Л. Пуликова

Кливлендский Музей искусства

Официальный сайт музея: www.clevelandart.org

Адрес музея: 11150 East Boulevard, Кливленд.

Телефон: 216 421 7350,1 877 262 4748.

Проезд: Regional Transit Authority (RTA), красная линия, «University Circle», остановка «Windermere», далее выйти из поезда, перейти на правую сторону к бесплатному автобусу «Circlelink». The Healthline Rapid Transit Buses, остановка «Stokes Boulevard» или «Adelbert Road/Severance Hall», далее пешком до музея 5–7 минут.

Часы работы: Вторник, четверг, суббота, воскресенье: 10:00–17:00.

Среда, пятница: 10:00–21:00.

По понедельникам музей закрыт.

Посещение музея бесплатное.

Фото- и видеосъемка: Фотосъемка в галереях постоянной коллекции музея разрешена для личного использования, без вспышки или треноги. Работы, не принадлежащие музею, созданные после 1900 и экспонирующиеся на специальных выставках, фотографировать запрещено.

Информация для посетителей: Сумки, рюкзаки, переноски и зонты размером больше 11х15x6 дюймов должны быть оставлены в гардеробе. Рисование карандашных эскизов разрешено только в галереях постоянных коллекций.

Музейное кафе предлагает своим посетителям широкий выбор бутербродов, салатов, закусок, десертов и напитков. Магазин в главном лобби располагает большим ассортиментом художественных альбомов, каталогов, плакатов и подарков, а также драгоценностей, аксессуаров и других товаров от местных художников.

Здание музея

Географическое расположение Кливленда — на берегу реки Эри, входящей в систему Великих озер, — стало ключевым фактором роста города. Развитое железнодорожное сообщение помогло ему превратиться в индустриальный центр с металлургическими и машиностроительными заводами, сетью железных дорог, стать в начале XX века городом миллионеров.

Экспонат из коллекции музея

Основание музея стало возможным как раз благодаря финансовой помощи крупных промышленников и жителей города — Хинмана Б. Харлбата, Джона Хантингтона и Горация Келли, завещавших деньги специально для этого художественного учреждения.

Музейный комплекс, открывший свои двери для публики 6 июня 1916, находится в Университетском районе. Его постройка обошлась в сумму $ 1,25 млн, было возведено здание из белого мрамора в неоклассическом стиле с колоннами, фронтоном и масштабной лестницей, а также разбит живописный парк на 75 акров (300 000 м^2).

Зеленая зона, в которой сейчас располагается музей, ранее находилась в частной собственности. Филантроп Джефта Уэйд II пожертвовал свои земли городу, часть из них была использована под строительство музея и прилегающей к нему территории. Сегодня этот парк со многими прекрасными скульптурами вокруг здания носит имя благотворителя — Уэйд-парк. Здесь можно увидеть оригинальные работы: «Фонтан вод» (1927) Честера Бича, памятник участнику американской войны за независимость, польскому герою Тадеушу Костюшко, бронзовые солнечные часы Фрэнка Жиру «Ночь переходит в день», недалеко от входа в парк установлено изваяние, изображающее Оливера Хазарда Перри — морского офицера, героя сражения на реке Эри, произошедшего в начале XIX века.

Однако внимание зрителей притягивает знаменитая скульптура «Мыслитель» Огюста Родена, располагающаяся на парадной лестнице музея. У нее уникальная и беспокойная история. Одна из двадцати оригинальных отливок французского мастера, работа благополучно существовала в Кливленде до 1970, когда была взорвана одной из радикальных американских группировок левого толка. Акт вандализма серьезно повредил постамент и ноги «Мыслителя», но в то же время скульптура неожиданно приобрела черты иного характера — как будто к созданию шедевра подключился Сальвадор Дали с его текучими и одновременно разорванными формами. После непродолжительных дискуссий руководство музея решило оставить статую в новом виде и не предпринимать попыток восстановить ее первоначальное состояние.

Фредерик Аллен Уайтинг был назначен первым директором музея, он рассматривал учреждение, прежде всего, как учебное заведение. Уайтинг придумал и впервые провел в 1919 «Ежегодную выставку художников и мастеров Кливленда», это мероприятие проходит до сих пор и продолжает демонстрировать работы местных умельцев.

Щедрые денежные пожертвования музею, а также в виде художественных произведений от коллекционеров способствовали увеличению количества предметов искусства в экспозиции и фондах. Вторая мировая война внесла свои коррективы: состоятельные американцы покупали в разрушенной Европе ставшие доступными первоклассные картины и предметы декоративно-прикладного искусства в свои собрания, многие из которых затем были переданы в музей Кливленда, что способствовало его процветанию. Тогда же были приобретены значимые произведения, укреплявшие международные позиции и репутацию одной из лучших американских коллекций. В 1940-х и 1950-х финансовые возможности музея резко возросли благодаря крупным завещаниям имущества, значительным наследствам от финансовых фондов, собрание увеличилось в два раза. Была создана азиатская коллекция — одна из самых значительных и больших в мире, куплены произведения средневекового искусства.

Экспонат из коллекции музея

Музей несколько раз расширялся, в 1971 по проекту венгерского архитектора Марселя Брейера было добавлено северное крыло. В 2005 утвердили проект реконструкции комплекса стоимостью $ 350 млн. Цель — поддержать престиж и высокий научный уровень музея, не дав ему стать обычным провинциальным собранием произведений искусства. При этом из ансамбля построек остался только основной корпус 1916-го, восстановлена первоначальная симметрия по оси север — юг, подчеркнуто главенство неоклассического фасада здания начала XX века.

Коллекция кливлендского Музея искусств на сегодняшний день насчитывает более 65 000 произведений со всего мира. Здесь хранятся выдающиеся живописные полотна Сандро Боттичелли, Микеланджело Меризи да Караваджо, Эль Греко, Николя Пуссена, Питера Пауля Рубенса, Франса Халса, Герарда Давида, Уильяма Тернера, Сальвадора Дали, Огюста Ренуара, Поля Гогена, Камиля Коро, Клода Моне, Винсента Ван Гога, Пабло Пикассо, Анри Матисса. Активно приобретается и искусство второй половины XX века, в собрание добавилось несколько важных произведений художников Энди Уорхола, Джексона Поллока, Христо Явашева, Франческо Клементе, Роберта Мангольда, Марка Танси.

Коллекция музея представлена в отделах китайского, индийского, африканского, исламского искусства, рисунка, гравюры, европейской живописи и скульптуры, современного европейского искусства, искусства Древней Америки и Океании, Греции и Рима, американской живописи и скульптуры и современного американского искусства.

В дополнение к обширному художественному собранию в музее располагается одна из крупнейших библиотек по искусству в США. Еще в 1913 было подготовлено 10 000 томов, включающих фотографии и архивные материалы. На сегодняшний день библиотека насчитывает 431 000 томов и 500 000 оцифрованных слайдов.

В зале музея

Искусство III–XIII веков

Иона выбрасывает кита на сушу. 280–290

Бюст аристократа 270–280. Мрамор. 35, 2x21,5

Два мраморных портрета — одна из трех пар скульптур, представляющих аристократическую римскую чету. Они уникальны, так как показывают одних и тех же людей трижды, с незначительными вариациями в одежде. Каждая модель — и мужчины, и женщины — имеет почти идентичные черты лица. Несмотря на то что имена изваянных горожан остаются неизвестными, они, вероятно, являлись супругами.

Бюсты найдены вместе со скульптурами «Добрый Пастырь» и «Иона». Портреты были датированы на основании стилистических особенностей обработки мрамора. Исследование костюмов и причесок позволило специалистам установить и ограничить примерный период создания работ — 270–280.

Молодой мужчина облачен в палудаментум, или плащ с бахромой, складки которого мягко спускаются вниз. Скульптор прекрасно запечатлел облик вельможи, однако мастера совершенно не интересовала передача свойств его характера и психологических черт.

Бюст аристократки 270–280. Мрамор. 33, 2x20

У супруги сановника, довольно молодой женщины, лицо также изваяно без выраженных эмоций. Образы этой четы благодаря свойствам мраморной поверхности кажутся окутанными некоей вековой дымкой, они будто еще не до конца проявились, модели даже неуловимо становятся похожи друг на друга. Во многом такому впечатлению способствует отсутствие четкой проработанности глаз древних римлян.

Парные портретные бюсты поздней Античности — большая редкость в музеях, особенно представленные как серия, подобная данной. Специалисты неоднократно задумывались об их первоначальной функции. Возможно, эти произведения предназначались для дипломатических подарков. Вполне вероятно, что они были заказаны покровителем четы для повышения социального и политического статуса.

Масляная лампа с ручкой в виде головы грифона IV–V века. Бронза. 14,7x22,6

Бронзовые масляные лампы с ручками в виде голов грифона и христианскими символическими украшениями — крестами были широко распространены с IV по VI век, благодаря чему и сохранились в достаточном количестве по всей территории Средиземноморья.

Популярность грифонов — древних мифологических существ с телом льва, головой и крыльями орла, вероятно, обусловлена их традиционной ролью «царя птиц» и олицетворением могущественного покровителя. Будучи объединением земных зверей и воздушных птиц, животное стало использоваться христианами как символ Иисуса, сочетавшего в себе человеческое и божественное. В этом значении изображение грифона можно обнаружить в качестве скульптурного украшения в некоторых средневековых церквях.

На данной ранней бронзовой византийской лампе грифон выступает хранителем огня и света. Украшение повседневных бытовых объектов как языческими, так и христианскими символами могло означать стремление людей усилить защитные свойства вещи.

Фибулы V–VI века. Серебро, чернь, частично позолота. Каждая 10,5х 6,5

Фибула — декоративная застежка для плаща. Женщина высокого ранга могла носить ее на плече, фиксируя таким образом ткань одежды, или закрепить несколько изделий на поясе, создавая оригинальный декоративный ряд.

Две одинаковые «пальчатые» фибулы — замечательные образцы ювелирного искусства эпохи Великого переселения народов. Такие ювелирные произведения находили в захоронениях на обширных территориях Европы, особенно в Венгрии, Польше, Греции и на Балканах. Фибулы из музея Кливленда состоят из двух щитков. Верхняя часть увенчана пятью лучами, иначе — пальцами в виде стилизованной головы животного или змеи, по центру располагаются две связанные между собой спирали — символы бесконечности. На продольной части изделий рельефные линии, переплетаясь, образуют геометрический орнамент.

Эти работы отражают эстетические вкусы и характерные для «варварского мира» схематичную трактовку образов фантастических созданий, магические рисунки и простые узоры.

Пряжка Около 525–560. Бронза, позолота, гранаты, раковины, стекло, перламутр. 7, 1x13,2

Во время Великого переселения народов (III–VII века) украшения почти всегда клались в могилу вместе с усопшим владельцем. Пряжки с большими прямоугольными пластинами — вставками были обнаружены в захоронениях на территории всего Пиренейского полуострова, в настоящее время занимаемого Испанией и Португалией.

Украшения вестготов весьма разнообразны. Более мелкие предметы, подобные данному, бывают ярко инкрустированы полудрагоценными камнями и цветным стеклом. Гранат особенно ценился среди вестготов и использовался в ювелирных изделиях с перегородчатой техникой, так называемой клуазоне. Кусочки полированного камня устанавливались в сетку со сложными отделениями. Эти пряжки украшены гранатами очень плотно, визуально кажется, что образуется переливающийся красный «ковер». Большие пряжки вестготов поразительно однородны по форме, но разнообразны в области дизайна и конструкции. Возможно, таким образом выражались личные предпочтения их владельцев. Раскопки могил показали, что украшения такого типа предназначались для женщин.

Ожерелье с подвесками VI век. Золото, гранат. Длина цепи — 56,5

Данное ожерелье с подвесками, вероятно, принадлежало одной из состоятельных женщин константинопольского двора Византийской империи. Ношение золотых изделий всегда было отличительной чертой высшего сословия европейского Средневековья. Однако это лаконичное произведение ювелирного искусства не является личным украшением и символом социального статуса, как может показаться на первый взгляд. Крест, подвеска и капсулы содержат реликвии, которые были призваны выполнять функции мощной защиты и оберегать своего владельца от недругов, сглаза и злых духов. В гексагональных цилиндрах, фланкирующих крест, находятся кусочки пергаментов с написанными магическими текстами и заклинаниями. Камень, которым украшены крест и подвеска, также выбран неслучайно: гранату с давних времен приписывали целебные свойства и чудесные силы, способные наделять его обладателя здоровьем и властью над людьми.

Плакетка: Путешествие в Вифлеем. Около 1100-11 20. Слоновая кость. 16,3x11

В художественной культуре Италии XI–XII веков большое место занимало декоративно-прикладное искусство. Оно подчинялось строгой церковной регламентации и служило наглядным пособием для распространения христианского вероучения среди народа.

Резные пластинки слоновой кости с изображениями событий Священной истории украшали ларцы, переплеты манускриптов, образовывали отдельные диптихи и триптихи — небольшие алтари-складни. Подобную роль, по-видимому, играло и это произведение со сценой «Путешествие в Вифлеем». Здесь представлены беременная Иисусом Мария верхом на ослике, Иосиф и один из его сыновей от предыдущего брака, направляющиеся в Вифлеем, чтобы согласно указу римского императора при переписи зарегистрироваться в родном городе Иосифа. Действие происходит на фоне построек, в которых объединены византийские декоративные детали (например, лист аканта на капители) с исламскими архитектурными мотивами (округлые арки). Смешение византийских, исламских и западных иконографических элементов характерно для искусства, создававшегося в Амальфи — процветавшем купеческом городе в Южной Италии, недалеко от Неаполя.

Христос на кресте. Около 1130–1140. Полихромное дерево. 111,1x20,2

Это изображение Христа является одним из редкостных экземпляров деревянной скульптуры XII века, дошедших до наших дней. В то время огромное влияние на развитие романской скульптуры оказывала церковь, которая, выступая главным заказчиком, определяла ее религиозную тематику и направленность. Монументальные распятия, вырезанные из дерева и раскрашенные, были обычны для храмовых интерьеров. Размещенные или подвешенные над главным алтарем, они напоминали прихожанам о жертве Иисуса за человечество на кресте. Фигура Спасителя, без сомнения, являлась частью группы, представляющей сцену снятия с креста, на что указывают наклон головы и корпуса, раны на ноге.

Скульптура из музея Кливленда отличается торжественностью и лиричностью образа. Тело Христа сильно удлинено, пропорции нарушены, формы стилизованы, сосредоточенное, задумчивое лицо несет на себе печать смирения. В образе Иисуса, отвлеченном и одновременно конкретном, романский мастер отразил своеобразное мировоззрение человека той эпохи.

Реликварий (мощевик) в форме руки. Около 1190. Серебро, позолота, выемчатая эмаль, дуб. Высота — 51

Саксонский мастер XII века неслучайно избрал для данного реликвария форму человеческой руки в одеянии: как хранилище она прекрасно подходит для продолговатого кусочка кости неизвестного святого. Это произведение из гвельфской сокровищницы продолжительное время являлось важным атрибутом во время литургических богослужений и шествий. Католическое духовенство использовало руку, чтобы прикоснуться к верующим, благословить их, в результате чего присутствие святого было более ощутимым и связь с ним становилась сильнее. Маленькие бюсты апостолов, украшающие основание реликвария, возможно, намекают, что находящиеся в нем мощи принадлежат одному из учеников Христа.

Известно, что саксонский правитель, герцог Генрих Лев (1129–1195), получил подобную работу в подарок от византийского императора Мануила I (годы правления — 1143–1180) после возвращения из паломничества в город Иерусалим.

Лист из лекционария с изображением святого апостола Луки 1057–1063. Тушь, темпера и золото на пергаменте. 28,9x22,6

Этот красочный лист происходит из лекционария (сборника фрагментов текстов Священного Писания, расположенных согласно порядку церковного года, используемого во время богослужений для чтений Литургии слова), который был подарен монастырю Святой Троицы в Константинополе императрицей Екатериной Комнин в 1063.

Миниатюрист изобразил святого евангелиста Луку — первого иконописца и покровителя художников — за кропотливой работой. Все необходимое аккуратно разложено перед ним: стилус (острая палочка для письма, рисования и гравирования), циркуль, нож, полировальный инструмент и чернильницы. Портреты авторов Евангелий от Матфея, Марка, Луки и Иоанна часто встречались в евангельских книгах во всем христианском мире. В какой-то степени это делалось, чтобы наглядно продемонстрировать верующему присутствие апостола, служило своеобразным портретом автора текста Евангелия.

Бифолия со сценами из жизни Христа 1230–1240. Пергамент, темпера, золото. 30,7x31

Бифолия — это лист пергамента, который складывали по центру, чтобы таким образом создать две страницы. Первоначально данные иллюстрации входили в большой Псалтырь, или Книгу псалмов, ныне утерянную. Миниатюры, украшающие каждый лист, подразделяются на четыре небольшие части и повествуют о жизни Богоматери и Иисуса Христа от Его рождения до мученической смерти и последующего воскресения. Формат и стиль оформления Псалтыря красноречиво свидетельствуют о том, что он был создан в одном из скрипториев (мастерских рукописных книг в монастырях) на севере Германии, в епархии Хильдесхайм. Цветовая гамма иллюстраций достаточно ограниченна, колорит построен на сопоставлении синих, зеленых, красных и сероватых тонов с ярким золотом фона. С наивной непосредственностью, присущей искусству XIII столетия, мастер вписывает угловатые фигуры персонажей библейских сказаний в определенные границы, лишь в двух случаях он «выпускает» изображения из жестких рамок. В отличие от красочных и изящных произведений миниатюрного искусства Италии и Франции немецкие работы рассматриваемого периода более тяжеловесны, в них сильнее ощущается влияние уходящего романского стиля.

Акваманил в форме льва 1200–1250. Медь, литье, чеканка. 26,4x29

Акваманил, или водолей, первоначально являлся сосудом для воды, с помощью которого омывал руки католический священник при совершении литургии. Подобные изделия были чрезвычайно популярны и широко распространены в эпоху Средневековья, а начиная с XIII века стали непременными предметами обихода во время пиршеств в рыцарских замках. После каждого блюда акваманил обносили вокруг стола, чтобы гости могли вымыть руки.

Воображение средневекового мастера придавало водолеям формы фантастических животных, таких как дракон, единорог и химера, и реальных — лошадей, собак, птиц, леопардов и львов. Акваманилы, созданные ремесленниками Германии, пользовались большим спросом во всех странах Европы. Небольшие полые фигурки отливали из бронзы или меди, для изготовления применяли излюбленную ювелирами романской эпохи технику «потерянного воска», при которой первоначальная модель погибала, каждый акваманил становился уникальным произведением декоративно-прикладного искусства.

Рака 1225–1250. Медь, гравировка, штамповка, эмаль. 24,7x24,2x10,4

В Средние века раки — ковчеги с мощами святых — размещались внутри храма на алтаре или в подземных хранилищах монастырей, а в праздничные дни выносились из церкви для участия в крестном ходе, чтобы верующие могли поклониться святым останкам.

В середине XII века в Лиможе возникло производство изделий из меди в технике выемчатой эмали. Эти вещи пользовались большой популярностью. Считается, что определяющую роль в развитии эмальерного производства сыграл возросший спрос на церковную утварь. Лимож являлся крупным центром религиозной жизни Франции: через город с множеством церквей пролегал торговый путь, шли паломники. Поэтому к наиболее ранним памятникам относятся реликварии для мощей святых, литургические сосуды, кресты для процессий, епископские посохи.

На темно-синем эмалевом фоне раки располагаются традиционные изображения: на крышке — Христос в окружении святых, каждый — в медальоне, созданном тонкой гравировкой, на боковой части — распятие с предстоящими. Необыкновенная популярность лиможских эмалей, вывозившихся даже в Испанию, Италию и Швецию, объяснялась высокими эстетическими качествами и небольшой стоимостью изделий, которые могли быть доступны любой церкви или монастырю.

Ангел Около 1250. Орех со следами позолоты и полихромии. 75x41,5

Сохранившийся фрагментарно, этот печальный ангел утратил свои атрибуты, лишился крыльев и рук. Померкли оригинальные краски, почти полностью стерлась позолота, ранее озарявшая парчовые одежды небесного посланника и его пышные волосы. Тем не менее в изящной позе и возвышенном выражении лица, в котором можно усмотреть и трагическую тоску, и глубокую озабоченность, до сих пор ощущаются утонченность, изящество и внутренняя сила. «Ангел» — воплощение монументального искусства XIII века, характерная скульптура Высокой готики кафедральных соборов Франции. Стиль произведения дает основание предполагать, что деревянная фигура была вырезана около Реймса или ваятель был связан с собором этого города. Первоначальное размещение «Ангела» неизвестно, возможно, он находился на одной из колонн, окружающих алтарную часть храма.

Искусство XIV–XVI веков

Мадонна с Младенцем. Около 1385–1390

Реликварий в форме книги. Около 1340. Слоновая кость, серебро, жемчуг, рубины, изумруды, кристаллы, оникс. 31, 6x24,4

Этот великолепно инкрустированный реликварий напоминает роскошную обложку средневековой книги как по форме, так и по отделке. Считается, что Оттон Мягкий, герцог Саксонии (годы правления — 1318–1348), выступил его заказчиком. Реликварий предназначался для хранения листов из Евангелия и мощей почитаемых в Германии святых, которые находились в полости за резной доской из слоновой кости с изображением сюжета «Брак в Кане Галилейской».

История первого чуда Христа (превращения воды в вино) представлена в трех сценах. В левом верхнем углу Дева Мария сообщает Иисусу и его апостолам об отсутствии вина на свадебном празднестве. С правой стороны жених, невеста и их гости сидят за столом, двое слуг предлагают им кубки. В нижнем ряду пара служителей заливает воду в первый из шести сосудов, в то время как Христос обращается к Своей матери и новобрачной.

Оборотная сторона также не оставлена пустой, на ней вырезаны фигуры главных покровителей собора в Брауншвейге — Иоанна Крестителя окружают святые Блез и Фома Беккет.

Джованни ди Агостино (около 1310–1370) Мадонна с Младенцем, святой Екатериной и Иоанном Крестителем. Около 1340–1350. Мрамор, следы золочения и полихромии. 70,5x52,5

Об итальянском мастере Джованни ди Агостино известно немного. Сиенский скульптор работал совместно с Аньоло ди Вентура, создавая серию сцен из жизни святых Регула и Октавиана. Затем им был исполнен монумент на могилу епископа Гвидо Тарлати.

Произведение «Мадонна с младенцем, святой Екатериной и Иоанном Крестителем» дает представление о средневековой сиенской скульптуре, которая органично использует некоторые черты готического стиля. Италия достаточно долго сопротивлялась устремленному ввысь северному стилю готики, распространившемуся в Тоскане через работы Николо и Джованни Пизано, Джованни ди Агостино и других художников только со второй половины XIII века. Творчество этих мастеров, прежде всего, отождествляется со скульптурными композициями готических соборов Сиены и Орвието.

Деву Марию с Младенцем, фронтально сидящих на троне, окружают фигуры святых Екатерины и Иоанна Крестителя. Они располагаются под навесом с характерными для готики стрельчатыми арками и башенками — пинаклями. Данный мраморный рельеф предназначался для интерьера собора или иной церкви Сиены и был, вероятно, завершен незадолго до эпидемии чумы в 1348 — события, изменившего жизнь и характер искусства этого города.

Архангел Гавриил из группы «Благовещение» Около 1350. Алебастр, роспись, золочение. 56,5x26,3

Первоначально «Архангел Гавриил» входил в алтарную композицию, но в XIX столетии скульптура была отделена от парной ей фигуры Девы Марии (в настоящее время находится в Париже, в Лувре).

Изысканное и элегантное изображение архангела предположительно было создано в мастерской недалеко от французской столицы, вероятно, в бенедиктинском аббатстве Мутье-ла-Целле или, возможно, в аббатстве Нотр-Дам-дю-Пре, чья церковь посвящена празднику Благовещения. Правой рукой архангел указывает на свиток с надписью «Ave Maria Gratia Plena» («Дева, радуйся, исполненная благодати») — слова, которыми Гавриил приветствовал Богородицу. Образ небесного посланника излучает спокойствие и радость, плавные изящные движения подчеркиваются ниспадающими складками одежды, еще частично сохранившими первоначальную раскраску. Неизвестный мастер так умело поработал с алебастром, что каменная статуэтка кажется фарфоровой.

Дон Сильвестро деи Герардуччи (1339–1399) Инициал G из сборника гимнов 1371–1377. Тушь, темпера, золото на пергаменте. 38,6x36,5

О Доне Сильвестро деи Герардуччи известно совсем немного. Он был монахом, затем настоятелем одного из флорентийских монастырей, после принятия сана впервые начал работать над иллюстрациями к рукописям и со временем стал одним из лучших средневековых мастеров-миниатюристов.

Инициал G — заглавная буква латинского текста «Gaudeamus omnes in Domino…» («Возрадуйтесь Господу…»), открывающего гимны, посвященные празднику Всех Святых (1 ноября). Автор очень искусно поместил во внутреннее пространство буквы G изображения Иисуса Христа и Девы Марии на престоле в окружении святых и ангелов с разноцветными крыльями, подносящих цветы и поющих гимны.

Это яркое, чрезвычайно декоративное произведение, насыщенное чистыми красными и синими цветами на горящем золотом фоне, считается шедевром художника. Наряду с некоторыми другими листами данная работа являлась частью великолепного сборника, созданного в скриптории монастыря Санта-Мария дельи Анджели во Флоренции.

Благовещение 1380. Дерево, темпера. 40,3x31,4

Неизвестно имя мастера, создавшего данную работу, которая, возможно, предназначалась для королевского двора Нидерландов или Франции. Неслучайно автор вводит мотивы куртуазной светской рыцарской культуры, что проявляется в декоративных деталях обстановки, изысканных одеяниях и жестах рук персонажей.

Живописец использует особый рафинированный художественный язык, утонченные цветовые сочетания — божественный золотой, на котором представлены архангел Гавриил и Дева Мария, насыщенный синий — одежд, привносит зеленые и оранжевые тона.

Коленопреклоненный золотоволосый посланец небес с павлиньими перьями в крыльях обращается к испуганной Марии с благой вестью. Внезапное появление архангела Гавриила прервало молитвенное чтение Девы, непосредственный жест поднятых рук выдает Ее волнение и испуг. Художник интересно обыграл момент инкарнации, воплощения — крошечный Младенец Христос в лучах света, исходящих от Бога Отца, направляется в сторону Богоматери.

Приписывается Никколо да Болонья (около 1325–1403) Лист из молитвенной книги: Распятие. Около 1390. Тушь, темпера, золото, пергамент. 26, 8x20,2

Никколо ди Джакомо да Болонья, более известный как Никколо да Болонья, был одним из самых уважаемых и плодовитых художников XIV века в Болонье, создававших иллюминированные рукописи. Его стиль довольно хорошо узнаваем в этой иллюстрации: выразительные, реалистически исполненные фигуры, среди которых выделяется Мария Магдалина, в порыве отчаяния обнимающая крест, на котором распяли Иисуса. Колористический строй одеяний скорбящих святых и мятущихся ангелов, собирающих драгоценную кровь, почти лишен оттенков, они написаны локальными цветами с добавлением белил для прорисовки складок. Необычен фон произведения — первоначально золотой, он по ковровому принципу целиком покрыт растительным узором, тонко прописанным черной тушью. Некоторые завитки повторяют очертания нимбов предстоящих, таким образом декоративный элемент рождает ощущение некоего ирреального движения. Никколо да Болонья и его мастерская создали миниатюры для большого количества священных книг, рукописей и иллюстрации для произведений светской поэзии и драматургии.

Мадонна с Младенцем на троне. Около 1400. Известняк, полихромия, позолота. 44,7x31,9

Изящная, чрезвычайно тонко проработанная скульптурная группа «Мадонна с Младенцем на троне» представляет направление, широко распространившееся в Бургундии XV столетия благодаря работам и влиянию нидерландских мастеров Клауса Шлютера и его племянника Клауса де Верве.

Дева Мария в позолоченной короне в этой небольшой скульптуре помимо традиционной иконографии выступает также как персонификация церкви и христианства. Трон (имеет утраты двух вершин) становится дополнительным символом церкви, в то время как сидящий на коленях матери и пишущий на свитке Младенец Иисус призван олицетворять четыре Евангелия. Французский мастер создал лиричное и в то же время куртуазное произведение, внося в изображение Мадонны рафинированность и элементы светской культуры, придавая ей сходство со знатной дамой или королевой. Среди французской пластики своего периода это произведение славится красотой облика Богоматери и свежестью красок.

Двенадцать медальонов, соединенных в ожерелье. Около 1400. Эмалированное золото, драгоценные камни, жемчуг. Диаметр — 160, длина — 70,94

Первоначально эти драгоценные медальоны были самостоятельными произведениями ювелирного искусства. На оборотной стороне каждого можно обнаружить особое крепление, указывающее на то, что предмет ранее служил украшением одежды, а скорее всего, женского головного убора. Несмотря на более позднюю цепь, которой медальоны теперь соединены, они являются уникальным предметом декора одежды. Подобные изящные вещицы были чрезвычайно популярны при дворе французских правителей Филиппа Смелого и Маргариты Фландрской, герцога и герцогини Бургундских. Центральный медальон с фигуркой белой леди создали в новой тогда парижской технике «еп round bosse». Миниатюрная скульптура выполнялась в золоте, круглая или в очень высоком рельефе, она покрывалась слоем эмали определенного цвета. Такие медальоны с фигурками леди неоднократно встречаются в описаниях сокровищниц с драгоценностями XV века.

Плакальщик 1406–1410. Алебастр. 41x17,6

Это небольшое по размеру скульптурное произведение, так называемый плакальщик, происходит из гробницы Филиппа Смелого, герцога Бургундского (1342–1404). Известно, что скорбящие фигуры в количестве сорока одной формировали целую похоронную процессию в камне, будучи установленными вокруг надгробия умершего правителя. Они были созданы как памятник одному из наиболее важных покровителей искусства.

Плакальщики относятся к числу самых замечательных скульптур, которые были изготовлены во времена Средневековья, наглядно показывая высокую степень мастерства бургундских ремесленников. Своим видом они призваны выразить печаль и тоску по усопшему. В кливлендском музее находятся еще две подобные работы, каждая статуя неповторима. Французский ваятель наделил скорбящих индивидуальностью, присущими только им чертами лиц, выразительными вариациями эмоций и своеобразными жестами. В то же время, несмотря на такое разнообразие и различие в произведениях, очевидно, что фигуры происходят из одной серии и выполнены в единой стилистике.

Плакальщик 1406–1410. алебастр. 41x12,7

Второе изваяние плакальщика изображает стройного мужчину, на его плечи наброшен плащ с капюшоном, окутывающий фигуру широкими, выразительно ниспадающими складками. На виду остались лишь скрещенные на груди руки, удивительно тонко моделированные. Капюшон частично закрывает лицо, на котором лежит печать глубокого горя, выраженного с предельной простотой и лаконизмом. Возможно, на создание этого произведения скульпторов вдохновил плакальщик, выполненный двумя французскими мастерами — Этьеном Бобийе и Полем Моссельманом и располагавшийся во дворцовой капелле, построенной как усыпальница для герцога Иоанна Беррийского в Бурже. Ныне он находится в Эрмитаже, в Петербурге. Как и многие другие надгробные скульптуры, плакальщики из гробницы Филиппа Смелого после разрушения усыпальницы рассеялись по миру, часть попала в частные коллекции, вторая отправилась в музейные фонды (как данные изваяния), а третья, вероятно, пропала совсем.

Лоренцо Монако (около 1370–1425) Инициал D с изображением пророка 1409–1410. Тушь, темпера, золото, пергамент. 16, 7x16

Страница с изображением инициала D — одно из лучших произведений миниатюрного искусства, исполненное на пергаменте, находящееся в коллекции кливлендского музея. Его автором является флорентийский художник-монах Лоренцо Монако (имя до пострига — Пьеро ди Джованни). Он оставил довольно большое и разнообразное наследие, в которое входили миниатюры (картины) в рукописях, алтарные образы и фрески, что, безусловно, говорит о востребованности мастера и высокой оценке его искусства у современников.

Инициал D представляет собой один из листов серии с портретами пророков, написанных Лоренцо для сборника гимнов, заказанного ему церковью Санта-Мария Нуова во Флоренции. Работа привлекает внимание ярким колоритом: мощному синему цвету аккомпанируют красный и оранжевый. «Горящий» золотой фон с включением декоративных элементов создает дополнительный эффект и свидетельствует о влиянии интернациональной готики. Предполагается, что Монако мог быть учителем художника-монаха эпохи Возрождения — фра Беато Анджелико.

Мужской портрет. Около 1450. Дерево, масло. 73,2x58,4

Среди известных искусствоведов до сих пор ведутся ожесточенные дискуссии по поводу личности художника, исполнившего этот мужской портрет. Первое предположение связывало произведение с именем неаполитанского живописца Колантонио (работал между 1440–1460), а также с выдающимся фламандским мастером-миниатюристом Бартелами д'Эйком (1420–1470). Однако в настоящий момент картина с большей вероятностью приписывается провансальской школе.

«Мужской портрет» является весьма любопытным примером стилистических и колористических влияний Нидерландов и Южной Италии XV века на французских мастеров. Довольно продолжительное время он считался отдельным, обособленным произведением, но сотрудники кливлендского музея выдвинули другую гипотезу — изображение могло быть частью большого алтаря, а запечатленный мужчина является донатором.

Джованни ди Паоло (1400–1482) Поклонение волхвов 1440–1445. Дерево, масло, золото. 52,5x59

Сиенский мастер Джованни ди Паоло — один из самых интересных и самобытных художников итальянского Возрождения. Его наследие было заново открыто лишь в XX веке, но оказало существенное влияние на сюрреалистов. Одновременно находясь в русле традиции и вписываясь в рамки искусства XV века, ди Паоло отличался от других живописцев причудливой фантазией, делавшей обычные сюжеты похожими на сказочные видения. Создавая свой собственный, узнаваемый изящный стиль он, однако, многое черпал из работ коллег, перерабатывая и переделывая увиденное.

Его «Поклонение волхвов» — почти дословное цитирование произведения Джентиле де Фабриано, написанного в 1423 (галерея Уфицци, Флоренция). Красочная процессия представляет приход волхвов в Вифлеем, чтобы поклониться рожденному Младенцу Иисусу. Облаченные в роскошные одежды с коронами на голове, сопровождаемые слугами, экзотическими и домашними животными, они преклоняют колени перед Спасителем, которого держит на руках Богоматерь. Слева, рядом со Святым семейством, расположились две нарядные беседующие девушки, как и большая часть композиции с процессией, они перешли из работы де Фабриано. Однако в отличие от предшественника ди Паоло использует гораздо меньше золота, он приглушает колорит произведения, делая его более темным и контрастным.

Неравнодушный к природе мастер любил изображать цветущие деревья. Он написал их и в этой картине, убрав таким образом часть шествия, располагавшуюся справа. Задний план ди Паоло наполнил фантастическим видом местности с горами и замком, странными птицами или воздушными змеями, от которых к земле тянутся нити.

Тильман Рименшнайдер (1460–1531) Святой Иероним со львом 1490–1495. Алебастр. 37, 8x28,1

Тильман Рименшнайдер — крупнейший скульптор Южной Германии, представитель немецкого Возрождения. Он успешно и плодотворно трудился в Вюрцбурге, где спрос на его работы был настолько велик, что к 1500 ваятель стал одним из самых зажиточных граждан города, имел несколько домов, земельные владения с виноградниками, в мастерской ему помогали многочисленные ученики и подмастерья. Однако в результате Крестьянской войны Рименшнайдер потерял все имущество. Он примкнул к восставшим, а расправа феодалов не заставила себя долго ждать. По легенде, мастер был подвергнут жестоким пыткам, ему сломали обе руки, и более работать он не смог. Хотя у этой версии нет подтверждений, но после освобождения ваятель не получал крупных заказов.

Скульптура из музея Кливленда изображает святого Иеронима — одного из четырех отцов Западной церкви, который удаляет шип из лапы льва. Иероним спокоен и сосредоточен, как будто он занят будничным делом. Рименшнайдер мастерски работает с камнем, высекая черты лица святого и передавая фактуру — ниспадающие складки одежды кажутся натуральными.

Рименшнайдер был первым крупным скульптором, отказавшимся раскрашивать свои произведения, оставляя их первоначальную монохромность. «Святой Иероним со львом» — единственный пример его работы в алебастре в Соединенных Штатах Америки.

Фейт Штос (1447-около 1533) Скорбящая Богоматерь 1500–1510. Дерево. Высота — 31

Уроженец Швабии, немецкий ваятель Фейт Штос известен, прежде всего, как создатель знаменитого резного алтаря Мариацкого костела в польском городе Кракове — шедевра позднеготического стиля. Штос имел большую мастерскую, где помимо него трудились многочисленные ученики.

Небольшая по размерам скульптура, изображающая скорбящую Богоматерь, входила в группу, представляющую сцену «Распятие». Данное камерное изваяние Штоса предназначалось для частного алтаря или святилища в часовне, принадлежавшей одной из зажиточных бюргерских семей города Нюрнберга. Однако и в этом образце мелкой пластики вполне проявляется манера мастера — он подчеркивает выразительность лица и эмоции Девы Марии, виртуозная резьба создает впечатление крутящихся, развевающихся тканей одежды. Из-за подобных стилистических приемов произведения Штоса называют «барокко поздней готики», намекая на схожесть с динамичными работами прославленного итальянского скульптора Лоренцо Бернини.

Лукас Кранах Старший (1472–1553) Охота около замка Хартенфельс 1540. Дерево, масло. 133x185,5

Художественное наследие прославленного немецкого мастера Лукаса Кранаха Старшего помимо аллегорических и мифологических композиций, изображений многочисленных «Мадонн с Младенцем» включает и красочные, крупноформатные сцены охоты.

«Охота около замка Хартенфельс» была заказана живописцу правителями Саксонии для своей резиденции, которая и изображена по центру на заднем плане произведения. Курфюрст Иоганн Фридрих Великодушный показан в левом нижнем углу картины, он изображен в темно-зеленом наряде для охоты и держит свой арбалет наготове, поджидая оленя, пересекающего реку в попытке уйти от погони.

На противоположной стороне стоит жена правителя Сибилла в окружении придворных дам, она готова сделать первый торжественный выстрел.

Курфюрсты Саксонии были страстными приверженцами яростной, полной опасностей псовой охоты, с системой сложных, заранее отрепетированных сигналов, которые координировались с помощью охотничьего рога.

Размещая бегущих животных и вооруженных охотников по всей поверхности работы, художник создал чрезвычайно сложную композицию.

Зеленые поляны с шевелящейся травой, деревья и кустарники, волнистая неспокойная вода в реке задают ритм картины, одновременно придавая ей нарядную декоративность. Лукас Кранах Старший оставил на этом произведении свою подпись с эмблемой в виде крылатого змея, которую можно увидеть на лодке в правом нижнем углу. Нарисованные там же цифры 1577 обозначают инвентарный номер картины в Саксонском собрании.

Якопо (Робусти) Тинторетто (1518 или 1519–1594) Крещение Христа 1580. Холст, масло. 200x286,5

Якопо Тинторетто родился и вырос в Венеции, где учился у Бонифацио Веронезе. Он как бы замыкает собой плеяду великих художников Возрождения, будучи вместе с тем свидетелем крушения гуманистических идеалов эпохи, обострения социальных конфликтов. Творчество мастера обширно и обладает широким сюжетным диапазоном. Он писал алтарные картины для венецианских церквей, грандиозные полотна для Дворца дожей, мифологические композиции и портреты. В произведениях Тинторетто отразились трагические конфликты эпохи, захватывающие воображение зрителя. Обращаясь к библейским или евангельским сюжетам, мастер обычно изображал кульминацию событий, наибольшее напряжение душевных сил героев и самой ситуации. Отсюда драматизм и трагический пафос его полотен, их повышенная эмоциональность, динамизм композиций.

Основываясь на сюжете из Нового Завета Евангелия от Матфея, художник запечатлел крещение Христа в реке Иордан святым Иоанном Крестителем, во время которого небеса разверзлись, послышался голос Бога Отца и Дух Святой сошел в виде голубя. Данная картина датируется как самое раннее произведение Тинторетто в музее Кливленда. В этой монументальной композиции все согласовано, фигуры склоняются, подчиняясь некоей внутренней гармонии, центром полотна выступает Иисус. Мощная моделировка тел, вырывающиеся напряженные вспышки звонких цветовых пятен, материальность и звучность колористических сочетаний характеризуют высокую живопись эпохи Возрождения в Венеции.

Искусство XVII–XVIII Веков

Джон Синглтон Копли. Портрет Катрин Грин. 1769

Микеланджело Меризи де Караваджо (1571–1610) Распятие апостола Андрея 1606–1607. Холст, масло. 233,5x184

На создание этой работы Караваджо вдохновил эпизод «Золотой легенды» Якова Ворагинского — собрания христианских сказаний, конкурировавшего по популярности с Библией. Приговоренный к смерти за свою миссионерскую деятельность в Греции, Андрей попросил, чтобы его распяли, подобно Христу. Спустя два дня после казни святого, еще агонизировавшего и пытавшегося проповедовать, вопреки его желанию решили снять с креста, но палача, который взялся это делать, парализовала таинственная сила. После того как Андрей закончил молитвы, его окутал ослепительный свет и он испустил дух. В интерпретации Караваджо религиозная тема представляется как простое, будничное событие. Новаторское использование художником света, резко выхватывающего из мрака лица, очертания фигур, жесты рук, придает необыкновенную выразительность и пластичность изображенной сцене. Известно, что живописец исполнил это произведение в Неаполе для графа Бенавента, с 1603 по 1610 испанского вице-короля.

Геррит ван Хонтхорст (1590–1656) Самсон и Далила. Около 1621. Холст, масло. 158,4x1 22,5

Нидерландский художник утрехтской школы Геррит ван Хонтхорст учился и работал в Риме, где испытал влияние Караваджо. За мастерство в изображении ночных сцен при искусственном освещении он даже получил у итальянцев прозвище Ночной Герардо. На родине живописец стал авторитетным членом группы «утрехтских караваджистов».

Среди немногочисленных работ Хонтхорста «Самсон и Далила» занимает важное место. Сюжет картины заимствован из библейской легенды о военачальнике Самсоне, разгромившем армию филистимлян. Побежденный народ подослал к нему красавицу Далилу, которая и выяснила, что источник необычайного могущества мужчины заключается в его длинных волосах. Художник изобразил тревожный момент, когда женщина ножом срезает прядку за прядкой у уснувшего Самсона, делая его беспомощным. Камерность и приближение композиции к зрителю дают ощущение приобщения к совершающемуся таинству. Старуха, держащая свечу, приложив указательный палец к губам, призывает зрителя сохранять тишину. Несмотря на влияние Караваджо, с заимствованными четкими контрастами света и тени, усиливающими ощущение беспокойства, это произведение нидерландского мастера очаровывает особым мягким колоритом одежд и искусно выписанной бело-розовой кожей прекрасной Далилы.

Диего Родригес де Сильва Веласкес (1599–1660) Портрет дона Хуана Калабасаса 1631–1632. Холст, масло. 199,3x133,1

Выдающийся живописец эпохи расцвета испанского искусства XVII века Диего Веласкес посвятил свое творчество поиску новых художественных средств передачи окружающего мира. Он создал целую галерею так называемых лос труанес — портретов придворных карликов, шутов, уродцев, которые являлись непременным атрибутом свиты Филиппа IV, как, впрочем, и любого короля Европы того времени. Они служили развлечением для монаршей семьи, среди них были и профессиональные шуты, и люди, «обиженные природой». Работая над портретами, Веласкес в каждой модели искал то, что было по-человечески ценным.

Таково и изображение дона Хуана Калабасаса — физически и умственно отсталого, улыбающегося бессмысленной улыбкой («calabaza» в переводе с испанского означает «тыква» или «простак»). Для показа шута художник избирает формат парадного портрета, Калабасас облачен во все черное, что было прерогативой Габсбургов. Вертушка в левой руке — указание на его детскую природу и символ глупости, в правой — миниатюрный портрет женщины, скорее всего, жены Филиппа, Маргариты Австрийской, чьим шутом и являлся герой. В произведении нет ни тени насмешки или брезгливости, оно написано с явной нежностью и симпатией, что многое говорит о характере самого автора.

Франс Халс (1581/1585-1666) Портрет Телемана Рустермана 1634. Холст, масло. 139x109

Портрет Телемана Рустермана принадлежит к шедеврам знаменитого голландского портретиста XVII столетия Франса Халса. Художнику позировал состоятельный владелец льняных и шелковых фабрик по всей Франции. Неудивительно, что мастер подчеркивает и выписывает детали его роскошного бархатного костюма. Рустерман одет в черный дублет с широким белым, идеально накрахмаленным воротником и тончайшими кружевными манжетами. Портрет обладает поразительной естественностью и одновременно значительностью образа. Халс достиг величайшей свободы мазка, своей подвижностью и легкостью подчеркивающего материальность тканей и пластичность фигуры, которая выделяется на светлом неоднородном серо-коричневом фоне. Выразительность лица героя говорит о необыкновенной зоркости художника, внимательном изучении им его характера и индивидуальности.

Надпись в правом верхнем углу, сделанная Халсом, сообщает зрителю возраст модели — 36 лет и дату написания полотна. В Музее истории искусства Вены находится вариант этого произведения, отличающийся только наличием герба Рустермана рядом с указанием его возраста и датировкой картины.

Франсиско де Сурбаран (1598–1664) Христос и Мария в доме в Назарете. Около 1640. Холст, масло. 201x256

Франсиско де Сурбаран — выдающийся мастер XVII века, эпохи расцвета испанского искусства. Однако его произведения редко встречаются в европейских, а тем более в американских музеях.

Написанная на религиозный сюжет картина «Христос и Мария в доме в Назарете» посвящена детству Спасителя. В скромном помещении фигуры Марии и юного Иисуса рельефно выступают на темном фоне яркими цветовыми пятнами. Подперев голову рукой, неподвижная, оставившая свою вышивку Богоматерь грустно смотрит на порезавшегося о терновый венец златокудрого Сына, таким образом подразумевается Ее бессилие в попытке спасти Его от предстоящих страданий. Тяжким мыслям Девы Марии вторит грозовое небо, которое видно в окне позади нее. Предметы быта, рассредоточенные по помещению, принимают символическое значение: стол олицетворяет алтарь, плод инжира указывает на Евхаристию или искупление грехов, горшочек с водой — купель, пара белых голубей — спасенные души верующих, нашедших укрытие во Христе, семейное счастье и любовь. Цветы в вазе, лилии и розы, являются традиционными символами Марии. Уравновешенность композиции соответствует характеру действия, передающего не только атмосферу царящего здесь благочестия, но и ощущение тяжело и медленно текущего времени.

Сцена сохраняет жанровый характер и в то же время обретает новое звучание благодаря введению в обыденную обстановку элементов возвышенного и необычного.

Никола Пуссен (1594–1665) Святое семейство на лестнице 1648. Холст, масло. 73,3 х105,8

Основоположник классицизма во французской живописи XVII столетия Никола Пуссен вдохновлялся античностью, искусством Рафаэля и Тициана.

Своими произведениями он старался привнести в господствовавший тогда парадный барочный стиль классическую строгую сдержанность и упорядоченность. «Святое семейство на лестнице» — одна из самых светлых и совершенных работ мастера, излучающая гармонию и спокойную созерцательную красоту. В самом центре композиции — акцент на яблоке, протянутом Младенцу Иисусу юным Иоанном, плод символизирует грехопадение и является аллюзией будущей миссии Христа как искупителя.

Мария поддерживает Сына, одновременно демонстрируя и оберегая его, Она — священная опора и преграда. Спаситель тянется к двоюродному брату, маленькому Иоанну Крестителю, мать которого, святая Елизавета, созерцает Иисуса. Фигуру Мадонны уравновешивает сидящий в тени святой Иосиф, который циркулем — атрибут творца — что-то задумчиво вымеряет на деревянной дощечке. В картине много иносказательных элементов, на первый взгляд кажущихся случайными: корзина с фруктами — символ земного плодородия, апельсиновые деревца означают начало новой жизни. Рядом с Иосифом — классическая ваза, напоминающая об античной Греции, ларец — намек на драгоценные дары восточных волхвов. Композиция устремляется ввысь благодаря настойчивым вертикалям и подчеркнутым горизонталям каменных ступеней. Лестница, на которой расположилось Святое семейство, нереальна, она существует в другом, вневременном пространстве. От первых ступеней взгляд зрителя поднимается вверх, к колоннам и балюстраде портика, открытому в вечное бесконечное небо. Лестница означает жизнь, ступени которой проходит человек, от самой нижней к самой верхней, постепенно поднимаясь к Богу. Классические здания с портиками на заднем плане, без сомнения, возникли на полотне Пуссена как впечатление от пребывания в Риме, здесь они олицетворяют небесный град.

Джованни Баттиста Пьяцетта (1682–1754) Ужин в Эммаусе. Около 1720. Холст, масло. 133,4x167

Итальянский художник и гравер Джованни Баттиста Пьяцетта — яркий представитель венецианской школы живописи блестящего XVIII столетия, один из наиболее заметных и достойных предшественников Тьеполо. Он родился и обучался в Венеции, затем у Джузеппе Креспи в Болонье.

Философски насыщенное, сложное мировосприятие Креспи не могло не привлечь Пьяцетту, мастера впечатлительного, тонкого, восприимчивого. Пьяцетта перенял у своего наставника интерес к особому типу жанровой картины. В произведении «Ужин в Эммаусе», в силу намеренной нераскрытости сюжетной ситуации, у зрителей возникает острое ощущение возможности двойного толкования смысла изображенного. В этой работе ощущается некоторое влияние Караваджо и его последователей, Пьяцетте оказалась чрезвычайно близка и своеобразная манера Джузеппе Креспи: недоговоренность, загадочность, таинственность образов. Живопись Пьяцетты отличается богатством оттенков, виртуозностью в передаче светотеневой игры, мастерством фактуры мазка, создающего красивый артистический эффект словно разорванного текучего цветового пятна. В трактовке религиозного сюжета — явления Христа ученикам на третий день после распятия — сохраняется патетический характер, евангельская сцена подвергается неожиданной модернизации, художник как бы воочию видит ее. Демократизм и духовная сила образов Пьяцетты не имеют ничего общего с поверхностными произведениями, характерными для живописцев, связанных с аристократическими кругами Венеции.

Жозеф Мари Вьен Старший (1716–1809) Сладкая задумчивость 1756. Холст, масло. 86,4x76,2

Жозеф Мари Вьен Старший, французский художник XVIII века, известен больше как учитель прославленного живописца Давида, однако именно с его именем связан резкий перелом во французском искусстве в середине XVIII столетия, когда началась волна увлечения античностью, и Вьен одним из первых решительно перешел к новому стилю. Его картина «Продавщица амуров» (1763, музей Фонтенбло, Иль-де-Франс), выставленная в Салоне 1763, была воспринята как манифест антикизирующего направления, философ Дени Дидро встретил ее восторженно.

Полотно «Сладкая задумчивость» продолжает эту линию, в нем присутствуют все характерные черты французского классицизма: барельефная композиция, ясное пространство, строгая линейность и скульптурность форм. Изящный столик, стул, курильница — обстановка говорит об увлеченности художника археологическими раскопками в Италии. Однако изысканная палитра, гармоничные цветовые соотношения целиком принадлежат XVIII веку французской живописи. Молодая дама застыла в задумчивости, она не замечает ничего вокруг, ведь ее мысли заняты образом отсутствующего возлюбленного, которого олицетворяет белый голубь, расположившийся на коленях героини.

Традиция изображать женщин в интерьерах, распечатывающих письма и с печалью смотрящих в окно в ожидании суженого, происходит из искусства Нидерландов XVI–XVII веков.

Искусство XIX–XX веков

Амедео Модильяни. Женский портрет. 1917–1918

Жак-Луи Давид (1748–1825) Амур и Психея 1817. Холст, масло. 221x282

Французский живописец Жак-Луи Давид, основоположник неоклассицизма, по примеру греческих мастеров воспевал красоту обнаженного человеческого тела. Художник одним из первых обратился к изучению античных образцов, но, в сущности, усвоил только внешние черты памятников древнего искусства.

Вместо действительных чувств в картинах Давида усматриваются статичность и театральность, а фигуры персонажей принимают утрированные позы. Колористическая гамма не отличается разнообразием и лишена нюансов. Однако рисунок Давида старательно проработан, формы благородны, изящны, особенно в изображении женских фигур, как, например, в позднем полотне «Амур и Психея», написанном им в Брюсселе, где мастер провел свои последние годы, отказавшись возвратиться в родную Францию после падения Наполеона.

Художник использует историю Амура, сына богини любви Венеры, и царевны Психеи, чтобы показать конфликт между идеализированной любовью и реальностью. Амур, полюбивший прекрасную смертную, посетил ее ночью при условии, что девушка не увидит его лица. Как правило, бог изображался как идеальный и трепетный возлюбленный, но Давид отошел от этого канона, представив его немного неуклюжим подростком, который, покидая избранницу на рассвете, ухмыляется совершенному «подвигу».

В качестве модели для Амура живописцу позировал Джеймс Галлатин (1796–1876) — девятнадцатилетний сын американского посла во Франции. Возможно, поэтому юный бог кажется таким живым и земным.

Джозеф Мэллорд Уильям Тернер (1775–1851) Пожар в здании палаты лордов и палаты общин 1835. Холст, масло. 123,5x153,5

16 октября 1834 в здании парламента в Лондоне начался пожар, огонь распространился молниеносно, и очень скоро вся постройка была объята разрушительным пламенем. Вместе с тысячей других жителей города за происшествием наблюдал известный британский художник-романтик Уильям Тернер, который просто не мог пропустить такое событие — его чрезвычайно интересовали подобные драматические ситуации, природная стихия огня и возникающие при этом различные световые эффекты.

Картина «Пожар в здании палаты лордов и палаты общин» написана через год после случившегося, за основу были взяты многочисленные подготовительные эскизы карандашом и маслом. Яркое огненное зарево — центральное действующее явление работы. В дыме пожара растворяются контуры архитектурных памятников Лондона, едва намечены лица зевак в толпе, все внимание автора сосредоточено на передаче световоздушных явлений атмосферы, в которую вторгается огромное пламя, визуально оно усиливается, отражаясь в водной поверхности Темзы, рождая невиданное, завораживающее зрелище. Тернер создал несколько подобных произведений с разных точек зрения в черте Лондона. Эта картина — одна из самых гармоничных в отличие от более поздних работ 1840-х, когда художник ушел от предметности и стал писать бесформенные сочетания красочных пятен.

Члены радикальной партии Англии увидели в трагической гибели здания парламента справедливое возмездие за принятие правительством чрезвычайно консервативной политической программы.

Пьер Огюст Ренуар (1841–1919) Портрет Ромен Ланко 1864. Холст, масло. 106,7x89,2

Женские образы, отличающиеся поэтическим обаянием, занимают особое место в творчестве французского художника-импрессиониста Огюста Ренуара. Внутренне различные, но внешне чем-то похожие между собой, они словно отмечены печатью общей среды и эпохи.

Глядя на этот портрет юной Ромен, ощущается, как нравится молодому творцу писать ребенка со смышлеными, живыми глазами. В картине господствуют мягкие серебристые серые и розовые оттенки. Светящийся тон драпировки, полупрозрачные нюансы цвета, особенно различимые на нежном лице героини, выдают в Ренуаре мастера, имеющего большой опыт росписи фарфоровых изделий. В произведении чувствуется влияние Камиля Коро. Это, вероятно, самое раннее подписное полотно художника. Пожилая чета Ланко, отдыхавшая в деревне Барбизон, заказала молодому и неизвестному тогда Ренуару портрет внучки. Получение заказа было для живописца большой удачей, поскольку он находился в затруднительном материальном положении.

Пьер Огюст Ренуар (1841–1919) Продавщица яблок. Около 1890. Холст, масло. 93x82,2

На картине показана молодая крестьянская девушка, предлагающая яблоки жене Ренуара Алине. Мальчик в соломенной шляпе — возможно, племянник художника Эдмон, но неизвестно, кто девочка в розовом платьице с лентой в волосах. Маленькая собачка, заинтересованно смотрящая на корзину с яблоками, привносит в спокойную сцену движение и юмор. Произведение выполнено в нежной гамме синих, зеленых и оранжевых тонов. В живописи Ренуара этой поры сильны пластическое начало, уравновешенность и упорядоченность композиционных ритмов, но главным для художника остается мягкость цветовых градаций, создающих впечатление воздушной дымки, растворяющей контуры тел и предметов. Купаясь в пятнистом солнечном свете, фигуры объединяются легкими мазками, полностью покрывающими холст. Светлая жизнерадостность картины определяется характером мировосприятия мастера. Его восторженное отношение к поэзии бытия проявляется в каждом мотиве и, прежде всего, в метафорическом сближении женского образа и цветущей природы.

Пьер Огюст Ренуар (1841–1919) Купальщицы, играющие с крабом. Около 1897. Холст, масло. 75,5x85,5

Пьер Огюст Ренуар был одним из величайших французских художников, воспевавших на холсте красоту женского тела. «Я продолжаю работать над обнаженной натурой до тех пор, пока мне не захочется ущипнуть холст», — шутил он по этому поводу. Однако ню в творчестве живописца стало основной темой только со второй половины 1880-х, когда он вернулся из Италии под большим впечатлением от античного искусства и искусства Ренессанса, где изображение обнаженного человеческого тела занимает ведущую позицию.

«Купальщицы, играющие с крабом» были написаны именно в этот период, когда Ренуар сосредоточил внимание не на сюжете картины, а на форме, цвете и фактуре. Линии контура плавно очерчивают мягкие округлые изгибы купальщиц, им вторят облака, волны и камни. Фигуры лишены классических пропорций, они индивидуальны, тела написаны легкими прозрачными лессировками, передающими свечение красок. Художник ищет наиболее гармоничные созвучия чистых пятен цвета, соотнося их друг с другом, холодные тона контрастируют с теплыми, вспыхивают серебристо-серые рефлексы.

В последний период творчества любимой моделью Ренуара стала Габриэль Ренар, кузина его жены, впервые появившаяся в доме живописца в 1895, чтобы нянчить его первенца Жана. Здоровое, крепкое, пышное тело Габриэли было именно тем идеалом, который мастер искал в женщинах.

Берта Моризо (1841–1895) Чтение 1873. Холст, масло. 46x71,8

Входившая в круг художников-импрессионистов, Берта Моризо была супругой Эжена Мане, брата Эдуара Мане. Она родилась в состоятельной семье, отец занимал высокую должность префекта, а французский живописец Жан Оноре Фрагонар приходился ей прадедом. Моризо получила прекрасное образование, еще в детстве она увлеклась живописью.

На картине «Чтение» Моризо изобразила свою сестру Эдму, сидящую на зеленой опушке леса. В отличие от большинства импрессионистов, писавших мелкими мазками с четким разделением цветов, художница предпочитала работать широкими свободными мазками, используя традиционные приемы смешения цветов. Полотна этого мастера воспевают обыденную жизнь обеспеченной женщины, материнство, домашний быт, отдых с детьми на природе. В ее картинах отсутствует социальная подоплека, они заставляли по-новому смотреть на повседневную жизнь, от них веет теплом, уютом и тихим семейным счастьем. Подобные сюжеты были весьма востребованными. Картины художницы охотно покупались и неизменно вызывали интерес зрителей на выставках, у нее оказалось множество последователей по всему миру, особенно среди женщин-живописцев. Эта картина — одна из четырех работ Моризо — была показана на первой выставке импрессионистов в 1874.

Клод Оскар Моне (1840–1926) Красный платок 1868–1873. Холст, масло. 128,2x105,7

Это полотно относится к периоду расцвета творчества французского художника-импрессиониста Клода Моне и великолепно раскрывает особенности его яркой и пастозной живописной манеры.

На ранних стадиях написания картины в композиции присутствовали две сидящие в комнате по обе стороны от окна фигуры. Однако Моне радикально переделал работу, заменив их изображением своей любимой модели — жены Камиллы, которая прогуливается за окном, облаченная в платок красного цвета. Интенсивный свет, отраженный от заснеженного пейзажа, заливает помещение, нивелируя детали вдоль стен и пола. Яркий красный цвет контрастирует с холодным серебристым и серо-синим колоритом комнаты, притягивает взор зрителя. Смотрящий через оконное стекло встречается взглядом с Камиллой. Удивительная естественность этого полотна на самом деле является результатом сложного творческого процесса.

Картина «Красный платок» имела для Моне особое значение, он отказывался продавать ее, произведение оставалось с ним до его смерти.

Клод Оскар Моне (1840–1926) Пшеничное поле 1881. Холст, масло. 90,5x106,5

Пейзаж занимал одно из центральных мест в творчестве Клода Моне. Художник-импрессионист стремился отразить в своих полотнах изменчивое состояние природы, находящееся под воздействием окружающей среды: света, воздуха, времени, придающих одному и тому же мотиву индивидуальность и неповторимость.

В данном изображении органично живое и естественное восприятие летнего дня. Серебристо-зеленая трава на первом плане согласуется с желтооранжевой палитрой пшеничного поля, к которому ведет протоптанная тропинка. Композиционно произведение строго делится на три плана, подчиненных одним и тем же законам света, воздуха и пространства. Именно в этом — единство впечатления от сияющего полдня. Солнечные лучи, заливающие землю, небо и верхушки деревьев создают дополнительные световые и цветовые эффекты, усложняющие колористическое построение пейзажа. Наполненные светом поля, плывущие облака на голубом небосклоне умиротворяют зрителя. В то же время Моне достаточно точно передал топографические особенности места. Известно, что художник платил хозяину поля за весь урожай, только чтобы он не скашивал колосящееся поле до окончания написания картины.

Джеймс Джозеф Жак Тиссо (1836–1902) Море. Июль 1878. Холст, масло. 112x85,4

Известный французский художник Джеймс Джозеф Жак Тиссо пользовался большой популярностью у современников. Писавший модно одетых красавиц, он снова и снова создавал некий неуловимый образ идеальной девушки.

Это произведение относится к серии аллегорий, посвященных месяцам года. Июль олицетворяет молодая женщина, проводящая летние каникулы на берегу Средиземного моря. Солнечный свет и жаркая дневная погода утомили ее, и теперь она в расслабленной позе отдыхает на диване. В окне, на заднем плане, просматривается пляж с гуляющими под зонтиками дамами. Яркие лучи июльского солнца отражаются от песка, проходят через навес в комнату, выделяя и высветляя белое гофрированное платье модели. Изображенная женщина была определена искусствоведами как Кэтлин Ньютон — с 1876 и до своей преждевременной смерти в 1882 британская возлюбленная художника.

Вильям Адольф Бугро (1825–1905) Отдых 1879. Холст, масло. 204x156

Французский живописец Вильям Адольф Бугро — крупнейший представитель салонного академизма. Этот чрезвычайно плодовитый мастер создал значительное число портретов и картин на исторические, мифологические и аллегорические сюжеты.

В полотне «Отдых» на заднем плане изображен купол собора Святого Петра. Бугро идеализирует итальянских крестьян, подчеркивая их чистоту и набожность. В этом красочном произведении он старается акцентировать преемственность художественных традиций. Мастер пишет «Мадонну с Младенцем» — молодую девушку в праздничном, ярком платье, которая прижимает к себе ребенка, рядом с ними уснул темноволосый мальчик — «Иоанн Креститель». Бугро словно переносит библейский сюжет в современный ему мир, показывая, как могли выглядеть легендарные персонажи. Треугольная композиция отчетливо напоминает построение полотен с изображением Святого семейства мастеров итальянского Возрождения. Картина была приобретена непосредственно у художника кливлендским банкиром и филантропом Хинманом Б. Харлбатом в июле 1879.

Камиль Жакоб Писсарро (1830–1903) Опушка леса рядом с Эрмитажем, Понтуаз 1879. Холст, масло. 166x204

Камиль Писсарро начал серьезно заниматься живописью только в двадцатипятилетием возрасте, поступив в парижскую Школу изящных искусств. В его ранних картинах различимо влияние Камиля Коро, который не раз давал художнику советы и фактически был его первым учителем. Писсарро создавал портреты, тематические картины, натюрморты, однако подлинным его призванием был пейзаж. Именно в этом жанре он внес свой вклад в движение импрессионистов.

В данной работе живописец раскрывает поэзию и очарование природы родной Франции, он использует мягкую, теплую зеленую колористическую гамму, а тонкая передача состояния световоздушной среды придает картине обаяние. Дремлющий человек в глуши рядом с Эрмитажем — стаффажная фигура, введенная лишь для того, чтобы разнообразить пейзаж. Цвет для Писсарро являлся уникальным изобразительным средством, положенные рядом легкие мазки чистого цвета начинают удивительным образом взаимодействовать друг с другом, рождая вибрирующую тональную гамму. Нанесенные крестообразно параллельными диагоналями, они производят впечатление глубины, придают звучанию полотна определенный ритм, создавая эффект, который художник сравнивал с вязанием. Писсарро создал этот монументальный пейзаж в начале творческого пути, когда был очень бедным и отчаянно пытался продать свои картины.

Поль Альберт Бенар (1849–1934) Портрет Маделин Лероль с дочерью Ивонной. Около 1879–1880. Холст, масло. 191,5x142,2

Французский художник Поль Альберт Бенар в своем творчестве прошел несколько этапов. Поначалу он был приверженцем академической школы, позже испытал влияние импрессионистов, усвоив их пастозную манеру и особое отношение к цвету. Изучение произведений английских мастеров — Томаса Гейнсборо и Джошуа Рейнолдса вдохновило живописца на создание декоративных портретов, преимущественно женских, отмеченных влиянием символизма.

На этом двойном портрете изображены жена и дочь друга Бенара, его коллеги и коллекционера Анри Лероля. Живописец подчеркивает естественность обитания моделей в художественной среде, разместив Мадлен и Ивонну в знакомой и привычной обстановке мастерской. Трогательная и нежная сценка, представляющая мать и ребенка, написана смелым импрессионистическим мазком, однако холодный колорит, нервный мерцающий свет с попеременно вспыхивающими бликами белого цвета говорят о поисках Бенаром своего творческого метода, ставшего его личным и узнаваемым стилем. Произведение выставлялось на парижском Салоне в 1883, где было благосклонно принято критиками и зрителями.

Джеймс Энсор (1860–1949) Сад семьи Руссо 1885. Холст, масло. 96,2x82,6

Большая часть творческого наследия бельгийского художника-экспрессиониста Джеймса Энсора сосредоточена в музеях городов Гента, Брюсселя и Антверпена. В кливлендском собрании находится его раннее произведение «Сад семьи Руссо», исполненное в стилистике импрессионизма, к которому мастер тяготел в 1880-е.

На заре своей карьеры Энсор, приезжая из родного Остенде, часто останавливался в Брюсселе в доме близких друзей — Эрнеста и Мариетт Руссо. В интеллектуальном кругу, сложившемся вокруг Эрнеста — профессора физики в городском университете, художник получал новые впечатления. Спокойный, живописный вид сада, разбитого Мариетт, наполнен мягкими теплыми сочетаниями желтовато-красных и сине-зеленых тонов. Умиротворенность этого уютного уголка природы чрезвычайно контрастирует с другими, более поздними работами Энсора, наполненными причудливыми масками, смеющимися скелетами и пугающими клоунами.

Анри Фантен-Латур (1836–1904) Тангейзер 1886. Холст, масло. 123,5x139,5

Французский художник Анри Фантен-Латур известен прежде всего своими превосходно исполненными цветочными натюрмортами, он также написал портреты многих современников. Картина «Тангейзер» из кливлендского музея представляет третье направление деятельности художника — работы на мифологические или исторические сюжеты.

В основу произведения положен первый акт оперы Рихарда Вагнера «Тангейзер» — средневековой истории о борьбе между любовью возвышенной, священной, духовной и мирской, земной. Соблазненный Венерой, глубоко религиозный певец-менестрель Тангейзер наслаждается обществом прекрасных спутниц из окружения богини. Вскоре, терзаемый виной, он вернется обратно в реальный мир.

Вдохновленный чувственностью легенды и музыкой Вагнера, Фантен-Латур создал полотно в духе символизма. Он наполнил его мечтательностью, загадочностью и неопределенностью, кажется, что фигуры и пейзаж утопают и растворяются в некой туманной дымке.

Произведение было показано на Салоне в Париже в 1886, его предыдущая версия была представлена там же, но двадцатью годами ранее.

Поль Гоген (1848–1903) В волнах (Танец в волнах) 1889. Холст, масло. 123,2x106

Произведение «В волнах» исполнено Полем Гогеном в 1889, когда он работал в Понт-Авене (Бретань). Изображение обнаженной женской фигуры, бросающейся в бурные морские волны, является метафорой современной европейской женщины, которая отметает предрассудки цивилизации ради естественных жизненных инстинктов.

Здесь французский мастер выступает как художник символистской направленности, упрощает и стилизует линии, ограничивает колористическую гамму, делает зеленые и оранжево-коричневые оттенки чрезвычайно декоративными. Гоген не пишет с натуры, заимствуя природные цвета, а придумывает, создает их и воплощает на полотне. Эта картина принимала участие в выставке живописи в кафе Вольпини в Париже в 1889, где художник зарекомендовал себя как лидер движения символистов в искусстве.

В ГМИИ им. А. С. Пушкина в Москве находится автопортрет французского мастера, где «задником» выступает полотно «В волнах» — фигура ундины с распущенными огненно-рыжими волосами отчетливо просматривается в верхнем правом углу картины.

Анри де Тулуз-Лотрек (1864–1901) Месье Буало в кафе 1893. Бумага, гуашь. 80x65

Завсегдатай увеселительных заведений Парижа, Анри де Тулуз-Лотрек создал множество первоклассных графических портретов посетителей монмартрских кабаре, кафе и публичных домов, он стремился рассказать о человеке максимально правдиво, иногда даже беспощадно, передавал индивидуальную характеристику, раскрывал психологическую сущность своего героя в обстановке более естественной для модели, чем мастерская художника.

Активную роль у Тулуз-Лотрека играет линия, в сочетании с колористическими находками и нарочитой декоративностью она создает его узнаваемый стиль. Французский мастер написал типичного персонажа вольной атмосферы французской столицы. Самодовольный, упитанный, возможно, занимающийся коммерцией и имеющий неплохой доход, месье Буало пришел развлечься и получить удовольствие. Он не стесняется бокала абсента на первом плане, а также разбросанных пластинок домино, герой открыто ведет диалог со зрителем, смотря ему в глаза.

Месье Буало, вероятно, был другом Лотрека, художник даже сделал ему посвятительную надпись на самой картине в верхнем левом углу.

Пабло Пикассо (1881–1973) Жизнь 1903. Холст, масло. 239x170

В 1901 Пабло Пикассо, находившийся в глубокой депрессии из-за самоубийства своего близкого друга Карлоса Касагемаса, начал создавать меланхоличные картины так называемого голубого периода (1901–1904). Художнику было всего двадцать лет, и он очень нуждался. Ограничив цветовую палитру своих работ холодными стальными, сине-серыми оттенками отчаяния, Пикассо писал полотна, в которых тайные раздумья и несбыточные мечты его персонажей переплетаются со смертельной усталостью и безнадежностью.

Одержимость Пикассо темой человеческих страданий и социального отчуждения достигла своего апогея в этой картине. Сюжет трактуется по-разному — как аллегории священной и мирской любви, как символическое представление жизненного цикла, а также как пара влюбленных, сталкивающаяся с опасностями реальной жизни.

Полотно «Жизнь» является своего рода попурри «голубого периода», однако это не просто сборка — скорее, тщательно подготовленное произведение, в котором нет ничего случайного. Пикассо создал несколько предварительных зарисовок, они показывают, что пара ранее находилась в центре композиции.

Поль Сезанн (1839–1906) Гора Святой Виктории. Около 1904. Холст, масло. 87,5x106,5

Поль Сезанн неоднократно писал гору Святой Виктории, возвышавшуюся недалеко от его дома в Экс-ан-Провансе, где мастер проживал до конца своей жизни. Царящая над окрестностями, она воплощала для художника величие, простоту, неразрушимость в природе — все то, что лежало в основе его мироощущения. Обычно Сезанн писал ее с далекого расстояния, что позволяло ему воссоздавать на холсте пространство, отталкиваясь от деления на планы, подсказанного самой натурой. Мастер стремился как можно более полно отразить иллюзию глубины, конструируя и перерабатывая формы, разбивая их на некие отдельные цветовые плоскости и передавая каждую при помощи тончайших оттенков. Сезанн всегда писал пейзаж с натуры, показывая сочную зелень Прованса, желтую почву, чей цвет вместе с серовато-голубым южным небом задает тон всему произведению. Небеса написаны проще, чем насыщенный и сложный ландшафт внизу, в который кроме естественно ожидаемых цветов добавлены оттенки розового и синего. Здесь один план настолько плавно переходит в другой, что глаз быстро пробегает все расстояние до самой вершины. Этот край для Сезанна уже не подвержен капризам дней и времен года, при любых погоде и освещении художник видит неизменную сущность провансальской земли с ее скалистыми нагромождениями. Местность влечет его к себе, побуждает еще полнее выразить стремление к созиданию, потребность свести хаотическое движение вещей к немногим формам, освобожденным от всего случайного, почти геометрически строгим.

Анри Руссо (1844–1910) Битва между тигром и буйволом 1908. Холст, масло. 183x203

Увлекшись творчеством, Анри Руссо оставил скучную работу таможенника и прочно занял определенное место в истории мирового искусства. Талантливый самоучка, он восхищал Пабло Пикассо своими оригинальными, красочными и наивными произведениями. По-видимому, Руссо привлекал мир экзотики и таинственных, опасных джунглей, такой далекий от будней мелкого служащего.

Никогда не покидавший пределы родной Франции, великий художник черпал вдохновение для создания картин, читая книги о путешествиях и посещая ботанический сад в Париже. Данное полотно — один из характерных образцов такого рода произведений.

Мастер поставил эту воображаемую сцену битвы животных в фантастическую среду неведомых и таинственных джунглей. В работе выписана каждая деталь: каждые цветок и ветка, поломанные стволы каких-то хвощей и упавшие на землю причудливые плоды. В центре достаточно статично изображены борющиеся звери: тигр, вытянувшийся в прыжке, и стремящийся поддеть его на рога буйвол.

Руссо работал над этой картиной, находясь в заключении с декабря 1907 по обвинению в мошенничестве. Должностные лица дали ему досрочное освобождение, чтобы мастер имел возможность закончить работу и представить ее на выставке в «Салоне Независимых», где это большое полотно и появилось в марте 1908.

Жорж Руо (1871–1958) Голова Христа. Около 1937. Холст, масло. 104,8x75

Жорж Руо — французский живописец и гравер, представитель экспрессионизма. В юности он занимался витражами, что в значительной степени повлияло на характер его произведений. Руо любил в особой гротескной манере изображать бродячих артистов, людей из социальных низов. Однако с 1910-х тематика работ мастера изменилась, он создавал глубоко религиозные, духовные картины, а художественная манера все более напоминала традиции средневекового искусства: готический витраж, лиможская эмаль, византийская мозаика.

Чистые насыщенные краски, заключенные в черные линии контура, пылают на холсте «Голова Христа». Длительная работа над одним и тем же полотном и многочисленные переделки приводили к совершенно удивительному эффекту: нижние слои краски, проступающие через верхние, начинали светиться, и в этом свечении возникал некий образ — видение кроткого лика Спасителя — воплощение вечного противостояния добра злу.

Анри Матисс (1869–1954) Интерьер с этрусской вазой 1940. Холст, масло. 102,2x129,5

Живописец, рисовальщик, гравер, иллюстратор книг и скульптор — талант великого французского художника, признанного главы объединения фовистов Анри Матисса был безграничен. О собственных произведениях он говорил: «Я всегда старался скрыть свою тяжелую работу и желал, чтобы в моих работах была лишь легкость и весенняя радость». Как и коллеги-фовисты, Матисс провозгласил полное освобождение стихии цвета от изобразительных функций во имя усиления эмоционально образной экспрессии. Живописец вполне добился этого в своей поздней работе «Интерьер с этрусской вазой».

Мастер начал писать ее, когда жил в Ницце, в первые месяцы начавшейся Второй мировой войны. Женщина, сидящая за столом, — его муза на протяжении двадцати лет, русская эмигрантка Лидия Делекторская. Матисс часто повторял: «Когда мне скучно, я пишу портрет Лидии». В этом произведении он играет с сочетаниями открытых и смешанных цветов, оно похоже на яркий, пестрый ковер. Чистый цвет, как в иконописи, — основное выразительно средство, которое позволяет преобразить созданное художником пространство в некое ирреальное, а предметы — в знаки. Матисс трансформирует, упрощает форму реальных объектов, показывая лишь их суть, старается передать только те эмоции, которые они вызывают. В его работах нет случайных вещей, смысл их определенного расположения скрыт и ясен лишь творцу. Известно, что он прекращал писать картину в тот момент, когда все уже было «сказано» и нельзя что-то убавить, прибавить или изменить. Художник «света и счастья», смотревший на мир сквозь призму радости и красоты, когда-то написал в дневнике: «Я стремлюсь к искусству, исполненному равновесия и чистоты. Я хочу, чтобы усталый, надорванный, изнуренный человек перед моей живописью вкусил покой и отдых».

Эжен Буден. Пристань в Довилле. 1891. Фрагмент

Следующим том

Гамбургский Кунстхалле является самым большим художественным музеем в Германии. Его экспозиция размещена в трех зданиях, где представлены живописные полотна разных европейских художественных стилей и школ (от романских до современных произведений), скульптурные творения XIX–XX столетий. Кроме того, музей обладает обширной коллекцией рисунков, графики, акварелей, древних монет и медалей разных веков.

Content

Л. Пуликова
Кливлендский Музей искусства

Искусство III–XIII веков

Искусство XIV–XVI веков

Искусство XVII–XVIII Веков

Искусство XIX–XX веков