Щучий завтрак (Иллюстрации А. Лурье)

Дорогие ребята!

Герои этой книжки – октябрята Генка и Валька. Они живут в деревне. Десятка два бревенчатых домов стоят по обоим сторонам большой дороги. А сразу за домами лес, речушка Ивановица, впадающая в большую реку Лугу, и озеро. Генка с Валькой пропадают там целыми днями. О том, что они увидели и узнали, рассказывается в этой книге.

Виктор Смирнов

Художник — А. Лурье

Неожиданный улов

В речке Ивановице воды — лишь по щиколотку. Зато вода чистая, прозрачная, каждая песчинка просвечивается. А купаться плохо: и мелко, и вода точно ледяная.

— Давай запрудим, а? — предложил Генка, пробуя воду босой ногой. — Стоячая вода быстрей нагреется.

— Вот уж поныряем! — Валька обрадовался выдумке друга и, разбежавшись, перепрыгнул на другой берег.

Ребята запрудили Ивановицу. И речка приостановилась, будто задумалась: течь ли ей дальше?

Дно за запрудой оголилось н стало похожим на жидкую манную кашу.

— Глянь–ка, вроде рыба в песке трепыхается! — прошептал Генка.

Нет тут никакой рыбы.

Генка не стал спорить. Прямо в штанах, закатанных до колен, прыгнул в речку и. упав на четвереньки, запустил руки в песчаную жижу .

Мгновенно вырвал их из песка к поднял вверх. В руках извивалось что–то блестящее.

— Знаешь, как называется? — взволнованно спросил он.

— И на рыбу–то не похожа, брось ты ее, — с отвращением сказал Валька.

— Это же угорь!.. Ну и сильный, если до нашей речки добрался. — Генка прижал рыбину к груди. — Ух ты, так и норовит убежать! Скорей давай рубаху. Угря в нее посадим.

Валька завязал подол своей рубахи узлом и, набрав в нее воды, поднес к Генке, Генка опустил туда угря и снова плюхнулся на живот.

Поелозив по дну, вскочил на ноги. В его руках опять трепыхался угорь. Этот был меньше. Но такой же скользкий.

Пока ребята ловили угрей, вода уже стала переливаться через запруду. И речка ожила, зажурчала.

Генка еще раз обшарил нее .и нарочно топая по воде, но угрей больше не нашел.

Ребята окунулись по очереди и пошли домой — Возьми их себе. ~ подходя к Валькиной избе сказал Генка — Я ведь этих угрей во как наелся! — Генка чиркнул ладошкой по своему горлу и добавил. — Когда к дяде в Калининград ездил. Возьми, мамку свою угостишь.

Валька стал отказываться. Не хотелось ему брать этих рыб. Уж очень они напоминали змей. Но тут Генку домой позвали. Он заторопился, сунул в руки Вальке рубаху с угрями и убежал.

Валька постоял в нерешительности, но угрей все–таки отнес в избу. Он надеялся втайне, что он оправдается этими угрями перед матерью за две непрополотые грядки огурцов.

Мать с работы еще не пришла. Значит, до ее прихода можно кое–что сделать. Ну, хотя бы прополоть засветло полгрядки.

Валька наполнил водой таз и вытряхнул в него угрей. Угри сделали по два круга и замерли.

— Вот и сидите теперь тут, а я пойду поработаю, — и Валька вприпрыжку помчался в огород.

Он уже выполол четверть грядки, как вдруг услышал отчаянный крик матери:

— Валя! Валя! Скорее беги сюда!

Валька вмиг примчался.

— Ты чего, мам? Та перевела дух: — Вошла в избу, а там две змеи ползают. Живо беги за дедом…

Но Валька ринулся в избу. Через несколько секунд он выскочил на крыльцо и сказал:

— Это рыбы, мам. Угри. Да ты не бойся, я их в таз посадил.

— Ты с ума сошел! Они же опять выползут.

Мать из цыпочках приблизилась к тазу, долго всматривалась и, наконец, рассмеялась:

— Ой, и правда, рыбы! Только ты их укрой получше, раз они такие вездеходы.

Валька нашел в чулане кусок фанеры и накрыл таз. А на фанеру поставил еще ведро с водой. Между тазом и фанерой оставил маленькую щелочку, чтобы угри не задохнулись.

Мать пошла доить корову, а Валька снова побежал в огород. Дотемна он успел дополоть грядку. И вернулся в избу. Мать разливала парное молоко по кринкам. Белобрюхий котенок терся о ее ноги и мяукал, требуя себе молока. Таз, фанера и ведро с водой стояли на месте, погруженные в сумрак.

«Что там угри делают?» — подумал Валька и, подойдя тихонько к тазу, снял с него ведро, фанеру и… обомлел. Угрей в тазу не было. Говорить или не говорить об этом матери? Лучше не говорить. Но тогда надо их поскорее найти. И Валька принялся заглядывать под скамейки, под стулья, под шкаф.

— Ну где это видано, чтоб рыбы из воды убегали, — догадалась мать, сливая остатки молока н деревянное кошачье корытце.

Валька молча продолжал искать угрей по всей комнате, даже осмотрел ящики письменного стола. А в это время котенок вдруг перестал лакать молоко, сердито зафыркал и начал пятиться.

— Ой, глаза бы мои не глядели! — вскрикнула мать, выронив из рук подойник.

Валька наклонился, чтоб поднять подойник, и неожиданно увидел одного угря, выползающего из кадки, что стояла рядом с кошачьим корытцем. Валька взял угря и опустил в таз, закрыв его наглухо фанерой. Другого угря в кадке не было.

— Не рыбы, а мучители. — подумал про себя Валька, — и зачем я их только взял?

— Теперь я и спать не лягу. А ну как в кровать заберется — вздрогнула мать — Генка–то поди пошутил над тобой, специально водяных змеев подсунул паршивец.

— Это все–таки рыбы, мам, — нерешительно начал Валька — У них и жабры, и плавники есть.

— С6егай–ка, сынок, за своим дружком. — сказала мать, я с ним поговорю!

Генка явился тотчас.

— Сам небось уже спать приготовился, — сердито сказала Валькина мать, — А мы тут до полуночи твоих угрей ищем.

Тетя Маня, одну минуточку, пожалуйста, — вежливо попросил Генка и прошлепал босыми ногами к рукомойнику, под которым темнела тряпка.

А Валька зашептал матери ни ухо:

— Мам, погоди, не ругайся. Генка про этих рыб все знает.

— Вот он! — раздался радостный Генкин голос. — В мокрой тряпке устроился. — Генка положил угря в таз и продолжал: — Эти угри еще и не такое могут. Мне дядя говори, что они рождаются я море, а расти приплывают в реки. В одном месте долго не задерживаются, А как вырастут килограммов на 5, так обратно в море уплывают. Они и по суше могут ползти Ночью. По росе. Жаберные крышки прикрывают и дышат кожей.

— Ты уж, Генушка, избавь нас от этих окаянных рыб. Все спокойнее на душе будет, — подобрела мать. — Отпусти их на волю. Пусть еще подрастут.

— Конечно, отнесем их на речку. Прямо сейчас. — поддержал мать Валька. — А то они опять сбегут.

Ребята пересадили угрей в большой чайник и побежали на речку.

Щучий завтрак

Небо было светлым, а закат пылал медным заревом. Генка с Валькой сидели возле большой липы, смотрели на закат и спорили между собой.

— Я знаю, — смазал Генка, — если закат красный, значит, завтра не будет дождя. Можно пойти на Щучье озеро.

— А чего зря ходить–то? Там щуки крючки перекусывают

— А мы возьмем самые большие, на проволочных поводках.

— Да хоть к тросам их привязывай, все одно напрасно Мне дедушка об этом сказал.

— Может быть, он пошутил. Давай лучше сами проверим.

На другой день, рано утром, ребята уже шагали к Щучьему озеру. Генка нес чайник для живцов. Валька – удочки.

Когда они пришли, озеро было окутано дымкой тумана Слышались всплески. Это рыбы выпрыгивали из воды.

Ребята поймали несколько живцов. Насадили их на крючки. Закинули. Вдруг у Генки туго натянулась леска, поплавок нырнул и больше не появлялся.

Он что было силы дернул леску на себя. Рыба хлопнула по воде хвостом и так рванула в сторону, что Генка сначала чуть не плюхнулся в озеро. Но леска мгновенно ослабла, и Генка вместе с удочкой повалился на спину. Он поднялся и тяжело вздохнул:

— Первая сорвалась, теперь удачи не будет.

Он совсем расстроился, когда обнаружил, что рыба не просто сорвалась, а откусила крючок вместе с проволочным поводком.

Когда Генка стал привязывать новый крючок, рядом раздался сильный всплеск.

Генка вздрогнул и обернулся. У берега, по–лягушиному дрыгая ногам, бултыхался Валька. Он хотел что–то сказать но при каждой попытке захлебывался водой. Генка протянул Вальке удилище.

— Берись!

— Я са–ам…

Валька ушел с головой под воду, потом вынырнул и, ухватившись за ветку ракиты, выбрался на берег.

— Б–большая щука! — заикаясь, сказал он. — Глаза у нее как чайные блюдца. Убежала прямо с леской.

В запасе у каждого было еще по три крючка. Но вскоре не осталось ни одного.

Поводки из крючков были из тонкой проволоки. Щука их легко перекусывала. Ребята приуныли: такой клев, а удить нечем.

— Надо что–то придумать, пока щучий завтрак в разгape, — сказал Генка.

Было тихо. Рыба уже не плескалась. Вдруг где–то в стороне заржала лошадь. Генка встрепенулся. Вытянул шею. Долго прислушивался. Затем неожиданно помчался к лесу.

— Поймай окуня. Я скоро вернусь! — крикнул он на ходу.

Скоро Генка увидел двух колхозных лошадей. Генка подошел к той. которая ела траву, и сказал:

— Тпру–у…

Но лошадь даже не подняла головы, продолжая медленно передвигаться. Генка решил перехитрить ее. Через несколько минут перед лошадью лежала целая охапка сочной травы. Лошадь остановилась. А Генка вытащил из кармана перочинный нож, подобрался к лошадиному хвосту и осторожно отхватил несколько волосинок.

Когда он вернулся. Валька уже поймал несколько окуней.

— Вот, я у коняги отхватил, — сказал Генка Ты держи, а я буду вить…

— Но ведь крючков у нас нет, — сказал Валька.

— Давай живца! — Генка продел леску через жабры окуня и завязал узлом.

— Вот так и будем ловить, — Генка закинул удочку. — Леска из конского волоса покрепче всякой проволоки. Ее щука не перекусит и не оборвет.

Вдруг леска натянулась как струна. Генка вцепился в удилище.

— Тащи! — шепчет Валька,

— Знаю без тебя. — сердится Генка за подсказку.

— Эх, сачок бы сейчас! — переживает он, подтягивая рыбу к берегу.

А Валька приготовил вместо сачка свои штаны и стоит в воде, ждет. Когда показывается щука, он быстро подставляет под нее штаны, а затем кидается на нее, прижимает к груди н выскакивает на берег. И вот щука уже на песке, скалит свою зубастую пасть.

Пока ребята возились со щукой, солнце над годовой встало, полдень наступил. И щучий завтрак кончился. Сколько друзья ни закидывали удочку, щуки не клевали. Но ребята были с уловом: рыба–то оказалась большая, килограмма на три.

— Это нам лошадь помогла. Когда она заржала, я вспомнил один случай, что дедушка как–то рассказывал, — говорил Генка, в который раз принимаясь разглядывать щуку.

Голубой патруль

Услышали Генка с Валькой, что пионеры создают отряд под названием «Голубой патруль», и решили в него записаться.

— Айда к Витьке, он у них главный. — предложил Генка и надел на голову выцветшую морскую фуражку.

— А мне что надеть — растерянно сказал Валька, глядя на свою панамку.

Генка достал из старой жестяной коробки, где хранились его значки, маленький латунный якорь.

— На, прикрепи к своей панаме, и получится морской берет.

И ребята направились к Витьке. Витька сидел на крыльце и ставил красным карандашом кружочки на карте местного значения. Он даже не повернулся иа скрип калитки.

— Кхе, кхе, кхе — осторожно покашлял Генка. Витька, видимо, не расслышал и продолжал наносить кружочки.

— Ой, пчхи, пчхи — чихнул Валька и виновато посмотрел на Генку. Тут Витька обернулся.

— Вам что здесь надо? — строго спросил он.

— Мы в отряд пришли записаться, — сказал Генка.

— Запиши, а? — присоединился к другу Валька.

Витька усмехнулся.

— Заслужите вначале.

— Ты нам скажи как — выскочил вперед Валька.

— Мы принимаем только сообразительных. Понятно?.. — И Витька больно шелкнул по носу Вальку. Он было наметился и на Генкин нос, но тот опустил на глаза фуражку, и Витькин щелчок пришелся по козырьку. Витька поморщился:

— Некогда мне тут с вами рассусоливать. Скоро ребята придут, а я еще не все водоемы на карте отметил. Когда им ими и калитку. Валька сказал:

— До чего вредный этот Витька.

— Он нас проверял, а ты все напортил. Выскочишь всегда.

— А сам–то ты чего молчал?

— Я думал

— А надо было соображать, вот.

Ребята решили пойти на рыбалку и там заодно обдумать, как быть дальше.

У реки Луги была старица — старое русло. В разлив старицу заходила рыба метать икру и, не успев уплыть с талой водой, оставалась там на все лето. Прямо к старице и вышли ребята по знакомой тропинке.

На середине старицы блестела маленькая полоска воды, со всех сторон окруженная потрескавшимся сухим илом Вода пенилась будто кипела. На ярком солнце высверкивала серебром тьма–тьмущая рыбешек. Они шевелились, двигались, стараясь пробиться, где поглубже. Некоторые выпрыгивали из воды.

Как парное молоко, — опустив в воду руку, сказал Генка. Он сорвал со своей головы морскую фуражку и пригоршнями начерпал в нее мальков. Бегом добежал до реки и вытряхнул их в воду.

— Мальки погибают, а ты стоишь! — сказал он Вальке.

— Если б это была большая рыба, а то мелюзга какая–то.

— Пожалел свою панамку, эх ты!

— И не подумал! — Валька бросил панамку в воду. Она быстро потемнела и набухла. В нее набились мальки.

— Но ведь так мы их до утра не перенесем.

— А что ты предлагаешь?

— Канавку выкопать. Старицу с рекой соединить.

— Точно. И мальки поплывут сами…

Ребята нашли в песке занесенный половодьем ржавый противень. Распрямили его на камнях, а затем разломили пополам.

До реки было шагов двадцать. Ребята копали без перерыва. С обоих скатывался лот. А когда вода из старицы хлынула в канавку, они запрыгали от радости.

Не все рыбешки успели уплыть с водой по канавке. Оставшихся мальков Генка с Валькой перенесли в реку в фуражке и в панамке.

Ребята сильно устали и решили немножко отдохнуть, прежде чем ловить рыбу. Только они легли в холодке, как со стороны леса послышались голоса. Валька первый выглянул из–за дерева.

Ребята несутся с ведрами. Лопаты у них…И Витька впереди, как жираф скачет.

Теперь всю рыбалку нам испортят. Попросим, чтоб не шумели. — Генка встал и вместе с Валькой вышел навстречу ребятам.

Витька увидел Генку с Валькой и направился к ним:

— А вы чего тут торчите. Опять в отряд проситься будете?

Подбежавшие ребята закричали:

— Витька, Витька, гляди, здесь кто–то уже спас мальков!

Витька поглядел на безжизненную старицу, на темную от влаги канавку, уходящую змейкой к реке, на измазанных с головы до пят в иле Генку с Валькой и сказал:

— Вы сделали как раз то, чем занимается наш «Голубой патруль».

Генка с Валькой молча переминались с ноги на ногу и смущенно улыбались.

Content

Щучий завтрак (Иллюстрации А. Лурье)

Неожиданный улов

Щучий завтрак

Голубой патруль