. Её спасало лишь нахождение при дворе. Разумнее было бы забыть Изабель и вернуться к обычной жизни. Однако что–то мешало это сделать. Брюнетка тряхнула головой, дабы отогнать прочь ненужные мысли. Нет, это не любовь. Это точно не может быть любовью. Ни за что. Не в этой жизни.

– Твои желания погубят тебя, детка, – усмехнулся Астарот, понимая, что ничего не сможет сделать с этой упертой девицей. Он помнит её с детства. Следил. С самого рождения Лилит знал, что они встретятся. Это случилось, когда юной ведьме было пять. Он приходил во сне, рассказывая обо всём, что знал сам. Учил девочку тому, что умел. Цена была небольшой – душа. Иногда Лилит жалела о произошедшем, представляя, какая у неё могла бы быть жизнь, не прими она этого “дара”. Поначалу она не скрывала слёз, тихонько плача ночами в стенах приюта, проклиная себя и то, в кого она превратилась. Но чем старше становилась девушка, тем меньше оставалось сожаления. Оно сменилось гневом, агрессией, ненавистью, которые стали огнём. Лилит думала, что контролирует его, но ошибалась – это пламя давно сожгло её изнутри. И сейчас, видя, как ведьма вновь поддается ненужным эмоциям, рыцарь всерьез опасался, что девушка совершит массу необдуманных поступков, что приведут к плачевному исходу истории.

Всю оставшуюся дорогу до замка царило молчание. Уже возле ворот Лилит заметила множество карет, роскошных и не очень.

– Что, очередная показуха? Да неужели, – усмехнулась брюнетка, подходя к самым дверям. Спутник девушки остался снаружи, а ведьма прошла во двор. Она знала, что Изабель сейчас, скорее всего, в компании каких-нибудь богатых землевладельцев, по велению дяди мило улыбается, подавляя внутри волны отвращения. Волнение знакомой отдавалось дикой колющей болью в сердце. Лилит не знала до конца, что хочет сделать и что будет потом. Ей просто хотелось забрать оттуда эту хрупкую маленькую девочку. Это не её мир.

Войдя в замок, девушка огляделась. Народу было меньше, чем в прошлый раз, однако достаточно для того, чтобы Изабель затерялась в толпе. Роскошные платья в пол, улыбающиеся дамы, хмурые кавалеры, с важным видом что-то обсуждающие. Лилит и сама порядком устала от подобных мероприятий. “Чёрт возьми, принцесса, ну где ты” прошептала про себя девушка, прохаживаясь мимо гостей, отстраненно кивая на приветствия в свой адрес.

– Ты снова здесь? – за спиной дамы послышался раздраженный, но сдержаный голос. Лилит даже не развернулась. Она и так знала, кто это.

– И тебе здравствуй, Эмма.

– Кого-то потеряла? – женщина следовала за ведьмой по залу, внимательно наблюдая за её движениями.

– Кого потеряла, того найду, – махнула рукой девушка. Эмма резко ухватила её за запястье, что

заставило брюнетку повернуться лицом к хозяйке поместья.

– Ты не забыла, с кем говоришь? – прошипела Эмма. Она злилась, но всё же боялась Лилит. И та это чувствовала.

– Я-то нет. Зато ты об этом периодически забываешь, – ведьма резко выдернула запястье из, казалось бы, мертвой хватки Эммы. – Чего ты ходишь за мной?

– Слежу, чтобы не нарушала данного тобой же слова.

– Я ничего тебе не обещала. Сказала лишь, что постараюсь не встречаться с твоей племянницей. Я старалась – не вышло, – пожала плечами темноволосая, устремив взгляд на лестницу. Она чуть улыбнулась, завидев Бель, которая, похоже, тоже заметила её.

– Я не позволю тебе втянуть мою девочку в свои ведьмовские игры и кланы. Оставь её в покое, – тон Эммы сменился. Теперь он был не агрессивным, а скорее уставшим и просящим.

– Успокойся, старушка. Я не во что её не втягиваю, больно надо мне нянчиться с глупой ведьмой. Ей скучно здесь, неужели не видишь? Это не её окружение. Всё это, – Лилит обвела рукой зал. – Всё это для неё чужое. Ты прекрасно знаешь, что Астарот может стереть её воспоминания обо мне, если будет нужно. Так что расслабься и дай ей отдохнуть.

– Да иди ты к чёрту, Лилит, – устало вздохнула женщина, очевидно, сдавшись. Спорить с ведьмой не было смысла.

– Да я уже, – улыбнулась она и направилась в сторону компании, к которой недавно присоединилась Изабель. Девушка улыбалась, даже пыталась шутить. И никто, никто не замечал фальши или неискренности в поведении леди. Никто, кроме Лилит.

– Ты тоже пришла? – произнесла Бель с явным облегчением, как только брюнетка поравнялась с ней и поздоровалась с гостями.

– Конечно. А вот ты… Я думала, что после того случая ты больше не появишься на подобных вечерах. Снова дядя заставил?

– Нет, в этот раз сама, – грустно улыбнулась кареглазая, рассматривая собеседницу. Неизменные черные кудри, как всегда идеально уложенные, тёмно-зеленое платье с кружевным корсетом и длинными рукавами и тонкий золотой браслет на запястье.

– Пойдешь со мной? – усмехнулась Лилит, взглянув в глаза Бель. Девушка даже не успела согласиться или возмутиться, как темноволосая взяла её за руку и направилась к выходу. Рыцари послушно распахнули тяжелые двери, выпуская девушек на свежий воздух. Ночной ветерок тут же запутался в их волосах, приятно щекоча шею.

– Ты что делаешь? – опомнилась вдруг Изабель, остановившись и высвободив руку. У Лилит были очень горячие ладони.

– А на что это похоже? – мягко улыбнулась ведьма краешком пухлых губ.

– Ты совсем с ума сошла. Тётя убьёт меня.

– Можешь вернуться, – с той же улыбкой ответила девушка, повернувшись спиной к собеседнице и медленно зашагав по направлению к воротам. Бель стояла посреди двора, задумчиво глядя ей вслед. К чёрту всё. За пару секунд леди догнала свою похитительницу и, крепко вцепившись в горячую ладонь, вздохнула:

– Не знаю, что ты задумала, но я хочу тебе верить, Лилит.

– Луна сегодня прекрасна, не правда ли? – задумчиво протянула ведьма, глядя на бесконечное чёрно-синее небо, усыпанное звёздами.

Изабель подняла взгляд на ночное светило. Белоснежно-серебристый лунный диск сверкал в небе, казалось, ещё ярче обыкновенного.

– Да, ты права, – тихо выдохнула девушка, понимая, что не в силах оторваться от этого прекрасного зрелища.

– Я покажу тебе кое-что. Кое-что важное, – голос Лилит был серьёзен и холоден. – Ты сказала, что веришь мне. Но могу ли я верить тебе?

– Конечно, можешь, – уверенно кивнула Изабель, стараясь угадать, что же такое собирается показать ей знакомая.

– Однажды я дорого за это заплачу. И пожалею сотню раз, что делаю это, – брюнетка всё ещё смотрела на небо, словно искала там какие-то знаки, понятные лишь ей одной.

– Тогда зачем ты…

– Не знаю, – перебила девушку Лилит, переведя взгляд на неё. Бель невольно вздрогнула. В свете луны глаза ведьмы сияли каким-то неестественным светом, становясь почти что чёрными. Такими глубокими и притягательными.

– Может ли это значить, что ты доверяешь мне?

– Не знаю, – улыбнулась девушка, легонько дёрнув плечами. От этого невесомого движения её кудри откинулись на спину, обнажая бледные плечи. От чего-то это выглядело так мило.

– Зато я знаю. Ты доверяешь мне.

Лилит промолчала, хотя давно поняла – она слишком открылась этой девочке. Не следовало бы так делать. Да и привязываться к ней тоже не стоило бы. С сожалением ведьма отметила про себя, что уже поздно. Поздно отрицать очевидное – Изабель оставила в её сердце неизгладимый отпечаток. След, наполненный ароматом белых роз.

Только за пределами двора Бель смогла немного расслабиться. Она будто покинула тюремную камеру, в которой провела последние несколько недель. А Лилит между тем вела её в сторону леса. Сначала они шли по тропе мимо деревенских домов, а затем резко свернули влево, размянувшись с уходившей вправо дорогой. Атмосфера немного пугала девушку, но лишь потому, что была непривычной: до этой минуты Бель не приходилось гулять ночами за вратами двора, а тем более в лесу. Но её сопровождающая уверенно пробиралась сквозь кусты и ветки деревьев. Было видно, что путь ей хорошо знаком, так что заблудиться Изабель не боялась. Всё это время леди ни на секунду не выпускала ладонь Лилит из своей, да та и не была против. Казалось, что она даже не замечает этого.

– Куда мы идем? – поинтересовалась, наконец, Бель.

– Я хочу показать тебе другой мир, принцесса. Пусть не такой роскошный, без балов и дорогих нарядов зато… Такой родной.

– А я не буду там лишней?

– Можно подумать твоё место в замке, среди пафосных барышень и высокомерных мужиков.

– Я не знаю, где моё место, – вздохнула Изабель, отодвигая от себя очередную ветку.

Лилит остановилась, повернувшись лицом к спутнице.

– Я знаю. И надеюсь, что не ошибаюсь. В противном случае гореть всем нам на костре. Докажи мне, что я рискую не зря, ладно? – улыбнулась брюнетка. Сейчас эта улыбка больше походила на оскал. Слишком темно, наверное…

Вскоре послышались приглушенные звуки скрипки и женский смех. Изабель удивленно взглянула на Лилит.

– Я обещала тебе другой мир. Так получи же его. Добро пожаловать, – ведьма, отпустив руку леди, перешла на бег, придерживая подол длинного платья. Сейчас она была такой живой, настоящей. Такой человечной. И трудно представить эту веселую, игривую девушку злобной и надменной тварью, коей она представала в замке. – Ты идёшь? – голос Лилит прервал раздумья Бель. Она кивнула и догнала девушку.

Чем ближе они подходили к нужному месту, тем громче становилась музыка, тем звонче становились голоса, и Изабель уже могла различать говорящих.

– Иди же! – Лилит чуть подтолкнула неуверенно замершую в кустах подругу в нужную сторону. – Они не кусаются. Ну, по крайней мере, не все.

Бель с опаской взглянула в глаза брюнетке. Та лишь рассмеялась.

– Да шучу я, шучу. Идем, – ведьма протянула леди руку. Та уверенно её сжала, закусив губу.

Обойдя пару деревьев, девушки оказались на большой поляне, на которой развернулась целая деревня. Лилит оказалась права – это был совершенно другой мир. Маленькие домики, танцующие девушки и парни со скрипками, приятное тепло, исходящее от костра неподалеку от жилищ. Эти люди… Они были так счастливы. Улыбались, смеялись, пели песни и танцевали, взявшись за руки. Не успела Изабель всё рассмотреть, как к ним с Лилит подбежала светловолосая девушка, на вид чуть старше их обеих. При виде гостей блондинка улыбнулась еще шире, обнимая спутницу Бель.

– Ты пришла, – произнесла она, прервав объятия. – Да ещё и подругу привела, – девушка перевела взгляд на смущенную племянницу хозяйки поместья. Её ярко-голубые глаза буквально сверлили Изабель. Одета светловолосая была по-простому: коричневая юбка в пол и белая блуза с расклешенными рукавами. Впрочем, подавляющее большинство девушек в этой деревне выглядели именно так.

– Это Изабель, – улыбнулась Лилит, положив руку на плечо собеседницы. – Я рассказывала тебе о ней, Мэри.

– Та самая?

Ведьма кивнула.

– Что ж, приятно познакомиться. Я Мэри, – девушка протянула Бель руку. Про себя та отметила, что кожа новой знакомой такая же светлая, как и у Лилит. Да и вообще они были очень похожи.

– Мне тоже очень приятно, – по привычке Бель вместо рукопожатия сделала легкий поклон, чем вызвала игривую усмешку у Мэри.

– Добро пожаловать, – блондинка одарила Лилит странным возмущенно-понимающим взглядом и вернулась к компании танцующих девчонок.

– По-моему, я здесь всё-таки лишняя, – вздохнула Изабель, неуверенно глядя на брюнетку.

– Глупости. Мэри просто очень беспокоится за меня, поэтому с осторожностью к тебе отнеслась. Ты понравишься ей, вот увидишь.

– Почему ты так уверена? – не унималась леди, следуя за Лилит куда-то в сторону костра. Из-за громкого смеха и чарующих мелодий скрипки, девушки почти не слышали друг друга.

– Потому что она моя сестра. Я отлично знаю её.

Изабель не удивилась – сходство между ними было заметно сразу.

– Та, что выжила?

Брюнетка кивнула, продолжая медленно прохаживаться по деревне то и дело улыбаясь окружающим её людям.

– Ты другая сейчас, – усмехнулась Бель.

– Какая же? – Лилит, остановившись в паре метров от костра, развернулась и медленно притянула кареглазую чуть ближе к себе.

– Настоящая, – леди даже и не думала убирать руки ведьмы со своей талии. Не хотелось нарушать атмосферу той сказки, в которую она попала. Да, для неё сказкой была именно эта маленькая деревня с простыми домами и запахом горящих дров, а не те роскошные покои, в которых она, как в заключении, проводила дни.

– Ты можешь проснуться утром, совершенно не помня этой ночи. Если я так захочу.

– Но ты же этого не хочешь, – мягко улыбнулась Изабель, откинув в лица растрепанные ветром волосы.

– Развлекайся, принцесса, – брюнетка выпустила девушку из тесных объятий и закружилась в танце.

Пожалуй, это была одна из лучших ночей в жизни Изабель. Она была уверенна – Лилит ни за что не отнимет у неё эти воспоминания. Более того, теперь она – часть этого мира.

Глава 6. Украденные воспоминания

– Ну, ты понимаешь, что сделала? – Мэри присела рядом с сестрой, которая молча всматривалась в языки пламени, вздымающиеся к самым небесам.

– Где она?

– У меня дома, спит. Не уходи от темы.

– Чего ты от меня хочешь? – Лилит взглянула на блондинку и усмехнулась.

– Хочу, чтобы ты выкинула из головы глупые мысли.

– Ты говоришь, как Астарот, – фыркнула брюнетка, завалившись на траву и разглядывая прекрасное ночное небо.

– Я переживаю за тебя, неужели непонятно? – Мэри последовала примеру сестры. – Эта девочка мне не нравится.

– Почему?

– Не знаю. Карты говорят…

– Карты, карты. Ты знаешь, что я не доверяю таким гаданиям. Слишком уж всё субъективно. Ты видишь в этих картинках то, что хочешь увидеть. И вообще. Ты уже успела на неё погадать?

Блондинка засмеялась и кивнула. Но через мгновение её голос вновь стал сосредоточенным и серьёзным.

– Лилит, не приводи её больше сюда.

– С каких пор ты указываешь, что мне делать? – ведьма изучала узоры из звёзд, словно старалась увидеть в них образы, но, к сожалению, это были всего лишь созвездия.

– Это не указание, а просьба. Думаешь, против только я? Люси она тоже не особо-то и понравилась.

– Великолепно.

– Тебе ведь без разницы, что я тут говорю, да? – обреченно вздохнула Мэри, приподнявшись на локтях и взглянув сестре в глаза. Та лишь пожала плечами.

– Сестричка, ты прекрасно знаешь, что мне дорого твоё внимание и забота, особенно учитывая то, что я убила всю нашу семью и чуть не покалечила тебя, но я не могу оставить её. Не могу.

– Почему? Хотя нет, не говори. Всё и так понятно. Просто… Я не знаю. Будь осторожнее, хорошо? Её тётка тебя явно не любит.

– По мне давно плачет костёр, – как–то особенно эмоционально произнесла Лилит, переведя взгляд на пламя. В её голосе смешалась ирония, печаль и доля безысходности.

– Чёрт тебя возьми, Лилит, хватит так говорить, – Мэри толкнула сестру в бок. Безразличное

отношение ведьмы к смерти жутко раздражало блондинку, как и то, что родственница допускает даже мысль о том, что может произойти нечто подобное.

– Он меня давно взял, – уже спокойнее произнесла зеленоглазая. – Что ты так злишься? Разве карты тебе не говорили, что я погибну от своего же оружия?

Мэри замолчала. Лилит всегда умела завести беседу в тупик.

– Ладно, – произнесла она спустя минуту. – но если вдруг с тобой что–то случится, я убью эту… Как её там. Поняла?

Брюнетка рассмеялась.

– Это претит твоей вере. Викканство не одобряет таких вещей.

– Если из-за неё ты пострадаешь – я за себя не ручаюсь.

– Ты же прекрасно знаешь, что меня ждёт, – Лилит присела и обняла сестру. – А ещё ты прекрасно знаешь, что против судьбы идти нет смысла. Всё равно всё будет так, как должно быть.

– Я не хочу думать об этом, Лили.

– Иди спи, сестричка. Поздно уже.

Мэри кивнула и поднялась на ноги.

– А ты не идешь? – поинтересовалась она, заметив, что брюнетка продолжает неподвижно сидеть на траве.

– Не сейчас… – вздохнула Лилит, кидая в костёр пару сухих веток.

– Я рядом, если что.

– Я знаю, милая, знаю, – улыбнулась ведьма, подтянув колени к груди. Она редко была такой грустно-

задумчивой, и Мэри уже возненавидела Изабель за то, что та заморочила сестре голову, хотя, формально, её вины, конечно, не было. Окинув Лилит печальным взглядом, блондинка удалилась к себе в домик, оставив ведьму в одиночестве.

Ночь была темной и тихой, лишь костёр трещал, опаляя брошенные в него ветки. Сотни мыслей разом проносились в сознании зеленоглазой. Она прокручивала в голове разные концовки этой истории, и не в одной не было счастливого финала. Лилит прекрасно понимала – чувства к Бель до добра не доведут, но поделать ничего не могла. Заставить её забыть? Хороший вариант, да только свои воспоминания не сотрёшь, как бы того не хотелось.

Прикрыв глаза, девушка вслушивалась в пение костра. Однажды он убьет её, совершенно точно, но пока что…

– Ты чего не спишь? – тихий голос за спиной. Изабель.

– У меня к тебе тот же вопрос, – не открывая глаз усмехается Лилит. Одиночества захотела, как же.

– Мэри вернулась и случайно меня разбудила. Не возражаешь? – Бель присела рядом с брюнеткой. – Ты ведь не сделаешь этого?

– О чём ты? – Лилит открыла глаза и взглянула на собеседницу.

– Воспоминания. Ты ведь не отнимешь их у меня, верно?

– Посмотрим, – пожала плечами ведьма. Сейчас она действительно размышляла над этим.

– Но зачем тогда всё это? Зачем приводить меня сюда, а потом заставлять забыть?

– Потому что я – дура, – усмехнувшись, брюнетка переводит взгляд на небо. Дура. Полная.

– Но я не хочу забывать это место. Я словно оказалась дома. Обещаю, никто не узнает.

– Я подумаю, Изабель, – отрешённый взгляд, холодный тон. Она снова превращалась в бесчувственную куклу, которой была в замке.

– И ещё кое-что, – леди чуть коснулась длинными пальцами оголённого плеча ведьмы. Почувствовав на своей коже тепло чужих рук Лилит повернулась к Бель. – Я не хочу забывать тебя, – губы девушек были почти в нескольких сантиметрах друг от друга так, что они ощущали чужое дыхание.

– Хорошая попытка, леди, – брюнетка вновь отвернулась, аккуратно убрав с плеча тонкую ручку подруги. – Узнаю в тебе замашки Эммы.

– Какие ещё замашки? Какая попытка? Я действительно не хочу забывать тебя. Почему так трудно в это поверить?

Лилит молчала. Ей нечего было ответить.

– Ты молчишь, потому что я права, а ты не любишь слушать правду. Не любишь, когда кто-то видит тебя настоящую, заглядывает под маску, ведь только ты можешь так делать, да? Только ты имеешь право ковыряться в чужих мыслях, вмешиваться в жизни, рушить привычный мир, а потом грозить, что заберешь обратно то, сама же и дала. Это глупо, Лилит. Перестань играть.

– Всё сказала? – ведьма поднялась с земли, сверху вниз глядя на Изабель.

– Нет, вообще–то я…

– Впрочем, мне всё равно, – махнула рукой девушка, направляясь куда-то в сторону чащи. Подальше от

деревни, костра и этой неугомонной русоволосой феи.

– Стой, куда ты пошла? – крикнула Изабель, порываясь кинуться следом за ней.

– Какая разница. Иди спи, поздно уже, – довольно грубо произнесла Лилит. Шанс, что Бель возненавидит её и уйдет сама был крайне мал, но всё же был. Требовалось немного – быть сукой, что у ведьмы получалось лучше всего. Было больно. Очень. Но надо было прекратить это безумие.

Как и ожидалось, Изабель не догнала её. Наверное, вернулась в дом и сейчас жалуется Мэри на то, какая у неё своенравная сестра. Касательно этого, они бы поладили.

Бежать в лес. Чем дальше, тем лучше. Идеальнее всего просто потеряться тут навсегда, среди могучих многовековых дубов и высокой травы.

Ночь была тёмной и тихой, а природа таинственной. Засыпать под луной и звездами – что может быть прекраснее? А в мыслях она. Нездоровое, больное влечение, сулящее смерть если не обеим, то одной из них точно. Лилит засыпает, обещая себе раз и навсегда забыть эту девушку. Ради её же блага.

***

С первыми лучами солнца ведьма возвращается в деревню. Ещё издалека она замечает Изабель, заснувшую возле костра. “Наверное, ждала, что я вернусь” подумала Лилит, но тут же одернула себя – с этим покончено.

Мэри тоже проснулась и копошилась в сарае.

– Ты так и не пришла вчера? – усмехнулась она, заметив на пороге сестру. – Почему?

– Бежала от самой себя, – пожала плечами брюнетка, тяжело вздохнув. – И от неё.

Мэри выглянула на улицу, наткнувшись взглядом на спящую леди.

– Уже поздно убегать, Лилит. Теперь просто будь осторожна.

– Нет, Мэри. Никогда не поздно. Прости, что привела её сюда.

Блондинка подошла к ведьме и обняла её.

– Всё в порядке, – мягко улыбнулась она. – И что будешь делать?

– Сделаю вид, что всё это просто сон.

– Думаешь, она поверит? Похоже, вчерашняя ночь стала для неё чем-то значимым.

– Поверит или нет – меня не касается. Даже при желании она не сможет в одиночку найти деревню, так что… – Лилит потерла лоб. Было видно, что это решение далось ей с большим трудом.

– Я знаю, тебе тяжело, но мне кажется, ты поступаешь правильно.

– Надеюсь. Попроси Фрэда отнести её поближе к замку. Пусть думает, что заснула в лесу.

–Уверена? – Мэри до последнего считала, что Лилит передумает, но ведьма лишь кивнула в ответ.

Блондинка молча удалилась, оставив сестру наедине с её мыслями. “Надо делать вид, что ничего не было. Да, так будет лучше и для меня, и для неё”.

– Прости меня, принцесса, – прошептала девушка, издалека наблюдая за тем, как высокий темноволосый парень берет Изабель на руки и направляется к тропе, ведущей к замку. Спустя минуту его силуэт полностью теряется меж деревьев.

– Ты справишься, – Мэри вновь подходит к Лилит, но та молча разворачивается и уходит. – Куда ты?

– В замок, куда же ещё.

– Тебя ждать вечером?

Ответом послужило молчание. Мэри было больно за сестру, но так и правда было лучше – Изабель погубила бы её однозначно. Проводив ведьму грустным взглядом, блондинка вернулась к своим привычным делам.

***

Лесная поляна. Та самая, где Бель впервые заговорила с Лилит. Потянувшись, леди открывает глаза, мысленно удивляясь тому, насколько в деревне тихо по утрам. Однако, оглянувшись по сторонам, она поняла, что находится совершенно в другом месте. Несколько секунд она просто лежит на земле, перебирая в руках прядь спутавшихся от ночных плясок волос. Не могло это быть сном. Слишком реально для игры воображения. Отправиться искать эту деревню? В темноте Изабель слишком плохо разглядела путь, да и вообще в той части леса даже тропинок не было толком. Не вариант…

Поднявшись на ноги девушка побрела в сторону замка. Тетя, должно быть, вне себя от злости, ведь вчера Бель сбежала с очередного приёма. Что происходило ночью? Если это был сон, то самый прекрасный в её жизни. Да нет же, не может это быть плодом фантазии. Лилит хотела забрать воспоминания, так почему же этого не сделала? Какую игру она снова затеяла? Куча вопросов, ни одного ответа.

Войдя во двор, Бель направилась ко входу в замок. Уже стоя на пороге, она поморщилась – вновь всё то же самое. То, от чего прошлой ночью её спасала Лилит, пускай даже во сне. Двери распахнулись, рыцари приветствовали даму поклоном – от всего этого уже тошнит. В зале суетились слуги, очевидно приводя покои в порядок после прошедшего мероприятия.

– Леди Изабель! – к девушке подбежала Матильда. – Где вы были? Я вас обыскалась. Что произошло? – испуганно затороторила служанка, разглядывая испачканное платье хозяйки. – Вы в порядке?

– Да, Матильда, в порядке. Скажи, ты не видела Лилит?

– Леди Лилит у себя в спальне, просила её не тревожить. Не советую к ней заходить. Она выглядела очень рассерженной.

– Будто обычно она выглядет иначе, – усмехнулась Изабель, направляясь к лестнице.

– Вам точно ничего не нужно? Может, вы хотите сменить одежду или позавтракать?

– Я всё сделаю сама, спасибо, – не поворачиваясь произнесла девушка, преодолев уже половину ступенек. Возле комнаты ведьмы, леди немного замялась – а стоит ли? Это же Лилит. Едва ли ответит хоть на какой-нибудь вопрос честно и откровенно. Но не успела она опомниться, как уже стучала в массивную деревянную дверь.

– Я же сказала – не тревожить, – послышалось недовольное бурчание, больше походившее на рык.

– Это Изабель. Можно войти?

Дверь открылась и на пороге показалась Лилит, облаченная в чёрное шелковое платье в пол. Аккуратная прическа, кольца на пальцах – едва ли в таком виде она могла находиться прошлой ночью в лесу.

– Чем обязана?

– Зачем ты бросила меня в лесу?

– О чём вы, леди Изабель?

– Не притворяйся, Лилит. Ты прекрасно всё помнишь. Вчера вечером ты увела меня из замка и показала деревню. Там были какие-то люди, они пели, а ещё сестра твоя… А утром я проснулась на поляне одна. Зачем ты меня бросила?

– Всё было не так, леди. Да, я увела тебя с приёма, но на этом мы разошлись. Ты осталась во дворе, а я ушла. Хотя твой сон весьма занятен. Будь внимательна и не гуляй по ночам в лесу, мало ли что.

– Ты опять врёшь. Ты постоянно делаешь это. Хватит. Скажи мне правду, Лилит.

– Я уже всё сказала, – ведьма пристально смотрела в глаза Бель. Сон, просто сон.

– Ладно, хорошо. Тогда забери эти воспоминания, как и планировала. Я не хочу помнить то, чего не было.

– Вам нужно выспаться, леди. Всего доброго, – брюнетка поспешно захлопнула дверь.

Изабель лишний раз убеждается в том, что Лилит что-то явно скрывает и недоговаривает. Но на споры нет ни сил, ни желания.

Длинный холодный коридор, знакомая комната, каждая деталь которой до омерзения надоела. Кровать вместо сухой травы, впитавшей в себя запах дыма от костра, тишина вместо чарующих звуков скрипки, унылый серый потолок вместо бескрайнего ночного неба. Нет, это не было сном.

Переодевшись в чистую одежду, Бель спустилась в зал, а затем направилась во двор. Она уже знала, что сделает – найти деревню было единственным вариантом доказать себе, что ей не кажется и всё, что происходило, происходило наяву.

Миновав ворота, девушка двинулась в сторону леса. Путь Изабель помнила отдаленно, так что шла фактически наугад. Уже возле тропинки, ведущей в чащу, она остановилась, размышляя – стоит ли оно того? И лишь признавшись себе “стоит” продолжила путь.

***

Время близилось к ужину, обитатели замка собрались в зале за столом.

– Изабель совсем от рук отбилась – теперь вот даже на ужин не спускается, – раздраженно произнесла Эмма, отпивая из бокала вино. – Матильда, позови её. И будь понастойчивее.

– Да, леди, – кивнув, служанка удалилась.

– Это всё ты, – прошипела хозяйка, взглянув на Лилит. – Ты её испортила. Втягиваешь в свои колдовские секты, голову заморочила совсем.

– Эмма, вам померещилось, должно быть. Я не контактирую с Изабель, – наигранность, с которой ведьма произносила эту фразу, злила женщину ещё больше.

– Перестань играть в дурочку, тебе не идет. Стража видела, как вы вчера ночью покидали замок. Не думай, что способна обмануть меня.

– Ладно, ладно. Успокойся, Эмма. Не надо так нервничать.

Повисло молчание, лишь изредка был слышен стук ставящихся на стол бокалов и звон столовых приборов. Вскоре в зал вошла Матильда. Она была немного взволнована.

– Она спустится? Ты сказала, что я очень зла?

– Её нет в спальне, леди Эмма, – тихо произнесла девушка, не поднимая взгляд. Она боялась разозлить хозяйку дурными вестями.

– Как это? – с нескрываемым удивлением ответила Эмма.

– Не знаю, леди, но её нет.

– Так, с меня хватит, – хозяйка встала из-за стола и направилась к выходу.

Лилит знала, что она сейчас, скорее всего, прикажет рыцарям отправиться на поиски племянницы, что может подвергнуть опасности всех жителей деревни в случае, если её обнаружат. Конечно, брюнетка догадалась, куда делась неугомонная Изабель. Просто так принять тот факт, что прошлая ночь была лишь сном, она не могла. Надо было подумать об этом раньше…

– Я найду её, – спокойно произнесла Лилит, следом за Эммой покидая зал. – Я знаю, где она может быть.

– Ну конечно, без тебя в этой истории не обошлось, кто бы сомневался.

– Твоим рыцарям её никогда не найти. Лес огромен, и только я знаю его, как свои пять пальцев. Ты хочешь вернуть племянницу или нет? – ведьма поравнялась с хозяйкой, изучая её внимательным взглядом, хотя уже знала, что та ответит. Не успела женщина и слова произнести, как брюнетка улыбнулась. – Вот и славно. Жди. И не смей посылать никого на поиски, хуже будет, – в угрозах девушки никто не сомневался и проверять серьёзность её настроя не хотел, так что Эмма лишь обречённо вздохнула, возвращаясь в зал.

Покинув замок, Лилит быстрым шагом направилась к воротам, а затем – по дороге в лес, мысленно ругая себя за череду глупых и необдуманных поступков, которые уже грозили ей большими проблемами. Так или иначе, но найти Изабель нужно было до темноты. Ночью она может ненароком забрести к болоту и тогда уже искать придется только её тело.

Бросить всё – Лилит этого очень хотелось, но оставить девушку одну в незнакомом лесу, да ещё и

преисполненную желанием отыскать таинственную деревню, она не могла.

Солнце медленно клонилось к горизонту, а ведьма отправлялась на поиски самого ценного, что когда-либо было в её жизни.

Глава 7. Я не хочу забывать тебя

– Бель! – Лилит пробиралась сквозь кусты, выкрикивая имя девушки вот уже раз, казалось, в сотый. – Ну и где эта девчонка. Надеюсь, с ней ничего не случилось, – ведьма часто разговаривала сама с собой. Это помогало в детстве смягчить одиночество. Было не так грустно. Да и в более старшем возрасте она частенько делала это – когда было страшно или тоскливо. Да, сейчас брюнетка очень боялась. Боялась, что с Изабель что-то произошло. Интуиция говорила ей – всё в порядке, но Лилит впервые в жизни игнорировала внутренний голос. – Бель!

Лес не казался ведьме пугающим или каким-то бескрайним, бесконечно-пустым. Она почти выросла среди этих деревьев и знала каждый его сантиметр. Но Изабель… Она могла с легкостью потеряться, наткнуться на вышедших на ритуал практиков или попросту угодить в болото. Половина пути была пройдена, большая часть территории – осмотрена, но следов юной леди не было.

Выйдя к давно запомнившейся поляне и присев под деревом, Лилит прикрыла глаза, пытаясь почувствовать знакомую. Вернее сказать – её местонахождение.

– Развлекаешься? – голос откуда-то сбоку. Тихий, с усмешкой. Ситуация до ужаса знакомая, лишь смена ролей привнесла в неё нечто новое.

– Конечно, ведь искать сбежавшую девчонку ночью в лесу – то ещё наслаждение, – грубо произнесла брюнетка, встав на ноги. Она всё ещё помнила о той маленькой игре, что затеяла. Теперь она не казалась ей такой уж хорошей, но отступать было слишком поздно. – Нам пора возвращаться. Твоя тётя вне себя от злости.

– Я никуда не пойду, пока ты не скажешь мне правду.

– Ты снова о тех снах? Я же уже объясняла – ты просто заснула в лесу и нафантазировала себе что–то. А сестра моя… Я тебе про неё рассказывала, так что ничего удивительного не вижу. Хотела бы я жить так, как в твоём воображении, малышка Бель. Но всё куда проще.

– Куда же ты по ночам уходишь? Просто бродишь по лесу? – не унималась Изабель, чуть отойдя назад и оказавшись почти под деревом, там, где до этого сидела Лилит.

– Да, это успокаивает, подпитывает силы. В конце концов, я тоже ненавижу этот замок и ловлю любую возможность оттуда сбежать. Пусть даже всего лишь на ночь. Ну, теперь всё? Мы можем идти?

Кареглазая внимательно смотрела на собеседницу, стараясь улучить любое изменение эмоции или тень беспокойства, но, похоже, ведьма совершенно не стыдилась своей лжи.

– Мы идём? – Лилит повторила вопрос, протягивая руку.

– Нет, подожди-ка, а вдруг и сейчас все – сон. И я в лесу, одна, проснусь наутро брошенная и потерянная. Да, точно, я сплю, должно быть. Где-то там, дома, во Франции. И мама с папой живы-здоровы, и мне не надо больше жить с этой противной теткой, и ты… Просто воображение. Надо проснуться. Мама! – леди присела на корточки, обхватив колени руками и чуть тихо застонала. Поначалу Лилит казалось, что это просто не умелое симулирование, не больше, чем попытка выудить информацию, оправдавшись тем, что соперник всегда использует запрещенные приемы. Но смотря на то, как на земле заливается слезами и тихими криками хрупкая русоволосая девочка, еще вчера танцевавшая рядом с ней такая счастливая и улыбчивая, ведьма не могла больше играть эту роль. Признавшись себе абсолютно честно, что стала слабой и жалкой, брюнетка подошла к Бель и присела рядом.

– Тише, успокойся, – прошептала она, поглаживая девушку по голове. – Сейчас ты не спишь. Мы действительно в лесу, и нам пора. Ты же знаешь, какой может быть твоя тётушка. Зачем лишний раз давать повод для скандала?

Изабель подняла заплаканные глаза на Лилит. “Нет, не спрашивай ничего, прошу!” мысленно взмолилась ведьма, понимая, что врать больше не сможет, только не в такой ситуации.

– Лилит… Скажи мне правду. Почему ты играешь со мной? Почему именно я? Я не хочу чувствовать себя так паршиво. Если это был просто сон… Ответь. Правду. То, что ты скажешь сейчас, я приму, мы вернемся в замок, и всё закончится, каким бы не был твой ответ. Я не хочу больше всего этого. Мне хватает боли, Лилит. Мне просто нужна правда. Неужели я многого прошу?

Вот чёрт. Брюнетка тяжело вздохнула – вечер откровений?

– Нет, Бель, ты заслуживаешь правды. Как никто другой заслуживаешь.

– Тогда в чём…

– Это не было сном, ты права. Деревня, люди, моя сестра, танцы – всё это было в реальности. Ты

спросила меня днем, почему я бросила тебя одну, помнишь? Всё это неправильно, я совершила ошибку. Думала, поверь ты, что этого не было – станет проще. А оно видишь, как оказалось.

– Что ж… – произнесла Изабель, выдержав напряженную паузу. Вероятно, собираясь с мыслями. – Спасибо, что поделилась. Как я и обещала – давай вернёмся в замок и про всё забудем. Попытаемся, в крайнем случае. Если ты не хочешь, чтобы я была в твоей жизни, то так тому и быть.

– А ты? Ты сама-то этого хочешь? – Лилит дотронулась пальцами щеки девушки. – И я сейчас не про деревни, костры и весёлые пляски под скрипку. У всего этого есть и обратная сторона. И у меня она тоже есть. Хочешь ли ты остаться рядом?

Бель кивнула. Немного неуверенно, но это, скорее, от смущения, ведь горячая ладонь ведьмы всё ещё касалась её лица.

– Я уже говорила – я не хочу забывать тебя. Не в этой жизни.

Брюнетка лишь усмехнулась. Это звучало так наивно, но в то же время мило, что что-то внутри неконтролируемо дрожало, ломалось что ли. Что-то определённо новое и незнакомое доселе юной ведьме. Что-то, чего она боялась и отказывалась принимать.

– Почему ты думаешь, что всё закончится плохо? – вдруг произнесла Бель, накрыв ладонь Лилит, лежащую у неё на щеке, своей.

– Я не думаю, я точно это знаю. И Мэри знает.

– Мэри? Она что, видит будущее? – как только разговор перешёл на тему колдовства глаза Изабель заметно загорелись. Было видно, что всё это явно привлекает молодую леди.

– Почти. На картах гадает. И считает это лучшим способом предсказаний.

– А ты не веришь в это?

– Так точно, – брюнетка убрала руку от лица собеседницы. – Полагаюсь только на свои… способности. А эти картинки на картонках просто ерунда. Трактуешь это так, как того желаешь. Идём, – девушка встала с земли. – Нам и правда пора.

Изабель последовала примеру спутницы. Вскоре они обе уже шли к замку.

– Я не понравилась Мэри, да? – Бель уже в который раз нарушила тишину, повисшую в воздухе плотным клубом.

– Почему же… – задумчиво протянула Лилит, отодвигая ветви кустов и деревьев. – Она просто волнуется за меня. Иногда даже больше, чем следовало бы.

– Но почему она не взлюбила именно меня? Это из–за моей тёти? Я ничего ей не расскажу, обещаю.

– Я знаю. А даже если расскажешь – я не боюсь смерти.

– Ты не пострадаешь из–за меня. Никогда.

– Не давай обещаний, Бель, – вдохнула девушка. Она-то прекрасно знала, как развернется её судьба.

Остаток пути прошел в молчании. Уже у ворот, дам поприветствовал Астарот, как всегда одаривший Лилит многозначительным укоризненным взглядом. Изабель было интересно узнать побольше об этом мужчине. Кто он? И почему так тесно общается с ведьмой, ведь остальных рыцарей та даже не уважает, если не сказать, что относится к ним с высокомерием. Но что-то подсказывало, что сегодня не очень удачный для расспросов вечер. Предстоял трудный разговор с тётей, и Бель понятия не имела, что ей говорить и как оправдаться.

Войдя в замок, девушки услышали возмущенное ворчание Эммы, отчитывающей в зале служанок за очередную оплошность. Как только тяжелые двери с громким стуком захлопнулись, в помещении воцарилась тишина.

– Эмма, я привела её, – спокойно произнесла Лилит, проходя к лестнице. – Спала в лесу, заблудилась, видимо. Леди Изабель, больше не гуляйте в одиночестве, – усмехнулась брюнетка, поднимаясь наверх.

Бель чуть улыбнулась и перевела взгляд на тётю.

– Извини, – только и смогла произнести девушка.

– Тебе лучше прекратить общение с Лилит. Она плохо на тебя влияет, – Эмма уселась в кресло, жестом

прося у одной из служанок воды.

– Позволь мне самой выбирать круг своих знакомых, – как можно мягче произнесла Изабель, стараясь не грубить уставшей и нервной тетушке. – Я могу идти?

Эмма кивнула, махнув рукой – спорить бесполезно. Теперь Бель чисто из принципа продолжит общаться с ведьмой. Просто потому, что этого не хочет её тётя.

Слегка поклонившись, леди отправилась в свои покои. На дворе стояла глубокая ночь, глаза слипались – сказывался недосып и целый день поисков, сил просто не было. Прямо в одежде завалившись в кровать, девушка не заметила, как заснула.

***

Проснулась она ближе к обеду, когда замок наполнился хоть какими–то звуками, и не был так пуст и мрачен, как обычно.

Пару раз заглядывала Матильда, постоянно уточняя, не нужно ли хозяйке что–либо. Эта милая девушка нравилась Изабель. Из всех обитателей замка она была самой приветливой и улыбчивой, даже несмотря на то, что обращались с ней хуже, чем с остальными. Особенно после приезда Бель.

После последнего визита Матильды прошло несколько минут, и в дверь тихо постучали, а затем в комнату вошла светловолосая девушка. Изабель знала её – служанка Лилит. Ситуация выглядела странно – раньше Маргарет никогда не появлялась в спальне леди.

– Леди, Изабель, – чуть слышно произнесла она. – Леди Лилит вас зовет.

– Правда? – удивилась Бель. Она явно не ожидала, что брюнетка захочет её видеть. Особенно после того, как хотела внушить нереальность недавних событий.

– Она ждет у себя, – так же робко пролепетала служанка и скрылась за дверью. Надо же, как Лилит её запугала.

Недолго думая, Изабель покинула покои и направилась в спальню ведьмы. По привычке, проходя мимо портрета матери, девушка улыбнулась, скользнув по нему взглядом. Как же ей не хватает материнского тепла. К шепоту по ночам и шороху в темных углах Бель давно привыкла. К одиночеству – нет.

Дверь в комнату новой знакомой была открыта, и леди без стука зашла внутрь. Лилит стояла перед зеркалом, изучая что-то отражающееся в его гладкой поверхности.

– Ты звала? – Изабель остановилась возле порога, внимательно изучая изящную спину ведьмы.

– Так и есть, – кивнула девушка, даже не взглянув на гостью.

– Зачем?

– Я иду в деревню. Хочешь со мной? – Лилит вдруг резко обернулась, откинув с лица волосы.

– А как же твои игры? – с подозрением спросила леди, хотя ещё ночью в лесу она поняла, что брюнетка сдалась, ведь ей самой надоело быть одинокой.

– Ну, зачем всё усложнять, принцесса? – ведьма подошла вплотную к Бель. От девушки пахло шоколадом и какими-то цветами. Лилиями, кажется.

– Но вчера…

– Не пытайся залезть ко мне в душу, Бель. Её там нет. А ещё не пытайся найти объяснение поступкам, которые я совершаю. Если я зову, значит так надо. Хочешь – иди, не хочешь – останься в замке, всё просто, – брюнетка обошла Изабель и направилась к двери. Уже в дверном проеме она игриво улыбнулась. – Но я же знаю, что ты хочешь. Так что не пытайся меня понять, а просто… Просто чувствуй. И делай так, как велит интуиция.

В этом есть смысл, пожалуй.

– Ну так что? – Лилит протянула руку. – Что выбираешь: сказку или очередной унылый день в стенах этой тюрьмы?

Недолго думая, леди подошла к знакомой и сжала её ладонь.

– Сказку, – улыбнулась она. – Твою сказку.

Ведьма покачала головой и улыбнулась.

– Не мою, а нашу. Ты – часть этого мира. Как бы того не хотела Мэри, но ты ведьма, а значит та деревня и твой дом тоже.

– Но я совсем ничего не умею. Какая же я ведьма? – удивилась Изабель, вместе с Лилит подходя к лестнице.

– Умеешь, просто не знаешь, как это контролировать. Тебе никто не показывал, как это делается, не учил. Если бы не Астарот, я бы тоже вряд ли самостоятельно научилась хоть чему-то из того, что умею.

– Астарот… А кто он? – Бель наконец решилась удоволетворить своё давнее любопытство.

– Демон, – пожала плечами брюнетка. Она говорила об этом так, будто это было что-то совершенно обыкновенное, или само собой разумеющееся.

– Ты так просто говоришь об этом, – усмехнулась девушка, придерживая юбку и спускаясь по крутым ступенькам вниз.

– А что такого? – засмеялась Лилит. – Для меня это вполне привычно, я всю жизнь живу с этим. И Астарота знаю с детства. Выглядел он иначе, правда, но суть от этого не менялась.

– И что, ты отдала ему душу?

Спустившись в зал, девушки пошли к выходу. Служанки засуетились, одна из них мгновенно побежала наверх, очевидно, доложить Эмме о том, что её племянница снова уходит с Лилит, тем самым нарушая её указ.

– Мне снова влетит, – грустно вздохнула Бель.

– Нет, я так не думаю, – ведьма остановилась, пристально вглядываясь в спину девушки, слегка склонив голову на бок. Через секунду доносчица с громким криком скатилась вниз по ступенькам, наверное, переломав себе пару-тройку костей. – Вот. Так–то лучше, – довольно улыбнулась Лилит, продолжив движение в сторону дверей.

– Зря ты так. Тётя все равно узнает, что я ушла, а эта девушка ни в чем не виновата, просто выполняет свою работу. Не стоило ей вредить.

– Это моя сущность, Бель. Я предупреждала тебя, что у этой сказки есть и тёмная сторона. Иногда я делаю плохие вещи, особенно, когда хочу защитить тех, кто… – ведьма замолчала, поняв, что вот-вот скажет лишнее.

– Тех, кто… что? Продолжай.

– Я просто хочу сказать, что совершаю иногда глупости, причиняю другим вред. Так что, может, послушаешь тётю? Пока не поздно, – брюнетка остановилась у выхода, взглянув на спутницу. Та улыбалась.

– Уже поздно, Лилит. Я успела привыкнуть к тебе, да и ты тоже, как бы не старалась этого скрыть. Не знаю, зачем ты изображаешь из себя ту, кем не являешься, но некоторые вещи ты утаить не в силах. Ты сама не отпустила бы меня, скажи я “нет”. Я вижу это в твоих глазах. Ты одинока. И это губит.

– Видишь, а говоришь – не ведьма, – усмехнулась, брюнетка, жестом приказывая рыцарям отворить двери.

– А при чём тут это? – оказавшись на улице, просила Бель.

– Эмпатия это. У меня тоже была, в свое время, но пришлось пожертвовать этой способность, ради чего-то большего. Гораздо большего. Хотя это очень замечательно – ощущать то, что чувствует собеседник. Крайне удобная и полезная штука. Мэри тоже это умеет. Попроси её – она научит, как этим правильно пользоваться.

– Мэри… – фыркнула леди. – Она не станет ничему меня учить. Я для неё лишняя.

– Дай ей время привыкнуть. Она узнает тебя получше и обязательно примет, как свою.

– Зачем ты делаешь это?

– Что?

– Вовлекаешь меня во всё это: приводишь в деревню, хотя все вокруг против, ссоришься с тётушкой, уводишь с приёмов, пытаешься защитить. Почему?

– Мне скучно, – улыбнулась Лилит. Двор остался за воротами, и девушки вышли к дороге. Был день, и народу на улицах было полно. Работа кипела, и Изабель с интересом наблюдала за жизнью простых крестьян.

– Я не верю тебе, – произнесла она спустя минуту, отвлекаясь от окружающих. – Ты опять врешь.

– И в чём, по–твоему, причина?

Леди пожала плечами.

– Понятия не имею, Лилит. И для меня загадка – ты посвятила меня в тайну всей своей жизни, привела, на свой страх и риск, в место, которое считаешь домом, споришь с тетей, зная, что она может тебя уничтожить, ведь ты не всесильна, но тем не менее не хочешь до конца мне открыться, всё время что-то скрываешь, играешь, изображаешь из себя ту, кем не являешься. Я не понимаю тебя и твои мотивы.

Солнце стояло высоко над горизонтом и нежно согревало землю. Его лучи путались в русых волосах юной леди, придавая им слегка рыжеватый оттенок.

– Однажды ты поймешь, принцесса, – мягко ответила ведьма, разжав ладонь и выпуская руку Бель.

– Я не хочу понимать, Лилит. Я хочу, чтобы ты сама мне это сказала. Хочу услышать это от тебя.

– Что услышать?

Изабель остановилась. Она шла позади спутницы и резко схватила её за край длинного рукава.

– Ты что творишь? – чуть раздраженно произнесла брюнетка, повернувшись лицом к Бель.

– Я прошу – хватит играть.

– Чего ты хочешь-то от меня? Я ответила тебе на все заданные вопросы, показала мир, который ты так

искала. Что ещё?

– Я не могу понять, что у тебя на уме. Что ты чувствуешь, Лилит?

– Что за странное желание залезть мне в голову? – усмехнулась девушка, поправляя помятые хваткой Изабель рукава. – Какая тебе разница? Я же не расспрашиваю тебя о твоих мыслях и эмоциях.

– А я и не возражала бы. Спроси – я скажу.

– Бель, мне всё равно. Я спасала тебя от гнёта тётки и перспективы наложницы у какого-нибудь богатого графа. Мне стало жалко тебя. Ты это хотела услышать?

– Нет, я всё равно не верю тебе, – покачала головой кареглазая, внимательно вглядываясь в глаза брюнетки. Та лишь махнула рукой и поспешила отвернуться.

– Как хочешь, – вздохнула она, вновь продолжив движение в сторону леса.

– Однажды ты скажешь мне это, – догнав Лилит, Бель игриво ткнула её в плечо.

– Уже сказала, – грубо проворчала ведьма, смотря куда-то вдаль.

Изабель предпочла не спорить. Она уже успела смириться со специфическим характером знакомой и точно знала, что в такие моменты лучше просто промолчать.

Оставшийся путь до деревни они прошли в полной тишине, лишь ветки изредка хрустели под ногами. Зато уже на подходе к деревне на Лилит с громким смехом накинулась Мэри.

– С днем рождения, сестричка, – блондинка крепко обняла ведьму. – Держи, – она протянула девушке маленькую коробочку, сделанную явно из подручных средств.

– Мэри, я же просила – никаких подарков.

– Ты же знала, что без этого не обойдется, верно? Здравствуй, Изабель, – с еле скрываемым раздражением произнесла Мэри, заметив её за спиной сестры.

– И тебе привет, – смущенно улыбнулась леди.

– Надеюсь, в этот раз никаких плясок ты не запланировала? – с подозрением усмехнулась Лилит, в сопровождении сестры и Изабель преодолевая последние километры до деревни.

– А почему ты так против? – Бель решила поддержать беседу, чувствуя себя немного лишней.

– Я не люблю этот праздник. И ты, Мэри, понимаешь, почему.

– А я вот не понимаю, – вновь отозвалась леди, поравнявшись с Лилит и её сестрой. – Что не так?

Мэри вздонула, поняв, что ей придется объяснять малоприятной даме подробности их с сестрой дел.

– Она считает, что умрет в этом году.

Изабель ожидала всего, но только не этого.

– Что? Почему? – девушке пришлось говорить громче, так как они почти подошли к деревне, и музыка заглушала голоса.

– Не я так считаю, а карты твои, – Лилит довольно спокойно об этом рассуждала. Будто и не о смерти вовсе идет речь.

– Ты опять всё переврала, Ли. Там была не совсем смерть…

– Хватит мне сказки рассказывать, – перебила её брюнетка. – То сочетание карт означало именно смерть.

– Откуда тебе знать? Ты карты в руках в жизни не держала.

– У меня свои методы.

– А ты больше слушай демонов этих. Сестре, значит, не верит, а тёмным – как пить дать.

Лилит рассмеялась.

– Не обманывай себя, сестричка. Мы обе знаем, как всё будет, и кто станет причиной, – ведьма слегка покосилась на Бель. Мэри вздохнула. Кажется, она понимала ход мыслей девушки. – Я вижу, ты всё-таки приготовила какой-то праздник, да? – Лилит довольно быстро перевела тему. Очевидно, запретную. Оно и к лучшему – слушать о её смерти Изабель не хотелось. Ей не хотелось терять эту девушку.

– Прости, ты же меня знаешь, – блондинка грустно улыбнулась. Кто-то позвал её, и она отошла, оставив Бель и сестру наедине.

– Почему ты не сказала, что у тебя день рождения?

– Ты и не спрашивала.

Молчание. Напряжение.

– Что это ещё за шутки про смерть?

– Это не шутки, – коротко. Резко. Похоже, она и правда всерьёз.

– Я не хочу, чтобы это произошло.

– Это не зависит от тебя. И от нас тоже. Так должно произойти.

– Не должно. Я не позволю.

Лилит усмехнулась.

– Смешная ты, – произнесла она, глядя куда-то в небо сквозь кроны деревьев. – Когда я умру, ты всё забудешь: меня, Мэри, деревню, всё события, с этим связанные. Так будет лучше.

– Но я не хочу…

– Забывать тебя. Да, да, я всё помню. Но так и правда будет лучше. И для тебя, и для всех остальных.

– Эгоистка. Ты чёртова эгоистка, Лилит.

Ведьма пожала плечами. Это не новость.

– И что будет потом? После того, как ты умрешь. Все просто заживут обычной жизнью, притворяясь, что ничего не было?

Брюнетка подошла к Бель, положив ладонь ей на плечо.

– Тебе не придется притворяться, принцесса. Ты ничего не будешь помнить.

– Но…

– Не надо, ничего не говори. Ты ещё скажешь мне спасибо.

– Когда? – почти шепотом от волнения произнесла девушка.

– В следующей жизни, Бель. В следующей жизни.

Глава 8. С днем рождения, милая ведьма

Она прекрасна, когда танцует. Эти растрёпанные волосы, раслабленная блаженная улыбка, полуприкрытые глаза, пухлые губы, которые она то и дело облизывает… Когда она танцует – всё остальное не имеет значения. Всё вокруг теряет свой смысл, если он вообще есть. Она такая настоящая, такая живая, искренняя, такая невинная и даже по-детски трогательная. Так, как она, не танцует больше никто из присутствующих девушек.

– Лилит с детства любит танцы, – улыбнулась Мэри, заметив, с каким интересом Бель наблюдает за её сестрой. – И у неё это неплохо выходит, надо признать. Правда, не любит она, когда на неё смотрят.

– Конечно, ведь в танце она настоящая. Та Лилит, что прячется за маской злой колдуньи из леса.

Блондинка рассмеялась.

– Забавное сравнение. Но да, ты права. Ничто не выдает эмоций лучше, чем танец. Даже в детстве она убегала из дома, чтобы потанцевать. Никто и никогда не видел, как она это делает.

– Даже ты? – удивилась Изабель, переведя взгляд своих шоколадных глаз на Мэри. Но буквально через секунду она вновь смотрела на танцовщицу.

– Я застала её за танцем лишь однажды. Да и то случайно. Она ушла не слишком далеко в лес, и я наткнулась на неё, когда собирала корешки и листья. С тех пор она уходит в такие чащи, что и специально-то её не найдешь, не то, что случайно встретишь. Сколько раз искала – не находила.

– Она знает, что её видят. Почему же танцует сейчас?

Мэри лишь пожала плечами.

– Это же Лилит. Наверняка для чего-то она это делает. А, может, просто устала играть.

– Мне бы этого хотелось, – вздохнула Бель, наблюдая за плавными движениями стройной брюнетки.

Музыка не стихала ни на миг. Со всех сторон деревни раздавались веселые песни и громкий смех. Такие праздники были Изабель по душе.

– Ты привязалась к ней? – спросила вдруг Мэри, собравшись с мыслями.

– Не буду врать – да.

– Знаешь, что, – блондинка взяла девушку за локоть. – Разберись с тем, что чувствуешь. У тебя много всего в голове, но пойми – привязанность и любовь принципиально разные понятия. Не путай себя. Да и её тоже, – Мэри кивнула в сторону ничего не подозревающей Лилит. – Я знаю, какая она на самом деле. И я могла бы тебе выложить всё, как на духу, если бы была уверена… Если бы ты была уверена. Но сейчас в твоих мыслях путаница, а значит она же и в душе. На данный момент я вижу просто девчонку, которой скучно, которая развлекается, познавая что-то новое, которая просто привыкла к тому, что перестала быть одинокой. Я могу ошибаться, а могу и оказаться права. Запомни только одно – я не позволю тебе обижать мою сестру и играть с ней.

– Но она сама-то только и делает, что играет! – вполне справедливо возмутилась Изабель. – Когда она была настоящей? Только сейчас, в танце, но завтра с утра всё снова станет, как прежде: отрешённый взгляд, высокомерно приподнятая бровь и нахальная ухмылка. А, может, ещё и полное отрицание всего, что сейчас происходит. Почему ты так несправедлива?

– Я знаю её. И её истинное лицо. Потому вполне могу говорить то, что говорю. Я чувствую всё, что чувствует она. Лилит это невероятно злит, но что уж теперь.

– Эмпатия? – леди вспомнила, что ведьма говорила, что Мэри отлично научилась контролировать дар.

Мэри кивнула.

– Я знаю, о чём ты хочешь спросить, но я ни слова тебе не скажу, пока ты не приведешь свои эмоции в порядок. И не думай, что я шучу. Я, может, не так жестока, в отличие от сестры, но тоже на что-то, да способна.

– Я поражена, – усмехнулась Лилит, присоединяясь к сестре и подруге. – Вы уже минут десять общаетесь и никто до сих пор не умер. Неужели поладили?

– Можно и так сказать, – Мэри обняла сестру. – Ещё раз с праздником.

– Спасибо, милая. У вас точно всё в порядке? Что-то мне подсказывает…

– Перестань, – перебила сестру блондинка. – Можешь хоть один вечер не взывать к своим демонам?

– Никого я не зову, – обиженно хмыкнула Лилит. – Ты не знаешь, как это работает.

– И не хочу знать, – засмеялась Мэри. – Я сейчас подойду, – девушка направилась к одному из домиков, возле которого стоял высокий мужчина. Он пристально смотрел на Лилит, перебирая в руках какое-то украшение.

– Кто это? – поинтересовалась Изабель, разглядывая незнакомца. – От так странно на тебя смотрит. Тоже демон?

– Если бы, – усмехнулась брюнетка. – Нет, обычный парень. Давний знакомый. И смотрит он не на меня, а на тебя.

– На меня?

– Да. Знала бы ты, о чём он думает.

– О чём же?

– Могу познакомить – узнаешь сама, – Лилит улыбнулась, а Бель покачала головой.

– Нет, спасибо, не хочу никаких знакомств.

– Дело твоё.

Сквозь музыку и песни было слышно, как Мэри что-то живо обсуждает с тем самым странным парнем. Лилит немного напряглась, вслушиваясь в разговор. Казалось, происходящее явно её нервировало.

– Что такое? – заволновалась Бель. – Что-то не так?

– Не могу понять… Но нам лучше уйти, принцесса, сейчас же, – брюнетка грубо схватила подругу за руку и направилась в сторону тропинки, ведущей к замку. Заметив это, Мэри окликнула её.

– Ты куда? – догнав девушку, произнесла блондинка. – Что-то произошло?

– Пока нет, именно поэтому нам нужно уйти. Плохое предчувствие. Очень плохое.

– Тут такое дело… – замялась девушка. – Бель, ты не могла бы нас оставить, пожалуйста. Буквально на пару минут.

– Мэри, что ты делаешь? – подозрительно прищурилась Лилит.

– Я должна сказать тебе кое-что. Личное. На счет меня и Марка.

– Наверное она права, Лилит, поговорите наедине, – Изабель улыбнулась и отошла подальше.

– Ну, что такое?

– Почему ты такая грубая?

– Ты знаешь – я ненавижу, когда меня обманывают. А когда предают – тем более. Если Марк хоть пальцем тронет Бель, я сожгу тут всё. Я могу, ты знаешь. И на этот раз спастись тебе не удастся.

– О чём ты? – Мэри всё ещё пыталась изобразить удивление, хотя прекрасно понимала, что её раскрыли.

– Не делай удивлённое лицо. Предупредила бы парня, чтобы мысли контролировал. А то сама научилась, а он… Ты что, совсем с ума сошла? Какая же ты викканка? Или к тёмным перешла на досуге? От тебя я такого не ожидала, Мэри. Это твоя месть за детские годы? Ещё раз повторяю – если он хоть пальцем её тронет… – стоило девушке договорить, как где-то среди домов послышался женский крик, а в небо взметнулись клубы тёмно-серого, почти черного, дыма. Жители скандировали “пожар!”, но все прекрасно знали, в чём причин, а в разборки двух ведьм, тем более – сестёр, вмешиваться не спешили.

– Это ты сошла с ума, а не я. Готова дом уничтожить, ради какой-то девчонки. Я просто не узнаю тебя.

– Скажи Марку, что всё отменяется, – сквозь зубы прошипела Лилит.

Где-то неподалеку с громким треском вспыхнула ещё одна изба. Воздух пропитался едким запахом гари, от которого слезились глаза. Бель ничего не понимала, краем глаза следя за странным мужчиной. Поднялся довольно сильный ветер, перенося загоревшиеся доски из дома в дом, тем самым распространяя возгорание.

– Не глупи, сестра. Мне есть, куда пойти. Да, пусть не в самое лучшее место и не к самым любимым людям, но всё же есть. Ты прекрасно знаешь, что я не позволю тебе обижать Бель.

– Лилит, что тут творится? – леди не выдержала и подбежала к ведьме, прикрывая нос ладонью. Запах становился всё сильнее.

– Ты в порядке? – Лилит взглянула на Изабель. В свете ярких рыжевато-алых языков пламени брюнетка выглядела несколько иначе. В ней почти не угадывались человеческие черты. Плечи выглядели чуть острее, кожа – белее, а глаза почти полностью потемнели.

– Да, я в порядке. Немного в шоке, но в остальном всё нормально.

– Мы уходим, Изабель.

– Нет, стой, – Мэри резко ухватила сестру за плечо. Та дернулась, почти сразу высвободившись из хватки родственницы.

– Чего тебе ещё надо? – почти прорычала ведьма. Бель впервые видела её такой. Кажется, теперь леди понимала, что именно имела в виду Лилит, говоря о своей “тёмной стороне”. – А ты… – темноволосая бросила хищный взгляд на парня, который, как оказалось, был в сговоре с Мэри. Марк стоял в стороне, совершенно не замечая происходящего вокруг. Его не смущали горящие в полуметре от него дома, крики, дым, занятувший небо над деревней. Он просто стоял, как вкопаный. – Как же громко ты думаешь, – ведьма поморщилась. Мысли парня были отвратительны. Брюнетка смотрела на него пристально, не моргая, что-то беззвучно произнося губами. Через мгновение мужчина схватился за грудь и упал на землю.

– Ты что творишь! – воскликнула блондинка. – Своих же убиваешь. И ради кого? Ради какой-то девчонки, которая тебя и погубит.

– Ещё одно слово, Мэри, и, клянусь, ты последуешь за ним.

– Лилит, не надо, – тихо прошептала Изабель. Она не надеялась быть услышанной, но допустить, чтобы знакомая навредила своей сестре, она не могла. – Идём… – девушка аккуратно взяла ведьму за руку, тут же почувствовав жар, исходящий от брюнетки. Она словно горела изнутри. Горела вместе с этой деревней и лесом.

Лилит взглянула на спутницу, уверенно сжимающую её ладонь. Она ничего не ощущала, не контролировала свои действия, даже смутно понимала, что происходит. Только ярость, только гнев, только смертоносное пламя. Но теплые, такие светлые глаза Бель помогали держаться. Помогали унять внутреннего зверя, приструнить его, сохранять рассудок.

– Хорошо, ты права. Нам пора, – вздохнула ведьма, немного приходя в себя. – Надеюсь, ты понимаешь, что сюда я больше не приду. Спасибо за великолепный день рождения, сестра.

– Лилит… – Мэри начала что-то говорить, но брюнетка развернулась и направилась подальше от деревни.

По дороге в замок обе молчали. И Бель, и Лилит. Слова путались, было трудно составить из них фразы. Что говорить?

– Прости, – выдохнула наконец Изабель.

– За что? – отозвалась брюнетка. Её голос всё ещё напоминал животное рычание, однако, изредка срывался, и девушка вновь говорила привычным леди тоном.

– Я напросилась сюда. Тебе и правда не стоило меня приводить.

– Я сама виновата. Ничего, что было, то было.

– И… Что теперь?

– Откуда я знаю, что теперь? – огрызнулась Лилит. Она явно была не в настроении.

– Ты точно не винишь меня?

– Конечно, виню, чёрт возьми! – ведьма отпустила руку леди и толкнула её к ближайшему дереву. Девушка упёрлась спиной в его ствол – нет путей к отступлению. – Посмотри на меня – неужели не видно? – брюнетка подошла почти вполную к Бель, лишь сильнее прижимая её к опоре. – Я потеряла всё. Абсолютно всё, – глаза её светились злобой. Впервые за всё время Изабель действительно испугалась. Лилит громко дышала, с каждым выдохом издавая звериный рык или нечто на него очень похожее.

– Тогда зачем спасала? Сделай этот Марк то, что задумал – на одну проблему стало бы меньше. Уж перед тётей ты выкрутилась бы, я не сомневаюсь, – Бель спорила с ведьмой на свой страх и риск. Недавняя уверенность в том, что она её не тронет, таяла на глазах. Но молчание нагнетало атмосферу ещё сильнее.

– Какая же ты глупая, – раздражённо проворчала девушка, проведя острыми ногтями по стволу дерева. На землю тут же посыпалась кора.

– А ты злая, – Бель внимательно следила за Лилит. Та просто стояла, склонившись к шее леди. Даже дыхание было едва уловимо. – Ты в порядке?

– Конечно, лучше всех, – уже спокойнее произнесла брюнетка. – Извини за всё это, – она отошла от Изабель, присев на траву.

– Ты меня предупреждала. Так что… – русоволосая опустилась рядом с ведьмой на колени. – С тобой точно всё хорошо?

– Относительно. Спасибо, что увела меня. Иначе я и правда наделала бы такого…

– Да не за что, моя вина.

Молчание. Над лесом по-прежнему клубился дым и пылал огонь.

– Надо идти, – произнесла вдруг Лилит, глядя в сторону деревни печальным взглядом. – Тётка твоя…

– Не важно, – оборвала её Бель, чуть приобняв ведьму.

– Ты что делаешь? – удивилась девушка, почувствовав на талии ладони Изабель. Не сказать, что это было неприятно. Скорее странно, хотя вся ситуация в целом вызывала лишь недоумение, так что брюнетка просто расслабилась, позволив кареглазой заключить себя в объятия.

– Ничего, Лилит, ничего.

Вскоре девушка просто прилегла на плечо ведьмы, закрыв глаза. Сейчас она её не боялась. Она чувствовала её печаль, которую, конечно, Лилит не показывала. Эта женщина вообще ничего никогда не показывала.

Так они просидели минут сорок. В тишине и спокойствии, которые так редко присутствовали в их жизни. Даже говорить ничего не хотелось, да и не нужно было – всё было понятно и без слов. Это молчание не было неловким. Впервые за долгое время.

Просидев так почти до глубокой ночи, девушки всё же решили вернуться в замок. Было поздно, темно и прохладно. Никто не решался произнести и слова. Всё было слишком спокойно и уютно, не хотелось разрушать эту атмосферу.

Как обычно у ворот замка загулявшихся дам встретил Астарот. По его встревоженному лицу было видно – мужчина знает о том, что произошло. Он не стал выспрашивать у Лилит подробности – она была слишком разбита и выглядела опечаленной.

Зайдя во двор, ведьмы прошли в замок. Тётя больше не ждала племянницу, не сидела в зале, накидываясь с вопросами, как только Бель появлялась на пороге. В помещении царила тишина – скорее всего, все уже спали. Но эта тишина… Она была иной. Не такой, как там, в лесу. Здесь царило лишь уныние.

Девушки поднялись на второй этаж и молча разошлись по спальням. Изабель винила в произошедшем себя, ведь Лилит изначально не хотела впутывать её во всё это, но упрямая леди не оставила ей выбора. А ведь сегодня был день рождения.

Кареглазая подошла к столику, на котором лежали те немногие вещи, что она привезла с собой из Франции, в основном какие-то фамильные драгоценности: кольца, браслеты, тяжёлые серьги, колье. Фамильные, невероятно дорогие сердцу Бель. Взглянув в зеркало, девушка с удивлением заметила, что плачет. Надо же… В её жизни было так много слёз, что она перестала их замечать. Интересно, как сейчас Лилит? Она всё копит внутри, считая, что эмоции ей не присущи – проявление слабости. Однако, на деле суровая ведьма была одной из самых чувствительных и ранимых девушек, которых когда-либо Изабель встречала на своём пути. А ведь сегодня был день рождения.

***

Тёмная комната, мрачные пугающие тени на стенах, голоса из тьмы. Сейчас Лилит упрямо гонит видения прочь – на сегодня хватит магии.

Снова и снова прокручивает в мыслях произошедшее несколькими часами ранее и понимает – иначе поступить не могла. Поджог был лишним, а всё почему? Эмоции взяли верх, но поздно. Уже поздно. Сказанных слов не вернуть, сотворённых дел не изменить. Теперь просто придётся как-то жить с этим, оставить деревню и дожить этот год. Да, она всё ещё считала, что это – последний год её жизни. Фактически, она уже мертва – чувства до добра не доведут. Не плакать, Лилит. Только не плакать. Ты – ведьма. Ты сильнее этого.

Тихий стук в дверь, такой же тихий голос интересуется, можно ли войти. Лилит вздыхает и приглашает гостью, заранее зная, кто почтил её своим присутствием.

– Ты что-то хотела? – холодно, безразлично. Надо притворяться. Надо играть.

– Я так и не поздравила тебя…

– Думаю, на сегодня подарков мне хватило, спасибо.

– И всё же, – пожав плечами, леди подошла чуть ближе к брюнетке.

– Хорошо, ладно, – обречённо сдалась ведьма, присев на кровать.

Изабель улыбнулась. Она думала, что Лилит попросту выгонит её. Не в состоянии, видимо. Тяжело.

– Дай руку.

– Зачем? Что ты ещё придумала, принцесса?

– Это сюрприз. Давай же, – также улыбаясь повторила Бель. Ведьма протянула гостье ладонь, тыльной стороной к верху. Русоволосая аккуратно одела на тонкий пальчик девушки серебряное кольцо с тёмно-синим камнем. – Это мамино. Досталось мне после её смерти по наследству. Она всегда улыбалась, надевая его. Я хочу, чтобы ты тоже улыбалась.

– Спасибо, – усмехнулась Лилит, разглядывая украшение. – Ты уверена, что хочешь отдать его именно мне? Или на него что-то наложено?

– Что? – удивилась леди. – Это просто кольцо, Лилит. Просто подарок. Почему ты ищешь во всём подвох?

– Ладно, прости. Спасибо большое, оно прекрасно. Хотя тебе синий идёт куда больше.

– Ты точно не винишь меня? Я про…

– Я поняла. Нет, не виню. Так вышло. Я научусь жить без этого мира. Спасибо ещё раз за кольцо.

Изабель видела, как сложно брюнетке скрывать наплывающие с каждой секунды слёзы.

– Я могу уйти, если хочешь, – хотелось бы услышать “останься”, но в ответ лишь: “Да, спасибо. Закрой покрепче дверь, тут сквозняки, она постоянно хлопает”.

Вздохнув, Бель покинула покои девушки. Она изменится, она обязательно изменится. У неё на это есть ещё целых шесть жизней.

Глава 9. Земля и пламя

– И что, на этом всё? – Астарот стоял в дверях комнаты Лилит, пытаясь вытрясти из неё хоть слово, но та молчала. – Мысли свои скрыла? Умно, даже очень, – ведьма и правда закрылась ото всех. Так она переживала потери. Так справлялась с болью и одиночеством. – Чего ты добивалась вообще? А вдруг не сдержалась бы, что тогда?

– Пошёл вон, – прошипела брюнетка, из-под лобья глядя на рыцаря чуть красноватыми от ночных недосыпов глазами.

– Ты прогоняешь меня? – засмеялся мужчина. Его смех заполнял пустые коридоры замка, раздаваясь гулким эхом в каждом его мрачном углу. – Ты? Меня?

– Я сказала – вон, – Лилит резко махнула рукой и дверь с шумом захлопнулась. Астарот еле успел отскочить от неё.

– Ты заигралась, ведьма! – прорычал демон из коридора. Спустя минуту звук его тяжёлых шагов затих где-то внизу.

– И без тебя знаю, рогатый, – девушка валялась на кровати, рассматривая бледно-серый потолок. Астарот, конечно, прав, но его нравоучения сейчас поперёк горла стоят. И без них тошно. Ведьма почти не спала – её мучали кошмары. Впервые за столько лет и всё, как в детстве: деревня в огне, запах дыма и палёных досок, крики друзей и родственников… Что было бы, не останови Бель вовремя всё это недоразумение? Ещё одной такой трагедии Лилит точно не перенесла бы. Изабель. На левой руке блестит кольцо – её подарок. Ведьма не снимала его всю ночь. Так спокойнее, наверно. И чёрт знает, почему. Не важно, не хотелось строить предположений, только не сейчас. Внутри слишком пусто. Лилит усмехнулась – вот то, чего она хотела – пустота. Абсолютная. Никаких чувств, эмоций, симпатий – совсем ничего. И даже эта милая племянница Эммы сейчас не кажется темноволосой такой уж притягательной. Обычная девушка.

Короткий стук в дверь. Лилит делает вид, что не слышит его, ведь точно знает – по ту сторону живое напоминание о случившемся. Однако, гость не уходит и продолжает колотить по тёмно-шоколадным доскам. Раздражённая громкими звуками, брюнетка бросает безразличное: “Войдите”, даже не особо обращая внимание на то, кто же к ней пожаловал.

– Лилит, это Бель, – в комнату робко вошла леди, прикрыв за собой дверь.

– Зачем ты пришла?

– Мне приснился не очень хороший сон… Тебе было плохо, ты плакала, а ещё что-то про костры… В общем, я решила удостовериться, всё ли у тебя в порядке.

– Удостоверилась? – ведьма взглянула на знакомую чуть затуманенным взглядом. – А теперь иди. Нечего тебе тут делать.

– Ты уверена, что тебе не нужна поддержка?

– Иди, – уже несколько резче повторила Лилит, отведя взгляд куда-то в сторону зеркала.

– Почему ты меня прогоняешь? Я не виновата в том, что произошло. Вернее не так. Виновата не только я. Ты могла и не показывать мне всё это, – Изабель сделала пару шагов, приблизившись к постели ведьмы. Та никак не реагировала.

– Иногда мне кажется, что зря я не позволила графу в тот вечер увезти тебя, – произнесла вдруг брюнетка, снимая кольцо и перебирая его в руках, всё так же глядя в зеркальную пустоту. Подобного леди никак не ожидала. Честно говоря эти слова здорово задели девушку.

– Ты знаешь, временами я тоже об этом жалею, – вздохнула наконец Изабель, развернувшись лицом к двери. Находиться рядом с этой женщиной больше не хотелось. – Спасибо за всё, – уже на выходе прошептала девушка. Она не расчитывала услышать какие-то извинения от Лилит. Почему-то сейчас в искренности слов ведьмы она не сомневалась.

– Прощаешься? – усмехнулась брюнетка. Бель слышала, как она встала с постели.

– А надо? – ответ был очевиден, но вопрос, всё же, зачем-то задан.

– Наверное, – тяжело вздохнула собеседница, направляясь в сторону окна. – Мы обе слишком глупо себя вели. И видишь, что из этого вышло.

–Вижу… Но было ведь что-то хорошее, разве нет?

– Было, – задумчиво ответила Лилит. Изабель по-прежнему стояла к ней спиной и не видела, что она делает, но догадывалась. Наверное, смотрит в окно, так мечтательно-грустно, своими тёмно-зелёными глубокими глазами. Леди даже чуть улыбнулась этим мыслям – так мило.

– Я не сожалею о том, что узнала тебя, – дернув позолоченную ручку произнесла Бель. Пора бы уйти, эта ситуация навевала тоску. Чем дольше тянешь, тем сложнее расставаться.

– Мне кажется, я должна вернуть тебе это, – Лилит подошла к кареглазой. Та повернулась, еле сдерживая слёзы. Брюнетка протянула девушке кольцо, ещё пару минут назад красовавшееся на её руке.

– Нет, не надо. Оставь себе. На память.

– Память… – печально улыбнулась ведьма. – Хорошо, спасибо, леди Изабель.

Молчание, тишина, ожидание. Бель надеялась, что Лилит просто в очередной раз играет с ней. Что сейчас, вот-вот, совсем скоро, улыбнётся свой фирменной ехидной улыбкой и удивит чем-то, как и всегда бывало. Но ведьма просто отошла в дальний угол комнаты и села перед зеркалом. Она не собиралась ничего говорить, более того, всем видом давала понять, что на этом всё – точка. Поняв, что в дальнейшем пребывании в её спальне нет смысла, Изабель медленно открыла дверь, искоса продолжая наблюдать за Лилит – никакой реакции. Уже быстрее девушка вышла в коридор и прикрыла за собой двери. Постояв возле неё ещё пару минут, вслушиваясь в происходящее по ту сторону, Изабель вернулась к себе в комнату, ощущая то же, что и в первый день – одиночество. То же самое едкое чувство, а может, даже в сотни раз сильнее. Но стоило бы привыкать – красивая сказка закончилась, погружая леди в мир отвратительной, но неизбежной реальности.

***

Вскоре позвали обедать. Эмма с нескрываемым удовольствием наблюдала за тем, как рушится связь между Лилит и её племянницей. Конечно, ей было всё равно, что Изабель почти не разговаривает и находится на грани, готовая вот-вот заплакать. Самое главное – прихоть хозяйки исполнена. Этим нездоровым отношениям наступил конец.

– Леди Эмма, вы почти ничего не съели, – заботливо произнесла Матильда, видя, что девушка встала из-за стола, намереваясь подняться обратно в свою комнату.

– Я не голодна, – тихо ответила кареглазая, бросив взгляд в сторону Лилит. Та сидела опустив глаза, которые были почти скрыты под свисающими густыми волосами. Должно быть, ей тоже было грустно. По-своему, но было.

– Сядь и закончи ужин, – командным тоном произнесла Эмма, отпивая вино из бокала. – Хватит устраивать скандалы.

Изабель улыбнулась и, взяв в руки тарелку, бросила её на пол.

– Ой, – пожала плечами она. – Я такая неаккуратная в последние дни. Полагаю, ужин окончен? Я могу идти?

Так и не дождавшись ответа от рассерженной тётушки, леди направилась к лестнице и вскоре скрылась из виду.

– Ну, довольна? – хозяйка взглянула на Лилит. – Посмотри, в кого ты её превратила.

– Это не я сделала, а ты, – безразлично отозвалась ведьма, водя пальцем по кромке бокала. – Своими бесконечными запретами и жёстким контролем.

– А ты так хорошо её понимаешь, я смотрю. Вот иди и убеди её спуститься и нормально поесть. Она уже несколько дней толком не питается.

– Я в няньки не нанималась. Сама иди и уговоривай эту девчонку. Она твоя головная боль, а не моя.

– Надо же. Совсем недавно ты пела другие песни. Неужели вышим милым взаимоотношениям конец?

– Не было никаких отношений. Я… Мы просто играли и развлекались. Теперь это наскучило.

– Нет, нет. Всё не так. Что-то произошло, да? – Эмма почти смеялась. – Не рассказывай, не надо. Мне не интересно. Главное, что ты наконец оставила мою девочку в покое. Надеюсь, у неё хватит ума больше с тобой не связываться, ведьма.

Лилит встала из-за стола. Она чувствовала, что если сейчас не уйдет, может сорваться и натворить ещё больше бед, нежели в деревне.

– Самое забавное, – не унималась Эмма, – Что ты подумала, что Бель может быть с такой, как ты. Ведь, Лилит, если бы не тот приют, ты так и была бы жалкой деревенской девчонкой, гадающей графьям за лишний кусок хлеба и ни за что не… – женщина замолчала, схватившись за живот. Брюнетка же молча прлжигала хозяйку взглядом. Она знала её слабые места. – Ты что делаешь? – дрожащим от боли голосом произнесла Эмма, почти упав на пол.

– Ребёночек твой… Это должна была быть девочка. Должна была быть…

– Перестань, только не ребёнок, Лилит…

– Лилит, это уже перебор, – заметив неладное к девушке подоспел Астарот, желая уберечь хотя бы от одной непоправимой ошибки. Взяв ведьму под руку, он попытался увести её из зала.

– Отпусти, демон, – брюнетка вырывала руку из крепкой хватки мужчины, однако, физически он был намного сильнее её. После пары тщетных попыток Астароту всё же удалось оттащить девушку к дверям замка. Выведя её во двор, рыцарь отпустил Лилит.

– Ты что вытворяешь? На костёр захотела?

– Неделей раньше, неделей позже – что поменяется?

– Да что с тобой такое? Это всё из-за леди Изабель? Вы поругались?

– Мы попрощались, дорогой, попрощались. Радуйся – больше никакой эмоциональной ведьмы, чёрт возьми! Никаких чувств, Астарот, никакой глупой девчонки, пытающейся влезть в наш мир. Ты же этого хотел? И Мэри, наверняка, обрадовалась бы этой новости, – Лилит смеялась, и смех этот был скорее истерическим и нервным.

– Успокойся, я вовсе не этого хотел. Я лишь просил тебя быть осторожнее.

– Поздно, рогатый, слишком поздно. У меня ничего не осталось. И да, я хочу на костёр. Теперь мне нечего терять.

Астарот молчал. Он не знал, что сказать. Демону не присуще пострадание и чувствительность. Так что мужчина просто наблюдал за тем, как ведьма покидает пределы двора. Куда она пошла и зачем – только ей одной, пожалуй, и известно.

С балкона за происходящим снаружи наблюдала Изабель. Она слышала всё от и до. Каждое слово, сказанное Лилит, и была готова подписаться под любой её фразой, ведь сейчас ощущала то же самое. Скорее всего, брюнетка даже не заметила, что за ней наблюдают. Бель боялась одного – что Лилит натворит дел, провоцируя местных крестьян, у которых, как известно, с ведьмами разговор короткий. Что делать? “Она не хочет, чтобы я была в её жизни, она прогнала меня, она сама сделала свой выбор. Её жизнь зависит только от неё самой. Пусть всё идёт так, как должно” про себя подумала леди, заходя в комнату и прикрыв дверь балкона. Надо бы начать жить. Жить без Лилит. Жить так, будто она не врывалась огненным ураганом в её спокойную, размеренную, такую обыкновенную жизнь. И пусть об этой женщине напоминает лишь запах шоколада и лилий.

***

Она не помнит, сколько часов слонялась по лесу, не помнит, сколько в приступе ярости исцарапала деревьев. Не помнит, как кричала, стараясь заглушить боль внутри себя. Она думала о ней – Изабель. Думала, что оставила её одну, о том, что ей сейчас, должно быть, так же тяжело и грустно. И даже промелькнула мысль извиниться, впервые в жизни произнести это слово искренне, но есть ли хоть какой-то смысл? Слишком много сказано, но, к сожалению, не того, что стоило бы сказать. То кольцо. Оно все ещё у Лилит. Выкинуть его что-то мешает. Это единственное, что хоть как-то связывает её с Бель. А что сама ведьма оставила ей? Никакой памяти. Ничего, кроме горечи сказанных фраз.

В замок брюнетка возвращалась уже ближе к ночи. К своему великому удивлению в зале она заметила Изабель. Девушка разговаривала с неким молодым человеком, при чём это не выглядело, как принуждение. Леди улыбалась, шутила, да и вообще выглядела счастливой. Уже поднявшись на второй этаж ведьма следила за тем, что происходит внизу. Попращавшись с тётушкой, Бель, в сопровождении кавалера, покинула замок. Как хорошо, что Лилит не успела извиниться. Она чувствовала, как по венам струится гнев. Готовность догнать эту девку и придушить парня прямо у неё на глазах – с этим было довольно трудно бороться. Не без труда поборов это страстное желание, брюнетка вернулась в спальню. Через некоторое время к ней заглянула Маргарет.

– Как хорошо, что ты зашла, ты мне нужна. Держи, – Лилит сняла с пальца кольцо и передала его девушке.

– И что мне с ним делать, леди Лилит?

– Отнеси в комнату леди Изабель и оставь на видном месте, хорошо? А как закончишь снова зайди ко мне. Ты всё поняла?

Служанка кивнула и поспешила исполнить приказ.

Не нужна память. Бель довольно быстро забыла всё то, за что недавно говорила спасибо. Сейчас Лилит просто благодарила свою скрытность за то, что та не позволила ей наговорить кареглазой того, за что сейчас было бы неловко и стыдно. “Надеюсь, ты действительно счастлива, принцесса” усмехнулась ведьма, присаживаясь на кровать.

– Леди, Лилит, я всё сделала – кольцо лежит в покоях леди Изабель на столике с драгоценностями, – в комнату вновь заглянула Маргарет.

– Подойди ко мне, Маргарет, – улыбнулась брюнетка, поманив девушку пальцем. Та послушно выполнила просьбу. – Нет, нет, прикрой дверь, моя дорогая.

Служанка заметно удивилась, однако, вдаваться в детали не стала.

– Умница, – ласково произнесла Лилит, когда девушка подошла к ней почти вплотную. Потянув за край юбки, брюнетка приказала Маргарет встать перед ней на колени. – Ты приятно пахнешь, – ведьма провела рукой по щеке девушки. В следующий миг она уже целовала ничего не понимающую служанку. Через пару мгновений Маргарет чуть расслабилась, отвечая на поцелуй.

– Леди, что вы…

– Тихо, дорогая, не надо ничего говорить, – ухватившись за ворот блузки брюнетка потянула девушку на себя, продолжая целовать. Руки Лилит скользили по тонкой талии юной девочки, развязывая ленты на одежде. Вскоре Маргарет уже тихо стонала под ведьмой, крепко хватаясь за её спину. Это было глупо, но так Лилит справлялась со своей болью. Да, Маргарет – не Изабель: не так хороша, не так стройна, пахнет совсем по-другому, да и в целом не вызывает тех невероятных эмоций, от которых кружилась голова. Но… Но сейчас эта русоволосая фея где-то там, с другим мужчиной, быть может, занимается тем же, чем сейчас Лилит. Маргарет вскрикнула – ведьма, увлекшись размышлениями, слишком сильно укусила её за шею – на покрасневшей коже моментально проступили капли крови. Брюнетка осознавала, что с лёгкостью может сорваться и что-то сделать с этой беспомощной девочкой, но останавливаться не хотелось. С остервенелой жестокостью Лилит оставляла на теле служанки всё новые и новые отметины: на шее, груди, животе, на внутренней стороне бёдер. Вводит два пальца, быстро, без подготовки, начинает двигаться внутри дквушки, постепенно ускоряя темп. Служанка издаёт ещё один вскрик. На утро ей будет больно и стыдно, а Лилит снова захлестнёт одиночество и печаль. Что ж, пускай так. Тело Маргарет содрагается, девушка одной рукой крепко сжимает простынь, а второй тёмные волосы ведьмы. Лилит ложится рядом, укрываясь одеялом. – Оденься и уходи, – произносит она, чуть толкнув в бок разомлевшую Маргарет. – Я спать хочу.

Девушка быстро надеввет блузку, юбку и покидает спальню леди. Лилит ещё долго не может заснуть, всматриваясь в темноту за окном.

***

Возвращаться в замок лишь к утру – так непривычно, но по истине прекрасно. Возвращаться, не боясь очередных нападок тётушки и грядущих скандалов и ругани.

Зайдя в комнату – переодеться – Изабель облегчённо вздыхает. Впервые она рада вернуться в это место. И не потому, что ночь прошла просто кошмарно. Или всё-таки именно поэтому?

Сняв тяжёлые серьги, девушка кладёт их к остальным украшениям и краем глаза замечает кольцо, подаренное Лилит. Она всё же вернула его… Наверное, это лишнее подтверждение тому, что всё кончено. Она не хочет помнить.

– Леди Изабель, – в спальню девушки заглянула Маргарет. – Всера ночью леди Лилит передала вам кольцо. Я оставила его на…

– Спасибо, я уже нашла. Она ничего не сказала?

– Нет, ничего.

– Что это у тебя на шее? – Изабель внимательно рассматривала синяк, оставленный прошлой ночью ведьмой. – Лилит тебя ударила?

– Нет, леди, что вы.

– Тогда откуда это? – Бель не отставала. Она всегда была против такого бесчеловечного обращения со слугами и очень часто ругала за это тётю. Лилит же никогда не отличалась обходительностью и не упускала возможности каким-либо образом унизить прислугу.

– Я просто упала, леди Изабель. Поскользнулась и упала. Ничего страшного. Я пойду, – несчастная Маргарет поспешно удалилась, боясь выдать тайну той ночи. Бель снова осталась одна.

Хотелось зайти к ней, узнать, почему всё же она вернула подарок, но Изабель и без того догадывалась. Нужно было придумать хоть какой-нибудь предлог, под которым можно было бы заглянуть в спальню ведьмы и не бояться при этом, что она тебя убьёт.

Выйдя в коридор, девушка направилась по уже знакомому маршруту – к покоям Лилит. Никаких мыслей в голове, никаких идей о чём говорить, совершенно пусто. Только желание снова увидеть её.

Стук в дверь. Приглашение войти. Ведьма лежала в постели, наверное, только-только проснулась.

– Доброе утро, я не разбудила?

– Доброе утро. А что ты вообще тут делаешь? – ожидаемая реакция.

– Ты вернула мне кольцо. Зачем? Я же сказала, что можешь его оставить.

– Да, на память, я помню. Но что-то не заметно, что ты оставила хоть какую-то память обо мне.

– Если бы это было так, я бы тут не стояла, Лилит.

– Так зачем ты пришла?

– Я видела синяк на шее Маргарет. Ты подняла на неё руку? – Бель цеплялась за последнюю возможность поговорить с брюнеткой. Она с наслаждением слушала её голос, немного хриплый с утра, но почему-то родной. Было жаль, что всё позади.

– Нет, я её не трогала.

– Тогда откуда след?

– Почему бы тебе не спросить об этом у неё? – Лилит присела на кровать, прикрываясь одеялом.

– Она не говорит. Но я чувствую, что тут что-то не так.

– Не лезь не в своё дело, принцесса. Я же не лезу в твою жизнь и в твои ночные приключения в частности.

– Перестань, Лилит. Тебе-то что? Какая разница, что я делаю по ночам?

– А тебе какая разница, что я делаю по ночам? – ехидно улыбнулась ведьма.

Тоже логично. В крайнем случае, за всю прислугу в доме отвечает тётушка и если что-то случится с Маргарет – это только её проблема.

– Никакой, ты права, – пожала плечами Бель и покинула комнату Лилит. Не попращавшись, ничего ей не сказав. Даже не взглянув последний раз на её тонкие бледные плечи. Просто ушла. Так же, как это всегда делала она. Было бы слишком наивно надеяться, что ситуация обернётся иначе. Если меж ними что-то и было, то сейчас это что-то разлетелось на тысячи осколков.

Как только за Изабель закрылась дверь, Лилит взяла валяющийся на полу подсвечник и с силой швырнула в зеркало. Хрупкая блестящая поверхность со звоном рассыпалась на десятки острых кусочков. На грохот и шум в комнату прибежала Маргарет.

– Леди Лилит, что произошло?

– Уходи, – злобно прорычала ведьма. – Сейчас же!

– Вы уверены?

– Уходи. Немедленно.

Испуганная девушка выскочила из спальни, оставив дверь открытой. Лилит кричала ей вслед какие-то проклятия и оскорбления, срывая голос. То и дело он дрожал – брюнетка готова была заплакать, но вовремя брала себя в руки. На столько, на сколько это вообще было возможно.

Находясь у себя в покоях Бель слышала всё, что происходило в коридоре и спальне Лилит. Слышала грубые слова, сказанные излишне заботливой и суетливой по своей неопытности служанке, слышала звон стекла и животный вой. Да, крики одинокой ведьмы походили именно на жалобный вой дикого зверя. Волка. Леди прикрыла уши руками, не желая слушать эти душераздирающие стоны. Где-то внутри Изабель тоже готова была вот так взвыть, да воспитание не позволяло – приходилось тихо плакать в подушку по ночам.

Вскоре всё стихло, лишь эхом какое-то время раздавались по коридорам шаги Лилит. Наверное, опять в лес собралась. Может, вернётся в деревню. Теперь ей ничто и никто не мешает… Бель подошла к окну и проводила ведьму взглядом до самых ворот. На выходе девушка вновь повздорила с рыцарем, тот даже слегка толкнул её, чего никогда прежде не делал. По крайней мере, Изабель этого не видела. Брюнетка проигнорировала этот жест и быстро покинула пределы двора.

Небо медленно затягивалось тёмно-серыми тучами – верно, будет дождь. Лилит говорила, что любит гулять в непогоду – она её успокаивает. Этот огонь и правда может успокоить лишь прохладный ливень.

В комнату Изабель вошла Матильда и сообщила, что сын графа, с которым леди провела прошлую ночь, скоро прибудет в поместье и очень хочет повторить встречу. “Хотела нормальной жизни? Получай” вздохнула про себя кареглазая, мило улыбнувшись служанке. Обычная жизнь. Тётя несказанно рада тому, что племянница наконец живёт так же, как и все девушки в её возрасте, и никого не волнует, что делает она это лишь для того, чтобы забыться. Однако, пока безуспешно.

Где-то вдалеке послышались раскаты грома. Похоже, приближается настоящая буря. А она там, в лесу, одна. Мысли о Лилит разжигали внутри настоящий пожар из разнообразных эмоций. Впервые леди чувствовала всё, на что только могла быть способна, к одному человеку: ненависть и любовь, страх и чувство защищённости, тревогу и трепет.

Земля и пламя.

Глава 10. Не оставляй меня больше

Дождь разошёлся не на шутку. Его капли били по стёклам дворцовых окон, разгоняя тишину, наполнявшую зал. В двери постучали, и в следующий миг в комнату вошёл молодой юноша, на вид лет двадцати пяти, с тёмно-чёрными волосами и почти изумрудными глазами. Изабель перевела взгляд на гостя. Он очень напоминал Лилит, наверное, именно поэтому леди впервые за долгое время ответила на ухаживания мужчины. Единственное, что значительно отличало его от ведьмы – характер, полностью противоположный характеру темноволосой красавицы. Алекс был невероятно нежен и обходителен с ней, всегда с упоением слушал её, казалось бы, глупую болтовню о чём-то совершенно ему самому непонятном, никогда не перебивал и всегда старался говорить только правду, так как сам не любил ложь. Бель сама не понимала, как, но она точно знала – за всё время знакомства Алекс ни разу не сказал чего-то, что заставило бы усомниться в его честности. Лилит же… Она многого не договаривала, скрывала, постоянно притворялась кем-то иным, играла определённую роль. Это обижало и злило. А этот парень такой простой и понятный, не нужно было сутками ломать голову, чтобы понять, что он хочет сказать. Изабель наконец просто расслабилась. Нравился ли ей именно парень или это просто тоска по той, кого он так напоминал?

– Леди, Изабель, вы сегодня ещё прекраснее, чем вчера, – Алекс поцеловал протянутую ручку девушки, а та в ответ сделала лёгкий реверанс.

– Благодарю, вы очень любезны, – игриво улыбнулась Бель, высвободив свою ладонь из ладони юного наследника. Всё-таки прикосновения Алекса были не настолько приятными, в отличае от тёплых касаний Лилит. В этом было ещё одно отличие: руки парня всегда были холодными, как мрамор, и Изабель невольно вспоминала о горячей коже брюнетки.

– Сегодня мой отец устраивает приём, – продолжал Алекс, совершенно не замечая, что леди слушает его лишь краем уха, мысленно витая где-то в своих фантазиях. – Могу ли я пригласить вас сопровождать меня на нём?

– Что? – отвлеклась вдруг кареглазая. – Приём? Но я совсем не любитель…

– Ну же, леди Изабель, не откажите мне в этой скромной просьбе. К тому же, мой отец мечтает с вами познакомиться.

– Зачем? – вздохнула девушка, догадавшись, что Алекс уже построил на её счёт какие-то вполне определённые планы.

– Я много рассказывал ему о вас, леди, – парень снова не заметил иронии в словах Изабель.

– Она пойдёт, – в разговор вмешалась Эмма, поняв, что сама племянница ни за что в жизни не решится на подобное.

– Замечательно! Пойду предупрежу кучера, – уже возле дверей он улыбнулся, взглянув на девушку. – Я жду вас, леди Изабель, – и скрылся из виду.

– Но я не хочу никуда ехать, – обречённо произнесла Бель. Конечно, на тётушку подобное не подействовало, и она букально силой выталкивала племянницу к выходу.

– Это отличный шанс, Бель. Пользуйся им, – Эмма сунула в руки девушки зонтик. – Отличного тебе вечера.

Поняв, что назад пути нет, Изабель шагнула за порог и, раскрыв тёмно-бардовый зонт, направилась за территорию двора.

Знакомая ситуация. Дежавю. Карета, мужчина подле неё, вечер, жуткая погода. Взгляд сам невольно переметнулся к дереву под которым она пряталась в тот вечер, выжидая удобный момент – пусто. Лилит нет здесь, да и всё это – личное желание Изабель.

Где-то в далеке, в глубине деревни, послышались крики и довольно громкие разговоры. Горел дом, и даже сильный ливень не мог справится с пожаром. Девушка не видела саму избу, не видела и то, как жители бегали туда-сюда с вёдрами с водой, стараясь унять огонь до того, как он перекинется на остальные дома. Лишь тёмно-чёрный дым, как тогда, в лесу, и запах, который она не спутает ни с чем. Лилит ли виновата или просто случайность? Наверное, второе. Глупо каждый пожар теперь ассоциировать с ней.

Капли дождя медленно стекали по поверхности зонта, падая на землю. Странное чувство. Непонятное. Неприятное. Дрожь по всему телу – то ли холод, то ли волнение. Научиться бы разбираться со всем этим.

– Леди, всё готово, можем ехать. Что с вами? – настороженно поинтересовался Алекс, наблюдая за тем, как Бель неподвижно стоит, смотря куда-то в даль.

– Пожар, – только и смогла произнести девушка, даже не отводя взгляд.

Парень повернулся, взглянув на столб густого дыма, затмевающего и без того хмурое небо, и пожал плечами.

– Это деревня, тут такое часто случается. Приём вот-вот начнётся, нам пора. Мы же не хотим опоздать? – Алекс довольно быстро перевёл тему. Но Изабель по-прежнему заворожённо глядела в пустоту.

– Вы слышите? Женщина плачет. Это она. Она там.

– Леди, о ком вы говорите? Какая женщина?

Но Бель не слышала Алекса. В её голове звучал лишь один голос. Вернее, голосов-то было множество: детские, мужские, женские, но лишь один она выделяла среди остальных. Она не верила тому, что слышит. Не верила, что Лилит вообще способна плакать.

– Леди, – всё не унимался юный граф. – Нам пора. Садитесь в карету. Мы и без того уже, наверное, опаздываем.

Однако теперь леди точно не куда не поедет. Что-то не позволяло ей сделать эти несчастные несколько швгов к карете. В груди мерзко щемило. Нет, это точно не от холода.

– Извините, но я не смогу поехать с вами, – Изабель наконец обратила внимание на стоящего рядом Алекса.

– Но почему, леди?

– Я должна найти кое-кого важного. Я боюсь, что она попала в беду.

– Она? – удивился виконт.

Изабель лишь кивнула, снова переведя взгляд на дома.

– И кто же она?

– Вам она не знакома, но для меня значит, почему-то, очень многое. Извините ещё раз, – леди, сопровождаемая непонимающим взглядом Алекса, быстрым шагом пересекла узкую тропинку, разделяющую пространство перед замком и деревню. Девушка понятия не имела, где искать Лилит, да и надо ли оно вообще. Но сердце слишком болело, терпеть это было невозможно. Отдалённо Изабель слышала, стук лошадиных копыт по дороге – Алекс уехал. Дождь не прекращался, а, напротив, лишь усиливался.

Бель вошла в саму деревню, аккуратно ступая меж домами. Почти все жители спали. Однако, были и те, кто выбежал на крики и запах гари. Заметив леди, одни одаривали её презрительным взглядом, другие вообще делали вид, что не узнали девушку. Хотя Изабель явно выделялась среди простых крестья. Девушка и не ожидала иной реакции – заявиться в деревню при полном параде – невероятно нелогично.

Мокрая от дождя земля липла в туфлям, совершенно не созданным для прогулок в такую погоду. Длинная расшитая камнями юбка затрудняла движение, а зонт и подавно мешал. Деревни раскинулись на километры вперёд, найти в ней одну ведьму было почти нереально. А может, её видели?

Возле очередного дома, встретившегося Изабель на пути, сидела довольно юная девушка, с грустью разглядывая небо. Она не пряталась от дождя, не стремилась поскорее укрыться в доме. Просто сидела, как неживая.

– Извините, – Бель подошла чуть ближе к девушке, чтобы та могла её услышать. Ливень был настолько сильным, что заглушал голоса. Крестьянка перевела взгляд на леди. – Я ищу девушку: брюнетка, чуть выше меня, тёмно-зелёные глаза, одета примерно, как я. Вы не видели её?

– Видела, – вздохнула девушка, вновь уставившись в небо. – Вам туда, – она указала в сторону места, откуда ещё недавно валил дым.

– Благодарю, – кивнула Изабель, почти бегом направившись туда, куда указала добрая крестьянка. В голове созревали самые отвратительные мысли, тем более, голоса Лилит она больше не слышала. Роскошная одежда мешала. Посреди дороги леди отбросила зонт в сторону, продолжив путь под проливным дождём, моментально промокнув. Но сейчас Бель это мало волновало.

По пути кареглазой встречались и другие люди, и все они утверждали, что видели Лилит перед самым пожаром, а потом она словно растворилась в воздухе. “Пожалуйста, не наделай глупостей!” мысленно взмолилась девушка, уже приближаясь к недавнему очагу пожара. Однако, брюнетки поблизости не оказалось, только выгоревший дом и мужчина, сидящий возле него, очевидно, хозяин. Расспрашивать его о ведьме Изабель показалось некорректным, всё-таки, он лишился жилья. И где теперь искать её?

Бель присела на лавочку, возле одного из чудом уцелевших домов. Холодно, неловко, одиноко, грустно. А дождь всё льёт и льёт, стеной обрушиваясь на землю. Хотелось плакать от безысходности, но надо было смириться – Лилит не найти до тех пор, пока она не захочет быть найденной.

– Леди, вы вся промокли, – добрый, какой-то светлый голос где-то за спиной. Женский, но не тот, которого она так ждёт. – Возвращайтесь домой, в такую непогоду заболеть проще простого, – забота. Изабель соскучилась по этому чувству. Повернув голову, девушка увидела полноватую женщину сорока-сорока пяти лет. Остальное в темноте разглядеть было просто невозможно.

– Нет, спасибо. Я ищу кое-кого. Искала… Но, похоже, не судьба.

– Может я смогу чем-то помочь?

Даже не веря в то, что эта добрая крестьянка могла видеть брюнетку, Бель описала ей Лилит.

– О, я видела её, – спустя минуту произнесла женщина. – Она была здесь до пожара, спорила с кем-то, да и вообще была очень печальной. Как только дом загорелся, она убежала в сторону леса. Деревенские шепчутся, считают, что это она подожгла дом. Её помнят по тому, что произошло в детстве… Если хочешь найти её – ищи в лесу, она, скорее всего, там, если не вернулась домой.

– Большое спасибо! – улыбнулась Изабель. Она была искренне благодарна этой женщине, ведь она единственная, кто отнёсся к ситуации с пониманием и добровольно предложил свою помощь. – Я могу что-то сделать для вас?

– Скажи тому мужчине, – крестьянка указала на парня, прислонившегося спиной к тому, что осталось от сгоревшего дома. – Что я его люблю. Хорошо?

– А почему вы сами не можете ему… О, нет, неужели…

– Да, милая, ты всё верно поняла, – ласково улыбнулась женщина. – Скажите, что Мелисса любит его. И будет ждать.

Изабель перевела взгляд на парня, а когда вновь повернулась в сторону собеседницы её и след простыл. Будто и не было никогда.

Поднявшись с места, девушка подошла к тому самому мужчине. Чуть коснувшись его плеча, она произнесла:

– Извините, я не знаю вас, а вы не знаете меня, это прозвучит странно, но Мелисса просила передать, что любит вас и будет ждать. Это звучит, как бред, но…

Парень поднял на Бель удивлённо-печальный взгляд. Его сейчас не особо волновало, кто вообще это русоволосая девчонка и откуда она знает про Мелиссу. Он услышал то, что хотел. А на распросы не было моральных сил.

Оставив парня в одиночестве, леди направилась в лес. Несколько иным путём, Лилит вела её по-другому в прошлый раз. В темноте девушка плохо разбирала дорогу, так что шла почти вслепую. Пару раз она споткнулась о брёвна, спрятанные под листьями и травой и немного порвала подол юбки, о чём, впрочем, ничуть не сожалела. Ветви деревьев цеплялись за промокшие волосы, словно не пуская дальше в чащу. Однако, Изабель упрямо шла вперёд, надеясь найти ту, ради которой пришла. О дальнейшем развитии ситуации кареглазая не думала. Что будет, когда они встретятся? Девушка встряхнула головой, прогоняя подальше мысли – это не то, что сейчас надо. Необходимо сосредоточиться, ведь почувствовать брюнетку не так просто – она этого явно не хочет, но что-то тянуло Изабель дальше, и она шла, ведомая шестым чувством.

По пути девушка вспоминала ту, первую, ночь в деревне. Тот, как Лилит танцевала, крепко прижав к себе леди. То, как она менялась, превращаясь в кого-то совершенно иного, кого и ведьмой-то назвать трудно. Бель вспоминала костёр, музыку, атмосферу в целом… Жаль, что всё это ушло.

Дождь по-прежнему не прекращался – пожалуй, вот он Ад. Кареглазая не знала, насколько глубоко в лес она зашла, она понятия не имела, как будет выбираться отсюда. Она просто чувствовала – девушка, которую она ищет, рядом.

– Лилит! – громко крикнула Изабель, добравшись до места, где, как ей казалось, и пряталась ведьма. – Ты здесь?

Тишина. Даже если она и здесь – ни за что не покажется, хотя сама этого, скорее всего, хочет.

– Ну же, хватит играть! Я знаю, что ты где-то здесь. Я чувствую тебя с самой деревни. Выходи, давай поговорим!

Снова тишина. Затем хрусть веток и шуршание травы – меж деревьев показалась тёмная фигрура. Она стояла неподвижно, словно ожидая, пока Бель сделает первый шаг. Девушки смотрели друг на друга пару секунд, а после Лилит полностью вышла из темноты, однако, её лица леди не видела – между ними всё ещё была приличная дистанция.

– И с каких это пор ты меня чувствуешь? – усмехнулась ведьма. В её голосе не было ничего, она даже не старалась изображать хоть какие-то эмоции.

– И это всё, что тебя интересует?

– А что, должно быть что-то ещё?

– Перестань быть такой! Я пришла ради тебя, я всю ночь бегала по деревне и бродила по лесу, чтобы тебя отыскать. Я вся промокла и мне грустно, а ты изображаешь из себя чёрт знает кого! – эмоции брали верх. Изабель слишком долгий проделала путь и теперь намерена высказать всё, что накопилось внутри.

– Надо же, – меланхолично протянула брюнетка, подходя чуть ближе. – Душу решила излить?

Дождь. Противный, мелкий, раздражающий. Он начинал бесить. Вся ситуация начинала бесить.

– А если и так?

– Ну что ж, давай. Любопытно послушать, принцесса.

– Любопытно? Тебе любопытно? Нет, ты просто невозможна, Лилит. Я искала тебя, я хотела тебя вернуть, хотела извиниться, потому что и сама очень часто бываю излишне вспыльчива, могу наговорить чего-то, о чём потом сожалею. Я надеялась, что ты просто ляпнула, не подумав и тоже искренне расстроена. Но сейчас я вижу тебя перед собой и не понимаю, зачем пришла. В тебе нет ничего человеческого, ты ужасна. И ещё этот чёртов дождь… Видимо, ты и правда давно продала свою душу, оставив себе лишь статичное пустое тело.

– Красивое тело, – всё с той же усмешкой произнесла ведьма. Изабель протёрла глаза, тяжело вздохнув.

– Ты даже не понимаешь, о чём я говорю. Ты не улавливаешь сути, не хочешь поговорить серьёзно. Почему ты хоть раз не можешь быть настоящей?

– Я не могу. А Алекс? Он настоящий? Готова поспорить, что да.

– Алекс? При чём тут он? Речь не об этом сейчас совершенно. Не переводи тему, Лилит, – если бы Изабель разговаривала бы сейчас с кем-то другим или попросту не знала характера собеседницы, она бы приняла это за ревность. Да, абсолютно точно – она ощущала именно это.

– Хочешь знать, откуда у Маргарет синяки? – неожиданно даже для самой себя произнесла ведьма, прохаживаясь между деревьев. – Я переспала с ней. Так уж вышло.

Изабель поморщилась. От чего-то эта информация заставила её сердце сильно колотиться. И всё так же – в воздухе пахнет ревностью. Беспочвенной, безобоснованной, бессмысленной. Взаимной.

– Если ты хочешь казаться ещё более омерзительной – не пытайся. Вряд ли это вообще возможно. Я уже ничему не удивлюсь.

Дождь… Он чуть охлаждает пылающее стыдом, смущением и злостью лицо. Сейчас Бель ему даже рада. Удивительно.

– Ты сама хотела откровений, – Лилит в очередноцюй раз обошла дерево и остановилась, прислонившись к нему спиной.

– Ладно, забудь, – устало махнула рукой Изабель. Надоело. Надоело всё. Хотелось вернуться в замок и просто выспаться или забыться. А в следующий раз она обязательно уедет с Алексом. Теперь уже точно, не раздумывая. Да, да она сто раз обещала себе “теперь уже точно”, однако, это “точно так и не наступило. Пора бы. – Я возврвщаюсь домой. Приятного вечера, – едва ли она сама найдёт обратный путь, но попытаться стоит.

– Почему ты не уехала с ним? – вопрос Лилит остановил леди в паре шагов от тропинки из примятой травы, по которой она сюда пришла.

– Откуда ты знаешь? – ответила девушка, не разворачиваясь.

– Просто знаю. Так почему?

– Мне показалось, что… – кареглазая замялась – стоит ли говорить Лилит о том, что она беспокоилась за неё? Не усложнит ли это ситуацию ещё больше? Хотя, куда уж там. – Мне показалось, что с тобой что-то случилось, – дело сделано.

– Ты что, волнуешься? – никакого сарказма или иронии. Спокойный, ровный тон. Чёрт, она вообще хоть что-либо чувствует?

– Я увидела пожар, слышала, как ты плачешь. Вот и решила, что… Да какое, собственно, дело? – Бель наконец взглянула на ведьму. Та всё так же стояла у дерева. – Что это меняет?

– Не знаю. Что-то, наверное.

– Ты так просто меня отпустишь? – леди сделала в направлении к Лилит несколько довольно больших шагов. Теперь их разделяли всего лишь пара метров.

– Я и не держала тебя, солнце. Не имею на это права.

– А на что имеешь?

Ведьма пожала плечами. В темноте этот жест остался почти невидимым.

– Ни на что, наверное. А вот ты в праве сама решать, оставаться или нет.

– Я останусь, если ты этого хочешь.

– Мы опять в тупике, – печально усмехнулась Лилит. – Или это просто такое мощное дежавю?

– Почему ты не можешь сказать всего одну фразу, а? Всего одна фраза могла бы всё изменить, Лилит! – Изабель преодолела последнее разделявшее их расстояние и теперь стояла прямо напротив темноволосой девушки, стараясь разглядеть её глаза, но было слишком темно.

– А что бы это поменяло? – ведьма словно издевалась, изображая из себя дурочку. Неужели она действительно ничего не понимает?

– Ничего, ладно. Ты права. Всё, давай закроем тему и больше не будем к этому возвращаться, – она готова была уйти. Она не хотела больше оставаться рядом с ней. Хотела, но внезапно тишину спящего леса оборвала неуверенно произнесённая фраза: “Не оставляй меня больше”.

Глава 11. Танец стихий

Изабель была удивлена. Лилит, казалось, ещё больше, ведь не ожидала, что и правда сможет это произнести. Больно уж гордой была. Но, так или иначе, это произошло.

– Ты это серьёзно? Или это очередная твоя игра?

– Ты же меня чувствуешь, вот ты и скажи, потому что я сама не до конца понимаю, зачем это сделала.

– Ты не будешь жалеть?

– Сто раз уже жалела и, стоя на костре, наверняка пожалею ещё сильнее, но что сказано, то сказано, не так ли?

Леди кивнула. Повисло неловкое молчание.

– Дождь закончился, – улыбнулась Лилит. – Может вернёмся в замок?

– Ты сказала правду на счёт Маргарет? – Бель снова вернулась к тому, что ведьма выпалила во время дискуссии. Это не давало девушке покоя, как-то странно давило в груди.

– Да, – спокойно ответила брюнетка. – Тебя это обижает?

И что ответить? Странная ситуация – какое Бель дело до личной, тем более интимной, жизни Лилит?

– Это вышло случайно, мне нужно было куда-то выплеснуть свой гнев. Согласись, это лучше, чем бегать по деревне и устраивать пожары.

– Интересные у тебя способы справляться с эмоциями, – фыркнула Изабель, стараясь скрыть недовольство.

– И главное – эффективные. Ну так что, идём или нет?

– Ты хочешь что-нибудь у меня узнать?

– В смысле? – удивилась ведьма.

– Да брось, я же знаю, что тебе интересно, как я провела ту ночь с Алексом. Тебя просто разрывает злость изнутри. Ты ревнуешь?

– Не говори ерунды, – махнула рукой Лилит, однако, было видно, что она несколько напряжена.

– Это не ерунда, я чувствую, что ты злишься. И злишься именно из-за Алекса.

– Чувствует она… Тоже мне, Мэри.

– Просто признайся, – не унималась Бель.

– Не в чем мне признаваться, – Лилит отошла от дерева и направилась к кустам, очевидно, решив всё же вернуться в замок.

– Есть, ещё как есть, – недовольно проворчала леди. – Но ты опять врёшь. А вот Алекс…

– Ну, что Алекс? – ведьма резко развернулась, буквально прижав Изабель к тому же самому дереву, возле которого стояла мгновение назад. Сейчас Бель не боялась.

– Он другой. Он открытый и честный, не такой, как ты.

– Тогда почему ты сейчас здесь? – усмехнулась брюнетка, чуть отстранившись. – С такой плохой мной, когда твой распрекрасный кавалер звал на ужин. Почему ты бродила по лесу, вместо того, чтобы сидеть за шикарным столом и пить дорогое вино в прекрасном обществе, с парнем, который так хорош?

Изабель молчала. Что тут скажешь?

– Видишь, ты тоже отвечаешь не на все вопросы, – пожала плечами девушка, увеличив дистанцию между телом Бель и своим.

Небо окончательно разгулялось. Взору предстал орнамент из прекрасных сияющих звёзд. Вкупе с тишиной и мрачной темнотой леса всё это складывалось в нечто фантастическо-волшебное, и Изабель ничуть не жалела, что пожертвовала вечером в замке ради этого великолепия.

– Ладно, давай больше не будем спорить, Лилит. Я понимаю, мы не на столько близки, чтобы ты полностью доверилась мне, больше никаких вопросов. Просто давай немного побудем тут, хорошо? Я и не думала, что ночь может быть такой…

– Магической? – чуть улыбнулась ведьма.

Кареглазая кивнула. Да, это самое подходящее слово. Эта ночь, и это место были невероятными. И неважно, что именно создавало подобный эффект: тёмно-синее, почти чёрное небо; тишина, абсолютная, не рушимая ничем, кроме голосов девушек; мрак леса, осознание того, что где-то в его глубинах расположилась самое настоящее ведьмовское поселение или вообще, всему виной – самоуверенная и гордая женщина, с волосами, цвета этой самой ночи. Не важно. Это была настоящая магия.

– Хорошо, давай останемся, я никуда не спешу, – Лилит присела на траву, прикрыв глаза.

Да, это определённо магия. Изабель последовала примеру спутницы, удобно устроившись на грязной и влажной от дождя земле. Ещё одно платье безнадёжно испорчено, но это пустяки. Теперь леди была твёрдо уверена – магия, она в мелочах. Это не всегда тёмные заклятия, страшные ритуалы и заговоры. Не свечи, горящие во тьме или демоны, пришедшие за твоей душой. И даже не карты, в умелых руках способные показать твою судьбу на годы вперёд. Природа – вот она, истиная магия. Сейчас она словно наполняла девушку изнутри. Бель ощущала невероятый прилив сил и энергии.

– Ты думаешь, как настоящая викканка, – усмехнулась Лилит, явно уловив поток её размышлений. – Приходи сюда почаще. Лес тебя явно принял.

– Принял? Что это значит?

– Астарот потом расскажет тебе, если захочешь. А сейчас просто расслабься.

Дельный совет. Однако, оставалась одна вещь, которую Бель хотела узнать. Попытка не пытка.

– Лилит, то, что ты сказала мне пару дней назад, что жалеешь, что спасла меня от графа. Ты это серьёзно?

– Мы же договорились – никаких вопросов, – голос ведьмы звучал не так грубо и категорично, так что леди продолжила.

– Да, да, я знаю. Это последний. Ответь, это важно.

Лилит открыла глаза, устремив взгляд на девушку. Встав на колени, она чуть прибоизилась к ней, оказавшись прямо напротив её лица, затем снова присела на землю.

– Послушай, я иногда говорю не подумав. Я ни о чём не жалею и, если бы можно было отмотать время назад, сделала бы всё точно так же. Прости, я знаю, что мои слова тебя сильно задели, но иногда я теряю контроль над тем, что говорю и делаю.

– Спасибо. Мне нужно было это услышать.

– А мне нужно было это сказать, – Лилит провела ладонью по щеке кареглазой. – Если бы ты не подняла эту тему, я бы никогда не…

– Я знаю, Лилит. Давай просто забудем, начнём сначала.

– Помнишь, я говорила, что нельзя забывать? Опыт учит. Помогает не совершать больше тех же ошибок.

– Думаешь, не совершим? – усмехнулась Изабель, пытаясь разглядеть в непроглядной тьме лицо собеседницы.

– Не знаю. Может, когда-то в другой жизни…

– Я больше не хочу ошибаться, Лилит. Пусть это будет последним моим неверным шагом.

Брюнетка удивлённо взглянула на Бель, не успев задать уточняющий вопрос – тёплые губы леди робко накрыли её собственные. Ступор. Ведьма впервые не знала, как себя повести в подобной ситуации. Будь на месте Изабель Маргарет Лилит не раздумывая отымела бы её прямо на этой грязной и мокрой земле, совершенно ни о чём не сожалея. Но это была не та забитая служаночка, готовая исполнять любую прихоть хозяйки, боясь жестокого наказания. Бель – совсем другая, не похожая ни на кого из тех, кого Лилит встречала прежде, и это ставило брюнетку в тупик. Она неподвижно сидела, чувствуя, как мягкие губы леди ласкают её в надежде хоть на какую-то реакцию. Наконец кареглазая отстраняется, отведя взгляд.

– Извини, наверное, это и правда было лишним, – вздохнула она, касаясь пальцами губ. – Я тоже иногда делаю что-то, не подумав. Не бери в голову.

– Зачем? – всего одно слово. На большее Лилит не хватило. Она редко ощущала в поцелуях то, что смогла почувствовать сейчас – любовь. Все, с кем она спала, ничего к ней не испытывали, да и это было взаимно. Просто секс, не обременённый какими-то обязательствами. И то, что случилось минуту, назад здорово озадачило ведьму. Внутри что-то дрогнуло, словно просыпаясь. Странное ощущение. Не менее странное чувство. Лёгкое, почти невесомое и так хорошо скрываемое. Нет, Изабель никогда не узнает, что испытывает её зеленоглазая спутница.

– Не знаю… Оно само, – диалог складывался довольно странно и со стороны, наверное, казался каким-то детским бредом, но никак не разговором двух взрослых ведьм. – Ты хотела вернуться в замок, – Изабель старалась перевести тему, в воздухе витала неловкость. Создавалось впечатление, что это был первый поцелуй в их жизни.

– Само? – усмехнулась брюнетка, явно проигнорировав вторую часть вопроса. Она изо всех сил старалась отогнать ненужные мысли, погасить ту искру, что зажглась внутри. Похоже, поздно. – Но почему ты тогда думала о…

– Не важно. Я совершила ошибку. Ты что, действительно хочешь об этом поговорить?

– Такой уж сегодня вечер, – пожала плечами Лилит, поудобнее усевшись на траву, тем самым демонстрируя, что никуда не намерена идти.

– Я сделала то, что сделала. Но ты, видимо, ничего не чувствуешь, Лилит. Или я совершенно никудышный эмпат, или это ты абсолютно бесчувственная. Третьего нет и быть не может.

– А ты? Что чувствуешь ты? – бесчувственная? Ах, если бы, принцесса. Если бы это было так.

– А разве поцелуй не был ответом на твой вопрос?

– Пожалуй, был, – кивнула ведьма, рассматривая тёмное пространство где-то за спиной Бель.

– Вот видишь.

Молчание. Лилит не знала, что ответить. Она никогда никого не любила, и никто не любил её. По крайней мере так было раньше. Ведьму боялись, уважали, просили о помощи, ненавидели, хотели, но любовь… Нет, она не создана для подобного. Наверное. Хотя, кто сказал? Как разобраться до конца в том, что происходит в твоей голове? Поворотный момент. Решающая ночь. Полный ступор.

Изабель уже пожалела, что поступила столь необдуманно, поддалась минутному порыву и этой чёртовой “магической” ночи. Она знала – эта милая брюнетка вовсе не та, кто способен на большие искренние чувства, ведь ей это просто не надо. В её жизни есть вещи и поважнее. Девушка столько раз твердила ей, что в магии нет места эмоциям, иначе очень легко сойти с ума. И вот сейчас она перед ней – сидит, разглядывая немигающим взглядом деревья и кусты, думая о чём-то совершенно отстранённом. О чём?

– Не надо, не мучай себя, – Лилит перевела взгляд на Бель. – Иногда я завидую тем, кто умеет чувствовать, тем, кто этого не боится. Ты думаешь о любви, а я даже плохо представляю, что это такое. Я знаю, что такое ненависть, что такое страх, грусть, отчаяние, боль, вожделение. Но любовь… – брюнетка замолчала. Она бы рада, но это выше её сил. Она снова делала это – врала. – Ты права, нам нужно возвращаться, скоро рассвет, а мы даже глаз не сомкнули, – произнесла девушка, поднимаясь с земли.

– Хорошо, – Бель лишь робко кивнула в ответ.

В замок шли в тишине. Обе хотели завершить эту ночь откровений на хорошей ноте, что-то решить, оставить позади ругань и склоки, поговорить по душам. И в какой-то момент казалось, что так и произойдет. Но что случилось, того не изменить.

– И как ты в одиночку нашла сюда дорогу? – Лилит решила немного разрядить обстановку.

– У меня была очень внушительная цель.

– Планируешь ещё встречаться с Алексом?

– Не знаю. Всё может быть.

Возможно, Бель была чуточку резка. Ничего, Лилит переживёт. Ей, скорее всего, вообще наплевать. Ну почему она, Изабель, просто не ушла, как и хотела? Глупая, глупая девочка.

Из леса они выбрались довольно быстро, оказывается, Бель зашла не так уж и далеко, как ей показалось на первый взгляд. У ворот, как обычно, Лилит переглянулась с Астаротом. Тот был явно в курсе того, что случилось, однако, никак не отреагировал.

В замке не горел свет, все окна были тёмными и какими-то отталкивающими, печальными. Изабель поморщилась – в чаще было приятнее.

Все жители поместья уже спали, лишь слуги по-прежнему сновали туда-сюда, стремясь завершить свою дневную работу. Всё так же молча девушки поднялись на второй этаж и разошлись по комнатам.

Лилит, плюхнувшись в постель, долго не могла привести мысли хотя бы в какое-то более менее адекватное состояние. Из головы не лезли образы произошедшего и то, что она ощущала в этот момент. Это сложно описать. Будто что-то внутри сломалось. Лёд. Это напоминало тонкую корку льда на реке ранней зимой. Когда на него наступаешь, надеясь, что он уже окреп, но проваливаешься в холодную воду, ругая сам себя. Да, Лилит чувствовала себя именно так. Она надеялась, что в тот вечер в лесу, решив отпустить Изабель, она стёрла воспоминания о чувствах к ней из памяти, как этому учил Астарот, но, видимо, не до конца, и сейчас они снова высвободились из-под слоя мнимого хладнокровия. Это совершенно не радовало брюнетку.

Ведьма фыркает от собственной беспомощности, расстёгивая туго затянутый корсет. Вскоре в комнату стучат, и после разрешения в неё заходит Маргарет.

– Вам что-нибудь нужно, леди Лилит?

– Вообще-то да, Маргарет, – брюнетка приподнимается на локтях, взглянув на служанку. – Скажи, ты знаешь, что такое любовь?

– Знаю, леди Лилит, – робко кивнула девушка, стараясь понять, к чему клонит хозяйка.

– Отлично. Тогда объясни мне, девочка. Объясни, что это за чувство, – Лилит снова откинулась на спину, теребя в руках ленточки от юбки.

– Я не смогу объяснить вам, леди. Это нужно почувствовать.

– А ты попытайся, – уже строже произнесла брюнетка. В этой коротенькой фразе затаилась угроза, и Маргарет это заметила.

– Когда ты любишь человека, совсем не важно, какой он. Не играет роль его внешность, статус, привычки. Ты просто любишь за то, что он есть. Хочешь проводить с ним каждую секунду своей жизни, оберегать, охранять, заботится, ничего не прося взамен, даже если знаешь, что ничего не сложится.

– А забыть? О любви можно забыть, Маргарет?

Служанка отрицательно покачала головой.

– Что вы, леди Лилит. О таком просто нельзя забыть. Память может подводить, но сердце – никогда.

– Вот оно как… – задумчиво произнесла ведьма. Последняя застежка на корсете была расстёгнута, и он был откинут куда-то в сторону. – А ты любила? Хотя бы однажды?

– Да, леди Лилит, – неуверенно кивнула служанка. Она явно была смущена внезапным откровенным разговором со своей хозяйкой.

– И что из этого вышло? Ты счастлива?

– У нас ничего не было, леди Лилит.

– Но ты до сих пор любишь? – брюнетка вновь взглянула на Маргарет. В зелёных глазах колдуньи читалось удивление.

– Думаю, что да.

– Как интересно, – улыбнулась девушка, вставая с постели. Тело, покрытое легкой тканью, даже без корсета казалось до невозможности стройным. Лилит вплотную подошла к служанке, чуть касаясь её ладони своей. – Поцелуй меня, Маргарет.

И девушка снова сдалась. В который раз поддалась томному голосу ведьмы, её горячим ладоням и завораживающим кошачьим глазам. Этот поцелуй. Он был робким, невинным, по-детски стеснительным. Для Лилит это эксперимент: что она почувствует, целуя не Бель, а кого-то другого? Ничего. Совсем. Легонько оттолкнув от себя Маргарет, ведьма велела служанке покинуть её спальню. Девушка не стала задавать вопросов и молча вышла из комнаты.

Лилит осталась одна, пытаясь разобраться в себе. Это оказалось намного сложнее, чем магические обряды, ею проводимые. Она не любила раньше и очень боялась пойти на поводу у своей человеческой, такой слабой и эмоциональной, стороны. Да, она боялась. Ужасно признаваться в этом самой себе. Ужасно осознавать, что ничто человеческое тебе не чуждо, хотя всю жизнь ты твердила об обратном, упрекая окружающих в их никчёмности и зависимости от чувств. Сложно. Это сложно, но факт есть факт. Это была решающая ночь – ночь неверных поступков и сомнительных мыслей.

***

Изабель тоже не могла заснуть. Лёжа в постели, почти с головой укрытая одеялом, она рассматривала темную зеркальную поверхность. И что там может видеть Лилит?

Сейчас Бель жалела, что отношения с Мэри у неё не сложились, и та не научила её более точным гаданиям. Конечно, вероятность того, что предсказание сбудется крайне мала, но это куда лучше, чем… Чем что? Что она хочет узнать при помощи гаданий?

– Ты же знаешь, что произойдёт, да? – шепотом произнесла леди, обращаясь к кому-то по ту сторону зеркала. – Может, подскажешь, как себя вести? Подашь знак или что-то еще…

Но всё было по-прежнему тихо. Вздохнув, девушка перевернулась на другой бок и чуть не вскрикнула от неожиданности, заметив в дверях тёмную фигуру. Спустя мгновение она приблизилась к постели Изабель. Лилит.

– С кем разговариваешь?

– Не знаю, – усмехнулась кареглазая, снизу вверх глядя на ночную гостью. – Привычка. С детства. А что ты тут делаешь?

– Не спится. Ты не возражаешь?

Бель покачала головой и подвинулась, чтобы ведьма смогла присесть.

– Извини, наверное, приходить к тебе было не самой лучшей идеей, – Лилит старалась не смотреть на леди.

– Да ладно, чего уж, – почувствовав напряжение, Изабель снова отвернулась к зеркалу. Зачем она здесь?

– Тебя тоже мысли мучают?

– Немного.

– И что надумала?

– Ничего, Лилит, что я могу надумать?

Изабель почувствовала, что девушка встала с постели.

– Ладно, прости, что потревожила, – наверное, в этот раз перебор с грубостью.

– Стой, Лилит, подожди, – Бель вылезла из-под одеяла и, ступив на холодный пол, подошла к брюнетке. – Прости, я не хотела.

– Ладно, ничего страшного. Мне в любом случае не стоило приходить. Спокойной ночи.

– Нет, не уходи. Мне грустно, и я не знаю, что… Чёрт, я ничего не знаю. Останься, ладно?

Лилит кивнула. Леди забралась обратно в постель, а ведьма устроилась рядом, с краю.

– Извини за то, что я такая, – брюнетка чуть приобняла Изабель.

– Что? О чём ты?

– Ты знаешь.

– Почему ты боишься быть собой?

– Не хочу терять разум. Эмоции мешают, я говорила об этом.

– Но так ведь не может продолжаться всю жизнь, Лилит, – Бель лежала на груди ведьмы, чувствуя, как сильно бьётся её сердце.

– Моя жизнь будет короткой, так что не вижу в этом проблем.

– Перестань говорить такие вещи! Ты не умрёшь, ничего с тобой не случится.

– Мне виднее, – пожала плечами девушка.

– И всё же. Чего ты боишься? Я же вижу, что ты совсем не такая, какой хочешь казаться. Ты рассказала мне все свои секреты, но тем не менее не можешь быть до конца искренней. Почему?

Темнота. Темнота и сумасшедшее биение двух сердец так близко друг к другу.

– Ну же, ответь, – настойчиво произнесла Бель, понимая, что Лилит не собирается отвечать. – Один вечер, Лилит. Всего один вечер побудь собой, а потом можешь делать вид, что ничего не было, хорошо? – леди шептала эти слова, обжигая горячим дыханием кожу, открытую глубоким вырезом на блузке. Чем тише становился шепот Изабель, тем сильнее билось сердце брюнетки.

– Я не могу позволить себе искренность и эмоциональность. Это плохо для меня кончится, – ведьма чуть поглаживала Изабель по волосам. Казалось бы – такая глупость. Они вели себя, как дети, но в этом всём было куда больше интимности, чем в том, чем обычно Лилит занималась с Маргарет и другими женщинами. – Да и для других, возможно, тоже.

– Брось, это просто отговорки.

– Правда? Вспомни мой день рождения. Я могла причинить вред сестре. И не только ей, а всей деревне. И тебе тоже.

– Ты причиняешь мне куда больший вред своим безразличием.

Лилит усмехнулась. Ей не привыкать – по её вине часто страдают люди, даже те, кто, казалось бы, близок. “Нельзя позволять эмоциям брать верх, ты выше этого”. Однако, ведьма уже позволила Бель подступиться слишком близко, ворваться в свою интимную зону, да и сама нарушила множество собственноручно поставленных барьеров.

Пока брюнетка в очередной раз копалась в себе, леди отстранилась, вглядываясь в сумраке в лицо девушки. Они были, как земля и пламя – способные с одинаковой долей вероятности уничтожить друг друга в любой момент. Быть может, в этом-то всё дело? Изабель разглядывала профиль брюнетки так, будто видит впервые. Скорее всего, она никогда не разгадает всех тайн этой темноволосой ведьмы, но от того-то становилось только интереснее.

– Посмотри мне в глаза, Лилит, – тихий голос кареглазой оборвал вновь воцарившуюся тишину. Девушка медленно повернула голову и тут же встретилась с Бель взглядом. Глаза этой юной викканки до ужаса напоминали детские: большие, вечно словно о чём-то спрашивающие, с застывшим немым вопросом, смотрящие тебе в душу, знающие обо всех истинных чувствах. Да, эмпатия – определённо стезя Изабель.

– Что ты хочешь в них увидеть? Моё зеркало души давно ничего не отражает.

– Ты ошибаешься, милая ведьма. В тебе, возможно, эмоций даже больше, чем во мне. Не надо их скрывать. Побудь собой. Одну ночь – большего не прошу.

Лилит кивнула. Ладно, пусть так. Тем более рассвет уже не за горами. Наутро можно будет обо всём забыть. Однажды ведь вышло, так почему бы не повторить этот трюк снова?

Изабель вновь потянулась к губам ведьмы. На этот раз та не сопротивлялась, а, напротив, лишь поддалась чувствам, накрывавшим её с головой. Из робкого, спрашивающего разрешения, поцелуй перешёл в более требовательный и страстный. Лилит всё же пыталась отчасти контролировать себя, боясь ненароком сделать леди больно, точно так же, как и Маргарет. В этот момент девушки почувствовали связь, образовавшуюся меж ними ещё в самый первый день знакомства. Уже сложно было отделять чьи-то конкретные ощущения – они были единым целым, одной энергией, одним существом.

Сев на колени Изабель, ведьма несильно схватила девушку за волосы, чуть оттянув их назад, таким образом добравшись до шеи кареглазой, которая в свою очередь медленно развязывала ленты на блузке Лилит. Едва ли они до конца отдавали себе отчёт в том, что делали, но невероятное ощущение полного единения опьяняло.

Мягкие губы брюнетки скользили по тонкой шее Бель, очерчивая узоры из вен. Темноволосая чувствовала, как под бледной, почти прозрачно-хрустальной кожей бьётся пульс; как течёт в этих синеватых еле заметных венах кровь; как тяжело и прерывисто дышит леди, периодически сжимая в кулаках ткани на теле любовницы. Всего лишь поцелуи. Всего лишь нежные, почти невесомые поцелуи. Никакой жёсткости, опасно граничащей с откровенным насилием, никаких укусов до крови и синяков, никаких царапин вдоль спины – ничего такого, что так любила Лилит. Поцелуи. Этого хватило, чтобы напрочь выбить из головы все мысли и сомнения. Эта женщина сейчас была её продолжением, её альтерэго, её смыслом.

Секунда – и блузка ведьмы летит на пол. Лёгкая сорочка Изабель – туда же следом. Теперь между ними не было никаких преград. Лилит продолжала ласкать шею русоволосой, спускаясь всё ниже – к ключицам. Разомлевшая Бель тихо стонала, прижимая брюнетку как можно ближе к себе, желая ощущать её тепло. Словно боясь, что она вот-вот уйдёт, как всегда это делала, оставив лишь массу вопросов и недопониманий. Но нет. Сейчас она была рядом, максимально близко, хотелось продлить эти мгновения до бесконечности.

Ключицы, грудь, соски – ведьма целовала каждый сантиметр любимого и, как оказалось, столь желанного тела. Она хотела, чтобы Изабель чувствовала, как нужна ей. Хотела сказать поцелуями то, чего никогда не сможет выразить словами просто потому, что побоится, ведь фраза “я люблю тебя” имеет слишком большой смысл и ценность, чтобы говорить её, будучи не до конца уверенным в том, что понимаешь, что она означает.

Отпустив наконец волосы девушки, Лилит обняла её за спину, продолжая целовать. Ей тоже не хотелось отпускать от себя эту девочку, которая, по видениям Мэри, должна была сыграть решающую роль в гибели брюнетки. Однако, сейчас об этом совершенно не думалось. Да вообще ни о чём не думалось. От Изабель невероятно приятно пахло: чем-то сладким, чем-то до невозможности родным. Её естественный запах смешивался с запахом пота, страсти, любви. Ни с кем другим Лилит не обращала внимания на мелочи, вроде запахов. Но с ней всё было иначе.

Дрожащими руками Изабель поглаживала поясницу ведьмы, поднимаясь вверх по позвоночнику до самой шеи и обратно. Иногда она довольно сильно касалась ногтями кожи, от чего на ней оставались красноватые полосы. Но Лилит этого даже не чувствовала. Всё сознание занимали тонкие руки леди скользящие по её обнажённому телу.

Слегка толкнув Бель в грудь, ведьма укладывает её на спину, по-прежнему сидя у неё на коленях. Коснувшись головой подушки, леди притянула к себе Лилит, вспотевшими ладонями лаская грудь брюнетки. Ведьма чуть прикрыла глаза, продолжая целовать девушку. Одна ночь, а с восходом всё обернётся прахом. Иногда казалось, что их жизнь протекает лишь в ночи, как у вампиров, а утро несёт с собой сплошную пустоту и разочарование.

Руки брюнетки скользили по статной талии Изабель, гладили её живот и внутреннюю сторону бёдер. Леди ни на секунду не отпускала от себя любовницу, крепко сжимая в объятиях и вдыхая аромат её чёрных волос.

Лилит поднесла два пальца к губам кареглазой, на миг разорвав поцелуй. Девушка чуть заметно улыбнулась, проведя по ним языком. Пошлость в привычно невинном взгляде Бель приводила брюнетку в восторг, как и то, как ритмично она облизывала пальцы, ни на миг не отводя глаз от любовницы.

Скользя по телу леди влажной ладонью, ведьма снова вернулась к её губам, чуть припухшим от долгих ласк. Между тем рука Лилит легла на бедро девушки, медленно поднимаясь вверх. Изабель в предвкушении застонала в поцелуй, сильнее прижимая к себе брюнетку. Тонкие пальцы зеленоглазой поглаживали самые чувственные места на теле молодой леди, то нежно, то более грубо, но с не меньшей любовью. Да, любовью. Лилит наконец-то ощущала это непонятное и опасное чувство. Это было странно, но на данный момент не волновало. Как же неловко будет утром…

Почувствовав, что Бель готова к чему-то большему, ведьма ввела два пальца. Кареглазая прогнулась в пояснице, сладко застонав. Двигаясь в медленном, но ритмичном темпе, Лилит целовала шею леди, которая пыталась нащупать бёдра девушки, скрываемые под юбкой, так и не снятой ранее. Её руки путались в тяжёлой ткани, дрожали от сменяющих друг друга волн наслаждения.

Брюнетка наслаждалась тем, как сейчас выглядела Изабель: закушенные алые губы, полуприкрытые глаза, прекрасные русые волосы, раскинувшиеся на подушке и прилипшие ко лбу девушки, порозовевшие щёки. Она была прекрасна. Прекраснее всех, кого Лилит когда-либо видела и уж тем более тех, с кем она спала. Едва ли колдунья теперь сможет смотреть на кого-то ещё.

Изабель сама буквально насаживалась на пальцы ведьмы, и та ускорила темп, сорвав с уст любовницы ещё несколько протяжных стонов. Руки Бель тем временем преодолели барьер из юбки и крепко сжимали ягодицы брюнетки, впиваясь в них короткими, но довольно острыми ноготками. Лилит громко выдохнула, облизнув губы – она любила боль, хоть и не чувствовала её почти. Хотя, скорее всего, именно поэтому и любила – в такие моменты она ощущала себя живой.

Ещё пара минут, и Бель кончила, шумно дыша и по-прежнему сжимая плоть ведьмы. Вытащив пальцы, Лилит поцеловала девушку в лоб, слезла с неё и прилегла рядом. Молчание. Никто из этих двоих не знал, что можно сказать.

– Я же знала, что ты способна на чувства, – довольно произнесла Изабель, удобно устраиваясь на груди ведьмы.

– Ты сама попросила быть искренней. Всего на ночь, помнишь?

– И что же будет с утра? Ты просто уйдёшь? После всего, что произошло?

– Спи, принцесса, спи. Утро вечера мудреннее.

Лилит не хотела уходить. Просто не смогла бы теперь это сделать. Она чувствовала связь, которой не ощущала больше ни с кем, даже с Мэри. И это было невероятно.

Они были, как земля и пламя – способные с одинаковой долей вероятности уничтожить друг друга в любой момент. Они были двумя абсолютными противоположностями, словно электроны с разными зарядами. Однако, именно подобные сочетания в итоге образуют нечто совершенно невероятное, разве нет?

Глава 12. Из снов в реальность

Не просыпаться. Никогда. Остаться навсегда в этих сладких дрёмах, что подарила прошедшая ночь. Навсегда запомнить вкус её губ, запах волос и нежность рук. Помнить её тело, зелёные глаза, впервые в жизни наполненные искренними чувствами, и свои стоны, как подтверждение того, что это был самый прекрасный сон из всех.

Их сон. Их личный маленький Эдем посреди Ада. Лишь бы всё не обернулось прахом.

Утро. Изабель всегда искренне ненавидела утро. Так не хотелось открывать глаза. А вдруг она ушла? Вдруг решила, что произошедшее ничего не значит? Или же осталась. И что, в таком случае, можно подумать?

Поняв, что игнорировать рассвет вечность не получится, Бель разлепила полусонные глаза, оглядываясь вокруг. Вторая половина постели пуста. Вздох. Короткий, но довольно весомый. Смятые простыни лишний раз напоминали о случившемся. Нет, она не могла уйти. Только не в этот раз. Только не после такого.

Дверь в спальню чуть приоткрыта. Неужели всё-таки ушла?

Приближающиеся шаги в коридоре. Пара секунд, и в комнату заходит Лилит. В тех же самой юбке и блузке, в которых пришла вчера ночью в покои леди. Заметив, что Изабель уже проснулась, девушка подходит к окну, ничего не говоря. Молчание. Опять.

– Доброе утро, Лилит, – довольно произносит Бель, радуясь тому, что ведьма сейчас тут. Пусть по-прежнему холодна, закрыта, не дружелюбна, но, тем не менее, она сейчас здесь.

– Доброе, Изабель.

– Куда выходила? – потягиваясь, интересуется кареглазая.

– Астарот звал, – пожала плечами брюнетка, не отрываясь смотря в окно.

Бель встаёт с кровати, подходя к столику с украшениями.

– Почему ты осталась? Я думала – уйдёшь.

– Я тоже так думала.

– Забери его себе, ладно? – леди подходит к Лилит со спины, легонько касаясь её плеча. Зеленоглазая оборачивается, удивлённо глядя на собеседницу. Бель протягивает ей кольцо. То самое, что когда-то красовалось на пальце ведьмы и стало негласным символом воспоминаний. – Оно твоё.

– Я без него, как без рук, – улыбнулась брюнетка, надевая украшение. – Спасибо.

– Не надо было его возвращать.

– Я думала, что…

– Я знаю, – Изабель понимала, что Лилит сложно говорить о подобных вещах, лишний раз показывая свои эмоции. А тем более ревность. – Мы можем забыть об этом. Будто ничего не происходило.

– Да, наверное, так будет лучше, – ведьма вновь отвернулась к окну.

– Что-то не так, Лилит? – Бель чувствовала – девушка сама не своя, будто волнуется или переживает. Неужели, что-то произошло? Неужели эта сказка обречена на печальный финал?

– Пока не знаю, Изабель, но мне не спокойно. Что-то грядёт, что-то нехорошее.

– Нет, я не допущу, только не сейчас, – леди обняла Лилит, сомкнув руки на её животе и тут же почувствовала, как ладони брюнетки коснулись тыльной стороны её кистей.

– Боюсь, это не от тебя зависит, солнце. И даже не от меня, – ведьма замолчала, явно думая о чём-то. – Астарот просил прекратить на время походы в лес и не проводить никаких ритуалов. Знаешь, почему он об этом заговорил?

Изабель отстранилась. Лилит повернулась к ней лицом, пытаясь изобразить непринуждённость, но было видно – девушка нервничает.

– Я не совсем понимаю, к чему ты клонишь.

– Инквизиция. Астарот сказал, что вся деревня на ушах – церковь снова взялась за старое. Надо быть осторожнее. Особенно нам.

– А почему “особенно нам”? Тебя уже подозревали?

– Ты что, ничего не знаешь? – Лилит удивлённо взглянула на собеседницу. Что, ещё какие-то тайны? Впрочем, ничего удивительного. Тяжело вздохнув, Бель требует объяснений. Она боится их получить, но, в то же время, она в них нуждается. – Ты никогда не интересовалась, чем занимается твой дядя? Помимо заключения договоров с хозяевами соседних поместий и проведения шикарных балов.

– Нет, не интересовалась… – кареглазая постепенно начала понимать, что хочет сказать ей ведьма.

– А зря. У него есть свои люди в церкви. Я лично видела их на балу, – Лилит отошла от окна. Сделав небольшой круг по комнате она присела на кровать, устремив взгляд на зеркало. – Ещё вспомнить никак не могла откуда их знаю. А потом поняла – они приходили в соседнюю с нашей деревню, когда я была ребёнком. До пожара. Хорошо, что детских воспоминаний у меня почти не осталось. Много женщин погибло в тот день на костре, я только рада забыть этот ад.

– Но почему тётушка взяла тебя к себе, зная, что её новый муж имеет отношение к церкви? – Изабель присела рядом с брюнеткой, сосредоточенно глядя ей в глаза. С минуту она молчала, а потом продолжила:

– Когда я появилась в замке, Эмма ещё не встречалась с ним. Она попросила меня сделать её… Более привлекательной в его глазах…

– Приворот?

– Грубо говоря – да, – усмехнулась темноволосая, не отволя взгляд от зеркальной поверхности. Это успокаивало. – И уж конечно она не знала, что этот мужчина близкий друг священника из церкви неподалёку, который за годы своей работы отправил на костёр десятки женщин и девушек, которые, между прочим, были невиновны. Большинство из них. Меня Эмма представила, как дочку погибшей подруги, которую любезно согласилась взять на воспитание.

– И что теперь будет?

– С тобой – ничего. Это точно. Эмма ни за что не позволит церковным шакалам причинить тебе вред, даже если лично застанет тебя за колдовством.

– А как же ты? – голос леди немного дрогнул, однако, она довольно быстро взяла себя в руки.

– А я… А мне давно пора на костёр. Я смирилась с этим неизбежным фактом. Вопрос лишь в том, как скоро это произойдёт.

– Нет, Лилит, этого не случится. Я не…

– Ты сама же поднесёшь факел, милая, – ведьма, наконец, перевела взгляд на Изабель. Этот печальный взгляд… Она словно увидела в этом старом зеркале всё, что её ожидает, вплоть до мельчайших подробностей.

– Ты шутишь, правда ведь?

– Если бы, – усмехнулась Лилит, проведя рукой по шее кареглазой. Та вздрогнула от неожиданного прикосновения. Услышанное всё ещё не укладывалось в голове. И главное – неужели она, Бель, на самом деле способна позволить дяде расправиться с этой зеленоглазой колдуньей, показавшей ей целый волшебный мир и подарившей любовь. Своеобразную, но всё же это была любовь. Любовь, которую не смог дать никто, на такие чувства была способна только она.

– Нет, я не верю. Я не смогу этого сделать.

– Мне жаль, что я втянула тебя в это, – брюнетка, казалось, совершенно не слышала слов леди.

– Брось, не жалей, я только рада этому. И прекрати говорить так, словно прощаешься. Мы переживём это. Переживём вместе. Однажды у тебя это уже получилось, получится и во второй раз, – Бель поднялась с постели, подходя к шкафу. – Скоро завтрак, потом прогулка. Не хочешь переодеться?

– Нет, прости, нету настроения, – теперь, когда между ними что-то изменилось, Лилит была более открыта, что несказанно радовало Изабель.

– Перестань, Лилит. Всё будет хорошо.

– Ты, видимо, плохо представляешь себе, что такое инквизиция. Ты пойми, я не за себя беспокоюсь, а за Мэри. Вдруг они заподозрят что-то неладное?

– Мэри умная девочка, она знает, как себя защитить. Я говорю это не для того, чтобы ты перестала грустить, это ведь действительно так. Разве я не права?

– Права, – вздохнула Лилит, поднимаясь с кровати. – Я к себе пойду, пожалуй. С минуты на минуту придёт Матильда, зачем нам лишние разговоры. Да и… Не знаю. Поговорить нужно кое с кем.

– С кем? – Изабель моментально поняла, какого рода беседу ведьма имеет в виду и тут же запротестовала. – Нет, давай без этого. Никаких ритуалов, помнишь?

– Мне можно, – махнула рукой Лилит, оказавшись уже у самой двери. – Мне костёр обеспечен. Давно.

– Хватит уже! – почти выкрикнула леди, сделав пару шагов к нарушительнице своего душевного спокойствия. – Ты не умрёшь, поняла? – ещё пара шагов. – А если вдруг что-то произойдёт, – и ещё. – я сдамся церкви и отправлюсь на казнь вместе с тобой, – лицом к лицу. Две ведьмы. Два сгустка чувств и накалённых до предела эмоций. – Обещаю.

– Никогда не обещай того, чего не можешь гарантировать. Это тебе так, урок на будущее.

– Ну я серьёзно, хватит о таком думать. Неужели нет чего-то более приятного в твоей жизни?

Лилит усмехнулась.

– В жизни-то, может, и есть. А вот в будущем – едва ли. Ладно, я и правда пойду. Спасибо за кольцо. За то, что вернула его мне, хотя могла этого и не делать.

– Не стоит благодарности.

Ведьма медленно покинула покои Бель. Мысли путались между собой. Нет, она, конечно, знала, что рано или поздно может произойти нечто подобное, но не расчитывала, что это случится так скоро. После прошлой ночи казалось, что теперь-то всё точно будет хорошо. Брюнетка покачала головой – как она наивна.

В спальне было пусто, шторы задёрнуты – всё точно так, как и вчера. Интересно, Маргарет уже заходила?

Тишина. Лилит села перед зеркалом, коснувшись пальцами его холодной ровной поверхности.

– Даже не вздумай, – низкий, чуть строгий голос за спиной ведьмы заставил её невольно вздрогнуть. Повернувшись, девушка увидела стоящего в дверях рыцаря. – Или ты плохо меня поняла на счёт ритуалов?

– Что ты вообще тут делаешь? – зеленоглазая вновь повепнулась спиной к мужчине.

– Слежу за тобой и, как я вижу, не зря.

– Ты знаешь – я не могу без колдовства. Это часть меня, часть моей жизни, в конце концов!

– Если не прекратишь – станешь частью пепла на костре в центре какой-нибудь деревни. Оно тебе надо?

– Я всё равно не смогу долго скрывать это, Астарот. Винсент и без того уже косо на меня поглядывает.

– Вот и не давай ему дополнительных поводов тебя подозревать.

Лилит разглядывала отражение демона в зеркале. За столько лет она изучила его целиком, но иногда всё равно не могла понять его мотивов.

– Ты меня вообще слушаешь?

– Да, конечно, – отмахнулась брюнетка, переведя взгляд на окно. – Никаких ритуалов, магии и тому подобного.

– И в лес не ходи. И Изабель предупреди. Ты ведь и её втянула в историю.

– Спасибо, что напоминаешь, – фыркнула Лилит. – А то я вечно забываю о том, что виновата.

– Не язви. Просто делай, как я скажу. Церковь угомониться через пару-тройку недель, ты же знаешь. Священники как занозы в заднице, однако, их пыл довольно быстро остывает. На пару месяцев точно, а то и больше. Тебе это и без меня прекрасно известно.

– Ты был в деревне? – брюнетка села на кровать, взглянув на рыцаря. – Как там Мэри?

– Да, был прошлой ночью. Она в порядке, скучает по тебе, просила передать, что не злится и, как только всё закончится, ждёт тебя в гости.

– Хорошо, что с ней ничего не случилось. А остальное не имеет значения.

– Сейчас всё имеет значение, девочка. Просто не делай глупостей, – закончив фразу, Астарот удалился, прикрыв дверь. В коридорах какое-то время ещё слышался грохот его доспехов, а после всё стихло.

Не делай глупостей. Да вся жизнь Лилит была одной сплошной глупостью, одной огромной ошибкой, одной нелепой случайностью.

Тихий стук в дверь. На пороге – Маргарет. Улыбается, опустив глаза, что-то шепчет себе под нос, смущённая и запуганная. Никогда не знаешь, что ждать от ведьмы – поцелуй или пощёчину.

Брюнетка не особо вникала в то, что говорила ей служанка, просто кивала и со всем соглашалась. Из всего монолога она уловила лишь то, что сегодня состоится общий завтрак в зале, так как Винсент хочет о чём-то сообщить. Выбора не было – придётся спуститься.

Особо прихорашиваться настроения не было, и девушка, лишь слегка причесав спутанные за ночь тёмные кудри, поспешила вниз. По мере приближения к самым первым ступенькам лестницы, сердце начинало болеть всё больше и больше. Обычно это было не очень хорошим знаком. Быть может, в этот раз всё обойдётся?

Вся семья уже была в сборе, не хватало лишь Лилит. Пожелав всем доброго утра, брюнетка заняла своё привычное место за столом. Еду подали быстро, однако, приступать к трапезе никто не спешил – все ждали, что же такого хотел сказать супруг хозяйки. Ведьма же догадывалась, о чём пойдёт речь. Это напрягало.

Наконец, Винсент заговорил. Лилит заметила, как напряглась Изабель. Лишь бы этого не заметил её дядя…

Однако, речь была скучной и нудной. Мужчина рассказывал о каких-то торговых путях в соседнее имение, о крестьянских бунтах и о других совершенно бесполезных для колдуньи вещах. Девушка расслабилась, ожидая окончания беседы. И всё было бы неплохо, если бы напоследок Винсент и не обмолвился о том, что к обеду в замок прибудет его давний друг-священник со своим внуком.

– Священник? – нервно переспросила Бель. – Что-то случилось?

Мужчина успешно уклонился от ответа, явно не собираясь что-либо рассказывать любопытной девчонке.

В остальном же завтрак прошёл вполне спокойно. Как только с пищей было покончено, Эмма поднялась наверх, в свои покои, а Винсент вернулся в свои. Несмотря на то, что они были женаты, свободное время предпочитали проводить по отдельности. Что ж, у каждого есть странности.

Лилит же вышла во двор. Коль нельзя в лес, придётся целыми днями находиться тут – пребывания в замке она бы просто не вынесла.

Погода стояла относительно хорошая. Небо было затянуто светло-серыми лёгкими облаками, сквозь которые проглядывало солнце, казавшееся сейчас мутным. Периодически поднимался небольшой ветерок однако, под деревьями в саду он почти не ощущался. Скучно. Невероятно скучно. Интересно, что сейчас делает Мэри? Сбежать бы. Плюнуть на все опасения и сбежать. Куда-нибудь подальше, чтобы никто и никогда не нашёл.

– Тоже тоскливо? – знакомый голос. Даже не поворачиваясь в сторону говорящего Лилит знает, кто стоит за её спиной.

– Ещё как, – девушка присаживается на землю, взглянув, наконец, на собеседницу. Она была права.

– И долго нам теперь так жить?

– Ты всю жизнь проводила именно так. Почему же теперь это вызывает такие трудности?

– Потому и вызывает. Я не знала, как можно жить. Думала, что там, во Франции, я была самым счастливым человеком на свете. Как же я ошибалась…

– Надеюсь, это ненадолго. Я уже скучаю по лесу.

– Как думаешь, зачем дядя пригласил этого своего друга?

– Всякое может быть, – Лилит пожала плечами. – Он сказал, что приедет ещё и внук этого мужчины. Так что вполне возможно, что это очередной потенциальный жених для тебя. Либо он всё знает обо мне и…

– Нет, оба варианта мне не нравятся, – поморщилась кареглазая, присаживаясь рядом с ведьмой.

– Третьего не дано. Так уж вышло.

– Тебе страшно? – Изабель слегка коснулась ладони ведьмы тонкими пальцами. Так ей удавалось лучше почувствовать чужие эмоции.

– Практикуешь на мне свою эмпатию? – усмехнулась Лилит.

– Разве что чуть-чуть, – улыбнулась в ответ леди. – А ты против?

– Совсем нет, но в таком случае я могу не отвечать.

– Значит, я предпочту услышать это от тебя.

– Я не боюсь. Просто нервничаю. Переживаю за Мэри. И за тебя, – брюнетка взглянула на небо. – Это не страх, а нервы.

– А за себя? Волнуешься за всех, кроме себя, – уточнила Изабель, столкнувшись с непонимающим взглядом ведьмы.

– Моя история мне известна, стараниями Мэри и её карт.

– Опять ты… – горько вздохнула леди, играя завязками на юбке Лилит. Иногда она напоминала зеленоглазой котёнка.

– Просто смирись. Я умру – это факт. И ты ничего не можешь с этим поделать.

– Я должна хотя бы попытаться…

Лилит покачала головой – Бель не исправима.

Спустя мгновение девушка уже лежала на коленях брюнетки, напевая какую-то тихую мелодию. Что-то печальное, но одновременно успокаивающее. В воздухе витал аромат цветов, разносимый ветром по всему садику. Сказка, не иначе. И очень тяжело было поверить в то, что однажды запах цветов сменится запахом собственной тлеющей плоти и горящей древисины, что преследуют Лилит уже очень долгие годы в кошмарных снах. Нет, она действительно не боялась умирать, просто этот факт её не очень радовал, особенно теперь, когда Бель рядом, хотя чем ближе была она, тем ближе становился и тот, роковой, день, описанный однажды Мэри.

– Ты снова о чём-то задумалась?

– Нет, нет, Изабель. Всё в порядке, – ведьма погладила леди по голове, иногда как бы случайно дотрагиваясь до её щеки.

Кареглазая колдунья видела, что Лилит обеспокоена ни на шутку. Она так же видела, что девушка всерьёз думает, что погибнет именно от её рук. Сама того не замечая, брюнетка частенько вздрагивала, стоило Изабель неожиданно прикоснуться к ней. И было грустно видеть её такой. Ещё печальнее было думать, что она, возможно, однажды причинит ведьме боль или даже убьёт. Хотелось доказать, что Мэри ошибается, но сейчас вероятность этого составляла ровно пятьдесят процентов. Однажды, она узнает, насколько права сестра Лилит, но от этого становилось лишь тяжелее.

Глава 13. На острие ножа

Ближе к обеду погода заметно ухудшилась: облака стали более плотными и тёмными, ветер – холоднее, а солнце и вовсе скрылось из виду.

– Давай вернёмся в замок, Лилит? Я замёрзла, – почти шепотом произнесла Изабель, продолжая лежать на коленях ведьмы.

– Хорошо, как хочешь, – девушка пожала плечами. Она сама почти не ощущала такую резкую смену погоды. Брюнетка вообще редко мёрзла, даже в самые холодные зимы её руки были невероятно горячими.

– Неужели тебе совсем не холодно? – удивилась Бель, поднимаясь с земли.

– Нет. Меня греет мой огонь.

– Мне бы так, – усмехнулась леди, подавая руку Лилит.

– Это не очень-то здорово. По крайней мере по началу.

– Почему?

Девушки медленным шагом направились в замок. Хоть погода и была ужасной, но, тем не менее, на улице было в разы лучше, чем в помещении.

– Ну вот представь, что ты горишь изнутри. Каждая твоя клеточка, нерв, орган. Тебе жарко. Безумно жарко, но поделать ты ничего с этим не можешь. Это всё равно, что на костре побывать.

– И что, ты постоянно это чувствуешь?

– Сейчас нет, но в детстве, когда мой… дар только начал проявляться подобное случалось почти постоянно. Мать очень волновалась, думала, что я заболела чумой. Пыталась даже священников вызывать, но они уходили почти сразу, без объяснения причины. И будь у них доказательства того, что эта маленькая девочка, бьющаяся в припадке, с жаром и дикой болью во всём теле вырастет ведьмой, они забрали бы меня ещё тогда, но на тот момент никаких странностей за мной не замечали, да и не жаловался никто. Зато это может послужить ответом на вопрос: “Боюсь ли я костра?”. Я пережила похожее на него будучи ещё ребёнком, так что мне не страшно. Я знаю, что буду чувствовать.

– Не говори мне об этом, – довольно резко произнесла Бель. – Ничего не хочу слышать о таких вещах. Забудь.

– Ладно, ладно, я просто поддерживаю беседу, – усмешка. Лилит не изменится.

В замке царила оживлённая атмосфера: слуги носились туда-сюда, очевидно, готовясь к приезду гостей.

– Честно говоря, я понятия не имею, чем заниматься в этих четырёх стенах, – уныло пожаловалась зеленоглазая, поднимаясь по лестнице. – Чувствую себя каким-то нашкодившим и наказанным за это ребёнком. Ненавижу быть зависимой.

– Это временно, не ворчи, – рассмеялась Изабель. Было забавно видеть возмущённую Лилит. Сейчас она действительно выглядела, как ребёнок, не получивший того, чего хочет. Смешная и недовольная.

– Хватит смеяться. Мне тоскливо тут. И невероятно скучно. Чем ты раньше целыми днями здесь занималась? Ну или не здесь, а там, у себя на родине.

– Да уже и не помню. После переезда я старалась забыть всё, что связанно с Францией и родителями. А здесь… Здесь я следила за тобой, – Изабель снова улыбнулась, вспоминая самые первые деньки в новом доме. Удивительно, что теперь это вызывает улыбку, ведь тогда хотелось повеситься. Может, однажды они смогут с такой же улыбкой вспомнить времена инквизиции и ужины со священником?

– Прекрасно… Хотя, знаешь, кто ещё за кем следил, – возле собственной спальни Лилит остановилась, взглянув на леди. Такая милая, даже, можно сказать, счастливая. Такая беззаботная, наивная, нежная… И как она раньше жила без неё?

– Что? Ты следила?

– Не совсем. Я просто знала, что мы встретимся. Не известно было лишь то, как ты выглядишь. В замок ежедневно приезжали десятки девушек, а тебя всё не было. Я уж было подумала, что моё чутьё меня подводит. Была правда одна дама, Рэй, энергетически похожая на тебя, но увы. А в день твоего приезда мне приснился сон, будто у ворот замка стоит девушка и смотрит на меня. Я приняла это за знак. И не ошиблась, как видишь.

– А как ты понимала, что все те девушки – не я?

– Просто чувствовала. Логикой это не объяснишь. Ни одногл твоего портрета во всём замке нет, Эмма уж тем более не стала мне об этом рассказывать. Так что – интуиция, шестое чувство, магия – называй, как хочешь. Что ж, я думаю, мне стоит переодеться. Скоро приедет этот таинственный гость со своим не менее таинственным внуком, а я выгляжу не лучше служанки, – девушка делает шаг к двери.

– Что, к священнику подмазываешься?

– Даже не начинай! – засмеялась Лилит. – Скажи ты такое в нашей деревни, давно бы была проклята за оскорбление, – брюнетка открывает дверь, заходя в комнату. – Хочешь зайти? – спрашивает наконец она, заметив, как Изабель неуверенно переминается с ноги на ногу, выискивая подходящие для тактичного вопроса слова.

– Если ты не возражаешь…

– Заходи, – зеленоглазая распахнула дверь пошире, впуская девушку внутрь. Как только Бель переступила порог, дверь с грохотом захлопнулась.

– Спасибо. Может, расскажешь что-нибудь ещё?

– О чём? – Лилит распахнула шкаф, искоса поглядывая на гостью.

– О чём хочешь. О детстве, о Мэри, об Астароте… Мне всё интересно.

– Ну, о детстве моём безрадостном тебе всё известно, с Мэри ты лично знакома, а Астарот… А что о нём, собственно, рассказывать? Демон, как демон, ничего особенного. Или тебе его биографию поведать?

– Ты так спокойно об этом говоришь. Демон, как демон. Для меня вот, например, это в новинку. Прости, что столько вопросов задаю. Кстати, о них. Могу я кое-что спросить?

– Да, конечно, – Лилит вытащила что-то из шкафа и бросила вещи на кровать.

– Заранее предупреждаю – вопрос не особо… Просто не особо.

– Да спрашивай уже.

– Ладно. Прошлая ночь. Что это было?

Лилит присела на кровать, явно задумавшись. Да уж. Вопрос и правда не особо, но нужно было что-то ответить, ведь, рано или поздно, одна из них его бы задала.

– Прости, я понимаю, что сейчас не время говорить о таком, но я не могу об этом не думать.

– Нет, всё в порядке. Просто я не знаю, что тебе ответить, серьёзно, – Лилит сняла блузку, взяв в руки свежую, ту, что только что достала. – А для тебя? Что это значит для тебя?

– Для меня? – переспросила Изабель, любуясь на стройное обнажённое по пояс тело ведьмы. – Я чувствовала что-то, чего не могу объяснить. Я даже не знаю, как это лучше назвать, но это явно не было чем-то обычным. Ты близка мне, и я хочу, чтобы так было всегда.

– То, что ты чувствовала, наверное, связь. Энергетическая. Я тоже её ощущала. Именно благодаря ей я определяла, что все те девушки, что встречались мне до тебя были не теми, кого я искала, – брюнетка надела новую блузку и принялась стягивать с себя юбку.

– И опять же. Ты так спокойно об этом говоришь. Неужели, тебе совсем наплевать? Мне казалось, что той ночью ты чувствовала многое. Даже больше, чем я. Помочь? – поинтересовалась девушка, заметив, что ведьма безуспешно пытается затянуть корсет. Получив от колдуньи одобрительный кивок, леди продолжила. – Ну так что, Лилит? Что между нами было?

– Сама не знаю, – пожала плечами брюнетка, – А чего бы ты хотела?

– Не перебрасывай всё на меня. Сейчас о тебе речь, – Изабель затягивала атласные ленты на корсете ведьмы, чувствуя, как та тяжело дышит. Это было несколько возбуждающе, надо сказать.

– Обо мне, обо мне… Я не знаю. Понимаешь? Не знаю. Это всё ново для меня. В плане чувств. Хоть каких-то. Чёрт, Бель, аккуратнее, – зашипела брюнетка, когда леди случайно запутала волосы в длинных шнурах корсета.

– Прости, – кареглазая поцеловала девушку в плечо. Даже сквозь ткань Лилит ощущала нежность её губ.

– Ничего страшного, – вздохнула зеленоглазая. Она не знала, что сказать Изабель. Не знала, как выразить свои чувства и нужно ли это вообще. Она всё ещё настороженно относилась к русоволосой красавице. Внутренний зверь боялся того, что она может с ней сделать.

– Ты опасаешься меня, – грустно произнесла Бель, закончив с завязыванием корсета. – Это очень заметно.

– Извини, я не могу это контролировать.

Изабель присела на кровать. Лилит устроилась рядом.

– Неужели я правда способна на что-то подобное? Думаешь я могу причинить тебе вред?

– Вполне возможно. Ты не знаешь, какие у тебя были причины это сделать. Вдруг они были очень весомыми.

– Нет таких причин, Лилит. Ты дорога мне. Очень.

“От того-то это ещё больнее…”

– Я знаю. Поверь, я знаю. И ты тоже дорога мне, но…

– Нет, не продолжай. Остановись на этой ноте, – леди поцеловала ведьму в щёку. Та в ответ обняла девушку за талию, чуть притянув к себе.

– Ладно, как скажешь, – выдохнула брюнетка.

Изабель продолжила целовать Лилит, спускаясь вниз, к шее, а руки ведьмы по-прежнему обнимали кареглазую.

– Не уходи от меня. Не оставляй, ладно?

– Никогда. Не в этой жизни, – усмехнулась зеленоглазая, крепче прижимая к себе хрупкое тело Бель.

– Ни в одной из жизней, Лилит.

Поцелуи прервал стук в дверь. Леди отстранилась, и ведьма разрешила гостю войти. На пороге стояла Маргарет. Сообщив, что скоро прибудут священник с внуком, она удалилась.

– Ужин с представителем церкви – куда я качусь, – фыркнула колдунья.

– Но ведь он и раньше бывал на званых вечерах.

– Тогда было несколько другое… А учитывая нынешнюю ситуацию – всё это не особо хорошо.

– Мы справимся, – Изабель улыбнулась, в надежде хоть немного подбодрить подругу. Ей и самой обстановка казалась подозрительной, а затея подобного ужина – отвратительной, но, коль уж этого не избежать, надо как-то это пережить. Всего один ужин – что плохо может случиться?

– Хотелось бы верить, – ведьма поднялась с постели и направилась к двери. – Идёшь?

– А у меня другие варианты? – усмехнулась Бель, проследовав следом за Лилит.

Девушка лишь грустно улыбнулась, пропустив кареглазую вперёд.

С нижнего этажа доносились разговоры служанок, однако, по всей видимости, гости ещё не подъехали.

– Поверить не могу, что делаю это. Ужин со священником… – бурчала ведьма, спускаясь по лестнице, чуть приподняв подол длинной бархатной юбки.

– Иногда ты ведёшь себя, как ребёнок. Ты замечала? – с мягкой улыбкой произнесла Изабель.

– Если только самую малость. Но я не в восторге от этой идеи!

– Не ты одна, – у самой первой ступеньки девушек встретил Астарот. – Думаю, не стоит напоминать, кто я.

– Не волнуйся, дорогой, оболочки ты не лешишься, – брюнетка постучала ладонью по плечу мужчины. Тот махнул рукой – эта женщина невозможна.

– Лилит, и ты решила к нам присоединиться? – с усмешкой произнесла Эмма, как только ведьма зашла в зал. – Признаюсь, я удивлена.

– Почему? – Винсент, сидящий в кресле неподалёку от стола, тут же всешался в разговор. Чёртов любопытный старик.

– Лилит сегодня плохо себя чувствует, – Бель поспешила разрешить ситуацию. Голос чуть дрожал, но это было не так сильно заметно. – Вот тётушка и подумала, что она решит сегодня отлежаться.

– Правда? Тебе не обязательно присутствовать на ужине, Лилит. Возвращайся к себе, если хочешь, – сарказм ли?

– Всё в порядке, благодарю. Я с удовольствием отобедаю с вами и вашими гостями, – Лилит улыбнулась, проходя к столу. Изабель проследовала за ней. – Эмма, – фыркнула брюнетка, усевшись за стол. – Так и жаждет моей смерти.

– У вас напряжённые отношения, ничего удивительного. Хотя, в твою защиту хочу сказать, что она мало с кем ладит. Такой уж характер, – кареглазая заняла место рядом с ведьмой.

– Скорее бы всё это закончилось.

Вскоре и остальные члены этой семьи расселись за столом, а в дверь постучали. Служанка поспешила впустить гостей, а Эмма с едва различимой усмешкой наблюдала за темноволосой ведьмой.

А реакция её была весьма и весьма бурной: смесь неприкрытого отвращения, раздражения и злости, ведь внуком священника, что вот уже десятилетия гоняется за ей подобными, оказался Алекс. Тот самый наивный мальчишка, с которым Бель так мило проводила время и последняя встреча с которым произошла при очень странных обстоятельствах. И сейчас Лилит искоса хмуро поглядывала на леди, смущённую, казалось, настолько, что в любой момент готовую провалиться сквозь землю прямиком в ад.

Парень же, напротив, не был смущён. Он довольно хорошо держался, одаривая Изабель многозначительными взглядами, а её зеленоглазую подругу Алекс совсем не замечал. Лилит это было даже по нраву.

– Мы очень рады вас видеть, – улыбнулась Эмма, вертя в руке бокал вина. – С чем вы пожаловали?

– Вы, наверное, слышали, что церковь сейчас особенно усиленно следит за населением. В последнее время поступало много жалоб на девушек из соседних деревень

– Но почему вы приехали именно к нам? – как бы между строк поинтересовалась Изабель.

– Дедушка решил лично проверить эти земли, – Алекс, не отрываясь, смотрел на девушку.

– Не думаете ли вы, что…

– Что вы, леди Изабель. Вас и вашу семью никто не смеет подозревать в богохульстве. Мы были здесь недалеко и решили заехать в гости.

– Вот как, – выдохнула Бель. – В таком случае добро пожаловать.

Пожилой мужчина, сидящий напротив неё, улыбнулся.

– Знаешь, Винсент, я никогда не пойму еретиков. Зачем лезть во всю эту бесовщину? Тем более, заранее зная, какое за этим последует наказание.

– Не знаю, Ричард, не знаю. Но церковь занимает верную позицию – подобное не допустимо.

– Тоесть, ты однозначно поддерживаешь инквизицию?

Винсент кивнул, поставив на стол полупустой бокал. Эмма ухмылялась, чувствуя, что Лилит напряглась. Ей нравилось быть сильнее. И пусть обычно преимущество на стороне ведьмы, сейчас хозяйка явно выигрывала.

– А если бы, скажем, твоя жена или крошка Изабель были замечаны в подобном? Ты бы по-прежнему поддерживал казнь? Позволил бы бросить в костёр одну из них?

– Мне не нравится, в какое русло заходит беседа, Ричард, – грубо отрезал мужчина. – Одна только мысль о чём-то подобном мне отвратительна.

– Но ты не ответил. Да или нет?

– Дедушка, хватит, – Алекс наконец влез в беседу, дабы немного остудить хмельной пыл родственника. – Это не самая лучшая тема.

– Брось, Алекс, обычный вопрос. Лично я бы не задумываясь предал огню любого из своей семьи, если бы имел доказательства их нечистивости. Перед Богом все равны.

– Давай закроем тему, хорошо?

– Ладно, извини, как скажешь, – Ричард пожал плечами, отпивая ещё вина. Впервые за весь обед повисло молчание.

Изабель видела, как непросто даётся ведьме этот приём. Кареглазая даже чувствовала физическую боль Лилит – у брюнетки болело сердцо, да так, что непонятно, как она до сих пор это терпит.

Наконец Ричард и Винсент удалились в кабинет второго, дабы обсудить какие-то торговые вопросы. Эмма, довольная тем, как всё прошло, поднялась к себе в покои. Слуги принялись убирать со стола посуду и остатки обеда, а ведьма, к своему облегчению, смогла покинуть замок. Бель хотела поисоединиться к ней, однако, у дверей её остановил Алекс.

– Прошу прощения, леди. Вы спешите?

– Немного. А что вы хотели?

– В тот вечер, когда я пригласил вас на приём…

– Мне очень жаль, что так вышло, правда. Я не могла иначе, мне нужно было найти одного человека. Очень важного человека. Да и к тому же я не очень люблю все эти светские мироприятия.

– В таком случае, может, вы позволите пригласить вас на прогулку? Вы любите природу, я знаю.

– Извините, но нет. А сейчас мне пора, меня ждут, – Бель буквально выбежала из замка и направилась в садик. Лилит наверняка сейчас там.

– Но почему? – парень не унимался и на середине двора нагнал девушку. Схватив её за руку, Алекс развернул беглянку к себе лицом. Близко. Даже очень.

– На данный момент мне это не интересно. И отпустите мою руку, вы делаете мне больно.

Алекс послушно разжал запястья, тут же притянув девушку за талию к себе, разрывая последние сантиметры меж ними. Не успела Бель возмутиться, как парень уже целовал её приоткрытые губы. Поначалу, кареглазая старалась отпихнуть назойливого кавалера, но уже через мгновение с не меньшей страстью отвечала на горячий поцелуй внука священника.

– Я могу считать это согласием? – мягко улыбнулся Алекс, разорвав наконец поцелуй.

Не дожидаясь ответа, парень удаляется обратно в замок, оставляя леди в замешательстве и со вкусом чужих губ на устах.

Она быстро приходит в себя, заметив одного из деревьев Лилит. Девушку просто стояла и смотрела. Взгляд её был пустым и холодным.

– Лилит, я не… Ну, вернее…

Так же молча ведьма подошла к кареглазой и, смерив ничего не выражающим взглядом, направилась к замку.

“Открыть кому-то душу, открыть всю себя, довериться, впервые в жизни испытав любовь. Воспарить к небесам, наконец почувствовав себя ангелом. Понадеяться, что бесконечно длинная чёрная полоса вот-вот прервётся. Но… Увы, нет”.

Лилит усмехается. Чёрный – её любимый цвет.

Глава 14. Когда рвутся нити

Глупая, глупая ведьма. Наивная, как ребёнок, ничего не понимающая в жизни. И зачем она только позволила себе чувствовать? Зачем позволила этой девчонке проникнуть так глубоко в её сердце, пустив там корни, словно столетний дуб, который ни за что не вырвать из земли. Зачем всё это? Какой смысл?

Внук священника. Надо же, какая забавная ирония. Видно, добро и правда побеждает зло.

Лилит сидела перед зеркалом, разглядывая своё отражение. Как и всегда до омерзения идеальная внешность. Она смотрела себе в глаза, а видела лишь Бель, целующую этого наглого парня. Сердце кольнуло ещё сильнее. Жалкое слабое тело.

Она целует его. Целует так, как её когда-то. Она знает, догадывается, что Лилит видит их. Может, леди это специально? Ведьма издаёт рык и ударяет кулаком о зеркальную поверхность, которая тут же разлетается на кусочки. Кровь с повреждённой кожи капает на столик и юбку брюнетки. Она не могла больше видеть это. Она не хотела знать.

На шум прибежала Маргарет. Зеленоглазая даже не заперла комнату, так что служанка без особых усилий попала внутрь.

– Леди Лилит, вы в порядке? Что произошло? Боже мой, у вас кровь!

– Тебе кто разрешил войти? – прошипела девушка, поднимаясь и направляясь к Маргарет.

– Я испугалась, – прошептала та, инстинктивно делая шаг назад. – Вдруг с вами что-то случилось…

– Я ведьма, чёрт возьми! Что со мной может случиться?

– Не знаю, извините…

– Глупая девка, – Лилит подошла вплотную к служанке, приперев её к стене. Проведя рукой по её щеке и оставив тёмно-алый след на идеально светлой коже, ведьма схватила девушку за волосы и буквально выкинула из комнаты. Упав на колени в коридоре, Маргарет заплакала, но так, чтобы этого не видела хозяйка. Зеленоглазая не любила чужих слёз. – Ещё раз войдёшь без стука – полетишь с лестницы. Всё поняла?

Служанка быстро закивала, украткой смахивая с щёк прозрачные капли. Она привыкла к жестокости Лилит. Вся прислуга в замке знала, что ведьма не славится милосердием и в чём-то даже в сотни раз хуже Эммы. Но сегодня брюнетка превзошла саму себя. Она злилась. Она позволила зверю одержать верх.

– Маргарет, что произошло? – Изабель, вовремя подоспевшая, помогла девушке подняться на ноги. – У тебя кровь?

– Нет, леди Изабель, она не… не моя… – лепетала испуганная служанка, задыхаясь от слёз.

– А чья? Маргарет, что тут было?

Выслушав довольно сбивчивый рассказ девушки, Изабель отправила её вниз смыть кровь и немного отдохнуть. На Маргарет лица не было. Да уж, Лилит и правда умеет быть злой.

Собравшись с силами, Бель постучала в дверь. Ответа не последовало. Тишина, абсолютная.

– Лилит, это Изабель, – леди постучала ещё раз, уже более настойчиво и громко. – Открой, я хочу поговорить.

Возле двери послышались шаги и чей-то шепот. Голос отдалённо напоминал голос ведьмы, но звучал значительно ниже и грубее.

– Перестань, тебе меня не напугать, Лилит. Открой. Давай же.

Через секунду замок щелкнул. Ещё через секунду открылась дверь, но за ней никого не было. Изабель зашла в комнату, обыскивая её взглядом, но ведьмы будто и след простыл. За спиной девушки послышался стук – дверь захлопнулась, а затем Бель ощутила на своей шее горячее дыхание, смешанное с утробным рыком.

– Я всё равно не боюсь тебя, Лилит, – леди пыталась говорить уверенно, но иногда её выдавал срывающийся голос. Всё-таки, небольшой страх присутствовал. Гнев ведьмы может быть страшен.

– Боишься, – усмехнулась брюнетка. – Я чувствую этот запах. А ты, ты знаешь, как пахнет страх, Бель?

– Что с тобой, Лилит?

– А что со мной? – наигранно удивлённо переспросила девушка.

– Ты странно себя ведёшь, – Изабель всё ещё стояла спиной к Лилит. Она ощущала, как руки ведьмы, чуть касаясь, скользят по её телу. Это нельзя было назвать лаской или проявлением каких-либо чувств. Это было… странно и до жути пугающе. Особенно некомфортно было чувствовать её дыхание на своей сонной артерии.

– Ты всё же боишься, – усмехнулась зеленоглазая, легонько толкнув девушку к разбитому зеркалу. – От тебя за километр воняет страхом. А ещё строишь из себя чёрт знает кого. Смелая нашлась, – ведьма продолжала подталкивать Бель к столику, на котором ранее красовалось зеркало, теперь превратившееся в кучу осколков. Ещё пара шагов, и леди руками упёрлась в зеркальную раму, чтобы не упасть – Лилит всем телом навалилась на её спину.

– Да что с тобой? Прекрати это.

– Это всё, что ты можешь сказать?

– В таком положении не очень-то и удобно разговаривать, если ты не заметила, – проворчала кареглазая, стараясь удержаться и не завалиться вперёд, на гору острых стекляшек.

– Что ж, – протянула девушка. – Ты права, – с этими словами она схватила Бель за руку и, резко дёрнув, толкнула на пол. Это был первый раз, когда она позволила себе подобное в адрес Изабель. – Теперь говори.

Леди старалась разглядеть в этой взлозмаченной, яростной, дикой женщине ту, с которой провела ночь: нежную, открытую, искреннюю, но никак не могла. Это была не Лилит, а кто-то совершенно другой в её теле.

– Ты кто? – заговорила наконец Бель, не отводя взгляд от девушки.

– Ты об этом хотела поговорить?

– Нет, но начать стоит именно с этого, – русоволосая отползла чуть подальше, не зная, чего ожидать от Лилит.

– Давай сразу к делу, – брюнетка присела на пол, по-звериному подбираясь к Изабель. В паре шагов от неё она замерла, явно ожидая продолжения диалога. Леди заметила, как сильно изменились глаза ведьмы: из тёмно-зелёных стали почти что золотисто-карими, зрачок словно вытянулся, по подобию кошачьего, от чего казалось, что девушка смотрит тебе в душу и вот-вот набросится и разорвёт на части.

– О том, что произошло в саду я хотела поговорить. Этот поцелуй – случайность, чистая случайность. Я не могла его оттолкнуть, ведь он – внук священника. Я думала, что портить с их семьёй отношения сейчас опасно.

– Даже так? – Лилит улыбнулась, хотя, точнее будет сказать – оскалилась. – Тогда зачем ограничиваться одними поцелуями? Есть ещё как минимум три способа наладить отношения с мужчиной. Тебе показать или сама догадаешься?

Брюнетка сидела напротив Изабель на корточках и, прищурившись, наблюдала за ней, как за жертвой.

– Перестань, что ты такое говоришь! Ты хоть представляешь, как меня обижают твои слова? Я беспокоюсь за тебя, вот и всё. Если хочешь, я попрошу Алекса больше не приезжать.

– Обижают мои слова? – засмеялась Лилит. – Забавно, даже очень. И она тоже посмеялась бы, будь здесь.

– Верни её, я хочу поговорить с ней.

– Ты уже это делаешь, – ведьма пододвинулась чуть ближе, не переставая смотреть в глаза Бель.

– Нет, я хочу поговорить с самой Лилит, а не с её… телом. Чёрт, как же это странно звучит. В общем, просто дай нам поговорить, хорошо?

– А ты спросила, хочет ли она? Может, она вообще не желает возвращаться.

– Вот давай я и спрошу.

Брюнетка прикрыла глаза, и, издав толи стон, толи рык, снова открыла их.

– Лилит?

– Лилит, Лилит… Чего тебе надо? – девушка села на пол, прислонившись спиной к кровати.

– Что это было?

– Зверь. Ещё один спутник из детства. Зачем ты сюда пришла?

– Поговорить, – Изабель подсела ближе к ведьме. Та же в свою очередь немного отодвинулась. – Перестань, Лилит. Это случайность. Я не хотела… Прости. Я боялась сделать хуже, боялась подвергнуть тебя опасности. Ты по-прежнему можешь мне доверять.

– Ты ответила согласием на его приглашение? Пойдёшь на прогулку?

– Если ты против, я не…

– Ты не понимаешь, – грустно улыбнулась Лилит. – Дело не в том, чего хочу я. Всё дело в тебе. Если хочешь – иди, если хочешь – нет. И не надо делать или не делать что-то только потому, что это может как-то отразиться на мне. У тебя своя жизнь, у меня своя.

– Ну что ты начинаешь, ты для меня всё. Мы же связаны, разве нет?

Лилит поднялась с пола и подошла к расколотому зеркалу. Взяв в руку один из осколков, она усмехнулась.

– Было ошибкой открыться тебе, Изабель. И я не про свои способности, деревню и Астарота. Я про свои чувства. Глупо было показать тебе себя настоящую. Жаль, что не послушала демона. Теперь слишком поздно всё менять.

– Не говори так. Всего из-за одного поцелуя ты так поменяла мнение? – Бель по-прежнему сидела на полу, поджав под себя ноги.

– Тебе лучше уйти.

– Лилит… – кареглазая встала и поравнялась со своей подругой. – Ты можешь мне верить, слышишь? Ничего не изменилось и не изменится никогда. Ты всегда будешь многое значить для меня, – леди потянулась к губам ведьмы. Та робко и чуть неуверенно ответила на поцелуй. Всё-таки Бель имела над ней власть. Негласную, но очень ощутимую.

– Ты погубишь меня, солнце, – вздохнула брюнетка, как только девушка оторвалась от её уст.

– Кто кого, ведьма, кто кого. Знаешь… Я ведь и правда могу не встречаться с Алексом, если тебя это задевает. Только скажи.

– Делай, что хочешь, – Лилит обошла свою собеседницу и легла на кровать, крутя в руках осколок.

– Что ж. Хорошо, – Бель направилась к двери. Уже на пороге она произнесла: –Ты значишь для меня гораздо больше, чем думаешь, Лилит. Не надо меня недооценивать.

Закончив фразу, девушка покинула спальню знакомой.

“Глупая, глупая ведьма”…

***

День тянулся медленно, словно бесконечность. Астарот всё ещё не пускал Лилит в лес, а в замке было просто невыносимо скучно.

После произошедшего Маргарет не заходила к брюнетке – боялась. Зверь отпустил сознание девушки, однако, она по-прежнему немного злилась на Изабель. Хотя, впрочем, ничего иного не ожидала. Просто знала, что так будет. Что уж там – зеленоглазая колдунья многое предчувствовала.

С наступлением вечера Лилит вышла в сад. Темнота и прохлада действовали, как успокоительное. Спрятавшись в кустах и цветах, девушка разглядывала звёздное небо, о чём-то рассеянно размышляя. Она скучала по сестре, по деревне, по танцам у костра, по разговорам с сущностями в ночной тиши. Она скучала по тому, что составляло основную часть её жизни. Она скучала по самой себе.

Неподалеку послышался смех и приглушённые голоса – кто-то, так же, как и юная ведьмочка, решил выбраться из замка и прогуляться.

Голоса звучали всё ближе, и вскоре брюнетка смогла разглядеть говорящих. Изабель. Изабель под ручку с Алексом. Девушка улыбалась, слушая бессмысленную болтовню парня. Лилит их видела. Они её – нет.

“Ты погубишь меня, солнце…”

Вскоре парочка скрылась за воротами, оставив лишь чувство безысходности и пустоты. Изабель. Её любят, её хотят, она не одинока и никогда таковой не будет. Лилит же… Всегда одна. По жизни. Сама за себя, ни на кого не полагаясь. И смешно было полагать, что после той бессмысленной ночи всё поменяется.

– Хватит терзать себя, – знакомый бас где-то за спиной. Астарот. Любит же появиться в не подходящий момент и задеть за живое. – Сейчас как никогда важно сохранять ясность рассудка.

– Сейчас… А что сейчас? Церковь всегда гонялась за такими, как мы. И всегда будет это делать. Я не смогу это изменить.

– Но ты можешь вести себя разумно и не давать поводов подозревать тебя.

– Наплевать, – вздохнула зеленоглазая, срывая розу. Её прекрасный сладковатый аромат немного поднимал настроение.

– Прекрати вести себя, как капризное дитя! – демон тряхнул девушку за плечи, надеясь привести в себя.

– А знаешь, что? К чёрту, – Лилит поднялась с земли, уверенным шагом направляясь к воротам.

– Куда ты? Лилит, я тебя спрашиваю!

– Куда-нибудь подальше отсюда.

– Ты меня плохо понимаешь? Лес опасен сейчас.

– Это ты плохо меня понимаешь – мне наплевать, – брюнетка остановилась, протянув рыцарю белую розу. – Передай это леди Изабель, когда она вернётся.

– Лилит…

– Просто передай, хорошо?

Мужчина кивнул, взяв цветок. Девушка одарила его самой тёплой улыбкой, на которую только была способна и покинула пределы двора.

“Моя душа, как цветок, леди Изабель, как эта роза. Когда-то давно я отдала её, и я делаю это снова…”

***

Вечер прошёл более сносно, нежели планировала леди. Алекс особо не докучал беседами и вопросами, в основном они просто лежали на траве в поле, расположенном в паре километров от деревень, в противоположной от леса стороне.

Алекс предлагал проводить Бель до ворот замка, но та отказалась. Уже во дворе её догнал Астарот. Он был зол и раздражён, отчасти, ненавидя эту кареглазую девчонку за то, что она превратила Лилит в слабого и жалкого… человека.

– Леди Изабель, – несмотря на свои чувства, демон всё-таки старалась соблюдать некие приличия.

– Да? – с удивлением отозвалась Изабель. Она не ожидала, что Астарот заговорит с ней, ведь до этого дня они никогда не контактировали.

– Леди Лилит просила передать вам, – демон протянул девушке розу, сорванную пару часов назад в саду. Она по-прежнему была прекрасна, даже несмотря на то, что давно мертва.

– Роза? И что это означает?

Астарот лишь пожал плечами.

– Где она?

– Ушла, – грубо отозвался мужчина. – Давно.

– Что? Куда ушла? Почему ты ничего не сделал?

– Потому что это Лилит. Тут даже я бессилен.

– Надо найти её. Срочно, – девушка направилась обратно к воротам, однако, рыцарь преградил ей путь. – Что ты делаешь?

– Тебе нельзя идти за ней. Если её отсутствие никого особо не тронет, то на твои поиски сразу отправят целую армию, что может плохо кончится для жителей деревни. Возвращайся в замок, хватит играть в героиню-спасательницу.

– А как же она?

– Она вернётся. Должна по крайней мере.

– Должна? И это всё? Должна? То есть, мне просто сидеть и ждать?

– Видимо, так и есть. Приятной ночи, леди Изабель, – поклонившись, рыцарь поспешил к воротам – на свой пост. Бель, разрываемая чувствами, всё же вернулась домой, ведь демон прав – лишнее внимание к лесу и деревне губительно для его обитателей.

Сегодня ночью кареглазая спала не у себя. Проходя мимо комнаты Лилит, девушка не смогла удержаться и вошла. Без неё стало как-то пусто и одиноко. Ощущение опасности потери этой кудрявой бестии рвало изнутри. Изабель долго ходила по комнате, трогала вещи брюнетки, ещё пропитанные энергией огня и страсти. А под конец, уставшая и морально опусташённая, завалилась в постель ведьмы, и, обнимая подушку, уснула.

Во сне к ней никто не приходил. Лишь пустота и неимоверный жар.

Оставалось просто ждать.

Глава 15. Танцуй ведьма, танцуй

С момента исчезновения Лилит прошло уже несколько дней, но никаких вестей не было. Астарот ходил в деревню, но девушки там не было. Никто понятия не имел, где она может быть.

Дни тянулись, как месяцы. Изабель жила от рассвета и до заката, лишь бы снова заснуть и мысленно поставить галочку о завершении очередного пустого дня.

Алекс перестал приезжать. Ричард тоже давно не показывался в имении. Изабель чувствовала, что что-то тут не так, что-то произошло, но волнение было слишком сильным – она не могла сосредоточиться на видениях.

Винсент, однако, заметил отсутствие темноволосой леди. Эмма аргументировала это тем, что Лилит отправилась на неопределённый срок к дальним родственникам погибшей матери, чтобы обсудить какие-то семейные детали. Мужчина проглотил эту совершенную глупую, склеенную из пустоты версию, поверил в то, что так оно и есть. Что ж. Великолепно.

Астарот ходил угрюмый и замученный. Кажду ночь он искал ведьму по лесу, твёрдо уверененный в том, что найдёт её рано или поздно. Бель же не верила. Она знала – если Лилит не хочет быть найденной, этого не произойдёт. И не важно, кто отправился на её поиски: Изабель ль, Астарот, Мэри или сам Сатана. Брюнетка не объявится до тех пор, пока того не пожелает.

Кареглазая по-прежнему ночевала в спальне ведьмы. Иногда она даже не спала, а просто сидела на полу, всматриваясь в пелену темноты. Бель шептала имя девушки, прося вернуться. Но этого не происходило.

– Леди Изабель, – в покои заглянула Маргарет. После ухода стервозной хозяйки она чуть расслабилась, перестав чувствовать постоянную опасность с её стороны. Но, признаться честно, служанка всё-таки немного по ней скучала. – Обед готов.

– Спасибо, Маргарет, – улыбнулась девушка, продолжая сверлить взглядом стену. – Сейчас спущусь.

Кивнув, служанка удалилась.

Обед. Изабель мало ела в последнее время, чем очень тревожила тётушку. Всё время она проводила либо в саду рядом с клубами, усаженными лилиями – цветами, напоминавшими о ней, либо в спальне. Еда, сон – всё казалось не важным, ведь она где-то там, может, в опасности, а, может, уже мертва. Не думать об этом было невозможно, тем более, что в своих снах Бель не видела ничего, кроме бушующего огня и пустоты.

Приличия ради девушка спускается в зал. Тётя довольно улыбается. Она безмерно счастлива, что Лилит исчезла из их жизни, да и беременность, ко всему прочему, протекала нормально. Винсент шутил, веселя жену и прислугу, находясь под влиянием алкоголя и пары успешных договоров. Все были счастливы.

Ничего не говоря, Изабель садится за стол, даже не пытаясь вникать в то, о чём говорит дядя. Мысли не здесь. Голова забита другим. Интересно, есть ли какой ритуал на поиск и сможет ли она его провести?

– Кстати, Винсент, а куда подевался Ричард и этот милый паренёк? Алекс, кажется, да? Давно я их не видела.

– Да, давненько. Говорят, в соседних деревнях отыскали целое поселение ведьм, некоторые бежали в лес. Так что сейчас ему есть, чем заняться.

Сознание Бель улавливает лишь вырванные из контекста слова: “ведьма”, “поселение”, “лес”. Ступор. Паника.

– Тех беглянок поймали? – не унималась Эмма, явно надеясь, что Лилит окажется в этом списке.

– Пока нет, но это лишь вопрос времени, – Винсент откусил кусок мяса, запивая пищу вином. – Он просил меня помочь ему. Я обещал подумать.

– Это хорошо. Надеюсь, найдут всех до одной.

Бокал падает из рук Изабель. Извинившись, она повзвращается в спальню. Если что-то случится с Лилит… Нет, даже простая мысль об этом приносит невероятную боль.

“Ты не должна быть среди них. Кто угодно, но только не ты…”

Так проходили дни томительного ожидания и самоистязания. Астарот отказывался помогать и делиться магическими знаниями, так что о ритуале пришлось забыть.

Объявился Алекс, но Изабель не желала никого видеть. Особенно его. Внука священника. Когда-нибудь, но не сейчас.

Прогуливаясь как-то в саду, Бель услышала шум с другой стороны ворот. Голоса напоминали крестьянские. Складывалось ощущение, что проходил какой-то праздник: смех, восторженные крики и возгласы, где-то вдалеке даже была слышна негромкая музыка. Постепенно голоса отдалялись от замка куда-то вглубь деревни. И Бель не обратила бы на это внимания, если бы не заметила, как насторожился Астарот.

– Что там происходит? Праздник? – поинтересовалась девушка, подходя к железным воротам.

– Для них это праздник, несомненно, – буркнул мужчина.

– И как он называется?

– Казнь ведьм. Костёр инквизиции. Кара Божья. Как тебе больше нравится?

Сердце упало. Трудно дышать. Казнь? Он это всерьёз? Или шутки такие неудачные? Нет, едва ли он стал шутить такими вещами… Костёр. Лилит.

– Открой двери, я должна там быть, – Бель дёрнула ручку, но была слишком слаба, чтобы это дало хоть какой-то эффект.

– Тебе нельзя туда. Распоряжение тёти, – добавил в конце рыцарь, заметив недоумение в глазах леди.

– А мне плевать! Отерой эти чёртовы двери, демон! Она может быть там, среди этих женщин, неужели ты не понимаешь?

– Даже если она там, что ты сделаешь? Церковь пользуется огромным влиянием и авторитетом, никто тебя не послушает.

– Тогда я пойду за ней.

– Это просто слова. Ты никогда не пойдёшь добровольно на костёр. Никогда.

– Двери!

Астарот устало вздохнул – глупые смертные.

Двкри открываются со скрипом – будто ножом по сердцу. Секунда – и Бель уже бежит по дороге за толпой народа. Только сейчас она расслышала, что приняла за веселые крики. “Сжечь ведьм!”, “Верните этих шлюх обратно в ад! “, “Гореть вам вечно в этом пламени, нечистые!”. Народ бесновался, расталкивая друг друга. Изабель пробиралась сквозь них, не чувствуя ног. Она боялась увидеть знакомое, родное лицо. Боялась увидеть, как сгорает самое дорогое, что есть в её жизни. Боялась увидеть, как умирает женщина, подарившая ей самую светлую любовь.

До места казни девушка добирается быстро. Площадь. Мрачная и холодная. В центре – шесть столбов в ряд, у их подножия – сено и поленья. Любопытные зеваки ликуют, отпуская мерзкие комментарии. Изабель и представить не могла, что люди могут быть такими жестокими.

Вскоре сквозь толпу начали пробираться представители церкви, которые вели людей в чёрных плащах. Лица их были скрыты капюшонами, невозможно было распознать внешность.

Пока священник что-то говорил о верности Богу, о тропах, сходить с которых грешно, о том, что Дьявол постоянно искушает людей, принуждая делать ужасные вещи, пленниц привязали к столбам. Как только они были надёжно связаны, капюшоны сняли с их голов. Это были девушки. Юные, почти дети. Кто-то плакал, умоляя пощадить, кто-то просто ждал, смирившись со своей участью. Бель взглядывалась в лица незнакомок, с каждой секундой выдыхая всё больше – Лилит среди них не было. Она жива. Она пока жива.

Речь священника закончилась, толпа снова взбесилась, требуя свершить суд. Глава церкви поочерёдно подносит горящий факел к столбам, поджигая смесь сена и древисины. Воздух сразу наполняется специфическим запахом. Вот он – страх. Кажется, теперь Бель знает, как пахнет страх. Как пахнет отчаяние, безысходность, ужас и жестокость. Крики девушек плотным клубок зависли над площадью. Огонь постепенно добирался до их тел, окутывая, точно ткань. К запаху страха и дыма прибавился ещё один – запах тлеющей человеческой плоти. А люди вокруг хлопали в ладоши, радостно присвистывая. Омерзительно.

Находиться здесь больше не хотелось. Слёзы сами текли из глаз. Сколько из этих девушек и правда были ведьмами? Лилит говорит – много ведьм не бывает. И сейчас там, в огне, мучаются шесть абсолютно невиновных девочек, на радость толпе отсталых крестьян, которым заморочили головы.

Представить на миг, что Лилит тоже там. Среди них. Горит. Бель поморщилась. Нет, ни за что. Она будет жить.

От сердца чуть отлегло. Но… Это ведь только начало. Поскорее бы она вернулась, живая. Да, пусть ненавидит всех и вся, пусть сторонится, пусть снова закроет своё сердце. Пусть. Зато Бель будет знать, что она в безопасности.

– Её там не было, – выдохнула девушка, столкнувшись в воротах с Астаротом.

– Я знаю. Она пришла.

– Правда? Она у себя? – Изабель буквально вбежала во двор, боковым зрением осматривая садик. Не заметив её там, леди направилась в замок. – Лилит вернулась? Она наверху?

Одна из служанок кивнула, и Бель в одно мгновение взлетела по лестнице на второй этаж и замерла у дверей спальни ведьмы, которые были чуть приоткрыты.

– Да заходи уже, хватит там стоять, – грубый голос из комнаты. Лилит…

Изабель заходит внутрь, неуверенно, как в первый раз, несмотря на то, что вот уже почти неделю проводит тут кажду ночь и большую часть дня.

– Ты что, жила здесь, пока меня не было?

– Да. Прости, не могла иначе.

Лилит сидит у разбитого зеркала, собирая его на столике, точно паззл.

– Где ты была? Почему так долго не возвращалась? Видела, что церковь сделала сегодня с девушками в деревне? Они тебя не подозревали, не видели?

– Сколько вопросов сразу… А что, тебе есть до этого дело?

– Конечно есть! Я всю неделю не могу нормально спать, есть. Я только и думала о том, что с тобой, где ты, жива ли вообще, – кареглазая подошла к девушке, коснувшись её плеча. – Ты обещала не оставлять меня, но снова слелала это. Почему?

– Я же вернулась, чего ты возмущаешься? – брюнетка даже не поворачивалась в сторону Бель. Просто сидела и перебирала осколки.

– Ты вообще слышишь меня? Я места себе не находила! Ты просто пропала почти на неделю. И это сейчас, когда инквизиция на чеку. Ты можешь представить, какие мысли лезли мне в голову? А теперь ты здесь и ведёшь себя, как сучка. И я опять ничего не понимаю.

– Успокойся, – единственное, что она может сказать? Холодный безразличный тон. – Всё же ведь нормально.

– Это снова Зверь?

– Нет, глупая, – усмехнулась девушка. – Это Лилит.

– Нет, не верю. Ты не такая.

– Как раз наоборот, – ведьма наконец взглянула на собеседницу. – Такой я была всегда.

– Лилит… – Изабель обхватила ладонями лицо девушки. – Хватит притворяться. Только не после всего, что было. Ты не убедишь меня в своей холодности и бесчувственности.

– Печально, что ж, – брюнетка скинула с себя руки Бель, вновь отвернувшись от неё.

– Можешь сколько угодно играть, мне всё равно. Я привыкла к тебе и ни за что не отпущу.

Лилит усмехнулась. Изабель присела на колени рядом с зеленоглазой, обняв её за талию.

– Ты нужна мне, – прошептала девушка, прижавшись к телу ведьмы. Спустя несколько секунд она почувствовала, как горячая ладонь колдуньи опустилась на её плечо.

– Уже поздно. Пора бы спать, – Лилит поднялась со стула и направилась к постели. – Иди сюда, солнце моё, – улыбнулась девушка, удобно устроившись под одеялом.

Миг, и Бель уже лежала в тёплых объятиях брюнетки.

– Если надумаешь опять убегать – забери меня с собой, ладно?

– Ладно, – засмеялась Лилит, крепче прижимая к себе девушку.

“Ты погубишь меня, солнце…”

Назревало что-то ужасное. Что-то страшное, но неизбежное. И лучше уж встретить это вдвоём, в последние минуты жизни смотря друг другу в глаза, чем умереть, так и не ипытав любви.

Глава 16. Игры

– И всё-таки, куда ты уходила?

Раннее утро. Первый рассвет, с наступлением которого не хочется отмотать день к его завершению. Приятно знать, что человек, что так дорог, в безопасности и так близко.

– Гуляла по деревням, размышляла.

Надежда на то, что она больше не уйдёт, но где-то внутри – горькое осознание – это произойдёт снова. Просто потому, что по-другому уже никак. Они играют. Играют друг с другом. И как далеко это может зайти?

– И что, приняла какое-нибудь важное решение?

– Вообще ни одного.

А что тут можно решить? Ситуация никаким образом не зависела от того, что они будут делать. Единственное, что они должны – просто сидеть и не привлекать внимания. Остальное… Остальное в руках судьбы.

Лилит лежала на спине и смотрела в потолок, задумчиво перебирая меж пальцев прядь чёрных волнистых волос.

– Ты ушла из-за меня? – произносит Изабель, хотя и сама прекрасно знает ответ.

– Какая теперь разница? Я же вернулась.

– Как всегда, – вздохнула Бель, перевернувшись на спину. К тишине привыкаешь со временем, как и к молчанию, что царит в их отношениях.

– Ты ведь и без меня знаешь причину. Зачем спрашиваешь?

– Значит, всё же из-за меня.

– Из-за себя, – печально произнесла ведьма. – Исключительно из-за себя.

– В смысле? – леди легла на бок, положив ладонь на плечо брюнетки. Та лишь усмехнулась.

“Ласки, нежность, что-то, похожее на любовь. Но ни одна не произнесёт это слово на букву Л. Солнце моё, мы такие глупые…”

– Из-за своей наивности, слабости. Я слишком открылась тебе, позволила чувствовать. Ведьмы не должны поддаваться таким вещам – приводит к нехорошим последствиям. Впрочем, я миллион раз говорила тебе это.

– Говорила, да, – кареглазая провела пальцами по щеке колдуньи. В ответ на это она лишь закрыла глаза, улыбнувшись краешком губ. – Прости, если сделала что-то не так.

– Стыдно признавать, но я не жалею. Ты – единственная, кого я… – Лилит замолчала. Не говорить это слово. – Кого я так ценю.

– Ценишь? – Бель прикусила губу, задумавшись.

– Именно так.

– Только лишь ценишь? – леди склонилась над лицом ведьмы, почти невесомо касаясь её губ своими. Длинные русые локоны щекотали щёки и шею брюнетки.

– Ты всё усложняешь, – произнесла девушка, прервав этот невинный поцелуй, но, облизав губы, вновь припала к устам Изабель на этот раз превращая ласку в более настойчивую и требовательную.

– А ты всё время играешь со мной, – сквозь поцелуй прошептала Бель, запуская пальцы в волосы подруги.

– Но тебе же нравятся эти игры, правда?

А они и правда нравились, хоть иногда и сводили с ума, доводя до истерики и слёз. Без них было бы скучно.

“Ты любишь меня, Лилит. Я это знаю. Просто знаю”.

– А как же иначе… – выдыхает Бель в приоткрытые губы девушки. Лилит победно улыбается, обнимая леди за талию.

–Тебя больше не заботит, что подумает тётя, если застанет здесь?

– Мне всё равно. Я не знаю, в какой момент потеряю тебя снова, так что любая секунда с тобой – драгоценность.

– Ты была вчера на площади?

Кареглазая кивнула, ложась на грудь ведьмы.

– Это было ужасно. Так страшно. Я боялась, что увижу тебя среди тех девушек… Ты была знакома с ними?

– С одной из них. Раньше она жила в деревне вместе с Мэри, но её изгнали. В подробности я не вдавалась, но, похоже, она сделала что-то действительно отвратительное. Я видела, как за ней гнались по лесу.

– Тебя не заметили?

– Если бы заметили – я сейчас бы здесь не лежала.

– Будь осторожна, ладно?

– Бель, всему своё время. Я не умру раньше, чем надо.

– Опять ты об этом, – леди фыркнула, слегка ущепнув Лилит за бок. – Перестань.

– Ладно, – пожала плечами брюнетка.

***

– Ты всегда так сильно затягиваешь корсет? – поинтересовалась Изабель, расправляясь с ненавистным предметом туалета.

– Да, а что?

– И тебе не больно?

– Вовсе нет. Я люблю корсеты. Да и к боли не особо восприимчива.

– А я вот не люблю всё это. Мне гораздо больше нравилось то, как одеты были девушки из вашей деревни.

Лилит повернулась лицом к Бель, нежно улыбнувшись.

– Я знаю. Это не твой мир. Когда-нибудь ты сможешь убежать, вырваться отсюда.

– Мы сможем. Обе.

Закончив с переодеваниями, девушки спустились в зал, где их ждал неприятный сюрприз: Алекс. Изабель очень удивилась, увидев его, а Лилит лишь раздражённо закатила глаза.

Мужчина сидел за столом, беседуя с Винсентом и Эммой. Заметив леди, он оживился, добродушно улыбнувшись.

– Доброе утро, леди Изабель. Как спалось?

– И вам доброе утро. Хорошо, спасибо. А что вы тут делаете так рано?

– Я хотел поговорить с вами. Наедине. Если вы не возражаете.

– Что ж, – немного растеряно произнесла Бель. – Не возражаю.

– Вот и славно, – мужчина вышел из-за стола и направился к дверям. Леди, всё ещё пребывая в недоумении, направилась за ним.

– Это было не очень-то любезно – являться без приглашения, – Изабель была действительно возмущена подобным поступком.

– Прошу прощения, леди. Позвольте перейти к самой сути. Вам же известно, что мой дед – священник?

– Известно, и он, и мой дядя говорили об этом.

– Так же, полагаю, вам известно, что происходило вчера вечером на площади?

– Дядя рассказал мне о том ужасе, что там творился, – Бель старалась сохранять спокойствие, но происходящее её очень напрягало.

– Дядя? – усмехнулся Алекс. – Вы лукавите, леди Изабель. Я видел вас на площаде в толпе крестьян. Вам не очень-то удаётся сливаться с местными. Особенно в таком виде.

Пара неспеша прогуливалась по двору. Сердце бешенно колотилось внутри, но необходимо было держать себя в руках.

– Хорошо, допустим, я была там. И что с этого?

– Вам будет интересно узнать, что лично я ловил тех ведьм. И допрашивал их тоже я. Знаете, что любопытно? Одна из них призналась, что знает вас, видела в их деревне. К сожалению, её местонахождение она говорить отказалась, но это дело поправимое. Найти деревню в лесу не так сложно. Однако, её слова касательно вас… Меня это очень заинтриговало.

– Надо же. И на основе слов одной единственной девушки вы хотите обвинить меня в чём-то?

– Почему же одной единственной? Среди крестьян ходят слухи о том, что вы, леди Изабель, самая настоящая ведьма. Мне рассказали интересную историю о графе, что хотел увести вас против воли и о том, как его карета чудесным образом загорелась, даже не отъехав от стен замка. И не удивляйтесь – крестьяне знают абсолютно всё, что происходит за этими железными воротами. Я и сам не понимаю, как им это удаётся, – засмеялся Алекс, пожав плечами.

– Так значит, всё это время вы за мной следили?

Мужчина остановился. Изабель последовала его примеру. В висках стучала кровь, щёки чуть покраснели от злости и волнения. Почему подозревают её? Почему не Лилит? На миг Бель ловит себя на мысли, что была бы не прочь рвскрыть карты, указав внуку священника на истинного виновника всех этих событий, но очень быстро гонит от себя подобные размышления.

– Да, следил, леди Изабель, но не волнуйтесь – пока что мой дедушка ничего не знает. Ни о вас, ни о той странной деревне в лесу.

– Пока что?

– Он ничего не узнает, если вы сделаете кое-что для меня.

Усмешка. Надо же, Бель даже не сомневалась, что этот хитрец выкинет нечто подобное.

– И чего же вы хотите?

– Вас, леди Изабель. Не подумайте ничего дурного. Я хочу, чтобы вы любили меня, чтобы стали в будущем моей женой и матерью моих сыновей.

– Вы просите невозможного. Я не смогу полюбить человека, который меня шантажирует.

– Выбор за вами, леди. Я буду ждать вас ночью у ворот замка. Если вы придёте – никто ничего не узнает, если же нет… Вы умная девочка, леди. Не ошибитесь.

Закончив фразу, мужчина направился к воротам, а Бель вернулась обратно в замок. Вот и сказочки конец…

Леди не стала разговаривать с родственниками, отказалась от завтрака и просто заперлась в своей спальне. Лилит, заподозрев неладное, поспешила узнать, что прлизошло между Бель и Алексом.

– Изабель, открой дверь, – брюнетка уже чёрт знает сколько времени стучала по дряхлым доскам, но девушка не спешила впускать знакомую. – Что случилось? Что он сказал тебе?

– Он всё знает, – кареглазая наконец отворила двери, показавшись на пороге. – Обо мне.

– О тебе? А что ты сделала?

– Та девушка из деревни. Которую изгнали. Она сказала, что видела меня.

– Вот сучка, – Лилит прошла в спальню. – Значит по делом ей. Получила по заслугам.

– Откуда она меня знает? Я не помню, что встречалась с ней.

– И не вспомнишь. Она не любила чужих и как только кто-то новенький появлялся в деревне она пряталась в доме и не выходила до тех пор, пока гости не уйдут. Странная была девица, но безумно сильная.

– Зато про тебя вот ни слова, – Бель присела на кровать.

– Могла бы выдать меня, всё равно думала об этом, – усмехнулась ведьма. – И ты по-прежнему удивляешься видениям Мэри?

– Прости. Я не… Просто прости.

– И что попросил в обмен на молчание?

– Откуда ты знаешь? Хотя… – вздохнула леди, устало потирая глаза. – Меня. Он попросил меня.

Изабель видела огонь который промелькнул в глазах ведьмы, как только она услышала эти слова.

– Тебя? Что это, к чёрту, означает?

– Он хочет, чтобы я была с ним, – почти шепотом произнесла Бель.

– Нет. Я не согласна. Я лучше убью его и всю их семейку. И тогда уж точно никто ничего не узнает.

– Нет, не надо. Это не выход.

– А спать с каким-то уродом – выход? – Лилит уже почти кричала.

– Выходит, что так, – пожала плечами Бель, поудобнее устраиваясь на кровати. Хотелось плакать. Нет. Хотелось выть. Кричать, рвать волосы, ломать всё вокруг, в потом просто лечь и умереть.

– Чёрт! – ведьма, с силой ударив кулаком по стене, вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.

Изабель представляла её чувства. Если бы Лилит попала в подобную ситуацию, Бель бы тоже дико злилась. Но истребление целого рода и правда не было выходом. Только не для кареглазой викканки. А может плюнуть? Пусть расскажет всем, затащит на костёр, убьёт. Пусть.

“Прости, милая моя ведьма. Мне так жаль…”

***

“Алекс. Чёртов ублюдок. Внук священника. Он и пальцем не тронет Изабель. А если тронет… Встретимся в аду”.

Лилит сновала по комнате туда-сюда, придумав с десяток способ уничтожить этого паршивца и его религиозно повёрнутую семью. И почему Бель не хочет его прикончить? Ей ведь и делать ничего не придётся.

Абсолютная беспомощность и безвыходность. Нет, Лилит не будет ничего делать до тех пор, пока леди сама того не захочет, а значит… Об этом лучше не думать.

“Прости меня, солнце, мне так жаль…”

Ведьма лежит в постели, вслушиваясь в шум ветра за окном. В его мрачном завывании она часто находила ответы на мучающие её вопросы, однако, в этот раз всё было иначе – ветер был просто ветром.

Ветер – просто ветер.

***

Негромкий стук к дверь заставляет брюнетку открыть глаза. Похоже, она задремала под гогочущие песни стихии.

Неспеша, девушка открывает. На пороге – Изабель. Одета в нарядное тёмно-зелёное платье, талия утянута корсетом, на плечах плащ. Похоже, она всё же собралась на встречу с Алексом.

– Лилит, я решила, что должна тебе сказать.

– Я и так это знала, – поморщилась зеленоглазая. – Иди уже, приятного вечера.

– Лилит… Это вынужденные меры, я бы никогда, ты знаешь.

– Знаю, – холодно бросила ведьма. Сейчас она на самом деле ничего не чувствовала.

– Прости, – вздохнула леди, потянувшись рукой к шее Лилит, но та увернулась, сделав шаг назад.

– Не надо. Не трогай меня. Иди, он ждёт.

Подарив девушке на прощание ещё один тяжёлый вздох, Изабель направилась к лестнице. Она слышала, как за её спиной с грохотом захлопнулась дверь. Дверь не толтко в спальню Лилит, но и в её сердце. Отношения меж ними, и без того не простые, теперь натянулись ещё сильнее.

На улице было прохладно. Луна уже взошла над замком, освещая небосвод.

Алекс ждал Изабель за воротами двора. Заметив кареглазую, он довольно улыбнулся.

– Я знал, что ты поступишь правильно, леди. По-другому ты не умеешь.

Бель молчала, как марионетка повинуясь словам парня. Мысленно она была там, в постели темноволосой ведьмы, в её горячих объятиях. Плевать, что будет с телом. Плевать, кто им овладеет. Душой она навсегда останется с ней.

Глава 17. Вдвоём

Иногда она жалеет, что способна видеть так много. Иногда она готова отдать всё, лишь бы навсегда забыть то, что показали ей духи. Иногда она ненавидит свой дар.

Лилит видела всё, что Алекс делал с Изабель прошлой ночью. Она не просила – события просто приснились ей. Эта тесная кfрета и отвращение в глазах леди. Грубые руки, ласкающие её нежное тело. Стоны, больше похожие на всхлипы. Иногда ведьма ненавидела свой дар.

Маргарет успела взбесить всего за час. Есть не хотелось, замок покидать нельзя. Лилит ощущала себя заключённой, приговорённой к вечности в этом отвратительном месте.

С другой стороны двери, кто-то яростно стучит по ней кулаками. Может, Астарот со своими очередными нотациями? Или Эмма пришла позлорадствовать? Или Маргарет интересуется здоровьем своей хозяйки вот уже в пятый раз?

– Войдите.

Дверь отворяется, на пороге – Бель. Заплаканная, разбитая, печальная. Просто стоит и смотрит на ведьму, не решаясь что-либо сказать. В ожидании какого-то первого шага от темноволосой девушки. Неловкая пауза.

– Обними меня, – наконец произносит кареглазая настолько тихо, что и сама себя едва слышит. – Лилит…

Брюнетка не двигается. Внутри всё перевернулось. Отвращение смешалось с желанием крепко-крепко обнять, прижать к себе, утешить. Но от мысли, что её касался этот мерзкий отпрыск священника бросает в дрожь.

– Лилит… – Изабель заходит в спальню, подойдя чуть ближе к постели. – Ты нужна мне. Он… Ты просто не представляешь…

– Уж поверь – представляю, – от воспоминаний обеих девушек передёргивает, а Лилит наконец раскрывает объятия. Она слишком дорога ей.

– Если я снова решу сделать это – запри меня в спальне, ладно? – леди прижимается к груди брюнетки. Холодные слёзы капают на белоснежную сорочку зеленоглазой.

– Это было твоё решение, я не могла стоять у тебя на пути. На кону твоя безопасность.

– Плевать. Лучше умереть, чем быть куклой в его руках.

– Тише, милая, всё позади.

– Не отталкивай меня, прошу. Я чувствую, что тебе противно, но я, я… Ты мне нужна. Очень.

– Не переживай. Я никуда от тебя не денусь.

Правда. Чистая правда, не прикрытая, как обычно, сарказмом и чёрным юмором, свойственным Лилит. Просто не время. Не та ситуация. Да и надоело это – врать.

Девушки не знали, сколько просидели вот так, обнявшись, на кровати. Не знали, видел ли их кто-то или нет. Они даже не заметили, как расплакались. Обе. Как дети. Они знали одно – пора заканчивать всю эту ерунду, пока всё не стало слишком серьёзно.

***

– Алекс сегодня снова приедет к нам на обед, – Бель стояла у окна в спальне Лилит. Завтрак прошёл, время немного сгладило углы, и девушка смогла более менее придти в себя. Боли не осталось. Только злость.

– Ему не надоело ещё?

– Видимо, нет. Давай убежим? – леди взглянула на ведьму, сидящую за столиком с украшениями. – В деревню или куда-нибудь в другое место. Я так не могу больше. Я устала.

– Убежим? – усмехнулась брюнетка, рисуя тонким пальчиком узоры на деревянной поверхности мебели. – Винсент найдёт нас. И будет хуже. К тому же, теперь ещё Алекс этот… Дополнительная проблема.

– Ну, можно же что-то придумать. Лилит, давай же. Неужели ведьма не может сбежать от каких-то жалких людишек? – засмеялась Бель, в надежде ущемить самолюбие гордой колдуньи.

– Две ведьмы, – поправила брюнетка. – Сбежать могут. А вот спрятаться… Может, настанет однажды время, когда такие, как мы, не будут скрываться по лесам… Но мы с тобой его, увы, не застали.

– Должен быть выход. Я не хочу замуж за Алекса. И на костёр тоже не хочу.

– Ладно, придумаем что-нибудь, – ведьма потянулась, сладко зевнув.

– Я верю тебе. Ты обещала, что однажды я сбегу отсюда. И я не сомневаюсь в этом.

Лилит улыбнулась. Убежать – не проблема, действительно не проблема. Только вот… Что делать потом? Быть может, пророчество Мэри сбудется именно таким образом, ведь детальных подробностей она не видела. Или просто не хотела говорить сестре. Так на неё похоже.

Но сбежать хотелось больше всего на свете. Это желание было сильнее любых опасений. Да и… Лилит обещала Бель.

И она сдержит это обещание. Во что бы то ни стало.

***

– Что? Лилит, ты совсем умом тронулась? Ты за подобное точно на костёр попадёшь. Нет, это глупая идея, – Астарот довольно скептически воспринял план юной ведьмы. Он, конечно, ожидал, что она выдумает что-то такое рано или поздно, но лучше уж поздно.

– Астарот, я устала. Устала жить в этой тюрьме.

– Да что ты говоришь? Ты устала? Или твоя кареглазая девчонка?

– При чём тут она?

– Не лукавь. До её приезда тебя вполне устраивало положение придворной ведьмы. Все эти обеды, балы, дорогие роскошные наряды. Ты любила всё это. Любила быть в центре внимания. А уж этим-то тебя не обделяли, насколько я помню. А теперь вдруг ты бежать собралась, да ещё и во время гонений на ведьм. Она совсем заморочила тебе голову?

– Если я с этим мирилась – вовсе не значит, что мне это нравилось. Я всё равно сделаю это, ты знаешь. Ты с нами?

Рыцарь вздохнул. Смертные женщины…

– Конечно с вами. Разве могу я тебя оставить?

– Естественно нет. Ведь моя душа у тебя, – пожала плечами девушка. Отсутствие души её ничуть не смущало. – Но я должна была спросить.

– Когда? – всего один вопрос. Большего не требуется.

– За обедом. Я подам знак.

Демон кивает в знак согласия, и Лилит удаляется обратно в замок.

***

– У нас получится, как думаешь? – Изабель сидит на коленях ведьмы, перебирая кружева на её блузке.

– Получится. Правда, потом придётся не сладко.

– Это всё мелочи. Главное – убежать. Вдвоём.

Лилит улыбается, притянув к себе за подбородок лицо леди. Лёгкий поцелуй. Поцелуй со вкусом надежды на свободу. Оказывается она ещё теплится где-то внутри, приглушённая обстоятельства. Такая слабая, едва уловимая, но она есть.

– Мы пойдём к Мэри?

– Думаю, да. Больше некуда. Крестьяне точно нас не примут. А бежать в другие имения, на чужие территории ещё более рисковаyно.

– Мне кажется, твоя сестра меня не примет. После всего, что было.

– У неё не будет выбора, – пожала плечами брюнетка, аккуратно проводя пальцами по шее Бель. Эти касания вызывали невероятную дрожь. У обеих.

– Я не хочу вставать между вами.

– Выбора нет и у тебя тоже.

Лилит права. Придётся как-то уживаться с недружелюбной блондинкой.

– Астарот идёт с нами?

– Конечно, а что же ему остаётся? Он обязан меня защищать и оберегать, пока это тело живёт. С после смерти он заберёт мою душу.

– Это ужасно. Тебя это совсем не печалит?

Колдунья задумалась. Магия – душа, душа – магия. Нет, пожалуй, это вполне равноценный обмен. В любом случае, уже было поздно об этом рассуждать – договор заключён давно и разорвать его невозможно.

– Ты думаешь, мы встретимся когда-нибудь ещё? – Бель положила ладонь на талию темноволосой, заглядывая ей в глаза. Она готова поклясться – в них целый мир!

– Всё возможно, кто знает.

“Сколько бы мы не прожили жизней , сколько бы не сменили воплощений, имён, стран, как бы далеко друг от друга мы не находились – мы обязательно встретимся. Я всегда буду находить тебя, моё солнце…”

– А ты бы этого хотела?

– Больше всего на свете. Хотя… Мы ведь будем другими. Внешность, имя, характер – изменится всё. А ещё мы не будем друг друга помнить, придётся всё начинать с нуля.

– Разве ведьмы не помнят прошлых жизней?

– Память проходит сквозь века и где-то глубоко внутри сознания эти воспоминания навсегда сохранятся. Но для того, чтобы вспомнить… Это трудно. В общем, едва ли мы хоть что-то будем помнить и знать из того, что происходит сейчас. Мы снова будем чужими.

– Это печально, – вздохнула Изабель, опустив взгляд. Она ведь и не задумывалась, что однажды она всё же забудет эту зеленоглазую ведьму.

– Я вспомню тебя, солнце, обещаю. Найду, где бы ты не находилась. Найду и всегда буду рядом, если ты того захочешь.

– Захочу. Готовься, – Бель снова подняла взгляд. Она была счастлива. Настолько, насколько это возможно.

– Леди Лилит, – в комнату влетела Маргарет. – Леди Изабель, простите, я не знала, что вы здесь…

– Чего ты хотела?

– Гости вот-вот прибудут. Ваша тётушка попросила вас спуститься к столу.

–Хорошо, через минуту будем.

Служанка кивнула и поспешно скрылась за дверью.

– Мы не будем брать с собой вещи? – Бель оглядела комнату, но не заметила ни одной собранной сумки.

– Это слишком бросается в глаза, придётся всё оставить тут.

– А украшения? Можно я возьму мамины серьги? Только их и всё. Пожалуйста.

– Мама – это святое. Особенно для тебя. Иди и прямо сейчас надень их. Потом времени не будет. А я спущусь в зал.

– Хорошо. У нас всё получится, мы сможем.

– Вдвоём.

Губы девушек соприкасаются в коротком, но чувственном поцелуе. Затем ведьмы разделяются: Изабель идёт в свои покои, а Лилит – присоединяется к хозяевам замка за столом.

– Мамочка, я знаю, что ты хотела бы видеть меня счастливой. Прости, если я веду себя недостойно, не оправдываю твоих ожиданий, да и вообще живу немного… странной жизнью. Но с этой женщиной я чувствую себя живой, полной энергии и сил. Я знаю – она любит меня, да и я её… – Изабель стояла у зеркала в спальне. Она последний раз смотрелась в него. И сейчас, казалось, она ощущает за спиной незримое, родное, любящее плечо, а тихий шепот произносит: “Не волнуйся, милая, всё будет хорошо, я так люблю тебя, моя Бель” и распадается в воздухе на миллион частиц, оседая на коврах, шторах и голых плечах кареглазой. Она теперь твёрдо уверена – она всє делает верно. А мама отныне всегда будет рядом с ней.

Последний раз она прохаживается по этим пустым холодным коридорам, последний раз слышит стоны блуждающих здесь душ и эхо, издаваемое собственными шагами. Будет ли она скучать? Едва ли. Скорее, по светлым детским воспоминанием, нежели по тому, что она прожила тут в последнее время. За исключением Лилит, разумеется.

Вниз, к семье, к столу, к такому надоевшему и раздражавшему Алексу. Брюнетка улыбалась и даже поддерживала какие-то беседы. Похоже, она тоже была несказанно счастлива расставанию с этим местом.

– Ты что-то долго, Изабель, – Алекс улыбался, явно продумывая очередной ход.

– Приводила себя в порядок, – ответная улыбка. На сей раз – от всего сердца. Перед глазами леди уже стояли картины мелькающих перед глазами деревьев, высокой травы и двух юных женских тел, сплетающихся под ночным небом.

Лилит явно прочла мысли Бель и чуть заметно ей подмигнула. Появился шанс переписать эту сказку или, что гораздо лучше, написать новую.

– Как там дела у твоего дедушки? – Эмма снова злорадствовала, так и наровя завести разговор о ведьмах. Однако, на этот раз темноволосая не поддавалась на уловки хозяйки.

– Пока что процессы приостановлены. Жалобы перестали поступать, крестьяне довольны и успокоились, так что об инквизиции можно на время забыть.

– Как грустно, – фыркнула Эмма. Да, это совсем не то, на что она рассчитывала.

– Я уверена, вы всё сделали верно. Нужно держать крестьян в узде, однако, и перебарщивать тоже не стоит, – с улыбкой произнесла Лилит, глядя на Алекса. Тот, усмехнулся – темноволосая бестия явно вызывала у него интерес. – Вы позволите нам с Изабель ненадолго отойти?

– Что случилось? – Винсент подозрительно взглянул на ведьму, но Лилит было, что сказать.

– У нас… женские беседы, – девушка бросила многозначительный взгляд в сторону гостя и тут же, словно в смущении, опустила глаза.

– Пусть идут, – Алекс не стал дожидаться ответа Винсента. – Только возвращайтесь поскорее. Без вас будет скучно.

– Вы и глазом моргнуть не успеете.

Девушки покинули зал, затем миновали ворота и вышли во двор, где их уже ждал Астарот.

– Что с остальной стражей?

– Мертвы, – отрезал рыцарь, снимая шлем. – А как же ваша часть плана?

Лилит усмехнулась, подняв к небу руки. Она что-то прошептала на непонятном Бель языке, и небо постепенно стало затягиваться чёрными тучами, а на открытые участки клжи падали холодные дождевые капли. Затем она указала пальцем в сторону замка, и через секунду в него ударило сразу несколько молний, а потом ещё и ещё. Казалось, буря бушевала лишь над двором. Замок быстро загорелся, послышался звук разбивающегося стекла, и из оконных раз противными серо-чёрными клубами повалил дым. Поднялся сильный, почти ураганный, ветер, пригибающий верхушки садовых деревьев практически к земле и вырывающий с корнем прекрасные цветы из клумб. Из горящего здания доносились крики и мольбы о помощи, но сквозь такой ветер и мощные раскаты грома их было почти не разобрать.

– Ты обязательно научишь меня этому! – Изабель смотрела нагорящий замок и чувствовала, как уходит боль и всё то, что так долго копилось внутри снежным комом. Она не ощущала жалости – эти люди превратили её жизнь в один сплошной кошмарный сон. Получт же свой собственный костёр, внук священника.

– Идём, надо уходить, – Астарот потянул Лилит за локоть, а та в свою очередь крепко сжала ладонь Изабель.

– Он прав, Бель, пошли, – зрелище горящего замка так увлекло леди, что её почти невозможно было сдвинуть с места. Это было невероятно красиво. Это очищало.

Наконец, рыцарю и брюнетке всё же удалось оттащить девушку за пределы двора, за ворота, которые, пока что, были целы.

– А крестьяне? Вдруг они заметят?

– Ну и пусть. Они бояться иметь со мной дело, иначе это, – зеленоглазая кивнула на пылающий за её спиной замок. – может случиться и с их жилищами. Да и потом – посмотри вокруг. Ни одной живой души. Все в страхе попрятались по домам. Жалкие глупые люди. Они верят, что гроза – происки Дьявола, – засмеялась ведьма, удачно попадая в тон с грохочущими раскатами и треском ударяющих в замок молний. Вот такая Лилит пугала. Абсолютно тёмная, поглощённая магией от и до и получающая от этого удовольствие.

– Хватит, Лилит, пошли. Нужно добраться до деревни, пока эти глупые люди, как ты выразилась, всё-таки не решат проверить, в чём дело.

– Уже и поиграть нельзя, – надула губы брюнетка, пустив пару молний рядом с Астаротом, а затем молча направилась в сторону леса.

– Она придёт в норму? – Бель и демон шли позади Лилит и могли спокойно беседовать. Зеленоглазая всё равно не обращала на них никакого внимания, как заворожённая глядя на совершенный лунный диск.

– Не знал, что у неё есть эта самая “норма”. Но вообще да, должна. Через пару часов она полностью успокоиться. Собственно говоря, тогда же утихнет и гроза.

– Ты считаешь, мы зря это затеяли? Нас найдут?

– Что сделано, то сделано, что уж рассуждать. Теперь просто идите до конца.

– Я боюсь, что этот конец очень близок, – Изабель снова вспомнила предсказание Мэри и то, как она, Бель, некоторое время назад, уже готова была сдать Лилит Алексу.

– Я понимаю, о чём ты.

– И… Что скажешь?

– Ничего. Я не буду рассказывать тебе подробности вашего будущего.

– Неужто демонам запрещено говорить об этом со смертными? – усмехнулась леди, разглядывая дома у обочины дороги.

– Нет. Ты мне просто не нравишься, – пожал плечами мужчина. Чистая правда.

– Прекрасно. И тебе тоже.

– Слушай, я далёк от ваших этих человеческих взаимоотношений, от чего, надо сказать, лишь выигрываю. Но ваши странные чувства не доведут вас обеих до добра.

– Обеих?

– А что, ты думала, если сдашь Лилит, остальные ведьмы, во главе Мэри, оставят тебя в покое? – засмеялся Астарот. – Так что вы уже по уши в заднице. И даже не знаю, чья участь лучше.

– Оптимистично, – буркнула Изабель. Она всё же надеялась, что всё сложится иначе. Не так, как предсказывала Мэри и как сейчас пугает демон. Она рассчитывала на что-то совершенно иное.

Остаток пути до леса был преодолён в полной тишине. Буря по-прежнему не стихала, а, казалось, началась с новой силой. Бель обернулась: вместо замка теперь виднелся лишь огромный костёр, посылающий в небо клубы дыма.

Дождь тоже усиливался. Однако, даже ливень не мог затушить горящее здание, объятое гневом вырвавшейся из плена ведьмы.

Блуждая по лесу, и Бель, и Лилит промокли до нитки, а под сильным, почти сносящим с ног, ветром, леди ещё и очень сильно замёрзла. Зуб на зуб не попадал. Но утешало одно – по словам Астарота они были всего в паре метров от деревни. Ещё немного. Неужели, это действительно может быть правдой?

***

Мэри сидела у окна, поплотнее закутавшись в одеяло. Она, как и все жители деревни, отметили резкую смену погоды и не могли не предположить, чьих это рук дело. Лилит славилась своей любовью к мощным, могучим, разрушительным стихиям. Гроза – так в её стиле.

Ветер жутко завывает за окном, проникая в дом сквозь щели деревянных стен. Миг – и дверь с грохотом распахивается. На пороге – она. Промокшая, злая и чуточку потерянная.

– Сестрёнка, пусти домой.

Глава 18. Беглянки

Уставшая, злая, вымокшая до нитки, абсолютно пустая Лилит. Встревоженная, слегка смущённая, испуганная Изабель. Недовольный Астарот. Нестихающий ливень, колотивший по хлибкой крыше старого дома. Раскаты грома, доносящие со стороны замка.

Мэри непонимающим взглядом осматривает компанию, переминающуюся за дверью. Слишком неожиданно, слишком странно, мозг не успевает обработать информацию.

– Ну же, сестра. Можно войти? Или нам остаться здесь, под дождём? – темноволосая ведьма в нетерпении скребла когтями деревянную дверь, зло смотря на хозяйку дома.

Мэри кивает, приоткрыв дверь пошире. Все трое заходят внутрь, и девушка крепко закрывает её, дабы не впустить сквозняк, который и без того бродил по скромному жилищу.

– Что произошло? – она, наконец, решается задать вопрос. Вполне логичный, учитывая ситуацию.

– Мы сбежали, – спокойно ответила Лилит, присаживпясь на кровать и скидывая с себя мокрую блузку. Бель невольно проследила за этим движением и за тканью, откинутой куда-то в угол. – Не против, если мы поживём тут?

– Как сбежали? Вас же будут искать!

– Некому будет, – брюнетка коварно улыбнулась, глядя в окно.

– Что ты снова натворила? – вздохнула Мэри, присаживаясь рядом с сестрой, уже предвкушая очередную увлекательную историю.

– Сегодня прекрасная погода, правда? Даже луну видно, несмотря на бурю.

– Астарот, не объяснишь, в чём дело?

Рыцарь кивнул и вместе с блондинкой удалился в соседнюю комнату.

– Лилит, – Бель заняла место Мэри рядом с ведьмой. – Ты в порядке? Выглядишь очень слабой.

– Не волнуйся за меня, солнце. Это лучший день в моей жизни. Я просто немного устала.

Кареглазая положила руки на плечи девушки, слегка надавливая.

– Массаж? – усмехнулась темноволосая.

– Ты против?

Лилит отрицательно покачала головой – прикосновения леди невероятно приятны. Конечно, их будут искать. Рано или поздно. Отец Алекса или дальние родственики и знакомые Винсента и Эммы. И, разумеется, их найдут. Однажды. Однажды, но не сейчас.

– Спасибо, что сдержала обещание. Спасибо, что забрала меня оттуда, – Изабель положила подбородок на плечо ведьмы.

– Ты же знаешь – так просто это нам с рук не сойдёт.

– Знаю. И мне плевать.

Бель пододвинулась ещё ближе к спине брюнетки, прижавшись к ней грудью. Аккуратно, нежно, почти невесомо.

– Мне тоже, – улыбнулась Лилит, рассматривая за окном очертания того, что когда-то было замком. Тёплые губы леди танцевали по её ещё влажной от дождя шее, а над деревней практически рассеялись тучи. Гроза стихала.

***

Так непривычно просыпаться с первыми солнечными лучами и ощущать под собой не мягкую перину и пушистые одеяла, а твёрдый матрац и тонкое покрывало. Непривычно, что сквозь деревянные стены прекрасно слышно всё, что происходит во дворе. Непривычно, что древесина трещит под босыми ногами, так и наровя оставить пару-тройку заноз. Непривычно, что завтрак не приносят тебе в постель и не помогают одеться и привести себя в порядок. И так непривычно, что она рядом.

Изабель проснулась раньше Лилит. До последнего девушка не верила, что всё это не сон. Сладковатый запах волос брюнетки моментально отправлял в какое-то полудремотное состояние, граничащее со сном или галлюцинациями. Однако, всё происходящее было вполне реально.

Аккуратно, стараясь не разбудить ведьму, Бель слезла с постели и направилась на улицу.

Погода сегодня стояла великолепная – значительно лучше, чем вчера, а во дворе кипела работа: кто-то стирал бельё в маленьких глиняных тазиках неподалёку от своих домов, а мужчины кололи дрова под мелодичные песни девушек, развешивающих на верёвках одежду для сушки. Для леди это был совершенно иной мир. И она была счастлива, что очутилась в нём.

– Доброе утро. Уже встала? – Мэри, держа в руках пустой кувшин, подошла к Изабель, внимательно рассматривающей людей вокруг.

– Доброе утро. Да, меня разбудил звук топора и пение. Если ты ищешь Лилит – она ещё спит.

– Не сомневаюсь. Пусть отдыхает. То, что она сделала вчера… Это требует огромной энергии. Не удивлюсь, если она проспит ещё пару дней. Я после одного такого случая неделю провела в объятиях Морфея.

– Ты тоже так умеешь?

– Не совсем так. Лилит обращается к силам Тьмы, а я – к природе. Я не пользуюсь тёмной магией. Сходишь со мной к озеру?

– Конечно, – с радостью согласилась Бель. – Ты извини, что мы в последний раз так ушли… Я не хотела, предлагала оставить меня в замке.

– Ты меня прости, я слишком импульсивна, это у нас семейное, – засмеялась Мэри, уверенно шагая меж высоких кустов.

– Тебе не трудно принимать нас у себя?

– Об этом не волнуйся. Недавно освободился домик. В нём жила девушка, но её изгнали. Так что теперь он пустует. Можете обустроиться там.

– Та самая девушка? Я видела её.

– Правда? Где?

– На площади… – вздохнула Бель, снова освежив в памяти те ужасающие картины горящих людей и ликующей толпы.

– Не продолжай, – остановила леди блондинка. – Я поняла, о чём ты. Теперь понимаешь, почему я так боюсь за Лилит? – произнесла Мэри после небольшой паузы. Откуда-то подул свежий ветер, принёсший с собой запах воды и тины. Озеро всё ближе.

– Понимаю. Я тоже боюсь за неё. Но скажи… Неужели, ты правда думаешь, что я способна что-то с ней сделать?

Мэри молчала. Наверное, размышляла, сказать ли правду или соврать.

– А ты сама как думаешь?

– Я думаю, что ты…

– Нет, нет. Что ты думаешь о себе? Попробуй самостоятельно ответить на заданный вопрос.

Девушки пробирались сквозь кусты, казалось, сойдя с тропы, ведущей в деревню. Вскоре, сквозь траву, показалась светло-голубая водная гладь – наконец-то дошли.

– Лилит любит это место. Часы тут проводит, – улыбнулась блондинка, как только зелень осталась позади. – Озеро её успокаивает.

– Ты права, – выдохнула вдруг Изабель, тут же встретившись с удивлёнными глазами ведьмы. – Я боюсь. Боюсь сделать что-то, что подвергнет Лилит опасности.

– Есть повод опасаться? – Мэри подошла к самому краю берега и присела на корточки, опустив кувшин в воду.

– Меня посещали не очень хорошие мысли. Я хотела… Чёрт, даже говорить не хочу.

– Я знаю, о чём ты. Астарот всё мне вчера рассказал, – девушка замолчала, выпрямляясь. – Ты понимаешь, что будет, если ты так поступишь?

Изабель кивнула – не трудно догадаться.

– Вот и замечательно. И не думай, что я не смогу пойти против веры. Лилит – моя сестра. Самое дорогое, что у меня есть. И не дай бог жалкая выскочка вроде тебя решит спасти свою шкурку, прикрывшись её именем. Я не пользуюсь тёмными силами, но это вовсе не значит, что я этого не умею.

– Если из-за меня Лилит пострадает – я сама себя убью. Не смогу жить с таким грузом.

Мэри лишь засмеялась.

– Сможешь. Ещё как сможешь. Я знаю. Она не нужна тебе настолько, насколько ты ей. Лилит для тебя лишь шанс убежать, прожить какую-то иную жизнь, отличную от обычной. Развлечение. Она для тебя просто развлечение. Мне жаль, что у неё не хватило духу окончательно забыть тебя.

– Не говори о том, чего не знаешь.

– А мне и не надо знать. Я эмпат, девочка, не забывай. Все твои чувства, как на ладони. Даже те, о которых ты сама не подозреваешь или не хочешь подозревать.

Девушки стояли друг напротив друга, готовые хоть сейчас перегрызть горло своей оппонентке, но ни одна не сдвинулась с места.

– А ты завидуешь ей, – произнесла Бель, несколько секунд пристально вглядываясь в глаза противнице. – Завидуешь силе, тому, что она всю жизнь жила богато, при дворе, в то время, как ты ютилась в маленьком душном домике с чужими людьми, что тебе противны. Завидуешь, что с ней рядом Астарот, готовый защищать. Даже моему присутствию в её жизни завидуешь. Потому, что ты абсолютно одинока.

Лицо блондинки скривилось в жуткой гримассе. Она злилась, ведь Изабель задела её за живое – чувство одиночества преследовало Мэри все годы её сознательной жизни.

– Ну что ты, красавица, я не одинока, – почти прошипела девушка, подходя чуть ближе. Сейчас она очень походила на свою сестру. Да, из Мэри вышла бы прекрасная чёрная ведьма. Откуда-то из кустов послышалось тихое сопение и приглушённое рычание, а затем Бель заметила три пары жёлтых глаз. Они словно светились, даже несмотря на столь ранний час. – Не против познакомиться с моими мальчиками?

– Разве в нашем лесу водятся волки? – немного испуганно произнесла Бель, искоса следя за поведением зверей.

– Для меня – водятся, – улыбнулась девушка, едва заметно кивнув. Рычание стало громче, а животные, не торопясь, полностью вышли из своего укрытия и теперь предстали во всей красе: три невероятно крупных, мощных волка со светло-серой шерстью и дикими, голодными глазами. Они хищно скалились, облизывая белоснежные клыки, с которых то и дело капала слюна. – Они великолепны, правда? – Мэри потрепала по голове одного из них. Она совершенно их не боялась, а животные словно принимали ведьму за свою. За мать. А матери очень не нравилась эта русая девочка напротив.

– Хорошо. И чего ты хочешь от меня? Зачем запугиваешь?

– Я бы хотела, чтобы ты ушла, но это невозможно – Лилит уйдёт за тобой. Увы, противно признавать, но я ничего не смогу поделать с тем, что ты здесь, однако, я буду за тобой следить. Мы будем, – волки дружно фыркнули. – И если я замечу хоть что-то подозрительное, хоть самую малую часть, незначительную деталь – ты пойдёшь на корм моим малышам. Я не шучу. Я не позволю погубить сестру.

– Какая из тебя Викканка, – усмехнулась Бель. – Тебе бы пойти по стопам Лилит. Похоже, ты ещё более жестокая, нежели она.

– Просто я дорожу семьёй. И, в отличие от тебя, я её люблю. Просто задумайся над моими словами и своими чувствами. Тебе это необходимо. Надо возвращаться, пока нас не хватились, – Мэри погладила волков и, свернув на тропинку, вошла в лес. Животные последоввли за ней, бросив на прощание хищный взгляд в сторону леди. Изабель не хотела уходить – тут было хорошо. Так прохладно и тихо. Она понимала, почему блондинка так злится, но, в то же время, она до последнего не хотела верить в то, что сможет довести Лилит до костра.

Вода так притягивала. Похлеще луны. Такая спокойная зеркальная поверхность, отражающая ясное небо и ласковое солнце. Во Франции Бель как-то жила у небольшого озера в охотничьем домике своего отца, но случалось это крайне редко.

“К чёрту всех – я не сделаю и шага отсюда”.

Изабель садится на землю, ещё больше пачкая подол некогда прекрасной шёлковой юбки. Теперь это не имеет значения. Впрочем, никогда и не имело. Интересно, хоть кто-то из присутствовавших в замке выжил? Хотя… Едва ли такое вообще возможно. Пожар был жутким. Бель до сих пор помнила отчаянные крики родственников. А ведь тётушка была беременна…

Иногда лучше не переосмысливать то, что делаешь, а просто принять факт того, что это случилось. Всё равно ничего не изменить.

– Ты что, потерялась?

От нержиданности леди немного вздрогнула, но тут же улыбнулась, услышав знакомый голос. Сегодня он звучал гораздо уверенне, да и настроение ведьмы было явно лучше.

– Как ты узнала, где я?

– Мэри сказала, что вы вместе пошли к озеру, но обратно ты не вернулась, – Лилит присела рядом с девушкой. – Вот я и решила, что ты заблудилась.

– Нет, нет… Просто тут так хорошо. Я давно не бывала на природе. Решила немного передохнуть.

– Что ж. Ты выбрала отличное место. До твоего приезда я проводила здесь большую часть времени. Спорю, Мэри тебе об этом уже рассказала. Ладно, тогда пойду, не буду мешать. Найдёшь дорогу обратно?

– Зачем тебе уходить? Останься. Мы теперь никуда не спешим и ни от кого не прячемся. Тебе больше не надо убегать.

Лилит улыбнулась. Она и забыла, что всё позади, пусть и на определённый промежуток времени.

– Как думаешь, выжившие есть? – нельзя переосмысливать, нельзя, но это выходит как-то само.

– Не знаю. Астарот обещал сходить в деревню, поспрашивать у крестьян. А что, думаешь Алекса спасла божья воля?

– Вот уж кто, а он от бога далёк, это однозначно.

– Ты жалеешь? – брюнетка, не отрываясь, смотрела вдаль, на чёткую линию горизонта, где небо сливалось с водой. Иногда ей казалось, что она и сама жалела.

– Уже сотню раз говорила – нет. Не жалею. Ну, если только совсем немного. Из-за тёти. Она не так плоха. Была. Хотела для меня лучшего, но не знала, что именно будет лучше. Она просто запуталась. Надо было понять это раньше.

– И ты бы спасла её? Вывела из замка?

– Наверное.

– А что потом? Привела бы её в деревню, полную ведьм?

– Нет, почему. Мы бы уехали. Куда-нибудь далеко. И начали бы новую жизнь, с чистого листа.

– Вот значит как, уехала бы? – усмехнулась зеленоглазая.

“Лишь шанс убежать, прожить какую-то иную жизнь, отличную от обычной. Развлечение”.

– Других вариантов я не вижу.

– Ты знаешь, я, наверное, действительно пойду, – Лилит поднялась с земли. – Дорогу назад ты найдёшь. Лес тебе подскажет.

– Куда ты? Разве ты не решила остаться? Опять бежишь?

– Не бегу – ухожу. Надо помочь Мэри убрать тот домик, который отдали нам, привести там всё в порядок.

– Я тоже могу помочь. Я хоть и жила во дворце с кучей слуг, но не гнушаюсь подобной работы, тем более, это теперь мой мир. Моя новая жизнь.

– Не надо, мы вдвоём справимся. Отдыхай, – брюнетка направилась обратно к кустам. Да, возможно, она слишком остро реагирует, но то, что сказала Бель… Это задело. Действительно задело.

– Как хочешь, – пожала плечами девушка, растянувшись на траве. Свобода. Небо так близко, что, кажется, рукой достать можно. Не хочется знать, как долго это продлится и что будет после. Она может идти, куда захочет, делать, что считает нужным. Ей больше не нужно не перед кем отчитываться, надевать тесные корсеты и тяжёлые платья. Больше не нужно мучать уши ужасными серьгами с огромными камнями, что доставляли только неудобство, путаясь в волосах и, то и дело, раздирая мочки ушей до крови. Никаких больше балов, правил хорошего тона, правильной осанки и прочего светского этикета. Ничего этого больше нет. Только природа. Природа и темноволосая ведьма. И магия. Она научится всему, сама, без помощи Мэри. Она всё сможет, а когда история с пожаром утихнет, они уедут. Вдвоём: она и Лилит. Далеко. Чем дальше, тем лучше. И никто не умрёт. Однажды церковь должна успокоиться, не будет же подобное продолжаться вечно? Где-то там никто не будет знать, что они могут. Они будут лишь двумя чужестранками. Всё будет, надо лишь потерпеть.

Лилит… Изабель вдруг поняла, почему колдунья так стремительно покинула её. Она уж и забыла, после прошедшей ночи, насколько ранима эта сильная женщина.

Дорога назад оказалась довольно простой, дернвья и кусты будто сами расступались перед Бель. “Лес тебе подскажет”. Лилит не врала.

К деревне леди вышла уже минут через пять после начала пути. Она сразу же заметила Мэри, которая, в свою очередь, одарила кареглазую презрительным взглядом. Нет, они никогда не найдут общий язык.

– Лилит ищешь? – усмехнулась блондинка, как только Изабель с ней поравнялась, то и дело оглядываясь по сторонам.

– Ищу. Ты её видела?

Мэри кивнула, однако, сообщать о местонахождении сестры не спешила.

– И где она?

– Где-то в деревне, – пожала плечами девушка. Она явно издевалась и Изабель это раздражало.

– Толку от тебя, – огрызнулась леди, направляясь в сторону домов. Возможно, Лилит в одном из них.

– От тебя не больше, – Мэри и Изабель разошлись в разные стороны. Столько людей и все они что-то умеют. Интересно, что именно? Кареглазая считала себя этакой белой вороной в стае колдунов и ведьм. Лилит хоть и утверждала, что леди ничуть не слабее остальных, сомнения предследовали Бель.

– Извините, – Изабель решила, что проще всего спросить о Лилит у кого-нибудь, помимо Мэри, нежели блуждать в её поисках. Первой, кто попался ей на глаза, оказалась рыжеволосая девушка. Она была юной, намного моложе леди и очень улыбчивой. Лицо незнакомки было буквально усыпано веснушками. Девчонка выглядела дружелюбной, поэтому кареглазая ни на секунду не сомневалась, что она поможет.

– Привет, – улыбка девушки растянулась ещё шире. – Чем могу помочь?

– Я ищу Лилит. Не знаете, где она может быть?

Рыжеволосая засмеялась, игриво прикрыв рот рукой, а затем произнесла:

– Обращаешься на “вы”? Ты, случайно, не та сбежавшая из замка леди? Изабель, кажется. Я права?

– Не думала, что меня знают.

– Знают, знают, ещё как знают. А, Лилит. Она там, – девушка указала на самый отдалённый домик, находившийся почти в чаще леса. – Меня, кстати, Люси зовут.

– Очень приятно, Люси, – было действительно приятно. Первый настолько светлый человек. Не верилось, что и она тоже ведьма. – Это дом девушки, которую изгнали?

Люси кивнула.

– Его стороной обходят. Эрика была нелюдимой и замкнутой, не любила чужаков, праздники, скопления людей. Целыми днями просиживала в четырёх стенах. Когда-то она обучала Лилит, но потом между ними что-то произошло, и они разорвали всякие контакты.

– Почему?

– Лилит не рассказывает. Ты знаешь – она не особо разговорчивая. В этом очень похожа на Эрику.

– Это уж точно, – усмехнулась Изабель. Оказывается, у ведьмы ещё больше тайн, чем она предполагала.

– А чем ты занимаешься?

Леди непонимающими глазами взглянула на новую знакомую, чем вызвала у неё приступ смеха.

– Ну, практикуешь что? – поспешила уточнить рыжая.

– А, практикую… – Изабель замялась – неловкий вопрос. И что отвечать? – Если честно, то ничего. Лилит разглядела во мне викканку, но я так ничему и не научилась.

– Викканство… – задумалась Люси, что-то вспоминая. – У нас в деревне три викканки: Мэри, ты с ней знакома, я думаю; Лиззи и Мэгги. Можешь обратиться к ним, они не откажут в помощи.

– Мэри меня ненавидит, – девушки присели на скамейку возле одного из домов. Воздух вокруг него юыл пропитан запахом сена и выпечки. Такой совершенно новый, незнакомый аромат. Бель всё ещё скучала по тому, как пахли её любимые белые розы в саду… – Она точно не станет мне помогать.

– Мэри? Ненавидит? Странно, на неё не похоже. Ладно, не беда. Сегодня вечером я познакомлю тебя с Мэгги, она намного опытнее. Да и к тому же, она любительница поболтать на тему магии. Она точно не откажет.

– Спасибо, – улыбнулась Бель. – А чем ты… занимаешься? Только не говори, что чёрной магией – в жизни не поверю.

– Ну, я не совсем ведьма, – усмехнулась Люси. – Целительница, скорее. Лечу всякими травами отварами, мазями. Всё не так глобально, как у других. Я, кстати, почти встала на путь тьмы, ко мне уже и демон приходил. Но что-то меня отговорило в последнюю минуту. Или кто-то, не знаю. Я не успела заключить договор и получить силу.

– Думаю, это только к лучшему. Лилит говорит, что перестала видеть в этом смысл.

– Лилит… – вздохнула девушка, опустив глаза. – Она своеобразная. Но она умеет любить. Немного не так, как другие, но умеет.

– У вас что-то было? – это должен был быть вопрос, но прозвучало, как факт. Эмпатия в очередной раз дала о себе знать.

– Да, наверное, можно и так сказать. Как я и сказала – она умеет любить. Только вот меня полюбить не смога, и теперь я вижу, почему, – грустно улыбнулась рыжеволосая. Изабель стало немного не по себе.

– Прости, я не…

– Всё нормально, Бель, не надо чувствовать неловкость. Вы должны были встретиться однажды. Рано или поздно. Я не тот человек, который ей нужен и прекрасно это понимаю. Я её отпустила.

– Что ж, – неловкость всё-таки появилась. Изабель ненавидела подобные темы. А ещё больше не любила попадать в такого рода истории. – Я пойду. Нужно помочь Лилит с уборкой, а заодно поговорить. Я снова сказала кое-что, не подумав. Была рада познакомиться, Люси.

– Я тоже, Изабель. Сегодня вечером танцы у костра. Придёшь? Я приведу Мэгги. Может, и Лиззи будет.

– Конечно, приду! Спрашиваешь тоже.

Люси кивнула и зашла в дом, возле которого они сидели. Изабель же направилась в домик, принадлежавший изгнанной ведьме.

С каждым днём тайн становилось всё больше. Девушке хотелось узнавать этот новый мир, раскрывать его секреты и, может, однажды стать одной из них.

Глава 19. Тайное общество

Довольно просторный, но мрачный дом. Маленькие окошки загораживают снаружи кроны деревьев и кустов, от чего в помещении и днём темно, словно ночью. Дуновения ветерка заставляют ветви биться о стены жилища и оконные рамы. Словно вновь очутилась в том холодном замке…

– Тут мрачно. Тебе не кажется? – Изабель присела на кровать, разглядывая мебель.

– Ничего не поделаешь, – пожала плечами Лилит, разгребая какие-то сумки, оставшиеся, видимо, от прошлой хозяйки.

– Я тут познакомилась с одной девушкой, она сказала, что вечером будут танцы. Сегодня у кого-то день рождения? Или праздник какой?

– Нет. Бель, это же деревня. Тут почти кажду ночь гулянки. Привыкай.

– Знаешь, что ещё сказала мне Люси? – леди старалась всеми силами обратить на себя внимание ведьмы, явно погружённой в собственные мысли.

– Откуда же мне знать. Хотя. Люси редкая болтушка. За минуту может поведать обо всём, что происходит в деревне. Будет плохо, если церковь её поймает, – брюнетка продолжала копаться в вещах, раскладывая на полу какие-то листы, книги и мешочки.

– Она рассказала мне про Эрику. И про вас с ней.

– Про Эрику? Что она вообще знала об Эрике? – зеленоглазая чуть разозлилась, однако, быстро взяла себя в руки.

– Мало что. Сказала, что она была сама по себе, не любила людей. И о том, что какое-то время учила тебя. Почему вы перестали общаться?

Лилит молчала, игнорируя вопрос. Она подозревала, что Изабель заговорит на эту тему, но обсуждать её не хотелось. Одному Дьяволу известно, почему.

– Что, неужели после всего пережитого у тебя всё ещё есть тайны от меня?

– Это не тайны, Бель. Просто я не вижу смысла обсуждать наши с Эрикой отношения.

– Но мне интересно, – леди растянулась на постели, рассматривая профиль сидящей на полу ведьмы. – Лилит, расскажи. Я уже столько всего о тебе знаю, я видела тебя в не самые лучшие и подходящие моменты, мне бывало страшно смотреть тебе в глаза. Неужели ты не можешь поведать мне об этом? Я хочу знать, как ты жила раньше.

– Ладно, – вздохнула девушка. – И что тебе рассказать?

Изабель вскочила с постели и уселась рядом с брюнеткой. Пол был прохладным, но всё же теплее, чем в замке. К тому же, приятно пах древесиной.

– С самого начала давай.

Лилит усмехнулась. Она уже и забыла, с чего всё началось.

– С Эрикой меня познакомил Астарот. Почти сразу после того, как я попала в замок, он рассказал мне, что одна из моих сестёр выжила, а позже, как-то ночью, отвёл меня в деревню. Там меня заметила Эрика. Она долго узнавала у Астарота обо мне: кто я, где живу, что умею. А когда тот рассказал ей историю о пожаре, сотворённом руками ребёнка, Эрика решила, что должна передать мне свои знания. Все считают, что она была чёрной ведьмой, но это не совсем так. Она учила меня в первую очередь контролю и до последнего не допускала меня к практике и всякого рода заклинаниям. Она хотела, чтобы я выбрала… Чтобы выбрала не то, чем я занимаюсь в итоге. Однако, поняв, что меня уже не переубедить, она предпочла учить меня самостоятельно. Боялась, что Астарот запудрит мне голову и убедит продать душу.

– И что потом?

– А что потом? Я училась, результаты были отличными, но мне было мало, хотелось большего. Эрика постоянно накладывала на меня какие-то заклинания, чтобы сдерживать силы. Меня это раздражало. Я была нервным подростком. В итоге, я заключила с Астаротом сделку: он наделяет меня силой, что не будет уступать по мощи его собственной, а взамен забирает мою душу. Конечно, он согласился. Вскоре об этом узнала Эрика, разозлилась, сказала, что не собирается учить меня после того, что я сделала. Мы наговорили друг другу всего… Она была сильной, но никогда не пользовалась своими умениями. Эрика не была плохой. Она хотела уберечь меня. Жаль, что я её не послушала.

– В замке тогда ты довольно резко о ней отозвалась…

– Да, но только из-за того, что она натворила.

– За что её изгнали?

– Мэри рассказала, что она сошла с ума. От одиночества, от своего вечного затворничества. Она бегала по деревням и кричала, что заключила сделку с Дьяволом. Естественно, подверглись опасности все жители нашего поселения. Вот её и прогнали. Если бы этого не произошло, она бы не попала на костёр…

Изабель чувствовала, что Лилит больно, но не могла снять эту боль.

– Почему она выдала именно меня? – Бель вспомнила слова Алекса. Неужели, даже совершенно незнакомая женщина буквально с первого взгляда её невзлюбила?

– Не знаю, – пожала плечами девушка, вернувшись к разбиранию вещей. – Может, потому, что ты чужая. А она не любила чужих. Теперь мы этого никогда не узнаем.

– Что это? – Бель наконец обратила внимания на тетради, разложенные по полу.

– Здесь все её знания. Заклинания, ритуалы, описания трав. Здесь всё, что она копила годами. Здесь вся её жизнь.

– Могу я взять что-нибудь? Я хочу научиться.

– Нет, не надо. Я попрошу Мэгги тебя научить. Её способы работы подойдут тебе куда больше.

– Мэгги? Люси тоже мне про неё сказала.

– Ну вот видишь, – улыбнулась Лилит, сгребая в кучку бумаги. – А это я отдам Астароту. Пусть делает с ними, что хочет. Хотя, постой, – ведьма подняла с пола маленький мешочек и протянула его Изабель. Та с удивлением его приняла.

– Что это? – девушка с любопытством развязала ленточку.

– Когда-то давно Эрика хотела дать мне этот кулон, чтобы защитить от тьмы. Как видишь, она опоздала. Надеюсь, он поможет тебе.

Бель вытащила из ткани камень, нанизанный на тёмную шёлковую нить.

– Это кошачий глаз. Лучшая защита от тёмных сил и любого магического воздействия. Эрика обожала камни. Многим из деревни делала амулеты.

– Красиво, – Бель надела украшение. – Могу я ещё кое-что узнать?

Лилит кивнула. Чего уж.

– Что было между тобой и Люси?

Ведьма усмехнулась. Ожидаемый вопрос.

– Ничего существенного. Мы встречались неделю, может, две. Максимум три. Она любила меня, я её, как оказалось, нет. Я чувствовала, что тот человек, что мне нужен, ещё не появился. Да и виделись мы очень редко. Я жила в замке, она тут. Я приходила, в основном, по ночам, а с утра снова уходила. Это не могло продолжаться долго. Она хорошая девушка, и я рада, что она была в моей жизни, но чувств к ней нет.

– Она сказала, что всё в прошлом, но я не верю. Мне кажется, она всё ещё тебя любит.

– Это не имеет значения, теперь уж точно. Ладно, посиди здесь, я сейчас вернусь. Нужно отнести Астароту это, – Лилит кивнула на аккуратную стопку листов.

– Значит, ты нашла того человека, да? – игриво улыбнулась Бель.

– Ну, не знаю. Может, да, может, нет. Сложно сказать, – брюнетка старалась сделать тон как можно более серьёзным. Она в очередной раз издевалась над леди.

– Да ну тебя, – обиженно фыркнула Изабель, поднимаясь с пола. – Вечно ты так.

– Перестань, – засмеялась зеленоглазая. – Ты же прекрасно знаешь, что ты – тот самый человек. А ещё ты знаешь, что я люблю глупо шутить. Ни с первым, ни со вторым ничего не поделаешь. Жди здесь, я скоро вернусь.

Лилит подняла с пола листы и направилась к выходу.

Полусумрак. Тишина. Пустота. Какой же ты была, Эрика?

Помимо записей и склада камней, вещей в доме почти не осталось. Огарки свечей на полках, крошки от развалившихчя сухих трав, какие-то непонятные символы в углах на стенах. Она не была ни тьмой, ни светом. Нейтральная сторона. Она знала и умела многое, но не пользовалась тем, что ей дано. Почему? Если бы Лилит не продала душу, что тогда было бы? Как бы всё сложилось?

Воздух пропах деревом и шалфеем. Изабель был знаком этот запах – мама часто окуривала им комнаты во Франции. Здесь, в деревне, несмотря на то, что обстановка значительно отличалась от той, в которой жила леди раньше, почти всё напоминало девушке о детстве и родителях.

На одной из полок Бель нашла картину, написанную на куске белой ткани. Она не была похожа на те, что висели в замке. Напоминала, скорее, рисунок, набросок, нежели полноценное произведение искусства. В чертах девушки, изображённой на нём, леди узнала Лилит. Значительно моложе, лет так на десять. Совсем ребёнок. Изабель не заметила, как улыбнулась – она такая милая. Похоже, Эрика ещё и рисовать умела.

– Чего делаешь?

Бель обернулась. Лилит вернулась.

– Да вот, нашла кое-что, – девушка протянула ведьме ткань.

– Надо же, я совсем об этом забыла. Это было так давно.

Эрика хорошо рисовала. Это отвлекало её, заполняло пустоту. Рисунок для неё был как для меня танец или для тебя – пение.

– Танец… Станцуешь мне?

Лилит засмеялась, обняв леди.

– Я не танцую перед кем-то. Только для себя.

– Мэри мне говорила, но всё же. Ты очень здорово двигаешься.

– Когда-нибудь, я станцую. Но не сегодня.

Изабель прикоснулась губами к щеке брюнетки, проведя дорожку из поцелуев к её устам.

– Иногда мне кажется, что я сплю. Или умерла, – усмехнулась Лилит, гладя спину Бель. – Может, меня уже поймали инквизиторы и сожгли на костре?

– Может. А я пыталась тебе помочь и меня повесили. Или что они там делают с теми, кто идёт против. И теперь мы обе в Аду.

– Что ж, если так выглядит Ад – мне стоило давно здесь оказаться.

Бель накрыла губы колдуньи своими. Ласка была нежной, осторожной – девушки хотели продлить каждую секунду, насладиться каждым мгновением. Они впервые были свободны.

Лилит аккуратно положила руки на шею леди, заглянув ей в глаза. Ведьма впервые видела в её взгляде ту искорку, которую так давно желала видеть – искру счастья и надежды на что-то светлое.

– Надо же, – Изабель усмехнулась, проведя пальцами по тыльной стороне ладони подруги. – Ты впервые такая холодная. Так непривычно.

– Последняя ночь в замке отняла у меня много сил. Энергии до сих пор не хватает. Мой огонь… Он временно потух.

– Но всё ведь наладится, верно?

– Со временем да.

Изабель потянулась к губам Лилит, однако та настороженно смотрела куда-то сквозь подругу, казалось, даже сквозь деревянные стены дома.

– Что такое? Ты что-то увидела?

– Астарот вернулся, – девушка отстранилась от Бель и направилась к выходу. Леди последовала за ней.

Неподалёку от дома и правда сновал туда-сюда чем-то явно обеспокоенный мужчина. Едва заметив знакомую, он тут же махнул рукой, подзывая к себе.

– Что-то случилось? – Бель еле поспевала за ведьмой.

Но ответа не последовало – брюнетка резко переменилась в лице, а значит, грядёт нечто… Нечто недоброе.

– Я был в деревне, – начал Астарот, как только девушки приблизились к нему. – Из тех, кто был ночью в замке, никто не выжил, однако, радоваться рано. Отец Алекса догадался чьих это рук дело. Крестьяне поговаривают, что он объезжал всё имение, опрашивал местных. Конечно, никто не рискнул тебя выдать, но он поклялся, что отправит тебя на костёр.

– А про неё он что-нибудь говорил? – Лилит кивнула на Изабель, а демон покачал головой.

– Он считает, что она погибла в пожаре со своей семьёй.

– Что ж, хоть какие-то хорошие новости, – усмехнулась ведьма, пытаясь изобразить безразличие.

– Хорошие новости? – почти вскрикнул Астарот, тряхнув брюнетку за плечи. – Очнись, Лилит! Хватит витать в облаках! Сказка закончилась, пойми же. Вся церковь встала против тебя. Чёрт возьми, тридцать человек день и ночь будут искать тебя и в окрестностях, и за пределами имения. Ты хоть понимаешь, что происходит?

– Понимаю, – девушка резко скинула с плечь тяжёлые руки рыцаря. – Это конец.

– И что, ничего нельзя сделать? – Изабель знала, что их будут искать. Знала, что произошедшее не останется без внимания, знала, что этот момент настанет. Знала. Но неожидала, что так скоро.

– А что ты сделаешь? – рыкнул демон, злобно сверкнув звериными глазами. – Всё, что могли, вы уже сделали.

– Астарот, успокойся. Бель, иди в дом, я сейчас подойду.

– Но я…

– Просто иди, – перебила её девушка. Леди, вздохнув, направилась в сторону жилища. Сейчас не та ситуация, чтобы спорить.

– Довольна? Ты этого хотела? Этого добивалась, да?

– Перестань. Ты знал, что так будет, я знала, Мэри знала. Да все знали, чего уж греха таить. Так чего же ты удивляешься? Рано или поздно, но это произошло бы.

– Ты куда пошла? Считаешь, что беседа окончена? – возмутился демон, заметив, что Лилит медленным шагом направилась куда-то в сторону, прочь от него.

– К Мэри. Она должна знать. Наконец её предсказания сбываются.

– Тебе всё смешно? – мужчина в миг нагнал девушку. Та ухмыллнулась, разглядывая пейзаж, её окружающий. Грустно было осознавать, что совсем скоро всё это исчезнет из её жизни. Или, вернее сказать, она исчезнет из их жизней?

– Я ничего не могу поделать со всем этим. Что же мне остаётся? Только шутить. Я не из тех, кто будет реветь и биться в истерике, в предвкушении неминуемой гибели. Я не боюсь смерти и никогда не боялась.

– Кто бы сомневался. Боялась бы – вела бы себя разумнее.

– Это судьба. Так должно было произойти.

Астарот не стал спорить, ведь в чём-то Лилит действительно права. Рыцарь недовольно фыркнул – он не любил признавать чужую правоту.

Мэри суетилась во дворе, подготавливая его к предстоящему вечернему празднику. Она улыбалась, о чём-то беседуя с Клэр – её подопечной. Брюнетка вздознула – сестра счастлива сейчас, зачем портить ей настроение?

– Ну, чего стоишь-то? – Астарот, всё ещё излишне грубо выражаясь, пихнул девушку в бок.

– Посмотри на неё. Похоже, ей хорошо. Она радуется жизни.

– Да уж, радуется, в то время, как за тобой охотятся.

Зеленоглазая перевела взгляд на демона, и он на секунду потерял дар речи: Лилит ещё никогда не была так… человечна. На миг, всего на миг, ему даже показалось, что он заметил слезу, робко скатывающуюся по бледной щеке девушки. И он готов был в это поверить, если бы не знал, кто стоит перед ним. Но в этих глазах сейчас не было злости, агрессии, огня, горевшего внутри все эти годы и сжигающего всего, что могло бы выдать в его обладательнице человека. Нет… В них была печаль. И боль. А ещё страх. Но не за себя – за тех, кого она очень скоро покинет.

Ничего не сказав, ведьма развернулась и побрела в дом. Туда, где её уже ждёт Изабель – милая девушка, так за неё переживающая. Лилит всерьёз задумалась над тем, правильно ли поступала с ней, о том, сколько страданий ей принесла.

Так странно – стоит тебе узнать о том, что отсчёт до дня твоей гибели запущен, начинаешь переосмысливать все прожитые годы и понимаешь, как много вещей сделал бы иначе, какие бы поменял решения, сколько глупых поступков не стал бы совершать. Смерть делает мудрее. Теперь Лилит это понимала.

***

Дверь со скрипом открывается, и заходит она – сама на себя не похожая. Улыбается, присаживается на кровать, молчит. Ей нечего сказать, потому что всё, что она сейчас скажет: каждое слово, каждое преложение, каждая фраза могут оказаться последними в её жизни.

Изабель садиться рядом, положив руку на колено девушки. Она привыкла к молчанию и теперь, казалось, иначе и не сможет.

– Я не смогла сказать Мэри, – брюнетка усмехается, глядя в глаза русоволосой подруге. – Она выглядела такой беззаботной, радостной, окрылённой предстоящим гулянием, что я просто не смогла.

– А вдруг всё обойдётся?

– Едва ли. Они жаждят отомстить за смерть священника. Ничто их не остановит.

– В этой деревне по меньшей мере десять ведьм и один демон. Неужели они ничего не смогут сделать?

– Есть вещи, в которых бессильна даже магия.

– Не верю, что ты сдаёшься, – сокрушённо вздохнула Бель. – Не стоило мне агетировать тебя на побег. Это моя вина, прости.

Лилит обняла кареглазую. Внутри всё трепетало – она будет скучать и обязательно снова отыщет её. Пускай даже спустя сотни лет.

– Ты прощаешься. Не надо.

В доме всё ещё сохранялся запах трав, разложенных прежней хозяйкой. Бель прижималась к груди ведьмы, стараясь быть максимально близко, максимально долго… За время их знакомства леди отлично изучила повадки колдуньи и точно знала – Лилит прощается. А прощаться желания не было.

– Тебе не будет больно, когда я… Уйду. Обещаю.

Фраза, брошенная в полумраке полупустой комнаты, казалось, заполнила собой всё её пространство. Она обещает – больно не будет, но какой ценой? Изабель отрицательно покачала головой, крепче вцепившись в спину девушки – она выбирает боль.

– Нет, не надо. Пусть будет больно. Я хочу это чувствовать. Хочу чувствовать, что живая, потому что душою я умру вместе с тобой.

– Ты заслуживаешь счастья. А в боли его нет. Уж я-то знаю.

И снова молчание окутало двух ведьм, не желавших расставаться, но знавших – придётся.

Тишина. Сумрак. Запах шалфея и боли.

***

Ночь подступила довольно быстро, накрыв землю своими чёрными крыльями. Все жители деревни высыпали на улицу из своих домов, наслаждаясь прекрасной погодой и удивительной атмосферой. Ночи в лесу по истине невероятные.

Девушки кружились в танце, напевая что-то под ненавясчивые мелодии инструментов и перешёптывание светличков в траве.

Астарот держался в стороне от всеобщего веселья, то и дело вглядываясь куда-то во тьму, словно ждал кого-то. Или выслеживал. Чужие – они могут ворваться сюда в любую минуту.

– Не видел Лилит? – словно из-под земли рядом с демоном возникла Мэри. Она и понятия не имеет, что происходит.

– Вряд ли она выйдет. Силы по-прежнему до конца не восстановились. Спит, наверное.

– Ты сегодня весь день какой-то настороженный. Случилось что-то, о чём мне следует знать?

Был соблазн всё рассказать, ведь ситуация складывалась на редкость ужасная, но он не смог – образ Лилит никак не шёл из памяти. Она напомнила ему ту маленькую девочку, которая боялась себя и того, что умеет. Когда-то она смотрела на него именно так. Астарот мысленно выругался – не хватало ещё заразиться эмоциональностью.

– Нет, всё, как всегда.

– Смотри-ка – Лилит. По-моему, с энергией и силами у неё всё в порядке, – улыбнулась Мэри, заметив в толпе танцующих в обнимку сестру и Изабель. Рыцарь лишь вздохнул – он знал, что кроется за мнимой беспечностью. – Я весь день тебя ищу. Где ты была? – блондинка быстро пробралась сквозь танцующий народ и оказадась рядом с девушками.

– Спала, – пожала плечами ведьма. – Устаю что-то в последнее время.

– Это всё тот трюк с грозой. Не делай так больше. Кстати, Бель, я обещала познакомить тебя с Мэгги, – Мэри помахала кому-то из толпы и буквально через секунду к ним подошла невысокая девушка с пепельно-русыми волосами по плечи и крупной родинкой над губой. – Вот, это та самая девушка, о котороы я тебе рассказывала. Хочет научиться кое-чему.

– Если вы не возражаете, – робко улыбнулась леди, сжимая ладонь Лилит в своей.

– Не возражаю, – кивнула девушка. – Приходи ко мне завтра с утра или где-нибудь ближе к обеду – пообщаемся.

– Хорошо, большое спасибо, – улыбнулась Бель. Ей очень хотелось поговорить с Мэгги. Может, всё-таки реально что-то сделать с настойчивыми священниками, как-то скрыть Лилит от их глаз, спрятать, замаскировать… Или попросту уничтожить тех, кто попробует причинить ей боль. Девушка не боялась, что зеленоглазая ведьма услышит её мысли – брюнетка пообещала, что больше не будет этого делать, а полностью довериться тому, что Бель говорит. Что ж. Всего один маленький секретик, он же не повредит, так?

Мэри извинилась и отошла куда-то в сторону. Лилит вмдела вдалеке Астарота, стоящего на страже деревни и была ему благодарна.

– Когда ты скажешь ей?

– Завтра. Я обязательно это сделаю. Она имеет право знать правду. А сегодня давай просто обо всём забудем, хорошо? Пускай всё будет, как в тот, первый день, проведённый тобой тут.

Бель согласилась – отвлечься очень хотелось. Забыть на пару часов о смерти, боли, расставаниях, слезах и мучительный поисках спасения души любимой и просто расслабиться.

Ясное небо над головами людей искрилось звёздами, маня в свои таинственные глубины. Лилит то и дело запрокидывала голову, позволяя Бель целовать её, так бессовестно, нескромно и прилюдно, а сама считала блестящие точки на фоне чёрной скатерти небосвода, что были так близко, но, в то же время, чертовски далеко.

Губы леди скользили по коже брюнетки, а тёмно-зелёные глаза последней то и дело закрывались, ловя такие желанные нотки удовольствия и близости с той, что стала для неё целым бесконечным миром.

Черноволосая ведьма знала – прощание может быть приятным.

Глава 20. Попрощайся за меня с небесами

– Как ты могла не рассказать мне об этом сразу? Хотя знаешь – это в твоём стиле. Ты даже не представляешь, как я сейчас злюсь, – Мэри ходила туда-сюда по комнате, то и дело косо поглядывая на сестру, стоявшую у окна. Она сделала это – она рассказала. Реакция была ожидаемой.

– Я не хотела портить тебе вечер, прости. Давай не будем ругаться, ведь неизвестно, как скоро… – Лилит замолчала, постукивая пальцем по стеклу и наблюдая за леятельностью людей снаружи. Они ещё не знаю, что надвигается.

– Я и не ругаю тебя, милая, – блондинка подошла к сестре, приобняв за плечи. – Постарайся меня понять – ещё несколько часов назад я гуляла, пила и веселилась, даже не подозревая о том, что церковь угрожает самому дорогому человеку, что у меня есть. И сейчас мне тяжело это принять.

– Тебе давно известен исход моей жизни. Могла бы уже смириться.

Солнце светило прямо в окно, слепя глаза. Ведьма прищурилась – ярко. Она понимала теперь, что слишком торопилась жить, делала это необдуманно и принимала по-детски импульсивные решения. Но было поздно что-то менять.

– Нет, я никогда с этим не смирюсь.

Люси, крутившаясь возле дома Мэри, заметив у окна темноволосую девушку, приветливо ей помахала. Лилит лишь усмехнулась и задёрнула занавеску.

– Могу я попросить тебя кое о чём? – колдунья взглянула на сестру. Та кивнула. – Позаботься о Бель, ладно? Когда меня не станет, она останется совсем одна.

Услышав подобное, Мэри фыркнула и закатила глаза. Ещё чего. Она же лично пообещала разобраться с избалованной леди в случае гибели сестры, а теперь что?

– Прошу, сделай это. Ей некуда идти, она сирота. Эта деревне отныне – её единственный дом.

– Она же не будет ничего помнить, – скривилась блондинка. Эта идея по-прежнему вызывала массу негативных эмоций.

– Она не будет помнить только меня. Забрать все воспоминания? Нет, это слишком жестоко. Пожалуйста, Мэри, сделай это. Это моя последняя просьба. Не бросай её.

Блондинка вздохнула – если это то, чего хочет сестра – так тому и быть. В крайнем случае, она в деревне не одна, она найдёт выход.

– Хорошо, я обещаю, – Мэри обняла сестру. Крепко, словно в последний раз. Впрочем, теперь было невозможно предугадать, какой из них и правда последний.

– Спасибо, – чуть слышно прошептала Лилит.

– Ты куда? – поинтересовалась блондинка, как только ведьма направилась к двери.

– В лес. Хочу побыть одна.

– Уверена, что это не опасно?

– Совершенно не уверена, но уединиться здесь, в деревне, просто негде. Сама понимаешь, что мне сейчас необходимо одиночество. Хотя бы немного.

Девушка понимающе кивнула. Лилит никогда не боялась смерти. Напротив – это была излюбленная тема для её шуточек. И состояние, в котором она пребывала сейчас, сложно было охарактеризовать. Волнение ли? Печаль? Страх? Мэри улыбнулась сестре на прощание – она будет скучать. Так скучать.

***

Лес… Когда-то он был для неё убежищем, местом, в котором она пряталась от того мира, что окружал её и давил своей тяжестью. Когда-то он надёжно скрывал её секреты и тайны, чувствовал её, дышал вместе с ней. А теперь… Теперь он превратился в бомбу замедленного действия, в минное поле, лишний и неловкий шаг по которому может привести к гибели.

Она знала, что так будет – прекрасно понимала, что делают с ей подобными и морально готовилась к этому с самого детства. Но сейчас, когда Смерть буквально дышала ей в затылок, становилось как-то не по себе. Нет, она не боялась. Она просто не хотела оставлять Изабель и Мэри. Не хотела, но от неё больше ничего не зависит.

Пара минут и вот она – поляна, ставшая, негласно, их местом. Лилит печально окинула её взглядом, машинально теребя кольцо на пальце.

Ветер трепал кроны деревьев, шурша зелёной листвой. Где-то неподалёку пели птицы, но, несмотря на всё это, кругом царила тишина.

Девушка прикрыла глаза, запрокинув голову и расставив руки в сторону. Хотелось плакать, но она давно разучилась это делать. Всю свою боль она выражала иначе – она танцевала.

Лёгкие, почти невесомые, движения, исполняемые словно в трансе. Взмах волос, рассыпающихся по плечам, изящный прогиб в пояснице, манящие движения бёдер, юбка, кружащаяся по земле и траве, вздымающаяся грудь, сбитое дыхание. Музыкой ей служила сама природа. Музыкой, которую не слышит никто, кроме неё самой – только ей известные ритмы и мотивы.

То и дело Лилит облизывает пересохшие губы, вытирает ладонью щёки. Видимо, слёзы не покинули её навсегда и сейчас, будучи самой собой, она, наконец, позволила им проступить сквозь маску холодной и бесчувственной колдуньи, продавшей давным-давно свою душу.

Она танцевала. Она плакала. Она страдала.

Она надеялась, что Изабель будет счастлива.

Ей хотелось в это верить.

***

Изабель возвращалась домой, довольная и полная сил. С самого утра она общалась с Мэгги и уже успела кое-чему научиться. Это оказалось даже интереснее, чем она ожидала, да и результаты нсказанно радовали леди. Выходит, она и правда ведьма.

Но поделиться своей радостью с Лилит девушка не смогла – жилище пустовало. Кареглазая представила, как будет жить тут без неё, совсем одна: в одиночку спать в холодной постели, без тёплого любимого тела рядом; по утрам просыпаться от шума соседей, а не от того, что горячие руки нагло ласкают её талию; по вечерам танцевать в компании Мэри и Мэгги, а не таять в объятиях огненной женщины; учиться колдовству, не имея возможности рассказать об этом ей… Да, всё станет совсем иначе. И Изабель сомневалась – сможет ли она вынести всё это? Сможет ли прожить остаток жизнь без Лилит?

Дом казался пустым и не гостеприимным. Запах шалфея выветрился, оставив лишь аромат старого дерева. Куда она ушла? Сейчас, когда на счету каждый час, каждая минута, каждая секунда. Где она? Без неё всё-таки так невыносимо.

Мэгги сказала, что ничего не поделаешь – спрятать Лилит не получится, шансов нет. Изабель всерьёз задумалась о том, чтобы продать душу. И если демон ничего не сможет поделать, то хотя бы даст ей силы, и она отомстит. Отмстит за Лилит, за Эрику, за всех тех, кто погиб от лап церкви и тех, кому ещё предстоит стать их добычей.

Ярость тут же сменилась болью. Девушка присела на пол, поджав под себя колени – от неё не скрыться, но лучше уж так, чем не ощущать ничего. Сейчас идея потери воспоминаний уже не казалась такой ужасной. Иначе Бель боялась сорваться.

Вдоволь выплакавшись, Бель вышла на улицу – освежиться. По пути к озеру её догнала Мэри.

– Привет, Изабель. Мы можем поговорить?

Девушка кивнула.

– Я хочу извиниться за всё то, что наговорила тебе за это время. Я просто очень люблю Лилит и забочусь, а ты… Ну, в общем, прости меня, хорошо?

Леди сощурилась, стараясь уловить подвох.

– Хорошо, и в чём ловушка?

– Никаких ловушек, Бель. Лилит хотела бы, чтобы мы жили в мире. А если она этого хочет – я постараюсь к тебе привыкнуть.

– Перестань говорить о ней так, будто она уже умерла! – леди слегка толкнула блондинку. – Почему ты не пытаешься ей помочь? Почему ничего не делаешь? Почему просто ходишь и тяжело вздыхаешь, вместо того, чтобы хоть чем-то заняться? Я не верю, что ничего нельзя сделать. Просто не верю.

– Бель, – Мэри впервые взяла девушку за руку. – Если бы выход был, мы бы обязательно об этом знали и делали всё возможное. Все мы. Но его нет.

– Как? Как тебе удалось так просто с этим смириться? – Изабель чувствовала влагу на щеках, но ничего не могла поделать – слёзы текли сами.

– Я не смирилась. И никогда не смирюсь. Мне больно. Больнее, чем тебе, в сотни раз, но я ничем не могу помочь. Я не хочу обманывать не себя, не тебя, не её. Это тупик. Увы, Бель, но это так.

– А демон? Неужели Астарот бессилен против кучки священников?

– Демонам запрещено вмешиваться в человеческие судьбы. Таковы правила.

– Блеск! Души забирать – можно, всё остальное – нельзя. Ясно всё. И с этим миром, и со всеми вами.

– Её нет у озера, – Мэри решила хоть как-то помочь опечаленной девушке. Сейчас в ней играла жалость, ведь Бель страдала не меньше.

– А где она? Ты её видела?

– Утром. Она сказала, что хочет подумать и побыть в одиночестве. Мне не известны её места, но, думаю, ты о них знаешь.

– Спасибо, Мэри, – улыбнулась леди, вытирая глаза. Она уже догадалась, куда пошла ведьма.

Найти её. Поскорее найти. И обнять так крепко, насколько хватит сил.

***

Прекрасная поляна посреди не менее прекрасного леса. Лилит лежит на земле, устремив взгляд в небеса – туда, где для неё нет места. А иногда ведь так хотелось.

Тихие шаги откуда-то из чащи. Таинственный гость замер возле одного из деревьев.

– Я знала, что найду тебя здесь, – тихий, родной, любимый голос. Такой печальный и подавленный.

– Надо будет лучше прятаться в следующий раз.

– Почему ты здесь? – Изабель садится рядом, пытаясь почувствовать то, что чувствовала ведьма.

– Не знаю, – пожала плечами девушка, продолжая неприрывно смотреть в небеса. – А ты?

– Я была дома, без тебя там так пусто. Я никогда не привыкну жить без тебя.

– Привыкнешь. И даже не заметишь, что что-то изменилось.

– Ты не боишься гулять по лесу теперь, после того, как объявлена охота?

– Вовсе нет, – вздохнула Лилит, переведя взгляд на Бель. – Напротив, мне даже спокойнее. Я просто жду своего конца.

– Тебе совсем не страшно?

– Умирать – нет. Потерять тебя – да.

– Мы встретимся ещё, ведь так?

– Я сделаю для этого всё возможное, обещаю.

Изабель склонилась над лицом ведьмы, целуя её в губы, руками развязывая бант на блузке.

– А если я не вспомню тебя?

– А ты вспомни, – Лилит обнимает девушку, ловким движением перекладывая на спину, и оказывается сверху. – Вспомни всё это. Не важно, какой я буду. Я всегда буду любить тебя так же сильно, как сейчас.

Руки брюнетки скользят по талии Бель, чуть сжимая бока. Это немного больно, но приятно. Леди приподнимается, дабы коснуться губами шеи ведьмы, но та аккуратно толкает её обратно на землю. Пальцами проводит по подбородку и пухлым устам, по щеке вверх – к виску, заправляет за ухо выбившуюсь и причёски прядь волос.

– Вспомни меня. Это всё, о чём я прошу. Ты можешь забыть свои чувства, этот мир и век, мою внешность, но, прошу, вспомни свои ощущения, вспомни мою энергию. Я обещаю, что отыщу тебя снова, хоть спустя сотни веков, хоть спустя миллионы. Я найду. А ты вспомни.

– А если не смогу, что тогда? – ладони кареглазой ложаться где-то в районе поясницы ведьмы. Она смотрит ей в глаза, стараясь запомнить их и однажды вновь узнать.

– Тогда история закончится. Навсегда.

– И ты не будешь меня больше искать?

Лилит усмехается, перекладывая руки обратно на талию девушки.

– Не буду. Если ты меня не вспомнишь, значит, ты прекрасно живёшь и без меня, и я не буду тебе мешать.

– Это нечестно, – фыркнула Изабель, вновь попытавшись сорвать поцелуй с губ брюнетки и снова встретив неудачу. – Пройдут века. Вспомнить сложно.

– Ты думаешь, найти легче? – Лилит легонько поцеловала кареглазую в ямку между ключиц. – Ты только представь, сколько существует стран, городов, людей, в конце концов. Сколько сменится эпох, времен, как поменяется всё вокруг. Даже иголку в стоге сена найти было бы значительно проще, чем одну девушку в огромном мире. А память… Она сохраняется надолго.

Изабель закусила губу, явно о чём-то размышляя. Она была так прекрасна.

– И как я узнаю тебя? Как ты и говоришь – всё изменится. И мы тоже.

– Что-то сохранится в любом случае. Какие-то привычки, может, жесты, вкусы, даже некоторые черты лица или внешности будут прежними. Я очень надеюсь, что ты вспомнишь, – зеленоглазая оставила свой поцелуй на животе девушки – чуть ниже пупка. Бель слегка застонала, вцепившись пальцами в поясницу ведьмы.

– Я тоже надеюсь, Лилит. Не хочу терять тебя, даже спустя века. А вдруг, – Изабель убрала руки со спины девушки. – Вдруг та, новая я, тебе не понравлюсь?

Ведьма засмеялась, смутив подругу.

– Твоя внешность не имеет значения. Я любила и буду любить твою душу, Бель. И вовсе не важно, какой будет твоя физическая оболочка. Ты всё равно будешь моей Бель.

– Я вспомню. Я обязательно тебя вспомню.

Глава 21. Тихий мир

В её глазах отражалось небо, облака, солнце, проступающее сквозь кроны деревьев. В её глазах отражался целый мир, и Изабель готова была поспорить, что он был в сотни раз порочнее неё самой.

Они довольно давно здесь – несколько часов, а, может, больше. С тех пор, как Астарот принёс те печальные новости, леди перестала вести счёт времени. Она старалась жить настоящим днём.

Бель разглядывала до боли знакомое лицо, стараясь запомнить каждую его черту. Ей хотелось вспомнить её… В будущем.

– Ты зря это делаешь, – засмеялась Лилит, находясь под внимательным взнлядом девушки. – Я же буду иначе выглядеть.

– Ну, я хочу хоть что-то сделать. Постараться.

– Знаешь, – ведьма приложила ладонь к сердцу кареглазой. – Чувствуй этим. Глаза могут обмануть. Сердце – никогда.

– Всё так сложно, – вздохнула Изабель, перехватив руку колдуньи. – Может, я узнаю тебя по кольцу?

– Вряд ли оно будет у меня спустя такое количество лет. Почему ты так не уверена в своих ощущениях? Чувства, если они правда есть, никуда не денутся, просто заснут где-то глубоко внутри твоей души. Их надо будет лишь разбудить. Это не так тяжело, как тебе кажется. Другое дело, если ты не испытываешь того, в чём пытаешься меня убедить. Тогда да. Тебе никогда меня не вспомнить.

– Перестань, не говори мне таких вещей, только не сейчас, не в такое время. Как только всё закончится – я позволю и дальше трепать мне нервы, но сейчас… Просто не нужно, ладно?

– Ты что, веришь, что всё окончится хорошо? До сих пор веришь? – Лилит заглянула в глаза сидящей рядом леди. Откуда столько наивности? Столько надежды, веры? Откуда всё это в ней? Ведьма не понимала.

– Я хочу в это верить. Иначе я просто сойду с ума. А если я сойду с ума, то…

– Тише, – брюнетка вдруг резко приложила палец к губам собеседницы, буквально вскочила с земли, направившись куда-то в сторону и потащив за собой Изабель.

Не успела русоволосая задать привычный вопрос, как на поляне показались двое рыцарей на конях.

– Я же говорил, что тут пусто, – недовольно проворчал один из них.

– Я слышал голоса, – не унимался второй. – Женские голоса.

– Мы обыскали лес уже раз десять и ничего не нашли, кроме заброшенной деревни. Наверное, эта девчонка уже успела сбежать в другие поселения. Не понимаю, что мы тут ищем.

Изабель с замиранием сердца слушала диалог мужчин. Они от церкви. И они ищут Лилит. Та это тоже поняла и внимательно наблюдала за непрошенными гостями. Девушка хотела было что-то с ними сделать и уже начала шептать непонятный текст, как Бель прервала заклинание лёгким поцелуем. В ответ на удивлённый взгляд ведьмы, Бель покачала головой – не стоит рисковать.

Рыцари потоптались на месте ещё какое-то время, а затем скрылись в том же направлении, откуда пришли. Как только хруст травы и веток под лошадиными копытами и громкая ругань недовольных мужчин полностью стихли, девушки выбрались из-за высокого массивного дуба, служившего им прикрытием и, как оказалось, весьма надёжным.

– Почему ты помешала мне? Я бы могла уничтожить их.

– Ты бы выдала нас, Лилит. Неужели не понимаешь? Остальные догадались бы что мы укрываемся в лесу, раз тут погибли двое их людей.

– Ладно, ладно, ты права, прости.

– Чуть не попались, – выдохнула Изабель, потирая глаза. – Может, они успокоятся теперь? Решат, что ты просто сбежала.

– Не знаю, солнце, не знаю. Надеяться на это очень глупо. Отец Алекса ни за что в жизни не прекратит мои поиски. Я отобрала у него слишком многое.

Птицы на ветках словно перешёптывались, активно участвуя в разговоре двух ведьмочек.

– Вернемся в деревню? – Лилит протянула кареглазой руку.

– Что, теперь скажешь, что гулять в лесу опасно? – девушка сжала ладонь ведьмы, и обе направились в сторону нового дома.

– Нет, не скажу. Сейчас опасно везде. Мы не можем прятаться и бежать вечно. Я устала от этого. Давай просто жить. Столько, сколько суждено. А там будь, что будет.

Звучало произнесённое крайне пессимистично, однако, в этом была правда. Печальная, но неотвратимая.

По возвращении в деревню, Бель сразу же побежала рассказывать Мэри о том, что произошло на поляне. Лилиь же посвятила в случившееся демона, однако, выражалась менее эмоционально.

– Может, они теперь успокоятся? – всё не унималась леди. Ей очень хотелось, чтобы это было правдой.

– Я бы не так не сказал, – задумчиво произнёс Астарот. – На днях я вновь схожу в деревню, узнаю, что к чему.

– Но шанс же есть, да? Он должен быть, должен!

Брюнетка лишь улыбалась. Ей не верилось в подобный расклад, но она бы не отказалось от такого исхода.

– Маленький, но есть.

– Вот видишь, – девушка обняла подругу. – Может, всё ещё наладиться. Не хорони себя раньше времени.

– Хорошо, хорошо. Твоя взяла, – ведьма погладила Бель по спине, внимательно смотря в глаза рыцарю, стараясь уловить хоть какой-то намёк на реальное положение вещей, но его не было – похоже, даже демон не знал, что её ждёт.

– Хочешь, я покажу, чему научилась у Мэгги? – Изабель отстранилась, повернув лицо колдуньи за подбородок к себе.

– Конечно, солнце, – Лилит чмокнула девушку в щёку. Так смешно, совсем по-юношески, невинно, игриво. Сердце Бель чуть успокоилось – она ощущала, что ведьма счастлива. Действительно счастлива. И это радовало и её саму. Наступало долгожданное спокойствие.

***

Шли недели, жизнь постепенно входила в привычное русло. Изабель полностью привыкла к деревенской жизни, активно помогая Мэри по хозяйству. Иногда ей даже казалось, что светловолосая сестричка Лилит сменила гнев на милость – отношения между ними значительно улучшились.

Мэгги по-прежнему учила бывшую леди колдовству, хотя та настаивала на том, чтобы это делала темноволосая ведьма, но она отказывалась, стараясь уберечь любимую от влияния тёмной магии.

Единственный, кто был настроен не так радужно – Астарот. Он всё ещё искоса вглядывался в неприветливую лесную чащу.

“– Почему ты волнуешься? Что-то видишь?”

Этот вопрос ему задавали почти каждый день, и каждый раз он лишь пожимал плечами, а затем отвечал:

– Всё слишком просто. Они что-то задумали. Они что-то готовят. Будьте бдительны.

Но его никто не слушал, а если и слушал, то всерьёз не воспринимал. Жизнь наконец-то стала нормальной, и любой вариант того, что она снова изменится, тут же отвергался. С них уже хватит боли.

По вечерам как обычно устраивались гуляния: песни, музыка, выпивка – всё, как полагается. Наконец девушки могли расслабиться и полностью потдаться хмельному настроению.

– Развлекись хоть немного, – Лилит протянула хмурому Астароту ёмкость с напитком.

– А защищать кто вас будет? Однажды они уже нашли деревню, так где вероятность, что не найдут снова?

– Нашли. Но мы отлично её защитили, они решили, что она давным-давно заброшена.

Демон усмехнулся.

– Да, это верно. Работа хорошая, спорить не буду. Но ты сама знаешь, что заклинания такого рода долго не держаться и отнимают колоссальное количество энергии. Вы не сможете поддерживать его постоянно.

– Я больше не хочу думать наперёд. Есть только здесь и сейчас, – Лилит отпила из кружки.

– Надо же, к тебе пришло просветеление?

– Перестань ёрничать, рогатый. Я действительно устала. Я хочу просто… жить. Жить, пока есть возможность. Скажи, – девушка снова пристально посмотрела в глаза рыцарю. – Ты же знаешь, что меня ждёт? Что ждёт всех нас. Просто ответь: “да” или “нет”?

Астарот чуть заметно кивнул.

– Хочешь знать? – произнёс он, выхватив из рук ведьмы сосуд с напитком. Сделав глоток, он продолжил. – Я могу рассказать. Рассказать всё.

– Нет, не хочу. Я могу лишь догадываться о нём. Не желаю получить подтверждение своих слов.

Астарот хотел было что-то сказать, как в этот момент к ним подошла Изабель. Она довольно улыбалась. Лилит, даже в полной темноте видела, как горят счастьем её прекрасные карие глаза.

– Я тебя потеряла. Что-то случилось?

– Нет, ничего. Всё в порядке, – проворчал демон, стараясь звучать как можно доброжелательнее.

– Идём танцевать? – леди потянула брюнетку в толпу, поближе к играющим на скрипке юношам. Музыка заглушала голоса веселившегося народа, погружая в какой-то другой мир, находящийся далеко за пределами этой реальности. – О чём вы с ним говорили?

– Ни о чём таком, что должно вызывать тревогу, не переживай.

– Ты ведь скажешь мне, если что-то произойдёт?

– Мэгги показала тебе, как правильно гадать. Ты и сама сможешь всё узнать, – усмехнулась Лилит, обнимая кареглазую. Вокруг не существовало ничего, кроме её хрупкого тела, бешенно стучащего сердца и тёплых щёк, касавшихся шеи ведьмы. Сейчас не существовало никого, кроме неё.

– Это совсем не то, – вздохнула девушка. – Я хочу слышать такие вещи от тебя.

– Погадай и узнаёшь обо всём, что случится. Астарот в курсе, что произойдёт и предлагал рассказать мне. Я отказалась.

Дул лёгкий ветерок, трещали поленья в костре, посылающем свои языки высоко в небеса, словно в фоновом режиме звучал смех местных жителей. Это их мир.

– И правильно сделала, – шепот Бель оседал где-то в районе декольте Лилит, приятно щекоча кожу.

Лилит чуть отстранилась, заглянув в глаза девушки. Улыбнувшись, она потянула кареглазую куда-то в сторону, подальше от пляшущих людей.

– Куда мы идём?

– Я обещала станцевать для тебя. По-моему сейчас самое удачное время.

Изабель лишь ехидно усмехнулась: Лилит и понятия не имела, о том, что почти каждый день она следила за темноволосой ведьмой и, прячась среди кустов и деревьев, наблюдала за её танцами. Они стоили того, чтобы каждый день сбегать за девушкой в лес.

– Я ожидала от тебя более бурной реакции, – фыркнула брюнетка, уверенно шагая по примятой траве. Кажется, они направлялись к озеру.

– Я просто задумалась, прости. Я рада, конечно же. Но почему сейчас?

– А почему нет? Такая прекрасная погода, атмосфера, и мы, наконец, живём так, как давно мечтали.

Леди задумалась – всё это очень странно. Лилит словно спешила сделать всё, что пообещала, до того момента, как…

“Прекрати думать об этом, Изабель. Прекрати накручивать себя. Всё наладилось. Теперь точно”.

– Ты не особо разговорчивая сегодня, – подметила ведьма, искоса поглядывая на девушку. – Обычно этим грешу я.

– Прости, – вновь вздохнула Бель.

Колдунья резко остановилась, взглянув прямо в глаза спутнице.

– Если хочешь – можем вернуться в деревню. Ты сегодня явно не в себе.

– Нет, не нужно никуда возвращаться, – губы Бель прикоснулись к губам брюнетки. – Танцуй, моя милая ведьма. Только для меня, – леди выдохнула эту фразу в приоткрытые уста Лилит.

До озера оставались считанные метры, преодолённые почти за секунды. Взору девушек предстала воистину фэнтезийная картина: спокойная, ровная, чёрная водная гладь, напоминающая второе небо. Звёзды настолько чётко отражались, что можно было без труда разглядеть те или иные созвездия. Полная тишина. Гробовая. Изабель могла бы назвать это место Раем, если бы не сомневалась в том, что она вообще способна в нём оказаться.

– Красиво, правда? – Лилит улыбнулась, наблюдая за заворожённой Бель. Та в ответ прикрыла глаза и кивнула. “Красиво” – слишком лаконичное описание. Леди способна была назвать с десяток эпитетов, которые в полной мере раскрыли бы великолепие этого места, но она просто молчала, наслаждаясь прохладой и свежестью, исходящей от озера.

Сквозь чуть помутнённый разум кареглазая почувствовала, как ведьма отпустила её руку – глаза пришлось открыть.

– Я станцую так, словно это последний мой танец. Я посвящаю его тебе, Бель.

Изабель присела на землю, облокотившись спиной на стоящее рядом дерево. Она знала, как эта женщина прекрасна во время танца и не хотела упустить ни одного движения, вздоха или жеста.

И вот она распускает присобранные на затылке волосы, позволяя тёмным кудрям скользить по аккуратным плечам и приоткрытой груди. Взмах руки, поворот корпуса, прогиб в пояснице, резкий “удар” бедром. В темноте не видно ничего, кроме её силуэта, двигающегося на фоне кромешно-чёрного небосвода и сверкающего серебристым полумесяца. Кружащаяся юбка, тонкие пальцы, так отчётливо просматривающиеся благодаря ночному светилу на заднем плане. Однако, лица любимой Изабель всё равно не видела. Да это и не нужно было, ведь сейчас перед ней настоящая Лилит. Такая, какая есть. В её танце была магия. Чистая и абсолютная магия. Что-то было в её отработанных и отточенных до совершенства движениях и позах такое… Необычное.

“Нет, Лилит. Ты не ведьма, ты – фея, подарившая мне, Золушке, тот мир, о котором я и мечтать не смела”.

Она и правда напоминала фею. Разве что, без крыльев.

Брюнетка продолжала свой танец. И природа, казалось, танцевала с ней: листва зашевелилась на деревьях, хотя вокруг царил полный штиль, до этого безмятежное озеро покрылось лёгкой рябью, где-то в чаще леса закаркали вороны. И всё-таки она права – в танце Лилит есть магия.

– Ты великолепна, – вздохнула Бель, когда девушка окончила танец и присела рядом. – Я готова смотреть на тебя всю ночь. Кто тебя научил так двигаться?

– Уже и не помню. Сама, наверное. Никто из родных не интересовался ничем подобным, было просто не до этого.

– В любом случае, это невероятно.

– Бель, – голос Лилит звучал тише. – Иди ко мне.

Леди, недолго думая, прижалась к ведьме. Её разгорячённое тело просто пылало жаром. Руки сами собой ухватились за края блюзки, потянув её вверх. Брюнетка усмехнулась, но на провокацию поддалась – вскоре и Изабель избавилась от верхней одежды.

А дальше всё, как в тумане: трава, покалывающая, обнажённую спину, земля, комьями путающаяся в длинных волосах, влажные поцелуи на бёдрах, горячий язык ведьмы где-то меж её ног, сжатые в кулаки руки, сдавленный сладкий стон и прекрасное голубое небо прямо над головой, готовое, по ощущениям, рухнуть на них прямо сейчас.

Эта ночь. Она была самой нереальной и томной из тех, что они когда-либо проводили вдвоём. Утро казалось таким далёким, невозможным, почти мифическим. Думать о нём не хотелось. Не хотелось ничего и никого, кроме неё.

Глава 22. Похищенная

Она давно не кричала во сне – со времён ночёвки в замке. Однако, сегодня ночью это случилось вновь. Её хрипящий, разрывающий душу волчий вой заполнил собой весь дом и, казалось, вышел далеко за его пределы. Этот был не крик страха или ужаса, когда в холодном поту просыпаешься, подскакивая на кровати. Это был крик боли. Нестерпимой, жуткой, вездесущей. Той, от которой не спрятаться.

Ей снился костёр. Снова снился. О своём единственном кошмаре ведьма рассказала Изабель ещё очень давно. Рассказала и забыла. Этот сон предследует её с детства, с того момента, как она продала душу и получила взамен свои способности. Брюнетка мало чего о нём упоминала, никаких деталей или подробностей, говорила лишь, что переживала всё, как наяву. И теперь Бель видела – Лилит не соврала.

Попытки растолкать спящую подругу ни к чему не привели – она по-прежнему сжимала в кулак руки, периодически расцарапывая кожу на предплечьях в кровь, неровно и прерывисто дыша, и кричала. Разбудить её было невозможно. Всё тело и без того теплой девушки словно горело изнутри, и это было, пожалуй, самое паршивое – Изабель не могла ничего поделать и просто наблюдала, как зеленоглазая уже в который раз умирает во сне.

– Лилит, тише, я рядом, – леди осторожно поглаживала ведьму по плечу, откидывая с её лица пряди волос.

– Бель, – прохрипела колдунья, явно из последних сил. Кареглазая поняла, что сейчас Лилит говорит не с ней, а с тем образом, что видит во сне. – Я ведь знала, что именно ты подожжёшь этот чёртов столб, – затем брюнетка закашлялась и всё прекратилось. Руки её расслабились, жар немного спал, дыхание нормализовалось.

Ей снился день гибели – абсолютно точно, а она, Изабель, играла в том кошмаре роль палача. Она по-прежнему этого боится, по-прежнему думает, что такое возможно.

– Лилит, ты как? – как только ведьма открыла глаза, леди аккуратно поцеловала её в лоб.

– В порядке. А ты почему не спишь? – девушка словно не помнила о том, что творилось буквально минуту назад.

– Заснёшь с тобой… Ты опять кричала во сне. Кошмар?

Лилит пожала плечами, потирая глаза.

– Ты сказала, что знала, что именно я подожгу тот столб. В твоих снах я что, всё время в роли палача? Это обидно, если хочешь знать.

– Это просто сон, не думай об этом. Ещё неделю назад ты радостно носилась по деревне, услышав от Астарота о том, что церковь прекратила мои поиски, а сейчас снова забиваешь голову ерундой?

– Не ты ли мне говорила, что это очень странно? Не ты ли искала подвох? Не ты ли каждый день ждёшь нападения? – Бель легла на грудь ведьмы, слушая стук её сердца.

– Мало ли, что я говорила и делала. Мне хочется счастливого конца не меньше, чем тебе, а в какой-то степени даже больше.

– Знаю, знаю. С утра мы с Мэри собирались в лес. Ей нужны травы и коренья. Пойдёшь с нами?

Лилит усмехнулась, поглубже укутывая себя и Бель в одеяло.

– Не понимаю я эту вашу магию. Листья, снадобья какие-то, травки… Неужели это реально работает?

– Нет, что ты, лучше душу продавать и потом отсыпаться неделями после заклинаний, теряя львиную дозу энергии. И вообще, вопрос-то в другом, – леди аккуратно ткнула ноготком в грудь брюнетки. – Пойдёшь или нет?

– Пойду, – улыбнулась колдунья. – Куда же я денусь.

***

Стоило солнцу лишь чуточку показаться на горизонте, как в дверь к Бель и Лилит постучали. Девушки ещё нежелись в объятиях друг друга и не торопились открывать гостье. Настойчивый шум продолжался, и брюнетка нехотя подошла к двери. Она знала, кто к ним заявился и сразу же распахнула дверь.

– Доброе утро, – улыбнулась Мэри, заглядывая через плечо Лилит в комнату. – Изабель уже собралась?

Из глубины комнаты послышалось недовольное бурчание, а вскоре на пороге показалась закутавшаяся в одеяло леди.

– Я же предупреждала, что буду рано, – блондинка раздражённо закатила глаза.

– Но не на столько же! Подожди нас, мы быстро, хорошо?

Мэри кивнула, вздохнув. К опозданиям Изабель все давно привыкли.

– Зайдёшь? – Лилит раскрыла дверь пошире, приглашая сестру войти.

– Нет, я лучше на улице постою, – покачала головой девушка, отойдя чуть дальше. – Только не долго там!

Кивнув, ведьма закрыла дверь.

– Говорила тебе – надо вставать раньше, – Изабель копалась в сундуке, отметая один наряд за другим.

– Сама бы и встала, тебя звали, а не меня.

– Тебя, меня… Этого давно нет, слышишь? – кареглазая бросила подруге какие-то вещи. – Есть только “мы”. И нас позвали на прогулку.

Брюнетка улыбнулась, одеваясь. Она так давно мечтала услышать эти слова.

Второпях собравшись, девушки поспешили присоединиться к ждущей на улице Мэри, нашедшей развлечение в компании Люси.

– Не против, если Люси пойдёт с нами? – блондинка явно была рада тому, что собрала вокруг себя такую компанию. Всё это напоминало одну большую семью. Такую, какая была в детстве.

– Конечно нет, – пожала плечами Лилит. Ей было наплевать, сколько человек отправится с ними в лес, хоть вся деревня разом. Девушке достаточно было одного-единственного человека, что сейчас стоял рядом, крепко сжимая её руку. Сердце почему-то подозрительно сильно колотилось в груди, давно такого не было. Сообщать об этом остальным – бессмысленно. Даже Мэри напрочь позабыла о своих видениях и раскладах карт, признав, что подобный способ заглядывать в будущее крайне не точен. Что уж говорить о счастливой Бель? Она и слушать не станет. Поэтому брюнетка решила краем глаза следить за ситуацией и, в случае чего, бежать. Вместе с Изабель.

– Отлично. Тогда пошли, – Мэри и не подозревала о том, какие мысли плодятся в голове её сестры и с прежней беззаботностью зашагала в сторону леса, о чём-то болтая с Люси, которая то и дело оборачивалась назад, посматривая на темноволосую ведьму. Изабель ехидно усмехалась, отпуская едкие шуточки касательно чувств рыжей целительницы.

– Прекрати, – недовольно фыркала Лилит. – Чувства – не повод для смеха. Где ваш такт, леди Изабель? Где манеры?

– Прошу прощения, леди Лилит. Вы правы, я поступаю безрассудно и низко по отношению к этой бедной девушке, безнадёжно в вас влюблённой, – креглазая еле сдерживала смех, однако, иногда это было забавно – вернуться в те дни, когда соблюдались формальности.

– То-то же, леди Изабель. И смотрите мне – услышу впредь нечто подобное – накажу.

Бель хихикнула – она готова быть наказаной этой женщиной.

В лесу, как всегда, царила тишина, но несмотря на это Лилит ощущала некую тяжесть, вялость, словно что-то давило на виски. Обычно это означало, что произойдёт беда. Мэри и Люст, ничего не подозревая, рассматривали листья деревьев, в поисках необходимых им вещей.

– Бель, не поможешь? – блондинка попросила девушку подойти и кое-что посмотреть, так как Бель явно делала успехи в том, что связано с травами. Брюнетка крепко сжала руку кареглазой, стараясь удержать возле себя. Она беспооилась. Очень беспокоилась.

– В чём дело? – леди удивлённо взглянула на подругу, всё ещё пытаясь выдернуть ладонь, но Лилит была в разы сильнее.

– Ничего. Просто… Будь рядом.

– Я всегда рядом, ты же знаешь. Но Мэри нужна помощь. У нас только-только наладились отношения. Я тебя не понимаю.

Веторок шуршал в кронах деревьев, словно нашёптывая о грядущих событиях. Нет, нет, нет. Только не сейчас. Она не может её снова потерять.

– Прости, ты права, – брюнетка выпустила руку Бель из своей. Она чувствовала, как вместе с этим элементарным движением её сердце падает куда-то вниз. Внутри словно что-то оборвалось. Паника.

– Перестань, я никогда тебя не оставлю. Да что с тобой?

– Давай уйдём, поскорее, подальше. Я не хочу здесь находиться. Мне нездоровится что-то.

– Иди, а я останусь. Отдохни, поспи, а как проснёшься – я уже вернусь, – леди провела ладонью по щеке ведьмы, а затем направилась глубже в чащу, туда, откуда доносился смех и беседа их спутниц.

Лилит не понимала, почему настолько аморфна сейчас. Почему просто не схватила Бель за руку и силой не увела в деревню. Почему она стоит тут, когда опасность буквально дышит в затылок.

Где-то вдалеке послышались голоса. Чужие, грубые, незнакомые. Неприятные. Трава и сухие ветви хрустели под копытами коней. Они здесь, они уже близко.

Бель.

Одна мысль, и вот уже Лилит бежит в чащу, стараясь передвигаться как можно тише.

Девушки весело беседовали, словно не чувствуя, как близки к катастрофе. Заметив брюнетку, Изабель улыбнулась.

– А я думала, что ты в деревне. Я нашла кое-что, тебе понравится.

– Тише! – Лилит приложила палец к губам девушки. Люси и Мэри переглянулись. – Они здесь, я слышала голоса.

– Кто они? – шепотом произнесла Люси. Она не знала о том, что происходило месяцом ранее и об охоте на Лиоит не имела ни малейшего понятия.

– Рыцари от церкви, кто же ещё. Мэри, уведи Изабель отсюда, ладно?

– Я не оставлю тебя, даже не думай об этом! – девушка запротестовада, однако палец ведьмы снова коснулся её уст.

Хруст и топот слышались всё отчётливее и ближе. Голоса звучали где-то совсем-совсем рядом.

– Это не просьба, Бель. И не предложение. Они здесь. И тебе надо бежать, а ты, – брюнетка перевела взгляд на сестру. – Обещала о ней заботиться. Так давай, делай это!

Времени на споры не было. Ситуация обострялась. В небе закружили вороны, громко и жутко каркая. Они тоже ощущали это – безысходность.

Изабель резко схватила подругу за руку. Нет, она не позволит ей остаться.

– Я слышал голоса. Иди проверь вон за теми деревьями, – голос одного из рыцарей прозвучал фактически над ухом девушек. Они их нашли.

Бегство. Бежать быстрее, чем когда-либо, наперегонки со Смертью. Она догонит однажды, но если есть возможность этот момент отсрочить – почему бы и нет?

– Вон они, за ними!

Эти слова словно свинцом растекались в мыслях. Ну уж нет, так просто они не сдадутся.

Лилит и Изабель бежали спереди, Мэри чуть дальше, а самой последней была Люси. Тихая, домашняя девушка совсем не привыкла к таким забегам и сейчас силы её покидали. Медленно, но верно.

Деревья мелькают, словно калейдоскоп. Кровь стучит в висках, сердце выпригивает из груди, в горле ком. Её влажная рука крепко сжимает ладонь Лилит. И лишь ради неё она продолжает бежать.

В непонятном направлении. В деревню ли они бегут? Или дальше, в чащу, загоняя себя в тупик? Скоро всё будет понятно.

Где-то позади послышалсч треск, словно что-то рухнуло на землю. Изабель обернулась и увидела лежащую на траве Люси. К ней стремительно приближались два рыцаря с самодовольными ухмылками – им явно нравились эти догонялки.

– Люси. Мы должны помочь Люси, – задыхаясь, на бегу шептала Изабель, вырывая руку из крепкой хватки колдуньи. – Лилит! – леди резко затормозила. От неожиданности хватка брюнетки ослабла и, высвободившись, Бель побежала назад, к Люси. Девушка сидела на коленях, тяжело дыша. – Идти сможешь? – кареглазая помогла рыжей встать.

– Может, только вы теперь никуда не пойдёте, – рядом с девушки возник рыцарь, толкнув их обратно на землю.

– Изабель! – Лилит кинулась к девушке, однако, Мэри удержала её схватив за локоть. – Отпусти меня! Я не шучу, сучка, отпусти! Бель!

– Вяжи этих, а с теми двумя я справлюсь сам, – рыцарь кивнул, слезая с коня. Второй же с силой ударив ногами по бокам лошади, поскакал по направлению к сёстрам.

– Бель, нет… Отпусти меня!

– Ты ничем ей не поможешь, если тебя тоже поймают. Бежим, Лилит, надо уходить.

Ведьма бросила последний взгляд на то, как мужчина в латах связывает руки её любимой верёвками, а затем Мэри буквально силой заставила её бежать.

И она побежала. А в голове были лишь непомерное чувство вины.

***

– Что, вашу мать, случилось? – прорычал Астарот, выслушав сбивчивый рассказ запыхавшейся Мэри.

– Ещё раз првторяю: мы наткнулись в лесу на шакалов из церкви, побежали. Люси попалась, Бель бросилась её спасать и тоже угодила в их лапы. Мы с Лилит бежали к озеру, стараясь запутать дорожки и тропы, он не видел, куда мы направились.

– Точно?

– Иначе бы нас тут не было, – пожала плечами Мэри.

– Ну а ты, – демон обратился к сидящей в полуобморочном состоянии ведьме. – Что ты скажешь?

Но Лилит молчала. Прошёл уже час после проишествия, шёл второй, но за всё это время она не сказала ни слова. Просто молча сидела, рассматривая деревянные стены сестринского дома. По щекам текли слёзы – Лилит впервые в жизни плакала. И не скрывала этого.

– Эй, я к тебе обращаюсь, – мужчина тряхнул ведьму за плечо, за что незамедлительно получил пощёчину и тяжёлый, но совершенно пустой взгляд, от чего он выглядел ещё более жутким. – Надо же, ожила как никак. Кончай со своими истериками, сейчас есть проблемы и посерьёзнее, чем твоя девчонка.

– Да пошёл ты, – ведьма отчеканила каждой слово, словно плюнув их в лицо демону, а затем просто встала и вышла из дома.

– Ты зря так. Знаешь же, что она для неё значила. Потеря Бель сломала Лилит.

Астарот промолчал. А что ему сказать? Смертные и их поверхностные чувства были для него непостижимы.

***

Оставила. Она оставила её там одну, даже не попыталась спасти, оттолкнуть Мэри, броситься на помощь. Да, она бы тоже попалась, но так они были бы вместе.

Такого варианта – похищения Изабель – Лилит никогда не рассматривала. Думала, что придут только за ней, а кареглазую фею не тронут. Но они били по самому больному, по самому слабому. И это бесило.

Бесит. Всё вокруг бесит и раздражает. Эти вещи, оставленные ей на кровати, подушка и одеяло насквозь пропахшие ей, этот чёртов “кошачий глаз”, который, по стечению обстоятельств, она именно сегодня забыла надеть, свечи, которые она зажигала, травы, которые так усердно собирала.

Крик. Дикий, громкий, отчаяный. Затем – гнев, раздражение, ярость. Ненависть. Свечи и мешочки полетели на пол, подушка разорвана вклочья острыми когтями. Лилит готова разнести здесь всё, что хоть как-то напоминает о ней.

Разбросанные по полу вещи и перья. И снова боль. Ведьма лежит свернувшись калачиком и жалеет, что душу нельзя продать дважды.

Она бы продала всё: и душу, и тело, и все свои последующие реинкорнации лишь бы Бель была свободна и вошла бы прямо сейчас в эту дверь. Но этого не происходило. И не произойдёт – слишком поздно.

В приоткрытую дверь заглянула Мэри.

– Уходи, – прошипела Лилит. – Уходи!

– Милая, я знаю, как тебе тяжело…

– Ты помешала мне, ты! Чёрт возьми, ты мне помешала, ты… – девушка повторяла одно и то же, царапая пол.

– Они бы схватили тебя. И какой был бы толк?

– Толк? – Лилит уже откровенно злилась и даже не старалась это скрывать. – И какой же сейчас толк? Что я могу? Как я помогу ей?

– Лилит…

– Пошла вон! – дверь с силой захлопнулась, кажется, довольно сильно задев девушку. – Вон. Вон…

Брюнетка бессильно плюхнулась на кровать. Она взывала к Зверю, прося его свершить месть. Обещала дать всё, что он только попросит.

Девушка засыпала, зная, что проснётся другой.

Глава 23. Филиал Ада

Холодно,тихо. Пахнет сыростью и ржавым железом. Мерзко, до тошноты.

Изабель открывает глаза, осматриваясь: цепи на стенах, тёмно-бардовые пятна на каменном полу, маленькие окошки под самым потолком, заделанные прутьями – темница. Девушка даже не удивилась, ведь заранее знала, что окажется здесь – это было очевидно.

Руки, крепко связанные за спиной, ныли. Жёсткая верёвка до крови стёрла запястья леди. И из чего их только делают?

Кареглазая присела, прислонившись спиной к ледяной стене. Этот противный запах повсюду. Тяжёлое дыхание разрывало тишину подвала. Изабель и представить себе не могла, какие ужасные секреты хранят в себе церковные подземелья. В том, что находится именно под ней леди была абсолютно уверена – сквозь беспокойный и неглубокий сон она слышала звон колокола.

В голове разом проносились сотни разных мыслей и образов: лес, погоня, Люси, Лилит, её громкие крики, заглушающие все остальные звуки вокруг. Бель не винила брюнетку в своём задержании – не кинься она на помощь Люси, не сидела бы сейчас здесь в ожидании собственной казни.

Откуда-то из дальних концов коридора послышались шаги, должно быть, отец Алекса явился лично полюбоваться на свои трофеи.

Как только незнакомец приблизился к двери камеры, сквозь толстые прутья Изабель смогла рассмотреть посетителя: взрослый мужчина, лет сорока на вид, с тёмными волосами, облачённый в длинную тёмно-синюю рясу.

Священник с минуту просто стоял, рассматривая девушку, сидящую на полу в полуобморочном состоянии, а затем, фыркнув, обратился к одному из сопровождающих его стражников.

– Вы кого мне привели? Это не та.

– Но, сэр. Вы приказали искать ведьму. Мы шли по указанному вами маршруту и наткнулись на неё. И на ту рыжую.

– Эй, как тебя там? – мужчина теперь обращался явно к Изабель, на что та демонстративно отвернулась. Ещё чего, они и слова от неё не услышат.

– Твоя подруга оказалась сговорчивее, – вздохнул священник, постучав по железным прутьям. – Она что-нибудь рассказала?

– Да, сэр, – резво кивнул рыцарь.

Изабель видела, как мужчины о чём-то перешёптываются, но самого разговора не слышала. Да и не желала слышать. Люси. Она где-то здесь, где-то рядом. Неужели она всё им рассказала? Про себя, про деревню, про Лилит. Нет, это исключено.

Голова раскалывалась, руки окончательно онемели, ладыжка, подвёрнутая ещё во время погони в лесу, заболела с новой силой. Пошевелиться было почти невозможно – тело словно свинцом налилось, глаза слипались и слезились от противного запаха.

Девушка не заметила, как священник вошёл к ней в камеру. Лишь почувствовав на себе высокомерный взгляд, Бель подняла на мужчину глаза.

– Так значит, Изабель? Та самая прекрасная леди, к которой ездил мой сын?

Кареглазая поняла – Люси проболталась. Интересно, что ещё она им рассказала?

– Где Люси? – облизывая пересохшие губы произнесла девушка. – Что ты с ней сделал?

– Здесь я задаю вопросы, – рыкнул мужчина, резким движением подняв Бель за локоть с земли. Девушка тут же закусила губу, с трудом подавив невольный вскрик – подвёрнутая нога давала о себе знать. – Как тебе удалось спастись? Это всё та ведьма, да? Лилит?

Изабель молчала, опустив глаза в пол. Хотелось лишь одного – умереть поскорее.

– Слушай, – мужчина даже не думал ослабить хватку, напротив, сильнее вжимая пальцы в тонкие руки пленницы. – Я уважал твоего дядю, мы были хорошими друзьями и мне бы очень не хотелось принимать в отношении тебя крайние меры. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я.

Бель чуть заметно усмехнулась. Конечно, она понимала. И была готова к этому с самого начала.

Поняв, что девушка не заговорит, мужчина толкнул её к двери, веля стражникам открыть замок.

– Видимо, ты не до конца осознаёшь, что происходит, – процедил сквозь зубы священник, подталкивая хромающую леди прямо по коридору. – Позвольте мне кое-что вам показать, леди Изабель, – ухмыляясь, произнёс тиран. Бель не видела его лица, но слышала по интонации – самодовольная улыбка ни на секунду не слезает с его физиономии.

Длинный, почти бесконечный коридор, с сотнями камер по обе стороны. Какие-то были пусты, какие-то – нет. Всё это было неважно. Все, кто сюда попал, выберутся на волю лишь через костёр.

Тишина. Бель вслушивалась в топот собственных ног и ритм своего дыхания. Ей бы очень хотелось, чтобы Лилит сейчас… Нет, не так. Ей хотелось оказаться рядом с Лилит там, в деревне или, что ещё лучше, далеко отсюда, за пределами поместья. В другом времени, в другой эпохе, в другом столетии. Интересно, какими же они будут? Как сложится их судьба?

Размышления, отвлекающие леди от мрачности и обречённости положения, в которое она попала, начисто оборвал громкий пронзительный крик. Даже не крик, а визг. Стражники за спиной Бель отпустили пару низких шуточек, заполняя пустоту подземелья едким хохотом.

Где-то глубоко внутри Изабель догадывалась, кто кричит. Больно уж знакомым был голос, но верить в это до последнего не хотелось.

– Тебе понравится, – хмыкнул священник, злорадствуя и, тем самым, подкрепляя уверенность девушки в том сейчас где-то пытают её подругу.

Они всё шли, коридор всё тянулся, а крик усиливался – пыточная где-то рядом.

– Нам сюда, – мужчина грубо толкнул Бель к одной из дверей. Прутья на ней были толще, чем на всех остальных камерах, а замок – больше.

Изабель закрыла глаза, не желая наблюдать за происходящим. Она слышала хриплое дыхание Люси, то, как она что-то шептала осипшим голосом, прося перестать, но в ответ звучал лишь противный смех, а затем помещение снова взрывалось громким криком.

– Смотри же! – стражник схватил Бель за волосы, несильно тряхнув. Боль заставила бывшую леди открыть глаза. Картина, которая разворачивалась сейчас по ту сторону камеры, вызывала лишь отвращение. До этого момента Изабель считала, что нет зрелища страшнее, чем сожжение. Как же она ошибалась.

Обнажённая Люси сидела на железном кресле посреди комнаты. На стенах висели непонятные приспособления, впрочем, Бель догадывалась, в каких целях они используются. Руки рыжеволосой были прикованы к подлокотникам “трона” – так это адское изобретение назвал один из стражников, неугомонно комментирующий происходящее. Поначалу, Бель не понимала, что именно причиняет девушке такую невыносимую боль и лишь позже разглядела аккуратные ряды гвоздей, вбитых по всех поверхности кресла и алые полосы, скользящие по груди, плечам, рукам, ногам и шее Люси.

– Знаешь, – произнёс священник, несколько мечтательно. – Каждое движение доставляет ей жуткую боль. Ты только представь – тысячи острых гвоздей разом впиваются в твоё тело. Мало приятного, правда?

Мужчины, пытающие девушку, снова и снова задавали ей какие-то вопросы касательно деревни, пожара и Лилит, но она молчала. Наверное, Люси и рада бы была всё рассказать, но уже попросту не могла – силы её покидали. После каждой паузы, слышался хлопок – кожаный кнут приземлялся на грудь девушки, от чего она вздрагивала и тут же вскрикивала – гвозди с новой силой протыкали свежие раны.

– Хватит, я не хочу на это смотреть, – Бель еле сдерживала слёзы – эти твари ни за что их не увидят.

Стражники рассмеялись, а священник лишь сухо усмехнулся.

– Ты будешь смотреть до тех пор, пока я не решу, что хватит. Ну же, леди Изабель. Всё самое интересное впереди.

Священник… Все те ужасы, что покорно скрывают бетонные стены, даже Дьявола заставили бы отвернуться, а ещё лучше – покинуть это омерзительное место. Выступать за Господа, буквально разрывая на части несчастную девушку – верх цинизма.

Плеть была откинута в сторону, а в руках садиста уже красовалось новое орудие, состоявшее из двух досок, обитых с внутренней стороны гвоздями и двух палок, на которых они крепились. Левую руку Люси освободили от железных оков, просунув в отверстие деревянных колодок. Затем верхную их часть с силой надавили вниз – гвозди насквозь пробили кости, сухожилия и нервы девушки. Крик стоял непередаваемый. Вот так, кость за костью, мышца за машцой, нерв за нервом ломалась некогда прекрасная и лучезарная девчонка с копной пышных рыжих волос. Девочка, которая и ведьмой-то не была, которая хотела и умела лечить, которая жила лишь одной мечтой – мечтой о помощи тем, кто в ней нуждался.

– Я не могу описать, с каким наслаждением посажу на этот стул Лилит, – сладко произнёс священник. – Я буду смотреть, как она умирает, захлёбываясь собственной кровью, такая жалкая и ничтожная. А после брошу её тело в огонь, верну туда, откуда она пришла.

– И не мечтай, ты ни за что не узнаешь, где она. Я ни слова тебе не скажу, – фраза прозвучало несколько грубее, чем планировала леди, но ей было наплевать.

– Что ж, – пожал плечами мужчина. – В таком случае ты окажешься на её месте. Уведите её, живо.

Стражники тут же повели девушку в уже знакомую ей камеру, по знакомому пути, под знакомые крики знакомого голоса, оставив хозяина наслаждаться терпким запахом ведьмовской крови и нескончаемой боли.

***

– Лилит так и не проснулась? – Мэри обеспокоенно сновала туда-сюда возле дома сестры, словно в пустоту отправляя вопрос. – Да, да, она всё ещё спит, – отвечала она сама себе, понимая, что происходящее выходит далеко за пределы понятия “норма”.

– Сама с собой разговариваешь? – Астарот усмехнулся, наблюдая за монологом блондинки.

– Да иди ты, демон. Не до тебя сейчас.

– Успокойся, женщина.

– Неужели тебе наплевать? Хотя, да, о чём это я – тебе наплевать.

– С ней всё нормально, – наверное, Астарот и сам в это не верил. Он знал, что может сделать с человеком боль – ни раз видел подобное. А уж на что способна ведьма, у которой отняли самое родное и представить страшно.

Лилит спала третьи сутки, не просыпаясь ни на секунду. Всё это время Мэри ночевала в её доме, в надежде, что сестра вот-вот откроет глаза, но этого не происходило. Дыхание брюнетки иногда прерывалось, а сердце останавилось. Но ненадолго – на пару секунд. Викканка не знала, как помочь сестре, что сделать, чтобы облегчить её страдания.

– Нормально… Что, скажи мне, в нашей жизни вообще нормально? Всё это – один сплошной бред.

– Она проснётся. Скоро, – демон удалился патрулировать лес, ведь вскоре рыцари церкви могут заявиться и за остальным кланом.

Мэри снова осталась в одиночестве, наедине со своими мыслями. Тогда, в лесу, всё могло сложиться совсем иначе. Бель могла быть сейчас здесь, а Лилит не лежала бы, словно спящая красавица, в ожидании поцелуя одной похищенной леди. А что, если она вообще никогда не проснётся?

Нагнетая и без того мрачную атмосферу девушка не услышала, как дверь дома тихонько скрипнула и открылась. На пороге стояла Лилит, внимательно наблюдая за сестрой. Она не спешила что-то сказать или просто обнять её. Просто стояла и смотрела.

Так прошло несколько минут. Всё это время брюнетка была неподвижна, будто до сих пор не отошла от трёхдневного сна.

Наконец, блондинка, почувствовав чьё-то присутствие, обернулась. Заметив Лилит, она кинулась к ней с расспроссами, но ответов не получила. Чуть отстранившись, Мэри заглянула в глаза колдуньи и тяжело вздохнула – они были золотисто-жёлтыми, глазами Зверя, а не её родной сестры.

– Ну зачем? – только и смогла произнести девушка, устало потирая лоб. Она предчувствовала очередную трагедию. На этот раз финальную. Лилит ничего не ответила, лишь усмехнулась. Обойдя сестру, брюнетка направилась к лесу. – Будь осторожна! – крикнула ей вслед Мэри, зная, что это существо не послушает никого. И никого не пощадит.

***

Сквозь ветви, сквозь высокую траву, по грязи и слякоти. Прошлой ночью шёл дождь, размывая землю и следы недавней погони.

Душа покинула тело, оставив лишь сгусток необузданной ярости, злости, пустоты и боли. Зверь приходил, когда всё это становилось слишком невыносимым.

Она не хотела возвращаться. И, скорее всего, не станет этого делать – Изабель, должно быть, уже мертва, а жизнь без неё больше не имеет смысла. Глупо, смешно, по-детски – без разницы. Это было именно так.

Огонь, разгоревшийся внутри, было уже не потушить.

Глава 24. Забытое

Она шла по деревне, смеряя пустым взглядом крестьян, с любопытством смотрящих ей вслед. Местные знали – просто так ведьма вряд ли бы к ним заявилась, да ещё в таком виде: в грязной помятой одежде, местами вклочья порванной юбке, растрёпанная и в непонятно чьей крови. Раньше её видели лишь в дорогих шёлковых нарядах, резных корсетах и сверкающих украшениях. Тогда она выглядела, как настоящая королева, а сейчас больше походила на оборванку. Некоторые крестьянки даже усмехались ей в спину – теперь она выглядела не лучше них, если не сказать обратного.

Брюнетка не обращала внимания на смешки и ухмылки окружающих. Зверю было ровным счётом наплевать на этих жалких созданий. Они все достойны лишь одного – смерти.

Она шла медленно, словно выбившаяся из сил, загнанная в угол паршивая овца. Однако осанка девушки по-прежнему была прямой и в сочетании с горделиво приподнятой головой всё-таки позволяла угадать в этой невзрачной даме бывшую придворную ведьму.

– Надо же, её совсем не узнать, – сокрушался кто-то из толпы.

– Говорят, её любовницу, Изабель, схватили, вот она и сошла с ума от горя.

– Мне её даже жаль, – печальный вздох. Резкий разворот брюнетки, взмах когтистой руки – и вот уже некогда сопереживающий мужчина лежит на земле, захлёбываясь собственной кровью. В теперь уже золотистых животных глазах колдуньи блестит огонёк ярости. К пострадавшему тут же подбегает молодая девушка, падая рядом с ним на колени и громко плачет, стараясь укрыть ладонью повреждённую артерию, но в этом, конечно, нет смысла. Глаза мужчины застывают, хрипы прекращаются. Финал.

– За что? Он ничего тебе не сделал! – сквозь слёзы прокричала девушка, очевидно, теперь уже вдова. – За что ты убила его? За что? – несчастная ухватилась окррвавленными руками за и без того грязный подол юбки ведьмы, но та даже бровью не повела. В воздухе смешались запахи смерти, крови, боли и влажной земли. – За что? За что? – словно в бреду продолжала повторять девушка, уже тише, но по-прежнему хватаясь на одежду убийцы.

– Потому что могу, – цинично, грубо, холодно. Слишком, даже для убитой горем ведьмы.

– Ты думаешь, что можешь просто придти сюда и убивать ни в чём не повинных людей? – крестьяне чуть осмелели и начали возмущаться.

Брюнетка молчала, довольно скалясь.

– Не боишься на костёр попасть? – толпа заводилась. Заводилась и ведьма. Внутри всё разрывало от желания растерзать этих никчёмных созданий на мелкие части. – Отец Вильям очень быстро разбирается с такими, как ты!

– Отец Вильям? – переспросила брюнетка, едва заметно сжимая кулаки. – Его сын погиб в пожаре?

– А то ты не знаешь, хватит притворяться. Оставь нашу деревню или пожалеешь.

Толпа загудела, точно пчелиный рой, но колдунья уже не слышала ни угроз, ни разъярённых возгласов, ни шепения в свой адрес. В голове крутилось одно-единственное имя – Вильям. Тот, кто лишил её света, самого родного и дорогого. Тот, кто должен умереть.

– Проваливай!

– Пошла прочь, ведьма!

Крестьяне бесновались, а девушка просто стояла и смеялась. Громко, громче, чем десятки окружающих её жителей. Громко и так неприятно, пугающе, зло. Толпа смолкла, но женщина продолжала истерично хохотать, осматриваясь вокруг, словно изучая деревню, выискивая что-то или кого-то. Её золотистые глаза медленно скользили по лицам жителей, заглядывая каждому глубоко-глубоко в душу.

– Я уйду, – произнесла наконец она. – Но прежде оставлю подарочек отцу Вильяму, – Люди, недоумевая, переглянулись, стараясь понять, что в очередной раз задумала ведьма. А та тем временем прохаживалась между хижин, улыбаясь.

Солнце стояло высоко над горизонтом, небо было чистым и спокойным. Никаких бурь, ветров, гроз так свойственных буйной ведьме, любящей мощь и силу непогоды. Она просто улыбалась. Но было в этом нечто мрачное. Некоторые особенно любопытные жители следовали по пятам за девушкой, другие же решили, что лучше всего: спрятаться и переждать всё это недоразумение дома, основная же масса народа молча следила за неспешной прогулкой Лилит.

– Что она делает?

– Она точно ненормальная.

– Да, да, совсем умом тронулась.

Волна непонимания накрывала поубавившиеся ряды наблюдателей.

– Передайте отцу, что мы встретимся с ним в Аду, – громко крикнула девушка, раскинув руки в стороны и запркинув голову кверху. – А ваш Ад начнётся прямо сейчас.

Одного щелчка пальцев ведьмы хватило, чтобы разом вспыхнули несколько домов. Ещё щелчок – и огнём охвачена уже вся деревня. Люди в панике бросаются врассыпную, сталкиваясь друг с другом и падая. Они хотели костёр, что ж – пускай его получат.

Она шла по деревне, пылающей огнём, вырвавшимся наружу из её груди. Запах тлеющей плоти стал для девушки привычным и больше не вызывал дискомфотра. Боли не было. Чувства вины и подавно. Наверное, сейчас в ней не было ничего. И потому она просто шла, безучастно наблюдая последствия своих действий.

Стук внутри – сердце. Оно колет, заставляя почувствовать себя живой. Громкий крик, скрежет когтей о собственную кожу на шее, кровавые дорожки вдоль неё – как итог. Она ни раз представляла, каково это – умирать физически. Это страшно, безусловно, но моральная смерть оказалась гораздо ужаснее. Внутри всё зудело, хотелось расчесать грудь до мяса, до костей, чтобы прекратить этот кошмар. Зверь ушёл, вернув тело законной владелеце. И теперь стало больнее.

Люди, снующие вокруг, раздражали. Их отчаяные крики, громкие вопли, мольбы о помощи. Всего лишь взгляд – и только-только потушенные здания воспламеняются с новой силой.

Огонь – её слёзы. Так пусть же они покроют всё в этой чёртовой деревеньке.

– Лилит, что ты, чёрт тебя дери, делаешь? – грубый бас за спиной ведьмы, поливающий её всеми возможными оскорблениями и проклятиями. Астарот. Ну, конечно, как же без него? – Ты в своём уме? Прекрати это!

Но Лилит не слышит. Все голоса словно за занавесой, словно под водой. Демон трясёт девушку за плечи, пытаясь привести в чувства – тщетно. Она не здесь, она где-то между мирами.

Выругавшись, он хватает ведьму за руку и тащит в сторону леса, подальше от устроенного ей кошмара. Зеленоглазая не осозаёт, куда идёт, просто идёт. Она доверяет своему демону.

***

Люси мертва. Давно мертва, но осознание этого наступает не сразу. Изабель видела, как её изуродованное тело бросили в сточную канаву, однако, принимать этот факт мозг отказывался.

Бель также не понимала, почему до сих пор жива. Её просто держали здесь, моря голодом, но это ничто по сравнению с тем, что испытала её рыжая подруга. И это было загадкой – почему такое снисхождение?

Священник, представившийся позже Вильямом, заходил лишь раз, чтобы спросить не готова ли креглазая поговорить о Лилит и такой загадочной деревне, о которой почти что легенды сложились, но, получив отказ, ушёл. Больше Бель его не видела.

Время тянулось нескончаемо долго, и большую его часть девушка проводила во сне. Там боль становилась меньше, пропадало отчаяние, да и Лилит была рядом. Можно было бы, конечно, утешать себя, как обычно, мыслями о том, что всё разрешится благополучно, но это порядком надоело. Настала пора признать – они в полной заднице.

И потому спрятаться можно было лишь во сне, а по пробуждению судорожно ловить ртом воздух, касаться руками тех мест, что во сне касались ладони Лилит и просить у неизвестно кого сохранить жизнь этой черноволосой девушке. Скорее всего, им никогда больше не встретиться. По крайней мере, в этой жизни.

Грохот дверей, стук шагов. Спустя столько дней Бель снова видит Вильяма. Сегодня он особенно зол и мрачен. Должно быть, что-то произошло.

– Ну, здравствуй, – усмехнулась Изабель. – Я скучала, – сарказм и ирония – единственное, что поддерживало хоть какой-то настрой. – Если ты пришёл задать свой вопрос – увы, ответ мой не изменится. Я ничего не расскажу.

В замке щёлкнул ключ, и священник вошёл в камеру девушки.

– Сегодня твоя подруга напала на деревню, – прорычал мужчина. – Погибли десятки людей. И после этого ты её защищаешь?

Изабель знала – таким образом Лилит пытается обратить на себя внимание церкви, раскрыть себя. Этакое медленное и длительное самоубийство. Вполне в духе брюнетки.

– Я спрошу в последний раз, после чего разговаривать мы будем совсем по-другому. Итак, ты расскажешь мне где Лилит?

Изабель отрицательно покачала головой. Ни за что.

– Хорошо, поставлю вопрос по-другому. Твоя подружка, Люси, была упряма, однако, рассказала о том, что всё это время ты активно училась колдовать. И даже преуспела в этом, а потому у меня есть все основания тебя казнить. Или другой вариант – ты приведёшь меня к Лилит, и я отпущу тебя, в память о Винсенте и моём сыне, которому ты так приглянулась. Что выберешь?

Подобного Бель никак не ожидала. Она готовилась ко всему: в раскалённым прутьям, гвоздям, переломанным костям, к костру, но выбирать между своей жизнью и жизнью Лилит – это был явный перебор.

Казалось бы, чего тут думать? Брюнетка бы горой встала за Изабель, отдала бы себя не колеблясь, но…

– Вижу я – поубавилось в твоём взгляде уверенности. Выходит, не так уж она тебе и дорога, когда на кону собственная шкура. Я зайду завтра. Не сомневаюсь – ты примешь верное решение.

Довольный собой, священник удалился, оставив Бель наедине со своими мыслями.

Впервые девушка гнала прочь фантазии о зеленоглазой ведьме, о её руках, волосах, губах, влажном горячем языке, которым она в совершенстве владела… Нет, сейчас её образ – последнее, что хочется видеть.

Жестокий выбор, жестокое условие. Почему она вообще размышляет? Шли к чёрту этого упыря, спаси жизнь любимой, пусть и ценой своей собственной.

“Почему ты медлишь? Почему сомневаешься?”

Внутренний монолог внутри всё тёк и тёк, ещё больше путая девушку. Решения, решения… Почему это так тяжело?

Забившись в угол, Бель заплкала. Впервые за столько дней. Наверное, в слезах она стремилась найти облегчение, утешение, успокоение. Надеялась.

Надежда умирает последней.

***

– Лилит, ты меня слышишь? – Мэри склонилась над постелью сестры, заботливо поглаживая её по волосам. Девушка открыла глаза, оглядываясь. Она не помнила, как добралась до дома и уж тем более не помнила, как разделась и легла в кровать.

– Что вчера было? – внутри всё горело. Было дико больно.

– А ты не помнишь? Совсем?

– На деревню ты напала, – проворчал из дальнего угла Астарот. – Была не в себе. Я еле увёл тебя оттуда.

– Спасибо, – вздохнула девушка, дотрагиваясь до царапин на шее.

– Даже не спрашивай, – предугадав вопрос, усмехнулся демон.

– А если бы тебя увидели вчера? Если бы инквизиция…

– Я этого и хотела, наверное, – не наверное, а точно. Жизнь без Изабель – не жизнь.

– Прекрати, прошу. Я так устала, понимаешь? Прекрати искать смерть, прекрати вытворять еруеду. Ради меня, Лилит, – блондинка чуть не плакала. Нервы сдали. Видения по-прежнему не менялись – она видела сестру на костре. И день этот стремительно приближался.

– Прости, – брюнетка обняла Мэри. – Я просто… Я просто. Не знаю, что ещё сказать. Можешь оставиться меня с Астаротом на пару минут? – произнесла девушка после паузы. – Пожалуйста.

Мэри кивнула и покинула домик.

– Ну, и что ты задумала?

– Помнишь я просила стереть воспоминания Бель после моей смерти?

Демон кивнул, понимая, к чему клонит ведьма.

– Можешь то же самое сделать с моими? Боюсь, если буду её помнить, натворю дел позуже, чем вчерашняя выходка. Она скорее всего уже мертва, я не могу с этим смириться, мне больно и обидно. Она была для меня всем, теперь у меня нет ничего. Не хочу это помнить.

– Точно? Вернуть их обратно я не смогу. Не будешь жалеть?

– Не буду. Я ведь ничего не вспомню.

Астарот вздохнул. Ему никогда не понять смертных.

Глава 25. Да свершится судьба

Раннее утро. Солнце ещё не взошло, лениво отдыхая где-то за горизонтом. В такие часы спит даже природа, накрывая землю абсолютной тишиной.

Лилит не может заснуть, ворочаясь уже который час, в попытках забыться. Что-то давит на грудь, что-то противное, липкое, вязкое. И от этого невозможно освободиться.

Мэри теперь ночует у себя. Не по своей воле – по просьбе сестры. Брюнетка и без того слишком долго держала возле себя голубоглазую. Всем нужен отдых. Впрочем, за ведьмой пристально следил Астарот, опасаясь очередной истерики и новых глупых поступков. Он уже привык к тому, что люди совершают странные и совершенно не логичные с его точки зрения поступки. Привык. Они даже стали казаться демону забавными.

Лилит не знала, что он наблюдает. А если бы и знала – промолчала бы. Всё было слишком сложно, нервы сдавали, силы покидали. Оставалась лишь надежда. Без неё было бы совсем туго.

Повалявшись так ещё час, девушка не выдержала и отправилась на свежий воздух – немного подышать. Мир вокруг так резко стал блёклым, скучным, совершенно неинтересным. Природа больше не привлекала, как раньше, не манили её своими загадками лесные чащи, не поражало красотой тихое озеро, не заводили ночные гуляния. Всё, что окружало Лилит, стало тёмным, мутным, безжизненным. Из её сердца забрали свет, что мог развеять непроглядную тьму давно проданной души. Мог. Но теперь его нет.

Брюнетка отошла совсем недалеко от деревни, присев на траву меж деревьев. Она больше не ходила на ту поляну, старалась обходить её стороной, потому что, всякий раз там оказываясь, девушка окуналась в воспоминания и становилось больно. А на боль приходил Зверь. И случалось не поправимое.

Колдунья считала, что Изабель ещё может быть жива – о казне сообщили бы на всё поместье, крестьяне уж точно гудели бы этом. Тем более, если преступницей оказалась племянница хозяина, ко всему прочему признанная мёртвой. Да уж, о таком событии точно оповестили бы. Если только она не умерла раньше – от пыток…

Ведьма протёрла глаза – она не ожидала, что это расставание будет настолько болезненным, ведь с первых минут знакомства она к этому готовилась. Никто не надеялся, что их “долго и счастливо” действительно будет долгим. Все, кто хотя бы раз брал в руки карты или имели хоть малейшие способности к ясновидению, твердили – у этого союза заведомо печальный исход. И потому она готовилась. Долго, мучительно, упорно, и, как оказалось, совершенно бессмысленно.

Никто не ожидал, что первой поймают Бель. Никто не ожидал, что Люси вообще поймают. Защита деревни была на высшем уровне – её могли найти только те, кто обладал тем или иным даром. Другим она казалась обычной заброшенной деревушкой. Заклинание сильное, без помощи демонов не обошлось. Многим ведьмам пришлось отдать души лишь ради того, чтобы защититься, но никто не сомневался – оно того стоит.

Интересно, Изабель пыталась сбежать? Наверное, пыталась, это ведь так в её стиле. Однажды брюнетка почувствовала боль в сердце и не спала всю ночь, крючась на полу от бессилия. Наутро всё прошло, словно и не было вовсе. Наверное, так ощущается смерть. Их общая смерть.

Кусты, в паре метров от Лилит, зашуршали. Ведьма нехотя перевела взгляд на них, ожидая увидеть белку или ежа. Но… Нет, этого определённо не может быть. Брюнетка крепко зажмурила глаза, затем снова открыла их – нет, не сон. Перед ней стояла Изабель. Испуганная, бледная, как снег, нервная, но это была она. Совершенно точно она.

Поднявшись с земли зеленоглазая бросилась обнимать девушку, которая, впрочем, не особенно-то этому радовалась. Довольно быстро отпихнув от себя подругу, леди усмехнулась – ей рады.

– Как? Как ты смогла сбежать? Я думала, что ты мертва, я мысленно раз десять тебя похоронила! Что они с тобой делали, солнце? Тебе больно? Ты цела?

Поток вопросов лился мимо – кареглазая просто молча смотрела в глаза счастливой Лилит, с трудом сдерживая слёзы и крик.

– Что с тобой? – выдохнула наконец ведьма, пытаясь поцеловать леди в щёку, но та увернулась. Нет, только нежностей сейчас не хватало. Это может всё испортить.

– Я в порядке, – сухо отвечает Бель, похлопав девушку по плечу, но та, кажется, не замечает перемен в поведении любимой – она просто счастлива видеть её живой.

– А Люси?

– Люси погибла, – так же холодно. – В первый же день.

– А как же ты спаслась? Тебя пытали?

– Нет, не успели, – Изабель начинает двигаться в сторону деревни. – Плохо помню, как мне это удалось. Адреналин, наверное.

– Как же я рада, что ты цела! Ты просто не представляешь, что я чувствовала всё это время.

Лилит зря откровенничала с девушкой – её не слушали. Бель витала в каких-то своих мирах, копаясь в мыслях, разбирая правильность принятого решения. Это было бесполезно – изменить больше ничего нельзя, но сознание снова и снова неизбежно сводило всё именно к этому вопросу: верно ли?

– Нас всё равно будут искать, – печально произнесла брюнетка. – Давай убежим? Как ты и хотела – далеко, где никто не будет знать наших имён и судеб, где мы начнём всё с чистого листа. Оставим колдовство, магию и демонов здесь и больше никогда к этому не вернёмся. Давай?

– Нам не убежать, глупая, – иронично, ведь когда-то эту реплику произносила Лилит.

– Но и здесь оставаться нельзя. Они вернуться. За всеми нами.

– Знаю, – тяжело вздохнула Бель. В этом вздохе, казалось, отразилась вся боль и отчаяние. Сознание же просто вопило: нет, не верно.

Вот и деревня. Такая родная. Изабель безумно скучала по всему этому. На глазах проступили слёзы – она совершила глупость.

– Мэри, Астарот! – крикнула Лилит, приобняв Бель за плечо.

На крик девушки сбежались все жители. Увидев леди, они удивлённо переглядывались – мало кому удавалось сбежать от инквизиции, тем более, будучи уже пойманным.

– Какого чёрта, Изабель? – Астарот был шокирован не меньше, ведь было точно уверен – русоволосая девчонка мертва. – Почему ты жива?

– И я рада тебя видеть, демон, – усмехнулась девушка, успев вытереть влагу со щёк – ни к чему им знать.

–А я знала, что ты вернёшься, – Мэри, прищурившись, разглядывала спутницу сестры. Конечно, она знала.

– Вот как, – пожала плечами Бель. – Понятно.

Повисла тишина. Напряжение ощущали все.

– Я пойду посплю, если вы не против. Заключение выматывает, знаете ли, – фыркнула леди, удаляясь в домик. На полпути к нему она остановилась и, обернувшись, обратилась к Лилит. – Пойдёшь со мной?

Астарот насторожился, Мэри побежала делать очередной расклад на картах, дабы узнать, что вообще происходит. И лишь Лилит абсолютно не слушала своё шестое чувство, полностью растворившись в нахлынувшей эйфории.

Как только дверь жилища захлопнулась с внутренней стороны, кареглазая прижала ведьму к стене, впиваясь в её губы поцелуем. Обкусанные и сухие губы Бель жадно мяли уста ведьмы. Это были несколько новые ощущения. Прежде Изабель не была столь агрессивна.

Продолжая целовать или, вернее сказать, кусать брюнетку, Бель пальцами пробиралась под юбку любовницы. Лилит лишь что-то невнятно бормотала, пытаясь обнять девушку, но та скидывала со своей талии ладони колдуньи. И это тоже было очень странным, ведь объятия для Бель всегда значили много, гораздо больше, чем поцелуи или секс. Однако, зеленоглазая решила просто повиноваться и отдаться ей. Так или иначе, но это была её Изабель. Её вернувшийся из настоящего Ада свет. Её смысл жизни.

С нижней одеждой покончено – юбка бесформенной тряпкой валяется по ногами девушек. Лилит тянется к блузке леди, получив лишь удар по тыльной стороне ладони. Сегодня игра идёт по чужим правилам. Изабель закидывает ногу брюнетки себе на бедро, довольно резко и грубо входя в неё. Девушка стонет, но больше от удовольствия, ведь она всегда тяготела к боли. Бель отрывается от покрасневших губ подруги, несколько печально смотря ей в глаза. Свободной рукой она, подогнув подол, проскальзывает под собственное бельё, облизывая губы. И хоть сейчас во всех её действиях и жестах читается похоть, глаза кричат лишь о безразмерной боли, что скрывается глубоко в душе.

Ускоряя темп, Бель прижимается губами к шее Лилит. Впервые за это время, как раньше – нежно, аккуратно. Контраст сумасшедшего ритма и нежных поцелуев сводит с ума ещё больше, заставляя дышать громче и стонать слаще.

Они кончают одновременно, шумно выдыхая. После Изабель ложится в постель – по привычке с краю – и подзывает к себе Лилит. Девушка устраивается рядом, приобняв леди.

– Я люблю тебя, – шепчет брюнетка, впервые за долгое время проваливаясь в сон.

– Я знаю, – тихо отвечает Бель.

Лилит даже не подозревает, что стоит ей заснуть, и Изабель зайдётся в дичайшей истерике, сдирая зубами кожу на губах, лишь бы не выдать своего состояния. Как будет когтями царапать места, на которых до сих пор оставался отпечаток огня черноволосой ведьмы, в попытках стереть его с себя. Как будет, первый раз за всю свою жизнь, взывать ко всем демонам, имена которых успела ей назвать подруга, в надежде вернуть всё назад, отмотать время хотя бы на несколько дней, принять другое решение. Ей кажется, что она непременно бы его изменила. Но стоит ей вспомнить условие, и мир рушится – нет, она всё равно бы сделала так же.

“Я не могу умереть, не должна. Виновата же и правда Лилит – она подожгла замок. Я просто была рядом в этот момент, а потом, испугавшись, сбежала вместе с ней. Да, так оно и было. Моей вины нет, я не заслужила смерть”.

Бель думает об этом, а потом начинает плакать сильнее. Она не должна была вообще допускать такие мысли, не должна была позволить священнику поселить сомнения в её душе. Не должна была. Но подумала. И позволила.

Теперь она лишь надеялась на то, что Лилит однажды сможет её простить.

***

Несмотря на состояние истерики, Бель всё же смогла заснуть. Проснувшись, она не почувствовала рядом с собой тепла ведьмы и выдохнула – теперь намного спокойнее.

Глаза болели, голова просто раскалывалась – последствия срыва. Да какая уже разница? Больше ничего не имеет значения. Изабель ненавидела сама себя.

С улицы как обычно доносились голоса и радостные возгласы – все безумно радовались возвращению русоволосой викканки. Девушка скучала по звукам – к темнице единственным, что она склышала, был собственное дыхание, да редкие переклички стражников и лязг замков.

– Просыпайся, соня, – в дом вошла улыбающаяся Лилит. Она спятила, абсолютно спятила. Неужели она ничего не чувствует? Бель хотела крикнуть подруге: “Эй, очнись, ты же чёрная ведьма, прислушайся к себе, к природе, к демонам, в конце концов. Беги. Беги и не возвращайся”. Хотела, но молчала, разглядывая брюнетку, стараясь запомнить её такой: светлой, лучезарной, счастливой. – Что с тобой? – ведьма присела на пол рядом с кроватью, подперев подбородок руками. – Ты не выспалась?

– Выспалась, Лилит, выспалась. На годы вперёд. Слушай, – она тяжело вздохнула, перевернувшись на спину, дабы не смотреть в глаза девушки. – Прости меня, хорошо?

– За что же?

– Не спрашивай, просто скажи, что прощаешь. Это важно. Хотя, нет, не надо. Это нечестно.

– О чём ты вообще?

Изабель молчала. Нельзя, нельзя рассказывать.

Голоса снаружи зазвучали чуть взволнованно. В домик ворвался Астарот.

– Они идут, – рявкнул мужчина, буквально подбегая к Лилит и силой поднимая на ноги. – Надо бежать.

– Ты слышала? – ведьма слегка пихнула Бель, стараясь заставить её подняться. – Вставай же!

– Конечно, слышала. Она их и привела, – усмехнулся демон, потянув Лилит в сторону двери, однако, та упиралась.

– Что за ерунду ты говоришь? Она не могла. Бель, вставай, времени мало, надо уходить.

– Уходить? Куда? – безразличным тоном произнесла девушка, поднимаясь с постели.

– Не говори ей ничего, – рыкнул Астарот, дёрнув ведьму за руку. – Пошли, хватит болтать. Время на исходе.

Крики на улице стихли – деревню покинули.

– Мне это надоело, – проворчал демон. – Не будь дурой, Лилит.

Девушка вырвала ладонь из сильных рук мужчины.

– Я не пойду без неё. Иди, мы догоним. Иди же!

Астарот выругался и, предупредив, что он уничтожит всех, если ведьма не появится на поляне ровно через пять минут, покинул жилище.

– Хватит, Бель, идём. Мы спрячемся, нас не найдут. А потом мы убежим. Обещаю, всё будет хорошо. Ты мне веришь?

Хотелось бы верить, хотелось. И она бы поверила, не знай, что им больше не убежать. Одной из них точно.

– Конечно, верю, – печально усмехнулась девушка.

– Тогда пошли, – Лилит потянула подругу за собой, та, не сопротивляясь пошла следом.

Деревня опустела, все жители в спешке покинули родные места. Где-то вдалеке раздавался топот коней.

– Чёрт, придётся обходить с другой стороны. Так выйдет чуть дольше, зато безопаснее. Я на это надеюсь. Пойдёшь впереди, я сразу за тобой, поняла? – Лилит положила ладони на шею Бель, заглянув ей в глаза. – Это наш последний шанс, слышишь? Последний. Мы либо сбежим, либо умрём.

Изабель смотрела на подругу, совершенно точно понимая, что никуда не побежит. Просто потому, что нет смысла. Она знала, что рыцари оккупировали весь лес, каждый его уголок. И если Мэри и остальным жителям удалось скрыться, то им этого не сделать.

– Ты меня вообще слушаешь, Изабель? Это не шутки, – ведьм подтолкнула девушку вперёд, в сторону чащи. Бель нехотя зашагала в нужном направлении, отсчитывая минуты до смерти. Уже не было страха – внутри было пусто. Совсем неважно, сдержит ли Вильям своё обещание, отпустив, получив Лилит, или бросит её в костёр следом за ней. Уже не важно – леди в любом случае мертва.

Как и полагала Изабель, укрыться в чаще не удалось – пройдя буквально на пару метров девушки столкнулись с рыцарями.

– Беги, солнце. Я отвлеку их. Найди Астарота и Мэри. Они о тебе позаботятся, – прошептала колдунья, поцеловав леди на прощание а щёку.

Всадники окружали со всех сторон, загнав девушек в кольцо, постепенно его сужая. Они ликовали – отец Вильям будет доволен.

– Хватай брюнетку, пока не сбежала. Ты знаешь, на что она способна, – прошипел один из рыцарей. Двое других мгновенно слезли с коней, схватив Лилит за руки.

– Беги, чего стоишь? – крикнула зеленоглазая, заметив, что Изабель просто стоит на месте, смотря немигающим взглядом на разворачивающуюся перед ней картину.

– А зачем ей бежать? – усмехнулся рыцарь, крепко стягивая верёвкой кисти девушки. – Отец Вильям даровал ей свободу в обмен на тебя. Уходи, – мужчина обратился к русоволосой. – Церковь держит своё слово. Ты свободна. Но если попадёшься ещё раз – пиняй на себя.

Лилит не верила своим ушам. Она могла бы вырваться – Астарот учил её основам борьбы, как раз для таких моментов. Она ожидала, что однажды погибнет от рук любимой, но осознавать это было тяжело. И потому не хотелось бороться, не хотелось жить. Она предала. Она всё-таки сделала это. Мэри была права.

– Давай, пошевеливайся, ведьма, – рыцарь потянул за верёвку, приказывая девушке двигаться. И Лилит повиновалась.

Изабель смотрела на удаляющихся коней, пока они полностью не скрылись в чаще, а затем побежала. Побежала туда, где должен был ждать Астарот. Пару раз она налетала на деревья – слёзы слепили глаза. Девушка догадывалась, как отреагирует на известие демон. Но она не боялась – Бель готова была молить о том, чтобы мужчина её прикончил.

Как он и обещал, рыцарь ждал на поляне. Увидев, что Бель одна, мужчина всё понял и попросил избавить его от объяснений. Всю дорогу до нового укрытия жителей он молчал. Но Изабель чувствовала, насколько сильно кипит в нём ярость и гнев. Демон он или человек, но Лилит была дорога ему. По-своему, но всё же была.

Мэри… Она злилась. Кричала проклятия в адрес Изабель и, наверное, выгнала бы ко всем чертям из новой деревни, если бы когда-то давно не пообещала сестре заботиться об этой противной девчонке.

Теперь она точно осталась одна. Она собственноручно убила единственную, кому была необходима.

Глава 26. Порождённая огнём

Они поменялись местами. Если говорить совсем по-честному, Лилит была рада, что оказалась сейчас здесь вместо Изабель. Да, это было безумно больно – предательство. Когда любимый человек вонзает тебе нож в спину, вырывает сердце, рвёт душу – невыносимо. После такого не страшны пытки, костры и адское пламя.

Холодный каменный пол темницы, руки, прикованные цепями к стенам, четыре шипа, два из которых впиваются в шею, остальные два – в грудь. Отец Вильям хотел видеть глаза ведьмы, а “Вилка еретика” не позволяла девушке опускать голову. Впрочем, зеленоглазая колдунья и не думала прятать взгляд от такого ничтожества, как этот мужчина.

Она почти не ощущала физической боли – её сменила моральная. Палачи снова и снова втыкали в тело ведьмы иглы, жгли грудь раскалёнными железными прутьями, ломали руки, но ведьма продолжала молчать. Сглатывала крик, жмурилась, но молчала. И тогда Вильям ушёл, пообещав сделать так, что Лилит испытает самую жуткую и невыносимую боль. Уже несколько дней его не было, но однажды он вернулся. И брюнетка поняла, что может быть ещё больнее.

Он вернулся не один. Изабель. Улыбающаяся, разодетая, как во времена своей жизни в замке, совсем не похожая на ту, что сожалеет о содеянном.

Священник, ухмыляясь, впустил русоволосую в камеру заключённой. Поначалу они просто смотрели друг на друга. Молча, не отводя взгляд. Сложно описать, кто из них что чувствовал в этот момент и кому было больнее.

– Прости, – произнесла наконец Бель, разглядывая некогда прекрасную девушку. Ту, которую когда-то любила. – Они поставили меня перед выбором. Почему ты не убежала? Почему не спаслась? Ты же могла, я знаю, что могла. Почему ты сдалась, солнце?

– Не смей меня так называть, – с трудом пробормотала ведьма. Шипы, впивающиеся в шею, немного затрудняли речь. – Никакое я тебе не солнце.

– Ты не ответила.

– Почему я не убежала? Потому что мне наплевать, Изабель. Меня предал самый любимый и дорогой человек. Лучше умереть, чем жить с осознанием этого факта, – Лилит закашлялась. Слишком многло слов.

– Мне стыдно, правда стыдно. Я сожалею. Астарот отказался что-либо делать. А демоны ко мне не пришли. Я бы очень хотела вытащить тебя отсюда.

– Зачем ты пришла? Да ещё в таком виде. Я понимаю – ты спаслась, можешь теперь жить в своё удовольствие, но к чему эта показушность?

– Отец Вильям заставил меня, – вздохнула Изабель, касаясь ладонью плеча подруги. Бывшей подруги.

– Будешь уходить – забери это, – Лилит кивнула куда-то на пол. Нагнувшись и пошарив по земле, леди нашла кольцо. То самое. Символ памяти.

– Я не могу. Оно твоё.

Хрипло засмеявшись, Лилит произнесла:

– Боюсь, моим переломанным пальцам оно больше не пригодится, принцесса.

Изабель закрыла лицо руками, вытирая слёзы. Она смотрела на последствия своих решений и понимала, что поступила по-свински. Каждая сломанная кость, каждая капля крови ведьмы на её руках и совести.

– Лучше бы ты не приходила. Я не могу видеть тебя, мне больно. Скорее бы уже на костёр, и всё закончится.

– Надеюсь, ты простишь меня однажды. Может, в следующей жизни.

Лилит промолчала. Простит, не простит – какая разница? Они вообще могут не вспомнить друг друга.

– Эй, ты, время вышло, – рявкнул охранник, постучав по прутьям камеры.

– Я люблю тебя, моя милая ведьма.

– Прощай, Изабель.

Лилит никогда не узнает, что Бель пришла сюда сама, мучаясь от боли и чувства вины. Она никогда не узнает.

Последний взгляд холодных зелёных глаз в тёплые карие. Последние секунды, и они расстанутся на столетия. Расстанутся, но однажды обязательно встретятся.

***

– Что вернулась? – прорычала Мэри, провожая бредущую к своему дому Бель. – Довольна? Довольна тем, что сотворила? Не удивлюсь, если под капюшоном палача во время казни будет скрываться твоё лицо.

– Так убей меня. Ты же поклялась отомстить, – Изабель замерла, взглянув на блондинку. – Собери выживших, организуйте свой личный костёр. Я только спасибо скажу.

– Я бы так и сделала, да только пообещала сестре заботиться о тебе, когда её не станет. Я ненавижу тебя. Знай это.

– Я сама себя ненавижу.

Новое укрытие оказалось некогда сгоревшей деревней на самой окраине имения. Сюда редко кто забредал. Пока что это было лучшим местом для житья.

Однако, всё было разрушено. Это пепелище – своеобразный символ всего происходящего. Изабель плохо верилось, что Лилит вскоре не станет. Она ждала, что девушка вот-вот уведёт её за руку в лес и будет танцевать. Только для неё. Для неё одной. А по ночам будет согревать горячими ладонями её замерзшие руки и шею, рассказывая удивительные истории, которые ещё в детстве слышала от Астарота.

Ещё немного – и всего этого не станет. Вместе с Лилит сгорит и память о ней. Такова была её последняя просьба, и демон пообещал её исполнить.

Резкий запах крови, засохшей на руках тёмной плёнкой, вгонял в ужас. Это её кровь. Кисти дрожали, словно у нервно-больного, слёзы сами текли из глаз, ноги подкашивались.

Падение. И вот Изабель посреди полусгоревшего домика, одна, а впереди – жизнь, которую придётся прожить утратив то, что всё это время являло собой ,смысл существования. То, что скоро бесследно исчезнет, растворившись в пропасти веков.

Бель клялась себе вспомнить. По кольцу, по привычкам, по характеру или манерам – как угодно. Лишь бы только вспомнить. И пусть не всё, но хотя бы её. Вспомнить и извиниться, а дальше… А дальше, кто знает. Но станет ли ведьма искать её после такого? Боль сильна. Сильнее любви.

Многое предстояло восстановить. И не только постройки – в клане произошёл значительный раскол. Некоторые ушли насовсем, не в силах жить бок о бок с предательницей, остальные же косо поглядывали не только на Бель, но и друга на друга, пытаясь понять, кто же ещё может отказаться “крысой”. Доверие было безвозвратно утрачено.

И это было самое ужасное. Но поделать уже ничего нельзя – мосты сожжены. Жаль, что Бель так и осталась на нём стоять.

Девушка ложится на пол, сворачиваясь комочком. Впереди – целая вечность. Слёзы капали на грязный выгоревший пол, размывая золу и пепел. Снаружи начинался дождь, а на пальце викканки блестело тёмно-синее кольцо – единственное, что останется от Лилит.

***

Она бежит сквозь толпу, словно не в себе, расталкивая народ. Она шепчет про себя молитвы, призывы, проклятия, да и вообще всё, что может вспомнить. Однако, магия на сей раз бессильна. Сегодня ночью казнь Лилит.

Ночь. Они выбрали довольно символичное время суток – она его так любила. Как любила и луну, выглядывающую из-за облаков.

Изабель надела чёрное, хотя никогда не любила этот цвет, но этот цвет – её цвет и цвет траура, который разом накроет жизнь Бель плотным куполом, не выпуская до конца времён.

Она одна из деревни, кто пришёл. Даже Астарот не пожелал видеть это, хотя Изабель была уверена – он где-то поблизости.

Народ ликовал – Лилит многим успела насолить. Крестьяне кричали страшные ругательства в адрес темноволосой и с нетерпением ждали её появления, дабы поскорее увидеть, как она умрёт. Хотелось перерезать им глотки и бросить в этот чёртов костёр – все эти скоты ничуть не лучше ведьмы. Только Бель знала, какой она была на самом деле и на какую любовь и нежность была способна.

По волне радостного гомона девушка поняла – ведут Лилит. Через пару секунд она заметила проходящую сквозь народ фигуру в чёрном плаще. Спереди и сзади от неё шли двое мужчин с факелами. Замыкал шествие отец Вильям.

Дальше понёсся длинный и нудный монолог священника о вреде колдовства, связях с Сатаной, искушениях и очищении гонём. Свои зверства он называл “попытками спасти эту грешную душу”. Крестьяне слушали его, буквально проглатывая каждое слово, а Лилит, привязанная к столбу, лишь оглядывала народ, стараясь отыскать знакомое лицо. И нашла.

Окончив исповедь, отец приказал рыцарям поджечь дрова, сваленные у ног ведьмы. Пламя быстро разгорелось, пожирая тело той, что состояла из него. Изабель сквозь слёзы наблюдая за тем, как когда-то любимая ей женщина, корчится в агонии, сгорая заживо. До самого последнего момента они смотрели друг другу в глаза.

Когда запах тлеющей плоти стал совсем невыносимым, Бель убежала. В лес. На ту поляну, подальше от криков Лилит и ликующего хохота деревенских.

Только оказпвшись в одиночестве, Изабель смогла дать волю слезам. Она плакала так, как никогда до этого, вновь и вновь прокручивая в мыслях историю их знакомства. Всё, от первой и до последней минуты. Каждый взгляд, улыбку, поцелуй. Каждое прикосновение и каждую ночь, проведённую в одной постели.

Она плакала, рвала траву, в истерике колотила дерево, а после бессильно рухнула на землю, закрывая глаза. Завтра будет легче. Завтра она ничего не вспомнит.

Заключение.Истории всегда повторяются

Возле дверей института столпились как и новоиспеченные студенты, так и старшекурсники. Кто-то общался, кто-то курил, в ожидании предстоящего учебного дня, кто-то молча стоял в сторонке, уткнувшись в гаджет. Среди толпы, почти у самых дверей здания, она взглядом нашла девушку, с которой познакомилась на днях в социальной сети. Это было очень даже неплохо – знать хотя бы кого-то, когда приходишь в новый коллектив. Они договорились встретиться у входа. Интересно, как давно она ждёт? Наташа отметила сходство с девушкой. Она тоже старалась держаться подальше ото всех, словно в своём собственном мире. Обычная, ничем не примечательная девчонка в светло-розовой куртке, тёмных брюках, кедах и с рюкзаком за спиной.

– Привет, ты Маша?– Наташа подошла к девушке, вглядываясь в черты её лица. Ещё по фотографиям ей показалось, что где-то она её точно видела. Давно. Очень давно. – Прости, я опоздала.

Девушка вытащила наушники и кивнула, взглянув на собеседницу.

– Приятно познакомиться. В живую. Хоть кого-то буду тут знать, – произнесла Маша, вновь отвлекаясь на свой телефон. А Наташа всё смотрела на неё. Смотрела и не могла понять, почему же ей так знакомы эти карие глаза. Даже не смотря на плохую память, девушке казалось, что они с Машей уже встречались однажды. Не общались, возможно, но точно встречались.

– Неужели это и правда ты… – произнесла наконец Наташа, изучив каждый сантиметр лица девушки. Это было чуть громче, нежели она ожидала. Маша удивленно взглянула на новую знакомую. Заметив это, Наташа поспешила оправдаться: – Нет, ничего, не обращай внимания. Мы раньше нигде не встречались? Больно уж знакомое у тебя лицо.

– Не знаю, – пожала плечами Маша. – Едва ли мы виделись, тебе показалось, наверное.

– Да, ты права, наверное, я ошиблась, – улыбнулась Наташа, решив, что эту тему лучше закрыть.

Это она. Тот свет, что был потерян века назад, тот родной, безумно дорогой человек, с которым пришлось расстаться. Ненависть, злость, желание мстить – всё это будто ластиком стёрли, оставив лишь необъяснимую тягу и безграничную любовь.

И, может, в этот раз они не знатные особы, не владеют магией и живут в душном мегаполисе, а не в сказочно прекрасной лесной деревне, всё это имело никакого значения, ведь она, наконец, нашла её. Осталось совсем немного – подождать, пока она вспомнит.

“Только давай на этот раз всё будет по-другому, Бель” подумала про себя девушка, отчётливо вспомнив замки, костёр, лунные ночи и эти родные карие глаза. Она будет ждать. Столько, сколько понадобиться и будет рядом всегда, как и обещала.

Content

Жендарова Анастасия Дмитриевна Лилии цветут в огне